Глава 0001 Дайте мне 1 пару штанов

«Давай …»

Внезапно Цзинь Фэн открыл глаза, обильно вспотевший.

Оглядываясь в недоумении.

В этот момент раздался нетерпеливый и панический голос.

«Ты в порядке?»

Цзинь Фэн медленно повернул голову, и его внимание привлекла пара белых стройных ног.

Белый, как нефрит, тонкий и прямой, безупречный.

Цзинь Фэн никогда не видел таких привлекательных ног.

Он белый и нежный, как молоко, и сияет, как бараний жир и белый нефрит.

Глядя вверх, сарафан с бежевым цветочным низом свисает прямо вниз, как будто приближается прикосновение тепла, источая самое захватывающее дыхание.

Тайна, очарование безгранично.

Дыхание Цзинь Фэна внезапно остановилось.

Лицо феи на картине появилось перед Цзинь Фэном.

Осенняя вода рассекает зрачки, а брови как Дайшан.

Изысканные черты лица святы, как белый лотос, чисты и изысканы, и недостижимы, как феи в лунном дворце.

На разорванном ударом лице девушки явно присутствует оттенок нетерпения и паники, а ясные и яркие глаза полны беспокойства и беспокойства.

«Сэр, вам больно?»

Глаза Цзинь Фэна все еще остаются на юбке девушки. В свое время никто не осмеливался носить ее так.

Пропущена глава или т.п. - сообщи в Комментариях. Улучшить Текст можно РЕДАКТОРом!

Девушка заметила ненормальность Цзинь Фэна, и когда она посмотрела вниз, она воскликнула.

Он подсознательно прикрыл ноги наполовину и отступил на шаг.

Лицо Джейд внезапно покраснело, от смущения.

Закусив губу, застенчиво шепчет.

«Пойдем в больницу, где мы тебя ударили».

Цзинь Фэн взглянул на белую машину перед ним. Логотип представлял собой трезубец. Левая часть передней части автомобиля была утоплена небольшой деталью, которая была несколько деформирована.

Медленно встала, спокойно посмотрела на девушку и покачала головой.

«Все в порядке!»

Сердце девушки необъяснимо задрожал от глубокого и тяжелого ответа Цзинь Фэна, и она опустила голову, чтобы посмотреть на окровавленную икру Джин Фэна.

«Но но у тебя все еще идет кровь»

Цзинь Фэн отвернулся от красивой девушки и безучастно огляделся.

Неслыханные, невидимые, совершенно новые вещи, путаница в моей голове.

Бурные волны, поднимающиеся в моем сердце, так же шокируют, как реки и моря подавляют.

Он слабо сказал: «Нет!»

Сказав это, Цзинь Фэн поднял ногу и ушел.

Мне нужно найти место, чтобы полностью успокоиться.

Я даже не умер, я пришел в эту эпоху!

В первые годы Китайской Республики родился Цзинь Фэн, обладающий способностью распознавать подлинность одним взглядом и одним глотком разрушать вселенную.

Шокирующий талант шокирует мир.

Поднимитесь к Шангдин Чжоу, кирпичу Цинь и плитке Хань, вниз к династиям Тан, Сун, Юань и Мин, сине-белому антиквариату, каллиграфии и живописи из золота и камня, нефриту и фарфору, знайте все, знайте все .

Однажды древняя земля Инчжоу рухнула, обнаружив неизвестную реликвию, в которой Цзинь Фэн нашел штатив.

Происхождение этого огромного штатива нетривиально, его достаточно, чтобы переписать историю Китая, и его можно назвать сокровищем города.

Инчжоу был одним из двенадцати штатов в древние времена, и вскоре распространились новости о том, что Цзинь Фэн приобрел несравненное сокровище.

Силы разных стран по всему миру преследуют и убивают Цзинь Фэна.

Как другие могут жаждать сокровища удачи клана Чжунхуачжэнь!

После сотен кровопролитных сражений Цзинь Фэн, наконец, изо всех сил попытался взорвать взрывчатку с помощью большого котла и умер изо всех сил.

в результате возродился.

Прошло сто лет с первого взгляда!

Тело, которым он сейчас владеет, также зовут Цзинь Фэн.

По сравнению со мной, очевидно, первоначальный владелец этого тела намного хуже.

После того, как он понял ситуацию, мутные и тусклые глаза Цзинь Фэна медленно прояснились.

«Сто лет! С тех пор как я заново жил, я буду жить снова!»

«С этого момента ты будешь мной, а я буду тобой!»

В это время девушка прошла через зрителей на третьем и внешнем третьем этажах и сказала, догнав Цзинь Фэна.

«Сэр, я лучше пойду с вами в больницу на визит»

«В конце концов, я ударил вас!»

Голос девушки такой же красивый, как Родниковая вода, выдыхая Рулан, аромат более чистый, чем снежинки, вливалась в дыхание Цзинь Фэна, заставляя Цзинь Фэна немного пульсировать.

«Заплати мне пару штанов».

Девушка прикрыла грудь, глубоко вздохнула от радости и улыбнулась!

Как цветущая роза.

«Подожди меня несколько минут, я провожу тебя в больницу, когда заберу свои вещи».

«Это в старинном городе, это не займет много времени»

«Хорошо?»

Вещь, которую хочет взять девушка, находится в старинном городе рядом с ней.

В небе бушевало палящее солнце, а земля была горячей, как пароход.

Цзинь Фэн последовал за девушкой, и изящное и стройное тело девушки мягко покачивалось перед ее глазами, как самый красивый летний лотос.

Девушку зовут Цзэн Цзымо, ее зовут так же, как и ее имя, и она красочна, как стихотворение.

Цзэн Цзымо приехал за вещами в античный город.

Говорят, что это античный город. На самом деле, он называется рынком обмена подержанных товаров Сунсяньцяо. Расположенный в центре Цзиньчэна, это самый большой античный город в Цзиньчэне, а также довольно известна в трех юго-западных провинциях.

По дороге Цзинь Фэна немного заинтересовал литературный спектакль в придорожных киосках.

Все виды золотых и серебряных украшений, южный красный агат, бирюза, пчелиный воск, янтарь, бусы дзи этнических меньшинств.

Странные камни разной формы, плотно завернутые марки, маленькие альбомы с фотографиями и некоторые разнообразные и разные вещи.

Есть также автомобильные бусинки, а также много деревянных украшений, желтого цвета морской волны, более желтого цвета, туи, мелколистного красного сандалового дерева, мрачного дерева и черного дерева.

Это категория Венвань.

Бронза, нефрит, фарфор и фрагменты фарфора всех династий и поколений.

Желтая каллиграфия и живопись, старые статуи Будды, различные монеты и ржавое оружие.

Здесь сходятся диалекты всех провинций страны. Покупатели болтают о продажах, но они покупают меньше, а смотрят больше.

Цзэн Цзымо отвел Цзинь Фэна на второй этаж. Первое место в античном городе.

Когда я прибыл в большой магазин под названием Бояжай, там уже были люди.

Бо Ячжай имеет площадь в 200 квадратных метров, а убранство старинное и величественное.

Все пять или шесть больших древних рам сделаны из красного дерева. Эти древние рамки наполнены фарфором различных династий, что свидетельствует о необычайной силе Бояжай.

Сюй Вэнь, начальник Бо Ячжая, толстый и толстый, приветствует его улыбкой, кивает и кланяется, чтобы ввести Цзэн Цзымо внутрь.

Цзэн Цзымо оглянулся и улыбнулся Цзинь Фэну: «Подожди меня, скоро все будет хорошо».

Джин Фэн бродил по магазину, положив руки на спину.

Поскольку платье и внешний вид Цзинь Фэна были несовместимы со сценой, две продавщицы-женщины следовали за Цзинь Фэном, опасаясь, что Цзинь Фэн украдет вещи из магазина.

Цзиньчэн — это синоним досуга, и многие люди ходят по магазинам по утрам.

Те, кто осмеливается зайти в такой магазин, от природы богаты или знатны.

Когда эти люди видят потрепанного Цзинь Фэна, их лица полны презрения и отвращения.

Пройдя меньше трех минут, Цзинь Фэн тихо сел, не прищурившись, как статуя.

В этот момент толстый босс Сюй Вэнь осторожно вышел из сейфа с деревянной коробкой и поставил ее на стол.

Откройте деревянный ящик, дно деревянного ящика выстлано губкой и обернуто желтым шелком.

Сюй Вэнь надел перчатки, открыл пакет руками и ногами, осторожно поднял красочный кубок и поставил его перед Цзэн Цзымо.

Внезапно его лицо окатило чарующим и достойным вздохом.

«Мисс Цзэн, вам нужен кубок из перегородчатых цветов династии Мин!»

«Пожалуйста, используйте свою ладонь!»

Это кубок из перегородчатых цветов времен династии Мин!

Гоблин!

Это также винная утварь, которую использовали предки династий Шан и Чжоу. Это был также один из важнейших ритуальных сосудов того периода.

Форма кубка открытая сверху, как устье рога: от устья кольца — тонкая квадратная талия, а снизу — высокое кольцо.

Cloisonne — один из самых известных специальных металлических тяжелых инструментов цветоводов.

Он начался в период Цзинтай династии Мин и известен также как медная перегородчатая эмаль, также известная как синяя эмаль.

На готовой медной шине используйте плоскую мягкую медную проволоку, чтобы зажать различные узоры и приварить их, затем заполните узор разноцветными эмалевыми точками и, наконец, обожгите его в печи. Шина отполирована и, наконец, позолочена .

Эта капля перегородчатой ​​цветка имеет высоту сорок сантиметров. Форма кубка принадлежит династиям Шан и Чжоу. Он полон красок, гроздьев цветов, великолепного великолепия и цветов, похожих на парчу, величественно и красиво.

В тот момент, когда Цзэн Цзымо увидел этот кубок с перегородчатым цветком, Цзэн Цзымо тоже был шокирован.

Трое или четверо богатых коллекционеров, которые посещали магазин, собрались вокруг, указывая на кубки с перегородчатыми цветами и завистливо глядя в глаза.

Золото в смутные времена, антиквариат в времена расцвета!

Сегодня такие сокровища династии Мин можно увидеть, но не искать.

Цзэн Цзымо надел перчатки под напоминание Сюй Вэня и коснулся руками цветочных кубков.

«Это так красиво. Это так красиво».

«Это она. Моему дедушке это понравится».

«Я буду!»

Глава 0002 false pay 1! ? Вы не можете себе этого позволить!

С согласия Цзэн Цзымо несколько богатых коллекционеров поблизости также надели перчатки и поиграли с профессиональными оценочными очками.

Каждый богатый мужчина хвалит этот кубок с перегородчатой ​​перегородкой и не может не хвалить его.

Если бы не правила антикварной индустрии, несколько богатых людей заплатили бы заоблачную цену и тут же схватили бы этот цветочный кубок.

«Этот цветочный кубок вернулся из страны петушиных галлов. Я потратил много услуг и, наконец, оправдал то, что доверил Цзэн».

«Первоначальным владельцем был Ди Гаолюксионг. Аристократический барон Филс пал в стране кур. Его предки были дипломатами, работавшими в Аннане ».

« Этот цветочный кубок был подарком от губернатора Гуандуна и Гуанси в то время, и он был дома более 100 лет. «

» Происхождение ясно, хорошо задокументировано, наследование упорядочено, и нет никаких сомнений в том, что оно на 100% подлинное. «

» Спасибо, мистер Сюй, я очень доволен. Давайте закроем это ».

Сюй Вэнь кивнул, улыбнулся и положил перегородку обратно в деревянную коробку.

И Цзэн Цзымо достал чек.

Бизнес готовится к завершению.

В этот момент поблизости раздался холодный голос.

«Когда Гуансюминь имитация перегородки выдавала себя за Императора Цзинтая?»

Как только прозвучало это слово, все были ошеломлены.

Обернувшись, неподалеку за журнальным столиком сидел обычный одетый и обычный подросток.

Цзэн Цзымо издал гудок, и несколько богатых коллекционеров были поражены.

Лицо босса Бо Ячжай Сюй Вэнь помрачнело.

«Кто ты?»

«Вы сказали, что этот кубок с перегородчатой ​​перегородкой был скопирован людьми в период Гуансю?»

Сюй Вэнь улыбнулся и сказал: «Молодой чувак, ты можешь есть рис, но не можешь говорить ерунду. «

» Моя Боя Чжай также хорошо известна в Цзиньчэне и даже в антикварных магазинах страны. Сюй Вэнь также имеет заместителя в Коллекции Цзиньчэна. Ассоциация. Председательство «

» Мы, Боя Чжай, никогда не продаем подделки. Я занимаюсь бизнесом 30 лет и полагаюсь на честность «.

Несколько богатых коллекционеров рядом друг с другом кивнули головами. … идти вместе.

«Верно. Я имел дело с боссом Сюй несколько раз, и все они настоящие».

«Хуан Биньхун, который я получил от босса Сюй, принес много денег!»

«Персонаж босса Сюй, мы можем ему доверять!»

Сюй Вэнь гордился своим лицом и презрительно смотрел на Цзинь Фэна, насмехаясь и насмехаясь.

«Молодые люди не знают, как высоко небо. Это смешно».

Цзинь Фэн ответил спокойно и спокойно.

«Послушай, это не проблема персонажа твоего босса Сюй»

«Это проблема твоего зрения!»

Лицо Сюй Вэнь внезапно изменилось., — холодно сказал.

«У моего Боя Чжая есть правило. Если идентификация окажется ложной, я заплачу 10 за отпуск!»

Цзинь Фэн сел на стул в отдалении и повернул голову. С холодным лицом он легко сказал: «Поддельный теряет десять !?»

«Ты не можешь себе этого позволить!»

Хотя Цзинь Фэн одет в общем, даже немного рваный, у него большой перелом под коленом, комки кожи, залитые кровью.

Но то, что сказал Цзинь Фэн, было холодным как лед, и все не могли не усмехнуться.

Выражение лица Сюй Вэня снова изменилось.

Указывая на Цзинь Фэна и холодно сказал: «Ты — какой красивый тон!»

Когда он собирался что-то сказать, Цзэн Цзымо встал: «Извините. Это я. Друг. . «

Подойдя к Цзинь Фэну, она разрезала воду и мягко посмотрела на Цзинь Фэна:« Знаешь перегородчатую перегородку !? »

Цзинь Фэн кивнул:« Понятно! »

Цзэн Цзымо мягко спросил: «Откуда вы знаете, что это было из года Гуансю? Или народная копия»

«Вы никогда не прикасались к нему»

Цзинь Фэн повернул голову иди , посмотри прямо на Цзэн Цзымо.

Цзэн Цзымо пронзил глубокие глаза Цзинь Фэна, и его сердце затряслось.

Я не мог не склонить голову и мягко сказал: «Извини, я не смотрел на тебя из-за себя»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «У тебя!»

Цзэн Цзы Мо внезапно вздохнул и на какое-то время потерял дар речи!

Цзинь Фэн перед ним похож на бессмертный антарктический айсберг, безжалостный!

Цзинь Фэн встал и подошел!

Сказал Цзинь Фэн на ходу.

«Перегородка началась при римском императоре Александрии, и Хубилай-хан был завезен на Центральные равнины из Аравии во время Западной экспедиции. Она процветала в Цзинтай в Сюаньдэ и достигла своего пика в трех поколениях Канси и Цяньлун. . «

» Процесс производства сложен и проходит через Hammer шины, филигрань, наполнение, спекание, полировку, золочение и многие другие процессы. «

» Каждый процесс предъявляет чрезвычайно высокие требования, и если вы не будете осторожны, вы потеряете все свои предыдущие усилия и потеряете все! »

Сюй Вэнь неоднократно усмехался:« О, я не понимаю, что вы довольно молоды и много знаете. эксперт. «

« Скажи мне, почему моя перегородчатая перегородка не стала годом перегородки Гуансю? »

« Или это народная копия? »

« Какие доказательства делают у тебя есть? «

Цзинь Фэн взял кубок с перегородчатым цветком в одну руку, горизонтально На груди.

Выражения всех изменились, и они собирались остановиться.

Цзинь Фэн щелкнул пальцами по кубку из перегородчатой ​​ткани.

Цветочные кубки перегородчатой ​​эры издавали глухое эхо.

Но, увидев действие Цзинь Фэна, Сюй Вэнь внезапно сжал зрачки.

Держать мелодию и играть

Я видел только одного человека, который использовал ее на Национальном съезде антиквариата, который проводится каждые десять лет.

Этот человек — Тайшань Бэйдоу из антикварной промышленности Китая.

В это время Джин Фэн сказал низким голосом.

«Во время правления Гуансюй вторглись союзные силы восьми держав, Хаймень широко распространился, перегородчатая перегородка стала популярной в Европе и Америке, а на какое-то время стало популярным официальное и гражданское подражание»

«Среди них была частная мастерская под названием Laotianli, которая производила перегородчатую одежду всемирной торговой ярмарки в Чикаго, а на Всемирную выставку Панамы потребовалось два».

Когда эти слова прозвучали, глаза богатых людей загорелись вверх.

Сюй Вэнь, полный гнева и презрения, в этот момент тоже почувствовал холод.

Этому неудивительному молодому человеку, кажется, за двадцать, но он говорит потрясающе. Когда дело доходит до истории перегородки, он еще более ценен.

Вы должны знать, что даже старый антикварный игрок сам понимает только историю перегородки.

Тот, кто знает искусство держать мелодию одной рукой и даже может сказать три слова Бога, определенно является мастером!

Может быть,

сердце Сюй Вэня было наполнено неуверенностью

Но он стиснул зубы и крикнул: «Почему вы говорите, что это народная копия?»

«Я провел термолюминесценцию и молекулярную идентификацию артефактов, и ингредиенты этого цветочного кубка почти такие же, как и у перегородки времен династии Мин»

— равнодушно сказал Цзинь Фэн. .

«Я сказал, с твоим персонажем все в порядке».

«Ты — видение»

«- очень плохо!»

Джин Фэн держал кубок с цветами перегородки в руке, повернул его запястье, кубок с цветами повернулся кругом на запястье и мягко упал.

Эта рука была уникальной, и все присутствующие затаили дыхание.

«Начиная с Xuande, Daming Cloisonne, все заполняющие глазури сделаны из чрезвычайно драгоценной бирюзовой зелени.»

«И эта бирюзово-зелёная окраска вымерла после Цяньлуна».

Говоря об этом, Цзинь Фэн подошел к кадру Богу и снял коробку с цветами перегородчатой ​​румяны периода Китайской Республики.

Вернитесь на исходное место, положите две перегородки обратно в ящик и холодно сказал: «Возьмите нож и сами соберите сырье!»

«Вы можете видеть только здесь. .,»

» Но хватит! «

В этот момент, как Сюй Вэнь может иметь какие-либо мысли о том, чтобы бороться с Цзинь Фэном.

Я поспешил и попросил клерка принести специальные инструменты, и мне было все равно, если перегородчатая ткань была повреждена или нет.

Воспользуйтесь специальным инструментом, чтобы взять миллиметр краски со дна квадратной талии цветочного кубка.

Снимите краску с коробки с перегородчатой ​​румянцем. Китайской Республики для сравнения.

В одно мгновение!

Сюй Вэньру был поражен молнией, его лицо было бледным, и он отступил на несколько шагов, прикрыв грудь болью. Он был глуп.

«Сырье для эмали такое же! «

» Подделка. подделка! «

» Как это возможно? ! «

» Я пробил себе глаз «

» Я пробил себе глаз «

Увидев такую ​​ситуацию, все в комнате знали ответ и не могли не быть в шоке.

Этот кубок из перегородчатой ​​ткани оказался подделкой!

Босс Бо Ячжай Сюй Вэнь попал в глаз!

Вице-президент Ассоциации антиквариата Тантан Цзиньчэн действительно ударил бутылка перегородчатой ​​кубковой ткани Eye.

Это большая новость в кругу!

Цзэн Цзымо в это время тоже прикрыл свой маленький рот, глядя прямо на Цзинь Фэна, его глаза наполнились удивлением и тремором.

Зрители спросили богатого человека тихим голосом и сменили имя на г-н Цзинь Фэн.

«Извините, перегородчатая медная шина времен династии Мин была полна примесей, а на корпусе шины были пузыри. Во времена династии Цин мастерство было улучшено, а корпус шины стал почти идеальным».

«Династия почти такая же, но почему она снова стала Гуансюй?»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Бог Тяньли подражал Цзинтай Няню».

«По порядку». чтобы продать больше иностранных дьявольских денег. «

« Была произведена только одна партия, а не девяносто штук! »

Как только это слово прозвучало, все были тронуты, и сцена взорвалась .

Глава 0003 Вы не заслуживаете спрашивать мое имя

Закончив эти слова, я увидел, что босс Бояжай Сюй Вэнь крепко сжимал его грудь, дрожа всем телом, его глаза были пустыми, его лицо было бескровным, и он бормотал себе под нос.

«Двадцать миллионов!»

«Двадцать миллионов»

«Я — я ненавижу …»

В это время Джин Фэн Хэ улыбнулся равнодушно.

«Перегородка периода Цяньлун могла быть продана за тысячу юаней в первые годы Китайской Республики!»

«Старый город. Тысячи юаней достаточно для колодца. семья живет десять лет. Не беспокойтесь о еде и одежде! «

» Хотя перегородчатая часть периода Цзинтай не такая изысканная, как период Цяньлун «

» Однако перегородчатая ткань периода Цзинтай редко распространяется, и все они являются официальной посудой. «

« Цена не ниже, чем у Цяньлуна! »

« Ты просто хвастался, что будешь заплати десять за подделку »

После паузы холодным голосом сказал Цзинь Фэн.

«Я сказал …»

«Вы — не можете позволить себе платить!»

Сюй Вэнь рухнул на землю, его глаза повернулись белый, уже испугался и упал в обморок.

Несколько присутствующих богатых игроков знают большую ценность перегородки.

Еще десять лет назад пара горшков дому с перегородчатой ​​эмалью была продана за 90 миллионов юаней в период Цяньлун династии Цин.

На осеннем аукционе Christie’s в Гонконге в 2012 году пара курильниц с двойным краном из перегородчатой ​​эмали, изготовленных в период Юнчжэн династии Цин, была оценена в сотни миллионов долларов.

Хотя цена на перегородчатую перегородку в последние годы была низкой, потребовалось почти 20 миллионов, чтобы получить эту бутылку кубка с перегородчатой ​​перегородкой Сюй Вэнь, которая первоначально была первоначально произведена в период Цяньлун.

Двадцать миллионов — это просто капитал.

Продал его семье Цзэн Цзимо. Хотя он приносит только комиссионные, он также стоит 25 миллионов!

Теперь он идентифицирован как подделка. Если вы его потеряете, вам придется заплатить десять за подделку в Хайкоу, тогда вам придется потерять двести пятьдесят миллионов.

Рао — это Сюй Вэнь, который 30 лет занимается антикварным бизнесом, зарабатывая много денег, а его собственный капитал составляет всего сотни миллионов.

На этот раз вы потеряете свое состояние!

Это ничего.

Репутация, которую он создавал в антикварной индустрии в течение тридцати лет, была разрушена. С тех пор я больше не мог общаться в этом кругу.

Это сальто слишком велико!

Кроме того, на этот раз у его работодателя, Цзэн Цзымо, совсем другое прошлое, особенно у дедушки Цзэн Цзымо, который является большой компанией.

Я даже продавал подделки семье Цзэн. Как только в будущем эксперт разоблачит их, никто не сможет позволить себе месть семьи Цзэн.

Несколько богатых коллекционеров посмотрели на Сюй Вэня, который потерял сознание и упал на землю. Их выражения были другими, они втайне качали головами и вздыхали.

В то же время он был полон восхищения и уважения к этому невероятному молодому человеку перед ним.

Еще немного напуган.

Невыразительное лицо Цзинь Фэна с мрачным лицом смотрело на Сюй Вэня холодно.

Хотя я не знаю, сколько сегодня в мире цен на перегородчатую перегородку, глядя на Сюй Вэня, от высокомерного и властного до нынешней слабости, его сердце спокойно.

Следующее, что странно.

Через некоторое время Сюй Вэнь медленно проснулся, встал с трудом, подавленный и подавленный. Ему было десять лет, и он все еще выглядел как вице-президент Ассоциации антиквариата Цзиньчэн.

«Это Сюй посадил, мне очень жаль, мистер Цзэн».

«Целый день, но в конце концов гуси клюнули меня»

«Я бы хотел проиграть пари, Сюй Будь готов быть наказанным».

«Сюй провел всю свою жизнь в этом магазине. С этого момента этот магазин будет принадлежать Цзэн Цзэну».

«В Цзиньчэне нет Боя Чжая, нет никого Сюй».

Цзэн Цзымо мягко покачал нефритовой головой и мягко сказал: «Это момент гнева моего друга, так что не принимай это близко к сердцу, дядя Сюй.»

» Личность дяди Сюй понимают и дед, и отец. «

» К счастью, я не сдвинул цветок назад, но это не имело значения. «

» Я объясню дедушке и отцу. «

» Затем я должен побеспокоить дядю Сюй, чтобы он помог семье найти что-нибудь хорошее, вы знаете, у нас очень мало времени. «

Эти слова произнесены из уст Цзэн Цзимо и удивили присутствующих богатых людей. Они также похвалили семью Цзэн за то, что она достойна быть богатой семьей Цзиньчэна в третьем поколении.

Люди восхищаются это.

Услышав это, Сюй Вэньру задрожал всем телом. Он плакал перед множеством людей и глубоко поклонился Цзэн Цзымо.

А Цзинь Фэн рядом с ним был уклончивым. об этом, по-прежнему выглядя безразличным, не говоря ни слова.

Как только он вышел за дверь, Сюй Вэнь набрался храбрости, чтобы спросить Цзинь Фэна.

«Простите меня, мистер Имя. «

Цзинь Фэн ответил равнодушно, не поворачивая головы.

« Ты не заслуживаешь того, чтобы спрашивать. «

Несколько богатых мужчин также погнались к двери, глядя на спину Цзинь Фэна, в тайне испугавшись.

С тех пор в круге также была легенда.

Один молодой человек, который даже не мог держать себя за руку, невооруженным глазом бил Сюй Вэня, который был в кругу тридцать лет, до колен.

Следуя за Цзэн Цзымо, Цзэн Цзымо и Цзинь Фэн шли бок о бок, время от времени поворачивая голову Чжэня, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, глаза Жуйфэна были полны любопытства.

Несколько раз я прекращал говорить, но это было трудно сказать.

Это загадочный человек.

Хотя он одет в рваную одежду, твердость и холодность на его лице устрашают.

Наконец, Цзэн Цзымо набрался храбрости и мягко заговорил.

«Извините, я действительно только что сказал, я не смотрел свысока на то, что вы имели в виду»

«Я, мне было немного любопытно, вы знали, что это подделка без начало работы «

« Ты очень могущественен ».

Приятный запах слабый и слабый, и он проникает в нос Цзиньфэна. Это чистый натуральный аромат женского тела.

Тихо и тихо, как Сюэлань, и элегантно, как жасмин, пробуждая самые глубокие воспоминания в сердце Цзинь Фэна.

Внезапно Цзинь Фэн повернул голову и посмотрел на Цзэн Цзымо.

Подобные обсидиановые глубокие и спокойные глаза сияют, как у бога.

На мгновение Цзэн Цзымо только почувствовал, как его сердце задрожало, и он перестал дышать.

Цзинь Фэн поднял глаза и упал вдаль.

Сердце Цзэн Цзымо было немного потеряно, потому что он понял, что внимание Цзинь Фэна вовсе не на нем.

Однажды странный человек проигнорировал самую гордую принцессу семьи Цзиньчэн Цзэн.

«Почему я так сильно забочусь о нем»

Внезапно Цзэн Цзымо был поражен мыслями в своем сердце.

Я не мог не закусить губу, пытаясь контролировать свои эмоции, и сказал мягко.

«Я буду сопровождать тебя в больницу».

«Купи тебя снова»

Сказал Цзинь Фэн.

«Какие вещи нужны твоему дедушке?»

Цзэн Цзымо был ошеломлен и мягко сказал: «Чем дороже, тем лучше, тем лучше это имеет историческое значение»

«Мой дед тоже сказал, что лучше всего использовать что-то знаменитости».

«Упорядоченное наследование и ясное происхождение лучше!»

«Это подарок?»

Цзэн Цзымо был поражен слабыми словами Цзинь Фэна и сразу же кивнул.

Этот человек действительно знает все.

Цзинь Фэн проследил за своим пальцем до прилавка на расстоянии: «Там есть сигаретная палочка, чтобы попробовать».

«Все это отдано Сяньцяо, а эта сигаретная палочка все еще вещь.»

Цзэн Цзымо был ошеломлен на три секунды, когда он услышал эти слова, и волны снова поднялись в его сердце.

Он поспешно последовал за Цзинь Фэном к будке и снова был потрясен.

p111>

Этот киоск находится в 20 метрах от того места, где я только что стоял.

Вспоминая то, что произошло в Бояжай, этот человек может видеть так далеко?

Он ясновидящий?

Прилавок перед вами невелик, всего три метра в длину, а на цветной полосатой ткани разбросаны десятки различных поделок.

У хозяина киоска китайский акцент. Молодой человек .

Send Fairy Bridge — старейший и крупнейший рынок торговли подержанными товарами в Цзиньчэне. Хотя в последние годы рынок был вялым, он ограничен Венвань.

Это не мешает наплыв людей здесь и постоянный поток.

Цзинь Фэн наклонился и поднял с земли ничем не примечательную сигаретную палку. Черный маслянистый указательный и средний пальцы правой руки держали палочку и вытирали ее прямо с пола. К мундштуку.

Мундштук вернули Цзэн Цзимо.

Цзэн Цзымо посмотрел на палку в руке и почувствовал себя очень тяжелым, не более тридцати сантиметров. длинные, материал должен быть медный, цвет темный, на табачном стержне много патин, густые черные пятна, старые и крапчатые.

Верхняя часть мундштука молочно-белого цвета, не знаю из какого материала, много желтых и черных пятен.

Длина мундштука не более пяти сантиметров, но он очень гладкий на ощупь с обеих сторон, немного напоминает нефрит.

На месте, прислоненном к мундштуку, выгравированы две английские буквы.

JB!

Прут для сигарет очень обычный и старый, и Цзэн Цзымо не решается держать его в руке.

Под палящим солнцем странная комбинация мужчины и женщины стояла перед будкой, привлекая внимание многих людей.

Мужчина темный и грязный, либо рабочий-мигрант, либо оборванный мужчина.

Кроме того, была фея, которая выглядела как красивая страна.

Хозяину ларька тоже было очень любопытно узнать об этой паре комбинаций.

Внезапно увидев знаменитые часы и одежду, которые носил Цзэн Цзымо, он внезапно встал и повернул к нему голову.

«Этой красивой начальнице нравится этот предмет?»

Глава 0004, давай купим

Цзэн Цзымо не только ужаснулся магии Цзинь Фэна, но и стал более доверчивым.

«Как вы продаете этот стержень для сигарет?»

«Это вы отдаете»

Маленькие глазки владельца киоска продолжали вращаться, и он хитро улыбался.

Внезапно выражение его лица изменилось, и он тут же показал большой палец вверх.

«Красавица — настоящий знаток. Эта сигарета слишком велика».

«Мы знаем, что в Башу был большой военачальник, Инь Чанхэн».

«Это его любимая портативная сигарета в то время».

«Кто такой Инь Чанхэн? Красавица».

«Это предок всех великих полководцев Башу и Сычуань. Лю Сян, Ян Сен и Лю Вэньхуэй в то время были его учениками и внуками ».

Болтающий владелец ларька произнес серию непрекращающихся слов, и Цзэн Цзымо не смог помочь прикрыв рот.

Неожиданно обычные сигаретные палочки на обычном киоске имеют такое большое происхождение.

Хозяин ларька казался прирожденным актером, и морщинки у него были знакомы.

Движения конечностей тоже преувеличены и забавны.

Посмотрите налево и направо, понизил голос и сказал низким голосом.

«Вы видели эти два слова для обозначения красоты?»

«JB!»

«Это означает Jiebao.»

«Привет, имя губернатора Инь — Цзэбао! «

» Это, но, детка! «

Знакомые слова и серьезные выражения хозяина киоска ошеломили всех присутствующих.

Инь Чанхэн был так знаменит в Башань Чушуй. Великий полководец во время революции 1911 года возглавил команду для борьбы с восстанием на западе. В первые годы Китайской Республики это была ручка Башана Чушуя.

Оказалось, что эта трубка принадлежит ему и стоит старых денег.

«Абсурд!»

Цзинь Фэн холодно пробормотал в сторону.

«Инь Чанхэн изначально назывался Чанъи, со словом Шуокюань, номер — Тайчжао, а другое название — просто сад».

«Откуда взялось имя Цзебао?»

Внезапно открыл рот, посмотрел широко раскрытыми глазами и мгновенно окаменел.

Все, кто продает здесь изделия ручной работы, — все обезьяны-дельцы.

Годы обучения позволили им оттачивать рот, которым мертвые могут говорить живьем.

Если это предмет, будь то изделие ручной работы или антиквариат, он может дать вам намек.

Даже если на него попадает немного звездного света, этот объект определенно дорого стоит.

У хозяина киоска неплохое зрение.Увидев одежду и одежду Цзэн Цзимо, он изначально подумал, что слава Инь Чанхэна может сделать состояние.

Тогда я подумал, что этот убогий рабочий-мигрант вдруг обнажит старое дно, и вдруг мне захотелось этим воспользоваться.

«Сколько это стоит?»

Цзинь Фэн спросил цену, и владелец киоска поспешно подошел к съемочной площадке Сяо Цзюцзю.

Излишне говорить, что этот молодой человек должен быть экспертом.

После того, как маленькие глазные яблоки несколько раз закатились, он был жестоким, открыл правую руку и хлопнул ее по правой руке, выкрикивая цену, о которой он даже не осмелился подумать.

«Пять тысяч!»

Как только слова закончились, Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Пятьсот!» Актерское мастерство проявилось естественно.

С горьким лицом, хмурясь и смеясь вместе с ним, он ударил хаха, но в его прищуренных глазах вспыхнул свет.

Деловые люди не боятся, что вы купите, но не спросите цену.

Я не боюсь, что вы не спросите цену, но боюсь, что вы не будете торговаться.

Особенно в линейке антиквариата.

Если вы делаете встречное предложение, это доказывает ваше намерение купить.

Табачный стержень был забран разрушенными домохозяйствами в районе Сичэн позавчера, и все было упаковано менее чем за 100 юаней.

Даже если он будет продан Цзинь Фэну за пятьсот юаней, это также будет в пять раз больше прибыли.

Очевидно, владелец ларька тоже ветеран, и хотя он готов продавать, он отказывается продавать его вот так.

Хозяин стойла с горьким лицом покачал головой, как погремушка, и его рот закричал слишком тихо.

«Я сказал, брат, ты слишком жесток, как ты можешь так торговаться».

«Тебе все еще комфортно покупать !?»

«Это Хотя это это не сигаретная палочка Инь Чанхэна, есть признаки того, что вы смотрите на JB. Это знак. Это бренд ».

Цзинь Фэн все еще выглядит холодным:« Ты уверен, что хочешь пять тысяч !? »

Хозяин ларька зашипел и ярко улыбнулся.

Цзинь Фэн повернул голову и холодно сказал: «Если ты не купишь это, верни ему!»

Цзэн Цзымо был ошеломлен, его разум не мог повернуться.

Только что Цзинь Фэн понял, что вся сигаретная палочка «Отправить Fairy Bridge» была предметом. Почему бы вам не купить ее?

Я так и думал, но Цзэн Цзымо послушно отложил сигарету.

Цзэн Цзымо чувствует себя неописуемым для этого человека, который встречался с этим человеком менее двадцати минут.

«Ай Ай Ай»

«Зачем ты это делаешь, зачем ты это делаешь»

Хозяин ларька поспешно закончил игру: «Если тебе есть что скажем, если тебе есть что сказать «

» Брат, не говори об этом мундштуке. Мундштук похож на нефрит «

» В любом случае, тебе следует дать больше «

«Пятьсот юаней слишком мало, это слишком мало, и я не могу заработать несколько».

«Мне нужно поесть».

Цзэн Цзимосу развешивает руки в воздухе, ни отпустить, ни отпустить, превратить вашу первую надежду С Цзиньфэном.

«Мундштук нефритовый, цвет неаккуратный, стержень сигареты сильно изношен, а патина покрыта патиной».

Цзинь Фэн мужественно сказал: «Воздух трубка засорена и требует ремонта. «

» Такая сигарета может стоить до пятисот. «

» Если есть больше, не надо. «

В холодном предложении положите эту сигарету. Столб оказался бесполезным, и несколько прохожих одобрительно кивнули.

Цзэн Кеке был немного сбит с толку и смутно догадался о чем-то в своем сердце.

«Он хочет поторговаться?»

У хозяина киоска перед ним уродливое лицо.

Этот оборванный молодой человек не только эксперт, он даже так упорно торгуется.

Я порезался девять из десяти одним ножом.

После нескольких секунд застоя хозяин стойла все же не сдался, сделав последнее задержание, и тон во рту стал необычайно добрым.

сказал, подняв палец вверх.

«Старший брат, ты специалист, я научился у обезьяны»

Посмотри на такой жаркий день, мы с тобой оба антияпонские герои, нелегко be «

» Нам, мужчинам, все равно, чем темнее солнце, тем здоровее, но этот прекрасный начальник отличается от нас «

» Посмотрите на них, красивые женщины красивее, чем кинозвезды, но такое большое солнце, Люди даже зонтика не принесли и так долго оставляли их на солнце ».

« Если мы загорели красивых женщин, наши грехи серьезны. Sending Immortal Bridge также входит в десятку крупнейших рынков подержанных товаров в стране. Каждый год сюда приезжает много знаменитостей, и я видел многих из них «

» Но, как эта красота, Меня действительно видели однажды. «

Цзэн Цзымо услышал эти слова, и он был необъяснимо счастлив, очень полезен.

Этот владелец стойла с обезьянами очень хорошо разговаривает и собирается купить эту сигарету прямо сейчас.

Исходя из этого, он стоит пять тысяч.

Пять тысяч юаней для меня несущественно.

В это время Цзинь Фэн холодно сказал: «Сигарета стоит пятьсот долларов. Если вы хорошо говорите, дайте еще триста».

«Восемьсот юаней».

Несколько слов заставили Цзинь Фэна изменить свой рот, что показывает, что рот Обезьяны действительно мощный, и даже прохожие рядом с ним думают, что владелец киоска очень хорош в ведении бизнеса.

Цзэн Кеке Я купила эти два слова на своих губах, но слова Цзинь Фэна меня подавили. Я чувствовала себя немного несчастной. Глаза Жуйфэна смотрели на Цзинь Фэна, и было немного негодования.

«Стою ли я триста юаней?»

Обезьяна втайне рад.

Тысячи износа, но не лестно.

Изначально его можно было продать за пятьсот юаней, понимаете, несколько хороших слов, это не больше трехсот! ?

После того, как два раза перевернули маленькие глазки, тон обезьяны стал низким.

«Старший брат, прибавь двести!»

«Одна тысяча юаней.Тысяча юаней, ты не можешь купить ее и потерять деньги, тебя не обманешь! «

« Вы добавляете еще двести. Посмотрите на своего красивого начальника, который носит знаменитую марку, и вы должны дать мне еще двести твердых денег ».

« В моей семье двое. Все дети учатся в старшей школе ».

Лицо Цзинь Фэна потемнело, его обсидиановые глаза светились холодным светом.

« Нет, пошли! «

» Я покупаю! «

Почти одновременно Цзинь Фэн и Цзэн Цзымо сказали это одновременно.

Глаза Цзинь Фэна остановились!

Сердце Цзэн Цзымо сжалось, кусая губы мягко сказал: «Извини».

«Ему нелегко иметь много денег, так что давай купим их. «

Сладкий голос, текущий, как горный ручей, ding ding dong dong bang, стучит в самое сердце Цзинь Фэна.

Увидев, что Цзинь Фэн не говорит, Цзэн Цзымо выпустил Вздохнув с облегчением, я достал пачку новеньких красных банкнот и сосчитал десять.

«Купил, спасибо. «

Он, Обезьяна, также глубоко вздохнул, и на его лбу выступили тонкие слои пота.

Наконец, дело было улажено, и каждая прибыль составила тысячу юаней, что в десять раз больше. прибыль.

Глава 0005 Не забывайте чистить зубы

«Спасибо, прекрасная леди, спасибо, босс».

«Спасибо, старший брат».

С уважением возьмите деньги обеими руками.

Я ждал, чтобы забрать деньги, только чтобы услышать приглушенный голос сбоку.

«Какая обезьяна, она открылась»

«Сколько стоит тысячу юаней?»

Хозяин стойла повернул голову и посмотрел, его лицо было полно улыбок, его глаза заблестели.

Тибетские друзья и прохожие повернули головы.

Я увидел там стоявшего высокого мужчину средних лет лет тридцати.

Лицо мужчины полно плоти и крови, и он выглядит очень злобным.Он вешает в левую руку веревку из темно-желтых браслетов с двумя нулями, отражающую солнечные блики, как стекло.

Правая рука играет с цепочкой из восемнадцати темно-красных четок, а средний палец носит серебряное кольцо с рубином.

Носите Ади с короткими рукавами, но пару шлепанцев под его ногами и нить из 0,8 золотых цепей, висящих на груди.

В конце золотой цепочки есть янско-зеленый нефрит и щедрый клеймо.

Вверх и вниз, вверх и вниз, платье богатого помещика.

Но, увидев этого человека, хозяин ларька открыл глаза и улыбнулся, наклонился и закричал: «Ой, босс Ю, эксперт Ю, но я тебя давно не видел»

p105>

Босс Ю. С пронзительным гудением пара мертвых рыбьих глаз высоко подняла глаза, беспринципно глядя на Цзэн Цзымо.

Женщина передо мной была такой красивой, с носом яо, абрикосовыми глазами и вишневым ртом, тонкой талией, полной хваткой и безупречным телом. Увидев Цзэн Цзымо, Ю Чэн просто почувствовал, что ее жизнь была напрасной.

Горячие невооруженные глаза неудобно пронзили все тело Цзэн Цзымо.Он посмотрел на человека, нахмурился и прислонился к Цзинь Фэну.

«Ну, сегодня я свободен, подойди и взгляни».

Босс Ю неохотно отвел взгляд от тела Цзэн Цзымо, и Ман Шэн сказал: «Есть ли что-нибудь хорошее? предметы в Дао? »«

«Принеси и покажи мне»

«Брат, это неплохо для денег!»

Говоря, он намеренно посмотрел на Цзэн Цзымо, вроде, очень самоуспокоен.

Владелец ларька Хе Обезьяна лестно согласился: «Это все оригинальные предметы, вы их просмотрели».

«Это жезл в руке этой красивой женщины, который был найден в районе Сичэн. позавчера. «

» Босс Ю — эксперт, не могли бы вы взглянуть? «

» О !? «

Босс Ю посмотрел, сузил глаза, его рот был легким Эй, тихо.

«Похоже на мундштук Хетяня Ю.»

«Цвет естественный, и патина тоже старая».

По его словам, Босс Ю выступил вперед Цвет Сяо сказал с улыбкой: «Красавица, ты позволишь мне передать это?»

Цзэн Цзымо держал в руке сигаретную палочку и повернул нефритовую голову с намеком гнева на лице.

Этот человек слишком неквалифицирован.

Видя, что Цзэн Цзымо игнорирует его, Босс Ю не рассердился, а вместо этого наклонил голову и внимательно посмотрел на сигаретную палочку в руке Цзэн Цзымо.

«Что ж, это немного интересно, эта сигаретная палочка»

«Дымовой горшок круглый, сигаретная палочка плоская, мундштук белый, а патина, по крайней мере, естественная. Китайская Республика ».

Зрители были немного тронуты, когда услышали слова Босса Юй.

Знаете, в эти годы, не говоря уже о гаджетах Китайской Республики, гаджетах до перемен можно назвать антиквариатом.

Когда хозяин ларька He Monkey слушал, он моргнул своими маленькими мышевидными глазками, а затем сказал: «Действительно объект?»

Это предложение показало его невежество. Несколько продавцов, которые создали Все киоски собрались вокруг, презрительно глядя на Обезьяну.

Все они торговцы, раздающие жизни бессмертных мостов. Все знают, что у них на стенде.

В эпоху национальных коллекций в больших магазинах с выходом к воротам на первом и втором этажах нет даже подлинных предметов, поэтому в этом прилавке нет обезьяны

, не говоря уже об этом.!

Неожиданно у этой обезьяны действительно есть предмет из Китайской Республики, что удивило других продавцов.

Босс Ю, большинство старых продавцов в Сунсяньцяо знают его.

Уроженец, первоначально по имени Юйчэн. Поколение дедушки происходит из Циншуйпао, и его семья хорошо известна. Он был разрушен для второго поколения очень рано. После этого Цзиньчэн сильно развился. только город горячих горшков может лечь и умереть.

Беспокойство о еде и одежде, так же как грамотность и антиквариат. Я вырастил группу сообщников по прозвищу «Братья-друзья». Каждый день либо рыбалка, либо туристическая встреча, и у меня очень шикарная жизнь.

Ю Чэнду также имеет прозвище Юй Эксперт. Многие продавцы в Сунсяньцяо — его поклонники. Со стороны это также доказывает, что у Ючэна две кисти.

Его предки держали ломбард, а в доме спрятано много вещей.

Они также были немного удивлены, когда услышали, как Юй Чэнчэн сказал возраст этой сигареты.

В этот момент Ю Чэн посмотрел на две английские буквы JB на стержне сигареты, не мог не шипеть, нахмурился и пробормотал себе под нос, коснувшись подбородка.

«JB !?»

«Ягуар ?!»

«Заикание !?»

«Римула !?»

«Привет»

«Что это значит?»

«Очевидно, мундштук неотличим от патины на стержне, и патина тоже старая. как минимум сто лет. «

« Но что означает этот JB? »

« Это марка сигаретных палочек? »

Несколько братьев вокруг Босса Ю были рады ответить на разговор.

«Сигаретные палочки марки Chicken Chop !?»

Ю Чэн повернул голову и хлопнул себя по голове, сердито сказал: «Куриные палочки нарежьте молотком».

«Ты куриная отбивная.»

» Вы когда-нибудь слышали о чем-нибудь, что называется куриной отбивной? «

Избитый служитель держал лицо Лао Гао опухшим и горько улыбался.

Владельцы киосков и прохожие не могли удержаться от смеха.

Ю Чэн сжал его лысую голову. , его глаза сузились в линию, его брови нахмурились, и он, казалось, погрузился в них.

«Кто этот парень по имени JB!» ? «

» А, я сказал, сколько вы продали эту сигарету. «

Он Обезьяну сравнил с жестом:« Тысяча. «

» Эээ, тысяча юаней! ? «

» Не так уж и дорого. Не возмутительно. «

Ю Чэнду закурил, и Мань Шэн сказал:« Я из тысячи пятой ». Оберните меня. Я взял его обратно и медленно обдумал. «

Услышав это, Обезьяна внезапно улыбнулся и кивнул.

« Босс Ю — это атмосфера. «

Ю Чэн был невежлив, махнул рукой, чтобы кто-нибудь принёс сумочку, и начал считать деньги.

Он, Обезьяна, повернулся к Цзэн Цзымо и сказал: «Красавица, прости, прости, ты нужен хозяину мундштука».

Цзэн Цзымо был поражен мягким голосом. Он сказал: «Босс Хе, ты хочешь продать этот стержень для сигарет двум покупателям?»

Он, Обезьяна, был ошеломлен, он сказал дважды, а Канкан улыбнулся и сказал: «Это не то».

«Босс Рэнью»

«Привет, извините за вас»

Цзэн Цзымо крепко сжал рот и мягко фыркнул.

Ю Чэнду хмыкнул и засмеялся, его лица навалились одно на другое.

Прищурившись, глядя на Цзэн Цзымо, он хлопнул по губам и в шутку воскликнул: «Что?»

«Красавица, ты тоже хочешь эту сигарету?»

Цзэн Цзымо Даже не глядя на Ю Чэнду, он мягко сказал Обезьяне Хэ: «Босс Хе, честность в ведении дел. Я получил сначала сигаретную палку, я уже заплатил, что ты имеешь в виду?»

Он Обезьяна выглядела смущенной, хаха во рту.

Сказал Ю Чэн с похотливой улыбкой.

«Позвольте мне сказать, этот старый дом действительно не подходит для бумаги Дайюмэй, как вы»

Люди вокруг смеялись, видя глаза Цзэн Цзымо, полные непристойности и желания.

Лицо Цзэн Цзы Мойю покраснело, ее абрикосовые глаза были туманными, и она была очень смущена.

Красное лицо становится более нежным на солнце, и с него капает вода.

Сундук — это взлеты и падения, и высокая непрерывность должна быть в глазах каждого, и бесчисленное количество людей тайно проглотили свою слюну.

Грубые слова Ю Чэна заставили его стыдиться и оскорбить. Когда он, гордая девушка небес, был оскорблен таким издевательством?

Руки, похожие на корень лотоса, слегка дрожали, делая их еще бледнее.

Без колебаний я вот-вот потеряю сигарету.

В это время черная рука держала нефритовую руку Цзэн Цзымо и мягко сказала: «Если ты не отпустишь, никто не сможет ее забрать».

Слова Цзинь Фэна Into Уши Цзэн Цзымо, и я не знаю почему, сердце Цзэн Цзымо внезапно успокоилось.

Взглянув искоса на Цзинь Фэна, он слегка промурлыкал и сжал сигаретную палочку в руке.Его не волновало, что его рука была зажата в темной руке Цзинь Фэна.

Ю Чэн закричал и небрежно смахнул Цзинь Фэна, который был одет как рабочий-мигрант, и фыркнул в нос, полный презрения.

«Ой, здравствуйте, красавицы несут телохранителей, когда выходят»

«В фильме даосские священники спускаются с горы, я думаю, вы спускаетесь с горы, как крестьянская палка. «

Цзинь Фэн взглянул на Ю Чэнду и холодно сказал.

«Не забывайте чистить зубы после стула!»

Глава 0006 Вам все еще нужны правила?

Улыбка Юй Чэнду внезапно сузилась, глядя на Цзинь Фэна, шипя: «Мальчик, ты хочешь создать проблемы?»

Сказал Цзинь Фэн с торжественным выражением лица.

«Никто не может забрать то, что мне нравится!»

Страсть аа в его глазах возвышается, как гора.

Выражение лица Ю Чэна было мрачным, он усмехнулся и сказал: «Это совпадение. Мне тоже интересна эта вещь».

«Я должен купить это сегодня».

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Вы не можете это купить».

Ю Чэн холодно сказал: «Попробуйте!»

Цзинь Фэн тихо сказал: «Попробуйте!»

Хотя мужчина Цзинь Фэн выглядит как рабочий-мигрант, он даже не так хорош, как рабочий-мигрант, но на его лице присутствует чувство высокомерия.

Взгляд в глаза Цзинь Фэна заставил Ю Чэна почувствовать себя неловко, и он прошипел: «Я действительно куплю эту сигарету сегодня».

Выступление Ю Чэна. братья позади него все встали и посмотрели на Цзинь Фэна с усмешкой.

Люди вокруг слегка изменили цвет и дружно двинулись обратно.

Посмотрите на эту позу, предполагается, что фильм начнется.

Цзэн Цзымо немного запаниковал, затащил Цзинь Фэна ниже и мягко сказал: «Не покупайся.погнали. «

Цзинь Фэн не тронут.

Ю Чэн нашел подходящее время и место, его лицо высокомерное, и он сканирует Цзинь Фэна с крайним презрением.

« Брат Халат » драки. искать смерти! «

воскликнул:» Не то чтобы я тебя презираю, малыш. В глазах Брата ты это «

» Сражаешься со мной? ! «

» Денег у брата скопилось, больше, чем у вас. «

» Обезьяна, сколько вы предлагаете за трубку? » «

Он, Обезьяна, расширил глаза, развел руками, раздвинул пять пальцев.

Ю Чэн крикнул!

Он холодно презирал Цзинь Фэна и легкомысленно сказал:» Пять тысяч — это пять тысяч! «

» Я, не предлагаю встречных предложений. «

» Брату Пао не хватает денег! » «

» Этот член, я возьму его обратно и медленно изучу! «

Он, Обезьяна, был вне себя от радости, и он протянул руки, чтобы взять сигаретную палочку у Цзэн Цзымо.

Цзэн Цзымо стоял рядом с Цзинь Фэном, его нефритовая рука опиралась на руку Цзинь Фэна, Сиси numb.

«Что мне делать? «

» У меня есть деньги. Давайте поднимем с ним цену. «

Цзинь Фэн повернул голову и посмотрел на Цзэн Цзымо.

«Я сказал, если ты не отпустишь, никто не сможет забрать это».

В спокойной и тихой фразе Цзэн Цзымо увидел в глазах Цзинь Фэна, что чего-то никогда не происходило. Страстная гордость.

На мгновение сердце Цзэн Цзымо задрожал.

«Как насчет? Нечего сказать, верно?»

«Мальчик, скажи тебе, не притворяйся, если у тебя нет денег».

«В этом году, кто такое сравнение У вас много денег. «

» Тебе нечего сказать сейчас. «

» Обезьяна, принеси трубку брату. «

Он Обезьяна Он согласился, он собирался схватить сигаретную палку Цзэн Цзимо обеими руками.

Перед лицом Юй Чэнчэна и Хэ Обезьяны, шаг за шагом приближающихся к нему, Цзинь Фэн в этот момент сделал шаг вперед.

Шэнь Шэн произносил каждое слово.

«Правила, вы хотите большего?»

Он, Обезьяна, внезапно почувствовал, как его сердце, его тело окоченело, а руки застыли в воздухе.

Медленно подняв голову, хозяин ларька улыбнулся скорее уродливо, чем плакал.

«Брат»

Эта сцена вышла так, что все присутствующие были ошеломлены.

Ю Чэн был настолько безудержен, что рассмеялся и сказал: «Какие правила?»

«Ты говоришь мне правила !?»

«У меня много денег. , Я придерживаюсь правил. «»

холодно сказал Цзинь Фэн.

«В антикварном магазине действует правило. Прежде чем один покупатель выставит товар, другой покупатель не должен вмешиваться».

«Только что He Monkey уже назвал цену, и мой друг уже дал это. Деньги. «

« Хотя Обезьяна не принял деньги, дело было завершено ».

« Это все свидетели ».

Сказал: «И покупатель, и продавец согласились с одной тысячей юаней, но они пожалели об этом, когда пришли в голову»

«Обезьяна Хо, ты хочешь вести себя плохо?»

Обезьяна Хо глубоко вздохнула и закрыла от боли Глаза, прикрыв лицо, присела на корточки.

Все правила антикварной индустрии неписаны.

Говоря прямо, это означает, что первым пришел первым.

Он, Король обезьян, сожалел, что не продал сигаретные палочки Цзинь Фэну, но он не смог этого сделать.

Я занимаюсь отправкой Сяньцяо более 20 лет, и правила в этой строке самые четкие.

Как сказал Цзинь Фэн, он только что сделал предложение, и Цзэн Цзымо также готов заплатить.

Если вы пожалеете, вы можете продать его Yucheng по высокой цене, но в будущем этот круг не сможет перепутаться.

Если ваш персонаж исчезнет, ​​люди будут гнилыми.

С другой стороны, смех Ю Чэна внезапно прекратился, а его улыбка мгновенно сжалась.

В это время Цзинь Фэн холодно сказал Ю Чэнду.

«Ючэн, ты называешь себя братом Пао, ты знаешь правила лучше, чем кто-либо другой».

«Вы хотите нарушить правила этого бизнеса?»

В ответ на вопрос Цзинь Фэна цвет лица Ю Чэна медленно изменился, стал синим и фиолетовым, сейчас не было ни малейшего высокомерия.

Ноздри тяжело дышали, и было очевидно, что он запыхался.

Глаза двух мертвых рыб яростно высовывались, глядя на Цзинь Фэна, желая съесть Цзинь Фэна за один укус.

Цзинь Фэн выпрямился и тихо сказал: «Правила, вы хотите?»

Многие продавцы рядом с ним молчали.

Правила в антикварной индустрии полностью отличаются от правил в других отраслях. Нет четких законов и постановлений, и все это неписаные правила, принятые сто лет назад.

Любой, кто утверждает, что занимается антикварной промышленностью, должен соблюдать правила этого круга.

Кто не подчиняется, кто не подчиняется, не может продолжать смешивать.

Хотя Ючэн — большой торговец и богатый человек, правила есть правила.

Независимо от того, сколько денег у Ючэна, независимо от того, насколько они сильны, он должен соблюдать правила.

Зрители тайно перешептывались и перешептывались.

Хотя толпы и туристы не совсем понимают правила работы антикварного магазина, они только сейчас это ясно увидели.

Это действительно то, чего Обезьяна не сделала достоверно.

Ю Чэн также издевался над другими.

Глаза и выражения лиц людей вокруг них без следа упали в глаза Хэ Обезьяны и Ю Чэна, и они оба потеряли самообладание.

После полных десяти секунд застоя Юй Чэн сильно махнул рукой, холодно фыркнул и неохотно закричал, но притворился шикарным.

«Брат Халат, никогда не теряй пояс».

«Правила, я знаю лучше тебя!»

«Пруток для сигарет — он твой!»

Цзинь Фэн мягко повернул голову и кивнул Цзэн Цзымо.

Цзэн Цзимодан передал Хэ Обезьяне тысячу юаней, готовую уйти.

Обезьяна закрыла лицо и не осмелилась говорить. Он сожалел об этом и не осмеливался вообще говорить после того, как взял деньги.

Ю Чэнду был возмущен, но не хотел, горько посмотрел на Цзинь Фэна и холодно сказал.

«Даже сигаретная палка, происхождение которой вам неизвестно, стоит тысячу долларов»

«Сигаретная палочка китайской марки, хахаха»

«Я Да , что тебе до фермера? »

« Иди, выпей чаю! »

Цзинь Фэн медленно повернулся и легонько сказал.

«Юйчэн, у тебя немного видения».

«Я также знаю, что сигаретная палочка — предмет Китайской Республики».

Юй Чэнду напевал Он холодно указал на себя. Подняв палец вверх, он без стыда закричал: «Мой дедушка, старший брат, я управлял городком Фуронг Юшендэ из нашего дома».

Холодно сказал Цзинь Фэн.

«У вас на запястье гримаса цвета морской волны и браслет с опухолью. Стеклянное дно очень маслянистое. Через два года оно не вылезет. Я слышал, как кто-то говорил об этом только что. Этот браслет стоит десятки тысяч ».

Ю Чэн закричал, поднял запястье и высокомерно ответил:« Ребенок все еще знает товары ».

« Оставшийся мусор, ты все еще сокровище . «

Лицо Юй Чэнду потемнело.

— снова сказал Цзинь Фэн.

«Восемнадцатый ребенок в вашей руке — это маленький красный сандаловый лист, полный золотых звезд. Полные звезды естественны и просты, с тонкими чешуйками, густыми коричневыми пятнами и ощущением сияния. Это также редкий объект. .«

Ю Чэн был еще более горд. Белые перчатки ущипнули браслет восемнадцатого ребенка, указали на Цзинь Фэна и рассмеялись.

« Мальчик, я не видел этого, ты тоже эксперт. «

» Скажу вам, этот браслет передан от моей семьи, и это три поколения в моем поколении. «

Веки Цзинь Фэна опустились, и он холодно сказал:« Три поколения! ? «

» Я не боюсь ваших предков, выползающих из могилы. «

Выражение лица Ю Чэна изменилось, и он зарычал:» Мальчик, о чем ты говоришь? » «

Цзинь Фэн был спокоен и спокоен, со спокойным тоном:« Я сказал, у тебя немного зрение »

« Это просто большая лягушка. «

Ю Чэнду был ошеломлен, когда услышал эти слова, а затем пришел в ярость.

Но только чтобы услышать, как Цзинь Фэн снова сказал:» Восемнадцать долек красного сандалового дерева, густая и густая патина, яркая красный и черный, с почти коровьими узорами волос Гладкая, по крайней мере, может пойти на встречу Сюаньтун. «

Ю Чэнчэн фыркнул и посмотрел на своих восемнадцати сыновей.

« Вы говорите, что Сюаньтун — это Сюаньтун? Вы считаете «

Цзинь Фэн не ответил и продолжил.

« И золотая цепь, которую вы повесили »

« Золото — это прохождение великих демонов Стандарт, тонкость неплохо, но тоже старенькая.»

Цвет лица Ю Чэна был немного медленным, и Мань Шэн сказал:» Это так. Мой дом — ломбард. «

» У меня все еще есть большой желтый горбыль. «

Глава 0007 То, что живет и живет!

Говоря, Ю Чэн взял в руку щедрую карточку на груди, хе-хе усмехнулся: «Но это самое ценное в моей семье».

«Смотри внимательно, Шань Бангзи».

«Сокровище городского дома, Цин Тунчжи, нефритовое семя льда, солнце и зеленая щедрая пластина».

Толпа окружила аудиторию намеком на зависть.

Жадеит теперь распространился по всей стране и даже по всему миру. Жадеит низкого качества был затоплен в течение долгого времени, и цены падали снова и снова, но жадеит высокого качества найти трудно.

Особенно жадеиты времен средней и поздней династии Цин и Китайской Республики, они в основном представляют собой товары высокого качества, семейные реликвии и стоят довольно дорого.

Большой бренд Yucheng Yanglu имеет высоту шесть или семь сантиметров и толщину более пяти миллиметров, что действительно очень редко.

На великодушной открытке выгравирована надежда на то, что ребенок станет драконом, который в лучах солнца оживает.

Цзинь Фэн слегка прикрыл глаза и холодно сказал: «Большая золотая цепочка для собак — это хорошо, но щедрый бренд»

«А как насчет щедрого бренда?»

Ю Чэн ничего не мог с собой поделать.

Уголок рта Цзинь Фэна приподнят вверх, обнаруживая след презрения.

«Нефритовый кулон на талии маньчжурских писцов висел на твоей шее, и ты также носил его с большой золотой цепью для собак»

«Что с тобой не так?»

Ю Чэнду открыл рот и на какое-то время потерял дар речи.

«В Китайской Республике есть только один вид подобных костюмов».

«Это брат с восемью флагами, который умер в стране, но хотел притвориться Белль. Господи, каждый день. Чайхана в птичьей клетке, в моих вещах »

« Сиди и ешь горы, ешь вместе и жди смерти. В конце концов, даже собака не так хороша, как собака ».

А!

Вот!

Шип!

«Мешочек!»

Цзэн Цзымо не могла не рассмеяться, как весенний ветерок дует ей в лицо, красиво.

Через некоторое время глаза всех загорелись.

Люди вокруг засмеялись так, что лицо Юй Чэна внезапно превратилось в цвет свиной печени, и он в ярости посмотрел на Цзинь Фэна.

«Ты»

Цзинь Фэн в это время сделал шаг вперед и закричал: «Ты не живешь и не умрешь!»

«Катастрофа неминуема. Недалеко прочь! Я осмеливаюсь носить это красное сокровище оружие.«

Ю Чэн был шокирован. Он посмотрел на Цзинь Фэна, а затем на рубиновое кольцо на его среднем пальце.

« Что случилось с моим кольцом? » «

Цзинь Фэн сказал с насмешкой:« Мертвого человека носили уже триста лет, его выкопали и продали вам. Вы можете почувствовать запах вонючего трупа в десяти метрах от вас. большое сокровище. «

Ю Чэнчэн внезапно изменил свой цвет, но он закричал на Цзинь Фэна.

« Как насчет мертвых? «

» Фантомный инструмент тоже антиквариат! «

Прозвучал холодный голос Цзинь Фэна:« Мертвец надел его, и труп был разъеден водой и гнилой плотью. Он был выкопан из трупной пустыни, и возмущение велико ».

«Ты, целуй его каждый день. Не могу оторваться. «

» Как всем известно, обиды мертвых были переданы вам, шаг за шагом разъедая ваше тело. «

» Когда смерть бросается вам в глаза, боги земли не смогут вас спасти. «

» Вещи, которые не живут и не умирают! » «

Эти мрачные слова заставили дрожать всех присутствующих. При высокой температуре более 30 градусов из-за спины всех поднялся порыв холодного воздуха.

Сколько людей обезьяны? сразу было несколько ознобов.

Цвет лица Юй Чэна резко изменился, стал зеленым и серым, а его правая рука дрожала. Он быстро стер рубиновое кольцо со своей сумки, и белая перчатка не могла не вытереть его средний палец.

Цзинь Фэн холодно сказал: «Вы будете относиться к восемнадцатидольчатому красному сандаловому дереву как к обычному товару, а кулон из ледяного нефрита будет считаться вашим щедрым брендом».

Блудные гангстеры с хорошими манерами , тоже поиграйте в антиквариат !? «

« Ношение кольца с рубином преисподней как сокровища »

« Если бы не счастье вашей семьи, рано. Просто переходи улицы! »

«Мусор!»

Эти слова и предложения душераздирающие, как нож, безжалостно пронзивший сердце Ючэна.

Все присутствующие изменили цвет.

Худое тело Цзинь Фэна в глазах всех превратилось в высокую гору.

Цзэн Кеке прикрыла рот, ошеломленно глядя на Цзинь Фэна.

Этот загадочный человек постоянно удивлял и ужасал себя всего за полчаса.

«Кто он?»

«Как я могу все понять?»

Если посмотреть на профиль Цзинь Фэна, его кожа очень темная. Из-за солнечного света каждый днем одежда дешевая и ветхая, а все тело не стоит тридцати юаней.

Но его глаза такие твердые, а гордость в его глазах — не что иное, как ничто.

Красивое лицо, вырезанное ножом и острыми краями и углами, глубокие и тяжелые, острые слова.

Внезапно сердце Цзэн Цзымофана внезапно подпрыгнуло, а его нефритовое лицо покраснело.

Ю Чэнчэн был поражен словами Цзинь Фэна, совершенно неотличимыми от юга, востока и севера. Он видел, как многие люди смеялись над ним, в том числе многие продавцы на рынке.

Долгое время торговцы восхищались его уровнем оценки сокровищ, но теперь его ругал неизвестный горный мигрант.

Это неудобнее, чем убить себя.

На какое-то время Ючэн полностью потерял рассудок, рассердился от смущения, и его глаза загорелись.

Быстро громко закричал.

«Иди на Лао-цзы и убей этого сына-черепахи»

Гангстеры, стоящие за Ю Чэном, немедленно собрались.

Ю Чэн указал на Цзинь Фэна и закричал: «Я пошел на хуй

Когда я услышал это, Цзинь Фэн поднял брови.

Левая нога сделала неверный шаг и пошла. Поперечный разрез.

Ю Чэн не ругал слова внизу.

За Ю Чэном стоял человек, он протянул руку и хлопнул Ю Чэна по спине. голова.

«Заткнись мне.»

Ючэна ударили по вулканическому кратеру высотой в три фута. Он был чрезвычайно зол и ругался в рот.

« Ублюдок осмелился в тот собачий день »

С первого взгляда Ю Чэн вздохнул.

Слова проклятия внезапно проглотил его желудок, и его разъяренное лицо мгновенно превратилось в улыбку.

«Папа! «

Человек, который пришел, был бледен, его глаза почти вылезали из орбит, его грудь быстро вздымалась, его дыхание было тяжелым, его руки дрожали.

« Кто ты? папа? «

» У меня нет твоего зятя. «

» Бандит, хулиган! «

» Разбойник, грабитель! «

Ю Чэн был в панике, его рот болтал и звал папу, его лицо было полно мольбы и обиды.

Держа гостя за руку обеими руками, он неоднократно повторял, что я извиняюсь.

«Папа, папа, папа, я не это имел в виду, я действительно не это имел в виду»

«Я виню тебя в том, что он — мигрант из горной палки»

Люди ненавидят Он с ненавистью посмотрел на Юй Чэнду, стиснул зубы, исчерпал все свои силы и закричал: «Заткнись!»

Ю Чэн был полностью напуган и немедленно заткнулся, остановился, чувствуя беспомощный, я не знаю, куда его девать.

«Рабочие-мигранты из горного взрыва !?»

«Потеря тебя, чтобы позвать.»

«Если бы не этот хозяин, я бы закончил свою бойю. Быстро! »

« Уходи! »

Как только прозвучали слова, публика была потрясена.

Посетитель подошел к Цзинь Фэну и уважительно поклонился Цзинь Фэну.

«Мне очень жаль, Мастер».

«Этот человек — мой зять. Я не могу не обидеть мастера. Пожалуйста, прости меня».

Эта сцена выходит, все все стояли тупо.

Все, кто приходил сюда, знали друг друга.

Вице-председатель Ассоциации коллекционеров Цзиньчэн, самый богатый босс Сунсяньцяо и фигура, входящая в число лучших антиквариата в стране.

Мастер Сюй Вэнь!

Как только появился Сюй Вэнь, все были ошеломлены его уважением к Цзинь Фэну.

Мастера нужно называть главным персонажем, насколько это круто?

Бесчисленное количество людей смотрели на Цзинь Фэна, как если бы они смотрели на гору.

Гора поднимается и останавливается.

«Хозяин — это мое позднее прибытие. Мой зять полагается на неспособность его семьи ударить вас, и я несу ответственность за это».

Перед лицом Сюй Уважение Вэня, Цзинь Фэн даже говорил. Он не ответил, его лицо было безразличным.

Сюй Вэнь в это время сделал еще один пугающий ход.

Повернувшись к Цзэн Цзымо, глубоко поклонился: «Мистер Цзэн, мне очень жаль, с вами поступили несправедливо».

Теперь все присутствующие ошеломлены!

Цзэн Цзымо сохранял спокойствие и мягко сказал: «Я в порядке. Спасибо за беспокойство».

Ю Чэн со стороны почувствовал себя плохо и собирался говорить осторожно.

Сюй Вэнь повернул голову, указал на Юй Чэнчэна и громко сказал: «Я был позади. Я ясно вижу вещи здесь».

«Ты ублюдок, сражайся Независимо от того, сколько людей пытаетесь покупать и продавать, старые лица вашей семьи Ю были потеряны для вас! «

» Мне стыдно за вас.»

» Собачье дерьмо! «

Сюй Вэнь ругал и ругал, как мог Юй Чэнчэн сопротивляться малейшему сопротивлению. Он, старик, не груб, и ключом к этому является его жена в семье.

Не смотрите, как Юй Чэнду яростно волочится на улице., Дома он выглядит как котенок.

Мужчина из Цзиньчэна, который боится своей жены, известен на всю страну.

» Не выходите и не извиняйтесь перед мастером. «

Ю Чэнчэн не желает извиняться перед Цзинь Фэном, горной палкой рабочего-мигранта, его губы постоянно извиваются, и он просто не отвечает.

Глава 0008 оказался им! ! !

«Маленькое чудовище, извинись».

«Если ты не извинишься, никогда не входи в мою дверь».

Сюй Вэнь громко закричал, создав впечатление, что Ю Ченг никогда не видел сам … Старик устроил такой большой костер.

Хотя я богат, я все еще очень боюсь старика. Я должен просить старика о помощи, если он во многих вещах не уверен.

В данный момент ему было наплевать на собственное лицо, и когда он подошел к Цзинь Фэну, неохотный комароподобный голос произнес три слова.

«Мне очень жаль».

Веки Цзинь Фэна продолжали свешиваться и игнорировались.

Юй Чэн высокомерно подошел и холодно фыркнул.

Сюй Вэнь был в ярости, ударил Ю Чэна по голове и закричал: «Маленький зверь. Это твой спаситель!»

«Если бы не мастер, ты бы умер Его почти нет ».

Ю Чэн засмеялся и небрежно сказал:« Старик, ты не слишком ненадежен, верно »

« Рубиновое кольцо »

Рев Сюй Вэнь от ненависти к тому, что железо нельзя сделать из стали, даже его шея покраснела.

Внезапно Ю Чэн вздохнул, его глаза вылезли наружу!

«Старик, папа, он, что он сказал»

Сюй Вэнь схватил Ю Чэна за уши, стиснул зубы и зарычал.

«Вы были женаты на Сюсю четыре года, и Сюсю была беременна шесть раз, и каждый раз вы проигрывали».

«Это все еще объясняет проблему?»

«Это оружие подземного мира».

Ю Чэн был сильно потрясен, и он сделал два шага назад.

Я был женат четыре года и не имел детей, моя жена забеременела во время беременности, старшей из которых было почти шесть месяцев.

Из-за этой болезни сердца я объездил всю страну. Специалисты по китайской и западной медицине повидали многое, не говоря уже о деньгах.

В результате обследования с обеих сторон все в порядке, но после беременности ребенок необъяснимым образом исчез.

Это может так сильно истязать большую семью людей. Я пытался молиться Богу, чтобы он поклонялся Будде, но так и не нашел причины.

Так называемые даосские буддийские небесные мастера не видели ни малейшего эффекта от выполнения дхармы.

Красное кольцо с сокровищами было собрано в магазине на рынке Каотан, и его тесть Сюй Вэнь тоже видел. Это определенно старый предмет в середине династии Цин.

Кольцо с рубином в то время было хорошей вещью, не говоря уже о его размере, и его качество тоже было хорошим, и даже большие семьи могли не позволить себе его.

Я ношу его со мной почти два года, и я часто хвастаюсь им в кругу, а еще у меня много лица.

В будние дни я не думал, что что-то не так, но я не ожидал, что сегодня это сломает Цзинь Фэн.

Причиной, по которой у меня никогда не было ребенка, оказалось это кольцо с рубином преступного мира.

До этого момента Ючэн действительно изменил цвет.

Не колеблясь, два шага вперед, опустив руки на ноги, низко поклонился Цзинь Фэну.

«Учитель, мне очень жаль».

Появление этой сцены заставило всех на сцене уронить очки.

Давным-давно мультимиллионер Ю Чэнду в глазах многих торговцев в «Отправлении Моста фей» стал таким приятным для глаз.

«Это я ошибаюсь, красивый господин. Что ты хочешь со мной делать, мне нечего сказать».

Джин Фэн вообще не обращает внимания на Ю Чэна .

Ю Чэн не был глупцом, поэтому он поспешно поклонился Цзэн Цзымо, ударил его по лицу ни легко, ни сильно.

«Мистер Цзэн, я тоже прошу прощения перед вами. Только что у меня изо рта было слишком вонючее.«

« Я буду хорошо чистить зубы и сто раз почистить, когда вернусь ».

Лицо Цзэн Цзимою было слегка ошеломлено, и он слегка мычал.

Джин В это время Фэн поднялся. Подняв глаза, он холодно сказал: «Рубиновое кольцо отправлено в храм. Пожалуйста, носите магический артефакт в течение трех лет. «

Сказав это, Джин Фэн повернулся и зашагал прочь.

Услышав это, лица Ю Чэна и Сюй Вэня изменились, и они должны быть уважительными.

В этот момент Хэ Обезьяна повернулся к спине Цзинь Фэна и прошептал: «Учитель, вы можете сказать мне, каково происхождение табачного стержня? «

Это предложение выражает мысли всех присутствующих.

Цзэн Цзымо такой же.

Сигаретная палочка с выгравированными двумя английскими буквами JB отправляется фее. Единственное, что можно рассматривать как ободранный стержень для сигарет на мосту.

Какого он будет происхождения и происхождения?

Это также общий голос друзей каждого игрока.

Цзинь Фэн остановился и не оглянулся.

«Он обезьяна, я настаивал на твоей цене потому, что ты слишком плохой темперамент и сосредоточен на деньгах. «

Он, Обезьяна, не мог удержаться от стыда, и он не мог не оторвать плитку пола и вшить в землю.

Цзинь Фэн снова сказал:« Я взял свои вещи, и сегодня я позволю тебе открыть одну бесплатно. Оглянись назад.»

Немедленно зачитайте строку на английском языке.

» Джеймс Брюс! «

» Договор о Би Джей! «

» Соглашение о ТД! «

Все были ошеломлены.

Цзэн Цзымо снова прикрыл маленький рот, похожий на рот вишневого сандалового дерева, глядя на тонкую и тонкую спину Цзинь Фэна.

Стоя на берегу пятно!

Английский язык, который исходит из уст Цзинь Фэна, впечатляюще несет в себе самый аутентичный лондонский акцент, и это был

аристократический акцент!

«Он, это репатриант». ! ? «

« Как он мог? »

Когда я отреагировал, Цзэн Зиможэнь огляделся и огляделся, но где он нашел тень Цзинь Фэна.

В В мгновение ока Цзэн Цзы Мо запаниковал и больше не заботился о своих высоких каблуках, он поднял свою длинную юбку и выбежал, как будто невеста гналась за его любимым мужчиной.

Спустя долгое время Цзэн Цзымо встал. Тупо У ворот рынка Souxianqiao я тупо уставился на оживленное движение передо мной.

«Я даже не знаю его имени! «

» Боже! «

» Я даже не знаю его имени! «

Держа сигарету в руке, сердце Цзэн Цзымо пусто, он чувствует, что чего-то не хватает.

Две роскошные машины проехали вдалеке и остановились Цзэн Цзымо. Несколько человек подошли и осторожно спросили.

Цзэн Цзымо покачал головой, сел в машину и достал телефон из сумки.

«Чувак, где ты?»

«Сделаешь мне одолжение?»

«Я хочу кого-нибудь найти!»

Как Как только Цзинь Фэн ушел, его зажарили на рынке Сяньцяо.

Бесчисленное количество людей обыскивали Ду Нянь со своими мобильными телефонами, и многие из них громко скандировали.

«Я нашел это, я нашел»

«Джеймс Брс! Его также зовут Джеймс Брюс!»

«Мы зовем его Эркин!»

«Солнце никогда не заходит, граф Империи!»

«В 1842 году он был губернатором Ямайки, а в 1846 году он был губернатором страны Кленовый лист. В 1857 году он возглавил свою армию. чтобы захватить пятицветный Янчэн. «

» Следующей весной, севернее города Цзиньвэй. Великая древняя крепость была захвачена в мае. В июне правительство Цин было вынуждено подписать «.

«Вернулся в Китай в 1859 году. Вскоре он был назначен полноправным лицом империи и возглавил Галлию и империю. Силы коалиции снова захватили Вэйчэн в Тяньцзине».

«В октябре, они вошли в город Тяньду и сожгли Старый Летний дворец. Правительство Цин было вынуждено подписать и уступить «Восточный Гуандунский дивизион Цзюлун».»

» В 1861 году он отправился на юг, к острову Гонконг, и назначил Коулун, как было согласовано. 10 января в Губернаторской усадьбе прошла церемония сдачи земли. 19 января участвовал в церемонии получения земли в Коулуне. Сразу же повел армию покинуть Гонконг и вернуться в Китай. «

» В 1862 году он был переведен на пост генерал-губернатора Трех Королевств и умер на этом посту в следующем году. «

» Этот ублюдок, этот старый собачий день, разграбил Старый Летний дворец и разделил остров Гонконг! «

» JB, JB! «

» — это английское сокращение от названия этой старой собаки, и эта сигаретная палочка принадлежит этой старой собаке! «

» Считай петуха! Граф Дик, хахаха «

» Хахахаха, я не ожидал, что его трубка окажется в нашей стране! «

» Он тоже есть сегодня! У него сегодня тоже есть! «

« Ха-ха-ха, возмездие, возмездие »

Я читал эти записи из энциклопедии Baidu, вся аудитория была в ужасе и тронута, и бесчисленное количество людей кричали от радости.

Эркинс. табачный стержень, это слишком исторически значимо.

Он стал свидетелем самой унизительной истории поздней династии Цин. Больше всего исторический музей хочет именно такого рода антиквариат.

Точно так же также является свидетельством вторжения в том году, и любой музей будет считаться сокровищем.

Есть и за границей такие вещи, которые являются символами семьи.

Эти предметы — сокровища, особенно в старых дворянских домах.

«Боже мой, возьми сокровище!»

«Иди за сокровищами!»

«Боже мой, мой бог»

Он, обезьяна, сидящая на земля в боли, яростно бьется в грудь, с выражением уныния и сожаления.

«Сигаретная палочка Элькина, только что выскользнула из моей руки»

«Одна тысяча юаней, одна тысяча юаней, я продам сигаретную палочку Эрджина»

«Я действительно свинья. Даже свинья! «

Сюй Вэнь и его зять Юйчэн еще больше посмотрели друг на друга, и бурных волн, бушующих из глубины моего сердца, было достаточно, чтобы сокрушить все дарить сказочный мост.

Золото в смутные времена, антиквариат в времена расцвета.

За тридцать лет подъема антиквариата на землю Китая, земля Китая снова и снова вспахивалась бесчисленными экспертами и игроками.

Наконец, сегодня, когда процветают подделки, а подлинные товары вымерли, Цзинь Фэн неожиданно нашел здесь такой редкий объект. Это миф, похожий на фантастику.

Кажется, ему всего двадцать лет, и я могу сразу сказать, что моя перегородчатая ткань — подделка, и я нашел здесь трубку Эджина.

Кто этот человек? Научил?

Глава 0009 Это я собрала лохмотья. Снова увидимся с тетей Ван.

Кто в антикварной индустрии может научить такого замечательного ученика?

Способности Цзяньбао не имеют себе равных в мире. Более того, он даже с первого взгляда может увидеть рубиновое кольцо в руке Чэнду.

«Старик, ты сказал, что это действительно трубка Эрджина ?!»

Сюй Вэнь холодно посмотрел на своего зятя и сказал глубоким голосом: «Если это подделка. , Я отрубил себе голову. «

« Держать отряд, это потрясающе! Даже старик Шань так не делает! »

Ю Чэн внезапно выстрелил. Его собственная голова кричала.

«Он сломан, старик, я забыл спросить его, как его зовут?»

Сюй Вэнь ни в коем случае не выругался: «Я даже не имею права спрашивать, ты , считайте пердежом! »

« Поторопись и вернись и сделай то, что сказал тебе мастер! »

« Если у тебя больше не будет детей, ты разводишься с Сюсю и Найди свой путь! »

Лицо Юй Чэна внезапно побледнело, он продолжал кивать головой и убежал, как в полете.

Две большие новости разразились утром в Сендсяньцяо, которые незаметно распространились по кругу, вызвав волну небольших цунами.

Однако эти две новости утонули в волне разного антиквариата.

Летний полдень в Цзиньчэне ужасно жаркий.

В железобетонном городе безжалостно бушует волна жары.

На улице не было ветра, а плакучие ивы на берегу реки Фунан слабо висели, тихо дыша.

В этом квази-первом городе с населением 15 миллионов человек люди, как муравьи, сидят на различных транспортных средствах и тяжело передвигаются, неся на спине тяжелые кандалы и изо всех сил пытаются выжить.

Цзинь Фэн толкнул трехколесный велосипед и молча пошел назад.

Прямо у ворот Посылающего Бессмертного Моста Цзэн Цзимо нокаутировал мирового лидера Цзинь Фэна.

Я из другого мира здесь.

Тело Цзинь Фэна в этом мире и душа Цзинь Фэна в другом мире.

Сознание двух людей смешалось, чтобы сформировать совершенно нового Цзинь Фэна.

У Цзинь Фэна слишком много дел, чтобы возродиться.

Самое главное — найти отличный штатив.

Это артефакт городского клана всего Шэньчжоу.

Когда Цзинь Фэн осмотрел свое тело, он не мог не вздохнуть.

Теперь это тела слишком далеко друг от друга.

Помимо моего нынешнего окружения и ситуации, это вызывает у меня горе и негодование.

Прикоснувшись к его правой ноге, он получил длинный порез, в который попал трезубец Цзэн Цзымо.

Текущая рана все еще сочится горячей кровью, медленно стекающей с бедра, капающей по всей правой ноге и быстро высыхающей под воздействием высокой температуры на улице в 40 градусов.

Цзинь Фэн давно привык к этой маленькой травме и боли.

«Я сказал, с этого момента ты будешь мной, а я буду тобой.»

«Я буду заниматься твоим делом».

Доска уже сломано Колесо с правой стороны автомобиля также было разбито и деформировано. Потребовалось 20 юаней, чтобы купить новое колесо в магазине аксессуаров и отремонтировать его с помощью инструментов на тележке.

Снова молча возвращайтесь назад, пока после полудня солнце не повернется на запад.

Вернувшись к четвертому кольцу дороги, я прибыл в пригород, перешел железную дорогу, проехал под виадуком, пошел по грязной дороге и пересек реку, где находился дом Цзинь Фэна.

На берегу реки есть большой пустырь, а к западу от него — болото площадью более одного акра. Группа уток половинного размера вопила, требуя еды в болоте.

Различный мусор на холмах валяется в беспорядке на открытом пространстве.

Мешки с пластиковыми бутылками, пивными бутылками, макулатурой, медным и железным ломом, а также сломанные мотоциклы, аккумуляторные автомобили и велосипеды.

Последствия ливня, произошедшего несколько дней назад, еще не прошли. На поляне в беспорядке, бесчисленные комары свободно летают, бесчисленные мухи прибиты к каждому мусору, торжествующе жужжая.

Рядом с мусорной горой есть ветхие дома, построенные из различных отходов.

Ряды невысоких домов не выше одного метра, и вам придется наклониться, чтобы попасть внутрь. Крыши покрыты разноцветными полосами битого железа и изношенными покрышками.

Мышь Hemao упала с крыши и побежала на помойку по вонючей грязи с поперечным потоком сточных вод.

«Сяофэн вернулся»

«Брат Сяофэн вернулся»

«Брат Сяофэн принес мне еду?»

Цзинь Фэн засунул половину своего теленка в грязи, улыбнулся, снял с тележки пластиковый пакет и крикнул на девочку у дверей дома.

«Да!»

Девочке у двери всего пять или шесть лет. Она уже давно не может видеть первоначальный цвет в грязной юбке. Ее волосы сгустились в нити черной веревки, и ее лицо черное, темное и покрытое грязью.

Маленькая девочка без колебаний спрыгнула с двери, плеснула грязью и с радостью взяла пластиковый пакет у Цзинь Фэна.

Я вскрикнул от удивления, повернулся и поднял полиэтиленовый пакет, радостно крича: «Бабушка, брат Сяофэн, купи мне паровые булочки»

«Возьми большие хрустящие мясные булочки»

На мусорной горе горбатая старуха склонила голову и выругалась на девочку.

«Мертвая девушка, поторопитесь и вымойте руки».

«Сяофэн, спасибо».

Цзинь Фэн тихо покачал головой: «Нет, спасибо»

Толкайте поддон и продолжайте идти вперед. По обеим сторонам узкой проезжей части с одной стороны груды старого мусора, а с другой — невысокие дома.

У дверей дома на деревянной тележке вяло сидел разоренный старик.

Старик исчез ниже пояса, и его серые и мутные глаза тупо смотрели на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн снова остановился, кивнул старику и позвал старика.

Мастер Гуаизи издал слабый гудок и дважды открыл рот.

«Гуйзие, попроси Сюэра отвезти вас в Wanda Studios сегодня вечером. Я был там вчера вечером. Сегодня здесь безопасно».

Кайзие усмехнулся и поднял руку. Единственная рука, показывающая правую. рука, у которой осталось только три больших пальца, сделала жест.

Цзинь Фэн покачал головой и сказал: «Нет, я пойду домой поесть».

В это время дверь из цветной ткани в полоску открылась, и вошла девушка. перед Цзинь Фэном.

Девочке, кажется, всего шестнадцать или семнадцать, она носит бело-синюю школьную форму с хвостиком.

В тот момент, когда Цзинь Фэн увидел девушку, Цзинь Фэн немного заблудился.

Это красивая девушка.

Стандартное лицо семян дыни, белая болезненная кожа, высокий и прямой нос, очаровательные водянистые глаза Даньфэн, а слегка изогнутые губы ярко-красного цвета заставляют людей чувствовать себя более любящими и сострадательными.

На первый взгляд девушка тихая и элегантная, с оттенком чистоты и обаяния.

Глядя на это еще два раза, у девушки снова девять баллов кокетства и один балл чистоты, завлекающие ее сердце и душу.

Даже если такую ​​девушку посадят в Китайскую Республику, она не сможет ее найти.

«Спасибо, брат Фэн».

«Что случилось с твоей ногой?»

«Ее сломала машина, ничего страшного».

Девушка присела на корточки, Держа миску, он кормил похитителя от укуса, слегка поворачивая голову и искоса глядя на Цзинь Фэна.

«Брат Фэн»

Цзинь Фэн повернул голову и тихо сказал: «Что?»

Глаза девушки мерцали, и она замолчала, но тихо сказала голос: «Все в порядке».

Двигаясь дальше, многие люди на мусорной горе приветствовали Цзинь Фэна сердечными словами, и Цзинь Фэн сказал один за другим.

«Госпожа Дяо, завтра храмовая ярмарка монастыря Веншу, не забудьте».

«Санвази, монтажная техническая школа разбирает химический завод, и вы можете пойти продавать барбекю ночью.»

» Дядя Бай, на другой стороне Цинцзяна есть несколько рыбных прудов, которые взорвались. Вы можете пойти туда, чтобы попробовать это завтра. Не носите аккумулятор. «

Многие люди на свалке один за другим благодарили Цзиньфэна, крича, чтобы Цзиньфэн шел домой к обеду.

В это время на свалке раздался рев тигров и львов.

«Джин Фэн здесь? «

Как только все услышали этот звук, их лица изменились.

Цзинь Фэн обернулся и увидел тётю средних лет, управляющую трехколесным электрическим трехколесным грохотом. Иди сюда.

Тете средних лет около 40 лет, она белая и толстая, богатая и величественная, и ее платье явно отличается от того, что на свалке.

Золотые серьги, золото колье, Золотые браслеты, сверкающие золотым светом, слепили всем глаза.

Там, где шла тётя средних лет, мужчины и женщины на помойке, старые и молодые, все встали, как будто они были приветствуя королеву.

Многие люди в разрушенном доме поспешно вышли и встали, даже похититель высоко поднял единственную руку и пожаловался тете средних лет с самой доброй улыбкой.

Все радушно закричали.

«Привет, тетя Ван!»

«Тетя Ван много работала!»

«Ты еще ела?»

Тетя средних лет Вождение Электрический трехколесный велосипед подъехал, столкнувшись с множеством молодых и старых, которые приветствовали его в очереди с презрением, оба глаза смотрели на Цзинь Фэна вдалеке, убийственные и жестокие.

Все присутствующие были напуганы и дрожали.

Глава 0010 не двигается

«Бум!»

Приглушенный звук!

Электрический трехколесный велосипед утонул в грязной дороге. Как ни крутила тетя средних лет дроссельная заслонка, электрический трехколесный велосипед трагически завыл, но не смог двигаться дальше.

«Джин Фэн!»

«Ты вернулся как раз».

«Скажи, когда ты переедешь?»

Джин Фэн нахмурился.

Эта тетя Ван — владелица этой земли.

У мужа тети Ван были плохие ингредиенты, и после изменений земля будет передана в аренду домашнему хозяйству. По этой причине выделенная земля, естественно, является худшей.

Географическое положение удалено, и это также болотистая местность. Это обычно называют гнилыми тюками. Сажать зерновые культуры определенно бесполезно. Соотношение других исходных материалов и посевов слишком низкое. Со временем это земля не используется.

Много лет назад тетя Ван сняла это место арендатору.

Это Цзинь Фэн.

По мере того, как Цзиньчэн расширяется и растет день ото дня, многие отрасли промышленности были вытеснены из третьего и четвертого кольца. Со временем он стал местом сбора многих бездомных и особых профессий.

В последние несколько лет, когда недвижимость была сумасшедшей, этот участок земли также пользовался благосклонностью крупных боссов, которые хотели купить и построить дом. Их было не менее сотни волн. проверил геологию и наконец сдался.

«Цзинь Фэн, позвольте мне сказать вам, на этот раз это действительно трогательно».

«Защита окружающей среды — вопрос веков. Как лидер второй группы Комитета по району храма Диджи , Я должен подавать пример. Вы должны двигаться, и если вы не двигаетесь, вы должны двигаться ».

« Мы большая раковая опухоль в Храме Земли ».

Давайте поговорим об этом, молчим: если Ханчан прислушался к указаниям зятя, все в небе были такими горячими и вспотевшими.

«Я знаю, что в каждой из ваших семей есть свои трудности, но вы должны понимать мои трудности».

Столкнувшись с чартерной женой Ван, Цзинь Фэн нахмурился, тихо сказал Цзин: « Если вы хотите переехать, вы можете снять квартиру ».

Когда она услышала это, тётя Ван внезапно прекратила свое высокомерие и многословие, ее глаза расширились, и она посмотрела прямо на Цзинь Фэна.

Через несколько секунд он указал на Цзинь Фэна и закричал: «Вам стыдно повышать арендную плату вместе со мной !?»

«Ваш ребенок арендовал пятьсот юаней в год. Прошло восемь лет, а теперь ты все еще отдаешь только триста ».

« Ты вонючий мальчик »

Цзинь Фэн равнодушно сказал:« Ты не можешь меня винить. Я подписал десять — годового контракта. «

Тетя Ван была ошеломлена, взбешена, долго указывала на Цзинь Фэна и яростно ругалась.

«У вонючего мальчика жесткие крылья, осмелитесь так говорить с тётей»

«Не забывай, кто в первую очередь вернул тебя назад»

«Твой мальчик только что кончил. Когда я не был так высок, как швабра, даже велосипед тебе одолжила моя тетя. Теперь, когда я вырос, я осмеливаюсь идти боком со своей тетей!»

«Я купил машину за пятьдесят юаней! »

« Ты украл последние пятьдесят долларов нашего брата ».

Цзинь Фэн небрежно отреагировал, толкнув скутер вперед и войдя во двор с железными перилами.

«Это все тот же приговор, если вы хотите переехать, вы можете вернуть всем арендную плату в этом году».

Тетя Ван некоторое время не издавала ни звука, а жильцы вокруг посмотрел на нее, его цвет лица не тот.

Великолепно проклят в спину Цзинь Фэна.

«Мальчик, скажи тебе, всего десять дней, ты можешь разобраться сам»

«Тебе бесполезно тянуться передо мной!»

«Ты можешь, ты купил эту землю, построил большой сарай и играй во что хочешь».

Посмотрите вниз на грязную дорогу, затем посмотрите на свои белые сандалии, крича.

«Санва, без колебаний подойди и отдай старухе телегу.»

Санвази закричал, погрузил одну ногу в грязь на глубину более фута и толкнул электрический трехколесный велосипед.

Усилия многих людей Затем земной император арендовал Луан тети своей жены ехали с завода, и все не могли не выдохнуть.

Они горько улыбнулись, и в следующую секунду увидели глубокую тревогу в глазах друг друга.

Небо медленно потемнело. , и черные облака собрались в небе на западе, образуя странные узоры.

Оранжевая лампа за пределами разбитого двора была похожа на боб в ночи перед ночью. Она загорелась, и она была мрачной.

Различные отходы во дворе были свалены на высоту пяти или шести метров, в воздухе распространялся запах всякого мусора, и исходила вонь.

Цзинь Фэн давно привык на этот вкус и даже немного доброго.

«Брат Фэн! ? «

» Не так ли? «

Под короткими бунгало тихим голосом раздался слегка задыхающийся голос.

Маленькие бунгало состояли из трех маленьких домиков-улиток, один слабый, худой и полный. Мальчик с грязным лицом стоял у двери и нерешительно смотрел на Цзинь Фэна.

«Брат Фэн, я не могу дозвониться до тебя. «

» Меня кто-то сбил.»

Убрав поддон, Цзинь Фэн убрал сломанную медь, пластиковые бутылки, картонные коробки, старый мейнфрейм и мониторы с поддона.

Худой молодой человек хромал. Костыли тащили одного из них. перевернув ногу, он молча поместил эти рваные классификационные коды в маленьком дворике.

Худой мальчик по имени Чжоу Мяо был напарником Цзинь Фэна, которого привезли из Имперской столичной горы.

p105>

В то время отец Цзинь Фэна, отец Чжоу Мяо и еще несколько человек были хорошими друзьями и хорошими друзьями.

Однажды несколько хороших друзей собрались вместе, чтобы поклониться небу и выпить крови. Вино поклонилось братьям , и для этого он также зарезал старую курицу, которой было больше восьми лет.

В результате я действительно откликнулся на ядовитую клятву нескольких человек, что родиться не в один и тот же год. день, но умереть в том же году, в том же месяце и в тот же день.

Несколько хороших друзей, съевших старую курицу, сформировали группу для встречи с лордом Яном.

Восемь умерли!

Восемь гробов, старики в деревне держались сами Я вынул все гробы, а они остались две пары.

Без столбов дома, жены нескольких хорошие друзья не смогли сдержаться, снова вышли замуж и ушли.

