Темная жизнь, в которой есть свет

Огромное поле поглощала ночь. Тёмная, мрачная, да ещё и дождь с грозой оглушали все пространство своим воем и резким треском серебристой нити, разрезавшей смолянистое небо словно на две части. Сильный ветер наклонял деревья, со свистом теребя их тонкие ветви. На поле шла жестокая не то битва, не то геноцид. Существа, похожие на собак и драконов одновременно, срывали с друг друга клочья промокшей шерсти и глухо подавали свои возгласы в воздух. С изнурённых тел стекала вода, перемешанная с кровью врагов. Некоторые бежали на помощь соплеменникам, другие же пытались совершить побег, раствориться в темноте, будто тут их не было, спрятаться от этого ужаса. Однако, не успевали они скрыться за камнем или деревом, как дезертиров догоняли их же сородичи и с безумием кидались, убивая.

Эта вакханалия началась после восхода луны, то есть всего каких-то полчаса назад.

— Шторм, Закат! Быстрей сюда! — Крикнул рыжий ибис с белыми узорами по всему телу. К нему подбежали двое храбрых воителей, не получивших в бою излишне серьёзных ран, но силы их были уже на исходе. Из пасти сочилась ручейками кровь, а уставшие лапы еле влачились за телами существ.

— Мы должны отступать! — Посоветовал беспокойно один из них. — Это не может больше так продолжаться. У меня плохое предчувствие. Нет, я беспокоюсь не за исход битвы, я чувствую что-то гораздо опаснее…- Он посмотрел с ужасом далеко в поле и тяжело, сквозь ком в горле, сглотнул. — Если не прекратим битву… мы все умрём.

— Что?! — одновременно воскликнули Шторм и Закат.

— Неужели мы разбушевали… его?

В это мгновение Шторм резко прыгнул и побежал в центр сражения. Серьезный взгляд существа даже несколько насторожил ибисов из других кланов.

— Скорей! Отступаем! — Начал тот активно бегать по полю, собирая своих соклановцев. Под лапами хлюпала кровь, грязь, глаза метались из стороны в сторону, стараясь не задерживаться на очередном кровавом трупе. Настолько было обезображено поле телами, что полем это теперь было трудно назвать -только кровяным месивом. Будто бы место приняло всю ненависть и злобу всего на земле, истощало смрад и боль только при одном взгляде на него.

Тем временем бурый ибис с тёмными полосками на шкуре заметил Шторма и, клацнув зубами, напрягая свои мышцы, прыгнул на него, однако тут же свалился из-за неожиданного отпора со стороны врага. Умелый воитель схватил его за горло своим мощным и длинным хвостом. А отпустил он его только когда тот начал кряхтеть и задыхаться.

— Крыса. Только убивать и умеете.

— К-кто бы говорил… Шторм, — еле прохрипел тот, отползая к дереву. Когда Шторма уже перед ним не было, ибис впил свои острые когти в жидкую землю, впитавшую его алую кровь. К нему спереди подошел темный силуэт, от которого тому были видны лишь коричневые лапы.

— Какой дичи ты здесь разлегся? — Прорычало существо, задев когтями шкуру раненого.

— Глубоко извиняюсь, Сорен. У меня больше нет сил воевать. — Взмолилось существо, опуская от унижения свою морду прямо перед своим главой. Но такого отношения он не посмел перед собой видеть. Он взял с помощью зубов его за шкирку и кинул подчиненного на поле. Бурый тихо рыкнул от охватившей тело жаркой боли, почувствовав, что его кожа прошлась по жесткой земле и содралась, оголив красную часть.

— Мы клан «Красная луна» и сил не будет воевать у тебя лишь в могиле. А теперь — прочь! — После этих слов существо резко встало и отбежало в пламя битвы, чуть ли не врезавшись в своего соклановца. Крупный Сорен неудовлетворительно махнул хвостом, приметив врага в центре поле боя, который бегает туда-сюда, что-то говоря своим.

— Шéрсти!

Закат времени зря не терял. Ибис с оранжево-жёлтой шерстью и ярко-синими, как море, глазами подбежал к израненной самке с голубым цветом шкуры, залечивающаяся собственную рану. Та была основным лекарем в клане и лечила на поле битвы хоть и неплохо, вот только иногда ее способностей не хватало для ужасных ран, смертельных. Она чувствовала себя ужасно, что не может спасти всех.

— Клан отступает.- Шепнул Закат, осведомляя Шерсти.

— Как отступает? Что случилось?

— Позже объясню. Залезай на меня скорее! — Он прилёг и дал возможность раненной соплеменнице влезть себе на спину. Мягонькая шерсть самки мгновенно облегла тому спину. Она подняла свою морду на чернеющее небо. Густая дымка тёмной магии повисла над полем непроглядным туманом.

Закат наконец добежал до места сбора клана и, увидев довольно большое количество собратьев, выдохнул с облегчением. В центре группы воителей стоял серьёзный бело-рыжий ибис, которого звали Эбил. Он был главой клана «Белый лист» и отличался от всех бóльшими размерами и узорами белого цвета по всей шкуре, включая морду. Две пары ушей стояли торчком. Карие глаза особенно выделялись на фоне благородной светлой шерсти.

— Отступаем! — Приказательным голосом Эбил и глянул на сгусток тёмной магии, образовавшийся в центре поля. Ему мельком показалось, что там кто-то был. Он рыкнул про себя и пошел впереди своего клана в сопровождении Шторма и Заката.

И только они зашли в густой лес, как сзади громыхнула серебряная молния. Она ударила прямо в сгусток магии, оставшийся на поле. Ужасный запах стал исходить оттуда, напряжение все росло, воздух в округе наэлектризовался.

Три клана, которые остались на поле и в это время продолжали убивать друг друга, на секунду остановились. Послышался тихий смешок. Такой противный и долгий из-за эха, такой, что любой выразил свое недовольство в голове. Из толпы остановившихся существ вышел такой же коренастый, как и Эбил. Серый, с яркими, как пламя, узорами, он остановился и оскалился на всех здесь присутствующих.

— Что?! Струсили? Ха-ха, надо же!..- Проговорил довольный Сорен, осматривая округу, проверяя глазами каждого на поле, но не замечающего темный дым прямо над ним. Его боялись все, даже участники его клана, ибисы прятали глаза только для того, чтобы не видеть его. Он мог отобрать жизнь в любой момент и даже этого не заметить, объясняя это странными, иногда доходящими до абсурда, причинами.

— Сорэн, не так ли? — Внезапно Сорен услышал голос, похожий на шипение змеи, эхо которого разнеслось ко всем ушам, и источником которого являлось существо за его спиной. Властолюбивый глава тут же обомлел, внутри начала закипать какая-то ярость с частицей любопытства и возмущения. Какой оборванец мог окликнуть его в такой момент, когда он уже входил на свой незримый другим трон?

— Хм? — Он медленно повернулся, в надежде проучить негодяя. Но не успел он и увидеть того, кто послал это эхо, его уши сами собой прижались от страха, как у трусливой псинки. Перед тремя кланами стоял некто в виде темной дымки, лишь напоминавшей по очертаниям ребенка ибиса, посматривая на всех своими белыми, как нить, глазами. Сорен в миг потерял все свое достоинство и проявил свою слабость — он ощутил себя беспомощным и от этого стал еще более агрессивным на слова.

— Ты кто такой, страх потерял?! — Сорен с силой выпрямил уши и встал в угрожающую позу.

— Я Кэри Инсер. А страха похоже тут не имеешь только ты, разве я не прав? От тебя прям и ве-ет трухлятиной. — Чёрное существо показательно с недовольством облизнулось, прыгнуло и очутилось прямиком перед Сореном. Тот зарычал и быстро забил хвостом по хлюпающей грязи. Их глаза впились друг в друга, но белые зрачки незнакомца зеркально показывали главе свою морду и давили каким-то неприятным чувством.

— Глава! — К Сорену вдруг подбежал коричневый ибис с бежевыми клочками шерсти. Он набросился на Кэри, а Инсер вывернулся и схватил напавшего за шкирку.

— Если я захочу, то ты обратишься в прах, Соэль. Твое отношение к гостям меня печалит.

— Ах ты скотина! Откуда знаешь наши имена?! — Соэль начал вырываться из острых зубов Кэри, которые полосили его так, будто его уже несколько минут режут когтями.

— Даже не пыта…- Тут Кэри резко придавило каменной глыбой, которая появилась в воздухе над ним и рухнула вниз. Соэль выскочил и встал в позу, готовясь нападать.

— Я знал, что хорошо тебя обучил.

Сорен похвалил своего ученика и принюхался. Глыба перед ним резко рассыпалась на мелкие песчинки. Словно там был не твердый камень, а песочная насыпь.

— Это… Было больно.

Темный ибис показался из появившейся из-за разрушения камня пыли совсем невредимым, пока Сорен не замахнулся на того лапой с когтями. Он смог прижать горло Кэри к земле, и, прерывисто и со свистом дыша, тот процедил:

— Повторюсь. Кто ты такой?! Зачем вмешался? — Но в ответ тот смог получить лишь довольную раскрытую пасть, слюни в ней жадно выделялись на мясистой синей части. Кэри выглядел безумно, не так, как обычные дети ибисов. От него ощущалась неизмеримая жажда крови.

Пока не участвовавшие в перепалке члены клана стояли, ничего не понимая. Каждый был занят своим делом: кто-то лечил раны, кто-то спорил с соклановцами о дальнейшем исходе битвы и стоит ли трусцой бежать. Ведь, если верить слухам, всё это месиво началось из-за тайного раздора между главами. Говорили, что Сорен начал всю эту войну и поэтому единственным, что их тут держало-было присутствие этого главаря и других ибисов, которые просто хотели сократить численность враждебных кланов, дабы еды и территории стало больше.

— Уходим! — Утвердил свое решение один из глав, и вся стая побежала в сторону гор, где была река, разделявшая территории на равные части.

Воспользовавшись моментом суматохи, Кэри укусил Сорена за лапу, но тот не издал ни звука. Прижатый к земле, Инсер начал бить своего противника задними лапами. Хватка главы ослабла, и в итоге чёрному ибису удалось выбраться. Как только это произошло, он, разбежавшись, врезался в Сорена. И тот отлетел на приличное расстояние. С быстротой молнии Кэри метнулся к нему. Едва успев сжать челюсти на шее соперника, он резко потянул морду в сторону. Раздался визг, который, казалось, мог слышать каждый. Инсер отошёл и ткнул мордой в кусок шеи, который вырвал. Зарычав, он уничтожил его. Остатки плоти быстро развеялись в воздухе. Соэль тут же подскочил к главе и положил нечто синее на рану. Вскоре она затянулась, оставив уродливый шрам на месте укуса.

— Что ты, чёрт побери побери, сделал? -Соэль гневно рыкнул в направлении Кэри, но на его месте уже никого не было.

— Чёртова крыса, я найду тебя! Так просто ты не сбежишь! Кулон, сюда, целитель! -Подозвал он белую самку, она подошла к главе и посмотрела на него внимательным и напуганным взглядом, с примесью некого спокойствия.

— Надо скорее отнести его в лагерь. Но с такими ранами… да ещё и полдня пути… Я не знаю, как его дотащить. — Кулон задумалась. В это время к ней подошел ибис с короткой шерстью и одним слепым глазом.

— Я помогу.- Она подняла Сорена над землёй при помощи магии.

Кулон всё ещё была в ступоре после стычки, и поэтому совсем забыла о существовании одноглазого мага. Стэкла дождалась, пока соклановцы соорудят небольшую переноску из ближайших веток, и положила тело Сорена туда.

Соэль созвал всех солдат, и клан с воем направился к пустующему холму. Им предстояло проделать долгий путь в ночной темноте, не видя хорошо пути, лишь ориентируясь по запаху и многим опорным местам на пути. Многие существа не выдержали изматывающего пути и просто падали, не в силах дальше идти.

Тем временем на почти опустевшем поле черное существо бродило туда-сюда по кровавому дерну, чуть ли не падая, но спасаясь от падения хвостами, что держали равновесие, постоянно раскачиваясь из стороны в сторону. Его уши резко дернулись, почувствовав треск перекатившихся мелких камушков, упавших с невысокого возвышения с тихим ударом о почву. Тот, кто вызвал «падение», задержал дыхание, но из-за боли сделал это крайне громко. В ту же секунду ибис ощутил на себе смертельную боль от буквального сдирания с него плоти. Кровь из него хлынула ручьями, пока мозг обрабатывал последние в его жизни кадры. Кто бы мог подумать, что вместо быстрых воспоминаний давно минувших дней он будет наблюдать собственную смерть. Но стоящее перед ним существо в душе тоже кричало от того, что без этого оно просто не выживет. Приятного вкуса плоть ублажила все рецепторы Инсера, теперь мяса хотелось все больше и больше. Тело содрогалось при каждом глотке, словно ест в последний раз. Однако, его пиршерство вдруг прервали, со спины вонзивши острую древесную ветку, что проткнула шею насквозь. Все еще живой ибис увидел творившийся ужас и решил действовать незамедлительно, пока в конце концов не понял, какая эта идея была все-таки провальной. Кэри без всяких трудов вынул с выплеском крови ветвь, рассмотрев ту недовольным взглядом. Забросив свою голову назад, он сверху вниз рассмотрел ибиса, что напал на него. Белки того уже закатились от страха и он потерял в стоячем состоянии сознание, когда Кэри прокусил тому хребет со звонким хрустом. Он ни о чем не думал, думал только о том, что он хочет искоренить свой выедающий изнутри его аппетит. Когда на поле совсем не осталось еды, а организм все еще ее просил, Инсер подошел к месту, где и появился. Он сжал уже кровавые от мяса зубы и в следующую минуту территорию охватила болезненная смесь и воя, и рыка, и даже шипения. Мозг болел от творившейся несуразицы, а душа даже не ощущалась, только нескончаемый голод, поглотившей его с головой. Силы со временем закончились и истошный крик закончился ничем. Звал ли он на помощь, или может искал что-то, возможно надежду, либо пищу.

Так постепенно обессилев существо ходило по полю и искало следующих жертв, пока на последнем не ощутило жжение в голове и не убежало в ближайший лес, забравшись там на высокое дерево.

С момента отступления клан «Белый лист» успел дойти до своего лесного лагеря. Растоптанная мокрая земля хлюпала под лапами, а с деревьев капали капли от недавнего дождя. Измождённые воители зашли в огражденную зеленью и толстыми деревьями местность. И дети, и взрослые с радостным воем встречали ибисов, побывавших на самой жестокой битве.

— ЭБИЛ!!!

К главе подбежало среднего размера существо и радостно лизнуло того по морде, забив хвостом. Эта рыжая самочка, с пятном белого цвета на макушке, плавно переливающегося в белоснежную гриву, была дочерью Эбила.

— Привет-привет, Биса. Надеюсь, вы с Молнией ничего не вытворили, пока меня не было? — С улыбкой произнёс Эбил, лизнув свою дочь в ответ. Та же зажмурилась от смущения, что ее отец так думает насчет них, но из-за гордости едва ли покосила мордочкой от этого. Он почувствовал, как тепло и уют наполняют его сердце.

— Можете расходиться! -Приказал он своим воителям.— Шторм! Закат! На свой пост. Все идите есть! У нас ещё много дел.

Как только все разошлись глава достал книгу, которую легонько открыл и резко закрыл. Видимо не очень хорошую информацию увидел он там.

— Хе-хе. Предатель, я… Я уже даже и не знаю, что будет со мной после восхода. Возможно погибну навсегда… Не хочу…

Кэри Инсер сидел на верхушке дерева, положив на свою морду длинные лапы. Его густая тёмная шерсть трепетала на ветру. С каждой минутой и порывом ветра становилось все прохладней. Белые зрачки, обрамлённые темнотой, сверкали в ночи. Даже в такой ситуации от них веет ужасом и чем-то нездешним.

— Как же больно, больно!

Кэри утробно шипел и с силой прижимался к стволу дерева всем телом, опираясь к нему так, будто бы это могло унять ту боль, которую в данный момент он испытывал. Его лоб был окрашен алым от прилива крови в рану, а шерсть вздыбилась. Кэри не понимал, что с ним происходит. Тело горело изнутри, словно в горло влили бурлящей рыжей лавы. А она все разливалась по каждой клетке тела, пока легким уже стало невмоготу и кислород не перестал поступать в организм. Дыхание заметно ослабло, Инсер издал последний болезненный стон и упал без сознания на траву.

Лес озарил яркий свет, в нем во всю уже пели свои песни птицы, и хрустели опавшие желтые листья. Оранжевое солнце встало над территорией четырех кланов ибисов. Уже не было слышно звуков битвы и воя с поля, запаха крови тоже уже не ощущалось, как и вообще того факта, что буквально несколько дней назад здесь было кровавое месиво. Лес служил отличным защитником разной живности, но ничто не вечно, даже многовековая природная стена из стволов и болот в самой гуще. По нему же постепенно стали слышаться шорохи листьев: кто-то быстро бежал по сухой листве и веткам. Тяжёлое дыхание шумно выходило из узкой пасти.

— Еще бы чуть-чуть и меня бы снова приписали бы в разведку. Слава дракону, что всегда есть удобный момент устроить побег. — Незнакомка усмехнулась, переходя с бега на спокойный шаг и высматривая что-то на земле. — Междевика, лопух, секерика… Ничего толкового, но должно пригодиться.

Самка голубого окраса с кулоном на шее рылась в траве и под нос перечисляла все ее названия, однако в конце концов взяла малую их часть. Сорвав еще пару ягод, существо остановилось у толстого дерева. Оно натужно втянуло воздух и выдохнуло, почуяв незнакомый запах.

— Кем-то пахнет… Странно… Это не запах кого-либо из клана. Чужак, но кто? — Самка напряглась, прижавшись поближе к низу и так, прочесывая оставшийся путь, ступая на более мягкие участки земли, подошла к месту, где запах чужака ощущался сильнее всего и бил по носу. Повернувшись, она увидела лежащее на земле чёрное длинное тело на луже уже пропитанной кровью почве. Немало удивлённое этим существо подбежало к неизвестному телу.

— Ау! Живой там? Из какого ты клана?! — Поняв, что этим «некто» может быть абсолютно кто угодно из несоюзных групп, самка напряглась и выставила когти. Ибис на земле лежал почти мертвым, не реагируя ни на какие угрозы и звуки.

Перестав рычать, она прислушалась и, услышав стук сердца, удовлетворённо выдохнула. Смахнув острые, засохшие листья с темной шерсти, существо голубого окраса взяло аккуратно тело за шкирку (размерами он был меньше среднего, а по сравнению с ней так вообще довольно мелким), положила его на спину и аккуратно побежала обратно в глубь леса.

Издалека доносился многочисленный гул. Голубая морда отодвинула куст с какой-то ягодой. Она вылезла на протоптанную полянку, вокруг которой было много растительности и сам вход в жилище клана — это была очень туго сплетённая из веток конструкция, которая растянулась между двумя деревьями. За ней же виднелись жилища, сооружённые на земле, а под ними сети земляных туннелей, созданные трудом многих ибисов и скала, которая возвышалась почти в середине поля. Вдруг, кто-то выскочил прямо перед внимательно осматривающейся самкой. Тем являлся близкий знакомый ей соклановец. Уши радостно задёргались, а глаза были прикрыты от счастья.

— Шерсти! Я ждал тебя! — Оранжево-жёлтое существо смотрело на неё глазами радости и нетерпения. Длинный хвост махал из стороны в сторону.

— Привет, Закат! Буду признательна, если поможешь…

Закат в недоумении покосился на спину Шерсти. Он не ожидал там увидеть незнакомое тому существо и напрягся, когда ему на секунду показалось, что у него было две пары ушей, но через миг он осознал — это являлось всего лишь фантазией. Встряхнув головой и резво обернувшись, он пробурчал:

— Идём. Только не показывай его на всеобщее обозрение, а то даже не представляю, что сделают с тобой или с ним. Только недавно была битва, мало ли какой это подкидыш.

— Мой спаситель! — Самец покраснел и приоткрыл пасть от явного смущения. Хвост рыжего ибиса довольно приподнялся и чуть покачнулся, зовя Шерсти приблизиться. Но когда та послушно подошла, Закат игриво укусил ту за ухо и тут же получил в ответ с добрым рычанием.

— Хей! Самец! — Громко крикнул кто-то около бессознательного и еле дышащего Кэри. От неприятной вибрации он недовольно зажмурился и, прижав уши назад, открыл глаз. Его первый взор упал на кого-то рядом стоящего. Картинка сильно расплывалась в глазах и разглядеть что-то в первые за эти дни солнечном свете и просто в мутном изображении было почти невозможным.

— Выглядишь слегка побитым, будто на войне побывал.!

— Теро! — Окликнули неугомонное существо, и оно сразу притихло, поняв, что поступил неэтично со своей стороны.

— Урх… Болит…- Оценил свое состояние и сказавший об этом в слух темный ибис, медленно открыл оба глаза. Увидев, что найденыш наконец очнулся, лекарь, махнув ухом, поспешно куда-то удалился.

— Как твое состояние? — Шерсти встала около него и дала ему зелёный округлый листочек, пронизанный светло-салатовыми жилками. С диким непониманием он взял его в лапы, немного промахнувшись.

— Съешь его, — пояснил всё тот же голос, — Станет легче… Он лечебный.

С недоверием на морде Кэри посмотрел на стоявшую рядом персону, но листок все же проглотил, сжав длинную шею от его горечи в пасти. Все же чем полезнее какая-то вещь, тем сильнее оно отражается даже на процессе заглатывания.

— Как тебя звать? Откуда ты? — Продолжала пытаться опросить маленького самца Шерсти. Инсер знатно напрягся, но больше от того, что ничего не помнил о себе кроме имени.

— Видимо, ты неразговорчивый малый, но не переживай, тут пока безопасно. Ключевое слово «пока», конечно, но ты не волнуйся.- Вновь протяжно отшутилась голубая персона, суетливо почесывая ухо. Кэри попытался встать, но почувствовал боль и резко согнул позвоночник.

— Не двигайся пока, тебе надо отдохнуть.-Эти слова явно не понравились Инсеру по его выражению морды в этот момент. Парень оскалился и лёг обратно в кучку мха, аккуратно и заботливо подложенную под него для дополнительного удобства и теплоты.— Я отойду. Не натвори без меня тут дел, хорошо?

Она улыбнулась и, качнув головой, пошла к выходу. «Стоит ли мне его оставлять в клане? А если он опасен?» — с этими мыслями она вышла из своего жилища. Углубление в земле окружали переплетенные друг с другом невысокие, но раскидистые деревья. Шерсти глубоко вдохнула и, выдохнув, пошла в сторону скалы.

— Она ушла. Где же я? Почему всё так болит… Перед глазами одна мутная картинка.- Он поднял свои лапы и подогнул ими свои уши. — Что же здесь происходит?

Кэри аккуратно встал на лапы и оглянулся. Сверху падало много солнечных лучей, проходивших сквозь множество упругих и тонких ветвей. И из-за этого весь мох, расположенный по всему полу пещерки, был истыкан золотистыми пятнами света, словно золото в пещере дракона. За деревьями послышались голоса, где группа существ стояла впритык около дома целительницы.

— Я чую кого-то чужого. Его запах очень неприятный и веет злом!

— Не делайте поспешных решений! -Пытались отговорить рядом стоящие ибисы внушительного самца. Он с рычанием прошелся взглядом по каждому из них и подбежал ко входу.

— Стой! Не надо! Заран, тебе же хуже будет потом!

Но Заран не слышал их, и существо тёмно-кровавого окраса со светлым брюхом забежало в дом. Осмотревшись, его взгляд мигом остановился на стоящем в углу Кэри, смотрящего на Зарана пристальными глазами. Заран набросился на него так стремительно, что ибис даже его прыжка не увидел. Шкуру охватила резкая боль, он взвизгнул, махая когтистыми лапами перед собой, изредка цепляя шкуру противника

— Шерсти, притащила противника в собственный клан. Где только ее совесть, прошлое решила вспомнить?

— ЗАРАН! Оставь бедного ребенка в покое!

Тут в дом вбежала Шерсти и без раздумий кинулась на Зарана. Она повалила его на бок, прижала лапу к земле, и тот выпустил Кэри из сильной хватки.

— Ты в поряд…- Не успела самка договорить, как заметила Инсера стоявшего рядом и шипящего на Зарана, его длинный хвост мотался из стороны в сторону. А прежний укус зарастал в изначальное состояние, наращивая слои праха друг на друга.

— Шерсти, дракон бы тебя побрал! Зачем ты его притащила сюда? Да ещё и защищаешь?! — Заран в гневе смотрел на шипящего рядом Кэри. Его морщинки на морде проявили себя в ответ на вроде обычный взгляд, но в нем настолько был отражен смертельный ужас, что Шерсти и Заран одновременно почувствовали внутри себя холод.

— Он тебе ничего не сделал! А ты уже на него нападаешь! — Она слезла с него и пошла к Инсеру, преградив его от нападающего.— Если я кого-то защищаю, то я буду делать это всегда, вне зависимости от того, кто это и откуда он.-Кэри успокоился от услышанных слов. Он посмотрел на выход и, подойдя к нему, принюхался.

— Кто-то ещё. Нет. Их много. Так где же мы?

— Мы в клане «Белый лист». Тут много проживает ибисов, как ты уже заметил, неудивительно, что ты их услышал.

Заран тем временем поднялся и уставился на Шерсти. Получив несколько ударов от нее, он видимо немного успокоился, хотя похоже просто не хотел лишних проблем с ней и подготавливался к другому действию.

— Так кто и откуда он.- Резко и прямолинейно спросил кроваво-темный самец.

— Сама без понятия. Его трудно расспрашивать. Но я его нашла около границы леса, лежащим без сознания.

«Как ярко. Так откуда же я? Единственное, что я помню — это имя и как я появился тут…» Он вышел из дома и огляделся. Повсюду ходили существа разных мастей и цветов. Те, кто стоял около дома Шерсти, посмотрели на Кэри и стремительно убежали.

— А если он враг?! Он даже пахнет подозрительно! Глупо быть такой доверчивой, нужно о нем срочно сообщить.

Заран вдруг выбежал, вцепился в шкирку Кэри и быстро направился к стоящей по центру скале. Шерсти же направилась за ним, тяжело дыша. За всем этим наблюдали воители и обычные существа. Их тихий шепот постепенно вырастал в настоящий гул и уже совсем не скрытый. Серый с белыми частями тела понял, что что-то не так, выбился из толпы и уставился на вход в эту самую скалу. Он испарился, оставив после себя туман. Появившись около Эбила и, увидев перед собой на холодном полу пещеры приколоченное магией чёрное существо, ибис встал в ступор. Его вернул в чувство Закат, немного толкнув того в бок лапой. Эбил посмотрел на Кэри и Шерсти, которая от переживания махала хвостом, а Заран сидел и с некой ухмылкой смотрел на эту картину. Инсер всячески пытался выбраться, но безрезультатно. Он взревел от той боли, что последовало после очередной попытки к побегу. Ток от металлических оков не щадил никого и прошелся резким ударом по всему длинному телу темного ибиса.

— Кто ты? — Так же чётко, как и Заран, произнес сидящий на возвышении глава Эбил.

— Кэри Инсер. Я… я не знаю, как я тут оказался и откуда прибыл.- Сквозь влажные от слез боли еле говорил мелкий самец.

— Ты в моём клане, а я его глава. И оказался на моей территории. Я не буду пока тебя трогать, но если что-то сделаешь моему клану… Ты наверное догадываешься, что я могу с тобой сделать.- Прояснил всю данную ситуацию крупный ибис, размером в три раза больше мелкого найденыша Шерсти. Ведь главам передаются уже сотни лет гены своих предков из поколения в поколение. Их сила и размеры превышали лимиты обычных ибисов, что подчинялись сильнейшим по многим причинам, в которых была даже и традиция. Холодная пещера не пропускала теплого воздуха, а лишь накалялась от холодных осенних ночей. Все это заставляло появляться мурашкам на коже лежачего, заколоченного в странные магические кольца черного существа. Из принципа и чести Эбил не стал его трогать, однако, сейчас идут жестокие времена и ожидать от противников можно было чего угодно, даже шпиона. Магия в металле исчезла, и Кэри смог наконец убрать с лап холодные пласты, после этого он встал и, соглашаясь со словами главаря, качнул несколько раз головой. Шерсти подбежала к нему, стыдливо прижав уши к задней стороне головы. Но Инсер на ее сожаление ответил лишь шипением и прихрамыванием на передние лапы.

— А с тобой, Шерсти, будет отдельный разговор. С этого дня за ним будет строгое наблюдение.- Сказал Эбил, обращаясь к голубой самке с поднятой вверх лапой.- Шторм и Закат, вы будете следить за Кэри Инсером, пока мы не удостоверимся в его происхождении.- Существо закончило говорить и отошло на теплую лежанку из мха и лишайника, что располагалась на небольшом отступе внутри пещеры и отлично вмещало крупную тушу, еще и с запасом.

— Да, глава!

В отличие от Заката, Шторм немного скривил морду из-за того, что ему придется смотреть за чужаком. Но это был приказ, так что ничего поделать уже было нельзя, как бы он не хотел. Они неохотно подошли к Зарану и Кэри и показали на выход из пещеры. Все позже вышли, оставив темную пещеру, освещенную едва ли попадающим лунным светом в отверстие в середине потолка.

На улице шла уже поздняя ночь, которая уже вовсю похвалялась своей яркой белоснежной луной на звездном небе. Весь клан собирался в центре поляны, где магией был вызван огонь. Некоторые группами садились подле от него, другие сидели по одному вдалеке. Кэри с Закатом сидели около костра рядом с крупной группой охотников, горячо спорившие о чем-то глупом.

— Значит есть еще три клана? — Спросил Кэри у рыже-желтого существа, поясняющего любые вопросы, задаваемые мелким самцом. Он крайне удивлялся тому, что в его возрасте все ибисы уже понимают основные принципы жизни и состава кланов, но Кэри не знал ничего, хотя и мыслил, как уже полноценный подросток. Хоть всем в его кругу знакомых он казался обычным шпионом, но яркому самцу тот казался больше покинутым ребенком. По крайней мере какое-то едва зарождающееся отцовское чувство так и говорило.

— Верно. И кланы враждуют друг с другом, постоянно борясь за лидерство. Земель, причем плодородных, на этих территориях мало, ведь одни заняты другими существами, довольно агрессивными — а это, не лучшее место для проживания целого рода ибисов, — вдохновленно, с интересом отвечал на вопросы сидящий на камне Закат, подпирая свою морду передней лапой. Кэри выдохнул в конце речи и мечтательно взглянул на огонь в центре полянки. Некоторые искры доходили прямо до морды и оставляли на ней легкие покалывания, от которых Инсер прикрывал глаза.

— Для чего такой сбор всех существ на поляне, еще и около костра. Сейчас ведь ночь, не легче пойти спать?

— Это наша традиция, помогает сближать клан, делиться новостями. А костер помогает лучше уснуть и греет замерзшие тела перед сном.- Закат на минуту остановился, приметив странные движения Кэри.- Что-то случилось? --Поинтересовался воитель, убирая поддерживающую все это время низ морды лапу и после ей же цепляясь за валун, дабы вытянуть хорошо спину.

— Нет. Просто чувство неприятное.- Инсер встал и посмотрел на небо. Тысячи ярких звезд на фиолетово-синем небе смотрели с высока на земли. Будто тысячи глаз были натыканы на темном полотне и, ярко сияя, словно говорили о том, что постоянно наблюдают оттуда за земными делами. Но они были слишком горды, чтобы спускаться и вмешиваться в проблемы, так что просто показывали свою красоту из далека.

— БУ! — Шерсти подкралась сзади Заката и испугала его своим резким, звонким голосом. Но потом заботливо лизнула тонким языком его прямо в шерстяную макушку.

— Шерсти! Как видно тебя уже отпустили? — Закат повернулся к ней и лизнул в ответ. Шерсти фыркнула, её зелёные глаза сверкнули.

— Да, отпустили. Всё-таки он нудный. А где Кэри?

— М-м-м? — Закат, не заметив перед собой существо, мгновенно вскочил с опаской. Но долго искать пропажу не пришлось, и он быстро усмехнулся: Кэри сидел у костра и тушил свой подгорелый хвост, случайно попавший под пламенные языки при повороте.

— Как ты так умудрился-то? Совсем в своих мыслях застрял что ли? -Дружелюбно проворчал коричневый незнакомец, аккуратно потушив чужой хвост. Кэри от такого нарушения личного пространства шикнул на него, но тот не шелохнулся. Их два недовольных взгляда встретились, словно искра.

— Кхм-кхм! Ну и что здесь происходит? — Из-за Инсера послышался глухой шаг. За ним показался яркий Закат, слившийся с костром.

— Ничего не было! — Процедили двое неугомонных существ, стараясь больше не смотреть друг на друга. И теперь его взгляд был прикован к Закату. Через некоторое время Кэри к пылающему огню.

— И правда тёплый.- Он лёг и свернулся калачиком. Медленно все мысли покинули уставшее сознание, тело расслабилось на теплом воздухе, глаза медленно закрылись, и он уснул.

Клан «Красная луна» уже как несколько дней покинул поле битвы, но все существа ощущали, будто это было вчера. В глазах мелькали трупы убитых сородичей, от тех стонов до сих пор болели уши, а от потерей не в состоянии оправиться родственники, которые не могли распознать испорченные тела, не то что упокоить убитых. И в и так траурный момент после битвы проблемы не кончались, словно не давая грешным от убийств душам успокоения.

Сорен выл от нарастающей с каждой минутой боли так, как никогда не делал этого прежде. В его жизни от боли всегда мучился кто-то другой, лишний, если выражаться его словами. У несогласных с ним были ужасные последствия, от действий Сорена часто страдал собственный клан. Однако, многие уже успели смириться с этим, продолжая трудиться на пользу клана, но их действия скорее были под давлением с детства, чем истинным желанием. И сейчас ибисы смотрели в его сухие закатывающиеся глаза, на слабое тело лежавшее на сухой земле и бившееся в конвульсиях, тем самым пугая окружавший народ. Страх в глазах сменялся у них интересом к ранее невиданной болезни, доставшейся главе клана.

— Чёртово отродье! — Ругался Соэль, отлично помня случившееся буквально как сейчас. Ранее появившееся существо стояло перед ним в это время и долго мыслило на счет состояния больного неизвестной хворью.

— Мне не знакомо такое состояние — это не похоже на обычное отравление! — Обреченно сказало белое существо с крыльями, следившее за происходящей ситуацией со спины. Но все мысли толпы разрушил новый голос, такой, словно доктор произносит, вытягивая из себя неприятные слова, смертельный диагноз.

— По моему предположению его разъедает изнутри — его клетки постепенно превращаются в пыль. То темное дитя явно не успело бы отравить крупного самца за миг — тут явно происки потусторонней силы.

— Этот незнакомец мало того, взялся невесть откуда, так еще как-то смог поранить Сорена и оставить его рассыпаться как травянистый порошок! Кто он такой, раз способен ввязаться в войну и осквернить главаря?

Соэль рыкнул во все горло и прописал по вялой траве круг. Коричневая шерсть самца после долгого пути и битвы на поле все еще оставалась грязной и мокрой. Узкие зрачки глаз, блеснув темной искрой, бешено смотрели в пустоту. Кулон все металась из стороны в сторону, в надежде найти то лекарство, которое сможет излечить невиданную ей прежде рану. В мозгу, конечно, пролетали мысли, что обычные растворы из корней и трав не смогут помочь в этом деле, но в состоянии смятения мысли отходили на другой план. Но с новой порцией в пасти к ней наконец пришло осознание — бесполезно. Массивное тело Сорена уже распалось, оголив грудную клетку по самые органы. Едва оставались главе последние минуты жизни, как он наконец пересилил свою боль и подозвал к себе своего приемника.

— Я давно уже не помню данную легенду, так что мы не представляем, с чем в итоге связались, — хрипкий кашель заставил тело дрогнуть, — Но этому отродью ничего не должно сойти с лап, иначе нашим жизням придет конец. Останови его, Соель, пусть месть будет сладка.- Проронил слабый Сорен последний свой рокот, и его бездыханное тело распласталось на земле.

— Я исполню твое последнее желание, твоя смерть не будет напрасной.

Ибисы на поляне завыли в унисон, который достиг едва ли не все территории кланов.

В клане «Белый лист», сокрытом лесом из крупных деревьев, еще спящий недавно Кэри внезапно вскочил и, не удержавшись на лапах, упал на мягкий и знакомый мох. Шерсть на гриве вздыбилась, а белые зрачки сузились. Его тело дрожало как не в себя, сердце колотилось так, словно ему приснился не кошмар, а настоящий труп был увиден в реальности.

— Что это сейчас было? Почему я в доме Шерсти?

Инсер сел в растерянности, вспоминая о пролетевших во сне реалистичных картинках. Незнакомые ему образы все продолжали крутиться в памяти, не выстраивая логичного сюжета. Все это нагружало и так уставшее существо, потому Кэри решил проветрить свои мысли. Под хруст сухих ветвей и листьев под лапами он оказался в свету слабого сияния белоснежной луны в эту глубокую ночь; поднялся сильный ветер, что покачнул ветви деревьев и забрал с собой ввысь мертвые листья. Но даже от созерцания такого умиротворения, тишина спящего клана не прекращала поток мыслей. Прикрыв глаза от холодного воздуха снаружи, Инсер впервые прочувствовал на себе леденящий холод. На его нос аккуратно и плавно прилетела снежинка. Новые ощущения взбудоражили Кэри, разглядывающего новое ему стихийное событие.

— Отчего не спим? — Из-за угла появился Шторм с резким вопросом. Однако, такой же вопрос хотелось задать и ему, но Инсер промолчал, выбрав просто окинуть взглядом самца. Его подогнутые уши говорили о встревоженном состоянии подошедшего.

— Сон приснился, вот и не спится.- Ответил наконец подросток, вздыхая от напоминания.

— Вижу не желаешь рассказывать подробно, я понимаю, не все личные мысли хочется говорить, еще и незнакомцу. Кое что всегда должно оставаться для собственного рассуждения.- Кэри промолчал, глядя в центр поляны, где ранее полыхал гигантский костер — сейчас он потух и никого не сидело рядом с ним. Шторм спокойно подошёл к ибису и легко ткнул кистью хвоста в бок, подбадривая.

— Маленькие хлопья льдинок с неба — снег всегда был для меня чем-то магическим. Не подумал бы, что с таким чудом может быть связана холодная зима. Не советую тебе долго находиться на поляне — замерзнешь.

— Разве ибисам с теплой шерстью когда-то приходилось мерзнуть? — Самца смутил такой вопрос, но он не подал виду, ссылаясь на простую заинтересованность.

— Духи снега могут сыграть роковую шутку даже с такими существами как мы. Если не замерзнем от холода или голода, то от болезней. Отправляйся лучше назад.- Пояснил ему светлошерстный, уча неразумное дитя, вздохнул и махнул лапой на прощание. Ведь ему было не до присмотра за новичком, сейчас Шторм направлялся к главе после обхода границ, так что он продолжил идти к скале.

Эбил сидел в тёмном углу пещеры и смотрел в книгу с каким-то знаком на обложке. Сосредоточенный взгляд падал на каждую букву в этой книге, погружая существо в глубокие мысли, словно в транс. Пока его не отвлекли, так он и сидел, оперевшись на крупный валун, а хвост положив на мшистую подстилку, силясь поймать что-то новое из желтых страниц старой книги.

— Замечены свежие следы около двух деревьев.- Сразу доложил вошедший без учтивости в тихие покои серошерстый. По тому, как отреагировал глава всего клана на его резкость, между ними были более чем доверительные отношения. Эбил вздохнул, предчувствуя новые проблемы, и отвёл наконец взгляд от книги.

— Вы поняли, чьи это были запахи и с какой целью они там были?

Серо-белая шерсть распушилась, и Шторм покорно сел, использовав свободную лапу для большего описания картины.

— Ни остальные члены разведки, ни я не заметили кого-либо поблизости, но, видимо, ибис был там один. Никаких зацепок он не оставил, так что и приверженство его к какому либо клану сложно понять.- Эбил внимательно выслушал его, также удобнее пристроившись на подстилке.

— Если он, как ты говоришь, был воителем, то он явно не просто проходил мимо. Битва была совсем недавно, а ведь скоро зима, всем не хватает еды, и если это так, то надо увеличить группу дозорных. К тому же клану нужны запасы еды, так что я назначаю тебя тем, кто соберёт группы для охоты и дозора.

Шторм быстро кивнул головой и, поднявшись с пола пещеры, пошёл к выходу.

— И ещё — пусть Закат пристроит Кэри и чтобы глаз с него не спускал! — договорив, он со вздохом продолжил читать странную книгу, удостоверившись, что последние его слова были приняты к сведению.

Неприметно Кэри махнул ушами, всматриваясь в удаляющийся мутный силуэт и пытаясь понять только что прошедший разговор. В закромах души появилось такое чувство, словно он не знает многого, видя реакцию любого существа на его речь и вопросы. Почему они все так удивляются или это он ничего не знает? Ведь если он вдруг попал сюда из чужого клана, то разве не должен ли знать даже самые примитивные вещи?

Кэри всё стоял около жилища Шерсти. Его чёрная шерсть развевалась на пронизывающем до самых косточек ветру. Вдруг тот начал идти бесцельно вперёд, белые глаза его настороженно смотрели по сторонам. Пока после недолгого пути рядом послышался тихий писк и такое же тихое приказное тоном шиканье. Кэри резко повернулся к источнику звука: он увидел мелькнувшую рыжую шерсть в плотно сделанной пещерке из веток и земли. Отчего-то все сразу затихло, как на это обратил внимание Инсер, он подошёл к этой пещерке и заглянул в неё без всяких фамильярностей. И чуть сразу же не получил острыми клыками по морде от выскочившей из глубин жилища испуганной, но настроенной на защиту самки. Черное существо само зашипело от неожиданности, припав к земле, думая, что при таком раскладе ему не достанется, как вроде бы показала ранее практика.

Из пещеры вырвался беспокойный писк нескольких малышей и самка, все еще рокоча на незнакомца и не завершив с ним дел, вернулась в убежище. Ее голос быстро изменился, и она принялась успокаивать кого-то. Видимо, в данном случае, это было ей важнее какого-то незнакомца, что даже пал наземь от собственного испуга. Сердце того стучалось как бешенное, что там такого важного, что она таким образом отреагировала?

— Извините…- Вырвалась из пасти мольба, но разум не принял ее. «За что извиняться, если существо тебя только что чуть само не убило?». Существо рыжего цвета с белым пятном все еще рычало на Кэри. Пока наконец ее рокот не успокоился.

— Кто ты? Я ранее не видела тебя. Если ты враг, то я подниму тревогу прямо сейчас, ступишь ты хоть пару шагов ближе.

— Я Кэри Инсер. Попал сюда совсем недавно, что может подтвердить Шерсти. Но со всем уважением, не хотел вас заставлять нервничать.

— Да… Я слышала о тебе от отца, но никак не удавалось поймать на глаза. Думала уж духи снега за мной пришли, ведь чужака давно бы заметили. Так что же я, неприятное первое впечатление сделала? Меня звать Биса, я дочь главы.- В этот момент новая знакомая уже расслабилась и даже подняла ушки, с интересом рассматривая еле виднеющийся силуэт Кэри на фоне темноты.

— Духи снега? Это вы о птицах и драконах? — Поинтересовался черношерстый, не первый раз слыша это обозначение некой сущности, но по малой логике уже представив их в виде животных.

— Совсем нет! Духи- совсем иные существа, без своего тела, которые снуют в пространстве и наводят проклятья. Их не заметить глазом, но можно ощутить. Чаще всего их много ночью, когда между мирами слабеет связь. Болезни, смерти, голод-это все их дела, они остаются в мире и разносят то, от чего сами погибли.- Объяснила Биса с таким упорством на морде, что не поверить ей было трудно.

«Как можно существовать в мире, но не жить одновременно?» — удивился про себя Кэри, но промолчал. Его внимание больше привлекло движение под самкой — то были шерстяные комочки, которые пищали и сосали молоко под шерстью матери. Через мгновение из-под неё вынырнуло маленькое существо в полоску. Маленькое тело с большой головой выглядело неуклюже и тут же упало. Зелёные глаза блеснули на Кэри с детским удивлением.

— Дети мои и Молнии, однако последнего уже нет в живых… Малышам не спится, но они и не догадываются, что однажды в похожую ночь, они лишились своего единственного отца…- Атмосфера сразу стала какой-то траурной, самка лизнула дитя длинным языком и положила морду на прохладную землю у входа.

— Отец и его дети… Как он мог погибнуть, как только его дети появились на свет?

— Какое невинное ты оказывается дитя. Смерть может коснуться любого, независимо от того, хотелось ли тебе в данный момент уйти на тот свет или нет… Он ушел за их благо, остальное неважно.

Их разговор прервал порыв ветра, который принес с собой тихий голос ибиса.

— Биса! Ты рычала, что-то случилось? — дошли до них слова, и самка поняла, что более задерживать нового знакомого не стоит. Да и ночь стояла над землей, было бы странно общаться с кем-то в столь поздний час, волновать не спящих.

— Увидимся, Биса. — Инсер понял ее и отошёл, немного кивнув мордой на прощание и слыша утихающие писки детей около матери. Материнская любовь все же особенное чувство, кто не ощущал ее не поймут, но душой почувствуют. От их убежища веяло уютом и заботой, дающие чувство защищенности.

Хлопья снега продолжали падать с неба, но теперь все быстрее и быстрее ветром подхватывались в воздухе и разносились по всем территориям. Сам ветер на полянке стал холоднее, его порывы теребили ветки деревьев, окружавших голое место посреди леса. Блестела луна в небе, вызывая необычайное спокойствие своим сиянием в столь темную ночь. Кэри, после весьма информационной, как оказалось, прогулки, наконец вернулся в жилище Шерсти. Та спала недалеко от того места, где спал сам Инсер. Наполнение ее подстилки было небогатым, так что ей казалось было прохладнее. Черное существо прошло около нее и, устроившись на своей мягкой подстилке, снова уснул. На этот раз часть ночи прошла без странных картинок и кошмаров.

Но неизвестно пока ему было, что лучше, кошмар ли во сне или то, что было ранним утром. После ночной прогулки спать хотелось особенно сильно, но никто новичка не предупредил — утро в клане наступает рано. И как бы он не старался продолжить свой сонный долг, ему сделать этого не позволили, буквально стащив его сонного за шкирку из зоны комфорта. Но на моменте вытаскивания Кэри на улицу, тот заметил подвох и открыл глаза, чуть не ослепнув от солнца.

— Просыпайся, Инсер! Сегодня важный день, тебе нельзя пропустить его! — Звонкий голос и нетерпеливое дыхание ясно дали понять полусонному, что этим некто, нарушившим его сон, был солнечный Закат.

— Мххх… В чем дело…- Кэри, превозмогая сон, шатаясь, поднялся. Яркие лучи солнца падали на его тело, а стоящий рядом Закат вовсе сливался у него с солнцем. Он отряхнулся и с невозмутимым видом посмотрел на самца.

— Сегодня будут выбирать не только группы для охоты и дозора, но и самое главное — предоставлять воителям Каиши!

— Каиши? — и вновь незнакомое ему слово, от этого уже начинала кружиться голова. Недопонимающий Кэри переспросил Заката и задумчиво уткнулся вперёд.

— Ибисы подобие подручных, учеников. Их в основном назначают от одного до двух Каиши одному воителю.

Тем временем, пока самец пытался объяснить Инсеру основы системы, существа со всего клана собрались около скалы, куда уже подходили Закат и Кэри. Оттуда доносился грубый голос Эбила, в стороне от которого сидел Шторм, погрузившийся в раздумья и смотрящий на соклановцев. В своих мыслях он подбирал группы для охоты и дозора, которые назначил собрать Эбил из недавнего ночного разговора.

— Ты чего задумался? — Закат подошел к приятелю, махая ушами с интересом. Но тот даже не глянул на него, заставив своего друга ждать ответа некоторое время.

— С ночи ломаю голову над составом групп. Обычно этим занимался либо сам Эбил, либо другие приближенные ибисы. Но о новичке я уже позаботился, как Каиши он должен подойти в группу охотников. Из-за последних событий придется совмещать как учение, так и практику. — последние слова Шторм произнес неуверенно, поспешив с решением.

— Я, но как? — Кэри посмотрел на Заката, в надежде на толковый ответ с его стороны, но тот, в свою очередь, также уставился и на Шторма, и на Кэри. Первый лишь поднялся и пробубнил себе под нос:

— Обязаность возлагается на тебя, Закат, в это непростое время. Решение поспешное, но я не мог придумать иначе. Возьми второго добровольца-Каиши и можете выходить в лес в скором времени.

Черное существо нервно фыркнуло в сторону Шторма. Потом его зрачки перешли на выступ скалы: стоявший там коренастый Эбил что-то говорил соклановцам. Кратко о нынешней ситуации, планах на будущее и слушал реакцию ибисов. Серо-белое существо подошло к стоящим неподалеку Шерсти, Лунате и Пятнистой.

— Как нельзя кстати.- Трио из самок обернулось в его сторону, а Шерсти подошла поближе с явным намерением перебить и начать пререкаться, явно предвещая нехорошее.

— С сегодняшнего дня вы дозорные. Ночью обходите территорию клана и при малейшем запахе или появлении врага доложите главе или мне.

Самки кивнули головой, кроме Шерсти, и продолжили разговор. А голубошерстная была против потому, что это не входило в ее обязанности и мешало сбору лекарств, так как одного помощника уже не хватало.

— Это тот подросток, о котором ты говорила? Странный он, тебе не кажется? — Сказала Луната, в итоге отвлеча внимание Шерсти со Шторма, смотря на проходящих около них Заката и Кэри. В эту же секунду Инсер глянул на нее полупустым взглядом; белый зрачок повернулся в её сторону и сразу же отвернулся. Луната нервно сглотнула.

— Как уже всех распределили? Почему я должен вступать в остатки, вместо того, чтобы пойти в нормальный отряд? И лапы моей там не будет, я могу сделать что-то важнее обычной прогулки по лесу!— Разозлилось короткошерстное существо тёмно-синего окраса, поднимая свою морду наверх, ведь Шторм был выше его. Но ибис уже никак не мог повлиять на состав новообразованных групп, потому слушал представление со смиренным выражением.

— Вот поэтому мы и проиграли в битве — из-за неуважения к своим подчиненным. Это все ваша вина! — Как ребенок, существо начало скулить, заставляя Шторма терять терпение.

— Прими реальность. Ведь если не будешь исполнять обязанности — тебя выкинут из клана и выживай потом как тебе угодно.- Слова вылетели сами, но ибис был и не против, заодно слабо полоснул когтями по боку, в качестве воспитательных мер. А потом тот и совсем ушел. Оставив ибиса в одиночестве со своими мыслями, он побродил недолго по клану, и потом сам подошел к Закату. Синешерстый считал того слишком добродушным и слабым, но от наличия в клане новичка из воздуха, который не представлял из себя ничего, негативные мысли только усилились. «Чему может научить такая группа?»-считал тот, никак не смелясь заговорить.

— Шторм решил не дожидаться выбора и меня включили в вашу группу охотников.

— Не ожидал увидеть тебя в нашей группе, Аконит. — Закат снова сиял как солнце, источая лишь приветствие. Раскисать ему не было повода — он теперь полноправный учитель для Каиши, да и на охоту ему ходить было лишь в радость.

— А ты… ты тот чужак, о котором все вокруг говорят? Будет забавно, если ты окажешься шпионом. Тогда это только подтвердит безответственность во главе стоящих.- Резко рявкнул Аконит и посмотрел на стоящего рядом с Закатом Кэри. Тот же не понял претензии и слабо прошипел, все же чувствуя в душе неудовлетворение словами.

— Значит с нами охотиться будешь? Наверное, даже обычного кролика поймать не сумеешь, только глянь на себя со стороны. Хрупкий и мелкий, чем тебя только родня кормила? — ибис усмехнулся уже в открытую под конец.

Инсер цыкнул и заскрипел зубами, что-то бесило его в этом наглом парне. Закат невинно потянулся, чтобы развеять напряженную обстановку, и потрепал лапами макушки обоих.

— На первый взгляд группа несуразная, но вы сработаетесь! И не надо мне тут «драконьи» бои устраивать!

Кэри и Аконит бросили друг на друга презрительные взгляды, желтошерстный с трудом вздохнул.

— Ладно. Так уж и быть! — Тёмно-синее существо развернулось и село на рядом лежащий валун.

— Кэри никогда до этого не охотился, ему придется пояснять все с самых основ, но молодняк всегда быстро учится, не думаю, что это затянется на долго. Верно?

Кэри кивнул головой, но в своих мыслях не очень и хотел он идти туда. За это время он уже пригрелся в этом клане, а внешний мир был для него не знаком. И в голове его начала нарастать паника, мысли складывались друг на друга, перекрывая здравомыслие. В голову снова вернулись вопросы: почему он ничего не знает, как тут все устроено и где хоть кто-то, кто знал его до попадания сюда.

Закат, стоявший рядом, слабо приметил исходящий от существа темный дым, но не заострил на этом внимание, скинув это на свое бурное воображение. После небольшого знакомства, ибис позвал их, и они втроём отправились из лагеря в густой и незнакомый, но такой манящий для Кэри лес.

Круглое оранжевое солнце еле проглядывало сквозь облака, кое-где пролетали белые снежинки, которые через время аккуратно падали на землю и деревья, тем самым покрывая их все сильнее и сильнее. Кэри, Закат и Аконит шли по лесу. Их лапы погружались в глубокий, ледяной снег, шерстинки уже начали примерзать друг к другу, но существа всё равно продолжали путь. Аконит даже начал приставать к Кэри своими насмешками. Закат поднял морду ввысь и прикрыл глаза, вдыхая воздух поглубже в легкие, недалеко проходил легкий запах дичи.

— Есть! — Тихо как мог, но все-таки вскрикнул Закат. Он быстро обогнул толстое, старое дерево. Нырнув в какой-то сугроб, он пропал из виду: осталась лишь нора после его прыжка. Остальные терпеливо ждали.

— Поймал! — крикнул неразборчиво он и выпрыгнул из норы, между его зубов свисал длинный хвост. Дракон. Белая гладкая шерсть с чешуёй и длинные крылья выдавали его видовую принадлежность. Он был маленьким, так что спокойно висел в зубах довольного Заката.

Дракончик писляво закричал, пытаясь укусить Заката, но не доставал даже до челюсти, поэтому просто беспомощно махал кожаными крыльями. Кэри впервые увидел кого-то кроме ибисов на этих территориях.

— Кто это? — спросил Кэри, смотря на дракончика.

— Обычный снежный дракон. Нечего волноваться. Принесём его в клан и съедим.

— Съедим? Но он же такой маленький!

Аконит подошел к Закату и с презрением посмотрел на Кэри. Инсер из-за такого взгляда потупился.

— Ты его защищаешь? Зачем? Мы всегда их ели когда находили!

— Но…

— Без «НО»! — крикнул Аконит и мгновенным движением зубов придушил бедного дракончика. На снег потекла алая кровь.

— Королева…-хрипло сказал дракончик, и его тело повисло, не дыша. Кэри завис, его зрачки сузились и нервно трепались в тёмных глазах. Рвотный рефлекс чуть не сработал, но он успел отвернуться и убежать.

— Серьёзно? Он боится крови?

— Он же еще ребенок, мало ли чего с ним до этого было! Ты его напугал!— уже с недоверием к Акониту прорычал Закат. Он призадумался и побежал в сторону, куда устремился Кэри. «Я никогда не смогу охотиться. Меня здесь не примут...» — проносилось в мыслях Кэри, пока он шёл по тому же белоснежному снегу, проваливаясь лапами в сугробы.Острые зубы были с силой стиснуты, а голова опущена вниз. Закат увидел его и подбежал со спины.

— Кэри!-Инсер дёрнулся от резкого крика и повернул голову в его сторону. Он сел около дерева и облокотился на него.

— Прости Кэри, мы не знали…Он не со зла...

— Нет. Ничего. Идём дальше.

Закат с некой жалостью посмотрел на встающего перед ним чёрного ибиса. Тем временем к ним подошел Аконит, на спине которого лежал мёртвый дракончик. Ибис фыркнул, глянув на Кэри, но пошёл вперед. Весь оставшийся путь Кэри смотрел на дракона, он даже не понял, что заставило его испытать такие странные чувства, глядя на кровь.

Солнце уже начало садиться, снег только сильнее падал с неба; крупные чёрные вороны уселись на голых ветках деревьев, оглашая весь лес безумным и хриплым карканьем. Клан начал собираться в центре поляны. Эбил тоже вышел из пещеры, полный сил и решимости. Шерсти, Пятнистая и Луната уже вернулись с разведки и всё доложили Шторму. Измотанная долгим хождением, Шерсти улеглась на чистом месте без надоедливого снега, только и пытающегося застрять в шерсти, и положила голову на свои лапы. Она думала о Закате, то, как встретит его, не случилось ли с ним чего.

Группа охотников подошла ко входу в клан. Они принесли много еды, включая снежную ягоду, которую откопал Аконит, трёх небольших кроликов и одного дракончика. Кэри всё ещё было не по себе от того случая, но, всё обдумав, он немного успокоился. Закат подвёл группу к Эбилу и рассказал об охоте, но не упомянул о случае с Кэри и его страхах. Все положили добычу в яму с едой и закрыли её сплетёнными ветками.

Закат тем временем подошёл к центру поляны с бревнами, в лапе появилось сначала небольшое пламя, но постепенно оно увеличилось до средних размеров. Закат бережно бросил получившийся шар в центр костра. Увидев яркое оранжевое пламя, ибисы активнее начали сходиться к костру. Шерсти, которая стояла около Заката, потёрлась о его загривок и лизнула в морду шершавым языком. Он ответил ей тем же.

-Как выдалась первая вылазка с каиши?

-Не сказать, что хорошо..Случилось кое-что, но это не важно.

-Будь осторожней. Сейчас очень сильные снегопады, что ненароком можно угодить в западню!-После слов Шерсти, самку посадили около костра и прижались рыжей, словно тот же костер, шерстью. На это зеленоглазая ответила тем, что аккуратно обвила хвостом возлюбленного. Хоть чувства друг к другу пробудились совсем недавно, но что-то сближало их с каждым днем, не давая им угаснуть.

-Отдохни, ты тоже сегодня потрудилась.

Так они сидели некоторое время, направив свои взгляды на костер. Холодный ветер заставлял пламя костра все время метаться из стороны в сторону. Не зря говорят, что можно бесконечно смотреть на это действо, ведь это так отвлекает от гнетущих мыслей, заставляя надолго быть загипнотизированным совместным танцем тысячи искорок.

Все это время Кэри сидел в стороне, чистил свою шерсть, испачкавшуюся за все это время. Чёрная, как ночь, шерсть была густой и сильно выделялась на снегу. Постепенно, посматривая на ночную жизнь клана, он уснул. Во сне мелькали серые картинки, бессвязные моменты прошедших дней. Но потом картинки исчезли и начался непонятный сон.

Бронзовая шерсть сверкнула в темноте, красные глаза и белые зубы появились в чаще леса. Грозный вой и визг раздавался из леса; много существ, будто облепленные кровью, группами стояли на промёрзшей земле.

Грозное рычание, полное решимости, затмило вой и визг. Кто-то стоял напротив Кэри и закрывал его своим стройным телом. Лицо было скрыто в непонятной дымке, как и тело, и только бледный белый цвет просачивался через неё. Силуэт вскочил ввысь и исчез, оставив Кэри перед кровавой толпой. Сон прервался темной пустотой, налегающей на уставшее сознание спящего существа. Кэри резко встал и открыл глаза. Головокружение не заставило себя долго ждать и от этого он упал на спину.

— Снова...

Он сидел на том же месте, где чистил шерсть. Вдалеке поля раздавались оживленные разговоры, звонкий голос Шерсти был слышен лучше всего. Рядом с Кэри лежало нечто, что пахло довольно аппетитно.

— Мясо?-Он, как мог, понюхал часть тушки кролика и, сам того не понимая, начал активно и с аппетитом есть её. Силы вернулись к нему: Инсер не ел ничего с прихода в клан. Облизнувшись, он уставился на ярко горящий костёр.

— Что это было...

— Снова в своих мыслях? — раздался перед ним насмешливый голос. На белом снегу весь им усыпанный, стояло коричневое существо с темной грудкой.

— Кстати, в тот раз я у тебя не спросил имени.

— Лао. Меня зовут Лао. Пойдем ближе к костру, я ведь знаю, что он понравился тебе, — Лао рассмеялся. Он поднял Кэри и потащил ближе к костру. Был слышен треск бревен, доносящийся из костра. Вот только пламя не чувствовалось, от слова совсем, оно лишь неестественно раскидывалось своими языками, но давало тепло. Многие из ибисов уже разошлись по своим «пещеркам», некоторые остались у костра и, сонные, говорили о следующем дне. Кэри жил здесь уже около двух дней, и только сейчас он понял, насколько тут все дружны и сплочены. Является ли эта вся идиллия результатом нахождения во главе клана Эбила или многих лет совместного проживания и пережитых вместе проблем? Тогда почему четыре клана враждуют? Инсер заметил Заката, который умиротворенно сидел и смотрел на Шерсти, отошедшую поболтать со своими подругами. Только когда Кэри оказался перед ним, то его заметил и тряхнул ушами. Закат решил посвятить новенького основам.

— Ты ведь знал, что все главы кланов братья?

— Нет, но… Братья? — переспросил Кэри, зевнув.

—Это очень долгая история, но я расскажу только кто каким кланом управляет, чтобы ты понимал, с кем тут идут дела.

Эбил представляет клан «Белый лист». Калагари — «клан Калагари», но он был убит кем-то, а кем — ещё не известно. Сорен представляет «Красную луну». Паршивый парень, ему все не доверяют и подозревают.И Мрамор — глава «Кровавого камня». Последний клан довольно скрытный, он,наверно, самый спокойный клан из всех.Потому что за все время он ни разу на нас не напал, хотя и были стычки с некоторыми воителями и то, никто не погиб.Удивительно.

— Но если они братья, то почему между ними раздор и смерти?

— У них просто разные точки зрения. Одни хотят мир, другие войну и присвоение себе земель, у остальных другие причины. Даже месть!— Он закончил рассказывать и посмотрел на Инсера, который уже заснул, и опять у костра.

— У него явно проблем нету, — усмехнулся Закат и, взяв того за шкирку, потащил в дом.

Закат заметил, что он сильно хрипит во сне. Даже когда спит, Кэри очень напряжен. Рядом прошёл еле заметный Шторм. С самого утра тот был каким-то напряжённым и хмурым.

— Что-то случилось? — проговорил Закат, глядя на Шторма. Тот подошел ближе и прорычал:

— Враги были замечены недалеко от границ.-Закат побледнел от такой серьезной информации в конце спокойного вечера.

— Но… только же недавно… Я не хочу новой битвы! — едва слышно прокричал он и побежал до дома Шерсти. Он положил Кэри на постилку и сразу же выбежал. Повеял холодный ветер со стороны леса, шерсть у рыжешкурого вздыбилась.

— Показывай! Хотя подожди. Ты точно уверен в этом?

— Не совсем. Но запах врага был около двух деревьев.

— Ты как всегда любишь пугать раньше времени! — пробурчал Закат, но не успокоился. Вместе со Штормом он побежал к тем двум деревьям. Сплетённые между собой, довольно старые деревья росли отдельно от леса.На горизонте виднелся высокий холм, принадлежавший клану «Красная луна». Вблизи текла бурная река, ограждавшая "Клан Калагари" и "Кровавый камень" от "Белого листа". Они подошли к деревьям и обнюхали территорию.

— И правда пахнет, даже сильно.

— Что они тут делали? Следили?!

— Надо увеличить дозор. От них много чего можно ожидать.-Закат прошелся вокруг деревьев.

—Тут есть ещё запах! Незнакомый и идёт в сторону леса! Я пойду проверю, а ты иди в клан и сообщи главе.

Шторм хотел вдруг возразить, но Закат уже побежал к лесу и скрылся за толстыми деревьями. Шторму оставалось только идти обратно в клан. Темнота ночи уже покрыла все земли.

Валил белоснежный снег, холодок чувствовался даже во сне. Чёрное существо сидело, погрузившись в раздумья.

— Тебя глава ждёт, быстрее, — прозвучал знакомый, спокойный голос. Он вскочил и выбежал из дома. Яркая поляна, засыпанная снегом, ослепила его. Прикрыв глаза, Инсер пошёл к серой скале, не представляя, для чего его вызвали. Существо напрягло свое тело, входя в просторное помещение внутри скалы. Здесь было довольно темно и сыро, но, видимо, главе это не мешало. Так как он спокойно сидел на мягкой кучке моха, листьев и остального сырья. Его белые узоры ярко выделялись на сером фоне.

— У тебя есть магия? — как гром среди ясного неба раздался этот вопрос перед Кэри. Он даже не знал, что ответить на это, ведь из магии он видел лишь молнии главы, приколотившие его к полу и необычный костер.А о своей магии он и понятия не имел, да и откуда.

— Магия?-Переспросил Кэри.

— У каждого ибиса есть магия. Я, например, могу создавать заряды молний. Ты выглядишь подозрительно, поэтому я хотел у тебя это спросить.

Инсер лишь покачал головой, этот отрицательный ответ не понравился Эбилу.

— Скоро я узнаю кто ты такой. Пусть это не будет для тебя секретом.

Кэри сглотнул и весь сжался.Такого настойчивого вопроса он явно не ждал. Этот грубый, полный желания знать тон, напугал его.

-А если и есть, то что будет?

-Тогда я узнаю откуда ты взялся и что ты из себя представляешь.

Эбил развернулся, после него остался только грубый взгляд, который Кэри запомнит надолго.

На горизонте появилась сначала красная полоска и спустя несколько минут сияла, только что выглянувшая, половинка солнца. Ее постоянно стремились закрыть группы падающих снежинок, но, как ни странно, им это не удавалось, они лишь репили на ее фоне. Такую холодную погоду хорошо ощущали сидящие около дерева разговаривающие ибисы. — Довольно холодная погода для такого дня! -сказало взволнованное существо, взрыхляя надоедливый снег, нагло свалившийся с верхней ветки.

— Не переживай ты! Сегодня же интересный день намечается. Надеюсь мы узнаем магию наших новичков! Если всё пройдёт хорошо, то, может, они даже пополнят ряды воинов.-Произнес один из ибисов так, чтобы подбодрить знакомую. Но та лишь удрученно попятилась на близ стоящие жилища и положила голову на руку. Как раз около одного из них и проходил Инсер, осторожно ступая на каждую кучку снега, для того, чтобы не провалиться. «Магия… Да что это вообще такое? Все говорят только об этом!» — думал Кэри у себя в голове. «Если я ничего не сделаю, то это больше подпортит мое пребывание здесь.» Он махнул головой. «В клане всё сегодня так оживлённо, но где те ребята? Шерсти нет, Шторма и Заката тоже…» Кэри долго смотрел по сторонам, но так никого и не найдя, подошел к выходу из клана. Тяжелая аура главы, делавшего обход по территории, сразу же дала о себе знать, заставив Инсера встать столбом.

-Что ты здесь делаешь? -Грубо проговорил Эбил, обойдя молодого ибиса.-Разве я не говорил о моем пристальном к тебе внимании?

-Я собрался охотиться, это запрещено? -Кэри осознанно наврал, потому он чувствовал нутром, что ему нужно туда, в лес. Такой внезапный ответ от ребенка, обращавшегося к главе, немного смутил Эбила. Ибис громко фыркнул и ушел от него, тем самым разрешив выйти «охотнику». Такое быстрое окончание напряженного разговора позволило Инсеру с облегчением выдохнуть и наконец отправиться на поиски ответа на волнующий его вопрос.

Тихий снежный день был в лесу. Везде валялся рыхлый, кое-где подмороженный снег. Чёрный Кэри шёл по нему через силу, утопая в нем. Разные резкие звуки ударяли ему в чувствительные уши, словно в локаторы. Вдалеке проскрипел снег, он насторожился, выставив широко лапы.

—Это что, запах крови? -Не понимая как, он побежал к его источнику. Долго бежать ему не пришлось, так как тут же за поворотом, Инсер остановился.

— ЗАКАТ! Ты живой? -На красном снегу лежало знакомое тело, легкие которого еле-еле делали полный вдох, оно было все в крови и укусах. Кэри прыгнул к нему, быстро прошёлся глазами по округе, выглядывая того, кто мог сотворить такое свинство.

— Беги… — прошептал через силу Закат, пытаясь встать. Вокруг них образовалось кольцо огня, оно было жарче и острее, чем в костре, посреди поля. После этого Закат упал от бессилия прямо на спину Инсера. Пламя развеялось, и в выгоревшее кольцо вошел кто-то. Невидимый. Кэри стал прикрывать тело Заката, шипя в пустоту и выставив вперед уши.

— Ой-ёй. Впервые вижу шипящее существо, как низко и странно! -В пустоте постепенно стали появляться переливающиеся чешуйки, серебряные и фиолетовые. Из чешуек выстроилось крепкое по мускулатуре существо с небольшими рожками на лбу.

— Где-то я тебя видел, интересно, почему ты еще в нормальном состоянии?

Кэри не понимал, что именно говорит незнакомец, он перестал шипеть, но продолжал смотреть на нарушителя особенно гневно.

— Неразговорчивый ты парень. Ну… Скоро мы «поговорим», Кэри. — Он снова с переливами, исчез в пустоте, оставив от себя только запах. Инсер положил лапу на лоб и с силой поправил длинную челку, залевшую на морду от сильного ветра."Кто это был?». Через некоторое время угольношкурый уже нес, чуть ли не надрываясь, тело Заката.

— Господи! Закат! -Шерсти сорвалась с места и подбежала к Кэри, который задумчиво смотрел на Заката без сознания. Она начала тащить его в свой дом, леча уже по пути. Жёлтый камень на шее Шерсти засиял, и кровь у Заката постепенно остановилась. Но голубошерстная не собиралась останавливаться: порывшись в деревянном ящике, найдя там нужную ёмкость, она выбрала определённые виды травы, цветов и корешков и кинула их туда, все размолола и смешала с чистой водой. Эту необычную смесь Шерсти дала Закату и тот, с благодарностью в глазах, полностью выпил ее.

Пока целительница лечила поверженного ибиса, Кэри продолжал стоять на поле, рассматривая свою лапу. По ней медленно стекала кровь Заката, оставшаяся там после него. Но этого было достаточно, чтобы вызвать старое, неприятное воспоминание и заставить сознание Кэри пересиливать настигшую на него сильнейшую боль (мигрень). «Кровь была такой знакомой, что её запах и цвет промелькнули в сознании. Что это было за тяжёлое воспоминание, которое можно было пробудить взглянув на такое небольшое количество чужой крови? Разве такое чувство хотел испытать еще слабый ребенок?» Мир вокруг существа изменился-превратился в тёмную и плотную дымку. Лёгкие словно сжались и притупили получение кислорода, Кэри не помогло даже раскрытие пасти и, слабым, но все же ударам по грудной клетке. Все это время свободно парившая дымка приблизилась к телу и уже проникала во все свободные пространства меж клеток тела существа, в раскрытую пасть, что ощутилось только тогда, когда ее уже было невозможно закрыть. Кэри уже больше ничего не мог сделать, только смотреть и ужасаться от жуткой боли, без возможности закричать, ведь крик полностью растворялся во тьме.

«Невозможно сопротивляться тому, кто имеет большую волю, подчиняющую тебя, можно выбраться из этого состояния лишь пережив его, как кошмар». @BlackCreatyre

— Данте Инсер! Разве вы такой жизни хотели вашему сыну? Разве нет другого пути? Это на вас не похоже, эти необдуманные действия!

— Заткнись, Зарра! Нет другого выхода, я вынес решение.-Данте Инсер был очень высоким, его грозные тёмные глаза смотрели вперёд. Тёмная, местами кровавая шерсть трепыхалась в горячем воздухе, исходящем из лавы, которая грозно булькала около существ. Его сын, похожий больше на фиолетового призрака, но с отчетливыми частями тела-Зарра нёс магией огромную книгу с выпуклыми узорами и символами. Он был более встревоженным, ведь его единственный брат был на грани.

Существа дошли до крупного, каменного замка, его охраняло четверо существ.

—Входите.

Они вошли в ворота. Длинный коридор замка освещался тускло, но существам это не мешало. Данте отворил одну из дверей, и показалась комната, вся в царапинах и плохом состоянии: каменные стены и пол были изрядно побиты, капли крови были даже в расщелинах в деревянном полу. Зарра быстро осмотрелся и вдруг услышал грозный крик и сильное шипение.

—Это все нереально! Этот мир нереален! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! ПУСТИ!-Данте опрокинул чёрного маленького подростка. Только приглядевшись, он увидел три хвоста и две пары ушей. «Не может быть! Чтобы брат…»

— Закрой пасть! Я больше не твой отец. С этого дня ты приговариваешься к изгнанию.-Данте сказал это даже не скрывая своей довольной улыбки. Даже самый плохой отец не будет так видно наслаждаться страданиями собственного сына. Чёрное существо зашипело ещё сильнее и попыталось укусить впереди стоящее существо.

— Мама! Зарра!-Зарра встал в ступор, ведь они братья, но он ничего не мог сделать для него. «Кэри…» Инсер вырвался и побежал, не зная дороги, к своему брату. Внезапный хруст костей оглушил всё помещение. Звук пронзил каждый уголок и каждую шерстинку. Услышав хруст, Данте выстрелил тёмной магией из своих красных рогов, но было уже слишком поздно-Кэри вонзил свои зубы в горло брата. Магическое заклинание попало в один из хвостов. Но к тому времени Кэри уже потерял свой рассудок. Его зрачки побелели, изо рта сочилась алая кровь. Треск продолжился, зрелище было не из приятных. Вскоре Кэри уже стоял над полусъеденным телом. Фиолетовая кровь его разлилась в лужу, пасть свободно висела на нервах.

— Собственного брата.-Неизвестный план Данте шел, как ни странно, очень гладко, он даже расслабился, но продлилось его ликование не долго-существо тут же одарили безумным укусом. Место укуса немедля превратилось в пыль, но тут же регенерировало.

-Скот. Но уже не важно.-Данте выбежал, как только Кэри превратился в тёмную дымку. Летя по коридору он пытался попасть по Кэри магией, но промахивался из-за того, что существо дымом уворачивалось от любых источников магии. Поняв, что так Инсера не схватить, Данте решает выбить окно выростом на крыле и лететь за пределами стены. Кэри остановился и вернулся в прежнюю форму. Его постоянно дергало и шатало из стороны в сторону, белые глаза ослепли от стресса, из-за них он и остановился. Уши в мгновении ока направили свои слуховые участки в сторону окна.

-Не сбежишь! — Данте, словно черная молния прижал сына к стене и направил свои рога в сторону пола. На темном полу появился сначала кровавый круг, но потом в самой его середине медленно, отчетливо начала прорезаться кровью звезда, окружая себя неизвестными древними знаками. Кровь для заклинания была словно той, которая лилась ручьями при убийстве Кэри множества существ, которых было не больше пятидесяти, не меньше.

-Можно сказать, Кэри Инсер, что ты по сути сам мне помог, сделав половину работы. А теперь, не желаю тебе удачи! — Последние слова были сказаны отчетливо и так противно, насколько это было возможно. В конце его обращения магическое заклинание завершилось огромной темно-красной дырой, в которую за шкирку был брошен трехвостый Кэри. Его лапа безнадежно тянулась ввысь, но к тому времени дыра закрылась, оставив существо в одиночестве падать вниз.

— ААААААА! — зверски закричал Кэри посреди поляны. На его лбу кровью обливалась звезда. Знакомая дикая боль распространялась на мозг и всё тело. Эбил услышал крик и в панике и неизвестности выбежал из пещеры. Жажда крови была сильнее его разума и прорывалась через сильные боли. Он припал к земле, скрипя зубами. От его тела исходила тёмная, плотная дымка из магии. Густая кровь катилась по морде и капала на белоснежный снег.

— Кэри, что с тобой?! -К нему хотел подбежать Шторм, но чувство самосохранения заставило того остановиться на полпути.

— Я не хотел это видеть. Не хотел об этом думать. Я не хотел… Я не хотел этого чувства! Или все же хотел…—с болью и гневом бубнил Кэри, стараясь не двигаться.

— Вы настолько все отставшие от окружающего мира, самих себя, что даже не можете представить, что с ним происходит.-Из пустоты появилось чешуйчатое существо, аккуратно завершая маскировку.

— Амура! — прорычал Эбил, бросивши на него свой взгляд. Ему, похоже, был знаком этот мутный тип. А Шерсти, вышедшая проверить внешний мир, и вовсе раскрыла пасть от наступившего на нее удивления, что аж кисточка на ее хвосте замахала из стороны в сторону, образуя маленький бугорчик снега.

—Ты ничего не сможешь сделать! -Он исчез и через мгновение появился около Кэри, ударив того лапой."Слишком рано…"мысленно закончил Амура, обратившись к Кэри. Тёмная магия образовала хвосты и ещё два тёмных уха. Пасть его дрожала от напряжения.

— Странное чувство, я не могу с этим ничего сделать. Уберите его…

Кровь. Тихий хрип невидимки. Кэри схватил Амуру за морду и без раздумий расколол её. Он выпустил его с расколотым черепом. Все в округе от этого взвизгнули. Заран противно рыкнул и быстро прикрыл хвостом свою сестру. Кэри противно кряхтел, словно пытаясь что-то сказать. В его глазах всё помутнело. «Ничего не вижу, только мутный белый свет колет глаза. Тяжело…».Чёрное тело упало с грохотом в снег. Весь он окрасился в тёмную дымку, тело Кэри осталось неизменным на некоторый промежуток времени. Чешуйчатый Амура панически помахал головой, встретившись со взглядом Шерсти, и стремительно слился с природой, оставив клан переглядываться между друг другом и тихо шептаться.

«Когда ты хочешь,

Но не можешь,

Тело движется само собой.

Боль морально отдаётся, Тело ноет, будто режут.

Терпи. Терпи. Конец всего так близок,

И будешь после помнить это, Как страшный, нереальный сон.»

[[image:/storage/reader-images/94afe4c3aeec23389c01b695430d46d429fb606e.jpg]]

Несколько лет назад. В «Клане Калагари» названным так из-за лицемерия одного из глав, хотевшего оставить себя надолго в лепте клана, даже бедующему поколению. Безусловно, он делал все, чтобы навести порядок в и так расшатанном прошлыми событиями клане. Но его методы были уж слишком жестоки и не укладывались в голове у многих.

— МАМА! — крикнуло голубое существо во весь голос, но никто его не услышал. Маленькая, она смотрела на свою тёмно-синюю мать. Она была уже вся израненная и лежала без возможности подняться, истекая кровью. Перед матерью стоял глава, смотря на ту, словно видел перед собой не самку, а падаль. Калагари имел небольшие участки рыжей шерсти, но большую часть тела покрывала серая, с белыми вкраплениями шерсть. Толпа существ из собственного клана оградила бедняжку, некоторые, кто разделял мнение своего вожака пялились на нее с презрением, отвращением. Но те, которые были в меньшинстве, понимали всю серьезность ситуации и смотрели с жалостью в глазах на соклановку.

— Ты предала наш клан, не выполняла свои прямые обязанности, родила от врага клана! Ты ведь знала, чем это всё закончится?!- Словами наказывал глава предательницу, яростно махая хвостом из стороны в сторону.-Тебя теперь ждет единственный конец.

— Я всё понимала… — тихо произнесла самка, прижимая уши так сильно, как только могла, из ее глаз полились прозрачные слезы. Только из-за вражды между всеми кланами сейчас все это и происходит, страдает реальная любовь и чувства. Калагари пригнулся пониже к ее шее и с силой сомкнул свои челюсти, заставив мать взвизгнуть от внезапно нахлынувшей боли. Он прокусил ее именно в том месте, где кровь текла сильнее, знание этого места пугало всех, причина подчиняться приказам главы была видна невооруженным взглядом. Калагари вдруг бросил ее тело на сухую землю с камнями. Она почти безжизненно лежала на ней, мучительно истекая кровью. И лишь ее взгляд, направленный на дочь, оставлял мнимую надежду на ее выживание. Голубое существо пряталось в кустах. Маленькое, слабенькое тело тряслось, глаза залились слезами. Калагари, заметив мимолетный взгляд самки перед своей смертью, уставился прямо на кусты, растущие недалеко от начала выхода реки из озера.

— Хватит! Достаточно смертей! —воскликнул кто-то из толпы, поразив этим самым всех ибисов, искавших такого наглого персонажа, позволившего себе такие громкие слова.

— Кто нашёлся тут, чтобы решать всё за меня? — с рычанием произнёс взбесившийся глава клана. — Ты думаешь, что мне самому это нравится? Нет! Но это моя обязанность, как главы!

— Значит ты не достоин им называться!-Из под массы ибисов вышло чешуйчатое существо. Тёмно-фиолетовая чешуя блестела на солнце и странно отливалась, будто сливалась с окружающим миром. Из его головы выходили маленькие белые рога, торчавшие около ушей.

— Ты не из моего клана. Кто ты?!-Заметил все же Калагари незнакомую личность.

— Не имеет значения. Отпусти «мелкую». — сказал спокойно Амура, махая своим тонким хвостом. Толпа сзади презренно и агрессивно смотрела на Амуру. Кто-то даже щурил глаза, пытаясь вспомнить, словно видели его уже. Калагари от этого злобно фыркнул и вцепился в шкуру ребенка. Она завопила, задергала своими короткими лапками, намереваясь оттолкнуть от себя «праведника». Скрытный Амура исчез из поля зрения. И сразу же оказался около главы, раскрывая огромные челюсти. Укус, сильный и безжалостный, пронзил шкуру главы, а после еще удар когтистой лапой по боку. Тот от боли упал на живот и, сопя, проклинал уже исчезнувшего с голубой малышкой Амуру. Весь клан стоял и не знал, что делать; все колебались. Калагари просил помощи, но никто не отвечал. Все только отворачивались и перешептывались с соклановцами.

— Предатели, — прохрипел он со странной мордой и огласил этот мир последним вздохом. Карма настигла и его, как бы это гнусно не звучало.

— Умер?-К главе сбежались все присутствующие. Кто-то вызвался перетащить тело к месту будущей могилы. Его похоронили прямо у озера, у больших каменных скал. Про него быстро забыли, а близкие к нему существа оплакивали внезапно настигшую потерю. Так как клан не мог позволить себе обходиться без главы, пришлось быстро выбрать кандитата на это важное место. Ближе к вечеру было все решено и выбран подходящий.

—Эта внезапная утрата не должна повлиять на нас, если мы будем переживать на этот счет, мы никогда не вернем былой клан! Я сделаю этот клан мирным, стойким и процветающим. Мы дадим отпор всем врагам и никогда больше не допустим похожих ситуаций. Стиерона, как бы это предательски не звучало, была замечательной матерью и до конца не давала тронуть свое дитя. Разве это не образец для подражания? Но запреты будут всегда, и наказание за них будет по степени их вреда жизни клана, жизни соклановцев.-Закончил свою неумелую, но вдохновляющую речь. Все в унисон застучали лапами по земле, образуя ритмичный топот, приветствуя так нового главу — Рейгана.«Кто знает, правдивые ли это обещания?»

Они бежали долго и без остановок. Кровь капала с голубой шерсти. Ей было больно и физически, и морально. Рядом бежал уже встревоженный этим Амура, но его морда не говорила об этом.

— Кто вы? — спросила она наконец, когда они остановись у реки для утоления жажды. Вода в ней была прохладной и прозрачной.

— Амура. Больше тебе знать не надо. А тебя как называть?- Существо подчерпнуло лапой воду и выпило ее прямо так.

— Шерсти. — Из-за её голоса это прозвучало гордо и звонко. Амура фыркнул и прыгнул в реку, образовав множество капель и волн. Самочка пошла за ним. Для маленького ребенка плавала она неплохо. Перебравшись с трудом через реку, они встали и осмотрелись. Шерсти больше для ознакомления с местностью, а Амура для определения дальнейшего пути.

— В лесу есть клан. Я отведу тебя туда, они тебя не тронут, не так, как собирался сделать это твой «глава»— настойчиво проговорил он и побежал по полю прямиком к густому, темно-зеленому лесу. Маленькую Шерсти испугали деревья исполинских для нее размеров. При каждом шаге она смотрела под лапы на траву, которой в ее клане было очень мало. Та осторожно щекотала ее бока и нагибалась под ее весом.

Птицы пели свои серенады, которые отражались от каждого листочка и разносились ветром по всему лему, разные дракончики летали над головами ибисов. Деревьев становилось всё меньше и меньше, и вот уже выглянула из кустов лесной ягоды полянка.— Амура… -Умоляюще начала уж обращаться к спасителю голубошерстная, но того словно ветром сдуло, сбежал очень незаметно и тихо. Шерсти с дрожью вздохнула, не представляя свою дальнейшую участь. Ее тело рефлекторно задвигалось, почуяв опасность.

— Чёрт! Я же учуял его запах! Архх.-Рыкнул раздосадованный незнакомец, возрастом примерно с Амуру. Кровавое тело слонялось около кустов, пиная траву. Его морда выражала недовольство. Хруст. Шерсти случайно наступила на сухую ветку, и существо тут же повернулось в её сторону.

— Это же он про тебя сказал, смываясь с поля?-Пробурчал недовольный своим другом Заран. Шерсти подняла на него свои салатовые глаза и ощетинилась, но любопытство и незнание взяло над ней верх.

— Ты его знаешь? Где я и кто он?- Она взяла себя в лапы и стала опрашивать впереди находящееся существо.

— Он? — Заран рассмеялся, проводя по морде лапой. — Воитель, не выполняющий свои обязанности и постоянно уходящий с территории клана! А ты, за мной!- скомандовал тот и повел ребенка в центр поляны.

-…Не выполняющий свои обязанности…?- Ее немного дрогнуло-эти слова повторились через такой маленький промежуток времени, что Шерсти тут же вспомнила мать и хрипнула от чувств тоски и печали, сжимающие ее грудь.

-Ну…Чаще всего он просто отлынивает от надоедающей его работы, залезая повыше на дерево. Также он постоянно уходит, даже терялся не раз. И даже на данный момент, он сбежал, как последняя полевая МЫШЬ!- Заран одарил последнее слово таким рыком, что ибисы, проходившие рядом с ним, неловко пошли в другую сторону, избегая неприятностей.

-Теперь понимаю…А куда мы идем?- Самочка рассматривала все природное окружение, удивляясь необычным архитектурным способностям жителей данного клана. Хотч это были простые шалашики, жилища из мха, веток и глины, но это все ее восхищало.

-Тебя необходимо провести к нашему главе, чтобы он решил, как нам с тобой поступить.- Устало ответил Заран, подходя к месту назначения- это была скала с пространством внутри. Сбежавшую из клана встретил глава и, после долгих разговоров о том кто, как и откуда она пришла,разрешил ей войти в состав клана «Белый лист»

В лесу раздавалось карканье ворон, фырканье мелких дракончиков, снующих в траве под палящим солнцем. Амура неуверенно остановился, глянув в лесную пустоту, и, противно скрипнув зубами, взревел, чуть не плача:

— Что ж тебе ещё надо от меня?! Что я сделал такого, что ты меня преследуешь и заставляешь делать всё это?

— Я вроде говорил, без лишних вопросов и разговоров, а не то будет хуже всем, включая и тебя. — проскрипел кто-то напротив Амуры. Он был его копией, только темнее и без глаз, окружённый мутной дымкой. Чешуйчатый сильно сжал острые зубы и поплёлся дальше, пройдя сквозь него. Дым рассеялся и распластался на темной траве тоненьким слоем.

—... Амуру никто не видел с того дня…Как пришла ты. — сказало зелёное существо, разминаясь на полу пещерки.

— Куда же он исчез? — зевнула Шерсти, готовясь ко сну. Её глаза были уставшими. Рядом лежал Кэри, весь в ссадинах и застывшей крови, его бока с тяжестью вздымались и опускались. «Амура, что же ты делал все это время?» Голубая самка грустно устремила свой взгляд на потолок пещеры и тот, словно убаюкивая, позволил напряженному мозгу уснуть.

С высока, со всех сторон летели группы снежинок, соединяющиеся в большие потоки, закрывающие почти все небо непроглядной белой пеленой. Сильные порывы ветра были настолько ледяными, что почти каждое существо, стоявшее на этой земле, дрожало от непереносимого холода. Морозной корочкой стали покрываться деревья, снежные дракончики стали выбираться из-под снега, почуяв похолодание. Их радостным взглядам можно было только позавидовать, ведь накаляющаяся обстановка не сулила ничего хорошего.

— Ветер с севера дует... Дракон просыпается.

Словно тысяча иголок кололи тело Кэри, голова трещала от боли, шею сжимало что-то очень тяжёлое. Он резко проснулся после двух суток непрерывного сна. Голова упала на землю, не успев подняться. Кэри провел лапой по шее. «Металл и магия... Снова те оковы Эбила?» Ошейник плотно сидел на шее существа, от него исходили мелкие искорки молний. «Аргх! Больно-то как! Что вообще случилось?» Воскликнул тот в мыслях и осмотрел знакомое жилище в поисках хотя бы кого-то. Теро, стоявший около входа, зашевелил ушами и быстро куда-то исчез.

— Чёрт тебя дери! Мало того, что Амура заявился, так еще и новичок спятил!-Эбил пнул лапой камень, после чего сел весь нервный на холодный пол пещеры. Его шерсть вздыбилась и стала походить на иголки. В этот момент Шторм вбежал в пещеру вместе с Теро, их взволнованные взгляды говорили об одном и том же.

— Он проснулся, Эбил. — Теро дрожал, смотря на пол и собрав все свои силы, чтобы не упасть от усталости и холода, накатившие на него от ауры страшной пещеры.

-Понял…Можете идти.- Ответил глава, смотря при этом в каменный пол.

— Пойдем, Теро. — Шторм толкнул его в шею, и они выбежали из пещеры. По всему полю постоянно раздавался хруст снега и порхания птиц, драконы свободно летали высоко в небе над территорией. Кэри вышел из пещеры, при этом его лапы подкашивались, хвост поджимался из шага в шаг. Существа, которые стояли недалеко от Инсера, косо на него поглядывали, но несмотря на это атмосфера была более праздничной в клане. Подростки бегали друг за другом, выкрикивая что-то неразборчивое, разговаривали с другими ибисами. «Сегодня будут выбирать не только группы для охоты и дозора, но самое главное — сегодня будут предоставлять воителям Каиши!» — раздались слова яркого Заката в голове. «А ведь уже довольно много времени прошло с того разговора...». Все еще пытаясь прийти в себя, Кэри тер свои мутные глаза лапой, но от этого становилось только хуже. Позади него во всю проходил диалог между участниками молодой группы.

— Надеюсь мне достанется хороший учитель! — с набитым ртом пробубнило знакомое существо. Лао разлёгся на белом снегу и хрустел костями какой-то тёмной птицы. Его глаза ярко светились, но, когда он повернулся, свет в них погас, и он приуныл- его беспокоило состояние новичка, то, что произошло вчера было довольно страшным зрелищем. Кровь, зверский крик чешуйчатого раздался тогда на всю поляну, а ведь Инсер казался ребенком, не способным на такие ужасные вещи. Поглядывая на него со стороны, Лао приметил на его шее тяжелую вещь, похожую на металлический ошейник. Но ибису было непонятно одно, почему Эбил нацепил на него это, если никаких магических сил он не использовал.

— Что будет с Кэри..? — скорее для себя спросил Лао, проникнувшись жалостью к новичку и закончив трапезу. Никто не услышал его вопроса, но существо и не ждало никакого ответа. Встав на все четыре лапы, отряхнувшись от свежего снега, он поплелся в сторону какого-то жилища. Там жил Шторм; его дом отличался от остальных более аккуратным строением и удобным расположением, как и позволялось главному советнику главы. Лао даже стучаться не пришлось, пепельношерстый сам вышел к нему, направив на него вопросительный взгляд.

— Шторм, позволь отправиться на охоту. Размять лапы…

— Хорошо, но наверняка это не главная причина твоего ухода?-Лао от этого немного замялся, отводя взгляд.

-И еще…Кэри ведь исключат из клана?

-Нет, Лао. Не тебе решать, как поступать с членами клана. Он не ранил никого, а ошейник-лишь в качестве предупреждения.-Спокойно пояснил Шторм, чтобы молодой ибис не переживал, а продолжал выполнять свои обязанности. Лао стремительно отбежал от советника, попрощавшись со всеми почестями. «Хух... Хоть немного соберу свои мысли в холодном лесу за охотой!». Вдохновил себя самец и мгновенно направился в лес. Никак не ожидав встречи, рядом прошел горделивый Аконит, со вскинутой вверх мордой, неохотно заставивший Лао остановиться и выдохнуть от сразу же развеявшихся мыслей.

— Я с тобой!- Каштановое существо удивилось внезапному решению, но мотнуло головой в знак согласия, нельзя же было такому упрямому существу отказывать. Откажешь-век будешь у него под зубом! Так как скоро собиралась состояться особая церемония посвящения, Аконит решил помочь охотникам пополнить запасы еды к этому празднеству и выбрал в этом деле себе помощника, буквально пробежавшего перед носом.

-Ну что ж, пойдем, помощничек!- Аконит усмехнулся от собственной шутки, но, увидев неудовлетворительным взгляд Лао, почти весь путь до конца поляны молчал от досады. Редкий снег, подтаявшей поляны от тепла кострища, резко сменился на глубокие сугробы и толстые деревья. Их голые ветки окружали подмороженные тела охотников, плотный снег защищал многочисленную дичь, спокойно прятавшуюся под ним. Рядом пролетело знакомое тело дракона с острыми крыльями. Немного тёмная шерсть выделяла его, но он был прытким и ловким, показывая эти качества множественными кульбитами в воздухе и плавными танцами со снежинками, создавая из них целые вихри и тут же распуская те, словно снежный салют. У Аконита пробежало внутри неприятное чувство: слова Кэри крепко въелись в его сознание. Он отпрыгнул и пошёл раздраженно копать снег, все вспоминая ту вылазку.

В клане тем временем раздавалось воистину громкое шипение и рычание, шерсть существ стояла дыбом, а Кэри выгнулся, чтоб казаться намного больше, чем был на самом деле. Ведь ростом он похвастаться не мог, в отличие от других представителей этого клана. Когти Зарана глубоко впились в землю, он хотел поцарапать его бок, но ибис быстро отпрыгнул назад, оперевшись там на длинный хвост.

— Такой мелкий, а уже дерзит старшим! Что это было несколько дней назад, не объяснишь?!-Чёрный лишь повёл ушами на такие громкие предъявы в его сторону, не сводя глаз со стоящего перед ним «врага». Его пустой взгляд въедался в кровавую шерсть Зарана, но её продолжало смазывать, что-то очень неприятное. Кэри протер лапой место около глаз, видимо являвшимися причиной. С этого момента он и начал осознавать, что зрение у него начало ухудшаться. Но телу с темно-красной шерстью до этого не было дела, перед ним стоял тот, кто буквально пару дней назад разломал череп заявившемуся ниоткуда фиолетовому ибису. Его не устраивало то, что такое опасное существо еще может оставаться в клане хоть день.

— Я не знаю, что произошло! Чего лезешь ко мне?! — Кэри огрызнулся, уже взбешённый нахождением этого негодяя возле себя. Тело еще не успело отойти от того «изменения», когда его будто рвало на части и тут же за этой болью следовала другая, более фантомная и горящая, появляющаяся в самом сознании. Инсер вдруг взялся за ошейник, когда почувствовал горечь в глотке. Всё тело содрогнулось и изо рта полилась жгучая алая кровь. Он не понял, что случилось, малую часть боли подавлял ошейник- похоже он был против него. Заран с брезгливостью подошел к корчавшемуся от боли черному существу.

— Что с тобой?— немного робко сказал тот, пытаясь прикрыть гнев, с которым он пришёл к нему.

— Ошейник. К-ха. Делает только хуже…- Кэри попытался снять противный металлический ошейник, послышался скрип когтей о металл, но, как и ожидалось, ничего не произошло, его лишь ударило током, от чего тот быстро отдернул лапу и зашипел, словно змея. Эбил надеялся на то, что его приспособление в целях безопасности сможет ограничить использование неизвестной магии, но в итоге оно возымело обратный эффект. Тело Кэри не имело никакой магии и поэтому ошейник начал непроизвольно впускать ее, тем самым организму постоянно приходилось ее отвергать.

— Он все еще здесь...Уберите…Снимите эту дрянь!—Закричал Кэри и упал на живот. Немного полежав, он вскочил и выбежал с поля. Бока его тяжело вздымались, все силы были направлены на снятие ошейника. Перед глазами мелькнуло бледное, красное пятнышко. Приблизившись к нему, он понял, что это был ребёнок. У неё была растрёпанная шерсть, волосы на голове, яркие глаза горели желанием помочь, но было и что-то отталкивающее. Точно! Эта неугомонность и решимость в глазах маленького существа была слишком похожа на взгляд Зарана! Что делает его сестра здесь?

— Привет, меня зовут Карелия. Тебе нужна помощь? Я видела, как ты убежал с поля.-Спокойный голос заставил Кэри успокоиться и тяжело сесть на поваленное дерево. Он лишь пристально посмотрел на нее, ничего не ответив. Карелия потопталась на месте, после подошла к нему и посмотрела на ошейник, испускающий слабые разряды. Тонкие пальцы сестры Зарана ловко перемещали все крепления в конструкции, чертили непонятные символы. Внезапно, после нескольких минут томительного, болезненного ожидания, произошёл щелчок. Кэри взвизгнул от неожиданности и наступившего облегчения, незамедлительно отцепил с шеи бесячий ошейник, грубо стукнувшийся об камень.

— Я видела, как он создавался, даже наблюдала, за тем как его используют, причём не только на тебе. — Карелия немного задумалась и прибавила, смотря на брошенный предмет. — Тебе было больно из-за него, не так ли? Обычно он просто блокирует магию, но на тебе он подействовал крайне агрессивно.

— Слишком много слов, — отрезал Кэри слова ребёнка, и на его морде появилась легкая улыбка.- Я благодарен тебе за помощь.

От этого алая Карелия незаметно покраснела, она взяла в лапу горсть снега и смяла его так, чтобы тот превратился в лед. Мягкая теплая лапа, прикоснувшаяся к черной шее, мигом заменившись на приятную прохладу, исходящую ото льда. Он медленно охлаждал усталую кожу и, когда снег растаял, повела Кэри обратно на поле, не замечая недовольное выражение морды пострадавшего. В этот момент Лао уже вернулся с охоты, принеся немалое количество добычи в пасти. Подойдя к яме, бросив нее пищу он приметил небольшое скопление сородичей на окраине поля. Оставив закрытие хранилища на Аконита, блеснувшего шерстью совсем недалеко, длинномордый ибис подошел к интересующему его месту. На самом же деле толпа уже расходилась по свои делам, а на поле разговорились двое существ: крупный, мускулистый Заран и его сестра, возмущенная действиями первого, активно пыталась доказать свою правоту. Низкий Кэри, к удивлению Лао, был уже без ошейника. Когда его успели снять? Поняв свою неправоту, кровавый ибис громко цыкнул языком и отправился за небольшой гладкий камень, служивший иногда как стол. По его взгляду, даже из далека, было понятно, что тот сделал это больше ради того, чтобы не расстроить собственную сестру. Это было неожиданно благородно с его стороны, не перечить младшим, да и сказанное Карелией было обоснованно. Самка потрогала легонько свою подвеску в виде клыка на шее, а позже поздоровалась с Лао, хотевший было уйти. В ответ он махнул кончиком хвоста, стараясь глазами найти место для отдыха. Но из пещеры вышел сам глава клана «Белый лист» и на него сразу же переключились все взгляды, развернулись уши ожидавшие его слов, как дождь в пустыне.

Был слышен гул около глубокого оврага от быстрого копания земли. Пыхтение и недовольство раздавались над будущей могилой Сорена. Его уже поблёкшее тело, покрытое крупными листьями, лежало рядом с ямой. На закате влажная яма уже засыпалась землёй. Все прощались с умершим главой клана, прикрыв глаза и прильнув к земле, показывая так свое почтительное отношение к погибшему главе их клана. Спустя некоторое время существа разошлись по жилищам, и лишь коричневый ибис продолжал сидеть около могилы.

— Я обещал, я обязательно выполню данное мной обещание…

Слёзы сами собой покатились по его морде, но грусть Соэля заглушил гром, раздавшийся неподалёку. Начал капать дождь и тогда он грозно начал грозно выть. Когда шерсть уже промокла, он пошёл на территорию клана. После смерти Сорена Соэль стал главой клана «Красная луна». Ему надо было теперь думать не только о мести, но и сохранности клана. Хотя, как показывает время, и тому и другому свою жизнь отдать не выйдет.

Зима. Близ клана «Красная луна».

Земляные стены оврага защищали клан от чужих глаз. По его дну были расположены жилища существ, были и поваленные деревья, под которыми ютилась кладовка пищи, и глубокие пещерки в стене. В одной из таких пещер жило белое существо, покрытое белоснежными, пушистыми перьями. Узкая мордочка зевнула в темноте пещеры, лёгкие крылья яростно растребушились, так как за ночь на всем теле появилась противная влага и они желали поскорее избавиться от этого ощущения. Рядом за стеной лежал Пестристый — друг Норы. Самка ткнула хвостом своего друга и он медленно открыл глаза спросонья.

Яркий самец встряхнулся, встал и вышел из пещеры. Недалеко от выхода пробежало существо цвета янтаря. Нора остановила и её, расправив перед ней свое короткое крыло.

— Ты тоже идешь со мной, Янтарка.-Та фыркнула в знак согласия и закашляла, слабо постукивая по груди.

— Ты, видимо, заболела, вон как побледнела! —Переживая за сокланницу, пробурчал вышедший из пещеры Пестристый — ему явно не понравилось то, что его разбудили.-Тебе бы к лекарю поскорее.

— Нас вызвали, — сказала Нора и побежала к концу оврага. Соэль стоял там, трогая от утомительного ожидания лапой снег. Услышав приближающийся топот лап, он выпалил подготовленную речь, даже не поворачиваясь к ибисам.

— Янтарка с Пестристым идут на разведку, а Нору я попрошу остаться.

Янтарная самка и Пестристый переглянулись. Второй, вспомнив не самые приятные моменты из прошлого, не мог воздержаться от просьбы. А в прошлом Сорен совсем не думал о своем народе, прячась в своей пещере днями. Тогда по клану прошлась белая хворь, отправившая треть клана в могилу. От воспоминаний его бросило в дрожь.

-Но Янтарка заболела! Если ей продолжать поручать задания в такие холодные дни, она долго не протянет. Ей нужно к лекарю, глава! -Умоляюще сказал за больную самку Пестристый и, понимая жестокость главаря, опустился на снег животом, вытянув лапы вперед. Даже со спины, можно было ощутить тяжелое негодование, повисшее на группой.

-Если она придет с задания живой, то может пойти к нему. Я не собираюсь отменять разведку только из-за нее. -Жестоким тоном ответил на сильную мольбу Пестристого, который, опустив от печали уши, поднялся и побежал за Янтаркой, дабы следить за ней весь путь и в случае ухудшения ее самочувствия он мог ей помочь. Нора с ужасом посмотрела на Соэля, так несущественно отреагирующего на болезнь самки, поставив ее жизнь под угрозу. Но пристальный взгляд главы заставил ту выкинуть все мысли из головы, чтоб чуть что не получить наказание за непослушание.

— Нора… Я поручаю тебе очень важное задание.-Соэль строго рассказал ей своё задание со со всеми подробностями. На морде крылатой появилась ухмылка, кисть на конце хвоста беспокойно замахала.

— Я выполню его как можно скрытней.-Она подняла и опустила голову, резко развернулась и отправилась назад к центру оврага. «Рххх. Этот Соэль…» — прорычала Нора у себя в голове и прыгнула на выступ из земли. Из-под лап посыпался снег, ещё прыжок, и она оказалась на верхушке холма, откуда открывался вид на реку и густой лес, занимающий самую большую площадь внутри цепи гор. Самка выдохнула теплым паром- настолько холодной в этом году обещала быть зима, если уже в начале зимы такой леденящий ветер.

Над поляной полной ибисов всех возрастов и видов пронесся рык Эбила, все повернули голову в сторону скалы, навострив уши.

— Как вы знаете, сегодня будут выбираться Каиши для воителей. Каиши созданы для тренировки молодых существ и увеличения сплочённости всего клана. — Он прокашлялся и продолжил, глядя на всех. — Закат уже знает своего Каиши, но к нему ещё добавляется Аконит.

Аконит посмеялся, но тут же умолк под гневным взглядом Заката. Черношёрстный тоже заинтересовался, переставляя лапы на земле от напряжения.

— У Шторма будут Лао и Карелия.

Названный воитель гордо вытянул шею и, махая хвостом, посмотрел на своих учеников. Те ответили мимолетным перебрасыванием слов между собой с нескрываемой радостью, что теперь они будут обучаться вместе.

— И последний… Мак, у тебя в учениках пока будет Дакане.

«Первый раз слышу эти имена», — подумал Кэри про себя, но не найдя их в поле зрения прекратил эту идею. Мак стоял в стороне ото всех и только быстро качнул головой. Дакане же захлопал глазами, сообщая всем близким эту новость.

-Клан, на этом все. Учения будут проходить строго по расписанию, которое воители уже должны знать. Все названные ибисы официально теперь стали нашими Каиши, что в скором времени могут стать новыми воителями и защищать клан от нападков судьбы. Вам, Каиши, остается лишь внимательно следить за своими учителями и обучаться от них мастерству, что те получали ранее точно также многие годы. Посвятите им несколько напутствующих слов. На этом собрание закончилось.-Эбил прошелся по скале острыми когтями передней лапы, объявляя конец речи и скрылся с глаз клана.

— Он сегодня не в духе, — прошептал Закат, кажется понимая из-за чего, ведь недавно произошла неприятная стычка, что показала истинный лик некоторых личностей, включая Инсера. — Пойдем, Кэри. Пора начинать тренировку. Нам ещё за Аконитом идти.

Ветер морозил всё тело, хотелось просто пролежать у костра весь день, но приходилось передвигать лапы, которые можно было только через силу проталкивать сквозь ледяные холмики снега.

В конце концов они вышли на довольно широкое место в лесу, без единого деревца на большом пространстве. Зелёные глаза Аконита сверкнули в предвкушении, довольная улыбка растянулась на морде этого существа. Золотошёрстый встал в довольно крепкую стойку. Мышцы обоих напряглись, хвосты быстро поднялись, показывая яркие кисти. Закат собирался начать объяснение первого урока, но синее существо с более светлыми переливами в зоне груди решило «отпраздновать» первую тренировку этой самой тренировкой.

—Смотри и учись, малявка!

Наиболее самоуверенный из них кинулся на товарища, быстро преодолевая расстояние. По пути он взял магией некую острую палку, думая, что она поможет ему в битве. Вот пронесся удар, разворот и синее существо уже валялось на снегу, сжимая челюсти от боли ушибленного бока. Закат с лёгкостью повалил его, возмущенно сжимая клыки.

— Аргх!

Отряхнувшись от снега, существо махнуло крепким хвостом и прыгнуло на Заката, обвивая того хвостом.

— Поздно! -Закат в миг воспламенил шерсть на спине и обжег Аконита так, что тот сразу слетел со спины. Покатавшись по снегу, самец смог затушить огонь.

— Это нечестно, придурок! -Лапы и хвост его были подпалены, а глаза горели.

— На войне все средства хороши. Даже если это тренировка. Но так нападать без пояснений- ужасный проступок с твоей стороны. Я ведь ничего не сказал делать! -Пока Закат жестоко отчитывал ибиса, тот глянул на Кэри, с интересом смотрящего на это «представление».

— Так вот зачем ты всё это устроил. Ты ведь нам хотел что-то сказать? — проговорил черношёрстый, напоминая о главной сути пребывания тут, подходя ближе.

— Верно. Вы же знаете, что магия проявляется только у тех, кто много тренируется и имеет склонность к этому? Так вот, одна из основных задач воителей — выявление этих способностей у Каиши. А потом уже их отшлифовка в таких поединках.-Аконит на эти слова вызывающе закатил глаза. Внезапно глаз заметил, как на вершине дерева с хлопком взлетел дракон-тот был крупнее всех остальных. Но не только этим он выделился среди остальных- на его голове красовались огромные фиолетовые рога, обозначая важность этой персоны, среди других драконов.

— Что здесь делает этот дрест?! — взвизгнул самец, подняв клуб снега в воздух.— Это плохо. Очень плохо!

— Успокойся, Аконит! -Закат тронул его лапой, от того него веяло тревогой.

— А что с ним такое? — Кэри посмотрел на удаляющегося вдаль необычного дракона, вызвавшего такую бурную реакцию.

— Это самец, принц Дрест. Он находится на особом счету у королевы, а если он здесь, то и королева близко. Она может заморозить всё: и места живого не останется.-«Это видимо его и пугает.»

Раздался громкий крик Дреста, и тут же дракон исчез из виду.

«Как я ненавижу зиму!»-Нора бежала по открытому полю, постоянно спотыкаясь. Вдруг её уши уловили звук, она остановилась и прислушалась. Из-за деревьев вылетел Дрест и со свистом пронесся около пернатой. Прижаться к стволу означало спасение — она именно так и сделала. Через пару мгновений после того, как скрылся дракон, Нора услышала голоса. Когда они начали стихать, пернатая отдышалась и стала слушать.

Тренирующийся с Закатом Инсер услышал, как хрустнула вдалеке ветка. Одним движением он показал двоим друзьям замолчать. Медленно и беззвучно он двинулся к месту, где притаилась Нора. Приметив, что ее по-видимому заметили, она вспорхнула изо всех сил и повисла на ветке: так она пыталась скрыть свое присутствие, как могла. Белые перья разлетелись по округе. Нора была на пределе.

— Перья? В таком-то месте? — С удивленным выражением мордочки Кэри осмотрел перо, упавшее с неба, а ведь никого не было поблизости. Посмотрев на товарищей и увидев отрицательный ответ, он отошёл от дерева с пером в зубах. Сидящая на ветке Нора с облегчением вздохнула, расслабив уставший хвост и продолжила свою слежку.

Все продолжили свою тренировку, но уже без какого-либо настроения. Новость о «Принце» и королеве никак не хотела уходить из головы —надолго был посеян страх, невидимый и глубокий.

За темный лес стало спускаться солнце, одаривая последние секунды своего пребывая здесь своими золотистыми лучами. Все стали расходиться по домам, но костёр продолжал горел своим обжигающим пламенем. Шторм устало бродил по краю клана с Закатом, обсуждая первый день тренировки с ним. Пепельный воитель говорил чаще своего соклановца.

— Лао и Карелия хорошие ученики, но они слишком молоды, чтоб заниматься с ними чем-то серьезным… Ни капельки магии не чувствую от них, — в его голосе звучала и тревога и гордость. В этом году у молодого населения клана магия не до конца развита для их-то уже возраста. Только усиленные тренировки выявят их сильные стороны в магии. Шерсть на загривке Заката вдруг воинственно вздыбилась.

— Знакомый запах! Враг? — Шторм хорошо принюхался. Прикрывая глаза для большего эффекта и, тоже учуяв запах недобро задвигал пастью. За деревьями послышался топот лап, что-то белое мелькало за ними.

«Черт, заметили!»-Панически подумал про себя белый силуэт, снова скрываясь за густыми ветвями куста. Прыгнув, она спикировала на ствол дерева и зацепилась на нем когтями, переводя дыхание. Воители быстро переглянулись и с рычанием бросились в гущу леса.

Рассматривая все возможные и невозможные пути отступления, Нора продолжила бежать как сумасшедшая, оттолкнувшись от дерева. Её крылья жили своей жизнью, совершенно не слушаясь. Перед ней вдруг начал медленно таять снег, от чего та чуть не подпрыгнула-её окружил жгучий огонь. «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» Её мысли были наполнены угрозами, ведь она никогда не попадалась в подобные ловушки. Если ей сейчас не убежать через огонь, ее схватят и она не сможет выполнить задание главы. Нора встала в угрожающую позу и приготовилась бежать. Перья вздыбились на ее спине, жар охватывал округу так, что снег начал таять даже на деревьях. В круге огня образовался проход, и через него зашли воители клана.

— Кто это тут у нас. Прихвость Сорена?! — воскликнул Шторм, оскалившись. Нора молча стояла и быстро мотала головой в поисках выхода из этого кольца. Закат попытался схватить ее, но та резко вырвалась и пробежала через оранжевое пламя. Самка выбежала оттуда вся в огне, перья стали в некоторых местах черными. Обвалявшись в снегу, пернатая побежала дальше, не обращая внимания ни на обуглившуюся кожу, ни на препятствия на ее пути. Закат и Шторм в шоке от увиденного погнались за нарушительницей.

Но Нора бежала быстрее воителей, поэтому, уже когда она покинула территорию клана, преследователи отстали, посчитав, что её лучше не сопровождать на чужую территорию, а то ещё самим достанется. Самка остановилась, упав на передние лапы, переводя тем самым дыхание. Хоть она и была быстрее их, но сил потратилось не меньше. Успокоившись и, поняв, что за ней уже не бегут Нора вернулась к Соэлю и доложила то, что должна была.

-Чего-то ты рано.-Прорычал Соэль, лежа на таком месте, где было меньше всего снега.

-Просто произошла небольшая проблема…-Самка подогнула белые крылья при виде недовольного выражения морды главы,-Но я нашла того, о ком вы говорили. Он был с несколькими воителями «Белого листа».-Быстро продолжила она.

— Прекрасно. Они даже ни о чём не подозревают... Нора.

— Да?-Нора зализывала ожоги, но, как только услышала своё имя, тут же перестала и посмотрела на Соэля.

— Ты должна втереться в доверие к Кэри, и после этого... — Соэль сделал драматическую паузу, пытаясь сразить Нору харизмой. — После этого ты должна будешь загнать его в ловушку, где уже я с ним разберусь.

— Я поняла вас. — Нора не знала, как именно она это сделает, но ей не хотелось больше слушать болтовню надоедливого главы, который только и делает, что пытается выцепить ибиса из клана.— Я сделаю всё, что в моих силах.

— Хорошо. Можешь быть свободна.- Завершил разговор Соэль тем, что отрезал слова самки под конец. Нора развернулась, и, как только она отошла подальше от жилья Соэля, к ней в голову тут же пришла мысль о том, как же ей познакомиться с Инсером. На следующий день и слова не сказав, она побежала на окраину леса, где были только редкие деревья, намного ниже тех, что росли в самом лесу. А шла она к тому, кто однажды пришел в их клан с ужасными ранениями после битвы и рассказал главе о местонахождении Кэри. Но только через несколько месяцев Соэль решил проверить его слова.

Амура лежал на холмике возле реки, когда к нему вдруг заявилась неизвестная, пробираясь сквозь снег.

— Здравствуй, Амура.

— Знакомы?-Подозрительно прорычал чешуйчатый самец, следя внимательно за каждым шагом пришедшей.

— Нет, но я знаю, как ты можешь отомстить своему врагу, что ранил тебя.

— Самочка, вы что-то попутали, у меня нет врагов. Разве что они меня ненавидят, но мне мстить некому.

— Да что ты? А как же тот самый, из-за которого твой череп треснул? Кэри Инсер, кажется.

— Откуда ты...-Амура прикрыл свои глаза, услышав знакомое имя, от которого заболело то насущное место.

— Это неважно. Важно то, что если ты согласиться мне помочь, тогда глава убьет его.-Амура медлил с ответом и бросил на Нору презрительный взгляд, сузив зрачки.

— Каков процент того, что он умрёт? Вы тогда мне не поверили, так почему я должен верить вам?-Решил уточнить на всякий случай фиолетовый самец, готовя свой окончательный ответ, зарывая лапу в словно песочный снег.

— Достаточный, если ты согласишься.-Ответила Нора, расправляя крылья в стороны.- Если я бы хотела обмануть тебя, меня бы уже давно убили.

— Хорошо, я согласен.- Сказал Амура после нескольких минут хождения в раздумьях по кругу. Решив, что нужно посвятить Амуру, крылатая рассказала ему весь план Соэля и то самое предложение, которое Амура должен был донести до Кэри этой глубокой ночью.

Черношёрстный тихо сопел в доме Шерсти, на улице была кромешная тьма. Под покровом ночи Амура, как невидимая змея, прополз в жилище, где спало существо. И через минуту над Кэри стоял Амура, с неистовым гневом смотря на него. Кэри приоткрыл глаз, и увидел над собой мутное, огромное змееподобное существо. Как только оно поняло, что Кэри его увидел, оно представилось.

— Меня зовут Амура. Моя задача — сообщить тебе, что тебя ждут...-Кэри вскочил в защитную стойку и начал тихо шипеть так, что у Амуры зубы сами собой стиснулись от гнева.

— Я не собираюсь на тебя нападать, — сказал Амура нехотя.

— Кто меня ждёт?! И вообще, я могу сейчас поднять тревогу.

— Это твоё дело. Если ты поднимешь тревогу, тогда не узнаешь, кто же ты, как здесь оказался, да и вообще откуда ты. Я-то в любом случае выйду сухим из воды.

Инсер продолжал грозно смотреть на него, ничего не отвечая. Его манера разговора и внешность казались ему до жути знакомыми.

— Я так и думал, конечно, зачем же тебе доверяться незнакомцу, чтобы узнать всё о себе от какой-то Норы... — Амура развернулся с ухмылкой на лице, и это не сулило ничего хорошего. — Бывай.

— Стой!- Черный самец тихо прикрикнул, ударив лапой по листве. Змей приостановился.

— Кто такая эта... Нора?

— Нора... Она знает обо всех абсолютно всё...

— И даже обо мне?-Чешуйчатый утвердительно кивнул головой. Но это был скорее лживое подтверждение его слов, так как это была всего лишь одна огромная ловушка. — Тогда... Я пойду.

— Отлично. Я проведу тебя.

Инсер был тоже не промахом. Кто знал, что у него там на уме. Его глаза заблестели сами собой, почуяв запах сладостного обмана. В итоге договорившись, Амура и Кэри вышли сначала из жилища Шерсти, а затем и за территорию клана. Они вышли с леса на огромное поле — нейтральную территорию, где провелась недавняя кровопролитная битва.

— И что же, Нора здесь?-Спросил самец у стоящего рядом.

— Да.

— Я больше вам не нужен, за сим удаляюсь. — И Амура, став невидимым, ушёл. Ну, или так думало само существо.

— Приветствую тебя, Кэри Инсер. Я Нора. — Она вышла к Инсеру, размахивая своей белой кисточкой туда-сюда, не прекращая.

Кэри начал пялиться на неё, из пасти выступили острые клыки, как бы угрожая.

— Чего ты хотела?-Процедил через них черношестый.

— Всего лишь хотела познакомиться с тобой лично, Инсер. Я столько слышала о тебе... — Нора хитро и с болью улыбнулась.

— А я о тебе ничего. Что хотела, спрашиваю?! Я слышал, что встреча существ из разных кланов запрещена. — Кэри начал махать хвостом, уши прислушивались к каждому шороху. «Всё-таки этот змей тут где-то ходит. Тц.»

— Я не принадлежу ни к одному клану. Неужели Амура тебе не сказал? — Она злобно ухмыльнулась, махнув ушками, и продолжила соблюдать дистанцию. — Ну-ну, Инсер, неужели боишься меня?

— А что ещё мне делать, когда передо мной стоят двое незнакомых существ? — Он фыркнул и развернулся, не желая продолжать разговор.

— Уже уходишь? И даже не попрощаешься?

— Цк. Не о чем мне с вами разговаривать.

— Вот ты пришёл, и вот уже говоришь, что не о чем разговаривать. Зачем ты тогда пошёл за Амурой? Просто так пойти за чужаком ночью, Инсер, не логично. Ты точно что-то хотел, раз сделал так.

Кэри промолчал, его тело уже напряглось от стресса.

— Чего же разволновался? Неужели за живое задела, Инсер?

Кэри пошёл дальше к лесу, лапы еле передвигались по глубокому снегу. Нора начала лёгким бегом приближаться к Кэри.

— Или я не права, Кэри?-Она встала перед ним, преграждая дорогу. Долгое молчание прошлось по бескрайней поляне.

— Я пришел ради одного... Запомнить ваши морды.

Последние слова Кэри произнес слишком тихо, чтобы их можно было услышать.

— Ты не похож на стукача. В жизни в это не поверю. И тем более..-Нора приняла более удобное положение, чтобы было легче его остановить.— На что стучать будешь? На то, что сам ночью пошёл за незнакомцем?- Ибис замолчал, не желая продолжать разговор.- Так я и думала. Нет ответа. Если вдруг решишь поговорить о том, о чём сегодня услышать испугался, встретимся завтра здесь, в это же время луны... — Нора освободила дорогу Кэри, проводя его пристальным взглядом. После его ухода самка привлек болезненный рык, что раздался за ее спиной. Нора рассудительно и с ужасом осмотрела внезапно начавшего рассыпаться Амуру. Сделал ли это с ним тот самый Кэри, думала тогда белокрылая. Это мелкое существо было не тем, кем казалось поначалу. Его речь и поступки напоминали ей больше взрослого ибиса, чем ребенка.

