Любимый Мир (Новелла) evil cat Здесь не будет стремительного взлёта героя от первой до последней страницы, не найдётся скрытой философии и поводов для тревоги. А надо ли? Просто позвольте себе оказаться внутри этой истории. Она читается легко, задевает за живое и при этом совсем не длинная. Просто... Выдохните. И вернитесь в ту пору, когда мир перед Вашими глазами менялся с головокружительной скоростью. Это путь мальчика, который проходит свои трудности, превращается в юношу, а затем — в мужчину. Хорошего чтения. ==================== Начало (1) Глава 1 Солнце медленно спускалось за горизонт, окрашивая землю и небо в оттенки красного и жёлтого. Мы были рядом с концом деревни, в давно заброшенном доме. Сжимая брусок дерева, на котором были надписи, отец плакал. Лиам, являющийся сыном рыдающего мужчины, не знал, что поделать с этим. Хоть сам он открыто выражал свои эмоции перед ним, до сих пор мальчик никогда не видел, как его отец пускал слёзы. Наконец, нарушая неловкость, охватившую сына, мужчина попросил его: «Лиам, подойди сюда» - Хоть он не смог сдержаться, и слёзы катились по его щекам, голос его звучал нормальным, не искажённым от произошедшего, лишь немного тише, чем обычно. Мальчик не мог ослушаться отца. Он подошёл поближе, прямо к бруску в виде таблички, которую ему протягивал отец. Всё ещё не поворачиваясь к своему сыну лицом, он сказал ему: «Это написал твой дедушка… Я никогда не рассказывал тебе о нём. Он был ужасным человеком. Всегда наносил мне раны, отправлял в лес за травами и ягодами, хоть и были слухи о том, что там бродят звери, заставлял делать столько работы в поле, сколько делал взрослый, от чего приходил я домой всегда обессиленным, а потом меня ожидала новая порция побоев…» «...Но, пожалуйста, мне не хочется, чтобы ты совершал мою ошибку, пойми. Люди могут измениться, даже сильно, если поставить перед ними сложную ситуацию. Прошу, не бросай их!» Я не понимал вещей, которые он пытался мне донести тогда. Но немногим позже, всего через несколько месяцев, всё стало ясно. Он положил письмо в карман своих холщовых штанин. Протерев глаза ладонями, отец повернулся в мою сторону, намереваясь выйти из дома. Ладонью он сделал жест, означающий просьбу идти за ним. В последний раз оглянувшись на единственное окно, освещавшее маленькую пыльную избу, я видел это: в доме были аккуратно сложены лечебные травы, настои и отвары. Они были рядом с кроватью, рядом с которой было несколько успокоительных игрушек, играя в которые ребёнок мог отвлечься от всего и расслабиться. «Лиам, пойдём к маме, пока не стало темно» - вспоминалось множество историй как от друзей, так и от родителей про духов, просыпающихся ночью. А потому мальчик перестал осматривать здание, побежав к отцу. Отбросив грусть в сторону, вернувшись в своё привычное состояние, сказал сыну: «...Смотри, луна сейчас взойдёт! Давай, побежали! Сможешь ли ты теперь догнать меня?» - с ухмылкой и весёлым тоном произнёс отец. В последний раз такое он произносил пару лет назад. Возможно, перестал из-за того, что это звучало немного по-детски. Но если перестать мыслить так, будто поделено всё на возраст и строго следовать этому, то можно было бы испытать те ощущения, что сейчас принесли бы ностальгию. Во всяком случае, это бы снесло царившую неприятную атмосферу, вот почему Лиам сразу же взметнулся бежать. Гамб, его отец, не ожидал настолько быстрого ответа. Однако принесло это ему только радость. Пусть он не мог сразу броситься, как это сделал его сын, но двигался он всё равно быстрее, пусть тело и было старее. После быстрой разминку, занявшей полминуты, мышцы были готовы к работе. Деревня была небольшой. Хватило бы пяти минут, если бы ты захотел пробежать от края до края, конечно, при средней скорости. И пройдено было пареньком за это время уже не 1/10, как это было бы обычно, а 2/10, ведь он действительно пытался победить отца. Вот только Гамба закалила жизнь в детстве, а после он только продолжал становиться сильнее. За две минуты он уже оказался там, где был Лиам, ошеломив своего сына, наращивая расстояние и дальше… В конце концов, последнему пришлось бежать ещё минуту, пока он не добрался до своего отца, спокойно стоявшего рядом с матерью, ожидая его прибытия. Мальчика сразу же замучило сбитое дыхание, из-за чего он опирался руками на свои колени, тяжело дыша. А спустя несколько вздохов, отец подколол его: «Ну что ж, ты стал лучше! Пробежал за целых 3.5 минуты» «Правда, всё ещё медленнее меня» Всё ещё имея дело с одышкой, Лиам ответил: «Как… каким образом ты не только сохранил силу, но и стал ещё лучше… Чем старше взрослые, тем они становятся слабее… разве не так должно быть?» Ответом было: «Может, если будешь выходить в шесть утра на поле, заканчивая в восемь, а после рубить дрова ещё два часа, позже направляясь в город обменивать товары, узнаешь секрет» - с яркой, нет, не просто яркой, а невероятно довольно улыбкой кинул Гамб. Было ясно, что занимался он далеко не только этим, но… это была явно подстава! Говоря это, Гамб относился к этому скорее как к призыву к действию для сына, а не только как к способу узнать секрет приобретения более хорошего тела. И Лиам это прекрасно понимал, сглатывая комок слюны, вдруг появившийся от осознания. Его и без того напряжённый режим дня, включавший в себя ловлю рыбы, сбор трав на ближней горе, охоту на мелкую дичь и многое другое, сейчас снова пополнился. «Это нечестно!» - были последними словами, брошенными родителям, уходящим в избу. ---------- Начало (2) Глава 2 Вот и настал день, пополнившийся дополнительными часами работы для Лиама. Когда новые обязанности только-только были озвучены, это казалось крайне сложным. Приходили мысли, что теперь то он будет валиться с ног от усталости. Однако всё оказалось лучше, чем парень думал. «По правде, всё это стало для меня легче, чем отец говорил. Вставать приходилось лишь в восемь, заканчивая с первой работёнкой через час. Новый распорядок гораздо более щадящий, чем я думал! » Утро. Заметив взошедшее солнце, сиявшее так же ярко, как всегда при просыпании, сначала малец не воспринял это всерьёз. Он уже хотел было заняться зарядкой, потянувшись, но после мальчик снова присмотрелся к лучезарному солнцу. Его брови выразили своё удивление, поднявшись, а руки, потянутые вверх, взметнулись вниз «Я проспал!» Лиам сразу побежал наружу, нечаянно уронив стоявший рядом стул. Поспешно поднимая его, он заметил, что на ней была табличка с короткой запиской, просящей его пройти в огород. Пройдя туда, парень увидел, что его отец уже заканчивал свою работу на поле. Когда тот подошёл к сыну, практически вручив лопату, мать окрикнула их: «Эй, мужчины, сначала завтрак, только потом дела!» - она не могла отпустить их трудиться на голодный желудок. И хоть Гамб, проснувшись, уже перекусил, ему ничего не мешало сделать ещё один приём блаженной пищи. Как обычно, вместе с первым принятием еды, Лия дала им наполненные свежим лимонным соком глиняные стаканы. Она очень любила лимоны. Их запах, вкусовые свойства, даже внешний вид – она любила в них всё. Потому мастерски использовала их во многих рецептах. А особой её гордостью был лимонный сок, который она совершенствовала с самого детства, превратив его в довольно дорогой товар, радостно скупаемый богатыми торговцами. С момента конца завтрака и началась работёнка Лиама. Поле было совсем рядом с их огородом. В основном оно было засажено картофелем, а всю оставшуюся четверть делили томаты да огурцы. С большей их частью было уже покончено. Парень ожидал, что его отец начнёт работать меньше, но всё оказалось наоборот. Остался только огород, в котором уже были подготовлены дрова и топор. Работал он не один. Отец присоединился к нему, рассказывая о его немного сдвинутом графике дня. Так Лиам и узнал, что время, которое он должен был потратить на все новые обязанности, было уменьшено вдвое, по сравнению со сказанным вчера, кроме поездки в город, как очевидно. Именно поэтому работа оказалась щадящее, чем предполагал парень. Мать так же не обошла стороной своего сына. Она подошла к нему, когда он собирал урожай с лимонников, обменяться парочкой слов. И, естественно, она не забыла вставить в эту «парочку», несколько предложений: «Лимоны не только необычайно вкусны, но и полезны в медицинских целях. Они способны быть противоядием от яда змей, а его сок может исцелить от гонореи!» Мальчику было приятно видеть её такой радостной. Обычно она просто показывала результаты своих трудов, боясь, что может надоесть, если будет много рассказывать о своём любимом деле. Но, увидев его счастливое лицо, вспомнив, что её сыночку уже пятнадцать, она продолжала: «Душистые травы, например, розмарин следует добавлять в начале готовки. Так они отдадут максимум своего аромата. А вот те, что похожи на петрушку или зелёный лук, рядом с концом готовки. Кстати, говоря о приправах, мясо соли только тогда, когда оно уже практически готово! Иначе станет сухим!» В нашей семье обязанности были сильно поделены. Ни я, ни отец, почти никогда не готовили. А когда попытались, на выходе были… В общем, дальше продолжала готовить только мама. В тот момент моё желание готовить практически иссякло, но теперь начало возвращаться. «Мама, может, сегодня, когда я закончу, научишь меня…» - не дав мне закончить, позади раздался голос: «Лия, помоги мне с готовкой!» - Видимо, не у одного мальчика оно появилось. «Он, кажется, не собирается проигрывать мне ни в чём» Я лишь ухмыльнулся на это, думая договорить в следующий раз, но мама всё равно ответила, хоть предложение не было закончено: «Научить готовить? Я