Включая старушку Цзиньфэна Внутри, она забрала свою младшую сестру, которая все еще была в утробе, и молча пошла, оставив Цзинь Фэна, который был наполовину … родился ребенок.

С мальчиком-младенцем было очень сложно снова выйти замуж.

Остальные половинки детей до сих пор зависели друг от друга.

В возрасте двенадцати лет Цзинь Фэн, который не мог выжить в горах, привел трех человек в Цзиньчэн, где он поселился.

Чжоу Мяо — один из них.

Горы слишком крутые, а в городе всегда есть способ выжить.

Самая большая надежда Цзинь Фэна — выделить нескольких братьев.

И его собственная сестра, Цзинь Фэн, поклялся найти ее.

Чжоу Мяо молча принесла Цзинь Фэну несколько паровых булочек и тарелку тушеных свиных голов и сказал тихим голосом.

«Брат Ао оставил это тебе».

Цзинь Фэн схватил полухолодную паровую булочку и откусил ее. Он даже не взглянул на тушеную свиную голову.

«Я не ем его еду».

Протянул руку и забрал ароматную тушеную голову свиньи, посмотрел на Чжоу Мяо, который копался в мусоре, и мягко сказал.

«Когда он пришел?»

Чжоу Мяо наступил на груду банок рядом с ним и мягко ответил.

«Брат Ао сказал днем»

«Что он сказал?»

«Брат Ао сказал, что в последнее время расследования по охране окружающей среды были строгими, бизнес не очень хорошо, и чистая прибыль за один день Это всего триста юаней.»

» Он спросил меня, сколько мы зарабатываем? «

Паровая булочка была засунута в горло Цзинь Фэна. Цзинь Фэн закрыл глаза, взял пятифунтовую космическую чашку и наполнил ее сильным вдохом. Получив энергию босса, он медленно проглотил пропаренную булочку и сказал глубоким голосом.

«Что еще он сказал? «

Чжоу Мяо повернулся спиной к Цзинь Фэну и в ожидании сказал Ай Ай:« Брат Ао сказал, что он не может поладить, поэтому он подошел к нему. «

« Ему все еще не хватает посудомоечной машины и посыльного ».

Цзинь Фэн напрягся и фыркнул.

« Эй! Длинный Эргоу! «

Я проглотил приготовленные на пару булочки с тремя цзинь холодного земляного чая и медленно набрал силу на усталых и слабых костях тела.

Чжоу Мяо мягко сказал:« Брат Фэн, Ван Ган Я слышал, что сказала тетя, ты говоришь, куда мы переезжаем? «

» Я смотрел новости и строго их проверял. «

» Торговый пункт Фатти Чена в Дунчэне заплатил 100 000 юаней, чтобы открыть дверь. «

Цзинь Фэн мягко сказал:« Не двигайся! «

Два коротких слова вышли изо рта Цзинь Фэна, невыразимо твердые.

Изогнутая спина Чжоу Мяо слегка дрожала.

« Я вас слушаю.»

После того, как Чжоу Мяо наступил на банку и взвесил ее, он прихрамывал и поставил горшок с продуктами жизнедеятельности перед Цзинь Фэном, тяжело дыша и кашляя.

« Брат Фэн, посмотри, есть ли они все медные? «

» Лао Юаньтоу купил его утром, а я купил его по цене меди. «

Цзинь Фэн посмотрел вниз.

Это куча медных монет!

Эти монеты хранились слишком долго и долгое время не были защищены, в результате естественного окисления и конденсации в воде. Прочно слиплись, некоторые выглядят как кирпичи, некоторые — как бобины.

На медной проволоке много патины.

На некоторых медных проводах монеты, вы можете смутно видеть курсив Цяньлун, Шуньчжи и Канси.

«Медь должна быть медью. Доля медных монет, отчеканенных в разных провинциях, разная».

Глава 0011 медные и серебряные монеты

«Среднее содержание меди в медных монетах династии Цин составляло всего 70%, а содержание меди в трех поколениях Канси, Юнчжэн и Цяньлун было немного больше».

Чжоу Мяо был ошеломлен , и его губы шевелились: «Это потеря !?»

После паузы Чжоу Мяо снова сказал: «Я тот, кто проигрывает».

Цзинь Фэн поднял кучу денег и легкомысленно сказал: «Никаких потерь!»

«Получите прибыль!»

Чжоу Мяо был поражен и взглянул на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн встал, взял ящик с инструментами, достал отвертку Chuanxin, с силой вставил деньги в пакет и сильно надавил.

Сырная монета была разделена на две половины.

Отделите оставшиеся деньги из мешка и спросите: «Я спросил старого Юаньтоу, где были собраны деньги из мешка?»

Чжоу Мяо покачал головой: «Этот старый лис, коварный Очень хорошо . «

» Но это должно быть собрано в районе Сичэн. Трущобы там отремонтированы и снесены. Старый Юаньтоу в последнее время занимается здесь сделками. «

» Специальная яма есть стареет. Старик и старуха. «

« Брат Фэн, эти медные монеты ценны? »

« Только когда я их вычищу ».

Цзинь Фэн попросил Чжоу Мяо принести из дома старый уксус, смешал немного воды и тщательно перемешал, а затем бросил сыр.

Чизкейк вымачивали в уксусной воде на полчаса. Цзинь Фэн потерял отвертку из-за Чжоу Мяо, и они быстро разобрали дюжину ватрушек.

Под тусклым светом комары и мотыльки в пустыне набросились, как огонь, и были плотно пригвождены к лампочке.

Станция для отходов больше всего привлекает комаров и мух, и она находится рядом с болотом. Летней ночью от гудящих бомбардировок москитной армии онемеет кожа головы.

Был нескончаемый поток хлопков, и Чжоу Мяо укусили так сильно, что она усмехнулась, почесывая тело одной рукой.

Цзинь Фэн поднялся на мусорную гору, некоторое время корчился, взял кусок дерева, расколол его топором и поджег.

Запахи аромата исходили от зажженных дров, и зеленый дым оставался, и через короткое время окружающие комары волшебным образом исчезли.

Чжоу Мяо почувствовал себя немного странно, поэтому он огляделся, а затем посмотрел на Цзинь Фэна.

«Брат Фэн, что ты используешь?»

«Камфорное дерево! Репеллент от комаров!»

Чжоу Мяо сказал: «Я все еще много знаю о тебе».

Движения Цзинь Фэна были быстрыми, и десятки монет были быстро разбиты на куски медных монет.

Один пришел, два, уже десять часов вечера.

Цзинь Фэн продолжал бить себя по пояс, двигая мышцами и костями, немного раздраженный.

Это тело действительно плохое. По сравнению со мной было на 1% хуже.

В будущем еще многое предстоит сделать, но первое, что нужно сделать, — это поднять кости тела.

Тело — настоящая столица.

Вытрите монеты насухо сухой одеждой, и Цзинь Фэн исследует каждую монету рядом друг с другом.

Во время отправки в Сяньцяо Цзинь Фэн уже вспомнил все, что он видел и слышал в своем сердце.

В наши дни монеты различных императоров династии Цин стали предметами антиквариата.

Для Цзинь Фэна монеты династии Цин совсем не привлекали внимания, но теперь они другие.

На этих монетах изображен Канси Тунбао, изготовленный бюро Baoquan. Есть также Qianlong Tongbao и Yongzheng Tongbao из различных провинциальных бюро.

Чжоу Мяо вскипятил большую кастрюлю с кипящей водой, и Цзинь Фэн бросил в нее монеты.

Это наиболее практичный способ очистить древние монеты.

«Только те из Шуньчжи, Канси, Юнчжэн, Цяньлун и Цзяцин»

«Другие бесполезны, не надо.»

«Не кипятите воду, это испортит внешний вид Цена должна упасть. «

После инструкций Чжоу Мяо Цзинь Фэн вошел в небольшое бунгало, снял штаны и сполоснул их.

Большое отверстие в ноге длиной 20 сантиметров было болезненным.

Глядя на грязную и обшарпанную комнату, Цзинь Фэн глубоко вздохнул с кислым и едким запахом в носу.

Закурил, Чжоу Мяо уже выудил дюжину монет и поместил их в рваный пластиковый таз.

Собрал несколько из них и посмотрел на них. Двое из них открыли свое истинное лицо горы Лушань. Хотя у других все еще есть черная ржавчина, их шрифты были обнаружены.

Несколько монет были замочены в горячей воде. Цзинь Фэн взял зубную щетку и начал устранять дефекты на монетах.

Канси Тунбао положили плашмя на ладонь руки Цзинь Фэна.

Наиболее распространенный тип Канси Тунбао производится бюро Baoquan. На лицевой стороне есть дополнительный столбец слева от персонажа Канси Си, а на оборотной стороне — маньчжурский персонаж Баоцюань.

Эта монета в руке Цзинь Фэна на самом деле является монетой Бюро Баофу. Слово «бао» на маньчжурском, а слово «фу» — на китайском. Цена не низкая.

Взмахнув большим пальцем, Канси Тунбао полетел, как ночное небо, с намеком на четкий твит.

Слегка разведите руки, и монеты падают.

Ладонь руки была неправильной, и монета выходила между безымянным пальцем, между средним пальцем, в ладонь, а затем между большим пальцем.

Чжоу Мяо, который был сбоку, был ошеломлен его ловкостью, затем Цзинь Фэн пожал ему руку, и монеты упали в пыль.

Лицо Цзинь Фэна было немного некрасивым, и он молча поднял монеты.

Чжоу Мяо протянул Цзинь Фэну монету.

«Брат Фэн, ты видишь, что это?»

«Это не то же самое, что медные монеты».

Монеты передо мной отличаются от медных. монеты.Монеты находятся внутри внешнего круга.Он квадратный, но этот — полный круг, и на него тяжелее нажимать.

Монета черная с обеих сторон, если смотреть сверху вниз.

Цзинь Фэн крепко сжал монету большим пальцем и сильно потер ее, издав гул.

«Серебряные монеты !?»

Чжоу Мяо подошла к ее голове и прошептала: «Серебряные доллары?»

«Не серебряные доллары. Это серебряные монеты».

«Хотите приготовить?»

Цзинь Фэн покачал головой и сказал: «Медные монеты можно приготовить, а серебряные — нет».

«Вареная патина. тает, и оно ничего не стоит «.

« Старые стоят своих денег ».

На этот раз Джин Фэн нашел рукав кашемирового пальто среди рваных отходов и положил серебряный доллар в нее, и начал медленно втирать.

Вода в горшке медленно остывала, и Чжоу Мяо взял монеты и осторожно протер их зубной щеткой в ​​соответствии с методом, которым научил Цзинь Фэн.

Всего три Шуньчжи Тунбао, шесть Канси Тунбао, десять Цяньлун Тунбао, десять Юнчжэн Тунбао и одиннадцать Цзяцин Тунбао.

В этот момент Цзинь Фэн также перестал тереться.

Медленно развел руки, и в ночи вспыхнула серебряная монета диаметром пятнадцать сантиметров.

Чжоу Мяо снова наклонился и произнес вслух слова на лицевой стороне монеты.

«Армия Чжанчжоу платит!»

«Армия Чжанчжоу платит!»

Армия Чжанчжоу платит на серебряной монете традиционными буквами, расположенными четырьмя буквами слева направо верно, но это не очень стандартизировано.

Под словами «государство» и «армия» находится узор.

Этот узор немного похож на персонажа быка с отсутствующей горизонтальной линией снизу, и здесь много беспорядочных шелковых нитей, переплетенных с неполным персонажем быка.

Хотя шелковые нити много наматываются и перемешиваются, общий вид уникален.

Переверните и посмотрите на обратную сторону серебряной монеты: на ней два символа.

Под следом еще два слова, пас!

Военные в Чжанчжоу платят!

Следы проходят!

Чжоу Мяо указал на серебряную монету и сказал: «Брат Фэн, это достойно?»

«Это недостойно в Китайской Республике. Теперь это достойно».

«Отправьте Сяньцяо. Я не вижу в нем такой серебряной монеты».

«Такого типа серебряной монеты не должно быть в Башу».

Сказал Цзинь Фэнъюнь эти слова спокойно, Чжоу Мяо в стороне, он постоял там некоторое время, молча склонив голову.

«Ты все еще много знаешь».

На земле осталось более сотни медных монет. Цзинь Фэн подметал их, и, наконец, убрал и бросил в горшок .

Эти монеты простираются от Шуньчжи до Сюаньтуна, и большинство из них изготовлено бюро Сычуань.

Во времена династии Цин во всех провинциях были учреждения по изготовлению монет. Большая часть Tongbao, производимая Sichuan Bureau, была обычного стандарта, разного веса и имела очень большие запасы. Цены на рынке были невысокими, и коллекционной ценности практически не было.

На встрече в Гуансю была представлена ​​западная технология, и монеты на рынке были заменены монетами машинного производства, то есть небольшими медными долларами без отверстий.

Во времена Сюаньтуна, последнего императора, изготовление монет больше не было прибыльным, и его заменили механическими медными юанями.

Только бюро Баокюань изготовило небольшую медную монету, которая весила одну монету, и называлась Сяо Сюаньтун.

С тех пор, как первый император объединил шесть королевств, монеты Цинь и Банлян были отчеканены, так как у первого императора было такое же письмо, и машины шли по одной и той же дороге к официальной части Сюаньтун Тунбао.

Монеты собирал, была поздняя ночь.

Звук лягушек и насекомых доносился из болота, который был отчетливо слышен в тишине ночи.

Рев убиваемых свиней доносился из следующего трех детских домов.

Два стона становились все громче и громче, сопровождались скрипом простой доски кровати и долгим задыханием троих детей.

«Брат Фэн, может наша станция по переработке отходов продолжится?»

В маленькой узкой комнате Чжоу Мяо спокойно лежал на кровати с темными глазами в темноте. Вспышки света.

Цзинь Фэн выкурил сигарету и мягко спросил: «Неважно, откроешь ты ее или нет».

«Ты, ты хочешь открыть?»

В темноте Чжоу Мяо Повернув голову, глядя на Цзинь Фэна, сказал тихим голосом.

«Не знаю».

Глава 0012 продажа монет

После паузы снова сказал Чжоу Мяо.

«Брат Ао умеет готовить и готовить, и он готовит восхитительно. Бизнес ночных киосков с едой процветает».

«Вы умны и знаете лучше, чем любой из нас. «

» Я, я даже не закончил начальную школу «

» От горы Имперской столицы до сих пор, я даже не был несколько раз на Чунси-роуд, и имею дело с мусор каждый день «

» Станцию ​​для отходов нельзя открыть, я не знаю, что еще я могу сделать? «

Цзинь Фэн посмотрел на сломанный потолок и тихо сказал: «Если хочешь открыть, то продолжай».

Чжоу Мяо сказал тихим голосом: «Я инвалид, и у меня нет особой роскоши. Я просто хочу собрать лохмотья и положить прочь здание, подобное рваному Хоу. «

» Я заработаю это к тому времени. Деньги, возвращайся в мой родной город, построи виллу для наших братьев и найди Яю и Бейбе «.

«Мы вместе каждый день, и мы никогда не будем разлучены навсегда».

В душной и влажной комнате Цзинь Фэн лежал неподвижно, его глаза были влажными.

Чжоу Мяо не мог ответить на то, что он сказал.

Не знаю, сколько времени прошло, Чжоу Мяо повернулась спиной к Цзинь Фэну и тихо прошептала: «Брат Фэн, я скучаю по брату Дэну.»

« Я хочу Яя »

« Я хочу Бэйбэй »

« Я хочу гору Диду и наш дом »

Слова Чжоу Мяо Чжоу Мяо были задерживаясь и задерживаясь, опускаясь и опускаясь, пока они не перестали ощущать запах, дышали в пропорциональном состоянии и заснули.

Слова Чжоу Мяо были подобны ножу, вонзенному в его грудь, дрожащему от боли.

Закрыл глаза и крепко стиснул зубы.

Эта ночь была ночью возрождения Цзинь Фэна. Цзинь Фэн не спал всю ночь.

Изначально все планы в мое сердце было разрушено мечтами Чжоу Мяо.

Все планы, все отменены!

«Сто лет назад из-за разбитых гор и рек я был слишком обременен». Спасибо за возвращая меня в настоящее. Теперь, когда горы и реки все те же, страна все еще мирная, страна мирная, и люди пребывают в мире, а мечта и процветание никогда не были видны в вечности «.

«Мне больше не нужно таскать эти иллюзорные вещи. Ответственность»

«Я, будь хорошим, живи один раз! «

В три часа ночи Чжоу Мяо тихо встал и проехал на единственном электрическом трехколесном транспортном средстве на станции отходов, чтобы успеть на утренний рынок.

Утренний рынок тупой. , как в период Китайской Республики. Рынок антикварных привидений в Китае трудно увидеть.

Чжоу Мяо занимается этим бизнесом почти десять лет, и дорога знакома ему лучше, чем Цзинь Фэн.

Вначале несколько братьев вышли вместе, бродили по улицам и сделали все, но в конце концов Цзинь Фэн решил собрать тряпки.

Это единственный бизнес, не требующий капитала.

В течение многих лет упорной работы пути четырех братьев разошлись также из-за этого свалочного сайта, на этом настаивали только Чжоу Мяо и Цзинь Фэн.

Тянь Ган Ма Ма Лян, брюхо рыбы повернулось на восток, и раздался знакомый звук, электрический трехколесный велосипед Чжоу Мяо вернулся.

Десятки витков пятижильного кабеля натянуты в увеличенном грузовом отсеке толстым кулаком.

Чжоу Мяо выпрыгнул из машины с бесполезной ногой, быстро закрыл дверь и поджег большую бочку с маслом.

С огромным усилием выдернул трос из машины, умело распилил трос на метр за одним, а затем бросил его в большую бочку с маслом.

Огонь в большой масляной бочке был сильно испачкан отработанным моторным маслом и дизельным топливом. Густой черный дым поднимался в небо, и запах горелого пластика окутывал все вокруг.

Цзинь Фэн спокойно наблюдал за изощренными движениями Чжоу Мяо, осторожно топнул окурком по земле и яростно потер его.

Время показывает семь часов, а в бочке с маслом осталась только яркая медная сердцевина.

Чжоу Мяо уже приготовил кашу и достал большую кастрюлю с паром.

Он проглотил соленые огурцы и тушеные булочки.

Более чем к восьми часам в воздухе все еще витал палящий запах пустого пространства.Тетя Ван привела группу людей на мусорную станцию ​​и прогулялась.

Станция для отходов временно закрыта.

Если вы хотите возобновить работу, вы должны сначала выполнить формальности и следовать процедурам.

«Брат Фэн, что мне теперь делать?»

Чжоу Мяо стоял на пятиметровой разорванной горе, глядя на груды лохмотьев, и тихо спросил Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн переоделся в самую чистую одежду, неся полиэтиленовый пакет, и тихо сказал: «Небо не может упасть!»

«Посмотри на дом».

На станции металлолома Цзинь Фэн приехал в коттедж на скутере.

Крытый соломой коттедж очень известен, это бывшая резиденция святого поэта, жившего в Чэнду.

Ду Фу прожил здесь почти четыре года и написал более 200 стихотворений.

В конце династии Тан поэт Вэй Чжуан нашел руины крытых соломой хижин и реорганизовал хижины с соломенными крышами, чтобы сохранить их. Династии Сун, Юань, Мин и Цин были отремонтированы и расширены.

Рынок подержанных товаров рядом с соломенным коттеджем не так известен, как Шишэн. Первоначально место было очень маленьким, но позже его расширили, и площадь стала довольно большой. Каждая дверь должна была быть вдвое больше размер Посылающего Бессмертного Моста.

Каотан, Сунсяньцяо и Вэньшуфан также известны как три основных античных города в Цзиньчэне. В Каотане есть самые современные удобства, больше всего киосков и большой сарай, поэтому вам не придется страдать от солнца и дождь.

Несмотря на то, что популярность несравнима с популярностью Sending Immortal Bridge и Wenshufang, полагаясь на название крытого соломой коттеджа и принимая туристов со всего мира, простая продажа сувениров может принести много денег.

Пятнадцать миллионов городов квази первого уровня, все места полны людей.

Прилавки в теплице очень аккуратные, а представленные изделия ручной работы неотличимы от изделий с Моста фей Отправления. Большинство из них — браслеты венвань, грецкие орехи венвань и автомобильные бусины с гнилой улицы.

Резьба по дереву, резьба по бамбуку и лаковая посуда — это много крупных предметов, и есть ряд киосков, посвященных нефритовой области.

Цзинь Фэн тоже смотрел издалека, не проходя мимо.

Стоя в центре десяти акров теплицы, Цзинь Фэн немного потерялся.

Это действительно процветающий мир, о котором я никогда не думал.

Более ста лет назад любая маленькая страна с небольшим снарядом управляла военным кораблем, и два выстрела могли бы уступить землю в качестве компенсации. Только живя в ту эпоху, вы поймете, что такое унижение. .

В прошлом теплицы были аккуратными и единообразными зданиями с фасадом, на котором висели различные знаки, такие как обычный сценарий, рабочий сценарий, официальный сценарий и сценарий печати.

Декор внутри дверного фасада тоже античный и имеет свои особенности.

Ци Шичжай прошел мимо, а Цзинь Фэн вошел в антикварный магазин под названием Sansu Collection.

Этот магазин состоит из двух фасадов дверей, площадью 80 квадратных метров, разделенных на верхний и нижний этажи, оформленных в стилях Мин и Цин, а также расположение стоек богу и некоторой мебели. несколько элегантно.

Холодный воздух устремился к нему, прямо в дверь, слева от лица стоял горшок с богатым бамбуком, а справа — старинный аквариум.

Это типичное счастливое украшение фэн-шуй, — мысленно кивнул Цзинь Фэн.

В кадре некоторые фарфоровые изделия на полке Bogu в магазине имеют панорамный вид. На передней панели — четыре каллиграфии и картины в рамах, четыре джентльмена из сливы, орхидеи, бамбука и хризантемы.

Подпись современного человека, и Цзинь Фэн, естественно, этого не понимает.

В углу стоит чайный столик кунг-фу длиной более двух метров. На естественном круглом табурете, сделанном из пня диаметром в один фут, сидят два человека, неторопливо пьют чай и шепчутся. …

Всего через несколько секунд после того, как Цзинь Фэн встал у двери, молодая женщина встала на стул, имитирующий красное дерево, у двери.

Юной женщине за тридцать, и ее фигура не потеряла форму. На ней черное платье без бретелек с сильным макияжем, а ее большой алый рот похож на кровь, страшно красный.

Оба глаза посмотрели на Цзинь Фэна, скривили рот и тепло произнесли.

«Что ты сделал?»

Хотя я переоделся в самую чистую одежду и лучшую обувь, в глазах противоположной женщины я все еще был просто прохожим.

Это немного смущает Джин Фэна.

«Вы ничего не получаете?»

легкомысленно сказал Цзинь Фэн.

Холодные слова на некоторое время ошеломили женщину, и она сказала: «Конечно, будешь».

«Что у тебя есть?»

Джин Фэн достал пластиковый пакет и осторожно бросьте его на квадратный журнальный столик.

Молодая женщина взяла пластиковый пакет и присмотрелась.

Протянул руку и поманил, попросил ученика принести перчатки, вынул медные монеты из полиэтиленового пакета и положил их рядом друг с другом на квадратный стол.

Затем он принес штангенциркуль и сначала измерил размер каждой монеты.

Молодая женщина немного тронута. Он снова дико замахал руками и попросил ученика взять одноглазую лупу, которая была у него на глазах.

Это увеличительное стекло Цзинь Фэн уже видел такое увеличительное стекло, которое в то время носили часовщики из Тяньдучэн и Дамоду.

После измерения размера монеты молодая женщина взяла увеличительное стекло, чтобы внимательно прочитать ее, и это заняло полчаса.

В это время молодая женщина никого не позвала, чтобы поприветствовать Цзинь Фэна, поэтому Цзинь Фэн мог только встать.

Наконец, экспертиза закончилась, но молодая женщина сделала для Цзинь Фэна нечто неожиданное.

Попросите ученика принести планшет, открыть файл с изображением и сравнить каждую монету рядом с монетой на картинке.

Один приходит и уходит, большая часть часа ушла.

Молодая женщина здесь смотрит на монеты, а в другом углу — один из двух мужчин по имени Сяо Сун.

Глава 00135 Фулинмэнь 5 Императорские деньги

Сяо Сун — ученик в магазине. Это молодой человек лет двадцати. У него низкие брови, он приятен для глаз.

Услышав зов про себя, Сяо Сун быстро подошел, склонил голову, послушал человека в углу, взял кусок вертикального бланка и повернулся.

Проходя мимо Цзинь Фэна, слегка прикрытые глаза Цзинь Фэна слегка приподнялись и резко ударили по бланку.

Это красный восьмистрочный бланк из красной рисовой бумаги, т. е. восемь строк по вертикали. Он сделан по бамбуковым полоскам и существует в обращении на протяжении тысячелетий.

На бланке есть изображение одной стороны с впечатляющим тиснением.

Скрипт печати!

Четыре больших персонажа на картинке такие же яркие, как кровь, что бросается в глаза Цзинь Фэну.

«Солнце и луна!»

Сердце Цзинь Фэна слегка дрогнуло.

Сяо Сун отнес бланк к копировальному аппарату, распечатал его в цвете, а затем ввел в факсимильный аппарат.

Затем я взял профессиональный фотоаппарат и сделал несколько снимков, а затем отправил их на компьютер.

В это время человек в углу попросил Сяо Сун снова добавить воды, и Цзинь Фэн молча наблюдал за этим, его сердцебиение неопределенно учащалось.

В этот момент пять пальцев правой руки молодой женщины слегка коснулись поверхности стола, а затем посмотрели на Цзинь Фэна.

С ухмылкой он сказал Цзинь Фэну: «Материал настоящий, и внешний вид хороший. Сколько вы собираетесь продать?»

«Сколько вы получите? «

Цзинь Фэн немного нетерпелив.

Я пришел в этот магазин потому, что символы на табличке у двери были написаны людьми, а не машинами.

Кроме того, двухсимвольные штрихи из трех су довольно приличны, и я думаю, что владелец этого магазина неплохо справляется с этим.

Неожиданно столкнулся с такой ситуацией.

Молодая женщина сняла перчатки, сделала большой глоток из большой красно-пурпурной песочной чашки. Мань Шэн сказал: «Канси Тунбао, бюро Баокюань, это число!»

«Пятьдесят! ? «

« Да, пятьдесят! »

Услышав это, Цзинь Фэн продолжил спрашивать:« Что вы скажете о других? »

« Шуньчжи Тунбао, номер в мире Большой, эти несколько ваших нехороших по внешнему виду, и их производят несколько обычных провинциальных бюро, и их стандартный вес не стандартизирован. «

» Сорок сорок «.

«И Qianlong. И Tongbao, и Jiaqing — обычные продукты, производимые нашим бюро в провинции Сычуань».

«Одна штука — тридцать».

«Продукт Yongzheng Tongbao отличается. Я могу произвести 80 штук. в большинстве.»

Давайте поговорим много чепухи, молодая женщина также принесла калькулятор, нажала на него какое-то время и сказала Цзинь Фэну.

» Вы продаете много, я добавлю немного для вас и округлите до двух тысяч. «

Услышав эти слова, Цзинь Фэн осторожно скривил уголки рта и тихо сказал:« Вы уверены, что даете только две тысячи? » ! «

Молодая женщина была ошеломлена. После нескольких секунд застоя она улыбнулась и спросила:« Сколько ты хочешь? » «

Цзинь Фэн не ответил, он протянул руку, взял одну из монет из пяти периодов и расположил их сверху вниз.

Шуньчжи, Канси, Юнчжэн, Цяньлун , Цзяцин.

Увидев эту сцену, молодая женщина закипела, ее цвет лица внезапно изменился, и взгляд Цзинь Фэна стал неправильным.

Цзинь Фэн протянул пять монет и посмотрел на них. молодая женщина слабо сказала: «Сколько стоят деньги пяти императоров?» «

На этот раз лицо молодой женщины смущено еще больше, и ее смущение, очевидно, превратилось в гнев.

Цзинь Фэн представляет денежную систему пяти императоров.

В В прошлом пять императорских денег были разделены на большие пять императоров и малые пять императоров.

Большая пятерка императорских денег относится к Цинь Банляну, Хань Учжу, Датангу Кайюань Тунбао, Сун Юань Тунбао в Северной песне Династия и Юнлэ Тунбао в династии Мин.

Выше, за исключением Юнлэ, остальные четыре монеты являются основополагающими монетами каждой династии.

Причина, по которой Юнлэ Тунбао династии Мин смогла зарабатывать деньги императора Великой пятерки, заключается в том, что после того, как император-основатель династии Мин Чжу Юаньчжан стал троном, в то время не хватало сырой меди, и Все медные монеты Тунбао использовались как металлолом и прочая медь, поэтому их количество, переданное последующим поколениям, невелико.

Пять императоров на деньги пяти императоров — настоящие императоры.

Их боевые искусства Вэньчжи распространились повсюду в стране и за рубежом, и древние деньги, которые они отливали, — единственный духовный объект с имперским престижем, оставленный будущим поколениям.

В прошлом люди больше всего верили в истинного императора драконов, и монеты этих пяти императоров были наиболее подходящими для использования в качестве городского дома для защиты от злых духов и молитв о процветании.

Настоящие деньги Пятерки Императоров собрать сложно, и они очень драгоценны.

По этой причине есть также Деньги Императора Маленькой Пятерки.

То есть Шуньчжи Тунбао, Канси Тунбао, Юнчжэн Тунбао, Цяньлун Тунбао и Цзяцин Тунбао.

Деньги пяти императоров настолько драгоценны, что трудно найти набор. Со временем люди вместо этого стали использовать маленькие пять императорских денег.

До сих пор маленькие деньги императора пятерки стали мейнстримом.

Когда многие люди строят дома, они часто используют маленькие деньги пяти императоров, чтобы заложить фундамент и прижать главную балку. Есть больше игроков и тибетских друзей, которые используют маленькие деньги пяти императоров в качестве инструмента фэн-шуй. в своих домах и офисах.

Это привело к очень большому спросу на пять маленьких императоров, прилив усилился, и цена также неуклонно росла в последние годы.

Вчера Цзинь Фэн увидел в Сяньцяо набор небольших денег пяти императоров, три из которых были фальшивыми, но за такие наполовину фальшивые деньги пяти императоров также предлагалось 500 юаней.

Всего у Цзинь Фэна здесь сорок пять монет императора. Всего их три набора. Все они хороши по внешнему виду, и рыночная цена будет не менее 1000.

Осталось 20 других монет, и их общая стоимость не будет меньше четырех тысяч.

В антикварном магазине, если вы отправите что-то стоимостью сто юаней в антикварный магазин и продадите это за пятьдесят, это неплохо, и цена, указанная молодой женщиной, не низкая.

Однако очевидные пять молодых женщин с деньгами императора закрыли глаза, должно быть, потому что Цзинь Фэн — мирянин и покупает их только по цене обычных монет.

Это называется издевательством!

Цзинь Фэн не мог простить этого, поэтому выложил Деньги пяти императоров.

В это время она отчаянно ударила девушку по лицу, на мгновение почувствовав горячую остроту на лице, она мгновенно посинела.

Как только молодая женщина собиралась убежать от стыда и гнева, Цзинь Фэн выложил набор из пяти императорских денег.

Два набора пяти монет императора, представленные Цзинь Фэном, являются редкой версией на рынке.

Это набор из пяти денег императора, который жаждет любой игрок, который собирает и играет по фэн-шуй.

Все они производятся компанией Baofu Bureau.

Символ «Фу» на спине символизирует благословение и счастье. Пять монет представляют собой пять благословений, означающих благоприятность и счастье.

Такой набор из пяти благословений и пяти императорских денег — лучший инструмент фэн-шуй, который можно встретить, но не найти.

Бесчисленные коллекционеры-ветераны считают «Пять удач» и «Пять императоров» лучшими и потратят много денег, чтобы купить их, когда столкнутся с ними.

Встретив срочно нуждающегося покупателя, можно без труда удвоить сумму в несколько раз.

Увидев пять императорских денег Пяти Удач Линмэня, выставленных Цзинь Фэном, молодая женщина вскочила и сердито указала на Цзинь Фэна.

«Вы здесь, чтобы устроить неприятности? Ах!»

Молодая женщина была в ярости, ее лицо было бело-синим, и она сердито смотрела на Цзинь Фэна.

«Лу Чжуан Цинь Юньхуа просил вас прийти на это место?»

«Осмелитесь прийти в Сансутанг после того, как съели леопарда. У вас недостаточно храбрости, вы можете сказать мне ясно. «

Молодая женщина была очень эмоциональной, и ее явно раздражала пощечина Цзинь Фэна по голому лицу.

Он кричал на Цзинь Фэна.

Выражение лица Цзинь Фэна помрачнело, и он спокойно справился с этим и холодно сказал: «Почисти рот».

«Если ты не примешь этого, ты перестанешь говорить».«

Молодая женщина тяжело фыркнула, указала на нос Цзинь Фэна и закричала:« Я была открыта три су Тан в течение двадцати лет. Я никогда не видела ни одного ребенка ». «

» Что за человек не позаботился об этом! » ? «

» Ты, маленький подонок, убирайся отсюда. «

Веки Цзинь Фэна опустились, но звука не было.

Потому что в это время двое мужчин в углу уже встали.

Двое мужчин Всем за пятьдесят, хорошо одетый, живой студент колледжа.

Другой в очках и выглядит грустным, крепко держит руку противника, постоянно низко. Кстати, о хороших вещах.

У человека из колледжа доброе и доброе лицо, он держит за руку старика в очках и мягко утешает его, и он лично послал ее, но в его глазах есть след нетерпения.

дверь, очки Старик обернулся и поклонился выпускникам университета: «Профессор Лю, я вас умоляю. «

» Послезавтра в ломбард, прошу вас лично пойти туда. «

» Я понимаю правила. Если ломбард пойдет хорошо, я добавлю 10% к правилам. «

» Пожалуйста, примите участие. должен! «

» Послезавтра в десять часов утра! «

Профессор Лю, ученый из университета, улыбнулся, мягко прошептал и помахал старику в очках на прощание.

Повернув голову, профессор Лю помрачнел, и он сказал глубоким голосом: «Что случилось?»

«Что ты так громко делаешь?»

«Не заниматься бизнесом. Вот и все!»

Молодая женщина указала на Цзинь Фэна и закричала: «Этот маленький земельный хулиган взял эти медные монеты и намеренно устроил неприятности».

«Старый Лю, Должно быть, это место, которое назвал Тань Юньхуа. Да ».

Профессор Лю посмотрел на Цзинь Фэна, а затем на монеты на кофейном столике. Сначала его это не волновало, а затем он посмотрел вниз на какое-то время, затем поднял голову и посмотрел на Цзинь Фэна.

«Сварившиеся деньги?»

«Выглядит неплохо»

«Молодой человек, где вы их купили?»

Глава 0014 дерзкое солнце и луна

Цзинь Фэн вышел вперед и собрал деньги пяти императоров рядом друг с другом.

Профессор Лю протянул руку, чтобы прижать Цзинь Фэна: «Молодой человек, мне есть что сказать»

Цзинь Фэн поднял руку и оттолкнул руку профессора Лю. Соберите пять монет императора, положите их в пластиковый пакет и медленно развернитесь.

«Зал Сансу, пустой, получил свое название».

Холодные слова заставили профессора Лю выглядеть некрасиво, а молодая женщина сбоку побледнела от гнева.

крикнул на Цзинь Фэна: «Ты сказал, что не хотел искать вину, немедленно избавляйся от меня».

Профессор Лю ухмыльнулся со спокойным лицом и ухмыльнулся в его рот: «Мальчик, я хотел бы спросить тебя, почему мой Сансутан пуст и знаменит?»

Цзинь Фэн равнодушно сказал: «Пять благословений и пять императоров дают мне всего две тысячи долларов. Что?»

Профессор Лю хмыкнул и в изумлении спросил: «Бюро Баофу? Деньги пяти императоров?»

«Молодой человек, позвольте мне взглянуть».

«Вы не квалифицирован. «

Цзинь Фэн ответил мужественным голосом, забрал пластиковый пакет, развернулся и ушел.

Профессор Лю пробормотал два раза, глядя, как выходит Цзинь Фэн, подняв руки вверх, повернув голову и холодно крикнув.

«Что происходит?»

«Действительно пять благословений?»

Молодая женщина немного встревожилась. Она взяла профессора Лю за руку, прижав большую часть своего тела к себе. — Профессору Лю, — сказал тихо.

«Шурин, разве я не делал это для нашего магазина?»

«Я не знаю, что этот ребенок является экспертом».

Слушая рассказ молодой женщины, профессор Лю был зол.

«Не говоря уже об обычных пяти императорских деньгах, но вы ушли за пятью лучшими благословениями»

«Бай Банченг, Босс Ма и другие произнесли свои слова и умоляют о многом. денег. «

« Один комплект — тридцать тысяч ».

« Тридцать тысяч! »

« Ты »

Молодая женщина надула губы, ее большие алые губы слипаются. Перед профессором Лю он бессовестно укусил профессора Лю за ухо на глазах ученика Сяо Сун.

«Шурин»

«Это всего лишь 30 000 юаней, потому что оценочная плата, которую Ган На Кайзи дала вам, составляет 50 000 юаней»

Говоря, молодая женщина Честно руки не опускаются.

Глаза профессора Лю округлились, дважды кашлянул, ткнул молодую женщину в лоб, поцеловал и сказал, прищурившись: «Это все для тебя.»

Молодая женщина захихикала, закусив свои толстые алые губы, и подняла профессора Лю на второй этаж.

Сяо Сун посмотрела на пухлую спину молодой женщины и тайком проглотила два глотка воды. , но сделал большой глоток.

«Звери. «

» Сука. «

Цзинь Фэн покинул Сансутан, побродил вокруг и остановился перед антикварным магазином.

Глядя на двух традиционных китайских иероглифов на мемориальной доске на лице Ванмэнь.

«Лу Чжуан! «

Рот Цзинь Фэна слегка скривился и вошел внутрь.

Это то, что только что сказала молодая женщина.

Табличка на двери сделана из орехового дерева. , два символа традиционного китайского письма в Лужуане изображены энергично и естественно.

Этот тип шрифта никогда не может быть создан на основе обычного компьютерного стереотипа.

У этого магазина под названием Луичжуан есть площадь площадью всего 50 квадратных метров. У двери нет талисмана на удачу по фен-шуй, а обстановка проста и проста.

Длинный ряд стеклянных прилавков слева полон монет всех династий и Здесь есть все: от ракушек и монет-ножей до медных юаней и юаней за более чем две тысячи лет.

На стене висит несколько больших ремесленных монет, самый большой диаметр — более одного фута.

Это монета фен-шуй, и большинство людей ею не пользуются.

На открытом пространстве справа есть два длинных стола, чайный стол и стол восьми бессмертных.

За двумя столами было полно людей, болтающих и смотрящих на вещи тихим голосом. Большинство из них были седыми. Перед этими стариками стояли их собственные чашки и их собственные коллекции.

Над моей головой висят несколько птичьих клеток, а скворцы и дрозд хаги непрерывно кричат.

За стойкой никого не было, и Цзинь Фэн не возражал, поэтому он сел в кресло и сел у двери.

Рядом с Цзинь Фэном сидел старик.

Старик в очках был нежным, с ошеломленным выражением лица, крепко держа большой портфель обеими руками, глядя на дверь вялыми глазами.

Увидев этого старика, глаза Цзинь Фэна слегка переместились.

Этот старик — никто другой, просто старик, который умолял своего отца рассказать об этом своей бабушке и умолял профессора Лю в зале Сансу.

Цзинь Фэн посмотрел на старика, затем посмотрел на сумку старика и тихо, спокойно сел в стороне.

В этот момент у старика зазвонил телефон, и старик ответил на звонок, постоянно кивая головой, говоря, что это примирение.

Повесив трубку, старик слабо сел, достал салфетку и все время вытирал пот с головы.

Цзинь Фэн стоит рядом с ним, и каждое слово на другом конце телефона четко слышно.

Еще через десять минут в магазин наконец-то вошли люди.

Старик лет шестидесяти, в белой рубашке, серых брюках и черных суконных туфлях, высокий и высокий, с серебристыми волосами, яркими глазами, красным лицом, полный энергии.

Увидев этого человека, глаза старика рядом с ним внезапно загорелись, он быстро встал, поспешно поздоровался с ним и почтительно закричал.

«Старый Тан».

«Наконец-то жду тебя.»

«Я Сунь Линго. Вчера профессор Сюэ разговаривал с тобой по телефону»

Он напевал, улыбнулся, пожал руку Сунь Линго и вежливо сказал: «Прошу прощения за опоздание».

«В провинции проходит семинар о потерпевших кораблекрушение сокровищах Чжан Сяньчжуна. Мы должны велите нам уйти. Старики подходят, чтобы собрать количество людей «

» Старый Сюэ уже рассказал мне о вашем бизнесе, и его дело — мое «

» Но я только коснулся разных предметов. Некоторые пороги, если вы говорите, что вы опытны, вы действительно не осмеливаетесь им быть. «

Сунь Лингуо поспешно достал большой красный конверт и протянул его обеими руками.

«Ты слишком скромен. Ты старый хранитель городского музея и один из лучших разноплановых знатоков Цзиньчэна. Ты можешь считать древние монеты в стране»

Тан Лао Цюэ Он не протянул руку, чтобы получить красный конверт, махнул рукой, засмеялся и сказал: «Слава создается из лести».

«Лао Сюэ и вы выпускники, а Лао Сюэ и я — коллеги, мы не посторонние «

» Я хочу поехать в Миньцзян, чтобы найти сокровища кораблекрушения Чжан Сяньчжуна в 1983 году. В то время я был уткой, или старый Сюэ научил меня плавать «

» Старый. «

Доступность Тан Лао очень заинтересовала Сунь Линго, и он сказал с улыбкой:» Тогда, пожалуйста, будь стар «.

Тан Лао также не лицемер:» Ваша ситуация Старый Сюэ сказал мне, что ситуация особенная, и я не могу гарантировать, что увижу ее. «

» Сначала дайте мне фотографию печати. ​​Я старше, и я не могу смотреть на нее больше, чем раньше. «

Сказав это, Тан Лао повернул голову, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, и улыбнулся.

«Молодой человек, мне нужно подождать, я покажу кое-что старому брату Баю»

«Он договорился о встрече вчера, хаха, извини».

«Сяо Ляо, дайте этому младшему брату чашку Эмэй Маофэн».

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Пожалуйста.»

Тин Лао посмотрел на Цзинь Фэна, моргнул и улыбнулся.

Два стола в магазине были заняты стариками восьмидесяти лет. Тан Лао не возражал. Он взял восьмистрочный бланк Сунь Лингуо и подошел к двери.

Слегка щелкнул, и восьмистрочный бланк задрожал прямо.

Большой ярко-красный шрифт был обращен к солнцу и просачивался сквозь него. Генерал Хунманг.

«Солнце и луна! «

Глядя спереди и с другой стороны, я взял увеличительное стекло и смотрел на него две или три минуты. Только после этого Тан Лао разложил фирменный бланк на стеклянном прилавке и заменил его профессиональным увеличительным стеклом. стакан 15 раз. Проверьте внимательно.

Сунь Лингуо осторожно отошел в сторону, сжал голову и ноги, крепко сжимая большой красный конверт, даже не осмеливаясь сделать глоток атмосферы, и посмотрел прямо на Тан Лао.

Цзинь Фэн посмотрел ему в глаза и тихо вздохнул в глубине души.

Старый хранитель Муниципального музея, на этом уровне, талант в этом аспекте Китая

Сокровище Чжан Сяньчжуна !?

Миньцзян !?

Тинь Лао наблюдал за этим более 20 минут. В это время он остановился на некоторое время, закрыл глаза и поднял голову, как будто он ищет информацию в своей голове.

Прочитав фотографию на бланке, Тан Лао достал свой мобильный телефон и сделал несколько звонков, вытирая пот со лба.

«Это меня действительно озадачило».

«Ничего, это действительно сложно, хаха»

«Но не волнуйтесь, меня зовут старые друзья Юэдун Юэ Си. мне что-то. «

» У этих стариков может быть эта информационная запись в руках. «

Сунь Лингуо естественно кивнул, согласился и снова отправил красный конверт.

Старый Тан улыбнулся и спокойно сказал: «Не торопись».

После паузы Старый Тан махнул Джин Фэну: «Молодой человек, твоя очередь. Я могу помочь, если есть чем-нибудь. Вы заняты? »

Цзинь Фэн встал и поставил пластиковый пакет на стойку:« Деньги в обмен на деньги ».

Старый Тан взглянул на пластиковый пакет.

«Из бюро Баофу».

Глава 0015 — подделка! ?

«Бюро Юнчжэн Баофу»

«Это редко».

«Ну что, вареные деньги ?!»

«Только что вышли !?»

«Да»

«Есть также из бюро Цзяцин Баофу»

«Привет, пять благословений, замечательный молодой человек»

В рот Как он сказал, движения в руках не замедлил, надел перчатки и достал монеты, просматривая одну за другой.

Тан Лао также использовал увеличительное стекло и штангенциркуль, но время идентификации было намного короче, чем у молодой женщины из Сан-Сутанга.

Менее чем через десять минут Тан Лао отложил увеличительное стекло, положил кусок пяти удач и пяти императоров, он глубоко вздохнул и сказал с улыбкой.

«Пять благословений. Я давно их не видел».

«Какая забавная вещь, редко иметь такой хороший внешний вид, лучший выбор для артефактов фен-шуй. «

« Остальные пять монет императора также хороши по внешнему виду. У вас все еще есть рука, когда вы разыгрываете монеты? »

« Семья? »

— ответил Цзинь Фэн. равнодушно: «Куски монет, открыв их, я их стираю».

Тан Лао кивнул: «Я эксперт.Молодежь в наше время не интересует старые предметы. «

» Молодой человек, вы собираетесь сделать шаг? «

Цзинь Фэн кивнул:« Все выстрелы. «

» О, сколько вы собираетесь продать? «

» Ты сказал. «

Тин Лао кивнул с проблеском признательности в глазах, он, похоже, хорошо чувствовал Цзинь Фэна.

» После того, как я ушел на пенсию, играть в этот магазин было скучно, в основном из-за Старые братья и друзья, которые любят антиквариат и игры, — это место, где можно встретиться и пообщаться. «

» Если вы говорите, что не зарабатываете деньги, это должно быть фальшивка. Моя внучка все еще предоставляет комнату в большом волшебный город. Привет, «

» Что ж, позволь мне найти босса для этого набора «Пяти удач», и ты сможешь обсудить цену самостоятельно «

» За остальное я заплачу три тысяча. «

» Что вы думаете? «

Цзинь Фэн слегка кивнул:« Хорошо. «

Тан Лао был немного удивлен. Слова Цзинь Фэна были очень лаконичными. Хотя он был одет просто, его аура и темперамент были похожи на необычных людей.

Тан Лао был еще больше удивлен. Да. , Решение Цзинь Фэна.

В эпоху, когда есть груды фальшивых матерей и маленькое свежее мясо, Цзинь Фэн все еще однажды видит молодого и способного молодого человека.

Хе-хе кивнул и сказал, что да, Тан Лао попросил продавца взять контракт и попросить Цзинь Фэна подписать его.

Цзинь Фэн снова увидел текущий торговый контракт, легко проведя по нему пальцем и сразу взглянув на десять строк.

Лун Фейфэнву подписал пером свое имя и вернул его.

«Шипение»

Когда Тан Лао увидел подпись Цзинь Фэна, он зашипел, и оба глаза загорелись.

«Безумная трава»

«Эй, это»

«Цзинь Цзиньфэн»

«Хорошее слово!»

Тин Лао Глядя на Цзинь Фэна снова глубоко, он был втайне удивлен.

Вскоре три тысячи юаней были доставлены Цзинь Фэну, и г-н Тан крикнул группе стариков внутри в это время.

«Братья, грядут добрые дела».

«Пять благословений, пять денег императора».

«Подлинно. Отлично».

«Это Есть что-нибудь, что тебе нужно? «

Как только голос упал, дюжина стариков на двух чайных столиках поднялась.

Все кричали, что я хочу, я хочу.

Просто набор из пяти благословений и пяти денег императора, вы хотите их все, в конце концов есть только один путь.

Чем выше цена.

Впоследствии цитаты стариков были еще более удивительными.

Один старик лет семидесяти, который был самым гордым, предложил высокую цену в тридцать пять тысяч и стал первым в аудитории.

Старик похлопал себя по груди и громко сказал: «У моего сына есть деньги, а в его новом офисе нет набора из пяти императорских денег».

«Никто из вас не должен драться со мной. «

Вышла высокая цена в тридцать пять тысяч пять, и другие потеряли дар речи, они промыли несколько слов в адрес старика и вернулись на свои места, продолжая хвастаться.

Старик позвонил, и через двадцать минут кто-то отправил деньги.

Контракт о передаче был подписан снова, и у Цзинь Фэна было еще 35 000 юаней.

«Молодой человек, вы довольны. Эта дверь с пятью гаданиями сейчас пользуется большим спросом, обычно в начале восьми тысяч. Этот набор товаров самого высокого качества, и его можно рассматривать как продается по хорошей цене. «

» С этого момента, если у вас есть хорошие вещи, просто отправляйте их. Пока они будут монетами, я приму их в деревне, открытой Юньхуа Танем. «

« Конечно, фальшивые, они мне не нужны, ха-ха »

Взяв деньги, Цзинь Фэн не сказал много и кивнул Тань Юньхуа:« Куратор Тан очень великодушен ».

В это время компьютер Тан Лао отправил предупреждение от Пингвина.

Старый Тан закричал и сказал с улыбкой: «Привет, это мой старый одноклассник Ван Хуайли, заместитель декана провинциального музея провинции Восточный Гуандун»

«Я пришлю его так скоро , Надеюсь, это хорошие новости. «

Сидя рядом с ним в течение долгого времени, Сунь Лингуо вскочил и нетерпеливо посмотрел на компьютер, с сердцем в горле.

Тин Лао открыл файл документа перед Сунь Лингу.

Получился кусок желто-черного бланка с крошечными буквами на нем, аккуратный и аккуратный, как печатная продукция.

Бланк проштампован с одной стороны. Подсчитано, что это давно, и я давно смотрел на шрифт на карте.

Но для Тан Лао это несложно.

Сначала увеличьте изображение штампа на бланке, затем распечатайте его в цвете, а затем сравните изображения на двух бланках.

Внезапно лицо Тана побледнело.

Тело было ошеломлено, а руки окоченели.

«Как это?»

«Это неправильно?»

Когда Сунь Лингуо увидел, что Тан Лао выглядит вот так, его голос изменился, его руки слегка задрожали, и — спросил он дрожащим голосом.

У Тан Лао торжественное выражение лица, он держит в каждой руке листок бумаги для писем, некоторое время стонет и тихо вздыхает.

«Мистер Сунь, простите меня за мою слепоту. Я не вижу этого.»

» Извините. «

В целом, говоря об антикварной индустрии, я не могу это объяснить. Это вежливые и эвфемистические слова. Те, кто знает, как это сделать, естественно, знают значение этого предложения.

Сунь Лингуо был парализован и мягок. Сядьте с мягкой задницей.

«Даже не могу сказать? ! «

» Это подделка. «

« Подделка, подделка »

Тин Лао мягко и спокойно сказал:« Это письмо дал мне мой старый одноклассник из Университета Тианду. Теперь он заместитель директора провинциального музея провинции Восточный Гуандун «

» На бумажном письме изображен памятник префектурного округа в провинции Восточный Гуандун в период Юнчжэн. Картинка выше тоже смелая. «

» Бланк моего одноклассника должен быть в порядке. Сразу после того, как я проверил его, фотография г-на Сунь отличается от изображения на мемориале. Есть разница в фактуре. «

Сунь Лингуо тупо спросил:» Какая текстура? » «

Тань Юньхуа терпеливо объяснил.

« В древние времена, будь то официальная печать или частная печать, она была самым важным доказательством для всех, и все уважали ее. Это символ лица и лица.»

« Древние подделки и подделки не намного лучше, чем сейчас. Поэтому, когда частные печати многих известных художников будут завершены, они намеренно выгравируют особые текстуры ».

«Это эквивалент сегодняшнего QR-кода и знака защиты от подделок. «

» Этот вид обработки также был чрезвычайно эффективным методом борьбы с подделкой в ​​то время, и он использовался до тех пор, пока не был изменен. «

« В нашей линейке рисунки и печати всех известных художников необходимы для вводных курсов. Когда я учился в университете Янь, мне потребовался целый год, чтобы запомнить эти знаменитые печати ».

Цзинь Фэн выслушал эти слова и тайно кивнул.

«После изменений все больше и больше людей делают подделки, и технология изготовления подделок меняется с каждым днем. Даже экспертам приходится это делать. попал в глаз. «

» Особенно на частных марках. С развитием компьютерных технологий наиболее важные марки и изображения, использовавшиеся в прошлом для идентификации каллиграфии и картин, находятся перед компьютером, что совершенно бесполезно. «

» Поскольку компьютер может имитировать любую текстуру любого штампа, текстура неплохая. «

» Поэтому сейчас в оценке каллиграфии и живописи штампы и печати известных художников давно ушли в прошлое. «

» Мистер Сунь, вам не нужно беспокоиться о своей квадратной фотографии.»

» В конце концов, я не смотрел на самый важный печатный объект, и у вас не было его в руках. Я могу судить только по изображению, которое вы дали. «

«Лучший способ — получить это натурой. Потом в принципе можно доработать. «

Сунь Лингуо вообще этого не слышал, его лицо было ошеломленным, а тело дрожало.

Цинь Юньхуа посмотрел ему в глаза и успокаивающе улыбнулся ему в рот.

p109>

«Я говорю. Ты не скрывал свой рот, ты выпускник Старой Сюэ»

«Есть что-то, что тебя оскорбляет, пожалуйста, не принимай это близко к сердцу. «

Значение слов Цинь Юньхуа очень очевидно, то есть он видит лицо Лао Сюэ и говорит правду.

Где Сунь Лингуо может слышать эти слова, он закрыл глаза и вздохнул , старые слезы Длинный ручей, слезы залились слезами.

«Этот зверь, блудный сын, блудный сын, блудный сын»

«С таким же успехом я мог бы не рожать его»

«Я действительно не должен был рожать этого зверька, выходи»

Сунь Лингуо изо всех сил пытался встать, поклонился Тань Юньхуа и обеими руками протянул большой красный конверт.

«Спасибо Лао Тану, пожалуйста, примите это».

Юньхуа Цинь оттолкнул красный конверт и мягко сказал: «Нет необходимости поднимать руку».

«Вы заняты?» Помогите, давайте сначала поговорим о вашем деле».

Сунь Лингуо кивнул со слезами в уголках глаз и в отчаянии вышел с сумкой, покачивая головой и вздыхая.

Тань Юньхуа также покачал головой, посмотрел на фотографии на двух бланках и пробормотал себе под нос.

«Солнце и луна!»

«Я не слышал, чтобы кто-нибудь говорил об этом».

Внезапно Тан Юньхуа кое-что вспомнил, а затем посмотрел вверх. но я не видел Цзинь Фэна.

Контракт о передаче, подписанный Цзинь Фэном, был снова разорван, указательный палец его правой руки вытянулся в воздухе, и он время от времени задыхался от кондиционера, восклицая.

«Хороший характер, действительно хороший характер»

«Я не видел такого хорошего персонажа много лет».

Цзинь Фэн выложил 38 000 юаней. Цянь уже покинул Лужуан и решил сначала поправить свое тело.

Мое собственное тело действительно в плохом состоянии, и единственный способ выздороветь — это принимать пищевые добавки.

Сотни рецептов были записаны в его голове, и Цзинь Фэн выбрал один, чтобы улучшить свою физическую форму в кратчайшие сроки.

Это один шаг.

Мы едем на тележке в город международной торговли Санхуань. Это крупнейший оптовый рынок лекарственных материалов в провинции и самый крупный профессиональный рынок лекарственных материалов в стране.

Лекарственные средства, взятые у источника, определенно дешевле, чем взятые в аптеке, и намного дешевле.

Рынок площадью 200 000 квадратных метров переполнен людьми, и сейчас сезон продажи кордицепса. Во всех частях страны, в том числе на острове Гонконг, острове сокровищ и острове Макао, все в порядке. известные залы китайской медицины и самые профессиональные врачи-мастера компании, все они собираются здесь, покупают и покупают.

Со времени промышленной революции глобальное загрязнение растет день ото дня, и уже давно оно подавлено.

Квинтэссенция китайской медицины также сокращается.

Самая большая причина — нехватка китайских травяных лекарств и отсутствие качества.

Хотя каждая крупная фармацевтическая фабрика и большая аптека создали свою собственную базу лекарственных материалов, искусственно выращенные лекарственные материалы никогда не догонят дикие продукты, которые рождаются и выращиваются.

После получаса в Городе лекарственных материалов Цзинь Фэн не решился спуститься.

Лекарственные материалы из моего рецепта доступны здесь, но боссу немного не хватает года.

Я только что спросил магазин женьшеня. Цена дикого женьшеня в течение 30 лет составляет 1000 юаней за грамм. Когда Цзинь Фэн спросил владельца о цене дикого женьшеня в течение 100 лет, владелец выглядел как Цзинь Фэн Ит. наблюдает за вымершими динозаврами.

Отношение к некоторым компаниям после ухода было таким же.

Скучный продавец усмехнулся Цзинь Фэну и сказал, что в наши дни, не говоря уже о сотне лет дикого женьшеня, даже пятьдесят лет дикого женьшеня — это редкая цена.

В прошлом году на всей горе Бэкту команда сборщиков женьшеня выкопала 50-летний дикий женьшень.

Тогда же было записано видео, количество просмотров превысило 10 миллионов.

В этом году я даже видела волосы из корня дикого дикого женьшеня.

Когда он ушел с рынка, Цзинь Фэн тоже был немного разочарован. Хотя это беспрецедентный период процветания, некоторые вещи больше никогда не увидят.

Лаошаньский женьшень — одно из основных лекарств для кондиционирования тела. Без лаошаньского женьшеня рецепт не подействует.

Даже если он найдет горный женьшень вековой давности, у Цзинь Фэна в настоящее время нет финансовых средств, чтобы его купить.

Сто лет дикого женьшеня по цене

Астрономическое число совершенно невообразимо.

Если нет возможности, то поменяйте рецепт.

Затем я пошел на два других рынка лекарственных материалов. Хотя они не такие большие, как коммерческий город, два торговца занимаются этим уже давно, и лекарственные материалы очень полны.

Это не более чем торговый город. В дополнение к магазину дверного фасада посередине есть большой сарай, который особенно используется мелкими торговцами и разносчиками.

Большинство лечебных материалов производится в горных районах провинции, и их лечебные свойства и эффективность считаются умеренными.

Джинлинь начал покупать в этих киосках.

В мгновение ока большая часть из тридцати восьми тысяч долларов в обмен на деньги пяти императоров ушла на половину денег, но только пятая часть рецепта была соблюдена.

Гуляя, было чуть больше полудня, Джин Фэн потрогал деньги в кармане и тихо вздохнул.

Хотя процветающий век — это хорошо, серебра недостаточно.

Имея собственные знания, в этот процветающий век я могу начать с нуля.

«Ха!?»

Цзинь Фэн остановился и внезапно повернулся назад.

В будке позади него ничем не примечательная трава попала ему в глаза.

«Тающая трава!»

Глаза Цзинь Фэна внезапно сжались, но он спокойно слез с тележки.

Передо мной ряд киосков у входа на рынок лекарственных материалов. Говорят, что здесь нельзя ставить киоски, но сегодня суббота, и никто не ходит на работу.

Это хорошее место, чтобы установить здесь киоск, и здесь нет платы за киоск. Это излюбленное место многих низкоуровневых продавцов.

Каждый стойл невелик, просто карман из змеиной кожи на земле с какими-то лекарствами.

Мака, Codonopsis, Yijian, Panax notoginseng, Ganoderma lucidum и круглый женьшень в большинстве прилавков.

Есть также прилавки с сушеными грибами снежного человека, грибами мацутакэ и куриной пихтой, а также сушеным перцем, дикими грибами и грибами.

Большинство киосков одеты в национальные костюмы, а кожа у них темная и бронзовая.

В этом месте популярность, очевидно, намного выше. Многие люди смотрят и спрашивают цены. Большинство пешеходов не знают, как это делать, а лекарственные материалы не перемещаются. Многие люди покупают дикие грибы и грибы.

Цзинь Фэн зажег сигарету, глубоко вздохнул и пошел рядом друг с другом в потоке людей. Он остановился и полминуты осмотрел каждую кабину и, наконец, сел на корточки перед одним из киоски.

Хозяйка этого ларька — тибетская девушка, в уникальном тибетском халате, с цепочкой янтарных ожерелий на груди, в высоких кожаных сапогах, у нее изящная фигура, и она очень соблазнительна.

Прилавки забиты обычными лекарствами. Чтобы быть особенным, есть также бутылка кордицепса и бутылка шафрана.

После получения согласия тибетской девушки Цзинь Фэн взял кордицепс, посмотрел на него, задал несколько вопросов наугад, а затем пролистал другие лекарственные материалы.

Кордицепс на прилавке тибетской девушки был неплохим. Два человека присели на корточки рядом с Цзинь Фэном, постоянно ища и нюхая шафран и другие лекарственные вещества.

В этот момент Цзинь Фэн спокойно взял в руку лекарственное растение.

Лекарственные вещества очень распространены, но они одного фута высотой, коричневые на всем протяжении, корневища всего пять сантиметров в длину, и они представляют собой густые складки, немного похожие на сосновую кору.

Сверху четыре четырехлистных ветки, разложенные в форме четырехугольника.

Хотя он превратился в ничто, шестнадцать листьев целы.

«Конечно, это ты!»

«Тающая трава!»

Сердце Цзинь Фэна сильно билось, и самая глубокая часть его зрачков вспыхивала самой фанатичной пульсацией.

Этот плавильный завод очень хорошо сохранился, и я должен восхищаться тем, что человек, который его собрал, определенно является мастером.

Цзинь Фэн схватил расплавленную кровавую водоросль в руке и не мог больше сдерживаться.

«Ян Цзи, что это за лекарственный материал?»

Ян Цзи было меньше двадцати лет, и красное лицо Гао Гао покраснело, но он также был прямым и великодушным. Он сказал Цзинь Фэну встать.

«Это то, что оставила Паула. Я не знаю, что это?»

Простая и честная девушка Ян Джи немного застенчива, ее нежный голос несет чистый аромат плато трава.

Пола также называют дедушкой и дедушкой по-тибетски.

«Мой дедушка никогда не рассказывал нам об этой траве».

Сказал Цзинь Фэн, почувствовав особый запах тающей травы, этой тающей травы. Год будет не меньше двухсот лет, что редко встречается в мире.

мягко спросил: «Почему ты, Паула, не пришла?»

На лице Янцзи появилась грусть: «Бола ушел, я учусь в Институте национальностей, суббота и воскресенье. Приходите и сделайте прилавок.»

«Сколько продается эта трава?»

«Пятьдесят».

Цзинь Фэн достал пятьдесят долларов и передал их, держащий расплавленную кровь. Трава забралась на тележку и слилась с катящимся потоком.

Тающий сорняк был определенно случайным, и я этого не ожидал. Вы должны знать, что тающий сорняк уже вымер в период Цяньлун, потому что среда, в которой он рос, была чрезвычайно требовательной.

Его можно найти только на священной горе в тибетских районах.

Но его эффект резко контрастирует с небом.

Проходя мимо сувенирного магазина, Цзинь Фэн купил длинную коробку, осторожно положил в нее расплавленную кровяную водоросль, обмотал ее снаружи скотчем и положил в рюкзак.

Съев тарелку простой лапши, мы поехали в район Сичэн.

Вчера вечером Чжоу Мяо сказал себе, что медные монеты, которые принес старый Юаньтоу, скорее всего, были из района Сичэн, где с момента освобождения сохранились трущобы, и там должно быть больше старых вещей, чем в других местах.

Вчера я отдал его Сяньцяо на полчаса. Сегодня, в коттедже с соломенной крышей два часа, Цзинь Фэн в основном смотрел на нынешний антикварный рынок.

Золотой век антиквариата в смутные времена, настоящие старые предметы давно вымерли, даже Боя Чжай Сю Вэнь, Лужуан Тань Юньхуа и Зал Сансу профессора Лю не видели прекрасных предметов антиквариата, не говоря уже о других вещах. магазины.

В такой среде Цзинь Фэнконг обладает способностью защищаться от неба, и он может начать с нуля, шаг за шагом.

В июле, после наблюдения за морем несколько дней назад, в Цзиньчэне стало очень жарко, и высокая температура в 40 градусов на улице в течение нескольких дней превратила весь город в большой пароход.

Полуденное солнце жгучее всего. Солнце светит сквозь листья падуба, странно освещая землю.

Проехав несколько километров, Цзинь Фэн тоже запыхался и медленно двинулся вперед, опираясь на тротуар.

Под деревьями, затененными деревьями, неутомимый вой малиновки раздражает.

Большая группа людей плотно окружила тротуар.

Из толпы раздался печальный крик, и в жаркий полдень он прозвучал очень пронзительно.

Цзинь Фэн сделал три раунда, собираясь обойти, но случайно взглянул и остановился.

Девушка встала на колени на землю, крепко сжав кулак.

Под ногами девушки лежит старик.

Этот старик, Цзинь Фэн, встречался сегодня дважды.

Я однажды видел этого старика в зале Сансу профессора Лю. Этот человек умолял профессора Лю прийти на прием послезавтра.

Благодаря ему Цзинь Фэн увидел смелую картину.

Этот штамп, даже если он обратится в пепел, Цзинь Фэн не забудет его.

Потому что этот штамп использовался раньше.

Цзинь Фэн никогда не забудет то, что использовал раньше.

Во второй раз я увидел, что этот старик был в Лужуане Тань Юньхуа.

Этот человек держал большой красный конверт и попросил Тань Юньхуа проверить подлинность штампованного изображения отважного солнца и луны.

Этот старик называет себя Сунь Линго.

Цинь Юньхуа — хороший человек, но результат оценки разочаровал Сунь Линго. С того момента, как Сунь Лингуо ушел, только Цзинь Фэн увидел отчаяние в глазах Сунь Линго.

Даже Цзинь Фэн увидел решительность в глазах Сунь Линго.

Неожиданно, сколько времени прошло, и в мгновение ока я встретился снова, но Сунь Лингуо уже лежал на земле.

На земле Сунь Лингуо выглядел серым, немного голубоватым, его глаза выпучены, все его тело окоченело, почти не билось сердцебиение, и он все еще крепко держал восьмистрочный бланк в руке.

Такие случаи чаще всего вызваны внезапным инфарктом миокарда или кровоизлиянием в мозг. Штамп был признан ложным, а удар по Сунь Лингу не был легким. С этим невозможно согласиться. Внезапный инфаркт миокарда или кровоизлияние в мозг также разумно.

На коленях рядом с Сунь Лингуо стоит девушка с короткими волосами и ушами.

Тонкая черная шелковая пуповина, которую носят на верхней части тела, хотя стоит на коленях и наклоняется, все же не может прикрыть гордого высокого и прямого.

Нежная и глубокая ключица, пушистая перевязь волнообразно колеблется между мягким удушьем девушки, глубоким оврагом и безграничной пружиной.

На плоской нижней части живота не видно следов жира даже на коленях. На нижней части тела короткие джинсовые шорты, туго натянутые, а длинные бронзовые ноги указывают на то, что эта девушка должна быть помолвлена. в спорте. профессии.

Изысканная ключица, тонкая талия, а лицо нежное, как цветок персика, полное дикости, что вызывает у людей восторг.

Девушка встала на колени рядом с Сунь Лингуо, непрерывно нажимая пальцами на грудь Сунь Лингу, постоянно нажимая.

Цифры у нее во рту были поспешными и скромными. Когда счет достиг десяти, девушка сразу перестала прижиматься к груди и ущипнула Сунь Линго за нос для искусственного дыхания.

Искусственное дыхание прекратилось через три секунды, девушка снова прижала Сунь Лингу к груди и начала сердечно-легочную реанимацию.

Время и сила всего процесса достаточно точные, видно, что эта девушка профессиональный человек.

После того, как реанимация сердца была сделана, девушка положила уши на грудь Сунь Лингу, внимательно прислушалась в течение нескольких секунд, а затем снова начала искусственное дыхание.

Несколько раз подряд Сунь Линго молчал, его лицо уже было голубовато-серым, это был безжизненный конденсат.

Девушка не сдалась.

Механически и аккуратно делал искусственное дыхание и сердечно-легочную реанимацию снова и снова, механически считая числа во рту.

Жестокий солнечный свет безжалостно сиял, и тело девушки было уже мокрым, пот на ее лбу капал по капле, дыхание учащалось, а цвет лица становился все бледнее и бледнее.

После очередного искусственного дыхания и восстановления пульса сердца Сунь Лингуо все еще не двигалась. Девушка встала на колени на раскаленную землю, плотно закрыла глаза, сжала кулаки и испустила резкий горестный крик.

«Ты скоро просыпаешься, ты просыпаешься…»

«Просыпайся…»

«А…»

Девушка уронила голову, слезы и смыть потом.

«Что вы, ребята, смотрите, пожалуйста, уходите за моей старушкой».

«Вы счастливы, когда умрете?»

«Убирайтесь -«

Зрители, молодые и старые, мужчины и женщины были равнодушны. Многие мужчины жадно смотрели на обнаженное тело девушки от начала до конца грязными и презренными глазами.

В этот момент рука Сунь Лингуо слегка расслабилась, его голова мягко наклонена в сторону, его глаза устремились в одну сторону, его тело застыло.

Девушка издала очередной жалобный крик в небо, ударила себя кулаками по бедру и слабо наклонилась.

Голова слабо висит на груди, спина слегка дрожит, горько плачет.

В этот момент сердце Цзинь Фэна внезапно задрожал.

«Если ты мне не веришь, ты не сможешь спасти тебя!»

«Я хочу спасти тебя!»

Девушка казалась очень упрямой После нескольких секунд молчания она внезапно уставилась на него. Кусив губу и крича, он достал из сумки небольшую коробку.

В коробке набор серебряных игл.

Удалите трехдюймовую иглу, ущипните серебро и проткните им грудь Сунь Лингу.

В этот момент раздался мужской голос хриплым и безлюдным голосом.

«Не попадайтесь!»

Девушка внезапно испытала шок.

Подняв голову, он увидел мужской голос, тихо стоящий перед ним, его глаза успокоились, черные и яркие глаза были такими же глубокими, как Тихий океан.

«Я иду!»

Цзинь Фэн опустился на колени, взял у девушки трехдюймовую серебряную иглу, вынул зажигалку и быстро прожег ее взад и вперед девять раз серебряная игла… Он без малейшего колебания проткнул иглу.

Игла помещается в акупунктурную точку Шентинга на макушке Сунь Лингуо. Слегка поверните и вставьте иглу в две точки.

Цзинь Фэн небрежно крикнул: «Двухдюймовые иглы».

Девушка уставилась на технику шитья Цзинь Фэна и внезапно открыла свой маленький рот, полностью ошеломленная.

Цзинь Фэн оглянулся, взял игольницу из руки девушки с угрюмым лицом, его глаза метнулись, и его сердце внезапно задохнулось.

Эта игольница на самом деле сделана из Pterocarpus striata. Кажется, патине более двухсот лет.

Взяв двухдюймовую серебряную иглу, Цзинь Фэн еще раз зажег ее зажигалкой девять раз, даже если она прошла детоксикацию, после чего была сделана еще одна инъекция.

Этот участок акупунктуры все еще находится на макушке головы Сунь Лингу, над правой бровью, в точке акупунктуры Сюань.

Игла остановится через три минуты, а хвостик иглы будет закручен четыре раза!

Правая рука опустила иглу, а левая рука уже держала три другие серебряные иглы в игольном ящике.

Остановите акупунктуру в акупунктурной точке Сюаньку, быстро зажгите зажигалку, чтобы стерилизовать три серебряные иглы диаметром один дюйм в левой руке, выстрелите в нее, как электричество, почистите ее три раза подряд и проколите пять точек акупунктуры, изначальный бог и окошко один за другим.

Нижние иглы остановятся через три с половиной минуты, две точки и одну семь точек соответственно.

С этими тремя иглами скорость Цзинь Фэна еще выше.

Поднимая короткие рукава Сунь Лингуо, его пять пальцев сводятся вместе, и последние четыре шестидюймовых, семидюймовых и восьмидюймовых серебряных иглы в игольном ящике выходят из промежутков между пальцами.

Четыре иглы соединяются и погружаются в Тяньту, Цзыгун и Цзыфу соответственно. Последняя игла — Таньчжун.

Прокалывая иглу, Цзинь Фэн прижал другую ладонь к груди Сунь Лингу, слегка потирая ее и хлопая вместе с глубиной и силой иглы.

Сунь Линь Гуотэн, который уже был в ярости, сел.

«Вау!»

упал!

Сунь Лингуо выпустил кровавый сгусток крови, после чего он лежал на боку, свернувшись клубком, и его постоянно рвало.

Тело содрогалось и дрожало, нос и слезы текли вместе.

Произошла эта невероятная сцена, и все в комнате закричали, как призраки, и в панике попятились.

Отважный упал на землю, но полностью проигнорировал это, встал и побежал.

Цзинь Фэн сел на землю, его лицо было бледным и ужасным, а все его тело было таким мокрым, как будто его только что выловили из воды.

Коротковолосая женщина сбоку была потрясена, широко раскрыла глаза и в изумлении уставилась на Цзинь Фэна.

Но во рту раздался беззвучный крик: «Призрачная игла»

Цзинь Фэн крепко стиснул зубы, его лицо было отвратительным и болезненным, его правая рука дрожала, указывая на Сунь Линго, шипя : «Он перевернул его!»

На первый взгляд женщина с короткими волосами увидела Сунь Лингу, свернувшуюся калачиком, как младенец, и ахнула.

поспешно подошел, ощупал обеими руками, взял Сунь Лингу за запястья, сжал оба больших пальца, ущипнул Маймена Сунь Лингу, протянул руки и хлопнул в ответ.

Сунь Лингуо внезапно упал в объятия коротковолосой женщины.

Женщина с короткими волосами обняла нижнюю часть живота Сунь Линго обеими руками сзади, подняла правое колено и без колебаний положила его на спину Сунь Лингу.

Укрепи обе руки, крепко обними.

Сунь Лингуо все еще дрожал, как от удара током, но из его рта выплевывало бесчисленное количество черных сгустков крови, отчего от него шел неприятный запах.

Вырвав несколько глотков подряд, Сунь Линго внезапно издал жалкий вой и упал в объятия коротковолосой женщины, мягко, как хлопок.

Его лицо было полно жизни и ожило.

Коротковолосая женщина глубоко вздохнула и положила Сунь Линго на землю. Она также лежала на земле, тяжело дыша и сильно потея.

На этот раз все трое упали.

Правая рука Цзинь Фэна такая же, как при синдроме Паркинсона, и он нерегулярно дрожит, и его тело еще сильнее поражает грузовик. Ци и кровь бушуют, а небо тусклое.

Цзинь Фэну потребовалось много времени, чтобы расслабиться.

Я вытащил сигарету, и после нескольких щелчков она упала на землю.

Я использую призрачные иглы.

Иглы-призраки называются девятью иглами, но они заменили девяносто девять-восемьдесят одну иглу. Я выучил только семьдесят две петли впереди.

Четыре стежка, которые я использовал сейчас, — это предел.

Это тело действительно плохое!

Цзинь Фэн глубоко вдохнул половину сигареты, попытался успокоить свое дыхание, сделал резкий вдох, удерживая космическую чашу, и уставился на неподвижное Солнце Лингу.

Сирены вдалеке переместились из далека в ближнее, и толпа автоматически отошла, и вошли врач и две медсестры.

Увидев ситуацию перед собой, молодой стажер был немного сбит с толку.

«Кто из вас что-то делает?»

Цзинь Фэн покачал головой, и Сунь Линго с другой стороны тоже сел в это время, тупо пил воду Цзинь Фэна, встряхивая его голова тупо.

Доктор перевел взгляд на коротковолосую женщину посередине.

Коротковолосая женщина сексуальна и открыта, а все ее тело мокрое. Люди в этом платье, естественно, не принцессы или

«Мисс»

«Мисс» , твоя сестра!»

Коротковолосая женщина внезапно встала и выругалась:» Твоя мать — молодая леди, твоя сестра — молодая леди, а вся ваша семья — молодая леди».

«Ты такой слепой!»

Коротковолосая женщина похожа на ежа, который мгновенно взрывает волосы, бросается к доктору, хватает его белый халат и тыкает пальцами в его шею. грудь

«Попробуй снова позвонить старушке?»

«Позвони!»

«Позвони мне, если сможешь.»

Стажер полностью Неожиданно его лицо побледнело от гнева, а уголки рта задрожали, но он не мог сказать ни слова.

Две медсестры, пришедшие с интернами, не выдержали и начали их уговаривать помириться. Коротковолосая женщина сразу же закричала на двух медсестер.

Подлинные ругательства местных жителей Цзиньчэна выходят наружу, они могут быть слишком уродливыми.

Голос женщины с короткими волосами резок и сладок, а ее слова ясны, как жаворонок.

Но скорость была как у пулемета, серия десятков проклятий раздалась внезапно, и две медсестры были избиты в одно мгновение.

Стажер не знал, откуда взялась храбрость, и громко сказал: «Мисс красавица, вы»

Слова после вашего слова больше никогда не произносились. Коротковолосая женщина внезапно повернулась, ее брови приподнялись, выпад сделал шаг вперед, взлетел и ударил в воздух коленом, сильно ударив ученицу по подбородку.

Внезапно интерн вылетел в воздух и врезался в тележку Цзинь Фэна.

После нападения на коротковолосую женщину она хлопнула в ладоши и усмехнулась.

«Это как бы встать и снова закричать»

«Ударь своего сына-черепахи до смерти».

Жестокая коротковолосая женщина прибегает к жестоким методам, и толпы зевак торопятся. Он отступил на несколько шагов.

Две медсестры были напуганы еще больше.

Кто бы мог подумать, что энергичная девушка, прекрасная как цветок, оказалась таким жестоким мужчиной.

«Ты, ты кого-то ударил»

Медсестра задрожала.

Коротковолосая женщина фыркнула, подняла кулак и закричала: «Ударь кого-нибудь!?»

«Ты слишком стесняешься сказать?»

«Более того, даже избили тебя!»

Две медсестры испуганно закричали и заплакали на месте. Одна позвонила в полицию, а другая — в больницу.

Я был здесь, чтобы спасать людей, но я был спасен первым!

Коротковолосая женщина вообще не заглянула двум медсестрам в глаза, развернулась и направилась к Сунь Линго, бесцеремонно пнув Сунь Лингуо.

«Есть что-нибудь?»

«Говори.»

Хотя Сунь Лингуо был спасен, его лицо было мрачным, глаза тусклыми, и он тупо покачал головой.

«Зачем спасать меня? Как хорошо позволить мне умереть».

«Как хорошо умереть»

Коротковолосая женщина внезапно изменила цвет и проклят.

«Чтобы спасти тебя, я почти избавился от своей старой жизни. Тебе даже не сказать слова благодарности.»

«Вы человек? какие!»

«А как насчет вашей жены и детей, когда вы умрете? » А как же пожилые люди в семье?»

«Вы из Шаньси, верно? » Вы умираете в чужой стране, которую преследуете?»

«Он десяток лет, он не может держаться за большие дела, вы напрасно.»

Коротковолосая женщина действительно невежлива, когда ругает людей. Сунь Линго ругали, но она была тупой, как зомби, и бормотала себе под нос.

«Лучше жить. чем умереть. «.»

«Лучше умереть, чем умереть»

Коротковолосая женщина прервала голос, показывая глубокое презрение, и воскликнула с отвращением.

«Какая трата из меня я спас тебя с огромным усилием. Тебе все равно придется умереть.»

«Если ты хочешь умереть, позволь мне держаться подальше. Я не вижу своего сердца, поторопись и убирайся.»

Сунь Лингуо закрыл лицо, и старые слезы пролили слезы.

Коротковолосая женщина запела, протянула иглы на груди и голове Сунь Линго и подошла к Цзинь Фэну, снисходительно глядя на него. у Цзинь Фэна.

«Эй, возьми рваные, не смотри. Выходи, ты действительно хороша в призрачных швах, мастер среди людей.»

«Как вас зовут? Кому вы научились методу иглоукалывания?»

Тело Цзинь Фэна восстановилось семь или восемьдесят восемь, его ноги и ступни все еще были немного мягкими, он курил душные сигареты и ничего не сказал.

«Ох. Притворись крутым и глубоким для моей старушки, верно?»

«Я вас кое о чем спрашиваю!»

Цзинь Фэн уже видел поведение женщины с короткими волосами в его глазах. Женщина перед ним полностью изменила его восприятие с точки зрения одежды и стиля игры.

Гнев праведен!

Героическая поза красивая, очаровательная и достойная, с героизмом в бровях и героическим выражением жестов.

Такая женщина с истинным темпераментом выглядит как я знаю. Две героические женщины.

Одна — Цю Цзинь, а другая — Ши Гулань.

Первая — революционный пионер, а вторая лично убила великого полководца Сунь Чуаньфана.

Цзинь Фэн закрыл глаза на агрессивное отношение женщины с короткой стрижкой и мягко сказал: «Хорошая игла.»

Женщина с короткой стрижкой закричала, пригнувшись к Цзинь Фэну, и воскликнула:» Я немного догадываюсь, эта игла принадлежит моей семье.»

Во время разговора он убрал серебряные иглы, закрыл игольную коробку и встряхнул на глазах у Цзинь Фэна:» У вашего ребенка хорошие навыки, вот и все».

После применения девять швов, я чувствую себя усталым, как собака, и навык недостаточно глубок».

Цзинь Фэн не сказал ни слова и закурил сигарету.

Девушка с короткой стрижкой казалась интересоваться Цзинь Фэном.

Я посмотрел на Цзинь Фэна с интересом, поджав губы и приподняв глаза: «Привет. Вы еще не ответили на вопрос моей старушки?»

«Как вас зовут?»

«Где ты живешь?»

Цзинь Фэн сказал что-то в ответ на то, чего он не просил.

«Из-за палящего зноя и дисбаланса между Инь и Ян выпейте больше имбирного супа, чтобы уменьшить огонь и температуру.»

Коротковолосая женщина хмыкнула, опустив лицо, абрикосовые глаза уставились на Цзинь Фэна.

«Мудак, ты же называешь мою старушку девственницей, верно?»

«Умереть.»

Как я сказал левой рукой, я собираюсь поднять одежду Цзиньфэна.

Глаза Цзинь Фэна вспыхнули холодным светом.

Короткое- волосатая женщина сказала, что сделала свои руки., подняла его руку и схватила, действие было аккуратным, а выстрел был безжалостным.

Он подошел, ущипнул лопатки Цзинь Фэна орлиными когтями и проклял: вниз.»

Сознание Цзинь Фэна отреагировало, но движения его руки и тела не могли угнаться за его собственным сознанием.

Лопатка была поймана коротковолосой женщиной, и там был острая боль.

Приглушенно фыркнув, он потряс рукой короткошерстной женщины ударом наотмашь, и положение было точкой плеча-чжэнь у коротковолосой женщины.

Коротышка — волосатая женщина гудела, демонстрируя легкое удивление, но движение ее руки не было медленным.

не блокировал Цзинь Фэна, а вместо этого бросился вперед, ущипнув лопатки Цзинь Фэна и внезапно подняв правым коленом, ударившись о грудь Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн поднялся влево. Разрезал ладонь по горизонтали и сильно ударил, сосредоточившись на тайянском меридиане тонкого кишечника коротковолосой женщины.

«Ой!»

Меридиан тонкой кишки руки солнце — одна из трех мужских мышц, и никто не может выдержать ее после ударов.

Коротковолосая женщина с онемением правой и левой руки, боль невыносима.

Цзинь Фэн снял женщину с короткой стрижкой, ее цвет лица был болезненным, а лопатки сильно болели.

Это тело действительно ужасно плохое.

Желание изменить тело в своем сердце. Более срочно!

Коротковолосая женщина, ухмыляющаяся и массирующая свои вены, пристально смотрит на нее, глядя на Цзинь Фэна.

Она из спецназа на пенсии, и даже те ветераны потерпели поражение сама. Итак, когда вы пережили такую ​​потерю, как сегодня?

Его глаза были полны гнева, и он крикнул Цзинь Фэну: «Моя старушка разорвала тебя сегодня»

Говоря, короткошерстная женщина терпит боль и бросается на битву с Цзиньфэном.

Цзинь Фэн тоже был зол. Он определенно пострадал бы, если бы он не покорил ее, если бы он встретил такую ​​замечательную женщину.

Эта женщина, очевидно, практиковала тяжелый цигун, у нее много силы, и ее движения резкие. Теперь она может только упорно бороться.

Сжав зубы, Цзинь Фэн один раз сжал кулаки.

Увидев, что двое людей собираются драться, внезапно за пределами толпы послышались полицейские сирены, поспешные шаги, и вошли три ПК в униформе.

Один — это трехуровневый суперинтендант с одной полосой и одной звездочкой. Двое других — вспомогательная полиция.

Две медсестры в 120 немедленно подбежали, закричали на интерна-ПК, указали на девушку с короткими волосами и расплакались.

Стажер, который все еще был в тележке, схватился за свой потрескавшийся подбородок, сопли и слезы и обвинил другого стажера ПК в зверствах коротковолосой женщины.

Трое суперинтендантов третьего уровня были окружены группой тетушек и дядей, и женщина с короткими волосами, естественно, была женщиной с короткими волосами, на которую указала Цяньфу.

«Эта девушка — слишком много, даже доктор должен драться».

«Женщина-бандитка.»

«То есть она очень сварливая, как будто берет порох. Мы смотрим на это как на странное. Она даже борется с нами».

«Даже мы, старики, не пускаем.»

«Тигрица, мужчина осмелился на ней жениться «.»

У коротковолосой женщины тут же снова взорвались волосы и она начала ругаться на старуху.

«Старик, скажи еще одну вещь.»

«Мне не на ком жениться? » !»

«Скажу вам, пока старушка кивает, человек, который делает предложение, может выстроиться в очередь от Цзюяньцяо до фабрики Эрчжун.»

Многие люди вообще не могли поверить в это, и они смотрели на них.

«Да ладно тебе, ты женщина, если кто-то хочет, чтобы ты зажег ладан»

Коротковолосая женщина внезапно рассердилась и крикнула на старуху.

«Заткнись. Кроме того, не обвиняйте меня в неуважении к старикам.»

«даже драться с тобой!»

Старик был так напуган, что поспешно спрятался за тремя персонажами.

Три персонажа были немного ошеломлены, соединились вместе и немедленно пошли к коротковолосой женщине.

«Красавица Привет, это Ван Вэньлун из полицейского участка на улице Хуанцюань, район Тишань. Вот мое удостоверение.»

«Мы получили сигнал тревоги»

«Красавица, ты кого-то только что ударил? !»

«Есть такое?»

Коротковолосая женщина погладила свои короткие волосы, посмотрела на трех ПК раскосыми глазами и воскликнула.

«Я ударил. Я ударил. Как дела?»

Ван Вэньлун был немного удивлен, когда услышал это. Он моргнул и замолчал, кашляя и кашляя.

«Тогда вы сначала пойдете с нами в офис, давайте расследуем, вот я попросите врача вернуться в больницу и сшить его.»

«Когда все закончится, я поговорю о других вещах.»

Девушка с короткой стрижкой совсем не восприняла Ван Вэньлуна всерьез и легкомысленно сказала:» Я несвободна. Скажи этому ублюдку, чтобы он вернулся и пришил иглы, а я оплачу медицинские расходы.»

Ван Вэньлун был ошеломлен и сказал с серьезным лицом:» Красавица, ты ударил кого-то руками, это нарушает правила управления законами и порядком»

«И что?»

«Мама заставила сделать нежную тыкву, которая использовалась в бизнесе всего несколько дней, и осмелилась позаботиться о моей старушке? » Вы не слишком много едите?»

Две стажировки на ПК были ошеломлены.

Когда вы видели такую ​​высокомерную и высокомерную женщину?

Ван Вэньлун еще более популярен.

Ван Вэньлун терпеливо сказал: «Пожалуйста, сотрудничайте в нашей работе. Если вы не будете сотрудничать, мы примем против вас принудительные меры в соответствии с законом».

Две стажировки ПК зажал коротковолосую женщину слева направо, ожидая, пока Ван Вэньлун скажет хоть слово, прежде чем он сможет это сделать.

«Ну, ты все еще хочешь попрактиковаться, не так ли?»

Коротковолосая женщина заинтересовалась, взглянула на трех человек, покачала руками и ногами и покачала головой.

«С тех пор, как он был выпущен, он не боролся уже полмесяца. Не подведи мою старушку».

Я думал, что скоро появится ПК, и он определенно быть в состоянии сдерживать коротко стриженных женщин, но ситуация изменилась, и толпа наблюдала. Быстро отступите.

Ван Вэньлун ничего не мог с собой поделать, но его гнев поднялся, и он холодно сказал: «Пожалуйста, сотрудничайте с нашей работой».

Коротковолосая женщина пренебрежительно усмехнулась: «О, не осмеливаюсь больше драться. Верно.»

«Если вы не осмеливаетесь драться, просто скажите мне.»

«Только ваши три мягконогих кота, я действительно не могу объяснить Чэнь Цзяюну после того, как ударил вас».

Когда Ван Вэньлун услышал эти три слова, он внезапно вздрогнул.

«Чэнь Цзюй!?»

Затем прошептал: «Ты»

«Поп!»

Ответом Ван Вэньлуну была черная записная книжка, Ударьте Ван Вэньлуна в грудь.

Когда он увидел эту книгу, глаза Ван Вэньлуна переместились, а когда он взял книгу, его лицо изменилось.

«Эй!»

«Гоань»

Когда я собрался внимательно посмотреть, коротковолосая женщина уже давно забрала блокнот.

«Моя старушка выполняет официальные обязанности.»

«Вы можете уйти!»

«Поп!»

Под

Ван Вэньлун немедленно ушли прямые и короткие волосы Женщина отсалютовала, подняла голову и громко сказала.

«Да. Шеф!»

Когда выходит эта сцена, все окаменели.

Стажер и две медсестры открыли рты и смотрели, и они не могли поверить своим глазам.

Женщина, которая должна отдать честь ПК, а затем она

В этот момент женщина с короткой стрижкой смотрит на оживленную толпу, поедающую дыни, прохожих, A, B, C. Дин холодно крикнул: «Нана, вы, люди, осмеливаетесь посмотреть это здесь!?»

«В вас, ребята, прячутся два шпионки.»

«Не прячьтесь от старушки, я имею в виду, что вы и вы все вернетесь в бюро, чтобы провести тщательное расследование.»

Сцена была тихой, как смерть, и я не знаю, кто кричал. Зрители бросились и побежали прочь, а тротуар, который был заблокирован в течение долгого времени, не имел препятствий.

На земле еще несколько тапочек, тканевых и кожаных туфель.

Стажер и две медсестры также заблудились в машине и ушли.

Коротковолосая женщина подняла голову. на ее бедрах, ха-ха. Смеясь, волны бурные и непрерывные, а волны подобны трупу. Нет такой вещи, как женщина.

Ван Вэньлун и все трое криво улыбаются, но они не осмеливаюсь ничего говорить, не говоря уже о том, чтобы спросить еще немного, и немедленно высветить людей.

Это Гоань, а я даже не обращаю внимания на Чэнь Цзюй. Такого человека нельзя обидеть.

Коротковолосая женщина холодно фыркнула и гордо прокляла несколько трусливых. Повернув голову и крикнув на Цзинь Фэна.

«Эй. Собери лохмотья, я ухожу.»

«Я видел призрачную иглу сегодня, но все в порядке, ха-ха»

Он опустил голову и снова пнул Сунь Линго, яростно проклиная:» А ты, старина, снова ищи жизнь. Я позволю тебе войти и очистить твой разум.»

Закончив говорить, женщина с короткой стрижкой отнесла свои большие солнцезащитные очки и зашагала прочь.

Округлые бедра крепкие и мощные, энергичные, а изящная покачивающаяся фигура вызывает чувство дикости, горячего и динамизма.

Прыгнув в квадратный черный внедорожник на обочине дороги, женщина с короткой стрижкой высунула голову из окна машины и наотмашь крикнула Цзинь Фэну.

«Собери рваные, приходи к нам в другой день, а я займусь твоими делами».

Грохочущий и тихий звук двигателя, две шины на земле, покрытые дымом, внедорожник Как гепард, охотящийся за пропитанием, оставил пыль.

На земле остались два человека, Сунь Линго и Цзинь Фэн, один сидел безучастно, а другой тихо стоял.

Странная женщина чувствует себя совершенно неуютно. В первую секунду она поклялась прибраться, но в следующую секунду она попрощалась с собой и попросила позаботиться о своих делах.

Просто необоснованно!

Теперь у меня что-то в руке, это игольница, которую странная женщина забыла на месте происшествия.

Игольница сделана из лопастного красного сандалового дерева с текстурой «призрачный глаз» и густой патиной, на первый взгляд, часто используется людьми.

И одно использование — двести лет.

Мелколистное красное сандаловое дерево — одна из лучших на сегодняшний день пород дерева с твердой текстурой и высокой плотностью, известная как древесина императора.

Три набора по 72 иглы помещаются в дольчатую коробку из красного сандалового дерева всех размеров длиной в один фут.

Иглы серебристо-белого цвета, и этот стиль принадлежит к специальному стилю для врачей, применявшемуся ранее во времена правления династии Цин.

Текстуры материалов — все это редкий уджин, с отличной прочностью и идеальным уходом.

Двести лет назад он мог владеть этой редкой иглой из черного золота, так что его хозяин, должно быть, был известным человеком.

В Цзиньчэне есть только одна большая семья по имени Ге, которая обосновалась в Башу более двухсот лет. Даже убийце Чжан Сяньчжуну пришлось преклонить колени и поклониться этой семье, когда он вошел.

Сунь Лингуо там энергично встал с земли, покачиваясь, держа в руке бланк и рисовую бумагу, его лицо было безутешным и совсем не было энергии.

«Спасибо, что спасли меня».

«Спасибо.»

Несу рюкзак, медленно продвигаясь вперед, шаг за шагом.

«Сунь Лингуо, куда ты идешь?»

Сунь Лингуо был шокирован: «Ты знаешь мое имя?»

«Ты»

Золотой Фэн равнодушно сказал: «Я встретил тебя утром в Сансутане и Луичжуане. Ты думаешь об опознании, но ты не обратил на меня внимания».

Сунь Лингуо опешил, кивнул, глаза потеряли, и сказал тихо. Извини резко, а затем пошел вперед.

«Сунь Лингуо, ты ушел вот так?»

Цзинь Фэн назвал Сунь Линго по имени. В Сунь Линго не было ничего необычного. Он трагически улыбнулся и тихо сказал: » Я умер однажды, нет, я умру снова.»

«Я видел, что ты только что спас меня, и если я умру, мне тебя жаль».

«Я вернусь в Родной город Шаньси»

«Разве послезавтра залог не пропал?»

Сунь Лингуо снова был поражен и сказал с грустной улыбкой:» В этом нет необходимости, не уходи. Это подделка. Какая польза от искупления?»

«Я продал все в семье и выкупил поддельную печать. Что я могу доказать?»

«Искупление, мои бабушка и дедушка и предки простите меня еще раз?»

После разговора Сунь Лингуо снова пошел вперед, бормоча себе под нос.

«Маленький зверь убежал, и я остался один. Какой смысл выкупать его?»

«Проклятая ссуда на кампус, чертова ссуда на кампус»

«Убить тысячу ножей»

Выслушав беззвучно Сунь Линго, Цзинь Фэн внезапно сказал громко.

«Фамилия твоей семьи — Сунь. Если я не ошибаюсь, твоей прародиной должен быть Шаньси Синчжоу. Верно?»

Сунь Лингуо сделал паузу, услышав это.

Цзинь Фэн продолжил: «В 1683 году в Синчжоу родился человек по имени Сунь Цзячэн, верно?»

Сунь Лингуо медленно повернулся и посмотрел на Цзинь Фэна глазами. ужаса в нем и еще больше сомнений.

сказал Цзинь Фэн Ланг Ланг.

«Сунь Цзячэн по имени Си Гун, также по имени И Чжай по имени Цзинсюань. За пятьдесят два года правления Канси он был ученым Ханьлиньской академии и рецензентом Императорской академии.»

