– Я наконец-то нашел

для тебя достойного жениха, дорогая, – объявил отец, вытирая губы салфеткой.

Лежа на коленях у своего старшего брата Цезаря, я

почувствовала непреодолимое желание убежать обратно в свою спальню и выблевать

всю еду, которую только что съела.

Мой второй брат Энцо, до сих пор деловито жевавший ужасно

вонючую кнели, бросил вилку и закричал в знак протеста:

– Только не снова!

Отец, сколько раз это уже было?

– Энцо.

– Не прошло и трех

месяцев с тех пор, как ее последняя помолвка была расторгнута! Независимо от

того, что наша семья выиграет от этого брака, разве ты не должен по крайней

мере попытаться учесть ее чувства?

– Какой сюрприз

увидеть тебя на стороне своей младшей сестры. Тогда ты предпочел бы сразиться с

варварами сам, вместо того чтобы принять поддержку Британии?

– О чем ты говоришь?

У этих диких варваров на севере не было бы ни единого шанса против такого, как

я, – величайшего, благороднейшего солдата. Ха...

– Замолчи, мальчик мой.

Великий и благородный солдат взял оставшуюся часть кнели со

своей тарелки и запихнул ее себе в рот, агрессивно жуя в знак протеста.

Однако предложение руки и сердца не стало для меня

неожиданностью. Я знала, что рано или поздно это произойдет.

– Кто он, отец? –

весело спросила я.

Отец, до этого неодобрительно смотревший на Энцо, оглянулся

в мою сторону и улыбнулся.

– Он герой Британии.

Любимый племянник короля и знаменитый рыцарь Юга. Он очень красив. Уверен, он

тебе понравится.

– Что?! Отец, ты

знаешь, насколько плохая у него репутация?!

– Мальчик мой, я разве

с тобой разговаривал?

Энцо снова замолчал.

Никто из них понятия не имел, что этот красивый рыцарь

однажды убьет всю их семью. О бедные, несчастные создания этого мира…

– Руби?

Пока я притворялась, что на мгновение заколебалась, Цезарь, гладивший

меня по голове, вновь позвал меня. На этот раз его длинные пальцы нащупали мой

затылок. Я содрогнулась от отвращения. Это было похоже на холодную змею,

скользящую по моей шее.

Я медленно подняла голову и встретилась глазами с Цезарем.

Взглянув в его жуткие лазурные глаза, я перевела взгляд на Энцо, который

недовольно хмурился, а затем на леди Джулию и моего отца рядом с ней: оба

сидели прямо, уравновешенные и исполненные достоинства, как всегда.

– Спасибо тебе,

отец. Я благодарна, что могу хотя бы чем-то помочь всем вам в этом браке.

Цезарь скривил губы в редкой нежной улыбке и прижал их к

моему лбу.

– Идеально. Как всегда,

наш милый маленький ангел, – прошептал он.

Теперь мне действительно захотелось блевать. Но у меня были

более неотложные дела, чем рвота. В конце концов, красивый рыцарь Юга тоже

собирался убить меня.

С этим несвоевременным крушением вертолета я подумала, что

моя утомительная жизнь подошла к концу и я наконец-то могу отдохнуть. Но, если

бы я знала, что меня перевоплотят в леди эпохи Возрождения и по

совместительству в героиню романа, который я читала давным-давно, а что еще

хуже, заставят выживать в среде, что была такой же мерзкой, как и моя

предыдущая жизнь, думала бы я так же?

Собирайся я перевоплотиться в персонажа этого романа, разве

не могла бы по крайней мере родиться в приличной семье?

– Фу!

Я почувствовала, как мой желудок напрягся, а глаза начали

слезиться. Я достаточно хорошо научилась молча блевать, чтобы мне не нужно было

беспокоиться о том, что меня поймают служанки, но тем не менее каждый раз это

все равно было очень мучительно.

Одной общей чертой между моими старой и новой жизнью была

анорексия, или, как сейчас это называют, расстройство пищевого поведения. Еще до

того, как стала Рудбекией де Борджиа — я имею в виду, до того, как умерла, — я

была приемной дочерью в семье высшего класса в Испании. Думаю, вы могли бы

сказать, что я была ребенком милосердия.

Будучи удочеренной в очень юном возрасте, я ничего не знала

о так называемом «Корейском полуострове», где родилась. Как и мои приемные

братья и сестры, я училась в престижной частной школе в Мадриде и жила жизнью,

полной занятий балетом, теннисного клуба, верховой езды и благотворительных

мероприятий.

Думаю, в первый раз я почувствовал себя не так, как

окружающие меня дети, где-то в 4-м классе, когда мальчик из моего класса

смеялся надо мной, отводя глаза. Сначала я не поняла, что это значит, поэтому

просто рассмеялась вместе с остальными детьми в моем классе. Я думала, что мои

глаза были круглыми, как и у всех остальных, поэтому понятия не имела, что он

издевается именно надо мной.

Со временем я оцепенела от расизма, с которым столкнулась в

школе, но, что касается моей жизни дома, несмотря на утонченный, гостеприимный

фасад моей приемной семьи, всегда существовало негласное правило, что ко мне

должны относиться по-другому, что я посторонний.

У каждого из моих приемных родителей был отдельный любовник,

а мой второй брат, являющийся восходящей звездой тенниса, был публично

разоблачен за свою беспорядочную личную жизнь и наркоманию. Единственной в моей

приемной семье, кто иногда хорошо относился ко мне, была моя старшая сестра, и

она покончила с собой в возрасте двадцати одного года. Что касается моего

старшего брата, я быстро поняла, что он был таким же монстром, как и его отец.

Поэтому у меня вошло в привычку играть роль умной,

жизнерадостной и послушной дочери, так как, если я когда-нибудь причиню хоть

малейший стыд своей семье или хоть в малейшей степени оскорблю их, мне придется

чертовски дорого заплатить. И, когда я проснулась здесь, все было точно так же.

Сначала я подумала, что у меня просто предсмертные галлюцинации. Но, когда я посмотрела

в зеркало, вместо того чтобы увидеть свое лицо, на меня смотрела красивая

девушка западной внешности.

Мне потребовалось несколько дней, чтобы понять, что я стала

Рудбекией де Борджиа – персонажем фантастического романа «Содом и Святой Грааль»,

который я читала в подростковом возрасте.

Действие романа происходило в эпоху Ренессанса и вращалось

вокруг истории о мерзком, коррумпированном папе, злоупотреблявшем своей

властью, чтобы подчинять других. Это была история о странах севера и

духовенстве, храбро поднявшихся и объединившихся, дабы свергнуть нечестивого

папу, его семью и весь дом Борджиа.

Слово «Содом» в названии относилось к жителям региона Северная

Романья в Италии, а «Святой Грааль» был метафорой святого места Ватикана. А что

касается меня счастливицы, то я перевоплотилась в Рудбекию — единственную дочь

папы римского.

Мне, Рудбекии, было суждено умереть, и умереть не от кого

иного, как от рук моего будущего мужа.

Мои отец и старший брат, пытаясь получить еще большее

политическое влияние, были одержимы идеей выдать Рудбекию замуж. И после трех

неудачных помолвок и еще одной отмены в последнюю минуту она вышла замуж за Айзека

ван Омерту из Британии.

Что касается того, почему такой благородный и строгий

человек, как Айзек, сошел с ума и решил убить всю семью своей жены, пробыв в

браке всего шесть месяцев, то именно Рудбекия свела его с ума.

Не любовь заставила его обезуметь, а ненависть — ненависть к

Рудбекии, отравившей его младшую сестру. Цезарь неверно оценил степень ярости

Айзека.

Однако, когда думаю об этом, то больше, чем злюсь из-за

того, что Рудбекия убила его младшую сестру, мне кажется, что Айзеку просто

надоела его предательская сучья жена, из-за чего в итоге он и убил ее.

Как бы то ни было, вполне ясно, что Рудбекия выполняла

приказы Цезаря; и, если мои смутные воспоминания верны, Рудбекия тоже не была

величайшей личностью.

На самом деле я помню, что после того, как она переехала на

Север, окружающие знали ее как злого шпиона папы римского, а также ее, как

известно, не любили за пренебрежение элементарными правилами этикета и

обращение с другими женщинами как со служанками. Это включало драгоценную

младшую сестру ее мужа и даже ее друзей детства.

Но теперь, когда прожила как Рудбекия три года, я начала

понимать, почему она так себя вела. «Любимая принцесса Романьи», «Ангел Систины»

— все это было простой игрой, совсем как в моей прежней жизни в Испании.

– Руби?

Услышав его стук, я сунула свой пакетик с мятными конфетами

в ящик стола и встала. Он открыл мою дверь еще до того, как я ответила, как он

всегда и делал.

– Цезарь.

Цезарь, официально известный как кардинал Валентино, все еще

находился в черной мантии, в которой был на обеде. У него были черные, как

смоль, волосы отца и глубокие лазурные глаза. И, хотя люди описывали его как

дьявольски красивого, мне он казался ближе к дьяволу. Меня немного утешало то,

что мы с ним совсем непохожи.

– Ты выглядела

расстроенной, поэтому я забеспокоился и пришел проведать тебя.

Я подыграла ему, как

обычно.

– Ах, Цезарь, ты

слишком хорошо меня знаешь.

– Ты недовольна предложением

руки и сердца? Можешь быть честна со мной.

После того как приблизился ко мне, Цезарь остановился,

повернув голову к маленькой статуэтке черепахи на моей тумбочке. Он, казалось,

смотрел на нее с какой-то глубокой привязанностью. Тот факт, что я абсолютно

презирала черепах, был моим тщательно охраняемым секретом.

– Дело не в этом… Я

не знаю, просто… север так далеко. Я не смогу часто видеть тебя, пока буду там,

и боюсь, что буду ужасно одинока.

– Почему тебе должно

быть одиноко? Ты будешь со своим мужем.

– Для меня это

ничего не значит. Имей я возможность поступить по-своему, осталась бы здесь и

жила бы с тобой вечно, Цезарь.

– Для меня большая

честь, что самая красивая женщина Романьи так сильно заботится обо мне.

Цезарь подошел ко мне и положил руку мне на голову. Его губы

изогнулись в довольной улыбке. Я дала ему ответ, который он хотел услышать.

Он провел рукой по моей щеке, и я продолжила подыгрывать,

закрыв глаза, как бездомный котенок, которого гладят.

Никто не мог сказать, когда рука, которая так нежно

гладила меня, станет жестокой. Хотя до сих пор мне удавалось удерживать его и

остальных членов моей семьи на своей стороне, я лучше, чем кто-либо другой,

знала, что, если они сочтут это нужным, окружающие меня люди в одно мгновение отвернутся

от меня.

— Я наконец-то нашел для тебя достойного жениха, дорогая, — объявил отец, вытирая губы салфеткой.

Лежа на коленях у старшего брата Чезаре, я почувствовала непреодолимое желание убежать обратно в свою спальню и выблевать всю еду, которую я только что съела.

Мой второй брат Энцо, который деловито поглощал ужасно вонючие кнели, отбросил вилку и протестующе вскрикнул:

— Только не снова! Отец, сколько раз ты уже вмешивался?

— Энцо.

— Не прошло и трех месяцев с тех пор, как ее последняя помолвка была расторгнута! Независимо от того, что наша семья выиграет от этого брака, разве ты не должен хотя бы попытаться учесть ее чувства?

— Какой сюрприз видеть тебя на стороне твоей младшей сестры. Тогда ты предпочел бы сражаться с варварами сам, вместо того, чтобы принимать поддержку Британии?

— О чем ты говоришь? У этих диких варваров на севере не было бы ни единого шанса против меня, величайшего, самого благородного солдата, чтобы...

— Замолчи, мальчик.

Великий благородный солдат взял остаток кнели со своей тарелки и запихнул ее в рот, агрессивно пережевывая знак протеста.

По правде говоря, предложение руки и сердца не было для меня неожиданностью. Я знала, что рано или поздно это произойдет.

— Кто же это, отец? — весело спросила я.

Отец, который неодобрительно смотрел на Энцо, повернулся в мою сторону и улыбнулся.

— Он герой Британии. Любимый племянник короля и знаменитый рыцарь Юга. Он очень красивый. Я уверен, что он тебе понравится.

— Что? Отец, ты знаешь, какая у него плохая репутация?!

— Мальчик, я с тобой разговаривал?

Энцо снова замолчал.

Никто из них понятия не имел, что этот красивый рыцарь однажды уничтожит всю их семью. О, бедные, несчастные создания этого мира…

— Руби?

Когда я на мгновение притворилась, что колеблюсь, Чезаре, который гладил меня по голове, снова позвал меня. На этот раз его длинные пальцы нащупали мой затылок. Я содрогнулась от отвращения. Это было похоже на холодную змею, скользящую по шее.

Я медленно подняла голову и встретилась взглядом с Чезаре. Взглянув в его жуткие лазурные глаза, я перевела взгляд на Энцо, который недовольно хмурился, а затем на леди Джулию и моего отца рядом с ней. Оба сидели прямо, благородные и достойные, как всегда.

— Спасибо, отец. Я благодарна, что могу, по крайней мере, быть тебе чем-то полезна, вступая в этот брак.

Чезаре скривил губы в редкой нежной улыбке.

— Совершенна, как всегда, наш милый маленький ангел, — прошептал он.

Теперь мне действительно захотелось блевать.

Но у меня были более важные дела, чем тошнота. В конце концов, красивый рыцарь Юга тоже собирался убить меня.

С этим несвоевременным крушением самолета я подумала, что моя утомительная жизнь наконец-то подошла к концу и я в конце концов смогу отдохнуть. Но если бы я знала, что перевоплощусь в леди эпохи Возрождения и в персонажа романа, который я читала давным-давно, и, что еще хуже, буду вынуждена выживать в среде, которая была такой же мерзкой, как и моя предыдущая жизнь, я бы все еще думала так же?

Раз мне предстояло перевоплотиться в персонажа этого романа, разве я не могла, по крайней мере, родиться в приличной семье?

— Тьфу!

Я почувствовала, как мой желудок напрягся, а глаза начали слезиться. Я достаточно хорошо научилась бесшумно блевать, поэтому мне не нужно было беспокоиться о том, что меня поймают горничные. Но, тем не менее, это все еще было мучительно каждый раз.

Одной общей чертой между моей старой и новой жизнью была анорексия, или, как ее сейчас называют, расстройство пищевого поведения. До того, как я стала Рудбекией де Борджиа — я имею в виду, до того, как я умерла, — я была приемной дочерью в семье высшего класса в Испании. Думаю, вы могли бы сказать, что я была ребенком милосердия.

Будучи удочеренной в очень юном возрасте, я ничего не знала о так называемом «Корейском полуострове», где я родилась. Как и мои приемные братья и сестры, я посещала престижную частную школу в Мадриде и жила жизнью, полной занятий балетом, тренировок в теннисном клубе, верховой езды и благотворительных мероприятий.

Думаю, что в первый раз я почувствовала себя не такой, как окружающие меня дети, где-то в четвертом классе, когда мальчик из моего класса смеялся надо мной, отводя глаза. Сначала я не поняла, что это значит, поэтому просто рассмеялась вместе с остальными детьми в моем классе. Я думала, что мои глаза были круглыми, как у всех остальных, поэтому я понятия не имела, что он издевался надо мной.

Со временем я перестала обращать внимание на проявления расизма, с которыми сталкивалась в школе. Но что касалось моей жизни дома, несмотря на утонченный, гостеприимный фасад моей приемной семьи, всегда существовало негласное правило, что ко мне должны относиться по-другому, что я чужачка.

У каждого из моих приемных родителей был свой любовник, а мой второй брат, который был восходящей звездой тенниса, был публично разоблачен за свою беспорядочную личную жизнь и наркоманию. Единственной в моей приемной семье, кто иногда хорошо относился ко мне, была моя старшая сестра, но она покончила с собой в возрасте двадцати одного года. Что касается моего старшего брата, я быстро поняла, что он был таким же монстром, как и его отец.

Так что у меня вошло в привычку играть роль умной, жизнерадостной и послушной дочери, поскольку, если бы я когда-нибудь принесла хоть малейший позор своей семье или хоть в малой степени оскорбила их, мне пришлось бы чертовски дорого заплатить за это. И когда я проснулась здесь, все было точно так же.

Сначала я подумала, что это были просто мои галлюцинации, прежде чем я скончалась. Но когда я посмотрела в зеркало, то увидела, что вместо моего лица на меня смотрела красивая западная девушка.

Мне потребовалось несколько дней, чтобы понять, что я стала Рудбекией де Борджиа — персонажем фантастического романа «Содом и Святой Грааль», который я читала в подростковом возрасте.

Действие романа происходило в эпоху Ренессанса. Его основным сюжетом была повесть о мерзком коррумпированном папе римском, который злоупотреблял своей властью, чтобы подчинять себе других. Это была история о странах Севера и духовенстве, храбро поднявшихся и объединившихся, чтобы свергнуть нечестивого папу, его семью и весь дом Борджиа.

Слово «Содом» в названии относилось к жителям региона северная Романья в Италии, а «Святой Грааль» был метафорой святого места Ватикана. А что касается меня, то, к счастью, я перевоплотилась в Рудбекию — единственную дочь папы римского.

Мне, Рудбекии, было суждено умереть от рук моего будущего мужа.

Мой отец и старший брат, пытаясь получить еще больше политического влияния, были одержимы идеей выдать замуж Рудбекию. И после трех неудачных помолвок она вышла замуж за Айзека ван Омерту из Британии.

Что касается того, почему такой благородный и строгий человек, как Айзек, сошел с ума и решил убить всю семью своей жены после того, как прожил в браке всего шесть месяцев, то именно Рудбекия свела его с ума.

Не любовь заставила его сойти с ума, а ненависть. Ненависть к Рудбекии, которая отравила его младшую сестру. Чезаре неверно оценил степень ярости Айзека.

Однако, когда я об этом задумываюсь, мне кажется, что все это произошло не по причине его злилости из-за того, что Рудбекия убила его младшую сестру, а скорее из-за того, что Айзек просто не смог больше терпеть свою жену-предательницу и в итоге убил ее.

Как бы то ни было, совершенно понятно, что Рудбекия выполняла приказы Чезаре. И, если мои смутные воспоминания были верны, Рудбекия тоже не была величайшей личностью.

На самом деле, я помню, что после того, как она переехала на Север, окружающие знали ее как злую шпионку папы римского. И ее, как известно, не любили за пренебрежение элементарным этикетом и за обращение с другими женщинами как со служанками. Такое отношение не миновало и драгоценную младшую сестру ее мужа, и даже ее друзей детства.

Но теперь, когда я прожила как Рудбекия три года, я начала понимать, почему она вела себя так. «Любимая принцесса Романьи», «Ангел Систины» — все это было просто игрой, как и моя прежняя жизнь в Испании.

— Руби?

Услышав стук в дверь, я сунула мешочек с мятными конфетами в ящик стола и встала. Он, как обычно, открыл мою дверь еще до того, как я ему ответила.

— Чезаре.

Чезаре — официально известный как кардинал Валентино, — все еще был в черной мантии, которая была на нем за ужином. У него были черные как смоль волосы — такие же, как у его отца, и глубокие лазурные глаза. И хотя люди описывали его, как дьявольски красивого, мне он казался больше похожим на настоящего дьявола. Для меня было небольшим утешением то, что мы с ним совсем не похожи.

— Ты выглядела расстроенной чуть раньше, так что я забеспокоился и пришел проведать тебя.

Я подыграла ему, как обычно.

— О, Чезаре, ты слишком хорошо меня знаешь.

— Ты недовольна предложением руки и сердца? Ты можешь быть честна со мной.

Подойдя ко мне, Чезаре остановился, повернув голову к маленькой статуэтке черепахи на моей тумбочке. Казалось, он смотрел на нее с какой-то глубокой привязанностью. Это был мой тщательно охраняемый секрет, но я абсолютно презирала черепах.

— Дело не в этом… Я не знаю. Просто Север так далеко отсюда. Я не смогу часто видеть тебя, пока буду там. Я боюсь, что мне будет ужасно одиноко.

— Почему тебе должно быть одиноко? Ты будешь со своим мужем.

— Для меня это ничего не значит. Если бы я могла поступить по-своему, я бы осталась здесь и жила с тобой вечно, Чезаре.

— Для меня большая честь, что самая красивая женщина Романьи так сильно заботится обо мне.

Чезаре подошел ко мне и положил руку мне на голову, его губы изогнулись в удовлетворенной улыбке. Я дала ему ответ, который он хотел услышать.

Он провел рукой по моей щеке, и я продолжила подыгрывать, закрыв глаза, как бездомный котенок, которого гладят.

Никто не мог сказать, когда рука, которая так нежно гладила меня, станет жестокой. Хотя до сих пор мне удавалось удерживать его и остальных членов моей семьи на своей стороне, я лучше, чем кто-либо другой, знала, что, если они сочтут это нужным, люди вокруг меня в одно мгновение отвернутся от меня.

Как бы то ни было, он, несомненно, был странным человеком.

Несмотря на то что Цезарь был одержим мною и цеплялся за меня, он без раздумий использовал меня как пешку в своей политической игре. Лишь знаю, что он, возможно, думал обо мне как об очередной своей вещи.

Три года назад, когда только свыклась с мыслью, что стала пятнадцатилетней Рудбекией, я совершила ошибку, отказавшись от договорной помолвки с герцогом Рембрантом.

Со знаниями о том, что позже он сыграет ключевую роль в смерти моей семьи, я обнулила нашу помолвку аккурат перед свадебной церемонией, используя унизительный предлог «телесной несовместимости».

Хотелось сделать все возможное, чтобы защитить свою новую семью, что так хорошо ко мне относилась, и остановить любого врага, по сюжету выступившего бы против них.

Но, когда я высказала свое нежелание выходить за него замуж, уже привычная доброта отца сменилась на холодное, как лед, презрение, заставляющее тело дрожать от до боли знакомого страха. Той ночью Цезарь запер меня в моей комнате и избивал, пока я едва ли не теряла сознание от боли.

События несколько раз повторили себя, прежде чем пришло осознание, что между моей прошлой и нынешней жизнями нет никакой разницы. Возможно, частично это также было благодаря знанию, что Рудбекия не являлась родной дочерью папы.

Биологическая мать Рудбекии, моя мать, была убита сразу после родов и прежде, чем папа встретил свою вторую официальную любовницу, Кармен. Большинство людей вокруг меня уже подозревали, что я незаконнорожденная дочь папы, и, ну, поскольку история уже была мною прочитала, я знала, что их подозрения были верны.

Носить маску и притворяться семьей с людьми, с которыми не разделяешь ни капли общей крови, с опытом из прошлой жизни было уже обыденно. И после того, как я стала Рудбекией, моя анорексия проявила себя вновь.

– Мне больно видеть, как ты тоже уходишь. Обещаю, это в последний раз, – сказал Цезарь.

– Но я слышала, что там опасно…

– «Опасно»? Тебя круглосуточно будет охранять легион элитных рыцарей, не о чем переживать. И я попытаюсь навещать тебя как можно чаще. Все не так плохо. В каждом месте есть что-то хорошее. Просто думай об этом как о шестимесячном отпуске.

– «Шестимесячном»? Точно ли только полгода?

Я уже знала, сколько именно пройдет на самом деле, но все равно притворилась удивленной.

Он усмехнулся и обмотал локон моих волос вокруг пальца, поднеся их к носу.

– Да, просто продержись шесть месяцев. Он все равно ничего тебе не сделает, так что не стоит волноваться.

Не об этом я переживала.

– Ты правда будешь навещать меня как можно чаще?

– Правда.

Я молилась, чтобы это было не так.

Попытки убедить рыцаря, ставшего моим мужем, не убивать меня в теории были такими же сложными, как и на практике. Даже откажись я отравить его младшую сестру, для этого наняли бы кого-то еще, а по итогу все равно обвинили бы меня.

Если я собираюсь остановить своего мужа от отравления его сестры в течение шести месяцев, мне нужно начать убеждать его и других людей в своем окружении, которые искренне терпеть меня не могут, что перед ними безобидная девушка, и к тому же их союзник.

По крайней мере, это мало чем отличается от поведения, которое мне навязывали в предыдущих семьях.

Айзек и Омерта.

Как преемнику легендарной техники боевого искусства своего отца, ему был дан титул рыцаря в пятнадцать лет, и к семнадцати годам он был награжден как самый юный чемпион королевства в знаменитом трехгодичном дуэльном турнире.

Через свои геройские подвиги в качестве паладина он стал еще более известным и знаменитым среди людей, но из-за своего упрямства и твердолобости отказывался от любых предложений женитьбы, которые получал, чем был крайне недоволен его отец.

Единственными женщинами, с которыми он был близок, были его младшая сестра, Элления ван Омерта, и его подруга детства, Флая ван Брайнна. Если правильно помню, сдержанность Айзека была по большей части связана со смертью матери.

Его мать, бывшая однажды юной принцессой, была до беспамятства влюблена в герцога, но после того, как стала герцогиней Омерта и родила ребенка, покончила жизнь самоубийством еще до совершеннолетия детей. По всей видимости, ее смерть сильно повлияла как на Айзека, так и на Эллению.

Люди верят, что душа самоубийцы должна испытывать вечные муки, так что смерть их матери, как следствие, стала запретной темой.

Если честно, слишком много времени прошло с тех пор, как я читала новеллу. Большинство событий сильно смазались в моей памяти. Хотелось бы вспомнить больше…

Причина, по которой Айзек беспрекословно принял женитьбу с Рудбекией, была не в том, что отец как-либо надавил на него, а в том, что Элления согласилась выйти замуж за второго сына папы – Энцо.

Ватикан страдал от набегов варваров на северной границе и, учитывая внутренние конфликты, остро нуждался в помощи.

Получить элитных рыцарей Британии в качестве подкрепления – вот цель этого политического брака.

После объявления о помолвке за ужином отец работал не покладая рук, чтобы успеть подготовиться к свадьбе. Британии отправили огромное приданое и разнообразие изысканных подарков, а после официального подтверждения свадьбы отец начал готовить меня к незамедлительному отъезду в вышеназванную страну.

Думалось мне, что спустя три года наконец-то привыкну, но каждый раз, когда гляжу в зеркало, перед глазами предстает совершенно незнакомый образ.

Спиралевидные локоны ниспадают золотым каскадом; голубые глаза сияют, словно водная гладь озера; упругие щечки и нежные губы совершенно отличаются от тех, что принадлежали моему родному телу. Единственное, в чем мы хоть чем-то схожи, – это длинные волосы и миниатюрная фигура.

В детстве я всегда остро реагировала на то, что отличалась от других детей, но, что забавно, теперь даже иногда тоскую по старому облику.

– Моя прекрасная доченька, – сказал отец с теплой улыбкой, притягивая меня в свои в объятья.

Мне было восемнадцать, а значит, по стандартам этого мира я уже считалась взрослой, но отношение ко мне во многом оставалось как к ребенку. К примеру, Цезарь всегда усаживал меня на коленки и гладил мне голову, словно своему питомцу.

– Ты будешь прекрасной невестой, дорогая. Север полюбит тебя.

– Отец…

– Ох, не нужно печалиться. Не плачь, моя дорогая. Мы не будем вечно порознь.

Вопреки услышанному, я желала, чтобы это была наша последняя встреча. Разумеется, я плакала, но то лишь было частью моей работы.

Отец хихикнул, увидев мое нежное лицо, покрытое слезами.

– Я буду скучать по вам.

– Мы тоже, очень сильно. Я бы отправил брата сопровождать тебя в пути, но сейчас, к сожалению, это невозможно.

И слава богу. Страшно было видеть, как посланники с Севера, словно стервятники, пожирали нашу семью взглядом. Неужели отца совершенно не волнуют будущие слухи обо мне и Цезаре?

– Уа-а-а, не могу принять этот бред! Неужели я один расстроен? Уа-а-а!

– Энцо.

– Уа-а-а… Иди сюда, дурочка!

Энцо, пинавший землю и дувшийся сам на себя, крепко обнял меня. Несмотря на его горячий нрав и все совершенные им злодеяния, я никогда не чувствовала дискомфорта рядом с ним. В каком-то смысле он был единственным нормальным человеком в семье.

– Я буду скучать.

– И я, дурашка.

Продолжая ворчать, он сжал меня еще сильнее, отчего я едва ли могла дышать.

Понаблюдав за этим процессом, Цезарь подошел и разорвал эти объятья.

– Достаточно, Энцо. Ты же не хочешь, чтобы она задохнулась?

Шесть месяцев...

Было неясно, что случится после этого, но в одном я была уверена: если Цезарь погибнет, я не пророню ни слезинки.

Даже если все семейство Борджия вырежут, не думаю, что расстроюсь.

– Руби.

От прикосновения ледяной тыльной стороны ладони Цезаря к моим заплаканным щекам по спине пробежали мурашки. Я чувствовала, как его глаза смотрели прямо в душу, словно гадюки, желавшие меня придушить.

Именно это меня пугало. Это был тот самый страх, что заставил подчиниться Цезарю. Во многом этот человек напоминал мне старшего брата из прошлой жизни.

– Цезарь, ты должен посетить меня, понял?

– Конечно-конечно. Обещаю. А пока веди себя хорошо, ладно?

«Как забавно порой проявляются инстинкты выживания»… вот о чем я думала в тот момент.

Несмотря на то что переродилась и проживаю даже более жалкую жизнь, чем предыдущую, я все равно стремилась выжить всеми силами. Не правда ли забавно?

Как бы ни думали люди с юга, на севере идут не только снег и дождь.

Летом солнце ярко светит, хотя погода при этом не такая же жаркая или влажная, как на юге. Проблема была в том, что солнце можно было увидеть лишь в этом сезоне.

Каждые три года границы страны открывали и солдат соседних стран приглашали принять участие в великом турнире дуэлей.

В ясные солнечные летние выходные толпы детей собирались посмотреть на битвы орущих мужчин, покрытых пылью.

Лорд Иван взглянул на своих сверстников одновременно с жалость и угрозой, после чего направился к человеку, ведущему их.

– Могу я с вами немного поговорить?

Мужчина бросил свой меч на землю и снял шлем, наклонив голову.

Его заостренная челюсть и длинные ресницы были нежными, почти ангельскими, что контрастировало с агрессивным взглядом его ало-красных глаз.

Блестящее от пота лицо, угольно-черная от пыли броня и рост под два метра создавали образ демона, только что выбравшегося из глубин ада.

В любом случае, он, несомненно, был странным человеком.

Несмотря на то, что Чезаре был одержим мной и буквально цеплялся за меня, он не выказывал ни малейшего колебания, используя меня как пешку в своих политических схемах. Как мне кажется, он, скорее всего, просто воспринимал меня как одну из его вещей.

Три года назад, когда я только свыклась с тем фактом, что стала пятнадцатилетней Рудбекией, я совершила ошибку, отказавшись от брака по договоренности с герцогом Рембрандтом.

Зная заранее, что герцог позже станет ключевой фигурой в гибели моей семьи, я аннулировала наш брак прямо перед тем, как должна была состояться свадьба, используя унизительный предлог «физической несовместимости».

Я хотела сделать все, что в моих силах, чтобы защитить свою новую семью, которая так хорошо относилась ко мне, и остановить любых врагов, которые позже будут замышлять против них заговор.

Но как только я выразила свое нежелание выходить замуж за герцога, обычное теплое выражение лица отца сменилось ледяным хмурым взглядом, который заставил мое тело дрожать от страха. В ту ночь Чезаре запер меня в моей же комнате и избивал до тех пор, пока я чуть не потеряла сознание от боли.

Именно после того, как эти события повторились пару раз, я поняла, что нет никакой разницы между моей старой и новой жизнью. Может быть, отчасти это было еще и потому, что я знала, что Рудбекия на самом деле не была биологической дочерью папы римского.

Биологическая мать Рудбекии — моя мать, — была убита сразу же после родов. Это произошло еще до того, как папа встретил свою вторую официальную любовницу — Кармен. Большинство людей вокруг меня уже подозревали, что я не являюсь законным ребенком папы римского, и, поскольку я сама уже читала эту историю, я знала, что их подозрения были верны.

Все было точно так же, как и в моей предыдущей жизни: мне приходилось каждый день надевать маску и притворяться семьей с людьми, с которыми меня не связывало ни капли родственной крови. И после того, как я стала Рудбекией, моя анорексия проявилась снова.

— Мне тоже больно видеть, что ты уходишь. Это будет последний раз, когда случится что-то подобное, я обещаю, — сказал Чезаре.

— Но я слышала, что там опасно...

— Опасно? Тебя круглосуточно будет охранять легион элитных рыцарей. Тебе не о чем беспокоиться. Я тоже постараюсь навещать тебя как можно чаще. Это будет не так уж плохо. В каждом месте есть что-то, что может понравиться. Просто думай об этом как о шестимесячном отпуске.

— Шесть месяцев? Это действительно займет шесть месяцев?

Я уже точно знала, как долго это продлится, но все равно притворилась удивленной.

Он усмехнулся и намотал прядь моих волос на свой палец, а после поднес ее к своему лицу.

— Да, тебе просто нужно продержаться шесть месяцев. Он все равно ничего тебе не сделает, так что тебе не о чем беспокоиться.

Это было совсем не то, о чем я беспокоилась.

— Ты действительно будешь часто навещать меня?

— Да.

[[image:/storage/reader-images/090e13086cc668f24cb035f7517c843fbb8b0d3c.jpg]]

Я молилась, чтобы он этого не сделал.

Пытаться убедить рыцаря, который стал моим мужем, не убивать меня и так будет достаточно сложно. Даже если бы я отказалась отравить его младшую сестру, для этого наняли бы кого-нибудь другого. И в конечном итоге все равно обвинили бы в этом меня.

Если я собиралась предотвратить отравление младшей сестры моего мужа, которое должно было произойти через шесть месяцев, я должна была начать с того, чтобы убедить своего мужа и других людей вокруг меня, все из которых страстно ненавидели меня, что я безвредна и что я их союзник.

По крайней мере, это ничем не отличалось от того, как я была вынуждена вести себя со своими предыдущими семьями.

Айзек ван Омерта.

Продолжатель легендарной техники боевых искусств своего отца, он получил титул рыцаря в пятнадцать лет. А в возрасте семнадцати лет был коронован как самый молодой чемпион королевства в знаменитом трехгодичном турнире по дуэлям.

Благодаря своим героическим подвигам в качестве паладина, он стал еще более известным и прославленным среди людей. Но из-за своего упрямого и своевольного характера он отказывался от каждого предложения руки и сердца, которое получал. Его отец было очень этим недоволен.

Единственными женщинами, с которыми он был близок, были его младшая сестра Элления ван Омерта и его подруга детства Фрейя ван Брианна. Если я правильно помню, его сдержанный характер был в значительной степени обусловлен смертью его матери.

Его мать, будучи юной принцессой, была страстно влюблена в герцога. Но позже она стала герцогиней Омерты и родила. А когда ее дети были еще маленькими, она покончила с собой. Похоже, ее смерть оказала глубокое влияние как на Айзека, так и на Эллению.

Люди верили, что душа человека, совершившего самоубийство, обречена на вечное проклятие, поэтому смерть их матери стала запретной темой.

Честно говоря, я так давно читала этот роман, что мои воспоминания о большей части истории были смутными. Жаль, что я не могла вспомнить больше…

Причина, по которой Айзек послушно согласился на брак с Рудбекией, заключалась не в каком-либо принуждении со стороны его отца, а в том, что Элления была настроена выйти замуж за второго сына папы — Энцо.

Ватикан изо всех сил боролся с варварами на своей северной границе и, учитывая дополнительные трудности внутреннего конфликта, остро нуждался в подкреплении.

Получение помощи элитных рыцарей Британии — вот в чем был смысл этих политических браков.

После того, как о будущем браке было объявлено за ужином, мой отец молниеносно занялся подготовкой к свадьбе. Огромное приданое и множество изысканных подарков были отправлены в Британию. И после того, как мой брак с представителем Британии был официально оформлен, отец начал готовить меня к немедленному отъезду в эту страну.

Я думала, что через три года я наконец привыкну к этому, но каждый раз, когда я смотрела в зеркало, я все еще поражалась незнакомой женщине, которую видела.

Ее волосы ниспадали на плечи каскадом из спиральных золотых нитей. Ее глаза были сияющими голубыми озерами. Ее упругие щеки и нежные губы ни в малейшей степени не напоминали мое первоначальное лицо. Единственными вещами, которые имели отдаленное сходство моими двумя телами, были мои длинные волосы и хрупкая фигура.

Когда я была ребенком, я всегда была чувствительна к тому, что я выгляжу иначе, чем другие дети, что окружали меня. Но, как ни странно, сейчас бывали моменты, когда я скучала по своему старому телу.

— Моя прекрасная дочь, — сказал отец с теплой улыбкой, притягивая меня к себе и обнимая.

Мне было восемнадцать лет. По меркам этого мира я была вполне взрослым человеком, но ко мне все еще относились как к ребенку в большинстве случаев. Например, Чезаре всегда сажал меня к себе на колени и гладил по голове, как будто я была каким-то домашним животным.

— Ты будешь замечательной невестой, моя дорогая. Север будет любить тебя.

— Отец...

— О, не нужно расстраиваться. Не плачь, моя дорогая. Мы не будем разлучены навсегда.

Во всяком случае, я хотела бы, чтобы это был последний раз, когда мы виделись. Конечно, я плакала, хотя, в конце концов, это было частью моего образа.

Отец усмехнулся, увидев мое нежное лицо, залитое слезами.

— Я буду скучать по вам всем.

— Мы тоже будем очень скучать по тебе, моя дорогая. Я бы послал твоего брата сопровождать тебя в поездке, если бы мог. Но, к сожалению, сейчас это невозможно.

Как я была благодарна, что это было невозможно. Было достаточно страшно видеть, как гости с Севера наблюдают за нашей семьей, словно стервятники. Неужели отцу действительно было наплевать на слухи, которые они распространят обо мне и Чезаре?

— Эй! Я не могу принять эту чушь! Неужели я единственный, кого это расстраивает? Черт!

— Энцо.

— Вот ведь… Иди сюда, глупышка!

Энцо, который пинал землю и дулся в одиночестве, крепко обнял меня. Несмотря на вспыльчивый нрав Энцо и весь вред, который он мне причинил, я никогда не чувствовала себя неловко рядом с ним. В каком-то смысле он действительно был единственным нормальным человеком в этой семье.

— Я буду скучать по тебе.

[[image:/storage/reader-images/69ecd702f0ec2e4dd230421dfccfc7f02dc33805.jpg]]

— И я тоже буду скучать по тебе, глупышка.

Все еще ворча, он сжал меня в объятиях так крепко, что я едва могла дышать.

Когда он обнял меня, Чезаре, который наблюдал за нами, подошел и протиснулся между нами.

— Хватит, Энцо, мы не хотим ее задушить.

Шесть месяцев.

Было неясно, что произойдет после этого, но в одном я была уверена: я не пролью ни слезинки, если Чезаре в конце концов умрет.

Даже если бы вся семья Борджиа была убита, я не уверена, как сильно бы расстроилась из-за этого.

— Руби.

Чезаре поглаживал мои залитые слезами щеки тыльной стороной руки. От его прикосновений по моему позвоночнику прокатывались волны холодной дрожи. Я чувствовала, как его глаза смотрят внутрь меня, словно две гадюки, пытающиеся задушить.

Именно этих гадюк я и боялась. Они были теми, кто напугал меня, заставив подчиниться Чезаре. Во многом он напоминал мне моего старшего брата из моей прошлой жизни.

— Чезаре, ты должен навестить меня, хорошо?

— Конечно. Я обещаю. Постарайся вести себя хорошо до тех пор, окей?

«Как забавен иногда человеческий инстинкт выживания…»

Вот что я думала о себе в тот момент.

Несмотря на то, что я перенеслась в еще более несчастную жизнь, чем моя предыдущая, я все еще делала все, что было в моих силах, чтобы выжить. Забавно, правда?

Хотя жители Юга считали иначе, на Севере действительно была хорошая погода, если не считать непрекращающиеся дождь и снег.

Летом ярко светило солнце, и погода не была чрезмерно жаркой или влажной, как на Юге. Проблема заключалась в том, что лето было единственным временем года, когда вы могли видеть солнце.

Каждые три года границы страны открывались, и солдат из соседних земель приглашали принять участие в грандиозном дуэльном турнире.

В ясные солнечные летние выходные толпы детей собрались, чтобы посмотреть, как стонущие, покрытые пылью мужчины сражаются.

Лорд Иван посмотрел на своих сверстников одновременно с жалостью и презрением, а затем подошел к мужчине, ведущему их.

— Могу я поговорить с тобой секунду?

Мужчина уронил меч на землю и снял шлем, опустив голову.

Его острый подбородок и длинные ресницы были нежными, почти ангельскими, что резко контрастировало с горячим взглядом его алых глаз. Его лицо блестело, покрытое потом, а угольно-черная броня была вся в пыли. Будучи ростом около двух метров, он был похож на демона, только что выползшего из преисподней.

- Нет.

- Почему нет?

- Потому что Элли так сказала.

- Угх, серьезно, почему ты пытаешься действовать мне на

нервы каждый раз, когда мы разговариваем?

- Это не моя вина, что ты неравнодушен к моей младшей

сестре, чудак.

Иван знал, что спорить с ним бессмысленно, поэтому тщательно

подбирал следующие слова.

- Я пытаюсь сказать, что, пока ты здесь валял дурака, твоя

жена приехала с юга. Я не говорю тебе бежать и приветствовать ее, но, по

крайней мере, поужинай с ней в ее первый вечер здесь...

- Судя по твоему виду, похоже, есть много людей, желающих

встретиться с ней, пока я валяю дурака.

Иван испустил долгий вздох поражения.

Айзек ухмыльнулся ему, развязывая ремни перчаток.

- Я ошибаюсь?

- Как паладин Севера, я чувствовал, что мой долг — пойти и проследить

за шпионом Борджиа...

- Хватит нести чушь.

- Черт возьми, хорошо, я признаю это: я пошел и посмотрел на

нее, потому что мне было любопытно. Любопытно, как выглядела знаменитая дочь

папы римского вживую. Неужели это настолько ужасно? Если тебя это так

раздражает, почему сам не пошел, а? Айзек ван Омерта, ты грубый маленький

засранец!

- …

- Прости… Наверное, я немного увлекся.

- Да.

Несмотря на свою изящную внешность, за которую его прозвали «Рыцарем

цветов», Иван был, прямо скажем, невероятно вспыльчивым.

- Ты не собираешься спрашивать?

- О чем?

- Знаешь, если она действительно похожа на свой портрет,

какая у нее личность, и все такое… Тебе совсем не любопытно?

- Совсем.

- Неважно. В любом случае ты все равно должен с ней

встретиться. В конце концов, это твоя обязанность как ее мужа. И я говорю тебе

это только потому, что мне невыносимо видеть, как ты начинаешь быть похожим на

этого герцога Рембранта, или как его там, и становишься международным

посмешищем. Одному Богу известно, что случится, если ты окажешься на плохой

стороне папы.

На самом деле никто не верил, что этот брак продлится долго.

Одержимость Айзека своей работой и упрямый характер Рудбекии были очевидным

рецептом катастрофы. Некоторые люди уже делали ставки на количество недель,

оставшихся до того, как брак распадется.

Иван сдержался, чтобы не предложить Айзеку вместо этого

просто жениться на Флайе. Он знал, что это почти невозможно, а Айзек все равно

был слишком наивен, чтобы понять.

Но, увидев Рудбекию, которая проделала весь путь от порта

Эльмус до замка Омерта, Иван испытал смешанные чувства.

По словам лорда Эванст, который выступал в качестве

представителя на церемонии бракосочетания в Ватикане, она страдала от морской

болезни на протяжении всего путешествия. Однако, несмотря на это, все, о чем он

мог думать, - это ее лучезарная улыбка, когда девушка сошла с лодки. Она

действительно была такой красивой, какой ее описывали в слухах.

Эти ниспадающие спиралью золотистые волосы и круглые

мерцающие голубые глаза… Ее лицо было столь же красивым, как у фарфоровой

куклы. Она выглядела такой хрупкой, такой нежной… как будто могла разбиться от

одного прикосновения.

По причинам, которые даже он не мог понять, Иван чувствовал

себя ответственным за нее.

- Она маленькая.

- Хм?

- Она маленькая, очень маленькая.

- Хочешь сказать, она карлик?

- Я говорю, она выглядит такой хрупкой, что одного твоего взгляда

было бы достаточно, чтобы убить ее. Не то чтобы я не понимал, к чему ты

клонишь, но попробуй подумать об этом и с ее точки зрения: она была вынуждена

проделать весь этот путь сюда в основном в качестве заложницы. Должно быть, ей

невероятно страшно и одиноко.

Айзек, который уже собирался поднять свой меч, остановился и

уставился на Ивана.

- Серьезно, кто ты такой?

- Я рыцарь Севера. Тоже паладин. А дочь папы римского, ангел

Систины, теперь жена моего товарища. Так что тебе лучше оторваться от своих дел

и встретится с ней...

- Знаешь, было время, когда ты поклялся, что убьешь папу

римского.

- Знаешь, моя младшая сестра заплакала, когда услышала новость

о том, что ты выходишь замуж. Злобный ублюдок.

Младшей сестре Ивана было шесть лет.

- Скажи ей, чтобы она забыла о таком плохом парне, как я.

- Это то, что я ей сказал, но она не сдается. И теперь я

завидую, что она заботится о тебе больше, чем обо мне.

- Вижу, она уже способна манипулировать тобой, ха-ха-ха.

- В любом случае я пытался сказать, что твой ви...

- Я знал, что Борджиа славились своей блестящей внешностью,

но неужели ты серьезно влюбился в нее с одного взгляда, а теперь планируешь

предать меня?!

Позади них раздался пронзительный высокий голос.

Вспыльчивый Иван развернулся и вытащил свой меч, направив

его прямо на приближающегося мальчика. Блеснул острый край лезвия.

- А-а-а-а-ах! П-Простите, мне действительно жаль, с-сэр, а-а-а-а!

- Может, мне стоит отрезать твое ухо, а?

- А-а-а-а-ах! П-Пожалуйста, не надо, сэр!

Для тех, кто не знал, что происходит, эта ситуация, должно

быть, выглядела просто как действие рыцаря, преследующего жалкого мальчика.

Только после того, как он издал еще один крик, Иван наконец

отпустил ухо пятнадцатилетнего новичка.

- Какого черта? Почему ты снова беспокоишь нас, Лоренцо?

Со слезящимися глазами Лоренцо лихорадочно проверил, дабы

убедиться, что оба его уха все еще на месте.

Айзек, скрестив руки на груди, рассеянно взглянул на

Лоренцо. Для Лоренцо он ничем не отличался от ледяного волка, только что

сбежавшего из подземного мира.

-М-Моя старшая сестра...

- Что?

- С-С моей сестрой... После того как ваш нынешний брак

закончится, думаю, было бы здорово, женись вы на ней, н-но пока я прошу вас

притвориться, что вы совсем не знаете мою сестру!

Айзек никак не отреагировал. Казалось, он даже не понимал, о

чем говорит Лоренцо. Поэтому Иван вместо этого набросился на него.

- О чем, черт возьми, ты сейчас болтаешь?! Дети в наши дни...

- И-Извините, я имел в виду, что, пока ваш нынешний брак не

закончится, пожалуйста, держитесь подальше от моей сестры! Если вы этого не

сделаете, э-эта ведьма Борджиа убьет ее.

- У тебя действительно нет стыда, да? Ты даже ни разу с ней

не встречался, а твоя большая и толстая голова уже полна предубеждений.

- Я... Это не предубеждение! Если это было предубеждение, то

почему моя сестра заперлась в своей комнате и плакала сразу после посещения

замка Омерта? Она никогда раньше не делала ничего подобного...

- Куда, говоришь, она пошла?

- В замок Омерта, сэр. Эта ведьма… Леди Рудбекия… Это все

потому, что моя сестра навестила ее, когда та приехала.

Ага. Иван знал, что у Флайи было множество причин

расстраиваться из-за этого внезапного брака – причин, которых ее легкомысленный

младший брат никогда не поймет.

Как Лоренцо вообще сумел прийти к такому абсурдному выводу,

было выше понимания Ивана.

Все еще не понимая множества слов, слетающих с деловитого

рта Лоренцо, Айзек в замешательстве наклонил голову, а затем развернулся и

пошел прочь.

Слишком занятым ссорами друг с другом, им потребовалось

несколько мгновений, прежде чем они поняли, что Айзек улизнул.

- Лорд Айзек?

- Эй, Айзек! Куда, черт возьми, ты собрался? Эй!

- Л-Лорд Айзек, я все еще не закончил свою...

- Ради Бога, сегодня суббота. Перестаньте беспокоить меня,

вы двое.

Почему кто-то, кто не знал ни одной строчки из Молитвы

Господней, говорил о субботе, озадачило их обоих.

Иван впился взглядом в распростертых на земле рыцарей,

которые тайно подслушивали весь их разговор.

Они оглянулись на него с хитрыми ухмылками.

- Слышала, ты страдала ужасной морской болезнью по дороге

сюда. Надеюсь, ты хорошо себя чувствуешь.

По крайней мере, одной приятной вещью в долгом путешествии

было то, что мое оправдание морской болезни позволяло мне избегать еды и

блевать всякий раз, когда мне это было нужно.

Уйти от моей семьи тоже было приятно.

После прибытия в столицу Британии Элендейл и участия в

приветственной процессии меня сопроводили в замок Омерта для встречи с Элленией

ван Омерта.

- Думаю, причина в том, что это была моя первая столь долгая

поездка. Немного неловко говорить, но на самом деле я впервые покидаю Юг...

- Тебе нечего стыдиться. На самом деле у меня самой никогда

не было возможности покинуть Элендейл, - тихо ответила Элления.

Элления, честно говоря, была невероятно красива. Я не

понимала, как кто-то может на самом деле выглядеть так, как она.

Прекрасные люди, которыми я была окружена в обеих моих

жизнях, не могли с ней сравниться.

Она была похожа на мраморную статую. Я ошеломленно уставилась

на ее длинное модельное телосложение, ниспадающие серебристые волосы и, что

самое потрясающее, ее блестящие красные глаза, которые сияли, будто драгоценные

камни. Несмотря на мои предположения, ее красные глаза были, если уж на то

пошло, скорее завораживающими, чем пугающими. Я была очарована ее холодной и в

то же время сдержанной внешностью. Для кого-то попытка убить это творение была

преступлением против человечества.

- Еда тебе не по вкусу? - спросила Элления, поворачивая ко

мне голову.

Ей было столько же лет, сколько и мне, Рудбекии, но она

казалась более зрелой во всех отношениях. Я всегда хорошо умела читать эмоции

людей, но непроницаемое лицо Эллении было невозможно прочесть.

— Нет.

— Почему нет?

— Потому что Элли так сказала.

— Эй! Серьезно, почему ты пытаешься действовать мне на нервы каждый раз, когда мы разговариваем?

— Это не моя вина, что ты неравнодушен к моей младшей сестре.

Иван знал, что спорить с ним было бессмысленно, поэтому тщательно подбирал свои следующие слова.

— Я пытаюсь сказать, что пока ты здесь валял дурака, твоя жена приехала с Юга. Я не говорю тебе бежать и приветствовать ее, но, по крайней мере, поужинай с ней в ее первый вечер здесь...

— Судя по твоему виду, похоже, что есть много людей, желающих встретиться с ней, пока я валяю дурака.

Иван испустил долгий вздох поражения.

Айзек ухмыльнулся ему, развязывая ремни перчаток.

— Я ошибаюсь?

— Как паладин Севера, я чувствовал, что мой долг — пойти и проследить за шпионом Борджиа...

— Хватит твоей чуши.

— Черт возьми, хорошо! Я признаю это! Я пошел, чтобы взглянуть на нее, потому что мне было любопытно. Любопытно, как выглядит знаменитая дочь папы римского вживую. Неужели это так неправильно? Если тебя так сильно раздражает то, что я пошел, то почему ты сам это не сделал, а? Айзек ван Омерта, ты грубый маленький засранец!

Многозначительное молчание.

— Прости… Наверное, я немного увлекся.

— Да.

Несмотря на свою утонченную внешность, которая принесла ему прозвище «Цветочный рыцарь», Иван был, прямо скажем, невероятно вспыльчивым.

— Ты не собираешься спрашивать?

— Спрашивать о чем?

— Действительно ли она похожа на свой портрет, какая у нее личность и все такое. Тебе совсем не любопытно?

— Не совсем.

— Неважно. В любом случае ты все равно должен с ней встретиться. В конце концов, это твоя обязанность как ее мужа. И я говорю тебе это только потому, что мне невыносимо видеть, как ты начинаешь быть похожим на этого герцога Рембрандта и становишься международным посмешищем. Одному Богу известно, что могло бы случиться, если бы ты встал на плохую сторону папы.

На самом деле никто не верил, что этот брак продлится долго. Одержимость Айзека своей работой и упрямый характер Рудбекии были очевидным результатом катастрофы. Некоторые люди уже делали ставки на количество недель, оставшихся до того, как брак распадется.

Иван сдержался, чтобы не предложить Айзеку вместо этого просто жениться на Фрейе. Он знал, что это почти невозможно, а Айзек все равно был слишком наивен, чтобы понять это.

Но, увидев Рудбекию, которая проделала весь путь от порта Эльмус до замка Омерта, Иван испытал смешанные чувства.

По словам лорда Эвансте, который выступал в качестве представителя на церемонии бракосочетания в Ватикане, она страдала от морской болезни все путешествие. И все же, несмотря на это, все, о чем он мог думать, была ее лучезарная улыбка, когда она сошла с лодки. Она действительно была такой красивой, какой ее изображали слухи.

[[image:/storage/reader-images/a83c43c4a616090b7c8dada38ffbe3dc7be8967e.jpg]]

Ее ниспадающие спиралью золотистые волосы и круглые мерцающие голубые глаза — ее лицо было таким же красивым, как у фарфоровой куклы.

Она выглядела такой хрупкой, такой нежной. Как будто она могла рассыпаться осколками от одного прикосновения.

По причинам, которые даже он не мог понять, Иван чувствовал себя ответственным за нее.

— Она маленькая.

— Хм?

— Она маленькая, очень маленькая.

— Ты хочешь сказать, что она коротышка?

— Я говорю, что она выглядит такой хрупкой, что одного твоего грязного взгляда было бы достаточно, чтобы убить ее. Не то чтобы я не понимал, к чему ты клонишь, но попробуй подумать об этом и с ее точки зрения тоже. Она была вынуждена проделать весь этот путь сюда в основном в качестве заложницы. Должно быть, ей невероятно страшно и одиноко.

Айзек, который уже собирался поднять свой меч, остановился и уставился на Ивана.

— Серьезно, кто ты такой?

— Я рыцарь Севера. Тоже паладин. А дочь папы римского, ангел Систины, теперь жена моего товарища. Так что ему лучше поднять свою задницу и встретиться с ней.

— Было время, когда ты поклялся, что убьешь папу римского.

— Знаешь, моя младшая сестра плакала, когда услышала новость о том, что ты женишься. Злобный ублюдок.

Младшей сестре Ивана было шесть лет.

— Скажи ей, чтобы она забыла о таком плохом парне, как я.

— Я так ей и сказал, но она не сдается. И теперь я завидую, что она думает о тебе больше, чем обо мне.

— Я вижу, она уже способна манипулировать тобой, ха-ха-ха.

— В любом случае, я пытался сказать, что твоя же...

— Я знал, что Борджиа всегда славились своей блестящей внешностью, но неужели ты серьезно влюбился в эту девушку, взглянув на нее один раз, а теперь планируешь предать меня?!

Позади них раздался пронзительный высокий голос.

Вспыльчивый Иван тут же развернулся и вытащил свой меч, направив его прямо на приближающегося мальчика. Блеснул острый край лезвия.

— Ааа! П-простите, мне правда жаль, с-сэр. Ааа!

— Может быть, мне стоит отрезать ему ухо, как думаешь?

— Ааа! П-пожалуйста, не надо, сэр!

Только после того, как он издал еще один крик, Иван наконец отпустил ухо пятнадцатилетнего новичка.

— Ну и что это такое? Почему ты снова беспокоишь нас, Лоренцо?

Глаза Лоренцо слезились. Он лихорадочно поднес руки к голове, чтобы убедиться, что оба его уха все еще на месте.

Айзек, скрестив руки на груди, рассеянно взглянул на Лоренцо. Для этого паренька он сейчас ничем не отличался от ледяного волка, только что сбежавшего из подземного мира.

— М-моя старшая сестра...

— Что?

— С-с моей сестрой... После того, как ваш нынешний брак закончится, я думаю, было бы здорово, если бы вы женились на ней. Н-но пока я прошу вас притвориться, что вы не знаете мою сестру!

Айзек никак не отреагировал. Казалось, он даже не понимал, о чем говорит Лоренцо. Поэтому Иван вместо Айзека набросился на него.

— О чем, черт возьми, ты сейчас болтаешь?!

— И-извините, я имел в виду, что, пока ваш нынешний брак не закончится, пожалуйста, держитесь подальше от моей сестры! Если вы этого не сделаете, э-эта ведьма Борджиа убьет ее.

— У тебя действительно нет стыда, да? Ты даже ни разу с ней не встречался, а твоя чертова голова уже полна предубеждений.

— Я... Это не предубеждение! Если это просто предубеждение, то почему моя сестра заперлась в своей комнате и стала плакать сразу после посещения замка Омерта? Она никогда раньше не делала ничего подобного...

— Куда, ты говоришь, она пошла?

— Замок Омерта, сэр. Эта ведьма… Леди Рудбекия. Это все потому, что моя сестра навестила ее, когда она приехала.

Иван знал, что у Фрейи было множество причин расстраиваться из-за этого внезапного брака — причин, которых ее легкомысленный младший брат никогда не поймет.

Как Лоренцо вообще сумел прийти к такому абсурдному выводу, было выше понимания Ивана.

Все еще не понимая большинства преподнесенной Лоренцо информации, Айзек в замешательстве наклонил голову, а затем развернулся и пошел прочь.

Слишком занятые ссорой друг с другом, им потребовалось несколько мгновений, прежде чем они поняли, что Айзек улизнул.

— Лорд Айзек?

— Эй, Айзек! Куда, черт возьми, ты собрался? Эй!

— Л-лорд Айзек, я все еще не закончил свою... Ааа!

— Ради бога, сегодня суббота. Перестаньте беспокоить меня, вы двое.

Почему кто-то, кто не знал ни одной строчки из молитвы Господней, говорил о субботе, озадачило их обоих.

Иван впился взглядом в распростертых на земле рыцарей, которые тайно подслушивали весь их разговор.

Они оглянулись на него с хитрыми ухмылками.

— Я слышала, что вы страдали морской болезнью по дороге сюда. Надеюсь, сейчас вы хорошо себя чувствуете.

По крайней мере, одной приятной вещью в долгом путешествии было то, что у меня было оправдание в виде морской болезни, которое позволяло мне избегать еды и блевать всякий раз, когда мне это было нужно.

Уйти от моей семьи тоже было приятно.

После прибытия в столицу Британии — Элендейл, и участия в приветственной процессии, меня сопроводили в замок Омерта, чтобы я могла встретиться с Элленией ван Омерта.

— Я думаю, это произошло потому, что это был мой первый опыт такой долгой поездки, как эта. Немного неловко говорить, но на самом деле я впервые покидаю Юг...

— Вам нечего стыдиться. Признаться, у меня самой никогда не было возможности покинуть Элендейл, — тихо ответила Элления.

Элления, откровенно говоря, была невероятно красива. Я не понимала, как кто-то может на самом деле выглядеть так, как она.

Прекрасные люди, которыми я была окружена в обеих моих жизнях, не могли сравниться с ней.

Она была похожа на мраморную статую. Я ошеломленно уставилась на ее грациозное, словно модели, телосложение, на ее ниспадающие серебристые волосы и, что самое потрясающее, на ее блестящие красные глаза, которые сверкали, словно драгоценные камни.

В отличие от моих предположений, ее красные глаза были, если уж на то пошло, скорее завораживающими, чем пугающими. Я была очарована ее холодной сдержанной внешностью. На мой взгляд, попытка убить это дивное творение была преступлением против человечества.

— Еда вам не по вкусу? — спросила Элления, поворачивая ко мне голову.

Она была того же возраста, что и я, но казалась более зрелой во всех отношениях.

Я всегда хорошо умела читать эмоции людей, но непроницаемое лицо Эллении было невозможно прочесть.

- Я попросила их сделать его легким, чтобы вам стало получше.

- Нет, все хорошо. Наверное, я просто перенервничала. Спасибо за вашу заботу.

Что здесь мне не по вкусу?

Аромат вишневого джема, плавно нанесенного на тонкий хлеб, и горячий луковый суп с рыбным мясом, покрытым неизвестным соусом, были абсолютно соблазнительными.

Я всегда была безумно голодна.

Дело не в том, что я никогда не хотела есть, а в том, что я делала это в тех местах, где у меня была возможность вырвать.

В этом смысле мне было бы гораздо удобнее на таких мероприятиях, как бал.

Никто не заботился о том, кто что ел.

Единственным человеком, который мог меня контролировать, была я сама.

Элления, некоторое время смотревшая на меня, улыбнулась, словно счастливый ребенок, и вскоре велела все забрать.

Через некоторое время пустые тарелки убрали. Принесли ароматный чай и простой десерт.

- Как вы знаете, здесь, в Элендейле, каждое лето многолюдно, поэтому я прошу вас понять, что мой брат может немного опоздать. Отец не вернется в столицу до конца месяца из-за политических проблем. Я прошу прощения за отсутствие гостеприимства.

- Ох, нет, я в порядке. Не волнуйтесь.

- После смерти моей матери я живу в этом особняке. Я отвечала за домашнее хозяйство, но могу изменить все по желанию леди. Если вам что-то не понравится или будет неудобно, вы можете попросить горничную поменять все по вашему вкусу.

Ах, «леди». Странное и неуклюжее название.

Я притворилась, что играю с чашкой чая. Мои глаза смотрели вниз.

- Спасибо за ваше внимание, но я бы предпочла, чтобы все оставалось прежним какое-то время. Я еще не привыкла к здешним обычаям и боюсь, что у меня будут неприятности, если я зайду слишком далеко.

С этим бесстрастным выражением лица Элления, поставившая чашку на стол, снова уставилась прямо на меня.

- Не о чем беспокоиться. Никто не посмеет думать о вас так.

Я заметила признаки того, что она была удивлена и встревожена. Невинно улыбнувшись, будто ничего не заметила, я сменила тему.

- Что еще более важно, я хотела бы задать вам вопрос.

- Не стесняйтесь спрашивать меня о чем угодно.

- Вы можете пока называть меня просто «Руби»?

Элления ответила не сразу.

Я внимательно посмотрела на ее идеальное бесстрастное лицо и сделала вид, что нервно сглотнула.

- Как вы знаете, я здесь чужая; и, хотя знала, что меня ждет дальше, я, честно говоря, понятия не имею, как мне приспособиться. Будь у меня такая подруга, как вы, я бы обладала большей смелостью...

- Хорошо.

- Правда?

- Да.

- Большое спасибо!!!

Когда я наклонилась вперед и с широкой улыбкой взяла ее за руки, то почувствовала, как она дрожит. Я быстро отпустила ее руки и отодвинулась, смущенно заикаясь:

- П-Прости, это было слишком грубо.

- Все в порядке.

- Т-Тогда могу я называть вас «Эллен»?

- Было бы здорово чувствовать себя комфортно друг с другом.

Я не могла представить себе эту холодную красавицу, которой было бы уютно с кем-то. Она спокойно опустила глаза, а затем добавила, будто вздыхая:

- Нехорошо быть слишком доброй. Чрезмерно большое смирение может вызвать недопонимание.

Это было неявное предположение о том, что, если мы оба скрываем свое истинное лицо, нам следует быстро и комфортно узнать друг друга.

Я также не ожидала, что она уже ослабила свою защиту, но, думаю, ей удалось произвести неожиданное впечатление.

Я не хотела нравиться здешним людям, включая Эллению.

Моей целью было выглядеть как можно более безобидно. Как дурочка, которая не похожа на других членов семьи Борджиа; кроткая дуреха, в отличие от слухов, циркулирующих по всему миру.

- Я привыкла к тому, что меня неправильно понимают. Я буду очень стараться.

И снова Элления молча посмотрела на меня.

Я вдруг вспомнила о своей сестре: как она выглядела в конце; сгустки крови, прилипшие к ее хрупкому запястью.

- Я покажу вашу комнату.

Я могла видеть море через окно с раздвинутыми шторами.

Закат, окрасивший горизонт в красный цвет, простирался до самого конца и согревал белую комнату.

Элления подошла ко мне, глядя в окно.

- Я старалась украсить эту комнату, но не знаю, понравится ли вам.

- Мне очень нравится.

- Я покажу вам особняк завтра. Если вам придется по душе любая другая комната...

- Нет, мне действительно нравится все так, как есть. Меня привлекает этот вид. Я всегда хотела комнату с видом на море.

На этот раз Элления не вздрогнула, когда я взяла ее за руку.

Вместо этого она опустила глаза, будто ее застали врасплох, и уставилась на руку, к которой я прикасалась. Она заговорила слегка приглушенным тоном:

- Вы, должно быть, устали сегодня, так что вам лучше лечь пораньше и отдохнуть. Мой брат может опоздать из-за своего расписания...

- Все в порядке, Эллен.

Я очень хотела спать. Мне было известно, что все окажется именно так, с первого дня. В этом не было ничего обидного.

Нет, скорее, я почувствовал облегчение.

В любом случае моей целью было завоевать не его любовь. Может быть, даже не сострадание.

Я могла видеть высокую горничную, похожую на шест, за плечом Эллении, которая молча смотрела на меня. Чтобы описать выражение ее лица…

Это была смесь насмешки и презрения, но все не имело значения.

То, что меня считают незначительной, знакомо и весьма приемлемо. ***

Холодно.

Я проснулась и заметила, что мои зубы стучат сами по себе.

Слышала, на рассвете здесь было прохладно, даже несмотря на то, что сейчас лето, но я и подумать не могла, что настолько.

Крепко вцепившись в одеяло и дрожа, я вскоре обнаружила, что огонь в камине погас.

Зеленое пламя, горевшее по ночам в каждом аристократическом доме в северной части страны, где обитали монстры, было не просто для тепла.

Это драгоценный источник, который можно было получить от официального монаха или кого-то более высокого ранга.

Когда солнце садится, оно проникает повсюду, как тень, и сражается с монстрами, которых видели люди.

Я хорошо знала, что он не может потухнуть сам по себе, если только человек не сделал это специально.

Кто мог поступить так по-детски? Неужели та горничная?

- Апчхи!

Я попыталась снова заснуть, но было так холодно, что я не могла этого вынести. Я выбралась из постели и подкралась к камину, дрожа всем телом.

Мне было интересно, остались ли еще какие-нибудь угольки.

Такого рода издевательства были ребячеством.

Шуууу –

Шууууууу-

Сначала я подумала, что это просто звук ветра, стучащего в окно.

Но в поле моего зрения попал не ветер. Наполовину застыв перед камином, я медленно повернула голову.

В Романье было мало возможностей встретиться с демоном. Не только я, но даже приличный дворянин на юге не смог бы его встретить.

За исключением Кричащего Леса и очень немногих отдаленных районов, Папская область была такой же чистой, как и всегда, и я никогда не видела демонов.

Первый раз, когда я столкнулась с существованием демона, был в конце зимы года моего первого расторжения брака.

Цезарь отвел меня в подвал музея, сказав, что покажет мне кое-что.

Я действительно не помнила, что в то время взбесило его.

В любом случае в том подвале я была заперта на всю ночь с горгульей, которая собиралась уничтожить цепь и разорвать меня на части.

В то время я, наверное, была не в себе от страха.

Я подумала, что горгулья, которая излучала зеленое свечение и визжала, выглядела менее отвратительно, чем черепаха.

«Прочь!», «Не приближайся!» - вот и все, что я говорила, издавая бесполезные крики. Я, которая была в ужасе, должно быть, произвела именно такое впечатление, потому что в какой-то момент монстр перестал двигаться. Он свернулся калачиком и смотрел на меня всю ночь.

Или это было просто совпадение.

- Н-Не подходи…

Демон с черными крыльями плавно скользнул в закрытое окно, уставившись на меня во время полета.

Предполагаю, что зеленые драгоценные камни между крыльями, похожие на крылья летучей мыши, были его глазными яблоками. Если я закричу или повернусь и начну убегать, он поймает меня в одно мгновение.

Я говорила уверенно, хотя колени у меня дрожали:

- Не подходи ко мне.

Северный демон, казалось, восхищался моей борьбой.

Довольно странно видеть, как его крылья поникли, хотя он висел в воздухе, пристально глядя на меня.

Это его позиция для атаки?

Не похоже на уверенное движение.

- Уходи.

- Мадам, вам нужно проснуться.

Горничная, которая уже собиралась толкнуть дверь, закричала.

Казалось, она орала во все горло. Это было такое громкое и долгое эхо, что я закрыла уши обеими руками.

В этот момент демон с распростертыми черными крыльями побежал к кричащей служанке.

- Руби!

Я услышала голос Эллении. Затем грохот, похожий на раскаты грома, наполнил мои уши, и вспышка ослепила меня.

— Я попросила их приготовить более легкую еду. Она лучше подойдет для твоего организма, если тебя укачало в пути.

— Сейчас со мной все хорошо. Наверное, я просто сильно перенервничала. Спасибо за заботу!

Что мне здесь не по вкусу?

Аромат вишневого джема, нанесенного тонким слоем на небольшие куски хлеба, горячий луковый суп и рыбное филе, покрытое неизвестным мне соусом, были очень соблазнительными.

Я всегда чувствовала сильный голод.

Дело не в том, что я никогда не хотела есть, а в том, что я ела в таком месте, где у меня не было другого выбора, кроме как блевать.

В этом смысле было гораздо удобнее устраивать мероприятия, похожие на бал.

Никто не заботился о том, кто что ест на таких мероприятиях.

Единственным человеком, который мог контролировать меня, была я сама.

Элления, которая какое-то время смотрела на меня, улыбнулась, как счастливый ребенок, и вскоре велела слугам все убрать.

Через некоторое время пустые тарелки унесли. Настала очередь ароматного чая и простого десерта.

— Как вы знаете, здесь, в Элендейле, каждое лето многолюдно, поэтому я прошу вас отнестись с пониманием к тому, что мой брат может немного задержаться. Мой отец не вернется в столицу до конца месяца из-за политических проблем. Я прошу прощения за отсутствие гостеприимства.

— О, нет, все в порядке. Я не возражаю.

— После смерти моей матери я живу в этом особняке. Я отвечаю за домашнее хозяйство, но я могу изменить это по желанию леди. Если вам это не нравится или если вам неудобно, вы можете попросить горничную позаботиться об этом.

Ах, «леди». Странное и неуклюжее слово.

Я опустила глаза на чашку, притворившись, что рассматриваю ее.

— Спасибо за ваше внимание, но я бы предпочла, чтобы все оставалось по-прежнему какое-то время. Я еще не привыкла к здешним обычаям и боюсь, что у меня будут неприятности, если я зайду слишком далеко.

С бесстрастным выражением лица Элления поставила чашку на стол и снова уставилась прямо на меня.

— Вам не о чем беспокоиться. Никто не посмел бы думать о вас так.

Формальные слова. Деловые реакции.

Тем не менее, я различила признаки того, что она удивлена и встревожена. Я невинно улыбнулась, как будто ничего не заметила, и сменила тему.

— Что еще более важно, я хотела бы попросить вас кое о чем еще.

— Не стесняйтесь просить меня о чем угодно.

— Вы можете пока называть меня просто Руби?

Элления ответила не сразу.

Я внимательно посмотрела на ее идеальное бесстрастное лицо и сделала вид, что нервно сглотнула.

— Как вы знаете, я здесь чужая. И пускай я представляю, что будет дальше, я, честно говоря, понятия не имею, как мне приспособиться к новой жизни. Если бы у меня был такой друг, как вы, я набралась бы смелости...

— Хорошо.

— Правда?

— Да.

— Большое спасибо!

Когда я наклонилась вперед и с широкой улыбкой взяла ее за руки, я почувствовала, как она дрожит. Я быстро отпустила ее ладони и отодвинулась, смущенно заикаясь:

— Прости, я был груба.

— Все в порядке.

— Т-тогда я могу называть тебя Эллен?

— Было бы здорово чувствовать себя комфортно друг с другом.

Я не могу представить себе эту холодную красавицу, чувствующую себя комфортно с кем-то. Она спокойно опустила глаза.

Затем она добавила, как будто вздыхая:

— Нехорошо быть слишком доброй. Черезмерно большое смирение может вызвать непонимание.

Она явно сказала это не из-за беспокойства за меня.

Это было скрытое предположение о том, что, если мы оба скрываем свое истинное лицо, нам следует быстро и комфортно узнать друг друга.

А еще я не ожидала, что она сразу ослабит свою защиту, общаясь со мной. Но я думаю, что ей удалось произвести неожиданное впечатление.

Я не старалась понравиться здешним людям, включая Эллению.

Моей целью было выглядеть как можно более безобидно. Как дурочка, которая не похожа на других членов семьи Борджиа. Кроткая глупышка, отличающаяся от слухов, которые витают о моей персоне по всему миру.

— Я привыкла к тому, что меня неправильно понимают. Я буду очень стараться, чтобы не стать никем.

И снова Элления молча посмотрела на меня.

Я вдруг вспомнила о своей сестре. Как она выглядела в конце. Сгустки крови прилипли к ее хрупкому запястью.

— Я покажу тебе, где ты можешь остановиться.

Я могла видеть море через окно с раздвинутыми шторами.

Закат, окрасивший горизонт в красный цвет, простирался до самого конца помещения и согревал белую комнату.

Элления подошла ко мне, глядя в окно:

— Я изо всех сил старалась украсить комнату, но не знаю, понравится ли тебе это.

— Мне очень нравится!

— Я покажу тебе особняк завтра. Если тебе больше приглянется любая другая комната...

— Нет, мне действительно нравится все так, как есть. Мне нравится этот вид. Я всегда хотела комнату с видом на море.

На этот раз Элления не вздрогнула, когда я взяла ее за руку.

Вместо этого она опустила глаза, как будто ее застали врасплох, и уставилась на руку. Она заговорила слегка приглушенным тоном:

— Ты, должно быть, устала сегодня, так что лучше тебе отправиться в постель пораньше. Мой брат может опоздать из-за своего расписания...

— Все в порядке, Эллен.

Я просто хотела спать. Я знала, что все будет так же с первого дня. В этом не было ничего разочаровывающего.

Нет, скорее, я почувствовала облегчение.

В любом случае, завоевать его любовь не было моей целью. Может быть, мне даже не нужно было его сострадание.

Я увидела высокую горничную, стоящую за плечом Эллении, которая молча смотрела на меня. Если попытаться описать выражение ее лица…

Это была смесь насмешки и презрения. Но это не имело значения.

То, что меня считают незначительной, знакомо и приемлемо.

Холодно.

Я проснулась и заметила, что мои зубы стучат сами по себе.

Я слышала, что в этой стране на рассвете бывает немного холодно даже летом.

Крепко вцепившись в край одеяла и дрожа, я огляделась по сторонам и обнаружила, что огонь в камине погас.

Зеленое пламя, которое горело по ночам в доме каждого аристократа в северной части страны, было не просто для тепла. Все дело в том, что в этой части страны обитало множество монстров.

Это пламя было драгоценным источником, который можно было получить от официального монаха или кого-то более высокого ранга.

Когда солнце садится, оно проникает повсюду, как тень, и сражается с демонами, которых видели люди.

Я хорошо знала, что оно не может погаснуть само по себе. Только лишь человек может сделать это специально.

Кто это сделал? Та горничная?

— Хуу…

Я попыталась снова заснуть, но было так холодно, что я не могла этого вынести. Дрожа, я выбралась из постели и подкралась к камину.

Мне было интересно, остались ли еще какие-нибудь угольки.

Такого рода издевательства были просто ребячеством.

— Шуу-шуу…

Сначала я подумала, что это просто звук ветра, который задувает в окно.

Но в поле моего зрения попал не ветер.

Наполовину застыв перед камином, я медленно повернула голову.

В Романье было мало возможностей встретиться с демоном. Не только я, но и любой приличный дворянин на Юге не сталкивался с подобными существами.

За исключением Кричащего Леса и очень немногих отдаленных районов, Папская область была такой же чистой, как и всегда, и там я никогда не видела демонов.

Первый раз я столкнулась с демоном в конце зимы в год моего первого расторжения брака.

Чезаре отвел меня в подвал музея, сказав, что покажет мне кое-что.

Сейчас я уже и не вспомню, что в моих словах или поведении так задело его в тот раз.

В любом случае, в том подвале я была заперта на всю ночь с горгульей, которая пыталась сорваться с цепи и разорвать меня на части.

В тот момент я, наверное, была не в себе от страха.

Я подумала, что горгулья, которая излучала зеленое свечение, выглядела менее отвратительно, чем черепаха.

«Уходи!», «Не приближайся!» — вот и все, что внятного я смогла сказать, издавая лишь бесполезные крики. Будучи в ужасе, я, должно быть, произвела очень странное впечатление, потому что в какой-то момент монстр перестал двигаться. Он свернулся калачиком и смотрел на меня всю ночь.

Или это было просто совпадение.

— Нет, не подходи...

Демон с черными крыльями плавно проскользнул в закрытое окно. Он уставился на меня, паря в нескольких метрах от меня.

Я предположила, что зеленые драгоценные камни, которые сверкали между крыльями, похожими на крылья летучей мыши, были его глазами.

Если я закричу или повернусь и начну убегать, он поймает меня в одно мгновение.

[[image:/storage/reader-images/d60796b6cfbcd6bf82a051082e3715e15636d061.jpg]]

Мои губы плавно двигались, а колени дрожали.

— Не подходи ко мне.

Северный демон, казалось, восхищался моей борьбой.

Довольно странно было видеть, как его крылья поникли, хотя он висел в воздухе, пристально глядя на меня.

Это его позиция для атаки?

— Уходи!

— Мадам?

Горничная, которая открыла дверь и уже сделала шаг в комнату, закричала.

Казалось, она кричала во все горло. Это был такой пронзительный и долгий вопль, что я закрыла уши обеими руками.

В этот момент демон с распростертыми черными крыльями полетел в сторону кричащей служанки.

— Руби!

Я услышала голос Эллении. Затем грохот, похожий на раскаты грома, наполнил комнату, и яркая вспышка ослепила меня.

В комнате внезапно воцарилась тишина.

Я опустила руки, что вцепились в голову, и медленно раскрыла веки.

Незваный гость рассыпался на части, крошась по полу, а от его останков поднялся угольно-черный дым.

Мужчина с сияющим синим мечом в руках повернулся ко мне всем корпусом.

Мое сердце бешено колотилось. Возможно, это от нашей первой встречи, а может, из-за произошедшего в моей комнате…

Или, вероятно, все происходило по велению гнетущей ауры? Его серебристые волосы, красные глаза, острый подбородок и резкие черты лица сильно напоминали мне Эллению.

Однако их нельзя назвать похожими. Если Элления походила на сказочную ледяную королеву, то от этого мужчины, скорее, веяло смертельной опасностью. Его пристальный взгляд невольно заставил меня вздрогнуть.

- Почему Вы так на меня смотрите?

- В чем дело?

- Ч-Что?

- Зачем ты погасила его?

Окажись я в самом деле той, кто погасил пламя, мои рыдающие губы были бы не в состоянии дать внятного ответа.

- Вы считаете, я нарочно подняла весь этот шум? Не понимаю, почему…

- Тебе не стоило прибегать к подобному. Разве недостаточно того внимания, что уже обращено на тебя? Или ты собираешься припомнить этот случай позднее в качестве оправдания?

Похоже, он изначально был уверен, что я попытаюсь найти причину для развода. Я и не надеялась на приятное знакомство, но хуже расклада, чем сейчас, просто быть не может.

Видимо, впереди меня ждет еще много неприятных ситуаций.

Элления подошла ко мне и, повернувшись лицом к пугающему мужчине, спокойно заговорила:

- Не делай поспешных выводов, брат. Даже если сама потушила огонь, Рудбекия не могла знать о последствиях. К тому же в Италии практически невозможно найти зеленое пламя.

Похоже, я влюбилась в эту девушку. Готова защищать ее даже ценой своей жизни.

Протянув руку, я взяла Эллению за запястье. Уже давно наступила полночь, но на ней был дневной наряд. Чем же она занималась в такое время суток?

- Мне стало слишком холодно, и я внезапно проснулась…

- Что? Говори громче.

Он прекрасно вписывался в роль своего персонажа.

Я сделала глубокий вдох. К глазам естественным образом подступили слезы. Мой голос непритворно задрожал.

Передо мной стоял мой муж, всем своим видом походящий на воплощение Сатаны.

Тц, словно смотрю на Цезаря.

- Я внезапно проснулась и заметила, что огонь погас…

- Вот как. Хочешь сказать, это сделал кто-то другой? Быть может, это был я? Или же моя сестра?

- Брат…

- Я… Мне очень жаль. Видимо, я неосознанно погасила пламя, когда мне стало слишком жарко. Такого больше не повторится.

В помещении вновь воцарилась тишина, и лишь мой тихий шмыг напомнил о том, что в комнате есть люди.

Айзек смотрел на меня, прикусив нижнюю губу, словно что-то выискивая. В это же время Элления нежно погладила меня по плечу.

Мне кажется, посмотри он на меня еще чуть дольше – и на моем лице начали бы появляться язвы.

- У меня есть к тебе один вопрос, - проговорил он.

- Да?

- Нет… Забудь.

Он вышел из комнаты, бросив на меня последний взгляд.

Интересно, о чем же он хотел меня спросить?

После нашей неудачной первой встречи мой муж словно вновь испарился.

Я позавтракала в компании Эллении.

Некоторое время было тихо.

Элления трапезничала с лицом, не выражающим никаких эмоций, из-за чего мне было трудно понять, о чем же она думает. Произошедшее прошлой ночью не выходило из моей головы, а потому я пыталась кушать как можно тише.

Оно и к лучшему, ведь, если съем слишком много, меня наверняка вырвет…

- Такого больше не повторится, - произнесла Элления.

- Прошу прощения?

Я аккуратно опустила вилку и подняла взгляд.

Элления, опустив голову, помешивала грибной суп.

Она знала, что я прекрасно все расслышала.

Никак не ожидав подобных слов, я лишь произнесла:

- Спасибо.

- Вы будете присутствовать на придворном банкете через четыре дня. Дайте мне знать, если Вам что-нибудь понадобится к тому времени.

Верно, банкет. Поскольку королевская семья организовала этот брак, вполне логично было бы поприветствовать короля.

Помимо этого, предстоящий банкет также отмечал и годовщину свадьбы нынешних короля и королевы.

- Эллен, если Вас это не затруднит, не могли бы Вы познакомить меня со швеей?

- «Со швеей»?

- Да. Вся моя привезенная одежда – южная. Я слышала, лето на севере очень короткое.

На мгновение стало тихо. Глядя некоторое время на мое лицо, Эллен с легкой улыбкой отвела взгляд.

Почему-то мне стало неловко.

- Вы правы. Мне стоило заранее это учесть и все приготовить. Даже как-то стыдно стало.

Вряд ли она хоть единожды задумывалась об этом. Они все делают ставки на то, как быстро я вернусь в Италию.

Более того, насколько я помню, Рудбекию не волновали обычаи северян.

- Я позову свою швею, но за четыре дня довольно трудно изготовить новую одежду.

- Видимо, ничего не поделаешь. В любом случае большое спасибо.

- Я бы с удовольствием одолжила Вам свое платье, но, боюсь, оно будет слишком велико. Руби, Вы довольно худенькая. Следует лучше питаться, если хотите пережить эту зиму в Элендейле.

Так и есть, у нас слишком большая разница в росте. Надень я ее платье – выглядела бы как неуклюжий ребенок, который украл одежду у старшей сестры.

В любом случае, так как я впервые покажусь британской аристократии, лучше было бы произвести хорошее впечатление.

Но мой муж, определяющий факт моего выживания в этом мире, уже обжился не лучшим мнением обо мне.

- Вчера ночью Лорд Айзек… То есть, ну…

- Надеюсь, Вас не слишком сильно беспокоит произошедшее прошлой ночью. Айзек бывает очень резок, когда речь заходит о безопасности. Пламя тухнет довольно редко, а потому монстры никогда не врываются в поместье. Мы сами были удивлены.

Похоже, Эллен считает, что теперь я ужасно боюсь Айзека.

Должно быть, он очень чуткий парень.

Ха-ха, они идеально подходят друг другу в роли брата и сестры.

- Не то чтобы я была обеспокоена… Мне лишь грустно от того, что Айзек мог неправильно все понять. Уверена, он недолюбливает меня, но…

- Это не так, Руби, - быстро вставила она. Ее тон казался очень серьезным.

Мои зрачки расширились от удивления, когда Элления бросила на меня встревоженный взгляд.

- Он из тех людей, который избегает действительно ненавистных ему личностей. Никогда не знаешь, когда он может наброситься на кого-то.

Какая необыкновенная и уникальная личность. Похоже, он еще более странный, чем я изначально думала.

- Но...

- Ему просто не по душе нынешние обстоятельства. Даже я никогда не предполагала, что он когда-либо женится. Должно быть, ему сейчас нелегко.

На самом деле в этом не было никакого смысла.

В отличие от меня, он был из «более обычной семьи». Но окажись он сам обычным человеком, то наверняка понял бы, что я не пыталась подстроить ту ситуацию для собственной выгоды.

Будь мы друзьями детства, он, скорее всего, относился бы ко мне снисходительнее.

Тем не менее точка зрения Эллении слегка меня подбодрила. Даже если существует бесконечное множество причин, по которым он настаивает против этого брака, я бы хотела надеяться, что вся эта враждебность направлена не только на меня.

И как мне теперь с ним обращаться? Прежде всего не помешало бы понять его темперамент.

- Эллен, я хочу попросить Вас об одолжении.

Перед началом игры следует разузнать побольше о своем сопернике.

Теперь моей конечной целью не является смерть от рук собственного мужа.

Попытка выглядеть безобидной всегда являлась некой перестраховкой. Если я собираюсь продолжать жить здесь, мне необходимо уберечь жизнь Эллен.

В любом случае убийства семьи Борджиа всегда являлись всем известной тайной.

К примеру, кардинал Илиоп, который узнал тайну моего рождения, по официальной версии был убит в процессе пьяной поножовщины в баре. Однако ходят слухи, что все было подстроено моим братом.

Кроме того, причина, по которой Элления была отравлена в оригинальной истории, заключалась в том, что она была помолвлена с принцем Дориас.

Подозрения в отношении нашей семьи не заставили себя долго ждать, поскольку было неясно, что случилось бы с нами в будущем, если бы принц Дориас, известный тем, что не ладил с Ватиканом, и Элления, одна из самых высокопоставленных благородных дам Британии, внезапно поженились…

И все же со стороны Рудбекии было слишком безрассудно отравлять Эллению в столь опасной ситуации.

Хоть наша семейка и являлась воплощением хаоса, Цезарь всегда был очень дотошным человеком. Тем не менее Святой Грааль был украден в последнюю минуту, и наше поражение оказалось столь…

Но я никому не могу рассказать об этих событиях будущего. Да и кто поверил бы дочери папы римского?

Даже если и нашелся бы подобный безумец, шпионы отца внедрены во все уголки Элендейла. Из-за этого я даже не могу поднимать подобные темы.

Не хотелось бы, чтобы меня отослали домой, пронюхав о том, что я раскрываю отцовские планы. Поэтому я должна выглядеть как можно более невинной перед Айзеком – человеком, которому суждено убить меня.

Меня уже ничего не волнует.

Будет очень проблематично, если он воспримет мое поведение неправильно. Все, чего я хочу от него, – это капельку благосклонности и, быть может, немного жалости…

Возможно, так я заставлю его поверить в меня.

Прошло совсем немного времени, прежде чем в комнате воцарилась тишина.

Я опустила руки, которыми все это время закрывала лицо, и мои глаза расширились от удивления.

Мой незваный гость медленно распадался на части, которые, опадая на пол, напоминали стайку мертвых черных мотыльков. От его останков поднимался черный дым.

Мужчина, который сжимал в руке сияющий синий меч, повернулся ко мне лицом. Мое сердце бешено колотилось. Я не знала, было ли это из-за того, что только что произошло, или из-за неожиданной первой встречи.

Или это из-за подавляющей ауры, которая исходила от мужчины? Взглянув на его серебристо-голубые волосы, ясные красные глаза, острый подбородок и четкие черты лица, я сразу заметила, насколько сильно он был похож на Эллению.

Однако их личности были совершенно разными, и если Элления напоминала хладнокровную ледяную принцессу из древних легенд, то этот человек чувствовался гораздо более варварским и опасным.

Взгляд, направленный на меня, был настолько ошеломляющим, что заставил меня вздрогнуть.