буду рада» - с нежной улыбкой своему единственному ребёнку. Теперь, наконец, она тоже сможет учить его своему делу, а не только Гамб, как это было недавно. Она закинула в корзину последний лимон, побежав скорее на кухню. Мало ли… Тут же послышался женский голос: «Какой вкусный запах горелых яблок» Видать, он готовил один из её вкуснейших десертов, включавший в себя размельчённые орехи, землянику, несколько экзотических фруктов, мюсли и, что не стоит забывать, лимонный сок, который я иногда просил заменить на апельсиновый. Когда парень закончил с садом, его пригласили в дом, чтобы попробовать совместный труд отца и матери. Перед ним было ОНО. Неаккуратно разрезанные овощи, превращённые в кашу орехи, целые листья щавеля. Просто ужасная подача блюда. Но Лиам не хотел расстраивать их, поэтому он решился попробовать хотя бы одну. Ложка медленно шла ко рту, немного подрагивая… Взгляды были прикованы ко мне. Улыбка отца казалась мне слишком страшной. Я знал его хорошо, даже очень. Но именно поэтому мне было так боязно. В конце концов, отсутствующее выражение у матери напугало ещё больше. Она всегда подавала блюда с улыбкой на лице, всегда было вкусно, но теперь у её у неё нет… И… обоняние спасло меня. Когда ложка была почти у рта, запах был приятным, вызвав аппетит. Но это слишком контрастировало с внешним видом, вызывающим отвращение. Лиам больше не тянул с этим, решив принять судьбу. …Чему был рад! Пускай вид блюда был ужасней некуда, вкус божественен. Мягкие, ставшие кашей мюсли были основой, которую дополняли изюм с яблоком и парочка фруктов, придававшие приятную сладость, но в то же время разбавлялись лимонным соком и щавелем. А орехи, пусть и ставшие ужасными, всё равно давали своеобразный привкус, делавший блюдо ещё вкуснее. «Отец только нарезал, ведь так?» Они оба тут же улыбнулись и один из них сказал, так и не ответив на вопрос: «Ты бы видел себя со стороны. Ты думал, что это всё на что я способен!? Нет, я способен на большее! Просто не показываю» - как обычно, с ухмылкой. Это уже стало его привычкой, когда он лжёт. Услышав это, Лия добавила: «Эх, Лиам, знал бы ты, как трудно было сделать это «чудо» вкусным...» Гамб: «Ладно, я займусь дровами, так что иди в город сейчас» - он сократил рабочий день ещё сильнее. Я уже стоял у порога, готовый дёрнуть за ручку двери, как меня окликнули. «Но не забудь купить шерсти! Как-никак, нас теперь на одного больше» - крикнула она, с любовью смотря на маленькую кроватку. Мама и папа были молодыми, всего по 30 лет каждому… ---------- Начало (3) Глава 3 Лошадь скакала по просторным лукам и протоптанной дорожке. Впереди был довольно неблизкий путь, поэтому Лиаму дали повозку, чтобы заняла она всего три часа туда и обратно. На самом деле, он никогда особо не задумывался об этом, но, видя, как мимо проносились другие люди и деревни, пока он ехал, парень понял, что родился в довольно богатой семье. Он видел одежду других. В целом, она выглядела опрятной, но это лишь с первого взгляда. Было ясно, вещи были старыми, не ставшими изношенными только благодаря хорошему обращению. Что уж говорить об их земл… нет, она даже не принадлежала им. У них был только надел. Но всё же они были счастливы, даже если жили в таких ужасных условиях. Сначала Лиам начинал жалеть их, но с каждым пройденным метром его эмоции менялись. Он хотел попробовать: «Какого же жить их жизнью?» - эту мысль он быстро отмёл. Если бы он хотел жить в таких условиях, то должен был родиться в другой семье. А этого он очень не хотел. Каждый день видя заботливых родителей и разговаривая с ними, помогая, его привязанность была слишком большой, чтобы разорвать её таким простым желанием. Если бы он знал, что, вероятнее всего, большинство детей, которых парень видел сейчас, не доживут до совершеннолетия, мысль о желании попробовать такую жизнь и не появилась бы. Но что-то казалось странным. Все дома были наполненными жизнью, кроме пары. Из-за этого тревожное чувство появилось в груди Лиама. Звук сердца, стучавшего всё сильнее, теперь был хорошо слышим. Чувства Лиама стали обострёнными, будто он оказался в дикой природе и в любой момент на него мог наброситься зверь. Выдерживать такое долго он не мог. Схватив поводком свою лошадь, парень тянул её к тому дому, источавшему беспокойство. Шаг за шагом. Чем ближе он был к нему, тем сильнее дрожали ноги. Инстинкты говорили ему: «Не иди туда! Лучше пойди своей дорогой» Закрадывались мысли о том, чтобы просто ехать дальше, не обратив на случай внимания. Но Лиам был слишком добр, чтобы просто уйти. «А что, если им требуется помощь?» - эта мысль не давала ему просто так уйти. Но всё же это было возможно, если бы тянула только доброта. Им также двигал интерес. Он стал подростком, уделявшим внимание всему новому. Поэтому только сейчас был столь увлечён рассказами своей матери о кулинарном деле. Окна были грязными, из-за чего помещение не могло быть освещено. До двери оставался лишь шаг. Послышалось тихое всхлипывание. Это стало щелчком для парня. Дверь открылась от одного удара. Она была открытой. Но не это сейчас было важно. Дом был слишком тёмным. Лучи света плохо проходили через старые, уже грязные окна. До этого Лиам мир был ярким, поэтому его глаза были к такому не готовы. На секунду всё было погружено во тьму, но постепенно глаза глаза адаптировались. Начало становиться всё светлее, позволяя увидеть то, что раньше не мог. Парень застыл. Дрожь, чувство в груди, мысли – всё это мигом исчезло, отдав своё место пустоте. Там, в углу, куда не доставал свет, проходящий через открытую дверь, лежала маленькая девочка, облокотившаяся на женщину. Она продолжала тихо плакать. В нос ударил трупный запах, заставивший понять, что девушка была не жива и лежала так уже больше, чем один день. Вонь исходила не только оттуда, но и с другой стороны. Правее был вход в овощную яму. Оперевшись на деревянный люк своей головой, труп мужчины сидел внизу, источая невероятно сильный металлический запах. Взгляд метался туда, сюда, иногда пытаясь не смотреть на тела. Всё начинало кружиться, а дыхание учащаться. В глотке начало возникать едкое кислотное ощущение, тут же проглоченное обратно. «…К-как, почему?..» - рядом с мужчиной лежал кровавый нож, на женщине виднелись порезы. Но не только на ней. На мужчине тоже. На нём уже были не такие, как на девушке. Ярко выделялось их количество. Практически всё его тело было покрыто ранами, похожими на те, что остаются после когтей. У женщины были довольно длинные ногти, но всё ещё в пределах обычного. Лиам быстро собрал всё воедино, но не понимал: «Почему… почему они убили друг друга, оставив свою дочь одну?..» Он жил в мирной, спокойной семье. Родители идеально друг другу подходили. Даже родившийся сын вносил лишь приятный вклад, изредка зарождая споры, тут же заканчивавшиеся, когда они понимали, что спорят ради спора, а не решения проблемы. Никто из них никогда не причинял другому вреда специально. Казалось, будто мальчик вот-вот упадёт в обморок. Благо, девочка не давала это сделать ему. У него всё ещё была цель, за которую он держался. Лиам подошёл ближе к ней, намереваясь забрать её с собой. На лице оказалась чёрная вязкая жидкость. Парень обнял девочку, приговаривая: «Прошу… пойдём…» - она не пыталась сопротивляться. В глазницах сетью показывались кровеносные сосуды. Когда парень был уже близок к выходу, девочка прошептала: «Мама… Папа…» - Она крепко вцепилась в носящего, продолжив плакать, не выпуская ни одной слезы. ---------- Начало горьких изменений в период взросления (1) Глава 4 Мальчик хотел направиться обратно к родителям. Он думал, что они поймут причину. Залезая в повозку, девочка всё ещё держалась за него, не желая отпускать. Конь озадаченно фыркнул, так как он думал, что, наконец, настал отдых, когда поездка внезапно прекратилась. Но решил принять судьбу, сразу как упряжка была взята. От него прямо-таки можно было услышать огорчённое: «Опять работа...» Лиам хотел уложить девочку в грузовой отсек повозки, но пальцы, крепко державшие рубашку, одновременно намачивая её слезами, не позволили сделать этого. Было немного неудобно держать человека, лишь немногим уступающим тебе по размерам. Свежий воздух и яркое солнце восстанавливали паренька. Под негодующие взгляды и перешёптывания людей Лиам ехал обратно в свою деревню. Дети этих людей начинали спрашивать своих родителей о том, почему они так относились к мальчику, на что более старшие, почти достигшие совершеннолетия, получили ответ: «Было сообщение, чтобы к людям и их родне, резко изменивших своё обычное поведение, не подходили. А когда приедет гонец, рассказать ему обо всех случаях. А из-за этого нарушителя нас могут обвинить в сообщничестве, раз мы не остановили его» Приходил явный вопрос: «Так почему мы не остановим его?» - тут уже ответы были разными. Один из них заключался в богатом виде повозки, а другой в том же законе, запрещающем приближаться к этой девочке. Лиам это, конечно же, услышал. От этого желание помочь девочке не исчезло, а стало сильнее: «Выходит, что она больна? Тогда нужно не отстраняться, а помочь!» - естественно, он не брал в расчёт тот факт, что так заражённых может стать только больше. Когда сам он заболевал, его родители всё равно были рядом, излечивая. Это казалось ему правильным. Одновременно с этим в голове парня зрела мысль, касавшаяся двух мёртвых людей в доме: «Дверь была открыта. Её родителей могли убить, как заражённых, чтобы это не перенеслось на них же самих. Девочка могла сбежать, пока происходило душегубство. Но это всё равно не имело смысла, ведь больным