«Император Юнчжэн продолжил. Позже Сунь Цзячэн прославился тем, что осмелился высказаться, и стал священником Имперского колледжа, а позже служил Шунтянь Фу Инь и министром инженерии.»

Сунь Лингуо был внезапно потрясен, его глаза расширились.

Цзинь Фэн громко сказал: «Юнчжэн скончался от власти Цяньлуна. Цяньлун по-прежнему ценит Сунь Цзячэна. Он занимал пост имперского секретаря уголовного департамента, помощника министра по гражданским делам. Цзуоду Юши, Шаншу из Министерства по уголовным делам, и Шаншу из официальных лиц»

«Он не жаден до денег и не приносит пользы людям, он предан людям. Когда он был в хозяйстве, он обидел принца Го Юньли. Принц Го не верил, что нет чиновника, который не был бы жадным, поэтому он лично заставлял людей проверять его, и счета, которыми он управлял, были совсем неплохими.»

«From затем Сунь Цзячэн стал еще более удивительным, и его повысили до губернатора Чжили, патриарха и одного из спонсоров холостяка».

«Это правда?»

Я слышал» With «Цзинь Фэна. эти слова, рот Сунь Лингуо уже дрожал, и все его тело дрожало.

«Сунь Цзячэн скончался в декабре восемнадцатого года правления Цяньлуна, в возрасте 71 года. Его посмертный посмертный титул был установлен».

«Автор личных поэтических произведений».

Цзинь Фэн произнес эти слова в рот так же бегло, как несколько цзячжэнь, без пауз.

Эти громкие и громкие слова дошли до ушей Сунь Линго на расстоянии более десяти метров и были ясными и шокирующими, как гром.

Тело Сунь Цзячэна резко дрожит, он тупо смотрит на Цзинь Фэна, не может не сделать два шага вперед и кричит.

«Ты, ты, ты»

Цзинь Фэн медленно подтолкнул тележку вперед и громко сказал: «Твой предок — известный министр»

«Твоя печать. Это также хорошая печать».

Закончив говорить, он сел на скутер, медленно крутил педали и уехал с места происшествия.

Сунь Лингуо стоял ошеломленный, дрожа всем телом.

Человек, который может сказать правду о своих предках, — не что иное, как бог.

Внезапно Сунь Линго внезапно проснулся, преследуя Цзинь Фэна, и продолжал кричать.

«Мастер, мастер»

На улице, ехав на самокате и идя впереди, старик, задыхаясь, гонялся и звал, привлекая к себе множество прохожих.

Цзинь Фэн ехал на скутере без спешки, но всегда опережал Сунь Линго и не останавливался, пока тот не вышел с улицы.

Сунь Лингуо сильно вспотел. Он присел на корточки на тележку Цзинь Фэна, его лицо было бледным, и он трясся: «Учитель, помоги мне»

«Садись в машину!»

Сидя на тележке Цзинь Фэна, Сунь Линго разговаривал с Цзинь Фэном о тюлене.

Как и сказал Цзинь Фэн, дедушка и бабушка Сунь Линго были Сунь Цзячэн во рту Цзинь Фэна.

Сунь Цзячэн прошел через династии Канси и Цяньлун и был одним из известных чиновников. Семейная дисциплина в семье Сунь чрезвычайно строгая, семейный стиль превосходен, и многие потомки являются чиновниками.

Предкам удача, у хороших людей хорошие награды, а семья Сан сделала много добрых дел.

Таким образом, семья Sun растянулась на поколения, что не является большим чудом.

В поколении Сунь Лингуо, семья Сунь хороша или нет, а семья среднего класса — обеспечена. Как старший инженер, Сунь Лингуо жизнь может считаться довольно приличной.

Проблема кроется в сыне Сунь Лингу.

Сын Сунь Лингуо — единственный вид в семье Сунь. Он учился на первом курсе Университета Шу. Он был родом из семьи Сунь, чтобы не заставлять ребенка поступать в колледж.

Я не знала, что мой сын получил ссуду на кампус в этом году.

Откровенно говоря, ссуды университетского городка ничем не отличаются от ростовщических ссуд в Китайской Республике.

В старом обществе ростовщичества была поговорка: «Девять аутов и 13 возвратов». Как следует из названия, ссуда в сто юаней даст вам только девяносто, но когда вы ее погасите, вы получите вернуть сто три.

По сравнению с кредитами на кампусе еще хуже.

У сына Сунь Лингуо была девушка на первом курсе, и он вообще ничего не сказал семье.

Подруги едят и носят фирменную одежду, и им приходится путешествовать по праздникам, что, естественно, увеличивает расходы.

В настоящее время студенты колледжей, особенно студентки, любят сравнивать. Они получают новейшие модели фруктов для мобильных телефонов, а одежду можно купить в магазине Chunxi Road Import Store, Jinli, где они играют, и Shangri-La, где они живут.

Не имея денег, сын Сунь Лингуо начал использовать ссуды в университетском городке.

Ссуды на кампусе — это на самом деле ямы, вырытые специально для студентов колледжей. На первый взгляд процентная ставка составляет всего девять процентов, но на самом деле везде так много уловок и ям.

Большинство источников дохода для студентов колледжей в школе полагаются на их дома, их платежеспособность ограничена, а их самоконтроль не силен. В результате, чем больше займов они берут, тем больше займов. они получают, что похоже на снежный ком.

Вначале можно было демонтировать восток и дополнить запад. Эта платформа была отдана обратно той платформе. В конце концов, она скатилась до астрономических цифр и больше не могла удерживать ее.

Таких людей много, и сын Сунь Лингуо — один из них.

Само собой разумеется, что в такой семье, как Сунь Лингуо, в семье есть только один-единственный саженец. Если это не возмутительная просьба, когда сын говорит, он естественным образом отвечает на просьбы.

Тем не менее, Сунь Лингуо все еще имеет некоторое богатство и может позволить себе деньги, но сын Сунь Линго продолжал скрываться от этого. Вместо этого он тихо пошел домой и что-то украл.

После того, как семья Сунь была знаменитым священником, Юнчжэн особенно любил его во время периода Юнчжэн, и он оценил его поведение.

«С тех пор, как я унаследовал трон, только Сунь Цзячэн осмелился высказаться.»

Вероятно, это из-за искренней близости Сунь Цзячэна к Юн Чжэну. Юн Чжэн также знал, что Сунь Цзячэн был честным чиновником, и не колеблясь наградил его.

После Сунь Цзячэн Чжиши ушел в отставку, император Цяньлун также много наградил, семью Сунь. Ветер хороший, и эти награды были вручены.

За последние двести лет эти главные товары также были потеряны и утеряна, но эта печать пережила множество бедствий и сохранилась до наших дней.

Сын Сунь Лингуо был в отчаянии из-за ссуды в кампусе. Он украл печать, когда вернулся домой во время летних каникул и нашел В ломбарде. Вместо этого он ударил ножом свою девушку.

Да, он ударил свою девушку!

Пронзил восемнадцать раз подряд!

Причина Это ростовщик сделал эту девушку побудил его взять взаймы.

Мальчик так сильно ненавидел свою девушку. Он нанес ему 18 ножевых ранений подряд. Он все еще находится в реанимации интенсивной терапии, и его ежедневные расходы составляют пятизначные числа.

Это превратили небо в дыру!

Это тоже была сенсационная большая новость в то время.

Как только все вышло наружу, дом женщины подошел к двери, ссудная платформа, к которой я пришел дверь и заставил меня поднять шум.

Сунь Лингуо можно считать человеком, который испытал ветер и волны. Хотя его сын убежал, он был все еще жив.

Пока есть люди, есть надежда.

Остальное нужно спасти, а беспорядок, который оставил сын, нужно убрать.

Сунь Лингуо распорядился всем имуществом семьи в кратчайшие сроки, сначала выплатил ростовщичество и оплатил медицинские расходы семьи жены.

Но семью женщины не так-то просто сдать. Говоря о компенсации, она прямо назвала заоблачную цену.

Сунь Линго кивнул, ничего не сказав.

Неважно, если денег мало, просто продайте печать дома.

Если вы хотите продать печать, вы должны сначала выкупить ее, а затем попросить эксперта оценить печать, и тогда вы сможете найти покупателя.

Итак, Сунь Лингуо нашла ломбард и попросила вернуть печать эксперту для оценки.

Это требование, ломбард точно не выполнит. У ломбардов тоже есть свои правила.

Как ни просил Сунь Лингу, ломбард не соглашался.

Нет никакой возможности, Sun Linguo пришлось вынуть кусок фирменного бланка, который изначально был напечатан на печати, и бросился просить экспертов провести соответствующую оценку и в то же время связаться с покупателем.

Для определения подлинности печати будет использоваться только изображение штампа, о чем слышали многие эксперты.

Эта ситуация эквивалентна тому, как слепой дотрагивается до слона и покупает кошку через гору. Средний эксперт покачал головой и отказался.

Вы должны сказать, что существует физическое сравнение, даже фотографию физической печати в высоком разрешении легко идентифицировать, но вы просто делаете снимок, чтобы показать это, и крупные эксперты были бы шокированы.

Я случайно ударил себя по глазам и ушел, и моя слава исчезла.

Было также много так называемых экспертов, которые взялись за эту работу. После тщательного поиска они выплюнули много ерунды, и когда они закончили говорить, что что-то не так, они легко уволили Sun Linguo.

После этого я спокойно получил десятки тысяч гонораров за оценку.

Ни один эксперт не осмелился забрать этот горячий картофель. Эксперты, которые подобрали, сказали, что что-то не так, и заинтересованные покупатели определенно будут обескуражены.

Для вещей, которые эксперты не осмеливаются оценить, покупатели не купят эту печать, если они умрут.

В Цзиньчэне любой, кто осмеливался оценить Сунь Линго, мог четко считать пальцами.

Сунь Лингуо также имел отношения со своими старыми одноклассниками и попросил кого-нибудь найти двух человек.

Один — профессор Лю, а другой — Тань Юньхуа.

Цзинь Фэн никогда не видел уровня профессора Лю, и Цзинь Фэн считает, что уровень этого человека не будет слишком высоким.

Цинь Юньхуа

Хотя Цинь Юньхуа довольно справедлив, Цзинь Фэн действительно смотрит свысока на свой уровень.

«Мастер Джин, вы должны помочь мне, вы должны спасти меня»

Сунь Линго собирался преклонить колени перед Цзинь Фэном, рыдая.

«Семья моего внука также считается наследницей ученых. Это произошло потому, что я плохо воспитал зверюшек, но меня не волнуют деньги».

«The вещи, совершенные маленькими зверюшками, естественно Закон очищает его, и другая девушка, я должен исцелить ее.»

«Мне все равно, сколько это»

«Пожалуйста помогите мне.»

Голд Фэн швырнул окурок на землю и легкомысленно сказал:» Печать должна быть верной. Однако я заберу ободранные, кто? Поверит, что я сказал правду?»

Сунь Лингуо был ошеломлен.

Цзинь Фэн прав.

Если вы не можете получить печать, вы не можете найти экспертизу, вы точно не сможете продать печать.

Цзинь Фэн сказал, что он настоящий. Как Цзинь Фэн, кто бы поверил?

Кто может в это поверить?

Кто может в это поверить?

Встреча с Цзинь Фэном была шоком, и в то же время я увидел свою единственную надежду, как тонущий человек, внезапно поймавший соломинку на всю жизнь.

Однако после слов Цзинь Фэна солома превратилась в стальной нож, пронзив его сердце.

Последняя надежда была полностью разбита.

Сунь Лингуо внезапно почувствовал, что небо упало.

Даже боги, знавшие всю историю своей семьи Солнца, были бессильны, и никто не мог помочь ему в тот день.

На мгновение Сунь Лингуо расплакался, а двенадцатилетний мужчина сел, как ребенок, и громко заплакал.

В этот момент ему в ухо послышался голос Цзинь Фэна: «Сколько ты хочешь продать печать?»

Сунь Лингуо поднял голову и посмотрел на Цзинь Фэна как на дурака. Зарыдал и сказал: «Я выплатил деньги в кредитную компанию, а девушка осталась, и он почти вылечился».

«Их семья требует миллион в качестве компенсации»

«У меня всего 130 000»

Цзинь Фэн тихо сказал:» Печать, я куплю ее!»

Сунь Лингуо медленно встал и дрожащим голосом сказал:» Купи это. !?»

Цзинь Фэн глубоко вздохнул, выглядел спокойным, посмотрел на Сунь Линго и сказал торжественным голосом.

«Я покупаю это».

«Один миллион!»

«Вы осмеливаетесь продать?»

Сунь Лингуо полностью ошеломлен, посмотрите Посмотрите на одежду Цзинь Фэна, затем посмотрите на тележку, на которую наступает Цзинь Линь, а также на пластиковые бутылки и мусорные газеты на тележке.

«Что?»

«Боишься, что у меня нет денег?»

«Тем не менее, я ниже.»

Сунь Лингуо пожал ему руку и громко сказал:» Мастер Джин, я искал бесчисленное количество экспертов и потратил сотни тысяч гонораров за оценку, и все они сказали, что это подделка.»

«Пока я не встретил тебя, ты не только спас мне жизнь, но и решил за меня этот узел. Разумеется, я могу отправить тебе эту печать».

«Но я еще придется Оплачивать счет моему сыну — это долг. Вы говорите «миллион», я не могу просить так много.»

«Мне нужно всего восемьсот семьдесят тысяч.»

«Пока я могу искупить этого маленького зверя, я»

Цзинь Фэн больше не говорил, он зацепил левую ногу, наступил на педаль, немного правую, и телега была скользкой. М.

«Послезавтра. ломбард.»

«Подожди меня.»

Сунь Лингуо смотрел на Цзинь Фэна, тупо уходящего, дрожа по всему телу, слезы текли по стеклу.

Через два дня после приезда сюда Цзинь Фэн искал миллион наличными.

Один миллион.

Для меня это астрономическая цифра.

От горы до Цзиньчэна десять лет несколько братьев собрали целое десятилетие рваных, До сих пор, в сумке всего от 10 000 до 20 000 наличных.

В ходе недавней инспекции по охране окружающей среды все станции по переработке отходов с незавершенными процедурами были закрыты, а компания по утилизации отходов более высокого уровня также приостановила сбор, и все домашние отходы подавляются.

Эти отходы, вероятно, можно продать более чем за 20 000 юаней, но их нельзя реализовать.

Я продал деньги пяти императоров и купил необходимые мне лекарственные препараты. В сумке все еще было чуть больше десяти тысяч. Сложив все деньги дома и меня, до одного все равно было далеко. миллион.

Послезавтра — день искупления, и Цзинь Фэну осталось всего сорок часов.

За сорок часов Цзинь Фэн хотел найти 870 000 быстрых денег.

Это просто невыполнимая задача.

Но Цзинь Фэн должен завоевать эту печать. Никто не может понять происхождение и происхождение этой печати, кроме Цзинь Фэна.

Один миллион. Тысячи абсолютных значений.

После разрыва с Сунь Линго, Цзинь Фэн отправился в трущобы Сичэн на второй кольцевой дороге. Когда-то это был самый процветающий район Цзиньчэна, последний крупный тыл всего Шэньчжоу во время антияпонской войны.

Самолеты Королевства Дунъин однажды бомбили Цзиньчэн, и городки-трущобы были одним из мест, которые подверглись бомбардировке.

Эта область сохранилась с момента освобождения, и это всегда была сердечная болезнь Цзиньчэна.

Кто-то однажды хотел скопировать другие исторические модели города и превратить их в старую улицу в Цзиньчэне. Существовали также сотни миллиардов крупных консорциумов, которые хотели превратить это место в новый торговый центр.

Но в конце концов текста больше не было.

По разным причинам никто не может съесть этот большой торт.

До этого года последний лачуг Цзиньчэн был официально включен в ключевой строительный проект.

Из-за сноса и переезда много людей переезжает, а в доме должно быть много мусора. Эти вещи необходимо утилизировать.

Цзинь Фэн достиг земли, и когда тележку отпустили, он вынул старый рог и прижал его.

«Сбор макулатуры, металлолома, меди и кабелей, гнилых телевизоров, холодильников и стиральных машин»

«Дорогостоящая переработка старых компьютеров и старых мобильных телефонов»

Эффект в том, что эффекта нет!

Подержанная батарея динамика была быстро разряжена, и было собрано много металлолома из меди и гнилого железа. Был подержанный компьютер, но не было ни одного «потрепанного», которое хотел Цзинь Фэн.

Цзинь Фэн знал, что такие места, как это, которые должны были быть немедленно снесены, снова и снова вспахивались различными легионами и застрельщиками, которые сгребали землю, но те, кто был немного знаменитым, давно были стерты с лица земли. этими людьми.

Это было как в городе Тианду года. Ученики Восьми Знамен не смогли выжить и превратились в продавцов. Мелкие торговцы, которые гуляли по улицам, зарабатывали этим на жизнь.

До окончательного сноса еще шестнадцать дней Жители, которые не могли дождаться, выехали отсюда пораньше.

Оставшиеся старые люди из Цзиньчэна спешат и тоже заняты подготовкой к переезду.

Огромные трущобы пусты, и больше нет процветания, суеты и суеты прошлого.

Когда зашло солнце, я собрал тележку, полную битой меди, макулатуры, компьютер и монитор. Потребовалось два часа, чтобы ехать на тележке, прежде чем вернуться на свалку.

Было девять часов вечера, и Цзинь Фэн стоял у двери под одиноким фонарем из хризантем.

У входа в узкую и грязную маленькую комнату стоит небольшой складной обеденный стол и три стула, сделанные вами, все черные и блестящие.

На узком столе семь или восемь блюд, в том числе тушеные свиные лапки, тушеная свиная голова, вымоченные куриные лапки и черепа кроликов.

Половина тазика квашеной капусты, большая миска тушеной свинины и большая миска супа с фрикадельками из вермишели.

Различные ароматы переплетаются и сливаются в воздухе, что возбуждает аппетит.

На кухне под открытым небом вкус дважды приготовленной свинины с ростками чеснока и темпе освежает, и в горле Цзинь Фэна не может не булькать.

Из кухни вышел мужчина ростом 1,75 метра.

Полуобнаженная, в красных шортах снизу и в шлепанцах под ногами.

Половина волос покрывает глаза Данфэна, зрачки подобны звездам, брови мечей взлетают наискось, тонкие губы очаровательно изогнуты, а в уголке рта есть сигарета с намеком на зло.

Бронзовая кожа полуобнаженного тела, крепкое тело, в тусклом свете, мышцы живота из восьми блоков острые и острые, и они сияют слоем масла.

Вся спина покрыта татуировками синего дракона. Среди черных облаков синий дракон прыгает вперед. Киль тесный, свирепый и свирепый, сверкающий, полный волос и бороды, величественный и реалистичный.

Пять когтей дракона мощные, острые и острые.

У этого человека нет мягкости маленького мяса, но у него отличительная аура. Он источает безразличие и холод, которые находятся за тысячи миль от него.

Мужчина взял дважды приготовленную свинину и посмотрел на Цзинь Фэна, подняв руки вверх, позволяя горячему маслу стечь ему на грудь.

Глаза полны Ленг Ао, даже когда он смотрит на Цзинь Фэна, помимо Ленга Ао в его глазах, есть след глубокого презрения

.

«Ты вернулся?»

Руки Цзинь Фэна все еще держались за руль тележки с поддонами. После нескольких секунд тупости он издал холодный голос.

Чжоу Мяо вернулся, безвольно держа ящик пива, и радостно закричал Цзинь Фэну.

«Брат Фэн, ты действительно пунктуален. Я также сказал позвонить тебе по телефону».

«Брат Ао приготовил свежий стол из блюд, все из которых являются твоими любимыми.»

«Я также купила холодное пиво, которое пила тетя Ван. Она услышала, что брат Ао вернулся, и она пропустила от меня пять юаней.»

Чжоу Мяо поставил пиво, быстро пригнал три бутылки и повернулся, чтобы забрать тележку Цзинь Фэна.

«Брат Фэн, ты сначала хочешь поесть, я возьму заботиться об этом.»

Рука Цзинь Фэна продолжала держать ручку, Чжоу Мяо дважды сломал ее, не сломав, и сказал с улыбкой:» Брат Фэн, давай поедим, брат Ао вернется однажды»

Цзинь Фэн медленно отпустил ручку, снял перчатки и ударил ими об землю, холодно говоря: «Иди, принеси мне булочки.»

Чжоу Мяо был потрясен, и Канкан сказал с улыбкой:» Брат Фэн, ты»

«Возьми паровые булочки!»

холодно сказал Цзинь Фэн.

Чжоу Мяо закусила губу и тихо сказала: «Ничего не пропало»

«Я слишком ленив, чтобы готовить в полдень, я все съела»

В двух метрах, Возле старого стола гордый брат фыркнул в нос и посмотрел на Цзинь Фэна раскосыми глазами, но через секунду он повернулся и вошел в хижину.

Когда он снова вышел, брат Ао нес суповой горшок с пятью холодными старыми булочками с лапшой в суповом горшочке.

Перед лицом Цзинь Фэна брат Ао разбил горшок с супом на скамейке и холодно сказал: «Ваши паровые булочки».

Цзинь Фэн подошел, взял палочки для еды и вставил их Паровая булочка, присел на корточки на землю, половина булочки завернута во рту, тяжело глотая.

«Брат Фэн, ты»

Чжоу Мяо стоял рядом и осторожно говорил.

Ао Гэ холодно фыркнул от презрения, пнул скамейку Цзинь Фэну и сел рядом с Джин Фэном с усмешкой во рту.

«Саньшуй, он не ест, мы едим».

Рот Чжоу Мяо медленно двигался, но его глаза продолжали смотреть на Цзинь Фэна.

Но брату Ао совершенно наплевать на Цзинь Фэна. Да Ма Цзинь Дао поднял ноги Эрланга, и девушка с большими ногами была поставлена ​​перед лбом Цзинь Фэна.

Он холодно поприветствовал Чжоу Мяо сесть и сильно тронул Чжоу Мяо своим пивом.

«Пей!»

Полбутылки сушили на одном дыхании, палочки для еды сильно стучали по тазу с квашеной капустой и холодно плакали.

«Ешь!»

Чжоу Мяо неохотно сделал глоток, кивнул, взял кусок дважды приготовленной свинины шириной по ширине и положил его в миску, осторожно протянув ему Сторона Цзинь Фэна.

Жирная и желтая дважды приготовленная свинина, масло капает по капле под ноги Цзинь Фэну.

«Брат Фэн, попробуй дважды приготовленную свинину Ляньшань»

Цзинь Фэн закрыл глаза, взял пятифунтовую космическую чашку рядом с собой и холодно крикнул: «Уходи»

Чжоу Мяо присела на корточки, опустила голову и молча взяла чашу обратно.

Однако брат Ао совершенно не заботился о Цзинь Фэне, пил и ел мясо и презрительно кричал: «Если ты не ешь его, закатывайся. Не закрывай глаза Лао-цзы».

Следующая остановка Цзинь Фэнтэна. Вставай, неси булочки и космический кубок и входи в дом.

Чжоу Мяо повернул голову, его москитный голос прошептал: «Брат Ао, ты»

Брат Ао даже не поднял век: «Он умер от голода».

«Давай поедим».

Чжоу Мяо хмыкнул с мясом во рту, но его глаза продолжали смотреть на Цзинь Фэна в комнате.

«Брат Фэн, что ты хочешь съесть, я буду служить тебе.»

«Брат Фэн, квашеная капуста — холодноводная рыба с хорошим вкусом.»

«Брат Фэн, у тебя есть бутылка пива?»

«И мозг кролика, брат Ао, сделал это только сегодня.»

Во время крика и еды, в одно мгновение, мозги четырех кроликов превратились в костяшки.

Брат Ао ел и пил, и в мгновение ока — три бутылки ледяного пива врезалось ему в живот. Отрыжка вина, щелчок по двадцать пятому мягкому облаку, и извергающий туман.

Четыре бутылки пива ушли на полпути, брат Ао достал пачку денег из своей мешок и хлопнул им перед Чжоу Мяо.

«Обучение в пятой и шестой старших классах средней школы. Оставь это.»

Чжоу Мяо был ошеломлен и мягко сказал:» У меня много денег с братом Фэном»

Брат Ао тряхнул сигаретой и сухо сказал:» Это Лао-цзы «. Я могу зарабатывать деньги.»

Чжоу Мяо сказал:» Брат Ао, это нелегко для тебя. Устранение проблем с защитой окружающей среды — непростая задача. У тебя не очень хороший бизнес.»

Брат Ао поставил одну ногу на скамью, высоко подняв голову, и сказал с усмешкой:» Мелочи. Просто перейдите на экологически чистую плиту. В последнее время стало меньше барбекю, и бизнес лао-цзы, торгующий ночными закусками, процветает.»

«От четырех до пятисот чистой прибыли в день, так что вы можете заработать много денег.»

Чжоу Мяо посмотрел на красные банкноты не менее 8000 юаней на столе, заколебался и мягко сказал:» Ты должен оставить себе эти деньги. Ты должен потратить их на Я Я «.»

Ао Гэ сказал с гримасой:» Я сказал тебе подержать, так много чепухи «. Мама форсировала среду водой, ну чего ты сейчас так накрашена.»

Чжоу Мяо в испуге опустил голову, но он был всего лишь не новичком, боялся говорить.

Брат Ао выпил четыре бутылки вина за один вдох, наклонив голову и — крикнул он на урну Цзинь Фэна в комнате. Сказал.

«Я приду сегодня и расскажу о двух вещах.»

«Я заплачу за обучение пятого и шестого старшеклассников, а вы оплатите расходы на проживание.»

«Есть еще один, скоро выйдет босс. После того, как я выходил, босс устраивал со мной ночную закусочную. Я выводил босса. Позже, когда он открывает магазин, я плачу за это.»

Как только слова были закончены, горшок с супом вылетел из комнаты и сильно разбился о стол.

Через некоторое время посуда на столе была побита семь и восемь. Падение.

Вслед за Цзинь Фэном вышел с мрачным лицом и крикнул: «Брат Дэн вышел, чтобы забрать лохмотья вместе с нами. Это не имеет к вам никакого отношения.»

«Поп!»

Ответ Цзинь Фэну был таков, что бутылка пива ударилась о землю, и стеклянный шлак разлился повсюду.

Брат Ао встал и холодным голосом сказал:» Босс и вы Ничего страшного.»

Цзинь Фэн посмотрел на брата Ао и прошипел:» Это не имеет к тебе никакого отношения «.»

Брат Ао закричал:» Это не имеет к вам никакого отношения «.»

Цзинь Фэн кричал:» Я куплю дом для брата Дэна «.»

Брат Ао зарычал и зарычал:» У тебя есть деньги, чтобы купить дом у члена, так что ты даже не можешь содержать себя «.»

Они оба смотрели друг на друга, с голубыми прожилками на лбу и глазами, полными гнева.

Пивная пена, смешанная с бесчисленным количеством слюны, капала с их лиц и тел.

Чжоу Мяо в испуге поднялся и сказал дрожащим голосом: «Не шуметь, не шуметь, брат Фэн, брат Ао, если тебе есть что сказать, успокойся.»

«Успокойся, ты такой чертовски жесткий «.»

Джин Фэн и брат Ао закричали в унисон.

Цзинь Фэн поднял руку на брата Ао, но брат Ао ударил его.

Джин Фэн поднял руку. он снова закричал: «С кем брат Дэн хочет поговорить, не считайте. Это дом Дэна.»

Брат Ао с усмешкой огляделся и горько закричал:» Просто твое разрушенное место также называется домом?»

«Также стоит позвонить домой?»

Цзинь Фэн громко сказал:» Вы не имеете к вам никакого отношения. У меня грязный дом, у меня неприятный запах, но у Лао-цзы все еще есть братья, а также братья, которые зависели друг от друга более десяти лет.»

Брат Ао сделал большой глоток, поднял средний палец на Цзинь Фэна, его шея покраснела, и он громко закричал.

«Цзинь Лао Сан, вы не забираете своего брата. из неприятностей.»

«Чжан Дань был приговорен к пяти годам и пяти годам за то, что ты занимался этим. Он погиб в этой жизни»

«Это брат, которого ты вывел из Имперская Столица Гора.»

«Он испортил для вас всю свою жизнь!»

Цзинь Фэн громко крикнул:» Я плачу за брата Дэна, я плачу за него!»

Брат Ао не проявлял никаких слабостей, тот же громко кричал.

«Вы не можете себе позволить платить за это!»

«Внучка похитителя Ли не осмеливается признать, что ее изнасиловал Ян Вэй. Вы как бы говорите Ли Исюэ, чтобы он ясно сказал полиции.»

Цзинь Фэн потерял дар речи, Джай пристально посмотрел на брата Ао и сжал кулаки.

Оба брата Ао без единого взгляда загорелись глазами.

Растительное масло на столе разлилось, рыба с квашеной капустой разлилась по всему полу, а тушеная свинина была налита половиной кастрюли.

Цзинь Фэн трясся, пытаясь восстановить дыхание. к двери и криком: «Выходи.»

«Тебе не рады в этом доме.»

Брат Ао усмехнулся и сказал:» Почему я должен уйти? » Какая у вас квалификация, чтобы прогнать Лао-цзы?»

«Лао-цзы также хранит здесь копию.»

«Кан Данг!»

Раздался приглушенный звук.

Цзинь Фэн поднял пивную бутылку, ударил ее наотмашь и сильно ударил Ао Гэ в грудь.

Сильный свист.

Глаза Ао Гэ ослепили, а его ноги пронеслись по земле.

Остаточное изображение мерцало, и дул ветер!

«Волна»

Только слышно громкий шум, пивная бутылка, полная пива, была взорвана ударом хлыста брата Ао, и нечисть разлетелась по небу.

Брат Ао стоял на одной ноге, одетый в шлепанцы правой ногой высокий Гао остался в воздухе и усмехнулся.

«Что случилось? Все еще хотите сразиться с Лао-цзы, верно? Кого ты можешь победить?»

Лицо Цзинь Фэна было пропитано пивом, и пена медленно стекала с его головы.

Несколько мест на его ногах были поцарапаны стеклянным шлаком, и кровь была полна крови. Земля.

Один схватил тарелку на столе и раздробил намокшие куриные ножки в кашицу.

Брат Ао закричал, показывая холодную улыбку, и большая лошадь села с золотым ножом Спуститесь, укажите на стол.

«Разбейте!»

«Разбейте его»

«Разбейте сильно».

Цзинь Фэн выбил пустую пивную бутылку., Приседая на земле, ничего не сказал.

Во дворе, полном мусора, воздух очень тусклый, и воздух наполнен резким запахом пороха, который ужасно тих.

Тело Чжоу Мяо было покрыто маслянистыми обломками, а в руке он держал последние намокшие куриные ножки.

Тихо бросил куриные ножки на стол, поднял метлу и тихо убрал беспорядок.

«Брат Ао, брат Фэн, перестань спорить. Брат Дэн возвращается и позволяет ему выбирать самому».

«Школы вот-вот начнутся, пятая и шестая будут учиться в этом колледже. года. Они входят в десятку лучших онлайн-классов в округе. Сдать один экзамен определенно не проблема.»

«Пятый позвонил мне сегодня. Он и шестой дома каждый раз собирают мацутакэ и курицу. Конг, погода в этом году плохая, а цена на мацутакэ высока.»

«Шестой человек сказал нам не беспокоиться о деньгах. Выбранные ими горные продукты могут быть проданы достаточно для оплаты обучения. стипендия, даже расходы на проживание сохраняются «.

«Наши братья не перспективны, пятый и шестой обязательно будут приняты в колледж, поэтому мы будем гордиться этим».

Слова Чжоу Мяо текли, как вода, тихо и беззвучно!

Услышав слова Чжоу Мяо, Цзинь Фэн глубоко вздохнул, сел на землю и закурил.

Брат Ао тоже сел, повернувшись к Цзинь Фэну спиной, и снова закурил.

Воздух немного тяжелый и очень удручает.

Чжоу Мяо взял деньги на столе, подошел к Ао Гэ и мягко сказал: «Ао Гэ, возьми деньги. Сделай плакат и рекламируй, и ищи Я Я».

Брат Ао раздраженно воскликнул: «Теперь я ищу людей в Интернете. Я добавил сотни пропавших без вести групп населения. Собственники группы созданы на добровольной основе. Реклама не стоит денег».

сделал паузу. Тон Ао Гэ стал тише, но слова по-прежнему оставались холодными.

«Дайте вам деньги. Разве вы не говорили, что станция по переработке отходов должна пройти процедуры? Деньги используются для компенсации».

Цзинь Фэн на стороне сказал холодно: «Станция для мусора не имеет к вам никакого отношения. Возьмите свои деньги и раскатайте их».

Брат Ао держал сигарету в руке и указал на Цзинь Фэна. насмешка: «Тем не менее, Цзинь Лао Сань, вы не имеете права просить Лао-цзы уйти».

«Не забывайте, что я продал все деньги, которые пришли в Цзиньчэн, и каждая потраченная копейка была квартал Лао-цзы».

Цзинь Фэн холодно сказал:» Я заплачу тебе».

«Отплати своей матери.»

Брат Ао снова рассердился, стиснул зубы и холодно сказал:» Саньшуй сказал, что выполнение процедуры стоит 100 000 юаней, так почему у тебя в руках столько товаров, не надо у тебя все еще в руке 10 000 юаней?»

«Также! ?»

«Твоя мать так рада это слышать. Утка мертвая, у нее твердый рот.»

«Сто тысяч юаней, почему вы разобрали себя и продали детали, но их недостаточно для продажи, а вам все равно нужно вернуть деньги Лао-цзы! ?»

«Выходи отсюда!»

Цзинь Фэн встал и рассердил брата Ао.

Брат Ао вообще не смотрел Цзинь Фэну в глаза. Он усмехнулся и зашипел:» Я должен кое-что сказать. В следующий раз, что ты особенный?»

В это время у ворот двора появилась девушка.

Под унылой лампой из хризантем тень девушки немного растянулась, с чистым лицо на ее лице. Обладая естественным обаянием, люди не могут не чувствовать любви и привязанности.

Ледяной мускул и кости, и аромат плавает!

Девушка в школьной форме появилась в во дворе, и тусклый одинокий свет засиял ярко. Свет.

«Брат Ао, ты здесь. Я тебя давно не видел.»

Мягкие слова подобны чистейшему горному источнику, струящемуся в сердце каждого, голос, кажется, обладает магической силой, и грохот во дворе тихо исчез.

Брат Ао взглянул на девушку, в его глазах вспыхнули отвращение и негодование, но через две секунды он грустно отступил.

Холодно ответил, Ао Гэ указал пальцем на нос Цзинь Фэна и несколько раз кивнул: «Если ты сможешь проехать по мусорной станции, я просверлю тебе промежность».

Цзинь Фэн Хэ взял сильный выстрел и холодно сказал: «Тогда ты покажи это мне».

Брат Ао не сказал ни слова, оттолкнул скамейку, поднял свои короткие рукава и накинул их себе на плечи, зашагал Оставлять.

Девушка повернулась боком, чтобы уступить дорогу, опустила голову, закусила губу и тихо сказала: «У брата Ао есть время пойти домой и посмотреть».

Брат Ао дал понять В ее носу легкое притихание. В ответ он выскочил из двора и прыгнул в подержанный фургон Улин Хунгуан, чтобы развернуться, и Вулала уехала.

Цзинь Фэн присел на корточки и неопределенно покурил сигарету.

Девушка подошла маленькими шажками, посмотрела на беспорядок во дворе и ловко подняла веник, чтобы убрать.

«Ли Исюэ, ты здесь не нужен».

«Иди».

Чжоу Мяо схватил метлу девушки с черным и холодным лицом. Это было ужасно холодно.

У девушки Ли Исюэ отняли метлу, но она совсем не возражала. Она осторожно опустилась на колени, протянула свои белоснежные руки и по частям подняла разбитое стекло с земли.

Чжоу Мяо смахнула метлу вниз, смела стеклянный шлак и холодно сказал: «Тебе здесь не рады. Иди».

Ли Иньсюэ была ошеломлена, нежно прикусив губу. Ослепительно белая рука полезла в сумку, достала несколько пластырей и, шаг за шагом, присела на землю к Цзинь Фэну.

«Брат Фэн, истекай кровью, я приклею тебе скотч».

Голос мягкий и грациозный, как самый теплый весенний ветерок в марте, фраза ударила по сердцу Цзинь Фэна: «Нежный плетеный нежно похлопал его по лицу.

Лицо Цзинь Фэна было ужасно холодным, он посмотрел на Ли Исюэ, протянул руку и взял пластырь, чтобы разорвать рану на своей ране.

мягко сказал: «Что-то не так?»

Голова Ли Исюэ низко свисала между ног, ее черный и блестящий конский хвост слегка покачивался, неописуемо слабо.

«Все в порядке».

«Если ты в порядке, возвращайся».

«Я с оптимизмом смотрю на похитителя».

Ли Иньсюэ тихо хммм, два. Только самая красивая маленькая рука осторожно вытерла салфеткой кровавую рану Цзинь Фэна.

Черная и жесткая метла безжалостно тыкала, и маслянистая грязь сильно попала на руку Ли Исюэ.

Чжоу Мяо холодно крикнул: «Брат Фэн велит тебе идти. Ты что, оглохла?»

Ли Исюэ не осмелилась заговорить, — тихо ответила она и достала пластиковый пакет из пакета.

В полиэтиленовом пакете лежат банкноты различные купюры, большие и маленькие, старые. Новые аккуратно разложены по одному.

Ли Исюэ опустила голову и мягко сказала: «Брат Фэн, дедушка просил меня отдать тебе деньги. Возьмите его, чтобы пройти процедуры на станции для отходов.»

Когда прозвучали эти слова, выражение лица Цзинь Фэна стало еще холоднее.

Чжоу Мяо сунул пластиковый пакет обратно в руки Ли Исюэ и холодно крикнул:» Ваши деньги, мы слишком грязны.»

Ли Исюэ опустила голову, кусая самые красивые изогнутые губы, на ее чрезвычайно чистом лице не было видно ни жалобы, ни гнева.

Слегка приподнимите Чжэньшоу и косо взгляните на Чжоу Мяо., Глаза Жуйфэн были туманными, чистыми и чистыми, со следом гнева, но в следующую секунду она была опустошена.

«Саньшуй, я больше не принцесса. В эти дни я заставляю своего деда просить о еде, кто бы ни дал деньги, я кланяюсь кому бы то ни было.»

«Это деньги, чистые.»

Выражение лица Чжоу Мяо было застойным, но он холодно сказал:» У нас есть деньги, и большое дело, что мы не переносим отходы. Я вернусь в свой родной город с братом Фэном «.»

Хрупкое тело Ли Исюэ слегка вздрогнуло, повернулось к Цзинь Фэну, в ее водянистых глазах вспыхнула паника.

В самом мягком голосе был намек на нетерпение.

«Брат Фэн, ты продолжаешь водить станцию ​​для отходов. У меня недостаточно денег. Я найду способ».

«Дедушка, дядя Бай, Дяо По, Санвази, они все хотят, чтобы вы водили машину».

Цзинь Фэн махнул рукой:» Твои деньги непросто, забери их».

Тело Ли Исюэ окоченело, а голова опущена ниже.

«Станция для отходов, я хочу открыть ее. Я могу сделать это сама».

Ли Исюэ внезапно подняла голову, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, глаза Жуйфэна блестели.

С легкой улыбкой, внутренний двор полон блеска, а страна и город — все в них.

Белоснежные зубы прикусили его нижнюю губу, и он кивнул, его мягкий голос походил на естественный звук.

«Хорошо.»

Аккуратно держа пластиковый пакет обеими руками, Ли Исюэ слегка ушла, и мрачная лампа из хризантем стала мягкой и яркой, как лунный свет на ее плечах. Вид сзади бесконечен. мечтательность.

Беспорядок на столе и на земле был убран, и многие тарелки, которые не были перемещены, были вылиты Чжоу Мяо в таз и помещены в подержанную морозильную камеру.

Чжоу Мяо вынула бланк и мягко сказала: «Тетя Ван дала его вам и попросила заполнить. Она сказала, что подала заявку на указатель станции для отходов от имени Храма Земли. Соседский комитет, и процедуры были завершены. Отныне свалка будет законной».

«Она сказала, что получение сертификата будет стоить сто тысяч юаней.»

«Однако объем мусорной станции может быть ограничен только районным комитетом земельного храма.»

Сказал Цзинь Фэн, взглянул на форму заявки, вздохнул и мягко вздохнул.

Хотя эта процедура ограничена только областью комитета сообщества земельного храма, Но наконец, это законно.

Процедура подачи заявки на сдачу сайта требует 100 000 юаней. Звучит дорого, но если это удастся сделать, ваш собственный сайт лома в будущем станет юридической компанией, поэтому вы не должны мне не придется беспокоиться о том, что однажды ее снова закроют.

Хотя тетя Ван много раз изменяла себе, на этот раз она очень помогла себе.

«Я отложил 15 тысяч на расходы на обучение и проживание пятого и шестого.»

«»Двадцать одна тысяча сто шестьдесят шесть товаров проданы, и, по оценкам, их будет тридцать одна тысяча, если они будут проданы».»

«Но если вы хотите попасть в Вэньбэй, вам нужно получать товары ночью.»

«У меня на карте осталось шесть тысяч девяток. Я сохранил ее сам.»

«Это все, что есть в доме.»

«Трое детей обещали занять три тысячи, а Лао Бай пообещал занять три тысячи пять»

«Бабушка Диао попросила меня прислать пятьсот в полдень, я не стал хочу»

«Брат Гангао дал восемь тысяч, и если бы он продал все отходы, то получилось бы шестьдесят четыре.»

«Тетя Ван пришла к вам сегодня днем ​​и сказала, что может занять вас, если у нее не будет денег, но под два цента процента.»

Цзинь Фэн фыркнул в нос, закурил сигарету и холодно сказал:» Я не буду занимать у нее денег «.»

Я вынул пачку денег из своей сумки и бросил ее Чжоу Мяо. Они остались от моей собственной покупки лекарств в первые десять тысяч лет его жизни.

Чжоу Мяо был немного удивился: «Где там столько денег?»?»

«Медные монеты, вычищенные прошлой ночью, — это антиквариат. Заработано на продаже антикварного магазина в коттедже с соломенной крышей.»

«Кстати, старый Юаньтоу был здесь сегодня?»

Чжоу Мяо поспешно кивнул и поспешно пошел, чтобы сегодня принести товары Лао Юаньтоу Цзинь Фэну.

Но Цзинь Фэн ничего не хочет.

Сумма в сто тысяч, сумма в восемьсот семьдесят тысяч, два фонда подобны двум горам, тяжко давящим на спину Цзинь Фэну, и трудно дышать.

После того, как два брата разобрали лохмотья, которые следовало убрать, было уже за двенадцать часов.

Приняв душ и отправившись спать, Чжоу Мяо тихонько спросил о Цзинь Фэне о Чжан Дане.

Чжан Дань также был одним из четырех братьев, которые вместе приехали в Цзиньчэн: он был старшим, Цзинь Фэн был третьим, а Чжоу Мяо был самым младшим.

Брат Ао, который дрался с Цзинь Фэном днем, является вторым ребенком, и его зовут Лонг Ао.

Когда четыре брата вместе вышли с горы Диду, они начали работать на строительной площадке в течение трех месяцев. Без какой-либо заработной платы Чжан Дань взял нескольких братьев, чтобы найти подрядчика для теории, и был окружен десятками рабочих.

В то время братьям было всего двенадцать или тринадцать лет, так что они были соперниками взрослых мужчин.

Той ночью несколько братьев присели на корточки у входа в развлекательный город, охраняя подрядчика, избили подрядчика до инвалидности, отняли у подрядчика более двух тысяч долларов и побежали в Цзиньчэн.

Я много работал в Цзиньчэне, доставлял еду, мыл посуду, перемещал кирпичи, кули и, наконец, бродил по улицам как нищий.

Трудности тех двух лет, только те, кто их испытал, поймут, насколько это тяжело.

Позже Цзинь Фэн нашел способ уйти от стариков, которые собирали пластиковые бутылки на улице, и четверо братьев начали убирать лохмотья.

Вначале он собирал только лохмотья и собирал лохмотья для продажи на станции для отходов. Позже Цзинь Фэн нашел способ и нашел тетю Ван, чтобы построить станцию ​​для отходов.

В то время четыре брата были очень сплоченными. Все они были сиротами, брошенными матерями. Они не боялись быть уставшими или грязными. Они работали днем ​​и ночью.

Хотя другие смотрели на них свысока, они были не так хороши, как их собаки, и хотя они были очень ожесточенными, братья были самыми счастливыми и счастливыми в то время.

Вскоре братья прочно обосновались, у них также была определенная сумма сбережений, и их жизнь день ото дня становилась лучше.

За последние два года тетя Ван построила здесь ряд простых домов и сдавала их в аренду иногородним. По мере того, как количество арендаторов здесь увеличивалось, несколько иногородних также открыли здесь мусорные станции.

Есть также много других соседей, которые занимаются самым низким уровнем занятости.

Нищие, открытые барбекю-рестораны, работающие неполный рабочий день

Однажды я приехал сюда, чтобы встретиться с моими бабушкой и дедушкой, то есть Е Цзы Ё и Ли Исюэ.

Когда я впервые увидел Ли Исюэ, четыре брата были потрясены небесами и каждый день окружали Ли Исюэ. В то время Ли Исюэ и четыре брата были очень хорошими, очень хорошими.

В то время Ли Исюэ не была взрослой и была настолько красивой, что даже тетя Ван считала это редкостью. Многие мужчины в местной общине Димиао ждали рождения Ли Исюэ.

Ян Вэй, сын руководителя общины, часто приводил гангстеров, чтобы преследовать Ли Исюэ, по этой причине четыре брата часто дрались со змеей-скорпионом.

Однажды Чжан Дань и Лун Ао арендовали машину, чтобы продать тряпки. Цзинь Фэн и Чжоу Мяо охраняли дом, и они услышали крик похитителей издалека.

Когда я вышел посмотреть, то увидел, что похититель одной рукой корчился на грязной земле, взывая о помощи.

Я бросился к дому похитителя и увидел, что Ян Вэй, сын руководителя местного сообщества, прижимал Ли Исюэ к земле.

Рядом с ними разорванная одежда и штаны.

Ян Вэй давил на Ли Исюэ, ее глаза были тусклыми и отчаянно смотрели в ветреный потолок, как марионетка зомби.

Вошел Цзинь Фэн, Ли Исюэ наклонил голову, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, слезы текли по нему.

Легкие Цзинь Фэна были так разгневаны, что он бросился сражаться с Ян Вэем на руках.

В то время Ян Вэю было около двадцати, он был высоким мужчиной и боксером. Где Цзинь Фэн, его соперник.

Ян Вэй до полусмерти избил Цзинь Фэна и его вырвало кровью.

Чжоу Мяо бросился с кухонным ножом, но Ян Вэй сломал ногу на скамейке, отрезал подколенное сухожилие Чжоу Мяо кухонным ножом и стал инвалидом на всю жизнь.

Два брата, которые вышли из горы, также сильно окровавлены. Глаза Цзинь Фэна красные, и то, к чему он может прикоснуться, Чжоу Мяо тащил культю, чтобы держать ногу Ян Вэя, кусая ногу Ян Вэя, Цзинь Фэн Хэ взял отвертку и без разбора проткнул ее.

В поисках возможности он убил его отверткой. Ян Вэй наклонил голову, чтобы избежать ключа, но Джин Фэн пронзил его глаза.

Цзинь Фэн вытащил глазные яблоки и засунул Ян Вэй в рот, а затем он взял отвертку и хлопнул Ян Вэя по губам.

Когда пришел компьютер, я был полностью напуган кровью в доме.

Ян Вэй получил шестьдесят три ножевых ранения, и даже дно было разбито, а мясной фарш был разбросан по всему полу.

Земля залита кровью, а засохшие пятна крови привлекают на свалку мух, густых и гудящих по всему дому.

Запах крови на расстоянии более десяти метров отвратителен.

Чжан Дань и Лун Ао вернулись и посмотрели на Цзинь Фэна, который не является человеком и безжизненным, и на Чжоу Мяо, чьи полуобрубленные кости обнажены в воздухе и плачут до боли.

Чжан Дань обнял Чжоу Мяо, Лун Ао обнял Цзинь Фэна, каждый держал друг друга, плача.

Когда убийца был позже арестован, старший из четырех братьев, Чжан Дань, встал и сказал, что убил человека.

Ян Вэй был отправлен в лучшую больницу провинции, но лучший врач не смог удержать его там.

Цзинь Фэн пролежал на кровати полмесяца, затем Чжан Дань связал его дома и запер на целый месяц.

Когда он может ходить по земле, все уже улажено.

Семья Янвэй находится в их родном городе, и они очень сильны. Чтобы компенсировать Янвэй, все деньги в семье были переданы семье Янвэй. Братья упорно трудились в течение нескольких лет и ночи, чтобы вернуться. к доосвободительному периоду.

Сломанная нога Чжоу Мяо, порезанное подколенное сухожилие и серьезно травмированный Цзинь Фэн — все сами о себе позаботились.

Он даже взял Чжан Даня.

Никто не хочет вспоминать, что случилось потом.

В самый критический момент, если бы тетя Ван не встала, четверо братьев и эту мусорную станцию ​​пришлось бы сжечь дотла.

Чжан Дань был приговорен к пяти годам заключения и был заключен в тюрьму в Великом городе Будды в двухстах километрах от него.

Цзинь Фэн пошел к Чжан Дану в тюрьму Великого Будды, и Чжан Дань сказал: «Братья, вы самые умные. Возьмите своих братьев, чтобы жить хорошей жизнью».

Самый большой партии в этом вопросе, Ли Исюэ, от начала до конца, никогда не появлялся и не сказал ни слова.

Это также привело к полному разрыву счастливой семьи, которая изначально была счастлива в четырех парах брюк.

Вскоре после того, как Чжан Дань вошел, Лун Эргоу и Цзинь Фэн повернулись и после большой драки ушли одни. Позже в городе открыли ночную лавку с едой. Его кулинарные навыки были хорошими. Это не заняло много времени. Просто заработал деньги.

В последние пять лет Лун Эргоу помимо зарабатывания денег занимался боевыми искусствами, и теперь он может пнуть полную бутылку пива одним ударом ногой, что удивило Цзинь Фэна.

До сегодняшнего дня прошло пять лет с момента инцидента. Лун Эргоу и Цзинь Фэн не общались друг с другом, и при встрече они стали как враги.

В данном случае Цзинь Фэн очень сожалеет о Чжан Дане и Чжоу Мяо.

Поскольку деньги были потеряны в то время, ноги Чжоу Мяо не могли быть исцелены, Лун Эргоу привязал четыре стальных прута к ногам Чжоу Мяо, оставив Чжоу Мяо на произвол судьбы.

Когда бы он ни думал об этом, Цзинь Фэн чувствовал себя виноватым перед Чжоу Мяо.

Чжоу Мяо также до мозга костей ненавидел Ли Исюэ из-за этого.

Ли Исюэ жалка, но она сделала Лун Эргоу и Чжоу Мяо бесстыдными. После этого, что бы Ли Исюэ ни делал, чтобы восполнить, они оба проигнорировали Ли Исюэ.

«Брат Дэн должен пойти с нами, когда он вернется».

«Дракон и две собаки осмелятся схватить его, я буду драться с ним».

Тихо сказал Чжоу Мяо : «Подожди брата Дана. Вернись и поговори об этом, брату Ао нелегко делать что-то одному».

Цзинь Фэн холодно сказал: «Не будь чушью, иди спать.»

Два брата составили план. Чжоу Мяо охранял станцию ​​для отходов, чтобы собрать вещи, а Цзинь Фэн был ответственен за то, что выбежал на улицу.

На второй день Цзинь Фэн вышел после восьми часов и отправился прямо в старый город.

Ничто не скажет, что Лонг Эргоу вырвет Чжан Даня.

Это моя прибыль.

Еще и мой самый большой узел.

Этот узел нужно решить самому.

Станция для отходов должна быть открыта, и она должна быть больше и сильнее. Это мечта Чжоу Мяо.

Сунь Смелость Linguo Печать также должна быть получена. Это шаг для вас.

также самый важный шаг.

Это все, что можно сделать только на основе богатства.

Вопрос в том, где найти столько денег!?

Сегодня Цзинь Фэн собирается в какое-то место.

Сегодня Цзинь Фэн собирается забрать все деньги сразу же!

Только что подошел к выходу из мусорной станции, Цзинь Фэн остановился.

Ли Исюэ толкнул тележку с похитителем и тяжело зашагал по грязи.

Свободно. Школьные штаны перекатывались по коленям, обнажая ноги, белые, как морская соль, с красным на белом, матовые и нежные, как цветы персика.

Длинные черные волосы рассыпаны по плечам, а пышное тело не может скрыть изысканной грации даже в школьной форме.

Затаившая дыхание Ли Исюэ источает захватывающий и насыщенный аромат розы. Внезапно оглянувшись назад, на лице Ю появилась удивленная улыбка, захватывающая и прекрасная до крайности.

«Брат Фэн»

Цзинь Фэн остановил машину, нажал на поддон и резко двинулся вперед, пока он не достиг главной дороги в Джувейли.

Сядьте в специальный железный обруч Цзинь Фэна, и его три пальца указали на Цзинь Фэна, и его рот наполнился смехом.

«Все в порядке, Гуай Цзые. Рано или поздно эту дорогу отремонтируют».

Обернувшись, Ли Исюэ толкала свою тележку.

«Спасибо, брат Фэн».

Ли Исюэ села на обочине бетонной дороги, сняла обувь и кусочком мороженого соскребла грязь с обуви. понемногу.

Несмотря на то, что она нищая, ее движения чрезвычайно элегантны и порядочны. Темперамент, исходящий из ее рук и ног, достаточно, чтобы расстроить все живые существа.

«Брат Фэн. Сядь. Я сниму твои туфли и поскребу грязь».

Мягкий восковой голос проник в уши Цзинь Фэна, как естественный звук, взволновав его. сердце.

«Нет необходимости».

Ли Исюэ мягко сказал: «Тогда тебе не нужно снимать обувь».

Держась у ног Цзинь Фэна, Ли Исюэ осторожно вешает Цзинь Фэн. Грязь на туфлях, достал рулон бумаги из пакета, чтобы вытереть грязь.

Смеясь и вставая, тихо стоя перед Цзинь Фэном, мягко глядя на Цзинь Фэна, глаза Жуйфэна безоговорочно отражали эту глубокую привязанность.

«Будьте осторожны на дороге, переходите улицу и смотрите на огни.»

«Не ходите на станцию, скоро начнется школа. Эти студенты вполне реальны и будут смотреть на ваш студенческий билет.»

Цзинь Фэн избегал встречи с Ли Исюэ, закурил сигарету и мягко сказал.

«Будьте осторожны.»

Высокий и изящный нос Ли Иньсюэ мягко ответил, достал тонкую красную маску из школьного портфеля и наклеил ее на левое лицо.

Через некоторое время Ли Иньсюэ уже была там. От манящей красавицы до уродливой студентки.

Сделав снимок школьной формы, Ли Исюэ поджала губы, улыбнулась Цзинь Фэну и тихо сказала: «Это безопасно».»

Цзинь Фэн кивнул и наступил на самокат, Ли Исюэ хотел что-то сказать, но остановился и тихо прошептал:» Брат Фэн.»

Цзинь Фэн повернул голову и мягко сказал:» Что еще там?»

Ли Исюэ закусила губу, улыбнулась и покачала головой.

Цзинь Фэн холодно сказал:» Скажи что угодно.»

Худое тело Ли Иньсюэ замерло, опустила голову и мягко сказала:» Брат Фэн, мне кажется, я вижу Ян Вэй»

Цзинь Фэн внезапно затряслась, ее зрачки внезапно сжались, Держа в руках плотно прижался к рулю, кровь прилила ко лбу и закричал глубоким голосом: «Когда?»

«Позавчера на выезде из городского кольца.»

Ум Цзинь Фэна был в замешательстве, глубоко вздохнул, некоторое время молчал, бросил окурок на обочину дороги и легкомысленно сказал.

«Понятно. Будьте осторожны».

Спустя пять лет имя Ян Вэя снова появилось. Цзинь Фэн был потрясен лишь на некоторое время, а затем остался позади.

Неудивительно, что Ли Исюэ видела дела Ян Вэя и Цзинь Фэна. Ущерб, который Ян Вэй нанес Ли Исюэ, был ее тенью всю ее жизнь.

Урон, который Цзинь Фэн нанес Ян Вэю, был достаточным, чтобы Ян Вэй вспомнил свою жизнь.

Если Ян Вэй осмелится снова создать проблемы, то старая ненависть и новая ненависть будут учтены вместе.

Через полтора часа мы прибыли в старый город.

В старом городе находится музей традиционной китайской медицины Тайхуатан, известный в Цзиньчэне, а его врач — знаменитый гений Ге.

Гениальный доктор Ге — национальный эксперт, получивший медицинское образование и пользуется особыми государственными пособиями, добрый и престижный человек.

В то время Чжан Сяньчжун основал династию Даси в Цзиньчэне и снова и снова сражался. В Башу и Шу было десять комнат и девять пустых мест, убивая головы и трупы.

В руинах дворца Шу есть гранитный священный памятник семи футов в высоту, три фута в ширину и восемь дюймов в толщину, с выгравированными на нем рядом крупных символов.

«Все создано для поддержки людей, и не о чем сообщить небу».

Надпись — второй год Дашуна, то есть 1645 год нашей эры.

Это самый сенсационный памятник семи убийствам.

Некоторые эксперты и ученые позже поставили это под сомнение. Убил ли Чжан Сяньчжун людей в Башу и Сычуани, спорят уже много лет.

Истина неизвестна, но есть легенда, которая реальна, и она до сих пор ходит в чайных на проспекте Цзиньчэн и переулках.

Это Чжан Сяньчжун однажды преклонил колени перед предками семьи Ге у ворот Зала Тайхуа, поблагодарив его за спасительную милость.

Тайхуатан существует более трехсот лет и стал свидетелем смены нескольких династий. Он имеет репутацию. Он стоит в Цзиньчэне более трехсот лет. Теперь он стал уникальным пейзажем города. Цзиньчэн.

После открытия Taihua Hall также входила в группу медицинских клиник, вошедших в число 100 лучших клиник китайской медицины в стране.

Гениальный доктор Ге также входит в группу из 500 старых китайских врачей в стране, входящих в первую десятку.

Настоящий национальный игрок!

Известный как король игл!

В отличие от других клиник традиционной китайской медицины, Taihuatang очень рано основала собственную фармацевтическую компанию, которая производила только собственные патентованные китайские лекарства. Компания очень рано стала публичной, и ее объем производства был поразительным.

Помимо фармацевтической компании, семья Ге также имеет две собственные больницы, которые также довольно хорошо известны на Юго-Западе и имеют отличную репутацию.

Цзинь Фэн был в Цзиньчэне десять лет, он знает каждый уголок, большой и маленький, знает время и правила семьи Гэ.

Гениальному доктору Ге девяносто лет, и он больше не сидит в церкви. Его заменяет младший сын Ге Кайдзи.

Время, когда семья Ге сидит в церкви, отличается от времени в других больницах и рассчитывается по лунному календарю.

В четыре дня первого, седьмого, пятнадцатого и двадцать третьего лунного нового года Гэ Кайджи, председатель Тайхуатанга, сядет в холле для консультаций. Остальное время будет быть принятыми братьями и внуками Гэ Кайдзи.

Зал Тайхуа занимает огромную территорию с пятью застройками. После нескольких расширений в течение трехсот лет здание достигло невероятной площади.

Помимо того, что он входит в десятку лучших музеев китайской медицины в Китае, нынешний зал Тайхуа также является известным историческим и культурным зданием в Цзиньчэне и охраняемым ключом зданием с лицензией.

Мемориальная доска на входе передавалась много лет назад. Теперь имитации висящие на дверях, настоящая мемориальная доска давно собрана как культурная реликвия в частном музее Тайхуа Холл.

Тайхуатан не испытывает недостатка в деньгах и не заботится о билетах. Этот частный музей обычно закрыт для посетителей.

Сегодня седьмой день лунного нового года. Это день, когда Гэ Кайджи сидел в церкви. Толпы людей ждали медицинской помощи, и многие люди рано встали у дверей.

Когда Цзинь Фэн прибыл, он забрал билеты в билетном автомате, и его уже заняли после пятисот.

Цзинь Фэн, получивший билет, не стал ждать в зоне ожидания, как все остальные, а достал рог из тележки.

«Бюро находок, Бюро находок»

«Вчера в полдень я нашел старомодный ящик для игл в средней части улицы Хуанцюань».

«Потеряно и Найденное, Утраченное и Найденное»

В динамике звучали мои собственные записанные строки. После того, как они были воспроизведены, они сразу же вызвали сенсацию, и многие люди, приходившие к врачу за медицинской помощью, хмурились и смотрели на него. Цзинь Фэн.

Цзинь Фэн похож на нормального человека, стоящего перед тележкой с сигаретой во рту, стоящего прямо, как копье.

Разрушенная стандартная конфигурация заставила многих презирать Цзинь Фэна, но никто не стал критиковать.

Громкоговоритель был включен так громко, что люди в зоне ожидания не могли этого вынести. На этот раз наконец кто-то вышел.

Человек, который пришел сюда, был мужчиной средних лет, около сорока лет, и когда он пришел к Цзинь Фэну, он кричал.

«Молодой человек, выключите свой рог. Это Зал китайской медицины, а не овощной рынок».

Цзинь Фэн проигнорировал это, но максимально повысил голос.

Мужчина средних лет, эй, указал на Цзинь Фэна и выругался несколько слов, а затем позвал нескольких человек.

«Я просил вас выключить рог. Вы это слышали?»

«Больше не выключайте, я выключил ваш рог.»

Цзинь Фэн поднял руку, чтобы выключить рог, взглянул на мужчину средних лет и холодно сказал:» Я ищу Ге Гуаньюэ.»

Мужчина средних лет был слегка поражен, громко рассмеялся и претенциозно обучил Цзинь Фэна.

«Моего учителя зовут тоже ваше?»

«Не смотри на свои достоинства и не желай видеть моего хозяина! ?»

«Как ты думаешь, кто ты? » какие. Сказать вам, что в последний раз, когда г-н Ли из семьи Ли с острова Гонконг приезжал в Цзиньчэн для консультации, он встретился с моим учителем только после того, как доверил отношения с ним за три месяца до этого.»

«Что ты? !»

Окружающие его пациенты также глубоко верят, что старый гениальный доктор Ге очень известен, и он видит только голову доктора. Большинство людей хотят его видеть, и это экстравагантная надежда.

Оборванный мужчина перед ним не стыдится. Искать старого гениального доктора Ге — просто глупый поступок.

MDZZ

Люди смотрели на выражение лица Цзинь Фэна и выражали сочувствие.

Я хочу увидеть старого гениального доктора Ге. Сумасшедший.

Цзинь Фэн швырнул окурок на землю и легкомысленно сказал: «Ты ничего не сказал. Иди и скажи Ге Гуаньюэ, что если он хочет меня видеть, не сожалей об этом.»

Это, несомненно, большая шутка в глазах всех. Если человек среднего возраста злится и смешно, он будет относиться к этому как к неврозу.

«Это оказался сумасшедший»

Помахал рукой и крикнул: «Молодой человек, идите. Ах, не приходите в это место в будущем, полагаю ты никогда не был. Я буду кем-то другим. Просто позвони в полицию, чтобы поговорить с тобой».

Цзинь Фэн сказал глубоким голосом:» Если это так, не вини меня».

«Прекрасные иглы из черного золота семьи Ге, я полагаю, они будут продавать. Хорошая цена».

Когда я запрыгнул в машину и уехал, откуда-то раздался ясный голос.

«Что!?»

Из окна лазурно-синего спортивного автомобиля высунулась голова.

Внутри сидел кусок свежего мяса лет двадцати, который был очень похож на Чэнь Сюэдуна, с белыми зубами, красными губами и лицом, засеянным дыней, прямо как Сяохуадань из тех лет.

Сяо Сяньжоу носит очень модную одежду: серебряные часы на правом запястье и коричневый браслет 1,2 на левом.

«Подожди, эй, я сказал собрать оборванные, что ты только что сказал, что хочешь продать?»

Цзинь Фэн посмотрел на коричневые браслеты на запястье Сяо Сяньжоу напротив на большом расстоянии я почувствовал сильный аромат.

Запах неполный, и я не могу определить конкретный запах. Он очень сильный и мягкий, и пахнет очень комфортно и успокаивающе.

Это уникальный аромат агарового дерева, а также водяного агарового дерева.

Древесина водного агара является лучшей древесиной агара, уступая только древесине агара Цинан. Цена такая же, как и материал семян нефрита Хетиан и нефрита высокого качества.

Это только один из них. Цзинь Фэн заметил, что маленькие браслеты из свежего мяса агарового дерева были толстыми и ароматными, и сразу же пришел к выводу, что браслетам должно быть не менее ста лет.

Посмотрите на красный спортивный автомобиль, которым управляет Сяосяньроу. На логотипе изображена лошадь Ferrari 458 стоимостью не менее двух миллионов.

Это чрезвычайно богатое и богатое второе поколение.

Цзинь Фэн достал маленькую игольницу из красного сандалового дерева, которую он вчера взял из своей сумки, и небрежно поднял ее спокойным тоном.

«Маленькая игольная коробочка из красного сандалового дерева. В ней семьдесят две иглы из черного золота».

«Ах…»

«Нет!»

Сяо Сяньжоу быстро снял солнцезащитные очки, отбросил их в сторону и легким прикосновением ножниц открыла дверь вверх, привлекая завидные взгляды многих людей.

Когда мужчина средних лет увидел это маленькое мясо, он быстро подбежал к нему, с кучей лестных улыбок, наклонился, опустил голову и закричал тихим голосом.

«Молодой господин, ты собираешься выйти?»

Сяо Сяньжоу даже не повернулся к мужчине средних лет. Он достиг Цзинь Фэна за три шага и сделал два шага, он пристально посмотрел на него и зашипел.

Неправильный взгляд в глазах Цзинь Фэна.

«Этот»

«Эй, дружище, откуда ты?»

Когда выходит эта сцена, я только что был в агрессивной середине Джин Фэна Пожилой мужчина Внезапно онемел.

«Подними это?!»

«Нет, дружище, где ты можешь его забрать?»

«Это двести лет, переданных нашей семье Ге. иглы из черного золота!»

Когда прозвучали эти слова, мужчина средних лет сразу вздохнул, его лицо резко изменилось, и люди, наблюдающие за волнением и наблюдающие за чудесами, также были очень напуганы.

Цзинь Фэн холодно и тепло сказал: «Игла действительно игла из черного золота. Я поднял эту штуку».

Сяо Сянь Роу издал двойной звук и хлопнул себя по голове. вдруг, внезапно.

«Ай, ай, я знаю, ты»

Внезапно Сяо Сяньоу подошел к Цзинь Фэну, понизил голос и загадочно сказал: «Чувак, я был вчера на Хуанцюань-роуд, не так ли? это? Ты?»

Цзинь Фэн наклонил голову и взглянул на Сяо Сяньжоу, а затем выдохнул.

Услышав это, глаза Сяо Сяньжоу расширились, и он посмотрел прямо на Цзинь Фэна.

Сяо Сяньжоу увидел, что глаза Цзинь Фэна были немного неправильными, он засмеялся, он выглядел странно, даже немного смешно.

«Я сказал, почему этот человек пошел сегодня на гору Эмэй, чтобы возжечь благовония для дедушки. Дед и старик сегодня не слишком сердиты».

«Неудивительно, но оказалось, что это было так. вот так.»

«Ха-ха, оказывается, хахаха»

Беспринципный маленький свежий кусок мяса постоянно смеялся и качал головой.

Цзинь Фэн слегка прикрыл глаза и сказал низким голосом.

«Я, теперь я хочу увидеть Ге Гуаньюэ.»

Сяо Сяньжоу на мгновение опешил и не мог не ковырять в голове:» Боюсь, сегодня это не сработает. Дедушка идет к врачу и собирается получить иглу.»

«Без иглы Wujin она есть у дедушки. «Переключитесь на иглы с каменными иглами, думаю, я устал.»

«Почему бы тебе не вернуться завтра!» ? Эй, моя тетя будет здесь завтра».

Сердце Цзинь Фэна упало и холодно сказал:» У Цзиньчжэнь, я пойду в античный город.»

Сяо Сяньжоу был ошеломлен, моргнул и прошептал:» Я сказал, дружище, ты действительно здесь, чтобы продавать иглы?»

«Не здесь, чтобы забирать девочек»

Цзинь Фэн развернулся и ушел.

Десять минут спустя маленькое свежее мясо Гэ Цзюньсюань привело Цзинь Фэна в Тайхуа. Холл. Задний двор.

Пройдите через дорогу, и вы увидите плотно набитые вымпелы, всевозможные вымпелы, которые просто ослепительны.

Самые высокомерные вымпелы используют эти слова. Он прошит золотыми нитками и инкрустирован драгоценными камнями разных цветов. Это невероятно.

Посмотрите на имя вымпела, который дал вымпел на нем. Я чувствую облегчение.

Я носил четыре патио в ряд, каждый из которых имеет уникальную пещеру, с разным стилем и отличным вкусом.

Когда вы попадаете в задний холл, пейзаж становится еще лучше, и это вполне республиканский стиль., Немного ошеломил Цзинь Фэна.

Пруд с рыбками в скалах, камфора прямая.

Кусты золотисто-зеленого бамбука полны жизненной силы, синие травы разного цвета легко цветут, а сад полон ароматов.

Было слишком поздно, чтобы оценить красоту перед ним, и лицо Цзинь Фэна слегка изменилось.

На дворе площадью почти 70 квадратных метров стоит много мужчин и женщин, все они необычны, великолепно одеты и одеты дорого.

Выражение лица у всех торжественное и торжественное, во дворе тихо, слышно падение иглы, и даже воздух глух и подавлен.

Под деревом гинкго, которому более 800 лет, на плетеном стуле оперся старик с седой бородой и волосами.

На старике был костюм Tang с планкой долговечности. Под ногами была пара тканевых туфель в тысячу слоев. На его лице были пигментные пятна, а выражение его было немного неестественным.

«Это мой дед, вы это видели?»

«Мой дед лечит ребенка, и я предполагаю, что что-то происходит. Я не смею брать иглу».

принес Гэ Цзюньсюань. Когда вошел Цзинь Фэн, это вообще не привлекло внимания присутствующих.

Спрятавшись за толпой, нажал на свой голос и сказал Цзинь Фэну: «На этот раз моего дедушку посадят. С тех пор, как я встал, я уже давно сижу. Эй, просто оставайся здесь и не двигайся.»

«Когда мой дедушка закончит, я расскажу вам о Ву Цзиньчжэне.»

«Эй, мой дедушка видел тебя, и я должен оставить тебя на ужин, великий спаситель»

Если вы не знаете полей, Цзинь Фэн немного странный, и его быстро привлекает ситуация перед ним. Выжил.

На тростином кресле сидит Ге Гуаньюэ, один из десяти лучших врачей страны, ему 90 лет.

Люди, изучающие китайскую медицину, обычно в хорошем состоянии, Ге Лао. Гениальный врач не исключение.

Однако Цзинь Фэн был слегка удивлен, увидев, что его лицо теперь посинело.

Вы знаете. Ге Гуаньюе много лет мыла руки в золотой тазе, но это неправда. Не показывайте людям болезнь, но в стране не более сотни человек, которые могут позволить Ге Гуаньюэ пощупать пульс.

Мобильные больничные койки на уровне класса. По обеим сторонам койки установлено различное профессиональное оборудование, такое как аппараты ИВЛ, мониторы и пакеты с кровью.

Иностранный язык, нанесенный на каждый прибор, соответствует всем импортный.

На больничной койке лежит восьми или девятилетний мальчик.

У мальчика лысая голова, а лицо ужасно бледное, как если бы он был его долго вытаскивали из ледяного гроба после его смерти.

Все тело окоченело, руки и ноги плоские, а губы синие. Если бы его ресницы не светились, Джин Фэн относился к нему как к мертвому.

Четыре медсестры среднего возраста стояли вокруг кровати и еще двое. Белые халаты, каждая со своим разделением труда, продолжали охранять маленького мальчика.

Посмотрите еще раз на старого гениального доктора Ге, вид не намного лучше.

Его лицо стало черно-синим, он жевал кусочки женьшеня во рту, а его грудь резко поднималась и опускалась. На записке перед ним был ряд профессиональных игл, переливающихся холодным светом на солнце.

«Тринадцать игл!?»

В зависимости от ситуации, у старого гениального доктора Ге, похоже, была игла, и он, похоже, никого не лечил.

«Это неправильно, у моего дедушки была игла, о, я знал это»

«Все кончено, на этот раз меня посадили!»

«Мама, Я знаю, старая семья Чжун в городе Тианду ненадежна».

Гэ Цзюньсюань с сожалением ударил себя по голове и горько закричал с кулаками.

Хотя Гэ Цзюньсюань — богатое поколение N, он хорошо знает себя и общительный характер. Он не испытывает неприязни к Цзинь Фэну из-за того, что Цзинь Фэн оборван.

Болтливый Гэ Цзюньсюань потянул Цзинь Фэна и сказал что-то негодующее. Цзинь Фэн также выяснил причину и следствие этого.

Маленького мальчика, лежащего на кровати, зовут Ян Кайю, он из соседней провинции семьи Ян, король горнодобывающей промышленности.

Рождение Янь Кайю было напрасной тратой неприятностей. Его мать была рожденным младенцем в утробе, а книга называлась «Наивная утроба».

Это врожденное заболевание и задержка роста. Чтобы родить его, его мать принесла много жертв. После рождения Янь Кайю ей пришлось перенести гистерэктомию, и она не могла забеременеть на всю жизнь.

Ян Кайю, единственный старший внук, унаследует семейный бизнес в будущем, и его статус обычно невысок. Рожденные золотым ключиком наслаждайтесь славой и богатством.

Но все в мире неудовлетворительно.

Когда ему было шесть лет, Ян Кайю заболел странной болезнью.

Изначально ему поставили диагноз «рак крови» в лучшей больнице провинции. Также известен как лейкемия.

Если вы говорите, что лейкоз неизлечим, это точно.

Но для семьи Ян это вопрос сопоставления костного мозга.

Были сброшены сотни миллионов долларов, и соответствующий костный мозг вскоре был обнаружен в банке костного мозга на Острове сокровищ.

После трансплантации костного мозга Ян Кайюй медленно выздоровел, и семья Янь, естественно, была счастлива.

Неожиданно, через три месяца состояние Ян Кайю снова ухудшилось, и оно стало более серьезным, чем раньше.

У Ян Кайю очень странные симптомы, то есть кашель с кровью.

Когда началась болезнь, рвота вверх и вниз, понос, кровь текла из Цицяо.

Самое ужасное — это странные вещи после обмена кровью.

Через семьдесят часов после обмена кровью кровь Ян Кайю начала свертываться.

Такой ситуации никогда не существовало веками!

После подтверждения условия все испугались.

Но от этой болезни нет другого пути, кроме постоянного обмена кровью.

С заменой крови определенно нет проблем. У семьи Яна много денег, и менять кровь — это то же самое, что менять воду.

Однако кровь Ян Кайю — очень редкая кровь панды.

В мире так много людей с кровью панды, которую нельзя купить за деньги.

Какой бы могущественной ни была семья Янь, невозможно воспитать всех этих людей рабами крови.

Итак, семья Ян снова начала долгую медицинскую карьеру.

Лучшие больницы в этой провинции не могут их лечить. Потом они перебрались в лучшие больницы в городах первого уровня, а потом уехали за границу, а в стране тоже боролись со всеми специалистами.

Ни одна больница не может обнаружить симптомы Ян Кайю.

Но, несмотря на то, что эксперты со всего мира сожгли себе мозги, различные известные китайские и западные практикующие врачи изо всех сил старались выписать множество рецептов, но вылечить их не удалось.

Видя, что Ян Кайю не так хорош, как каждый день, семья Ян встревожена, но беспомощна.

Сложность обращения за медицинской помощью выходит за рамки обычного человека.

Семья Янь — король горнодобывающей промышленности, одна из лучших в отрасли, об этих отношениях однозначно нельзя говорить.

Это мастер, который даже могущественнее гениального доктора Ге.

Королевский лекарь!

Этих двух слов достаточно!

Я не знаю, сколько милости я был должен, и, наконец, нанес визит старику из семьи Чжун. Старик из семьи Чжун также сделал исключение для пульса Янь Кайю.

Семья имперских врачей необычна.

Старушка из семьи Чжун дала точный ответ.

«Цинга».

«Вы можете прожить до пяти месяцев».

Императорский врач вылечил и вылечил странную болезнь Янь Кайю.

Цинга не может найти соответствующего имени в западной медицине. Дед Чжун позвал куратора Национального музея медицинских наук и указал на резную медицинскую книгу династии Северная Сун, принесенную хранителем.

«Только в этом случае».

Древние книги династии Сун, вырезанные из резных изданий, являются редчайшим национальным достоянием, и их копий в мире не так много, особенно древние книги династии Северная Сун с резными изданиями. которых меньше, чем Юань Цинхуа.

Печатная медицинская книга — просто одно из национальных сокровищ.

Возможно, не многие люди знают, что династия Сун была пиком культуры всей китайской цивилизации, а экономика была невероятно богатой.

Насколько богатой была династия Сун в то время?

Официальные зарплаты династии Сун были смехотворно высокими, а на ежемесячную зарплату премьер-министра можно было купить 120 000 джинов хорошего риса.

В городе Бяньлян во времена династии Сун солдаты, защищавшие город, носили шелковые сапоги.

Во времена династии Сун люди из династии Сун использовали серебро для изготовления винной посуды, которая доставлялась в уличные рестораны.

Древние книги династии Сун также уникальны в Китае, но очень немногие из них были переданы по наследству. Каждый раз, когда публикуется копия, это заоблачная цена.

Культура династии Сун достигла наивысшего уровня в истории Китая того времени. Большое количество народных книжных магазинов публиковали свои собственные книги. Содержание книг является всеобъемлющим, охватывающим все области вся цивилизация Шэньчжоу.

В этом сборнике песен есть случай, называемый цингой, а также рецепты.

Хотя все восхищались способностью г-жи Чжун понимать настоящее, они также были глубоко обеспокоены.

Это лекарственный материал в рецепте.

Теперь он не в порядке.

Это невозможно. Со времен промышленной революции, технологии взлетели, а население резко выросло. Чтобы выжить, окружающая среда должна уступить место человечеству.

Многие редкие растения и животные вымерли.

Симптом обнаружила госпожа Чжун, но Янь Кайю нужно было вылечить, но это стало другой проблемой.

Само собой разумеется, что госпожа Чжун обнаружила симптомы, и рецепт готов, а это значит, что он сделал все, что в его силах.

Что касается несовпадающих рецептов, это не ваше дело.

Однако г-жа Чжун этого не делала. В конце концов, он был имперским врачом, и из-за отношений с семьей Янь, столкнувшихся с попрошайничеством многих людей в семье Янь, г-жа Чжун дала еще один способ.

«Вы можете пойти к Цзиньчэну Гэ Гуаньюэ, чтобы попытать счастья».

«Жить или нет, это зависит от его удачи».»

Этот приговор навредил Гэ Гуаньюэ.

Гэ Гуаньюэ уже вымыла руки в золотой тазу. На этот раз ее подобрал дедушка семьи Чжун. в отрасли, старушка из семьи Чжун имеет высший стаж.

Его слова — императорские указы в области китайской медицины.

Старый гениальный доктор Ге получил орден и получил награду подробная медицинская карта. В ближайшее время будет разработан план лечения.

Эту болезнь нужно передать от семьи с помощью тринадцати инъекций.

Сегодня день укола, а есть эпизод посередине, то есть Ge The Wujin Needle, которая передавалась из семьи более двухсот лет, исчезла!

Что касается того, почему она ушла, это все слезы.

К сожалению, старый гениальный доктор Ге снова изменился. Установите несколько игл, в конце концов, в коллекции Семьи Ге есть много знаменитых игл.

После того, как я постарался, 13 игл упали, Ян Ситуация Кайю перед нами, и на это нет ответа.

Ге Цзяцзин Тринадцать игл, известные как первая игла в стране.

Передано Го Ю, мастером Цинь. Династия, а позже получил некоторые техники иглоукалывания от мастера акупунктуры и прижигания Хуа То, объединив их в тринадцать тончайших игл.

Предки семьи Ге спасли умирающего императора Чжан Сяньчжуна с помощью тринадцати тонких игл. и его имя было передано миру, и это длилось более 300 лет.

Выслушав многословный мир Гэ Цзюньсюаня, Слюнявый, Цзинь Фэн слегка сдвинулся с места. Неожиданно возникает такая странная болезнь.

«На этот раз знак нашей старой семьи Ге полностью разрушен».

«Слава старика, когда он зарывается шеей в лёсс, все кончено!»

Легко потянув за свет Цзинь Фэн, он сказал тихим голосом: «Брат Джин, дела не идут хорошо. Я думаю, мне следует воспользоваться недавними высокими ценами на жилье, быстро продать этот старый дом и переехать в райский город, чтобы я мог быть счастлив и счастлив».

«Ты видишь это?»

Юмористический и забавный Гэ Цзюньсюань произнес эти слова торжественно, без тени шутки над его лицо.

Цзинь Фэн без улыбки взглянул на Гэ Цзюньсюаня и спокойно ответил.

«Ваше имя указано в свидетельстве о недвижимости?»

Гэ Цзюньсюань был ошеломлен и слегка выдавил себя: «Это действительно не мое имя. Это все моя тетя».

Гэ Цзюньсюань с грустным лицом вздохнул: «Все кончено. После того, как Гэцзя закроет иглу, меня можно будет направить только в больницу китайской медицины Тайхуа».

«Или смените больницу китайской медицины Тайхуа на Отель Taihua»

«Заработок — это меньше, и, в любом случае, вы все равно можете бездельничать.»

Ге Цзюньсюань в одиночку сыграл в стендап-комедии, что похоже на супер молодого мастера Цзиньчэн.

Он схватил Цзинь Фэна за руку и сурово сказал: «Брат Джин, моя тетя позаботится о тебе.»

Лицо Цзинь Фэна помрачнело, когда он услышал эти слова.

В это время старый гениальный доктор Ге медленно открыл глаза, и нужно было повернуть голову и посмотреть на Ге Цзюньсюаня.

Глаза Цзинь Фэна ослепили.

У 90-летней Гэ Гуаньюэ были острые глаза, что немного удивило ее.

Неудивительно, что она смогла использовать Цзин. Цзю 13, девяносто лет. Оказалось, что Нидл занимался внутренним боксом.

Дед смотрел на Ге Цзюньсюаня, и он был так напуган, что быстро закрыл рот, но помахал ему рукой. его дедушка указал на Цзинь Фэна и жестом указал на Цзинь Фэна. Непонятный жест.

У гениального доктора Ге был упрек в глазах, но он был немного увлечен, и он отошел от Цзинь Фэна менее чем за пару секунд. во-вторых.

Его глаза были закрыты, лицо закрыто. С грустным лицом, его брови нахмурились при слове «Чуан», думая, что он столкнулся с большой проблемой, время от времени качая головой, его пальцы продолжали постукивать по коленям.

Ученики и внуки семьи Ге честно стояли в сторонке, и им становилось жарко. День был потным, и никто не осмеливался пошевелиться.

На С другой стороны, семья Яна тихонько суетилась, даже не осмеливаясь окунуться в атмосферу.

Родители, дедушки, бабушки и дедушки Ян Кайю крепко держали друг друга и молча поддерживали друг друга.

Глава семьи Янь, Янь Чжуочжи, сел на другой плетеный стул и ничего не сказал.

На больничной койке ребенок Ян Кайю задыхался, а на голове висел пакет с кровью. Пакет с кровью объемом 500 мл стоит десятков тысяч крови панды.

В передвижном холодильнике рядом с ним еще двадцать пакетов с такими пакетиками с кровью.

Еще четыре таких мобильных холодильника есть в специальной медицинской машине на внутренней стоянке семьи Ге.

Сила семьи Янь может быть средней.

В это время Гэ Цзюньсюань, блудный сын, который собирался продать наследственный бизнес своей семьи, легко подошел к деду, но не мог дождаться, и сказал несколько слов ему на ухо.

Палец бесцеремонно указал на Цзинь Фэна, шепча гениальному доктору Ге, он выглядел смешно и нелепо.

Гениальный доктор Ге изменил выражение лица и пять секунд смотрел на Цзинь Фэна.

Внезапно гениальный доктор Ге улыбнулся Цзинь Фэну.

Цзинь Фэн спокойно кивнул в ответ.

Глаза гениального доктора Ге вспыхнули, обнаружив легкую странность, а улыбка на его лице стала еще более многозначительной.

Гэ Цзюньсюань улыбнулся более ослепительно, его глаза загорелись, и он вернулся с радостью, волоча Цзинь Фэна, чтобы сказать что-то тихое.

«Брат Джин, есть выход. Если мы станем семьей в будущем, что ты сможешь получить?»

Цзинь Фэн был немного удивлен, повернул голову и посмотрел на Ге Цзюньсюань и спокойно спросил: «О чем ты говоришь?»

Гэ Цзюньсюань усмехнулся и сказал тихим голосом: «Если это действительно станет хаха, шарлатан!»

В это время, рядом иволга, похожая на зимородка, раздался красивый женский голос.

«Цзюньсюань Гэ, что ты, придурок, крадучись здесь делаешь?»

Девушка в открытом костюме Ади, но пара высоких сапог под ногами склонила голову и посмотрела на Цзинь Фэна и Ге Цзюньсюань.

Овальное лицо, огромные солнцезащитные очки закрывают половину овала лица, делая его еще более изящным.

Пухлые ярко-красные губы слегка приоткрытые, дикие и несдержанные, как у самых красивых нарциссов летом.

Глаза Цзинь Фэна внезапно дернулись, когда он увидел эту девушку.

Черная обтягивающая Ади придавала обтягивающей фигуре девушки возмутительно экстремальный вид, а бронзовая кожа сияла на солнце здоровым сиянием.

Короткие волосы и уши, плывущие вместе с темпом девушки, ее героическая внешность, ошеломляющая всех четверых.

«Ге Цзюньсюань, посмотри на свою птичку, ты хочешь присоединиться к посторонним, чтобы украсть наш антиквариат?»

«Мое лицо почти смеется, что хорошего произошло?»

Когда Гэ Цзюньсюань увидел девушку, он закричал и хлопнул себя по рукам.

«Тетя, тетя, вы пришли как раз»

«Кто-то хочет вам что-то продать».

Девушка хммм и посмотрела на Цзинь Фэна.

Внезапно голова девушки вытянулась на целых три дюйма!

Гэ Цзюньсюань указал на Цзинь Фэна большим пальцем вверх со странным и преувеличенным выражением лица.

Девушка резко сняла солнцезащитные очки, ее круглые абрикосовые глаза расширились, а лицо внезапно изменилось.

«Тетя, ублюдок, о котором вы вчера упомянули, — это он».

Прежде чем Гэ Цзюньсюань успел что-то сказать, девушка уже подбежала и тихо воскликнула.

«Это такое совпадение, возьми рваные иглы призрака и встретись снова!»

«Откуда ты знаешь, что моя старая дева здесь?»

«Пойдемте. и собирать вещи».

закричал, бесцеремонно подняв руку и снова похлопав Цзинь Фэна по плечу.

Лицо Цзинь Фэна упало. Очень безмолвен.

Эта девушка — женщина-начальник полицейского, которого я встретил вчера на Хуанцюань-роуд.

Гэ Цзюньсюань был счастливее и прошептал: «Тетя, вы говорите о нем, а, у него уникальное видение и отличный вкус, тетя»

«Заткнись!»

Девушка ругала рот и необъяснимо смотрела на Цзинь Фэна, ее губы раскрылись, уголки рта были повернуты вверх.

Три секунды спустя девушка рассмеялась, показывая свои белые аккуратные зубы.

Гэ Цзюньсюань засмеялся, его глаза закатились, и он торжественно сказал: «Кстати, моя тетя, этот красивый парень здесь, чтобы продавать вещи?»

«Уцзиньские иглы».

Когда она услышала эти слова, выражение лица девушки было ошеломлено, ее взгляд упал, она осталась в руках Цзинь Фэна и сразу же засмеялась, как Хахагг.

Рот еще бессердечнее.

«Итак, вы взяли троакар Wujin?»

«Я сказал, почему троакар Wujin исчез?»

«Итак, вы подняли его».

«Я не волнуюсь, если ты действительно это подобрал».

«Вот, чтобы вернуть иглу, это мужчина, я тебя подтолкну.»

«Я спрашиваю кого-то установить все наши отходы для вас, и вы заработаете целое состояние».

«В будущем мы заключим контракт на переработку отходов в нашей больнице».

«Мастер сети Геге, кстати, как вы узнали, что мой дом здесь?»

«Лу Цзые, сломленный король.»

Во время разговора он ударил Цзинь Фэна двумя кулаками в грудь.

Джин Фэн фыркнул, крепко сжал рот и получил два удара от девушки.

Гэ Цзюньсюань рядом с ним упал с презрительным видом. Громко скажите: «Тетя, любимая тетя Гэ Чжинань, люди здесь, чтобы продавать троакары Уцзинь, а не для них!»

«Они продаются!»

«Я думаю, вы унесены прочь. счастьем. Отвали. Я не слышу этого.»

Улыбка девушки Гэ Чжинань мгновенно сжалась, ее глаза округлились, она смотрела на Цзинь Фэна и плакала глубоким голосом:» Призрак сломлен, ты пришли, чтобы продать мне троакар Уцзинь?»

Цзинь Фэн спокойно кивнул и мягким тоном сказал:» Да. Продай троакар Уцзинь».

Гэ Чжинань моргнул, немного сбитый с толку. но он вспыхнул в мгновение ока. Он холодно закричал, держа Цзинь Фэна за нос и наклонив голову.

«Мне есть что снова сказать моей старушке».

Цзинь Фэн оставался невозмутимым, таким же спокойным, как и раньше.

«Я, давай, продай, троакар Вуцзинь».

Цветочный объем Гэ Чжинаня изменил цвет и мгновенно взорвался. Он стиснул зубы и крикнул: «Ублюдок».

«Осмелитесь шантажировать мою старушку, моя старушка убьет вас».

Пять пальцев были вытянуты, пасть тигра открылась, один вперед, схватил Цзинь Фэна за плечо, его левая нога вышла наружу с молнией и ударил Цзинь Фэна ногой в промежность.

У Цзинь Фэна огонь в сердце, этот Гэ Чжинань просто неразумный, а выстрел еще более жестокий.

Движения рук не медленные, одна сторона тела сжимается, держите ладони обеих рук положительно и отрицательно и идите в том направлении, куда пришел Гэ Чжинань, сжимая обе руки, он мгновенно схватил Гэ Чжинаня за предплечья и предплечья.

Следуй повороту наотмашь!

Сердце Гэ Чжинаня дрогнуло, и он не запаниковал. После кастрации Цзинь Фэна она повернулась, но просто ударилась ногой и ударила Цзинь Фэна по голове.

Цзинь Фэн не торопился, и его правая рука приподняла нагрудную одежду Гэ Чжинана Ади, и его тело ударилось силой Гэ Чжинаня.

Гэ Чжинань взмахивает воздухом, неудержимо давя вниз и разбивая золотой фронт.

Ослепительно белые и круглые ноги встретили глаза Цзинь Фэна, как будто волна тепла бросилась на него, Цзинь Фэн закрыл глаза, но его руки не замедлились, схватив гладкие лодыжки Гэ Чжинана и повернувшись в противоположном направлении Поднимитесь наверх.

Сцена сейчас довольно неоднозначная.

Цзинь Фэн нес ноги Гэ Чжинаня на плечах, высоко поднял их, схватил одной рукой и унес в сторону, все, кого должны были увидеть, были видны.

Брови Гэ Чжинань были подняты, она закричала от гнева и врезалась в солнечную систему Цзиньфэн локтем.

Цзинь Фэн пожал руку и отступил.

Гэ Чжинань не могла остановиться, ее ноги упали на землю под углом 180 градусов, разрывая красивую лошадь.

Когда вышла эта сцена, Гэ Цзюньсюань уже был ошеломлен.

Гэ Чжинань обняла ее передние ноги, применила силу с ее талии и мгновенно встала, ее брови были приподняты, ее кулаки сжаты, и она закричала от ненависти.

«Призрак изодранный, ты посмел прикоснуться к старушке!?»

«Плохой сын, тебя убила старушка».

Цзинь Фэн остановился. и спокойно сказал: «Сначала пни меня под меня».

Гэ Чжинань сердито сказал: «Моя старушка — женщина, ублюдок, мою старуху однажды кто-то коснулся, я тебя убью»

С этими словами Гэ Чжинань протянул руку и коснулся своих шорт перед Цзинь Фэном и его племянником.

Цзинь Фэн ошеломлен!

Тогда я был удивлен!

Потому что он увидел черный пистолет со стороны шорт Гэ Чжинана.

Гэ Цзюньсюань поспешил вперед, прикрыв глаза одной рукой, а другой сделал жест молчания, выражение его лица было гротескным и встревоженным.

«Успокойся, успокойся, не бери пистолет. Не бери пистолет».

«Дедушка идет к врачу, и у него все уколы»

«Нет доктора» Хорошо»

Гэ Чжинань искоса посмотрел на старого гениального доктора Гэ под деревом гинкго, его лицо изменилось, схватил сумку Цзинь Фэна и сказал с низким рычанием:» Пойдем с моей матерью.»

Он яростно затащил Цзинь Фэна за скалу и сильно толкнул, шипя:» Вонючий потрепанный, что ты хочешь сделать?»

Цзинь Фэн тихо сказал:» Продажа троакаров Уцзинь.»

Легкие Гэ Чжинань чуть не взорвались, и она изо всех сил пыталась подавить свой голос, рычала и приглушенно:» Вы можете спросить Билиана?»

«Взяв черную золотую иглу моей старушки, у вас еще есть лицо, чтобы попросить мою старушку сдать ее на переработку?»

Гэ Цзюньсюань последовал за ним и кивнул рядом с ним:» Это традиция нашей китайской нации — собирать золото без незнания «.»

Цзинь Фэн не видел и следа стыда на его лице, он был спокоен и сказал что-то спокойно.

«Я смотрел телевизор вчера вечером, и кто-то нашел сумму в 300 Огромная сумма в 10 000 юаней требует от владельца вознаграждения в размере 10%.»

«Позже дело дошло до суда, и решение суда его тоже поддержало.»

«Вы не перерабатываете. Продаю другим.»

Гэ Чжинань была ошеломлена, а затем задрожала от гнева, ее глаза были налиты кровью, а грудь пульсировала, как сплошная гора.

«Вонючий ублюдок»

Гэ Цзюньсюань поспешно сказал: «Тетя, его зовут Цзинь Фэн, Цзинь Фэн вонючий ублюдок, да»

Ге Чжинань крикнул от ненависти: «Цзиньфэн вонючий ублюдок, ты рваный вонючий ублюдок, как ты смеешь? вы шантажируете мою старушку!?»

Гэ Цзюньсюань усмехнулся и холодно закричал:» Шантаж!»

«Хотите верьте, хотите нет, моя старушка попросит вас войти и спеть за решеткой сегодня!»

Гэ Цзюньсюань сразу же сказал:» Слезы из-за решетки!»

Цзинь Фэн был неподвижен, неподвижен, как гора, и холодно сказал:» Приходи или нет?»

Ге Цзюньсюань Он немедленно ответил на разговор, с серьезным лицом, и сурово крикнул: «Давай».

«Не говори Уцзиньчжэнь, моя тетя заберет его с тобой».

«О, моя тетя, пожалуйста, зажги».»

«О да»

Гэ Чжинань выкрутил Гэ Цзюньсюань за уши, пнул Гэ Цзюньсюаня по заднице и отругал:» Заткнись.»

Снова указывая на Цзинь Фэна, он зарычал:» Вонючий потрепанный, я спрашиваю вас, последнее предложение, что вы хотите сделать?»

Цзинь Фэн глубоко вздохнул и посмотрел на Гэ Чжинань спокойно.

Волна решимости в его глазах была глубокой, как звезды.

«Продай, Вуцзинь, троакар!»

Гэ Чжинань посмотрел в глаза Цзинь Фэна и не мог не задрожать от внезапного сердца.

Гэ Цзюньсюань, пойманный ушами Гэ Чжинаня, присел на землю, схватил Гэ Чжинаня одной рукой за руку и продолжал взывать о пощаде.