Почему ты так на меня смотришь?

— В чем причина?

— Что?

— Зачем ты погасила пламя?

Если бы я на самом деле была виновником того, что пламя погасло, этот тон его голоса превратил бы меня в жалкое рыдающее существо, которое даже не смогло бы дать надлежащего оправдания.

Ты думаешь, я нарочно подняла весь этот шум?

— Я не знаю, почему...

— Тебе даже не нужно было этого делать. Разве тебе уже недостаточно уделяют внимания? Или это один из предлогов, чтобы использовать его позже?

Кажется, он думает, что я уже пытаюсь придумать предлог для разрыва.

В этот момент к нам подошла Элления. Она спокойно сказала, глядя на него:

— Не спеши с выводами, брат. Мы пока не знаем, кто это сделал. Даже если это и она погасила пламя, она могла не знать, что произойдет нечто подобное. В Романье у них не используют такое пламя, как здесь.

Я люблю тебя, Эллен.

Я протянула руку, стоя за спиной Эллении, и схватила ее за платье.

Она была одета в повседневную одежду, а не в пижаму.

Она, наверное, пила чай или что-то в этом роде.

— Мне просто было так холодно, что я проснулась...

— Что? Говори громче.

Я сделала короткий вдох. Это было очень естественно, что слезы выступили на моих глазах. Но не только моя актерская игра заставляла мой голос дрожать.

Мужчина с горящим взглядом, державший меч, был моим мужем. Он был похож на воплощение сатаны, только что вышедшего из преисподней.

Эквивалент Чезаре был прямо здесь.

— Я просто вдруг проснулась и увидела, что пламя погасло...

— Ах, так это был кто-то другой. Кто это был? Моя сестра? Я?

— Брат.

— Простите, я не это имела в виду. Наверное, я погасила его в полудреме, потому что мне было слишком жарко. Прошу прощения за беспокойство. Я не подумала. Я не позволю этому случиться снова.

Когда я выпалила это со всхлипом и жалобным выражением лица, на мгновение воцарилась тишина. Айзек смотрел на меня, прикусив нижнюю губу, и как будто пытался разглядеть что-то на моем лице, в то время как Элления нежно погладила меня по плечу.

Он просверлит во мне дыру своим взглядом, если будет так пристально смотреть.

— Я хочу кое о чем спросить...

— Да?

— Нет, неважно, — он вышел из комнаты, прицокнув языком и бросив на меня последний взгляд.

[[image:/storage/reader-images/6391c517bcd062d65d6c7fd333092f8df58c86b8.jpg]]

О чем он хотел спросить?

После нашей неожиданной первой встречи мой муж, казалось, снова исчез.

На следующий день я завтракала наедине с Элленией.

На некоторое время воцарилась тишина.

Элления сосредоточилась на своей еде с бесстрастным видом, из-за чего мне было трудно понять, о чем она думает. Я сознавала, что произошло прошлой ночью, и ела как можно медленнее, ведь аппетит у меня совершенно отсутствовал.

Если даже я позавтракаю, у меня все равно имеется хороший предлог, чтобы меня вырвало…

— Этого больше не повторится.

— Что?

Я осторожно опустила вилку и подняла голову.

Элления все еще помешивала грибной суп, опустив глаза.

Я никогда не думала, что кто-то вообще поведет себя так по-детски, но я ответила:

— Спасибо.

— Ты будешь на придворном банкете через четыре дня. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится к тому времени.

Верно, будет банкет. Поскольку королевская семья устроила этот брак, было очевидно, что мне необходимо пойти туда, чтобы поприветствовать короля.

В то же время это был банкет в честь годовщины свадьбы короля и его жены.

— Эллен, если ты не возражаешь, не могла бы ты посоветовать мне хорошего портного?

— Портного?

— Да. Как ты знаешь, единственная одежда, которая у меня есть — южная, так что она будет слишком сильно выделяться. К тому же, я слышала, что лето здесь очень короткое.

На мгновение воцарилась тишина. Элления взглянула на меня и осторожно улыбнулась, а затем перевела взгляд обратно.

Почему-то мне стало неловко.

— Ты права. Я должна была подумать об этом заранее и подготовиться к этому. Мне стыдно за это.

Конечно, она не думала об этом. Черт возьми, они все делают ставки на то, когда я вернусь в Романью.

Кроме того, насколько я помню, первоначальная Рудбекия не заботилась о северных обычаях.

— Я приглашу своего портного. Будет трудно сшить новую одежду за четыре дня.

— Ничего не поделаешь. Спасибо тебе.

— Я бы с удовольствием одолжила тебе свое платье, но оно слишком велико для тебя. Честно говоря, Руби, ты слишком худая. Тебе нужно больше есть, чтобы пережить зиму в Элендейле.

Действительно, наш рост тоже сильно отличается, и если бы я надела одежду Эллении, я, вероятно, выглядела бы так же нелепо, как незрелый подросток, который украл одежду своей старшей сестры.

Это было бы просто печально.

В любом случае, это будет моя первая встреча со многими знатными особами этой страны, так что мне придется быть осторожной, чтобы произвести хорошее впечатление.

Вот только на моего мужа, который является самым важным человеком, я, похоже, уже произвела самое ужасное впечатление.

— Тогда в тот день, лорд Айзек… Я имею в виду...

— Я надеюсь, ты не сильно переживаешь из-за того, что произошло сегодня ночью. Мой брат просто слишком остро отреагировал, потому что он очень серьезно относится к вопросу безопасности. Обычно пламя так легко не гаснет. И поскольку демоны очень редко врываются внутрь, мы тоже были очень удивлены.

Похоже, Элления решила, что я в ужасе от Айзека.

Он, должно быть, очень чувствителен.

Ха-ха, какие идеальные брат и сестра.

— Я даже не думала воспринимать это плохо. Мне просто немного грустно, потому что мне кажется, что он неправильно меня понял… Я уверена, что я ему не нравлюсь, но...

— Брат не ненавидит тебя, Руби.

Это был довольно серьезный тон для пустого утешения.

Элления бросила на меня сухой взгляд, и мои глаза расширились.

— Он обычный человек, который избегает людей, которые его раздражают. Никогда не знаешь, когда он набросится на тебя.

У него необыкновенная и уникальная личность. Он оказался еще более сложным человеком, чем я думала.

— Но...

— Ему просто не нравится нынешняя ситуация, поэтому он смотрит на все под другим углом. Не знаю, как ты, но я никогда не могла представить, что мой брат женится. Даже если бы это был кто-то другой, а не ты, Руби. Должно быть, это было тяжело.

Это не имеет смысла.

Он был из обычной семьи, не такой, как я — Рудбекия де Борджиа. Но если бы вместо меня была девушка из простой семьи, то он бы не понял всю эту ситуацию неправильно и не подумал бы, что я уже пыталась нас разлучить.

Он был бы добрее, если бы я была его подругой детства.

Тем не менее, если объяснения Эллении о необычном поведении Айзека были правдой, я спокойна.

Даже если бы существовало множество причин, по которым он не одобряет наш брак, у меня все равно было бы мало надежды, если его враждебность была бы направлена исключительно на меня.

Как мне теперь с ним общаться? Прежде всего, я должна понять его.

— Эллен, я хочу попросить тебя об одолжении.

В конце концов, необходимо сначала выяснить противника, чтобы играть в эту игру.

Теперь моей конечной целью было не умереть от рук своего мужа.

Попытка выглядеть как можно более безобидно была своего рода страховкой. Иначе я точно не смогла бы продолжать жить здесь в том случае, если бы мне не удалось предотвратить смерть Эллении — сестры моего мужа.

История тайных убийств семьи Борджиа уже была общеизвестной тайной.

Например, о кардинале Илиопе, который узнал об обстоятельствах моего рождения, было официально объявлено, что он был убит ножом в борделе. Но ходили слухи, что на самом деле это сделали мои братья.

Кроме того, причина, по которой Элления была отравлена, заключалась в том, что к тому времени она была помолвлена с принцем Дориасом.

Было справедливо усомниться в нас, потому что неясно, что произойдет, если принц Дориас, который не ладил с папой римским, и женщина из одной из самых знатных семей Британии поженятся.

Я также чувствовала, что для Рудбекии было совершенно абсурдно отравить Эллению в такой ситуации.

Даже если это воплощение сумасшедшей семьи, Чезаре был довольно специфическим человеком.

В любом случае, я не могла никому рассказать об этой истории заранее. И кто бы вообще поверил любимой принцессе из семьи папы римского?

Даже если бы кто-то прислушался к моим словам, шпионы отца расставлены по всему Элендейлу. Из-за этого я ничего не могла сказать.

Я не хотела, чтобы меня насильно увезли домой, когда этот слух начал бы распространяться.

Поэтому я должна была выглядеть безобидной в глазах Айзека — человека, который в оригинале романа должен был убить меня.

Мне было наплевать на всех остальных.

Было бы очень трудно, если бы он мне не поверил или воспринял это неправильно. Немного благосклонности и сострадания, может быть, немного милосердия... Возможно, это заставит его поверить мне...

Но какая маска лучше всего подошла бы той, которая, по слухам, является настоящей дьяволицей?

В конце концов, он мужчина. Если я подойду к нему с жалким и милым выражением лица, он ведь меня не ударит?

Мраморные ступени сверкали белизной под летним солнцем. Когда разговор зашел о Северном Храме, я представила себе мрачный и унылый лабиринт, как в фантастической игре, но уникальный дизайн здания прекрасно подчеркивал его красоту.

Однако моей целью, конечно, было не любование Храмом.

Я пряталась за мраморной колонной, заглядывая в шумный тренировочный зал.

С виду могло показаться, будто я что-то вынюхиваю. Открывшаяся передо мной картина больше напоминала сцену из средневекового фэнтези: высокие паладины в черных доспехах собирались по двое и по трое, держа в руках сверкающие ярко-синие мечи.

Рыцарям Британии приходится постоянно давать отпор ордам монстров. Немудрено, что их войска куда опытнее итальянских.

Их броня выглядела массивной и очень тяжелой. Как они вообще могут в ней двигаться?

- Кого-то ищете?

Вежливый голос вернул меня из раздумий и заставил прекратить украдкой оглядываться по сторонам.

Это был паладин, бесшумно возникший позади меня.

На его нежном лице красовалась мягкая и элегантная улыбка, а вьющиеся волосы, обрамляющие его виски, были красивого бледно-желтого оттенка.

Мужчина пару раз моргнул, когда я изобразила растерянность. В его глазах промелькнул блеск, смысл которого я не уловила.

- Разве Вы не леди Рудбекия?

- Да?..

- Не поймите меня неправильно. Я был одним из сопровождающих, когда Вы только прибыли в порт Элмос.

- Понимаю. Простите, но я не…

- Ничего страшного, Вы и не должны были запоминать меня. Но что Вас сюда привело? Хотели полюбоваться Храмом?

- Ну… я слышала, мой муж находится здесь, - ответила я, застенчиво улыбнувшись.

На мгновение повисла тишина. Похлопывая ресницами, он казался очень смущенным и удивленным.

Не понимая, что его так озадачило, я перевела взгляд на корзину в своих руках.

- Одну минуту, - он вежливо улыбнулся и прошел мимо колонны, за которой я пряталась.

Я уже собиралась вновь выглянуть, как вдруг услышала нечто интересное.

- Айзек! Твоя жена здесь! Эй, ты смеешь меня игнорировать?! Чертов ублюдок! Совсем меня не слушает!

Я не могла поверить, что с тех нежных губ способны вырываться подобные слова.

Что, черт возьми, не так с людьми в этом мире?

Я прислонилась к колонне и пристально уставилась на статую на противоположной стене. Внезапно от вида Святой Агнессы, держащей в руках ягненка, мне захотелось блевать.

Странно… Меня ведь уже тошнило сегодня.

- Что ты делаешь?

От этого низкого голоса и его холодного тона у меня подкосились ноги. Я подняла голову. Айзек стоял передо мной, уперевшись одной рукой о столб и прожигая меня своим разгневанным взглядом.

Капли пота стекали по его лицу. Уверена, встреться он с Цезарем – и их гляделки превратились бы в ожесточенное соревнование.

- Эм… Этим утром я…

- Что?

- Мне показалось, Вы рассержены на меня, поэтому я беспокоилась… - я поджала уголки рта, безнадежно отводя взгляд, и, не найдя нужных слов, пораженно опустила плечи.

- Все в порядке.

- П-Подождите, пожалуйста!

Забывшись, я взяла его за руку, но он тут же стряхнул меня. Я пошатнулась и уронила корзину для пикника, из-за чего она упала с оглушительным стуком.

Вот же…

- Ай…

Элления сказала, что эти фрукты высоко ценятся среди местных.

Я тут же присела на корточки и начала собирать выпавшие фрукты. Мне казалось, он просто обернется и уйдет, но Айзек стал наблюдать за мной.

В его красных, напоминающих рубин, глазах сверкнуло недоумение.

- Что ты делаешь?

- Собираю выпавшие фрукты. М-Мне очень жаль. Я принесла их для Вас…

- Разве тебя кто-то просил это делать? И зачем ты подбираешь то, что упало на землю?

- Мне правда жаль…

На этом моменте платина прорвана. Поток слез вырвался наружу.

Когда я поднялась на ноги, слезы текли по моим беспомощно дрожащим щекам.

Думаю, за такую актерскую игру меня можно было бы номинировать на лучшую женскую роль. Это был защитный механизм, сохранившийся у меня из прошлой жизни. Когда я плачу, атмосфера становится более спокойной.

Конечно же, есть и те, на кого моя техника не действует. Одним из таких является мой брат.

Каким же темпераментом обладает Айзек?

- Я прошу прощения за то, что рассердила Вас… Мне кажется, возникло недопонимание, поэтому…

Лучший рыцарь севера стоял неподвижно, продолжая глазеть на меня.

Какой устойчивый парень. Такими темпами у тебя глазные яблоки выпадут.

- О каком недопонимании идет речь?

- Недоразумение, из-за которого Вы подумали, что я пытаюсь расторгнуть наш брак…

Его молчание заставило меня смущенно переступить с ноги на ногу, и я выпалила все, что пришло в голову.

- Я… Я понимаю, что Ваше отношение ко мне оправдано и Вашу ненависть ко мне можно понять. Любой на Вашем месте был бы такого же мнения, но я правда не…

- С чего ты взяла, что я тебя ненавижу?

Мой мозг какое-то время отказывался верить в только что услышанное.

Склонив голову на бок, он слегка ухмыльнулся и приблизился ко мне.

Волосы на моем затылке встали дыбом, а кожа покрылась мурашками.

Мне казалось, он неспособен понять чувства плачущих людей и даже слегка презирает их.

- Не помню, чтобы говорил нечто подобное.

- Хотите сказать, Вы не испытываете ко мне ненависти?

- Да, не испытываю.

Только взгляните на него. Это ведь ложь, верно?

- Э-Это правда?

- Правда.

Я взяла его за руку. От радости моя улыбка была стянута до ушей.

Прошло мгновение – и его легкая ухмылка вновь пропала. Айзек молча смотрел мне в глаза.

На секунду мне показалось, что он собирается ударить меня, но этого не произошло.

Как только он моргнул, пламенный взгляд в его глазах внезапно исчез. На лице вновь появилась привычная холодная мина.

- Боже… И о чем я только думаю?

Слова звучали так, словно он сам себе не верил, а голос был полон абсурда. Или, скорее… это смущение?

Айзек отвернулся и раздраженно пригладил волосы, всем своим видом показывая свое недовольство.

Ох…

Получилось. Я пошла на большой риск, но мне повезло получить такую реакцию.

- С Вами все в порядке?

Айзек взглянул на меня, как только я задала вопрос.

Далее он поднял упавший к его ногам фрукт, бросил его в корзину и сунул мне в руки.

Боже, сколько агрессии.

- Мне это не нужно. Прекрати заниматься столь бессмысленными вещами.

- Но…

- Заранее попрошу не понять меня неправильно. Я лишь хочу, чтобы весь этот цирк с замужеством побыстрее подошел к концу. Мне невыносимо наблюдать за тем, как кто-то пытается сблизиться со мной. Почему бы тебе просто не написать письмо родителям и побыстрее вернуться домой, маленькая южная принцесса?

Никогда ранее не видела его таким.

Я тут же почувствовала себя увереннее.

Я не из тех наивных и невинных девушек, но перед таким человеком, как он, притворяться проницательной и мудрой будет довольно опасно. Хотя это и не означает, что он был подобен тем, кто предпочитает плаксивых или жалких девчонок. Но тот краткий миг, когда он ослабил бдительность, стал для меня драгоценной подсказкой…

Возможно, он решил, что на меня даже гневаться бессмысленно. Начав спорить со мной, Айзек почувствовал бы себя ребенком.

Очевидно, что мои действия не навлекали на себя каких-либо подозрений.

Подождите… Неужели этот парень, который всего на четыре года старше меня, назвал меня маленькой? Лишь из-за столь небольшой разницы?

- Но я не хочу, - решительно ответила я.

- Почему? Уже успела привыкнуть к этой дыре?

Неужто он думал, что я считаю северные земли «дырой»? Спасибо хоть на том, что дал знать.

- Я… Я влюблена в Вас!

На мгновение все вокруг затихло, и лишь проносящийся мимо ветер разгонял тишину.

Я опустила голову, чтобы скрыть покрасневшее лицо. Хорошо, что я не обделена актерскими навыками.

- Что?

- Я понимаю, что Вам часто признаются подобным образом… но Вы были первым, кто спас мою жизнь от опасности. Я постараюсь загладить все свои недостатки, ничего не ожидая взамен. Так что, пожалуйста, не могли бы Вы дать мне небольшой шанс? Сами ведь сказали, что не испытываете ко мне ненависти…

Все верно, я отыгрываю типичную наивную фанатку. Самый непонятный и незначительный типаж девушек для таких, как он.

Именно такой он должен меня считать. По крайней мере, я на это надеюсь.

Откуда-то донесся свист. Похоже, кто-то наблюдал за нашим неловким диалогом.

Воспользовавшись этим звуком, как сопровождающей мелодией, я храбро подняла взгляд. Нужно быть столь же яркой, что и прежде. Права на ошибку у меня нет.

Айзек решил притвориться, что не слышал моих слов. Или же он был смущен перед рыцарями, которые стояли позади него?

Как бы то ни было, повернуться спиной и уйти, не сказав ни слова, было очень бессердечно с его стороны.

Я решила закончить начатое, крикнув ему в след:

- Я не доставлю Вам неприятностей! Обещаю!

Конечно же ответа не последовало.

Лишь гнетущая тишина…

Какую роль мне стоит играть перед этим бездушным человеком? В этом-то и была проблема.

Он все еще был мужчиной, так что, если я просто подойду к нему с милым и невинным лицом, он ведь не ударит меня, не так ли?

Мраморная лестница сверкала белизной в лучах летнего солнца. Когда я думала о том, как выглядит храм на севере, я представляла себе мрачный и однообразный лабиринт, похожий на те, что бывают в играх в стиле фэнтези. Но, вопреки моим ожиданиям, здание, выполненное в уникальном стиле, в полной мере демонстрировало свою торжественную красоту и великолепие.

Конечно, исследование храма не было моей целью.

Прямо сейчас я притаилась за мраморной колонной, поглядывая в шумный зал.

Я не собиралась прятаться и подглядывать, но каким-то образом именно это и произошло. Мне не понравилась сцена, которая разыгралась прямо передо мной. Словно в классическом средневековом фэнтези, высокие паладины в черных доспехах сражались в группах по двое и по трое, размахивая светящимися ярко-синим мечами.

Этот регион все время страдал от демонов, поэтому местные воины вели себя намного грубее и агрессивнее, чем рыцари Романьи.

Их доспехи и снаряжение выглядели тяжелыми и массивными. Как они могут так легко двигаться во всем этом?

— Кого ты ищешь?

Вежливый голос за моей спиной привел меня в чувство.

Без единого звука позади меня появился паладин и посмотрел на меня сверху вниз.

Милое личико, словно у девушки. Мягкая и элегантная улыбка. Его вьющиеся волосы красивого бледно-желтого оттенка были растрепаны, и несколько отдельных прядей обрамляли его виски.

Мужчина медленно моргнул, когда я притворилась, что колеблюсь с ответом. В светло-зеленых глазах блестели непонятные мне искорки.

— Разве вы не леди Рудбекия?

— Ну… Я…

— Не поймите меня неправильно. Когда вы прибыли в порт Элмос, я был в составе охранного отряда, который сопровождал вас в замок.

— Ох, вот как. Простите, я не...

— Неудивительно, что вы меня не узнали. Но что привело вас сюда? Вы захотели посмотреть на храм?

— Нет. Эмм… Я слышала, что мой муж здесь.

Я застенчиво улыбнулась. Мужчина замолчал на некоторое время. Он казался удивленным и смущенным.

Вскоре его взгляд обратился к корзине с фруктами в моих руках. Не понимаю, чему он так удивился?

— Подождите минутку, — он снова мило улыбнулся и вышел из-за колонны.

Я уже собиралась снова выглянуть наружу, когда мой новый знакомый вдруг закричал на весь храм:

— Айзек! Твоя жена здесь! Айзек! Эй! Ты чертов ублюдок! Ты что, игнорируешь меня?! Твоя жена здесь! Ах, вот ведь! Этот парень меня не слушает!

Я не могу поверить, что эти слова слетели с его прекрасных губ.

Что, черт возьми, не так с людьми в этом мире?

Я спряталась за колонной и пристально уставилась на статую у противоположной стены. Святая Агнесса, держащая ягненка, внезапно заставила меня снова почувствовать тошноту. Это было странно. Меня сегодня уже вырвало.

— Что ты здесь делаешь?

Низкий голос вместе с холодным тоном проник в мои уши. Я подняла голову, и мои глаза расширились. Айзек стоял, опираясь одной рукой на столб, и смотрел на меня сверху вниз своим свирепым взглядом.

Пот стекал по его спутанным серебристым волосам на лоб. Было бы здорово посмотреть, как он посоревнуется в гляделки с Чезаре.

— Я, э-э, этим утром...

— Что?

— Я думала, ты обиделся на меня. Так что я переживаю...

Я поджала уголки рта, притворяясь, что оглядываюсь, бормоча последние слова. Я сделала вид, словно я не знаю, что сказать. Затем мои плечи безвольно опустились.

— Все нормально. Можешь уходить.

— П-подожди минутку!

Я потянулась и ухватилась за край рукава Айзека, но он тут же стряхнул мою хрупкую руку. Я отшатнулась и уронила корзину для пикника, которая с глухим стуком упала на каменный пол.

Ох, как же так…

— Ах...

Элления сказала, что эти фрукты были особенно ценны в северном регионе.

Я присела на корточки на полу и начала подбирать выпавшие из корзины драгоценные плоды. Я ожидала, что он уйдет, но Айзек остановился и уставился прямо на меня.

Его красные, похожие на драгоценные камни глаза вспыхнули недоумением.

— Что ты делаешь?

Что я делаю? Я собираю дорогие фрукты.

Ты такой капризный человек.

— Я... мне очень жаль. Я принесла это для тебя...

— Кто тебя просил это делать? Почему ты поднимаешь то, что упало на пол?

— Мне очень жаль.

Поток.

Река слез.

[[image:/storage/reader-images/92dbd40fe250d5d3d45a2b4706a1b0aa5d80eb00.jpg]]

Слезы катились по моим щекам, когда я поднялась, беспомощно дрожа.

Хнык-хнык.

Я делала это ради выживания, но мне кажется, что за эту игру я могла бы получить награду за лучшую главную женскую роль. Это был скорее инстинкт, который я получила благодаря моей прошлой жизни. Как только я начинала плакать, ситуация немного смягчалась.

Конечно, были такие люди, на которых это не действовало. Так было с моим старшим братом на протяжении всей моей прошлой жизни.

— Мне жаль, что я тебя расстроила. Просто я думаю, что ты ошибаешься насчет меня, поэтому я пытаюсь объяснить...

Лучший рыцарь Севера все еще стоял там, уставившись на меня.

Какой капризный парень.

— Ошибаюсь в чем?

— Ну, эм, в том, что я пыталась найти причину для разрыва брака...

— …

— Я-я знаю, что для тебя естественно воспринимать это таким образом, и я знаю, что для тебя нормально ненавидеть меня. Я уверена, что любой бы так поступил. Но я не...

— Кто сказал, что я тебя ненавижу?

Я вздрогнула и открыла рот.

Наклонив голову, он приблизился ко мне. Его губы изогнулись в улыбке.

В тот момент у меня мурашки побежали по коже.

Далекий от того, чтобы испытывать жалость к плачущим людям, его, должно быть, просто сильно раздражают чужие слезы.

— Я не помню, чтобы говорил кому-нибудь, что ненавижу тебя.

— Ты хочешь сказать, что не ненавидишь меня?

— Нет, я не ненавижу тебя.

Посмотрите на него. Ты лжешь, верно?

— Ты... Ты серьезно?

— Это правда.

— Правда-правда?

Я ухватила его за руку и крепко сжала его ладонь, взволнованно улыбаясь в предвкушении.

На мгновение воцарилась тишина. Улыбка мужчины, смотревшего на меня сверху вниз, медленно угасла. Айзек долго смотрел мне в лицо, не произнося ни слова.

На секунду мне показалось, что он собирается ударить меня. Но этого не произошло.

Как только он моргнул, пылающий блеск в его глазах внезапно исчез, а холодный взгляд вернулся.

— Черт возьми, чем вообще я сейчас занимаюсь?

Его голос был полон абсурда. Или мне следует назвать это чувством стыда?

То, как он повернулся и раздраженно пригладил волосы, говорило о том, что он был расстроен.

Ах!

Это было оно. Я сильно рисковала, но мне повезло. Я получила от него реакцию.

— Все в порядке?

Следующее, что он сделал — стал поднимать фрукты, которые рассыпались у его ног, когда я уронила корзину. Айзек взглянул на меня после того, как я задала ему вопрос. Побросав фрукты в корзину, он протянул ее мне.

Боже, он такой агрессивный.

— Мне это не нужно, так что больше не занимайся подобными глупостями.

— Но...

— Скажу тебе сразу, чтобы ты не строила никаких иллюзий: мне будет плевать, если эта клоунада закончится прямо сейчас. У меня нет желания наблюдать за тем, как со мной пытаются играть. Почему бы тебе просто не написать письмо и не отправиться домой прямо сейчас, маленькая южная принцесса?

Я никогда раньше не видела его с этой стороны.

Я почувствовала себя более уверенно.

Я не была глупой или наивной девчонкой, поэтому я прекрасно понимала, что перед таким человеком притворяться умной и уверенной в себе было опасно. Это не значит, что Айзек предпочитает исключительно плаксивых или жалких девушек. Но то послабление, которое я только что увидела, было драгоценной подсказкой.

Может быть, это потому, что он думал, что я не стою того, чтобы на меня сердиться.

Скорее всего, Айзек подумал, что, вступив со мной в перепалку или пытаясь психологически воздействовать на меня, он повел бы себя по-детски.

Было очевидно: пока я буду вести себя так же невинно и предсказуемо, он не станет сомневаться в моих мотивах и проявлять чрезмерную бдительность.

Но погодите, этот парень, который всего на четыре года старше меня, назвал меня «маленькой»? Что? Только потому, что он немного раньше родился?

— Но я не хочу.

— Почему? Ты чувствуешь, что эта канава уже стала твоим домом?

Неужели ты думал, что я сочту это место сточной канавой?

— Я... Я люблю тебя!

На мгновение я могла слышать только шум ветра, проносящегося мимо.

Я опустила голову, чтобы скрыть свое красное лицо.

Ха! Я могла по праву гордиться своей актерской игрой.

— Что?

— Я знаю, что ты часто это слышишь. И я прекрасно понимаю, что ни за что не понравлюсь тебе. Но ты был первым, кто спас меня так самоотверженно. Я постараюсь исправить свои недостатки, насколько смогу, я ничего от тебя не требую. Но пожалуйста, позволь мне хоть чем-нибудь тебе помочь! Ты сказал, что не ненавидишь меня.

Да, я стану вести себя словно преданная фанатка. Самый очевидный и незначительный тип девушек для таких парней, как он.

Именно так он будет относиться ко мне с этого момента. Для меня это станет надеждой.

Мне показалось, что я услышала какой-то свистящий звук.

Казалось, что кто-то наблюдает за нами в этой очень волнующей ситуации.

Используя этот звук как фоновую музыку, я подняла голову и улыбнулась. Очевидно, Айзек решил притвориться, что не слышал слов, которые я только что произнесла.

Это просто бессердечно — повернуться спиной, не сказав ни слова.

Я нанесла еще один удар в его неподвижную спину.

— Я никогда не буду помехой для тебя. Я клянусь!

Конечно, ответа не последовало.

Тишина.

После посещения Храма я встретилась с портным герцога, которого

отправила мне Элления. Четверо суток было потрачено на примерку новой одежды,

написание писем семье в Италии и подготовку к банкету.

С того дня я больше не виделась с Айзеком. По словам Эллении, лето

является самым загруженным сезоном для паладинов, так как им необходимо

готовиться к приходу зимы.

Постепенно подошел момент моего первого участия в светском

мероприятии Элендейла.

Нефритовое шелковое платье, которое я надела на банкет, было самым

простым одеянием, когда-либо оказывавшимся на моем теле. Мои кожаные туфли

кремового цвета были усыпаны лишь жемчугом, а руки окутывали обычные летние

перчатки. Длинные волосы были заплетены в косу без каких-либо аксессуаров. Единственным

украшением, которое я носила, были аквамариновые серьги.

Весь мой наряд оказался удивительно прост. Горничные то и дело

бросали на меня подозрительные и дерзкие взгляды, но лишних вопросов не

задавали.

- Руби.

Приятно слышать, как прекрасная девушка с ангельским личиком столь

ласково зовет меня по имени.

Пока она стояла перед ступенями, одетая в красное платье с

длинными рукавами, весь ее образ больше походил на сошествие богини. Не могу

поверить, что она чуть не вышла замуж за Энцо.

Но человек рядом с ней…

- Руби, я бы хотела познакомить Вас со своей хорошей подругой. Это

Флая ван Фуриан.

- Добрый вечер, леди Рудбекия. Рада нашему знакомству.

Лучезарная улыбка обнажила ее идеальные белые зубы. Такой взгляд мог

принадлежать лишь человеку, выросшему в окружении искренней любви и заботы. Она

излучала прекрасную ауру, которая естественным образом привлекала внимание

людей, независимо от их пола и возраста.

Ее миндалевидные глаза были фиолетового цвета. Платье прекрасно

подчеркивало ее изящно вытянутую фигуру, а светлые волосы, обрамлявшие лицо,

блестели под мягким освещением. Они были не темно-русыми, как у меня, а более

яркими, холодного платинового цвета.

Она была той самой подругой детства.

И почему вы все такие красивые?

Всю свою новую жизнь я была окружена привлекательными людьми, и,

хоть обзавелась новым телом, чувство неполноценности не желало меня покидать.

Отношения к незнакомой иностранной принцессе и к прекрасной

подруге детства, конечно же, сильно разнятся. Это было заметно даже по

восторженным взглядам горничных, направленных на Флаю.

Тц.

- Я тоже рада нашей встрече, леди Фуриан, – застенчиво

пробормотала я. Глаза Флаи на мгновение расширились, прежде чем она повернулась

к Эллении, а с ее лица не сходила обворожительная улыбка.

- Эллен, ты не говорила, что наша гостья окажется столь милой

девушкой!

- Ты бы неправильно восприняла мои слова, – холодным тоном

ответила Элления.

Но Флая, помахивая веером, продолжала странно на меня смотреть.

Что-то не так с моей одеждой?

- Заранее хотела бы извиниться за то, что мой брат прибудет чуть

позднее. Такое случается часто, но…

Ага, так вот почему с самого утра ты кажешься обеспокоенной.

Не то чтобы меня это огорчало… но я все еще надеюсь, что он

явится, пускай и с опозданием.

В конце концов, мне необходимо поддерживать свой имидж. Такова моя

судьба.

Карета с красочной эмблемой Омерты проехала вдоль внутреннего

города Элендейл, что был окружен стеной по всему периметру.

Статус этой кареты ничем не отличался от современного лимузина,

который возил меня по роскошным заведениям. Хоть в этом мире все выглядит

по-другому, но образ жизни людей остается все тем же.

По крайней мере, мне так казалось.

Мне хочется, чтобы в моей новой жизни все отличалось от

предыдущей. Я все еще чувствую себя отчужденной от многих бесед, несмотря на то

что вместо дорогущего лимузина сейчас меня возит прекрасная карета.

- Его Высочество будет сильно негодовать, если не поспеет вовремя

к сегодняшнему торжеству.

- Не думаю, что у него это займет день или два. Уверена, они

что-нибудь придумают.

Насколько мне известно, родители Флаи и семья Омерта были очень

близки еще до рождения их первенцев. Неудивительно, что в юном возрасте их дети

проводили вместе все свободное время. Это объясняло их столь глубокую связь.

Я даже могла почувствовать эту нить. Лишь очень давние друзья

могут похвастать чем-то подобным.

- Я волнуюсь насчет того, что здешний банкет может показаться Вам

малость безвкусным. Наш город куда скромнее, нежели Ваш родной дом, - сказала

Элления, повернувшись в мою сторону.

- Вовсе нет. Элендейл кажется мне прелестным городом.

Всю дорогу Флая продолжала задавать мне самые различные вопросы, а

я в свою очередь пыталась отвечать максимально кротко и смиренно, отчего

разговор казался более формальным.

Хоть со стороны и казалось, что она обращается ко мне как к

близкому другу, было нетрудно догадаться, что Флая втайне прощупывает меня.

Айзек, Элления и Флая знакомы очень давно. Неудивительно, что она будет

беспокоиться за своего друга, которому суждено взять в жены девушку с не самой

блестящей репутацией.

Ее дружелюбный тон вовсе не был знаком одобрения.

Мне не остается ничего другого, кроме как воспользоваться той же

картой. В конце концов, эти девушки являются самыми важными персонами сразу

после моего мужа.

Ха-а… Айзек определенно станет финальным боссом.

Прибыв во дворец Ангван, гордость всей Британии, я увидела

величественную крепость, башни которой словно пронизывали небеса. Пейзаж Лунной

башни на фоне облаков перехватил мой дух. Толпы прибывших дворян с почтением

приветствовали нас.

Женщины нарядились в красивые платья с длинными рукавами, а

мужчины были одеты в темные фраки и жилеты, украшенные брошками.

Рыцари в сияющих доспехах сильно выделялись на их фоне.

Большинство тех воинов были паладинами, статус которых ничем не

уступал священникам. В королевстве, которое регулярно подвергается набегам

монстров, рыцари могли даже позволить себе нарушить дресс-код без последующего

выговора.

Элления, брат которой являлся величайшим рыцарем Севера,

безусловно носила статус прекраснейшего цветка во всем аристократическом

обществе Британии.

Сочетание власти семьи Омерта, кровной связи с самим королем,

прелестного внешнего вида и безупречного характера делали из нее самого

желанного собеседника. Все дворяне с нетерпением ждали своего шанса подойти и

поздороваться с Элленией.

Немудрено, что Флая, лучшая подруга наследников семьи Омерта,

окажется главным объектом зависти.

Хоть многое здесь и отличалось от банкетов в Италии, я невольно

вспомнила о том, как люди пытались всячески угодить мне или леди Джулии, дабы заслужить

благосклонность моего отца.

Несмотря на слухи и критику в обществе, перед Цезарем

выстраивалась целая очередь людей, соперничающих за его время и внимание. У

Энцо была схожая ситуация.

Что бы ни говорили за моей спиной, я тоже являлась объектом

зависти и восхищения. Но какова будет реакция людей, если все мои жалкие

сокровенные мысли и желания окажутся раскрыты? Как ни странно, в давние времена

я ужасно боялась, что такое однажды произойдет.

Стоя между Флаей и Элленией, я чувствовала себя маленькой

девочкой, гуляющей с двумя прекрасными моделями. Черт возьми… Невысокий рост

даже в этой жизни доставляет мне проблем.

- Боже мой…

- Это ведь…

- Здравствуйте, – я подошла к двум женщинам, бросавшим на меня

любопытные взгляды, и слегка улыбнулась.

Казалось, в любой момент я могу начать задыхаться от всех этих чувств

враждебности, зависти и презрения, исходящих от прибывших гостей. Прекрасно

было то, что для меня это чувство весьма привычно.

Ах, кажется, мое лицо малость напряглось.

Священники в коричневых одеяниях подошли ко мне, дабы спросить о

моем отце и старшем брате. Был ли Его Святейшество здоров в эти дни, планирует

ли кардинал Валентино посетить Элендейл и так далее. Постепенно мы добрались до

причудливого банкетного зала с куполом, окруженным множеством людей.

- Этот паршивец в самом деле… – пробормотала Элления, закипая от

злости. Широко раскрыв глаза, я взглянула в том же направлении. Мне было трудно

поверить, что подобные слова могли слететь с ее уст.

Но потом я увидела…

- Айзек? – раздался приглушенный голос Флаи. Рядом с длинным

столом, уставленным различными блюдами, среди слоняющихся паладинов в черных

металлических доспехах стоял мой муж, местонахождение которого было неизвестно

весь день.

Почему он был там?

Если он намеревался унизить свою будущую жену, не сопроводив на

банкет, то это была весьма неплохая попытка. Но стоила ли она затраченных

усилий?

- Айзек!

Услышав Флаю, Айзек повернулся в нашу сторону. Казалось, он даже

слегка пошатнулся, увидев меня, зажатую между ее сестрой и подругой детства, но

потом вновь отвернулся в другую сторону.

Ха-а… Такой же, как и всегда. Но это, конечно же, нисколько меня

не задевало.

- Миледи, если хотите, мы можем хорошенько его отругать! –

уверенно предложила Флая.

- Ты думаешь, это прибавит ему манер? – отвергла предложение

Элления. В ее глазах явно читалось раздражение. Там не менее я собралась духом

и двинулась в сторону моего мужа.

- Руби?..

Было очевидно, чего ожидают увидеть люди, которым уже известно о

произошедшем в первую ночь и даже о том, что Айзек игнорирует меня. Но они не

получат желаемого.

Что бы я сейчас ни сделала, это ни капельки не навредит его

репутации.

Скорее, это я оказалась бы унижена.

Когда приблизилась к паладинам, мне стало легко уловить

устрашающую атмосферу, которую они излучали. Все взгляды уже были направлены на

нас.

Глаза, полные любопытства.

С чего бы это? Неужели они все думают, что я собираюсь отвесить

Айзеку хлесткой пощечины?

Сомневаюсь, что мне даже удастся дотянуться до его лица.

- Ох, леди Рудбекия?

Ой, разве это не тот миловидный, но сквернословящий рыцарь, с

которым я встретилась ранее?

Я улыбнулась ему в знак приветствия, а затем вновь повернулась к

своему мужу.

- Очень рада Вас видеть! Выглядите так же прекрасно, как и всегда.

Повсюду внезапно воцарилась тишина. Он опустил на меня свой ничего

не выражающий взгляд. Через силу мне удалось выдавить из себя восторженный

взгляд, сглатывая слюну в зудящем горле.

И все же он был слишком высоким.

Через мгновение он отвел свой взгляд и проговорил:

- Похоже, у моей жены нет ни здравого смысла, ни достоинства. Ты

должна была заметить, что сейчас я сильно занят.

- Простите, что прервала Вас, но если бы я не подошла…

- Мне казалось, ты пообещала, что не станешь мне докучать.

- В-Вы помните… Значит, в тот раз Вы меня слушали?

- Что?..

- Очень рада, что Вы действительно вняли моим словам. Я больше не

посмею Вас беспокоить, а лишь буду смиренно наблюдать издалека.

Когда я уже повернулась с намерением уйти, кто-то внезапно схватил

меня за плечо. Я увидела перед собой взгляд Айзека, наполненный абсурдом и

недоверием.

После посещения храма я встретилась с личным портным герцога, которого пригласила Элления, и провела четыре дня, примеряя новую одежду, сочиняя письма каждому члену семьи в Романью и готовясь к банкету.

Тем временем даже нос Айзека не показывался рядом со мной. По словам Эллении, летний сезон был, на удивление, самым загруженным различными приготовлениями.

Во всяком случае, именно так проходило мое первое светское мероприятие в Элендейле.

Нефритовое шелковое платье, которое я надевала во время Евхаристии, было самым простым из всей одежды, которую я привезла с собой.

К нему я выбрала туфли кремового цвета, усыпанные жемчугом, и летние перчатки. Помимо них, из аксессуаров на мне были только аквамариновые серьги.

Мои волосы тоже были собраны в простой высокий хвост без каких-либо аксессуаров.

[[image:/storage/reader-images/44df3b877821ff4230600ee79cdbf3d5834cd87b.jpg]]

Мой скромный наряд был совершенно неожиданным. Горничные с каменными лицами выглядели немного подозрительно, но они хотя бы не задавали никаких вопросов.

— Руби.

Я благодарна за то, что эта великолепная дама, похожая на чудесную ледяную скульптуру, называет меня по прозвищу.

Стоя у подножья лестницы в холле, Элления, одетая в красное платье с длинными рукавами, была похожа на мифическую богиню. Невероятно. Я не могу поверить, что она чуть не вышла замуж за Энцо. Но человек рядом с ней…

— Руби, поздоровайся. Это моя старая подруга, Фрейя Ван Фуриана.

— Доброе утро, леди Рудбекия. Приятно познакомиться с вами, — обнажив белые зубы, Фрейя улыбнулась. Это была улыбка, присущая только человеку, который жил в окружении любви, и она заставляла чувствовать себя бодро того, к кому была обращена. Фрейя была красавицей и обладала шармом, который естественным образом привлекал сердца людей независимо от их пола и возраста.

Ее глаза, похожие на полумесяцы, были фиолетового цвета. Платье, которое она надела, облегало ее длинное стройное тело, а светлые волосы, обрамлявшие лицо, казались блестящими.

Они были не темно-русыми, льняного цвета, как у меня, а бледнее, словно холодная платина.

Она была той самой подругой детства Айзека.

Почему здесь все такие красивые?

Вся моя жизнь была наполнена прекрасными людьми, но я чувствовала, что я все еще нормальна по сравнению с некоторыми людьми из этого мира.

И, конечно, к подруге детства относились бы иначе, чем к скромной невесте из другой страны.

Я могла сказать это, глядя в глаза горничной, полные доброты.

Тц.

— Я тоже рада познакомиться с вами, леди Фуриана, — застенчиво сказала я, и глаза Фрейи на мгновение расширились, прежде чем она обернулась с веселой улыбкой.

— Эллен, ты не говорила мне, что она такой милый человек.

— Это было бы весьма странно.

У Эллении все еще было идеальное бесстрастное лицо.

То, как она смотрела на меня, обмахиваясь веером, было немного странно.

Что-то не так с моей одеждой?

— Я заранее прошу понимания, потому что прибытие моего брата может немного задержаться. Это случается часто, но...

Ага, так вот чего ты так долго ждал.

Я все равно не ожидала, что он придет. Но я надеялась, что он появится сегодня попозже.

Мне приходилось внимательно следить за собой, чтобы поддерживать нужный образ. Такова моя судьба.

Карета с красочной эмблемой ехала по городу, окруженному высокими стенами.

Это ничем не отличалось от такси моей прошлой жизни — роскошный автомобиль, который возил вас на вечеринки по ухоженной дороге. Даже если времена были другими и мир был другим, образ жизни людей был схож.

По крайней мере, так я думала.

Мне хотелось, чтобы все было по-другому.

— Его высочество будет в ярости, если вы не придете сегодня.

— Что я могу сделать? Я уверен, что они разберутся, — насколько я помню, матери Фрейи и брата и сестры Омерта были близки еще до их рождения, поэтому было естественно, что их дети тоже были близки, растя рядом.

Это объясняло их связь и глубокое понимание друг друга.

Мне кажется, что я могу чувствовать их связь.

Что-то такое, чем могли поделиться только люди, знавшие друг друга очень давно.

— Я немного беспокоюсь, что здешний банкет покажется вам слишком безвкусным. Как вы знаете, по сравнению с Романьей, это спокойный город.

— Нет, я думаю, что Элендейл выглядит намного интереснее.

Фрейя оказалась очень общительным человеком и разговаривала со мной о разных вещах, а я отвечала так смиренно, как только могла, поэтому у нас получался довольно официальный разговор.

Хотя она относилась ко мне как к другу, с ее добротой и любопытством, она также вместе со всем этим изучала меня.

Фрейя была старой подругой Айзека и Эллении, поэтому было естественно, что она беспокоится о том, что женщина с такой печально известной репутацией, как у меня, стала женой ее друга.

Она заботилась обо мне, но это не означало, что я ей нравлюсь.

Так что мне просто придется показать ей ту же милую и безобидную сторону себя. Тем более, что эти двое были самыми важными людьми после моего мужа.

Ха-ха, мой муж — финальный босс.

Наконец мы прибыли в Ангванский дворец — гордость Британии, который словно взмыл высоко в небо. Пейзаж лунной башни и толпа дворян, прибывших раньше, приветствовали нас.

Женщины были одеты в тонкие платья с длинными рукавами, а мужчины — в темные фраки.

Несколько рыцарей, одетых в доспехи, выделялись из общей картины.

Большинство из них были паладинами. Так как они были важными персонами наряду со священниками в районе, где было много демонов, они, казалось, не были застигнуты врасплох из-за своего неправильного наряда.

Элления, чей брат был лучшим рыцарем, была, безусловно, одной из первых дам в высшем обществе.

Кроме того, сочетание могущества семьи Омерта, преимущества, которое выражалось в том, что она может стать королевой, выйдя замуж за короля, ее собственной великолепной красоты и безупречного характера давало понять, что к ней относились со смесью восхищения и опаски.

Кроме того, и Фрейя, лучшая подруга брата и сестры Омерта, определенно была объектом зависти.

Это отличалось от того, что я думала о ней раньше, но почему-то это напомнило мне мою семью и круг общения в Романье.

Люди, которые лебезили передо мной и любовницей моего отца, леди Джулией, ради того, чтобы установить связь с моим отцом и старшими братьями и получить от этого собственную выгоду.

Какими бы ни были слухи или публичная критика, у Чезаре было огромное количество поклонников обоих полов, и касательно Энцо было то же самое.

Я была объектом зависти и восхищения, но совершенно никого не интересовало, что у меня внутри. По крайней мере, так было в моей прошлой жизни. Что бы все они подумали обо мне, если бы о моей жалкой жизни стало бы известно? Как бы они отнеслись ко мне тогда? Сколько из них попытались бы меня уничтожить? Как ни странно, были времена, когда я действительно этого боялась.

Должна сказать, находясь сейчас среди этих красивых мужчин и женщин, я чувствовала себя маленькой девочкой.

Черт возьми, я снова была невысокой — тот же недостаток, что и в моей прошлой жизни.

— О боже...

— Это...

— Привет.

Когда я подошла, чтобы присоединиться к Эллении и Фрейи, я также улыбнулась и тем, кто бросал на меня любопытные взгляды.

Я задыхалась от всего этого любопытства, презрения, враждебности, зависти и других флюидов, исходящих от этой большой толпы, но это было нормальным положением дел, ведь я уже привыкла к этому.

Ах, я так долго изображаю улыбку, что мои мышцы на лице начинают болеть.

Священники в коричневых одеждах, с которыми я иногда сталкивалась, подошли и поздоровались со мной, чтобы спросить о моем отце и старшем брате.

Был ли Его Святейшество здоров в эти дни или планирует ли кардинал Валентино посетить Элендейл и так далее. Так мы добрались до роскошного банкетного зала под куполом, где уже было множество людей.

— Этот мужлан действительно... — я широко раскрыла глаза и оглянулась на то место, куда был направлен взгляд Эллении, когда она тихо пробормотала.

Я никогда не предполагала, что подобные слова слетят с ее губ. И там я увидела…

— Айзек? — слабо прозвучал удивленный голос Фрейи. Рядом с небольшой группой паладинов, слоняющихся в черных металлических доспехах, был мой муж, чье присутствие было полной неожиданностью. Не говоря уже о том, что он предупреждал, что опоздает, но все же прибыл на мероприятие раньше нас.

Что он там делал?

Если таким образом он пытался унизить меня, я бы сказала, что это была очень достойная попытка.

Стоило ли это затраченных усилий?

— Айзек!

Услышав приветственный крик Фрейи, Айзек посмотрел в ее сторону, отвернувшись от коллеги, с которым только что о чем-то беседовал. Он заколебался, увидев меня зажатой между его сестрой и подругой детства, и снова отвернулся.

Ха-ха, как всегда. Ну, это, конечно, совсем не повредило мне.

— Миледи, хотите, чтобы мы отругали его?

— Почему ты думаешь, что он послушает? — ответила Элления, уверенно отвергая предложение Фрейи.

Тем не менее, я набралась храбрости и направилась прямо к своему мужу.

— Руби?

Заинтересованные выражения лиц людей, разделенных, как Красное море, были впечатляющими. Было очевидно, чего они ожидали, вот только им было не суждено увидеть то, чего они хотели. Тот факт, что я была помехой с первого дня в этой стране и что Айзек игнорировал меня, уже было известным фактом.

[[image:/storage/reader-images/8a4956f0a0d5422f76d87e5e806d92652cefbfe3.jpg]]

Все воспринимали это как должное, поэтому, что бы я здесь ни делала, не было никаких шансов, что его репутация пострадает.

Скорее пострадала бы моя.

Когда я приблизилась к паладинам, которые излучали устрашающую и торжественную энергетику, их глаза, естественно, обратились ко мне.

Глаза, полные любопытства.

Почему? Неужели они думают, что я собираюсь ударить своего мужа прямо здесь?

Не думаю, что смогла бы даже дотянуться до его лица.

— О, леди Рудбекия?

Ах, разве он не был тем милым сквернословящим рыцарем, который сказал тогда, что знает меня?

Я улыбнулась ему, а затем поприветствовала своего мужа, который стоял напротив него.

— Я так рада снова тебя видеть. Сегодня ты выглядишь, как и всегда, отлично.

Вдруг в зале все стихло. Глядя на его высокую фигуру, смотрящую на меня сверху вниз с ничего не выражающим лицом, я изобразила восторженный взгляд и сглатывая слюну в пересохшем горле.

Он был излишне высоким мужчиной.

Через некоторое время он отвернулся от меня и сплюнул.

—Похоже, у тебя нет ни здравого смысла, ни благопристойности. Неужели ты не видишь, что я сейчас немного занят?

— Извини, что прервала вас. Но, если я этого не сделаю...

— Я уверен, что слышал, как ты сказала, что не будешь меня беспокоить.

— Т-ты помнишь. Значит, ты меня слушал?

—Что?

— Спасибо! И мне очень жаль. Больше я тебя не побеспокою. Я просто спрячусь и буду наблюдать со стороны.

http://tl.rulate.ru/book/59603

Этого я точно не ожидала.

Началась суматоха. Не обращая внимания на возгласы толпы, Айзек схватил меня за руку и повернул к себе. Оказавшись в его крепкой хватке, я почувствовала себя мышкой, пойманной в орлиный коготь.

Он собирается ударить меня?

Что угодно, главное – не погибнуть здесь.

- Скажи это еще раз. «Смиренно наблюдать»? И что это должно значить?

- Я… Я просто буду прятаться в Вашей тени. Вы даже не заметите моего присутствия.

- Умереть хочешь? – для угрозы его тон звучал довольно странно.

Конечно же я не намерена умирать, а потому отрицательно покачала головой.

- Тогда зачем тебе это?

- Мне… хочется быть рядом и наблюдать за Вами, при этом не будучи помехой, - боже, ощущаю себя наивной фанаткой.

Естественно, он и мысли не допускал о том, что столь беззащитная жена попытается убить его. Нужно быть готовым к смерти, дабы пойти на такое.

Пока я с трудом сдерживала слезы, Айзек издал звук, напоминавший вздох, и потер свой висок. К нам подошел сэр Иван и с торжественным видом заговорил:

- Леди Рудбекия, на самом деле это очень опасно.

- Прошу прощения?

- Я не имею в виду, что лорд Айзек обвиняет Вас в намерении убить его. Дело в том, что в силу суровых условий Севера наши тела и разумы натренированы иначе, нежели у всех остальных рыцарей. В пылу сражения, когда божественные силы и мастерство владения мечом раскрывают весь свой потенциал, мы с трудом отличаем людей от монстров и можем причинить вред даже своим близким.

Верно… Я слышала о том, что их рыцари впадают в состояние безумия, когда божественная сила достигает своего пика. Понятное дело, я не намеревалась следовать за ним в столь опасные места, как поля сражений. Повезло, что они неправильно меня поняли.

- Ох, похоже, я вновь чуть не навлекла на себя опасность… Прошу прощения, поскольку я родом из Юга…

- Пожалуйста, не говорите так. Вполне ожидаемо, что Вы об этом не знали. Так ведь, Айзек?! – тут же возразил сэр Иван и взглянул на моего мужа.

Айзек стоял смирно, словно застывшая статуя, и выжигал меня своим взглядом, прикусив нижнюю губу. Казалось, он думал о том, как сильно меня ненавидит.

- Н-Не беспокойтесь, я более не посмею докучать Вам… - намеренно запнувшись, я старалась выглядеть как можно более подавленной.

- Следовало заранее оповестить нас о том, что твое расписание изменилось, – этот холодный голос принадлежал Эллении. Она подошла к нам вплотную и окинула своего брата бесстрастным взглядом.

- Эллен права! – бодро поддержала Флая, подойдя к Айзеку. - Тебе стоит быть благодарным за то, что такие красавицы ожидают тебя дома, а ты даже не удосуживаешься их навестить.

Она игриво похлопала Айзека по руке кончиком веера, развеивая напряженную атмосферу.

Он все продолжал смотреть на меня.

В обычной ситуации прозвучали бы слова: «О каких красавицах ты говоришь?» - но мой муж все держал каменное молчание, вновь создавая неловкую атмосферу. К слову, мое бедное плечо все еще было сжато в его руке.

Упрямый ублюдок.

Однако подобная реакция показалась мне весьма интересной. Я думала, он лишь развернется и уйдет, как в прошлый раз.

- Ты…

- Его Величество король прибыл!

Когда он, наконец, заговорил, раздался громкий гул. Как велел канон, это произошло в самый неподходящий момент.

Его Величество подошел к нам с мягкой улыбкой и дружелюбным, но командирским тоном заговорил:

- Вам, должно быть, было нелегко проделать столь долгий путь, но я рад Вашему присутствию, леди Рудбекия.

- Благодарю Вас за гостеприимство, Ваше Величество.

- Мой племянник редко появляется на банкетах. Видимо, женитьба быстро делает из юнцов взрослых мужчин. Не так ли, Айзек?

Значительную долю состояния короля Феанола принесли достижения его племянника.

Благодаря моему приданому Айзек тоже получил бы приличную сумму, достаточную для безбедной жизни.

- В конце концов, сын должен идти по стопам своего отца, - вежливо ответил Айзек.

Выражение лица короля исказилось. Это был не сердитый… скорее, меланхоличный взгляд.

- Так вот почему ты никогда не прислушиваешься к моим словам?

- Разве могу я ответить или найти виноватого? Ведь я сам навлек на себя это, - его голос быль столь горьким и холодным, что мне пришлось опустить голову со стыда. Если говорить начистоту, ему навязали этот брак так же, как и мне.

Айзек бросил на меня последний пристальный взгляд и ушел, как мимолетный шторм, все это время прищелкивая языком.

Этим детским поведением он напомнил мне Цезаря.

Отовсюду разразился смех.

Да, смейтесь сколько хотите. А я так и продолжу глупо улыбаться, несмотря на то, что мой муж отвернулся от меня.

- Если бы только он не был ребенком Исиды…

- Успокойтесь, Ваше Величество. Вы можете еще сильнее смутить нашу новобрачную, - королева мягким тоном привела в чувства короля, который уже был готов закатить истерику. Она одарила меня доброй улыбкой.

У нее были густые рыжевато-каштановые волосы. Зрачки лимонного цвета и родинка под левым глазом. Кожа ее напоминала светло-кофейный цвет, что крайне редко для королевской семьи Севера. Помнится мне, кто-то говорил, что она была рабыней из восточных земель. Похоже, это правда.

- Ну же, принцесса. Невежливо вот так глазеть на леди Рудбекию. Ты должна ее поприветствовать.

Юной принцессе Британии на вид было около шести или семи лет.

Уставившись на меня блестящими бирюзовыми бусинками, принцесса спряталась за спиной своей матери. Королева слегка подтолкнула ее вперед. Ее длинные красно-каштановые волосы были заплетены в косу и покачивались при каждом движении.

- Добро пожаловать во дворец Ангван, леди Рудбекия.

- Спасибо, принцесса Ариен.

Я поприветствовала ее широкой улыбкой, но она вновь спряталась за юбкой королевы, быстро отводя взгляд. Ариен напоминала мне маленького котенка.

Встретив ее лично, я поняла, почему существование принцессы было столь незначительным в оригинальном романе.

Король Феанол был так сильно влюблен, что взял себе в жены бывшую рабыню-язычницу, которая к тому же была танцовщицей. И все же он не мог дать своей дочери такое же положение, которое получают все другие принцессы в этом мире.

С этим нельзя ничего поделать. Имея восточные черты, унаследованные от матери, Ариен всегда будет выделяться и казаться лишней в аристократическом обществе Британии.

Я редко могу посочувствовать кому-либо, но этот случай стал исключением.

В конце концов, текущий и старый миры не сильно отличаются друг от друга.

После приветствия короля все вновь погрузились в банкет.

Музыка, оживленные беседы и звон бокалов – все эти звуки наполнили бальный зал. Сидя за одним столом с Элленией, я слышала множество вопросов.

- Рукава довольно необычные. Это особый южный стиль?

- Ах, на самом деле я все еще жду, когда мне подготовят новое платье.

- У кого Вы сделали заказ?

- Как Вам наша кухня? Мне доводилось бывать в Италии, но тамошняя еда не пришлась мне по вкусу.

Нетрудно было догадаться, что они станут смотреть на меня с жалостью и сочувствием, ведь я, по сути, была отдана в рабство этой стране. Среди них промельками и тонкие насмешки, ведь я была дочерью ненавистного всеми папы римского.

Давайте! Насмехайтесь надо мной! Ведь я глупая дочь семьи Борджиа, не думающая ни о чем, кроме как о причинении вреда окружающим людям!

- Ах, Эллен.

- Флая? Где же ты была? – некоторое время назад она оставила нас и лишь сейчас присоединилась к банкету. Было приятно видеть, как ее бледное лицо слегка покрылось краской, словно все это время она скакала верхом на лошади.

Флая села справа от Эллен и сразу же повернулась ко мне.

- Простите, миледи. Я пыталась заставить Айзека вернуться, но он лишь проигнорировал меня. И куда только подевалась его рыцарская галантность?

- Было бессмысленно даже пытаться. Разве он когда-либо прислушивался к нам? – вздохнула Элления.

- Знаю я, ха-а… В любом случае, миледи, Вам нравится верховая езда? Мы с Эллен каждое лето устраиваем турнир по езде на лошадях!

- Я не совсем уверенно держусь в седле, но тем не менее езда мне нравится.

- Не беспокойтесь. Все, что от Вас требуется, – это заслужить доверие.

На самом деле все было в точности да наоборот. В прошлой жизни я хорошо ездила верхом, но мне не нравилось этим заниматься. Сейчас же я осознаю, что на самом деле мне были неприятны люди из клуба верховой езды.

- Не так-то легко грамотно управляться лошадью. Наверняка лорд Айзек обучил вас двоих. Почему бы Вам не попросить мужа научить и Вас, миледи? – одна из сидящих рядом дам задала вопрос с широкой улыбкой на устах. В ее глазах явно искрилась провокация.

Прежде чем я успела открыть рот, Флая резко ответила:

- Это было еще в раннем детстве. Да и получилось у меня довольно плохо.

- Конечно же, леди Фуриан. Прошу, не поймите меня неправильно.

Леди Консолейс холодно извинилась и обменялась взглядами со всеми окружающими. По ее глазам было видно, что она ликует. И почему в каждой компании обязательно найдется такой человек?

- Спасибо за вашу заботу. К сожалению, мне некогда тратить время на подобные пустяки, – ответила я, продержав недолгое молчание.

Консолейс с ухмылкой уставилась на меня, словно я сказала нечто абсурдное, затем прочистила горло и неловко улыбнулась.

- Кстати говоря, лето уже подходит к концу. В этом году рыцарский турнир состоится раньше обычного, верно?

- Лорд Айзек вновь намеревается принять участие? – раздался чей-то вопрос.

- Я с нетерпением жду начала турнира, но если лорд Айзек будет участвовать, то победитель станет очевиден.

- По правде говоря, мне трудно предположить, кому же достанется Цветок Славы в этом году…

Когда разговор зашел на эту тему, мне тут же стало плохо.

Ведь с началом состязаний должен приехать Цезарь.

Гладиаторский поединок, проводимый каждые три года в Элендейле, был крупнейшим событием с самой длинной историей на континенте, привлекавшим участников и зрителей со всего мира.

Все это произошло совершенно внезапно, и я никак не ожидала, что случится нечто подобное.

В это время в банкетном зале происходила какая-то суматоха и никто уже не обращал на нас внимания. Не знаю, видели это другие или нет, но Айзек внезапно схватил меня и развернул к себе, вглядываясь в мое лицо. Пойманная в его гигантские объятия, я чувствовала себя цыпленком, попавшим в когти орла.

Он собирался ударить меня?

Мне было все равно, пока он не собирался меня убить.

— Скажи это еще раз. Что ты собираешься делать? Прятаться?

— Я... Я просто спрячусь и буду наблюдать. Даже если я последую за тобой, ты не узнаешь...

— Ты хочешь умереть?

В его тоне я слышала угрозу, это показалось мне довольно странным.

Конечно, я делала все, чтобы не умереть, поэтому покачала головой.

— Тогда зачем ты собралась это делать?

— Я... Я хотела бы видеть тебя, но я не хочу надоедать тебе...

Как милая поклонница.

Конечно, он не мог подумать, что его слабая жена попытается убить его. Есть поговорка, что единственный человек, достаточно храбрый, чтобы убить паладина — это самоубийца.

Пока я пыталась заставить себя заплакать, мой муж, который смотрел на меня нечитаемым взглядом, вдруг издал звук, похожий на вздох, и коснулся своего виска. В то же время сэр Иван, который наблюдал за нами с несколько рассеянным видом, кашлянул:

— Леди Рудбекия, это был очень опасный поступок.

— Что?

— Я не имею в виду, что он посчитает, что его жена собирается его убить. Как вы знаете, Север — опасное место, поэтому мы немного отличаемся от рыцарей, выросших на Юге. И для вас может быть опасно оказаться рядом с нами, когда мы будем выслеживать демонов. В таком состоянии мы можем просто не отличить вас от монстров и попытаемся убить.

Понятно. Кто знает, что бы они сделали, если бы были на пике сражения? Естественно, я имела ввиду, что собираюсь следовать за ним только в тех обстоятельствах, когда моя безопасность будет гарантирована. Но судя по их реакции, я действительно выгляжу как сумасшедшая фанатка. Спасибо вам за непонимание, вы, самовлюбленные идиоты.

— О, мне очень жаль, что я повела себя так глупо. Просто я с Юга...

— Не говорите так. Неудивительно, что вы не знаете о таком. Все в порядке, правда, Айзек? Эй, скажи что-нибудь.

Айзек, который не сдвинулся с места, молчал. Он просто уставился на меня странным взглядом, покусывая нижнюю губу.

Казалось, он думал о том, что я ему уже до смерти надоела.

Я попыталась сделать настолько напуганное выражение лица, насколько это было возможно, и проговорила, заикаясь:

— Н-не волнуйся. Я никогда не доставлю тебе неприятностей...

— Если твои планы изменились, ты должен был сказать мне об этом заранее.

Леденящий душу голос принадлежал Эллении.

Она подошла к нам и посмотрела на своего брата с тем же бесстрастным выражением лица.

— Эллен права. Ты мог бы и к нам заглянуть. Ты даже не знаешь, как быть благодарным за красоту, что ждет тебя дома.

Фрейя изменила всеобщую атмосферу, с игривым видом слегка ударив кончиком своего веера по руке Айзека, который все еще смотрел на меня пристальным взглядом.

Это казалось очень естественным.

Но Айзек никак не отреагировал на это и даже не пошевелился, чем снова делал эту едва начавшую становиться веселой атмосферу неловкой. Кстати, он все еще удерживал в крепкой хватке мое бедное плечо.

Придурок.

Однако его реакция была интересной. Я думала, он просто уйдет, как в прошлый раз.

— Ты...

— Его величество Король прибыл!

Как раз в тот момент, когда он наконец открыл рот, раздались великолепные звуки фанфар.

[[image:/storage/reader-images/f74361fc374f73ada3a08ac8a3815403eaccc32e.jpg]]

Это было действительно самое подходящее время. Королевская чета приблизилась к нам.

Король Севера Феанол, который выглядел добрым и благородным, произнес мягким, но в то же время деловым тоном:

— Вам, должно быть, было нелегко проделать такой долгий путь, но я рад вашему присутствию, леди Рудбекия.

— Я также ценю ваше гостеприимство, ваше величество.

— Мой племянник редко появляется вовремя на банкете, но, похоже, после женитьбы маленькие мальчики действительно становятся мужчинами. Не так ли, лорд Айзек?

Очевидно, у короля Феанола была значительная сумма денег, заработанная его племянником.

Айзек, который также получил бы достаточно денег благодаря своему браку со мной, ответил вежливым тоном, отвечая на укол со стороны Феанола:

— В конце концов, сын будет следовать только по стопам своего отца.

Выражение лица короля исказилось.

Это был не сердитый взгляд, а словно полный странной горечи.

— Так вот почему ты никогда не слушаешь меня.

— Что я вообще могу сказать и кого я еще могу винить? Ведь именно я сам навлек это на себя.

Его циничный тон был таким холодным, что у всех, кто его слушал, по спине пробежали мурашки.

Айзек внимательно посмотрел на меня, прежде чем уйти, словно буря, недовольно прищелкнув языком.

Его детское поведение было так похоже на поведение Чезаре.

Смех раздавался отовсюду.

Да-да, смейтесь как можно больше. Даже если мой муж бросит меня, то глупцом будет выглядеть именно он.

— Если бы только он не был ребенком Исиды...

— Успокойтесь, ваше величество. Новая невеста будет удивлена.

Королева мягко успокоила короля, который был готов разразиться бешенством. Она ласково улыбнулась мне.

Густые рыжевато-каштановые волосы. Радужка лимонного цвета и родинкой под глазом. Кожа светло-кофейного цвета, что было редкостью для королевских особ. Она выделялась. Я помню, кто-то сказал, что она была рабыней с Востока, и моя память, похоже, была верна.

— Принцесса, нельзя так смотреть на людей. Давай правильно поздороваемся.

На вид ей было лет шесть-семь.

Принцесса, которая секунду назад смотрела на меня блестящими бирюзовыми глазами, взглянула на королеву, которая слегка подтолкнула ее. Ее длинные заплетенные в косу рыжевато-каштановые волосы колыхались, когда она двигалась.

— Добро пожаловать в Ангванский дворец, леди Рудбекия.

— Спасибо, принцесса Ари.

Когда я поприветствовала ее с широкой улыбкой, принцесса, спрятавшаяся за юбкой королевы, быстро отвела глаза.

Это было похоже на то, как прячется котенок.

Теперь стало ясно, почему принцесса так редко появлялась в оригинале романа и почему ей была отведена столь незначительная роль.

Король Феанол был так безумно влюблен в бывшую рабыню-язычницу с Востока, которая к тому же была и танцовщицей, что женился на ней и сделал королевой. Однако он не мог дать своей дочери, которая была так сильно похожа на мать и сильно внешне отличалась от людей с Севера и с Юга, такого же положения, какое получала любая другая принцесса.

Это было неизбежно, как бы король ни старался. Кроме того, с такими двоюродными братом и сестрой, как Айзек и Элления, Ари была бы вечным чужаком в аристократическом обществе Бретании.

Я никогда не была в состоянии кому-либо сочувствовать, но мне было немного жаль ее.

[[image:/storage/reader-images/73495b514fe348dc3bd5ea975ce65ea3208baf38.jpg]]

Черт возьми, в конце концов, этот мир и мой мир не сильно отличаются.

Тем временем, после приветствия короля наступила основная часть банкета.

Музыка, исполняемая оркестром, звуки разговоров людей, смех и звон бокалов — вот и все, что можно было услышать. Эти звуки наполняли огромный банкетный зал.

— Какие необычные рукава. Ваш наряд был привезен с Юга?

— Ха-ха, я все еще жду свое новое платье.

— Вы сшили свою новую одежду на заказ?

— Вам нравится здешняя еда? Я уже бывала в Романье раньше, но мне пришлось нелегко, потому что южная еда не соответствовала моему вкусу.

В то время, как я сидела за обеденным столом с Элленией, другие люди задавали мне множество вопросов.

Я ожидала, что они будут смотреть на меня со смешанным выражением сострадания и насмешки.

Да, смотрите на меня так еще больше! Да! Я дурочка, которая даже не может подумать о том, чтобы причинить кому-нибудь боль.

— Ах, Эллен.

— Фрейя? Где ты была?

Фрейя, которая пропала на некоторое время, наконец появилась и присоединилась к нашему столику. Было приятно видеть ее раскрасневшееся лицо. Казалось, что за это короткое время она успела поездить верхом на лошади.

Фрейя села справа от Эллении и сразу же обратилась ко мне:

— Простите, миледи. Я собиралась вернуть его обратно, но теперь он игнорирует мои слова.

— Было бессмысленно даже пытаться это делать. Он когда-нибудь хотя бы притворялся, что слушает нас?

— Я знаю. Кстати, миледи, вы любите верховую езду? Каждое лето мы с Эллен устраиваем собрания по верховой езде.

— Я не очень хорошо езжу верхом, но мне это нравится.

На самом деле все было наоборот. В своей прошлой жизни я была довольно хороша в этом, но мне не нравилась верховая езда. Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что мне просто не нравились сами конные клубы. Но это был единственный способ покататься верхом, так что я ничего не могла с этим поделать.

— За навыками верховой езды этих двух миледи трудно угнаться. Конечно, это потому, что сам лорд Айзек обучал их. Как насчет того, чтобы попросить вашего мужа о помощи, миледи?

Одна из женщин, сидевших напротив меня, широко улыбнулась. Ее круглые серые глаза вызывающе сверкнули.

[[image:/storage/reader-images/9a8b404fea355fa2a3c2c1107a256d0fc7243815.jpg]]

Прежде чем я успела открыть рот, Фрейя быстро вмешалась:

— Это было в далеком детстве, леди Конолейс. Кроме того, у меня талант к верховой езде.

— Конечно. Не поймите меня неправильно, леди Фуриана.

Леди Конолейс холодно извинилась и обменялась взглядами с окружающими. Она выглядела так, словно умирала от радости. Почему всегда и везде был один такой человек?

— Спасибо вам за вашу заботу. Но я не могу отнимать у него время по такому пустяковому поводу.

На мгновение воцарилась тишина, когда я заговорила с улыбкой.

Она уставилась на мое улыбающееся лицо, как будто это было абсурдно. Но спустя несколько секунд она прочистила горло и ответила неловкой улыбкой, как будто потеряла интерес к этой теме:

— Кстати, лето подходит к концу. В этом году бой на мечах состоится раньше, чем в прошлый раз, верно?

— Будет ли сэр Айзек присутствовать на игре в этом году?

— Я с нетерпением жду этого, но если лорд Айзек будет присутствовать, победитель будет слишком очевиден.

— Я не знаю, что произойдет в этом году. Интересно, кто будет цветком славы?

Разговор быстро сменился, и мне стало плохо, когда поднялась вся эта тема. Все потому, что Чезаре тоже должен был приехать в этом сезоне.

Поединок на мечах, проводимый каждые три года в Элендейле, был крупнейшим событием с самой длинной историей на континенте, привлекающим участников и зрителей со всего мира.

Это была битва не между людьми, а с чудовищами, которые были приручены со всей свирепостью.

Хотя само мероприятие было ужасающим состязанием, присутствовать на нем разрешалось только знати, и был сформирован комитет для выявления нечестных действий и предотвращения несчастных случаев всеми священниками.

Да, Чезаре собирался навестить меня, используя это как предлог.

Ах, черт возьми.

— У тебя нет аппетита? - вдруг спросила меня Элления, садясь и слушая разговор, с холодным и безразличным, как и всегда, лицом.

Она заметила, что я только потягивала напиток из своего стакана?

— Мне просто нравится вкус алкоголя.

— Нехорошо просто пить на пустой желудок.

Итак, я поставила свой недопитый стакан и притворилась, что ем лимонный пирог.

Затем, когда все ушли, чтобы присоединиться к танцам, я придумала предлог, чтобы воспользоваться туалетом, и ускользнула. Я не хотела, чтобы меня вырвало крошками пирога при всех.

Существовала серьезная проблема, о которой распространился бы слух, если бы кто-нибудь увидел, как меня рвет в подобном месте.

Очевидно, у меня немного кружилась голова, потому что я пила на пустой желудок.

— Ах...!

— О, извините меня.

Я вышла из банкетного зала и попыталась выйти на балкон, который был ближе всего, но сильно ударилась плечом о кого-то, кто вышел с противоположной стороны.

Этот человек взял меня за руку и поспешно придержал в тот момент, как раз когда я чуть не упала.

— Все в порядке?

Он казался совсем молодым. Когда я подняла голову, слегка нахмурившись, чтобы вытерпеть боль в плече, я столкнулась с несколько завораживающими фиолетовыми глазами.

Он был высоким, но казался молодым. Я чувствовала, что ему было около пятнадцати лет.

Его светло-русые волосы и симпатичное лицо очень походили на кого-то.

— Я в порядке, но...

— А, я Лоренцо ван Фуриана. Вы встречались с моей сестрой некоторое время назад, не так ли?

Как и ожидалось, брат Фрейи. Он действительно был похож на нее.

— Вы уверены, что с вами все в порядке? Хотите, я помогу вам добраться до банкетного зала?

— Я в порядке. Я просто вышла подышать свежим воздухом. Вы паладин?

— Сэр Айзек рассмеялся бы, если бы услышал это. Я слишком молод для этого. Но, может быть, вам наскучил банкет?

Банкеты всегда были скучными.

Мальчик, что стоял передо мной и улыбался, вел себя вполне дружелюбно и жизнерадостно, но враждебность, которую он излучал всем своим видом, была такой яркой, что она душила. Я всегда была чувствительна к этому, но отвращение в его глазах было слишком очевидным. Может быть, это было потому, что он еще молод.

Посмотрите на него. Почему он пытается произвести такое плохое впечатление?

Даже мой муж не смотрит на меня так. Что касается Эллении, то у нее было богом данное бесстрастное лицо, так что трудно было уловить ее эмоции. Фрейя была немного рассеянна, так как я только познакомились с ней, но ее трудно было назвать враждебной.

Но почему брат Фрейи ведет себя подобным образом?

Я молча улыбнулась и посмотрела на него, и он тоже на мгновение уставился на меня.

Затем он почесал в затылке, как будто ему было неловко.

— О, мне очень жаль. Я просто не могу поверить, что вижу вас лично...

— Похоже, я здесь знаменитость.

— Где в мире может быть мужчина, который не знает имени этой леди? Вы дочь папы римского.

— В самом деле? Я не так знаменита, как мои братья, так что я немного удивлена.

Последовало короткое молчание. Лоренцо, который сделал вид, что о чем-то задумался, почесывая виски, улыбнулся и признался:

— На самом деле, есть известная песня, которая была не слишком популярна до недавнего времени.

— О, правда?

— Похоже, вы никогда не слышали эту песню раньше. Не хотите послушать?

— Мне любопытно, пожалуйста, продолжайте.

— Вот в чем все дело, - промурлыкал он, преувеличенно прочищая горло.

— Систинское посмешище, что долгое время не может найти мужчину по вкусу...

Какой бы реакции Лоренцо от меня ни ожидал, она осталась навсегда неизвестной из-за внезапного звука.

Бам!

— Тьфу!

— Разве я не говорил тебе не ходить в одиночку, а?

— Ах, подождите минутку, а-а-а!!

Мои глаза расширились. Это был сэр Иван, который выскочил из коридора, как василиск, безжалостно ударил Лоренцо по голове, а затем резко дернул его за ухо. Красивый сквернословящий паладин.

— Извинись немедленно, пока я не разорвал тебе рот!

— Ах, но...

— Подумать только, ты восхищаешься Айзеком. Ты хочешь, чтобы я привел тебя к нему? Он разорвет твой чертов рот, когда услышит ту мерзость, о которой ты только что говорил. Тогда ты извинишься перед леди Омертой своей чертовой мордой.

Я не думала, что Айзек разорвет рот брату Фрейи только потому, что я услышала эту песню. Лоренцо пробормотал что-то вроде извинения и опустил голову, находясь в руках Ивана. Возможно, он это сделал из-за страха или из-за боли.

— Не смей бормотать! Мне заставить тебя лаять громче?

— Я в порядке, просто отпустите его.

На самом деле, я не хотела слышать извинений, потому что не особо была зла на него.

Сэр Иван посмотрел на меня, а спустя мгновение улыбнулся и отпустил Лоренцо. Но перед этим сэр Иван сжал ему руки и пробормотал последнее тихое проклятие, одновременно красиво улыбаясь. После этого Лоренцо тут же убежал.

Сэр Иван снова посмотрел на меня.

— Я сожалею об этой сцене, которую вам пришлось увидеть.

— Все в порядке.

— Не поймите меня неправильно. Он… Он просто сошел с ума и находится в странном заблуждении. Такая абсурдная песня не известна никому из наших рыцарей...

— Сэр Иван, все действительно в порядке. Я не в первый раз слышу подобные слухи.

На мгновение воцарилась тишина.

Сэр Иван смотрел на меня с озадаченным выражением на лице.

— Хнык-хнык.

— М-миледи?

— Простите, я просто… Я просто внезапно подумала... Интересно, поверил ли мой муж в такие слухи...

— Это смешно. В первую очередь, его не интересует шум, который создают другие люди. Даже если это требует небольшого внимания.

— Хууу. Правда?

— Конечно. Честно говоря, он был немного удивлен раньше. Он, вероятно, не имел в виду, что вы его беспокоите...

— Но он ведь не ненавидит меня, верно?

— Вовсе нет! Как смеет мужчина ненавидеть свою жену? Просто он жил по-своему, и это первый раз, когда он испытывает что-то, что идет не так, как он хочет. Он просто смущен и капризничает.

— Значит, Айзек не станет ненавидеть меня, даже если узнает, что он мне нравится всем сердцем, верно?

— Конечно нет, для него это было бы большой честью.

Сэр Иван, который качал головой и подбадривал меня вместо того, чтобы оскорблять, начал неловко кашлять с угрюмым выражением лица.

— Сначала я отведу вас в банкетный зал.

— Все в порядке. Я все равно вышла, потому что хотел подышать свежим воздухом.

— Но если вы одна… Хорошо. Но если этот идиот появится снова, вы должны сказать мне.

Он беспокоится, что тот парень может снова прийти ко мне и заставить плакать?

Его рот был грязным, но рыцарь из него был, безусловно, хорошим. Когда я вышла на балкон в одиночестве в вечернее время, мой взгляд упал на ночной пейзаж, который выглядел таким же ярким, как днем. Красиво оформленный внутренний двор с извилистыми ступеньками за пределами балкона.

Я увидела пруд, окруженный художественными скульптурами. Я спустилась по лестнице, потому что подумала, что неплохо было бы взглянуть на них.

Рядом с парой статуй лебедей, которые сложили головы в форме сердца, выделялся красновато-коричневый боб, который быстро двигался.

— Принцесса Ари...

Ари, прятавшаяся за лебединым хвостом, высунулась наружу.

В руках она держала букет желтых летних цветов, собранных ею. Может быть, она играла здесь одна? Куда делась ее няня?

— Нет, не говорите маме.

Ах, значит, она улизнула тайком. Удивительно, но она была сорванцом. Я кивнула головой и мягко улыбнулась.

— Я не скажу ей. Что вы делаете?

Вместо ответа маленькая принцесса посмотрела на меня своими нерешительными глазами. То, что я сказала, казалось ненадежным.

Я повернула голову и подошла к пруду, словно показывая, что не буду мешать.

Посреди довольно большого пруда изящно возвышался мост.

— ...Тебе нельзя быть там одной.

— Что?

— Пара должна стоять там вместе, чтобы их любовь стала явью.

Я вышла из-за статуи.

«Любовь станет явью».

Не могу поверить, что во дворце есть такое место.

Такие романтичные люди. Что ж, король, по крайней мере, был одним из таких.

— Любовь станет явью?

— Я точно не знаю… няня сказала, что в этом пруду живет фея любви.

Я наклонилась и, ухмыляясь, встретилась взглядом с Ари.

— Это букет цветов?

— ...Красиво?

— Да, правда очень красиво. Для кого вы их собрали?

Теперь маленькая принцесса смотрела только на мои волосы и ни на что больше.

[[image:/storage/reader-images/677cfc3f7ee0aadcf58060bdd8d635f7ea8767df.jpg]]

Принцесса, которая моргала своими большими глазами, словно на мгновение заколебалась, кивнула и прошептала тоном, который было трудно расслышать:

— Я отдам их вам.

— Что?

— Если позволите мне коснуться ваших волос, я отдам их этой леди.

А?

Я откинула волосы на одну сторону и снова улыбнулась.

— Сейчас?

— Не сейчас, попозже.

Итак, она хотела поиграть с моими волосами. Мои волосы действительно выглядят как кукольные.

Несмотря на то, что я такая взрослая, для маленькой девочки я, наверное, больше походила на гигантскую куклу с Юга.

Что ж, если она думает, что я кукла, значит, я кукла.

Ах, у детей удивительно острый взгляд.

— Принцесса.

О боже, ты меня напугала.

Почему сегодня все вдруг появляются таким образом? Принцесса Ариен, которая протягивала свой букета цветов, замерла на месте, завидев мою реакцию, и прикусила губу. Я тоже застыла, прежде чем смогла принять ее букет.

Я не ожидала увидеть его снова сегодня.

Серебристо-белые волосы блестели в лунном свете. Шагая по узкой тропинке между статуями, Айзек выглядел еще более грациозно, чем обычно, благодаря окружающему его пейзажу.

Я чувствовала, как дрожит тело принцессы Ариен, когда она держалась за мою юбку.

Я понимаю, почему он производит на меня такое впечатление, но почему ты напугана?

Ее двоюродный брат остановился примерно в двух метрах от нас и выплюнул грубым тоном:

— Его высочество ищет тебя. Я говорил тебе в прошлый раз, что ты не должна бродить одна.

А?

Не прошло и секунды, как маленькая принцесса сунула букет мне в руки и быстро пробежала мимо своего кузена ко дворцу, как испуганный котенок. Я чувствовала, что это часто случалось, и Айзек на самом деле тоже не пытался ее сопровождать.

Мой муж выпрямился, не оглядываясь. В его глазах было странное выражение.

— Вы играли вместе?

Ах, так вот о чем он хотел поговорить? Я грациозно выпрямилась, держа букет в руках. Меня раздражало, что со мной обращаются как с шестилетним ребенком, но все равно застенчиво улыбнулась ему.

— Ты искал принцессу?

— Нет. Я искал тебя. Я не охранник.

Что? Искал меня? Ты был тем, кто оставил меня.

Я была немного напугана, но не показала этого и притворилась приятно удивленной.

— Меня? Правда?

— ...Да.

Точно так же, как он сделал это раньше, тот, кто жестоко отшвырнул меня, подошел ко мне.

Боже, он действительно собирается ударить меня? Ну, хорошо, если он пощадит меня в будущем…

— Что ты делаешь?

— Д-да?

— Открой глаза.

Инстинктивно закрыв глаза, я медленно открыла их снова.

Я могла видеть его широкую грудь прямо перед собой. Когда я подняла голову, то увидела пустое выражение на его лице.

— Принцесса Романьи привыкла к тому, что ее бьют?

Откуда ты это знаешь? Эй, это естественно — бояться, когда такой большой человек, как ты, бросается вперед. Посмотри на свой рост.

Кажется, больше двух метров…

— Я думал, ты собираешься спрятаться и наблюдать за мной.

— Я... Я не против просто наблюдать.

— В самом деле? Тогда зачем закрывать глаза? Ты ожидала поцелуя?

То, как он наклонил голову и уверенно ухмыльнулся, было очень незнакомо.

Если бы он просто смотрел на меня, как всегда, я бы так не волновалась. Но то, как он смотрел на меня своими глубокими алыми глазами, нервировало меня еще больше, чем обычно. Если бы я сказала, что жду поцелуя, он бы понял, что это ложь.

Неужели ты думаешь, что я жила и лгала так всего день или два?

— Это потому, что раньше ты казался расстроенным из-за меня...

— Так ты думала, что я тебя ударю?

— Не совсем, но если бы ты сделал...

— Значит, я все еще нравлюсь тебе, даже когда ты думаешь, что я ударю тебя?

— Нет? — сказал я нерешительно. Я все еще мог выбраться из этой ситуации.

— В ту ночь… Ты был единственным, кто когда-либо так защищал меня. Я сделаю все возможное, чтобы исправить свои недостатки, поэтому, пожалуйста, не ненавидь меня...

Некоторое время он ничего не говорил. Пока я крепко сжимала букет цветов обеими руками и извивалась, он не сводил с меня глаз. Выражение его лица было невозможно описать. Почему он так на меня уставился?

Послышались быстрые шаги.

Было ясно, что кто-то направляется сюда, но ни один из нас не отвел взгляда.

— ...Сэр Айзек!

Мой муж, все еще пристально смотревший на меня, наконец повернул голову.

Мальчик, хватая ртом воздух и приближаясь к нам, остановился со слегка озадаченным видом, а затем осторожно произнес:

— Я думаю, вам стоит пойти посмотреть на это.

Хм, что-то случилось с паладинами во дворце?

— Подожди меня здесь, — сказал Айзек и ушел.

О, неужели ему еще есть что сказать мне? Что теперь? Должна ли я подождать его?

Я проследила глазами за его спиной, похожей на гору, когда он исчез вдали, и в конце концов развернулась и села на плоскую поверхность неподалеку.

Дующий ветер был освежающим.

Встреча в холле выбила меня из колеи. Мне было интересно, что за бред был у младшего брата Фрейи. Такая враждебность просто из-за каких-то слухов обо мне… Было трудно точно определить, что именно сделало его таким враждебным. Такая агрессивная неприязнь только потому, что у старшего, которым он восхищался, была такая жена, как я? Может быть, это как-то связано с Фрейей?

Пока я перебирала эти мысли в голове, мое внимание привлекли цветы из букета принцессы Ариен. Теперь, когда я действительно смотрела на них, я могла видеть, что это были рудбекии.

Цветок, в честь которого меня назвали. Цветок, означающий вечное счастье…

Как иронично.

Холодная вода брызнула на меня сзади.

Когда я попыталась встать, что-то мокрое и скользкое обвилось вокруг моего туловища и в мгновение ока затянуло меня в воду. Не было даже достаточно времени, чтобы закричать или сопротивляться.

Всплеск!

Вода была холодной, словно лед.

Мое сердце на мгновение остановилось. Мне следовало бы подумать о том, собираюсь ли я вот так умереть здесь и что это за бессмысленный конец, но, как ни странно, я не чувствовала никакого страха.

Меня только что поймал какой-то сумасшедший монстр из пруда, и все же я чувствовала себя опустошенной. Однако то, что крепко держало меня, похоже, вовсе не собиралось меня убивать…

Когда я сопротивлялась, рука монстра немного расслабилась.

Эта мысль казалась нелепой, но кажется, что монстр отпустит меня, если я просто попытаюсь подплыть вверх.

Что это за шутка? Неужели она просто хотела поиграть со мной? Или я просто был так напугана, что у меня начались галлюцинации? Или я вела какую-то психологическую борьбу с демоном?

Поскольку мои легкие быстро теряли кислород, я инстинктивно попыталась стряхнуть монстра и выплыть обратно на поверхность. Я уже собиралась пошевелить руками, чтобы отбиться от конечностей существа, обвившихся вокруг моей талии, прежде чем у меня полностью перехватило дыхание.

Внезапное волнение в воде показалось сверху, и вспыхнул яркий свет, ослепив меня и вызвав покалывание в позвоночнике. Конечности, державшие мое тело, полностью исчезли, и что-то еще, пробившись сквозь поверхность воды, схватило меня и вытащило из пруда.

Наконец освободившись от воды, я глубоко вздохнула, чтобы успокоить свои ноющие легкие. У меня закружилась голова, и вокруг что-то гудело.

— Как это могло случиться здесь...

О чем они говорят? Когда мне в конце концов удалось открыть свои горящие глаза, мой муж стоял передо мной, глядя на меня сверху вниз.

О, он поддерживал меня.

Его глаза, в которых было что-то, что я не могла расшифровать, впились в меня.