можно стать, просто находясь рядом, то есть во время убийства» Эта идея и пугала, и помогала. Если бы всё оказалось так, то значит, что родители не убивали друг друга, что подходило его мировоззрению больше. Лиам пытался найти ответ, который не сделал бы ему больно, который не поменял бы его взгляд, сделав жизнь в его глазах гораздо ужаснее. Соседи всегда были добры к нему, как и его родители. Но что, если они вдруг захотят его убить, если окажется, что он может принести им опасность? Это пугало. Во всяком случае, он уже был рядом с домом. Размышления всегда могли выгнать из его головы эмоции, что они сейчас и сделали. Оставалось совсем чуть-чуть до приезда. Лия, заметив знакомую повозку, решила медленно приближаться к ней. Первым она заприметила сына. «Лиам, почему ты уже… Бог ты мой, кто это с тобой и что с твоей рубашкой!?» - Матерь подбежала к парню, чтобы взять ребёнка, прицепившегося к её сыну, себе на руки. густая жидкость окрасила часть одежды парня в чёрный. Она напоминала яичный белок, поэтому большая часть сразу сошла, когда девочка была оторвана от мальчика. Лия сразу же увидела красные от слёз глаза девочки. С этого момента и пошёл рассказ о том, что произошло. Слова шли быстро. Но всё же на это уходило время. Женщина попросила своего сына идти за ней, продолжая рассказывать. Пока строки строились, она вытерла лицо ребёнка полотенцем, предварительно усадив его на кровать. Здесь и закончился пересказ событий от парня. На суматоху пришёл и Гамб, подоспел он к половине истории. Девочка уже не плакала, только смотрела страдающим взглядом вниз. Лия не стала что-либо спрашивать или говорить с ней. Гамб пошёл в сторону посуды, чтобы взять оттуда маленькую кружку, а девушка пошла к травам. Она взяла несколько сушёных ромашек и мяты, подходя к уже разогретому глиняному чайнику, поместив смесь внутрь. А пока травы отдавали воде свои свойства, она подошла к ребёнку, положив того к себе на колени, медленно гладя. Когда чай был готов, Гамб, процедив, налил его в кружку, добавив ложечку мёда, начав нести к девочке. Его жена взяла кружку, ласково приподняв ребёнка. По рассказу ребёнка она поняла, как могли обстоять дела. Лия тихо утешала: «Знаю, тебе больно. Ты снова и снова прокручиваешь у себя в голове те моменты. И именно поэтому начинаешь плакать. Думаю, твоих маму с папой кто-то споил, они не сами вцепились друг в друга, поэтому, пожалуйста, выпей этот чай. Он поможет тебе» В обычной ситуации утешение могло и не помочь, но запах варящихся трав успокаивал, придавая какой-то чарующий эффект голосу девушки. Девочка послушно села, начав делать глотки. На её лице было безжизненное выражение. Пробыв рядом с мёртвыми родителями больше дня, она уже поняла для себя что-то. Их не вернуть, они больше никогда не будут рядом с ней: не наругают, не будут извиняться, не будут приносить ей радость. Лиам застал её в моменте, когда она вспомнила, как её родители позволили ей гулять на улице зимой, а уже вечером она приходила к ним, чтобы поесть тёплого супа, а потом просто поиграть ещё и с родителями. Но теперь этого никогда не будет снова. Поэтому она и снова плакала. Девочка пыталась смириться со смертью, но разум всегда подкидывал ей образы прошлого. Благодаря чаю она расслабилась. Голову начало немного кружить, клоня в сон. Она быстро заснула. Кажется, это был не просто ромашковый чай. ---------- Начало Горьких Изменений В Период Взросления (2) Глава 5 «Что надоумило меня взять тебя в мужья!?» - яростно взревела девушка в сторону мужчины. Девочке было слишком страшно смотреть на их очередную ссору. Она спряталась в соседней комнате, закрыв себе уши, но всё равно хорошо слышала крики. «Я отдавал тебе всего себя. Колошматил целыми днями. Дарил тебе только лучшие цветы. Голодал, чтобы хотя бы иногда вы могли почувствовать себя в достатке. Всё это я делал ради тебя и нашего ребёнка! Почему… почему ты стала такой?.. Раньше ты казалась мне даже слишком доброй для человека, поэтому я и вышел за тебя!.. Хоть у тебя уже и был ребёнок» - мужчина был уже весь в слезах. Он вспоминал их прошлое. Как она помогла ему зашить штаны, которые он нечаянно порвал, не шел домой, так как было стыдно. Именно она помогла ему в тот момент. Таких ситуаций было ещё полно. Ему казалось, что с семьёй повезло. Ему достались лучшие жена и ребёнок, но сейчас всё стало таким… Их прошлое могло разорваться прямо сейчас. Мужчине казалось, что все те моменты, время, проведённое с ней и забота о дочке - исчезнут. «Да плевать я хотела на твои старания! Помнишь, как говорил, что вытащишь нас из бедности, сделаешь счастливыми. А что в итоге!? Мы находимся у самого низа, а тебя ещё и почти никогда нет дома!» «Когда… Я думал, что тебе всё нравится… Когда ты так изменилась?..» - он уже не стоял, а упал, не в силах гордо встретить колкие слова девушки. … Парень встретил её, только вступив в своё совершеннолетие. Тот день, когда они вошли через ворота, стал для него самым счастливым. Сердце билось, а стоило лишь попытаться подойти, как дрожь охватывала всё его тело. Он не мог устоять перед любым действием молодой мамы. Причём присутствие с ней ребёнка делало её еще более красивой в глазах мужчины. Он верил, что это создавало вокруг неё ауру зрелости. Так, пересиливая себя, он всячески пытался устроить «случайные» встречи. У цветочной лавки, возле колодца, даже у двери местного знахаря. Он медленно начинал привыкать быть рядом с ней. Благодаря чему был готов начать действовать. Девушка уже привыкла к нему, из-за чего не так остро реагировала на ухаживания. И, наконец, с их знакомства прошёл уже год. «Ари, н-нет, Ариса Глейн, т-ты выйдешь за меня?» Сколько же сил было потрачено на одно простое предложение. Если бы он мог, вместо этого работал бы в поле несколько дней. Но для прекрасной жизни ему нужно было произнести эти сложные слова. Только с ней он видел своё будущее счастливым. Молчание. «Я-я буду стараться изо всех сил! Вырву нас из бедности, подарю тебе по-настоящему счастливую жизнь! Ради тебя я даже готов достать облака с неба! Так что прошу, пожалуйста, стань моей ж-женой…» Наконец, послышался ответ: «Не нужно мне никаких облаков» - она приподнимала своё тело, одновременно с этим что-то рисуя свободной рукой. Продолжая: «И не надо так много стараться. В конце концов, ты ведь обещал счастливую жизнь. А без тебя она не будет таковой» - рука, прикрывавшая рисунок отошла в сторону и стал виден рисунок облака. Сквозь плотные облака пробивались лучи солнца. Один из них попал на них, осветив лицо женщины переливающимся светом. Она сказала: «Облака всегда рядом. И они постоянно идентичны, но мы, люди, не такие. Однажды ты упал в бочку вина, тебе надбавили работы, а я засмеялась, вытащив тебя оттуда. Мне было одиноко, когда я осталась одна с ребёнком, но ты всегда веселил меня» - Ари усмехнулась, продолжив: «А облака всегда такие одинаковые. Будто испытывают одну эмоцию, но прелесть и в плохих моментах, Брок» Последовала неловкая тишина, быстро разорвавшаяся заветными словами: «Я люблю тебя» - Да, я выйду за тебя. По крайней мере, именно так парень понял эти слова. Он крепко обнял её, воскликнув: «Пусть ты сказала, что необязательно вырываться из бедности, я приложу все усилия!» - давняя мечта, наконец, исполнилась. Они, наконец, стали семьёй. … «Да, я жалок. Я не смог дать тебе ничего! Ничего… Может, тебе лучше было не выходить за меня…» Ныне же, они были на грани. Женщина встала, грозно глядя на своего мужа. Её ногти начали стремительно расти, напоминая когти. Она была готова атаковать. ---------- Начало Горьких Изменений В Период Взросления (3) Глава 6 «ПАПА!» - душераздирающий крик девочки заставил отца встать. Ей было страшно, поэтому она пряталась, совсем не заглядывая, но, слыша слова, ей хотелось сделать хоть что-то. Да, ведь больше всего она боялась потерять одного из родителей, если они разведутся, а хуже – двух. Возглас послужил отцу напоминанием, что хотя бы дочка может остаться рядом с ним. Он поднял голову, чтобы посмотреть в сторону звука, но в процессе он увидел существо перед собой, тут же дёрнув голову в его сторону. …Ему предстало ЭТО. Существо лишь отчасти напоминало человека. Всё оно было покрыто густыми волосами. Шея сдвинулась ниже, немного напоминая волка. Изо рта виднелись клыки, готовые с лёгкостью пронзить кожу жертвы, выйдя с другой стороны. А когти способны заставить принимающего удары умереть от потери крови. Мужчина сразу понял: «Она не моя жена» Он взял ближайший к ним металлический совок, предназначенный для печи, со всей силы ударив монстра в голову. Этого оказалось мало, так как существо успело поймать его рукой. Вторая хотела двинуться мужчине, чтобы оставить ему рваные раны, но остановилась, подрагивая. Используя всю свою силу, приобретённую от адреналина, он выхватил совок обратно, двинувшись немного назад, чтобы взять нож, валявшийся на столе. Он рассчитывал, что монстр пойдёт за ним, но вместо этого существо направилось к девочке. Она всё ещё находилась в ступоре от изменения облика своей матери. И совсем не ожидала, что родной человек нападёт на неё. В этот момент в другом важном для ребёнка человеке вспыхнула новая сила, сбившего монстра на пол, на что тот, ехидно улыбнувшись, начал кромсать жертву. Пока мужчина от адреналина не чувствовал боли, он попытался вонзить нож в глаз нападающего, но, когда оставалось совсем чуть-чуть, руки не могли позволить себе сделать задуманное. Пусть его возлюбленная сейчас не контролирует своё тело, но она всё ещё где-то там. Одна из рук монстра не атаковала в серьёзном моменте, дрожа. Это