«Тетя, тетя, этот ублюдок ненадежен, вы все равно говорите, что он ваше высшее сокровище, я думаю, что он бык-дьявол»

«Какой весенний ветерок не так хорош, как его, результат — разочарование «Большой король восемь»

Когда Гэ Чжинань услышал это, его лицо стало синим и красным, и с силой в руке он дико крутил уши Гэ Цзюньсюаня.

Глаза Гэ Цзюньсюаня внезапно расширились, но он не осмелился закричать, одним укусом укусил руку, упал на землю и перекатился от боли.

Гэ Чжинань яростно толкнул Цзинь Фэна, стиснул зубы и крикнул: «Ты такой добрый. Ты самый бесстыдный человек, которого я когда-либо видел!»

«Мои глаза, я слепой!»

«Скажи. Сколько ты хочешь?»

Цзинь Фэн закрыл глаза и сказал слово за словом:» Девяносто четыре тысячи две тысячи семьсот семьдесят пять.»

«Пыхтеть!»

Гэ Цзюньсюань, который упал на землю, забыл о боли в ушах. Он сделал затяжку, а затем спросил:» Сколько?»

Цзинь Фэн снова спокойно назвал цену.

Эта цифра — деньги, которые мне нужны для решения двух самых больших трудностей.

Гэ Чжинань тоже был поражен на месте.

Гэ Цзюньсюань подумал, что это странно, поэтому он быстро встал, потирая красные уши и с любопытством спросил.

«Я сказал, брат Джин, зачем тебе это число»

«Нет, я имею в виду, почему тебе не нужен один миллион, девяносто четыре тысячи, девяносто пять Ван, тебе нужно добавить немного?»

«Тебе повезло?»

Цзинь Фэн не сказал ни скромного, ни высокомерного:» У меня все еще есть эти деньги».

Здесь глубокая боль вспыхнула в глазах Цзинь Фэна.

Ради мусорной станции, ради храбрости солнца и луны и ради того, чтобы Чжан Дань вышел без страданий в будущем, у меня нет выбора.

Я не знаю, когда собираю золото.

Если ваша совесть исчезнет, ​​она исчезнет!

Гэ Чжинань, который долгое время не разговаривал, продолжал смотреть на Цзинь Фэна и внезапно холодно отругал его.

«Не собирай Билиан этого вонючего вонючего ублюдка, моя старушка…»

«Никакой переработки!»

Когда прозвучали эти слова, Цзинь Фэн был шокирован.

Гэ Цзюньсюань открыл рот, и все его тело оцепенело.

Гэ Чжинань неоднократно насмехался над Цзинь Фэном: «Мне не нужна моя старушка, мне не нужна моя старушка Ву Цзиньчжэнь».

«Вы можете просто продать это».

«Почему бы и нет? Это собака, которая тебя продает».

Цзинь Фэн помолчал несколько секунд, прежде чем Ян Тянь перевел дух.

достал из мешка черную золотую коробку для игл, бросил ее в руки Гэ Цзюньсюаня и равнодушно сказал.

«Верни его тебе!»

Ситуация внезапно изменилась, и стиль рисования резко изменился.

На этот раз Гэ Чжинань и Гэ Цзюньсюань были ошеломлены.

Как только игольница Уцзинь была выброшена, большой камень в сердце Цзинь Фэна упал на землю, и его тело почувствовало сильное облегчение.

Его взгляд скользнул по лицу Гэ Цзюньсюань и упал на лицо Гэ Чжинаня.

В глазах глубже моря тихо течет след извинения. В этот момент сердце Гэ Чжинаня было глубоко уязвлено.

«Пойдем».

В этих нескольких коротких предложениях четыре слова были настолько простыми, что не могли быть более простыми, но они содержали чувство горя и возмущения.

Внезапно повернувшись, Цзинь Фэн, мягко опустив голову, непреклонно поднял голову и вышел на улицу.

Гэ Чжинань тупо посмотрел на сильную, но одинокую спину Цзинь Фэна, он не мог не протянуть руку, но резко остановился в воздухе, почти выпалив слово в своем сердце.

В этот момент из-под дерева гинкго раздался долгий вздох и прозвучал хриплый старый голос.

«Мне очень жаль. Старик старался изо всех сил!»

Мгновение печали и горя разносилось во дворе.

Гэ Чжинань поспешно повернула голову и увидела старого гениального доктора Гэ, стоящего рядом с ребенком Ян Кайю, который слегка поклонился в знак приветствия, покачал головой и вздохнул с мрачным выражением лица.

Пара средних лет, стоящая с другой стороны, — это родители Ян Кайю, они крепко обнимают друг друга, по их лицам текут слезы.

Люди, которые пришли сюда, естественно, являются близкими родственниками маленького друга Янь Кайю Услышав эту новость, все они склонили головы и плакали.

Мать Янь Кайю плакала, мягко говоря.

Отец Янь Кайю, Ян Цзюмин, похоже, ожидал такого конца. Эти годы кругосветного путешествия уже истощили его физически и морально.

Г-н Чжун Чжун, семья имперских врачей Китая, нашла поражение Янь Кайю и объявил о смерти Янь Кайюй.

Десять лучших гениальных врачей Китая, иглоукалывание Ван Гэ Гуаньюэ Ге, старый гениальный врач, который отлично использовал иглоукалывание, до сих пор не может вылечить цингу Янь Кайю.

Два великих доктора пошли вместе, но они не смогли спасти своего сына.

После того, как Ян Цзюмин получил последний приговор, мозг загудел, и он сделал несколько шагов назад, и его поддержали его родственники.

Глава семьи Ян, г-н Ян, едва встал, сжал в руке кресло из красного дерева, притворился спокойным, слегка поклонился Ге Гуаньюэ и мягко сказал.

«Спасибо, мистер Гэ».

Приказав людям поднять его невестку, г-н Ян мягко сказал: «У каждого своя жизнь. Это жизнь Сяоюй.»

«Отвези моего маленького внука домой, и я лично буду сопровождать своего маленького внука, чтобы закончить последнее путешествие».

Сказав это, г-н Ян схватился за сердце от боли и слез Падение.

Мать Янь Кайю заплакала и внезапно бросилась к телу Янь Кайю, удерживая его неподвижно и горько плача.

В этот момент Ян Кайю слегка моргнул и, казалось, почувствовал горе своей биологической матери.

Слегка приоткрыл глаза, вяло посмотрел на мать, в его глазах вспыхнула вспышка радости, а его пурпурные и черные губы мягко скривились.

«Мама, не плачь».

«Сяоюй но»

Слово «боль» сзади никогда не произносится, ноздри, уши, глаза Ян Кайю и рот Внутри бешено хлынула кровь, как из разбитого ведра, вся кровь хлынула.

В одно мгновение он превратился в человека крови.

Его голова искривилась, он извергнул полный рот сгустков крови, а затем не было ни звука.

«Сяоюй!»

«Юэр!»

«Сяосунь…»

Родственники Янь Кайюй завыли от боли и бросились на крик перед кроватью.

«Боже мой, что я сделал не так?»

Мать Янь Кайю горько взвыла, крепко схватилась за волосы, встала на колени на землю и плакала, как призрак посреди ночи. Яростно выть.

В мгновение ока черный синий шелк на ее голове стал белым со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Произошла эта трагическая сцена, и все присутствующие вскрикнули от удивления.

Гэ Цзюньсюань прищурился, потеряв дар речи.

Гэ Чжинань повернул голову, долго текли слезы, и упорно вытирал их, но в мгновение ока это было неудовлетворительно.

Сцена полностью белого У Си вышла наружу, и Цзинь Фэн печально закрыл глаза.

Отец Ян Кайю, Ян Цзюмин, встал и махнул рукой.

Самый профессиональный медицинский персонал семьи Янь подошел, толкнул специально застеленную больничную койку и собрался уходить.

«Боже, как ты относишься ко мне, Ян Цзюминь, такой несимпатичный.»

«Четыре поколения моей семьи Янь совершили добрые дела, и мы пожертвовали деньги, чтобы освободить нас во время войны. На протяжении многих лет мы строили мосты и тротуары, а также обеспечивали людям средства к существованию».

«Наша семья Янь ни одного не заработала. Раздели черные деньги!»

Ян Цзюмин посмотрел на голубое небо, взревел от разрывающихся легких, держа стопку отчетов о случаях в обеих руках, и бросил отчеты в небо.

«Сяоюй, папа сопровождал их. Ты, пойдем домой, пойдем домой.»

Покачнулся, споткнулся на два шага, слезы, как дождь.

Цзинь Фэн мягко вздохнул, поднял сумку и молча повернулся.

был там. время, лист бумаги формата А4 упал перед глазами Цзинь Фэна.

Взглянув на его глаза, Цзинь Фэн резко изменил цвет лица, и он издал звук удивления.

Его глаза упали. когда лист А4 парил в воздухе. Когда он достиг земли, Цзинь Фэн уже ясно видел содержание бумаги.

Его тело дрожало.

На бумаге формата А4 есть запись о цинге, которая скопирована с изолированного экземпляра династии Сун, хранящегося в Медицинском музее.

«Цинга, также известная как коагуляция»

При виде этого глаза Цзинь Фэна бесконечно вспыхнули, и на его лице появилась вспышка возбуждения.

Цзинь Фэн остановился, внезапно повернулся, остановился и тихо сказал.

«Босс Ян. Возможно, я смогу вылечить вашего сына!»

Когда прозвучали эти слова, Ян Цзюмин был шокирован!

Все в семье Янь повернули головы.

Гэ Чжинань и Гэ Цзюньсюань широко открыли глаза.

Гениальный доктор Ге тоже немного заблудился.

«Можете ли вы вылечить хорошую или плохую кровь?»

«Ты!?»

Семья Янь тупо посмотрела на Цзинь Фэна и спросила тихим голосом.

Держа в руке лист формата А4, Цзинь Фэн сказал спокойно и твердо: «Я могу!»

Присутствовало не менее сорока человек, все они были ближайшими родственниками Ге. семья и семья Ге Его ученики и внуки — все известные знаменитости.

Даже врачи в доме семьи Ге — известные учителя в сети китайской медицины.

В присутствии этих знаменитых врачей Цзинь Фэн произнес слово «я могу», сбив всех с толку.

«Ты такой громкий. Осмелишься сказать, что сможешь его спасти?»

Гэ Чжинань выскочил из-за скалы, достиг Цзинь Фэна, указал на Цзинь Фэна и закричал.

«Я думаю, ты без ума от денег!?»

«Не смотри на свою вонючую добродетель. Ободранный человек осмелится сказать это».

«Это безумие?»

«Если у тебя не хватает денег, скажи мне, разве это не более 900 000 вещей?»

«Я дам тебе, Могу ли я дать тебе один миллион?»

«Пойдем со мной».

С этими словами Гэ Чжинань собирается потянуть Цзиньфэна за руку.

Цзинь Фэн поднял руку и вырвался.

Гэ Чжинань немного встревожился, стиснул зубы и сказал глубоким голосом: «Не шучу, я вам скажу. Это не шутка».

Цзинь Фэн строго сказал: «Я не шучу».

«Я могу вылечить свертывание крови у ребенка, Янь Кайю».

Лицо Цзинь Фэна было серьезным, а тон очень твердым, что удивило всех в напротив семьи Ян.

Я посмотрел на одежду Цзинь Фэна, но не мог в это поверить.

Я слышал, что маленькая дочь молодого доктора Ге позвонила Цзинь Фэну, чтобы она сама собрала лохмотья, и она еще больше не доверяла Цзинь Фэну.

Однако возможность появиться на заднем дворе семьи Гэ и быть немного связанной с Гэ Чжинаном, естественно, экстраординарно. Хотя люди из семьи Ян не имеют хорошего впечатления о Цзинь Фэне, в таких случаях трудно рассердиться.

Гэ Чжинань горит.

Он стоит перед Цзинь Фэном, лицом к лицу с Цзинь Фэном, его нос находится всего в пяти сантиметрах от носа Цзинь Фэна.

тихонько крикнул: «Цзинь Фэн!»

«Не создавай проблем».

«Разве тебе просто не нужны деньги. Может старушка дать тебе их? ? «»

Хотя Гэ Чжинань — откровенный мужчина и агрессивная женщина, когда она стояла перед Цзинь Фэном, в насилии было немного жалоб, но это принесло Джин Фэну кое-что странные… чувства.

«Ты не отдаешь свои деньги. Я не заставляю их.»

«Пожалуйста, уходи, не мешай мне спасать людей!»

Джин Голос Фэна Давление было также очень низким: люди из семьи Гэ и семья Янь рядом с ними смотрели на двоих, думая, что они интимно перешептываются и говорят о любви.

Трудно сказать семье Янь, выражения на лицах дюжины людей со стороны семьи Ге прекрасны.

«Черт возьми, что я увидел?»

«Боже мой, я правильно прочитал!?»

«Неожиданно десятитысячелетняя младшая сестра-девственница Драка с людьми на публике»

«Это действительно тяжело, а я все еще играю с разбитой волной»

Старый гениальный доктор Ге стоит под деревом гинкго, хмурясь и глядя на рокарий Парочка на краю.

Моя маленькая дочь может считаться настоящей старушкой. Как Ян Кайю на больничной койке, она родилась как жемчужина на ладони и любима всей семьей.

Сейчас она собирается перейти к третьему поколению процессоров, но проблемы ее жизни так и не решены.

Из-за этого я тоже сломил Бога и очень старался.

Власть семьи Ге не оценивается по стране, и в любом случае она также внесена в список.

Денег действительно не много, и детей и внуков достаточно, чтобы они проиграли за три жизни, но жемчужина на ладони, которую я люблю больше всего, — это чудесный цветок.

У Цзиньчэна много аристократических детей, и многие люди готовы жениться на семье Ге. Когда они познакомились, семья этого человека была вполне довольна его дочерью.

Будь то красота или карьера, я очень доволен.

Но через два дня семья мужчины привела его сына, чтобы поговорить с ним.

Каждый раз, когда я возвращаюсь, это будет мучительной пыткой для меня. Если бы я не занимался внутренним семейным боксом в детстве, я бы умер живым.

У сына человека, который отступил, более светлое лицо в синяках, а лицо тяжелее на носилках.

Со временем его пальмовая жемчужина стала известной в Цзиньчэне.

Худшее время, это была закрытая ученица старушки из семьи Чжун, гения, учившегося в императорском госпитале.

В то время его дочь была знаменита на всю страну.

Любимый ученик закрытой двери дедушки Чжуна и гений имперской больницы имел трехдневные отношения со своей драгоценной дочерью и вернулся из чартерного полета за границу на четыре дня. Он постучал в дверь Тайхуа. Залезь посреди ночи и встал на колени рядом с ним, рыдая и рыдая.

«Дядя Ге, я пробыл за границей с Чжинаном три дня, и меня били 72 часа. С детства до взрослой жизни даже моя мать не хотела меня бить».

С тех пор Я перестал думать о том, чтобы найти зятя для своей девочки.

«Какое несчастье!»

Подумав об этом, старый гениальный доктор Ге посмотрел на двух людей напротив и глубоко вздохнул.

«Самая любимая дочь моего достойного короля иглоукалывания зашла так далеко, что дошла до рваной дочери»

«Неважно»

Рядом со скалой, лицо Гэ Чжинаня к Джину Тон Фэн Ленга Ян Ленга был нелегким, и его гнев внезапно поднялся, яростно, и тихо закричал.

«Вы знаете, что такое цинга?»

«Вы понимаете?»

«А!»

«С моим отцом вы можете» Вылечить это, что ты?»

«Уходи отсюда».

Столкнувшись с высокомерием Гэ Чжинаня, Цзинь Фэн спокойно шагнул вперед, столкнувшись с неизбежным отъездом. Глубокий голос.

«Мастер Ян, я вылечу коагулопатию Янь Кайю».

Мастер Ян остановился по его стопам, посмотрел на Цзинь Фэна, его выражение было тусклым, его лицо было серым, и он был неописуемо отчаянный.

Он слегка покачал головой, его хриплый голос был грустным.

«Мальчик, спасибо за твою доброту.»

«Вот мое сердце!»

«Мой маленький внук много лет лежал в постели, и у всех по нему текли слезы. Я использовал все, поэтому просто ложусь вот так».

«Жить слишком горько и бесполезно для моего маленького внука, ему всего восемь лет и восемь лет»

«Лучше умереть, чем так жить»

«Пусть он счастлив и счастливы. Все испытывают облегчение».

Сказав это, он опустил голову, двигался медленно и медленно.

Все в семье Янь плакали, грустно и мучительно.

Цзинь Фэн закрыл глаза и тихо сказал: «Поскольку вашему внуку суждено умереть, почему бы вам не дать мне попробовать? !»

Семья Янь ошеломила, когда он услышал эти слова.

Цзинь Фэн глубоко вздохнул и громко сказал:» Цингу также называют коагуляцией «. Запись об этой болезни есть не только в изолированном экземпляре гравированного издания Песни.»

Слова вышли наружу, и все присутствующие были поражены.

Гениальный доктор Ге сказал удивленно.

Цзинь Фэн продолжил:» Если я правильно помню, В Династия Мин Чжао Чжэндао писал, что также были подробные записи о цинге.»

Старый доктор Ге был поражен, а ученики и внуки вокруг него были еще больше сбиты с толку.

Старик среди нескольких личных учеников, собранных старым гениальным доктором Ге, встал и громко сказал: «Мы все слышали об имени Чжао Чжэндао, но он написал, простите меня за мое невежество. «Не знаю, что это такое?»

Другой старик усмехнулся и усмехнулся: «Я изучал медицину с моим учителем в течение 30 лет. Я никогда не слышал о Чжао Чжэндао и не написал эту книгу».

«Молодой человек, вы снова здесь. Откуда вы это узнали?»

Другие люди тоже подхватили.

«Даосизм Чжао Чжэнь унаследовал линию Чжу Чжэнхэна, основателя школы Цзыинь. Хотя она была известна в конце династии Мин, никакой медицинской книги не передавалось. история китайской медицины».

«Молодой человек, если вы не понимаете, не говорите об этом».

«Верно, мы все профессора, даже не «Не знаю, ха-ха»

Это старики, которые практикуют медицину 20 и 30 лет. А теперь отправляйтесь в залы китайской медицины в различных больницах китайской медицины, они являются первоклассными экспертами.

Дети Кинга Нидла тоже на 70% хуже всех.

У этих экспертов обычно есть свои собственные медицинские клиники в Цзиньчэне, но они по очереди сидят в Тайхуатане, потому что это правило Тайхуатана.

Как может Цзинь Фэн знать такие древние медицинские книги, о которых не знали даже эти знаменитые доктора и профессора, десятилетиями погруженные в медицину! ?

Этот человек открыл рот и кончил, полная чушь.

Сестричка ищет такого человека, и Тай Хуатан опасается, что в будущем с этим будет покончено.

Несмотря на сомнения многих экспертов, Цзинь Фэн громко ответил.

«Это действительно было сделано для Чжао Чжендао. Хотите верьте, хотите нет».

«Зарегистрировано сто девяносто видов неизлечимых болезней, включая катастрофу в последний год правления династии Мин.»

Когда все это услышали, они были ошеломлены.

Конец династии Мин! ?

Великая катастрофа! ?

Это

Старый гениальный доктор Ге вдали схватился за бороду, его мысли резко повернулись, и вдруг что-то вспомнил, он не мог не задавать вопросы.

Цзинь Фэн продолжил: «Цинга — одна из них».

«Согласно записям, пациенту не более десяти лет, и династия Мин была благословлена. У любимой маленькой принцессы Ван Чжу Чансюня такая цинга».

«И именно Чжао Чжэндао вылечил маленькую принцессу».

Цзинь Фэн сказал очень громко. привлекли внимание семьи Янь и повернулись к Цзинь Фэну один за другим.

Как только слова закончились, старый эксперт рядом с ним немедленно напал и громко спросил.

«Тогда ты расскажи мне, как Чжао Чжэндао исцелил маленькую принцессу?»

Цзинь Фэн поднял бумагу формата А4 в руке: «Это точно так же, как этот рецепт».

«Хахаха»

Ученики и внуки семьи Ге рассмеялись и саркастически указали на Цзинь Фэна.

«Обойдя такой большой круг, я все еще использовал этот рецепт!»

«Как здорово я, когда Чжао Чжэндао, я думал, что он создал новый рецепт. Оказывается, что Я до сих пор не могу уйти с пути предшественников.»

«Хе-хе, мальчик, ты хвастаешься нам своими передовыми знаниями? К сожалению, никто не может это подтвердить».

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «То, что я сказал, вам не нужно различать истину и ложь, и у вас нет такой способности».

«Вы всего лишь группа крыс. Что вы видишь, совсем чуть-чуть перед тобой. Туман.»

Цвет лица всех внезапно изменился, и они опустились, глядя на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн был спокойным, как море, и не было никаких следов колебаний.

Слова, которые произнес Цзинь Фэн, глубоко ранили экспертов и известных врачей семьи Гэ.

Когда прямые потомки Короля Нидла перенесли такое большое оскорбление?

Эти эксперты, известные доктора и профессора случайно вытащили одного из них. Все они старые китайские врачи, которые опубликовали имена и фотографии на сайте китайской медицины.

Каждый год моя собственная медицинская клиника принимает бесчисленное количество ищущих лечения людей со всей страны, через Тайваньский пролив.

Есть даже люди из-за границы.

Однако сегодня оборванный мужчина отругал меня как умирающую мышь.

Ученики и внуки — мыши, так что же старый гениальный доктор Ван Гэ?

Мышиный босс? !

Это просто непростительное оскорбление.

Из толпы, наполненной праведным негодованием и гневом, кто-то немедленно выскочил, чтобы обвинить Цзинь Фэна, и все с суровым выражением лица.

«Что ты имеешь в виду?»

«Вы осмелились сказать это перед моим господином, вы имели в виду это?»

Это был Яо Шули, трое учеников старого гениального доктора Ге, которые завоевали истинную биографию старого гениального доктора Ге, не только среди учеников семьи Ге, но и известные на всю страну.

Яо Шули громко воскликнул.

«Джин Фэн, предупреждаю, я поклонюсь своему господину и немедленно извинюсь. В противном случае не обвиняйте нас в грубости по отношению к вам.»

«Мой учитель, один из десяти лучших врачей страны, король иглы, получает специальное национальное пособие. Вы открыто осмеливаетесь подвергать сомнению его способности, что вы хотите делать?»

«Прошу прощения!»

«Вставай на колени!»

«Почему бы тебе не встать на колени и извиниться, я хочу сегодня хорошо выглядеть.»

Вдали старый гениальный доктор Ге усмехнулся и собирался махнуть рукой, чтобы позволить своему ученику остановиться.

Хотя этот молодой человек держал рот открытым, король воловьей кожи, он также был мужчиной, которого хвалила его дочь.

Как только я захотел это сделать, Гэ Чжинань забеспокоилась больше, чем она сама.

Скрестила бедра и кричала на этих экспертов и профессора.

«Закройте для меня все.» Рот. Не берите куриные перья в качестве стрел, вы, ребята, даже не представляете нашу семью Ге.»

«Во время игры.»

Старшая женщина заговорила, семья Гэ и другие поспешно закрыли рты, в глубине души сожалея, и даже забыли, что этот мужчина был целью самой старшей женщины.

Яо Шули сказал сердито. : «Младшая сестра, ты вывернул локоть

Гэ Чжинань холодно фыркнул и сердито сказал:» Это твое дерьмо. Если ты хочешь научить его, это не твоя очередь.»

Повернув голову, он прошептал Цзинь Фэну:» Выбери тряпки, это наш дом, моему папе девяносто лет, что ты имеешь в виду под этими словами?»

«Даже если мой папа не гениальный врач, он еще и старейшина. Вы так относитесь к старшим?»

У Цзинь Фэна не было стыда на лице, и он легко сказал:» Я говорю правду.»

«Ты»

Гэ Чжинань снова разозлился, горько глядя на Цзинь Фэна.

Внезапно Гэ Чжинань слегка вздохнул, глубоко вздохнул и использовал голосом, которого у него никогда раньше не было.

«Джин Фэн, хватит создавать проблемы, хорошо?»

«Мой отец не вылечил Яня Кайю. Он был в плохом настроении. Семья Янь тоже сейчас очень грустна.»

«Я, мне тоже грустно»

Внезапное изменение заставило Ге Цзюньсюань мгновенно окаменеть, его подбородок упал на землю, и он не мог поверить своим глазам.

Это все еще та тетя, которую я знаю?

Это все еще та тетя, которую я знаю?

А,

А,

Джин Фэн сказал, «Я сказал, что вы мне не верите.»

«Во что вы верите?»

«Я могу вылечить Ян Кайю.»

Гэ Чжинань сходит с ума.

Перед лицом неоднократного упорства Цзинь Фэна я мягко попросил об этом. Такое упрямство.

Терпимо и терпимый, невыносимый, отступил на два шага, указал на Цзинь Фэна и закричал.

«Что ты сделал хорошо?»

«Вы знаете, что такое цинга?»

Цзинь Фэн посмотрел на Гэ Чжинаня и мягко сказал:» Цинга, я никогда о ней не слышал «. Однако, поскольку я знал, что цинга — это коагуляция»

«, я могу сказать вам наверняка»

«, я могу его вылечить.»

строго спросил Гэ Чжинань, доказывая, что Гэ Чжинань сошел с ума.

Семья Гэ так много знала, что эта тетя была настолько ужасной, что он все время отступал от страха, а хризантемы были

Гэ Чжинань дрожал от гнева, а Хэдун Лев взревел.

«Хорошо!»

«Вы сказали, что можете лечить, я спрашиваю вас, к какому врачу вы обращаетесь? Какое лекарство?»

Цзинь Фэн ответил спокойно, издав звук, только что.

«Это очень просто. Сделай его кровью!»

Гэ Чжинань несколько раз усмехнулся.

«Макияж! ?»

«Говоря легкомысленно, что вы можете сделать, чтобы помириться?»

«Даже если у Сяоюй есть неограниченное количество крови панды, он не проживет несколько дней.»

«Кроветворная функция неэффективна, вы понимаете?»

«После того, как кровь попадет в его тело, она превратится в мелкие сгустки крови в течение трех дней, поэтому его нужно менять в любое время и в любом месте. Только так он сможет выжить».

Выражение лица Цзинь Фэна по-прежнему похоже на статую, которая не менялась тысячи лет. Она пугающе холодная.

Как только Гэ Чжинан сходит с ума, царь и земля не узнают его, и он указывает на Цзинь Фэна и неохотно кричит.

«Кроветворная функция исчезла, даже боги не могут спасти его. Понимаешь?»

«Понять или нет! ?»

Цзинь Фэн крикнул низким голосом.

«Восстановите его кроветворную функцию!»

Гэ Чжинань от гнева прыгнул на землю, громко шипя:» Ты что, дурак, слепой, глухой, ботаник, сумасшедший?»

«Не понимаете человеческих слов? Кроветворная функция Сяоюй давно нарушена, и теперь он зависит от переливания крови, чтобы накормить его. Однажды не будет крови панды, Сяоюй будет»

Цзинь Фэн так же спокоен, как и раньше, и он все еще мягкий вентиляция.

«Итак, он должен восстановить свою кроветворную функцию!»

Гэ Чжинань тупо посмотрел на Цзинь Фэна, и внезапно Гэ Чжинань издал резкий вопль.

«А»

Он крепко схватился за волосы обеими руками, отчаянно покачал головой и присел на корточки.

Полностью и полностью развалился.

Люди из семьи Ге были ошеломлены, их очки разбились о землю, ошеломленные, и они не могли поверить в то, что происходило перед ними.

Кошмар и пресловутая репутация всех детей аристократической семьи города Цюаньцзинь распространились на любимую пальмовую жемчужину города Тианду семьи Ге, неожиданно, она была сведена с ума человеком, который собирал лохмотья.

Гоша!

Все в семье Гэ смотрели на Цзинь Фэна, как если бы они были тираннозавром, вымершим тысячи лет назад.

Гениальный доктор Гэ глубоко вздохнул, медленно подошел и мягко сказал: «Цзинь Фэн. Ты прав. Пока кроветворная функция Сяоюй восстановлена, его можно вылечить».

«Но вы думали об этом? Как он может восстановить свою кроветворную функцию?»

Цзинь Фэн повернул голову и посмотрел на старого гениального доктора Ге, Гу Цзин Бубо, и сказал тихим голосом: «Иглоукалывание, определенно нет».

Есть две пользовательские роли. Его личность загадочна и необычна, а его статус выдающийся и благородный. Один — Чжоу, а другой — Ван. Книжные друзья, которым интересны эти две фамилии, сами задают себе имена. Чжоу XX, Ван XX. Просто оставьте мне сообщение.

Старый гениальный доктор Ге молча кивнул и улыбнулся: «Моя девочка вернулась вчера, и она сказала мне, что встретила мастера».

«Мастер, который делает иглы призрачной девяти!»

«Это моя дочь одновременно завела мужчину со мной».

«Ты очень хорош».

«Я не ожидал, что у призрачных ворот есть Наследники. Вы позволили мне Несчастный случай.»

Как только эти слова прозвучали, эксперты и профессора изменили свой цвет, а некоторые даже выпалили.

Семья Янь тоже остановилась.

Призраки, они также слышали о мистере Чжуне, и его оценка миссис Чжун все еще ясна.

Он был передан Дао Цзун Чжан Даолин. Его называли магическим навыком, намного превосходящим иглы Цзин Цзюэ 13. К сожалению, он был утерян сто лет назад.

Неожиданно потрепанный ребенок перед ним оказался потомком призрачной двери.

Глаза экспертов были тусклыми, а на лицах была огненная боль.

Слова моего учителя заставили каждого присутствующего эксперта почувствовать стыд и смущение.

Если бы это не сказал отец моего учителя, никто бы не поверил, что этот оборванный коллекционер оказался потомком Гуй Цзюцзинь!

Девять игл призрачных ворот, это просто легенда.

По сравнению с Цзинь Фэном, он на самом деле просто мышь, даже не большая.

Семья Ян возродила надежду, и даже мать Ян Кайю, которая была такой мягкой и грязной, также встала.

Старик рядом с семьей Янь больше не мог с этим помочь и вздрогнул: «Мистер Цзинь. Прямо сейчас у Яня не было глаз, чтобы узнать Тайшаня, поэтому он пренебрегал хозяином. Пожалуйста, простите меня.»

«Поскольку вы являетесь потомком призрачной семьи, Ян умоляет мистера Джина спасти моего маленького внука.»

«Пока мой маленький внук спасен, Вы будете наслаждаться богатством семьи Янь, и семья Янь будет отправлена ​​вами.»

«Абсолютно нечего сказать.»

Родители Янь Кайюй закричали:» Мистер Джин, сделай это.»

«Пожалуйста, я хотел бы отплатить своему ребенку своей жизнью. Ты не представляешь, как много я работал, чтобы вынашивать его.»

«Пожалуйста!»

Мать Янь Кайю сказала, что хочет преклонить колени перед Цзинь Фэном.

Цзинь Фэн отступил в сторону с серьезным лицом и спокойно сказал: «Мне очень жаль. Метод призрачной иглы не может вылечить коагуляцию Ян Кайю».

«Потому что коагуляция пришла. конец.»

Эти слова, несомненно, как гром среди ясного неба, и семья Янь в полном отчаянии.

Отец Янь Кайю громко крикнул: «Но то, что вы только что сказали, вы можете спасти Сяоюй, вы ясно сказали. Верно?»

Цзинь Фэн тяжело кивнул: «Да!»

«Я сказал, я могу спасти его».

Слова Цзинь Фэна снова сбили всех с толку.

Гениальный доктор Ге изменил выражение лица, он слегка кивнул и сказал: «Это»

«Только этот рецепт может спасти Ян Кайю».

Гениальный доктор Ге выглядел взволнованный и кивнул. Сказал: «Да. Совершенно верно. Если я буду на тридцать лет моложе и у меня будет 13 игл, у меня будет половина шансов вылечить Сяоюй. Теперь»

Старый волшебник Гэ выглядит немного тусклым, подтверждая это, Цзинь Фэн сказал мягким голосом: «Старушка Чжун сказала, что единственный, кто может спасти Сяоюй — это рецепт».

«К сожалению, лекарство, указанное выше, не является полным».

Цзинь Фэн кивнул: «Я посмотрел на рецепт. Он не совпадает».

Гениальный доктор Ге был немного смущен, он спросил: «Тогда ты»

Цзинь Фэн громко сказал: «Лекарство не готово. Это потому, что сейчас нет основного лекарства».

Старый гениальный доктор Ге печально кивнул: «Да. Без этого основного лекарства рецепт также будет потерян. Значение.»

«Эти годы, эти годы»

Цзинь Фэн тоже чувствовал то же самое и мягко сказал:» Ты прав. Без этого основного лекарства рецепт бессмысленен.»

После паузы Цзинь Фэн сказал:» Главное лекарство должно быть найдено.»

Гениальный доктор Ге и семья Янь были разочарованы, и их сердца были холодными.

Старик Ян был опечален криком:» Это главное лекарство, это главное лекарство исчезло. «В течение многих лет я тратил много денег и запускал много рекламы, но я не могу ее найти, я не могу ее найти».

Старый гениальный доктор Ге также кивнул и вздохнул.

«Рецепт династии Сун — единственный. Есть также записи о Чжао Чжэндао, которые вы сказали. У меня действительно нет никакого впечатления об этом лекарстве».

Яо Шули, которую только что так смутил и сердито ударил Цзинь Фэн, встала и громко закричала…

«Фамилия — Джин. Это к вам хорошо относятся, а к вам плохо относятся. Что ты хочешь делать?»

«Скажу вам, хотя вы и являетесь потомком призраков, это определенно не ваше место, чтобы хвастаться своим высокомерием.»

«У Уи, Вэнь Вуэр, так как вы хвалили Хайкоу, вы можете показать это всем.»

«Также позвольте лягушкам на дне колодца в ваших глазах увидеть ваши истинные способности.»

Эти слова были произнесены очень громко. Ученики и внуки гениального доктора Ге имели разную внешность, некоторые склонили головы, некоторые пошли тянуть этого человека за руку.

Больше людей стояло рядом. Рядом с этим человеком, быстро уставившимся на Цзинь Фэна.

Лицо гениального доктора Ге было темным, с редким выражением гнева.

Гэ Чжинань уже был в ярости и собирался немедленно выпрыгнуть.

Столкнувшись с провокациями этих людей, Цзинь Фэн медленно повернулся и холодно сказал: «Вы, ребята, которые думаете, что изучали китайскую медицину десятилетиями, вы наивно думаете, что знаете весь мир.»

«В моих глазах вы просто сборище невежественных отморозков.»

«Вещи предков были потеряны вами, и все лица предков были потеряны вами.»

Эти слова оскорбили всех этих старых китайских врачей. Они сердито посмотрели на Цзинь Фэна и кричали на них.

Рука Цзинь Фэна медленно вытянулась из сумки. В ней есть коричневое растение.

«Раз уж вы сказали, то сегодня я дам вам знать, какова истинная сущность предков.»

Гениальный доктор Ге поднял голову и уставился в глаза.

Цзинь Фэн держал в руке растение высотой в один фут, покрытое коричневым.

Старый гениальный доктор Ге был в оцепенении. Он внезапно шагнул вперед и задрожал: «Это? Это?»

Цзинь Фэн сказал: «Я сказал, я могу исцелить Ян Кайю.»

«Потому что у меня есть это.»

«Расплавленная кровавая трава!»

Когда появились три персонажа из спелого кровяка, все в аудитории внезапно стали большими шок.

Гениальный доктор Ге остался на месте, его рот широко раскрылся, и все зубные протезы упали: «Расплавленная трава!?»

Мастер семьи Ян рухнул на землю.

Женщина-призрак кричала из-за спины Цзинь Фэна.

«Расплавленная кровавая трава!?»

Семья Янь Цзюмин остановилась на месте.

Отец и мать Янь Кайю были так, словно их ударило пять громов. Они дрожали и кричали: «Ты, ты, у тебя есть расплавленная кровяная водоросль?»

«Откуда ты знаешь? Откуда ты знаешь Тающая трава»

«Откуда ты знаешь, откуда ты знаешь»

Сделав один шаг к Цзинь Фэну, пара нетерпеливо и бессвязно закричала.

«Растопи кровавую водоросль, да, кровавую водоросль, это расплавленный кровяной водоросль?»

«Это все?»

Цзинь Фэн спокойно ответил: «Да».

«Это тающий сорняк.»

«Тающий кровавый водоросль, вымерший двести лет назад.»

Как только эти слова прозвучали, вся публика закипела.

Семья Янь плакала от радости, обнимая друг друга и прыгая, истерически крича, где есть что-то вроде богатого ребенок.

Знаменитые доктора и профессора из семьи Гэ ринулись вперед, окружили Цзинь Фэна, уставились на сморщенные растения в руках Цзинь Фэна, не мигая глядя на Цзинь Фэна.

Яо Шули дрожал. и он не мог поверить своим глазам.

Гениальный доктор Ге также стоял перед Цзинь Фэном в это время, надел очки и посмотрел на расплавленную кровавку, немного тронувшись. Он заколебался еще больше.

В рецепте Губенли, выгравированном в песне, было записано, что Мелтингвид был основным лекарством, но название Мелтингвид даже не слышали известные профессора и старые китайские доктора. Да.

Хотя растение передо мной немного особенное, в нем нет ничего особенного.

В это время известные доктора и профессора внезапно закричали, и я увидел Гэ Чжинана. Он злобно схватил своего старшего брата за плечи и безжалостно выбросил свою одежду.

Гэ Чжинань бросился в толпу, внимательно посмотрел на растения в руках Цзинь Фэна и внезапно закричал: «Ты сказал, что это тающая трава?»

Цзинь Фэн действительно совсем не любил Гэ Чжинаня, кивнул и ничего не сказал.

«Вы сказали, что это он?»

«Не думайте, что вы можете говорить чушь с сухим продуктом, который мы не узнаем».

«Скажите ты, если это подделка, ты умрешь очень уродливо».

Снаружи глаза Яо Шули загорелись и зашипели:» Да. Маленькая младшая сестра права».

«Ты сказал, что это Тающая трава? Какие доказательства у вас есть».

Цзинь Фэн равнодушно сказал:» Тебе не нужно заботиться о моей судьбе».

Гэ Чжинань потерял дар речи. Слова, а затем глаза были красными.

Цзинь Фэн холодно сказал: «Это таящая трава? Следуйте рецепту, чтобы взять лекарство, и оно станет прозрачным в течение часа».

«Он мертв, я заплачу ему его жизнью!»

Слова были холодными, и всем было противно.

Гэ Чжинань был очень зол: «Не угрожай людям смертью, скажи тебе, ты не знаешь, умрешь ли ты?»

Повернув голову и громко произнеся: «Дядя Ян, не слушай это. Мудак. Я слишком хорошо его знаю об этом мерзавце. Как только он соберет тряпки, как могло быть такое сокровище, как Тающий Кровавый Водоросль».

Старик Ян был ошеломленный, эм, Он кивнул и громко сказал: «Старый Ге, одолжи, пожалуйста, твою аптеку для использования».

Гениальный доктор Ге без колебаний кивнул: «Я лично охраняю лекарство».

Гэ Чжинань остался, и Канкан сказал: «Ребята»

Яо Шули также громко сказал: «Мастер Янь, это о жизни вашего внука, пожалуйста, будьте осторожны, чтобы не высмеивать Сяоюй»

Мастер Янь пристально посмотрел на Цзинь Фэна и торжественным голосом сказал: «Мистер Цзинь прав. Мой маленький внук уже при смерти. Осталось всего несколько дней до смерти».

«Тогда. Пусть мистер Джин попробует».

Цзинь Фэн держал в руке расплавленную кровавку, указал на Яо Шули и усмехнулся: «Я не знаю твоего имени и не знаю. хочу это знать.»

«Но я знаю, что вы не убеждены, и вы все еще здесь»

Он указал на детей семьи Ге с расплавленным кровяным водорослем в руке и легкомысленно сказал.

«Я ругал тебя, ты не умеешь учиться, и все вещи твоих предков выброшены.»

«Каждый утверждает, что является экспертом и профессором, один за другим, кто гордится этим миром, но у него даже нет впечатления о таких сокровищах, как мягкий кровавый водоросль.»

«Во времена Китайской Республики любой деревенский врач был в десять раз лучше вас!»

Презрение к пощечинам обнаженным лицом привело к тому, что многие известные доктора и профессора были избиты и опухли, их лица стали горячими и болезненными, и они вызывают смущение.

Яо Шули, три ученика старого доктора Ге, в этот момент. Его лицо покраснело.

Поскольку лицо разорвано, оно будет разорвано до конца.

Яо Шули, который разозлился и разозлился, закричал: «Вы говорите мне, у какой книги есть запись таяния. Сокровище неба и земли, как кровавая трава?»

Цзинь Фэн сказал мужественно:» Я не говорю, что вы далеко. Вы не имеете права связываться с вами из-за вашей личности «.»

«Точнее говоря, были записи о маньчжурской династии Цин.»

«на странице девятой. Тайное лекарство Тубо.»

Яо Шули был ошеломлен.

Этот оборванный коллекционер так уверенно и осторожно сказал?

Неужели эта книга существует? !

Гениальный доктор Ге был потрясен, услышав эти слова, и задрожал: «Откуда ты знаешь?»

Цзинь Фэн равнодушно сказал: «Эта брошюра хранилась в патриархальном особняке. и Сюаньтун вынес его. После дворца этот буклет распространился среди людей и был куплен Баохуайтан».

«Не случайно, он должен быть в руках Баохуайтана».

Услышав это, Ge Старый гений вздохнул.

Внезапно закричал: «Баохуайтан Цю Сяннин был позже убит людьми Дунъин, и с этого момента Баохуайтан был уничтожен»

«Нет, нет»

«Я помню Там это книга»

«Телефон, телефон, позвони мне, я хочу позвонить»

Когда старый гениальный доктор Ге произнес эти слова, Яо Шули сбоку был полностью ошеломлен., Человек в целом подобен статуе-марионетке.

Не только Яо Шули был ошеломлен, другие братья были ошеломлены, полностью напуганы.

Гэ Чжинань открыла рот, уставившись на это место, тупо уставившись на то, как Цзинь Фэн вошел в аптеку, вкус в ее сердце назывался смешанным чувством.

В то же время, когда позвонил старый гениальный доктор Ге, семья Янь была окружена Цзинь Фэном в аптеке семьи Ге, вдоль и поперек, и немедленно начала действовать.

В рецепте для лечения свертывания, помимо тающего кровяка, есть еще несколько редких лекарственных веществ, но все их можно купить за деньги.

Семья Ян уже приготовила много этих трав.

Все остальные лекарственные вещества представляют собой обычные адъюванты, которые можно приготовить в Тайхуатане.

Профессиональный фармацевт Тайхуатана приготовил лекарство по рецепту и осторожно положил его в керамическую запеканку 30-летней давности.

Согласно рецепту, сначала сварите зелье.

Через пятнадцать минут Цзинь Фэн отрезал тонкое корневище и сморщенный лист и отдал их фармацевту.

Фармацевт обжаривал корневище и листья Meltingblossom по отдельности в течение получаса, а затем вынул их, чтобы соединить с другим горшком с лекарственными веществами после того, как они были выключены.

Спустя полчаса в аптеке разлились приливы своеобразного лечебного аромата, запах земли был очень сильным, что мешало адаптироваться.

Вся семья Яна подняла ему горло с сердцем.

В ожидании, когда жидкое лекарство выйдет и достигнет рта Ян Кайю, все затаили дыхание.

Ян Кайю уже был в обмороке и находился на стадии умирания, поэтому ему пришлось использовать соломинку, чтобы доставить жидкое лекарство в тело Ян Кайю.

Была съедена миска, полная шестисот миллилитров жидкого лекарства. Все глаза расширились, спокойно ожидая грядущего чуда.

Цзинь Фэн тихо сидел в коридоре перед залом медицины, тихо выпуская кольца дыма.

Гэ Чжинань не знал, откуда он появился, но порыв ветра пронесся и встал перед Цзинь Фэном.

Сложите руки перед грудью, наклонив голову и с горечью глядя на Цзинь Фэна.

Круглые абрикосовые глаза с непередаваемым вкусом, пухлые губы плотно поджимаются, даже воздух на какое-то время застоялся.

«Мудак!»

«Рваное золото. Притворись свиньей и съешь тигра, представь свинью и съешь слона. У тебя есть набор».

Цзинь Фэн стоит одной ногой в коридоре. На горизонтальном стуле его голова слегка наклонена, и он спокойно смотрит на пурпурную лаванду, цветущую во дворе.

Некоторое время не замечая, что Цзинь Фэн обращает на него внимание, Гэ Чжинань холодно фыркнул, стиснул зубы и закричал: «Изорванный Джин. Скажите вам, теперь Сяоюй принял лекарство и нет движения. Если что-то идет не так, ты. Это убийца»

«Ты мертв.»

«Боги не могут спасти тебя.»

«Эй! Я с тобой разговариваю, ты меня слышишь?»

«Ублюдок.»

Гэ Чжинань отчаянно зарычала на себя, как землеройка.

Цзинь Фэн сделал большой глоток сигареты в рот, молча выдавил сигарету и бросил ее в мусорное ведро, закрыл глаза и пошел прямо. Ложись на крестовину.

«Он жив, он не жив, я здесь.»

«Пафф!»

На лужайке во дворе Гэ Цзюньсюань усмехнулся и поднял большой палец на Цзинь Фэна.

«Брат Джин. Босс Ким. Неожиданно вы в буквальном смысле слова.»

«Смотри на меня или нет, я здесь, а не движусь, как гора»

«Если ты любишь или не любишь меня в своем сердце, я прямо впереди » из вас, без печали или радости.»

«Ты ненавидишь меня или не ненавидишь меня, я все еще здесь, без сожалений и сожалений»

«Нет, это должна быть любовь и ненависть, правда, тетя?»

«Ага. Хахаха»

Гэ Чжинань была ошеломлена, затем сжала кулаки, ее лицо изменило цвет, и она тихо закричала:» Ге Цзюньсюань, ты мертв.»

Я собираюсь ударить кулаком.

Гэ Цзюньсюань быстро сложил руки и вздохнул о пощаде.

«Тетя, не сражайся, не сражайся, я твой великий благодетель, если бы не я, брат Джин даже не смог бы войти».

Гэ Чжинань фыркнул и посмотрел на Цзинь Фэна. «Мне нелегко его найти!?»

Протянул руку и громко сказал: «Дайте мне телефон».

Цзинь Фэн ничего не сказал, и Гэ Чжинань сердито сказал: «Ублюдок. Убери свой сотовый».

Гэ Цзюньсюань был ошеломлен, а затем сказал: «Тетя, ты не должна быть такой прямой. Все в порядке. попросить кого-нибудь позвонить»

«Заткнись. Ге Цзюньсюань»

«Моя старушка хочет проверить человека, и это будет сделано за считанные минуты, а для него это редко позвонить!?»

крикнул Цзинь Фэну:» Эй. Разбитое золото. Спасибо, что забрали Уцзинь. Набор игл отправлен обратно. Моя старушка даст тебе миллион в награду».

«Почему ты все еще ошеломлен».

«Передай телефон, и моя старушка переведет тебе деньги».

Услышав это, Ге Цзюньсюань был ошеломлен пятно.

Цзинь Фэн медленно сел, совсем не обращая внимания на Гэ Чжинаня, и ушел.

Гэ Чжинань был в ярости, сжал кулаки, стиснул зубы и собирался сразиться с Цзиньфэном.

В этот момент старый гениальный доктор Ге вышел во двор, дрожа, тяжело дыша, и взволнованно крикнул: «Нашел, нашел»

«Цзинь Фэн, где Цзинь Фэн?»

Посмотрев налево и направо, увидел Цзинь Фэна, он поспешил в эту сторону и сказал на ходу: «Цзинь Фэн, то, что ты сказал, правда. То, что ты сказал, правда»

«Эта книга действительно существует»

Услышав это, некоторые известные доктора и профессора, охранявшие двор, внезапно вздохнули и сразу посмотрели на Цзинь Фэна.

То, что сказал этот оборванный коллекционер, правда?

Эта книга действительно существует? !

Запыхавшийся гениальный доктор Ге очень старался говорить, Гэ Чжинань осторожно перепрыгнул через перила и спустился во двор, продолжая массировать своего отца, нежно жаловавшись.

Старый гениальный доктор Ге дрожал от волнения, его борода и брови, и он бессвязно плакал.

«Я позвонил госпоже Чжун и рассказал ему о книге. Госпожа Чжун сразу же сказала, что он знает об этом».

«Он немедленно связался с соответствующим отделом, и вскоре я узнал, что там действительно эта книга, но»

«Эта книга сейчас находится в храме Тангжаоти в Восточном королевстве».

Цзинь Фэн издал гудок, и в его глазах появилась волна. Безымянный гнев.

Эта книга отправилась в Восточное Королевство! ?

Храм Тосодай, это слишком знаменито.

В то время великий монах династии Тан Цзяньчжэнь отправился на восток в Дунъин, чтобы распространять буддизм и построил храм под названием Храм Таншао-ти.

Как эта книга попала в храм Тосодай?

Само собой разумеется, это сделал Дунъин Дьявол.

Хотя Цзинь Фэн не издал ни звука, самая глубокая часть его учеников была наполнена гневом.

Дунъин, люди!

Гениальный доктор Ге сделал глоток чая с женьшенем, его дыхание немного успокоилось, и сказал медленно.

«Старушка Чжун искала живую окаменелость Ся Лао, Ся Лао — единственный человек, который видел эту книгу»

«Ся Лао сказал, что в этой книге записаны самые редкие природные материалы в стране в то время. Сокровище земли, место происхождения и влияние, как говорят, были кристаллизацией всей нации в течение двух тысяч лет».

«Это можно назвать сокровищем города!»

«Во времена Китайской Республики Баохуайтан Цю Сяннин служил охранником Сюаньтуна. Я получил эту книгу, а позже был обнаружен Восточным Королевством и убил книгу».

«В начале 1970-х г-н Ся увидел эту книгу в храме Тангжаоти и предложил использовать Яо, чтобы изменить его глаза. Для обмена чашами Восточное Королевство попросило использовать волосы Мавандуй Синя, преследующего труп женщины перед ним. был готов обменять его. Он был отклонен вождем».

Люди вокруг них были втайне шокированы, когда услышали эти слова.

Цзинь Фэн гудел, и в его глазах вспыхнуло замешательство.

Мавандуй Синь преследует труп женщины! ?

Я никогда об этом не слышал.

Я пропустил целую сотню лет. Страна Китая менялась с каждым днем, и в этом столетии было обнаружено множество гробниц.

Я сам, мне нужно многому научиться.

Гениальный доктор Ге снова сказал: «Старый Ся услышал, что вы это знаете, и я был очень удивлен. По его словам, эта книга знает, что люди мертвы».

Затем он шагнул. Два шага, он многозначительно сказал: «Цзинь Фэн, Ся Лао очень заинтересован в вас, и он надеется увидеть вас лично»

Как только это слово прозвучало, аудитория была тронута, и все вздохнули.

Глаза расширились и посмотрели на Цзинь Фэна.

Репутация Ся Лао слишком велика!

Единственный ныне живущий учитель уровня ископаемых в Китае.

Древние предки антиквариата и индустрии антиквариата, деканы Национального музея, руководители Китайской академии наук, Института археологии Китайской академии общественных наук, самые влиятельные историки и литераторы. мастера — все его ученики и внуки.

Единственный супермастер в мире, который может читать кидань, сися, чжурчжэнь, согдийский и тюркский языки.

Он известен во всем мире и утверждает, что знает все.

Еврей Сэлинджер, Мехаммед пирамиды, Мерлин на закате, Пьер галльского петуха и Шеннан империи — эти высшие мастера восхищаются Ся Лао.

Насколько сильна Ся Лао?

Самые популярные сорта кофе в Персии дошли до того, чтобы спросить согдийца Ся Лао.

В результате я ел закрытые двери.

Археологические раскопки в Королевстве пирамид прямо попросили Ся Лао направить его, но он был безжалостно отвергнут.

Короли Империи инков приезжали в город Тианду, чтобы снова и снова навещать г-на Ся, просто чтобы попросить г-на Ся помочь Империи инков найти их сокровища инков.

И миссис Ся не беспокоилась об этом.

Позже он все еще проделал большую работу на вершине, и Ся отправил несколько наименее успешных учеников и внуков к поверхностным занятиям.

Именно этот столетний мужчина хотел встретиться с Цзинь Фэном.

Эта новость слишком сильная.

Все видели, как лицо Цзинь Фэна изменилось.

Этот оборванный коллекционер настолько способен, что его вызвали на собеседование с живым ископаемым Ся Лао.

Даже жестокая женщина Гэ Чжинань была шокирована этой новостью.

«Я недоступен.»

Цзинь Фэн зажег сигарету и заговорил легкомысленно.

Все внезапно испугались и стали глупыми.

Посмотрите на честь и позор Цзинь Фэна, даже с презрительным взглядом, все были глубоко потрясены.

Вызвана старая Ся, какая это большая честь!

Главные лидеры также должны назначить встречу заранее, если они хотят увидеть старейшину Ся, в противном случае вы должен держать свою дверь позади.

Однако Цзинь Фэн полностью исключил слово Ся Лао.

Этот человек слишком сумасшедший!

Слишком сумасшедший!

Безумный до беззакония

Яо Шули, которого Цзинь Фэн избил прилично и без идеальной кожи, в это время тихо положил телефон, показывая холодную и горькую улыбку.

Каждое предложение, которое Цзинь Фэн только что сказал. Яо Шули четко записал видео.

В этот момент со двора послышались торопливые шаги, и во двор ворвалась дюжина человек из семьи Янь.

Все они выглядели взволнованными, и их лица дрожали.

Когда Гэ Чжинань увидел это, его лицо немного изменилось, он яростно посмотрел на Цзинь Фэна и сказал тихим голосом: «Не говори позже, Решу твою проблему.»

Цзинь Фэн был невозмутим, когда услышал это.

Родители маленьких друзей Янь Кайю выбежали вперед с мрачным выражением лица и в мгновение ока подошли к Цзинь Фэну.

Гэ Чжинань немедленно остановился перед Цзинь Фэном, холодно ругая: «Есть что сказать».

«Вы также знаете болезнь Сяоюй, неудивительно, что Цзинь Фэн не вылечен!»

«Скажите, я своими глазами видел, что вы добровольно позволили Цзинь Фэну лечить болезнь Сяоюй. Теперь, когда что-то идет не так, Цзинь Фэн не несет ответственности».

Родители Ян Кайю проигнорировали Гэ Чжинаня. и посмотрел прямо на Цзинь Фэна. Глаза Яна метались вверх и вниз, а выражение его лица было чрезвычайно взволнованным.

Сердце Гэ Чжинаня упало, и он собирался заговорить с серьезным лицом.

«Поп!»

«Бак!»

С двумя приглушенными звуками родители Ян Кайю столкнули Цзиньшаня с Юйчжу и прямо передали их на глазах у многих. Джин Фэн опустился на колени.

«Мистер Цзинь, спасибо.»

«Сяоюй, Сяоюй проснулся»

Как только прозвучало это слово, вся аудитория была шокирована, и все Многие известные доктора и профессора даже кричали от страха.

Малыш Ян Кайю проснулся так скоро после того, как принял смесь меньше часа! ?

Это невероятно, это просто чудо.

Можно без преувеличения назвать это чудом.

«Просыпайтесь!?»

«Так быстро!?»

Гэ Чжинань смутился, покачал головой и громко спросил.

«Просыпайтесь!? Просыпайтесь?»

«Это так возможно?»

«Это ненаучно»

Мать Ян Кайю находится в слезы Он плакал и смеялся, и голос его неописуемо дрожал.

«У Сяоюй двадцать пять дней кружилась голова, и он проснулся голодным. Он не ел двадцать пять дней».

«Также звонил моей маме»

«Он также назвал мою мать, так ясно»

Плачущая мать Ян Кайю плакала и смеялась, от чего у нее закисло в носу.

Гэ Чжинань задержалась на десять секунд, совершенно не веря своим ушам, развернулась, как сумасшедшая, и бросилась во двор.

Другие профессора, известные врачи и специалисты долго смотрели друг на друга, а вы бросились во двор.

Дед Янь Кайю, г-н Ян глубоко поклонился Цзинь Фэну со слезами на лице, улыбался и плакал.

«Великая доброта г-на Цзина, Ян Чжуочжи всегда в его сердце, и семья Ян всегда благодарна г-ну Цзину за спасение его жизни».

Когда родители Ян Кайю встали на колени перед ним. Цзинь Фэн, Цзинь Фэн Уже мелькнули в сторону.

слабо сказал: «Ян Кайю не должен быть мертв. Я просто сделал это легко».

Ян Чжуочжи кивнул и громко сказал: «Г-н Цзинь вежлив. Без г-на Цзиня, Я молод.»

Сунь тоже не постигла такая участь.»

«Мистер Цзинь, хотя моя семья Янь и минирует мины, но для поколений, чтобы творить добро, я знаю больше о награды изящества.»

«Я сказал, что до тех пор, пока г-н Цзинь может исцелить моего маленького внука, а богатство г-на Цзиня остается у г-на Цзинь».

Цзинь Фэн глубоко вздохнул, поднял голову и прошептал: «Способность Ян Кайю жить — это его удача».

«Вы, семья Ян, не должны об этом беспокоиться».

«Расплавленный кровяк — сокровище неба и земли. Я не могу отдать его зря».

«Сделай для меня две вещи, чтобы спасти любовь Янь Кайю, и спиши со счетов».

Янь Отец Кайю громко сказал: «Двадцать штук в порядке».

Мать Янь Кайю громко ответила: «Мистер Цзинь, просто отдай приказ».

Цзинь Фэн показал два пальца и легко сказал: » Во-первых, мне нужны процедуры для станции по сбору мусора. Законные и формальные.»

«Во-вторых, завтра я пойду куда-нибудь, чтобы кое-что получить.»

Сказав это, Джин Фэн поднял ногу и вышел на улицу.

Семья Янь с первого взгляда услышала две просьбы Цзинь Фэна, и они не могли не смотреть друг на друга, их лица были потрясены.

Глядя прямо в спину Цзинь Фэна, симпатичная женщина из семьи Янь воскликнула: «Красивый Джин, могу я пригласить тебя на ужин сегодня вечером?»

«Ключевые моменты, Билиан?»

У входа во двор Гэ Чжинань шагнул вперед и воскликнул: «Что? Пожалуйста, съешьте сломанный Цзинь, вы хотите сделать что-нибудь для других».

Цзинь Фэн слушает Гэ Чжинаня. — голосом, уголки ее глаз задергались, ноги забились быстрее, она обернулась перед двором и быстро пошла прочь.

На ужин Цзинь Фэна пригласила тетя Ян Кайю. Ей было всего 25 или 16 лет, и у нее была хорошая внешность. Она также была богатой девушкой, занимавшейся недвижимостью в соседних провинциях и городах.

Но по сравнению с Гэ Чжинаном все еще немного хуже.

Тетя Янь Кайю обернулась, улыбаясь, и мягко сказала: «Сестра Гэ, я действительно не хочу приглашать г-на Джина на обед».

«Не поймите меня неправильно»

Сказав это, в его глазах промелькнул след провокации.

Гэ Чжинань холодно фыркнул, покосился на другую сторону и холодно сказал: «Лучше быть таким».

Подошел к старику Яню и сказал Цяньманю: «Дядя Ян, оборванное золото. Сможешь ли ты сделать то, о чем тебя просит этот вонючий ублюдок?»

«В наши дни процедуры на этой свалке нелегки.»

«Или оставьте это мне.»

Лицо семьи Ян внезапно помрачнело.

Старик Ян усмехнулся, и Мань Шэн сказал: «Хотя моя старая семья Янь находится в небе, я не должен беспокоить мою маленькую племянницу, если я прохожу процедуры в Цзиньчэне».

Отец Янь Кайюй Он громко сказал: «Какое совпадение. Мои одноклассники по колледжу просто позаботились об этом».

Мать Янь Кайю сказала в интерфейсе: «Есть также вождь Сюй, которого только что перевели из нашей провинции в этом году. Вождь Сюй находится в Тяньгуй. В то время я высказал много дальновидных мнений и инструкций нашей семье».

«Хмм!»

Гэ Чжинань холодно напевал, поглаживая ее волосы, и в плохом настроении сказал: «Привет.»

Повернул голову и ушел. Через несколько шагов Гэ Чжинань вернулся и громко сказал:» Поскольку мы собираемся это сделать, пожалуйста, сделайте все за один шаг и получите самую полную станцию ​​для сбора мусора. процедуры.»

«Чтобы избежать чего-то плохого в будущем, старушке придется выйти и вытереть тебе задницу.»

Как только Гэ Чжинань ушел, все в доме Яна улыбнулись.

Старик Ян улыбнулся гениальному доктору Ге и сказал:» Старый Ге, я очень ценю вашу дочь.»

Гениальный доктор Ге вышел из специальной палаты во дворе и лично измерил пульс Янь Кайю, который проснулся.

Хотя пульс Ян Кайю все еще очень слаб, его жизненная сила более чем живым. Час назад он казался другим человеком.

Цинга Ян Кайю скоро будет полностью излечена.

Это таинственность китайской медицины в Китае.

Хотя он и не спас Янь Кайю в одиночку, Цзинь Фэн впоследствии выступил вперед. Цзинь Фэн

Он не посторонний.

Старый гениальный доктор Ге улыбнулся: «Я — женщина, кроме Цзинь Фэна, никто не может с ним справиться.»

Эти слова все о том, чтобы положить золото на его лицо.

Хотя Цзинь Фэн — оборванный человек, он находится в глазах Ся Лаофа.

Соберите лохмотья. !?

не существует.

Это было временно.

Сделайте десять тысяч шагов и скажите, что даже если его соберут в клочья, моя семья Ян позволит ему стать потрепанным королем провинции.

Мастер Ян громко рассмеялся.

Только что стало очевидно, что Цзинь Фэн и Гэ Чжинань плохо поссорились. Гэ Чжинань ясно сказал, что Цзинь Фэн был вором. В мгновение ока Цзинь Фэн стал предполагаемым зятем. закон старого гениального доктора Ге.

Указывая на гениального доктора Ге, он улыбнулся и сказал: «Ге Лао заслуживает быть королем игл, он уверен и безжалостен. Я восхищаюсь старым Яном».

Эти двое старики посмотрели друг на друга и раскрылись. Взгляд, который можно было только понять, рассмеялся.

В это время пожилой мужчина пятидесяти шести лет, великий ученик старого гениального доктора Ге, вышел вперед и тихо поговорил со старым гениальным доктором Ге.

Гениальный доктор Ге вздохнул, его лицо было залито водой, и он сердито отругал его.

«Почему бы тебе не оставить его?»

«Он сказал, что записал прошлогоднюю катастрофу Чунчжэня, и даже Лао Ся не может сказать об этом».

«Поторопитесь и гонитесь за ним».

Когда семья Ге вышла, чтобы преследовать Цзинь Фэна, Цзинь Фэн уже ушел.

В мгновение ока наступил полдень. Цзинь Фэн ел фаст-фуд на улице Лонгтенг и наполнил общественный туалет водой.

Я издалека смотрел на магазинчик Brother Food Stall — ночной продуктовый киоск, открытый вторым ребенком Лонг Аолонга.

Мастерство Лон Лао Эр уникально. Тушеные креветки и острые раки — его уникальные навыки. На этой знаменитой улице закусок его бизнес процветает каждую ночь.

Сейчас полдень, а продуктовая лавка братьев еще не открылась. Цзинь Фэн знал, что у Лун Лао Эр не хватает рабочих рук и он может вести дела только по ночам.

Если вы и Чжоу Мяо приедете и займитесь делами в течение дня, ваш доход как минимум удвоится.

Проходя мимо продуктового ларька братьев, Цзинь Фэн намеренно написал записку на пачке сигарет, всего несколько слов.

«В ожидании просверливания промежности».

Протолкнув записку под откатывающуюся дверь, Цзинь Фэн поднял рот, обнажая усмешку, и он прыгнул на тележку и двинулся дальше.

Примерно в час дня Цзинь Фэн прибыл в трущобный городок Сичэн.

Некоторое время я управлял гудком, нашел перекресток, отрегулировал звук гудка до половины и в соломенной шляпе присел на обочине улицы и молча ждал.

Я сам это видел, дом № 26 к западу от перекрестка — старое здание, и пара каменных львов у двери — лучшее тому доказательство.

Я должен дождаться этого.

Погода в Цзиньчэне в этом году особенно странная. На прошлой неделе был сильный дождь, но на этой неделе была высокая температура. В прогнозе погоды говорилось, что сегодня вечером будет еще один сильный дождь, который продлится неделю.

Дождь, несомненно, самый жестокий удар для изодранных.

Мои братья десять лет собирали тряпки, и теперь лучшим средством передвижения по дому является электрический трехколесный трехколесный велосипед.

Вся бытовая техника в доме — это товары N-hand, а мобильные телефоны Чжоу Мяо — тоже старомодные нокиа, которые могут разбивать грецкие орехи.

Цзинь Фэн не хочет такой жизни, но чтобы измениться, он может только медленно начать с нуля.

Самостоятельно спасти Ян Кайю тоже было непреднамеренно. Изначально я пошел к семье Ге, чтобы использовать троакар Вуцзинь, чтобы угрожать семье Ге в обмен на деньги, которые ему были нужны.

Неожиданно Гэ Чжинань, замечательная женщина, не смогла забрать троакар Вуцзинь.

Если бы он не видел копию, Цзинь Фэн не знал бы, что он будет делать дальше, чтобы найти огромную сумму почти в миллион долларов.

Мы спасли Янь Кайю и попросили семью Янь сделать две вещи для себя. Цзинь Фэн считает, что семья Янь не отстанет.

Если семья Янь осмелится прибегнуть к счету, Ян Кайю не проживет долго.

Коагулопатия Ян Кайю требует пяти наборов лекарств для полного выздоровления. Это то, что оставил после себя Цзинь Фэн.

Человеческая природа сложна, и Цзинь Фэн никому не доверяет.

После прохождения процедур для станции отходов вам нужно отремонтировать станцию ​​для отходов, и вам придется потратить много денег.

Чтобы быть больше и сильнее, он должен быть формальным и законным.

Эти деньги нужно потратить.

Прибыль от закупки лома значительна. С будущими изменениями в общей среде этот тип отрасли будет только становиться более строгим и все больше и больше устраняться. Только когда будет создана крупномасштабная станция легальных отходов, она сможет выжить.

Цзинь Фэн, с этой уверенностью мы сделаем все возможное на станции для отходов.

Когда я подумал об этом, в нескольких метрах мимо меня прошел электромобиль и остановился.

Молодая женщина повернула голову и крикнула Цзинь Фэну.

«Эй, соберите сломанные. Старый телевизор стоит больших денег».

Цзинь Фэн не поднял цену.

«У старого телевизора двадцать меньше тридцати двух дюймов, а тридцать — тридцать два дюйма».

«Телевизор с обратной проекцией бормочет? Сорок дюймов. Много?»

«Еще хорошо».

«Какой марки?»

«Philips, импортные товары. В то время наша семья всегда покупала пятнадцать тысяч».

«Сто пять.»

Молодая женщина немедленно закричала:» Энн! ?»

«Какого черта! ?»

«Всего сто пять! ?»

«Не продается!»

«Слишком темно.»

«Несколько дней назад кто-то дал мне триста. Вы, ребята, тряпки, все черные.»

Молодая женщина укоризненно ушла, а Цзинь Фэн выкурил сигарету, не поднимая головы, и не принял слова женщины близко к сердцу.

Он взял несколько пивных бутылок и газетные макулатуры. Молодая женщина высунулась из дома и крикнула: «Эй. Соберите рваные. Идите сюда.»

Цзинь Фэн толкнул тележку.

У молодой женщины изящная фигура и порядочное лицо. У нее волнистые вьющиеся волосы и небольшая родинка в уголке рта.

Пара глаз цветущих персиков очень привлекательна.

У двери стоит пара каменных львов, высотой менее метра. Они смотрели на них долгое время, и они все в пятнах. Я не знаю, сколько ветра и мороза пережили.

Молодая женщина привела Цзинь Фэна в дом.

Дом представляет собой старомодное здание Цзиньчэн. всего в два этажа, а верхний этаж до сих пор представляет собой плиточный дом, построенный позже.

Это был только один после входа в дом. Небольшой дворик площадью около 20 квадратных метров. это небольшой пруд с рыбками на восточной стороне и небольшой каменистый зал, в котором водятся кои длиной три или четыре фута.

Рядом с прудом с рыбками находится небольшая клумба, засаженная гинкго, лилиями и вечнозелеными растениями, а также густым желтым ананасом, посаженным на севере.

Это сезон цветения желтого ананаса. Этот желтый ананас имеет высоту более 20 метров. Белые орхидеи соревнуются, чтобы раскрыться. Прежде чем войти в дом, вы можете почувствовать тихий и элегантный аромат белого орхидеи повсюду.

Во дворе почти десятки растений самых разных цветов и растений, что говорит о том, что хозяин этого дома тоже элегантный человек.

Посреди двора в беспорядке валяются разные книги, газеты и журналы.

«Я не хотел продавать ваши вещи. Но это зависит от того, кто одет чисто, а не так, как те, кто собирает рваные вещи».

«Давайте возьмем посмотри сначала.»

Молодая женщина повела Цзинь Фэна наверх и вниз по кругу.

Качающаяся фигура, прямая и сексуальная, трясется перед Цзинь Фэном, непреднамеренно раскрывая уникальное очарование зрелой женщины.

«Сколько стоит максимальное количество телевизоров с обратной проекцией?»

«Сто шесть».

«Какого черта? Только сто шесть. В прошлую среду я не продавал его.»

«Риропроекция занимает много места, и большинство людей не могут ее использовать. Кто-то покупает ее для себя. Триста человек наверняка смогут ее продать.»

Я действительно использовал его сам, но позже он купил ЖК-дисплей у Лао Чжао.»

«Забудьте, вы видели компьютер в кабинете? Много?»

«Сто».

Молодая женщина сразу взяла Джин Фэн за рот и громко сказала.

«IBM, Thinkpa. Вы думаете, что я свинья, IBMT60. Импортированные товары.»

«Счета-фактуры все еще там.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Старая машина 2006 года уже ликвидирована.»

Молодая женщина фыркнула, а затем спросила:» Значит, этот проигрыватель что-то бормочет?»

Фонограф, который сказала молодая женщина, также называется фонографом. Это был самый популярный старинный фонограф в 1970-х и 1980-х годах.

Этот фонограф отличается от фонографа, который видели по телевизору. Те, у кого есть динамики, должны быть подключены к радио для воспроизведения.

«Двадцать.»

Молодая женщина немного потеряла дар речи по отношению к Цзинь Фэну, горько уставившись на Цзинь Фэна, махнула рукой и воскликнула:» Есть еще много книг?»

«Один кусок и один кошмар.»

На этот раз молодая женщина не презирала Цзинь Фэна. Через несколько секунд она сказала:» Все будет продавать тебя «. Но вы должны помочь мне перенести мебель и электроприборы на маленькую улочку.»

«Вам не нужно разбирать кровать. Рабочие придут позже.»

«Но я хочу снять для себя кондиционер.»

«Также есть вытяжка.»

«Кстати, ты не можешь принять вытяжку?»

Цзинь Фэн молча кивнул, указал на двор и сказал:» Рыба и цветы для меня «.»

Молодая женщина посмотрела на Цзинь Фэна, сняла проклятие и сказала:» Ты воспользуешься этим «.»

«Хотите воспользоваться мной? Эти несколько кои уже заказаны. Сто юаней за штуку.»

«Кроме того, эти цветы уже много лет сажают мертвые старые призраки. Все они хорошие цветы, и они могут продать пятьдесят один горшок на цветочном рынке.»

«Двадцать одна банка. Я помогу тебе переехать.»

Сказал Цзинь Фэн низким голосом.

Молодая женщина ушла, она громко сказала:» Не говори на сорок меньше.»

Молодая женщина запачкала лицо и горько закричала в рот.

«Мама заставила старого призрака умереть и даже использовала эти вещи как сокровища, когда она умерла.»

«Потеря моей старушки была с вами больше года, поэтому я оказался в этом доме…»

Цзинь Фэн молча повернулся и ушел.

Девушка в плохом настроении крикнула: «Тридцать одна кастрюля. Я пришлю тебе кастрюли и сковороды наверх.»

Цзинь Фэн сказал:» Двадцать пять. Не заряжайте слишком много.»

Молодая женщина дважды пробормотала, немного беспомощно:» Встань на вокзал, вернись.»

«В любом случае забудьте, здесь его снесут, и все это сделают за вас.»

«Вы должны сначала переместить вещи для меня.»

В доме молодой женщины много мебели. Всего два комплекта диванов. Кожаный диван в гостиной внизу очень тяжелый.

Диван наверху сделан красных сосен. Это красное дерево.

Есть еще два больших холодильника, оба с двойными дверцами, и вся кухонная техника крупных брендов.

Столы, стулья и журнальные столики в кабинете сделаны из прекрасного тика. В другой спальне есть старая кровать с кронштейнами, педалями и резными цветами по одну сторону кровати.

Две другие кровати — современные Simmons, обе крупные иностранные бренды.

Наверху есть подсобное помещение, аккуратно уложенное круглым столом с восемью бессмертными, четырьмя стульями и множеством кастрюль и сковородок.

Сначала переместите несколько небольших предметов и положите их в тележку, а затем поместите на них Симмонса и включите звук телевизора на Симмонса.

Девушка также положила много мелочей на аккумуляторную машину, ехала на машине позади Цзинь Фэна и постоянно нажимала на гудок, чтобы побудить.

Сяошицзе недалеко отсюда, недалеко от трущоб, через двадцать минут будет.

Я двигался взад и вперед несколько раз, и большие предметы почти сдвинулись.

Сотрудник, которого вызывала молодая женщина, также прибыл и был занят открытием большой кровати. Молодая женщина должна была посмотреть на дом и позволить Цзинь Фэну въехать одной.

Вернувшись четыре раза, старик вышел из стороны и прыгнул в тележку, посмеиваясь.

«Фэнцзи. Я не видел тебя несколько дней. Я ничего не получал из тележки без картона?»

Цзинь Фэн оглянулся на старика и прошел мимо сигарета.

Старик высокий, худой и высокий, с темной кожей и седыми волосами. На вид ему больше 60 лет, но ему всего меньше 50 лет.

«Старый Юаньтоу. Он хорошо выглядит. Ты нашел сокровище?»

Этот старик — Лао Юаньтоу. У него очень смешанный акцент. Он никогда не говорил, откуда он.

Несколько лет назад Цзиньчэну зимой было очень холодно. Цзинь Фэн и Чжоу Мяо видели, как он умирает под тремя мостами, поэтому они купили немного еды.

Возродив старый Юаньтоу, Чжоу Мяо бросил мешок старому Юаньтоу. С тех пор старый Юаньтоу забирает лохмотья.

Лао Юаньтоу был очень лоялен, и независимо от того, как далеко он подбирал, он отнес бы его Цзинь Фэну и продал его Цзинь Фэну.

Хотя жизнь Лао Юаньтоу по-прежнему тяжелая, проблем с едой и одеждой нет.

«Привет, Фэнцзи. Ты можешь помочь мне увидеть это. Я только что собрал это в семейном доме».

В сумке Лао Юаньтоу находится бронзовая статуя Будды, примерно 20 сантиметров. Высокий, очень тяжелый в руке.

Статуя Будды сидит в сидячем положении, с пухлым лицом, добрыми бровями, добрыми глазами, глаза слегка закрыты, руки лежат вместе, показывая печать медитации.

Голова представляет собой спиральный пучок, на котором можно увидеть немного зелени. Одежда простая, частично до правого плеча, а украшение простое и гладкое.

На дне платформы лотоса есть два слоя лепестков лотоса, которые не заполнены, с небольшим количеством муарового декора внизу, а нижняя часть полая.

Под лотосом есть строка слов, которая не слишком аккуратна.

«На третьем году Цзяцина, в 50-летие старика в особняке Инь».

Глядя на эту статую Будды, Цзинь Фэн кивнул: «Неудивительно, что твой старик выглядел очень хорошо. энергичный сегодня. Оказалось, что получил это».

Старый Юаньтоу громко засмеялся и с тревогой спросил:» Он сделан из меди?»

Цзинь Фэн сказал:» Чистая медь. Хорошая вещь. «»

Старый Юаньтоу засмеялся, показав только половину своих черных зубов и гнилые зубы.

«Был получатель от Сяньцяо, который дал мне двести. Фэнцзи, ты можешь его продать?»

«О, сколько тебе нужно?»

Старый Юаньтоу сказал: «Я не дурак. Он платит двести, я хочу две тысячи. Те, кто посылают мост фей, копают землю, хотят сжечь меня, мечтают».

«Двести. Я мог бы и продам тебя».

Цзинь Фэн сказал:» Это сидящая статуя Шакьямуни из периода Цзяцин династии Цин. Ей несколько лет».

Старый Юань засмеялся, когда он слышал это. Это еще более убедительно: «Тогда я не буду продавать за две тысячи».

«Спасибо, Фэнцзи. Ты много знаешь».

Цзинь Фэн оглядывается на Старого Yuantou, мягко сказал: «Вы можете получить эту статую Будды, это тоже предопределенный метод.»

«На вашем месте я бы пригласил Будду снова сделать признание. Три палочки благовоний каждое утро и вечер для вашей безопасности. Может быть, ваш старый мальчик все еще сможет жениться на жене в будущем, и кто-то даст вам духовные карты, чтобы отправить вас в гору в будущем.»

Старый Юаньтоу был ошеломлен и собирался заговорить.

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Вы можете продать это. Пойдите в коттедж, чтобы найти дверное лицо по имени Лужуанг, цена 30 000 юаней, меньше цента не продадут.»

«Поп!»

Статуя Будды в руках Старого Юаньтоу упала на землю, испугавшись того, что Старый Юаньтоу закричал, чтобы остановиться, выскочил из тележки и быстро поднял статую Будды. Его лицо изменилось, и его дыхание стало затрудненным.

«Фэнцзы, правда, она стоит 30 000 юаней? !»

Не поворачивая головы, Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Сидящий Шакьямуни Цзяцин, хорошо сохранившийся, красивой формы, простой и простой, украшенный эмалью на булочке, и основание имеет четкую хронологическую запись. фамильные реликвии «Сокровище»

«Единственный недостаток — отвалилась декоративная эмаль на булочке, что определенным образом сказывается на общей цене.»

Старый Юаньтоу прошептал:» Тогда, если они заплатят по 20 000 юаней, если это не так много»,

сказал Цзинь Фэн.

«В антикварном магазине. Я получил 30 000, но продал более 100 000.»

На этот раз Лао Юаньтоу был действительно напуган. Он стоял тупо, неподвижно держа статую Будды.

Только когда Цзинь Фэн вернулся в дом молодой женщины, старый Юаньтоу бросился запыхавшийся, а статуя Будды уже была в его сумке.

Помогая Цзинь Фэну погрузить вещи в машину, два человека взялись за руки, и, наконец, потребовалось три часа, чтобы перевезти всю мебель и всякие всякие всячины, и это было слишком утомительно.

Хотя старый Юаньтоу немного старше, у него много энергии. После пяти или шести лет сбора урожая он смешался с обезьяньими духами. Он часто бродит по этой местности и хорошо это знает.

Старый Юаньтоу тихо сказал Цзинь Фэну, что молодую женщину звали Ма Саньцзе. Говорят, что Дунван вернулся, чтобы выздороветь, и последовал за 60-летним мужчиной. Через полтора года старик умер.

Все соседи очень плохого мнения о Санджи Ма.

«У молодого человека роды».

Молодая женщина Санджи Ма была очень довольна Цзинь Фэном. Она редко смеялась и бросила бутылку минеральной воды Цзинь Фэну.

Затем я собираю во дворе книги для мусора и мусор весом сто тридцать пять килограммов. Если добавить другие старые электроприборы, то общая сумма составит 490 юаней.

Во дворе 20 горшков с цветами на общую сумму 500 юаней.

Цзинь Фэн достал бумажный пакет с маслом и отсчитал десять купюр Сан-сестре Ма. Сан-сестра Ма улыбнулась и подмигнула Цзинь Фэну.

«Ой, нет никаких изменений, чтобы найти тебя. У меня тысяча.»

«Старый дом в подсобном помещении наверху дал тебе кое-что.»

«Я, третья сестра Ма, печально известна щедростью, не так ли, хихикает»

Цзинь Фэн — ничто, и взял старую Юаньтоу, чтобы убрать вещи из подсобного помещения второго этажа и сложить их во дворе.

Через некоторое время Чжоу Мяо приехал на электрическом трехколесном транспортном средстве, и тележка Юаньтоу пригодилась.

Три большие машины были заполнены более чем 1000 кошек, и потребовалось три часа, чтобы вернуться на свалку.

Цзинь Фэн взял пятьдесят юаней, чтобы сделать тяжелую работу для Старого Юань Тоу, но Старый Юань Тоу отказался принять это ни на жизнь, ни на смерть. Не было Цзинь Фэна и Чжоу Мяо, и он умер от голода и замерзнуть насмерть.

Цзинь Фэн не стал его заставлять и оставил Юаньтоу на ужин.

Посуду оставили после драки прошлой ночью. Чжоу Мяо смешал все блюда вместе, чтобы получилась солянка, и добавил три котлеты из картофеля, которые назвали ароматными.

Дом старого Юаньтоу находится примерно в десяти километрах отсюда. Выпив два бокала вина, Цзинь Фэн взял свой кубок.

Перед уходом Старый Юаньтоу осторожно спросил Цзинь Фэна о статуе Будды.

Цзинь Фэн слабо ответил: «Продай или оставайся, как хочешь. Это зависит от твоей собственной судьбы».

Было уже девять часов вечера после ухода старого Юаньтоу. Цзинь Фэн закрыл дверь и начал.

Выгружен круглый стол Восьми Бессмертных.

Этот круглый стол из восьми сянь связан вверх и вниз. Столешница имеет диаметр восемьдесят восемь сантиметров и высоту один метр. Край стола под столешницей украшен резьбой в виде винограда. Несмотря на то, что он старый, он все же кажется тяжелым.

Изначально под ними было четыре обтекаемых ножки стола, но теперь осталось две.

Также есть четыре круглых стула высотой сорок сантиметров обтекаемой формы, некоторые из которых напоминают барабаны.

Поддерживается четырьмя изогнутыми материалами с двумя толстыми концами и тонкой серединой, верхний конец покрыт муаром, а нижний конец имеет крючок.

Изгиб гладкий, изогнутая ступня прямая, дуга особенно большая, а ступня вызывает особое напряжение.

Цзинь Фэн перевернул стол «Восемь бессмертных», коснулся его и отбросил в сторону.

Четыре круглых стула были перевернуты, Цзинь Фэн протянул руку, он испустил «эй» в рот, вбежал в комнату и вытащил шахтерскую лампу, которую носил на голове.

Держа шахтерскую лампу у основания стула, а затем наклонившись поближе, чтобы понюхать ее, Цзинь Фэн невольно напевал.

«Брат Фэн. Ты что-то напеваешь?»

«Да».

Чжоу Мяо, который разгружал вещи, был потрясен на пять секунд, мускулы на его лице сжался и медленно показывал счастливую улыбку.

«Брат Фэн, ты давно не мычал».

Джин Фэн хмыкнул, посмотрел на три других табурета один за другим, а затем покачал головой.

«Жаль. Есть только одна пара».

«Какая пара?»

— спросил Чжоу Мяо со стороны.

«Табурет для барабанов Huanghuali. Бутик.»

Ошарашенный Чжоу Мяо волочил культю и удивленно воскликнул:» Хуанхуали?»

«Брат Фэн, вы правильно прочитали?»

Репутация Хуанхуали настолько велика, что даже Чжоу Мяо, находящийся внизу, подобен удару молнии. Он снова в этом бизнесе. Чжоу Мяо также был удивлен, когда услышал имя Хуанхуали.

«Совершенно верно.»

Чжоу Мяо присел на корточки рядом с Цзинь Фэном, также изучая внешний вид Цзинь Фэна. Четыре барабанных стула смотрели и смотрели, трогали и трогали, и долгое время говорили:» Я не вижу этого «.»

«Я тебя учу.»

Цзинь Фэн присел на корточки на землю, держа в руке шахтерскую лампу, указывая на дно барабанного стула Хуанхуали и сказал Чжоу Мяо.

«Хуанхуали делится на авокадо и грушу с отрубями, авокадо Лучше, чем груша с отрубями, но маслянистая.»

«На самом деле очень просто отличить истинное хуанхуали от ложного. Понюхайте его.»

«Хуанхуали имеет запах Dalbergia odorifera. Натуральное и глубокое, свежее послевкусие.»

«Посмотрите на его цвет, золотой — основной цвет, а текстура — нарисованный тушью пейзаж наших предков с сильным трехмерным эффектом.»

«Вы это видели? Это его гримаса. Это лучшая опухоль призрачного глаза. Довольно редко.»

«Есть еще маслянистость хуанхуали. На нее нанесен лак, и к исходной деревянной поверхности нельзя прикасаться, но она очень маслянистая.»

Чжоу Мяо последовал словам Цзинь Фэна и некоторое время смотрел на четыре барабанных стула, и Нуно спросил:» Брат Фэн, почему эти двое не хуанхуали?»

«У этих двух корней также есть опухоли, и их текстура похожа на структуру Хуанхуали.»

Цзинь Фэн попросил Чжоу Мяо встать и взвесил хуанхуали с другой рукой в ​​руке. После попытки Чжоу Мяо внезапно понял.

«Поддельный «. Пулеметчик.»

Цзинь Фэн кивнул и сказал:» Это палисандр с грушевым узором, разновидность красного дерева. Он по-прежнему отличается от Хуанхуали, и его ценность не так высока, как у Хуанхуали.»

«Но качество изготовления неплохое.»

Чжоу Мяо прошептал:» Брат Фэн, я слышал, что мебель Хуанхуали очень дорогая. На этот раз ты нашел сокровище?»

Цзинь Фэн закурил две сигареты, одну засунули в рот Чжоу Мяо, и прошептал:» Собери сокровище! ?»

«Это слишком далеко.»

«Это можно назвать только утечкой.»

«Настоящее сокровище будет доступно только завтра.»

Услышав слова Цзинь Фэна, Чжоу Мяо замолчала, но слова Цзинь Фэна ее напугали.

Мебель Huanghuali была так популярна на рынке, что ее раскупили. Есть также много людей, это старая мебель Huanghuali, цена, как правило, невысока.

Но эта штука в глазах Цзинь Фэна, но это просто утечка, даже не Бао.

«Брат Фэн, ты много знаешь».

Цзинь Фэн сказал привет, похлопал Чжоу Мяо по голове: «Утечка все еще есть. Иди сюда».

Когда Когда он прибыл во двор, Чжоу Мяо поставил двадцать цветов в горшках, на сбор которых он потратил пятьсот юаней.

У Чжоу Мяо была проблема с тем, что Цзинь Фэн потратил пятьсот юаней и собрал 20 горшков с бесполезными цветами.

Эти цветы можно только увидеть, а не есть, и они занимают место во дворе. Некоторые цветы нелегко кормить, и деньги тратятся зря.

Но Чжоу Мяо ничего не сказал.

Среди братьев лучше всего себя чувствует Цзинь Фэн.

У меня не было матери с детства. Мне было всего шесть лет, когда умер мой отец. Это Цзинь Фэн каждый день приводил его в горы копать лесные грибы, сжигать сталь и углерода и не умер от голода.

Когда мне было восемь лет, я сам пошел к орехам-пеканам и упал в долину. Это Цзинь Фэн нес его на спине два дня.

В глубине души я относился к Цзинь Фэну как к своему ближайшему брату.

Цзинь Фэн присел на корточки и вынул синий квадратный цветочный горшок.

Этот цветочный горшок очень маленький, не более 20 см в длину, менее 10 см в ширину и всего 5 см в высоту.

Общая форма похожа на прямоугольную канавку.

Вокруг верха горшка есть загибающиеся края, четырехсторонняя дуга идет вниз, дно загибается внутрь, а основание меньше.

В этом горшке засажен нарцисс высотой в один фут.

Чисто белые цветы, зеленые ветви и листья, тонкие, как у феи Лингбо, тихо раскрываются, источая богатый аромат.

Цзинь Фэн подошел, протянул руку и бесцеремонно сорвал нарциссы и положил их в рваное ведро.

«Брат Фэн, что ты делаешь?»

Цзинь Фэн вылил воду в цветочный горшок, набил его рукой Чжоу Мяо левой рукой и улыбнулся.

«Твоя нога, полагайся на нее для лечения».

Чжоу Мяо сухо моргнул, посмотрел на Цзиньфэна с ошеломленным выражением лица, а затем посмотрел на цветочный горшок в своей руке.

«Брат Фэн, я не учился два дня, не лги мне».

Цзинь Фэн закричал, тихо улыбнулся и перевернул горшок, шахтерская лампа Попала в дно вазона.

Прямоугольное изображение посередине внизу, с тремя линиями и шестью словами, написанными золотом.

«»

«Брат Фэн, что на этом написано?»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Правление императора Цяньлуна в династии Цин.»

«Запомните этого большого персонажа. Ты видел?»

«Посередине больших символов есть небольшая выпуклость. Это лучший способ отличить подлинность всех вещей периода Цяньлун.»

«Пожалуйста, обратите внимание, особенно на большие символы, которые расположены по центру, но маленькие. Это наиболее очевидная особенность предметов в ранний период Цяньлун.»

Чжоу Мяо сильно покачал головой:» Брат Фэн. Я не понимаю.»

Цзинь Фэн улыбнулся, схватив плечо Чжоу Мяо и энергично потряс его:» Неважно, если ты не понимаешь. Некоторое время спустя.»

«Это тоже антиквариат?»

Столкнувшись с вопросом Чжоу Мяо, Цзинь Фэн кивнул, ударив шахтерскую лампу о вазон, и мягко сказал:» Эта штука называется Цин Цяньлун Имитация Ру печи нарцисса.»

«Материал из первых дней правления императора Цяньлуна. Это тоже утечка.»

Цзинь Фэн взял чашу с нарциссами и мягко сказал: «С неба будет идти дождь, и синие облака разойдутся, и этот цвет создаст будущее».

Сун Хуэйцзун сказал это.

Говорят, что ему приснился ночной сон, и он увидел цвет неба после того, как прошел дождь и небо прояснилось, поэтому он приказал мастерам сжечь такой фарфор, символизирующий процветание страны, как небо после дождя.

использовал эти две строки стихов.

Это сбило с толку бесчисленное количество мастеров, и несколько больших печей сделали очень много, а также много разбили, что не удовлетворило Сун Хуэйцзун.

Ремесленники в Ручжоу использовали особую почву и превосходное мастерство, чтобы создать этот цвет, который передавался из поколения в поколение.

Это Ру Килн, которое мир считает величайшим сокровищем.

Первоначально Сун Хуэйцзун хотел намекнуть, что дождь над небом представляет национальную судьбу, а дождь над небом, но ему не потребовалось много времени, чтобы стать пленником и умереть в чужой стране.

Говорят, что когда он умер, его тело замерзло, половина его тела была сожжена и вылита водой, и он бросил тело в яму. Таким образом, воду в яме можно использовать в качестве лампового масла.

Сын Сун Хуэйцзун, Сун Циньцзун, также был схвачен вместе. Позже Цзинь Гуовань Яньлян намеренно дразнил его верхом на лошади, чтобы тот играл в поло. Откуда Сун Циньцзун мог научиться конному спорту, и он упал и был растоптан. к смерти Ранмой.

Но Сун Хуэйцзун не худший.

Династия Северная Сун исчезла, и Лицзун из династии Южная Сун поселился в Цзиньлине. Он был императором в течение 40 лет. В конце концов, Ян Лянь Чжэньцзя вырыл себе могилу, а труп был оскорблен и избит ногами бессмысленный.

Но это еще не самое страшное.

Рытье могил и плетение трупов существовало во всех династиях и иностранных династиях.

Поскольку Ян Лянь Чжэньцзя верил, что череп императора принесет ему удачу, он отрезал голову Сун Лицзун и инкрустировал череп Лицзуна серебряной краской, чтобы сделать сосуд для вина.

Это еще не самое худшее.

Хуже всего то, что этот сосуд с вином был отброшен на тысячи миль и, наконец, достиг столицы династии Юань.

Трагедия в мире ужасна, и это не более того.

Итак, мы не должны подчинять страну. Как только страна будет разрушена, все достоинство будет потеряно.

После того, как Чжу Юаньчжан убил династию Юань, он услышал, что это тоже очень сентиментально. Он купил голову Сун Лицзун и перезахоронил ее в храме Гаоцзуо.

Ученые и потомки прошлых династий комментировали династию Сун, и их репутации неоднозначны.

Кроме стыда оглядываться назад, экономике действительно нечего сказать.

Это великое наследство, оставленное будущим поколениям.

Но тот, который Цзинь Фэн держал в руке, был всего лишь имитацией периода Цяньлун.

Под светом чаша из нарцисса в обжиговой печи Ру светилась лазурным психоделическим блеском и невероятно глянцевым блеском.

Текстура плода тонкая и плотная, глазурь мягкая, однородная и гладкая, как стекло.

Когда рудничная лампа попадает в чашу с нарциссами, появляются зеленые пики зеленого цвета, как нефрит, но не нефрит, идеальный.

Цзинь Фэн терпеливо объяснил Чжоу Мяо, что глазурь Ру, имитированная чиновником Цяньлуна, не имеет икры, как говорили древние.

Икорный узор — это не отверстие, а другой вид точечной субстанции, которая плавает на глазури в бассейне с нарциссами.

Шины имитирующей обжиговую печь Цяньлун Ру слишком толстые, что дает металлический блеск под лампой шахтера, в то время как настоящая обжиговая печь Сун Жу не имеет блеска.

Внизу есть шесть опорных гвоздей, которые меньше тех, что были сделаны в печи Ру во времена династии Сун. Это также главная особенность печи Ру в период Цяньлун.

Говоря о многих терминах и вещах красноречиво, Чжоу Мяо был подобен тупому роботу и тупо слушал.

Громко покачал головой, встал и вытянул и без того больные ноги, он засмеялся и сказал: «Брат Фэн, ты сказал это мне, я действительно не понимаю. Это не о том, чтобы играть в пианино коровам».

«Хорошо, если ты понимаешь».

Цзинь Фэн немного потерял дар речи, кивнул и сказал:» Уже поздно. Иди спать. Я найду шанс продать эту вещь через несколько дней и вылечить ваши ноги».

Чжоу Мяо кивнул и внезапно спросил тихим голосом:» Лечение ног может стоить больших денег. Мы пошли в ортопедическая больница в прошлом году, и человек сказал, что это будет стоить более 100 000 юаней.»

Цзинь Фэн сказал с серьезным лицом:» Я снова прерву ваши руки и ноги, и продам этот горшок с нарциссами, и вылечу все ваши руки и ноги, и все еще есть излишки.»

Чжоу Мяо потряс всем телом и развязал руки, и таз с нарциссами упал на землю.

К счастью, на земле были пластиковые пакеты. В противном случае таз с нарциссами был

Цзинь Фэн легонько вздохнул, шагнул вперед, чтобы взять таз с нарциссами, взглянул на Чжоу Мяо, поднял руку и хлопнул Чжоу Мяо по голове.

«Ты прав. Не трогайте эти хрупкие предметы в будущем.»

Когда я ложился спать по ночам, Чжоу Мяо не мог заснуть снова и снова. Он все время расспрашивал Цзинь Фэна о том и о том, как будто принимал стимуляторы.

кричали Честно говоря, несколько слов, через некоторое время Чжоу Мяо тихонько встал с кровати, тайком открыл железный шкаф, взял в руку таз для нарциссов Ru Kiln и нежно погладил его.

Почувствуй это, Чжоу Мяо. Я пролил слезы.

Одна рука держала таз для нарциссов, другая сжимала его сломанную ногу и давилась.

Цзинь Фэн осторожно закрыл глаза и сказал легкомысленно. : «Иди спать, Саньшуй.»

Чжоу Мяо вскрикнул, вытер слезы и захныкал:» Брат Фэн, неужели этот ребенок стоит столько денег?»

«Брат Фэн, можешь пообещать мне кое-что?»

«Можете ли вы сначала пройти процедуры на станции сбора отходов?»

«Моя нога хромала пять лет, и я смогу подождать еще несколько лет. Свалка, о которой я больше всего беспокоюсь, — это свалка.»