Я не знала, что происходит, но это чудовище из пруда… Я не вызывала его специально. Так же, как в прошлый раз, когда погасло пламя…

— ...Ууу! — Я громко заплакала и вцепилась в шею Айзека, заливаясь слезами и боясь, что меня ударят.

Несмотря на это, я все до смерти равно душила его и продолжала плакать.

— О, я так испугалась! Ты снова спас меня! Ты единственный!

Когда все стихло, раздался только громкий вздох Айзека.

Вздох, который прозвучал очень устало.

Появление монстра в пруду Ангванского дворца, известного своей романтической легендой, казалось, стало довольно серьезным нарушением.

Внутри дворца, где абсолютная безопасность имела первостепенное значение, внезапное нападение монстра внутри пруда, которое десятилетиями было безопасным местом, повергло всех в шок.

Кроме того, какой бы плохой ни была моя репутация дочери папы римского, для Британии было бы весьма проблематично, если бы со мной что-то случилось.

Оглядываясь назад на смутные воспоминания об оригинальном романе, я не помнила ничего из того, что происходило в этой истории.

Сердце Элендейла, где располагались все дворянские особняки, Храм и дворец, было относительно безопасным районом. То, что произошло в первую ночь моего приезда сюда, тоже было странным во многих отношениях.

Конечно, Рудбекия в оригинальной истории не переживала таких ситуаций, как те, когда погасло пламя, не покидала банкет и не подходила к пруду. Но если бы подобное продолжалось, британцы подумали бы, что я ведьма, которая вызывает демонов.

— Угх...

Наступила моя ежегодная болезнь. Я ничего не почувствовала прошлой ночью, когда упала в пруд, но с сегодняшнего утра я чувствовала себя немного странно. Сначала я подумала, что это просто простуда, но это было не так.

Мое тело горело, и казалось, что кто-то протыкает все мое тело иглой. Эти симптомы появлялись дважды в год после того, как я овладела телом Рудбекии. Я думала, что болезнь вернется в конце этого года, но она настала раньше. И в такое время тоже, черт возьми.

В первый раз, когда это случилось, мой отец в спешке вызвал врача, так как я слабо настаивала на том, что чувствую себя смертельно больной. Врач, однако, только покачал головой в замешательстве и сказал, что никогда раньше не видел таких симптомов. То же самое было сказано и множеством других врачей, которые приходили лечить меня.

В следующий раз, когда таинственная болезнь лишила меня возможности вставать с постели, все начали думать, что я притворяюсь больной, потому что не хочу обручаться. Поэтому я решила просто смириться с этим.

В любом случае, я привыкла сдерживать боль. Это была болезнь, которая в любом случае исчезнет через несколько дней. Звать врача сейчас только для того, чтобы услышать то же самое, что и всегда, а затем быть заклейменной лживой обманщицей, было бы невыгодно.

Особенно с моим противным мужем. Он может подумать, что я что-то замышляю, хаа.

Но что он собирался сказать мне у пруда?

Мы не смогли закончить наш разговор из-за появления этого монстра… Какова бы ни была причина, по которой он просил меня подождать, это было довольно неожиданно со стороны человека, который не утруждал себя тратой времени на людей, которых он находил раздражающими.

Поэтому я должна выяснить, что он хотел мне сказать.

Элления ушла с раннего утра, так что в замке остались только домашние слуги с каменными лицами.

Сказав служанке, которая пришла меня будить, что завтрак мне не нужен, я впервые вышла на улицу, чувствуя себя довольной, и никто не стал меня искать.

Бессердечные люди.

Тем не менее, пролежав все утро в постели, я почувствовала себя немного лучше.

Но проводить день в постели казалось пустой тратой времени, поэтому я в конце концов встала и направилась в ванную. К счастью, я знала, как мыться самостоятельно. Я смыла пот теплой водой и вошла в гардеробную. Платья здесь не предназначались для того, чтобы надевать их в одиночку, но некоторые из простых и повседневных вещей, которые у меня были, я могла носить без необходимости звать служанку.

Накинув сорочку, я самостоятельно затянула нити корсета и влезла в простое зеленое платье с белыми пышными рукавами. Мне следовало потренироваться одеваться самостоятельно. Я не знала, что случится, если служанка увидит шрамы.

Я наложила немного косметики, чтобы скрыть бледный цвет лица, расчесала длинные волосы до блеска и тихо вышла из комнаты. Когда я спустилась по лестнице и прошла через белый мраморный коридор, устланный коврами и гобеленами, я увидела стражников перед входом, стоящих неподвижно, как статуи.

— Можем ли мы чем-нибудь помочь миледи? — один из двух мужчин, крепко держась за копье и пристально глядя на меня, наконец заговорил, решив, вероятно, что больше не может выносить моего пристального взгляда.

— Простите, что отвлекла вас от ваших обязанностей. Возможно, вы знаете, где сейчас находится мой муж?

— Прошу прощения, миледи, мы не знаем, где находится лорд Айзек.

Второй стражник незаметно толкнул локтем того, кто отвечал. Неужели они только что обменялись взглядами?

— Я не уверена, но леди Элления сказала, что заедет в порт Элмос с леди Фрейей сегодня около обеда.

— А... — настроение было странным.

— ...Как вы знаете, миледи, — замялся охранник, — лорд Айзек сейчас в ужасном настроении, и только они вдвоем могут его успокоить.

Понятно. Эти две девушки — единственные, кто может успокоить этого раздраженного мужчину. Но они вывалили слишком много информации для того, о чем я даже не спрашивала. Я уверена, что вы имели в виду, что это моя вина, что он плохо себя чувствует. Да, да, я знаю свое место.

Похоже, все жаждали увидеть, как я ревную к Фрейе.

Судя по всему, они придерживались мнения, что Фрейя должна была быть на моем месте, но действительно ли они ожидали, что я устрою сцену прямо сейчас?

Я могла понять, почему Рудбекия в оригинальном романе была особенно строга к Фрейе.

С такой репутацией, как у нее, для Рудбекии было бы вполне естественно, если бы все в этом замке так легко провоцировали ее на такое детское поведение.

В любом случае, Айзек должен быть в порту.

— Понятно. Спасибо.

Некоторое время никто ничего не говорил. Я продолжала смотреть на них со счастливой улыбкой на лице, заставляя стражников смущенно шаркать ногами, и в конце концов они снова превратились в статуи.

Должно быть, я заставила их чувствовать себя неловко, потому что прошло совсем немного времени, прежде чем раздался напряженный голос:

— Я организую карету для миледи, если она в ней нуждается.

— Спасибо, сэр. Вы очень добры.

Он помрачнел, услышав мой ответ.

Порт Элмос — первое место в Британии, куда я ступила, был мирным и живописным местом, где всегда дул свежий морской бриз, пейзаж доков был великолепен, а маяк, близлежащие трактиры и бары были всегда заняты.

Но сейчас повсюду бродили городские стражники и облаченные в доспехи паладины, отчего прекрасный пейзаж гавани казался каким-то жутким и мрачным.

Что они здесь делали? Атмосфера была очень серьезной. Собирались ли они на встречу? Или должен был прибыть кто-то важный? Я не помнила, чтобы в этот момент порт посещала иностранная VIP-персона.

Я велела кучеру остановить карету чуть дальше, чтобы пройтись вдоль берега. Несколько стражников и паладинов сидели на ступеньках вокруг бара, расположенного прямо напротив низкой каменной стены, перед которой я шла, и пили пиво средь бела дня.

Эти люди... Они действительно были паладинами? Я спряталась за стеной, наклонила голову и заглянула в окно.

Хаа, это действительно заставляет меня чувствовать себя преследовательницей. Как трудно выживать в моей ситуации.

Как и ожидалось, Айзек был в баре. Мой муж сидел рядом с румяным охранником с рыжей бородой. Судя по выражению их лиц, они говорили о чем-то серьезном. Какое облегчение, что я нашла его так быстро.

Теперь вопрос был в том, как мне к нему подойти?

— Этот человек...

— О ком вы говорите?

Ох, Боже. Внезапный ответ справа заставил мое сердце учащенно биться, словно оно собиралось выпрыгнуть из груди.

Я медленно повернула голову, едва сдерживая крик, который чуть не вырвался наружу. Кто-то присел рядом со мной, не издав ни звука.

Я увидела рядом с собой молодого юношу.

Стоп, я уже видела его раньше... Этот юноша был рыцарем-учеником, который вчера вечером пришел искать Айзека у пруда. Парнишка медленно моргал, пока я рассматривала его. Его глаза были ясными, цвета расплавленного янтаря. Черные волосы, покрывающие его голову, напомнили мне моего брата. Но его волосы были не такими черными, как у Чезаре.

— О, мне очень жаль, что я напугал вас, миледи. Мне показалось, что вы от кого-то прячетесь, поэтому, не подумав, я просто сделал то же самое...

Значит, он скопировал меня, даже не осознавая этого? Он был немного странным.

Тем не менее, хорошо, что он не излучал враждебность, как тот парень Лоренцо.

— Все в порядке.

— У вас все хорошо? Во дворце...

— Я в порядке. Спасибо за заботу.

Когда я ответила милой улыбкой, юноша на мгновение открыто заглянул мне в лицо и вскоре заговорил тихим шепотом, неловко почесывая голову:

— Вообще-то я оруженосец лорда Айзека.

О, это удивительно.

— Да, я так и думала. Как долго ты был подмастерьем?

— На самом деле, не так уж и долго. Мне повезло, потому что оруженосец до меня попал в беду.

— В беду?

— Да. Кажется, он пел непристойную песню при каком-то важном человеке.

Хм... Почему мне показалось, что он говорит о песне, которую мне пел Лоренцо? Лоренцо... Этот парень рассказал мне это не для того, чтобы узнать, интересно ли мне, что с ним случилось, не так ли?

— Но почему миледи прячется в таком месте? Разве вы здесь не для того, чтобы увидеть лорда Айзека? Вы хотите, чтобы я сходил за ним?

— Нет, это... Я здесь не для того, чтобы встретиться с ним, я просто хотела посмотреть на него.

— Ох, вот как. Им лучше всего любоваться издалека. Но разве он не очень мил с миледи? Ему будет грустно узнать, что вы вот так спрятались и просто ушли, не увидевшись с ним.

Мне было очень любопытно узнать, какое значение имело слово «милый» в его словаре.

Тем не менее, я наклонила голову и робко спросила:

— Ты так думаешь?

— Конечно! Он не из тех, кто будет просить женщину ждать его, — он моргнул, как сова, и как будто только сейчас понял, что сказал. — О, пожалуйста, никому не говорите, что я это сказал. Меня могут забить до смерти.

В этот момент я подумала, не ослабли ли уже некоторые винтики в его голове, потому что его так сильно били. Я решила перейти к другой теме.

— Кстати, что происходит? Почему здесь так много паладинов?

— Это из-за инцидента, который произошел у пруда во дворце...

— Почему бы тебе в следующий раз не лечь плашмя на землю? — пугающий рык, раздавшийся сверху, заставил нас обоих вздрогнуть и вскрикнуть.

О, Боже, прекратите так подкрадываться!

— Мой господин! Ваши романтические слова пронзили меня прямо в сердце!

— Правда! Ты совершенен, как всегда!

Айзек на мгновение притих, на его виске запульсировали вены, когда он смотрел на нас двоих, светло улыбающихся и радостно болтающих.

О, ты такой страшный, мой муж.

— О, это точно, миледи! А мы-то думали, с кем это Эндимион прячется и ругается на нас за спиной.

Значит, этого парня звали Эндимион. Должно быть, ты совершил много глупых поступков, раз сэр Иван так о тебе беспокоится.

Я поднялась с колен и встала лицом к двум мужчинам, стоявшим чуть поодаль. Голова немного кружилась, но все было в порядке.

— Здравствуйте, сэр Иван.

— Как поживаете, миледи? Я беспокоился, что у вас шок из-за вчерашнего... Эй, Энди, проваливай. Ты не можешь уловить атмосферу, идиот?

Его улыбка была настолько красивой, что мне казалось, будто я вижу лепестки роз, порхающие и летающие возле его лица, но как только он произнес последние слова, иллюзия разбилась вдребезги.

— Спасибо за заботу, — я ответила ему вежливой улыбкой.

— Не стоит благодарности, миледи. Кстати, вы здесь, чтобы встретиться с этим свирепым придурком?

Этот свирепый придурок смотрел на своего оруженосца, который быстро скрылся за углом. Затем он перевел взгляд на меня. Как он мог оставаться таким жестким все время?

— Простите... Я не хотела вас прерывать. Но я хотела поблагодарить тебя за вчерашнее...

— Это то, за что этот придурок должен быть благодарен, миледи. Он имел честь спасти свою собственную жену. Ты так не думаешь, сукин сын? Если у тебя еще остались остатки совести, почему бы тебе не ответить?

Излишне говорить, что совести у Айзека не было.

Он проигнорировал насмешки своего друга и сказал то, что должен был сказать:

— Это было естественно.

Я почувствовала тяжесть в груди.

— Нет... Конечно, это естественно. Если я умру, у всех будут неприятности.

Айзек нахмурился еще больше.

— Что?

— Так-так, миледи, почему бы вам не пообедать с нами? Этому парню это тоже понравится, — умело вмешавшись, сэр Иван грубо схватил Айзека за накаченные плечи. О, у него есть мужество.

— Могу ли я действительно присоединиться к вам? Боюсь, я буду мешать всем и отвлекать вас от общения с близкими друзьями...

— Ч-что? — сэр Иван выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок. — О, я думаю, вы неправильно поняли, но мы не настолько близки! Я вообще не хочу с ними дружить! Правда!

— Н-но я думаю, что Эллен и леди Фрейя будут чувствовать себя неловко... Я лучше просто пойду домой и отдохну, — я пыталась вести себя как можно более неохотно, как будто я просто какая-то девчонка, у которой нет никаких желаний или потребностей, но то, как два паладина уставились на меня, было довольно странно.

— А? Что... Миледи?

А? Что вдруг случилось?

Я невинно наклонила голову в сторону. Но выражение их лиц становилось все более странным. Не обращая внимания на сэра Ивана, я думала о том, почему Айзек смотрел на меня такими широко раскрытыми глазами. Я не могла этого понять.

И тут я почувствовала, что что-то стекает по моей губе.

Меня охватило смятение.

Нет... Подождите... Только не говорите мне, что у меня насморк. Rакой позор перед другом моего мужа. О, слава Богу, на самом деле это был не насморк. Жидкость, стекающая по моему подбородку, была красной.

Это были не сопли, а кровь из носа… Подождите, кровь из носа?!

Даже если я была в плохой форме из-за ежегодной болезни, ничего подобного раньше не случалось.

— О...

— Миледи, вы в порядке?

Нет, я в таком замешательстве, что не знаю, что делать.

В тот момент, когда я вела себя как какая-то полубезумная фанатка, я продемонстрировала им это жалкое зрелище. Я пыталась остановить поток крови, зажав нос руками, но голова шла кругом. Я потеряла опору и попятилась назад, но кто-то быстро поймал меня.

— Ты... — Айзек быстро протянул руки, чтобы предотвратить мое падение. Внезапно он сделал паузу. Я не думала, что он может нахмурить брови сильнее, чем обычно, но он это сделал.

Слушай, ты, упрямый придурок, я не против твоего грубого поведения, но я точно не сделала это специально.

— Почему ты такая горячая?

А? Горячая? Я? Этого не может быть.

Ни один врач никогда не мог понять, что со мной не так, когда проявлялись эти загадочные симптомы. Я чувствовала эту боль дважды в год, но жгучий жар казался намного сильнее, чем в предыдущие годы. Это был также первый раз, когда у меня пошла кровь из носа.

— Прости, я не хотела показывать тебе это...

Айзек оборвал меня, несмотря на мое смущение. Его красные глаза светились чем-то незнакомым, чего я никогда раньше не видела.

— С кем ты пришла сюда?

— Конечно, я пришла одна...

— Я действительно скоро сойду с ума, — казалось, он не мог поверить собственным ушам. — Ты хочешь сказать, что пришла сюда совсем одна, находясь в таком состоянии?

Головокружение усилилось, потому что мое тело поднялось в воздух. Айзек положил руку мне на талию и крепко держал меня, как будто нес какой-то мешок. Я подумала, почувствовала бы мышь, попавшая в когти орла, то же самое, что и я сейчас.

Я хотела сказать ему, чтобы он опустил меня на ноги, но сдержалась, потому что подумала, что он просто швырнет меня на твердую землю.

Светло-зеленые глаза сэра Ивана выглядели очень серьезными, когда он торопливо обыскивал свои карманы.

— Миледи, кто-нибудь вызывал врача?

Никто бы не позвал, даже если бы я попросила.

— Это не то, ради чего стоит звать врача. Простите, просто солнечный свет был настолько ярким, что у меня закружилась голова...

— Иван, дай мне свой носовой платок.

— Какой?

— Неважно. Черт возьми, она горит.

— Какого черта... Простите, миледи. Эй! Как давно она живет в твоем доме? Почему получилось так, что никто не знал о ее состоянии?!

Это действительно имело смысл. Эта болезнь была необычной, и ни один врач не мог диагностировать ее симптомы. Даже самые известные врачи, к которым обращался Святейший Папа, считали, что это просто побочный эффект переутомления моего организма. Но сейчас... Мой муж говорил мне, что я горячая, как кипящий котел? Даже вытирал для меня кровь с лица...

Это смущало и восхищало одновременно.

Моя голова бешено кружилась. Мое зрение затуманилось, и вскоре мое тело обмякло в руках Айзека.

— Хууу... Хууу...

Странный шум пробудил меня от дремоты. Когда я открыла глаза, меня встретил знакомый полог моей кровати.

Я лежала одна в своей комнате в замке Омерта. Камин потрескивал зеленым пламенем, согревая всю комнату.

Что же произошло?

Я попыталась восстановить свои смутные воспоминания. Очнулась утром от боли, ежегодная болезнь, посещение порта Элмос в одиночку... Все это было похоже на сон.

Я откинула полог балдахина и попыталась посмотреть в окно на горизонт, но не могла определить, рассвет это или сумерки.

Симптомы болезни уже исчезли, но голова все еще болела, и мне хотелось пить. Как только я встала с кровати и попыталась поднять графин с водой, стоявший на тумбочке...

— Хуу... Хуу...

Звук всхлипывания.

Звук женских рыданий заставил меня замереть.

Я не могла понять, откуда он доносится, хотя он раздавался неподалеку. Всхлипы становились все громче, когда я подошла к двери. Тогда я открыла ее и выглянула в коридор, но там никого не было.

— Хуууу...

Это был довольно печальный и тоскливый звук. Кто плакал? Это была Элления? Или служанка? Я пошла вдоль стены, опираясь на нее, в направлении плача. В конце длинного темного коридора горел яркий свет.

Служанка никак не могла бы плакать, прячась там, так что это была Элления? Что-то случилось?

— Поэтому некоторое время... Миледи?

Я моргнула и все еще не могла оторвать руки от стены.

В ярко освещенном коридоре, ведущем к лестнице, никто не плакал. В коридоре стояли только незнакомый мужчина, которого я раньше не видела, и мой муж. Ночью он выглядел еще опаснее.

Мы втроем на мгновение уставились друг на друга.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Пока я пыталась придумать разумное оправдание, эти двое изучали меня с головы до ног, как будто мое появление было неожиданным.

Мой муж был как всегда самим собой. Холодным и жестким. Но почему этот незнакомец так смотрел на меня?

— Миледи, вам немного лучше?

Спасибо, что спросили. Я знаю, что выгляжу плохо.

Когда я собиралась ответить ему кивком и улыбкой, Айзек, чьи глаза буравили меня, медленно приблизился ко мне.

То, что он подошел ко мне, было так неожиданно, что я пролепетала, отшатнувшись от него:

— Простите, но я все время слышу, как кто-то плачет...

— Что?

— Я слышала, как кто-то плачет, поэтому я забеспокоилась, подумав, что это может быть Эллен...

Айзек бросил на меня странный взгляд, а затем повернулся к незнакомцу, который также с удивлением смотрел на меня. Похоже, они подумали, что у меня галлюцинации.

— Никто не плачет, — сказал он тихим голосом.

Нет, я уверена, что кто-то плакал мгновения назад... Подождите, почему я больше не слышу его? Как вовремя все прекратилось.

— Ну, я не лгу тебе. Я уверена, что некоторое время назад...

— Я не говорил, что ты лжешь, — мышцы на шее моего мужа напряглись, когда он выплюнул это.

Ха... Он так легко мне верит?

— Сергей, ты можешь идти, — как и всегда, Айзек легко отмахнулся от незнакомца, который, как я поняла, был доктором.

— Как пожелаете. Тогда я вернусь после обеда. Увидимся позже, миледи.

Я попыталась попрощаться с ним, но мой муж шагнул ко мне и поднял меня на руки. Когда он обхватил руками мою спину и колени, меня посетило дежа-вю, и голова снова стала пустой.

— Ты слишком груб...

Он ничего не сказал, пока шел по длинному коридору к моей комнате.

— Кстати, что случилось после моего недавнего кровотечения их носа?

Поразмыслив над тем, что мне сказать, он ответил:

— Не недавно, а три дня назад.

— Это не может быть правдой... — он сильнее прижал меня к себе, пытаясь дотянуться до ручки на двери моей спальни. — Ах, я, наверное, тяжелая, поэтому, пожалуйста, опусти меня.

Уголком глаза я заметила, как дернулись его брови.

— Похоже, у тебя все еще высокая температура.

Высокая температура? У меня была температура?

Видя, что он не бессердечно швырнул меня, чтобы я шла сама, я переместила руки на его сильную шею, чтобы принять более удобную позу. Он резко вздрогнул, как будто его обожгли.

Так грубо.

— Мне... Жаль, что я продолжаю беспокоить тебя... Пожалуйста, не ненавидь меня, — я не знала, что делать с выражением его лица. — Я действительно думал, что Эллен плачет...

— Эллен не плачет.

— А, точно... Она не такая, как я. Но все же есть кое-что, в чем я хороша.

— И что же это... Ха-а, — вздохнул он, опуская меня на кровать. — Забудь.

Будь отличной актрисой! Но я держала язык за зубами и улыбалась, глядя на профиль Айзека, пока он убирал руки. Его алые, похожие на рубин глаза смотрели на меня, блестя странным светом.

— Ты...

— Да?

— ...Неважно. Я поговорю с тобой позже.

Он был все тот же.

Так мой муж вышел из комнаты, дверь мягко закрылась, но я не слышала шагов.

Пока я медленно засыпала, рядом с дверью вдруг раздался громкий вздох, а через мгновение — стук, как будто что-то ударилось о стену.

Что это было? Айзек ударился головой о стену? Что он делал? Стоял ли он прямо за дверью?

Почему он не ушел?

[[image:/storage/reader-images/961290cb3c778b9bfd823271749163673645562e.jpg]]

После этого я болела еще два дня.

Это была не моя хроническая болезнь, из-за которой я обычно так плохо себя чувствовала, а обычная лихорадка. Врач, Сергей, был очень добр, но не дал мне никаких подробных объяснений ни на один из вопросов, которые я задавала ему о своем состоянии. Было непонятно, скрывает он что-то или нет.

Однако он подчеркнул, что я никогда не должна пропускать приемы пищи и много есть, потому что я слишком худая. Так или иначе, я пришла к выводу, что моя загадочная болезнь и лихорадка, которую я подхватила, упав в холодный пруд, наложились друг на друга. Это объясняло, почему у меня вдруг пошла кровь из носа, и как Айзек почувствовал, что я вся горю.

Помимо того, то, что произошло в тот день, изменило и отношение слуг. Они стали более вежливыми, и я не смогла сразу к этому приспособиться.

— Это новый рецепт каши, миледи. Я измельчила картофель, чтобы сделать ее более аппетитной.

Да, какая честь. Мне и так очень трудно приспособиться к переменам в их характере, но я еще и должна продолжать все время ярко улыбаться.

Еще одним недостатком болезни было то, что я должна была весь день торчать в постели и есть свою еду.

Что еще хуже, Элления приходила навещать меня во время каждого приема пищи, так что тайком выбросить все было невозможно.

Однако моя температура неуклонно снижалась, так что скоро все должно прийти в норму.

— Надеюсь, ты не сделала ошибочных суждений о том дне, — заговорила она.

— Да?

— Я просто хотела увидеть его ненадолго, чтобы кое-что обсудить.

Я опустила ложку, которую крепко сжимала, вниз, соскребая кашу, прилипшую к стенкам миски на моих коленях. Она сидела прямо в кресле рядом с моей кроватью, ее взгляд был прикован к моей руке.

— Этого не могло случиться, Эллен. Я слышала, зачем вы двое отправились туда, так что...

Прекраснейший цветок Севера, поджав губы, не сводила своих уникальных глаз с моего лица.

В конце концов, Элления была той, кто больше всего пострадал бы, если бы случился переполох.

Не волнуйся. У меня нет ни интереса, ни времени, чтобы тратить его на подобные вещи.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Я знаю, что леди Фуриана — моя старая подруга. Я тоже не хочу, чтобы ты об этом беспокоилась, – я сразу же заметила, как она сжимает руки. — Все были потрясены, когда узнали, что ты упала в обморок.

— Мне жаль, что я всех побеспокоила. Я не думала, что может случиться что-то подобное.

— Это наша вина, — ее резкий тон, когда она перебивала меня, был таким же, как у Айзека. В конце концов, они были родственниками.

Я неловко улыбнулась и снова воткнула ложку в кашу.

На мгновение стало тихо.

— Я никогда раньше не видела его таким расстроенным, — в ее глазах был какой-то отрешенный взгляд.

— Я... — я не знала, что ответить на это.

— Это не твоя вина, что он расстроился. В любом случае, я рада, что ты поправилась быстрее, чем ожидалось. Если ты хорошо себя чувствуешь, почему бы тебе не присоединиться к нам в эти выходные на нашей вечеринке верховой езды?

Вечеринка, которую Элления и Фрейя устраивали каждое лето? Конечно, я должна была присоединиться. Это была прекрасная возможность произвести хорошее впечатление в социальных кругах.

— Спасибо за приглашение. Конечно, я присоединюсь.

Вечеринка верховой езды.

Эта была не совсем прогулка на лошадях, а скорее собрание на открытом воздухе, где молодые дворяне собирались под предлогом верховой езды, чтобы наладить дружеские отношения, пересказать сплетни и поискать любовников. Клуб светских тусовок — вот что это было на самом деле.

Поскольку клуб возглавляли дочь герцога Омерта и маркиза Фуриана, посещать его могли только важные дворяне Севера. Во время моего первого банкета я не произвела особого впечатления, поэтому мне придется больше стараться и общаться, чтобы мое присутствие стало значимым.

Следующие полгода или около того я должна была использовать все возможности, которые у меня были.

Одежда, которую я заказала у портного, еще не пришла, поэтому я выбрала самое простое платье, которое привезла из дома. Небесно-голубое платье с оборками на рукавах, доходящих до локтя, и волосы, завязанные в длинную косу с голубыми лентами.

— Вы уверены, что хотите оставить все как есть, миледи?

Дерзкая горничная, расчесывавшая мои волосы, взглянула на ящик, который я оставила открытым.

Я специально оставила его в таком виде. Украшения для волос, которые я привезла из Романьи, были достаточно экстравагантными, чтобы ее глаза выскочили из орбит.

Чезаре подарил их мне, поэтому мне было все равно, насколько они привлекательны.

— Хм, почему? Что, по-твоему, будет смотреться лучше?

— ...Я не думаю, что могу высказать свое мнение по этому поводу, миледи.

— Тогда, как насчет того, чтобы ты выбрал что-то для меня? И раз уж мы заговорили об этом, выбери и себе.

Руки, продевающие ленту в мои волосы, замерли. Прошло мгновение, наполненное лишь тишиной.

На лице служанки медленно проступило сомнение, а глаза наполнились удивлением. Это было вполне естественно. В любом случае, я улыбнулась ей через зеркало.

Как всегда, веди себя как идиотка и будь добродушной и ласковой со всеми.

— Вы хотите сказать, что мне можно забрать себе? Но как же я могу?..

— Просто... Ты так хорошо заботилась обо мне последние несколько дней, пока я болела. Я все равно не часто ими пользуюсь, поэтому я хотела сделать тебе подарок. Выбирай, что тебе больше нравится.

Горничная продолжала смотреть на меня с опаской в глазах, но при этом жадно рассматривала сверкающие аксессуары. Даже самых маленьких заколок в этом ящике было бы достаточно, чтобы превысить ее годовую зарплату.

Так что выбирай уже.

— Если остальные узнают, то могут возникнуть сложности, поэтому давай оставим это между нами, хорошо? — я подмигнул ей для убедительности.

Тогда она перестала колебаться.

Служанка, сделав вид, что все еще раздумывает, вскоре взяла в руки самое большое и самое красочное украшение из всех.

Изумрудный гребень, украшенный бабочками. Наверное, это действительно выглядело дорого.

Как будто ожидая, что я откажусь от своих слов, на ее недоверчивом лице появилась принужденная улыбка, и она быстро спрятала украшенный драгоценностями гребень между руками.

Знакомое выражение. Это было выражение нахального человека, которого раскрыли.

— Спасибо, миледи.

Попалась.

— Да, да. Пожалуйста, позаботься обо мне! Кстати, как долго ты здесь работаешь?

— Три года, миледи.

— Тогда ты должна знать старшую горничную. Как долго она здесь работает?

Она сразу же ответила.

— Старшая горничная работает здесь с тех пор, как молодой господин и госпожа были детьми. Я слышала, что сначала она была няней леди Эллении.

Похоже, ей не очень нравилась главная горничная.

Из моих смутных воспоминаний об оригинальном романе я помнила о старшей горничной лишь как о человеке, преданном герцогству. Но если она была няней Эллении, то их связь должна быть глубокой. Возможно, именно поэтому она недолюбливала меня даже больше, чем другие люди.

Было бы забавно, если бы именно она потушила камин в мой первый день здесь. Она не сделала этого с Рудбекией из оригинального романа.

Ха-а, она была из тех, кто издевается над кем-то только потому, что он выглядит слабаком?

— Спасибо. Тогда ты можешь идти.

[[image:/storage/reader-images/e013dfbe6f8e71ed5a545fa14486f9013cf23e56.jpg]]

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— О, миледи, я рада, что вы здоровы! Я так волновалась, когда узнала, что вы заболели! Я хотела навестить вас, но не стала, потому что думала, что вам будет неловко.

— Аха-ха, что тут неловкого? Но спасибо за заботу.

[[image:/storage/reader-images/782c0fb724ccc8358e4fba28a1ab03958d4b8802.jpg]]

Прибыв в конюшню после подготовки, я увидел Эллению, ожидающую впереди вместе с Фрейей, как мы и планировали. На Фрейе, поглаживающей белого жеребца, было платье для верховой езды, которое, похоже, было сшито швеей Эллении. Девушка выглядела очень дружелюбно и, казалось, очень любила лошадей.

Я не могла поверить, что у лошади могут быть такие щенячьи глаза. Неужели это та сила, которую получают друзья детства главных героев?

Все уже думали, что на моем месте должна была быть Фрейя.

Фрейя, я еще не знаю, как ты ко мне относишься, но если ты оставишь меня в живых, я могу в любой момент уступить тебе это место.

Элления, посмотрев на меня, а затем снова на Фрейю со своим ничего не выражающим лицом, вскоре положила руку мне на плечо и повела меня вглубь конюшни.

— Все они хорошо обученные жеребцы, так что ты можешь выбрать любого, который тебе понравится. Кроме тех, что справа.

— А что с ними?

— На них ездит только мой брат, поэтому они немного...

Понятно. Правильнее было бы назвать их порождениями дьявола.

Фрейя разразилась смехом.

— Да-да, это верно. Но можно ли миледи ехать верхом? Вы только-только поправились.

— Это будет недолгая поездка, так что для нее это не будет слишком тяжело. Но если ты не возражаешь, Руби, мы выберем для тебя самого послушного. Седрик!

О, так здесь были послушные? Все они показались мне злобными. Посмотрите на эти взгляды. Ха-а, я не могла поверить, что надо мной насмехаются даже лошади.

Вы мне тоже не нравитесь. Нет... Я просто не люблю сами конюшни.

— О! Доброе утро! Ты зашел по пути? — Фрейя поприветствовала кого-то позади меня.

— Что ты здесь делаешь? — Элления тоже, как всегда, была холодна.

— Твоя прекрасная жена сегодня едет с нами на мероприятие. Хочешь, я возьму тебя на вечеринку, если тебе будет одиноко?

— Что?

Я даже не пряталась и не подглядывала из-за угла тайком, как в прошлый раз, так почему же мне казалось, что я получаю удар в затылок от чьего-то пристального взгляда?

Слегка повернув голову, я увидела, что ко мне приближается мой муж, одетый в черный костюм для верховой езды. Зрелище было непривычным, потому что я впервые видела его в чем-то, кроме доспехов.

Наступила странная тишина.

В отличие от Фрейи, которая мило улыбалась, Элления просто смотрела на своего брата и ничего не говорила. А Айзек смотрел прямо на меня, держась за ограду конюшни и нахмурив брови.

Такой же холодный, как и всегда. Если он будет продолжать в том же духе, то и я буду вести себя так же.

— Вау, ты сегодня так круто выглядишь! Куда ты направляешься?

— Никуда. У меня нет никаких планов в субботу.

Что это, черт возьми, был за ответ? Он был саркастичен?

— Что ты здесь делаешь? — спросил он в ответ.

— Я собиралась выбрать лошадь для участия в мероприятии. Ты... Хочешь поехать со мной?

— Я занят.

Какого черта? Ты только что сказал, что ничем не занят, противоречивый мерзавец!

Очевидно, я знала, что он откажется, поэтому улыбка на моем лице не дрогнула.

— Так можно выбрать любую лошадь?

— Ты вообще разбираешься в лошадях?

— Ха-ха, у меня не очень хорошо получаются такие вещи. Глазами я не очень умею выбирать…

Вот почему я влюбилась в тебя. Хотя я только притворяюсь, что влюбилась в тебя.

Он посмотрел на меня так, как всегда, затем медленно моргнул и повернулся к двум другим женщинам в конюшне. Фрейя широко раскрыла глаза, а Элления заговорила, ничуть не изменив своего выражения:

— Сергей сказал, что все в порядке. Если это то, что тебе интересно.

Я видела, как дернулись брови Айзека.

— Если ты мне не веришь, почему бы тебе не проверить самому и не взять с собой Руби? Мы с Фрейей поедем первыми.

Что? Погоди, Эллен, почему ты вдруг так меня бросаешь?

Я подумала, что она шутит, но Элления быстрым движением запрыгнула на своего жеребца. Она действительно собиралась оставить меня здесь одну с этим моим чудовищным мужем.

В результате не только я, но и Фрейя была ошарашена.

— Пойдем.

— Но, Эллен...

Что еще хуже, Айзек просто молча наблюдал за мной вместо того, чтобы попытаться положить конец этой странной ситуации, которая, как я знала, ему не понравится.

Воплощение сатаны сложил руки и гордо смотрел на меня.

— Я... Я сожалею. Из-за меня, Эллен... — его неподвижный взгляд заставил меня зажмуриться. — Я... Я просто вернусь домой и поразмышляю над своими ошибками.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

Мужчина сплюнул, цыкнул языком, затем полностью открыл дверь ограды и приблизился ко мне. Он жестом подозвал конюха, который ждал неподалеку.

— Седрик.

— Да, молодой господин.

— Выйди.

— Ч-что?

— Я сказал, убирайся.

Седрик на мгновение озадаченно замер, но поспешно покинул конюшню — воля к жизни заставила его ускорить шаги. По какой причине мой муж выгнал его?

В тишине раздавалось только фырканье лошадей, а я чувствовала себя подавленной.

Я ненавидела конюшни.

Особенно конюшни, в которых я оставалась наедине с безжалостным человеком.

Я ненавидела конюшни в своей прошлой жизни и ненавижу их в этой жизни.

Ржание лошадей. Звук кнута, рассекающего воздух.

Воспоминания об отвратительном шепоте моего старшего брата и моих жалких криках смешались вместе и эхом отдавались в моих ушах.

«Ты знаешь, что ты сделала не так?»

Дыхание перехватило, а сердце окаменело. Я тряхнула головой, чтобы собраться с мыслями.

Нет, я не должна быть поглощена этим травмирующем воспоминанием и все здесь испортить.

Я уже прошла этот этап. Я уже далеко впереди, так что... Так что...

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Эй!

Я подняла глаза, пытаясь отдышаться.

Айзек смотрел на меня, наклонив голову, его красные глаза блестели.

— У тебя странное выражение лица.

«Я сказал тебе перестать плакать».

— Ладно, забудь об этом. Иди сюда.

«Иди сюда, дерзкая сучка».

Я молча последовала за ним. Глаза лошадей, стоящих в правой части темной конюшни, заблестели, когда они увидели своего хозяина.

Смеющиеся глаза. Животные, которые смеялись, пока я плакала.

— Можешь подать мне одно из них?

«Принеси это мне».

Я нервно сглотнула и оглянулась. На стене висел мешок с морковью и яблоками и несколько плетей.

— Это единственный способ справиться с этими глупыми снобами.

«Есть только одно наказание, которому я могу подвергнуть такую глупую женщину, как ты, которая не знает своего места».

Я остановилась на мгновение и посмотрела в глаза стоящему передо мной жеребцу. Конь топнул ногой и неодобрительно фыркнул.

Казалось, что я медленно сгораю изнутри.

Все в порядке. Все в порядке. Я сказала, что все в порядке. Я в порядке. Я смогу пройти через это.

— Этот только выглядит так, будто у него самый скверный характер из всех, но удивительно... — Айзек, поглаживающий нос жеребца, замер. — Что ты делаешь?

Почему везде было одно и то же? Пожалуйста, пожалуйста, просто дайте мне спокойно жить.

Я подошла к нему, покрытая холодным потом и раскаянием на лице.

— Я... я сожалею. Я совершила... тяжкий г-грех...

— Что?..

— Это все моя вина... Я не знала, что делать, и... забыла свое ме-место... Я безнадежна.

Он замер и уставился на меня. Взгляд его глаз цвета рубина казался немного оцепеневшим.

— Ты...

Он медленно перевел взгляд с моего лица на дрожащие руки, и в его глазах я заметила тень недовольства.

— Думаю, в Романье лошади едят кнуты в качестве угощения.

— Ч-что...

Икота продолжала сдавливать мое горло. Он выхватил кнут из моих рук и бросил его через плечо так, что я не могла видеть, куда он упал.

Глухой звук удара о землю заставил меня вздрогнуть, а жеребец, в которого Айзек чуть не попал брошенным кнутом, раздраженно заржал.

Громкое ржание звенело у меня в ушах, а икота продолжала вырываться наружу.

Я пыталась закрыть рот обеими руками, но Айзек быстро схватил их и заставил опустить. Каменно-ледяное выражение его лица было жестоким.

— Зачем ты это принесла?

— Это... Больше ничего не было... Если ты скажешь мне, где остальное, я принесу это...

— Что я должен делать с вещами, которые ты принесешь?

— Прости меня, ик, за то, что потратила твое время... Я не хотела... Ик, я знаю, что поступила неправильно.

— Что ты сделала неправильно?

Мне было невыносимо смотреть ему в глаза, я не могла дышать.

— Все... Я сделала, ик… Я все сделала неправильно, я...

[[image:/storage/reader-images/a0c06dbbd9210fc716e51e109d4e5edde927fb7d.jpg]]

— Нет, все в порядке. Все в порядке. Прекрати так говорить. Черт возьми!

Я вздрогнула и закрыла рот. Айзек отпустил мои руки, словно обжегшись, сделал шаг назад и долго молча наблюдал за мной. Казалось, молчание длилось вечно.

На его лице было такое выражение, которого я никогда раньше не видела. Его глаза впились в меня, как будто он пытался заглянуть в мою душу. Это нехарактерное для него выражение лица заставляло меня еще сильнее беспокоиться.

— Почему ты перестала дышать?

— О-о, да, икота. Чтобы ос-становить икоту...

Я сделала длинный вдох через рот, глядя за вздымающуюся грудь Айзека. Икота в конце концов прекратилась. Вместо этого мои ноги словно стали ватными и внезапно подкосились, и я опустилась на землю. Мой муж выглядел просто ошарашенным.

Его глаза словно говорили мне: «ты сводишь меня с ума».

Он поднял меня, как мешок с картошкой. Ах, я снова стала мышкой.

[[image:/storage/reader-images/f2f195c8201dad77c7f5bc60da563b738801ba19.jpg]]

Было тревожно стоять прямо в таком состоянии. И еще я досадовала на себя. Я всегда пугалась без причины. Но в этом не было ничего необычного. Я просто должна была терпеть, как и всегда. Так почему же мои ноги были такими слабыми?

Давай, возьми себя в руки и вернись к своей роли.

— У меня... немного закружилась голова. Я не делала этого специально.

— Я никогда не говорил, что ты сделала что-то специально, — я встретилась глазами со знакомым хмурым взглядом. — Черт побери! Как ты можешь идти на мероприятие в таком состоянии?

— Прости. Я просто... немного не в себе. Я подумала, может быть, я смогу познакомится со здешними людьми...

— Люди здесь уже знают тебя.

Он аккуратно опустил меня на землю и сделал несколько шагов назад. Затем он протянул руку, взял яблоко из корзины и дал его мне.

— Возьми.

— О...

— Я сказал, чтобы ты принесла его. Мои лошади — снобы, поэтому и вкусы у них соответствующие, так что тебе нужна хорошая взятка.

Понятно. Его лошади были снобами. Значит, он просил меня принести им яблоко... Ах, почему ты не сказал мне об этом раньше!

Я почувствовала облегчение и смущение одновременно.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Я была рада, что он не рассердился. Впредь мне нужно было быть немного бдительнее. Айзек не любил слезы, поэтому мне следовало быть осторожной и больше никогда не показывать ему такого зрелища.

— Можно мне поехать на твоей лошади?

— Почему бы и нет?

Что? Ты не рассердишься, если я воспользуюсь чем-то твоим?

Мне это показалось смешным, но я, конечно, этого не показала.

— Правда?

— Да, правда, — Айзек покачал головой, немного сместившись в сторону, чтобы его глаза не потеряли меня из виду.

— А лошадям не будет некомфортно, если на них будет сидеть кто-то другой?

— Эти ребята даже не узнают своего хозяина, если ты дашь им яблоко.

Я подошла ближе к жеребцу, которого Айзек держал под уздцы. Черный конь был массивным, с крепкими мышцами. Он выглядел очень гордым и высокомерным, как и его хозяин. Когда я осторожно протянул ему яблоко, в глазах животного блеснуло удовлетворение.

— Я дам тебе это, так что будь со мной добрым, — конь ответил мне фырканьем и съел яблоко за секунду. Он казался ласковым.

Я все еще чувствовала, как глаза Айзека изучают меня со всех сторон.

Почему он так смотрел на меня? О чем он думал? Действительно ли он не против, чтобы я кормила его лошадь?

— Я думаю, он довольно красивый.

— Кажется, он тебе нравится, — тихо сказал Айзек.

— Да, он милый, — я подняла руку и постаралась погладить нос жеребца так же, как это сделал Айзек чуть ранее. Этот конь был совсем не так уж плох.

— Тогда поехали.

— А?

— Седрик!

Конюх, который до этого куда-то убежал, спешно вернулся обратно. Он выглядел немного взволнованным, но когда Айзек кивнул ему, он тут же схватил седло и подошел к лошади.

— Миледи, вы уже выбрали лошадь?

— Она поедет со мной.

Седрик не смог скрыть недоуменного взгляда, появившегося на его лице, но вопросов не задавал.

Что касается меня, то мои глаза чуть не выскочили из орбит.

— Ты уверен?

Он не ответил.

— Ты действительно собираешься отвезти меня туда?

— На самом деле я имею в виду... — он вздохнул, проводя пальцами по волосам, думая, что сказать дальше. — Я все равно ничего не делаю в субботу, так что мне не сложно.

— Но ты раньше сказал, что занят.

— Я был занят мысленно.

Что, черт возьми, этот парень говорил? Ха-а, я должна была признать, что он был не таким, как я ожидала. Высокомерный паладин, который вначале даже не хотел находиться со мной в одной комнате, теперь разговаривал со мной. Большой прогресс, если я могу так сказать.

Мне придется продолжать в том же духе, чтобы он не потерял ко мне интерес.

У подножия озера Грейлео, где проходила вечеринка, было оживленно и шумно. Молодые лорды и леди, одетые в легкие костюмы для верховой езды, общались друг с другом, флиртуя и наслаждаясь поздним обедом за столами, разбросанными по всей территории. Небо над ними было спокойного голубого цвета, незапятнанного облаками. Атмосфера была очень романтической и миролюбивой, когда я смотрела на все это сверху.

Конечно, романтическая атмосфера вскоре была разрушена.

— Ух ты, черт! Что это такое?

— Эй, ты тоже это видишь?

— О, да, я тоже это вижу.

— Это какое-то заклинание галлюцинации?

— Я не чувствую никакой магии.

Муж, не думаю, что я единственная, кто считает, что ты больше похож на дьявола, чем на паладина. Твои друзья вот-вот вытащат свои мечи и бросятся на тебя.

Они либо ругались на него, либо были шокированы до немоты. Один человек упал с седла, увидев нас. Я также заметила, как кто-то поперхнулся соком и чуть не задохнулся в приступе сильного кашля.

Айзек полностью разрушил хорошую атмосферу, но у него не хватило ума смутиться. Он погнал свою лошадь вперед, не обращая ни на кого внимания, и подъехал к столу, за которым сидела Элления с группой женщин. В отличие от шокированных выражений окружающих, Элления спокойно приветствовала его с характерным для нее безразличным лицом.

— По какому случаю, брат?

— Я всегда сам решаю, как мне поступить.

Айзек не успел спрыгнуть с седла, как они снова начали семейную ссору. Нет, ребята...

— Не вини в этом меня.

— Я не обвиняю тебя.

— Тогда, что ты хочешь, чтобы я сделала с этим? — напряжение в воздухе нарастало по мере того, как голос Эллении становился все более ожесточенным.

— Я не помню, чтобы просил тебя что-то с этим делать.

— Было бы лучше, если бы ты просто придерживался своих первоначальных намерений.

Эта ссора не имела никакого смысла, но ни один из них не отступал.

— Если бы я так поступил, что бы ты сделала? — ехидничал Айзек.

— Не язви. По крайней мере, я благодарна, в отличие от отца.

— Да, я прекрасно понимаю, что ты единственная в этой семье, у кого есть совесть. Так почему бы тебе не прекратить попытки затеять ссору? Я начинаю выходить из себя.

Почему эти двое вдруг ни с того ни с сего поссорились... И из-за чего? Я понимала, что Айзек был таким, но Элления? Если они поссорятся в открытую, на глазах у всех, это будет выглядеть так, будто я — первопричина всего этого беспорядка!

Фрейя, сидевшая рядом с Элленией, поспешно поднялась со своего места и встала между ними. Одна рука легла на плечо Эллении, которая сидела в кресле прямо, а другая — на руку Айзека, который высокомерно смотрел на сестру. Фиалковые глаза Фреи были полны беспокойства.

— Прекратите, вы оба. Это не то, о чем стоит спорить. И раз уж ты здесь, ты должен насладиться вечеринкой со своей женой, а после спокойно уйти, верно?

Несмотря на дружеский упрек со стороны друга детства, этот придурок даже не сдвинулся с места. Элления тоже не пошевелилась. Ее глаза смотрели на брата, возмущение было написано на ее лице.

— Эй...

Чтобы положить конец этой удушающей атмосфере, я попыталась спрыгнуть вниз, но мои ноги затекли от долгого сидения в седле. И тогда Айзек, быстро протянув свои сильные руки, схватил меня за талию на глазах у всех.

П.п.: Предложения, выделенные курсивом – прошлое.

Для тех, кто не понял, о чем они спорили: Элления раздражена на Айзека за то, что он изменил свое отношение к Руби. Его "первоначальные намерения" заключались в том, чтобы никогда не иметь ничего общего с Руби и оставить ее полностью на попечение Эллении, но он сбивает с толку всех вокруг переменой своего поведения. Особенно то, что он сделал сегодня: приехал на мероприятие вместе с Руби на одной лошади, сохранил ее репутацию перед всей молодой аристократией и, по сути, показал всем, что она пользуется его благосклонностью — мизерной, но все же благосклонностью. Кроме того, Элления и домашние слуги, за которых она отвечает, как хозяйка дома, небрежно отнеслись к Руби в тот день, когда она приехала к Айзеку в порт. Она была оставлена без присмотра во время болезни и прибыла в город без сопровождения, поэтому Айзек бьет ее по рукам за невыполнение своих обязанностей (которые на самом деле должны быть его обязанностями как мужа Руби).

То, что он сделал на глазах у всех, было настолько неожиданным, что я практически упала с седла, заставив себя сжать его руки и оперлась на него грудью.

Ах, как мне это не нравится. Я снова стала мышью, попавшей в когти орла.

Вокруг нас началась суматоха. Громкие перешептывания, разносящие о нас сплетни, терзали мои уши, поэтому я неловко рассмеялась, чтобы заглушить их.

— Ой, пожалуйста, не ссорьтесь, — кротко произнесла я, увидев лицо моего злобного мужа так близко от моего.

— Что?

— Не злись. Не порти свое прекрасное личико.

Айзек с минуту молча смотрел на меня.

Взгляд его глаз был очень свирепым, словно он был воплощением самого дьявола. Он нахмурился, когда я сжалась всем телом, подумав, что он грубо бросит меня на землю.

— Я не злюсь, черт возьми. Эллен, ты злишься?

— Нет.

Элления, которая ответила сразу же, расслабила напряженные плечи и продолжила как ни в чем не бывало. Что за люди эти брат и сестра? Ситуация была абсурдной, но, конечно, я не подала виду и мило улыбнулась Айзеку. Он наконец спустил меня на землю, и когда мои ноги коснулись травы, я почувствовала, что снова могу дышать.

— Спасибо, что привез меня сюда. Я не забуду сегодняшний день.

Неподвижный, как всегда, мой муж ничего не ответил.

— Я поеду обратно одна. Ты не против?

— Делай что хочешь.

Он произнес это совершенно равнодушно, но это все равно его слова прозвучали для меня внушительно. Быть его фанаткой было довольно сложно.

Фрейя, чьи глаза блестели от интереса, мягко попросила:

— Подойдите сюда и присядьте, миледи. Все вас ждут.

Спасибо за эту пустую любезность.

Когда я подошла к столу и послушно села, в поле моего зрения попала чашка. А именно ручка в форме черепахи с драгоценными камнями вместо глаз.

Сегодня точно был не мой день.

— Э-Эллен...

— Я прошу прощения за то, что заставила тебя стать свидетелем подобной неприятной сцены. Мой брат всегда такой, так что не беспокойтесь об этом слишком сильно, — заметила Элления обычным деловым тоном и пододвинула ко мне тарелку с закусками.

Хорошо, я смирилась с чашкой, но почему и на тарелке украшение в виде черепахи?!

Я старалась не смотреть на украшения, но не могла скрыть дрожь в руках, пока была занята тем, что пила из чашки.

[[image:/storage/reader-images/589ec01a909690d4ac2b08873ab733ad2edea032.jpg]]

Фрейя, сидевшая по другую сторону от меня, наклонилась, чтобы посмотреть на Эллению, и спросила:

— Это нормально — оставить его в таком состоянии?

— Просто забудем о нем.

Элления была поистине бессердечной. Не успела я опомниться, как мой муж повел свою лошадь прочь, оставив меня с дамами. Я оглянулась через плечо и уставилась на спину Айзека, глядя, как он уходит. Я видела, как через мгновение к нему подошли мужчины, которые будто ждали его. В этот момент кто-то вдруг спросил меня:

— С вами все в порядке, миледи?

— О, да, спасибо...

— Вы не представляете, как я была удивлена, услышав, что вы упали в обморок в порту Элмоса. Более того, я даже слышала, что у вас шла кровь.

Я подавила стон. Что ж, это произошло в людном месте, так что не следовало удивляться тому, что слухи об этом происшествии уже распространились.

Но нужно ли было указывать здесь на тот факт, что у меня шла кровь из носа? А? Эта дама, которую зовут Консолас или что-то вроде того, и в прошлый раз давила на мои больные места.

— Это правда. Я чуть не попала в беду. Спасибо, что беспокоитесь обо мне, — ответила я, улыбаясь ей с благодарностью, идущей из глубины души. По крайней мере, я надеялась, что она так думает.

Леди Консолас состроила гримасу, нахмурившись и одновременно улыбнувшись, и продолжила пытаться поставить меня в неловкое положение:

— Полагаю, миледи очень заботится о своей фигуре.

— Простите?

— Вы и так довольно худая, но я не видела, чтобы миледи вообще что-нибудь ела. Неужели здешняя еда вам не по вкусу?

Ее серые глаза блестели, словно она была искренне обеспокоена.

Я уверена, что мы видим друг друга всего второй раз. Грустно думать, что вы уже показываете на меня пальцем за то, что я мало ем.

— Неужели? Обычно у меня нет особого аппетита.

— Ну, я не знаю, как к этому относятся на Юге, но на Севере быть здоровым необходимо, чтобы выдержать здешний климат. Чтобы не доставлять проблем, мы должны заботиться о себе.

Понятно. Дама вроде меня — помеха. Так смешно.

Тем не менее, я широко улыбнулась, мои глаза заблестели, и ни одна моя искренняя мысль не отразилась на моем лице.

— О, спасибо за заботу. Вы были так добры ко мне, так что могу ли я в будущем просить вас о некоторых советах? Как вы знаете, я пока что почти ни с кем здесь не знакома, поэтому мне бывает некого спросить.

— Что ж... В любое время.

— Правда?

— Конечно, — леди Консолас горько вздохнула и кивнула головой в знак поражения. Она выглядела раздраженной.

Я знаю, знаю. Чтобы было весело, оскорбления должны быть обоюдными. Не волнуйся, я говорю эти глупости не потому, что ты мне нравишься.

— Руби.

— Да, Эллен?

— Попробуй торт «Кастелла». Он очень вкусный.

Элления сегодня почему-то была особенно пугающей, поэтому я без особого сопротивления принялась поглощать ярко-желтое лакомство.

Все было бы хорошо, если бы только я не видела эту проклятую черепаху.

— Расслабься, Эллен, — заговорила Фрейя. — У вас хорошие отношения, так почему вы вдруг начали спорить друг с другом?

— Это у вас с братом хорошие отношения.

— Лорен? Он хороший, но он такой смутьян. Хотела бы я иметь более надежного брата... — игриво протянула Фрейя и естественным образом перевела разговор в другое русло. Она повернулась ко мне. — Если подумать, я слышала, что у миледи тоже очень хорошие отношения с братьями.

В моей семье был только один «хороший» брат и это был Энцо. Он был рыцарем, а не кардиналом. Но противоположный выбор карьеры моих братьев был не главное.

— Это вполне естественно. Мои братья часто мирятся с моим ребячеством.

— Я завидую вам. Вы, должно быть, очень скучаете по ним.

— Честно говоря, с тех пор, как я приехала сюда, мне так понравилось это место, что я даже не вспоминала о них.

Фрейя была одним из самых близких людей для Айзека. Даже если бы это было не так, я должна была быть осторожна в своих словах, на случай если обо мне пойдут слухи.

— Посетит ли кардинал Валентино Элендейл в этом году? — дама, которая на дворцовом банкете сказала мне, что южная кухня не подходит ей по вкусу, спросила меня с любовным блеском в глазах.

Ха-ха, кроме слухов о нем и обо мне, я и забыла, насколько Чезаре был популярен среди дам.

«Пожалуйста, не приезжай. Я действительно не хочу, чтобы ты приезжал, и мне больно осознавать, что ты собираешься присутствовать на мероприятии».

— Я не знаю. Я еще ничего не слышала.

Состязание проходило поздней осенью, так что у меня оставалось еще несколько месяцев, но мое будущее выглядело довольно мрачным. Казалось, что я точно умру, застряв между Чезаре и Айзеком — двумя непробиваемыми стенами.

[[image:/storage/reader-images/7d1b36c282399f7683466d103c77a110bb91c769.jpg]]

После того, как дамы наелись сладостей и посплетничали, все стали садиться на лошадей, чтобы отправиться в путь. К счастью, мой муж оставил для меня своего жеребца и куда-то исчез. Поэтому я села на лошадь, которую он назвал снобом, и присоединилась к остальным.

Как-то так получилось, что мы с Фрейей поехали вместе, медленно ведя наших лошадей по лесной дороге бок о бок.

— Не обращайте внимания на слова леди Консолас, — увидев мой растерянный взгляд, она мило улыбнулась и продолжила беседу. — Просто она ворчливая. Когда-то давно она преследовала Айзека повсюду. Но когда узнаешь ее получше, она оказывается неплохим человеком.

Это не имело значения, но я кивнула, как будто мне было не все равно.

— Я вовсе не думаю, что она плохой человек. Лорд Айзек — замечательный человек, поэтому я понимаю, что есть много людей, которым он нравится.

— Вы так добры, миледи, — Фрейя наклонила голову, а ее глаза устремились вдаль. Сидя на белоснежном жеребце, она была похожа на богиню с картины.

— Надеюсь, вы не поймете меня неправильно, но я думала, что миледи будет более придирчивым человеком.

— Я? Почему?

— Потому что вы — принцесса Романьи! Это было бы неудивительно, если бы вы были такой, — пошутила она, обнажив свои идеальные белые зубы.

Ну, если бы я была настоящей Рудбекией, это было бы правдой.

Но мне все равно было жаль бедную девушку.

— Можно ли нам продолжать следовать по этому пути? — спросила я, заметив, что лес становится все более густым.

— Все в порядке, пока мы не заходим слишком далеко. Это самое безопасное место для проведения собраний на открытом воздухе, поэтому мы и проводим их здесь каждый год.

— О и правда...

— Мне кажется, миледи очень искусна в верховой езде?

— Это совсем не так, особенно по сравнению с вами. Просто лошадь умная.

— О, но я не думаю, что это правда! Миледи, если вы не против, почему бы нам не устроить соревновательный забег?

— Забег?

— Если двигаться прямо по этой тропинке, вы достигнете противоположной стороны дороги, с которой мы пришли. Как насчет того, чтобы проехать наперегонки до того места? Что скажете?

Я согласилась, потому что не было причин отказываться. Для меня это была прекрасная возможность сблизиться с Фрейей. Меня охватил азарт и теперь грызла мысль о том, выиграю я или проиграю.

— Миледи должна начать первой, — ее безобидная улыбка успокоила меня.

— Вы поддаетесь мне?

— Поскольку я знакома с этой дорогой, я дам миледи небольшую фору.

[[image:/storage/reader-images/05acbc5cecf03144dfb95ba8e670fedc3cb6b54e.jpg]]

Так я и начала гонку первой. Как только я поменяла посадку на более удобную для быстрой езды, сжав коленями седло, я легонько толкнула лошадь пятками. Жеребец тут же сорвался в галоп.

Ветер свистел в ушах, мимо проносились деревья, мой чепец был развязан, а косы распущены — впервые с момента приезда сюда я чувствовала себя хорошо. Может быть, это было потому, что прошло столько времени с тех пор, как я могла ездить так, как мне хотелось, не считаясь ни с чем и ни с кем. Но я хотела показать себя. Я хотела впервые показать свои навыки как следует.

Через некоторое время показалась дорога, о которой говорила Фрейя. Когда я скакала по ней галопом, в груди поднялось странное чувство. Я не слышала никаких звуков, доносившихся позади меня.

Где Фрейя? Поехала ли она в другую сторону?

Я заставила лошадь перейти на шаг и попыталась прислушаться, не раздастся ли какой-нибудь звук. Жеребец фыркнул и стал нервно переступать с ноги на ногу, словно предупреждая меня об опасности. Не прошло и секунды, как что-то выскочило из кустов и обвилось вокруг моей лодыжки. Я подумала, что это змея, и издала пронзительный вопль.

Удивленный внезапным криком, конь громко заржал и встал на дыбы. Поводья выскользнули из моих рук, и я выпала из седла.

От удара о твердую землю все мое тело пронзила дрожь, и на мгновение я перестала видеть что-либо перед собой. Постепенно я поняла, что меня тащат прочь. Я не знала, была ли эта штука лианой или чем-то другим, но она не отпускала мою лодыжку. Я даже не осознавала, что кричу.

Я чувствовала только пульсирующую боль во всем теле, а затем ударилась головой о что-то твердое.

Я потеряла сознание.

— Ох…

Голова пульсировала. Мне было трудно открыть глаза.

Вокруг было темно и безмятежно. Яркий лунный свет освещал деревья, которые мягко колыхались на ветру.

Где я? Что случилось?

— Гах!

Я издала отвратительный звук, когда встретилась взглядом с этим существом, пытаясь взять себя в руки и с трудом подняться. Я почти уверена, что эти штуки, на которые я смотрела, были глазами.

Оно стояло совсем близко и наблюдало за мной.

Как я могу описать, на что оно было похоже? Гигантский черный кролик-монстр или енот? Его два уха, которые находились на вершине пингвиноподобного тела, торчали вверх, как у кролика, а глаза, словно пара зеленых драгоценных камней, ярко светились в темноте.

А ниже...

Если эта огромная дыра в его брюхе действительно была ртом, то я, скорее всего, моментально погибну, не прожив больше и минуты.

[[image:/storage/reader-images/a9fabd6f3013b89da71e1802aab2cf637e3b98f3.jpg]]

В его широко раскрытой пасти я увидела многочисленные ряды зубов, похожих на акульи, и, о Боже, это были... скелеты?

По моей коже побежали мурашки. От страха я попятилась назад, прикусив язык, чтобы не закричать. Монстр издал странный звук и замахал своими короткими лапами. Вместо милых, как у других животных, милых лапок, у него были когти.

— По-по.

— О-отстань...

— По, по, по, по.

В его рычании должна была чувствоваться угроза, но почему-то оно звучало забавно. Его хлопающие лапы тоже выглядели не слишком устрашающе.

— Не надо...

— По-по.

— Не подходи ближе...

— По, по, по.

Несмотря на все мои отчаянные усилия, любопытный монстр ковылял ко мне, издавая при этом странные звуки.

[[image:/storage/reader-images/42d46e6bd5dc83e25521f828b76cc1d48371c2ba.jpg]]

Вид его широко раскрытой пасти, заполненной скелетами, был кошмарным, и я невольно закрыла глаза, безнадежно молясь, чтобы не оказаться в таком же положении, как эти несчастные души. Затем я почувствовала, как мое тело подбросило в воздух.

Издалека донеслись тревожные крики.

Казалось, что кто-то шепчет. Может быть, это просто звук моего колотящегося сердца?

Не слишком ли жалко для девушки умирать вот так? Я старалась не быть убитой своим мужем, но это не значит, что я хочу умереть от монстра Попо!

Монстр крепко обхватил меня своими короткими лапами и заметался вокруг, что-то ища. Потом его уши затрепетали, и меня потащили к ближайшему камню. Я хотела закричать, но оно, скорее всего, оторвало бы мне голову одним укусом, как только я посмела бы зашуметь.

В воздухе поднялся внезапный и зловещий холод, от которого мне стало нехорошо. Стук копыт, приближающихся к нам, разнесся по лесу.

Крик застрял у меня в горле. Мое нутро, скрученное тревогой, подсказывало мне, что я не должна подавать никаких признаков своего присутствия. Когда я обратила свое внимание на монстра Попо, казалось, что он тоже затаил дыхание.

— Хвууу...

[[image:/storage/reader-images/89436233bc2260513e0df9141c7e7e44677e340f.jpg]]

Лошадь и ее всадник, которые неуклонно приближались ко мне и монстру, наконец-то появились в поле моего зрения.

Если бы не лунный свет, я бы подумала, что это просто рыцарь. Сидя на огромном бледно-голубом коне, он, конечно, был похож на него. Только головы у него не было.

Вдруг я заметила, что он держит ее в руках, обтянутых доспехами.

Это был Дуллахан?

Это было еще ужаснее, чем я могла себе представить. Дуллахан на мгновение остановил свою лошадь и замер. Только когда мы с монстром Попо уже были готовы умереть от того, как долго мы уже задерживаем дыхание, он медленно продолжил двигаться вперед по дороге.

[[image:/storage/reader-images/bc5f2fcef68419d70236b1fce7a666fbc654f499.jpg]]

Холодный пот струился по моей спине, когда я смотрела на то, как он удаляется все дальше.

Мои ноги коснулись земли. Чудовище опустило меня на лесную подстилку и пошло прочь. Я оцепенело смотрела, как оно уходит вдаль, как вдруг заметила, что вокруг меня движутся тени. Толстые, похожие на питонов лианы, которые тащили меня вниз с лошади, были тенями.

Моя лодыжка запульсировала.

Я подняла руку и вытерла пот, стекающий по подбородку. Однако взглянув на ладонь, я заметила, что по моему лицу течет не пот, а кровь.

— По-по.

Монстр Попо вернулся из кустов, в которых он рылся, и положил мне на лоб большой зеленый лист. Я ошарашенно смотрела в его глаза.

— Эй...

— По.

— Случайно... Это ты меня спас?

— По.

Существо покачивало своим огромным телом, как будто пыталось кивнуть.

— Ты понимаешь меня?

— По.

— Ты понимаешь человеческий язык?

На этот раз оно качало своим телом из стороны в сторону.

Ты хочешь сказать, что понимаешь меня, потому что я не человек?

— Если ты понимаешь меня... Можешь помочь мне еще раз? Мне нужно вернуться домой, но я не знаю, как отсюда выбраться...

Я понятия не имела, насколько глубоко сейчас нахожусь в лесу. Более того, учитывая, что луна была высоко в небе, похоже, что я пролежала без сознания довольно долго.

Я истекала кровью. И если бы я попыталась найти дорогу назад одна в таком лесу, меня бы точно съел какой-нибудь зверь, не говоря уже о монстрах. Существо, которое я непроизвольно называла Попо в своей голове, на мгновение уставилось на меня, а вскоре опустило уши и затряслось взад-вперед.

Эй, почему ты вдруг выглядишь таким подавленным? И почему ты выглядишь таким милым, хотя я знаю, что у тебя скелеты в твоем огромном рту?

— Подожди!..

Попо снова схватил меня. На этот раз он поднял меня выше, чем раньше, и надавил на голову. Казалось, он хотел, чтобы я залезла ему на спину, поэтому я осторожно взялась за его длинные уши, стараясь не соскользнуть вниз. Эти уши были удивительно мягкими.

Я не смогла удержаться от крика, когда Попо начал бежать с такой скоростью, что казалось, будто он летит. Мое тело трясло из стороны в сторону, поэтому мне ничего не оставалось, как держаться за его уши.

Я не могла поверить, что монстр мог бежать так быстро с таким большим круглым телом и короткими коренастыми ногами. Холодный ветер ударил мне в лицо, и я крепко зажмурила глаза, а от мелькания пролетающих мимо деревьев меня затошнило.

Мне было интересно, как далеко он убежал.

Наконец, Попо остановился и постучал меня по ноге, показывая, чтобы я слезла. Пока я изо всех сил пыталась опустить ноги, не поскользнувшись и не упав на землю, он протянул свои короткие лапы, чтобы поддержать мои ноги, и помог мне спуститься.

— По.

Повсюду было шумно. Зеленые факелы освещали темный лес не слишком далеко. Похоже, они искали меня.

— Спасибо, что вернул меня назад.

— По.

На этот раз Попо взмахнул лапами, как бы прощаясь, и, развернувшись, исчез в лесу.

Пытаясь успокоить свое колотящееся сердце, я некоторое время смотрела ему вслед, а затем повернулась и, прихрамывая, пошла через кусты в направлении факелов.

— Ааааа!

Я была удивлена, увидев, как некоторые рыцари вскрикнули от шока прямо перед моим лицом, как только я протиснулась сквозь подлесок.

— М-м-миледи?!

— О, Эндимион?

— Мы нашли ее! Она в безопасности! Мы нашли ее! Миледи, вы в порядке? — Эндимион, стоявший ближе всех ко мне, выглядел совершенно измученным. Неужели рыцари искали меня всю ночь?

Вся округа ликовала, и паладины начали собираться вокруг нас. Их общие крики и вздохи эхом разносились по лесу, оповещая других о моем возвращении.

Я должна была почувствовать облегчение, но нервозность одолела меня, и сердце заколотилось от страха.

— Теперь вы в безопасности, миледи, я так рад! Вы нигде не ранены? Это... Это...

Эндимион смотрел на огромный лист, прилипший к моему лбу. Я поразилась, как он еще не отвалился. Но когда молодой рыцарь-ученик заметил скрытое под ним красное пятно, он отстранился и осторожно протянул руку. Пропитанный кровью лист отлетел в сторону.

— Энди, отойди в сторону. Миледи, пожалуйста, пройдите сюда, — сэр Иван пробился сквозь других паладинов и протянул мне руку. На его лице было выражение, которого я никогда раньше не видела, и которое заставило меня задрожать от волнения.

Это было тогда...

— Похоже, что моя жена не может продержаться и дня без того, чтобы не навлечь на себя беду.

Услышав этот холодный голос, я вздрогнула и вцепилась в руку сэра Ивана.

Эндимион, вздрогнув от слов моего мужа, открыл рот:

— Господин, ваша жена...

— Заткнись.

Эндимион тут же закрыл рот и с жалостью посмотрел на меня. Я прекрасно понимала, что сейчас никто не может пойти против приказа Айзека. Его кроваво-красные глаза, горящие как пламя ада, напомнили мне Дуллахана, которого я видела некоторое время назад.

— Разве я уже не говорил, что тебе не нужно делать все это только для того, чтобы привлечь внимание?

— Я... Я сожалею о неприятностях... которые я причинила. Но я не могла ничего поделать...

— Ты не могла ничего поделать? — уголки его рта растянулись в ухмылке. Холодная, леденящая насмешка была написана на его лице.

Тогда что мне оставалось делать, ты, придурок? Только не говори мне, что ты думал, будто я специально утащила себя на край света?

Сэр Иван вмешался, пока я пыталась найти способ исправить ситуацию.

— Давайте пока успокоимся. Тебе стоит выслушать и ее сторону.

— Нет необходимости.

— Просто успокойся и...

— Я изобью тебя, если ты будешь продолжать говорить, — страшная фигура Айзека, приближающаяся все ближе, заполнила все мое зрение. Он стиснул зубы, а затем прорычал: — Уйди с дороги.

— Айзек, ну же...

Потеряв терпение, он убрал руку сэра Ивана, которая держала меня, и оттолкнул его.

— Отвали.

Сэр Иван, возмущенный и шокированный, упал на землю.

— Ты чертов придурок!

Несмотря на это, Айзек поднял меня и пошел прочь.

[[image:/storage/reader-images/52b112991933e42f8092b0da55dec761877fea18.jpg]]

Я не могла остановить дрожь.

Я знала, что совершила ошибку, поэтому решила держать рот на замке, потому что на этот раз он действительно может меня вышвырнуть. Айзек посадил меня на лошадь, за которой присматривал оруженосец, и быстро погнал животное вперед. Моя раненая лодыжка пульсировала, но я прикусила губу и пыталась сдержаться.

— Брат?

Особняк был весь освещен. Элления, сидевшая на диване, сразу же поднялась, как только мы вошли в зал. В отличие от ее обычного вида, сейчас ее лицо выглядело расстроенным. Фрея тоже была с ней.

По щекам девушки текли слезы, она прикладывала к глазам промокший носовой платок.

— О, миледи, вы в безопасности! Я так счастлива! Я не знаю, сколько...

— Руби, что случилось? Почему ты ранена?

Я уже собиралась открыть рот, чтобы ответить, когда мой муж сказал:

— Позови Сергея. Ты, пойдем со мной.

— Но брат...

— Не ходи за мной, — он зарычал таким жестоким тоном, что даже Элления отступила.

Старшая горничная смотрела на меня из-за спины Фреи. Выражение ее лица, когда она успокаивала двух девушек, оставило горький привкус у меня во рту. Я не знала, что делать, когда она смотрела на меня такими обвиняющими глазами.

Я попыталась скрыть свою хромоту и последовала за мужем.

Я не хочу идти за ним. Мне так страшно.

Место, куда Айзек привел меня, было его кабинетом.

Он захлопнул дверь, как только я вошла следом за ним. От громкого стука я вздрогнула, а на глаза навернулись слезы, но я постаралась их сдержать.

— Садись.

Я осторожно села на стул напротив мужа, придерживая больную ногу.

Айзек испустил длинный вздох, сложив руки и выпрямив спину, изо всех сил стараясь подавить растущий гнев. Его одежда была покрыта грязью и пропитана потом до самой шеи, а серебристо-белые волосы были растрепаны. Я никогда не видела его в таком неопрятном виде.

— Хорошо, — его взгляд был жестким и холодным. — Расскажи мне, что случилось.

Рассказать ему, что случилось? Он спрашивал меня о моей версии произошедшего? Зачем? Выслушает ли он меня? Поверит ли он мне?

Я поняла, что слишком надолго погрузилась в свои мысли, потому что хмурый взгляд Айзека становился все темнее с каждой секундой. Я нервно сглотнула и быстро начала объяснять:

— Мы ехали верхом... И леди Фуриана предложила устроить соревнование, только... Только мы двое, поэтому я поехала по дороге, которую она мне указала. Вдруг что-то выскочило из кустов, схватило меня и потянуло в лес. Я ударилась головой о камень и потеряла сознание, поэтому не могла ничего сделать.

Я на мгновение забыла как дышать, пытаясь оценить его реакцию и размышляя, стоит ли мне рассказать ему о монстре Попо, но выражение его лица было настолько странным, что я превратилась в лед.

Его глаза были тусклыми, а лицо — серьезным.

— Фрейя сказала, что ты поехала в лес одна, хотя она просила тебя этого не делать.

— Ч-что? Что ты имеешь в виду...

— Значит, Фрейя солгала? Ты это хочешь сказать?

[[image:/storage/reader-images/92725d20b9df5f985a3f16592baa0708572e959c.jpg]]

Моя грудь вздымалась, сердце колотилось, а губы дрожали. Я чувствовала себя так, словно меня ударили прямо в сердце.

Почему Фрейя сказала это? Почему? Почему она так поступила? Потому что она не хотела брать на себя ответственность? Она боялась признаться, что это она предложила поехать этой дороге?

Я не чувствовала никакой враждебности со стороны Фрейи. Мне даже казалось, что я ей вообще безразлична, так почему? Зачем ей лгать? Я практически уверена, что она специально направила меня на этот путь. Она сказала, что знает все о лесе, поэтому она должна была знать, что там могут быть монстры. Она знала. И из-за нее Айзек теперь ненавидел меня.

Здесь у меня не было ни единого шанса против нее. Вполне естественно, что Айзек доверял ее словам больше, чем моим. Если бы меня заклеймили как лгунью и в будущем случилось нечто подобное, он бы никогда больше не поверил мне. Я всегда буду носить это клеймо. Это я знала по собственному опыту.

Почему она меня так подставляет?

Айзек, молча смотревший на меня с таким видом, будто у него в голове пронеслась тысяча вопросов, но не произнес ни одного, выплюнул:

— Возвращайся.

— Ч-что?

— Возвращайся в Романью. Я отпущу тебя без всяких условий.

Я ничего не могла поделать, только тупо смотрела на него.

[[image:/storage/reader-images/37c8ff1c8562f5d5dcba5b1029d4750b7f3b4127.jpg]]

Айзек согласился жениться на мне только для того, чтобы помешать Эллении выйти замуж за Энцо.

Все знали, что наш брак когда-нибудь закончится. Моей семье от этого брака нужна была военная помощь, а Британия получила золото Романьи. Как только мой отец получит то, что хотел, он сделает все, чтобы аннулировать этот брак и вернуть меня домой. Я знала это. Все это знали.

Однако, будучи замужем за Айзеком, я должна была жить в Британии, а это означало, что я, по сути, была заложницей в этой стране. Я была рычагом Британии против планов и тирании Папы. Все знали, что даже родства с этим человеком недостаточно, чтобы защитить тебя от его махинаций, поэтому мое присутствие здесь было единственным преимуществом северян перед Романьей.

У Британии сейчас было преимущество: дочь Борджиа находилась в их стране, а не дочь Омерты на юге, как было задумано. Они не отпустили бы меня так просто. Даже мой отец или Чезаре не могли действовать безрассудно в этой опасной ситуации. Найти способ аннулировать брак или развестись, если брак был заключен, было трудно и это будет сложно до тех пор, пока Романья не отобъется от варваров на севере с помощью армии Британии.

Не прошло и месяца с тех пор, как я ступила на землю этой страны, а Айзек уже готов был аннулировать брак и отправить меня обратно без всяких условий? Он хотел сказать, что Британия все равно пришлет подкрепление даже без священной брачной клятвы?

Это было похвально, но решение принимал не он. Неважно, был ли он племянником короля или будущим герцогом Омерты, этот брак закончится только тогда, когда лидеры наших стран решат, что это произойдет.

Помимо того, что я не хотела возвращаться к своей адской жизни и семье в Романье, Элления все равно через полгода выйдет замуж за принца Дориаса. Кто помешает убить ее тогда? Даже если отравление совершу не я, это сделает один из шпионов моего отца, установленных здесь, и она все равно умрет. Тогда и северяне, и духовенство восстанут против Папы и уничтожат весь дом Борджиа...

«Если я не смогу ничего предотвратить здесь и вернусь домой прямо сейчас, я умру».

[[image:/storage/reader-images/f2354d9e862a7fc6dec82d09eaf23ffe62e43802.jpg]]

— Мы все равно женились не по любви, и ничего хорошего не выйдет из того, что ты останешься здесь, так что просто возвращайся домой. Возможно, ты уже почувствовала это, но тебе здесь не место, — его голос был спокойным, тихим и мягким, но то, что он сказал, все равно ранило меня в самое сердце.

Он говорил устало, а выглядел еще более утомленным. Если раньше его глаза горели яростью, то теперь они были опущены. Он больше не смотрел на меня.

— До прихода врача пройдет некоторое время, — Айзек встал и направился к двери. Он провел пальцами по волосам и вздохнул, — так что до тех пор...

— Я не хочу.

Он остановился.

— Что?

Стул, на котором я сидела, опрокинулся, когда я поспешила к нему, ползя по полу и хватаясь за его брюки. Звук его падения еще долго резонировал в комнате. Моя лодыжка пульсировала, но мне было все равно.

Я должна была все исправить. Даже если Айзек изобьет меня за ложь, я должна это исправить.

— Какого черта ты делаешь...

— Я не могу вернуться. Пожалуйста... Я была не права, это все моя вина! Пожалуйста, не прогоняй меня...

Я знала, что он ненавидит слезы, но не могла удержаться от рыданий, видя, как перед глазами проносится моя жизнь. Если он отправит меня обратно вот так, едва ли через месяц после свадьбы, то на этот раз отец действительно изобьет меня до смерти. И я даже представить себе не могла, что сделает Чезаре.

Я сидела перед ним на коленях, плакала от души и обнимала его ногу. Айзек смотрел на меня с тем же выражением лица, что и утром в конюшне, и в его рубинового цвета глазах плескалось то же недоверие, что и тогда.

— Я, должно быть, неправильно поняла, что она сказала. Как я смею... Как я смею придумывать, что леди Фуриана солгала мне? Я... Я извинюсь перед ней! Я извинюсь перед всеми! С этого момента я просто буду оставаться в доме, ничего не делая и ведя себя как мертвая! Я больше не буду доставлять неприятности, так что, пожалуйста... Пожалуйста, прости меня.

Айзек был прямо передо мной, но я не могла его видеть. Все, что я могла видеть, это выражение лица моего отца, когда он узнал о том, как я разрушила его планы. Чезаре достал хлыст и отвел меня в подвал.

— Я сделаю... Я сделаю все, что ты мне скажешь... Я сделаю все. Я приму любое наказание... Я получу удары за все, что я сделала не так! Так что, пожалуйста...

[[image:/storage/reader-images/10549cce3a8cdb481f800cbb0db7a45fdf7cfb5b.jpg]]

Лицо Айзека, застывшее в шоке, медленно исказилось в нечто уродливое.

Он возвышался надо мной — высокий, как дерево, — и резкое движение его рук, когда он схватил меня и потянул вверх, заставило меня вздрогнуть и зажмурить глаза от страха. Я знала, что последует дальше. В конце концов, я привыкла к этому. Я приготовилась к удару, но его не последовало.

— Я так тебя ненавижу.

Его голос был низким и грубым, придушенным и хриплым.

Я знала, что он ненавидит меня, я уже знала это, но незнакомые эмоции в его глазах заставили меня перестать дрожать. Они пылали гневом, но не тем гневом, к которому я привыкла.

— Ты меня так раздражаешь, — прорычал он. — Почему я был сам не свой всю ночь, почему ты заставляешь меня беспокоиться о вещах, которые не имеют для меня значения, и почему меня волнует, умрешь ты или нет... Все, что ты делаешь — это, черт возьми, доставляешь мне беспокойство. Я не могу понять, почему меня это так волнует, и это сводит меня с ума. Лучше бы ты вела себя как высокомерная сука, как в своей стране. Так почему ты продолжаешь так себя вести? Что, черт возьми, с тобой не так? Ты только и делаешь, что бесишь меня, но почему я все время думаю о тебе...

[[image:/storage/reader-images/4d7191b625b41f94abadbe24d8386fc65ae13821.jpg]]

Я чувствовала, как его резкий вздох отдается эхом в моем теле.

— Я схожу с ума, потому что не могу понять этого. Вот почему я ненавижу тебя.

Его глаза впились в мои, задушив меня чистыми эмоциями, отраженными внутри них. Мне казалось, что я не могу дышать. В этой тяжелой тишине мы только и делали, что смотрели друг на друга. Его огненный взгляд обжигал меня, но я не хотела отделять себя от него. Я не хотела отворачиваться.

Меня охватил прилив облегчения.

Он хотел отправить меня обратно не из-за Фрейи. Все было не так. Он расстроился из-за нее. Но вместо того, чтобы слепо доверять показаниям своей подруги детства, он был потрясен тем, что я сказала.

В конце туннеля все еще был свет.

Та маленькая частичка эмоций, которую он сейчас испытывал, будь то жалость, любопытство, сожаление или что-то еще — мне было все равно, что это было. Важно было лишь то, что я стала важна для него, пусть даже совсем чуть-чуть, чтобы он так отреагировал.

Для меня еще оставалась надежда. Я еще могла расколоть его холодное сердце. Я еще могла переманить его на свою сторону. В конце концов, Синяя Борода и Сияющий Рыцарь были одним и тем же человеком.

— Я сделаю все, — вздохнула я. — Я сделаю все, что ты захочешь, только скажи мне. Только... Пожалуйста, не прогоняй меня. Пожалуйста...

Айзек медленно отстранился от меня. Было забавно, что это у меня на глазах блестели слезы, но именно он выглядел так, словно из нас двоих ему больнее.

Внезапно он повернулся и ушел. Дверь захлопнулась.

И вот так просто лучший рыцарь Севера, мой муж, сбежал.

Застыв и оцепенело глядя на то место, где только что был Айзек, я задумалась о том, что помнила о характере Фрейи из романа. Она была идеальной леди, всегда жизнерадостной, уверенной в себе, достойной и любимой всеми. Кроме этих качеств, о ней мало что упоминалось. Кроме того, прошло так много времени с тех пор, как я в последний раз читала книгу, что мои воспоминания о ней были в лучшем случае смутными.

Большая часть повествования все равно была сосредоточена вокруг сюжета о семье Борджиа и северных рыцарях, так что я не узнала бы многого об особенностях характера и жизни Фрейи, даже если бы могла вспомнить больше. Однако я помнила, что всякий раз, когда Рудбекия пыталась задирать ее, Фрейя непременно отвечала мудро, всегда сохраняя спокойствие и благородство, в то время как Руби только выглядела наивной маленькой дурочкой.

Когда я ломала голову, пытаясь найти хотя бы одну зацепку, почему она сделала то, что сделала, мне не пришло в голову ничего достойного упоминания о Фрейе в книге. Я подумала, что даже если бы они с Айзеком испытывали друг к другу не только дружеские чувства, это не имело бы значения после того, когда все было сказано и сделано.

Потому что все знали, что я — жена, которую бросят.

Я думала, что она будет мудрой и станет спокойно ждать, когда меня выгонят из герцогства, если я не буду мучить ее или вести себя мелочно и ревниво, как Рудбекия в оригинальной истории. Она знала, что однажды меня изгонят, и ей оставалось только ждать этого дня. Так почему же Фрейя так поступила со мной? Я притворялась безобидной и дружелюбной каждую минуту каждого дня, так зачем ей было лгать?

Она должна была знать об опасности этого пути, о том, что я могу заблудиться в лесу и встретить там монстров. Неужели она просто не ожидала, что на меня так скоро нападут? Но Фрейя ведь даже не поехала следом за мной по той дороге, так что она должна была вернуться к остальным сразу, как только увидела, что я уже поскакала по указанному ей пути. Значит, она, вероятно, лгала мне с самого начала? Возможно, она рассчитывала, что поисковый отряд быстро найдет меня, и поэтому хотела таким образом выставить меня лгуньей перед всеми молодыми дворянами, рыцарями и моим мужем?

С какой стати, ради всего святого?!

Я не думала, что Фрейя, в отличие от ее брата, питает ко мне какие-то недобрые чувства. Она относилась ко мне по-доброму и не проявляла никакой враждебности. Очевидно, она была хорошей актрисой. Как и в случае с горничными, я бы отмахнулась от этого, как от чего-то незначительного, и оставила все позади. Но если Фрейя оказалась не той, за кого я ее принимала, то это вовсе не было чем-то незначительным.

Даже если бы я хотела прикусить язык и проглотить это, даже если то, что они сделали, было ребячеством и даже если это был бы пустяк — что бы это ни было, я не могла позволить, чтобы такие вещи происходили и дальше.

Мои подозрения относительно Фрейи подтвердились на следующий день, когда она лично навестила меня.

П.п.: Я хочу объяснить вам, ребята, часть «Синяя Борода и Сияющий Рыцарь», потому что я знаю, что это не имеет никакого смысла. Обычно, если в тексте есть что-то непонятное, я убираю это и заменяю на то, что имеет смысл, но эта фраза является названием первой части первой книги этого романа (проверьте главу 1; история разделена на четыре книги, и одна книга разделена на несколько частей), поэтому я посчитала необходимым оставить ее и объяснить в конце, поскольку она кажется важной.

Синяя Борода («La Barbe bleue») — это французская народная сказка 1697 года. Это история о богатом, но чудовищном аристократе и его любопытной жене. Когда он уезжает в путешествие и отдает ключи от замка своей жене, он говорит ей, что она может заходить во все комнаты, кроме одной, чтобы не навлечь на себя его гнев. В конце концов любопытство жены берет верх, и она входит в запретную комнату. Там она находит трупы шести предыдущих невест Синей Бороды, которые до этого таинственно исчезли. Вернувшись, он узнает, что она сделала, и угрожает убить ее на месте, но она тянет время, и ее брат и сестра успевают прийти и убить мужчину. Седьмая жена наследует богатство своего мужа и, в конце концов, снова выходит замуж и живет дальше от пережитых ужасов.

Мораль этой истории вызывает много споров, и я не собираюсь обсуждать ее здесь, но сказка оставила свой след в литературе. Термин «синебородый» был придуман благодаря этой истории и означает «человек, который женится и убивает одну жену за другой».

Термин «Сияющий рыцарь» сложен, потому что он ни на что не ссылается. Я буквально обшарила все возможные уголки интернета в поисках хотя бы крохи сноски, но ее там просто нет. Я буквально понятия не имею, что это значит. Именно поэтому я хотела оставить ее в тексте, но, увы, она имеет значение, поэтому я не смогла. Далее следует моя личная интерпретация.

В корейском языке фраза «рыцарь в сияющих доспехах» пишется как «облаченный в сияющие доспехи рыцарь». Я думаю, что автор хотела опустить часть «доспехи», чтобы «Синяя Борода и сияющий рыцарь» звучала по-корейски лучше.

Вот что я думаю: мы все знаем, что означает рыцарь в сияющих доспехах — это рыцарственный мужчина, который приходит на помощь женщине в трудной ситуации, а Синяя Борода — это мужчина, который убивает свою жену. Руби видит в Айзеке мужа, который убьет ее. Чтобы предотвратить это, ей нужно привлечь его на свою сторону. Чтобы Руби смогла пережить судьбу чистки дома Борджиа, ей нужно, чтобы Айзек, человек, которому суждено провести чистку, стал ее рыцарем в сияющих доспехах. Он нужен ей как человек, который спасет ее от судьбы. Айзек может либо убить ее, либо спасти. Он для нее и Синяя Борода, и Сияющий Рыцарь. Вот так я интерпретировал эту фразу :3

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

п.п.: поблагодарите переводчиков, подписавшись на нашу группу! (´▽`ʃ♡ƪ)

— Простите, миледи. Я была глупа. Я первой попросила вас посоревноваться, но когда я услышала, что вы пропали, я так испугалась реакции Айзека, что не сдержалась и солгала ему... Право, мне так стыдно признаваться в этом.