— Ааргх! — Амура взялся за голову. — Почему мне так больно?! Будто меня разъедают изнутри! -Он начал противно кричать от боли. Когти скребли по грязной морде, чешуйки отлетали от нее с каждым прикосновением. Норе было тяжело смотреть на это, поэтому решила вернуться в клан и, не останавливаясь, двигаясь по полю, только лишь раз обернулась на Амуру, после чего она рванула и скрылась за холмом.

На другом берегу реки камни уже покрылись толстым слоем снега, вода постепенно превращалась в лед, из-за гладкости которого спокойно отражалось небо. Там кто-то прятался, но он быстро исчез, оставив после себя только яркое жёлтое свечение.

Утром солнце закрывали густые снежные тучи; вся территория леса (и даже дальше) замёрзла. Из пастей ибисов шел пар. Шерсти, со страхом покосившись на выход из пещеры.

— Как бы не замерзнуть и не умереть с голоду! -Проскулила самочка, открывая лапой деревянную баночку с лекарством.

Трудился и ленивый Теро, смахивая снег с пола, где стояли разные ингредиенты. По его неуверенным движениям было ясно, что тот тоже страдал от холода не меньше всех. Шерсти встала и глянула на Кэри, полностью отдавшегося мыслям о сегодняшней ночи. По его глазам ничего нельзя было узнать, а ведь Шерсти это искусно проворачивала. И тут Шерсти осенило: она не может ничего прочитать в его глазах, потому что они были как стёклышки, отражающие только то, что им показывают, не принося ничего своего. Она сглотнула, ведь никогда ей не приходилось делать такого. Быстро выбежав из жилища, она притащила с собой Заката. Он был в недоумении. Шерсти шепнула ему на ухо несколько слов. Реакцию Заката нельзя было описать словами.

— Может ли Закат кое-что спросить у тебя? — она многозначительно посмотрела на огненного ибиса. Тот подошёл.

— Что же за срочный вопрос?

— Скажу прямо. Ты нормально видишь?

— Да? Я вижу хорошо. - Ответил подросток и на это Закат недоверчиво посмотрел на него и подал знак Шерсти. Через секунду в него полетел снежок. Уши дернулись, но Кэри не успел среагировать, и снег распластался по всей его морде. Он раздражённо смахнул его.—И что это? — пробурчал Кэри, встав.

— Эксперимент! — Закат подошёл ближе и убрал остатки.

— И он показал, что зрение всё-таки у тебя не лучшее, ведь Шерсти довольно долго держала снежок!

— Не совсем понял, как вы это определили. — Он недовольно потянулся и собрался выходить, как...

—Ты ничего не собираешься с этим делать?!

— А что делать? У меня это с..-Слово «рождения» застряло во рту Кэри, и он просто промолчал.

Нервно махая хвостом, Кэри смотрел на голубую целительницу. Та углубилась в долгие колебания. Тут в её глазах промелькнул страх.

— А если зрение продолжит ухудшаться?! Ты можешь вообще ослепнуть...-Она поникла и стала лапкой взрыхлять снег. Черношёрстный развернулся, всё его тело излучало решимость и спокойствие.

— Не переживай. Если я и ослепну, моё отношение к вам не изменится.

Шерсти грустно улыбнулась и, посмотрев на него, коротко сказала:

— Не говори так, Кэри...

[[image:/storage/reader-images/c0ece307335cc37e339db62d827bc8dd7f59ff48.png]]

Белая самка уже подошла к оврагу, положила свое крыло на морду и тяжело осмотрела клан, погрязший в снегу. Она высматривала свою подругу и нашла ее в не очень приятном для нее месте. Янтарное тело лежало вдалеке в неком углублении, вытянув передние и задние лапы и раскрыв недвижимо свою пасть. Нора, не веря своим глазам, приблизилась к ней и встретилась с Пестролистым взглядами. Самец хрипло вдохнул и ударил лапой снег, оставив там неглубокий след.

-Что случилось?- Проурчала, положив хвост на его хвост, Нора. Он промолчал, указав незримо на тело подруги, бездвижно лежавшее на земле в окружении соклановцев. На ее шее был виден узкий красный порез, как от когтя. В этот момент в Норе закрались чудовищные мысли на этот счет, что пасть сама напряглась и создала оскал. Вместо того, чтобы вылечить самку, этот гадский ибис отправил ее на съедение червям в земле! Повернув свою голову, суженные зрачки увидели Соэля, как обычно, лежавшего на холме, смотря на звёздное небо. Шуршание сзади заставило его вскочить, но, увидев перед собой Нору, он успокоился.

— Дело наполовину сделано,- Солгала Нора прямо в морду Соэлю, кипя внутри от гнева и отчаяния.

За границей клана творилось то, чего всё это время боялся Кэри. Визги, крики, шипение и рычание раздавались на уже окровавленном снегу. Одному существу в лицо полетела когтистая лапа и оставила на том глубокий порез. Второй начал бить другое существо задними лапами.

— Успокойтесь! Кому сказал! — Закат, ощетинив шерсть, стал разнимать агрессивных существ. Аконит с визгом отступил, сильно выдохшись.— Аконит! Какой дичи ты напал на него на тренировке?!— Слабак! Поэтому и напал! Надо же ему мозги вставить на законное место! Кха! — Он кашлянул кровью и собрался сорваться, но упал на ровном месте. В это время Кэри стоял, грозно и испуганно прижав уши. Всё его тело, как и тело Аконита, было в глубоких ранах. Только шерсть Инсера покрылась тёмной дымкой, которая закрывала собой раны.

— Ургх. Быстро в клан, сами будете Шерсти объясняться!-Рыкнул раздосадованный отношением своих Каиши между друг другом.Шерсти грозно посмотрела на обоих. Теро тоже не обделил их взглядом.

— Ну и что произошло?-Спросила в недоумении та, перевязывая бинтом больные места черного ибиса. Оба молчали. Тут Аконит вдруг переменился в морде.— Этот опять тупил. Я решил просто вернуть ему мозг в его тупую башку!Он чуть опять не набросился на Инсера, но, всё-таки не без помощи, смог остановиться.

— Ладно. Иди, подлечу и тебя.Аконит подошёл к Шерсти и лёг. Она поставила на него лапы и по всему телу прошёлся зелёный свет. Раны немного затянулись, после он ушел из пещеры. Она подозвала Кэри, дабы сделать такую же процедуру, но тот отказался. Шерсти сама подошла к Инсеру. Он немало испугался, всё тело содрогнулось. Поставив на него лапу, она начала свою процедуру, но явно не ожидав отрицательного результата от своей магии, целительница хмыгнула.

— Странно.

— Лучше не стоит... — пробурчал темный Каиши и отошёл так, чтобы Шерсти убрала лапу.

— Вы, наверное, устали, что начали драться, идите отдохните, — перевел тему в другое русло Теро, находившийся за спиной голубошерстной. Он что-то шепнул ей, держа в зубах какой-то цветок и травы. Шерсти с жалостью в глазах взяла вещи и вышла из пещеры, попутно обмениваясь взглядами с соклановцами. А держала путь она в самую дальнюю пещеру, где лежала Биса была в ужасном состоянии: глаза покраснели, шерсть свалялась, от тела исходил гнилой смрад.

— Съешь это, Биса, прошу.-Пытаясь скормить самке лекарство, урчала Шерсти. Её ребенок, копошившийся рядом, был очень обеспокоен.

— Желтоцвет, выйди, пожалуйста, ей нужен покой.- Попросила позже целительница и мелкий ибис покорно вышел, прихватив с собой свою сестру — Грозу. Послышался стук лап, к пещерке Бисы подбежал глава.

— Биса! Что с тобой случилось?!-Эбил хотел было обнюхать и лизнуть дочь, но Шерсти запретила грозным взмахом хвоста.

— Ещё не хватало больного главы! — тихо пробурчала голубошёрстная. Она посмотрела на Бису, которая с неохотой и тяжестью съела то, что дала Шерсти.Дочь главы начала закрывать глаза, сон заполнил её сознание, и она улеглась на мягкую подстилку после того, как все вышли из её дома. Детей на время изолировали от матери и пытались их отвлечь от дурных мыслей. Они просились к матери, но их не пускали. Через время их осмотрел Теро и, ничего не найдя дурного, отпустил их со свободной душой. Выходя из жилья, Желтоцвет спросил лекаря:

— Как там мама?

— Ох... Она крепко спит, но лучше вам пока не встречаться...-Мелкий самец с грустью опустил голову и уши.

— Где Биса?! — в ярости и беспокойстве прокричал на весь клан Эбил.

— Она пропала? — спросили спросонья Луната и Пятнистая.Глава не ответил, лишь покачал головой в знак согласия.

— Мы идём искать, немедленно! — проговорил Шторм, подзывая Лунату и Пятнистую.

— Можно с вами? — спросил Закат, идущий с Кэри на встречу к группе.

— Чем больше тем лучше! Быстрее! — Шторм отдал приказ и все быстро, стуча массивными лапами, побежали разыскивать самку.

Тем временем белая с продолговатыми пятнами на теле Биса шла по снегу, будто зачарованная. Её лицо ничего не выражало, кроме искусственной улыбки.— Ха-ха... видимо мы чем-то нагрешили. Раз... нас постигла... такая участь... Любимый Молния... Мама...-Из её рта потекла кровь, медленно стекая, она капала всё это время. Тело совсем ослабло и с глухим стуком упало на пушистый снег, окрасив его кровью. На морду упала снежинка, сердце её остановилось и снежинка растаяла, как и существование Бисы.

— Этого не может быть... Нет! НЕТ! Я в это не верю!-Шерсти кричала вся в слезах, всё её тело до косточек замёрзло, но она не обращала никакого внимания на это. Закат начал тереться об неё, пытаясь успокоить, но чувство горечи и страха не обделило и его. И они стояли так до того момента, пока не успокоились. Раздался леденящий душу вой — он значил смерть. Смерть, пришедшую забрать ещё одну душу из этого мира.

— Она же была такой молодой…

На всей земле была пурга, всё летело в глаза и в уши. Не были ни одной минуты, чтобы передохнуть. Закат и Шторм аккуратно тащили холодный труп Бисы по снегу.В клане у главы был такой шок, что он даже сразу и не понял, что случилось. Уши дрожали, шерсть встала дыбом, но на лице не было никаких эмоций. Только вечером, после обряда захоронения (со всеми почестями разумеется) Эбил ожил и начал дико скорбить о потере дочери.Он и ночью не спал. Его голову заполнили мысли о клане, о внуках. Он чувствовал, как мысли о их смертях не покидали его разум. Его морда исказилась в горе, ужасном горе, они были его смыслом жизни, опорой. Чтоб не свихнуться в этом адовом мире, он все время опирался на них — на дочь, на жену.Его жизнь была не идеальна, но были и хорошие моменты.

— Папа!

Перед Эбилом предстало прошлое, слёзы потекли сами собой. Он сидел на зелёной траве с маленькой Бисой. Вместе они смотрели на звёздное небо. Спокойствие и капли радости исходили от двух сидящих существ.

— Есть одна легенда, Биса...

Он помолчал, ожидая интереса от дочери, и та посмотрела на него удивлёнными глазами.

— Легенда о том, что в этом мире были двое могущественных существ. Страж жизни— Жинс. И страж смерти — Икита. Они дополняли друг друга, любили. Каждую ночь они также смотрели на звёздное небо, мечтая о будущем, которое позже было печальным.

(Это Эбил не рассказывал. В каждой легенде есть и вымысел, и правда.)

Икита была серьёзно ранена, она была уже на пороге жизни и смерти. Жинс, полный решимости, пообещал ей...

— Я спасу тебя, найду. Найду... найду... что-нибудь!

Она посмотрела на него тяжёлым взглядом, на морде появилась слабая улыбка.

— Не убивайся так... Я сама в этом винова-- — Она закашлялась. — Я сама в этом виновата. Боги тоже имеют свои ограничения... и я напоролась на одно из них. Икита посмотрела с любовью и теплотой на Жинса. Тот не знал куда и деваться.

— Ты... меня? К-как? П-почему?!

Второе Правило Богов: Не испытывать чувств, не влюбляться. Если это правило нарушено, вас ждет свержение.

— ...казнь заключается в том, что будущий бог должен прикончить грешного. Только после этого можно взойти на эту... должность.

—Отец, ты куда?

— Нужно завершить... одно важное дело. Зарра! Присмотри за Кэри! — крикнул Данте фиолетово-прозрачному существу. В нём можно было различить каждую косточку, выделяемую тёмной дымкой. Цокнув языком, тот перевернулся на спину в воздухе и вытянул переднюю лапу.

— Хорошо.

Данте накинул на себя мантию и, глубоко вдохнув, мерзко улыбнулся, выставив свои белые клыки. Он развернулся и пошёл к выходу из замка.

Сегодня великий день. Сегодня, он, Данте Инсер, взойдет на должность Бога- но для чего?Инсер старший двигался спокойно и уверенно. Он был все ближе к грешному богу смерти.

— Очень скоро, скоро, — тихо проговаривал он скорее себе, чем кому-то ещё.По сторонам разворачивались убивающие душу виды: длинный каменный мост и множество лавы, огня. В тёмно-красном небе летали Дресты (Другого вида). Перед Данте появились огромные ворота, их обрамляло множество узоров и черепов, вселявших ужас. На теле стала растягиваться кожа, из нее появились кости. Через мгновение он с ревом встал на задние лапы и с грохотом влетел в ворота, только что образованными крыльями. Четыре пары крыльев тёмно-красного цвета на перепонках, вторая пара была меньше и ближе к хвосту, у которого на конце появилась острая игла.Ворота исчезли, как и само существо, что пропало в них.

То место, куда попал Данте, было довольно светлым и спокойным до прихода битвы. В воздухе висели огромные и маленькие острова с зеленью. С некоторых шли бурные потоки воды. Но был один, самый великий из всех. Его называли Шимари. Остров покрывало голубое свечение, по нему проходила неаккуратная глубокая трещина. И самое главное-к нему вёл прозрачный мост, по которому и бежал Данте. Противник не стал дожидаться оппонента и обдал весь остров ужасным темным пламенем. Расправив свои странные выросты на спине, хлестнув широкой кистью на конце, Жинс встал на задние лапы и призвал золотистый посох.

— Псих и убийца! Ты сам будешь казнен мной! — прокричал Жинс во все горло, когда Данте набросился на него, царапая до мяса когтями на крыльях. Жинс хлестнул хвостом по его крылу, оно оборвалось. Но из-за чувства битвы и крови никто не мог почувствовать таких ран.

Толчок, разрез, визг и рычание. Битва продолжалась уже час. Победил Жинс, с презрением смотрящий на прикрывающегося единственным оставшимся крылом Данте Инсера. Кровь ручьями лилась изо рта и ран.

—Придётся... использовать...

Темная дымка начала исходить от его тела, восстанавливая потерянные части тела, и через мгновение в сердце Жинса торчал туманный клинок. Яркий свет мелькнул в глазах, хриплый стон раздался из уже наполненного кровью рта.

— Икита... — выдавил он из себя. Эти последние слова были посвящены любимой, он так и не выполнил свое обещание — самая бессовестная смерть.

— Это было самым глупым действием в вашей недолгой истории, ваша недальновидность вас и погубила. Прощайте.-Прорычал Инсер, отрастив себе новые крылья. Упав на живот, Жинс вытянул переднюю лапу и прошёлся ею по земле, голубая дымка взлетела, но потом плавно приземлилась на лапу. Данте убрал свои крылья и, смотря насмешливым взглядом, продолжил.-Мне это пригодится,-Сказало темно-красное существо, вытягивая магию из тела лежащего перед ним «Бога». Богами в этом мире называли лишь тех, кто попал в мир фантомов сильным духом существом и с колоссальной энергией жизни. Как раз такое существо с бело-синей маской лежало и в судорогах билось о землю, пока Данте не закончил свою процедуру и не исчез с глаз долой.

— Через несколько дней он вернулся к своей любимой. Всё его тело покрывали глубочайшие раны, из которых вытекала кровь. Но в его зубах был мешочек, мешочек с целительной магией. И, упав на тело Икиты, он передал его ей. И со спокойной душой ушёл в глубокий сон.Биса сидела вся скрючившись, пока слушала историю. Взволнованно она пролепетала:

— А откуда ты её узнал?

— Она передается из уст в уста, чтобы новые поколения были верны традициям и друг другу. Также эта история очень поучительна, как бы не был слаб Жинс, он все таки смог позволить своей любимой жить дальше, отдав за это свою жизнь. А Данте само воплощения лицемерия и жестокости, не каждый захочет быть таким как он и подвергать жизнь других опасности.-В ответ от мелкой прозвучал удивлённый вздох.

— Когда у меня будут дети я им её тоже расскажу!

— Верно…-Он потрепал её по головке, и они продолжили смотреть на звёзды.

— Ты же не хотела, чтобы папочка страдал, верно?Эбил встал и посмотрел на небо. Его закрыли густые снежные тучи, только одна звёздочка просвечивала через них. Он взял уснувшую дочь за шкирку и отнес в пещеру, укрыв слоем травы и листьев.

Дети были в шоке, из-за своей невинности они не сразу поняли, что произошло что-то ужасное. Ночью их успокаивал сам глава, обернувшись вокруг них, нежно вылизывая каждого, так, чтобы они и уснули.

Идут почти последние месяца зимы, а холод и лёд так и не ушли. Буря изо дня в день кружила над территориями кланов, лёд при ходьбе царапал до крови подушечки пальцев.

— Не-невозможно так уже... Холодно и голодно. Мои лапы уже кричат от боли, — прерываясь бурчала Шерсти, непрерывно полизывая лапу. Стояла ночь, все сидели около костра и грелись. В ушах прозвучал оглушающий вой, будто взмах огромного крыла. Показалось? «Кто знает?»

— Не сопротивляйся! — дурным эхом раздавалось в голове Амуры. Он обессиленно лежал на снегу, тело постепенно рассыпалось, превращаясь в прах, прямо на его глазах.

— Прими меня, и я избавлю тебя от него и от страданий.

В его глазах всё расплывалось, мысли смешались, но только это эхо их нагло заглушало, да так, что просто хотелось согласиться на всё и убрать его из своей головы.

— Делай что хочешь. Моя жизнь испорчена уже давно. — Он закашлялся. — Только не вздумай трогать Шерсти…

«Защити ее, Кэри, прошу». Он замолчал, так как тело замерло. Внутри ощущалась жгучая боль, которая всё росла и росла с каждым биением сердца. Тело начало восстанавливаться и чернеть, глаза полностью разрушились, но появились другие, чёрные как смола. Рога удлинились, тело начало увеличиваться в размерах. Такой боли ибис не испытывал никогда, но позвать кого-то на помощь он уже не мог, так как его сознание уже не принадлежало ему. Мышцы удлинялись и рвались, кожа заново нарастала на них. Дыхание прерывалось, логично было предположить, что и органы изменяли своё строение. Он открыл рот, в надежде получить холодный воздух, но вместо этого изо рта хлынул поток крови.

— Ааааа... — прозвучал тихий стон, смешанный со смехом. Вокруг ибиса летала тёмная дымка, от которой исходило зловоние, смерть и страдания. Ощущение, будто тысячи существ из другого мира просили пощады. Ужасный крик пронесся над всем полем, как он думал, хотя для осознания ситуации уже не было возможности.

— Я, Данте Инсер, пришел вершить правосудие. ПОДЧИНИСЬ ЖЕ МНЕ ЭТО СУЩЕСТВО ПОД ИМЕНЕМ АМУРА!-Сознание Амуры закрыло другое, притеснив то, невообразимой мощью. Провозгласив это, Данте «отпраздновал» свою речь сумасшедшим смехом. Перестройка тела была успешно им завершена. Вернув свою голову из прежне закинутого положения, он устремил свои ярко-красные зрачки на темном фоне и выставил четыре пары своих ушей вперед.

-Пора начинать. Прочувствуй жестокость этого мира, познай страдания и смерть, ведь эти существа были осквернены, мой народ был убит и заменен на это чужими силами. Их надо стереть с этой поганой земли и создать прежний великий народ ибисов!-Закончил Данте свою речь, которую никто даже и не слышал, и, махнув крыльями, излучил из себя темную магию прямо в воздух, заманивая дракона в ловушку.

Кэри, шипя, вскочил и как обычно упал. Быстро поднявшись, тот не переставал издавать звуки. Шерсть встала дыбом, уши были сильно прижаты назад.

— Что такое... — проснувшись, спросил Тэро.Инсер мотал головой из стороны в сторону, когти на лапах рыхлили землю. Теро подошёл ближе, чтобы узнать, что случилось. Кэри, смотря на выход, неестественно выгнул спину и напряг свои выросты на спине, которые отличали его от других существ. Зеленошёрстный лекарь тронул его лапой.

— Не трогай... меня... меня, — неуловимо проговорил Инсер, когда оттолкнул хвостом Теро. Лишь на секунду он смог увидеть его встречный взгляд и выражение морды. Зрачки, которые уже не видели, метались из стороны в сторону, рот дрожал, искривился так, что было непонятно, какие чувства его сейчас переполняют.

— Он пришёл. Я не готов... не готов... Нет..

Кэри выскочил из пещеры и быстро побежал, попутно сталкиваясь со всем, чем можно было. Через минуту он больше не смог бежать и, погрязнув в снегу, остался там лежать без сил. Закрылись глаза.

— Наконец я встретила тебя снова.-Острые зубы взялись за черную шкирку и резко потащили тело по льду.

Наступило снежное утро. В клане Эбила началась бурная активность среди всех.

— Он ушёл ночью... ничего не объяснив...-Проговорил зеленоватый ибис, прижимая хвост к ноге.Эбил и Шерсти смотрели друг на друга пристальным взглядом.

— Надо найти его...Это может быть вина другого клана. — сказал глава, и по пещере прошли возмущённые и удивлённые вздохи.

— Он был довольно беспокойным. Может это его проблема и не стоит лезть?

Карелия посмотрела на Зарана, сказавшего эти слова, и со всей силы ударила его по макушке.

— Если ты не знал, пол клана стали его друзьями! Хоть он и непонятный, скрытный... Но он же наш товарищ?

Некоторые в пещере закивали, в отличие от тех, кто был с этим не согласен.

— Хоть он и не нашей крови, но он исправно выполнял все поручения.

«И ещё он довольно хороший воин...» — подумал Эбил и сжал лапу на книге.

— Много существ нет необходимости брать. Шторм остаётся в клане за главного, Закат и Заран идут со мной. Все остальные воители и разведчики, следите за кланом и не пропускайте чужаков!

Эбил громко взвыл, уши встали торчком, шерсть зашевелилась. Он вскочил и выбежал из клана со своими соклановцами.

«Что такое... голова раскалывается...»

В ушах стоял звон, Кэри просто лежал на спине, ничего не видя и не слыша. Сквозь звон можно было услышать, что кто-то точит палку, секунда, и эта палка была направлена прямо на Кэри.

— А вот и вещь моей мести, — еле слышимо проговорил кто-то с таким злорадством, что стало тошно. Свист пронесся около тела Инсера, но из-за быстрой реакции тот отпрыгнул.

— Ещё смеешь сопротивляться в таком состоянии?

На этот раз увернуться не удалось, палка попала прямо в грудь, послышался треск костей и запах крови.

— Что происходит... здесь? — Кэри упёрся передними лапами в лёд, он слышал знакомый голос, мельком пропавший в звоне. — Нора?

Та не ответила, только стояла позади, вздыбившись. Безумный всплеск воспоминаний прошёлся в сознании. Такая же безвыходная ситуация, как и раньше.

— Отца... не должно было быть здесь... Он создает неприятное ощущение.

Голод. Это чувство было такое, будто твои органы выворачивают наружу, дыхание участилось. Непонятно было, из-за чего оно происходило, но в его теле торчала длинная палка. Кэри резко вытащил её зубами и сломал, от неё остались только щепки. Темнота покрыла весь овраг, клан был полностью заполнен дымкой. Три хвоста стали биться в истерии, морда напрягла все свои мышцы, выступили клыки.— Так ты настроен серьёзно. Как и в прошлый раз, да?

Нора стояла неподвижно, ведь она даже и не думала, что можно довести до такого состояния этого маленького подростка. «Действительно ли нужна эта месть?»

Пока она думала Инсер коснулся пастью уха Соэля и то начало рассыпаться в прах. Зрачки в глазах главаря зажглись, словно огонь, порезав темному шкуру. Он понимал, что его способность сильна, потому хотел при смерти забрать хоть кого-то из существ. И взгляд пал на самку, распахнувшую крылья, в качестве угрозы. Тогда Инсер проскочил около пернатой и, схватившись за его лапу, со всей силы перекинул Соэля на спину. Он завопил, ведь Кэри жестоко сломал тому позвоночник. По всему телу прошлась нереальная боль. Коричневая лапа коснулась земли и в Кэри вошёл каменный штык, призванного магией. Картина была ужасная. Из ранения выплеснулось огромное количество крови, все кости до черепа были проломлены на морде застыла сумасшедшая гримаса. Никто не мог выдавить и слова. В это время Эбил, Закат и Заран вышли из леса.

— Что произошло здесь…-Закат сначала не увидел, но потом его охватила паника.

— Твою... Кэри!

Эбил со всех лап подбежал к глыбе.

— Что за жестокость... И кто это был?

Он посмотрел сначала на Соэля, который медленно превращался в пыль, но потом он заметил Нору, с благодарностью опустив голову и уши.

— Я так долго этого ждала, чтобы ни от кого не зависеть и жить свободной жизнью. Этот сумасшедший был слишком помешан на мести, и именно меня он выбрал для удовлетворения своего досуга... Каждое действие было частью его плана...Я просто не знала, как правильней поступить и привела его сюда..

— Ты слишком рано его хоронишь...

В стороне послышался голос, она повернула голову и увидела Эбила, сидящего с книгой.

— Что ты говоришь? Его проткнули насквозь!— перебила она сама себя.

— Его клетки — это одно целое, он не может умереть. Ведь всё его тело — это один большой, плотный туман из темной магии.

Он открыл одну страницу книги, она была потёртая и жёлтая. Там был изображён схематический рисунок чёрного существа, похожего на Кэри.

— Видишь?

Нора посмотрела на глыбу, которая была вся в крови, потом в книгу. Туман под лапами начал рассеиваться и камень в ту же минуту распался. Тело с грохотом упало на снег, но от него уже не исходил запах крови, только противный смрад, от которого у Норы не мог не сжаться желудок. Он стал подниматься на порванные мышцы, кожа лоскутами свисала по всему телу. Хвосты всё ещё монотонно двигались, пасть была открыта и вдыхала ледяной воздух. «Да как он еще не сдох!»-Крикнул про себя Соэль и, еле как поднявшись, грозно вцепился в шею существа и принялся ту рвать до мяса. Пока это не увидела Нора, которая впервые напала на своего главаря. Она отдернула его от самца и перерезала тому горло с последующей прошептанной прощальной речью.

-Это за Янтарку, Соэль.-Прошипела та, глядя на исчезающего главаря, чуть ли не погубившего до конца свой клан. Уши навострились-Инсер услышал знакомое дыхание.

—Кэри, я объясню ситуацию, которая здесь сложилась?

Её крылья были разложены, это был знак покорности. Удивительно, что такой жест от Норы можно было увидеть после произошедшего.

— Я очень сожалею, что всё так произошло. Соэль держал меня около себя, я не могла сопротивляться. Как и Сорен, он был помешан на своих желаниях и не отдавал себе отчёта... Прости меня...

Эбил тем временем стоял в каком-то трансе, просто слушая её речь.

— Я очень прошу, главная опасность не за горами, а эти идиотские разборки происходят в каждом клане! Та битва была самой абсурдной вещью, которую я только могла в своей жизни слышать!

— То есть ты хочешь сказать, что делала это ради других?-Лапой Кэри медленно провёл по морде, очищаясь от липкой крови, налипшей на него.

— Всем известно, что холод так долго держаться не может. Некоторые начали хоть что-то делать, чтобы выяснить, из-за чего он. В книге пишут про дракона — Королеву Дрестов:

Просыпается она лишь тогда,

Когда начинает появляться зло и кровь.

Холодом, льдом всё покроется в миг,

Только сплоченье поможет в беде, — так было написано в книге.

— Все дресты, которых ты видел до сегодняшнего дня, все пошли от неё. И даже не приближены к той силе, что имеет она.

— Дракон…Я не знаю, что произошло, но мне очень плохо...-Его лапы подкосились, и тело рухнуло на лёд.

Все в клане вдруг оживились из-за того, что на поле внесли Кэри. Его тащили бесцеремонно, за шкирку, спина за такой путь была полностью раскорябана.

— К-Кэри!

Шерсти подбежала вплотную к пришедшим и быстро начала опрос. Услышав информацию о драконе, самка, выставив назад лапы, вскликнула.

— Опасность?!

— Да... причём скоро.

Ибисы встали как вкопанные, у многих сузились зрачки и прижались длинные уши. Произошло тихое, долгое молчание, ведь у всех появилось чувство опасности и приближающейся смерти.

— Кто-нибудь, отведите его в пещеру...

«Знаете такое чувство, когда вы думаете о том, что умрёте беззвучно и во сне? Никаких чувств, эмоций — только тишина.»

Стояла глубокая ночь, все звери и существа спали, дрожа от холода. Произошёл хлопок, по всей земле прошёлся плотный ветер: в небе летел тридцатиметровый дракон. Фиолетовые крылья заслоняли ночное небо, полное звёзд. Три пары глаз со злобой устремились вниз, будто искали что-то.

«А если и видишь то, из-за чего умрёшь. Приходишь в оцепенение, которое никогда не ощущал. Чувство безысходности.»

Треск. Повсюду слышался противный свист ледяного ветра. Начали падать ночные драконы и остальные хищники, их тела просто не могли пошевелиться, ведь они просто в миг заледенели. В чёрном небе появилось белое свечение, которое потом с нереальной скоростью направилось к земле. Всё начало покрываться голубым льдом, вдалеке поднялся гул от многочисленных голосов, смешавших в неразборчивую кучу.

— Спокойствие! Пожалуйста, успокойтесь! — надрывал горло кто-то из толпы, его шерстяные выросты на спине и щеках напряглись.

— Успокоишься тут! Полклана просто в миг заморозило! Заморозило! Половина соклановцев мертва! — чуть не плача сказал другой.

Впереди разлеглась замерзшая широкая река, по ней и требовалось перейти, чтобы дойти до расщелины в системе гор, окружавших четыре клана. Пошли на лёд первые существа, не упасть им помогал хвост и подушечки на лапах.

Потару из клана Калагари создал портал с помощью металлических лезвий на конце хвоста. Всего мгновение — и он уже был на другом берегу реки. Перелезая через огромные валуны, он с дрожащими лапами побежал в сторону клана Красная луна. Приблизившись, ибис заметил знакомую, с которой его связывало давнее соглашение. Голубая грива, идущая с морды на всю спину, разлохматилась на сильном ветру.

— Уже началось?

— Верно...

Нора стояла, расправив крылья. Она была напугана.

— Надо предупредить остальных. Поднимай всех, мне кое-куда нужно!

Полоснув когтями по снегу, она рванула и уже через пять минут скрылась в лесу. На огромных деревьях лежали белоснежные драконы, которых постигла участь попасть под гнев королевы. Она забралась на голое дерево и, со всей силы оттолкнувшись, начала быстро планировать над землёй.

Лед заполнял все пространство, крики Королевы слышались даже издалека. Такой пронзительный, оглушающий он ранил уши соклановцев, переходящих реку.

Но в клане Белый лист все спали крепким сном. И никто даже и не заметил, что они начали медленно превращаться в лед.

-Холодно…-Пробормотал во сне Закат и тут же распахнул глаза. Его тело было уже наполовину во льду. Почувствовалось тепло, из лап Заката воспылал огонь. Растопив себя, он громко крикнул и по всему клану прошлось оранжевое пламя, растопив весь снег на своем пути. Некоторые начали продирать глаза, многие полностью замёрзли во льду, находившись в самом эпицентре оледенения. Оранжевое существо вовсю пылало, все его тело покрывал огонь.

-Королева?! — Послышались обеспокоенные голоса за пещерой.

-Всем быстрее эвакуироваться!

Громко прорычал Эбил, белые узоры на котором переливались от холода и магии.-Берите детей и бегите!

В клане стояла паника, неразбериха куда бежать и что спасать, некоторые существа стали толпиться и толкаться. Не зная, что делать, все превратилось в органическую кашу.

Закат тем временем искал Шерсти, ее нигде не было видно. Забежав почти во все пещеры, он мог увидеть только заледеневших друзей, боль и скорбь были подавлена лишь жутким холодом, снующем по воздуху, словно грозная стая собак, сносящих все на своем пути. Заскочив в последний дом, воитель увидел саму Шерсти, лежащую на земле, из-за лап, которые были скованы льдом. Рядом с ней сидел обеспокоенный Кэри.

-Шерсти! — Закат подбежал к самочке и попытался растопить лед…безрезультатно.

-Чеерт…-После нескольких попыток он закинул ее на спину и резко выскочил на поляну. Инсер последовал за ним, нервно повиливая кисточкой хвоста. Приближаясь и приближаясь к району около скалы, существо замечало все больше соклановцев, толпившихся около одной точки, на середине оной расположившимся главой.

Эбил собрал всех в круг и, быстро махая палкой, чертил что-то на земле.

-В горе есть щель…-Он бегло показал на пустое место на рисунке.

-…Оттуда идет эта река. Надо быть очень осторожными, ведь сам путь и сама расщелина очень опасны.

Глава поднялся и указал лапой направление. Ибисы, из-за страха неизвестности, прижали уши, зрачки бегали туда-сюда. Хоть никто и не знал этого пути- деваться было все равно некуда. Отрывисто Кэри посмотрел на чащу леса с заледеневшими на ней дракончиками, буквально день назад активно летающих с ветки на ветку, а теперь недвижимо, словно статуи, расположились на заснеженных деревьях. Он понять не мог одного — почему такой крупный сородич так поступил с более маленькими драконами? Неужели она решила заморозить все, не различая своих и чужих? Встав, Кэри отправился прямо за выдвинувшимися существами, сжимая внутри пасти синий язык.

— Значит, они уже ушли? — Подумала про себя Нора, оглядывая опустевший клан. -Тогда будет проще.

Она потрогала притоптанный лапами снег, утвердившись в своих мыслях, встряхнулась и побежала дальше.

Прошел час, с того момента, как ибисы начали эвакуацию. Вдалеке вой и топот нарастал с каждой секундой. Поначалу их было трудно оаздисить, но прямо сейчас голоса других кланов были слышны очень четко.

-Мы не одни бежим, наверно все кланы были задеты льдом.- Пропыхтел уставший Шторм, Закат на это еле кивнул, стараясь не тревожить лежащую на себе голубую самку. Целительница лежала с грустным взглядом, из-за того, что отягощала своего любимого.

-Все будет, -Он фыркнул, -хорошо, Шерсти.

Проурчал Закат, потеревшись немного об ее шею кончиком морды.

Все еле волочили лапы, закрывали глаза от усталости и сильного ветра, который вонзался прямо в них.

Уши встали торчком, был услышан рев, на который все обратили внимание и напряглись — средняя группа существ бежала им навстречу, заставляя снег, взлетать ввысь.

-Стоп! — Крикнуло один из ибисов, Эбил пригляделся и охнул — прямо перед ним стоял Рейган-темно-синий с белой грудкой, плавно перетекающей в полосы. Из щек росли по несколько отростков с округлыми концами.

Рядом стоял белый с серыми пятнышками на теле Мрамор. У обоих главарей были удивительные узоры на теле: голубой и фиолетовый.

— «Белый лист»! — Главы одновременно удивились, но тут же стали серьезными, кроме Рейгана. Никто и никогда не мог подумать, что такой неуверенный и тощий ибис сможет стать главой.

-Мы предлагаем вам временное перемирие, в связи со смертельной опасностью.- Протараторил молодой Рейган, даже не смотря вокруг.

Пока они разбирались с договором, существа из разных кланов переглядывались и шептались. Потару, кстати, успел добежать до своего клана, его взгляд был устремлен на Инсера, который вычесывал лёд из шерсти.

-Альма! Мне страшно!

-Тш! Все будет хорошо, наберись терпения.

-Не тяжело ли говорить такие слова, когда она сама видела смерть своих близких?

Шепнул на ухо Альме сын главы. Он был довольно высоким и мускулистым. Та со злостью рыкнула в ответ, недовольно царапнув тому пятнистую шерсть.

-Она еще ребенок! Не причиняй ей еще больше страданий, Рин!

Резко развернувшись, она укрыла Макки длинной шерстью на хвосте, проговаривая себе под нос собственную молитву.

«Они кусали надвигающийся лед, с потолка темной пещеры падали камни, ибисы всем телом защищали своего единственного ребенка.

-Все будет хорошо, Макки. Это страшно, но оно закончится.- Сказали ребенку родители перед своей смертью, замертво замерзнув во льду.

Камни продолжали падать, когда вдруг огромный булыжник был разрушен твёрдым белым штыком, появившимся из земли. На входе стояли Мрамор и Рин, опиравшиеся на те же штыки, но уже в половину их роста.

-Быстрей выбирайся!

Рин схватил Макки за её мягкий загривок и выбежал с ней из разваливающейся пещеры.

-Мама. Папа…

Из одного глаза полились слезы. Она уткнулась в его шерсть и начала долго бубнить, пока не пришлось бежать со всех лап с крутой горы. Пока за спиной разрушался единственный дом горного поселения ибисов.»

Рин повертел головой и подошел к обсуждению договора. Бурные голоса и высказывания доносились из самого центра экстренного сбора глав всех кланов. Впервые враждующие стороны сидели друг против друга и, как ожидалось, не могли прийти к общему решению.

-Это лишь для блага всех существ, поймите.- Сказал светло-пепельный ибис с пятнами на спине.

-Чтобы на нас в пылу битвы напали? Ага, прямо сейчас и соглашусь! Знаем мы ваши союзы-сначала говорите, что все будет прекрасно, а потом убиваете в тихую разведку на территориях! — Заявил Мрамор, ударивший снег обеими передними лапами.

-На данный момент у нас должна быть только одна единственная, — Потару подчеркнул интонацией последнее слово, — цель. Если тебе не дороги жизни своего народа, то оставайся, и замерзай здесь один. Твои сородичи с тобой не согласны.- Разжевал состояние его клана всего лишь воитель, встрявший в разговор. Эти слова были далеко не пустыми- в тот момент, как он говорил свою речь, «Кровавый камень» тихо кивали головами и переминались с лапу на лапу. Главарь, не согласный на объединение, громко рыкнул в воздух и отпрыгнул назад, взяв в руки свое магическое оружие из белого камня.

-Никакой дракон не заставит меня передумать, мой клан пойдет только за мной! Рин, собери наших, мы отправляемся. Рин? — Скомандовал Мрамор своему воителю, но тот, как подобает здравомыслящему ибису, не шелохнулся не на метр. Существо раскрыло пасть, напрягая свои брови. Узкие глаза резко прошлись по всем присутствующим. Мрамор хотел было отвернуться, вот только его остановил пронзающий клетки холод, побудивший уши встать торчком, тело затрястись, а пасть закрыться. Изображение перед глазами начало вибрировать и источать легкий шум.

-Если вы все нарушите договор — мериться с этим не стану. -Объявил серо-голубой ибис и, пересилив себя, сдвинулся с места, оставив собрание переговариваться меж собой. Светло-пепельный грустно проводил его взглядом и вздохнул, помахав перед этим кисточкой хвоста из стороны в сторону. Если не учитывать резкий ответ главы клана «Кровавый камень», то почти все были согласны.

Эбил выставил вперед лапу и немного пригнулся, показывая мирные намерения. Остальные в кругу сделали также и, после нескольких минут в такой позе, встали.

-Разве здесь было все время так ветрено? — Заметил Рейган, когда уже его шерсть на шее доставала края морды.

-Нет. Королева нас, видимо, почувствовала и направляется прямиком к нам. Нужно продолжать путь.- Ответил рыже-белый Эбил, осматривая состояние спасшихся существ. Потери были велики, многие были серьёзно ранены или истощены, но все же несколько десятков ибисов остались живы.

У одной из пострадавших — Шерсти, лёд на лапах наконец треснул, и она, почувствовав свободу, начала разминаться, прихрамывая. Закат поддержал ее при неловком падении и лизнул языком ее нос, создав на своей успокаивающую улыбку.

-Я люблю тебя, всей душой, Закат.-Проурчала целительница, уткнувшись в шерсть любимого и чувствуя то самое тепло, исходящее не из тела, а из чувств. Инсер аккуратно смотрел за всем этим, не понимая этого, но зная, что они друг другу очень близки. От этого черному ибису, пришедшему из ниоткуда, становилось неприятно в собственной душе.

-Все, внимание! -Раздался громкий голос Эбила, созывая всех присутствующих, -Мы обсудили договор, и на время, пока угроза не уйдет, мир будет висеть над кланами.

На территории встала мертвая тишина, прерываемая иногда тяжелым дыханием, некоторым это не понравилось, но другие остановили их от ненужной речи. Карелия, стоящая около группы лекарей, тихо взвыла, увидев на горизонте снежную бурю, которая уже вовсю бушевала на белых полях. Крик королевы в мгновение оживил всех существ и те начали собираться в путь.

Спустя час беспрерывного бега по холодному снегу, ибисы начали падать от усталости. Снежная буря подбиралась все ближе и ближе, пока вовсе не нависла над кланами, ухудшив видимость в несколько раз. Твердые снежинки били по глазам и бокам, замедляя и так медленный шаг.

Кэри тоже сел, переводя дыхание. На полпути к ним присоединилась малая часть клана «Красная луна». Встретив Инсера, Нора спокойно выдохнула, и весь оставшийся путь они бежали недалеко друг от друга.

-Мы почти дошли…

Пропыхтел кто-то из толпы. И правда, перед ними возвышались две половины горы, между которыми была образована временем щель, из которой текла река, но уже замерзшая.

-Да, надо быстрее проникнуть в…- Резко прервал свои слова Эбил. Шерсть сама собой встала дыбом и предупреждала об опасности.

Наверху раздался хлопок, потом еще один и с оглушающим звуком на землю возле прохода села огромнейшая королева этих земель. Фиолетовые крылья грохнулись перед всем телом, шесть узких глаз смотрели на кланы. Махая своим хвостом она хрипло прокричала, закинув голову назад и направив открытую пасть ввысь.

-Неет-нет-нет! Умоляю нет! — Кричали в кланах существа — они просили о пощаде, но королева была непреклонна.

-ВСЕ КТО МОЖЕТ, БЕГИТЕ ВСЕ В ЩЕЛЬ! — Стал перекрикивать крик королевы рыжий глава. Прозвучал неприятный звук и, проходя по земле, по Дресте ударила яркая молния. Поставив какой-то металлический столб он побежал в другую сторону.

Существа начали в панике бегать по всему полю, стараясь не встречаться с драконом, а кто-то успел уже проскользнуть в щель.

Главы других кланов приняли участие в битве тоже. Закат пытался поджечь своим пламенем крылья, при этом Шторм, исчезнув в пыли, появился на ее морде и начал активно ту царапать, закрывая обзор наплывающей на глаза кровью. Королева грубо переставила лапы и выдохнула наверх, пытаясь скинуть вредителя.

Мрамор хотел было воткнуть прочный штык в ногу Королевы, но при ударе он не вонзился, а просто соскользнул. Оказывается, лапы покрывал дополнительный толстый слой льда, который не давал пробраться к коже.

— Проклятье!

Он потоптался на снегу и напряг мышцы лапы, запульнув штык прямо в чешуйчатую шею. Дреста взревела от боли, замахала огромными крыльями.

-Закат!

-Я в порядке! — Ответил Закат и опустился на землю, проехав несколько метров, взрыхляя землю. Он настолько устал, что попросту не мог остановиться. Полузакрытыми глазами, мельком воитель увидел странное существо, стоявшее рядом с Шерсти и Кэри, который закрывал ее всем своим небольшим телом. Не прошло и секунды, как трое существ исчезли с поле зрения, немало так испугав Заката.

-А черт! — Позади него пролетел со свистом огромный хвост, полностью сметая все на своем пути. Странно или нет, под снегом стелился каменный пласт, а не высохшая трава.

-Она перекрыла вход! Нам не войти!

Жалобно прокричало одно существо, оно было все покрыто кровью, так что было сложно узнать в этом Нору. Её крылья слиплись, рот неистово глотал воздух.

Позади нее Аконит и Лао скребли когтями передних лап толстый хвост, закрывший проход.

-Надо увести ее от расщелины!

Эбил вытер лапами кровь на морде и потом напряг их перед собой. Молния зацепилась за хвост, он извилисто дернулся. Ибис набросил на хвост что-то похожее на лассо, только из множества молний. Но надолго такой магии не хватит, поэтому он начал ускорять сбегавшую группу.

-Скорее запрыгивайте! Я держу!

Существа с трудом взбирались на хвост и падали в разлом, забравшись на самый верх.

Альма с кряхтением несла бедную Макки в зубах. Напружинив задние лапы, она стала взбираться по хвосту. И скоро они оказались по ту сторону. Где-то 15 существ перелезали через королеву, прямо к горе. Дреста резко встала на задние лапы и начала сильно хлопать крыльями, пытаясь вырваться от узла молний, крепко сжимающий её хвост. Невыносимый гнев пылал во всех ее глазах, заставляя борющихся ибисов остерегаться каждого движения и крика.

Неизвестная часть леса предстала перед полу-слепыми глазами. Отец Кэри объявился прямо посреди битвы, телепортировав Инсера и рядом стоящее существо. После перемещения глаза Шерсти долго не могли сфокусироваться на незнакомце, показывая только расплывчатые фигуры — только напоминавшие строение тела ибиса. Помахал головой и начал неистово шипеть, махая перед собой лапой, разозлившийся Инсер.

-Амура? — Выдавила из себя наконец Шерсти, прижимая уши.

-Не верно, самка. Здесь нет больше твоего Амуры.

Грозно пробурчал Данте, со злостью наблюдая за своим сыном. У целительницы от слов красно-темного существа зрачки затряслись от страха и ужаса.

«Он даже и части этой силы не знает, которая передалась ему после того случая.» — Подумал крылатый самец. Чем ближе Данте подходил к Инсеру, тем сильнее он начинал угрожающе выглядеть и выгибать спину.

-Не двигайся.- Прорычал озлобленный Данте, схватил Кэри за шкирку и с силой вмял его в дерево. Кровь полилась с темной головы, в белых глазах начал рябить свет. Он медленно скатился по дереву, оставив на нем свои шерстинки.

«Дракон, отец, постоянная боль, ничего не вижу…» — Проносились в голове беспорядочные мысли. На глазу появилась слеза, которая мигом замерзла и упала на снег.

Оперившись на задние лапы он поднялся. На этих лапах он выглядел крупнее и длиннее. Отростки на спине заострились, хвосты своим движением вздымали в воздух кучи белого снега. У темного существа так бешено колотилось сердце, что пришлось открыть пасть.

Шерсти попыталась выбраться из хватки Данте, но она была довольно слабой для воителя, поэтому все её попытки окончились провалом. Желтый хрусталь на шее активно ставил тонкий барьер, между лапой и шеей, из-за слабости тот ежеминутно ломался. При виде сумасшедшего взгляда своего бывшего «змеиного» друга, она наконец поняла, что это было совсем другое существо, за гранью её сознания. И Амурой тут никогда не пахло. Он забрал его тело? Как вообще можно быть способным на такое осквернение чужой жизни?!

За их спинами медленно приближался Кэри, идущий на двух лапах, пасть его медленно разинулась, и он приготовился к укусу. Данте резко обернулся, выпустив целительницу из хватки, существо уклонилось от укуса, но за ним последовал удар мускулистыми хвостами, от которых Инсер уже не уклонился.

Проехав по снегу метров три, Данте откашлялся кровью и посмотрел на ибиса, который еле мог стоять, его голова покачивалась из стороны в сторону, а заострившиеся отростки не давали нормально согнуть спину. Белые зрачки с ненавистью пялились на Данте.

-У твоей матери были такие же глаза. Ха-ха.- Негромко посмеялся после сказанного Данте с ухмылкой глядя на сына.

-Нет.

-Что ты отнекиваешься? Забыл. Она так пусто смотрела, когда мы в последний раз пересеклись.

Он раскинул в стороны драконьи красные крылья, Кэри начало трясти, зубы в пасти монотонно стучали друг о друга, пытаясь сдержаться от мысли, засевшей у него в голове с самого появления здесь.

-Прекрати…

Но Данте не останавливался, а продолжал наваливать на Инсера забытые воспоминания, извороченные разницами миров.

-Ты постоянно крутился вокруг нее.

У лежащей Шерсти участилось дыхание, зубы стучали от холода и страха. Она медленно поднялась и собиралась сбежать, как в глазах потемнело и она упала прямо на лапу Данте. Он с безумной улыбкой посмотрел сначала на Шерсти потом на Кэри.

-А эта характером на нее походит, такая же беспомощная и слабая.

Он взял её за шерсть и выставил перед собой, измученное тело просто свисало у него из лапы. Это и было последней каплей терпения Кэри, мышцы на морде напряглись и образовали складки. Передние клыки вылезли, по местности прошлось тихий рокот. Хоть и не полное, а с примесью шипения. Длинные чёрные уши резко ушли назад. Данте Инсер налетел на него вперед лапами, ударив частью горячего крыла, которое прокусить было одним испытанием. Постепенно красное тело охватывали длинные выросты из черного праха, исходившие их тела Кэри. Пока крылатый самец думал о том, как выбраться, его уже подняли высоко над землей и потом отпустили.

Данте постепенно вытащил свою морду из снега, заметив подходящее место. Магический огонь окружил всех находящихся около него, отгораживая от мира непробиваемой стеной.

Темный подросток собирался напасть, как вдруг его живот охватила жгучая боль, похожая на то, будто его пробили жарящим штыком. Белые зрачки, ничего не видящие, сузились и направились вниз.

-Камень…- Он вспомнил, что Соэль проткнул его глыбой, тогда он очнулся живым, но как? Будто рана внутри тела заросла, но сейчас открылась ни с того ни с сего.

-Значит тебя уже били в этом мире… И не раз видимо? Получается, другие миры имеют большую силу, чем все думали.

Данте, заметив поведение Кэри, положил на снег Шерсти и начал подходить к мучившемуся от боли существу. Его тело покрывала темная дымка, которая очень остро и неприятно пахла. Данте дотронулся до нее, но тут же пожалел об этом. Часть пальцев на лапе мгновенно обратились в прах. Инсер лежал, боль охватывала не только живот, но и часть черепа и позвоночник с ребрами. Его мучила не то боль, сколько осознание того факта, что он многого не знает. И появившийся в его сознании силуэт бело-темной самки, заставил ибиса сомневаться, как в себе, так и в отце.

-Мама Хитома…- Прошептал тот и взялся за голову, большими пальцами касаясь уголков глаз. Чешуйчатый Данте услышал её имя и тут же остолбенел.

-Хитома…

[[image:/storage/reader-images/111d4f3e93979d190faa430f5939490ef1691416.png]]

Королева, развернувшись сильно и резво, ударила хвостом по горам, вызвав нескончаемый поток падающих каменных осколков. Над существами послышался хруст и грохот. Они уже стояли или забегали в расщелину. У всех кольнуло что-то в сердце, и они посмотрели наверх. Хвосты в страхе встали торчком, уши прижались. По стенам стали скатываться булыжники с такой скоростью, что один камень мог прибить сразу двоих. Бурая пыль оседала на разноцветных шерстках. Потару тем временем пытался защитить от падающих камней детей из клана, которые в страхе прижались и что-то мямлили.

-Она рушится!

Дети не прекращали тряслись, и Потару чувствовал это. Бедные скулили настолько жалобно, что любой палач пощадил бы их. Любой, но не Королева в ярости.

Сине-салатовое существо, стоя у самого подножья, вдруг почувствовал огромную ударную силу. Он быстро оттолкнул детей в безопасное место и подозвал растерянных и испуганных ибисов. Последний самец запрыгнул туда, чуть не споткнувшись о каменный выступ на входе, и завалился на сухой и почему-то теплый пол. Спасительным местом оказалась маленькая пещерка, которая находилась так, что её завалить просто не могло. Весь клан устремился на голос. К большому сожалению, на многих падали камни, полностью придавливая тех. Когда же оставшиеся собрались в дальнем углу, они принялись успокаивать до чертиков напуганных детей.

-Где Нора?- Спросила Стэкла, бросившей взгляд на выход, ищя подругу, которую нигде не было видно.

-Не выходи!- Рин остановил ее, перекрыв путь передней лапой, в глазах той читался неисчезающий страх. Перед ними в ту же секунду упал с громом валун, перекрывший путь к отступлению. Тьма заволокла каждый уголок камушка и впадины, заставив существ завизжать и забиться о стены. Они стали резать ее, ударять и даже бить магией, но ничего не помогало до поры до времени.

Воспоминания, связанные не то чтобы с прошлым, но с жизнью в другом мире, заволокли сознание темного подростка. Как бы он не махал мордой или сопротивлялся – туманный мир обретал оранжевые, красные черты. Перед подросшим с тех времен Инсером находился мелкий комок сине-темной шерсти, расположившийся прямо посреди небольшой комнаты. В ней было до невозможности душно, но выпускать его даже не собирались. Странное место, для жилья мелкого сына. Хотя, как можно было думать о нормальном отношении в мире, напоминавшем Ад.

- Брат! Где ты, скажи мне!- Стал звать кого-то Кэри, пытаясь успокоиться, кусая фаланги собственной лапы. Наполнение комнатки было скудным: место для сна, в виде брошенных на пол тряпок, множество накиданных ненужных вещей, дверь, окна не было. Подняв голову наверх, он увидел отверстие, пробитое в каменной стене. Мох и тому подобное обрамляли его полностью. Выход или вентиляция? Скорее и то, и другое.

Кэри замахал хвостом и встал на задние лапы, уперся на стену передними лапами и уже через минуту удачно залез в отверстие.

-Кхе-кхе!- Поднялась дымка пыли, и существо долго откашливалось от нее. Но настал момент действовать, хоть и неуверенно. Впереди был крутой спуск, по которому он съехал и снова упал на плоскую поверхность. Там в камни была воткнута решетка, отделявшая проход от нового, незнакомого помещения.

-Что ты творишь?!- Пронесся резкий, душераздирающий крик. Это крикнул Данте, который в гневе царапал пол. -Ты забыла меня?! Да что ты такое говоришь вообще?

Хитома стояла посреди комнаты, от головы до пола свисали длинные плоские волосы, как и на хвосте. Необычные темные глаза смотрели бесчувственно прямо на кроваво-темное существо с рогами.

-Не трогай меня. Я ухожу отсюда. - Сказала та, словно была в каком-то трансе. Отец Кэри зарычал, открывая пасть и показывая острейшие зубы.

-Ты никуда не пойдешь!- С хрустом из спины Данте появились крылья. На их концах были довольно крупные отростки, которые в миг засветились темным светом.

«Это добром не сулит.»- Подумал про себя подросток, наблюдающий издалека за всем происходящим.

-Мама!

Кэри с воплем начал просовываться через решетку. Странное ощущение было в боках и оно пропало, когда он с грохотом упал на пол. Его шея напряглась и он посмотрел вперед - на мать.

Странное чувство наполнило тело мелкого Инсера. Гнев и обида накрыли существо с головой, хоть оно и не хотело это чувствовать. Он рванул и в мгновение оказался перед матерью, сосредоточенно шипя.

Внезапно раздался по всей комнате тихий лом костей. Скулёж Кэри быстро заполнил эту тишину, стоявшую здесь. Хитома, стоявшая позади, сильно придавила кость хвоста, что та треснула. Как только Инсер развернулся она вспомнила о своем сыне, свою кровь.

-Арххх…

Несмотря на это Данте продолжал держать крылья распахнутыми, словно завершая какой-то ритуал.

-Кэри?- Проурчала запуганная Хитома, которая была в шоковом состоянии от происходящего.

-Мама…- Странный звон стал слышен в ушах, такой противный, что уши просто хотели свернуться.

«Ты это слышишь?» Хотел спросить Кэри у матери, но у него в глазах мелькнуло что-то белое, быстро пропавшее из виду. В мозгу уже стоял сильный звон, потому он не смог сконцентрироваться на увиденном.

-Кэри!- Имя его прозвучало четко и громко, не так, как минуту назад. Просто это крикнули не воспоминания, а живая самка, пытавшая привести в чувство.

Наконец придя в себя, Кэри пытался понять что происходит. Снова в воспоминаниях творилась полная несуразица, какие-то обрывки появлялись в сознании. Боль, исчезнувшая секунду назад, снова появилась в еще большем объеме. Спустя время он понял, что бежит. Его лапы неконтролируемо соприкасались с ледяной поверхностью, а зубы сжимались на чем-то - он нес в зубах Шерсти, которая от боли в шкирке протяжно выла.

Огромное полотно снега простиралось на бесконечные территории, темный Кэри казался в этой пустоте маленькой мошкой, бегающей из стороны в сторону.

В небе доносился крик такой мощности, что самые густые, неприступные облака отступали мгновенно. Вот под поступью лап стал появляться камень, вдалеке виднелись горы. Кэри остановился, три пары глаз заметили существо и королева стала снижаться. Она вытянула шею и открыла пасть, готовясь зарядить новую магическую атаку. Когда огромный дракон опустился ниже к земле, Инсер со всех сил оттолкнулся и вместе с Шерсти прыгнул на её крыло. Королева опустилась на лапы и начала грубо передвигаться и махать крыльями.

-ВРААААААР!

Из её пасти полетел холодный воздух, замораживающий все. Шерсти встала на свои лапы и быстро спрыгнула с дракона, хвостом которого она воспользовалась. Смягчил падение только кулон, висящий на шее. Небольшое зелёное поле мгновенно исчезло, защитив хозяина столь необычной вещи.

«Что вообще творится… Где наши? Где Закат, глава, Где вообще Кэри? Там… Кэри!» Чуть ли не задыхаясь она отскакивала от опасности. И в прямом и переносном смысле. Ей всегда удавалось избежать самых неприятных ситуаций в её жизни, но что касается других?

Она думала, что именно из-за нее ушел Амура и заключил сделку. Так ли это…нет. Но она себя винила. Та же Биса, что случилось такого, что она убежала? Из-за нее? Или из-за болезни, чтобы дети не видели её последнее дыхание?

Даже Закат… Но он. Кэри не пострадал из-за её лап, он такой же. Такой же как и Шерсти, живучий и активный.

Сзади нее неожиданно что-то хрустнуло, так непривычно и мерзко, что шерсть встала дыбом на спине. Повернув голову, она задрожала, ведь прямо рядом с ней лежала куча костей и тел. Замороженные тела соклановцев её и других кланов, припорошенные тонким слоем снега кости лежали грудой, словно кучка мусора, такие хрупкие и жуткие.

Кэри упорно забрался на самую верхушку дракона-голову. Внизу стоял разъяренный Данте, излучавший только агрессию и недовольство, он расправил свои крылья и подлетел к существу.

-Хряск! – Пронесся по воздуху тихий треск твердого и острого шипа, который был разломлен сзади на части и сжат в кровавой руке. Очертания Кэри уже было трудно различить, на морде мерцали лишь пара белых зрачков, которые безумно двигались из стороны в сторону, сопровождающие мелкие покачивания мордой.

«Он не так прост, я его недооценил. Явно задумал что-то.»- Подумал летающий на месте Данте. В него полетела отломленная неаккуратно часть и быстро настолько, что острая, словно игла, попала прямо в плечо красно-черному ибису.

-Варх!

Пока он вытаскивал из плеча инородный предмет, королева успела открыть во всю ширину пасть и нацелиться на Данте. Огромная, зубастая пасть сомкнулась на Данте, который хотел отлететь, но не успел. Зубы, словно пилы, разорвали его на части, оставив только мелкие, затемненные чешуйки. Королева, видимо завершив свое нападение, резко махнула фиолетовыми крыльями. Кэри, не теряя времени, растворился в темноте, прыгнув в воздух прямо с шеи драконихи.

Приземлившись на снег, черный Инсер выглядел довольно подавленным и серьезным. Шатаясь из стороны в сторону, он все же сумел подойти к самке в довольной и жестокой по меркам той, улыбки, показывающей все острые зубы. Ибис сильно встряхнулся от налипшего снега и, понюхав носом округу, сорвался с места. Дреста шла за ними по пятам и направилась подцепить небольшую группку пастью, но к большому сожалению той и к счастью Кэри и Норы, неугодной судьбы удалось избежать защитным барьером, поставленный в самый последний момент.

Стремительными шагами они плелись по снегу, который то и дело норовил затянуть их лапы в его белоснежную пучину.

-Амура?- Неуверенно спросила Шерсти, у которой вся шерсть покрылась липкой кровью, а кожа глубокими ранами, мучительно высасывающие из нее энергию. Впереди них и правда стоял Амура, но такой прозрачный, что трудно было его заметить. Его голова наклонилась на бок и он что-то невнятно пробурчал.

Существо моргнуло от неожиданности, призрак мгновенно пропал с её поля зрения.

-Ты что-то видела?- Тихо проговорил уставший Кэри, который плелся сзади. Шерсти дернула головой, недолго помолчав перед тем, пока не увидела ту самую расщелину.

-Расщелина. Полностью завалена, как нам туда пробраться?

Голубая самочка тронула холодный камень и посмотрела вдаль. Тонкие лучики луны плавно спускались по стенам, пыль летала густым облаком по всей территории.

-ВРАААРЬЬ!- Печально и от боли крикнул кто-то на всю расщелину.

-Я знаю этот голос!- Кэри перепрыгнул несколько крупных осколков горы, едва ли длинный хвост был виден, после того, как он завернул за очередной камень. Он утвердился на земле, по той стороне входа и дыхание его приостановилось вмиг. Множество аур кричало от боли – трупов на открывшейся местности было не перечитать. Кровавые пятна и органы лежали рядом с огромными кусками расщелины, придавившей бедного самку или самца. Столько смертей и боли было в одном месте, считавшееся единственным спасением от опасности, что кроме печали ощутить ничего не удавалось. И лишь единственный раздающийся эхом здесь голос, не позволил черному подростку стоять на месте, а действовать.

Под небольшой, относительно других, глыбой лежало белое существо, жалобно воя от боли прищемленного под ней хвоста.

-Нора?- Она негромко, хрипнула в ответ и начала активно рыть лапами снег. Инсер быстро подбежал к камню, начал толкать его. Он даже и не заметил, как глыба рассыпалась прямо перед глазами от прикосновения. От него осталась только кучка серого порошка. Нора почувствовала свободу и начала лизать свой хвост голубым языком, прямо как и ее глаза, которые неожиданно смотрели с благодарностью на спасителя. Вдруг Нора начала говорить, еле вставая на изможденные холодом и бегом лапы.

-Столько смертей… Даже прямо перед моими глазами умирали, замораживались существа… А ведь наступление королевы было предугадано книгой… Чертовы главы, которые думали только о власти и то, кто разозлил ее! Не могла она ни с того ни с сего напасть на нас!- Неприязненно рыкнув, она продолжила свою отчистку небольших крыльев. Последние слова её не понравились Кэри, вызвав у него воспоминания не далекой давности, но он терпеливо промолчал. Наконец белокрылая ьыла уже не на снегу, а находилась перед ним в решительной стойке, выгнув вперед грудную клетку и осматривая ужасное зрелище, оставшееся после завала.

-Где все ибисы? -Спросил черношёрстный свою знакомую и получил неясный ответ.

-Я не знаю, но видела, что они побежали вперед, не останавливаясь.- Ответила она и повернула мордой в то направление.

-А?!- По пещере разнесся оглушительный грохот, из стены вышел белый и твердый штык, который пропал через мгновение. Оттуда то и начали выползать существа, пасти были у некоторых раскрыты, поглощая столь желанный кислород.

- Аххх?- Стекла выбежала первой, над ней висел небольшой камень, видимо, желавший на нее упасть в пещере. Она отбросила камень магией, когда заметила Нору.

-Ты жива, не верю своему счастью!- Нора стала лизать от расслабления свою подругу, счастью Стеклы не было предела. Увидеть после такого ужаса живое существо не могло быть грустно! Хотя слезы все же текли, но не из-за печали, а от радости и спокойствия.

-Настолько отчаявшихся глаз я никогда не видела!- Отшутилась перьистая, размяв свои крылья и обняв Стэклу. После необходимого расставания она подошла к Эбилу. Они перекинулись парочкой диалогов и быстро разошлись.

Тем временем Лао и Карелия увидели Шерсти и со всех лап бросились к той.

-Мы так рады что ты жива!- Крикнули почти одновременно двое существ, Шерсти не ожидала такого, поэтому из-за боли смогла только потереться об их шёрстку.

-Шерсти!- Продолжила говорить Карелия, только в уже грустном тоне. Ее уши прижались, а из глаз полились слезы.

-Мой брат… Тоже погиб…- Объявила новость алая самочка, чуть ли не задыхаясь от навалившейся на нее скорби. У голубошерстной сузились зрачки, хвост медленно поджался под тело, осознавая всю ситуацию.

-Карелия…

Кроваво-белое существо подняло лапу и прикоснулось к шее. На ней висел талисман в виде крупного клыка.

-Он рассказывал, что вырвал его из пасти дреста на охоте, но на самом деле это его клык, который выпал в детстве. Ха-ха…- Прижав кулон к телу, Карелия заплакала горькими слезами. -Он был не очень добрым с другими, но для меня он был и остается самым лучшим братом!

Она пыталась вытереть слезы.

-Верно. Так и надо думать, Карелия.

К разговору подошёл Закат, который пытался успокоить маленькое существо. Дернув хвостом, он поприветствовал свою горячо любимую, стоящую рядом.

-Скоро мы собираемся идти дальше.- Прошептал Закат и тронул ее шерсть своей лапой.

Все ибисы шли толпой, пытаясь не подходить к стенам расщелины. Глаза налились надеждой, когда путь стал становиться шире и ярче.

-Из каждого клана осталось по десятку существ, Эбил.- Быстро доставил информацию Шторм, он выровнял шаг с главой и стал смотреть вперед.

-Как ты думаешь, что там за горами?- Начал разговор Эбил, погрузившись в раздумья.

-Я не знаю. Все напряжены, никто даже и не представляет.- Неуверенно ответило рыжее существо, зевая во всю ширь пасти.

-Запах чище. Чувствуешь?

-Всем стоять!- Скомандовал неожиданно Рейган, его отростки мигом напряглись, как и все существа, входящие в эту группу.

-Кажется, это и есть тот самый выход…

Начался бубнеж, некоторые продолжили идти. Эбил немножко помялся на месте и тоже что-то буркнул себе под нос.

-Боже мой…- Перед существами открылось гигантское зелёное поле, которое освещалось лунными лучами. Мягкий свет также освещал небольшие камни, раскиданные около горы. Были натыканы и небольшие, тонкие деревья. По всюду летали разноцветные букашки и мелкие существа, от которых исходило яркое сияние.

Кэри тоже подошёл ближе к новому миру. Жаль он это не увидит никогда. Существа со страху не сразу начали выходить из расщелины. Первыми вышли главы кланов, их узоры на теле неестественно загорелись.

-Тут насыщенность магия!- Удивился и даже немного испугался молодой Рейган, рассматривая налившиеся всеми возможными красками узоры на теле.

-Невозможно…

Под лапами светло-зеленая трава менялась плавно на голубую, ярко блестевшую в ночи.

-Как красиво, не верю!-Нора поднялась на задние лапы и стала помахивать пушистыми крыльями. Тонкая мордочка направилась на место пересечения двух ветров и приятно обдувалась теплым воздухом. Колебались белые перья, словно листики. Она была в умиротворении.

-Я рад за тебя, Нора.- Инсер прошёлся лапой по морде, черные шерстинки повыскакивали из его пальцев.

-Начнем же новую жизнь, в которой есть свет! Верно, Кэри? Это только начало! Мы выжили и не замерзли во льдах, оторвались от дракона в пещере, открыли новый мир, который ранее не был никому известен!- Такую энергию от Норы он видел впервые. Инсер создал некое подобие улыбки.

-Верно, Нора…- Коротко ответил Кэри и не мог поверить своему… Счастью? Рядом с ним стояло доброй души самка, понимавшая его. Опасность осталась позади, но что-то все равно бурлило в его истинной сущности. Что-то такое, что никак не мог объяснить даже самый мудрый ибис, никак не могла почувствовать и Нора. Нарастающий дикий голод, поедающий его изнутри, как морально, так и физически, буквально уничтожая клетки собственного хозяина каждый день.

Но белый силуэт, напоминал тому собственную мать, что облегчала эти страдания. Кэри аккуратно подошел к Норе и положил свою морду на ее спину, медленно истекая слезами. Крылатая поначалу неслабо испугалась, но потом от этого осталось только приятное удивление и она легла, чтобы Кэри было легче отдохнуть от тяжелого пути.

Открою вам секрет-

Звезды говорят,

Звезды постоянно шепчут,

Себе, тебе и вам.

Всем говорят одно и тоже,

Никто понять не может их,

Ведь так далеко находясь,

Их голос просто не доходит.

Однажды звезды все же достучались:

«Закончится война,

Но кровь не перестанет литься.

Поймите ж наконец, что трупы-

Не равны победе».

И существа прослушали

Прослушали то,

Чего так долго ждали и желали.

[[image:/storage/reader-images/d0f235e02f66c5d7bac268689fb3e0785eb537d7.jpg]]

— Это не может так продолжаться! Почему вас осталось так много? Почему? Почему мой народ должен был погибнуть?—Взбудоражено и неестественно начал кричать Мрамор, его ноги подкашивались, а морда дрожала от натянутого оскала.

— Ведете себя словно так, будто ничего не случилось!

— Заткнись, Мрамор!

— Ахрх?— Хрипнул глава, удивлённо смотря на подходящего к нему Эбила и Шторма. Они были нервным и уставшим, как и все в кругу.

— Будто тебе одному плохо в этой жизни! Мы тоже потеряли множество соклановцев, которые были нам дороги!— Взмахнув хвостом, ответил Эбил, не понимая причины столь резкой измены настроения. В лапе серо—белого появился каменный штык, воткнув его в землю, он громко провозгласил.

— Тогда я заберу из жизни ваш молодняк, чтобы упокоить умерших! Все шло по круги своя, пока не появился перед моими глазами этот черный ком шерсти! Разве вы ничего не заметили? Чтобы прекратить страдания умерших в той бессмысленной битве, я сам его убью!

Шторм даже не успел среагировать, как глава кинул штык прямо в Кэри, но тот неожиданно резко и со стуком приземлился прямо возле него. Кланы всколыхнулись от происходящего.

— Какой дичи ты это сделал!? Кто тебе сказал, что это именно из—за него? —Крикнул Лао, ощетинившись, прямо возле Кэри.

— Мы не виноваты в том, что половина существ была убита! Зачем ты нас обвиняешь?

Белый с серыми полосками хлестнул хвостом по земле и распушил свою короткую шерсть. Только он собрался прыгнуть на него, как прошелся сильный разряд молний по земле и ударил прямо в главу. Он упал в оцепенении с высунутым языком.

— Ты сошёл с ума. Разве ты не понимаешь, что сделаешь ситуацию еще хуже?—Прорычал Эбил, его лапа взрыхлила землю и с силой ударила по морде Мрамора.

Он сам не понимал, что творит, но считал это правильным. Израненные ибисы, находившиеся на поляне, проснулись. Кэри протер морду и фыркнул. В тот же момент он появился около глав и уставился на Мрамора, который не переставал вырываться.

— Отпусти. — Приказывающим голосом Инсер согнал с сородича существо. Эбил серьезно посмотрел на того и неуверенно убрал пушистую лапу. Мрамор хотел резко вскочить, но его встретил Кэри, который уткнулся в него мордой и смотрел на него впритык своими пустыми зрачками. Все замолчали и просто глядели с выпуклыми глазами на эту сцену.

— 50. — Внезапно было произнесено довольно крупное число, ничего пока не обозначающее.

— Ч—что? — Вопросительно воскликнул ибис под натиском героя. Кэри снова повторил это число еще четче, чем ранее, на морде показался оскал. Острые зубы показались перед главой, текшие из пасти слюни медленно скатывались на близ растущие травы.

— Только представь, что ты потерял всех тех, кто был тебе дорог. Ты остался один, с грузом на плечах. Что ты бы сделал в этой ситуации?

Мрамор занервничал и только пытался остро ответить, как его перебили.

— Точно так же будешь на всех кидаться и перекладывать вину, даже если они в этом и не участвовали? А если это твоя вина? Если они умерли только из—за тебя? Признай, гнилой кусок дичи, что ты не один такой во вселенной УВИДЕВШИЙ В СОБСТВЕННЫХ ГЛАЗАХ НЕСКОНЧАЕМЫЙ АД!— Прокричал Кэри и захрипел, перестав говорить, закончил он это коротким шипением, то ли на главу, то ли на себя самого. Мрамор опешил и просто лежал на голубой траве с раскрытой пастью, которая смялась под его весом. Эбил тоже немного растерялся и просто в недоумении смотрел на Инсера, вернувшегося на прежнее место.

— Что за число? —Спросила его Нора, наклоняя ниже голову для того, чтобы увидеть его глаза.

— Придет до этого еще время…—Ответил тот, грубо, взмахнув хвостом и ушами. Темный Кэри развернулся и пошел далее, где огромное поле пугало своей неизведанностью. Бегали яркие существа, невиданные ранее. Сверчки летали друг за другом, ночные цветы разных видов начинали раскрываться. Можно ли сказать, что это место приносит умиротворение?

— Слишком сильные запахи, а перед глазами только темнота. Тело не чувствую совсем…—Ибис резко упал на землю, пасть раскрылась в широкой улыбке.

— Что мне вообще делать? Отец наверняка вернется, становится все хуже и хуже с каждым днем! Одни проблемы…проблемы…— Он растянулся так, что хрустнули все косточки в теле. Прилив горячей крови заставил его мозг болеть и мутнить разум.

— Столько существ было убито…убито мной… Для чего вообще нужно было гнаться за этой силой. Хотя…откуда же он знал, что так получится… Или знал, специально, да… Проклятие!— Левая лапа глухо ударила почву, а после острая морда устремилась вверх.

Звёздное небо. Оно было так хорошо видно, не то что раньше. Темно—синее, веяло спокойствием и неизвестностью, редкие звездочки пролетали на нем. Это был единственный момент, когда Кэри без мыслей спокойно лежал и смотрел в одну точку, размышляя.

— Кэри, Кэри! —Раздался сквозь сон звонкий, громкий голос. Коричневое пятно появилось над Инсером, который только приоткрыл к тому времени глаз.

— Чего?

— У нас проблемы! — Лао резко убежал в ту сторону, откуда и пришел. Кэри с тяжестью встал, оглянулся — до сих пор стояла глубокая ночь. «Значит я проспал недолго. Погодите, это чувство…»

Он напрягся, шерсть встала дыбом, а хвост активно замахал. Предугадав, что будет, он вскочил и побежал за Лао. «Ох черт…»

Все прижались в одной точке не в силах что—либо сделать. По середине стояло что—то худощавое и длинное. От него отходил мерзкий запах, сменяющийся неистощимой агрессией.

Маленькая Карелия подбежала к Кэри из толпы и стала говорить испуганным и беспокойным голосом.

— Он стал таким н—недавно.

— Кто?

— М—мрамор…

— Что?! Как такое могло произойти?

— По моим ощущениям, когда мы выбрались с территории гор, среда изменилась. Дышать стало тяжелее, да и почти все существа жалуются на самочувствие! Думаю, это связано с его состоянием…

Внезапно, темный подросток отгородил ее, и Карелия через миг увидела длинное вещество, которое проткнуло его насквозь. Карелия громко выкрикнула его имя, активно думая, как же быть в этой ситуации. Она панически прикусила себе язык, осматривая то место удара, то прожигая взглядом нападающего.

Кэри вырвал хвост из собственного тела и немного пошатнулся, но оставаясь стоять на задних лапах. Существо перед ним, которое нельзя было назвать тем Мрамором, было каким—то поломанным, голова качалась из стороны в сторону, половина костей просто торчало из грудной клетки, оголяя разорванное тело. «Мрамор» думал, что прикончил Кэри, но это было далеко не так. Пока темная субстанция, слияние ибиса и жидкости, отбивалось от навалившихся и атакующих воителей, Инсер повернулся к алой самке.

— Значит это так работает да, Карелия?

— Ха? — Вопросительно воскликнула та, не понимая сути вопроса. Но быстро передернулась — рана на теле подростка быстро затянулась дымкой, будто там никогда ничего и не было. Боль осталась ныть протяжным воем, но теперь из нее не текло надоедавшей крови.

— Уши и узоры видно всегда, Мрамор.

И правда, на теле существа пульсировали многочисленные яркие узоры, а две пары ушей постоянно были в движении. «Я могу чувствовать его, но даже не представляю, насколько он близко ко мне, поэтому я буду действовать по интуиции… От него исходит огромное количество магии…».

Темная масса даже не стало слушать голоса, прозвучавшего рядом, и снова сделала резкий выпад вытекающим из спины гладким щупальцем. Кэри на этот раз еле увернулся, подхватив с собой Карелию, жутко вскрикнувшую от страха перед яростной мордой слияния. Его глаза истощали практически тоже чувство, если бы он стояла над пропастью. Громко, стукнувшись об небольшой бугор, Инсер прижал лапой к земле очередную атаку и выпустил в нее когти. Мрамор раскрыл свою непропорциональную ибису пасть, пока подросток отвлекся на мысли и чуть не попал в острую молотилку. Зубы! Их там несметное количество! Даже Карелия всхрабрила и царапала когтями навалившуюся на существ морду.

— Ошейник! Нужен тот ошейник!— Вспомнил Кэри тот случай и быстро прокричал это Эбилу, тот, не долго раздумывая, воссоздал ошейник в лапах и бросил его Инсеру. Лапа затряслась, но не время было вспоминать те ощущения, он быстро проскочил через Мрамора и оказался сзади, на спине.

Шелчек железных креплений. Треск прозвучал тяжело. Существо упало без сознания, в судорогах тело начало приобретать прежнюю форму.

— Мне кажется я понял, что ты имела ввиду. Он не выдержал притока магии?

— Да?— В шоке ответила Карелия, она тряслась, прижимаясь к Кэри. Он обвил ее хвостом и с презрением посмотрел на лежащего перед ним кровавого Мрамора.

— Нечего на него так смотреть, он не виноват в этом. Теперь со всеми может такое случиться.

Вдруг все недовольно заговорили, прошелся визг.

— Неееет! Нееет! Не верю!

Кто же так кричал? Рейган. Он был трусливым, но не показывал это публике. Сейчас же он просто прижался животом к земле и скулил от страха.

— Успокойся, ты же глава. А ведешь себя как ребенок!

К нему подсел Потару, его нежная сине—салатовая шерсть переливалась под лучами луны. Глаза спокойно глядели на Рейгана, успокаивающе. Вскоре тот расслабился, проголодался, как и все находившиеся на поляне. Костер, созданный Закатом все горел, многие не спали.

Кэри тоже не спал, прижавшись к Карелии, он долго глядел на костер. С треском ломались в нем ветки, оранжевые языки пламени улетали ввысь, превращаясь в серый дым.

— Мне страшно. — Проскулила Карелия, мелкие глазки появились из—под шерсти. —А если еще с кем—нибудь такое случится?

—Думаю это будет еще не скоро, а если и будет, то я всегда рядом. Тебя в обиду я не дам. —Он приятно лизнул ее лоб синим и длинным языком, она, покраснев расслабилась и снова уснула, уже крепким сном.

На горизонте начало появляться медленно солнце. Чем дальше его лучи двигались по полю, тем активнее закрывались яркие бутоны ночных цветов, букашки прятались. Существа начали просыпаться, вытягиваться в длину.

— Аррхх.— Продрал глаза один из глав, он положил лапы на морду, медленно скатывая их вниз.

— Что вчера такое было…

Это был никто иной как—Мрамор. За ту ночь его шерсть обуглилась, уши дергались в конвульсиях. И он просто сидел так некоторое время, пока его не пришли проверять и допрашивать.

Шерсти что—то нюхала почву и воздух. Видимо она искала чем можно наполнить свой желудок. Вот на её глазах кто—то пробежал, Шерсти напряглась и прыгнула прямо на пробегающую дичь. Ну и конечно, так как она не знала об этом животном ничего, оно выделило сквозь тело противный запах. Шерсти моментально его отпустила и начала откашливаться, потирая лапой нос.

— Думаю это пойдет лучше…— Отшутился кто—то тихо, копошась в широких кустах. У маленькой Макки в пасти было много того, что она нарыла там. От маленьких ягодок, до длинных корней, которые свисали аж до самой земли. Смело выпрыгнув из кустов и разложив свое богатство на земле, Макки стала перебирать, что съедобно, а что нет.

— …Почему ты отложила эту ягоду? —Шерсти смотрела за этим и заметила, что она отложила в сторону довольно крупную ягоду. В целом, все что нашла Макки нельзя было назвать лицеприятным или хорошо пахнущим.

— Вот почему…

Существо пододвинуло лапой черную ягоду. Шерсти громко фыркнула, заметив толстую, жирную личинку белого цвета, которая источала смрад. Внутри ягода полностью сгнила, не оставив ничего приятного на зуб.

Медленно топая около них, прошла Карелия и, завидев эту ягоду, сглотнула.

— Вот и нашлось применение этому предложению «Не смотри на внешность, смотри в душу.». Буэ… Да теперь она мне будет сниться в кошмарах!

Её полностью пробрало отвращение, и она резко побежала дальше, прижимая длинный хвост между тонких лап.

Тоненькая палочка откинула подальше эту ягоду. Макки улыбнулась во всю пасть и немного поделилась с Шерсти уже очищенными корешками, они стали жадно их жевать.

Поляну уже долгое время освещало оранжевое солнце. Над лагерем существ летали мелкие птички, то и дело обращавшие внимание на незнакомцев. Одна даже стала обедом для слепого Кэри, который, несмотря на свой недуг, ловко поймал незнакомку за крыло и заглотил без всяких проблем. От нее остались только синие перья, когда рядом с Инсером заговорил Эбил.

— Думаю нам надо выяснить причину этого всего… Я не хочу потерять еще больше существ… Так вот, пойдешь ли ты на разведку с нами, Кэри?

Инсер удивился этому предложению. «И правда. Смотрю я на это огромное поле… И что я чувствую? Любопытность, смешанную со страхом неизведанного. В горы нету смысла возвращаться, там все во льду. Да и кто знает, может Королева не улетела, а стоит и ждёт нас. Думаю, меня вдаль что—то манит. И даже если я не пойду, все равно придет все к одной точке.»

Он посмотрел вперед, внутри что—то защемило, что Кэри пришлось прикрыть глаза. Тот случай все не переставал напоминать о себе, он задрожал. Существо почувствовало снова те ощущения, все мысли, которые наполнили его голову, когда его тело просто проткнули каменной глыбой.

Мысли были даже не о гневе, а о бездонности, влечении к чему—то, к ответам.

«Если меня что—то держит в этом мире, то я должен это закончить, раз и навсегда.»

Инсер закончил свои мысли, белые зрачки блеснули на фоне тёмной оболочки.

— Ты изменился Кэри, ты не такой, как раньше. Мне кажется, ты повзрослел за очень короткий период.

Эбил показал свою грустную улыбку. Почему он улыбнулся, ведь скорбь так и оставалась на его сердце. Он должен был оставить это в прошлом, но как бы он не старался, скрыть все свои чувства не удавалось.

Он привстал и громко провозгласил, плавно проводя хвостом по воздуху.

— Кэри, Нора, Шторм и Потару идут с нами завтра на разведку!

— Значит история начала продвигаться, Сарден?— Прохрипел чей—то голос.

— Верно… Верно!

Трогая какую—то колбу, отвечал другой голос.

— Это будет великая история! — Сарден скинул с себя синий плащ, запачканный в чем-то темном.

— История наконец получит свой конец!

[[image:/storage/reader-images/b67d1b929be5eaa0fa4341619e1539f274715fdf.png]]

Солнце уже выходило из—за горизонта, когда ибисы, призванные в разведку, начали активно собираться.

Глубоко вдохнув теплый воздух, готовая группа обернулась и попрощалась с остальными.

— Осторожнее там, удачи! — Крикнула Карелия, выбегая прямо на Кэри.

— Тебе того же. — После этих слов Инсер в смущении отвернулся. Внимание, да ещё и женское, было для него новинкой. Алая самочка, довольная вызванной реакцией, проурчала, нежась холодным носом в темной шерсти стоящего на возвышении подростка. Он посмотрел на нее в последний раз, а потом перекинул морду в сторону пещеры, заостряя уши ввысь. От чего Мрамор стал таким, что могло послужить такому всплеску агрессии? Хотя, если немного подумать и взвесить все увиденное, что—то в этом было довольно знакомое.

Мрамор наблюдал за ними, в голове крутились сплошные вопросы. Почему? Как? Что вчера произошло? Глава не помнил много со вчерашнего дня, но все так же оставался в замешательстве. До его ушей дошёл детский смех. Это притупило его чувство вины и незащищённости. На фоне салатового поля внучата Эбила еще не до конца понимали, что происходит, и поэтому просто беспечно резвились под деревом неподалеку. Они смеялись и радовались, будто ничего не произошло. Это навевало надежду и спокойствие на всех, но только не на Мрамора. Драконья королева заморозила почти всех его подчиненных и лишь немногие выжили, а ведь у него тоже были дети. Только они были теперь все мертвы, заледенели во льдах гор и просто стоят там днями и ночами, испуская холодную магию королевы.

В животе снова начала бурлить ненависть, рассудок хотел покинуть его тело, но что—то его не пускало выйти наружу. Темный дым, обволакивающий все длинное тело самца, всем своим видом показывал неиссякаемую злость. Он насильно блокировал все ужасные мысли, не позволял летающей природной магии впитываться в тело Мрамора, тем самым ухудшая состояние главы, но не давая появиться незнакомой склизкой сущности.

— Что ты такое? — Раздался глухой звук в сознании главы, после такого вопроса дым сжался, а потом быстро развеялся в пустоте. Непонятный голос твердил одно и тоже, так быстро, что стало противно звенеть в ушах. Бело—серый ибис медленно отступил на пару шагов назад.

— Причина…

Мрамор открыл мутные глаза и разглядел на освещенном остатками солнечных лучей месте группу существ, выдвигавшихся на разведку. Инсер присел на хвост и гладил всех прибежавших детей по макушке, повиливая темной кисточкой на конце. Они радостно взвыли и в один голос желали удачного похода и вернуться живыми.

Встав на лапы и медленно, хромая, подошёл к нему Мрамор. Кэри услышал треск веток и обратил на него внимание, отвлечась от детей, спокойно тех разогнав в стороны. Он оценивающе оглядел ауру главаря, обходя его мерными шагами по кругу, немного приоткрылась его пасть, монотонно постукивая острыми клыками.

— Я слежу за тобой. Если ты еще хоть шаг сделаешь к кому—нибудь…

У главы появился жар по всему телу и только на секунду он онемел. Перед ним темнейшее существо стояло на двух лапах, хвосты окружили бедного Мрамора, дым окутал все его поле зрения, а передние лапы были запрокинуты на серую грудь самца.

— …То твоя жизнь оборвётся в ту же секунду. Я не могу видеть тебя, но могу чувствовать твою черствую душенку, твою жажду крови. Но запомни, моя жажда может убить всех на этой поляне, даже не шелохнувшись. — Прошипел злостно Кэри, стараясь припугнуть ибиса, дым мгновенно развеялся, как и сам Инсер в воздухе. Направляющий в землю свои дрожащие зрачки, глава долго еще стоял на месте в оцепенении. «Если не он страшнее того дракона, то кто еще?!"— пронеслось в мыслях Мрамора. «Ты слышал его? Мы можем убить тут всех, пока его нет. Думаю, он очень обрадуется!»— заверещало от смеха существо с щупальцами грязного цвета крови. Оно медленно огибало яркую сферу внутри ибиса. Одно из щупалец подобралось настолько близко к сердцу, что на мгновение обуглилось от энергии, питающей тело, но, не замечая ранений, существо полностью запустило туда его. Сфера ярко выпустило энергию и сразу же потускнело, заставляя Мрамора побледнеть и прерывисто дышать. По всему организму прошлась неприятная колкость, словно изнутри кололи сотни игл и прожигали шкуру, но на самом деле существо начало распускать свои отростки по всем мышцам и высасывать жизненную энергию. Ибис противно попятился в сторону Кэри и скрипнул зубами. Но смотрящие со всех сторон узкие зрачки заставили его повременить с проявлением своей ненависти.

Тем временем Нора, не смотря на него, как остальные, дружески терлась о шею Стеклы, которая за её спиной собирала на воздухе венок, из близ растущих цветов. Желтые, красные — все они еще блестели в темноте прошедшей на земле ночи и зажигались неоновыми оттенками.

— Я скажу тебе, не доверяй им! Это другие кланы, со своими тараканами в голове. Даже не знаю зачем они и тебя решили взять, смотри во все стороны! И возвращайся с кожей на костях! — Сказала самочка, сжав левую лапу в кулак, и подняв ее перед собой.

— Не очень воодушевляющая речь, Стекла. —хихикнула Нора, когда на её голову легонько упал венок. Маленькие листочки немного кололи, а яркие цветы хвалились своими бутонами. Та, которая сидела напротив Норы, поправила венок и удовлетворительно качнула головой. В момент приятной беседы проходил около них с растрёпанной гривой Потару, чтобы доложить Норе, что они выдвигаются. Стекла косо на него посмотрела.

— И еще… Я присмотрю за Рином и остальными. Не переживай. — Она улыбнулась и опустила голову, обозначая тем, что она на нее надеется. Потару подтолкнул металлическим наконечником хвоста молодую Нору к группе, к которой она уверенно побежала, махнув на прощание хвостом. Лежавший на земле Рин серьезно посмотрел в сторону перистой и зашевелил тонкими ушами. Он повернулся на пол—оборота к Рейгану, который только недавно пробудился ото сна и спокойно вылизывал на себе шерсть.

— Слишком ты спокойный, в такую—то ночь. — Заметил подросток, принявшись за поедание небольшой цветастой полевки.

— Просто я наконец осознал, что, по сути, я здесь ни на что не годен, кроме как трястись в страхе от каждого шороха. Меня выбрали в главари только как сына Калагари, но на самом же деле я не обладаю никакими свойствами лидера или сильного духом существа. — Прядь умываемых волос упала на конец испуганной мордочки, глаза были заметно напряжены и смотрели твердо в пол. А Рин, славившийся упрямой натурой, продолжал:

— Теперь в твоей жизни появились новые задачи, которые тебе необходимо, как главарю, выполнять. Защита собственного народа, а также обеспечение его будущего. Да, ты трус, но это можно с легкостью исправить - предоставь это все мне, и я сделаю из тебя того хранителя, которого ждут ибисы. На это мне и даны силы, как и тебе.

Немного темненький с яркими пятнами на спине привстал и посмотрел на Рейгана. Его лапа подняла мягкую тушу на лапы и тяжело упала на плечо существа. От неожиданного прикосновения узоры на теле главы засветились разными оттенками. Прижав уши за морду, он устремил свой взгляд на подростка и после недолгих раздумий коснулся его лапы в знак согласия. Рин хитро улыбнулся во все свои белые зубы, тренировки явно обещались быть не простыми. Бедного Рейгана сразу же потащили за холмы и заставили тренироваться. Рядом возвышающиеся горы несколько пугали ибиса, потому он не мог сосредоточиться на атаках. Нападавший все это время прыткий и ловкий Рин, не был ни в какое сравнение с его неряшливыми движениями. Крупный ибис быстро отскочил от очередной магической атаки, исходящей из пасти напарника по тренировке, и создал водяную стену, прозрачную, словно стекло. “Интересно!” - заинтересовался еще больше Рин и прыгнул прямо к Рейгану, сметая всю траву на своем пути. Вода окутала егов момент без и оставила без способности к движению - этим то и воспользовался ощетинившийся Рейган, ударив того с вращения толстым хвостом. Пятнистый отлетел на пару метров, и вода с него легко впиталась в землю, оставив существо сидеть со слипшейся шерстью. Рейган же, отдышавшись, в панике подбежал к нему и наклонился, вглядываясь в морду.

— Ты меня всего водой облил! — Добро возмутился потрепанный Рин и стукнул тонким хвостиком в бок главаря. Тот с круглыми глазами тяжело сел и сложил пальцы лап между собой. Молодой самец приподнял морду и вытянул вдруг шею, резко опустив же их из пасти выдалось синее пламя с фиолетовым градиентом. Рядом с таким теплым источником Рин и Рейган грелись еще долго, почти до обеда. А похваленный работой глава, не встать себе, возмужал и гордо шевелил кончиком хвоста.

— Как считаешь, они вернутся с разведки? — спросил едва успевший высохнуть пятнистый ибис.

-Ну, лучше думать о хорошем исходе путешествия, чем о плохом. Потару и остальные неплохие воители, так что могут за себя постоять. — ответил Рейган и уткнулся мордой в салатовую траву. Сможет ли он защитить то, что ему дорого или в страхе отступится?

Вскоре они внимательно смотрели за собравшимися вместе разведчиках. Между ибисами из земли вырастали невысокие холмики, заросшие кустами и другими травами, летали птицы в бежево-голубом небе. Недалеко текла река, та самая, по которой существа выбегали из расщелины. У многих до сих пор на лапах оставались ссадины из-за острого льда, который там был в преимуществе. Были и существа, у которых поднялась температура и они просто отлеживались на траве, хрипя. Эбил отдавал последние приказы своим соклановцам, поэтому группа некоторое время не двигалась с места.

— Шерсти, попытайся подлечить некоторых. — Голубая самка кивнула тонкой мордочкой и свободной лапой коснулась желтого кулона. Чем-то он ее успокаивал, дарил чувство безопасности.

Рыже—белый глава отдал последнее поручение и с поднятой мордой громко рыкнул.

— Выступаем! — Остальные существа уже выступили на зеленые луга, а Кэри на секунду остановился, прислушиваясь в группы провожавших их ибисов. На темном фоне ослепших глаз показывались десятки ярких сфер и душ в них содержащихся. Они были такими сочными и манящими, что Инсер невольно лизнул свои передние клыки и его душа нервозно затрепетала. Что за чувство? Черный самец ударил себя своим же длинным хвостом и по запаху пошел за группой, стараясь не вспоминать то чувство.

Ослепляющее солнце глядело на существ с неба, одаривая тех теплыми лучами. Норе это не нравилось, и она просто щурила глаза, смотрела под лапы, вынюхивая местность. В зелёной траве ползало много живности: змеи, насекомые. От такой живой «каши» под лапами кружилась голова, и Нора ускорила шаг, махая короткими крыльями.

— Здесь кончается река. — Проинформировал группу Эбил, остановившись прямо около тоненького ручейка, который обвивал камень, величиною с лапу. Все, кроме Норы, удивились, когда перед главой появилась неизвестная книга. Эбил открыл ее и что—то начертил там. После некоторых махинаций книга захлопнулась и испарилась.

— Откуда и у тебя книга…? — Потару крайне нужны были ответы на свои вопросы, возникшие в ту минуту.

— Ты ни разу не видел эту книгу у своего главы? — Дивясь, спросил Эбил у шокированного сине-салатового ибиса.

— У своего нет. Только тогда, когда Нора нас собирала мы узнали о ней. — Глава покосился на него и на Нору.

— Мне тоже нужны ответы от вас. Но не сейчас. — Белошерстная немного опешила от таких слов, но ничего не сказала, так как у нее еще будет время об этом поговорить с Эбилом глаз на глаз. Она снова принялась изучать местность, попутно встречая различные острые камни и странный редкий пепел, постепенно налипавший на влажные лапы.

Справа шел ручей, с левой стороны можно было заметить горы, которые уже покрылись облаками и туманом от столь далекого расстояния. Глубоко набрав воздух, Нора и остальные оглянулись.

— Эбил!— Крикнул вдруг Шторм, показывая мордой причину своего крика. Довольно крупная территория была выжжена дотла, виднелась только земля и непонятный разноцветный пух. Шторм, опасливо остановившись около кривых деревьев, принюхался, направив свой нос в эпицентр пустой от огня местности.

— Кхе!— Кашлянул вдруг тот, он резко отвернулся и начал тереть лапой нос, который стал противно щипать от гари. Подул слабый ветерок и место вспыхнуло — мелкие оранжевые искорки загорелись слабым светом, и как только ветер успокоился, в миг погасли.

— Тут видимо была битва…— Подошедший глава осмотрел обугленную территорию и деревья с кустами, идущие вдали одной из сторон. —Похоже лес недалеко, много зелени начало встречаться.

— Глядите! Там что—то лежит! — Оповестила всех Нора о находке. На земле лежал кусок, обвитый травами, пожелтевшей бумаги, но она была довольно далеко и глубоко. Пришлось существам спускаться с некой возвышенности, чтоб хоть немного подобраться к заветной вещи. За холмом открывался восхитительный вид: бескрайние поля, узкие речушки, все чаще встречались деревья, кусты и разные животные, то и дело убегающие от неизвестных им существ. Но не все было так гладко, из—под земли на долю секунды выпрыгнуло довольно крупное существо и с грохотом нырнуло снова в землю, оставив после себя все ту же обугленную землю. Бумажки и след простыл, только огромный кратер остался на том месте.

— Черт…— Проскулила быстро Нора, пушистый хвост нервно то поднимался, то опускался. Она сорвалась с места и в миг подбежала к кратеру. Земля под ногами начала скатываться, но её это не остановило. Подобравшись, Нора стала всматриваться вниз.

— Нашла! Лови! — Ловко взяв кусок чего—то, она подбросила его вверх и вскоре, он оказался прямо в пасти Кэри, который чуть ли его не выронил. Инсер вернулся назад и раскрыл аккуратно пасть - оттуда выпал кусочек бумажки на котором что-то было нарисовано, перечеркнуто и подписано.

— Хоть какая—никакая информация об этом месте. — Пробурчала гордая работой Нора, отряхивая от себя землю. Глаза всей группы устремились на находку.

— Откуда ты это знала? Или ты на все всегда так резко реагируешь? — Перистая вызывающе промолчала, перья на загривке зашевелились, говоря о том, что эта претензия была лишней и только ее разозлила.

Бумажка же была разорвана на пополам, все было обозначено непонятными значками и надписями. Горы, после нескольких минут раздумья, были видимо обозначены на краю карты, которая не была повреждена. Дальше уже было не разобрать, большая часть написанного была стерта или зачеркнута.

— Это нам ничего не дало…— Прошелся глубокий вздох, только Кэри сидел и продолжал на нее смотреть.

— Но кто—то же это сделал? Верно?

— Есть еще разумные существа? —Прикрикнула от удивления Нора, она взяла крепко в лапы бумажку и осмотрелась, словно кого—то ища. Когда вдалеке Нора заметила лес, глаза выразили интерес. Размявшись, существо предложило то, что можно делать дальше. — Предлагаю идти туда.

Крепкие деревья вырывались из почвы, толстые стволы и ветви, на которых росла густая листва, почти не пропускавшая дневной свет. Многочисленная зелень встречалась на каждом шагу, неизвестные рогатые животные прыгали с ветку на ветку, плавно шевеля своими переливающимися хвостами. Встречались мелкие водопады с чистой водой, которые располагались под гигантскими корнями, метров три шириной. Со всего древесного свисали древние лианы и ярко—зеленые мхи. Существа шли, контролировали каждый свой шаг, чтобы не наступить на очередную яму или камень. Кэри пытался принюхаться, незнакомые запахи сбивали его с толку. Нора ориентировала того на местности, но и сама оглядывалась по сторонам.

— Тут все просто переполнено магией! Любой цветок излучает огромное ее количество! — Удивленный голос прозвучал со стороны Эбила, который рассматривал флору и фауну новой земли. На родной территории было всегда мало зелени, да и магии тоже. Ибисы много лет воевали за каждый клочок земли, а сейчас такие нескончаемые просторы дикой природы окружали их со всех сторон.

Недалеко от того места, где находились существа, стали шуршать листья. Чья—то шерсть быстро мелькала меж деревьев. Высоко прыгнув, мутное пятно оказалось на вершине толстого корня, прямо позади группы существ. И не успел Кэри оглянуться проверить запах, как перед ним беззвучно спрыгнул кто—то. Напрягая крыло, незнакомец быстро выхватил из лап Норы бумагу и собирался уйти обратно, как Нора молниеносно среагировала и в существо тут же полетела плотная воздушная масса, разломив за ним стоящее дерево. Тот ловко отскочил от атаки и, прыгнув на дерево, скрылся за яркой листвой и папоротниками.

— Эй! Ты кто такой?! Вернул вещь обратно! —Закричала та, вздыбив все свои перья. Когти на лапах взрыхлили землю, и Нора кинулась на ствол толстого дерева. Короткие крылья размялись и расправились, помогая самке в пикировании, существо побежало дальше.

— Нора! Стой! — закричал кто-то из группы, следя за последней пропавшей белой шерсткой ибиса.

Топот двух мощных лап раздавался по всему густому лесу, длинный тонкий хвост мотался из стороны в сторону. На конце находился черный отросток, который своим цветом сильно выделялся на фоне его сине-бирюзового покрова. Еще один выхох раздался из пасти незнакомца, когда тот чуть не упал с ветки дерева. Быстро оглянувшись, существо юрко нырнуло в отверстие в толстом древе, раскидывающее по сторонам широкие ветви и ветвистые корни, уходящие глубоко во влажную землю.

Он что-то взял в одну из лап и начал активно растягивать, прижимая один из концов зубами. Вскоре в обеих лапах лежала тонкая неоновая нить, переливаясь, она издавала скрежет. Крепко сжав в кулаке нить, существо выбралось через узкий проход и остановилось. Нить была ловко натянута на кору, которая обрамляла проход, и он, услышав чужие звуки, покинул место тут же. Нора продолжала погоню, ее желание вернуть обратно ту карту не было понятно никому из группы существ. Но те ее давно потеряли из виду, хотя пытались остановить. Самочка ибиса напрягла свою пасть и залезла на дерево. Огромное дупло было прямо с ее рост, и она спокойно зашла в него, вертя головой в надежде на хоть какие-то зацепки. Множество лиан и длинных мхов закрывали нормальный обзор, что привело к тому, что Нора едва ли не рассекла себе челюсть, неожиданно для себя споткнувшись на ровном месте и упав рядом с натянутой ловушкой. Нити довольно блистали на свету, словно паутина. «Острые!» —разрывая нити с древа и ругаясь, щетинилась белокрылая. Через несколько минут грозного высвобождения от острейших нитей она спланировала с дупла и хватилась за ветви. Здесь то и открывался отличный вид на местность, как на ладони. Но существо будто испарилось и кроме растительности на глаза тот не попадался. Зато птица неожиданно вспорхнула перед глазами Норы и скошенные глаза заметили в углу своего обзора синюю шерсть. Ибис отогнал пеструю птицу и, создав кульбит в воздухе, слетела с помощью своих коротких крыльев на толстую ветвь.

— Она хоть понимает, что делает?! Где нам теперь ее искать? —Взорвался Потару, вынюхивая новую местность.

— Я думаю, она вернется. —Сказал кто-то сзади. Это был Кэри который, скрутив хвост на траве, сидел и рассматривал свою темную шерсть. Внезапно он зашевелил ушами и повернулся влево. —А вот и она…

— Надо за ним! —Нора приземлилась с высока перед ними, подняв столб пыли со свой рост. Она вдохнула глубоко воздух и крикнула, но все же, нежный голос не дал ее сделать это громко. —Это наша единственная информация!

— Зачем он тебе? Разве нет другого выхода?

— Нет! Это необходимость, если мы хотим выжить! —Отрезала самочка с отдышкой в голосе.

— Она права, Шторм.

Шторм хлестнул серым хвостом по земле, да так, что крупицы земли полетели в разные стороны. Он повертел головой и на минуту напрягся —перед ним пробежало то самое существо.

Секунда. Они переглянулись друг с другом, перед ними сверкнула невидимая молния напряжения. Но зрачки глаз незнакомца ушли в сторону и брови поднялись от странного удивления.

Будто ветер, Нора резко выбежала на него и в момент повалила. Белоснежное тело извалялось в земле, а под острыми когтями лежало тело больше ее в несколько раз. Эбил быстро создал оковы из молнии и нацепил их на передние лапы существа —тот встретил ограничение свободы яростным воплем. Вся группа немедленно покинула открытую территорию в лесу. Отошли они в небольшой земляной навес, с которого спускались длинные корни дерева, вход обрамлял мелкий ручеек. Нора положила существо у стены и стала разглядывать, прожигая взглядом. Синяя шерсть и бирюзовые круги: на груди один и на остальном теле еще несколько. Множество шрамов и царапин, «кошачья» морда и гневно сжатые глаза. Уши были подогнуты так, что их было не видно. Непонятные отростки исходили из щек и плавно перемещались в пространстве.

— Кто ты? —Резко спросила самка, после нескольких секунд молчания. Незнакомец лишь нервно захрипел. Он постоянно что-то искал своими глазами, сверкая зелено-фиолетовым оттенком. Шторм подошёл к нему и вытащил из лап существа ту самую бумагу. Крылатый побледнел, поджал свой длинный хвост и еще больше натянул оскал.

— Отвечай, если можешь. Что это? —Строго, но по делу спросил его Шторм. Когда существо ничего не ответило, он лишь цокнул. Кэри пока смотрел на него издалека, недоверчиво кося белые, слепые зрачки, абсолютно не видя даже частички магии в теле. Тот ответил тем же и у незнакомца зашевелились отростки —словно вспомнил что-то важное

— Кто бы ты ни был, мы тебя без ответа не пустим. -Просипел черношёрстый, мотая головой и концентрируя слух на малейшем дыхании.

— Карта Гринписа. —Выдало существо после слов Инсера, который из-за неожиданности встал и подошел ближе.

— Все же можешь говорить? Тогда, зачем тебе эта карта нужна была? —Продолжал он.

— Потому что она моих рук дело. —С каждым словом незнакомцу становилось все труднее и труднее дышать. Он активно начал чесать около лап —у места заточения.

— Уберите. Я не смогу так долго без свободы.

— Даже пяти минут не прошло, а ты уже выставляешь нам свои условия!

Нора прошла полный круг по сырой пещере и остановилась, все глядя на существо. Вдруг оно продолжило говорить и уже с угрозой в голосе, дыбя шерсть на хвосте.

— Если хотите все знать, тогда идите к Древу. Вас «дружелюбно» встретят! Если не хотите проблем, лучше вернитесь назад, там и останьтесь. Больше мне вам нечего сказать, о вас ни слова не было слышно век! Убийцы, скрытые за пушистой оберткой дружелюбия!

— Какой век? Что за черт творится здесь, что за древо и что за резкие обвинения в нашу сторону?! —Не выдержав, белокрылая ринулась на самца и своей пастью хотела проучить нахала, вот только никого перед ней уже не было. Незнакомец испарился, словно его тут и не было, а пасть закрылась в воздухе. —Куда, а ну вернулся, ирод!

Инсер взял в лапы отскочившее перо и прокрутил его вокруг своей оси.

— Бесполезно, он ушел, а мы не знаем потолок способностей этой расы. Так что придется ориентироваться своими силами.

— Обвел, как маленького ребенка. —Прорычала самочка, бросая вперед себя, к выходу, взятый магией камень. Он звонко отскочил от камня и по инерции немного покатался, пока не упал в речку.

— Кряк! —Послышался протяжный треск тонких костей, приятный звук жевания мягкого мяса. Яркие пламенные языки пламени быстро улетали в темное небо, бесследно исчезая. Хвост плавно прошёлся по земле и скрутился в спираль. Кэри и остальные сидели около земляной стены и ели жареных ящериц, найденных в знакомой речке неподалёку. Шторм, следя за горением костра, иногда подкладывал ветки. Очередная ветка была брошена в костёр, искры облаком устремились вверх, когда он начал говорить, облизывая лапу после еды.

— То существо было очень странным. Мало того, мы узнали информацию, которая опять нам сильно не помогла. И его резкие слова… Видимо им что-то о нас известно. В отличие от нашего народа, мы не обладали и не обладаем о них ни какой информацией. Появилось ли что-нибудь в твоей книге, глава?

Тот сначала качнул головой, но потом его зрачки сузились в удивлении, пасть нервно задрожала. Нора подошла посмотреть в нее и тоже отстранилась вмиг от книги.

— Здесь написано: «Ибисы покинули свою территорию… Соединения пока не происходит…»—Голубые глаза ее задрожали и резко уставились на Эбила, который прикрыл свои с громким вздохом.

— Ты же вроде, что-то обещала нам рассказать про ваши дела перед нападением королевы?

— А? Что? Как ты можешь сейчас прерывать такую тему?—Легкая боль раздалась на груди Норы, что-то быстро кольнуло ее. Разряд тока прошелся буквально в сантиметре от нее и наэлектризовал небольшие перья на грудке.

— Говори. По твоей реакции видно, ты знаешь истоки некоторой информации.

— Рххх! Ладно!

-Намечается что-то интересное. —Пробурчал себе Инсер, трогая неизвестный яркий цветок, бутон которого светился неоновым свечением, отливая.

— Это же уже давно в прошлом, вы правда хотите знать? —Неуверенно спросил Потару, разминавший разминая уставшую шею. Нора тем временем доедала свою порцию и готовилась к долгому объяснению воспоминаний, коих она не желала вспоминать более никогда.

— С тех пор, как я была маленькой, моя мать активно участвовала в жизни клана: помогала строить новые жилища, запасала еду на зиму, общалась с тогдашним главой Сореном, который в тот момент был в нормальном состоянии. А я постоянно следила за делами моей матери, она была для меня снежинкой в ночном небе и наводила на верные решения возникающих в жизни проблем.

Но постепенно шли месяцы —она начала замечать неладное в деятельности главы. Постоянные срывы, он все время пытался остаться в одиночестве. Оказалось, что Сорен изредка смотрел в какую-то книгу, мистическую, влияющую на него не самым лучшим способом. И никто не смел ему перечить, даже когда его действия становились до боли абсурдными. И из-за этого на нашей территории начались голодовки, о главе не слуху не духу, а руководить народом нужно было хоть кому-то. Некоторые соклановцы, имеющие какое-либо влияние, пытались помочь пищей и лечением истощенных, но ничего не менялось. Обычно в кланах глава был основной опорой, но, когда её убираешь хоть на время, постройку уже невозможно восстановить —разваливается. Я уже тогда повзрослела, начала думать своей «головой». Все это выглядело очень странно и я решила все прояснить.

В один из дней Нора пробралась в жилище главы. Спавший в углу, на мягкой лежанке, Сорен никак не заставил самочку повернуться назад. На ее глаза попадались не самые приятные вещи, от склянок с кровью, до той самой книги, полностью измазанной в центре чем-то крайне неприятным. Медленно наступая на постеленный на полу слой веток, она все же подошла к книге и еле подняла ее. Книга была точно не легка и удобна, да и Нора тогда не хвалилась своим ростом, была такая же, как и все ибисы в ее возрасте —неуклюжие, слабые и мелкие. Белая самочка прислушалась к звукам в жилище Сорена и, поняв, что тот спит и более никого здесь не было, выбежала наружу. Лунный свет прошелся голубым сиянием по ее шерстке, трава стала заминаться под тонкими лапами —немного далее проходил патруль охранников, шепотом переговаривались там ибисы. Один из них повернулся в сторону жилища и махнул одним ухом, и Норе пришлось стремительно скрыться за древесным корнем, свисающем с обрыва. Чуть ли не задыхаясь, пришлось сидеть в неудобном земляном углублении, когда существа все таки удосужились пойти дальше. Белая пасть с облегчением выдохнула, но буквально сразу же вспомнила про книгу и раздраженно клацнула зубами, высовывая раздвоенный змеиный язык. Чтож такого в этой книге, что глава так резко от нее изменился, думала маленькая Нора, потрогав обложку. Она встала, отряхнулась, оценила все произошедшее и сорвалась с места, с рычанием понесшись с высокого холма. Даже сейчас с трудом могла понять, как тогда ей удалось столько пробежать. Книга была жутчайше тяжелой и замедляла каждое движение. Но ее это мало волновало —нужно было отогнать опасность от родного клана и как можно быстрее.

Добежав до реки, Нора села передохнуть и отдышаться. Тихое звездное небо давало маленькую надежду на хоть какое-нибудь спасение, решение. В воздух повылетали десятки маленьких драконов и светлячков, образуя несуразную массу над землей, едва белокрылая успела погрузить свою лапу в реку с берега.

На противоположном берегу захрустели заросли камыша и трав, над ними же показалась синяя грива бежево-салатового существа. Они посмотрели друг на друга взглядами недопонимания и страха. Не прошло и пары минут, как ее уже встретил ибис из чужого клана и с недобрыми намерениями, как той показалось, прыгнул в течение реки. Все его тело погрузилось в темную воду, только странный хвост торчал над ней, испуская заряды магии. В конце прямо у крутого берега он совсем исчез из виду, Нора забила хвостом, закрывая телом книгу, завертела головой.

Внезапно река взволнованно задвигалась в одном месте, лопались пузыри. И оттуда в одно мгновение выскочил яростно незнакомый самец, разведя по сторонам свои когтистые лапы. Прохладные капли дождем устремились на тела и землю, через некоторое время испаряясь. Задние лапы взрыхлили влажную почву и глубоко вцепились острыми когтями. Трехцветный самец замахнулся и прошелся около нее, еле задев торчавшие белые перья. После короткой стычки они встали поодаль, друг напротив друга, метая пыль длинными хвостами. Оба были сильно перепуганы, но никто не смел предпринять хоть что-то. У самки не хватало выносливости и сил, а у самца, видимо, были другие на то причины.

— Это граница кланов! Почему ты здесь?! —Прорычала стоявшая перед ним, прожигая того взглядом.

— У меня к тебе тот же вопрос! Границы принято защищать от чужих лап, мелкокрылая!

—Как ты меня там назвал?—Нора бросилась на него с яростным воплем, перья вздыбились от гнева. Потару, так звали трехцветного, пытался извиниться всеми способами и защититься от нападок хвостом, но безрезультатно, та только сильнее начала колотить лапами по его морде отгоняя обратно в реку. Не выдержав, у самца без его воли раскрылись металлические отростки на хвосте. Его концы преобразовали из воздуха желтую магию и слились в единую трещащую энергетическую нить. Не ожидавшие этого ибисы попытались отцепиться друг от друга в схватке, но в итоге они оба упали в образовавшийся между отростками портал.

Побыв без сознания пару минут они в итоге рухнули на каменистую землю, где мелкими пучками росла одинокая трава. Близ стоящие, довольно крупные булыжники ограждали землю от бурной реки, выходящей прямо к озеру. Потирая ушибленные места, те не сразу осознали, где находятся. Нора сразу соскочила с места и вцепилась в книгу.

— Это то, о чем я думаю? Это ведь книга главы? —Ошарашенным тоном от произошедшего спросил Потару, краем глаза смотря на собственный хвост.

— Где мы?! Куда ты меня занес? —Не переставала волноваться самка со сбившимся дыханием.

— Это мой клан, и я сам не понимаю, как мы здесь оказались. —Где-то в пару метрах от самца послышался грохот воды об камень, знакомые голоса существ.

— Ты из «Клана Калагари»? Не похож ты на них. Хотя нападать, по-видимому, на каждого проходящего около вашей границы уже у вас в крови. —Она с упреком посмотрела на Потару и глянула мельком в книгу. Раскрыв ее, в глазах тут же появился ужас, смешанный с отчаянием. Самец, тряхнув синей гривой на всю спину, тоже подошел к интересной вещи. В бурой по окраске книге с желтыми, как осенний лист, страницами виднелся постоянно меняющийся текст, меняя буквы другими буквами и ломая полностью слова. Но среди всей этой вакханалии буквы начали выстраиваться в подсознании и образовывать цельные, уже имеющие некий смысл, предложения:

"Грядет нечто ужасное. Война и королева, разверзнется мир перед вашими глазами. Темнота перейдет ваш путь и обволочёт ваши души.»

— Война?! Кто посмеет начать ее?

— Меня больше беспокоит то, что это как-то связано между собой.

— Думаю, я знаю, кто может помочь нам разобраться. —Потару выпрямился и повертел головой, переставляя вслед лапы. Он нагнулся и выставил свой хвост вперед, серебряные клешни раздвинулись в стороны. Между ними появилась жёлтая молния которая превратилась в портал.-Должно сработать…

Не успевшую договорить свою новую претензию Нору снова затолкнули в портал. На этот же раз все прошло более удачно, но только в нескольких аспектах —существа не потеряли сознание при перемещении, но рвотный рефлекс от увиденных искажений сработал, как и полагалось. Нору вырвало желудочным соком прямо на голый камень и легла она потом от изнеможения подальше от испорченного места.

— Останешься тут или отправишься со мной? —Задал уже без тени гнева вопрос Потару, также отходя от своей же магии. Нора же в ответ просто опустила и напрягла свою длинную морду Самец решил больше не наседать на самку, и сам отправился в нужную сторону. Шедший по каменистой местности ибис нередко замечал дующий на него, до дрожи, холодный ветер с заснеженных гор. Земля постепенно перед ним возвышалась и приходилось применять больше сил, залазить на острые камни и уступы. Это все являлось причиной некой отстраненности клана «Красная луна» —к ним просто физически было трудно пробраться, но сами жители клана отлично тут ориентировались.

Проходя около очередной сквозной горной пещеры, около Потару внезапно пролетел дракончик, снося все мелкие камни на своем пути, а за ним следом пробежало знакомое коренастое тело. Он совершил два заранее продуманных прыжка прямо на бегу и на последнем удачно приземлился на крыло добычи. Умело сломав шею дракону, довольное охотой существо медленно вернулось в пещеру. Потару же все это время сидел за громоздким камнем и высматривал посторонних. Впервые в клане было совсем тихо: ни диалога, ни шороха, ни топота лап. Все будто подчинилось природной тишине. Решив больше на месте не задерживаться, самец еще раз оглянулся и прошел ко входу пещеры.

— Рин, ты здесь? —Салатовая шерсть быстро распушилась, когда из-за каменной пещеры показался сын главы.

—Ты зачем припёрся прямо к пещере? —Спросил у него с укором и строго Рин, сглотнув кусок мяса.

— Случилось кое-то непредвиденное и мне нужна твоя помощь. —Довольно коренастое для своих лет существо фыркнуло, дружески ударив хвостом по боку Потару.

Яркое солнце одаривало землю своими лучами, но им было не до этого. Сначала они с трудом спустились по крутому склону обратно на землю, потом прошлись по камням, где и встретили стоящую там уже в полном порядке Нору. Все присутствующие в числе трех существ принялись рассматривать книгу, Рин призадумался.

— Верно. Такие книги есть у глав и больше ни у кого, но с этой явно что-то не так. Эта кровь… Что он хотел с ней сделать?-, он раскрыл книгу на середине, —Не уж то исполнял здесь написанное.

— Это может быть пророчеством? —Поинтересовался Потару, сидящий в сторонке и следящий за местностью.

— Не исключено. Книга написана очень странным слогом и постоянно стремится измениться. Мрамор давно ее не брал себе в лапы, а если и брал давно, все время что-то случалось: то скальные существа на нас нападали, то пещеры обрушивались. А тут четко написано про королеву. —Тихо сказал Рин и его передние лапы прильнули друг к другу, морда вдумчиво застыла на месте. —Я где-то про нее слышал. Она появляется только в самые ужасающие моменты, пытается искоренить зло на земле. Ее размеры огромны, а сама она просто неприступна. Но это были просто ибисовые сказки и страшилки на ночь для непослушных, а тут это какое-то предупреждение. Думаю, я понял.

-Она находится за горами, а когда проснется —нас в живых уже не будет. Вот Сорен и сошел с ума, посчитав, что пусть лучше ибисы сами себя убьют голодовками и болезнями, чем прилетит какой-то дракон и убьёт их.

Хвост Норы инстинктивно поджался под живот. А ее мордочка источила непонимание и страх. Во что они ввязались?

— Ты хочешь сказать, что мы ничего не сможем сделать? Война и голодовки, потом королева, а потом сама тьма… Это правда? Это серьезно может вот так вот произойти? Я не хочу умирать в муках, не хочу быть убитой своими же сородичами или королевой!

— Успокойся! Нам всем страшно! Но мы ведь сможем хоть что-то сделать? —Трехцветный самец подошел к паникующей самке, уже потерявшей дальнейший смысл существования. Она ждала слово, как же прекратить этот весь ужас.

Рин хоть и неохотно, но кивнул. —Мы можем уменьшить количество смертей.

— Как же? —Нора хрипло взвыла.

— Если книга предупреждает нас, то это не значит только бездействие и панику, как это сделал Сорен — это призыв к грядущему, сказать об этом всем и каждому, дабы готовились, когда настанет день с королевой и не идти на поводу вашего главы. Мы можем в день прилета королевы вызволить как можно больше существ из опасной зоны, наставить их. Если прилет дракона обещается после войны, то с начала нам необходимо не допустить войны. —Рин закончил излагать свои мысли на этот счет и спокойно взглянул на Нору, ловящую своей длинной белой гривой летящие вниз редкие капли. В небе клубились темные тучи, солнце зашло за высокие неприступные горы и пошел постепенно усиливающийся дождь.

— Когда лед на улице увидите —уводите всех к разлому.

— Уяснили. Нора, вернись в клан, тут уже становится находиться не безопасно. Удачи, Рин. —Попрощался синегривый с небольшой печалью на глазах. Хоть они и договорились встретиться еще и не раз, но уверенность с каждым часом все пропадала. Нора схватила в зубы книгу и побежала обратно на свою территорию, проводя взглядом стоящих существ.