было доказательством, свидетельствующим, что её можно было бы вернуть. И всё же сейчас монстр был у руля, используя всё тело по полной. «Мама…» - было слышно тихое рыдание девочки Это был нужный толчок, необходимый мужчине. Его жена всё ещё в теле, просто глубоко, но сейчас тело контролировала не она. Есть шанс, что её уже не спасти, но есть та, о ком ему нужно заботиться – дочка. Ему нужно было отбросить свои сомнения. Они только помешают ему. Они провели много времени вместе, он не мог позволить потратить это впустую. Девочке предстояло ещё так много испытать: найти друзей, познавать новое, надеясь на улучшение жизни, помогать своим старым родителям и найти свою любовь. Отец хотел для дочки лучшей жизни. Наконец, нож прошёл через глаз женщины. От боли она крикнула, одновременно рыча, ознаменовывая конец. Монстр оттолкнул мужчину от себя, думая, что он может вытащить нож, нанеся ещё удары. Тот свалился в двух метрах от него. Теперь чудовище не видело ничего, кроме мужчины, сразу ринувшись к нему. В ответ он обнял её, обессилев всем телом, кроме рук. Сваливаясь в самую низкую часть дома. Монстр почти погиб, но в последний момент он образумился. С силой он выбрался из объятий, направившись к девочке. Отец, в котором пока что был адреналин, хоть поменьше, чем в начале, кинул со всей силы банку в существо, от чего оно упало, но всё ещё ползло. Оставался всего метр, и движения прекратились. Маленькая чёрная туча вышла из тела, в результате чего существо начало меняться, возвращаясь к прежнему человеческому виду. Тучка же тем временем вошло в девочку. Мужчина бессильно лежал внизу. Вся сила покинула его, заставив ощутить жжение по всему телу. Это было больно, но, если бы были только физические раны, не было бы столько страданий. В сумму входили и эмоции. «Нет… я не могу покинуть тебя… Без меня… ты умрёшь…» - Картины издевательств над его дочкой, её голода, всплывали вновь и вновь. «Тебе ведь… будет больно без меня… Я не хочу, чтобы ты познала горечь потери родного так рано…» - девочка бежала к своему отцу, окрашивая свои ступни кровью, лужи которой лежали на полу, но он уже не мог в последний раз взглянуть на свою дочку. Его глаза начали мутнеть и казалось, что тело падает куда-то. «Лейли…» - было последнее, о чём мог подумать мужчина. Отныне, он перестал существовать. Бывают люди, хотящие умереть из-за немилостивой судьбы, но разве они хотят исчезнуть? Во всяком случае, этого бы мало кто хотел. И мужчина относился к большинству. Он хотел столько всего сделать для своей дочурки, но уже не мог. Однако его успокаивал тот факт, что она всё же осталась жива. И, возможно, сможет выжить без него. Эта же неопределённость пугала его. Отец не смог уйти из этого мира со спокойной душой. «Именно это и произошло, пока ты не пришёл…» - сказала девочка с бесчувственным взглядом. Она сама решила высказаться, наверное, думала, что так ей полегчает. Но изменения не произошли. Ей стало только хуже. Ни от родителей, ни от меня действий не было. Если обнять её, то это может напомнить её маму с папой, если приняться успокаивать, то может случиться то же. Всё, что мы могли сделать – дай ей успокаивающий чай. Лиам не хотел оставаться в такой душной атмосфере, поэтому вышел на улицу, начав колоть дрова. Он верил, что работа отвлечёт его, но она всё равно не выходила из головы. «Что же может помочь ей?» - парень хотел помочь ей хоть как-то, но не мог найти ответа. В конце концов, к нему начали заползать и иные мысли: «Её родители погибли… Ещё и так просто. Видимо, это какая-то зараза, раз приказали не подходить к ним. Но почему же тогда отец и дочь не заразились от матери, тоже превратившись в… нечто» Прямо сейчас шла конфронтация двух мыслей ---------- Начало После Конца (1) Глава 7 Когда Лиам был в том доме, он понял, что и его родители тоже смертны. До этого он почти и не задумывался о том, что они могут умереть, а если такая мысль и приходила, то следующей мыслью было: «Во всяком случае, это ещё далеко впереди. Они наверняка проживут ещё много-много лет» - кончина казалась такой далёкой. Теперь же она была чрезвычайна близко. Смерть совсем рядом, готовая забрать жизни в любой момент, даже его родителей. Он останется совсем один, никто не будет рядом с ним. И это может устроить эта девочка. Может, она заражена и распространит это на маму и папу, затронув даже недавно родившуюся сестру. Но, если бросить эту девочку, она, скорее всего умрёт. А даже если этого не случится, подставится тот, кто подберёт её к себе, желая помочь, однако помрёт из-за своей доброты. И это… Приводило к мысли: «Почему я так забочусь о других!? У меня ведь есть своя семья, а её я даже не знаю!..» - если бы у него не было доброй черты характера, то не было бы и внутреннего спора. Ответ был бы один. Но сейчас с ним два, из-за чего он чувствовал вину за себя, выбирая один из них. При любом выборе, вероятно, кто-то умрёт. Раздался громкий стук топора, разрубившего брусок. «Если бы не моя доброта, всё было бы просто!» Это было частью него, которую привили ему самые важные для него люди. Он и не думал, что они тоже могут ошибаться, что могут дать ему что-то, что принесёт вред, вот только совсем недавно произошло одно событие, в результате которого отец заплакал и сказал сыну, чтобы тот не бросал людей, ведь они могут измениться. А это значит, что его отец в чём-то ошибся. Так, может, доброта – тоже ошибка? Вот о чём о думал. «Нет, это не может быть недостатком»!» - сколько всего радостного приносила ему эта черта. Улыбки на лицах тех, кому он помог, их искренняя благодарность и общение с ними – разве эмоции, полученные от сего, не были одними из прекраснейших? Ещё один брусок разделился на части от яростного удара. Маленькие щепки полетели в глаз. Прежние мысли мигом ушли и сменились они шипением с попыткой вытащить из глаза инородное тело. Одной рукой он держал её на месте, не давая упасть ниже. А второй пытался достать. Спустя несколько вздохов ему это всё-таки удалось. Прошла ещё минута, прежде чем тело Лиама успокоилось, возвращая к прежним мыслям: «Ответ я всё равно не найду. Так зачем пытаться?» - ему было слишком непривычно сталкиваться с чем-то настолько трудным. Решив развеяться, приправив это изучением, он решил возвратиться в тот дом, где Гамб показал свои настоящие эмоции. Интерес всегда брал верх над прочими эмоциями. Так, может, сейчас тоже? Или же… оно давало новые поводы для возникновения неприятных эмоций. Под соломенной кроватью пол немного выступал, приподнимая некоторые соломины. Убрав их, он обнаружил, что доску можно убрать из своего места. Это он и сделал, в результате обнаружив тайник. В нём были две серые фотографии. На одной из них стоял молодой отец. Несмотря на замершее выражение его лица, он выглядел бодрым, как и его семилетний сын. На фотоаппарат фотографировались без видимых эмоций, чтобы не испортить драгоценную фотографию, как в прямом, так и в переносном случае. Услуга то была дорогой. Рядом лежала деревянная миска с парочкой столовых приборов. Приподняв её над головой, можно было увидеть надпись на её нижней части: «Сделано для моего отца. У нас совсем мало бытовых вещей. Так что даже деревянные сгодятся, верно, папа?» На первом снимке можно было увидеть давно высохшие слёзы. На втором же фото не было ничего такого. Она была менее потрёпанной и не такой старой, как первая. На ней был изображён всё тот же мужчина, но уже имеющий седину и старческий взгляд, а по его правую руку стоял маленький мальчик, прикрывающий кожу одеждой, с чуть-чуть поглядывающими глазами, полными страха. Лиам сразу понял, несмотря на маленький возраст, на второй фотографии был его отец. А на первой, видимо, мёртвый дядя. Гамб никогда ни слова не говорил о нём. Так что, вероятно, даже сам не знал, что у него есть брат, тело которого не было истерзано его дедушкой. ---------- Начало После Конца (2) Глава 8 Перед уходом он решил осмотреть здание в последний раз. «В этом доме жил мой отец» - даже не верилось в это. Гамб смог выбраться из нищеты, добравшись до достатка. «Но каким же образом? По рассказам девочки, её отец много трудился, а в итоге всё равно ничего не достиг» - и ему вспомнилась мама. Мать с отцом всегда дополняли друг друга, убирая недостатки, когда вместе. Маленький бизнес Лии по продаже напитков также мог принести неплохой доход. Правда, это лишь сейчас, а что было в прошлом? Она рассказывала сыну, что с самого детства занималась готовкой напитков, а особенно любила лимонный. Хоть привезли его ещё несколько веков назад, однако он всё ещё был дорогим продуктом, покупка которого означала достаток семьи в финансовом плане. Это означает, что семья Лии могла помочь Гамбу уверенно встать на ноги. И парень понял: без друг друга они бы малого достигли. Направляясь обратно к дому, Лиам заметил, что некоторые жители стали странно себя вести. Он подошёл к одному из них, спросив: «Тётя Эшли, что-то случилось? Вы неважно выглядите» «О, это ты. Нет, милок, всё хорошо» - практически машинально ответила бабушка, лишь после посмотрев на мальчика. «Какой же ты худой!