Фрейя, неоднократно склонявшая голову, казалась искренне сожалеющей, а ее фиолетовые глаза блестели от слез.

Если бы я не знала многого об их отношениях, я бы, возможно, простила ее.

Она сказала, что испугалась реакции Айзека? Это же чушь собачья. И если бы ей было действительно жаль, она бы сказала ему правду позже. Почему она сказала об этом только мне? Ах, она была немного пугающей.

В зависимости от того, как я буду вести себя дальше, я узнаю истинную сущность Фрейи.

Конечно, я буду продолжать выглядеть простушкой, не стоящей внимания. Особенно для нее.

[[image:/storage/reader-images/53f7ac90b485e4c470826e6d57cb45cf44f0cd4f.jpg]]

— Все в порядке, не переживайте. Леди Фуриана, вы не знали, что произойдет такой несчастный случай. Я все понимаю, так что не волнуйтесь.

— Если бы я не сделала такого предложения, миледи...

— Все в порядке. Это секрет, но на самом деле это было небольшое развлечение. В Романье такого никогда не было. Мне жаль, что паладины так старались, чтобы найти меня до поздней ночи, но я была в порядке.

Когда я улыбнулась, как наивный ребенок, она посмотрела мне в глаза, словно пыталась найти что-то в моем взгляде, а потом улыбнулась, как будто поняла. Возможно, это просто мое чутье, но на первый взгляд казалось, что она насмехается надо мной.

— Я понимаю, что вы имеете в виду. Но я рада, что с миледи все в порядке. Не стесняйтесь и дайте мне знать, если я смогу что-то сделать для вас в будущем, — внезапно я поняла, почему до сих пор не чувствовала враждебности с ее стороны.

Я не была достойна таких эмоций от нее. Ни в коем случае. Я не знала, что ее так внезапно обидело, но Фрейя была старым другом Айзека и Эллении. Ее положение было непревзойденным на Севере.

Что бы ни случилось, никто бы мне не поверил.

Ирония судьбы заключалась в том, что в этой мрачной ситуации последний босс — мой муж — стал для меня последним лучом надежды. Проблема заключалась в том, что с той ночи я не видела даже его тени. Хуже того, я не могла осмелиться сделать и шагу за пределы особняка даже после того, как моя травмированная лодыжка была излечена.

Охранники в особняке смотрели на меня широко раскрытыми глазами, словно были очень довольны сложившейся ситуацией. Элления, казалось, была очень зла на меня и держалась как сторонний наблюдатель.

Эх. Я не мог выйти из особняка даже после того, как моя лодыжка зажила.

Мне нужно было увидеть его лицо, чтобы проверить, есть ли у меня шанс выжить или нет!

Если он примет решение и отбросит всю проделанную мной тяжелую работу, отправив меня домой, я... Я не хотела даже представлять, что будет дальше.

— Скоро состоится банкет.

Но Элления была менее бессердечной по сравнению со своим братом. Она навестила меня и любезно напомнила о событии, о котором я забыла.

Приближался день рождения моего мужа в разгар холодной и безжалостной зимы. Лето уже закончилось.

— Чем я могу вам помочь?..

— Я просто собираюсь делать то, что делаю каждый год, так что все в порядке. Кстати, вся одежда, которую ты заказала, будет доставлена сегодня днем.

Когда я осторожно спросила, она ответила резким тоном.

Действительно, даже если бы я вмешалась в эту ситуацию, я чувствовала, что только наберу еще больше ненавистников, а не окажу помощь. Поэтому я решила больше не давить.

Элления посмотрела на мою склоненную голову, не говоря ни слова, и встала:

— Я буду немного занята до дня перед праздником. И, разумеется, я сказала служанкам, чтобы они сразу же приготовили все, что тебе нужно.

[[image:/storage/reader-images/ff9ccc864b6f3c438d0a8cd1ccad276a9eed50d5.jpg]]

Вот так я на некоторое время попала в руки к этим бессердечным людям, которым не терпелось выгнать меня.

Ваа! Эллен, почему ты продолжаешь подставлять меня?

Еще недавно все слуги делали вид, что заботятся обо мне, но после ночного происшествия все они снова стали холодными.

Когда я звонила в колокольчик, дергая за веревку у своей кровати, в тех случаях, когда мне что-то было нужно, служанка с неприятным видом появлялась почти через полдня.

[[image:/storage/reader-images/7e384b433662de78de2c37418fe40674ef6258a5.jpg]]

Служанку, принявшую мои драгоценности в тот день, звали Люсиль или что-то в этом роде. Мне было бы очень сложно, если бы я не подкупила ее в тот раз. После этого она была вынуждена мне помогать.

Я не знала, что происходит, поэтому не хотела спрашивать о чем-то деликатном.

В частности, от горничной, что была няней Айзека и Эллении в их детстве, чувствовалась такая же угрожающая аура, как и от Фрейи.

Как мне улучшить настроение моего сложного мужа? Помимо прочего, меня волновал вопрос о том, что приготовить в подарок на день его рождения. Не то чтобы я не сталкивалась с подобной ситуацией, но я была очень осторожна, потому что не знала, когда и куда он поедет. Я почти полдня ломала голову над этим и в конце концов решила просто положиться на опыт. Поскольку мне, в любом случае, было трудно кого-либо попросить выйти из дома, все, что я могла приготовить — это вышивка.

Любовница моего отца, леди Джулия, прислала мне в качестве свадебного подарка набор для вышивания.

Мне повезло, что он до сих пор у меня.

— Я не знала, что вам нравится вышивать.

Горничной, похоже, показалось подозрительным то, что я на протяжение всего дня оставалась в своей спальне, поэтому она пришла проверить меня и упомянула о вышивке.

Я только усмехнулась.

— Я просто практикуюсь.

— Вы делаете это для герцога?

— Да, но прошло уже много времени после того, как я брала в руки шитье, так что я не знаю, хорошо ли получится. Интересно, какой рисунок будет самым подходящим...

— Если вы не против совета слуги, изображение ивы подошло бы прекрасно.

— Ива...

— Да, когда герцог был еще маленьким, здесь росла ива, на которую он часто забирался и играл. Но теперь прошло много времени с тех пор, как ее срубили, поэтому он часто грустит, вспоминая о ней.

Ее светло-карие глаза светились злым взглядом, а улыбка была холодной. В этот момент у меня по коже побежали мурашки, но я не показала этого и улыбнулась.

— Ах, спасибо за хорошую подсказку. Я буду иметь это в виду.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Конечно, я не собиралась вышивать ивовое дерево.

Что? Айзеку часто было жалко вспоминать об этом? Даже если не брать во внимание, что я была не из тех, кто впадает в такие дешевые сантименты, ее ненависть ко мне была слишком велика, чтобы я действительно доверяла ее словам. Я не знала, что именно привело хозяйку Омерты к такой трагической смерти, но я четко помнила, что она покончила с собой, повесившись на иве во дворе.

Я все еще не могла поверить, что она предложила мне вышить это.

Это же просто послание с просьбой забить до смерти.

Наверное, она специально затушила огонь в первую ночь.

Хоть это было просто предложение, но оно было очень очевидным, стерва!

Похоже, она с нетерпением ждала, когда меня выгонят отсюда, но я этого не допущу, мерзкая женщина.

Когда я думала о своей первой ночи здесь, я, естественно, думала о монстрах.

Особенно о Попо. Странное существо, которое понимало меня и помогало мне. Тогда я считала это глупостью, но были подозрения, что и другие монстры могут быть такими же, как оно. Гаргулья в подвале, куда меня когда-то затолкал Чезаре. Моя первая ночь, когда я встретила это чудовище, и водяное чудовище, которое утащило меня в дворцовый пруд...

Я была уверена, что Рудбекия как-то связана с монстрами.

У меня не было такой странной способности. Нет, я не думала, что в самом этом мире есть человек с такой необычной способностью понимать монстров.

Тем не менее, Попо ясно общался со мной и дал понять, что не может понять, что говорит кто-то другой, кроме меня.

Мне оставалось только ждать и наблюдать.

Если бы я рассказала кому-нибудь об этом до того, как разузнаю побольше, меня бы заклеймили как ведьму.

Несколько дней я усердно работала над вышивкой. Прошло много времени, и я была так поглощена этим занятием, что кончики пальцев распухли, но я не обращала на это внимания.

Когда работа была почти закончена, я попросила Люсиль дать мне канцелярские принадлежности для написания письма.

Пока я писала письмо от всего сердца, мне было немного страшно, что «разрушитель личности» может просто разорвать его на части, но я просто не могла остановиться. Моя спина запульсировала, и боль распространилась по нижней части живота.

Я слышала, что плохие вещи случаются все сразу. Я знала, что у меня нерегулярный цикл, но почему это случилось именно сегодня? Было грустно, что даже мать-природа была не на моей стороне.

Я неплохо переносила боль, но в этот раз она была особенно сильной.

Мне хотелось умереть.

Сколько времени прошло с тех пор, как я начала дергать за веревку рядом с кроватью, обливаясь потом?

— Вы чувствуете себя некомфортно, госпожа?

Было бы лучше, если бы пришла Люсиль, но зачем пришла эта служанка? Как раз в тот момент, когда я собиралась заворчать и открывать рот, она заговорила:

— Вы не очень хорошо выглядите, я пока принесу вам обезболивающее. И еще...

А? Я наклонила голову и посмотрела на нее.

Боль была настолько сильной, что мое зрение было затуманено, но я могла видеть, что у сварливой горничной было нерешительное выражение лица.

Что? Ты что, притворяешься нерешительной?

— Простите, но герцог велел передать миледи, чтобы она сегодня оставалась здесь. Вы не обязаны присутствовать на банкете.

[[image:/storage/reader-images/4a6fc0ca65ad21b250190559eab10816dfb5134e.jpg]]

Что?

— Просто вы, кажется, неважно себя чувствуете, поэтому вам лучше оставаться в кровати. Если есть что-то, что я могу передать герцогу, я передам это для вас.

Конечно, я не собиралась оставлять свой хорошо подготовленный подарок в руках этой женщины.

Что? Что происходит? Ты, должно быть, хочешь, чтобы я просто проглотила эту чушь?

Как бы он ни был зол, я не могла просто остаться в комнате мужа, пока идет празднование его дня рождения. Мне хотелось верить, что он не мог так сказать, но, с другой стороны, я чувствовала тревогу по поводу того, что делать, если это правда.

Не исключено, что это был он.

Я знала, что он не собирается меня видеть какое-то время, но если он действительно пытается от меня избавиться...

Вскоре после ухода этой горничной пришла Люсиль и дала мне обезболивающее. Мне было жаль себя, но мне было непривычно, что она смотрит на меня с жалостью.

Я попросила ее позвать Эллению, но в ответ я услышала лишь то, что ее нет дома и что она вернется к концу банкета.

[[image:/storage/reader-images/422b65f1db8934882e517c0b003045b790fb2f24.jpg]]

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Эти хладнокровные люди.

Как всегда, прием обезболивающих мало что дал. Подавляя стоны, я попыталась ненадолго уснуть. Когда я проснулась, то поняла, что время пролетело незаметно. Я знала, что банкет начинается в шесть часов вечера, а сейчас было уже пять часов. Если бы кто-то пришел, чтобы напомнить мне о том, что пора готовиться к банкету, я бы встала раньше.

Та служанка, что солгала мне, легко могла бы оправдаться перед Элленией, сказав, что я заболела и не в состоянии присутствовать на банкете.

Это было правдой, что я плохо себя чувствовала, поэтому она бы не солгала своей госпоже. А может быть, она просто сказала мне правду.

В любом случае, я не могла оставаться на месте. Сначала я должна была все проверить. К счастью, после того, как я немного поспала, боль стала более терпимой, чем раньше.

— Вы звали меня, госпожа?

Я на всякий случай дернула за веревку, но почему-то Люсиль пришла сразу. Она появилась так быстро, что я подумала, не следила ли она за мной.

— Ты можешь мне помочь? Уже поздно, и мне нужно быстро переодеться.

— Но госпожа, я слышала... — Люсиль запнулась и посмотрела на меня. Почему-то она выглядела обеспокоенной.

Я не знала, действительно ли Айзек намеревался держать меня в комнате. А может та служанка рассказала всем подчиненным или все слуги действовали сообща. Ясно было одно: даже если служанка солгала, лишь несколько человек изначально были на моей стороне. Поэтому я не могла больше оставаться вне игры.

Я должна была как-то уговорить мужа. Теперь, когда он проявил хоть немного эмоций, я должна была ухватиться за эту последнюю соломинку.

Сначала я просто проверю. Только проверю...

— Я знаю. Просто помоги мне одеться.

— Госпожа, я...

— Я просто хочу почувствовать себя лучше. Я уже несколько дней в кровати. Я прошу тебя, пожалуйста?

[[image:/storage/reader-images/6916d2fec3a281467202fead3345d315d00e49c3.png]]

Люсиль выглядела сварливой, но как только я вложила ей в руку свою бриллиантовую брошь, она согласилась помочь мне переодеться в новое платье и провести меня в сад.

Сад был похож на туманный лес с десятками растений, высаженных в ряд. Теплые священные костры зеленого цвета освещали темное небо. Место, где проходил банкет, было спрятано среди кустов сирени, и там никто не бродил, так как все в западной части были сосредоточены на безопасности. Я спрятала вышивку и письмо в рукав.

Хаа, что, черт возьми, я делаю?

Изображать из себя фанатку действительно было невыносимо трудно. Низ живота и талия нещадно пульсировали, но это было терпимо.

Я загляну, проверю Айзека и... Я просто доставлю подарок и вернусь.

Это был его день рождения, и, как большая фанатка, я должна была сделать ему подарок, чтобы все выглядело реалистично. Я должна была увидеть его, независимо от обстоятельств. В этой ситуации ждать в нервном напряжении было слишком тяжело. Холод и тишина убивали меня.

Последние несколько дней я почти ничего не ела, но меня все равно тошнило. Гораздо лучше было бы быть избитой. Это было просто невыносимо.

Бум!

Совершенно неожиданно раздался раскат грома.

[[image:/storage/reader-images/64dce77c45b2b5a3bbf882999de84878bcd9bcc3.png]]

Боже, ты действительно ненавидишь меня, не так ли? Почему в такое время внезапно начался ливень? В одно мгновение небо почернело, и хлынул дождь. Я приостановилась и плотно обхватила рукав рукой. Чтобы максимально избежать дождя, я шла по той стороне, где росли густые деревья, но я не могла не промокнуть. Повезло, что мое платье было сшито из плотной ткани.

Приближаясь к месту проведения торжества, я услышала какой-то шум.

Гости разразились смехом, говоря что-то о том, что небеса злятся, потому что это был день рождения Айзека.

Кто-то весело ответил, что это была хорошая шутка.

Я спряталась за ближайшим можжевеловым деревом и заглянула в проем двери, что вела в банкетный зал.

Элегантно одетые люди ходили, смеялись, разговаривали и шептались. Что сделало их такими счастливыми?

Все вошли внутрь, и лестница на мгновение опустела. Я спряталась за колонной и украдкой посмотрела внутрь. Все было оживленно и роскошно.

Я могла видеть шумную толпу, движущуюся вокруг.

— ...Мне пришлось пройти через многое, готовя этот подарок.

— Это правда, что вы через многое прошли.

— Он мне все равно не нравится.

— Я же говорил вам, миледи, не нужно быть милой.

— Почему вы здесь?

— Это он пришел, чтобы пригласить меня.

Группа мужчин и женщин радостно болтала в центре банкетного зала. Несколько паладинов в черных доспехах и один в серебряных спускались по лестнице, сопровождая двух женщин. На их лицах было одинаково гордое выражение. Я чувствовала это каждый раз, когда смотрела на них, но у паладинов было огромное чувство гордости.

Элления, которую сопровождали паладины, была одета в элегантное голубое платье и выглядела как богиня, как и Фрейя с ее бледными светлыми волосами, одетая в красивое розовое платье с соответствующим ее фигуре дизайном.

Она рассмеялась и хлопнула серебряного паладина по плечу.

Когда Айзек повернул голову, я не могла полностью увидеть его лицо, но он выглядел очень счастливым.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Я чувствовала себя странно. Подобно тому, как я чувствовала себя в последний день в школе в моей предыдущей жизни.

В ночь танцевальной вечеринки я спряталась в саду, брошенная своим партнером, и наблюдала, как все ученики проходят мимо...

Дверь банкетного зала медленно закрылась. Я вынырнула из оцепенения, когда услышала стук.

Я должна вернуться в свою комнату. Появление на торжестве в таком виде было бы позором. Кроме того, то, что сказала та служанка, вероятно, не было ложью.

В мгновение ока дождь прекратился.

Я присела на корточки за колонной, чтобы успокоить больную спину. Даже подарок, скорее всего, промок и испортился, так что я не могла отдать его Айзеку. Я придумаю что-нибудь другое позже.

Хаа, я не должна была проходить через это. Это я виновата в том, что на мгновение забыла, какой он холодный.

Да, даже если эта служанка и была злой, так лгать было бы слишком даже для нее. Я должна вернуться к себе и составить новый план того, что мне делать в будущем. Пока он спит, я проберусь... Я слишком много думаю?

— Апчхи! — чихнула я, возвращаясь в густые кусты. Пока я была занята своими мыслями, внезапно дождь усилился.

Я стояла как столб все это время, просто думая о том, как бы узнать, что он задумал.

Стоп, такое уже было? Приди в себя, идиотка.

Я ударила себя кулаком в лоб. Но удар оказался слишком сильным, поэтому из моих глаз потекли слезы.

Когда я огляделась, потирая лоб, мне показалось, что я бесцельно хожу по задней части дворцового сада. Что я делала, ходя кругами? Я сделала глубокий вдох и пошла вперед, надеясь, что никто не выглянет в окно.

Повернув за угол, я сильно ударилась плечом обо что-то.

Больно. Что со мной сегодня было не так?

Резкий запах дыма заполнил мой нос. Это был запах факела? Насколько я знаю, он не потухнет, даже если пойдет дождь.

Мне вдруг захотелось увидеть Попо. Хоть он и был монстром, который носил трупы в своей пасти, никто больше не был так добр ко мне, как он. Ха, он даже положил мне на голову листок, чтобы я не истекала кровью.

— Миледи?

Я продолжала идти, не останавливаясь. Я не знала, кто это был, но я просто надеялась, что он забудет ту глупость, которую видел сегодня. Пожалуйста.

Ай, моя спина вот-вот сломается.

— Леди. Леди Рудбекия.

Такой настойчивый. Почему он не может просто отпустить меня?

Когда я повернула голову, преодолевая свое раздражение, я увидела знакомое лицо. Волосы цвета платинного блонда, едва прикрывающие шею, и круглые темно-фиолетовые глаза. О, это был он. Сегодня мне действительно не повезло попасться ему.

[[image:/storage/reader-images/a691be4fcd61f91df641f20e160abbe56f1355c9.png]]

— Вы плохо себя чувствуете?

Я на мгновение уставилась на лицо Лоренцо. Казалось, он смеется. Что было смешного? Эти брат и сестра хотели сделать мою жизнь несчастной. Почему они были повсюду?

— Ты можешь просто оскорблять меня.

— Что?

— Ты можешь просто ругаться на меня так, как тебе угодно. Я не буду сопротивляться. Тебе не нужно напрягаться, чтобы тайком петь такие песни.

— Что это...

Уголки его рта дернулись вверх, как будто он потерял дар речи.

Это выглядело уморительно. Он был несколько смущен. Что плохого в том, что он спел такую отвратительную песню и показал, что я ему не нравлюсь?

Я закатила глаза и усмехнулась.

— Что это значит? Когда, черт возьми, я...

— Все в порядке. Я знаю, что все меня ненавидят. Я хорошо разбираюсь в таких вещах. Не волнуйся, я притворюсь дохлой крысой и не буду жадничать.

Мое зрение затуманилось, когда мой голос затих.

Что я говорила этому ребенку? Возможно, из-за нападения матушки-природы мой уровень рассудительности упал.

Говорить что-либо было бесполезно, но я уже приказала себе играть нужную роль и вести себя безобидно.

Да, смотри на меня как на дуру. Можешь пойти и рассказать своей сестре о том, какая я ничтожная?

Я не хочу умирать.

Я не хочу умирать. Я хочу жить. Ради этого я могу сделать все.

Я потерла глаза тыльной стороной ладони и отвернулась от Лоренцо. Сцена, представшая прямо передо мной, ошеломила меня. На мгновение я подумала, что у меня галлюцинации. Почему эти парни были здесь? Я была уверена, что они уже давно в банкетном зале...

Гордые паладины, казалось, были удивлены этой неожиданной сценой больше, чем я.

Было немного забавно видеть, как каждый из них с застывшим выражением лица смотрел вдаль с сигаретой в руках.

Неужели это и был источник дыма, который я почувствовала?

В частности, сэр Иван, казалось, сам не понимал, насколько он шокирован, а сигарета, которую он сжимал пальцами, уже догорала.

Эндимион был еще хуже — он продолжал поджигать спички, которые уже обуглились.

Я тоже понимала, что выгляжу не лучшим образом. Мне было до смерти стыдно. Они наверняка слышали все, что я сказала.

Ах, кто-нибудь, пожалуйста, найдите для меня мышиную нору! Теперь осталось только посмеяться надо мной.

П.п.: здесь использовано слово 쥐구멍, потому что она была настолько смущена, что хотела найти мышиную нору, чтобы спрятаться.

[[image:/storage/reader-images/7f93b0a9556a27c82ca5162a98012f66d02ab0bf.png]]

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Айзек стоял с видом, весьма похожим на своих собратьев-паладинов, а его взгляд медленно ожесточался.

Не хватало еще, чтобы мой муж подумал, что я нарушила его приказ, ведь он, похоже, считает, что я без зазрения совести могу сделать что угодно. Вот уж точно холодносердечный тип.

Тем не менее, мне почему-то не хотелось, чтобы меня ругали в присутствии брата Фрейи. Разве это не было бы слишком жалко?

Поэтому я сдержала слова, грозящие вырваться изо рта, и отвернулась.

Нужно пока вернуться в свою спальню. Даже если Айзек зол, он должен прийти, чтобы поговорить со мной. А потом...

— Миледи?

Я не знала, потому ли, что у меня адски болела спина… Я просто споткнулась обо что-то и упала. Мое новое платье теперь было забрызгано грязью. Какая трата. Я попыталась сразу же встать, но мое тело вдруг поднялось в воздух.

[[image:/storage/reader-images/9814b7927f9e5a4ff51c84fe7744d5cc1059efe3.png]]

Нет! Только не это!

— Ты...

— Прости. Я не хотела этого.

— Что?

— Я просто хотела сделать тебе подарок на день рождения, поэтому я собиралась просто доставить его и сразу же вернуться. Мне жаль, что все получилось не так, как я планировала. Я не хотела показывать тебе это.

Я чувствовала себя крайне униженной, мне пришлось сдерживать слезы. Но вместо этого у меня началась икота.

Черт возьми.

Мне было ужасно стыдно. Стыдно даже больше, чем когда у меня пошла кровь из носа на днях.

Смущение было настолько сильным, что слезы продолжали катиться по моим щекам. Я пыталась сдержаться, закрывая ладонью рот, но он схватил меня за руку.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

А? Я наклонила голову. Его огромные красные глаза, похожие на нефрит, выделялись на фоне его светлой кожи.

— Я слышала, что ты не хотел, чтобы я присутствовала на банкете, но я все равно хотела сделать тебе подарок...

— О чем ты говоришь? А? Кто это сказал?

Что? Это было не так? Как и ожидалось, служанка обманула меня! Эта злая женщина! Я почувствовала, словно вместе с гневом по моему телу волнами прокатилось спокойствие.

Какое облегчение. Значит, я не в таком уж и бедственном положении. Я останусь в живых. Моя последняя соломинка вернулась. Это стоило того!

Я быстро протерла глаза тыльной стороной ладони и широко улыбнулась:

— Значит, тебе не было неприятно видеть меня здесь? Могу я вручить тебе твой подарок?

Мой хладнокровный муж обнял меня и с минуту молча смотрел на мое лицо. Если бы я хорошо его не знала, то подумала бы, что его глаза смотрели на меня сокрушенным взглядом — таким, который можно ассоциировать с чувством беспомощности, которое я испытала в юности. Такому дьяволу, как он, не подобало выглядеть уязвимым, но...

Выражение его лица было очень странным. Полный беспорядок — гнев, облегчение, боль и беспомощность одновременно.

— Что ты...

Он собирался что-то сказать, но вскоре стиснул зубы.

Почему-то он выглядел усталым.

Это мне было плохо, так почему же ему было тяжело? Именно тогда за его великолепными широкими плечами возникла несвоевременная суматоха.

— Ты, ты, ты!.. Ты что, распустил свой язык без моего ведома?!

— О, нет! Я бы не стал делать это еще раз... Аааа!

— Что я сказал, что сделаю, если ты еще раз споешь такую песню? А?!

— Я не это имел в виду... Аааа! Подожди минутку, пожалуйста!

Вот как. Я непреднамеренно скормила Лоренцо его же начальникам. Но мне не было очень жаль.

Пока я с ухмылкой наблюдала, как сэр Иван дергает Лоренцо за ухо, Айзек, который смотрел на меня, медленно повернулся.

— Что за песня?

Все звуки прекратились. Не только паладины, наблюдавшие за этой сценой, но и Лоренцо, который кричал и отрицал, закрыли рот, словно были в шоке.

Айзек снова задал вопрос.

В отличие от обычного, его тон был очень мягким:

— Что за песня?

Ах да. Он был выдающимся паладином, потому что не терпел никаких глупостей. Было понятно, что все потеряли дар речи. В конце концов, оруженосца, который был до Эндимиона, выгнали за то, что он пел непристойные песни.

Несмотря на желание устроить Лоренцо еще большие проблемы, я не хотела больше слышать эту песню.

Я не хотела, чтобы мой хладнокровный муж услышал такую отвратительную песню.

Я и так уже достаточно унижена сегодня.

Сделайте что-нибудь, гордые мерзавцы.

Почему эти паладины, которые говорили, что могут победить даже невидимых драконов, вдруг ведут себя как застенчивые подростки?

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Апчхи!

В конце концов, я чихнула, когда он собирался заговорить. Я только успела прикрыть рот руками, как Айзек обнял меня.

— Ты в порядке?

Я совсем не ожидала услышать все это. Он был неожиданно щедр, потому что это был его день рождения. Теперь, когда мой муж был в терпимом настроении, мои глаза блестели.

— Ты такой милый.

«...»

— Ты больше не злишься? Ты не ненавидишь меня?

Айзек заметил, что я говорю, не разжимая губ. Рука, обхватившая мое тело, была теплой и крепкой, но в следующее мгновение он отступил назад.

— Давай зайдем внутрь.

Прости? Это не то, чего я хотела. Эй, муженек, мы заходим в зал в таком виде? Я знаю, что я и так уже опозорилась, но... Конечно, я умею испортить хорошую атмосферу.

— Руби?

Как только я вошла в шумный банкетный зал, Элления сразу же подошла ко мне.

Она была совершенно ошеломлена.

— Как это... Как это произошло? Что случилось, брат?

— Давай поговорим о деталях позже. Сначала разберись с ее одеждой. Иди с ней, переодень ее и приведи обратно.

Ах, я совсем с ума сошла. Жаль, что у меня нет лишнего дня, чтобы познакомиться с его извращенным сознанием.

Меня привели в комнату наверху, к Эллении.

Служанки деловито бегали вокруг нас. К счастью, носовой платок и письмо в моем рукаве не намокли, потому что были плотно завернуты. Они были упакованы отдельно в шелковые кармашки.

Элления прикоснулась к моему лбу и странно вздохнула.

— Руби, горничная сказала, что ты слишком больна, чтобы присутствовать. Я подумала, что ты действительно заболела, когда пошла проверить. Ты была в глубоком сне. Что же случилось?

Мне тоже это интересно. Почему бы тебе не спросить горничную?

— У меня были менструальные боли, но сейчас я в порядке. Я слышала, что сегодня мне не нужно присутствовать на банкете.

— Что? Кто это сказал?

Я склонила голову вместо ответа.

Поскольку горничная была также няней Эллении, я не хотела, чтобы казалось, словно я подставляю ее. Кроме того, даже если бы мне не пришлось отвечать, Элления догадалась бы об ответе.

— Ха-а.

Когда я подняла голову, на ее ледяном лице появилось сложное выражение. О чем она думала?

— Во-первых... Ты принимала лекарства? Все еще болит?

— Я приняла обезболивающее раньше, но не думаю, что оно хорошо действует.

— Эй, ты, сходи за обезболивающим. Не обычные обезболивающие, а те, которые есть у моего брата.

Те, которые использует Айзек? Когда я повернула голову и посмотрела на Эллению, она утешительно похлопала меня по плечу:

— Ему не больно. Это просто для работы.

О, она имела в виду обезболивающие для паладинов. Оно подойдет для меня?

Синие обезболивающие, похожие на леденцы, оказали отличный эффект.

Я удивилась, почему раньше было так больно.

Боль, разрушавшая мою талию и живот, прошла, а переодевшись в новое пушистое платье, я почувствовала себя гораздо бодрее. Неужели ко мне вернулась удача? Было бы здорово, если бы это было так.

Накрасившись и спокойно расчесав волосы, я вместе с Элленией вернулась в банкетный зал. Мне досталось много внимания, но внезапных вопросов не было.

— Руби, прежде всего, сядь здесь и поешь. Мне кажется, ты не ела весь день.

Я чувствовала это еще с прошлого раза, но Элления все время пыталась накормить меня то одним, то другим. Я ценила ее заботу, но я правда была в порядке.

— Эллен, что здесь происходит? Что вдруг случилось с Айзеком?

— Я еще не уверена. Пойду спрошу у него, присмотри за ней.

Я что, ребенок?

Я была одного возраста с ними, хотя и небольшого роста. Почему мне сейчас грустно?

Я сделала вид, что откусываю лимонный пирог, и посмотрела в сторону Эллении. В коридоре за колонной было довольно шумно. Атмосфера была какая-то необычная.

Что еще сделал мой муж?

Он сказал, чтобы она забрала меня, а потом оставил меня одну, как и ожидалось от моего бессердечного мужа.

— Миледи, вы в порядке? Я слышала, что вы больны, но...

Почему ты появилась здесь?

— Ну, все немного сложно, но сейчас я в порядке. Спасибо, что спросили.

— Какое облегчение. Я была очень удивлена. Но что случилось с Айзеком?

Я не знала. Я покачала головой в знак того, что не знаю ситуации. Фрейя неохотно находилась рядом со мной. Она все время переводила взгляд в сторону собравшихся паладинов, желая проверить ситуацию.

— Я действительно в порядке, так что можете идти. Я уверена, что у вас осталось много людей, которых вы еще хотели поприветствовать.

— О... Если вы почувствуете какую-то боль или что-то еще, сразу же скажите кому-нибудь. Хорошо?

Как я могу пожаловаться кому-нибудь? Чтобы все подумали, что я жалуюсь на мужа? И вообще, почему он попросил меня вернуться? Только не говорите мне, что здесь он собирался со мной расстаться... Нет-нет! Давай обойдемся без негативных мыслей.

— Миледи.

После того, как Фрейя исчезла, я пыталась в одиночестве отгонять негативные мысли и забавлялась с фруктовыми коктейлями. Я обратила свое внимание на тоненький голосок, который услышала снизу.

— Принцесса Ари?

— Я думала, ты сегодня не выйдешь.

На меня смотрела симпатичная девчушка с рыжевато-коричневыми волосами, завязанными в косички. Это была не кто иная, как принцесса Ари.

[[image:/storage/reader-images/0aed749b3269aa3303b4d950f7537508a9a8a4fb.png]]

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Конечно нет. Просто я немного опоздала из-за кое-каких обстоятельств. С кем пришла принцесса?

— Я здесь со своей няней. Моя мама не часто бывает в таких местах.

Понятно. Это было объяснимо. Брат и сестра Омерта были потомками короля, а не королевы-рабыни.

В любом случае, король, похоже, заботился о своем племяннике, разрушителе личности, учитывая тот факт, что маленькая принцесса присутствовала на мероприятии. Рядом с Ари сидела еще одна девочка примерно того же возраста, что и она.

Она была милой, как куколка, с прекрасными светлыми волосами и сверкающими изумрудными глазами.

Девочка заговорила первой в тот момент, когда я как раз собиралась начать разговор:

— Муж миледи — паладин.

— Да, малышка.

— Мой брат тоже паладин.

— Вот как. Думаете, я его знаю?

— Возможно. Мой брат тоже довольно знаменит. У него красивое лицо, но вот рот довольно грязный. Моя мама сказала, что он, наверное, наглотался сточной воды.

Подождите, почему мне казалось, что я знаю, кто это? Если подумать, цвет ее волос и глаз был мне знаком. И то, как она говорила...

— Мы можем выпить это?

— О, нет-нет. Вместо этого вы можете выбрать сок.

— Ваш муж когда-то катал меня на своих плечах.

Правда? Айзек? Правда?! Не может быть.

Кроме того, если он был таким добрым, почему Ари так его боялась?

Девочка мило высунула язык в ответ на мой полный сомнения взгляд.

— Мой брат заставил его сделать это, но все же.

Верно. Не может быть, чтобы у этого хладнокровного человека была такая заботливая сторона.

— Но, миледи, Ари сказала, что вы позволили ей дотронуться до ваших волос. Это правда?

— Правда! Но не сейчас. Мы не можем сделать это здесь, — шепотом возразила принцесса.

— Почему не сейчас? — удивилась девочка.

— Люди же смотрят, Лия.

— Я хочу потрогать сейчас.

В отличие от Ари, которая была довольно застенчивой, сестра сэра Ивана была смелым сорванцом. Была ли это сила крови или сила среды, в которой она выросла? В любом случае, они обе были очень милыми. Надеюсь, они вырастут без боли и страданий.

— Мне все равно, вы можете и сейчас потрогать мои волосы. Что с того, что другие увидят?

— Правильно, почему другие не могут смотреть?

Пока я с улыбкой сидела на ступеньках, Лия подошла ко мне и протянула руку, как будто ждала.

Ари тоже, хотя и замешкалась, начала гладить мои волосы. Их пальцы пробежались по прядям моих волос, крутя и вертя их.

— Что ты делаешь?

Ты умеешь испортить хорошее настроение, Айзек. Я попыталась подняться, но две девочки вцепились в мои плечи, поэтому я просто сидела и улыбалась.

— А ты куда-то уходил?

— Нет. Я — главный герой этого банкета.

Что это за ответ? Ты хвастаешься? Или ты хочешь сказать, что можешь пойти куда угодно, потому что ты главный герой? Какой же ты всезнайка!

Мой красавец муж на мгновение встал во весь рост и посмотрел на меня, но вскоре перевел взгляд на двух девочек.

Не смотри на них так. Вот почему они тебя испугались!

Я чувствовала, как вздрогнула бедная Ари.

Все в порядке, я понимаю, что ты чувствуешь.

— О, ты тоже здесь играла. Лия, ты поздоровалась как следует?

— Я тебя немного поругала.

— Что?

Сэр Иван, который шел за Айзеком, уже вернулся к своему серьезному и приятному виду.

Но что она имела в виду?

— Ахаха, принцесса и юная леди играли со мной.

— Верно.

— Точно.

Ребята, не будьте такими серьезными.

Муж снова осудит меня за то, что я нахожусь на одном уровне с шестилетней принцессой. Когда я медленно пыталась встать, Айзек вдруг протянул руку.

Он хотел помочь мне подняться? Я была уверена, что он проявил снисходительность, потому что это был его день рождения. Как только я схватила его за руку, он быстро поднял меня.

[[image:/storage/reader-images/e7a4fb588eb437632885cb647e7a7527bb932c09.png]]

— Можешь сделать это еще раз?

«...»

— Прости, я не буду тебе надоедать.

Так что, пожалуйста, просто отпусти меня. Он снова пристально смотрел на меня, его глаза блестели с какой-то печалью. Почему он снова так смотрел на меня?

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Когда-то я думала, что самое сложное — это поддерживать отношения с Чезаре, но я ошибалась. Труднее всего было понять извращенный ум моего мужа!

Подождите. Это из-за этого?

— О, я отдам тебе подарок на день рождения.

Пока я искала подарок в шелковом мешочке, который держала в руках, он моргнул, как будто ждал. Этот сноб...

Честно говоря, после того, как я увидела груду блестящих подарков, сваленных на одной стороне зала, мне не хотелось доставать свои подарки, но я ничего не могла поделать. Что я могла сделать в этой ситуации?

— Ну, это ерунда, но я не спала всю ночь, чтобы сделать это. Надеюсь, тебе понравится. С днем рождения тебя! Я так рада, что ты родился.

Независимо от того, понравится моему мужу это или нет, я широко улыбнулась, с энтузиазмом протягивая ему подарок.

Айзек посмотрел вниз на мою руку. Точнее, он посмотрел на платок с вышитыми подсолнухами и аккуратно сложенное письмо.

Мое сердце громко забилось в тревоге.

Не рви, не рви! Нет, можно и порвать, только положи конец этой тихой войне!

Почему вдруг стало так тихо? Прошло совсем немного времени, прежде чем он снова медленно поднял глаза и встретился со мной взглядом. По какой-то причине его лицо выражало смешанные эмоции, как и те, что я видела сегодня снаружи дворца.

Почему он выглядел таким измученным? Только не говорите мне, что это было слишком много для такого подарка.

Я тихонько сглотнула, пытаясь унять тревогу.

Улыбающиеся уголки моего рта начали дергаться, но я добавила:

— Все в порядке. Я больше никогда, никогда не попаду в неприятности. Так что, пожалуйста, не надо меня ненавидеть.

Почему бы тебе не сказать что-нибудь в ответ или не принять подарок?

Сделай это для меня, пожалуйста. У меня болит рука.

Наконец, он убрал руку.

Платок, который я старательно вышивала, и письмо, которое я написала, тихо лежали в его железной хватке!

— Это...

— Это… Это искреннее извинение, которое я написала. Тебе нравится?

Я собиралась сказать, что это было письмо от всего сердца, но потом подумала, что лучше не говорить этого.

Поэтому я сказала, что это было письмо с извинениями.

К счастью, это было не совсем неправдой, поскольку слова, которые я написала, были довольно двусмысленными. И он не разорвал его на куски.

Ах, но почему ты так сильно сжимаешь его? Письмо может помяться.

— Послушай.

— Что?

— Мне нравится.

— Правда?

— Да, правда.

Человек, который произнес это довольно спокойным тоном, взял меня за руку, которая медленно опускалась.

Его кроваво-красные глаза изучали мои распухшие пальцы.

— Очень глупо.

Очевидно, это было банально, но почему это звучало так болезненно?

- Цирк Северного Ветра -

Как только закончился день рождения Айзека, небо Элендейла быстро стало серым.

Проявился уникальный мрачный климат Севера, из-за которого трудно было увидеть хоть лучик солнечного света до наступления следующего лета.

Я понимала, почему здесь так много печальных людей: с такой мрачной и жуткой обстановкой трудно было не быть таким.

Они, скорее всего, страдали от депрессии, и неизвестный страх перед тем, когда и где выскочит кровожадный монстр, висел над ними.

Даже самый невинный из них менее чем за месяц мог превратиться в яростного и чувствительного пессимиста.

В этой ситуации вернулся человек, о существовании которого забыли.

Герцог Омерта, отец Айзека и Эллении, наконец-то вернулся в Элендейл.

— Прошу прощения за запоздалое приветствие.

Я смутно представляла себе, что их отец был бы мужчиной средних лет с хорошей фигурой, сохранившим красоту своей молодости, таким же симпатичным, как и лучший рыцарь Севера. Но мое предсказание разбилось вдребезги и на этот раз.

Было очевидно, что именно покойная герцогиня передала такую красоту своим детям.

Его красные глаза были похожи на глаза его детей.

Однако сочетание запавших глаз, редких лохматых черных волос, квадратного подбородка и гигантского, как у тролля, телосложения делало его похожим скорее на главаря диких бандитов, чем на главу рыцарей Британии.

— Я беспокоился, что мой сын, возможно, обращался с тобой не должным образом.

— Вы слишком добры.

Герцог наклонил голову, ответив улыбкой.

Элления, которая сидела молча, вдруг вмешалась:

— Вы пропустили день рождения Айзека, отец.

— Ничего страшного. Это отродье все равно предпочло бы, чтобы я остался в стороне.

— Его Величество также выразил свое сожаление. Вас не было и на свадебном банкете.

— Ничего необычного. Что более важно, юная леди, вы посетили храм?

Элления прикусила нижнюю губу. Я осторожно опустила чашку с чаем, которую держала в руках.

Вопрос о том, посетила ли я храм, не был вопросом о том, предприняла ли я политический шаг, чтобы посетить жрецов здесь в качестве жены Айзека.

Северная традиция совместного посещения храма означала, что только что поженившиеся дворяне провели первую брачную ночь и стали настоящей парой.

Было неожиданно, что его отец спрашивает меня об этом. Честно говоря, я никогда не думала, что услышу подобный вопрос. Рудбекия из оригинала никогда не проводила ночь с Айзеком, потому что никто не заставлял их выполнять свой долг.

Если бы кто-то их заставил, это было бы катастрофой для обеих сторон.

[[image:/storage/reader-images/c7480ce7eed426476086fd148b4dcd3c6f209d74.png]]

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Юная леди?

Герцог, бросив на меня вопросительный взгляд, на мгновение замолчал, а затем его лицо стало холодным. Было довольно жутко видеть такое похожее выражение, напомнившее мне, что он действительно был отцом Айзека.

— Не...

— Брат даже не появился в тот день.

Элления снова вмешалась, как обычно. Ее тон подсказывал, почему мы так поступили.

Тем не менее, выражение лица герцога осталось неизменным, он бросил на меня горький взгляд.

Эй, господин...

— Уже зима, а вы еще не выполнили свой долг?

— Это...

— Простите, юная леди, я не знаю, как принять эту ситуацию. Его Святейшество заверил меня, что он никогда не оскорбит Север, так что же происходит?

Я знаю столько же, сколько и вы. Почему бы вам не спросить своего сына?

Дело не в том, что я не понимала реакции герцога.

Из того, что я знала, я не могла утверждать, что мы были полноценной парой, поскольку после свадьбы мы не провели вместе ни одной ночи. Для такой гордой семьи, как Омерта, было бы неприемлемо терпеть унижение от аннулирования брака в одностороннем порядке, как это сделали мои предыдущие женихи.

Вопрос в том, почему отец Айзека, который в оригинале сидел в стороне, вдруг вышел на сцену с такими словами? Агрессивное настаивание герцога на браке Айзека в основном было направлено на то, что он не мог отдать свою дочь второму сыну Папы, но в то же время была и надежда, что он переломит дурные привычки своего твердолобого сына.

После заключения брака его будет легче аннулировать, чем если бы он женился на девушке из хорошей северной семьи.

Другими словами, герцог также ожидал, что наш брак не продлится долго.

Что с ним было не так? Они просто пытаются показать, что не так просты? Показать, что они все контролируют и с радостью отпустят меня, когда придет время, и Папе даже не мечтать о том, чтобы сделать все по-моему?

Ха-а, если бы это была Рудбекия, она бы перевернула стол или рассмеялась и спровоцировала другую сторону.

Он делал это, потому что я не выглядела так, как будто могу сделать нечто подобное, верно?

Должна ли я быть благодарна за то, что они уже недооценивают меня? Я снова взяла чашку и слегка улыбнулась:

— Просто я довольно часто болела. Все были очень внимательны. Я готова исполнить свой долг, так что, пожалуйста, не сердитесь, отец.

Герцог все еще выглядел недоверчивым, но его выражение лица слегка расслабилось.

— Тогда я чувствую облегчение. Вы проделали весь этот путь на корабле, так что я надеюсь, что скоро вам станет лучше.

— Спасибо за заботу. Айзек, должно быть, такой милый, потому что так похож на своего отца. Я думаю, что я очень благословенна.

— Я рад, что мы понимаем друг друга.

Почему это прозвучало так фальшиво, когда он сказал, что это облегчение? Он ожидал скандала? Возникла проблема. Если я проведу ночь с мужем, и мы действительно станем парой, то потом нам будет трудно расстаться.

Если бы у нас не было первой ночи, как до сих пор, то не было бы необходимости в аннулировании брака.

Завязать отношения было легко, но развод — это совсем другая история.

Развод в Романье, где правил Папа Римский, был табу, независимо от статуса. В соседних странах, лояльных Ватикану и имеющих ту же веру, также наблюдалась подобная тенденция.

Конечно, как и везде, где люди состояли в законном браке. Были и такие, кто жил отдельно и свободно, но развод был делом непростым.

Как бы открыто Папа ни заводил детей, это было бы непросто.

Даже моему отцу и Чезаре пришлось бы от многого отказаться, чтобы согласиться, что этой ночи не будет, и забрать меня обратно.

Именно этого и добивается герцог, но...

«После того, как я стану настоящей женой, у меня появится больше времени».

В оригинале Рудбекия отравила Эллению и вернулась в Романье как раз к моменту аннулирования брака. Таким образом, поскольку процедура моего развода усложнилась бы, соответственно, заговор с целью ее убийства мог бы быть отложен.

Если я справлюсь и мой план удастся...

Айзек может просто оставить меня здесь вместо того, чтобы отправить домой. Может быть, он позволит мне жить здесь в качестве заложницы или кого-то в этом роде. Чезаре не сможет забрать меня по своему желанию, если Айзек не разрешит, так что я остановлю смерть Эллении и одновременно спасу свою жизнь.

О, это звучит неплохо. Очень хорошо!

Я взяла на себя роль фанатки, которая ничего не хочет. Но ничего не хотеть не значит быть верной своему долгу.

Ведь именно отец Айзека давил на меня.

Я ничего не могла поделать, когда он злился из-за того, что мы не выполняем свой долг.

Единственная проблема заключалась в том, как соблазнить моего холодного мужа.

Он был известен как непоколебимый аскет... Неужели он захочет сделать со мной что-то такое, что может его запятнать?..

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Окруженный серым туманом, храм создавал иное ощущение, чем при первом взгляде на него. В это время мрачная и таинственная атмосфера Севера была выставлена на показ.

— Ах, миледи. Вы пришли!

Я была немного благодарна ему за то, что он забыл о моем неловком поведении на дне рождения Айзека.

Но что он имел в виду, говоря «вы пришли»?

— Здравствуйте, сэр Эндимион. Что-то случилось?

— Что? Нет, ничего не случилось, не волнуйтесь. Я просто говорю это, потому что рад вас видеть.

Ну что за парень? Тебе скучно, так что это веселит тебя, да?

— Вы пришли к лорду Айзеку?

— Да, не хочешь ли фруктов?

— Ах, спасибо! Я умираю от жажды.

Я поставила корзину с фруктами и села рядом с Эндимионом. Затем…

С грохотом огромный паладин приблизился к нам.

Сочетание его темно-красных волос, светящихся янтарных глаз, загорелой кожи и крупного телосложения было очень угрожающим. Его низкий голос был также очень хриплым.

— Фрукты?

Не дождавшись ответа, злобный медведеподобный паладин взял из корзины персик.

Хруст!

Затем он надкусил его, и из фрукта вытек сок. Развернувшись, этот парень ушел, поспешив вернуться к тренировке. Уставившись на его спину, Эндимион почесал голову и дал невысказанное объяснение:

— Это мой брат.

— О... У тебя надежный брат.

— Это неправда. Как видите, он не очень умен.

Понятно. Я думаю, что у всех вас где-то не хватает винтика.

— Более того, госпожа, посмотрите туда. У сэра Айзека поединок.

— Поединок?

— Да. Пять против одного. О, это честный поединок.

Конечно. Я сидела бок о бок с Эндимионом, поедая фрукты и наблюдая за ними.

Вскоре мой муж, окруженный пятью паладинами, взмахнул светло-голубым священным мечом.

Ух!

Повсюду вспыхнули волны света.

— Ахх! Так круто!

— Это мой капитан!

— Вау! Мой муж-идол!

— Кумир... Рыцарей!

Скажем так, мы вели себя как преданные фанаты.

Не хотелось объяснять, какими глазами торжественные и серьезные паладины стали смотреть на нас, хлопающих в ладоши и увлеченно смеющихся.

Как бы то ни было, расправа над паладинами под видом поединка закончилась быстро.

Бам!

Айзек поспешно сбросил шлем с головы, не глядя на своих павших товарищей, и начал быстро и уверенно приближаться ко мне. Его стремительность была настолько пугающей, что мы с Эндимионом заговорили обо всем, о чем только можно.

— Надо же, не каждый сможет носить титул лучшего рыцаря на Севере.

— Да, я чувствую это каждый раз, когда вижу его, но он действительно монстр.

— Рыцари моего родного города с ним не сравнятся.

— Конечно, он мой кумир. Ха-ха-ха-ха... Аргх!

Тук!

Сэр Иван, который буквально влетел в помещение, ударил Эндимиона по голове. Должно быть, хобби сэра Ивана было издеваться над оруженосцами.

— Ты, сукин сын, хочешь есть фрукты и смеяться, пока они потеют? А?

[[image:/storage/reader-images/983a1d6cba13ed712f894c27f7164e6553bf07e2.png]]

— Угх... Хах, но я...

— Эти дети не делают того, что им говорят делать, бездельничают, когда у них есть время... Вы пришли, миледи? Я хотел спросить, когда вы придете сегодня?

Что это значило? Это показалось немного странным, но я не придала этому значения и улыбнулась.

— Сэр Эндимион был моим спутником.

— Это слишком большая честь для него, чтобы быть вашим спутником. Никакой он не рыцарь, не зовите его «сэр». Он все еще оруженосец... Я не знаю, что он вам сказал, но у него еще молоко на губах не обсохло. Эй, разве это не так?

— Верно. Я буду благодарен, если вы будете звать меня просто Энди...

— Что? Энди? Ты флиртуешь с женой своего капитана?

— Что? Как я смею...

— Заткнись, придурок! — услышала я его крик.

Они действительно хорошо ладят, хо-хо...

Айзек, который вытирал пот тыльной стороной ладони, посмотрел на меня. Я даже сглотнула.

— Привет.

«...»

— Знаешь, ты сейчас был очень крут. Я уже была влюблена, но, кажется, влюбилась в тебя снова.

Так почему бы тебе не расслабиться немного? Да?

— Иди сюда, придурок!

— Нет, нет, почему всегда мне достается…

Благодаря тому, что лорд Иван утащил Эндимиона, на лестнице остались только я и мой муж. Видимо, Айзеку было все равно, будет его нецензурно выражающийся друг бить его оруженосца или нет.

— Я помешала тренировке?

— Похоже, ты поняла, — этот холодный парень снял перчатку и не глядя бросил ее в сторону. По какой-то причине он сел на ступеньку возле моих ног и протянул руку к корзине с фруктами.

На мгновение воцарилась тишина, и только звук, с которым Айзек откусывал и жевал фрукты, разгонял тишину.

Хруст. Хруст. Каждый раз, когда его гладкая челюсть двигалась, капелька пота на его виске сползала вниз.

Я протянула руку, и его глаза взяли меня в плен. Красные глаза заставили меня замереть.

Хах, так высокомерно.

— Что ты делаешь?

— Я собиралась вытереть твой пот.

Он нахмурился, когда я мягко улыбнулась, пытаясь скрыть свое темное сердце. Услышал ли он мои мысли?

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Грязно же.

— Но я помыла руки перед тем, как прийти сюда.

— Я не имел в виду, что твои руки... Черт возьми.

Этот мой надменный муж, прищелкнув языком, раздраженно отвернулся.

Ах, это трудно, это так трудно.

После богатого событиями банкета по случаю дня рождения он стал немного менее суровым, и я думала, что достигла определенного улучшения наших отношений. Но он все еще оставался для меня загадкой.

Хотела бы я знать, как выглядит его лицо сейчас. Хм, но это было довольно значительное улучшение.

Ты не возражаешь, если я буду немного надеяться? По крайней мере, ты относишься ко мне лучше, чем при нашей первой встрече.

— Ты знаешь?

— Что?

— Твой отец вернулся.

— Отец? О.

Что еще стоило ожидать?

Если бы это была его собака, которая ушла из дома и вернулась, это не вызвало бы такой неискренней реакции, хах.

— Ну, он был немного расстроен.

— Он всегда ворчливый, — Айзек выкинул огрызок и стал ковыряться в других фруктах. Он вдруг стал мрачным.

Мне так страшно! Почему у него такой вид, будто он собирается сломать что-то своей рукой?

— Ты.

— Да-да?

— У тебя очень необычное выражение лица с тех пор, как...

— У меня?

— Кто еще здесь есть кроме тебя?

— Ангел любви наблюдает.

На мгновение воцарилась тишина, мои ресницы трепетали, а ладонями я обхватила щеки.

Айзек буквально одарил меня бездушным взглядом.

Я почувствовала, что меня сейчас ударят, и поспешно прикрыла голову руками.

Ах, кажется, я зашла слишком далеко...

— Я не буду трогать твою голову.

— Мне жаль. На самом деле, твой отец так зол, что я не знаю, что делать...

— Что ты такого сделала, чтобы отец на тебя разозлился?

Я искренне потеряла дар речи. И в этот момент я почувствовала, как его ладонь крепко сжимает мое запястье. Но спустя мгновение Айзек его отпустил. Я осторожно открыла глаза.

— Что он сказал?

— Что я до сих пор не выполнила наши супружеские обязательства...

— Какие обязательства?

Что это за ответ, ты специально язвишь?

— Это то, что мы должны сделать, чтобы стать настоящей парой.

— И что же это?

Айзек выглядел очень любопытным, так что я на мгновение опешила.

Что это... Этого не может быть... Нет, он не был таким уж невинным человеком. Не может быть, чтобы он не знал. Неужели я должна была сказать ему об этом так прямо, чтобы он понял?

— Первая ночь...

— Первая ночь... О.

Только тогда, как будто поняв, он мгновенно моргнул и отвернулся.

Почему мое лицо пылало?

Обязательно было заставлять меня говорить так прямо, ты, хладнокровный мерзавец?

Я сглотнула и медленно посмотрела на лицо мужа. Айзек ничего не сказал, копаясь во фруктах с удивительно равнодушным лицом.

Однако я немного волновалась, потому что мне казалось, что он что-то скрывает, судя по странным эмоциям в его глазах.

— Конечно, это моя...

— Не о чем беспокоиться.

— Что?

— Мне все равно, что скажет мой отец.

Понятно. Это не твое дело. Ты можешь так говорить, потому что это твой отец, но не мой, высокомерный ты человек!

Кроме того, передо мной был критический перекресток жизни и смерти.

— Но я...

— Я не знаю, почему тебя это волнует. Я не думал, что ты этого захочешь.

Я бы хотела отдать должное твоей последовательной холодности.

Конечно, я не могла с этим поспорить, но разве не хотеть чего-то и выполнять свой долг — две разные вещи? Я не могла так отступить. На карту были поставлены моя жизнь и душа. Моей единственной соломинкой был этот человек.

Проклятье.

— Прости, я знала, что тебе это не понравится... Но я просто подумала, может быть, мне стоит сделать все возможное, чтобы стать твоей женой в любом случае. Я знаю, что я бесполезная зануда, которая ничем не поможет, но если мы сделаем это...

Я схожу с ума.

Он уставился на меня, откусывая от желтого фрукта.

Я не знала, означает ли еще одно слово с моей стороны, что я труп, или мне стоит продолжать попытки.

— Я-я думала, что все будут считать меня немного полезной. Я имею в виду, мне нужно многое прояснить. Я сказала тебе, что не хочу ехать домой, и это не ложь. Я действительно больше ничего не хочу. Я просто люблю тебя так сильно, что даже если ты скажешь, что больше не будешь смотреть на меня, все будет в порядке. Я ничего не могу с этим поделать... Если ты хочешь женится на ком-то получше, то пусть будет так, пока это твой выбор. На этот раз это не то, чего хочет моя семья.

После самого скорбного диалога, который я произнесла с тех пор, как приехала сюда, на некоторое время воцарилась тишина.

Айзек по-прежнему просто молча смотрел на меня, жуя фрукты. Непривычно было видеть, как блестят его красные глаза.

Неужели он сомневался в подлинности моих слов?

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Я никогда не побеспокою тебя. Я обещаю, что ты ничего не потеряешь. Когда захочешь...

— Кажется, ты действительно не хочешь возвращаться домой.

А? Почему ты вдруг заговорил о чем-то другом? Дело не в этом.

— Это потому, что ты здесь...

— Это действительно единственная причина?

Мой муж, бормоча себе слова под нос, бросил огрызок в другую сторону. Сцена выглядела излишне драматичной.

Не может быть, этот высокомерный человек... После того, как я все это время старалась изображать из себя преданную фанатку, неужели он сомневается в моей фанатичной натуре? Я подарила ему подарок на день рождения, даже когда меня унизили.

Неужели моих актерских способностей все еще недостаточно? Разве оно не было первоклассным?

— Да...

— Хорошо.

Он поднялся, отряхивая руки. В этот момент я растерялась и просто смотрела на него снизу вверх.

— Ты права. После того, как я проведу с тобой ночь, даже мой тесть не сможет помешать. Ты уверена, что не пожалеешь об этом?

О, конечно!

Я трижды взволнованно кивнула головой. Какой сюрприз, я думала, что мне придется работать над этим по крайней мере несколько дней, но я не могла поверить, что он так отреагировал!

В отличие от моего восторженного ответа, мой аскетичный муж, который встал, лишь сохранял бесстрастное лицо.

— Скажи мне сейчас, если тебе кажется, что ты можешь передумать. У тебя есть только один шанс вернуться в родной город.

— Я...

— Это последний шанс. Как только ты решишься, ты не сможешь вернуться. Я могу сделать все, что угодно.

[[image:/storage/reader-images/5405c65d2b22840637d6bb5d83fac35657c012e5.jpg]]

Ты предупреждаешь меня? Ты что-то сделаешь со мной, если я потом вернусь? Теперь, когда я встретила тебя, я не могу вернуться!

Если бы я была замужем за главным героем этого мира, который может делать все, что захочет, я бы тоже могла сделать все, чтобы жить. О, глядя на нас так, кажется, что мы на одной волне, верно?

— Я никогда не изменю своего решения, — снова воцарилась недолгая тишина, когда я поклялась, сжав оба кулака.

На первый взгляд, в сложном выражении лица Айзека, обращенного ко мне, я смогла разглядеть желание сделать это.

— Хорошо, тогда... Увидимся вечером.

Как только он повернулся, я подняла руки от счастья.

Ух ты!

— Правда? Неужели сегодня вечером? О, прости. Я так счастлива... Тогда я должна прийти к тебе в спальню? Или лучше подождать тебя? Я могла бы пойти и найти... Ах! — в мгновение ока я снова превратилась в птенца в когтях орла. Мой монстроподобный муж поднял меня, как мешок, одной рукой и направился прямо к тому месту, где была припаркована карета. Он впихнул меня внутрь, как будто загонял курицу в курятник.

Ух!

— Почему бы тебе не пойти и хорошенько вздремнуть, ведь сегодня ты не выспишься.

Бам!

Дверь захлопнулась в конце этой бессердечной фразы.

Ах, этот высокомерный человек!

Чезаре гарантировал, что Айзек никогда не тронет меня.

Главная причина, должно быть, в том, что он был Омертой.

Лучше бы я спорила с мужем, была избита и взята в заложники, чем была поймана и доставлена домой Чезаре. С самого начала у меня была только одна дорога. Для меня не было другого пути. Кроме того, Айзек сказал мне ранее, что это будет мой последний шанс вернуться домой.

Я не знала, что такого неожиданного я сказала, но было ясно, что он согласился на эту ночь, и это было символом того, что он меня не отпустит. О, надежда, надежда! Шло время, я становилась все смелее.

Хотя было много тех, кто ненавидел меня, и в будущем мне предстояло столкнуться со многими врагами, все было не так плохо, как в первый раз.

Я смогла как-то выжить. Однажды я заставлю его поверить в меня...

— Я высушу ваши волосы, госпожа.

Казалось, мой муж сообщил о происходящем всем в доме. Не знаю, о чем он думал, но в любом случае, было как-то странно, что горничные бегают вокруг и помогают мне одеваться.

Особенно помогала Люсиль, которая некоторое время назад получила от меня бриллиантовую брошь. Должно быть, она пришла к выводу, что из меня можно многое извлечь на данный момент.

Что касается няни-горничной, которая была в списке тех, за кем я должна следить, то она была спокойна, как будто никогда не говорила мне такой дерзкой лжи.

Когда она услышала, что я собираюсь остаться на ночь, она не могла в это поверить, но промолчала.

Я не ожидала, что Элления будет ругать служанку после банкета в честь ее дня рождения, но та все равно вела себя так нагло, что это пугало.

Ее отношение было таким, что она не обращала внимания на мой статус. В каком-то смысле она была похожа на Фрейю. Их уверенность в том, что, что бы ни случилось, все будут верить в них и что их никогда не бросят — я хотела разрушить эту уверенность.

Я бы так не думала, если бы она не раздражала меня так с самого начала.

— Я наберу воду. Вас устроит лимонное парфюмированное масло?

— Да, спасибо.

После этого я приняла ванну в воде с ароматом лимона, расчесала волосы, накрасилась и нанесла легкий макияж, выбрала аксессуары. Когда я сидела одна и поглаживала свою юбку, она вдруг показалась мне такой настоящей.

Ах, я действительно выглядела готовой — мое сердце начало пульсировать. Я попробовала прикрыть грудь рукой, но это нисколько не успокоило меня. Мне было так страшно!

...А что если он не придет?

Этот человек с извращенным умом обязательно передумает в последний момент. Я отставила чашку с чаем, встала и подошла к кровати.

Я даже задула свечи, но и с горящим камином было не слишком темно. Мне хотелось, чтобы было темнее. Я присела на кровать, поджав под себя ноги, и посмотрела в окно. Море плескалась и покрывалась рябью.

Я не удивлюсь, если внизу затаились кракены в поисках пищи.

Интересно, как там Попо? Если бы мы могли когда-нибудь встретиться снова...

Я должна поблагодарить за это Фрейю. Если бы не она, я бы и не подумала поговорить с ним.

Господи, я прошу тебя, искренне прошу. Пожалуйста, пусть сегодня все пройдет так, как я этого хочу. Пусть мой холодный сердцем муж будет менее холодным. Пожалуйста, открой путь вперед, чтобы его сострадания накопилось достаточно, чтобы он доверился мне, будь то из интереса или чего-то еще.

— Ты уснула первой после всей этой суматохи?

...Ик, я думала, что мое сердце выскочит из груди. Он не издал ни звука, когда вошел, но, вероятно, я все равно была слишком глубоко погружена в раздумья.

Когда я поспешно встала, волосы покрыли всю мою спину. После я увидела, что Айзек занял свое место рядом со мной.

Зеленый свет камина, создающий какую-то жуткую атмосферу, освещал его телосложение. До этого я видела его только в доспехах или костюме. В тонком белом халате он был словно голый.

Я буквально почувствовала, что теряю рассудок.

Боже мой. Боже мой...

Высокомерный мужчина, скрестив руки, посмотрел на меня и откинул рукой мокрые серебристые волосы. Кроваво-красные глаза сверкнули в темной комнате.

— Я не так много знаю об этом, но очевидно, что невеста не должна выглядеть так в ожидании жениха.

Я пришла в себя от неожиданности.

Что ты делаешь, идиотка? Ты собираешься все испортить?

— О, прости, если я выглядела растерянной. Я просто на секунду не поверила своим глазам.

— В это трудно поверить?

— Да, это как сон — думать, что ты действительно здесь.

Мои глаза расширились от нетерпения, даже слюни немного потекли от глупой улыбки.

[[image:/storage/reader-images/cede4dfad8899d4fed91d80abdcfefd0d2e9f827.jpg]]

Думаю, ты не чувствуешь моей искренности. Черт побери.

Ну, давай посмотрим, есть ли...

— Еще раз.

— Что?

— Я снова дам тебе последний шанс. Скажи мне прямо сейчас, если передумаешь. Я не позволю никому беспокоить тебя только потому, что ты не сделала правильного выбора.

Почему ты продолжаешь так проверять меня, ходя туда-сюда? Ты подозреваешь, что у меня на уме что-то другое? Дело было вовсе не в том, что меня кто-то беспокоил.

Гнев герцога на меня был ничем иным, как сообщением о хорошем пути.

Поэтому я снова сжала кулаки, в глазах горел огонь решимости:

— Не волнуйся, я никогда не изменю своего решения. Я скорее буду счастлива жить как твоя настоящая жена.

Айзек на мгновение наклонил голову, чтобы оценить подлинность моих слов, и вскоре снял халат, который был на нем, без единого слова предупреждения. Я не смогла сохранить спокойное лицо, и мои глазные яблоки чуть не выскочили из глазниц. Я ожидала этого, но его тело было почти ошеломляющим, когда я увидела его воочию.

Тело, открытое под его холодным аскетичным лицом, было слишком агрессивным.

Огромное, тонко очерченное, похожее на статую тело. Гладкие, как шелк, но напряженные грубые мышцы.

Было ощущение, что я смотрю на экзотическое животное, совершенно не связанное с этой цивилизацией, а не на человека. Он полностью снял халат, забрался на кровать, медленно взял меня за плечо и притянул к себе.

[[image:/storage/reader-images/d497fccb74dcfe36ca18d3f0b5c24aed7116a94a.jpg]]

У меня перехватило дыхание, и я сглотнула.

Сам акт не был пугающим. Тем не менее, я не могла отделаться от ощущения, что стала птенцом, брошенным к ногам дикого зверя.

— Ты выглядишь испуганной.

— Это не так...

— Ты дрожишь, как будто я собираюсь тебя съесть.

Я думала, что он раздражен, но он был скорее спокоен, чем груб. Его голос также звучал немного менее сурово, чем обычно. Я попыталась сосредоточиться на художественных аспектах его тела, чтобы собраться с мыслями.

Широкие плечи, грудь, похожая на металлическую, тонкая талия, сильные скульптурные бедра...

Это была очень чувственная сцена.

До такой степени, что я почувствовала себя виноватой, увидев его во всей красе.

Я изо всех сил старалась улыбнуться, переводя дыхание.

Айзек поднял меня своей сильной рукой и усадил на одно из своих бедер. Он расстегнул мой пеньюар. Тонкая ткань упала вниз, обнажив мои плечи.

— Расслабься. У меня тоже нет в этом опыта.

— Я не нервничаю...

— Перестань кусать губы. Разве не это должен делать я, а не ты?

...Посмотрите на это. Муж, ты действительно аскет? Ты уверен, что ты разрушитель личности? Почему у тебя это так хорошо получается? Талант, разве это называется талантом?

Сомнения зародились, но мои нервы все же, казалось, немного успокоились.

Мужчина, снявший с меня халат, собрал мои длинные волосы и откинул их на одну сторону.

В этот момент тело, обнимавшее меня, напряглось.

Его рука, откидывавшая мои волосы, остановилась, а звук дыхания стал медленнее. Что случилось?

— ...Что это?

[[image:/storage/reader-images/8c9980f65887deb86114c1294ec19240be316176.jpg]]

Его мозолистый палец скользнул по моей лопатке. Зрение паладина должно быть на уровне ночного видения.

Я думала, он не сможет этого увидеть. Что ж, теперь с этим ничего нельзя поделать.

— Я поранилась, играя в детстве.

— Никогда не слышал о твоих шрамах. Что же ты сделала, чтобы получить такой шрам?

Я уже давно не обращала внимание на шрамы на моем теле, и уж тем более слугам этого дома не было до этого дела. Кроме того, я мылась сама.

— Я играла в цирк со своими братьями и сестрами, и среди всех главным стал еще тот смутьян. Он орудовал хлыстом, в азарте никто не заметил неладного, и в итоге меня поранили. Я рада, что мой не так заметен, но у моей двоюродной сестры есть шрам на шее.

Несмотря на то, что я сказала это весело, после легкого вздоха, возникло чувство неловкости. Наступила тишина.

Айзек просто смотрел на мою спину с закрытым ртом.

Я нервничала, потому что не было возможности проверить его выражение лица, так как я сидела к нему спиной.

Я собиралась добавить еще что-нибудь, но...

Он, который смотрел на мою спину, заставил меня застыть на месте, так как внезапно двинул рукой и натянул обратно мой халат.

А?

— Что случилось?

Ответа не последовало.

Вместо этого Айзек вернул мой халат в исходное состояние и начал заново завязывать пояс.

Я гадала, в чем дело, мой разум был пуст.

Это из-за шрама? Он не хотел его видеть?

Я знала, что он немного придирчив... Я думала, что он не будет возражать, но, похоже, я ошиблась.

Эти чертовы шрамы были не только на лопатке. У меня было еще несколько на внутренней стороне бедра. Это были шрамы, которые невозможно стереть, даже если они заживут. Хотя их можно было исцелить с помощью божественности, не оставалось другого выбора, кроме как оставить шрам. Он был не очень толстым, поэтому я думала, что все будет в порядке. Я думала, что это не будет большой проблемой, если он случайно увидит это, но его реакция...

А может, проблема была не в шрамах?

Я вела себя слишком испуганно?

Его раздражало то, что я застыла и смущалась, когда речь зашла о теме, которую я сама начала? Нет, возможно, он заметил, что я лгу.

Не может быть, чтобы любимая дочь Папы Римского так пострадала из-за детской шалости, и что меня, должно быть, наказали за то, что я сделала что-то не так.

Может быть, именно поэтому он не хотел продолжать...

Скажи что-нибудь, хладнокровный муж!

Я не могла упустить возможность, которая появилась спустя долгое время. Горя решимостью, я повернулась лицом к нему, усевшись на его бедро.

Я медленно положила руки на его объемную, мускулистую грудь.

Наступило короткое молчание.

Айзек, который наблюдал за тем, что я делаю, наконец, проговорил:

— Что ты делаешь?

— Я пытаюсь заставить тебя лечь. Неужели... Неужели я опять сделала что-то не так? Я испортила тебе настроение?

— Это не так.

— Тогда почему...

— Я просто подумал, что сегодня не мой день.

Совершенно серьезный тон.

С чего вдруг? Это даже не шаббат!

Я ожидала, что он сразу же оттолкнет меня, но Айзек сидел неподвижно и долго смотрел на меня. В слабо освещенной темной комнате его глаза, похожие на красное пламя, вспыхнули любопытством.

Он казался сердитым и потерянным в каких-то сложных мыслях и в то же время загадочным.

— Еще?

— Что?

— Есть ли еще шрамы, о которых я не знаю?

Мне хотелось стукнуть себя по голове. Это должно быть из-за этого! Выяснить, действительно ли я лгала или правда доставляла неприятности в детстве. Это так раздражает. Этот беспокойный парень!

Что я должна сказать? Должна ли я быть честной и сказать, что меня наказали? Но что, если он разозлится, что я ранее солгала? Пока я пыталась сглотнуть, чтобы смочить пересохшее горло, он снова открыл рот:

— Нет, забудь. Дело не в этом.

Что?

Айзек сдвинул меня со своих колен на кровать и подобрал одежду, которую успел с себя снять. Он снова надел ее и отошел, а после опустился на свободную сторону кровати.

Он ничего не говорил и ничего не делал. Мой муж просто молча лежал, положив одну руку на лоб, но я боялась заговорить с ним из-за необычной атмосферы.

Глядя на явные очертания мужчины, на лице которого был заметен намек на раздражение, надо мной нависло облако уныния.

Черт возьми. Я опять все испортила. От этого зависит моя жизнь, так что же мне теперь делать? Я знала, что все идет слишком гладко! Я уверена, что он раскусил меня!!!

Нет, я больше не могла позволить себе быть заклейменной как лгунья.

Я подползла к нему на коленях и свернулась калачиком рядом с ним.

— Прости, я не хотела скрывать это. Мне было так стыдно, что я не знала, что сказать...

— Что?

— Мне было стыдно сказать тебе, что я была непослушным ребенком... Ик, я больше никогда этого не сделаю. Я так безнадежна. Я была неправа. В следующий раз, просто, ик… Просто, ударь меня!

Икота продолжала прерывать мои слова, поэтому, как и раньше, я попыталась засунуть пальцы в рот и придержать язык, но он вдруг схватил меня за руку. Я удивленно подняла голову.

— Хватит болтать.

— Ик?..

— Я же сказал тебе, что дело не в этом.

Его горящие глаза были прикованы ко мне. Когда я закрыла рот, вздрогнув, Айзек издал вздох.

— Иди сюда.

Как только его руки прикоснулись ко мне, меня подтащили и уложили рядом.

Было очень странно лежать, положив голову ему на плечо, обхватив его словно стальное предплечье.

Тяжелая тишина была тревожной.

Что это было?

Когда я подняла голову, я заметила, что его взгляд был сосредоточен на мне. Он рассматривал меня.

Наши глаза встретились.

— Я не знаю, почему ты каждый раз стараешься подавить свое дыхание. Это помогает тебе остановить икоту?

— Я, ик, я подумала, что ты, возможно, неправильно понял меня и думаешь, что я лгунья. Я и не думала лгать. И-ик.

— Если бы ты была лгуньей, ты бы не сказала такого.

Понятно. Значит, он не думает, что это ложь. Ха-а, на это ушло десять лет. Тогда, почему он вдруг остановился?

— Ну...

— Это не из-за тебя. Я просто... Лучше сделать это в другой день.

Низкий тон. Конечно, он не был мягким, но и не был холодным или циничным.

Могу ли я доверять ему? Наступит ли другой день?

Что ж, он новичок, и я не хотела торопить его. Происходящее уже перевернуло все с ног на голову, а мое нытье по этому поводу только все ухудшит. Лучше просто нацелиться на следующую возможность. Да, сегодня был просто не тот день. Я снова буду усердно работать и в следующий раз обязательно добьюсь успеха. Давайте не будем терять надежду!

Взяв себя в руки, я положила подбородок ему на грудь и захлопала ресницами:

— Значит, ты меня не ненавидишь, да?

— Тебя это так волнует?

Какой случайный ответ. Что он имел в виду?

Это сбивало с толку, но в его низком голосе чувствовалась какая-то горечь, поэтому я сменила тему.

— Если ты собираешься спать здесь, ты хочешь, чтобы я ушла?

— Нет.

— Могу я спать с тобой?

— Делай, что хочешь.

— Правда-правда?

— ...Да.

Что с тобой? Почему ты ведешь себя так покладисто? Это ловушка?

Это было удивительно, но я не должна была спрашивать. Я никак не могла спокойно спать рядом с этим монстром. Мне ничего не оставалось, как свернуться калачиком и плотно закрыть глаза. Как долго я уже здесь? Не в силах заснуть, я снова открыла глаза. Мой муж уже заснул, его веки были закрыты.

Даже его спящее лицо было таким надменным. Посмотрите на эти длинные ресницы. Похоже, он сделал наращивание.

По какой-то причине он казался намного моложе, чем обычно. Ха-а... Если бы я была в Мадриде, я бы уже готовилась к поступлению в университет. Я вела себя так взросло, что иногда забывала, что я еще молода. Я осторожно перевернулась и посмотрела на его руки, обхватившие мое тело.

Они были примерно в два раза больше моей руки. Этой рукой он потом заколол бы меня, и я встретила бы свою смерть. Нет, я не умру. Я точно выживу. Я отпустила его руку и осторожно прислонила голову к его твердой груди. Я слышала четкий стук, сильную пульсацию жизни в его похожем на сталь теле.

— Ты — дурак.

Ты — главный герой. Ты — главный герой, который может делать все, что захочет.

Так почему же ты продолжаешь колебаться?

Если бы ты был как Чезаре, если бы ты был как моя семья, если бы ты был таким человеком, таким же как все в моей жизни, если бы ты был достаточно откровенен, чтобы спросить меня... Все было бы проще.

Ты бы не чувствовал такое противоречие.

— Спокойной ночи...

Спокойной ночи, моя извращенная соломинка. Если возможно, приснись мне в хорошем сне.

Стол, встретивший меня за завтраком, был буквально пиршеством. Приправленное оленье мясо, сыровяленый окорок, тушеный кролик, жареная селедка и баранья колбаса...

Это была еда для хищника. Человек, способный переварить это с раннего утра, очевидно, очень здоровый человек.

И, конечно, лучший паладин Севера был очень здоровым человеком.

— Похоже, у тебя нет аппетита.

— Нет, я просто хотела насладиться этим временем, — я ответил автоматически. Я чувствовала, что сейчас окажусь в том же состоянии, что и бедное мясо, поэтому поспешила произнести свои слова.

Но мой безжалостный муж прищурился на меня, словно сомневаясь в искренности моих слов.

— Ты просто пилишь еду в своей тарелке с того момента, как села за стол.

— Аха-ха, это...

— Съешь все на тарелке. Ты слишком худая.

Теперь даже он... Я послушно взяла ложку и перемешала свою порцию рагу. Я изо всех сил старалась не выглядеть маленькой, ведь это была моя первая трапеза с моим холодным мужем, но было трудно вылить жирное мясное рагу на маленькую миску риса.

Мне хотелось блевать. Пока я успела опорожнить миску наполовину, Айзек уже доел тушеное мясо и селедку в блюде гораздо большего размера, чем моя тарелка, и теперь пожирал оленье мясо.

Похоже, аскетизм не очень-то связан с аппетитом. Как, черт возьми, все это влезает внутрь?

— Хотите, я принесу вам хлеба, ваша милость?

— Нет, не нужно.

Пока мы сидели в одиночестве и завтракали, слуги покорно ждали. Они выглядели такими же нервными, как и всегда в его присутствии, даже следили за его дыханием. Это ощущение отличалось от приемов пищи с его сестрой. Элления была неожиданно щедрой принцессой.

Было очевидно, что я не провела с ним ночь, но это было не так уж плохо, что я спала с ним в одной комнате и даже проснулась, чтобы вместе позавтракать.

Честно говоря, я думала, что он исчезнет, когда я проснусь. О чем он думал? Я посмотрела на своего мужа через стол, убирая еду.

Он выглядел устрашающе, одетый в черные доспехи и готовый в любой момент взять на себя ответственность за безопасность города, но в то же время в нем ощущалась усталость и какая-то чувствительность. Это я не могла уснуть, чувствуя себя птенцом рядом со зверем, поэтому я не знала, почему он выглядит таким усталым. Кроме того, почему его аура была такой жестокой? Хах, он все равно был крутым парнем. Надменным, извращенным...

— Плохо приготовлено?

— О, нет.

— Тогда давай, ешь.

Да, я жевала мясо оленя со слезами на глазах. Другого выхода не оставалось.

— Кстати.

— Что?

— Ничего, если ты поешь со мной вот так? Твой отец только что вернулся...

— Утром у меня будет расстройство желудка.

— Из-за еды?

— Нет. Из-за него.

Понятно. Значит ли это, что вид лица его отца был настолько плох, что у него болел живот? Ну, как я помнила, отношения Айзека с отцом полностью испортились после самоубийства матери.

Кроме того, как показала Элления, Айзек не был человеком, который просто избегал людей, которые ему не нравились.

Мой отец, Чезаре и его отец были вместе... В то время, как Айзек был любимым племянником короля.

Пропавшая сестра короля. После самоубийства принцессы Омерты, антагонизм между герцогом, который поддерживал тонкие отношения с королевской семьей, и Айзеком, любимцем короля, был естественным.

— Что еще тебя интересует?

Ночного зрения было недостаточно, теперь он даже хочет попробовать читать мысли? Я покачала головой так невинно, как только могла.

— Прости. Мне вдруг пришел в голову глупый вопрос.

— Какой?

— Я никогда не встречала таких на юге, так что... Может ли монстр понимать людей?

Покончив с оленьим мясом в одно мгновение, он, уплетавший баранью колбасу даже не жуя, посмотрел на меня пустыми глазами.

Почему ты так потрясен? Неужели вопрос был настолько глупым?

— Нет. И я рад, что они не могут.

— О...

— Почему вдруг спрашиваешь?

— Я просто прочитала это в каком-то дурацком романе.

Это немного прояснило ситуацию. Либо Попо был уникален, либо я. Последнее было вопросом особой важности. Если бы я могла общаться с существами, отличными от Попо...

Айзек на мгновение поймал меня на детской ухмылке, но тут же отвел взгляд и сосредоточился на колбасе.

— Ты сегодня занят?

— Немного. А ты?

— Я... Ну, я собираюсь написать письмо подруге.

— Подруге... Кому? Принцессе Ари?

Ха, откуда ты знаешь? Нет, более того. Что за снисходительный тон?!

Да, у меня нет друзей! Единственный человек, с которым я могу проводить время, это шестилетняя принцесса... Черт возьми.

— Вообще-то, принцесса подарила мне открытку.

— Если тебе больше нечем заняться, почему бы тебе не прийти в храм в обед?

— Что?..

— Они очень хотят, чтобы ты посетила их. Я тоже свободен в это время, так что могу пойти с тобой.

Я на мгновение засомневалась в своем слухе.

Что ты только что сказал, муженек?

— Ты... Не против?

— Ты дочь Папы Римского. Не так уж странно для них, что они хотят встретиться с тобой.

— Но, это...

— Ты можешь совершить ошибку, если пойдешь одна, но со мной это не имеет значения.

Это верно. Если бы я одна посещала храм и любезничала со священниками, меня бы заклеймили как шпионку. Но все было бы немного иначе, если бы я посещала храм вместе с Айзеком. Это было довольно хорошо... Что у него на уме? Почему он вдруг так сказал?

Среди жрецов Элендейла наверняка есть часть шпионской сети моего отца и брата. Не может быть, чтобы Айзек не знал об этом.

Он пытается сделать предупреждение? Даже не думайте замышлять что-то, потому что он следит за мной? Не смотрите свысока на Север или что-то в этом роде? Или он пытается проверить меня?

— Правда?

— Да, правда.

— Правда-правда?

— ...Заканчивай трапезу.

Точно. Мой желудок был готов взорваться.

Я услышала крик.

Крики людей, испытывающих боль и страх, звучали так же отчетливо, как крики бездны, но женщина, казалось, ничуть не волновалась.

Хотя в темноте ее было плохо видно, женщина, облокотившаяся на перила балкона и смотревшая на город, разрушенный ее отцом, выглядела светлой и радостной, словно она ждала луну в мирную летнюю ночь.

[[image:/storage/reader-images/d46162ede7871078fe142b141611e6946dd17193.jpg]]

Мужчина медленно подошел к ней сзади, держа в руках окровавленный меч вместо букета цветов.

Вид балкона и окружающий пейзаж показались мне знакомыми. Было ли это сном? Снился ли мне сон?

— Ты пришел.

«...»

— Я знала, что ты придешь. Это стоило моих усилий для выбора платья.

Мужчина ничего не сказал. Он только молча смотрел на женщину, которая смотрела на него в ответ и улыбалась. Наконец, голос, такой же болезненный и скорбный, как голос раненого зверя, зазвучал в тишине:

— Я уже перестал надеяться, что услышу ответ.

«...»

— В чем причина?

— Должна ли я говорить тебе об этом?

Женщина пожала плечами и улыбнулась как глупый ребенок. Улыбка была такой, что казалось, будто она плачет, хотя ее губы были выгнуты дугой вверх.

Мужчина стиснул зубы:

— Хватит оправдываться, что ты не могла ничего изменить. Ты могла бы сделать другой выбор.

— Да, я могла бы сделать другой выбор. Я могла бы рассказать тебе, могла бы предать свою семью. Но это мой выбор.

— Это твой выбор — заставить меня убивать жрецов? Ты так уверена, что мой клинок не будут направлен на тебя?

— Ты все еще не знаешь? Я не из тех, кто поддается таким иллюзиям.

— Что...

— Ты уже знаешь это. Я знаю, ты, наверное, заметил.

Ее глаза налились кровью.

Как будто предупреждая его, или как знак отрицания.

В любом случае, она приблизилась к нему со странной улыбкой.

— Мой брат, который любит плести интриги, решил убить принцессу Омерты из-за этого брака. Разве это не странно? Хм? Если он просто хотел разрушить брак, то это было слишком безрассудно и глупо, не так ли?

— Стой...

— Я просто пытаюсь сказать, что было слегка больно. И немного трудно продолжать брак, но не до такой степени, чтобы он должен был убить ее. Ты понимаешь, что я имею в виду?

«...»

— Это я убила твою сестру. Не моя семья, а я.

[[image:/storage/reader-images/5b945ba6e17be95cef7258294cd31a3b595b3401.jpg]]

Что это был за ужасный разговор?

Во время долгого, тяжелого молчания я боялась, что мужчина может просто погрузить меч в ее тело. Но этого не произошло.

— Почему... Зачем, черт возьми, ты это сделала?..

Вопреки ожиданиям, в его низком голосе не было таких эмоций, как гнев или ненависть.

Голос звучал довольно жалобно. Хотя сам мужчина выглядел неописуемо страшно.

Голос женщины в ответ был таким же жизнерадостным, как и всегда.

— Ну, я не знаю. Какого черта я это сделала? Не то чтобы я ненавидела твою сестру.

— Ты...

— Ну, если подумать, я думаю, что хотела, чтобы ты вот так преследовал меня.

— ...Ты также украла Святой Грааль?

— О нет, меня поймали. Хах, хотя, кто еще может украсть его и использовать, чтобы добраться до тебя? Ты так не думаешь?

Она добавила с ухмылкой и достала из кармана пачку бумаг.

Он просто молча смотрел на нее.

— Это бумаги об аннулировании брака. Я еще не подписала их. Значит, мы все еще пара.

«...»

— Позволь мне в последний раз выступить в роли твоей жены. Это немного поздно, но прими это как подарок молодоженам.

— Пара.

Он засмеялся.

Трудно было понять, смеется он или плачет.

— За все это время мы только и делали, что изводили один одного, не понимали и ссорились друг с другом. Ты убила мою семью, а я дошел до того, что убил твою семью, но ты все еще называешь нас парой?

— Идиот, это доказательство того, что мы настоящая пара.

Дразня его, она раскинула руки, как бы указывая на балкон. В сторону горящего города.

— Посмотри на этот великолепный бой между парой. Ха-а. Каждый день я мечтала о том, когда это проклятое место превратится в море крови, а ты в мгновение ока исполнил мое желание. Взамен я подарю тебе этот город. Должность следующего Папы, или как там его, в твоих руках.

Наступила тишина.

Когда она медленно шагнула вперед в тяжелой тишине, ее руки осторожно протянулись и схватили лезвие пропитанного кровью меча. Она приставила его к своей груди. Мужчина не сдвинулся с места. Он не оттолкнул ее и не убрал меч.

[[image:/storage/reader-images/1757d8a243ff45678dbab0d7c4d15a2b93373d25.jpg]]

— Ты сводишь меня с ума до самого конца.

«...»

— Разве я виновата в том, что не доверяла тебе? Скажи мне, ты с самого начала намеревался это сделать?

«...»

— Прости. Мне очень жаль, что я заставила тебя сделать это. Никогда не прощай меня.

— Я…

Он замолчал и задержал дыхание. Как будто ему было больно произнести еще хоть одно слово.

— Я мог бы что-то сделать. Если бы ты не сделала этого, я бы...

Она снова улыбнулась.

Тепло и ярко, как человек, услышавший отчаянное признание в любви.

— У меня все равно нет другого пути. Даже если бы ты попытался защитить меня, враги моей семьи попытались бы отомстить мне. И я... Я бы каждый раз испытывала тебя таким образом. Как бы ты ни старался, ты не сможешь мне доверять. Смотри, в итоге я убила твою сестру.

— Прекрати...

— Бог знает, что еще я сделаю в будущем. Я испытывала твой разум, испытывала твое терпение, и ты подтвердил своими глазами, что я буду продолжать совершать безумные поступки, чтобы убедиться, что я на пути к концу ада. Лучше всего закончить все вот так... Так что, пожалуйста, не медли.

— ...Руби. Руби?

— Ха!

Я вскочила на ноги, испуганная легким толчком в плечо. Пытаясь прийти в себя и потереть глаза руками, я увидела, что Элления почему-то недоуменно смотрит на меня.

— Ты в порядке?

— О, да, но где...

— Это твоя спальня Руби.

О, точно. Я понятия не имела, о чем я думала. Может быть, это было потому, что я не могла заснуть всю ночь, но я так устала, что прилегла ненадолго.

Ху, я спала глубоким сном. Как будто мне приснился очень сложный и тяжелый сон.

— Я думаю, ты плохо спала прошлой ночью.

— Ах, да...

Сколько людей могут лежать рядом с монстром и спать спокойно? Кстати, сколько сейчас времени?

— Сейчас...

— Я слышала, ты собираешься в храм. Думаю, тебе нужно подготовиться. Ты в порядке?

— Я в порядке. Я просто немного устала и прилегла ненадолго.

Я не могла упустить шанс, которого у меня давно не было. Я не знала, какой знак пытается подать мой безжалостный муж, но я буду представлять все тот же старый образ. Попытки испытать меня не принесут ему никакой пользы.

Элления, которая изящно сидела и смотрела на меня, вскоре сменила тему.