Тайно пробравшись в жилище главы, она положила книгу на место и быстро выбежала, не заметив рядом идущего воителя, с презрением на нее посмотревшего.

На темном фоне, состоящем только из огромных растений леса, все еще горел рыжий костер, готовящий в себе мясо живущих здесь птиц. Эбил также внимательно слушал рассказ Норы, подцепляя для себя интересные детали. Потару в конце от волнения стал перебирать передние лапы.

— С того момента я с ними не виделась и все медленно шло к войне. Через год Сорен объявил внезапно войну против других кланов, за свои взгляды на мир. Он еще постоянно твердил:

— Мы все все равно умрем, так какого черта?

— Началась та самая битва, я осталась в клане со всеми теми, кого мне удалось отговорить от следования за Сореном. У меня не выходили из головы те слова, та встреча у скалистых гор с Рином. После битвы из моих сородичей вернулась только половина. Вернулся и Сорен, но только он после нескольких часов скончался за холмом. —Черный Инсер неприятно напрягся, услышав о смерти Сорена, —Многие скорбели тогда, но не я. Я была полна ненависти к этому существу, к этой книге и будущему, которое меня тогда только ожидало. Я твёрдо решила заново собрать наше трио и создать новый план по уменьшению смертей. Пока я прислуживала Соэлю, мы с Потару и Рином как раз и думали над этим. И в итоге ночью, когда напала королева, наш план с треском развалился. Как видите, нам удалось спасти только малую часть…по нескольку десятков существ с каждого клана…

Нора резко перестала говорить, ее зубы застучали, из глаз полились реками слезы. Дальше слов было уже не разобрать, стали слышны только всхлипывания и она стыдливо отвернулась.

— Значит, вы хотели что-то сделать, чтоб спасти хоть немного жизней?

— Пытались. Думали над всеми исходами событий, но настолько быстрого появления королевы никто не ожидал. —Ответил за давнюю подругу сонный Потару. Задумавшись, сидящий недалеко Кэри сильно сдавил цветок, который мгновенно распался на мелкие песчинки. Лапа его затряслась в конвульсиях, но он крепко сжал ее в кулак и подставил к груди.

Наступила глубокая ночь, костёр давно потух, существа спали, но только не Инсер. Белый зрачок на фоне темной склеры уставился на того незнакомца, который недавно исчез и сейчас вновь появился, сидя на дереве. Его хвост совершил взмах и он бесследно пропал за нескончаемыми зарослями густых деревьев.

-Все же он что-то знает…

Над территорией леса стояли сумерки. Тихие жужжания насекомых слышались недалеко от уже потухшего костра. Вся группа существ уже давно спала. Их бока медленно вздымались и опускались, а густую шерсть шевелили легкие порывы ветра.

Сильный кашель вдруг раздался по округе, кровь медленно стала стекать из черной пасти. Инсер лежал, скрутившись, немного подпирал свою голову лапой. Белые зрачки колебались от напряжения.

«Ты рожден не тут… Не в этом мире… Вот только дом твой, самое страшное место…»

Треск. В сознании прогремел противный звук чего-то звенящего. Он схватился за голову и закрыл глаза. И, когда они наконец открылись, он посмотрел вперед. И нет, он не увидел темноту, стоящую все это время перед ним, не увидел леса, очертания которого он придумывал у себя в голове по редким словам группы. Кэри увидел белую пустоту, сильно давящую на тело. До дрожи в теле он старался нащупать землю лапами, но удача отвернулась от него.

-Что это за место? — Инсер сгорбил позвоночник, уши сами собой поджались. Только сейчас он понял, что перед ним все это время стоял отец. Но не в том обличии — это было его настоящее тело. Жуткое, черно-кровавое тело, расправленные в стороны крылья, шипастая спина и убийственно-жуткая улыбка. Сильная лапа его поднялась и закрыла длинную морду.

-Ты та-ак жалко выглядишь! Поверь, ты даже представить себе не можешь, как ты будешь просить пощады в следующий раз! — Черный ибис посмотрел на его ауру сначала каким-то напряженным взглядом, но после этого потряс головой. — Удивился? Ты правда думал, что этот чертов, жалкий драконишка сможет меня так легко убить?! Знай, пока ты не окажешься в земле, я от тебя вовек не отстану! Эта сила, внутри тебя, она нужна моему народу. Ты просто забрал ее из моих лап! Эта чертова судьба видимо не захотела, чтобы силу получил я! Значит я заберу её силой, другим путем! Как тебе такое?

Он просто говорил сам с собой, глаза того яростно горели. Полыхали жаждой убийства. Кэри резко начал задыхаться, все тело горело, а в сознании стоял звон. Посмотрев вниз, он ужаснулся — в животе зияло огромное отверстие, кровь в котором медленно сочилась наружу. Инсер опустился на передние лапы, а Данте с удовлетворительной улыбкой посмотрел на него. Но вот только кровавокрылый собирался сказать свою речь, гневный крик прервал его, словно надоедливый писк летающей мухи.

-Замолчи! Пусть все уже замолчит! Уйди уже с глаз моих долой! — Когти со скрипом прошлись по непонятной земле, хвосты, как и уши, показались во всей своей красе. Дымка обвила темно-синюю шерсть Кэри и рана начала медленно заживать.

-Просто… Оставьте меня одного…

Огромное красное солнце начало вставать из-за горизонта. Длинные лучи сквозь деревья плавно расходились по зеленой салатовой траве. Темнота постепенно рассеивалась, мелкие травоядные животные выходили из своих потайных мест, с осторожностью вынюхивая местность. Многих даже не испугало присутствие довольно крупных ибисов, но большинство просто-напросто убежали в противоположные от них стороны с писком.

Пушистые существа понемногу просыпались и разминали свои длинные спины. Только Кэри проснулся с тяжелым дыханием и потом. Все тело дрожало, а хвост, находящийся в его лапах, трясся в конвульсиях. Обеспокоенная этим Нора хотела подойти, но, заметив его взгляд, спокойно отстранилась.

— Видимо, ему напоминают о прошлом…— Сказала она Эбилу, и тот только утвердительно кивнул.

— Я не знаю, что ты видел, но прекрати это. Если хочешь будущего, лучше забудь прошлое, а то закопаешь сам себя в землю.- Тихо сказал Потару, положив на того хвост. Хоть его слова были и не столь воодушевляющими, функцию успокоения души страдающего они все-таки исполнили. Серые, острые отростки дали о себе знать, те своей тяжестью подогнули и то сгорбившегося к почве Кэри. Потару глянул на него поближе, и его встретили белые зрачки, полные ужаса и страха. Они смотрели на лапы, которые держали те самые хвосты. Но не успел он это осознать, как тяжелая атмосфера сдавила всех по бокам и чуть ли не выбила из колеи половину группы. Кто-то крайне сильный или загадочный находился рядом с небольшим открытым местом среди леса.

Буквально за мгновение рядом поднялась высоко в небо кучка земли, которая потом с грохотом осыпалась на траву. Огромное серое копье вошло в нее. Его вид напоминал острый, длинный и узкий корень древа. Все обернулись, а Эбил распушил шерсть и зарычал. В глубине леса кто-то сидел на толстой ветке, весь покрытый серой броней. На лице была одета крепкая маска, уши были прикрыты на половину. Через несколько минут к нему присоединилось точно такое же существо, с немного другой броней и меньшим размером. Оно прицепилось лапами к нижней ветке и выгнуло шею, рассматривая дальнейший план. В лапах существо держало копья поменьше, только в хвосте виднелось двусторонне заточенное копье, такое же, как у первого. Повертев хвостом, существо расправило драконьи крылья с перепонками и пропало в нижних ветвях деревьев.

— Не дают передохнуть! — Зарычал внезапно Эбил и встал в позу для битвы. Он расставил лапы далеко друг от друга и выгнулся, показывая свое крепкое тело, на котором переливались узоры белого цвета.

— Тихо все…- Глава продолжил прислушиваться и вдруг резко отскочил, когда перед ним, свернувшись в форму выпуклого диска, пронеслось то самое существо. После приземления оно быстро развернулось и взлетело. Внезапно, из брони прозвучал довольно уверенный голос.

— Это же не соединители…

На поле влетело второе крупное существо и встало на конец своего длинного копья. Крылья опустились вниз, внутренняя сторона тех была ярко-оранжевого цвета, который чуть не ослепил группу ибисов. Он повернул голову в его сторону и одарил того многозначительным взглядом, который чувствовался даже через броню. Существо показало странный жест своими лапами и полетело. Совершив быстрые движения, оно пролетело через всю группу и остановилось позади ибисов. Расправив крылья, те засветились зелёным светом и перед ним появилось множество копий, которые сразу же воткнулись перед каждым ибисом. Эбил даже чуть подпрыгнул от неожиданности и сразу понял, что незнакомцы делают это для запугивания. Возможно, для охраны территории выясняют до нападения силы нарушителей, чтобы позже составить стратегию после их изучения.

Прошипевший невнятные слова Кэри стоял перед Норой, сжимая в пасти пойманное им копье. Белоерылая стояла в оцепенении, ведь если бы не подоспевший в последнюю секунду Инсер, оно могло попасть прямо в нее.

Тряск. Половинки полетели из его пасти, падая на корень дерева. Повернув голову, он прожег своими глазами нападавших. Хвосты медленно качались из стороны в сторону.

— Бежим! — Крикнул все-таки Эбил, когда увидел, что крупное незнакомое существо вновь взлетело и схватило копье.

— Хаа…пфаааа…

Существа переводили дыхание, никто еще не понимал, что сейчас происходит. Им было не до этого, ведь в данный момент под их лапами уходила вниз земля. Никогда прежде никому не доводилось лицезреть столь огромную природную «шалость». Каньон раскинулся на множество километров, пугая всех своими размерами и черным дном, которое уходило в бездну, где бушевала река. С другой стороны яростно спускался синий водопад. Вода с грохотом падала вниз со скалистых частей, пуская белый пар и холодные острые капли.

Еще одно копье пролетело около Кэри. Быстро подлетел незнакомец и попытался схватить Инсера острыми выступами на лапах, образованными от брони. Но подросток неожиданно прыгнул на него и схватился за его переднюю часть маски.

— Он дает нам шанс уйти! — Потару резко взвыл и побежал сломя голову по краю пропасти. Их лапы ловко цеплялись за каждый камень и корешок, пасти были раскрыты от перенапряжения. Нора же стала бежать неуверенно и постоянно косясь назад. Как же хотелось тоже окунуться в пылкую битву, но тогда бы решение Кэри замедлить врагов было бессмысленным.

— Отцепись ты от меня! — Крикнул сквозь броню незнакомец и яростно махнул крыльями, перевернувшись. Они оба упали на землю в тот момент. Инсер, не теряя момента, стал бить лапами по его груди. Незнакомец взял свое копье и попытался силой проткнуть Инсера, но пасть того перехватила удар и, яростно вернув назад копье существу, пробил насквозь крепкую маску.

— Арх! — Из-под осколков показалась нежная пурпурная шерсть с бледными пятнами. Но красота морды была нарушена еле видным шрамом, истекающим кровью из-за удара. Сжав зубы и кулак, незнакомка бросилась на ибиса из последних сил. Сильный удар от крыла прошелся по телу того, но ибис остался твердо стоять.

Вдруг он посмотрел в бок и сильно зашипел. Упругое тело, покрытое кое-где какой-то серой броней, морду закрывала странная маска желтоватого цвета с многочисленными выступами, такими же, какие покрывали всю спину существа. Хвост развивался на ветру, длинные выросты на нем плавно переливались на свету. Крупное существо махало крыльями на месте перед группой существ. Но оставаться в окружении им долго не пришлось — существо перед ними расправило мембраны своих крыльев. Немного заостренные на концах, в основании которых росли длинные перья, застилавшие внутреннюю часть крыла. Инсер хотел побежать к ним и уже даже прошел до них полпути. Лапой достать! Но всех ослепила яркая волна света, появившаяся от хлопка крыльями.

От которой все до последнего повалились на землю без сознания.

Через полусонное состояние героев можно было различить еле заметный шепот. Их тащили как мешки с мусором. Какое пренебрежение. Либо они им чем-то насолили серьезным, либо каждый из этого народа был к ним враждебен.

— Закинь их сюда, она разберется. — Отдал команду первый незнакомый голос из тех, что их куда-то тащили. Кто это «она»? Почему их несут куда-то, почему не убили, как только увидели на своей территории? Столько вопросов, но мозги были в кашу из-за того света. Потому и мысли собирать воедино не удавалось, сейчас хотелось больше всего холодной воды.

— Сомневаюсь, плохо она свою работу выполняет. Никогда не думал, что какая-то мелкая сошка сможет стать охранником в темнице.– Заверил в почти во всем уверенный секки.

— Проверишь потом, хватит выеживаться.

Незнакомцы сжимали в лапах шкирки ибисов и тихо переговаривались между собой. Послышался хлопок об что-то — всю группу бросили на произвол судьбы в небольшое древесное помещение. Почувствовался под животами шершавый, прохладный пол, на котором и распластались существа от изнеможения. Кто бы мог подумать, что их вот так поймают.

— Я бежала со всех лап. Что случилось? — Вздыхая и выдыхая воздух спросила бежево-бирюзовая самка, встав перед существами в легкой броне. Она посмотрела на них усталым взглядом, полный печали и ожидания.

— Работы тебе привалило, Альта. — Твердо сказал коренастый секки и посмотрел на напарницу, которая от скуки пинала камень неподалеку. Тот ударялся о стену дерева и возвращался назад, где его снова дожидалась лапа.

— А? Иду-иду!.. Не надо на меня так смотреть! — Проворчала недовольная и вскоре оба существа успешно удалились. Секки, которая прибежала сюда, немного постояла и, цыкнув, побежала дальше.

— Голова-а-а… — Длинный протяжный стон прозвучал при открытии глаз, им не слабо досталось, когда яркий свет чуть не выжег собственные глаза. Недавно очнулись ибисы, которые на данный момент находились в заточении в неизвестном месте. Кругом воняло сыростью, свежего воздуха не поступало, как и приятных звуков. Из них здесь слышались только противные крики и извинения других заточенных. Потару принялся оглядывать все с иногда мешающимся чиханием. Через некоторое время он увидел Кэри, сидящего в углу, где тот тихо постанывал. Синегривый ибис подумал немного, но, все-таки не решившись подойти к Инсеру, вспомнил.

— Нора, точно!..- В этом месте не было лишь белоснежной Норы, той, которая всегда мелькала перед глазами своими перьями и недовольной мордой. При побеге она не смогла удержаться на земле и камнем полетела вниз по склону. Это произошло перед тем, как секки их ослепил. Они просто не успели ее поймать, защищая собственные шкуры. Где, как она сейчас, жива ли вообще? «Не смогли. Такое глупое оправдание! Она наш друг и она пострадала! Так какие мы в итоге друзья?». А ведь для Кэри, как и для всех остальных, она была важна, все время могла подбодрить.

— Ты ведь о Норе думаешь? Ты хочешь ее спасти?

— Естественно! Почему мы вообще сейчас прохлаждаемся? — Разъярился опечаленный случившимся Потару.

— У всех стресс! Все устали, да еще мы не нашли выхода из этого места! — Порыкивая сказал Эбил, стуча хвостом о древесный пол. Сжав зубы, Потару прервал свою грозную речь в ответ.

— Так… Что с Кэри?

— Он, видимо, первым заметил отсутствие Норы.

Они синхронно обернулись в сторону угла, но Кэри там уже не было. Оказалось, что он успел подойти за это время к бледно-жёлтому барьеру. Инсер презрительно смотрел то на него, то на стену. Скрипнув зубами, он обратился к Потару, который резко повернулся.

— Эта штука у тебя на хвосте…

— Нет. Не получится, тут слишком плотная магическая энергия вокруг. Даже плотнее, чем в поле около гор.

— Я тоже это почувствовал, что-то странное здесь творится.- Кэри посмотрел вниз на свои лапы и задумался, чувствуя в стороне от себя незримые потоки магических искр, словно полотно.

После этого разговора и пробуждения прошло еще несколько томительных часов.

По темному коридору раздавались глухие звуки шагов. По сторонам в потолок уходили длинные, извилистые, местами заросшие мхом или лишайником, колонны. Они выглядели как плотно сплетенные косы из толстых корней. Коридор из-за них был очень запутанным и длинным, в некоторых местах были дыры, которые еще больше сбивали с пути. Неизвестное существо подбиралось все ближе и ближе к тому месту. И вот прозвучал звонкий треск ветки под лапами и через желтый барьер стало видно стройное тело с крыльями. Ее полуприкрытые глаза глядели на ибисов заинтересованно. Кэри царапнул часть дерева, на котором стоял, и поднял голову. Секки пробежалась своими салатными глазами по всем присутствующим.

— А ты кто еще такая? — Прорычал неожиданно Эбил, возмущённый происходящими вещами.

— Ты с кем так разговаривать собрался? — Крикнула та, облокотившись о стену. Ее лапы перекрестились на бирюзово-бежевой груди.- Замолчи и не двигайся. Скоро прилетит Геодин и вас отправят в другое место. А на данный момент — не рыпайтесь.

Эбил распахнул глаза. Зарычав, он поднял дыбом свою оранжевую шерсть с белыми узорами.

— Да что это вообще значит?!

— Неважно!

Шикнула Альта и, отойдя от стены, стала крутить головой по всему коридору.

— Ты ведь из-за этого здесь? — Кэри с прикрытыми глазами указал на ее крылья. Они были намного меньше тех, что Инсер пока смог увидеть. Секки не на шутку взбесилась, когда увидела на его морде не скрытую ухмылку. Она быстро остановилась. Резко что-то со свистом прилетело прямо в Кэри, впечатав того в стену. Через секунду он уже был прямо около желтого барьера, который от соприкосновения тел с двух сторон стал противно «жужжать».

— Что ты себе позволяешь? Ты вообще понимаешь в какой ситуации находишься?

— Мне все предельно ясно.- Сказал тот все с той же довольной улыбкой, нацеленной на что-то. Ему в спину давила темное гладкое копье, которое прижимало Кэри к барьеру. Из-за него Инсер стал кряхтеть, но все же оставался на месте, пока барьер от напряжения не треснул. Магические осколки поначалу разлетелись в разные стороны, ожидая соприкосновения с полом, но, так и не дождавшись такой возможности, растворились в пространстве.

Оказавшись снаружи оба существа долго лежать не стали и вскочили почти одновременно. Альта встала в позу для битвы, а Кэри резко поднял голову и подпрыгнул. Зацепившись о корень, он втиснулся в узкий проем. Белые глаза в последний раз взглянули на разозленное существо, хотя его и не видели, и скрылись в темноте.

— Это плохо! Как он вообще туда пролез! — Она стала паниковать, зрачки тряслись. Тем временем с необычным звуком барьер начал восстанавливаться и через секунду был как новый. В темнице ибисы стояли в полном оцепенении. Шторм стоял в боевой стойке, растопырив лапы и направив свои уши вверх. По всему телу Эбила проходили мелкие заряды электричества, которые с треском появлялись и исчезали в сыром воздухе.

-О нет… Геодин летит…- Тихо сказала она себе под нос, когда Геодин летел прямо к ней в сопровождении еще нескольких существ. Он приземлился прямо перед клеткой. Геодин был довольно зрелым, морда его была вся в ссадинах и морщинах. С крыльев, при приземлении, вылетали некоторые серые, синие перья.

— Открывай. — Грубо сказало существо и только барьер был снят, он кинул в ибисов что-то, и они снова упали на пол от непонятного дыма пурпурного цвета.

— Готово, теперь их нужно перенести. Но вот только остался один нерешенный вопрос, Альта. Не кажется ли тебе, что их меньше, чем было указано в отчете? — Продиктовал серьезным тоном крупный секки, чуть не напугав этим самку. Альте могло неплохо так прилететь с проблем пропажи опасного ибиса, поэтому, хоть и не без запинок, солгала.

— Вы что! В отчете было точно написано про четверных, но последний упал с обрыва, потому сейчас его здесь и нет! — Геодин с подозрением взглянул на ее потеющую морду и вздохнул. В итоге он без слов развернулся и направился вместе с другими к выходу. А самочка с убийственным выражением морды панически испустила воздух из легких — спасена! Усыпленных ибисов уводили все дальше, но вопрос о пропавшем существе еще оставался.

— И как я его верну? — Чуть ли не плача с фальшивой улыбкой пробурчала Альта, смотря на опустевшую клетку и потолок. — Остается только молиться Хаджимари на его поимку!

«Ничего не видно. Еще и пахнет сыростью!»

-Тхе! — Кэри кашлянул, пробираясь сквозь корни и само дерево. Земля попадалась редко, как и свободный воздух. Он начал постепенно задыхаться от невозможности сделать хоть глоток кислорода в своей туманной форме. Очередной толчок прошелся по древесной части и Инсер пулей вылетел на поверхность, оставляя за собой темную энергию.

«Земля! Я чувствую землю под лапами!»

Он глубоко вдохнул, грудная клетка сильно расширилась. Выдохнув и оглянувшись, уши затрепетали и уловили звонкий свист крыльев. Радостные крики исходили из пастей мелких секки, они гуляли, разговаривали. Звуки колес раздавались под телегами, которые были запряжены необычными животными. Все секки занимались своими делами. Везде были расположены деревянные домики, скошенные на один из боков, и выходящие из них трубы. Также можно было заметить и квадратные дома, в которых расположились различные лавки и таверны.

Кэри Инсер стоял, не двигаясь, пасть была широко раскрыта. Новая местность пугала его не только своими размерами, но и большим количеством магической энергии секки. Никто его не замечал, поэтому он аккуратно скрылся в узком проходе между постройками.

Ибисов несли вверх по винтовой лестнице внутри Древа несколько хранителей, держащие тех телекинезом. Глаза существ были не полностью прикрыты и поэтому смогли нечетко увидеть само дерево изнутри. По бокам того, по чему их несли, стояли с зажженным пламенем внутри лампы. А дальше чувствовался только резкий спуск с лестницы, через который многие секки могли с легкостью спуститься на средние этажи и там же выйти наружу. Эбил чувствовал себя еще слишком сонным, да и двигаться сейчас не было возможным, оставалось только ждать, пока их перенесут в другое место. Какое же унизительное сейчас у него было положение, ему хотелось просто вернуться на родные земли. А что сейчас? Его и его подчиненных несут куда-то без всяких объяснений. «Ну хоть Кэри удалось сбежать. Как вообще это удалось слепому и мелкому ибису?» — Эбил подумал о Инсере и еще больше помрачнел, когда мысли его были прерваны резким потемнением перед глазами. Открытая лестница закончилась и теперь ибисы последовали четко за странным Геодином. Он вел их теперь все дальше и дальше петляя от одной колонны к другой. И так это продолжалось, пока самец не добрался до больших ворот и не открыл их. Яркий оранжевый свет захлестнул глаза и перед ибисами начали вырисовываться очертания стола, забитых под завязку полок и нового секки, которого те раньше не видели. Геодин поклонился, закинув лапу за спину, и вежливо попросил разрешение на вход в его покои. Тот быстро согласился и провел пришедших в глубь покоев.

— Вы говорите, что вы те самые ибисы? Не ошибаюсь? — Уточнил незнакомец после некоторого разъяснения ситуации и полного пробуждения существ.

— Вернее не бывает. — С некой агрессией в голосе проворчал Потару, лежащий на полу прикованный энергией, как и остальные ибисы.

Прямо перед ними на сплетенном из темных веток троне сидел секки. Точнее было сказать сам глава Древа — секки Кат-юзу, как он и представился ранее.

— Если вы все же ибисы, то как вы объясните полное ваше исчезновение тысячу лет назад? — Заинтересованно спросил Кат-юзу у своих гостей.

— Да мы даже не представляем о чем идет речь! — Закричал Эбил, его уши изогнулись от злости и неизвестности, которая таилась от глаз всего народа ибисов. Он знал, что ему что-то неизвестно, как и остальным ибисам. Но что именно секки хотел от него узнать? Тот неизвестный из леса тоже говорил про это число, они знают больше нашего народа? Кто они вообще такие, враги?

-…Сколько вас всего здесь на территории Гринписа? И как вы объясните нам свое внезапное появление? — Смотря на молчащего и шокированного Эбила продолжил говорить правитель.

— Нас всего чуть больше двадцати осталось. А пришли мы на эти земли из-за нападения королевы.

— Королевы?..- Правитель глубоко задумался. Перья, выходящие из двух сторон шеи, немного наложились друг на друга. А красивые, украшенные золотом и металлом крылья сделали короткую разминку. Он сложил свои пальцы обеих рук между собой и наклонился вперед, сидя за плетенным столом.

— Оставьте его, а остальных верните обратно и чтобы охрана с них глаз не сводила.- Секки с броней на теле выполнили указ Кат-юзу и вскоре Шторм и Потару вновь вернулись в темницу.

— Что он хочет с нами сделать? Я не понимаю, что творится!

— Успокойся и жди. — Усмирил того Шторм, прикрыв лапами его салатово-синюю пасть. Они оба были напряжены оттого, что их главаря оставили на том проклятом месте и теперь ибисы и представить не могли, что их ждет дальше. А тем временем разговор между двумя правителями продолжался и неизвестно в какое русло он тёк.

— Расскажи все что знаешь о своем народе и что произошло.

— Если вы нас всех отпустите!

— Я вас отпущу с некими условиями, а пока говори. Не упускай и момента своей истории, ваше существование на данный момент — самая абсурдная вещь, что я когда-либо мог услышать.

«Снаружи слишком ярко и густо. Нужно прикрытие или хоть что-то подобное, если меня обнаружат, могут возникнуть проблемы…»

Кэри посмотрел по разным сторонам, думая, как ему добраться до каньона незамеченным. Даже сейчас, через сквозной проход между домами, виднелись идущие существа. На некоторых было что—то надето, они были яркими и сильно выделялись на фоне обычных ибисов. На данный момент Инсеру было необходимо слиться с толпой, дабы пробраться ближе к тому месту. Он снова посмотрел на свои передние лапы и, придав усилия, смог встать на задние. Он немного покачнулся, так как спина не смогла полностью выгнуться с непривычки и наличия острых выростов. Ему было очень больно и по всем костям прошелся неприятный хруст. Кэри вернулся в свою прежнюю стойку и превратился в темную дымку, которая быстро подлетела к яркому существу. Прицелившись, он ловко сорвал одеяние.

— Эй! — Секки возмущенно обернулся, в надежде найти нарушителя его спокойствия, но безуспешно. Он разозлено махнул тонким хвостом и пошел дальше. Чёрное же существо быстро скрылось в толпе, вновь поднявшись на задние, копируя стиль повеления секки.

«Это было опасно.»

Инсер «записывал» результаты своих действий в сознании, чтобы не потерять их смысл — это было довольно странно, но Кэри это очень упрощало задачу, в его то состоянии. Ведь ему как никогда исполнить свою цель, а боль в теле служила чем-то вроде мотивации не сбиться с пути. На данный момент он выглядел как обычный проходимец в этой массовке. У всех были другие дела, поэтому никто бы не стал рассматривать неизвестного в одежде. Натянув сильнее раскрашенный ярко-фиолетовыми узорами капюшон, Инсер поплелся дальше, нервно подгибая под накидкой хвосты.

**

— Да возьми ты уже эти монеты!

— Это же для тебя очередной долг будет!

— Неважно. Возьми и просто дай мне его уже! — Чуть не крича, клал деньги на стол растрепанный и уставший секки. Это была довольно маленькая сумма для это заведения, поэтому бармен посмотрел на того презрительно. В некоторых местах с него даже слезала шерсть, заросший шрам на всю спину проходил прямо по позвоночнику. Существо за стойкой не выдержало наездов и в конце концов перед измученным секки стояла грубая кружка странного напитка. Он потянул руку к ней, но что—то остановило его и, видимо, это была совесть.

— Твою налево!.. — Самец крепко стиснул ручку деревянной кружки с коричневой окантовкой, резко встал из—за стола и куда—то поплелся из таверны. Тонкий хвост его, наполовину замотанный бинтами, уныло плелся за ним. На голове у него виднелись два небольших фиолетовых рога, которые побледнели также, как и шерсть. Он быстро вышел из здания, захлопнув дверь. Только свет хлынул в его глаза, как послышался недовольный рык.

— Смотри куда идешь! — Секки, потирая голову, обернулся. Пасть немного приоткрылась от удивления.

— Альта? Что ты тут забыла?

— А ты, что тут делаешь, Каросуки? — Оба встали друг напротив друга и долго смотрели в глаза. Каросуки сжал кружку, которую он держал в лапе и направил туда свой взгляд.

— Я же вроде говорила тебе не пить эту дрянь! Что могло случиться такого, что тебе опять пришлось опустошить стакан этой жидкости?

— Ничего. Просто этот день мне напомнил о не самом приятном случае… Ты чего—то хотела? С таким взглядом ты явно не оставишь меня без новостей.

— …Вообще у меня сейчас свободное от работы время, но так как ты уже выпил, я сомневаюсь, что мы сможем спокойно поговорить.

— Да нет! Ты что! — Перебил Альту с мысли Каросуки и вылил остатки спиртного за лестницу на землю.

— Раз уж такое дело. Идём в центр, там ты мне все расскажешь.

Каросуки переступил одну ступеньку и оказался на земле. Его крыло приоткрылось, подзывая подругу. Альта подогнула свои уши и пошла рядом с ним.

Кеак’ен град, по которому секки пошли к центру, располагался прямо вокруг корней гигантского древа, которое возвышалось прямо до небес. Маленькие домики были муравьями по сравнению с ним. Его огромная, широкая крона погружала город под постоянную тьму, но секки это никак не мешало, ведь поля, созданные для выращивания еды, были далеко за пределами тени. Рядом текла широкая река, переходящая в величественный водопад, падающий прямо в бездну каньона. А центром у секки считалось то самое Древо, которое делилось на четыре главные части: нижний уровень, ядро, средний уровень и верхний. Вход находился на среднем уровне, поэтому к нему приходилось подлетать, а тем, кто не мог по каким—то причинам использовать крылья, использовали свои лапы и физическую силу, добираясь прямо по толстому стволу. Этим-то и занялись секки, только в отличие от Альты, Каросуки помогал себе крыльями и взобрался намного быстрее.

Вытянув руку, он затащил Альту на площадку входа. Она отряхнулась и поблагодарила за это. Вход на этот уровень был похож на сквозное дупло, по его краю росли множество листьев и необычных растений.

— Так что случилось? — Напомнил Каросуки свой главный вопрос.

— Просто. Я хотела попросить тебя об одолжении. Один пленный сбежал прямо из—под носа и исчез. Мне нужно его найти… — Она завела руку за голову и почесала ее. Глаза смотрели в другую от секки сторону. Каросуки помахал хвостом в раздумии, его явно это одолжение смутило, и он не знал, что и сказать. В молчании он подошел к какой—то лавке, стоящей у входа, и попросил продать ему Кэмписы — это было что—то вроде нашей картошки, только сладкая и облитая соусом из разных трав. Секки заплатил последней монетой и взял шпашку с насаженной сладостью в свои лапы.

— Что?! Я давно не ел! Я согласен. Пойду искать через несколько минут, только скажи, как он выглядит.

— Я сама его не рассматривала, но он был черным, как смоль. Еще у него было три длинных хвоста и белые глаза. — Альта немного содрогнулась и повернулась в сторону, начав рассматривать сложно сплетенные колонны.

— Ладно… Я понял.- Каросуки доел последний кусочек и прикусил тоненькую палочку, на которой была насажена еда. Затянув покрепче бинты на теле и хвосте, он прыгнул вниз с древа. Узкие, острые крылья распахнулись и секки, совершив движение в воздухе, стремительно полетел вниз.

— Хотела бы я так летать… — Задумчиво смотрела Альта вслед за улетающим Каросуки, который даже помахал ей в полете на прощание.

Довольно холодным было место, где сейчас находились Эбил и глава Древа. Эбил сидел в напряжении, но с высоко вытянутой головой, чем показывал то, что не прильнет перед сидящим. Кат-юзу тем временем думал над тем, что успел ему рассказать ибис. Его очень сильно смутило, что о них не было совершенно никакой информации, поэтому он не был уверен в рассказе Эбила. Выпустив часть блестящего украшения из руки, которое глава перебирал в своих красных пальцах, правитель резко посмотрел на ибиса.

—Что ты там прячешь? — Эбил встал в ступор, лапы начали плотнее закрывать коричневую книгу. Но Кат-юзу уже был около него с книгой в руках.— Интересно.

— Не имеешь никакого права брать эту книгу в свои грязные лапы! — Глава Древа остановил пальцами другой руки пытавшегося встать Эбила. Тот еще больше разозлился, но остался на месте, не издав даже ни звука. Кат-юзу начал листать книгу и быстро пробегаться глазами по каждому жёлтому, потертому листу.

— Я это конфискую. Уведите его обратно в темницу.

— Что?! — Возмутился Эбил, скрипя когтями по полу.— Отдал книгу! — Он взялся за голову лапами и застонал, тихо скрипя зубами. Его увели в темницу, забрав при этом важную для него вещь.

— Успокойся, Эбил! Он не сделает с ней ничего!

— Ничего не сделает да… Только вот книга не принадлежит ему и мало чего с ней может случиться.

Лидер не прекращал держаться за голову, его белые узоры на теле начали неестественно светиться и ускорили свой поток. Эбил начал непривычно оглядываться.

— Почему здесь такая насыщенная магия? Я не могу…терпеть…- Ибис чуть не упал на пол темницы, но Шторм успел поймать его в лапы и положить на более мягкое место.

— И что же нам теперь делать? Где же ты сейчас, Кэри…

Кат—юзу облокотился на свой корневой трон, который не только в прямом смысле состоял из корней, но и передавался по наследству. Его зелёные рога устремлялись вверх своими острыми концами. От них исходила магия, которая перелистывала страницы книги, пока лапы держали его задумчивую голову.

— Тут половина страниц пустые… А на этой что—то есть…

«Королева…еще какие—то надписи, рисунки. Это даже не похоже на карандаш или чернила, скорее, что—то другое. А это выглядит знакомым, только вот оно в странном контексте расположено. Соединители… Бездушные твари, которые питаются всем чем могут, да еще и нашими детьми…» — Пробурчал тот про себя, рассматривая рисунок странных черных, похожих на червей, существ. — Ничего не понимаю, что здесь написано.

Сказал Кат-юзу перед тем, как немного вскликнуть оттого, что в книге началастремительно пропадать любая информация.

— Это не то, чего я ожидал, остановись, книга!

И через несколько минут, вместо информации на листе был изображён знак похожий на «А» и надпись внизу.

«Чужак»

- Уже темнеет…- Тихо заметил Кэри, глядя на огромное Древо с земли. Повсюду начали открываться бутоны ночных цветов. Неоновые цвета быстро заполонили все улицы, поля и древо. Удивительно, но множество пестрых секки куда-то шло толпой. Все те же пестрые накидки были одеты на них, даже у самых мелких, которые еле волочились за всеми из-за длины одеяний. Кэри тоже собирался присоединиться к этой группе, чтобы по «течению» попасть ближе к каньону незамеченным. Но только его лапы начали переставляться в сторону, как перед ним грубо прошелся странный секки, что-то таща в лапе. Инсер даже немного отпрянул в сторону и повернулся вполоборота, чтобы можно было подглядеть за ним, не вызывая подозрений. Существо несло за собой длинное, даже худое тело, которое медленно тащилось за ним. Оно даже не пыталось сопротивляться, просто хрипело. Кэри понаблюдал за этим до самого конца, пока секки в броне не взлетел.

- Странные дела здесь творятся. Мне кажется я его где-то уже видел.- Сказал Кэри себе под нос, переходя через то место, которое ему недавно перегородили. Выставив уши в накидке так высоко, как только можно, шерсть на морде зашевелилась от волнения.

- А это еще что такое… - Изумился он с открытой пастью - его удивило просто нереальное количество существ. Дерево все сияло, везде были развешаны гирлянды из цветов. Все переливалось в ярких оттенках. Прямо над головами пролетали быстрые силуэты, выполняя различные движения и трюки в воздушном пространстве.

«Это… Праздник?..»

Из-за постоянной толкучки Кэри вовсе потерял направление и просто ходил по длинной улице. В конце концов он запрыгнул на маленький деревянный домик и осмотрел округу.

- Никогда не думал, что окажусь в подобном месте…- Присев, чтобы передохнуть и Инсер начал потихоньку вылизывать себя. Прохладный ветерок трепетал его темную длинную шерсть и существо закрыло бело-черные глаза, услышав вскоре мелодичный напев.

- …Словно бескрылое существо

Порхает.

Дел у него много,

Но он не унываает!

Дело первое,

Дело второе,

Выполнил все он один!..

Раздавалась внизу странная песня, которую кто-то отчетливо повторял. Темные улицы этого городка неплохо скрывали разных существ, как и сейчас. Лишь только тогда, когда существо снизу взлетело резко в воздух, можно было понять, кто скрывался в непроглядной, тихой темноте. Мелкие, ярко-фиолетовые шарики окружили тело незнакомца. Они осветили его растрепанную шерсть. Кэри уже понял, что ничего хорошего от него ожидать не стоит и мигом спрыгнул с крыши, побежав куда подальше.

Через некоторое время он оказался на огромной поляне, где при каждом шаге зеленая трава загоралась голубым свечением. Немного приоткрыв пасть, Инсер сделал шаг назад, когда увидел на горизонте того самого секки. Каньон был прямо за спиной, до него было шагов десять. Каросуки расправил свои узкие крылья и полетел прямо на него. Ибис хотел было уклониться, но был случайно сбит с лап. Пасть широко раскрылась и схватила лапу Каросуки, потянув. Секки взвизгнул и полетел прямо с Кэри в глубокую пучину каньона.

«Только не это!» - Пронеслось в голове Каросуки, перед тем как его полностью поглотили мысли, воспоминания и чувства. Яркие шары испарились в фиолетовый порошок.

Маленькие мыльные камни лежали перед глазами. Точнее глаза были замылены из-за падения с огромной высоты, но потом снова покрылись белой пустотой. Лапы не двигались, голова словно приросла к земле. «К-кровь?» В даль шла длинная полоска из крови, которая пахла слишком знакомым запахом. Пересилив боль, Кэри встал, покачиваясь. Под лапами легонько шуршали белоснежные перья. Инсер снова чуть не упал, но уперся в каменную стену. В ней располагалась небольшая пещерка, из нее исходили голоса и запахи. Инсер немного заглянул в нее и, услышав резкий крик, напрягся.

- Успокойся, незнакомец!

- Кому еще тут успокоиться нужно, кроме тебя?! - Белое существо зарычало, кинувшись на Каросуки, который быстро уклонился. Забинтованный хвост звонко хлестнул по полу и схватил ее за лапу.

- Пусти ее! - Крикнул Кэри, подгибая свои уши.

- Еще чего. Я сделаю кое-что получше.

В пещере прозвучал свист ветра, который на огромной скорости, тонким потоком прошёлся между хвостом и белой лапой. Каросуки отдернулся, тихо взвизгнув, а Нора угрожающе зарычала, хлопоча своими пострадавшими от падения, крыльями.

- Ты в порядке?

- Вроде жива, как видишь!- Ответила Нора и стукнула лапой по каменному полу.- Где все наши?

- В темнице. Их забрали, я успел сбежать.

- Почему ты тогда пришел ко мне, а не их спасать?!

- Охраны много. Как внутри, так и снаружи…- Кэри косо посмотрел на ничего непонимающего Каросуки, который с осторожностью всматривался в них.

- И что теперь делать? Я не смогу отсюда выбраться!- Нора немного встряхнулась, показывая свое неудовлетворение. Нора уселась на свой хвост и достала «свою» книгу. Вскрикнул и удивлённый Каросуки, явно не ожидая такого поворота событий.

- Хочешь посмотреть ее? Только при одном условии: ты нас вытащишь отсюда.

Каросуки неуверенно повертел головой, помахал хвостом. Его мучал интерес, но в тоже время он не хотел отпустить незнакомцев, которые могли оказаться врагами. Нора игриво повертела книгой почти перед самым носом секки, у которого уже заметно засияли глаза. Он вцепился в коричневую книгу и, выставив лапы перед собой, глянул на рисунок.

- Это же… Само наследие Хаджимари! Откуда оно у вас?!

- Хаджи… Кого?- Переспросила самка ибиса.

- Воистину великого секки, который показал нам истинный путь и остановил бесконечные раздоры на всей территории! Никто и не говорил, что после него что-то осталось!

Каросуки, не веря своим глазам, приоткрыл и пролистал страницы книги.

- У меня есть идея, что можно с ней сделать, но для этого надо выбраться из этого каньона…

- Так ты согласен?

- Думаю да.Но не думайте, что я так просто вас отпущу, пока не проверю свои догадки.

Кэри пошел за двумя существами и, когда Каросуки начал взлетать, держа Нору, он посмотрел на камни. «После такого мне довольно плохо, но ничего не поделать, вариантов больше не осталось…» Он резко превратил все свое тело в угольно-темную дымку и полетел вверх, оставляя после себя серую пыль.

Прошло несколько минут и все существа уже стояли на земле, ловя лучи лунного света. Огромная луна уже была прямо над ними и немного освещала землю. Под лапами была зелёная трава, которая при каждом малейшем прикосновении становилась ярко-голубой.

- Ко мне домой. На утро я вас отведу в Древо.- Каросуки выдохнул и поплелся в город.

Секки сидел на каком-то подобии кровати и аккуратно менял старые бинты на теле на новые. Комната его была заперта, поэтому ибисы дожидались его за дверью. Закончив, он взял один из испачканных кровью бинтов и поднес к листку.Плавно он начертил на бумаге символ, как на обложке и стал ждать. Вдруг, она начала сиять так ярко, что Каросуки пришлось прикрыть глаза. Посмотрев туда, он знатно удивился, его глаза округлились, он тихо запищал от радости.

- Все таки Хаджимари и правда существует! Вот только, что за загадки?- Он потрогал легонько лист, на котором было написано несколько слов, которые каким-то образом подкрепили надежду секки.

«Если хочешь чего-то достичь-

Не верь сердцу, верь разуму.

Он приведкт тебя к более правильному пути»

«Вера успокоит твою душу" - Было написано в конце высказывания.

- Я никогда не позволю дотронуться хотя бы одному соединителю до моих знакомых! Я сделаю все возможное, чтобы этого не случилось и они получили по заслугам.- Странно пообещал тот книге и закрыл ее. Он убрал грязные бинты и вышел из комнаты.

Ибисы оглядывали весь деревянный дом, обращая внимание на всю мелочёвку, например на картины. Схематическое изображение какого-то секки в броне, который копьем протыкал черного червя с драконьей головой.

- Этот червь-соединитель. Гадкие твари.- Ответил на мнимый вопрос Кэри Каросуки.

- Я их никогда не видел.

- Они находятся довольно глубоко под землей, да и само их убежище в лесу через каньон.

- Каким разговорчивым ты стал! Может еще чего расскажешь?!- Съязвила ответила Нора, которая смотрела прямо в глаза секки, но тот на нее никак не отреагировал и она затихла.

- Если хотите вытащить своих товарищей, то вам надо идти прямо сейчас или в следующую ночь, когда праздник передвинется на другое место.

Он странно отвернулся и с такой позой положил аккуратно книгу на стол. Нора быстро схватила ее.

- ЙААААА!!!

Кто-то звонко крикнул на улице. Каросуки подбежал к окну и посмотрел вниз. Там по середине тропы лежало тело секки, который был еще жив. К его телу прицепилось что-то длинное, склизкое и черное.

Он выпрыгнул прямо из окна и подбежал к незнакомке, которая была к тому моменту сильно напугана и ослаблена. Пасть существа была крепко впита в шкуру, что из той сочилась кровь. Оно начало извиваться, когда Каросуки начал отцеплять его палкой от тела.

- Кха!

С неприятным звуком существо все же отцепилось. Каросуки остановил его лапой и проткнул насквозь фиолетовым магическим шаром.

- Спасибо вам, огромное.- Пробурчала секки, которой помогли встать прохожие и отнесли ее в специальное здание для пострадавших. Каросуки пнул легонько труп существа и тот разлился по земле темной жижей. Что-то щёлкнуло у него за поясом, оттуда показался небольшой бутылек, которым он подчерпнул немного жидкости и, закрыв, полетел в сторону древа.

-Куда он?!

-Тшш! Пойдем, это шанс.

Кэри облокотился на край окна и осмотрел местность.

- Все на празднике, так что нам только лучше.

Ибисы вместе спрыгнули вниз на траву и, скрывшись под накидками, побежали вперед.

— Как вам этого может быть недостаточно?!

— Я ведь говорил, что если и приносить мне образцы, то в большом количестве. Ну а с этой склянки ни на что не хватит.- Двуцветный секки с монотонным и спокойным голосом указал взглядом на бутылочку черной жидкости, которую держал лапами Каросуки.

— И что вы предлагаете мне делать? Скажи спасибо, что я хоть что-то приношу вам!

— Крики не отыщут тебе лекарства. Я хочу, чтобы ты пришел на их территорию и набрал больше этой жидкости. Думаю, ты можешь и своего Овари к своей группе присоединить. Он ведь хорошо знает ту местность? Неправда ли?

— Ни в жизнь я не сунусь туда больше! Довольствуйся тем, что приношу, если не хочешь, то от меня большего не дождешься, Сарден! — Закончил свой крик Каросуки тем, что кинул склянку секки, который стоял перед ним, опираясь на какую-то установку.

— Это лишь для твоего блага и для всех остальных секки, находящихся на этой территории.- Проговорило существо в темно-фиолетовом плаще, но как только Каросуки уже собрался уходить, его остановили те слова, которые выбили из колеи.

— Ты ведь не хочешь расстраивать «великого» Хаджимари? Тебе нравится, как твои друзья, секки страдают? Подумай над этим у себя в голове и прими уже праведное решение.

У того аж вздрогнули глаза от нескрытного презрения.

— Я тебе ничего не обязан.- Прорычал сквозь зубы недовольный Каросуки и, подлетев, быстро покинул странное, темное помещение. Лес высоких хвойных деревьев окружал небольшой дом в центре небольшого возвышения. В темноте отлично виднелись оранжевые недавно подожженные фонари, висящие на выступах широкой крыши, плавно переходчщей в крыльцо. Для дома главного ученого Древа он был крайне далеко расположен от центра, да и выглядел слишком уютно снаружи, никак не предвещая при входе во внутрь беспорядок и забитость под завязку. Каросуки растроенно прошипел какое-то разговорное слово на своем языке и направился в противоположную от дома ученого сторону. В полете между нежно-белыми облаками его сопроводили плавно летящие по своим делам обычные птицы, а где-то вдалеке стали появляться силуэты спешащих куда-то секки. Фиолетоворогого самца посетили не самые приятные мысли от прошедшей ранее встречи. Он наотрез отказывался от возвращения в лес соединителей, даже если от этого зависит жизнь кого-то в будущем. Но только сейчас он хлопнул себя хвостом по боку и распушил короткие волосы на голове. Каросуки отчитал себя безмозглого и решил во чтобы то ни стало решить этот вопрос, ради друга. Ведь разве сейчас от этого не зависит и его жизнь тоже? Хоть Сарлен и не выглядит тем, кому хотелось бы доверять, но он был единственным, кто хоть как-то подавал надежды. Если он не сумеет сделать что-то с соединителями, то Древу не выстоять жестокого их наплыва. Каросуки постоянно думал о них и вспоминал не лучшие моменты в жизни. «А что если эти ибисы вновь превратятся в соединителей? Что же мне придется сделать?». Данная ими книга была очень таинственной и даже пугающей.

Самец подумал о них и решил наведаться к себе домой в надежде их вновь встретить и опросить. Он подлетел к нему, но никого не почувствовал.

— Видимо они ушли.- Подтвердил Каросуки, заглянув в окно своего дома, где было пусто и тихо. Он немного опустил свои уши, вспорхнул и оставил после себя лишь несколько перьев на деревянном полу.

Крылья тихо обвивал теплый ветерок в ночном небе, изменив свое положение, Каросуки плавно начал снижаться. Снижение было настолько ловким и бесшумным, что никто не услышал даже трепыхание крыла.

— Какое огромное дерево!..- Восхитилась Нора, подняв голову так высоко, насколько могла. Пока она так стояла, Кэри смотрел, как в него можно заново войти. И тут Инсер вспомнил, каким образом выбрался из темницы в прошлый раз.

-Мне кажется я придумал, подожди здесь меня. И если я не приду, то можешь бежать к лагерю, где находятся выжившие.

— Что? Я вас не брошу! — Возмущенно зашипела в полголоса Нора, но перед ней уже стояла темная дымка, от которой через секунду ничего не осталось.» Кэри!»

Ей оставалось только сесть и все же дождаться его, но, чтобы зря не терять времени, вспомнила про книгу, которую она стащила после смерти Соэля.

— Посмотрим…- Нора хотела только достать книгу, как ее схватили за накидку и куда-то недалеко оттащили.

— Почему ты все еще здесь? Все уже собрались. Скоро начало.- Прогудел какой-то голос прямо над головой Норы, которая просто находилась в шоке. У существа даже и мысли не возникло, что это был не его знакомый, поэтому без всяких сомнений тот начал бежать, держа за накидку Нору. Она просто переставляла лапы по инерции, словно так и было задумано, но все же любопытство взяло над ней вверх.

«Меня с кем-то спутали?» — думала та, -"Куда меня ведут?». Перед ее глазами то и дело мелькали маленькие огоньки подобий гирлянд, развешанных от дома к дому и так по всей улице. Накидка еле-еле волочилась за хозяином, задевая каждый мелкий камушек. В конце концов Нору привели прямо в самый центр событий: на вид это был просто очень масштабный праздник, но на деле, это было нечто большее и неожиданное. Ее привели и оставили одну без объяснений, где-то в подсознании она возмутилась такому отношению, но сейчас было не до этого. Самочка встряхнула свои лохматые длинные волосы на голове и посмотрела вперед на какую-то лавку, где сидела секки.

— Приветствую, меня зовут Нариит. Чем могу помочь заблудшей душе в такой день?

— Ох! Эм-м.- Нора немного поперхнулась от такого обращения.- Что тут происходит?

— Сегодня особенный праздник «Свет и тьма». Не знать такого события и гулять тут, ты ведь не местная?

— Да, в какой-то степени это так. В честь чего это празднование?

— В честь Хаджимари, конечно же! Его великие деяния не обошли и нас стороной, он ведь многих спас в тот день, и мы ему за это благодарны.- Секки облокотилась на деревянный прилавок, скрутила около себя хвост и убрала за голову волосы. — Он провел границу между соединителями и нами, только вот, -она немного замешкалась.-Граница недавно была повреждена и они начали вновь проникать на наши территории. В нашем городе довольно мало воителей и хранителей, поэтому они просто не успевают защищать ту часть леса.

Ее голос плавно перешёл в шёпот.

— Волнения начались среди народа… После многочисленных смертей никто не знает, как можно защититься от этих убийц. Будь осторожна здесь.

-…Спасибо за предостережение, Нариит, буду помнить.

Нариит была взрослой секки — это было видно по ее голосу, поведению и волосам, которые от времени посидели. Она помахала своей лапой вслед уходящей Норе, прикрывшей сильнее накидкой свою белую морду.

— В этом мире все намного сложнее, чем кажется.- Сказала она перед тем, как увидела знакомого секки, который забрался на возвышенность. Отростки на щеках, округлый вырост на хвосте и яркие бирюзовые полоски по бокам и руке — все это описывало того секки, которого ибисы встретили в лесу.

Тот опасливо оглянулся, закрыл глаза и быстро натянул на себя темный плащ, с которым тот и исчез потом из виду. Норе ничего больше не оставалось, как пойти за ним. И ее предположения были полностью верны, так как секки подошел к основанию Древа. Все перед глазами вспыхнуло ярким свечением и на коре появился небольшой проход, который уже стал закрываться. Самка, недолго думая, устремилась прямо туда, когда секки уже прошел через него и исчез из поля зрения. Ловно просочившись в проход, он тут же закрылся. Лишь глубокая темнота осталась резать глаза Норе.

Секунда, две секунды, все дольше и дольше темнота этого места заставляла существо вздрагивать от малейшего звука. Вдруг, глаза ее засияли желтым цветом, и она увидела вдалеке свет. Подбежав к нему, Нора попала в яркое помещение, которое тут же ослепило ее после темноты. Древесные столбы, обвитые зелёными лианами, уходили высоко в потолок, а коридор стелился далеко вперед. По нему была проложена теплых тонов тропинка, но на ней никого не было. Нора посмотрела налево и замерла взглядом на красивой арке, внутри которой виднелся более узкий и короткий проход, в конце которого была дверь. Лапы остановились прямо перед самой дверью — Нора не решалась войти.

А пока, по мнению Инсера, белая самка оставалась снаружи, он пролетал сквозь Древо. Маленькие темные частички двигались плотным туманом, лавируя между толстыми корнями. Но внезапно в его мозге резко и болезненно взвыл нерв, и по всему телу прошелся сильный разряд магического тока. Инсер врезался в невидимый барьер, который появился прямо перед ним. Клетки почувствовали жжение и начали исчезать. Кэри быстро оттолкнулся и тут же вылетел из стены в какое-то помещение.

Он упал на спину, дыхание его участилось, ведь тогда он понял, что меньше половины тела попросту не было. Инсер запаниковал, но попытался встать и выровнять слух.

— Кто ты, чужак? — Словно гром в небе прошелся голос по всему помещению. Голос был таким точным и уверенным, что не услышать его было неким преступлением.

— Не трогайте его, а то нападет еще! — Крикнул еще кто-то, находящийся рядом с первым источником звука.

— Отойди отсюда, Синто-Такэ! У тебя нету никаких дел? — Синто-Такэ возмущенно кашлянула, но никуда не ушла, а лишь отвернулась в пол оборота. Рядом с ним сидела в необычной для этого дела позе секки, к которой со спины были подключены странные серебряные трубы, по которым перемещалась зеленая магия. Сидела она на небольшой травянистой возвышенности, обвитой длинным разноцветным хвостом. С потолка же свисали разные цветы и лианы, образуя уютную обстановку.

Но самым неожиданным было то, что секки никак не выражала агрессию или злобу, на ее лице было удивление и спокойствие. Вновь тяжело прокашлясь, та продолжила:

— Я Доэора-Такэ-защищаю почти всю границу древа, ее внутренние покои. И ты хотел пробраться сюда, я была обязана поставить барьер.- Сказала Доэора, глядя на приткнувшегося к стене Кэри. Инсер уже восстановил свою потерянную часть и стоял, выгнув спину со всеми находившимися на ней шипами.

— Так что вас привело сюда, ибис?

Кэри тут же остолбенел, вопросительно оглядел все помещение и потом направил свой незримый взор на секки. Та уже листала какую-то пыльную, невзрачную и небольшую по объему книгу.

— Конечно, про вас не так много информации, но что-то от «предков» все же осталось. Например, ваш внешний вид, культуру, традиции и странную особенность, которая тут знатно протерта до дыры в странице. Вы ведь не одни здесь, верно? — У нее был настолько спокойный и приятный голос, что Кэри даже немного расслабился, подняв уши в остро.

— Моих знакомых заперли в вашей темнице. Я желаю их вызволить и вернуться обратно к выжившим.

— К выжившим? На вас кто-то напал?

— Дракон. Королева дрестов.- Кэри немного скосило от воспоминаний.

— Королева? — Прозвучал за стеной голос Синто-Такэ, она быстро выскочила из-за угла.

— Та самая королева, которая появилась много лет назад из-за выброса большого количества магии?! Как вы выжили тогда вообще?

Синто немного прижалась к рядом сидящей секки и развернула уши. Кэри понял, что ему здесь ничего не угрожает, так как существа перед ним были неизлечимо беспечны. Они о чем-то болтали и отшучивались в стороне, несмотря на стоящего перед ними таинственного врага. И тут ему пришла на ум идея, как можно было бы попасть в темницу.

— Отведете меня в темницу, расскажу о случае во всех подробностях.

Синто бросила быстрый взгляд на Доэору, та немного прикрыла глаза, качнув головой в сторону двери, поросшей корнями.

— Синто, думаю с твоим делом это поможет, можешь идти.

Секки соскочила с возвышенности и, махнув хвостом, направилась к выходу. Инсер аккуратно оглянулся, прижимая хвосты к нижней части тела, пошел вслед за ней. Доэора-Такэ проследила за ними до самого выхода. Как только они вышли рядом с ней зашуршали листья, и из воздуха появилось массивное тело, которое аккуратно опустило лапы на траву. Оно строго рассмотрело помещение рядом с самкой.

— У них есть информация, которая нам нужна. И ты так просто запер их? Не слишком ли опрометчиво ты поступил, Кат-юзу?

— Они слишком подозрительные, чтобы им доверять. Если допустим оплошность-и нам будет плохо и им тем более.

Не успела Доэора-Такэ и глазами моргнуть, как перед ней зияла только пустота, никого не было в этом помещении, кроме ее самой. Она повернула голову и коротко посмотрела на свои трубы за спиной. Магия в них была замкнута в бесконечный цикл, идущий от тела до самих барьеров. Доэора аккуратно встала, медленно размялась и ее глаза устремились в потолок-она ушла в долгое раздумье.

Красивые, идущие волнами, бледно-желтые волосы колыхались от легкого ветерка. Прикрывая грустные глаза, самка стояла и обнимала своего ребенка, который из-за невысокого роста тянулся на подушечках лап к ее талии. Она не хотела его отпускать, все крепче сжимались лапы на теле подростка, но пришло время окончательно прощаться. Подросток повернул голову назад и увидел своего отца — Геодина. Его суровый взгляд смотрел на всю эту картину, ждал, пока это прекратится.

— Скорее, — пробурчал тот, и мелкий секки тут же занервничал, прижимаясь только сильнее к матери. Но терпение Геодина закончилось и, подойдя к ним, оттащил секки до самой деревянной повозки. Прошёлся по ее доскам короткий скрип, забились колеса, стук массивных лап по земле сопровождалось тяжелым фырканьем дракона.

[[image:https://ranobelib.me/uploads/ranobe/temnaya-zizn-v-kotoroi-est-svet-novella/chapters/1417304/%D0%B0%D0%BF%D1%80%D0%BF%D0%B0%D1%80_0Azq.png]]

— Овари! Береги себя! — раздался отчаянный крик матери, у которой увозят ее ребенка.

— Я люблю тебя, мама! Я буду тебе обо всем писать, обещаю! — Овари замахал рукой удаляющейся фигуре секки и, закрутив хвост под себя, грустно уткнулся в свои колени. Ведь путь до Древа был не близким. Повозка только начала свой путь из деревни, но ее прославленные озера уже виднелись из-за бортика. Колеса двигались по серебристой водной глади, обрызгивая каплями все вокруг.

Деревня Кагима, располагалась прямо на огромном зеркальном озере, где вода не превышала и десяти сантиметров, поэтому жители этой деревни не часто выезжали за ее пределы, только по важным заданиям или при переездах в другие места.

Прошло несколько часов с того момента, как секки покинули границу деревни. Синий, местами ярко-бирюзовый дракон тянул телегу по воде. На всем теле виднелись плавники, перепонки, переливавшиеся в свете солнца. Геодин следил за его неторопливым движением и стал его подгонять специальным креплением, которое тот дернул, и заставил дракона бежать быстрее.

— Чем ты там занимаешься? — спросил грубым тоном отец, повернув голову назад — перед ним сидел Овари, держа в руках красную книгу, но когда к нему обратились, книга уже была положена на деревянный пол повозки.

— Что-то случилось? — буркнул от раздражения Овари.

— Дракон уже устал, нужно остановиться. Пока вот, займись чем-нибудь полезным, а не читая свои глупые книги— Геодин бросил острое копье прямо в руки Овари, осмотрев его, он спрыгнул в воду. Слой воды медленно покрыл лапы:

— Одна морока… — Он сжал длинное копье и кинул его вперед. Неожиданно для него оно все же куда-то попало, встрянув концом вверх.

— О-ох? — Овари поднял его из воды и увидел на остром конце огромную рыбу, блестяще отливающую серебром:

— Не слишком ли огромная рыба для этих мест?.. — Ветер словно отозвался на эти слова и усилился, что даже на гладком озере начали появляться мелкие волны. У Овари пошли по всему телу мурашки, он подошел и бросил рыбу прямо в пасть дракону. Тот с удовольствием поужинал питательной рыбой и его плавники засияли от полученной энергии.

Потихоньку стал накрапывать дождь, вдалеке загремел гром. Дракон бежал против сильного ветра по холодной воде и тяжело фыркал. Овари крепко вцепился в доски и прикрыл себя крылом, Геодин серьезно смотрел вперед и высматривал почву, которой пока даже и не пахло.

— Черт, — Он резко дернул за кожаные поводья, и дракон с криком остановился. Его перепонки согнулись, когда он посмотрел на небо, на котором уже не было бирюзового цвета, а только чернота и редко появляющиеся тонкие полоски молний. Быстрый скачок дракона чуть не перевернул повозку при внезапной вспышке. Красный цвет окружил существ, внезапно наступила тишина — что-то погрузило их в сон, и они свалились на повозку, потеряв одновременно сознание.

Перед глазами ничего не было, они могли лишь непонимающе двигаться из стороны в сторону. Вот начал появляться темно-красный оттенок и через минуту глаза ослепило яркое солнце. Овари закинул свою ослабленную руку на морду и глубоко вдохнул чистый воздух, пропахший свежей травой. Немного согнувшись, он помахал головой из стороны в сторону, когда перед ним появилась неизвестная персона, разглядывающая секки с интересом:

— Вы кто? — совсем тихо пробурчал тот, чувствуя, что на озере ему попало внутрь немного воды и поэтому Овари начал отхаркиваться.

— Меня зовут Тайна, а это Каросуки, тот самый, кто и обнаружил вас. — Что вас привело сюда? — Нежная трехцветная секки немного запнулась на последнем слове, так как Овари начал кто-то внезапно поднимать. Геодин поставил подростка на две лапы и, скрестив руки на груди, стал смотреть своими серьезными глазами на секки.

— Мы ехали к Древу, могу ли я узнать где мы сейчас находимся?

— К Древу?! — Каросуки крикнул не тише самого Овари. Он даже немного подавился от неожиданной информации.

— Чего ты так кричишь? Да, я не сказал, и что?

— Как ты мог такое скрывать? И для чего мы туда едем?! — Хвост Овари стал с силой бить по земле.

— Я должен был тебя оторвать от «мамочки», поэтому мы едем туда, чтобы я мог сделать тебя Хранителем. Хранители — особые группы существ с развитой физической, магической и духовной силой. Они защищают разные места на границе города и древа. — Геодин давно хотел сделать своего сына Хранителем, ведь он раньше им тоже был, но далекое местоположение и отрицательные возгласы матери увеличили эту цель на целых 10 лет. Ему было все равно, хочет ли Овари им стать или нет, ведь если Геодин поставил цель, он ее добьет до конца.

Теперь между двумя секки было еще более сильное напряжение и недоверие. Овари, шикнув, показательно развернулся.

— Вы, наверное, издалека? Не хотите переночевать у нас? — обратился Каросуки к ним, но смотря больше на своего ровесника, который к тому времени уже осматривал дракона, пострадавшего в недавнем событии. В некоторых местах у него были порваны плавники, виднелись синяки от грубых камней, появившиеся от падения на озере. «Ну как же так получилось, бедненький…»

Овари заметил какой-то красный отблеск неподалеку:

— Что это? — спросил он у прошедшей к нему Тайны.

— Барьер. Ему уже много лет, еще со времен Хаджимари, ограждает нас от бушующего временами озера… Он был создан такими же великими секки, как и сам Хаджимари… Вы же со стороны озера?

— Наше поселение стоит прямо на нем.- Он тяжко вздохнул, взглянув прямо в ее глаза и представляя свою мать. Только от нее пахло землей и свежей, быть может, скошенной травой, не так как от его матери. Подросток немного подумал и все же согласился, продолжая задумчиво глядеть на барьер.

Простенький деревянный домик внутри выглядел еще проще: пара кроватей, стол, стулья и остальные бытовые вещи, необходимые для работ в поле. Тайна немного отодвинула стол и предложила напиток:

— Он восстановит ваши силы, он травяной.

Секки взяли кружки и более, до самого утра, не пересекались взглядом. Овари отвели место рядом с кроватью Каросуки. Ненароком между ними начался разговор, сопровождавшийся простирающимся на полу лунным лучом и полной темнотой вокруг него. Коротко кашлянув, Каросуки начал разговор первым:

— Я тоже к Древу собирался. Как говорится, продукты сами себя не распродадут, праздник сам себя не посмотрит. Думаю, я смогу вас подвести.

— Я, конечно, благодарен вам за все, но сама мысль о Древе, меня пугает. Мой отец так серьезно ко всему относится, что мне стало вдруг страшно, будто бы меня везут на смерть.

Овари тревожно замолчал, пальцы рук перекрестились меж собой. Его состояние нельзя было назвать ни хорошим, ни плохим. В душе остался осадок недоверия к отцу, который то и дело напоминал о себе. Каросуки посмотрел на него краем глаза и, пожелав спокойно провести ночь, развернулся и уснул, так и не дождавшись ответной реакции.

На утро Каросуки встал раньше всех, чтобы подготовить повозку к отправке. Собрал в корзины продукты, положил аккуратно какие-то склянки с жидкостью, покормил запрягаемого в телегу земного дракона. Кто-то тихо начал просыпаться от яркого солнца, а Овари проснулся из-за неприятного, звонкого треска сбруи. Внешний вид его после сна немного рассмешил бежево-коричневого самца, но тот успел развернуться, увидев недовольный и заспанный взгляд секки. Коротко зевнув, Овари вдохнул свежий воздух и направился прямиком к повозке, почти готовой к выезду. Она стояла около красивого и широкого поля с желтеющей пшеницей на фоне голубого неба. Семья Каросуки собралась вся вместе и провожала гостей и своего сына как следует. Геодин, хоть и нехотя, тоже уже сел в нее и спустя десять минут они были уже в пути.

Как только выехала из-под холма телега сразу открылся великолепный вид. Маленькие домики, разноцветные поля, плавно пересекающиеся в зеленые, речушка, простирающаяся по всей длине полей, а вдалеке виднелось то самое Древо, к которому они ехали.

— Просто не думай об этом, хорошо? — совсем тихо сказал Каросуки, чувствуя самочувствие Овари. Но секки снова уткнулся себе в колени, совсем не разговаривая остаток пути. Для него это было не свойственно и поэтому он ощущал себя крайне дурно. Еще и отец постоянно смотрел на него, а ведь это он должен смотреть на него таким взглядом!

— Овари, мы приехали, вставай. — За все это время наступил день, солнце уже вовсю светило на середине небосвода. Овари немного отряхнулся, поправляя свои растрепанные бирюзовые волосы. Недовольный рокот отца заставил прекратить действие и пойти за ним. Уходя, Овари в последние секунды помахал на прощание Каросуки. Он немного удивился такому вниманию секки за все это время к нему и, прикрыв один глаз, махнул рукой в ответ.

Цель приезда в этот город не заставила себя долго ждать, как и происшествия, которые произойдут в дальнейшем.

Пока Каросуки отправился по своим делам, Овари и Геодин уже входили в какой-то деревянный дом. На входе тут же почувствовался запах «алкоголя», так как на первом этаже находился трактир, который довольно неплохо пользовался спросом в праздничные дни. Маленькие столики были полностью обставлены секки, занимавшиеся кто чем мог. Геодин, не теряя времени, подошел к барной стойке и выложил мешочек монет. Секки за стойкой бросил на него взгляд и, забрав деньги, дал ключи от одной из комнат. Все существа в помещении были в возрасте, многие смотрели на пришедшего маленького Овари, как на песчинку. Такие взгляды ему явно не понравились, поэтому он поспешил в комнату на втором этаже. Осматривать интерьер комнаты у Овари уже не было ни сил, ни желания. В глазах помутнело и раздался тихий хлопок о кровать. После недолгого лежания на животе он перевернулся и сел на край кровати.

— Так для чего мы сюда приехали? -немного раздражённо вытянул из себя Овари слова.

— Через час мы пойдём к одной моей знакомой, и ты все сразу поймешь.

Геодин сидел на коленях и раскладывал вещи из сумок. Поняв, что ближайшие несколько минут ему будет нечем заняться, Овари встал и подошел к окну. Он высунул голову из открытого окна и выдохнул, почувствовав смиренный теплый воздух. По улице ходили секки, Овари никогда не видел их так много, поэтому с интересом разглядывал каждого проходимца.

Древо отбрасывало настолько огромную тень, что город все время был покрыт чернотой. Везде были проложены тропинки из мелких камней. Через несколько минут секки были уже в Древе, взлетев на него. Недалеко около древесной колонны стояла довольно строгая секки, спрятав свои руки за спиной. Позже она все же заметила подходящих к ней существ и ее глаза устремились на Геодина.

— Ты ведь в курсе тех происшествий, что были в последнее время? Ты ведь поэтому сюда приехал, верно, Геодин?

— Да. Я в курсе этих нападений. — Тихо сказал тот. — Поэтому я привез своего сына, чтобы ты его обучила на случай, который не получится избежать.

Кода — так звали темно-красную секки со светлыми волосами, собранными короткой лентой в хвост. Она немного наклонила своё туловище, в знак вежливого приветствия. Геодин быстро передал стражнице кусок бумаги и куда-то улетел, оставив наедине Овари и Коду.

— Это…

— Да. Овари.- Кода прикрыла глаза от неприятного перебивания Овари, который к тому времени активно разглядывал вход Древа, а потом и саму персону перед ним. Самка раскрыла листок бумаги и, пробежавшись по нему глазами, резко стала серьезней.

— Ты ведь тут не по своей воле? — Спросила она после долгой паузы. Секки лишь коротко кивнул, ничего не ответив. Когда Кода приказала лететь за ней, Овари, задумавшись, ухмыльнулся.

Они пришли на большую поляну с рекой, по середине которой Кода и остановилась. Овари непонимающе глядел на нее, его сине-бирюзовая шерсть легонько развевалась на ветру.

— Первое, что должен обязательно уметь хранитель — хорошо пользоваться оружием. Например, копьем. — В ее левой руке появилось длинное, до земли, черное копье. Она подошла к какой-то круглой деревяшке, приколоченной к доске, и тут же бросила копье секки, приказав бросать, пока оно не попадет в центр мишени. На открытом поле был довольно сильный ветер, это и так усложняло бросок, но даже ветер не остановил бессмысленные кидания Овари мимо мишени. Что заставляло Овари так себя вести? Он и сам не знал, ему это было не нужно. Какой смысл становиться хранителем? Чтобы тебя убили в один из ночных постов? Лучше же быть обычным деревенским секки, который не подвергается опасности прямо в тылу врага.

— С таким «энтузиазмом» ты не сможешь им стать. Ты настолько не хочешь защищать себя и своих близких? — Слабо оскалившись, начала твердить Кода Овари. Когда Овари опустил свою голову, из его руки вышла темно-зелёная искра, которая при сжатии руки способствовала разлому копья. Кода разозлено прикрыла глаза, дав понять, что такого поведения от ученика она явно не ожидала. Овари, негромко цыкнув, быстро улетел с поля прочь, не оставив после себя и следа.

— Подготовить его к неизбежным временам, говоришь? А, в прошлом самый уважаемый хранитель Геодин? Твой сын явно не хочет идти по твоим стопам.

Она бросила взгляд на испорченное копье, до сих пор испускающее зелёные искры. Кода щелкнула пальцами и оружие тут же испарилось.

Тяжелое дыхание слышалось из пасти секки, который после неожиданного полёта сел на ветку Древа. Он неопрятно смахнул прилипшие к его шерсти листья, взялся за голову рукой и стал переваривать сложившуюся ситуацию. Но не прошло и минуты кое-какого уединения самца, как мысли прервал непонятный звук вдалеке.

— Эй! Отойди от меня! — Где-то раздавался истошный крик, ветка под Овари затрещала, и он слетел с нее на крышу ближайшего дома. Когтями секки зацепился за самую верхушку крыши и аккуратно выглянул из-под нее, прижав уши назад. В темном переулке бежевая секки что-то агрессивно отцепляла от себя, махая короткими крыльями. Вскоре что-то пролетело около нее и она, задыхаясь, отошла.

— Каросуки?! Что он тут делает?

Его не нужно было и просить, он тут же спрыгнул, заставив близстоящих секки удивлённо попятиться. Вокруг Каросуки летали несколько чёрных магических шаров, а напротив самки лежал длинный червь, похожий мордой на дракона.

— Овари, барьер похоже рушиться начал…- На его лице застыл ужас и неприятие ситуации.

— Альта, как он напал на тебя? -Спросил он у секки через пару секунд.

— Я просто возвращалась домой, как это нечто прицепилось ко мне. У меня до сих пор глаза мутные от этого!

Альта немного протерла свои глаза и, убедившись в восстановлении своего зрения, поблагодарила Каросуки. Не теряя времени она стремительно убежала за угол.

— Не думал, что снова увижусь с тобой, Каросуки.

— Продажа продуктов прошла успешно, но этот барьер…- Он бросил взгляд на оставшуюся после существа вязкую жидкость. Она расползалась далеко вперед, это образовало темную тропинку. Овари тоже приметил ее. Он хотел остановить Каросуки, но было уже поздно, поэтому ничего не осталось, кроме как пойти за ним.

Эта тропинка привела к огромному каньону, где и бесследно прерывалась.

— Ты думаешь это не опасно? Я в этом очень сильно сомневаюсь! — Сине-бирюзовый секки прочитал замысел в глазах своего знакомого и явно был с этим не согласен. Овари еще долго смотрел на бездонную пропасть. В итоге Каросуки решился разведать обстановку, Овари тут же кинулся за ним. Секки расправил свои узкие крылья, его перья обвивал теплый, влажный воздух этого внушительного места.

Свистя, Каросуки пролетел возле огромного голубого водопада, вода которого била внизу о камни. Взмахнув крыльями, он резко стал снижаться вниз. Уже пролетая прямо над водой, он вцепился за скалу. И тут же три пары пальцев на крыльях крепко вцепились в выпирающие камни, длинные уши встали торчком, а пасть широко открылась. Заметив охрану, оба кинулись в воду переждать её облет.

Выйдя из воды, секки знатно отряхнулись. Ведь светло зеленая магия, покрывающая их тело в воде, не плотно прилегла и из-за этого они сильно промокли.

Быстро чихнул Овари и, реабилитировавшись, осмотрел местность. Обычные камни, галька, кое-где росли тонкие водоросли. Стены каньона возвышались далеко ввысь и это даже немного пугало Овари. После осмысления происходящего он гневно захрипел:

-Какого черта ты сюда шуганул? -Только после окончания диалога, тот понял, что воздух здесь воняет ужасно. Ведь прямо в нескольких метрах от них находился барьер, который ограждал территорию секки и соединителей.

— Честно… Я не только приехал сюда, чтобы продать продукты… Есть кое-что поважнее.

Каросуки повернулся и достал из небольшой коричневой сумки маленький прозрачный бутылек. К слову, у Овари начали возникать плохие мысли об этом всем, его волосы встали дыбом.

— Сарден приказал мне взять образец этих существ… — Закончив предложение, Каросуки чуть не поперхнулся от визга Овари.

— Да кто он такой, чтобы подвергать тебя опасности?

Руки Секки уверенно упали на плечи возбужденного Овари, что тот покраснел от возмущения.

— Успокойся. Это необходимо и может спасти от дальнейших потерь.

Хлопнув лапами, Каросуки заметил соединителя и, разогнав свой магический шар, летающий около него, стремительно запустил в того. Пока он отошел брать образец жидкости, Овари что-то крякнул и уставился вверх. Здесь гулял очень сильный ветер и услышать здесь что-либо делом было не из легких. Склизкое тело ползало недалеко отсюда. Его мелкое, длинное тело было сложно увидеть на темных камнях. Поэтому никто и не заметил, как и сам Овари, что по его хвосту что-то проползло. И только тогда, когда оно начало втискиваться в место, где росли крылья, секки крайне болезненно ощутил это. Пронзительный крик подтвердил это чувство. Произошло это, когда Каросуки уже собрал образцы с умерщвленного тела соединителя и уже собирался позвать Овари для возвращения. Но он быстро понял, что с ним что-то случилось, поэтому бросился к нему.

— Не хочу… Умирать…- Да, в голове Овари ощутил страшное чувство приближающейся смерти. И другие ощущения реальности то перекрывало, пока темный червь пребывал у самца в теле.

— ОВАРИ!

Тихий, глухой крик Каросуки — это было единственным, что услышал Овари перед тем, как непонятная сила соединителя заставила его полностью исчезнуть в земле. Чуть не плача, оставшийся на гальке секки начал копать землю лапами и, ничего не добившись, устало упал на колени. Мягко облегала его коричневая накидка с бледно-желтой каемкой, крылья от грусти опустились. Вскоре Каросуки тоже нечто начало поглощать, но это произошло быстрее, чем неповинный секки успел осознать.

Овари оказался в полулежащем состоянии около огромной пещеры. В глазах все плыло, тело будто было не его. Оно еле волоклось за ним, но местность все же удалось разглядеть, хоть и не до конца. Повсюду были руины, кости располагались прямо под лапами, постоянно похрустывая. Перед ним даже появилось нечто другое, существо сильно отличалась от тех, кто напал на него. Это был уже не червь, а со всеми мышцами и скелетом дракон без крыльев. Множество хвостов окружало того, морду косило каждую секунду. Он смотрел на Овари до самого конца, до попадания в пещеру. В сильном потрясении от происходящего, тот не сразу понял, что находится прямо возле лежачего без сознания Каросуки. После некоторых действий тот все-таки раскрыл глаза, но тут же пожалел об этом, так как его вырвало от увиденного. Мелкие кости- это были остатки маленьких, невинных детей из которых полностью украли магию и бросили на съедение.

Это было ужасное зрелище. Кроме широкой пещеры перед ними не было пути, так что они решили идти туда, как бы им не хотелось.

Овари стоял на каменном полу, а перед ним возвышались внушительные стены. Повсюду были проделаны узкие проходы, перекрытые «Земляными лианами». Необъяснимо ужасный запах бил в ноздри со всех сторон, а по стенам мельтешили тёмные силуэты, которые то и дело поглядывали тремя парами глаз. Они были похожи на червей, только огромных, метров по 2 длиной. Также посреди пещеры находился главный соединитель, он отличался от всех длинной белой полосой на спине и более вытянутой мордой.

— Какая же вкусная еда ко мне заходит. — Протяжные слова сопровождались медленным треском древних костей. Оценив ценность пойманной добычи, существо довольно широко раскрыло свою черную пасть и стремительно поползло к секки. Хоть его туша была огромной, в силе и скорости он не уступал. Это было ясно, как день, когда Каросуки отскочил на пару метров, чуть не попавшись под острые зубы чудовища. Кровь струей хлестнула из прекрасно-необычных глаз секки, у него была миссия, поэтому он быстро встал, молниеносным взглядом разглядывая пути отступления. Овари, пытавшись сбежать из ближайшей норы, наткнулся на тупик и мгновенно был пойман соединителем. К его огромному сожалению, в ту же проблему попал и его товарищ. Соединитель настолько сильно стиснул тела бедных детей, что у них начали трещать кости, а у Овари из глаз побежали мелкие слезы. Он не мог уже сопротивляться, его чуть ли не тошнило от этого противного запаха гнили, крови и ситуации, в которую он попал из-за своей глупости.

«Такое будущее хотел отец? Быть похороненным в таком ужасном месте, да и еще с только недавно приобретённым другом? Его слова о хранителе резко приобретали другие краски»

Он не хотел помирать так, поэтому он пытался выбраться, но…

Соединитель раскрыл свою пасть и с жадным треском расколол и до того хрупкие кости крыла и лопатки. Зрачки секки сузились от боли, даже крика уже было не обронить от шока. Зубы все сильнее просачивались в мягкое мясо, а длинный язык яро слизывал выделяющуюся алую кровь.

— Так вот от кого он хотел, чтобы я защищал родню… Гадко…

Кашлянув кровью, он издал зеленое свечение, которое заставило существо быстро выпустить Овари на пол. Глаза сильно жгло и только после странной реакции соединителя он понял, что его тело поменялось из-за воздействия того мелкого существа. На щеках отрасли округлые вибриссы, на хвосте появился овальный темный отросток. Крыло было уже недееспособным, оно просто безжизненно болталось за спиной. Соединитель позади будто ожил и с неприятными, оглушающими криками бросился на Овари. Существо ослабило хватку, поэтому Каросуки пробил себе проход и с тяжелым нервным дыханием, побежал к выходу за Овари.

Он как мог побежал к выходу. Избив все колени и лапы, Овари все же выбрался наружу.

— Гадство, гадство!

Секки бежали по лесу, прихрамывая. Ночь опустилась на всю территорию, начали выползать ночные животные, светиться неоновым свечением растения. Сверху раздавались громкие хлопки и крики, говорящие о том, что начали охоту Варлейны — противные птицы с острыми зубами очень быстрые, но слишком громоздкие. Одна из птиц заметила Овари, но просто не смогла протиснуться сквозь толстые ветки. Под лапами светилась голубая трава, плавно переливающаяся в зеленую. Выйдя на просторную местность, придерживая покусанные части тела, он прохрипел, заваливаясь на спину.

— Отец… Пожалуйста…

Вдалеке кто-то стоял, полоски на спине ярко светились на фоне темного неба. Он развернулся и увидел существо, которое было все в крови и подошел.

— Какого ты поперся туда! Твои действия тебя погубят, сейчас, ты остался жив, но потом такого шанса не будет и ты потеряешь все, Овари.

Не выйдет из тебя-Хранителя.

Эти слова были громом среди ясного неба, это оставило неприятное чувство в теле Овари. Такого стыда и горечи он никогда не чувствовал. Если бы он был ответственнее, то большая часть всего бы этого не случилась. Направив свой мутнеющий взгляд, Овари увидел бежевый силуэт товарища, находившегося без сознания. Но это чувство после сильно повлияло на решение Овари и заставило его задуматься о своих действиях. Сейчас он перестал подавать признаки жизни, его отец немедленно перевалил их через плечо и полетел к Древу так быстро, насколько мог.

— Он не дышит! -Крикнуло командным голосом существо в маске и белой накидке.

— Везите его в операционную!

В комнате стояла тишина, на кровати лежал весь в бинтах Овари, которого положили на кровать после долгой операции. Рядом стоял и смотрел на него Геодин, оскалившись, но одновременно и с тоской в глазах. Он аккуратно поправил белоснежное одеяло и удалился. На утро второго дня к уже проснувшемуся Овари пришел виноватый и испуганный за состояние друга Каросуки. Овари посмотрел на то, как он тихо пробирается к нему в комнату и прямо, без упреков сказал:

— Ты как?

Секки тихо пискнул и, подойдя, легонько приобнял Овари. Ему было больно, но он стерпел, ведь Каросуки все же извинился за свой необдуманный поступок. Он сел неподалёку от него, у него тоже было перевязано в некоторых местах, больше всего пострадал хвост и ребра, умело залатанные лекарями Древа.

— Я передал Сардену тот флакон. Он немного, но продвинулся в изучении секрета этих соединителей. Думаю, скоро магия в мире восстановится, и мы сможем жить в спокойствии…- С надеждой во взгляде сказал самец и виновато поскреб когтем дерево рядом.

Вскоре Овари выписали, и он написал письмо своей матери. И чтобы не расстраивать ее он солгал, не рассказывая про недавнее происшествие. Направив свой взгляд ввысь, было видно огромное желтое солнце, ярко греющее зеленые территории. Овари осмотрел свое тело, недоумение все еще было на его морде. Из-за данных выростов его чувствительность выросла вдвое, но магия была полностью поглощена той территорией. Секки стоял перед деревянной мишенью в раздумьях и, взяв копье в руки, начал долго метать его, заставляя куски дерева отлетать. Кода, наблюдавшая за ним издалека, грустно усмехнулась.

С тех дней Овари понял, насколько важна жизнь других секки. Упорными тренировками он пытался заполнить физический и магический недостаток, но полностью все скрыть не удавалось. Эти выросты, сила? Давались Овари очень плохо и тяжело, при любом разговоре он мог внезапно встать и с визгами, придерживая голову от истошного писка в голове, выйти из помещения.

— Хаджимари… Помоги, я прошу. Ты ведь самый великий секки, не правда ли? Если ты меня, конечно, услышишь…

Перед секки и ибисом предстали высокие двери с рисунком в виде окружности, с разными символами и надписями. Синто толкнула лапой дверь, и она медленно распахнулась во внутрь, где было темно и сыро. Но все же в этом месте, на древесных колоннах, были замысловатые узоры, которые были единственными красивыми местами в этом коридоре из темничных камер. Многие камеры были пустые, поэтому когда они подошли к месту, где были заперты ибисы, у Кэри Инсера поднялась на загривке шерстка от волнения.

— Кэри?! — Ослабленный томительным ожиданием и уже не ожидавший никого увидеть за барьером Потару вскочил с пола и вытянул уши. Лапа Синто была положена на каменный выступ в стене около камеры. Он засветился зеленым светом и после этого медленно снялся барьер, который уже как несколько дней ограждал ни в чем неповинных ибисов. Не успела самка отойти от стены, из-за угла показались серебряные разряды молнии. Эбил, медленно переставляя лапы, начал грозно пялиться на Синто.

— Еще одна.

— Стой, Эбил, прошу!

Из темноты показались белые перья. Нора быстро выбежала и крепко встала перед двумя противоборствующими сторонами. Внезапное появление ибиса заставило всех остановиться, а Эбил через силу подавил свою магию. Она рассмотрела две стороны.

— Я слышала ваш разговор с Кэри. Почему мы должны решать ваши проблемы?

— Проблема заключается в том, что мы не можем туда войти из-за отсутствия там магии от слова совсем. И…

— Соединители, которые там обитают, являются вами, ибисами. И поэтому мы нуждаемся в вашей помощи.- Прозвучал хриплый и быстрый голос кого-то незнакомого. Так как он был за спиной Кэри, тот сразу же повернулся и стал сверлить белыми глазами темную пустоту коридора. Спустя мгновение оттуда появилось существо, полностью покрытое плащом с капюшоном, под ним были видны лишь яркие глаза, решительно смотревшие вперед.

Перед тем, как говорить, довольно высокий незнакомец прокашлялся, появилось ощущение, что тот был чем то болен, но это были лишь на первый взгляд гипотезы.

— Пока вы были заточены в горах, без возможности выйти из-за опасности быть убитыми королевой. Верно? Так вот. Ваши предки, за этот большой промежуток времени превратились в ужасных, склизких существ из-за вашего генетического строения мозга, не переносившего большой поток магии.

— Тоесть ты хочешь сказать, что во всем виноваты ибисы? -Разъяренно задала вопрос Нора.

— Нет. В этом никто не виноват. Магия создала границу, через которую и превращались ибисы в соединителей, она была беспощадна.

Пока незнакомец говорил, он снял с себя капюшон. В руке секки держал длинный посох с вкраплениями в виде фиолетовой магии. Тогда всем находящимся стало ясно, что перед ними был все время тот самый Кат-Юзу. У Эбила расширились от гнева глаза и он громко зарычал, мотая хвостом из стороны в сторону.

— Мы хотим заключить с вами сделку.-Словно не замечая разъярённого ибиса, продолжил свою мысль глава древа.

— Никаких сделок! Ты серьезно думал, что мы согласимся на какое-либо предложение после того, как нас тут без предупреждения заперли?! — Взорвался уже уставший от всего этого Эбил, и только из-за стоящих около него существ не набросился на секки.

— Успокойся, хоть дослушай его! -Нора остановилась перед ибисом, почти закрыв того от всех. Ее спокойный взгляд легко просочился сквозь него и тот яростно фыркнул. Эбил без своей книги стал очень раздражительным, не таким как раньше. Его главной задачей на этот момент было возвращение книги, которую отобрал Кат-Юзу.

— Кто-то опасный очень близко. Тот, кто начал это.- Прочитал глава Древа в только что появившейся книге. Она была будто совсем другой. Совсем почерневшая обложка, страницы темнели с каждой секундой. Как только Эбил ее увидел, его эмоции пришли в застывшее состояние, ведь книга выглядела почти также, как когда объявлялась война между кланами.

— Вы наверное не знаете, но эта книга наследие священного Хаджимари, который возвел барьер между землями соединителей и нашими. Он и защитил нас от главной опасности- появившихся соединителей.

Все вдруг замолчали, так, что были слышны мелкие капли, падающие вниз с потолка. У всех встал ком в горле, который они просто не могли убрать. Кэри уставился в пол, от него исходило огромное количество страха и злости. Его трясло, уши сильно прижались к задней части головы, белые глаза, словно хрусталики, сжались до состояния нити. От одной только мысли о них, об отце, заставляло его чувствовать себя ужасно.

Но все изменилось за одно мгновение, когда Кэри понял, что может сделать со всем этим местом его отец. Он не знал его намерений, но если он объявится снова и ибисам, и секки, другим живущим на этих землям существам придет конец. Столько времени прошло с тех пор, как ибисы сбежали прямо из лап королевы дрестов и это повторится снова? Может даже и в больших масштабах, сейчас это было и представить трудно. На данный момент Кэри уже не выглядел как маленький ребенок, боящийся крови маленького дракона, а ощущался как окрепший подросток, повидавший жизнь за такое короткое для него время и готовый биться на смерть за свои цели.

— Глава! У нас происшествие! -Связалась в сознании с главой Доэора-Такэ с помощью собственной магии ее сети барьеров по всему Древу.

— Говори.

— Пещера, где добывают минералы начала осыпаться! Думаю это как-то связано с пограничным барьером! -Ее голос прервался, и Кат-Юзу громко зашипел, прикрывая морду лапой.

— Мы вас отпускаем, кроме нескольких.

Он посмотрел на Кэри и, встретив неожиданный суровый, решительный, но до сих пор полный страха взгляд, сразу понял, кто останется. Но Нора так просто не уйдет, не завершив начатое. Она встала рядом с Инсером, который сильно удивился такому решению, и подняла голову ввысь. Глава, прикрыв глаза, отдал книгу недовольному Эбилу, который в тот же миг прыгнул в только появившийся рядом портал Потару. Шторм прыгнул следом, а Потару немного посмотрел на Нору, опустив голову от грусти, последним исчез в небытие.

Неоновая пещера рушилась прямо на глазах. Существа в панике собирали нужные им вещи, собирали телеги и уезжали. В этом всеобщем хаосе лишь один секки смотрел в ее небытие, сжав в руке клинок. Там появился силуэт, который после быстро исчез и оставил лишь разрушающуюся постепенно на камни пещеру. Один из таких камней чуть не упал на секки, но тот ловко отпрыгнул от него и побежал к выходу, попутно отбивая мелкие камешки лезвием. Он еле как добежал до выхода, успев выпрыгнуть из тумана едкой пыли.

— Кхаа-кхаа…

Снаружи все активно искали пострадавших и оказывали им первую помощь. Некоторые стояли в броне и крепко держали копья наготове. Только Овари выдохнул с облегчением, как шерсть на его спине зашелестела от плохого предчувствия. Звон металла прозвенел около его правого уха. Клинок тут же наклонился от неожиданной атаки и силы удара. Существо сразу же отступило, расправив единственное крыло, и оскалилось. Ужасная аура давила на всех существ, некоторые попадали на колени, не выдержав. На остатках разрушенной пещеры появился силуэт, он быстро вышел и лицемерно уставился на творившийся внизу хаос.

— Правосудие начнется уже скоро. -На морде засветилась грозная улыбка.-Осталось лишь подождать.

Красные рога существа засветились алым и буквально в туже секунду из-под всех щелей, камней, кустов начали выползать соединители, полностью находившиеся под волей того самого силуэта, который к тому времени с воинствующим рычанием улетел в глубь леса. Вся эта черная орава бросилась без раздумий на них. Все в панике начали улетать и забирать пострадавших за барьер, Овари также побежал в безопасное место, думая о том существе. Это не мог быть обычный соединитель, эта аура была настолько пропитана ненавистью и болью, что даже самый ужасный секки такую не истощал. Вот барьер уже стоял позади, останавливая массу чудовищ, которые не остановились и начали пытаться кусать и резать его. Тут же стоял огромный и крепкий грузовой дракон, который смиренно смотрел на секки внизу, позволяя им загружать оставшуюся руду. «Неоновая пещера» была основным источником руды и кристаллов, используемые практически везде не только в быту, но и в оружейном, строительном, магическом деле. Также кристаллы пользовались спросом в других городах и может даже других странах из-за своих магических свойств.

Овари быстро сообразил о своих дальнейших действиях и поэтому тихо удалился, перебравшись на другой берег.

— Каросуки, помнишь, ты говорил про какого-то Сардена? Кто он?

— Нет! — Он оторвался от расчёсывания своих бежевых волос, сжав от недовольства расческу. Такую реакцию Овари явно не ожидал.

— Ты ведь говорил, что он ученый. Он не может придумать, что все-таки делать с этими соединителями?! -Сказал тот, прикрывая глаза, чтобы не видеть агрессию со стороны приятеля. Но секки лишь глубоко выдохнул и отвернулся.

— Я с ним больше не работаю. Может он что-то и изучает, мне неважно. Если он тебе нужен, можешь проверить западный лес, думаю, свою лабораторию он перенести за такой маленький срок не способен. И кстати, Овари, как твое тело? Оно меня беспокоит.-Каросуки перевел свой взгляд на множественные отростки и треугольные полосы на всем теле.

— Не очень… Прости, но я, наверно пойду. Спасибо, что беспокоишься, скоро встретимся!

Сине-бирюзовый секки сорвался с места и отправился недалеко на запад. Овари встретил повозку, которая двигалась в том же направлении, что и он. Так он проехал на ней до самого начала темного леса. Тропинка здесь уже оканчивалась, поэтому существу пришлось немало попотеть для того, чтобы добраться до нужного места. Пытаясь сверяться с имеющейся картой Гринписа, он все равно умудрился потеряться в глухом, тихом лесу. Только маленькие птички щебетали на кронах деревьев. Прошёл уже час-никакого дома так и не было примечено, Овари от измотанности упал возле корней дерева и облокотился на него. Усталость взяла свое и буквально через пять минут глаза были уже закрыты, а изо рта доносились тихие шипения.

Хруст веток и опавших листьев отгонял мелких зверей. Появился звук карабканья по стволу дерева, вибриссы Овари сами собой начали двигаться в направлении звука. Незнакомое существо не собиралось слезать с дерева, а лишь повисло на толстой ветке, прямо возле Овари.

Веки начали приоткрываться, но вместо того, чтобы увидеть дикий лес, перед глазами появился камин, тихо потрескивая себе в удовольствие. Он ощупал под собой диван и тут же вскочил, увидев длинную тень. Из-за угла вышел незнакомец, капюшон которого закрывал только половину лица. Остальная морда представляла из себя две половины разноцветной шерсти. Секки плавно поставил свой посох и, сняв остальной плащ, стал всматриваться на Овари.

— Каросуки, верно, рассказал обо мне? Недолго его хватило.

— Это вы, то самый Сарден? — Удивленно попятился на странное существо Овари.

— Да. Я Сарден- один из главных ученых Гринписа. Чего тебе понадобилось в такой глуши? -Довольно резко, но без агрессии прохрипел тот.

— Соединители уже начали пробивать и до того слабый барьер! Если так продолжится…

— Я в курсе всех событий, молодой секки.- Сарден прервал Овари, который из-за этого недоверчиво, стыдливо попятился на ученого. Все-таки странный вид его внушал не уют и страх.

— Может это связано с твоей магией или ты только из-за соединителей пришел?

Он задумался, смотря на то, как Сарден перебирает на стеллаже разные пробирки, баночки в поиске нужной. Неужели этот секки чем-то насолил Каросуки, что тот даже говорить о нем не хочет? Он быстро позабыл адресованный себе вопрос от внезапного давящего чувства в голове и груди. Сначала она была настолько неприметной, слабой, что Овари ее не замечал, но после часа нахождения здесь секки начал чувствовать неладное и на мгновение схватился за голову, пока ученый не видел. Существо начало быстро оглядываться в поисках злополучного источника.

На полу, под ковром, что-то сверкнуло серебром, Овари присмотрелся и обнаружил неглубокую выемку в полу. По видимому это был подвал. Аккуратно приоткрыв довольно тяжелый люк, существо оказалось в темном месте, освещённом только в центре голубым свечением. Под лапами при приземлении начал чувствоваться гладкий камень. По сторонам располагались высокие полки, забитые разными книгами и флаконами. Центр комнаты был чуть ли не единственным освещенным местом-лампы в нем стояли по кругу и мягко освещали ее.

— Это еще что…- Тихо буркнул Овари себе под нос, когда увидел, что находится в прозрачной колбе. Пот начал стекать по его лицу, приметив ужасного вида соединителя, погруженного в воду. Зрачки его полуприкрытых глаз немного засветились, это заставило Овари отступить, но он врезался спиной о какой-то прибор. Не успело существо и опомниться, как перед ним спрыгнул Сарден, синий плащ которого медленно опустился следом. На него посмотрели спокойно, но двуличное лицо пугало до костей.

— Не думал, что для тебя его эффект настолько сильный. Получается ты слабовольный.

— Слабовольный?! Ты лучше объясни, что у тебя соединитель в доме делает!

— Этому есть простое объяснение, лучше бы подумал получше, перед тем, как спросил. Я-ученый и это моя работа, изучать то, что представляет опасность или наоборот приносит пользу. А теперь тебе лучше идти к главе и отдать вот это… -Сарден покопался где-то на столе, с множеством книг и бумаг, и через некоторое время вынул несколько свертков, хорошо запакованных. После них он достал еще, нечто странное. Это была необычная, размером с небольшой цитрусовый плод, сфера темного цвета.

— А вот это, лекарство, для тебя, Овари.-Существо в последний раз глянуло на сферу.-Тебе придется его съесть.

— Съесть? Не странное ли это лекарство?! -Овари, увидев это, немного сглотнул от неприятного ощущения в глотке и взял в руку «лекарство», как это назвал и так подозрительный ученый. Но только он собрался взглянуть на него, секки развернулся и коснулся колбы с мертвым соединителем.

— Если ко мне обращается сам глава Древа, то наверное это что-то да и значит, не правда ли? -Без объяснений Сарден поднял руку и щелкнул пальцами. Под телом внезапно почувствовалась трава, Овари быстро встал, чуть не помяв бумаги. Волосы на теле были до сих пор взволнованны, но понемногу опускались. Секки сел в удобную позу и оглядел свиток. Открыв его, он пробежался глазами по тексту. Все выглядело так, словно его глаза промыли мылом-весь текст был нечитабельный. Не выдержав, он закрыл бумагу и напряженно вздохнул. «Так хранить соединителя… Он точно сумасшедший. И. Это лекарство.». Немного прояснив в сознании то, что произошло недавно, Овари поднес ко рту эту странную сферу. Внутри она переливалась, словно было смешано немало различных вещей, но только неизвестно каких. Пасть медленно откусила треть шара и, узнав о полном отсутствии вкуса, откусила все остальное, отправив лекарство внутрь тела. Уставшим взглядом, молодой секки тяжело встал и направился обратно к древу, сжимая в руке бумаги, данные ему ученым.

— …Вот как они выглядят, эти соединители.-Совсем тихо прошипел Кэри себе под нос, смотря на то место, где произошло событие. Повсюду валялись обломки пещеры, телег, а самое пугающее-бездыханные тела драконоподобных существ, медленно разлагающиеся под палящим над ними солнцем.

— Слишком поздно пришли… Так нам Данте не остановить.-Рассуждала Нора, перебирая лапы.

От таких слов клыки Кэри стали виднеться из пасти, и уши медленно прижимались к голове. Его шепот на ухо Норы заставило ту нервно захлопать глазами.

— Ты уверена, что мы сможем его остановить?

У белокрылой застрял в горле ком сомнений, ее пугала такая внезапная новость. Буквально несколько часов назад он был более уверенным и решительным, но что-то заставило его быстро изменить это. Инсер сел на ближайший камень и прикрыл лапами глаза.

— Я думал он погиб там, но все это говорит о том, что он не только жив, но и собирается закончить какое-то дело. Если он и первый раз не погиб, то как мы его остановим? Даже меня не смогли остановить!

Из черных глаз начали капать слезы, а на морде была вытянута гневная улыбка. Инсер убрал свои лапы и посмотрел на них, они ощущали влажный, теплый воздух, который не успокаивал, а лишь усиливал напряженность ситуации. Глаза абсолютно ничего не видели, он стал часто из-за этого врезаться в любые места и терять свое местоположение. Нора легонько подошла к существу и прикрыла его своими мягкими крыльями.

— Нам остается надеяться на лучшее, Кэри. Но это не причина сдаваться, мы ведь не хотим повтора того случая с королевой?

— Тогда мы просто сбежали! А теперь что? Куда ты предлагаешь деться?

Он вырвался от объятий и встал перед Норой. Ибису это не понравилось, поэтому она расправила крылья и, прыгнув ввысь, навалилась на Кэри и лапой немного прижала его горло к земле.

— Ты хочешь стать как те твари на земле?! — Крикнула Нора, прикрывая от гнева глаза.

— Тсс…

Внезапно тяжелая лапа прошлась по черной морде, она оставила теплый след.

— Возьми себя в лапы, идиот! Приходи, когда одумаешься!

Белокрылая отпустила Инсера и побежала в сторону Древа. Последний грузовой дракон, отлетающий с грузом, позволил короткокрылой зацепиться за его лапу.

— Кэри… Знай, я сделала это, чтобы ты опомнился, пожалуйста.

Раньше эта пещера была одним из самых важных мест, но сейчас… Она была полностью завалена валунами и землей. Не ходили туда-сюда рабочие секки, которые отдавали всех себя этой работе и были вполне довольны, не прилетали грузовые драконы, отвозившие минералы и рабочие инструменты. Всего этого тут уже не было, всех секки эвакуировали и ни одной живой души здесь уже не осталось. Только черное пятно стояло посреди поля, которое полностью промокло под сильным дождем. Крупные капли падали то на морду, то на шерсть, медленно скатываясь по мокрой туше. Но существо это не волновало, Кэри лишь стоял, опустив голову, и думал о последних событиях в своей жизни.

— Я слишком слаб для этого всего и не только физически, Нора…-Существо приподняло голову, чтобы убрать с глаз челку. Вдалеке послышался оглушительный гром, ветер начал все усиливаться. Капли дождя сильнее начинали бить по бокам и земле. Как бы Кэри не старался не обращать на это внимание, природная стихия касалась и его. Сделав буквально пару шагов, Инсер, собравшись пересечь каньон, почувствовал колкое чувство и сразу упал на мокрую землю. Пасть постоянно раскрывалась, пуская кислород в организм, но силы будто испарились. Тело не чувствовало опоры и просто не слушалось. Уши Кэри резко дрогнули, услышав тихий шорох недалеко от падения. Эти звуки издавала маленькая группа соединителей, которые заприметили слабую тушку и окружали ее как банкетный стол. Одна из тварей подползла прямо к черной морде. На нее сразу направились два слепых зрачка, ибис кратко зашипел, показывая свои клыки. Молния появилась на небе, окруженная множеством прозрачных капель. Инсер наклонил голову и на секунду на ней распространилась небольшая усмешка.

— Что он собрался делать… Думаю, любое его действие будет ему приговором. Даю слово… Хаджимари? Ну и пусть… А с вами…-Только Кэри начал вставать через силу, соединители тут же запаниковали — это было видно по их несвязанным движениям.

— Если вы — это ибисы, то как вы стали такими?.. Кто или что это сделал с вами? -Про себя подумал ибис. Прошло буквально несколько минут и соединителей на поле будто бы не было-все исчезли.

— Ладно… Нужно идти… Даже у меня есть цель, к которой я стремлюсь. -Закончил Инсер перед тем, как испарился во тьме. На прежнем месте от группы соединителей не осталось и следа. На зеленом барьере появилась трещина, существо, находившееся по ту сторону барьера, удовлетворенно прикрыло глаза.

— Скоро все они познают вкус мести…

Вспорхнув, прорычало то и улетело далеко в лес. Некоторые листья начали слетать от сильного ветра, создаваемого крыльями. Данте направил свой воинственный взгляд на довольно крупные руины. Руны в каменных столбах, поросшие лианами, светились голубым свечением. Он вошел через арку, прямо на небольшую местность, посреди которой находился маленький алтарь.

— Араварейру.- Данте произнес странное слово и перед ним появилась яркая пурпурная сфера, вокруг которой виднелись потоки магии.

— Не так просто было тебя достать, Королева Дрестов.

Он лапой схватил сферу-сердце дракона, и крепко сжал. После этого с ним существо направилось к алтарю и вставило его туда.

— Для этого понадобится какое-то время.

Руны на нем зажглись, белые колонны осветило ярким магическим светом. Все существа, находившиеся неподалеку, стали разбегаться и прятаться в норы, залезать на деревья, а Варлейны вовсе пытались разрушить колонны своими мощными птичьими лапами, но были мгновенны проколоты черными стрелами из магии. Огромные туши попадали на голубую траву, ударяясь перед этим почти о каждую ветвь дерева.

Почему Данте выжил?

Огромная пасть королевы яростно разорвала физическую оболочку Амуры, который был под воздействием Данте. К тому времени все ибисы или были заморожены, или сбежали в расщелину. Огромная дракониха громко закричала, оповестив всю территорию о своем существовании, ее крылья раскрылись ввысь, показывая свою темно-фиолетовую окраску. Она навалилась на гору всем своим весом и попыталась вскарабкаться на нее, но гора была непреодолима даже для королевы. Целый день пытался дракон выбраться из цепи гор, в итоге она почти без сил пала на бок. Данный ей приказ словно горел в ее сознании, твердил одно и тоже. «Не позволить этим ибисам сбежать или погибнуть». Темная аура при появлении Данте настолько затуманила той рассудок, что приказ будто испарился. Теперь, когда Данте был убит, приказ напомнил о своем существовании, но было уже слишком поздно, да и дракон не мог уже даже стоять, о горах так вообще думать не стоит-не осилит.

— Она ослабла. Прекрасно. Осталось раздобыть тело…

Магическая аура другого мира все еще существовала, поэтому Данте, долго не думая, нашел среди заледеневших тел подходящее. Тело рефлекторно вздрогнуло, и он смог в него вселиться. По льду прошла длинная трещина, из которой, словно черное пламя, вышел Данте, будто ничего не было. Он подошел к королеве, разломал броню на грудной клетке и вытащил сферу. Дракон на последних вдохах попытался задавить лапой Данте, но тот, не обратив даже никакого внимания, быстро увернулся в сторону, даже не качнув головой. Существо размяло свое тело и полетело прямо в расщелину, оставив дракона медленно проводить свои последние часы. Данте уже не мог увидеть ту ауру, появившуюся около драконихи, она переливалась бежевым и черным, и смотрела на него.

— О! Вернулся! -Нора позабыла за это время спор с Кэри, поэтому радостно замахала хвостом, увидев того на горизонте. Он виновато нагнулся, подходя к ней, но Нора сразу дала понять, что давно простила его, ведь главное, что она хотела сделать, вернуть его в чувство. И видимо ее методы принесли плоды.

— В этом городе так умиротворенно и красиво, что я совсем позабылась. Думаешь от него тоже ничего не останется, как от нашего дома?

— Нет…-Кратко метнуло существо и посмотрело вдаль. Сильный дождь и ветер не стал помехой местным жителям-многие спокойно блуждали по ночному Кеак’ен граду, защищенные кроной огромного древа. Даже представить было сложно, что это место тоже может постигнуть та же участь, что и родной дом ибисов. Эти мысли заставляли обоих существ нервно шевелить длинными ушами.

— Что ты творишь! А? -Раздались несколько голосов позади, небольшая толпа резко начала расходиться, потому что прямо через нее бежал взволнованный Каросуки. Его глаза были сильно вытаращены, а лапы безостановочно несли его тело куда-то. Он видимо настолько сильно переволновался и устал от бега, что при приближении к ибисам вдруг упал, успев подставить перед собой руку. Забинтованный хвост то и дело метался из стороны в сторону, но уставшему телу не «скажешь» просто так бежать и секки присел отдышаться, понимая, что так потеряет свое драгоценное время. Веки прикрывали красные от напряжения глаза и когда к нему подошла Нора, не прекратили действо.

— Куда ты так бежишь? Что-то случилось? — После некоторого времени спросила белокрылая страдальца, оглядывая местность на наличие опасности. «Это слишком лично! Мне просто нужно. Добежать до больницы…». Каросуки мог лишь в данный момент говорить в своём сознании, ведь любые слова из его уст превращались в не связанные кряхтения. Такой спешкой послужил знакомый тому «виновник», попавший в очередной раз больницу. Тогда, днем, после окончания рабочего дня, Альта вышла подышать свежим воздухом, так как в темнице был его дефицит, но тут за ней прошли секки, несущие еле дышащее тело на деревянной носилке. Только самка увидела их, как они тут же растворились за углом колонны.

— Мне показалось, или на этой носилке был…-Она начала волноваться, поэтому пошла за ними, но вместо носильщиков приметила темно-бирюзовое существо, стоящее около двери с серьезным выражением лица. Желая получить ответ, Альта спросила о нем у довольно зрелого секки, которому лет было далеко за 30, но встретила лишь взгляд, в прямом смысле означающий-уйди отсюда. «Ну и без вас справлюсь!» Она отошла достаточно далеко от него, чтобы косой взгляд не доставал ее, достала прозрачный камень, приложила к стене, прикрыла глаза. Ее зрачки уменьшились вдвое, увидев вместо прозрачного камешка тихое бирюзовое свечение — это означало лишь одно, в палате лежал Овари! И как он только попал туда во второй раз? Такое нельзя было скрывать, поэтому она положила камень в маленькую банку и рванула к другу. Каросуки, как обычно, был в баре, не было какой-то трудной задачей найти его там. Альта стукнула лапой по барному столу, заставив Каросуки чуть не поперхнуться напитком, и рассказала ему все.

— Не верю… Что Сарден сделал это… Твою мать! -Не выдержал секки противное чувство в сердце. Все это время его мучила именно неизвестная болезнь Овари, которая могла в любой момент проявиться снова. Ученый предлагал ему ранее решение этой проблемы. с помощью сферы (сердца) соединителя, но Каросуки отказался, ведь его до сих пор бросало в дрожь только об упоминании этих тварей, которые чуть не убили их. Ему снились каждую ночь кошмары, из-за них он начал выпивать каждый день, в одном и том же баре, уже несколько лет без остановки. Он не мог прекратить, страх поглощал его с каждым днем, последний диалог вовсе вывел его из себя.

— В этом нет твоей вины, Каросуки. Все существа могут недомогать.

— Проведаю его. Узнаю, что случилось.-Проговорил это секки поникшим голосом и поплелся из бара. Глаза Альты пробежались по помещению и остановились на пустой кружке, принадлежавшей ее другу.

— Я заплачу.

Не прошло и минуты, как на столе зазвенела монета, после оказавшаяся в кармане хозяина заведения. Альте становилось неприятно находиться тут, ведь алкоголь даже своим запахом может заставить любую голову секки кружиться, будто по ней проехались повозкой и не один раз, поэтому быстро удалилась из заведения.

Встать упавшему Каросуки помог Кэри, вместе они дошли до самой близкой скамейки.

— Говоришь, твой друг попал в больницу?

— Верно…-секки устало принялся отряхиваться от пыли.

— Так для чего ты туда так бежал, тебе разве не говорили, что к больным существам не пускают? Очень сомневаюсь, что у вашего народа принято вламываться к больному, без разрешения главного лекаря.-Пыталась объяснить Каросуки Нора, отчетливо произнося каждое слово, отчего даже секки стыдливо прикрыл глаза и закрыл пасть.-Если ты так хочешь к нему наведаться без разрешения, то, думаю, самым оптимальным вариантом будет прийти туда скрытно, без любопытных глаз? А для этого нужно сначала успокоиться. — «Почему она говорит это не настолько знакомому существу?» Но план был неплох.

— А где остальные ибисы, вам не удалось попасть в темницу?

— Они, наверное, уже вернулись на нашу базу, вернее, хочется верить в это.-Крылатая разлеглась на скамье так, что шея полностью облегала ширину деревянной спинки. «Добрались ли они?». Спустя некоторое время под дождем перья ее намокли и стали намного тяжелее, шерсть у Каросуки и Кэри также предалась такому же свойству.

— Не помешает зайти куда-нибудь, а то так шанс попасть в больницу увеличится на все сто.-Самка немного не в тему прихрипнула от смешка, но сдержалась, чтобы не выставить себя неуважительной персоной.

— Самое близкое к нам здание это жилое, но это не то. Есть в одном закоулке оружейная, работает там, не сказать, что надоедливый, но болтливый продавец с острым взглядом. Таких, промокших до ниток, может разговорить до потери пульса.-Последние слова Каросуки точно приукрасил. Но больше ничего не осталось, как заявиться туда и подождать, пока дождь усмирится.

Лапы почувствовали теплый пол под ними, в отличии от влажной земли, то и дело чавкающей при каждом шаге. Вот за последним закрылась дверь, и перед ними появился просторный магазинчик с множеством видов и типов оружия. На самом же деле тем «разговорчивым» секки был роджин (так называли секки, которые не могли работать физически и бывшие уже в возрасте), сидящий на кресле-качалке и читающий книгу. Приметив звук открывающейся двери, его ушки задвигались, но само существо осталось читать, видимо, интересную историю. И только тогда, когда Каросуки начал говорить, тот негромко ойкнул.

— Ой, извините, я вас не заметил…- Роджин оторвал взгляд от книги и увидел троих промокших до мозга и костей существ.-Ох, разве сегодня должен был пойти дождь? Ладно, неважно. Там, в углу, диван, можете просохнуть, потом спросите, чего хотели — Секки уткнулся в книгу, но снова мгновенно от нее оторвался —это даже напугало ибисов, кроме их проводника, явно знающего такую причуду. -Каросуки! Ты будто век тут не появлялся, подойди, расскажи чего!

От этого существо сильно покраснело.» Мы оставим тебя с ним.”-мысленно сказала Нора и присела на довольно мягкий диван, а за ней и Кэри. Пока роджин разговаривал с секки, существа успели прилично подсохнуть и от скуки ходили меж столами с оружием. Из выбора были лишь: мечи, разных размеров и форм, копья, броня и несколько луков, по-видимому, бывших раритетом в этих местах. Когда за окном дождь становился слабее, и лучи солнца стали пробиваться сквозь тучи оружейник засмотрелся на незнакомцев.

— У вас неплохое телосложение, не задумывались над приобретением какого-либо меча? Вам они подойдут. — Спросил он у ибисов, но те совсем не понимали значения мечей, да и как ими пользоваться. Магии им вполне хватало для своей защиты, ну, они так думали. -Вам стоит научиться, мечи неплохо подсобят в битве, если, конечно, хотите. Сейчас время неспокойное.

— У меня есть один, так что откажусь. — Нора от удивления раскрыла пасть также, как и Каросуки.

— Откуда? -Вопросительно прикрикнул секки. Так как раньше он не видел у ибисов оружия.

— Нашел у обломков пещеры. Вы ведь в курсе, что пещера на границе разрушилась? -Кэри объяснил свою находку спокойным тоном, Каросуки кивнул, и в конце он вытащил из-под плаща длинный, плоский меч. Белокрылая подошла посмотреть поближе.

— Мне эта вещь напоминает твои выросты на спине, такие же острые…-Пока Нора восхищалась необычной находкой друга, секки начал непроизвольно похрустывать костяшками собственных пальцев.

— Мне пора бежать, прощайте. -Выдал прощательную речь секки и метнулся из оружейной. Едва лишь переступив порог, свежий воздух после дождя тут же освежил каждую клетку уставшего тела. На небе уже расступались все темные тучи, дождь прекращал понемногу капать, из-под одного облака показалось солнце, осветившее весь город и листья Древа. Он пробежал чуть больше метра через оранжевые потоки света и, размяв крылья небольшим трепыханием, взлетел рывком. Наполовину темные, узкие крылья позволили тому живо маневрировать между домами и ветками, достигнув довольно быстро главного входа в Древо. По закругленной лестнице, проходящей прямо по внутренней стене, Каросуки добрался до нужного места. Странным оказалось только то, что никого в коридоре не было, это вынудило самца напрячься. Он вошел в дверь и осмотрел все вокруг себя, подозревая каждую вещь в слежке. Тихо пройдя по узкому коридорчику, Каросуки глубоко вдохнул и вошел в чистую комнату, пропитанную неприятным запахом медицинских средств и легким запахом крови, железа. Почти по ее середине стояла белая кровать, а в ней лежал секки, тихо дыша и приподнимая лежащее на нем одеяльце. Рядом с кроватью располагалась капельница с, естественно, отходящей от нее трубкой с иглой. Овари еле-еле открыл свои зелено-желтые глаза. Помутневшее окружающее пространство неспешно становилось четче, как и тело Каросуки, находившееся прямо перед ним. Пациент чуть присел и попытался вытереть глаза от влаги, но трубка вытянулась и приостановила руку.

— Овари! Ты как? — - Тихий крик переживающего за друга Каросуки прошелся по палате, заставив секки обратить на него внимание и поперхнуться собственной слюной.

— Что ты здесь делаешь?

— Этот вопрос намного больше мне хочется задать именно тебе.-Отрезал фиолетово-рогатый.

— Сарден дал мне сначала какие-то бумаги, а потом предложил мне лекарство, типа от болезни. Ну я и пошел относить бумаги в Древо, и на полпути упал от потери сознания… Чувствую я себя просто отвратно после этого.-Черная жидкость из его пасти капнула на белое одеяло, и он внезапно застыл от болевого шока, что-то хрустнуло позади него. Каросуки хотел было схватить его за плечо и потрясти, как оторопел. Овари упал на живот, порвав все трубки, к нему подключенные, из его спины вылез достаточно жирный соединитель, чтобы с грохотом и плеском упасть на пол. Самец от испуга закричал и воссоздал рядом с собой небольшую темную сферу, которая тут же расплющила вдруг появившуюся тварь из тела друга. Его тяжкое дыхание сопровождалось истошным криком, Овари просто в конвульсиях бился в постели, стараясь прикрываться единственным крылом. На его верещания сбежались некоторые секки из мед. Персонала.

— Что здесь происходит?! Выйдите немедленно из палаты! — Предупредили работники Каросуки, загораживающий своего друга раскрытыми крыльями. И буквально через несколько минут крик прекратился, Овари безэмоционально сидел и трогал свою спину, заворачивая туда свою морду. Осмотрев свое тело вдоль и поперек, он сильно поразил всех присутствующих своим высказыванием.

— Ох, убей меня, если я не прав, священный Каросуки! Мое тело свободно! Я могу чувствовать свою магию! — Глаза расширились от переполненного счастьем существа, хвост легонько витал из стороны в сторону. Один из секки-персонала прорвался через защиту Каросуки и приложил что-то к груди Овари.

— Защита и правда спала, невозможно…-Сообщила самка, глядя на прибор, показывающий одну красную полоску. «Это все из-за того лекарства Сардена? Не ошибался ли я на его счет?”- размышлял Каросуки, наблюдая за счастливой мордой друга. Немного погодя секки заметил те самые бумаги, лежащие на тумбочке. Он взял их в свои лапы, на них была лишь понятна надпись:

«Для главы Древа Кат-юзу Лайнок.

От вашего ученого, Сардена Вайху.»

— Все равно выйдите из палаты. Нам нужно сделать ему осмотр. — Требовательно, но уже спокойно попросила выйти самка в белом халате, на ее плечах свободно разлеглись тонкие розоватые волосы. Каросуки посмотрел на Овари, тот глянул на него тоже и плавно наклонил морду.

— Я буду тебе очень признателен, если отнесешь главе эти бумаги. Я, как видишь, к большому сожалению, сделать это пока не способен. — Секки натянул улыбку и прикрыл глаза. Махнув лапой, в знак прощания, Каросуки быстро поклонился самке и закрыл за собой тихо скрипнувшую дверь. Крепко сжав бумаги, он подумал о том, где же сейчас находится глава. Выйдя на лестницу, ничего не было видно, кроме засветившихся огней на стенах. Но, приглядевшись, Каросуки увидел чью-то синюю руку, которая тут же спряталась за стеной. Она показалась почти в самой низкой комнате, поэтому бежево шёрстный перепрыгнул через резные деревянные перила и, расправив крылья перед самым падением, оказался на полу. Здесь было очень темно и душно, из-за этого самцу пришлось почти на ощупь найти дверь. Только его лапа ступила за порог двери, как был замечен пристально смотрящим в сторону двери секки, держащим в руке длинное копье, прямо уткнувшееся в пол.

— Отвечай, зачем пришел.-Строго спросил у него знакомый тому Геодин-отец Овари. Так как он был хранителем, его поставили защищать что-то важное, и Каросуки сразу понял-такому секки могут доверить лишь охрану значимых лиц, из этого выходит, что именно внизу проходило важное собрание, которое обязано было включать в себя и Кат-Юзу. Он повернулся и стал шуршать маленькой сумкой, прикрепленной к поясу, чтобы буквально через несколько минут достать оттуда пачку бумаги, после протянув ее Геодину. Тот внимательно осмотрел надпись на самом верхнем листе и что-то хмыкнул про себя.

— Можешь идти, я передам это главе.-Вывел заключительный ответ хранитель и спустился по ступеням прямо к двери. Но перед этим вдалеке прозвучал голос Каросуки, словно умоляющий.

— И.… Зайдите к своему сыну… Ему стало лучше, хоть проведайте его.