… Не хочешь поесть немного земляничного повидла?» - милым, старым и прихрамывающим голосом ответила она, избегая ответа. «Нет, не стоит. Сберегите его для себя» - на что раздался: «Ох, Лиам, неужели ты!? Не скромничай ты так, в конце концов, если бы не твоя семья и ты, приходивший нам помогать, когда мы только стали жить здесь, мы могли и вовсе умереть. Несколько ложек повидла – малая цена, не стоящая и процента твоей заботы о нас» Их тревожные лица исчезли, лишь стоило увидеть лицо и детский голосок мальчика. Он действительно стал одним из их спасителей. Не было никаких попыток скрыть настоящие эмоции, они принимали его, как родного, ведь он многим им помог. Даже настроение быстро сменилось на положительное. В эту деревню часто стекались беженцы. Никто из них не был недобросовестным, все были проверены семьёй Фостеров, один из которых – Лиам. Когда его даже не было, семья выкупила для Гамба наследный титул, а у жены он уже был. Поэтому и проблем с принятием беженцев не было. Бабушка взяла ржаной хлеб, нарезав несколько кусочков, которые намазала джемом. «М~» - парень был доволен. Это лакомство могло посоперничать даже с маминым. И что уж говорить, оно даже шло в город на продажу, заодно с напитками Лии и другими товарами, изготавливаемыми жителями этой деревни. Внезапно пожилая женщина закашляла, прикрыв рот ладонью. Заняло это целых шесть секунд. Дед пришёл поддержать её, чтобы она не упала. Бабушка попыталась спрятать то, что теперь находилось на ладони, но Лиам сразу распознал запах. Он никогда не забудет сцену мёртвых родителей девочки. Тогда был такой же запах, хоть и более сильный. «Тётя Эшли, пожалуйста, не надо этого скрывать… Было бы хуже, если бы я даже не знал, что мог помочь вам, дав вам умереть» - тон был покорным, но одновременно и просящим, что идеально соответствовало детскому личику паренька. Женщина, услышав это, конечно, дала ему взглянуть на ладонь. На ней было несколько тёмных сгустков крови, но если это было ещё более менее нормально, то абсолютно тёмная плотная жидкость явно не была хорошим знаком. «Когда… это началось?» - мальчик был в полном смятении. Кровь можно было объяснить, но эту странную жидкость – нет. Они не могли смотреть ему в глаза. Им оставалось только смотреть в пол. «Мы и сами не знаем. Но если считать это какой-то болезнью, то должны были заразиться в городе, однако странно это. Что болеем только мы, хоть и контактировали с другими…» - отвечал дед, а не бабушка. Сейчас она еле могла стоять, поэтому присела. Её немолодой жених решил не мучить жёнушку, сказав необходимые слова за них обоих. «Давайте отправимся ко мне домой! Моя мама или папа должны знать об этом хоть что-то. Может, они смогут помочь вам» Отклика не послышалось, царило скорбное молчание. Как же парень ненавидел такую атмосферу, поэтому всегда разрушал её сразу: «Прошу, если не ради себя, то хотя бы ради меня, Лии и Гамба. Они бы не хотели вашей смерти. Именно мы спасли вас, так что не хотим видеть, что могли сделать что-то, но не сделали, из-за чего вы погибли» Руки обоих немного тряслись. Наконец, бабка решила ответить: «…Лиам, не смотри на меня так. Вспомни, сколько же вы помогали нам, а мы, в свою очередь, вам. Это было действительно прекрасное время. Никто не глумился над нами, не требовал чего-то большого. Вы подарили нам жизнь. И я не хочу, чтобы с теми, кто спас меня, что-то случилось. Не беспокойся, это не болезнь. Но если мы умрём рядом с кем-то, то этими сгустками будет кашлять кто-то другой. Это невозможно излечить...» Это стало для него шоком. В последнее время было слишком много откровений. Мир казался всё более безрадостным и жестоким, несправедливым. Он верил, что после тёмной поры всегда идёт хорошая, но теперь, смотря на беженцев, он вспоминал ту сцену, когда ему было семь. Они подошли к воротам измазанными грязью, с порванной одеждой, тяжело дыша, чуть ли не падая при каждом шаге, но старались сохранить свой вид достойным перед возможными спасителями. Они оскорбили одного влиятельного человека, за что тот превратил их жизнь в ад. Но и сейчас верили, что спасение маленького ребёнка из-под ног лошадей, пусть и ценой травмы для этого человека, стоила того. Они были сильно исхудавшими. Худое старое тело выглядело особенно нелицеприятным, только увеличивая жалость Лиама к ним. Этот взгляд, что он видит на них сейчас, такой же отчаянный, как тогда, когда они только прибыли в деревню. … «Пожалуйста, передай своим родителям, что они были самыми великодушными людьми, которых мы видели» - сказал дед свои последние слова. Их руки инфантильно подёргивались, а седые волосы начинали медленно, вслед за друг другом, опадать с головы. Парень, видя их искреннее желание, больше не мог задерживаться в домике. Шагая к двери, он озирался по дому, пропитанному воспоминаниями. В деревне было около ста жителей, а к этим он был привязан сильнее всего, не считая семью. Дверь тихонько закрылась, на что бабушка с дедом тяжело вздохнули. «Прости...» ---------- Начало После Конца (3) Глава 9 “Почему… Почему!? Сколько можно?.. За что, Бог?..» - в последнее время происходило слишком много потрясений. Дорогие ему люди умирали, а трупы других он уже видел. «Они… станут такими же?..» - Больше никогда не увидеть близких — эта перспектива не особо радовала… Больше не будет ни одного с ними разговора, он больше никогда не увидит важных ему людей. При таких мыслях глаза мальчика начали становиться влажными. Их стало так много, что они вытеснили наружу несколько капель, прошедших к щеке и дальше, пока они не упали на землю. Он бежал к своим родителям, самым важным для него людям. Он хотел поплакаться у них, открыть свои эмоции, получить утешение — всё это ради того, чтобы не ощущать себя так ужасно. Они… стали единственными близкими людьми. Остальные уже ушли. До заветного дома оставалось совсем немного. Ещё совсем чуть-чуть… Дверь быстро открылась, а ступни мальчика шли к родителям со всей своей возможной скоростью. *Щёлк* Время будто замедлилось, остановившись. «За что… почему… Бог настолько жесток ко мне?..» Самый ужасный момент жизни случается тогда, когда люди, подарившие тебе лучшие воспоминания, сами становятся воспоминаниями. Лия была мертва. А убийцей стал его же отец. … «Папа?..» - Лиам не мог поверить в это. Лия и Гамб имели прекрасные отношения. Они оба дарили друг другу прекрасные чувства и делили хорошую жизнь, так откуда же взялось это желание убивать? Отец неспешно разворачивался к своему сыну. На его ноже была застывшая кровь, а на губах появилась хищная улыбка, напоминавшая больше звериную. Тело мальчика начало неистово дрожать. Благодаря этому действию тело человека становилось сильнее. Однако Лиам не мог пойти против своего же отца. Не мог он, но могли другие. По лестнице, ведущей в дом, бегло добирались до Лиама люди, которых, как он думал, видит в последний раз. Это были тётя Эшли и дядя Стэн. Вернёмся к прошлому. В момент, когда парень выбежал из дома пожилых людей. Они были в отчаянном положении, осознавая свою неотвратимую смерть, готовые принять её. Поэтому они не думали о себе, а о мальчике, полюбившемся им. И тут до них дошло, что семья Фостеров выходила в город чаще всех. А это значит, что шанс родителей Лиама получить ту же болезнь, что и у них, невероятно высок. Она могла проявить себя, когда угодно. Стэна и Эшли не волновало, что это могло случиться гораздо позже. Многие бы отказались от затеи по этой причине. Дед взял с полки ружьё, которому было уже больше десятка лет. Он каждый день ухаживал за ним, не в силах забыть об этой привычке. Это сказалось на них только положительно. «Мы всё равно скоро умрём, поэтому, давай поможем мальцу. Пора вернуть долг его семье. Жизнь за спасение» - он протягивал руку своей любимой. Большую часть времени, когда они перешагнули средний возраст, к ним приходило лишь умиротворение и спокойствие, но сейчас возникала целая буря эмоций. «Это напоминают нашу молодость, да, Стэн?» - возможно, они были охотниками не только для получения мяса, но и ради этого самого момента. … Раздался пронзительный звук удара пуль о воздух и прохождения их сквозь плоть. В ушах появился неприятный звон, а Гамб отшатнулся назад, чуть ли не падая. «Спасибо вам за всё. Если бы не вы, мы бы исчезли уже шесть лет назад. И… снова спасибо за то, что дали нам вкусить безбедную, спокойную жизнь» - им приходилось постоянно трудиться, просто ради добычи еды. Труд был настолько огромным, что за день в их животы могло попасть и пять тысяч, и шесть тысяч килокалорий, а они всё равно были бы немного голодны. Впрочем, такое часто встречалось среди крестьян. Из большого длинного ружья раздалось ещё несколько выстрелов, но глава семейства не унимался, всё ещё пытаясь убить нападающих. «Лиам, скорее, возьми ту девочку и уходи отсюда! Уж не знаю, кто она, но не думаю, что ты хочешь её смерти» - он увидел незнакомку сразу, как вошёл. Супруга же всё это время искала ребёнка Лии. Вот только не могла поверить в свою находку. «Нет… Этого не может быть!» Эшли быстро пробежалась по всей комнате глазами, ребёнка нигде не было. А когда она вошла в погреб, то и там не обнаружила его. Поэтому оставалось всего одно место, где он мог быть. Мать лежала спиной к зашедшим, укрывая что-то. Этим «чем-то» и был новорождённый. Видимо, Лия пыталась защитить его всеми силами, но всё-таки напор монстра в лице мужа был слишком яростным. Внутри неё забурлил поток гнева, печали, отчаяния и праведности. Она не могла поверить, что тем самым благодетелем, спасшим её с мужем, был тот же человек, что сейчас стоит, пытаясь убить самого дорогого ей человека. «Как ты ты мог?.. Как ты мог!? КАК ТЫ МОГ!?» - чуть ли не кричала женщина. Шёрстка, уже появившаяся на её коже ранее, стремительно разрасталась по всему её телу. Ногти превращались в когти. И было в них что-то необычное. Они искрились фиолетовым. С той же фантастической скоростью роста, что и растительность на теле, появлялся голод. Она рванулась на свою цель такими движениями, будто внезапно помолодела на десяток лет, вернувшись в свои лучшие годы. Старик был