— Пришло письмо из Романьи.

— О...

— Его прислал кардинал Валентино. Я подумала, что лучше передать его тебе, и принесла его сюда.

— Спасибо, Эллен.

Это был продуманный поступок. Думала ли она, что кто-то может попытаться украсть его? Не только слуги, но и вся семья следила за моей почтой. В этом не было ничего странного. Особенно если это было от Чезаре.

Письмо Чезаре заставило меня чувствовать себя подавленной еще до того, как я его открыла.

Я беспокоилась об ответе. Меньшее количества текста было проблемой, как и большее. Ему было так трудно угодить, что это было серьезной проблемой, если мне не хватало слов или я перебарщивала.

http://tl.rulate.ru/book/59603/1924137

— Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет, это не так...

— Должно быть, тебя тошнит.

Откуда она знает об этом? Не думаю, что Эллен умеет читать мысли. Тогда кто-то увидел, что меня вырвало?

Ранее я никогда не занималась этим в присутствии других людей, поэтому стоит быть осторожнее.

— Просто завтрак сегодня был слишком жирным, поэтому...

— Вполне возможно, ведь ты ела вместе с моим братом. В любом случае, тебе определенно нужно есть больше. Я попросила горничную подать тебе чай из одуванчиков, он должен помочь. Так что, пожалуйста, выпей его обязательно.

Ах, как мило. Но я до смерти боюсь таких братьев и сестер, так как если я пожалуюсь им, их это рассердит.

— И некоторое время ты будешь обедать с Айзеком каждый день. Имей это ввиду.

О нет, подожди-ка. Прекрасная золовка, почему ты сообщила об этом так внезапно? Я думала, что мы теперь обойдемся без новых пыток по утрам!

— Н-но он ведь так занят...

— Паладины, притворяющиеся занятыми, никогда не пропускают приемов пищи. И не волнуйся, он придирчив к еде, поэтому не поведет Руби в дешевый трактир.

Понятно. От этого мне должно стать легче? Я бы хотела спросить у Эллен, не могла бы она есть со мной, но не могу, поэтому я смирилась с этим. Мне ведь нужно придерживаться роли фанатки своего мужа.

Естественно, согласись она, в этом не было бы ничего плохого. Скорее, даже очень хорошо. Ведь не ходи я за Айзеком по пятам, как тот преследователь, у меня было бы больше естественных встреч с ним. Но почему я каждый раз чувствую себя цыпленком, которого тащат на забой?

— О, я слышала, что в последнее время ты общаешься с Ари?

— А, насчет этого...

— Думаю, будет неплохо, если ты посетишь дворец. Уверена, и Ари это понравится.

— А все ли будет в порядке? — после моего вопроса, красные глаза Эллении затрепетали.

— Конечно, если это то, что хочет сделать Руби. И тебе не требуется разрешение от меня, просто выбери подходящий для тебя день и мы пойдем.

— С Элленией? Правда?

— Да, если ты не будешь чувствовать себя неловко.

Однако, если я пойду с Элленией, королева может чувствовать себя немного дискомфортно рядом со мной, но принцесса определенно будет счастлива.

К тому моменту, как я собралась, у меня оставалось еще немного времени, поэтому я принялась в одиночестве делать букеты в саду.

Я посещу храм сразу после своей первой брачной ночи.

Естественно, ее у меня не было, да и я пришла сюда не ради того, чтобы высказаться. Поэтому я чувствую себя немного неловко.

Черт, уверена, рано или поздно я потеряю его из виду.

С ношей на сердце, я последовала за гонцом и вошла в священный храм. Так как я была только на тренировочной площадке, то не знала, как выглядит здание изнутри. Но теперь, когда я рассмотрела его вблизи, можно сделать вывод, что он сделан из черного мрамора.

Поразительно, что никто не впал в уныние из-за того, что на улице и в храме была такая мрачная обстановка.

Исходя из моих воспоминаний, священники Элендейла гораздо преданнее, нежели священники Романьи, где бы даже сатана дрогнул. Возможно, так сложилось из-за того, что в Элендейле вечно были монстры.

Однако, именно благодаря верности инквизиторов, а не священников, им была принесена благосклонность и прощение.

Их взаимоотношения с паладинами, большинство которых были гордыми дворянами, немного поверхностные. Так что они, скорее, были товарищами, нежели соперниками.

Да и в некотором роде, свою роль в этом сыграли Северные Паладины, редко встречающиеся где-либо.

Рыцари Лонгина, к которым принадлежал Айзек, были хранителями храма, а также специальным подразделением, выполнявшим тайные приказы короля.

Словом, он находился в трудном положении, поэтому конфликта между королевской семьей Британии и храмом избежать было невозможно. И никто не знал, на чью сторону лучше встать.

— О! Миледи?

Находясь в своих мыслях, я была поражена внезапным восклицанием. Зал, похожий на зону отдыха с витражами, едва привлекал мое внимание.

В поле зрения начала появляться знакомая фигура человека, которого я не желала видеть. Что она здесь забыла?

— Я слышала, что сегодня вы собираетесь посетить храм. Рада вас видеть здесь, — Фрейя, приветствуя меня с улыбкой, выглядела словно богиня. Она одиноко сияла в таком мрачном и угрюмом месте.

Ха, каждый раз чувствую это, так как она действительно выглядит очаровательно. Да и она, скорее всего, растопит сердце любого мужчины.

Я уверена, что она говорила с Айзеком про то, когда я буду в храме. Но когда же они познакомились? В любом случае, это всего лишь уловка для всех, носящая название «подруга детства главного героя».

— Ахах, рада вас видеть. У вас тут какое-то дело, леди Фрейя?

— Мой дядя — архиепископ. Я заехала сюда с братом, чтобы увидеться с ним и пообедать вместе.

Ее дядя? Не знала этого. Сидящие позади девушки мужчины недружелюбно взглянули на меня, а затем на улыбающуюся Фрейю.

Там были Лоренцо и другие стажеры.

Эндимиона среди них не было. Этот факт почему-то осчастливил меня. Если они так развлекаются, значит ли это, что лорд Иван оставил их в покое? Что ж, поскольку все они являются дворянами, то едят в одиночестве, если только нет чрезвычайной ситуации.

— Лоренцо, почему ты не приветствуешь миледи? Наверное, все очарованы твоей красотой, — в ответ на жест руки Фрейи, мужчины, сидевшие поодаль, встали.

А?

— Ты опоздала.

Ага... Конечно, этот ублюдок тоже только что появился, и все вели себя спокойно, не сказав ни слова.

Я оглянулась на него с широкой улыбкой на лице. Айзек был таким же, каким я видела его утром... Возможно, чуть менее грубым, чем раньше.

Он закрыл бутылку крышкой и высокомерно посмотрел на меня.

Этот надменный мужчина. Что он такого делал, чтобы так вспотеть?

— Простите. Давно ждете?

— Нет, я только что приехал.

Но ведь только что ты упрекнул меня в том, что я опоздала. Или обратно язвишь?

— Что это?

А? Я моргнула и посмотрела на свою руку, в которой держала букет.

— Мы сделали его вместе с Элленией для тебя в саду.

На самом деле, его полностью сама сделала Эллен, а я просто наблюдала. Но это ведь нормально — преувеличивать в такой ситуации, верно?

— С Эллен?

— Тебе нравится?

Я быстро подняла руки, чтобы представить букет, и у него не было возможности сказать что-то еще. Естественно, мой высокомерный муж посмотрел на меня с неодобрением.

— Что с твоими руками?

— Хе-хе, просто мой любимый цветок был рядом с колючим растением...

Тебе проще убить меня, чем просто пропустить за стол? Ах ты, сукин сын!

Мое лицо благородной леди в присутствии врагов и сопляков пропадает, черт возьми!

— Эй, Айзек... Как ты можешь так грубо себя вести со своей милой женой?

— Что ты здесь делаешь?

— Я приехала сюда, чтобы повидаться с дядей. А еще позвала брата и потащила его с собой, так что не ругай его за то, что он сейчас здесь дурачиться, ладно?

— Похоже, ты знаешь, что он отлынивает от своих обязанностей.

— Ах, я хочу пить. Можно мне взять твою воду?

— Ты вечно пытаешься утащить мой напиток.

— Ты слишком скуп на обычную воду.

Какая приятная беседа. Если бы еще не было меня, вообще бы все прошло идеально.

Ха-ха. Все хорошо, я уже привыкла к этому чувству.

Кроме того, Фрейя... Достаточно важная особа, чтобы присутствовать здесь, не смотря на то, что она сделала со мной.

Хааа. Могу ли я хоть как-то победить ее? Если бы она только не трогала меня, я бы и не думала об этом. Надеюсь, что она оставит меня в покое в будущем...

— Кстати, Айзек, мой брат сказал, что ему есть что передать твоей жене.

— Что?

— Миледи, я слышала на днях, что мой брат проявил неуважение к вам и из-за этого поднял шум. Я бы хотела воспользоваться случаем, чтобы он извинился как следует. Вы не против?

Ах, она про ту проклятую песню, которую он пел раньше?

— Что вы имеете ввиду под неуважением? Просто я не понимаю, о чем вы говорите, — после моего вопроса, я ярко улыбнулась, будто идиотка. Лоренцо же от удивления поднял брови. Он выглядел так, будто хотел прищуриться.

Фрейя растерялась, но вскоре снова холодно улыбнулась:

— Вы такая великодушная. Но не стоит скрывать своего разочарования, ведь все окружающие знают, что он поступил неправильно. Я так опечалена, ведь думала, что вы сами расскажете мне о том, что расстроены происходящим.

Зачем ей акцентировать на этом внимание? Она явно отличается от меня, говоря об этом специально в присутствии других людей.

Да, он был придурком. Но что мне делать? Лоренцо мог бы извиниться раньше, но ему это просто необходимо сделать прямо сейчас... Если бы она объяснила, что тогда произошло в конце конной прогулки, я бы даже не подумала о таком извращенном сюжете. Что ж, теперь ничего не сделать.

Не мешайтесь на моем пути к безопасности, люди.

— Ваш брат не причинил мне никакого вреда. Когда мы впервые увиделись, он лишь немного меня подразнил, но это ведь нормально. Вскоре он показался мне довольно таки дружелюбным.

— Миледи..., — губы Фрейи начали немного дрожать.

Да, я знаю, понимаю. Но мой муж смотрит на нас, поэтому я должна выглядеть как можно безобиднее. Я не должна выглядеть жертвой от нелепых шуток, как вы пытаетесь меня выставить. Я должна выглядеть наивной идиоткой, которая быстро забывает подобные вещи...

— Миледи, — Лоренцо шагнул вперед, поняв, что я не допущу подобного.

Полагаю, тебе было стыдно прятаться за сестрой, но не мог бы ты сделать несколько шагов назад? Мне кажется, что я могу задохнуться от твоей враждебности ко мне.

— На днях я...

— Лоренцо.

Мы все вздрогнули от холодного тона в голосе.

Лоренцо, который повернулся, чтобы посмотреть на Айзека, тут же отступился назад. Ах, этот мужчина... Почему атмосфера в воздухе снова стала тяжелей? Или я была слишком сияющей?

Неужели этот надменный мужчина не понял, что я так жестока для того, чтобы поиграться с детьми? Ох, это так грустно.

— Ахах, я обо всем забыла, так что не переживайте об этом...

— Ты выглядишь нездоровой.

Муж перебил меня, когда я хотела ответить. Казалось, будто я не понимаю, что происходит, но нет, это просто из-за того, что я слишком много болтала.

Меня уже давно не тошнило, только голова немного крутилась, так что дурные намерения твоей подруги и ее брата казались для меня более опасными.

— Это не так. Просто я...

— Что значит «не так»? — его большая ладонь двинулась к моему лбу, чтобы щелкнуть по нему.

Но... Он не ударил меня, а просто прижал ладонью к голове. Айзек проверяет температуру? В прошлый раз мой муж сделал то же самое.

— Странно. Почему ты так сильно потеешь, если температуры нет?

— Ранее она была в саду, а там холодный ветер... Думаю, Руби просто простудилась, — слова Фрейи, кажется, имеют смысл.

Айзек тут же посмотрел на меня с грустным выражением лица.

Спасите.

— Даже не знаю: я женат или у меня под опекой маленький ребенок?

Эй ты, хладнокровный мерзавец! Да, я ребенок! Невинная, глупая, незрелая южная принцесса, у которой из друзей лишь шестилетняя принцесса! Поэтому, пожалуйста, думай обо мне всегда в таком русле!

— Я не буду доставлять тебе хлопот. Просто я плохо спала, так как была взволнована...

— Что тебя так заинтересовало?

Хотела бы я ответить «Секс с тобой?», но передумала, так как рядом с нами были еще юные ребята.

— Я бы хотел пробраться в твою голову, чтобы понять, о чем ты думаешь, — говоря это, мужчина поднял меня на руки.

О нет, мерзавец! Ты снова обращаешься со мной, словно с маленьким ребенком!

— Ха?

— Скажи ему, чтобы просил прощения в следующий раз. Сегодня у меня на это нет времени.

Мой муж невероятно высокомерный по отношению ко всем. Какой же он зазнайка.

Почувствовав, что я съезжаю, у меня не оставалось выбора, кроме как обхватить его за шею и приобнять.

Ха, что с тобой не так? Это из-за того, что ты обнажил свое тело передо мной? Мне теперь так хочется постучать этим букетом тебе по голове. Но я потерплю.

— Я тяжелая, так что можешь поставить меня на землю.

— А потом у тебя снова пойдет кровь из носа.

Нет слов. Один стыд. Мой вечно кровоточащий нос — настоящий позор.

Я бы хотела возразить и сказать, что виной тому моя болезнь, но воздержалась. После такого он мог бы отправить меня назад в замок. А я ненавижу, когда меня бросают. Это не причиняет физического вреда, но немного травмирует психику.

Поскольку мы начали этот спектакль, должна ли я сейчас воспользоваться этим и добиться его расположения? Мой начальный план провалился, так что теперь, шаг за шагом, я добьюсь своего...

— Я так счастлива находится в твоих объятиях!

Мужчина лишь промолчал.

— Знаешь, я думала, что ты...

— Что за песню тебе пел Лоренцо?

Ч-что? Почему ты вдруг спрашиваешь меня об этом? Разве тебе уже не доложили?

— Не помню...

— Я слышал, что в песне высмеивались твои кудрявые волосы. Это правда?

Ага, так вот о чем тебе известно. Я... Я не могу в это поверить! Кроме того, у меня нет кудряшек. Они от природы волнистые!

В любом случае, я не хочу ему говорить о словах той ужасной песни. Ему не стоит обращать внимания на те нелепые слухи. Ненавижу их! И тем более не хочу показаться тебе ветреной.

— Да.

— Так быстро ответила. Я думал, что ты не помнишь о произошедшем тогда.

— А еще я слышала, что ты собираешься каждый день со мной обедать. Это правда?

— Что? А, да... А что? Не хочешь?

Нет, не хочу! Мне не нужны такие пытки! Я думала, что умру после того, как меня вырвет обедом.

— Не может быть. Я просто не могу поверить в это. Ты серьезно?

— Ранее я уже сказал, что это так.

— Я так счастлива!

Мне нужно стараться упорнее, чтобы как можно быстрее добиться его расположения. Пока мое черное сердце горит*, я прижалась своими губами к щеке мужчины и быстро отстранилась.

П.п: Чувство, причиняющее боль.

Фух, уверена, тебя это определенно зацепит.

— Господин?..

А?

Я повернула голову в сторону голоса. И только сейчас заметила происходящее вокруг. Мы были в невероятно красивом помещении, похожем на библиотеку, в котором возвышались статуи святых. А рядом с нами стояли священники, щеки которых покрылись легким румянцем из-за недавней сцены.

Нет, только не говорите мне... Что я, дочь Папы Римского... В таком святом месте только что совершила грех, поцеловав своего мужа в щеку? Даже если это именно мой ужасающий муж держал меня в своих объятиях?

Эй, муженек! Ты не можешь так поступать со мной, приведя сюда!

— Леди Рудбекия, добро пожаловать. Я ждал вашего визита.

Светловолосый архиепископ вежливо поприветствовал меня, пытаясь подавить смущение.

Это дядя Фрейи? Он выглядит моложе, чем я думала.

Я посмотрела на Айзека, прося его отпустить меня. Перестав идти, мой надменный муженек лишь взглянул на меня.

Его красные, словно рубин, глаза казались не живыми. Что-то случилось?

— Кардинал Валентино прислал нам сообщение с просьбой, чтобы мы позаботились о его сестре.

Разве мы не можем просто игнорировать Чезаре? Да и я чувствую себя неловко в объятиях мужа. Мне бы хотелось идти самой.

— Этот храм уже давно стал местом признания веры самим святым отцом. Так что, леди Рудбекия, считайте храм своим домом и не стесняйтесь его посещать.

— Спасибо.

Архиепископ, шедший немного впереди, остановился перед главным входом, откуда был виден виноградник. Он оглянулся на нас и улыбнулся.

— На самом деле, я все беспокоился, что вы не приходили ко мне. Но, кажется, это было излишним.

Не упоминайте об этом, пожалуйста!

Я пыталась вспомнить, как его описывали в оригинальном сюжете. Но как бы не старалась, никак не получалось. Рудбекия в книге то появлялась, то пропадала, да и не упоминалось, с кем она разговаривала и что делала.

Это недостаток роли второстепенного персонажа.

— Как вы знаете, я не из тех, кто привязан к старым традициям.

Ха? От удивления у меня расширились глаза, как будто те блюдца. Казалось, будто не только я, но и архиепископ был озадачен словами моего муженька.

— Ха-ха... Ваши слова даже успокаивают. Но разве не будет правильно, если госпожа будет следовать обычаям? Она ведь дочь его святейшества. Чтобы предотвратить любые недоразумения, которые могут возникнуть вследствие...

— Это была шутка. Моя жена редко гуляет, так как часто плохо себя чувствует. Но вскоре я снова навещу вас по этому вопросу.

Хоть он и вежлив, но почему его слова звучат так саркастично?

Архиепископ улыбнулся в ответ на слова Айзека, но мне кажется, что ему сейчас не по себе.

Что за атмосфера воцарилась вокруг нас? Кажется, я наконец-то догадалась. Мой муженек недолюбливает архиепископа.

И его высокопреосвященство, кажется, знает об этом. И не только он, но и другие священники смотрели на нас, как будто на зверей.

Зверей, ворвавшихся в виноградник мирного лорда. Если ты хороший паладин, то это не значит, что у тебя будут хорошие взаимоотношения о священниками.

Кроме того, Айзека можно отнести к классу «сукин сын». И вообще, зачем и с какой целью он привел меня сюда?

Что, черт возьми, он задумал? Для чего мы здесь? Что ты замышляешь, муженек?

Архиепископ кашлянул, будто прочищая горло, и мимолетно взглянул на Айзека. А после тепло улыбнулся мне.

— Леди Рудбекия, я уверен, что во время вашего пребывания здесь у вас не нарушится религиозная деятельность. И так получилось, что в предстоящий день святой Агнессы храм будет проводить благотворительный вечер. Уверен, что вы с удовольствием примете в нем участие.

— О... — я улыбнулась и посмотрела на своего мужа.

— Мы можем присутствовать как пара? — спросил Айзек, не отводя глаз с архиепископа.

— Конечно... Так будет даже лучше. Думаю, вы не хотите разлучаться даже на секунду, будучи молодоженами. Ха-ха.

Гоните такие мысли под три черта, архиепископ. Этот высокомерный мужчина просто желает кинуть меня в горящую лаву и смотреть, как я буду барахтаться. Сделать так же, как и сейчас, приведя меня сюда! Он просто желает похвастаться перед шпионами моего отца!

Он следит за мной, словно наседка за своим птенцом, так что даже не думайте ударить по семье Омерта со спины...

Ах, этот мужчина!

Возможно, у него есть какой-то план? Например использовать то, что я дочь Папы Римского в лучших целях.

В конце концов, я затупила, когда рассчитывала подняться в должности, просто общаясь со священниками Севера.

Хаа, верно, я сглупила, ожидая такого. Ну, я в любом случае не тот человек, у которого есть нелепые представления о будущем. Так почему он вдруг так поступил? Было немного неловко после его вопроса. Но это явно заинтересовало меня. И я еле подавила желание от счастья сильнее обнять Айзека за шею.

— Правда?

В ответ он промолчал.

— Я действительно могу пойти? Вместе с тобой?

— Неужели ты не можешь хоть раз спокойно отреагировать?

— Ах, прости. Я просто не могу поверить собственным ушам.

— Ранее я не видел тебя такой, так как ты всегда подозрительно себя ведешь.

О чем это он? Если он хотя бы несколько минут не будет мне язвить, то у него что, язык взорвется?

— Получается, вы двое действительно собираетесь прийти вместе. В этот раз мероприятие будет грандиознее, чем в прошлые года.

Наконец-то мы покинули храм. Благо, у архиепископа уже был назначен обед с племянником и племянницей, поэтому он нас не задержал.

В этот раз муженек менее взволнован. Видимо, все шло своим чередом. Какой же этот день невезучий.

Но что архиепископ имел ввиду под словами «грандиознее», упоминая праздник?

И только спустя несколько дней, когда наступил день рождения святой Агнессы, я поняла смысл его слов.

Конечно, я знала, что благотворительные мероприятия ничем не отличались от тех, что проводятся в моем мире, но все же. В мире, где религия — это опора власти, даже самые высокопоставленные люди появлялись здесь, чтобы засветить своим лицом.

И несмотря на это, я думала, что праздник будет таким же грандиозным, как на землях Римского Папы в Романьи. В конце концов, это было местом, где битвы за выживание намного важнее всяких религиозных церемоний.

— О, миледи, вы здесь!

— Я, конечно, хотел, чтобы вы присутствовали на празднике, но... почему вы так одеты?

— Ахах, мне тоже приятно вновь увидеться с вами.

Мои догадки вновь оказались неверными. Трудно сказать, это благотворительный вечер или же обычный банкет.

Эндимион и лорд Иван, которые первые поприветствовали меня, вызвали у меня чувство облегчения и благодарности.

Они одни из немногих, кто поддерживает меня. И Элления была в их числе, пускай иногда она и кажется пугающей. Но почему на сегодняшнем обеде, казалось, собрались практически все аристократы Элендейла? Даже паладины. Пускай сегодня и праздник, но разве они не должны быть на охоте? Они ведь всегда так гордятся своей работой.

— О, господин Айзек, что привело вас в такое скромное место? И почему никто не предупредил меня о вашем визите?

— День рождение святой Агнессы — важное событие, парень.

Здесь даже больше народу, чем было на собрании конников.

Я планировала сегодня тихо прийти сюда со своим надменным мужем и показаться ему настолько ничтожной, насколько это возможно. Но мой план рушился прямо на глазах, когда я увидела эту толпу, собравшуюся рядом с нами.

Хаа, мой муж будто знаменитость. Он просто появился здесь, а уже столько людей бегает за ним. Все же, Айзек ведь племянник короля, а также сильный паладин, наследник семьи Омерта, а его внешность...

У него есть все. В конце концов, главный герой всегда в центре внимания. Я взволновано улыбнулась, оглядываясь на невезучего главного героя.

— Ого! Атмосфера довольно-таки оживленная. Не знал, что у нас столько верующих людей в стране.

— Они здесь только ради еды. Лишь небольшая группка людей приехали сюда из-за верования.

Понятно, даже здесь общество делиться на группы. Почему это не удивило меня?

— Я другой. Знаешь ведь, какой я искренний.

— Эндимион.

— Да?

— Не помню, чтобы давал тебе отгул. Разве я пришел сюда, чтобы глазеть на твое лицо?

— Н-ну это...

Бедный Эндимион. Как ты оказался рядом с этим надменным мужчиной?

Айзек как обычно неимоверно суров к своему стажеру, который появился здесь. Я заметила еще в прошлый раз, что он не любит людные места. Так что послужило причиной его присутствия на этом мероприятии?

— Руби.

— Да?

— Ты как-то похудела, — Элления грустно вздохнула и посмотрела на своего брата.

Айзек выглядел немного уныло.

— Прошло всего несколько дней.

— Неужели? Ты совсем не собираешься возвращаться домой?

— Я скоро приду.

— Не убегай сразу же с порога, а заходи к отцу.

— У меня нет на это времени.

— Вы все равно когда-нибудь столкнетесь.

Что это за разговор такой? Да и сомневаюсь, что смогу набрать вес всего за несколько дней. Каждый раз во время обеда чувствую себя так, будто нахожусь на пытках. Но ничего не говорю об этом, так как боюсь, что это только начало.

— Г-господин Айзек.

— Что?

— Вы хотите пить? Могу ли я принести вам что-то?

Наш бедный Эндимион так и не узнал, какова будет его судьба после этих событий. Но казалось, будто он впал в отчаяние. А лорд Иван лишь разразился смехом.

— У меня есть ноги, — Айзек как обычно прямолинейный.

— Но...

— Я бы тоже выпила, так что пойду вместе с ним, — мне пришлось влезть в их разговор, чтобы хоть как-то помочь стажеру.

Статуя с вином, льющимся из ноздрей, стояла совсем рядом. Благодаря моим словам, Эндимион немного обрадовался, а Айзек же наоборот, более нахмурился.

— Ты не моя ученица.

— Но статуя такая невероятная, я бы хотела рассмотреть ее поближе.

—Хорошо.

— Тогда я скоро вернусь!

Тск. Не переживай, я не плюну в твой бокал.

Я уже приготовилась радостно бежать к статуе вместе с Эндимионом, чувствуя себя освобожденной от напряженной атмосферы, как вдруг мой муж положил свою руку мне на плечо.

— Подожди минутку.

— А?

«Что это вдруг с тобой случилось?»

У меня пересохло в горле, а сердце бешено колотилось. Я судорожно сглотнула, когда он присел на одно колено.

Что происходит?

— Что у тебя на туфлях? Это южная мода?

Даже на секунду я не смогла насладиться моментом, когда этот мужчина оказался у моих ног.

На каблуках моих туфлей было что-то черное, будто жвачка! Когда оно успело там оказаться? Они ведь были в порядке, когда я их надевала. После того, как мне помогли одеться, я сразу же села в карету к Айзеку, так что это явно произошло не дома. Только не говорите мне, что это кто-то сделал специально... Серьезно?

— О? Хаха, я так беспечна...

— Рад, что ты это признала, — он отклеил этот комок от моих туфлей и отбросил его в сторону. Отряхнув руки, Айзек поднялся.

Так неловко.

— Только не беги. Упадешь.

— Да, я пройдусь элегантно.

Пытаясь скрыть сарказм, я заметила, что Айзек подозрительно прищурился. Ах, опасно!

Внезапно наступила тишина, и все смотрели на меня. Ситуация в точности такая же, как и тогда, когда мой муж вез меня на вечеринку верхом. Тогда мы ехали на озеро. Однако сейчас даже Элления смотрела на меня с удивлением.

Я замешкалась и решила просмотреть на мужа. Он безэмоционально смотрел на меня.

— Что такое?

— Ничего...

Что ж, действительно, нет ничего странного в том, что этот высокомерный аристократишка наклонился и сам снял грязную жвачку с чужих ботинок. Этого достаточно, чтобы заподозрить, что он пьян. Наши отношения не такие гладкие, чтобы этот жест можно было бы считать надеждой на их развитие... Непонятный мерзавец!

Мы с Эндимионом подошли к статуе с вином.

— Похоже на гранатовый сок.

— Похоже на кровоточащий нос, прямо как у меня.

— Ой.

— Ты можешь просто посмеяться. Я пыталась пошутить.

Давайте просто превратим эту ситуацию в нелепую шутку, раз уж так все вышло.

Я поднесла стакан к ноздрям статуи, притворно тяжело вздыхая, и наполнила его красным напитком.

Эндимион улыбнулся:

— Вообще-то, я тоже сочувствую этой статуе. Обычно почти у всех паладинов тоже идет кровь с носа.

— Что? Правда?

— Да, когда тело достигает максимума, начинает идти кровь. Это доказательство того, что человек становится сильнее. После он идет хвастаться этим перед другими, и его избивают, а после этого снова начинает идти кровь из носа. Это истинный путь паладина, мы не должны быть высокомерными.

Ну, не сказала бы, что это правда, ведь паладин обычно довольно таки гордая личность.

— Ты имеешь ввиду процесс обучения?

— Ах, как вы знаете, паладины постоянно подвергаются воздействию магии во время налаживания гармонии с божественной силой. Так вот, благодаря этому мы развиваем свою выносливость и обучаемся владению меча. Это необходимое условие на пути становления паладином...

— Это томат? — хриплый голос и огромная тень, нависшая над моей головой, едва не заставили меня выронить напиток от испуга. Развевающиеся темно-рыжие волосы, горящие янтарные глаза, загорелая кожа и огромная фигура, похожая на медведя... А?

— Эм, на вкус как гранат. Хочешь?

Паладин, выглядевший словно свирепый медведь, взял стакан с моих рук и ушел.

Эндимион закашлял, пока я смотрел ему в спину:

— Прости, но, как я уже говорил недавно, мой брат немного...

— Ахаха, он всегда выглядит так, словно на него можно положиться в любой ситуации.

— Его навыки довольно хороши. Он похож на лорда Ивана. На днях они вдвоем пытались определить, кто лучше, и разрушили всю тренировочную площадку. Я даже не знаю, как они дошли до такого.

Разрушили всю территорию... Я удивлена, что лорд Иван, больше похожий на цветок, был такого же уровня, как и этот медведь. Но в книге описывали лишь его мастерство, а не внешность.

— И ста лет не прошло. О чем говорили? — когда мы с Эндимионом вернулись с напитками, мой хладнокровный муж тут же упрекнул нас.

Хаа, этот придурок.

— О чем-то интересном.

— Точнее?

— Об одиноком, но романтичном пути паладина. Раз уж ты об этом заговорил, то я бы хотела стать паладином.

На мгновение повисла тишина. Элления и паладины, которые смотрели на меня с одинаковыми выражением лица, в унисон перевели взгляд на Эндимиона.

Он в панике вскочил на ноги:

— Это не я! Клянусь Богом, что я никогда не врал!..

Что это за реакция такая? Я всего лишь сказал какую-то нелепую чушь, но почему у всех такая серьезная и странная реакция на то, что я просто сказал в шутку?

В конце концов, я, возможно, первый человек, способный общаться с демонами!

— Сложным ли будет путь? Но я сильная. У меня даже бицепсы есть! — после того, как я подняла руку со сжатым кулаком, наступила тишина.

Через некоторое время Элления, чей изумленный взгляд был сравним со взглядом лорда Ивана, вдруг прикрыла рот веером и отвернулась, а все остальные тщетно закашляли и отвернулись от меня.

Даже Айзек, который, как я думала, даст мне пощечину, вытирал рот ладонью и поворачивал голову в другую сторону.

Эй, эй, муженек! Боже мой, как тяжело, когда тебя считают ничтожеством.

— Леди Рудбекия.

— О, архиепископ.

После молитвы и церемонии посвящения в честь мученичества святой Агнессы был проведен аукцион для финансовой помощи священникам по всей Империи, которые заботятся о больных и бедных. Товарами на аукционе были в основном картины и скульптуры, привезенные из южных стран, в том числе из Романьи.

Я не знала, как поступать дальше, поэтому просто осматривалась, но тут появился архиепископ и позвал меня.

— Я рад, что вы все-таки здесь. Не против ли прогуляться со мной?

— Конечно.

Так получилось, что и мой муж исчез, чтобы покурить с остальными.

Я мягко улыбнулась и последовала за архиепископом к алее, где проходил аукцион. Еще недавно я считала, что нужно сторониться храма, но теперь мое мнение изменилось. Правильнее будет поддерживать с ними хорошие взаимоотношения и наблюдать за их действиями.

Неизвестно, что произойдет в будущем, если я не смогу выяснить, кто является шпионами Чезаре.

Чезаре был не менее не предсказуем, чем Айзек. Даже если все пойдет по-моему, даже если я пойду против своего мужа, чтобы затруднить процесс отмены сделки, даже если убийство Эллении будет отложено, даже если наступит день, когда Айзек полностью доверится мне...

Противник никогда не должен ослаблять свою бдительность рядом с Чезаре.

Он может сделать что-то безумное, как только кто-то повернет голову в противоположную от него сторону.

— Кардинал Валентино скоро посетит нас, — архиепископ постоянно поднимал темы, которые я хотела забыть как можно скорее.

«Хаа, пожалуйста, не приходи сюда. Ты создаешь только проблемы».

— Вообще, я ожидал, что вы посетите храм сразу же после приезда.

— А...

— Конечно, я понимаю, ситуация была не так проста. Вы неважно себя чувствовали... И столько всего пережили. Я слышал о всех ваших неприятностях, — неторопливо добавил архиепископ, оглянувшись на меня с мягкой улыбкой. Похоже, он не собирался переходить к главной теме. — Я был недоволен услышанным. Вы не тот человек, к которому здесь следует относиться так легкомысленно. Сэр Айзек тоже важная персона, но я не мог не рассердиться.

Это прозвучало как легкое оскорбление. Но почему мне казалось, что он испытывает меня?

Я улыбнулась.

— Ко мне никогда не относились легкомысленно. Все очень добры. А господин Айзек особенно.

Архиепископ слегка приподнял одну бровь, но тут же улыбнулся, как будто знал, что так и будет.

— Вы — ангел Сикстины. Меня умиляет ваша безграничная щедрость.

— Не говорите так. Я ценю вашу заботу.

— Каким бы холодным сердцем он не обладал, естественно, что оно растает в присутствии ангела Сикстины, воплощения благородства. Приятно видеть особую связь между вами. Это просто...

Ангел Сикстины или как его там, было просто именем, данным правительством моего отца.

Я наклонила голову, пытаясь сохранить улыбку.

Архиепископ, который не решался заговорить, прошептал мрачным, низким и серьезным тоном:

— Вы знаете священный принцип исповеди лучше, чем кто-либо другой. Если есть что-то, чего вы не можете вынести, не стесняйтесь посетить храм. Святой храм Элендейла не предаст милости его святейшества.

Если бы я не знала ничего толком, особенно каким будет конец света, я, возможно, приняла бы это как чистую милость. Он просто протягивал мне руку помощи, потому что у него было доброе сердце, да и я принцесса Романьи. И ему было жаль меня. А может быть, он просто пытался использовать меня как способ покинуть Север и попасть в Сикстинскую капеллу.

В любом случае, я бы не ступила ни ногой на порог исповедальни храма.

— Это очень любезно с вашей стороны. Благодарю вас от всего сердца.

— Это вполне естественно. Север беспощаден и холоден, поэтому нелегко найти хорошего человека, даже если ты верующий.

— Вы все время жили на Севере?

— Элендейл — мой родной город, но я также останавливался в Романье во время моего паломничества. И был в монастыре Франческо. Когда Папа был еще кардиналом, я имел честь поговорить с ним.

Верно. Он сказал, что он дядя Фрейи?

Если этот архиепископ не просто амбициозный священнослужителем, а еще и вырос в такой семье, это огромная заноза в заднице.

— Кровь не может обмануть. Должно быть, все случилось по воле святого отца, но все, что я могу сделать, это помочь тебе всем своим сердцем, телом и душой.

А? О чем ты говоришь?

Я в недоумении повернула голову. Архиепископ вдруг щелкнул языком, и я перевела взгляд в ту сторону, куда он смотрел, и в конце концов увидела непривычное зрелище: мой свекор и муж собрались в одном месте.

Отец, что ты здесь делаешь? Он пришел за своим сыном? Герцог Омерта, который был величайшим рыцарем Британии, пока не получил травму плеча, стоял вместе со своим сыном.

Он вместе с Айзеком были признанными высшими рыцарями и представляли собой весьма примечательное зрелище.

Еще более жутко было видеть их в одинаковой позе, гордо стоящими с одинаковыми ярко красными глазами. И именно они разрушали теплую атмосферу.

Архиепископ двинулся первым, на мгновение замешкавшись, чтобы решить, подходить к ним или нет. Когда высокий, как столб, архиепископ грациозно расправил мантию, выходя вперед, чтобы поприветствовать этих двоих, он почувствовал себя излишне набожным.

— Я рад, что вы благополучно вернулись, герцог. Хорошо ли решился территориальный вопрос?

Пока отец отвечал архиепископу в неожиданно спокойной манере, Айзек взглянул на меня и тут же отвел взгляд. Он казался довольно холодным, как бы говоря мне не приближаться к нему.

Этот высокомерный мерзавец. Что с ним не так, ведь это он попросил меня пойти с ним? Ты боишься, что я уже поговорила с архиепископом о тебе? Или, может, ты что-то замышляешь?

— Руби, сюда...

Элления, подошедшая поближе, схватила меня за руку и повела к столику, за которым мы с ней сидели раньше. У нее, как всегда, было непроницаемое выражение лица. Но я все равно волновалась, потому что она была немного напряжена. Разве это не нормально для них быть такими?

— Эллен...

— Не обращай на них внимания, оставь их в покое. Так всегда, когда они встречаются.

После ответа Эллении послышался смешок.

Конечно, это была Фрейя. Было бы странно, если бы ее здесь не было. Теперь это стало как повседневная рутина.

У нее такая приятная внешность... Я почему-то даже завидовала ей.

— Ну, судя по всему, герцог снова беспокоит Айза. Есть много вещей, которые он хотел бы получить. Может, мне преподнести их в качестве подарка?

— Оставь, мне надоело просто складывать их в кучу.

— Но он прислал мне подарок, и я не могу просто так это оставить. Миледи, вам нравятся картины?

Это просто картины. Кстати, неужели она принесла подарки всем своим друзьям детства?

— Нравятся, но я не разбираюсь в них.

— Герцог любит картины. Почему бы тебе не поучаствовать в торгах и преподнести ее ему в подарок?

Неплохой совет, но я уверена, что нарвусь на недоброжелателей Айзека. Кроме того, у меня не было денег. Я могла бы использовать приданое, которое привезла, когда приехала сюда, но это ведь приданое, в конце концов... Ха.

— Думаю, у леди Фрейи вкус лучше, чем у меня... Сегодня я просто осмотрюсь.

— О, я и сама только немного разбираюсь, мать помогла в этом. Разве Романья — это не центр искусств? — тем временем подошел слуга в белой форме, убирая пустые чашки и принося новые напитки.

Это был не тот гранатовый сок, что раньше, а уже виноградный. Я никогда не видела таких полных тарелок с едой. Как только я потянулась к бокалу с вином, Элления неожиданно заговорила со мной:

— Руби, есть кое-что, что мы обсуждали ранее.

— Что?

— Я бы хотела нанять новую служанку для тебя. Те, что у тебя есть, уже пожилые, поэтому я собираюсь выбрать среди молодых девушек, не связанных с королевством.

Я была немного удивлена. Она собиралась нанять новую горничную?

— Ну, я...

— Вообще, мой брат сказал об этом на днях, но я думаю, что это хорошая идея. Маркиз Фуриана просил Фрейю убедиться в том, чтобы наняли надежного человека.

Невероятно. Неужели это действительно то, что сказал Айзек?

Обычно слуги переходили из одного дома в другой. Но если это молодая служанка, не связанная ни с одним из домов, то она могла быть незрелой. Но это даже лучше для меня. Она ничего не знала и поскольку только пришла ко мне, я могла бы учить ее, не боясь предательства. К тому же, она была бы такой же чужачкой, как и я, и мне было бы проще привлечь ее на свою сторону...

Да и мне не пришлось бы подкупать ее, как Люсиль.

Вот только договариваться об этом придется с Фрейей.

Фрейя усмехнулась над бокалом вина, глядя на меня и скрывая неловкость:

— Я скажу отцу, чтобы он сначала послал тебе рекомендательное письмо. Ты сможешь принять решение, когда сама прочитаешь его. Насколько я понимаю, тебе нужен кто-то более зрелый.

— Нет, ей подойдет и молодая девушка.

— Но Эллен, у миледи может быть другое мнение об этом...

Фрейя запнулась. На мгновение мне показалось, что она поперхнулась вином.

Возможно, то же самое относилось и к Эллении.

— Фрейя?

У Фрейи, которая будто застыла на середине разговора, вдруг выпал бокал из рук.

Внезапный звук, словно что-то взорвалось, испугал присутствующих.

— Кровь...

— Кха... Ха...

Темно-красная жидкость брызнула на белую скатерть. Все произошло в одно мгновение. Это было настолько неожиданное и шокирующее зрелище, что мой мозг на некоторое время перестал работать.

— Л-леди! — я рефлекторно вскочила на ноги.

Когда я поспешно подошла и обняла ее за плечи, Фрейя медленно подняла голову.

Ее прекрасные фиолетовые глаза были наполнены огромным страхом и шоком. В следующий раз, когда она снова закашлялась кровью, я почувствовала, как кто-то грубо оттолкнул меня от нее. Холодное отталкивающее и раздражающее предчувствие начало душить меня.

— Не подходи.

Мурашки побежали по моему телу, когда Айзек откинул меня в сторону. Слабый голубой свет излучался из ладони мужчины, которой он держал Фрейю.

Айзек оглянулся на меня.

Его спокойное лицо, на котором не было ни эмоции, было неожиданно увидеть.

— Убирайся отсюда.

— Что?

— Иван! Пожалуйста, сделай это для меня!

Другие последовали за Айзеком, который быстро побежал в храм. Элления взглянула на меня и последовала за братом. На улице стоял шум. Беспорядок. Я подняла руки и тупо смотрел на кровь Фрейи на своих длинных рукавах.

Я думала о своей сестре.

Точнее, о ее последнем появлении в моей жизни. Засохшая кровь на ее тонком запястье...

— Ты...

Чужая рука внезапно сжала мою шею. А, этот парень? Я и не ожидала, что он будет дружелюбным. Но почему он вдруг напал на меня?

— Ты сделала это!

— Что...

— Я знал, что это произойдет. С самого начала за происходящим стояла эта ведьма!

Что?

Рука, сжимавшая мою шею, ослабла. Тук, тук, тук! Я широко раскрыла глаза, проглотив кашель.

Мужчина безжалостно бил своей огромной ладонью по голове Лоренцо, как по барабану. Лоренцо не мог сопротивляться и вскоре упал на землю.

— Леди Рудбекия. Пожалуйста, простите эту грубость. Мой непутевый сын, похоже, на некоторое время лишился рассудка, — глаза мужчины, который вежливо поклонился мне, были холодного фиолетового цвета.

Другими словами, маркиз Фуриана избил собственного сына. Какой проницательный ход. Это был передний двор храма, земли Британии, а я была дочерью Папы, которому храм присягнул на верность.

Глупо было набрасываться на меня здесь и обвинять меня ни с того ни с сего; это явное обвинение храма и Ватикана. Проблема заключалась в том, что этот факт, казалось, усиливал антипатию к девушке.

Я не успела ничего ответить, как раздались крики. Кто-то из подошедших быстро схватил меня за плечи и повел куда-то.

— Миледи, сюда... И простите меня за грубость.

Одним махом мой пропитанный кровью рукав был оторван лордом Айвеном. Его руки также были окружены синим светом, похожим на дым.

— Давайте, все, быстро выходите из храма! Это не учебная тревога!

— Немедленно заблокируйте зону Б, это не экстренная тренировка! Повторяю, немедленно заблокируйте зону Б, это не экстренная тренировка!

— Сначала выведем людей!

Капли дождя стекали по бегущим людям. Я чувствовала, что только я одна не понимаю, что происходит. Пока меня тащили, я услышала издалека слабый крик. Как будто смесь звуков флейты и трубы.

Паладины с факелами, горящими зеленым светом, вбежали и поставили их между стенами. Из-за стены валил черный дым. Я никогда не слышала о том, чтобы чудовища подходили к храму или пытались хотя бы приблизиться к нему.

Я отчетливо помню, что для них это было самоубийством.

Очевидно, большинство людей также были очень потрясены.

— Лорд Иван!

— Эндимион, не мог бы ты заменить меня...

— Он позаботится о вас, миледи, — сказал лорд Иван, который тут же передал меня Эндимиону и побежал в другую сторону. — Что это, черт возьми, за праздник?

Затем мы все зашли в храм. Вскоре двери одна за другой с грохотом закрылись. И только спустя полдня нас выпустили.

К счастью, жизнь Фрейи была спасена.

Это произошло на переднем дворе храма, поэтому благодаря быстрым действиям паладинов ей удалось спастись. Человек, который принес нам вино в тот день, куда-то исчез во время неразберихи, и его местонахождение было неизвестно.

Поскольку я и Элления тоже пили с этого подноса, было понятно, что с самого начала открыто целились именно во Фрейю. Отравленный бокал подали именно за наш стол, так что не похоже, чтобы это была случайная атака.

— Это называется магический каменный раствор.

— Что?

— Яд, который выпила дочь маркиза Фуриана. У вас есть какие-нибудь идеи? — герцог Омерта, спросивший это, был спокоен.

Если ты не идиот, то ясно, на что он намекает. Это был необычный яд.

Здесь магический камень был не просто камнем, а предметом, который использовался как приманка для вызова демонов. Магический камень, который был сердцевиной мертвого монстра, соединяли с камнем Святого Духа.

Я уже упоминала, что его можно было использовать только после того, как на него нанесли человеческую кровь?

И вполне вероятно, что из-за этого закрыли выход из храма. Получение магического камня имело сложную процедуру, и иногда даже паладинам отказывали, так как это достаточно редкий артефакт. Количество магических камней, принадлежащих храму, было учтено, а производились они в Ватикане. А это значит...

— Магические камни, хранящиеся в храме, на месте. Все до единого. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Что я могла стоять за этим инцидентом.

Хэй, отец? Странно, что ты меня не понимаешь! Ха, мне так хочется плакать. Эта проклятая ситуация. Даже я теперь сомневаюсь в себе.

Когда Лоренцо потерял рассудок и напал на меня, маркиз Фуриана быстро вмешался и заткнул ему рот. Но большинство людей с подозрением относились к моей семье. Дурная слава об истории убийств семьи Борджиа и моя репутация тоже не сулила ничего хорошего. Кроме того, архиепископ Элендейла был дядей Фрейи, так что им было разумнее подозревать меня, а не то, что кто-то другой планировал убийство. По тем или иным причинам они обвинили бы меня...

— Отец...

— Конечно, я не потерплю, чтобы мою невестку оклеветали. Очевидно, что вы принадлежите к семье Омерта, — герцог, резко перебив меня, вскоре закашлялся.

Это звучит ново, даже для моих ушей. Не могу поверить, что я действительно их родственница.

— Я не думаю, что ты из тех людей, которые могут на это пойти. Я просто хочу, чтобы ты сказала нам, если знаешь что-то, что нам может помочь. Мой сын сказал мне ничего не говорить, но...

Я смотрела в глаза герцогу.

— Я не знаю, что вы хотите сказать. Если вы сомневаетесь во мне, я действительно не знаю, что сказать. Должна ли я... — слезы навернулись на мои глаза. — Я тоже, я тоже знаю, о чем вы все думаете. У меня тоже есть глаза и уши. Вы думаете, что я ей завидую, поэтому я была ослеплена ревностью и совершила такой ужасный поступок...

— Что... Кто смеет говорить такие глупости? Я просто... Не надо, просто не плачь. Я не имел этого ввиду!

Черт возьми, я просто притворяюсь, но он действительно подумал, что я плачу. Я взяла платок герцога и тихо заплакала:

— Если господин Айзек тоже что-то подозревает, я бы предпочла...

— Не говори такого. Это не так. Прежде всего, если бы у юной леди втайне были волшебные камни, он бы первым заметил это.

Это действительно так. И все же большинство сомневались во мне.

Так как я дочь Папы, они смутно догадываются, что у нас есть множество волшебных камней.

Герцог почесывал бороду, которая ему не шла от слова совсем. Они не были похожи с сыном.

Если бы я сказала, что не могу терпеть такую клевету и хочу вернуться домой, это было бы большим ударом для герцога. Он был последним человеком, который хотел бы видеть отмену брака таким образом.

Если кто-то действительно подозревает меня, ему лучше было бы держаться в тени и шпионить. Должно быть, он был вынужден выполнять чьи-то приказы, не раскрывая многого.

— Мне не следовало этого говорить. Забудь все, что я сказал. Это была такая безнадежная ситуация, что я держался за последнюю соломинку.

— Я... я лучше умру, чем вы будете сомневаться во мне.

— Нет, зачем тебе... Я же сказал, что не сомневаюсь в тебе. Я отрежу ему язык если кто-нибудь заговорит об этой чепухе.

— Хахаха, правда?

— Конечно, оскорбить мою невестку — все равно что оскорбить Омерту.

Но я все еще для всех чужачка. Кто бы в этом мире хоть раз посмотрел на меня, как на леди Омерту? Чужачка, с которой некомфортно находится рядом, но нельзя отвергать. Для меня лучше всего быть милой и заботливой, помогая всем.

И даже если я умру и снова переселюсь в чужое тело, ситуация повторится.

Размышляя в одиночестве, у меня появилась гипотеза о попытке отравления Фрейи.

Это явно сделал какой-то безумец, не имеющий никакого отношения ни ко мне, ни к моей семье.

Человек, который был недоволен семьей Фурианов и храмом.

Но как же тогда он заполучил волшебный камень? Может быть, на черном рынке? Этот мир повязан с незаконной торговлей священнослужителей.

Моя семья стояла за этим?

Тогда вопрос был в том, почему? Зачем им использовать магический камень, который, очевидно, вынудит людей подозревать нашу семью?

Чтобы заставить всех подозревать меня в том, через что прошла Фрейя?

Может быть, кто-то хотел избавиться от меня?

Моя семья хотела, чтобы я стала главным подозреваемым и намеренно использовала для этого магические камни?

Может быть, это сделал Чезаре? Он не хотел, чтобы я привязалась к этому месту, или... Он хотел, чтобы отношения между мной и Айзеком ухудшились?

Чезаре мог обращаться с магическими камнями по своему усмотрению и он определенно надеялся на то, что у меня будут плохие отношения с мужем, как никто другой. Но зачем ему делать то, чего он не делал в оригинале?.. Неужели, его беспокоило то, что я сделала, и есть шпион в храме? Разве я не просто входила в храм, как Рудбекия в оригинальной книге? Раздражало ли его, что я не так давно ходила в храм с Айзеком?

Ах, в тот день Айзек обнял меня и даже поцеловал в щеку на глазах у архиепископа и других священников. Возможно, он был раздражен, услышав об этом.

Ему сказали, что мы вроде бы удивительно хорошо ладим, и он из-за этого разозлился... Уф, если это правда, то ты король психов, Чезаре!

Это было лишь предположение, но вполне правдоподобное.

Я бессознательно не замечала сумасшествия и одержимости этого психа, пока имела дело со своим мужем.

Нет, но зачем этому ублюдку делать такие безумные вещи? Он подвергал стольких людей опасности, используя магический камень, надеясь, что я буду забита до смерти собственным мужем!

Если бы с Фрейей что-то случилось, что бы со мной уже было? Страшно даже представить. Я думала, что все, что мне нужно сделать, это остановить отравление Эллении!

Я ожидала, что после того, как проведу первую ночь с Айзеком и это дойдет до ушей Чезаре, мне придется страдать во время сезона матчей. И все.

Но эта засада... Или, возможно, все это может быть игрой Фрейи... Нет, это было бы слишком. Не имело смысла рисковать ее жизнью только потому, что она немного обиделась.

Ха, я не знаю. Все, что я знаю, это то, что я собираюсь умереть.

Интересно, о чем он сейчас думает? Я чувствовала себя более тревожно, потому что не могла видеть его все это время. Конечно, я не обедала с ним, и он не общался со мной, поэтому стресс убивал. Было бы гораздо лучше, если бы он просто поговорил со мной, как его отец, или просто ударил.

Я не могла перестать думать о его последнем взгляде на меня.

Он оттолкнул меня... Конечно, было бы опасно, если бы кровь забрызгала всю меня. Но теперь я знаю, как они близки.

Наверное, он уже жалел, что был так добр ко мне...

— Ах...

Мой разум был в таком смятении, что мой организм чувствовал себя странно. Жгучая боль вместе с колющими ощущениями, похожими на иглы, распространились по телу. Симптомы ежегодной болезни снова проявились.

— Кха! Хаа! — я пролежала в постели весь день и стонала всю ночь. Я встала из-за жгучей жажды и почувствовала тошноту, как только присела, будто что-то застряло у меня в горле.

Когда я, спотыкаясь, дошла до туалета и меня вырвало, горькая желчь, кровь и песчинки вытекли наружу.

Кто подсыпал песок в мою бутылку с водой? Они хотели, чтобы я испытала ту же боль, которую, должно быть, испытывала Фрейя?

Черт возьми, Фрейя хороша, потому что все на ее стороне. Ха, все в порядке, по крайней мере, у меня есть я. Проклятье. Моя семья — та еще заноза в заднице, но что я могу поделать? Завтра я должна найти возможность поговорить наедине с моим бесчувственным мужем.

Прошло всего ничего с того момента, как я вышла из ванной.

— Ах!

Мне показалось, что что-то упало. Это была Элления, которая внезапно появилась и встала перед входом в ванную.

Я увидела ее спустя несколько дней. Элления только что пришла в ванную, потому что увидела, что спальня пуста.

Но...

Элления, стоявшая с ничего не выражающим лицом и смотревшая на меня, казалась какой-то более жуткой, чем обычно.

Ее молчаливый взгляд заставил меня сильно нервничать. Я сглотнула, не обращая внимания на боль в горле.

— Эллен, что происходит...

Бум!

Я сильно ударилась о закрытую дверь ванной. Мои глаза так расширились, что буквально готовы были выскочить из орбит. Элления толкала меня назад, почти свернув мне шею.

Ее обычная элегантность превратилась в такую устрашающую силу, что ее невозможно было узнать.

Нет, ну что ты, милая золовка, делаешь!

Ее холодный, опасный голос почти прорычал в мои онемевшие, глухие уши:

— Зачем, зачем ты это делаешь?

— Что?..

— Мне с самого начала было интересно, пойдешь ли ты на это, и в итоге так и случилось!

Руки? Почему ты смотришь на мою руку? Только не говори мне, что ты тоже этим занимаешься?

Она яростно трясла мое онемевшее тело. Было трудно дышать.

— Скажи мне, какого черта ты это делаешь?! Потому что хочешь внимания? Это потому, что еда заставляет тебя чувствовать себя грязной? Или твоя цель — умереть от голода? Какого черта? Если ты хочешь так умереть, перестань протестовать и просто умри!

О чем ты вообще говоришь?

Я подняла на Эллению пустой взгляд.

Точнее, я смотрела в ее глаза, пылающие как пламя. Странно, но мне пришло в голову, что не на меня она злится. Я едва успела открыть рот, как неожиданный ответ вырвался наружу.

— Потому что все, что я могу контролировать — это мое тело.

Ее горящие красные глаза задрожали, после чего наступила тишина. После короткого, но долгого молчания, Элления моргнула и опустила взгляд. Затем она убрала руки, как будто ничего не делала.

— Что я... Мне жаль.

Казалось, она вновь обрела свое самообладание, но выглядела несколько растерянной. Она... как будто подавляла свою боль.

Должна ли я сказать, что все в порядке? Что с тобой вдруг случилось?

Элления в последний раз посмотрела на меня пустыми глазами, повернулась и быстрым шагом ушла. Какое неожиданное событие посреди ночи.

Я издалека посмотрел на свою руку. Точнее, на сустав над указательным пальцем правой руки, где кулак выступает, когда его сжимают.

Это было то, что случается с людьми, которых тошнит по привычке, как меня. Теперь, когда я не так часто использовала руки, чтобы вызвать рвоту, там остался слабый шрам, который люди обычно не замечают.

Отметина, которую незнакомец воспринял бы как просто слабое пятнышко.

Тот факт, что она заметила, означает, что у нее уже был подобный опыт. И, судя по всему, не именно с ней.

О ком она подумала? Кто заставил Эллению быть такой эмоциональной?..

Возможно, из-за того, что в голове было так много мыслей, я не спала всю ночь. И после я позавтракала с Элленией, но атмосфера была очень неловкой. Мы обе ели молча.

Из-за боли в теле мне было труднее есть, чем обычно.

Перед самым моим уходом Элления сказала мне, что архиепископ попросил меня навестить его. Я все равно думала сегодня немного походить, поэтому сразу же приготовился к выходу.

Из-за болезни и недосыпания мое лицо выглядело слабым и некрасивым, поэтому я использовала косметику. Я не знала, почему он хотел меня видеть, но, вероятно, это было связано с тем днем.

Если за этим инцидентом стоял Чезаре, то более вероятно, что архиепископ был шпионом. Но согласился бы он причинить такой вред своей племяннице?

Я не знала. Узнаю, когда увижу его.

Я прибыла в храм в полусне.

Выйдя из кареты и пройдя через парадную дверь, чудовищную, как крылья дракона, я остановилась.

Внезапно, мне захотелось заглянуть в тренировочный зал храма.

Не было никакой гарантии, что мой муж будет там сегодня, но проверить было бы неплохо. В любом случае, я хотела посмотреть, что он скажет.

Тск, ты даже не появляешься дома все выходные, высокомерный ублюдок. Ты мог бы сказать мне хоть пару слов, даже если ты не в себе. В крайнем случае, зайти, чтобы пригрозить.

Я шла по коридору, ведущему к площади, глядя на статуи.

Повернувшись к лестнице, где виднелся гранитный фонтан, я была так удивлена, что в следующее мгновение спрятался за колонну.

Я сделала это инстинктивно.

Поймали ли меня? Увидел ли он меня?

— Разве твоя сестра теперь не в порядке?

— То, что ты видишь, это еще не все.

Фух. К счастью, Эндимион и Лоренцо, похоже, меня не увидели.

Это было удивительно. Они были так близко. Стажеры часто тусовались возле храма. Но разве они не должны работать?

Если Эндимион был здесь, то, скорее всего, Айзек тоже рядом...

Проклятье, если бы не Лоренцо, я бы подошла и поздоровалась, чтобы спросить об муже.

— Тогда сиди тихо рядом с ней. Зачем ты приполз сюда? Ты же на испытательном сроке.

— Заткнись. Разве ты не пришел бы в бешенство, если бы твою сестру вдруг вырвало кровью, и она чуть не умерла?

— У меня нет сестры. Даже если бы была, я бы не стал вести себя словно мудак...

Что-то показалось мне странным. Неужели Эндимион всегда говорил так грубо? Кроме того, мне кажется, они говорят обо мне. Внимательно прислушиваясь, я услышала, как эти двое зашевелились. Я переместилась на другую сторону, но громкие голоса постепенно отдалялись.

— Ха, никогда не стал бы?

— Ты в курсе, что, если бы не твой отец, ты бы даже не мечтал стать паладином?

— Ты думаешь, я размером с крысу, как и ты? Ты проклятый ублюдок, у тебя даже воли нет. Иди к черту, сукин сын. Такие гнилые свиньи не посмеют ничего сделать с Севером.

— Я никогда не видел, чтобы кто-то изрекал богохульства во дворе перед храмом. Прекрати делать глупые вещи. Иди тренируйся и избавься от своих заблуждений. Она скоро станет герцогиней Омерты. Не забывай об этом.

— Не пойми меня неправильно, сукин ты сын. Но эта боргианская леди, которая притворяется наивной, только позорит имя Омерты.

— Эй, это так...

— А что, ты не знал? Когда мы встретимся в следующий раз, у нее будет такое бесстыдное выражение лица...

Я услышала достаточно. Они были уже так далеко, что подслушать было сложно, да и я не хотела слышать больше.

Жестоко. Так жестоко. Что не так с моим лицом? Этот маленький ублюдок умел говорить глупости.

Почувствовав, как по коже побежали мурашки, я потрогала свои щеки. Наверное, я смотрела свысока на дурную славу своей семьи. Но какие же доказательства заставили его твердо верить в то, что я виновна?

Ха, я не знала, кто настоящий преступник, но ни Фрейя, ни кто-либо другой ни за что не поверили бы мне. Печально, печально. Хотя это было ложное обвинение, в этом мире не было понятия прав человека, поэтому даже незначительные происшествия казались большими.

Пока я бесцельно шагала в неизвестном направлении со смятенным сознанием, я поняла, что уже покинула храм. Голова шла кругом, когда я думала о том, стоит ли возвращаться в туда, где была припаркована карета.

Я устала. Я устала физически и умственно. Симптомы болезни усугубились. На случай, если меня кто-нибудь увидит, я забралась в ближайшие кусты. Пока я сидела, свернувшись калачиком в кустах, холодный пот катился по моим щекам.

Подождите, подождите немного... Куда мне идти? Где мне остаться?

Больно. Мне никогда раньше не было так плохо. Почему мое тело так болит?

Было бы лучше, если бы другие могли сказать, что я больна, так как если это сделаю я, меня высмеют и скажут, что я притворяюсь.

Больно. Очень больно. Чертовски больно. Мой муж... Этот хладнокровный ублюдок.

У меня снова пошла кровь из носа.

Эй.

Почему ты был добр ко мне?

Почему ты смотрел на меня такими глазами?

Почему ты выглядел таким усталым каждый раз, когда я смеялась?

Почему ты так себя вел, когда увидел мой шрам?

Почему ты так долго колебался?

Почему ты просто не оставил меня?

Почему ты ворчал, что я слишком худая и заставлял нас есть вместе?

Почему ты так злишься, если я заболеваю?

Ты не должен был этого делать. Если бы ты этого не сделал, у меня не было бы такой глупой надежды. Если бы ты не был так добр...

Зачем ты заставил меня ждать этого?

Зачем ты обманул меня, заставив надеяться, что ты единственный, кто отличается от всех, кого я знаю?..

По, по, по, по, по...

Знакомый звук заставил мои уши напрячься, даже несмотря на мое полусонное сознание. Этот звук... Не может быть.

— По, по, по...

— Попо?..

— По, по...

— Попо!

Попо! Я никогда не думала, что встречу тебя здесь! Я скучала по тебе!

Это действительно был Попо. Огромная пасть с зубами как у крокодила и пухлое тело, похожее на гибрид кролика и пингвина, возбужденно приближались ко мне. О, он выглядит иначе, чем раньше.

— По, по?

— Попо, что ты здесь делаешь? Мы рядом с храмом. Здесь опасно.

— По, по, по.

— Ты искал меня?

Попо раскачивал свое огромное тело взад и вперед.

Этот парень... Слезы на глазах выступили. И кровь из носа, черт возьми.

— Попо, я болею. Но никто не знает об этом.

— По?

— Но я рада тебя видеть.

Когда я беспомощно улыбнулась, Попо на мгновение уставился на меня парой сверкающих зеленых глаз и вскоре протянул лапы.

Что?

— Попо, ты берешь меня с собой?

— По, по.

— Ну, если я уйду, то все равно никому не будет дела...

— По?

— Знаешь, я лучше буду жить в укрытии с вами, ребята...

Я теряла сознание. Мое тело упало вниз, ослабнув. Лапы Попо, крепко обнимавшие меня, были скользкими, но все еще теплыми и чистыми.

— Посмотри на это.

— Откуда у тебя зеркало?..

— Это не проблема. Ты, переутомленный идиот. Ты хоть представляешь, как уродливо ты сейчас выглядишь? Ты хоть представляешь, какими красными выглядят твои глаза? Если у тебя есть совесть, почему бы тебе не пойти к себе домой и немного отдохнуть?

Треск!

Зеркало, слабо брошенное на пол, разлетелось на осколки. Иван прищелкнул языком.

— Этот бессовестный сукин сын меня беспокоит!

— Я не просил тебя беспокоиться.

— Это нормально, когда кто-то бегает с открытыми глазами семьдесят девять часов подряд? А, неважно, ты просто ищешь внимания.

Семьдесят девять часов? Айзек перестал хмуриться. Почему-то он подумал, что у него болит голова.

— Уже прошло столько времени.

— А что? Тебе вдруг захотелось спать?

— Не совсем, но у меня немного болит голова.

— Меня не волнует, если ты вдруг упадешь в обморок во время обыска. Но я тебя предупредил.

Немного меньше сна, чем обычно, не имело значения для паладина. В дни стажировки Айзек не спал в течение пяти суток. Он не знал, почему этот ублюдок, который в то время крутился рядом с ним, ругает его.

— Этот человек упал с неба или что? Это не в нашей юрисдикции, пусть этим займется городская стража. У них лучше получается искать разыскиваемого человека, чем у нас. Как объяснила Эллен, я нарисовал фоторобот...

— Он действительно исчез?

— Что? Что ты имеешь в виду? — вместо объяснений Айзек оглянулся на только что пройденный узкий темный переулок.

Он и сам не мог понять, что хотел сказать.

— Ты думаешь, я делаю это, потому что не знаю, что ты чувствуешь? Я знаю, что ты злишься, потому что Фрейя прошла через это, но если ты знаешь, что мы проходили через нелегальные гильдии...

— Я не настолько зол.

— О чем ты говоришь? Тогда, какого хрена ты так себя ведешь?

Он не должен был слышать о том, сколько он не спал. Теперь из-за осознания этого у него болит голова.

Айзек уставился на крыс, плавающих в канаве, и надавил на пульсирующие виски. В памяти всплыло лицо Фрейи, когда она только что вернулась с порога смерти.

Ее болезненно-белый цвет лица.

Ее улыбающееся лицо.

Ее голос, когда она сказала, что счастлива, что Айзек первым подошел к ней.

Он не знал, что сделало ее такой счастливой.

В любом случае, он не мог ответить честно.

Честно ответить, к кому он побежал, когда впервые почувствовал магию в крови Фрейи.*

*П.п: Если вы не поняли, он сначала побежал к Руби.

— Я не знаю.

— Если ты не знаешь, то кто знает?

— Хах, ты скучный ублюдок. Ты злишься из-за своей жены?

Жена. Жена.

Айзек осторожно закрыл глаза и покачал головой. Ее последний образ задерживался в его сознании.

В последний раз он видел ее тусклые глаза. Голубоглазая Рудбекия, яркость которой уменьшилась и вздрогнула, как котенок, испугавшись его грубого движения.

Казалось, она не осознавала этого, но ее светло-голубые глаза внимательно осматривали все вокруг, прежде чем сделать очередной шаг.

А Айзек никогда в жизни не был внимателен к своему поведению.

Даже перед лицом короля.

На его месте было бы очень утомительно следить за каждым своим жестом перед кем-то.

Поэтому он не мог уйти, даже если вел себя грубо.

Однако монстры, одержимые призывом магических камней, были в десятки раз опаснее обычных.

Угроза пламени и божественной силы была бесполезна.

Если бы десять тысяч монстров, пришедших в тот день, пересекли стены храма, и кровь Фрейи брызнула бы повсюду...

Он думал, что она поймет. Она поймет, когда он объяснит ей всю историю. Его грубое поведение и этот толчок были необходимы, он ничего не мог с этим поделать.

Но почему его беспокоили эти темные безжизненные глаза?

— Это бесполезно.

— Ты наконец-то это понял? Ты наконец-то пришел в себя? Да ладно, тогда...

— Может, к этому времени он уже превратился в гнилой труп на складе спиртного?

— Храм тоже подозрителен, но я с этим согласен. Источник магического камня и то, что слуга может исчезнуть так внезапно... Это ненормально. Кстати, Айзек.

— Что?

— Вероятно, что среди всех этих священников есть человек, который лижет ноги Папы. Не только у тебя есть такое подозрение. Многие подозревают, что за этим стоит семья твоей жены, так что...

— Это абсурд. Вряд ли мои родственники будут использовать магические камни, чтобы отравить кого-то отсюда и подвергнуть опасности свою собственную кровь.

— Судя по всему, это правда... Похоже, что твоя жена не входит в список подозреваемых?

— Какой странный вопрос. Это должно было быть очевидно с самого начала.

Его чувство понимания несколько отличалось от чувства Ивана.

Иван уставился на фигуру Айзека, ощущая чувство незнакомства, и вскоре пробормотал вслух:

— Боже мой, вы случайно не...

— В любом случае, судя по тому, что я видел, несправедливо подозревать в этом только храм, поскольку магические камни продаются и на черном рынке. Возможно, слуга специально использовал его, чтобы заставить нас сомневаться в семье моей жены. Пойди и найди врагов маркиза Фуриана или Фрейи...

— Эй.

— Что?

Айзек перестал идти и оглянулся, на его лице была видна усталость. Под его глазами залегли темные тени. Иван сглотнул, во рту пересохло. Не было ничего опаснее, чем невыспавшийся монстр.

— Поэтому?

— Что?

— Вот почему ты уже семьдесят часов пытаешься найти виновника. Поэтому?

Наступила тишина. Иван, который сказал это ни с того ни с сего, и Айзек, который перестал говорить, просто молча смотрели друг на друга в течение долгого времени.

— Что, почему?

— Я думаю...

— Что ты думаешь?

— Я думаю, что ты раздражен из-за того, что подозреваешь в этом свою жену. А вдруг ты найдешь преступника, и он подтвердит, что как-то связан с ней?

Айзек пошел вперед, ничего не отвечая. Наконец, узкие улочки закончились, и их встретила открытая площадь с мозаичными украшениями. Да, это было то, что нужно. Иван только теперь понял источник тревожного чувства, которое он ощущал все это время. Этот ублюдок не всегда обыскивал город, чтобы арестовать преступника.

Если его поймает Айзек, и тот был бы знатным жителем Элендейла, ему могло повезти, и он сохранил бы себе жизнь. Но если он был связан с храмом или со стороной Романьи... То его и след бы простыл.

— А если твоя жена...

— Мне все равно.

— Что?

— Мне все равно.

Он не говорил, что совсем не сомневается в своей жене. Просто это действительно не имело значения.

Даже если она и участвовала в этом, ей явно приказала сделать это ее семья. Не имело значения, имела она к этому отношение или нет. Даже если бы можно было полностью уничтожить улику, связанную с ней... Иван задумался, но он не думал, что это дело рук Рудбекии. Однако ее семья — это нечто другое... Да и мужчина как-то по-другому себя в эти дни ведет рядом с женой.

Это был не кто-нибудь, а Фрейя, которая чуть не умерла.

И все же, возможно, виновата была его жена, женщина, которую он так ненавидел.

— Почему ты так...

— Черт возьми, я тоже не знаю. Хватит болтать.

Я не знаю. Я тоже не знаю.

Айзек продолжал смотреть краем глаза. Паладины, ожидавшие на одной стороне площади, медленно приближались к ним.

— Привет, Айзек.

— Что опять? Хватит болтать...

— На самом деле, есть кое-что, что мы от тебя скрывали.

— Что именно?

— После того, как ты забрал Фрейю и ушел, этот ублюдок Лоренцо...

Лоренцо?

Странное чувство заставило Айзека повернуться к Ивану. И тогда...

— Господин Айзек!

К ним торопливо бежал стажер. Он не мог просто проигнорировать его, так как парень выглядел, будто несет важную весть.

— Господин Айзек, ранее пришло сообщение от принцессы Эллении...

— Элления? Что случилось?

Два рыцаря терпеливо ждали, пока Эндимион переводил дыхание. Наконец, Иван, чей фитиль перегорел, уже собирался взорваться, но Эндимион громко и горестно крикнул:

— Миледи пропала!

Чомп, чомп, чомп, чомп, чомп.

Я снова открыла глаза, когда странный шум защекотал мои уши. В нос ударил запах влажной земли и неизвестной крови.

Повернув тяжелую голову влево, я была ошеломлена зрелищем, которое вошло в этот мрачный и медленно проясняющийся обзор.

Огромная птица оглянулась на меня, подняв верхнюю часть тела.

Нет, это была даже не птица, но ее полусложенные крылья, морда и две передние лапы выглядели в точности как у птиц, но нижняя половина тела, включая задние лапы, была сформирована как у другого животного.

К той части, которая должна была быть хвостом, даже была прикреплена длинная полоска с четким леопардовым рисунком.

Возможно, это и правда был хвост.

Зверь выглядел странно — наполовину орел, наполовину леопард. Кроме того, что он ел? Монстр, похожий на грифона, на мгновение уставился на меня. Его холодные зеленые глаза казались несколько торжественными, а затем он снова спокойно сосредоточился на еде.

Судя по всему, монстр ел мертвую лошадь.

Я на мгновение закрыла глаза и молча поклонилась бедной лошади. Кажется, я потеряла сознание после того, как Попо обнял меня, но куда он делся? Почему Грифон, свирепый монстр, наблюдал за мной?

Только не говорите мне, что это был настоящий Попо.

Похоже, Попо предпочитал человеческое мясо лошадиному.

Оглядевшись, я заметила, что нахожусь в пещере. Сосульки, свисающие с крыши, словно драгоценные камни, казались излишне художественными. Повернувшись направо, я увидела вход.

— Пурунг, — Грифон, увидев, что я пытаюсь встать, топнул одной передней ногой и уставился на меня.

Хик.

Наступило мгновенная тишина.

Пока я думала, что сказать, монстр, Грифон или кто он там, вгрызся во что-то своим огромным клювом, выглядя очень угрожающе, и приблизился ко мне.

Затем он уронил что-то мне на колени.

— Ах!

Это было не что иное, как бедро разорванной лошади.

Я чуть не закричала от испуга. Почему он дал это мне?

— По, по, по, по, по, по, по!

Я поспешно оглянулась на звук приветственного голоса у входа.

Попо, где ты был?

Мой Попо прыгнул в ту сторону с чем-то, завернутым в гигантские листья, в лапах. Увидев меня, Попо остановился на месте. Попо повернулся к Грифону, вероятно, разговаривая с ним. Тем временем я сидела на земле и недоумевала, что происходит.

На мгновение мне в голову пришла странная мысль.

Возможно, это была лишь моя иллюзия, но Попо смотрел на Грифона с упреком. А грифон издал странный звук, как будто фыркнул.

А?

Прошло немного времени, прежде чем Попо поднял ногу лошади, случайно оказавшуюся у меня на коленях, и бросил ее в Грифона.

Шлеп!

Грифон, которого ударили за то, что он дал мне еду, пожаловался Попо:

— Пуру...

— По, по.

— Пурунг.

— По по.

Хотела бы я понять, что они говорят. Только не говорите мне, что вы тут ссоритесь.

— Эй... — осторожно прошептала я, и они оба оглянулись на меня, словно ожидая, что я заговорю. Это была ситуация, в которой другие люди подумали бы, что их жизнь в опасности, но, как ни странно, я не чувствовала страха. — Не ссорьтесь... — если бы кто-нибудь увидел меня, то наверняка сказал бы, что я сошла с ума.

Понял он меня или нет, но Грифон, который первым повернул голову, снова начал есть.

А Попо осторожно положил передо мной то, что держал в лапах, ковыляя на своих коротких ножках.

Я замешкалась. Мой взгляд упал на темно-синие плоды в большой тарелке из листьев.

Попо уже обнажил свои грозные зубы в форме полумесяца. Будто улыбнулся.

— Это... черника?

— По.

— Ты хочешь, чтобы я их съела?

— По.

Понятно. Ты собирал чернику для меня. Я не могу представить, как трудно было собирать чернику с такой внешностью, но...

— Спасибо.

Он будет разочарован, если я не съем это. Он ведь принес ягоды лично для меня.

Я взяла круглые ягоды и положил их в рот. На вкус они оказались неплохими, немного горьковатыми, сладкими и кислыми.

Не успела я опомниться, как Грифон перестал есть конину и сидел неподвижно, глядя на меня, сложив лапы.

Я подумала, что ему нужен десерт, поэтому выбрала несколько ягод черники и положила ему. Это такая странная ситуация. Я сидела с Попо и Грифоном и съела половину черники в одиночку, но, в отличие от обычного моего состояния после еды, меня не тошнило.

Сладкий вкус ягод только улучшил мое настроение.

Если подумать, моя болезнь, казалось, значительно уменьшилась. Что сделал Попо? Или... Подождите, разве у меня не пошла кровь из носа перед обмороком?

— Привет, ребята.

— По?

— Пурунг.

— У меня что-то на лице?

Было бесполезно думать о своем виде, но я не могла удержаться, когда представила, как плохо я выгляжу из-за недавнего кровотечения из носа.

Попо и Грифон на обменялись взглядами, а затем одновременно покачали головами.

Точнее, Попо качнул телом из стороны в сторону, а Грифон покачал головой.

Правда?

— По, по, по, по, по.

Попо быстро замахал лапами. Это было знакомое движение. Как будто кто-то умывается.

— Нужно умыться?

— По, по.

— Ты умыл меня?

— По.

— Понятно. Спасибо.

В этот момент...

Грифон, который собирался податься вперед, внезапно поднял свое тело, и Попо тоже встал. Зубы Попо перестали сверкать.

А потом...

— Эй, это, черт возьми, реально? Это действительно работает?

— Хороший урожай впервые за долгое время. Давайте посмотрим... Ух ты, разве это не грифон?

— Грифона мы поймаем позже. Но что это за штука? — шум определенно принадлежал людям.

Грубые громкие голоса, которые резали слух. Мне стало нехорошо. Ощущение спокойствия исчезло, и сердце начало быстро биться.

— Что... Подождите, разве это не женщина в углу? Человеческая женщина?

— Банши... Она, должно быть, трансформировалась. О, но банши приносят одно несчастье...

— Это из-за того, что люди умирают, когда слышат ее плачь, идиот. В конце концов, ты просто притворяешься умным.

Без всяких колебаний, люди, вошедшие в пещеру, возбужденно болтали.

Двое мужчин и одна женщина. Все они были очень подозрительны, одеты в странную форму и возбуждены, как охотники.

У меня было чувство, что я знаю, кто они. Браконьеры.

Я слышала о браконьерах, которые незаконно охотятся и собирают ядра монстров, покупая реликвии на черном рынке. Похоже, их привели в лес после обнаружения магии с помощью реликвии, которая у них была.

— Эй, какая жалость. Банши должны быть грязными старыми ведьмами, но эта просто красавица...

— Давайте покончим с этим. Я видел, что здесь повсюду паладины, и если нас поймают, то нам конец.

Я не шевелилась и едва дышала. Попо и Грифон тоже почему-то не двигались.

Человек, держащий светло-голубой сверкающий меч, подошел к Попо, словно удивляясь. Рот Попо был плотно закрыт, скрывая зубы.

— Я не думаю, что они придут сюда. В легенде говорилось, что здесь спит детеныш гигантской ящерицы... Но что это за хрень? Кролик или енот? Как называлась эта тварь? Выглядит так глупо.

— Эй, давай сначала разберемся с этим. Этот монстр притворяется человеком, — рыжеволосая женщина махнула рукой в мою сторону.

В этот момент мужчина, который чесал живот, повернулся ко мне, чмокнув губами.

— Ку, ку, ку, ку, ку... — Гриффин издал звук смеха. Точнее, это был скорее низкий странный крик, но для моих ушей он звучал как смех. И... Попо открыл рот. Широко раскрытый рот Попо увеличился, открывая пространство, полное жутко красивых острых зубов и скелетов.

До самого конца я не издавала никаких звуков.

Небо, казалось, становилось все темнее и темнее, и начал накрапывать сильный дождь.

— Лорд Айзек.

Кто-то затушил сигарету о листья. Айзек покачал головой в знак отказа и посмотрел на труп Дурахана у своих ног. Это был монстр, которого он поймал некоторое время назад. Только оставшееся ядро чудовища и отрубленная голова валялись у его ног.

Почему они оставляли после себя только головы?

Его серебристые волосы быстро намокли. Он огляделся, откидывая назад мокрые пряди, которые мешали ему видеть. Все казались уставшими от трехдневных поисков, но было странно, что никто из них ничего не говорил об этом.

— Я тоже думаю, что здесь никого нет, — пробормотал Иван, который чуть не ударил ногой Дурахана по голове.

Айзек не ответил. Он слышал это уже три дня подряд.

— Знаешь что, Айз?

Иван редко использовал прозвище мужчины. За исключением тех случаев, когда он был в отчаянии или чего-то не хватало. Айзек отвернулся, потому что знал, что тот собирался сказать. Иван пожал плечами, глядя на широкую прямую спину своего друга.

Прошло уже три дня. Три дня они обыскивали лесной массив.

Обыскивать это место, где таились только чудовища, не имело смысла, но усилия Элендейла, включая городскую стражу, рыцарей Лонгинуса и рыцарей Круглого стола были сосредоточены здесь после того, как были найдены туфли пропавшей дамы.

Повезло, что люди, которые обычно безумно любят драться, долгое время работали вместе, не поднимая шума, но пока никакого прогресса не было.

В данный момент им следовало всерьез рассмотреть гипотезу о том, что безумец, похитивший Рудбекию, намеренно подбросил туда ботинок, чтобы сбить их со следа.

В каком-то смысле это был более перспективный вариант.

Если Рудбекию действительно затащили в эту область, то сейчас... Ни у кого не хватало смелости сказать об этом.

— Айз.

Вместо того, чтобы оглянуться, Айзек уставился на голову Дурахана.

Он не знал, почему продолжает смотреть на нее. Что-то такое зловещее, как отрубленная голова...

— Прошло уже три дня, Айз…

— Прошло четыре дня.

— А?

— Четыре дня.

Наступила тишина.

Под проливным дождем Иван опустил голову, потому что он вдруг почувствовал себя несчастным. То же самое чувствовал и Айзек. Три дня назад он нашел туфлю на рассвете, однако Рудбекия исчезла около четырех дней назад.

И еще немного позже он узнал об этом.

Спустя полдня после того, как Элления отправила сообщение Айзеку.

То есть до этого момента никто не знал, что с Рудбекией что-то случилось.

Это не имело смысла.

Невозможно, чтобы никто не знал о ее исчезновении в течение почти суток. Особенно человеку, которому требовались слуги хоть для малейшего движения.

Тем не менее, это произошло.

Кого ему винить? Кого он должен пинать?

Храм, который пригласил ее к себе? Она весь день слонялась без дела. Кучера и сопровождающих, которые вернулись, не сказав ни слова?

Охранников, которые не двигались с места, когда узнали, что она не вернулась домой? Герцог, который весь день находился в поместье?

Элления, которая вернулась домой вечером, навестив Фрейю, и не получила никакого сообщения, пока не легла спать?

Или он сам?

Айзек грубо потер мокрое от дождевой воды лицо тыльной стороной ладони.

В конце концов, виноват был только он один.

Элления разрыдалась, говоря, что это все ее вина, но она никогда не была виновата.

Он сам сглупил, не обращая внимания на то, как обращались с Рудбекией в его же доме, когда он отсутствовал. Большинство слуг Омерты были старыми и преданными.

В частности, главная служанка, которая для Эллении была почти как мать.

Он еще не понимал, насколько суровыми они могут быть по отношению к «нарушителю».

Да и в день его дня рождения, когда произошла та несчастная ситуация, Элления прикрыла собственную служанку из-за того, что та была стара. Он подумал, что именно в этом кроется причина, поэтому оставил все как есть.

Ему не следовало этого делать.

Если бы Рудбекия с самого начала, с первого дня пребывания здесь дала бы о себе знать...

Но они оба по глупости думали, что все наладится.

Казалось, что отрубленная голова Дурахана смеется над ним.

Даже если над ним смеялся мертвец, ему нечего было сказать. Ему нечего было сказать, даже если бы он смеялся над ним за то, что он такой же, как его отец.

Это был просто нелепый самообман, когда он так старался отрицать брак.

Темные глаза снова заблестели.

Точнее сказать, в них был последний облик его жены.

Ее тусклые глаза и бледное лицо.

Рудбекия, у которой никогда не было такого выражение лица.

Когда ее бросили в банкетном зале, когда она не упала сразу с высокой температурой в обморок, когда говорила о чем-то непонятном в конюшне, плача и умоляя не отпускать ее, когда перестала звать его на их первую совместную ночь...

Рот отрубленной головы Дурахана зашевелился, изображая жуткую улыбку. Конечно, это была всего лишь иллюзия.

Была ли у него сейчас галлюцинация? Это было возможно, ведь он не спал почти семь дней. Он знал, что пытался сказать Иван, и что его спутники не могли произнести вслух.

Маловероятно, чтобы Рудбекия была жива где-то в этом лесу.

Тем не менее, Айзек не мог просто попросить их прекратить поиски.

Хотя вероятность этого была невелика, у него не было другого выбора, кроме как отчаянно держаться за мысль о том, что она жива. Монстр, который ворвался в спальню в первую ночь. Водяное чудовище, появившееся в пруду дворца Ангван. Когда она уехала, катаясь на лошади на празднике верховой езды. Когда она так благополучно вернулась.

Свидетельство Сергея. Даже если она была дочерью Папы Римского, ее божественность была меньше, чем у обычных людей.

Вещи, которые он не мог рассмотреть как следует, потому что был ошеломлен другими эмоциями, собирались вместе, вызывая плохие ощущения. Он не знал, что это такое, но не мог уйти, не узнав.

Он вспомнил свою мать.

Его мать слишком рано покинула этот мир. Забавно, что у него не было другого выбора, кроме как молиться матери, чье лицо теперь тускло светилось в его сознании.

Если бы он никогда больше не смог увидеть ее такой, если бы он никогда больше не смог найти ее, если бы ее слезы, улыбка и сверкающие волосы исчезли навсегда, он бы... Его голова закружилась. Бесчисленные послеобразы затуманивали его взор.

Ее худощавое тело, которое всегда было скрыто платьем. Шрам на спине, ее яркие глаза, голубые, как ясное небо, всегда смотрящие по сторонам... Она всегда улыбалась, даже когда казалось, что она вот-вот разрыдается.

Женщина, которая дрожала, как кролик, но при этом продолжала улыбаться.

Все то, о чем он не мог спросить. То, что он не мог сказать.

Изменилось бы что-то, если бы он сказал ей раньше, что означают для него ее поступки? Все то, чем он не хотел ее обидеть, причиняло ей боль.

И когда он понял, что уже слишком поздно, он отвернулся, потому что слишком сильно хотел быть рядом с ней...

— Господин Айзек.

Паладин с темно-рыжими волосами подошел к нему.

Айзек взглянул на него безучастно. В отличие от своего младшего брата Эндимиона, тот хотел сперва поговорить с ним.

“Я только что нашел подозрительную женщину в Районе С. Она похожа на браконьера...“

“Браконьеры болтаются вокруг в это время года?”

“Что за чушь?”

“Я не знаю. Это звучит как бред, но в то же время немного необычно. Она упомянула, что видела большого енота, который съел ее коллег. И Грифона, который играл с белокурой ведьмой… Не хотели бы вы взглянуть?”

“Ух ты, хороший урожай”.

Мы вышли, воспользовавшись короткой паузой в проливном дожде, в поле зрения появился орешник и кусты малины.

Пока мы с Попо усердно собирали ягоды, Грифон уселся в кустах и стал клевать кусок мяса, который принес с собой, будто это был ланчбокс с завтраком.

“Посмотри, кто это такие?”

“По, по, по”

“Они твои друзья? Здравствуйте?”

Когда я тепло помахала рукой, монстр застенчиво спрятался за деревом... Должно быть, еще один енотовидный монстр, но он помахал мне в ответ. Пробыв здесь несколько дней, мой круг друзей, казалось, расширился.

Я ходила босиком с тех пор, как потеряла обувь, но уже к этому привыкла.

И все же я была очень ошарашена, когда из кустов выскочил Василиск с большим яблоком в пасти и отдал его мне.

К сведению, яблоко было очень вкусным. Попо и Грифон держались рядом со мной, за исключением того короткого времени, когда другие монстры поочередно докучали нам. Это было забавно, казалось, что монстры пришли, услышав слухи обо мне.

Мое предположение о том, что Попо или я были необычными, позже подтвердилось. В оригинальной истории Рудбекия не обладала этой способностью, но, вероятно, об этом либо никто не знал, либо что-то произошло, когда моя душа вошла в ее тело.

Те монстры, что я видела прежде, были очень опасны. Но эти были более дружелюбны со мной, и я не чувствовала никакой угрозы для своей жизни рядом с ними. Хотя Попо, казалось, переживал, что я могу испугаться, когда увижу, как он глотает людей. Я же просто закрыла глаза и отвернулась, пойдя на компромисс и притворившись, что ничего не вижу.

Мне и в голову не приходило, что это было ужасно.

Попо определенно был монстром, а те люди незаконно охотились на монстров.

Они были браконьерами.

Это как с дикими хищниками, вы не можете ожидать от них человечности.

Поэтому я просто отвернулась, когда Попо проглотил тех мужчин. Девушка упала в обморок, и я не знаю, что произошло после того, как Грифон забрал ее. Даже если бы он проявил милосердие, было бы трудно выбраться из этого леса в одиночку.

“Давай возьмем ягоды и вернемся в пещеру. Похоже, скоро снова пойдет дождь.”

“По”

Попо покачал телом взад-вперед, но Грифон надулся и фыркнул. Его выражение говорило о том, что дождь для него был пустяком.

Конечно, причина, по которой я быстро вернулась в пещеру, заключалась в том, о чем браконьеры говорили перед смертью. Вокруг было много паладинов, и они навряд ли пришли бы в эту пещеру… из-за детеныша ящерицы, который обитал здесь, или еще чего-то в этом роде?

Я бы удивилась, узнав, что Айзек ищет меня, ведь я вела себя как идиотка.