«Давайте продадим этого ребенка, пройдем формальности и оставим немного денег боссу. Он может делать все, что хочет.»

«Мы используем оставшиеся деньги, чтобы построить станцию ​​для отходов, чтобы сделать ее больше и сильнее.»

«Попробуйте купить дом через три года.»

Цзинь Фэн засмеялся и сел, улыбаясь Чжоу Мяо:» Тогда?»

«Затем, станьте больше и сильнее, создайте компанию по сбору металлолома и откройте филиал»

«Ну. А потом?»

«Затем откройте ветку. Кстати, мы купили этот участок земли, у тети Ванги все равно нет детей. Разве она не говорила принять тебя крестником?»

«Хм. Продолжать.»

«Купили землю для строительства завода. Собирайте изодранные товары, собирая подержанные товары. Откройте рынок подержанных товаров. Это тоже приносит деньги.»

«Что-нибудь еще?»

«Тогда мы будем больше и сильнее. В будущем мы расширим масштабы.»

«Будут приниматься подержанные автомобили, подержанные дома, подержанные лодки, подержанные самолеты и т. Д.?»

Чжоу Мяо воскликнул:» Давай. Пока кто-то посмеет продать. Осмелюсь принять это.»

«Это самый прибыльный. Брат Фэн. Вы смотрели этот документальный фильм? Когда «Варяг» был куплен, это было всего 20 миллионов долларов».

Цзинь Фэн поднял голову и тихо засмеялся, кивнул и сказал:» Хорошо. Просто делай, как говоришь.»

«Кто-то принял подержанный авианосец. В будущем мы соберем для игры подержанную страну, и она будет называться——»

«—— Не имеющая аналогов в мире.»

Этой ночью Чжоу Мяо спал очень крепко, и во сне он видел полную улыбку.

Этой ночью Цзинь Фэн тоже спал очень крепко.

С голом. есть мотивация.

Но прежде чем сон закончился, два брата были разбужены дождем.

Проливной дождь лил, как будто Кто-то в небе безжалостно бросился вниз с мощный водяной насос.

Три небольших бунгало в семье изначально были временными постройками.

Этой ночью шел очень сильный дождь. Две кровати были промокшими и промокшими, там было громкий гром, земля тряслась, и электричество прекратилось.

Чжоу Мяо зажег шахтерскую лампу и потянул за цветную ткань, чтобы пройти в комнату. В темноте он не мог ясно видеть свои ноги и ему было неудобно, поэтому он упал.

Цзинь Фэн поймал Чжоу Мяо, и они вдвоем в смущении повалились на землю.

Цзинь Фэн пошел в комнату, чтобы прикрыть цветные полоски ткани, и Чжоу Мяо протянул под ним большой железный блок, чтобы сжать его. По прошествии долгого времени они двое уже стали бедными.

Вернувшись в комнату, Чжоу Мяо быстро проверил таз для нарциссов и стульчик для барабана Хуанхуали.

Оглядываясь назад на Цзинь Фэна, Цзинь Фэн уже вышел с шахтерской лампой.

Чжоу Мяо не нужно думать об этом, Цзинь Фэн идет в дом похитителя.

Дом, построенный мастером Гуайзи, еще более обветшалый и гнилой. Зимой дует ветер, дождь переходит в дождь, а местность низкая. В такой сильный дождь он будет затоплен.

Проливной дождь сделал грязную дорогу, которая еще не пересохла, стала еще более невыносимой: простые дренажные канавы не могли отвести столько дождевой воды, и все они затопили дорогу.

Самое глубокое место было почти под талией Цзинь Фэна, и он подошел к дому крестоносцев одной глубокой ногой и одной неглубокой ногой. Под светом шахтерской лампы слабая фигура стояла в одиночестве на перекрестке, наклоняться. Обливать водой непрерывно.

Сильный дождь лил бесконечно, ударив Цзинь Фэна по макушке, всего в двух метрах от него.

Свет прошел, фигура повернулась и нерешительно крикнула: «Брат Фэн».

«Да.»

Цзинь Фэн мягко ответил, и свет приближался, и в поле зрения появилась девушка.

Тонкое тело Инху было мокрым от дождя, на нем были только пара шорт и подтяжка. Девушка была ослепительно белой на свету, ее длинные волосы ниспадали ей на лицо.

Невинность и кокетство переплетались, красота захватывала дух.

Увидев Цзинь Фэна, девушка перевела дыхание и почувствовала аромат роз в метре от нее.

Девушка — Ли Исюэ.

При ближайшем рассмотрении, сильный дождь собирался затопить дверь дома Ли Исюэ, и из дома раздался голос похитителя.

Цзинь Фэн громко позвал, не волнуйтесь, он взял лопату в руку и пошел вперед, выходя оттуда, расчищая и расширяя сток рядом друг с другом.

Я вернулся снова и позвал Ли Исюэ, чтобы получить цветные полоски.

Ли Исюэ покачала головой и тихо сказала: «Я не купилась».

Цзинь Фэн бросил на Ли Исюэ свирепый взгляд и холодно сказал: «Вот как ты позаботился о похититель.»

Повернись и уходи.

Ли Исюэ молча смотрел в спину Цзинь Фэна со слезами на глазах.

На какое-то время Цзинь Фэн вернулся, держа на крыше толстую стопку цветных полос и закрепляя ее. В это время на горизонте появился намек на белый цвет.

Дождь все усиливался, Цзинь Фэн выскочил из дома, и Ли Исюэ не знал, когда надеть зонтик на голову Цзинь Фэна.

«Брат Фэн, спасибо».

В своей тонкой и совершенной ладони он держал пачку новых китайских сигарет.

Цзинь Фэн даже не взглянул на это и сказал глубоким голосом: «Я с оптимизмом смотрю на похитителя. Вернись и переоденься.»

Ли Исюэ напевал, кивнул, протянул сигарету Цзинь Фэну и мягко сказал:» Кто-то уронил пачку сигарет, я поднял ее. Вы берете его.»

Цзинь Фэн махнул рукой:» Отнеси его в магазин тети Ван.»

Когда он повернулся, чтобы уйти, пара бледных голых рук осторожно протянула сзади и крепко обняла Цзинь Фэна.

Все тело Ли Инсюэ было плотно прижато к спине Цзинь Фэна. Спина.

Дождь холодный и холодный, а тело мягкое и теплое, как огонь.

«Брат Фэн»

Мягкий и нежный женский голос, как самый ослепительный тепло Весенний бриз, мягкое тело приносит Цзинь Фэну глубочайшую любовь и сострадание.

Эта девушка — ее первая мечта, то есть эта девушка, которая заставила себя вынести самую большую боль в этой жизни.

Самый большой узел.

Узел, который не может быть распущен.

«Вернись. Не простужайтесь.»

В конце концов, Цзинь Фэн вырвался из объятий Ли Исюэ, сделал глубокую ступню и неглубокую ступню и безжалостно ушел.

Эта девушка, я ей не обязан.

Она должна себе то, что должна, и ей не нужно возвращать ее.

Это судьба!

В восемь часов утра Джин Фэн поехал на скутере в ломбард Фуюань.

Это старый ломбард. Он был основан в начале 1990-х годов в Верхнем мире. Это первая партия ломбардов в Китае, имеющая филиалы по всей стране.

Только в Цзиньчэне есть три филиала с сильными фондами и надежностью.

Прошлой ночью лил проливной дождь, а Цзиньчэн был страной.

Цзинь Фэн знает, куда идти в такую ​​погоду, и лучше выбрать короткий путь.

Дождь все еще идет, а пешеходов по обе стороны реки Тяньюй почти нет.

Цзинь Фэн остановился, переместился к реке и был потрясен.

В последние годы река Тианню была очень эффективной в борьбе с илом, и специальный персонал будет очищать ее каждый год.

Сейчас в русле реки стоит экскаватор, выкапывающий ил, а на краю русла есть большая скала.

Джин Фэн дважды смотрел, не обращая внимания на самокат, перелетел и пристально посмотрел на него.

Большая скала была в основном покрыта илом, и только тело животного и две ноги были слабо видны.

Капли дождя медленно омывали большую скалу и за несколько минут смыли часть ила с большой скалы.

Большая часть головы коровы попала в глаза Цзинь Фэну.

Цзинь Фэн посмотрел на голову коровы, сжал кулаки и был ошеломлен.

Когда экскаватор отдыхал, Цзинь Фэн крикнул мастеру экскаватора: «Как каменная корова выкапывала землю?»

«Поторопись и положи ее обратно».

Мастер-копатель закрыл глаза Цзинь Фэну, поднял средний палец и выругался в рот: «Все зависит от тебя».

Голос Цзинь Фэна на берегу раздался: «Кто ты? Вот и все. Каменная корова?»

Цзинь Фэн повернул голову и посмотрел на мужчину:» Ты отвечаешь за реку?»

Мужчина не очень стар, ему за тридцать, невысокий, пухлый, изящный Хм, одно предложение: «Мы — аутсорсинговая компания по очистке рек».

«Эй. Это правда как корова?»

«Такая большая каменная корова».

Цзинь Фэн мягко сказал: «Лидер, что ты собираешься с ним делать?

Низенький толстяк покосился на Цзинь Фэна.»

Цзинь Фэн вынул сигарету из своей руки и передал ее. Этот человек был немного равнодушен и даже не любил гору Хунта Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн повернулся и пошел к противоположной стороне. Сяочао, чтобы купить Пришла коробка образца 1916 года.

Подождав около десяти минут, невысокий толстяк из аутсорсинговой компании ответил на звонок и не рассердился.

Оказалось, что там есть Прошлой ночью прошел сильный дождь, и на нем была произведена уборка: оба мусоровоза в иле не могут пройти.

Нет пути, но работа останавливается.

Цзинь Фэн спокойно наклонился вперед и встал рядом с мужчиной.

«Лидерство, каменная корова меня продает».

«Я собираю ободранные».

«Я позабочусь о них за вас».

Щенок Он взглянул вниз, его глаза загорелись, а затем он закрыл глаза.

«Пятьсот».

Легким движением Цзинь Фэн осторожно затолкал сигарету в сумку мужчины.

«Найди кран сам».

«Приходи на буксировку ночью».

После некоторой задержки в дороге было почти десять часов. Когда я прибыл на место, я договорился о встрече с Сунь Линго.

Сунь Линго долго ждал у двери и, наконец, увидел Цзинь Фэна, он был вне себя от радости.

Однако, когда он увидел платье Цзинь Фэна, он был немного удивлен.

Утром все еще шел дождь, подошел Цзинь Фэн и был весь в грязи, и ничего не было чистым с головы до ног.

Быстро достал полотенце из сумки и протянул его Цзинь Фэну, чтобы он вытер лицо, и позвал мастера, чтобы он доставил удовольствие.

Цзинь Фэн достал телефон, чтобы проверить время, закурил сигарету и сказал: «Пора почти, иди.»

Ломбард Фуюань на этой старой улице является основным магазином. Он имеет четыре фасада ворот и разделен на верхний и нижний этажи. Площадь первого этажа составляет 400 квадратных метров. Роскошное оформление и высококлассная атмосфера.

Как только Цзинь Фэн собирался войти в дверь, его остановил охранник у двери.

Посмотрите на грязную повседневную обувь под ногами Цзинь Фэна. Охранники вежливо попросили Цзинь Фэна вымыть обувь. Войдите снова.

Цзинь Фэн дважды усмехнулся и повернулся, чтобы уйти.

Сунь Линго запаниковал и поспешил вытащить Цзиньфэна: «Мастер Цзинь, Мастер, куплю сразу пару туфель, напротив Обувной город.»

Цзинь Фэн покачал головой, подошел к поддону, чтобы вытереть грязь своих ботинок, вытер дождь о голову и тихо сказал:» Иди.»

На этот раз охранник снова остановил Цзинь Фэна и вежливо сказал:» В этом магазине есть правило. Мы не принимаем неопрятную одежду.»

Глаза Цзинь Фэна упали.

Сунь Линго быстро достал свой билет, объяснил его и передал охраннику две коробки хороших сигарет.

Два. Охранник бесцеремонно взял сигарету, и когда он услышал, что Цзинь Фэн был экспертом, которого пригласил Сунь Линго, он не мог не рассмеяться, презрительно посмотрел на Цзинь Фэна и громко рассмеялся.

«Когда комбайны стали экспертами?»

«Кирпичные дома огнеупорного завода или кирпичные дома крематория?»

«Те, кто специализируется на знакомые готовят Вау?»

Другой охранник сказал с улыбкой:» Если он эксперт, я буду предан делу».

Сунь Линго собирается поговорить с двумя охранниками, но Цзинь Фэн находится в стороне. Сказал: «Это всего лишь два сторожевых пса, почему у вас такие же знания, как у них».

Двое охранников сразу же рассердились, сразу же указали на Цзинь Фэна и начали проклятие.

Сунь Лингуо также вышел и крикнул: «Я воспринимаю вещи как источник благословения для вас. Вот как вы относитесь к своим гостям».

«Я выкуплю это, вы остановите меня. «Не впускай, что ты имеешь в виду? Это черный магазин?»

«Я хочу попросить вашего менеджера пожаловаться».

Двое охранников посмотрели друг на друга и засмеялся: «Давай, давай Фух».

Другой охранник догнал его и нажал прямо на рацию.

«Менеджер Чжу, менеджер Чжу, кто-то растрепал одежду и хочет впустить его?»

Из домофона раздался хриплый голос, похожий на мужской утенок: «Я не объяснил это вы все. «Это?»

«Сегодня глава головного офиса приедет проверить, и мои сплетни также слышали, что придут какие-то большие люди».

«Вы ребята, все уделяют мне нахренное внимание».

«Наша компания Fuyuan не занимается какой-либо дискриминацией. Независимо от того, кто он, пока он хочет прийти, мы приветствуем его».

«Если вы заблокируете замаскированный визит в главный офис. Теперь я убью вас».

Двое охранников были так напуганы, что были сообразительны, и их лица изменились, когда они обернулись.

указал на Цзинь Фэна и крикнул.

«К счастью, тебе нужна удача. Входи».

«Не трогай вещи внутри, иначе ты умрешь».

Введите пешку, ОК, Сунь Линго прошептал извинения Цзинь Фэну рядом с ним.

Цзинь Фэна это не волновало, и он сказал легкомысленно, оглушив Сунь Линго на пять секунд.

Когда он выздоровел, Цзинь Фэн уже прибыл к стойке на севере.

В этом прилавке семь или восемь знаменитых часов. Две блестящие золотые часы Rolex огромны и стильны.

Две женские часы с бриллиантами.

Источник света ломбарда довольно сильный, в прилавке также установлена ​​световая трубка.

При таком ярком свете каждая из этих часов показывала свой самый яркий блеск, тихая, как девственница, безмолвно рассказывающая о своем славном прошлом.

Эти часы были собраны ломбардом Фуюань, срок выкупа уже прошел, и они продаются здесь.

Цены на такие элитные предметы роскоши в ломбардах не очень высоки, и они относительно доступны.

Цзинь Фэн тихо стоял перед этой стойкой, глядя на одну из часов.

Его глаза неспешны, его мысли летят.

Хотя Сунь Линго был немного нетерпеливым, он уже считал Цзинь Фэна богоподобным поклонением в своем сердце и не осмеливался говорить слишком много, опасаясь шокировать Цзинь Фэна.

Спустя целую минуту Цзинь Фэн медленно закрыл глаза и дважды вдохнул.

Постучал по стойке из пуленепробиваемого стекла и тихо сказал: «Спасибо, покажите мне, пожалуйста, эти часы».

Клерк за стойкой принимал еще одну на другой стороне. Посетитель, повернул голову, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, вежливо сказал что-то и немного подождал.

Остальные семь или восемь девушек-продавщиц увидели платье Цзинь Фэна и посмотрели на Сунь Линго, у которого была декадентская борода и мерзость. Они долгое время игнорировали этих двух людей как воздух.

Бедные играют в машину, а богатые — в часы.

Знаменитые часы имеют больше смысла, чем известные автомобили.

У владельца ломбарда самые ядовитые глаза. Когда вы видите Цзиньфэна, вы понимаете, что это почвенные булочки. Невозможно позволить себе эти знаменитые часы.

В это время вошел охранник за дверью и сказал несколько слов дежурному менеджеру, сказав, что охранник все еще указывает на Цзинь Фэна, его глаза были чрезвычайно презрительными.

Дежурный менеджер — мужчина лет тридцати. Сейчас лето. На нем полосатая рубашка с короткими рукавами и брюки, коричневые туфли ярко начищены. Он очень стильный.

Выслушав отчет службы безопасности, менеджер посмотрел на Цзинь Фэна издалека и, сказав несколько слов охраннику, подошел.

Цзинь Фэн носил лучшую одежду в семье: синие короткие рукава Ли Нина за 20 юаней, серые шорты за 20 юаней Xtep и 361 кроссовку за 50 юаней под ногами.

Их купила тетя Ван для себя, когда фирменный магазин закрылся из-за большой распродажи.

Одежда на моем теле пропиталась дождем, и дождь капал на мою одежду и брюки.

Хотя кроссовки в грязи, они все равно очень грязные.

Дождь на его одежде был смешан с грязью, и везде, где бы ни появлялся Цзинь Фэн, была линия желтых следов.

Дежурный менеджер немедленно упал с лошадиной мордой и горько уставился на Цзинь Фэна. Он был крайне недоволен, нахмурился, помахал рукой и попросил клерка подойти и вытереть пол.

Клерк у стойки был занят на другой стороне и подошел, чтобы принести Джин Фэну часы. Дежурный менеджер подошел со спокойным лицом и подмигнул клерку. Клерк был немного смущен…

Цзинь Фэн наклонил голову, чтобы посмотреть на дежурного менеджера, а затем сказал клерку.

«Госпожа Вэнь Цзин, пожалуйста, возьмите эту осторожность».

Клерк девушки — Вэнь Цзин, и фотография на ее нагруднике красивее, чем реальный человек.

Ему всего двадцать два года, с косой челкой на лбу и хвостом на спине, что делает его изначально миниатюрное лицо очень изящным.

Девушка выглядит очень застенчивой, с высоким нефритовым носом и оттенком интеллекта в глазах, ее темперамент очень уникален, немало школьных цветов в женской школе Китайская Народная Республика.

Выслушав слова Цзинь Фэна, а затем посмотрев на жесты рук менеджера, Вэнь Цзин немного заколебался. Человек перед ним был одет в очень обычную одежду, а его ступни и ступни были полны желтых сточных вод.

Вэнь Цзин знает, что имеет в виду дежурный, то есть не принимайте этого человека.

Вэнь Цзин лучше знает, что человек перед ним ничего не носит на руке и совсем не имеет финансовой силы. Не говоря уже о знаменитых часах на этом прилавке, даже если это какая-то вещь в самый распространенный счетчик, этот человек тоже не может себе этого позволить.

Она знала это в глубине души, но через три секунды Вэнь Цзин сделал ход, который сразу же удивил дежурного менеджера.

Он слегка улыбнулся Цзинь Фэну, сладко и тихо, и две круглые ямочки на его щеках были обнажены, делая их более чистыми.

«Хороший сэр».

«Это тот?»

«Нет, вот он. Карманные часы».

Вэнь Цзин был немного удивлен, вежливо кивнул.

Сначала она дала Цзинь Фэну пару перчаток, а Вен Цзин достал карманные часы, которые Цзинь Фэн назвал по имени.

На белых перчатках круглые карманные часы.

Все тело золотое, и есть слои золотого сияния разных оттенков под ярким светом.

Диаметр часов не более пяти сантиметров. На корпусе есть тисненый узор. Узор представляет собой двуглавое чудовище. Ужасная и странная форма. Выглядит злобно, но обнажает мультфильм комикс.

Чуть выше отметки «двенадцать часов» находится заводная головка карманных часов, на которой можно заводить карманные часы.

В тот момент, когда он получил эти карманные часы, Цзинь Фэн не смог удержать их, и в его сердце возникло знакомое чувство.

Слишком уж отличается высокое качество задней крышки часов.

Два традиционных китайских иероглифа выгравированы косо и ужасно. Даже если вы позвоните мастеру древней прозы, вы, возможно, не сможете распознать эти два символа.

Ниже традиционных китайских иероглифов выгравированы несколько иностранных букв, которые перекошены, как английские буквы, но они очень разные, а гравюры чрезвычайно строчки, такие же уродливые и уродливые, как картины с привидениями.

Очевидно, два ряда букв на задней стороне футляра были выгравированы на обратной стороне острым инструментом, но на них были выгравированы символы-призраки, которых никто не узнает.

Цзинь Фэн посмотрел на две строки шрифтов, не мог не дернуть уголки рта и слегка прикрыл глаза.

Сделав два глубоких вдоха, Цзинь Фэн открыл крышку часов.

Под крышкой находится циферблат карманных часов.

Циферблат всего корпуса украшен изысканными узорами с синей галактикой посередине, изготовленной из эмали, которая в то время считалась первой.

Двенадцать шкал римских цифр, часовая, минутная и секундная стрелки также золотые, и они зафиксированы на 4:20:40 после полудня.

На шкале четырех часов есть маленький кружок, который является уникальной функцией отсчета времени на этих карманных часах.

Рядом с кругом хронометража есть два маленьких кружка.

Один — это вечный календарь, а другой — три вопроса.

Излишне говорить, что вечный календарь автоматически различает большие и малые месяцы, даты, недели и високосные годы, которые происходят раз в четыре года.

Минутные вопросы похожи на функцию хронометража современных электронных часов. Вы можете узнать время в это время, используя различные звуки пружины внутри карманных часов с точностью до секунды.

Карманные часы перестали двигаться. Внешний вид циферблата хорошо сохранился. Есть царапины, но они не затрагивают весь циферблат.

Скорость руки Цзинь Фэна не была быстрой или медленной. Он смотрел на переднюю часть в течение трех секунд, на циферблат в течение пяти секунд и на заднюю часть футляра в течение семи секунд.

Осторожно положите часы на мягкое одеяло и мягко кивните.

Вэнь Цзин, клерк, отвечающий за прием Цзинь Фэна, уже видел движения Цзинь Фэна на виду, немного странно посмотрел на Цзинь Фэна и мягко сказал.

«Эти часы сломаны.»

«Они здесь уже семь или восемь лет, и никто их не купил.»

«Я здесь уже половину. в год, вы начнете».

Джин Фэн сказал хм, он ничего не сказал, и взглянул на ценник этих карманных часов.

Цена 80 000.

Вэнь Цзин тайком взглянула на дежурного в отдалении, сжала губы и тихонько прокляла извращенца Чжу Бацзе.

Я работаю здесь почти девять месяцев. Со дня работы до настоящего момента менеджер Чжу Чжаоюнь был по отношению к нему непослушным.

Ради оценки я часто делаю что-то с собой. Я новичок, и я должен это вынести. Я не ожидал, что Чжу Чжаоюнь, мертвый призрак, не отпустит его даже после того, как вне работы.

Из личного дела компании Чжу Чжаоюнь узнал свой арендный адрес и подошел прямо к двери.

Я попросил себя пойти пообедать и спеть K, а также сказал, что представлюсь клиентам, чтобы покупать предметы роскоши на прилавке.

Я хочу напиться, когда несколько раз пою K. К счастью, я был подготовлен долгое время, и я могу каждый раз превращать опасность в легкий ветерок.

Вэнь Цзин не удержалась от рвоты, когда она подумала о большом рте, который был толще Чжу Бацзе перед ее глазами.

У Вэнь Цзин слабая личность, и она специализировалась на ювелирном дизайне. Для такой профессии нет рынка сбыта. Неважно, популярна ли она, она должна работать клерком в этих ломбардах. и магазины золота.

У всех непростая жизнь.

Меня преследовала Чжу Чжаоюнь в течение долгого времени. Вэнь Цзин долгое время была непобедимой, поэтому она проигнорировала приказ Чжу Чжаоюнь и намеренно противостояла Чжу Чжаоюнь.

Разве вы не смотрите на рабочих-мигрантов свысока? Разве ты не позволяешь мне заботиться о нем?

Не думаю.

Я хочу рассказать обо всех недостатках этих таблиц.

Посмотри, что ты можешь со мной сделать.

Закончив все это, Вэнь Цзин выдохнула в своем сердце, но она знала, что то, что произошло дальше, полностью превзошло ее ожидания.

«Можно ли со скидкой на эти часы?»

мягко спросил Цзинь Фэн.

Вэнь Цзин услышала это, ее глаза расширились, и она не могла не встать.

«Хочешь купить эти часы?»

Сказав это, Вэнь Цзин быстро повернула голову и посмотрела на менеджера Чжу Чжаоюнь, опустила голову и мягко сказала: «Дон» Я не покупаю эти часы. Они плохие».

Джин Фэн хмыкнул и сказал:» Я покупаю вещи. Я не покупаю дорогие. Я покупаю только правильные».

Вэнь Цзябао. Цзин прошептал: «Правильное — дорогое. Что? Что я могу сделать, если куплю сломанные часы?»

«Эти часы, даже в Небесной столице сказали, что их вообще нельзя отремонтировать.»

«Нет никакой стоимости ремонта.»

«Вот тоже мертвая мышь, просто подождите, пока слепой кот бросится в сеть.»

«Ах, это неправильно»

«Я не говорил тебе»

Вэнь Цзин прикрыла рот, закусила губу и мягко извинилась перед Цзинь Фэном.

Однако Цзинь Фэн остался равнодушным и мягко сказал: «Иногда кот не обязательно слепой, он просто не хочет открывать глаза»

«Открой глаза и кот превратится в тигра. Да. Кусать людей».

Вэнь Цзин был счастлив и громко рассмеялся. Выявляются белые аккуратные зубы, и красота трепещет.

Менеджер, стоящий за спиной Цзинь Фэна, увидел, что Цзинь Фэн становился все более и более злым, и ничего не мог с собой поделать. Он подошел и сообщил о себе Цзинь Фэну.

«Это Чжу Чжаоюнь, дежурный менеджер Фуюань. Этот джентльмен, не хотите ли вы купить эти часы?»

«Если нет, пожалуйста, не откладывайте время наших сотрудников.»

Цзинь Фэн даже не взглянул на Чжу Чжаоюнь, но Сунь Линго, стоявший рядом с Цзинь Фэном, не говоря ни слова, сказал громко.

«Это мистер Цзинь, пойдем со мной посмотреть печать моего сына».

Чжу Чжаоюнь повернул голову, презрительно посмотрел и сказал с усмешкой: «Ты снова упрямый беспорядок. Старик!?»

«Разве вы не просили кого-нибудь оценить вашу печать?»

«Найти эксперта, который готов написать за вас оценку?»

«Кусок разбитого поля желтого цвета по-прежнему уступает, а о каком потомковом младенце до сих пор спорят?! Каждый раз, когда я прихожу, я пытаюсь найти жизнь, и в конце концов это не послушная ебля.»

Слова Чжу Чжаоюнь довольно злобные, и выходит серия слов. Сунь Лингуо, который страдал и был истощен в эти дни, внезапно схватился за грудь и не мог дышать.

Указывая на Чжу, Чжаоюнь зашипел и закричал: «Я здесь, чтобы выкупить его сегодня.»

«Эксперт по оценке — этот мастер Джин!»

Чжу Чжаоюнь, эй:» Кто-нибудь готов выкупить его для вас?»

«Это мастер Джин! ?»

Посмотрите еще раз на мокрого Цзинь Фэна, его лицо полно отвращения, а во рту слышен звук:» Мастер! ?»

«Я думаю, что вы, ребята, здесь для того, чтобы подшутить.»

«Старик, маленькая черепаха, кто-то хочет выкупить ее, а кто-то хочет купить часы»

«Вы действительно думаете, что в нашу пешку Фуюань могут войти отдельные лица? ?»

«Скажу вам, если бы не важные VIP-персоны из нашего ломбарда сегодня, вы двое, даже не хотели бы входить.»

Сунь Лингуо был честен по натуре и не умел говорить, и слова Чжу Чжаоюнь тряслись от слов Чжу Чжаоюнь.

указал на Чжу Чжаоюнь и крикнул:» Я хочу вам пожаловаться.»

Чжу Чжаоюнь было все равно, он улыбнулся, указал на свое лицо и сказал:» Говори, добро пожаловать «.»

«Посмотри на мое лицо, посмотри внимательно и внимательно посмотри на мой значок».

Сунь Лингуо побледнел от гнева и прошипел:» Бесстыдник «.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал в это время:» Для уродливого человека жестоко смотреть внимательно «.»

Как только эти слова прозвучали, все продавцы поблизости были ошеломлены.

Чжу Чжаоюнь был ошеломлен, а затем сказал:» Что ты сказал?»

И джентльмен за стойкой снова посмотрел на Цзинь Фэна и Чжу Чжаоюнь. Он фыркнул, прикрыл рот, улыбнулся и наклонился.

Серебряный смех, похожий на колокольчик, разнесся повсюду. Это звонко, как колокольчик, и звучит красиво.

После того, как несколько продавщиц были потрясены, они внезапно поняли, опустили головы, чтобы прикрыть рот, держали их изо всех сил и старались не смеяться вслух.

Сунь Линго посмотрел слева направо, внезапно рассмеялся и показал Цзинь Фэну большой палец вверх.

А Чжу Чжаоюнь с одной стороны все еще неловко стоял, и все еще лицо Он яростно отругал своего клерка.

После того, как к Чжу Чжаоюнь подошел клерк и сказал что-то Чжу Чжаоюню, Чжу Чжаоюнь понял, что Цзинь Фэн ругает себя.

Он сразу пришел в ярость. Старик вытянул лицо лошади, указал на Цзинь Фэна и крикнул: «Тебе здесь не рады. Вы меня выдаете.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Разве ломбард в достойном Шэньчжоу хочет держать людей подальше от тысяч миль?»

Раздался глубокий и холодный голос, и одна фраза заставила замолчать весь зал на первом этаже.

Выражение лица Чжу Чжаоюнь изменилось, и он сказал с усмешкой:» Пешка Фуюань приветствует всех. Обязательное условие — это клиенты, заинтересованные в сотрудничестве.»

«Я только что спросил вас, вы хотите купить эти часы. Вы мне еще не ответили.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Клиенты, у которых есть намерения, будут приветствоваться, а клиенты, у которых нет намерений, не будут приняты.»

«Я могу это понять?»

Чжу Чжаоюнь потерял дар речи, а его лошадь на некоторое время посинела.

Цзинь Фэн сказал мягко и мужественно:» Я должен купить это.»

«Г-жа Вэнь Цзин. Если я захочу купить эти часы, какую скидку вы можете мне дать?»

Вэнь Цзин сдержался от смеха и мягко сказал:» Эти старинные карманные часы из 18-каратного золота — мертвый предмет в нашем магазине. Первоначально их купила пожилая женщина по фамилии Хун. полгода, срок выкупа прошел.»

«Но сначала позвольте мне напомнить господину, что, хотя это часы из 18-каратного золота с тремя экстравагантными функциями: минутный репетир, вечный календарь и хронометраж, эти часы сломаны.»

«Мы нашли часовых мастеров Тяньдучэна, и их ответ не подлежит ремонту.»

«Помимо того, что эти часы не подлежат ремонту, на передней и задней части корпуса есть царапины, особенно царапины и граффити на задней панели.»

«По этим причинам наш менеджер Чжу назвал мне минимальную цену»

«. Его можно продать со скидкой 25%.»

«Это правда? Менеджер Чжу.»

Чжу Чжаоюнь был так зол, что свирепо уставился на Вэнь Цзина.

Этот Вэнь Цзин рассказал обо всех недостатках этих часов, и они также нарушили чистую цену. Поднимите планку с собой.

Но, подумав об этом, я рассмеялся.

Эти часы стоят здесь семь или восемь лет, и никому до них нет дела.

Хотя эти часы — старинные карманные часы из золота 18 карат. Хотя они считаются антикварным предметом, его проблема слишком велика.

Прежде всего, производитель этих часов был частной семейной мастерской в ​​Римской империи. Первая мировая война, они разрушены войной, и нет наследства.

Во-вторых, эти часы плохо ремонтируются и качество очень плохое.

Когда это было Первоначально полученный, он был по очень низкой цене. Я упаковал его и получил. После того, как я получил его, все, кто приезжал в Тиандученг, прочитали его. Это было всего четыре слова, и он не подлежал ремонту.

Эти часы стали безвкусной вещью, и не стоит много денег разбирать на части..

В штаб-квартире файл с этими часами уже внесен в черный список и передан мне на обработку.

Теперь есть идиотский черепаховый черепах, который хочет купить эти часы, и за него будут заплачены деньги. Не все его собственные.

Думая об этом, Чжу Чжаоюнь улыбнулся и сказал: «Да. Вэнь Цзин, вы правы. Двадцать пять — двадцать пять.»

«Пока вы можете себе это позволить!»

Следуйте за Вэнь Цзином и назовите цену, всего 20 000 юаней.

Цзинь Фэн не ответил, но сказал кое-что еще.

«Карманные часы Не все ли? есть подходящие браслеты? Где браслет этих часов?»

Чжу Чжаоюнь холодно фыркнул:» Европейский производитель, производивший эти часы, давно исчез, так что какой браслет там? !»

Как только он закончил говорить, Вэнь Цзин сделал удивительную вещь.

Наклонился и достал коробку из прилавка на первом этаже. В коробке было тихо. золотой браслет.

Браслет немного толстоват, а цвет немного староват. Очевидно, качество этого браслета всего 18К или ниже.

В глазах Цзинь Фэна появилось странное выражение., Дыхание учащается, но ее рука не двигается, указывая на карманные часы.

Вэнь Цзин знает, как легко прикоснуться к нефритовой голове, вынуть цепочку часов и сопоставить ее с карманными часами.

Держите часы в одной руке, а цепочку в другой, осторожно положите их на белое одеяло.

Цзинь Фэн удовлетворенно кивнул и громко сказал: «Это действительно оригинальный браслет.»

«Двадцать тысяч. Я купил это.»

«Откройте счет. Г-жа Вэнь Цзин.»

Как только я это услышал, все присутствующие были потрясены.

Я видел, как Цзинь Фэн достал большой пластиковый пакет из мокрого и изношенного мешка и вылил его рукой.

Красный, зеленый, черный, желтый и четкий звук капающих монет.

Увидев эту сцену, все остальные закатили глаза.

Чжу Чжаоюнь несколько раз усмехнулся, презрительно посмотрел на груду монет на прилавке и холодно фыркнул в нос.

«Загрязненная черепаха».

Я думал об отказе принять изменение, но когда я подумал, что могу сразу получить 20 000 юаней, мне пришлось вытерпеть это.

Вэнь Цзин была ошеломлена, глядя на большую сумму денег перед собой, она не могла не взглянуть на Цзинь Фэна с небольшой жалобой.

Жаловавшись на привидение и жалуясь, Вэнь Цзин надула рот, аккуратно разбирая деньги на прилавке.

Сунь Лингуо также выступил вперед, чтобы помочь разобрать монеты, и мягко сказал Цзинь Фэну: «Мастер Джин, у меня есть целое».

Цзинь Фэн покачал головой: «Я купил это.»

В дождливый день в магазине не так много покупателей, и два праздных сотрудника также пришли, чтобы посчитать деньги.

По прошествии более десяти минут все монеты щелкнули.

Вэнь Цзин передал счет Цзинь Фэну и вернул три монеты Цзинь Фэна.

Я здесь уже девять месяцев. Наконец-то я продал часы, которые, как считается, есть. чувство выполненного долга.

«Ты не должен был покупать эти часы. Они стоили всех твоих денег?!»

В уголках рта Цзинь Фэна появилась улыбка. Он посмотрел на Венцзин и мягко сказал: » Я сказал, что покупаю только правильные.»

«Эти часы»

В этот момент Чжу Чжаоюнь выхватил у Вэнь Цзина много монет и сказал с усмешкой.

«Поздравляю, черепашка, я потратил 20 000 юаней на эти золотые часы».

«Ах, нет, это должно быть антикварное, антикварное, эй»

«Хотя его нельзя хорошо починить, это все еще антиквариат, хоть и не ходят, но часы золотые.»

«Возьмите эти часы в будущее. Подбирать девушек и преследовать девушек — это большой убийца»

«Ах, кстати, вам нужно отрегулировать время на часах заранее, иначе Если есть девушка, которая хочет увидеть ваши золотые часы, вы должны их надеть, хахаха»

«Ой, почему мои часы не уходят»

Если любые злобные слова негодуют, Сунь Линго возмущается. Вэнь Цзин на прилавке с презрением посмотрел на Чжу Чжаоюнь.

Цзинь Фэн медленно повесил карманные часы и улыбнулся Вэнь Цзину на глазах у многих.

«Г-жа Вэнь Цзин. Сегодня действительно удачный день.»

«Слава Богу, что позволил мне встретиться с вами.»

Когда прозвучали эти слова, несколько продавцов рядом с ним не могли не вздрогнуть.

Тихо, маленькое нефритовое лицо стало необъяснимо красным.

С другой стороны, у Чжу Чжаоюнь холодное лицо.

Цзинь Фэн мягко сказал: «Спасибо, что позволили мне снова увидеть эти часы. Спасибо вам навсегда.»

Слова нежные и глубокие, а уникальный притягательный мужской голос, как самый теплый морской бриз в марте, нежно дует на щеки и капает в сердце Вен Цзин.

Дыхание Вэнь Цзина застаивается., мозг был пуст в течение трех полных секунд.

Этот обыкновенный или даже оборванный человек неожиданно сказал среди них такие откровенные слова, застал себя врасплох, и

так естественно и тактично, что не было ни малейшего следа лицемерия.

Этот звук, этот звук почти как звук небес, больше как барабанная палочка, ударяющая мое сердце, стучащая, стучащая.

Проведите вниз.

Лицо Вэнь Цзина внезапно покраснело и почти кровоточило.

Мне было жарко, я не мог не опустить голову.

Но в этот момент он крикнул голосом, которого даже не мог представить.

«Ага!»

Вэнь Цзин весь задрожал и испугался этого звука и издал еще один гудок.

Хотя эти два звука были очень маленькими и тихими, их ясно слышали несколько продавцов и коллег вокруг них, и все они ошеломленно посмотрели на Венцзин.

Спокойствие, которое всегда славилось своей тишиной и элегантностью, на самом деле было захвачено человеком, который был слишком обычным, чтобы быть обычным.

Этот мир сумасшедший.

В одно мгновение Вэнь Цзин почувствовал, что небо падает.

Она плотно закрыла лицо руками, полностью прикрыла его, она вообще никого не осмелилась увидеть.

С одной стороны, Чжу Чжаоюнь был в ярости, прилив крови к его лбу и его глаза были красными.

Лицо лошади стало зеленым от гнева.

Он тяжело хмыкнул и громко сказал: «Это ломбард, мы на работе».

«Я хочу подбирать девушек и гоняться за девушками и возвращаться после работы»

Цзинь Фэн Хэ легкомысленно сказал: «Я не гонялся за госпожой Вэньцзин, я просто благодарю ее от всего сердца»

«Дай мне получить это бесценное сокровище!»

Сердце Вэнь Цзин задрожало, опустила руку и наблюдала, глядя на Цзинь Фэна, в его глазах была невыразимая обида.

Когда Чжу Чжаоюнь увидел Вэнь Цзина таким, он почувствовал себя еще более неловко в своем сердце.

Я управляю филиалом Tangtang Fuyuan Pawn в Цзиньчэне, с годовой зарплатой 200 000, водителем автомобиля 500 000 и проживающим в доме с 1 млн. Даймонд Ван Лаоу сказал о себе.

Какая женщина-клерк в трех ветвях Цзиньчэна намеренно не балуется собой, пока у них есть взгляд и уловка, которые женщина-клерк не взбирается послушно на свою кровать

.

Вэнь Цзин — единственное исключение.

Я жестко преследовал Вэнь Цзин более полугода. Она использовала и мягкое, и жесткое, но каждый раз избегает ее когтей.

Думая об этом, Чжу Чжаоюнь был в гневе.

Только что маленький черепаховый черепах, чья одежда стоит менее ста юаней, унесла душу Вэнь Цзина двумя предложениями.

Вэнь Цзин, это запрет, который я поклялся получить.

Эта маленькая земляная черепаха

Я не в ладах с ним.

Чрезвычайно неравномерный гнев и крайнее унижение в зеленой шляпе заставили Чжу Чжаоюнь потерять рассудок и сказал насмешка.

«Мусорные часы, которые нельзя хорошо отремонтировать, превратились ли они в бесценное сокровище во рту?»

«Это смешно».

«Это на самом деле деревенская маленькая черепашка. Насколько велико небо? Насколько велик рынок?»

«Маленькая черепаха, ты ведь носил только электронные часы в своей жизни, верно?»

«Это бесценно!»

«Ты вообще не можешь этого сказать?»

Сунь Линго немедленно сопротивлялся ему:» Мастер Джин — самый знающий мастер, которого я когда-либо видел. сказал, что эти часы бесценны. Тогда они должны быть правильными».

Чжу Чжаоюнь усмехнулся и закричал:» Мастер!? Он также достоин называться мастером?»

«Мастер » кто вышел из горы, чтобы собрать мусор. Ах!»

«Он тоже достоин!?»

Сунь Лингуо собирался опровергнуть, но Цзинь Фэн обернулся.

Столкнувшись с Чжу Чжаоюнь напрямую, Мань Шэн сказал: «Ты не должен судить о моем статусе!»

«Что касается того, что ты сказал об этих часах?»

«Ты всегда не представляешь, насколько он ценен».

Чжу Чжаоюнь воскликнул:» Часы, которые не может отремонтировать даже Чжао Янтин. Даже если их носили Цяньлун и Канси, какая польза? »

«Как вы думаете, эти часы носил Канси или Цяньлун?»

«Скажи это?»

Цзинь Фэн помолчал две секунды и слегка сказал: «Я не знаю, кто такой Чжао Янтин?»

Чжу Чжаоюнь усмехнулся и закричал: «Ты даже не знаешь Чжао Яньтина? Ты тоже заслуживаешь того, чтобы называться мастером?»

«Подделка, верно?»

Выражение лица Цзинь Фэна было безразличным, а его тон был спокойным и сказал: «Человек, который может быть мастером по ремонту часов, я помню, что в Тиандучэн есть только один человек».

«Его зовут Чжао Дэюань из производственного офиса дворца Цин. Он был королевским часовщиком со времен правления Канси».

«Вы сказали, что Чжао Янтин. Он должен быть потомком. Чжао Дэюаня».

Чжу Чжаоюнь был шокирован, а затем сказал с ненавистью:» Слепой Мэн «. Кто не станет? Вернуть Чжао Дэюаня?»

«Ты выдумал свое имя. Я тоже буду.»

Цзинь Фэн холодно взглянул на Чжу Чжаоюнь и легкомысленно сказал:» Здесь так много людей, так много мобильных телефонов, разве ты не знаешь, проверишь ли ты это?»

Только что закончила говорить.

Красивый красный мобильный телефон Huawei P10 появился перед Цзинь Фэном.

Вэнь Цзин прикусила губу и мягко сказала:» Я нашла это. То, что вы сказали, правильно.»

Повернув голову к Чжу Чжаоюнь и крикнув:» Менеджер Чжу. То, что люди сказали, правильно. Если не верите, зацените.»

В это время многие продавцы также отображали результаты поиска на своих мобильных телефонах, и они кивнули, видя немного омерзительное выражение лица Чжу Чжаоюня.

Чжу Чжаоюнь быстро достал свой мобильный телефон и искал. Посмотрев на него снова, его лицо сразу же посинело.

Чжао Дэюань действительно был королевским мастером, который специализировался на ремонте часов во дворце Цин. В мире только два предмета из фарфора и чая сосредоточили одну треть мирового серебра в Китае.

Многие западные страны прошли тысячи миль, чтобы предложить Канси различные западные сокровища.

Во дворце Цин их целых тысячу часов и наручных часов, и есть более десятка мастеров, ответственных за обслуживание.

Среди них Чжао Дэюань — самый известный.

После того, как Сюаньтун отрекся от престола, Чжао Дэюань открыл часовой магазин в городе Тяньду, который существует и по сей день.

Лицо Чжу Чжаоюнь было красно-синим, и он указал на Цзинь Фэна и сказал: «Даже если ты ошибаешься, что насчет этого?»

«Эти часы еще не плохие, ха-ха, давайте внимательно посмотрим на них дома. Купите плохие часы за 20 000 юаней. Это все ваши деньги».

Цзинь Фэн мягко сказал:» Вы правы. Деньги только что Это действительно все мои деньги.»

«Но вы действительно думаете, что это плохие часы?»

Чжу Чжаоюнь строго сказал:» Мастер по ремонту королевских часов не может их отремонтировать, нет, что такое плохие часы?»

ухмыльнулся и крикнул:» Если есть такой, почини часы. Разве ты не хозяин?»

Цзинь Фэн спокойно взвесил карманные часы в руке и холодно сказал: «Ты станешь на колени и поклонишься мне после того, как они починят?»

«Ты»

Чжу Чжаоюнь Безумно зол, указал на Цзинь Фэна и крикнул: «Если вы не можете починить это, вы можете вылизать его, а затем вылезти отсюда».

Окружающие продавцы смотрели прямо на Цзинь Фэна и мастера Чжао Янтинга Часы, так называемый мастер, не должны быть в состоянии отремонтировать.

«Что?»

«Боишься?»

«Не смей?»

«Старые свиньи дерутся, все дело в этом рте. Верно.»

Перед лицом провокации и оскорблений Чжу Чжаоюня в глазах Цзинь Фэна вспыхнул резкий холодный свет.

Линькун указал на Чжу Чжаоюня и холодно сказал: «У ломбарда Фуюаня такой же менеджер, как вы, и он обязательно рухнет».

Чжу Чжаоюнь был так зол, что он был так зол, что указал на Цзинь Фэна.

В этот момент Цзинь Фэн громко сказал: «Держите глаза вашей собаки широко открытыми и покажите мне отчетливо».

«Эти часы запомнят вас на всю жизнь».

Левая рука вытягивается ровно, карманные часы кладутся на ладонь левой руки, а правая рука закручивается на заводе сзади.

«Не шути. Он сломается.»

Вэнь Цзин взволнованно крикнул, Цзинь Фэн перевернул заводную головку, что могло повредить часовой механизм, а часы оказались совершенно бесполезными.

Повернул голову и улыбнулся Вэнь Цзин.

«Не сломается.»

Улыбка мгновенно заполнила сердце Вэнь Цзина, и лицо Вэнь Цзина снова покраснело.

Цзинь Фэн повернул голову и несколько раз покрутил указательным и средним пальцами правой руки на макушке. Внезапно зацепился за заводной кружок и потянул его вверх.

Трижды повернул часы по часовой стрелке, затем нажал на заводную головку, а затем трижды повернул против часовой стрелки.

Трижды заправил часы внутрь заводной головкой, нажмите и поверните ее три раза вперед и назад.

Выстрелите в карманные часы правой рукой, поднимите большой палец и откройте крышку.

Правая рука торчит наружу, карманные часы все еще остаются Цзин передал их перед Вэнь Цзин.

Вэнь Цзин широко открыла глаза и внезапно прикрыла рот, издав резкий вопль.

«Повернись». Это! ?»

«Перевернулось»

Когда продавцы услышали это, они бросились вперед и присмотрелись. Они не могли не дышать воздухом.

«Хорошо!»

«Черт возьми, это возможно?»

«Часы ушли!»

«Это невероятно, это потрясающе.»

Цзинь Фэн держал часы ладонями наружу и кружил вокруг. Все, включая многих клиентов, окружили его.

Карманные часы, приговоренные к смертной казни семьей мастера по ремонту часов, перестали вращаться. Сколько лет спустя с помощью магической техники Цзинь Фэна была восстановлена ​​жизненная сила и жизнеспособность прошлого.

Из-за отсутствия работы в течение многих лет две функции вечного календаря и минутного репетира нуждаются в для повторной калибровки.

Функция отсчета времени не нуждается в отладке.

Когда отображается функция автоматической настройки вечного календаря, все были шокированы точностью и точностью этого карманные часы, и в то же время они полны бесконечного уважения к стоящему перед ними Цзинь Фэну.

Имейте в виду, что эти карманные часы представляют собой партию старомодных карманных часов более чем столетней давности. назад.

И магические методы Цзинь Фэна шокируют еще больше.

Эта грудь была восстановлена, и ее ценность полностью отличается от сломанной и гнилой.

Хотя качество немного другое, но недостатки не скрываются, поскольку простой ремонт, ценность этого Влияние часов почти незначительно.

Присутствующие продавцы — все ветераны ломбард, разве вы не знаете, насколько ценны эти карманные часы?

В них есть вечный календарь, минутный репетир и счетчик времени 3. Старомодные карманные часы с такой функцией более ста лет назад это определенно лучшие часы, карманные часы и наручные часы.

Потому что он представляет собой самый высокий уровень техники.

Вы должны знать, что отечественные часы с минутным репетиром из Китая появились двенадцать лет назад.

Цена этих часов составляет не менее 300 000 юаней. Если вы встретите местного коллекционера-тирана, она может быть 600 000, 700 000 или даже миллионами.

А стоящий перед ним обыкновенный оборванный молодой человек принял его всего за двадцать тысяч.

Это просто огромная прибыль!

Это большая утечка!

Цзинь Фэн протянул свои карманные часы Чжу Чжаоюню и холодно сказал: «Только что вы спросили меня, носил ли эти часы Цяньлун или Канси»

«Теперь я скажу вам, что это Ни один из них их не носил».

Все были поражены.

Цзинь Фэн сказал в интерфейсе: «Однако личность владельца этих часов, как и Канси Цяньлун, также является королем!»

Как только это слово прозвучало, публика была в шоке, многие кричали.

Часы, которые носил король, стоимость этих часов нужно умножить в десять раз, чтобы вычислить его.

В мгновение ока стоимость этих часов снова удваивается в десять раз.

Цзинь Фэн стал мифом в глазах всех.

Все смотрели на карманные часы Цзинь Фэна, демонстрируя жадность и зависть. Некоторые молодые и красивые продавщицы невольно подошли к Цзинь Фэну под их ногами.

Пока человек, подобный богу, превращающему камни в золото, пока он победил его, он не сможет сидеть на золотой горе и скучно считать деньги до конца своих дней. день.

Вэнь Цзин снова прикрыла рот, ее маленькое лицо вспыхнуло, как спелое яблоко, но она тайно разжала пять пальцев и тихо взглянула на Цзинь Фэна.

Внезапно мое сердце быстро растаяло.

«Вы, вы обманываете!»

«Это умышленно?»

Чжу Чжаоюнь внезапно взревел, указывая на Цзинь Фэна и крича: «Ты это мошенничество.»

«Верни мне часы. В противном случае я вызову полицию. Я подам на тебя в суд за мошенничество».

Цзинь Фэн холодно сказал:» Оказывается, Фуюань заложил черную Менеджер Фуюаня тоже грабитель и бандит.»

«Это так?»

Чжу Чжаоюнь резко остановился, уставившись на Цзинь Фэна, полный гнева. Его грудь продолжала подниматься и опускаться. и морда лошади была бело-синей и, наконец, стала синей и черной, очевидно, очень сердитой.

Гневно указывая на Цзинь Фэна, закричал: «Возьми эти часы, чтобы купить тебе лекарство».

«Охрана. Выдайте этих двух людей.»

«Всегда затемнение.»

Ожидая долгое время, четверо охранников, которые долго видели недовольного Цзинь Фэна, немедленно окружили его и начали это делать.

Цзинь Фэн закрыл глаза и легкомысленно сказал:» Это в восторге! ?»

«Ломбард Фуюань измеряет эту точку? !»

Чжу Чжаоюнь был так разъярен, что ему пришлось сжиматься и шипеть перед таким количеством покупателей и продавцов.

«Чем еще ты хочешь заняться?»

«Поторопитесь найти покупателя, который продал бы эти часы и сменил шкуру вашей собаки.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Эти часы — просто сюрприз. Дело, которым я хочу заниматься, — это обменять его на друга.»

Чжу Чжаоюнь пришел в себя. Он был настолько сбит с толку, что забыл об этом.

Сунь Линго поддержал Цзинь Фэна, и он стал более смелым и громко сказал:» Что за имеет значение?? Менеджер Чжу отказывается позволить мне выкупить его?»

Чжу Чжаоюнь был ошеломлен, усмехнулся и медленно сказал:» Хотите выкупить это?»

«Хотите выкупить свой Тянь Хуан Инь?»

Сунь Лингуо громко сказал:» Да. Я выкуплю его сегодня.»

«Это залог, а есть договор.»

Хотя легкие Чжу Чжаоюня взорвались, он был беспомощен.

Сердито взял билет Сунь Лингу, медленно посмотрел на него и внезапно «привет».

Присмотревшись, Чжу Чжаоюнь внезапно задрожал руками, поднял голову и засмеялся.

Выражение лица Цзинь Фэна было испуганным.

Сунь Линго не знал, над чем смеется Чжу Чжаоюнь, и в его сердце было неизвестное предчувствие.

«Менеджер Чжу, над чем вы смеетесь?»

«Разве мой голос не прав?»

«Это»

Чжу Чжаоюнь засмеялся, наклонился с улыбкой и медленно встал через долгое время, лицо лошади было мрачным и мрачным.

«Эй, эй, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет.) «Конечно, это правильно быть билетом, и на контракте стоит моя подпись».

Помните, он с тревогой спросил: «Тогда над чем вы смеетесь?»

Лицо Чжу Чжаоюня было мрачным и устрашающим, он указал на контракт, открыл рот и прошептал: «Срок его действия истек…»

Ян Тянь засмеялся, все его тело наклонилось, его рука сжала контракт. поднял одну ногу, ужасно шипя.

«Истекло!»

«Ваш текущий период истек сегодня.»

«Только сегодня.»

Сунь Лингуо задрожал и задрожал:» Как же так?»

Чжу Чжаоюнь продолжал улыбаться, протягивая руку и протягивая ипотечный договор и залоговый билет Сунь Лингу, безумно смеясь.

Сунь Лингуо продолжал держать контракт и закладной. Глядя на него, его руки постоянно тряслись, а лицо было искажено и деформировано.

дрожа крикнул: «Это всего лишь день, и это день. Нельзя ли его искупить?»

«А?»

«Я могу, я могу, я могу добавить больше денег, дополнительные 100 000, 100 000 не будут работать.»

«Пожалуйста, как я вас умоляю, разве ваш ломбард не только для денег? Разве я не могу дать тебе больше денег?»

Внезапно Сунь Лингуо опустился на колени и закричал.

«Это единственная реликвия, оставленная нашими предками из семьи Сан…»

«Пожалуйста, Прошу вас, добавляю денег, можете добавлять сколько хотите»

Сунь Лингуо опустился на колени, не в силах крикнуть: «Верните мне печать, пожалуйста, менеджер Чжу»

Чжу Чжаоюнь посмотрел на Сунь Линго, лежащего на земле, и самонадеянно рассмеялся: «Разве это не твое? старая вещь сумасшедшая только что? «»

«А, теперь я знаю, что нужно умолять меня.»

«Но это бесполезно, уже слишком поздно. Знаешь? Слишком поздно для всего, что ты сказал.»

«Итак, этот Фан Инь принадлежит Фуюань нашей семьи. Не говори, что добавь еще сто тысяч, даже если ты добавишь еще один миллион, я больше не отдам тебе печать.»

Сунь Лингуо плакал и кричал: «Есть ли в ваших ломбардах что-нибудь человечное?! Ты недалекий, ублюдок!»

Чжу Чжаоюнь присел и засмеялся.

«Если вы не уверены, возьмите контракт и подайте на меня в суд».

«Теперь вы можете обратиться в суд, чтобы подать на меня в суд. Я буду продолжать. Я останусь с вами до конец.»

«Что-то старое. Сказать по правде, даже если ты умрешь, я не верну тебе печать».

Сунь Лингуо заплакал, ошеломленный, и его сердце было стыдно.

Все надежды не оправдались.

В одно мгновение желание Сунь Лингуо умереть исчезло.

Цзинь Фэн шагнул вперед, взял контракт и быстро прочитал его, затем посмотрел на часы и легкомысленно сказал: «Считается ли это одним днем ​​после истечения срока?»

Контракт четко Государства Крайний срок текущего срока ипотеки Fangtian Huangyin — вчера.

Если она не будет выкуплена по истечении срока годности, квадратная печать больше не будет принадлежать залогодателю, а будет принадлежать ломбарду.

Чжу Чжаоюнь Цзецзе дико рассмеялся, открыл рот Цзинь Фэну и сказал тихим голосом: «Одна минута просрочена».

«Это сказано в контракте. Вы неграмотны или грамотный?»

Цзинь Фэн молчал.

Чжу Чжаоюнь истерически засмеялся и крикнул на Цзинь Фэна.

«Как насчет этого, маленькая почвенная черепашка, ты меня очень ненавидишь? Ты видишь, как я расстроен? Ты действительно хочешь ударить меня?»

Чжу Чжаоюнь торжествующе улыбнулся ему в лицо, танцы и танцы. Действие было преувеличенным и забавным, и оно продолжало извиваться перед Цзинь Фэном.

«Давай, давай и бей меня!»

«Ком, давай. Я не буду звонить в полицию».

Шея вытянута, просто Следуй за мной Черепаший пестик перед Цзинь Фэном, и самец кричал неприятным голосом.

«Разве ты не сильно дергаешь? Разве ты не хорош? Разве ты не крут?»

«Теперь ты тупой. Ты смеешь кричать со мной сейчас?»

«Разве вы не мастер? Разве это не большая утечка на 20 000 юаней?»

«Ах, если можешь, забери эту квадратную печать обратно из моей руки»

«Возьми, возьми»

Внезапно лицо Чжу Чжаоюнь стало мрачным. Закричал на Джин Фэна.

«Возьми это…»

Глаза Джин Фэна были ослеплены, он стиснул зубы, поднял руку и хлопнул ею.

«Поп!»

В зале раздалась резкая и звонкая пощечина.

Пощечина Цзинь Фэна использовала большую силу, чтобы непроизвольно ударить Чжу Чжаоюня. На некоторое время он остановился.

Все присутствующие были в шоке.

Лицо Чжу Чжаоюнь мгновенно изменило цвет и покраснело, а затем половина его лица распухла, превратившись из конского лица Свинья голова.

Весь зал молчал.

Чжу Чжаоюнь также был ошеломлен Цзинь Фэном, он прикрыл лицо, лежал на боку, у него кружилась голова, и потребовалось полминуты, чтобы помочь Богу грядет.

Все мое тело трясется от гнева. Вены на моей шее вот-вот начнут вздуваться и взорваться.

Он выплюнул большой глоток крови, указал шеей на Цзинь Фэна и исчерпал все свои силы., шипя и крича.

«Ты посмел ударить меня!?»

Цзинь Фэн холодно сказал: «Ударил тебя!? Вы стесняетесь сказать».

Чжу Чжаоюнь был полностью зол. Указывая на Цзинь Фэна и ревя.

«Сразись со мной»

«Убей меня до смерти!»

«Сражайся!»

Цзинь Фэн стоял на месте, спокойный и ужасный. и оттащил Сунь Линго в сторону.

Если вы кого-то ударили, ударьте до конца.

Вэнь Цзин не мог не лечь на стойку, осторожно потянув одной рукой за одежду Цзинь Фэна, и сказал тихим голосом.

«Хороший парень не страдает от немедленных потерь. Поторопитесь.»

«Я дам вам решение для отпечатка».

Джин Фэн повернулся головой и мягко улыбнулся Вен Цзин: «Спасибо за вашу доброту».

«Сегодня, если я не смогу получить эту печать, я не пойду».

Чжу Чжаоюнь взревел как сумасшедший: «Я хочу, чтобы ты сегодня повсюду ходил. Ничего».

«Я хочу, чтобы ты отправился в тюрьму!»

крикнул четырем охранникам.

«Что ты делаешь в оцепенении, давай.»

«Ты больше не хочешь этим заниматься?»

«Дай мне черепаху и ступай на землю, я дам тебе бонус!»

Четыре охранника посмотрели друг на друга, подмигнули, кивнули и немедленно вышли вперед.

Брови Цзинь Фэна нахмурились.

В этот момент появился черный чемодан. издалека, и он попал охраннику в голову.

Охранник без гула рванул вперед, подавляя их двоих, и упал на землю.

«Кто осмелится? сделать что-нибудь с мистером Джином!»

«Не обвиняйте нас в вежливости!»

Вслед за ними вбежали двое мужчин с плоскими головами и, не говоря ни слова, ворвались в толпу.

Двое мужчин стояли рядом с Цзинь Фэном, прямо как копье.

Присутствующие были в ужасе. Робкие продавщицы-продавщицы давно прятались в углу, обнимали друг друга и прижимались друг к другу.

Аура от двух плоскоголовых мужчин пугала.

У этого оборванного человека на самом деле есть телохранитель!?

Чжу Чжаоюнь тоже опешил.

Он является менеджером ломбарда и поддерживает контакты уже много лет. Роскошь, неповторимость, естественно сказать нечего.

Когда вы смотрите в глаза этих двух плоских мужчин, вы понимаете, что они — телохранители большой семьи.

по-прежнему личный.

В мгновение ока Чжу Чжаоюнь почти замерз.

«Вы кого-то обижаете?»

Один из двух мужчин с плоской головой поднял чемодан внизу, и на чемодане вспыхнул золотой знак, и продавцы на месте происшествия посмотрели снова.

Вэнь Цзин тихо сказала в ее сердце.

«Адель Фенди!»

«Самый лучший багаж в мире, такой чемодан будет продаваться более чем за 100 000».

«Продукт выглядит почти как новый, даже если мы собираем это будет стоить сорок тысяч».

Когда я снова посмотрел на Цзинь Фэна, Вэнь Цзин внезапно почувствовала отвращение в своем сердце.

Не нравится Цзинь Фэн.

«Такие богатые, что за глупые демоны».

«Эти слова просто лгут мне».

«Отвратительно».

«Мои первая любовь»

Вэнь Цзин опустил голову, закрыл глаза и молча сел.

«Извини, мистер Цзинь. Это Тан И. Многие места были затоплены сильным дождем, и подземный гараж отеля, в котором мы жили, не пощадил».

«Вы можно только сесть на автобус без машины. Приходи сюда. поздно.очень жаль.»

«Мастер все еще позади, а молодой мастер и его жена проходят для вас формальности в провинциальном офисе.»

«Мистера Джина есть что беспокоить. Ваша ID-карта необходима для подачи заявления на пункт сбора мусора.»

Двое мужчин, Цзинь Фэн, встретились вчера, и они охраняли г-на Яна, личного телохранителя семьи Янь.

Как и семья Янь, команда горных стражей Телохранитель, естественно, незаменим.

Тан И тоже весьма способный человек, и он прояснил это в нескольких словах. Цзинь Фэн достал свое удостоверение личности и передал его.

Сделайте снимок, и Тан И сделает его. Я сделал две фотографии своим мобильным телефоном, сразу же отправил их и вернул свое удостоверение личности Цзинь Фэну.

«Мистер Джин, вам причинили вред. Если да, то немедленно свяжусь с мастером.»

Цзинь Фэн спокойно сказал:» Я в порядке.»

Появление двух телохранителей успокоило сцену. Охранники сидели с избитым клерком, кричали и кричали, прислушиваясь к людям.

Но никто не осмелился выйти вперед и попросите Цзинь Фэна забрать вещи.

Другой телохранитель положил верхний чемодан в руку к ногам Цзинь Фэна, в пределах досягаемости.

«Вот это два миллиона наличными. Лорд не знает, сколько вам нужно, и боится задерживать ваши дела, поэтому он попросил нас принести два миллиона.»

«Грузовик банка для перевозки денег прибудет позже.»

«Мы подготовили 30 миллионов наличными для г-на Джина.»

Как только эти слова прозвучали, все были шокированы.

Два миллиона — это чрезвычайная ситуация, а еще 30 миллионов наличными.

Это даже мобилизовало Автомобиль с банкнотами перевозится лично.

Этот

просто потрясающий!

Человек, который может мобилизовать 30 миллионов наличных за раз, может использовать только три слова для энергия. Описание.

Биг Мак.

Не бойтесь бросить телохранителю два миллиона наличных, что доказывает, что владелец телохранителя должен быть великаном.

Однако эти два телохранителя так уважительно относились к этому маленькому черепаху, тогда насколько высок статус этого маленького черепаха!?

Думая об этом, каждый почувствовал холод в своих сердцах.

У нескольких продавщиц красные глаза и ругательства в сердце.

«Я не притворялась такой агрессивной. Если вы хотите быть сдержанным, это будет не так уж и скромно.»

«Я заставил бабушку отвернуться.»

Эти продавцы ругали в душе, потираясь вперед, стоя в пределах поля зрения Цзинь Фэна, позируя в своих самых привлекательных формах.

Некоторые смотрят на Вэнь Цзина с выражением зависти, ревности и ненависти.

Цзинь Фэн вошел как раз вовремя, только Вэнь Цзин пришел встретить его, и он не позаботился о Цзинь Фэне.

Цзинь Фэн только что сказал Вэнь Цзину много знойных вещей. Очевидно, что Цзинь Фэн должен быть интересен Вен Цзин.

Вскоре Вэнь Цзин прилетит на ветку и станет фениксом.

Спи с этой 30-миллионной черепахой, один чемодан Адель Фенди стоит сто тысяч юаней.

Вэнь Цзин держится как всегда, ее мысли пусты.

Выслушав отчет телохранителя, Цзинь Фэн вообще не двинулся с места и легко кивнул.

Сунь Лингуо съежился, продолжал плакать и прошептал Цзинь Фэну: «Мастер Джин, я виноват в этом. Я»

«Мне очень жаль, это все судьба. «А»

Кстати, Сунь Линго уже давно плакал.

Цзинь Фэн спокойно сказал: «Я тоже несу ответственность».

Указывая на коробку и говоря: «Дайте миллион господину Сунь».

Тан И сказал Сразу же присел на корточки и открыл чемодан, ослепительно красный ослеплял все глаза.

Сунь Лингуо оставался в оцепенении, глядя на Цзинь Фэна: «Мастер Цзинь, вы»

Цзинь Фэн сказал: «Вы ждете, пока деньги будут срочно потрачены, сначала возьмите их. свой бизнес. Поищите его позже. I.»

Сунь Лингуо был внезапно потрясен, он в оцепенении уставился на Цзинь Фэна, а затем посмотрел на новенькие красные банкноты, сильно качая головой, задыхаясь и шепча.

«Мастер Джин, эти деньги, я страдаю. Стыдно, я не могу их взять…»

Цзинь Фэн мягко сказал:» Ваш персонаж стоит один миллион.»

Сунь Лингуо машинально покачал головой, заплакал и сказал:» Мастер Джин, ваша доброта — мое сердце. Ученая семья моего внука унаследована от семьи и слава Богу.»

«Без сына у меня все еще есть старая жизнь.»

«Я заберу деньги, я даже больше не человек.»

«Теперь, когда срок действия билета истек, Фан Инь больше не имеет ничего общего с семьей моей Сунь. Мои просьбы о Мастере Джин на этом заканчиваются.»

Цзинь Фэн схватил Сунь Линго за плечо и крепко держал.

мягко сказал:» Тогда следуй правилам.»

Глядя на Чжу Чжаоюнь, прятавшегося за толпой, он громко сказал:» Чжу Чжаоюнь. Поскольку срок действия билета Сунь Лингуо истек, я хочу купить Фанъинь сейчас.»

«Вы делаете предложение.»

На самом деле, Чжу Чжаоюнь уже напугал импульс и слова двух телохранителей, и его желание отомстить за Цзинь Фэна уже было потеряно для страны Гуава.

Услышав, как Цзинь Фэн назвал себя по имени, а затем услышал следующие слова, Чжу Чжаоюнь повернул свое сердце на грань страха.

Она схватилась за свое опухшее свиноголовое лицо и прошипела: «Мечтай. Фамилия — Цзинь. Я не продам тебе этот Клык Инь, когда умру».

«Я сделаю это. свяжитесь со штаб-квартирой в Тиандучэн, и я прилетю в полдень».

«Я говорю вам никогда не видеть этого Фанъина до конца вашей жизни».

«Даже не думайте об этом. это. Взгляни.»

«Разве ты не крутой? Разве ты не поиграешь? Печать в сейфе наверху. Если у тебя есть способность, ты можешь ее схватить.»

Холодный свет загорелся ему в глаза, и несколько слов выскочили сквозь зубы.

«Просто спроси цену!»

«Я, позволь тебе заработать состояние сегодня».

Сердце Чжу Чжаоюня дрогнуло, и его жадные глаза уставились в землю. Чемодан.

прошипел: «Фамилия Джин, это то, что ты сказал!»

«Я хочу тридцать миллионов!»

Кричите это тут же. Все глаза расширились.

Тридцать миллионов — это именно то число, которое назвал телохранитель. Цель этого Чжу Чжаоюня очень ясна, то есть ему нужно это число.

Слишком злобно.

Когда двое телохранителей Тан И услышали о 30 миллионах, на их лицах не было и следа перепадов настроения.

«Г-н Цзинь. Грузовик для перевозки наличных прибудет через пятнадцать минут. Будьте уверены, что купите».

Слова Тан И снова потрясли всех.

Цзинь Фэн посмотрел прямо на Чжу Чжаоюнь и холодно сказал: «Чжу Чжаоюнь, столько денег, ты не будешь бояться разгорячиться после того, как возьмешь их!?»

Чжу Чжаоюнь был уже настроился и пошел по одному в это время. Темно.

крикнул: «Вы сказали мне просто спросить цену. Почему? Я хочу сожалеть об этом?»

«Скажу вам. Эта вечеринка напечатана за 300 000 юаней. Я должен продать вы. Тридцать миллионов.»

«Разве вы не собрали 20 000 юаней с наших золотых часов Фуюань? Разве вы не заметили большую утечку?»

«А теперь я хочу Слишком большая утечка!»

«Вам нужна квадратная печать, тридцать миллионов, много одного очка.»

«В противном случае я скажу вам драться!»

Цзинь Фэн Сделав вдох, Яокун указал на Чжу Чжаоюня, его лицо было пугающе холодным, и он сказал низким голосом.

«Хорошо.»

«Если вы хотите устранить утечку, не имеет значения, дадите ли вы вам 30 миллионов».

Поднял руку и пнул чемодан Чжу Чжаоюнь. Сказал холодно: «Это залог, выставьте мне счет и немедленно подпишите контракт.

Как только прозвучали эти слова, аудитория была тронута.

Тан И сразу же сказал: «Г-н Чжу прав. Тридцать миллионов наличными не потеряют ни очка. Попросите вас финансово подготовиться к принятию.»

Чжу Чжаоюнь услышал это, как будто большой золотой кирпич упал с мира, ударившись в лоб.

Тридцать миллионов!

Тридцать миллионов!

В верхнем чемодане у ваших ног два миллиона новеньких красных банкнот аккуратного размера, и они все еще источают аромат чернил.

Я нес чемодан в руке, тяжелый. Я не могу Поднимите гирю.

Как будто Цзинь Фэн сожалеет об этом, Чжу Чжаоюнь немедленно попросил охранника отнести чемодан на второй этаж, чтобы передать финансовые дела, и сразу же войти на склад после инвентаризации.

Позвоните кому-нибудь, чтобы забрать его снова. Я пришел к договору предварительной продажи, заполнил счет и закричал от волнения в сердце, с диким выражением лица, и все мое тело покачивалось.

Тянь Хуанъинь, получивший 300 000 юаней, был продан сотни раз. Заоблачно высокая цена, только его собственная комиссия, это огромная сумма почти в миллион, любой, кто встретит эти тридцать миллионов больших пирогов, упадет в обморок.

На какое-то время Чжу Чжаоюнь забыл об этом. Он прыгал вверх и вниз, как обезьяна, и оставил вопрос о том, как Цзинь Фэн избивает себя и охранников.

Был получен миллион комиссионных. пощечину, это было так дешево.

«Хмм! Позволь себе дико волочиться, я говорю, ты не можешь послушно опускать голову перед» я», если продашь тебе 30 миллионов».

Чжу Чжаоюнь не особо тупой идиот, Я слышал двоих Тан И. Что касается телохранителя, он боялся, что этой ночи будет много снов, поэтому он подписал контракт, выписал счет как можно быстрее и вручил его Цзинь Фэну.

Эти волшебные сцены ставились одна за другой, заставляя продавцов и охранников выглядеть взволнованными и ошеломленными.

Некоторые посетители в холле покачали головами.

Этот молодой обыкновенный парень, не моргнув, выбросил два миллиона наличными.

Позади 28 миллионов, я даже не хмурился.

Какое великолепие это.

Цзинь Фэн отложил ручку, взял контракт и мягко сказал Тан И: «Скажи г-ну Яну, это стоило ему денег».

Тан И опустил голову и сказал: «Мистер Цзинь спас нашего молодого мастера, не говоря уже о 30 миллионах, даже если 300 миллионов, мастер не моргнет».

Цзинь Фэн наклонил голову и снова указал Чжу Чжаоюнь, громко Сказал: «Чжу Чжаоюнь, ты сегодня разорил мне 30 миллионов. Я верну его десять раз на следующий день».

Голос густой, как ледяной меч, холодный до сердце.

Место происшествия было жестоко убито, и все ясно почувствовали жестокое убийственное намерение в словах Цзинь Фэна.

Чжу Чжаоюнь был так взволнован, что несколько раз вздрогнул и даже не осмелился ответить на эти слова.

В этот момент позвонил толстый мужчина.

«Где все умерли?»

«Прекратить заниматься бизнесом?»

Все повернули головы и посмотрели на приближающихся людей.

Я увидел, как подошел мужчина средних лет, играя с нитью черных и красных четок.

Рядом с мужчиной средних лет стоит красивый молодой человек Сяо Сяньжоу, который выглядит очень псевдонимом.

Когда он увидел мужчину средних лет, глаза Чжу Чжаоюнь загорелись, и он был чрезвычайно взволнован, он забыл о боли на лице и бросился к нему.

Охранники выпрямились и закричали: «Здравствуйте, мистер Ю.»

Некоторые продавщицы были удивлены еще больше, они подошли и поклонились. Самый приятный голос плакала.

«Здравствуйте, мистер Ю!»

Мужчина средних лет, г-н Ю, нанес сильный удар, но он вообще проигнорировал Чжу Чжаоюнь. Вместо этого он осторожно сказал маленькому новичку. мясо рядом с ним: «Ге Литтл, давай поднимемся и подожди, пожалуйста».

У маленького свежего мяса красные губы и белые зубы, а его одежда дорогая и модная. Мужчина сказал: «Что происходит? Мне нужно дождаться моего маленького дядюшки.»

«Быстро спросите.»

Г-н Ю кивнул в знак согласия и воскликнул:» Тогда кто? Сегодня приезжает суперсильный гость по фамилии Джин. Вы все хорошо меня принимаете.»

«Скажу вам, этот уважаемый гость — мастер. Все они обслуживаются мной аккуратно.»

«Если это выяснится»

«Сис-—»

«Золото»

Мисс Ю уставилась на Цзинь Фэна. холодный воздух во рту, и он выглядел ужасно, когда увидел привидение.

Сяо Сяньжоу моргнул, его глаза расширились, он подбежал и закричал.

«Брат Цзинь, ты здесь, ха-ха»

Сказал, Сяо Сяньжоу подошел к Цзинь Фэну, с восхищением глядя на Цзинь Фэна, и он засмеялся.

«Брат Джин этого не видел. Вы не только потомок призрачной двери, но и Мастер Цзяньбао».

«Тогда что за сигаретная палка, да, сигаретная палочка. Эрцзинь. Дай мне взглянуть на сигаретную палку иностранца».

Сяо Сяньжоу — это не кто-то другой, это молодой хозяин семьи Ге, Гэ Цзюньсюань.

Цзюньсюань Гэ, знакомый человек, который не считал Цзинь Фэна посторонним, сказал, протягивая руку, чтобы дотронуться до сумки Цзинь Фэна.

«Брат Цзинь, сигарета в сумке, я взял ее сам».

Движением руки Цзинь Фэна золотая цепочка его карманных часов ударилась о Гэ Цзюньсюань. назад яростно.

Гэ Цзюньсюань закричал, убрал руку, ярко улыбнулся и сказал тихим голосом: «Дай мне посмотреть. Я обещаю не рассказывать своей тете».

«Если она такая, я знаю. вы здесь.»

Глаза Цзинь Фэна дрогнули, и он ударил золотые часы по руке Ге Цзюньсюаня левой рукой и тихо сказал:» Это лучше, чем сигаретная палочка».

Внутри он держал карманные часы, ничего странного не чувствуя.

В это время мужчина средних лет, г-н Ю, нервно подошел и почтительно поклонился Цзинь Фэну на глазах у многих людей.

«Мастер Джин, привет.»

«Запомни меня. Ючэн».

Это то, что Цзинь Фэн убрал позавчера на Мосту Отправления Бессмертных. Чэнду, Зять Сюй Вэнь.

Когда другие люди видели, как Ю Чэнъюй кланяется Цзинь Фэну, их улыбки сгущались, а их лица резко изменились.

«Мастер Джин, я не ожидал, что вы будете хорошими друзьями с сестрой Ге. Это действительно затопило Храм Короля Драконов».

«Позавчера проявленное неуважение к вам, я бы Я хочу спросить у вас много взрослых, не заходите внутрь».

Голос тихий, а слова скромные, все продавцы выглядят глупо.

Глядя на Ю Чэнду, Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Вы открыли пешку Фуюань?»

Ю Чэнду улыбнулся и сказал: «Партнерство, партнерство»

«Я не знаю» Мне все равно, все равно»

Услышав, что сказал Ю Чэн, Цзинь Фэн узнал происхождение ломбарда Фуюань.

Старик из Юйчэна — старый друг семьи Тяньдучэн Юнь. После изменения политика была улучшена, и семья Юнь открыла ломбард один за другим.

В начале 1990-х Yunjia расширилась и открыла филиалы в различных провинциях и городах по всей стране.

Стратегия, принятая семьей Юнь, довольно продумана: один человек не может съесть такой большой торт, поэтому они нашли партнеров в разных провинциях и городах.

Партнеры, которых может выбрать семья Юнь, имеют определенный вес в этом районе.

Здесь, в Цзиньчэне, поскольку семья Ючэн — это семейные отношения, плюс брат Циншуйпао, который раньше был ломбардом в семье Ю, семья Юнь привела семью Ю в группу.

В мгновение ока за более чем 20 лет Фуюань росла все больше и больше, и семья Ю последовала его примеру.

Ю Чэнчэн — прирожденный бездельник, мастер, который ест и ждет смерти. Как правило, он не участвует в делах компании, а только посещает крупные мероприятия. По истечении года он просто делит деньги.

Хотя он приходит не часто, но у него есть статус второго босса, Фуюань должен относиться к нему уважительно.

Семья Ю жила в Цзиньчэне на протяжении нескольких поколений, и они знали много больших членов семьи, и их можно рассматривать как семейных знакомых с семьей Ге.

«Мастер Джин, пожалуйста, поднимитесь наверх. Давайте сядем наверху».

«Шао Гэ сказал мне, я попрошу кого-нибудь дать вам эту вещь».

Джин Фэн сказал легко: «Стул Фуюаня чистый. Я не могу на нем сесть».

«Прямо здесь. Подожди, пока кто-нибудь даст мне деньги».

«Принеси мне вещи, спустись.»

Услышав слова Цзинь Фэна, Ю Чэн опешил, огляделся и сказал глубоким голосом:» Иди, передвинь стул Мастеру Джину.»

«Иди, пожалуйста, расскажи, что ты хочешь для мастера Джина.»

Продавцы и охрана поспешно переместились, стулья и журнальный столик мгновенно встали на свои места, а верхняя дань Синьяна Сюэя закипела.

Богатое поколение N Гэ Цзюньсюань бесцеремонно сел и приказал Подойти к Башне Желтого Журавля 1916 года и посмотреть на нее с карманными часами в руке.

«Брат Джин. Есть ли что-нибудь особенное в этих часах? За исключением трех вопросов и вечного календаря, в этом нет ничего удивительного.»

«Я все еще хочу увидеть эту сигаретную палочку. Босс Ю рассказал мне все.»

«Ах, брат, откуда ты знаешь, что он принадлежит Эрджину?»

«Как узнать?»

С одной стороны, Ю Чэн половиной ягодиц сидел на стуле, его уши давным-давно встали дыбом.

Этот вопрос всех сбил с толку.

Я проверил много информации с моим старым мужем Сюй Вэнь, и много спрашивал у друзей, но никто не мог сказать.

Только Цзинь Фэн знал ответ.

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Элькин ответил После того, как старый пес вместе с коалиционными силами двух стран разграбил Старый Летний дворец, он заставил правительство Цин уступить землю и выплатить компенсацию.»

«Цыси послала принца Гун Имао на переговоры с Эрджинем. Зная, что Erjin любит сухой табак, он приказал производственному офису Qing Palace изготовить табачный стержень с выгравированной на нем аббревиатурой Erjin.»

«Этот табачный стержень сделан очень хорошо. Мундштук сделан из высококачественного семенного материала Hetian, и Эрджину он тоже очень нравится.»

«После подписания один рыцарь был недоволен Эрджином и попросил у Воровских Врат Глубокая тень Исчезающая Луна украсть его вещи. В нем эта сигаретная палочка.»

«Среди украденных предметов была нарисованная изнутри табачная бутылка, которую дал ему Иима, лучшая работа Чжоу Лэюаня.»

«Маленькая нефритовая чаша, подаренная Эрцзинь Ли Хун, полная зелени и зелени в Чжэнъяне, использовалась императором Цяньлуном.»

«Есть еще большая восточная жемчужина диаметром три сантиметра, очень редкая и одно из сокровищ Горного курорта.»

«Поскольку я был на горном курорте, я избежал участи, которую Цыси принесла в гроб.»

«Также есть записная книжка Эрджин.»

Услышав шепот Цзинь Фэна, это было похоже на гром в тихом месте.

«После того, как это произошло, Элькин был очень зол. Позже суд Цин подарил Эрджину еще много сокровищ, чтобы успокоить его гнев.»

«В Китае нет никаких записей по этому поводу. Белая кожа Western имеет свойство делать пластинки.»

«Элькин тоже имеет обыкновение вести дневник. Если его семья все еще там, то этот дневник обязательно найдут.»

Ю Чэнду был шокирован, Гэ Цзюньсюань на боку чесался, и он не мог не спросить:» Брат. Кто та девушка, которая купила у вас сигареты?»

«Пойдем к ней в другой день, и я куплю трубы. Стучите и играйте, когда это нормально, стучите и ругайте старую вещь. Ха-ха.»

Лицо Цзэн Цзымо, похожее на фею лунного дворца, появилось перед глазами Цзинь Фэна. Мягкие слова и теплая улыбка живы в моей памяти.

Более чистый аромат чем снежинки, все еще гремящие в носу.

холодно сказал: «Я хочу купить себя и найти кого-нибудь. Я занят.»

Гэ Цзюньсюань издал второй звуковой сигнал, быстро протянул Цзинь Фэну сигарету и зажег ее, — сказал он с улыбкой.

«Шучу, девочка также знает, что это сокровище, так что она точно не будет его продавать «.»

«Привет, брат. Или ты тоже найдешь мне ребенка. Деньги — это не вопрос Мне нравятся парни, которых используют знаменитости.»

«Просто скажи, куда ты хочешь пойти, я все включено. Не волнуйся, тете я не скажу. Я знаю.»

Продавцы и охранники со стороны увидели уважительное отношение Гэ Цзюньсюаня и Юй Чэнду к Цзинь Фэну, и потрясение в их сердцах стало еще более беспокойным.

Ю Чэнду не сказал: затем Гэ Цзюньсюань находится в Цзиньчэне. Известный молодой мастер алмазного уровня, родившийся с золотым ключиком.

Тайхуатан семьи не имеет себе равных в четырех юго-западных провинциях. В очереди больше врачей. чем в государственных китайских больницах каждый день.

Фармацевтическая компания, находящаяся в 100-процентном владении листингом, больница китайской медицины, похожая на печатную машину, постоянно зарабатывающую деньги.

Это такой богатый молодой мастер. До Цзинь Фэна, обычного человека в рваной одежде, он был как верный младший брат, и он изо всех сил старался угодить лести.

Как не испугаться.

В этот момент Чжу Чжаоюнь спустился с коробкой и поставил ее на журнальный столик, посмотрел на Цзинь Фэна, улыбнулся и сказал: «Мастер Джин Джин, что вы хотите».

Посмотрите на это. В тот момент, когда коробку открыли, Сунь Лингуо встал, дрожа, и открыл коробку.

Дрожащими руками он поднял печать в ящике. Присмотревшись поближе, он сел задницей и плотно прижал печать к груди, позволяя старым слезам течь и горько шипеть.

Через некоторое время Сунь Линго, казалось, что-то придумал, и быстро протянул руки Инь Цзинь Фэну.

«Мастер Джин, взгляните. Это верно?»

Это желтая печать поля земли, цвет похож на медово-желтый, и он сияет, как жемчуг под светом.

Высота около пятнадцати сантиметров, а верхняя пуговица — Чилонг ​​Панлонг.

Голова дракона слегка приподнята, глаза сверкают, зубы дракона острые, борода дракона парит, а форма чрезвычайно мощная. Когда вы смотрите на нее, вы можете ясно почувствовать властную властность сила.

Самое редкое, что два драконьих зуба имеют натуральный оранжево-красный цвет, что еще более высокомерно.

Поверхность уплотнения составляет около четырнадцати квадратных сантиметров, что представляет собой большую поверхность уплотнения.

Выгравирована маленькая печать, между шрифтами виден след чернил.

Отпечаток на этой стороне очень влажный, а текстура очень нежная, а линии текстуры на камне для оттиска едва различимы при ярком свете.

Текстура очень тонкая, а цвет как кровь, как налитый кровью, хорошо виден.

В тот момент, когда он взял его за руку, Цзинь Фэн уже знал ответ, но он все равно смотрел и смотрел на него с любовью.

Расположение печати чрезвычайно элегантно, пуговица в виде дракона великолепна, а резьба первоклассная.

Самое редкое — четыре небольших сборника на печатной поверхности, от тонкой работы захватывает дух.

После того, как первый император правил миром, компиляция сценария была осуществлена ​​путем реализации того же трека и того же текста, исключены символы других шести стран и создан единый новый текст, ссылаясь на персонажам других шести стран.

Это Сяочжуан.

Сяо Чжуань — одно из величайших изобретений китайской цивилизации. Его прекрасным шрифтам поклонялись бесчисленное количество каллиграфов на протяжении двух тысяч лет.

Штрихи Сяо Чжуаня сложны, форма продумана, проста и загадочна, а повороты и повороты могут быть добавлены по желанию, что является более защитным от подделки, поэтому это лучший шрифт для защиты от подделок на печать.

Независимо от того, является ли он официальным или частным, или все, будь то официальное или частное, все используют небольшие скомпилированные шрифты.

Гравировка на этой стороне элегантна и проста, нож прочен, а слова на печатной поверхности дополняют пуговицу-дракон. Торжественное и благородное, королевское величие полностью продемонстрировано.

Неосознанно, его правая рука нежно погладила четыре символа на отпечатанной поверхности и осторожно прошла по штрихам.

Глаза Цзинь Фэна слегка прикрыты, и он внимательно чувствует ножи и переживания каждого из участников Сборника. Сердце какое-то время колотится, и нет никакого способа увеличить его.

Эти ножи достойны быть мастерами школы.

Несмотря на то, что превратности времени прошли, оно все еще ново.

Наконец-то я увидела настоящего ребенка.

Слегка зажег еще одну сигарету, Цзинь Фэн открыл глаза, и в уголках его рта появилась улыбка.

Кивнул Сунь Лингу: «Подлинный. Хорошая вещь».

«Мистер Сунь. Я не ожидал, что эта печать может быть сохранена так идеально. Это хорошая печать для вечеринки.»

«Ты сохранил это хорошо».

Увидев снова свою фамильную реликвию, Сунь Лингуо тоже был очень взволнован, его цвет лица значительно улучшился, и весь человек стал намного более расслабленным.

В его глазах было смутное выражение, которое вскоре исчезло.

Эту квадратную печать в конце концов получить не удалось.

Это судьба.

Достаньте телефон, сделайте несколько селфи с отпечатком в руке, сделайте больше дюжины отпечатков, сделайте глубокий вдох и удовлетворенно кивните.

«Мастер Джин, моя судьба с Фан Инь окончена. Он был с нашей семьей Солнца более двухсот лет. По воле Бога он, наконец, сменит владельца сегодня».

«Этот Фан Инь, старший из нашей семьи умер в те годы, я надеюсь, что вы хорошо с ним обращаетесь».

Цзинь Фэн осторожно кивнул головой и торжественным голосом сказал: «Этот Фан Инь будет это моя частная коллекция».

«Постоянная коллекция».

Сунь Лингуо был потрясен, кивнул головой и сказал:» Он в ваших руках, я могу не сомневаться».

Отпечатки пальцев Цзинь Фэна. Он сказал Гэ Цзюньсюаню: «Разве ты не хочешь смотреть хорошие вещи? Вот оно».

Услышав это, Гэ Цзюньсюань поспешно сел, держа печати обеими руками и глядя вверх и вниз, глядя влево и вправо, бормоча себе в рот: «Брат, что это за штука? Что на ней написано?»

«Это знаменитость?»

Со стороны Юйчэна я обнаружил профессиональную оценку: фонарик Бао вышел, луч света попал в печать, и внутреннее пространство Тянь Хуанъинь внезапно испустило кристально яркий свет.

«Ге Шао, это красочное желе из лотоса Тяньхуан, родословная Роза хорошо видна, все тело кристально чистое, а прикосновение также нежное и маслянистое»

«И посмотрите на этот отпечаток Пуговица — пуговица Чилонг. Глядя на его патину, она очень блестящая. Не прошло и ста лет, чтобы образовалась такая плотная патина.»

«Это займет как минимум сто лет.»

Ю Чэн тоже немного знает Тяньхуан. Наблюдая за качеством Тяньхуанъинь и его кнопок, я могу получить общее представление об этой печати. ​​

Гэ Цзюньсюань тоже слушал с gusto.

Но когда Юй Чэнду увидел отпечатанное лицо, он был ошеломлен.

Гэ Цзюньсюаня преследовали и спросили, что на нем написано, его лицо стало очень смущенным, а рот закричал.

Наконец, я горько рассмеялся: «Давай попросим мастера Джина сказать тебе, Шао Гэ. Он настоящий хозяин.»

«Я просто просо шлак.»

Цзинь Фэн закуривает сигарету и улыбается:» Я счастлив получить сегодня две хорошие вещи. Я расскажу вам историю.»

«Расскажите мне о происхождении этой печати.»

«Между прочим, я также ударил ваш мировой ломбард по лицу.»

Как только прозвучало это слово, все были ошеломлены.

Цвет лица Ю Чэна резко изменился. Внезапно его взгляд был устремлен на Чжу Чжаоюнь.

Цзинь Фэн указал Он сказал Сунь Линго: «Сначала представь, старого джентльмена, сидящего рядом со мной, зовут Сунь Линго.»

«Я случайно спас его позавчера, и я также видел его вертикальную фотографию.»

«Говоря о четырех символах на этой печати, я должен сказать, что был предком мистера Сунь.»

«На пятьдесят втором году правления Канси, Цзиньши, через три династии Канси, Юнцян, Гуаньчжийипин и автора.»

«Этот человек — Сунь Цзячэн. Известен своими смелыми словами.»

Император Юнчжэн прокомментировал это так:» С тех пор, как я унаследовал трон, только Сунь Цзячэн осмелился высказаться «.»

Оценил это как:» Цзячэн Е Е, Чэнь Шань закрыла зло и однажды избегала ее имени.»

«Во время правления императора Юнчжэна он отвечал за банк домашнего хозяйства. Принц Го Юньли лично руководил командой, чтобы проверить его счет, и он набрал много очков.»

«На восемнадцатом году правления императора Цяньлуна он вернулся в родной город, чтобы обеспечивать пожилых людей.»

Когда я услышал это, все были в восторге.

Цзинь Фэн говорил свободно, и многие клиенты медленно собирались вокруг и тихо слушали рассказ Цзинь Фэна.

Дверь Ломбарда тихо открылся, и группа людей тихо вошла и тихо бродила по магазину.

Цзинь Фэн продолжил: «Сунь Цзячэн был честным и прямым на протяжении всей своей жизни, с двумя рукавами и Более десятка больших и малых официальных должностей и, наконец, повышен до со-спонсируемой степени бакалавра, официального места жительства.»

«Это запись дикой истории. Сунь Цзячэн был нищим, пока не вернулся домой. Чтобы не подвергнуться насмешкам со стороны соседей и оруженосцев, Сунь Цзячэн специально купил дюжину больших ящиков, заполненных кирпичами.»

«Позже кто-то сообщил, что его исследовали, и когда он открыл его, то обнаружил, что это был кирпич. Цяньлун знал только, что это был честный чиновник»

«, поэтому Цяньлун заменил кирпичи настоящим золотом и серебром.»

Услышав слова Цзинь Фэна, Сунь Линго не мог не выпрямить грудь, демонстрируя гордость.

Люди, окружавшие Цзинь Фэна, не могли не спросить:» Мастер Цяньлун действительно заменил тех кирпичи с золотом и серебром?»

Цзинь Фэн улыбнулся, поднял руку, чтобы держать печать в руке, Ланг Ланг сказал:» Прошлое, нет никаких записей истории, будущие поколения не смогут знать»

«Однако эта Индия может доказать честность Сунь Цзячэна.»

«Строго говоря, эту квадратную печать нельзя называть печатью, но ее следует называть»

«Печать»

Как только это слово прозвучало, Ю. Лицо Чэна изменилось., Выпалил: «Император осмелился назвать его Си.»

«Мастер Цзинь это»

Другие были в ужасе, и Чжу Чжаоюнь, с одной стороны, не мог поверить словам Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн легкомысленно сказал.

«Юйчэн, ты прав. Только печать императора может называться Си или Бао, а другие люди могут только ее называть.»

«И эта сторона настоящая императорская печать.»

Все глаза смотрели на знак в руке Цзинь Фэна в унисон, тихо ожидая последователей Цзинь Фэна.

Ю Чэн тоже был ошеломлен, посмотрел на Чилонга с печатью и яростно ударил его по голове.

Чилонг ​​- второй сын дракона, без рогов.

Чилонг, также известный как Чивэй, представляет собой разновидность морского зверя. Во времена императора Ву династии Хань кто-то сказал, что Чилонг ​​был водной эссенцией для предотвращения пожара. Рекомендуется размещать на крыше чтобы избежать пожара.

Теперь по обеим сторонам самого высокого конька крыши Запретного города находится чудовище с поднятым хвостом, то есть Чилонг.

Есть также головы драконов, используемые в дренажной системе Зала Высшей Гармонии, Зала Чжунхэ и Зала Баохэ, трех главных залов Запретного города.

Во время прошлогоднего проливного дождя было также чудо, что Чилонг ​​плюнул водой.

Чилонг ​​появляется на кнопке с надписью, символизируя Ци, поглощающую мир, и это тоже очень благоприятно.

Гэ Цзюньсюань склонил голову перед Цзинь Фэном и удивленно сказал: «Брат, это Цяньлун?»

«Это Цяньлун, это не имеет большого значения. Я помню, что именно. Императора Тайшана застрелили почти 100 миллионов человек. В то время я был на месте происшествия.»

«Но, как сказал дедушка, печатей Цяньлуна много, обычно несколько миллионов и сотни тысяч.»

«Брат, сколько у тебя денег?»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Это не дорого. Тридцать миллионов».

Была объявлена ​​цена в тридцать миллионов, и на сцене раздался шипящий вздох.

Гэ Цзюньсюань подпрыгнул от страха и закричал: «Брат, это не так, ты действительно потратил 30 миллионов!?»

«Эта печать так дорого стоит!?»

Хотя Ге Цзюньсюань — молодой мастер алмазного уровня, тридцать миллионов — тоже астрономическая цифра. Гэ Цзюньсюань был шокирован, когда услышал эти тридцать миллионов.

Цзинь Фэн медленно сказал: «Вы правы. Насколько я знаю, площадь печати Цяньлуна составляет более 1800 квадратных метров. Более дюжины вечеринок».

«Я, я не знаю». Я не хочу потратить тридцать миллионов, чтобы купить его печать».

Гэ Цзюньсюань был поражен и тихо спросил:» Тогда это вечеринка»

Цзинь Фэн улыбнулся, а Ман Шэн сказал : «Он самый неоднозначный император в династии Цин».

«Он император в костюме и парике, и самый прилежный император. Он также самый отважный император, осмелившийся продвигать распространил Дин Дин на акры.»

«Вначале горы и росы не были видны, и мир был потрясен, когда он стал троном. Открывая территорию и расширяя землю, соединяя прошлое и следующее».