ошеломлён. Стрелять скоро придётся не по одному, а по двум. «Ну же, быстрее, Лиам!» - пули всё ещё прорезали воздух. Голос старика на их фоне был еле слышимым, но всё же вывел мальца из транса. Он ринулся к новой знакомой, что не могла довериться своим глазам, крепко обняв и захватив её руками. Действия были скорее машинальными, чем обдуманными. Дед сказал, а он сделал. И теперь дверь уже третий раз за короткий срок ударилась о стену. Но теперь никто не будет ругать Лиама или поддерживать его, ведь теперь он остался один. Ноги несли его вперёд. А куда — не знали. Он просто бежал. А его сознание находилось где-то далеко внутри, пытаясь справиться хоть с немногим, с чем ему довелось столкнуться. Не будет преуменьшением сказать, что именно в этот день личность Лиама бесконечно ломалась и восстанавливалась. В день, в который началась его осознанная жизнь. ---------- Начало После Конца (4) Глава 10 «Почему он это сделал!? Неужели теперь мне придётся выживать? Отец, что могло заставить тебя принять такое ужасное и необдуманное решение? Выходит, начиная с сегодняшнего дня я буду выглядеть так же ужасно, как беженцы, приходящие к нам?» Всего лишь частица вопросов, приходящих в голову мальчика, потерявшего всё, но если что-то теряется, то обязательно должна быть `компенсация`, разве не так? Лиам пытался утешить себя подобными мыслями, даже не понимая того, что он пытался сделать этими словами. Раньше его всегда могли утешить родители, но теперь их нет. Ему предстоит впервые столкнуться с принятием ответственности за свои решения. Что же касается «компенсации», то её всегда давали ему теперь исчезнувшие родители. «Я никогда не хотел такого. Всегда был хорошим ребёнком, не перечившим старшим, а если такое и случалось, то только на пользу им же. Например, когда мне говорили, что мне нужно отдохнуть, а я всё равно шёл им помогать! Так почему же?.. Бог не мог такого сделать. Он всегда вознаградит за хорошие поступки!..» - такая мысль генерировалась и осознавалась в обычной ситуации бы пол десятка секунд, но сейчас она ускользала за секунду, давая занять место новому. Пока в его голове творилась неразбериха, он совсем не замечал того, что происходило на улице, словно звук исходил из воды. То, чему стал свидетелем парень, происходило по всей деревне. Повсюду были слышны вопли. Каждую минуту угасала минимум одна жизнь, а чаще — несколько. Внезапно умственная деятельность мозга прервалась из-за появившегося на пути человека указательного столба. И то, от чего всё это время ограждался ум мальчика, нахлынуло на него. Скрип когтей о металл, звук сломанных костей и истошные крики, молившие о пощаде, не хотевшие умирать. Образы места, из которого он сбежал, вновь появились в сознании, налегая на настоящее. Но теперь они не ограничивалось тем, что видели глаза мальчика. Разум создавал самые ужасные сценарии того, что могло случиться дома. Бесчисленные раны на любимых и их бездыханные тела были предложены Лиаму разумом. Однако один из них разительно отличался от всех. Естественно, что если тело начинает развиваться, то ему нужно питание. В доме, навевавшем радостные воспоминания, всегда убранном хозяйкой и без единой сломанной вещи, благодаря отцу, были сломаны скамейки и разломаны картины. Некоторые, ещё целые произведениях искусства, опоясаны кровью, скрыв за собой частицу приятной атмосферы, создававшейся ими. На полу валялись бездыханные тела и их ошмётки. А над ними возвышалась фигура, напоминавшая волка и человека, пожиравшая людей. Когда мальчик увидел превращение Эшли, то сразу ему в голову пришёл вид человека, подобного волку, на которого была похожа матерь девочки, вызывающего страх и отчаяние у всех, кто окажется его целью. Таким и видел Лиам царя лесов, рядом с которыми он рос — волка. «Нет. Нет… НЕТ!» - ладони пытались как можно сильнее закрыть уши, чтобы не слышать криков, но они никогда не справлялись с этой задачей. Девочка, которую он держал всё это время, упала. На её лице не было ни страха, ни радости — исключительно отчаяние. Ей казалось, что куда бы она ни пошла, везде её будет преследовать одно и то же. Но крупица надежды была ещё жива. Именно этот парень, которого она видела сейчас чуть ли не рыдающим, спас её, достав её из места, которое она ласково называла домом, приведя в свой. Хоть в новом её ждало то же самое, но глубоко внутри была вера, что он снова придёт на помощь, что и случилось. Она больше не хотела быть в тех же условиях, не хотела видеть, как кто-то, кто помог ей, снова умирает на её глазах. «Пожалуйста, встань! Если мы задержимся, то погибнем!» - слова не доходили до него. Она боялась, что если задержится, то может оказаться прихваченной к смерти вслед за Лиамом. Голова вертелась по всем сторонам, чтобы увидеть, если кто-то начнёт приближаться, что и случилось. Дверь дома, находившегося в пятидесяти метрах от них, медленно открылась, явив силуэт, который представил спаситель девочки в своей голове. Ноги начали сильно трястись, желание убежать от всего, что раньше могло появиться только в фантазиях, неустанно поднималось к высшей точке. Сцена своей смерти, если она останется здесь, уже появилась в её сознании. От этого она заплакал. Шлёп! Сильный шлепок вернул Лиама в реальность. Девочка сделала свой последний выпад, содержащий в себе всё её мужество. Мальчик увидел то, что было перед ним. Он сидел на коленях, но даже так она была всего лишь чуть-чуть выше, благодаря чему удалось запечатлеть весь её страх. Сейчас у неё тряслись не только ноги, но и всё тело, особенно рука, давшая пощёчину пареньку. Глаза стали красными от слёз, всё ещё вытесняя их из себя, оставляя мокрый след до самого подбородка. То, из-за чего он вернулся в свою деревню, не продав товары в городе, та, благодаря чьему плачу он увидел первые в своей жизни тела, лишённые жизни, та, кто, хоть и боялась гораздо сильнее него, но не покинула его, пытаясь дать шанс на спасение — это должно было стать тем, благодаря чему он мог выбраться из деревни, не потеряв свою жизнь. ---------- Начало После Конца (5) Глава 11 Лиам поднялся с колен. Он не мог позволить себе вот так сидеть и ждать своей участи, заполненный страха. Если бы сейчас рядом с ним был его отец, то он бы отругал его. Гамб никогда не растил своего сына слабым. Напротив, он всячески помогал ему обрести более хорошее тело, чем вчера. Поэтому он и нагрузил своего сына большей работой некоторое время назад, потому что считал, что парень справится с этим, успешно укрепив своё тело. И снова настало время, когда он мог вырасти, но не телом, а душой. «Отцу бы понравилось такое...» На его лице появилась ломаная улыбка, представляющая две контрастирующие эмоции. «Он скоро выйдет, быстрее!» - она не переставала оглядываться на дверь, которую заприметила. Монстр делал то же самое, в попытке найти новые цели. И он их нашёл. Его рот уже был больше похож на пасть, но всё же отступал совсем немного от лица, из-за чего улыбка человека походила на демоническую. Массивное тело неслось прямо к Лиаму и девочке. Они поспешно поднялись с мест, бросившись бежать. Лидировал, конечно же, парень, ведь он не переставал совершенствоваться. К тому же, он знал местоположение выхода из деревни лучше, чем она, поэтому девочка специально была позади. Направиться туда — поспешное решение, но в то же время правильное. Эти существа образовывались из людей, соответственно, если не хочешь с ними столкнуться, уходи из мест, заселённых людьми. Они бежали со всех ног, как могло показаться, используя максимум из полученного адреналина, но всё же телосложение догоняющего было более развитым, из-за чего он был быстрее. «Чёрт!» - мальчик взял девочку на руки. Так он мог бежать на всю свою скорость. Отец навалил на сына тонну обязанностей не зря. Вот только не стоило забывать, что зверей в обличье людей становилось всё больше. Запах крови по деревне становился сильнее, напоминая о растущем количестве смертей среди людей. Хоть раньше крики пугали мальчика, но теперь, когда их не стало, атмосфера воспринималась тяжелее. На несколько секунд воцарилась тишина, пока внезапно не раздался волчий вой, после которого всюду забурлила жизнь. Посуда билась во всех домах, а более прочные падали на землю. Иногда, правда, чашки, ножи падали и на новообращённых, из-за чего они рычали. И в нескольких домах, словно в замедленной съёмке, падали масляные лампы, воспламеняя всё здание, создавая звуки треска горящих досок повсюду. Всё это являло за собой симфонию ужаса, повергающую в напряжение любого, кто её услышит. В дополнение к уже имеющемуся звуковому сопровождению, откуда-то исходили голоса. Они постоянно тяжело дышали, будто задыхаясь, шептали что-то и смеялись, иногда плача. Если бы было обычное время, то можно было бы поставить диагноз, но сейчас многое изменилось. Здесь и там проносился звук дверей, к коим приложили столько силы, что они бились о стены. Те, кто сделал это, сразу выбегали, не позволяя вернувшейся двери ударить их самих. Ноги стали бежать ещё сильнее. А оглядываться парочка уже давно перестала. Если бы они это сделали, то их могло охватить отчаяние, заставив попасть в суровую и костлявую хватку жнеца. Мозг обоих уже не думал о том, что могло и не могло произойти. Они просто надеялись, что у них получится выпутаться из этой передряги. «Бесполезно...» - они были от выхода всего в нескольких метрах. Даже если получится достигнуть ворот, то они не прекратят вдруг следовать за ними. Все их старания, кинутые ради попытки, были тщетны… или… нет?.. БУМ! «Кружка пива за каждого убитого монстряка!» - единый залп из десятка орудий