Каким бы богатым ни был Север, невозможно развернуть такой широкомасштабный поиск, чтобы отыскать меня здесь. Если бы кого-то похитил демон, он, вероятнее всего, был бы уже мертв.

И как только бы стало известно, что я потерялась, все подумали бы также… ну, может быть, Ватикан поискал бы меня пару дней.

Возможно мой муж…

Эх, ладно, он всегда был холодным парнем.

“По, по”

Попо подошел ко мне ближе, протянул свои лапы и притянул меня к себе. Должно быть, я снова уставилась вниз. Хороший мальчик. Ха-ха, мне просто спрятаться здесь с ними? Даже если бы я вернулась, меня бы неправильно поняли и отругали.

Не так давно сбежать казалось мне нелепым планом. В этом мире, где не существовало понятия о правах человека и безопасности, я стала бы добычей преступников и охотников за головами, независимо от того с каким богатством бы я бежала.

Единственным местом, где я могла бы скрыть свою личность и безопасно спрятаться, был монастырь, но Цезарь был из тех, кто искал бы меня по всему миру.

Но теперь, отказавшись от благ цивилизации, это был один из лучших вариантов жить инкогнито, в этом лесу вместе с Попо.

Хотя это было рискованно, я еще не встречала всех возможных существ, что тут обитали, а также нам приходилось отчаянно прятаться от браконьеров и паладинов.

Меня, вероятно, примут за ведьму, и рано или поздно за мою голову объявят награду... Черт возьми, чего бы это ни стоило, в любом случае это лучший шанс на выживание.

Почему моя судьба выглядела именно так?

“Пурунг...”

В то время как я всерьез подумывала о том, чтобы стать женщиной Тарзаном, Грифон, который энергично срыгивал после того, как разодрал все лошадиные ребра, внезапно захлопал крыльями и поднялся. Попо проскочил мимо меня и встал бок о бок с Грифоном.

Что, браконьеры снова объявились?

Пока я прислушивалась, затаив дыхание, раздался слабый звук.

Много металлических звуков… это определенно был стук подков. Когда около пяти или шести всадников появились на затянутой туманом лесной дорогое, я на мгновение подумала, что это паладины. Но, к счастью, это были не они. Это были дураханы.

“Грррррр...”

Грифон издал угрожающее рычание, как будто оно что-то обозначало. Попо, с другой стороны, застыл неподвижно. Но не как в тот раз, когда появились браконьеры.

Кажется, Попо боялся дураханов.

Даже когда мы впервые встретились, Попо прятался со мной в кустах, пока мимо проезжал дурахан. Я не понимала, почему он боялся их, в то время как мог проглотить человека, вооруженного святыней.

Грифон же, основной пищей которого является конина, был скорее насторожен, чем напуган.

Если так подумать, то этим двоим, похоже, было все равно, на нахождение поблизости Василиска или других енотовидных монстров. Так чем же отличался дурахан? Было ли это потому, что тот был рыцарем?

Прежде невиданная мной реакция Попо и Грифона заставила меня испугаться.

Дурахан, возглавляющий процессию, бросил что-то в мою импровизированную корзинку, стоящую на земле. Шлем приземлился у моих ног. Я была шокирована. Это было жутко и нелепо, и я не смогла удержаться от крика.

“АААА!”

Далее все произошло в мгновение ока. Попо прыгнул и поднял меня, а Грифон взлетел в воздух. Затем он схватил Попо за уши передними лапами и бросился наутек! В этот момент моя душа ушла в пятки. Вот теперь я действительно цыпленок в когтях у орла!

Конечно, дураханы не просто пялились, как собака, что гоняет цыплят.

Подавляя свой страх, я взглянула вниз, они преследовали нас ужасающим образом. Казалось, что они катятся на коньках, а не бегут.

Тоскливые крики лошадей заставляли мою спину покрываться мурашками. Чего, черт возьми, они хотели?

“Ааааааааааааа!”

В мгновение ока мы вернулись в пещеру. Грифон резко спикировал вниз и сбросил нас словно снаряд. Сразу после этого Попо слепо побежал вовнутрь со мной подмышкой.

Пока мы спускались по извилистому склону пещеры, Грифон со свистящим звуком обогнал нас. Наконец бесконечный склон закончился, и мы упали в темное пространство, заполненное грудой камней.

Попо аккуратно отпустил меня. Я села на кучу камней, вытянув ноги, чтобы собраться с мыслями.

О, моя голова. Мне показалось, что у меня начался нервный тик. Тишина заполняла это место. Я долго прислушивалась, затаив дыхание, но ничего не слышала. Они прекратили погоню?

“Ку, ку, ку, ку...”

Грифон, который сидел рядом со мной, попеременно глядя на нас своими зелеными глазами, сияющими ярким флуоресцентным светом, внезапно приоткрыл клюв и издал странный звук. По какой-то причине это прозвучало как смех.

“Попопопо...”

“Пффф...”

Я рассмеялась, хотя ситуация была совсем не смешной.

Я закусила губу, тихонько хихикая, и наконец, расхохоталась.

Я не знала, почему продолжала смеяться.

Я не знала, сколько времени прошло с тех пор, как я так смеялась…

“По, по, по, по!”

Даже Попо выглядел довольным.

Он взмахнул лапами и любвеобильно прижался к куче камней, как кошка, увидевшая кошачью мяту. Ему нравилась эта груда камней?

“По, по, по!”

Дзынь, дзынь.

Счастливый Попо подбрасывал в воздух сверкающие камни. Странно. Что это за камни?

“Пурунг...”

Недолго думая, я подняла камень рядом с собой и взглянула на него. Точнее, поднесла его вплотную к сияющим глазам Грифона, чтобы использовать их в качестве источника света.

Он тоже принимал ванну из камней, так что это оказалось немного хлопотно.

“...рубин?”

Грифон радостно щелкнул клювом.

Разве этот камень не был похож на рубин? Камень моего прозвища, настоящий драгоценный камень!

Я стала исследовать другие камни. Некоторые были ярко-красными, как рубины, некоторые были похожи на сапфиры, другие были изумрудами и бриллиантами… Но это были настоящие драгоценности, а не стекло. Все эти камни… о, мой бог, неужели мы нашли сокровищницу в пещере?

“По, по, по!”

“Пурунг, пурунг, пурунг”

“Ух ты...“

Я направилась к двум монстрам, играющим в сокровищнице, с отвисшей челюстью.

Айзек смотрел на него безучастно. Мужчина хотел сначала поговорить с ним, в отличие от своего младшего брата, Эндимиона.

— Я только что нашел подозрительную женщину в округе С. Она похожа на браконьера...

— Разве браконьеры бродят по округе в этом сезоне?

— Она была без сознания. Я не знаю, оставили ли ее друзья или что-то другое с ней произошло. В любом случае, я разбудил ее, а она начала нести какую-то чушь.

— Какую чушь?

— Я не знаю. Это похоже на тарабарщину, но она немного странная. Девушка упоминала, что видела большого енота, а енот съел ее коллег. И там был грифон, который играл с белокурой ведьмой... Не хочешь взглянуть?

— Ого, хороший урожай.

Спрятавшись под деревом от дождя, мы увидели лес с орешником и кустами малины.

Пока мы с Попо усердно собирали плоды, грифон сидел в кустах и отрывал кусок мяса, который он принес в качестве ланч-бокса.

— Смотри, кто это такие?

— По, по, по.

— Это твои друзья? Привет!

Когда я тепло помахала рукой, монстр робко заскочил за дерево... Должно быть, это был другой енотовый монстр. За несколько дней, проведенных здесь, круг моих друзей, казалось, стал еще больше.

Я ходила босиком, так как потеряла обувь, но уже даже привыкла к этому.

И все же я очень удивилась, когда из кустов выскочил василиск с большим яблоком во рту.

К вашему сведению, яблоко было очень вкусным. Попо и грифон были рядом не всегда, поэтому другие монстры тоже попеременно приходили к нам. Это было забавно, но мне казалось, что монстры пришли, услышав слухи обо мне.

И гипотеза о том, что Попо был необычным или же я, позже подтвердилась. Рудбекия в оригинальной книге обладала этой способностью, но было непонятно, то ли никто не знал об этом, то ли что-то произошло, когда моя душа вошла в это тело.

Это было опасно, судя по тому, что я видела до сих пор, они были более послушны со мной. И я не чувствовала никакой угрозы или страха рядом с ними. Хотя Попо, казалось, беспокоился, что я могу испугаться, когда увижу, как он глотает людей. Я просто закрыла глаза и отвернулась, пойдя на компромисс и притворившись, что ничего не вижу.

Мне даже не пришло в голову, что этот поступок был ужасным.

Попо определенно был монстром, а браконьеры незаконно охотились на монстров и продавали их.

Как и в случае с дикими хищниками, невозможно было придерживаться человеческих стандартов.

Поэтому я просто отвернулась, пока Попо заглатывал обоих мужчин. Даже если бы грифон проявил милосердие, было бы трудно выбраться из этого леса в одиночку.

— Давайте подберем их и вернемся в пещеру. Похоже, скоро снова пойдет дождь.

— По.

Попо раскачивал свое тело взад и вперед, но грифон надулся и фыркнул. Его поведение говорило о том, что дождь — это ерунда.

Конечно, причина, по которой я быстро вернулась в пещеру, была в том, что сказали браконьеры перед смертью. Вокруг было много паладинов, но они не пришли в эту пещеру... Из-за детеныша ящерицы, который жил здесь, или из-за чего-то еще?

Я подумала, не ищет ли меня Айзек, но это явно были только мои мечты.

Независимо от того, насколько богат был Север, он не смог бы начать полноценный поиск. Если бы кого-то похитил демон, он, скорее всего, был бы мертв.

И как только сказали, что я потерялась, все бы подумали так же... Ну, может быть, Ватикан поискал бы меня несколько дней.

Может быть, мой муж...

Ну, он всегда был холодным парнем.

— По, по.

Попо, который подошел ко мне ближе, протянул свои хлопающие лапы и потянул меня. Я, должно быть, снова посмотрела вниз. Хороший мальчик. Хаа, возможно, мне просто стоит спрятаться здесь с ними? Даже если я вернусь, меня не поймут и будут ругать.

Еще недавно план убежать далеко-далеко был нелепым. В этом мире, где не существовало понятия о правах человека и безопасности, с каким бы богатством я ни сбежала, я стала бы добычей преступного мира и охотников за головами.

Единственным местом, где я могла скрыть свою личность и спрятаться в безопасности, был монастырь, но Чезаре был человеком, который будет искать меня по всему миру.

Но теперь, вместо того, чтобы отказываться от благ цивилизации, возможно, есть один способ — жить в укрытии с Попо.

Хотя здесь есть определенный риск, я еще не встречала страшных существ, да и мы отчаянно прятались от глаз браконьеров и паладинов.

Меня наверняка заклеймят как ведьму, и рано или поздно начнется массовая охота на ведьм... Черт, возможно, это того стоит, ради шанса на выживание.

Почему моя судьба сложилась именно так?

— Пурунг...

Пока я всерьез размышляла о превращении в женскую версию Тарзана, грифон, который энергично рыгал после того, как ободрал все лошадиные ребра, вдруг захлопал крыльями и подтянулся. Попо тоже проскочил мимо меня и приблизился к грифону.

Что, опять появились браконьеры?

Затаив дыхание, я услышала слабый звук.

Лязг множества металлических предметов... Это определенно был звук подков. Когда за туманной лесной дорогой показались пять или шесть конников, я на мгновение подумала, что это паладины.

Но, к счастью, это были не они. Это были Дураханы.

— Гррр...

Грифон издал угрожающее рычание, как будто хотел что-то сказать. Попо, с другой стороны, застыл.

Да, Попо боялся Дураханов.

Даже когда мы только познакомились, Попо прятался со мной, когда один из них подошел слишком близко. Я не знала, почему он боялся Дурахана. Хотя тот может загрызть человека, вооруженного священным предметом...

С другой стороны, грифон, основной пищей которого является конина, был скорее насторожен, чем напуган.

Если подумать, этих двоих, похоже, не волновало, был ли рядом василиск или другие енотовые монстры. Но что отличало Дурахана от них? Может быть, дело в том, что он был рыцарем?

Новая реакция Попо и гриффина заставила меня тоже начать бояться.

Дурахан, который был впереди, бросил что-то в корзину с листьями на земле. Шлем приземлился у моих ног. Я была потрясена. Это было жутко и нелепо, но я не могла не закричать.

— Аааа!

Далее все произошло в мгновение ока. Попо прыгнул вперед и подхватил меня, а грифон взлетел в воздух. Затем он схватил Попо за ухо двумя передними лапами и начал быстро улетать! В этот момент моя душа практически вылетела из тела и рассеялась. У меня было такое чувство, словно я была птенцом и попалась в когти орла!

Конечно, Дураханы не просто смотрели в пустоту, как собака, гоняющаяся за цыплятами.

Подавив страх, я посмотрела вниз и увидела, что они преследуют нас. Казалось, что они не бегут, а скачут.

От тоскливых криков лошадей у меня по позвоночнику пробежали мурашки. Какого черта они хотели?

— Аааа!

В мгновение ока мы вернулись ко входу в пещеру. Грифон быстро приземлился, как будто скользил, и упал вниз. Вскоре после этого Попо начал слепо бежать внутрь, держа меня за одну руку.

Пока мы скользили вниз по извилистому склону входа в пещеру, грифон со свистящим криком лидировал впереди. Наконец бесконечный склон закончился, и мы упали в темное пространство, заполненное грудами камней.

Попо осторожно отпустил меня. Я села, вытянув ноги на груду камней, чтобы немного прийти в себя.

О, моя голова. Казалось, что мои глаза дергаются. Тишина заполнила все вокруг. Я долго прислушивалась, затаив дыхание, но ничего не услышала. Неужели они прекратили погоню?

— Ку, ку, ку, ку, ку...

Грифон, который сидел рядом со мной и попеременно смотрел на нас зелеными глазами, сияющими ярко, как флуоресцентная лампа, вдруг частично открыл клюв и издал странный крик. По какой-то причине он прозвучал как смех.

— По-по-по-по...

— Пфф...

Я рассмеялась, хотя ситуация была не смешной.

Я кусала губы, тихо смеясь, и наконец разразилась смехом.

Я не знала, почему я продолжала смеяться.

— По, по, по, по!

Даже Попо выглядел довольным.

Он хлопал лапами и катался по куче камней, как кот, увидевший кошачью мяту. Нравится ли ему эта груда камней?

— По, по, по!

Бах, бах.

Довольный Попо подбрасывал в воздух сверкающие камни. Это было странно. Что это за камни?

— Пурунг...

Недолго думая, я подобрала камень под своим телом и взглянула на него. Точнее, к нему были приближены сияющие глаза Грифона, которые я использовала в качестве источника света.

— Рубин?

Грифон радостно щелкнул клювом.

Разве это не похоже на рубин? Не мое имя, а настоящий драгоценный рубин!

Другие камни тоже были подобраны и осмотрены. Некоторые были ярко-красного цвета, как рубины, некоторые оказались сапфирами, другие — изумрудами и бриллиантами... Но это были настоящие драгоценные камни, а не стеклянные. Значит, все эти камни... О, мой пес, неужели мы нашли в пещере настоящую сокровищницу?

— По, по, по!

— Пурунг, пурунг, пурунг.

— Вау...

У меня отвисла челюсть, и я уставилась на двух монстров, катающихся по сокровищам.

Я слышала, что есть монстры, которых привлекают особенно блестящие драгоценности, но теперь, когда я увидела их, они, казалось, были очарованы всеми камнями сразу.

Может быть, эти двое прятали здесь свои драгоценности? Эти парни были действительно богаты!

Было слишком темно, чтобы разглядеть детали, но по приблизительной оценке это пространство казалось огромным. Камни были разбросаны до самых стен, которых не было видно. Если все это были драгоценности, то Попо и Грифон были богаче моего отца.

“О мой бог”

Каково это - принимать ванну из драгоценностей? Я решила на мгновение забыть о своем человеческом достоинстве. Когда еще я смогу это повторить?

“Эй, ребята, вы потрясающие! Просто невероятные! Самые лучшие!”

Мы играли, как маленькие дети, я была ошеломлена ощущением отскакивающих от моего тела драгоценных камней. Когда я съехала вниз по самой крутой горке, то нашла огромный драгоценный камень прямо у своих ног.

Что это? Драгоценный камень, о котором я не знала?

Он выглядел больше моего кулака.

Кроме того, в этой темноте он сиял ярким золотым цветом, достаточно ярко, чтобы его было хорошо видно.

Именно в тот момент золотой драгоценный камень начал медленно подниматься в воздух. Он имел форму, близкую к сфере, прямо по центру у него были необычные вкрапления. Нет, правильнее было бы сказать, что гора начала подниматься. По мере того как камень поднимался все выше и выше, бесчисленное множество драгоценностей каскадом падало вниз.

Только два золотых камня продолжали подниматься вверх.

Потребовалось много времени, чтобы осознать, что это были глаза, а не драгоценные камни. Глаза могущественного существа, которого я никогда не встречала и не представляла, что встречу.

Правду говорят, что когда человек сталкивается с явлением, которое противоречило его или ее здравому смыслу, когда он или она осмеливались противостоять или испытывали страх перед чем-то непобедимым, он или она просто оставались стоять на месте как вкопанные.

Я вспомнила книгу, которую читала для справки перед отъездом из Романии.

В отличие от интеллектуальных, высокомерных и оскверненных образов, встречавшихся в средствах массовой информации из моей прошлой жизни, "он" был близок к тому, чтобы возглавить пищевую цепочку монстров, и заслуживал называться не иначе, как слугой сатаны.

Говорили, что в последний раз он появлялся на Севере десятилетия назад.

Но…

Дождь, который на некоторое время прекратился, снова начал лить.

Когда они проходили через самую дремучую часть леса, подземные туннели, вырытые крысами, и паутина помешали беспрепятственному ходу экспедиции.

Ко всему прочему добавлялись тоскливые крики ледяного волка со всех направлений.

“Сэр”

Айзек остановился и оглянулся на своих спутников, которые следовали за ним. Их было шестеро, элитные воины, включая его самого, Ивана и Галара – тех, кто был способен выдержать этот поход, и кому можно было доверять в зоне повышенного риска. Эндимион, разумеется, был исключением. Айзек не мог понять, почему этот трус не отставал от них, но решил не обращать на него внимание.

Если что-нибудь случится, Галар позаботится об этом. Он был его братом.

“Ты серьезно? Сумасшедшая женщина сказала...”

Не хватало зацепок. Во-первых, все было не логично. Было не ясно, как браконьеру удалось в одиночку покинуть пограничную зону. На половину глухая браконьерша утверждала, что енотовидный монстр съел всех ее друзей и бросил в том месте, где ее нашли.

Раньше Айзек решил бы, что это чушь, и сразу же разозлился бы, как обычно. Если бы только она не сказала, что видела белокурую ведьму в пещере Рома.

Одним из самых красивых созданий в морозном лесу была та, кто соблазнял людей, создавая лишь иллюзию красоты. Опытному паладину это нужно было помнить, и Айзек никогда не попадался на подобный трюк. Тем не менее, слово "белокурая" заставило его проделать весь этот путь сюда, так как у него не было другого выбора – он отчаянно нуждался в малейшей возможности.

“Твой ученик прав. Аз, подумай еще раз сейчас. Даже если то, что сказала браконьерша, правда, нет никаких шансов, что это твоя жена...”

“Если вы продолжите болтать, то можете возвращаться обратно прямо сейчас”.

“Ах ты сукин сын......”

Иван выругался, коллеги, привыкшие к его резким словам, нахмурились, но даже тогда он не отступил.

“...Ах, черт возьми. Почему ты попросил нас пойти с тобой?”

“Что ты хочешь услышать?”

“Этот ублюдок...”

“Архиепископ Ли… Я не могу доверять людям из вне прямо сейчас.”

Самые надежные паладины переглянулись, продолжив движение. Что случилось с этой разрушительной машиной, которая всегда верила только в себя? Как и предполагалось, все выглядело так, будто он не может справиться с недостатком сна.

Затем Айзек ворвался в пещеру Рома, которая была слишком огромной. Он и сам не мог сказать, какую слепую надежду питал.

Если бы Рудбекия вошла сюда с самого начала, у нее не было бы никаких шансов остаться в живых к настоящему времени.

'Могут ли монстры понимать, что говорят люди?'

В этот момент его головой завладел вопрос, который она задала, поклевывая рагу на следующее утро после их совместной ночи. Не похоже, что тогда он сделал какие-либо выводы. Она просто была в ошеломлена. Но о чем она думала в то утро? Почему она так удивилась, когда он попросил ее посетить храм? Почему он думал о том, как она своими тоненькими ручками сделала букет из собранных ею цветов?

“Я должен был принять их...”

“Что? О чем ты вдруг заговорил?”

Он должен был принять их тогда. Он должен был принять цветы, которые она подарила с такой яркой улыбкой. Он должен был принять их вместо того, чтобы обвинять в том, что ее руки испорчены.

“Эй, Аз, остановись на секунду. Я правда сейчас плохо себя чувствую.”

И все же она поцеловала его в щеку. Как жена сделала бы это для своего мужа, как его мать сделала бы для его отца. На мгновение ему показалось, что его лицо побелело.

Может быть, это было предзнаменованием?

"Иван, остановись...”

“Ребята, погодите. Аз, ты же знаешь, как выглядит пещера Рома в наши дни. Ха, черт возьми, если твоя жена в этой пещере, то сейчас...”

Иван, казалось, был полон решимости произнести это слово вслух.

Что, если он не сможет вынести вид ее мертвого тела, и сможет ли он жить после того, как увидит ее, разорванную на куски…

"......Аааа!”

Внезапно раздался крик.

Это был немыслимый шум для этого места.

На мгновение воцарилась тишина. Это был многозначительный момент, когда Айзек и остальные парни, откинув головы назад, стиснули зубы. Неизвестно, кто открыл рот первым – вероятно, Галар. В тот момент, когда он попытался заговорить, его слова потонули в оглушительном реве, который сотряс небо и землю.

КРУУУУААА

“А-а-а-а-а!”

Мне не следовало кричать.

Независимо от того, насколько я была напугана этим монстром класса космического ужаса, я не должна была кричать.

Не думаю, что можно выглядеть приятно в глазах домовладельца, после того как ты вероломно ворвешься в его владения и выдернешь пару волос из его носа во время сна. Хозяин пещеры, или, ну хорошо, находящийся под угрозой исчезновения верховный монстр, конечно же, ответил на мой крик устрашающим ревом.

КРУУУУААА

Небо и земля, казалось, содрогнулись.

Горы драгоценных камней закачались и разлетелись в разные стороны подобно гальке.

Удивительно, что пещера не рухнула в тот момент. На мгновение я чуть было не потеряла сознание. Только когда почувствовала, как бедные Попо и Грифон прижимаются ко мне своими огромными телами, я ощутила, что немного пришла в себя.

“Я-я... мне так жаль, пожалуйста, спасите меня! Я не знала, что вы здесь! Я просто бежала и каким-то образом попала сюда! Никто из нас не крал ваши драгоценности! Я сейчас уйду!”

Дракон, который впился в меня взглядом, когда я извергала бессмыслицу, на мгновение принял серьезный вид. Сначала я думала, что это виверна*, но виверны не могли быть такими большими.

Глаза виверн были зелеными, как у других морских существ, а у него были ярко-золотыми.

“Гррррррррр......”

“П-позвольте мне уйти...”

Мое сопротивляющееся тело взметнулось в воздух.

От цыпленка в когтях орла до цыпленка в когтях дракона. Боже, ты прикончишь меня вот так? Нет, я не могу умереть такой собачьей смертью! Спаси меня, Айзек!

“По, по... по, по, по, по!”

“Попо! Беги!”

Мои глаза заслезились от дыхания, которое безжалостно сотрясло мое тело. Попо взмахнул руками, прыгнул и укусил дракона за лодыжку.

Я тронута, но спасайся сам, идиот!

Над моей головой раздался свист.

Грифон кружился в воздухе, пытаясь вцепиться дракону в шею. Конечно, дракон, возглавлявший пищевую цепочку в мире монстров, не сдвинулся с места. Нет, он даже не взглянул на них. Его не возможно было одолеть.

“Гррррраа...”

Гигантская морда приблизилась к моему лицу. Его огромные ноздри, чешуя цвета индиго и жуткие золотые глаза были злобными, как и сам зверь.

Горячее дыхание коснулось моего лица.

"Я-я сожалею...”

Именно тогда дракон, обнюхав, внезапно отпустил меня. Как будто он ничего и не делал, он положил меня на груду драгоценностей и просто уставился.

Понимал ли он меня, как другие монстры......? Или он просто отпустил меня, потому что был ленив?

Я поднялась на ноги и притворилась, что отряхиваюсь. Таинственный дракон все еще наблюдал за мной. Наконец, я собралась двинуться в ту сторону, откуда пришла раньше. Как раз в тот момент, когда я собиралась бежать, его нога сдвинулась и преградила мне путь!

______________________________________________________________________________________

*Виверн или виверна — мифическое существо с крыльями и двумя лапами, часто с хвостом гадюки. Такие образы богато представлены в средневековой живописи и геральдике. Наибольшим сходством с виверной обладает другое мифическое существо — дракон.

Я слышала, что существуют монстры, которых особенно привлекают блестящие драгоценности, но теперь, когда я смотрю на них, казалось, что все очаровались бы ими.

Может быть, эти двое прятали здесь свои драгоценности в качестве укрытия? Эти парни. Теперь, когда я увидела их, они были действительно богаты!

Было так темно, что трудно было разглядеть детали, но на первый взгляд это помещение казалось очень большим. И драгоценности были рассыпаны до конца невидимой стены. Если бы это были все драгоценности, Попо и Грифон были бы богаче моего отца.

— Это невероятно.

Каково это — быть похороненным в горе драгоценностей? Я решила на мгновение забыть о своем человеческом достоинстве. Когда еще я смогу лечь на гору драгоценных камней?

— Эй, ребята, вы потрясающие! Вы потрясающие! Самые лучшие!

Мы играли, как маленькие дети, а меня переполняло ощущение радости от рассыпавшихся вокруг драгоценных камней. Когда я, как на санках, скатилась вниз по самому извилистому участку, то обнаружила прямо у своих ног огромный драгоценный камень.

Что это было? Драгоценный камень, о котором я не знаю?

Он выглядел больше моего кулака.

Кроме того, в этой темноте он сиял золотым светом, достаточно ярким, чтобы его можно было хорошо разглядеть.

Затем золотой драгоценный камень начал медленно подниматься в воздух. Его форма была близка к сфере, но в центре было что-то необычное... Нет, правильнее было бы сказать, что стала подниматься гора погребенных драгоценностей. По мере того, как она поднималась все выше и выше, бесчисленное количество драгоценностей каскадом падали вниз.

Потребовалось много времени, чтобы понять, что это были глаза, а не драгоценности. Глаза могущественного существа, которого я никогда не встречала и не могла себе представить его существование.

Мне кажется, правильнее сказать, когда человек сталкивается с явлением, которое отклоняется от его привычного взгляда на мир, когда он осмеливается противостоять или испытывает страх перед чем-то непобедимым, он просто остается на месте.

Перед отъездом из Романьи я вспомнила одну книгу, которую читала для справки.

В отличие от интеллектуальных, высокомерных и порочных образов, встречавшихся в СМИ в моей предыдущей жизни, «он» был близок к тому, чтобы стать главным хищником среди монстров, которому угрожало клеймо слуги сатаны.

Говорили, что в последний раз он появлялся на Севере несколько десятилетий назад.

Но...

Дождь, прекратившийся на некоторое время, начал лить снова.

Когда они проходили через самую глубь леса и границу, подземные туннели, вырытые крысами, и паутины, расставленные пауками, мешали беспрепятственному движению.

К этому добавились тоскливые крики морозного волка со всех сторон.

— Господин.

Айзек остановился и оглянулся на своих спутников, которые шли следом. Было только шесть элитных солдат, включая его самого, Ивана и Галара — тех, кто был способен выстоять и кому можно было доверять в зоне повышенного риска. Эндимион, конечно, был исключением. Айзек не мог понять, почему трус хочет идти с ними в ногу, но решил смириться с этим.

Если что-то случится, Галар позаботится об этом. Он был его братом.

— Ты серьезно? Эта сумасшедшая женщина сказала...

Подсказок не хватало. Все было нелогично. Было непонятно, как браконьерка в одиночку выбралась из пограничной зоны. Полуглухая браконьерка утверждала, что енотовидное чудовище съело всех ее друзей и бросило ее в том месте, где ее нашли.

Раньше Айзек решил бы, что это чепуха, и тут же разозлился бы, как обычно. Если бы только она не рассказала, что видела в пещере Ромы белокурую ведьму.

Одно из самых прекрасных созданий в морозном лесу — та, что завлекала людей, создавая иллюзию красоты. Будучи обученным паладином, об этом следовало помнить, и Айзек никогда не попадался на такую уловку. Тем не менее, слово «блондинка» заставило его проделать весь этот путь, поскольку у него не было другого выбора — он отчаянно нуждался в малейшей возможности.

— Твой стажер прав. Айз, подумай еще раз. Даже если то, что сказал браконьер, правда, нет никаких шансов, что это твоя жена...

— Если ты собираешься продолжать болтать, вы, ребята, можете вернуться вместе.

— Ты, сукин сын... — Иван ругался до тех пор, пока даже его коллеги, привыкшие к его резким словам, не нахмурились, но он не отступил. — Ах, черт. Почему ты попросил нас пойти с тобой?

— Что ты хочешь услышать?

— Этот...

— Архиепископ Ли... Я не могу сейчас доверять людям снаружи.

Паладины обменялись взглядами друг с другом. Что случилось с этим разрушителем, который всегда верил в себя? Как и ожидалось, похоже, он не смог справиться с недостатком сна.

Затем Айзек поспешил в пещеру Ромы, которая была огромной. Он и сам не мог понять, что за слепую надежду он питает.

Если бы Рудбекия попала сюда с самого начала, у нее уже не было бы шансов остаться в живых.

«Могут ли монстры понимать, что говорят люди?»

Утром после их первой ночи вопрос, который он задал, обгладывая тушеное мясо, заняло его голову. Не то чтобы она сделала из этого какие-то выводы. Она просто была в оцепенении. Но о чем она думал в то утро? Почему она так удивилась, когда он предложил ей посетить храм? Почему он вспомнил, как она своими стройными руками сделала букет из собранных ею цветов?

— Я должен был согласиться...

— Что? О чем ты вдруг заговорил?

Он должен был принять это тогда. Он должен был принять цветы, которые она подарила ему с улыбкой на лице. Он должен был отпустить ее, а не обвинять ее руки в том, что они испорчены.

— Эй, Айз, остановись на секунду. Я действительно сейчас не очень хорошо себя чувствую.

И все же она поцеловала его в щеку. Как жена поцеловала мужа, как его мать поцеловала его отца. Ему показалось, что его голова на мгновение побелела.

Может быть, это было предвестие?

— Иван, остановись...

— Вы, ребята, не двигайтесь. Айз, ты же знаешь, как выглядит пещера Ром в наши дни. Ха, черт, если твоя жена в той пещере, то уже...

Иван, казалось, решился произнести это слово вслух.

Сможет ли он выдержать вид ее мертвого тела и сможет ли он жить после этого?

— Аргх!

Внезапно раздался крик.

Тишина наступила мгновенно. В этот момент Айзек и остальные мужчины, откинув головы назад, стиснули зубы. Неизвестно, кто первым открыл рот — вероятно, Галар. В тот момент, когда он впервые за долгое время попытался снова заговорить, его слова опять перекрыл оглушительный рев, потрясший небо и землю.

— Кряяя!

— Ааа!

Мне не следовало кричать.

Как бы ни был напуган этот монстр класса Космического Ужаса, я не должна была кричать.

Невозможно было выглядеть красивой в глазах хозяина дома после того, как, бесцеремонно ворвавшись в дом, я выщипала волосы из носа спящего хозяина. Хозяин дома, ну или, конечно же, монстр с вымирающей верхушкой, ответил на мой крик пугающим ревом.

— Крууааа!

Небо и земля, казалось, содрогнулись.

Драгоценные горы качались, и камни рассыпались, как галька.

Было удивительно, что пещера так и не разрушилась. На мгновение я совершенно потеряла сознание. Только когда я почувствовала, что бедные Попо и Грифон прижались ко мне своими огромными телами, я немного пришла в себя.

— Я-я извиняюсь, пожалуйста, прости меня! Я не знала, что ты здесь! Я просто убежала и каким-то образом попала сюда! Никто из нас не крал твои драгоценности! Я сейчас уйду!

Дракон, который смотрел на меня, пока я изрекала тарабарщину, на мгновение принял торжественный вид. Я подумала, что это, возможно, виверна, но виверны не могут быть такими большими.

Глаза у виверн были зеленые, как у других морских существ, а не ярко-золотые.

— Гррр...

— Отпустите меня... — мое сопротивляющееся тело поднялось в воздух.

От птенца в когтях орла до птенца в когтях дракона. Боже, неужели ты так меня прикончишь? Нет, я не могу умереть такой собачьей смертью! Спаси меня, Айзек!

— По, по... по, по, по, по!

— Попо! Беги!

У меня разбегались глаза от ветра, который без устали сотрясал мое тело. Попо хлопал лапами, прыгая и кусая за лодыжку дракона.

Я тронута, но лучше беги, идиот!

Над моей головой раздался свист.

Грифон крутился в воздухе, пытаясь вцепиться дракону в шею. Конечно, дракон, возглавлявший пищевую цепочку в мире монстров, не сдвинулся с места. Нет, он даже не смотрел в их сторону. В такой ситуации победить было невозможно.

— Гррраа... — гигантское рыло приблизилось к моему лицу. Его огромные ноздри, чешуя цвета индиго и жуткие золотые глаза были злобными, как у самого демона.

Горячее дыхание обдало мое лицо.

— Прости меня...

И тут дракон, обнюхивавший меня, внезапно отпустил мое тело. Как ни в чем не бывало, он опустил меня на груду драгоценностей и просто уставился на меня.

Понимал ли он меня, как другие монстры? Или он просто отпустил меня, потому что ему было лень убивать?

Я поднялась на ноги и сделала вид, что двигаюсь. Таинственный дракон все еще наблюдал за мной. Наконец, я собралась двинуться в сторону, откуда пришла раньше. Как раз когда я собиралась бежать, его лапа сдвинулась и преградила мне путь!

“А-а-а-а!”

“ГРАА...”

“Почему, почему ты…Агх!”

Клац! Клац! Клац!

Драгоценные камни яростно подлетали в воздух.

Каждый раз, когда я пыталась обойти его, он заслонял мне путь ногой.

Он не делал ничего другого.

Только хотел, чтобы я оставалась на месте, и блокировал меня всякий раз, когда я пыталась сбежать.

После этой игры в прятки, ну ладно, не совсем в прятки, я заметила, что атмосфера стала немного странной.

Что он делает? Только не говорите, что он играет со мной. Я перестала двигаться и уставилась на него.

По логике, если бы я так на него посмотрела, ему следовало бы сцапать и проглотить меня за один присест. Почему его хвост виляет? Он готовится к нападению?

Тун, тун!

Каждый раз, когда дракон вилял хвостом, драгоценные камни разбрызгивались повсюду и вызывали вибрацию, такую как если бы стены рушились.

Попо вернулся и начал шлепать дракона по ноге.

“По, по, по!”

Он определенно был храбрым, но свирепый дракон просто безжалостно отшвырнул Попо, пофыркивая, как будто тот щекотал его.

Попо снесло как пушинку.

“Попо! Ты плохой......!”

“КРРАААА!”

Когда я громко крикнула, сама того не осознавая, дракон открыл свою гигантскую пасть.

Я была поражена, когда увидела, что вместо попытки разжечь огонь, из его пасти высыпалось огромное количество драгоценных камней.

Нет, вы только подумайте! Это просто насколько сильно он любил драгоценности, чтобы спать с ними во рту?

К моим ногам высыпалась груда больших, размером с кулак, драгоценных камней, немного отличающихся от тех, что были нагромождены вокруг. Возможно, это знак, что я задохнусь среди этих гигантских драгоценностей.

"Эй...”

“Гр...”

“Итак, что мы собираемся...”

“Гроуааа!

Пещера сотряслась, и я скатилась с холма драгоценностей.

Что с тобой не так, ты, капризный дракон!

Кто-то схватил меня за руку и оттащил назад. Это был Попо.

“Да что б тебя!”

Дракон сразу после дураханов? Но это же не сцена из фильма с рейтингом В*! В разгар неразберихи мое тело потащили в сторону выхода. Дракон взревел прямо за нами, когда мы бросились бежать.

“Гроуаааааааааааааа!”

Бум, бум, бум, бум!

Пугающий звук шагов, следующего за нами по пятам дракона, заставлял вздрагивать от страха. В местах, где он продвигался по каменному полу, образовывались трещины. Налипшие на своде пещеры сосульки сыпались вниз, не выдерживая внезапных ударов. Если бы Грифон не летел у меня над головой, скорее всего, я была бы уже ежом.

“Кан, кан! Кан! Кан!”

“Ба, бах! Баааааааааах!”

Похоже, в обители дракона жило больше одного или двух незваных гостей.

С его разъяренным появлением без какого-либо предупреждения, неизвестные люди повыскакивали со всех сторон и присоединились к нашему бегству.

“Ааа!”

В какой-то момент что-то схватило меня и сильно швырнуло вверх. На мгновение все, казалось, двигалось в замедленной съемке, куски мусора проплывали в воздухе.

Тун, тун!

Я полетела словно пушечное ядро вниз по склону, в конце которого зацепилась за камень или еще что-то и остановилась.

“Фууууух”

Мне казалось, что мои глаза были выпучены.

Спустя время Грифон высадил нас на полпути от пещеры в густом подлеске. Он расправил крылья и лег ничком. Что-то замерзшее, или это был просто снег, упало мне на голову. Я уселась, закашляв. Попо и Грифон полулежали и выглядели совершенно измученно.

“Ребята, с вами все в порядке?”

“Поооо...По.......”

“Пурунг.......”

Я не думаю, что это место было подходящим. Неважно, насколько темно здесь было, являлось ли оно безопасным? Во-первых, черт возьми, что это был за дракон...............

“Бам, баам!”

Именно тогда Грифон и Попо, которые лежали на спине, резко вскочили на ноги. В то же время в кустах мелькнул светло-голубой огонек. О, да ладно, что на этот раз…

“...Моя госпожа?”

Среди разметанных кустов стоял человек, которого я много раз видела.

“...Сэр, сэр Эндимион?”

Почему он был здесь..?

Как, черт возьми, Эндимион оказался здесь?

Пока я тупо пялилась, Эндимион смотрел так же потрясенно, как и я. Его широко открытые янтарные глаза были совершенно пустыми. Я никогда не видела такого пораженного взгляда.

И... через мгновение вспыхнул еще один синий огонек.

“Миледи, шаг назад.......”

“Держись от меня подальше!”

“Что?”

Как только я закричала, сама того не осознавая, Попо открыл рот. Его жуткая пасть выглядела сегодня особенно устрашающе. Грифон угрожающе захлопал своими большими крыльями, сверкая зелеными глазами.

"Нет! Не делай этого!”

Грифон наклонил голову.

Попо, который на мгновение вздрогнул, уставился на меня с широко открытым ртом.

Я умоляюще покачала головой. О мой бог. Что это была за ситуация?

В глазах Эндимиона отразилось замешательство. Он был ошеломлен и не понимал, что произошло.

“Моя госпожа, я......мы.......”

Неужели это просто превратилось в недопонимание?

Мне хотелось заплакать. Я не могла позволить Эндимиону быть съеденным Попо. Однако это не означало, что я могла позволить, чтобы Попо и Грифон умерли или пострадали.

Я была уверена, что если Эндимион был здесь...

“Эндимион!”

Ох, я в беде. Остальные, казалось, приближались. Я повернулась спиной к Эндимиону и без оглядки бросилась в другую сторону. Попо и Грифон последовали за мной.

"Моя... Моя госпожа!”

Я облажалась, моя цивилизованная жизнь полностью разрушена! Отныне я могу быть только женщиной Тарзаном! А если я стану личной игрушкой этого сумасшедшего или подвергнусь охоте на ведьм, что ж об этом подумаю позже...............

“Моя госпожа! Леди Рудбекия!”

Я не прекращала бежать, но бросила взгляд назад. Силуэты чертовых паладинов появились в моем смутном поле зрения.

Прекратите звать меня, люди! Конечно, вы же не остановитесь при любом раскладе!

Если бы я вернулась в таком виде, мне бы посчастливилось сесть на корабль, направляющийся в Романию.

Если бы мне не повезло, меня бы неправильно поняли. После прохождения всевозможных допросов, все нападения, происходившие до сих пор, посчитали бы спланированными Ватиканом и мной.

Затем я бы вернулась в Романию и использовалась бы в качестве еще одного инструмента моего отца и Цезаря, или я была бы орудием для охоты на монстров в Британии. А когда в моих услугах больше не будут нуждаться, я исчезну, и ни одна мышь или птица об этом не узнает.....

Синий меч пролетел словно стрела молнии и поразил Грифона, который собирался подхватить меня. Грифон взвизгнул, отскочил и упал под дерево.

Попо подпрыгнул.

Нет!

"Не надо...”

В этот момент земля содрогнулась, приводя к землетрясению.

Тук, тук, тук.

Шок заставил меня упасть на землю и застыть. Пока землетрясение не утихло, все вокруг казалось на время разрушенным. Я потерла слезящиеся глаза тыльной стороной ладони. Прямо передо мной был дракон.

Да, разъяренный дракон приземлился прямо передо мной.

На мгновение воцарилась неловкая тишина, и мне показалось, что он смотрит на мое лицо, залитое слезами, его глаза ожесточенно блестели. Вскоре он повернулся ко мне спиной, изогнув свою длинную шею.

“Крааааааааааа!”

Небо и земля снова содрогнулись.

“Щит! Давай, щит!”

“Миледи, бегите сюда быстрее.......”

“Вот дерьмо, я никогда в жизни не видел дракона!”

“Не лайте все сразу, вы, гребаные куски дерьма! Моя госпожа!”

Я откинулась назад, обхватив голову руками. Тем временем дракон, чья толстая шея изгибалась из стороны в сторону, снова решительно открыл пасть. В следующую секунду ледяная буря обрушилась на потрясенных паладинов!

“Ааа!”

Это было безумие.

Светло-голубой щит вокруг паладинов столкнулся с холодом и покрылся трещинами. Дракон продолжал свою ледяную атаку, меняя угол наклона шеи. Прилегающие к месту боя кусты и деревья побелели и разлетелись на куски, а дождевые лужи быстро превратились в замерзшие линзы льда.

Я поползла на коленях и посмотрела в сторону Грифона.

Бедный Грифон стонал, его ноги дрожали в толстых лапах Попо.

“Попо, вы оба, уходите первыми!”

Я не знала, на что отреагировал Попо. Казалось, он раскачивается из стороны в сторону. В этот самый момент земля снова громко загудела, покрываясь белым светом. Ослепительный свет вскоре померк. Сделав несколько шагов назад, на мгновение поколебавшись, дракон топнул ногами, свирепо раздувая ноздри. Возможно, он был недоволен неожиданной визуальной атакой врага.

Крак! Крак!

Земля яростно затряслась так, что осколки льда разлетелись во все стороны. Да оставьте уже землю в покое!

“Черт...”

Мои глаза расширились. Мой рот открылся от удивления. Естественно, очевидно, что он должен был быть где-то поблизости, я почувствовала, что у меня сперло дыхание, когда мы встретились вот так.

Это был мой муж, которого я не видела почти неделю.

Айзек стоял посередине противостояния, между драконом и паладинами, глядя на меня необъяснимым взглядом.

Его большие красные глаза светились незнакомым и неестественным светом.

“Грррррррррр.......”

По-видимому, раздраженный, дракон издал низкое рычание в качестве предупреждения.

_________________________________________________________________________

*Фильм категории B — малобюджетная коммерческая кинокартина.

— Аааааххх!

— Граа...

— Почему, почему ты... Ааа

Брр! Брр! Бах!

Драгоценности были брошены в воздух.

Каждый раз, когда я передвигалась, он следовал за мной.

Больше он ничего не делал.

Я оставалась на месте, так как он блокировал мои движения.

Только после игры в прятки я заметила, что атмосфера была немного странной.

Что он делал со мной? Только не говорите мне, что он играл со мной. Я перестала двигаться и уставилась на него.

Он может сорваться и проглотить меня одним укусом. Почему его хвост дрожит? Он готов напасть?

Тонг, тонг!

Каждый раз, когда дракон вилял хвостом, драгоценные камни раскидывались во все стороны и вызывали вибрацию, как будто стены рушились.

Попо вернулся и начал шлепать дракона по задней лапе.

— По, по, по!

Попо храбрился, но свирепый дракон только безжалостно пинал Попо, фыркая, словно движения Попо были просто щекоткой.

Попо был отброшен в сторону без особого сопротивления.

— Попо! Убегай!

— Крааа!

Когда я громко крикнула, не осознавая этого, дракон открыл свою гигантскую пасть.

Я удивилась, увидев, что он пытается выстрелить огнем со рта, но вместо огня из него высыпалось огромное количество драгоценностей.

Нет, насколько же он любил драгоценности, чтобы спать с ними во рту? Только взгляните на это.

К моим ногам высыпалась груда больших, размером с кулак, драгоценных камней, немного отличавшихся от тех, что были навалены вокруг. Я подумала, не знак ли это, чтобы задохнуться в гигантских драгоценностях.

— Эй...

— Гр

— Итак, что мы собираемся....

— Гроааа!

Из-за того, что пещера тряслась, я скатилась с холма из драгоценных камней.

Что с тобой, угрюмый дракон?

Кто-то поймал меня за руку и потянул назад. Это был Попо.

— Тьфу! — дракон сразу после Дурахана? Это была далеко не сцена из фильма категории B! Я была в смятении, но мое тело пришло в движение. Дракон ревел близко позади нас, когда мы бросились бежать.

— Гроуааа!

Бум, бум, бум, бум!

Пугающий звук его лап, преследующих нас, вызвал дрожь. На каменном полу появились трещины, которые расползались в стороны. Застрявшие на потолке сосульки упали вниз, не выдержав неожиданного землетрясения. Если бы грифон не пролетел над моей головой и не остановил их, я бы, наверное, превратилась в ежа.

— Канг, канг! Канг! Канг!

Баа, бах! Бааанг!

Казалось, что в обители дракона живет не один и не два других существа.

При появлении разъяренного дракона без всякого предупреждения неизвестные люди выскочили со всех сторон и присоединились к нашему бегству.

Аргх! В какой-то момент что-то схватило меня и швырнуло наружу. На мгновение мне показалось, что все движется в замедленной съемке, а в воздухе парят обломки.

Тонг, тонг. Сзади взлетела пушка и отправила меня вниз по склону. Не совсем пушка, но она напоминала ее, катясь вниз по склону. Затем в конце склона она зацепилась за камень или что-то в этом роде и остановилась. Фийооо. Мне показалось, что мои глаза широко раскрылись.

Грифон опустил нас на полпути в густой подлесок. Он также расправил крылья и лег. То, что могло быть полузамерзшим или просто снегом, упало мне на голову. С кашлем мне удалось сесть. Попо и Грифон полулежали, выглядя совершенно обессиленными.

— Ребята, вы в порядке?

— Пooo... Пo...

— Пурунг...

Неважно, насколько здесь темно. Самое главное, безопасно ли здесь? В первую очередь нужно понять, что это был за дракон…

Бам, бам!

В этот момент грифон и Попо, лежавшие на спине, внезапно поднялись на ноги. В этот же момент сквозь кусты пробился голубой свет. Ну же, что теперь...

— Миледи? — среди сметенных кустов стоял человек, которого я часто видела ранее.

— Сэр… сэр Эндимион?

Почему он здесь?..

Почему Эндимион здесь?

Пока я просто смотрела в пустоту, Эндимион выглядел таким же потрясенным, как и я. Его широко распахнутые янтарные глаза были абсолютно пусты. Я никогда не видела такого удивленного взгляда.

И... через некоторое время вспыхнул еще один луч синего света.

— Миледи, отойдите назад!

— Не подходите ко мне!

— Что?

Как только я закричала, даже не осознавая этого, Попо открыл рот. Его жуткий рот выглядел сегодня особенно ужасающе. Грифон уже угрожающе хлопал своими большими крыльями, сверкая зелеными глазами.

— Нет! Не делай этого!

Грифон наклонил голову.

Попо, который на мгновение вздрогнул, уставился на меня с открытым ртом.

Я умоляюще покачала головой. Боже мой. Что это за ситуация такая?

В глазах Эндимиона отразилось замешательство. Он был ошеломлен и не понимал, что произошло.

— Миледи, это я. Это мы.

Неужели это все превратилось в недоразумение?

Мне захотелось плакать. Я не могла допустить, чтобы Эндимион был съеден Попо. Это не означало, что Попо и грифон могут умереть или пострадать.

Я была уверена, что если Эндимион будет рядом...

— Эндимион!

Ах, я в беде. Остальные, похоже, приближались. Я отвернулась от Эндимиона и безрассудно бросилась бежать в другую сторону. Попо и грифон последовали за мной.

— Ми-миледи!

Мне конец, моя цивилизованная жизнь полностью разрушена! Отныне я могу быть только женщиной Тарзана! А потом, превращусь ли я в игрушку разрушителя или подвергнусь охоте на ведьм, мы подумаем об этом позже...

— Миледи! Леди Рудбекия!

Я продолжила бежать, время от времени оглядываясь назад. Силуэты проклятых паладинов появились в поле моего зрения.

Не зовите меня, люди! Ах, но вы все равно не перестанете это делать!

Если я вернусь в таком виде, то в лучшем случае я попаду на корабль, идущий в Романью.

Если бы мне не повезло, то, заставив меня пройти через всевозможные допросы, они бы решили, что все нападения, которые произошли до сих пор, были спланированы Ватиканом и мной.

Тогда я бы вернулась в Романью, использованная как еще один инструмент моего отца и Чезаре. Или как инструмент для охоты на монстров номер один в Британии. И когда нужда во мне закончилась бы, я была бы убита, и обо мне никто...

Голубой меч, пролетевший как молния, ударил грифона, который собирался схватить меня. Грифон вскрикнул, отскочил и упал под дерево.

Попо вскочил.

Нет!

— Не надо...

В этот момент земля задрожала, что привело к землетрясению.

Тумп, тумп, тумп.

От толчка я упала на землю и захлебнулась слезами. Пока землетрясение не утихло, вся местность казалась временно разрушенной. Я вытерла слезящиеся глаза тыльной стороной ладони. Прямо передо мной был дракон.

Да, разъяренный дракон приземлился прямо передо мной.

На мгновение воцарилась неловкая тишина. Мне показалось, что он смотрит на мое лицо, залитое слезами, а его глаза горько блестят. Вскоре он повернулся ко мне спиной, выгнув свою длинную шею.

— Кроуааа!

Небо и земля содрогнулись еще раз.

— Щит! Давай щит!

— Миледи, идите сюда, быстро...

— О, черт! Я никогда в жизни не видел дракона!

— Не лайте все сразу, чертовы куски дерьма! Миледи!

Я откинула голову назад, обхватив ее руками. Тем временем дракон, толстая шея которого изгибалась из стороны в сторону, снова энергично открыл пасть. Не медля ни секунды, хаотический ледяной шторм устремился в сторону потрясенных паладинов!

— Аааа!

Это было безумие.

Светло-голубая мембрана вокруг паладинов столкнулась с холодом, образовав трещины. Дракон продолжал испускать ледяные атаки, меняя угол наклона своей шеи. Окружающие кусты и деревья побелели и разлетелись на куски, а лужи от дождя быстро превратились в ледяные звенья.

Я сползла на колени и посмотрела в сторону грифона.

Бедный грифон стонал, его лапы дрожали в пухлых лапках Попо.

— Попо, вы оба, уходите первыми!

Я не знала, на что реагировал Попо. Казалось, он дергался из стороны в сторону. В этот самый момент земля снова громко завибрировала, повсюду стало белым бело. Ослепительный свет спустя время померк. Сделав несколько шагов назад и на мгновение замешкавшись, дракон топнул лапой, свирепо раздувая нос, возможно, недовольный неожиданной визуальной атакой.

Треск! Треск!

Земля дико задрожала, повсюду разлетелись осколки льда. Оставьте землю в покое!

— О...

Мои глаза увеличились в размерах. Мой рот раскрылся в удивлении. Я ожидала, что он будет поблизости, но у меня все равно перехватило дыхание от встречи.

Это был мой муж, которого я не видела почти неделю.

Айзек стоял в центре противостояния дракона и паладинов и смотрел на меня, ничего не понимая.

Его большие красные глаза светились незнакомым и причудливым светом.

— Гррр...

Дракон, казалось, был раздражен и издал низкий рык в качестве предупреждения.

На этот раз все было немного иначе, чем раньше, дракон смотрел на Айзека, слегка прижав уши к голове, как кошка или дикий зверь. Голубые чешуйки, покрывающие все его тело, вздыбились.

Очевидно, дракону Айзек нравился не больше, чем мне. Ну ладно, он был раздражающим.

Мой муж, который уставился на меня словно каменная статуя, медленно повернул глаза и посмотрел на дракона. У меня внезапно побежали мурашки по коже, когда я увидела этот взгляд.

Погодите, этот ублюдок, похоже, был слишком разгорячен сейчас. Мне пришло в голову упомянутое ранее полубезумное состояние паладинов…

“Г-господин!”

“Кравааааах!”

Дракон снова открыл свою черную пасть. Ледяные кристаллы разлетелись в разные стороны и впились в глаза. Отраженный поток холодного воздуха взмыл в небо, когда атака дракона и щит святого меча столкнулись.

Пролетающие птицы замерзли и свалились вниз.

“Эй, этот жирный детеныш ящерицы...”

“Что вы делаете, ублюдки!”

Мои зубы стучали, потому что было очень холодно, холодно до такой степени, что мои уши покраснели и заболели. По мере того как продолжался конфликт этих невежд, полупрозрачный щит медленно начал трескаться. Дракон, который сделал несколько шагов назад, возобновил ледовое шоу, в то время как Айзек грубо вытащил священный меч, воткнутый в землю.

Ребята, это что за шоу Эльзы против Истребителя драконов?!

“Прекрати это!”

Раздался крик. Это тоже было то, чего я о себе не знала.

Холодная буря, которая вот-вот должна была обрушиться на зимнее королевство, внезапно прекратилась. Затем наступила неловкая тишина, которую было трудно выразить словами. Я с трудом стояла на обеих ногах, тяжело дыша.

Дракон уставился на меня с полуоткрытой пастью. Его яркие золотистые глаза сияли странным светом.

Айзек тоже уставился на меня своим странным взглядом.

Они действительно слушали меня?

“Кр...”

“Ты...”

Прошу прощения, прошу прощения. Не говорите мне, что эти двое превращают меня в свою мишень.....

“Что, черт возьми, это было?”

“Что, черт возьми, произошло?”

За ними послышалось какое-то шевеление. Ошеломленные и настороженные голоса паладинов заполнили мои уши.

Как только я шагнула назад, мой муж, чьи глаза были прикованы ко мне, внезапно оглянулся на них.

Шум прекратился. И…

“...ааааааа!”

Бум!

Земля снова содрогнулась, и мое тело поднялось в воздух. Противный дракон схватил меня ни с того ни с сего, сжал в своих когтях и с силой взлетел.

Эй, ты, ублюдок без манер!

"Моя... Моя госпожа!”

“По, по!”

К счастью, Попо схватил Грифона за две передние лапы и вцепился в хвост дракона. Грифон болтался словно сырая куриная туша, он недовольно щелкнул клювом, но другого выбора у него не было.

“Крааааааааа!”

Это было слишком высоко. Слишком высоко…

У меня закружилась голова, и через некоторое время я полностью отключилась.

Хруст. Хруст.

Когда я снова открыла глаза, я лежала, прислонившись к куче движущихся чешуек.

Моя голова была словно налита свинцом. Подняв глаза, я увидела прекрасное северное небо, окрашенное закатом в красный цвет.

Где мы были?

Хруст. Хруст. Чоп, чоп, чоп.

Что это за шум?

Я наклонила свою тяжелую голову набок. В конце моря темно-синих чешуек…

“Хаа...!”

Когда я отскочила, дракон, безжалостно поедающий мертвого монстра, взглянул на меня.

Он выглядел возмущенным. Его огромный хвост вильнул и ударился о белую землю. Снег разлетелся повсюду, вызванный вибрацией от удара.

Матерь божья, прости этого грешного ребенка…… но когда же пошел снег?

“Грр.......”

“Н-не обращай на меня внимания и продолжай есть.”

Тук.

Он не сводил с меня взгляда, яростно пережевывая ребрышки. Это был такой тяжелый взгляд, что я взялась рукой за свою потяжелевшую голову. Я увидела Грифона, присевшего на корточках у реки.

Его голова качнулась, как будто он дремал с закрытыми глазами.

Ха, я рада…

Но где же был Попо?

Я пошатнулась и встала. Все вокруг было белым. Даже если это север, слишком странно, что в это время года выпало так много снега. Мои ноги онемели и замерзли. При ближайшем рассмотрении они представляли собой полный кошмар.

Что ж, я несколько дней ходила босиком, так что я это заслужила. Это совсем не было похоже на женские ноги. Это было похоже на лапы дикого... нюхача.

Хах, и что теперь будет? Должна ли я вернуться в Романию? Или решить это самостоятельно внутри Британии?

“Гррааа.......”

Как только я пошевелилась, мерзкий дракон снова зарычал.

Голова Грифона качалась, пока он смотрел на меня. Когда я внимательнее взглянула, стало ясно, что он не дремлет, но при этом не может правильно держать свою голову.

“С тобой все в порядке?”

“Пурунг...”

“Извини, это был глупый вопрос.”

После случившегося ничего уже не могло быть в порядке. Что нужно делать, когда монстр ранен? Кроме того, почему я не могла найти Попо? Может быть, он пошел искать чем бы перекусить?

“Где Попо?”

Когда я осторожно спросила его, Грифон кивнул в сторону.

В направлении, указанном его подергивающимся клювом, виднелся густой лес и небольшой пруд. Попо однозначно отправился туда.

Я на мгновение заколебалась и взглянула на дракона. Тот все еще смотрел на меня, жуя мясо.

Несмотря на ужасную ситуацию, сострадание возникло во мне из ниоткуда.

Он же тоже, вероятно, пытался свести концы с концами. Да, кто здесь был вообще виноват?

В первую очередь виновата была я, это я была тем, кто разбудил дракона, который впал в спячку в своей бухте сокровищ.

Правда за мной гналась группа дураханов, и я попала в пещеру случайно, но…

Если бы я не встретила Попо, если бы я не пришла сюда с ним, Грифон не пострадал бы так сильно.

Я поспешила к краю пруда.

Я чувствовала взор дракона на своей спине. Все в порядке, я была в его поле зрения.

“Попо. Попо?”

К счастью, Попо был там. Когда я подошла к пруду через кусты, мне сначала показалось, что Попо, лежит плашмя на земле и что-то подбирает. Однако он быстро встал.

Он был в порядке!

“По, по, по!”

“Ты в порядке? Что ты делаешь?”

“По, по, по”

Попо взмахнул одной лапой и указал себе под ноги. Среди белых замерзших сорняков были красивые грибы, которые светились фиолетовым цветом.

Что это такое? Был ли это продукт питания, специально предназначенный для монстров?

“Это для еды?”

“По.”

“Для Гриффона?”

“По.”

Я поняла. Быстро ли он восстановится, если съест это? Я присела на корточки рядом с Попо и начала вместе с ним собирать грибы.

Я не знала, действительно ли это сработает, но была уверена, что в этом была какая-то польза, потому что Попо так сказал.

Мне также хотелось отплатить за их доброту, за то как они заботились обо мне все это время, пока я находилась в пещере.

В конце концов, я не представляла, что ждет меня дальше.....

Мы были так увлечены, что собрали слишком много грибов.

Мой подол был полон ими.

Наконец мы встали и вернулись к Грифону и дракону, собрав по пути все, что смогли увидеть.

Плюх!

Что-то, торчащее из плотной воды, свалилось к моим ногам и покатилось.

Попо подскочил.

“Угх!”

Волосы у меня на затылке встали дыбом. Это была отрезанная голова Василиска!

Тело плюхнулось в воду и затем медленно рассыпалось, как пыль, оставив на месте только черный камень сердцевины.

Что, черт возьми, это было…

Как только Попо открыл свой устрашающий рот, вспыхнул свет.

“Попо!! Попо!”

“Ты тут прячешься?”

О боже, пожалуйста, нет.

Это был не жнец смерти. Мурашки побежали по моему телу. Айзек раздраженно приближался между поваленных деревьев. Он смотрел прямо на меня, тяжело дыша.

Как будто его рассудок полностью исчез, его глаза блестели безумием. Зрачки были расширены, как у голодного зверя при виде добычи.

Его грубый, измученный голос казался таким же странным и опасным, как и его глаза.

Мое сердце бешено колотилось, а тело дрожало.

Мой чрезмерно возбужденный муж, должно быть, счел меня ведьмой, находящейся в сговоре с монстрами.

Для меня было бы не удивительно, если бы он вонзил в меня меч и сразу же разорвал на части.

“Крааааа!”

К счастью или к несчастью, дракон откликнулся немедленно.

Наш личный телохранитель взревел и побежал прямо на паладина.

Я не ожидала, что Айзек почувствует угрозу. Молча уставившись на дракона, он улыбнулся.

Кровавая улыбка, от которой у меня пересохло в горле.

“Твои силы уже пропали. Неудивительно, что ты был так рад сбежать.”

“Кррррррррррр!”

“Ты научился у людей похищать чужих жен?”

“Ааааа!”

О чем он болтает? Прямо сейчас он был не в своем уме! Опьяненный адреналином, убежденный, что он может запросто победить дракона!

Вот тогда-то я и вспомнила – мой муж был главным героем этого мира. Для главного героя, было в порядке вещей проявлять такую безрассудную, нет, безумную уверенность в себе.

Вероятно, он смог бы победить его и получил бы себе имя, вроде «Убийца драконов»…

Дракон же собирался выплеснуть свой гнев, но по какой-то причине сдерживался.

Тем временем меч моего мужа засверкал.

О боже мой!

“Я не смогу помочь тебе, если ты не отдашь ее мне.....”

“Не делай этого!”

Чвак!

Брошенный мною гриб угодил прямиком в лоб Айзека.

На этот раз ощущения были немного другими, чем раньше, но он смотрел на Айзека, слегка откинув назад уши, как кошка или дикий зверь. Синяя чешуя покрывала все его тело и топорщилась.

Очевидно, дракону не нравился Айзек больше, чем мы. Ну, он всегда был немного раздражающим.

Мой муж, который смотрел на меня, как на каменную статую, медленно перевел взгляд и посмотрел на дракона. У меня вдруг побежали мурашки по коже, когда я увидела этот вид.

Стоп, этот мерзавец, наверное, сейчас был слишком возбужден. Сказанное полубезумное состояние...

— Л-лорд!

— Крааа!

Дракон снова открыл свою черную пасть. Ледяные кристаллы затрепетали и выстрелили. Преломленная буря холодного воздуха взлетела, когда атака дракона и щит от Святого Меча столкнулись.

Пролетающие птицы замерли и опустились вниз.

— Эй, этот гигантский детеныш ящерицы...

— Что вы делаете, мерзавцы!

Зубы стучали, потому что было очень холодно. До такой степени, что уши покраснели и болели. По мере продолжения яростного конфликта полупрозрачный щит начал медленно трескаться. Дракон, сделав несколько шагов назад, возобновил ледяное шоу, а Айзек грубо вытащил священный меч, воткнутый в землю.

Ребята, что это за шоу «Эльза против Истребителя Драконов»?!

— Прекратите! — раздался крик.

Холодный шторм, который вот-вот должен был обрушиться на зимнее королевство, внезапно прекратился. Затем наступила неловкая тишина, которую трудно выразить словами. Я с трудом поднялась на ноги, задыхаясь.

Дракон смотрел на меня с полуоткрытым ртом. Его ярко-золотистые глаза светились странным светом.

Айзек тоже смотрел на меня своим странным взглядом.

Неужели они действительно меня слушали?

— Кр...

— Ты...

Простите, простите меня. Только не говорите мне, что эти двое превращают меня в свою цель.

— Что, черт возьми, это было?

— Что тут произошло?

Сзади раздался шум. Ошеломленные и подозрительные голоса паладинов наполнили мои уши.

Как только я отступила назад, мой муж, чей взгляд был прикован ко мне, внезапно оглянулся.

Шум прекратился. И...

— Ааа!

Бум!

Земля снова затряслась, и мое тело поднялось в воздух. Мерзкий дракон выхватил меня из небытия, сжал в когтях и взлетел вверх.

Эй, ты, мерзавец без манер!

— Ми-миледи!

— По, по!

К счастью, Попо, который ухватился одной лапой за две передние ноги грифона, словно цыпленок, и также уцепился за хвост дракона. Грифон, болтавшийся как сырое куриное мясо, недовольно щелкал клювом, но другого выхода не было.

— Кроуааа!

Это было слишком высоко. Слишком высоко...

Моя голова закружилась, и через некоторое время я полностью потеряла сознание.

Хруст. Хруст.

Когда я снова открыла глаза, я лежала, прислонившись к груде движущихся чешуек.

Голова была словно свинцовая. Закатив глаза, я увидела прекрасное северное небо, окрашенное в красный цвет закатом.

Где мы были?

Хруст. Хруст. Чоп, чоп, чоп.

Что это был за шум?

Я наклонила свою тяжелую голову в сторону.

— Хаа!.. — когда я встала, дракон, который безжалостно поедал мертвого монстра, посмотрел на меня.

Он выглядел возмущенным. Его огромный хвост взмахнул и ударил по белой земле. Снег разлетелся во все стороны, вызвав вибрацию на полу.

Мама, прости это грешное дитя...

— Грр...

— Не обращай на меня внимания и продолжай есть.

Тюк.

Он не сводил с меня взгляда, свирепо пережевывая ребрышки. Это был такой тягостный взгляд, что я схватилась рукой за свою тяжелую голову. Я увидела грифона, лежащего со сложенными лапами на берегу реки.

Его голова покачивалась, как будто он дремал с закрытыми глазами.

Ха, я рада... Но где был Попо?

Я пошатнулась и встала. Все вокруг было белым. Даже если это север, было странно, что в это время года выпало столько снега. Мои ноги были онемевшими и холодными. При ближайшем рассмотрении они оказались в полном беспорядке.

Что ж, я несколько дней ходила босиком, так что это было ожидаемо. Они совсем не были похожи на женские ноги. Это было похоже на лапы дикого... животного.

Хах, что же будет дальше? Должна ли я вернуться в Романью? Или разобраться с этим самостоятельно в Британии?

— Грааа...

Как только я пошевелилась, мерзкий дракон снова зарычал.

Грифон покачал головой, глядя на меня. Когда я взглянула на него, мне показалось, что он не дремлет, а просто не может нормально держать голову.

— Ты в порядке?

— Пурунг...

— Прости, это был глупый вопрос.

Не может быть, чтобы после этого все было в порядке. Что делать, если монстр ранен? Кроме того, почему я не вижу Попо? Может, он пошел перекусить?

— Где Попо?

На осторожный вопрос грифонн кивнул в сторону.

В том направлении, куда указывал его дергающийся клюв, виднелся густой лес и небольшой пруд. Это означало, что Попо отправился туда.

Я на мгновение замешкалась и посмотрела на дракона. Дракон все еще смотрел на меня, разгрызая мясо.

Несмотря на ужасную ситуацию, во мне ни с того ни с сего проснулась жалость.

Он тоже, наверное, пытался свести концы с концами. Да кто здесь виноват?

Ведь это я разбудила дракона, который был в спячке в своей сокровищнице.

За мной гналась группа Дураханов, и я попала к нему случайно, но...

Если бы я не встретила Попо, если бы я не пришла сюда с ним, грифон не пострадал бы так.

Я отползла к берегу пруда.

Я чувствовала, как дракон смотрит на мою спину. Я все равно была в поле его зрения.

—Попо. Попо?

К счастью, Попо был рядом. Когда я подошла к пруду через кусты, Попо, который, казалось, лежал на земле и что-то ковырял, быстро поднялся.

Он был в порядке!

— По, по, по!

— Ты в порядке? Что ты делаешь?

— По, по, по.

Попо махал одной лапой и показывал под ноги. Среди белых замерзших травинок лежали красивые грибы, которые светились фиолетовым цветом.

Что это было? Неужели, это еда, специально предназначенная для монстров?

— Это для еды?

— По.

— Для грифона?

— По.

Понятно. Он быстро поправится, если съест это? Я присела на корточки рядом с Попо и начала вместе с ним собирать грибы.

Я не знала, действительно ли это сработает, но была уверена, что польза будет, раз Попо так сказал.

Я также хотела отплатить им за доброту, когда они заботились обо мне все то время, что я оставалась там.

Я не знала, что будет дальше, после всего случившегося...

Мы были так увлечены, что набрали слишком много.

Моя юбка была полна грибов.

Наконец я встала и, собрав все, что смогла увидеть, вернулась к грифону и дракону.

Флоп!

Что-то торчащее из густой воды упало к нашим ногам и покатилось.

Попо вскочил.

— Ух!

Волосы на моей шее встали дыбом. Это была разбитая голова василиска!

Василиск, который плескался и дрыгался, когда от него осталась только голова, медленно рассыпался, как пыль, оставив на месте только черное ядро монстра.

Что это, черт возьми, было?..

Как только Попо открыл свою страшную пасть, вспыхнул свет.

Прямо как выстрел.

— Попо!!! Попо!

— Так вот где ты прячешься?

О боже, пожалуйста, нет.

Это был не жнец смерти. Мурашки пробежались табуном по моему телу. Айзек, который раздраженно подошел к поваленным деревьям, сразу же посмотрел на меня, тяжело дыша.

Как будто его рассудок полностью исчез, его глаза сверкали безумием. Его зрачки были расширены, как у голодного зверя.

Его грубый измученный голос тоже казался таким же странным и опасным, как и его глаза.

Мое сердце бешено забилось, а тело задрожало.

Мой слишком взволнованный муж, должно быть, решил, что я ведьма в сговоре с чудовищами.

Мне бы не показалось странным, если бы он вонзил в меня меч и разорвал на куски.

— Кроуааа!

К счастью или к несчастью, но дракон отреагировал мгновенно.

Наш дракон-разрушитель зарычал и побежал прямо вперед.

Я не ожидала, что Айзек почувствует угрозу. Безмолвно глядя на дракона, мужчина улыбнулся.

Безумная улыбка, от которой у меня пересохло в горле.

— Твой голос уже пропал. Неудивительно, что ты так хотел убежать.

— Кррр!

— Ты научился у людей похищать чужую жену?

— Гроуааа!

О чем он говорил? Он сейчас был не в себе! Пьяный от адреналина, убежденный, что он может просто победить дракона!

Тогда я вспомнила: мой муж был главным героем этого мира. Как главному герою, ему не пристало проявлять такую безрассудную, нет, безумную уверенность.

Может быть, он победит дракона с помощью баффа и прославит свое имя как Dragon Slayer...

Дракон уже готов был выпустить свой гнев, но почему-то сдерживался.

Тем временем меч моего мужа засветился.

О боже...

— Я ничего не могу поделать, если ты просто не отдашь ее мне...

— Не делай этого!

Бам!

Гриб, который я бросила, полетел и ударил Айзека по лбу.

Звук удара гриба, отскочившего от его лба, был слишком громким, это потрясло меня. Айзек осел на землю, закрыв лицо руками.

А?

На мгновение воцарилась странная тишина.

“Я-я не...”

“Ух...”

“Т-ты в порядке?”

“Черт возьми...”

Он низко зарычал, напугав меня до чертиков.

Умоляю, кто-нибудь скажите мне, что это не я только что получила знамя смерти.

“Я-я сожалею. Я не хотела бросить его так сильно...”

“Гррррррр!”

Дракон, громко зарычав после моего нападения на мужа, молниеносно двинулся вперед, как будто хотел съесть этого стоявшего перед ним дерзкого человека одним махом.

Моя рука вцепилась его голубую чешую.

“Нет! Не делай этого!”

“Груооо...”

Дракон оглянулся на меня с недовольным видом.

О боже, мне действительно хочется расплакаться. Я не знаю, о ком, черт возьми, мне беспокоиться.

Все пространство вокруг постепенно стало наполняться шумом. Звук приближающейся толпы людей… Я оглянулась, закусив нижнюю губу.

У дракона все еще были кусочки мяса, застрявшие в зубах, как у ребенка. Попо дрожал, как испуганный кролик. Грифон изо всех сил пытался махать крыльями с трясущейся головой…

Так не должно было быть.

На подмогу должно было прийти больше паладинов, чем раньше, дракону было бы слишком трудно противостоять им всем.

Попо и Грифон умрут при таком раскладе.

Я не знала, какими видами монстров они были для большинства людей, или насколько они были устрашающими. На моей памяти не было случая, чтобы бедных диких монстров оставляли в покое. Но…

Как я могла просто закрыть глаза на тех, кто понимал меня и был так добр ко мне? Как я могла просто позволить, чтобы их убили, ранили или выгнали из их домов? В первую очередь это было из-за меня.

Я должна была спасти всех сейчас. Нам придется подождать того момента, когда мы снова сможем увидеть друг друга.

Я заколебалась и посмотрела на Айзека. Он уже поднял лицо и смотрел на меня, его грудь тяжело вздымалась.

Только посмотрите на эти дикие глаза. Он пытался понять, что со мной делать?

“Я...”

“…..”

“Мне жаль. Я-я не знала. Я действительно не знала, что все будет так......”

“Тогда как же?”

Мои слова на него не подействовали.

Но я действительно не знала, ты, хладнокровный ублюдок!

“Это не то, что ты думаешь....”

Как я должна была это объяснить? Моя голова пульсировала, а желудок требовал, чтобы меня стошнило.

Что я должна ему сказать? Меня пригласили в храм, и я чуть не столкнулась с Лоренцо, поэтому спряталась? А потом я услышала, как этот ублюдок говорит обо мне, так что я бродила вокруг в оцепенении. Когда я покинула храм в одиночестве, мне стало очень плохо, и я столкнулась с Попо? Что я не планировала убегать, я просто оказалась в такой ситуации.

Я знала, что бесполезно говорить о подобных вещах.

Он бы все равно мне не поверил.

На протяжении всей моей жизни я никогда не была хороша во лжи, но…

“Я ничего не делала с леди Фурианой.”

Слова сами собой слетели с моих губ. Как заколдованный, мой язык работал сам по себе.

“Ты в любом случае в это не поверишь... Ты вероятно думаешь, что я ведьма, но на самом деле я ничего не делала… Я ничего не делала.”

Дракон фыркнул и приблизился к моему лицу. Я потерла глаза кулаком и попыталась прийти в себя. Что я делала? Сейчас было не время говорить об этом.

“Я не сбегала целенаправленно, ик. Нет, я упала в обморок из-за боли, и они… ик, все, что они сделали, это помогли мне. Дракон проснулся из-за меня. Я имею в виду, ик, я имею в виду…Тебе не обязательно доверять мне, я сделаю все, что ты скажешь, и приму любое нака-ик-зание, поэтому, пожалуйста, не делай, ик, из меня ведьму....”

“Прекрати.......”

“Что?»

“Прекрати... прекрати плакать.”

Он, должно быть, был раздражен. Вскоре после этого мой муж поднялся на ноги, опираясь на меч и тяжело дыша. В эту минуту я попыталась отойти в сторону с закрытым ртом.

“Кто смеет говорить, что ты ведьма?....”

“Ик, что?”

“Все, что мы делали… Хаа, я имею в виду...”

Плюх.

Дракон наклонил голову.

“Черт возьми, я совсем не спал...”

Несмотря на то, что Айзек сумел встать на ноги, он упал навзничь и остался лежать, упав в кучу снега.

Я стояла далеко, поэтому просто смотрела на него.

Как мог этот монстр вот так запросто упасть? Это из-за того, что в него попал гриб? Было ли в этом грибе что-то ядовитое? Или…

“Мне жаль.”

...что?

Я на мгновение переглянулась с драконом. Мне показалось, что уши плохо слышат.

“Я схожу с ума?”

Айзек беспомощно встряхнул головой. Его дыхание стало белым облачком, когда он сказал: “Мне жаль.”

“……”

“Мне жаль...”

Было ли это из-за ядовитого гриба? Или это было последствием его возбужденного состояния? Или он принял меня за кого-то другого?

Его красные глаза, потерявшие свой свет, тупо уставились на мое застывшее лицо.

Не понимаю. Это было действительно странно.

Почему он так на меня смотрел?

Мне показалось, что он был раздражен. Я думала, что не нравлюсь ему. Разве он не почувствовал облегчение от того, что я исчезла? Разве он не предполагал, что это я стою за состоянием Фрейи?

“Лорд Айзек!”

“Леди Рудбекия!”

Я слышала, как неподалеку кричали паладины. Я думала, что появится толпа, но на снежное поле вышли только пять или шесть рыцарей. Сэр Иван шел впереди и остановился, увидев лежащего на земле Айзека.

“Крр....”

Дракон зарычал, обнажив свои огромные зубы.

Я положила руку ему на морду.

“Эй, не делай этого. Все в порядке.”

Я не знала, что, черт возьми, было нормально, но я все равно сказала это.

Паладины молчали, как будто были спокойны, но, пожалуй, они нервничали. В это время мой муж подтянул меч к себе и снова поднялся с его помощью.

Затем он пошатнулся в направлении ко мне. Дракон бросил свирепый взгляд, но его это не заботило. Меня медленно захлестнули усталость и неизвестные эмоции.

Растрепанные волосы, рваное платье, грязные руки и окровавленные ноги… все взгляды были устремлены на меня.

Мое тело сжалось само по себе.

Видимо, я знала, что выгляжу не очень хорошо....

“...Я оставлю его в покое. Ты уже достаточно повеселилась.”

Что это было? Это был сарказм? Это выглядело так, как если бы он забирал свою жену, которая потеряла счет времени на пикнике. А не так, как если бы он был здесь для того, чтобы поймать ведьму.

“Эй, он...”

“Один удар их не убьет. Потребуется совсем немного времени, чтобы он пришел в себя.”

Правда? Я колебалась и повернулась к Попо и Грифону. Сэр Иван открыл рот, чтобы обратиться ко мне.

“Совершенно верно, мэм. Они на удивление живучие. Через день или около того они будут полностью здоровы и свежи.”

“Да! И более того, исчезающие виды не должны быть тронуты! Люди поднимут шум из-за пробуждения дракона, но у нас есть трудовая этика....”

Кто-то заткнул болтливый рот Эндимиона. Я не знала, почему они вели себя так странно. Как если бы обнадеживали меня, пытаясь успокоить… Они заманивали меня в ловушку, усыпляя мою бдительность?

“Крооооо...”

Драконья морда снова шевельнулась.

Из нее что-то выпало. В этот момент мне показалось, что у него во рту был отдельный щечный карман. Я наклонилась и подняла драгоценный камень, упавший к моим ногам.

Это был рубин размером с кулак.

Дракон, который ни с того ни с сего выплюнул драгоценный камень, спокойно смотрел на меня, не издавая ни звука. Я попыталась вернуть его, но он отказался, мотая мордой.

Его золотистые глаза таинственно светились, как будто хотели что-то сказать. Он говорил мне не идти? Хотел ли он, чтобы я осталась с ним подольше?

От чувства вины у меня пересохло в горле, но сейчас я ничего не могла с собой поделать.

Хаа, я не знала, как все обернется, если я сейчас здесь облажаюсь. Мы могли бы встретиться снова, только если переживем сегодняшний день. Кроме того…

Я перевела взгляд вперед. Мой муж молча ждал меня с протянутой рукой.

Теперь я вижу, он выглядел довольно усталым.

В чем была сложность? Почему он все время делал такое странное лицо? О чем он думал?

Я снова повернулась к Попо и Грифону, бросила последний взгляд на дракона и вытянула руку вперед.

В поле раздались облегченные вздохи.

“Отступаем!”

“Все, можете отступать! Давай, давай убираемся отсюда!”

Ах, какое облегчение.

Я думала, что вот-вот упаду, но потом мои ноги взметнулись в воздух. Я снова была цыпленком.

Мои зубы стучали.

До этого я даже не замечала насколько здесь было холодно, было удивительно почувствовать, насколько холодной стала погода, как только я вернулась в объятия цивилизации.

“В любом случае, просто возвращаемся домой.”

…Ха, у меня мурашки по коже. Что теперь, муженек? Эй, ты только что притворялся, что у тебя тяжелые времена! Ты говорил, что тебе жаль, и сказал все эти странные вещи, которые привели меня в замешательство! Ты снова показываешь свое истинное лицо?

Этот придурок. Я знала, что это произойдет. Как и ожидалось, у этого бессердечного сопляка не было ни малейшего намерения позволить мне ускользнуть!

“Крааа.....кроооо....КРАААА!”

Вместо того, чтобы преследовать нас, дракон просто смотрел прямо на нас и, казалось, тихо рычал. Вскоре он издал долгий, полный боли крик.

Это был не величественный рев, а пронзительный крик скорби.

“Гроооооо!”

О боже, этот идиот действительно плачет.

Я уткнулась лицом в плечо своего гнусного мужа и попыталась проглотить рыдание, грозившее вырваться у меня изо рта. Его руки, которые удерживали меня, были полны силы.

Звук от удара гриба о его лоб был настолько громким, что я была ошеломлена. Айзек осел на землю, закрыв лицо руками.

А?

На мгновение воцарилась странная тишина.

— Я... Я не... Не... Ты в порядке?

— Проклятье... — пробормотал он с низким ревом, напугав меня до смерти.

Кто-нибудь, пожалуйста, скажите мне, что я только что не получила флаг смерти.

— Я... Я сожалею. Я не хотела бросать его так сильно...

— Гррр!

Дракон, который громко зарычал, когда мой муж подал голос, молниеносно переместился, как будто хотел съесть высокомерное человеческое существо перед ним одним укусом.

Моя рука остановила его, прикоснувшись к голубой чешуе.

— Нет! Не делай этого!

— Груууу... — дракон оглянулся на меня с недовольным видом.

Ха, мне действительно хочется плакать. Я не знаю, о ком, черт возьми, я беспокоюсь.

Вокруг постепенно становилось шумно. Звуки приближающейся толпы людей... Я огляделась, прикусив нижнюю губу.

У дракона во рту все еще торчали кусочки мяса, как еда у ребенка. Попо дрожал, как испуганный кролик. Грифон изо всех сил хлопал крыльями, качая головой...

Так не должно быть.

Подкреплений паладинов должно быть больше, чем раньше, и дракону не выстоять.

Попо и Грифон действительно погибнут при таком раскладе.

Я также не знала, какими монстрами они являются для обывателей и насколько устрашающими. Не было случая, чтобы бедных диких монстров оставили в покое. Но...

Как я могла просто закрыть глаза на тех, кто понимал меня и был так добр? Как я могу позволить, чтобы их убивали, ранили и выгоняли из их домов? Это все произошло из-за меня.

Я должна была сохранить все до поры до времени. Мы должны были жить, чтобы однажды увидеть друг друга снова.

Я заколебалась и посмотрела на Айзека. Мужчина уже поднял лицо и смотрел на меня, выпятив грудь.

Посмотрите на эти дикие глаза. Он пытался понять, что со мной делать?

— Мне жаль. Я... Я не знала. Я действительно не знала, что все случится так...

— Тогда как?

Мои слова не действовали на него.

Но я действительно не знала, ты, хладнокровный мерзавец!

— Это не то, что ты думаешь...

Как я должна была это объяснить? Моя голова пульсировала, а желудок требовал, чтобы меня вырвало.

Что мне ему сказать? Меня пригласили в храм, и я чуть не столкнулась с Лоренцо, поэтому спряталась? А потом я услышала, как этот мерзавец говорит о том, что я в дерьме, поэтому я бродила вокруг в оцепенении? Пока мне было плохо и я гуляла возле храма одна, я наткнулась на Попо? Я не планировал убегать, просто так получилось.

Я знала, что говорить о таких вещах бесполезно.

Он все равно мне не поверит.

За всю свою жизнь я никогда не умела врать, но...

— Я не имею отношения к происшествию с леди Фурианой.

Слова вылетели у меня изо рта. Словно заколдованный, мой язык работал сам по себе.

— Ты все равно не поверишь, ты можешь подумать, что я ведьма, но я действительно ничего не делаю и не делала.

Дракон фыркнул и приблизился к моему лицу. Я потерла глаза кулаком и попыталась прийти в себя. Что я делала? Сейчас было не время говорить об этом.

— Я не убегала специально, хик. Нет, я потеряла сознание от боли, а они... Хик, все, что они сделали, это помогли мне. Дракон очнулся из-за меня. То есть, то есть... Ты не должен мне доверять, я сделаю все, что ты скажешь, и приму любое наказание, так что, пожалуйста, просто не делай из меня ведьму...

— Стоп...

— Что?

— Перестань... Перестань плакать.

Должно быть, он раздражен. Вскоре после этого мой муж, задыхаясь, поднялся с мечом в руке. В этот момент я попыталась отойти, закрыв рот.

— Кто посмел сказать, что ты ведьма?

— Уваа, что?

— Все, что мы делали... Хаа, я имею в виду...

Бах.

Дракон наклонил голову.

— Проклятье, я совсем не спал...

Несмотря на то, что Айзек сумел встать на ноги, он упал и лежал, зарывшись в кучу снега.

Я была далеко, поэтому просто смотрела на него.

Как могло это чудовище вот так просто упасть? Только потому, что в него попал гриб? Может, в этом грибе было что-то ядовитое? Или...

— Мне жаль.

Что?..

Я на мгновение обменялась взглядом с драконом. Мне показалось, что мои уши слышат неправильно.

— Я схожу с ума?

Айзек беспомощно покачал головой.

— Мне жаль. Мне жаль...

Это из-за ядовитого гриба? Или это из-за последствий его возбужденного состояния? Или он принял меня за кого-то другого?

Его красные глаза, потерявший свой свет, безучастно уставился на мое застывшее лицо.

Странно. Это было действительно странно.

Почему он так смотрел на меня?

Я думала, он раздражен. Я думала, что я ему не нравлюсь. Неужели он не почувствовал облегчения от того, что меня нет? Неужели он не решил, что за состоянием Фрейи стою я?

— Господин Айзек!

— Леди Рудбекия!

Я слышала крики паладинов совсем рядом. Я думала, что появится толпа, но на снежное поле вышло всего пять или шесть рыцарей. Сэр Иван, шедший в авангарде, остановился, увидев лежащего на земле Айзека.

— Гррр, — прорычал дракон, показывая свои огромные зубы.

Я приложила руку к его морде.

— Эй, не делай этого. Все в порядке.

Я не знала, что, черт возьми, именно в этой ситуации нормально, но я все равно сказал это.

Паладины молчали, как будто они были спокойны, но, вероятно, они нервничали. В это время мой муж поднял с земли свой меч и снова поднялся.

Затем, пошатываясь, он направился ко мне. Дракон бросил на него свирепый взгляд, но ему было все равно. Меня медленно захлестывала усталость и непонятные эмоции.

Мои растрепанные волосы, потрепанное платье, грязные руки и окровавленные ноги... Все взгляды были устремлены на меня.

Мое тело сжалось само по себе.

Видите, я знаю, что выгляжу не очень хорошо....

— Я оставлю его в покое. Ты уже достаточно повеселилась.

Что это было? Это был сарказм? Как будто он забирает свою жену, которая потеряла счет времени на пикнике. И не так, как если бы он был здесь, чтобы поймать ведьму.

— Эй, он...

— Один удар не убьет их. Потребуется лишь некоторое время на восстановление.

Правда? Я замялась и повернулся к Попо и Грифону. Сэр Иван открыл рот, но я колебалась.

— Это верно, мэм. Они удивительно устойчивы. Через день или около того они будут на ногах и бодры.

— Да! И прежде всего, исчезающие виды должны быть оставлены в покое! Все будут суетиться из-за того, что дракон проснулся, но у нас есть рабочая этика...

Кто-то закрыл болтливый рот Эндимиона. Я не знала, почему все ведут себя так странно. Как будто успокаивали меня, пытались задобрить... Они этим подстраивали ловушку?

— Крууу... — морда дракона снова зашевелилась.

Из него что-то выпало. В этот момент мне показалось, что у него во рту есть отдельный карман на щеке Я нагнулась и подняла драгоценный камень, упавший к моим ногам.

Он был почти такого же размера, как рубин размером с кулак.

Дракон, который ни с того ни с сего бросил драгоценность, спокойно смотрел на меня, не издавая ни звука. Я попыталась вернуть его, но он отказался, покачивая мордой.

Его золотые глаза загадочно светились, словно хотели что-то сказать. Говорил ли он мне не уходить? Хотел ли он, чтобы я осталась с ним подольше?