Достойный мир, похвала и критика имеют свою весну и осень».

«Этот приговор сделает его жизнь».

«Это человек — четвертый старший брат Айсиньцзюэлуо Иньчжэнь.»

Когда Цзинь Фэн сказал это лично, многие присутствующие закричали в унисон.

«Юнчжэн!»

Ю Чэнду вздохнул, его голос слегка дрожал:» Мастер Цзинь, это действительно печать Юнчжэна?»

Цзинь Фэн прижал руку к голове дракона-тюленя и медленно сказал:» Триста лет назад, кто осмелился использовать драконов в качестве пуговиц для печати?»

Ю Чэн был ошеломлен и внезапно понял, что его глаза смотрели прямо на печать Цзинь Фэна, завораживая.

Но Гэ Цзюньсюань вел себя бесцеремонно и собирался уйти. Цзинь Фэн держал печать в руке: «Эй, брат, дай мне посмотреть еще раз, я просто не видел достаточно.»

Внезапно Чжу Чжаоюнь выскочил и сказал с усмешкой:» Мистер Цзинь, вы сказали, что эта печать — печать императора Юнчжэна. Я хотел бы задать г-ну Цзину вопрос «.»

«Почему вы говорите, что он из Юнчжэна? » Или это для королевы?

Цзинь Фэн встал, указал на Чжу Чжаоюнь и сказал: «Я скажу тебе точно. Потому что я просто хочу дать тебе пощечину».

«Останови тебя, как подонок.»

Затем он сказал громко.

«Юн Чжэн сделал частную печать вскоре после своего возведения на трон. Эта печать была также его любимой вечеринкой. Человек, который сделал это, был Дэн Ширу, гравер в то время.»

«Четыре персонажа на фейсбуке были написаны Дэн Ширу!»

«Эти четыре символа называются»

«. Выделите солнце и луну жирным шрифтом!»

Сунь Лингуо уже вынул подготовленную бумагу и печать. Цзинь Фэн наполнил чернильный блокнот и перепечатал его на белой рисовой бумаге.

Поднял руку и взял печать, четыре кроваво-красный Красная рисовая бумага, напечатанная крупными буквами, такая же яркая, как кровь.

Сунь Линго держал рисовую бумагу обеими руками и ревел изо всех сил.

«Мой предок Сунь Цзячэн осмелился говорить прямо, и его два рукава были легкими, и он был в гармонии с Юнчжэном. Прямость императора, поэтому император Юнчжэн дал эту печать моим предкам.»

«Смелее солнце и луна! Не только утверждение моих предков, но и признание императора Юнчжэна.»

«Кто стыдится мира, смейте солнце и луну!»

«Эта печать — бесценное сокровище!»

Все в ужасе изменили свои цвета, и все были потрясены.

Чжу Чжаоюнь онемел половину своего тела, и он был потрясен двумя шагами назад.

Кусать меня за голову и кричать. Сказал: «Мистер Цзинь, даже если он является королевской печатью Юнчжэна, его стоимость не стоит тридцати миллионов юаней.»

«Я не знаю, верно?»

Цзинь Фэн указал на Чжу Чжаоюнь и сказал с усмешкой:» Менеджер Чжу, я знаю, что вы очень не убеждены.

Чжу Чжаоюнь не мог не проявить смущения, но Фуюань сказал Второй босс, Ю Чэнду, сидел на Цзинь Фэне, и я не смел рассердиться, когда был рядом.

Цзинь Фэн продолжил: «Эта квадратная печать в 300 000 юаней должна быть вашей. Всего через день после текущего периода вы не примете его и не позволите ему выкупить ее».

«Старое Солнце. Мой муж опустился на колени, чтобы умолять тебя, но ты закрыл глаза»

«Даже в Китайской Республике я никогда не видел такого темного магазина, как ты».

«Вы не сможете выкупить ее в течение одного дня после установленного срока. Это правила вашего ломбарда, поэтому я не буду об этом говорить».

«Но вы, вы должны продать мне эту печать за 30 миллионов юаней.»

«Ты даже не должен говорить ничего меньшего. Продай это.»

«Я прожил такую ​​большую жизнь. Я никогда не видел такого бесстыдного человека, как ты.»

«Мразь!»

Слова выходят наружу, живые клиенты не могли не шептаться и разговаривать.

«Что!?»

«Ах?!»

Ю Чэн и Ге Цзюньсюань уставились, закричали и встали.

«Брат, это правда?»

«Мастер Джин, это правда?»

Сунь Лингуо плакал со слезами на лице, и его голос был печальным. Вызов.

«Если бы два джентльмена Тан И не прибыли вовремя с деньгами, нам с мастером Джином пришлось бы ненавидеть здесь сегодня»

«Я даже не могу видеть эта печать на первый взгляд, это семейная реликвия, которая передавалась моей семье в течение трехсот лет».

Слезы залились слезами, и это движется.

Кто-то из толпы зевак громко сказал: «В таком случае я точно ничего не буду закладывать ни в одном магазине Фуюаня»

Другой покупатель громко повторил: «Я не буду покупайте здесь вещи. В нем действительно нет никакого человеческого прикосновения».

Другие покупатели много говорили, и никто из них не винил Фуюаня.

«Семейные реликвии передавались по наследству триста лет, но их не разрешили выкупить, потому что срок их действия истек в течение одного дня. Как может быть такая недоброжелательность. Все их критикуют. Это слишком.»

«В день истечения срока он вырос с 300 000 до 30 миллионов. Это ломбард, это бойня, и это доводит людей до смерти.»

«Я думаю, Фуюань Наверное, влюблен в других. Фан Иньси, я хочу украсть это и продать по высокой цене.»

«Да, да, именно так, открытие ломбарда — такое черное сердце.»

«Если вы будете заниматься этим бизнесом, он обязательно рухнет и закроется.»

«Если в будущем случится чрезвычайная ситуация, не приходите сюда. Жэнь Тяньсян неплох: хотя процентная ставка такая же, как у этой, его отношение к служению в десять раз сильнее, чем у этого.»

Другой покупатель сказал громче:» Меня можно считать антикваром. Сегодня я возвращаюсь в Волшебный город и должен рассказать об этом своим родственникам и друзьям.»

«У Фуюаня также есть филиал в волшебном городе, так что их репутация будет распространяться на улицах.»

Все критиковали Фуюаня одним словом, и лицо Юй Чэна было темным. Перед таким количеством лиц он не осмелился рассердиться, и ему пришлось терпеть это резко.

Клерк с горечью взглянул на Фуюаня и, наконец, упал на Чжу Чжаоюнь, стиснул зубы и хотел рвать его на месте.

Чжу Чжаоюнь было неудобно, когда все его тело покрывали иглами, но он не раскаивался., Вынужденно улыбнулся и сделал слабый ответ.

«Мистер Джин, я просил тридцать миллионов, но вы и вы не обязаны их покупать, верно?»

Цзинь Фэн холодно улыбнулся и сказал легкомысленно.

«Менеджер Чжу, я знаю, что вы не убеждены, потому что я потратил 20 000 юаней в вашем Фуюань, чтобы устранить большую утечку.»

«Итак, вы затаили на меня обиду и использовали эту печать, чтобы угрожать мне.»

«Мне нечего сказать. Однако сейчас я хочу вам сказать:»

«Деньги, которые я потратил в вашем Фуюань, стоят больших денег. Вы никогда не можете себе представить ценность этих двух вещей в моей руке.»

«Стоимость одной этой печати намного превышает тридцать миллионов.»

Чжу Чжаоюнь чувствовал сожаление в своем сердце, но он держался за свои губы и громко сказал:» Я не верю в это. То, что вы сказали, не в счет.»

«Вы просто потрепанный коллекционер. Какие квалификации вы должны иметь, чтобы утверждать, что эта квадратная печать верна или ложна?»

Цзинь Фэн холодно сказал:» Эта печать — самая большая из всех печатей в Юнчжэне. Это также прижизненное изображение усилий императора Юнчжэна по управлению и связыванию прошлого и будущего.»

«Это Дэн Ширу, предок школы Дэн, вырезал эту печать. Это также единственная печать, вырезанная Дэн Ширу императору Юнчжэну.»

«Суммируя два, цена этой печати будет не меньше 60 миллионов!»

Сунь Лингуо крикнул:» Я спросил Му Дунъи, вице-президента Национальной ассоциации коллекционирования в Тяньдучэн, и он сказал, верна ли эта печать. Аукционная цена будет не менее 100 миллионов долларов.»

Многие люди в аудитории также часто кивали головами.

В прошлом году репродукции сандалового дерева императора Канси были проданы по цене 81 миллион юаней плюс более 90 миллионов комиссионных.

Самая высокая аукционная цена печати Цяньлуна была в стране галльских петушков, а нефритовая печать была продана за 150 миллионов юаней.

Голубая нефритовая печать и печать императорского сокровища Цяньлуна, выставленные на аукционе в Баодао, были проданы за 100 миллионов юаней.

На аукционе на острове Гонконг владелец императорского сокровища Цяньлун Синьтянь продал его за 120 миллионов юаней.

Этот материал печати яркого солнца и луны императора Юнчжэна — золотой и драгоценный, он означает превосходство. Это фаворит всех коллекционеров.

После запуска аукциона цена составляет абсолютно сотни миллионов.

Хотя Цзинь Фэн потратил 30 миллионов на покупку этой печати, если бы он продал ее, то заработал бы не менее 70 миллионов за секунды.

Это большая утечка!

Чжу Чжаоюнь был в ярости, и в спешке Чжу Чжаоюнь на самом деле сказал то, о чем он даже не мог подумать.

громко сказал Цзинь Фэну: «Эта печать, наша Фуюань, не продаст вам».

«Залог будет возвращен вам. Печать будет переработана».

Это было почти как пушечное ядро, упавшее в уже бурное озеро, что сразу вызвало бурю негодования.

Цзинь Фэн усмехнулся: «Я только что подписал контракт и получил 2 миллиона задатка. Как только я узнаю, что печать стоит более 100 миллионов юаней, я пожалею об этом?»

«Это ты. Мир — это ломбард».

Ю Чэнчэн внезапно изменил цвет и закричал Чжу Чжаоюнь: «Ты слишком бесстыдный, сын черепахи».

Чжу Чжаоюнь в этот момент тоже отказался от нее: как только печать будет забрана и продана снова, комиссия составит более миллиона.

Когда я получил деньги, я немедленно ушел и покинул Цзиньчэн. Кто может что-нибудь сделать с собой?

прикусил пулю и холодно сказал: «Мистер Ю. У вас есть только право выплачивать дивиденды, а не право управлять. Вы не должны вмешиваться в это дело».

Ю Чэн задохнулся и сказал.

Чжу Чжаоюнь крикнул Цзинь Фэну.

«Фамилия — Джин. Вы правы. Я просто хочу разорвать контракт. Это просто договор о намерениях. Главное, что я заплачу вам два миллиона, а затем я заплачу вам». в три раза больше депозита».

Цзинь Фэн слабо сказал:» Ты собираешься есть черное?»

Чжу Чжаоюнь ухмыльнулся и усмехнулся:» Ты сказал черный, затем черный. Мы ломбард в мире Фуюань, даже если ты черный. Что ты можешь со мной сделать?»

Ю Чэн был в ярости, указывая на Чжу Чжаоюнь и крича:» Ты, черепаха, сын, я хочу позвонить»

Следующие слова больше не ругали: Выходи, потому что палец Цзинь Фэна указывает на Ю Чэна.

Хотя Цзинь Фэн не сказал ни слова, холод в его глазах заставил сердце Ю Чэна похолодеть.

Цзинь Фэн холодным голосом взглянул на Чжу Чжаоюнь: «Менеджер Чжу, может ли то, что вы говорите, представляет ваше благословение?»

Чжу Чжаоюнь гордо воскликнул: «Конечно. Я Цзиньчэнфэнь. Человек я отвечал за Министерство, то, что я сказал, это то, что сказал Фуюань».

Цзинь Фэн слегка прикрыл глаза, и в его глазах вспыхнул холодный свет:» Если ты хочешь эту печать, то приходи и возьми ее.»

Чжу Чжаоюнь указал на Цзинь Фэна и крикнул:» Я обязательно приму это. Я немедленно позвоню нашему адвокату».

«Жду повестки в суд».

Yu Cheng Легкие вот-вот взорвутся, крупный мужчина метрового роста дрожал всем телом, очевидно, он был очень зол.

Указывая на Чжу Чжаоюня и крича: «Я пойду в город Тяньду, чтобы найти Юнь Лао и Юнь Дуна»

Гэ Цзюньсюань в это время стоял рядом с Цзинь Фэном, хе-хе улыбнулся и ткнул Юя. Чэнду в груди., Сказал с улыбкой.

«Босс Ю. Мой брат собирается научить твою собаку, ты хочешь защитить ее. Не так ли?!»

Лицо Юй Чэнчэна изменилось, прикосновение к прикосновению стало более уродливым. чем плачущий смех.

«Не смей»

Будучи молодым хозяином семьи Ге, Ге Цзюньсюань раскрыл самую примитивную и жестокую сторону чувака в то время.

Когда смотрел на Чжу Чжаоюнь с противоположной стороны холодным взглядом, в его глазах сквозило презрение.

Повернув голову в сторону Цзинь Фэна, он сказал: «Брат. Я знаю, что ты расстроен».

«Я терпеть не могу такую ​​нечисть. Просто убери его».

«Что-то случилось. Я несу ответственность».

Как только слова упали, раздался только старый и сильный голос.

«Я буду нести ответственность».

Все посмотрели на них и увидели двух сильных мужчин, отделившихся от толпы, и вошла королевская сестра со стариком.

В тот момент, когда я увидел этого человека, выражение лица Ю Чэна внезапно изменилось.

Он быстро подошел, остановился в двух метрах от старика, наклонился глубоко, наклонился на девяносто градусов и почтительно заплакал.

«Лао Юнь, привет.»

Затем он слегка кивнул королевской сестре:» Председатель, вы здесь «.»

«Добро пожаловать в Цзиньчэн.»

Вызывают Лао Юня и председателя совета директоров, а персонал и Баоань в Фуюань вздыхают и дышат кондиционированием воздуха.

Старый председатель!

Юнь Дун

Они оказались ими!

Старику было около шестидесяти лет, он был одет в национальную одежду с воротником-стойкой, полон энергии, светился красный свет. лицо и пронзительные глаза.

Королевской сестре было около двадцати семи или восемнадцати лет, она была одета в стандартную женщину-президента, она выглядела яркой и красивой, демонстрируя тысячи стилей в своих жестах. Она сияла.

Расчесывая голову принцессы, передние волосы плотно прилегают к мозгу. Верх гладкий.

На мне был профессиональный костюм Тенселя цвета хаки, который идеально подчеркивал его гордую фигуру.

Большой белый цвет и твердость на груди. Это согревает сердце.

Его лицо в холодном костюме цвета хаки выглядит холодным и морозным.

Приходит Лао Юнь. вместе с сестрой Ю, и за ним стоит много людей, все они Ци Юйсюань. Ян, одетый в роскошную одежду.

Ю Чэн улыбнулся и пожал руки этим людям, чтобы поприветствовать их, фамильярно называя всех по имени. с полным словом в конце адреса.

Очевидно, эти люди — начальники различных отделов штаб-квартиры Фуюань.

Старик по фамилии Юнь основал в Китае ломбард с магазинами в сотнях городов, бесчисленным семейным имуществом и старым председателем ломбарда Фуюань, носящим титул тысячелетнего лиса.

Юнь Шэнъюань.

Юцзе рядом с ней — единственная дочь Юнь Шэнъюаня и нынешний лидер пешки Фуюань Юнь Цзиньэр.

Как только появились отец и дочь, продавцы Фуюань сразу же аккуратно встали и коллективно поклонились новому и старому председателю.

Юнь Шэнъюань ласково улыбается, в то время как лицо Юнь Цзинэра ледяное и пугающе холодное.

Когда Чжу Чжаоюнь увидел старого председателя и Юнь Цзинь`эр, он уже дрожал от волнения, сделал два шага вперед и прошептал: «Старый председатель, Дун Юнь, вы пришли как раз правильно, этот человек осмелился клевещут на нашу Фуюань, я хочу обмануть нас.»

«Я уже позвонил в полицию. Я также связался с адвокатом.»

«Старый председатель, печать, которую он держит в руке, — это для императора Юнчжэна, и эти карманные часы — тоже хорошая вещь».

Юнь Шэнъюань вообще проигнорировал Чжу Чжаоюнь, а Юнь Цзиньэр холодно посмотрел на Чжу Чжаоюнь.

Чжу Чжаоюнь внезапно почувствовал себя тонущим ледяным погребом, и все его тело стало холодным и окоченевшим.

Юнь Шэнъюань пожал руку нескольким красивым продавцам, затем повернул голову к зрителям и сказал с улыбкой.

«Дорогие клиенты и друзья, я старый председатель Фуюаньского ломбарда. Я слышал, что вы только что сказали. Уверяю вас, я узнаю о проблемах Фуюань».

«Если все будут свободны, пожалуйста, подождите здесь. Я позволю своей дочери позаботиться об этом».

«Думаю, с большими парнями все должно быть в порядке. Смотри, выгляни наружу. Идет сильный дождь, это называется остаться. в дождливые дни, ха-ха»

«Я приглашаю всех на ужин, а потом поесть горячее. Но сначала позвольте мне заявить, что я ем только белый горшок, красный, я не могу себе этого позволить.»

Эти слова были произнесены на диалекте башу. Хотя они были немного другими, они были очень забавными. Многие клиенты громко смеялись, и атмосфера сцены была гораздо более непринужденной.

Юн Джинер слегка кивнула отцу, подняла руку и холодно сказала.

«Директор Чжан, пройдите в комнату мониторинга, чтобы настроить мониторинг».

«Менеджер Ли, г-н Фэн, вы разделите сотрудников на две группы и задаете вопросы по отдельности».

«Г-н Ю, вы отвечаете за вопросы безопасности».

«Чжу Чжаоюнь, вы идете в свой офис с секретарем Цю. Расскажите мне, что только что произошло».

Юн Джин`эр говорит быстро. Вскоре голос стал очень четким, слово «прикус» было точным, чистым и аккуратным, без капли мутной воды.

Однако выражение его лица очень серьезное, а тон еще холоднее.

Проскользнуло несколько слов, холодных как айсберг, исполненных властной, высокомерной женщины-президента, больше похожей на королеву, без которой нельзя обойтись.

Руководители различных стран в штаб-квартире Фуюань, получившие приказ, немедленно приняли меры, и каждый вывел своих людей на второй этаж.

Ю Чэн указал на Чжу Чжаоюня, стиснул зубы и зарычал: «Сын Черепаха, подойди к Лао-цзы».

«Уточни Лао-цзы».

Чжу Чжаоюнь был в это время. Он в испуге рухнул на землю и задрожал: «Мистер Ю, я тоже на благо компании»

Ю Чэнду был так зол, что он использовал пощечину Чжу Чжаоюнь в лицо.

Эта пощечина не намного хуже, чем пощечина Цзинь Фэна. Через некоторое время другая половина лица Чжу Чжаоюня также распухла.

Морда лошади превратилась в настоящую свиную голову.

«Ты думаешь о компании?!»

«Учитывая, что твоя мать вынуждена задуматься. Триста тысяч проданы за тридцать миллионов, я никогда не видел тебя таким мрачным».

«Лицо Фуюаня выброшено ради тебя. С этого момента я все еще буду в старом Цзиньчэне».

проклиная рот, держа в руке воротник Чжу Чжаоюня, просто следуй за орлом. Поймав курицу, Чжу Чжаоюнь поднялся на второй этаж.

Увидев, что Юй Чэнду застрелил Чжу Чжаоюня, сестра Юй Юнь Цзиньэр была немного недовольна и, казалось, была немного недовольна действиями Юй Чэнду.

Вскоре Юн Джин’эр повернулся и сказал Цзинь Фэну: «Мистер Джин. Следуйте за мной на второй этаж и расскажите мне конкретную ситуацию».

Ю Цзе сказал очень хорошо. Это было прямолинейно, но с тоном, который нельзя было отвергнуть, как королева, отдающая приказы своим подданным по собственному желанию.

Цзинь Фэн посмотрел на Юнь Цзинь’эр и медленно сел.

Зажгите сигарету и мягко спросите: «Кто ты?»

Юн Цзинь’эр была слегка поражена, высоко подняв голову, и гордо сказала: «Пешка президента Фуюань.

Цзинь Фэн ничего не выражал и сказал легкомысленно: «Оказалось, что это был Босс Юнь. Могу я задать вам вопрос ниже?»

Лицо Юн Джинер холодное, и она холодно отвечает.

«Ты сказал.»

Цзинь Фэн глубоко вздохнул и легко сказал:» Вы полицейский?»

Юн Джин’эр была ошеломлена, затем ее нефритовое лицо изменилось, и она холодно сказала:» Мистер Джин, я просто хочу кое-что узнать о том, что только что произошло «. Я не хотел тебя допрашивать.»

Цзинь Фэн улыбнулся:» Тогда почему я должен тебе обещать?»

Лицо Юнджин Эрю слегка изменилось, ее сексуальные губы мягко прижались, и она мягко сказала:» Вы вовлечены. Если я не понимаю, я не могу сказать, кто прав, а кто прав. неправильный.»

«Пожалуйста, сотрудничайте, потому что это моя работа и ваша обязанность.»

Гэ Цзюньсюань с интересом посмотрел на очаровательного, похожего на айсберг Юнь Цзинь`эр и усмехнулся ему в рот.

Ман Шэн сказал:» Дун Юнь, пожалуйста, говорите «be. осторожный. Он мой брат, и мой брат терпеть не может этого.»

«Я тоже терпеть не могу.»

Юнь Цзинь’эр посмотрел на Ге Цзюньсюаня и холодно сказал:» Маленький Мастер Ге, это мой сайт «. Есть ли у вас какие-либо предложения или комментарии для нашего Фуюань? Вернитесь, напишите материал и отправьте его на мой почтовый ящик.»

Выражение лица Гэ Цзюньсюаня изменилось, он встал и холодно сказал:» Итак, Юнь Дун собирается использовать свою силу, чтобы подавлять других?»

Юн Джин`эр тихонько фыркнула в нос и холодно сказала:» Я не могу держать иглу, семья Ван Гэ, я только что открыла ломбард, но для вас это не имеет значения.»

«Дело в том, что вы не видели Мастера Ге несколько лет, я вас не могу вспомнить.»

«В позапрошлом году у меня было 100 лет со дня рождения деда. Я помню, что когда вы поджаривали моего дедушку, вы выставили много дураков.»

Гэ Цзюньсюань внезапно открыл глаза, пристально глядя на Юнь Цзинь`эр, обнаруживая легкий страх.

Три секунды спустя Гэ Цзюньсюань сел и не осмелился взглянуть на Юнь Джин’эр и наклонился к нему. Его голова шепнула Цзинь Фэну.

«Брат, эта женщина действительно ужасна, я не могу себе этого позволить.»

«Но у нее большой капитал. Потому что ее крестный отец — Ся Дин. Другой — Ватикан.»

Гэ Цзюньсюань не хотел, но он был беспомощен, потому что имена Ся Дина и Ван Лао были слишком громкими и громкими.

Цзиньчэн слишком мал, Китай очень велик!

Мастер, молодой мастер Гэ, который пробыл в Цзиньчэне триста лет, не может позволить себе спровоцировать его. Это действительно очень важно.

Однако Цзинь Фэн воспринимает эти слова как воздух.

Игнорировать., Слушать, а не слушать.

Постучал пальцем по рабочему столу и легонько сказал: «Я не обязан говорить с вами обо мне. Вы не имеете права говорить со мной о моем.»

Когда Юн Джин’эр услышал это, ее лицо медленно изменилось, ее грудь несколько раз вздымалась, а дыхание учащалось.

Глядя на Цзинь Фэна, Юн Джин’эр тихо сказал:» Мистер Джин. Я искренне решаю проблему с вами, надеюсь, вы будете сотрудничать. Если»

Цзинь Фэн не сохранил лицо хозяйке перед ним, он немедленно прервал его и сказал:» Мне не нужно, чтобы ты решал за меня какие-либо проблемы.»

«Теперь вы можете идти.»

Ледяное нефритовое лицо Юн Джин’эр опустилось, и пара черных, похожих на драгоценные камни глаз выстрелила прямо в Цзинь Фэна, неся холод с Северного полюса.

На мгновение, в зале Температура внутри, кажется, упала на пять градусов.

Цзинь Фэн без страха поднял голову и посмотрел на Юнь Цзинь’эр.

Четыре глаза внезапно столкнулись в воздухе, и Воздух казался Пахнет токами.

Атмосфера внезапно стала напряженной.

Безжалостная женщина-президент, словно айсберг, столкнулась с Цзинь Фэном, но потерпела поражение через пять секунд.

Потому что за эти пять секунд Юнь Джинэр может полностью почувствовать острый взгляд Цзинь Фэна, презрение к себе и

как связанный богатый мужчина. Девушка из бедной семьи больше похожа на девушка, которой угрожает разврат, стоит перед богатым человеком, ведя бесполезную борьбу.

Проще всего то, что я как голый ягненок перед этим человеком.

Как гордая небесная женщина, никогда еще не была так унижена.

Тут же Юнь Джинэр холодно закричал: «Мистер Джин, вы все еще пытаетесь решить проблему?»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Решите!?»

«Что решать?»

«Что мне нужно, чтобы Юн Донг решил для меня?»

В этот момент Цзинь Фэн показал свое первоначальное лицо.

Высокомерное выражение лица, холодные слова и презрительный жест мгновенно превратили Юн Джин’эр, гордую девушку небес, в ежа.

Юн Джин`эр внезапно почувствовал боль из-за сотен миллионов очков.

Находясь перед Цзинь Фэном, я был совершенно как ребенок. Напротив, Цзинь Фэн считает себя ребенком.

«Мистер Цзинь. Я хочу спросить, как наш Фуюань продал вам 300 000 печатей за 30 миллионов».

«Пожалуйста, ответьте честно на мой вопрос».

Юнь Лицо Джин’эр было бледным и пугающим, а ее нежное тело слегка дрожало. Она, очевидно, была уже чрезвычайно зол, но она изо всех сил пыталась вынести это.

Гэ Цзюньсюань с одной стороны был ошеломлен, глядя на Юнь Цзинь`эр, который сдулся, и когда он посмотрел на Цзинь Фэна, он уже считал Цзинь Фэна богом.

В штаб-квартире Фуюань все еще есть несколько высокопоставленных сотрудников, которые остаются на месте и видят все это собственными глазами, и они уже шокированы.

Она всегда была гордой девушкой небес, с выдающимся статусом и миллиардами богатств. Она всегда в центре внимания, куда бы она ни пошла. Женщина-президент Айсберга, которая никогда не была второй женщиной и главным героем, на самом деле перед малоизвестной черепахой Страдал.

И снова такое.

С характером Юн Джин’эр эта черепаха по имени Джин будет ненавидеть женщину-президента всю свою жизнь.

Люди, которых ненавидит Юнь Цзиньэр, в конечном итоге окажутся в плачевном состоянии.

Это ужасно!

Однако то, что произошло потом, полностью разрушило все три взгляда.

Перед лицом безумия Юнь Цзинэра, Цзинь Фэн поднял Эрлану ноги, неторопливо закурил сигарету, сделал глубокий вдох и выдохнул дым.

Дым направился к Юн Джин’эр и медленно окутал тело Юн Джин’эр.

Это действие крайне грубое, неуважительное и даже какое-то хулиганское и непристойное.

Юн Джин’эр был так зол, что ее серебряные зубы были перекрещены, и она издала стон.

Цзинь Фэн говорил холодным голосом и выражением лица.

«Шутка».

«Если я покупаю вещи, нужно ли мне, чтобы ты контролировал меня?»

Юн Джин’эр не мог не быть в оцепенение.

Цзинь Фэн холодно сказал: «Сколько я потрачу на эту печать, есть ли у меня копейки, связанные с Юнь Донгом?»

Юнь Цзинь’эр был шокирован, моргнул и был тоже ошеломил.

Верно.

Сколько денег люди тратят на вещи и какое это имеет отношение к вам?

Люди любят тратить 30 миллионов, 3 миллиона на покупку вещей. Какая у вас квалификация, чтобы задавать вопросы другим?

Цзинь Фэн холодно сказал: «Дун Юнь действительно приходил давным-давно и видел, что произошло. Я хотел бы спросить Дун Юня, тебе понравился этот Фан Иньси?»

«Как и менеджер Чжу, я хочу вернуться и прекратить продавать свою печать?»

«Или Юнь Дун тоже хочет есть черное? Позвони в полицию и поймай меня! ? Отправить мне повестку в суд? !»

Услышав это, Юн Джин’эр сразу же уставилась на Цзинь Фэна, его лоб был перегружен и закружился.

Шипел:» Я Юнь Джин’эр, я не собираюсь сделай что-нибудь подобное.»

«Поскольку мистер Джин не хочет говорить мне о тридцати миллионах, я не заставляю это делать.»

«Поскольку г-н Цзинь подписал письмо о намерениях, он внес залог. Этот рецепт, естественно, принадлежит мистеру Джину.»

«Но я хочу немного рассказать мистеру Джину. Вы сказали, что этот рецепт — печать Юнчжэн? Не обязательно.»

«Однако г-н Цзинь готов потратить 30 миллионов на его покупку. Это также свобода г-на Цзина.»

Цзинь Фэн равнодушно улыбнулся:» Дон Юнь подумал, что мой рецепт был поддельным. Это ваша свобода.»

«Если честно, в этом мире лишь немногие люди могут распознать этот рецепт.»

Юн Джин’эр фыркнул и сказал Цзинь Фэну с усмешкой:» Мистер Джин так уверен? » Я не знаю кто они?»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Не считая тебя «.»

Лицо Юн Цзинь’эр внезапно опустилось.

Цзинь Фэн спокойно сказал:» Я только что сказал, что хочу ударить твоего Фуюаня по лицу. Теперь пора «.»

«Потому что бывший и нынешний председатель всемирного ломбарда находятся здесь.»

Эти слова могут оскорбить Фуюаня с ног до головы.

Лицо Юнь Цзинь’ерю изменилось и изменилось, даже Юнь Шэнъюань, который сидел сбоку, был строгим и ничего не сказал.

Цзинь Фэн улыбнулся, поднял печать в руке и легкомысленно сказал: «Есть антикварный магазин в Каотан Лучжуан, который называется Цинь Юйхуа. У него есть мемориал, написанный Юнчжэну округом Линьцзян, Вьетнам».

«На мемориале есть печать этого рецепта, которого достаточно, чтобы доказать подлинность этого рецепта».

Как только это слово прозвучало, Юн Джинер встал на месте и немедленно крикнул: «Иди, спроси Тань Юньхуа. Он старый хранитель музея Цзиньчэн».

В это время Юнь Шэнъюань подошел с улыбкой, как пузатый Майтрейя, и сказал с улыбкой.

«Мистер Джин, может этот трюк позволит мне пройти и открыть глаза».

«Вы!? Не можете прикоснуться к нему!»

холодно сказал Джин Фэн.

Юнь Шэнъюань был ошеломлен, а Юнь Цзинь’эр был еще больше зол.

С ознобом на лице Цзинь Фэна, он указал на Юнь Шэнъюань и сказал: «Девять пять-пять Высший Дракон Ци, у вас еще нет такого образа жизни».

слова вылезли наружу, Юнь Цзинь Эр немедленно закричал: «Что ты сказал?»

«У тебя есть какие-нибудь качества».

Юнь Шэнъюань был поражен, и внезапно его охватил большой шок.

Казалось, что-то пришло в голову. Юнь Шэнъюань тупо уставился на Цзинь Фэна, подергивая уголки рта. Он шагнул вперед и, дрожа, сказал: «Мистер Цзинь, что вы делаете?»

Цзинь Фэн холодно фыркнул с легкой ухмылкой, от которой люди замерзли.

В этот момент Тан И положил трубку и кивнул Цзинь Фэну.

Дверь открылась, и быстро вошла группа людей во главе со старым гениальным доктором Ван Гэ и стариком из семьи Янь.

Более десятка охранников и телохранителей несут более десятка специальных ящиков позади него.

Семья Янь выглядит торжественной и аккуратной, и движение очень привлекательно.

Войдя в Рендуй, г-н Ян встал рано, игнорируя все пути, пока Цзинь Фэн не подошел к нему.

«Мастер Джин, я опаздываю. Со мной поступили несправедливо. Я прошу прощения перед вами».

Цзинь Фэн слегка поднял правую руку и слегка сказал: «Пришло время прийти».

Указывая на Юн Джинэр и крича: «Тридцать миллионов! Дайте ей».

«Председатель Юнда, тридцать миллионов, дайте мне немного ясности».

Это талант г-на Яня, повернув голову, посмотрел на Юнь Цзинь’эр и громко сказал.

«Не доставляйте хлопот. Время мастера Джина дорого. Любая задержка — пустая трата».

«Выпиши чек Юнь Донгу!»

«Да Отец.»

Янь Цзюмин ответил торжественным голосом, сразу же вынул чек и недавнюю ручку секретарши.

Серия действий в семье Яна поразила людей на месте происшествия..

Величие и спокойствие старика, смелый темперамент Янь Цзюмина, группа телохранителей за семьей Янь, стоящих прямо с денежным ящиком и форменной одеждой.

Сначала взгляд, это абсолютно точно. Богатая семья и большая дверь.

Момент, когда Ян Цзюмин отвинчивает колпачок, чтобы заполнить числа.

Юнь Шэнъюань сбоку крикнул: «Мистер Джин. В этом вопросе моя Фуюань ошибается.»

«Тридцать миллионов юаней удачи не стоят одного очка. Fuyuan вернет вам еще два миллиона депозита.»

«Эту вечеринку Иньфуюань подарит вам бесплатно.»

Аудитория была потрясена, как только прозвучало это замечание.

Юнь Шэнъюань последовал за гениальным доктором Ге и громко сказал:» Я счастлив познакомиться с гением Ге, он знает Что Я.»

«Пожалуйста, поднимите руку! Выручи меня!»

Гениальный доктор Ге выглядел серьезно и кивнул Цзинь Фэну:» Цзинь Фэн, Юнь Шэнъюань — мой друг «. Председатель Юнь Цзиньэр — крестница Лао Ся и Лао Фань»

«Семья Юнь также является редкой благотворительной семьей.»

«У нашей больницы есть здание, подаренное братом Юн.»

Цзинь Фэн встал и холодно закричал:» Пожертвование сотни зданий не спасет жизнь его собаки «.»

«Владельцев собак столько же, сколько и миньонов собак.»

«Ломбард в мире. Давать мне туфли Цзиньфэн недостойно.»

Эти слова более неприятны, чем самоубийство.

Услышав это, Юн Джин’эр была так взбешена и разъярена, что стиснула зубы Джин Фэну и закричала.

«Фамилия Джин, какие у тебя качества, чтобы так оценивать мое благословение»

«Ты ее знал? Вы знаете, как я управляю Фуюань?»

«Ты что?»

«Ты больше ничего!»

Джин Фэн холодно фыркнул, указал на Юнь Джин’эр Яоконга и трижды сфокусировался.

«Отбросьте вспыльчивость своей старшей леди.»

«Не позволяйте благословению быть уничтоженным в ваших руках.»

Сказав это, иди прочь!

Юн Джин’эр крикнул в гневе:» Ты останови меня…»

«Стоп -«

«Говорю тебе, фамилия Джин. Fuyuan никогда не обанкротится.»

«Это было кропотливое усилие, которое основал мой отец. Пока у моего отца еще один день, я не позволю Фуюаню попасть в беду».

Цзинь Фэн остановился и повернул голову с ухмылкой улыбкой. Шипение.

«Не мог ли кто-нибудь сказать председателю Юнды»

«Твой отец, ты можешь прожить всего один месяц?»

Эти слова похожи на шокирующий гром, ударивший по лбу Юн Джин`эр, взорвав три души Юнь Джин`ера без семи душ, и он стоял на месте.

«Твой отец, только один. месяц может. «Жив?»

«Твой папа, ты можешь прожить всего один месяц?»

Эти слова вонзились в сердце, как нож, лицо Юн Джинер поблекло, ее тело дрожало, она не могла не отступить на два шага и дрожащим голосом сказала:» Ты»

Цвет лица Юнь Шэн Юаня резко изменился, он фыркнул и отступил.

Юнь Цзинь’эр оглянулся и заорал душераздирающе.

«Папа -»

«Мистер Джин, все процедуры для вашей станции сбора металлолома завершены. Просто будьте уверены, что откроете бизнес.»

«Если у вас возникнут трудности, просто позвоните мне.»

«Фуюань Юньцзя вернула ваш залог в размере 2 миллионов за покупку печати Юнчжэн. Это чек на 30 миллионов. Пожалуйста, примите его.»

Прогноз погоды всегда был ненадежным.

Говорили, что неделю шел сильный дождь, но ясно через три дня.

Об этом день, станция отходов была официально снесена.

Перед сносом Цзинь Фэн собрал более двух десятков соседей, живущих на свалке, и спросил мнения каждого члена семьи.

План Цзиньфэна был таков. поместить свалку на свалку. Все домохозяйства, собирающие отходы, объединены, чтобы сформировать новую станцию ​​для отходов.

Факт превосходит ожидания Цзинь Фэна. Трое соседей, которые также покупают отходы, решили переехать.

Семья из трех детей После целой ночи ссор я решил объединиться со станцией приобретения Цзиньфэна.

Санвази в основном продает барбекю, а их станция для мусора невелика, поэтому его отец находится в

До тех пор, пока Цзинь Фэн не уладил формальности, и семья троих детей не знала, насколько это было выгодно.

Старый сосед, который ушел, Цзинь Фэн не настаивал и у каждого была своя судьба.

Их было больше дюжины. Дом — это жильцы, которые здесь живут, такие как похититель, Дяо Тайпо и дядя Бай. Эти старые соседи, которые жили здесь семь или семь лет. восемь лет у меня хорошие отношения с Цзинь Фэном.

На самом деле, Цзинь Фэн вызвал команду инженеров и начал снос старую мусорную станцию.

Я нарисовал эскиз и спланировал пять акров земли под ногами.

Помимо мусорной станции, на краю заболоченной местности был выделен земельный участок, и здесь был построен ряд временных домов для проживания всех желающих в будущем.

На станции металлолома используется теплица из стальных конструкций со стенами вокруг нее, и период строительства скоро будет завершен.

Земля должна быть укреплена, и дорога должна быть построена под виадуком у реки, чтобы соединиться с главной дорогой в комитете квартала.

Проблема перед Цзинь Фэном — нехватка денег!

Выйдя из пешки Фуюань, Цзинь Фэн встретился с семьей Янь и дал Яну Цзюмину расплавленную травку крови, необходимую для пяти оставшихся зелий в маленьком горшочке Янь Кайю.

По словам матери Янь Кайю, на второй день количество переливаний крови Янь Кайю упало до трех четвертей от его обычного количества.

Его кроветворная функция восстанавливается с поразительной скоростью.

Мужественная печать солнца и луны, собранная мной, обошлась семье Янь в 30 миллионов.

В дополнение к 30 миллионам, Цзинь Фэн также попросил семью Янь дать Сунь Лингуо еще 3 миллиона.

Сунь Линго ничего не сказал, а Цзинь Фэн сказал ему, что он это заслужил.

«Хотя дерзкое солнце и луна не имеют к тебе никакого отношения, ты позволил мне достать его. Согласно правилам антикварного магазина, десять процентов от цены сделки достается тебе».

Кстати, Сунь Линго по-прежнему не хочет денег.

Для такого тупоголового литератора у Цзинь Фэна, естественно, свой собственный путь.

«Если вы не возьмете трубку, то соглашение между нами будет аннулировано».

Опасаясь, что мужество, переданное его предками, перейдет к Цзинь Фэну, Сунь Линго наконец склонил голову и взял три миллиона.

Сунь Лингуо — старший архитектор, у него есть собственная студия. С этими тремя миллионами он скоро вернется.

Чтобы ободрить солнце и луну, семья Янь потратила 33 миллиона юаней один за другим, и Цзинь Фэн немного пожалел.

Итак, Meltingweed был передан семье Ян.

Но другая новость удивила Цзинь Фэна.

Это Ян Цзюмин говорит себе, что пешка Фуюань не только конфисковала 30 миллионов чеков Яна, но и вернула 2 миллиона залога.

За эти деньги семья Ян определенно не приняла бы их, даже если бы их убили.

Даже если гениальный врач Ге выступит вперед, семья Янь отказалась согласиться.

Что за шутка.

Деньги моей семьи Ян были отправлены, а затем возвращены. Разве это не пощечина?

Куда мне положить лицо мастера Джина!

Позже семья Юнь не знала, какие отношения они использовали, чтобы заставить этих двух людей позвонить г-ну Яну.

Телефонные звонки этих двух людей заставили г-на Яня полностью склонить голову.

«Мистер Джин. Мы не можем сделать это честно. Если вы хотите драться, вы должны наказывать вас по своему желанию».

Лицом к семье Яна, которая поклонилась ему впереди Цзинь Фэн махнул рукой: «Тебе тяжело».

«Это семья Юнь одолжила цветы, чтобы предложить Будде. Покажи мне добро».

«Я знаю. их цель.»

Цель семьи Юнь определенно предназначена для Юньшэнъюань.

Когда Цзинь Фэн увидел Юнь Шэнъюаня, он знал, что этот человек был недалеко от смерти, и он был жив в течение нескольких дней.

Цзинь Фэн также очень доволен ярким солнцем, луной и золотыми карманными часами.

Что касается Юньшэнъюань! ?

Что его жизнь и смерть делают со мной!

Семья Янь получила чек на 30 миллионов юаней и передала его Цзинь Фэну.

Но Цзинь Фэн не ответил.

«Сделка между нами завершена».

«Что я хочу, я приму это сам».

Это также сделало семью Янь более настроенной против Цзинь Фэна… За восхищение и уважение, спасибо тебе тысячу граций.

Благодаря двум контактам семья Янь также узнала некоторые из высокомерия и нрава Цзинь Фэна и не осмелилась упомянуть о деньгах.

Тетя маленького друга Янь Кайю подарила Цзинь Фэну пачку хороших сигарет и дюжину новейших мобильных телефонов.

Сигареты — лучшие на рынке.

Для мобильных телефонов, помимо последних восьми серий фруктов, есть также топовые модели Huawei и BBK отечественного производства.

Однако Цзинь Фэн взял только две сигареты и три мобильных телефона.

Когда я вернулся, я бросил телефон и сигарету Чжоу Мяо и попросил его принести их Лун Эргоу.

Huawei mate10 для личного пользования.

При первом использовании смартфона Цзиньфэн будет только звонить.

Я сделал три фотографии карманных часов из 18-каратного золота своим новым мобильным телефоном, и спустя долгое время я так устал и вспотел, что отредактировал его в документ и отправил по электронной почте.

Происхождение золотых карманных часов нетривиально. Если кто-то узнает эти часы, будущее может быть проще.

Письмо отправлено, а остальное молча ждет.

В день раскопок мусорной станции тетя Ван поспешила узнать новости и сразу же была потрясена, увидев грохот двух экскаваторов.

Когда Цзинь Фэн передал бизнес-лицензию с десятками больших красных цветов перед тетей Ван, выражение лица тети Ван было чудесным.

Тетя Ван не могла поверить, что ее убили, и не могла поверить, что Цзинь Фэн так легко сбежал от формальностей.

Эти процедуры чрезвычайно полны, охватывают все единицы, настолько завершены, что тетя Ван подозревает, что Цзинь Фэн купил это у торговца контрафактными товарами.

Но вскоре тетя Ван отложила этот вопрос, а затем крикнула несколько слов Цзинь Фэну.

«Повышение арендной платы»

Однако Цзинь Фэн слабо улыбнулся и ответил.

«Десятилетний контракт. Осталось еще два года до истечения».

Жена чартера показала самую отвратительную и злую сторону, указала на голову Цзинь Фэна и закричала.

С того дня, как Цзинь Фэн прибыл сюда, он ругал его до сегодняшнего дня, когда он получил формальности.

Тетя Ван выбросила все старые дневники Цзинь Фэна, и она ругала все, что было неприятно.

В конце ругани тетя Ван просто села на землю, плакала и кричала на Цзинь Фэна за отсутствие совести.

С начала и до конца Цзинь Фэн и Чжоу Мяо сидели рядом с ней, тихо слушая ее проклятия.

Тетя Ван также трудолюбивая чартерная жена.

Храм Земли в то время еще не был сообществом.

Состав семьи мужа тети Ван плохой. Несмотря на то, что в семье много населения, выделенные поля и земля являются худшими в деревне.

Урожай плохой, а у его мужа нет способностей, поэтому он может выполнять только три раунда тяжелой работы.

Скончалась рано, не оставив ни единого семени, тетя Ван стала вдовой. Она в одиночку ухаживала за посевами площадью пять акров, выращивала цыплят, уток и сажала овощи. Очень плохо.

Вот почему Цзиньфэн арендовал этот участок земли за 300 юаней в год.

Он также уговорил Цзинь Фэна подписать десятилетний долгосрочный контракт.

Позже жизнь постепенно улучшалась, и дом внезапно стал дороже. После нескольких сносов тетя Ван стала еще более зажиточной.

Имея свободные деньги, тете Ван не нужно было ничего делать, и она также была готова помогать другим. Вскоре после создания районного комитета тетя Ван также получила официальную должность.

В последние годы развитие Цзиньчэна менялось с каждым днем. Поскольку эта земля является болотом, она не имеет ценности для развития, поэтому Тетя Ван все еще используется Цзиньфэном и другими.

Хотя арендная плата Цзиньфэна составляет всего 300 в год, арендная плата других составляет более 3000.

Тетя Ван добра к Цзинь Фэну, это точно. Самую ценную одежду, которую носит Цзинь Фэн, покупает тетя Ван.

Каждый новый год я не беру с собой меньше вещей Цзиньфэну. Он собирает триста арендной платы с Цзиньфэна каждый год, и количество вещей, которые он покупает для Цзиньфэна, намного больше.

Раньше тете Ван не хотелось, но теперь у нее есть деньги, и она также думает, что через сто лет кто-нибудь подарит ей удобную карточку.

В течение полутора июля каждого года кто-то должен сжигать бумажные деньги для себя, чтобы они могли потратить деньги там.

Итак, тетя Ван никогда не отказывалась от мысли принять Цзинь Фэна как крестника.

Однако Цзинь Фэн никогда не соглашался.

Цзинь Фэн, у него есть мать!

Хотя его собственная мать бросила себя и забрала сестру, Цзинь Фэн не смог развязать узел в своем сердце.

Тетя Ван, которая плакала долгое время, увидела, что два брата Цзинь Фэн игнорируют ее, и почувствовала, что плакать бессмысленно, поэтому она горько встала и кричала на Цзинь Фэна.

«Ты недобросовестный ублюдок, запомни это мне. Два года спустя ты будешь ждать, чтобы выбраться отсюда».

«Когда ты встаешь на колени и умоляешь меня, я выиграл» t Я снова о тебе позабочусь».

Похлопав себя по заднице, тетя Ван подняла ногу, прыгнула три раунда и ушла.

Глядя на спину тети Ван, Чжоу Мяо посмотрел на телефон и спокойно сказал: «Десять секунд!»

«Нет. На этот раз это займет пятнадцать секунд».

Как и ожидал Цзинь Фэн, через пятнадцать секунд тетя Ван повернулась и закричала.

«Возмездие за смерть сына-черепахи, вы двое не забудете прийти домой, чтобы поесть вечером».

«Я тушил шелковистую курицу».

Цзинь Фэн и Чжоу Мяо, подняв руки до пяти в воздухе и глядя друг на друга, Чжоу Мяо присел на корточки и засмеялся.

Цзинь Фэн колебался, глядя на спину тети Ван, с легким теплом в глазах.

«Брат Фэн, куда ты собираешься поставить эту каменную корову?»

В дверях мусоровоза лежит каменная корова, торжественно лежащая и полная пятнистых тел. Это время. Остался след.

На задней части нижней части корпуса есть пять четких следов шестерен экскаватора, которые выглядят шокирующе.

Он имеет длину два метра, шесть метров и ширину восемьдесят сантиметров. Вместе с основанием он имеет высоту 1,2 м. Голова изогнута, на основании также выгравированы надписи.

Этот камень стоил Цзинь Фэну полных 1400 юаней.

Я начал разговаривать с невысоким толстяком лет пятисот, но когда он вернулся, толстяк внезапно передумал.

«Что ты делаешь? Я ждал тебя три часа в дождливый день без еды.»

Не говоря ни слова, Цзинь Фэн потянулся за пятьсот юаней, и толстяк потерял дыхание.

Потребовалось триста, чтобы попросить кран и позволить дяде Баю водить легкий грузовик. забрать Тай Ню и вернуться.

Дядя Бай не просил фрахта Цзиньфэна, поэтому Цзиньфэн добавил дяде Баю 100 юаней масла.

Когда он слез с каменной коровы, он не просил подъемного крана. Старик на мусорной станции Соседи все кули, и их культура невысока, но их сила не мала.

Когда он получил эту каменную корову, Джин Фэн также выпил несколько бутылок пива той ночью.

Чжоу Мяо был против Ши. Ню проявил любопытство и спросил Цзинь Фэна о каменной корове.

«Это каменный носорог. Какая там каменная корова.»

«Толстяк был обманут мной.»

«Привет.»

Чжоу Мяо сказал:» Я просто говорю, как эта корова выглядит так странно «.»

«Что такое каменный носорог? » Брат Фэн.»

Цзинь Фэн, который пил немного, много говорил, улыбался и сказал:» Река повреждена, и Ли Бин, Шушоу, сделал пять каменных носорогов, и двое из них находятся в особняке. «»

«Говорят, что Ли Бин заставил пятиголового носорога не любить воду.»

Чжоу Мяо, который не закончил второй класс начальной школы, определенно не мог понять слов Цзинь Фэна с немым выражением лица.

Цзинь Фэн фыркнул, показывая насмешка.

«Шэньчжэньский водный зверь».

«Погребенный на тысячи лет, великое сокровище фен-шуй».

Как только тетя Ван ушла, два брата Цзинь Фэн начали работать.

Дядю Бая попросили водить легкий грузовик и загружать все с мусорной станции дома.

Контейнер для макулатуры доставляется на станцию ​​пересылки в Наньчэн, где он специально собирается. Здесь концентрируется макулатура всей провинции, которую затем отправляют на различные бумажные фабрики.

Металлолом и стальной лом собирают люди, специализирующиеся в этой отрасли. Получите его, упакуйте напрямую и отправьте за границу.

В позапрошлом году цены на сталь на внутреннем рынке были низкими, а предложение было избыточным, поэтому появился новый способ экспорта стального лома.

Медный лом и некоторые цветные металлы — хорошие сокровища. Пока они есть на складе, они не будут беспокоиться о продажах. В последнее время выросли и цены. Цветные металлы были немедленно очищены и заменены наличными.

Спрос на пластик немаленький: количество питьевой воды в бутылках по всей стране астрономически, и она также очень популярна.

Пластиковую бутылку нужно было доставить производителю, и она занимала много места. Чтобы вытащить ее, потребовалось две машины.

Мелкие торговцы на вторичном рынке могут забрать старую бытовую технику и старую бытовую технику.

Остальное бесполезно, и вся машина не продается.

Вместо этого они разобрали и продали всякую всячину.

В настоящее время технологии двух братьев позволяют демонтировать только холодильники, телевизоры и кондиционеры, а отходы, такие как мобильные телефоны, можно отправлять на продажу только профессионалам.

Все товары были опустошены, а фрахт дяди Бая был оплачен в обмен на 32 000, что на 41 000 больше, чем ожидалось. Это из-за недавнего роста цен.

После того, как Чжоу Мяо закончил расчеты, он совсем не обрадовался. Он мягко сказал: «Брат Фэн. Сколько стоит построить эту теплицу?»

«Мне все еще нужно Построй новый дом. Сколько тебе нужно потратить?»

«У нас совсем не хватает денег».

Цзинь Фэн похлопал Чжоу Мяо:» Дело в деньгах. Я найду способ.»

«А теперь пойдем в одно место.»

Место, куда собирается Цзинь Фэн, — это ночная закуска под названием Brothers Food Stall.

Это магазин Лонга Ао.

Ночь тянулась уже давно., Различные знаки на улице слепили глаза людей.

Изначально Цзиньчэн был страной и раем для гурманов. Здесь можно найти свое жизненное пространство для всех видов еды и напитков по всей стране и по всему миру.

В городе с населением 15 миллионов человек, если вы не продаете яды, вы можете оставаться в Цзиньчэне.

В летнюю ночь есть густо забитые прилавки с едой на обочине дороги. Одна семья, все двери и магазины переполнены.

Толпа стремительно растет, а движение постоянно меняется.

Акценты мира встречаются здесь, бутылки с вином звенят, а ингредиенты — это всевозможные ингредиенты. Аромат запаха разлился по всей улице, уносясь вдаль.

Богатый начальник забрал хозяйку, а богатую богатую женщину накормила маленьким свежим мясом, весело пила, и возилась с руками под столом. Щиплет, но у него серьезное лицо.

Гитарист, который продает, держит в сердце чистейшую мечту, стоя перед маленьким столиком, перебирая струны и распевая мелодичную душераздирающую песню

Тетя и маленькая девочка, продающие цветы, держат красные цветочные ведра, идут рядом друг с другом и продают посетителям, которые есть девушки за каждым столом.

Группа девушек в открытых платьях, легко перемещаясь по кабинкам с кучей объявлений о недвижимости в руках.

Продавщица в униформе часто советует клиенту-мужчине выпить, а на верхней части униформы расстегнуты три пуговицы.

Мужчина средних лет с иностранным акцентом молча сидел на тротуаре, крепко держа телефон в руке и воющий.

Старая женщина, одетая в грязное тело, которая долгое время не могла видеть свое истинное лицо, толкает тележку, полную ведер.

Жизнь полна различных состояний.

В суматохе людей я добрался до продуктового ларька братьев.

Здесь особенно жарко.

Сейчас всего девять часов, а дюжина маленьких столиков внутри и снаружи продуктового ларька братьев уже заполнена людьми.

Зеленым дымом возле специальной экологически чистой газовой плиты молодой человек без рубашки схватился левой рукой за огромную ручку вок и потер ею по газовой плите.

Горшок наполовину наполнен раками, цвет стал красным.

В нем смешаны различные приправы, которые вызывают химические реакции, и из него исходит удушающий пряный запах, вызывающий у людей аппетит.

Пригоршня различных специй попала в руки подростка и злобно влетела в горшок.

Когда левая рука с татуировками черного дракона слегка задрожала, котел весом в 20 цзинь задрожал, как ничто в руке молодого человека.

Раки в кастрюле совершают в воздухе различные сложные кувырки в сопровождении различных ингредиентов, а затем снова падают в огромный вок в разных позах.

С добавлением последней ложки глутамата натрия, раки вышли из кастрюли плавно, масло было переливным, острые раки были разлиты по четырем большим тарелкам после фильтрации масла, а затем поданы на четыре стола.

Молодой человек наклонил голову и сплюнул, окурок у него во рту ударился о землю, как пуля, и он просто вымыл котел, вытер пятна от воды, зачерпнул ложку масла и кружил по кругу., жди пока масло включится.

Воспользовавшись этой щелью, молодой человек положил левую руку себе на плечо, без разбора потер двумя пожелтевшими полотенцами лицо, а затем начал насыпать специи в горшок.

Перед горящей спиртовой газовой плитой возникла волна тепла. Все тело мальчика было пропитано потом, а его волосы были немного желтыми, и он плотно прижался ко лбу мальчика, прикрыв равнодушное лицо мальчика.

«Босс, Air Force One, дайте мне еще одну жареную почку».

«Хорошо!»

«Босс, вино Army Air One, пять бутылок замороженного, Five бутылки не заморожены.»

«Босс Лонг, потуши мне горшок с тушеными толстыми кишками на столе Элизиума. Поторопись.»

Серия призывающих звуков с разными акцентами, один за другим, молодые люди откликались один за другим, но не останавливались ни на секунду.

«Вайтуа ждет. Возьми пиво себе. Тушеную толстую кишку тушить не нужно, я вам их жарю.»

Во всем магазине только один молодой человек. Нет ни официанта, ни другого разнорабочего.

Под бледной лампой одинокий молодой человек, молчаливо одинокий Жареный, холодное лицо, холодное сердце, только газовая плита с волнами тепла.

Свежие жареные улитки достают из котелка, и мальчик рысью в магазин с улитками отправляет их на гору Имперской столицы.

Оглядываясь назад, молодой человек остановился.

За столиком на тротуаре хромой мужчина волочил ногу с травмой рядом с собой, чтобы доставить пиво, а другой молодой человек молча держал свою тарелку.

Успокоив сердце Будды, глаза трех молодых людей встретились в воздухе, безмолвные и пустынные.

В моем сердце тихо текло тепло.

Босс дракона просто остановился. На три секунды я снова вернулся к плите, повернул правую руку, включил газовую плиту и начал путь к следующему горшку.

Звук ударов пяти и шести, один за другим, Иньин Женский голос Яняна сладкий и знойный, и он восхитительный. Пьяный мужчина споткнулся и упал на землю.

Девушка в школьной форме подошла издалека, толкая трехколесный велосипед.

На неподвижном сиденье трехколесного велосипеда старик, у которого осталась только одна рука, улыбнулся и протянул три пальца людям на обочине дороги.

Группа пьяных людей, ругаясь, указала на старика средним пальцем.

Старик все еще улыбнулся, повернул голову и потянулся к другому столу.

Пара за этим столом дружно вручила десять долларов. Старик с трудом кивнул им. Единственные три пальца улетели от утки-мандаринки, ах, будьте здоровы.

Девушка перед трехколесным велосипедом молча подошла, опустилась на колени перед парочкой, молча встала и снова молча толкнула трехколесный велосипед вперед.

Лицо девушки было раскрашено несколькими красными родинками, от которых людей тошнило.

Это Ли Исюэ и Гуайцзе.

У двери продуктового ларька брата глаза Ли Исюэ загорелись странной вещью.

Улыбаясь Цзинь Фэну и глядя на него несколько секунд, он не мог не подбежать.

Хвост коня качался и двигался на ветру, как у эльфа.

Слабый аромат розы снова вливается в нос Цзиньфэна, густой и сладкий.

«Брат Фэн. Ты пришел помочь брату Ао».

Ли Исюэ надела маску покраснения и закусила губу. Слезящиеся глаза Жуйфэна были глубоко ласковыми и открылись безоговорочно.

Мягкий и слабый Фэн Гэ тихо течет в глубине сердца Цзинь Фэна.

«Ага.»

«Все будет хорошо, если ты помиришься».

Джин Фэн мягко кивнул и тихонько хммм.

Ли Исюэ опустила нефритовую голову, улыбнулась самой красивой Цзинь Фэну, пожала ей руку и мягко сказала: «Прощай, Фэн».

Повернулась и счастливо убежала, прыгая. Прыгайте, снова отталкивая старика, оставив Цзинь Фэна с тонкой и слабой спиной.

На трехколесном велосипеде мастер Гуайцзы указал на Цзинь Фэна и беззвучно закричал, а его большой палец был направлен на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн немного заблудился, поднял руку, чтобы ответить похитителю, спокойно глядя на Ли Исюэ.

Прикосновение к моему сердцу известно только мне.

Ли Исюэ повел похитителя по улице, чтобы просить милостыню, и каждый, кто подавал милостыню, независимо от того, сколько, Ли Исюэ поклонялся друг другу.

В этой сцене Цзинь Фэн, кажется, вернулся в бывшую столицу.

Действительно, как сказала Ли Исюэ, она больше никогда не становилась принцессой и намеренно красила свое лицо.

Все это только для ее обещания Цзинь Фэну.

Цзинь Фэн крепко стиснул зубы и поджал рот, плоть на его лице слегка подергивалась.

С неба на мир обрушился моросящий дождь, нежно заливая всем раны.

В час ночи пошел сильный дождь, и закусочная медленно остыла.

В продуктовых ларьках братьев все еще есть стол с гостями, которые все еще бродят вокруг, изливая печаль и радость в своих сердцах.

На тротуаре у двери Чжоу Мяо молча волочил культю, чтобы вымыть столы, стулья и скамейки.

Под подвижным навесом Цзинь Фэн сидит на пластиковом стуле, на столе пять бутылок эрготоу и тарелка арахиса.

Лонг Ао сидел напротив Джин Фэна, молча потягивая замороженное пиво, с пустой коробкой из-под пивных бутылок под ногами.

Перед Лонг Ао было несколько разрешений и процедур разного размера.

Ярко-красный штамп на лицензии мигает другим красным светом под светом.

«Блин!»

Пустая пивная бутылка вылетела изо рта Лонг Ао и сильно ударилась о стол. Арахис подпрыгнул и упал на землю.

Холодные глаза безжалостно смотрели на Цзинь Фэна, татуированная рука вытянулась и вернулась снова с дополнительной бутылкой пива.

«Чего ты хочешь?»

Столкнувшись с допросом Лонга Ао, Цзинь Фэн не ответил, но холодно посмотрел на него, держа во рту пару бутылочек Erguotou.

Пряное вино почесало ему горло и обожгло легкие, но его глаза были такими же холодными, как всегда.

«Брат Дэн. Следуй за мной.»

Наконец, два брата завязали разговор после того, как выпили восемнадцать бутылок пива и пять бутылок Erguotou.

«Что за сон. Босс с тобой? Кто ты, по-твоему, такой?»

Цзинь Фэн не показал никакой слабости и холодно воскликнул:» У меня сейчас есть процедуры, самые полные процедуры «. Принять можно все.»

«И что?»

Лонг Ао вообще не смотрел Цзинь Фэну в глаза и холодно ответил:» И что? Приходи ко мне притвориться, если у тебя есть формальности! ?»

«Вы здесь сегодня, чтобы притвориться силой, ударить меня, доказать, что вы лучше меня!»

«Верно. какие!»

Цзинь Фэн сильно разбил бутылку Erguotou о стол и закричал глубоким голосом:» Вы хотите просверлить промежность Лао-цзы?»

Лицо Лонга Ао было темным, он держал бутылку пива, яростно смотрел на Цзинь Фэна, в его глазах вспыхнул неистовый свет.

В это время последний стол с гостями трясся. Встать и вызвать кассу.

Лонг Ао фыркнул, посмотрел на Цзинь Фэна и медленно встал.

«Всего сто тридцать шесть. Дайте сто три.»

Получив деньги, Лун Ао не вернулся на другую сторону Цзинь Фэна. Он собрал посуду, столы и стулья, не сказав ни слова, и закрыл дверь.

Цзинь Фэн молчал, но сидел тихо.

Чжоу Мяо был еще спокойнее, молча мыл посуду, не говоря ни слова.

Трое братьев были так заняты своими делами, что один холоднее другого и холоднее другого.

В конце магазина Чжоу Мяо вышел, чтобы собрать тент.

Лун Ао прибрал пивные бутылки, делая грубый ход, отбрасывая скамейку перед Джин Фэном, холодно крича: «Близко. Убирайся».

Джин Фэн холодно фыркнул. Наклонил голову и посмотрел на Лонг Ао.

«Брат Дэн чист.»

«Скажи своей матери».

Лонг Ао бесцеремонно отругал: «Уходи».

Джин Фэн — это еще более беспощадно и холодно сказал: «Кто сказал, я просверлю себе промежность после завершения процедуры».

«Дрель!»

«Сверление -»

Внезапно Цзинь Фэн встал, хлопнул правой рукой, и пять пустых бутылок на столе вылетели и рухнули на землю.

Завершенные процедуры также были смыты с землей и залиты водой.

Все эти процедуры запечатаны в пластик, поэтому вы не боитесь промокнуть.

Резкие слова Цзинь Фэна разозлили Лун Ао, и мышцы его крепкого тела нарастали.

«Ты, блядь, попробуй еще один.»

Лонг Ао указал на нос Цзинь Фэна, его пальцы покачивались перед глазами Цзинь Фэна, как будто его кулак собирался в следующую секунду разбить нос Цзинь Фэна.

Джин Фэн крикнул: «Что ты посмел сделать, когда я его разбил?»

Дыхание, выдыхаемое из его рта, наполнено сильным запахом вина, и сцена перед ним немного нечеткая.

Шестидесятиградусный Эргуоту, полный пяти бутылок по три и по двое, Цзинь Фэн несколько ошеломлен.

Два брата смотрели сухо.

Чжоу Мяо остался прежним, молча подметая стеклянный шлак.

Слова все еще были у него во рту.

«Брат Дэн скоро выйдет, давайте подождем, пока брат Дэн сам выберет.»

«Брат Ао, я отправил плату за обучение пяти и шести ученикам. Помните, что нельзя давать им деньги.»

«Сайт лома нужно перестроить. Я этого не знаю. Все будет хорошо после того, как он будет установлен.»

«В эти дни брат Тяньфэн сказал, что мы пока не принимаем лохмотья. Я буду осматривать строительную площадку днем ​​и приду помочь вам ночью.»

«Брат Фэн. Не лечите мою ногу. Деньги, проданные за этот горшок, сначала передаются искусственным деньгам. Все они чернорабочие, и мы не можем снизить зарплату рабочим.»

«Тогда мы тоже работали рабочими.»

«Брат Ао, ты все еще помнишь, как босс привел меня в KTV, чтобы охранять Кайпипи снаружи?»

Грохот Чжоу Мяо успокоил двух братьев, которые злились друг на друга.

Лун Ао наклонился и взял процедуры и разрешения, вытер их кучей туалетной бумаги, Цзинь Фэн вышел вперед.

Когда Хуа поднял руку на голову дракона, слова Миа были глубоко встречены Цзинь Фэном.

«Уходи!»

«Я пью с Саньшуй.»

Цзинь Фэн отложил процедуры, достал деньги из сумки, бросил их на стол и усмехнулся.

«Оплата счета.»

«Это вино, я приглашаю вас.»

«Мне не нужно, чтобы ты меня спрашивал «.»

«Найдите деньги для Лао-цзы.»

Два брата не согласились, и они снова начали путаться.

«Я не хочу, чтобы ты дал мне это вино. Не приходи, черт возьми, снова в будущем. Лао-цзы досадно тебя видеть.»

«У меня есть деньги, и у меня есть деньги. Это вино я могу позволить себе выпить.»

Наконец, Чжоу Мяо подошел, посмотрел на стол и осторожно назвал номер:» Брат Ао, брат Фэн выпил пять бутылок Erguotou и съел тарелку арахиса «.»

«Брат Фэн, арахис — это не деньги. Дайте шестьдесят вин.»

Цзинь Фэн потерял деньги и бросил их на стол, пошатнулся на два шага, остановился, согнувшись, и закричал.

«Длинный Эргоу, я сегодня, я » Я здесь не для того, чтобы показывать вам что-либо.»

«Никогда не думал о том, чтобы показать вам наших братьев, вышедших с горы Имперской столицы, чтобы бороться за жизнь».

Цзинь Фэн дрожал кулаком. Кулак ударил себя в грудь и неопределенно крикнул.

«Я не хотел ничего говорить, я держал это в своем сердце несколько лет».

Медленно повернувшись, Согнутыми пальцами, указывающими на Лун Ао.

Цзинь Фэн тяжело открыл глаза, с чувством душераздирающей боли на лице.

крикнул: «Вначале, кому было жаль тебя в первое место? Знайте лучше меня»

«Босс, босс, босс винили меня, вы возлагаете всю ответственность на меня, вы обвиняете меня»

«Вы обвиняете меня за убийство босса, но ты чертовски прав?»

«Ты, блядь, еще не хочешь Лао-цзы и Саньшуй»

«Да, ты — еще не трахал Лао-цзы и Саньшуй»

После этого, Цзинь Фэн закрыл глаза от боли, тяжело дыша.

Пробормотал себе в рот: «Этот узел, я не могу его развязать!»

Сказав это, Цзинь Фэн упал на землю и резко ударился о землю.

Сильный дождь залил все тело Цзинь Фэна.

Лонг Ао спокойно посмотрел на Цзинь Фэна, который умер от пьянства на земле, как скульптура.

Чжоу Мяо повернулся и сказал тихим голосом: «Брат Ао, я не буду сопровождать тебя пить сегодня вечером. Я отправлю брата Фэна домой ^

Прошло пять лет, и он никогда не пил так много. Вино».

Лонг Ао какое-то время был скучным, внезапно вынул много денег и набил их Чжоу Мяо, холодно сказал:» Позвони в черную машину, чтобы тебя прислали.»

«Посмотри на него внимательно. Этот идиот напивается, когда видит алкоголь».

«Пойди и купи ему немного глюкозы».

«Подожди, я Пойдем!»

Этой ночью Цзинь Фэн был так пьян, что был полностью пьян.

Я пролежал на кровати все утро, едва встал в час дня, неся золотые часы с печатью, таз с нарциссами и табурет для барабана Хуанхуали, медленно двигаясь на педалях к соломенному коттеджу.

Деньги. Это все еще проблема, которую Цзиньфэн нужно срочно решить.

В прошлые неспокойные времена горы и реки были сломаны, страна не была страной, дома не было дома, а души были сожжены.

Как единственный потомок секты, он взял на себя важную задачу по спасению жизней людей Ли, но в конце концов он изо всех сил старался ее достичь.

Теперь, когда страна процветает, люди сильны, а мир процветает, моя миссия давно выполнена, и за оставшиеся годы я нашел свой собственный путь.

В Лужуане было почти четыре часа.

Цинь Юньхуа все еще нет. Я слышал, как Сяо Ляо сказал, что его снова арестовали, и поехал в провинцию на встречу.

Перед дверью только несколько стариков, которых я встретил в прошлый раз, хвастались.

Кто-то узнал Цзинь Фэна, который продавал пять благословений, и попросил Цзинь Фэна прийти и выпить чаю.

Ученик Сяо Ляо до сих пор помнит, что этот молодой человек, который продал пять благословений и пять денег императора, пропитал Цзинь Фэна Хуа Маофэном.

Горячий чай из двух заварок находится под водой, живот горячий и конвульсивный, и есть освежающее тепло.

Глядя на торты на столе, слушая, как старики медленно болтают о прошлом и странных вещах старого Цзиньчэна, неспешное время медленно ускользало.

Был старик, который неожиданно и загадочно рассказал об одной из самых взрывоопасных новостей, которая всех взволновала.

Несколько дней назад в ломбарде Фуюань произошло крупное событие, которое произвело фурор во всем антикварном магазине.

Что касается важного события, старик не решался сказать это, вызывая коллективное сильное презрение других стариков.

Посидев какое-то время, когда кто-то пришел что-то продать, Сяо Ляо поспешил получить это.

Бизнес Цинь Юньхуа в Лужуане следует считать очень хорошим.

Как говорится, бизнес антикварного магазина открывается не три года, а три года после открытия.

Во-первых, это огромная прибыль от этого бизнеса, а во-вторых, это рентабельность.

Три, так сказать сложность этого бизнеса.

Есть больше каналов для доставки и еще больше каналов для покупок.

Сейчас рынок антиквариата успокоился, даже не изменился. Многие дилеры Erdao не могут позволить себе высокую арендную плату. Они уже перевезли антиквариат домой и открыли интернет-магазин.

Только те, кто действительно способен, могут позволить себе открыть физический магазин.

Личность Цинь Юньхуа определяет его успех. Из-за своей славы он также является издателем книг. Естественно, ему доверяют и покупатели, и продавцы.

За два часа, прошедшие с тех пор, как сюда пришел Цзинь Фэн, Сяо Ляо принял три группы гостей.

Двое из них должны были забрать сегодня.

Пришла волна и забрала цзиюньюань из периода Воюющих царств.

Это хорошая вещь, она очень маленькая в мире, и она входит в число 50 лучших сокровищ древних источников.

Цзийинь изначально был территорией государства Вэй, но позже был оккупирован государством Цинь.

Цзийиньюань — чрезвычайно редкая медная монета с круглым отверстием, обе стороны плоские. На лицевой стороне находится Jiyin инопланетных персонажей, а на оборотной стороне нет слов или символов.

Так называемые инопланетные персонажи — это разные типы персонажей, которые использовались разными странами в период Воюющих царств до того, как первый император Инчжэн не объединил мир.

Хотя этот круг Цзийинь драгоценен, его внешний вид довольно плохой, с толстой патиной с обеих сторон и пятнами.

Это было отправлено другой стороной, чтобы попросить Тань Юньхуа помочь с уборкой.

Цзинь Фэн тоже смотрел, взялся за руки и покачал головой.

Спустя две тысячи лет внешний вид этого раунда Цзийинь полностью разрушился, и инь инопланетных персонажей на нем больше не виден.

Хотя это редкий самоцвет, его внешний вид нельзя назвать удовлетворительным.

Вторая волна пришла за товарами, и это оказался набор обычных денег пяти императоров, которые Цзинь Фэн продал Тань Юньхуа.

Санбо продает вещи.

Продавцом была пожилая пара, и она забрала несколько больших голов юаней.

Полное имя Юань Дато называется Юань Шикай, как золотая серебряная монета на обратной стороне.

В то время маньчжуры и Цин Сюаньтун объявили миру о своем формальном отречении от престола. С тех пор 2000-летняя система семейного мира полностью прекратила свое существование.

В то время, хотя большинство провинций объявили о своем отделении от двора Цин, на севере суд Цин все еще обладал очень сильной властью.

В то время Юань Шикай пришел к власти и создал современную армию, обучившись на небольших станциях.

В истории Китая такое отречение также равносильно уступке изменить направление, и это давно привыкло, чтобы этого не удивляли.

Вскоре после отречения Сюаньтун Юань Шикай стал президентом Китайской Республики, а затем с энтузиазмом стал императором, а затем

снова отрекся от престола!

Отрекшись менее чем на сто дней, я повесил трубку.

Достоинства и недостатки Юань Шикая, естественно, оцениваются историей, но серебряный доллар с его аватаркой в ​​качестве валюты также сыграл большую роль в стабилизации экономики Китая.

Спецификации производства серебряных долларов в то время не имели себе равных с точки зрения содержания серебра и технологий, и вскоре завоевали доверие китайцев, став самой распространенной и признанной валютой того времени.

До тех пор, пока много лет спустя, местные жители в старых, приграничных и молодых районах юго-запада узнавали только Юань Дато.

Юань Датоу производил много в то время, и много передается по наследству. Производство есть во всех провинциях, и версия чрезвычайно сложна.

Трехлетнее издание, девятилетнее издание и четырнадцатилетнее издание. Эти издания разделены на более чем 20 изданий.

Но на самом деле мало что представляет собой ценность.

Потому что при современной технологии изготовления штампов, в которой настоящее серебро используется для подделки серебряных долларов, большая голова Юаня более реальна, чем настоящая.

Большая голова Юаня, которую взяла старая пара, — старая вещь, и в те годы ее не разрушали.

Первоначальная версия Юань Дато на третьем году существования Китайской Республики, к сожалению, представляет собой обычный треугольный круг с зубьями. Такая обычная версия довольно большая в мире.

Сейчас он стоит больше 500 юаней.

Пожилая пара спросила о цене и почувствовала, что нет необходимости продавать их, поэтому они забрали их домой и оставили для своего внука.

Теперь Сяо Ляо получил четыре звонка.

«Мне очень жаль. Я неуклюже смотрю на этого Сивана, приносящего деньги. Я не знаю. Или сядь и подожди, пока мой господин вернется, и пусть он присмотрит».

«Пока это правда. Мы готовы покупать по высокой цене».

Цзинь Фэн медленно открыл глаза, отдыхая.

Старик, который продает вещи, выглядит так, как будто ему за семьдесят, а тот, кто средних лет, на тридцать за тридцать, одет в очень обычные шорты с короткими рукавами и новую пару черных нижних белья. его ноги сандалии.

На старике длинные брюки, верхняя часть его тела — футболка с длинными рукавами, а снаружи черная куртка.

Прислушиваясь к акценту, они оба из Города Большого Будды. Они говорят очень быстро, с землистым акцентом, который трудно понять обычным людям.

Взгляд Цзинь Фэна с первого взгляда упал на ноги старика.

На старике была пара старых кожаных туфель, туфли были немного грязными, а на пятке была грязь.

Оба продавца были очень недовольны словами Сяо Ляо, и они жаловались на Сяо Ляо.

«Разве тебя не зовут Лу Чжуан? Почему ты даже не принимаешь такую ​​хорошую монету?»

«Это денежное вознаграждение Сиван. Ты не знаешь товаров».

«Где твой босс? Скажи ему, чтобы он вернулся и распространял это как можно скорее».

Сяо Ляо был в Лужуане несколько лет, и он также получил определенную степень видения и навыков. Обычные монеты династии Цин и Китайской Республики не являются проблемой. Древние монеты до династии Цин могут быть немного загадочными.

Это не поможет.

Играя в антиквариат, первое — это собственная смекалка, а другое — количество раз, когда используется подлинный продукт. Все это определяет достижения человека.

Сяо Ляо не плохой. Следуя примеру древнего эксперта по монетам, такого как Тан Юньхуа, один щелчок мышки может противостоять десяти годам размышлений обычных игроков.

Но есть несколько редких монет, Сяо Ляо видел их только на компьютере в книге, и когда он встречает реальные предметы, его можно только оглушить.

Двое мужчин пожаловались Сяо Ляо, что привлекло внимание группы стариков в магазине, и они попросили их взять монеты, чтобы начать.

Услышав, что это король Запада наградил заслуги, старики сразу же проявили очень бдительный вид.

Король Запада награждает кучей денег!

Это самый редкий предмет среди монет.

Одно из пятидесяти сокровищ древних китайских монет, известное как великое сокровище весеннего мира.

В то время Чжан Сяньчжун основал Королевство Даси в Цзиньчэне, названное Императором Даси, и бросил наградные монеты Сиван в качестве награды солдатам, проявившим заслуги на войне.

Эта монета больше похожа на подвиги, которые появятся позже.

Монеты делятся на три типа: золотые, серебряные и медные. У них есть круглые квадратные отверстия, гладкая спина и обычные надписи для наград Западного короля на лицевой стороне.

Три типа монет: золотые, серебряные и бронзовые, награждаются боевыми заслугами.

Из-за чрезвычайно короткого существования Королевства Дакси прошло всего три-четыре года с того момента, когда Чжан Сяньчжун провозгласил императором и официально изменил имя Даси до своей смерти в битве.

После смерти Чжан Сяньчжуна его крестник, Сунь Кеван, возглавил оставшиеся в живых в Юнгуи, основал династию Син, а затем объединил свои силы с династией Нанмин для борьбы с династией Цин.

До этого Королевство Дакси долгое время существовало только на словах.

Следовательно, вознаграждение Xiwang, отчеканенное в этот период, действительно очень мало.

Изначально в мир передавалось немногое. После правления династии Цин, все, кого испортили Чжан Сяньчжун и Ли Цзычэн, определенно станут очевидными.

В этой среде действительно мало шансов, что эта монета может быть передана.

Следовательно, он будет включен в список 50 сокровищ древних денег.

Есть только несколько известных наград для западных королей, и только две из них — золотые.

Один из них был обнаружен простолюдином во времена династии Цин. Человек, не знавший сокровища, переплавил золотые монеты в золотые узлы и повсюду хвастался своим богатством. Это хорошо задокументировано.

Еще одна золотая монета находится в Музее Волшебного города.

Как только я услышал, что это король Запада наградил заслуги, все старики ответили самыми ненадежными глазами.

За последние несколько лет настоящие товары исчезли, поддельные товары стали широко распространяться, а мошеннические методы появлялись один за другим, но техническое содержание становится все выше и выше. Кто осмелится поверить, что есть еще существование Xiwang, вознаграждающего деньги.

На журнальном столике две серебряные монеты с круглыми квадратными отверстиями.

Несколько стариков взяли штангенциркуль и измерили две серебряные монеты.

Диаметр — пятьдесят миллиметров, диаметр внутреннего отверстия — восемь миллиметров, толщина стенки — два миллиметра, а вес — чуть более 36 граммов.

Диаметр пятьдесят миллиметров, это большие деньги.

Вы должны знать, что средний размер медной монеты составляет около 30 миллиметров. Диаметр круга Цзийинь Воюющих Царств на данный момент составляет 38, но это все еще мало по сравнению с монетами заслуг двух западных королей.

Это то, что делает денежное вознаграждение Xiwang уникальным.

Стили этих двух серебряных монет на столе не отличаются от стилей медных монет династии Цин, но шрифт довольно острый, с острыми краями и углами и необычайной динамикой.

Обратная сторона серебряной монеты простая, и на одной из них есть грязные царапины.

Две серебряные награды Сиван Согласно соответствующей информации, только в Музее Гоцзихао и Музее Моду в стране есть серебряные деньги Сиван.

Несколько стариков бездельничают, какое-то время подбрасывают две серебряные монеты, а затем на какое-то время последние две серебряные монеты кладут на бок двух людей.

«Подделка. Убери это».

Старики просто играют и смешивают время.

Это заставляет двух продавцов, которые ждали почти час, позеленеть от гнева.

Мужчина средних лет тут же ударил по столу, и ряд неприятных слов выскользнул из его рта. Старик кашлянул, потянув за собой мужчину средних лет, развернулся и покинул деревню.

Как только двое людей ушли, пришли несколько стариков и прокомментировали две серебряные монеты и двух продавцов.

Изначально наградные деньги Xiwang принадлежали лучшим весенним сокровищам, особенно серебряным. Их всего два в Большом музее. Два только что

абсолютно поддельные.

Два продавца определенно здесь, чтобы сделать набор.

Старик все еще тянул Цзинь Фэна и настаивал, чтобы Цзинь Фэн также выразил свое мнение.

Цзинь Фэн слабо сказал: «Метод обмана слишком плох, и я использовал шарик из стальной проволоки, чтобы почистить себе спину, плохие отзывы».

Несколько стариков засмеялись и похвалили Цзинь Фэна за Имея руку. Стальной шариковой щеткой можно увидеть даже царапины на спине.

Цзинь Фэн тоже засмеялся.

Около четырех часов дня несколько стариков ушли домой, оставив Цзинь Фэна одного ждать Тань Юньхуа.

Тин Юньхуа не попадал в глаза Цзинь Фэну до половины шестого.

Хотя Тань Юньхуагуи был бывшим куратором City Expo, он был непринужденным и доступным. Он кричал, когда увидел Цзинь Фэна.

«Маленький Цзиньфэн!»

«Это ты».

Цзинь Фэн встал и кивнул: «Есть несколько вещей, которые мне нужно побеспокоить куратора Тана. мне ладонь. Если это правильно, пожалуйста, попросите директора Тана помочь найти покупателя.»

«Стоимость, согласно правилам».

Цинь Юньхуа на мгновение опешил, затем кивнул и сказал, что хорошо.

Он был чрезвычайно впечатлен Цзинь Фэном не из-за денег пяти императоров, а из-за рукописного письма Цзинь Фэна.

Предшественники суммировали характеристики скорописи.

Без слов есть сущность поэзии, без движения есть бог танца, бесцветный, но с цветом живописи, и безмолвный по закону музыки.

Курсивный шрифт Цзинь Фэна великолепен, но оба персонажа — взлеты и падения, элегантные и необузданные, что бесконечно запоминается.

Цинь Юньхуа тоже был с исторического факультета Лао Яньского университета, и он очень ценит традиционную культуру. Скорописная подпись Цзинь Фэна копируется в течение нескольких дней.

Чем больше вы копируете, тем глубже вы понимаете, и чем больше вы копируете, тем невероятнее вы себя чувствуете.

Увидев снова Цзинь Фэна, Цинь Юньхуа был вне себя от радости и очень хотел снова поработать с Цзинь Фэном, а затем взглянуть на манеру письма Цзинь Фэна.

Затем Цзинь Фэн достал серебряную монету, которую вынул из пакета, и положил ее на стол.

«Армия Чжанчжоу платит!»

Цинь Юньхуа не мог не вскрикнуть.

«Серебряная монета Нанмин»

Наскоро обожженный Тань Юньхуа надел перчатки, держал серебряную монету в руке, посмотрел на нее несколько раз, взял штангенциркуль, записал размер серебряной монеты и взвесил ее.

Затем я попросил Сяо Ляо принести планшет, щелкнуть карту данных, чтобы сравнить, надел мощные очки и внимательно осмотрелся.

Прошло десять минут.

В это время фигуры двух человек у двери мелькнули в глазах Цзинь Фэна.

Не торопясь, Цзинь Фэн достал из сумки таз с нарциссами и поставил его на стол.

Нажмите на рабочий стол и скажите несколько слов об этих двух вещах. Куратор Тан медленно посмотрел на это, и я пошел что-то делать.

На данный момент туристы в античном городе Каотан в основном ищут места, где можно отдохнуть и поесть, и многие магазины также готовятся к закрытию.

Вчера я ничего не ел от похмелья. Джин Фэн приказал упаковать тарелку лапши Дандан. Повернув голову, Джин Фэн остановился.

Два человека, которых я только что встретила в Лужуане, сидели на тротуаре на корточках.

«Дядя Шесть, вы сказали, что все они сказали, что это фальшивый шепот?»

«Это не может быть фальшивкой. Мы лично следим за этим»

Старик холодный Плакал и заткнись.

Мужчина средних лет выглядел несчастным, но был беспомощен и горько разгромил дешевое мировое шоу.

«Дядя Шесть, что ты имеешь в виду?»

«Деньги почти потрачены, и если я не смогу их продать, я даже не смогу курить сигареты. завтра.»

«Сегодня мне все еще нужно спать в парке.»

«Или я вернусь завтра. Я приберегу вещи на потом.»

«Вернись и продай свиней в доме. Если ты одолжишь еще немного, этого должно хватить на обучение Яомэй. Попытайся найти другой способ покрытия расходов на жизнь.»

Мужчина средних лет много говорил, но старик не сказал ни слова, покуривая один кусок за другим, а затем он в отчаянии сделал глоток мундштука, прежде чем выбросить окурок.

Медленно встал, старик, казалось, принял решение, и сказал глубоким голосом: «Большой ребенок идет домой. Поймай последний поезд.»

Старик обернулся, Цзинь Фэн приветствовал его, и он натыкался друг на друга.

Лапша Дандан была разлита по всему полу, и на нее попало ярко-красное масло. Одежда Цзинь Фэна. Большая часть толстых кишок упала на штаны старика.

Старик запаниковал и поспешно извинился перед Цзинь Фэном.

Цзинь Фэн легкомысленно сказал, что все в порядке, наклонился и взял денежное вознаграждение Xiwang и вернул его старику.

«Ха! ?»

«Король Запада награждает деньгами! ?»

Когда его передали в руку старика, рука Цзинь Фэна была взята назад.

Глядя вперед и назад, Цзинь Фэн воскликнул со спокойным лицом:» Как ты убрать этот материал? » Вы почистили его шариком из стальной проволоки?»

Как только эти слова прозвучали, шестой дядя и старший ребенок были ошеломлены, а затем посмотрели друг на друга, обнаруживая легкую странность.

«Ай, брат, нет, босс, как ты узнал, что мы чистим стальными шариками?»

«Ты босс, который собирает монеты?»

Джин Фэн Он ничего не сказал, но достал сигарету двум людям и посмотрел на серебряную монету в руке, не поднимая глаз.

«Хотите продать?»

«Продать, продать, продать. Это тот, кто продает это?»

«Кстати, есть еще один. Этот Чистый, мы не использовали стальной шарик для чистки».

Цзинь Фэн спокойно взял еще одну серебряную монету, снова взглянул на нее и указал на ресторан, где подают лапшу.

«Я голоден. Я пойду снова назову миску с лапшой. Ты ела?»

Дядя Лю и Дава отказались друг другу, но сглотнули слюну во рту.

Три миски лапши были заказаны у прилавка тележек с едой, и все трое сели на корточки под ивой, и хула хула с удовольствием ела.

Все трое одеты как трудовые мигранты, и они совершенно ненавязчивы.

Поговорив некоторое время, Джин Фэн внезапно сказал немного легкомысленно.

«Насколько велика вода в вашем доме в наши дни?»

«Она такая большая, водохранилище разливает воду каждый день. Мой шестой дядя стареет и почти не может встать.»

Старший ребенок ответил бессердечно, но руки дяди Шестого стали жесткими, как железо.

Джин Фэн скривил уголки рта, проглотил лапшу, закурил сигарету и ничего не сказал.

Старший ребенок все еще с удовольствием ел, но шестой дядя рядом с ним поставил бумажную миску.

«Вы ели? Если вы не наелись, пойдите и купите две миски».

Глаза большого ребенка загорелись, эм, кивнул и взял деньги Цзинь Фэна, чтобы купить лапшу.

Цзинь Фэн наклонил голову и посмотрел на своего окоченевшего дядю Лю: две серебряные монеты, проткнувшие его пальцы, заставили людей ослепить.

Две сигареты были зажжены во рту, и одна сигарета была передана дяде Шестому.

«Уровень воды хороший. Я практиковал это, когда был ребенком».

Шестой дядя молчал и не разговаривал, не говоря уже о том, чтобы поймать сигарету.

Цзинь Фэн слабо сказал: «Ваша горловая трубка отличается от других. Кто-то научил вас практиковать особую задержку дыхания».

«У вас и вашего старшего ребенка также есть проблемы со слухом. Я просто проткнул его.»

«Таким образом, мы можем нырнуть глубже.»

«Жаба горло, ухо водяного призрака.»

«Охотник за трупами внизу девять ручьев. «»

«Я сказал, верно?»

Дядя Лю внезапно поднял голову, потряс рукой, бумажная миска упала, и суп разлился на кожаных туфлях дяди Лю.

«И твои кожаные туфли. В грязи и песке. Такой ил встречается только на дне реки.»

Как только тело дяди Шестого стало мягким, он собирался опуститься на колени. Цзинь Фэн схватил дядю Шестой за воротник и вернул его в исходное положение.

«Вы правы. старый, преклони меня, я потеряю свою жизнь.»

Дядя Лю поднял голову и посмотрел на Цзинь Фэна с оттенком удивления в глазах.

Цзинь Фэн протянул сигарету ко рту дяди Лю, и дядя Лю дрожащим образом зажал ее. его рот. Они все подергивались.

Цзинь Фэн присел на корточки рядом с дядей Шестым и мягко спросил: «Кто еще дома?»

Шестой дядя опустил голову и мягко ответил:» Просто внучка, первокурсник. Пойдемте с нами, дождитесь денег, чтобы зарегистрироваться.»

«Какая школа?»

«Университет Шу. Стоматология.»

Цзинь Фэн опустил голову и сказал:» Стоматология хорошая «. Будущее светлое, с годовой зарплатой не менее 200 000 юаней.»

Шестой дядя прошептал: «В этом году она чемпионка нашего места среди женщин. Стоматология хорошая, и плата за обучение тоже высокая».

«Падальщик трупов вымрет в поколении старший ребенок.»

«Я не могу зарабатывать деньги в старости, а если не получу, я налью воды»

«Поскольку вы знаете, ты можешь делать все, что хочешь. Но не позволяй моей внучке знать.»

«Она увидит людей в будущем.»

Сказав это, дядя Лю глубоко затянулся. внезапно кашлял, приседал на корточках, сильно кашлял, от чего у меня учащенно билось сердце.

Цзинь Фэн взял длинную половину сигареты, отшвырнул окурок и встал.

«Где вещи?»

Дядя Шесть весь дрожал, и медленно встал, Цзинь Фэн достал две монеты и холодно сказал.

«Выйди налево, Сяо Ма приготовит горячий горшок и жди меня там».

Встреча с дядей Лю и старшим ребенком заняла много времени, и когда я вернулся в Луаньчжуан, магазин Внутри все светится.

Помимо Тань Юньхуа и Сяо Ляо, в магазине есть еще один человек.

Цзинь Фэну потребовалось больше получаса, чтобы уйти, заставив Тань Юньхуа очень встревожиться. Когда она увидела Цзинь Фэна, она взяла его за руку и нетерпеливо воскликнула.

«О, куда ты пропал, Джин Фэн? Я почти встревожен.»

«Откуда взялась эта миска с нарциссами? И откуда у вас эта военная зарплата в Чжанчжоу?»

Цзинь Фэн уже убрал руку и объяснил несколько слов.

Цинь Юньхуа пожаловался и сказал, что хочет поесть, и назвал еду на вынос. Если они попросили их прислать стол, все будет кончено.

Кажется, я кое-что вспомнил, а затем представил Цзинь Фэна другому человеку в доме.

Противоположный человек — одноклассник Цинь Юньхуа Дун Чжицинь.

Фигура крупная, хотя ему шесть лет. Ему больше десяти лет, но он в хорошем состоянии. В очках из смолы без оправы он выглядит молодо и элегантно.

У Дун Чжициня есть хороший фон.

Тан Юньхуа ушел на пенсию, чтобы насладиться благословением, а Дун Чжицинь по-прежнему остается на передовой. В настоящее время он является куратором провинциального музея Центрального Китая, одной из главных культурных реликвий провинции. также отвечает за бюро культурных реликвий. В этой отрасли много энергии.

Дун Чжицинь улыбается вместе с Цзинь Фэном, также наблюдал за Цзинь Фэном, когда тот пожимал руку.

Одежда Цзинь Фэна. были обычными, и на его теле все еще оставалось много масляных пятен, но его темперамент и аура в его глазах были удивительны.

Общие фолк-тибетские друзья и игроки имеют общую черту, то есть они особенно уважительны, когда встречаются с известными экспертами, или они особенно взволнованы.

Но Цзинь Фэн совсем не такой.

Видя себя, у Цзинь Фэна не было никаких эмоциональных колебаний, и он даже испытывал к себе легкое пренебрежение.

Это удивило Дун Чжициня.

После некоторого представления Цзинь Фэн узнал, что Дун Чжицинь приезжает в Тань Юньхуа, и их обоих пригласили на банкет.

Цинь Юньхуа только что закончил оценивать серебряный доллар, выплачиваемый армии Чжанчжоу, и прибыл Дун Чжицинь.

Они оба учатся на третьем курсе исторического факультета Янского университета, а также являются авторитетом в области антиквариата и антиквариата.

Сила Цинь Юньхуа разная, он специализируется на старинных монетах, а Дун Чжицинь специализируется на фарфоре и бронзе.

Когда Дун Чжицинь вошел, он увидел, что Тань Юньхуа внимательно что-то искал, и, собираясь поздороваться, взглянул на таз нарциссов на столе.

Под светом стеклянный блеск в бассейне с нарциссами сразу же ошеломил Дун Чжициня.

Слишком поздно, чтобы положить сумку, Дун Чжицинь поднял таз с нарциссами и внимательно осмотрелся. Тогда он дважды вздохнул.

Если снова прикоснуться к поверхности тазика для нарциссов обеими руками, обнаруживаются неровности, и вы знаете, что это дверь.

Я надел очки и посмотрел на глазурь. Лазурная глазурь показала шелковистые голубые линии, и мое сердце внезапно сжалось.

Перевернитесь и посмотрите на основание и шесть штырей чаши из нарцисса и немедленно позовите выход.

«Шесть гвоздей!»

Внимательно посмотрите на легкий красный кремний, открывающий тушу, и коснитесь круглых лапок, как хребет гольца, и глаза станут яркими.

Как только Тань Юньхуа снял в этот момент мощное увеличительное стекло, Дун Чжицинь схватил его и внимательно рассмотрел глазированные кусочки и пузыри в чаше с нарциссом.

Наблюдая за изменением, он громко сказал: «Лао Тан, подойди и посмотри, это немного интересно. Это более регулярно, чем открытие Song Ru Kiln, очень естественно и сложнее».

«Красный кремень, спина гольца, прекрасная официальная печь Цяньлун с открытыми дверями!»

«Таз из однотонных глазурованных нарциссов, я снова его увидел».

Цинь Юньхуа сразу же послушал, это глупо.

И Дун Чжицинь был ошеломлен, когда услышал слова Тань Юньхуа.

Подросток, которому всего 20 лет, может позволить себе два подлинных продукта разных эпох! ?

Военная монета Чжанчжоу — это монета, выпущенная династией Наньмин.

Император Чунчжэнь завоевал Угольную гору, и династия Мин подошла к концу.

После того, как династия Маньчжур вошла в перевал, четыре принца семьи Чжу провозгласили себя императорами на юге и сражались против династии Цин. Они терпели поражение один за другим, пока император Юнли и его сын не были задушены до смерти. У Санги с тетивами, и Нанмин объявил конец.

Отсюда династия Нанмин.

Военный жалованье Чжанчжоу — особая монета династии Наньмин, имеющая большое историческое значение.

В истории китайской чеканки, помимо известных раскопанных весенних и осенних серебряных монет в форме лопаты, это круглая серебряная монета военного жалованья Чжанчжоу.