откинул преследователей, бывших в паре метров от пары. За ним раздался второй, третий и, наконец, четвёртый. Из каждого ствола шёл лёгкий дымок. Им нужно было время, чтобы остыть. Первый примитивный огнестрел появился в далёком прошлом, в 1250 году. Это был способ метания греческого огня, характерный для огнестрельного оружия. А уже знакомый нам на вид был произведён в 16 веке. Тем не менее, они были ужасно для постоянного использования в бою. После всего нескольких выстрелов, а иногда хватало даже одного, чтобы привести оружие в негодность для дальнейшего использования на следующие несколько минут. Именно поэтому лук длительное время был гигантом в области дальнего оружия. Но всё же им было применение, благодаря которому они не исчезли, найдя своего покупателя. Сейчас и был задействован один из «способов применения» - быстрый залп, необходимый для отбрасывания врагов или их оглушения. После этого люди ринулись на монстров, вооружённые короткими мечами, превышая тех в численности. Благодаря тому, что враг не был облачён в минимальное количество экипировки, меч был идеален для их убийства. И пусть пули не были теми, кто сильно повредил монстров, они дали момент, приведший их в неготовность к атаке. Практически весь первый ряд монстров был уничтожен за секунды. За ним пошёл второй и… первые травмы среди прибывших. Враг был не только силён, но и хорошо защищён. В эту секунду Лиам со спутницей добрались до человека, отдавшего приказ о нападении. Первой, кто встретила их — была одышка. Появился момент спокойствия, всего момент, но, после всей неразберихи, это была прекрасная награда за старания. Однако отвлекаться было запрещено. Два человека добрались до наших героев, но теперь у них был защитник. Он достал своё маленькое ружьё, нанеся им выстрел в сторону одного, отбросив. А другого он встретил кувалдой, на одной из сторон которого был шип, прошедший сквозь ребра зверя. От такого монстр упал, а другой уже был готов к возвращению. Правда, его встретила та же участь. Он добил каждого, не позволив им приблизиться к тем, кто стоял позади него. «Ну что ж, Лиам, познакомься со своим дедушкой!» - не такой парень представлял встречу родственников, но, определённо, это было самое эффектное воссоединение семьи. ---------- Начало После Конца (6) Глава 12 В глазах мальчика отражались и страх, и жалость. Он боялся, что, если такой сильный человек будет защищать только его и девочку, то люди, которые прямо сейчас убивают врагов ради защиты, могут и умереть. А вот если бы он помог им… «Так вот ты каким вырос, да? Лия никогда не говорила мне о тебе… Но ясно, что вырос ты хорошим человеком. Не беспокойся о них. Каждый стоит в моей личной охране, что говорит об их мастерстве. От таких бестолковых тварей у них останется лишь парочка ран, даже шрамов не будет» Каждое его слово источало ауру уверенности. Он не пытался как-то коснуться своего внучонка, как это могли хотеть после долгой разлуки. У них ещё было время. А дед уже не был таким пылким, как в молодости. Его охватило старческое умиротворение, из-за которого он не чувствовал буйства эмоций. «Лиам...» - но их встреча определённо была самым эмоциональным моментом для него за десяток лет. «Зови меня… Билл» - новый знакомый смотрел на своих телохранителей, поглядывая на паренька и их след, ведущий в разрушенную деревню, некоторые дома которой горели, распространяя огонь на другие. Улыбка, коей он встречал своего внучка, уже перевернулась. У нашего маленького мальчика появилось время, чтобы осознать перемены. Он больше не проведёт ни минуты с теми, кто был смыслом его жизни. Раньше Лиам просто жил, пропуская бесконечную череду дней через себя. Постепенно его родители старели, но это не было особо примечательно. То, что они однажды исчезнут, казалось таким нереальным, таким далёким, однако сейчас… Из его глаз вылезли слезинки. Одновременно с этим сознание начало покидать парня. И когда капли достигли подбородка, готовые упасть на землю, тело приземлилось туда быстрее, погрузившись в сон. ... Он видел сны, бесчисленные воспоминания о его родителях. Каждый раз он видел новое событие, связанное с ними: катание с горы зимой, находясь на лодке, несмотря на огромный страх, дни, когда он постоянно лежал на кровати, оправляясь от простуды. Были и простые будничные дни, любой их которых менялся совсем чуть-чуть, по которым он отныне будет сильно скучать. Но было и одно общее среди них. И нет, это было не наличие мамы да папы, правда, это тоже, а смерть. В конце каждого маленького сна обязательно умирал один из родных. Прошлая память о том, что было во сне, стиралась, когда начинался следующий, но от неё оставался осколок, разрастающийся всё сильнее. И это вгоняло Лиама в отчаяние. Промежуток между приятным воспоминанием и очередной кончиной становился всё меньше и меньше, словно власть Морфея, о котором говорилось в сказках, отвечавшая за добрые сновидения, медленно переходила к иной личности. Он не помнил, повторялся ли какой-то момент из сна. Только это давило сильнее, чем если бы он знал правду. Ему казалось, что что-то не так, но он не понимал причину этого чувства. И в какой-то момент осколок стал полноценным кристаллом, явив Лиаму бесчисленные концовки. Последний сон должен был состоять только из смерти, следуя правилу. Но нет, это была встреча. Она явила парню не только конкретные события, а всю жизнь. Те, кто сопровождал его всегда, были здесь, перед ним! После стольких просмотров того, как его родители заканчивали свою жизнь, он не мог не рвануться в их тёплые объятия. Запах, волосы, не постриженные на теле в выходной, а также многое другое — всё было как тогда, когда они были живы. Он не видел их совсем немного, но даже это было для него долго. Не было сказано ни слова, ведь никто из них не знал таких, которые стоило бы сказать в такой момент, но они могли показать всю радость действиями, крепко прижавшись друг к другу. Время проходило, а они всё ещё были в этом положении. Бурные эмоции начали становиться спокойнее, вернув место мыслям. «Пусть это сон, но если я могу побыть с ними ещё хотя бы немного… Ещё пару минут...» - матерь начала гладить его русые волосы, задняя часть которых была заплетена в косичку. «Да, это сон» - прочитала она его мысли «Но мы никогда не покинем тебя. По крайней мере, до того момента, когда ты будешь готов к этому. Мы всегда… будем рядом...» - последние слова были сказаны обоими, отцом и матерью, во время того, как их тела превращались в белый свет и распадались на лепестки, гонимые туда, где глаза уже не видели их. … Кристалл исчез, но остался последний сон, с совершенно иным сюжетом. Девочка бежала вперёд к утёсу. Солнце ярко сияло в свой последний раз, прежде чем спуститься вниз, лишив нас света. «Айше, подожди меня!» Крикнул я девочке, бегущей впереди. Она остановилась и повернулась ко мне, протянув руку. На её лице была прекрасная улыбка. Солнце было позади неё, так что оно обволакивало края девочки, будто свет исходил от неё. Я взял её за руку и услышал, что она тихо сказала: «Тебе лучше не видеться со мной. Иначе они могут убить нас обоих...» От её тела начал исходить зелёный свет, формирующийся в пружину вокруг неё. За это время я схватился за её рукав, потянув за него. Но мне не удалось остановить её, и она исчезла ---------- Приобретения (1) Глава 13 Сон был странным. Лиам чувствовал, что он принимает участие во сне, но одновременно с этим казалось, что парень просто наблюдал из тела мальчика, а не управлял им. «Сэр, господин Билл просил вас прийти к нему, когда вы очнётесь» - рядом с ним сидела служанка, одетая в наряд горничной. Когда её объект слежения проснулся, она встряхнула с себя накопившуюся пыль и встала. Он впервые оказался в поместье своего дедушки, поэтому попросил девушку сопроводить его. А она, в свою очередь, сразу же предложила свою руку. Они шли в полной тишине, обычно мальчик попытался бы разнообразить его звуками, но сейчас он был не в том настроении. Недавние события терзали его сердце. Сон будто стирает все эмоции, только поэтому Лиам мог держаться спокойно. И хоть эмоций практически не было, воспоминания ярко всплывали перед глазами. «Почему… Мой дедушка ведь мог прийти и раньше, если бы он был быстрее, хотя бы на немного, то мои родители могли быть живы. Так почему он...» Холодный голос, но с этим и приятный, ответил ему: «У меня нет полномочий, чтобы знать ответ на ваш вопрос» - она украдкой взглянула на мальчика. Его взгляд и ходьба были похожи на те, что были на его спутнице, сопровождавшей побег из деревни, такой же смиренный и скорбный. «Однако. Смею предположить, что, исходя из его поведения в нынешнее время, он старался изо всех сил. И результат, которого он смог достигнуть — наиболее благоприятный. Как-никак, он смог спасти господина, то есть, вас» - улыбнувшись и положив голову набок, ответила она. мальчик явно не привык к «господин», поэтому она постепенно приучала его к этому званию, не окуная сразу в гущу. Всё-таки, в последнее время он испытал слишком много, для того чтобы снова что-то кардинально менять в его жизни. «Спасибо...» - тихая, но всё же благодарность. Подобные банальные фразы делают момент другим немного лучше, поэтому мальчик всегда использовал их. «Но, если что, я ничего не говорила» Эта фраза заставила уголки губ Лиама немного приподняться. … Здание походило больше на монастырь, чем на личный дом человека. Фрески, витражи и длинные коридоры — это выдавало его. И когда пара остановила свой шаг у массивных дверей, на них обрушилось давление. Спутница уже привыкла к этому, благодаря чему