От чувства вины у меня в горле стало горько, но сейчас я ничего не могла с собой поделать.

Я не знала, как все обернется, если я все испорчу. Мы сможем встретиться снова только в том случае, если доживем до конца сегодняшнего дня. Кроме того...

Я перевела взгляд вперед. Мой муж молча ждал меня, протянув одну руку.

Теперь, когда я увидела его, он выглядел довольно усталым.

Что было так тяжело? Почему он все время делал такое странное лицо? О чем он думал?

Я снова повернулась к Попо и Грифону, бросила последний взгляд на дракона и протянула руку вперед.

По полю пронеслись вздохи.

— Все, отступаем!

— Мы все можем отступить! Давайте, уходим отсюда!

Какое облегчение.

Мне казалось, что я сейчас упаду, но тут мои ноги взметнулись в воздух. Я снова была словно птенец.

Мои зубы стучали.

До этого я даже не знала, что было холодно, но было удивительно почувствовать, насколько холодной была погода, как только я вернулась в объятия цивилизации.

— В любом случае, просто идем домой.

Ха, у меня мурашки по коже. Что теперь, муженек? Эй, ты только что притворялся, что тебе тяжело! Ты вдруг извинился и сказал все эти странные вещи, которые заставили меня растеряться! Ты снова показываешь свое истинное лицо?

Этот придурок. Я знала, что так будет. Как и ожидалось, этот хладнокровный мерзавец не имел ни малейшего намерения, чтобы позволить мне ускользнуть!

— Крааа!

Вместо того, чтобы преследовать нас, дракон, который просто смотрел прямо на нас, казалось, ревел. Вскоре он издал долгий, полный боли крик.

Это был не столько величественный рев, сколько пронзительный крик печали.

— Грууу!

О боже, этот балбес действительно плачет.

Я уткнулась лицом в плечо моего злобного мужа и попыталась проглотить рыдания, грозящие вырваться из моего рта. Его руки, обнимавшие меня, были полны силы.

Все мое тело налилось свинцом. Я не могла прийти в себя.

Было ужасно жарко и очень холодно одновременно. Мои глаза пульсировали, а сознание, то появлялось, то исчезало.

“Руби….”

Кто-то коснулся моего лба. Я вздохнула, и мои глаза открылись.

Кто это был? Был только один человек, который делал так, когда я болела…

“Сестра…?”

Кроваво-красные глаза предстали перед моим расплывчатым взором. Я подумала о своей сестре. Кровь на ее тонком запястье…

“Эй… эй.”

“Руби…?"

“Сестра, не умирай. Пожалуйста, не умирай.”

Длинные мягкие волосы коснулись кончиков моих трясущихся пальцев.

Это ты! Это ты!

Я отчаянно схватила ее за волосы и скрутила их пальцами, хныча, «Сестра, не умирай. Я не хочу умирать в одиночестве. Не уходи, сестра. Живи со мной.»

Ее успокаивающее прикосновение к моему лбу исчезло.

Нет, не уходи!

“Ты делал что-нибудь опасное перед ней?.”

“Нет, не думаю, что подобное было.”

…Хм? Это не моя сестра?

Это был противный голос моего мужа, но моя сестра не могла разговаривать с моим мужем. Точно, я же была в совершенно другом мире…

Я хотела повернуться, но чья-то рука схватила меня за плечо и заставила лечь прямо. Я была знакома с запахом, ударившим мне в нос.

Э?

“П-п….”

Жнец смерти. Серебрянноволосый жнец смерти пристально глядел на умирающую меня.

Угх!

“П-пощади меня. Помоги мне….”

Эти кроваво-красные глаза задрожали.

Помоги мне, не убивай меня, сукин сын! Если ты главный герой, все будет хорошо!

Я так разозлилась, что слезы хлынули сами собой. Я пристально посмотрела на него и ударила стоящего мужчину по руке.

“Пощади меня, спаси меня….”

Почему он не слушал?

Я решила сдаться, потому что почувствовала, что мои руки выложились на полною. Мое сознание снова оборвалось.

Снова очнулась.

Когда я открыла глаза, маленькая ладошка погладила меня по щеке.

“Выздоравливайте поскорее, миледи….”

Кто это был? Ее ясные сине-зеленые глаза были прекрасны.

Это напомнило мне о маленькой принцессе, которую я знала. Принцесса никак не могла навестить меня, но…

Сцена снова поменялась, и я почти полностью отдала сознание нежным рукам, похлопывающим мое лицо.

Место, в котором я находилась, лицо, смотрящее на меня у кровати… Я что сплю?

“Почему ты здесь застряла?.”

Со мной говорила моя сестра.

Длинные рыжие волосы, голубые глаза, загорелая кожа и мягкие губы с кораллово-красной помадой.

Это действительно была она.

“Почему бы тебе не пойти и не покататься на яхте? Сейчас ведь летние каникулы.”

Каждые летние каникулы мы приезжали в наш семейный летний домик. Откуда из окна можно было увидеть красивый берег озера. Даже в комнате, где я лежала, были слышны визги подруг старшей сестры.

Моя сестра, со смехом закуривая сигарету, плюхнулась рядом со мной.

“В чем проблема? Я не думаю, что мои мама или папа говорили тебе сидеть тихо, и все же ты здесь. Ты болеешь?”

Наши родители путешествовали за границей со своими любовниками, пока их дети собирали своих друзей и наслаждались летом.

Я не была больна.

Но я не могла сказать ей, что старший брат велел мне оставаться здесь, пока он не придет.

Сестра часто дралась с братьями. А я часто ругалась с родителями, так же как и мои братья. После одной из таких ссор я хотела спрятаться и причинить себе вред. Поэтому, я не могла сказать об этом.

Если бы я сказала ей тогда…

Ее тонкие предплечья, покрытые сигаретным дымом, мелькали взад и вперед перед моими глазами словно иллюзия.

В конце сцена исчезла подобно лопнувшему мыльному пузырю.

Казалось, я была без сознания в течении долгого времени, не прерывая сна.

Возможно, поэтому, очнувшись, я почувствовала себя отдохнувшей и свежей, как и всегда.

В поле зрения появился знакомый потолок.

Моя спальня в замке Омерта…

Пока я сидела, память о последнем событии медленно возвращалась. Что должно было случиться со мной сейчас? Попо и Грифон, вероятно, были в порядке.

Не было похоже, что злобный дракон схватил бы их…

“Ты в порядке?”

Я чуть не подскочила.

Когда я медленно повернула голову, успокаивая свое испуганное сердце, то увидела Эллению, которая сидела напротив в кресле с другой стороны спальни и внимательно смотрела на меня.

Хотя у нее было такое же равнодушное и невыразительное лицо, мне стало немного страшно из-за всего, что я сделала.

Она снова заговорила, у меня пересохло во рту, пока я пыталась сообразить, что сказать.

“Прости.”

"…что?”

“Руби, я не хотела так давить на тебя.”

Было похоже, что она говорит о произошедшем у ванной.

Пока я просто тупо глазела, Элления опустила глаза и посмотрела на мою руку. Казалось, она почему-то чувствовала себя неловко.

Мне стало любопытно, но я думаю мне стоит просто сказать, что все в порядке.

“Все в порядке, тебе не о чем беспокоиться.”

“Как и ожидалось, ты ничего не спрашиваешь.”

“…….”

“У моей мамы тоже были такие отметины на тыльной стороне ладони.”

“Ой….”

“Она сильно похудела за год до смерти.”

Я не знала, что сказать. Отчасти я догадывалась о чем-то таком, когда она толкнула меня в тот день, но было удивительно услышать это из уст Эллении.

Я понимаю. Так…

“Она была болезненно одержима своей внешностью… Я была единственной, кто знал больше о ее причудливых привычках. Она ела всего несколько фруктов в день и полдня тратила на уход за волосами.”

И снова мои мысли обратились к моей сестре. Слишком похожими были последние мгновения жизни моей покойной свекрови и сестры.

Конечно, у меня выработалась подобная привычка, но… я бы никогда не покончила с собой.

Элления, слегка прикусив кончик губы, снова подняла глаза и посмотрела мне прямо в глаза.

“Я никогда не понимала ее до настоящего времени. Просто...”

“…….”

“Благодаря тебе теперь я думаю, что знаю немного больше.”

«Благодаря мне», что ты имеешь в виду?

Она имела в виду то, что я тогда сказал в качестве оправдания «Я могу контролировать только свое тело»?

“Ну, мой муж….”

“Я сохраню это от него в секрете, так что не волнуйся.”

Ее холодный голос принес облегчение. Не было ничего хорошего быть пойманной с поличным. Помимо стыда.

Значит, это был наш с Элленией секрет?

Наступил момент тишины. После минутной паузы Элления наконец отвела от меня взгляд и поднялась.

“Принцесса Ари посещала тебя.”

“Что?”

“Она сказала, что хочет навестить тебя. Попросила передать тебе, что желает, чтобы ты поскорее поправилась.”

Значит, это был не сон? Я была поражена и тронута тем, что принцесса действительно приходила.

“Кстати, Руби.”

“Да?”

“У тебя случайно нет сестры?”

Что? Что она вдруг имела в виду под словом «сестра»? Это было в моей прошлой жизни.

Когда я в замешательстве наклонила голову, Элления быстро покачала головой.

“Нет, неважно… Я узнаю рано или поздно, сейчас все и без того погружено в хаос, потому что дракон, который был в спячке, проснулся.”

“…….”

“Не нужно пугаться. Мы знали, что когда-нибудь это произойдет, поэтому тщательно подготовились.”

Я вижу. Она не выглядела такой беззаботной. Более того, разве Элления не знала, что это я разбудила дракона?

Разве Айзек не сказал ей? Или Элления пыталась проверить меня?

“Итак, пока тебе не следует какое-то время ходить в одиночестве. К счастью, в этот раз люди нашли тебя первыми, так что тебе повезло…”

“Что?”

Элления моргнула, когда я безучастно вопросила.

“Как и ожидалось, ты не помнишь. Кто-то из членов гильдии Линчевателей* нашел тебя, лежащую возле леса, и затребовал выкуп, но как ты там оказалась?”

“Ну, я не хорошо себя чувствовала, и я…”

“Достаточно. Больше никогда не ходи одна. Особенно рядом с морозным лесом, даже хорошо обученные паладины неохотно отправляются туда в одиночку. К счастью, на этот раз тебе повезло, члены гильдии тоже не ангелы. Ты понимаешь?”

Мягко, но решительно, я энергично закивала головой.

Элления, похоже, пришла к выводу, что череда событий загнала меня в угол.

Она понятия не имела, что произошло на самом деле.

Городская стража закрывала глаза на работу частных гильдий, а ее объяснения означало лишь то, что паладины связались с гильдией, что было строго противозаконно.

Другими словами, это означало, что паладины, которые нашли меня в тот день, держали все в секрете, но я не знала, хорошо это или нет.

Кто еще не был в курсе?

__________________________________________________________________________________________

*Линчеватели - персоны или группы лиц, целью которых является преследование людей, обвиняемых в настоящих или вымышленных преступлениях и не получивших заслуженного наказания, в обход правовых процедур. Хотя их жертвами нередко становятся настоящие преступники, линчеватели могут иметь собственные представления о том, что называть преступлением.

Все мое тело словно налилось свинцом. Я не могла прийти в себя.

Было ужасно жарко и одновременно очень холодно. В глазах пульсировало, сознание мелькало туда-сюда.

— Руби...

Кто-то коснулся моего лба. Я будто задохнулась и резко открыла глаза.

Кто это был? Был только один человек, который делал так со мной, когда я была больна.

— Сестра?..

Кроваво-красные глаза попали в мое затуманенное зрение. Я подумала о своей сестре. Кровь на ее тонком запястье...

— Привет... Привет.

— Руби?..

— Сестра, не умирай. Пожалуйста, не умирай.

Длинные, мягкие волосы коснулись кончиков моих дрожащих пальцев.

Это ты! Это ты!

Я отчаянно схватила ее волосы и скрутила их вокруг пальца, при этом хныча:

— Сестра, не умирай. Я не хочу умирать в одиночестве. Так не уходи, сестра. Живи со мной.

Ее утешительное прикосновение к моем лбу исчезло.

Нет, не уходи!

— Ты делал что-нибудь опасное в ее присутствии?

— Нет, я не думаю, что такое было.

А? Разве это моя сестра?

Это был голос моего злого мужа, но моя сестра не могла говорить с ним. Ах, я была в совершенно другом мире...

Я уже собиралась повернуться, но чья-то рука схватила меня за плечо и заставила лечь прямо. Мне был знаком запах, который проник в мой нос.

А?

— По...

Жнец смерти. Серебряноволосый жнец смерти смотрел на меня, пока я умирала.

Ух!

— По... Пощади меня. Помоги мне...

Эти кроваво-красные глаза слегка дрожали.

Помоги мне, не убивай меня, сукин сын! Ты ведь главный герой!

Я была так зла, что на глаза навернулись слезы. Я пристально посмотрела на него и ударила стоящего рядом мужчину по руке.

— Пощади меня, спаси меня...

Почему он не слушает меня?

Я решила сдаться, потому что чувствовала, что больше нет сил сопротивляться. Тут моя нить сознания снова оборвалась.

Я снова проснулась.

Когда я открыла глаза, маленькая ладошка поглаживала мое лицо.

— Выздоравливайте скорее, миледи...

Кто это был? Ее ясные сине-зеленые глаза были очень красивыми.

Она напомнила мне маленькую принцессу, которую я знала когда-то. Принцесса никак не могла навестить меня, но...

Декорации снова изменились, когда я почти отдала свое сознание. Но нежные похлопываниям по лицу вытащили меня из мира грез.

Место, в котором я находилась, лицо, смотрящее на меня с кровати... Неужели я сплю?

— Почему ты застряла здесь? — спросила моя сестра.

Длинные рыжие волосы, голубые глаза, загорелая кожа и мягкие губы, накрашенные кораллово-красной помадой.

Это действительно была она.

— Почему бы тебе не пойти и не покататься на яхте? Сейчас летние каникулы.

Каждые летние каникулы мы приезжали на нашу семейную дачу, где из окна можно было увидеть прекрасный берег озера. Звуки восторженных криков подруг моей сестры были слышны даже в комнате, где я лежала.

Моя сестра, которая прикуривала сигарету, хихикая, опустилась рядом.

—В чем проблема? Ты заболела?

Наши родители уезжали за границу со своими возлюбленными, пока их дети собирали своих друзей и наслаждались летом.

Я не была больна.

Но я не могла сказать ей, что мой старший брат велел мне оставаться здесь до его приезда.

Моя сестра часто ссорилась со своими братьями. Я часто спорила со своими родителями и ними. После таких ссор я пряталась и причиняла себе боль. Поэтому я не могла сказать ей об этом.

Если бы я сказала ей тогда...

Ее тонкие предплечья, окутанные сигаретным дымом, мелькали перед моими глазами взад-вперед, как иллюзия.

В конце пейзаж стерся, как белый пузырь.

Казалось, что я долгое время находилась без сознания, не просыпаясь ни на миг.

Возможно, из-за этого, когда я пришла в себя, я чувствовала себя такой же ясной и свежей, как всегда. Я выспалась.

В глаза бросился знакомый потолок.

Моя спальня в замке Омерта...

Пока я сидела, ко мне медленно возвращалось воспоминание о том, что произошло недавно. Что теперь со мной будет? Попо и Грифон, вероятно, в порядке.

Не похоже, чтобы злобный дракон задирал их...

— Ты в порядке?

Я чуть не подпрыгнула.

Когда я медленно повернула голову, успокаивая свое испуганное сердце, я увидел Эллению, которая сидела на стуле с другой стороны кровати и смотрела на меня.

Хотя у нее было такое же безразличное и ничего не выражающее лицо, я немного испугалась из-за всего, что натворила.

У меня пересохло во рту, когда я пыталась что-то придумать, дабы оправдать себя. Но она заговорила первой.

— Мне жаль.

— Что?

— Я не хотела так давить на Руби.

Похоже, она говорила о том, что произошло перед ванной.

Пока я просто смотрела в пустоту, Элления немного опустила глаза и посмотрела на мою руку. Похоже, она почему-то чувствовала себя неловко.

Мне было любопытно почему она просит прощения, но, видимо, я должна была просто сказать, что все в порядке.

— Все в порядке, тебе не стоит об этом беспокоиться...

— Как и ожидалось, ты ни о чем не спрашиваешь. У моей матери тоже были такие отметины на тыльной стороне руки.

— О...

— Она сильно похудела за год до смерти.

Я не знала, что сказать. Я догадывалась об этом, когда она толкнула меня в тот день, но было удивительно услышать это из уст Эллении.

Понятно. Итак...

— Она была болезненно одержима своей внешностью... Я была единственной, кто знал о странных привычках моей матери. Она ела всего несколько фруктов в день и тратила полдня на уход за волосами.

И снова мои мысли устремились к сестре. Последние действия моей умершей свекрови и сестры были слишком похожи.

Конечно, у меня появилась похожая привычка, но... я бы никогда не лишила себя жизни.

Элления, слегка прикусив губу, снова подняла глаза и посмотрела прямо на меня.

— До сих пор я ее не понимала. Просто... благодаря тебе, мне кажется, что я стала на чуточку ближе к ней.

«Благодаря мне? Что ты имеешь в виду?»

Она имела в виду то, что я тогда сказала в качестве оправдания? «Из всего, что я могу контролировать — это только свое тело»?

— Ну, мой муж...

— Я сохраню это в тайне от него, так что не волнуйся.

Ее прохладный голос принес облегчение. Было нехорошо быть пойманной. Я испытываю неимоверный стыд.

Значит, теперь это наш секрет?

Наступил момент молчания. После минутной паузы Элления, наконец, оторвала от меня взгляд и встала:

— Принцесса Ари посетила меня.

— Что?

— Она сказала, что хочет навестить тебя. Она просила передать, что желает тебе скорейшего выздоровления.

Значит, это был не сон? Я была поражена и тронута тем, что принцесса действительно приходила.

— Кстати, Руби.

— Да?

— У тебя случайно нет сестры?

Что? Что она имеет в виду под словом «сестра»? Она была только в моей предыдущей жизни.

Когда я наклонила голову в замешательстве, Элления быстро покачала головой:

— Нет, неважно... Я узнаю об этом рано или поздно, но сейчас ситуация довольно хаотичная, потому что дракон, который спал, проснулся. Тебе не нужно бояться. Мы знали, что когда-нибудь это случится, поэтому тщательно подготовились.

Понятно. Она не выглядела настолько спокойной, как ей хотелось бы. Более того, неужели Элления не знала, что это я разбудила дракона?

Разве Айзек не сказал об этом Эллении? Или Элления так пыталась проверить меня?

— Итак, ты более никогда не должна ходить одна. К счастью, в этот раз люди нашли тебя первыми, так что тебе повезло.

— Что?

— Как и ожидалось, ты не помнишь. Некоторые члены гильдии Мстителей нашли тебя лежащей возле леса и обсуждали твой выкуп. Но как ты там оказалась?

— Ну, я была больна и я...

— Этого достаточно. Но никогда больше никуда не ходи в одиночку. Особенно вблизи морозного леса. Даже хорошо обученные паладины неохотно ходят туда. К счастью, в этот раз тебе повезло, так как члены гильдии тоже не слишком надежны. Ты понимаешь?

Мягко, но решительно, я энергично кивнула головой.

Элления, похоже, пришла к выводу, что я мысленно загнана в угол чередой событий.

Она не имела ни малейшего представления о том, что произошло на самом деле.

Хотя городская стража закрывала глаза на работу частных гильдий, это означало бы, что они связались именно с ними, что было строго незаконно.

Другими словами, это означало, что паладины, которые нашли меня в тот день, держали все в секрете. Но я даже не знаю, хорошо это или нет.

Кто из них вообще не знает об этом?

Ледяной дождь и метель, которые шли безостановочно, прекратились, и несколько дней держалась солнечная погода.

Но это было странно.

Было слишком рано для снега и слишком поздно для солнца.

Даже если силы дракона и оказали какое-то влияние на это, только в середине лета можно было увидеть солнечный свет в Элендейле.

“Во времена страха и смятения воины должны оставаться более хладнокровными и спокойными. На какое-то время следует проявлять больше бдительности, однако драконы, как и другие монстры, существовали, правда только присутствовали на гладиаторских боях около 20 лет назад. Хоть ледяной дракон — это вид, который нельзя сравнивать с другими драконами, он не является непобедимым. И я верю, что бессмысленный страх и недисциплинированность будут отсутствовать в наших рядах, ведь это признаки незрелости. С момента своего основания Рыцари Лонгина привели несчетное количество мужчин и женщин к миру и развитию на Севере…”

Встреча завершилась проповедью командира рыцарей, легендарного своей победой над двумя взрослыми огненными драконами, которых он одолел вместе со своими друзьями детства.

Если грубо подытожить, то все что следовало знать — появился самый проблемный дракон. Это хаотичное заседание было лишь для того, чтобы сказать, что ничего не изменилось.

Как только монолог закончился, паладины, сдерживая зевки, ушли один за другим.

Только шесть паладинов остались на своих местах, пока вокруг не стало безлюдно.

Это были те немногие лучшие, что в тот день пошли за границу морозного леса. Не важно на сколько их было мало, ведь истинное удовольствие - это создавать проблемы за спиной руководства. Тем более, что это было тем, что они никогда не смогут сделать, по мнению остальных паладинов. Плюс, было еще интереснее хранить тайны храма и королевской семьи.

Но эта немного отличалась от обычных.

Им также было трудно сделать четкий вывод из увиденного в тот день, они понимали, что это перерастет в международный спор. Появление ледяного дракона, о существовании которого долгое время было неизвестно, вымер он полностью или нет, это в любом случае было шокирующим событием.

Однако это была вероятность, которую северяне всегда брали в расчет.

Драконы тоже были монстрами. Так же как и другие монстры, даже если они были слугами сатаны, они были опасны для людей, их могла убить и уничтожить только божественность. Ни в одной другой стране никогда не было записей о том, что чудовище могло смешаться или общаться с людьми, как это могли делать дикие звери.

Однако одна из людей на высочайшей вершине божественности, дочь Папы, выжила в приграничной зоне морозного леса, который был полон монстров. Кроме того, между ней и монстрами царила необычная атмосфера.Они сомневались, что кто-то поверит их словам.

На данный момент кто-то мог бы сказать, что семья Борджиа создала какой-то странный новый метод. В любом случае, лучшие из паладинов, что видели картину своими глазами, пока воздерживались от каких-либо суждений.

“Ты им скажи.”

“Нет, ты скажи.”

В негласной тишине прозвучали мнения, что хотя бы их командир должен быть проинформирован, и что испугавшиеся должны умереть в одиночестве.

Если позже выяснится, что они даже разговаривали с членами гильдии Линчевателей, то было бы лучше быстро подуть в свисток и убить себя в одиночку.

Честно говоря, они немного испугались нагоняя лидера, но все же кое как выстояли.

Главным виновником всех колебаний был не кто иной, как нарушитель спокойствия.

У герцога Омерты была грубая рука. Он был слишком страшен, чтобы на него обижаться.

Если бы кто-то из них не выдержал мук совести и рассказал бы командиру о том, что произошло в тот день в приграничной зоне, ему пришлось бы быть готовым к катастрофе, в которой ему отрезало бы голову. Или его судьба была бы как у той браконьерши...

Что же касается виновника, в то время как его благонадежные коллеги находились перед дилеммой, сам Айзек сосредоточился на заточке лезвия своего меча с расслабленным выражением лица.Он как будто открыто просил их замолчать.

Вместо того, чтобы немедленно покинуть свое место, командующий рыцарей, наблюдавший за напряженной атмосферой среди элиты, внезапно обратился к Айзеку, чтобы рассказать о том, что думает.

Все затаили дыхание.

“Я рад, что принцесса в безопасности.”

“Спасибо.”

“Но почему ты выглядишь таким обеспокоенным? Ты не похож на того, кто прыгает от радости, больше похоже, что ты собираешься поднять суматоху по этому поводу.”

“…милорд, ваша жена когда-нибудь убегала из дома?”

“Два раза, когда мы были молодоженами, и один раз, когда у нас родился первый сын. Она убежала в дом своей семьи, но тебя беспокоит не это, верно? Твоя жена говорила, что не хочет тебя видеть?”

Паладины, нервно наблюдавшие за происходящим, скорчили лица, недоумевая, заметил ли что-то их лидер, или Айзек взорвется, как бомба.

Все сошли с ума, как погода, и все из-за конфликта между мужем и женой.Как бы то ни было, командир рыцарей Лонгина был немного неравнодушен к Айзеку.

Это была забота о талантливых подчиненных, но иногда он был чересчур заботливым.

“Это неправда, но было бы лучше, чтобы все было, как вы говорите.”

“Не могу поверить, что ты размышляешь над своим поведением. Завтра солнце взойдет с запада.”

Айзек ответил на шутку лидера мрачным взглядом, в то время как у того было теплое выражение лица, как будто это напомнило о былых мыслях.

Командир горько усмехнулся, “Ты дома так пялишься на жену?”

“…я не знаю, как с ней обращаться.”

“Да ты вырос, раз беспокоишься о том, что другие думают о тебе. Думаю, это нормально для молодоженов. Особенно для женщины возраста твоей жены, она чувствительна и нежна, как стеклянная чаша. Вот почему…”

Командир крепкой хваткой схватил могучие плечи Айзека.

Брови Айзека поползли вверх, но он не сопротивлялся.

“Пока есть только один ответ. Будьте добры к ней, пока она не почувствует себя лучше.”

“Так, как вы…….”

“Ну это зависит от разного. Ничего грандиозного, просто покажи, что постоянно думаешь о ней. Не говори глупостей, не забывай дарить подарки и часто посещайте общественные мероприятия. Я уверен, что она знакома с южной социальной культурой, так что ей безумно скучно.”

Как и ожидалось, мысли женатого мужчины средних лет звучали разумно.

Айзек на мгновение замялся и снова спросил: “Какой подарок?..”

“Ха, у тебя нет друга с младшей сестрой, чтобы спросить?”

“У людей разные вкусы, тебе не кажется?”

“А откуда мне знать вкус твой жены? Тебе придется самому варить себе кашу.”

Лидер выглядел более чем гордым. На его лице застыло теплое выражение.

Настал день, когда он мог давать все свои советы умудренного жизнью человека этому упрямому смутьяну.

“Э, командир?”

“Что? Что случилось?”

“…ничего такого.”

“Есть ли еще проблемы в отношениях? Вы всегда можете посоветоваться со мной по таким вопросам.”

Паладины, обычно проявлявшие мужество, в итоге неуклюже замолчали от великодушия и заботливости своего командира.”

После того, как переменчивый командир наконец покинул свое место с теплой улыбкой, на некоторое время воцарилась тишина.

“…я просто говорю…”

“……”

“Я-я думаю, мы должны хотя бы сообщить об этом шефу.”

Никто не отреагировал на тщетно болтавшего бледноволосого паладина Камю.

Просто зачинщик ситуации все еще наблюдал за ними с коварным видом.

После безмолвной паузы Камю наконец взорвался, “Ребята, вы действительно не в себе? Меня одного не устраивает эта ситуация? Если нас поймают на связи с Линчевателем, тогда… тогда…”

Айзек, стоявший с незнакомым выражением лица, медленно повернул голову и посмотрел на Камю.

Камю запнулся от таинственного взгляда, чувствуя себя так, словно его одного охватило волнение. “Тогда иди, расскажи.”

“……”

“Что ты стоишь? Подойди к кому-нибудь и поговори.”

Его жесткая аура, которая была такой напряженной и холодной, быстро утихла.

Теперь Камю выглядел вне себя от гнева, “Ты мне угрожаешь? Я имею в виду нам? Из-за женщины Борджиа? Я даже смеяться не могу.”

“Камю”

“Вам не кажется, что это та же самая ситуация? Если вы сокроете это таким образом, мы в конечном итоге возьмем на себя ответственность в последнюю минуту. Мы беремся за все, о чем даже не знаем, а не только за южных свиней!”

“Верно! Ты ставишь под угрозу своих товарищей только потому, что тебе нечего делать? Это естественно для такого робкого ублюдка испугаться!”Камю, которого Иван назвал робким, забыл о сути и взревел от гнева, “Кто робкий? Тыы!”

“Этот придурок не может решить на чьей он стороне? Эй, Аз, ну же, давай просто прикончим его. Если он исчезнет, наши секреты отправятся в могилу…”“Ты уверен, что у Романьи нет никакой информации?”

Тишина наступила после внезапного вопроса Галара, который всегда молчал. Казалось, что в эти дни он наконец-то заговорил, и пока все подумали об этом, Айзек ответил: “Да.”

“Почему?”

“……”

“С каких пор ты стал тем, кто запросто поверит в эту чепуху и двинется дальше?”

“Она сказала, что понятия не имеет. Если бы мой тесть что-то знал, он бы не послал свою дочь такой неподготовленной.”

Если бы он намеревался обмануть Север блестящим талантом своей дочери, она никогда бы не попалась на такой ошибке.

Все согласились с этим.

Теперь, когда ее поймали, это было так, как будто они держали здесь нож.

Все было слишком небрежно, чтобы думать, что с самого начала скрывался огромный заговор.

“В этом есть смысл, но…”

“Или ты хочешь рассказать мне о том, что, возможно, моя жена солгала?”

Глаза Айзека были такими же спокойными, как глаза тайфуна.

Темно-красные брови Галара немного сдвинулись.

“Я не видел, чтобы она лгала. Я согласен, что чем больше людей узнают, тем хуже, но что ты собираешься делать?”

С тех пор. Чем ты планируешь заняться?

Айзеку тошно было это слышать.

Независимо от того, что они знали или не знали, они повторяли одни и те же слова, как будто давали обещание.

После четырех дней поисков все хватали его и повторяли одно и то же, как попугаи.

Чем ты планируешь заняться? Что вы собираетесь делать? Чего они ожидали от такого вопроса?

Даже король ничем не отличался от всех.

Ледяной дождь и метель, идущие без остановки, закончились, и началась солнечная погода.

Но это так странно.

Было слишком рано для того, чтобы выпал снег, и слишком поздно для греющего солнца.

Даже если сила дракона имела какое-то влияние, обычно только в середине лета в Элендейле можно было увидеть солнечный свет.

— Во времена страха и смятения воины должны оставаться более хладнокровными и спокойными. Но драконы, как и другие монстры, были существами, которые присутствовали на гладиаторских матчах почти двадцать лет назад. Хотя ледяной дракон — вид, который нельзя сравнивать с другими драконами, он не является непобедимым, и я верю, что не будет излишнего страха и отсутствия дисциплины, которые являются лишь признаками незрелости. С момента своего основания рыцари Лонгинуса привели бесчисленное множество людей к миру и развитию в Северном...

Собрание закончилось проповедью командира рыцарей, который известен тем, как вместе со своими друзьями детства победил двух взрослых огненных драконов.

Подводя итог, можно сказать, что появился самый проблемный дракон. Это была бессвязная речь о том, что ничего не изменилось.

Как только он закончил говорить, паладины, сдерживающие сонливость, один за другим покинули зал.

Таким образом, только шесть паладинов оставались на своих местах, пока все места не опустели.

Это были те немногие представители элиты, которые в тот день вошли на границу морозного леса. Как бы мало их ни было, для них было маленькой радостью в повседневной жизни тайно создавать проблемы за спиной своего строгого лидера. Тем более, если это было то, что другие коллеги всегда считали невозможным. К тому же, хранить секреты храма и королевской семьи было еще более захватывающим занятием.

Но в данном случае все было немного иначе, чем обычно.

Им также было трудно воспринять то, что они видели в тот день, но они понимали, что это обернется международным спором, если кто-то узнает про это. Появление ледяного дракона, о существовании которого долгое время не было известно, вымер его род или нет, не было шокирующим событием.

Это была возможность, которую северянин всегда держал в уме.

Драконы тоже были монстрами. Как и другие монстры, даже если они были слугами сатаны, поскольку те вредны для людей, они могли быть убиты и уничтожены божеством. Ни в одной стране не было зафиксировано, чтобы зверь общался с людьми.

Однако один из людей на высшем пике божественности, дочь папы римского, выжила в пограничной зоне леса мороза, который был полон чудовищ. Кроме того, между ней и монстрами существовала необычная атмосфера понимания.

Они сомневались, что кто-то поверит их словам.

В этот момент некоторые могли бы сказать, что семья Борджиа создала какой-то метод общения с монстрами. В любом случае, элитные паладины, которые сами видели ситуацию, пока что воздерживались от своих суждений.

«Ты скажи им».

«Нет, это ты скажи».

В негласном молчании прозвучали мнения, что, по крайней мере, их лидер должен быть проинформирован об происходящем, а испуганный должен умереть в одиночестве.

Если позже выяснится, что они даже разговаривали с членами «Мстителей», то лучше будет быстро все рассказать Айзеку и покончить самоубийством.

Честно говоря, они немного боялись ругани лидера, но все равно могли как-то выжить в такой среде.

Главным виновником всех их колебаний был не кто иной, как нарушитель спокойствия.

У герцога Омерты была грубая рука. Он был слишком страшен, чтобы на него можно было обижаться.

Если бы кто-то из них не справился со своей совестью и проговорился герцогу о том, что произошло в тот день на пограничной территории, ему пришлось бы приготовиться к катастрофе, где ему бы отрубили голову. Или же его судьба будет похожа на судьбу браконьерки.

Сам же Айзек сосредоточенно точил лезвие своего меча с расслабленным выражением лица.

Казалось, что он открыто просит их разинуть рты.

Вместо того, чтобы сразу же покинуть свое место, командир рыцарей, наблюдавший за напряженной атмосферой в элите, вдруг обратился к Айзеку.

Все с облегчением вздохнули.

— Я рад, что принцесса в безопасности.

— Спасибо.

— Но почему вы выглядите таким обеспокоенным? Вы не выглядите как тот, кто прыгает от радости, а так, будто собираетесь поднять шум о случившемся.

— Господи, ваша жена когда-нибудь убегала из дома?

— Два раза, когда мы были молодоженами и один раз, когда у нас родился первый сын. Она убегала в дом своей семьи, но вас беспокоит не это, верно? Говорит ли ваша жена, что не хочет вас видеть?

Паладины, нервно наблюдавшие за происходящим, испугались, гадая, заметил ли что-то их лидер. Или же Айзек взорвется, как бомба медленного действия.

Из-за конфликта между мужем и женой вся прислуга сходила с ума, словно погода на севере.

Как бы то ни было, командир рыцарей Лонгинуса был неравнодушен к Айзеку.

Дело было в заботе о талантливых подчиненных, но иногда он переходил черту.

— Это явно не так. Но будет лучше, если вы сами об этом скажете. Не могу поверить, что вы размышляете об этом. Завтра солнце взойдет с запада.

Айзек ответил на шутку мужчины мрачным взглядом, в то время как у лидера была улыбка на лице.

— А дома вы так же смотрите на свою жену?

— Я не знаю, как с ней обращаться.

— Это большое достижение — видеть, что вы беспокоитесь о том, как другие относятся к вам. Я думаю, это нормально для молодоженов. Особенно для женщины в возрасте вашей жены, она чувствительна и нежна, как стеклянная чаша. Вот почему...

Крепкая хватка лидера легла на широкие плечи Айзека.

Брови Айзека поднялись от удивления, но он не сопротивлялся.

— На данный момент есть только один ответ. Будьте с ней вежливым, пока она не почувствует себя лучше.

— Так как же ты...

— Ну, это зависит от обстоятельств. Ничего такого грандиозного, просто покажите, что вы постоянно размышляете о ваших взаимоотношениях. Не говорите ерунды и не забывайте дарить подарки и часто посещать светские рауты. Я уверен, что она знакома с южной социальной культурой, поэтому ей до безумия скучно и одиноко.

Как и ожидалось, женатый мужчина средних лет говорил разумно.

Айзек на мгновение замешкался и спросил снова:

— И какой подарок?

— Ха, а у вас разве нет подруги в виде младшей сестры, чтобы спросить?

— У людей разные вкусы, тебе не кажется?

— А откуда мне знать вкус вашей жены? Придется вам самому в этом разобраться.

Лидер выглядел необычайно гордым. На его лице застыла улыбка.

Настал день, когда он мог дать совет как старший в жизни этому упрямому смутьяну.

— Э, лидер?

— Что? Что случилось?

— Ничего.

— Если у вас проблемы в отношениях, то вы всегда можете посоветоваться со мной.

Паладины, которые обычно проявляли храбрость при щедром и заботливом отношении своего лидера, в итоге неуклюже замолчали.

После того, как лидер, который был непостоянен, наконец покинул свое место с теплой улыбкой на лице, на некоторое время воцарилась тишина.

— Я просто хочу сказать... Я думаю, что мы должны, по крайней мере, проинформировать вас...

Никто не отреагировал на бледноволосого паладина Каму, который заговорил впустую.

Просто зачинщик всей этой ситуации все еще наблюдал за ними.

После некоторого молчания Каму наконец взорвался:

— Вы, ребята, действительно не в себе? Неужели только мне одному не по себе от этой ситуации? Если нас поймают, когда мы будем иметь дело с Мстителем, тогда... Тогда...

Айзек, который стоял с непонятным выражением лица, медленно повернул голову и посмотрел на Каму.

Каму неосознанно попятился назад, чувствуя себя так, словно его охватило одно лишь волнение.

— Тогда иди и говори. Что ты здесь делаешь? Иди, найди кого-нибудь и расскажи об этом.

Его суровая аура, которая была такой напряженной и холодной, быстро утихла.

Теперь Каму выглядел сияющим от гнева:

— Ты угрожаешь мне? Я имею в виду, нам? Из-за борджианки? Я даже не могу смеяться от этой нелепой ситуации.

— Каму...

— Разве ты не думаешь, что ситуация вновь повторилась? Если ты будешь скрывать это таким образом, то в итоге мы возьмем на себя всю ответственность в самый последний момент. Мы берем на себя все, о чем даже не знали, а не только южных свиней!

— Вот именно! Вы угрожаете своим товарищам, потому что вам нечего делать? Это естественно для такого робкого ублюдка — испугаться!

Каму, которого Иван назвал робким, забыл о сути и разозлился:

— Кто робкий? Ты!..

— Этот придурок — тот, на чью сторону надо встать*? Эй, Айз, давай, давай просто прикончим его. Если он исчезнет, наши секреты уйдут в могилу...

*П.п: Насколько я поняла, то тут они говорят об том драконе.

— Ты уверен, что у Романьи нет никакой информации? Нет шпиона?

Наступила тишина от внезапного вопроса Галара, который всегда был молчалив. Казалось, что за период последних дней он впервые заговорил.

И пока все так думали, Айзек ответил:

— Да, уверен.

— Почему? С каких это пор ты стал тем, кто верит женщине и идет дальше по ее воле?

— Она сказала, что понятия не имеет, что произошло. Если бы мой тесть что-то знал, он бы не отправил свою дочь такой неподготовленной прямиком сюда.

Если бы он намеревался облапошить северян с помощью блестящего таланта своей дочери, она бы никогда не попалась на такой пустяк.

С этим были согласны все.

Теперь же, когда ее поймали, здесь как будто держали нож над ней.

Все было слишком небрежно, чтобы думать, что здесь с самого начала таился огромный заговор.

— В этом есть смысл, но...

— Или вы хотите рассказать мне о возможности того, что моя жена солгала?

Глаза Айзека были спокойны, как глаза тайфуна. Темно-красные брови Галара слегка сдвинулись.

— Я не припомню такого. Я согласен, что чем больше людей знает, тем меньше пользы, но что ты собираешься делать дальше?

«С этого момента. Что ты собираешься делать?»

Айзек устал это слышать.

Независимо от того, что они знали или не знали, они повторяли одни и те же слова.

После четырех дней поисков все останавливали его и повторяли одно и то же, как попугаи.

«Что ты собираешься делать? Что ты собираешься делать?»

Какой ответ они ожидали получить?

Даже король не отличался от них.

"Она была на волоске, Ледяной Дракон проснулся в то же самое время. В любом случае, это облегчение, что ты нашел ее в целости и сохранности, но что ты собираешься теперь делать?"

"По твоему я хоть когда-то был из тех, кто строит планы?"

"Во-первых, ваш брак был одноразовым."

Эти глаза, что притворялись обеспокоенными нашим браком по расчету, считающимся одноразовым, были полны жалости.

Поэтому Айзек был более саркастичен, чем обычно.

"Я не знаю, если бы кто-то из нас был рабом, мы бы написали роман века."

"Я не знаю, почему ты злишься на меня. С таким характером ты или твой отец уже давно отправили бы ее на корабль, направляющийся в Романью, что бы она ни говорила. Что тебя беспокоит?"

Что его беспокоило?

Он не знал. Все, в чем он мог быть уверен, так это в том, что его раздражало всякий раз, когда король Феанол вел себя как заботливый посторонний.

Даже когда он притворялся, что является экспертом, в качестве королевы он взял бывшую рабыню-язычницу, несмотря на всевозможные возражения.

"Теперь ее знают все королевские семьи."

"Она дочь папы римского."

"Как твоя жена, на севере, она под твоей юрисдикцией. Если то, что ты чувствуешь, это просто неуклюжее чувство ответственности, отпустите его, когда сможешь. Я не буду тебя останавливать. Ты сильно пожалеешь, если будешь настаивать на этом из чувства сострадания или ответственности."

"……."

"В такие моменты, как сейчас, ты больше похож на свою мать, чем Эллен."

Ты больше похож на свою мать.

Это было даже не смешно.

Принцесса Британии и герцог Омерта.

Женщина, которая всегда была несчастна, живя в центре власти и томясь от жизни, в конце концов повесилась.

Он был первым человеком, который рано утром обнаружил мать повешенной на иве.

Его отец подоспел на шаг позже, он бил иву до тех пор, пока его кулак не покрылся кровью.

Как будто дерево было виновато в ее смерти.

Сначала они действительно любили друг друга. Они были такими страстными.Никто не прерывал любовь между ними, и не было никаких препятствий, поэтому они просто боролись в яме, созданной ими самими, в конце концов жена повесилась, муж довел ее до этого поступка.

Ни одна из сторон не понимала и не хотела понимать друг друга.

Да, поначалу Айзек хотел снова встретиться со своей матерью и поговорить с ней.

Он стал паладином из желания вновь встретить свою мать, которая стала упырем из-за ее непростительного греха - самоубийства.

Такие наивные мысли умирали каждый раз, когда он убивал дикое чудовище.

Его мать действительно умерла. Но теперь, как упырь, она была просто еще одним существом, которое нужно было убить.

Вопрос о том, будет ли его мать среди бесчисленных сраженных его мечом останков, был лишним.

Это было не по какой-либо другой причине из-за чего он исключал себя из всех разговоров о браке и утверждал, что он аскет.

Это было не из-за шока, вызванного самоубийством его матери, как опрометчиво предполагали другие.

Это была просто мысль о том, что в его теле течет та же кровь.

Ее кровь. Это было очевидно, потому что в нем также текла кровь, что и в его отце.

Было бы забавно выбрать только хорошего родителя и считать себя одной крови с ним.

Тоже самое, если вы бы сказали, что не знали о долге после принятия наследства.

Было бы так удобно, если бы все в мире было также просто, как и борьба с монстрами.

Но теперь все было совсем не так просто.

Нет, на самом деле все было по-прежнему очень просто. Это был просто вопрос принятия правды.

Сообщить королю, отцу, командиру рыцарей, важным людям на Севере, а затем связать ее.

Она была смертоносным существом, которое могло полностью перевернуть весь мир с ног на голову.

Север не захотел бы ее отпустить, и даже семья Борджиа не смогла бы на этот раз сесть за стол переговоров.

Или он мог бы просто посадить ее на корабль и отправить обратно.

Минимально раздумывая, он мог бы просто забыть все, что здесь произошло, попросить ее заняться своими собственными делами, а затем отослать ее навсегда с условием, что она никогда больше не ступит на северные земли. Это была очень простая задача.

И он продолжит жить и работать, как раньше.

Но зачем он все это делает?

Даже связался с мерзкой гильдией Линчевателей, оказывал давление на своих коллег и обманывал всех.

Что заставило его колебаться в решении отпустить ее?

"Я тоже не знала, правда. Я не знала, что могу это делать....Я не лгу тебе...."

Не имело значения, знала она или нет.

Вид того, как она оправдывается, успокаивая безумного ледяного дракона лишь одним словом, возник перед его глазами.

“Если ты будешь продвигаться вперед из чувства сострадания или ответственности, ты будешь сожалеть об этом намного позже."

Сострадание. Ответственность. Что, черт возьми, все это было?

Неприятное чувство, которое не покидало его с той ночи, когда он увидел шрамы на ее ключице, было ли это просто состраданием?

Выцветшие, жестокие отметины на ее теле, которое выглядело так, словно могло сломаться даже при небольшом усилии. Это заставляло его кровь стыть в жилах, было ли это просто чувством ответственности, которое он испытывал?

Вид ее, шмыгающей носом в конюшне с хлыстом, встревожил его разум.

Что? Когда? Почему?

Он вспомнил, что она сказала у пруда во дворце Ангван.

"Ты можешь ударить меня."

Сначала он заподозрил, что она просто пытается спровоцировать его для развода.

С течением времени он почувствовал, что она становится все более странной и что что-то в ней деформируется.

"Я влюбилась в тебя."

Он даже не смог посмеяться. Что она имела в виду, признаваясь в любви с такими испуганными глазами?

Как она могла прийти и сказать, что бить ее - это нормально?

В первую очередь дело было не в том, что она влюбилась.

Трудно было точно описать, что это было. Чем больше он смотрел на нее, тем больше она казалась ребенком, а не 18-летней женщиной.

Не в смысле незрелости или невинности, а в смысле беспомощности и слепоты.

Она была не в том положении, чтобы так унижаться. Она была принцессой Романьи, а не какой-либо другой женщиной из простой семьи.

И все же она так себя вела.

Чего она так боялась? Чего она хотела?

Ну, она, похоже, даже не знала, чего хочет, так откуда ему-то знать?

И все же она глупо призналась в своей любви.

С тех пор как он стал паладином, он видел бесчисленное множество людей, которые были беспомощны и не в своем уме.

Снаружи они выглядели прекрасно, но сходили с ума по-разному.

Тем не менее, в данном случае он никогда не видел кого-то хоть каплю похожего на нее.

Только потому, что она повстречала одного или двух сумасшедших людей, она не зашла бы так далеко.

Более того, Рудбекия даже никогда не жила с ними.

Все ее бывшие женихи имели хорошую репутацию.

Однако они также попадали под власть Борджиа.

Айзек никогда не встречался с семьей своей жены, но знал, что Рембрандт Альфонсо, ставший евнухом, был не из тех людей, которые прикасаются к женщинам.

Тем не менее, прежде чем подвергнуться величайшему унижению как мужчина, он передал свое наследие кардиналу Валентино.

Этот умный придурок.

Чересчур умный придурок.

Кто сделал дочь папы римского такой?

Кто сделал любимую сестру кардинала Валентино до такой степени извращенной (здесь имеется ввиду, что она вела себя не как нормальный человек, считала, что бить ее - это норма и т.д.)?

Был ли кардинал Валентино тем человеком, который до такой степени сломил свою сестру?

Черт возьми, он должен просто притвориться, что не знал. Как всегда, было бы проще, если бы он просто закрывал глаза на такие раздражающие вещи, как обстоятельства других людей.

Но тогда, что было источником этого кипевшего в нем гнева?

'Я помню, как просил ее ничего не говорить.'

'Знал ли я, что она вот так убежит?'

Не было необходимости читать мысли отца.

С самого начала этого брака намерения герцога были совершенно очевидны.

“Если бы я знал, что она так сойдет с ума, я бы любой ценой остановил этот брак!"

‘Брат!’

“П-пожалуйста, простите меня!”

‘Я смертельно согрешила!’

Вид у слуги, посиневшего от нехватки воздуха и молившего о прощении, был жалкий.

Охранник сопровождения, который задыхался в его хватке, представлял собой адское зрелище.

Его оправдание, наглая чушь, утверждающая, что он думал, что Рудбекия останется в храме надолго, а также, что он забыл, как она выглядит.

‘…Было бы несправедливо, если бы я убил только тебя, когда вы все вместе совершили халатность.’

"Г-герцог, пожалуйста, простите меня..."

"Молись, чтобы моя жена проснулась в целости и сохранности. Если с ней хоть что-то будет не в порядке, вы все не жильцы."

Вернув Рудбекию, он провел несколько ночей на полу, рядом с ее кроватью.

Особой причины не было. Он просто хотел чувствовать ее и слышать ее дыхание.

"Спаси меня, спаси меня......."

Она была чертовой женщиной. Было бы гораздо лучше, если бы она была порочной и эгоистичной, как ходили слухи.

Если бы она была такой, он мог бы отправить ее на борт.

Если бы она была женщиной, которая предпочла бы воспользоваться им, если бы она была женщиной, которая демонстрировала все свои маленькие способности, все было бы намного проще.

Если бы она была женщиной, которая любила, чтобы ее баловали, или если бы она была просто нормальной женщиной...

Ему не было бы так больно.

В толстой ледяной стене, которую он строил годами, появилась трещина.

Это было похоже на то, как даже суровейший холодный лед таял под лучами весеннего солнца. Его привычный холодный и простой мир рушился.

“Айзек?”

В общем, это было очень раздражающе.

— Он был очень близко. Ледяной дракон открыл глаза и проснулся от глубокого сна. В любом случае, это облегчение, что ты нашел ее целой и невредимой, но что ты собираешься делать теперь?

— Когда это я хоть что-то планировал?

— Ваш брак был не по любви.

Его глаза, в которых читалось притворство по поводу его брака по расчету, были наполнены жалостью. Поэтому Айзек был более саркастичен, чем обычно:

— Ну, если бы кто-то из нас был рабом, мы бы снимали роман века.

— Я не знаю, почему ты злишься на меня. С твоим характером ты или твой отец уже отправили бы ее на корабле, направляющемся в Романью, что бы она ни говорила. Что тебя беспокоит?

Он не знал. Он был уверен лишь в том, что его раздражало, когда король Феанол вел себя как заботливый чужак.

Даже когда он притворялся адептом, имея бывшую языческую рабыню в качестве королевы, несмотря на всевозможные возражения.

«Она теперь известна во всех королевских семьях».

— Она дочь папы.

— Как твоя жена, на севере она будет под твоей юрисдикцией. Если то, что ты чувствуешь, это просто неуклюжее чувство ответственности, отпусти его, когда сможешь. Я не буду тебя останавливать. Но в конце ты сильно пожалеешь, если будешь продолжать руководствоваться состраданием или чувством ответственности.

— В такие моменты ты больше похож на свою мать, чем на Эллен.

Ты больше похож на свою мать.

Это даже не смешно.

Принцесса Британии и герцог Омерта.

Женщина, которая всегда была несчастна, живя в центре власти и тоскуя по жизни, в конце концов повесилась.

Он был первым, кто нашел мать повешенной на иве рано утром.

Его отец, бежавший на шаг позже, бил по иве до тех пор, пока его кулак не покрылся кровью.

Как будто это дерево было тем, кто убил ее.

Сначала они действительно любили друг друга. Они были такими страстными.

Никто не мешал их любви, не было никаких препятствий, они просто боролись в яме, созданной ими самими, но в конце концов жена повесилась, а муж довел ее до этого поступка.

Ни одна из сторон не понимала и не хотела принимать другую сторону.

Да, поначалу Айзек хотел снова встретиться с матерью и расспросить ее о случившемся.

Он стал паладином с желанием воссоединиться с матерью, которая стала упырем в обмен на непростительный грех самоубийства.

Такие наивные мысли угасали каждый раз, когда он убивал дикого зверя.

Его мать действительно умерла. Но теперь, в облике упыря, она была просто еще одним существом, которое нужно убить.

Вопрос о том, окажется ли его мать среди бесчисленных павших останков его меча, стал неважным.

Не по какой-либо другой причине он отбросил все разговоры о браке и объявил себя аскетом*.

П.п: человек, избравший путь воздержания и строгий образ жизни, предполагающий ограничения в получении удовольствий.

И не из-за шока, вызванного самоубийством матери, как опрометчиво предполагали другие.

Просто в его теле текла та же самая кровь.

Та же кровь. Это было возможно, потому что в нем текла та же кровь, что и в его отце.

Было бы смешно выбирать только хорошего родителя и считать его и себя одной крови.

Приняв наследство, нельзя было бы сказать, что не знаешь своего долга.

Как было бы удобно, если бы все в мире было так просто, как битвы с монстрами.

Но сейчас все не так.

Нет, на самом деле все было очень просто. Нужно просто сказать правду.

Рассказать королю, его отцу, командиру рыцарей, важным людям на Севере, а потом связать ее.

Она была смертельно опасна и могла полностью перевернуть весь мир.

Север не захочет ее отпускать, и даже семья Борджиан не сможет на этот раз опрокинуть стол переговоров.

Или же он мог просто посадить ее на корабль и отправить обратно.

Недолго думая, он мог решить просто забыть обо всем, что здесь произошло, попросить ее заняться своими делами и отослать навсегда с условием, что она никогда больше не вернется на Север. Это была очень простая задача.

И его задачей было бы жить как прежде.

Но зачем ему делать это?

Даже связываясь с дрянными гильдиями Мстителей, давя на своих коллег и обманывая всех, он...

Почему он не решался отпустить ее?

— Я действительно не знала. Я не знала, что могу делать это. Я не лгу тебе.

Не имело значения, знала она или нет.

Вид того, как она успокаивала словами взбесившегося ледяного дракона, предстал перед его глазами.

— Если ты будешь идти вперед, не считаясь с чувством ответственности, то потом сильно пожалеешь об этом.

Сострадание. Ответственность. Что это, черт возьми, было?

Неприятное чувство, которое не покидало его с той ночи, когда он увидел шрамы на ее ключице, было просто состраданием?

Блеклые жестокие отметины на ее теле... Она выглядела так, будто могла сломаться даже при небольшом давлении. И эта девушка заставляла стыть кровь в его жилах. И это просто чувство ответственности по отношению к ней?

Ее вид, когда она плакала на конюшне, встревожил его разум.

Что? Когда? Почему?

Он вспомнил, что она сказала у пруда Ангванского дворца.

— Ты можешь ударить меня.

Сначала он думал, что она просто пытается спровоцировать его и расстаться.

Но со временем он почувствовал, что что-то в ней становится все более странным, что-то в ней меняется.

— Я люблю тебя.

Он не мог даже рассмеяться. Что она подразумевала под этим признанием? Она ведь была испугана словно кролик.

Как она могла сказать, что бить ее — это нормально?

Это не было вопросом влюбленности.

Трудно было точно определить, что это такое. Чем больше он смотрел на нее, тем больше он чувствовал в ней ребенка, а не восемнадцатилетнюю женщину.

Не в смысле незрелости или невинности, а в смысле беспомощности.

Она была не в том положении, чтобы так унижаться. Она была принцессой Романьи, а не какой-нибудь женщиной из простой семьи.

И все же она вела себя так.

Чего она так боялась? Чего она хотела?

Похоже, она и сама не знала, чего хочет, так откуда ему знать?

И все же, она призналась в любви по глупости.

С тех пор, как он стал паладином, он видел бесчисленное множество людей, которые были беспомощны и не в себе.

Внешне они выглядели вполне нормально, но при этом по-разному сходили с ума.

Тем не менее, в данном случае он никогда не видел никого схожего на нее.

Только потому, что она встретила одного или двух сумасшедших мужчин, она не зашла бы так далеко.

Более того, Рудбекия даже никогда не жила с ними.

Все ее бывшие женихи были известными. Однако и они отставали от власти Борджиа.

Айзек никогда не встречался с семьей своей жены, но он знал, что Рембрандт Альфонсо, ставший евнухом, был не из тех, кто прикасается к женщинам.

Тем не менее, прежде чем испытать величайшее унижение как мужчина, он передал свое наследство кардиналу Валентино.

Этот умный придурок.

Чрезмерно умный придурок.

Кто сделал дочь папы римского такой?

Кто до такой степени сломил дорогую сестру кардинала Валентино?

Был ли кардинал Валентино тем человеком, который сломил собственную сестру до такой степени?

Проклятье, он должен просто притвориться, что не знает. Как всегда, такие раздражающие вещи заставали его врасплох. Все было бы просто, если бы он закрывал глаза на обстоятельства других людей.

Но тогда, что было источником этого гнева, бурлящего в нем?

— Я помню, что просил ей ничего не говорить.

— Знал ли я, что после этого она убежит?

Не было необходимости читать мысли его отца. С самого начала этого брака намерения герцога были совершенно очевидны.

— Если бы я знал, что она так поступит, я бы не допустил этот брак с самого начала!

«Брат!»

— Пожалуйста, прости меня!

«Я согрешил и заслуживаю смерти!»

Вид слуги, посиневшего от нехватки воздуха и молившего о прощении, был жалок.

Задыхающийся под его хваткой рыцарь превратился в адское зрелище.

Его оправдание — наглая чушь, мол, он думал, что Рудбекия останется в храме надолго, и забыл, как она выглядит.

— Было бы несправедливо, если бы я убил только тебя, когда вы все вместе были халатны.

— Г-герцог, пожалуйста, простите меня...

— Молитесь, чтобы моя жена благополучно проснулась. Если она не поправится, вам всем не жить.

После возвращения Рудбекии, он провел несколько ночей на полу рядом с ее кроватью.

Никакой особой причины, почему он так поступил не было. Он просто хотел чувствовать и слышать ее дыхание.

«Спаси меня, спаси...»

Она была проклятой женщиной. Было бы гораздо лучше, если бы она была порочной и эгоистичной женщиной, как гласила молва.

Если бы она не была такой милой, он мог бы отправить ее на борт после первой же встречи.

Если бы она была женщиной, которая предпочла бы воспользоваться им... Если бы она была женщиной, которая выставляла все напоказ... Все было бы гораздо проще.

Если бы она была женщиной, которая любит, когда ее балуют, или если бы она была обычной женщиной...

Ему не было бы так больно.

В толстом ледяном барьере, возведенном за долгие годы, появилась трещина.

Как даже самый сильный лед тает под лучами весеннего солнца, так и его холодный и простой мир рушился.

— Айзек?

В целом, все это было очень раздражающим.

Золотое солнце Романьи согревало мощеную дорогу, ведущую к собору Сан-Мидре (Думаю это не опечатка, существует собор Сан-Мире в Венеции, очевидно, автор не захотел делать привязанность к какой-либо достопримечательности).

Вокруг фонтана, где возвышалась статуя Пресвятой Богородицы, как обычно собирались пухлые белые голуби, чтобы насладиться послеобеденными солнечными ваннами.

Слишком уж покладистые и смелые создания, они не смотрели на людей, даже когда те сидели рядом.

Их не волновал и кардинал, который заставлял дрожать даже высокомерного дворянина.

Справедливости ради, тот тоже не обратил особого внимания на стаю голубей.

Широкие плечи молодого кардинала служили насестом не только для них, но и для почтовых птиц с элегантными золотыми хвостами.

Одна из птиц быстро прилетела из северной столицы через море в Папскую область Романьи и с гордостью выполнила свою миссию.

Хотя она заслуживала награду, человек, закончивший читать письмо, некоторое время молчал.

Его черные волосы, отливавшие голубым на солнце, загорелая медная кожа, глубокие темно-синие глаза и скульптурные черты лица отличались дьявольской красотой.

Он сидел неподвижно, едва моргая, в нем не было и следа человечности.

“Вы, должно быть, сильно переживаете.”

В конце концов слуга, стоявший неподалеку и делавший вид, что кормит голубей, первым нарушил молчание.

В отличие от своего начальника, элегантного красивого мужчины, у него были темно-рыжие волосы и шрам через один глаз.

Было удивительно, как голуби кормились тем, что он ел сам, и не убегали.

“Я волнуюсь."

“Что ж, я рад, что она благополучно вернулась домой. Ваш зять четыре дня рыскал по Элендейлу. Очевидно, она чувствует себя лучше.”

“…….”

“Я не знаю, что они написали за морем. Вы все равно не доверяете мне полностью, не так ли?”

Было очевидно, что у Пьетро хватило наглости заглянуть в письмо своего начальника, а потом притвориться, что он ничего не знает.

Но Цезарь не сделал выговор Пьетро, занятому кормлением голубей.

Если бы он хотел перехитрить его, то сделал бы это раньше.

Трудно будет снова найти такого верного слугу, как Пьетро, здесь на Юге.

Где еще он мог бы найти человека, обладающего силой всех монстров, жестокостью, способной заставить даже сатану плакать, навыком просачиваться в тени и слепой преданностью своему хозяину?

“Это неожиданно.”

“Должно быть, видя, как вы взволнованы, народы по ту сторону моря, тоже были весьма удивлены. Для вас пренебрежение вашей сестрой явилось неожиданностью или отношение вашего зятя стало неожиданностью?”

“Удивительно, как долго ты был таким саркастичным.”

Пьетро не пошевелился, несмотря на предостережение.

Он продолжил говорить, даже бессовестно пожав плечами.

“Кто знал, что послушная леди поднимет такой шум? Ну, если бы это был кто-нибудь возраста вашей сестры, то никогда не знаешь, на что они способны. Вам не кажется, что это потрясающе? Даже ваш зять, который, как известно, обладает каменным сердцем, был тронут ею.”

Зять. Губы Цезаря искривились, в то время как он скомкал письмо в руке.Для него его зять был не более чем бумажной салфеткой, которую нужно выбросить.

Было даже немного неприятно наблюдать за высокомерными ублюдками, которые чопорно стояли и настаивали на счастье сестры, в итоге отступая с унизительными улыбками.

Но на этот раз все было немного по-другому. Это был не его выбор - посылать Рудбекию в Британию.

Воля его отца, папы римского, имела решающее значение. Сам по себе этот факт вызывал раздражение, а тот факт, что он так и не смог увидеть своего зятя, усилил раздражение.

Северный паладин, который собирался жениться на дочери папы римского.

Цезарь не любил его с тех пор, как сам был рыцарем, но когда он закончил изучать, что он за человек, то почувствовал большое облегчение.

Айзек не стал бы возражать против того факта, что этот брак был фикцией.

Но что это было за неприятное чувство?

И не только из-за того, что Рудбекия, которую он просил быть послушной, нарушила его инструкции и подняла такой переполох.

Его зять, которого он никогда не встречал, уже раздражал. Он был таким раздражающим, что у него скрутило живот.

Цезарь хотел поймать самого благородного рыцаря Севера и отрубить ему руку.

Руку, которую маленькая ручка Рудбекии взяла бы с собой обратно домой.

“Если бы это был я, я бы дважды сломал ему конечности, но я не знаю насколько это было бы обычно для такого рыцаря, как он. Разве вы не об этом думаете?”

Цезарь опустил руку с письмом, и на его лице появилась ухмылка.

С каких это пор Пьетро умудряется читать его мысли?

Рудбекия всегда была в его руках.

С самого раннего возраста и по сей день это оставалось неизменным, хотя теперь она переехала дальше за море.

Он так считал. И все же в данный момент не было никакой возможности узнать причину этого внезапного беспокойства в нем.

Прошло много времени с тех пор, как у него возникало это неприятное чувство. Первый раз с того дня три года назад.

“Ты верно сказал. Я хочу придти за ним прямо сейчас и выполнить долг надежного брата, но я не могу, поэтому я хочу, чтобы ты поехал вместо меня.”

Как будто это было неожиданностью, Пьетро, который доставал из мешка горсть риса, остановился и оглянулся на него.

То, как расширились его большие черные глаза, было комично.

“Вы имеете в виду этого скромного парня? О, святой господь. Несмотря ни на что, мне было бы очень трудно противостоять лучшему паладину на Севере. Кроме того, там ужасно холодно. Что будет с этим маленьким гражданином, если ледяной дракон, очнувшийся от своего долгого сна, нападет на меня?”

“Кто, кроме тебя, может дать совет моей бестолковой сестре от моего имени? Я очень беспокоюсь о ней. Откуда мне знать, что мой зять сделает с ней, когда она спит? Откуда мне знать, что он не причинит ей вреда?”

Пьетро больше не притворялся бестактным.

Это произошло потому, что глаза хозяина заставили его понять ситуацию.

Иди и приглядывай. Присматривай за ней. Предупреди ее, чтобы она не делала глупостей, никогда больше не делала ничего такого, что могло бы его заинтересовать.

“Могу ли я делать все, что захочу?”

“Когда ты не поступал так, как тебе заблагорассудится?”

“Иногда вы бываете непредсказуемым. Вы никогда не были из тех, кто успокаивается на людях.”

“Когда дело доходит до непредсказуемого, то это только о тебе. В любом случае, если ты будешь жить в храме, сможешь избежать нападения и не станешь ночной закуской для ледяного дракона. Не создавай проблем.”

“Ого-го, я буду неплохо смотреться, притворяясь монахом.”

“Если тебе не нравится притворяться, стань вместо этого настоящим монахом."

“Вы ведь знаете, что принуждать к этому незаконно? До этого я богохульствовал, господин.”

“Милосердный Господь простит нас. Перестань нести чушь и иди собирайся. Не упусти ни малейшей мелочи, присматривай за ней.”

Наконец, Цезарь, приказавший спокойным тоном так, будто читал молитвы, добавил.

Его темно-синие глаза горели, как голубое пламя.

“Пока я сам туда не отправлюсь."

Золотое солнце Романьи грело булыжную дорогу, ведущую к собору Сан-Мидре.

Вокруг фонтана, где возвышалась статуя Святой Матери, как обычно, собрались пухлые белые голуби, чтобы насладиться послеполуденными солнечными ваннами.

Такие покладистые и смелые создания, они не смотрели на людей, даже если те близко к ним подходили.

И даже если это был кардинал, который заставлял дрожать даже высокомерного дворянина.

Широкие плечи молодого кардинала были не только насестом для голубей, но и для посыльных птиц с изящными золотыми хвостами.

Одна из птиц быстро перелетела из северной столицы через море в папские земли Романьи и с гордостью выполнила свою миссию.

Хотя он заслуживал награды, человек, закончивший читать письмо, некоторое время молчал.

Его черные волосы, сияющие на солнце, загорелая медная кожа, глубокие темно-синие глаза и скульптурные черты лица поражали дьявольской красотой.

Он сидел неподвижно, почти не моргая, и в нем не было ни малейшего признака на человечность.

— Вы, должно быть, очень волнуетесь.

В конце концов, слуга, который стоял неподалеку и делал вид, что кормит голубей, первым нарушил молчание.

В отличие от своего господина, элегантного красивого мужчины, у него были темно-рыжие волосы и шрам через один глаз.

Было удивительно, что голуби не улетали от взмахов руки мужчины.

— Я беспокоюсь.

— Ну, я рад, что она благополучно добралась домой. Ваш зять искал ее в Элендейле четыре дня подряд. Видимо, сейчас она чувствует себя лучше. Я не знаю, что они написали. Вы ведь все равно не доверяете мне полностью, не так ли?

Было очевидно, что у Пьетро хватило наглости заглянуть в письмо своего господина, а потом притвориться, что он не знает, о чем там говорится.

Но Чезаре не стал отчитывать Пьетро, который был занят кормлением голубей.

Если бы он хотел от него избавиться, то сделал бы это раньше. Трудно будет снова найти такого верного слугу, как Пьетро, где-нибудь на Юге.

Где еще он найдет человека, обладающего силой всех чудовищ, жестокостью, способной заставить плакать даже сатану, умением проникать в тени и со слепой преданностью своему господину?

— Это сюрприз.

— Видя, как вы взволнованы, народы за морем, должно быть, тоже весьма удивлены. Является ли пренебрежение вашей сестры или же зятя неожиданным?

— Удивительно, как долго ты был таким язвительным?

Пьетро не сдвинулся с места, несмотря на предупреждение.

Он продолжал говорить, даже бесстыдно пожимал плечами.

— Кто бы мог подумать, что послушная леди поднимет такой шум? Ну, если это кто-то в возрасте вашей сестры, то невозможно предугадать, что бы он сделал. Вам не кажется это удивительным? Даже ваш шурин, который, как известно, человек с каменным сердцем, был тронут ею.

Шурин. Чезаре поджал губы, скомкав письмо в руке.

Для него его шурин был не более чем бумажной салфеткой, которую можно выбросить.

Ему не доставляло ни малейшего удовольствия наблюдать за высокомерными ублюдками, которые стояли по стойке смирно и настаивали на том, чтобы сделать его сестру счастливой, в итоге отступая с унизительными улыбками.

Но в этот раз все было немного иначе. Это был не его выбор — отправить Рудбекию в Бретань.

Решающей была воля его отца, Папы Римского. Сам по себе этот факт раздражает, а то, что он так и не смог увидеться со своим шурином, добавляет раздражения.

Северный паладин, который собирался жениться на ребенке Папы. Чезаре он не нравился, поскольку был рыцарем, но когда он закончил выяснять, что это за человек, то почувствовал облегчение.

Он не стал бы возражать против того, если бы этот брак был бы шуточным.

Но что это было за неприятное чувство?

Дело было не только в том, что Рудбекия, которую он попросил не шуметь, нарушила его указания и устроила такой переполох.

Его шурин, которого он никогда не видел, уже раздражал. Он был настолько надоедливым, что у него скрутило живот.

Чезаре хотел поймать самого благородного рыцаря Севера и отрубить ему руку.

Руку, которая могла бы вернуть маленькую руку Рудбекии домой.

— Будь я там, я бы дважды сломал ему конечности, но не знаю, как это подойдет такому рыцарю, как он. Разве вы не об этом думаете?

Чезаре опустил руку, державшую письмо, и на его лице появилась ухмылка.

С каких это пор Пьетро удавалось читать его мысли?

Рудбекия всегда была в его руках.

С самого раннего детства и до сих пор это оставалось неизменным, даже если теперь она уехала далеко за море.

Он так считал. Но в данный момент он никак не мог понять причину этого внезапного беспокойства.

Он уже давно не испытывал этого неприятного чувства. Впервые с того дня три года назад.

— Ты все правильно сказал. Я хочу пойти за ним прямо сейчас и выполнить свой долг надежного брата, но я не могу, поэтому я хочу, чтобы ты пошел вместо меня.

Как будто это было неожиданно, Пьетро, достававший из мешка кулек риса, приостановился и оглянулся на него.

То, как расширились его большие черные зрачки, было комично.

— Вы имеете в виду этого скромного парня? О, святой господин. Несмотря ни на что, мне будет очень трудно противостоять лучшему паладину Севера. Кроме того, там ужасно холодно. Что будет с этим маленьким мирным жителем, если дракон-мороз, очнувшийся от своего долгого сна, нападет на меня?

— Кто, кроме тебя, может давать советы моей проблемной сестре от моего имени? Я очень беспокоюсь о ней. Откуда мне знать, что мой зять сделает с моей сестрой, когда она будет спать? Как я могу знать, что он не причинит ей вреда?

Пьетро больше не притворялся бестактным. Только благодаря взгляду господина он понял ситуацию.

Иди и присмотри за ней. Присматривай за ней. Предупреди ее, чтобы она не занималась ерундой, никогда не делала ничего, что могло бы снова его заинтересовать.

— Я могу делать все, что захочу?

— А когда ты не делала то, что хочешь?

— Иногда вы непредсказуемая личность. Вы никогда не были из тех, кто благодушно относится к людям.

— Когда дело доходит до непредсказуемости, это как раз про тебя. В любом случае, если ты будешь жить в храме, то сможешь избежать нападений и возможности стать ночной закуской для ледяного дракона. Не создавай проблем.

— Ху, я буду хорошо выглядеть, притворяясь монахом.

— Если тебе не нравится притворяться, стань настоящим.

— Вы знаете, что принуждать к этому незаконно? Это богохульство, господин.

— Благосклонный Господь простит нас. Хватит болтать ерунду и иди готовься. Не пропусти ни одной мелочи, не спускай с нее глаз.

Наконец, Чезаре, который отдавал приказы спокойным тоном, словно читал молитвы, добавил, а его глубокие голубые глаза горели, как синее пламя.

— Пока я сам не отправлюсь туда.

По словам Сергея, личного врача Омерты, меня десять дней лихорадило.

Я была потрясена тем, что провела так целых десять дней.

Мне казалось, что это заняло всего три или четыре дня!

“Ваша температура спала, но передвигаться категорически запрещено. Вам следует знать, что необходимо хорошо питаться, чтобы быстро восстановиться. Вы понимаете? Вы должны есть, даже если у вас нет аппетита. И совершайте легкую прогулку в промежутке.”

Поскольку восстановление было самой важной задачей, я послушно следовала его инструкциям.

У Эллении не было другого выбора, кроме как постоянно не спускать с меня глаз.

К счастью, это были суп или каша, которые не напрягали мой желудок.

Хотя для северян это не было аппетитными блюдами, они обычно ели печенье с мясным рагу по утрам.

“Есть что-то, что ты хотела бы съесть?”

“...я дам тебе знать, если что-нибудь захочу.”

Эта последовательность вопросов и ответов повторялась между мной и Эллен несколько раз в день.

Я откладывала разговор с ней под предлогом плохого самочувствия, но чувствовала, что должна объяснить, почему я сбежала.

Во всяком случае, согласно некоторым моим наблюдениям, похоже, что никто, включая Эллен, не знал правды о случившемся.

Даже мой тесть, герцог, казалось, ничего не слышал от своего сына. Должно быть, он был недоволен, но не показывал этого.

Может быть, он не спрашивал, потому что я все еще была больна.

“Миледи, в Романье есть дракон?”

“Я слышала, что на Юге такого нет.”

“Почему нет?"

Принцесса Ари и Лия порхали вокруг словно бабочки, болтая и собирая цветы, пока я гуляла по саду.

Я была признательна этим двоим за то, что они пришли навестить меня, но мне казалось странным, что королевская семья не знала правды.

Кроме того, что заставило лорда Ивана отправить ко мне свою сестру после того, как он видел меня в тот день?

Я думала, что какое-то время он будет неохотно со мной связываться.

Хаа, интересно, что все делали? Попо и Грифон…

Нет, давай не будем об этом думать. Бесполезно думать о них. Нехорошо делать это таким очевидным.

“Миледи, вы знаете, как плести венок?”

Погода была довольно хорошая.

В Элендейле было невероятно солнечно.

Пока Люсиль и другие служанки ходили за мной с кремовыми зонтиками, я сидела на корточках с двумя детьми и плела венки.

“Миледи, столик с закусками готов.”

Глаза Ари и Лии заблестели.

Что ж, столики с закусками больше не были моими любимыми.

Когда-то, давным-давно, они мне нравились.… Хаа, я ничего не могла с этим поделать.

А что насчет этого венка? Должна ли я подарить его Эллении? Я не знаю, понравится ли ей, но последние несколько дней она хорошо заботилась обо мне, так что мне бы хотелось поблагодарить ее…

Так, я взяла взятку-но-не-совсем-взятку для своей золовки и направилась к столу с двумя маленькими девочками.

Ветер донес сладкий аромат до моего носа.

Свежий лимонный чизкейк, клубничный мусс, всевозможное печенье, пирожные и пудинги…

“Ой! Брат, почему ты здесь?” Лия, которая подпрыгивала от возбуждения, остановилась и непонимающе спросила.

Я чуть не выронила венок из голубых цветов, который сделала.

В этом не было ничего удивительного, но я была совершенно не готова.

“Руби.”

Рядом с Эллен, которая спокойно повернулась ко мне, стоял мой муж, которого я не видела, как мне казалось, уже целую вечность.

Кроме того, с ними был сэр Иван.

Почему эти люди всегда появляются из ниоткуда?

“Мне тоже приятно познакомиться, сестра. Здравствуйте, принцесса. Давно не виделись, миледи. Рад видеть, что вы выздоравливаете.”

Сэр Иван был весел, как всегда. Его приветствие с этой дружелюбной улыбкой было очень искренним.

Я попыталась улыбнуться, но сегодня мои лицевые мышцы были напряжены.

Ох, боюсь, я потеряла хватку....!

“Я-я причинила вам ненужное беспокойство...”

Я пыталась ответить с улыбкой, но у меня закружилась голова, потому что на мгновение я сильно занервничала. Я безвольно пошатнулась, вид перед моими глазами качнулся, в этот момент сильная рука поспешно схватила меня за тонкое предплечье.

“С тобой все в порядке?”

Я поспешно попыталась взять себя в руки.

Айзек смотрел на меня сверху вниз странным взглядом, держа мое тело в своих объятиях.

Почему у тебя снова такое лицо? Так смущает…

“Да, спасибо.”

“Ты плохо выглядишь, позовите Сергея.......”

“Нет, все действительно в порядке! Это просто потому, что я так счастлива.”

О, мои актерские способности. Они еще не совсем заржавели! И, конечно же, мой ледяной муж тут же с подозрением округлил свои глаза.

“Что?”

“Я-я боялась, что ты больше никогда не захочешь видеть меня. Все через столькое прошли из-за меня…”

Включая встречу с гильдией линчевателей. Муженек, что ты задумал на этот раз? Что ты собираешься со мной делать?

“Что ж, этот ублюдок заслуживает страданий. Не так ли, принцесса?”

“Это правда”. Элления, быстро ответив, бросила на меня сложный взгляд. Она казалась немного встревоженной.

Я не знала, что мне для нее сделать. Я просто отдам тебе венок, так что, пожалуйста…

“Я хочу съесть торт.” Лия заскулила. Ари, немного нервничая, стояла неподвижно.

Косо взглянув на Айзека, я все еще чувствовала стресс.

Элления, вероятно, была счастлива, но ее двоюродной сестре приходилось не сладко. Что ж, этот человек (это она про Айзека) сам по себе был таким устрашающим.

“Лия, ты должна быть вежливой в чужом доме. Ах, ты такой сорванец...”

“Брат, ты говорил, что съел нечто, называемое вежливостью.”

“Ты, ты чертова.......”

Айзек оглянулся один раз и внезапно согнул руку, чтобы поднять меня. Моментально ко мне пришло очень знакомое чувство.

Этот придурок, думает, что я просто цыпленок, не так ли?

Будь то дракон, он или Грифон, все они…

“Твой рубин хорошо спрятан.”

А? Я непонимающе посмотрела на его лицо, гадая, что он шепчет мне на ухо, а затем неловко рассмеялась.

Ах, он имел в виду гигантский драгоценный камень. Тот, что подарил мне дракон…

“Это шоколадный пудинг!”

Каким-то образом все оказались за столом с закусками.

Странно, но было очень удобно сидеть с красочными пятиярусными подносами для десертов, изящно расставленными на столе.

Хотя скорее, странно сидеть здесь с двумя похожими на монстров паладинами.

“Ты тоже собираешься есть?”

“Здесь шумно.”

Элления, похоже, тоже считала их неуместными.

Она прищурила глаза, но при этом старалась не щуриться, это выглядело уморительно.

“Э-Эллен...”

“Что это?”

“Я бы хотела подарить тебе это.”

Я подумала, что у меня не будет времени отдать его, если не сейчас, поэтому просто сунула ей венок, который держала в руках.

Что, черт возьми, я делаю? Любой сказал бы, что я пытаюсь к ней подлизаться! Это так и было, только с венком!

Моя прекрасная золовка выглядела удивленной, но, к счастью, она не отказалась.

Она, казалось, немного колебалась, но все же приняла его. Было немного неловко. Мне необходимо найти возможность купить приличный подарок для нее в следующий раз.

Мой муж, наблюдавший за всем, что я делаю, ухмыльнулся.

“Я думаю, что это будет хорошо смотреться на тебе. Надень его на голову.”

"...так нервирует.”

“Прояви вежливость и воспользуйся подарком, если ты его получила.”

“Тогда почему бы тебе не примерить его? Я думаю, что на тебе это смотрелось бы лучше, чем на мне.”

Что? Конечно, Элления никогда бы не надела ничего подобного себе на голову. Потому что это было не в ее правилах. Хотя я бы посмотрела, если бы его надели на голову Айзеку.

“Ты та, кто получил его, так что ты должна им воспользоваться.”

“Я предлагаю тебе, потому что ты, кажется, тоже хочешь его примерить. Разве ты не злишься, что Руби отдала его только мне?”

Я уже начала беспокоиться о ходе этого разговора.

По странной причине, которую я никогда не узнаю, Айзек всего лишь отпил чай перед собой вместо того, чтобы ответить на насмешку своей сестры.

Затем он прикрыл рот рукой и нахмурился.

Я нервничала. Почему я сделала это, не подумав?

Этот ублюдок, что сошел с ума, полагая, что я неправильно демонстрирую свое фанатское поведение.

Несмотря на это, он был злым парнем, который не принимает ничего, даже если бы я сделала это для него.

“Я сделаю для тебя в следующий раз. Я не ожидала увидеть тебя сегодня. Кроме того, мне казалось, что ты не любишь цветы.....”

“...я люблю их,” глухо пробормотал Айзек. (Примечание от англ. переводчика: он сказал это приглушенным голосом, я не знала, как это выразить, так что просто представьте)

“Что?”

“...кхм! Дело не в том, что я их ненавижу.”

О чем ты говоришь?

Я предположила, что его мозг временно перестал работать из-за быстрого повышения уровня сахара в крови.

Ладно, в следующий раз я обязательно надену ему на голову милый венок.

“Хммммм, чай, выбранный принцессой, имеет другой вкус.”

“Ты преувеличиваешь.”

Не обращая внимания на чай, стоявший перед ним, сэр Иван поглощал какао, приготовленное для детей, и причмокивал ртом.

Не смотря на это, наша Эллен, как обычно, вела себя грациозно.

Я была единственной, кто не мог привыкнуть к этой атмосфере.

“Это похоже на дракона.”

“Это правда, но у настоящего дракона нет рогов.”

Звуки Лии и Ари, которые ничего не понимали, разглядывали печенье и шептались, очень выручали.

Дракон действительно был похож на того, которого я встретила.....

В этот момент Айзек, казалось, с трудом вгрызавшийся во что угодно, сказал: “Вот”.

Я уставилась на гигантский пудинг, поставленный передо мной.

Шоколадный пудинг, покрытый сливками, красиво украшенный разноцветными сахарными кондитерскими изделиями.

Он что хочет, чтобы я страдала вместе с ним?

Лия оставила печенье и протянула руки к тарелке с пудингом, слегка приоткрыв рот.

Какое-то время она явно стремилась к этому красочному шоколадному пудингу.

“Шоколад…”

“Лиа, ты это хочешь? Я могу взять другой пудинг.”

“Но тогда…”

Глаза Лии мило поблескивали так, как если бы она чего-то ждала, но вдруг она замолчала, по какой-то причине отведя взгяд.

Хмм? Что не так?...

По словам Сергея, врача семьи Омерта, я болела на протяжении десяти дней и лежала с крайне высокой температурой.

Я думала, что слягу всего на дня три-четыре!

— Ваша температура пришла в норму, но передвигаться категорически запрещено. Как вы знаете, для быстрого выздоровления лучше всего хорошо питаться. Вы понимаете? Вы должны есть, даже если у вас нет аппетита. Между приемами пищи совершайте легкую прогулку.

Поскольку выздоровление было самой важной задачей, я послушно последовала его указаниям.

У Эллении не было другого выбора, кроме как постоянно следить за мной.

Повезло, что это были супы или каши, которые не нагружали мой желудок.

Хотя для северных людей, которые по утрам обычно едят бисквиты с мясным рагу, это было бы неаппетитными блюдами.

— Есть ли что-нибудь, что ты хотела бы съесть?

— Я дам знать, если мне что-нибудь захочется.

Эта последовательность вопросов и ответов повторялась между мной и Эленией несколько раз в день.

Я откладывала разговоры под предлогом плохого самочувствия, но мне кажется, что я должна буду вскоре объяснить, почему сбежала.

Как бы то ни было, по некоторым наблюдениям, никто, включая Эллению, похоже, не знал правды об этом.

Даже мой свекор, герцог, казалось, ничего не слышал от своего сына.

Его невестка, которая была как горячая картофелина, сбежала из дома. Он должен быть недоволен, но он не показывал и носа.

Возможно, он не донимал меня, потому что я все еще была больна.

— Миледи, есть ли в Романье дракон?

— Я слышала, что на Юге такого нет.

— Почему?

Принцессы Ари и Лия порхали вокруг, как бабочки, болтали и собирали цветы, пока я гуляла по саду.

Я ценила, что эти двое навестили меня, но мне казалось странным, что королевская семья не знает правду.

Кроме того, что заставило лорда Айвена послать ко мне свою сестру после того, как он увидел все в тот день?

Я думала, что он какое-то время не захочет даже видеть меня.

Хаа, интересно, чем все занимались? Попо и Грифон...

Нет, не буду об этом думать. Бесполезно. Нехорошо делать это настолько очевидным.

— Миледи, вы знаете, как сделать венок?

Погода была очень хорошая. В Элендейле было невероятно солнечно.

Пока Люсиль и другие служанки ходили за мной с зонтиками кремового цвета, я сидела на корточках с двумя детьми и делала венки.

— Миледи, вот стол с закусками.

Глаза Ари и Лии сверкнули.

Ну, столы с закусками мне не нравятся в любом случае.

Но когда-то давно они мне нравились... Хаа, я ничего не могу с собой поделать.

А что насчет этого венка? Должна ли я отдать его Эллении? Не знаю, понравится ли он ей, но она заботилась обо мне последние несколько дней, так что, чтобы отблагодарить ее...

Итак, я взяла подарок для своей невестки и направилась к столику с двумя маленькими девочками.

Сладкий аромат доносился до моего носа.

Свежий лимонный чизкейк, клубничный мусс, всевозможные печенья, пирожные и пудинги...

— О! Брат, почему ты здесь? — Лия, которая прыгала от восторга, сделала паузу и спросила в пустоту.

Я чуть не уронила венок из голубых цветов, который сделала.

Это было не то, чтобы удивительно, но я была совершенно не готова к его приходу.

— Руби.

Рядом с Эленией, которая спокойно повернулась ко мне, стоял мой муж, которого я не видела, как мне казалось, очень давно.

Кроме того, с ним был сэр Иван.

Почему эти мужчины всегда появляются из ниоткуда?

— Я тоже рад встрече с тобой, сестра. Здравствуй, принцесса. Давно не виделись, миледи. Я так рад видеть вас здоровой.

Сэр Иван был весел, как никогда. Его приветствие с дружеской улыбкой казалось очень искренним.

Я попыталась улыбнуться, но сегодня мои лицевые мышцы были скованны.

Боюсь, я потеряла дар речи!..

— Я... Я причинила вам ненужные беспокойства...

Я пыталась ответить улыбкой, но почувствовала головокружение, потому что на мгновение сильно разволновалась. Я неуверенно пошатнулась, вид перед моими глазами закружился, когда сильная рука поспешно схватила мое тонкое предплечье.

— Ты в порядке?

Я поспешно попыталась взять себя в руки.

Айзек смотрел на меня странным взглядом, держа мое тело в своих объятиях.

Почему ты опять делаешь такое странное лицо? Так непонятно...

— Да, спасибо.

— Ты неважно выглядишь, позови Сергея...

— Нет, все в порядке! Это просто потому, что я очень счастлива.

О, мои актерские способности. Они еще не совсем заржавели! И, конечно, мой ледяной муж тут же подозрительно поднял глаза.

— Что?

— Я боялась, что ты не захочешь меня видеть. Все столько пережили из-за меня...

В том числе и встречу с гильдией Мстителей. Муженек, что ты задумал на этот раз? Что ты собираешься со мной делать?

— Ну, этот ублюдок заслуживает страданий. Не так ли, принцесса?

— Верно, — Элления, которая быстро ответила, бросила на меня сложный взгляд. Она казалась немного обеспокоенной.

Я не знала, чем ей помочь. Я просто подарю тебе венок, так что, пожалуйста...

— Я хочу есть торт, — хныкала Лия. Ари стояла неподвижно, немного нервничая.

Бросив косой взгляд на Айзека, я все еще чувствовала напряжение.

Элления, вероятно, была счастлива, а вот ее кузену приходилось нелегко. Ну, этот человек был просто пугающим.

— Лия, ты должна быть вежливой в чужом доме. Ах, такой сорванец...

— Брат, ты сказал, что я могу есть все, что пожелаю.

— Ты, ты, черт!

Айзек оглянулся и внезапно сжал руку. Не сразу пришло очень знакомое чувство.

Этот придурок, ты считаешь меня просто девчонкой, да?

Будь то дракон, он, или Грифон, все они...

— Твой рубин хорошо хранится.

А? Я подняла голову, гадая, о чем он шепчет мне на ухо, а потом неловко рассмеялась.

А, он имел в виду огромную драгоценность. Ту, что подарил мне дракон...

— Это шоколадный пудинг!

Каким-то образом все расселись вокруг стола с закусками.

Было странно смотреть на стол, полный аккуратно расставленных пятиярусных подносов с десертами.

Скорее, странно сидеть здесь с двумя монстроподобными паладинами.

— Вы тоже собираетесь есть?

— Здесь шумно.

Элления, похоже, тоже считала, что они не на своем месте.

Ее истончившиеся глаза, словно она пыталась не щуриться, выглядели уморительно.

— Э-Эллен...

— В чем дело?