Открыв дверь после окончания диалога, все сидящие в просто умопомрачительном месте заметили входящего и приостановили разговор. Хотел было он подозвать главу забрать бумаги, как к нему мгновенно подлетела высокая самка, взяв из его рук стопку бумаг. Быстро пробежавшись глазами по некоторым листкам, ее морда помрачнела и выразила испуганную эмоцию. Брови той незримо поднялись под гущей волос, почти закрывающие лоб, на котором была тонкая зелено-бирюзовая диадема.

— Наши последующие часы собрания пройдут в более напряжённой атмосфере. — Сказала Ун-Юзу возвращаясь на свое законное место в кругу собравшихся за столом. Шаасаком-правительницей древа, была на данный момент Ун-Юзу, также по совместительству и жена Кат-Юзу. Такая быстрая смена обстановки быстро повлияла на всех сидящих, приготовившихся внимательно слушать данную в бумагах информацию. В это время Геодин, удостоверившись в получении послания незамедлительно удалился из природного помещения Древа. Ведь прямо рядом с собранием размещался гигантских размеров древний источник магии-сфера, сердце всего Древа и прилежащих к нему территорий. К нему было подсоединено множество конструкций, столбов, как древесных, так и из неизвестного металла. Сфера постоянно пульсировала, в эти моменты внутри можно было увидеть словно космос- настолько там был обширный источник магии. Прочистив немного горло и осмотрев присутствующих, шаасак начала читать текст на бумагах.

— Прошу прощения, но будут маленькие задержки в моем чтении, так как здесь много шифра и его достаточно проблематично перевести без задержек.-Предупредила самка.-Позвольте начать… Я, Сарден- ученый многоуважаемого главы Древа Кат-Юзу собираюсь сейчас отдать эти исследования и оповестить вас о скорой проблеме…

-Проблеме? Исследованиях? Кто этот ученый, что так внезапно взял и появился в столь странной форме? — Прервала чтение спросившая Мирреина, на ее вопрос ответил сам глава, чтоб не утруждать самку пояснением.

— Я его назначил ученым довольно давно и полностью ему доверяю, как мудрому и знающему свое дело секки. Еще вопросы?

— Пока не имеются. — Чуть резко ответило существо от волнения.-Можете продолжить.

Ун-Юзу тяжко вздохнула, распушив свои салатовые перья на крыльях и приняв более удобное место на резном стуле, и принялась читать бумаги дальше.

— … А проблема заключалась в одной из моих дневных проверок оборудования. Один из приборов засек подозрительную активность и оповестил меня в этом. Он показывал именно то место, где много веков назад образовались горы и огородили часть материка. Я тут же нацепил на свою птицу необходимые датчики и отправил ее на разведку. Она не прилетала неделями, но в одном из дней птица вернулась и от истощения упала прямо на пол, к сожалению, замертво. Точки магии, показываемые на приборе, исчезли и осталась лишь одна, угасающая, но огромных размеров. Это была королева дрестов, та, кто образовала эту самую цепь гор. Из нее явно было выдернуто сердце, иначе точка была бы яркой. Получается, что кто-то вырвался оттуда, и это, верно, были ибисы…

— Ибисы разве не должны были превратиться в соединителей, перейдя границу? — Задумчиво пробормотал Дайло, рассматривая гладкую кисть на пушисто-чешуйчатом хвосте, его крылья немного дернулись, когда он получил ответ, повергнувший его в смятение.

— Недавно они появились на нашей территории и не выглядели превратившимися в соединителей. Рассудок у них точно был. Часть из них после темницы ушло через портал, а двое остались по договору, мною предложенным. — Дал свой ответ Кат-Юзу и с укором посмотрел на существо, сложив пальцы рук. Он создал такой взгляд, чтобы уверить всех в правильности своего решения. Но мотнувшая на него вопросительная морда заставила того закончить мысль. — Ибисы могут пройти в этот лес, а мы нет. Поэтому то я и предложил сделку- Мы их не трогаем, а они нас. Помощь им, помощь нам.

Услышав более-менее удовлетворивший его ответ, Дайло перестал смотреть на кисть и полностью перевел все свое внимание на красивую самку, которая успела перечитать бумагу, на которой остановилась, несколько раз.

— Дальше он пишет про то, что если сфера будет вставлена в алтарь и он активируется, то магия ослабнет и разрушит барьер. Поэтому Хаджимари и пытался в конце своей жизни разрушить алтарь, чтобы этого не произошло в будущем.-Окончила чтение письменной части принесенных бумаг шаасак и вытянула крылья, выгнув спину. Она положила бумаги на стол и всем показалась их оставшаяся часть. Много информации, разных исследований и результатов.

— Выходи! Я знаю, что ты здесь! — Крикнул внезапно глава в сторону двери. Такое быстрое раскрытие местонахождения существа немало напугало Каросуки. Со стены сошел черный пласт, перешедший в летающий шар, секки сжал крылья от напряжения и страха перед всеми и тем более главой самого древа.

— Ты ведь знаком с ибисами? Так вот, если ты их найдешь и приведешь сюда, то я забуду это недоразумение. — Приметив короткий кивок, Каросуки сразу же открыл дверь и побежал куда глаза глядят, такого стыда и при этом важного задания он никогда не получал. У самой двери стоял уже не Геодин, а заменившая его на время другая хранительница, которая еле заметила быстрое существо. Ведь такие настойчивые слова не могли не подействовать на грубую душу хранителя и тот пошел в палату к сыну. В это время Овари еще находился в палате, где его собирались выписать, и разглядывал капельку воды, находящуюся в невесомости над пальцем руки. Она спокойно крутилась по кругу, выделяя от себя еще более мелкие капельки, но в миг испарилась, когда Овари услышал скрип двери.

— Чего понадобилось? — Сам того не замечая проворчал секки, застав входящего в палату отца. Геодин был бесспорно рад выздоровлению сына, но никак это не мог показать в эмоциях, на нем лишь висела одна и та же эмоция строгости. Он оглядел помещение, пока самец с трудом сел на кровати, оперившись на подушку. Выздоровление сына через столько лет — это было просто невероятно для секки, так как он уже потерял надежду сделать из Овари хранителя. Но вот, момент излечения настал, а существо так и продолжало терзать смутное сомнение. «Может он и правда не сможет им стать?.. Узнать это дело времени». Раздался скрип кровати и что-то очень плотное, но теплое сжало тело Овари. По нему прошелся словно ток, и направился ему прямо в мозг. Неожиданное объятие заставило молодого секки мгновенно покраснеть от быстро настигнувших на него эмоций. Он впервые получил поддержку отца, все время считая его жестоким и бессердечным. «Неужели он это делал все для меня, а не для себя? Это так… Странно». Размышлял он под давящим чувством одновременно и смущения, и умиротворения. Через буквально несколько минут чувство прервалось, но осталось его ощущения на коже и шерсти. Геодин быстро развернулся и, качнув хвостом, ушел за угол, оставив Овари еще долго сидеть и тяжело дышать от приятной теплоты, которую он за много лет учуял в сердце своего отца. Всего немного времени прошло перед его уходом и перед секки уже стояла самка в белом халате.

— Мы провели все необходимые обследования, и я с уверенностью могу сказать, что ты выписан. Можешь идти. Но из предосторожностей: советую не совершать резких движений и ле…-Она хотела сказать: «Не летать», но быстро прервалась, увидев состояние крыльев пациента. Овари, конечно, понял, что она недосказала, но промолчал. Он собрал все свои вещи с тумбочки, потянулся во весь рост ввысь и выдвинулся к выходу.

На улице уже вовсю светило яркое солнце, пробиваясь сквозь густую крону массивного Древа, по краю улицы медленно шли ибисы, полностью покрытые накидками. Выйдя из оружейной, Нора сразу же начала разговор о насущном.

— Эта неопределенность и неизвестность мучает меня. Столько всего произошло за эти дни, а события все не кончаются. Даже расу новую повстречали-секки, предложившие нам договор. И самое страшное, что мы не знаем, как будем бороться против новых врагов, у нас слишком мало информации по ним. Одного знания, что мы это они недостаточно. Но если мы ничего не сделаем, то, видимо, под опасностью будут, как и ибисы, так и секки.-Нора тяжко вздохнула, окинув взглядом плетущегося за ней Инсера. Он был тоже обеспокоен не меньше, но выражать он этого не хотел, после прошлого события между ними.

— Глава этого Древа явно что-то недоговаривает, а из леса все больше и больше веет опасностью даже отсюда. — Прямо под конец над ними нависла крылатая тень и спустя мгновение опустился перед ними возвратившийся Каросуки. Он был довольно серьезен и одновременно напуган происходящими событиями.

— Нет времени объяснять. Вас вызвал сам глава для обсуждения перед советом заключительного решения. -Быстро проговорил секки, махая крыльями. — Я знаю короткий путь к центру, скорее.

Ибисы переглянулись, явно подумав об одном и том же «Наконец, хоть какое-то объяснение будет!». У толстых корней Древа постепенно появилась словно темная дверь, в которую и вошли существа. Через черную дыру, они попали из зеленой местности в прохладное помещение. Зубы Кэри сразу скривились, увидев гигантских размеров сферу. Несмотря на улучшенные гены у ибисов в процессе эволюции, сердце древесного великана заставило сжаться их телу до минимальных размеров. Наклонив головы к низу из-за неимоверной магической силы, существа приметили совет, некоторые в котором смотрели на прибывших с интересом. Глава удовлетворительно метнул взгляд на Каросуки, и приказал выйти из зала. Теперь около сферы были и два ибиса, и несколько секки, входящих в столь неординарный совет, состоящий в основном из тех, кто следит за прилежавшими к Древу территориями. Впервые увидев ибисов не в виде соединителей, Ун-Юзу неслабо удивилась их виду, который она представляла более устрашающим и драконистым.

— Расскажите поподробней о вашем побеге с территории гор.-Попросила шаасак у только прибывших существ, которые, приметив пустые стулья, легли на них, поджав лапы под себя. Нора, услышав правительницу, быстро перевела на нее острую морду и подогнула короткие пушистые крылья.

— Ночью многие ибисы проснулись от леденящего их чувства, включая меня, и успели избежать превращения в холодный лед. Но большая часть все же не проснулись и были замертво заморожены проснувшейся королевой. Тем, кому удалось сбежать, все равно перед самой расщелиной встретились с драконом. Эта битва с неравными силами продолжалась будто бесконечно, все больше и больше выматывая нас. Мы начали продвигаться в глубь расщелины, пока некоторые отбивали атаки королевы.-Нора резко замолчала на этом моменте, вспомнив, что при побеге от королевы ее чуть не придавило глыбой и как камни давили ее сородичей, словно семечки. Заметив страшное выражение морды подруги, Кэри продолжил рассказ вместо нее.

— В этот момент на поле появился… Данте. После недолгого отстаивания своих жизней нам удалось его обездвижить. После этого его раскусила пасть королевы, и она улетела, а мы сбежали.

— Данте… До жути знакомое имя, да еще и ибиса. Нет… Это не может быть совпадением…-Прохрипел Дайло, словно вспомнив то, чего не хотел вспоминать. От этого он встал со стула и распахнул крылья.

— Да… Это имя было в очень древней книге, достающейся секки из поколения в поколение. Ее писали свидетели событий тех времен. Данте описывался там как мудрый правитель, отстаивающий честь своего народа. Но после того, как сердце Древа выпустило разом огромный поток магии, образовалась граница, между нашими расами. Деталей даже писатели этой книги не знали, но поговаривают, что Данте был озлоблен на секки из-за этого. Но не смог обрушить свою злобу за медленную гибель его народа, так как сам в итоге был превращен в соединителя из-за потока магии, совершенной на столь скудные ее содержанием земли.

— Получается, он выжил и решил закончить свою месть? — Решила уточнить самка ибиса, приметив столь резкие движения существа.

— Похоже. Вы, видимо, историю своего народа не знаете? -Спросил Кат-Юзу после ее вопроса, распушив перья на своей шее.

— У нас все хуже с историей, чем у вас. Мы вообще узнали о прошлом через книги, которые достались четырём главам клана. Но в основном все передавалось из уст в уста. Ну, это уже неважно, важно то, как мы поступим с этими соединителями.

— Все достаточно банально. Вам нужно разрушить сферу дракона, вставленную в алтарь Хаджимари в лесу. Если этого не сделать- все темные существа из леса заполонят весь Гринпис.

Все находящиеся зашептались, Нора косо посмотрела на Кэри, который бездумно смотрел в пол и слушал решение совета. Он параллельно вспоминал своего отца «Значит это все просто из-за мести… Так глупо». Инсер привстал, взмахнув своими хвостами и вытянув морду вперед.

— Погодите. Как мы можем вам доверять? Вы ведь, по сути, те же соединители только в другой обертке! Они просто могут попасть на свою территорию и пропасть без вести, никак не спася положение! — Предъява Мирреины звучала так дерзко, что спокойно вставший Кэри поперхнулся собственной слюной. Его белые зрачки уставились на пушистую самку бело-сиреневого цвета и яркой мордой, которая вмиг была испорчена проявившейся гримасой недоверия. «Если было бы все так просто, мы бы сейчас здесь не сидели». Нора собиралась высказать на этот счет пару «слов», но хлопок руки об руку белошерстной, остановил той пыл.

— По вашим рассказам вы не меньше виноваты в сложившейся ситуации, хоть и косвенно. Наверняка, Древо просто так не могло выпустить такой импульс без чьего-то влияния. Я не прав? Так что вы безосновательно нас обвинили, не разобравшись в ситуации. У нас свои причины вам помогать, у вас, -Инсер посмотрел на Кат-Юзу и стоящую рядом Ун-Юзу, — тоже свои причины.- Мирреине словно заткнули пасть палкой и она, грозно рыкнув, проворчала:

— Я лучше пойду искать Пакуто, чем продолжать оставаться здесь.

Все посмотрели на взбесившуюся самку, закрывшую за собой дверь. По залу прошлась глубокая тишина, лишь ядро глухо припоминало о своем существовании. Глава Древа прерывисто покашлял, развивая тишину.

— Простите ее, Мирреина довольно вспыльчива и сейчас у нее еще более подавленное состояние в связи с последними событиями.

— Странно то, что она еще остается на этом посту, с ее то характером.-Прошептал Дайло, встав на две лапы и потягивая себе спину. Кат-Юзу настроился быть серьезней в последние минуты разговора.

— И так, раз мы пришли к всеобщему соглашению, то теперь можно утвердить план. Мы-секки, по договору будем ограждать соединителей от их дальнейшего размножения за пределами барьера и также защиты и собственного народа, и народа ибисов включительно. А вы-ибисы, уже слышали свой план и должны приступить к нему при подходящей для него ситуации.

Противный трескающийся гул раздался почти по всему Гринпису, задевая каждый листочек и существо своим эхом. Зеленый барьер, построенный Хаджимари начал покрываться множественными разломами и постепенно ослабевал. За ним уже стояли толпы голодных соединителей, бывшие под контролем воли Данте. Тот смотрел в это время на руины и тут, где-то посреди них, из алтаря вышла яркая вспышка и фиолетовым лучом уходит в небо. Он разогнал густые облака и оголил темно-синее небо. Существа, животные темного леса взволнованно начали разбегаться, махать крыльями, громко перекликаться с друг другом. Данте прикрыл свою морду кровавым крылом от синего света, от алтаря начал исходить ледяной воздух, словно выдыхая его. Существо отступило от него на несколько шагов и посмотрело в сторону барьера, который громко разбился в дребезги. Его части рухнули на землю, успевшую покрыться слоем инея.

От такого грохота в домах, Древе и даже во временном убежище ибисов все затряслось так, что некоторые вещи упали, разбились стекла домов. Находящиеся в Древе узнали о происшествии из-за неприятного гудения со стороны сферы, будто стонало от боли. Сидящий на стуле Кат-Юзу сразу же заметил что-то неладное, но нему словно прошелся электрический разряд, и он резко вскочил, держа руки на подлокотниках. Его перья на шее вздыбились, а алые перья крыльев напряженно затрепетали.

— Барьер разрушен.-Четко проговорил тот всем и оскалился. — Ун-Юзу собери и скажи всем секки в Кеак`ен граде, что барьер был разрушен и они обязаны приготовиться к защите Древа. Я буду охранять сферу, всем выйти! Ибисы, вы знаете, что делать.-Прокричал глава и уже своим взглядом требовал к срочным действиям. Нора начала переставлять лапы от неожиданного звука-ибисов подняла желтая магия, обхватившая их вокруг тела, и неминуемо потащила их с собой. Спустя некоторое время существа уже стояли перед огромнейшей толпой секки, поднявшие свои головы ввысь и направив свои взгляды на стоящую на входе в Древо Ун-Юзу. Она посмотрела сначала вперед, а потом и на саму толпу разношерстных секки.

— Как вы уже поняли, многовековой барьер был разрушен. Да это страшно, да это принесет много смертей. Но мы не можем оставить наш родной Кеак’ен град на уничтожение этим темным существам. Мы обязаны собраться, взять оружие и отстоять наш город! Добровольцы, выходите берите оружие! Все те, кто останется прячьтесь в Древе. Хранители будут выполнять свой долг до последней крови! — Командно проинформировала свой народ шаасак, расправив свои широкие крылья и руки в стороны. Секки, находящиеся внизу, стали обеспокоенно разбегаться. Некоторые стали искать любое оружие, остальные пытались скрыться от опасности, завидев в каньоне скользких соединителей и других темных. Рядом с Ун-Юзу появилось поначалу серебристое лезвие копья, но после с Древа слетело крылатое тело в броне.

— Хранители уже полетели, значит уже началось. Ибисы, можете отправляться уничтожать сферу. Если что, они вас прикроют.-Сказала правительница и спустила их на землю магией. Кэри чуть не упал, еле удержавшись на земле от легкого головокружения, вызванного этим методом помощи. Перья Норы тихо зашелестели, как и листья на верхушке. Ледяной воздух внезапно навеял ибисам не очень приятные воспоминания.

— Надеюсь наши смогут противостоять этим…соединителям. Ты верно сказал в Древе, тут явно не только сфера замешана. Что могло случиться такого колоссального, чтобы наши предки превратились в это нечто…-Бормотала белокрылая себе под нос и даже не заметила, как к ним подбежали двое секки, бывшие до ужаса ей знакомы с самого появления на их территории.

— Ты точно уверен, что они не превратятся в этих тварей в лесу?

— Если так будет, я сам разрушу эту сферу. Своими руками, Овари! -Выдал бежевошёрстый рядом бегущему за ним синему существу.

— Мы отправляемся с вами. — Провозгласил Каросуки в где-то нашедшей броне и с оружием, вокруг него на протяжении всего разговора появлялись темные сферы магии. Овари стоял в практически таком же комплекте. Увидев бирюзовый блеск, Нора вспомнила этого секки.

— Ты же тот секки, который был в лесу! Вы знакомы?

— Да. Это мой друг. Но это сейчас не самое главное, я вас позже с ним познакомлю, как раскрошим всех на мелкие кусочки! — Воодушевленный Каросуки метал из своих глаз будто молнии и бил бинтованным хвостом влажную землю. Перед ним из земли выскочил червь и, отпрыгнув, он протнул тонким мечом открывшуюся пасть насквозь. Соединитель забился всем телом и распался на прах, оставив на клинке маленькую частицу темной жидкости, медленно скатившуюся в каньон.

— Раз так, то мы вам доверяем. — Это были последние слова Кэри, который после оценивания новых союзников исчез в тумане пыли, быстро исчезнувшей из поле зрения.

— Он. Только что… Пропал, будто соединитель.-Ошарашенно высказался Овари, глядя на Нору. Та лишь удручающе фыркнула на его слова. Она никогда не хотела думать о происхождении своего друга. Вспомнивший о неумении ибиса летать, Каросуки схватил ее передними лапами и полетел на другую сторону. А Овари, с поврежденным в детстве крылом, исчез, словно вода, в земле бесследно.

Яркий портал появился невысоко над землей, заставив ближайшие травинки трепетать. Последовательно из него начали выходить существа, быстро переставляя лапы. Сначала вышел Потару-сам создатель портала и стал оценивать обстановку в округе, потом вышли и все остальные, включая Эбила. Он отряхнул рыжую шерсть от прилипшей пыли подошел к краю невысокого холма, но который скрывал открывшуюся перед существом поляну. Слева показалось то самое место с кратером в земле, а справа, около тонкого ручейка, росли несколько деревьев в неглубоком углублении. Шторм даже тяжело вздохнул, увидев на горизонте массивные горы.

Вот перед ними показались кусты с ягодами, яркая трава. Голоса существ постепенно начали становиться громче и отчетливее.

— Опять холод заставляет меня дрожать по ночам от страха… Ах? -Прервалось от разговора ибис с алой шерстью, заметив движение в кустах, из которых мгновенно появилась морда с белыми узорами.

— Глава Эбил! Разведка вернулась! -Воскликнула невысокая Карелия, информируя всех существ, находившихся на полянке. Услышав про разведку, одноглазая Стекла, не теряя ни минуты подбежала к разведочной группе, ища подругу. Не увидев оную, ее дыхание замерло на секунду, словно жизнь остановилась.

— Где Нора? — Спросила та с трепещущим голосом и махая хвостом.

— Нора и Кэри остались по договору в городе секки, я не смог их отговорить. Не доверяю я этим существам! — Немного не в себе прикрикнул Эбил, от этого его узоры на спине засветились белым и по телу прошлись маленькие молнии. Почувствовав неладное, глава прикрыл глаза и прижал уши. Книга самостоятельно, без всякого приказа вышла из пустоты. Рядом стоящие ибисы резко отпрыгнули от неприятной ауры, исходящей из книги. Она раскрылась и начала перебирать страницы из самой же себя. Яркий свет начал исходить из нее, что ослепило главу. После открытия глаз, ибис ее уже не увидел-книга испарилась.

— Она не могла просто так исчезнуть…

— Эбил! -Послышался вопль издалека. Родительские инстинкты прервали взгляд от места, где буквально минуту назад была книга, и Эбил, словно молнией помчался к источнику звука. Родительские инстинкты из-за знакомого голоса прервали взгляд от места, где буквально минуту назад была книга, и Эбил, словно молнией помчался к источнику звука. Уже думав, что не найдет того, кто кричал, Эбил начал истерически водить глазами по всей поляне с таким оскалом и ненавистью, что сам пугался себя. Но внезапно крик повторился, более приглушенно чем раньше. Ибис заметил у самой окраины леса темное, длинное тело, которое крепко сжимало мелкие бело-рыжие тела. Субстанция стремительно облегала их пасти, короткие тела, и длинные хвосты. От страха Желтоцвет мог только попискивать и закрывать один глаз, так как другой был прикрыт холодным щупальцем соединителя. Незавершенная пасть соединителя немного дернулась, когда почувствовала, что ее щупальца разрезали жгучей молнией. Эбил, высвободив свои родню, уверенно уставился на врага, прикрывая мелких от угрозы. Соединитель взревел от такой дерзости и проскрипел что-то на похожем языке ибисов, только с некоторыми неизвестными символами.

— Вас изменили! Вы уже не та раса, существующая много лет назад. Вы ослабли, вы подчинились воле другого существа! Вы будете убиты, грязные, лживые потомки! — Столько слов «Вы» выглядело в таком реве не как уважительное обращение, а как самое что ни на есть оскорбление. Агрессивные слова неизвестного существа вынудили Желтоцвета прильнуть к своей сестре, прошептать ей несколько слов, и сломя голову побежать в сторону убежища. Соединитель попытался исчезнуть в землю для погони, но его остановил Эбил своим потоком электричества, отрубившее существу путь.

— Единственное грязное существо здесь, то ты! Ты напал на моих родственников и тебе не жить! -Прорычал ибис и накинулся на врага, окутав себя слоем из молний. Склизкое тело соединителя вырвалось из электрического месиво, но далеко ему убежать не вышло-ему перегородила путь каменная глыба. Он откинулся назад, ища выход.

— Рейган, давай! Эбил действуй по ситуации! — Крикнул появившийся на поляне Рин. Никто и подумать не мог, что пока существа ходили в разведку, обычный воин смог вставить мозги настолько напуганному и трусливому главе, как Рейган. Переливающаяся шерсть сине-белой окраски с ярко-фиолетовыми узорами появилась в туже секунду рядом с воителем. Рейган, раскрыв яркую пасть, сдержанно дыша, создавал перед собой сгусток воды. Эбил сразу понял задумку Рина и приготовил в обоих лапах заряд, вот-вот готовившийся пуститься в совместную атаку. Соединитель пожалел о своем раннем прибытии на эти земли и словно ошпаренный закричал в тот момент, как вода в месте с электричеством попали на его «тело». Червь забился об камень, но не почувствовав ослабление боли, стремительно растворился в темную жидкость.

— Чертов червь, посмел зайти так далеко, а еще и напасть на нас…- Проговорил Эбил перед тем, как от усталости упасть на лапы вовремя пробегающего Рина. После произошедшего главу положили на кучу травы для удобства лечения, Шерсти крайне долго лечила того, пока ибис не начал дышать во сне спокойно. Шторм рассказал все что произошло в разведке, ловя при этом восхищенные взгляды и детей при рассказе о новой расе, и строгие, местами задумчивые взгляды взрослых ибисов. Сероватая Стекла тихо хрипнула в конце доклада сородича.

— Не знаю, как Кэри. Но Нора явно осталась там по важным причинам. Слушая про соединителей и нашу с ними связь, у меня закрались очень темные мысли на этот повод. Мы не можем оставить их вдвоем с такой опасностью и неизвестностью, которая касается всех ибисов. Мы обязаны, во чтобы то ни стало, тоже принять участие в этом, ведь эта наша история, угрожающая всему живому. Как такое можно оставить в стороне? Если мы не будем действовать, то нас все равно убьют вскоре. — Закончив свою речь, Стекла тяжело встала и посмотрела на каждого ибиса, сидящего вокруг костра. Одни опустили головы, другие почти на всю ночь опустились в долгие раздумья.

Над лесом постепенно начало появляться оранжевое солнце, лучи которого падали на землю и невольно будили всех спящих. Влажная земля еще не успела просохнуть от ночного дождя, поэтому у существ не было никакого желания вставать и выходить из своих нагретых, сухих мест. Чей-то силуэт показался на выходе пещеры, где спала большая часть ибисов.

Закат открыл глаза, чтобы узнать, что же разбудило его в такую погоду. Спросонья могло показаться, что это был просто куст, но чем дольше он фокусировал свой взгляд на этом, тем больше силуэт принимал очертания ибиса. Рыжее тело медленно встало на четыре лапы и вышло из пещеры, прижимая уши от моросящего дождя. Закат повернул свою озадаченную, уставшую морду на пепельного окраса Шторма, смотрящего вдаль.

— Когда мы прибыли, я заметил, что на поляне не было Мрамора. Где он? — Спросил Шторм, плавно махнув хвостом, задев при этом влажную траву у пещеры. Закат оторопел от такого вопроса и стал вспоминать, где и когда он видел мутного главу.

— Он пропал прямо перед вашим прибытием.-Приметил огненный ибис.-Мрамор еще тогда с кем-то громко разговаривал, вроде я слышал про книгу… Погоди, ты хочешь сказать… Что вчера…

— Верно. Тот соединитель и был Мрамором… Только никому это не рассказывай, не хватало нам еще паники. Пока Шерсти и я наблюдаем за Эбилом, этого не должно случиться. Вчера Стэкла сказала верные слова- если секки имеют информацию о нас, то мы должны тоже идти к Кэри с Норой, дабы вместе достигнуть конца этой вакханалии.

Шторм после окончания речи наклонился к земле и вытащил из высокой травы довольно упитанную тушу неизвестного животного, похожего одновременно и на зайца, и на оленя. Она источала приятный аромат свежего мяса и влажной земли.

— Поймал ее по дороге к тебе. Приготовь как следует и распредели между всеми ибисами. Вечером придется отправиться к Древу. — Пепельный передал добычу в пасть Заката и быстро убежал, оставив соклановца одного.

Он оглядел округу и пошел собирать ветви, которых не успел промочить дождик. Составив необходимую конструкцию из ветвей, палок, хвороста, мха и сухой травы, Закат выдохнул и бросил туда небольшую веточку, которую предварительно зажег в своей лапе магией. Костер сразу же вспыхнул, заставив воителя отойти на пару шагов от него, но, когда пламя успокоилось положил на камни дичь и стал ждать ее полного приготовления. На появившийся от нее запах стали просыпаться некоторые существа и сходиться по ближе к кострищу.

Лао, почуяв приятный аромат мяса, принес некоторые травы и ягодки, для дополнительного вкуса. Разделив между ибисами одинаковые порции, те принялись набивать свой желудок, пока могли это себе позволить. Идущий все это время дождь перестал моросить и позволил существам просохнуть поутру. Только ибисы закончили свою трапезу, как их осведомили не самыми приятными вещами. Шторм встал на возвышение и привлек к себе внимание коротким рыком. Уши заострились ввысь, морда была направлена на сородичей.

— Слова Стэклы, вы вчера наверняка слышали, поэтому повторяться не буду. А лишь скажу самое важное на данный момент — вечером мы отправляемся к Древу, дабы выяснить причину всех этих происшествий, включая королеву Дрестов, с которой мы вступили в схватку не на жизнь, а на смерть. Множество наших соклановцев полегло на этой земле, много детей и родственников навсегда превратились в ледяные глыбы! — Провозгласил пепельный ибис, взмахнув лапой вперед на последних словах. — Нельзя позволить и дальше терпеть эти смерти, мы должны закончить это раз и навсегда! Если остаться здесь — долго нам не жить!

Многие от этого внезапного заявления удовлетворительно покачали головой и забили лапами о землю, показывая согласие, другие же в страхе заметались, закрывались своими же хвостами, в надежде хоть немного спрятаться от пережитых событий. Синий Аконит вдруг разломал небольшую сухую ветку у костра и после этого поднялся, не упуская из глаз землю. Он кинул неодобрительный взгляд на Шторма, уже спустившегося с возвышения.

— Это, конечно, была прекрасная речь, но не значит ли это, что мы идем прямо на смерть?! Это самый глупый план за всю мою жизнь! — Возмутился ибис, пуская искры из глаз.

— Если хочешь помереть здесь, ничего не предприняв — валяй. Те, кто хочет избавиться от остатков врага, пойдет не раздумывая. Лучше умереть сделав что-то для будущего нашей расы, чем просто сидеть и ждать смерти! — Шторм был очень возбужден происходящим и разъяснил все Акониту от корки до корки, заставив встать того в каменное состояние с кривым выражением морды. Но в словах Аконита тоже имелся толк- не все существа были довольны таким поворотом событий и не хотели идти на верную неизвестность. Проснувшийся в земляном углублении, окруженном толстыми корнями и над которым висела крона дерева, Эбил чувствовал легкое недомогание, поэтому быстро выпил рядом стоящую миску с водой. Глава был в курсе объявления Шторма, потому что именно он сказал ему об этом. Вариантов больше никаких не осталось, кроме как пустить все на самотек. Шерсти ходила из стороны в сторону, минимально помогая лечением маленьких ранений сородичей. Но были и такие раны, которые голубошерстая до сих пор лечила (меняла, перевязывала постоянно бинты на телах, готовила обезболивающие и искала травы, которые могли бы помочь с лечением). Дети Бисы лежали около друг друга и наблюдали за этим со стороны, иногда перекидываясь словами.

— Тебе не страшно идти туда?

— Нет.

Вечер наступил так быстро, что ибисы и не заметили, как подходил момент подготовки к выходу в темный, неизвестный лес. Ярко-оранжевое пятно постепенно пропало в чаще леса, оставив буквально пару лучиков на зеленой траве. Сидящая около пещеры Карелия, жадно доедала остатки дневной добычи, пойманной в ближайшей речке. Рыбина даже мертвой умудрялась несколько раз ударить своим хвостом в левый глаз молодой охотницы, от этого та лишь прикрывала его от греха подальше. После окончания своего ужина к алой самке подошла не слишком знакомая ей персона, у которой она знала только клан, в которой та состояла. «Клан Калагари» никогда не отличался красотой своего народа, но эта самка была и стойкой на вид, и довольно ухоженной. Полосатая шкурка пестрила перед глазами Карелии, пока ибис не обратился к ней, устроившись рядом и сложив лапы на бугорке.

— Как думаешь, правильное ли решение идти в лес прямо в логово к врагам? — Марфиина провела когтем, взрыхляя землю от напряжения.

— Если это поможет спастись, то другого выхода нет. Продолжать оставаться тут-это как сидеть на просыпающемся вулкане. Все равно лава выступит и сожжет. А так есть хоть возможность противостоять опасности.

— История расы ибисов… Как наши предки вообще этим стали и от чего. А если это и с нами произойдет? — Неожиданный голос Желтоцвета прозвучал прямо над Карелией, долго не понимающей откуда донесся звук. Сын главы безуспешно пытался придумать то, что ждет всех в будущем, но в итоге, не получив ответа печально уставился вместе с сестрой на Шторма. Он говорил о чем-то важном вдалеке с Эбилом, но настолько скрытно и тихо, что существу оставалось только смотреть и гадать. Вечер надвигался на весь Гринпис, проявляя все больше и больше белых точек на небе. В эту ночь, луна обещала быть очень яркой, будто фонарь. Пепельный громко созвал всех ибисов на одном месте и провозгласил начало «войны» против угрозы. Существа, долго не раздумывая, разбились на небольшие группки, образуя рваную колонну. Закат, Рин и Рейган замыкали состав сзади, для защиты ибисов от опасности. Перед ними были поставлены группы из детей всех кланов. Таким мудрёным составом двинулись все вмиг в сторону темного леса. Даже издалека в нем чувствовалась жажда крови, мести и отчаяния. Под когтистыми лапами до этого зеленая трава от прикосновений превращалась в неоново-голубую.

Из чащи леса слышались громкие выкрики Варлейнов, не на шутку перепугав мелкую часть ибисов. Повсюду что-то постоянно булькало под корнями деревьев, шевелилось, переставляя многочисленные лапы, яркие бутоны ядовитых растений так и манили к себе, но вовремя заметившие недобросовестность такой пищи, быстро отгоняли от них остальных ибисов. Немного поздней получилось выйти на кристально чистый ручей, где все желающие попили воды и окунулись в прохладную жидкость, остужая измученные многими часами ходьбы и бега мышцы. Очередное тело хотело опуститься в воду, как нечто сначала неощутимо обвило тому лапы, а потом и всю спину, позволив существу ощутить неприятные волнообразные движения. Ибис рефлекторно выпустил мощный разряд магии прямо на черные щупальца, что привело к тому, что они забились, но отпускать добычу не захотели. Как только длинная и острая морда раскрылась для совершения укуса, в него выстрелили из пасти водным разрядом — это заставило существо отпустить ибиса и отползти в кусты от греха подальше. Морфиина сидела прямо на ветке дерева, схватившись за нее упругим, гладким хвостом с длинной кисточкой на конце. Из ее пасти после выстрела при каждом выдохе исходила темная дымка. Эбил на земле, увидев приближение еще нескольких соединителей, грозно заверещал для оповещения народа. Каждый быстро забрался на дерево, тем, кто не мог подняться, помогали их соклановцы, затаскивая за шкирку на ветви. Прижавшись ближе к стволу, ибисы направили свои зрачки вниз, где спустя минуту уже ползали соединители, но они никак не ожидали увидеть среди всей этой массы грозного на вид ибиса, с двумя парами острых крыльев кровавого оттенка с яркими полосками, орнаментами. На голове виднелись алые рога, светившиеся бледным светом.

— Это же тот самый Данте! Как он еще жив?! — Тихо воскликнула Шерсти, припомнив тот ужас за горами.

— Кто это? -Спросил у самки близ сидящий на ветви, окруженный листвой, Эбил.

— Он напал на меня с Кэри посреди боя с королевой. Он хотел убить его, но в результате Инсер одолел его и мы сбежали.-Уже шепотом поясняла Шерсти, боясь быть замеченной-и не зря, ведь только листья зашелестели на одном из деревьев, Данте в одно мгновение расправил широко крылья, призвав под собой круг, в котором тут же появились надписи на неизвестном языке и другие символы. В округе, где прятались ибисы, на земле начало появляться пламя, но не красное, как было у того же Заката, а темное и всепоглощающее. Круг из такого пламени быстро окружил деревья, заползая на них. Данте, которого отвлекли от совершения своего плана, был очень зол. Удостоверившись о работе своего заклинания, он улетел так быстро, что его тут словно и не было. Существа безуспешно попытались взобраться на самый верх. Поняв, что это пользы не приносит, они начали панически думать, как выйти из этой ситуации.

— Спрыгивайте все! На вершину взбираться бесполезно! Бегите через реку, за ней пока нет огня! — Крикнул свою команду Эбил, которую Рейган через время продублировал тем, кто был вдали. Ибисы кинулись в реку, полностью промокнув, те выбегали и бросались наутек. Лао уносил Карелию в зубах, так как та пострадала, неудачно свалившись с ветки. Подкоптившая шерсть во всю воняла, ее запах закладывал важный орган для таких существ-нос. Такими темпами они выбежали на небольшую поляну, где их встретили несколько хранителей в броне, около которых восседал воздушный дракон, смотрящий своими небольшими глазами на скопление неизвестных тому ибисов.

— Наш шаасак приказал забрать всех ибисов в безопасное место. Если будете сопротивляться-будет только хуже для вас. Примите милосердие нашей правительницы и перебирайтесь через временный мост на другую сторону. — объяснил кратко приказ своей шаасак бронированный секки, показывая крылом на расщелину, по ширине которой был протянут мост. Эбил коротко кивнул и рыкнул остальным, дабы приготовиться к перемещению.

Ун-Юзу уже вовсю командовала армией из небольшого числа подготовленных секки-хранителей. Но из-за крайне редких битв те были крайне не подготовлены и подчинялись с трудом.

— Хранители Кеак’ен града первого порядка-вы остаетесь защищать Древо и всех, кто в нем находится, Второй порядок-защищайте город. Третьи- вы ответственные за защиту деревень. Четвертый порядок- основные силы, вы боритесь вместе с народом и воителями. Геодин-я надеюсь на твою мудрость и тактику. Всем разойтись, чтоб никого через десять минут не видела перед собой! — Завершила свое распределение Ун-юзу и, тяжело потянувшись, размяв пышные, украшенные крылья, слетела с Древа, в сопровождении двоих важных для нее хранителей-охранников. Внизу народ ибисов уже столкнулся лбом в лоб с врагами: звенели металлические орудия, использовалась самая низкая магия, но некоторые были более образованными и использовали уже более сильную магию, сшибая средних по размеру соединителей. Шаасак тоже присоединилась к битве, пробивая насквозь своим жезлом и магией Варлейнов, парящих высоко в небе и минуя все наземные атаки. После очередного трупа, к ней подлетел один из хранителей.

— Были найдены по вашему приказу остальные ибисы. Их уже переправили на нашу сторону через каньон.

— Хорошо. Скажите им, чтобы те, кто мог, тоже принимали участие в битве. А тем, кто не может, предоставьте безопасную территорию. — Ун-Юзу указательно махнула лапой в нужную сторону и посмотрела вниз, выдохнув пар из пасти.

Секки с трудом поклонился, ведь в воздухе это тяжело сделать, и полетел к водопаду. Перемещаясь то от одного воздушного потока, то до другого, он заметил, как на горизонте показалась толпа. Хранитель спикировал, подогнув к телу свои пурпурные с различными пятнами пятнами драконьи крылья. Шерсть ибисов вздыбилась, когда почувствовала прохладный ветер, создаваемый порханием крыльев. Карелия немного даже подпрыгнула, увидев из-под снятого шлема самку. По ее морде проходил длинный и глубокий шрам, но саму хранительницу удивленные взгляды никак не смутили- ее пристальное выражение лица долго всматривалось в ибисов. Столько веков прошло, с того момента, как они исчезли. Но вот, перед ней стояли несколько групп живых, не превратившихся в соединителей, ибисов. Рейган с Рином подошли к новой знакомой и спрашивали некоторое время ту о текущей ситуации. Из небольшого перекидывание слов между одним из стоящих секки, стало известно ее имя, поэтому обращение было начато уже с имени.

— Терте’Ино, верно? -Начал опрашивать самку Рейган, шевеля своими выростами на щеках. Впервые встретить другую расу ему было непривычно и впервой. Присутствие сзади существа крыльев и стойка на двух лапах вовсе растормошили его мысли. Терте’Ино сразу же обернулась на четырехлапого, открыв зубастую пасть.

— Вы мне неприятны, нечего меня опрашивать. Шаасак сказала, что вы можете принимать участие в битве, а тем, кто не может, дать безопасное место. Но мне больше хочется всех вас прямо здесь обезвредить.-Она оскалилась и еле сдерживалась, чтобы не направить на тех свое оружие. Рин сразу же подбежал к главе и преградил Терте’Ино путь.

— Не знал, что в мире существуют такие упрямые существа. Чем тебе доказать, что мы не опасны? С таким отношением к союзникам тебе не долго получится находиться здесь. Лучше покажи, кто тут глава, там уже и поговорим. — Ощетинив шерсть на гриве, проворчал серьезно Рин. Шторм заметил нарастающее напряжение происходящей ситуации, поэтому повернул свою морду в их сторону.

-Никого показывать не придется.-Неожиданный звонкий голос крайне перепугал самку, потому та хотела отойти, но ее остановили коротким рыком. Шаасак сама прилетела к этой группе, дабы проверить все, но была крайне рассержена невыполнением ее приказаний. Ун-Юзу осмотрела всех присутствующих взглядом таким, будто смотрела на свору собак, забредших на ее сад.

— Секки погибают в битве, а вы тут устраиваете непонятные ссоры. Приветствую ибисы, я шаасак этого Древа- Ун-Юзу. Что привело вас в такие дальние земли в разгар битвы?

-Битвы? -Шторм посмотрел вокруг. — Мы пришли, дабы закончить нашу войну и узнать нашу историю. Если бы мы остались на прежней территории ничего бы не изменилось. Кстати, Нора с Кэри все еще тут?

— Они направились в лес, чтобы уничтожить сферу дракона, которая разрушила барьер Хаджимари.- Пояснила шаасак и, собираясь продолжить свою речь, была прервана Стэклой.

— Что? Они в только вдвоем пошли туда?! Лишь бы отправить! Там же опасно, как вы вообще их туда отпустили? -Заверещала самка со слепым глазом размахивая лапой, явно переживая за свою подругу, которую просто отпустили на верную смерть.

— Это было их решение. Думаю, они бы не хотели, чтобы еще существа их народа погибли.-Сказала Ун-Юзу, выставив зеленое крыло прямо перед мордой, сорвавшейся с места Стэклы. В тот же момент с высоты спикировал Варлейн, выставив вперед свои когтистые лапы. Он промахнулся, чуть ли не влетев в стоящую группу шокированных ибисов. Хищная пятиметровая птица погрузилась в земляной ров, созданный телом. Она скинула землю с лап и раскрыла свой клюв, оглашая местность противным визгом. Земля под лапами затрещала, забилась. Камни подпрыгивали от каждого толчка, трава громко шелестела. Секки одновременно надели темные шлема и встали в боевые стойки, нацелив свои копья и мечи на землю. Шаасак инстинктивно поднялась в воздух, когда прямо в том месте, где она стояла появились острые черные морды.

— Они передвигаются в земле! Пугающе! — Заметила алая Карелия, которую подхватили в зубы повыше от земли. -Если это наши предки, то нельзя ли им вернуть прежний вид?

— Невозможно. Они уже вами давно не являются. — прозвучал ответ на ее вопрос откуда-то сбоку, того, кто ответил уже не было видно. «У них должны быть слабости… Только вот какие…». Подумала юная самка, вырвавшись из пасти соклановца и отбежав на приличное расстояние. «Если они передвигаются в земле, то значит они чего-то остерегаются…». Карелия прогнала свой взгляд по всей открывшейся территории. От страха она сжала кулон зуба своего брата на шее. Соединители то появлялись, то снова исчезали в толще земли, пытаясь утащить за собой добычу. Поняв, что теперь тоже участвуют в битве, ибисы подключились яростно отбивать атаки темных существ. Сил от «Светлой» стороны было гораздо больше, но даже так, в ней нашлась лазейка. Стражница махнула своим копьем, поразив цель насквозь. Когда ее рефлекс почувствовал, что сзади находится вражеская аура, она резко выставила оружие горизонтально и то столкнулось с мечем вплотную. Такого неожиданного отпора самка не ожидала и испугалась, увидев перед собой морду секки в уродливом оскале и темными глазами.

— Что за черт…- Ругнулась стражница на своего сородича. Прямо на его груди юркнул малозаметный черный хвост, что позволило понять сложившуюся ситуацию с секки. Из-за невозможности причинить вред сокоманднику, она приняла на себя удар, оставивший ей красный порез на шее. В отличии от обычного секки, паразит соединителя не оставлял и намека на самозащиту. Под лапами уже начинала сыпаться земля в каньон, крылья подогнулись, чтобы в любой момент взлететь. Секки перед ней так резко соскочила с места, что позволило стражнице тяжело увернуться от удара и ударить задней лапой прямо в грудь нападавшей. Пока заразившаяся секки вставала, к ней подбежало огненное тело и вцепилось в плечо. Шерсть Заката горела оранжевым пламенем, с исходящим от него дыма и жара. Укус тут же показал истинное лико напавшей, в конце осталось только тело соединителя. Взяв покрепче в зубы скользкое тело, рыже-желтый воитель бросил его, перекинув через себя, в реку. Соединитель сначала пропал в бурных потоках воды, но после появился в зоне видимости в виде растворяющегося тела. Закат воинственно рыкнул в сторону каменистого берега, сбив своей когтистой лапой щупальце соединителя. Тело того стремительно улетело с обрыва, растворившись на пол пути, не коснувшись земли.

— Мы будем готовы биться с вами, если вы примете нас, как союзников. -Объявил Закат в надежде на положительный ответ со стороны секки. И он дождался его после непродолжительной битвы против соединителей и варлейна. Наблюдая за всем этим и разбирая полученную информацию, Карелия определила то самое слабое место «предков». Обсудив свои слабые теории со Штормом, который недавно нашел ее, они решили опробовать теорию на практике.

— Соединители не переносят воду? Вы хотите сделать ловушку, собрав наших магов с водными силами? — Уточнила шаасак у ибисов только что услышанный неожиданный и довольно опасный план.

— Все верно. У вас имеются такие маги? -Спросила Карелия, буквально цепляясь своими надеждами за самые главные вопросы.

— Одни из лучших магов водных техник находятся на больших озерах. Это довольно далеко, но видимо это будет важным в битве. Я приведу всех воителей оттуда, но это будет сложно. Вы уверены, что это сработает? — Пыталась прояснить всю настигнувшую информацию Ун-Юзу. Ответ настиг ее ясным и уверенным голосом самки.

— Очень легко определить слабость врага, основываясь на его поведении. И как показала эта стычка — передвигаются по земле и избегают воды они не просто так. И почему же будет сложно привести таких важных персон, как водные маги? Вы ведь все же правительница Древа, или нет? — Карелия ловко продолжала разговор, пока Закат осматривался в поиске вражеских существ. Шаасак замолчала на несколько секунд перед ответом.

— Ну… Я единственная сейчас, кто управляет армией, поэтому просто так я не смогу отправиться туда. И это еще не считая того, что там стоит барьер, через который требуется много сил пройти.

— Единственная? -Послышался грубый голос сзади.-То есть Хранители это просто слово, что ничего не значит? Много лет хранители защищали город, чтобы потом услышать, то, что сама правительница сомневается в своем долге?

Ун-Юзу тяжело подняла свою голову ввысь и взялась лапой за зеленые перья крыла. Геодин гордо и со строгим выражением лица лечил свои раны на теле, не забывая промывать те водой. Ибисы долго смотрели на величественную правительницу, которая не хотела оставлять свой народ, поэтому продолжительно сомневалась в своем сознании, как поступить: остаться защищать народ или лететь за воителями, оставив секки без правительницы. Геодин закончил отмывать кровь и грязь. Он посмотрел на Ун-Юзу.

— Оставьте все на хранителей и отправляйтесь на большие озера. Это будет переломным моментов в битве.-Секки пытался вразумить шаасак и это у него вышло в тот момент, когда она испустила тихий выдох, улетев уже дальше в отличие от обычного секки. От нее остались только зеленые полосы, которые позже исчезли, будто бы их и не было.

— Какой противный тяжелый воздух. Нужно быстрее добраться до озер, пока не поздно…- Размышляла шаасак у себя в голове. Нежные волосы развивались на ветру, на крыльях перья бесшумно скользили между воздушными потоками, позволяя секки лететь быстрее. Вся земля под ней была покрыта темными точками-существами из леса. Даже до полей успели уже добраться варлейны, грабя местных жителей, растаптывая грядки и уничтожая урожай. На это было больно смотреть, но Ун-Юзу нельзя было останавливаться.

Кэри внимательно прислушивался к каждому шороху, дуновению ветра и дыханию. Хоть зрение его и подвело, но хороший слух остался. Напряженная атмосфера в глубине леса все нарастала с каждым шагом. Внезапно земля под лапой хрустнула. Нора убирает ее в сторону и обнаруживает ледяной покров, появившийся из ниоткуда. Воздух тут же похолодел и ветром наслал на прибывших ледяную бурю.

— Откуда такой холод? -Воскликнула Нора, закрыв после этого пасть, дабы не застудить себе легкие, как раньше.

— Похоже, это от сферы дракона. Вся магия содержится именно в сердце, поэтому, видать мы уже рядом.-Проговорил Каросуки дрожащим голосом. Крылья от холода уже не слушались, как и ноги, идущие, похоже, только по велению судьбы. Инсер не пройдя и пару метров встал в ступор, раздвигая лапы и вставая в стойку. Белые зрачки черношерстого въелись в землю. Нора подсознательно подпрыгнула на месте, когда земля под лапами задвигалась волнами. Пастью Кэри заранее отломал кусок льда и стал медленно наклоняться к земле, прислушиваясь. Перед ними вылез огромный соединитель, и даже ждать не стал и сразу напал на одного из ибисов. Инсер прыгнул на камень, когда соединитель за долю секунды пропал в земле рядом с тем местом, где был ибис по началу. Таким прыжком Кэри случайно врезался в ствол дерева и, не удержавшись на своих четырех, потерял равновесие и с грохотом упал с крутого обрыва, уперевшись в руины. Морда соединителя вылезла из земли и попыталась захватить раненное существо, но не ожидало в момент укуса почувствовать не хруст костей черепа, а острый кусок льда, так «заботливо» вставленный силой вертикально в раскрытую пасть. Из проколотых льдом ран потекла синяя кровь. Но даже в таком состоянии тварь умудрилась пронзительно прошипеть слова, так не понравившиеся трёххвостому, что тот от ненависти и воспоминаний схватил голову соединителя и со всех сил ударил ту об угол камня.

— Вы все неполноценны и будите убиты, неполноценные твари.-Шипело существо, на что Кэри ответил не менее четко.

— Завалите молоть эту чепуху. Вас уже самих нельзя назвать полноценными- просто груда слизи. Говори, это Данте вас заставляет делать и говорить все это? — Закричал подросток, вздыбив все хвосты и выставив острые уши вперед. Дыхание участилось от стресса, но, когда сзади послышались знакомые шаги оно успокоилось. Белое крыло сразу же прильнуло к темному боку.

— Ты как? -Спросила пришедшая на крики Нора.

— Думаю, нам нужно осторожно пробираться через лес. Кстати, тут какое-то непонятное жужжание слышно. Что здесь? -При этих словах Нора плавно рассмотрела ближние территории. Буря сильно уменьшала видимость, поэтому пришлось долго вглядываться. Вот на горизонте сквозь слой летящего снега ярко блеснуло синим. Нора подала малозаметный знак Каросуки и тот, поняв, пошел проверять. Он долго не появлялся оттуда, но после прошедших минут томительного ожидания послышался его голос, сказавший: «Все сюда!». Секки стоял прямо перед ровным со всех сторон камнем, а на его лицевой стороне было выдолблено углубление, в котором стоял гладкий синий камень.

— Вс… Горячий…-Прошипел Кэри, когда потрогал незримый знак. Отпрянув, он приметил очень плотную магическую атмосферу, кружившую в воздухе.

— Это то самое место. Алтарь Хаджимари! — Овари оповестил всех о находке, не смелясь подходить ближе, чем на десять шагов. По среди поля стояло небольшое сооружение, окруженное многочисленными каменными колоннами, формирующие окружность. На каждом камне был выбит знак, видимо защищавший магический ритуал от незваных гостей. Сфера плотно сидела в укреплениях алтаря, который все время высасывал силу из него и направлял в землю. Но пришедшие уничтожать сферу здесь были явно не одни. Слишком подозрительная тишина резала слух.

— Почему стоим? Разве мы не пришли ее уничтожить? Вот, прямо перед нами то, что завершит многолетние страдания. Так почему? -Вопросил Кэри с неумолимо стучащим в груди сердцем.

— Разве ты не знал чувства, на подобие данного? Тебе хочется сделать это, но не можешь из-за необъяснимого чувства тревоги ты даже с места сдвинуться не сможешь.-Пояснил один из секки, нервно смотря на сферу. «Мы не можем просто так стоять, нужно делать хоть что-то.». Темные лапы сами собой начали свое движение по ледяной траве, уже покрытой коркой изо льда. Овари безмолвно попросил его остановиться. Но вот, сфера уже находится рядом с Инсером, повергая того в многочисленные смятения своей чистой, переливающейся душой. Кэри взял в одну из лап меч и с выдохнувшимся паром из пасти замахнулся для удара.

— Вы не посмеете сделать это! -Эхом раздался голос какого-то существа. Кэри отдёрнул руку от магического влияния незнакомца. С высока спикировало бежевое, яркое тело, будто прозрачное. Оно приземлилось своими лапами прямо на алтарь, полностью то закрыв своим телом и пышными крыльями. Неоновые фиолетовые глаза уставились на группу существ, секки одновременно вздохнули, узнав пришедшего.

— Кто это? -Заворчал недовольный Кэри, распушая угольную шерсть и не выпуская серый меч из лапы. Он почувствовал незнакомую энергию, но она была не похожа на то, что он ощущал до этого момента. Абсолютно чистая магия пульсировала в теле пернатого и была словно не из этого мира, но не из мира Кэри, а чего-то неизвестного и неизученного, не поддающаяся никакому осмыслению- лишь благородный магический сгусток сильной души. Отростки Овари на щеках начали перемещаться, не веря своим глазам, он перевел взгляд на друга, но и тот пребывал в состоянии шока.

— Невозможно… Вы же давным-давно погибли… Великий Хаджимари? -Выдавив из себя несколько слов, сине-бирюзовый снова замолчал, восхищаясь персонажем из книг, представшим перед его глазами. Существо, которое прозвали громким именем-Хаджимари, коротко оценил обстановку, сверля своим взглядом юного ибиса, посягнувшего на его собственность. Его темные волосы распустились от сильного порыва холодного ветра.

— Да. Я Хаджимари. Первый правитель Древа. Говорите, для чего вы здесь и для чего вы чуть не уничтожили эту хрупкую сферу?!

— Нам лишь сказали устранить то, что вызвало опасность. Мы предположили, что именно этот алтарь был активирован и уничтожил барьер. Нам нужно остановить эту бессмысленную войну! -Взмолился Каросуки, выставив лапу перед собой.

— Барьер уничтожен?..-Хаджимари посмотрел на сферу под своими лапами. — Я чувствую, здесь была замешана темная магия, как грубо по отношению к моему дракону… Глядя на вас, я сомневаюсь, что я смогу вас остановить, поэтому дам вам всю правду, от начала до конца.

— Правду? То есть то, что было-все ложь? -Спросил Кэри с сжатыми зубами и двигающимися из стороны в сторону хвостами.

— Не все было ложью, но от вас было многое скрыто, как и ваша настоящая природа, Кэри Инсер. Сын того самого ибиса- Данте Инсера. Ты прошел огромный и сложный путь, но ты все равно остаешься в бесконечных сомнениях и страхе.

Кэри от таких слов не слабо передернуло, как и остальных. Хаджимари поднял свою морду ввысь и лапы тоже были направлены в сторону неба. Из них вышли четыре небольшие магические сферы, которые в то же мгновение влетели в сознание каждого присутствующего, позволив тем лицезреть воспоминания первого правителя. Но только Инсер, в отличие от всех остальных, упавших на колени, остался стоять на лапах, как и прежде. Несмотря на слепоту, воспоминания отлично передавали все краски и объем. «Цвета…».

Воспоминания давно минувших дней.

Амман’сера-страна секки, в которой промышляют самыми ужасными вещами: детоубийство, кровная месть, убийства почти каждый день, рабство, а с этим и работорговля, насилие слабых и изможденных. Место, где каждую минуту царит полная анархия. Страна ограждалась толстой, неприступной стеной и находилась прямо в жаркой и сухой пустыне около моря. Агамемнон из-за песчаной бури, смешанной с искрами от бушующего огня, прикрыл глаза своей рукой с зажатым в нее клинком, дабы противный песок не попал в них. Бежевая накидка трепетала сзади него от жаркого ветра. Перед секки открывался ужасающий вид на пылающее поле пшеницы, за редким исключением высоких языков пламени, сквозь которых было видно небольшие скульптуры, напоминавшие пирамиды с колоннами по углам. Огонь не оставлял ничего от раннее благоухающих земель-лишь бросал после себя сожжённые стебли растений и копоть на песчаных стенах, покрывавшая те в несколько слоев.

— Чертова «Валькирия». Они еще заплатят за то, что сделали.-Проговорило с ненавистью к врагам существо, стоящее на каменных выступах каменной стены.

— Поле уже не спасти, Зарью. Нам нужно освободить пленных и после этого спасать нашу крепость.

Агаменмон крикнул что-то своим сокомандникам, и они пробежали по стене несколько метров, пока не спустились, чтобы забежать в довольное неопрятное на вид здание, которое было уже на половину разрушено, но скрывало в себе ужасные поступки. В компании со скрипучим полом секки изучили глазами почти все ничем не выделяющееся помещение. Одно из существ вскоре заметило кое-что и подозвало крылом главаря, показав хвостом на широкий деревянный люк. То, что на нем не было слоя пыли говорило о том, что его использовали довольно часто. С помощью всех сил, приведенных сюда, люк поддался и раскрылся, с грохотом упав на доски и мусор. От поднявшейся пыли заслезились глаза и хотелось кашлять, но плотно завязанные на пасти блеклые шарфы не позволили издать и звука. Под полом оказалось все это время была круговая лестница, идущая далеко вниз.

— Похоже здесь. Вы, четверо, остаетесь на стреме, остальные спускайтесь за мной.-Тихо приказал Агаменмон секки и аккуратно спрыгнул на лестницу. От падения только одна искусственная нога существа прискрипнула от нагрузки навалившегося на нее тела. Он понюхал воздух и почуял лишь сырость и гнилой запах. Команда из нескольких секки начала свой медленный спуск по хрупкой лестнице. Они чувствовали нарастающее напряжение, хоть врагов видно не было, но тот факт, что те находились на вражеской территории, заставляло их нервно перебирать пальцы на оружии и самодельных туманных бомбах. Внезапно главарь остановился, раскрыв одно крыло для предупреждения. Прямо за поворотом стояли секки из клана «Валькирия», со своими отличительными красными метками на шкуре. Зарью и остальные приняли кивок Агаменмона и, когда первый закинул бомбу прямо в коридор, соклановцы бросились в наступивший туман и начали вырубать вражеских охранников, пока секки открывал дверь. Печально известное крупное объединение «Валькирия» отличалось тем, что было главным в использовании рабского труда и строительстве укреплений. Поэтому на их базу было очень сложно проникнуть, но после их нападения на крепость «Саксонию», место, откуда прибыли данные герои, воителей на собственных территориях стало гораздо меньше, чем и воспользовались саксонисты. Открывая дверь, Агаменмон ожидал чего угодно, только не того, что увидел.

Помещение было раза в три больше, чем дом, в который они заходили. Оно было все усеяно клетками, в которых сидели, и работали с оружием разношерстные секки. Были дети, валявшиеся на полу от жажды, перетягивая себе горло из-за цепи, взрослые трудились каждую минуту не переставая, а когда зашел лидер группы, то вовсе начали судорожно дрожать и рефлекторно пытаться делать оружие быстрее. Бедные существа годами не видели белого света, им можно было довольствоваться только плесенью на стенах и грязными каплями, скатывающимися с потолка. Пока темно-зеленый секки проходил меж клеток, соклановцы уже закончили обезвреживание противников и начинали разбивать замки на тяжелых дверях, выпуская на волю рабов. Худые тела в изнеможении выползали из клеток, мучаясь от отекших за все это время нахождения в этом подвале. Уже дойдя до конца помещения, Агаменмон повернул свою морду, прикрытую шарфами, и увидел в клетке лишь одного секки, закрывшегося крыльями и медленно бьющего кисточкой о металл. Поднял тот свою морду лишь после услышанного звука разбитого замка.

— Лучше бегите отсюда, как можно быстрей. Это ловушка, для таких, как вы. — Пролепетал секки неожиданные слова и посмотрел на «спасителя» ярко-фиолетовыми глазами с темной склерой, которая мгновенно исчезла.

— Где твои родители? Они здесь? -От неимения ничего спросить, глава группы задал тот вопрос, волновавший того с первого взгляда на полупустую клетку.

— Их увели очень давно, а меня отсадили от других специально.-Ответил с печалью в голосе юный Хаджимари до резкого грохота кровавого тела о пол, где кончалась лестница. С высока на труп секки слетел валькирийец с ярко светящимися неоном основаниями крыльев и пасти. Это была ловушка. Агаменмон быстро схватил ребенка и закрыл его своим телом от нахлынувшего неонового огня. Он посмотрел сначала на свою обуглившуюся лапу, а потом и на секки.

— Мне нужно хотя бы твое имя, чтобы я знал, кого спасаю ценой своей жизни.-Вставая сказал саксонист. Вражеских существ становилось с каждой минутой все больше и больше, его соклановцы уже вовсю сражались с ними.

— Меня зовут Хаджимари.-Ответил бежевый секки с упавшей на его глаза длинной черной челкой. Его спаситель стоял по колено в огне, но не издавал ни малейшего звука. О такой стойкости и решимости можно было только мечтать валькирийцам. Хаджимари грозно взвизгнул, когда спокойно стоявший все это время секки развернулся и схлестнулся клинками с другим. Противный металлический скрежет закончился отбитием меча и получением небольшой раны.

— Беги! Что стоишь! — Умоляюще прокричал Агаменмон и уже с магией напал на валькирийца, гневно скребущего когтями задних ног, создавая на животе саксониста смесь из паленой шерсти и крови. Хаджимари уже не мог смотреть на это месиво, потому с постоянно двигающимися зрачками просунулся в небольшое отверстие, покарябавшее тому крылья и спину до крови. Помогая себе лапами, на которых показались кожаные браслеты с выбитым на них знаком «A», что обозначало приверженца к анархичной стране. С вырванными повсюду перьями Хаджимари удалось выбраться на пол дома. Около люка лежали мертвые секки, а через крышу просвечивался лунный свет. Валькирийцы поставили своих сторожевых, стоящих поодаль от прежних. Если бы не тяжелый запах металла от выступившей крови и тяжелое дыхание, секки бы и не заметили, но из-за хорошего обоняния и слуха его заметила лучница с яркими, растрепанными красными волосами. Хаджимари не успел и осознать присутствие самки, но его привела в известность выпущенная стрела, воткнувшаяся буквально в нескольких сантиметрах от лапы. Неизвестный зеленый барьер отбил ее. Хаджимари, поняв всю опасность настигнувшей его ситуации прыгнул на полуразрушенную крышу и с трудом полетел, расправляя крылья. Лучницу ударили за промах острым крылом и та, чтобы искупить оплошность взмыла вверх, ища выбежавшего раба.

Пока она искала его, Хаджимари успел залететь на башню около стены. Крылья распластались по всей крыше, цепляясь за нее острыми когтями. За огражденным поселением показалась бесконечная пустыня, зовущая к себе существо в чертоге души. Он тяжело слетел с башни на каменные выступы все глядя на свободные и бесплодные земли вне стены. Цитадель «Валькирии» была уже далеко за спиной, но так просто они не собирались распустить всех своих подчиненных. Приказ главарей был таков: » Не посмейте дать сбежать подчиненным, если они сбегут, то велика возможность просочиться важной информации». Никакой валькирийец не мог посметь нарушить этот приказ, в противном же случае того ждала смерть от более влиятельных персон на дуэли. Натягивая тетиву в воздухе, самка целилась в ничего неподозревающего Хаджимари. Боль яростно хлынула в мозг, только когда самец слетел со стены, упав животом в горячий песок. Секки попала тому прямо в длинный хвост, пробив его в двух местах. Она спустилась к нему, чтобы забрать обратно, но ее ждала ответная атака разъяренного существа. «Используй это, когда ты будешь на грани смерти или на воле.» вспомнились слова своих родителей из детства, когда тех еще не взяли в рабство. Они показывали свои заклинания маленькому секки и учили его с малых лет. В двух бежевых лапах показалась сначала сфера, а потом самку ослепил яркий зеленый свет. Валькирийка оказалась в барьере, сжимающего ее со всех сторон. Она закричала от хруста костей, когда дело дошло до головы и шеи, та уже с хрипом замолчала и смотрела своими пустыми глазами на убегающего вдаль пустыни Хаджимари.

Далеко убежать ему не удалось из-за хромоты и боли в простреленном хвосте. От стрелы он получил только сильное кровотечение, неминуемо испаряющее его последние силы. Подогнув под себя лапы, Хаджимари завалился на левый бок, теряя постепенно сознание. Огромное яркое солнце в чистом небе освещало его ослабшее тельце, когда к нему подошел небольшой силуэт и лег под его крыло, устроившись между песком и перьями. Так он и лежал, пока не проснулся секки от колющего в боку чувства. Еле встав на песке, Хаджимари осмотрел все свое тело и только под конец проверки заметил перед самой мордой летающего на месте дракончика. Она порхала, с удивлением смотря на существо, однако, когда-то повернулось, дракониха тут же отлетела в сторону, огородившись кристалликами льда. Хаджимари пытался отойти от нее, но от боли пискнул и не сдвинулся с места. Самочка вильнула фиолетовым хвостиком и подлетела к хвосту секки. Но существо отвернулось и пошло вперед, встречая по пути лишь дюны и тучи летящего песка. Вдруг, в легкие просочился слабый запах влажности и будто подал некоторую жизненную силу. Нос не ошибся-за очередным холмом вышел на глаза оазис с рекой и растениями. Мозг даже думать не стал над тем, чтобы сразу же побежать в реку и полностью в ней окунуться. Холодная вода очистила все раны от крови, кроме самой болезненной, со стрелой. Он взял ее в пасть и, прикрыв глаза, выдернул стрелу прямо с кусками мяса. Вода сразу же окрасилась в алый цвет.

Дракониха обеспокоенно глядела на эту картину, а потом улетела куда-то в сторону леса. Через минут десять она вернулась с некой вещью в пасти, и кинула ее прямо на песочный берег. Кожаная конструкция выглядела как украшение для драконов на праздники. На первой части была крепкая прошивка, вторая же была соединена с первой двумя поводками через кольца (на ней был вышит знакомый символ «А»). Выйдя из воды, Хаджимари перевязал себе рану, а потом решил воспользоваться тем, что принесла незнакомка. Укрепление было легко застегнуто на хвосте, зажимая его в одном согнутом положении. Рана стала болеть меньше, поэтому легкое почесывание рогатой макушки маленькой самки дракона было заслужено. Приятная теплота связала их вместе, они уже не чувствовали в друг друге незнакомцев. Их встреча была не очень приятной и, чтобы отблагодарить дракониху, Хаджимари поймал для нее серебристую рыбу.

— Как бы мне тебя назвать… Может… Дреста? Как тебе оно? -Впервые после такого большого промежутка времени бежевый секки с черными волосами открыл свою пасть. После удовлетворительного махания крыльями вверх-вниз, он понял, что это означало согласие с ее стороны. Спустя еще одну холодную ночь, Дреста разбудила хозяина и повела его в чащу леса, подальше от пустыни и неприятных воспоминаний. Хоть это и был на самом деле густой лес, но находился он между горами, через которую и шла река. В такой небольшой компании они шли по берегу, пробираясь через постоянные природные преграды. Дракониха преодолевала их намного ловчее и быстрее, потому вскоре скрылась за деревьями.

— Говоришь, нашла еще одного беглеца из Амман’серы? — Переспросила она у утверждающей драконихи. Серьезный взгляд был направлен на место, на котором через мгновение появился секки, вычищающий из себя весь мусор. Красный силуэт спрыгнул с ветви раскидистого дерева и встал поодаль от незнакомца. Натянутая тетива лука сказала о многом, включая предупреждение. Не ожидавший очередного нападения, Хаджимари не сдвинулся с места, поразив тем самым лучницу. Она закрепила лук на спину.

— Кто ты? -Спросила ало-белая самка, прижимая крылья к телу.

— Хаджимари. Я сбежал из страны, будучи там рабом.-Секки ответил прямо, ничего не скрыв-сейчас это было бессмысленно.

-Тогда ты такой же, как и я. Только сбежала я из более далекой части Амман’серы. Иди за мной, тут есть лучше место для жизни, чем та загнившая страна.-Хаджимари подали руку, так она принимала в союзники новоиспеченного самца. При сжатии обеих рук объединения, секки сказала свое имя и побежала дальше в лес уже в компании Хаджимари и Дресты.

— Меня можешь звать Атэнэйс`Таке, приятно познакомиться. — Золотистые волосы поднялись вверх при очередном спуске, полностью очаровав Хаджимари, пытавшегося по крайней мере не отставать от новой знакомой, тащившей того не ясно куда. Он хотел спросить ее о многом, но просто не мог издать и звука от ее скорости. Только когда они добежали до небольшого лагеря, состоящего из потухшего костра и крупного голубого дракона, сидящего рядом, юный секки смог спросить алую самку.

— Куда мы направляемся и для чего?

— Я веду тебя в Кеакен’град. Спрашиваешь для чего? Ты не хочешь жить? -Ответила на вопрос вопросом Атенэйс’Такэ, гладя драконью морду одновременно с подготовкой необходимого для того снаряжение: седла, поводков, креплений и т.д. -Кеакен’град, поверь, лучше того места, откуда ты сбежал. Секки в том месте ужасно испорчены бесконечной войной и царящей анархией десятилетиями, в отличие от нашего дома.-Закончила она, застегнув последнее крепление на морде дракона.-Садись на него.

Хаджимари аккуратно устроился на кожаном сиденье и тут дракон резко взмыл вверх, оставив землю далеко внизу. Летели они довольно долго, или так просто казалось из-за бесконечного леса и гор. Атенэйс’Таке спокойно разлеглась на шее дракона и смотрела вперед, высматривая нужное ей место. На горизонте стало проявляться нечто длинное и темное. На подлете к этой полосе самка уже сидела и крепко держала поводья.

— Что это? -Воскликнул в этот момент Хаджимари.

— Каньон. Он образовался совсем недавно с громкими и сильными землетрясениями. Земля разверзлась на сотни километров, повалив всех существ с ног… Каньон разделил Гринпис на две части: на плодородные земли и угасающий лес. Спустя некоторое время его назвали темным лесом.-Секки глубоко задумалась и погрустнела, опустив уши. Поняв, что напомнил знакомой не самые лучшие времена, Хаджимари пододвинулся к той и положил на нее крыло. Атенэйс’Таке кратко на него посмотрела и, узрев чистые фиолетовые глаза, прикрытые черной челкой, слабо улыбнулась, тут же развернувшись. Дракон приземлился на землю, создавая клубы пыли от махания широких крыльев. Длинная морда чуть не коснулась земли. «Пассажиры» торопливо спрыгнули со спины дракона, но в отличие от своей проводницы, Хаджимари все же осмотрел новую для него местность. По началу они находились на обычном поле, заросшим густой травой, но по приближению к месту назначения, секки аж пасть раскрыл от масштабов вырисовавшегося из тумана гигантского Древа, корни которого спокойно себе спускались в глубокий обрыв. Кеакен`град в эти времена был небольшой деревушкой, в которой дома можно было пересчитать по пальцам. Небольшие улочки простирались по всей его территории, местные жители не имели какого-либо правителя или главы, лишь доверяли друг друга, как близким родственникам.

— О! Здравствуй, Атенэйс! Давно ты тут не появлялась, как выдалась вылазка в столь опасное место? -Поинтересовался немолодой секки, устало лежа на деревянном прилавке, жуя небольшой стебелек растения. Самка растребушила свои алые перья на крыльях и принялась рассказывать что-то, пока Хаджимари разглядывал товар на полке.

— Я была не только в лесу, но и на территории ибисов. Это было ужасно. Из-за того случая, когда разлом повлек за собой повреждение сферы, на границах образовался барьер. Когда я там оказалась я спряталась на дереве и увидела, как белое существо прошло через него и мучительно превратилось в нечто… И все на глазах рядом стоящего, который тоже превратился в инородное тело… Кх… Слившись с первым. Меня чуть ли не вырвало в тот момент, и я просто взяла дракона, и мы улетели куда глаза глядят. Потом я встретила его, знакомься, это Хаджимари. Он тоже сбежал из Амман’серы.- Странник, сидящий за прилавком, помахал в знак приветствия новому знакомому, но тот был вовлечен больше в историю Атенейс. Оказывается, что в Гринписе, кроме секки, существует еще одна раса, которая пострадала от произошедшего. И то, с каким испугом говорила самка, вовсе заставило крылья на спине дрожать.

— Для чего ты туда отправилась? — поинтересовался Хаджимари, округлив глаза.

— Некоторые секки начали пропадать в лесу. Вот я и пошла туда, чтобы разгадать тайну их пропажи. В глубине леса все кишело существами похожими на слияние ибисов и червей. Похоже именно изменение количества магии запустило этот процесс… — Атенейс’Таке отошла от прилавка, посмотрев в лес, и села на траву, опустив морду на свои желтые чешуйки.

— Найдется решение этой проблемы, не переживай. Если они нападут на город я буду защищать его с тобой, ведь я тебе обязан жизнью. — Хаджимари присел рядом с ней и лизнул тёплым языком прямо в красную шерстку щеки. Смущенная самка тихо пискнула, закрывшись правым крылом, чуть выглядывая из его перьев. Небо, куда направил свой взгляд секки было космически красивым. Красные яркие переливы на оранжево-синем небе, где до сих пор виднелись небольшие звезды и планеты с кольцами вокруг себя.

Территория ибисов.

Когда еще не было высоких гор, разлома и королевы драконов жили ибисы, добывая себе пропитание охотой и земледелием. Было всего два вида ибисов: те кто жил в лесу и те кто жил на равнине. Правители обеих кланов нередко враждовали и имели четкие границы. Данте, один из правителей, жил вместе со своей самкой и сыном в месте, где земля нависала над небольшой пещеркой. С концов жилища свисали лианы, спускались длинные ветви и корни, закрывая тем самым выход. Белая с серым Хитома была беременна. Сидела все время в жилище, лежа на теплом слое из мха и листьев. Но через некоторое время она встала и прямо пошла к выходу. Такое поведение насторожило Данте и он, приказав сыну оставаться тут, пошел за ней. Крики самца до нее не доходили-она просто шла и шла, пока не дошла до неясной итоговой точки. Впереди виднелся только гигантский каньон и часть густого леса. Самка ибиса была словно в глубоком трансе, не осознавая свои действия, она перешагнула через невидимую границу. Данте Инсер попытался вернуть ее на прежнее место, но было уже поздно. Сфера Древа, желая защитить свою расу от разрушения, забирала силы у других, при этом начинался неконтролируемый процесс повиновения и разрушения сознания матери, еще не родившегося второго ребенка. В короткий миг можно было услышать ее жалобный вопль, но и тот погряз в хрипе.

— Хитома! -Кричал Данте на изнывающую от боли самку. Ее пасть превратилась в длинное нечто, тело растворялось в огромном количестве магии и заливалось черным слоем слизи. Самец долго и безуспешно пытался вернуть Хитому в чувства, но от той осталось только имя-тело полностью превратилось в длинного червя и поглотило своим месивом Данте, отбивающимся до конца крыльями и проклинающего жизнь.

— Чертовы секки, чёртово Древо… Будьте прокляты… Я отомщу за мой народ, скольких жизней и времени мне бы это ни стояло! — после этих слов их тела полностью слились в ужасную кучу слизи. Эта жидкость с огромным магическим составом погубило вскоре множество ибисов, но некоторые все же остались, прячась от ужасной судьбы их расы.

Прошло несколько лет. Соединители все чаще начали нападать на секки, поджидая тех в лесу. Хаджимари уже успел стать первым правителем, а Атенейс’Таке шаасаком. Много лет они учились магии и тренировались вместе. И их труды не прошли даром- секки захотели перемен и в качестве первых правителей выбрали тех, кто был самым преданным все это время и проявили свою преданность народу. Вместе они построили все то, что имеется и по сегодняшний день: небольшую армию хранителей, полноценный город, а также оборудовали сферу тяжелыми конструкциями, через которые она питала весь город. У них родились дети, которые позже продолжили их род. Но все это не могло длиться долго. Атенейс’Таке давно предвещала скорую беду. Изможденные голодом слияния напали на город, столь расцветший за такой отрезок времени.

— У меня есть план, Атенейс… Но он тебе не понравится…- Проговорил правитель, глядя на город.

— Надо уже хоть как-то защитить наш народ! Если ничего не предпримем они уничтожат все! -Закричала самка, раскрывая свои крылья.

— Нужно отвлечь соединителей, пока я готовлю заклинание. Мне необходимо, чтобы ты отвела оставшихся ибисов на край Гринписа. — Это было последнее, что сказал Хаджимари, перед тем, как полететь в лес к алтарю. Атенейс, когда отвела своей магией ибисов, вернулась к лесу, чтобы помочь Хаджимари. Тем временем он даже под напором соединителей создавал у себя меж лап зеленую сферу, которую по завершению вставил в алтарь.

Руны на его гранях засветились, показывая готовность заклинания. Все существа вились вокруг него, пытаясь разрушить, но у них ничего не удавалось. Голос самки заставил Хаджимари остановиться и отойти.

— Хаджимари! Ты как? Я отвела ибисов в безопасное место, как ты и просил! — Проговорила шаасак стоящему напротив нее секки. Он слабо улыбался, стоя на двух задних лапах и подгибая бежевые с темным крылья. Челка слабо колыхалась при каждом порыве ветра, показывая все прежние ярко-фиолетовые глаза.

— Ты сделала все, что могла. Я люблю тебя, я надеюсь на тебя, прощай, Атеней’такэ. Я благодарен тебе за все. Сохрани этот народ. — Слова Хаджимари повергли самку в шок, ее глаза округлились, из них полились мелкие ручейки слез. Вся жизнь пробежала в сознании, когда Хаджимари оттолкнул Атенейс, так, что та упала на землю, и завершил свое защитное заклинание.

— Канруо.

Из земли вышел зеленый переливающийся и светящийся барьер. Он быстро поднялся в самую высь и замкнулся, образуя огромную полусферу, закрывшую весь лес от мира сего. Внутри, где ранее стоял Хаджимари, было слишком светло, чтобы самка могла хоть что-то разглядеть, поэтому та упала без сознания на холодную землю леса. Свет погас.

— Я отдаю тебе последние силы. Исполни свой долг, Дреста. Защити ибисов, пока они не станут полноценными.-Лежа на спине, распластав свои крылья, Хаджимари отдавал первый и последний приказ в своей короткой жизни. Дракониха тихо пискнула своему хозяину, принимая его магию. Хаджимари был рад отдать свою жизнь ради кого-то, а не ради убийства, будучи рабом. Он обрел ту свободу, которую желал, исполнил желание своих родителей, обрел семью и защитил свой народ. Дракон взмахнул своими крыльями и полетел в то место, куда Атенейс' Такэ отвела ибисов. На подлете ее тело начало увеличиваться в размерах, морда вытянулась и обрела еще 2 пары глаз. Тело наполнилось холодом, текшим по ее венам. Огромные крылья упали в центр и вокруг нее начали вырастать высокие горы, оградив тем самым ибисов от внешнего мира на многие века.

Похоронить отдавшего свою жизнь Хаджимари не удалось, ведь его тело навечно растворилось в бесконечности. Но даже так, все секки собрались вокруг Древа и долго пели и благодарили правителя за столь благородный поступок. Атенейс долго плакала, смотря на лес с другой стороны каньона.

— Ты оставишь себя на веки в истории, Хаджимари…

Воспоминания прервались на этом моменте, поэтому все члены группы начали вставать, держась руками за головы, от настигнувшей на них информации.

— Теперь начало все более-менее проясняться… Но так почему нам нельзя разрушить эту сферу?

— Это ничего не изменит. Сфера-лишь заряд, необходимый для разрушения моего барьера. Если вы его уничтожите- вы убьете Дресту, которая вас всех спасла.-Проговорил священный Хаджимари, гладя поверхность сферы лапой.-Вам нужна не сфера, а Данте, который все это и начал.

Услышав повторно имя Данте, Кэри не мог уже просто спокойно стоять и ничего не делать. Вытянувшись, он задал тот вопрос, который его мучал все это время.

— Ты знаешь, что я его сын? Откуда?

— Я был в фантомном мире, куда уходят души всех умерших. Но ты… Ты нечто необъяснимое. Ты погиб еще в утробе матери, не видя свет, но все равно душа появилась в том мире и застряла между мирами. Тобой пользуются, Кэри. Данте поглощен целью мести и его не может ничего остановить. Но как ты видел, его месть глупа.

«Если его воспоминания не ошибочны, то это правда… Данте поглотила идея мести, цели которой нет, ведь ее и не существовало. Секки не виноваты в том, что ибисы погибли, они лишь пытались сохранить мир. Но Данте зашел уже слишком далеко…»

— Нужно устранить Данте, иначе Гринпис ждет ужасное будущее.-Каросуки с Овари мельком переглянулись, не понимая о ком идет речь. Овари машинально сжал в руке копье из-за ледяного воздуха, прошедшего по каждой шерстинке тела.

— Кстати о Данте… Он уже здесь…-Прошипел Кэри не поворачивая головы. Его чуйка была напряжена на пределе с момента вхождения в лес. Он аккуратно подошел к Норе, глядя на нее. Белокрылая тоже почувствовала, что они тут не одни и показала свои зубы воздуху.

— Так как я всего лишь фантом, я не смогу вам помочь, лишь наставить. Если что-то пойдет не по плану, мне придется вмешаться. Прощайте.-В миг, когда яркий бежевый секки испарился в свете луны, послышался хриплые визги. Повсюду, из-под каждого дерева издавался звук, появился гнилой запах-все это говорило о том, что их окружили. На глаза начали попадаться тела скользящих по земле соединителей. Выросты Овари засветились яркой бирюзой, почувствовав опасность. Вытянутая сфера на конце хвоста припала к земле.

— Мы и правда окружены… Черт, что нам теперь делать? -Спросил Овари, вернув хвост в первоначальное положение.

— Как я понял, нам нужно убить Данте, тогда все и кончится…-Каросуки был не уверен во всем этом, потому выглядел очень бледно. Вдруг над всеми хрустнула ветка, так протяжно, что ибисы не сразу поняли, что что-то разломалось. Кэри посмотрел ввысь и обомлел, увидев живого Данте Инсера. Тот тем временем сидел, оперевшись двумя лапами на одном из серых камней с рунами. На его морде было довольное выражение, а глаза горели адским пламенем. Он мгновенно исчез и появился прямо позади существ, раскрывая свои кровавые крылья, на которых пульсировали жаркие вены.

— Осторожно! — Прокричал Кэри Норе, но она ничего не успела сделать и с визгом почувствовала в своем теле острую иглу, которую Данте в мгновение ока вонзил в нее. Белокрылая смогла лишь ударить нападающего своими когтями по груди, а потом упасть на бок без движения, только тяжело дыша. Секки в нескольких метрах от этого отбивались от наплыва соединитей. Каросуки своей сферой протыкал тела насквозь, но те снова заполнялись жидкостью и продолжали нападать снова и снова.

— Ты хотел убить меня тогда, ты предал меня, ты тоже заслуживаешь смерти Кэри, но ты мне еще нужен.-Прорычал Данте, уверенный в том, что сейчас на него никто не нападет и он спокойно сможет завершить свой план. Дождавшись момента атаковать, Кэри пропал на мгновения во тьме, а потом выскочил на спину крылатому ибису, который от такой дерзости пустил в него темные стрелы.

— Тебе придется придумать что-нибудь лучше этого, дабы убить меня. Я не позволю издеваться над нашими предками.-Инсер сомкнул свои челюсти прямо на его шее и, впившись всеми когтями в спину, развернул Данте и сильно ударил того по камню. От этого на ибисе просочилась в некоторых местах кровь. Он встал, как ни в чем не бывало и продолжил свое нападения, дабы вырубить Инсера, но даже и не думал, что Кэри может сделать укус в гневе. Он схватил темно-красный хвост, который лишь на мгновение появился перед ним. Данте грозно рыкнув, выдернув хвост из острой пасти. Пока он отходил от адской боли, Инсер решил легко коснуться белой Норы, испачканной в некоторых местах собственной кровью. Почувствовав, что та дышит, он незамедлительно начал ее тащить в безопасное место. Этим местом послужило небольшое переплетение корней дерева, растущего в нескольких шагах от алтаря, куда Кэри осторожно положил самку. Ее тело полностью сковала непонятная магия, которая не позволяла той даже говорить. Враждебно шикнув, она оповестила черное существо об опасности. Но Кэри и до нее знал, что скрыться им надолго не удастся, потому заранее сжал в хвосте меч и им отбил темную стрелу, изменившую свое направление и в результате глубоко впечатавшись в землю. Инсер медленно развернулся, показывая свои хвосты и морду, жаждущую крови. Его тело неестественно начало избавляться от собственных частиц, из которых то состояло, оголяя из-за этого черную плоть и кости. Его тело больше не могло выдерживать огромную толщу магии, давившую на него все время, пока он жил в этом мире. Голова немного наклонилась к земле, из пасти полилась черная кровь, сразу пропадая, только коснувшись земли.

— Для чего тебе заставлять весь Гринпис страдать? Ты понимаешь, что это приведет к ужасным последствиям?! -Прошипел Кэри, после того как избавился от горячей крови из рта. Больше она у него не текла, а лишь напоминала о себе через ужасный ее вкус во рту. Данте на это только рассмеялся, не веря своим ушам.

— Я заставлю всех секки страдать, за то, что они сделали с моим народом. Их Древо погубило его, и они никак не ответили за свое деяние! Они виноваты в этом, и будут убиты, также жестоко, как и убили мой народ. А ты, уже выполнил часть моего плана уже давным-давно и только мешаешься сейчас. -Данте взлетел, подняв тучу снега в воздух и с грохотом приземлился перед сыном, готовясь атаковать.

— Но они ведь не виноваты в этом! Это не их вина, а природы. Ты не можешь их винить в том, чего они не делали! -Крикнул Кэри, неудачно увернувшись от атаки назад- попав прямо под нее.

— Замолкни отродье! Они все лжицы и пытаются лишь оправдаться своими выдумками, перебрасывая свою вину в убийстве на природу! Смешно! -Кровавый ибис зверино рыкнул и ударил Кэри острым концом крыла прямо по лбу, оставив там незаметный кровавый порез. Бесполезно, было уже бесполезно пытаться вразумить настолько яростного и опечаленного огромной потерей народа правителя. От его прошлого, остался только фантом, жаждущий мести всему роду секки. Единственным верным решением для победы над Данте, оставалось только мало слышимая речь Овари, который в это время использовал свою водную магию на последних силах и, поняв, что соединители боятся воды сказал об этом Каросуки. Каньон- туда был путь Кэри в данный момент. Инсер резко прыгнул и побежал со всех лап по лесу, к тому самому каньону. Пока он бежал, он невольно чувствовал, что его тело рассыпается. Голова уже кружилась от невозможности глубоко вздохнуть, уши звенели от любого порыва ветра.

Два существа стояли перед друг другом, около огромной расщелины в земле. Стояла мертвая тишина. Данте бросился на Кэри с грозными высказываниями, но коснувшись тела оного почувствовал только дымку на том месте, где буквально мгновение назад находился ибис. Он стоял в недоумении не долго, сзади него прошлась белая полоса от слепых глаз, синяя пасть раскрылась тяжелой улыбке, промелькнувшей лишь на секунду, перед тем как впиться в темно-кровавую шкуру и выдрать кусок шеи, оголив кости. Он снова схватился за шею и понес его прямо в каньон, где отпустил хватку. Данте полетел вниз, словно камень, но он не собирался так оканчивать свою жизнь, не завершив месть. Схватился он за каменные стены и оттолкнулся ввысь к приготовившемуся к такому развитию событий Кэри. Инсер прыгнул на летящего в воздухе ибиса и оторвал тому одно из крыльев.

Данте взревел от такой боли и, от невозможности держаться в воздухе, вместе с темным существом полетел вниз. Кэри до последнего держал его, пока прямо перед падением в воду не отпустил его от своей хватки. В этот момент он был подхвачен белым силуэтом, со скоростью ветра слетевшему с обрыва, и они оба упали на сухую землю, получив множество ушибов, но не настолько серьезных, если бы они просто упали свысока. Данте попал в пучину местных вод, его тело начало разъедаться, жариться в воде, будто в лаве. Каждая клетка тела испытала все те страдания, что были причиняты за все это время другим живым существам. Он пытался вдохнуть воздуха, но сглотнул лишь только больше воды. Данте выставил свою лапу на отражение лунного света в воде. Он вспомнил всю свою жизнь и месть, своих сыновей, всех, кого помнил. Столько боли было принесено, из-за мести. Данте испустил свой последний выдох в воде, пойдя ко дну и окончательно испарившись в темную жидкость.

Нора тихо пискнула, снова распластавшись на гальке около воды рядом с не испускающим ни грамма воздуха Кэри. Он темным полотном лежал на животе, подогнув лапы под себя. Нора подобралась к нему ближе и коснулась его груди. Звонкий вой раздался на всю округу, белоснежная самка сидела рядом с Кэри, не чувствуя его присутствия. После долгих минут томительного ожидания, Кэри все же очнулся, выхаркнув остатки крови, что мешали ему дышать. Завидев Нору около себя, Инсер сразу отпрянул, но она на него накинулась. Теплые перья коснулись темной грудки, медленно успокаивая его. Белокрылая со слезами на глазах обвила его обоими лапами, а свою морду та положила ему на плечо. Не зная, как на такое реагировать, Кэри тоже обнял ее.

— Думаешь, Данте теперь мертв? -Спросил он у Норы. Та в ответ лишь легонько покачала головой. Рядом текла бурная река, в которой и утонул Данте. Она почернела от его тела и пахла не сказочно. Но все же Данте не было нигде видно, поэтому Инсер с облегчением выдохнул, вздрогнув, он лег на самку и из его слепых глаз полились слезы. Белые зрачки уменьшились в размере, поняв всю серьезность ситуации.

— Все это, все это было ради какой-то мести. Он сошел с пути, пока верещал от горя и в итоге погубил столько невинных душ… Тот же Заран. Хоть он не был совершенен, но все же был заботливым старшим братом своей сестре. Умерли многих детей родители в подступившем льду…-Кэри опустил свои хвосты и уши вниз, пока его пострадавшую шею вылизывали мокрым и тонким языком.

— Как бы то ни было, это позволило нам с тобой встретиться, пусть и не идеально. Ты наставил меня на верный путь, не смотря на такого отца.

Просидели они вдвоем так несколько минут, после чего к ним подлетел Каросуки, а потом появился и Овари. Первый был весь в ссадинах и часто оглядывался по сторонам, в поисках врагов, второй, поджав хвост, смотрел в черную воду.

-Где враг? То есть Данте? -Спросил Каросуки у ибисов.

-Похоже он уже окончательно погиб, так что нигде.-Ответила поднявшаяся с камней Нора, вытягивая мелкие крылья в сторону.-Но, похоже, это еще не конец битвы…

На том месте, откуда слетела Нора, толпились все больше и больше соединителей. Сломанный барьер открыл путь и другим ужасным существам темного леса. Приметив это, Овари невольно застонал, ожидая худшего.

— Нужно идти…-Прошипел Кэри глядя на противоположную лесу сторону каньона. Но сил не было после битвы от слова совсем. Тело даже лапы не могли временами удержать, что уж говорить об трудозатратном перемещении. Но тут…

— Нора! Это ты? Я прав?! -Крикнул знакомый голос свысока. Нора резко вздыбила перья и раскрыла пасть.

— Да, это я, Потару! -Прокричала та во всю глотку в ответ. В ту же секунду перед группой появился оранжевый портал, откуда вышел Потару. Голубая грива развивалась на ветру, словно лист, глаза светились от счастья встречи живой подруги.

— Вам же нужно наверх? Залезайте.-Ибисы прыгнули в портал, а секки потупились перед ним, и все же не решились, оставив портал на салатово-синем существе. Качнув головой, Потару прыгнул за Кэри и Норой. Земле они были рады не больше, чем почти всем ибисам из клана. Они вместе защищали друг друга от грозных птиц и других существ. Нора пробежалась глазами по такой интересной картине. Приметив Стэклу, она сразу же к ней подбежала и потерлась об нее шерстью своего бока и шеи в знак встречи.

— Рада, что ты жива… Глупо было так идти на риск.-Прошептала Стэкла тихо урча.

— Почему вы все здесь? Разве вы не должны были оставаться в убежище? -Нора взмахнула своим пушистым хвостом от волнения.

— Мы все решили, что мы не можем сидеть сложа лапы, оставив все на вас. Так что мы тоже примем участие в бою, не будем стоять в стороне!

Стэкла была очень возбуждена происходящими вещами, поэтому совсем не замечала, насколько ее речь оказалась громкой. На поле все прибывали и прибывали толпы темных существ, желавших добраться до Древа. Хоть Данте и погиб, но существа все равно находились под его контролем, уж слишком сильная магия на них подействовала. Тем временем шаасак уже договорилась с магами воды и была уже с ними на подлете. Огромный столб воды вонзился в землю, где были основные группы соединителей. После того, как водяная магия пропала, можно было разглядеть фигуру с гладкими бирюзовыми крыльями, похожие на водную гладь. Секки спустилась и оценила обстановку, подождав, пока все прибывшие спустятся. По приказу шаасак все маги прикоснулись к земле и возвели огромную водную стену, величиною с Древо. Стена растворила большое количество соединителей, очистив на время поле битвы.

— Какая ужасная и бесполезная резня…-Прошептала самка, главная в группе. Она встала в стойку и приказала другим, заметив, как из каньона вылетел крупный варлейн, снося все на своем пути. Пестрые крылья с когтями на концах взрыхлили почву и укрепили существо на земле. Ун-Юзу грозно распушила перья, словно преграждая дорогу врагу. Тогда на поле и вышел Эбил, припустив к низу морду. Его длинная шерсть колошилась от ветра, открывая белые узоры на теле главы, что скрывались под ней. За ним начали выходить и остальные ибисы, которые в конце концов присоединились к битве и были настроены решительно. Глава посмотрел на своих родственников и тяжело выдохнул от ответных взглядов детей, даже не задумывавших о том, что сейчас идет битва не на жизнь, а на смерть. За целый материк-Гринпис, вышли на защиту обе расы: ибисы и секки. Они стояли до конца, защищая свои народы и права. Настал тот самый момент, закончить все это. Варлейн громко хлопнул крыльями, из-за чего из них вышел поток воздуха, чуть ли не сваливший с лап существ. Из земли полезли соединители, но их быстро убивали водные секки, оставляя от тех лишь жидкие лужицы черной слизи. Хищная птица подлетела вплотную к ибисам и думала их всех раскидать, но ее остановила молния, остро пронзившая воздух между Варлейном и Эбилом. Он с Рейганом накинулись на врага, пытаясь свалить его с ног, но существо было не просто огромной птицей. До этого мягкие перья стали острыми, словно иглы. Ибисы быстро спрыгнули обратно на землю, ищя новые подходы, как к ней подобраться. Единственными незащищенными местами были только лапы и лицо. Эбил воинственно рыкнув, подбежал к лапе и вонзился в нее острыми клыками. Варлейну это не понравилось, и он поднял лапу. Нора дыже развернуться не успела, как это произошло. Тяжелая лапа проткнула насквозь тело главы своим острым когтем. Лапа опустилась, но тело все еще болталось на когте, будто увядший лист. Эбил образовал последние молнии и воткнул их в нее. Птицу тут же парализовало огромным напряжением тока, и она с грохотом упала на землю.

— Эбил! -Выкрикнул Закат, образовав возле себя огонь и быстро взявшего Эбила в свои лапы, утащив на безопасное расстояние. Из отверстия в теле сочилась кровь, а глаза метались из стороны в сторону. Острые зубы в пасти сжались от невыносимых болей, что причинил ему удар.

— Черт ее дери… Не думал, что так быстро уйду в тот мир, так противно. — Прохрипел он на последних силах смотря на подошедших детей. В их глазах читалась трагедия и боль. Желтоцвет даже испустил несколько слез, пока глава не закрыл глаза. Его узоры на теле неминуемо поблекли и дыхание остановилось, как и закончилась жизнь. Было больнее больше от того, что скорбеть было некогда. Секки во всю защищали свой город от темных существ, а к ибисам они были уже на подходе. Им нужно было добить всех, чтобы завершить битву, что они и принялись делать.

Прошло много часов неостанавливающейся ни на секунду битвы. Сил уже биться не осталось, раны лечить никто не успевал, ведь лекарей было мало, только немногие владели этим искусством в совершенстве. Но с силами всех существ последний соединитель был торжественно проткнут серебряным мечом. Над ним стоял Кэри, выставив уши вперед и сжав острые зубы в пасти. Все живые на поле, не веря своим глазам, упали от усталости в одно мгновение на землю. Все почувствовали расслабление от наступившего покоя. Инсер почувствовал многие голоса, что были запечатаны в этих слияниях веками. Они летали над ним в окружающей среде, были рады наконец отправиться на тот свет, оставив эти грязные тела. Черно существо торжественно завыло, объявляя конец битвы. Ибисы и даже некоторые секки аккуратно и с почестью столпились около тела Эбила, героически отдавшего свою жизнь. Небо над территорией Гринписа посветлело вместе с появившимся солнцем из-под тучи, что послало свой луч прямо на его огненную шкуру.

— Мы похороним его с честью, как подобает главе.-Тихо проговорил Шторм, поддевая верхний слой земли, которая через время стала неглубокой ямой. Гроза рядом с братом неслышимо выла, глядя на безжизненное тело отца своей матери, которое несли прямо в яму. Она собиралась сорваться, дабы попрощаться, но ее остановила Шерсти, дав понять, что лучше не стоит делать это прямо сейчас. Прикрыв той глаза, она положила на нее свою лапу.

— Чшш… Он защитил вас, скажи ему пару слов в сознании, так, он ничего не услышит…-Прояснила ребенку целительница, тоже закрыв глаза и погрузившись в темноту. В ней были слышны только стук лап и короткие речи близ стоящих существ. «Я живая, Эбил, как и мой брат… Мне сказали, что ты сможешь так меня услышать… Все закончилось, но без тебя…» в мыслях проговорила Гроза, но потом остановилась, из-за странного чувства. «Я всегда буду с тобой, Гроза. Мы с Бисой будем наблюдать за тобой…”-Прозвучал нечеткий голос главы, и самка тут же раскрыла глаза, увидев перед собой уже заделанную яму, около которой лежало множество приношений.

После этих событий, жизнь перетекла в более спокойное русло: ибисы принялись отстраивать новое поселение, Желтоцвет стал официальным правителем, после ухода Эбила, секки больше не страдали от нападений соединителей, лес стал процветать. Мать Овари, плача, встретила своего живого сына, после стольких лет разлуки. Овари прислонился к ней и по его морде потекли слезы радости. В стороне от них стоял Геодин, наблюдая за ними, скрываясь за зданием.

— Раса ибисов так поредела…-Пробурчал Кэри после недолгого молчания. Он лежал рядом с Норой на земляном выступе, покрытом снегом.

— Но живы и это главное. Но проблемы только растут каждый раз, кто знает, что будет в будущем…-Ответила Нора, вставая, смахивая с себя снежные хлопья. Ее морда посмотрела высоко вверх, на звезды в ночном небе. Тихий и спокойный галактический гул стоял в ушах, просторы темного полотна просто восхищали сознание обоих существ. Но Кэри не смог лицезреть это и просто вслушивался в любое проявление ветра или живого существа. Только белый свет ярко светился в его глазах, среди бездонного черного цвета. Инсер долго после этого чувствовал теплое тело белокрылой, но вместе с тем и постепенное разрушение своего тела, неминуемо преследующего его всегда. Неясное чувство манило его в тот лес. Пробравшись ночью через огромное количество снега и веток, Кэри вышел на поляну, где стоял алтарь со сферой. Она до сих пор истощала магическую энергию жизни. Это было единственным, что он видел в своих ослепших глазах. Лапа сама собой прикоснулась к сфере и существо почувствовало холод, проникающий в каждое пространство между клетками тела. Но энергию тело отказалось принимать, заставив лапы быстро отпрянуть от сферы в сторону. Кэри сел напротив алтаря и долго смотрел на него, плавно двигая тремя хвостами, пока не уснул, позволив миру сновидений поглотить его сознание на ночь.

[[image:/storage/reader-images/dc73832c8d333766210bad27e328738f6585f913.png]]

Окраина миров

— Если мы ничего не сделаем, то наша цитадель будет под угрозой уничтожения, — мохнатый, покрытый чешуёй лишь на лапах и крыльевых плечах секки, сидевший выше остальных, открыл обсуждение. Он разложил разные бумаги по столу, расправив крылья по гладкому камню.

— Но, Аддент, у нас осталось мало воинов и пропитания, дабы воевать дальше! Не легче уже оставить эту крепость и возвести другую, в более удалённом от них месте? — Ответил на это коричнево—рыжий воин, взяв в лапы выданные ему бумаги. С каждой новой прочитанной строкой его зрачки уменьшались в размерах, а на морде проявлялась озабоченность.

— Да, они сожгли наши поля, да, они уничтожили старую базу, но отдавать эту я не собираюсь. Весь народ уже устал убегать от последователей тирании, нужно отбить наконец нападение. У «Валькирии» должно быть слабое место, и мы отыщем его, чего бы нам это ни стоило, — высказал Аддент все то, что хотел и встал с большого выступа каменной стены, служившего местом для сидения.

Его взор устремился на яркую мозаику из разноцветных стеклышек прямо на крыше храма. Сейчас не было ясно, поэтому через нее поступал только тусклый свет спрятавшегося за облаками солнца. Венсет — тот, кто остался за столом один, разглядывал бумаги и, повернув только что взятую, округлил глаза. Под ней лежала небольшая книжка, выглядящая неважно, но ее название завлекло секки:

«История n—разведок в года нападения «Валькирии» на «Саксонию»

Каждая буква на каждом листике была вычерчена чёрными чернилами вручную каллиграфическим почерком. Но время даже тут свое взяло — прочитать многое было не возможно, поэтому, наверняка, эту книгу никогда не брали в счет из—за ее неразборчивости. Полистав страницы, измолоченные временем, Венсет увидел знакомые даты, с которых уже прошли сотни лет.

— Разведчику Агаменмону было приказано проверить место около Башни Моидаса, граничащей со стенами «Валькирии» во время пожара на полях. — Вслух прочитал секки, привлекая внимание Аддента. — Такими словами писать могут только писчие у главы крепости, так что, думаю, эта информация официальная.

Словив удовлетворительные наклоны головой темно—пепельного секки, Венсет продолжил читать следующую строку.

— Регулярно от того дома поступала информация об активных действиях валькирийцев. Предполагалось, что там содержат рабов, для последующего их использования в создании оружия. — Тут предложение прервалось, и под ним оставалось только последнее, датирующееся последующим днем того года. — Группе Агаменмона удалось завершить операцию по высвобождению рабов, но их застала «Валькирия», потому без жертв окончить миссию не удалось, — Венсет закончил читать и переключил свой взгляд на лидера, который уже наметил план.

— Слышал я недавно про одну самку с боевым духом, Астари Вираи. Ее способности примечают все на восточной части Саксонии. Так что отдай ей мой приказ, чтобы проведала ту территорию.

— Самке? Вы уверены? — Вопросительно воскликнул Венсет, поправляя накидку на плечах. И, заметив строгий взгляд, взлетел не оглядываясь назад.

Крепость, что расположилась в пустыне, была не шибко большой, но места хватало, в отличии от провианта. Питание тут оказалось скудное: если не суп из плоских кактусов, то самый примитивный хлеб из остатков пшена и травы. Сама по себе пустыня — не рай для жизни, но выбирать не приходилось, когда, собственно, из выбора была лишь смерть от более влиятельных мест.

Пролетая над очередным деревянным домом и сверяясь с картой Саксонии, Венсет остановился и стал порхать на месте. По карте это был тот самый дом, в котором и жила Астари, поэтому он собрался приземлиться, но его остановил невидимый барьер, куполом закрывающий жилище. По недовольной морде секки было ясно, что тот этого не ожидал, и потому спикировал около границ барьера.

В это время в доме на подстилке сидела фиолетово—цианитовая самка с нежно—розовыми волосами, которые расчесывала рядом находившаяся секки. Каждый локон тщательно прочесывался, а после аккуратно сползал по светло—серой лапе. В комнате царила идиллия между двумя существами, они разговаривали, о чем-то своем.

— Почему ты так говоришь? Ты совсе—ем не слабая! Только вспомни, как ты спасла детей от грозного песчаного Таратуина! — Пыталась объяснить неправоту первой Исмем, проводя расческой по новой пряди.

— Да это был всего лишь мелкий червенок, у которого даже второй ряд зубов не прорезался! — Астари ответила, недовольная собою вздернув рукой вверх, из—за чего её неслабо покачнуло на мягкой лежанке. — Мы лишь убегаем, но не смеем встретиться с главной опасностью. Поэтому новое поколение не может прочувствовать весь жар и насыщенность битвы! Пойми!

— Я понимаю. Но эти побеги для нашей же безопасности, мы не хотим оказаться под лапами валькирийских налетчиков снова, как это было раньше. Потуши пыл и подумай о народе, какая война страшная и жестокая мясорубка. Книги лишь романтизируют их до невозможности и выдают это через красивые подвиги и хороший конец. Хороших концов не бывает, ведь есть последствия этих войн—например, голод. — Устало пояснила самка, ложась на темную лежанку при этом распластав узкие крылья по полу.

— А вот если бы я тогда участвовала я бы им всем показала, где драконы зимуют! — возмутилась Астари Вираи на поучения подруги и, подняв с пола глефу, показала ее наконечником на потолок, встав в позу «Покорителя всея земель». Сжав в кулак правую лапу, а вверх выставив левую с оружием. Лежащая на такую сцену величия ответила едва ли слышимым смехом. Астари надула щеки на такое неуважение. Неожиданно Исмем вскочила, глядя на лапу.

— Здесь проживает Астари Вираи? — Прозвучал за дверью голос. Обе самки открыли дверь и увидели стоящего около границы барьера секки, смахивающего с себя остатки песка.

— Кто спрашивает? — Спросила незнакомца сама героиня причины сего прихода, приподняв крылья от напряжения.

— Венсет Раджент. Я прибыл от лидера нашей цитадели — Аддента.

— От лидера! — Проурчала тихо самочка со светящимися глазами. Секки на улице оценивающе осмотрел прозрачный барьер.

— Прощу простить, можете его убрать? — Попросил он, хотя мог бы и сам, ведь от барьера тут было только слово, и он не хотел беспокоить жителей. Серая самка быстро махнула рукой, и барьер пропал, освобождая путь Венсету. — Благодарю.

И так, я хотел сообщить, что наш лидер отправляет вас на разведку, — самец подал Астари карту ближайшей местности с пометкой между первой и второй стеной крепости «Валькирии», — на данное место.

Она внимательно осмотрела желтую карту и зашевелила своими ушками. Сложив карту, Астари снова уткнулась взглядом в Венсета.

— Одной? Но это же опасно.

— Эта операция не трудна для группы секки, требуются найти скрытного разведчика, чтобы не провалить задание. Мы отправим с вами только хранителя. Вы согласны? — На эти слова самка кивнула с задумчивым сознанием. Раджент поклонился, сложив крылья.

— Мы даем вам время на подготовку. Вечером следующего дня вы уже должны будете быть у главных ворот, вас встретит хранитель башни. — Закончил он и улетел, создав на прежнем месте неглубокую воронку в желтом песке. Исмем обеспокоенно осмотрела подругу, и та вернулась в дом. Она гордо раскрыла свои крылья, распушившись.

— Я иду на задание от самого Аддента! — Похвасталась Астари, упав на лежанку, но Исмем была ни чуть этому не рада.

— Как ты можешь на такое согласиться? Это словно на верную смерть идти!

— Меня выбрали из всех — это ведь наверно, что—то значит? Разведка очень важное поручение, я не могу отказаться от того, что может спасет нам жизнь, — самка сложила крылья и закрыла рукой свои глаза, показывая так, что не хочет больше вести об этом речь.

Исмем как—то по—матерински вздохнула, устроившись рядом и начав осматривать столь родную комнату. Как уже упоминалось, дом был построен из дерева, а также все его внутренние убранства, считая посуду. На окнах были слои из нескольких тряпок, которые защищали жильцов от жаркого зноя дневной пустыни. Рядом с дверью было место Астари, где та хранила свое тренировочное оружие и одежду.

Когда Исмем уже уснула, бирюзово—рогатая ещё не спала, у неё была своя причина не уходить в мир темноты и покоя. Ей часто снились кошмары, создающие усталость на весь последующий день, да еще к этому добавились переживания и размышления о будущем походе. Но как бы она того не хотела, ее все—таки отрубило через несколько часов.

Все было как в тумане. Темные силуэты перед Астари было невозможно разглядеть — они сразу же заставляли подсознание чувствовать боль. Потолок давил всем своим весом прямо на тело существа, а под лапами тем временем все наступала горячая жидкость. Астари попыталась позвать на помощь, упав, но не смогла проронить не единого словечка. Глаза в панике бегали от места к месту, ища выход. Вода уже была по горло, струями вливаясь через пасть, но вдруг всё резко оборвалось и глаза распахнулись. Потолок был не темным, а светлым от утренних лучей, под телом не чувствовалась вода, только ощущение удушья так и не ушло.

Это был просто кошмар, для самки это было уже по привычке, но такого еще не было. Астари вскочила с лежанки и быстро выпила стакан воды взбодриться. Было раннее утро, поэтому Исмем крепко спала, так что кошмар оставил секки наедине с собой. Она вышла из дома через балкон и забралась на крышу, удобно устроившись и закинув голову в сторону неба. Так она просидела всё время, пока небо не стало темнеть—что было знаком начала приготовления к вылазке. Астари взяла походную сумку, которую можно было перевесить через плечо, подточила свою глефу, удобно расположившуюся около входа и, заранее попрощавшись с подругой и остальными отправилась по узким улочкам к месту встречи. Некоторые из домов, около которых проходила самка, были песчаными или из досок и камней, сливавшиеся с фоном. Как раз из песчаника и состоял показавшийся из угла дома храм, гордо расположившийся прямо по середине новой Саксонии. Рядом с ним ходило немало секки, но никто не обращал внимания на столь величественное сооружение. «Видимо, из—за голода у них нет других мыслей…» — размышляла Астари, летя через бледные тропинки, восхищаясь забытым из—за войны каменным искусством. Но долго ей этого делать не позволило место назначения, к которому та неминуемо приблизилась и встретилась с взглядом с самцом, что хмуро глядел на нее из бежевого шарфа.

— Это вы хранитель башни? — решила уточнить Вираи, поджимая бирюзовый хвост.

— Значит, такую разведчицу решил отправить лидер… Полу—водную самку, что не видела крови? — саркастично спросил темного оттенка секки, уставившись сначала на перепонки сверху хвоста, а потом и на саму мордочку. — Обращайся ко мне по имени — Тэрон.

— Меня зовут Астари Вираи, а не «полу—водная самка». Постарайся меня называть так, как подобает, — уточнила Астари проходя около него, выжигая взглядом дыру в самце. — Что же, выход сейчас? — она посмотрела на ворота, а потом и на Тэрона, что поправлял свой шарф перед ответом.

— Если имеется карта, то прямо сейчас.

— Прекрасно. — Астари дождалась самца, и они вместе вылетели за крепость на безжизненную пустыню, где их ждал долгий путь.

— Думаю, нужно уже сделать привал. Ночью лететь опасно, — сказала уставшая Астари, летя над очередным песчаным холмом, а позже заметив одинокую башню на открывшемся пустыре. Но была одна важная проблема — прямо около башни пестрило много опасных ночных хищников. Если бы не вход с воздуха, разведчики и не знали, как бы отдохнуть. Секки влетели в проход, похожий на балкон, только без крыши, и с глухим стуком поставили свои лапы на пол. Тэрон сразу вызвал перед собой несколько копий на защиту, а Астари пошла за ним, оглядываясь по сторонам и примечая странные символы, начерченные друг на друга темной краской. Слои из них были повсюду, от пола до потолка, коим был стеклянный купол. Примерно также можно было описать и вакханалию в Амман—сере, в которой и родились это множество группировок, просто пытавшихся выжить и пережить те, что слабее. Но сейчас думать про страну было глупо, ведь нужно было найти ночлег. И эта башня, что бы ни было внутри, для него подходила.

— Судя по остаткам, здесь была база какой—то секты ближних группировок. Но запах выветрился, их тут не было уже давно, — утвердил Тэрон безопасность места, осматривая башню.

Создав чары барьера около себя, секки постелили лежанки и легли спать под светом луны, что просвечивала сквозь огромные стекла. Всю ночь были слышны визги животных за стеной, но ночевка прошла без инцидентов, как бы того ни опасался хранитель.

На утро они поели и полетели дальше к месту назначения. Песочные дюны сменялись на более живые виды, где изредка проглядывалась трава, но это не могло затмить того, что прямо в нескольких километрах от путников виднелось выжженное до тла поле пшеницы и заброшенная крепость Саксонии. После такого Астари летела с грустью на морде, пока не долетела до места назначения, где ее выражение сразу переменилось. Они опустились бесшумно на песок и полезли по старой каменной стене, по которой уже росли лозы. Забравшись на верх, разведчики прижались к ней и аккуратно проследовали по ее краю, стараясь принюхиваться к каждому запаху. Ведь в отличие от башни здесь запахов было много, причем свежих. Вот из—под камней показалась крыша дома, то самое место, в которое и должна была пробраться Астари. Она положила лапу на стену, собираясь подлететь к дому, но Тэрон раздражённо шикнул:

— Тихо, полу—водная самка! Мы на территории врага, а ты уходишь с курса! Нам в тот дом по карте! —Прорычал он на нее, показывая на противоположный дом. На такое самка округлила глаза и забила бирюзовой кистью хвоста.

— Извините, но это не то место, — Астари все же спрыгнула со стены, как бы ее схватил за руку хранитель. Дом был полу—разрушенным и очень старым, так что кроме досок и пару стен ничего не осталось. Она вошла в него и осмотрела каждый уголок, щурясь от ужасного запаха сырости и гнили. Астари опустилась на свои четыре лапы и потянулась, прямо под ней заскрипел пол и неприятный хруст раздался по комнате. Доски под её лапами разломились, и самка с грохотом упала на металлическую лестницу.

— Арх, чертовка, — ругнувшись, описала всю ситуацию Вираи, еле поднявшись с пола, — лестница…

С немного расплывчатым взглядом от удара, она спустилась вниз, где открыла дверь и зашла в длинный подвал. Вода под лапами хлюпала, пока Астари проходила через множество пустых клеток, ранее заключающие в себе десятки секки. В конце комнаты оказалась еще одна дверь, но уже запертая на замок. Долго не думая, разведчица направила туда свою лапу, и разряд голубого тока с легкостью одолел замок. Дверь открылась, показав комнату с множеством костей и металлических труб, посреди которой стоял стол. Она осмотрела и его, обнаружив множество бумаг и записей, а также карту, причем карту не одной Валькирии, а целого Гринписа и даже земель за его пределом! Что уж тут, Астари была ошеломлена такой находкой и тем, что у группировки были такие знания в отличии от Саксонии. Карта была настолько огромной, что не умещалась на узком столе. Самка уже складывала пополам находку, но ее прервал неприятный скрип металла о металл, раздавшийся от труб, от которых в ту же минуту полилась горячая вода, при попадании на пол оставлявшей жаркий пар. Карта была уже потеряна, как и остальные бумаги, ведь вода с труб хлестнула прямо на стол, не оставив им и шанса. Астари взвизгнула, заметив воду уже у колен и быстро побежала к выходу.

Но, к ужасу самки, дверь была заперта, поэтому, пока она пыталась ее открыть или выломить, жидкость дошла до шеи, заставляя все тело гореть от кипятка, а голову панически думать. Закрыв и открыв янтарные глаза, Астари Вираи испустила несколько пузырьков воздуха и поплыла в толще горячей воды. В углу комнаты было замечено ею странное поведение жидкости — она крутилась возле одного места и всасывалась в отверстие. Призвав острую глефу, секки с силой ударила в то место и проломила потолок. Астари быстро выплыла наружу, начиная уж было задыхаться. Мокрые крылья были вывалены на хрупкий пол, а скрытые неиспользуемые предками жабры горели от той воды, что им пришлось прочувствовать.

— Тэрон! Ты где? Мне кажется, мы тут не одни, Тэрон! — начала звать Астари хранителя, но тот не отзывался и не показывался на глаза. Тут то самку и настиг тяжелый удар по шее магическим оружием, который полностью отрубил ничего не успевшую сделать секки. Ее тело снова упало, но при этом из—за инерции она смогла заглянуть мутным глазом за дом и заметить темное тело, свисающее с края каменной стены. Астари взяли телекинезом и подняли ввысь. Перед ней стоял оскалившийся самец секки с красным знаком на руке, что олицетворял приверженство к группировке Валькирия. Он крикнул что—то остальным в группе и поднялся ввысь, кинув вперед округлую вещь. На месте её падения образовался синий портал, в который прыгнули все секки.

В ушах фиолетово—циановой самочки при пробуждении звенел целый оркестр из звуков нереального мира. Она приоткрыла глаза и увидела перед собой лишь темень, вдалеке которой светились два ярких огонька. Концы её лап были заперты в железных оковах на цепях, что крепились словно в пустоту, но на самом деле кончались в креплении в стене. Пока Астари пыталась сдернуть оковы — содрала с себя слой кожи. А когда повернула свою мордочку, раскрыла свою пасть от потрясения и ужаса от находившейся перед ней чешуйчатой драконьей морды. Чешуйки медленно отходили и возвращались обратно, меняя цвет с изумрудного до рубинового. Его длинный коготь вышел из темноты места и приблизился к мягкому плечу самки. Кость загорелась алым, будто железо под огнем, и прошлась сначала окружностью, а потом вычертила знак «А». Вираи от боли даже не смогла и произнести и крика, лишь негромко пищала. Вся эта «церемония» закончилась буквально через несколько минут. Дракон убрал свой коготь и растворился в воздухе, изменив свои чешуйки на прозрачные.

Стал понемногу появляться огонь в качестве освещения, и помещение в мгновение осветилось оранжевым светом, открыв в темноте пару силуэтов. А также, неожиданно для Астари, Тэрона, который был также закреплен, как и самка, но казался более измученным. «Я и не думала, что я провалю задание…» —ужаснулась она, сглотнув из—за приблизившегося валькирийца с очень странными крыльями и маской, закрывающей глаза.

— Похоже, с Аристодемосом вы уже познакомились. А теперь и настала моя очередь. По одежде вы из Саксонии. Так что перейдем сразу к делу. Где новая Саксония сейчас находится? — чётко спросил Мелтиадес, распахнув серебряные крылья, мембраны которых были натянуты на металлические протезы. На молчание Астари самец продолжил, подходя ближе. — Отвечай!

Саксонистка продолжала держать свою пасть закрытой и прожигать взглядом врага. Поняв, что из самки он не вытянет и слова, Мелтиадес обратился к Тэрону:

— А ты? — секки подозвал дракона, и тот схватил лапами хранителя за голову и открыл широко пасть, оголяя язык, — Если не ответишь, тебя ждет не очень приятная процедура.

Настолько ужасного отношения он никогда не чувствовал, как и напавшее на него чувство самосохранения, которое выдало его истинную личину. Глаза забегали, а хвост поджался под лапы. И тут он выдал то, от чего зрачки Астари уменьшились в двое.

— Она находится к востоку от разрушенной башни и скрыта невидимым барьером! — выплеснул информацию саксонист и быстро закрыл глаза. Мелтиадес переглянулся с другими присутствующими и с самкой и указал вниз рукой. Дракон мгновенно прокусил тому язык, отпустил Тэрона и бросил того в неглубокую яму.

— Вы в группировке Валькирия, я ее пятый Пустотный лидер и мы здесь не соблюдаем формальности и обещания. Ей тоже режьте язык и отправляйте на копку.

«Предатель! Как такого Саксония могла носить на своих землях!» — прорычала про себя Вираи, все продолжая выламывать оковы, дабы спастись. В это время дракон поймал ее, выцепил из цепей и попытался откусить язык, но уже самке, которая не смогла уже сдерживаться и закричала от боли. Все ее тело наполнилось голубым электричеством и ответило обидчику сильным разрядом, создав на морде дракона порез и тем самым выпрыгнув из его лап на пол, где ее шерсть ощетинилась и стала похожей на грозовые тучи. Дракон стукнул крылом по каменному полу строения и столкнул ту прямо за Тэроном.

