Кто-то настойчиво пытался его разбудить.

Хайден с трудом разлепил веки, сознание возвращалось к нему медленно и неохотно. Протерев глаза, он наконец смог сфокусировать взгляд на том, кто стоял перед ним.

Оказалось, это была Робин. Её ладошка была так близко, что почти касалась его лица, а маленькая ручка нетерпеливо махала в воздухе.

— А, это ты, Робин-тян… — безвольно пробормотал юный попаданец, который оказался в этом мире три дня назад.

Сейчас он сидел на земле, прижимая к груди белый асаучи — рукоять дзанпакто в форме простого посоха, к концу которой крепилась короткая цепь.

Мальчик, который так и не смог ни в чем разобраться, пока дремал в гамаке, окончательно проснулся и осторожно прислонил меч к стволу ближайшего дерева.

Тремя днями ранее...

Хайден, закончив очередной тяжелый день на стройке, вернулся домой. Он с наслаждением погрузился в ароматную пенную ванну и, закрыв глаза, позволил себе полностью расслабиться.

Но в следующее мгновение, открыв глаза, он оказался уже здесь.

Всё произошло без малейшего предупреждения, без единого знака. Он даже ничего не успел почувствовать.

А причину, по которой он понял, что это мир «Ван Пис», а не его родной, он увидел сразу же. В поле его зрения появились две маленькие ручки, прораставшие прямо из его тела… из его собственного тела! Словно нежные розовые цветы, из его плоти появились две новые конечности.

В тёплой воде, наполненной странным, сладковатым ароматом, ошеломлённый парень тупо уставился на эти «цветы», что медленно прорастали из его плеч.

Он посмотрел налево, потом направо. Мир поплыл перед глазами.

Не успел он прийти в себя, как одна из этих рук метнулась к его шее и мягко, но угрожающе обхватила её. Вторая же рука резко ушла под воду.

Он даже не успел никак отреагировать, подчиняясь лишь инстинкту самосохранения. «Не двигаться, не двигаться…»

И тут до его слуха донёсся приятный, хотя и совсем детский голосок:

— Имя. И как ты сюда попал? — тон был абсолютно ровным.

— Я… меня зовут Хайден, — сам не понимая как, он ответил так, словно ничего особенного не происходило.

— Следующий вопрос!

Тут до него окончательно дошло, что это место — совсем не его ванная комната. Стены были сложены из больших, идеально подогнанных каменных блоков, в стене напротив виднелось открытое окно, а сама ванна была куда больше его старой…

— Э-э… я… я… — растерянный парень окончательно впал в ступор и, подняв руку из воды, почесал затылок. — …А где я, собственно?

Сказав это, он повернул голову в сторону источника голоса.

Там стояла маленькая девочка в тёмно-красном платье. Её иссиня-чёрные волосы были влажными, будто она только что вышла из душа.

И только сейчас, глядя на свою поднятую руку, Хайден кое-что заметил.

«Почему у меня голос другой? И… почему руки стали такими маленькими?»

Он тут же, забыв про странные отростки на плечах, поднял и левую руку, вертя ею так и сяк. Потом опустил взгляд вниз и сквозь пену разглядел своё новое тело, погружённое в воду.

— Я что, стал каким-то сопляком?!

— А-а-а!

Бедняга, чьё мужское достоинство только что подверглось жестокому нападению, теперь сидел за обеденным столом на первом этаже в доме тёти Робин.

Скорчив гримасу боли, он, обёрнутый в одно лишь полотенце, сжал ноги и ёрзал на стуле. Его коротенькие ножки болтались в воздухе.

А виновница его страданий сидела на стуле рядом с ним с абсолютно невозмутимым лицом, будто не она только что совершила это зверство.

Поддавшись угрозам Робин, находчивый Хайден кое-как состряпал правдоподобную историю, чтобы успокоить её. В конце концов, в этом мире чего только не бывает. Кажется, девочка, видя перед собой лишь безобидного на вид ребёнка, не нашла в его появлении ничего слишком уж странного и пощадила его.

Из короткого разговора он также узнал, где находится, и как зовут его новую знакомую — Нико Робин.

Нико Робин. Персонаж из манги «Ван Пис», член команды будущего Короля Пиратов, Мугивары Луффи. Гениальный ребёнок, ставший археологом всего в восемь лет и съевший Дьявольский фрукт Хана-Хана.

Он, конечно, помнил по аниме, что у Робин довольно тёмная сторона характера, но чтобы она была такой… коварной уже в детстве…

Парню было горько, но жаловаться было некому.

Хотя во всю эту ситуацию всё ещё верилось с трудом, две руки, выросшие из его груди, служили неопровержимым доказательством реальности происходящего.

Тук-тук-тук!

В деревянную дверь дома, расположенную совсем недалеко от стола, громко постучали.

— Робин! Живо открой мне дверь!

Это был резкий, язвительный голос её тёти. Она вернулась домой.

Стоило девочке, до этого сохранявшей ледяное спокойствие, услышать этот голос, как её лицо тут же исказилось паникой.

Малышка соскочила со стула и, понизив голос, торопливо зашептала Хайдену:

— Извращенец, быстрее, тебе пора уходить.

— Эй, погоди, — его тоже стащили со стула. — У меня же нет одежды… Робин-тян, — понимая серьёзность момента, он тоже заговорил шёпотом.

Пусть в этом мире его никто не знал, но бегать по улице голышом он точно не собирался.

Робин, тащившая его к окну на заднем дворе, замерла. На её лице отразилась напряжённая работа мысли.

Внезапно её осенило.

— Извращенец, за мной, — сказала она, так и не выпустив его маленькую ладонь.

— Я…

Честно говоря, силёнок у мальчика сейчас было поменьше, чем у его новой знакомой. Робин, съевшая Дьявольский фрукт в раннем детстве, в свои восемь лет уже отлично владела его силой. Так что Хайдену оставалось лишь пассивно следовать за ней.

Поднявшись на второй этаж, девочка привела его в свою комнату.

Тесное, полутёмное помещение выглядело довольно убого, но кровать и пространство вокруг неё были на удивление чистыми.

Робин достала из деревянного ящика рядом с кроватью серое платье, обернулась и протянула его Хайдену.

— Извращенец, надевай быстрее, — приказала она.

Парень на мгновение застыл, а над его головой словно повисли три вопросительных знака.

— Так это же твоё платье! Я такое не надену! — не раздумывая, выпалил он. Носить женскую одежду? Ни за что!

Спустя некоторое время небо за окном окрасилось в огненные цвета заката.

Переселенец, одетый в короткое платьице Робин, стыдливо прятался за её спиной. Девочка же, обнимая большую буханку хлеба, уверенно шла впереди. Они двигались по улицам оживлённого городка.

В этот час трудившиеся весь день горожане возвращались домой, кто-то заглядывал в лавки за ужином — на улицах было шумно и людно.

Однако все прохожие, как по негласному сговору, сторонились их, обходя девочку широкой дугой. Вокруг Хайдена и Робин образовался своего рода вакуум, пустое кольцо в центре оживлённой улицы.

Это бросающееся в глаза явление, конечно же, не укрылось от внимания прятавшегося парня.

«Неужели люди в детстве Робин были настолько невежественны? — подумал он. — Изгонять ребёнка лишь потому, что она обладает силой, которую они не в силах понять…»

Идя за ней, мальчик невольно смотрел на её маленькую, но прямую спину.

Выражение лица самой Робин при этом ничуть не менялось. Для неё подобное обращение, похоже, стало горькой обыденностью.