Что касается происхождения военного вознаграждения в Чжанчжоу, я еще не сказал это четко. Некоторые говорят, что он был выпущен Чжэн Чэнгуном, когда он боролся с династией Маньчжоу, в то время как другие настаивали, что он был выпущен семьей Чжу.

Но это не влияет на то, что военным в Чжанчжоу не хватает зарплаты в мире.

Когда однажды Цзинь Фэн встретил его, он сказал Чжоу Мяо, что эта штука не должна появляться в Цзиньчэне.

Цинь Юньхуа тоже так думает.

Появление жалованья армии Чжанчжоу было подарено людьми музею Лудао. Оно было доступно на рынке в последние годы, но его подлинность трудно определить.

Однако этот Цзинь Фэн — настоящий образец подлинности.

Обычным игрокам и тибетским друзьям очень сложно определить подлинность артефактов, но для таких экспертов, как Тан Юньхуа, это довольно легко.

Потому что Тан Юньхуа и другие на протяжении десятилетий контактировали с множеством подлинных продуктов.

Я ощущаю подлинный продукт каждый день, и по прошествии длительного периода времени мои усилия будут доведены до конца.

Военная оплата в Чжанчжоу — ничто, но Цяньлун, имитирующий бассейн нарцисса Ру печи, действительно шокировал двух экспертов уровня куратора.

По словам Дун Чжициня, я когда-то видел этот вид однотонной глазури для нарциссов.

С точки зрения качества плода, глазури, кольцевой ножки, отверстия, яркости и патины, чаша из нарцисса Jinfeng является подлинной.

Надпись оказалась во времена правления императора Цяньлуна в династии Цин, что очень интересно.

Сам император Цяньлун собрал одну из таких тазов из нарцисса.

Название слишком велико. Когда-то император Цяньлун использовал его в качестве кувшина с кормом для кошек. Позже выяснилось, что это была настоящая тазик для нарциссов из селадоновой печи династии Северная Сун.

Он признан национальным достоянием, и сейчас находится в Дворцовом музее на острове Баодао.

Размер бассейна нарциссов в Цзиньфэне немного отличается от размера национальных сокровищ. Он не такой старый, как национальные сокровища, но его подлинность неоспорима.

«Я собрал их в рваные куски».

Когда прозвучали эти слова, Тань Юньхуа и Дун Чжицинь были на месте глупыми.

Посмотрев друг на друга некоторое время, оба выразили недоверие.

С исчезновением подлинных продуктов, наводнением подделок и вспахиванием земли Китая различными игроками, друзьями, спекулянтами и экспертами, Цзинь Фэн все еще может уловить две большие утечки.

Какое это чудо!

«На внешней панели вагона также есть пара стульев-барабанов хуанхуали. Пожалуйста, дайте мне ладони.»

Услышав это, Тань Юньхуа вдохнул воздух кондиционера и закричал:» Стул для барабана Хуанхуали! » ?»

Когда Цзинь Фэн вошел с двумя барабанами в одной руке, Тань Юньхуа закрыл глаза и винил себя в боли.

Как такое хорошее дело может пойти не так? Просто позвольте Цзинь Фэну Убери его и убери.

Дун Чжицинь приветствовал фронт непрерывным криком.

«Возьми его осторожно!»

«Да, да, отнеситесь к этому серьезно! Я приду, приду»

Двум кураторам потребовалось больше 20 минут, чтобы дочитать до двух стульев с барабанами. Вы смотрите на меня, я смотрю на вас и неизменно говорю:» Позвоните мне.»

В следующий раз будет скучно ждать.

В ожидании прибытия еще одного эксперта и продавца.

В этот период Цзинь Фэн принял крест Цинь Юньхуа и Дун Чжициня -экзамен, Цзинь Фэн провел свою собственную процедуру редукции и, наконец, убедил их двоих, что они разбиты.

«Сяоцзинь, есть ли в вашем доме какие-нибудь хорошие вещи?»

«Это единственные предметы, которые можно продать.»

Оба хранителя — мастера смешанных духов. В словах Цзинь Фэна есть что-то, что можно скрыть от ушей двух духов.

«Хе-хе, что еще нельзя продать? Бронза? Древний нефрит? Оракул? Официальная печь бело-голубого цвета? Или»

«То, что никто не может себе позволить».

Слова Цзинь Фэна были прямыми, грубыми и властными, что действительно шокировало их двоих.

Затем, если я хотел подставить Джин Фэна, Джин Фэн ничего не сказал.

Это может сделать двоих людей смешными и неудобными, как кошачьи царапины.

«Вы можете связаться с покупателем? Могу я просто уйти».

Когда я услышал, что Цзинь Фэн собирался уходить, они двое очень спешили, поэтому быстро их отговорили.

«Да, не волнуйтесь, люди скоро будут здесь. Я позвонил Чжицинь, разве вы не слышите их всех».

Поторопитесь, чтобы немедленно задержать Цзинь Фэна, Тань Юньхуа поговорил с Цзинь Фэном о цене военного вознаграждения в Чжанчжоу.

Было зарегистрировано два торговых отчета серебряных монет по армейскому тарифу Чжанчжоу, которые были проданы на аукционе на острове Гонконг.

Один раз было тридцать пять тысяч, а второй раз шестьдесят пять.

По прошествии десяти лет на нынешнем рынке древних монет наблюдается спад, но это то, чего Тан Юньхуа давно искал.

Тан Юньхуа много лет искал эту серебряную монету. Однажды он увидел подлинный продукт, когда участвовал в национальном брифинге, но держатели серебряных монет не передали ее, и у него не было возможности сделать это. Это было неизбежно, что в его сердце было какое-то сожаление.

Я встретил этого сегодня. Это, несомненно, сюрприз с небес. Я должен все выиграть.

Цзинь Фэн тоже был немного удивлен ценой.

Цзинь Фэн проигнорировал предложение ста тысяч.

Тань Юньхуа был немного удивлен и сказал с улыбкой: «Сяоцзинь, а затем взгляни на это»

Цзинь Фэн заговорил в это время.

«Таз из нарциссов и стул-барабан проданы, давайте поговорим о серебряных монетах. Давайте вместе уладим счет».

Тань Юньхуа был немедленно ошеломлен.

Время идентификации очень велико, а время ожидания намного меньше.

Два куратора позвонили лично, и человек, ответивший на звонок, естественно, пришел быстро.

Зная, что Цзинь Фэн мало разговаривал, а они двое были мудрыми и интересными, они попросили Сяо Ляо перейти на новый чай, и эти двое болтали друг с другом.

Они сказали то же самое.

В тот понедельник в штаб-квартире ломбарда Фуюань было обнаружено невероятное сокровище, называемое национальным достоянием.

«Гу Бо и Го Бо здесь, и было подтверждено, что они являются императорской печатью Юнчжэна, что имеет большую ценность».

«Теперь в городе Бо есть несколько крупных игроков, Гу Бо, Го Бо и Бо Сити. Все они ищут владельца, надеясь его купить.»

«Это ищут не только крупные игроки. Семь или восемь крупных аукционных домов в Гонконге Остров также ищет эту печать.»

«Гор, крупный торговец культурными реликвиями на острове Гонконг, и Чен Юлонг, крупный спекулянт из Тиандучэн, долгое время останавливались в отеле Shangri-La, и выпустил новость о том, что кто может связаться с держателем, комиссия за транзакцию на 10% выше.»

«Цк, печать Юнчжэн, храбрость солнца и луны, говорящая, сколько ястребов и устремления криков таковы: если это будет снято, я не знаю, сколько самоуверенных гигантов будут очарованы»

«баллами. Сотни миллионов минут, не моргая.»

«Боюсь, весь антикварный магазин и аукционный дом сойдут с ума!»

«Я ударил по картинке, которую показал мне Сунь Линго, и было уже поздно сожалеть об этом.»

«С самого начала правления императора, среди сотен императоров Китая и Китая, только Юнчжэн имел такое мужество, чтобы написать четыре слова: смелое солнце и луна.»

«Только он осмелился написать. Вы видели его императорский указ для Чжан Тинюй, Тянь Вэньцзин и Шисанье Иньсян? Его можно описать только как вертикальное.»

«Я так запуталась «.»

«Национальное достояние не так, сожалеть уже поздно.»

«Говорят, что человек, обнаруживший утечку, был молодым человеком. Он не только обнаружил большую утечку печати Yongzheng, но также купил старомодные карманные часы из 18-каратного золота за всего 20 000 юаней. Пусть часы оживают в несколько кликов. Просто удивительно.»

«Эти карманные часы стоят не менее миллиона долларов, что ужасно. Мы, старики, действительно стары.»

Два человека были взволнованы, но вздохнули и взволнованно. Цзинь Фэн молчал с одной стороны, а уголки его рта были слегка приподняты.

Менее чем через двадцать минут два залы Покупатели, с которыми связался Цзинь Фэн, входили один за другим.

Одна группа покупателей была семьей из трех человек.

Видно, что эта семья очень близка к два куратора. Не обязательно проявлять вежливость.

Старика в семье звали Ву, У Гохуа, а затем его дочь и зять.

Сегодня вечером У Гохуа устроил банкет для двух кураторов.

У Гохуа работает автомобильным агентом, и четыре обведенных машины, припаркованных у двери, являются его основными дилерами в юго-западном районе.

пожал руку Цзинь Фэну, чтобы встретиться, и У Гохуа сразу начал с чаши с нарциссами.

Жест У Гохуа, когда он держал таз с нарциссами, считается мастером. Он держит обе стороны таза с нарциссами обеими руками, осторожно переворачивает его, затем с помощью лупы видит рисунок отверстия и прикасается к нему. глазурованная поверхность и круг таза нарциссов рукой, ногой.

Чем больше я наблюдал, тем больше очаровывалась У Гохуа, и он продолжал кричать нормально, даже дыша быстро.

Идентификация и оценка антиквариата — это трудоемкие задачи, и Цзинь Фэн может только терпеливо ждать.

Это дочь У Гохуа вручила Цзинь Фэну визитную карточку и с улыбкой сказала, что ее отец был похож на эту одноцветную глазурь.

И очаровывает только однотонная глазурь, даже не бело-голубая.

Ассортимент фарфора с монохроматической глазурью очень велик. Фарфор из Шэньчжоу до династии Тан был в основном монохроматической глазурью. Во времена династии Тан начали появляться три цвета, но монохроматическая глазурь династии Тан также была чрезвычайно изысканной.

Пик монохроматической глазури должен быть в династии Сун, которая была пиком культуры всей феодальной династии.

Признано во всем мире.

«Мой отец играет так много лет, что ему больше всего нужен нарцисс с монохромной глазурью».

«Для этого ему нужно хотя бы вернуться на остров сокровищ. десять раз в год, чтобы увидеть Это действительно бассейн из нарциссов Ru Kiln».

«На этот раз — исполненное желание. Спасибо, мистер Цзинь».

У Гохуа наблюдает за ним со стороны, и его дочь объясняет Цзинь Фэну.

Цзинь Фэн кивнул, ничего не сказав.

В это время подошла вторая группа людей и увидела таз с нарциссами в руке У Гохуа, и человек мгновенно остановился.

Цзинь Фэн поднял глаза, показывая холодный свет.

Люди, которые пришли, знают себя.

Если вы хотите извлечь выгоду из себя, вы должны взимать деньги со своих пяти императоров и с босса Сансутана, профессора Лю, по две тысячи юаней.

За ним следуют его младшая сестра и сестра.

Таз из нарциссов, открывший дверь, сразу же привлек внимание профессора Лю.

Жадность к тазу нарцисса мелькнула в его глазах, но вещи были в руках людей, и мне приходилось терпеть жадные глаза.

В антикварной индустрии чем выше ваш статус, тем больше вы должны соблюдать правила.

Профессор Лю одет очень стильно, в руке он держит небольшую сумку. Бренд Gucci стоит от 20 000 до 30 000.

Наручных часов Jaeger-LeCoultre должно быть больше ста тысяч.

На другом запястье веревка из красных коралловых бус, сто восемь, тоже старый предмет.

Профессор Лю снова подумал о чаше с нарциссами и только взглянул на нее, затем пожал руку Дун Чжицинь и много сказал с улыбкой.

Когда я снова пожал руку Тань Юньхуа, я просто прикоснулся к нему и забрал обратно.

Настала очередь продавца Цзинь Фэна. Профессор Лю только слегка кивнул, и его сразу же привлекла барабанная скамья Хуанхуали у ног Цзинь Фэна.

Профессор Лю также должен быть экспертом, иначе Сунь Линго не подошел бы к двери с оценочным взносом в 50 000 юаней.

Перевернув табурет для барабана Хуанхуали и прикоснувшись к нему, он внезапно обнаруживает легкую алчность.

Цинь Юньхуа мягко сказал Цзинь Фэну со стороны, что настоящее имя профессора Лю — Лю Жуй. Он также является мастером на официальных должностях.

Титул вице-президента Торговой палаты Цзиньчэн навешивается, и он также является президентом Ассоциации антиквариата Цзиньчэн.

В провинции он также работает заместителем директора Археологического института, находясь в состоянии полуоткрытия.

У нее несколько работ, и ее репутация — хорошее время для подработки.

Подобно Лю Жуй, который наполовину чиновник, наполовину бизнесмен и имеет немного реальных способностей, он, естественно, является целью многих богатых и влиятельных людей.

Причина проста.

В настоящее время богатые далеко превзошли любую эпоху. У богатых есть много денег и нигде, и все они будут вкладывать свои деньги в другую отрасль, которая сохраняет наибольшую ценность.

Это антиквариат!

Есть также богатые люди, которые потратили огромные суммы денег на покупку бесчисленных предметов антиквариата и разместили их в особняках, чтобы подчеркнуть свои вкусы.

Многие друзья пришли похвалить их, и они были довольны, но мастер сказал им, что все они фальшивки.

Во всем особняке нет ничего правдивого.

Хотя это шутка среди богатых, она также привлекла внимание богатых.

В результате профессора и эксперты, обладающие реальными навыками в Китае, стали мишенью для богатых.

Лю Жуй принадлежит к этому типу людей.

В Китае больше состоятельных людей, и такие люди, как Лю Жуй, входят в круг его участников, и они могут делать это с легкостью.

Осуществляя оценку культурных реликвий для богатых, с одной стороны, мы помогаем богатым собирать вещи, а с другой стороны, мы будем вести свой бизнес.

Типичные брокеры и спекулянты.

Увидев табурет Huanghuali Drum, Лю Жуй даже не потрудился оставить вежливые ролики, в которых приветствовали Цзинь Фэна. Он попросил Сяо Ляо принести одеяло и расстелить его на кофейном столике, а затем поставить стул Drum. и осторожно прикоснулся к ней.

Его невестка бродила по магазину Тань Юньхуа, но его глаза всегда были прикованы к тазу с нарциссами.

Здесь У Гохуа неохотно ставит таз с нарциссами, но он цепляется за устье таза с нарциссами и не отпускает.

У него было странное красное лицо, и он был очень взволнован.

Еще по телефону двое моих старых друзей рассказали мне подлинность тазика нарциссов. Я увидел его на месте и остался еще более доволен.

Редко, когда У Гохуа все еще курит, а выкуренная сигарета на самом деле является купанием, которое не продается на рынке.

Тут же Цзинь Фэн закурил вместе с ним, они закурили сигареты и болтали.

У Гохуа был очень взволнован, увидев эту чашу с нарциссами. Было много клише, и он много говорил.

Все дело в том, как я люблю вас и благодарю вас.

У Гохуа был еще больше удивлен немногословием Цзинь Фэна и его чистой речью.

Примерно поняв характер Цзинь Фэна, У Гохуа осторожно сделал жест.

Цзинь Фэн опустил глаза и закурил, запыхавшись, сигарету.

— прошипел Ву Гохуа.

Излишне говорить, что предложение Цзинь Фэна слишком низкое.

У Гохуа взглянул на Тан Юньхуа и Дун Чжицинь и моргнул, чтобы попросить помощи у двух друзей.

Тань Юньхуа улыбнулся, покачал головой и мягко сказал несколько слов, что означало, что я брокер и мне трудно вмешиваться в цену сделки между покупателями и продавцами.

Но он сказал несколько слов, основываясь на фактах.

«Цяньлун, имитирующий небесно-голубой бассейн нарцисса Ру, не имеет записей о сделках за последние 20 лет. Самая высокая цена сделки на фарфор с монохромной глазурью, похожий на Цяньлун, — это розово-зеленая банка Цанлун Цзяоцзы, продаваемая на острове Гонконг. за 14 лет девять тысяч Два миллиона»

«внутренних транзакций игроков варьируются от нескольких миллионов до ста тысяч. Есть также десятки тысяч.»

«Я провел две частные транзакции, и не слишком высоко.»

Дун Чжицинь улыбнулся, коснулся подбородка и осторожно поцарапал число на столе.

«Сяоцзинь, ты собрал вещи, что доказывает, что у тебя также есть две кисти. По сравнению с обычными народ, вам нелегко.»

«Нет справочной цены на вещи в этой категории. Кувшин Фенцин, который, по словам Лао Тан, был зарегистрирован в архивах дворца Цин, был настоящим императорским предметом, унаследованным организованно, и его цена должна была быть высокой.»

«Хотя вы также являетесь официальной обжиговой печью официальных лиц, занимающихся имитацией, это считается прекрасным продуктом, но недостатком является то, что нет наследственности и нет записей».

Рот Цзинь Фэна скрученный.

Он считает, что Тан Юньхуа и Дун Чжицинь не будут лгать ему, но цена немного меньше той, которую он ожидал.

В это время Лю Жуй, который был уже не в силах ждать, внезапно погрузился в толпу, кашляя, кашляя Два раза он сказал Цзинь Фэну: «Маленький красивый парень. Они раздают девяносто, а я раздаю сто.»

Цена была объявлена, и лица нескольких присутствующих стариков сразу же позеленели.

Цинь Юньхуа и Дун Чжицинь холодно напечали и холодно посмотрели на женщину. без ругательств.

У Гохуа схватил таз для нарциссов, пожалуйста.

громко сказал: «Поскольку вы не соблюдаете правила, давайте поднимем цену.»

«Я из ста двух!»

Через некоторое время лицо маленькой тети Лю Жуй исказилось, и она горько закричала:» Сто три!»

«Сто четыре!»

У Гохуа обязательно получит этот предмет, так что он бесцеремонно на высоте.

Младшая сестра и сестра Лю Жуй уже давно приняли объяснение Лю Жуй и сразу назвали цену, которую они хотели.

«Сто пять!»

Старое лицо У Гохуа покраснело, он тяжело хмыкнул, глубоко вздохнул и собирался объявить высокую цену.

В это время Цзинь Фэн слегка сказал:» Этот человек говорит, женщина откатывается. «.»

Несколько человек были ошеломлены.

Цзинь Фэн медленно открыл глаза, сжал сигарету в руке, застегнул пальцами стол и холодно сказал:» Уходи.»

Невестка Лю Жуй внезапно изменила цвет лица, яростно глядя на Цзинь Фэна, она собиралась рассердиться.

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Осмелитесь сказать хоть слово. Я вам все расскажу Не могу купить.»

Легкие сестры Лю Жуй вот-вот взорвутся. Когда она дотянулась до рта, она резко сглотнула.

Гневно уставилась на Цзинь Фэна, бледного и дрожащего от гнева.

Цзинь Фэн сидит прямо, из его ладони выскакивает карта и кладет ее на стол.

«Сумасшедшая сука рявкнула. Нарушил всеобщий интерес.»

«Как сказал куратор Дун, девяносто.»

«На карте семьдесят, а в деньгах сто тысяч.»

«Более 90 000 человек являются помощником куратора Тана.»

Tap всем известно, комиссия посредника-представителя составляет 10% от цены сделки.

Когда Цзинь Фэн вышел, сестра Лю Жуй была так разгневана, что упала в обморок на месте. Если он умрет, он будет кричать на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн наклонил голову и хлопнул глазами, и сестра Лю Жуй сразу вспомнила, что сказал Цзинь Фэн.

Сдерживая, его лицо и шея покраснела, а глаза кровоточили.

У Цинь Юньхуа, Дун Чжициня и У Гохуа разные выражения лица.

Эти молодые люди действительно могут придерживаться правил антикварной индустрии, и их экспорт злобный и смертельный трюк. Пока что сестра Лю Жуй не осмеливается сказать ни слова.

Когда я снова смотрю на Цзинь Фэна, в моем сердце несколько человек. Все они воспитали Цзинь Фэна позиция с большим отрывом.

Поскольку Цзинь Фэн установил цену, У Гохуа поблагодарил и попросил свою дочь взять карту Цзинь Фэна и немедленно перевести ее.

Перевести деньги с общедоступной учетной записью, которая вообще не ограничена 24 часами, а поступает в режиме реального времени.

С другой стороны, двое мужчин уже положили давно подготовленный контракт перед Цзинь Фэном. Когда Цзинь Фэн собирался подписать, они резко остановились. Рядом с ними лежали чернильный камень и ручка.

Чернильный камень — это старый чернильный камень овальной формы с тисненым на нем пучком зеленого бамбука и двумя строками символов, написанными на боковой стороне.

Кисть для письма из Ланхао, а бочка из старого бамбука, некоторые старые предметы.

Цзинь Фэн был ошеломлен, его глаза округлились, а лица двух мужчин стали более чистыми.

С холодным фырканьем в моем сердце, он двинул правой рукой по горизонтали, взял бамбуковую кисть, слегка смочил чернилами чернильный камень и потянул вверх по диагонали.

Дважды проведите пальцем по экрану, напишите свое имя в договоре о передаче, выбросьте ручку и снова сядьте.

От удерживания ручки до того, как положить ее, действие было выполнено за один раз, менее чем за две секунды.

Два человека пристально смотрели и смотрели, и почувствовали, что после того, как ушел порыв ветра, Цзинь Фэн уже сел.

Еще раз посмотрите на шрифт в контракте.

Тань Юньхуа сразу же ошеломил.

Дун Чжицинь изначально не верил в способности Цзинь Фэна, но в одно мгновение он полностью разрушил свои познания.

Глядя на подпись Цзинь Фэна снова, половина его головы взорвалась на месте, как гром.

«Тело Тянь-Боун-Журавля»

В это время Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «Ло Юйвэнь, ученый Энке в 17-м году Гуансю. Уроженец города Сансу».

«Его чернильный камень — мусор».

Двое людей внезапно посмотрели на Цзинь Фэна вместе, их выражения резко изменились, а фигура Цзинь Фэна увеличилась на неопределенное время.

Эти двое были полностью карликами перед Цзинь Фэном.

В этот момент Лю Жуй закончил читать барабанный стул Хуанхуали и встал со спокойным выражением лица, но с ноткой жадности, которую невозможно было скрыть.

Обернулся и с улыбкой сказал: «Сяо Цзинь, как ты продаешь эту пару стульев для барабанов?»

Лю Жуй сначала посмотрел на табурет для барабана. Согласно правилам, Лю Руи обсуждает цену с Цзинь Фэном, я расскажу об этом позже.

Цзинь Фэн взял сигарету и посмотрел на текстовое сообщение на мобильном телефоне, в котором говорилось, что деньги на карте были на месте.

«Ты сказал».

Невестка Лю Жуя уже стояла рядом с Лю Жуй. Только что угрозы и ревность Цзинь Фэна были переданы его зятю.

Лю Жуй был очень расстроен в душе, и боль была ужасной.

Если таз для нарциссов попадет в его собственные руки и будет манипулировать им, он сможет продать его за 1,8 миллиона.

В результате у меня отняли возможность, и я уже беспокоился об этом.

Когда я снова слушаю слова невестки, мое сердце злится еще больше.

Улыбаясь Цзинь Фэну, Ман Шэн сказал: «Это реально, но я видел, что у двух барабанных стульев две ножки сделаны из розового и розового дерева, а не цвета морской волны».

Брокеры а спекулянты вроде Лю Руи должны снижать цены при покупке вещей.

«Патина намного хуже, и внешний вид также немного проблематичен. Также посмотрите на эту сторону, здесь и здесь, есть повреждения.»

Собрано много проблем. После этого Лю Жуй улыбнулся и сказал: «Я собираю это для старшего поколения. Если цена высока, люди не хотят этого».

«Имя старшего поколения неудобно. сказать, но что больше всего нравится старшему поколению, так это хорошо сохранившийся бутик.»

«Старейшины не счастливы, даже если они сломаны.»

«Я отдам восемьдесят этому пара стульев для барабанов.»

Услышав это, Тань Юньхуа и Дун Чжицинь невольно ошеломлены.

Этот вид высококачественного барабанного стула Huanghuali более популярен, чем обычный фарфор. Любой из них стоит 800000, не говоря уже о том, что Цзинь Фэн принес пару.

Пара стульев-барабанов установлена ​​по цене в два миллиона долларов.

Лю Жуй сообщил только о 800 000!

Слишком темно!

Лицо Дун Чжициня было спокойным, и он собирался немедленно рассердиться. Тань Юньхуа наступил на Дун Чжициня, показывая, что это было правилом.

Дун Чжицинь ухмыльнулся, презрительно покосился на Лю Жуйя и пошел сидеть и пить чай.

Я позвонил кому-то, чтобы забрать табурет для барабана, но не ожидал, что Лю Жуй придет.

Я могу полностью игнорировать личность и уровень Лю Жуя, и он не показал Лю Жуя хорошее лицо.

Цзинь Фэн слегка прикрыл глаза, снова закурил сигарету и ничего не сказал.

Если Тан Юньхуа и Дун Чжицинь — человеческие духи, то Лю Жуй — призрачный дух.

С момента открытия и по настоящее время он прошел через множество испытаний и трудностей, а методы ведения бизнеса и согласования цен уже давно применялись до крайности.

Я только спокойно услышал лицо Лю Руи и сказал с улыбкой.

«Сяоцзинь, 800 000 — это много. Если бы не куратор Донг, я бы осмелился принять эти неизвестные вещи».

«Если кто-то подойдет к вашей двери, значит, это важное событие в небе».

«Вы взяли 800 000, и вы можете отправиться в новый район, чтобы купить дом завтра. Я расскажу вам небольшую новость, что в следующий раз покупка будет ограничена. в месяц.»

«Я купил дом за 800 000 юаней. Я только что продал 900 000 горшков с нарциссами, чтобы жениться на жене, и они все еще остались, хаха»

«Я не то чтобы сказал тебе, Горшок с нарциссом Цяньлуна, 900 000 юаней Вы его продали. Какая жалость, какая жалость».

Эти слова оскорбили У Гохуа, но Лю Жуй не обратил внимания на У Гохуа.

Цзинь Фэн поднял голову, встал и тихо сказал: «Говорили!?»

«После разговора ты ушел!»

Холодно крикнул, Воздух на месте происшествия внезапно сжался.

Лю Жуй был ошеломлен, затем улыбнулся и сказал: «Мы можем поговорить о цене».

Цзинь Фэн холодно сказал: «Уходи!»

Лю Руи только почувствовал, как на него обрушился порыв холодного ветра, и не мог не вздрогнуть.

Улыбка мгновенно сузилась, и он легкомысленно сказал: «Сяоцзинь. Это твоя вина.»

«Продажа нечестна. Цена договорная. Молодежь не должна так злиться, сейчас не так много боссов, готовых тратить большие деньги на антиквариат.»

«Редкая возможность, после этой деревни нет такого магазина.»

Цзинь Фэн холодно сказал:» Последнее слово.»

«Уходи!»

Когда прозвучали эти слова, воздух на месте происшествия стал твердым. Никто из Тан Юньхуа, Дун Чжициня и У Гохуа не осмелился ответить, и никто не хотел отвечать.

Лю Жуй улыбнулся, его лицо было туманным., Сказал холодно: «Молодой человек, как старейшина, я бы посоветовал вам».

«Не думайте, что вы опухнете с двумя настоящими вещами в руке»

«Будь человеком, не слишком высокомерно. Более высокомерных людей сажают быстрее и тяжелее.»

Цзинь Фэн холодно сказал:» У вас есть свои навыки, а у меня есть свои принципы.»

«Табуреты для барабанов, я их не продаю.»

Закончив разговор, взял пару стульев и ушел.

Лю Руи немного встревожился и холодно закричал:» Стой!»

дважды усмехнулся и мрачно сказал:» Перед уходом оставьте барабанный стул.»

Цзинь Фэн медленно повернулся и холодно сказал:» Я не могу покупать в больших количествах, хотите есть черное?»

Трое стариков Тань Юньхуа не могут больше смотреть в это время, они все стоят на платформе Цзиньфэн.

Лю Жуйинь холодно улыбнулся:» Я должен принять это. барабан табуретки.»

«У старой миссис Цзэн нет этой пары в его семье.»

Как только прозвучали эти слова, Тан Юньхуа и Дун Чжицинь, которые собирались встать, изменили свои лица. Когда они достигли губ, они упорно сдерживались в своих ртах и ​​не осмеливались высказаться.

Семья У Гохуа Это было еще более неловко.

Когда дедушка Цзэн подавил всех присутствующих, Лю Жуй также был чрезвычайно горд.

С взглядом враждебно, он обернулся и сказал с насмешкой: «Цзэн Деду в следующем месяце исполнится восемь лет. За главным столом только четыре стула хуанхуали».

«Кто сидит на этих четырех стульях? Разве ты не знаешь?»

Услышав это, семья У Гохуа была в панике и ужасе, и все они склонили головы.

Цинь Юньхуа и Дун Чжицинь не осмелились сказать ни слова.

Лю Жуй невестка застыла. Спустя много времени он внезапно выскочил, гордый, скрежетав зубами, и проклял: «Фамилия — Джин. Не смей его продавать, семья Цзэн сделает тебя лучше, чем мертв»

«Завтра я заставлю тебя полностью исчезнуть в Цзиньчэне!»

Дун Чжицинь проявил гнев и тяжело фыркнул.

Цинь Юньхуа слегка шагнул вперед, похлопал Цзинь Фэна по плечу и прошептал:» Дайте ему 800 000 «. У этого человека слишком много энергии.»

«Не могу позволить себе обидеть.»

Позади Цзинь Фэна Дун Чжицинь мягко сказал:» Сяо Цзинь, это моя ответственность «. Дай ему что-нибудь, я тебе компенсирую.»

Цзинь Фэн посмотрел на Тань Юньхуа и снова посмотрел на Дун Чжициня.

Они оба извинились перед Цзинь Фэном.

Цзинь Фэн внезапно кивнул. стул-барабан и легкомысленно сказал Лю Жуй.

«Какой стул-барабан вы только что назвали протезом ноги?»

Лю Жуй был ошеломлен на мгновение и указал на стул для барабана справа.

Цзинь Фэн внезапно показал странную улыбку:» Смотри.»

Только что закончил говорить.

Я видел, как Цзинь Фэн поднял свою правую ногу, а стул для барабана Huanghuali уже был в его руке.

Стул для барабана держали в его рука, и его голова была поднята. Безо всякого выражения в его глазах он хлопнул ее вниз.

«Бум»

Громкий шум!

Стул барабана Хуанхуали резко разлетелся на несколько лепестков, повсюду разлетелись опилки.

Внезапное изменение!

Несколько человек закричали от ужаса.

Когда выходит эта сцена, все тупые!

Остался!

Я запуталась!

Никто не может поверить, что Цзинь Фэн сердито разбил бы стул для барабана Хуанхуали.

Никто не мог поверить, что Цзинь Фэн просто разбил бы его, не задумываясь.

Это настоящая табуретка-барабан Huanghuali. Стул-барабан будет продаваться как минимум за миллион.

Один миллион!

Для любого миллион — это немало.

Однако Цзинь Фэн разбил этот миллион на куски.

Все тупо смотрели на обломки разбитого барабанного стула под землей, и потрясения в сердце было достаточно, чтобы охватить весь коттедж с соломенной крышей.

Какой это жестокий молодой человек.

Лучше быть разбитым нефритом, чем плиткой!

Это ужасно!

Цзинь Фэн похож на нормального человека: на цыпочках половина ножки стула в остатке достигает его руки.

Настоящее лицо Хуанхуали раскрывается на коротких ногах, отчетливо видна гримаса, аромат элегантен, а масло полно.

Цзинь Фэн держал свои короткие ноги и странно улыбнулся Лю Жуй: «Это Хуали Цзитань или Хуанхуали?»

Лю Жуй тупо посмотрел на Цзинь Фэна, блестяще улыбнулся, его лицо побледнело.

Цзинь Фэн отбросил сломанную ногу Хуанхуали и снова поднял ее.

Другой стул-барабан huanghuali, который держал в руке, холодно спросил: «Какая ножка у этого палисандрового дерева или красного сандалового дерева?»

Как только это слово прозвучало, все подумали. укус. Кондиционер, глаза вылезают.

Цзинь Фэн, Цзинь Фэн хочет разбить еще одного! ?

Какое мужество, отвага и решимость необходимы, чтобы принять такое решение!

«Успокойся! Цзинь Фэн!»

«Маленький Цзинь. Стой!»

«Цзинь Фэн, не бей»

Цинь Юньхуа, Три человека Дун Чжицинь и У Гохуа единодушно закричали.

Цзинь Фэн холодно сказал: «Лю Жуй, разве ты не говорил, что две ноги ненастоящие?»

«Разве ты не сумасшедший?»

«Арень» Если ты мне угрожаешь, ты позволишь мне исчезнуть в Цзиньчэне, если ты не продашь свою барабанную табуретку?»

«Я разбился, что вы можете со мной сделать?»

Лю Жуйи Его лицо было бело-голубым, красным и белым, и в его глазах было нескончаемое негодование.

Внезапно Лю Жуйинь усмехнулся, указал на Цзинь Фэна и закричал: «Фамилия Цзинь. Ты, пора умереть!»

«Вы смеете разбить то, что миссис Цзэн? любит. Боги не могут вас спасти!»

«Не уходи, если есть вид!»

Цзинь Фэн одной рукой держал ножку табурета и воскликнул холодно: «С твоей добродетелью, старик по имени Цзэн не годится сюда приходить?»

«Он тоже достоин сидеть на моем барабанном стуле!?»

Как он Сказал, Цзинь Фэн держал табурет в руке и немедленно ударил головой.

Трое стариков Лин, Тан и Цзянь вздохнули и закрыли глаза.

Молодой человек все еще слишком импульсивен, на этот раз даже боги не могут его спасти.

Обидел семью Цзэн, земля Шэньчжоу, нет места золотому фронту!

Вдруг раздался чистый женский голос.

«Подождите!»

Все оглянулись, и их глаза загорелись.

Я видел благородную девушку, похожую на фею, в Лунном дворце, стоящую в дверном проеме.

Увидев эту девушку, несколько человек были потрясены и закричали в унисон.

«Цзэн Цзэн!»

Цзинь Фэн медленно повернул голову.

Внешний вид Цзинь Фэна привлекает внимание девушки.

Девушка пребывала в оцепенении.

Внезапно глаза девушки вспыхнули, как метеор.

На нефритовой поверхности появился приятный румянец, и рот вишневого сандалового дерева открылся в форме буквы O.

Внезапно девушка засмеялась.

В улыбке было неожиданное воссоединение, глубокое ожидание и невыразимая радость.

В одно мгновение весь магазин загорелся.

Девушка быстро дышит, ее грудь быстро поднимается и опускается.

В скромных и уважительных глазах многих людей они торопились вперед, почти бегая трусцой.

Внезапно девушка оказалась перед Цзинь Фэном, менее чем в одном метре от Цзинь Фэна.

«Это ты!»

Лицо девушки Ю наполнено радостью воссоединения после долгого времени, со странным румянцем и самыми глубокими мыслями, скрытыми в самой глубине ее глаз.

Ясные глаза и опьяняющая улыбка подобны ивам на ветру, а звук мягкий и нежный, как мартовский весенний ветерок.

«Я не ожидал моего бога»

«Я и ты»

«Я долго тебя искал»

Очевидно, девушка очень волновалась и разговаривала. Все они немного бессвязны, но истинные чувства в словах вытекают безоговорочно.

Все были в шоке!

Увидев эту девушку снова, Цзинь Фэн был немного удивлен.

Острые глаза смягчились.

Эта девушка!

Цзэн Цзымо!

Цзэн Цзымо!

Это девушка, которую я пришел увидеть. Когда я увидел ее, ее голос и улыбка глубоко запечатлелись в самой глубине моего сердца.

«Я искал тебя в течение долгого времени, но не ожидал встретить тебя здесь».

«В эти дни я каждый день посылал Сяньцяо, чтобы найти тебя.»

«Ты»

«Что происходит?»

Мягкие и четкие слова Цзэн Цзы Мо Роу тронули Цзинь Фэна, но для других людей это было громоподобно.

В это время невестка Лю Жуй подошла к Цзэн Цзымо и горько сказала, указывая на Цзинь Фэна.

«Мисс Цзэн. Это тот человек. Я слышал, что старая женщина собиралась купить ему табурет-барабан. Он сказал много плохих слов и разбил табурет-барабан».

Висящее, его лицо было серьезным.

Цзэн Цзымо издал гудок, посмотрел на Цзинь Фэна, шагающего вокруг, и мягко сказал: «Ты»

Следующие слова были прерваны Цзинь Фэном.

«Дедушка Цзэн — твой дед?»

Слова Цзинь Фэна были пугающе холодными и холодными до костей.

Цзэн Цзымо не мог не удивиться, Танкоу приоткрылся и посмотрел на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн взглянул на Цзэн Цзымо. В тот момент то, что увидел Цзэн Цзымо, было таким же холодным, как центр Северного полюса.

«Мисс Цзэн Цзымо, позаботьтесь о своей собаке!»

Когда прозвучали эти слова, все были глупы!

Цзинь Фэн холодно произнес эти слова, держа табурет-барабан Хуанхуали и указывая на землю: «Мисс Тан, помогите мне убрать этот мусор».

«Я хочу машину. Бусы.»

Сказав это, Цзинь Фэн зашагал прочь.

В настоящее время в мозгу Цзэн Цзымо царит хаос!

Слова Цзинь Фэна были подобны ножу, безжалостно пронзившему его сердце, с такой болью, что он не мог дышать.

Внезапно оглянувшись, Цзэн Цзымо уставился на спину Цзинь Фэна, протянул голую руку, его красные губы скривились, но он не мог сказать ни слова.

Спина Цзинь Фэна исчезла из поля зрения, и Цзэн Цзымо только почувствовал, что исчезла самая важная часть жизненной силы.

Перед ним появилась первая встреча с «Посылающим бессмертным мостом», холодное высокомерие Сюй Вэньбоя в его студии и непреодолимая гордость в его глазах, когда он столкнулся с угрозой со стороны Ю Чэна.

После расставания я скучал по нему, и он был равнодушен и бесчувственен, когда я снова его увидела.

Цзэн Цзымо не мог не напевать, плотно сжав рот и закрыв свои прекрасные глаза.

Душевная боль подобна льду.

Медленно Цзэн Цзымо открыл глаза и повернул голову, его глаза были полны холодности и серьезности.

«Президент Лю. Что случилось только что?»

Лю Жуй весь задрожал, опустил голову и прошептал Цзэн Цзимо, что только что произошло.

Лю Жуй — призрак, он, должно быть, сказал что-то полезное для него. Сказал.

Невестка Лю Жуй добавила масла в огонь и ревность, рассказав о высокомерии Цзинь Фэна, презрении к семье Цзэн и неуважении к старику Цзэна.

С другой стороны, Тань Юньхуа. Когда члены семьи Дун Чжициня и У Гохуа услышали эти слова, они насмехались и злились, но не осмеливались говорить.

Семья Цзэна!

Что это за чудовище.

Цзэн Цзымо терпеливо выслушал то, что сказали Лю Жуй, его младшая сестра и сестра, и мягко спросил: «Я помню, что в прошлом месяце я купил табурет Хуанхуали в Стране львов по цене 1,4 миллиона. Правильно?»

Сердце Лю Жуя сжалось, и он не осмелился ответить.

Его невестка улыбнулась и кивнула:» Да, у вас хорошая память.»

Цзэн Цзымо мягко сказал:» Почему эта пара стульев с барабанами дала ему только 800 000?»

Невестка Лю Жуй была немедленно ошеломлена, показывая неловкую улыбку, хаха во рту, но она не могла найти ответа.

Лю Жуй упрямо шагнул вперед и осторожно сказал: «Я видел эти два барабанных стула. Две ножки из розового дерева и красного сандалового дерева, а не Хуанхуали».

Цзэн Цзымо Глядя на Лю Жуя, он сказал мягко: «Президент Лю, вы уверены, что вы правильно прочитали?»

Лю Жуй начал потеть на лбу.

Цзэн Цзымо говорил очень тихо, и его тон был мягким, но давление на Лю Жуйя было за гранью воображения.

Цзэн Цзымо увидел выражение Лю Руи в его глазах, наклонился, взял кусок опилок хуанхуали и мягко сказал.

«Несколько дней назад в Sending Fairy Bridge я потратил тысячу юаней на покупку сигаретной палочки. Затем я связался с семьей Брюсов из» Империи никогда не зашло солнце», и после их сертификации, сигаретной палочки»

«Подтверждено, что это вещи их предка Джеймса Брюса».

«Джеймс Брюс. Есть также имя, Эрджин!»

Слышал вот, присутствуйте. Лица некоторых людей изменились.

Цзэн Цзы Мо Руру посмотрел на опилки и мягко сказал: «Вы знаете, кто помог мне купить трубку Эджина?»

У всех тряслись сердце.

«Это он!»

Цзэн Цзымо повернулся к Лю Руи и холодно сказал: «Перед этим он ходил со мной в Боя Чжай Сюй Вэнь. То же самое с ним. Он даже не держал его за руку. Он долго смотрел и признал, что кубок с эмалевым цветком, который дал мне Сюй Вэнь, — подделка.»

«Президент Лю, как вы думаете, вы сравниваете ему?»

«, чье зрение выше?»

Эти слова исходят от Цзэн Цзымо, подтверждая две легенды, циркулирующие в кругах в наши дни.

Шок в сердцах нескольких опытных мастеров невозможно описать словами.

Только фигура уровня мастера понимает значение.

Лю Жуй уже дрожал от страха, дрожащим голосом опустил голову и сказал дрожащим голосом.

«Я, я»

Цзэн Цзымо холодно сказал: «Своим зрением не может даже увидеть истинное или ложное в Хуанхуали?»

Голос холодный, но от всего сердца гневный.

«Его личность и характер, я знаю, я понимаю, я знаю.»

«Президент Лю, а как насчет вас «.»

«В прошлом месяце вы продали табурет хуанхуали за 1,1 миллиона юаней. Сегодня вы заплатили всего 800 000 за пару стульев для барабанов Huanghuali».

Голова Лю Жуя опустилась ниже, все его тело наклонилось, и его голова почти упала на землю.

Цзэн Цзымо мягко вздохнул и мягко сказал: «Как вы ведете дела, это ваш метод, я не могу его контролировать.»

«Но на самом деле вы заставили его разбить табурет для барабана. Я знаю его, если бы ты не одолел других, он бы никогда не сделал этого.»

«Он даже смотрит на меня свысока!»

В этот момент Цзэн Цзымо собирался выругаться, но он изо всех сил старался контролировать свои эмоции.

Лю Жуй был шокирован, запаникован и встревожен. Цзэн, не сердись, не сердись, я пойду и извинюсь перед г-ном Цзинь»

«Я пойду прямо сейчас»

«Я куплю другой стул для барабанов возвращение. Выкупите его по высокой цене, по высокой цене!»

По его словам, Лю Жуй поднял ногу и побежал.

Цзэн Цзымо холодно отругал:» Вы остановитесь.»

Лю Жуй стоял на месте, обернулся, его лицо было бледным и испуганным, и он не знал, куда положить обе руки.

Цзэн Цзымо крепко сжал рот и закричал мягко: «Слишком поздно.»

«Его характер»

Говоря об этом, Цзэн Цзымо снова почувствовал боль в своем сердце и тихо прошептал.

«Я знаю его характер.»

После паузы Цзэн Цзымо снова заговорил пугающим холодным голосом.

«Он сказал, что вы наша семейная собака Цзэн. Он был не прав.»

«Раньше ты был собакой семьи Цзэн.»

«Теперь семье Цзэн не нужна такая собака, как ты!»

«Мой дедушка выбрался из горы крови и стал единственным выжившим лидером. Его достоинство не позволяет никого осквернять в любой форме!»

Когда прозвучали эти слова, был слышен только хлопок.

Лю Жуй упал на колени и закричал:» Цзэн Цзэн. Я был неправ. Я был неправ».

Лю Жуй весь дрожал, плакал как собака, плакал и умолял.

«Мистер Цзэн, я был неправ, я не смею больше. Пожалуйста, дайте мне еще один шанс».

Цзэн Цзымо закрыл глаза и холодно сказал:» Убирайся!»

«Я больше не хочу тебя видеть!»

«Навсегда!»

Цзэн Цзымо был явно зол. Лю Жуй был весь замерз. Он не осмелился больше ничего сказать, встал и вышел.

Младшая сестра Лю Жуйя вышла из дома. и взял Лю Руи за руку, дрожа крикнул: «Шурин, что мне теперь делать?»

Лю Жуй яростно ударил свою сестру и сестру, бил ее кулаками и ногами.

«Это все, сука, я тебя убью».

Маленькая тётя не экономная лампа, она вскочила и закричала: «Ты жадный и вини меня, ты не будешь под видом вывески семьи Цзэн, люди будут разбивать табурет от барабана?»

«Ты бил меня, хорошо, ты бил меня, моя старушка борется с тобой»

«Я собираюсь рассказать своей сестре!»

«Ты зверь».

Двое сражались снаружи, привлекая многочисленных продавцов и коллег в античном городе.

В обычные дни властный и властный профессор Лю Жуй Лю был избит, укушен и ущемлен своей невесткой, ехавшей на нем.

Многочисленные шокирующие новости хлынули из его рта, отчего люди ошеломили и ошеломили.

Линь Чжуан Ли!

Цзэн Цзымо все еще был зол и мягко сказал: «Отправка сообщений. Каждая компания».

«Лю Руи не имеет права использовать его снова. Тот, кто использует его снова, будет исключен. Никогда не нанимать.»

Группа секретарей у дверей должна кричать, немедленно записывать их и публиковать слова на своих мобильных телефонах.

Цзэн Цзымо молча присел на корточки, подобрал разбитые опилки и фрагменты один за другим и положил их в ящик.

«Я купил табурет для барабана. Пожалуйста, скажите куратору Тану, чтобы он сказал ему, что я заберу его и помогу ему перевезти бусы».

Цинь Юньхуа мягко кивнул и тихо сказал голосом: «Мистер Цзинь Фэн, мальчик Кровавый, уравновешенный, Цзэн всегда не принимает злость в свое сердце».

Цзэн Цзымо был поражен и внезапно красиво улыбнулся, как цветущая роза.

«Цзинь Фэн!?»

«Итак, его зовут Цзинь Фэн!»

«Я наконец-то знаю его имя.»

Night At В десять часов Цзинь Фэн забрал шестого дядю и старшего ребенка из города горячих горшков самообслуживания Сяомы и направился прямо в парк Аннин.

В пруду в парке Эннинг дядя Шесть принес сумку с вещами.

В темноте, прочитав что-то при слабом свете старомодного мобильного телефона, Цзинь Фэн нес сумку и проиграл дяде Шестому 120 000 юаней.

Во время транзакции было всего два человека, дядя Лю и Цзинь Фэн, а старший ребенок держал в стороне дядя Лю.

Дядя Шесть кивнул головой, демонстрируя легкую благодарность.

«Великая благодать не говорит вам спасибо».

Расставшись, Джин Фэн поехал домой на скутере.

Кто-то из строительной бригады, приглашенный осмотреть строительную площадку, Чжоу Мяо рано пошел в магазин Лун Ао, чтобы помочь.

Во временном сарае Цзинь Фэн открыл сумку и вынул из нее несколько вещей.

Одна вещь — это резной нефритовый Гуаньинь.

Высота 22 см, ширина 8 см, основание 10 см.

Ю Гуаньинь был покрыт илом, Цзинь Фэн взял большой таз с водой и омыл Ю Гуаньинь водой.

Этот нефритовый Гуаньинь показывает свое истинное лицо.

Тело красивое, сокровище торжественное, лицо полное, нос пухлый, глаза слегка опущенные, добрые и величественные, кажется, открывается панорамный вид на мир.

Задняя часть головы освещена узорами пламени, а голова носит цилиндрический венец из цветочной лозы и облачена в белое марлевое небесное одеяние.

На груди украшения, а два конца шелковой ткани пересекают плечи перед коленями, свисают в локтях, а обе стороны плаща немного направлены наружу, что делает его элегантным и элегантным.

Держа в левой руке самую знакомую бутылку юцзин, в правой — ветвь ивы, стоя на сложном сиденье лотоса с лепестками для девятого класса.

Ветви ивы в руке изображены особенно изысканно, а детали еще более яркими.

В целом статуя кристально чистая, с изысканной резьбой и превосходной маневренностью.

Этот нефрит Гуаньинь, несомненно, сделан из белого нефрита из семян Хетяна, который немного меньше нефрита из баранины.

Но ее гравюра отличается изысканной атмосферой и новаторством в простоте.

Лепестки лотоса под сиденьем лотоса могут ясно видеть самые прекрасные благоприятные узоры облаков.

Особенно чистая нефритовая бутылка, которую держал бодхисаттва Гуаньинь, легкий оттенок натурального золота, посыпанный на белый нефрит, который поднял весь нефрит Гуаньинь до крайности.

Это посыпанная золотом кожа, которая идет вместе с сырьем. Это очень редко, и это замечательно для этого нефрита Гуаньинь.

Нет ничего лучше этого.

Держите его в руке, щупальца теплые и маслянистые, нефрит довольно плотный, нежный и влажный, и излучает мягкий и неглубокий блеск под лампой.

Хотя материал нефрита Гуаньинь в моей руке не из баранины, есть несколько резных фигурок из белого нефрита, подобных этой.

В древние времена добыча нефрита в Хетане была не такой, как сейчас. Она велась прямо на экскаваторе. В то время добыча была полностью ручной, а добыча была чрезвычайно сложной.

Ожидается, что такой большой кусок будет превращен в Нефритовую Богиню Милосердия, которая отнюдь не является обычным гигантом, который может себе это позволить.

На нефритовом гуаньинь не было найдено никаких гравированных надписей, но с точки зрения резьбы этот нефритовый гуаньинь является типичной техникой среднего династии Мин.

Единственное сожаление — это цвет нефритового гуаньинь.

На спине много цветов, а толстая коричневая линия палочек для еды тянется к основанию, теряя много очков.

Лепестки лотоса на основании также имеют много цветов, пятен и пятен, которые добавляют особого настроения всему Гуаньинь.

На передней части небесной мантии Гуаньинь, на парящей мантии есть целый кусок лейкоплакии, а также два таких белых пятна на лотосных стопах Гуаньинь.

Этот цвет Цинь отличается от текстуры и цвета Нефритового Гуаньинь. Это особый цвет Цинь, который образуется в результате длительного замачивания в воде.

Эти белые пятна появились на Нефритовом Гуаньинь, придавая всему Нефритовому Гуаньинь особый вкус.

Положите Джейд Гуаньинь, Цзинь Фэн закуривает сигарету и берет другой предмет.

Это золотая медаль, на которой выгравировано много слов. Цзинь Фэн мельком взглянул на нее, прежде чем отбросить в сторону.

Три — золотая печать, цвет очень новый, золотой свет блестящий, длина и ширина — все четыре сантиметра, верхняя кнопка — пуговица с тигром на корточках, а форма так себе.

На печатной поверхности четыре символа, небольшой компиляционный скрипт, печать короля Сяна.

Гравировка очень хорошая, хотя есть недочеты, шрифт хорошо виден.

Все тело этой золотой печати покрыто пятнами, а на золотом корпусе есть много пятен, которые являются следами естественного износа.

Увидев четыре символа печати короля Сяна, Цзинь Фэн был немного удивлен. Он закрыл глаза и немного подумал, и обнаружил невероятное, что он мог видеть эту печать короля.

Владелец печати короля Сяна — король Сян.

В истории есть целая дюжина людей, которых назвали королем Сяном. Четыре династии Тан, Сун, Мин и Цин носят титул короля Сян.

Владелец этой золотой печати — король Сян из династии Мин.

О нем очень мало записей.

Чжу Иминь, король Сян, был членом клана династии Мин. Их происхождение далеко от кровного императора Чжу Юцянь из Чунчжэня, и они принадлежат городу Сянъян.

Он был в период, когда две армии Ли Цзычэн и Чжан Сяньчжун восстали.

Сянъян использовался Чжан Сяньчжун. Только 28 человек, переодетых солдатами династии Мин, вошли в город с письмами и легко захватили Чжу Имина.

После разрушения города Чжу Имин помолился о жизни и был казнен Чжан Сяньчжун. Чжан Сяньчжун раздал 500 000 зерен на помощь при стихийном бедствии в городе Сянъян, завоевав сердца бесчисленного множества людей.

Неожиданно Ван Инь Чжу Имина попал в руки Цзинь Фэна через сотни лет.

Отбросьте золотую печать и возьмите другой кусок.

Начальная точка очень тяжелая, и нажатие кажется очень тяжелым.

Это коричнево-желтая нефритовая печать.

Нефрит по качеству уступает хетианскому нефриту, его производил Топаз.

На кнопке печати изображен чилонг, резьба очень реалистична, линии немного грубые, и все же есть определенное расстояние от техники мастера.

Чи — это форма дракона, которая в основном используется для печати кнопок.

Чилонг ​​на напечатанной кнопке лежит неподвижно, голова дракона слегка приподнята, а глаза дракона сверкают вверх, но левое веко слегка опущено, чувствуя себя немного декадентским.

Особенно когти дракона, обнаженные Чилонгом, здесь совсем нет остроты, хвост дракона слегка вздернут, а узор рыбьей чешуи на теле дракона не очень правильный.

Весь дракон выглядит более чем свирепым, но недостаточно мощным, и он немного устал, больше похож на больного дракона, безжизненный.

По сравнению с драконом на императорской печати Юнчжэн, полученной Цзинь Фэном, это почти одно подземелье и одно небо.

Нет такого высокомерия, как дракон на печати Юнчжэн, и нет ничего великолепного в том, чтобы сдаться мне.

Общие пропорции также кажутся проблематичными, а глаза Цзинь Фэна чрезвычайно нескоординированы.

Когда он отбрасывал в сторону, Цзинь Фэн все еще повернулся, чтобы посмотреть на печать этой печати.

На отпечатанной поверхности выгравированы шесть небольших сборников.

Внезапно Цзинь Фэн сильно сжал зрачки, и его дыхание стало остановленным.

«Печать императора Великого Запада!»

Держа эту печать, Цзинь Фэн ухмыльнулся.

Неудивительно, что это выглядело так неуклюже, оказалось, что это его тюлень-дракон-бандит из травы.

С древних времен дракон был символом китайской цивилизации. Потомки Янь и Хуан называются потомками дракона.

Тысячи лет дракон прошел через всю историю и цивилизацию Китая.

В прошлых династиях феодального общества драконы играли ключевую и важную роль. Независимо от того, королевские ли они или народные, драконы являются высшей духовной жертвой.

Дракон также стал символом успеха или неудачи каждой династии.

Самым загадочным и специфическим является исполнение драконов на артефактах различных династий.

Каждый раз, когда император-основатель феодальной династии взбирался на трон, он заказывал отливку из фарфора или золота, нефрита или других артефактов, на которых драконы были сильными, сильными и могучими, доминирующими над миром.

Поскольку династия продолжается из поколения в поколение, драконы на артефактах каждой династии имеют свои собственные характеристики: мягкие, жестокие, депрессивные, слабые или упадочные.

Это самое невероятное и непонятное странное явление, пока многие специалисты не могут дать точных ответов.

В более поздний период этой династии национальное богатство пришло в упадок, и дракон на артефактах полностью потерял импульс и господство императора-основателя и превратился в депрессию, бессилие и даже смерть.

В очень немногих кругах мастеров они считают драконов на этих артефактах символами взлета и падения династии.

Этот вариант еще называется!

Удачи!

Эта печать императора Дакси символизирует удачу Дакси.

По сравнению с печатью печати, дракон чилонг ​​на кнопке печати чрезвычайно непостоянен в пропорциях. Хвост дракона короткий, и первая песня дракона, кажется, сдерживается людьми.

Ноги дракона обнажены, но когти дракона тупые и слабые, а тело дракона неуклюже. Чешуя дракона на нем случайная и грубая.

Изображение головы дракона очень злобное и жестокое, но ему не хватает выносливости, и его упадок очевиден.

Таким драконам суждено стать драконами Цяньлун, и они никогда не поднимутся на небеса.

Цзинь Фэн некоторое время смотрел на печать, тихо ощущая сообщение, которое печать принесла ему, и мягко покачал головой, оставив печать в стороне.

Остальное — изделия из золота, серьги, кольца, браслеты и др. Все они изысканно изготовлены и представляют собой вершину той эпохи.

Золотые изделия Да Мин не имеют аналогов в мире.

Однако жаль, что эти золотые изделия являются народными изделиями и не используются при императорском дворе.

В дополнение к золотой посуде, есть несколько золотых и медных монет, именно это и ищет Цзинь Фэн, большие деньги за награду западного короля.

Золото хранилось очень долгое время. Даже если прошло триста лет, эти золотые монеты выглядят вполне завершенными. Некоторые персонажи обычного письма сильны и старомодны, и они очень внушительный.

В музее Modu есть только одна зарегистрированная награда Xiwang, приносящая деньги.

У Цзинь Фэна в руке три, и этого достаточно, чтобы гордиться всем миром.

Медная монета в награду Xiwang также является сокровищем. Медной монеты еще не обнаружено.

В уголках его рта появилась усмешка. Цзинь Фэн собрал вещи, сложил их в кучу металлолома, зажег сигарету и глубоко вздохнул.

Сегодня слишком долго откладывали, и я выполнил только две вещи.

Если у вас дома больше этих предметов, вы должны сначала купить сейф или хранить их в банковском сейфе.

Хотя есть сотни тысяч денег, для меня деньги вообще нельзя назвать деньгами.

Строительство большого навеса для станции по переработке отходов стоит 200 000 юаней, а строительство ряда домов — более 100 000 юаней.

Дороги, которую предстоит построить, приближается к 100 000, компания по сдаче металлолома должна быть зарегистрирована, а капитал должен быть не менее 200 000.

Денег осталось не так много, и Саньшуй нужно прооперировать.

Помимо денег, еще есть время.

За эту сотню лет Цзинь Фэн знал, что он слишком много упустил.

Историческое развитие человечества за эту сотню лет намного превзошло все предыдущие пять тысяч лет. Цзинь Фэн хочет наверстать эту сотню лет и должен понимать все, что произошло в этом столетии.

Знание определяет все.

Раннее утро, Ван Лай молчит.

В пасмурную и жаркую погоду лягушки и насекомые на болоте тихонько жужжали, создавая прохладный летний ноктюрн.

Повсюду вырыты траншеи. Это фундамент стальной конструкции. После затвердевания бетона теплица со стальным каркасом будет построена в течение недели.

Дорога, соединяющая главную дорогу райкома, вырыта, и завтра можно будет уложить изоляционный слой.

Время, для Цзинь Фэна, я всегда чувствую, что этого недостаточно.

Мягко вздохнув, Джин Фэн медленно повернулся.

Вдалеке послышались поспешные и беспорядочные шаги, и издалека чувствовался ароматный аромат розы.

Сердце Цзинь Фэна содрогнулось, и он быстро пошел ему навстречу.

Ли Исюэ побежал к временному зданию, запыхавшись, свет в телефоне освещал лицо Цзинь Фэна.

Темной ночью лицо Ли Яньсюэ было белым и отвратительным, а покраснение, намеренно нанесенное на ее лицо, уже было содранно.

Лицо было запаниковано от ужаса, а в его глазах читался бесконечный страх.

«Фэн Гэ Ян Вэй действительно вернулся»

«Ом!»

От звука

мозг Цзинь Фэна взорвался.

Прошлое воспроизводится одно за другим, как слайд, и, наконец, останавливается в моменте, который я никогда не хочу вспоминать.

«Ао Гэ Ао Гэ»

Выдохнувший Ли Жуйсюэ задрожал и позвал Ао Гэ, сердце Цзинь Фэна внезапно сжалось.

«Что случилось с Лонг Эр?»

«Скажи!»

Эмоции Цзинь Фэна были немного неконтролируемыми, он взревел, его глаза яростно сверкнули.

«Ян Вэй разгромил магазин Ао Гэ.»

«Хит Ао Гэ».

«Есть Саншуй»

Я слышал это Затем, Джин Фэн только почувствовал, как кровь приливает к его лбу, врывается в электромобиль третьего ребенка Ли Хуэя, нажимает на педаль газа и уносится прочь.

Цзинь Фэн не мог представить себе встречу между Лонг Ао и Ян Вэй.

Пять лет назад Чжоу Мяо и он сам серьезно ранили Ян Вэя, и они использовали отвертку, чтобы разорвать его гениталии на куски.

Семья Ян Вэй призвала десятки людей осадить свалку.

Цзинь Фэн и Чжоу Мяо лежали на кровати, их просто сшили и связали за ноги, и один из них держал острый нож.

У двери хижины стоял босс Чжан Дань.

Чжан Дань держит костяной нож и стоит там, как гора.

Это последняя линия защиты для этой семьи.

Линия обороны находится у дверей станции для отходов.

Стоя там, да.

Лонг АО.

Лонг Ао стоял у двери с двумя горными ножами, и ручки ножей в его руке были крепко привязаны к обеим ладоням длинными лентами ткани.

Лун Ао один, столкнувшись с более чем 50 членами семьи Ян Вэй, большинство из которых — братья Ян Вэй в обществе.

Нож Гуань Гун в их руках может отрезать человеку ногу одним ударом.

Чжан Дань стоит у дверей хижины — это гора.

Лонгао стоит у двери мусорной станции — статуя.

Группа людей была потрясена инерцией Лонг Ао, но всего через несколько минут более десятка человек бросились вверх.

Не долго думая, Лонг Ао бросился вперед.

Два надреза, два надреза.

Меня ранили семь раз, и все его тело было ранено.

Тот, кого изрубил Лонг Ао, схватился за шею и дернулся, другой закричал от боли, держась за ногу.

Кровь бежит!

Эти люди бросились убить Лун Ао. Первым ворвался полицейский по имени Ван Вэньлун из полицейского участка, позволив Лун Ао лишить себя жизни.

Надменная семья Ян с криком бросилась на мусорную станцию, но резко остановилась в следующую секунду.

Чжан Дань держит обвалочный нож, и два пластиковых ведра привязаны к передней и задней части его тела.

Пластиковое ведро пробито, и желтый бензин полоскает горло, намочив все тело Чжан Дана, растекаясь по земле.

Все были так напуганы этой сценой.

Семья Ян чрезвычайно влиятельна в этой области. Они управляли ротой сноса, комнатой для мытья ног и чайным домиком.

Они видели много безжалостных людей, и они порезали много безжалостных людей.

Но перед Чжан Даном они все были напуганы.

Но это только начало.

Лонг Ао, у которого было семь ножей в теле, бросился во двор, выпрямив тело, и запер ворота двора с помощью большой железной веревки левой рукой.

Толкаем тележку с бензобаками к двери.

После этого Лонг Ао открутил все бензобаки и обнаружил зажигалку.

Десять бензобаков вызвали бушующий пожар, который может взорваться в любое время и в любом месте.

Если это взорвется, вся свалка сравняется с землей.

В мгновение ока семья Ян, вошедшая во двор, была так напугана, что прыгнула через стену и убежала, сломав нескольким людям ноги на месте.

Робкий метнул нож прямо и так испугался, что тут же помочился в штаны.

Люди за пределами двора даже не осмелились подойти и вынудили позвать Лонг Ао. Окровавленный Лонг Ао высоко поднял средний палец.

Бригада по подавлению массовых беспорядков бросилась посмотреть на эту сцену и испугалась: во дворе стояло на коленях больше десятка человек, у всех воняет промежность.

В конце концов, тетя Ван решила вопрос.

В то время лучшая больница провинции не смогла спасти Ян Вэя, поэтому его перевели в волшебный город.

Поскольку Ян Вэй был без сознания и не имел свидетелей, Чжан Цзян встанет и скажет, что Ян Вэй был убит.

Семья Ян может быть только по умолчанию.

Чжан Дань был приговорен к пяти годам заключения и потерял семье Ян более 80 000 юаней.

Деньги — это все сбережения четырех братьев.

У Ян Вэй, Лун Ао, Цзинь Фэна и Чжоу Мяо есть свои врачи.

После этого инцидента семья Ян, вероятно, боялась смерти четырех братьев, поэтому они переехали и покинули Цзиньчэн в течение нескольких месяцев.

С тех пор у Ян Вэя нет новостей.

Эти ублюдки никогда не осмелятся снова появиться в этом поколении.

Пять лет спустя все, что было разбито и поддерживалось, снова было разбито.

На этот раз это была еще одна кровавая битва.

Встревоженный Цзинь Фэн мчался всю дорогу, и ему потребовался всего час, чтобы добраться до закусочной.

Вдали я увидел беспорядок у двери продуктового ларька братьев.

Даже не остановив аккумуляторную машину, Цзинь Фэн прыгнул вниз, как летящий, и получил удар кувалдой в грудь.

На ступеньках магазина Лонг Ао просто сидел, подпирая голову левой рукой, с равнодушным выражением лица и тусклыми глазами.

Голая верхняя часть тела была покрыта шрамами, его лицо было сине-фиолетовым, а сумка босса была раздутой.

Под ногами Лонга Ао была большая лужа крови, смешанная с грязным дождем, и зловоние было неприятным.

Кастрюли и сковороды, различные приправы были разбросаны по полу, пивные бутылки, столики и пластиковые скамейки были разбиты на куски.

Чжоу Мяо тупо сидел на мокрой и холодной земле под газовой плитой, держа в руке кухонный нож, кровь капала с его головы и капала по всему телу.

Магазины по обеим сторонам магазина были опустошены, сигнальные лампы компьютеров все еще мигали, а два компьютера стояли у дверей и записывали видео в реальном времени.

Чжоу Мяо взглянул и увидел Цзинь Фэна, показавшего самодовольную улыбку, и сильно вытер ее, его лицо было залито кровью, еще более устрашающе.

«Брат Фэн, этот ублюдок сбежал».

«Брат Ао отчаянно сражается. Одна дюжина шесть!»

Чжоу Мяо закричал, но глаза Но было в нем глубокий страх.

Цзинь Фэн энергично кивнул, кровь в его глазах собиралась вырваться, он присел на корточки и зажег сигарету в рот Чжоу Мяо.

Сильно похлопал Чжоу Мяо по плечу и тихо сказал: «Ты в порядке».

Повернулся и подошел к Лун Ао с пачкой сигарет в руке. молча горит, молча передал.

Лонг Аоман непреднамеренно посмотрел на сигареты Цзинь Фэна и фыркнул: «Ты, черт возьми, тоже курил поддельные сигареты».

Сигареты дал тебе Ву Гохуа для купания в ночное время. рынок Нет, все, что вы видите, — подделка.

«Настоящая сигарета, ее подарил кто-то другой. Возьми ее».

«Твои вещи, мне они не нужны».

«Твой телефон и сигарета. оба на чердаке, подержите и покатайтесь некоторое время.»

Цзинь Фэн молча сел, молча выкурил сигарету и прошептал:» Как дела?»

Лицо Лонга Ао было полно презрения, его рука с сигаретой высоко поднята, голова высоко поднята, и он сказал с насмешкой.

«Девять человек, я победил шестерых. Саньшуй взял лезвие.»

«Хорошо посчитать его в солнечный собачий день. Если патрульная машина опоздает на пять минут, я определенно могу убить его.»

Цзинь Фэн спросил глубоким голосом:» Как ты это сделал?»

Лонг Ао дернул ртом, его глаза были холодными, и он легкомысленно сказал:» Если ты ударил его, ты должен ударить его. Если ты увидишь это, ударь его.»

Глядя на Цзинь Фэна, Лун Ао опустил руку.

Густая струйка крови из палочек для еды стекала с макушки его головы ручьем.

Цзинь Фэн яростно поднял голову, стиснул зубы, сжал кулаки и вонзился ногтями в плоть.

Пятисантиметровая дыра на голове Лон Ао кровоточила со лба, задыхаясь. Он прошел веки, капнул ему на ноги, как веревка, и, наконец, упал на землю.

«Будьте осторожны. Ян Вэй изучил кунг-фу, и избивать людей очень больно.»

Лонг Ао оперся на тушеную плиту позади него, наклонил голову и посмотрел на Цзинь Фэна, его веки были закрыты, но он попытался открыть их, кровь все еще хлынула из его головы.

«Рядом с ним человек. Выстрелы очень ядовитые, все они безжалостные, я не могу их победить.»

«Этот уровень пройти непросто.»

Закончив говорить, Лун Ао закрыл глаза и криво упал на землю.

Чжоу Мяо закричала, волоча культю, и упала на землю, не сделав двух шагов.

Рука Цзинь Фэна крепко сжала голову Лун Ао, кровь текла между его пальцев, и рука Цзинь Фэна была пропитана ею, такая красная.

В два часа ночи Цзинь Фэн вышел из больницы и вернулся на закусочную, не вымыв рук.

В больнице Цзинь Фэн и Лун Ао снова поссорились.

«Отдыхай. Остальное я понесу.»

«Пусть твоя мама заставит тебя! » Вы не можете себе этого позволить.»

«Собирайте вещи и двигайтесь. Отправляйтесь в Город Большого Будды и ждите, пока выйдет босс. Поменяйтесь местами и начните заново.»

Цзинь Фэн тихо сказал:» Вещи, не убирайся, дом, не двигайся.»

«Я вернусь и открою магазин.»

«Он приходит и убивает его.»

Чжоу Мяо все еще сам убирал в магазине.

Боссы в соседних магазинах были заняты закрытием киосков. Никто не подошел, чтобы поздороваться с Цзинь Фэном и Чжоу Мяо, вместо этого они смотрели друг на друга. Указывая сюда, это выглядело как злорадство.

Цзинь Фэн остановился, повернул голову, его взгляд скользнул по нему, его острые глаза пронзили сердце противоположного человека.

Несколько боссов и чуваков спешат паковать свои вещи с опущенными головами.

Супруги, торгующие тушеной свининой по соседству, кричали на Цзинь Фэна. Холодно крикнул: «На что ты смотришь? Я хочу показать свою вторую жену, да?»

«Только сухожилие второго по длине ребенка, он заслуживает неудачи».

«Если бы он не умер, он был бы фатальным».

«Если бы он умер, он бы умер напрасно».

Не говоря ни слова, Цзинь Фэн взял пивную бутылку и разбил его в мужчину.

Мужчина был застигнут врасплох и ранен в грудь, а его жена сошла с ума и бросилась кричать на Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн взял другую бутылку, сильно ударил по ней, разбил бутылку, держался за ручку бутылки и крикнул на женщину.

«Попробуйте еще одно проклятие».

Женщина резко остановилась, ее лицо было в ужасе.

Мужчина подошел и крепко взял женщину за руку, но больше не осмеливался смотреть на Цзинь Фэна.

Боссы и парни из других соседних магазинов были так напуганы, что не осмелились снова заглянуть сюда.

Цзинь Фэн сказал глубоким голосом: «Все спорят за жизнь на одной улице. Кто из них никогда не встретится?»

«Сегодня очередь моих двух братьев. Вы злорадствуете. завтра Когда придет твоя очередь, что ты будешь делать?»

«Что ты думаешь?»

Когда прозвучали эти слова, приятель босса в соседнем магазине опустил голову ниже.

Цзинь Фэн медленно повернул голову, пытаясь нормализовать дыхание.

«Как насчет брата Ао?»

«Легкое сотрясение мозга. Двенадцать швов. Я заснул».

«Чтобы меня выписали, потребуется несколько дней.»

Услышав это, Чжоу Мяо прослезился и захныкал.

«Не плачь».

Сильно похлопав Чжоу Мяо по плечу, Цзинь Фэн холодно сказал: «Слезы не стоят денег. Не смотрите свысока».

«Вставай. Собирай это».

Цзинь Фэн вошел в магазин и методично поднял стопки.

Жирные кишки, ребра и говядина по очереди кладут в морозилку, а суповую запеканку с троттерами выкладывают наружу.

Печь для брикетов была потушена супом из свиных рысаков, и все брикеты были вывезены.

Чжоу Мяо крепко укусил его за руку и тяжело хм-м-м.

Со слезами я встал и молча начал убирать.

Опрокинутые ингредиенты вычищены и сложены в кучу.

Два брата вымыли разбитые световые короба, пивные бутылки, посуду, палочки для еды и пластиковые тазы. Оба брата упаковали все обломки ведрами, погрузили их в тележку и толкнули в мобильный мусор в пятистах метрах, вагоны вываливали один за другим.

После всего этого было уже четыре часа утра.

За исключением магазинов, которые открыты всю ночь, все магазины вокруг были закрыты. Тусклые уличные фонари на всей улице мрачны, как хризантема, темные и темные, мрачные и устрашающие.

Чжоу Мяо трижды промыл землю. Сточные воды и кровь смешались вместе, потекли в сторону улицы и медленно попали в канализацию.

Цзинь Фэн опустился на колени рядом с Чжоу Мяо, держа белое вино, чтобы промыть раны Чжоу Мяо.

Травмы Чжоу Мяо несерьезные, большинство из них — кожные. Достаточно нескольких дней отдыха.

На теле было две небольшие внутренние травмы. Не было игл. Цзинь Фэн сделал простую чашку из стекла в магазине, и внутренние травмы Чжоу Мяо были быстро вылечены.

Плача, Чжоу Мяо рассказал Цзинь Фэну о том, что произошло.

Как сказал Лонг Ао, его судьба должна встретить, и никто не сможет сбежать.

Четыре человека подошли перекусить, сказав, что они израсходовали еще три стола и заказали много блюд.

Я только что подал тушеные овощи, а остальные вышли из машины до того, как было выпито вино.

Чжоу Мяо был занят доставкой вина и смотрел на человека.

Этот человек — Ян Вэй.

Ян Вэю было наплевать, когда он впервые увидел Чжоу Мяо, но он почувствовал себя немного знакомым. Когда он обернулся и увидел Лонг Ао, который готовил в кастрюле, он сразу же встал.

Ян Вэй посмотрел на Лун Ао и Чжоу Мяо, но ничего не сделал, медленно пил.

Чжоу Мяо рассказал Лун Ао эту новость. Лонг Ао только посмотрел на Ян Вэя, но ничего не сказал и продолжил готовить.

Через некоторое время Лун Ао принес суп из рысаков, а Ян Вэй встал и с горечью посмотрел на Лун Ао.

Поставить таракана перед Лонг Ао, выплюнуть полный рот воды в суп из рысаков и указать на Лонг Ао.

«В вашем супе из рысаков есть тараканы. Как это можно подсчитать?»

«Почему вы пьете эту тарелку супа и едите ее с тараканами».

«Если хочешь, просто опустись на колени и поклонись».

Когда враг встречается, не о чем говорить и вести переговоры.

«Съешь свою мать».

Лун Ао взял суп и пристегнул Ян Вэя по голове, ударив Ян Вэя в живот.

В мгновение ока началась драка.

Лонг Ао, практикующий Санда в течение пяти лет, ждет этого дня в своих снах.

Девять человек на противоположной стороне избили Лонг Ао, пивные бутылки и тарелки разлетелись по небу.

Чжоу Мяо, который был приготовлен очень давно, бросился из магазина с двумя кухонными ножами и зарубился.

В этот день Чжоу Мяо тоже ждал пять лет.

Встречая Ян Вэя, я никогда не умру.

Девять противников немедленно разделили троих из них, чтобы разобраться с Чжоу Мяо.

В течение оставшихся шести Лун Ао ни с кем не дрался, поэтому он просто убил Ян Вэя в одиночку.

Я не знаю, сколько кулаков, пивных бутылок и скамеек на теле и голове.

Но Лун Ао ударил только Ян Вэя в одиночку.

Ян Вэй также практиковал кунг-фу в последние несколько лет, но по сравнению с Лонг Ао все еще немного хуже.

Ян Вэй, очевидно, не ожидал, что Лонг Ао сейчас будет более жестоким, чем пять лет назад. Лонг Ао жестоко бил его по земле с каждым ударом по голове.

Несколько друзей Ян Вэя не могли с этим поделать, четверо из них вывернули ноги, а один из них крепко держал Лонга Ао за шею и оттолкнул Лун Ао с силой доения.

В это время был человек из Лонг Ао, который был невысокого роста, всего 1,7 метра, и его тело было очень худым, он боялся, что у него нет даже сотни кошек.

Именно этот человек порезал себе голову и поприветствовал Лонга Ао лицом к лицу. Кнутом он победил Лонга Ао.

Лонг Ао снова встал и бросился к нему, но мужчина подпрыгнул на месте и нанес ответный удар.

Хотя Лонг Ао знал, что этот человек очень силен, он не ожидал, что этот человек будет таким быстрым.

Тело только что втягивало грудь, но человек был крепким и пнул.

Сразу же Лонг Ао был избит и вылетел, его голова сильно ударилась о стол, его тело и ноги постоянно тряслись, но он не мог встать.

Когда Ян Вэй прибыл в Лун Ао и собирался разбить его пивной бутылкой, на улице мигал предупредительный световой сигнал.

Эта закусочная — одна из десяти больших и маленьких улиц Цзиньчэна. Здесь много людей, которые пьют и создают проблемы, дерутся, воруют и мошенничают. Здесь уже давно стоят патрульные машины.

Ян Вэй набросился на Лун Ао, свернул в машину и уехал раньше, чем подъехала патрульная машина.

Тот, кто избил Чжоу Мяо, был порезан и ранен Чжоу Мяо, и его также увезли.

«На какой машине ты водишь?»

«Две машины, одна Land Rover с наддувом, одна Tiguan L.»

Хотя Чжоу Мяо не умеет водить машину, его любимая машина — это машина.

Два брата зажигают сигарету и просто садятся.

Послушайте Чжоу Мяо. Цзинь Фэн имел общее представление о ситуации на тот момент.

Судя по травмам Чжоу Мяо и его словам, остальные — гангстеры, которые практиковались в течение нескольких дней.

Тот самый. кто действительно могущественен, тот последний..

Джин Фэн понимает способности Лонга Ао и практиковал Санда в течение пяти лет, что считается небольшим достижением.

Этот человек победил Лонга Ао на землю обеими ногами. Этот человек, То, чем вы занимаетесь, не является ни Санда, ни сражением.

Это Нэйцзяцюань.

«Вы идете на чердак, чтобы отдохнуть.»

«Я пойду за продуктами.»

Чжоу Мяо был ошеломлен и мягко сказал:» Почему вы покупаете овощи?»

Цзинь Фэн встал, посмотрел на бесконечную темную ночь и холодно сказал:» Второй ребенок лег, и магазин открылся.»

Чжоу Мяо Нуонуо сказал:» Но мы не умеем готовить «.»

«Если он испортится, бренд брата Ао будет разрушен.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Это я.»

Я проехал на электрическом трехколесном велосипеде Чжоу Мяо и поехал прямо на овощной рынок. Когда я вернулся, было уже больше пяти часов. Магазин для завтраков на улице был открыт для работы.

Чжоу Мяо не послушал слов Цзинь Фэна и в одиночку поднял погасшую печь для брикетов.

Два брата начали новый раунд уборки.

Рассол готов. Утиные головы, утиные крылышки, свиные лапки, свиные и кроличьи головы также маринуют Лонгао, поэтому просто вылейте их в рассол и варите достаточно времени.

Около семи часов утра все необходимые материалы были подготовлены. Цзинь Фэн снова пошел на рынок лекарственных материалов и купил несколько упаковок лекарственных материалов.

Курица, доставившая курицу, ждала в магазине больше десяти минут.

Это местный цыпленок, заказанный Jinfeng. Хотя он также питается кормами, он все же намного лучше, чем средний бройлер.

Десять из них были отобраны, а остальных птицеводы перевезли сами.

Хотя курицы были недовольны, Цзинь Фэн дал деньги, и он не мог вынести дыхания.

После того, как курицу убили, в нижней части живота сделали отверстие, легкие извлекли и промыли.

Купленные лекарственные средства были завернуты вместе и вложены в куриное брюшко Цзинь Фэном.

Затем бросьте его в большое ведро и замаринуйте по собственному рецепту.

Чжоу Мяо не спал всю ночь, его лоб был разбит, и он был истощен физически и морально.

Цзинь Фэн начал готовить суп самостоятельно.

Различные лекарственные материалы, купленные на рынке лекарственных материалов, очищаются, взвешиваются и по порядку кладутся в огромную суповую кастрюлю.

Возьмите двух маринованных местных кур и бросьте их прямо в кастрюлю с супом. После того, как вода закипела, Цзинь Фэн начал добавлять другие травы.

В девять часов прибыла желтая говядина Цзинь Фэна.

Желтая говядина доставляется живым скотом с высоких гор в Тибете, и ее цена намного выше, чем цена замороженной говядины.

Цена тоже намного выше.

В дополнение к 30 головам говядины, был также вывоз крупного рогатого скота, который стоил Цзинь Фэну полных 2000 юаней.

Как только я съел большую миску лапши в магазине, Цзиньфэн начал убирать скот без остановки.

Говяжья печень, кишечник, сердце и легкие, жалюзи и рубец сначала очищаются, затем варятся, а затем снова промываются три раза подряд.

Затем я начал складывать лекарственные вещества, переливать их в другой большой горшок и медленно кипятить рядом с ним, медленно выбрасывая лекарственные вещества.

Этот горшок с супом кипятился пять часов, и лекарственные вещества полны ими, и, наконец, произошли качественные изменения.

Цзинь Фэн, который закрыл глаза и вздремнул, открыл глаза, положил десять маринованных цыплят в другую кастрюлю с супом и начал кипеть.

Запах лекарственных веществ начал медленно распространяться, парил в воздухе и постепенно рассеивался.

В час дня продуктовый магазин доставил то, что хотел Цзинь Фэн.

Кастрюли, сковороды, столы и скамейки, которые были разбиты и разбиты, собирались одна за другой.

Я пошел в небольшой супермаркет, чтобы купить кисти и чернила, и разложил новый стол. Джин Фэн взял кисть для письма и написал на бумаге несколько типов иероглифов.

Бумага рисовая, худшего сорта.

Подождите, пока чернила высохнут, Цзинь Фэн покрыл обе стороны рисовой бумаги пластиковой лентой, чтобы сделать пластиковую печать шириной два метра и шириной один метр.

У разбитого светового короба Цзинь Фэн приклеил обернутую полиэтиленом рисовую бумагу, а затем обмотал лентой.

Новая вывеска светового короба готова.

На вывеске с помощью скелета крана написано несколько строк слов.

Тайный тушеный цыпленок двора Мин.

Даосский бессмертный горшок бога горы Хеминг.

Хотя сейчас день, Цзинь Фэн рано повесил рекламный световой короб на обочине дороги.

В два часа дня тушеная курица была тщательно приготовлена, выключен огонь и медленно тушился.

Цзинь Фэн начал готовить еще одно блюдо.

В дверь вошла девушка и издалека ощутила неповторимый аромат роз.

Ли Исюэ несла мешок с фруктами, и эритема с ее лица была удалена, открывая это потрясающе красивое лицо.

Идеальное сочетание феи и банши, хотя они носят свободную школьную форму, они не могут скрыть грациозность всех существ вверх ногами.

Я не знаю, почему Бог породил такого бесподобного ошеломителя, но его жизнь так мучительна.

Ли Исюэ однажды сказала себе, что она никогда не ходила в школу, и она была с похитителями столько, сколько себя помнила, гуляла от Тяньнаня до Хайбэя, росла, прося милостыню и скитаясь.

В то время Ян Вэй жестоко изнасиловал Ли Исюэ, Цзинь Фэн ворвался и объединился с Ян Вэем, но Ли Исюэ никого не видел.

Станция по переработке отходов осматривала окрестности, и бригада по борьбе с беспорядками была встревожена. Проблема была слишком большой, и компьютерный администратор вмешался в расследование, но Ли Исюэ не появлялся от начала до конца.

Только когда дело было закончено, Ли Исюэ появилась, преклонив колени рядом с Цзинь Фэном и Саньшуй, просто поклонившись.

Кайзие тоже встал на колени, его всего три пальца продолжали бить себя по виску.

В слезах и проклятиях Лун Ао вытащил Ли Инсюэ из станции для отходов, удерживая похитителя, и плотно закрыл дверь.

В течение полутора лет трое братьев игнорировали Ли Исюэ.

Пока однажды Цзинь Фэн не увидел Ли И, вышедшего из императорского дворца со снежинками и ветвями.

Той ночью Цзинь Фэн ворвался в дом похитителя, вынул всю яркую одежду и обувь, охранял вход на свалку и ждал возвращения Ли Исюэ.

Когда Ли Исюэ вернулся, Цзинь Фэн ничего не сказал, толкнул Ли Исюэ на землю и в отчаянии оторвал тонкую повязку Ли Исюэ.

Не оставляйте себе!

Одежда сгорела в огне, и Цзинь Фэн тяжело опустился на Ли Исюэ и сильно ударил Ли Исюэ.

Ли Исюэ не двинулся с места. Чем больше Цзинь Фэн сражался, тем крепче обнимал Ли Исюэ.

Цзинь Фэн устал от боя и слабо лежал на теле Ли Исюэ.

Ли Исюэ крепко обняла Цзинь Фэна и открыла свое тело Цзинь Фэну.

До этого момента Цзинь Фэн не знал.

Оказалось, что Ян Вэй не смог изнасиловать Ли Исюэ в тот день.

Оказывается, Ли Исюэ все еще невиновен.

«Брат Фэн, я все еще хочу, чтобы ты взял меня».

Цзинь Фэн медленно встал, глядя на душераздирающе красивые лилии в грязи., развернулся и бешено побежал.

После той ночи Ли Исюэ больше никогда не стала принцессой. Она надела школьную форму и снова стала нищей.

«Я пошел в больницу, чтобы увидеть брата Ао, брат Ао попросил меня принести тебе фрукты.»

Ли Исюэ отложил фрукт, закатал рукава и молча вымыл кухонную утварь в магазине.

Элегантные розы распространились по магазину и медленно прошли. Цзиньфэн.

«Брат Фэн, что ты сделал? Хорошо пахнет.»

«Курица в маринаде. Позже все будет хорошо.»

«Что это?»

«Сказочный горшок.»

«Брат Фэн, — сказал брат Ао, — позволь тебе забрать меня.»

Цзинь Фэн слегка закрыл глаза, закурил сигарету и ничего не сказал.

Ли Исюэ присел на корточки, соблазнительные выпуклости напоминали безмолвную демонстрацию Цзинь Фэна.

Возмутительно белый Нинчжиу держал в руке черный стальной шар и энергично гладил засаленную крышку горшка.

«Брат Фэн. Я готов пойти с тобой.»

«Я буду следовать за вами, куда бы вы ни пошли.»

Цзинь Фэн повернулся спиной к Ли Исюэ и сказал глубоким голосом:» Я сам решу этот вопрос «.»

«Боишься, уходи.»

Слабое тело Ли Исуэйи было потрясено, ее руки окоченели, ее длинные волосы свисали с плеч.

Некоторое время воцарилась тишина, — мягко сказал Ли Исюэ.

«Брат Фэн не пойдет. Я не уйду».

«Брат Фэн, не беспокойся».

Цзинь Фэн мягко сказал: «После вопрос решен, ты возвращайся».

Ли Исюэ мягко покачала головой, ее черные волосы колыхались, как океанские волны.

«Если у тебя что-то есть, я никогда себе не прощу до конца своей жизни».

Цзинь Фэн подготовил плотный материал и положил его в морозильную камеру, и он начал замерзать.

равнодушно сказал: «Не думай слишком много. Я здесь, не бойся».

«Просто разгадывай его».

Ли Иньсюэ поднял ее голова и сказал тихо.

«Я слишком многим тебе должен».

«Я не буду платить это всю свою жизнь».

«Пока ты в мире с третьим уровнем. Я готов на все».

Цзинь Фэн сказал с угрюмым лицом:» Иди снова стань принцессой и уходи сейчас же».

Ли Исюэ повернула голову наполовину. ее лицо, которое было настолько чистым, что его нельзя было добавить, было достаточно, чтобы затмить весь мир.

Прикосновение печали текло из глаз Цю Шуй, похожих на зрачки. Полностью блестящие розовые губы были плотно сжаты, и люди не могли удержаться от ее объятий, полностью потерянных.

«Брат Фэн. Ты думаешь я грязный?»

Цзинь Фэн холодно сказал:» Просто чистое сердце «.»

Лицо Ли Инсюэюй резко изменилось, ее глаза закрылись, ее голова опущена, две слезы капали вниз.

«Я больше не буду принцессой, я обещал вам.»

«Никогда не делаю этого всю оставшуюся жизнь.»

Цзинь Фэн не мог этого вынести, но он больше не говорил.

Внезапно Цзинь Фэн повернул голову и посмотрел вдаль.

шагнул. Вылетев из двери, тяжело. После двух глотков в воздухе его лицо изменилось.

Прежде чем он успел положить тофу, Цзинь Фэн убежал.

Ли Иксуэтэн встал и увидел Цзинь Фэн. Уже побежал на противоположную сторону свалки.

Это свалка, которую используют санитарные рабочие.

Потому что на этой улице слишком много ресторанов, много мусора. генерируется каждый день, рядом мусорные баки и мусор. Вагоны не помещаются, поэтому есть свалка.

Санитарки собирают здесь мусор каждый день и сжигают все, что можно сжечь. Только те, которые могут Не сгорел, будет доставлен в мусорный бак на тележке с поддонами. Выгрузите его.

Мусор сейчас горит.

Мусорную свалку охраняет старуха, одетая в лохмотья одежда, одетая в старомодный черный халат средь бела дня, вызывая у людей панику.

Старушка много лет собирала мусор с этой улицы, и Цзинь Фэн также собрал у нее много мусора.

Старуха держала в руке деревянную палку, и она выкапывала черный дымный мусор, время от времени собирая несколько банок и кожаные коробки из-под обуви.

Цзинь Фэн бросился к мусорной свалке и посмотрел на землю — темное существо испускало черный дым.

Цзинь Фэн быстро потянулся, чтобы поднять его.

Старуха ударила Цзинь Фэна палкой, дважды крикнула на Цзинь Фэна и кричала на тварь, выглядя очень яростно.

Цзинь Фэн усмехнулся, достал из сумки пять юаней и протянул их старухе.

Старуха взяла деньги, подняла их и жестоко и яростно крикнула Цзинь Фэну: «Я съем тофу».

Дайте тофу старухе, а затем Цзинь Фэн дал кусок, после того как взял черную вещь, он побежал обратно в магазин и бросил вещь в воду.

Взяв вещь снова, она уже почернела.

Это полый объект.

Верхняя головка широкая, а низ узкая. Некоторые из них обгорели, но они источают сладковатый привкус и немного соленого привкуса в сладости. Пахнет очень приятно.

Высота этого полого объекта составляет всего пятнадцать сантиметров, а сама исходная форма должна находиться на расстоянии не менее двадцати сантиметров.

Рот неправильной формы, диаметр равен размеру кулака Цзиньфэна, а дно немного заостренное, но очень круглое.

Держа рог в руке, Джин Фэн взял нож, чтобы удалить сгоревший кератин с рога, и не мог не покачать головой.

Ли Исюэ было немного любопытно, и он мягко спросил: «Брат Фэн. Что это?»

«Рог?»

На углу Джина появилась улыбка. Рот Фенга: «Рог носорога. Старый».

«Это азиатский носорог. Доступен только на Суматре».

Ли Исюэ был ошеломлен.

Репутация рога носорога настолько велика, что его знают все.

Но мало кто это видел.

«Это рог носорога? Почему он появляется на свалке?»

Цзинь Фэн тоже был немного странным и мягко сказал: «Я не знаю. Думаю, какой дом переехал, я не узнаю его. Я потерял этот материал.»

«К сожалению, он сгорел пополам. Если он цел, сделайте резьбу и продайте его по высокой цене.»

Ли Иньсюэ сказал: «Это сгорело вот так. Это бесполезно».

«Нет»

«Когда продаются лекарственные материалы, они также ценны. в лечебном центре, я видела, как кто-то принял это».

«Три тысячи один грамм».

Ли Исюэ был ошеломлен.

Цзинь Фэн удалил обожженный кутин и положил его в пластиковый пакет. Хотя он был сожжен, его лекарственная ценность все еще существует.

Рог носорога также используется в лечебных материалах, преображающих человеческое тело.

Очистив рога носорога, возьмите рога носорога и выстрелите в солнце. Внутренняя часть красновато-коричневая.

Линии внутри рога носорога прямые и толстые, а открытое поперечное сечение рога носорога имеет небольшую трахому в форме сот.

Стойка выступает из нижней части углубления, называемая наземной стойкой.

В углу рта должна быть особая глубокая бороздка, а теперь осталось меньше одного сантиметра.

Эту канаву также называют желобом в терминологии.

Это рог суматранского носорога, который также является самым ценным лекарственным материалом в Китае.

В Дунянгпедии есть введение в рог носорога.

В традиционной китайской медицине рог носорога — это известное лекарство от простуды, которое очищает сердце и успокаивает нервы, охлаждает кровь, останавливает кровотечение, рвоту кровью, очищает огонь и выводит токсины.

В прошлом рога носорога использовались с реманией, пэонолом, корнями красного пиона и т. д. для лечения рвоты и кровохарканья, вызванных жарой крови, с помощью рога носорога и отвара ремании. Те, кто часто может достигать хороших результатов.

Рог носорога используется так же, как Shengdi, Scrophulariaceae и Forsythia, для образования Qingguantang, который может очистить сердце и жар, успокоить разум и лечить симптомы сильной лихорадки и делирия.

Рога носорога часто сочетаются с рогами антилопы и мускусом, чтобы получить зиксуедан для лечения тяжелых заболеваний, таких как теплоотдача сердца и печени, судороги делирия.

Поскольку носороги сейчас чрезвычайно редки, многие рецепты, применяемые в традиционной китайской медицине, также полностью не работают.

Рога носорога не могут быть восстановлены. Многие лекарственные таблетки заменяются другими рогами, и эффект, естественно, значительно снижается.

— одна из причин упадка китайской медицины.

В настоящее время основная функция рога носорога — противораковая.

Исследования показали, что рог носорога может подавлять рост рака, особенно у пациентов, выздоровевших после симптомов рака.

Таким образом, лечебная ценность рога носорога выше, чем раньше, несравненнее и незаменимее.

Рог носорога используется не только для изготовления лекарств, но и для изготовления резных фигурок.

Со времен династий Цинь и Хань рога носорогов были предметом роскоши, потому что до династий Цинь и Хань носороги в Китае практически вымерли.

Рога носорога на спине сделаны на Дальнем Востоке и на Ближнем Востоке для подношения или торговли, что делает их еще более ценными.

В частности, чашка из рога носорога обладает лучшими растворяющими свойствами и так же известна, как Еминчжу и Егуанби, которые привлекали бесчисленное количество сановников.

Чжэн Хэ, евнух из Трех сокровищ династии Мин, совершил семь путешествий в Западные океаны и открыл морской торговый канал в Южном океане, из-за чего потекло большое количество рогов носорога. из разных стран Юго-Восточной Азии, и производство рогов носорога стало популярным.

Во времена поздней династии Мин жил мастер по изготовлению носорогов по имени Бао Тяньчэн.

Его имя — это еще один мастер уровня мастера, и его зовут Лу Цзыган.

Чжан Дай, человек из династии Мин, сказал: «Навыки Учжуна уникальны, владыка нефрита Лу Цзыгана, правитель носорогов Бао Тяньчэна. Он будет непобедимым в течение сотен лет».

Он славы, Лу Цзыган определенно лучше, чем Бао Тяньчэн, намного старше, и его технику резьбы по нефриту можно назвать магическим навыком.

Большинство рогов носорогов после династий Мин и Цин пришли из Африки.

С открытием Нового Света там не только головы людей были убиты, но и трупы были окровавлены, и даже животные были истреблены.

Быть позади будет побеждено. Когда цивилизация встречает другую цивилизацию, она либо сдается, либо уничтожается. Так было всегда.

Это катастрофа, от которой не могут спастись даже звери.

Теперь африканский носорог превратился в редкое животное, похожее на панд, осталось немного, и рано или поздно он вымрет.

Последний белый носорог в мире теперь круглосуточно охраняется солдатами с боевыми патронами.

Продолжительность жизни этого носорога достигла своего предела, и он будет жив через несколько дней.