— Хм. Если ее к нам завербовать — она будет отличным воином, — мечтательно задумался лидер, осматривая её тело.

— Если такое повторится — от вашего лидирующего места не останется в миг головы на плечах, — зарычал дракон, высовывая язык при каждом слове и изменяя цвет своего тела на рубиновый от гнева.

—Ну теперь я хоть знаю местоположение Саксонии. Будет проще наконец её уничтожить, — Мелтиадес гордо усмехнулся и ушел из помещения, щелчком пальцев потушив огонь.

Ибисы уже успели обжиться на новой территории, ведь старая была полностью замерзшей и не пригодной для жизни. Старый перевал и часть освободившегося тёмного леса приютили беженцев. От секки были отправлены несколько строителей, что постепенно помогали возводить дома для представителей расы ибисов. И уже через несколько дней были закончены главное здание и несколько мелких, жилых. Желтоцвет принял помощь секки, так как осознал, что они не были виновны в случившемся, да и подмога в отстройке жилищ была попросту необходима.

Желтоцвет, обходя свои владения, среди множества других существ заметил бегущую вперёд алую Карелию, что несла на спине неизвестную конструкцию. «Куда это она?» — Подумал новоизбранный глава, ложась на землю передохнуть и подышать свежим воздухом, вспоминая минувшие дни, пока Карелия исполняла своё тайное поручение.

— Полу—фантом? Что это значит? — спросила у ученого секки Нора, вглядываясь в темноту помещения, силясь увидеть хоть какое—либо очертание.

— Есть измерение, называемое Фантазма. Если не углубляться в детали, от умерших существ в этом нашем остается частичка магии, что уходит в воздух и сливается с тем измеренинм. Это значит, что врата душ приняли остаток существа и душа будет спокойна. При смерти полу—фантома его, видимо, что—то отрезало от Фантазмы, и его словно выбросили обратно. Это очень странное существо: он ни материален, ни призрачен. А такие, по-научному учению и простой логике, долго не живут.

— И что можно с этим сделать? —Взволнованно буркнула Нора, распушая крылья.

— Пытаться удержать его чем—то в этом мире. Как листок, на который положен камень, не может улететь. Так и тут, нужен противовес, дабы он не «улетел», как листок. И в этом деле мне помогут Карелия и Каросуки, они уже собрали нужные части, осталось их только связать с аурой Инсера, — он посмотрел в сторону двери, —Ты ведь его привела?

Нора не стала отвечать, а решила показать, вывев к нему само существо, подогнувшее свои уши от неприятного холода и сырости. Его зрачки непонимающе и ошаранено смотрели на мир вокруг, но самочка тронула его макушку носом и подтолкнула вперед.

— Очень интересно, что вы всё же решили сюда прийти, в мои просторы. —Необычно поприветствовал Сарден прибывшего ибиса.

— Если я свободно хожу по Гринпису, это не значит, что меня не могут найти. —Кэри ответил ему, оскалившись и глядя в пол.

— Откуда же столько недоверия? Вы нас спасли, и мы хотим ответить вам тем же. Прошу, сядьте. —Ученый вышел из тени и показал рукой на рядом стоящий стол. Он был уже потрескавшимся и в некоторых местах даже с кровью. Инсер неуверенно сел на пепельный стол и уставился на сторону предполагаемого нахождения существа. Но оно было уже сбоку, сцепив лапу темного Кэри к столу и прислонив иглу шприца к коже. От такого резкого и неприличного посягательство на тело хвосты пытались сбить нарушителя личного пространства с ног, но, когда это не вышло, Инсер начал излучать дымку. Этого и добивался двуликий учёный, еще сильнее впивший иглу в район груди. Кровь начала наполнять емкость и в итоге полностью её заполнила, когда существо уже положило свою морду на конец стола, грозно и с шипением дыша. Сарден, окончив дело, отошел в сторону и начал осматривать полученную жидкость.

— Зачем же без предупреждения! —Крикнула белокрылая самка и прильнула к лежащему другу, сверля глазами секки в халате.

— Мне он нужен был в стрессе—не сделав так, я бы ничего не добыл. О, а вот и помощник прибыл, —сказал ученый, услышав, как открывается люк в потолке. Оттуда спустилось алое существо, убирая с глаз налетевшую челку. Карелия, ловко пройдя все препятствия в виде лабораторных колб и инструментов, подошла к Сардену, что—то пробурчала и повернулась к друзьям, попутно снимая конструкцию со спины.

— Карелия?! —Удивилась Нора, не отходя от черношёрстого.

— Да. Я решила стать учёным, поэтому Сарден решил меня принять в ученики.—Карелия вильнула хвостиком из стороны в сторону, довольно высовывая тонкий язык.

— Не возгордись. Ты ещё успеешь пожалеть о своём решении. Будучи ученым, ты обязана отвечать за непредсказуемые последствия экспериментов. Ты ещё слишком молода, чтоб это понять, так что просто знай об этом.

Карелия посмотрела на своего учителя, выдохнувшего слегка, и приопустила уши, взявшись за кулон на шее.

Внезапно Кэри встал со стола, чуть не свалившись на холодный пол, и подбежал прямо к Сардену. Его длинная морда устремилась прямо на работающего секки, обнажая клыки. Инсер немало разозлился, так как не любил столь резкие выпады в свою сторону, но не мог прикоснуться к нему из—за щита и Карелии, оттягивающей его от учителя.

— Успокойся, Кэри! Он пытается помочь тебе, а не навредить! Без специального прибора тебе станет плохо.—Попыталась пояснить некрупная самка ибиса и, видимо, удачно. Черное существо отошло от стола, где работал Сарден, и село на пол, положив обе передние лапы на свою морду.

Пару часов учёному было достаточно, чтобы завершить работу. Двуликий сначала покрутил у себя в лапах изобретённый прибор—ошейник, а потом надел его на Кэри, скосившегося на устройство. Ошейник, словно из прошлого, вернулся на его шкуру. Только новый был легче и сливался с тёмной шёрсткой, лишь немного выпирая. Увидя непонимающее выражение морды ибиса, учёный решил пояснить принцип работы этой вещи.

— Ошейник образует специальное поле вокруг тела, которое не пропускает природную энергию, что защитит тебя на время. Но изобретения никогда не бывают идеальными, —он сделал паузу, проведя головой по кругу. —Итак, к чему я подвожу… Есть знакомая ученая у меня, продвинувшаяся в изучении магии. Но, так как мы пересекались с ней всего пару раз, не уверен насчет неё. Если она решит помочь — это будет уже хорошим знаком.

Кэри посмотрел сначала на Нору, а потом и утвердительно на него, взмахнув ушами.

— И ещё. Передайте, если встретите, данную вещь. Она поймет, что это и от кого. — Сарден дал Инсеру в лапу полностью затемнённую колбу размером с морду существа.

После конца встречи темный ибис распался на туман.

«Он совсем не бережет свое здоровье, как и душу»

После удара о землю Астари пролежала немало времени. Только тогда, когда через маленькое отверстие в потолке протиснулся луч и осветил той лицо, она открыла глаза. Прямо под её свисающими лапами зиял огромный кратер, по которому в шахты спускались все новые и новые группы. Вираи быстро убрала с края свои лапы и подогнула их в коленях, сгруппировавшись. На территории вражеской группировки не выйдет так просто расхаживать. Тем более предательство Тэрона немало расстроило самку. Даже патриоты готовы выдать всю информацию из страха.

Информацию… Точно, теперь Валькирия знает местонахождение базы. А это значило только одно: на неё незамедлительно нападут, стерев с лица земли. Нужно было выбираться отсюда, дабы предупредить Саксонию об опасности, но как? Валькирия возводит одни из самых укрепленных зданий, и этот кратер сам по себе добавляет проблем… Эта группировка основательно тут окопалась.

Встав, Астари уткнулась лбом прямо в железную балку небольшого укрытия. От этого она не заметила того, что прямо около постройки тянулся очередной отряд существ, скованных друг с другом цепью. Но за ними шли другие секки, не связанные. За всеми следили несколько валькирийцев в темной броне, подталкивающие металлическими палками отстающих.

«Даже если это и рабы, они должны что—то знать», —размышляла Астари, готовясь к действию. Самка раскрыла крылья и резко взлетела, взяв одного из секки в свои лапы. От этого охрана оторопела, но начала обстрел из материализовавшихся в их руках арбалетов. Болты, которые горой полетели на крылатую, не доставили той проблем — она просто уворачивалась от них, делая резкие взмахи.

Под ними была лишь огромная дыра в земле, от которой шли мурашки по всему телу. Астари летела в небо, в надежде вылететь из кратерс, но к ее сожалению, там был лишь барьер, который остановил ее от дальнейших надежд на вылет из территории. Быстро пробегая глазами понизу, Вираи нашла район с руинами и отлетела в них.

Руины были не просто разрушенными домами, тут была разрушенная смотровая башня. Приземлившись в свободное от обломков место, Астари осмотрела похищенного ею из плена секки. Шерстка темно—синяя со светлым переходом в район спины и шеи, хвост был пушистым, побеленные волосы собраны в хвост, а глаза были полностью мутными. Секки был парализован. Самка попробовала потрясти его, выявить раздражитель, но бесполезно. Устало облокотившись о каменную стену, Вираи тяжело вздохнула и прикрыла глаза.

«Мне нужен кто—то здешний, чтобы выпытать у него информацию. А попалось пустое тело, серьезно, он будто мертв.»

Но, когда Астари проснулось проснулась, прежде недвижимое существо тоже очнулось и столо перед ней, скрестя руки на груди и смотря на незнакомку уже вполне адекватным взглядом.

— О, я думала ты не очнешься! Что тут происходит? — Спросила у него Астари, но вместо ответа самец лишь ошарашенно отступил на несколько шагов:

— Ох! Я так долго не слышал голоса хоть кого—нибудь! Как ты можешь говорить? Тебе разве не должны были усыпить? Ой, я ведь тоже говорю…—осознание этого необычного явления взбудоражило секки, и он замахал деформированными на концах крыльями. «Усыпить?» — самка вспомнила белоглазую толпу около пропасти. Пот выступил на ее морде от паники.

— Постой—постой! Не переживай, тебе видимо не успели промыть мозги, так что успокойся.

— Как тебя? — Спросила она у него, не переставая паниковать.

— Кэйафас Юто. А вас, самка? — Ответил тёмненький самец, моргнув глазами.

— Астари Вираи из Саксонии.

— Саксонии? Ты из вражеской группировки? — Астари кивнула и обернулась, не показались ли охранники. Кэйафас стал в мгновение серьезней и выше. —А что ты делала на территории Валькирии? — решил уточнить самец, забравшийся на камень.

— Я искала информацию, что могла бы нам пригодиться в будущем. Но прямо тогда, когда я нашла бумаги, кто—то срезал трубы и меня чуть не затопило. После я оказалась здесь, — пояснила Астари, вильнув хвостом и взяв лапой шерсть на груди Кэйафаса.—Я выберусь отсюда, и эта группировка пожалеет о содеянном.

— Я тоже желаю выбраться отсюда, но здесь слишком, слишком жестокие воители и охранники. Этот барьер не дает пользоваться магической силой, что еще больше усложняет процесс. Так как? Ты все еще хочешь сделать это? — Самец припустил свои крылья, смотря прямо в глаза новой знакомой.

— Нам нужно влиться в очередную группу и пройти в пещеры, там—то и найдем, как выбраться. — Она протянула свою лапу вперёд, смотря на него пристальным взглядом надежды. Посмотрев на протянутую лапу, Юто выставил уши и крылья вперед, и их руки соединились в знаке мира и союза. Время начало свой отчет, раб из валькирии и разведчица из Саксонии объединили силы против общей опасности. Судьба их соединила вместе, и теперь им дано право действовать.

Осторожной змеёй крался с Астари прямо в логово, где усыпляли секки для их порабощения. Как пояснил ранее самец, их зомбировали неизвестным газом, пока они спали, а на утро просыпались уже неспособные управлять собой. Астари заглянула внутрь: и правда, существа, что вставали на свои лапы, были уже себе неподвластны. Бледно—фиолетовая самочка подала своему проводнику знак, и они быстро спрыгнули с перегородки, встали в строй покорённых, постаравшись вести себя так же, как и зомбифицированная версия секки. Охранники даже и не заметили ничего странного, только один из них пристально посмотрел на Вираи, но другой прервал его приказом:

— Отходим! — и группа двинулась по кольцевой дороге оврага. Из него то и дело выходили клубы пепла и пыли, чуть ли не сносивших секки.

— Для чего Валькирии так много шахт? —Шепотом спросила у Кэйафаса самка, рассматривая множество дыр в стенах, укреплённых деревянными столбами.

— Я сам тут недавно, но слышал, что там нашли недавно залежи какой—то руды и теперь ищут ещё, пока добывают эту и отправляют её в верхний слой.

— Верхний слой? Ты имеешь ввиду вашего лидера? —Удивилась интересной заменой слов, вспоминая того секки в маске и дракона рядом с ним.

— Позже объясню, у нас тут всё сложнее, чем у вас. Мы подходим к шахте, — он замолчал, увидев перед собой вход в грязную и сухую пещеру. Тот хранитель, что тогда подходил к Астари, встал около прохода и приложил лапу к защитному барьеру. По нему прошёлся импульс, и барьер раздвинулся, открывая путь в дальние коридоры. Юто увидел первым делом показавшиеся в помещении сбоку склад тротила, которым ранее взрывали пути. Его уши подогнулись, когда секки толкнул его вперед палкой и приказал двигаться. Позабывшись, самец шикнул сквозь зубы.

— Лэйдон, стоп! —Крикнул один из валькирийцев и выбил из строя телекинезом существо прямо в ближайшую стену. Продолжительное давление магией побудило рефлекторно выступить на морде оскалу. —Я видел его, он должен был в группе первой Зари, что шла в другую часть шахты. Что он делает тут? —Продолжал допрашивать хранитель Юто, но не дождавшись ответа от, как он думал зомбированного секки, убрал давление извне и бросил его обратно в строй. «Какое ужасное обращение! Не представляю, что они творят с усыпленными»—обдумывал Кэйафас, принимая руку помощи от обеспокоенной Вираи

Коридор постепенно расширялся с каждым пройденным шагом, открывая глазам новое место, освещённое посередине ярким рыжим лучом. Но вдруг, прямо из очередного прохода шахты, выскочил секки, порхая постоянно крыльями и держа в руках…

— Тротил?! —Удивились хранители, когда дым уже заполонил почти все помещение.

— Во славу Заирлу! Мы не будем рабами валькирии! Запомните мои слова: «У Ярокрыла есть ещё. У Ярокрыла наш ключ к свободе!»—провозгласил самец и кинул под себя искрящийся тротил, взорвав на мелкие кусочки и себя, и не успевших разбежаться валькирийцев. От взрыва сверху посыпался ворох земли, засыпавший прах тел. И такое здесь настолько частое явление — никто даже и не вскрикнул, только сказанные слова заставили хранителей удивиться.

«Кто это такие, Заирл, Ярокрыл? Эти личности из отряда местного сопротивления?»—Задумалась Астари, пытаясь смотреть в песочный пол, как и все остальные.

Самец, названный ранее Лэйданом, доставил группу до места назначения и, немного переговорив с хранителем, обратился ко всем.

— Слушайте все. Вы находитесь в пещере, где вы будете пожизненно добывать материал для высшего командования. Кто не будет выполнять данные ему задания или начнёт противиться охране, того постигнет жестокое наказание — неминуемая гибель на арене Зари. Потому делайте всё то, что вам прикажут, и вы проживете немного дольше. Эти минералы, —Серый самец вытащил в перчатках из—за спины яркий, переливающийся кристалл и продолжил, проводя этой рудой по всему кругу, — очень токсичны, поэтому, лучше их не ломайте, а не то…

Он в мгновение ока бросил на пол странный камень, и на песке образовался черный, песочный и склизкий комок, от которого шел скверный запах тухлого мяса и экскрементов. Закончив маленькое «представление», хранители удалились за деревянную колонну, оставив трудиться рабов самостоятельно. Пока Вираи стояла в оцепенении от услышанного, Кэйафас решил без промедления начать копание.

— Они втирают нам то, что магия здесь не действует. Но на самом деле здесь она возможна, — начал объяснять самке самец, прикоснувшись к острому краю кирки. Магия из его пальцев всосалась в железо, образуя более прочный материал.—Этот трюк мне показал мне мой брат, когда мы только—только здесь оказались. Магия здесь не действует, верно, но предметы оставили свое свойство впитывать в себя магию, как губка. Это упрочнение не позволит допустить неприятных случаев с камнем.

Это действительно звучало логично. Ведь магию используешь не ты, а предмет. Астари принялась, подражая новому знакомому, копать камень киркой. Ведь пока плана организации побега не было, оставалось только хотя бы не рисковать казнью. Хотя, может быть, она ещё сыграет ключевую роль?

Ночью существ оставили спать на горячем песке, обжигающем уставшие мышцы. Пара капель воды ситуацию с истощением не спасали, а только ухудшали. Перед глазами все смешалось: песок, чувство голода и жажды, беспокойство о будущем родного города.

Через отверстие в потолке на героев посмотрела фигура самца с ярко выраженным окрасом. Тёмненькая шёрстка со светлыми узорами колыхалась ветром извне, а светящиеся желтые глаза смотрели, прищурившись. Самец что—то тихо пробубнил и пошел дальше, так как за ним шла целая группа из хранителей и нескольких других секки, незнакомых.

— Стаматис! — Тихо крикнул Кэйафас и прикусил себе лапу, начиная понимать, что происходит. Существо обернулось на пол—оборота и раскрыло одно из крыльев. Белая бумажка плавно слетела свысока к хвосту Юто, подорвавшегося с места и схватившего записку. Её бросил брат тёмного самца, и даже само её наличие означало плохие известия.

«Собирай всех. Они слишком далеко зашли, пора начинать. Ярокрыл тоже готов, но он не знает наши группы, поэтому будьте бдительны с ним.»—Всё это впритык влезло на маленькую бумажонку и еле как прочлось. Кэйафас после прочтения крепко сжал её в руке и прижал к грудине, шепотом что—то приговаривая.

— Почему он не может помочь нам тоже? —Невинно спросила Астари, не зная местных «традиций».

— Его… Отправили на арену сражаться не на жизнь, а на смерть. И всё это на глазах сотни валькирийцев с улыбками на грязных мордах. Нам нужен план, как выбраться и спасти невинных…

Самка, немного поразмыслив, выдала:

—У меня, кажется, есть план.

— Все шахты расположены по четырем сторонам света: север, юг, запад и восток. За каждой из развилок следят Хранители, но также там есть наши сторонники освобождения. В некоторых помещениях есть неиспользованный тротил, его можно также использовать для совершения задуманного. Нам нужно лишь разузнать о нахождении пути до арены, собрать группу сторонников и готовиться действовать по знаку, что я подам, — отчеканила Астари, раскрыв крылья так, чтобы они не загораживали начерченную на песке схему всех пещер и их развилок. Рядом сидящий секки кивал головой в знак согласия, иногда оглядываясь в поисках чего—то.

— У тебя есть знакомые из сопротивления или сведения о Яроклыле? —спросила наконец самка после того, как они уже встали с места.

— Ярокрылу лучше не доверяться, мало ли кто это может быть. Лучше я скажу, что знаю пару секки, что могут помочь, — он на секунду призадумался. —Только вот у них другие планы на счет высвобождения… Они хотят уничтожить Валькирию полностью.

— Уничтожить?! Они и на такое замахнулись? —Удивилась фиолетово—крылая. Но тёмный самец не ответил, лишь только махнул хвостом и полетел на север, оставив Астари лететь следом прямо под потолком. Чтобы не попасться на глаза не тем существам, её перья еле—еле касались земляной пещерки и бесшумно несли её тело по извилистым туннелям.

Место выхода охраняли валькирийцы, перегородив проход и выставив свои копья вперёд. Секки приземлились на пол, стараясь не стать дичью в круге охотников. Астари в качестве защиты распушила свои перья и встала на задние в стойку, подбирая с песка острый камень. Едва ли она успела поднять его выше собственных крыльев, как её остановила сильная аура, которая почувствовалась даже со спины. Позади, с металлическим скрежетом крыльев, явился ни свет ни заря сам Мелтиалес, узнавший о происках местных секки. Он медленно осмотрел всех из—под маски.

— Саксонистка и освобожденный раб, интересная группа. И куда же вы так стремительно спешили, — процедил лидер, выдвигая вперед свою переднюю темную лапу. Созданное ею фиолетовое вещество пульсировало каждый раз, как секки двигал лапой. И оно все росло и росло, пока не достигло размеров с голову. Мелтиадес направил получившееся магическое заклятие в сторону нарушителей. Поначалу ничего не преграждало ей путь, но сначала с потолка посыпались песчинки земли, а потом целая груда песка, смешанная с почвой, обрушилась на всех существ, находившихся в проходе. И нет, это сделало не заклятие — тем, кто создал обвал, стала группа секки местного сопротивления. Из проделанного отверстия магической атакой, до сих пор источалась пыль, закрывающая обзор «спасителям», но это не помешало одному из нарушителей спрыгнуть вниз и осмотреться, прильнув животом к повалившейся деревянной балке, державшей туннель. Там, из обломков, высунулась темно—синяя рука, которую схватил незнакомец и потащил наверх, вместе с Вираи. Матовый песчаный плащ, бывший минуту назад полностью чистым и гладким, был раздербанен прозрачной сферой, давлением раздробившей полностью до мяса спину существа. Мелтиадес стряхнул с себя лишний груз и убрал все камни телекинезом. Перед ним на пол упал кровоточащий секки. Лидер вызывающе бросил мысленный взгляд на появившееся тёмно—бурое существо с выделяющимися пятнами на крыльях и груди. Шуршащий песчаный плащ служил лишь только для того, чтобы не получить солнечный удар в пустыне и не перегреться. Мелтиадес не стал дожидаться объяснений— просто выставил руку, и в ней появилось длинное копье, направленное прямиком в секки. Ожидая, что защитный барьер не выдержит такого напора, он отскочил, схватил «добычу», но собираясь уже выпрыгнуть из туннеля, тот случайно, не заметив, попал в красный круг. Лидер воспользовался неизвестной ранее магией и для тех, и для других. Красное начертание на полу все ярче и ярче светилось, освещая пленников. Под ними появился раскрывшийся глаз, глядевший за всем происходящим, питаясь полученной энергией. Это была магия Пустоты! Но откуда у лидера она, неужели…? Некогда было думать. Выпрыгнуть не удавалось, как и взлететь— при этом действии тело даже не отходило от земли.

— Как не вовремя, — выразил свое недовольство Мелтиадес, увидев прыгнувшего к нему бурого секки. Прямо перед приземлением он сложил вперед свои крылья.

— Эйнстен’браих! — крикнул тот, и от него вырвался столб серого дыма, покрывший все помещение. Самец быстро нашел оставшихся в ловушке героев, запуская прямо в ее центр копье с такой силой, что камень, там стоящий, разрушился на мелкие кусочки. Из—за разрушения платформы глаз пропал, а вместе с этим и круг, сдерживающий секки. Бурый взял их снова магией и вытащил на другой слой, положив их на кусок земли, окруженный только песком и ничем более.

— Я, Ильнейс Кариме, участник сопротивления. Теперь вы находитесь под моим подчинением. Тэйвия, бери пострадавшего. Мы улетаем. Вперед! — приказал Ильнейс бело—черной самочке, и та аккуратно положила своего знакомого на плечо и взмыла в воздух прямо за ним. Астари через прикрытые глаза увидела знакомый цвет шерсти вдали. «Тэрон.»

[[image:/storage/reader-images/eb1b0388f80e0b38e3d5024bcf9d5c233d261322.png]]

Фантазма сопротивляется попыткам её изучить. Даже те, кто побывал там, не могут прояснить всю его сущность и значение. Находясь в состоянии фантома, тело ничего не чувствует — только парит в пустоте даже не может подействовать на окружающие его объекты, существ. Только самые способные секки или ибисы, любая другая раса может обуздать эту неясную силу.

Хаджимари, находясь в таком состоянии, спокойно бродил по зеленому лесу. Даже и в голову не приходил тот факт, что буквально год назад здесь творились ужасные вещи. Соединители, поедавшие молодь секки и уничтожающие магическое ядро леса, были побеждены. А устроивший всё это месиво Данте Инсер был запечатан в реке, в которой и утонул. Сейчас лес процветал — летали Варлейны с дерева на дерево, громко покрикивая на всю округу, под лапами бегали полёвки и остальное мелкое зверье. Но нет, Хаджимари был тут не ради охоты, ему было интересно то, что происходит за обычным сознанием живого.

По пути Хаджимари встречались многочисленные колонны с выдолбленными в них рунами и символами, сиявшие синим цветом. Дойдя до алтаря сквозь заросшую с годами тропу и проходы, секки спокойно вдохнул в себя побольше чистого природного воздуха и, положив лапы на сферу, выдохнул еле видимый магический пар. Сфера засияла всеми известными и неизвестными красками, обдав резким выплеском холодного воздуха существо, продолжающее держать магический предмет в своих лапах. «Ты копила несколько лет природную магию, это была твоя цель, так прошу, одолжи мне ее, королева. Ты послужила мне всей верой и правдой, и я буду ценить это, » — Мысленно успокоил душу он засевшей в сфере драконихи, и та выслушала его.

Тёмная оболочка сферы раскрылась, оголяя внутри себя лишь необъяснимую ярко—пурпурную пустоту. Тело хватило давящее чувство, будто что—то длинное и сильное держало его, от ожидания крылья на спине сложились крест на крест, уплотняя тело самца и давая опору. Оказалось, тело было проткнуто сотнями тонких и полупрозрачных щупалец. Они словно заряжали каждую клетку тела Хаджимали, но при этом выматывая его и физически, и духовно.

Вся местность вокруг алтаря вдруг вспыхнула зеленым свечением — передача энергии прошло успешно, вот только секки пришло резкое и жгучее видение. Треугольники вокруг глаза завертелись, ярко—фиолетовые глаза загорелись, смотря на показанные картинки и… чувства. Это видение отличалось от других своей отдачей настроения пребывавших там различных существ. Небеса «полыхали», а на земле бурлила кровь, омывая собой каменные стены и песок. Группа из еле видимых секки стояла перед какими—то крупными обломками.

Бежевое существо, махнув крыльями, пало на алтарь и сжало пальцами переносицу. Изображение округи резко побледнело, а те силуэты расплылись в небытие, оставив героя лежать и пытаться понять, что же сейчас такое было. Хаджимари протер крыльями морду и быстро развернулся, поднимая лапы. Тело начало слушаться его, ощущать ветер и землю. Из—за видения секки даже и не заметил, что вернулся в свою материальную форму.

— У меня вышло. То не было концом, значит, я еще необходим… Но почему моё тело снова мое?

Он непроизвольно вдохнул влажный воздух и сразу после этого прокашлялся. Впервые за много лет он почувствовал настоящий воздух, его легкие словно расклеились изнутри и тяжело продолжили свою работу, доставляя существу неимоверную боль и детское чувство растерянности. Хаджимари немного повертелся вокруг своей оси, расматривая изменившийся лес, свои бежево—коричневые крылья, мягко разрезающие потоки северного ветра. Но от продолжения осмтра его прервала подкравшаяся мысль. Зашуршала трава под лапами, вздымались в небеса лепестки ярких цветов, раскрылись крылья при прыжке и секки взмыл в воздух, сквозь толстые ветви деревьев.

— Кэри должен быть еще жив, не могло пройти много лет с того момента… Мне он необходим.

— Я не знаю, что это, Нора. Это чувство словно что—то родное, от чего так просто не избавиться. Каждый день оно гложет меня все больше и больше. Поедает, оскверняет, забивает в невидимый угол. Мне страшно, что когда—то это чувство пересилит все сои нынешние и произойдет неминуемое… — поведал Кэри Норе свои мысли, что преследовали его с самого начала. Белошёрстная посмотрела на него оценивающим взглядом и громко вздохнула, укусив его позже за нижнее ухо. Инсер быстро оттолкнул нападающую, и они вместе покатились по низкой траве. В зеленых пятнах оба ибиса довольно заурчали, смотря на синее небо. Мягкие голубо—белые облачка слонялись по бесконечным и недостигаемым просторам, яркая звезда освещала их маранные тела.

— Я хотел сказать, что если до такого и правда дойдет… Я хочу, чтобы ты остановила меня…— Черношёрстный облокотился на свои лапы и в итоге сел, по привычке поджимая уже забинтованные хвосты. А бинт лежал на них не для скрытия ран, а для защиты от внешнего воздействия.

— Этого я не допущу, — твердо выразилась самка и вышла вперед, готовясь к тренировке. Она хотела улучшить свои навыки и магию. В этом ей помогла вызвавшаяся Кода, одна из хранителей Кеакен’града. Ступив на небольшую возвышенность, Нора тихо рыкнула, ведь секки опаздывала. Колыхалась лишь трава и листья огромного древа на горизонте, но ни души не было видать.

— Я ж ее утром видела! Не могло что—то случиться за такой маленький промежуток времени! — Недовольно взмахнула она крыльями и снова вернулась к Кэри, всё ещё смотрящего в небо, подложив под голову лапы. —Давай, нападай. — Окликнула та его и крепко встала в свою любимую позицию для защиты. Черношёрстный медленно поднялся, оценил «врага» и удовлетворительно выпустил воздух из ноздрей.

Опустив формальности в глубокую яму, Нора махом оказалась около темного тела и направила руку под лапы соперника. Но они оказались в следующее мгновение уже в другой стороне от удара, и хвост со стороны подкосил самку прямо в воздухе, та упала прямо наземь. Нора хрипнула напоследок, следующим ударом магии, сложив лапы в определенном положении, белокрылая смогла коснуться челки Инсера. Мягкий ветер резко преобразовался в острую струю, удивляя существо.

— Ты успела обучиться такому всего лишь за год? Кажется, мне нужно пересмотреть мои тренировки. —Оценивающе проговорил запыхавшийся Инсер, прижимая лапами к земле самку.

— Тогда была лишь удача, больше такого не будет. Улучшение своих навыков должно стать привычкой, а не велением случая. — Воительница раскрыла алую пасть и распахнула свои короткие крылья. Вокруг них сначала образовалось воздушное кольцо, но потом оно начало увеличиваться в высь, образуя плотные порывы магического ветра. Крылья сомкнулись, и круг тоже. Кэри подбросило ввысь, перевернув его на бок, но он успел развернуться благодаря эластичному телу и упасть на все четыре лапы, вздыбив хвосты вверх.

От такого внезапного броска у существа закружилась голова, он чуть не упал, прожигая недовольным взглядом белую ауру, исходящую от самки. Хоть он и понимал истинные намерения Норы, но инстинкт самосохранения у полу—фантомного не пропал. Белошёрстная даже выдавить слова не успела, как её чуть не продырявило хвостом насквозь. Темная дымка едва задела правое ухо, однако подоспевшая хранительница не допустила продолжения так называемой тренировки. Темно—красные лапы вызвали из земли несколько корней, обвязавших лапы ибиса.

— Странные у ибисов тренировки. Посмертные или я не так поняла? —Обратилась странным голосом новоприбывшая. На это Кэри грозно выдохнул и опустил морду на траву.

— Это было лишь небольшое недопонимание, Кода. Прошу, отпусти его…

— Долго они на мне не живут, — перебил Нору сжимающий в лапе свой ошейник Кэри. На глазах всех он сжал его и превратил в кучку пыли. После этого осталась только небольшая колба с жидкостью. И тут он вспомнил, что им дали некое задание по доставки этого в Амман—серу. Нора подобрала колбу и посмотрела серьёзно на секки, отпустившую Кэри на волю, который тут же отошел к городу, оставив самок друг на друга. Произошедшее несколько минут назад подорвало уверенность существа в каком—либо контроле над собой. Все чувства боли и потерь жгли его душу каждое мгновение, вот и вырвалось… «Надо потом загладить вину» — Поразмыслил Инсер, убирая накатившую на его глаз челку.

Город за год преобразился в лучшую сторону: улицы увеличились в размерах, строились новые дома, мосты через реку и, что важнее, через каньон. Появилась статуя из камня посреди главной улицы, на которую Инсер вышел, висели ярко—оранжевые фонари меж домов. Даже и не скажешь, что когда—то здесь была битва за родную землю и половина домов была разрушена соединителями. Всё это осталось позади и было не интересно слепому Кэри, ориентирующемуся в пространстве только благодаря чутью, слуху и магическому зрению, что видело только ауру, и то не каждого.

Столкнувшись пару раз о мимо проходящих секки, ибису все же удалось добраться до нужного деревянного дома.

— Что хотела, Альта?

— Сообщить хотела. Недавно было обнаружено на границе, прямо у полей, тело неизвестного дракона. Он не мог оказать никакого сопротивления. Поэтому Геодин заточил его временно в темницу, пока тот не очнется… И, — Самка выдержала короткую паузу, думая над будущими словами, — он недавно очнулся и начал бредить несвязанную ерунду.

— Дракон, в смысле разумный дракон? Такие ещё остались? Разве их не притеснили секки с востока? — Поинтересовался странным явлением Каросуки, застегивая на себе плащ с эмблемой на груди. На то самка ответила уклончиво и неуверенно: «Лучше самим её спросить», сделав акцент на слове «её».

Оказалось, что найденным драконом являлась самка драконов вида Тариантри. Двукрылые, четырехлапые, грива длинная…

— Если это и правда Тариантри, то их не зря оттеснили секки — слишком эти драконы любили идти до конца со своими идеологиями и долгом. Они даже убить себя могут, если попадут в засаду, ведь их ловкость на самом низком уровне, даже меньше, чем у нашего молодняка. Пока мы до неё дойдем, она, мне кажется, совершит суицид. И дичь нам, а не информация, —отметил синий Овари, теребящий челку перед носом и мечтавший о скорейшей тренировке. Но его мысли разбились на мелкие кусочки, когда на лице бежевой самки появилось и смятение, и страх. Она соскочила с места и побежала прямо по дороге к Древу. Все находившиеся рядом при разговоре пошли за ней, не понимая столь резкого поворота событий. Никто даже и не заметил прямо рядом стоящего Кэри, прислушивающийся своими длинными ушами к каждому шороху. Поэтому для него не было неожиданностью слетевшая с верхушки дома белая самка.

— Иди за ними, нам все равно без помощи других секки не выйти из Кеакен’града, —прояснила белокрылая и потащила за собой существо, так не желательно пялившегося в сторону каньона, что—то подозревая.

Коричнево—бежевый самец пролетел через глубокий пролом в земле, обдавая свои волосы плотным ветром. Перед глазами стояли волнообразные движения, которые перекрывают настоящее изображение силуэтами будущего. Он еле мог различить реальность.

Вот крылья слабо подогнулись, и тело его начало снижаться. Расступились листья и острая трава перед правителем, разлетевшись в разные стороны. Он поднял свою морду и посмотрел на разросшийся город, который не видел уже давным—давно. Дети бегали, смеялись, не обращая внимания на существо, медленно шедшее по тропам. На глаза изредка появлялись места, где прежде бродили совсем юные Атенейс’Такэ и Хаджимари, но, в отличие от самца, самочки уже, к большому сожалению, не было в живых. Оставалось только вспоминать те дни с горечью и думать о будущих проблемах. Секки встряхнул головой и глубоко вдохнул, краем глаза наблюдая за жизнью народа. «Около этого дома большое скопление ауры Кэри, видимо был он здесь недавно…» — посмотрел Хаджимари сначала на угол деревянного дома, а потом, плавно передвигая взгляд, закончил поиск на Древе.

Ветки с высока приятно закрывали от знойного солнца, давая тень раскинувшемуся Кеакен’граду у его корней. Входя в эту тень, можно было заметить, как город медленно погружался во тьму, всё больше ветвясь на различные районыи улицы. Выдолбленная из ярких камней статуя, стоявшая прямо около резного входа по коре дерева, где спокойно могли подниматься нелетающие или ослабленные секки, служила памятью первому правителю и была поставлена после кончины его жены. Работа была величественной и повторяла каждое перышко на теле провидца. В одной из рук был возложен меч, а в другой сияла яркая неоновая сфера. Крылья были распахнуты, дабы показать обширность территорий Гринписа, над которыми властвует уже не первое поколение правителей.

И надо быть совсем незнающим или чужим существом, чтобы не угадать в этой статуе стоящего перед ней самого Хаджимари, который от нахлынувшей на него гордости и горя чуть не расплакался, как маленький ребенок. Но его приостановили от выражения хлынувших в его душу чувств многочисленные взгляды, то и дело встречающиеся на входе. Неожиданность, непонимание, страх, будто перед ними был не правитель, а какой—то перевоплотившийся соединитель.

Ну не было в их глазах почитания и уважения, от такого секки быстро расправил крылья и поднялся на самый верх, ко входу в древо. Но вошел Хаджимари не парадным входом, а завернул за угол, к спиральной лестнице, ведущей в темницу. На пол пути из лапы самца вышло зеленое сияние, осветившее темные лабиринты, скрытые внутри Древа.

— И эта та, о которой вы говорили? — Пронесся еле слышимым эхом глухой голос Кэри Инсера. Секки резко остановился возле очередной деревянной колонны. Над ней была опора в виде дополнительной балки, на которой успешно скрылся Хаджимари, навострив острые уши. Внизу, перед зеленым барьером, стояли существа, оценивающе глядя на спящую фигуру в углу темницы. Её спина грубо согнулась назад, под тяжестью крыльев и из—за твердой стены. Желто—рыжие крылышки были раздвинуты по разным сторонам, окровавленный хвост огибал все тело, заканчиваясь острой кистью за спиной. Из острой пасти лилась алая кровь, глаза плотно закрыты. «Голову, похоже, ушибла… Не в том она состоянии для допроса».

— Сейчас все расскажет…— Ухмыльнувшись прошипела Альта, уже убирая барьер со звуком всасывающегося воздуха. —Давай, поднимайся!

Поначалу Овари просто стоял и смотрел издалека, как дракониха подняла свои крылья ввысь и начала что—то тихо диктовать себе под нос, напрягся и вытянулся вперед. Тёмные глазницы самочки открылись и смотрели в пол.

— Закроют и заплатят за наши жизни, смерти. Крылья Заирла закроют нас от всех, откроют ворота заката. Ярокрыл забыл, кому должен помогать, не ваше дело лезть к нам, влезать в жизни наши.

Непонятные речи были произнесены Тариантри и её глаза обрели нормальный бурый цвет, уставившись тонким зрачком на острие копья сине—бирюзового самца. Он грозно смотрел на незнакомку, но та глядела на него не переставая. Едва Овари успел моргнуть, дракониха взяла конец копья и навела его на свое горло, создав на том месте небольшую кровавую ранку.

— Постой, я, конечно, знаю, ваша раса с тараканами в голове, но только не передо мной! — Заверещала Альта, телекинезом пытаясь остановить обезумленную. Но она резко увернулась от поступившей плотной магии и выскочила за границу барьера, чуть не сбив с ног пригнувшегося Кэри. Острые и длинные когти заскрипели по длинным переплетенным лозам, дракониха цеплялась вместо передних лап собственными зубами.

Вне поля зрения Овари послышались шипение и ропот, заставила его взглянуть на балки сверху… и перестать дышать на мгновение. Расправив вокруг самки приятные коричневые крылья и сгибая с болью крылья той, на потолке находился Хаджимари. Призрак, фантом, никто не мог поверить в его реальное нахождение здесь. Тариантри округлила свои узкие зрачки от боли, её раны открылись, плавно окрашивая солнечную шерсть алой жидкостью.

— Скрывает от меня что—то, — Проворчал самец, вглядываясь в нее фиолетовыми глазами с кружившимися внутри треугольниками. Так происходило впитывание информации для будущего видения, но дракониха упорно отказывалась пускать в свои сознательные покои.

— Я покорна лишь одному существу, никому более, — ответила Тариантри, не в силах вылезти.

— И кто же это такой? — Не унимался секки.

— Вас это не касается, только через мой труп, — она замолчала, скривив морду и портя свой женственный внешний вид.

— Ты знаешь где учёная Иори’ина Кальадара сейчас находится? Ты же ведь из Амман—серы? — уточнил Хаджимари.

— Думаю да, знаю…— смутилась незнакомка и даже немного позеленела от неприязни, обернувшись назад будто от чувства соли во рту. — Для чего вам понадобилось к ней?

— Твое дело нас до туда провести, а задавать вопросы здесь могу только я. Не в той ты ситуации, чтобы перечить мне. — Окончил Хаджимари и посмотрел серьезно на Кэри, который уже сверлил своим пустым взглядом необычайную ауру правителя. Откуда он, как здесь оказался? Хотел все это задать секки ибис, но плюхнувшаяся на пол дракониха сбила его с мысли. Рыже—желтое существо коротко просипело и облокотилось на ближайшую стену. «Еще бы чуть—чуть и я бы не выдержала скрывать сознание… Он слишком силен для обычного секки», — задумалась она, пока ошеломленные герои осматривали новоприбывшего.

— Предвещаю ваши вопросы, поэтому скажу сразу. Я не знаю, как я здесь оказался, но я просто хотел переговорить с Кэри. — Хаджимари лапой указал на темное существо, плавно водящее ушами вверх—вниз.

— Что тебе от меня понадобилось?

— Мне в фантомном мире явилось будущее, но было оно, как обычно бывает, расплывчатым. Но я чувствовал, что нашему миру ещё грозит опасность, поэтому мне нужно всё разузнать в Амман—сере. — Ответило бежевое существо, снова прижав к полу дракониху, но на этот раз он взял веревку в пасть и туго сплел той руки.

— Нам тоже туда нужно! — Вскрикнула Нора, взметнув крылья ввысь. За ней же понеслись добровольные возгласы стоящих самцов, которые тоже желали подключиться к походу. Только Альта смотрела в пол и не выразила никакого желания. Хаджимари с пониманием осмотрел ее тонкое тело и кивнул, от чего глаза той загорелись ярким пламенем. Так внезапно увидеть самого правителя. Ей никогда жизнь такого везения не давала, а тут на тебе! Альта поклонилась ему, опустившись на колени и вытянув руки вперед. Подошедший к ней бежево—коричневый секки аккуратно положил на нее свое мягкое крыло и проговорил:

— Будь той, кто не идет напролом и не изменяет миры, просто будь собой. Защити что дорого тебе, защити город, друзей, себя. Просто знай, я всегда думал о моём народе и не позволю ему проживать трудные дни. — Закончил он, встал, взял заключенную за веревку и полетел вслед за вышедшими уже самцами. Самка вытерла свою морду от капель слез и принялась делать свою работу. Ведь заниматься темницей ей приходилось каждый день, иначе бы она уже вся заросла плесенью и мхом. Как же все—таки возродился Хаджимари? Прежде никто такого не видел, только слухи ходили о неком драконе, поборовшим саму жизнь.

Уверенно распахнув крылья и поджав уши от сильного ветра, существа слетели с Древа, остановившись около первого попавшегося дома. Белой Норе не удалось ровно приземлиться на свои лапы, и поэтому с глухим звуком ушибла себе бок.

— Тебе не стоит пока летать, твои крылья не для этого предназначены. —Обеспокоенно произнес голос, чей хозяин поднимал аккуратно воительницу, грозно рыкнувшую в ответ.

— Кто бы говорил, Кэри! Ты хоть понимаешь, что сулит использование твоих способностей? Мы даже до Амман—серы не успеем дойти, как ты развалишься на моих глазах!

Даже обычное «Прости» не выходит из уст. Что ж за напастье!

Не сомневавшаяся в своих силах ни на секунду Нора расположила на сухой части земли крупную карту, с половину её роста длиной. На самом верху помещалось название самого материка «Гринпис», обрамленное красивыми узорами. Сбоку виднелись горы, где жили ранее ибисы, но кроме цепи гор никаких внутри знаков и надписей изображено не было. Этим никто не был удивлен, лишь чувство неполноценности расы осталось после ее просмотра. Дальше было нарисовано Древо, пещера, тёмный лес, потом шли еще горы, разделяющие территорию Кеакен’града и Амман—серы. Горизонтально расположено название «Горы Алиентро», а потом пустыня и схематично в ней все главные группировки.

— Горы мешают поступлению влаги в их земли, но там все же можно найти оазисы, с располагающимися на них самыми сильными крепостями. Остальных погребают песчаные бури, — пояснил Овари для полного понимания данной картины. Но до сих пор никто не мог определить место, куда же им всё—таки нужно идти.

— Где ты видела Иори’ину в последний раз? —Спросил Хаджимари рядом сидящую дракониху, с прикрытыми глазами глядя на такие же пристальные взгляды мимо проходящего народа.

— Здесь, —желтый палец указал на место с начерченным второпях кругом. Это была небольшая крепость около границ прошлой Саксонии и Валькирии. Самец через свои черные волосы посмотрел на ее расположение.

— Хмм… Подозрительно, ладно, нам нужно выдвигаться, пока она далеко не ушла.

Хаджимари резко вскочил на ближайшую ветвь дерева и выставил вперед свой нос, вдыхая порывы теплого ветерка. Саксония и Валькирия, значит… Другого выбора все равно нет…

Открывались ужасные виды перед глазами уставшей секки. Но небольшая группа все ближе и ближе подлетала к странному земельному участку, который был весь в руинах, освещающийся лунным светом. Тёмные оттенки ощущались в данный момент не чем—то успокаивающим, а предвещающим беду, опасность дышала со всех сторон. Ужасающий крик прозвучал, где—то сзади, у обрыва, и силуэт с ярким бежевым плащом на спине вырвался оттуда. Упругие широкие крылья со свистом показали всю свою силу, когда сразу перенесли тело к группе сопротивления. Он выгнул шею назад и выпустил яркий синий заряд магии из пасти. Неожиданный удар со спины заставил существ в панике разлететься по сторонам. Астари округлила свои глаза, её отпустили, а взгляд упал на нападавшего прямо в полете. Перед ней летал на месте сам Тэрон, с темными как смоль глазами и раскрытой пастью, выделяющей плазму.

Напал! На своего соклановца и даже не шевельнул предательским ухом! Цианитовая самка спряталась в овраге, впитывая свои темные когти во влажную землю и глину.

— Сейчас, если мы ничего не сделаем, они раскроют нашу базу! —Прошипел пододвинувшийся к секки Ильнейс, сжимая все мышцы на своей морде. Двойной язык медленно лизнул шерсть от стресса. Тэрон опустился на камень и, пригнувшись, осмотрел местность. Из его ноздрей словно пыхал пар, едва заметил он на поле секки из сопротивления. Секунда, взмах— и вот крик пронесся около сидящих в окопе существ. На них брызнула алая кровь от внутренностей Тэйвии, и бездыханный её труп упал в том месте, где секунду назад находились сопротивленцы.

— Не думай о ней! Беги! — Крикнул главарь Вираи, и она словно сквозь пышущее пламя прошла через дыру в земле и попала в ещё более узкое пространство с барьером. Ильнейс толкнул её вперед.

Оба прошли через барьер и попали в просторное помещение, похожее на храм или даже подземный город. По его середине текла тонкая река, уходящая далеко вперед. С потолка у каменных стен свисали тела воителей сопротивления, что крепко спали, но некоторые от грома со стороны входа проснулись и опасливо попятились туда. Астари и Альнейс прошли дальше храма и попали в небольшое двухэтажное здание, обрамленное камнями. Внутри самку ждал странный сюрприз — на кровати у стены лежал раненный Кэйафас, весь забинтованный умелыми руками местных целителей. Полностью белый секки подошел к ней и начал было осматривать, но воительница грозно ударила того крыльями, и он отстал.

— Не для того я готовилась, чтобы меня осматривали из—за каждой мелочи. Лучше скажите, как он? — Юто тихо хрипнул в ответ и еле открыл глаз, потягивая руку вперед к Астари. Вираи аккуратно села на ближайшую кровать и уткнулась взглядом в потолок.

Тэрон, как он мог… Ну не мог он просто взять и отдаться этим отродьям в услужение. Тут явно замешаны магические действия. Так она думала, не замечая стоящего перед ней лидера, сложившего руки крест—накрест.

— Что же хочет ваше сопротивление? —Спросила наконец Астари за кружкой чая, сидя вместе с Кейафасом.

— Наше сопротивление хочет высвободить всех рабов, а также уничтожить полностью это гадкое место, называемое Валькирией. — Уверил Кариме, заглатывая очередного кролика…полностью. Да, это было очень странно, но страннее были его цели.

— Уничтожить? Разве это возможно? Не достаточно ли просто высвободить всех существ?

— Если мы высвободим всех, не факт, что они дадут сбежать. А уничтожение Валькирии даст шанс. Ты разве не желаешь этого? Видишь, что они творят с нами? — Ильнейс показал на левое плечо пальцем. Там был его знак анархии, вычерченный кровью.

— Разве сейчас есть смысл создавать столь грандиозные планы? Ты хоть знаешь примерный выход из этой ситуации? — Тёмно—синий самец поднялся из—под стола, грубо стукнув лапы об дерево.

— Идите за мной…

Лидер тоже встал и направился к храму. Темный снаружи, но яркий изнутри, стоял храм прямо около барьера Валькирии. Существа подошли через некоторое время к арке и увидели, как пара десятков секки стояли перед барьером и пытались его уничтожить, на нем висело много тонких бумаг, на которых виднелись странные иероглифы и знаки.

— Уже несколько лет мы пытаемся его пробить… Но за это время нам удалось только это, — Ильнейс указал на небольшую трещину у самого пола, ярко отсвечивающей в свете множества заклинаний. Астари посмотрела на это и фыркнула, закинув розовые волосы назад.

— Пока вы это сделаете — всех перебьют.

— Есть идея лучше? — Дерзнул чуть рассвирепевший лидер, распахнув крылья.

— Пока нет, но будет. Я тоже желаю всего плохого этой группировке, но во имя спасения Саксонии. Юто, ты со мной или как? — Обратилась она к самцу, задумчиво глядящего на земли за барьером.

— Да… С тобой.

Грохот вдалеке повторился с большей силой.

Клуб пещерной пыли поднялся в разные стороны, охватывая собой свободное пространство. Мелкие частички осели на все стены и на всех существ, успевших вовремя отпрыгнуть. Печати на барьере не выдержали удара, и все взорвалось, даже не покарябав защитное поле «Валькирии». Один из воителей, салатовый, темно—зеленый самец, прикрылся от взрыва своим крылом, о чём позже пожалел. Перья на концах ужасно обуглились и тяжело повисли. Но больше его взволновал не этот факт, а прилетевший на звук паники очередной хранитель.

— Кто вас учил пользоваться печатями? — Вскликнул тот, раскрыв зубастую пасть и приподняв лапы ввысь.

— Это не мы, Таил! На секунду меня ослепило, и я не смог поддерживать в действии печать, — он посмотрел на незаметную трещину в барьере, которая максимально быстро вернулась в свое исходное положение. Не вышло. Это дело было бесполезным с самого начала, сил разрушить хоть малую его часть не хватало, но все продолжали пытаться. Стряхнув с себя слой приставшей пыли, зеленый секки, не без помощи пришедшего, встал и ушёл куда подальше, запрыгнув на каменный уступ. Карнат при поимке и возвращении себя на место тихо ругнулся и растопырил свои перья на щеках.

— Не судьба нам выбраться из этого места, понимаешь?! Все, что мы бы не делали, заканчивается провалом! Столько лет одно и тоже, одно и тоже. Не проще уже покончить с этим и искать другие пути? — Таил посмотрел на него прищурено и кося глаза в другую сторону.

— И это правда, — ответил кто-то со стороны, — этот план давно изжил себя, поэтому я объявляю сбор в храме через несколько дней. Не упустите возможность высказать свои идеи. — Альнейс Кариме как—то странно улыбнулся. Его уши прижались к тыльной стороне головы, а морда чуть развернулась, раскрывая богатство зубов хозяина. Таил сразу почувствовал исходящее от него злорадство.

— Лучше устрой новоприбывшим экскурсию. Главное не отправь их на арену в первый же день, — уже эту часть разговора Астари услышала и облокотилась на передние лапы, пытаясь услышать продолжение. Арену? Он говорит про ту самую, о которой мутнит Кэйафас? Бесспорно, звучащие слова были небезосновательны. Ведь там и правда карали на радость зрителям всех неугодных. Но как они туда попадали — самка могла только догадываться.

Пока она была поглощена своими насущными мыслями, на нее зыркнули два ярких глаза, без слов зовущие ее. От неожиданности Астари чуть не слетела камнем с возвышения, но в итоге отделалась лишь ушибом — крылья успели вовремя подхватить плотный воздух и смягчить падение. «Вот это я понимаю, первое представление себя сопротивлению! Если попробуют подумать «дитя малое», я им голову откушу!» — В мыслях твердила самка пока, рыча, убирала с крыльев грязь.

— Как ди…—Хотел было засмеяться зеленый, но сразу же осекся, заметив перед собой красную от гнева секки.

— Я сейчас тебе голову разломлю! — Закричала та, материализовав в руке глефу и точно в лоб направив ее. Если бы не оттащившие ее несколько самцов, вряд ли бы воитель был бы сейчас на ногах. Астари быстро забыла этот инцидент и опустила напряженную руку, тяжело вздохнув. Она подняла глаза. Ничто так не расслабляет мысли, как холодный и свежий пещерный воздух. Сверху вниз свисали, словно многовековые ледяные сосульки, темные и рельефные группы сталактитов. Острые перевернутые штыки плавно переходили к арочному выходу во всю высоту пещеры, оплетённому разными видами растений, корней и лиан, на которых даже сидели птицы. А сзади, освещённый голубой луной, расположился белый с яркой мозаичной крышей храм.

— Что за храм и для чего он здесь? — Спросил темный Кэйафас, рассматривая величественное строение. Астари даже не посмотрела на него, заинтересовавшись другими зданиями. «Где же арена?» — задала себе вопрос самка и долго выглядывала хоть немного похожее, пока хранитель сжал пальцы на конце морды и задумался.

— Храм был построен первыми секки сопротивления и ими же возведен скрывающий барьер, — Таил провел своим крылом по воздуху, указывая на верхнюю часть пещеры, — А вот там и основной хрусталь, освобождающий его. Если бы не он — нас бы тут не стояло… Так же там проходят собрания между хранителями. Вся жизнь — и ритуалы, и наши труды — являются вечными, как этот Храм. — Таил вдруг вздрогнул и медленно пошел вперед. — Никому не дозволено приблизиться к главному хрусталю, — закончил тот мрачноватым голосом и тут же напряг острые уши, обернувшись назад. После нескольких секунд тишины хранитель напряжённо, но тихо прошептал себе под нос кое—что невнятное. Астари посмотрела в ту же сторону, а потом и снова на «экскурсовода», закатывая при этом свои глаза и шевеля толстым фиолетово—синим хвостом.

На фоне темного неба сильно выделялась яркая бескрылая секки, поджимавшая под себя два тонких хвоста. Она сильно скребла когтями по полу пещеры и даже немого скатывалась в обратную сторону. Таил грозно взмахнул кисточкой и стремительно улетел восвояси, оставив Вираи с Юто друг на друге.

— Похоже произошло нечто страшное, ты не хочешь в это ввязываться? — Поинтересовался самец, рассматривая окровавленное тело пришедшей, над которой беспокойно метался хранитель. Повисла пауза, и пещеру заполонил душераздирающий рев, похожий больше на крик ужасного монстра, чем на болевой вопль бело-черной самки. Таил аккуратно прикоснулся к кровавому телу, занес руки за её спину и легко прижал ее к своей грудой клетке. Тихое шипение послышалось из её уст, и она от боли свалилась без сознания на руку. Хранитель взмахнул крыльями и полетел ввысь пещеры, где был построен небольшой дом — лекарь в нем был крайне взволнован.

— Нет—нет! Только не это! Не смей класть ее сюда! — Закричал темно—коричневый с яркими полосками целитель, закрывая вид на плетённый стол белоснежным халатом.

— Вашу девушку подбили пустотной магией, я не смогу её вылечить от такой ужасной раны! — Попытался уверить его очкастый, но самка все же оказалась у него на столе. Прямо по мягкому и нежному животу проходила полоса волдырей и порезов, источавших тёмно—фиолетовую энергию. И у целителя, именуемого Оотэри, зрачки уменьшились до размера бусинки.

— Если ты её еще больше покалечишь — обещаю, ты окажешься там же, где была и она, — прорычал Таил вздыбив шерсть на спине и залез по деревянной лестнице на второй этаж здания. Все помещение было в травах и настойках, разных мазях и бутылках. Только вот от горя это не спасало, когда перед тобой погибает любимая душа. Он быстро взял нужные успокаивающие от ранений средства и вернулся назад.

— Хочешь вернуться домой? — Поинтересовался Кэйафас, подходя вместе с самочкой ко входу в храм.

— Верно, я хочу вернуться в Саксонию. Но сделать одной это невозможно. Я на самом деле не знаю, что делать, чтобы хоть что—то сделать, — она достала небольшую бумажку, глядя на которую, продолжила, — «Собирай всех. Они слишком далеко зашли, пора начинать. Ярокрыл тоже готов, но он не знает наши группы, поэтому, будьте бдительны с ним.».

— Он хочет, чтобы ты был членом этой группы! Но доверишься ли ты им больше, чем Ярокрылу? Поставишь ли ты на кон свою жизнь для спасения рабов? Что об этом подумает твой брат, которого ты хочешь тоже вызволить из арены?

Юто приопустил морду, раздумывая над словами. В голову ничего не приходило, как бы он ни старался.

— Но они спасли нас от Мелтиадеса, разве мы этим не обязаны им? Мало что могло пойти, если бы не они! Я верю им! — Утвердительно продиктовал драконекрылый, найдя в итоге нужные слова, чтобы высказаться. Но в глазах повеяло только грустью, заметив отвернувшуюся Астари. Фиолетово-цианитовые крылья слабо опустились и волоклись следом.

— Ладно, забудь. Собрание их ещё не скоро, так что мы можем пока осмотреться. — Сказала та неуверенно и сжимая зубы от собственных планов и мыслей, что шли ей в голову грозной толпой.

Путь был намного длиннее, чем они предполагали. Пока секки шли, на их пути встречались местные, что одаривали их своими взглядами, целые районы из небольших деревянных, каменных домиков были расположены поодаль от важного места. Наконец они дошли, выйдя на широкую поляну, освещенную лунным светом. Стены храма были высоки и белы, словно снег, а вход был украшен всеми возможными узорами и скульптурами. Очень странно было видеть в столь странном месте такое украшение, ведь это место было создано теми, кто сбежал из шахт, то есть рабами. Это поражало больше всего. Пройдя по серым камням и редкой траве к главному входу, существа вышли на обширное пространство, где в конце была выдвинута сцена, а по центру лишь в некоторых местах стояли стулья. В основном секки здесь сидели на голом полу или вовсе слушали речи стоя. Красивый узор на полу приятно переливался на свету и словно вел Астари и Кэйафаса.

— Смотри, там спуск вниз! — Заметил углубление в полу сбоку Юто и направился прямо к нему. Пока Вираи долетела до него, он уже спускался по круговой лестнице и в итоге дошел до деревянной двери. Дверь со скрипом все же удалось отворить, и они попали в еще одно помещение, усеянное книгами и часто ненужным хламом. Несметное количество полок величественно стояли по сторонам и светили своими книгами, наполняющих их.

— «Как драконы меж собой воевали», — Прочел название первой попавшейся книги самец, — Насекомовидные драконы, драконы, борющиеся за власть, прана, легенды… Чушь какая—то. — Продолжила за него подключившаяся к просмотру самка. Кэйафас закрыл перед ней книгу со смачным хрустом страниц и быстро вырвавшимся потоком воздуха.

— Нельзя так про книги, история ведь. Хоть и не наша, но история должна учить нас, поэтому её и хранят. Но откуда…столько их здесь?! — Юто расположился на полу и сильно удивился. Фиолетовокрылая долго осматривала бескрайние стеллажи и внезапно увидела яркий источник света в дальнем углу библиотеки. Он был такой спокойный и умиротворяющий, что она не сразу заметила свисающую с потолка тёмно-фиолетовую с яркими крыльями самку, белые волосы которой метались от любого дуновения ветерка. Упругий хвостище ловко удерживал пятидесятикилограммовую тушку (для них это средний вес) от падения.

— Вы кто? — задала логичный вопрос незнакомка, поправляя очки, думающие о гравитации сильнее, чем их хозяин. От внезапности Астари прикрикнула и гордо уставилась на висящее нечто.

— Будет разумнее спросить сначала о вас.

— Фейдра Юинис, приятного знакомства, — ответила Фейдра и с легкостью пера спустилась с любимого места. Астари представила своего знакомого и себя самочке. Та оценивающе и долго смотрела на Кэйафаса, уже начинавшего чувствовать неудовлетворение столь нескрываемому интересу.

— Я тебя знаю? Ты выглядишь очень знакомо, — заметила насторожившаяся секки, прибирая в сторону горы книг. Тёмный самец опустил уши и прижал к себе крылья.

— Наверно, ты знала Стаматиса Юто, — Юинис утвердительно кивнула, сужая и расширяя зрачки в своих глазах, — так вот… Он мой брат…

— Его брат?! Он о вас много говорил, прискорбно, что так вышло. Мне тогда даже не до чтения было, когда его забрали хранители…—Ответила уже расстроившаяся самочка, вспоминая недавнее происшествие.

«Это же должно было быть здесь по нашей карте! Но этого нет!» — Послышался голос той ночи. «Совсем немного оставалось до Ярокрыла! Фейдра, посторонись!» — Кричал Стаматис, взмахивая крыльями и отпугивая набежавших хранителей и усыпленных рабов, которые напали на него разом. «Беги и скажи им, что карта не правильная, тут пустое поле!». После этих слов ей ничего не оставалось, кроме как поджав хвост убежать с территории лидера клана и вернуться в сопротивление с плохими новостями.

Вдруг Астари разбудила застывшую на месте секки и подала ей блеклую бумажку с письмом Юто старшего. Она внимательно посмотрела на нее и печально вздохнула, прикасаясь одной из своих рук ко лбу.

— Карта оказалась неверной, поэтому его и схватили, как и еще нескольких сопротивленцев. А сейчас он хочет, чтобы мы пошли на поиски этого Ярокрыла? Где взять верную карту?

— Украсть из какого—то поста хранителей? — Предложила интересную мысль Вираи. Ее чутье почему—то было уверенно в этом пути. Хотя легкие пути оказывали во все времена самыми длинными и трудными. Но Фейдре такой план был не по себе еще с прошлого раза. Неуверенный махал хвост из стороны в сторону, поднимая застоявшийся воздух.

— Мне нужно подумать на счет этого еще…—И секки снова окунулась в очередную книгу с головой, подпирая голову рукой, а задние лапы закинув на деревянный стол.

— Нам нужен ответ сейчас. Ты с нами или как? — Возмутившись, даже прорычала фиолетовокрылая, не обращая внимания на знаки приличия.

Фейдра резко поднялась с места и закрыла громко книгу, взглянув на уверенную в себе воительницу. Ее глаза горели жаждой сбежать из этой чертовой дыры и предупредить Саксонию о нападении — ради такого она могла переступить грань дозволенного. Ее настырность будто передалась по воздуху и секки слабо ухмыльнулась.

— Ладно. Но выйти отсюда также сложно, как и попасть. Все равно нужно время для незаметного выхода. А сейчас бегом отсюда, в храме будет ночной сбор сопротивления и находиться при этом событии здесь, — она показала обеими руками на библиотеку, — запрещено.

Астари немного не поняла сути этого запрета, что было видно по ее полуприкрытым глазам и полуоткрытым крыльям. И, видимо, хозяйка места даже не собиралась объяснять, а просто вызволила секки из помещения, наглухо закрыв двери особым магическим ключем. После этого Фейдара довольно обернулась к знакомым и пошла вперед самой первой. Поднимались они по золотистым ступенькам, освещенным лунным светом. По бокам шли такие же белые стены, что были на храме снаружи, только темнее.

Впереди все громче и громче становился гул сотни сопротивленцев, собравшихся в центре зала не знамо, для чего — ведь собрание должно было состояться лишь через два дня. Кэйафас тоже не представлял смысла этого сбора, поэтому предельно осторожно выглянул из—под небольшой стенки, граничащей как с коридором, так и с главным залом. Ему открылась странная картина: на холодном полу, сложив крылья и задние лапы, сидели секки, которые в миг замолкли и уставились на каменную сцену, на ней стояло еще несколько воителей, включая лидера этого места. Его было плохо видно из—за темноты, только головы и волосы пришедших были облиты голубоватым свечением. По кругу храма были расставлены оранжевые свечи, в некоторых местах, у входа вообще горели старенькие переносные фонари. Вся эта атмосфера дарила таинственное чувство и даже напряжение, как в миг это все растаяло. Лидер Альнейс Кариме начал вдруг говорить как—то спокойно, певуче и по делу.

— Благодарю всех вас, за то, что пришли на сбор сопротивления! Этой ночью я хочу донести до вас неприятные известия — один из нас, воительница Тэйвия, погибла на сегодняшнем задании. Ее тело, к большому сожалению, не найдено. Еще одна самка получила серьезные ранения и находится на лечении, ее ранили пустотной магией, пока она не пришла в сознание, так что узнать подробностей я не могу.

И так, о чем я хотел поговорить. В последнее время присходит множество смертей, которые только увеличиваются в нашем окружении. И я пришел к выводу, что пора действовать. Нельзя больше сидеть в пещере и скрываться годами от террании Валькирии! Пора взять себя в лапы и уничтожить ее раз и навсегда!

Лидер еще несколько минут говорил свои речи, вдохновляющие сопротивление. Но те все также сидели наклонившись, не издавая ни звука. Только по окраинам началось некое волнение с их стороны. Их перьестые, драконьи крылья слабо дрожали и трепыхались, а их мысли были поглощены разразившимся эхом и последующей тишиной.

— Мне кажется это шанс. Если мы вызовемся найти тело Тэйвии, то может выйти сбежать и начать поиски. — Предложил Кэйафас, повернув мордочку к знакомым, которые к тому времени не слабо испугались и были шокированы предложением. И только сейчас он понял, что произнес.

— То есть ты хочешь воспользоваться смертью самки для наших целей? Это звучит как—то ужасно…: —Расстроенно прошептала Фейдра, пытаясь придумать план лучше.

— Ужасно будет тогда, когда ее тело осквернят или забудут на веки. Думаешь, что хоть кто—то вызовется на ее поиски? Вот я, сомневаюсь. — Юто дрогнул своими темными перепончатыми крыльями и вышел в зал, аккуратно садясь возле пришедших. К тому времени лидер уже окончил свою речь и на импровизированную сцену вышел еще один секки, лицо его было закрыто белой рельефной маской.

— А теперь молитесь за победу. Заирл должен услышать нас, должен привести нас к победе! Услышь же нас, великий!

Он распахнул свои пепельные крылья, повернулся в обратную сторону и присел перед освещённой стеной. Руки секки закинул на спину, а лбом коснулся пола. Кэйафас и Фейдра сделали тоже самое, не слушаясь воли своей. Все стало напряжённей и ясней Астари не стало. Молиться? Кому? Неизвестной сущности? Разве какое—то божество будет помогать здесь сидящим?

— Они все же поняли истину — после собрания жизнь тут изменится. Война не за горами.

— Сказала совсем тихо Юинис, поднимая аккуратно глаза на стоящего на сцене самца. —Но я чувствую какую—то странную энергетику от него…

Вдруг все начали вставать со своих мест и направляться к выходу. Вираи быстро отступила назад и вышла к главной толпе, Кэйафаса видно не было. «Вышел уже, значит.» — Поняла в мыслях самочка, разглядывая храм изнутри, ведь за стеной многое просто было загорожено от любопытных глаз. Хрусталь барьера висел прямо в центре потолка на тяжелой конструкции. От него исходили фиолетовые, зеленые, красные частички, бьющиеся об ближайшие защитные стенки. Было странно осознавать тот факт, что лишь одна магическая вещь защищает всех в пещере находящихся от ужасной Валькирии.

Каждый секки уже покинул храм, но главные в этот странный вечер постояли недолго на сцене и поочерёдно вылетели из широкого окна в стене. Округа быстро опустела, влетающий со входа ветер создавал глухие звуки, встречаясь со стенами. Фейадара внимательно оглядела пространство, а после повернулась к настороженной цианитово—фиолетовой самке.

— Ужин вот—вот начнется, идем! —Предложила хранительница книг и зацокала по полу к выходу острыми когтями задних лап. Ее упругий хвост скрутился в подобие сферы, белые узоры по всему телу и крыльях приятно засветились в темном проходе, в котором она задержалась, поджидая оставшуюся самку. Долго ждать ее не пришлось — коротко вздохнув Вираи вышла из белоснежного храма и вместе они пошли к широкой каменисто—земляной поляне. Там стояли ряды из длинных столов, а на них же стояли блюда в маленьких и больших мисках, напитки ядреных зеленых цветов. Тут то уже все болтали как могли, не то что было пару минут назад в полной тишине. Астари села за свободное место на коленях, стульев не было, ими выступали только крупные булыжники и сталагмиты, на которые не шибко хотелось садиться для трапезы. Сама еда представляла собой песчаное нечто с зеленым оттенком, а рядом лежало пара толстых соломинок.

— Вы едите песок? — Едко фыркнула Астари и потрогала «песок» вилкой, тот не рассыпался, но разломался на рыхлые кусочки, из которых текла влага.

— Это единственная еда в округе — кактусы, а также рядом лежит рыба, обитает в единственном в округе озере. — Пояснил внезапно, неясно откуда взявшийся Кэйафас, подсаживаясь рядом.

— Кактусы… Мы питались другим, у нас рядом с крепостью кишат сотни Таратуинов… Один даже пытался отобедать беззащитным ребенком… И кстати, откуда ты все это знаешь? — спросила она под конец.

— Я родом из сопротивления, но давно меня выкрали отсюда…— Грустным тоном проурчал самец и приопустил уши. Фейадара Юинис не помнила его здесь, но не хотела задавать лишних вопросов для сохранения настроения и себе, и другу. Но без вопросов обойтись ей долго было не суждено, ведь в округе не было и намека на Таила, и потому, мучивший ее вопрос был выпущен из ее пасти.

— Где Таил? — Странно медленно спросила она и замолкла.

На потолке песчаной с серебром пещеры засветились ярко—зеленые точки, напоминавшие звезды. Их было большое множество и все они разместились то в отдалении от друг друга, то находились совсем рядом. На сталактитах висели кудри лишайников и мхов, достающие в некоторых местах до самого пола. Луна уже вовсю светила в отверстие пещеры и освещала тела двух секки. Лекарь давно уже пошел в свое спальное место, а Таил только закрыл дверь, входя, и осмотрел свою возлюбленную. Состояние ее так и не улучшилось, а раны только больше заразили место на животе. Волдыри лопались, освобождали пурпурную магию пустоты, кожа вокруг них противно покрылась жгучей слизью. Самец подошел к койке с пораженной и ласково потрогал той лоб, убирая тонкие волоски челки самки. «Горячая.» — заметил Таил и с трепещущей душой сел рядом, чуть ли не кивая носом в стену дома. Светловатый секки уже прикрыл в сонном состоянии глаза, как в его уши вошел тихий свист дыхания. Он распахнул их и подбежал к самочке. И о диво! Она очнулась со странными клокотаниями в горле и дрожью. Светленькая абсолютно не давала намеков на хоть какое—либо движение, а только смотрела на любимого мутными зрачками.

— Сейчас я принесу лекарство, погоди! — Взмолился Таил, вертя головой из стороны в сторону и подойдя к шкафу с пробирками. Сотни колбочек смотрели на него, а нужной все не находилось.

— Она уже не больше, чем мертва. Прекращай думать о ее спасении — ей это не поможет. — Прозвучал незнакомый голос сзади. Секки с маской стоял около раненной и долго ее осматривал, пока Таил, встряхнув распущенные крылья, не налетел на него, повалив на пол с грохотом.

— Никто не смеет прикасаться к ней! Кто ты такой, что посмел такое сделать и так высказаться? Я убью всех, кто посмеет как—то оскорбить мою самку! — Вскричал тот и замахнулся острыми когтями, но когда он приблизил лапу, незнакомец в маске куда—то делся.

— Не был бы таким упрямым — не пострадал бы. — Высказал все темной окраски секки и, взяв тело за горло, тяжело перерезал его когтем. Кровь хлестнула на все рядом стоящее, обмочила даже самого нападавшего. Он снял маску, и Таил с ужасом онемел и после нескончаемых судорог застыл на месте с открытыми глазами. Секки подозрительно грустно посмотрел на корчившийся труп, взял магией тело раненной и улетел.

Ужин завершился и весь народ сопротивления разошелся по домам. Астари с Кэйафасом приютил к себе сам лидер, выдав тем по комнате, а Фэйадара Юинис пошла длинной тропой к храму. Пересекая границу входа в храм, она уже почувствовала, что—то неладное, но не придала этому никакое значение. Внутреннее помещение потемнело и опустело, что было слышно хорошее эхо от шагов и ветра. Пройдя по лестнице, открыв дверь, воительница попала в библиотеку. Особенного ничего не было — книги, стеллажи, стол, да и только. Стояло тихое умиротворение и спокойствие, но проскользнувшая на полу тень разрушила все это. Фейадара призвала оружие и встала в воинственную позу, высматривая незнакомца. Звонкие шаги раздавались по всей библиотеке, но когда нарушитель все же был найден — тот куда-то испарился, оставив яркую магию после себя.

— Что это только что было? — Спросила Фейадара сама себя, не веря глазам. Буквально мгновение назад четко раздавались звуки шагов и выдохи! Не могло же все это так просто показаться?

— Ах, что же такое… — сказала цианитовая самка, вглядываясь в иллюзорные предметы на фоне бездонного мрака. Среди них были доски, камни, миски с едой, даже некая серая статуя с яркими вставками пролетела перед глазами и тут же расщепилась на множество мелких граненных осколков. Астари попыталась взмахнуть крыльями, но за неудачей последовал стремительный шаг назад. Мир словно кололся на многие части, образуя вокруг нескончаемую вакханалию. Где же она была? Астари снова отошла на несколько шагов от летающих объектов и почувствовала под лапами резкий обрыв. Уши опустились от страха неизвестности, но мордочка старалась оставаться такой же уверенной, как раньше. Земля, или не земля вовсе, с глухим звуком сломилась и понесла с собой вниз крылатую тушу. Странный, неосязаемый ветер колыхал и просачивался сквозь яркие перышки, продувал розовые длинные волосы, направленные ввысь.

Так она бы и падала, если бы в один миг не повернула невольно морду в сторону и не увидела бы яркий фиолетово—белый пустотный разлом в небе. Длинная полоса, словно рана, нанесенная миру, источала неизвестную магическую энергию и поглощала магию этого мира. Астари развернулась в воздухе и вспорхнула прямо на каменную стену. Острые когти проскрипели по ней немного, и самка могла теперь рассмотреть творившийся за незримой прозрачной стеной ужас. Мир разделялся на трещины всё стремительней и стремительней, а из-за чего это происходило — понять, даже напрягая сознание, она не могла.

Астари тихо сидела на выступе стены. Её коснулась чужая лапа, и с левого бока придвинулась незнакомая личность, выставляя свои зубы на показ и блестя желтой костлявой маской.

— Не думай, что это всё неправда. Но и не истина это, лишь то, что находятся в душах всех живых существ. Они стали сомневаться в нашем мире, и в итоге хаос постигнет его, — медленно собрав волосы в хвост, сказал незнакомец, вглядываясь в необыкновенный вид. Вираи распустила свои крылья в стороны, и её гребень на спине засветился бирюзой — тихо посипывающая самочка встала в ступор от сильного энергетического выплеска. Она повернула морду в сторону прежнего расположения секки, но ничего не увидела. Снизу по драконьим лапам постепенно прошлось прохладное чувство, словно ледяная жидкость цвета крови наполняла напряженное тело. «Дерись с этим противным чувством, чего стоишь столбом?!» — прозвучал в сознании то ли голос проснувшегося разума, то ли голос того самого… кого? Его образ даже из сознания ушел и теперь на его месте находилось пустое воспоминание.

В ушах зазвенело настолько резко и оглушающе, что цианитовая Астари проснулась, даже не разобравшись в окружающем её мире, и упала с невысокой плотной лежанки прямо на пол. Рога засияли, наполняя комнатку ярким светом, тонкие молнии заискрились вокруг них, полетели по всей комнатке. Последние вспышки ударили прямиком в темную сущность за окном, что спровоцировало недовольный ропот и быстрый её прыжок с крыши. Астари, щетинясь от пережитого страха, скрипела зубами и смотрела в окно. Незнакомого силуэта там уже не было, но на деревянной рамке было видно свежую кровь… Кто это был, что ворвался к ней в комнату, да ещё и пролез в столь личный сон? Кровь ещё больше смутила Вираи, и та пошла прямо по её следу, проходящему от её окна до самого арочного выхода.

Белоснежной луна светила уже довольно давно, открывая вид на бескрайние пустынные поля с небольшим оазисом. Оплетенные вокруг выхода корни, лозы часто мешались самочке в её ночных похождениях. Они трогали ей спину своими колкими концами, оставляли на память о себе недобрые части сухих корешков — секки пробиралась через узкий лаз в стене, прикрытый в начале плотным слоем песка. Помогая себе сзади крыльями, оперевшись теми на выступавшие сталагмиты, Астари выползла из пещерки прямо на каменистую землю. Она подняла свои глаза и увидела лишь знакомую оранжевую пустошь с высокими дюнами. Выбравшись из отверстия, Вираи толком не успела заметить существо, что с противным гулом прошло дальше и словно совсем исчезло. Воительница подбежала к тому месту и только сейчас заметила незримо переливающийся упругий барьер. Метнув свой толстенький хвост по песку, заглянула Астари на нижнюю его часть — там то он и искрился.

— Сильное различие между ними, будто стекло не добили, — задумалась самка и аккуратно потрогала отличающуюся часть барьера. Рука медленно и не сразу, но прошла через границу и ощутила сильный ветер. А ведь, что странно, под барьером ветер был довольно слабый. Вираи вытащила руку и сжала её в кулак, стараясь все же не поранить себя когтями.

— Почти как то ощущение из сна…— Темное небо с несчетным количеством звезд посмотрело на копошащуюся в песке секки. Широкий небосвод едва ли не следил за закравшимися мыслями Астари и укоризненно светил в ответ двумя яркими звездами. О итогу прошедших нескольких минут самка оставила на месте крупную насыпь с размером поврежденный барьер и вернулась назад в комнату.

Глаза фиолетового цвета глянули на спокойно лежащего Кэйафаса, свернувшегося в клубочек. Ну только Астари не вглядывалась в его положение, а лишь поверхностно оценила по расположению одеяла на нем. «Совсем не беспокоится, даже не двинулся в тот момент» — Беспокойство царило в душе самочки. «Что же делать?» — Задала себе она вопрос и уснула в другой стороне комнаты.

Когда фиолетово-цианитовая самка уже проснулась, было раннее песчаное утро и от сна уже ничего не осталось. Оперевшись на передние лапы, секки протерла глаза от усталости и зыркнула на пустое спальное место тёмного сожителя. Куда он только мог подеваться, один Заирл знал. Пройдя сквозь солнечные лучи, Астари вышла из дома и размяла свои крылья. Так и пошла она по тропе вперед с закинутыми за голову руками, пока не наткнулась на странное скопление сопротивления в одной точке. Несколько крупных воителей спускали с настенного дома недвижимое тело, пока лекарь, раздвигая лапы в стороны, стоял на земле от шока. И вот опустилась наконец дощечка с, как выяснилось позже, окровавленным трупом. Таил лежал с открытыми, налитыми кровью глазами и сжимал в своей руке пару голубых перьев. На это было страшно смотреть, ведь алая кровь до сих пор текла из открытой раны и источала терпкий запах железа.

—Что произошло?! — Раздалось вдруг где-то из глубины толпы, но голос быстро затерялся в ней, и Фейадаре пришлось объяснять все с нуля. На каменистый выступ в стене она забралась стремительно и там же раскрыла перепончатые крылья с яркими узорами и попросила тишины.

— Прошу, только не паникуйте раньше времени! Ночью было совершено ужасное нападение на одного из наших хранителей, из-за этого пропала молодая секки. Убийца скрылся до того, как мы успели его заметить, поэтому он может быть как среди нас, так и подосланным извне. Собрание по этому поводу будет собрано прямо сегодня, в храме. — Все вокруг заговорили и активно зашуршали своими крыльями, создавая суматоху. Кэйафас кое-как пробрался через толпу существ и вышел на свободное пространство. Пушистый хвост, махая, избавился от пыли мгновенно, после чего темный самец с побелёнными волосами заметил знакомую и медленно к той подошел.

— Где ты был утром? — Первой спросила Астари Кэйафаса, возмущенно клацнувшего зубами.

— Я проснулся от твоих ночных похождений по комнате. А когда уснула, я и встал прогуляться по пещере. Самое странное, что даже я не успел увидеть убийцу. Теперь по сопротивлению пройдутся нехорошие слухи, в основном о тебе, как о новенькой. — Его вывод не был лишён логики, а самочке эта мысль явно не понравилась. Даже если это и звучало по резки, то Кэйафас крайне неодобрительно отнесся к собственным размышлениям, ведь это могло оказаться правдой с немалым шансом. Некоторые лица уже поглядывали на новоприбывших и щетинили шерсть на загривках, отворачиваясь.

— Я, да ещё и убийца невинных секки? Как тебе могло вообще такое взбрести в голову?! — Возмутилась огорченная Астари, немало напугав внезапно темного самца своей реакцией, которую тот явно не ожидал узреть.

— Я так не считаю точно, поверь! Я говорю об остальном сопротивлении и их возможных предъявлениях, — объяснял крылатый воитель, стараясь лучше подбирать слова. Но как бы он ни старался, вернуть то прежнее настроение Астари ему не удалось — в семье его мало учили вежливости в общении с самками. Воительница продолжала молчать, разглядывая место столпотворения и труп сородича, лежащего где-то в стороне. Запах мертвого тела разжигал всеобщее недоверие. Фейадара на холмике обреченно хлопнула крыльями, отлетев в сторону к знакомым.

— Ни до кого не достучаться, так нам не выбраться из барьера, да и тем более Валькирии! — Сказала она и дернула быстро хвостом.

— Придется идти напролом, врываться прямо на собрание, — закончила за неё мысль решительная Астари, — но как теперь упросить лидера на поиск тела за барьером?

И ответ все же последовал, хоть и не сразу. Уже успел наступить день и затрубили с помощью специальных древесных трубок одетые в длинные накидки, прямо касавшихся земли на входе пещеры, секки. Лица их были плохо видны сквозь тени от капюшонов, в лапах у одних были длинные копья и серебристые мечи, у оставшихся возвышались темные флаги с ярким кругом по центру. Все они собрались в общей точке и спокойно переговаривались между с собой, будто бы ничего не случалось утром.

— Погода сейчас спокойная, но может быстро измениться нам во вред, — сказал один из полностью сокрытых плащом, рассматривая руны на внешней стене арочного выхода, что выделялись ярким фиолетовым свечением и округлыми выпуклостями. Он приложил свою руку на морду и устало провел ей, тяжело вздыхая. — Постой пока на посту, Хейдес, барьерную конструкцию снова засыпало песком и мне нужно решить этот вопрос. — Заметивший утвердительный кивок секки пошел к храму. Залетев на тяжелую конструкцию, он принялся осматривать место поломки. Перед существом стоял песочный ужас на рунах и самом кристалле — ничего больше ему не оставалось, как начать очищать барьер воздушной магией. Песок с тихим треском начал падать на пол и разлетаться во все стороны, а прибор восстанавлиивал свой прежний вид. Вырисовывались фиолетовые узоры на кристалле, разнося цепь из них по всему куполу.

Когда самец уже начал заканчивать работу, раздался не очень приятный треск, который еще больше перепугал того тем, что аппарат восстановился через секунду после поломки и работал все так же, как и раньше. Обычно такое происходило при физической неисправности самого магического купола, но на данный момент ничего подозрительного обнаружить не удалось. Но повторная проверка целостности защиты лишней не будет.

Пока находившийся в храме изучал прибор, на выходе пещеры заверенный смотреть за рунами и спокойно облокачивающийся на каменный выступ Хейдес смотрел вдаль, навострив уши под плотной плащевой тканью темно—песчаного цвета. И когда к нему подошла группа — он только принялся к поеданию очищенного от иголок кактуса. Звук шуршащих о песочную землю шагов заставил того отпрянуть от стены и повернуться к подошедшим.

— Ты ведь из сбора продовольствия, верно? — Первая спросила у него Астари. Недалеко от нее Кэйафас косым взглядом уловил сильное недовольство хранительницы книг.

— Да. И что же вам понадобилось от группы? Если вы от лидера — скажите ему, что походы проходят по расписанию как обычно… — Ответил ярко—фиолетовокрылый, стряхивая с темного наружного покрова навалившуюся пыль с высоты. Его мордочка из темноты капюшона выглядела довольно серьезно, ярко горели глаза, но голос звучал мягко и легко, словно перышко.

— Можно ли к вам вступить в группу? У вас вроде дефицит участников? — Самочка немного отвела голову назад, когда на нее направился напряженный взгляд. Он смотрел долго и прожигающе осматривал сзади стоящих.

— Верно, не хватает нынче существ. Но почему именно сбор еды? Вы в курсе, что там происходит? — Из капюшона появились рожки и под конец вопроса секки снял с себя его, оголив темную с розовым мордочку. Виляла от волнения прямо по песку упругая кисточка хвоста, но морда лишь изредка проявляла свои эмоции, словно бы её заморозили. Астари собралась только ответить ему, но её остановило внезапно раскрывшееся фиолетовое крыло.

— Просто позволь нам вступить в группу, с остальным мы разберёмся, — красивое, переливающееся драконье крыло Фейадары перегородило Хейдеса от остальных, и она, не обращая внимания на перепугавшегося юношу, многообещающе взглянула на Астари.

— Чуть не высказала ему весь наш план, он может сдать нас чуть что услышит, — тихо проворчала самочка и с наигранной улыбкой убрала крыло меж секки. Покачнулся Хейдес от такой резкости и чуть не упал — благо своевременно подоспевшему Кэйафасу удалось удержать нового знакомого.

— Ладно, принимаем, — ответил самец, встав и направившись к рунам, уже зажегшимся. Хвост его смахнул оставшиеся песчинки песка, и Хейдес ввел комбинацию из нескольких рун. Надписи плавно замигали, расползлись по всему полу выхода и вошли в границу барьера. Защитная магия начала расходиться в стороны и неприятно гудеть, словно кричал очередной голодный песчаный гуманоид. Через несколько мгновений барьер создал щель для выхода и первые сборщики пошли через нее, едва пролезая.

— А разве лидер не говорил о том, что теперь выход секки из барьера ограничен со сложившейся ситуацией? — вспомнил кое-что Хейдес, но рядом с ним уже никого не стояло, только следы на песке говорили о недавнем столпотворении. Тёмный и розовый изнутри самец без какой-либо уверенности убрал лапу с магического механизма и вышел к остальной группе сбора продовольствия, чтоб не отставать от соратников, не забыв перед этим натянуть на себя плотную тканевую накидку. Барьер с таким же гулом закрылся вновь.

Больше не будет пути назад, больше не станут прежними дни цианитовой самки или темного в прошлом раба валькирии — имелся теперь только путь вперед, неизвестный, но крайне манящий.

Солнце, не дожидаясь одобрения, брызнуло в глаза вышедшим из барьера сотней своих ярких, горячих лучей. После нескольких дней, проведённых в пещере даже и не скажешь, что раньше это солнце светило всегда и без всякого неудобства. Небо впереди постепенно краснело, а песчаные барханы гордо восхвалялись своими крутыми склонами. Вот чего не ожидала Астари, так это такого же резкого ухода твердой земли вниз прямо в пару метрах от выхода. Не разобравшись быстро в ситуации, Вираи распахнула крылья в стороны и едва успела приземлиться по воздуху. Розовую гриву засыпал падающий сверху песок, морда нахмурилась. Группа не стала на долго задерживаться на одном месте, да и опасно было здесь оставаться. Фиолетовая самочка отряхнулась и поплелась за остальными.

По сторонам возвышались довольно крупные песчаные нагромождения, которые с каждым пройденным шагом уменьшались и становились более редкими. Из какой—то выдолбленной дырки послышался крик — стервятники кружились кругом около своего гнезда и делили дичь. Голодные взгляды тёмных глаз-пуговиц въелись в подкорку сознания, возбудив по всему телу цепь неприятных мурашек. А что если потом путники окажутся той дичью, за которую так дерутся птицы? Те всё смотрели них, прожигая взглядом, пока не хлопнули крыльями и не полетели вниз с возвышения. С бурыми перьями, с грязными пожухлыми хвостами, крупные стервятники подняли в воздух пыль и песчинки, коснувшись крыльями земли. Острые и упругие лапы с когтями тяжело вцепились в бежевые камни, крылья раздвинулись в стороны, ограничивая путь дальше. Но Ладону, лидеру группы, было виднее как и что делать — он просто продолжил свой путь вперёд, не обращая внимания на разъярённых птиц. Только когда он уже впритык приблизился к пернатой границе, стервятники противно-визгливо закричали, перебивая друг друга на своем птичьем говоре.

— И не дождетесь от нас и кусочка дичи! Не для того я выходил, чтобы кормить вас как маленьких детей, недовольных жизнью. Прочь! — Воскликнул Ладон и прошел далее, перед этим коротко бросив взглядом на остальную группу секки, зашедшую за широкий выступ. Хейдес опустил уши и прижался к коленям ещё сильнее. Тёмно-фиолетовая с белыми пятнами на крыльях самочка махнула хвостом и сорвалась с места в небольшой туннель. С недолгими пререканиями со стороны Хейдеса его все-таки удалось оторвать от камня.

— Ладон сейчас играет на острие когтя. Эти птицы очень пылкие и в прямом смысле, — пояснил для новичков голос за стеной, скрывшийся в темноте. Дальше пришлось уже идти по узкому туннелю, где от каждого движения сыпались стены, трещал пол под лапами. Астари коротко покосилась на своего напарника, но едва увидела его на черном фоне пещерки.

Через несколько минут они вышли в небольшое помещение, сбоку которого виднелся свет — там было два разветвления и оба шли наружу. Кэйафас сзади вздохнул и попятился туда. Но когда существа уже подходили к песчаному порогу — из глубины пещеры послышался скрежет когтей и хлопанье крыльев. Издалека на группу по сбору провианта бросились новые стервятники и чуть не посбивали с ног бедных и опешенных секки. Хейдес выпрыгнул из туннеля и залетел на верхний выступ, материлизовал магией красивый, тонкий лук со стрелами. Последние самец обмазал ядом из собственного жала на конце хвоста, направив на вылетевших птиц острые наконечники. Он опустил тетиву, и стрела со свистом вонзилась в крыло, летевшей прямо на лидера группы. Перьевая туша с грохотом разбилась о песок и тут же воспламенилась оранжево-красным пламенем. Ладон бежал довольно быстро, но всё же горящее существо, в которое превратилась птица, обжигало тело воителя неприятным жаром.

— Пернатые крысы! — ругнулся он. — Бегите вперед, сопротивление! — Лидер развернулся в воздухе, доставая одновременно со своей спины закрепленные двусторонние ножи. Он напряг свою лапу и кинул одно из орудий вперёд, задевая сразу несколько подлетевших стервятников.

На каменном выступе, всё ещё стоя на корточках, находился Хейдес, высматривающий остальных во мраке. Все кроме Астари и Кэйафаса успели выбежать и полететь дальше, а их все не было. Его волнение отразилось на еле болтающихся крыльях, поникнувших прямо в разгаре битвы. Изумрудные глаза не могли уловить ни единого шевеления в пещере, где сейчас в полной темноте стояли секки. Астари медленно шла по многочисленным камням и постоянно поворачивалась то влево, то вправо, надеясь контролировать ситуацию вокруг себя.

— Только что был свет, вот прям тут был! — В голосе самца слышалось негромкое клокотание и паника. Птицы нагоняли, а выхода на старом месте не нашлось. Кэйафас Юто дернулся от подобравшегося со спины клюва и сильно ударил острым крылом по хохолку.

— Тут есть небольшая щель в стене. А если в неё ударить магией? — Спросила Астари, собирая природную энергию в бирюзовых рогах. Заискрились молнии на них, зарядился в округе воздух, а птицы резко остановились, начиная пятиться. Воитель зло посмотрел на них и оскалился, щетиня шерсть на загривке. Тёмная шерсть засияла синим светом, камни стали падать со всех сторон и скатываться к пальцам лап — из рогов хлынули потоки магии в щель и расширили её до крупного сквозного отверстия. Потолок в конец затрещал, словно кости сотни убитых, и уронил почти на головы существам кусок острой скалы, оглушивший до звона в ушах. Юто быстро среагировал и, прижавшись всем своим телом к самке, закрыл и себя и её плотными крыльями. Птицы волной повылетали из образовавшегося выхода.

—Где вы, ребят? — Послышался голос снаружи, хотя его было слышно довольно плохо из—за случившегося обвала. Хейдес спрыгнул с упавшего камня и подполз к образовавшейся небольшой песочной воронке. Длинный хвост с жалом на кончике напрягся, когда самец заглянул за угол и увидел вдруг сидящую под небольшим завалом Астари, а за ней пострадавшего Кэйафаса.

— Нужно идти, так мы и через день в сопротивление не вернёмся, если будем сидеть, — спокойно высказался розовокрылый и осмотрел кровавые раны самца, вставшего на свои две задние. Вираи громко и показательно выдохнула и выкашляла песок с кровью из пасти. Будто песок лучше знал, чего нужно организму, и добавил в рацион легких помимо кислорода ещё и себя. Организм не оценил такой заботы с его стороны.

Яркие оранжевые солнечные лучи пробрались и в такие пустынные дебри, что пришлось закрывать лапой источник света, чтобы хоть что—то рассмотреть. Облака еле виднелись на открытом голубом небе, и только изредка они удосуживались приносить тень на изможденные тела десятка секки. Замыкал их группу Ладон, таща за собой подгоревшую тушу стервятника. Небольшая компенсация за неприятную встречу. И с чего эти недоразвитые пернатые вдруг решили содрать «налог» на проход на территории самой Валькирии?

— О, если бы этими «первопроходцами новой системы» были не мы, а те же хранители Валькирии, то всем этим стервятникам бы не поздоровилось, —Отшутился Кэйафас, проскрипев от боли зубами. Его левая нога, раздробленная под завалом, сейчас выглядела ужасно. Астари оставалось только смотреть на него с сомнением и неким интересом. Всё же он спас её, но что его сподвигло это сделать? Личное дело, какой-то план, желание подавить свое эго, охота заиметь уважение? Уставшие глаза тёмного существа пригляделись к задумчивой особи и приятно, с чувством выполненного долга, засверкали. Фейадара, идущая сзади, рассматривала яркое огненное перо через свои очки и что-то про себя бурчала, пока наверху кто-то возвышался и смотрел на кучку идущих.

— Радуйся, что я тебя там не оставил гнить в твоей пещере — иначе бы эти секки тут бы не шли. Правда интересное развитие событий? — обратился незнакомец в маске и с длинными волосами, собранными в хвост, к лежащему на песке трупу. Прежде великолепной красоты самочка голубого цвета шерсточки сейчас лежала вся в волдырях и с закатанными глазами. Давно уже умерла, но живого секки это не смутило. Снова взяв ту магией, вместе с ней поднялся ввысь и улетел в противоположную сторону от группы. Хоть маска и скрывала личность чёрно-золотого, но выражение открываемой пасти не могли прикрыть кровяные подтеки.

— Интересная вещичка, твоих лап дело, Мелтиадес? — говорил все тот же, но уже обозленному лидеру Валькирии, находившемуся на полу своей крепости.

— Участник сопротивления! Откуда? — Воскликнул, но уже с интересом искуственнокрылый. Огромная драконья морда близ него громко фыркнула пеплом из ноздрей — труп сопротивленца вызвал интерес, а незнакомец не переставал увиливать.

— Мне нужна одна самочка. Решите с ней один вопрос — дам информацию о них.

— Что нужно?

— Её живую мне. Царапинка если будет на её шкуре, ответите перед ней своей смертью. В жилище инородных сил! — Крылатый тихо засмеялся, увернувшись от фиолетового удара магией лидера. Взлетев, существо быстро скрылось за деревянной дверью, оставив от себя лишь разъеденные до основания перья. В него попали.

Неба не видя, ты смотришь под улицу.

Дни тёмно-серые горем заплакали.

Речи о том, о чём сам бы додумался

На душу лягут на ветошь заплатками.

Дело ли дивное, чтобы средь сумрака

Свет проявился хоть в чём-то и где-то,

Чтобы хоть кто-то без муки и судороги

Сдёрнул все маски, слоями надетые?

Верю, что это не дым и иллюзия,

Не бесполезны надежды, стремления,

Ну, а слова — не простая аллюзия

А основной инструмент сотворения.

Мирдал

Выход из скалистой местности со стервятниками был уже далеко позади. Отсюда виднелись лишь острые штыки и каменные очертания на фоне голубого неба. Теперь же небольшой группе предстояло пройти еще не менее трудный путь. Но после долгого похода и энергозатратной битвы существам больше хотелось перекусить, отдохнуть в теньке от знойного солнца, раскаляющего песок до неприятной температуры. Ладон приметил как подходящее место для привала, и секки радостно размяли уставшие крылья, облепив бедное дерево посреди пустыни, пособирали немного плоских кактусов и приготовили из дичи и первых попавшихся ингредиентов неплохую порцию еды. Без каких-либо столовых приборов Астари нырнула мордой в миску и вылизала все оставшееся пресное на зуб. Хоть и предполагалось, что хотя бы мясо птицы будет хоть немного питательным, но на самом же деле никакой ценности оттуда организм не получил. Почистив перья перед подъемом на лапы, фиолетовая Вираи заметила такие же голодные морды в группе — все нервозно думали о еде, успехе операции, а самое главное — о неожиданных новичках. Первый сидел, как серая мышь, около дерева, другая своим окрасом привлекала много внимания, да и своим характером тоже. Ладон невольно посмотрел на пустившего их в группу Хейдеса, закатывающего виноватые глаза куда подальше от навевающего недовольства.

— Ты их пустил, дабы они мешались у нас под ногами? Так просто, да еще и в такие времена, новичков не берут. Чтобы не случилось, отвечать за них будешь ты и наш лидер, — прошипел пустынный секки, приблизившись к рядом сидящему жалохвостому. Внутри его розовые перья стремительно потускнели и прижались к темной внешней мембране. Противный комок застрял в горле и не собирался уходить даже под началом разговора.

— Но у нас же сейчас дефицит участников… Маленькой группой опасно выдвигаться на столь близкие территории к главной крепости Валькирии, а эти попросились добровольно, вот я и подумал… — жаркий ветер сильно подул со стороны и растрепал бедному изумрудную челку, открывшую дрожащий глаз. Ладон тяжело вздохнул и махнул ушами.

— Сейчас я твой лидер за пределами сопротивления, и такие вопросы решаются только со мной, ни с кем другим и точно не с таким, как ты — болезненным и идущим против главной цели нашего народа — свободы. Портить мне репутацию своими глупыми выходками я тебе больше не позволю. Постарайся, чтобы эти секки не заразились твоей глупостью теперь, — похоже, Ладон вышел из себя, даже шёпотом умудрился отчитать самца так, что было слышно самому раненному Кейафасу. Портить репутацию? Он «старается» только для того, чтобы остаться в хорошем положении в сопротивлении?

— Похоже, что вы сами портите себе репутацию таким отношением к сородичам. Он не виноват, мы сами вышли, — Юто попытался встать на задние, но кровь резко хлынула ему в лапу, и он визгнул, проехавшись мордой прямо по рыжему песку. Белая с голубо-серыми пятнами лапа упала на темную шёрсточку самца, искрящиеся глаза уставились вниз. И больше он не успел сказать.

Существ оглушил гром хлынувшего на них тёмного песчаного облака. На территории очередных руин мелких зданий рельефный штык медленно упал на песок, сбитый магией, что шла полосой за пока незримой фигурой. Земля провибрировала от столь сильного удара, планы сопротивления резко изменились в не самую лучшую сторону.

— Что в такое время здесь забыла дочь Мелтиадеса? Вот бы ее сожрали уже скорпионы, тьфу! — Прорычал Ладон, собирая быстро вещи на дальнейший путь и презрительно косясь на отмахивавшуюся от прилипших песчинок самку бежево-рыжего цвета с тёмными, собранными сзади в объемный пучок, волосами и змееподобным хвостом. Все из того же рассеивающегося клуба пыли вышли еще трое секки почти такого же окраса, но темнее и с полосками на спине.

— Ты идешь со мной, а вы продолжайте искать их убежище. — Приказала самка, высоко вытянув свое элегантное тело, испещрённое десятком шрамов, длинными красными следами на ляжках. Стоявшие рядом беспрекословно повиновались той, поблескивая в отдалении пустыми глазницами, и уже через время скрылись за упавшей конструкцией. А сама дочь Мелтиадеса — Кьюри — оторвалась от земли и начала слежку, не забывая время от времени оглядываться на наличие опасности. Запад обширных территорий Валькирии — не самое приятное место для длительного пребывания. Напасть тут могут даже поклявшиеся в верности секки, да еще и такая необычная особа привлекала очень много внимания, что увеличивало этот шанс вдвое. Кстати, являются ли они теми, кто были нужны самке, или это просто очередная группа дозора? Всё-таки двинувшаяся в путь группа была довольно подозрительной…

Пара секки из отряда опасливо понацепляли на себя темные накидки и уплотнили строй, готовясь к неминуемой битве. Астари, находясь в таком уплотнении, машинально остановилась, держа на своем плече раненного Кейафаса. Неприятно харкнув в пустоту, самец зашевелил кончиком пушистого хвоста — перед ними загородили дальнейший путь двое валькирийцев. Между группой и неожиданными гостями разразилось долгое молчание, пока, в один момент, Ладон не призвал магическую стену. Бежать от таких противников толку мало — догонят и спалят вмиг, но можно было протянуть время побольше и где-нибудь скрыться. Но где найти укрытие, когда вокруг только пустыня?

Отступившая на пару шагов Фейадара напрягла свои глаза, проводя ими по пустынному полотну, и покопошилась туда-сюда лапой. По ощущениям под ней находился песчаный пласт, который хрустел от любого провода по нему когтями. Но эта неожиданная находка быстро переменилась на оглушающее разрушение воссоздавшейся нынче стены лидера группы. Ярко-красный плазменный удар прошелся прямо между еле увернувшихся секки и взлетел ввысь, где и исчез в магическом облаке из искр.

— Выберите же свою участь: погибните или станьте снова рабами. Я ждать не стану, — отчеканила слова взлетевшая в воздух самка, приближаясь к группе. Позади нее подходил к месту встречи тощий, как сук, Тэрон, что вызвал у ощетинившейся Астари гневное жжение в горле. Хейдес рыкнул громко, и Кьюри, восприняв это как решительный ответ, хотела начать бой, но ее внимание привлекла фиолетовая воительница с упругим бирюзовым гребнем на спине.

— О, какая встреча. Вот как забавно… Самец, что предал её и всю крепость, и самка, пострадавшая от этого без возможности помочь своим собратьям! — голос нападавшей был строгий и сиплый. — Вот как выглядит общество без принуждения, строгого повиновения приказам. Любая пытка сломает весь здравый смысл столь, как вам кажется, верным Саксонии!

Кьюри схватила стоящего рядом самца за шкирку, посмотрев оценивающего в его пустые глазницы. Один туманный разум, не выдающий никаких эмоций, даже слов. А когда-то Тэрон был самым почитаемым хранителем стены, любые секки, что около него проходили, кланялись ему и желали хорошей службы. Но эти дни давно уже прошли — от прошлого него ничего не осталось, и Астари было больше всего от этого горестней.

— Лучше быть свободными и верными, чем куклами в руках других! — рыча в порые гнева возмутилась Вираи, не обращая внимания на перекрывшего ей путь крылом черношёрстого. Но вдруг до её носа едва дошел знакомый запах, тооько уже без горького ощущения — вода, в таком-то месте? Виари остановилась и помотала головой: везде одна пустыня, ни намека на столь редкую жидкость. Шли долгие минуты, по прошествии которых Ладон уже лежал в слое песка и старался не наесться его под тяжелым натиском Кьюри, положившей на спину еще нескольких из группы буквально за секунды. Никто не в силах был уследить за столь чёткими движениями в воздухе, словно она нарушала все мыслимые и немыслимые законы физики. Но Кьюри ждал не шибко приятный сюрприз — местность вмиг охватило густое облако пыли, сопроводившееся взрывом сферической самодельной бомбы. Кьюри не собиралась бросать все на полпути — она раскинула по сторонам части облака перед собой плотной магией и осторожно попыталась разглядеть секки из сопротивления. Бесполезно! Они исчезли из поля зрения, как и само надоедавшее облако! Разразился грубый треск местности под землей, песок начал просачиваться сквозь незримую поначалу щель. Потом и та начала расширяться, поглощая в себя все больше и больше, и в итоге поверхность, где ранее стояла экстренно взлетевшая самка, рухнула песчаными осколками вниз, прямо в озеро бирюзовой воды.

— Главное, не используй здесь свою магию, хорошо? — Уточнила Фейадара рогатой Астари, пока её речь не превратилась в водное бормотание. Вторая угрюмо кивнула мордой и схватила побольше воздуха себе в легкие.

— Тут есть хоть куда плыть?! — Спросил Кэйафас, еле высовываясь из волнующейся жидкости. Подземное озеро на первый взгляд было небольшим, но под лапами было еще неизвестно, на сколько-то уходило вниз или вбок. Кьюри снаружи упала на свои четыре лапы, вцепившись передними в острый обрыв, и всмотрелась в воду. Фиолетовый цвет загорелся в пасти самки, и та пальнула иглой магии вниз. Пройдя всего немного и не задев никого, плазма растворилась в воде с шипящим лопанием темных пузырей.

— Идем к северному посту, они все равно никуда не смогут деться. Эй, вы, что у вас там? — Обратилась валькирийка в воздух, сжимая пальцы лап. Её ухо вдруг звонко и обрывисто затрещало и в конце концов звук пропал, оставив Кьюри сидеть в замешательстве. Система связи разорвала с рабами связь, теми, которых она отправила искать убежище. Понятно было сразу, что их убили, либо вырубили, поэтому Кьюри медленно встала, ловя в свое ухо новые сигналы магической ауры. Теперь, вместо фиолетовой магии, перед ней появилась яркая синяя в форме узкого овала. Растворив её на мелкие серебристые песчинки, ухо почувствовало знакомую энергию и подстроилось под нее.

— Тебе же нужна была бирюзовогребневая, а, маска? — Самец рядом скучно махнул крыльями, пока валькирийка снова вопрошала неизвестную тому личность, которую тот даже не слышал, а слышал только односторонний разговор.

— Неудача в поиске логова сопротивления, да? Впрочем, неудивительно, что Мелтиадес решил сам их отыскать, без лишних действий. Так-то, верно, мне нужна она. — Ответил голос в ухе, иногда прерываясь на короткий кашель и тихое трепетание шерсти о пасть.

— Я ее доставлю, но, чтобы отец не узнал об этом от тебя. Ни писка, маска, ни писка. — Голос незнакомца ненадолго пропал, но все же согласно хмыкнул в ответ и вконец исчез. Рыжекрылая с темными пятнами побродила немного по пустынной территории с открывшимся на ней подземным озером и двинулась в нужном направлении, искоса посмотря на Тэрона.

— Верность? Что такое, по сути своей, верность?

Вся группа погрузилась глубоко под воду и искала пути отступления. Кристально чистая вода, но до мурашек ледяная. Лапы быстро перебирались через толщу, а хвост лавировал между возникающими на пути острыми каменными выростами. Астари прикрыла свои глаза и все смотрела на удлиняющуюся пещеру вдаль. По по бокам светились яркие голубые кристаллы, пёстрые рыбы плавали бок о бок с неумелыми секки, что поджимали крылья для большей теплоты и скорости. Постепенно они выплыли в воздушный карман и начали быстро вдыхать свежий воздух, только фиолетовая самка осталась на стреме. Хоть и сейчас ей и не угрожала горячая вода, обжигавшая в подвале жабры, но все же осадок с того дня присутствовал. Она описала круг и облокотилась на бирюзовую с серым стену.

В воздушном кармане этим временем велось бурное обсуждение. Розовокрылый Хейдес вылез из ледяной воды на небольшой клочок каменистой суши и, раздвигая по сторонам крылья, распластался на животе. Поднимая морды каждый надеялся увидеть небо, но наверху лишь красовался искусственный небосвод — мелкие синие кристалики вместо звёзд, белый налет в качестве так называемых облаков. Необычный вид притупил разгорающиеся в разумах мысли.

— Ну и что же нам делать дальше? — Раздался через время недолгой тишины голос одной самки из группы сбора провианта. — Куда теперь? Все наши мешки с пищей остались у дерева, Кьюри не даст их себе вернуть.

— Будем плыть дальше по течению. Другого выбора сейчас нет. Когда же выберемся, придётся действовать по ситуации. — Фейадара дала ответ кратко, но с сомнениями в голосе. Подходя к насквозь промокшему самцу, она также осмотрела свои бедные, утяжелившиеся из-за воды и усталости крылья. Разуму, как и телу, тоже требовался покой, потому Юинис попросила Хейдеса призвать хоть искру огня.

— Прошу, я знаю, у тебя с ним не очень приятные воспоминания, но требуется всего немного. Ты тут единственный, кто имеет хоть немного сил. — Темно-фиолетовые лапы коснулись дрожащих от холода и страха лап самца. Хоть они так и подставили его, но они все же сородичи, так что, когда очкастая секки упала на пол, Хейдес стал паниковать сильнее. Невозможность сотворить просто обычный огонёк. Маленькое, столь беззащитное пламя казалось для запуганного существа чем-то вроде добровольного залития себя лавой, а солнце — неимоверной агонией. Болезнь с детства, когда любой источник света или огня причинял огромный вред телу, на восстановление которого уходили недели. Волдырями и трещинами покрылась шкура, почувствовав жаркое тепло от возникшего в ладонях языка пламени. Оно тихо трепетало в дрожащих от боли лапах, а после медленно упало на кучку сухих корней и отмерших останков различных водорослей, кораллов. Хейдес, удостоверившись в удачном поджоге костра, отпрянул в сторону для обмытия лап. Небольшое водное окно в пещерку приятно отливало различными цветами: от ярко-синего до пурпурного. Около него кто-то нырнул вглубь, оставив на поверхности только темно-синюю кисточку хвоста, а остальное тело секки пропало в водной глади.

Кислорода в легких было маловато, но достаточно, чтобы отыскать беспокойно плавающую в пещере Астари. Её яркий гребень на спине хорошо выделялся на дне узкого туннеля, покрытого песком и кишащими в нем угрями. Кейафас подплыл к ней и взглянул в темное продолжение подводной пещеры. Слишком мало места для прохода даже одного секки — придется расширять, уловил тот мысли самки, разгоняющей противно трескающих током местных обитателей.

— Они похожи на тебя, — Смехотливо заметил темный, махая и указывая в их сторону лапой, от чего Астари ухмыльнулась. «Ах значит так…!» — Она оттолкнулась от стены, столкнувшись с переди стоящим крыло к крылу. Всё бы ничего, если бы ограничилось только столкновением, но около его пушистой грудки появился длинный угорь и белоснежная, острозубая улыбка за ним. «А так он может?» — Безмолвно выставив в сторону лапу, где находилась узкая дырка, Вираи сама заискрилась, словно яростный угорь, и из лапы вышла тонкая серебристая молния. Буквально за пару мгновений до столкновения атаки и камня самка сжала в кулак лапу, превратив молнию в шар. Стена была проткнута насквозь и оставшаяся узкая часть перегородки упала на дно, распугав всех там живущих. Кэйафас довольно замахал хвостом, глядя на остатки после столь сильного удара, но закончившийся воздух в его легких заставил его оплыть каменный столб и вернуться в сухую пещеру, где уже вовсю пылал огонь, а Хейдес раскрывал широкие перепонки крыльев.

— Астари! — Воскликнула Фейадара, срываясь с места. — Что был за взрыв?

Вираи, не ответив, отмахнулась и села на корточках на какой-то камень. Силы за весь день быстро иссякли, и она на ровном месте уснула. Остальные тоже подхватили сонное состояние, поочередно отправившись на отдых перед дальнейшей дорогой.

«Чем я вообще занимаюсь? Каждая минута на счету, а я в этом странном походе…» — Подумала фиолетово-цианитовая секки перед тем, как совсем перестать чувствовать тело и отправить беспокойный разум на недолгий покой.

— Выплываем, если вы восстановили свою энергию, конечно. Новые трупы нам не нужны. — Собирал всех постепенно наш «великолепный» лидер, даже не дожидаясь отхода от сна, он просто сталкивал существ с ими наспанных камней. А ведь сам буквально пару минут назад дрых, как убитый, от чего и получил с размаху грозный удар хвостом по ноге от Кэйафаса. Астари не желала получить такой «будильник» после сна, потому стремительно упала в воду и удачно исчезла с его глаз, пока не пришло время всем плыть тем же путем. Уверенно преодолев увеличенный проём, группа вышла на еще более узкие туннели. Развилка состояла из нескольких тупиков и свободных проходов. «Куда?» — движениями лап вопросил неприметный участник сопротивления, возвращаясь из очередного тупика. Фейадара крайне озадачилась, проверяя крылом силу течения и температуру воды. Указав дальнейшее направление, секки поплыли дальше, стараясь не останавливаться на многих вещах.

Вода становилась все теплее, а течение сильнее. Пропадали многочисленные кристаллы на стенах пещеры, необычные подводные жители оставались все дальше позади. Но в один момент течение оказалось слишком быстрым, и пловцов закрутило в нескончаемый потоке. Лапы бились о выступающие сталактиты и сталагмиты, крылья еле удавалось удержать около собственного тела. Едва они проплыли метра с начала бурного участка подземной реки, как один из самцов с болезненным бульканьем из пасти нарвался на пролетающий мимо выступ, который глубоко вошел в мягкие ткани живота, раздербанив их до тучи крови. «Ужас! Где Кейафас с остальными?!» — Астари Вираи хоть и была полу-водной секки, но разбушевавшаяся стихия даже ей была не подвластна — её тело защищал лишь тонкий слой энергетического барьера, которому она была немного обучена от единственной подруги. К, сожалению, или может и к счастью, той добродушной самки тут не было, а если бы она тут была? Ее бы постигла такая же участь, как и бедного самца на выступе? Как вообще она могла думать о таком в нынешней-то ситуации, когда почти ничего не видно за растворённой в воде кровью…

Вираи пролетела по воде еще пару поворотов, когда была вытолкнута в более широкое помещение, где удалось подышать воздухом и отойти от сильных ударов камней. Тут уже не виднелись синие кристаллы, а только еле просвечивающийся свет сквозь огромные глыбы падал на стоячее под лапами озеро. «Еще одно, но откуда свет?» — думала розоволосая, обходя новое место и прислушиваясь к каждому шороху. Всюду были разбросаны разные по величине и форме белые колонны, подобие лестницы наверх стояло в полуразрушенном состоянии, а на стенах, под слоем из ветвистых корней, чуть показывались магические знаки.

Резко задрожала земля под лапами, от стены начали отходить волны — что-то явно приближалось. Розоволосая быстро сообразила отлететь от стены, после чего в озеро посыпались каменные обломки. Из пыли выглянули запыхавшиеся секки, еле как держась на лапах от многочисленных синяков.

— О, здесь так витает пустотной магией… — пробурчала устало и заторможенно, словно словно после миски алкоголя, Юинис, упав четко на лапы удивленного Кейафаса. Конечно же, на неё повлиял не спиртной напиток, а кружащаяся голова от быстрого течения, но лучше от того ей не стало.

Группа поредела, не хватало минимум троих или даже пяти секки. Искавший тех Ладон пнул поверхность воды — это происшествие явно не обойдет его стороной по возвращении. Все устремили свой взор на потолок, оттуда слышались тихие голоса и топот многочисленных лап. Лидер без всякой нерешительности взобрался наверх и мгновенно, для секки слишком неожиданно, пропал сквозь каменный потолок. Остатки группы неуверенно замахали крыльями, приблизившись к столь странному месту. Лапа Кейафаса устремилась взяться за очередной камень, но прошла сквозь него, словно через воду, и самца грубо ввтолкнуло за пределы пещеры.

— Похоже на барьер, только данный не похож на наш, на базе. Барьер сопротивления скрывает территорию, а этот изменяет её под внешнее окружение. Но как, и главное, для чего он здесь? — Рассуждала любительница почитать чужеземную литературу, пока ещё неуверенно порхая под потолком, где всё чётче слышались шаги и говор.

Астари послушала мысль знакомой и решила тоже попробовать камни на пропускную способность. Она свободно вылетела сквозь них и едва успела сориентироваться в новом для нее месте и завернуть за угол каменного небольшого здания. Та точка, через которую прошла самка, никак не выделялась на фоне улицы. Вскоре через неё вышли остальные и спрятались кто куда, пытаясь понять свое нынешнее положение.

«Северный форпост Велерот»

Показалась черная надпись на трепыхавшимся от ветра флаге, находившимся около сторожевой башни ворот. Астари это название ничего не сказало, а вот Кейафас беспокойно сжал капюшон своего плаща:

— Я помню этот форпост, тут нас с братом и схватили, завоевав прежде находившиеся здесь земли… — С горечью в голосе сказал воитель, вспомнив про свою родную кровь. — Нужно поскорее отсюда выбираться, пока до нас не дошла Кьюри.

— Сначала провиант, потом искрящиеся лапы! — Прыгнул Ладон с рычанием со всей его группой на верхнее строение, где высмотрел интересующее его здание. — Берите все, что можете унести, никого не жалеть!

— Воровство?! — удивленно возмутилась Вираи, приземляясь около основания башни, но Ладона было уже не докричаться — вовремя пропал с поля зрения на охраняемую территорию. Самочка аккуратно проползла на своих четырех лапах к барной стойке, где и встретила Хейдеса, перепуганного до чёртиков. Их ограждала лишь тонкая перегородка от сидящих далее за столом немного подвыпивших охранников, меняющих различные темы ежесекундно: от устройства их страны до любовных писем какого-то новенького на службе. Без вранья — слушать это с серьезным выражением морды было невозможно.

— Этот новенький, как его там… Чиж? — на толстый стол упала с хлопком пестрая игральная карта, — Если бы вы только слышали эти «восхитительные» стихотворные словечки и сладкие признания — подавились бы от смеха, а он же их еще так мечтательно выдумывает, ходя туда-сюда! О мой нежненький цветочек… Я скучаю о тебе, как деревце на окраине лесочка! — По комнате разнесся смех играющей толпы и грубый отскок игрального кубика о древесину.

— Ровно четыре! Ты проиграл, Мевайт, давай-давай скорее ваши монеты! — Тот же секки, что горячо обсуждал чужие судьбы, повилял хвостом на подвинувшуюся к нему золотистую кучку. Проигравший недовольно замахал ушами, чувствуя некий подвох от столь легкого выигрыша.

— А сам что? Знаете, где на днях твою пушистую морду видел? У пёстренькой самочки с пушистой серединкой, когда буквально неделю тому назад гулял с другой особой, без столь видного богатства. Тебе ли обсуждать чужой роман? Или за душу задело?

Темно-зеленый охранник около него выпрыгнул из-за стола и напряг свой оскал.

— Пёстренькой?! Ты что, с моей самкой ошивался? Я то думал, что её дома-то нет!

Вскрикнул тот и гневно подобрался к нему, но, вовремя увернувшийся от удара лапой самец, успел перепрыгнуть небольшой стул и оказаться на деревянной балке над дверью.

— С чего ты взял? — Протяжно засмеялось существо, его когти проникли глубоко в доски.

Астари смотрела на все это с нескрываемым чувством некого стыда, и только она собралась повести Хейдеса дальше, как чуть ли не прилетел в них стол, разбросавший по полу все карты и пронумерованные кубики. Один из восьмигранников приземлился перед розовокрылым, остановившись взглядом на нем, он приметил красующуюся на выпавшей грани цифру «1». Но знак вызвал у него неприятные чувства, в глазах появились темные пятна и вместе с Вираи они устремились через зал на другой этаж, пока за ними творилась неразбериха.

Ладон там уже разошелся на всю катушку: мешки были забиты различными плодами, монетами, ценными вещами. В углу лежал шипящий перевязанный веревкой секки, яростно бив по полу хвостом. Комната абсолютно опустела с их визитом, это казалось новичкам совсем диким. Бесспорно — пустыня, провианта не хватало в сопротивлении, но чтобы так зверско врываться в чужие здания, нужно было ещё постараться. Лидер вылетел через разбитое им же окно, когда на их разговоры подоспели охранники с довольно острым оружием.

Глефа к глефе — в таком положении в данный момент находилась Астари вместе с парой существ из группы. Их давили к стене числом, замахиваясь клинками, пока они защищались. «Я не воровал, я не воровал. Мне рано умирать!» — молился про себя всем святым духам Хейдес, прячась за своими крыльями. Давление всё увеличивалось, и фиолетовая самка бросилась на подошедшего слишком близко валькирийца, выбив из его подчинения телекинезом грозное оружие. Сзади же на неё направили новые острия, не позволяя той двигаться, но Вираи резко подалась вниз и ударила древком глефы прямо по лапам охранников, сбив их на пол. Теперь, осталось только лететь, что они и сделали. Солнце яростно опалило их спины под своими последними лучами.