— Я бы хотела подарить тебе это.

Я подумала, что у меня больше не найдется подходящего времени отдать ей это, если я не сделаю этого сейчас. Поэтому я просто протянула венок, который держала в руках, в ее сторону.

Что, черт возьми, я делаю? Любой мог бы сказать, что я пытаюсь ей польстить! Да еще и венком!

Моя прекрасная невестка выглядела удивленной, но, к счастью, не отказалась от подарка.

Она выглядела немного нерешительной, но все же приняла его. Но все равно было немного неловко. Придется искать возможность купить достойный подарок в ближайшее время.

Мой муж, который наблюдал за тем, что я делаю, ухмыльнулся.

— Я думаю, тебе это будет к лицу. Надень его на голову.

— Так раздражает.

— Нужно вежливо пользоваться подарком, если ты его получила.

— Почему бы тебе не примерить его? Думаю, на тебе он будет смотреться лучше, чем на мне.

Что? Конечно, Элления никогда бы не надела ничего подобного на свою голову. Потому что это было не в ее духе. Хотя, если бы это было надето на голову Айзека, на это стоило бы посмотреть.

— Ты тот, кто получил его, поэтому ты должен пользоваться им. Я предлагаю это, потому что ты, кажется, хочешь этого. Разве ты не злишься, что Руби дала венок только мне?

Я начала беспокоиться о том, как будет протекать этот разговор.

По странной причине, которую я никогда не узнаю, Айзек только пил чай, стоявший перед ним, вместо того, чтобы ответить на колкость сестры.

Затем он прикрыл рот рукой и нахмурился.

Я нервничала. Почему я сделал это, не подумав?

Этот мерзавец, похоже, разозлился, решив, что я не проявляю должного фанатского поведения в его сторону.

Хотя он был злобным парнем, который не принял бы ничего, даже если бы я сделала что-то специально для него.

— Я сделаю для тебя такой же в следующий раз. Я не ожидала увидеть тебя сегодня. Кроме того, я полагаю, ты не любишь цветы...

— Я люблю их... — пробормотал Айзек.

— Что?

— Кха! Не то чтобы я их ненавижу.

О чем ты говоришь?

Я догадалась, что его мозг временно перестал работать из-за стремительно растущего уровня сахара в крови.

Ладно, в следующий раз я обязательно надену ему на голову милый венок.

— Хм, чай, который выбрала принцесса, имеет другой вкус.

— Он переоценен.

Не обращая внимания на стоящий перед ним чай, сэр Иван, заглатывая какао, приготовленное для детей, издавал ртом чавкающие звуки.

Тем не менее, наша Элления вела себя изящно, как обычно.

Я была единственной, кто никак не мог привыкнуть к этой атмосфере.

— Он похож на дракона.

— Это правда, но у настоящего дракона нет рогов.

Голоса Лии и Ари, которые ничего не знали, разглядывали печенье и перешептывались, были очень кстати.

Дракон действительно выглядел похожим на того, которого я встретила...

В этот момент Айзек, который, казалось, почти ничего не ел, заговорил:

— Вот.

Я уставилась на гигантский пудинг, поставленный передо мной.

Шоколадный пудинг со сливками, красиво украшенный разноцветным сахарным кондитерским декором.

Неужели он говорит мне, чтобы я страдала вместе с ним?

Лия оставила печенье и протянула руки к тарелке с пудингом, ее рот был слегка приоткрыт.

Она явно нацелилась на этот разноцветный шоколадный пудинг.

— Шоколад...

— Лия, хочешь? Я могу съесть пудинг в другой раз.

— Но тогда...

Глаза Лии задорно блеснули, как будто она ждала этого, но в конце она почему-то отвела взгляд.

Хм? Что случилось?..

“Я дал это тебе.”

На мгновение воцарилась тишина. Мой муж, источающий темную ауру самого сатаны, предстал перед моим пустым взором.

“Эй, сукин сын, почему ты так смотришь на мою сестру? Почему ты пытаешься ввязаться со мной в драку?”

Не удивительно, что сэр Иван разозлился и вел себя подобным образом.

Я искренне недоумевала, было ли что-то в какао, что он выпил.

“Это один из семи грехов - желать чужой собственности.”

“Что ты имеешь в виду? Этот ублюдок внезапно пытается вести себя так невинно… Что плохого в том, чтобы съесть немного пудинга? Ах, как мелочно. Лия, просто съешь что-нибудь еще!”

“Да, я не против съесть что-нибудь другое.”

Неожиданно Лия кивнула головой и пододвинула тарелку с клубничным пудингом.

Ари, посмотрев на свою двоюродную сестру с пустым лицом, тоже притворилась, что вернулась к еде.

Нет, я никогда не слышала о таком грехе. Я не хотела это есть!

“Давай, ешь.”

Элления, которая была так же ошарашена, как и я, вздохнула.

Поэтому, пребывая в неловком состоянии, мне пришлось зачерпнуть гигантский шоколадный пудинг и положить его в рот.

Сладкий продолжительный привкус распространился по всему моему рту.

Ого, это действительно вкусно.

Я не могла справиться с привычным отвращением, но прошло много времени с тех пор, как я пробовала что-то настолько вкусное.

“Теперь все в порядке?”

“Похоже, храм хочет поймать ледяного дракона и выставить его на гладиаторский поединок.”

“Разве это возможно?”

“Да, он еще молодой дракон, принцесса. Мы можем справиться с ним, но все пришли к единому мнению отпустить его сейчас и понаблюдать.”

Я внимательно прислушивалась к разговору между двумя паладинами и Эллен.

Дракон был еще ребенком.

Но гладиаторский поединок? Что это за ловушка для исчезающего вида, который существовал десятилетиями?

“Ученики прекратили поиски, так что, если дракон осознаёт происходящее, то с ним все должно быть в порядке.”

Айзек, который что-то саркастически пробормотал, вдруг искоса взглянул на меня. Почему я?

Элления ничего не знала, поэтому выглядела напряженной.

“Справедливо отметить, чем активнее драконы, тем больше монстров."

“Не обязательно. Количество убитых монстров примерно такое же, как и количество убитых драконов.”

“Я больше беспокоюсь о том, что амбициозные молодые люди захотят с ним сразиться, чтобы стать истребителем драконов. Мы бы только выбились из сил разыскивая их тела, не так ли?”

В этом есть смысл, но только взгляните, кто мне это говорил. Интересно, кто были все те люди, что подрались с разъяренным драконом передо мной?(Это сарказм)

“Миледи, вам нравятся драконы?”

“...ахахаха. Ну, а что насчет тебя?”

“Драконы милые.”

“Да, они милые. Жалкие, но милые.”

Ари и Лия, похоже, воображали, что драконы выглядят как эти печенья. Или были неуклюжими, глупыми существами, как их представляли в сказках.

“Ты все еще не собираешься одевать венок?”

“А что, ты хочешь его примерить?”

“Если настанет день, когда Аз наденет венок на голову, я встану на четвереньки у главных ворот храма и буду лаять, как собака.”

В причудливо мирной атмосфере я доела шоколадный пудинг, соскоблив со стенок все до последнего кусочка.

Это было в духе начала подготовки к буре, что может разразиться в будущем, после сделанных мной вещей, что я никогда раньше не делала.

После того, как все отдохнули, Лия ушла с сэром Иваном, а принцесса Ари вернулась в королевский дворец. И я…

“Для тебя нормально так передвигаться?”

“Сергей сказал мне гулять больше получаса каждый день… Раньше я не могла нормально ходить.”

Я гуляла с монстром наедине.

Почему я чувствовала себя цыпленком, которого тащат на бойню, хотя это была всего лишь прогулка во дворе? Конечно, я знала, что у моего мужа есть вопросы, о которых нужно поговорить наедине.

Было ли дело в монстрах и во мне, в том как избавиться от меня, или в случае с отравлением Фрейи, которое было погребено в моей беспокойной авантюре..

“Он шарлатан.”

Понятно. Мистер Сергей был шарлатаном. Тогда какого черта в его семье был врач-шарлатан?

Грозовая тишина повисла между нами, пока мы шли по саду, который больше походил на дикий лес, чем на сад.

Пот стекал с моей ладони, которую он крепко держал.

Я хотела, чтобы он допросил меня или что-то в этом роде. Эта отсрочка была удушающей.....

“О твоих друзьях-пособниках.” (Тут имеется ввиду, что они не помогали ей бежать, а что Руби приобрела друзей во время побега, не знаю как это лучше перевести на русский)

“Что?”

“Это был первый раз, когда ты с ними встретилась?”

Друзья-пособники. Я прокашлялась и на мгновение задумалась.

В тот раз я действительно впервые встретила Грифона, но с Попо я уже была знакома.

Чтобы объяснить мою первую встречу с Попо, мне пришлось бы рассказать об инциденте с верховой ездой..

Черт возьми, почему он задал этот вопрос с самого начала? Он был слишком хорош в допросе людей.

Айзек смотрел на меня, наклонив голову и слегка нахмурившись. Его серебристые волосы казались белокурыми на солнце.

“Судя по выражению твоего лица, мне так не кажется.”

Мошенничество быть настолько деликатным в такие моменты. У меня не было выбора, кроме как быть откровенной. Остальное зависит от судьбы.

“Я впервые встретила Грифона тогда.”

“А что насчет Попори?”

Попо звали Попори? Оно идеально подходило.

“На встрече с верховой ездой. Я ехала верхом на лошади по лесной дороге, и меня потащила какая-то виноградная лоза. Когда я пришла в себя, то поняла, что Попори...”

Итак, заикаясь,я рассказал о своей первой встрече с Попо.

Я также объяснила, как в итоге сбежал из дома.

Я пошла в храм, чтобы навестить служителей, но плохо себя почувствовала, поэтому вышла немного подышать воздухом и встретила Попо. Затем я потеряла сознание.

Айзек не сказал ни слова, пока я не закончила говорить.

Он выглядел бесстрастным и не сказал ничего, что заставило бы меня еще больше переживать.

Мне было неудобно из-за руки, которую он крепко держал, как крышку от кастрюли. Я переживала, что он вот-вот раздавит ее одним махом…

“И это все?”

“Что?”

“Что-нибудь еще случилось? Ты столкнулась с кем-нибудь возле храма?”

Что это была за ловушка?

Конечно, я ни с кем не сталкивалась. Я подслушала ужасный разговор между Лоренцо и Эндимионом, так что я догадалась, что и это тоже считается. Почему он задал мне этот вопрос?

Почувствовав мой пытливый взгляд, Айзек прищурился и издал странный звук.

“Теперь я вижу, что ты не сбежала, а была похищена.”

“Я не думаю, что это было похищение...”

“Мой ученик сказал мне кое-что странное.”

“Странное?”

О чем он говорил с Эндимионом? Видел ли он меня тогда? Заметил ли он меня до того, как я спряталась за колонной?

Лоренцо явно был мне незнаком…

“Что тебе пел Лоренцо?”

Муженек, что это за неожиданный вопрос? Разве мы уже не закончили?

История об этой песне не была для меня желанной темой. Даже если люди совершенно в это не верят, если они будут продолжать говорить и напоминать другим, они, естественно, будут обеспокоены.

Было бы еще хуже, если бы Айзека начали волновать эти слухи обо мне.

Даже если бы речь шла только о моих бывших женихах… Лоренцо брат Фрейи, поэтому может показаться, что я пытаюсь вбить клин между ними.

“Закончим. Тебе не обязательно говорить это, если ты не хочешь.”

Пробормотал он, отпуская мою руку и садясь на ближайший камень.

Затем он задумчиво посмотрел на дальнюю гору. Я долго ждала, но никаких признаков другого вопроса не следовало.

И это все? Эй, эй, эй. Разве не лучше сразу закончить допрос? Разве не говорят, что нужно ковать железо, пока оно горячо. Удар для него лучше, когда оно горячее.

Пока я нервно смотрела на него в тишине, мой взгляд был прикован к его выдающимся бедрам.

Трудно было понять, почему это напомнило мне о нашей первой ночи. Я была слишком…

“К-как поживает леди Фуриана?”

Как только я начала говорить о ней, мой муж сразу же оглянулся на меня.

Почему он вдруг стал выглядеть таким усталым? Это мне одной тут было нелегко!

Внезапно я вспомнила, что он сказал мне в морозном лесу. Тогда Айзек сказал, что ему жаль меня.

Он был не в своем уме, но он определенно так сказал.

“Выпить один лишь какой-нибудь раствор волшебного камня не будет достаточным для смерти северян.”

Понимаю. Таков был дух великих северян. Ладно, после всей этой суматохи…

“Вы его еще не поймали?”

“Нет никаких конкретных зацепок, поэтому мы замедлились. Что ж, это проблема правительства, а не твоя.”

Он говорил серьезно? Его резкий тон, прервавший разговор, был в некоторой степени мне незнаком.

Были ли все слухи связанные со мной вот так запросто похоронены?

“Более того, есть кое-что, что мне нужно знать обязательно прямо сейчас....”

Напряжение вернулось, и я сглотнула, ожидая вопроса.

“Расскажи мне обо всех существах, которых ты встретила в морозном лесу.”

"...Что?”

— Я отдам его тебе.

Наступило мгновение тишины. Мой муж, излучая темную ауру воплощения сатаны, вошел в мое поле зрения.

— Эй, ты, мерзавец, почему ты так смотришь на мою сестру? Почему ты пытаешься ввязаться в драку со мной?

Для сэра Ивана было неразумно злиться и вести себя подобным образом. Я задумалась, не было ли в том какао, что мы пили ранее, чего-то необычного.

— Это один из семи грехов — жаждать чужого имущества.

— Что ты имеешь в виду? Почему ты, мерзавец, вдруг пытаешься изобразить саму невинность?.. Что плохого в том, чтобы съесть немного пудинга? Ах, так дешево. Лия, просто съешь что-нибудь другое!

— Да, я не против попробовать что-нибудь другое.

Лия кивнула и отодвинула тарелку с клубничным пудингом.

Ари, которая с пустым лицом смотрела на свою кузину, тоже сделала вид, что возвращается к еде.

Нет, я никогда не слышала о таком грехе. Я все равно не хотела его есть!

— Давай, ешь.

Элления, которая была ошарашена не меньше меня, вздохнула.

Поэтому я, охваченная неловкостью, зачерпнула полную ложку шоколадного пудинга и положила его в рот.

Сладкий приторный вкус распространился по всему моему рту.

Ха, это действительно вкусно.

Я не могла побороть привычное нежелание, но прошло уже много времени с тех пор, как я пробовала что-то настолько вкусное.

— Теперь все в порядке?

— Похоже, что храм хочет поймать ледяного дракона и выставить его на гладиаторский поединок.

— Это возможно?

— Он еще молодой дракон, принцесса. Мы можем с ним разобраться, но другие думают, что пока нужно его отпустить и понаблюдать.

Я внимательно слушала разговор между двумя паладинами и Эленией.

Дракон был еще ребенком.

Но гладиаторский поединок? Что это за ловушка для исчезающего вида, существовавшего десятилетиями?

— Стажеры иссякли в поисках, так что, если у дракона есть хоть немного осознания, с ним все должно быть в порядке, — Айзек, который что-то саркастически бормотал, вдруг бросил на меня косой взгляд. Почему я?

Элления, которая ничего не знала, выглядела напряженной.

— Это справедливо, но чем активнее драконы, тем больше монстров.

— Не обязательно. Количество убитых монстров примерно равно количеству убитых драконов.

— Меня больше беспокоит то, что амбициозные молодые люди будут рваться в бой, чтобы стать истребителями драконов. Нам потом будет трудно найти их тела, не так ли?

В этом есть смысл, но посмотрите, кто говорит. Это те, кто устроил потасовку на глазах у разъяренного дракона?

— Миледи, вам нравятся драконы?

— Ахахаха. Ну, а вам?

— Драконы милые.

— Да, они милые. Жалкие, но милые.

Ари и Лия, кажется, воображают, что драконы похожи на эти печенья. Или на неуклюжих притворяющихся дурачками существ из сказок.

— Но ты все еще не собираешься надевать венок?

— А что, ты хочешь его примерить?

— Если настанет день, когда Айз наденет венок на голову, я стану на четвереньки у входных ворот храма и буду лаять, как собака.

В странной умиротворенной атмосфере я доела шоколадный пудинг, выскребая все до последнего кусочка.

Это было в духе готовности к любой буре, которая может прийти в будущем после того, как я сделала то, чего никогда не делала раньше.

После трапезы Лия ушла с сэром Иваном, а принцесса Ари вернулась в королевский дворец. А я...

— Это нормально так передвигаться?

— Сергей сказал мне ходить больше получаса каждый день... Раньше я не могла нормально передвигаться.

Я гуляла с монстром одна.

Почему я чувствовала себя как корова, которую тащат на бойню, хотя это была всего лишь прогулка во дворе? Конечно, я знала, что у моего мужа есть проблема, о которой нужно поговорить наедине.

Речь пойдет о монстрах и обо мне, о том, как от меня избавиться, или о случае с отравлением Фрейи, который оказался похоронен в тревоге от моей эскапады...

— Он шарлатан.

Понятно. Господин Сергей был шарлатаном. Тогда почему, черт возьми, в его семье врач-шарлатан?

Грозовая тишина повисла между нами, пока мы шли через сад, который больше походил на дикий лес.

Пот стекал с моей ладони, которую он крепко сжимал.

Я хотела, чтобы он допросил меня или что-то в этом роде. Эта неловкость была удушающей...

— О твоих сбежавших друзьях.

— Что?

— Это была твоя первая встреча с ними?

Беглые друзья. Я прочистила пересохшее горло и задумалась.

Я действительно тогда впервые встретила грифона, но с Попо все было иначе.

Чтобы объяснить мою первую встречу с Попо, мне пришлось бы вспомнить инцидент с верховой ездой...

Боже, почему он с самого начала задал этот вопрос? Он слишком хорошо умел мучить людей.

Айзек, который смотрел на меня, слегка нахмурившись, чуть наклонил голову. Его серебристые волосы казались блестящими на солнце.

— Судя по выражению твоего лица, я так не думаю.

Это был обман — быть таким тактичным в такие моменты. У меня не было другого выбора, кроме как быть откровенной. Остальное зависит от судьбы.

— Я впервые встретила грифона там.

— А как насчет Попори?

Попо звали Попори? Это имя идеально подходит ему.

— На празднике верховой езды. Я ехала на лошади по лесной дороге, и меня затянуло в какую-то лозу. Когда я пришла в себя, я поняла, что Попори...

Так, запинаясь, я рассказала о своей первой встрече с Попо.

Я также объяснила, как сбежала из дома.

Я пришла в храм, чтобы навестить их, но я плохо себя чувствовала, поэтому вышла погулять и встретила Попо. Потом я потеряла сознание.

Айзек не произнес ни слова, пока я не закончила говорить.

У него оставалось такое же спокойное выражение лица, и он ничего не сказал, что заставило меня почувствовать еще большую тревогу.

Я почувствовала беспокойство за свою руку, которую он держал, как крышку кастрюли. Мне казалось, что он вот-вот раздавит ее.

— Это все?

— Что?

— Что-нибудь еще случилось? Ты столкнулась с кем-нибудь возле храма?

Что это за ловушка?

Конечно, я ни с кем не столкнулась. Я подслушала ужасный разговор между Лоренцо и Эндимионом в центре, так что я догадался, что это тоже считается. Почему он задал мне этот вопрос?

Увидев мой любопытный взгляд на нем, Айзек прищурился и издал странный звук.

— Теперь я вижу, что ты не убежала, а была похищена.

— Я не думаю, что это было похищение...

— Мой стажер рассказал мне кое-что странное.

— Странное?

О чем говорил Эндимион? Видел ли он меня тогда? Видел ли он меня до того, как я спряталась за колонной?

Лоренцо явно был мне незнаком...

— Что тебе пел Лоренцо?

Муженек, что это за неожиданный вопрос? Разве это уже не конец допроса?

История его песни тоже не была для меня желанной темой. Даже если люди совсем не верят в это, если они продолжают говорить и напоминать другим, им, естественно, будет не все равно.

Еще хуже было, если бы Айзек начал беспокоиться об этих слухах обо мне.

Даже если бы речь шла только о моих бывших женихах... Лоренцо — брат Фрейи, и могло показаться, что я пытаюсь вбить клин между ними.

— Нет, все уже сделано. Можешь не говорить, если не хочешь, — пробормотал он, отпуская мою руку, и сел на ближайший камень.

Затем он посмотрел на далекую гору с задумчивым лицом. Я долго ждала, но никакого ответа не последовало.

Это все? Эй, эй, эй. Разве не хорошо закончить допрос сразу же? Говорят, надо бить по железу, пока горячо. Лучше бить, пока горячо.

Пока я нервно молча смотрела на него, мой взгляд привлекли его выдающиеся бедра.

Трудно было понять, почему это напомнило мне о нашей первой ночи. Я была слишком...

— Как леди Фуриана?

Как только я заговорила о ней, мой муж тут же оглянулся на меня.

Почему он вдруг выглядит таким усталым? Это мне было тяжело!

Вдруг я вспомнила, что он сказал мне в морозном лесу. Тогда Айзек попросил у меня прощения.

Он был не в своем уме, но он точно так сказал.

— Выпив раствор волшебного камня, северяне не погибнут.

Понятно. Таков был дух великих северян. Ну, после всей этой суеты...

— Вы еще не поймали убийцу?

— Нет конкретных улик, поэтому мы медлим. Ну, это проблема правительства, а не наша.

Он говорит серьезно? Его резкий тон, оборвавший разговор, был несколько непривычен.

Неужели все домыслы, связанные со мной, просто так похоронили?

— Более того, есть кое-что, что мне нужно знать наверняка прямо сейчас....

Напряжение вернулось, и я сглотнула, ожидая вопроса.

— Расскажи мне обо всех существах, которых ты встретил в морозном лесу.

— Что?

“Кроме твоих друзей, существ, с которыми ты там играла. Они все были за тебя?”

Не все. Там было несколько дураханов, которых Попо очень боялся.

Из-за них мы попали в обитель детеныша дракона…

Черт возьми, я должна была спросить его об этом раньше. Я совсем забыла.

“Являются ли Попори естественными врагами дураханов?”

Когда я осторожно спросила, его серебристые брови на мгновение изогнулись, но вскоре выпрямились, как будто он понял.

“Из того, что ты говоришь, дураханы, должно быть, доставили тебе немало хлопот...”

"Э-это....”

“Было весело?”

“...нет.”

“Итак, что случилось?”

Я не была ответственна за это! И вот снова выдала все как на духу.

Я рассказала ему с чем там столкнулась, включая ту часть, которая касалась дураханов.

Что касается монстров, то я не знала их имен, поэтому описала только их внешность.

Мой муж молча слушал с выражением, которое я не понимала, и наконец сказал: “Понятно”.

“Включая ледяного дракона, все они были Золотыми ублюдками.”

Золотыми что?

“Даже если дурахан - монстр, он не уживается с монстрами, которые выглядят как животные. В любом случае, ты не видела ни одного S ранга, верно? Тролли, людоеды, нежить.”

Что, золотые ублюдки? В его словах был смысл. Все дружелюбные существа, с которыми я там столкнулась, были животными, похожими на животных. Млекопитающие или рептилии.

Дураханы, который ужасающе преследовали нас, были людьми-воинами.

“Но в первый день, когда я прибыла сюда....”

Я оборвала слова, не решаясь заговорить о монстре, который появился, когда камин был потушен.

“Да, это был призрак. А в другой раз это был песибоат в дворцовом пруду.”

Песибоат.

Почему любовный монстр с Амазонки оказался здесь? Я не знала, что здесь был настоящий любовный монстр (TMI: Уроженцы Амазонки называли это животное любовным монстром. Песибоат был красивым бледно-розовым монстром с длиной тела около 2 метров. Любовный монстр был демоном, который пленял умы людей).

“Я не знаю, как...”

“Я тоже никогда не видел этого раньше, но пришел к выводу, что пока это должно быть только между нами. Ты не должна спешить вступать в контакт с монстрами, пока не будешь уверена в этом. Твои друзья в порядке, но остальные.. ты даже не знаешь точно, чего они от тебя хотят.”

Мои глаза неосознанно расширились от доброго, подробного ответа. Это было неожиданно.

Я подумала, что он учитывает возможность, что я ведьма, или подозревает, что я вступила в сговор со своей семьей, скрывая свои дьявольские способности.....

Или, может быть, он замышлял превратить меня в какое-то секретное оружие.

Впрочем, это было разумное предложение.

Я еще не встречала всех монстров, поэтому не могу сделать вывод, что все они будут дружелюбны ко мне, и, самое главное, это была неизученная способность.

Это было еще труднее понять, потому что подобного явления вообще не существовало в оригинальной истории.

Имело ли это какое-то отношение к тому факту, что я была душой из другого мира? Имела ли к этому какое-то отношение моя ежегодная болезнь?

Черт возьми, почему мне кажется, что это становится все труднее? Я чувствую, что получаю дополнительные миссии в простой игре на выживание.

“Ты хочешь сообщить об этом своей семье?”

Я пришла в себя от вопроса, который внезапно зазвенел у меня в ушах.

“Моя семья?”

“Любому члену твоей семьи. Ты хочешь рассказать им, что произошло в морозном лесу?”

Он что, испытывал меня? Скорее, было бы нормально предостеречь меня от этого.

Не было похоже, что все члены моей семьи состояли в браке, и я не знала, каковы будут последствия, если я безрассудно выдам эти скрытые карты (MidTr: Она имеет ввиду, что все дети папы были незаконнорожденными, а она сама и вовсе не была его дочерью. Вообще очень интересно от кого родила ее мать, надеюсь дальше по сюжету не будет санта барбары с одним отцом на двоих у гг).

Конечно, даже если бы о такой дилемме не могло быть и речи, у меня не было ни малейшего желания сообщать им об этом.

“Нет.”

“Это решительный ответ.”

Я была немного смущена, потому что он рассуждал так же. Я ожидала, что он будет допытываться еще, но Айзек казался на удивление беззаботным и только приподнялся.

“Хорошо, это будет нашим секретом на некоторое время.”

“А что насчет твоих коллег...”

“Невежливо говорить о секретах чужих жен.”

“…….”

“Они на удивление верны, поэтому их рты закрыты на замок. Здесь не о чем беспокоиться.”

Его теплое прикосновение к моей руке придало мне сил.

Нет, почему ты продолжаешь говорить такие странные вещи? Звучит так, будто ты пытаешься меня успокоить. Меня так и подмывает расслабиться.

“Но из-за меня, дракон....”

“Ледяной дракон не просыпается только потому, что кто-то вынуждает его проснуться. В его обители всегда был беспорядок, так что ничего не изменилось, даже если бы кто-то туда вторгся.”

Хоть он был не из тех, кто просыпается так запросто, я была уверена, что он проснулся из-за меня. Если бы все было так, как в оригинальной истории, он бы не пробудился.

Почему Айзек вел себя так странно? Был ли это побочный эффект какао, которое он выпил одним глотком?

“Правда?”

“...правда.”

“Ты мне веришь?”

“В чем ты вообще могла меня обмануть?..”

“Ну, на самом деле я очень беспокоилась, что ты можешь неправильно меня понять. Так я думала с самого начала… Я так рада… Что ты пришел искать меня.”

Когда я улыбнулась, скрывая свое сомнение, он уставился на меня.

Почему ты снова так на меня уставился? Ты не доволен? Ты такой крепкий орешек, тебя трудно расколоть. Может хочешь, чтобы я снова написала тебе письмо с извинениями?

“Я больше не буду убегать из дома.”

Как только я сжала кулаки и выразила свою твердую волю, то сразу же услышала душераздирающий ответ.

“Это же было похищением, а не побегом из дома?”

“Меня больше не похитят.”

“Я думаю, ты сбежишь с Попори и тучной ящерицей, если они придут и уговорят тебя уйти.”

Я что ребенок? Кроме того, называть его тучной ящерицей - это немного чересчур. Мой детеныш дракона милашка! Он немного вспыльчивый, но очень милый. Он молод, поэтому все еще немного упрям…

“Тогда ты можешь пойти со мной.”

“...звучит неплохо.”

Эй, не кивай так серьезно!

Я просто пошутила! Ну конечно, он воспринял мою шутку всерьез.

Он знал, кем они были, и именно поэтому он все еще мечтал стать истребителем драконов, верно?!

“Тем не менее, тебе следует избегать контактов в настоящее время. Будет затруднительно, если тебя увидят люди.”

“Да, да.”

Как только я кивнула головой, мой бессердечный муж посмотрел на меня с сомнением, но почти ничего не сказал.

Мы еще немного погуляли по залитому солнцем саду, не говоря ни слова.

Каждый раз когда я видела сад, мне казалось, что он на самом деле мало чем отличался от леса.

Кроме того, я не хотела, чтобы тишина продолжалась, поэтому говорила столько, сколько могла.

“Сад чудесный.”

“Это неожиданно.”

“Он, конечно, очень сильно отличается от южных, но в нем есть уникальная грубость."

"В самом деле? Каковы южные сады?”

Я подумала, что он говорит с сарказмом, но, к счастью, похоже, он спрашивал, потому что ему действительно было любопытно.

“Ну, цветов там больше, чем деревьев, особенно роз. И всегда есть вольер и фонтан. Особенно, чем причудливее фонтан, тем он лучше. В некоторых местах они похожи на каскады. Вольер также украшен с роскошью для редких импортных птиц.”

“Это похоже на парк развлечений, а не на сад."

“Да, но все равно приятно на это смотреть. Если вы сделаете нечто подобное здесь, это будет так прекрасно. Конечно, здесь и сейчас хорошо. Прямо как в лесу.”

“Это лес. Кругом лес.”

Вместо того чтобы казаться саркастичным, Айзек ответил неожиданно честно.

Он вел себя странно мило. Было бы здорово, если бы каждый день был таким, как сегодня.

Хаа, такой биполярный парень.

На следующее утро я была поражена, увидев как рабочие строили стеклянную оранжерею, внося изменения в сад.

— Кроме твоих сбежавших друзей, существа, с которыми ты там играла. Все ли они были за тебя?

Не все. Был еще Дурахан, которого Попо очень боялся.

Благодаря им нам пришлось отправиться в обитель драконьего детеныша...

Проклятье, надо было спросить его об этом раньше. Я забыла.

— Являются ли Попори естественными врагами Дурахана?

Когда я осторожно спросила об этом, его серебряные брови на мгновение дрогнули, но вскоре выпрямились, как будто он понял.

— Судя по тому, что ты говоришь, Дурахан, должно быть, доставил тебе немало хлопот...

— Э-это…

—Это было весело?

— Нет.

— Так что случилось?

Я рассказала ему о том, с чем я там столкнулся, включая часть о Дурахане.

Что касается монстров, то я не знала их имен, поэтому описала только внешность.

Мой муж молча слушал и наконец сказал:

— Понятно. Включая ледяного дракона, все они были золотыми ублюдками.

Что значит «золотые ублюдки»?

— Даже если Дурахан — монстр, он не ладит с монстрами, которые выглядят как животные. В любом случае, ты не видела ни одного животного S-ранга, верно? Тролли, огры, нежить.

Что за золотые ублюдки? Но в его словах был смысл. Все дружелюбные монстры, с которыми я там столкнулась, были животноподобными видами. Млекопитающие или рептилии.

Дурахан, который преследовал нас, был человеком-воином.

— Но в первый день я пришла сюда...

Я остановилась на полуслове, не решаясь вспомнить о чудовище, которое вошло сюда, когда факел был погашен.

— Да, это был призрак. А в другой раз это был песибоат в дворцовом пруду.

Песибоат.

Почему любовное чудовище из Амазонии было здесь? Я не знала, что это настоящее любовное чудовище.

П.п: Туземцы Амазонки называли это животное любовным монстром. Песибоат был красивым, бледно-розовым животным с длиной тела около 2 метров. Любовное чудовище было демоном, который овладевал умами людей.

— Я не знаю, как...

— Я также никогда не видел их раньше, так что это пока только между нами. Тебе не стоит спешить вступать в контакт с монстрами, пока ты не убедишься в своих способностях. Твои сбежавшие друзья в порядке, но остальные... Ты даже не знаешь точно, что им от тебя нужно.

Мои глаза неосознанно расширились от такого доброго и подробного ответа. Это было неожиданно.

Я подумала, что он может рассматривать возможность того, что я ведьма, или подозревать, что я в сговоре со своей семьей, скрывая свои злые способности...

Или, может быть, он замышлял превратить меня в какое-то секретное оружие.

Хотя, это была разумная теория.

Я еще не встретила всех монстров, поэтому не могу сделать вывод, что все они будут дружелюбны ко мне. А главное, что это было неизвестное средство. Это было еще сложнее понять, потому что в оригинальной истории этого явления вообще не существовало.

Имело ли это какое-то отношение к тому, что я — душа из другого мира? Имеет ли к этому отношение моя ежегодная болезнь?

Черт возьми, почему мне кажется, что становится все тяжелее? Такое ощущение, что я получаю дополнительные миссии в простой игре на выживание.

— Ты хочешь сообщить своей семье?

Я пришла в себя от вопроса, который внезапно прозвучал в моих ушах.

— Моей семье?

— Любому члену твоей семьи. Хочешь ли ты рассказать им о том, что произошло в морозном лесу?

Он меня проверяет? Скорее, нормально ли будет остановить меня от этого.

Не то чтобы я не знала, каковы будут последствия, если я безрассудно передам эти козырные карты им в руки.

Конечно, даже если такая проблема считалась не обсуждаемой, у меня не было ни малейшего желания ставить их в известность.

— Нет.

Мне было немного неловко, потому что он так подумал. Я ожидала, что он будет допытываться дальше, но Айзек казался на удивление легкомысленным и только приподнялся.

— Хорошо, значит, это будет нашим секретом некоторое время.

— А как насчет твоих коллег?..

— Невежливо говорить о секретах чужих жен. Они удивительно верные, поэтому их рты плотно закрыты. Не о чем беспокоиться.

Его теплая хватка на моей руке придала мне сил.

Нет, почему ты продолжаешь говорить такие странные вещи? Звучит так, будто ты пытаешься меня успокоить. Я поддалась искушению.

— Но из-за меня дракон....

— Ледяной дракон не просыпается только потому, что кто-то заставляет его проснуться. Его место всегда было беспорядочным, так что ничего не изменится, даже если кто-то вторгнется туда.

Хотя он был не из тех, кто просыпается от этого, я была уверена, что он проснулся из-за меня.

Почему он ведет себя так странно? Был ли это побочный эффект от какао, которое он выпил залпом?

— Правда?

— Правда.

— Ты мне веришь?

— А ты можешь меня обмануть?..

— Ну, на самом деле, я очень волновалась, что ты можешь неправильно понять все. Я так думала с самого начала... Я так рада... Ты искал меня.

Когда я улыбнулась, скрывая свои подозрения, он уставился на меня.

Почему ты снова так смотришь на меня? Ты не удовлетворен? Ты такой крепкий орешек. Хочешь, я снова напишу тебе письмо с извинениями?

— Я больше не буду убегать из дома.

Как только я сжала кулаки и выразила свою твердую волю, я тут же услышала душераздирающий ответ.

— Разве это был побег из дома, а не похищение?

— Меня еще раз захотят похитить.

— Думаю, ты пойдешь с Попори и тучной ящерицей, если они придут и будут уговаривать тебя выйти.

Я что, ребенок? Кроме того, называть его тучной ящерицей — это уже слишком. Какой милый мой дракончик! Он немного жестокий, но очень милый. Он еще молод, поэтому все еще немного бунтует...

— Тогда ты можешь пойти со мной.

— Это звучит неплохо.

Эй, не кивай головой так серьезно!

Я просто пошутила! Конечно, он воспринял бы мою шутку всерьез...

Он знал, что это такое, и именно поэтому он все еще мечтал стать истребителем драконов, верно?!

— Тем не менее, тебе следует пока избегать контактов с животными. Будет много проблем, если тебя увидят люди.

— Да, да.

Как только я кивнула головой, мой хладнокровный муж посмотрел на меня с сомнением, но ничего не сказал.

Мы еще немного погуляли по залитому солнцем саду, не говоря ни слова.

Я чувствовала это каждый раз, когда видела его, но этот сад действительно мало чем отличался от леса.

Кроме того, мне не хотелось, чтобы молчание продолжалось, поэтому я говорила как можно больше.

— Сад замечательный.

— Неожиданно это слышать.

— Он отличается от южной части, но у него есть уникальная шероховатость.

— Правда? А как же южный сад?

Я думала, что он говорит с сарказмом, но, к счастью, он, похоже, спрашивал потому, что ему действительно было интересно.

— Ну, там больше цветов, чем деревьев, особенно роз. И есть клетка с фонтаном. Чем причудливее фонтан, тем он лучше. В некоторых местах их делают в виде каскадов. Клетку тоже украшают с великолепием для редких импортных птиц.

— Это похоже на парк развлечений, а не на сад.

— Да, но все равно приятно посмотреть. Если все сделать хорошо, будет не хуже. Конечно, здесь тоже хорошо. Прямо как в лесу.

— Это и есть лес. Кругом лес.

Вместо того, чтобы показаться саркастичным, Айзек ответил неожиданно честно.

Он вел себя странно мило. Было бы здорово, если бы каждый день был таким, как сегодня.

Хаа, такой двуполярный парень.

На следующее утро я была поражена, увидев сцену, где рабочие были заняты строительством стеклянной оранжереи, внося изменения в сад.

Герцог Омерта наконец открыл рот. С запутанным видом, стараясь не потерять своего достоинства и притворяясь ошеломленным, мой тесть сказал: “Не долго ему осталось”.

Он намекал, что если Айзек сделает что-то, что людям не понравится, то умрет.

Какая чудная манера говорить так о своем сыне.

“Эллен, ты участвуешь в этом?”

“Нет, я так же ошеломлена, как и ты.”

Отец и дочь, обменявшись взглядами, теперь уставились на меня.

Ооо, нет, почему вы так на меня смотрите? Я вообще понятия не имею, что это такое! Я даже никогда не мечтала об этом!

“Оранжерея во внутреннем дворе явно похожа на сад в южном стиле.”

Мой тесть был прав. Хотя стеклянные оранжереи также можно было построить в северном климате.

Но я никогда не хотела, чтобы Айзек построил ее здесь! Я просто объяснила ему что это такое, потому что он спросил!

Независимо от того, видели ли они это с моей точки зрения или нет, добросовестные работники, которым давал указания Сильнейший Северный Человек-Разрушитель, сосредоточились только на своей работе с таинственным оборудованием.

Каждый раз, когда земля разрывалась, гномов, которые выскакивали с криками и писком, бросали прямо в ведро со святой водой.

Это было похоже на лечение бородавок.

“Что ж, это изменение не так уж плохо, потому что раньше здесь было совершенно пустынно.”

Спасибо тебе, Эллен. Как и ожидалось от тебя…

“Она не убежит из дома, когда рядом есть что-то знакомое.”

”В этом есть смысл, но все это однажды..." Ее отец почему-то выглядел озлобленным по какой-то причине.

Эления поджала губы, но ничего не ответила. Они говорили о ее покойной матери?

“...если тебе это так не нравится, ты можешь просто сказать ему, чтобы он прекратил.”

“Когда он вообще меня слушал? Он разозлится и схватит собственного отца за шиворот.”

Мой косноязычный тесть снова повернулся ко мне. Казалось, ему это не нравилось. Он, наверное, подумал, что я начала манипулировать его сыном.

Что ж, с точки зрения герцога у него были бы проблемы, если бы Айзек влюбился в меня.

У него был план заставить Айзека однажды развестись со мной и устроить более полезный брак…

“Как ты себя чувствуешь?”

“Я в порядке, извините, что побеспокоила вас. Я не позволю этому случиться снова.”

Когда я улыбнулась с рассеянным выражением лица, он на мгновение уставился на меня и поспешно закашлял.

“Я не думаю, что самая важная проблема еще решена, но рано или поздно я ей займусь.”

“Да, да, не волнуйтесь.”

Тебе не нужно напоминать мне обо всем, что произошло в первую ночь. Я тоже спешу. Мне нужно поторапливаться, но разве сначала не нужно посмотреть на небо, чтобы увидеть звезды?

Кроме того, я беспокоилась, что мой таинственный муж станет с большей неохотой заниматься со мной подобными вещами, потому что он сомневался в моей личности.

“Здравствуйте, мэм. Меня зовут Ронья.”

Горничная с каштановыми волосами, заплетенными в косички, вежливо опустила глаза. Я предположила, что ей было около шестнадцати лет?

“Этого ребенка порекомендовал родственник. Она еще молода, но хорошо владеет руками, так что она будет полезна.”

Вижу. Если это было правдой, тогда Фрейя не занималась подбором горничной для меня , как хотела раньше. Я почувствовала облегчение.

“О… Большое тебе спасибо, Эллен.”

“Я должна была сделать это раньше. Мне очень стыдно за свое промедление. Я пыталась найти кого-нибудь более опытного, но мы с братом согласились, что молодая девушка подойдет лучше. Нам сейчас трудно продвигаться дальше, но мы собираемся шаг за шагом повышать уровень доверия.”

Наконец-то у меня была своя собственная горничная, которая могла помочь мне почувствовать себя безопасно и комфортно!

Теперь мне больше не нужно было подкупать Люсиль! И больше не будет никаких проблем с подлыми слугами!

Казалось, что солнце вот-вот взойдет с запада.

Еще и строилась оранжерея. Почему вдруг такие неожиданно хорошие новости? Было приятно, но немного трудно привыкнуть.

“Приятно познакомиться. Я с нетерпением ожидаю от тебя хорошей работы.”

“Я буду служить вам всем своим сердцем. Я буду усердно работать над чем угодно.”

Поздоровавшись с улыбкой, Ронья слегка покраснела и несколько раз наклонила голову.

Ее большие дружелюбные карие глаза были ясными.

Застенчивый, но храбрый ребенок. Она была именно той, какого я хотела. Я надеялась, что первое впечатление о ней останется прежним.

“Ты будешь занятой, как только преступишь к обязанностям. Это облегчит тебе адаптацию.”

“Да, мисс.”

А? Занята, как только преступит к обязанностям?

Элления спокойно объяснила, увидев мой любопытный взгляд.

“Я собираюсь устроить банкет. Прежде чем займусь подготовкой к фестивалю.”

“Да, но какой банкет...”

“Это просто праздник. Руби - почетный гость, так что тебе придется потрудиться над своим внешним видом.”

На мгновение воцарилась тишина. Наверное, я просто ослышалась.

“Я почетный гость?”

“Да.”

“Какого рода...”

“Ты почетный гость, потому что это праздник в честь Руби”, - сказала Элления, не изменившись в своем бесстрастном лице.

Я была еще больше сбита с толку.

Банкет в мою честь? Мой день рождения был еще не скоро, и я не сделала ничего особенного. Была ли это вечеринка по случаю возвращения жены, которая сбежала из дома?

Элления, которая понятия не имела, в каком хаосе пребывал мой разум, наконец вклинилась: “Но ты не должна чувствовать давления. Хозяин в любом случае мой брат, так что, если что-то пойдет не так, критиковать будут его.”

Я уверена, что все пройдет как и прежде.

Почему он вдруг стал создавать такие ситуации? Что, черт возьми, он задумал? Какой заговор он замышлял на этот раз?

До сих пор я присутствовала только на трех общественных мероприятиях в Элендейле.

Свадебный банкет для короля и его жены, встреча с верховой ездой и банкет в честь дня рождения Айзека.

Я присутствовала на них только в качестве гостя, и только один из них можно было считать "прекрасным" среди всех трех непростых для меня.

А теперь будет банкет, где я стану главным героем.

Конечно, было бы неплохо, если бы это была ознакомительная вечеринка, чтобы укрепить мое положение благодетельницы семьи Омерта и попросить северян хорошо заботиться обо мне в будущем, но Айзек был не из тех, кто это делает.

Кроме того, у нас еще даже не было первой ночи. Более того нашлось бы много людей, которые обвинили бы меня в ситуации с Фреей.

Я была уверена, что он беспокоился обо мне из-за инцидента с побегом, но на данный момент, какого черта он задумал?

Только не говорите мне, что все было так, как я думала.

Сделать то, что он скажет, в обмен на мое будущее.

Что, если он попросит меня действовать как секретное оружие в битве, взамен обещания позаботиться о моей безопасности?

Нет, тогда все выглядело совсем не так. Он сказал мне, что я не должна контактировать с монстрами.....

Ах, как же это тяжело. Слишком трудно. Я никогда не думала, что встречу в своей жизни более сложного человека, чем Цезарь.

Герцог Омерта наконец-то открыл рот. Со сложным видом, стараясь не потерять достоинства и утверждая, что он ошеломлен, мой тесть сказал:

— Пройдет немного времени, и он умрет.

Он намекал на то, что если он сделает что-то, что не понравится людям, то умрет.

Какой хороший способ говорить о своем сыне.

— Эллен?

— Я так же ошеломлена, как и вы.

Отец и дочь, которые обменялись взглядами, теперь смотрели на меня.

Ах, нет, почему вы смотрите на меня? Я понятия не имею, что это вообще такое! Мне такое даже не снилось!

— Оранжерея во дворе — это явно сад в южном стиле.

Мой свекор был прав. Хотя стеклянные теплицы можно было построить и с учетом северного климата.

Но я никогда не предполагала, что Айзек сделает такой сад и здесь! Я просто рассказала ему о том, о чем он спрашивал!

Независимо от того, смотрели они на это по-моему или нет, старательные рабочие, получившие наставления от Сильнейшего Разрушителя Северных Палладинов, сосредоточились только на своей работе с таинственным оборудованием.

Каждый раз, когда земля была разделена, гномы, которые выскакивали с криком и писком, бросались прямо в ведро со святой водой.

Это было похоже на избавление от кротов.

— Что ж, эти перемены не так уж плохи, потому что раньше здесь было полное запустение.

Спасибо, Эллен. Как и ожидалось от тебя...

— Она не убежит из дома, когда рядом есть что-то знакомое.

— В этом есть смысл, но все это было когда-то... — ее отец почему-то выглядел огорченным.

Элления поджала губы, но ничего не ответила. Они говорили о ее покойной матери?

— Если тебе это так не нравится, ты можешь просто сказать ему, чтобы он прекратил.

— Когда это он меня слушал? Он разозлится и схватит собственного отца за воротник.

Мой языкастый свекор снова повернулся ко мне. Казалось, ему это не понравилось. Возможно, он решил, что я начинаю манипулировать его сыном.

Что ж, у него будут проблемы, если Айзек влюбится в меня, с точки зрения герцога.

У него был план, как заставить Айзека однажды развестись со мной и устроить более плодотворный брак...

— Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке, простите, что побеспокоила вас. Я больше не позволю такому случиться.

Когда я улыбнулась с беспечным лицом, он на мгновение уставился на меня и вскоре невнятно кашлянул.

— Я не думаю, что самый важный вопрос еще не решен, но рано или поздно я займусь им.

— Да, да, не беспокойтесь.

Не нужно напоминать мне обо всем, что произошло в первую ночь. Я тоже тороплюсь. Мне нужно быстро это исправить, но разве тебе не нужно посмотреть на небо, чтобы увидеть звезды?

Кроме того, я беспокоюсь, что мой таинственный муж станет еще более неохотно заниматься со мной подобными делами, потому что сомневается в моей личности.

— Здравствуйте, госпожа. Меня зовут Ронья.

Служанка с каштановыми волосами, завязанными в косички, вежливо опустила взгляд. Я догадалась, что ей около шестнадцати лет?

— Этого ребенка порекомендовали родственники. Она еще молода, но она довольно рукастая, так что она будет полезна.

Понятно. Если это правда, то Фрейя не привлекла бы ее на свою сторону, как раньше остальных. Я почувствовала облегчение.

— О... Большое спасибо, Эллен.

— Это то, что я должна была сделать раньше. Мне очень стыдно за то, что я так поздно назначила тебе личную служанку. Я пыталась найти кого-то более опытного, но мы с братом решили, что лучше подойдет человек помладше. Сейчас трудно двигаться дальше, но мы будем повышать уровень доверия, шаг за шагом.

Независимо от того, была ли она опытной или молодой горничной, она мне нравилась.

Наконец-то у меня была личная горничная, с которой я чувствовала себя спокойно и комфортно!

Теперь мне больше не нужно было подкупать Люсиль! Не будет проблем со злыми слугами!

Казалось, что солнце взойдет на западе.

Стеклянную оранжерею тоже делали. Почему вдруг такие неожиданные хорошие новости? Это было приятно, но трудновато приспособиться к изменениям.

— Приятно познакомиться. Я надеюсь на ваше любезное сотрудничество.

— Я буду служить вам всем сердцем. Я буду усердно работать над всем, что вы мне дадите.

Когда я поприветствовала служанку с улыбкой, Ронья слегка покраснела и несколько раз склонила голову.

Ее большие дружелюбные карие глаза были ясны.

Застенчивый, но смелый ребенок. Она была именно таким ребенком, которого я хотела. Я надеялась, что ее первое впечатление останется таким же.

— Ты будешь занята, как только переедешь в замок. Но так тебе будет легче адаптироваться к внешней среде.

— Да, мисс.

А? Сразу после приезда ты будешь занята?

— Я собираюсь устроить банкет перед тем, как я займусь подготовкой к фестивалю.

— Да, но что за банкет...

— Это просто пир. Руби — почетная гостья, так что тебе придется потрудиться над ее украшениями.

На мгновение воцарилось молчание. Вероятно, я что-то не так расслышала.

— Я — почетная гостья?

— Да.

— Какого рода...

— Ты почетная гостья, потому что это праздник для Руби, — сказала Элления, не меняя выражения лица.

Я была в еще большем замешательстве.

Банкет для меня? До моего дня рождения было еще далеко, и я не делала ничего особенного. Это был банкет в честь дня рождения жены, которая сбежала из дома?

Элления, которая не представляла, какой хаос царил в моей голове, наконец, сказала:

— Но ты не должна чувствовать давления. Все равно хозяин — мой брат, так что, если что-то пойдет не так, критиковать будут его.

Я уверена, что все будет по-прежнему.

Почему он вдруг стал придумывать такие ситуации? Что, черт возьми, он задумал? Что за заговор он затеял на этот раз?

До сих пор я посетила только три светских раута в Элендейле.

Свадебный банкет для короля и его жены, праздник верховой езды и банкет по случаю дня рождения Айзека.

Я присутствовала на них только в качестве гостя, и только одно из них можно было считать «прекрасным».

И вот теперь банкет, на котором я становлюсь главной героиней.

Конечно, было бы неплохо, если бы это была вечеринка в честь моего знакомства, чтобы укрепить мое положение как благодетеля семьи Омерта и попросить северных уроженцев заботиться обо мне в будущем, но Айзек был не из тех, кто так поступает.

Кроме того, у нас еще не было первой ночи. Еще найдется немало людей, которые обвинят меня в ситуации с Фрейей.

Я была уверена, что он так беспокоит меня из-за инцидента с побегом, но в данный момент, какого черта он задумал?

Только не говорите мне, что все было так, как я думала.

Сделать то, что он сказал, в обмен на мое будущее.

Что, если он попросит меня выступить в качестве секретного оружия для борьбы в замен на обещание позаботиться о моей безопасности?

Нет, тогда все выглядело не совсем так. Он сказал мне, что я не должна снова вступать в контакт с монстрами...

Ааа, это так тяжело. Слишком тяжело. Я никогда не думала, что встречу в своей жизни более трудного человека, чем Чезаре.

Пока я решила отбросить подозрения и ответить на письмо Цезаря, которое было отложено из-за суматохи, вызванной бегством, а затем отправиться в храм, чтобы встретиться с архиепископом.

Содержание письма Цезаря было таким же сухим и точечным, как обычно.

Беспорядки на границе Романгнана и поход Лимини были успешно завершены, также семья чувствовала себя хорошо и часто думала обо мне.

Как и всегда, написать ответ было довольно трудной задачей.

Он был человеком, который не стал бы дважды заглядывать в письмо, даже если бы вы написали кратко.

Я была уверена, что он знал все об истории моего побега. К тому же мне подумалось, что ему это понравилось, так как он не хотел, чтобы мои дела здесь шли хорошо.

Во всяком случае, я небрежно пропустила эту часть и излила всю возможную лесть и неискренность, в том числе, что я хотела бы его увидеть, так как нам было о чем поговорить.

Это была просто моя участь. Я очень надеялась, что на самом деле он не приедет.

“Я рад видеть, что вы благополучно выздоравливаете.”

Когда я прибыла в храм, архиепископ приветствовал меня с «душевным» выражением лица.

Если бы я не знала ничего большего, то была бы тронута.

“Вы не представляете, как все волновались. Все, что мы могли сделать, это только молиться, поэтому мы постились и молились всю ночь напролет во время вашего исчезновения. К счастью, Господь услышал искренние мольбы своих смиренных слуг.”

“Спасибо вам за вашу тяжелую работу. Благодаря вам я благополучно вернулась.”

Я была той, кто лучше, чем кто-либо, знал, что такое голодовка, но я просто решила не думать об этом. Что ж, здесь все может быть по-другому.

Легкий солнечный свет проникал сквозь витражный стеклянный потолок.

Интерьер храма, который был похож на темный лабиринт, из-за хорошей погоды ощущался умиротворенным.

“Я не знаю, как вы это воспримете, но я слышал много вульгарных слухов о леди Рудбекии, которые ходили в столице. Мне стыдно, что вам, должно быть, пришлось нелегко из-за этого.”

Архиепископ, похоже, также считал, что это и было причиной моего пренебрежения.

Прекрасно, я думаю, в глазах других это действительно так и выглядит. Спасибо вам за это недоразумение.

“Вы не должны так говорить. Меня больше это не волнует. Прежде всего, я просто рада, что леди Фуриана в безопасности.”

“Вы воистину Сикстинский ангел. Она не может идти ни в какое сравнение с вами.” Архиепископ, чьи фиолетовые глаза сияли в свете факелов, выглядел таким благоговейным.

Неужели этот человек действительно не имел никакого отношения к попытке отравления Фрейи?

Несмотря на то, что она была его любимой племянницей, существовало много людей, которые могли притворяться, что заботятся и считают их верными членами своей семьи.

Было бы неплохо, если бы этот архиепископ был просто амбициозным заурядным священником, но у меня не было возможности узнать об этом. Не только об архиепископе, но и бесчисленных священниках и монахах этого храма, среди которых была скрыта шпионская сеть Цезаря.

Разве только они бы сами не подошли ко мне первыми…

Это также было доказательством того, что Цезарь внимательно наблюдал за мной.

Было забавно. Он был так одержим мной, и все же не доверял мне. Одержим до такой степени, что не допускал даже малейшего доверия.

Если бы я попыталась войти в храм и выйти из него, как это делала Рудбекия в оригинальной истории, то это вызвало бы непонимание между моим мужем и другими. Если приедет Цезарь, мне придется что-то придумать.

“Я обеспокоен тем, что слуга сатаны вновь пробудился в этой ситуации.”

Слуга сатаны. Он говорил о моем детеныше дракона.

“Ах... наверное, все нервничают.”

“Это наказание для Севера, который теряет истинный образ мышления верующих. Я просто надеюсь, что фестиваль скоро состоится. Если приедет кардинал Валентино, мы будем чувствовать себя в большей безопасности, чем когда-либо прежде.”

Да, если приедет Цезарь, старший сын папы римского, возрадуется только храм. Хотя я бы определенно предпочла умереть.

“Я тоже не могу дождаться, когда увижу его.”

“Уверен, он беспокоится за вас. Если бы он знал, через что прошла его милая сестра, он бы захотел вас увидеть.”

“Это было не так тяжко.”

“Очень великодушно с вашей стороны. Но вы не из тех, с кем можно обращаться так легкомысленно. Было бы закономерно, если бы кардинал отчитал его светлость.”

Казалось, он не беспокоился о том, что мог сделать Цезарь, но надеялся, что тот что-нибудь сделает.

Нагоняй, ха-ха, возможно ли, чтобы Цезарь отругал Айзека?

Скорее, я беспокоилась, что эти двое подерутся. Они были единственными, кто мог заманить меня в ловушку между ними.

“Но причина, по которой вы пригласили меня тогда...”

“О, в этом не было ничего особенного. Я просто хотел немного утешить вас, потому что вы могли быть удивлены и сбиты с толку сложившейся ситуацией. Я не знал, кто это сделал, но он наверняка не избежит наказания Господа.”

Я действительно на это надеялась. Я хотела бы, чтобы то же самое прозвучало из уст Лоренцо.

Что он там сказал сделает со мной, когда увидит в следующий раз?

“Я рада доброте архиепископа. Спасибо вам за заботу обо мне. Я не очень хорошо умею выражать свои мысли, но думаю, что могу на вас положиться.”

“Как слуга, преданный Святому Отцу, это естественно. Пожалуйста, не стесняйтесь посещать нас. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам.”

Как раз вовремя, динь-дон-динь. Эхом отозвался звук полуденного колокола.

“Время летит. Не хотите ли присоединиться ко мне за ланчем?”

“Все в порядке. У меня есть предварительная договоренность с мужем.”

Это не было предварительной договоренностью, скорее это было больше похоже на пытку под видом еды. Реакция архиепископа была немного странной, когда он улыбнулся: “Ваш муж...”

На первый взгляд на его лице промелькнуло замешательство, едва уловимое в остальных словах.

Что это был за взгляд? Что же было такого удивительного?

“...Я понимаю. Я рад, что вы становитесь ближе день ото дня.”

Это звучало так же мило, как и раньше, но почему-то у меня пересохло во рту.

Странно. Ожидал ли он, что этот инцидент ухудшит мои отношения с мужем? Его реакция не была бы такой угрюмой, если бы он смутно догадывался. Я не хотела отворачивать его… (MidTr: она не хотела, чтобы он отворачивался от нее, т.е. перестал быть на ее стороне, подумав, что Руби теперь на стороне Айзека)

Черт, я пытаюсь думать о нем как о невиновном, но я не смогу, если он продолжит так себя вести.

“О, леди Рудбекия!”

Меня провожал архиепископ, мрачная атмосфера окутывала нас, когда я шла по коридору ко входу. Появился знакомый ученик и громко закричал.

Что еще оставалось?

“Сэр Эндимион.”

“Доброе утро, архиепископ. Сегодня прекрасный день.”

Эндимион, который приветствовал нас с задумчивой улыбкой, выглядел таким же спокойным, как сэр Иван. Я думала, что он будет немного против меня после инцидента в морозном лесу, но я не знала, почему все выглядели такими беззаботными.

Думаю, они делают это нарочно.

Пока я раздумывала, как его правильнее поприветствовать, Эндимион сказал: “Я рад, что вы хорошо себя чувствуете, миледи. Надеюсь, теперь я снова буду часто видеть вас на тренировочной площадке.”

“Ахаха…… Спасибо. Но что привело тебя сюда?....”

“О, лорд Айзек приказал мне привести вас. Я полагаю, вы собираетесь с ним пообедать?”

Понятно, но как Айзек узнал, что я здесь? От кого он это услышал? Наблюдал ли он за мной?

Блестящие золотые глаза Эндимиона выглядели такими невинными.

Я даже представить себе не могла, каким резким тоном он разговаривал с Лоренцо на днях.

“Лорд Айзек, должно быть, очень заботится о вас.”

Эти слова были брошены архиепископом, который некоторое время молча наблюдал за Эндимионом с многозначительной улыбкой (MidTr: эту фразу священник сказал Эндимиону с сарказмом. Дальше это объясняется, но несколько непонятно. Дело в том, что ученики паладинов не бегали по делам, они были почти на ровне со своими учителями. Очевидно Айзек сильно переживал за Руби, поэтому мог доверить ее сопровождение только Энди, но архиепископ не мог знать этого, поэтому посчитал, что Айзек глумится и издевается над своим учеником, посылая того по мелким поручениям).

Что бы вы ни вообразили, это большое недоразумение, архиепископ.

Были и другие сопровождающие, но он ошибся, так как Айзек послал вместо себя своего стажера.

Ученик паладина был ценным помощником в чрезвычайной ситуации, даже будучи новичком.

Их нельзя было сравнить с обычными подмастерьями или рыцарями сопровождения.

Обычно их отношения были довольно непринужденными, поэтому очень редко приходилось посылать учеников для выполнения небольших поручений, таких как подобрать кого-нибудь поблизости.

Я была уверена, что он пытался приглядывать за мной, этот мой хладнокровный муж…

Пока что я решила отбросить подозрения и ответить на письмо Чезаре, отложенное из-за волнения, вызванного побегом. А после отправиться в храм на встречу с архиепископом.

Содержание письма Чезаре было, как всегда, сухим и точным.

Переполох на границе Романьи и поход на Лимини были успешно завершены, дела в семье шли хорошо, и он часто вспоминал обо мне.

Как обычно, написать ответ было довольно сложной задачей.

Он был человеком, который не взглянет дважды на письмо, даже если ты пишешь коротко.

Я была уверена, что он слышал всю историю о моем побеге. Я также думала, что ему бы это понравилось, потому что он не хотел бы, чтобы у меня здесь все было хорошо.

В любом случае, я грубо пропустила эту часть и сыпала всякой лестью и неискренними словами в его сторону, включая то, что я хочу его увидеть, так как нам есть о чем поговорить.

Это была просто вынужденная мера. Я очень надеюсь, что он на самом деле не приедет.

— Я рад видеть, что вы благополучно выздоровели.

Когда я прибыла в храм, архиепископ приветствовал меня с «эмоциональным» выражением лица.

Если бы я не знала ничего, я была бы тронута.

— Вы не представляете, как все волновались. Все, что мы могли сделать, это молиться, поэтому мы постились и молились всю ночь во время вашего исчезновения. К счастью, Господь услышал искренние вопли смиренных слуг.

— Спасибо вам за вашу тяжелую работу. Благодаря вам я благополучно вернулась.

Я лучше других знала, что такое голодовка, но просто решила не думать об этом. Что ж, возможно, здесь все будет по-другому.

Легкий солнечный свет проникал сквозь витражный потолок.

Внутреннее убранство храма, которое из-за хорошей погоды напоминало темный лабиринт, тоже действовало успокаивающе.

— Не знаю, как вы это воспримете, но я слышал о вульгарных предположениях о леди Рудбекии, которые гуляют в столице. Мне стыдно, что вам пришлось нелегко из-за этого.

Архиепископ также, похоже, считал, что именно это стало причиной моего побега.

Что ж, в глазах других, наверное, так и есть. Спасибо за непонимание.

— Вы не должны этого делать. Меня это больше не волнует. Прежде всего, я просто рада, что леди Фуриана в безопасности.

— Вы — ангел Сикстины. Она не может сравниться с вами, — архиепископ, чьи фиолетовые глаза блестели в свете факелов, выглядел таким благоговейным.

Действительно ли этот человек не имел никакого отношения к попытке отравления Фрейи?

Даже если она была заветной племянницей, было много людей, которые могли притворяться, что им не все равно, и считать их верными членами семьи.

Было бы неплохо, если бы этот архиепископ был просто амбициозным священником, но я не могла этого знать. Не только архиепископ, но тут есть еще бесчисленное количество священников и монахов, которые скрываются в тени и шпионят из-за наказа Чезаре.

Если только они не обратятся ко мне первыми...

Это также было доказательством того, что Чезаре внимательно следил за мной.

Это было забавно. Он был так одержим мной. И в то же время не доверял мне. Одержим до такой степени, что не допускал и толики доверия.

Если бы я попыталась войти и выйти из храма, как Рудбекия в оригинальной книге, это вызвало бы непонимание между моим мужем и другими. Если Чезаре придет, мне придется что-то придумать.

— Меня беспокоит, что в этой ситуации вновь появился слуга сатаны.

Слуга сатаны. Он говорил о моем детеныше дракона.

— Ах... Казалось, что все нервничают.

— Это наказание для Севера, который теряет истинное мышление верующих. Я просто надеюсь, что фестиваль наступит скоро. Если кардинал Валентино приедет, мы будем чувствовать себя спокойнее, чем если произойдет что-либо другое.

Да, если Чезаре, старший сын Папы, приедет, только храм будет радоваться. А вот я точно умру.

— Я тоже не могу дождаться, когда увижу его.

— Я уверен, что он волнуется за вас. Если бы он знал, сколько пришлось пережить его любимой сестре, он бы захотел увидеть вас.

— Это было не совсем тяжело.

— Это очень великодушно с вашей стороны. Но вы не тот человек, к которому можно относиться так легкомысленно. Было бы естественно, если бы его светлость отругал кардинала.

Казалось, он не беспокоился о том, что сделает Чезаре, но надеялся, что тот что-нибудь предпримет.

Ругать, хаха, возможно ли, чтобы Чезаре отругал Айзека?

Скорее, я буду опасаться, что эти двое подерутся. Они были единственными, кто мог зажать меня между собой.

— Но причина, по которой вы пригласили меня тогда...

— О, ничего особенного. Я просто хотел немного утешить вас, потому что вы могли быть удивлены и растеряны из-за сложившейся ситуации. Я не знал, кто это сделал, но он точно не избежит наказания Господа.

Я действительно надеялась на это. Мне хотелось, чтобы то же самое прозвучало из уст Лоренцо.

Что он сказал, что сделает в следующий раз, когда увидит меня?

— Я рада доброте архиепископа. Спасибо, что заботитесь обо мне. Я не умею выражать свои мысли, но думаю, что могу положиться на вас.

— Как слуга, преданный святому отцу, это естественно. Пожалуйста, не стесняйтесь навещать нас. Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам.

Как раз вовремя, динь-дон-динь. Раздался звук полуденного колокола.

— Время летит. Не хотите ли вы присоединиться ко мне за обедом?

— Все в порядке. У меня запланирована встреча с мужем.

Это была не предварительная встреча, а скорее пытка под видом обеда. Реакция архиепископа была немного странной, он улыбнулся:

— Ваш муж...

На первый взгляд, на лице архиепископа промелькнуло замешательство, пропустив мимо ушей остальные слова.

Что это был за взгляд? Что его так удивило?

— Понимаю... Я рад, что вы становитесь ближе день ото дня.

Это прозвучало так же мило, как и раньше, но почему-то у меня пересохло во рту.

Это было странно. Неужели он ожидал, что этот инцидент ухудшит мои отношения с мужем? Это не был бы такой удручающий ответ, если бы он не думал так. Я не хотела заводить вопрос об этом.

Черт, я пытаюсь думать о нем как о невинном, но не смогу, если он будет продолжать в том же духе.

— О, леди Рудбекия!

Меня провожал архиепископ, мрачная атмосфера накрывала меня, пока я шла по коридору к выходу. Появился знакомый практикант и ярко закричал. Что еще оставалось?

— Сэр Эндимион.

— Доброе утро, архиепископ. Сегодня чудесный день.

Эндимион, встретивший нас с задумчивой улыбкой, выглядел таким же спокойным, как и сэр Иван. Я думала, что он будет немного возражать против меня после инцидента в морозном лесу, но я не знала, почему все выглядят так беззаботно.

Мне казалось, что они что-то замышляют.

Эндимион сказал, пока я размышляла:

— Я рад, что вы выздоровели, миледи. Надеюсь, теперь я буду часто видеть вас в тренировочной зоне.

— Ахаха... Спасибо. Но что привело вас сюда?..

— О, лорд Айзек приказал мне привести вас. Вы должны пообедать с ним, я полагаю.

Понятно, но как Айзек узнал, что я здесь? От кого он это услышал? Он следил за мной?

Блестящие золотые глаза Эндимиона выглядели так невинно.

Я даже представить себе не могла, каким суровым тоном он разговаривал с Лоренцо на днях.

— Лорд Айзек, должно быть, безмерно заботится о вас.

Эти слова бросил архиепископ, который некоторое время молча наблюдал за Эндимионом с многозначительной улыбкой.

Что бы вы ни воображали, это большое недоразумение, архиепископ.

Были и другие сопровождающие, но он ошибся, так как вместо него Айзек прислал своего стажера.

Стажер паладина был ценным помощником в чрезвычайных ситуациях, даже будучи учеником.

Их нельзя было сравнивать с обычными стажерами или рыцарями сопровождения.

Обычно их отношения были довольно расслабленными, поэтому он очень редко посылал стажеров на мелкие задания вроде подхватить кого-нибудь поблизости.

Я была уверена, что он пытается следить за мной, этот мой хладнокровный муж...

Жареная оленина, маринованная со всеми видами дорогих специй, солонина, фаршированный и жареный гусь, капуста и вареная баранина, жареная треска, рыбный пирог, круглый хлеб, фаршированный мясом, и молоко яка...

“Почему есть молоко яка, но нет мяса яка?”

“Все нормально.”

...что ты за хищник такой? Как ты можешь высматривать еще мясо после того, как съел все остальное?

Небо было таким ясным.

Озеро Гирелло сверкало в лучах золотого солнца, а легкий ветерок дул, неся с собой аромат леса, мерцающих зеленых листьев и высокой красивой травы, колышущейся на ветру.

Я почувствовала, что вот-вот задохнусь от запаха мясной горы на столе.

Обед на открытом воздухе обычно готовился в особняке и подавался слугами.

Похоже, это был обычай паладинов не передвигаться взад-вперед во время еды.

Конечно, это не всегда удавалось сделать, иногда они ели в заведении, и для них было обычным делом пропускать приемы пищи, если они были заняты.

Временами паладины набивали желудки в каком-нибудь дешевом трактире поблизости, что было совершенно не присуще знати.

“Что не так с твоим языком? Найми шеф-повара, если ты в таком отчаянии.”

“Я понял, перестань болтать и ешь уже.”

Как могли эти люди есть в дешевом трактире? Я бы предпочла умереть с голоду.

Длинный простой стол был разделен на две секции.

Некоторые из них знали мой секрет, а некоторые - нет, но, похоже, им было на меня наплевать.

Эндимиона не было видно, вероятно, он ел отдельно от других учеников.

Я чувствовала себя жалкой добычей, окруженной стаей диких волков.

Жалкой добычей была я. Хаха.

“Похоже, у тебя снова нет аппетита.”

"Нет, просто...”

“Архиепископ, должно быть, угостил тебя чем-нибудь вкусным.”

Ты опять говоришь с сарказмом? За кого, черт возьми, ты меня принимаешь, за человека, который ест все, что дают?

“Быть придирчивой в еде нехорошо.”

Я подумала, что он саркастически отзывается о моем самостоятельном визите к архиепископу, но он вспомнил, что я делала в прошлый прием пищи, и оценил меня как придирчивого едока.

Я была слишком потрясена тогда, сукин ты сын!

Я отхлебнула молока и посмотрела на своего мужа, сидевшего напротив меня. Было очень пугающе видеть последствия его утренних занятий.

Он выглядел так, словно только что убил дракона. Но он был главным героем, и его красота просвечивала насквозь. О мой бог.

Возможно, почувствовав мой взгляд, Айзек перестал безжалостно разделывать жареного гуся и взглянул на меня.

“Что-то не так?”

“Ты такой замечательный… Вообще-то, Эллен рассказала мне о банкете.”

Я хотела спросить его, что он задумал, но не смогла, поэтому добавила с улыбкой.

“Если бы я знала больше о том, что это за банкет, я бы тебе помогла...”

“Это банкет. Пир. С чем бы ты могла помочь?”

Что ж, это разумно. Но знаешь что? Кому не показалось бы странным, что ты, никто другой, а ты, ни с того ни с сего устраиваешь банкет?

Пожалуйста, это не должен быть заговор с целью использовать меня в качестве секретного оружия.

Ахх, я не знаю.

С тех пор как это стало происходить, я бы предпочла воспользоваться шансом участвовать в заговоре, чтобы завоевать его расположение.

Да, можно было одеваться так сексуально насколько это возможно, и соблазнить его…… Но я не думаю, что это было подходящим вариантом.

Пытаясь скрыть свои грязные мысли, я попыталась прожевать пирог с начинкой из рыбы.

По-видимому, другие паладины почти доели всю свою еду.

Айзек, казалось, ел немного медленнее, но по сравнению со мной он двигался со скоростью молнии.

Они, должно быть, действительно чудовища. Что ж, было неудивительно, что они спешат, ведь их могли вызвать и во время еды. Путь истинного дворянина.

“Кстати, в последние дни их число резко сократилось. Я бы хотел, чтобы так было каждый день, за исключением мелочевки...”

“Это из-за ледяного дракона. Вот почему все прячутся и беспокоятся о себе. Они собираются снова выплеснуться наружу.”

Агх. Всякий раз, когда я слышала о драконе, то чувствовала себя виноватой.

Оглянувшись, Айзек, кажется, отвлекся на оленину.

Ты что, животное?

“Мы должны оставаться в форме до конца фестивального сезона. Эй, Айзек, ты собираешься присутствовать на гладиаторском поединке?”

Я знала, что я буду. Потому что я сделала это в оригинале. И цветок славы…

“Не разговаривай со мной, когда я ем.”

“Что? Я спросил только один раз.”

“Ты же не думаешь, что сможешь выиграть в этом году? Не хочешь опозориться перед своей женой, не так ли? Тсс, тсс, ты уродливый ублюдок.”

“Вот именно! Это все из-за удачи от того, что он выиграл прошлый матч. Ты так не думаешь?”

Почему они снова задирали моего вспыльчивого мужа? Ах, кровожадные, слишком кровожадные.

“Правда, я имею в виду, разве это все не вздор? Что за шутка....”

“Я слышал, что кардинал Валентино приедет на этот фестиваль.”

На мгновение воцарилась тишина, прежде чем кто-то что-то сказал.

Паладин, у которого была повязка на глазу, был тем, кто заговорил в странном и неловком молчании, ведя себя так, как будто кто-то вылил на него холодную воду. Он был озадачен внезапной тишиной.

“Вы, что, ребята, не знали? Не похоже, что вы тупые. Верно, миледи?”

“Я слышала, что он будет присутствовать.”

Я вспотела, пытаясь ответить небрежно.

Мне действительно не хотелось говорить о своем брате в присутствии мужа.

Почему сегодня все искали Цезаря? Мне это не нравилось.

Когда Лоренцо спел ту песню еще в первые дни моего пребывания на Севере, казалось, не было и единого шанса, чтобы они не знали сплетен о нас, брате и сестре.

Даже Айзек слышал об этом хотя бы раз. Верили они в это или нет. Так что это беспокоило меня еще больше. У меня уже была плохая репутация…

“Это здорово. Пожалуйста, скажи ему, чтобы он отругал этого сукина сына, который думает, что он единственный достойный здесь.”

“Ахаха, но мой муж действительно хорош.”

Наступила тишина иного рода, чем раньше. Чьи-то удушливые звуки слабо отдавались эхом.

Тск тск. Вот почему тебе не следовало говорить о Цезаре.

Я чувствовала, что Айзек пристально смотрит на меня, и поэтому ухмыльнулась, не забывая о роли его поклонницы.

Что мне делать? Я затолкала в рот кусок баранины, перемешанный с капустой, и стала жевать его.

Притворюсь, что хорошо ем. Ха, меня ожидает расстройство желудка.

“Тебе нравится новая горничная?”

Баранина, которую я жевала, провалилась в горло.

Когда я медленно открыла глаз, то увидела лицо Айзека, которое было само бесчувственность.

“Да, я люблю ее. Спасибо тебе.”

“Я рад, что она полезнее, чем я думал.”

“У нее быстрые руки, и она хорошая.”

“Ты еще в чем-нибудь нуждаешься?”

“Что?”

“Тебе еще что-нибудь нужно? Все, что захочешь.”

Что это был за вопрос? Ловушка?

Я на мгновение заколебалась, но затем решила просто следовать своей роли. Мои глаза расширились, и я подперла подбородок обеими руками.

“Ты.”

Мимо дунул ветерок.

Все за столом, включая Айзека, уставились на меня с отсутствующим выражением лица. Я осторожно опустила руку и проглотила оставшуюся половину своего молока.

Черт возьми, я думаю, что это было немного чересчур. Я не знала, почему сказала это.....

“Я-я ухожу на сверхурочную работу.”

“Я тоже. Мне понравилась еда.”

"Тогда, до следующего раза, миледи...”

Паладины, которые ушли со своими перчатками, почему-то выглядели сердитыми.

Мы остались наедине с моим холодным мужем. Спасите меня!

“Похоже, это больше всего соответствует твоему вкусу.”

“…….”

“Почему бы тебе тоже не выпить мое?”

Я просто выпила его от смущения.

Со слезами на глазах я выпила его молоко. Пена убивала меня.

“Я думаю, тебе все еще трудно адаптироваться к северной кухне.”

“Дело не в том, что я придирчивый едок.....”

“Нет необходимости так торопиться.”

Айзек щелкнул пальцами. Вскоре после этого подошли официанты, которые ждали неподалеку, убрали посуду и остатки еды и принесли подносы с десертами.

Торт с шоколадным муссом, шоколадный макарон, шоколадное печенье и гигантский пудинг с шоколадным кремом……почему они все были полны шоколада?

“Я не знала, что ты любишь шоколад.”

“Я не ем ничего, кроме священного шоколада.”

Священный шоколад. Это что был шоколад "Херши"?

“Каков на вкус священный шоколад?”

“На вкус как картофельное пюре.”

“Ты любишь картофельное пюре?”

“В середине зимы мы храним его целую неделю. Все не так уж плохо.”

Я спросила его просто, чтобы подразнить, но он оказался неожиданно добродушным. Что с ним было не так? Я никак не могла к этому привыкнуть.

Я зачерпнула большую ложку шоколадного пудинга.

Может, у меня и болел живот, но мне приходилось притворяться, что я ем. Айзек наблюдал, как я потягиваю чай и понемногу запихиваю пудинг в рот.

Его красные глаза были почти светло-розовыми из-за солнца.

Почему он больше ничего не выведывал? Например, что я делала с монстрами после побега из дома, встречалась ли я с кем-нибудь, действительно ли я не знала о своем состоянии и т.д.

А также то, о чем я говорила с архиепископом ранее, о приезде Цезаря.

Я думала, что он будет задавать много вопросов, но он ничего не спрашивал до сих пор.

“Погода в эти дни такая хорошая. Я думала, что все время будет холодно.....”

“Здесь все случайно.”

Ага, это так? Но почему ты выглядишь расстроенным?

“К-кстати. Тогда ночью мы... Нет, мы не могли.......”

“Сначала выздоравливай, а потом мы поговорим.”

Надменно сказал он, устроив мне хороший нагоняй.

Было ли это единственным оправданием, которое у него было?

“Но сейчас мне уже лучше.”

“Не переусердствуй.”

“Это не так уж и сложно! Я могу буквально порхать вокруг, хочешь посмотреть...”

Лязг.

Я просто пыталась доказать, насколько я сильна.

Причиной являлось то, что я была слишком взволнована. Я отложила ложку и вскочила. Стол пошел ходуном, стакан, который только что поставил Айзек, опрокинулся.

Алкоголь брызнул на тыльную сторону его ладони.

Жареная оленина, приготовленная со всевозможными ценными специями, маринованное мясо оленя, фаршированный и запеченный гусь, капуста и вареная баранина, жареная треска, рыбный пирог, круглый хлеб с мясным фаршем и молоко яка...

— Почему есть молоко яка, но нет мяса яка?

— Все в порядке.

Какой же из тебя хищник? Как ты можешь искать еще мяса после того, как и так съел всю живность?

Небо было таким ясным.

Озеро Гирелло сверкало в лучах золотого солнца, дул легкий ветер, неся с собой аромат леса, сверкающие зеленые листья и высокую красивую траву, развевающуюся на ветру.

И я почувствовала удушье от запаха мяса на столе.

Обычно еду на свежем воздухе готовили в особняке, а прислуживали слуги.

Это было похоже на обычай паладинов — не двигаться вперед и назад во время еды.

Конечно, так было не всегда, но иногда они ели в ресторане, и для них было обычным делом пропускать приемы пищи, если они были заняты.

Иногда люди набивали желудок в любом дешевом пабе поблизости, но они не были похожи на дворян.

— Что у тебя с языком? Позови повара, если ты так отчаялся.

— Я понял, хватит болтать, ешь уже.

Как эти люди могут есть в дешевом пабе? Я бы предпочла умереть с голоду.

Длинный простой стол был разделен на две секции.

Некоторые люди знали мой секрет, а некоторые нет, но, похоже, я их не особо волновала.

Эндимиона не было видно, вероятно, он ел отдельно от других стажеров.

Я чувствовала себя как бедная добыча, окруженная группой диких волков.

Бедная добыча — это я. Хаха.

— Кажется, у тебя снова нет аппетита.

— Нет, просто...

— Архиепископ, должно быть, дал тебе что-то вкусное.

Это сарказм? За кого ты меня принимаешь, человек, который ест все, что мне дают?

— Быть привередливым едоком нехорошо.

Я думала, что он говорит с сарказмом по поводу моего визита к архиепископу, но он вспомнил, что я сделала на днях, и осудил меня как придирчивого едока.

Я тогда была слишком шокирована, мерзавец!

Я потягивала свое молоко яка и смотрела на сидящего напротив меня мужа. Было очень страшно видеть, чем он занимался все утро.

Он выглядел так, будто только что сразил дракона. Но он был главным героем, и его красота сияла. О, мой господин.

Возможно, почувствовав мой взгляд, Айзек перестал безжалостно расправляться с жареным гусем и посмотрел на меня.

— Что случилось?

— Ты такой классный... Вообще-то, Эллен рассказала мне о банкете, — я хотела спросить, что он задумал, но не смогла, поэтому с улыбкой добавила: — Если бы я знала побольше о том, что это за банкет, я бы помогла вам чем-нибудь...

— Это банкет. Пир. Чем бы ты помогла?

Что ж, это разумно. Но знаете что? Кому не покажется странным, что ты, никто иной, как ты, ни с того ни с сего устраиваешь банкет?

Пожалуйста, это не должно быть заговором с целью использовать меня как секретное оружие.

Ааа, я не знаю.

Раз уж это случилось, я лучше воспользуюсь возможностью организовать заговор, чтобы добиться его расположения.

Да, одеться как можно сексуальнее и соблазнить его... Я думаю, что это было не совсем правильно.

Стараясь скрыть свои грязные мысли, я пыталась умять пирог с рыбной начинкой.

Очевидно, другие паладины уже почти доели всю еду.

Айзек, казалось, ел медленно, но по сравнению со мной он был быстр как молния.

Должно быть, они действительно монстры. Что ж, торопиться было не так уж плохо, ведь их могли вызвать во время приема пищи. Пути истинного дворянина.

— Кстати, в эти дни количество людей резко сократилось. Хотел бы я, чтобы так было каждый день, за исключением проклятых скрепов...

— Это из-за ледяного дракона. Вот почему все прячутся и берегут себя.

Уф. Всякий раз, когда я слышала о драконе, я чувствовала себя виноватой.

Оглядевшись по сторонам, Айзек, казалось, отвлекся на мясо оленя.

Ты животное?

— Мы должны быть такими до конца фестивального сезона. Эй, Айзек, ты собираешься участвовать в гладиаторском поединке?

Я знала, что он будет там. Потому что он сделал это и в оригинале. И цветок славы...

— Не разговаривай со мной, пока я ем.

— Что? Я только один раз спросил.

— Ты же не думаешь, что выиграешь в этом году? Ты же не хочешь опозориться перед своей женой? Цок, цок, ты уродливый говнюк.

— Вот именно! Это все удача, что он выиграл матч в прошлом. Разве вы так не думаете?

Почему они опять срывали крышку с темперамента моего мужа? Ах, черт возьми, это слишком.

— Я имею в виду, честно, разве это все не мусор? Что за шутка...

— Я слышал, что кардинал Валентино приезжает на этот фестиваль.

Вдруг настала тишина.

Паладин, который носил повязку на глазу, был единственным, кто заговорил в странной и неловкой тишине, как будто кто-то вылил на него ушат холодной воды. Он был озадачен внезапным молчанием.

— Что, вы, ребята, не знали? Не похоже, что вы глупые. Правда, миледи?

— Я слышала, что он будет присутствовать.

Я вспотела, пытаясь ответить небрежно.

Мне очень не хотелось говорить о брате в присутствии мужа.

Почему сегодня все искали Чезаре? Мне это не нравилось.

Когда Лоренцо с самого начала пел мне такую песню, не могло быть и речи о том, чтобы они не знали о таком скандале между нами, братом и сестрой.

Даже Айзек должен был хотя бы раз услышать об этом. Хотите верьте, хотите нет. Поэтому меня это беспокоило больше. У меня уже была плохая репутация...

— Это замечательно. Пожалуйста, скажите ему, чтобы он отругал этого мерзавца, который думает, что он единственный хороший.

— Ахаха, но мой муж действительно хороший.

Наступила тишина, отличная от той, что была раньше. Чьи-то задыхающиеся звуки доносились слабым эхом.

Цок-цок. Вот почему не стоит говорить о Чезаре.

Я чувствовала, как Айзек смотрит на меня, и поэтому усмехнулась, не забывая о своей роли его поклонницы.

Что мне делать? Я затолкала в рот кусок баранины, смешанной с капустой, и попыталась его прожевать.

Давай притворимся, что мы хорошо поели. Ха, у меня будет расстройство желудка.

— Как тебе новая горничная?

Баранина, которую я жевала, провалилась в горло.

Медленно открыв глаза, я увидела лицо Айзека, которое было само бесчувствие.

— Да, она мне нравится. Спасибо.

— Я рад, что она полезнее, чем я думал.

— У нее быстрые руки, и она хороша.

— Тебе еще что-нибудь нужно?

— Что?

— Тебе еще что-нибудь нужно? Все, что хочешь.

Что это был за вопрос? Ловушка?

Я колебалась, затем решила просто следовать своей роли. Мои глаза расширились, и я подперла подбородок обеими руками.

— Ты.

Ветер пронесся мимо.

Все за столом, включая Айзека, уставились на меня с пустыми лицами. Я осторожно опустила руку и проглотила оставшуюся половину стакана молока яка.

Кажется, это было слишком много. Я не знала, почему я это сделала.

— Я ухожу на сверхурочную работу.

— Я тоже. Мне понравилась еда.

— Тогда, в следующий раз, миледи...

Паладины, ушедшие с перчатками, почему-то выглядели рассерженными.

Так я осталась наедине со своим холодным мужем. Спасите меня!

— Похоже, это больше всего соответствует твоему вкусу.

— Почему бы тебе не выпить и это?

Я просто выпила его от смущения.

Со слезами на глазах я глотала молоко яка. Пена убивала меня.

— Наверное, все еще трудно адаптироваться к северной кухне.

— Не то чтобы я была привередливым едоком...

— Не нужно слишком торопиться.

Айзек щелкнул пальцами. Вскоре подошли официанты, ожидавшие неподалеку, убрали посуду и остатки еды и принесли подносы с десертами.

Шоколадный муссовый торт, шоколадный макарон, шоколадное печенье и гигантский шоколадный пудинг с кремом — почему все они были полны шоколада?

— Я не знала, что вы любите шоколад.

— Я не ем ничего, кроме священного шоколада.

Священный шоколад. Что это был за шоколад «Херши»?

— Какой на вкус священный шоколад?

— Он похож на картофельное пюре.

— Вы любите картофельное пюре?

— В середине зимы он хранится целую неделю. Это не так уж плохо.

Я спросила его, чтобы подразнить, но он оказался неожиданно добродушным. Что с ним было не так? Я никак не могла привыкнуть к его новому образу.

Я откусила большой кусок шоколадного пудинга.

Мой желудок мог болеть, но я должна была делать вид, что ем. Айзек наблюдал за мной, потягивая чай, пока я понемногу заталкивала пудинг в рот.

Его красные глаза были почти светло-розовыми из-за солнца.

Почему он больше ни о чем не спрашивал? Например, что я делала с монстрами после побега из дома, встречалась ли с кем-нибудь, действительно ли не знала о своем состоянии и так далее.

И о том, о чем я говорила с архиепископом раньше, о приезде Чезаре.

Я думала, что будет много вопросов, но он ничего не спрашивал до сих пор.

— Погода в эти дни такая хорошая. Я думала, что все время будет прохладно...

— Тоже не ожидал этого.

Ага, правда? Но почему ты выглядишь расстроенным?

— Кстати. Той ночью мы... Нет, мы не могли...

— Сначала выздоравливай, а потом поговорим, — сказал он надменно, отругав меня.

Это было его единственное оправдание?

— Но мне уже лучше.

— Не переусердствуй.

—Не переусердствуй! Я могу буквально летать вокруг, хочешь посмотреть?..

Клац.

Я просто пыталась доказать, насколько я вынослива.

Но, может быть потому, что я была слишком взволнована, я положила ложку и вскочила. Стол завибрировал, стакан, который Айзек только что поставил, накренился.

Алкоголь брызнул на тыльную сторону его руки.

“Ох...”

Это катастрофа! О боже мой! Спасите меня! Моя первая ночь!

“М-мне очень жаль. Ты в порядке?”

“Это просто алкоголь.” Он ответил, показав, что в этом нет ничего особенного, достал носовой платок и вытер тыльную сторону ладони.

Его тон был таким монотонным, что я беспомощно уставилась на него, но мои глазные яблоки чуть не вылезли из орбит.

Что? Разве это не тот самый носовой платок, который я ему подарила?