Лечебная ценность африканского носорога намного ниже, чем у азиатского носорога, и цена сильно варьируется.

Цзинь Фэн не ожидал, что сможет подобрать эту вещь на свалке, и чувствовал себя невероятно, когда был вне себя от радости.

Если такие вещи вырезаны, возможно, люди обратят внимание, но это первоначальный угол. Поскольку патина и кожа образовались естественным старением, их нужно держать дома хотя бы на один или двести лет.

Цвет еще неприятнее черный, эта вещь действительно не признается обычными людьми в семье.

Место, где я его поставил, тоже в углу. Спустя долгое время у стариков в семье нет памяти, а у молодых не понимают.

Когда я столкнулся с переездом и сносом, чтобы жить в новом доме, мой дом опустел, а эту темную штуку выбросили как мусор.

Жалко, что старушка, поднявшая мусор, сожгла половину его, от чего у Цзинь Фэна очень сильно разбилось сердце.

Но если старуха не сожжет эту штуку, Цзинь Фэн не почувствует уникального запаха рога носорога и не сможет уловить эту огромную утечку.

Один стаканчик и один стаканчик, давным-давно существует фиксированное число.

Цзинь Фэн какое-то время держал рог носорога, и, наконец, почувствовал себя слишком загадочным. Он горько улыбнулся, повернулся и начал делать еще один плотный материал.

Я взвесил его на электронных весах в магазине, и половина оставшегося рога носорога весила 126 граммов.

Закупочная цена этих крупных аптек в Международном торговом оптовом центре лекарственных материалов составляет 31 000 граммов.

Этот рог носорога можно продать за 370 000 юаней.

Однако у Цзинь Фэна не было идеи продавать. Если бы он хотел продать, он бы продал не больше половины, а остальное использовалось бы для выдачи лекарств и полировки своего тела.

Ли Исюэ оставался более пяти часов пополудни, вымывая всех ребят, даже дымно-желтую плитку в магазине вытерли.

В маленьком магазине весь день благоухают розы, молчаливый подросток и красивая девушка с плохим жизненным опытом болтают, не говоря ни слова, полные домашнего тепла.

Когда Чжоу Мяо спустился с чердака, когда он увидел Ли Исюэ, он тут же опустил лицо и холодно закричал: «Звезда метлы. Убирайся.»

Ли Исюэ мягко улыбнулась Чжоу Мяо, сняла фартук и мягко попрощалась с Цзинь Фэном.

Цзинь Фэн принес цыпленка, чтобы надеть его, и попросил Ли Исюэ взять Верни его и отдай мастеру Похитителю.

Отношение Чжоу Мяо к Ли Исюэ всегда было таким. Если бы не эта малодушная лисица, четверых братьев не разобрали бы живыми, и их собственные не будут отключены.

После того, как Ли Исюэ ушел. Десять минут спустя Цзинь Фэн открыл две суповые горшки. В одно мгновение сильный лечебный аромат поднялся в воздух и распространился во всех направлениях.

Цзинь Фэн достал приготовленный соус из морозильной камеры, а Чжоу Мяо отвечал за тушеные овощные закуски…

Два брата, один снаружи, другой внутри, сидели тихо, ожидая неизвестный результат.

Черный вездеход Mercedes Benz промчался мимо двери, но через три секунды он твердо остановился в двадцати метрах впереди.

Следом за ним Mercedes-Benz отступил.

Окно было свернуто.

«Ха!»

«Кости небесного журавля.»

«Привет. Это действительно хорошо.»

«Распечатайте.»

«Никто так хорошо не пишет.»

«Йоу!»

«Императорский тушеный цыпленок, даосский бог-сказочный котелок.»

«Это довольно интересно.»

Когда дверь машины открылась, первые двое мужчин спустились, охраняя молодого человека.

Этому мужчине было всего двадцать с небольшим, он был ростом около 1,75 метра и с растрепанными волосами на Его голова. Солнцезащитные очки на лице угловатые и научно-фантастические.

Носить черную повседневную футболку с принтом, пару повседневных брюк цвета хаки и пару белых повседневных кожаных туфель под ногами.

На шее Белый нефрит, он выглядит очень блестящим, а патина довольно толстая.

Носить темно-золотые часы на левой руке, некоторые функции просто ослепительны.

Правая рука обернута вокруг часов. Браслет Chuan Qi Nanxiang.

Ци Наньсян, это самое дорогое дерево агара, в нем нет никого.

Мастер бриллиантов Гэ Цзюньсюань из У Цзиньчэна также есть только браслет из водяного агара в руке. Может занять второе место.

Естественная аура человека, стоящего на земле по желанию, незримо становится центром всего мира.

Еще больше неописуемый темперамент, его лицо также чрезвычайно красиво, его тонкие губы поджаты, его глаза подобны электричеству, а его инструменты необычны.

Выйдите из машины, встаньте перед световым коробом и посмотрите десять секунд, не оглядываясь, и скажите: «Маленький Бай, что ты думаешь?»

За Мужчина оказался одетой в белое фальшивой дамой, обычным человеком с белым телом, длинными волосами и хвостом, с белым, как нефрит, лицом и немного болезненно-белым.

«Тайный цыпленок дворца, даосское божественное место. Тон немалый».

«Слово, хорошее слово».

Мужчина сказал : «Даже ты сказал это». Хорошо».

«Это действительно хорошо».

«Просто не знаю, каково это на вкус?»

Одетый в белое псевдо-мать прошептала: «Семья Юнь ждет, чтобы мы поели».

Мужчина не одобрил этого и легкомысленно сказал: «Я не хочу есть еду умирающего».

Облаченная в белое фальшивая женщина равнодушно сказала: «Разве ты не слушаешь аранжировки старейшины Ся?»

Мужчина прохрипел, и Ман Шэн сказал.

«Тогда пусть подождут, я сначала попробую фирменные блюда этого ресторана».

Марионетка в белом надувал губы: «Придорожный киоск, грязно».

Мужчина Но я этого не слышал. Я вышел на тротуар и громко сказал: «Босс, давайте попробуем тушеную курицу и бессмертный горшок».

«Это действительно ароматно. Привет.»

Когда мужчина двинулся, двое снаружи и две доски тоже двинулись. Без всякой спешки он последовал за человеком слева и справа.

После того, как мужчина сел, двое доски тоже встали. Установите позиционер, слегка поверните его голову, прижмите ухо одной рукой и сразу же отрегулируйте положение.

Водитель внедорожника Mercedes-Benz носит солнцезащитные очки и сидит неподвижно, как робот, а машина всегда находится в стартовом состоянии.

Фальшивая дама в белом нахмурилась и посмотрела на окружающую среду, подошла к столу, вытащила большую стопку бумаг, вытерла стол и скамейке.

Мужчина уже сел. Спустившись, я несколько раз оглядел магазин наугад, поджав губы и улыбаясь.

Чжоу Мяо принес палочки для еды и миску, и мягко сказал: «Босс. Мой брат сказал, что вы двое не можете доедать курицу. Просто попросите заказать сказочный горшок.»

Мужчина сдвинул брови и покачал головой. Он посмотрел на Цзинь Фэна в магазине и сказал с улыбкой:» Выпей что-нибудь свежее «. Все включено.»

Голос магнетический, особенный и глубокий.

Когда Чжоу Мяо вернулся и сказал Цзинь Фэну, Цзинь Фэн сначала налил горшок с бессмертным горшком и передал его.

Мужчина взял палочки для еды, которые псевдо-мать вытерла бесчисленное количество раз, щелкнул горшком с супом и засмеялся.

«Так это волшебный котелок.»

«Похлебка из говядины.»

Вдыхая манящий запах супа, мужчина моргнул, взял кусок говядины, тяжело принюхался и кивнул.

Отправлено ему в рот, внезапно Его лицо изменилось.

Наклонив голову, глядя на псевдо-мать, его глаза загорелись.

«Это восхитительно.»

Просто два слова, которые охватили весь словарный запас.

Цзинь Фэн принес соус, поставил его и мягко сказал:» Ешьте соус для макания, он не рассердится.»

Мужчина кивнул, обмакнул кусок говяжьей кишки в соус для макания, и когда он принес его в рот, его лицо уже двигалось.

«Это восхитительно «. Это действительно хорошо.»

«Сяобай, попробуй. Сказочный горшок оправдывает свое название.»

Псевдо-мать нахмурилась, она с омерзительным лицом зажала кусок, сначала облизала, глаза двинулись, а потом легонько укусила, глаза расширились.

«Откуда это взялось? похоже поели?»

Сяобай окунул соус и попробовал его снова, только чтобы почувствовать, что поры по всему его телу расширились.

«Помните, в прошлом году в Лунхушане семья Чжана, похоже, сделала горшок тоже Сказочный горшок.»

Мужчина был ошеломлен, пережевывая приготовленное говяжье сухожилие:» Есть такая штука.»

Палочки для еды указали на Сяобая, приподняв брови, и громко сказали:» Этот намного лучше, чем тот «.»

Как я уже сказал про себя, мои руки двигаются не медленно. После нескольких палочек в суповой кастрюле остается только несколько палочек.

«Ну и что. Я помню, что говорила тогда семья Чжан?»

Сяобай низко посмотрел на бессмертный горшок и мягко сказал:» Предок Чжан Даолин культивировал даосизм на горе Хеминг, добавив 31 вид лечебных материалов для создания бессмертного горшка. пищевая добавка для его учеников. Это передавалось годами, и это секрет семьи Чжан.»

Человек запел и съел рубец:» Оригинальные слова верны.»

Палочки для еды несколько раз случайным образом указали на горшок с супом и сделали глоток супа. Я чувствовал, что весь человек собирается всплыть.

Ман Шэн сказал:» Чжан Лао Тринадцать преувеличено. Этот лучше, чем у них.»

«Городские реки и озера, скрытые драконы и крадущиеся тигры.»

По его словам, он достал свой телефон и сделал несколько снимков в горшочке с супом:» Возьмите фотографии и передайте их Чжан Лао Шисану и дайте ему пощечину.»

«Ха!»

Сяобай прошептал:» Мне нравятся слова в рекламе «.»

Мужчина усмехнулся и небрежно сказал:» Тощее золотое тело небесного журавля, слово для короля мертвых, что вам нравится?»

«Дело не в том, что в вашей семье его нет.»

Сяо Бай взглянул на мужчину:» Это бабушка, как вы думаете, я смогу увидеть ее за полторы?»

Мужчина засмеялся, показав свои белые зубы, как теплый мартовский сезон в Тихом океане.

«Ха. Это правда. Эта бабушка тут».

В это время Цзинь Фэн принес большой горшок, и он был наполнен четырьмя килограммами секретной тушеной курицы.

Видеть такую ​​большую курицу. Впереди о нем мужчина тоже был ошеломлен, он засмеялся и сказал: «Босс. Ваша куриная порция довольно большая.»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Я же сказал тебе, ты не можешь закончить это.»

Этот человек был ошеломлен на мгновение и сказал:» Я не могу закончить «.»

Когда Джин Фэн пришел с секретным материалом, мужчина держал куриную ножку и яростно грыз. Его руки были покрыты маслом, но ему было все равно.

Да, по сравнению с его ослепительным темпераментом, он полностью изменился.

«Ешьте медленно. Вы все это заказали.»

Мужчина немного смутился, хехе улыбнулся и издевательски сказал: «Я, гурман».

Обмакнувшись в соус из маринованной курицы, на этот раз он ел более радостно.

Сяобай на противоположной стороне все еще медленно ест тушеную курицу, но его скорость на три пункта выше, чем у сказочного котелка только что.

мягко сказал: «Кажется, император Чжэндэ изобрел этого тушеного цыпленка. Ему нравится выходить из дворца, чтобы испытать, ему нравится открывать магазин во дворце, а евнухи и дворцовые дамы делают вид быть торговцем, поэтому он будет большим местным тираном «.

«Есть еще запись».

Мужчина улыбнулся и сказал:» Насколько достоверна история династии Цин, составленная?»

Сяобай поднял голову и мягко спросил:» Босс. Откуда пошла тушеная курица?»

Цзинь Фэн мягко сказал:» Император Карпентер сделал это для своей няни».

Сяо Бай был поражен этим человеком.

Сяо Бай наклонила голову и глупо сказала: «Какие доказательства?»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «!»

Сяо Бай сразу изменил цвет и встал. Подходите, пристально смотрите на Цзинь Фэна и мягко спросите: «Кости небесного журавля, которые вы написали?»

Цзинь Фэн стоял на месте с опущенными веками, выражая свое согласие.

Сяо Бай не мог не трепетать.

Глаза мужчины загорелись, он посмотрел на Цзинь Фэна, он засмеялся и сказал: «Сяо Бай сказал, что ты хорошо пишешь».

«Я думаю, ты можешь есть лучше»

«Вы — повар, которого задержала каллиграфия».

С одной стороны Сяобай был недоволен: «Это надо назвать каллиграфа, которого задержал повар».

Мужчина недовольно посмотрел на Сяо Бая, показал пальцем и засмеялся.

«Как вы называете своих приятелей?»

«Меня зовут Чжоу Хао, вы также можете звать меня Вэньшань».

«Его зовут Ван Вэй, слово — Сяобай.»

«Цзинь Фэн. У Цоминь нет имени».

Чжоу Хао кивнул, неохотно отложил палочки для еды, встал и сказал:» Это действительно вкусно».

Цзинь Фэн посмотрел на него. Глядя на оставшуюся на столе половину тушеного цыпленка, он легко сказал: «Убери это. Не трать его впустую».

Чжоу Хао засмеялся, он закричал, в его глазах был след поддразнивания, и его руки были растянуты: «Оставь немного желудка, чтобы съесть тофу из гольца из дворца Шу. Приходи завтра».

Цзинь Фэн мягко сказал: «Завтра, ты можешь не получить его».

Чжоу Хао поднял глаза и взглянул. Чжоу Мяо, завернутый в марлю рядом с ним, кивнул и нежно помахал рукой.

«Завтра я приду снова.»

В безразличном выражении лица есть немного величия, и тон небрежный, но с неиссякаемой торжественностью.

Повернувшись и уйдя, два квадратных дюйма немедленно идут с ними.

После того, как Чжоу Хао сел в машину, в тот момент, когда дверь была закрыта, машина уже выехала.

Ван Вэй засунул руки в карманы брюк и, нахмурившись, посмотрел на половину курицы на столе. и криво, и тихо сказал: «Еда эта не дешевая, да?

Цзинь Фэн легкомысленно сказал: «На рынке появились новые продукты со скидкой 20%.»

«Четыреста искренних благ.»

«Придорожные ларьки, они все еще такие дорогие.»

Ван Сяобай закрыл глаза, показывая легкую боль, бормоча себе во рту про бойню, и честно отдал деньги.

«Это действительно ваша марка написана?»

«Можете ли вы дать его мне? Я взял и практиковался.»

Цзинь Фэн собрал свои вещи и холодно ответил:» Я не знаком с вами.»

Ван Сяобай сказал интерфейс:» Никаких скидок, я верю на слово.»

Цзинь Фэн спокойно сказал:» Не для продажи.»

Ван Сяобай внезапно потерял интерес, опустил рот и ударился пальцами.

Audi A8L обстреляли с большого расстояния и упорно остановились на обочине дороги.

Ван Сяобай указал на Цзинь Фэна и сказал мужественным голосом: «Скупой. Не щедрый.»

«Ты действительно был убит поваром, глупец.»

Цзинь Фэн мягко ответил:» Эстроген больше, чем мужской гормон. Если не восполнить солнышко, ты станешь ледибой.»

Ван Сяобай был ошеломлен, и его жест был растянут, но это был палец орхидеи.

Сразу же лицо Ван Сяобая покраснело.

Он изменил свой жест. быстро и указал указательным пальцем на Джина. Фэн пробормотал себе в рот и фыркнул после долгого молчания.

«Я не приду завтра заниматься твоими делами и больше не приду.»

Сверните в машину, быстро выйдите и слейтесь с потоком машин.

Цзинь Фэн закуривает сигарету и тихо курит.

Чжоу Мяо приходит, чтобы прибраться. Ксиан Се мягко сказал: «Mercedes-Benz GLE450 имеет обновленный твин-турбо двигатель 4.0. Пуленепробиваемый корпус. Индивидуальные.»

«Audi A8L. 6.0 двигатель. Пуленепробиваемая версия. Эксклюзивный автомобиль премьер-министра штата Ханса такой же.»

«Два широких хозяина.»

Цзинь Фэн тихо сказал:» Это не Куо Шао, это молодой мастер «.»

«Настоящий сын.»

Чжоу Мяо моргнул, как будто он не понял слов Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн мягко сказал:» Король Ланья, Рунан Чжоу. Большая семья двух тысяч лет.»

Чжоу Мяо был ошеломлен:» Брат Фэн, ты имел в виду их?»

«Есть еще семья так давно?»

Цзинь Фэн небрежно посмотрел на машины, которые давно исчезли вдали, и спокойно сказал:» Они могут жить дольше, чем история «.»

После паузы глаза Цзинь Фэна вспыхнули с оттенком высокомерия.

«Зи Джентльмена был убит для пятого мира, и хаотические времена не были видны, а эпоха процветания летал повсюду «.»

«Куча кротовых королей!»

Ночь постепенно опускается, и продуктовые лавки братьев постепенно привлекают покупателей.

Продажи нового бессмертного котелка Цзинь Фэна и тушеной курицы во дворце не очень хорошие. и многие люди пугаются, когда узнают о цене. Не смейте делать заказ.

Чжоу Мяо отвечает за продажу тушеной лапши, но многие люди ее едят.

В отличие от сегодняшнего дня. дела обстоят гораздо хуже, чем когда был там Лонг Ао. Еще.

Два брата не умеют готовить. Многие люди приходили за раками Лонгао. Без этого блюда посетители развернулись и ушли.

Продал несколько тарелок. С несколькими блюдами из лапши и тушеными блюдами, два брата остались молча сидеть у двери магазина.

Чжоу Мяо посмотрел в профиль Цзинь Фэна и сказал, что он действительно разрушил вывеску брата Ао.

Как только она будет принята, в будущем дела с продуктовыми лавками братьев определенно упадут.

Внезапно Чжоу Мяо поднял голову и вскрикнул.

Я видел, как Улин Хунгуан медленно остановился, из машины выскочила лысая голова, а вокруг его головы была обернута толстая марля.

«Брат Ао!»

«Брат Ао, почему ты вернулся?»

Бритая голова Лонга Ао обернута толстой марлей, а его спина обнажена. Он стоял, полный татуировок черного дракона, повсюду распространялась аура убийства.

Стоя строго перед вывеской светового короба, холодно глядя на тонкие золотые буквы на вывеске, повернул голову и с горечью сказал: «Вы написали?»

Цзинь Фэн закрыл глаза, Что означает по умолчанию.

Лонг Ао вошел в магазин, открыл две большие суповые горшки, сделал глоток супа, а затем закричал от гнева.

«Кому мама заставляла тебя продавать такие дорогие блюда?»

«Кто может позволить себе съесть это на этой улице?»

Цзинь Фэн закрыл глаза. склонил голову набок, не отвечая ни слова.

Как только Чжоу Мяо встал, чтобы говорить от имени Цзинь Фэна, Лун Ао громко сказал: «Уйди с дороги».

Одна остановка перед газовой плитой с дымом внутри его рот Это как гора.

Когда несколько домашних блюд достают из кастрюли, ароматный аромат распространяется.

Появился повар продуктовой лавки братьев, и гости приходили один за другим.

Пламя очень сильное, а популярность еще сильнее.

Дни вернулись в суету прошлого, у дверей киоска с едой встречаются всевозможные звуки, а близлежащие члены семьи полны суеты и суеты.

Сегодня в киосках с едой особенно жарко.

Это начало школьного сезона. Студенты колледжа в Цзиньчэне больше всего любят эту улицу, и здесь ночные прилавки с едой.

К часу ночи были раскуплены сотни котят раков, и даже тушеные овощи, оставшиеся со вчерашнего дня, были распроданы.

Shenxian Pot и Braised Chicken Цзинь Фэна были вынуждены снизить цены и продать их со скидкой.

До сих пор остались только два цыпленка и небольшая половина горшка фей.

Чжоу Мяо подсчитал сегодняшний валовой доход, Лун Ао положил деньги в пластиковый пакет и бросил его Цзинь Фэну, сказав Цзинь Фэну, что это материальные деньги для Цзинь Фэна, чтобы сделать бессмертный горшок и тушеную курицу.

Цзинь Фэн вернул Лун Ао деньги на месте и холодно сказал Лонгу Ао, что у него есть деньги.

Два человека начали новую бесконечную ссору и ругательства, один держал бутылку вина, а другой держал скамейку, указывая друг на друга и ругаясь, они почти не ссорились.

Чжоу Мяо прибегнул к уловке семейного убийцы пятого и шестого, но сегодня это бесполезно.

В конце концов, Цзинь Фэн все равно сдался.

Поскольку марля на голове Лонг Ао источает следы крови, она красная и пронзает сердце Цзинь Фэна.

Лун Ао также страдал от кровотечения из головы из-за ссоры с Цзинь Фэном, его лицо исказила боль, и он яростно бросил скамейку.

«У меня болит мозг. Я прибрался в магазине».

Когда он пошел на чердак, ноги Лон Ао продолжали трястись, от чего у Цзинь Фэна закисло.

Вчера Чжоу Мяо избили, а сегодня он устал всю ночь, слишком измученный Цзинь Фэн бросился на чердак, чтобы отдохнуть.

Вскоре громовой храп Лун Ао и Чжоу Мяо раздался один за другим.

После уборки в одиночку, я вымыл посуду и кастрюлю, готовил ингредиенты в течение двух дней и был занят до четырех часов утра.

В это время на восточной стороне был намек на рассвет.

За два дня, проведенные в продуктовом ларьке, Цзинь Фэн также глубоко осознал страдания Лун Ао в одиночестве.

Я только что закончил уборку, и прибыли птицеводы.

На этот раз Цзинь Фэн все же заказал десять цыплят.

Вода кипятится, курица убивается, субпродукты вынимаются, а лекарственные вещества набиваются.

Под уличным фонарем на обочине дороги метла уборщицы одну за другой подметала машину, холодная и одинокая.

Через некоторое время пришел разносчик говядины, и Цзинь Фэн начал заниматься приготовлением суповых горшков, маринованием курицы и мытьем говядины, вся его голова покрылась потом.

В это время в ушах Цзинь Фэна раздался низкий и низкий мужской голос.

«Извините, это магазин Лонга Ао?»

Этот голос, несомненно, похож на гром среди ясного неба, взрывающийся над головой Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн, повернувшийся к нему спиной, окоченел, и все его тело онемело.

Тупо глядя на толстую кишку перед ним в течение трех секунд.

Внезапно Цзинь Фэн повернул голову и посмотрел на мужчину.

В одно мгновение Цзинь Фэн был поражен высоким напряжением в сто тысяч вольт, и его тело задрожало, как соевые бобы в сите.

Кожи двух ртов извивались, а зубы дрожали.

«Дандан»

«Дандан»

«Дандан»

Цзинь Фэн с трудом пытался поднять ноги, но его тело весило десять тысяч фунтов Тяжелая, просто не могу встать.

Я даже немного не могу пошевелиться.

Ледяной холод в костный мозг и удары током затрудняли дыхание.

«Брат Дэн…»

Мужчина напротив выглядел удивленным.

В тот момент, когда он увидел Цзинь Фэна, мужчина внезапно расширил глаза от шока и недоверия.

Затем этот человек по имени Дэн сделал два шага вперед.

«Бум!»

Со звуком карман из змеиной кожи в руке Дэна упал на землю.

Потрясенный, брат Дэн пристально посмотрел на Цзинь Фэна, его глаза были полны сюрпризов и неожиданностей.

Есть еще и самое ожидаемое откровение истинных чувств.

Ее тонкие губы были плотно сжаты, и в этот момент глаза были полны привязанности к воссоединению после долгого времени.

«Фэнцзи!»

Этому мужчине чуть больше восемнадцати метров, но его тело худое, но он не может покрыть свои плечи толщиной с гору.

Она обрила голову, ее брови были густыми и черными, ее нос был большим и умеренным, а ее черные доброжелательные зрачки сияли, как драгоценный камень, под тусклым уличным фонарем.

Это самый знакомый взгляд Цзинь Фэна.

Взгляд Цзинь Фэна переместился на руку Дан Гэ. В одно мгновение Цзинь Фэн и его группа покатились в слезах.

Тонкий жилет показывает пару длинных толстых рук.

Грубый и темный, полный толстых мозолей.

Нижняя часть тела Дэна — это пара свободных укороченных брюк, которые он купил ему в прошлом году оптом из пруда с лотосами, по двадцать юаней за штуку, уже выстиранных до белого цвета.

Когда Цзинь Фэн увидел ноги Дэна, он плотно сжал его рот, стиснул зубы, а его лицо было свирепым и злым.

Это была пара ног, которые все еще покрывались волдырями.

Сандалии сорока трех размеров давно сломаны, половина туфлей отвалилась.

Черные ноги все еще покрыты черной грязью.

Мгновенно.

Цзинь Фэн внезапно поднял голову, стиснув зубы, чтобы не заплакать.

На мгновение.

Цзинь Фэн закричал, бросился к мужчине и обнял его.

Худой и худой, худой и худой.

В этот момент Цзинь Фэн обнимал гору.

Именно этот человек стоял перед хижиной с обвалочным ножом в руке, нес пластиковое ведро на спине, а пластиковое ведро было заполнено двумя бочками бензина.

Столкнувшись с осадой десятков людей из семьи Ян, этот человек не изменил своего лица, проткнул бочку с бензином, держал зажигалку в одной руке и крепко держал нож для обвалки в другой.

«Кто сдвинул моего брата и умрет вместе».

Все гангстеры были напуганы и разозлены, а некоторые прямо страдали недержанием мочи.

В то время Цзинь Фэн лежал на кровати в маленькой комнате, все его тело было повреждено.

Цзинь Фэн посмотрел на брата Дэна за окном.

Это гора.

Именно этот человек совершил пять лет греха за себя.

Это тощий мужчина, который нес все на своих плечах, подпирал короткое небо, прикрывая этот бурный и разрушенный дом.

С восемнадцати лет до настоящего времени, самые драгоценные и юные пять лет мальчика.

В две тысячи дней тюрьмы каждая минута и каждая секунда были мучительными страданиями и пытками.

Это старший из четырех братьев.

Чжан Дань!

В одно мгновение время остановилось!

Капля горячей воды упала на шею Цзинь Фэна, горячая и восторженная, тело Чжан Дана задрожало, и на него потекли слезы.

«Брат Дэн. Как ты мог?»

«Выпущено досрочно?!»

«Да. Выполнено хорошо, выпущено рано. Три месяца.»

«Тогда вы должны известить нас.»

«Мы заберем вас. Идите и заберите вас.»

«Что забрать? Нет необходимости. Вы, ребята. Просто сделайте деньги.»

Цзинь Фэн достал сигарету из своей сумки и сунул ее в руку Чжан Дань, глупо улыбаясь, глядя на Чжан Дана, убитого горем.

Чжан Дань вернулся из Города Большого Будды пешком, прошел всю дорогу, всю дорогу просил и прошел двести километров.

Я гулял весь день и ночь.

У него есть деньги от трех братьев, но он бесполезен.

Чжан Дань сказал Цзинь Фэну, что он сбился с пути, как только вошел в Цзиньчэн.

За последние пять лет Цзиньчэн претерпел огромные изменения. Благодаря непрерывному расширению и непрерывной трансформации Чжан Дань не может даже определить юго-восток, северо-запад и северо-запад.

Я наконец спросил дорогу. Когда я вернулся на свалку, я обнаружил, что свалку выровняли.

Чжан Дань ничего не спросил, повернул голову, ушел и пять часов шел, чтобы добраться до Лун Ао.

Слушая Чжан Даньмана с улыбкой и спокойно рассказывая о своем прошлом, не было ни одной жалобы или печали по поводу его жизненных превратностей.

Я шел целый день и ночь, а еще десять часов гулял по Цзиньчэну, такой упорный, но такой равнодушный.

Двадцатитрехлетнему мальчику должны были быть самые юные годы.

Но на лице этого мужчины нет никаких следов, принадлежащих 23-летнему парню.

Морщинки в уголках глаз, пара глаз мутная и тусклая, а кожа старая и дряблая.

Все пять лет тюрьмы заставили Чжан Дана выглядеть немного скучным, как маленький старичок.

Цзинь Фэн прищурился, заставил рассмеяться, его душевная боль была похожа на поворот, а его рот продолжал кричать.

«Брат Дэн, с тобой все будет хорошо, когда ты вернешься».

«Поторопись, я сделаю это для тебя, если мне не хватит.»

Остатки в магазине исчезли, а на столе стоит горшок с лапшой и две оставшиеся тушеные цыплята.

Храп во рту Чжан Дана Сосание лапши, разрыв тушеного цыпленка, черное лицо с бородой и подонками, измученный, но очень энергичный.

Хе-хе смеялся, много ел и все время качал головой: «Хватит поесть. Достаточно поесть.»

«Фэнцзи, что случилось с твоей ногой?»

Цзинь Фэн посмотрел на длинный порез на своей ноге. Несколько дней назад он был поврежден спортивным автомобилем Цзэн Цзимо трезубцем.

«Я ударил его.»

«Кто попал? Вы потеряли деньги?»

«Нет. отлично. Брат Дэн, ешь еще. Достаточно ли на вкус? Чего не хватает?»

Чжан Дань взглянул на Цзинь Фэна, его яркие глаза были немного удивлены.

«Все в порядке! ?»

«Все в порядке.»

Глаза Чжан Данмунэ посмотрели на Цзинь Фэна, его глаза наполнились облегчением, и он, как обычно, протянул свою щедрую руку и похлопал Цзинь Фэна по плечу.

«Фэнцзи. Вы изменились.»

«Некоторые, я не могу их узнать.»

Цзинь Фэн улыбнулся и покачал головой, его глаза разбежались, и мягко сказал:» Хорошо, если ты не изменился «.»

«Вы едите. Я сказал своему второму ребенку и Саньшуй спуститься.»

Чжан Дань покачал головой и указал наверх.

Слушая громовой храп двух братьев, Чжан Дань рассмеялся, его лицо было полно морщин, а глаза были теплыми.

«Два грома закричали громче, чем прежде.»

Чжан Дань закончил есть большую кастрюлю с лапшой, удовлетворенно похлопал себя по животу, неторопливо закурил сигарету, продолжал изучать различные процедуры на станции для отходов, данные Цзинь Фэном, и кивнул.

Цзинь Фэн отошел в сторону, наклонился и мягко сказал:

«Это для цветных металлов. В будущем мы примем это честно. Медь, алюминий, свинец, цинк и олово, окрашенные цветными металлами, можно безопасно собирать.»

«И этот. Утилизация использованных аккумуляторов. Для этого нужны технологии, которые необходимо дорабатывать и демонтировать, нацеленные на предприятия, фабрики и шахты.»

«Когда станция по переработке отходов будет построена, мы будем нанимать технических специалистов для выполнения заказов.»

«Это переработка электронных продуктов. Бесполезно, может быть, пригодится в будущем.»

«Это лучшее. Порядок утилизации подержанных автомобилей. Сюда также входит переработка и уничтожение отслуживших свой срок автомобилей.»

«Если мы сможем связаться с бизнесом, одного этого нам будет достаточно.»

Руки Чжан Дана продолжали дрожать, его лицо дрожало.

«Хорошо, хорошо»

Цзинь Фэн сказал с улыбкой: «Брат Дан, в будущем ты будешь отвечать за управление станцией для отходов».

Чжан Дань посмотрел на Цзинь Фэна и горько улыбнулся. Сказал: «Я не могу. За последние пять лет я узнал все о клепке щипцами, и я не могу выполнять эти техники».

Цзинь Фэн похлопал Чжана Дэн положил руку на плечо и сказал с улыбкой: «Ты контролируешь. Ты. Это работает».

«Босс, ты сказал мне вести моих братьев к хорошей жизни».

«Я не старался изо всех сил».

«Я обещаю тебе, в будущем мы будем лучше».

Чжан Дань глубоко посмотрел на Цзинь Фэна, глядя в его искренние глаза, полный искренности.

Его лицо выражает твердую решимость.

Внезапно Чжан Дань крепко сдержал формальности, закрыл глаза и закричал, как бычий рев в его горле.

Пять лет, полные пять лет.

Сколько пяти лет может прожить один человек! ?

В этот момент Чжан Дань наконец выдохнул.

Все эмоции, которые подавлялись в течение пяти лет, наконец-то вышли из себя.

После тридцати часов ходьбы Чжан Дань, устав от слез, заснул на столе.

Цзинь Фэн высоко поднял голову, и его сердце было в беспорядке.

Дело Ян Вэя еще не решено, босс неожиданно рано вышел.

Если вы сообщите боссу, что Ян Вэй снова появился, Лун Эр и Саньшуй были избиты, а магазин был разгромлен, это, несомненно, снова наложило бы на босса тяжелые духовные оковы.

Этим двум дням суждено стать еще одним препятствием.

Большое препятствие!

Преграда жизни и смерти!

«Раз уж он здесь, давайте решим его».

Это большое препятствие следует перевернуть или сгладить.

Глаза Цзинь Фэна излучали холодный и резкий свет.

Чжан Дань только что вышел, поэтому у него не должно быть проблем снова.

Восемнадцать лет — самый счастливый и благополучный возраст для подростка, но это потому, что он решительно решил не возвращаться.

Чжан Дань, которому в этом году всего двадцать три года, выглядит как мужчина средних лет, лет тридцати, живущий так упорно.

Живи так декадентски!

Жить так жалко

Жить так, чтобы Цзинь Фэн чувствовал боль и гнев

Это узел Цзинь Фэна.

Самый большой узел Цзинь Фэна с момента его возрождения!

В любом случае с Чжан Даном ничего не может случиться.

Это принцип.

Лонг Эргоу, аварии быть не должно.

Он все еще хочет найти Мию, возлюбленную его детства, Миа, которая с детства преследовала задницу Лонга Эрго.

Когда Миа было девять лет, ее забрала мать, и новостей не было.

Лонг Эрго открыл эту продуктовую лавку, одна — чтобы заработать деньги, а другая — найти Миа.

Саньшуй, не говоря уже о несчастном случае.

У него не было матери с детства. В возрасте четырнадцати лет Ян Вэй сломал ногу и отрезал подколенное сухожилие. В течение пяти лет, когда ветер и дождь внезапно изменились, Саньшуй сломал ногу. ужасно болит.

Это последствия.

Необходимо подождать, пока нога Саньшуй не будет прервана и повторно соединена. После исцеления Цзинь Фэн может быть полностью вылечен с помощью иглоукалывания.

Цзинь Фэн увидел лицо Саньшуя. У него маленькая судьба, нет родственников, плоть и кровь разделены, и его жизнь несчастна.

Цзинь Фэн также коснулся жизненной силы Саньшуя.

Тело холодное, кости холодные, одинокий и нет удачи.

Это кость жизни и лицо. Это не его собственная сила. Чтобы изменить свою жизнь, Цзинь Фэн думал только об одном пути.

Ни один из трех братьев не может попасть в аварию. Единственный, кто попал в аварию, — это он сам.

Пять лет назад все братья отдали все себе и бросили все.

Пять лет спустя пришло время нести все это самому.

В жизни нужно делать две вещи.

Один — отомстить, другой — отомстить.

Цзинь Фэн уже решил.

Думая об этом, движения Цзинь Фэна стали легче.

Вымойте рубец и толстую кишку и поиграйте с ними, осторожно положите их в кипящую воду, чтобы не разбудить Чжан Дань во сне.

В пять часов Чжоу Мяо, у которого выработалась профессиональная привычка, спустился вниз, зевнув, сонными глазами держал чашу из нержавеющей стали и чистил зубы.

Наклонив голову, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, чаша внезапно упала на землю, издавая громкий звук.

Цзинь Фэн подошел, чтобы прикрыть рот Чжоу Мяо, и задушил Чжоу Мяо за шею.

«Дай боссу поспать».

Чжоу Мяо кивнула, ее тело дрожало, из нее текли слезы.

Через несколько минут Лун Эр спрыгнул с чердака и тяжело приземлился на мешок с рисом, но он встал, несмотря на свои опасения, и бросился к Чжан Дану, прежде чем опустился на колени.

Он крепко укусил себя за руку, а другой продолжал бить его по голове, текли слезы.

Трое братьев сидели у двери и смотрели на спящего Чжан Дана шестью немигающими глазами с выражением лица, которое никогда не было более серьезным.

Грудь каждого прижимается тяжелым стальным слитком, и трудно поддерживать дыхание.

Стоит ли мне рассказать Чжан Дану о Ян Вэе?

Я думаю, это невозможно.

Но как следует объяснить Чжан Дану травмы Лун Эр и Саньшуй?

Чжоу Мяо не говорил как обычно, но следовал аранжировкам Цзинь Фэна и Лун Эр.

Никогда не позволяйте боссу попасть в аварию, никогда не сообщайте боссу о Ян Вэе.

Редко, когда Цзинь Фэн и Лун Эр не поссорились на этот раз и пришли к консенсусу.

Лун Эр яростно смотрел на Цзинь Фэна, подавляя собственный голос и уводя Чжоу Мяо в сторону Цзинь Фэна, а не его средний палец.

Когда Чжан Дань проснулся, было уже около полудня. Когда он спросил, где Лонгер и Саньшуй, Цзинь Фэн нашел причину, сказав, что Саньшуй взял Лонжера в Яндэ, чтобы заняться торговлей отходами.

Наберите трубку и позвольте Чжан Дану поговорить с двумя братьями. Чжан Дань счастливо улыбнулся и машинально сказал.

Цзинь Фэн радостно улыбнулся, но в его сердце был нож.

После закрытия магазина Цзинь Фэн поехал на электромобиле к пруду с лотосами с Чжан Даном, чтобы купить несколько комплектов одежды, подал заявку на получение карты мобильного телефона, а затем отвез Чжан Даня обратно на станцию ​​для отходов.

Предполагается, что дело Ян Вэя будет решено через два дня, и теперь нужно только два дня скрывать Чжан Дана.

Я гулял с Чжан Даном и видел тетю Ван и ее старую соседку.

Уговорил Чжан Даня позволить ему охранять строительную площадку и бросил мобильный телефон, посланный семьей Янь, Чжан Дану для его собственных исследований. Цзинь Фэн снова вернулся к продуктовому ларьку.

Уже 6 часов вечера.

Лун Эр и Саньшуй уже вернулись, и все трое молча расставили обеденный стол и скамейки, тихо ожидая неизвестного будущего.

Дождливый Цзиньчэн снова начал моросить.

На другой стороне улицы машина Fit была заполнена зонтиками и перьями разных стилей — это была передвижная палатка в городе.

В автомобильной стереосистеме Fit в прошлом году звучит популярная песня.

«Цзиньчэн, единственный, кого можно взять, это ты»

Сегодняшняя продуктовая лавка на удивление странная.

В последние несколько дней мы начали обслуживать клиентов около пяти часов. Сегодня было почти семь часов, прежде чем мы начали принимать опоздавших посетителей.

Темное небо было плотно покрыто черными облаками, и вспышки глухого грохота грома заглушали звук автомобиля Фит.

Посетители заказали еду на вынос.

Лонг Ао умело жарит жареный рис и упаковывает его. Когда он взял деньги, рука Лонга Ао слегка напряглась.

В это время уже встали Цзинь Фэн и Чжоу Мяо.

В черном небе внезапно вспыхнула пурпурно-красная молния.

Две секунды спустя над головой прогремел гром.

Несколько автомобилей медленно остановились сбоку и через улицу перед магазином, остановив автомобиль Fit, продающий зонтики.

Iveco, Tiguan L, Range Rover и Porsche Cayenne с 16 моделями.

Iveco — это 17-местный автомобиль, и человек, который вышел из машины, вышел первым.

Всего семнадцать молодых людей, все с маленькими плоскими головами, все в черных футболках с круглым вырезом, черных льняных спортивных штанах и черных кроссовках Nike.

Семнадцать молодых людей стояли на противоположной стороне улицы вместе, их лица были равнодушны, их глаза были свирепыми, и они держали в руках нож длиной в один фут.

У пятерых человек, спустившихся с Tiguan L, тоже была такая же одежда. Разница в том, что эти пятеро крепкие и крепкие, а под обтягивающими футболками хорошо видны выпирающие сухожилия.

Пятеро человек, очевидно, тренировались, и они вышли из машины, небрежно потрясая руками и ногами, действуя так, как будто они были дерзкими.

Глаза полны холодной убийственной ауры.

Задняя дверь Land Rover Range Rover открылась, и спустились двое мужчин среднего возраста в повседневных костюмах, прикуривали сигареты, держались за руки и холодно смотрели на продуктовые прилавки.

Трое братьев Цзинь Фэн остановились, их взгляды были направлены в прошлое.

Воздух полон пороха и бесконечной ненависти.

Цзинь Фэн мягко вздохнул, медленно вынул точку дыма и сделал глоток.

Сильный запах табака проникает в легкие и распространяется, и тело медленно нагревается.

Кровь горит тихо.

С сигаретой во рту Лонг Ао достал из сумки три доллара, чтобы найти припасы для посетителей, и подошел к ним шаг за шагом.

Марля, обернутая вокруг его головы, источает кроваво-красный оттенок.

Чжоу Мяо стоял перед разделочной доской, одна рука нехотя тряслась, а другая крепко держала холодный и толстый косторез.

Не знаю, испуган он или взволнован.

Время, кажется, остановилось.

Когда над городом разразился гром, количество капель дождя постепенно увеличивалось.

В это время дверь Cayenne наконец открылась.

Мужчина с круглой головой протянул ногу и медленно пошел вниз.

Похоже, мужчине за тридцать.

Квадратное лицо, короткий нос, большой рот, треугольные глаза, толстые губы и растрепанные брови.

Его бледное, серо-голубое лицо имеет намек на безобразие и мрак, один глаз тусклый и пустой, а в другом во мраке царит бесконечная жестокость.

Кожа на лице мужчины немного обвисла, на нем много мелких неровностей.

На мне был черный костюм с ветровкой средней длины снаружи.

Сердце Цзинь Фэна отчаянно забилось, когда он увидел этого человека.

Дыхание учащается, кровь учащается.

«Ян Вэй»

Ян Вэй, которого я не видел пять лет!

Это кошмар в сердце Цзинь Фэна, который никогда не исчезнет, ​​и это также самый большой узел Цзинь Фэна.

— самый большой демон из четырех братьев.

Я не знаю, было ли это волнение или страх. Тело Цзинь Фэна было холодным, и кровь в его теле в этот момент кипела.

Его глаза постепенно успокоились, а сердце постепенно успокоилось.

Этот человек — Ян Вэй.

В то время она пыталась изнасиловать Ли Исюэ, но Цзинь Фэн ударил ее ножом, ей навсегда удалили гениталии, и она навсегда стала евнухом.

На его лице не видно даже следа щетины.

Это величайший позор в жизни человека.

Еще есть левый глаз Ян Вэя.

В то время Ли Исюэ сбежал, а Ян Вэй облил всех своих братьев гневом, рубя и разбивая их скамейкой и кухонным ножом.

Нога Чжоу Мяо была сломана, но он держал Ян Вэя за руку и отчаянно кусал его. Цзинь Фэн коснулся отвертки и ударил его ножом.

Цзинь Фэн пронзил глаза Ян Вэю, и он потерял сопротивление.

Цзинь Фэн резко вытащил глазные яблоки и засунул их в рот.

Теперь у Ян Вэя фальшивые глаза в глазницах, и все они выглядят тусклыми и вялыми.

Пять лет назад Ян Вэй владел семейным имуществом в сотни миллионов человек. Теперь Ян Вэй носит одежду роскошного бренда, даже его кожаные туфли сделаны на заказ.

Этого достаточно, чтобы доказать, что его нынешняя сила намного лучше, чем раньше!

Я наконец дождался этого дня.

Этот день наконец-то настал.

Когда Ян Вэй вышел из машины, кто-то подошел, чтобы подержать зонтик.

Нажмите на короткую и большую девятку, и резная стальная зажигалка издаст четкий звук, эхом разносящийся вокруг.

Ян Вэй наклонил голову и огляделся, встряхнув ветровку, медленно повернув голову, и его треугольные глаза скользнули по нему.

В одно мгновение взгляд Цзинь Фэна поразил его, и его глаза встретились.

Два невидимых огонька внезапно столкнулись в воздухе, выпуская самые сильные искры.

Тело Цзинь Фэна не могло не дрожать, его крепко сжатые кулаки были полны зеленых вен, а волна крови хлынула ко лбу.

Когда Ян Вэй с противоположной стороны увидел Цзинь Фэна, его глаза внезапно сжались, а мускулы на его лице непроизвольно исказились.

Это был ужасный взгляд из самой глубины моего сердца.

Всего через три секунды дымка и злобное лицо Ян Вэя стали более жестокими, а глаза вспыхнули от свирепого негодования.

Я не виделись пять лет, и враг снова встретится. Никакими словами нельзя выразить эмоции двух людей в это время.

В это время рядом с Ян Вэем стоял еще один человек, стоящий слева от Ян Вэя.

Мужчина невысокого роста, всего 1,7 метра, обычной внешности, среднего телосложения, бронзовой кожи, высоких висков, поднятых глаз и двух ярких выстрелов.

Невысокий мужчина был одет в черную облегающую повседневную одежду, обтягивающую и приличную, в темно-зеленых кожаных туфлях с плотной и нежной рыбьей чешуей.

Появление этого человека заставило взгляд Цзинь Фэна переместиться на него.

Когда он увидел руки и ноги этого человека, сердце Цзинь Фэна задрожал.

Лицо мужчины было спокойным, его глаза были холодными и беспощадными, руки свисали вниз, тыльная сторона ладоней высовывалась из рукавов, десять пальцев были короткими и толстыми, и к ним были прикреплены толстые мозоли.

Под приличными брюками обнажены крепкие, похожие на слона ноги, ноги в форме петли, и сильная и мощная сила ощущается с большого расстояния.

Увидев этого человека, Лонг Ао стиснул зубы и сделал два шага вперед, его грудь быстро поднималась и опускалась, а глаза вспыхивали огнем.

Этот невысокий мужчина бьет дракона двумя ногами.

Низенький мужчина выглядел безразличным, слегка опустил голову и небрежно посмотрел на Лонга Ао.

Невысокий мужчина вышел из машины, и двое мужчин средних лет перед Range Rover подошли со своими зонтиками и тихо встали рядом с ним.

Ян Вэй, казалось, уважал этого невысокого мужчину и лично закурил его сигарету.

Невысокий мужчина склонил голову, взял сигарету из руки Ян Вэя, зажал ее во рту, надменно взял и несколько раз пошевелил ртом.

В небе снова раздался приглушенный гром, и дождь стал усиливаться.

Ян Вэй уронил половину сигареты на землю и, наконец, двинулся с места.

Семнадцать человек перед Iveco выстроились в ряд, недалеко от продуктового ларька.

Медленно подошел Ян Вэй, и кто-то позади него последовал за Ян Вэем с зонтиком.

Цзинь Фэн стоял впереди, холодно наблюдая за Ян Вэем шаг за шагом, его глаза были холодными.

Наблюдая, как Ян Вэй немного увеличил круг своих глаз, Цзинь Фэн внезапно успокоился.

Ян Вэй вышел на тротуар, стоя позади ряда людей, и остановился в пяти метрах от Цзинь Фэна.

Холодно глядя на Цзинь Фэна, масса плоти на его лице не могла не трястись несколько раз.

Взгляд высокомерный и равнодушный, холодный и холодный.

«Фамилия — Джин. Я вернулся».

Слова Ян Вэя были несколько дрожащими, но они были ужасно холодными.

Цзинь Фэн посмотрел прямо на Ян Вэя и тихо сказал: «Я видел это».

Верхняя часть рта Ян Вэя дважды дернулась, глядя на холодного Цзинь Фэна. Ленг сказал: «Ты все еще жив. жив. Я очень счастлив».

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Ты не мертв, я очень удивлен».

Ян Вэй явно был ошеломлен, его лицо внезапно изменилось. железно-голубой, в его глазах вспыхнула нескончаемая обида.

«Меня зовут Джин. Я здесь, чтобы отомстить за тебя».

Джин Фэн взглянул на Ян Вэя и легкомысленно сказал: «Тогда ты, чего ты ждешь?»

У Ян Вэя было отвратительное лицо, и мускулы на его лице непроизвольно вздрагивали из-за негодования.

Указывая на Цзинь Фэна и крича: «Цзинь Лао Сан, я мечтаю дождаться сегодняшнего дня, я мечтаю о…»

«Все они ждут сегодняшнего дня…»

Ян Вэй, который был очень зол, трясся.

«Я проснулся после того, как пролежал в больнице Мэджик Сити четыре месяца. Чтобы встать с постели, мне потребовалось полтора года»

«После трех лет приема китайской медицины я спас мою жизнь».

Ян Вэй был очень эмоциональным, и его тело слегка дрожало, когда он произносил эти слова.

Цзинь Фэн опустил веки и равнодушно сказал: «Ты мертв».

Ян Вэй ухмыльнулся и закричал: «Я действительно мертв».

Цзинь Фэн был невыразительный, спокойно глядя на Ян Вэя.

Ян Вэй яростно уставился на Цзинь Фэна, прошипел: «Твоя фамилия Джин, ты жив и здоров, я так счастлив».

«Действительно. Эти пять лет, я не знаю». Я скучаю по тебе в течение дня. Каждый день я прошу Бога благословить вас безопасностью и здоровьем. Результат вашего здоровья действительно такой.»

«Я искал вас с тех пор, как вернулся на прошлой неделе, понимаете?»

«Вы знаете? Вы еще живы, я очень счастлив!»

Цзинь Фэн легкомысленно сказал:» Чего ты хочешь?»

Ян Вэй поднял голову и мрачно улыбнулся:» Чего я хочу? » Чего я хочу?»

«Хороший вопрос. Хороший вопрос…»

Синие вены на шее вздулись высоко и зашипели:» Ты так причинил мне боль, как ты думаешь, что я хочу?»

«Мне потребовалось пять лет, чтобы спасти свою жизнь, но вы, кто-то попал в тюрьму за вас, как вы думаете, чего я хочу?»

«Ты разрушил всю мою жизнь. Как ты думаешь, я хочу?»

Цзинь Фэн сделал два глубоких вдоха и сказал глубоким голосом:» Вы берете на себя вину.»

Злобные глаза Ян Вэя уставились на Цзинь Фэна и усмехнулись:» Вы берете на себя вину? » !»

«Фамилия — Джин, я ждал сегодня пять лет.»

«Пять лет я ждал сегодняшнего дня в своих снах.»

«Взять на себя вину! ?»

«Я покажу вам сегодня, кто за это отвечает?»

Ужасное лицо Ян Вэя было немного искажено, его взгляд переводился с Цзинь Фэна на Лун Ао, и он холодно улыбался.

«Лонг Эргоу, хорошее мастерство. Все еще может стоять.»

Лун Ао искоса посмотрел на Ян Вэя и холодно сказал:» Если ты можешь это сделать, не заставляй это делать «.»

«Вы хотите отомстить, и я тоже хочу отомстить.»

«Просто ударь.»

Ян Вэй указал на Лун Ао и холодно закричал:» Лонг Эргоу, ты сумасшедший. Позже встаньте прямо на сторону Лао-цзы.»

«Между прочим, легкое готическое признание, ты, оставь его, чтобы он прибрал.»

«Вы это видели?»

«Это брат Гуан. Твоя жизнь хороша, ты хорош, эй, ты хорош».

Лицо Лонга Ао не изменилось, и он холодно воскликнул:» Я не годен для своей жизни, но для моей жизни труднее, чем ты «.»

Цвет лица Ян Вэя напрягся, стиснул зубы, горько ткнул Лун Ао в воздух и закричал:» Ты пожалеешь об этом «. Обещаю, ты пожалеешь об этом.»

Следуя за пальцем Ян Вэй Чжоу Мяо, он прошипел:» Чжоу калека, и ты «.»

Чжоу Мяо крепко держал тележку одной рукой, встал и холодно сказал:» Я не боюсь тебя «.»

Ян Вэй Цзецзе усмехнулся и презрительно посмотрел на трех братьев, стоящих в разных положениях.

«Пять лет назад вы, муравьи, должны были умереть давным-давно. ты ведешь плохую жизнь и проживешь еще пять лет»

«Сегодня тебе не так повезло.»

Голос холодный, как напоминание из ада.

Цзинь Фэн был спокоен, слегка прикрыл глаза и легкомысленно сказал:» Так как вы здесь, тогда сделайте перерыв.»

Ян Вэй повернул голову, чтобы посмотреть на Цзинь Фэна, его резкий голос стал очень мрачным.

«Хорошо сказано. Один перерыв, одно решение для вас.»

В уголках его рта появляется ухмылка.

«Фамилия — Джин, так что вы можете спокойно отправиться в путь «.»

«Ваш босс, может быть, вы уже ждете вас у Ghost Gate.»

Как только эти слова прозвучали, три брата Цзинь Фэн внезапно изменили свой цвет.

Сердце Цзинь Фэна внезапно перешло к его горлу.

«Что делать? вы думаете о брате Дэне?»

Лонг Ао брызнул кровью в глаза и закричал:» Где мой брат Дэн?»

Цзинь Фэн был полон гнева, стиснул зубы и зарычал:» Ян Вэй. Если у моего брата Дэна будут недостатки, я обязательно убью тебя.»

Веки Ян Вэя не могли удержаться от бешеных прыжков, и холодный голос Цзинь Фэна на некоторое время заставил его почувствовать себя виноватым.

Хесс с ухмылкой ухмыльнулся и взревел:» Я сказал это однажды.»

«Решить всех вас.»

«Помимо Чжан Дана, есть еще Ли Исюэ.»

«На этот раз я сделаю эту женщину хуже жизни!»

Слова Ян Вэя вонзились в грудь Цзинь Фэна, как нож, крепко сжал кулаки, его тело постоянно тряслось, и он громко кричал.

«Ян Вэй. Ты слишком злой.»

«Даже женщины не отпускают.»

Ян Вэйцзе дико рассмеялась:» Я просто не позволю ей уйти «. Разве она не твоя девушка? Разве она не твоя любимая?»

«Я, даю тебе увидеть своими глазами, как я сделал ее хуже смерти, экстатической…»

«Брат Гуан очень хочет познакомиться с твоей девушкой»

«Хахахаха——»

«Хахахахаха——»

Цзинь Фэн глубоко вздохнул и выстрелил прямо в Ян Вэя, не попадая ему в глаза. Проходящий холодный свет.

«Ян Вэй. Ты зверь, уступающий собаке.»

Не оглядываясь назад, Ян Вэй посмотрел на свои часы, презрительно улыбнулся, закрыл глаза и сказал небрежно.

«Бей!»

Сказав это, Ян Великий спустился с тротуара.

Один напечатал его, и семнадцать мужчин вокруг продуктового ларька подняли ножи.

В темном небе внезапно появилась раздвоенная голубая молния, разорвавшая половину неба Цзиньчэна.

Две секунды спустя гром прокатился и взорвался в небе.

Грохот грома был настолько громким, что казалось, он доходил до ушей, и даже земля дрожала.

«Треск»

Открытый трансформатор в трехстах метрах от него излучает шипящую синюю дугу, за которой следует приглушенный звук, трансформатор испускает густой черный дым, вся улица Мгновенно он превратился во тьму.

В эту секунду семнадцать черных гангстеров двинулись вместе.

Семнадцать лезвий ножей были подняты высоко и мгновенно упали.

Чжоу Мяо издал громкий рев, держа в руке нож и рубя человека, ближайшего к нему.

Я не знал, было ли это из-за возбуждения или гнева, тесак в его руке внезапно упал и улетел в сторону.

Человек на противоположной стороне поднял руку и взмахнул мечом, но испустил крик.

Луч крови хлынул из правой руки и устремился в воздух.

Тесак попадает в правое запястье человека, и ускорение силы тяжести ударяет по правому запястью и плечу.

«Блин!»

Чистый звук.

Лезвие человека упало на землю и посмотрело на свое запястье. Там была глубокая рана, доходившая до запястной кости. Вены и артерии были отрезаны, а кровь стала старой из-за сломанной водопроводной трубы. высокий.

«А…»

Мужчина не мог удержаться от крика.

В это время на плече мужчины появилась полоска крови, за которой последовала кровь, которая мгновенно капала на его правое плечо.

Мужчина опустился на колени на месте.

Тесак был отпущен, Чжоу Мяо опешил и поспешно схватил топор на плите правой рукой.

В это время двое мужчин подошли к Чжоу Мяо.

Нож пронзил руку Чжоу Мяо.

Еще один нож со звуком ударил Чжоу Мяо по левому плечу.

Чжоу Мяо поднял вертолет и подметал его, но он был пуст.

В это время неоткрытая бутылка пива разбилась, ударившись по лицу Чжоу Мяо с приглушенным звуком.

Бутылка пива взорвалась.

Все тело Чжоу Мяо упало назад, его лицо было полно пива и пены, а из разных мест на его лице хлынула кровь.

«А…»

Чжоу Мяо испустил крик, схватившись левой рукой за плиту и танцуя с кухонным ножом в руке.

Безумное отчаянное поведение заставило людей, осаждающих Чжоу Мяо, проявить нотку ужаса, и они не осмелились приблизиться.

Другой мужчина с холодным лицом, несущий небольшой складной обеденный стол, прошел до конца, держась за ножки обеденного стола, подошел к Чжоу Мяо, высоко поднял его и ударил.

Лицо Чжоу Мяо посередине.

«Бум!»

Раздался приглушенный звук.

Обеденный стол из композитной прессованной версии разлетелся на куски.

Все лицо Чжоу Мяо также было разбито вдребезги.

Не напевая, Чжоу Мяо склонил голову и упал.

Бесчисленные опилки и шлак от пивных бутылок приклеены к лицу, а лицо залито кровью, так ужасно.

Чжоу Мяо, который упал на землю, продолжал трясти руками и ногами, как от удара электрическим током. Кровь с его лица текла по земле, которая вскоре окрасила землю красным.

Человек, победивший Чжоу Мяо, холодно улыбнулся и, собираясь повернуть голову, только почувствовал, как перед ним появилась темная тень.

После этого я внезапно почувствовал резкую боль в голове, глаза потемнели, земля все ближе и ближе ко мне, а черное небо удалялось все дальше и дальше от меня.

В конце концов, я услышал только звук удара своей головы о землю и ничего не понял в мгновение ока.

Мужчина держал в руке арматурный пруток двадцати четырех дюймов, ударил его палкой по голове, а другого пнул ногой.

Удерживая стальной стержень с резьбой, мужчина ехал на нем снова и снова, на фоне тяжелого свистящего звука еще один человек в черном яростно закричал.

Раздался резкий звук сломанных костей, и человек в черном немедленно бросил нож, обнял его за ноги и зашипел.

Человек, держащий стальной стержень с резьбой, трижды устранил трех мужчин в черном и наклонился, чтобы вытащить Чжоу Мяо.

Внезапно голова человека двинулась вперед, и арматурный стержень был выброшен ударом слева.

«Бум!»

Раздался звук столкновения металла.

Обернувшись, пара холодных глаз засветилась, как зверь.

Это Цзинь Фэн.

Мужчина в черном, стоявший перед ним, получил удар ножом от стального стержня Цзинь Фэна и потерял голову. Другой человек вышел из положения трех часов, и нож порезал тупую точку. Угол шестьдесят градусов, разрежьте щеку Цзинь Фэна прямо.

Цзинь Фэн допустил ошибку, протянул правую руку, чтобы взять лопатку перед плитой, стиснул зубы и щелкнул.

Толстая квадратная лопатка сильно ударила мужчину по виску, и тот сразу смягчился.

Следуя за Цзинь Фэном, он ударил мужчину ногой по голове.

Я даже не смотрел на этого человека, он назвал имя Чжоу Мяо.

Чжоу Мяо лежал на земле и дергался, шипя и хныкая: «Брат Фэн, мои глаза скрыты из виду».

Цзинь Фэн собирался что-то сказать, но услышал из двери Рев Длинного Ао.

Резко повернув голову, Цзинь Фэн вдохнул холодный воздух.

Лонг Ао сидел на земле, рубя ножом обеими руками, в окружении людей в черном.

«Не умирай, Саньшуй!»

Цзинь Фэн воткнул нож в руку Чжоу Мяо, крича низким голосом с грустью в голосе.

Как только Чжоу Мяо услышал эти слова, он сразу же успокоился.

Крепко стиснув зубы, держа нож в руке, окровавленное лицо покачивалось из стороны в сторону, и он последовал за его руками, чтобы заползти в магазин.

Цзинь Фэн поднял бензобак под ногами, подошел и выбил его.

Бензобак весом в двадцать кошек был беспристрастно разбит по голове человека в черном. Мужчина тут же бросился вперед, и Лонг Ао ударил его. Он сразу же упал на землю. Я не знаю, неподвижен.

Цзинь Фэн сделал небольшой разбег, высоко подпрыгнул, поставив колени на вершину, ударив человека в грудь, вышибив его прямо и подавив двух человек на противоположной стороне.

Когда я упал на землю, я почувствовал только боль в спине. Я не мог не крякнуть и перекатился вперед, ударившись по ноге стальным стержнем с резьбой в его руке.

Местоположение — щиколотка человека.

Двадцать четвертый стальной стержень с резьбой весит более восьми кошек. Положение Цзинь Фэна точное и сильное, лодыжка мужчины сразу прерывается, и он сразу же присел на корточки и придержал свою лодыжку. земля держится.

«Swish»

«Swish»

Резкий звук порывающего ветра продолжал звенеть, нож был поднят высоко, и кровь поднялась.

Цзинь Фэн был порезан четыре или пять раз за мгновение.

Если бы Цзинь Фэн не мог заблокировать эти четыре или пять ножей, то Лонг Ао был бы поражен таким же количеством ножей.

Трудно представить себе последствия.

Перенося сильную боль, Цзинь Фэн потянул стальной стержень по диагонали, заблокировал два ножа и плавно ударил человека.

Он схватил одежду Лонга Ао и поднял ее.

Ножевые раны Лун Ао были не меньше, чем у Цзинь Фэна. Его окружали более дюжины человек, и они зарезали его. Кухонный нож в его руке уже упал, но он схватил нож и порезал.

Несколько братьев дерутся каждый день, и все они понимают уличный рукопашный бой. Один принцип — никогда не падать.

Как только он падает, все готово.

Особенно, когда другая сторона забрала некоторых парней, с достоинством Ян Вэя, после пяти лет гнева, его три брата определенно плохо кончили.

Будучи поднятым Цзинь Фэном, Лун Ао с этой силой ударил человека по животу, ударил ножом, и ухо отвалилось.

Мужчина потерял нож, заткнул уши и странно кричал.

Лицо Цзинь Фэна было искажено болью, и он ясно чувствовал, как булькает кровь из девяти ран на своем теле.

Это тело не было хорошо развито с тех пор, как он ходил по магазинам с Ян Вэем пять лет назад. Его голова в сознании, но его тело не может за ней поспевать.

В этом случае я могу продержаться еще десять минут.

Десять минут!

Хватит!

С приглушенным фырканьем отпустите Лонг Ао, прошипел: «Подожди».

«Поймай Ян Вэя и смени босса».

Лонг Ао укусил Хэ стиснул зубы и тяжело хм-м-м, и нож снова включился.

Прошла всего одна минута с тех пор, как Ян Вэй позвонил печатать. Семь человек в черном уже лежали на земле. Пятеро из них были серьезно ранены, а один потерял сознание.

В то время как Чжоу Мяо была избита в первые пять секунд, теперь она ползет в магазин, нащупывая кран, чтобы промыть глаза.

В течение одной минуты и Цзинь Фэн, и Лун Ао были обожены кровью.

Это уличная рукопашная.

Несмотря на то, что противник получил семь, осталось десять.

Однако это всего лишь волна гангстеров.

Напротив, есть пятеро мускулистых мужчин, которые практиковали боевые действия Санда.

Рядом с Ян Вэем есть мастер по имени Гуан Гэ.

Эксперт, который ударил Лонга Ао по земле обеими ногами.

Ситуация довольно тяжелая.

Этот уровень непростой!

Это препятствие нелегко преодолеть!

Волна из семнадцати гангстеров была чрезвычайно опытной в драках и резании людей. Двое быстро оттащили своих товарищей по земле в сторону, а остальные посмотрели друг на друга и закричали.

«Разрежь его!»

Восемь человек нашли цель и окружили их вместе.

Цель очевидна, и это Лонг Ао.

Поскольку боевая мощь Лун Ао самая сильная, тело Джин Фэна тонкое, и он держит стальной стержень, который гораздо менее опасен, чем Лонг Ао.

Указать человеку, чтобы он сделал это, — единственный закон уличного рукопашного боя.

Пока Лонг Ао уничтожен, оставшемуся Цзинь Фэну не о чем беспокоиться.

Лонг Ао вытер кровь со лба, взревел и даже не вздрогнул, а вместо этого бросился к нему навстречу.

Цзинь Фэн стиснул зубы, схватил канистру с бензином на земле и разбил ее, оттолкнул двух человек впереди и рванулся вперед. Стальной стержень с резьбой ударил человека в спину и ударил человека под ногами. его файлы.

Как будто услышав звук разбитого яйца, человек окоченел, а его лицо резко изменилось. Перед тем, как он закричал, стальной стержень Цзинь Фэна ударил его по носу.

Через некоторое время нос мужчины стал коротким и таким же плоским, как и его лицо, с брызгами крови и странным плачем.

Хотя стальной стержень с резьбой не такой острый, как нож, при правильном использовании это большой убийца.

Цзинь Фэн, это тот, кто воспользовался преимуществом.

Убейте одного, а осталось 9. Цзинь Фэн держал стальной стержень обеими руками и разбил его.

Сильный крик разнесся по воздуху, и группа людей, которых собирался окружить Лонг Ао, была вынуждена разойтись.

Воспользовавшись этой возможностью, Лонг Ао наклонился вперед и ударил человека за талию.

Столкновение произошло прямо перед газовой плитой автомобиля.

Быстро встал, щелкнул кнутом правой ногой и сильно ударил мужчину по лицу. Мужчина тут же наклонил голову, его тело согнулось в виде арки, его конечности были вытянуты прямо, и он не мог Трясется.

Менее чем через две секунды у мужчины появилась пена у рта, его глаза побледнели, а лицо посерело.

Лонг Ао был слегка поражен, но позади него ощущалась острая боль, и его тело не могло перестать устремляться вперед.

Человек в черном ударил Лонга Ао ногой по газовой плите, а двое других уже последовали за ним и начали рубить. Внезапно на спине Лонга Ао образовались две длинные прорези.

Татуировка позади хвоста дракона была отрезана, обнажив ярко-красное тело, а кровь текла, как из трубы.

Лонг Ао практиковал санда в течение пяти лет. В течение этих пяти лет он не только покупал овощи и готовил каждый день, но и все остальное время практиковал без перерыва.

Есть только одна цель — месть!

Он практикует Санда с шестнадцати лет, у Лонга Ао очень хорошее телосложение, и его боевые способности также очень сильны.

После этих двух ножей Лонг Ао угрюмо зажужжал и схватился за крюк, которым переворачивали тушеные овощи.

Бэкхенд отбросил его назад и резко потянул.

Позади него раздался крик свиньи.

Нос мужчины пронзает крюк Лонг Ао.

Однако в это время у Лонг Ао не было времени оглядываться.

Он напрягся, перевернул печную тележку, сделал два шага вперед и поймал стальной стержень № 10, который тянул откатывающуюся дверь.

Крепко держась за обе руки, с ревом он ударил изо всех сил.

Несколько человек, преследовавших Лонг Аоче, резко остановились, однако было уже слишком поздно.

Человек впереди быстро увидел возможность и инстинктивно присел на корточки.

Железный прут прокатился по его голове и сильно ударил двух мужчин по левым ребрам.

Мужчина кричал от боли.

Лонг Ао снова вытянул дважды, на этот раз прямо в шею этого человека.

Мужчина больше не мог кричать, все его тело было искривлено, глаза расширились, и он потерял сознание.

Лонг Ао яростно выступил, и другие мужчины также были потрясены на несколько секунд.

Все они уличные гангстеры, более безжалостные, чем другие.

Стальной стержень, который держал в руке Лонг Ао, резко согнулся, он держит железный стержень в руке и, холодно глядя на нескольких человек, отступает назад

Лонг Ао отступает, затем это доказывает что Лонг Ао засох.

Пятеро мужчин, осаждающих Лонг Ао, бросились к ним, когда увидели возможность.

В этот момент Лонг Ао уже отступил к двери магазина, разбил железный пруток в руке, взял несколько бутылок пива, прежде чем разбить его.

Если полная бутылка пива не будет разбита с близкого расстояния, она не будет смертельной в пределах двух метров. Пятерым людям на противоположной стороне эти бутылки совершенно наплевать.

Еще одна бутылка вина была разбита, и мужчина выступил вперед и ударил Лонга Ао по лицу.

Сбоку от тела Лонга Ао нож врезался в его лопатку, издавая странный звук.

«Бля»

С приглушенным войом Лонг Ао ударил мужчину ногой по бедру, а затем отступил назад, опираясь рукой и качая

Нож внезапно оказался в руке.

Как только нож выскочил, пятеро мужчин на противоположной стороне изменили свой цвет, и они вспыхнули, когда отстранились, но еще оставалось слишком много времени.

«Шана!»

Слова только что закончились!

Лонг Ао держал в руке длинный нож и разрезал его. Мужчина тут же прикрыл его талию и отступил на несколько шагов, затем опустился на колени.

Глядя на свой живот, я только чувствую, что в руке что-то тёплое.

Я уставился в глаза и не смог удержаться от самого трагического завывания.

Рука Лун Ао представляет собой удлиненный нож Гуань Гун, похожий на нож Мо из династии Тан.

Говоря прямо, это удлиненный горный нож.

Лезвие представляет собой горный нож с толстой спинкой, под лезвие приварена оцинкованная стальная труба длиной один метр.

Этот нож является запрещенным оружием и обычно не используется для совершения покупок на жизнь и смерть.

Даже старые ублюдки, слизывающие кровь острием ножа, не смогут легко использовать это оружие.

Если вы упадете с ножом, вы либо умрете, либо получите травму.

Как только нож Гуань Гуна выскочил и упал, один сразу же утилизировали.

Оставшиеся четыре человека в черном были мертвы, и они не промахнулись и немедленно бросились назад. Двое были слишком заняты, чтобы выбирать свой путь, и их головы разбились друг о друга.

Лонг Ао вообще не колебался, нож поднимался и опускался, и ладонь человека вылетела наружу, и кровь хлынула, как стрела крови.

Другой человек был уже шокирован и сразу же преклонил колени перед Лонг Ао.

«Рао»

«Пощади тебя».

Лонг Ао зашипел, но нож в его руке не упал.

Этого человека следует называть подростком, ему всего восемнадцать или девять лет, и он примерно того же возраста, что и Лонг Ао.

Подростки этого возраста наиболее злы и вспыльчивы.

В будние дни он не боится бояться, драться, взламывать и собирать деньги. Он известен своей жестокостью, иначе его не возьмут на работу в продуктовых ларьках.

Однако сейчас молодой человек в испуге стоит на коленях, от льняных спортивных штанов идет неприятный запах, а у него уже недержание мочи.

При виде этого молодого человека сердце Лонг Ао необъяснимо подпрыгнуло, а его убийственные намерения угасли.

Внезапно Лонг Ао почувствовал вонь под мальчиком, его лицо изменилось, низкий удар хлыстом ударил мальчика в челюсть, и мальчик тут же потерял сознание.

С ножом в одной руке он превратился в человека крови, булькая кровью с десятками дыр в теле, и у него закружилась голова.

Повернув голову, чтобы посмотреть на Чжоу Мяо, который мыл под краном, и завывая, Лун Ао зашипел.

«Саньшуй, иди на чердак, возьми бензина!»

«Мы не будем звонить тебе, не выходи».

«Кто идет на чердак»

«Сжечь магазин».

Сказав это, Лун Ао, хромая, вышел из магазина с ножом Гуань Гун и поспешил вперед, чтобы спасти Цзинь Фэна.

Окровавленное лицо Чжоу Мяо ужасно и жалко, но выражение его лица необычайно твердое.

С тяжелым хммм он коснулся лестницы на чердак и хромал вверх.

В это время Цзинь Фэн был окружен тремя людьми и зарезан, отступая, размахивая стальным прутом.

На противоположной стороне есть три стальных стержня с резьбой, которые несколько боятся Цзинь Фэна. Некоторые из них были избиты стальными стержнями, лежащими на земле. Два из них до сих пор даже не ощущались.

У Цзинь Фэна также было несколько новых дыр в руке, его плоть стала ужасной и ужасной, а кровь продолжала течь и капать.

В этот момент двое напуганных мужчин отступили, и трое мужчин, осаждающих Цзинь Фэна, внезапно повернули головы. Увидев нож Лонга Аоти, они внезапно вздохнули и в панике побежали.

Как мог Цзинь Фэн упустить такую ​​хорошую возможность?

бросился вперед и ударил человека по спине стальным стержнем, а затем снова ударил ногой.

Мужчина непроизвольно бросился вперед и ударился о складной столик.

Цзинь Фэн бросился вперед и упал с палкой, выставив лопатки по центру.

«Ге Ба!»

Раздался четкий звук перелома кости.

Мужчина внезапно закричал, как свинья.

Лонг Ао прибыл, прошел мимо этого человека и погнался за оставшимися четырьмя, Джин Фэн не замедлил шаг и побежал на обочину дороги.

Четверо сбежавших были явно напуганы ножом Гуань Гун Лун Ао.

Схватки кровавы, а сражения жестче других.

В моем сердце также гнев.

Смелость!

Когда четверо людей побежали, они уже потеряли гнев, а нож уже был отброшен в сторону, им только ненавистно было то, что родители потеряли две ноги и безжизненно побежали.

Два человека были самыми быстрыми: они сбежали с тротуара, перебежали четыре полосы движения и побежали безжизненно, даже Iveco не осмелилась снова подняться.

На всей улице Снэк-стрит не было электричества, дождь становился все более сильным, и на Снек-стрит стало темно.

В такую ​​сильную грозу вкупе с отключением электричества многие магазины уже закрылись на отдых.

Посетители барбекю-магазинов и закусочных возле продуктовых лавок уже боялись выписаться и уйти.

Пара, которая вчера поссорилась с Цзинь Фэном, открыла дверь и спряталась внутри, дрожа.

`

Небо тусклое, гремит гром, и грохот бесконечен.

Один из двух оставшихся мужчин в черном сбежал с тротуара и собирался броситься на противоположную сторону. В этот момент приближался внедорожник Mercedes-Benz.

«Бум!»

Человек в черном сразу изменил направление и был выбит на два метра, но пердеть не было, поэтому он встал и побежал.

Лун Ао получил несколько ранений в верхнюю часть ноги и не мог быстро бежать. Цзинь Фэн подошел к нему сзади. На расстоянии четырех метров он бросил палку и ударил человека по спине. голова.

Человека повалили на землю, когда он бежал к краю тротуара, из его головы текла кровь.

Цзинь Фэн бросился вперед, наклонился, чтобы взять нож, наступил мужчине сзади на шею и холодно посмотрел на противоположную сторону улицы.

Нож в его руке был направлен по диагонали на Ян Вэя под черным зонтом, его лицо было холодным, а кровь на его голове текла.

Лонг Ао хромал и, ничего не говоря, подошел к нему, повернув ручку ножа вверх дном, кончиком ножа вниз, без всякой жалости, и он сильно толкнул его вниз.

Толстый кончик ножа пронзил правую ногу человека, лезвие не пронзило бедро, и даже плитка на тротуаре была прорезана с большим отверстием.

Человек под ножом издал суровый вой, его ноги были вытянуты прямо, его руки без разбора сцепились с землей, а его рот кричал, разрывая ночное небо, как плачущий призрак.

Лицо Ян Вэя на противоположной стороне напряглось, и оно было пугающе холодным.

Лун Ао вытащил нож, и хлынула кровавая вонючая кровь. Он выстрелил прямо на расстояние более одного метра. high и нажмите Long Ao. Face.

Лонга Ао вырвало тяжелым глотком крови, он держал в руке нож и цеплялся пальцами с противоположной стороны.

Человек на земле изо всех сил сопротивлялся, сделал несколько шагов вперед, застряв в ноге, и снова упал.

Снова вставай, сделай два шага, рухнешь на землю, улицы заляпаны кровью.

Четыре минуты.

С начала боя до настоящего прошло всего четыре минуты.

Это группа улиц К.

Другие уличные групповые сражения с парнями и так далее обычно решают, выигрывать или проигрывать за одну минуту, а те, кто побеждает, уже проиграли.

На этот раз групповой бой длился четыре минуты, что очень много.

Семнадцать противников побежали трое, а остальные четырнадцать лежали на земле, ворчась от боли.

Три против семнадцати!

Никто бы не подумал, что трое братьев Цзиньфэн смогут пережить четыре минуты смерти.

Никто не может поверить, что три брата Цзиньфэн могут победить 17 голов головорезов, которые так жестоко сражались на улицах.

Это ужасно.

На другом конце улицы Ян Вэй уставился на Цзинь Фэна и Лун Ао, которые были залиты кровью, гнев в его глазах уже загорелся.

Напротив, невысокий эксперт рядом с Ян Вэем выглядел спокойным и равнодушным, спокойно курил сигарету под зонтиком и спокойно смотрел на Цзинь Фэна, без тени удивления, не говоря уже о движении.

Дождь усиливается.

Он настолько большой, что дым, только что зажженный Цзинь Фэном, пропитался проливным дождем.

Лонг Ао держал стальную трубку в руке и слегка прикрыл глаза.

Продержавшись несколько секунд, Лонг Ао энергично сорвал с себя одежду и перевязал раны на ногах и ступнях.

Цзинь Фэн держал нож и продолжал охранять, вынул несколько мотков марли, которые были приготовлены его левой рукой, и плотно перевязал свои раны.

Противник не двинулся с места и дал двум братьям время перевязать. Лонг Ао получил несколько дюжин ножей, в основном рук и ног.

Большинство травм Цзинь Фэна было нанесено на его спину, и это было сделано для защиты Лун Ао’эр.

«Ты сможешь это сделать?»

Лонг Ао посмотрел на Цзинь Фэна, наклонив голову, и спросил глубоким голосом.

Цзинь Фэн холодно сказал: «Ты сможешь это сделать?»

Лонг Ао холодно фыркнул, потянув за рану на своем теле, болезненно.

«Я все еще могу поразить сотню».

Цзинь Фэн крепко нахмурился, капли дождя безжалостно ударили его по спине, ранам, коже и плоти, невыносимо болезненно.

Я снова закурил сигарету и сделал глубокий вдох. Запах никотина распространился в мои легкие, но боль усилилась.

Держа сигарету в ладони и передавая ее Лонгу Ао, он прошипел: «Ты умрешь, если не хвастнешься».

Лонг Ао взял Цзинь Фэнянь и взял На полпути вниз, внезапно присел на корточки, тяжело кашляя.

«Некоторые из них практиковались там.»

«Если я не смогу победить его, я уйду из магазина.»

«Не веди себя.»

Цзинь Фэн холодно произнес эти слова, а Лун Ао кашлянул и поднял средний палец на Цзинь Фэна.

«Ты главный.»

Цзинь Фэн угрюмо зарычал:» Босс не мог связаться до сих пор, ты можешь меня хоть раз послушать?»

Лицо Лон Ао изменилось, он посмотрел на Цзинь Фэна и сказал неохотно.

В тусклом небе раскатился гром и проливной дождь.

Дождь пошел дальше. рекламный знак, написанный Цзинь Фэном.

Люди с обеих сторон не двигались.

Человек на противоположной стороне ждал, когда Цзинь Фэн Лонгао станет слишком окровавленным, чтобы упасть сам.

Цзинь Фэн и Лонг Ао надеются, что у них будет больше времени, чтобы привыкнуть к дыханию.

Посреди шоссе дважды мелькнул сбивший людей Mercedes-Benz. и медленно соскользнул на тротуар.

Два человека в машине тихо разговаривали.

«Начало довольно темное.»

«Техника безжалостна.»

«Ах, реки и озера дикие.»

«Группа бандитов.»

«Люди по-прежнему скупы, поэтому не будут показывать мне рекламные вывески.»

«Все еще называешь меня неженкой. ФК!»

«Я сказал, что приду съесть тушеную курицу и выпить сказочный суп, но машину кто-то сбил. разочарование.»

«Сигнала тоже нет. Я не могу смотреть прямую трансляцию.»

«Поехали. Вернитесь в каждый дом и найдите каждую мать.»

«Гроза, твой самолет осмелился подняться в небо?»

«Не нужны твои слова, я все еще хочу выпить сказочный суп.»

«Думаю, ваш суп не будет пить. На противоположной стороне еще семь человек, здесь двое ранены.»

«Ха. Или рискните! ?»

«Держу пари, что Шэньсиантан выиграет. Если я проиграю, я дам вам код Лю Синя.»

«Если проиграешь, отдай мне свой горшок с драконом из черной глины Луншань.»

«Вы бы хотели сделать такую ​​большую ставку?»

«Пятьсот юаней подойдут?»

«Вы действительно низки.»

«Ах, я сказал, ваша фамилия действительно Ван?»

«Ты не знаешь ту бабушку в моем доме. У меня даже нет права пролистывать карту.»

«Ха. Я серьезно подозреваю, что главой вашей семейной регистрации в будущем точно не станете вы.»

«Я заранее дам вам тишину.»

«Иди и вперед»

Модифицированный Mercedes-Benz имеет отличную звукоизоляцию, и никакого движения не было слышно.

Хотя на улице шел сильный дождь, там внутри машины все еще была энергия. Ясно все вокруг.

«Чжоу. Вы сказали, что старик из семьи Юнь действительно хотел убрать натирку, которая использовалась в качестве оригинального каменного барабана?»

«Я не просил его взять это. Он сам это сказал.»

«Судьба и трели, кто легче, тот важнее. Он сам это знал.»

«Будет ли Юнь Шэнъюань жить еще больше двадцати дней, пусть он сам это разберется.»

«Если он дал это вам, если вы не можете его исцелить. что теперь?»

«Если вы не можете обратиться к врачу, вы не сможете обратиться к врачу «. Какая разница?»

«Вырезать. К счастью, ты по-прежнему старший сын семьи Чжоу из Рунана. Об этом можно сказать.»

«Кого это волнует?»

«Болезнь Юнь Шэнъюаня в Ся Лао была замечена давно. Это значит попросить Юнь Шэнъюаня передать натертый оригинальный каменный барабан.»

«Если вы не используете его как оригинальный каменный барабан, возьмите плоский горшок с синими и белыми ушами зверя Юань. Пусть сам выбирает.»

«Эй, под солнцем, может Ся Лао увидеть свою вину?»

«На этот раз не дайте старому скупцу выплюнуть кусок национального достояния»

«И что? Расскажи мне историю?»

«Фальшивая мать выходит.»

«Вы безжалостны.»

«Ай ай ай, дай мне взглянуть, дай мне посмотреть»

«Подойди к хвостовику, чтобы увидеть.»

«Не загораживайте мой обзор.»

Выглянув в окно машины, я увидел, как Ян Вэй махнул рукой через улицу, а пятеро сильных мужчин рядом с автомобилем Tiguan L медленно пошли к продуктовому ларьку.

Они достигли тротуара. Пятеро сильных мужчин внезапно подняли правые руки и ударили их.

В руках пятерых сильных мужчин появилась телескопическая палка полуметровой длины.

телескопическая палка Также называемая качающейся палкой, это наиболее распространенное и эффективное оружие ближнего боя.

Качающиеся палки в руках этих пяти сильных мужчин отличаются от обычных. Они сделаны из нержавеющей стали и чрезвычайно прочны. тяжелый. Это стандартное снаряжение, принадлежащее особому иностранному отделу.

Если вы ударили кого-то по голове в конце, вы должны открыть совок.

Если вы попали в тело, вы должны сломать даже кости.

Очень хорошо. Очевидно, эти пять мускулистых мужчин на один уровень выше, чем другие.

Только смешанные игроки могут использовать нож.

Цзинь Фэн тихо стоял, увидев приближающихся пятерых сильных мужчин, он отбросил нож в сторону, наклонился и медленно поднял арматурный стержень.

Лун Ао давно заменил нож Гуань Гун круглым железным прутом в руке.

Это скалка, которую я использую, чтобы вручную раскатывать тесто.

Скалка была тщательно отполирована, но на ней еще осталось немного грязи.

Хотя они потеряли нож, два брата совсем не расслабились.

Хотя человек на противоположной стороне использует палку, она опаснее ножа.

Потому что они более болезненны и безжалостны, чем гангстеры.

более ужасны.

«Второй уровень».

Холодно сказал Лонг Ао и сжал скалку в руке.

Пятеро крепких мужчин напротив друг друга стояли в ряд, все промокшие, но даже не моргнули.

Сильный мужчина посередине ростом 1,9 метра, с тигровой талией, широкими плечами и широкими руками, а полуметровая качельная палка в его руке похожа на палочку для еды.

Холодно глядя на двух братьев Цзинь Фэна, они холодно сказали: «Вы двое все еще можете стоять, это своего рода добро».

«Брат Гуан сказал: Пятеро из нас победили вас двоих. который пользуется вами.»

«Брат Гуан сказал нам один на один, чтобы не убивать вас.»

«Только руки и ноги.»

«Оставь рот попрошайничеству.»

У Цзинь Фэна не было ни малейшего выражения на лице, когда он услышал это.

Лонг Ао холодно сказал:» Не беспокойся. Идите вместе.»

«Кто первым встанет на колени и кто будет посеян?»

Пятеро мускулистых мужчин посмотрели друг на друга с презрением на лицах, и один из них вышел первым.

«Брат, ты видишь, что ты тоже тренировался «. Как насчет кулака Биби?»

«Чтобы не потерять тебя.»

Когда мускулистый сказал это, его лицо было очень небрежным, его глаза были полны сочувствия с сильным намеком на жалость.

Услышав это, Лонг Ао усмехнулся. Мне не нужно никого жалеть.»

«Однако мне нравится ваше предложение.»

«

Я вставил скалку в его руку, и она была вставлена ​​в рекламный щит, написанный от руки Цзинь Фэном.

Ни одна из сторон не обратила внимания на рекламный щит, но он был в автомобиле Mercedes-Benz В десяти метрах раздался пронзительный крик.

«Мое слово»

«Этот идиот, я FK, мой кристалл, я кристаллизую этого идиота!»

«Мое слово -»

Рядом со мной послышалась спокойная мелодия.

«Каков ваш персонаж?»

«Кто зовут этого человека?»

«Похоже, фамилия Джин!»

«Да. Это знак босса Ренджина. Ключевой момент в том, что Билиана легко разрезать».

«Можешь ли ты, единственный мужчина в королевской семье Ланги, обладать качествами, которые должны есть.»

«Заткнись.»

Тепло в Мерседесе похоже на весну.

В этот момент лорд Чжоу Хао и лорд Ван Вэй Ван Сяобай казались аристократическими принцами, наслаждающимися жестоким поединком между группой диких зверей и двумя одинокими волками в Колизее.

Поговорите друг с другом, красное вино в его руке источает приятный аромат.

Но перед киосками с едой за окном шел дождь, холодный до костей.

Кровь на земле уже давно смыта ливнем, и дюжина людей, лежащих на земле, все еще катятся и плачут.

В сентябре в Цзиньчэне в 6 часов пополудни это должно было быть до захода солнца, но сейчас это похоже на зимнюю ночь.

Канализация на этой улице снова была переполнена, и вытекающая дождевая вода была слишком поздно, чтобы уйти бессовестно, сопровождаемая струйками крови.

Смыл кровь.

Осталось только убийство.

Битва Лонга Ао с мускулистым мужчиной окончена.

Весь процесс не занял десяти секунд.

На земле лежит сильный мужчина.

Лонг Ао был постоянно сбит с ног сильным мужчиной. Трижды Лонг Ао обнял его правую ногу, прижал его вперед, ударил прямо правой ногой и бил сильного человека по подбородку.

В то время я слышал только резкий звук треска костей из подбородка сильного мужчины. В мгновение ока челюсть сильного мужчины слабо приоткрылась и отвисла, его глаза были устремлены на Лонга Ао, и он тяжело дышал.

После того, как Лонг Ао сбил с ног этого человека, он не мог не отступить на два шага, его правая нога прижалась к земле, постоянно трясясь.

Кровь на ногах и ступнях стекает, как водяной занавес.

Этот PK был окончен. Когда оставшиеся четыре сильных человека снова посмотрели на Лонга Ао, их глаза изменились.

Одинокий волк.

Одинокий волк на грани смерти.

Только волк-одиночка может обладать такой огромной храбростью и взрывной мощью и может укусить врага за горло за секунду до смерти.

Четыре сильных человека сразу испугались.

Лицо Лонга Ао было бледным, его лицо было таким ужасным и искаженным от боли, что он стиснул зубы и холодно плакал.

«Давай!»

Четверо крепких мужчин с торжественным выражением лица сразу же вышли, держа в руках качели.

Лонг Ао стиснул зубы и вытащил скалку из рекламного щита, крепко держа ее.

В это время Цзинь Фэн сделал шаг вперед вправо, склонившись над Лонг Ао.

«Я пойду».

Лицо Лонга Ао внезапно изменилось, и он прошипел: «Иди»

Прежде чем он закончил говорить, Джин Фэн уже бросился вперед. В его руках арматурный стержень поднял сильный ветер и ударил мужчину в грудь.

Лицо дородного мужчины опустилось, и все его тело внезапно втянулось.

Одна палка вылетела.

Следуя за качающейся палкой в ​​руке сильного человека, он ударил Цзинь Фэна в плечо.

Цзинь Фэн поднял стальной стержень к левой руке, резко поднял качающуюся палку, разрезал его тело вперед, повернул стальной стержень в руке и ударил им.

Посередине подъема сильного мужчины.

Сильный мужчина внезапно издал приглушенный гул, и он не мог не поднять его.

Групповуха Цзинь Фэна снова упала.

Дородный мужчина закрыл лицо и внезапно упал, рвав кровью во рту, его тело дергалось, дергалось, а затем снова.

Цзинь Фэн медленно, без пауз, встал, стальной стержень в его руке был поднят над его грудью, и он резко ударил им.

Оставшиеся трое сильных мужчин проснулись в шоке, внезапно рассеялись, последовали за гневом, неся качающуюся палку и злобно избили Цзинь Фэна.

Цзинь Фэн быстро отступил, несколько раз блокировал, у него болела рука, и стальной стержень внезапно упал на землю.

Сильный мужчина потянул палкой большую руку Цзинь Фэна, и его глаза замерзли, и он собирался снова накрасить нож.

Вдруг почувствовал, как его голова взорвалась, его глаза внезапно исчезли, он мягко опустился на колени, бросился вперед и разбил печь для брикетов.

«Вау!»

Сказочный горшок, тушенный на плите, перевернулся и упал на землю.

Большой горшок со сказочным горшком, который еще никто не пробовал, так бесполезен.

Говядина, субпродукты и сухожилия были рассыпаны по всей земле, а тонкий и мясной аромат суб-лекарственных веществ в воздухе распространился, твердо плывя под проливным дождем.

Из «Мерседес-Бенц» упал бокал с вином, и чистый и притягательный мужской голос возмущенно вскрикнул.

«Сказочный горшок.»

«О, я пойду к твоей матери»

«Трахни меня!»

«Мой»

«Какой у вас горшок? Ах, лорд Чжоу, это ваш горшок?»

«Это сказочный котел босса Ренджина, оно как-то связано с тобой?»

«Проклятие пошлости, разоблачение пошлости.»

«Вы, уважаемая семья лорда Рунана Чжоу, можете ли вы обладать теми качествами, которыми должны обладать.»

«Заткнись.»

«Вот, я вчера заказал этот сказочный горшок.»

Насмешки и сарказм снова продолжаются, полны шуток, и тон звучит бойко и непринужденно.

Только меня не волнуют убийства снаружи.

Это похоже на просмотр фильма с блестящей игрой и кровотечением.

Из окна.

Лун Ао и Джин Фэн один раз откинулись спиной к спине, опираясь друг на друга, держа стальной стержень в их руках.

Проливной дождь шел по прямой линии, непрерывно ударяясь о землю, издавая потрескивающие звуки, похожие на фейерверки.

Звук тяжелого вздоха был скрыт.

Двое из пяти сильных мужчин упали, а остальные трое погнались за Цзинь Фэном. Лун Ао присоединился к боевой группе, чтобы опрокинуть одного, а оставшиеся два сильных человека снова разделились, и один человек справился с одним.

Цзинь Фэна ударили несколькими палками по телу, и его реакция не могла угнаться за его сознанием. Он сбежал от ключа, но был внутренне избит.

Помимо практики, противник также является ветераном техники и техники взмахов палками.

Самый ужасный удар палкой попал в его правое плечо. В то время Цзинь Фэн почувствовал, как распространяется самая горячая жара, и он невольно упал на землю вслед за стальным стержнем.

Вся правая рука медленно опускается, его разум пуст, а перед его глазами видны звезды.

Инстинктивно отступил и уклонился, но упал на землю, держа в руке несколько горячих говядины.

Сильно прикусив язык и широко открыв глаза, Цзинь Фэн глупо отступил, увидев, что дородный мужчина смутно шагает перед его глазами, последовал за ним и поднял руки.

Цзинь Фэн резко перекатился, его левый локоть опирался на землю, а его ноги были измучены и отброшены назад.

Перед глазами Цзинь Фэна упала качающаяся палка, и кастрюля из нержавеющей стали внезапно рухнула.

Цзинь Фэн снова откатился назад и внезапно прикоснулся левой рукой к холодному кухонному ножу.

Без малейшего колебания он разбил его, ущипнув заднюю часть кухонного ножа.

Мускулистый мужчина махнул рукой, Джин Фэн издал рев, встал и бросился вперед, наклонился и ударил головой в руки мускулистого мужчины.

Мускулистого мужчину отбросил Джин Фэн, но он только сделал шаг назад.

Держа правую руку Цзинь Фэна левой рукой, он поднял рану на месте сломанной руки.

Цзинь Фэн внезапно издал горький и болезненный вой.

Мускулистый мужчина с холодным лицом поднял правый локоть и сильно ударил Цзинь Фэна сзади по шее.

«Вау!»

Изо рта Цзинь Фэна брызнула кровь.

Злобный Цзинь Фэн хлопнул левой рукой вниз.

Он сдавил сильного мужчину через шестерню и отчаянно дернул.

«О-»

Сильный человек испустил сокрушительный рев, его лицо покраснело, и он наклонился.

Цзинь Фэн изо всех сил пытался встать, схватил дородного мужчину за волосы и ударил его правым коленом.

«Бу…»

Сильный человек выплюнул изо рта два зуба, упал на землю боком и тут же потерял сознание.

Цзинь Фэн потряс своим телом, крепко держась за руку одной рукой, чувствуя только кружение неба, все его тело было холодным.

В его глазах Лонг Ао сражались друг с другом с сильным человеком.

Схватив качающуюся палку на земле, он пошел наискось вперед и за спиной сильного человека хлопнул его спиной с качающейся палкой в ​​руке.

Чжуанхань немедленно прыгнул вперед.

Лонг Ао держал стальной прут, сильно ударил сильного человека по голове и с глухим стуком опустился на землю на колени.

Джин Фэн спотыкается, а Лонг Ао стал кровавым человеком.

С пятью старыми, похожими на медведя мускулистыми мужчинами разобрались, и два брата подошли к концу битвы.

Хотя пять мускулистых мужчин, которые практиковали борьбу с Санда, упали, они нанесли наибольший урон Цзиньфэну Лонгао.

Цзинь Фэн сломал правую руку и получил две внутренние травмы на теле, не говоря уже о Лун Ао, он был избит свиньей головой.

Два одиноких волка, два брата друг против друга, взглянули друг на друга и сказали в унисон: «Держись».

«Не умирай».

Опершись на спину, Цзинь Фэн задохнулся, как рев, настолько болезненный, что он не мог дышать, а уголки его рта продолжали кровоточить.

Лонг Ао оперся на Цзинь Фэна безвкусной манерой, с выражением лица, которого у него никогда не было раньше, и сказал дрожащим голосом: «Войдите в магазин»

«Саньшуй собирается достань бензина.»

Лун Ао сказал это, Джин Фэн понял.

Сегодня все умерли вместе.

Цзинь Фэн небрежно покачал головой: «Вход запрещен.»

Лонг Ао, эй, дрожащий и проклинающий:» Ты только что сказал выйти из магазина и снова драться?»

«Вы подержанный.»