Пролетев над форпостом, сопротивление вышло к старым руинам стены вокруг города. И… там, на одном из обломков сидела вальяжно песчаная окрасом Кьюри, плавно наставив свой взгляд на опешенных повторной встречей секки.

— Набрали всего да побольше и решили, что я вас не найду? Сопротивление такое наивное. — Сказала дочь Мелтиадеса, изгибавши свой хвост и ложась на аккуратный мягкий живот, выгибая спину для своего удобства. Секки только поняли её замысел, как тут же оказались под окружением фиолетово-пурпурной сферы. — Не поймите неправильно, я лишь выполняю свою работу. — Самочка взлетела к сфере и вытащила оттуда беспокойную воительницу. Даже в уставшем состоянии её глаза горели словно пламя Саматхи. — Ваше убежище всё равно не отыскать, но лишь дело времени, когда кто-то выдаст его расположение.

Кьюри закончила свою речь, уронив сферу вниз. «Если они узнают наше местоположение, то все равно начнется война? Кровь все равно прольется?!» — Занервничал Хейдес, увидев почти закрывшуюся область, через которую доставали Астари.

— Идиот, не лезь! — Крикнул Ладон, как он считал, глупому поступку самца, что успел протиснуться сквозь позже закрытое отверстие в магическом барьере. Из-за маленького пространства для протискивания его плащ остался там, от чего тёмно-розовый начал ощущать по всему своему телу сильное жжение.

— Отпусти её! — Воззвал он опустившейся Кьюри, та развернулась в его сторону. Валькирийка мрачно сузила свои зрачки, передав, будто вещь, Тэрону самку. Она была быстра, потому Хейдес не успел даже увидеть её шаг, как Кьюри появилась перед ним, подгибая лапы за горящие крылья. Хейдес был воткнут в песок, а из его лап от столкновения выпал тот самый кубик, который он решил взять с собой.

— Знал ли ты, что цифры по сути своей не значат ничего, но когда на них смотрит секки, его разум начинает играть с ним, специально додумывать несуществующие события. Так что цифры свое значение имеют только, когда существо надумало этому числу множество сопутствующих ассоциаций. Что же для тебя значит эта цифра? Одиночество, количество удач за день или знак смерти? — Рассуждала практически около уха, продолжая заламывать лапы и крылья Хейдесу, Кьюри. Он практически выл от настигнувшей его костей боли, из пасти капала густая кровь.

— Забей на неё, воспользуйся единственной возможностью! — Откуда-то издали послышался вопль Вираи, намекавший на оружие секки — жало на конце хвоста. Ему было больно, как бы он не хотел мира между сопротивлением и валькирией, как бы он не желал существования без жестокости, ему было больше не из чего выбирать. Жало дрогнуло и воткнулось в бок Кьюри, что пару секунд просидела на нем в оцепенении, а потом громко закричала от распространяющегося яда. Сфера исчезла, Астари отбила Тэрона от себя (на него ей сейчас было, честно, наплевать), схватила Хейдеса и пропала с с глаз долой.

[[image:/storage/reader-images/40c681bf02a9d195cf4fb82d27008e1dff1b127f.png]]

Тьма тьмущая покрывала пустыню, да и неожиданно тучи склубились над макушками секки, что остановились на передышку наверху того злополучного каньона. Капли потихоньку начали капать на песчаные барханы, заливая со временем всю пустыню непроглядной стеной ливня.

— Ты хорошо справился, заслуживаешь хоть немного уважения перед Ладоном. Не обращай на его внимания, как я поняла, ему важна только своя фигурка. Но без пешек он бы не смог продержаться и ночи.

Астари спокойно говорила с Хейдесом, стараясь отвлечь его от причин для грусти. Но у того не выскакивали из головы слова Кьюри о том кубе. Действительно ли это знак, но чего знак?

— А что для тебя значит… цифра «1»? — Спросил он у нее, но в ответ получил лишь молчание. Не ожидала Астари такого вопроса, не было должного ответа на него. Для этого пришлось бы думать, но еёе прервали, прикрыли полностью тело крыльями и уронили с обрыва. Даже испугаться она не успела, так резко это произошло. Кто-то взял её со спины и, быстро завернув в пещерку у самой поверхности, закрыл лапой пасть. Посчитавшие, что на них произошло нападение, несколько существ из группы ворвались в то же место и внимательно осмотрелись. Никого, абсолютно, будто испарились, даже после полного обхода и проверки возле того, кто «украл» Вираи, никто ничего не увидел и вернулись обратно в полном непонимании.

— Кха! Кто?.. — Возмущенно вырвалась из лап похитителя самка, округлив глаза. Перед ней возвышался темный Кейафас, махая лапами.

— Наш изначальный план, Астари. Мы должны были попасть на место убийства члена сопротивления! — Пояснил темный самец, у которого выделялись только побелённые пряди волос. Воительница виновато почесала край уха, после чего они скрытно вылетели наружу. Запах их смывал вовремя начавшийся дождь, одновременно с тем мешавший нормальному полету, о чего герои добрались до места стычки ранее не так быстро, как хотели до этого. На пустыре всё ещё лежал труп самочки — гниющий, да ещё и омываемый ливнем. Кейафас и Астари вырыли глубокую яму и положили туда труп секки, отдавший жизнь земле.

— Как сказала Фейадара, по компасу нам туда. Там живет Ярокрыл. — Отметил самец, а Вираи для проверки прыгнула на прежде высокое разрушенное здание. Не сказать, что увиденное не поразило её, то, что она лицезрела впереди раздалось сильным гулом в голове. Вот на сколько Астари ужаснулась и на столько же на секунду подкосилось её сознание.

Перед ней было видно всё. Вся Валькирия была перед носом, а около главной стены крепости виднелась многотысячная армия рабов, обычных секки. Её содрогание прервали идущие далеко внизу валькирийцы, которых из-за дождя невозможно было разглядеть.

— Армия против Саксонии готова… Мы знаем их местоположение даже лучше, чем базу надоедливого сопротивления. Пора уже, иначе потом будет делать это поздно.

— Что значит для меня число «1»? — напомнила себе сама же вопрос Хейдеса Астари Вираи, — Для меня это число значит только одно — единственную цель на данный момент. Уничтожения этого чёртова места, выроста тиранского правления, и возвращения на защиту родной крепости.

— Кейафас, возвращаемся, здесь опасно и нечего больше смотреть. Мы всё увидели.

Гомон наполнил улицу. Каждый секки что-то да лопотал, и всё сливалось в хаотичный шум. Тёмный незнакомец в плаще — по фигуре самец — проходил по знакомым ему местам, лавируя в толпе. Шум в ушах отдавался ужасным продолжительным звоном. Тёмный стремился найти укрытие после атаки Мелтиадеса. Пустотная магия — дело не шуточное, рана всё сильнее мучила организм секки и поглощала его жизненные силы с каждой минутой. От ярко-пурпурной отметки в виде многоконечной звезды по всей оставшейся руке шли длинные пульсирующие корни. Никто не стремился оказать хоть какую-то небольшую помощь, да и неоткуда таким добродетелям было взяться — бежавший незнакомец твёрдо намеривался скрыть свою неудачу и разобраться со всем этим самому.

Ужасно запыхавшись и устав, существо забежало в старое на вид заведение, расположившееся в глубине улиц, да еще и в подвале. Шум ещё слышался, но уже не бил по ушам, поэтому незнакомец в желто-белой маске и бурой накидке сел на небольшой стульчик почти вровень со столом продавца спиртного. Отдав заказ предыдущему посетителю, он заметил сидящего и подошел к нему.

— Чего желаете? Вам помощь не нужна? — Секки заметил дрожащие крылья, учуял странную энергию от него и болезненное положение тела, что сильно сжималось от боли. В ответ на это золотоволосый положил лапы на стол и устремил блеклый взгляд на него.

— Кружку «Дей», прошу. А с этим я справлюсь сам. — Ответил сидящий на стуле, и уже через несколько минут пил заказанный им напиток. Приятно охлаждающая жидкость стекала по стенкам горла, а позже всасывалась в организм, опьяняя. Хотя тёмный не имел никакой зависимости, события, что он не мог пережить морально, приходилось разбирать в своей голове отчаянными методами. Рана всё больнее пульсировала, разум поглощала странная мысленная дымка. Он уже начинал терять свое сознание под граммами спирта и болью, как за спиной был услышан чужой говор, который заставил его вернуться в реальность и сузить зрачки своих глаз.

— Слышал, недавно кто-то вломился в главное здание крепости? Говорят, секки, который явился туда, знает расположение базы сопротивления. Но из-за того, что он поставил свои условия в обмен на информацию, Мелтиадес едва его не прикончил, тот сбежал. Так я к чему, на него объявлена охота — кто его притащит живым, получит свободу. — Последние строки золотоволосый незнакомец в плаще принял очень остро и заскрипел зубами. «Еще этого не хватало!» — обозлился на происходящую ситуацию секки, допивая кружку напитка. Пока он перевязывал раненную руку бинтом, к нему подошла малочисленная банда, заинтересовавшись новой личностью на местных территориях. Один из них, зрелый с колючей шерстью, подсел рядом, разглядывая упорное бинтование.

— После битвы? Что могло занести калеку в такое место? — Начал говорить тот с ухмылкой на всю морду, отодвигая пустую кружку в сторону и ставя на стол свою темно-синюю бутылку. Даже повторный звон стекла о доски не помешал существу продолжать свое занятие, от чего посетители рядом крайне были недовольны. Первый хруст — стекло усеяло весь пол и крылья, второй — и осколок бутылки был выставлен прямо напротив глаза золотоволосого, отблескивая на свету солнца радугой.

— Не игнорируй, мы знаем, что это ты! — Вскричал, довольствуясь находкой, секки и стремительно рассек воздух между собой и жертвой. Покрытому плащем еле как удалось не напороться на острые осколки, перепрыгнув небольшое помещение несколько раз. Добрая часть посетителей убежала прямо с самых первых секунд боя, поэтому секки ничего не мешало движению.

— Вы, кажется, обознались, ребята. — Утвердил золотоволосый нападавшим из-за угла существам, что яростно пытались загнать того в угол заведения и схватить. Одна из них создала пламенный сгусток в своей лапе и пустила его в секки, но он прошелся прямо около перьев крыла, врезавшись в стену. — Похоже, вы настроены серьезно, — подал голос самец где-то наверху, отвлеча внимание существ от возникшего на полу круга. Кроваво-оранжевая секки пригрозила когтями и зубами тёмным перекладинам сверху где, предположительно, тот скрывался, и расставила задние лапы по сторонам для стойки. И только обратив внимание вниз, она заметила, что стоит прямо по центру огромного, уходящего во внутрь пола, круга, тянущегося вниз. Глубина цвета не позволяла определить оттенок атаки, тем самым оставляя без возможности понять тип магии. Тела крылатых уже погрузились в тёмное нечто, только головы остались на поверхности, лицезреющие недавно спрыгнувшего с верхушки секки. Из его пасти безостановочно текла кровь и облепляла собой трясущуюся, операвшуюся на пол, лапу. Пьяное сознание и без того плохо повлияло на организм, так ещё и рана растратила последние жизненные соки. Сознание помутнилось, начались резкие белые спышки в глазах, а тело болезненно извернулось.

«Глупая-глупая смерть. Если и умирать, до достойно, а не как грязный мусор. Пойдешь ли ты со мной или так и продолжишь глядеть на еще довольный от прошедшей ночи труп своего отца?» — знакомый голос прозвучал в подкорках разума и вызвал отторжение ранее съеденой пищи. Та ночь, видимо, была довольно переломным моментом, так как это был не кошмар из сна, а воплотившийся гнойный ком реальности.

Сверху упала очередная деревянная перекладина, проломав пол насквозь. Заведение опустело: не кричали нападающие, не бегали мирные посетители, лишь грохот со стороны поверхности. Секки поправил свою маску и тяжело вздохнул, но выдохнуть не сумел. Дыхание прервалось, а горло сжалось, словно в тисках, острые когти глубоко вошли в покров и не выпускали свою добычу. Кто бы знал, что Мелтиадес явится собственной персоной в такое захолустье, далеко от его многолюбимой крепости. Одно из его крыльев резко хрустнуло металлическим треском, раскрывшись в бок. А узкие глаза тирана смотрели на самца с неугомонным блеском. Тот же был прижат крепко к стене, и без возможности чем-либо двинуть существо также просто бурило взглядом ненавистника. Когда дышать было уже совсем невмоготу, темнокрылый заметил сзади знакомую песчаную самку, что стояла, вся обтекая кровью. Она тоже не обделила самца своим вниманием и потупилась на месте.

— Ну же! Покажись! Или всю жизнь собралась прятаться?! — Ворчливо приказал Мелтиадес, выдавливая последние соки — и, наконец, дождался. Секки кашлянул кровью в воздух, его шерсть затрепетала. Сначала покров принимал разные окраски и оттенки, но потом начал колебаться и в итоге остановился на тёмно-фиолетовом. Через секунду-другую начали удлиняться лапы, рости золотые чешуйки на позвоночнике, пушистый бугорок под хвостом тоже исчез, а волосы на голове стали более длинными и ярко-золотыми. Когда же выросли темно-красные рога, существу удалось открыть пасть и выпустить накопившийся газ.

— Иориина?! Это… Ты? — шокированно проболталась перед отцом Кьюри и так же быстро, как и открыла пасть, замолкла.

— Кальадара, Кальадара, сколько пустынных бурей прошло, как я тебя в последний раз видел такой. Стоит похвалить, даже в виде самца, твое истинное самочье тело и после стольких лет услада для моих глаз! — Мелтиадес кратко рассмеялся и придвинулся к стене ближе. — Отлично сработала, но этого не достаточно, чтобы ты подкосила всю власть этого места. Просто сдайся и прими свое истинное назначение. Будь твой отец жив, тебя бы уже давно использовали. — Лидер с одним механическим крылом продолжал давить на появившуюся самку. Кьюри просто наблюдала за тем, каким ещё издевательским способом могут добыть информацию в этой стране анархии.

— Где же база сопротивления, Иориина? — Самцовая рука коснулась пушистой грудки и сжала несколько шерстинок. Кальадара тихо застонала.

— Не для того я прошла этот путь, чтобы меня останавливал какой-то секки вроде тебя. И ты не знаешь, чего хочет моя душа на самом деле, не знаешь, чего хочу я. И, продолжая говорить о моем отце, ты делаешь себе только хуже. — опьянённая злобой крылатая самка зашипела во всю мочь и откинула задними лапами Мелтиадеса вперёд, где он едва не врезался в дочь. — Зря ты обо мне рассказала. — Обратилась золотоволосая к стоящей Кьюри, опустившей крылья в самый низ, и подняла лапу с горящим в ней пламенем тёмного огня. Она бросила пламя под себя, испарившись, а разгоревшийся костер магии оставила на нападающем. Мелтиадес спокойно поднялся, отряхнулся среди творившегося в баре хаоса и выбил плазмой путь наверх, схватив вслед за собой песчаной окраски самку, что наотрез противилась его воле. «Он сам узнал, и ты это знаешь» — Сказала себе Кьюри, смотря на отца, что выдвинул вперёд две лапы (левая была выставлена дальше правой) и напряг первую настолько, что собравшаяся в ней магия уплотнилась и срезонировала с раной на теле летящей Кальадары. Сфера, выступающая серцем, беспощадно и без собственной воли сжалась и треснула, вызвав бесконтрольное падение тела. Столб поднявшегося песка, пепла и пыли окружил самочье тело и, словно насмехаясь, облепил все раны и кровь.

— Хоть это и было на мгновение, но боль словами не передать, да тут даже крику силы не хватило. Отрадно, — хриплым и болезненным тоном пробурчала Кальадара, без возможности двинуться, бледно-фиолетовому пятну, возникшему на фоне яркого солнечного света.

— Ты в курсе, что мне крышу проломила? — Сказал незнакомец с мордой дракона, всматриваясь в прилетевшее с высоты тело. Вскоре дракон подхватил раненную и положил на твердый стол, где он и заметил пустотную рану на руке, доходившую уже до плеча, и нескрываемо ужаснулся, распахнув яркие с внутренней стороны крылья. — Будешь должна за крышу.

Кальадара потеряла сознание, не сказав и слова.

Тяжёлые взмахи крыльев послышались около границы пещеры. Секки приземлились на промокший от плотной стены дождя песок и яро принялись отряхиваться под каменным навесом. Красивые яркие спутники планеты медленно плыли сквозь тёмное пространство космоса, освещая алым оттенком прозрачные капли. Засмотреться на них не стоило больших усилий, думать о предстоящем разговоре или событиях не было никаких желания и сил. Порыв холодного ветерка перекинул розовые волосы со спины на плечо, Астари обернулась на Кейафаса.

— Такое случается раз в несколько лет, но даже полюбоваться на такое редкое явление не дают… — Удручающе взохнул белобрысый и провел лапами по своей челке.

— Планеты Тэррота, как иронично. Все проблемы до этого и сейчас возникают именно из-за контроля, жадности и магии, неверно применяемого инструмента. Вот бы ничего не было и все бы жили в мире. Как твоя нога? — поинтересовалась самочка, не замечая красноты на морде самца.

— Пока жив, и на том спасибо. — ответ Кейафаса сопроводился резким падением на задние лапы, — Пошли в пещеру, а то тянуть дальше некуда — группа вернулась и ищет нас.

И верно, прямо за углом, в нескольких метрах от секки, проходила группа сбора провианта. Их промокшие и уставшие тела мешались с разгневанным Ладоном. Что же скажет на пропажу двух участников Ильнейс? Хотя пока того не наблюдалось, как и многих участников сопротивления, он решил пока об этом не беспокоиться. На руках было лишь несколько мешков провианта и еды, первые оперативно доставили на склад, а еду в кухонное помещение.

Фейадара села на камень и тяжело потянулась, поправив очки на перепосице. На горизонте нарисовались две знакомые фигуры. Тёмный идущий самец почесал лапой за пушистым ухом.

— Ну и смысл вы улетали во время возвращения? — Решила сразу же уточнить очкастая, подойдя впритык к Кейафасу, подогнув головку.

— Я не желал улетать сейчас, мы просто хотели проведать то место! Мы бы тебя не оставили одну!

На вопрос Юинис:

— Ну и что же? — самец промолчал, виляя хвостом, а Астари, задумавшись, вовсе отвернулась. Что она увидела там, что не хочет об этом говорить? Ярокрыла в любом случае придется отыскать, так что она не стала долго зацикливаться на новенькой.

— Если ты что-то задумала, то скажи сразу, иначе я не хочу потом расстраивать Юто. — Обратилась она буквально через несколько секунд к Вираи, вглядываясь в бушующий за пещерой долгожданный дождь. Влага опадала на существ так, что их перья на крыльях и волосы блестели серебром. Приятный прохладный пар охватывал округу и делал ее больше похожей на скопление пушистых облаков на земле, чем на темную пещеру посреди нескончаемой рыжей пустыни. Вираи спокойно вдохнула эту смесь из различных запахов природы и, потрепав после этого плечо Фейадары, ушла с возникающим в её душе чувством вины, что мелкими коготками раздирало внутри горло. Её тянуло на родину, в Саксонию. Она не могла принять то, что сейчас в поход туда готовят целую армию, не могла принять свою беспомощность в эти моменты. Разве может самка, что собственными лапами в детстве зарезала пустынного червя, который был её раза в три больше, стоять и просто наблюдать? Разве может секки, что имеет внутри неугасаемую жажду битвы и внимания, быть настолько ограниченной в действиях? Это страна анархии и беззакония, так что тут нет места слабым и безвольным, что не могут защить даже себя и своих близких. «Почему ты так говоришь? Ты совсе-ем не слабая! Только вспомни, как ты спасла детей от грозного песчаного Таратуина!»

— Он был совсем червёнком, Исмем. Я лишь надумала, что это была страшная опасность и после хвалилась перед младшими своими «смелостью» и «воинственностью». На самом же деле я была той, кто фантазирует себе лучшую жизнь, живет потом в этом мирке, а при реальных, масштабных проблемах ничего сделать не может. Я только и хотела себя чувствовать нужной, сильной, полезной кому-то, но в итоге лишь мечтала и ничего не делала. — Последние воспоминания о подруге заставили лапы Астари с хлопком оказаться на ушах и сжать их. Звон, как и мысли, медленно улетучились и оставили секки брести дальше по каменистой тропе. И привела та не к временному жилищу Вираи, а к довольно полющимся лидеру группы. Больше всего ей сейчас не хотелось с ним сталкиваться, да и более того — говорить. У него будто бы пар шел из носа, что доказывало его злопамятность. В округе было ни души — хорошее время, по его взгляду, построить своих тараканов в башке в ряд. Если повиновение издевательством и насмешками он считает праведным, то как и для чего он всё ещ здесь шныряет вместо того, чтобы идти к своим «собратьем по разуму»?

— Не думаешь ли ты, что это немного эгоистично, пытаться из-под тишка воссоздавать тот творящийся за стенами пещеры мир? Или ты приравниваешь к своим поступкам другой смысл? — начала было Астари, пока не поняла, что наговорила. Беспорно, верная мысль, но не вслух!

У Ладона от злости увеличились зрачки, и тот устремился в сторону самки, явно этого не ожидавшей. Она едва успела воссоздать в лапе глефу, как на неё обрушилось всей мощью оружие Ладона. Острый камень со скрипом прошёлся по одному из острых лезвий и отскочил при ударе по нему вторым лезвием. Куски прошлого ещё не успели попасть на пол, а сероватый лидер группы уже готовил новую атаку. Десяток острых камней из воздуха попали в тело и около ног стоящей. Зачем он нападет? Ему есть от этого выгода? Видимо, имеется, если Ладон нападает на пустом месте. Сейчас главное дождаться настоящего лидера или хоть кого-нибудь, кто выйдет наружу.

— Всё было нормально, пока не пришли вы! Встали у меня на пути, решили, будто бы вы здесь главные! С вашим появлением всё пошло не так: смерть самки и самца, нападение Кьюри. И знаешь, что самое интересное? Именно в твоей комнате были найдены следы крови. Объяснения? И так ясно! — Воскликнул Ладон, подрываясь с места и впечатывая крылом Астари к каменной стене, от которой тут же посыпались осколки. Самочка харкнула кровью и злобно уставилась своими ярко-оранжевыми с желтым отблеском глазами на немного ухмыляющегося самца.

— Тебе же ясно сказали… — разнёсся крик с неопределенной стороны, после которого Ладон противно зарычал, высовывая язык из пасти, ведь на его спину взобрался кто-то полу-прозрачный. Тёмный секки постепенно проявился на теле и еще больше сжал плечи Ладона, махая крупными крыльями. — Отпусти её!

Продолжил Кейафас, отделив наконец борющихся друг от друга и ловко отлетев от размашистых магических ударов существа. Только ему не удалось предвидеть спрятавшегося в укромном месте скалы зрелую на взгляд самку, что схватила его лапами за оба крыла и скинула вниз.

— Что здесь происходит?! — На звуки боя и криков прилетел настоящий лидер сопротивления, взяв всех до единого телекинезом зелёного цвета. Пошевелиться не было и возможности.

— Я всего лишь шёл по дороге, и тут на меня выскакивает эта рогастая! Предатель, убивший самку! — Грудь Ладона выступила вперед от действующей на нее магии, а он сам внутренне проклинал встрявшего Кариме.

— Покойником захотел заделаться и борцом за справедливость? Кровь на окне не доказывает от слова ничего, а о твоих проделках может рассказать всё сопротивление! — Заверяла фиолетово-бирюзовая, направляя в его сторону указательный палец вытянутой руки. Но тот лишь продолжал смотреть на соперника и бесконтрольно висеть в воздухе. Ильнейс выслушал каждого, но так и не смог прийти к верному разрешению проблемы. Поэтому Кейафас, воспользовавшись ситуацией и своей неудобной позой, решил спросить и свою противницу, сидящую на нем.

— Ты же зрелая секки, так почему ты здесь? Не видишь, что этому Ладону нельзя доверять? Разве поведение его в походах тебя не смущало ни разу?

— Следую я за ним только ради защиты своего ребенка и не более того. В отличие от сегодняшнего лидера он может постоять за сопротивление. Это Ильнейс вас пустил в сопротивление, это он безответственно отнесся к охране границ, что повлекло за собой остальные последствия. — Отчеканила жесткошёрстная под телекинезом. Юто уныло вздохнул и сжал брови.

— А у меня брат на грани жизни и смерти, но сейчас мы не спасаем его, а находимся тут и ссоримся. Тем более Астари врятли врет.

— Он хочет сделать тоже самое, что и снаружи в Валькирии! Какой смысл тогда от сопротивления, если этот секки станет предводителем? — Астари вместе с Кейафасом упали на камень и одновременно посмотрели на Ильнейса. Он придвинул к себе недо-лидера и грозно оскалился, убирая с морды свою прошлую невинность.

— Так вот значит как обстоят дела в сопротивлении за моей спиной. А от тебя я объяснение услышу? Если хочешь — устроим поединок, который и решит наше недопонимание?

— Истинное лико лидера! Он никогда не отказывается от своих слов и действует напрямую. Отказ — сродни лжи.

Ильнейс наконец получил знак лапой «согласен» и отпустил того от своего влияния магией. Серо-белая шерсточка быстро погрязнела от пыли и стала от неудовоствия хозяина дыбиться. Пока он вставал, Вираи успела отлететь подальше и взобраться на какой-то навес. Темный самец посмотрел на раненную и обвязал некоторые места бинтами. Горлышко все было в ссадинах и синяках, на руках виднелись порезы и волдыри. Когда Юто дошёл до проверки спины, самочка в смущении и чувстве вины спрятала свою морду за коленями. Не хотелось бы показывать и ему свои эмоции и слабость.

— Говорил мне брат однажды, что водных секки осталось в Амман-сере немного, и что встретить их — это большая редкость, — Тихо лепетал в раздумиях самец, рассмаривая красивый бирюзовый гребень на спине, — Ты никогда об этом не задумывалась? Откуда ты, например, где твои родичи?

— Никогда не задумывалась. Обычно я этот факт пропускала мимо ушей. Да и что с того — ну водная я и водная. Тебе-то с этого какой толк? — Поинтересовалась та и задрала наверх свои уши — начался поединок. Находящийся позади Кейафас странно улыбнулся и прикрыл глаза, вместе с тем почёсывая лапой себе за ухом. Неуверенные взохи послышались из пасти и недолгое молчание.

— Ты спасла меня, вызволила из рабства, привела сюда. Но сейчас я чувствую от тебя грустную ауру, ты начала меньше говорить, что-то случилось? Это из-за Саксонии?

— Ты прав. — Коротко ответила фиолетово-бирюзовая и прижала к голове уши. Юто же вновь неуверенно приблизился к Астари и сел около левого бока. Ее глаза из тени были направлены вниз и ждали развития событий.

— Просто хотел сказать, что твои магические удары очень мощные, а сама ты — очень благовидная. Мне нравятся твои особенности, не стоит унывать. Я бы без тебя так и остался бы в рабстве. — Завершил свое изречение смущенный собой же самец и уставился на битву также, пока в это время Астари приходила в себя. «Но, что же… Тупоголовый…» — Подумала она и легко, но с чувством, ударила лапой по побелённым волосам Юто, который в тот же момент чуть пошатнулся и коротко засмеялся. Как говорится — смех сквозь слезы, причем у обоих.

А битва была в самом разгаре — лидер на подчиненного, забавно. Грохот, свист, треск происходил на каменном полу пещеры. Ильнейс Кариме, лавируя между каменными атаками второго, уворачивался от возникающих при этом магических атак прыгающего по глыбам самца. Когда Ладон решил перегнать своего лидера, он свернул за угол и перебежал его на несколько метров и только тогда вышел из укрытия, резко объявившись на предполагаемом месте встречи. Но атака прошла в пустоту, как и из той появился Ильнейс.

[[image:/storage/reader-images/d01b21bc4b49ee7bce5bdb75f5439a32dbea2cde.png]]

— Шамаак’катзе! — Вскликнул самец, образовав около себя облако тёмной пыли и скрыв себя из виду. Пол затрещал, как зубы Ладона — всё его поле зрения было сокрыто в темноте. «Более ждать я не собираюсь» — отчеканив в своем разуме, сероватый припал к земле и положил руку на грубый камень. Трещины разошлись по всей площади, из них вырвались фиолетово-пурпурные лозы с вкраплениями частей булыжника. Они устремились вверх и едва не воткнулись в прятавшегося там Ильнейса, что сразу спрыгнул на его спину. Ладон заверещал от охватившей его боли, лозы обернулись в другую сторону и охватили тело нападавшего так крепко, что появились следы крови. Но Ильнейс не стал паниковать или сдаваться — только больше загорелся желанием закончить эту стычку. Потому он вырвал одну лапу из заточения и направил её на невесёлую морду Ладона. Его глаза засветились зелёным от воспылавшего перед ним яркого света с отходящими от источника языками магического пламени, и морда его исказилась.

— Выигравший — станет лидером, проигравший — будет изгнанным отродьем. Твои установленные правила, вот и результат.

Неясные крики раздались напоследок из пасти проигравшего и их обоих закрыло облако пыли и магии, сопровождаемая зеленой спиралью. Астари даже опёрлась на передние лапы в надежде увидеть первой результат поединка. Туман и облако постепенно развеялись, но секки видно так и не было.

— Да! Давай его, так его! — Заголосил незнакомый ребенок вблизи, явно отличаясь от других участников сопротивления. Практически пчелиная окраска шкуры с темными, в отличие от основного жёлтого цвета, оранжевыми крыльями, драконья морда и длинные густые волосы алого цвета. Грудка и рост столь необычной личности были не вровень возрасту. Об этом свидетельствовала догнавшая мелкую молодая самочка секки.

— Ты же вроде говорила, что сегодня у тебя важное дело от самого лидера. И что же я вижу? — Спросила с упреком она и сжала ухо драконочки. — А на самом деле, вместо учебы или помощи, ты ошивалась тут?! Лгать легко, а наказание принять готова? Тельсия? — Молодое существо схватилось за плечи впереди стоящей, но та всё вертела головой к полю сражений. Глаза её заискрились, крылья разошлись по сторонам, невзирая на преграду перед ними.

На камнях, возле небольшого ручейка, привстал выдохшийся лидер сопротивления и уверенно распахнул свои широкие крылья, блестя белыми рожками.

— С этого момента Ладон отрекается от позиции лидера в сборе провианта, а на его место встанет новый предводитель отряда — Хейдес. Мне предатели ни к сердцу в сопротивлении, не для того оно было сформировано, чтобы кто-то стремился разрушить его, либо испортить. Хейдес за столько лет показал себя с лучшей стороны, кому бы это ни казалось обратным, но он больше всех подходит на эту должность. — Ладон прерывисто зарычал с несдерживаемым хрипом и через силу приподнялся на задние, истекая кровью. Тяжёлые кровавые капли стекали из множества круговых ран на теле и мешали нормально дышать. «Как его могут назначить на такую роль заместо меня? Безмозглая куча мяса, то и дело портившая все, к чему прикасается. Он словно порча, гнилое мясо, но точно не лидер!» Ладон вдруг, со свистом ветра, выставил лапу перед собой, и глаза Ильнейса поздно увидели возникший темный осколок камня в воздухе, не успев передать команду телу, лидеру осталось только прочувствовать всю «прелесть» любой острой вещи. Острие в мгновение ока вошло в правую часть морды так, что на месте удара осталась мясная каша и лужа крови.

— Лидер! — Крикнула Астари, спикировав вниз, и юная самка тариантри закрыла свою пасть рукой, забила хвостом, дабы ее отпустили. Фиолетовая секки гневно заискрилась молниями и пробурила в Ладоне целый каньон ненависти. Но тот ответил лишь одним опустошенным взглядом, в котором отражалась стена пешеры и идущий за ее пределами ливень. Он упал на песок и ухом припал к полу. Стукали капли вдалеке, слышась лязганья когтей о камни, шуршания перьистых крыльев, а стучание серца было по предательски громким. «Тук-тук-тук» — оглушающе переманивал на себя все звуки орган тела и заставлял кровь будто вскипать от смеси гнева и безысходности. Так и решил секки, чего мучиться.

— Я все сделал, — над его грудью появился острый каменный шпик, — Все. Пусть будет так и никак иначе, свою миссию я выполнил. Гордо признаюсь, работать на две стороны монеты было забавно, -биение сердца участилось, а штык еле проткнул плоть существа, — Больше я не буду причастен ни к этому миру, ни к этой стране, ни к вашим жизням. Вас все равно, рано или позно, убьют.

Ладон размахнулся неуверенными движениями и проткнул себя насквозь, своей же магией земли. Хлынула из груди кровь, появились крики в пещере, но только Астари стояла и смотрела на него с презрением. И даже факт только что случившейся смерти не был для нее чем-то пугающим, наоборот, Ладон придал себя другому миру и с этого становилось на душе только слаще. Заслужил, что еще сказать, но его слова испугали не только ее, но и раненного лидера. Несмотря на ранение, нанесенное ему не только на лицо, но и на гордость лидера, Кариме задумался о его словах.

— Давно, урод, планировал предательство. — Прошипела откуда-то взявшаяся Фейадара, блестя надетыми на переносицу очками. — На кого он работал за нашими спинами? Ах, и да, Хейдес, как тебе новая роль в сопротивлении, рад?

— Чему тут радоваться, если смерти вокруг, да и только. — Ответил розовокрылый грустным тоном. — Я не хочу жертв, не хочу войны, при которой будут страдать все мои знакомые. Но я находился столько лет с тем, кто стремился к уничтожению нашего прикрытия… И теперь не знаю, чего ждать завтрашним днем. — Он посмотрел на взятый игральный кубик и громко цыкнул.

Мрачная Астари нахмурилась, дойдя, наконец, до своего жилья, и упала на свою лежанку. Слишком много всего за день произошло, да и думы разрывали голову изнутри. « Саксония, Саксония, Саксония! Есть путь, надо всего-лишь найти его!» — Самочка запустила в свои розовые локоны лапы и из челки показались янтарные бледные глаза, смотрящие в пучину наползшей в дом тени. Кто это был тогда во сне? Нет сил вспомнить. Кейафас снова хрепит во сне, мило топорща пушистый хвостик. У него тоже есть цель, как у Астари — найти своего брата. « А если я уйду, что будет с ним тогда?» — Она сердилась на саму себя, корила себя за возникшие мысли, но других варинтов не было. Если Вираи этого не сделает, то позже будет поздно.

Фиолетовая самка с вкраплениями цианитовых полос на теле села на край матраца и тяжело вздохнула, поникнув. Недолго смотря на деревянный пол, она все же решила подняться и выйти под покровом ночи. На улице никого уже не было, только сверчки изредко напоминали о себе своим стрекотанием. Провернув все тот же до боли знактмый путь: за дом, потом вокруг сталагмитов, слившихся друг с другом, а после по очередной цепи наваленных камней прямо до окончательного узкого прохода под зелеными лианами. Протиснулась туда Астари, поняв, что туннель стал будто уже в несколько раз. От чего такое чувство? Но пути назад уже не было, пришлось ползти дальше до выхода. Вот, посыпался красный песок из-под лап — выход! Только радости не было, Вираи почувствовала присутствие двоих существ. Когда самочка уже откапывала засыпанную песком брешь в барьере, на нее свыстка смотрели Фейадара с Тельсией, обреченно прикрывая глаза.

— Возможно, это последние наши дни, когда мы находимся вместе. Прости, Кейафас, я обязательно вернусь. — Сказала Вираи, не поворачивая мордочки на них, слезы опалили солью ее глаза, когда она выбралась наружу. Сильный ветер все также бушевал за пределами барьера, а капли дождя грубо мочили шерсть Астари. Пройдя пешком метров десять, самка не выдержала — подлетела, испещренная множеством серебряных молний, увеличила свою скорость и понеслась на встречу грозной пучины неизвестности.

Прошло несколько часов с момента отлета секки и та описывала круги на одной из трех каменных башен уже несколько минут. Вокруг один мрак, хоть глаза выколи! Еще и эти планеты Тэррора маячат на краю глаза, единственное, что освещало эту землю в такую ночь. Астари снова слетела с высоты и проникла на территорию столь огромного кратера. С ее последнего здесь нахождения ничего не изменилось, однако в этот раз на улице было слишком много охранников и в некоторых местах даже хранители. На металлической балке Вираи хрустнула своими пальцами и приготовилась к серьезным действиям. Спиной к кратеру она пролетела многочисленные круговые ступени и приземлилась на дно. Четыре двери стояли по сторонам и скрывали за собой многие сотни метров шахт. Один из хранителей «Зари» зашел в одну из таких, а Астари промелькнула около него и залезла на стену. Пока в шахте было много лишних глаз, она ждала, когда тот отойдет в сторону и с силой завалила в удобный момент.

— Где самый безопасный выход из Валькирии? Говори! — Требовательно запросила ответа Астари, зажимая шею хранителю.

— Я ничего… не знаю! На такие вопросы, тем более рабам, мы не отвечаем!

— А так, ответишь? — Спросила она и зарядила в секки током, прикрывая тому орущую пасть. От такого тело стало больше походить на уголек.

— Г-главарь знает! Сетзу на тринадцатой высоте от низа! — Ответ наконец прозвучал, Астари в шутку похлопала в ладошки. — Хороший секки!

Тринадцатый уровень котлована — тут было просторнее, чем на прошлом, но кого сейчас это волнует. Сетзу найти проблем не возникло, а вот поймать пришлось попотеть. Эту личность защищали еще несколько секки-охранников, что рангом были ниже среднестатистических охранников. Они все оглядывались по сторонам, мешая Астари, но той все же удалось приложить лапы к полу пещеры и одарить всех присутствующим хорошим зарядом тока.

— Как пройти к безопасным воротам Валькирии? — « Как же муторно.» — Подумала она и уже начинала скались пасть.

— Ворота защищают главные части крепости — северная и южная. Если нужна безопаснось — лучше всего сбегать сквозь южные ворота, там прихвостней лидера меньше, как и огромных монстров.

«Странно гладко все отвечают. Не может быть, чтобы участники такой группировки раскрывали все свои карты прохожим. Но это пока не важно, сейчас придется искать путь наружу.» Вокруг ворвавшейся самки образовался круг рабов под контролем и пару охранников, что направили на нее копья. Они подходили все ближе и ближе, пока существо с ярким бирюзовым гребнем на спине не зажгло тротил в руке искрой от небольшой молнии. Охранники, заметив дымок и скрежет оперативно сбежали, оставив рабов на самих себя. Тротил взорвался, обрушив массивы камней вниз, стучась друг об друга, не задев при этом подконтрольных секки. Астари посмотрела на них в последний момент, а позже вылезла наружу, где, определив юг, полетела на указанную точку.

На небе все светились серебряные звезды, клубились тучи от еще продолжавшегося дождя. Вираи продолжала лететь, задыхаясь иногда от долгого полета и думая о Кейафасе. Но вот, спустя долгое время самке все же встретилась южная часть крепости. Ворота выглядели масштабно и поражали своей архитектурой. Огромные перекладины, ворота с несколько средних домов, вставленные в основания кристаллы — явно постарался какой-нибудь «скульптор». Подлетая, Астари Вираи уже не думала ни о чем, кроме выхода и возвращения в Саксонию, да вот только зря. По бокам от ворот охранники быстро сообразили что к чему и внезано поразили нарушительницу колкими металлическими сетями. Астари упала в песок и поранилась о десяток игл, что так предательски толчали внутрь сети.

— Глупо было надеяться о чем то, Астари Вираи. — Словно играюче пропел последние слова, в глазах помутневший, но по голосу и цвету, распознанный как некий Мелтиадес. Шокированную Вираи опалили неизвестным газом и та упала на иглы без сознания, но с раскрытыми глазами и чувством этого сознания.

— О, видишь все еще меня? — Он помахал перед ней рукой, от чего зрачки самочки уменьшились в размерах. — Так везет мне сегодня на самок! Так бы не выдержал, но приходится сдерживаться. Ведь не лидерское это дело.

Трепать самок. Но это сделает за меня наша великолепная арена, надеюсь, тебе там понравится!

На небе и под лапами, покрытыми травой, зажглись кровавые искорки. Они были мелкими и, словно беззаботные дети, гуляли по всему небосводу и вокруг тела. Сияния их были настолько многочисленными, что до черноты фиолетовое небо становилось алым и светилось вместе со своими «детьми». Но, как бы все искры не старались светиться в унисон, были и те, которые блекло поблестывали среди всех остальных. Все больше и больше становилось подобных тусклых щелей в небе. Никто мириться с этим не собирался — игнорирование ситуации вело все к большему паразитированию искр, но не сейчас. Те, кто сильнее всего сияли в небе, стали выталкивать «дефектных», падающих в последствии вниз, на уже кровавую землю. Тело стоящей самки не могло пошевелиться ни на сантиметр, только желтые зрачки еле могли наблюдать за происходящим. «Где я? Похоже на то место… из книг! Но что происходит?»

Небосвод с каждой прошедшей минутой багровел, яркие алые искорки, которых становилось только меньше, тонко трещали на высоте. Самочка даже и не смела догадываться, смотря ввысь и протягивая лапу к небу, что прямо под ней возник настоящий хаос. Бледные искорки и их мелкие собратья лишились смысла к дальнейшему существованию, они распространялись по землистой поверхности и пожирали друг друга. С адовым треском разрушались бледные тела, более сильные полчищами набрасывались на слабых. От этой картины ужаса и отчаяния Астари становилось настолько плохо, что она уже переставала осознавать себя, но до конца пыталась остановить рвотные позывы. Ее зрачки сузились, а зубастая пасть раскрылась — группа искр навалилась на нее и сбила с лап на кровавую траву. Тело все еще не могло пошевелиться, что оставляло самочку на милость судьбы. Шевели лапами, шевели руками, махай крыльями! Где тот дух, та сила? Почему именно сейчас настал такой момент, из-за чего она здесь?

Тем временем на теле самки искры предательски засветились ярким светом, похоже, магия, находящаяся в теле существа, возбуждала их интрес, аппетит. Сверкающая всеми существующими оттенками синего и голубого сфера была также облюбована. «Вы не посмеете! Убью, раскрошу на осколки!» — Взревела в мыслях Астари, бесполезно валяясь на траве и заинтересовывая все большее количество искр, пока в небе не появилась огромная темно-фиолетовая сфера. Она была настолько огромной, что в обзор помещалась лишь ее малая часть, от нее исходили грозные магические молнии, ядро внутри переливалось пурпурным. При виде ее тучи мигом улетели в стороны, образуя рваное кольцо по сторонам. Вираи и не знала, что это такое, но внутреннее чувство кричало об опасности. Но куда бежать, если тело не движется! Секки поначалу слабо прочувствовала просочившийся в ее лапы ток, но потом ее страшно озарило, когда организм уже верещал от боли влившейся в него массы чего-то неизвестного. Неизвестность пугает всегда, не зависимо от того, длинный ли этот темный коридор, либо творившийся в подсознании хаос. Искорки! Такие мелкие, но настолько коварные! Они все начали постепенно просачиваться в фиолетовое тело, заставляя то дрожать от издевательств. Их магические тельца ощущались в организме, но позже бесследно растворялись. Только до сферы самки никто не добрался, испаряясь еще на подходе к ней. Яростные синие молнии грозно защищали важный орган жизни, но и тот был не столь всесилен. Несколько самых кровавых искр вошли в грудную клетку и окружили возбуждающий их свет. Такой яркий и насыщенный, такой невинный и воинственный сиял перед ними, не похожий на то, что было раньше. Как бы сильно не защищалась сфера — в итоге искоркам удалось влиться в ее покои. За что поплатились в будущем и сами и хозяин самой сферы, коему она служила сердцем. Резкая волна боли откинула все возникающие мысли, оставив только пустоту, перетекавшую во что-то большее, чем ничего.

Тяжелый и болезненный вдох прошелся по грязной клети. Если бы вовремя не попавшийся на глаза свет солнца, возможно, Астари бы и не очнулась. Самочка распушила свои яркие перья и шерсть, в ее глазах читался ужас. Сердце билось как сумасшедшее, пульсируя с такой силой, что иногда до мозга не доходило, жив ли тот. Да и Астари тоже не была в себе уверена. Перед ней мелькали алые искры, напугавшие ту до крика во всю глотку. Ее тело до сих пор ощущало боль от них, как они вливались в нее. Это был сон? Но почему ее организм и разум до сих пор не угомонятся?

— Ч-что…- Астари посмотрела издали на свои лапы, которые были испачканы кровью. Капли медленно стекали с пальцев и бились об пол. Этот факт внес еще больше неясности в происходящее, как и тот факт, что она стояла посреди маленького помещения с одним единственным окном под потолком. Протерев в спешке лапы об пол и песок, Вираи заглянула за решетку. Обычные металлические балки с вкраплением ржавчины в некоторых местах были вдолблены в каменный пол и потолок. Протянув руку дальше, прижавшись при этом вплотную к ограждению, она ощутила высокое давление, и рука ее после проверки слабо повисла на прутьях. Барьер был поставлен прямо напротив комнатки, и слабо верилось, что его можно одолеть или просто сломать, как показывал недавний опыт в пещере сопротивления — барьер почти что нерушим. Точно же! Как Астари могла забыть про сопротивление и Саксонию! Не время прохлаждаться в каком-то заточении из четырех стен!

Во время того, как Астари думала, впереди началось какое-то движение. Напротив клетки стояла друга, похожая, и тоже с узником. Его тело просто лежало в углу непробудным сном и еле дышало, и только сейчас существо начало подниматься на свои лапы. Там был самец! Темненький, хотя в некоторых местах виднелись крапинки белого цвета, с белоснежными волосами, слабые кудряшки аккуратно падали на уставшую морду. Но несмотря на все раны и порванный темно-коричневый плащ, на морде стояла… улыбка? Астари долго не могла понять сущность этой эмоции у существа, в таком-то месте, лишь через некоторое время до нее дошла суть. Самец смотрел не на нее, а просто в яркое полое окошко.

— Скрдых! — Раздалось за пределами комнаты, и самка подозрительно покосилась на свое окно. Звуки продолжились со все большей интенсивностью, что привлекло ее внимание. В стенке было небольшое углубление для просиживания дней на хвосте, подобие лавки, коим и воспользовалась Вираи для ублажения своего нарастающего интереса. Удачно встав на нее и примкнув к окошку, секки увидела огромную арену, засыпанную песком и пеплом. На рядах кричали зрители, что с лихвой отдавали половину своего кошелька ради того, чтобы посмотреть на нелегальные бои. Хоть в Амман’Сере и была полная анархия, подобные бои, продажи рабов, нелегальный провоз руды — считались опасным занятием лишь из-за того, что другие группировки могли этим также заинтересоваться и попросту отобрать все это. Но, похоже, эту страну ничем не остановить — на арене прямо сейчас сражались несколько тощих секки с массивными скорпионообразными. А были они таковыми из-за своего сходства сразу с двумя тварями — комаром, видно было от него длинное тельце, и скорпионом, от него же присутствовал шип на конце и хитиновый панцирь. Для своего состояния они сражались отважно, пока со временем их не становилось все меньше и меньше. Насекомовидное пролетело в один момент прямо около окошка и подняло облако песка ввысь. Уворачивающийся в это время секки потерял большую часть обзора, что скрыло нападавших за песком неизвестности. Оттуда доносились только хлопанье крыльев и болезненные возгласы братьев по напасти. Не поспоришь, счастлив не будешь, когда прямо на твоих глазах избивают, разрезают, рубят и съедают твоих сородичей. Ему было настолько горько, что из глаз полились слезы при движении на врага. Соленые капельки улетали назад из-за ветра и там же испарялись. Он был настроен решительно, но опрометчиво. Ведь только он приблизился к твари — кровь из его живота полилась ручьем. Его проткнули острой клешней насквозь, как только тот оторвался от земли для удара. Слезы не исчезли, в отличии от души. Последние капельки испарились под солнцем и тело с грохотом повалилось на песок. Зрители ликовали на трибунах и стучали лапами о пол, шуршали крыльями. Твари выиграли этот поединок, поэтому их завели обратно в ворота, ведущие в помещения для подобных созданий. Крепко заперлись двери тяжелой доской благодаря нескольким хранителям, что таскались по арене в качестве помощников, следивших за разгаром битвы. Но и те, после выполнения работы, куда-то слиняли, оставив арену полностью пустой.

Поднялся какой-то протяжный и противный гул, нарастающий с каждым мгновением. Это не было похоже на обычное землетрясение — земля тряслась не так, да и песок ходил ходуном, волнами пересыпаясь с одной половины арены на другую. Но, наконец, гул прекратился и песок пришел в свое обычное состояние, все еще немного подрагивая. Что только что было? Астари смотрела на арену одним глазом и не понимала причину пустоты на арене, даже зрители умолкли, будто ждали чего-то. Самочка устала ждать и оторвалась от своего просмотра на более полезное сейчас дело. Негоже секки ходить с кровью на лапах. Фиолетовошерстная обладала ведь не только способностью создавать молнии, у нее было про запас еще и водное умение! Конечно, не сравнится со способностью создавать ток и искры, но имела полезное применение. Например, отмыть что-нибудь от грязи, как она и поступила. Повернув одну лапу ладонью вверх, а оставшуюся в необычном знаке в ее сторону, Астари медленно создала крупную каплю воды в воздухе. Приятно блестящая форма лопнула на лапы, быстро очистив их от липкой крови. Самка протерла свою мордочку мокрой лапой, и вдруг за ее спиной прошлась сильная вибрация. Снова?

В центре песочной арены внезапно выпрыгнул из глубин пустыни огромный червь. Он был грубого коричнево-песчаного цвета и со множеством зубов во рту, словно пила. Огромная тварь полностью вышла наружу, а после начала падать на лежащие на песке трупы. Он был слеп, и потому почувствовал свою добычу только на поверхности его покоев, не обращая внимания на зрителей и хранителей. Вращательными движениями червь поглотил трупы и скрылся обратно в песок, оставив напоследок густое пылевое облако. Секки на трибунах восхищенно закричали, но многие просто смиренно продолжили сидеть — это относилось к первым рядам, для них данная «чистка» была уже не в новинку. Там сидели гости из других крепостей, хранители, приближенные правителя. И сам Мелтиадес восседал на большом красивом каменном сидении, прямо над входом на саму арену. Оно было расписано красивыми орнаментами, узорами блестящих металлов, в углубления на границах были вставлены лазурные кристаллы. В общем, импозантно.

-Интересный у вас питомец, Мелтиадес, — тот, к кому обратились, немного привстал и сжал брови. Астари сначала видела лишь лапы новой личности, но, когда тот вышел на середину арены, предстала возможность и целиком разглядеть. Длинный легкий плащ за спиной трепетал от порывов ветра, седые волосы были собраны в настольно огромный хвост, что волосы доставали аж до самого пола. А глаза, когда тот развернулся, скрывались за слоем туго повязанных бинтов. Он встал уверенно и ровно, когда к нему спустился долгожданный лидер.

— О, господин Виогрес, гость, пришедший издалека! Какими судьбами здесь бродит сам прошлый правитель «Молнтигорских далей»? — Удивленно спросил Мелтиадес, собрав крылья за спиной. Общаются, как два чертовых брата. От лидера Валькирии такого явно не ждешь, но Виогреса никто ранее не видел, потому о нем пока было сложно судить. Выглядел странно и вел себя также, и на том спасибо не скажешь.

— А вот это вам знать не требуется, лидер Мелтиадес. — Седовласый улыбнулся и качнул головкой, крутя ей по всем рядам. — Я пришел сюда только из-за того, что услышал за углом, что были пойманы особенные претенденты на бой. Так что мне просто стало интересно, как все развернется! Ни больше, ни меньше, ха-ха!

— Легко ему смеяться, урод. — Проскрипел голос за стенкой и тут же умолк с громким выдохом. На арене появилась странная аура напряжения, Мелтиадес ответил ничем, только хвостом в воздухе помахал.

— Хотел бы я посмотреть и на ваше сражение, но, похоже, мне это будет дозволено только после кончины. — Отшутился наконец Виогрес и повернул морду так, что хвост за его спиной со свистом взлетел в воздух. После таких махинаций около него пронеслась лапа, лидер поспешил выровнять свою стойку, но не успел вовремя найти баланс. Его резко подрезали задней лапой и тот не только не свалился на песок, но еще и ответил ударом темной магии. Плазменный удар пустоты отсек у бывшего правителя пару волос, не задев ничего важного. Виогрес в итоге на половине удара отскочил в сторону, прямо к стене арены. Астари и незнакомец практически встретились взглядами и обменялись несуществующими в реальности словами. Он увидел ее янтарный глазик и блеснул острыми зубками в улыбке.

— Не покорна ты судьбе, но ждет тебя путь лжи и страха. Не давай волю своим эмоциям, иначе смерть будет близка. — Проговорил тот и прыгнул вверх. — Хорошо! Будь по-твоему, но в ответ хочу сыграть с тобой в небольшую игру!

— Игру? — Без тьмы ненависти переспросил Мелтиадес.

— Если эта самка в битве против твоего лучшего бойца победит — то ты отпустишь ее под предлогом верности тебе и сразишься со мной, а если проиграет, то оставишь ее у себя, а я тебе вручу энергетический кристалл и стану твоим рабом навеки. Как тебе условия? Весело же, соглашайся!

— Я чую подвох от тебя, со всех щелей несет. — Мелтиадес включился в игру, но пока этого не показывал. Он ухмыльнулся и пошевелил своим искусственным крылом. Его переполнял азарт от пяток до ушей — отказаться от такого, значило проявить слабость. — Мои бойцы не такие слабые, как ты думаешь. Иначе Валькирия давно была бы захвачена, не выстояв и столетия. Я принимаю твою игру, ты проиграешь, господин.

— Не сомневайся, ведь выиграю именно я. — Виогрес был непреклонен и стоял на своем — если он дал обещание, то выполнит, если сказал, что победит — одолеет соперника. Астари в клети снизу грозно зашипела. «Кем он себя возомнил? Его действия странные. Выходит, мне просто нужно выиграть?». Она скрестила пальцы своих лап между собой и сжала их до дрожи. «Страшно! Почему же так страшно? Если я не смогу выбраться, пострадают саксонисты! А если я погибну?».

Так и осталась самка томиться в этой злостной темнице днями. Ни воды, ни нормальной еды, ни воли к движению. Душно было в комнате, жар стоял постоянно и не смешивался с ветром. Вот и приходилось Астари сидеть часами и смотреть на арену. Сейчас был вечер, потому стало попрохладнее, и снаружи шла ожесточенная борьба. Секки сражались между собой мечами и только изредка применяли свои способности. Самка на арене запыхалась и держалась в стороне ото всех, пока остальные боролись между собой в совсем другой части арены. Коричневый комок шерсти со светлой волосней едва отбивался от наступлений более крупного и длинного секки. Меч его было видно только иногда из-за быстрых движений, разрезающих воздух. Он загнал его наконец в угол, остановил размахи оружием и схватил впереди уткнувшегося в стену за пучок волос, подняв его перед собой.

— Знаешь, погибнуть ради предстоящей главной битвы — уже честь! — Сказал довольно известный раб и боец на арене, которого Мелтиадес выбрал для искусственного отбора претендентов для Астари. Предполагалось им сделать несколько выборных битв для отбора самых сильных и выносливых, но первая битва выдалась не столь удачной, как он предполагал. Секки выдалось участвовать с теми, кто вышел в финал лишь на удаче и по стечению обстоятельств, когда тот был по силе равен среднестатистическому хранителю. Ширх! И мелкое существо осталось с половиной торса — другая часть с шлепком упала на песок, источая зловонный запах железа. Серебристый самец довольно уставился на свою добычу и резким взмахом очистил меч от крови. Блестящий металл грозно сверкнул на границе зрительного обзора самочки, и она едва успела прыгнуть и потом проехаться вперед по песку по инерции — меч нападавшего прошелся по кончикам длинных волос.

— Сильный. Меч опасное оружие, если умеешь им пользоваться. С таким биться — себе хуже. Мне плевать как, но я обязана уйти отсюда быстрее, чем Мелтиадес успеет напасть на Саксонию! — Астари грозно прорычала себе в зубы и пристально взглянула на сереброшерстного. «Одна попытка», — она вдруг выдохнула, прикрыв глаза, и выставила свою лапу наружу, через окошко. Каменное пространство содрало слой кожи и покрова, но лапе удалось выйти наружу.

— Ну помри же! — Вскричал самец и напрыгнул на самку сверху, впившись когтями в шкуру. Но когда напуганная секки уже отчаялась и наблюдала только страшную морду настигнувшего ее существа, того будто парализовало. Он скорчил ужасную гримасу боли и неудовольствия — прямо в его сердце прилетела белая молния и полностью того оглушила. Орган остановился, секки почувствовал головокружение и свалился на бок в то время, как самка схватила в руки чужой клинок и в конец добила. Кровь обрызгала той морду, с трибун послышались довольные завывания, но также и сомнительные скрипы когтями. Мелтиадес же, располагаясь на сидении, обернул вокруг себя хвост и пожал плечами, вскинув лапы в стороны. Что ж было поделать, выиграл секки, значит такова судьба сильного.

— Пускайте следующих! — Приказал лидер Валькирии и взмахнул металлическим крылом. Его глаза зажглись в нетерпении, облокотившись на подлокотник.

— Отец! Мы нашли магический след в воздухе, он идет прямо к сопротивлению! — Доложила внезано появившаяся Кьюри, прервав азартные мысли самца. Она выглядела усталой и раненной, но стояла все так же уверенно, подпирая спину рукой. Мелтиадес оторвался от подготовлений к бою новых претендентов и обернулся к дочери.

— Так и в чем же проблема? — Заинтересованно спросил лидер.

— Сильный барьер окружает пещеру, нам нужно время и силы, плюс нужны еще лапы для осады. — Четко сообщила Кьюри и поклонилась. Ее отец еще долго не мог оторвать от нее взляда, но позже ему все же пришлось это сделать.

— Сколько хочешь воинов. Бери и улетай. — Так та и поступила, свернув за арочный выход. Мелтиадес еще долго не мог поверить, что базу сопротивления так просто нашли, через столько-то лет. Если был обнаружен магический путь, то это значило лишь одно — кто-то вылетел прямиком оттуда и потратил много магии на продолжение полета. Лидер подумал об этом и скрестил свои пальцы между собой, закрывая ими довольную улыбку.

На этот раз битва прошла еще скучнее — история с победой слабейшего повторилась. Секки просто напросто напоролся на выдвинутый молниями Астари нож, на который тот упал, когда споткнулся. Никто не мог разглядеть ее атаки так же хорошо, как это делал владелец этих молний. На недоумение трибун — это походило на странные несчастные случаи. Вираи, устав, втащила лапу обратно, когда Мелтиадес оповестил всех о том, что битвы продолжатся завтра на рассвете и удалился. Это уже было слишком — бить в спину, да еще и в такой ситуации было отрадно.

— Убираешь сильных заранее ради того, чтобы биться в финале было легче? Куда же стремится твоя душа, что так жаждешь свободу? — Прозвучал вопрошающий голос где-то позади и Астари вдруг вспомнила про того белобрысого напротив. Он смотрел все это время? Самец одиноко лежал на полу и трогал травинку.

— Я родом из Саксонии. Узнав, что на нее собираются напасть, я уже не могу здесь прохлаждаться, да еще и сражаться в бессмысленных битвах. Поступаю гадко, но лучше же спасти сотню другую, чем пару хранителей и рабов отсюда! — ответила самочка и ударила в каменную стену кулаком до крови.

— Меня и моего брата сделали рабами одновременно, и я тоже хочу выбраться отсюда живым, дабы быть рядом с ним. Он — мой лучик света, к которому я стремлюсь, и я понимаю твои действия. Но разве они не тоже хотят свободы, жизни? — Поразмыслив, говорил самец, вращая травинку в лапах. Вираи стало как-то не по себе.

— Тогда что же ты ничего не делаешь ради своего брата?

— Я делаю для него все возможное. Но ради вольной жизни… Мне придется сойтись с тобой. На этой жестокой арене я уже не в первой, — самец провел лапами полукруг перед собой, — Потому опыт борьбы у меня имеется, даже если я и не выгляжу способным одолеть среднего хранителя. Не хотел я, чтобы мы встретились. Ведь и ты хочешь спасти дорогих себе секки и я. Это будет борьба не только за свою жизнь, но и за жизни чужих нам существ. Я постараюсь, чтобы мы вышли оба победителями. — Астари вцепилась в решетку. «Обоим победителями? Как он собирается это сделать? Мне нужна своя победа, иначе тот уговор будет недействителен!». Когда самка посмотрела на самца — тот уже спал и даже болтал во сне что-то про дальние земли и возможность их существования. За день уставшая Вираи не была способна больше сдерживаться и, так же как и существо напротив, улеглась спать на неудобный пол.

Не успело даже взойти солнце, как Астари резко пробудилась. Поначалу глазам было сложно разглядеть что-либо в темной комнатке, но после нескольких минут это ощущение пропало. Ее разбудил гром на улице. Но не только как звук после удара магией, а еще и как природная стихия. Дождь снова начал понемногу накрапывать на песок, создавая кашу. Битва уже подошла к концу и лишь сейчас Астари приметила знакомые формы. «Тот секки, что был напротив! Видимо, я пропустила его битву…» — с сожалением подумала самочка, разминая залежавшиеся мышцы. Они приятно хрустели в дождливое начало дня. Вот и тот самец вернулся в свою клеть с победой и даже успел поглядеть на столь упругую и яркую Астари.

— Уверен, моему бы брату ты явно понравилась! — Заявил секки так, что Вираи ненароком покраснела и затребушила перьями крыльев. Самец посмотрел довольно на ее движения в растерянности и отвернулся к стене. В душе тот явно был не спокоен, так как приметил при битве не очень приятный факт.

— Что-то произошло, пока я спала?

— Сама поймешь, если увидишь, — сказал коротко самец и помрачнел. Астари тоже передалось это странное чувство, и она приставила к отверстию свой янтарный глаз. Видно было только пустырь, хотя битва должна была уже начаться. Когда вдали сверкнула молния, осветив все темное пространство, самочка наконец увидела расположенные на арене фигуры секки. Их было от силы пять, но также там стояло на скульптуре в центре до боли знакомое существо. Порыв ветра сбил с него капюшон, и перед ней показался Тэрон. У Астари сузились глаза, но это был еще не единственный пугающий фактор. Самец начал наступление на своих жертв — воздушной магией он разгонял от себя при беге капли дождя, и при приближении к существам ударил ей прямо в песок, что вызвало стену из песчаной взвеси, заставившую тех кашлять. Скрытно перепрыгивая с одной опасной зоны на другую, Тэрон в итоге жестоко и коварно налетел на одного из дерущихся секки, когда тот отвлекся. Его блестящий клинок гордо воссиял из-за спины, но едва успел прорезать через плащ шкуру, как его с неимоверной силой перекинули через спину и впечатали в песок. Астари решила, что это будет подходящим моментом для удара и выпустила в его сторону тонкие молнии. Атака со скрежетом промчалась около его спины, но не задела, ведь Тэрон как-то успел уклониться, хоть и потратил на это слишком много энергии. «Не успела!» — Разъярилась самочка и резко вернула свою лапу назад, так буквально через секунду на ее прежнее место пребывания со свистом воткнулся клинок. Он перегородил отверстие, теперь видеть можно было только малую часть арены! Перед самым ударом Вираи приметила нечто странное и никак не подтвержденное — из присутствующих на арене бойцов был тот, что был одной капли воды похож на секки из сопротивления. Или же это и правда был он, но откуда?

— Откуда здесь сопротивление?

Солнечные лучи поутру приятно расползались по глубокой пещере и умело доставали до окон домов, будя их жильцов. Темные тучи в небе медленно рассеялись, а дождь прекратился, оставляя после себя лишь влажный и чистый воздух. Как бы не противился самец открывать свои глаза на лежанке, все же его смог разбудить чудный сладкий запах доносившейся издалека пищи. Она пахла приятно, не так, будто это очередная похлёбка из одних только кактусов. Веки сами собой раздвинулись, глаза увидели плоский древесный потолок. Немного погодя Кейафас хотел было сказать что-то в сторону, но Астари там не оказалось. Быстро развернувшись из ткани, Кейафас завертел мордой туда-сюда и грустно подогнул уши. Обычно так рано она еще спала. «Ушла на завтрак без меня?» — подумал темношерстный, выходя из дома и потягивая в разные стороны крылья. Капельки влаги, скапливающиеся на сталактитах, звонко падали на лежащие камни и стекали по гладкой поверхности прямиком в ручей. Иддилия звуков и запахов мяса. Столовая стояла прямо на улице и манила любого прохожего. Кей сел за столик, ему подала деревянную тарелку Фейадара и села рядом, напряженно протыкая маленький редкий кусок мяса. Кейафас тоже приступил к трапезе, но без всякого удовольствия. Его напрягало отсутствие Астари на пиршерстве — та бы не отказалась от нескольких кусков мяса.

— Где Вираи? — Спросил наконец темношерстный, вглядываясь в тарелку.

— Ей приказал сам лидер отправиться на разведку территории, да еще и на охоту! Знаешь, как это важно, а? Приносить еду в сопротивление — важная работа! — Быстро ответила за нее небольшая по росту самочка Тельсия. Она выглядела уверенной и довольной, но тогда почему Фейадара не ответила, да еще и с поднятой бровью уткнулась взглядом в мелкую тариантри? «Думаю… Она права», — через время пробурчала темно-фиолетовая, побледнела и думала встать, как ее остановила лапа самца и притянула ближе.

— Я же вижу, что ты недоговариваешь! Случилось же что-то, да? — чуть ли не крича взмолился Юто. Жажда знания настигла такого пика, что больше сдерживать он себя не мог.

— Ушла она! — вымолвила вдруг опасные слова пасть Фейадары и та резко замолчала, поняв, что сказала лишнего.

— Как, ушла? — Не веря своим длинным ушам глупо переспросил Кейафас. Его настигло, сдавило неясное чувство беспокойства и злобы. Они ведь обещали друг другу помощь, поклялись на руинах возле шахт. Это было почти что предательство, если не чистой воды оно. Вот почему вчера она выглядела такой беспокойной, почему не хотела говорить. Свои цели ей оказались важнее какой-то там клятвы или дружбы. Ему было обидно до костей, что его так резко оставили. По сути, Астари была единственной, что хоть как-то стремилась вытащить Кейафаса из рабства, в отличие от остальных. С того мига, как его схватили — никто не посмел и шелохнуться, сородич как никак. Но сейчас… Даже та, кто спасла его, ушла. Его будто бы окружают ото всюду искусственные друзья, которые могут вмиг пропасть.

— Э-эй, Кейафас, успокойся! — Беспокойно потревожилась Юинис, заметив на глазах самца выступившие слезы. Он бесконтрольно начал просто плакать, как малое дитя, которое оставили один на один с темнотой. «Мы же хотели выбраться все вместе!» — продолжал горько думать Кейафас, отпустил лапу самки и прошел возле Тельсии. Выглядел он так, как никогда не выглядел: грустные глаза, сжатые в пасти зубы, упадшее настроение и свисающие вниз волосы. Если она ушла ради своей цели, то почему же самец не мог сделать точно также, ради брата? Страх и слабость души. Он ясно понимал, что сам со спасением брата не справится, а сейчас тем более не на кого было положиться. «Просто хочу, чтобы брат был рядом…» — Юто присел около ручья, делившего пещеру на две половины. Вода в нем была приятной, холодной и щипала кожу на лапах. Ярко блестел он, словно кристалл, и отражал все то, что на него глядело сверху, включая и морду Кейафаса. Темно-синяя мордочка расплывчато виднелась на поверхности, черные, кое-где белые волосы неудобно скатились вперед и мешали обзору.

— И что же, будешь теперь так и сидеть, ничего не делать? Нам еще к Ярокрылу нужно идти, а Астари сама пусть разбирается. — Сказала беловолосая, подойдя к самцу и прикрыв того плотным коричневым плащом от падающих капель. Кейафас дрогнул всем телом и крыльями.

— Пусть сама разбирается? А она сможет? Да и, тем более, уже скоро прознают об ее побеге. Подумают, что именно она предатель, как говорил Ладон, и повесят еще и на нас этот грех за прикрытие убийцы! И мы не сможем больше здесь оставаться — и все из-за нее. Как могла… Астари…

— Это не конец жизни, Юто. Пока никто ее ухода не заметил, так что мы можем приготовиться к отходу. Возможно, и про твоего брата узнаем, где он. — Фейадара села прямо перед ним, похрустывая камнями под лапами. Самец в этот момент медленно вытащил тот самый маленький листочек, где знакомым почерком были выведены слова. Из них словно выделялось тепло и надежда.

— Да, наверно, ты права, — грустно выдохнул Кейафас и вернул бумагу обратно в наплечную старенькую сумку. Всем своим весом он оперся передними лапами на камень и немного раздвинул свои темные крылья.

— Чего прохлаждаемся? — Спросила проходившая мимо синяя со светлой грудкой самка, покрытая броней. Ее холодный взгляд, направленный на сидящих персон, заставил тех быстро встать и слегка поклониться.

— Случилось с барьером что, Смиренная? — Ответила вопросом на вопрос Фейадара, в чем и была права. Смиренная, коим именем ее звали только из-за того, что имя Смирья, данное ей во времена рабства, она ненавидела. Любое упоминание этого имени каралось… исправительными работами в виде чистки кактусов на кухне пещеры. И самка могла себе это позволить, так как была вторым по важности хранителем после лидера.

— Ладон умер, потому барьер перешел на меня. Отрадно, что только я закончила проверку, как раздался грохот. Вы видели что-нибудь? — Оба покачали головой, Смирья вздохнула. — Занимайтесь работой, не стойте столбом. — Окончила высокая самка и побежала дальше вперед.

— Чтож, а теперь и нам пора действовать, — Фейадара при этом странно ухмыльнулась.

Вместе они отправились в храм, где спустились в библиотеку. Стеллажи с книгами были все также забиты под завязку, пахло сухой стариной. Юинис куда-то заторопилась, лавируя между деревянными полками, а Кейафас еле успевал за ней следовать. Так и то потеряв самку из виду, Юто взглянул на полку — там стояли небрежно книги, которые вызвали у Астари и самца смутные эмоции. «Пыльные…» — Отметил он в своих мыслях, быстро перелистывая листки. На ее страницах были вычерчены различные драконы и символы, а на самой обложке красовался похожий на барана пушистый дракон.

— Юто я отлично слышу, как ты листаешь книгу! Поставил ее на полку и быстро шел сюда! — Фыркнула недовольная самка, после чего Кейафас пришел к ней в дальний угол. В полуприкрытые глаза брызнул яркий голубой свет, исходящий, как позже выяснилось, от огромного кристалла, стоящего посреди комнатки. Он освещал крупный стол с лежащей на нем картой.

— Вот до сюда мы дошли, когда первый раз пошли за Ярокрылом, — она указала на красную отметку среди разных коричневых переплетений дорог. А потом палец передвинулся на место назначения прямо около лазуритовой обводки.

— У барьера?! — Удивился Юто, едва не скинув крыльями банки с карандашами и чернилами.

— Тц! Его расположение обосновано огромными поставками пороха и металла снаружи. Но именно туда нам и надо. Вот, возьми, оно сокроет нашу магическую энергию, и мы сможем спокойно добраться до места, — Юинис после нескольких минут копошений в ящике вытащила серебристые маски с прорезями для глаз и пасти и подала одну Кейафасу.

— Как это может сокрыть нашу магию? — Спросил самец, надев маску на морду, подправляя ее под форму той. В ней ощущалось как-то неуютно, будто в контейнере.

— Она образует защитную оболочку на тебе и блокирует природную магию. Но есть одно большое «но» — она подпитывается как раз тем, что и защищает, то есть — твоей магией. Силы пожирает, не успеешь ты и всю Амман’Серу пролететь, Захарда ж за лапу.

Ругань в конце была очень странной, но Кейафас не стал на этом зацикливаться.

После еще нескольких часов приготовлений они были готовы выходить. Секки в пещере было уже много, потому было решено воспользоваться невидимостью Юто. Никто не знал где был этот источник столь необычной магии, но та была сейчас крайне полезной. Крепко обхватив без маски талию самку, Кейафас взмыл вперед и слился с окружающей средой. Так они и летели, пока не добрались до бреши в барьере, где удачно его перелетели. Снаружи небо было чистым и голубым, а желтое солнце приятно нагревало спины существ. Воздушные потоки резво несли их вперед и только вперед, прямо до карьера. Опустившись на отдых там, где некогда секки едва успели спрятаться за руинами, они принялись вспоминать путь до Ярокрыла.

— Впервые за всю историю этих шахт я слышу про то, что какой-то раб уложил на землю треть хранителей и насквозь пробил потолок пещеры. Думаете, я поверю в эту чушь? Вы просто отлынивали от работы и поплатились за это завалом! Разгребайте эту проблему сами. — Прозвучал откуда-то серьезный голос, и существам пришлось крайне опасливо присматриваться. Кейафас подозрительно стиснул клыки, махнул пушистым хвостом на леденящий чувства поднявшийся где-то ветер. Это был не обычный ветер природы, а нечто своеобразное и дикое. Подняв на секунду глаза ввысь, он не смог поверить своим же глазам — прямо над ним воссоздалось из магического облака голова дракона и дышала на него своими ноздрями. Фырх! Пасть резко раскрылась, но после нападения бесследно исчезла! Кейафас даже отдышаться не успел, как между секки с грохотом упал магический удар и создал волну вибраций. Они успели отпрыгнуть, но нога Юто предательски застонала от боли. «Не сейчас! Мы еще не добрались!» — вклинил себе факт в мозг самец и встал в неумелую позу битвы. Хранитель перед ними был капитально подготовлен к подобным встречам — чего только стоил один нагрудник и обоюдоострый меч в лапе. Он выглядел сурово и на нервах, что отразилось в его атаках. Секки был опасен, но медлителен. Но кому медлительность пойдет на пользу? Кейафас воссоздал в руке практически такой же клинок и с трудом отбил пролетевшую над ним атаку. Мечи в миг заскрипели о металл друг друга, а позже со свистом разъединились.

— Раненным идти по поле боя? Глупое-глупое сопротивление! — Прокричал хранитель, в полете создав огненный шар, и бросив тот на ничего не подозревавшего Юто. Фейдара тоже бросилась в самый разгар битвы, заблокировав ветром несколько атак валькирийца.

— Ты в порядке, Юто?! — Воскликнула она и бросилась на встречу полулежащему секки. У того сузились зрачки, а морда приняла пугающий вид. — Нам нужно бежать, в этой схватке нам не…! А?

Юинис недоговорила и рефлекторно нагнулась — над ней что-то пролетело и врезалось в хранителя с такой скоростью, что тот едва смог среагировать. Кейафас вцепился всеми когтями в шкуру противника и тут же по руинам зданий прошелся болезненный выкрик. Тот меч, которым Юто проткнул горло секки, вонзился в него тоже, только уже ответом со стороны Валькирии. Новая рана была нанесена выше плеча и разрезала там кожу, истекающую кровью. «Больно!» — Уже в сознании испугался самец, видя перед собой черные туманности.

— Самка явно была посильнее, но ее решимость не уступала вашей. Глупое сопротивление, жалко вас. Ваша глупость вас же и хоронит, — прошипел с кровью из пасти валькириец и с падением прошелся еще раз клинком по нанесенной им ране. Кейафас вновь с дрожью захрипел, осматривая падшего. «О какой самке шла речь? Астари? Нет, ей сейчас точно не до дел сопротивления. Но кто же?»

— Урод! — Фейадара с криком прошлась по умирающему, но пытавшегося оставить свой последний удар напоследок, кулаком с магией ветра на конце и без всякого удовольствия добила. — Юто! Он вызвал подмогу, нужно точно бежать!

— Твоя правда. Кх! — плечо и нога темного самца напомнили о себе резкой болью при движении, и тот свалился прямо на Юинис. «Меньше меня, а уже такой проворный. Брат явно для него важен.» — Подумала самка и заботливо перевязала Юто плечо. Но оставаться дольше здесь больше было нельзя — вдалеке послышались недовольное ворчание и топот. Лететь на этот раз напрямик через кратер стало бы опасным занятием. По возникшим воспоминаниям с прошлого похода — именно отсюда должен был идти обходной путь, но тогда она заметила его слишком поздно. Только где? Повсюду были навалены груды обрушившихся зданий, необычных статуй, и стены старых крепостей угрюмо пялились на бывших рабов, что ступили на другой путь. Если тут недалеко стоит крепость Мелтиадеса, то тут обязаны быть обходные пути.

Фейадара припала к земле, лапами утопая в горячем песке. Глаза ее были закрыты, а хвост приподнят. Стук, кряц, биение сердца, кру-у. Такое ощущение, что под ними зияла пустота. Нет, это были не только шахты, но что-то еще, другое. Напрягая свои чувства и пытаясь не отвлекаться на приближающуюся опасность, Юинис наконец словила тот самый эффект, витавший в воздухе. Он исказился настолько, что обманывал, находясь в нескольких местах сразу и искря. Закрытыми глазами ощущался этот источник как бурная река, ветвившаяся далеко вдаль, но бывшая сильно искаженной, лишь фрагментами говорила о своем существовании.

— Фейадара! — Взмолился внетерпении самец, оглядываясь назад. — Они близко!

— Тогда идем, чего стоишь, — серьезно ответила самка и потащила, придерживая телекинезом, темную тушку с крыльями. Она быстро и резво обходила многие осколки руин, что так и норовили поцарапать либо ее крыло, либо лапы. Но то, чего она никак в жизни не ожидала увидеть, встретило ее с распростертыми обьятиями искаженной энергии, только та хотела завернуть за угол. Кейафас тоже заметил это странное явление, которые было похоже на изорванный пурпурный клочек бумаги в пространстве. Белая искра в его середине ярко поблестывала на незванных гостей и, будто сотнями кровеносных сосудов, расползлась по пурпурному нечто.

— Это разлом?! — Толи восхитилась, толи испугалась самка с раскрытой пастью, приблизившись к «разлому». Но такое монотонное свечение не могло не привлечь внимание заядлого чтеца, которому это казалось интересным. Сбежавшая из книги иллюстрация — вот как можно было описать мысли Фейадары! Глядя на нее, они не заметили даже того, что к ним предательски поползли темные лозы и обвили их когтистые лапы. Какой-то странный, словно гипнотизирующий голос доносся оттуда с небольшими обрывками, но суть, хоть и не до конца, но ясна была.

» — Вы те самые последователи Бога? — Раздался голос зрелого секки с неким упреком в тоне.

— Верно. Воля бога — наша воля! — Ответили другие голоса одновременно, что вызвало временные помехи. По ним можно было понять, что последователями были некий самец и самка тех же лет.

— Хотелось мне узнать давно, почему вы верите ему, неизвестному эфемерному созданию?

— Он не неизвестный! Он наш спаситель, именно он дал нам смысл жить и возможности для этого!

— Но что именно он дал? Дал Бог вам любовь, но с тем же дал похоть и извращение. Он дал вам жизнь — дал и болезни, смерти, горе. Подал вам семью, но также и бесплодие, смерть в кругу семьи, что после обязаны нести эту ношу.

— Ложь! Он пролил нам дождь в годы засухи, дав нам урожай! — Утвердительно воскликнула пара.

— Дождь пролился тогда, дав прорасти вашим посевам. Но что было после? Вас охватила смертельная болезнь и убила больше секки, чем убил бы голод.

— Богохульство! Как ты смеешь принижать силу Бога и отравлять ее сими изречениями?! Всевышний защитил нас от нападения змей и песчаных червей! Разве это не доказывает его силу и праведность?

— Ваш разум помутнился от горя и отчаяния. Вспомните, их отогнало не эфемерное существо, а гнилой запах умерших при болезни туш, кои вы не удосужились убрать. Прекрасный склад трупов, прямо около стены, я похлопаю. — И он действительно похлопал.

-И вы еще верите в Бога?

— Верим! Наша преданность не увянет, как ваш язык, который вы испортили в этом разговоре своими грешными словами! — Не отступали неизвестные самец и самка, рвя все голосовые связки, пытаясь убедить непреклонного.

— Вы хотите увидеть своего Бога? Тогда примите же мою любовь, да такую, что ваше сердце и органы еще не испытывали! Любовь — ваши чувства воспылают в новом свете, вы будете источать прекрасные стоны, ваш разум уйдет в эйфорию. Вот мой подарок, я буду вашим Богом!»

Голос резко прервался, а разлом засветился. Богом забытое всеми место осветилось в мгновение ярким светом и существа пропали.

Появились они уже на огромной каменной площади перед крепостью. Оба были в оцепенении от услышанного и увиденного.

— Где это мы?..

Темно-синее небо со множеством красивых звезд, насыпанных словно блестками на полотно, смотрели на существ с высока. Прелестная белоснежная луна направляла свой свет в сторону множества улочек крепости и песочных далей. Под лапами находились уже не прежние руины и горячий песок, а аккуратно и ровными рядами уложенная каменная плитка. Она немного выпирала, потому ходить по ней было удобно и быстро. Немного простояв на одном месте и встретив странные взгляды от проходящих валькирийцев, секки продолжать стоять было не выгодным решением. Поэтому Кейафас с Фейадарой стремительно покосились в сторону и пошли прямо по вражеской площади. И больше всего в этом месте их напрягала каменная со светящимися кристаллами статуя стоящего Мелтиадеса, который в лапе держал темную сферу и опирался задней лапой на груду руин и костей. Очень точная была работа, кто-то явно постарался, делая ее для такого самца, как он. Лунные лучи плавно переливались на высеченной из камня фигуре и опускались на темную площадь. С недоверием откинув взгляд свой от статуи на неизвестное вдалеке здание, Кейафас напряженно сглотнул ком в горле. Сейчас было даже такое чувство, что маска на морде вспотела. «И куда нам нужно идти? Я в полном оцепенении. А если нас раскроют?»

Маска на участниках сопротивления все больше и больше потребляла магической энергии из тела, так что медлить на данный момент точно не нужно. Силы постепенно убывали, а рана на плече ныла все сильнее. И даже наложенные бинты не спасали, ну не могла она так разрываться от болезненного пореза обычного острого клинка! «Нет. Нужно двигаться дальше!» — Приказал сам себе в мыслях Юто, придерживая ту самую рану лапой, и с тяжестью в ногах и душе шагнул вперед.

В качестве ориентира для поиска убежища Ярокрыла являлись несколько важных и посещаемых мест: продолговатый собор, плавно перетекавший в красивую арку и далее мост, который проходил прямо над улицей, находящейся в крупном углублении; Сама крепость Мелтиадеса, что разветвлялась в направлении всех четырех сторон света, и чем дальше смотреть на крепость, тем она становилась выше из-за особенностей рельефа. К ней шли длинные дороги, слоями нарастая друг на друга, и так образуя четкие слои стен вокруг основного здания; и самый главный — рынок при крепости, что уходил далеко вдаль, почти до самой стены, куда и направлялись секки из сопротивления. Но на данном этапе до всех этих мест было идти не быстро, ведь едва они оказались на улицах и ночью активного городка, как потеряли всякие ориентиры из виду. Но ничего больше не оставалось, кроме как бродить за толпами валькирийцев и искать хоть и небольшие, но намеки на важные места. Фейадара, недовольная таким раскладом, старалась не вызвать подозрений и оглядывалась иногда для оценивания ситуации на улицах — не следит ли за ними кто. По ступенькам они все спускались вниз и спустя долгие блуждания наткнулись на небольшую лавку, расположенную на пересечении улиц между двумя висящими с нитей фонарями. Огонь в них светил достаточно ярко, дабы освещать дорогу и в такой мрак, а также лики некоторых кучковавшихся под ними секки. Накрытая ярким полотном лавка была темна, несмотря на сверкания огней снаружи. А рядом стоящие явно что-то яростно обсуждали: махали лапами в разные стороны, кричали, угрожали тонкими мечами цвета рубина.

— Это вы скрывали все это время сбежавшего раба? Она — наша собственность, если не отойдете восвояси вас ожидают большие неприятности. — Проговорил монотонным голосом зрелый самец, стоящий с также направленным мечом в сторону торговой лавки.

— У меня и в мыслях не было скрывать от вас, уважаемый хранитель, ваш ценный товар! Она сама все эти дни пряталась в моей лавке, не показываясь мне на глаза! Честно вам говорю, пощадите! — Взмолился всеми словами по голосу молодой секки, по-видимому, являющийся хозяином лавки, и склонился к полу так, что едва ли не разбил лоб о твердый камень. Все его перья на крыльях были в ужасно поврежденном состоянии, а лапы истерзаны до крови. По такому состоянию сразу было ясно — этому существу довольно часто приходилось быть в похожих ситуациях. Секки же в отряде зрелого хранителя гордо выпятили вперед свои грудные клетки и выставили клинки к макушке хозяина лавки. Тот только сильнее побледнел и сжал лапы. После нескольких минут отсутствия, главарь показался, вывел совсем молоденькую нежного оттенка шерсти самочку. На ее тонкой шее блестел тяжелый ошейник, крылья были повязаны упругой веревкой. Ее печальные глаза скрылись под слоем отросших волнистых волос, но слезам это не мешало капать вниз.

— Я чувствую они его так просто не оставят!..- Прошипел тихо Кейафас и услышал противный скрип металла о камень. В округе в тоже мгновение поднялся слой пыли и впереди можно было увидеть только темные силуэты. Раздались болезненные крики, а к силуэтам секки добавилась тень крови. Кто-то отрубил паре существ головы с плеч, из их тел полился фонтан крови, растекаясь по щелям в дороге. Грубый удар тела, повалившегося словно мешок с мукой, о дорогу, ужаснул всех своим звуком. Секки свалились на пол мертвым сном и теперь их можно было использовать не только как прежде дешевую армию, но и как удобрение в саду. Сильный ветер улетучил пыльное облако в сторону и теперь можно было разглядеть колыхающиеся в воздухе золотистые длинные волосы. Около хозяина лавки стоял прибывший из ниоткуда секки в плотно сшитом плаще. Правая рука его была повреждена и замотана несколькими слоями бинта, а в левой тот держал шиповидный серебряный меч.

— О, ты же тот самый разыскиваемый секки в маске! За твою поимку положена свобода, прекрасная награда! — Восхитился снизошедшей с небес удачи лидер уже погибшей группы. В его глазах не было ни капли сожаления к погибшим соратникам, а только жажда наживы.

— Заткнись. Тебе слова не давали. — Отрезал слова замечтавшегося к тому времени валькирийца темный незнакомец. Его эмоций видно не было, но от него исходил грозный голос отчаявшегося существа. Крылья дрожали, как и острый хвост, но меч ровно и непоколебимо был направлен остриём на противника.

— Отчего такая ненависть к своему соратнику? На солнце перегрелся, что так бредишь, или хочешь себе раба заиметь? — Возмутился с ухмылкой темно- зеленый самец, и тоже достал из-за спины длинный клинок.

— Вы преградили мне путь, да и Валькирия ни в жизнь не была мне родной крепостью. — Мрачно сказал золотовласый, шаркнул резко лапой по камню и в секунду уже стоял перед противником, скрестив с ним мечи. Искры полетели в разные стороны, и мечи изменили свое положение. Так они продолжали обмениваться ударами, пока не достигли крайней точки — торговой лавки. Оперевшись спиной на балку, лидер отряда всем телом навалился на незнакомца и вмял его ладони в камень. «Теперь уж точно не пошевелится! Моя свобода близко!» — обрадовался в мыслях он и еще сильнее придавил противника к дороге. Секки с золотыми волосами и красными рогами за ушами грозно стиснул зубы и с дрожащими зрачками уставился прямо в морду на нем лежащего.

— Ха, так что же, ты самка?

— Догадался! Я уж думала, что ты слепой, раз не можешь отличить самку от самца!

«Он рядом, слишком близко! Сердце колотится, живот и ребра поджались, будто я ничем месяц не питалась!» — В мыслях же Иориина Кальадара испытывала многие чувства, что смешивались в один комок. Он метался из стороны в сторону, заставляя самку теряться в реальном мире. Ей казалось, будто на ней не противник в пылу битвы, а кровный отец, не улица крепости вокруг, а уютное окружение дома, в котором она жила до того случая. Что был за случай и почему ей сейчас так больно и неуютно? Почему память наотрез отказывается подчиняться хозяину? Уши ее прижались к голове, а сама Иориина вся сжалась и вспотела.

— О-о! Ты боишься меня, хотя сама минуту назад билась со мной, воительница? Тебя так напрягает моё тело, а, маска? — Из его пасти текли рекой довольно сладостные и, тем не менее, противные строки. Они все одинаковые, что Мелтиадес, что любой ему подчиняющийся хранитель! Ставят жертву в неудобное ей положение и травят.

— Что ты делаешь, Фейадара? — В панике обратился Юто к любительнице почитать, которая сейчас взяла из ниоткуда ярко-изумрудный магический лук и натягивала тетиву.

— То, что обязана сделать. Иначе я об этом пожалею. — Тихо проговорила в ответ самка и отпустила от стрелы лапу. Она со свистом и магическим следом пролетела сквозь препятствия и попала прямо в спину зеленому самцу. Тот хоть и постарался создать вовремя барьер на теле, но стрела все же пробила его. Он отрывисто закричал от боли и поломанных костей. Иориина очнулась от своего состояния и, пнув того в живот, отправила в открывшийся темный портал. «Будет ему учением. У меня тоже присутствует гордость.». И буквально тут же магическое измерение выбросило существо куда подальше вниз головой. Жив ли тот остался? Проверять никто не стал.

Иориина тяжело отдышалась и напряженно оглянулась, приходя в себя. Кто-то отправил сюда стрелу, но кто? Улица медленно, но, верно, опустела, только трупы валялись на камнях. Хозяин лавки, отряхивая грязную от пыли шерсть, поклонился опешившей Кальадаре

— Благодарю вас за спасение. Моя дочь недостойна быть рабом для этих отродьев… Ты как? — Спросил он, повернувшись к дочери и подойдя к ней. Длинноволосая самочка в слезах бросилась в объятья отца и так повисла на его шее. — Ну же, успокойся… Я тоже скучал.

— Дальше вам опасно здесь оставаться. Бегите и хватайтесь за любую возможность отыскать безопасное место. — Ободрила их золотоволосая и через силу выдавила улыбку, сжимая правую руку левой. Боль распространялась с каждой секундой и полностью поглощала собой руку секки. Ей стоило торопиться, поэтому она попрощалась с чужой семьей и убежала за дома и заборы.

— За ней! — Вскрикнул неожиданно Юто и подорвался из укрытия наружу. Попытка остановить того оказалась неудачной. Но, потеряв ее из виду, поостудил свой пыл и оперся на стену, сильно выдохнув.

— Не знаете ли вы, где тут собор? — Спросил Кейафас после нескольких минут раздумий у двоих секки.

— Вы про лунный собор? Если так, то он не близко. — Продавец не слабо перепугался, когда заметил перед собой неизвестную персону, но все же нашел силы ответить и даже показать примерное направление.

И верно, путь оказался долгим, но преодолимым. Да еще и рынок оказался совсем рядом, обозначая верное направление. Услышав всю нужную информацию, Фейадара удовлетворительно кивнула, придерживая хромающего темного самца.

— Если брат меня таким увидит, мне точно долгий разговор обеспечен. — Отшутился грустный Юто, толи пытаясь подбодрить самого себя, либо отвлечься от боли в ранах. Хоть самка и перевязала ему плечо, но на заживление такой раны не была способна. Над ними горели изредка фонари, так что приходилось идти буквально вслепую по темным улочкам. Но на новой лестнице, уходящей куда-то ввысь у Фейадары возникла странная и неподтверждённая мысль по ранее увиденному.

— Мне кажется или та самка раньше состояла в сопротивлении? Ее маска, блокирующая магию, ее действия по защите рабов — тут явно что-то нечисто…

— Такое чувство, что, если мы начнем копать глубже, мы лишь упремся в неизвестный барьер или разочаруемся. — Ответил Кейафас и взглянул на звездное небо. — Враг она нам или нет, не представляю, но мы в будущем с ней явно еще встретимся.

Фейадара из-за слов Юто задумчиво помахала хвостом и начала рассматривать старые здания из песчаника и камня. Пока она это делала, они уже приблизились к огромному рынку.

Вход, как и весь далее простирающийся рынок, горел ярким оранжевым светом фонарей и завлекал покупателей всякими разными диковинками, едой и отдельно стоило выделить — рабами. Конечно, их на открытую не выставляли и встречи покупателей совершались только секретно, но само присутствие этой возможности на таком цветастом рынке сразу же выставляло его в не лучшем свете.

— Ходит легенда, что именно на этом рынке в своём время и возводилась вся Валькирия. Впрочем, неудивительно. — Возмутилась самочка и повела самца дальше через весь рынок.

Он выглядел опрятно и украшено, и если не знать о его местоположении, то сразу и не скажешь, что рынок находится в Валькирии. Секки манили покупателей со всех сторон, показывали свои товары, разговаривали друг с другом. Один из таких продавцов даже притащил с собой огромный котел и варил там сочное мясо на продажу. Мясо. Сопротивление о такой порции и мечтать только могла, а тут прямо аромат пышет и зазывает! Но оба, хоть и с полной пастью слюней, с печалью отказались от этой идеи. Только без «сувенира» они не остались.

Пройдя еще немного по рынку, Кейафас и Фейадара начали понемногу голодать, а монет с собой не было. Проходя около полок с бесконечной вкусной едой мысли, их менялись в сторону главного способа жизни всего сопротивления — спланированное воровство. Юинис уже кусала себе крылья, но не смогла удержаться, да еще и возможность представилась. Ее голодные глаза заметили впереди интересную личность — среди толпы шла самка с короткими волосами и тащила за собой, совершенно не скрываясь, раба, к горлу которого была прикреплена цепь. Он не то, чтобы противился, но шел с нескрываемым чувством презрения к своей хозяйке. Сопротивление же заняло крышу какого-то дома и стало ждать удобного момента.

Фейадара махнула хвостом в воздухе и телекинезом взорвала перед самкой огромный помидор из ближайшей к ней лавки. Не успев оправиться от такого неожиданного унижения и нападения, в нее еще полетели сочные плоды и полностью сбили ее с лап.

— Точное попадание! — Тихо вскрикнула темно-фиолетовая со светлыми частями окраса.

— Ты уверена, что это правильно? — Спросил он ее досадно, после чего они спрыгнули с крыши и ухватили чего побольше, пока на небольшой площади происходила паника. Мясо на шпажке, кактусовый салат, жаренные скорпионы — все пошло в их личное магическое пространство! Взяв немного, но достаточно, сопротивление разрезало цепь копьем и хотели было поволочить за собой раба, как ни свет ни заря перед ними возникли довольно высоким рангом хранители, что бегло их оглянули и тут же напали. Кейафас от боли мог только изредка блокировать удары, но многие удачно проходили через блок и ранили его. Скрывающие их настоящий лик маски были быстро разбиты на сотни осколков: у первого по неосторожности, а у второй из-за яростного противостояния с одним из хранителей.

— Я слишком много прошла, дабы лишиться всего на том же моменте, что и в прошлом! — Юинис с яростным шипением создала в лапе воздушный клинок, сжав в ней воздух до остроты, и порезала им значительную часть левого бока противника. Тот вскрикнул от боли и отвлекся от битвы, пока заступившийся за него хранитель чуть не выбил из строя Фейадару. В ушах зазвенело, но бурлящая кровь в жилах не позволяла хозяину так просто упасть без сознания! Их лидер не только оберег их, но и обучил основам магической битвы! Раз замах со свистом — мимо, два защитный — клинку едва удалось отразить атаку противника и самку далеко откинуло воздушной волной. Она еле могла двигать своими глазами, но заметив раба в оцепенении прямо перед врагом, крикнула.

— Берегись, чего стоишь! — Кейафас тоже ее услышал и начал тащить его за собой, но тот не двигался и изредка только дышал. «Зачем сопротивляться, куда идти, кто эти секки, почему я здесь, для чего меня тянут за руку, почему кричат?» — задавал бесконечные вопросы сам себе в голове раб. Он был как погашенная свечка, виляя дымом на воздухе. Но долго он ей не пробыл — воздух колыхнулся и тело его было жестоко проткнуто копьем. Кровь запестрелась из его живота, и существо замертво упало, последними силами поглядывая на шокированные лица сопротивления.

— Зачем его-то нужно было трогать?!

— Он ослушался и должен получить заслуженное наказание, а мы лишь ускорили этот процесс.— Спокойно ответил один из хранителей, направляя уже свое оружие на сопротивление. Темный Юто быстро подскочил и скрыл с поле зрения себя и Фейадару. Его шерсть отлично отражала действительность, позволяя ему слиться с чем и когда угодно. Проверив свое состояние для нормального передвижения, они пошли дальше, минуя хранителей и труп раба, которому они уже ничем не могли помочь.

Все секки из-за внезапной битвы разбежались кто куда — рынок опустел. И хоть Кейафас и постарался скрыть самку полностью, но магическая энергия быстро закончилась и за ними вновь продолжилась охота. «Настырные!».

Сопротивление ликовало, ведь на горизонте объявилась наконец ожидаемая фигура собора. Это значило приближение к заветной цели! Оставалось только как-то избавиться от преследования и попасть туда. Проявив ловкость и смекалку, не без помощи магии земли, им удалось спрятаться в небольшой щели между зданиями и землей перекрыть все ходы. Это их защитило, теперь можно было спокойно добраться до собора, а там и до Ярокрыла лапой подать.

Собор расположился на пустыре где-то на окраине городка и был не столь лицеприятным, как храм, стоящий на территории сопротивления. Тут не было красивых разноцветных окон, не было резной двери и подвала с библиотекой. Просто голое со всех сторон здание вытянутой формы. В здании внутри, после захода в него, пахло сыростью и пылью. Растения на подоконниках не получали достаточно воды и гибли, некоторые горшки с ними были разбиты. Он стоял в опустении с одним лишь стоящим посередине алтарем с большой книгой. Но это их на данный момент мало волновало. Они прошли ряды со стульями и добрались до другого выхода, ведущего небольшим мостом на другую сторону улицы. Чуть бирюзовый с темными вставками он освещался теми же фонариками.

— Почти добрались. — Сказал с успокоившимся голосом Кейафас, когда они оба вышли на продолговатую дорогу, ведущую куда-то вниз. Сопротивление задумчиво помахало хвостами, одаривая друг другом взглядами. Спускаясь по каменной лестнице, они вспоминали все сегодня произошедшее и были крайне дезориентированы. Сначала этот перенос, потом самка, вступившая в битву посреди улицы, потом и на них самих напали на рынке. Очень странная ночь со странными, несвязанными между собой, событиями. Или может связанными? Хранители не могли на пустом месте появиться, возможно, те преследовали золотоволосую самку, но наткнулись на сопротивление?

Пока размышления затмевали головы секки, район, где проживал Ярокрыл, медленно стал явью и предстал перед их глазами. Из стоящих домов выходили массивные трубы, что выпускали дым, кто-то ночью на улице отливал из металла в формах на песке. Это был некий промышленный район, чем тоже могла похвастаться Валькирия. Но сопротивление пришло сюда не ради экскурсии, а ради свободы. И, смотря на рядом располагающийся основной барьер за стеной, они вспоминали свою основную цель и продолжали идти дальше. Валькирийцы по сторонам дороге странно на них оборачивались, но не смогли понять, что же такое в них было. Некоторым хотелось сказать: «Вы ранены? Вам чем-нибудь помочь?”- но быстро останавливались и продолжали заниматься своей работой. Кейафас тем временем тоже не оставил их без ответного усталого взгляда.

— Чего ошиваешься здесь? Пошёл прочь! — Крикнул кто-то со спины. Сопротивление быстро напряглось и начало искать источник крика. Но было это адресовано не им, а кому-то за стеной дома. Знакомая бело-серая маска и золотые волосы заблестели в лучах лунного света, а белые зрачки направились к источнику. Золотистый наконечник ее хвоста затрясся как у гремучей змеи.

— Чего тебе нужно? — Прошипела Иориина сквозь зубы, смотря на остановившего ее секки в пол-оборота. Ее тон явно говорил о том, что она сейчас точно не в духе.

— Мне не нужны преступники на районе и еще больше — проблемы. Уходи и броди в другом месте! — Не прекращал говорить секки, стоя в отдалении от нее и постоянно щурясь.

— А если не уйду? — Утвердила наконец самка свое слово и встряхнула пыльные крылья. Самец перед ней, бывший по одежде, видимо, рабочим, возмущенно взвизгнул еле слышимо и ударил хвостом по земле. После чего он подорвался с места, материализовав в лапе шпик, и прыгнул в замахе прямо за спиной развернувшейся Иориины. Оружие опасно заискрилось, запылало, но самка вовремя выставила две лапы перед ним. С противным треском пространства и скрипом раздвигающейся материи перед нападавшим появился портал и вмиг отправил его в обратное направление. Портал закрылся, пока Кальадара потряхивала использованную для удара лапу, а упавший секки получил такую травму, что лег без сознания. После чего самочка оглянулась по сторонам и вновь скрылась за домами. Но сейчас сопротивление догадывалось, куда та направилась, и проследовало за ней до неприметного песчаного здания.

Основание дома было из песчаника, потом уже шел камень и деревянная крыша. Окна были небольшими, закрытые плотной тканью либо кожей животных. Если не считать того факта, что он находился прямо около барьера во внешний мир, то тот ничем не отличался от других стоящих здесь же зданий. Они медленно и осторожно вошли в дверь, когда золотоволосая самка исчезла в ней же, и оказались в просторном на самый первый взгляд темном помещении. По сторонам стояли огромные и вместительные ящики с тротилом, порохом и остальным сырьем для производства. Готовый продукт был расфасован по полочкам и связан веревками.

Кто-то вдумчиво стоял перед одной из полок, будто не слыша ничего. И в момент скрипа близкой к нему дощечки крылатый сильно перепугался и выронил из лап несколько кубиков тротила. Он удостоился обернуться лишь через время в частой отдышке. Драконья бледно-фиолетовая морда с очками на переносице. Средней длины волосы и длинные белые рога, на конце которых виднелось странное левитирующее свечение. Все это не могло не напомнить о необычной в пещере Тельсии — драконихи расы тариантри. По виду милая и отзывчивая, но в ней таится насквозь пропитанная ложью душонка. Потому ее всегда заставляли учиться, не отправляя на какие-либо миссии. Ей это не нравилось и ради утоления своей скуки играла с правдой и ложью.

— Если не Валькирия, не хранители, не лидер, то кто? Сопротивление? — Ответил тариантри сам на собой же поставленный вопрос. Фейадара даже не стала это повторно оглашать, просто мотнув мордой, и сразу перешла к делу.

— Ты, Ярокрыл, даже не представляешь как мы долго пытались до тебя добраться. Поход мой со старшим Юто не увенчался успехом, так что достижения тебя, как цели, повлекло за собой слишком много жертв. Надеюсь на твою серьезность и готовность нам помочь.

Вступи к нам в группировку и поспособствуй подрыву того места, где скоро будет находиться Мелтиалес с его основными хранителями, а именно — арену. — Кейафас странно посмотрел на нее и стал махать руками около ее плеча.

— Зачем же так сразу о таком-то сообщать? Мы его даже не знаем, а вдруг он поднимет тревогу или убьет нас? — Прошипел осторожно самец, смотря на дракона с подозрением. Но в глазах Фейадары засияла уверенность и настойчивость. Ярокрыл, услышав все это, вздохнул и отошел к крепкому столу, над которым висел единственный огненный фонарь. Он вытащил что-то яркое и круглое из ящика, размял свои пестрые крылья изнутри, и вновь обратился к пришедшим участникам сопротивления, но уже спокойным голосом.

— Мы, тариантри, — падший народ. Когда-то мы имели большой город, прекрасные структуры и великолепные произведения искусства! Книги, скульптуры, огромный великий океанический порт, известная на весь Гринпис наша самая свежая рыба и моллюски. Но все это пропало, пропало так быстро, будто ничего и не было. Кто же теперь сможет подтвердить прежнее величие нашей крепости-порта? Валькирия в объединении с Мирай’Траи буквально полностью стерла его с лица земли. Безжалостно, быстро и жестоко все нами нажитое было отобрано либо уничтожено!

— И к чему ты ведешь? — Спросила Юинис, сев на пододвинутый ей же стул. В силе Валькирии она и не сомневалась, но то, что она раньше с кем то могла объединиться — слышала впервые.

— К тому, что я не хочу ввязываться в новую битву. Я слаб и беспомощен перед этой крепостью. Я годен только для создания тротила и ковки металла. Если бы у меня была возможность или свобода противостоять этой силе — я бы тут не находился. Если меня заподозрят в сговоре, то сразу же убьют. — Кейафас только услышал эти слова и его тело само сошло с прежнего места и едва не напало на дракона, но тот пригрозил ярким кристаллом и темному самцу оставалось только смотреть на него и дыбить шерсть.

— Мой брат надеялся на тебя! Так почему ты не желаешь нам хоть немного помочь? Ради свободы, мира? Разве у тебя нет того, что тебе дорого? — Через катившиеся слезы проронил горькие слова Юто и опустился на пол в позе покорности. Лбом он прислонился к полу, а лапы выставил вперед с определенным знаком. Ярокрыл даже немного опешил от такого, но даже сейчас не разжимал пальцев с кристалла.

— Есть то, что я хочу сохранить. Душа моего покойного сына заточена в этом небольшом кристалле, но это все, что от него осталось после случившегося. Драконов нашей расы уже осталось немного, а если еще и кристалл разобьется, то мне тогда цели к существованию не останется. — С яркими крыльями тариантри описал круг вокруг стола и крайне напряженно глядел в потолок.

— Хочешь… Хочешь я дам клятву, что если ты нам поможешь — я воссоединю ваш народ? Сделаю всё, что угодно, только спасти его?! — Отчаянно воззвал к нему Юто, сжимая лапы в кулаки и прижимая их к полу.

— Спасти… Мой народ? — Задумчиво, будто пробуя слова на язык, пробормотал Ярокрыл, повернувшись к сопротивлению. — А от Валькирии ты защитить нас сможешь?

Задал тот вопрос, но ответа так и не дождавшись, с обеспокоенным выдохом провел мордой по воздуху. По его дальнейшим действиям не сложно было догадаться, что упертого дракона удалось одобрить и просить от него помощи. В дальнем углу он собирал огромный ящик всего взрывоопасного, осматривал наличие того или другого. Как столько всего смогло уместиться в один ящик — оставалось загадкой.

Время окончания сбора уже подходило к своему завершению, Кейафас успел за эти минуты успокоиться и привести себя в порядок. Он и не знал, что заставило его это все сказать, но инцидент с Вираи явно ослабил настрой самца. Обдумывая все ранее произошедшее и следя за сборами необычного дракона, Юто и Фейадара не заметили приближающуюся чужую энергию за стенами. Она все возрастала и возрастала, пока не превратилась в огромный поток, словно сносивший все вокруг.

Уши едва успели дернуться на звук, а крылья подхватить тело в воздух — дверь с грохотом и свистом вылетела с креплений и упала на ящики и столы. Поднялся слой пыли в помещении, мешая толком дышать и видеть происходящее дальше метра. На глаза показался спустя несколько мгновений уже знакомый ранее секки-хранитель. Он долго расхаживал по полу, ища хозяина помещения. Его глаза неестественно светились, а от его тела исходила невиданная прежде энергетическая сила. Сопротивление от страха и неожиданности позакрывало лапами рты и одновременно прижались к стене. «Откуда такое давящее чувство отвращения? Я будто бы смотрю не на секки, а чудовище» — Кейафас частично высунул из-за угла свою морду и разочарованно цыкнул. Эти хранители только недавно встретились им на рынке, а уже нашли здесь их и тут! Да и Ярокрыл не желал появляться на «публике», где-то за ящиками защищая важный для себя кристалл. Но много времени не прошло и испуганного дракона с натянутой улыбкой вытащили за шкирку из-под стола.

— Разве у вас заказывали что-то в последнее время? Почему же тогда ящики стоят полные тротила у вас за спиной? И еще, мы ищем двоих секки из сопротивления, знаете что-нибудь? — Начала говорить самка ниже рангом за лидера отряда, который почему-то молчал. Остальные же хранители разошлись по помещению по немому приказу самца. Они ворошили столы, заглядывали в хранилище и успели даже пройти возле Кейафаса с Фейадарой.

« Ей! Если слышите меня, то идите за наваленные доски, что прямо за вами. Там вырублено старое окно, через него и летите!» — Раздался внезапный голос в ушах сопротивления. Ярокрыл, переговариваясь с заявившимися, как-то сумел передать со своих выростов на голове странный сигнал.

— Тариантри и так могут? — Опешила Фейадара и потерла уши от оставшегося свиста. Но восхищаться новыми знаниями времени не было, поэтому они аккуратно оглянулись и на полусогнутых четвереньках подползли к заваленному досками окну. Оперевшись на них всем своим весом, сопротивление вместе стало откреплять доски друг от друга и кидать их на пол. Это было громко, но они знали об этом и старались делать это как можно быстрее. Лунный свет проходил через тонкие щели и постепенно мягким светом освещал морды.

— Довольно упертые и трудолюбивые рабы. Но мне вы противны. — Чуть ли не прорычал эти слова возникший из ниоткуда лидер отряда хранителей. Лапы сопротивления быстро оказались под натиском магии земли. Кейафас и Фейадара упали на колени без возможности к движению, уставились на знакомое лико. За которым стоял также и Ярокрыл, но со странным выражением морды. Между его рогами засветился красный кристалл. Самка и самец поняли намек и всеми возможностями открыли себе путь. Ярокрыл пригнулся, распустил свои крылья и рога произвели плазменный удар прямо по валькирийцу. После удара, снесшего стену и убрав с пути хранителя, дракон опустился на свои четыре лапы с открытой пастью.

— Чего как вкопанные? Он лишь оглушен, летите! — Прокричал Ярокрыл и телекинезом взял и потащил за собой ящик тротила. Выпорхнув на открытое пространство, на удивительно свежий воздух. К нему подключилось и сопротивление, оглядывая прежнее разрушенное место пребывания. Находившиеся там хранители заметили лидера в оглушенном состоянии и сразу же устроили за улетевшими погоню.

Самка, что недавно говорила за своего лидера, резко перерезала путь раненному Кейафасу. Да так, что крылья того подкосились, и он стал падать. Воздух летел прямо в морду, иногда ее под давлением царапая и сжимая. Он трепал его волосы почти также, как это делал старший брат Юто. Вот только он не был ветром и не был в полчище врагов — уютный дом и комнатка, вся уставленная красивыми скульптурками и картинами. Приятные чувства ностальгии возникли в сердце Кейафаса и когда по его спине полоснули когтями — эти чувства только усилились. Он слился с окружающей средой, как хамелеон, и, вспорхнув выше, ударил хранителя лапами по боку в ответ так, что впечатало ту в песок.

«Сил тащить ящик уже не хватает. Магия кончается.» — Пожаловался вдруг на свое состояние Ярокрыл, через силу таща ящик. В конце концов силы у него кончились и ящик вместе с ним стали снижаться. Да еще и надоедливые хранители мешали полету — они начали странно толпиться в одном месте и складывать знаки руками. Сопротивление не обращало на это никакого внимания и, не предвещая беды, летели дальше. Внезапно Фейадара впереди остановилась и замахала крыльями в обратном направлении. На ее морде читалась паника и ужас, ведь прямо в нескольких метрах от нее темный и искрящийся сгусток магической энергии, чуть не испепелив самку.

Не было больше пути назад, отступление сейчас не представлялось возможным. Хранители, поймав тех в ловушку, приблизились, но не успели даже коснуться противников, как перед ними вылетел темный силуэт и громко воззвал.

— Пора бы и мне появиться! — Это были слова Иориины Кальадары, которая воссоздала портал прямо перед секки и драконом. Она влетела в группу, толкнула всех и скрылась с ними в огромном портале. На последних секундах хранители злостно закричали и попытались убрать портал всеми способами, но потерпели неудачу. А лидер их подлетел прямо перед закрытием портала, узрев лишь малую искорку.

— Мы обнаружили логово Сопротивления! Всем собраться на штурм! — Послышался в ушах звонкий голос, словно через радио, и тут же со скрипом пропал. Хранители между собой переглянулись.

-У-урх! — Досадно и от сильной боли прошипел темный самец, потирая ушибленное место после перемещения в пространстве. В глазах сильно троилось, что вызывало рвотные позывы и мигрень. Сердце в груди стучало так, будто бы он только что пробежал длинную трассу без остановки. Выхаркнув горькие в пасти слюни, самец постарался осмотреться и понять, что только что было. Похоже было чем-то на тот разлом в руинах, но его кто-то успел создать. Возможно, это была та золотоволосая самка? Но где она сейчас?

С кружащейся головой ему удалось с усилием подняться. И тут же он пересекся взглядами с беловолосой Фейадарой, сидящей около него на песке. В ее взгляде читалась едва различимая напуганность, но больше всего там было именно напряжения. Заметив очнувшегося Юто, взгляд смягчился, но ненадолго. На немой вопрос самца: » как долго я так пролежал», она ответила: «Несколько часов.».

— Сколько?! И где мы? — С испугом удивился Кейафас и неуклюже поднялся на лапы, все еще видя мир в тройном экземпляре.

— Около стен арены. Пойдем, мне надо тебе кое-что сообщить…- Сказала Юинис и взяла его за лапу, медленно поведя его на стену. Она была высокой, но по ней не составило труда взобраться. Остались последние движения и сопротивление свалилось прямо на плоский камень стены. По близости никого не было: ни охраны, ни обычных секки. Но вот только неясный и громкий гул заставил взобравшихся закрыть лапами уши, иначе барабанные перепонки могли просто лопнуть. Барьер лежал на открытой арене полусферой и не пропускал никого, даже мошек и ветер. Он отражал небо, был прозрачным, словно стекло и границ его не было видно никаким образом. Фейадара присела на показавшийся впереди выступ стены и направила свой потемневший взгляд на арену.

Темное облако пролетело над ними в небе и закрыло собой яркую и белоснежную луну. Лучи плавно исчезли с освещаемого ими места и рассеялись, оставив после себя лишь светло-голубую дымку. Сердце Кейфаса вновь бешено забилось, когда он все же подошел к тому же месту, где сейчас восседала самка. Его глаза не хотели концентрироваться все это время, но они собрали раздробленный мир и воссоединили в один.

На арене своей яркой фиолетовой шерстью и бирюзовыми, как само море, гребнями на спине засияла знакомая личность. Ее прежде прямые и нежно розовые волосы помутнели и взъерошились во все стороны. А в окровавленных руках жительница Саксонии держала последнюю свою надежду на победу — серебряную глефу. Она на момент отступила от скрытого в тени противника и посмотрела своими глубоко янтарными глазами на Кейафаса Юто. Он чуть сглотнул и, не веря свои глазам, нахмурился и сжал зубы. А когда решился, показал лапами знак «Обманщица» и. не сдерживая себя, заплакал.

Но Астари его не видела. Через барьер показалась только яркая луна, хвалясь всем зрителям своей величественностью.

Астари Вираи — секки, чья душа запятнана страхом и ложью. Ее мысли были направлены только на побег отсюда, но никак не на то, что ей скоро тоже нужно было вступать в бой на арене. Самку конкретно взбесило перегораживание окна клинком Тэрона. Без возможности к удару из клети, она улеглась на голый пол и вытянула вперед лапы. Лунный свет едва проходил через параллельное окошко и рассеивался из-за барьера. Астари долго думала обо всем случившемся, пока ее мысли не прервал проходящий рядом бывший правитель. Он был стройным и выглядел опрятно, но Виогрес был тем, кто начал эту игру и поставил свои условия. «Освобождение при выигрыше, но пожизненное услужение этому лицемерному Мелтиадесу? О чем этот самец вообще думал, когда предложил такой исход? Какой в свободе тогда будет смысл, если не будет возможности делать все по своему желанию?» — в мыслях корила Виогреса Вираи, смотря на него выжигающе-янтарными глазами. Но тот был неприступен, словно стена этой крепости, в ответ одаривая саксонистку тонкой белоснежной улыбкой.

— Скоро твой выход, Астари. Верю, что ты примешь мою помощь. — Сказал седовласый и, оглянувшись по сторонам, медленно и с цоканьем когтей прошел далее вперед, там, где его шаги заглушались жалобными криками остальных заточенных. Их в период битвы тащили не как живых секки, а как крупное непослушное зверьё. Их спины сдирались до крови, живот от голода становился тонким и костлявым. А те, кто выживал после битвы, оставались только с огромным количеством шрамов и без возможности подлечить себя — медленно слабели и в конце концов падали на пол замертво от потери крови. Это все происходило бесконечно, по кругу. Шанса выжить здесь никогда не было, лишь иллюзия, что все когда-нибудь закончится и их освободят. Это была не арена, а огромная пыточная площадь, длившаяся месяцами, и все на радость публике.

Астари лежа громко ударила кулаком по полу и резко встала с отдышкой. «Это ужасное место. Ужасное!». Фиолетовая самка грозно расправила свои крылья, вцепившись крепко в железные прутья.

— Я сделаю все, что ты захочешь, только выпусти меня отсюда! — Привлекла Вираи так внимание одного из хранителей этого места, который позже подошел к ее клетке и внимательно на нее уставился. Броня на нем засверкала серебром, а хвост плавно замахал из стороны в сторону.

— Можешь предложить мне что-то большее, чем сам Мелтиадес? Хорошая шутка, но продолжишь ты ее уже в пасти червя. — Грозно посмеялся хранитель, услышав отчаянные прошения раба. И сразу же смех его прервался сильным сжатием энергией тонкого горла. Астари хрипло вдохнула последний кислород и сжала зубы от налившейся к горлу горячей крови. Довольный валькириец прошел в клетку через исчезнувший барьер и нагнулся к телу самки для того, чтобы скрепить той руки металлическими оковами. Астари от такой наглости вся заискрилась электричеством, но эта идея быстро пошла на спад, так как недостаток кислорода в легких тоже влиял на магию. Отчего электричество перестало вырабатываться, и саксонистке оставалось только с горечью наблюдать за действиями хранителя. Удостоверившись, что раб не сможет больше пользоваться магией, самец с броней на теле без церемоний потащил ее за собой. И чтобы хоть как-то отвлечься от боли, Астари просматривала все новые и новые ряды с заключенными бойцами. Те смотрели на нее без чувств и просто лежали на камне в изнеможении. От таких видов ей становилось все больше не по себе.

И звезды на небе чудесные,

Луна ярче солнца,

Вот только кровь на песке

Как река на пол пустыни растеклась.

Разнеслась по темному коридору приятная на слух песня. Уши всех находящихся уловили ноты небольшой деревянной лиры, пальцы самочки умело играли на тонких струнах. А голос был таким приятным, что все тяжелые мысли о битве уходили, как забывался и тот факт, что находились все они в заточении. Короткие волосы заключенной и долгое ее здесь пребывание никак не отразились на довольно неплохой внешности. С закрытыми глазами она продолжала играть и подпевать своей же мелодии, пока хранитель наконец не дошел до нее. Самочка приоткрыла глаз, посмотрев бегло на лежащую в оковах Астари и валькирийца, который уже стал высказывать свое недовольство.

— Уши вянут, прекрати это бренчание! Или на арену ты хочешь попасть раньше положенного? У-уши! — Взвизгнул тот, когда коротковолосая пропустила все его слова мимо ушей и продолжила играть с большей настойчивостью, громче подпевать.

Свободы мы хотим,

Томиться здесь мы не желаем.

Свободу душам, свободы страждущим!

Со всей душой запела самка, почувствовал ответные строки от рядом заточенных. Голоса слились в одно течение и вибрировали об стены. Крикнув предупредительные слова на такое игнорирование, хранитель ударил задней лапой по клетке с такой силой, что металл затрясся.

— Лучше прекрати, Иззель, пока хуже не стало. — Предостерег самочку некий рядом сидящий секки.

— О, да. Он верно говорит. Посторонние вещи здесь неприемлемы. — Грубо ответил хранитель и протянул вперед лапу, как бы ожидая повиновения со стороны заключенной. Она подошла к решетке вплотную, допевая свою песню, и занесла невзначай лапу с лирой за спину. И в тот момент, когда у валькирийца кончалось терпение, самка метнула деревянный инструмент прямо ему в морду. Струны затрещали от давления, а дерево хрустнуло и образовало трещину в основании лиры. С полным презрением на морде секки посмотрела на разрушение инструмента прямо перед касанием. Она распалась на частички, даже не прикоснувшись к хранителю.

— Запомни, в следующий раз на арене ты будешь закопан в песке посмертно! — Утвердительно вскрикнула заключенная на одобрительные возгласы других в коридоре. Теперь здесь стоял такой гул, что даже хранитель, ведущий Астари за оковы, недовольно поплелся дальше. «Неужели она так неприятна в бою?» — подумала Вираи, оставляя свои последние взгляды именно этой самке, которая, заметив ту, подняла большой палец вверх и улыбнулась. Шерсть и сама секки сильно сверкали, а в лапе появилась новая карманная лира. Она поднимала настроение всем подавленным своими песнями, вселяла в них надежду на свободу. Но Астари, все еще скользящей по полу, казалось, будто видит все в последний раз.

Через некоторое время, спустя долгие минуты боли, хранитель наконец остановился. Конечное место было гораздо обширнее того, откуда ее несли. Ходили по помещению и другие валькирийцы, занимавшиеся делами, не связанными с отправкой рабов на арену или самим участием в битвах. Неясно было, чем именно те занимаются, но повышенная активность после прибытия ее сюда заставила самку волноваться. Хранитель довольно ухмыльнулся через свою маску и бросил Астари в небольшой отсек, который позже закрыл на замок и ушел восвояси. Фиолетовая самочка в темноте быстро примкнула к углу и ударила оковами по стене. Без противного сжимания магией горла стало возможным снять и металлические наручники. Откинув их куда подальше, Астари глубоко вдохнула и прерывисто выдохнула. Помещение было похоже на место прежнего заключения, только решетка тут была подвижной и выходящей на арену. Темнота на улице была непроглядная, но сверху слышались голоса сидящих на трибунах зрителей. Даже ночью те с нетерпением ждали хорошей битвы, им пообещали крупную схватку — пропустить такое они не могли.

На арене все еще находился Терон с закончившейся недавно битвы. Астари вспомнила о том самом неизвестном участнике сопротивления, отличавшийся ото всех своей одеждой и выражением морды. Но на арене его нигде не было видно. Наверное, с ним что-то сделал Терон, но доказательств не представилось. Но все же его якобы невинные глаза бесили Астари. Вскоре хранители увели самца в комнату ожидания, а на стену арены залетел довольный Мелтиадес. Сидящие на трибунах одновременно замолчали и свое внимание перенесли на лидера Валькирии.

— Приветствую вас всех снова! Настал момент для проведения той самой битвы, где примут участие четыре сильнейших. А будут биться они с самкой, чей выигрыш подарит ей свободу. Правила просты: можно пользоваться любой магией, но только в пределах арены. Открывайте же клети! — Приказал Мелтиалес, улетая с поля битвы. — И чтобы просто не было вам. — Сказал он в момент громкого открытия дверей клеток. Из его лапы сочилась темно-пурпурная энергия, которая, касаясь песка, превращалась в неугасаемый огонь.

Астари вытолкнули из посещения с силой и захлопнули позади нее дверь. И вышла она в этот пламенный ужас, огораживающий пути огненными препятствиями. Атмосфера накалилась, и не только из-за огня, но и по причине выхода остальных противников на арену. Пока друг друга те не видели, но уже начали разбегаться кто куда. Публика на арене подозрительно стала проявлять активность и громко переговариваться, вставать, облокачиваясь лапами на спинки песчаных сидений. «Ставлю на первого! Поднимаю ставку на четвертого! О нет, отмените ставку!» — стало звучать на трибунах. Все начали с безумием делать ставки на тех, кого считали будущим победителем. Отменить сделанное уже нельзя было, ведь если буквально пару минут назад какой-то раб побеждал, то в следующую секунду уже получал несколько ран и отступал. Те, кто ставил на таких непостоянных бойцов, сеяли суету в рядах.

С дрожью в крыльях Астари пробиралась ближе к центру. Издали уже слышались последствия драки и магии. В центре арены стояла резная металлическая колонна, привлекавшая все внимание на себя. Но, пройдя буквально еще пару метров, самка резко отпрыгнула назад, встретившись взглядами с противницей. Бело-коричневая самка напряглась в воздухе, сделала петлю и резко материализовала из пространства деревянный лук с натянутой тетивой. Вираи тоже взяла в лапу свою верную глефу и с последующим отскоком отбила лезвием острую стрелу. Еще несколько попыток лучницы не увенчались успехом, потому она спустилась на песок и рывком приблизилась к боку Астари. Янтарные глаза самочки странно засверкали, когда противница коснулась той небольшим кинжалом. Астари сжала зубы и, собрав все электричество в одной лапе, ударила ею же точно в бело-коричневую так, что та отлетела на три метра. Фиолетовая самка коснулась раненного места и почувствовала на себе горячую кровь — бок был глубоко порезан. Туша в стороне дрожала от трещащих в ней молний и не могла пошевелиться. С тяжелым дыханием саксонистка осмотрела местность и заметила еще двоих дерущихся. За слоями огня быстро перемещались двое самцов, атакуя друг друга с нереальной скоростью.

Первый самец наконец показался из толщи огня и пыли, замахнувшись кликом, сжатым в обе лапы. При ударе меч отрикошетил, столкнувшись с клинком Терона. Ветровой магией он покрыл свое оружие слоем воздуха и запустил все это прямиком вперед. Противник уклонился и попытался зайти уже с другого места. Прикоснувшись к земле при очередном обмене ударами клинками, самец создал каменный столб, что ударил Терона прямо по спине.

— Вернись! — потребовал самец на последних секундах и застал раба врасплох — позади него несся клинок разрезая потоки воздуха. Уже не успевая хоть как-то избежать удара он рефлекторно подался вниз. Грубый треск раздался над его ушами, искры немного подпалили шерсть на макушке, но боли не было, только свит в ушах поставил существо в неприятное положение. Осколки меча упали на песок, а за ними приземлился секки в темном плаще, наставивший светящуюся голубым боевую косу. Но Терон, как и все остальные, не заметили никакого оружия в руках и не увидели исходящую рядом с ними опасность. Прокрутив над собой кругом косу, секки ударил ею в песок перед Тероном и вновь замахнулся. Но на этот раз самец не стал стоять столбом, а отлетел к другой части арены.

— Почему ты спас меня? — Вопросил самец, которого буквально минуту назад чуть ли насквозь не проткнули.

— Мне не нравится этот парень. Ты же в курсе, что секки с такими глазами нормальными не бывают. Отчего же полез на рожон? — Сидящий на песке секки ничего толкового не ответил, лишь сглотнул слюну.

«Так и будешь стоять и ничего не делать? Ты же хочешь свободы, так чего не борешься?» — прозвенел голос в голове, Астари обернулась и опустила свои уши. На конце колонны посреди арены разлегся пластично бывший правитель Молтигорских далей. Но теперь на его морде не было той довольной улыбки — одно лишь непонимание и напряженность. Сидящий на своем месте лидера Мелтиадес кинул на того грозный взгляд, но без возможности слышать разговор.

«Ты все это время стараешься достигнуть своей цели, но сейчас почему-то не желаешь этого делать. Тебе страшно или тебе условия пари не нравятся? Знаешь, если бы был другой уговор тебе подстать — он бы тебя все равно не отпустил.» — Закончил Виогрес и в момент исчез с поля зрения самки, которая только хотела высказаться на этот счет. Оставшись наедине с колонной и позади дерущихся секки, Астари схватилась за грудную клетку, в голове забила тревога. «Что за чувство?» — Думала она, пока боли в груди не стали еще с большей интенсивностью подкашивать рассудок самки. В глазах внезапно зарябили голубые и красные искорки, напоминая саксонистке о не самом приятном сне. И тут ядро в ее теле раздало еле слышимый треск.

— Там же мой брат! — Закричал во всю глотку Кейафас, прижавшись лапами к барьеру. Через него невозможно было пройти, но буквально в нескольких метрах от него находилась его родная кровь. Капюшон при получении удара слетел с головы Стаматиса Юто и младший брат узнал его. — Она же не успела его тогда в пещере увидеть! Они переубивают так друг друга, если мы ничего не сделаем!

Фейадара посмотрела на него пару минут, подошла к нему, оттащила от барьера и тыкнула лапой по темному лбу. В глазах секки читался ужас, его прежде невинные глаза истощали целую плеяду эмоций. Но Юинис не была сердита и доброжелательно прикрыла глаза, махая фиолетовым хвостом.

— Спасем мы твоего брата, и с Астари выяснишь ты отношения. — Улыбнулась любительница книг и поставила самца крепко на задние лапы. Тот недовольно надул пушистые щеки, все еще не разобравшись в сложившейся ситуации. Сейчас же его волновало только самочувствие брата и попавшая неясно как Астари на арене.

— Но как мы это сделаем? — Последовал тут же вопрос и Фейадара гордо направила два пальца на снующего поблизости Ярокрыла. Тот скорчил рожу, ведь понял, что его хотят использовать своих планах секки. И это не сулило ничего доброго.

— Пока ты был без сознания, я просканировала магией всю ближайшую к арене площадь. И, что самое интересное, под ареной находится множество заброшенных шахт, которые уже не использует Валькирия. Доступ к ним отрезан каменными завалами. Самый ближайший к нам завал находится в километре отсюда, куда я с Ярокрылом и пойдем. — Ответила самочка, слегка поматывая лапой из стороны в сторону, а когда Кейафас спросил про себя, то коротко указала находиться все здесь же. Попрощавшись с Юто, Фейадара и Ярокрыл вспорхнули и полетели около друг друга, будто всегда были знакомы. Снизу стали открываться песочные виды, барханы постепенно рассыпались на бок от силы ветра за барьером. Ползали и жители пустыни, закидывая головы наверх из-за чего-то, что перегородило им свет луны. От такой повышенной слежки от обычных монстров Фейадаре было не по себе, и летела остаток пути она уже с недовольным выражением морды.

— Правильным ли было решение оставить Кейафаса на стене арены? — Поинтересовался яркокрылый, оглядываясь назад. Нельзя было сказать, что он беспокоился, просто ему не понятна причина, почему и его с собой не взяли. Фейадара на такой вопрос еще сильнее притихла, отчего Ярокрыл почувствовал себя неуютно. «Взрослый дракон, а о таких вещах прямо на прямую спрашивает.» — отругал себя тариантри, повернув голову в сторону от самки.

— Он просто ребенок, который беспокоится о брате и подруге. Не считая того, что чувствует он сейчас себя изможденным, так еще я не желаю впутывать его в опасные события сопротивления. Прошлые встречи с врагами происходили по случайности, но сейчас это лежит полностью на моей и сопротивлении ответственности. Это будет несоизмеримо с тем, чем нам довелось встретиться ранее.

Ярокрыл выслушал все это и сильно задумался, не обращая внимания на творившийся внизу ужас.

— Не забыла ли ты о последствиях? Само существование сопротивления сулит опасность его членам. И то, что вскоре произойдет с ареной, первым делом отразится на Кейафасе. Да и вы уже успели поучаствовать в битвах не на жизнь, а на смерть. Обычный ребенок такого не проходит. — Дальше продолжать никто уже не стал и уставшие существа наконец разгребли заваленные шахты. В них тут же бросился холодный и влажный воздух, идущий от нижних ярусов. Недолго думая, существа завязали на своих мордах тканевые повязки и спустились в темный недоброжелательный проход.

Да и на арене нельзя было сказать, что было жарко. Противники смотрели друг на друга с таким холодом, что создавалось такое ощущение, будто бы секки родились не в пустыне, а в высоко заснеженных горах. Вдалеке Терон недовольно ходил по песку и пытался разглядеть ненавистное тому оружие у раскрывшего себя Стаматиса Юто. Алый с механическим крылом Мелтиадес на своем сидении прижал лапы к нижней своей челюсти и нагнулся вперед. Порез, это было оружие, но откуда? Проносить свое собственное оружие на арену было полностью запрещено, магические клинки этого правила не касались. Да и хранители при самом попадании сюда рабов их личные вещи изымались. Откуда тогда у лучшего бойца такое оружие? Во всех битвах Стаматис старался скрывать существование его у себя и использовал только природную магию, но сейчас было не до сокрытия своих основных козырей. Прозрачная коса лежала на плече и гордо перевешивала лезвием назад. Самый лучший боец на арене нарушил самое главное правило и даже не дрогнул. Лидер Валькирии стал внутри закипать. И вдруг он телекинезом толкнул Астари Вираи в спину, что та столкнулась крылом к крылу с ее самым ненавистным существом. Он посмотрел на нее своим грозным взглядом, Астари отступила немного назад, распушив в стороны крылья и опустив голову так, что глаза перестали быть видны из-под волос. Терон перед ней использовал на себе покрывающую тело воздушную магию и, не имея при себе второго клинка, создал ветряной порыв, пронесший за собой значительный слой песка. Ветер оттолкнул и Вираи к самой границе поля битвы, но та успела вовремя прикрыть лапой свои глаза от острых песчаных песчинок. Шерсть и перья полностью покрылись песком, а раны на теле плотно замело, увязнув в засыхающей крови. Астари и подумать не могла, что отправленный с нею хранитель башни будет по итогу сражаться с ней насмерть и предаст всю Саксонию. Самка никогда в жизни не испытывала такой чистой ненависти и презрения к кому-то, и даже мышцы на ее узкой морде тряслись от боли и простой обиды. Где же была вся та неиссякаемая верность своей родной крепости, что защитила тебя и в каком-то смысле слова вырастила внутри своих стен? Почему защитник родины не старается защитить ее?

Астари все еще было страшно, ведь никого из близких рядом не стояло, никто не старался защитить ее от надвигающейся опасности, которую она так и не смогла распознать. Терон давил на фиолетовую самку и был даже рад этому.

— Все еще надеешься на выход, когда выхода уже нет? — Проронил вдруг слова высокий самец и благодаря своей воздушной магии быстро оказался возле Астари и прижал передней лапой ту к песку. — Слабые крепости падают ниц перед сильными. Уже ничего из того, что ты хочешь сделать, не спасет твою распрекрасную Саксонию. Твои надежды и деяния были бессмысленными. — Терон не выражал никаких эмоций, лишь грубая правда и ничего больше. Наконец он создал на своей лапе воздушное лезвие и ударил им по месту нахождения головы Астари. На трибунах каждый затаил дыхание, кто-то громко охнул, а кто-то уже праздновал победу лучшего бойца. Ставки были высоки, но большинство их были совсем не на Терона. Лезвие вонзилось в каменную стену и создало очередной пыльный туман, закрывавший тело Астари. Терон отвлекся на мгновение собрать энергию в одной точке и рассеять пыль. Но в это время Вираи схватила через силу клинок, воткнутый в песок возле небольшого окошка, и, напрыгнув на врага, вонзила его прямо в глотку. Металл, наполненный током, прошелся сквозь тонкую шкуру и распространил ток по всему организму. Терон держался долго, но даже он не смог противостоять такой изнуряющей боли, хлопнувшись телом вниз с исходящим из пасти паром.

— Все идет совсем не по плану…- Нервозно пробурчал себе под нос Мелтиадес, вставая с сидения и разминая шейные мышцы. Даже Стаматис заметил, что что-то странное происходит у стены и напрягся.

Треск раздавался снова и снова в голове у самки. Все происходящее напоминало ей страшный ночной кошмар, вот только звуки ощущались не на сонном уровне, а по-настоящему. Сфера, что поддерживала жизнь и постоянную циркуляцию магической энергии в теле, заимела трещину. Произошло это либо из-за стресса или от вмешательства кого-то извне — она не знала. Но тот факт, что сфера жизни треснула, покоя магии не давала. Астари кинула свой взгляд назад. На песке вставший во весь рост Терон залечивал другой рукой свои раны и медленно помахивал хвостом из стороны в сторону. И вдруг самец, не взирая на собственную слабость организма, прыгнул вперед, схватившись за самочье запястье, и перекинув ее через себя к одной из сторон металлической колонны.

— Как же так вообще могло выйти… — Едва смогла выжать из себя слова уже полностью побитая Астари. Из ее пасти текла кровь, а уши залились истошным звоном.

— Не трогай её! — Крича, пронесся через половину арены Стаматис Юто. Картина перед ним стояла не из лучших — Терон держал самку одной рукой, а оставшейся был нацелен прямиком на центр морды. И в тот момент, когда бывший саксонист отвлекся на прибежавшего самца, Астари освободилась от натиска и завалила обоих своим крылом. Существа в унисон упали на песок и с одинаковым взглядом паники взглянули на взбирающуюся на самую верхушку фиолетовую Астари.

— Виогрес, ты, чёртов… Астари! Не думай делать этого, это не твоё истинное желание! Эта атака только навредит тебе! — Взмолился Стаматис пробуя встать, но вновь и вновь падая на песок из-за уставших от работы мышц. Даже Кейафас за барьером почувствовал исходящее от арены чувство нарастающего напряжения, а с тем и усиливающийся ветер, трепетавший его волосы из стороны в сторону. Повернув свою морду в сторону темного неба, Юто приметил собирающиеся вокруг арены темные грозовые тучи. Огромные, черные, словно обозленные на что-то, они скопились в одной точке небосвода. И у самца, как и у противников на самой арене, возникло чувство и мысль: «Бежать. Нужно бежать отсюда!». Вот только тело существ не слушалось их никаким образом, будто намертво заледенело и не хотело оттаивать. Молнии в небе грозно заискрились, создавая оглушающий пространство гром, и Вираи наконец залезла на самый пик колонны, устремя свои янтарные глаза сначала на испуганную публику, а потом и на темное пятно в небе над ней. Яркие молнии так и манили к себе сознание, превращаясь в множество искорок.

— Если все что я делаю — бесполезно, то к чему я все это время стремилась? Мне поручили задание, и я его провалила. Мое первое поручение от нашего лидера не было исполнено и теперь Саксония в опасности. Я желала оповестить крепость об опасности, но в итоге ничего не смогла сделать и только убегала… — Сознавалась Астари сама себе же, её нежно-розовые волосы взметнулись в воздух от порыва ветра. — Нх-х-х! — Застонала самка вдруг и приложила к груди пушистую лапу. Сфера не преставала болеть, а те чувства из сна возвращались все с большей силой. Ей не хотелось этого испытывать, она просто хотела вернуться в свой дом, к подруге и любящим родителям.

Через несколько томительных секунд в её бирюзовые рога попала молния, потом еще одна, что вызвало несвойственный организму магический перегрев и Астари выпустила весь накопившийся ток в ее теле в металлический столб. Он весь заискрился желтыми и белыми полосами и разнес весь ток по заброшенным пещерам. Стены их начали обваливаться, а фитиль, проведенный Фейадарой и Ярокрылом для дистанционного взрыва, зажегся от образовавшейся совсем рядом небольшой искорки. Вот только они еще не успели покинуть помещение с тротилом и с узкими зрачками наблюдали за несвоевременным поджогом. У Ярокрыла не было времени как-либо думать, поэтому, почуяв опасность, он развернулся, кинулся на самку и прикрыл ту своими крыльями.

И в тот же момент за спиной разразился оглушительный и жаркий взрыв, цепочкой прошедший по длинным туннелям. Песок на арене стал сыпаться во взорванные подземные карманы, а стены треснули от изменившего местность взрыва и накренились в пространство извне. Секки на рядах стали подниматься и стремительно улетать от опасного места. Мелтиадес также покинул свое место и громко ударил по перилам.

— Моя арена! Кто посмел?! — Вскрикнул тот со злобой, метая взгляд по всей площади. Подозрения сразу пали на свободолюбивого Виогреса, но того не было видно даже на горизонте. Оставалось загадкой, как секки без крыльев мог так быстро уйти от горячей руки лидера Валькирии. — Чего столбом стоите?! Не дай бог рабы сбегут, всех подожгу! — Обратился он к стоявшим рядом хранителям, что в момент, как услышали нервный его голос, подорвались с места и улетели к нижним рядам. А на другом конце арены стояла довольная Иориина Кальадара, взирая на такую обширную атаку с ухмылкой. Но как только она собралась уходить, рядом с ней проскочил темный силуэт, который позже неясно куда исчез. И ее взгляд снова направился на Астари, прекратившую неожиданную атаку.

Рога самочки горели бирюзой и потрескивали желтыми молниями покругу. Пасть то открывалась, то снова закрывалась, стараясь забрать больше кислорода. Быстро спустившись, она, даже не оглядываясь и просто смотря в пол, подошла ко все еще находящемуся на своих двоих Стаматису.

[[image:/storage/reader-images/3e6b63fc33df16165027a7b11451a6190cc7d714.png]]

— Все еще хочешь закончить пари Виогреса?

— Нет… Нет…

— Убить меня?.. Хочешь быть похожей на Терона?

— Он не слаб как я, он сильнее меня… Но он предатель, не я предала родину. Я же стараюсь из всех своих сил, почему никто не ценит моих трудов, почему я нахожусь здесь?! Я доставлю известие, выполню поручение… — Бормотала она под себя, протянув к груди самца руку. Стаматис смотрел на нее решительным взглядом и даже улыбнулся. Они простояли так продолжительное время и Астари наконец собрала всю магию в одной лапе и готова была выпустить из нее весь этот бурлящий внутри поток. За мгновение до этого на арену спустился темный силуэт и умоляюще крикнул, но его остановила свернувшая в той стороне вспышка и ослепила всех, кто стоял рядом.

Отойдя от яркого свечения, глаза еще долго не могли сфокусироваться. Сердце Кейафаса панически забилось в секунду ясности, а зрачки старшего его брата сузились от произошедшего.

Астари Вираи, слабо подкосившись, с грохотом упала в собственную лужу крови, не оставив на противнике и малой раны.

— А-а… Астари! — Вскрикнул Кейафас, положив лапу под розовые волосы самочки. Ее янтарные глаза замерли и побледнели, а пасть закрылась от миллисекундной боли. Стаматис Юто грозно посмотрел в облако пыли и песка и заметил там небольшое движение, силуэт которого позже исчез. Сев на корточки, самец посмотрел немного влево и увидел едва заметное поблескивание исчезающей темно- пурпурной иглы. Астари насквозь пробили голову магической энергией и быстро покинули место преступления. От такой неожиданной атаки Кейафас совсем размяк и лишь лежал на теле самочки, прикрывая лапами грустную морду. Но надежда хоть какая-никакая, но осталась — у самочки все еще билось сферическое сердце. Стаматис поприветствовал своего брата легким касанием лапы о его плечо.

— Я так скучал! — Ответили оба с грустно-напряженными лицами и горячо обнялись. Столько вопросов предстояло решить им, но непредвиденные обстоятельства заставили их действовать более стремительно, решая насущный вопрос. Терон в стороне, безумно мотая головой, услышал разрушение барьера вокруг арены и также быстро скрылся, как и другие смотрящие битву секки. Остались только хранители, сдерживающие натиск желающих выбраться рабов. И вдруг на арену, встав рядами на стену, явилось сопротивление. Они подоспели как раз в момент взрыва, увидев вдалеке подозрительное облако сгущающейся пыли в небо. Оставив в прошлом все свои сомнения и страхи, сопротивление гордо крикнуло свой воинственный клич и полетели внутрь через разбитый барьер. Секки вооружились мечами и копьями, пользовались всей своей магией, но не пропускали хранителей валькирии к спасающимся рабам. Клетки громко ломались, использовалась магия земли, дабы застроить пути валькирийцам. От такой всеобъемлющей решимости и гордости сопротивления, находившиеся на арене, решили воспользоваться помощью и отправиться к остальной группе на базе. Стаматис взял обмякшее без сознания тело Астари на руки и устремился с младшим Юто в разлом падающей стены. Еле успев проскользнуть, они вместе направились к месту назначения небольшой группы сопротивления.

Темно-синее небо с фиолетовым градиентом звездное небо плавно окрашивалось сначала в розовый цвет, а потом, словно ярко воспылав, появилось на горизонте огромное солнце, наконец окрасив небесное полотно в красные и желтые оттенки. Песчаные руины и барханы выделились перед всем остальным песком яркой огранкой, будто светясь. Безмятежно где-то вдалеке просыпались и уже бродили в поисках пищи похожие на археоптериксов невысокие существа с плащевидным выростом на шее. Из стороны, в которой находились арена, иногда пробегали беглые рабы и потом вновь исчезали восвояси. Стаматис Юто стал уже беспокоиться о лежащей на его лапах все никак не просыпающейся Астари. Она тихо сопела во сне и напрягала рефлекторно крылья. Даже братья после случившегося больше не перекидывались словами и шли в гробовой тишине, высматривая существ, что должны были после взрыва прийти на нужное место. Вдруг у небольшого холмика послышался стук камней о камень и оттуда выбрались двое существ. Оба были сильно испуганы и с подпалённой шерстью на спинах. Если Фейадара была более-менее чиста, то тариантри весь увяз в копоти и пыли, крылья снаружи грубо поджарились. Они добротно прокашлялись пеплом и уже потом заметили пришедших. После вопроса Кейафаса о том, чтоже все-таки произошло с ними в тот момент времени, Фейадара ответила.

-Мы не успели выйти из туннеля, ведь когда мы только разложили весь тротил и собирались пожечь фитиль на выходе, тот загорелся раньше времени, и мы едва успели спастись. А у вас что? Откуда взялась молния на арене в безоблачную то ночь?

Кейафас сначала обозленно стиснул зубы, напугав тем самку, но ничего так и не ответил, подавленно отойдя в сторону. Стаматис хотел было остановить того, но попал на вопрошающее выражение лица Юинис.

-Давно не виделись, Фейадара… Это я, тот самый Стаматис Юто. С того случая все пошло не так, как мы хотели, но я рад, что ты в добром здравии. А… Она и была причиной этих молний. — Неуверенно проговорил Стаматис, поднимая и опуская брови. Астари все еще находилась на его руках и лежала в не очень удобной позе.

— Говорить такое после нескольких лет разлуки, на тебя так не похоже. В прошлом, если ты и радовался, то выкладывал все свою чувства наружу. Что же с тобой стало за все это время? — Сказала Фейадара, проходя около самца и глядя в его глаза. Она поправила грязные очки на своей морде, и солнце на горизонте полностью выглянуло, как бы освещая героям путь. Кейафас успел уйти вперед и на минуту остановился, поджидая весь остальной отряд, который уставшими шагами тяжело шел по рассыпчатой тропинке. Все они через что-то прошли за это время, существа устали, но не давали себе отдыха, так как чувствовали еще напряжение, витавшее в воздухе, и свой долг перед сопротивлением. Преодолевая бархан за барханом, от маленьких руин разрушенного прежде селения до огромных построек Валькирии вдали. Необъятные просторы одной из самых крупных крепостей окружали существ отовсюду. Но вольнолюбивые создания имели более важную причину столь длительного похода и на красоты не было времени оглядываться.

Астари тяжело хрипела во сне, что вызывало у Стаматиса смешанные чувства беспокойства. И, стоило бы еще прибавить кое-что, Кейафас всю дорогу шел с холодным выражением морды и только изредка оборачивался на отстающих, неуверенно глядя и на Астари. «Они не ладили друг с другом все это время? Да и откуда эта самка взялась? Ни на валькирийку, ни на хранителя она была не похожа…» — рассуждал Стаматис, поправляя на морде самочки ее длинные розовые волосы с «антенной» позади. Младший Юто недовольно сжал зубы и нахмурился, путаясь в собственных противоречивых мыслях.

Вот только по возвращении на базу сопротивления их ждали не лучшие известия и никак не радушный прием. Они и предположить не могли, что как только пройдут около песчаного каньона и обойдут знакомые холмы, их встретит незнакомая дыра на месте одного из нагромождений. Ничего понять они не могли долгое время. Что здесь за скопление пыли и магической энергии, в честь чего тут собрались столько существ? Но, когда на виду появился темный плащ с кроваво-красным знаменем на спинной части, отряд сопротивления все понял. Для всей Валькирии разросшееся сопротивление являлось надоедающей болезнью, которую необходимо было полностью искоренить. Они воровали еду, ухищрялись и в краже оружия и руды прямо под носом хранителей, убивали множество воителей, и все равно продолжали прятаться в своих убежищах. Они считали своим долгом противостоять Валькирии и делали все для этого необходимое. Но именно в этот день все пошло не по плану. Послышался вдалеке звонкий гром — из песочного провала молниеносно вылетел лидер сопротивления и также быстро преобразовал копье в своей лапе и бросил его в напавшую на него Кьюри. Но песчаная окрасом самка отбила оружие возникшим перед ней барьером и тактически отступила назад, приземлившись около хранителя.

— Не думала я, что ваша база настолько близко к крепости. Решили быть поближе к цели, не так ли? Но в итоге вы нашлись по самой глупой причине и никакие барьеры вас уже не укроют. Сдавайтесь или мы вас всех перебьем! — Кьюри махнула хвостом, отдала какой-то приказ хранителю и вновь встала в стойку. Легкое тело плавно рассекало слои воздуха и умело отбивало все удары лидера столь крупной группировки. Ильнейс заслужил свое право им быть не за пустые слова и ложь, а за правду и возможности. Возможность сделать невозможное чудом и командной работой. Все сплотились под его главенством и сделали гораздо больше, чем при прежних лидерах. Но Кариме не сумел предугадать такой неожиданный ход противника и был крайне раздосадован. Бурый секки со светлыми волнистыми волосами резко подался вниз, схватился лапой за ногу самки и отчетливо продиктовал слова.

— Эйнстен’браих! — Обоих существ и местность поглотил вырвавшийся из тела самца темный дым и воевать теперь было не с кем. Никто друг друга в такой кромешной тьме увидеть не смог. Выдохнувшись, Ильнейс протер запотевший лоб лапой и заметил мутную фигуру вдали. Он сжал копье в лапах покрепче и предварительно наставил его конец на идущий на него силуэт. Темный песок лидера трещал в воздухе, словно искорки, не позволяя сосредоточиться тем, кто доверяет больше своему зрению. И даже на близком расстоянии сложно было понять, кто стоит перед тобой. Но если колебаться, то тебя могут легко убить, прежде чем ты сфокусируешься на враге. А если необдуманно использовать появившуюся возможность, то можно подставить себя самого же, не определив в нем своего союзника. Острый наконечник резко воткнулся в пространство между челкой и шкуркой — фигура с крыльями вздохнула и убрала пальцем серебряную часть. Потом наклонилась и приспустила крылья в состоянии покорности.

— Просим прощения, лидер. Мы ушли без спросу и покинули свои посты, но это было лишь из добрых побуждений. Что же здесь произошло за все это время? Почему Валькирия здесь? — Фейадара продолжала сидеть и немного даже потеть от неизвестного ответа главы. Но он глядел на нее без всякого чувства гнева и досады. Наоборот, он был рад их возращению. Из дыма постепенно начали появляться Стаматис с Астари на руках. Уже этот факт заставил Кариме подумать о том — не могла ли именно Астари привести весь этот отряд, когда первой покинула сопротивление ночью. Вот уже ей Кариме был недоволен и смотрел на ее без движимое тело с укором. Покинула пещеру, да еще и смеет возвращаться.

— Кто держит беглянку в лапах? Никогда не видел тебя прежде. Задумал напасть на нас тоже? — Возмутился Ильнейс, махая крыльями и оценивая ситуацию. Но за ним на поле выступил темнокрылый Кейафас, выставивший лапу вперед и недовольно высунувший клыки.

— Я его старший брат — Стаматис Юто. Приятно было познакомиться с новым лидером сопротивления. Вроде столько лет прошло, а правление Ладона помню, как вчера. Как он сам, кстати? — Беловолосый аккуратно отодвинул лапой выскочившего перед ним секки и присел в более уважительную позу.

— Его сместили несколько лет назад за не выполнение своих прямых обязанностей и был понижен, а в недавнем времени совершил самоубийство.

А если говорить о данном времени, то, когда ушли Фейадара и Кейафас мы сразу поняли, что вы пошли за Ярокрылом, поэтому, когда послышался взрыв, я сразу отправил воителей и хранителей на арену. Но успела группа отлететь до назначенного места, к нам ворвалась Валькирия. И все из-за остаточной магической энергии за барьером, который, по-видимому, оставила наша.

— Не хочешь ли ты сказать, что этим кем-то была Астари? — Уточнил старший Юто, замечая постепенное рассеивание темного песка в округе и проблеск яркого солнца. Всю голую пустыню постепенно окрасило в красные и розовые оттенки, будто наливаясь кровью. Все и каждый в сопротивлении защищал свою базу и многие посмертно падали в разгаре битвы между Валькирией. Она превосходила их и по количеству воинов, и по неожиданности нападения, что поставило всех в врасплох. Кровь хлестала по пещере как защитников, так и нападавших, заклинания и магия летели со всех сторон, сбивая сталактиты и сталагмиты со своих веками насиженных мест. Если бы не самка лидера — треть пещеры давно бы была отдана без боя, либо с еще большими жертвами. А так, названная недавно хранительница барьера, не пускала никого к главной реликвии сопротивления. Уничтожат его — конец игре в освободителей.

— Ладно, разберёмся и с этим вопросом позже. На данный момент цель наша — отбить нападение и защитить реликвию. Все остальное автоматически уходит на второй план. И, Хейдес, как обстоят дела внизу? — Ильнейс Кариме тяжело вдохнул и покрепче сжал свое оружие в лапах — буквально через секунду в него прилетел осколок камня и звонко отразился от крепкой рукояти. Оружие умело прокрутилось в воздухе и вернулось в свое обычное положение. Хейдес вылетел вдруг из-под разрушенного отверстия пещеры и приземлился возле Кариме. Его растрепанные изумрудные волосы и поврежденные крылья четко говорили о том, что успел сделать многое для защиты дома.

— Пещера рушится с каждым мгновением, мы должны покинуть это место, иначе и живых тоже засыпет! У нас все еще есть старый скрытый туннель, который ведет за пределы пещеры и находится прямо под храмом. Вот только Валькирия уже подбирается к нему, нам необходимо ее опередить. — Закончив свою речь, лидер взмахнул крыльями и упал камнем вниз пещеры. За ним последовало и остальное сопротивление, собираясь в одной точке перед входом в храм.

Яркий дневной свет мягко освещал белые колонны и грязную, всю испачканную кровью, шерсть. Многие прерывисто дышали после битвы, лечили кровоточащие раны. Родители искали своих маленьких детей и, если не находили в толпе секки, тихо выли в стороне и там же убивались врагами, что пользовались слабостью родителей и нападали со спины. Один из таких хранителей Валькирии зарезал кинжалом беззащитную самочку прямо перед глазами детей и подростков. Кровь хлынула на стену белоснежного храма, а существо удостоверилось в удаче проведенного убийства и уставилось на новую цель. Но это были не родители или дети — над ним происходила самая настоящая битва на смерть. Кьюри и Иориина Кальадара столкнулись между собой на непредвиденных обстоятельствах. Песчинки песка разлетались в стороны с каждым новым выпадом и приземлялись уже далеко за местом действия. Подгадав движение темной самки, Кьюри раздраженно вынула оружие из-за спины и покрыла барьером небольшую площадь с противницей — теперь она была практически обездвижена и даже не шелохнулась, вывев вперед свой игловидный клинок. Действующий около Кальадары барьер создавал еле видные магические волны, которые плавно поднимали золотистые волосы и открывали еле видные ранее белые зрачки. Маска закрывала почти всю морду, поэтому их выражение противнику было трудно рассмотреть, но тем не менее в самке были смешанные чувства. Смятение и жгучий пыл битвы — вот что сейчас выражали глаза самочки, смотрящей на свою давнюю знакомую. С одной стороны ей не хотелось драться с ней, но с другой — жажда защитить свою жизнь перевешивала как раз сильнее. Смотря на все то, что творит Валькирия, ей вспоминалась основная цель ее жизни — отступать было нельзя, как и допускать ошибок. Даже если давно кто-то и дружил, то многие произошедшие события эту связь превращают в разбитое стекло. Как говорится в любой правдивой истории: на войне и друг тебе враг.

— Зачем тебе понадобилась вдруг эта тариантри? Будто того, что ты напала на сопротивление мало! Какой еще чуши наболтал тебе этот мерзкий хрыщ, что ты решила бедное дитя втянуть в его планы? Еще бы ты молчала, этот подонок не заслуживает даже того, чтобы говорить о нем.

— Не смей говорить так о моем отце, если жизнь дорога! Он праведный и смелый и делает все для своего народа, а сопротивление только и может, что воровать и убивать наших хранителей и мирных жителей! Уже нечего менять пытаться, так для чего еще стараться им? — Кьюри замахнулась оружием и бросилась прямо на Иориину. Та долго ждать не стала, и как только она приблизилась, замахнулась в ответ заряженным энергией лезвием. Фиолетовая магия прошла прямо около уха существа и срезала пару локонов с волос, что плавно упали на землю и испарились.

— Эйнуен, хватай тариантри! — Вскрикнула вдруг Кьюри и почти без сил упала на колени. Когда Кальадара бросилась защищать себя саму же при ударе и ответе, что не заметила, как из-за спины исчезла дракониха. «Упустила! Где?» — глаза Иориины бегали туда-сюда и все равно не могли найти желто-рыжее тело ребенка. Сжав зубы сквозь льющуюся из пасти жгучую кровь, золотоволосая самка посмотрела на Кьюри и поднялась с опорной стойки. Ведь в лапах у впереди находившейся песчаной Кьюри была сжата страшащаяся ту Тельсия. Из ее глаз от страха текли слезы, а крылья дрожали — драконихе с силой раздвинули лапами небольшую пасть. Что она хочет сделать? Глаза Кьюри ничего не источали и смотрели на ребенка как-то обыденно печально. И вдруг лапа после нескольких секунд переглядываний дрогнула — на ладони появилась из воздуха небольшая ёмкость с розово-фиолетовой жидкостью. Прикрыв глаза Тельсии, Кьюри убрала затычку с колбы и начала насильно вливать неизвестную жидкость в глотку драконихи. Для чего она это делала никто и предположить не мог, да еще и посреди нападения с армией из десятка существ. Одно из предположений кричало Иориине о том, что это яд. И причиной тому, что она встала было как раз желание остановить это безумное действие. Мелтиадес мог приказать свой дочери что угодно, и она это выполнит, чем бы то ни было. Тельсия сопротивлялась и пыталась кричать от невозможности дышать, постоянный кашель ничем ей не помогал.

«Слышишь меня, дитя тариантри? Теперь ты принадлежишь мне, Аристедомосому. А что это за зелье, тебе знать не требуется. Его дочь очень полезна, потому что не имеет своего сформированного мнения. Скоро ты встретишь ее снова и тогда до тебя уже дойдет, что же это было за зелье.»

— Ч-что… Принадлежу? — Промямлила самочка и почувствовала под собой порывы ветра — на писке воссиял портал, глубокого фиолетового цвета. Истощенная Иориина с силой выдавила из себя последнию энергию, что могла пойти на портал. Кьюри резко дрогнула и взлетела, а Тельсия от слабости отцепилась от шкуры самки и пропала в портале, перед этим повторяя слова неизвестного, что разнеслись у нее в голове, но было у нее чувство в теле, что знала его.

— Прочь отсюда…! — Разгневанная Иориина Кальадара уже не отдавала себе отчета в действиях и распахнула крылья. Из появившихся кругов на песке разразился темный пурпурный огонь и своими магическими потоками окружил всю ближайшую местность. Словно копьями он материализовался в пространстве и искрой пролетел возле Кьюри. — Не хочешь мирно все решить, так вали к своему отродью! — Самка показательно поправила маску на морде и напоследок взглянула на Кьюри, что рассеяно сидела на песчаном камне. Исчезая в глубине пещеры и петляя вокруг разрушенных жилищ, Иориина постепенно меняла свой облик на более новый и непохожий на другие — голубо-персиковыми оттенками стали заменяться ранее темные шерстинки, а золотые волосы покраснели. Только вот облик не мог сокрыть раненную руку и могла принять облик самка только того, кого уже нет в живых. И также без маски на морде любое превращение совершить не было возможным. Теперь же Иориина выглядела совсем по-другому и так дошла до места сбора сопротивления. Ильнейс как раз только окончил подсчет выживших и начал распределять по отрядам секки. Прошло всего ничего, а собранное сопротивление уже выдвинулось в подземный туннель, а вскоре и вышли из него в пустыне.

Ярко палило уже солнце, неприкрытое облаками. Песок настолько нагрелся под лапами и бесконечным зноем, что ощушался как миллионы искр. Сопротивление вытолкнули изнутри тяжелый камень и роем полезли из отверстия, окруженного бирюзово-песочными колоннами. Ильнейс Кариме вылез первым и осмотрел расположившиеся вблизи песочные дали. Зеленые и полугнилые кактусы блестели на фоне яркого неба, птицы-падальщики гордо кружились вокруг руин и выискивали любую добычу. Темные крылья вдруг показались среди всей толпы — Кейафас вытаскивал пастью за шкирку розоволосую Астари, которая все еще была без сознания. Кинув ее на песочное полотно, он недовольно фыркнул и посмотрел вновь вниз. Беловолосый Стаматис Юто помогал выбраться детям и раненным, а на взгляд брата ответил лишь улыбкой.

— Ярокрыл… Так это действительно вы — тот, кто может освободить нам дорогу? — Тихими голосами болтали секки в толпе, направив свои морды к стоящему на возвышении дракону. Он был слегка смущен, но свою стойку не терял. Хоть и неуверенно, тот все же поднялся на две полусогнутые задние лапы и посмотрел наверх.

— Верно, я знаю, как пробить брешь в барьере, но для этого нужно использовать все ваши силы. Тротил — моя специальность и для меня нет ничего, чтобы я ни мог бы взорвать. — В этот момент от смущения не осталось и следа, дракон забавно возгордился и распахнул свои яркие крылья.

— Давай те же исполним нашу заветную мечту, сопротивление! Сопротивление! Да вырвемся на свободу и пусть Валькирия поплатится за то, что преградила нам всем путь! — Дополнил вдохновляющую речь Ильнейс Кариме и после этого нараспев зазвучало название группировки из всех уст.

— Что же… А вот и ворота Валькирии. — Вдумчиво сказал Ильнейс, выглядывая на защищенную стену крепости. Ярокрыл привел все сопротивление к промышленному району Валькирии, где его и нашли ранее. Множество темных зданий расположились в одном месте и даже ночами из них сияло пламя красного огня. А для того, чтобы доставлять сырье для промышленности, в нескольких километрах от этого района были возведены темно-красные ворота с изумрудными вставками по бокам защищены не только хранителями, но и прочной основой, что шла перед ними. Высокие и толстые стены давили на спрятавшихся существ и заставляли их нервничать. Никто и не думал, что этот момент может наступить так скоро, потому им сложно было поверить в происходящее сейчас, но никто и не собирался останавливаться. В глазах, хоть и немного, но виден огонек решимости. Стаматис Юто вышел вперед на открытую местность, схватил к кого-то длинное копье, сделал то прозрачным и бросил прямо в расщелину между дверями. Хранители разбежались в стороны, откуда вылетело прозрачное копье никто не знал. Через несколько секунд недопонимания со стороны охранников и вызова подмоги, всех кто находился около ворот, убило магической энергией, которой было наполнено копье. Те, кто вовремя сумел убежать, подняли тревогу и создали еще пару защитных барьеров.

— Вперед! Они открылись с левой стороны! — Скомандовал Ильнейс и с надеждой посмотрел на Ярокрыла, который к тому времени уже выдвинулся в путь. — Левый отряд — защищайтесь, а центральный — идите на пролом, отвлеките всех валькирийцев от дракона!

По песку застучали громко лапы, почти что в унисон. Сопротивление начало действовать и стремительно окружать стену с воротами. Подгадав удобный момент, Фейадара вырвалась из укрытия, поспеша догнать Ярокрыла.

— Надеюсь на вас всех, ребята! — Сказала самочка, обернувшись на Стаматиса и Кейафаса, а позже и на остальное сопротивление. Все воинственно закричали и забили хвостами по песку, когда оба брата с надеждой натянули улыбку. — Разберемся, с нами ведь наш лидер — Ильнейс! — Послышалось где-то в стороне, но его вновь заглушили криками, так что крикнувшего эти строчки уже было не услышать. Фейадара коротко усмехнулась в ужасающую решимость ее окружающих существ и добежала до Ярокрыла. Пока секки отвлекали хранителей, тариантри уже успел взломать дверь в каменное помещение и зажечь фитиль свечки. Внутри пристройки к стене была кромешная тьма, словно здесь никогда не зажигался теплый огонек. И при входе в нее можно было легко оступиться и упасть в круто уходящий ниже обрыв. Помещение оказалось намного больше наружного вида, ведь уходило все вниз, и только лестница вела в глубину. Фейадара и Ярокрыл одарили друг друга странными взглядами и спускаться с помощью крыльев так и не решились, мало ли, какие впереди могут быть ловушки от таких беспечных существ.

Спрыгнув с оканчивающейся у пола лестницы, они почувствовали неприятный холод. Плитка была в некоторых местах отбита, отколота, где-то даже виднелись проплешины льда в местах ее там отсутствия. Место имело крайне нагнетающую обстановку, давило на существ своей темнотой и неприятным запахом, доносящимся впереди. Цокая когтями по побитому полу, они наконец дошли до нужного места и замерли — перед ними возвышалась конструкция из металла, которой в тени видно не было. Множество длинных труд ветвилось на стене и полу и в конце переплетались между собой в месте расположения скопления багровых минералов. А уже ближе к существам расположилось неоновое свечение, левитирующее между концами двух длинных кривых штыков.

— Они все же используют сферы умерших для поддержания барьера… Вот почему его почти невозможно преодолеть обычными способами. Сколько же было пожертвовано невинных и рабов для поддержания таких барьеров и ради чего же? — Вокруг его пушисто-чешуйчатого тела пролетела спиралью яркая сияющая сфера. Медленно она словно посмотрела в душу существ, а после быстро улетела с глаз долой в барьерную конструкцию. Свет озарил в миг темное пространство вокруг и Фейадара прильнула к полу, закрыв глаза и оперевшись на лапу. И как тогда, при поиске подземных вод для отступления и обнаружении сети пещер под ареной, самка почувствовала в твердой земле и камне заполненные воздухом полости. Вибрации ее способности нашли неиспользуемые песочным червем проходы.

— Я успела заметить проходы червя, но они слишком далеко. Если бы могли привлечь его сюда хоть как-то…

— Не просто так я здесь, не забыла, секки? Если дело большое, то и оружие должно быть равнозначным. Сорок единиц тротила! — Взволнованно воскликнул тот и из пространства возле него появилась гора взрывоопасного вещества. Один чих какого-нибудь огненного дракона над ней и территория взлетит на воздух. Ярокрыл быстро управился с прикреплением тротила к одной из стен и при окончании отошел на безопасное расстояние. Нить фитиля расползалась за ним, пока тот не остановился. Сферы умерших еще больше засуетились, но не могли никоим образом покинуть место их заточения и поглощения.

Взрыв — такой громкий и разрушающий на своем пути все и вся проломил стену насквозь и даже отчасти разбил противоположную стену. С потолка стали падать расколовшиеся при взрыве сталактиты и простые булыжники с гравием и приземляться с грохотом поднимая слои залежавшейся пыли. Вся эта вибрация и звуки привлекли внимание далеко спящего монстра в песке. Открыв единственный здоровый глаз из четырех, червь задвигался и защелкал передними клешнями около пасти.

— Считаешь, что он услышит это с такого расстояния? — Неуверенно спросила Фейадара, медленно отходя от разрушенной стены. Но спустя минуту они почувствовали шуршащий звук громоздкого тела и нечеткие повизгивания, исходящие из пасти с сотнями острых зубов. Червь прорыл себе новый тоннель, вмиг оказавшись над существами, что уже направились наверх. Зубастая пасть вертелась внутри как сотни маленьких пил и резко вгрызлась в твердые конструкции, создающие барьер. Искры посыпались от них, затрещали крепления. Магическое давление создавало такие страшные звуки и сопротивление, что перепонки в ушах секки и дракона молили о пощаде и кровоточили.

Упругий, приглушенный гул раздался вдруг по всей территории, в ушах послышался неприятный звон, который мешал вылазу из пристройки башни. Фейадара уже было выбралась на песок и уже видела сражающееся сопротивление, как в глазах вдруг побелело и все силуэты в минуту оглушающего энергетического взрыва покрылись белой пеленой. Мозг ничего не мог понять в ту секунду, а сквозь сердечное ядро прошлась волна магии и заставило тело затрястись в холодном чувстве. Дезориентированные существа еле открыли глаза и пасти после такого нервного оглушения всего организма и непонимающе и даже как-то глупо попятись в сторону ворот.

Барьер с них был снят в мгновение ока!

Все стояли с округленными глазами и не верили в произошедшее. Вот же он выход на такую желанную свободу! Почему же сопротивление вросло словно дерево в песок?

-Мы сделали это, точно сделали? — В кругу отряда разрослось шептание и нервные выкрики.

— Паршиво, — Ругались под себя хранители ворот, без возможности к передвижению. — Знайте, долго вы там не протяните, будете еще жалеть, что создали свою жалкую группировку! Борцы за справедливость, нет, идиоты все, неизлечимые — вот вы кто!

— Захлопни свою жалкую пасть, выродок анархический! — Прорычал громко и с акцентом обозленный Ильнейс и, взяв хранителя за шкирку, отправил того в нежеланный полет в стену. Кариме опомнился только через окончательный звук приземления валькирийца и в каком-то пугающем спокойствии отряхнул багровые лапы, обратившись к родной группировке.

— Вперед к свободе! Мы прошли долгий и мучительный путь, многого лишились, но также многое и приобрели, а именно: дружбу, сплоченность, свободный разум от рабства и, самое по мне главное, истинную огромную семью, хоть и не родную, но получившую все то, чего не было раньше. Вперед родные души, долой эту проклятую крепость, нас ждет новая жизнь, новые знакомства и неизведанные земли. Так чего же мы стоим? Начнем же нашу истинную историю и настоящие воспоминания, свободные от рабства!

Наконец воодушевленные секки побежали к выходу и ступили на совсем иначе воспринимающийся песок — мягкий и теплый. Их встретило яркое круглое солнце, не видимое раньше из-за высоких стен и битвы. Некоторые начали плакать, некоторые молиться, но не изменить было того факта, что теперь все были на свободе и от этого радовались, как младенцы, только что открывшие глаза в свете материнских глаз. Кейафас же от усталости упал на колени и пронзительно глядел в небо, пока к нему не подошел старший брат, уютно посев рядом.

— Я понимаю, что давно с тобой не виделись и не разговаривали, но ты должен понять, что уйти куда подальше от Валькирии основная цель. Так что я хотел попросить о кое-каком важном деле — можешь ли ты отвести Астари в Саксонию?

— Погоди, что ты сказал…? — Кейафас побледрел и отпрянул от существа.

— Я не знаю, что у вас именно случилось, но она истинно хотела вернуться на родину и никому я не смогу доверить это, как не тебе. — Закончил Стаматис, погладя лапой головку меньшего Юто. Кейафас как бы не желал отказаться, все же спустя время невольно согласился. Но осознание своего внутреннего чувства он осознает совсем скоро. Астари лежала рядом и выглядела совсем плохо: пробитую голову забинтовали белым бинтом на несколько слоев, губы стали постепенно сохнуть, в общем выглядела она как мертвец, только на самом деле живой только из-за силы внутреннего ядра в теле. Сверкало то яркими молниями голубого цвета и монотонно копило энергию из природы.

Оленевидного окраса секки и лидер Валькирии встретили друг друга не каким-то приветсвием, а насыщенным магическим взрывом. Виогрес проехался лапами по песчанику от ударной волны и взмахнул хвостом, рогами выделяя полосы ярко-зеленой магии. «Ой, до этого еще рано, пора заканчивать.». Магия исчезла так же быстро, как и появилась и Виогрес, ненавидивший сдаваться, поднял лапы над головой. Мелтиадес неслабо удивился, даже оторопел, поднял бровь и наставил меч аккурат перед мордой противника.

— Я выйрал твое пари, будь добр, магический осколок. — Четко проговорил лидер Валькирии и хитро улыбнулся. Виогрес опустил лапы, перекрестив пальцы между друг другом, после чего медленно развел их в стороны и в воздухе объявился сияюший угловатый магический осколок. Воздух по близости стал резко плотнее, чем был раньше, и к артефакту устремились маленькие частички искорок. Мелтиадес смотрел на него сияющими глазами, приняв в свое владение такой чудесный предмет. Лидер Валькирии игриво собирался похлопать существо по плечу, но его лапа в мгновение совершения желанного прошла по воздуху и ничего под собой не почувствовала — Виогрес, быстро сообразив, покинул место встречи телепортировавшись.

— Чтож, это было слишком просто. Исчезнув тогда на арене, он подарил мне возможность быстро убрать с поля ту самку и получить в результате такой ценный артефакт! Теперь я смогу с легкостью закончить дело прежних времен и сжечь уже дотла остатки Саксонии, которой давно бы пора было уйти на покой.

Довольный собой, Мелтиадес посмотрел на темную палату снизу и, убрав осколок в подпространство, гордо вошел через тканевый вход во внутренние убранства. По краям прикрытой территории стояли яркие фонари и разнообразные тканевые лежанки, на которых спали высоко расположившиеся в ранге не молодые секки. Время от времени они зевали от нахлынувшей скуки и нехотя махали перед своими глазами кусками питательной клешни скорпо-комара. Вытащив вновь белоснежное мясо из хитинового панциря зубами, старое существо устало стало пережевывать кусок небольшим количеством зубов в пасти. Взошедший Мелтиадес вмиг развеял скуку лежачих, одарив их совсем не добрым взглядом. А не добрым потому, что те нагло лежали без работы и еще из-за сидящего у стола посланника Аддента.

— Приветствую вас, лидер Валькирии Мелтиадес. Я писчий, а также посланник Венсет от моего лидера Аддента. И, как видите, пришел я не просто так, а услышать причину по которой в десяти киллометрах от нашей крепости расподожилась армия Валькирии? Вы хотите войны или чего-то конкретного от нас? — Начал серьезным тоном разговор совсем не серьезный на вид самец.

— Вы укрываете веками то, что вам совсем не принадлежит. Мои предки за нее воевали, но Саксония всегда умудрялась сбегать и перепрятывать эту вещь. Если не на этот раз, то на следующий раз уж точно. Вы согласны ли сдаться наконец и отдать настрадавшийся осколок?

— Мы будем стоять до конца! — Вскрикнул будто от чего-то неприятного секки, хоть и слова его были верны. Он даже и не заметил, что его сердце начало останавливаться и из груди полилась алая кровь струей. Мелтиадес спокойно вышел из-за стола переговоров, не глядя на свое сзади разбушевавшееся пламя. Охранники посыльного тоже попали под темный огонь и упали на пол от боли. Перебарывая настигшее его уничтожающее пламя, Венсет нажал на какую-то кнопку и тяжело проговорил нечто невнятное.

— Не желаете по хорошему, будет по моему. Война красивое же слово, лаконичное. Избавление Амман-серы от слабых и трусливых для продолжения развития более сильных и находящихся на совсем другом уровне группировок. — Вымолвил Мелтиадес и тут же ткань с укрытия сбросили на песок с громким хлопком — на конструкцию слетелись хранители Саксонии и обножили магические клинки прямиком в сторону алого неприятеля с механическим крылом. Часть из прибывших потушило огонь на послу, но не успели спасти охранников, которые к тому моменту сгорели до тла.

— Война, значит… — Рыкнула секки из Саксонии и расправила воинственно крылья. Мелтиалес же, почувствовав опасность, вспомнил об осколке и пожелал как раз таки опробовать его в деле. Слухи долюны были не врать и действительно даже осколок должен был иметь нереальную мощь перед другими магическими атаками. Но довольное выражение морды сразу переменилось с решительного на гневное, когда осколком была произведена атака. Он думал, что ему это поеазалось и снова попробовал испробовать осколок, но тот и вовсе превратился в обычный драгоценный камушек и упал на ладонь.

— Этот безмозглый идиот обманул меня?! Обманул лидера каким-то глупым трюком?! Этому секки точно больше не жить… — Мелтиадес совсем покраснел, глядя на лапу, а когда к нему подлетела самка, вмиг сжег ее пурпурно-фиолетовым огнем и вскричал, дыбя на себе от злобы шерсть на теле.

— Никого не щадить! Чтобы их всех до единого пожгло пламя, как должно было сделать давным-давно!

Сопротивление передохнуло после долгого пути и вылечило раны пострадавших в последней битве. На пути на них не один раз нападали жители пустыни, постоянно уменьшая отряд все больше и больше. Сопротивление редело на глазах, но не сдавалось, шло все дальше и дальше в глубь пустыне, поскорее стараясь оказаться подальше от Валькирии. И наступившим на пустыню сумраком была ознаменована очередная остановка на ночлег. Из-за ночного похолодания приходилось ставить костер и долго греться около него, дабы не замерзнуть и на следующий день продолжать путь. Стаматис сидел на песчанике и думал о своем решении отпустить брата одного проводить Астари до Саксонии. Но менять что-либо было уже поздно, так как секки давно уже ушли во тьму пустыни. А Стаматис Юто, вместо продолжения раздумий и накручиваний, занялся делом на благо сбежавшего отряда. Хоть его многие и забыли за столько лет рабства при неудачном походе к Ярокрылу, но было много лиц, что знали его и Юто был счастлив оказаться в кругу знакомых лиц, а не на арене.

Кейафас тем временем прорывался сквозь песочные насыпи и ветер, что бросал в него частички песка. Он все шел и шел, не видя ничего кроме пустыни, его палило солнце, охлаждала луна до дрожи. И на вновь пройденном километре на его глаза попалась полуразрушенная каменная стена, за годы скрывшаяся под слоем надоевшего песка. Повидимому, она стала жертвой обстоятельств и не сумела защитить себя от нападения кого бы там ни было. Темно-оранжевые камни блестели в свете лунных лучей и излучали хоть и немного, но чувство безопасности. Послужив укрытием от ветра для Кейафаса, тот скинул Астари на ближний камень и тяжело рухнул к стене. Наконец переведя дыхание на нормальное, самец покопошился в набедренной сумке и вынул оттуда пару ломтиков жаренного кактуса. Последний кусок пищи был откусан резко и небрежно проглочен. Кейафас уставшими глазами посмотрел в ночное небо.

«Для чего я здесь, почему я не пошел со всеми. Почему именно мой брат отправил меня, а не кого-либо другого? Астари же по самой сути стала предателем сопротивления, покинув его без спросу ночью. Никак не сказав мне, ничего не сказав другим, а еще и соврав. Я ведь думал, что она хотела выбраться вместе с нами, помочь нам с этим. Тогда нам требовалась любая помощь, любая сила и секки, но Астари просто оставила нас и ушла своим путем. Желею ли я, что доверился тогда ее обещанию, доверившись первой попавшейся самке?.. Как-то неправильно будет винить ее в моем спасении, — Кейафас как-то жалостливо коротко крикнул, сомневаясь уже во всем.- Может она вообще меня использовала, не представляю, что теперь у нее в голове, что думать!»

Кейафас с силой закрыл глаз лапой, чтобы прийти в себя и посмотрел оставшимся на раненную лапу. Она все еще болела, не смотря на то, сколько уже времени прошло. Иногда рана кровоточила и даже сейчас из нее снова пошло выделение алой крови, потому самцу пришлось вновь перевязывать лапу еще крепче последним оставшимся куском бинта. Теперь рана болела меньше, но есть все равно хотелось. Живот было не заполнить небольшими кусками кактуса, но более к большому сожалению у него в наличии не было.

— Мы же идем в Саксонию, да? Может меня там покормят? — Сказал он в слух и, поняв, что ответа он не услышит, наконец поднялся и принялся нести Астари на своей спине дальше.

Через час на песке стали попадаться твердые камни, выглядищие как плиты, и выстраиваться в дорогу. По ним Кейафас легко определил, что Саксония уже скоро и немного успокоился. Но ждало его совсем не то, что он себе представлял в пути: его не собирались поить и кормить, встретить с уважением и поблагодарить за возвращение Астари на родину. Юто медленно остановил свое движение и свернул на возвышение, где положил самочку на огорожденный стеной камень. Все еще не веря своим глазам, самец вновь удостоверился в своем зрении и неслабо испугался. Сердце застучало как бешенное, а тело рефлекторно заходило по песку. В этот момент Астари тихо постонала во сне и, поняв что темнота в глазах рассеивается и появляется тонкий луч более яркого света, постепенно открыла глаза и зевнула. Мышцы на ее морде напряглись впервые за все это время и надавили на раненную и перевязанную после голову. Боль прошлась не только по мозгу, но и по всему телу, и Астари громко выхаркнула кровяной сгусток из пасти, недопонимая, где она. Ведь буквально секунду назад она была на арене и дралась за свою жизнь насмерть, а теперь видела перед собой песок и непривычно знакомые камни. Причем до ужаса знакомые не только камни, но и личность перед ней. Кейафас заметил шевеления — Астари наконец очнулась! Самец с серьезным выражением морды удостоверился в этом и вновь забеспокоился. Вираи вопросительно взглянула на него и ждала ответы на многие вопросы, но почувствовала вдруг противный запах дыма и еле различимые вопли вдали. Мысли полезли в итак поврежденную голову всякие разные. И пока она сама не поднялась на лапы с трудом, не смогла увидеть картины за преграждающими взор камнями. Зрачки уменьшились во много раз и пытались осознать происходящее, когда мозг уже все понял и стал вести тело к краю возвышенности.

Внизу на бесконечном песчанном поле расположилась столь родная Саксония. Но ее было уже не узнать: по всей крепости вспыхнул фиолетовый и алый огонь, за стенами слышались крики и мольбы о помощи, одни секки резали мечами других секки, крепость погрузилась в полный хаос, как и предполагалось анархии. Вот только Саксония не желала воевать ни с кем и старалась создавать только выгодные отношения, в ней жили доброй души секки и лидер действительно заслуживал свой статус, проявляя действительно качества истинного лидера, за которые он выработал уважение у почти всей Саксонии и гордился этим. Но сейчас ни веселья, ни спокойствия в крепости не было, лишь резня и полное уничтожение до корки. Астари смотрела на это все сначала с таким холодом, что после оклика Кейафаса все эмоции вышли наружу. Она устремилась к ее любимой родине, но оступилась и полетела вниз с холма. Влетев в песок, Астари дрожащими движениями поднялась, ощущала огонь и страх, царящий за стеной. Неужели все было напрасно? Она не успела доложить о нападении, а значит провалила задание, да еще и Саксония теперь полыхает почти только из-за нее, ее расторопности и слабости. А Кейафас, на которого Астари накричала от злобы, не контролируя свои слова и себя саму же, вздыбил шерсть от обиды и, ударив ту лапой по щеке, стал невидимым и быстро улетел с глаз долой.

Астари ударила по стене кулаком и из одного глаза полились слезы, пасть жалобно задрожала от чувства вины и непреодолимого страха. Где недалеко, пока Астари смотрела на стену, клинок прорезал плоть и был вынут, с последующим палением тела. Вираи уже ни на что не надеясь, повернулась к звуку и появилась искорка надежды. Перед ней появился сам лидер Аддент с небольшим отрядом позади. Знаменитый самец во всей Саксонии устремил свой взгляд вниз и наткнулся на фиолетово-бирюзовую самку.

— Господин Аддент, я глубоко сожалею, что не выполнила ваше поручение. Я готова получить наистрожайшее наказание…- Проговорила с трясущимся телом Астари и упала ниц к лапам лидера. Лидер посмотрел на это все с недоумением и только после этого подошедший отряд указал на метку ее на плече.

— Не знаю вас, как и ваши там указания. Похоже рабы из Валькирии совсем умом теряются.

— Погодите… Погоди…те… Ч-что? — Выскользнуло из пасти нельзя сказать уже что: толи плач, толи сипение. Сознание Вираи повернулось вверх дном и непонимала происходящее. Самка взглянула на метку анархии на руке и снова на Аддента, который уже заносил клинок над ее головой. «Раб Валькирии, что происходит?! Он же сам меня отправлял на разведку, так почему не признает? Это же я, Астари Вираи!»

Астари в панике еле как увернулась от удара и поднялась на лапы, раскрыв крылья, по перьям которым прошлись другим клинком и срезали концы некоторых перьев. С тяжелым дыханием и биением Астари попыталась достучаться до Аддента, но тот был неприклонен. Самка взвизгнула, когда ее догнали и повалили на песок и стиснула в пасти клыки. Секки из отряда сжал той горло с такой силой, что она не могла нормально дышать и стала проклинать свою метку на плече. « Почему, почему, почему все так вышло? Почему, почему?». Сердечное ядро начало ломиться и давление всей магической энергии начало вырываться наружу. Чувствуя боль в груди, Астари стала вырываться и пытаться дышать из-за разрывающего внутри недостатка кислорода. Тело ее все заискрилось и заставило секки убрать с горла лапы, но все равно попасться под синюю молнию, которую выработали бирюзовые рога. Астари замотало из стороны в сторону от отсутсвия равновесия и, бросив последний взгляд смешенный с грустью и незнакомой жаждой крови, Астари быстро улетела в направление, куда ушел Кейафас. Он и не думал больше, что так скоро с ней опять встретится и хотел высказать все то, что накопилось у него в душе, но Астари хоть и была в сознании, но совсем истощилась и даже не могла выронить и слова. Рога побледнели, а глаза теперь были не цвета насыщенного янтаря, а бледнее неба в самый пасмурный день. Юто подавил свое желание выговориться и поймал Астари, когда та начала падать от слабости. Она взглянула на самца потухшими глазами и сказала такое слово и таким голосом, что Кейафас не ожидал и сам чуть не побледнел.

— Прости.

Почти все сопротивление поселилось в крепости достаточно далеко от Валькирии. Однако из-за законов в крепости всех их не смогди принять и подовина осталась жить в палатках на границе и защищать ее от набегов диких племен. Не лучшее было положение, но за это, как нельжя кстати, платила сама крепость и привозила провиант, так что жизнь пошла своим чередом. Остальная часть поселилась в городе, в деревянном ветхлом доме, который им выделили, будто беженцам. Жить на что-то нужно было и им, так что все оставшиеся вступили в гильдию авантюристов и теперь имели источник какого-никакого, но заработка.

Перед сном все собрались внижу здания, а буквально через лестницу, в одной из комнат, тихо сидела на полу возле кровати поникшая Астари.

Теперь она чувствовала себя бесполезной и виновной во всем как никогда раньше. И даже переживания сопротивления на ее счет больше не могли вытащить Астари из такого состояния, в которое завела как сложившаяся судьба, так и она сама.

Пахло приятным летним ветерком и ничто не могло потревожить умы только просыпающихся в своих убежищах ибисов. Их морды выглядели заспанно и немного устало, а веки медленно прикрывали глаза. Желтоцвет же тоже не отставал от этой сонной процессии, поэтому сладко зевнул и, тихо причмокивая в полусонном состоянии, повернул голову в другую сторону. В жизни самец повидал многое: гибель своей матери, Эбила, участвовал в событии с королевой и едва выжил, увидел соединителей. Но такой неожиданно появившейся в его логове морды ему еще видеть не приходилось. Зубы на всеобщее обозрение, алая лохматая шерсть на макушке, узкие полные хитрости глаза с поднятыми бровями. Карелия смотрела на его попытки развидеть силуэт самки и еще сильнее получила желаемый эффект от испуганного окрика тамошнего правителя ибисов. Хоть и прошел целый год с тех событий, но его выражение в этот момент было по-детски забавно.

Все же оправившись от неожиданной встречи, Желтоцвет сел на лежанку и серьезно выдохнул.

— Что привело тебя в такую рань? — Спросил он наконец терзающий его вопрос.

— Мне тут на ухо попался слух, что Кэри с Норой вновь отправляются на исследование мест. И мне стало интересно, знает ли об этом наш правитель? — До сих пор с морды Карелии не спадала хитрая улыбка и блестящие глаза, что так пристально глядели на ибиса, заставляли того не отводить взгляда. Но Желтоцвет не мог еще понять, для чего ей пригодилась такая информация.

— Если ты в курсе их местоположения, не скажешь ли ты мне его? Буду признательна.

— Я обязался не говорить о них, да и тебе не стоит лезть в такие мрачные дела. Что по этому поводу скажет Сарден? Кажется, ему бы не хотелось, чтобы его помощница отлынивала от работы. -Предъявил вдруг желто-рыжего окраса ибис и поднялся на лапы, обходя Карелию и остановившись около окна своего жилища. Где как раз расползался по горизонту розовый рассвет и освещал все величественные дали Гринписа. Так как Желтоцвет ничего путного не ответил и даже перестал смотреть на нее, самка решила не задерживаться здесь и пойти искать их самой. Кое-что все-таки напрягало ее, пока она шла по зеленой тропе, но чувство это вскоре прошло, перестав волновать организм понапрасну. Сейчас молодую самку больше беспокоила мысль о новом уходе знакомых, ведь это планировался не обычный поход в лес за дичью, а путь не меньше, чем через материк. Карелии хотелось быть полезной хоть немного, ведь если не она, то кто сможет помочь с механизмами и научными вещами в трудную минуту? Да и они с ней толком и не попрощались, как такое ее могло не волновать?

Недолго прохаживая все дальше и дальше, Карелия замечала многих знакомых ибисов и мотала в приветствие длинным хвостом. Мир действительно изменился в довольно необычную сторону, а буквально несколько лет назад это было запредельной мечтой и лишь сумасшедшие могли и думать, что за горами был такой простор.

— Реальность полна не только разочарований, хоть некоторые прежние кланы до сих пор таят в себе обиду на других. — Проронил несколько словечек Желтоцвет рядом с Карелией, не заметившей его присутствия рядом с собой. Самочка же на такое неожиданное появление припрыгнула и, пробежав немного вперед, повернулась перед самцом.

— Зато тебе стоит выразить благодарность — таких разных по масти ибисов собрать в одном поселении! Нашему правителю остальные только завидовать и могут! — Медленно шагая задним ходом, хвалила Карелия Желтоцвета, который еще с утра не отошел от смущения. Их разговор был душевным, под виды каменной тропы и высоких гор далеко на западе. Под лапами между камешками струились маленькие ручьи от прошедшего недавно дождя. От него же пахло и сыростью повсюду. Желтоцвет не хотел ни о чем сейчас думать, но мысль об Эбиле пришла в сознание существа и без этого. Его могила теперь стояла на том месте, где он испустил последний вздох. Покоится в земле, пропитанной кровью, где пал его последний в жизни враг. Был бы он лучше Желтоцвета в нынешней должности, не допустил бы ежедневных стычек между ибисами прежде разных кланов? Но тяготившие его рассуждения были прерваны неприятным криком, доносившимся из какого-то здания по правому боку улицы. Карелия быстро подбежала ко входу и распахнула двери, увидев перед собой целую толпу существ, а посреди всего этого на полу стояли Стэкла и Нора, что-то активно обсуждавшие. Все внимание с самок тут же перешло на вошедшую алошёрстную, что подошла к творившейся неразберихе.

— Какого секки ты слушала, и что он тебе наплел за это время? Нора, ты моя подруга и я тебя не хочу снова терять в твоих уходах! Это опасно и ты можешь пострадать. И не говори мне, что это не так!

— Я и не отрицаю этого, но разве этот путь будет не важен? Я не хочу сидеть сложа лапы около теплой лежанки, пока нашему существованию все еще угрожает опасность! — Ответила Нора хриплым голосом, вздыбив крылья за спиной и оперившись на передние лапы. Раньше она не показывала зубов соплеменникам, но сейчас ее зубы блестели на фоне красной пасти. Они пришли попрощаться со всеми перед уходом, зашли в трактир и самки начали словно цапаться между собой. Кэри, стоящего неподалеку, это уже начало сильно раздражать, и тут вдруг Стэкла взяла телекинезом деревянную миску и бросила в сторону. Миска звонко воткнулась в стену, отколов кусок от бревна, а спокойно увернувшийся Хаджимари смахнул с себя древесные пылинки.

— Это ведь ты сговорил ее? Ты хоть понимал, что натворил? — Возмущенно продолжало одноглазое существо и подошло вплотную к высокому секки, просто смотря друг на друга, они будто обменивались мыслями между собой.

— Без нее никак. — Коротко ответил Хаджимари, однако такой ответ подругу Норы не устроил, та даже его толком и не услышала.

— Кто ты вообще такой, чтобы распоряжаться так чужими жизнями? Я поклялась ее матери о том, что буду присматривать за ней. Если что-то с ней случится, я никогда не прощу себя и тех, кто с ней тогда находился и не оберег.

— Я верну ее живой, не смотря ни на что.

— Кэри… Что ты… — Нора была резко ошеломлена словами Инсера и прижала уши к своим длинным волосам. Чувствуя, что самку уже не остановить, Нора решила взять последнее на себя и уверенно подобралась к ибису и положила длинную мордочку на ее плечо.

— Тебе не нужно уже меня оберегать, я благодарна тебе за все, что ты для меня сделала до этого дня. Ты стала для меня второй матерью и отлично выполнила эту роль. Еще со мной есть прекрасные существа, которых не так просто убить. Мы вернемся, я вернусь.

Приятный ветерочек прошелся вокруг мордочки Стэклы, и она устало зевнула, хотя до сих пор злилась. Ее разум понемногу туманился, самка еще что-то пробурчала против похода, но уже спустя мгновения тяжело упала на лапы впереди стоящего Хаджимари, который словил ее вовремя и положил на широкий стул рядом. Магия Норы не была чем-то особенным или сложным, но ей пришлось долгие дни мучиться, дабы выточить эту технику хоть как-то. Кэри поглядывал за ее плавной аурой и постоянно замечал увеличивающийся прогресс самки в деле магии. За это стоило поблагодарить так же и тренера белокрылой. Но все-таки как бы Нора сейчас не выглядела со стороны для других, видела Стэклу она такой впервые. Ее голос излучал страшную панику и даже пугал своим напористым тоном. Хаджимари тоже было интересно, но в разговор об этой теме вступать не стал — ничем хорошим это бы не закончилось. Наоборот, тот постарался перевести тему на другое русло и уже начать думать о дальнейшем походе в Амман’серу, как в разговор вмешалась едва копошащаяся позади Шерсти.

— Если ты так решила, то возьми, пожалуйста, этот кулон… на удачу. — Сказала самочка, медленно стянув со своей шеи желтый магический камень на веревочке и протянув его белокрылой. Внимательно смотря на предмет, Нора в ответ шмыгнула и вздохнула пару раз. «Благодарю» — прозвучал ее ответ и исчез в порыве настырного ветра с улицы. Окно неожиданно распахнулось и с грохотом ударилось о стену, привлекая к себе внимание.

— Нам пора! — Отчеканил Хаджимари и поволок за собой группу существ вон из здания. Помотав мордой в стороны, Кэри побежал за всеми вслед, а Нора помахала на прощание лапой и скрылась вместе с остальными за деревянной стенкой.

Запыхавшаяся Нора остановилась на конце поселения, пробегая взглядом по присутствующим: Овари, Кэри, Тельсия, Хаджимари, Каросуки и Карелия. Подвоха та сразу не заметила и поплелась дальше, пока на это внимания не обратил сгорбатившийся Овари. Алошерстная стояла уверенно на своих четырех лапах, будто бы так и нужно было, ни смущения в глазах.

— Я могу вам пригодиться! — Без всяких вопросов сказала самка и распушила свой загривок, когда к ней подошла Нора. — Точно, кто этот секки со странными глазами, вижу впервые такое!

— По пути поясню. — В глазах отвечающего читалось расстройство, а возмущение остальных по поводу пополнения группы было проигнорировано, хоть Нора и попыталась оспорить это решение.

Группа неожиданно пополнилась новым членом, над лесом взошло приятно согревающее солнце, двигая на земле все расползающиеся в стороны тени. Хоть они и двинулись вместе в путь, вопрос с тем, куда и как именно было идти оставался открытым. Через пещеру так просто было не пройти — это был единственный путь в анархическую страну, сокрытый тайнами и загадками. По беглым рассказам Хаджимари было ясно, что пещеру защищают не только секки Гринписа, но еще и магический барьер, поставленный там в древние времена и постоянно возобновляющийся энергией с той стороны. Он позволял секки с той стороны легко проходить его, но преграждал путь для существ с этой. Овари с такой информацией весь затрепетал и потрещал костяшками на пальцах.

— А ведь если бы хотели, могли бы нас всех в порошок стереть давно. Как вообще они посмели создать такое превосходство над другими.

— Поначалу нужно хотя бы дойти до туда, а потом уже думать о дальнейших действиях. — Предложила небольшая Карелия, махая медленно пушистым хвостом. С этим решением уже все согласились, покидая пределы Кеакен’града. Их встретило одно лишь гладкое зеленое поле с пятнами по почти всей его площади. Оранжевые злаки благоухали под жарким солнцем, а овощи скрывались под землей, лишь иногда припоминая о своем присутствии пышными листьями над землей. Приятно пахло травой и истоптанной землей, погружая запахами в какое-то надуманное детство. Однако Каросуки, в отличии от остальных, шел по полям как по полу родного дома и махал встречным и работягам на поле. Родные места всегда вдохновляли его на разные мысли и свершения. Но сейчас было совсем не до фермерских работ, общения со знакомыми в поле — в данный момент Каросуки шел с группой неизвестно куда и получится ли им там вообще пройти они не знали. На Тельсию с цепью рядом секки смотрели странным взглядом и видели в ней какую-то неизвестность. Сколько бы ее ни спрашивали ответа она почти никогда не давала. Ни как тариантри здесь оказалась, ни откуда явилась. Верно секки так на нее глядели — настоящая неизвестная диковинка.

Однако поля не длились вечность и уже через десяток минут стала кучковаться зеленая трава в местах около тропинки, небольшие деревья с плодами встретили гостей. За деревянным заборчиков с конструкциями из камня расположился немаленький дом, привлекший внимание все того же Каросуки. Овари как-то хаотично побегал глазами и вцепился когтями в капюшон друга.

— Ты сегодня какой-то активный, прибереги свой пыл. — Отдернув того к себе за плащ, посоветовал самец и выдохнул по-старчески. Бирюзовые волосы затрепетали от подозрительно тихого и слабого ветерка, навлёкшего на него чувство опасения. Входя на двор секки стали зазывать хозяев, но никто не откликался. Само жилище оказалось пустым, каким-то покинутым и одиноким. На столе стояла еще теплая похлепка с лежащей рядом кружкой набекрень. Каросуки молча прошелся через полосы проходящего сквозь окна солнечного цвета, что-то тихо сказал и вышел обратно на поле. Все его прежнее настроение и возбуждённое состояние пропали будто бы их и не было. Так как семьи в доме не оказалось надежда пала на рядом работающих существ. Заметив знакомую мордочку, они быстро поприветствовали соплеменника.

— Спрашиваешь, где твоя семья? Не уверена, но в последние дни вели себя они странно: не появлялись на собраниях, за исключением твоих сестер, не отвечали на вопросы, а потом и вовсе пропали. Единственное, что сказали, так это что-то про недолгий отъезд.

— Ой-к! Я слышала, что наша шаасак отправилась в Ширубарейку на днях. Не думаешь, что они отправились туда же? Серебряные озера сейчас благоприятны для сбора урожая, туда многие едут на этот период. — Добавила постоянно ойкающая старушка секки к ответу первой. Та же, побледнев, почесала голову и удовлетворительно кивнула. Каросуки услышал что хотел, поблагодарил фермеров и вернулся обратно в накалившийся от тишины дом.

— Переночуем здесь. Нам все еще нужна информация об этом барьере, потому идея отправляться в конце дня будет необдуманным решением. — С деревянной палочкой от сладкого картофеля в пасти сказал Хаджимари, изредка косясь на прожигающий взгляд коричневого самца. Он явно хотел что-то сказать по этому поводу, но в сон клонить стало быстрее, чем тот успел что-либо сделать.

— Хоть он и сказал, что не переживает, но на самом деле совсем наоборот. Его истинные чувства всегда видны на его морде. Семья не могла просто так уйти не с того ни с сего.- Проговорил подошедший к уже уснувшему Каросуки Овари. Его взгляд казался обеспокоенным, вот только бирюзовые волосы скрывали это ото всех. В таком тихом доме не только он не мог сосредоточиться — остальные из группы тоже чувствовали себя неуютно.

— Твоя родина ведь деревня Кагима на тех озерах? Может ты помнишь что-нибудь подозрительное в тех местах? — К разговору подключился из тени белоглазый Кэри, слабо покачивая своими ушами. Существо слышало на улице опросы Каросуки местного населения и теперь был немного в курсе событий. В ответ на это Овари тихо хлопнул ладонями и развел их при метнувшейся в сознании мысли.

— Мы можем узнать ключ к решению вопроса с барьером, спрося об этом вышестоящие лица. Пока будем искать родителей Каросуки, проблема решится сама собой — все равно сейчас опасно оставлять это дело нерешённым.

— Думаю ты прав, но… Не важно. — Хаджимари присел на пол, скрестив задние лапы, и посмотрел куда-то в темную пустоту ночи за окном. Она наступила незаметно для всех, пока те шли по тропе. Мутные звезды сияли на черно-фиолетовом полотне, пока веки не стали закрываться и погружать всех в недолгий сон. Бывший правитель вгляделся: за открытым окном на деревянной перекладине сидел ястреб, что копошился сначала между своими перьями, а потом и между лап что-то привлекло его интерес. Гадкая птица взяла в клюв подозрительную небольшую стрелу (размером с кинжал и вида похожего) и устремила ничуть не птичий взор в окно. Невозможно яркие желтые глаза светились на фоне, так и придвешая ничего путнего. Они так словно и говорили неслышимым голосом: «Просто сдайтесь уже».

— Неужели эта пернатая… все же проскочила? — Со стучащим серцем в груди Хаджимари обернулся к Каросуки — порезов как таковых было не видно, но пот и больной вид морды говорил об обратном. Птица успела проскочить в дом и ранить похоже отравленной стрелой-кинжалом.

— Хочешь посеять семя раздора? — Хаджимари вдруг выставил вперед свою лапу в странном положении ее пальцев и птицу сиесекундно пробило зеленой магической пулей с оставшимся после этого энергетическим следом. Перья облаком разлетелись в разные стороны, а туша отлетела далеко за область видимости. То, что Хаджимари абсолютно не знал что делать дальше, так еще и объявилась гадкая проблема — все это действительно заставило его нервничать раньше времени. Думая о противоядии к яду, самец создал упавшие друг на друга книги, которые прочитал где-то в прошлом. Лечить он, естественно, так и не научился, но это могла его возлюбленная. С воспоминаниями о прошедших днях Хаджимари так и уснул за книгами, не прочитав и десяток страниц.

« Эта птица обошла мои глаза… Кто ее хозяин, что способен на такое? Если ничего не предпринять, полягут все в этой группе!» — Подумал самец, смотря на состояние Каросуки на рассвете. Изможденный секки долго отрицал свой внешний вид и в конце концов все пришли к одному выводу.

— Моя мать хороший лекарь, если не прекрасный! Мы еще успеваем, нужно торопиться, пока не стало хуже! — Овари даже проснуться не успел, но вовсю уже суетился вокруг больного. Пока все готовились к выходу, секки начал тяжело дышать и не мог уже стоять на лапах. При помощи Норы и Карелии самец аккуратно положил его на повозку, натянув на нее тканевый навес. Водный дракон пролез своей толстой мордочкой внутрь и грустно буркнул на своем языке, раскрыв пасть с блестяще-голодными глазами. Но кормежка его отложилась на неопределенный срок — Овари сел на колени рядом, положив лапы на коричневую грудную клетку товарища. В одной из лап был зажат бирюзовый камень с отсветом серебра. Он резко воткнул его в точку на теле и в этот же момент вскричал существам снаружи.

— Вы там скоро?!

— У Хаджимари трудности с барьером. — Звучный ответ пронесся со стороны входа.

Барьер находился на земляном возвышении недалеко от ферм. Голографический барьер выглядел словно концом мира, словно ничего после не существует. Поглощенный царстующим хаосом Хаджимари прикоснулся к «границе» и ощутил колющую боль в глазах и голове. Мир иллюзий или, вернее, смеси будущего, настоящего и прошлого поглотили сознание. Стали всплывать разные картинки тех дней, когда барьер только возводился. Шторм и молнии повелевали погодой в тот день, а на месте сегодняшних полей — одна влажная земля и залитая трава с поваленными деревнями. Сильный ливень лил прямо в глаза, десяток секки стояло по линии в несколько метрах от друг друга. Воспоминание вдруг прервалось и восстановилось уже только после завершения заклинания.

И снова пульсации настоящего, будущее за ним уже казалось чем-то хаотичным. Дошло до того, что пустынная местность прервала способность Хаджимари и тот, вернувшись в реальность, расширил отверстие под проход и его повалило вперед. Подоспевшая к этому моменту повозка, словила в прыжке Хаджимари и подбежавших к ней остальных существ. Последние минуты спокойствия были окончены и дракон с повозкой оглушительно влетели в водную стихию, камни разлетелись из-под колес. По инерции дракон проскользил до крупной темно-бирюзовой волны. Однако, так показалось лишь на первый взгляд. Хаджимари через полуоткрытые глаза создал барьер над повозкой.

Все произошло так быстро, что последним что запомнили существа и виззящая тариантри было огромными пастями трехголового амфиптерия. Повозка успела проскочить, но ее с головой накрыло волной, а безлапый дракон позади оглушающе закричал под гром молнии вдалеке.

— Сегодняшний день неплох, скажи, Кэри? — Голос кого-то сбоку прозвучал так сладостно знакомо, что по телу пробежала дрожь. В ушах шуршал тихий ветерок, пронося звуки из дальних мест. Не имея возможности даже увидеть, кто стоит перед ним, темное существо с белыми зрачками оценило текущее положение по-своему. Место совсем не пахло влагой или озером, а совсем напротив — пепел время от времени щипал ибису нос. Травы под лапами тоже не было. Вместо нее там был лишь раскаленный каменный пласт с неприятным напылением. Через время Кэри наконец заметил своим чутьем треплющуюся фиолетовую ауру и подошел к ней как ни в чем не бывало. От нее чувствовалось все также что-то знакомое, родное, к чему так и хотелось примкнуть, обнять и никогда не отходить от этого комка энергии.

— Ах! Ты же у нас теперь не видишь. Прости, Кэри, но даже если бы ты видел, ничего бы не поменялось.

— Что? — Спросил Инсер не осознавая своего положения.

— Слепой с рождения, также слеп и духовно. Не видит самых ясных вещей и действует только основываясь на эмоциях и чувствах кого-то за спиной. Раз ты делаешь это для других, то какой прок тебе с этого? Тебя любят, уважают, а может быть ты завел там друзей? Такого как ты — пустого, недоношенного, из-за которого случаются одни проблемы, никто не сможет принять даже если захочет. Тебя никто не заставлял пожирать своих сородичей, но ты сделал это и не хочешь признавать, что это только твоя вина. Тебе не стать обычным живым существом.

— К чему это все? Кто ты? — Задавался вопросом тот, даже не подозревая, что перед ним все это время стоит собственный брат и холодно смотрит на темное небо Фантазмы. Зарра еще давным-давно был съеден первым голодом Кэри, хотя был добр к нему и до сих пор не мог понять, за что его душу так жадно поглотили. Хоть кому-нибудь было бы приятно, что его пожирают? Верно — никому. Кости ломались, лились струи крови и ради чего. Зарра не долго думал перед тем, как напрыгнуть на горло Кэри и повалить его на потертую поверхность этого мира. Пальцы лап с силой точно попали на места перекрытия воздуха, сдавливая горло противника все сильнее, пока не стал слышаться лишь хрип.

— Просто отдай то, что отнял и тебе больше не придется убивать невинных.

— Но я ничего не крал! — Беззвучно прокричал ибис, чувствуя давление и теряя сознание под натиском брата.

— …Кэри… Кэри! — Где-то из пустоты слышался знакомый звонкий голос одной важной для него самки. Нарастая и нарастая, голос создавал нечеткие образы в сознании самца: ухаживающая за ним мать, разные моменты из прошлого и наконец тело улыбающейся ему Хитомы постепенно прояснилось в силуэт крылатой Норы.

Тяжелый, как словно после долгого утопления вдох раскрыл легкие и выкашлял ненужную там воду. Опасности на данный момент не предвиделось, но паника все равно настигла сознание Инсера. По ощущениям на данный момент его опоясывала прохладная вода и после попытки встать он понял, что не может пошевелиться. Тело ныло от изнывающей боли и побитых водными камнями мышц, трещала в придачу еще и голова, возможно были повреждены и внутренние органы. Видимо побег от амфиптерия закончился совсем не гладко, и группа получила сильные повреждения. Однако, регенерация Кэри быстро скрыла места ранений и тот смог без усилий подняться на лапы, хоть и не без происшествий. И первым, чем хотел поинтересоваться ибис, было состояние дорогой подруги.

— А с тобой все в порядке, Нора?

— Да, не страшно, не волнуйся! — Ответила самочка уверенным голосом и ласково нашла носом слепого приятеля, одарив того беспокойно-сладостным лизком в пушистую морду. Но черное существо уже было не так просто обмануть. Хоть голос ее и был обычным, совершенно не представляющего повода для беспокойства, однако, чуткий слух уловил тяжелое дыхание и даже разговоры где-то за ними. Положив в следующую минуту лапы на плечи Норы, Кэри заставил ее встрепенуться и опустить глаза вниз.

— В такой ситуации не нужно врать. Ты ведь ранена, верно? Или что-то случилось с другими, с Карелией?

«Ранены, все ранены!» — Самке было ужасно стыдно и сложно признаться в этом так прямо. Если Инсер мог просто залечить свои раны, то остальные все еще отходили от недавнего происшествия. В сторонке на чудом оставшейся суше был сооружён костер. А вокруг него только бескрайние просторы водных гладей и незримые границы огромных озер, сливающиеся вдалеке с небом. Кто знает, какие еще опасности таятся в этих малоисследованных водах. Еще и будто назло Каросуки был отравлен и прямо сейчас о нем заботился Овари, посматривая на трещащие в огне доски поломанной повозки. С каждым дыханием коричневого самца заставляли его друга сжимать пальцы и с нескрываемым сомнительным взглядом смотреть на Хаджимари с рядом сидящей на собственном хвосте Тельсией. Хаджимари даже не ответил на его подозрения и продолжил сидеть с опущенной мордой, скрывая ту под копной длинных, неухоженных волос. Но их продолжительные молчаливые переговоры прервало зевание тариантри. Тоненькая желто-оранжевая мордочка недовольно покрылась складками и пасть чуть оголила красное нёбо.

— Так и будете молчать, вам же есть, что друг другу высказать. — Оба самца повернулись на ее голос и поправили свои крылья от пришедшего на участок суши холодного и влажного ветра.

— Нам не о чем болтать…- Сказал Овари, аккуратно, но быстро поднимая на руки Каросуки. Водный дракон поблизости хлопнул своими яркими жабрами по шейной пластинке, ворчливо издал глухой ропот из горла, но спокойно принял на себя роль перевозчика. На кожаное седло, украшенное в некоторых местах магическими минералами для облегчения переноса тяжелых грузов, был возложен Каросуки. Овари взял в свои лапы мокрый поводок и обернулся назад.

— Не о чем болтать с тем, кто имеет лидерские качества на начальном этапе. Начинаю сомневаться в том факте, что этот секки был нашим правителем в прошлом. Доверились тебе, а сейчас все погибнем.

— А…- Хаджимари малость шокировался, фиолетовые с треугольными знаками зрачки дрогнули и сузились. В сознании пролетели мысли о том, что же он такого сделал, получив в итоге такие слова в его адрес. — Ты сомневаешься во мне, как в правителе? Я просто желаю сохранить мир на этих землях, и чтобы через несколько лет этот мир не оказался лишь прахом под нашими лапами. Потери неизбежны, если мы хотим сохранить жизни большего количества существ. — Продолжал все говорить и говорить бывший правитель, пока до него не дошло, что на данный момент он заморозил воздух вокруг себя и узкими глазами смотрел на Овари. Исходившая от него аура показалась как ибисам, так и секки подозрительно знакомой, напоминавшей магию Дресты. Овари фыркнул и натянул поводки дракона, заставив его бежать дальше. Тот неуверенно стал перебирать копытами по каменистому дну, отдаляясь от лагеря.

— Карелия, как там повозка? — Спросил Хаджимари у работающей около повозки самки. Она чинила полуразрушенную в результате встречи с незваным гостем деревянную повозку и с укреплением в зубах пробурчала ответ невнятно.

— Почти закончила. Но вот детали будут держаться лишь на добром слове. — Покрутив металлическую часть, усомнилась алая Карелия и почесала за ухом, думая о надежности этой конструкции. «Может магии влить напоследок, дай дичь будет держаться лучше…!». Тонкая струя магии уже стала выходить из её пальцев, как повозка вмиг полетела от нее в сторону и приземлилась не где-нибудь, а четко возле приподнятой левой лапы Хаджимари. Утвердивший нужное положение самец провел своим взглядом по присутствующим и остановил его на Тельсии в оковах на лапах и с цепью.

— … — Дракониха вдруг поднялась в воздух и ощутила прикосновение со стороны спины. Такого теплого и магически насыщенного прикосновения Тельсия никогда не ощущала и в результате так забылась, что не заметила Хаджимари, без всяких церемоний взявшего ту на руки. «Какая странная персона.» -Подумал бывший правитель, заметив засмущавшуюся, а потом уже и возмущенную морду тариантри. С горем пополам Хаджимари удалось закинуть самку с манией нанести самой себе же вред в покачнувшуюся повозку. Нора села туда же вместе с Кэри, помогая тому залезть внутрь, и заметила сильную взбудораженность секки после резких слов Овари. Не знала она, задели ли они его или просто напомнили ему о чем-то неприятном из прошлого, но даже Норе не хотелось сейчас ему как-либо перечить.

Хаджимари мигом подлетел к отошедшему наезднику и заморозил дракону копыта вместе с водой в округе. Ледяной корочкой покрылась водная гладь чистого озера, и бирюзовый Овари весь покрылся потом с морды до пят.

— Уйди с дороги, не видишь, Каросуки погибает прямо на глазах! Если не отойдешь, то я… — С испуганной мордой и мурашками по всему телу самец звучал не очень-то и убедительно. Насколько бы остры слова не были, эмоции невозможно адекватно подавить в такой ситуации. Ему все еще хотелось всегда бежать от проблем и никогда больше не встречаться с ними лицом к лицу. И сейчас ранение если не единственного, то настоящего друга стояло в большем приоритете, чем дела Хаджимари в этом мире.

И снова влажная свежесть покрыла шерсть существа, заставив нужные рефлексы среагировать. Вода из озера дождем хлынула вниз и покрыла толстой стеной капель ближайшее поле зрения. Прямо в метре от Овари из воды вылез амфиптерий, возмущенно и оглушительно закричав из всех трех пастей. Пар дымом вышел из средней головы, а многочисленные зубы как у рыбы веяли отвратительным запахом тухлой дичи. Его тело было сплошь усеяно гниющими и кровоточащими ранами, боль от которых ужасно влияла на работу мозга. От этого он еле махнул крыльями, подавшись вперед к скоплению теплого запаха. Во время неуклюжего продвижения врага Овари вытащил свой клинок дрожащими от влаги и страха руками. Сейчас секки видел только взгляд двух позарившихся на его жизнь голов амфиптерия. Вода колыхнулась волнами, напряжение давило на наездника все сильнее, пока головы наконец не двинулись, а крыло основного туловища не замахнулось в его сторону. Овари вовремя прижался поплотнее к спине водного приятеля, и тот ушел всем своим телом под просвистевшей над ними перепонкой.

— Тьха-кха! — В глотку самца попала грязная вода, а дыхание не позволяло думать. Где все воители, когда в них так нуждается обычный народ? Как это трехглавое недоразумение вообще здесь все еще находится?

— Да толку думать об этом…! — Водный дракон взволнованно скинул наездника с седла, и все еще наглотавшийся жидкости Овари держал в одной руке Каросуки, а правой выставил сверкающий клинок вперед. Металл с огромными трудностями отразил последующую после этого атаку, когда амфиптерий уже подобрался достаточно близко для того, чтобы ловко и без раздумий открыть свою пасть и захлопнуть ту на шее бедного водного дракона. Ему и не важно было, что этот самый дракон был Овари с Каросуки очень дорог, был словно третьим братом, родней. И когда на твоих глазах убивают родное тебе существо, смотрящее на тебя с черными, как бусины, глазами, становится не по себе.

Амфиптерий резко дернул укушенную добычу, как следом за разорванном телом стелилась полоса из органов и крови любимого ими дракона. Потерять дракона на больших озерах было сродни потери второго кормильца в семье, либо того инвалидность. Не до конца поглотившуюся голову добычи стало возможным увидеть сквозь прозрачную глотку амфиптерия. И тут вдруг мерзкую картину перекрыл зеленый барьер шаром вокруг амфиптерия и начал постепенно уменьшаться. Шеи трехголового криво скосились при уменьшении пространства, а суставы стали хрустеть, ломаться кости.

Хаджимари, сильно выдохшись, прикатил с поля битвы повозку. Тогда Овари был уже не в силах отказать и после всего случившегося вся группа отъехала от неприятного столкновения намного дальше. Без дракона повозка не то, чтобы не ехала, а ехала очень медленно и только лишь на телекинезе, суммирующим магическую энергию всех находившихся в повозке.

-Сильно болит? — Накладывая бинты на раны, спросила Карелия, явно беспокоясь о не очень близком, но все-таки приятелем из путешествия. Упавший на не шибко удачный камень Овари получил продолговатый и рваный порез в районе живота. Но больше тот переживал за Каросуки и полностью игнорировал маленькую помощницу.

— Каросуки так просто не погибнет, ему рано еще отправлять к праотцам в Фантазму. — Где-то спереди сказал наконец Хаджимари, следящий за дорогой и направляющий повозку по меткам на карте в другой руке. Не ожидая больше никаких вопросов или ответов, бывший правитель заметил какое-то непривычно задумчивое выражение морды Кэри.

-Существует ли она вообще? — Болезненного вида глаза медленно открылись, а из пасти мгновенно полилась непонятная жидкость. Каросуки очнулся в кругу не ожидавших этого существ, не понимая, от чего именно ему стало плохо. Вопрос вышел из пасти сам, будто всегда хотел задать его в любой удобный момент. И, слушая сквозь сон беседы существ из настоящего мира, Каросуки сначала опешил, а потом слова и вылезли сами собой. Успокоившийся Овари вновь начал использовать на его груди магию, способной остановить боль на время, но его до сих пор не покидала тревога.

— Она существует, но ее нет в этом мире, на этой земле. Это словно что-то не из этой вселенной, другое измерение. Там скоплен весь ужас и неосуществленные желания умерших. — Отозвался о не самом лучшем месте пребывания в своей жизни Кэри Инсер и вдохнул полную грудь чистого воздуха. Нос почувствовал сладкий, но потом терпкий аромат крови от Каросуки, потом этот запах заменился влагой местных краев, а после краем обоняния существо приметило незнакомый запах.

Повозка постепенно подъезжала к небольшой деревеньке, состоящей из одних только домов на воде разной величины и высоты. Яркие крыши были видны издалека, а дизайны домов напоминали традиционные японские постройки у рек и озер. Тряска становилась все слабее, а после заменилась приятным потрескиванием гравия и шелушением мелкой травы под колесами. Хаджимари вдруг остановил повозку и, перепрыгнув через бортик осмотрел появившуюся перед глазами сушу. Проходившие мимо секки с удивлением смотрели на повозку без дракона и косо продолжили это дело, когда из повозки тяжело вышел Овари с самцом на руках. Кэри тоже уже не сидел на досках и пропустил вперед Нору, где после та помогла ему спуститься. Уставшим лапам от вечного сидения в повозке было усладой для подушечек приземлиться на мягкую травянистую поверхность. Однако, существ из долгой и томительной поездки встречали совсем не с распростертыми объятиями. Из-за того, что Кэри не видел в этой плотной стене ауры выражение морд и самих секки, ему показалось оно единым целым. Все смешалось в один незримый силуэт и заставил Кэри сначала отпрыгнуть от этой сущности, а потом зашипеть. Когда аура секки стала приближаться все ближе к ибисам, обоняние Инсера совсем притупилось, и он набросился на первую попавшуюся часть огромной ауры. Маленький и ничего еще не понимающий секки сильно испугался, когда перед его глазами появилась разъяренная длинная морда темного ибиса и открыла свою синюю пасть с растекающимися там блестящими слюнями. И мига не прошло- хлестнула алая кровь и Кэри вновь стал различать отдельные ауры и тот самый огромный силуэт будто бы испарился. У маленького секки аж глаза закатились назад от страха, ведь в итоге пасть сомкнулась не на нем, а на лапе белоснежной Норы, вовремя подоспевшей к нему.

В пасть к Инсеру попала будто бы горчица совести и совсем, где-то в подкорках сознания, приятного вкусового ощущения и жажды повторения. Но знакомый запах той, кого он стремился защитить отбила эти мысли на короткий срок, и самец осознал всю ситуацию. Уши прижались назад, хвосты сразу припали к земле. Он сжал в лапах раненую им конечность, снял с себя же бинты и с дрожащим телом перевязал кровоточащую рану.

— Зачем ты так поступила…- Прошипел, сжимая зубы, Кэри. Нора в ответ положила на его шею свою тонкую мордочку с длинными и мягкими волосами. Она долго думала, говорить ли это ему или нет, и в итоге решила, что скажет ему это лишь не скоро. Она устала от своего страха рассказать ему все, она боялась увидеть его реакцию. К тому времени, как они отошли, секки успел прийти в себя и убежать куда-подальше. На вопрос Хаджимари о том, что случилось, Нора ответила уклончиво, глядя на идущего впереди Овари. Дома по сторонам казались разными, но отличались едва заметными деталями. И непонятно было, как Овари здесь вообще мог ориентироваться, так как ибисы уже успели и заплутать в этой части его родной деревни. Но вот, после еще нескольких поворотов, они достигли места назначения.

Это был небольшой, но весьма прилежный дом с ярким фонарем над раздвижной дверью. Деревянная лестница на возвышении вела прямо к проходу, куда все и вошли. Овари сразу же побежал в главный зал, а затем и остальные прошли во внутрь дома. Кэри почувствовал аромат чего-то медицинского, на подобии запаха из лаборатории, а магическая аура здесь была спокойного мятного цвета. Самка посреди комнаты встретила Овари напуганными глазами и тут же повязала себе длинные волосы.

— Овари, я так давно тебя не видела! Что случилось с другом твоим, что пришел навестить меня через столь длительное отсутствие? — Голос матери дрожал, ведь никому будет не обидно от такого резкого появления без объяснений, да еще и с раненным на руках. Синий с бирюзовыми волосами самец приобнял сзади мать и поцеловал в щеку, приговаривая добрым голосом.

— Я очень скучал, но это правда срочно. Каросуки отравили и если ничего не сделать, то он погибнет…

— … — Нежного окраса Элтиес промолчала, осматривая тело своего пациента. Ослабленный ядом Каросуки лежал на столе и с еле открытыми глазами смотрел в потолок. — Задержи дыхание, остальные отойдите. — Проинформировала вдруг Элтиес и сложила лапы на его груди почти также, как делал до этого Овари, пытался делать. Но мать знала о лечении гораздо больше и практики имела за все свои годы достаточно. Тонкий круг с формулами ярко-синего цвета появился под телом существа и грудь его выгнулась вверх, когда тот почувствовал сильную боль. Из его тела постепенно начали выделяться капли инородной жидкости и скапливаться в одну крупную каплю над телом. Последняя капля яда пролетела по воздуху к их скоплению и после нескольких движений и слов Элтиес оно испарилось в пространстве.

— Каросуки! — Взволнованно крикнул Овари и подбежал к столу, опершись на него лапами. Коричнево-бежевый самец спокойно открыл глаза и, поднимая торс, сел после такой «операции» будто бы ничего не было. Он зевнул, показывая свои белые зубы, легко и непринужденно улыбнувшись. Овари посмотрел на здорового Каросуки и тоже натянул улыбку.

— Благодарю вас за гостеприимство и за помощь. — Сказал Хаджимари, сидя за уставленным вкусностями столом. Пока остальные после тяжелой поездки активно поедали блюда, самец как-то сонно протер свои глаза и все смотрел на красивую самку за другим концом стола. Глядя на нее, нельзя было не вспомнить о жившей в прошлом Атэнейс’Такэ- любимой Хаджимари, которая спасла его от пустынь анархичной Амман’серы. И душу его стало терзать одиночество, ведь в мире этом ее уже нет в живых. От таких мыслей и воспоминаний даже самая вкусная еда от добродушной самки становилась будто гнилой на вкус.

— Мам, а где отец? Разве он не должен был быть сегодня в деревне? — С куском мяса во рту спросил Овари, двигая длинными ушами.

— Не знаю я, где твой отец. После того, как он уехал с тобой тогда в детстве, я его даже видеть не желаю. Ушел куда-то ночью дня два назад.-Возмутилась Элтиес, припоминая тот день. И больше ничего она не сказала, так и оставив Овари в неведении. Он, конечно, знал повадки отца и его характер, но все же оставалось загадкой, куда же тот испарился.

— С нашей ситуацией подобное выглядит крайне подозрительно. Мы все еще не знаем, куда подевались родители Каросуки. — Сказал Кэри, завивая на свой указательный палец локон темных волос с челки. Раньше серьезное выражение морды у Инсера можно было заметить лишь изредка, но с того момента прошло уже много времени и все чаще на его морде вырисовывалась эта серьезность. Ибис еще в детстве выглядел угрожающе со своими белыми зрачками и темной окраской шерсти, а сейчас тем более.- Что такое Ширубарейку и где она находится?

— Ширубарейку- эта страна, что не относится ни к землям Амман’серы, ни к Гринпису. Стоит на больших озерах в паре десятков километрах от деревни Кагимы. Однако, Ширубарейку много лет назад была почти разрушена от армии успевших выжить соединителей. Черные твари вместе с другими паразитами уничтожили треть ее земель, пока не были полностью истреблены. Но это не вся ее история, ходит много тайн о ее прошлом. От того, что туда ссылали преступников, до тайных культов и связей. Доказательств нет, в глаза всего этого тоже никто не видел, так что доверять таким слухам-себе хуже. — Мать Овари неплохо разговорилась за столом. Похоже в ее кружке была приятная для таких мыслей жидкость, да и настроение стало более приподнятым.

— А теперь все, кыш… А то сели как в собственном дому…! — Хоть настроение и было хорошим, самка все равно умудрилась со своим-то гостеприимством выгнать гостей как нечего делать. Все посмотрели на сына Элтиес, а тот и сам был поражен своей матерью и виновато опустил уши, в надежде на спасение от стыда.

— Значит наша следующая остановка-Ширубарейку? — Овари пытался отвлечься как мог. Каросуки понимающе похлопал друга по плечу. Но вдруг из-за угла дома показался подозрительный и зловещий силуэт в традиционной одежде.

— Вы направляетесь в Ширубарейку? Прошу, помогите мне!

Можно ли назвать то, что сейчас происходит в жизни самой обычной самки, кармой или неизбежным наказанием? Для каждого всегда наступал момент, когда ошибки прошлого возвращались к нему со временем. Будь то обычным проигрышем в «Тё-хан бакучи» и изъятия всего имущества после того, как несколько лет обманывал секки в этой азартной игре; или преследователями на хвосте самки. Пара существ в темных одеждах бежали прямо по следам убегающей от них секки, заставляя ту изредка выливать на мешающих впереди нее прохожих гневные ругательства. Двигалась она медленнее, но проворней, однако все равно находившись на грани поимки. Нежно-фиолетовая резко подалась в подворотню и прильнула к стене одного из домов. Дышать было трудновато от всей этой неразберихи, а магические ранения все кололи ее тело. Но останавливаться было плохим решением-спустя пару минут недалеко послышался полет с тихими голосами. Расправив свои гладкие крылья, самка быстро запрыгнула сначала на одну брошенную торговцами тележку, а потом с другой удалось спрыгнуть на другой район деревни. Там уже и поджидали любительницу побегать на этот раз уже троя секки.

— Некуда бежать, сдавайся и прильни свои крылья к воде. — Предупредил один из ударивших самочку в живот коленом после этих слов. Скрючившись от адской боли, не видя перед собой уже никакого пути к спасению, секки за непослушание приказу ударили повторно с новой порцией крови из пасти.

— Что там происходит? — Задался вопросом самец в темной накидке, прислушиваясь к странным разговорам и плачу у входа в город. Едва ли тот успел проверить свои мысли, как самка вонзила короткий кинжал в брюхо ближайшего существа. Повалившись вместе с ним на воду, она расширила разрез и сквозь образовавшееся кровавое отверстие магией создала перед собой водяную стену.

Так, с кровавой лапой и побитым телом, самка пробежала пару улиц и вышла к такому проходу, в конце которого силуэт незнакомца излучал сильную и чистую ауру, которую так и хотелось взять и вкусить. Уже не чувствуя под собой лап, а только какую-то манящую надежду, нежно-фиолетовая секки в черном с розовыми узорами кимоно вышла к группе.

— Вы направляетесь в Ширубарейку? Прошу, помогите мне! — Из её пасти это прошение прозвучало так приторно, что та сама и не заметила. Перед ней стоял высотой в 2,5 метра бежево-коричневый самец с фиолетовыми глазами, что смотрел на нее с удивлением. Медленным шагом Хаджимари приблизился к неизвестной персоне с перекрещёнными на груди лапами, обдав ее своей магической энергией. Той только и оставалось, что молчать и надеяться, хотя было и не ясно, чего самка ждала от первого встреченного спасителя от погони.

— Мы не перевозчиками тут работаем, и от подозрительных личностей тоже не собираемся скрывать. — Твердо и непреклонно ответил темноволосый, прикладывая свои пальцы к ее лбу. — Но если достанешь для нас водного дракона, тогда я подумаю.

— Да вы хоть представляете сколько он стоит? — Возмутилась пастельных оттенков секки и после того, как Хаджимари убрал свои пальцы от лба, по ее спине прошлись мурашки.

— Как звать?

— Хранитель Азуми Мизуки! — Услышав нотку в голосе обратившегося, Азуми с надеждой сказала все что пришло ей в голову на данный момент. Соединяя лапы в молебном знаке, самка никак не могла ожидать следующих действий «спасителя». Ведь тот после ее слов отвернулся и отошел к повозке без дракона. «Вот мой шанс! Моя свобода близко!» — довольно подумала в мыслях Азуми, еле заметно махая кисточкой хвоста в ожидании утвердительных слов и поездки в безопасной повозке. А по спине же вновь прошлась волна мелких бугорков, словно ощущая всей спиной ледяной ветер и содрагая все остальные мышцы.

— Нам лишний груз ни к чему. Собирайтесь, путь обещает быть долгим и изнурительным. — Это звучало как какая-то шутка судьбы, очень смешная шутка, от которой совсем не тянуло рассмеяться или даже улыбнуться. Но зато тариантри, облокотившаяся на борт крытой повозки, с душой сипловатым голосом отсмеялась так, что из глаз пошли слезы. Если бы ее не оттянули назад лапы Норы, смеялась та бы вечно. Белокрылая отпустила наконец желтое горе с крыльями, оставляя за собой право вопроса.

— От чего он так поступил?

— Просто он видит все, но не видит ничего. Хоть на вид он принял странное решение, но в будущем, возможно, это обернется ему либо боком, либо удачным стечением обстоятельств. — Невзначай ответил Каросуки, выглядывая на улицу и смотря на морду самки, что все еще сидела по колени в воде.

— Не жалей ее, видно же, что врет. — Коричнево-бежевый самец никогда не умел скрывать свои эмоции и потому прямо сейчас слова с его выражением морды совсем разнились. Если голос был четким и отстраненным, то глаза были полны печали. И даже темные волосы не могли сокрыть его разочарование, какое сейчас испытывал на своей шкуре под видом правильных или неправильных решений. Но настал тот момент, когда его магия покачнула повозку и покатилась вперед по песочному дну, оставляя позади теперь уже силуэт сидящей Азуми. Каросуки не переставал на нее смотреть, как вдруг из-за того же места, откуда пришла сама секки, показались еще пара существ в накидках. Они быстро оттолкнулись от песка к еще ничего неподозревающей самке и скопом схватили ее за лапы и крылья. Натянули и перевязали ей конечности так, чтобы ни одна лапа не дрогнула. У Каросуки дрогнули крылья от волнения, и когти заскребли по гнилой доске повозки. На его глазах происходило что-то поистине неприятное: один из самцов, что держал ее за передние лапы, наклонился к ней еще ближе. Из плаща показался мотающийся хвост, на конце которого был вырост, похожий на жало. Азуми оцепенела от страха, кусая от стресса собственный язык и пытаясь вырваться. Однако, секки все это уже крайне надоело и, уверенным движением закрыв той пасть лапой, он вонзил ядовитый шип прямо в живот самки.

И тут повозка скрылась на другой улице, оставив Каросуки в неведении и волнении. «Кто были эти секки в плаще и откуда у них жала? Кто эта самка, что даже Хаджимари не стал ее брать с нами?»

Азуми пробило на слезы, когда жало наконец вытащили из тела и потрясли, избавляясь от налипшей крови. Самку продрогло до самой сферы в теле от влившегося в нее яда. Ей не хотелось такой смерти и потому лапа сама собой разжалась и притянула к себе деревянный меч, быстро оставивший жалоносца без части черепной коробки и мозга, выбив всю дурь из противника и давая возможность Мизуки бежать.

В глазах все вертелось и троилось с последующим смещением картинки в разные стороны света как после хорошего наркотика. Хоть она и не получала с этого никакого удовлетворения, но какая-то часть мозга получила все равно получила этот эффект. Врезавшись в стену одного из трактиров, самка развязала веревки на лапах и чуть прихрамывая побежала дальше. С другого торгового прилавка Азуми нагло стащила маску и скрыла свою ауру. Продавец даже крикнуть не успел, как вор исчез, словно его тут и не было. Секки уже теряя над своими движениями контроль еле нарисовала пальцем в воздухе знак и наложила на себя водную магию сокрытия, став абсолютно невидимой для других. Впереди как раз ехала повозка с аурой «спасителя» и позабыв от яда прошлые двадцать минут, напрыгнула на деревянный выступ сзади и под конец упала в токсический обморок.

Одни озера, бесконечные озера, сливающиеся с горизонтом. И тот факт, что каждое из них имеет свое название поражает и самих местных жителей. Несмотря на одинаковую бирюзовую водную гладь каждое из озер отлично друг от друга не только наименованиями и положениями, но и глубиной и атмосферным давлением. Всего выделяют основных 3 озера, сливающиеся друг с другом: деревня Кагима стоит соответственно и просто на «Кагимском озере», образуя одну из начальных точек любого, кто хотел бы попасть в крепость. Здесь сильно развито сельское хозяйство, где садят рис и другие культуры, любящие воду. Выращивают также не только пищу, но и водные цветы для декора. А на данный момент группа бродяг, ищущих возможность незаконно пробраться в Амман’серу, направлялась прямиком в «стену» для любого решившего свободно и без проблем проехать до территории Ширубарейку — Тецусский пролив. (Для многих известный как «пробка в бочке с Мидзу»). И не просто так было получено его второе имя, а по делу и с веками.

Но кому явно было не до информации об озерах, так это белоснежной, портящей своим торчащим из пасти языком свой образ, спящей Норе. В долгой поездке ей не досталось времени поспать и потому в качестве своей спальной подушки был выбран пушистый Кэри. Извилистое тело самки неуклюже лежало около Инсера, плотно прилегая к его боку, а тот никак не смел двинуться с места и обреченно лежал на деревянном полу повозки. А на другом конце конструкции происходило нечто своеобразное: Тельсия, рассказавшая час назад о игре, популярной в ее стране, завела Овари и Каросуки настолько, что те играли уже не на жизнь, а на алкоголь. Карелия уютно себе стала дилером и открыла чашку из-под похлебки с лежавшими там рукодельными игральными костями.

— В следующий раз точно моя победа! — Воскликнул Овари, опрокинув всю игру на бок.

— Ты уже мне должен три чашки, не зазнавайся, воднопёрый! — Тут же возразил Каросуки и уставился на довольную ухмылку небольшой, но уже наглой тариантри. — А-а, мы повелись на ее уловку, эта игра изначально была спланирована!

— Замолкли оба, дуролеи! — Втиснулась в недовольство третья сторона в виде Карелии и напялила на двоих всполошившихся секки по деревянной миске.

— Вы все такие громкие…- Пробурчал полусонный Кэри, слушая весь этот шум и гам не первую минуту. А проснувшаяся Нора подтвердила мысли приятеля широким зевком.

— Дальше пути нет, выходим. — Внезапно проинформировал всех впереди сидящий Хаджимари и размял фаланги своих лап, что затекли от постоянно льющейся из них магии.

— Нет пути? — Кэри поначалу удивился такому заялению, но как только его и лапы секки оказались вне повозки все до единого упали в воду почти по живот. А ибисы и вовсе погрузились в воду всем телом и сидели, отхаркивались от грязной жидкости. Аномальные скачки глубины были на больших озерах не редкостью, но как теперь быть с передвижением? Повозка намертво встала на такой глубине и дальше движение уже не представлялось возможным.

— Тариантри тонет! — Закричала Нора, заметив жёлтую тушу драконихи под водой и поднимая ту. В пустыне озера, да и вообще вода редкое явление, доступное только самым известным крепостям. Плавать рожденные в условиях пустыни ожидаемо совсем не умели и тариантри пошла на дно как камень. Хватая кислород пастью та только набирала в дыхательные пути больше воды. Но что-то вдруг сжало ее тело, заставив дрогнуть каждую маленькую мышцу, и ее мокрое тело телекинезом выбросило с глубины на прохладный воздух. Вода с нее реками полилась с шерсти и согнутых крыльев, а недовольное, даже невыносимо злое выражение лица дрожало при взгляде на того, кто поднял ее из озера.

— Утопить решили? Цепей уже стало не хватать вашим гринписским мордам?

— Ты нам нужна еще живой, ведь знаешь значительно больше нас. Да и ты еще ребенок, а детей как-то не принято оставлять в опасности.

Переместив рычащую самку обратно на повозку, Хаджимари взглянул на карту и тяжело вздохнул. По карте в районе этого места на бумаге вычерчена суща, однако в живую перед ними был все прежний пейзаж. Овари тоже лишь развел лапы в стороны и покачал головой.

— Я чувствую столб ауры вдалеке, но не прямо здесь. — Сказал Инсер, скорее, имея в виду ощущение присутствия Ширубарейку, но никак не эфемерного присутствия Тецусского пролива вблизи. Выслушав взгляд Кэри на это странное явление, Хаджимари пробурчал что-то по типу «Я скоро вернусь» и тяжело взлетел в воздух, чувствую всю давящую атмосферу территории больших озер. Однако, сейчас давила не только атмосфера, но и сердце в груди сжало напряжение сложившейся ситуации. Секки и ибисы с берега наблюдали за ним не отводя взгляда, только Каросуки от волнения ходил туда-сюда и следил за повозкой. Хаджимари все летел и летел, если бы не облаката, то Хаджимари бы и вовсе посчитал, что застыл на месте — настолько здесь не было никак ориентиров, только вода да небо. И даже его глаза, что могли видеть будущее, не сумели предсказать прозрачную стену, в которую через время влетел самец и кубарем понесся вниз по ту сторону. А барьер не слабо дрогнул от вибрации, стал переливаться всеми цветами радуги на солнце, и в конце концов постепенно начал распадаться на сотни мелких частиц с места пробоины в защите.

— Просим прощение за вторжение.! — После такого грандиозного падения и разрушения извинения звучали неубедительно.

Город. Два массивных куска суши были усеяны открывшимися за барьером домами и мелкими улочками. По некоторым краям виднелись деревянные и каменные выступы с лодками, тихо покачивающиеся на волнах, а также узкие смотровые башни. Улицы этого места освещали яркие голубые и желтые уличные фонари, расположенные в каждом углу и переулке, но они были не способны развеять тьму сумерек или отогнать каких-нибудь монстров. И по великому случаю небес именно к этому моменту рассуждения об этом из комкающегося клуба темного праха появился Инсер, что последовал за Хаджимари следом.

— Меня поражают твои способности.

— Кто бы говорил, Кэри Инсер. — Незамысловато ответил бывший правитель, заставив появиться около своей лапы целую повозку с перепуганной тариантри (и невидимой Азуми; обоих вскоре вырвало). Да, действительно, и не говорите. Единственное существо в группе, которое может проломить два многовековых барьера, считает свои способности обыденностью. Тариантри из повозки вытерла остатки рвотного рефлекса крылом и довольно прижалась к земле, как в свой последний раз. И пока дракониха довольствовалась частью суши, у остальных созрел очень неприятный вопрос. Никто не решался его проговорить в слух из-за неверия, но немного погодя эту тему все же открыли.

— Где все жители? — С недоверием в голосе спросил Каросуки, осматривая очередной закоулок с накиданными там деревянными ящиками. Нора с Кэри завернули в таверну и там было также пусто, как и прежде. Но вдруг перед самым уходом ибисов на кухне заведения послышалось знакомое шкварчание масла на сковороде и тихий топот. Крылья Норы от неожиданности встрепенулись, и самка пошла, аккуратно заходя в дверь, к источнику звука. Прикрыв глаза для избежания непредвиденных обстоятельств, Нора проникла на кухню. Звук приготовления пищи усилился, голоса мешались в голове, а стук лап стал звучать ещё убедительнее и реальнее. Наконец она решила открыть глаза и увидела перед собой вполне обычную картину, даже необычную для пустого города. Секки метались от стола к столу с готовящейся пищей, кто-то главный раздавал приказы и проверял готовность блюд для подачи, а запах в помещении стоял особенно сладостный и сильный. Все же увидев какую-никакую жизнь на острове, Нора поспешила оповестить Инсера об этом и оказалась в полностью заполненном зале таверны. Не веря своим глазам, осматривая каждого встречного, белокрылая видела только не находившихся здесь до ее прибытия сюда существ. Все за столами ели, пили алкоголь и болтали о разном, о работе и о том, что случилось с ними за это время. Так как поблизости Кэри нигде не было, принято было решение подслушать краем уха нарастающий разговор за выпивкой.

— Слышал о небольшом корабле, что прибыл недавно в порт? Ходят слухи, будто никого из экипажа не заметили и считается, что этот корабль наполнен духами!

— Чушь, обычный торговый корабль с обычными секки. Просто вместо знакомого нам флага там висел темно-бирюзовый с черным кругом посредине. Прибытие таких кораблей для нас не впервой, отчего слухи? — Ответил тот спокойно, поднеся кусок мяса к пасти. В духов тот не верил, потому и к словам товарища отнесся скептически.

— Еще говорят, что нашу армию сокращают. После победы над соединителями она перестала быть востребованной. Секки не знают куда податься и идут куда судьба повелит. Даже мой брат вместо служения родине пошел работать здесь поваром! А некоторые так вообще со старой службы не вернулись, пропав безвести. В духов ты не веришь, но это же должно звучать для тебя убедительней? — И для второго эти слова действительно имели большую ценность и его морда исказилась в гримасу недопонимания.

— Эй, что вы тут забыли?! — Вдруг прозвучал голос недовольного хозяина таверны, а за ним и звонкий треск досок и стекла со смесью давления магической энергии, что гулом разнеслось по ушам присутствующим. В здание проникла целая группа существ в плащах, но когда те начали продвигаться вперед, в сторону Норы, они исказились в пространстве как программа в ненастроенном телевизоре. Кэри непроизвольно закрыл взор белокрылой на эту картину, и та вскоре пропала, будто бы ранее произошедших событий вообще не существовало.

— Ты в порядке? Твоя аура колеблется, ты ушла на кухню и вернулась оттуда в таком состоянии. — Обеспокоенно все пытался опросить испуганную Нору Кэри. Но через время он понял, что лучше сделать нечто другое, чем добиваться ответа от самки.- Пошли на улицу, там можно будет отдохнуть от мыслей, подкрепиться.

Уже эти слова поспособствовали тому, чтобы Нора снова начала ходить и говорить, после затуманивания разума. Было у нее такое ощущение, словно не туман был в голове, а иллюзия реально могла сделать ей что угодно, даже навредить. Ее усообразные выросты нервно колыхались на легком ветерке, когда они начали подходить к выходу из таверны, и белоснежная впервые увидела около него выбитые стекла и обшарпанный пол. «Разве это не было просто иллюзией? Все произошло на самом деле?» — постепенно осознавала Нора, шаг за шагом ведя Инсера к столь долгожданной двери. Однако самец ни с того ни с сего остановился, попятившись назад. Недолгий толчок грубо обратил на себя внимание и после тихих тресков досок, крыша здания на улице обвалилась вместе с некоторыми сущностями. Кэри с Норой быстро выбежали из помещения и опасливо вздыбили гривы.

Отплевывая частички попавшей в пасть пыли, неспокойный Каросуки коснулся отломленной части стены, только сильнее сжав в левой лапе свое оружие.

— Где они? — Спросил самец, но получил в ответ только еще один вопрос непонимания окружающих. Только тариантри таращилась куда-то в небо, в сторону уходящей вдаль странной слабой энергетики. — Пока я осматривал второй этаж здания, я услышал какой-то подозрительный хруст, а потом и вовсе несколько пар чужик лап оказались прямо на моей спине. — Затараторил взвонованный и только сильнее всех опять запутал, кто едва успел заметить хоть что-то.

— Тебе не кажется, что тебя словно преследуют неудачи, может паранойя? — Съязвила понимающая все Нора, ведь недавно похожее было и у нее. Что-то странное в этом месте казалось обычным, а обычное — странностью. Ветер тут дул совсем не так, как до этого, звуки передавали медленно, а животных или птиц на горизонте видно не было.

Но тут Хаджимари стало внезапно не по себе, и черноволосый самец болезненно закрыл половину своей морды. Почувствовав на себе во-первых чужой взгляд, а во-вторых его тонкий барьер ощутил чье-то присутствие. Ему тоже начали казаться странные видения, не связанные со способностью его глаз, что того крайне злило. Забыв про безопасность, он убрал неприятный для него защитный барьер почти вокруг всей группы. Однако, вместо прежнего пустого городка и мертвой тишины, они оказались на полностью оживленной улице порта. Рядом как ни в чем не бывало пролетел куда-то торопящийся секки, в лавках торговали едой и украшениями, а в таверне прибавилось посетителей, зашедшей недавно группой отдыхающих существ. Всюду были навешаны оранжевые, алые и желтые фонари, а украшенные тканью веревки красиво натянулись с одного дома на другой, пестро крася живую улицу. Тариантри тем временем воззрела на все это изменение с сиянием, прежде невиданного в ее глазах. Ее поразило такое резкое различие между предыдущей картинкой и той, что она видела сейчас. Но покоя ей та остаточная энергетика все еще не давала, да и еще к этому моменту к ней подошел какой-то крылатый и цветастый секки.

— Чего хмуруем, развлекайся! Такая мина, будто бы конец света увидела, ха-ха! Ну же~! — Конечно же от него несло выпивкой и сладким ароматом недавно съеденных вкусностей. Тельсия слегка смутилась, посмотрела назад в надежде увидеть выкравшую ее группу, но в толпе тех морд найти оказалось трудной задачей. Смесь плохих и хороших мыслей прошла ворохом в ее голове. Достаточно ведь просто не попасться на глаза этим дикарям и свобода будет у нее в лапах!

— Да ну что вы, просто невзначай задумалась! — Наигранно произнесла дракониха, потирая лапой свое пушистое ушко и приподнимая толстый хвостик.

— Тогда отчего же такая чудесная самочка стоит тут одна в полном одиночестве? Сейчас как раз праздник в самом разгаре! — Незнакомый самец поднял руки ввысь и подмигнул правым глазом в сторону той самой таверны. Чуть ли не воскликнув в слух «Свобода!», тариантри улыбнулась и пошла вместе со «спасителем» к угловому столу заведения. На бордовом толстом столе расположились несколько кружек и много мисок с закусками, что пахли довольно не дурно и напомнили о существовании голода. Никогда прежде не видев такой и столько еды, самка невольно вспомнила о сопротивлении. Если она все-таки сбежит, то никогда не дойдет самостоятельно до Валькирии, а осознание того, что возможно могло там случиться за это время, вгоняло ее в неописуемый ужас. Приятная атмосфера места дала возможность расслабиться и заглушила эти неприятные мысли как страшный сон, и Тельсия сама того не заметив уже сидела в центре всей компании за одним столом.

— Будто сижу в компании сопротивления…- Тихо вырвалось у нее из пасти, пожевывая новое для нее блюдо, пока секки рядом говорили непонятно о чем. Да это было и не важно, когда тариантри уже клевала носом в миску, не зная никогда прежде вкуса и свойств такого напитка как алкоголь. Ей просто стало вдруг жарко внутри, а голова тяжело осознавала происходящее вокруг. Тот цветастый самец с боку все еще веселился и подначивал самку попробовать еще чего.

— За… чей…сч-ет….- Произнесла последние слова дракониха. Глаза закатились за веки, крылья расслабленно свалились вниз, и на стол упала ее раскрытая от спокойствия мордвырва

— Где...Тариантри? За нами все это время следили… Ее могли забрать.те личности, что атаковали Каросуки…- Стараясь выговаривать каждое слово, говорил Хаджимари, сдавливая уже оба глаза частью своих ладоней, не в силах подняться от непривычной боли.

— Где она хотя бы примерно?! — Не сдерживая недовольства прокричал Овари, раскинувлапы в разные стороны.- Твоя вина, что затащил нас сюда, теперь мы должны искать это?

— Там только стол и секки, не вижу другого! — Хаджимари вдруг резко подался вперед, схватил за руку синего секки и потянул на себя. Глаза бывшего правителя взглянули на Овари и тот увидел до этого невидимую там скорбь вперемешку с гневом, а еще откуда непойми взявшуюся острую в тех боль.- Сколько ты еще собираешься возмущаться, сколько раз ты мог сделать хоть что-нибудь полезное в своей жизни? Тебя бы тут уже не было, если бы тебя не спасла великая случайность. Так сделай наконец хоть что-нибудь стоящее и полезное для общества и себя, а не показывай в такой ситуации характер!

Тихо цыкнув, Овари отвернулся, что-то пробувчав про себя.

— Пойдемте. — Сказал вдруг секки, на согласие которого не было и надежды. Вся группа, стуча лапами по земле, двинулась вперед по тропе и завернула за угол, кроме оставшегося по просьбе Хаджимари Кэри. Инсер бросил взгляд на каждую из сторон света, но не найдя никакой ауры, бегло бросил взгляд наверх. Несколько энергетических потоков проявилось на крыше зданий кольцом. Закрывая спиной ослабшего Хаджимари, темный ибис встал в стойку и готовился к любому моменту к нападению или защите.

Холодно. Вот что могла только подумать начинавшая осознавать себя в этом мире, только очнувшаяся от недавнего распития самка тариантри. Голова кружилась, а крылья совсем не слушались, и только мутные от сна глаза еле рассмотрели темное незнакомое место. А за ней сидел уже знакомый ей цветастый самец, который держал за веревки на крыльях и рассматривал светящийся кристалик магии на конце двух рогов. Тельсия под конец своего просмотра наконец заметила его нахождение и неслабо так рыкнула завязанной пастью. Тот только рассмеялся на ее бесполезные угрозы и, пододвинув ближе к ней стул, сел на него.

— Понравилось ли тебе в Гринписе, аммансерийка? Все ли посмотреть успела, все ли доложила своей крепости? — Начал секки расспрашивать желтую самку, пока за этим всем наблюдали еще несколько существ, а на действия после они даже никак не реагировали. Цветастый самец встал со стула и коснулся длинной мордочки тариантри.

— Это место уж точно никто не отыщет, так что теперь ты точно можешь расслабиться в этот праздник. — Слащаво добавил крылатый и прижал ее еще сильнее к ледяному полу, заставившему на теле появиться мурашкам не только от страха, но и от холода. Тариантри была мала как физически так и морально, по сравнению с самцом ее тело казалось длинным, но совсем не доставало до его размеров. Сердце как-то машинально вдруг забилось, а лапы секки без спросу схватили кристалл у рогов и медленно выдернули его из системы циркулирования маны. Сияние потускнело, а Тельсия глухо завизжала сквозь завязанную пасть и попыталась оттолкнуть неприятную личность, но только немного его поцарапала в районе туловища. В глазах снова стало мутиться и за этим опустились круглые выросты на лбу. Самец без каких-либо формальностей подставил к её горлу острие ножа, срезав при этом пару шерстинок.

— Если не ответишь на мои вопросы, то я тебя просто зарежу.- Для таких слов произношение было до жути спокойным и умиротворенным, будто то была не угроза, а какое-то обыденное ласковое предложение любовной парочки.

— И где же она? Водный радар уткнулся в тупик!

— Они не могли забрать ее в какое-то видное место, наверное она либо далеко, либо там, где стоят блокираторы магии.- Голос Карелии прозвучал самым уверенным из всей группы, что искали тариантри уже не первый час. Сейчас их взор был направлен на пустую стену города в переулке, где даже не бегали крысы. А пока они размышляли, над ними пробежал силуэт. Да так быстро, что существа не успели спохватиться и последовали за ним после минутной паузы. Тихо долетев и скрывшись на крыше каменного здания, секки перед ними спустился на землю и зашел в безликую на вид башню. Каросуки спустился первым, а за ним подоспела Карелия, которая после некоторых действий с легкостью открыла запирающий дверь замок. Овари слабо выдохнул и все в миг ворвались в комнату снизу, на лету готовя заклинания и щиты.

— Чего..? — Потерянно промямлил Каросуки в месте с Норой, попав в совершенно пустую комнату, совсем без намеков на какое-либо здесь движение или присутствие. Карелия как-то странно застыла на месте и ощетинила свою алую на гриве шерсть побежала к выходу, сломя лапы.

Темный силуэт снаружи достал из набедренной сумки пачку тротила, покрутил немного их в своих пальцах и огненной магией зажег их в воздухе, прямо перед соприкосновением со стеной башни.

Громкий взрыв прошелся по ушным перепонкам, а треснувшие старые камни полетели вниз, создавая для находившейся там группы каменный гроб, выход из которого почти что невозможный.

Холодный бриз подул в сторону белоглазого Инсера, плавно перебирая локоны его челки между своими потоками и распушая гриву. Сквозь хороший слух слышались лишь тихие шарканья лап по редкой траве острова, а остальные тем временем звуки погрязли в нагнетающей мертвой тишине. Пока позади раздавались тяжелые выдохи секки, на землю наконец стали спускаться нежданные гости, усиляя в глазах существа свою магическую энергетику. И ничего боле не оставалось Кэри, кроме как погрузиться в эту тишину без своего зрения. Еще один поток ветра заставил длинную челку оголить правый глаз и следом за ним, следуя направлению и звуку ветра, полетела стрела, выпущенная из арбалета. Не успела первая атака войти в плечо — полетели следующие стрелы, точно целившиеся в цель. Отбив пару хвостами, а остальные не успев словить или прокусив зубами, трёххвостый зашипел и замахал мордой из стороны в сторону.

«Почему не нападает, дурак что ли?» — думали некоторые и крайне ошиблись в своих суждениях после. Арбалетчик и по совместительству самый молодой из отряда вышел и навел практически в упор на цель. Натянув тетиву со стрелой, секки уже не увидел ибиса перед собой. Хотел он было удостовериться в своем зрении, да уточнить у командования награду получше после четкого попадания по главной цели. Однако, награда теперь была тому ни к чему, ведь от думающего органа, головы и морды через мгновение мыслей не осталось и следа. Инсер пропал в темном тумане и появился уже на стадии прыжка прямо около секки, в которого после вцепился, оставляя режущие и колющие раны, и, повернув свою длинную морду на 180 градусов, с хрустом свернул тому голову на бок. Туша свалилась вместе с Кэри на сухую землю, рассыпалась сотнями частичками праха. Хаджимари ограничил себя последним слоем барьера и после затяжного головокружения потерял сознание. Темное существо выдернуло из себя десяток стрел и бросило их в сторону. Сквозь оскал сочилась кровь, а кровоточащие раны не успевали затягиваться от постоянных выстрелов. Увернувшись в дымке от направившегося к нему клинка, Кэри не мог заметить второго замаха и, покачнувшись, упал на бок. После чего опалила его неизвестная прежде боль в лапах, кои проткнули насквозь до почвы чем-то твердым и жгучим.

— Что вы от нас хотите?! — Прошипел Кэри, махая всеми своими хвостами. Но ответа не последовало даже тогда, стояла вся та же мертвая тишина, ведь Кэри находился не прибитым к земле, как он думал, а прямо над Хаджимари, закрывая того телом. «Что…?»-Пронеслось в мыслях существа в тот миг, когда из специального орудия в них попал энергетический заряд, сравнимого с валуном. Скрежетаний и ужасно противный гул раздался тогда, сломался барьер позади, но Кэри все еще стоял. Однако вид оставлял желать лучшего, когда от прежнего тела нельзя было насчитать части ушей, хвоста и половины груди, оголившей кости и бледно-сияющее ядро на месте сердца.

— Аа….! — Издал еле прошедший через трахею звук ибис, не ощущая, как когда-то, частей своего тела. Паника охватила его разум, он коснулся своей морды и схватился за свою челку. Сейчас Кэри не мог слышать и видеть того, что никого рядом сейчас не было. Ни секки, напавших на них из засады, ни других душ города, включая животных и птиц. Только Хаджимари лежал позади него, оклемавшийся, но сам не верящий своим глазам и чувствам.

— Где они?! Куда эти сволочи делись?! — Заревел впереди Инсер, заставив напрячься Хаджимари. Морда, как и все остальное тело с органами начали восстанавливаться кусками, будто бы их разрушение сейчас происходило совсем наоборот — в сторону восстановления. –Я не чувствую ауры других, даже Норы. А если за это время они доберутся и до нее, что тогда нам делать?

Обнюхав землю вблизи, Кэри не учуял никакого запаха, разве что только свежесть озера била ему в нос.

— Мы попали в огромную иллюзию, а после как-то выбрались оттуда. Я не думаю, что вне иллюзии сумеем их отыскать…- Обнадеживающе проговорил самец, вздыхая и пытаясь перейти на другую тему, пока ибис не исчез с поля его зрения, спустившись по каким-то полуразрушенным ступенькам. В голове все перемешалось, мысли о Норе заставляли действовать его необдуманно. Неравномерным шагом Кэри наконец дошел до другого здания, чувствуя все то же нарастающее жжение в организме. Уткнувшись в стену лбом, из пасти существа полилась густая бордовая кровь, плашмя валившаяся на землю.

— Нет… Я еще должен ее отыскать… Ей страшно там.- Пробурчал хвостатый, заметив в последствии небольшой сгусток ауры у себя в глазах, слабо мерцающий таким знакомым светом. Где-то под землей, так физически далеко, но чувственно так близко. Хаджимари же подошел к нему и взял на свои руки, направив свой взгляд вниз по улице. «Если это иллюзия, то где секки? А может мы все еще в ней находимся?» — думал самец, уже находясь в пути и короткими фразами переговариваясь с Инсером в лапах. Дороги были пусты, на прилавках ничего не стояло и из голосов слышался только их разговор — бесцельный и тревожный, лишь бы отвлечься от давящей глуши.

Хруст камней и почвы раздавался едва ли не прямо над кончиком уха, заставляя существ содрогаться от любого треска или гула ветра снаружи. Камни порушенной башни держались лишь на добром слове, совсем не вверяя о своей надежности. Темень накрыла ибисов беспощадно, словно темным покрывалом, и сокрыла нахождение существ друг от друга. Белокрылая самка с ужасом всполошилась и мордой чуть не ударилась о впереди висящий на потолке валун.

— Да проклянет меня дракон, это шутка какая-то? Крылом вверяю, она не смешная. — Поломанным голосом вскрикнула Нора и замотала головой, убирая оттуда плохие мысли. В ответ ей послышалось собственное эхо со смесью другого голоса.

Клаустрофобией Нора не страдала, легко протискиваясь через выступы в пещерке, однако страх овладевал другими разумами: маленькой Карелии и Овари. Оба существа втиснулись в небольшое углубление и там, прижавшись к друг другу и закрыв глаза, отказывали принимать произошедшее. Но алая самочка подняла в один момент морду вверх и с удивлением приметила странный блеск грязи за спиной. Под слоем же пыли нежданно-негаданно оказалась дверь с замком у ручки. Что делала дверь в таком месте — неизвестно. Пробуя все подручные средства, долго копаясь в выемке замка, Карелии все же удалось дождаться треска в механизме и распахнуть скрипучую ржавую дверь, похожую больше на тюремную, чем на подвальную своим видом.

Поднимаясь в полный рост, существам предстала еще одна комната, выглядящая немного опрятнее, чем прежняя. Небольшие каменные стены, заросшие плющом и корнями, огибали пространство, окружающее небольшой склад вещей и кучу мусора в углу, где копошились личинки и тараканы. К куче никто не осмелился подойти, потому оставалось только смотреть дальше. И, к их удивлению, обнаружился еще и столик со свечой и пыльной книгой на нем, что лежала так, будто бы ее в попыхах кинули на него и забыли прикрыть. Нора первая подошла к нему и под сиянием свечи смахнула слой грязи. Желтые страницы были порваны, либо просто отсутствовали, делая и без того хлипкую и тонкую книгу еще хуже.

День 56 (сколько еще дней таких будет?)-Было подписано рядом корявым почерком и явно уставшими лапами.

Зачем я все это вообще пишу, есть ли прок в занесении моих мыслей на эту бумагу? Дни ничем не отличаются друг от друга, я лишь с каждым днем удостоверяюсь в том, что все мои действия не имеют смысла. Я съела дохлую крысу на улице… Узнала бесполезной информации о товарах в местной лавке и о паре тейеров, что прибыли сюда, но зачем? Плащи, знаки отличия, подозрительно.

День 60

Секки не дают прохода, тейеров становится все больше. Приплыли корабли, похожие на корабли Ширубареку, но все же отличны от них. Пропитания нету, так что у меня не было другого выбора, кроме как залезть на палубу одного из этих кораблей и поживиться чем-нибудь. На нем стояла странная атмосфера и запах, но мне нужна была только еда…

Дальше было еще написано что-то о Ширубареку и других секки, но остаток был нечитаем и зачеркнут. От странной атмосферы места и от найденной находки на спине встала дыбом шерсть. Тогда Нора вспомнила, что находится под завалом камней и почвы, и стоящей только с небольшой их группой в полной темноте. Никто не знал, возможно ли выбраться отсюда, но они были обязаны это сделать. Ведь если не попытаться, то их просто завалит хрупкой упавшей конструкцией. В это время где-то как раз послышался гул от упавшего камня и топот лап, после коснувшейся плеча руки. Рука немного потрогала приятный на ощупь пушистый белый мех, и в необычном движении она поднялась ввысь и силуэт, вышедший из-за спины, повернулся мордой к книге.

— Погодите, эта же та самая самка, что просила Хаджимари! Неужели это она нас завалила? — Возмутился Овари, заранее готовя свое оружие для нападения, если ответ его не устроит. Но в тоже время он думал, почему тогда она здесь, а не снаружи? С этой личностью все не так было с самого начала и сейчас ее мотивы, поведение оставались загадкой. Лавандовая Азуми хлопком закрыла книгу, подняв слой пыли со стола и, поправив свое уже грязное кимоно, почувствовала в районе рукава какое-то давление. Нора оттащила самку подальше от Овари и слегка впечатала в стену.

— Подозреваете меня, думаете у меня была бы какая-то выгода с этого? Ошибаетесь, мне самой ни холодно, ни жарко из-за этой ситуации. Да и запаха тротила вы на моем кимоно не учуете, хоть как вы внюхивайтесь. Но, однако, похоже даже после такого ваш взгляд оставляет желать лучшего — слишком уж строгий.

— Что ты здесь тогда вообще забыла? Если собралась оправдываться, то у тебя это плохо выходит уже с самого начала! — Ответила на слова фыркнувшей секки Нора, но, когда она собралась выяснять у нее другую информацию, та перестала показывать реакции. Узкие, едва видимые глаза Азуми, глядели в мертвую пустоту за спинами существ. Тем оставалось только гадать, что увидела незнакомка. Может монстра, неприятные воспоминания, холодный воздух или та просто боялась темноты, тесных мест?

Во тьме пространство изредка блестело и кривилось, искажая вид суровых серых камней на фоне. Насекомые, попавшие под обрушение и видимое искажение, валились с лап в судорогах: их тельца словно прокалывало что-то, заставляя их выпускать органы наружу неестественной массой. Отойдя от стены, Нора сглотнула ком в горле, глядя на это буйство. Что-то заставляло ее отходить все дальше и дальше назад, где были лишь закрытые проходы и тьма, вовлекающая самку. Азуми монотонно вздыхая, начертала странные светящиеся изумрудом символы в воздухе, после чего в глазах группы почернело и отдалось слабой искрой того же света.

Будто заново родившись существа с удивлением в глазах смотрели не на завалы, а на небо снаружи и дышали чистым воздухом как и раньше. Синие глаза белой самки заметили что-то на земле перед исчезновением Азуми — то было листком очень неопрятной бумаги, почти идентично схожей с книжными. Не имевший еще сил двигаться от усталости, Нора перевернулась на свой правый бок и крыло, пером которого она сумела приблизить к себе листок. И не то чтобы она ожидала увидеть что-то полезное, важное или интересное, но та никак не ожидала увидеть несколько десятков повторяющихся как при безумии слов.

«Где мой ребенок? Где.где.где-е?»

И так все обе стороны, после прочтения которых ее голос долго не выбирался из головы. Начертания символов будто въедались в неокрепший разум и заставляли существо думать не своей головой. Когтистая лапа без раздумий упала на кусок бумаги и погрузила его в жидкое месиво, растворив.

-Видела? — Сразу же послышался вопрос, от которого шерсть на щеках встала дыбом. — Давай лучше без лишних изречений. -Сказала Азуми, повалившая Нору на землю за крылья и приставившая к ее шее светящийся водной магией кинжал.

— Отчего же мне не видеть, зрение у меня хорошее, — секки тихо зашипела, не открывая пасти и сильнее дернула за длинные волосы ибиса. Что вообще привело ее к этому поступку или желанию чего-то достичь. Разве это могло случиться только из-за безвыходной тогда ситуации? Азуми уже и сама не знала, что хочет сделать, но кинжал, пропитанный неслабой аурой, волею самки раздвинул под своем шерсти кожу в сторону, оголяя кровь и мышцы.

— Ты ведь ищещь свое дитя и хотела от нас чего-то, что даже скрылась вне повозки. Хотела, чтобы мы помогли, но сейчас стоишь на гране того, чтобы тебя убили. — Закончила свое Нора, заметив приближение Кэри и Хаджимари. Азуми, недолго думая, убрала кинжал под кимоно и отошла в сторону, куда уже упал пустой взгляд Инсера.

— Что делала эта особь около тебя, ты ранена? — Без толики агрессии спросил самец больше Нору, чем стоящую около нее Мизуки. Белокрылая самка сразу же оказалась мордочкой в черной шерсти своего друга, обеспокоенно к ней прижавшегося. «Это существо что, не видело произошедшего?» — удивилась Азуми вспомнив его пустой взгляд в ее сторону. Но кое-кто все же заметил ее деяние — Хаджимари под градом сомнений уставился на ту и показал знаками на лапах что-то, что заставило самку умолкнуть еще на долго.

— Вы нашли тариантри? — Бежево-коричневый секки прошелся по всем присутствующим, в надежде увидеть здесь желтую дракониху.

— Ее здесь не оказалось…- Ответил Каросуки, прижав ушки назад, кося глаза в сторону озера. После того, как Хаджимари прошелся лапой по своей морде и откинул мешающиеся волосы назад, он посмотрел на небо.

— Кэри, ты чувствуешь ауру тариантри поблизости?

— Кто-нибудь, кто-нибудь, спасите… Ха-а…

— Я ее слышу.у нее тяжелое дыхание. — Ответ Кэри поразил не только того, кто спросил, но и тех, кто слушал. Способность к телепатии — основа выживания народа тариантри. Передача мыслей, чувств через телепатию всегда было первостепенной задачей родителей в воспитании драконят. С первого появления на свет их уже окружают сотни мыслей сородичей, а ложь на их родине читается буквально сразу. До этого момента Тельсия не владела этой способностью, но разве сильные чувства души не могут вырваться в любой момент? Она плакала, ей было страшно в закрытом темном помещении, до куда даже запах свежести озера не доставал. Но единственное, что ей сейчас оставалось — это пытаться сдержать свои слезы и принять данное. В ее разуме был явно выжжен факт отсутствия будущего спасения.

Вдруг, со специфичным звуком грохота, Тельсия перестала ощущать равновесие под коленками и стремительно по инерции покатилась по сырым доскам в сторону, где знатно врезалась головой о какие-то ящики.

— Она на корабле, мне о них Сарден рассказывал! Огромная посудина с тряпками на палках, словно крылья. — Изумилась Карелия, у которой совсем не было по поводу корабля мыслей. Однако, рядом не то чтобы не было кораблей, на горизонте даже секки не было. Но под внезапный звон колокола на второй половине острова все затаили дыхание. Это был нарастающий звук, пленяюще вводивший сознание в транс и в тоже время заставляющий душу паниковать.

*Дон! *- И так темное небо закрылось еще большим количеством дождевых облаков. Запах сырости постепенно становился все сильнее, пока наконец не начался ливень. Ветер вместе с каплями хлынул в морды существам и на башне, откуда исходил звон колокола, сидела чья-то длинная сущность. Длинный хвост вместе с большим количеством пар конечностей обогнул всю постройку, а яркая тупая, но заостренная к концу, пасть во всю ширь разинулась в зевке и снова закрылась с хлопком. К группе постепенно стали стекаться неизвестные личности, в одеяниях, схожих с Азуми, а Кэри вновь стал размахивать хвостами от волнения.

— Дивна встреча, для меня это честь, господин Хаджимари. — Голос был нежным и строгим, в нем сразу слышались ораторские способности и немного самонадеянности. Незнакомец резко сорвал с себя накидку и встал в эластичную стойку, обрамляя себя слоем из синей ауры.

— Хоть познакомьте меня с собой, может мне интересно.- Ухмыльнулся темноволосый самец и треугольники в глазах пришли в движение в момент резвого выпада секки.

— Я думала мы знакомы, как жаль. Меня прозвали Кэору, но для вас просто Ру~ — Уклониться от быстро среагировавшей самки удалось с большими сложностями. По ее речи было непонятно, просто представилась ли она или уже флиртует. Кэору имела довольно необычную окраску: темно-бирюзовая с большими частями светлой шерсти и рыжими кудрявыми волосами. Создавая в лапе магическую катану, через миг в ушах уже послышался звонкий скрежет встретившихся друг с другом металлических клинков. После он создал небольшой барьер перед собой, а сам появился за самкой и перекинул ее через себя прямо на землю, после отпрыгнув.

— Хо-о… Азуми тоже здесь, давно не виделись! — Ее мордочка упала прямо в сторону стоящей в толпе Мизуки, которая от волнения стала отходить назад и в надежде спрятаться за остальными, наткнулась прямо на темного незнакомца.

Кэору расправила крылья в стороны поочередно, поднявшись на лапы, и выхватила своим хвостом вторую катану. Ловким движением кончика хвоста она раскрутила клинок так, что со свистом бросила его в сторону Хаджимари и отбила его вторым оружием, отчего тот с нереальной скоростью пролетел прямо около ушей самца и воткнулся в каменную стену здания.

«Её ловкость напоминает мне. Атэнэйс’такэ…» — Подумал темноволосый и сразу отверг свои же мысли, объянив это тем, что не гоже причислять ее черты незнакомке, еще и в битве. Кэору приблизилась в нему так близко, что их плечи уже касались друг друга и в итоге подставили свои оружия близко к вискам, находясь на промокшей земле. Тяжелое дыхание обоих, уставшие, но довольные глаза, как у детей, что играли в догонялки. Их битва была не чем-то, чтобы что-то решить или убить, а просто как само себе разумеющееся приветствие.

— Чаю? — Неожиданно вопросила противница с падающим на лоб локоном волос.

— Да.- Незамысловато ответил Хаджимари и растворил магическую катану в воздухе. А зрители в необыкновенном удивлении хлопали глазами, но возразить ничем не могли.

В дождливую погоду пирс около острова виднелся плохо под подходящим к нему с озера облака тумана. Но дымка ещё не успела заволочь собой мокрые от капель, едва державшиеся на опорах гнилые доски; маленькие лодки у причала, брошенные в одиночестве и качающимся на волнах. В добавок к неординарному пейзажу добавлялся холодный ветер, от которого все промокшие уже дрожали. В отличии от секки, пришедших вместе с Кэору, которые были одеты в не новые, но сделанные добротно теплые одежды. Вокруг странной самки вообще царила странная атмосфера: она шутила и смеялась о чем-то своем, рассказывала что-то своим подопечным, радостно махая хвостиком. Все это сильно разнилось с ее внешним видом, где в темноватых крыльях виднелись кровавые порезы и рваные дыры, а на лапах браслеты так стягивали кожу, что невольно хотелось их снять.

Нора долго шла позади и наконец не выдержала и спросила Хаджимари.

— Нас что, враг ведёт в свое логово? И почему мы идем с ней, разве это не подозрительно? — Белокрылая была крайне озадачена и только сильнее нервничала с каждым шагом.

— У меня есть один план, он на листке. — Сейчас главное было не привлечь лишнего внимания и заранее разложить все по полочкам. Ведь чем ближе герои подходили к месту, тем сильнее чувствовалась аура не только тариантри, но и многих других существ. Нора протяжно вздохнула и взяла листок со спины. Быстро пробежавшись глазами по мелкому тексту, самка уже ничему не удивлялась, как такое существо вообще могло стать лидером, не то, что правителем Древа. Глупый план-залог будущей лотереи, в которой призом выступала информация.

Наконец Кэору после нескольких минут ходьбы остановилась, уточнила свое местоположение и кистью махнула в сторону несколько раз. Секки в плащах одновременно разошлись в разные точки, где коснулись металлических стержней с яркой окантовкой. И после произнесения самкой заклинания, стержни засветились в унисон и произвели волну вибрации. Пришлось закрыть чувствительные уши от болезненного звона, но глаза было чем отвлечь — на воде, где мгновение назад был лишь туман и гладь, постепенно вырисовывался крупный корабль. Длинная основа, паруса по бокам в виде драконьих крыльев, и последние искры от исчезающего сокрытия поразили как секки так и ибисов.

— Прошу, проходите! — Рыжеволосая самка взметнулась в воздух и, с небольшим покачиванием доски, оказалась на палубе. Как статуя она закинула лапу и устремила свой взгляд вниз. Ибисы и секки же обменялись между друг другом взглядами, не решаясь заходить на борт. Доверять сомнительным личностям сейчас вообще не было причин, да и Нора понимала одно — в том тексте говорилось именно о них и никак иначе. Оттого самка занервничала так, что остановила ход Кэри.

— Это самоубийство, Хаджимари! — Прорычала та, когда секки решил ее успокоить, но лишь нарвался рукой на предупреждающий оскал. Она хотела сделать что-то иначе, не нарываться на неприятности с новым планом «бывшего правителя» и не лезть на рожон к врагу, уже точившего на них свой зуб. Нора смотрела на пустой берег и вспоминала разрушенные здания и башни, совсем не сочетавшиеся с видом при первом прибытии. Что-то случилось с населением и островом, а виновники, если записи не врут, совсем рядом. И оставалось только подняться к ним на корабль, чтобы начать плясать под их дудку, без права на выбор.

Глядя на неординарную ауру Норы, Инсер обошел ее кругом и прильнул носом к ее носу так, чтобы их глаза были на одном уровне. В глазах ее читался страх и скованность в выборе, но при черно-белом взгляде ее сознание словно взглянуло в бездну и быстро потеряло волнующие мысли из головы.

— Пошли, не заставляй всех ждать… — Спокойно сказало черное существо и повело ее в сторону корабля, а затем за ними подключились и остальные, замыкая строй подчиненными Кэору. Под гром молний на горизонте, ярко сверкающие там тонкими белыми нитями, Кэору натянула на себя ткань и махнула лапой стоящим внизу секки, разбежавшимся каждый в свою сторону.

— Пробили самую плотную иллюзию… Интересная группа и явно хлопотная. — Она нервно зыркнула на бежево-коричневого самца, с кем недавно сразилась. — Пройдемте вниз.

Группа спустилась за ней по лестнице во внутрь корабля и очутилась в огромном помещении, украшенном довольно опрятно. Так и не ясно сразу, что это место построили буквально недалеко в Ширубарейку и пустили на воду. А наличие пушек на посудине говорило о его военном назначении на озере, что еще больше не укладывалось с наличием подобных убранств внутри. Свечи горели по всему периметру, покрывая помещение теплым светом и неприятным чувством умиротворения. На полу находился длинный стол, на котором уже стояли блюдца с чаем и пищей, а еще цветы, что являлись исключительной флорой водных территорий вокруг Ширубарейку. Их бутоны слабо мерцали голубым оттенком и добавляли к теплой атмосфере свои выделяющие стол холодные тона. Хаджимари, не церемонясь, отодвинул стул и собирался выпить обещанного чая, однако, Кэору смотрела на него таким неоднозначным взглядом, что аппетит быстро пропал и уже не возвращался.

— Это ведь вы что-то сделали с островом, не так ли? Ведь кроме вас на острове никого не было. Если вам есть что мне сказать, то можно это сделать и при пустом зале. — Самец кивнул мордой в сторону Норы и решительно встретил тот взгляд Кэору Аэки.

— Не слишком ли вы уже обжились тут для таких заявлений? Вас этому Азуми надоумила или так, хоть на кого-то вину свалить? — Хоть и выглядящая безобидно, самка все же не смогла не возмутиться. — Вы, берите со стола что душе угодно, похоже нам придется обсудить много чего этим вечером. — И на этом Кэору замолчала и засунула в пасть кусок птичьего мяса, так сладко растекшегося по ней.

«Я слишком обессилен и не имею понятия, отравлена ли эта еда или на нас точат когти совсем из другого положения. Но одно я понимаю точно, Азуми явно о них что-то знает и так слепо доверять им точно не стоит». Хаджимари еще долго разглядывал облитое соусом блюдо на красивом деревянном столе, рядом с коим лежали палочки для еды, пока не решился сам положить кусочек мяса себе в пасть. Ибисы принялись есть без палочек, прямо из миски, а Каросуки с Овари ограничились лишь парой глотков необычного напитка.

— Что привело вас на остров, вы что-то ищите? — Кэору решила прервать неловкую тишину своим вопросом, помотав при этом палочками в воздухе и подзывая этим услужливого секки с едой в лапах.

— Мы хотим попасть в Амман’серу.- Ответил Кэри, выйдя из-за стола и подняв морду на самку. Та с подозрением на него поглядела, но встала со своего места и направилась к нему, покачивая хвостом в такт ее шагам. Когда она оказалась рядом, на ее крыльях можно было четче рассмотреть шрамы и рваные дыры, будто от магических ударов, что разъели ей кожу и оставили лишь ошметки.

— Заблокированная с не нашей стороны магическим барьером пещера, через которую может пройти кто угодно из тех мест, но невозможно с этих. Через горы не перейдешь и в них самих не залететь. Вы в Ширубарейку ради этого отправились, пересечь эту границу? Хочу вас разочаровать — это невозможно. — Рассказала некоторые факты о пещере Кэору и закончила на неприятной для существ ноте. «Разве не к ним нас послали за разрешением на проход? Кто нас обманывает или может просто недоговаривает?» — Инсер в сомнениях покачал мордой, в то время как Нора с Карелией решили не вслушиваться в слова самки.

— Нет ничего невозможного. — Возразила, гордо распушив алую грудку, вторая и указала лапкой в сторону своего темного друга. — Для него уж точно.

— Хо-о! Я и не думала, что он такой особенный, что ж раньше не сказал? — Однако, тому уже было неинтересно слушать ее монологи — Инсеру приглянулась аура рядом с секки, сияющая по-другому и не соединяющаяся с основной аурой существа. Ему хотелось протянуть лапу к этому свечению, но Кэору вовремя развернулась боком.

— Раз все насытились, то предлагаю всем выйти, а Хаджимари остаться. — Отчеканила она и вновь села на свое место за столом и закинула одну лапу на другую. Ибисы взглянули на такое поведение с осторожностью, при этом Хаджимари был довольно спокоен и, по всей видимости, с упоением ждал начала беседы. Его темненький кончик хвоста качался туда-сюда, а крылья нервно подергивались от прилившего в него возбуждения.

Уже выходя из помещения, по телу Норы прошелся ощутимый холодок и дверь за ее спиной закрылась. Странным ей казалось все: Кэору, что объявилась не ясно откуда; корабль, идущий в неизвестность, и действия Кэри, что были совсем не похожи на его прежнего. Раньше он был как-то спокойнее и добрее, а сейчас стал торопливей и резким на слова. И Кэри тоже чувствовал это волнение самки, но сейчас он думал об абсолютно другом.

— Я им все кости переломаю, если окажется, что они как-то замешаны в пропаже моей семьи… — Каросуки сомкнул лапу и кулак около своей груди и хрустнул костяшками от нервов. Звериное нутро подсказывало ему — не стоит доверять никому и защищать семью, даже ценой жизни. А уж кто, когда и почему это сделал — ему уже было неважно.

— Не лети дальше дракона! Мы еще ничего не выяснили… — Успокоил его бирюзово-синий друг, аккуратно осматривая коридор корабля. Ветвистые проходы расходились во все стороны с минимальным освещением на стенах, в отличие от прошлого, как видимо, главного зала. Не удостоились коридоры и разнообразия богатых украшений с вырезанными на них рисунками, что по итогу делало их пустыми, невзрачными на глаз существ. Пока те осматривались, белокрылая раскрыла желтенький листочек Хаджимари.

Не стремитесь сразу вызволять тариантри. Не разделяясь осмотритесь и изучите местность, иначе нас загонят в ловушку. И в помещение то просто не войти-это приоритет для вас.

Со времен заточения ибиса в горах он всегда так странно писал, у него лапа сама так ведет буквы или специально? Нора немного растерялась и не заметила, что Кэри взял листок у нее из лап. Видеть написанное тот не мог, но примерно понимал мировоззрение Хаджимари.

— Так… Успокоимся и подумаем… — Сказала внезапно самочка и пошла вперед, куда глаза глядят. Но у Овари с Каросуки были свои планы на этот счет.

— Мы пойдем на палубу. — Высказали оба, что были против воли Хаджимари, неприятно жестикулируя в это время лапами. Не внушал он им тогда и до сих пор доверия, потому и пятки их сверкали также быстро, как и след их простыл. По логике так и правда можно было бы исследовать больше местности в более краткие сроки, однако, Нора совсем не знала как на это было реагировать. Буквально пару минут назад она читала слова «не разделяясь» как их группа в миг была разорванана две половины.

— Народ, что забыли здесь? Это место вам не для очереди за окономияки. — Спокойный голос едва успел доходчиво объяснить свою мысль, так в ибисов совсем уж не спокойными движениями деревянной палки потыкали в спины, как бы разгоняя с прохода. Чувствуя себя крайне раздраженно, существа разошлись и попятились на проходимца с палкой.

— Азуми! Ты чего застыла? — вопросила белокрылая, заметив странное поведение самки в кимоно. Та просто стояла у стены, даже не отойдя от двери, и смотрела словно в пустоту коридора, в дали которого постепенно исчезал образ недавнего секки. Инсер же коснулся ее руки, дабы заставить ее двигаться, однако, безрезультатно.

— Азуми! Ми-ма. Мама! — Голос, так изрядно, болезненно зовущий ее заглушил отголоски реальности. Каждый всхлип и крик стал отзываться у нее в сердце болезненными покалываниями. Она словно очнулась ото сна и попала в совсем другой, кошмар, который должен был забыться давным-давно, но для Мизуки он был вечно в мыслях. Перед ней начал вырисовываться силуэт ребенка: поношенная бежевая одежда, цепляющаяся на единственную пуговицу у шеи, худощавое тельце и голодные глаза на фоне измученной мордочки.

— Почему мы прячемся, мамочка? — Продолжало и продолжало дитя задавать вопросы, медленно заставляющие самку сходить с ума. Тогда ей было совсем не до ответов своему ребенку, она лишь хотела смиренно ждать покоя, не получив кары от совершенного греха, деяния, от которого пострадали многие, в том числе и сама Азуми.

— Ты ведь помнишь, как мы играли в прятки, да? Сейчас, до десяти счет, ты должен хорошо спрятаться. И, солнце, прячься так хорошо, как только можешь. — Едва сдерживая накатившие на ее глаза слезы и дрожащую от страха пасть, сказала секки. Ребенок недолго смотрел на свою мать, слабо кивнул и побежал еще до того, как Азуми начала обратный отсчет. Первые две секунды стояла тишина, только изредка щелкало что-то за домом, билась о камни вода. После еще нескольких секунд, сердцебиение самочки участилось — послышался душераздирающий крик. Вопль эхом прошелся по небольшим помещениям, заставленных грудой мусора вперемешку с обломками крыши. Звук был протяжным, не то, что раньше, звонким, что дрожали уши. Кричал ребенок, кричал тот, кого Азуми больше всего оберегала, но сейчас мучился от боли. Мизуки тут же перестала считать и без сил подскочила с пола и, касаясь стен от потери равновесия, увидела картину, от которой кровь наполнила уши.

— Кончай с ней, Дэинер! — Приказал голос, обладатель оного держал за волосы ребенка, по всему телу которого теперь зиял страшный разрез.

— Ладно! Я пойду на это, только оставьте моего ребенка в безопасности!..

— Все… В порядке, оставьте меня в покое! — После мимолетных воспоминаний огрызнулась Мизуки, скидывая лапу Инсера со своей, и медленно направилась вперед в темный коридор. Куда тот вел, никто не имел понятия, но выбора не было. Нужно было как-то понять путь к клетке с тариантри и не вызвать подозрений — ведь существа здесь находятся лишь по короткому велению капитана, одно ее слово могло согнать тех с корабля.

— Смотрите! — Совсем тихо проинформировала Нора, выглядывая из открывающейся двери. В спокойной атмосфере небольшого зала со столиками с закусками сидели десяток секки, наблюдающие за игрой невысокого молодого самца на сценке. Он играл на чудесной серебристой флейте, ловко переставляя пальцы на ней и не торопясь играя с воздухом, создавая необычную атмосферу. Игра была довольно проста, но в каждой нотке, в каждой вспышке звука ощущалось такое напряжение, что слушатели чувствовали, как судорожно оно пульсирует в руках музыканта. Вот только игра не была ему в радость. Он, казалось, думал о чем-то совершенно не касающемся происходящей вокруг него суеты, собственной мелодии. Словно сидящее в кандалах существо, которое могли от любого неправильного движения отправить в эфемерный мир. Хотя, по его усталому пустому взгляду, можно было сказать, что он даже желал подобного исхода, но не осмеливался - боялся собственных мыслей. Мелодия стала постепенно утихать, пока группа существ пробиралась аккуратно сквозь столы, а потом и вовсе стихла, словно секки куда-то удалился из зала. Но самец все также стоял на сцене, в окружении света люстры, и смотрел в зал на ту самую процессию незнакомцев.

— Как давно здесь находится столь талантливый самец? Раньше я его не замечала. — Тонкий слух Кэри уловил короткий разговор бывалой постоялицы корабля и, по-видимому, местного официанта.

— Со времени, когда Кэору стала контролировать этот корабль. Самец появился вместе с ней, так здесь и остался. — По делу ответило существо, поклонилось и ушло с пустыми мисками. Самка же неприметно вздохнула, скучающе уставившись на сцену. Пустой сцены, как думал в этот момент Инсер. Он считал, что флейта играет в другом помещении, но приметил разговоры и повороты ауры, говорившие, что на сцене все же кто-то находился и уже давно.

— Что ни место, то скопление вопросов. — Прошипел под нос темный ибис, недовольно сжимая зубы. Беленькая Нора мельком бросила на него взгляд, словно чувствуя его детскую потерянность, но уже стояла около крупной двери с толстыми вертикальными ручками. Она была немного приоткрыта, откуда до ее волос доходил плотный ветерок.

— Я и говорю вам, все в полном порядке! Не в порядке только малое количество мяса в моих блюдах. — Дверь прямо перед мордочкой самки распахнулась с такой силой, что если бы она вовремя не отпрыгнула, то заработала бы шишку. Кэору Аэки праздно дошла до места, на котором было видно все ее тело, и прошла по всем присутствующим взглядом. Но ее довольная улыбка от недавно выпитого сакэ быстро спала от ответных недовольных мин гостей.

— Почему она так рано вышла, мы еще ничего не успели сделать! — Прохрипела Нора, стараясь заглушить свой звонкий раздраженный голос шепотом. Однако, Хаджимари лишь посмотрел на нее, составляя из всех своих мимических мышц выражение, что можно было интерпретировать как «Я сам ничего не понимаю». И такую эмоцию точно не хотел бы увидеть никто от существа, что мог по сути глядеть в будущее!

— Эти дураки все-таки что-то натворили. Она почувствовала подвох и пришла в итоге сюда, говоря мне всю дорогу, что в селении ничего не случилось и что у нее все под контролем.

— Может попробовать отвлечь ее тем, что на сцене? Просто чувство, что друг друга они стоят. — Внизу резво промелькнули все три темных хвоста и показалась мордочка Кэри, половина которой была сокрыта за челкой. Но на его появление и слова Хаджимари почти никак не отреагировал, погрузившись в свои мысли, застыв глазами на месте. Не внушало ибисам такое доверия, как и присутствие совсем рядом позади странной личности. Самец на сцене как раз к ее прибытию начал наигрывать новую мелодию — к сожалению, начавшийся гул в зале совсем заглушил крылатого и в нем в итоге затерялся. Печальными глазами он косился на рядом сидящего секки, что контролировал его концерт, и не мог перестать играть, даже если он уже играл через силу. Но самке даже нравилось, видя, как она на него заглядывается, слушая каждую ноту. Ноты, что неслышимо говорили о чем-то, сливаясь с печалью юноши — ведь что может быть проще слов, чем не звуки?

— Можно сделать проще… Раз Каросуки с Овари ослушались, то они в итоге попадут первыми под удар. — Нора округлила глаза и вздыбила свой лисоподобный хвост.

— Что ты хочешь этим сказать? — Процедила она, но Инсер вдруг резко схватил ее за лапу и, протиснувшись с ней и остальной последовавшей за ними небольшой группой в щель двери, трусцой побежал по прямому коридору, не зная дороги.

Каждый атом на территории, сравнимой с половину огромного судна, постепенно пропитался магией и также магически заискрился, создавая давление на ауры. Мало кто смог на корабле ощутить это налившееся над ними, но зато этот купол завлек, однако ж совсем других обитателей местных территорий.

Рыбы мелькали серебром и уплывали от разрезающей гладь озера конструкции, осторожная и бесшумная тень над расходящимися в стороны волнами промелькнула в порыве ветра. В союзе с ветром темные силуэты стремительно прибывали к стенкам корабля, пока существо у борта не почувствовало какой-то подвох в этой странной, резко наступившей в округе тишины. Решив сообщить об этом остальным членам экипажа, тот получил лишь укор и приказ не отходить от работы. Однако, такие же матросы, как и он сам, также стали нервничать. Думал крылатый «возможно сели на мель, оттого и тихо» и, возможно был бы прав, если не подошел бы проверить данную мысль прямо в краю корабля. Густая алая кровь, будто жвачкой растянулась по деревянному полу и продолжала по инерции вытекать далее. Широкий и длинный клюв схлопнулся на шее жертвы и разрезал плоть и с половины морды так, что можно было разглядеть череп и нижнюю часть мозга.

— «Кровавые летающие крысы»! — Утробным голосом закричал секки вдалеке, явно понимая характеристику тех, кто решил наведаться на борт. Птеродактили- большая голова с клювом и огромный плоский, уходящий назад, рог; на маленьком теле с жухлыми лапками огромные крылья с когтями на концах. И не только они, как гости приземлились на судно, так и варлейны решили, что тоже хотят присоединиться. На защиту корабля кинулись все бывшие снаружи, и в какую-то огромную тушу птицы уже полетела ярко-зеленая стрела. Проткнув той киль насквозь, тело пало прямо на мачту и чуть ее не сломало.

— Пару минут и сами струсят, улетят! Не прекращайте атаковать!.. А вы еще кто такие?! — По центру палубы кричал секки, раздавая приказы, нервничая, но отвлекая себя делом. Серый самец, на несколько голов выше подростков, уставился на проходящих рядом Каросуки и Овари. Те же буквально только недавно нашли путь наружу, еще до нападения, и были очень рады своему результату, пока над ними не славировал птеродактиль. Осознание атаки пришло к ним не скоро, и они крайне удивились, когда в их животы ударила секкиная лапа, повалив их на доски прямо под пролетевшим.

— Ух, благодарим! Мы и не заметили! — С прикрытыми глазами и улыбкой поблагодарил Каросуки, почесывая ушибленную голову. Но хотел было уже уйти вместе со своим другом, как его остановила дикая аура, исходящая от существа позади. «Демон? Монстр? Враг?» — думал тот, пока его не схватили за шкирку и не выбросили за борт. От такой неожиданности, все еще полусидящий Овари застыл с вопрошающей эмоцией на морде.

— Ты тоже не желаешь работать, малявка? — Только тон, с которым это говорилось, уже заставил Овари сглотнуть и быстро убежать, сверкая пятками.

— Ты как там, Каросуки? — Разочарованно спросил синешерстый, облокачиваясь на деревянный резной выступ, за которым на внешних стенах корабля примостился самец, используя свои темные магические сферы как упору для лап.

— Просто замечательно! — слукавил светловолосый, — Я даже вижу, как на меня снова летит какая-то тварь! Погоди, тварь? — И не прошло десятка минут, как птеродактиль, упустивший свою жертву ранее, решил завершить начатое. «Даже не смей думай об этом!» — где-то на втором плане, заглушался вопль Овари от скрипящих криков твари, в глаза после этого которой влетела магическая водная струевая атака, чуть не выбившая той глаза. Каросуки смотрел на птеродактиля, на его огромные, словно полотно крылья, на его острый, длинный клюв, пока тот потерял равновесие и пытался удержаться в воздухе.

Громкий хруст досок и половицы разошелся по всему кораблю, когда вроде уже снижающийся враг, махнул вдруг крыльями и в конец влетел в судно, образовав огромную дыру в потолке и стене.

— Что? Откуда они здесь?! — Возмутилась Кэору, откашливаясь от поднявшегося клуба дыма и полетевших во всех гостей обломков дерева. Сегодняшний день будто так и хотел быть для нее самым ужасным из всех — прямо напасть! А пока дым оседал, а секки в зале бежали и улетали подальше от этого хаоса, из клюва птеродактиля вышел целый Каросуки, используя свои сферы для открытия пасти недоброжелателя. Однако тварь не собиралась сдаваться и все еще шевелилась, не глядя пытаясь поймать жертву. Разинул он клюв, а сверху на него упало несколько магических сфер, вновь прибив существо к полу. А последний же, со вскинутой наверх лапой Каросуки, резко упал на голову птеродактиля, прекратив его дальнейшее существование в лужи крови.

На самом верху, пока происходила баталия в зале, Овари не знал что делать и думать. Заметив, что с Каросуки все в порядке, он постарался подсобить секки на корабле, отражая атаки. Но таким образом все равно было не спасти того, кто буквально недавно спас их подростковую жизнь. В крупного самца неудачно попала арбалетная стрела, когда он прыгнул в замахе на варлейна. Стрела, что выпустил Овари, не разобравшись в действии нового оружия, который так вдохновленно взял для защиты незнакомых, но все же таких же как он секки. Перед глазами тогда вовсе промелькнули все те дни, проведенные с учителем, отцом а после и в битве за Древо. Но горевать отчего-то не хотелось, не лились даже слезы, не звенело в ушах от прилива давления — только тоска в душе и болящая совесть. Отдававший только недавно команды самец лежал в куче мешков зерна, а около его одежды Овари поднял непонятный ключ, похожий на небольшую карту. «Если тариантри в темнице, то возможно ли это быть оттуда?» — поразмыслил подросток, в движении вертя в пальцах найденный предмет.

Дыра в корабле значительно сократила путь Овари, и он вскоре добрался до бегущих по коридорам ибисов. Однако, среди них не было Азуми, на чье отсутствие самец только выдохнул и не стал спрашивать подробностей — мало ли. Нора впереди же поспевала за Кэри, но абсолютно не знала, куда они направляются, отчего следование за Инсером становилось все неувереннее. Дверей по бокам было много, коридоры едва отличались друг от друга, изредка меняя свой интерьер, размер, появлялись выходы к лестницам. Но чем ниже они забирались, тем Кэри становился медленнее, а потом и вовсе остановился как вкопанный.

— Было где-то здесь, я точно чувствовал. То ощущение ослабло.- Сказал наконец хоть что-то темно-синий самец и стал пронюхивать территорию. Дойдя так до неприметной двери, герои оглядели ее.

— Выглядит неприметно, но в ней много щелей. — Приметила трогающая сколы и промежутки между досками Карелия. Овари подал ей неуверенно недавнюю находку. От карточки исходила приятная магическая энергия, вселяющая уверенность в своей надежности. Ключ-карта сразу пошла в пользование и протиснулась сквозь пятую щель под самым потолком.

— Открылась, щелчок! — Возрадовалась, как дитя, Карелия, радостно тарабаня хвостом пол и быстро юркнула в «темницу». Нора поменяла свое выражение морды, даже не глядя за дверь, предчувствуя что-то.

— Вам нужна была она? — Кэору играюче, словно на сцене пьесы, задала простой вопрос, не требующий ответа. Находясь все еще в зале, на том же месте перед сценой, на которой паренек уже не играл прежнюю мелодию, а гостей и вовсе не было. Самка сжимала кого-то на груди и слабо поглаживала мягкую гриву, сжимая клинок у горла того.

— Бесспорно. — Недовольно уставился на нее Хаджимари.

— Чего? Что тут делает Азуми?! — Вскрикнула Карелия и Нора, увидев сидящую на гнилом полу в полной контузии знакомую Азуми Мизуки.

А в лапах Кэору напуганную и с панической атакой Тельсию.

За бортом продолжали нарастать крики летающих существ и взмахи крыльев, которыми заставляли содрогаться не только деревянный пол, но и воздух вокруг. Секки продолжали отражать атаки, резко рассекая клинками и копьями туши птеродактилей и птиц, пока их не стало меньше, а потом и вовсе остался лишь один.

— Почти зачистили! — Довольно крикнул командир, но, глядя на состояние палубы и корабля в целом, радость победы быстро испарялась. Всюду лежали трупы, которых и протыкали, и скидывали с высоты, и даже пол уже не подлежал восстановлению. Где-то в стороне на лестнице по инерции сползло мертвое тело, а за ним притаился варлейн, который без раздумий схватил труп клювом и проглотил его целиком. И почему-то он, несмотря на затихшую обстановку, сделал это очень спокойно и собирался бы и дальше так бездумно ходить последним, если бы не синий сгусток маны, проткнувший тому киль насквозь. Туша немного покачалась из стороны в сторону, потом упала за борт, став кормом для водных обитателей.

«Кто был тем, кто добил последнего?»-стал ходить слух после этого события, ведь никто не смог разглядеть личность, скрывшуюся сразу же, как упал варлейн. Под давящей от недавной битвы атмосферы существа принялись перевязывать и лечить ранения, а погибших заматывать в ткань и складывать у краев бортов.

— Где капитан? Говорят, на борту были чужаки. — Взволнованно задал вопрос один из тех, кому в данный момент останавливали хлещущую из руки кровь. Бинтов уже не хватало, потому пользовались подручными средствами — рукавами одежд.

— От сбегающих гостей узнали, что в этот момент она зашла в главный зал, а дальше информация разнится от секки к секки. Если нашего капитана убьют, то мы потеряем работу, но сейчас ничего нельзя сделать. Если сейчас все уйдут с постов нарушится безопасность судна.

— Мы должны обезопасить нашего капитана, это наша обязанность. Я отправляюсь туда! — Раненный, но полный амбиций секки с трудностью встал, подняв за собой клинок. Он двинулся в сторону пробитого бока корабля, опираясь иногда на меч. Но с подобными ранами едва ли можно было даже говорить, и попытка самца отправиться на защиту Кэору закончилась тем, что секки упал концом кровоточащей морды на навершие меча. От полного падения на острые разломы досок его защитило чье-то мягкое плечо, а после рукой его поставили на лапы, придерживая. Тот подумал, что это был его приятель или на крайний случай командир. Однако, развернув голову на место нахождения поддерживающего, он не узнал ни того, ни другого. Ведь на месте кого-либо стояла чудесная самка, словно ангел, пришедший после смерти.

— Так, где ты, говоришь, ваш капитан? — её густые и приятные на вид голубые волосы, собранные у плеча в хвост, украшала на лбу сияющая диадема. Она величественно возвысилась рядом с раненным, убрав меч обратно в ножны. Самец не мог поверить своим глазам, пока его сомнения не развеяли подлетевшие подручные.

— Шаасак, тут есть еще раненные! Что прикажете делать?

— Соберите всех в одном месте, необходимо проконтролировать, чтобы никто из них не сбежал. Никого не убивать, тем кому нужна срочная помощь — предоставьте! — Ответила Ун-Юзу паре хранителей, после их синхронного кивания, самка вновь повернулась к раненному. Ранее она уже слышала, как некто кричал «капитан», находясь близ места разрушения, но хотела убедиться у другого участника. Однако, тот до сих пор не желал сказать и слова, так что шаасак довела его до своих подчиненных и, собираясь уже отправиться к дыре в корабле, как секки схватил свой меч, выставил и замахнулся тем.

— Не знаю, какое у вас там дело к… капитану, но я не позволю навредить ей! — Ун-Юзу встала на месте, получив слабый порез на руке. Пара хранителей тут же накинулись на существо, ограничив его движение.

— Шаасак! — Взвыл гневно самец, вслед уходящей вдаль самке. Меч до сих пор был крепко сжат в кулаке, как бы хранитель не старался его разжать. Сжав зубы, раненный внезапно для подчиненных шаасак пнул лапой первого пернатого, у которого от боли согнулось тело, а второй, бездумно отпустив нападающего, подверг себя большей опасности. У секки с корабля кровавыми пятнами покрылись белки глаз, и перехватив рукоять меча покрепче, замахнулся и попал в легкое второго подчиненного. Кровь полилась из пасти уже при ударе, но первый раз хранителя взять не смог. Ответный удар прошелся уже по черепу и существо с грохотом упало на пол, еле издавая звуки и дыша. Хранитель удостоверился в неподвижности самца и хрустнул пальцами на обоих лапах.

— Теперь это и с ним произошло… Где вообще наш капитан?! — Переговаривались где-то в стороне матросы и остальные, кто хоть как-то был осведомлен происходящим. И те стали корчить рожи, не то улыбки, не то страх и нервозность, когда к ним подошел совсем не юный самец темного цвета шерсти с прожилками синего и черными волосами, собранными в неряшливый пучек.

— Так вы что-то скрываете, — секки ухмыльнулся и сузил глаза, — не расскажите подробности?

Страх пеленой закрыл глаза тариантри, но сейчас важно было успокоиться и дождаться помощи. Однако, почему-то все рядом стоящие не ринулись её спасать, просто стояли и думали, как же поступить. Их бездействие никак не укладывалось в голове, ведь разве ее не приняли в группу и не обязались защищать? И после всего этого она видела неуверенность в глазах недавно приобретенных товарищей, хоть и не собиралась доверять им с самого начала. Но в необычных глазах Хаджимари сверкало только ожидание и притворное беспокойство. Вывод напрашивался в голову самки сам, с чем она себя поздравила искусственным смешком. Кэору сильнее сжала жертву в ее руках и подставила клинок ближе к горлу, так что капельки крови осели на лезвии. Тут же вскочил Каросуки, на которого тариантри посмотрела уже в последний момент, но и его порыв к спасению был перегорожен желанием лидера, который остановил того на полпути. На крайнее возмущение самца Хаджимари ответил немногословно:

— Я заметил кое-что еще во время пиршества. Она не глупа, так что должна сообразить, надо лишь не допустить ее смерти. Но вырывать из лап Кэору тариантри сейчас опаснее.

Корабль покачнулся на волне и секки еле удалось устоять на полу, в отличии от Кэору, которая подскочила в этот момент и по приземлению ее кимоно немного спало. Тариантри махнула мордой, поцарапавшись еще сильнее при прыжке, но не стремилась поворачивать мордочку по приказу капитана. В ее глаза бросилась слабая энергетика, заставившая на секунду тело онеметь от внутреннего беспокойства и интереса, а лапам самим потянуться за странным свечением. Дуновение сильного ветра со стороны не позволили Кэору быстро оценить ситуацию, прикрыв глаза от режущего их потока. И аура уже была в руках тариантри, достав в итоге странный небольшой мешочек из-под кимоно.

— Не думай трогать это! — Взревела Кэору и махнула клинком, куда глаза в данный момент не смотрели. Тариантри закряхтела, почувствовав жжение в районе горла и невольно выкинула мешочек из лап, беззвучно упавшего на доски, словно перо. Самка сразу же кинулась за упавшим сиянием, поставив его на первое место совсем забыв про заложницу. Хаджимари в момент появился перед кашляющей тариантри и, подняв ее на руки, отнес к месту уже подбегающей второй половине группы.

— Твой ветер полезен, — отметил Каросуки, раскладывая тело тариантри так, чтобы можно было рассмотреть ранения, — вы вернулись вовремя.

Белокрылая Нора кивнула, немного улыбнувшись, в ответ и уставилась на Кэору, поднявшую потерянный мешочек. Она спрятала его надежнее и бросилась в ответ на Хаджимари, который не позволил ей и близко подобраться к своей группе и создал зеленый барьер прямо перед ударом самки. Частицы барьера фейерверком разошлись в воздухе на стороне Кэору, и после удара в барьере проявилась неровная дыра, разошедшаяся после на сотни трещин. От силы, что смогла так легко разрушить его барьер, Хаджимари растерялся, но смог отбить последовавший после удар клинком.

— Какова цель ваших действий, Кэору?! Вы подвергли моих товарищей бессмысленной опасности. — Самец оскалился из-за прижавшего его тела напора со стороны противника, глаза которого выражали ничего, кроме как пустой жажды убрать преграду с пути.

— Как ты появился перед моими глазами все пошло не по плану, ты мне только мешаешь своим странным существованием. Хаджимари должен быть мертв уже несколько столетий, ты не тот, кто может вот так появиться и начать исправлять огрехи других, что в отличие от тебя все это время строили общество и теперь пытаются защитить его! — не выдержала эмоций разозлившаяся Кэору и вновь замахнулась клинком, окруженным водной магией, в морду Хаджимари. Стук лап вдруг начал раздаваться по полу, а потом исчез, когда самка уже выставила конец лезвия у переносицы и пробила бы тому череп, если бы на этом моменте на нее бы не запрыгнуло темное существо. Кэри отбросил ее от самца и сам полетел вслед за телом. По инерции они откатились до самого конца зала, врезавшись в стену. Встать обоим вышло не сразу, чувствуя головокружение от удара, но это не помешало противникам сделать свой решающий ход. Инсер норовился укусить секки, но та в свою очередь предательски вставила свой драгоценный клинок вертикально прямо в синюю пасть ибиса. Из-за практически рефлекторного умения крепко сжимать пасть у ибисов, Кэри опробовал на себе все «радости» подобного трюка.

— Яррхх! — Прикрикнул тот от охватившей его боли, из пасти стала сочиться кровь. И только тогда он вынул кинжал, с силой выбросив его на пол так, что оружие воткнулось в дерево торчком. — Грязные трюки!

— Стойте, остановите битву! — Послышался голос где-то сверху между балками на потолке зала и дырой в корпусе корабля. Этот тон заставил Кэору остановится в полудействии и замереть, а Хаджимари поднять уши и прочувствовать энергию нового секки.

— Шаасак…-Промямлила Кэору и ее взгляд изменился при виде слетевшей с высока салатовой самки с голубыми волосами.

— А она является твоей подчиненной? — Спросил, подозревающе, Кэри и медленно прошел вперед, не сводя морды ни с Кэору, ни с шаасак, которую знает с момента переговоров ибисов и секки в Древе. Но видел ее также и после всех событий, в лице обычной правой лапы главы, вложившей свой вклад и в строительство поселения для сбежавших из гор ибисов.

— Она не моя подчиненная, а моя сестра. — Как кипящей водой брызнуло в сторону Кэору, ведь иначе не описать то, что она вскочила, как ошпаренная. К этому времени ее уже нашли пара подчиняющихся ей секки и отгородили от опасности. Капитан планировал продолжить битву, но внезапное прибытие Ун-Юзу поменяло и так нарушенные планы. Она решила пока отступить, исчезнув за дверью и там же заменив себя своим подопечным, так и скрывшись Последующий за теми двумя Хаджимари уже не заметил присутствия Кэору и вернулся обратно, заметив изменившееся расположение Азуми и тариантри. Теперь они лежали рядом друг с другом, приходя в себя. Драконица быстро схватилась за пекшее горло, но никакой раны там уже не было.

— Левиафан ее побери! Да и вообще всю эту группу…ненавижу! — Высказалась только себе на радость наконец Тельсия, но по ней было заметно, что была рада наконец оказаться вне темного пространства.

— Зато ты пока не успела наложить на себя лапы — это одновременно и успокаивает, и заставляет задаться вопросами «почему?».

— Вам-то какое дело до этого? Все равно ведь остановите, как в прошлый раз…- Мордочка Тельсии немного скривилась от разочарования и невозможности изменить ситуацию. К этому времени Нора подошла к Кэри и тоже осмотрела его, как, обычно не заметив и присутствия прежних ран. Однако отсутствие их не успокоило самочку, потому что Кэри абсолютно не реагировал на ее присутствие: ни слова, ни движения.

— Если все в порядке, то скорее нужно убираться с корабля. Он скоро треснет и перевернется по самое дно озера. — Ун-Юзу наконец решила обратиться к группе путешественников, решив переложить все вопросы до безопасного, как ей казалось, места. Все присутствующие согласились с данным решением и направились аккуратно на верхние этажи, дабы в них не попали куски досок.

Но оставшееся белое существо с короткими крыльями не стремилось покинуть зал. Зубы в пасти сомкнулись, а сузившиеся зрачки метались от места к месту. После недолгого брождения она резко села на потрескивающий пол перед Кэри и прибрала длинную челку с морды самца.

— Это происходит снова, да? — Где-то в стороне упал крупный кусок корабля, проломивший пол и поднявший высокий столб пыли, и знакомые сверху уже зазывали их через дыру в потолке, сквозь которую уже просачивались небольшие лучи света. Нора понимала, что необходимо было спешить, но понимала, что Кэри мог и не последовать за ней. Инсер наконец кивнул на ее вопрос, немного обрадовав крылатую своим умением все еще ее слышать. Это происходило и до и также не раз с того момента, как ибисы выбрались из гор, спасли Гринпис от соединителей и Данте. В такие моменты Кэри начинал чувствовать тот самый голод внутри себя, преследовавший всю его сознательную жизнь. Ему до изнеможения больно противиться возникающей потребности в совсем необычной пище, поэтому он всегда пережидал подобные приступы где-то в отдаленном месте. Из-за этого Нора и решила обратиться к единственной знакомой ей персоне — Сардену, так как не могла уже смотреть за страданиями друга.

— Собратья, здесь еще остались враги нашего капитана! — Откуда не возьмись в разрушающемся зале появилось пару секки. Нора заметно заволновалась и предупредительно зарычала на нежданных гостей. Инсер медленно поднялся и на задние лапы, вдохнув пастью воздух, вцепился в руку Норе и потянул за собой, не смотря назад.

— Они разрушили наш корабль, остановить их! — Все не унималась самка в легкой броне и одежде, взмахнув руками вперед, ладони которых были выставлены наружу. Над ибисами появилась крупная капля воды и с характерным звуком омыла их с морд до подушечек лап. Белокрылая в тряске впила когти в доски и прикусила кончик языка. Особь позади еще не закончив, преобразовала в руках старый арбалет и щелкнула в нем магическую стрелу. И даже секки за ней понимали, что что-то не так с данной ситуацией и стремились сказать это нападающей. Но та не слышала их и в итоге пустила стрелу вперед, попав прямо в место нахождения спинного мозга на теле дракона.

Стрела пустила неслабый ток в тело Кэри, но тот даже и не среагировал на это. Вместо этого от его тела стал исходить темный дым, морда развернулась так, что лапы у самки секки подкосились сами собой, но она все еще держала в руках арбалет.

— Думаю, она могла прожить подольше. — Холодно высказался Хаджимари, находясь в это время наверху и смотря на ситуацию из дыры в стене корабля. Карелия закрыла пасть лапами от желания завыть, Нора же успела в последний момент запечатлеть выражение морды его друга. Хотя в этот момент он не казался ей таковым, было страшно и печально осознавать эту данность. Пасть раскрылась в безумной улыбке, белые зрачки глаз сверкнули в ожидании и шерсть на его теле вздыбилась как у бешенной голодной псины. В миг существо появилось из дымки перед секки, морда к морде встали они перед друг другом, но из глаз первой уже потекли слезы страха. Однако, на последних секундах она отбросила свой родной арбалет и сжатыми в кулаки руками ударила в пространство, где была морда дракона. Кэри быстро подался вниз и также стремительно с силой ударил лбом прямо в челюсть самки так, что та потеряла равновесие. Инсер схватил ее за плечи, выровнял ее относительно себя и вцепился пастью в весь череп, сорвав голову с плеч. Недвижимое тело грохнулось в лужу густой крови и наконец заставило секки очнуться и понять — нужно бежать. Хоть они и старались отбиваться, использовали магию, но все было тщетно, когда неизвестный для них дракон просто рвал плоть и использовал странную темную, похожую на прах, магию от его исходящего тела.

Корабль окончательно трещал досками, что говорило о необходимости быстрее покинуть это место. Для Кэри данная проблема была на втором плане, но спустя время он перестал ощущать секки перед собой. В глазах не пылала цветная аура существ, а прежний запах и вовсе пропал.

— Нора, где ты? — Опомнившись, вспомнил о самке Инсер и потряс головой. Не видно было ничего, просто давящее в слепых глазах пространство никуда не пропадало.

— Так хорошо… наконец боль пропала…- Пролепетало существо, ощущая благоговейную сытость и умиротворение. По ощущениям ему казалось, что сейчас он упал в кучку мягких перьев, однако, на самом деле все это время Кэри стоял на краю обрыва разваливающегося корабля. Тела упали вместе с куском пола прямо в воду, что и вызвало пропажу ауры в глазах. Черношерстый покачнулся, едва ли не отправившись прямиком за упавшими, но Нора вовремя успела схватить его. Вот только стоило ей это быстрой потерей сил, отчего и потеряла равновесие. Щит Хаджимари защитил их от падения, а Каросуки поднял левитирующее защитное поле с ибисами в безопасное место.

— На горизонте уже виднеется Ширубарейку. И на этом моменте нам придется добираться до туда самостоятельно. Там же вас ожидает тяжелый разговор, о причинах вашего здесь нахождения. — Ун-Юзу довольно быстро стала строже, говоря о своем желании отчитать путешественников.

Путь существ продолжился уже при свете солнца, когда дождь постепенно становился реже, а облака еще разойтись не успели. Позади на бок крушилось судно, погребая под себя тела уже давно утонувших, и создав крупные волны после себя. Крупный отряд, состоящий в основном из подчиненных шаасак, и в меньшей части из группы Хаджимари медленно, но, верно, уже подлетали к границам Ширубарейку. Однако, оказалось все не так просто, потому что сам остров окружал округлый «ров», состоящий из падающих вниз водопадов.

Таки-Шин’ен — так звалось у народа данных земель данное диво природы, но и возможно заслуга самих здесь живущих. Никто доподлинно не знает о причинах возникновения рва и потому мнения всегда разнятся. И как бы со стороны не казалось, что через него не могут заплыть корабли и лодки, это было совсем не так.

Каросуки летел медленнее всех из-за усталости и раздражённости, и потому он первым заметил краем глаза столь интересный способ переправки судна. На пропускном пункте хранители подлетали и проверяли корабль, затем вступали на резные массивные сооружения напротив друг друга. Сначала несколько существ поочередно вливают магическую энергию в приемники, что давлением разводят падающие массы воды в сторону, а потом хранители используют общую энергию из приемников и свою собственную и прокладывают водный путь прямиком до другой стороны.

— Как много лишних действий и ради чего? — Задался вопросом Каросуки, не сводя глаз со зрелища.

— Импортные корабли им жизненно необходимы, так как Ширубарейку не имеет собственных полезных ископаемых и большого перечня видов животных. — Пояснила ему Ун-Юзу, словно читая какой-либо важный документ, настолько ответ был сухой. Самка была словно на себя не похожей. Все подумали, что ее возможно просто завалили рутиной и проблемами, но сама шаасак так похоже считала лишь отчасти. Хаджимари, слежа за всей ситуацией, думал о безопасном месте, где можно было бы прояснить все вопросы в его голове.

Корабль приблизился к порту и готовился к отгрузке товара, о чем свидетельствовала повышенная активность секки на палубе. Группа существ в это время удачно приземлилась на землю острова и осматривала местность, явно отличающуюся от того, что они видели и знали прежде. Их встретили темные тории, под которыми проходила аккуратно выложенная дорожка из камней, а близ них и далее стояло множество небольших домов восточного типа. В ториях компактно помещался весь вид острова, его плавно идущие спиралью районы поселения прямо до высокой горы посередине. А в центре, прямо под облаками, на героев смотрело крупное сооружение с широкими крышами, красочно расходившиеся по сторонам. Повсюду внизу виднелись сады, радующие глаз цветы, высокие деревья с тонкими ветвями. Было заметно, что остров заселен весьма культурным и даже цивилизованным образом. Но все же что-то было здесь не так на первый взгляд. И это даже не касалось недавней встречи с Кэору и событиями в поселении под барьером. Дело было в самом воздухе. В нем чувствовалась какая-то разряженность, словно он был не вполне настоящим и энергия в нем истощалась.

Хаджимари сразу понял, что если так и дальше продолжится, то граница между этим миром и мертвым совсем истончится и треснет. Но по какой причине создавался такой эффект никто в группе не имел понятия, кроме предположений Карелии: давление от близ лежайших гор, влияние водопада, активное использование секки сильными магическими способностями.

Азуми сильнее всего чувствовала себя не в своей тарелке, ведь пока остальные разведывали берег поселения, она плелась себе позади и закрывала лапой морду. То ранее увиденное свечение на корабле преследовало ее весь путь и не понятно, реальное оно или это просто была галлюцинация в глазах самки. Но внезапно Азуми опомнилась и подскочила, когда позади нее четко прогремел гром, звук которого дошел со стороны тянущегося сюда шторма. Темные сгущающиеся облака медленно настягали еще чистое голубоватое небо с ярким солнцем по правую лапу. Ливень и остальные последствия бури можно было ожидать совсем скоро, что не радужно восприняли состоявшие в группе секки и ибисы, буквально недавно вырвавшиеся из подобной толщи осадков с неба.

— Я знаю, где можно переждать непогоду. — Явно нехотя сказала Азуми, едва догнав Каросуки, Овари и Хаджимари, идущих рядом друг с другом. Первый взволнованно посмотрел на нее, до этого видимо беспокоившись о своих родных и не только. Самка же не обратила внимание на выражение морды и со вздохом, прошла через толпу, лапой отодвинув стоящих на месте.

А направилась она по тропинке сквозь тории медленно, но четко отмеряя каждый шаг, словно стараясь не привлекать к себе внимание лишним звуком. Кимоно неестественно подхватил ветер на теле самки, когда та подняла мордочку оглянуться. Разные чувства вызывало место, которое было для нее одновременно и знакомым и до жути чужим, неприветливым. На довольно освещенной части улицы, где в клумбах росла трава и нежно-голубые цветы, прогуливалось достаточно много местных секки. Все они были одеты почти также, как и Азуми, однако, в темных частях улиц, да и просто кучками возле берегов сновались бедно одетые с растрепанной шерстью молодняк. Они с подозрительным интересом смотрели на незнакомцев, но все-таки были слишком напуганы выходить и начинать разговор. Нора и Овари хотели спросить одного такого — существо отвечать не стало и скрылось в подворотне полной выходящих туда лестниц домов.

— Вот это дом…-Тихо сказал удивленным голосом один из подчиненных шаасак. И сразу за первым последовал второй, выражая свое восхищение стилем сооружения. Данный дом, к которому и направлялась Азуми, действительно был до необыкновения красив, строг в украшениях, с изогнутой темновато-синей крышей. Он стоял на небольшом возвышении под раскидистым деревом, напоминавшим иву, и к нему вели ступени с перилами из темно-красной древесины цвета торий поблизости. Но как бы не желали подчиненные шаасак пройти в это место, им строго приказали разойтись и следить за ситуацией вокруг.

Пока они расходились по своим местам, группа Хаджимари и Ун’Юзу уже достигла дверей огромного дома. Азуми внимательно бросила взгляд на округу и медленно поднесла кулак к двери, постучавшись. И ей быстро открыли, что для нее было крайне необычно.

— Добрый день, чем могу вам помочь, странники? — Спросил голос самца за порогом, сладко зевнув после и с хрустом залежавшихся мышц потянулся.

— Нам нужно место для того, чтобы переждать бурю. Данное место нам посоветовала данная самка и, ничего не придумав лучше, мы решили обратиться к вам. — Ответил Хаджимари, подавшись вперед и опершись об угол стены. Немолодых лет секки даже пришлось поднять свою мордочку, дабы осмотреть новую для него личность.

— Без проблем, проходите. Но хочу отметить, данное место не таверна и плохо оборудована как отель — если что, от бури защитит, не беспокойтесь! — Поспешил успокоить самец новоприбывших, пуская внутрь, но Азуми осталась стоять в коридоре.

— Меня зовут Кибинаши’ане — владелец додзе и рядом с ним прилегающих домов с парой небольших храмов. — Светлый с темными пятнами самец вежливо поклонился, отойдя куда-то на пару минут. Раскаты грома и запах дождя становились все ближе, однако, дом изнутри выглядел довольно надежно, хоть снаружи и хлипковато. Через молочного цвета сёдзи еще проходил рассеянный солнечный свет, а также освещало те деревянные перекладины в конце первого зала для тренировок. Слова были выцарапаны на бревнах и возвышались над всем, как самое основное — этим являлся свод правил поведения в додзё.

— О, вас заинтересовало само додзё? К сожалению, некому и некогда поддерживать учения в нем и уже давно то не функционирует как ранее. — Кибиши’ане появился перед героями с подносом с кружками чая и после сказанного сразу погрузился в уныние.

— А почему так произошло, что случилось? — Неловко поинтересовалась Нора, уже не так сильно беспокоившись за Кэри в безопасном месте, что позволило ей отвлечься на другие моменты. По реакции престарелого самца его удивило присутствие столь диковинных гостей.

— Раньше в этом месте было много секки и учеников, которые тренировали себя физически и духовно — молились и практиковали духовную сущность свою. Но недавно, пару лет назад, на эти земли пришел мор, а за ним и странные исчезновения существ и нападения средь бела дня. Потому с течением времени все меньше учеников приходило сюда и тем больше додзё превращалось в лечебницу и гостиницу для нуждающихся.

Чай приятно обдавал мордочки запахом и теплым паром, но от услышанного рассказа стало только мутнее в головах.

-Мор и исчезновения, говорите… Не уж то и моя семья попала в этот список?! — Каросуки громко ударил по низкому столику, где стоял поднос с чаем. Он звонко подпрыгнул, и напиток разлился в разные стороны. Дыхание Каросуки сквозь зубы стало тяжелым и едва не прекратилось в один момент, но того успели посадить на место и немного успокоить. По телу самца пробежала дрожь, он уткнулся мордой к поджатым коленям и начал всхлипывать от страха и неопределенности. Спрашивал себя, как мог он надеяться, думать, что все будет в порядке и ничего не предпринимать. Никакой информации до этого не было о его семье кроме той, где сказали, что они ни свет ни заря отправились в Ширубарейку.

— И со знанием всего, что здесь происходит, местные никаких действий не предпринимают? — Вклинился в разговор неожиданный Кэри, появившись из тени, и сев в позу сэйдза за стол. Хаджимари также посчитал это странным и уже думал над этим, как Инсер решил наконец поднять эту тему. Однако, отвечать не юный самец не спешил, а наоборот — застыл как онемевший и округлил едва открытые до этого глаза. Покамест тот находился в подобном виде, за стенами дома уже послышался стук падающих капель о землю и крышу — туча дошла до острова и стала наводить здесь свои порядки.

— Слушайте, если вы хотите помощи или перемен в своей жизни, то не молчите!

Кэри быстро потерял терпение и с кратким шипением подошел за спину к старику. И так как Инсер не видел всего, что сейчас происходило внешне с собеседником, он не мог предположить настолько сильный испуг и оцепенение с его стороны.

— Не видишь, что ли, пустая драконья башка, что ему страшно говорить об этом? — Азуми, которая до этого стояла в коридоре, не заметила, как подошла и оттолкнула темного ибиса от Кибиши’ане. Потом она же с силой потянула на себя крепко зажмурившегося Кибиши’ане. У того задергались от страха ноздри, и он перевел глаза на подошедшую к нему.

— А…азуми? — Едва смогло проронить слова ослабевшее существо.

— Все уже в порядке, пройдемте в более спокойное место. — Азуми добро улыбнулась старику, а Кэри одарила презрительным взглядом.

— Я благодарю, что провели меня до Ширубарейку, хоть это было и не так, как себе я представляла. Но больше я не желаю иметь с вами ничего общего, прощайте. — Самка приподняла увесистое, но костлявое тело и подошла к двери в другую часть дома.

— И своего ребенка ты теперь тоже будешь искать сама? — По тону и настроению Нора была явно на стороне своего темношерстого приятеля. На эти язвительные для нее слова Азуми забила хвостом по полу и ощетинила шерсть. Она одновременно чувствовала на душе печаль от осознания этого, но слова белокрылой больше вызвали у нее раздражение и усиление ненависти к группе. Оставлять последнее слово за Норой она не хотела, потому перед тем, как скрыться за дверью, самка произнесла.

— Удачи сгинуть вам. — Дверь с хлопком закрылась, погрузив группу существ за столом в долгое молчание.

— Согласна с ней. — Пробурчала тариантри рядом с Хаджимари так тихо и неприметно, что тот только и слышал, не придав этому большое значение.

— Мне все хотелось до этого момента спросить, кто вы и ради чего отправились в такие далекие земли? — Ун-Юзу чудесным образом прервала неудобное молчание и поправила свое украшение на лбу.

— Не знаете? — на мордочке Хаджимари расплылась слабая грусть, уши опустились к темным волосам. Но только он было хотел сказать свое имя, как задумался. Ведь не думал секки о том, что его повторная жизнь была довольно странной, что могло бы родиться только из уст бредящего существа. До этого при ней его имя не упоминали, да и окраску того, кто жил несколько столетий назад никто подавно не помнил.

— Хаджи, — выстрелил он из пасти с ударением на последний слог, едва ли не оговорившись. — А отправились мы так далеко, потому что у нас общая цель, вот потому и объединились. — Кривая улыбка сдавала его, но он старался сделать ее естественнее при взгляде шаасак на него. Секки и ибисы в круге сдержано хохотнули, и даже Каросуки это немного подняло настроение.

— Смотри — даже засмущался наш командир! Наверняка понравилась самочка ему и так бы утащил в свое логово, а? — Шепотом продолжил отшучиваться Овари под уши согруппникам, явно с тем еще удовольствием выставляя Хаджимари в неловком свете за те самые споры с ним до этого. А для самца было по какой причине смущаться — мало того, что назвался именем, которое использовала Атэнэйс’Такэ, так еще и соврал о цели симпатичного вида самочке.

— Мое имя вы уже знаете, так что рада познакомиться, Хаджи. Буду рада помочь вам с вашим приключением, однако и я тут по своим причинам. — Шаасак ловко убрала толстый хвост волос за спину, взяла кружку чая и, выпив, улеглась на соломенную циновку, приготовленную ранее для сна.

— Доброго сна всем! — Пожелала Карелия перед тем, как тоже провалиться в сон. Но из-за того, что та боялась грома, рядом с ней ютилась пушистая Нора, укрывая ее своим крылом. И после тяжелого дня, полного приключениями, битв, злости и печали, существа наконец уснули под звуки дождя и бушующего за стенами шторма.

— Он будет в порядке?

— Это не поможет залечить те раны. — Сказала Азуми, глядя на попытки Ун-Юзу в лечение. Сейчас две самки находились в светлом помещении, куда ранее первая отнесла шокированного старика. Комната была небольшой со всем необходимым для обычной спальни одной персоны. Низкая кровать, на которой и лежал Кибиши’ане, с стала пестрить яркими зелеными растениями и лопухами, растущими с выделением желтых искорок, копившихся на груди секки. Ун-Юзу скептически посмотрела в сторону Азуми, не прекращая разрастание лечебных трав.

— Так говорите… вы знакомы?

— Были знакомы еще до определенных событий. Несколько лет назад на Ширубарейку вновь совершилось нападение из анархических земель. Ужасная битва прошла тогда, много секки пострадало, но отстояли свои земли. Кэору решила не придавать это общественной огласке, поэтому никто и не подозревал, кроме тех, кто воевал, что что-то там произошло. Абсолютно исковеркав, отчленив половину информации, Кэору кинула остатки в местных жителей, с радостью принявших этот обрубок нечистой информации. Та битва была последней каплей для Кибиши’ане, который до этого в молодости проходил подобное зверство, и со временем у него развилось посттравматическое стрессовое расстройство. Он едва может держать себя в руках и здраво мыслить, вот его и настиг ступор.

— Со мной все уже хорошо, благодарю, Азуми. Но я до сих пор не могу понять, почему ты против Кэору, разве она не делает все для нас? Отзываться так о той, что хранит нас, как минимум невежливо. — Старик тяжело прокашлялся и с кряхтением сел, опершись о стену.

— Я просто хотела сказать, что… Ох, уже не важно…- По Азуми было заметно, что ей тяжело далось не ответить на данный аргумент. Но больше всего не хотелось самке вновь беспокоить больное существо, поэтому обе самки вышли, оставив его одного.

— Как бы ты ни заботилась о нем, ваш последний разговор с группой закончился на плохой ноте. Я понимаю твою злость, но они просто желают помочь тебе и ничего более.

— Да кто они такие, чтобы помогать мне? Один из них чуть не угробил здоровье невинного секки! — Возмутилась Азуми, раскрыв резко крылья, пыль в воздухе разлетелась разные стороны.

— Кэри слеп и болен не хуже твоего знакомого, ему ли не знать. Я допускаю то, что вчера он был более резким и грубым, но он просто стремился узнать больше информации по проблеме, которая всех нас окружает. Может доверишься им, и они ответят тебе тем же?

Азуми лишь недобро фыркнула в ее сторону и ушла на улицу, где на другое утро шторм уже утих, а по улицам бежали ручьи как отголоски буйства природы.

Кэри с печалью глядел за ее энергией вслед и думал, что его наивная знакомая выбрала опасный путь, думая, что сможет сделать что-то только своими силами. Ей, впрочем, действительно стоило помочь избавиться от терзающего ее недуга. Так сказать, чтобы ей не приходилось тешить себя пустыми надеждами.

Самка, словно чувствуя, что ее обсуждают, вспорхнула в воздух своими перепончатыми крыльями и перелетела через небольшую ограду. Граница дома находилась прямо у конца небольшой горы, потому Азуми устремилась вниз, совсем не оглядываясь. Потоки воздуха подняли ее пепельные волосы ввысь, и разряженная атмосфера в воздухе словно бы играла с ее мироощущением — потоки энергии, звуки точечно трещали возле нее. Все это создавало такой хаос в голове, что она и не заметила приближающуюся к ней огненную атаку. Маленький кроваво-красный шарик с алым остаточным хвостом пролетел со скоростью света прямо около секки, обдав ее горячим искажением, и влетел в ограду дома, взорвав значительную площадь вокруг себя. Посетители додзё не успели еще выбежать, однако, от последующей атаки позже самку защитил знакомый зеленый барьер, оттолкнувший магическую полю в гору.

Дальше атака полетела сразу подряд, без остановки, так что Хаджимари ничего не оставалось, кроме как прыгнуть в сторону Азуми и отлететь в сторону площади.

А когда нападавшие появились в поле зрения, в них тут же полетела водяная сфера, которую создал Овари, и замуровала их внутри себя. Но долго та не продержалась — секки вскипятили воду, и водяная тюрьма просто-напросто исчезла в пару. Они встали на крышу, после чего еще долго смотрели в сторону Азуми, а потом удалились.

— И кто это такие?! — Возмутился самец, с высока крича на Хаджимари и Азуми.

— Это было одно из предупреждений. — Ответила самка и сжала пальцы в кулак. — Они те, кто не относят себя ни к одной стороне данного конфликта — отщепенцы анархии и похитители моей родной крови.

Дождь давно уже закончился над землями Ширубарейку и наконец прояснилось чистое синее небо с небольшими вкраплениями облаков. Но некое давление и напряженность все еще стояло над поселением, где на возвышении холма в доме находилась группа существ, целью которой являлось пройти сквозь пещеру. Однако, проблем для начала пути хватало с достатком и возможность попасть на другую сторону все уменьшалось с каждым событием. Хаджимари же понимал все это, даже прояснил себе все в голове, пытаясь создать новый план с тем ограниченным ресурсом, который у него был — время.

В одной из комнат додзе, неожиданно спокойной, уютной, но одинокой на вид сидел на краю кровати престарелый секки, а подле него на полу расположился темный ибис, явно настроенный на разговор. Он долго подбирал слова, дабы выразиться точнее, после нравоучений его-то от Норы, из-за которой Кэри и находился сейчас в таком трудном положении.

— Хотел бы извиниться вам за вчерашнее. Тогда я был возможно слишком груб для вас и совсем не следил за словами, заставив вас волноваться.- Инсер решился проговорить все это спустя долгие минуты молчания. Шло ли у него все это от души или от обязанности перед Норой — он совершенно не понимал, чувствуя себя ужасно непривычно. Но на все его опасения, припоминая опыт со вчерашней Азуми, Кибиши’ане в ответ на его извинения хрипло рассмеялся, контрастируя с поведением той. В комнате даже стало как-то светлее и свежее, а на мордочке обоих нарисовалась легкая улыбка.

— Вот что я могу сказать, при страхе и неизвестности за свою жизнь каждое существо может делать безумные вещи, после которых долго об их результатах сожалеет. Я прожил долгую и насыщенную жизнь, так что могу судить о подобном, так как и сам своего рода был таким на…фронте. Когда часть твоей жизни наполнена опасностью попасть под смертельную магию врага «той стороны» и подозрениями с этой. В юношестве бывали даже мысли сбежать или перейти на сторону врага, но благо, то были лишь секундные безумные мысли. Вообще я чувствовал твой страх все это время, ты как я в то время. Просто нужно выявить причину беспокойства и заглушить ее. Живым существам вообще свойственно ошибаться, но это не делает их теми, кого нельзя понять.

«Выявить причину беспокойства и заглушить ее?», -уловил Кэри некоторые мысли из слов секки, хорошо напоминающих его собственные размышления на этот счет. Ведь каждый раз, вспоминая, откуда он и почему появился здесь, существо заполняло смертельное отчаяние, схожее только с ожиданием неминуемой гибели. До сих пор не понимал Инсер куда стремится он, для чего делает все и что двигало им почти все его пребывание в этом мире. Но понимал одно, если не узнает ответы на свои вопросы, то не уйдет он мирно. Все то, что случается с ним, происходит не просто так и прибыл сюда он тоже по этой же причине. А ошибки… Как вообще понять без последующих результатов, сделал ли ты верный выбор или нет?

Минуя все подсознательные размышления ибиса, Кибиши’ане занимался своими делами, прибирая комнату и перекладывая некоторые свитки под тихий напев дворовой песни. Пострадавший прошлой ночью явно не был столь резок и обижен, как та же Азуми.

— Если что, мы загладим свою вину со сломанной оградой. Ваше гостеприимство не должно было уничтожить часть вашего дома.- Кэри сориентировался в последних своих словах, заметив кивок Норы в полузакрытой двери, и вышел из комнаты.

— Ну что, было же не сложно, верно? — приятным и освежающим голосом встретила его самка, довольно покачивая хвостиком.

— Легко отчасти, ты ведь сама надоумила меня это сделать! — Пробурчал Кэри и легко прикусил её пушистое ухо, отчего Нора театрально изобразила «ужасную боль», а после трусцой бежала по всему двору от возмущенного Кэри, поймавший себя на том, что и сам скоро стал улыбаться. Тяжелые мысли с ней снесло как ветром, сознание стало яснее на недолгий, но такой приятный период. Оба заметить не успели, как несколько минут уже лежали на мягкой траве, прикрывая глаза от яркого солнца. Его проблески проходили сквозь листья возвышающейся над ними кроны дерева с нежно-голубыми цветочками.

— Ради чего живу я, да?..- Неожиданный вопрос от Кэри разрушил всю создавшуюся приятную обстановку, морда Норы постепенно обрела черты печали и тоски. Она не знала что и сказать, поэтому немного приподняла туловище и вздохнула. Потом, виновато потупившись, уронила мордочку на груди и прошептала: — Я даже и не знаю, зачем тебе это, но… Живу так, чтобы моей матери не было за меня стыдно. Она прожила всю жизнь в окружении террора Сорена и Соэля, поэтому она всегда желала, чтобы я прожила яркую и красочную жизнь, не видя ужаса враждующих существ. Хочу делать все, чтобы другие не страдали, помогать им, чем смогу. Но невозможно помочь абсолютно всем, как бы я ни старалась.

В душе Нора и раньше считала, что борьба за жизнь и за свое счастье — это не ее. Любое решение, каким бы сложным и продуманным оно ни было, все равно оказывалось недостаточным. Однако с появлением Кэри воссоздавать свои безумные планы становилось легче и появился намек на более яркое будущее. Если бы не то, что пришлось отдать, бросить в горах, ради исполнения цели живых. От воспоминаний о тех днях не только Нору бросало в холод и дрожь, но и Карелию, потерявшую тогда брата, и остальных, кто присутствовал тогда в ту злополучную ночь.

— Я помогу тебе в этом, — Белая самка удивленно прервала свои размышления и воспоминания о прошлом. «Поможет? В чем?», — промелькнул в голове логичный вопрос и часть сомнений в реальности происходящих событий. Опешившая Нора слова проронить не успела — во дворе додзе показался явно обеспокоенный витающей над группой проблемой Хаджимари. Самец также, после того как наспех сел на доски, проявил из пространства в руках книгу и начал быстро набрасывать информацию и отрисовывать схемы. Зрачки метались туда-сюда по листам бумаги, а приподнятый над полом хвост нервно подергивался. И когда все же ибисы решили подойти к нему, лидер группы отложил книгу и закрыл глаза от утомления. Похоже, к этому моменту Хаджимари уже так вымотался, что не заметил присутствия рядом энергетики двоих существ.

— У тебя на морде все написано. Ты куда успел пропасть? — Нора вдохнула воздух рядом с ним, ощутив легкое солоноватое покалывание в носу и влажные частички осевшей на тело влаги. Но было также еще что-то, что самка не смогла распознать ни своим обонянием, ни зрением.

— Пришлось разведать обстановку из-за крайнего дефицита информации, — Хаджимари продолжительно зевнул и протер глаза рукой, — нужной нам для перехода на другую сторону континента. Я попросил Тельсию показать мною уже забытый путь к пещере, однако не думал тогда, что полет дастся нам с огромным трудом. Ведь оказалось для нас открытием — большая часть территории озера около пещеры имеет слишком высокую гравитацию для полета. Долететь так и не удалось, однако мне удалось кое-что разузнать…

Уставшему от своего недавнего неудавшегося путешествия Хаджимари ничего не помешало резво открыть книгу на четверть, взять перо и наскоро набросать на чистом листе новый рисунок. Самец повернул изображение к Норе, уже разглядывающей внимательно черными очертаниями проявляющуюся незнакомую ранее конструкцию. Ниже середины листа была сама основа вытянутой не широкой пещеры, но уже выше и по бокам ее основания располагались и взаимосоединялись части крупной и нагроможденной конструкции, чем-то напоминавшей вид механизма для сбора магической энергии сферы Древа.

Палец секки прервал более детальный осмотр рисунка, несколько раз когтем постучав по центру листа.

— Данное изображение я увидел не на самом деле — то возникло от моих глаз по приближению к центру пути. Будущие мы или наши другие вариации, вероятно, уже попали туда. Только до сих пор при таких условиях остается вопрос: «Как пробраться на другую сторону?».

— Мы ведь и раньше сталкивались с подобным в горах. Только теперь путь через «расщелину» перегораживает барьер и странная конструкция вместо… дракона. Нам необходимы сейчас зацепки о барьере и конструкции, да и о самой Ширубарейку, ведь происходит тут что-то странное. И раз пристройка с этой стороны, то и искать информацию о ней тоже придется на острове.- Вышла из дверей Карелия и присела рядом, явно подслушав разговор еще до этого. А Нора, словно по течению реки, продолжила за нее мысль.

— Если заходишь далеко в тупик, надо искать решение в самом начале… Пропажа родителей Каросуки, опустевший остров, появление Азуми… Не кажется ли это все следствием одной проблемы?

Упоминание Азуми в диалоге толкнуло Кэри посмотреть на дом, где раньше тот ощущал ее ауру. Однако сейчас ее энергетика удалилась далеко вниз и постепенно пропадала из виду.

— По крайней мере, действовать нужно быстрее, пока все не разбежались или не случилось какой-либо новой трагедии.

После дождя многим захотелось мирно посидеть под лучами теплого солнца, которое только недавно вышло из высокой горы. Овари развалился на скамейке у дома и приглядывал за тариантри, пока Каросуки рядом раздраженно уткнулся в свою пушистую грудь. Прошлой ночью волнение не дало ему уснуть, отчего сейчас тот клевал носом.

— Уверенности нет, что твои родители именно здесь, но думаю они пока могут защитить себя сами. Однако, даже так, в любом случае мы не уйдем из Гринписа, пока не отыщем их.- Пытался подбодрить Овари друга, легко почесывая его плечо.

— А что если они уже сделали с ними что-то? — Самец нервно сглотнул, — Они ведь обычные сельские секки, ни разу не защищавшие себя в опасной ситуации…

— И куда такие неженки вообще планировали пойти? В Амман’сере таких бы быстро выгнали на раскаленный песок без воды и еды или другая бы тварь пожрала быстрее истощения.- Тариантри внезапно, но ожидаемо недружелюбно, высказалась о смазливом разговоре. Овари быстро шикнул на нее и пригрозил копьем. Кто был дома уже подумали о начале драки и планировали остановить конфликт.

— Она права. Поэтому единственное, что мы сейчас можем делать — действовать. Не думать о планах и подготовках, не думать о худшем исходе, имел я в виду.

Семейные узы было всегда трудно затмить, особенно секки, у которых те стояли первостепенной важности. Существа всегда находятся в социуме и всегда видно, у кого-какая проблема в данный момент. Помощь и поддержка — вот что всегда стояло в основе семьи. Ведь без них узы никогда не переплетались между секки, а энергетика ауры отталкивала проблемное существо желчью со стороны другого. Вот как раз это не понимала уроженка анархических земель, которую возмущало только странное поведение местных.

После недолгих медитативных действий для успокоения нервов, Каросуки напомнил о довольно старом обещании Овари во время проигрыша в игру купить тому выпить. Синешерстый поначалу глупо повертел ушами, почесал шею и только после неловкого молчания подумал спросить о целесообразности выполнения обещания в данное время. Ведь буквально недавно товарищ вжимался в спинку скамейки от волнения.

— Обследуем местность, секки опросим и заодно местное сакэ попробуем. — От подобного было сложно отказаться, да и сама мысль прозвучала довольно убедительно. С Овари стало быть — выпивка — вот, что пошло всяко не по плану, ведь самцу и не хотелось исполнять обещание. Услышав согласие, оба размялись, повели за собой тариантри и вышли через калитку на ступени холма. Здесь сразу становилось темно не только из-за крупных торий над головами, но и высокими деревьями, идущие аллеей по обе стороны от ступеней. Тельсия недовольно фыркнула от обязанности следовать за неопрятными личностями и приметила знакомый силуэт у входа, появившийся там после ухода подростков за территорию додзё. Но когда существа уже вышли на главную улицу, те с силуэтом просто разошлись по разные стороны.

Приглушенными тонами серого и голубого выложена брусчаткой улица Ширубарейку, прогуливающиеся по ней самцы осматривали восточного вида дома, просто обычные деревянные дома из местного дерева, и искали меж тем где находится местное заведение с алкоголем. На многих стенах висели плакаты, отливающие желтой дешевой бумагой, с изложениями воли местной правящей верхушки и обычными советами по здоровью и выполнению обязанностей во благо народа. Они создавали ощущение тысячи глаз, что смотрят то с одной, то с другой стороны. Но еще большее ощущение слежки со всех сторон подпиталось толпой секки на площади. На небольшой деревянной сцене выступал оратор, говорящий быстро и ёмко. Идзакая — трактир, что был расположен напротив выступления, на радость Овари и на горе Каросуки был предательски закрыт в угоду события. Они хотели было уходить, но секки на сцене начал говорить что-то непривычное.

— Из науки и технического прогресса наши предки и мы выбрали магию, ее энергетику, из-за ее простоты и природной доступности. Но уже на этом веку мы можем наблюдать ранее неизученные принципы работы магии и физических материй. Структура и назначение магически созданных объектов теперь намного сложнее, чем раньше. И Азамокури, — оратор махнул лапой в сторону статуи в трое превышающей его рост, — с группой ученых и конструкторов создали станцию по синтезу магической энергии из атмосферы! Она позволит держать новый барьер, что огородит нас и с той стороны! Так к чему я это, граждане, самки и самцы, нам нужны свободные лапы для работы на станции, двойная оплата монетами! По любым вопросам обращайтесь в островную биржу труда…

Дальше подростки уже не слушали, так как и с самого начала глядели туповатыми мордами. Трудно было и выразить словами свои мысли по поводу услышанного.

— Е-еще один барьер, синтез магической энергий из атмосферы? Это максимум звучит…невозможно! — Овари опешил и лапой прикрыл лоб, все еще следя за уже спускающимся со сцены секки.

— Возможно они и раньше распространяли эту информацию по другим поселениям. Моя родня могла согласиться, если их конечно не заставили…- Задумавшийся Каросуки не заметил подталкивания друга, означающего приближение незнакомца. На удивление обоих, к ним подошел сам секки со сцены, поклонился, и мантия, длиной до пола, под наклоном вся изогнулась. Ориенталовидная мордочка с короткой бородкой показалась из-под капюшона и оценивающе поглядела на самцов, словно увидев в них неразумных детей.

— Вы не местные, у вас есть какие-либо вопросы, касаемые недавнего выступления? Да и просто хотелось бы взглянуть на гостей, которых вы привели к нам, Каросуки.

Овари словно обожгли кипятком, когда тот отошел после сказанного на пару шагов назад. Самец всегда был довольно осторожным и боязливым, но именно сейчас непонятные слова незнакомца оттолкнули его. В нем не виднелось агрессии или жажды навредить, просто до боли спокойное выражение морды, будто в только что сказанном не было чего-то странного.

— Мое имя… Кто вы такой вообще? — После недолгого удивления, смешанного с испугом, Каросуки решился идти на пролом.

— Мое имя вам знать не нужно. — Оратор схватил Каросуки за предплечье так крепко, что тот зашипел от покалывания. После его дернули за собой на небольшое расстояние, прикрыв тем самым на время от любопытных глаз. — Мне известна, где ваша семья. Однако, если продолжите копать под дела острова, ни для вас, ни для них, ничем хорошим это не закончится. Вы пройдете с нами, расскажите все, что знаете и планируете.

— Не мелите эту чушь передо мной! Это из-за вас моя родня пропала, что вы им наговорили? — Каросуки создал свободной рукой несколько темных магических сфер и лапой толкнул в живот существу, вместе с ним повалившись на уличные камни за одним из домов. За стеной ветхого здания их было трудно заметить с главной улице, но секки, которые успели застать начало конфликта если не разбежались, то просто боялись вмешаться или обратиться к хранителям, под угрозой обвинения в соучастии. Солнце неприятно блеснуло в глазах у подростка, в которых уже и так был ворох из темных точек. Без промедлений прибежал Овари к лежащему товарищу и поджал уши, когда перед ним резко появилась морда секки со сцены.

— Разве вы не хотели выпить, бросив на произвол свои проблемы? О родственных душах вы думаете и говорите, как стараетесь делать все для достижения цели. Но в глубине души боитесь, страшитесь искать пути решения проблемы, дабы не разочароваться или вообще его не найти. Вникать или нет в проблемы из-за своего эгоизма тоже.

Перед Каросуки и Овари сменилась картина грязной подворотни со старыми вещами у стены на таверну, всю облитую янтарным светом и играющей в другой стороне от них традиционной мелодии. Они сидели у длинного деревянного стола, на котором были не только напитки, но и еда, приятно пахнувшая специями и бульоном. Каросуки думал осмотреться, увидеть откуда играют инструменты, но его одолела дрожь, руки в треморе бились друг о друга пальцами. Беспокойные глаза нашли Овари около себя, однако и тот дрожал, сидя на стуле, прижавшись коленками к туловищу и подогнув хвост.

— Ваши души открыты не только перед нами! — Звонко и долго проговорила какая-то сущность перед ними, медленно проявляясь на фоне стены с напитками и листовками. Множество фантомных рук схватились за стол, множество различных масок крепилось у существа. А глаза…яркие глаза сотнями смотрели с разных сторон, причиняя почти физическую боль.

— Вставайте! Вы… не помню ваших имен… Хватит здесь разлеживать! — Недовольный говор Тельсии встретил пробудившихся секки на том месте, где все и началось. Голова неестественно кружилась, смещая сцену и траву перед глазами. Ранее произошедшее слабо забылось, словно кошмар, но основные события все же крутились в голове.

— Что произошло.? — Устало пробормотал Каросуки, отряхиваясь от налипшей травы и грязи.

— Стало нудно слушать речь на сцене и тут я заметила прилавок с этими сладкими штуками. А знаете — любая еда вкусная — ценить это нужно! Хотя что я перед вами отчитываюсь, выглядите как потрепанные осо’ваму.- Сравнила дракониха лежащих на клумбе двоих друзей по несчастью, при этом жадно чавкая набранными у ближнего ларька такояки. Редко можно было увидеть такую необычную спутницу, с неизвестным прошлым, довольной.

— Осо кто…? — Овари только очухался и недовольно попятился на сытую персону. Она хотела пояснить за фауну своего края, но тут к ним подошел хранитель, звонко ударив копьем по земле.

— Граждане, у нас запрещено распитие спиртных напитков в кануны празднеств. Если вы не желали ознакомиться или специально нарушили свод правил, это вас не избавит от ответственности.- Статный на вид самец, словно читая, продиктовал предупреждение. Каросуки с Овари ускорили свой подъем и невинно помотали головами, а первый опустил крылья, не зная, что сказать.

Но тут он заметил ему знакомую недавно личность, уже которой было что предъявить. Оратор как раз спокойным шагом спустился со сцены и проходил возле них. Каросуки быстро схватил его сзади за руки и поволок к хранителю.

— Вот, я докажу вам! Этот секки сначала говорил что-то про технику и статую, ничего особенного, хоть мне так не кажется. Но потом он стал угрожать мне и моей родне! Хотел прояснить ему кое-что, но появились какие-то маски и фантомные руки, словно нас кинули в иллюзию! — Каросуки торопливо отчеканил все, что с ними случилось, даже не бросив взгляда на того, кого схватил.

— Тоесть вы сначала усомнились в словах нашего известного оратора и техника, после напали на него и о каких-то иллюзиях, что возникают совсем не у трезвых существ? Мне кажется вы сами подтвердили ваше нарушение.

Не средних лет самец в его руках был одет в отличающуюся от того, что было прежде, одежду — поношенную ткань, собранную в районе длинных широких штанов, а поверх всего тонкая накидка и множество ремней с сумками. Тот совсем не понимал происходящего и не знал его обвиняющих. Кто же тогда был тем секки, если этот на того совсем не походил? К сожалению до данного вопроса хранителю не было дела. Самец освободил невинного и повязал руки паникующим подросткам.

— Пройдемте! — Хранитель подтолнул их и повел к неизвестному зданию выше по пути. Глядя на тариантри, Овари и Каросуки подумали: «Сейчас довольно помахает нам в дорожку и убежит — только пятки сверкать будут!». Но на их удивление, драконочка перестала есть, беспокойно замотала хвостом. Что-то в текущей ситуации смущало ее, но что, она сама не знала.

— Если они не врут, то что тогда произошло на самом деле? Это что-то напоминает и это мне не нравится…

Тельсия почесала раздраженную руку, развернулась и медленно пошла, отстраняясь от места, где недавно увели секки. А подростки, по нелепой случайности и череды странных событий, в данный момент уже сидели в помещениях с бамбуковыми решетками и барьером за ними, будто насмехающимися над ними.

Под звуки прибоя у берегов и скал острова физически способные секки заколачивали поврежденные крыши и вычерпывали из своей территории налившуюся за ночь воду. Самки и еще молодые существа не оставались в стороне, также разбирая последствия шторма своими силами. Они лапами передавали доски и ведра с водой, которые после пешим путем выливали за пределами построек и улиц.

— Не отвлекайся, лови! — Донеслось с поврежденной крыши предупреждение и вниз полетела небольшая связка гнилых досок. Азуми резко подалась вниз, взмахнула крыльями и оказалась уже за пределами места, где существу внизу не удалось вовремя поймать связку. Самка сжала зубы и прикрыла глаза, неуверенно махнув лапой. Между досок возвысились магические частицы, доски и веревку постепенно окружила бирюзовая вода, собрав связку в изначальный вид. Азуми отряхнулась от пыли и пошла дальше, не забыв магией отдать материалы тому, кому они изначально предполагались. Однако, вместо слов благодарности, в ее спину воткнулся дикий взгляд. Только сильнее скрипя зубами и почесывая руку Азуми пошла дальше, посматривая время от времени на небо.

Она долго плутала по длинным запутанным улочкам в надежде отыскать причину ее сюда прибытия. Буквально недавно отсюда Азуми бежала оставив свою прошлую жизнь, но неприятная тяготеющая в душе тоска тянула вновь в это место. Знакомые улица, секки, виды и воспоминания того случая привели Азуми к тому, чего она больше всего боялась.

Секки, стоявшие возле каменного ограждения по талию, постепенно разошлись, открывая вид на набережную. Волны и бились о камни уступов острова и наплывали на песок небольшого пляжа, вблизи которого стоял порт. Со стороны Азуми было приятно наблюдать за резвящимися там детьми. Однако, увидев в них силуэт маленькой себя, она оторопела. Нежного цвета самочка с еще неокрепшими крыльями резвилась с другими, копаясь в песке и выбегая на время в воду. Ее родители в стороне выглядели нечетко и, редко посматривая по сторонам, о чем-то активно спорили. И детям это было конечно интересно, для них это выглядело чем-то забавным, их смешили выражения морд спорящих. Незнание проблем и детская невинность совсем пропустили тот момент, когда самочка снова пошла в воду искупаться и не вернулась.

Азуми помнила только то, как ее, захлебнувшуюся, откачивало множество знакомых ребят, но за родителей тогда мутный взгляд не зацепился. Все тело покрыло холодком и мурашками, а через сухое горло не хотела проходить горькая слюна. Самка быстро отошла от ограждения, еле поддерживая равновесие.

Произошел глухой стук тела о тело, Азуми упала и собиралась начать защищаться, но только заметив краем глаза ребенка, остановилась.

— Простите! У меня совсем немного времени, чтобы спрятаться.- Секки второпях отряхнулся и побежал дальше, напоследок крикнув, — Только не сдавайте меня водящему!

Ребенок скрылся за углом здания, а опешившая Азуми поставила руки за спину, так и просидев, пока не решила встать. Она решила снова подойти к ограде и посмотреть на берег — к ее спокойствию, там никого уже не было. Тяжело упав на скамейку рядом, самка опустила мембранные крылья и расслабила лапы.

Пробежит ли кто по пустеющей улице вновь, с явным намерением выиграть и поймать прячущегося. Или ребенок, которого не нашли спустя время выбежит с радостными воплями своей долгожданной победы, после стольких попыток отыграться водящему. Однако, Азуми не знала точного исхода, как Хаджимари. Просто она верила, где-то там, в бескрайней глубине души, что сделала бы тоже самое, будь она в детстве. Но мечтания постепенно сменялись волнением и неизвестностью. На небольшую площадь выходили лишь изредка только взрослые секки, но никак не дети. Беспокойство так затмило сознание, что та и осознать не успела, как перелетела через ограду на нижнюю улицу и продвинулась по направлению движения прячущегося.

Пробегая через толпы стоящих у лавок существ, Азуми вышла к промышленному району. Сердечный стук прерывал частое дыхание, а на момент резкого окрика, уши дернулись в сторону берегового обрыва. Там стояла секки в красивой одежде и тонкими очками, что цеплялись яркими нитками за ее уши. Голос той был резким и испуганно-высоким, но морда выражала только отвращение и неожиданность.

Аккуратно наклонившись над резким, но невысоким обрывом, Азуми вцепилась в дерн и прижала уши, под какофонию объяснения стоящей рядом и криков прибрежных птиц-падальщиков. Их привлекло небольшое тело, раздвинувшее конечности по сторонам и открывая мягкий живот, припорошенный налетевшим песком и пятнами грязной крови. Ребенок лежал полностью неподвижно во время того, пока самка над ним зависла.

— Почему вы не воспользовались своей энергетикой для его спасения?! По вашим оправданиям вы бы успели хотя бы смягчить падение! — Азуми наконец отошла от края и взмахом руки показала в сторону тела.

— Что вы себе позволяете? Кто мне этот ребенок, чтобы нарушать главные своды законов острова?!

— Какой-то абсурд несете, какие законы могут быть в Гринписе, да и тем более тут? — Не обратив внимания на странную особу, самка слетела с обрыва, создавая лапе сгусток жидкости, по приземлению который разделила на несколько капель, которыми отогнала птиц и других местных тварей. «Законы, законы, законы… какие к черту законы?» — руки тряслись все больше по приближению к телу, но когда Азуми хотела коснуться и проверить раны, ее уже всю бросило в тряску и слезы, соленость которых та забыла уже давно, напомнили о себе в важный момент.

Ребенок закашлял непереваренными остатками, пытаясь перевернуться, но от боли только разрыдался. Ащуми Мизуки словно посмотрела на себя со стороны, ощутила весь тот страх и немощность тела — все еще живого ребенка! Вытерев свои проявления слабости, она дрожащим голосом, оставшимися материнскими нотками, тихо что-то рассказывала, стараясь успокоить как и себя, так и пострадавшего.

Перенеся хрупкое тело на более чистое от крови пространство, Азуми промыла раны и прощупала конечности. Секки уже не кричал и не плакал, но при каждом прикосновении шипел и мотал головой.

— Обрыв не высокий, а по ощущениям не сломаны даже тонкие крылья — ты просто ушибся. Твоя непереносимая боль, от которой ты ревел, ненастоящая. — Спокойно утвердила Азуми, не говоря о том, в чем была не уверена. У него могли повредиться внутренние органы, да и все кости было не прощупать, однако, в данный момент самка не имела того, что могло бы помочь с остальным, имея в запасе только бинты и магию воды. На все она исчерпала слишком много энергии и едва валилась с ног.

Всего перемотанного друга наконец обнаружили остальные дети, которые, видимо, и играли с ним в прятки. Они о чем-то перешептывались и покрикивали, скатываясь по земле обрыва прямо на крупные камни у берега.

— Водящий, это наш…- Отрывком уловила покачивающаяся из стороны в сторону самка.

— А это кто…? — Тот, к кому обращались, указал пальцем на незнакомку рядом с перебинтованным, но уже спокойно сидящего их собрата. Азуми, постояв крайне недолго, без сил свалилась на песок, в окружении подоспевших детей. Ее мордочка упала на чьи-то маленькие руки и из пасти протяжно послышалось сопение.

Среди множества зданий на острове, через маленькие и запутанные переулки города, на которые обычно выходили лестницы и ливневые стоки, можно было добраться до неприметного здания. Подгнившие от влаги доски, прикрытые проплешинами мха, покатая крыша, которая едва держалась на подпорках дома. Однако, такое ненадёжное на первый взгляд место продолжали держать заплатки из досок с гвоздями и даже куски глины в некоторых местах у фасада.

Внутри пришедших, тащивших Азуми всеми своими силами, ждали еще секки примерно одинаковых с ними возрастов. Пернатые и не совсем быстро попрятались по лестницам и надстройкам, похожих на большие полки, но на которых жили существа. На заставленный мелкими, нужными и ненужными вещами аккуратно положили крупную незнакомку и все заинтересованные глаза переместились к пареньку в бинтах. Тот недолго помялся и рассказал все как было.

— Хойнку, мы ведь договаривались об этом с самого начала! Прятки только на знакомой нам территории! — Несмотря на крайне жалкий и извиняющийся вид самца, другой из группы возмутился на одной из частей пересказа.

— Мы больше не будем с тобой играть…-Добавила совсем маленькая самочка и надулась — ее мордочка покрылась слезами, когда она приобняла перебинтованный бок.- Ты ведь не сможешь больше играть, правда?

— Не в эти дни точно, но потом я сыграю с тобой во что только пожелаешь!

— Ребят… А это не та преступница, которая спуталась с ПОА несколько лет назад и которую обсуждала половина Ширубарейку?

Задумчиво сказал секки прямо над телом самки, держа около пасти руку и рассматривая ту. На вид он был самым старшим из присутствующих детей, но даже на нем потертое кимоно сильно свисало. За растрепанными голубоватыми волосами прятались закругленные, как у барана, рога. После им сказанных слов все крайне удивились и немного перепугались.

— С самой-то анархией? А ты уверен, Ючино? И если так, то зачем мы ее сюда принесли?

— За нами был хвост, я не мог оставить ее там, где она не бросила нашего Хойнку.

Азуми почувствовала колющую боль в районе сердца и прижала больное место рукой. Постепенно очнувшись в полной темноте и незнакомом месте, самка прижала согнутые в колени ноги ближе к себе и подвигала длинными ушами. Сопение множества существ озадачило ее, но резкий хруст досок быстро привел ее в чувство и та обернулась. До этого еле ощущавшаяся рука на голове, пошла в сторону затылка и резко дернула за волосы. Самец спереди, которого скрывала не только тьма, но и одежда с головным убором, возвысился над Азуми.

— Предупреждений скоро не будет. Либо ты выполняешь наши условия, либо устремишься в землю родную вместе со своим сыном. У нас времени также мало, как и у тебя. — Голос, который начинался серьезным тоном, под конец перетек в обеспокоенный тихий, словно шепот для самого себя.

— Дэва мин’асан! К нам проникли негодяи! — Под сильный возглас стали биться о друг друга колокольчики на нитках и трещать энергия слабой магии, которую дети не способны были еще сотворить, но какофония звуков делала свое дело.

— Твою же ш…- Самец отскочил от неожиданности к порогу, а потом и вовсе пропал в проходе. Звуки со временем утихли и вместо них зажглись свечи и небольшие фонари, подвешенные на потолке. Теплый свет приятно осветил место в углу помещения, куда позже сел рогатый секки. Он долго смотрел на самку, которая двигала своими крыльями на каждый проявленный к ней интерес среди присутствующих.

— Что тут происходит? — Озадачилась Азуми первой, после всего произошедшего, и в конец покраснела, когда к ней прикоснулась чья-то маленькая ручка. Освещенный светом, светловолосый убрал под себя желтую бумагу и оперся кончиком мордочки на две кисти, пригнувшись.

— Спасение за спасение. — Ответил названный прежде Ючино, указав на перемотанного на тряпках секки.— Но нам нужна ваша помощь.