смогла беспрепятственно позвонить в дверной звонок в форме колокола. А вот Лиам — нет. Он сразу же обрушился на пол, сделанный из множества разных плиток. Было похоже, что на него наложили не что-то тяжёлое, а каждая частица тела увеличила свой вес. Привычка пытаться преодолевать тягость, привившаяся отцом, пошла ему на пользу. Он не оставался на месте, а пытался встать, вернуться к нормальному положению. И вот, ему всё-таки получилось, поднять ногу. Он схватился за колено двумя руками, прикладывая силу на устойчивую часть тела, чтобы приподнять всё остальное. Это удалось сделать. Он встал на две ноги, но тут же начал падать назад. Руки автоматизированно поплыли назад, чтобы не дать голове удариться об пол, снова потеряв сознание. «!?» Вот только, внезапно тело потяжелело ещё сильнее, из-за чего ноги с руками не выдержали. Ноги заскользили по плитке, а руки согнулись под углом в 90 градусов относительно тела, из-за чего парень просто плюхнулся на землю и был в обычном лежачем положении с распростёртыми конечностями. В таком положении и застали Лиама его дедушка, старик с седой бородой и волосами, а также фигура, излучавшая свет. «Здравствуйте...» На удивление, у них не было укоризненного взгляда или даже толики любой эмоции. Всех, кроме, одной — искреннего шока. А вот у фигуры, стоявшей дальше всех, улыбка была до ушей. Она начала делать медленные шаги, промежуток между которыми равнялся пяти секундам. После каждого сделанного ею шага давление на Лиама становилось сильнее. Определённые места, имевшие малую прочность, начали лопаться и ломаться. Из ушей и носа полилась кровь, а голова закружилась. Из желудка вот-вот готова была вырваться рвота. Коснулось это и зрения — к нему добавилось ухудшение остроты. Всё начало плавать… Послышались голоса, они были приглушёнными и звучание было таким, будто разговор шёл в десятке метров от мальчика. … Тем временем в мире, который Лиам не видел и не слышал. «СТОЙТЕ! Он ведь может умереть, если вы подойдёте ближе!» - кричавшим был Билл, дедушка Лиама, он уже потерял свою дочь. И пусть он не показал этого при своём внуке, но пока мальчик был рядом с ним, он не переставал параллельно думать о своей дочке. Когда же он увидел её труп, слёзы не могли быть сдержаны. Совсем недавно она была совсем маленькой девочкой, о которой он так заботился, а теперь у неё было два ребёнка, одного из которых он не уберёг. Если признаться честно, то Билл был даже немного рад, что она отдалилась от него, найдя себе мужа. Его время уже скоро должно было прийти, потому ему не хотелось, чтобы она плакала над его трупом. Он не переставал отправлять деньги своей дочурке, хоть она и могла позаботиться о себе сама, при этом думая, что однажды ей всё-таки придётся увидеть папочку в метре под землёй. Но всё оказалось наоборот. Это отец увидел смерть своей дочери, а не дочь — отца. Втайне ото всех, оставшись наедине с останками Лии, он сам похоронил её, не забыв и про того, кто был рядом с ней всё время — Гамба. Он уложил их широкий гроб, дочку влево, новорождённую в центр, а отца девочки вправо. «Спасибо, что оберегал её, пока меня не было...» - даже если бы он узнал, что убил её глава семейства, его мнение не изменилось бы. Билл узнал всё о мужчине, зовущемся Гамбом. Плюсом к тому, отец Лии сам решил не приходить к своей дочке и внуку сразу же. По этой причине, он не мог позволить умереть ещё одному члену семейства, когда спасение было возможным, даже если убийца окажется самим Богом. Ведь ему нечего было терять, Лиам — последнее, за что он держался. А вот священник, стоявший рядом, смиренно ждал результата, не смея сделать что-либо перед высшим существом. Дедушка хотел броситься в сторону своего внука, чтобы унести его подальше, но существо изъявило своё желание: «успокойся» В его голосе не было эмоций или чего-то особенного, но одно слово заставило Билла полностью перестать двигаться и говорить, словно он был парализован. ---------- Приобретения (2) Глава 14 Сосуды внутри Лиама начали лопаться. Всё тело пронзило невозможное жжение, а после вся боль вдруг прекратилась, исчезла.. В глазах начало темнеть и клонило в сонливость. «Ты не можешь умереть сейчас!» - в голове звучал один голос, пытавшийся предотвратить смерть мальчика, но хоть он и слышал его, воспринять не мог. Тело стало неимоверно тяжёлым. Он больше не мог пытаться справиться со своими проблемами. Парень погрузился в самый глубокий сон, какой только мог испытать. … «НЕТ! НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ!!!» - в тот же миг, как сила, сдерживающая Билла, исчезла, он тут же рванулся к своей единственной оставшейся ценности. Дедушка начал судорожно проверять признаки жизнедеятельности мальчика. Сердцебиение. Оно остановилось. Тепло покидало тело, а дыхание не осуществлялось. Он не знал того, что можно было сделать, поэтому начал первое, что пришло ему в голову — массаж сердца. Несколько толчков ничего не дали, и он приступил к искусственному дыханию. Он не переставал делать эти два упражнения, надеясь на возвращение к жизни своего внука. «Нет...» - всё сильнее мысль о смерти Лиама возводилась в его голове, делая все действия медлительнее. Руки, пытавшиеся оживить мальчика, дрожа, отступили от него. Он не мог в это поверить. Единственное, что держало его на этом свете — исчезло, даже когда он был рядом. Ему вспоминалось прошлое. Даже если бы он тогда был быстрее, сумел прийти вовремя, чтобы помочь своей девочке, то смог бы защитить её? «Я, правда, всё это время был настолько беспомощен?..» - мозг лихорадочно подбирал варианты спасения, но тут же отвергал каждый придуманный. «Раз я настолько бессильный, то могу положиться лишь на других...» - это была та мысль, что не была тут же отвергнута им же самим. Он посмотрел назад, на сияющую фигуру. Сердце начало безудержно и громко стучать. «Альва! Я готов заплатить любую цену. Можешь забрать мою душу, мой дом, моё будущее — всё! Только прошу, верни мне Лиама!..» - ответа, как и всегда, не было получено. «Пожалуйста… Ты можешь не возвращать его живым именно ко мне! Забери мою жизнь прямо сейчас, а взамен, верни его!» - мольба богам была последним выходом для тех, кто не видел альтернатив. Однако они никогда не отвечали своим верующим. И изменять традициям не собирались. Он был готов к чему угодно, если бы это спасло мальчика, но ничего не происходило. «За что.. Почему все люди, что становятся близки ко мне, умирают раньше меня...» Жена, единственная дочь, а теперь и последняя надежда на продолжение рода — внук. Никто не пережил его. «Видимо, пришла и моя очередь встретить смерть… Да?..» - он разговаривал сам с собой, не видя больше смысла жить. Ведь действительно, если вся твоя жизнь, все твои цели были завязаны на твоих родных, а они все умерли, то в таком случае у тебя не остаётся ничего. Из-за угла послышались тихие шаги. Девочка, которая была рядом со внучком во время встречи родственников, ждала, пока уйдёт сущность, нёсшая давление. Она вся дрожала и не знала того, что ей придётся теперь делать. Неопределённое будущее всегда пугало. «Лиам?.. Ты ведь жив, да?..» - она узнала от Лии, что так зовут её спасителя, когда отец мальчика начал превращаться в настоящее чудовище, о котором ничего не было сказано в сказках, которые рассказывали ей родители. Все злодеи оттуда не были особо то и плохими. А вот реальность отличалась разительно. Ты никогда не узнаешь, в какой момент «добрый» персонаж станет «злым» «Лиам, ну же, проснись!..» - она уже пыталась так«разбудить» своих родителей, результат был тот же. «Лиам?..» - она убрала свои руки с тела её друга, и ладонь была вся в крови. Весь мир, казалось, погрузился в полную тишь на несколько секунд, пока крик в облике смеха не разбил её так же просто, как непрочное стекло. «Хаха…» «Хахах..» «ХАХАХАХ!» «ХаХиХаАХХА!» «Хах...» «Хны… Хнык...» Её зрачки яро дрожали, как и она сама. «К чёрту всё… Разве дальше не будет так же!? Я снова встречу хорошего человека, он поможет мне, а потом умрёт на моих глазах…» Этот штамп был применён на её глазах уже целых три раза: первый — собственные родители; второй — мама, папа Лиама; и, наконец, третий — сейчас. Каждое его применение нагружало маленькую всё сильнее, пока она не была доведена до своего предела. Её ладони быстро добрались до шеи, начав сжиматься всё сильнее. Она надеялась покончить с этой убогой жизнью. Раз и навсегда. Священник, стоявший в стороне, больше не мог бездействовать. То, что светлая фигура ушла, придало ему смелости начать попытки предпринять хоть что-то. ---------- Приобретения (3) Глава 15 Он нежно обхватил пальцы девочки, применив немного силы, чтобы снять их с её шеи. Да, она бы всё равно не умерла, но мужчина не хотел видеть никого за попыткой суицида. «Я н-не мог действовать… Если бы что-то разо-зозлило Альву, мы все м-могли умереть! Понимаешь, д-да?.. Вот и у тебя так же. Т-т-ты не можешь ничего сделать, н-но это лишь пока!» - своеобразная, конечно, помощь. «И ЧТО!? ТЕРПИ, ТЕРПИ И СНОВА ТЕРПИ, А ПОтОМ ВДруГ ВСЁ СТАнЕТ ХОрОшО!? ЧтО За БрЕд Ты НеСёШь!?...» - последние слова были сказаны сквозь слёзы. А помощь через слова, которую хотел оказать мужчина, была слишком ужасной, потому и не подействовала Девочка хотела ударить головой человека, чтобы тот отпустил её руки, но в тот же миг он и без того сделал это. «Т-тогда п-прости...» - он начал перетирать пальцами, словно сыпал пыльцу. Светящаяся золотая пыль попала на ребёнка, благодаря чему она заснула. «К-кажется, боги вовсе не такие, какими мы их себе представляли» - заикание исчезло. Оно было лишь из страха и волнения, сейчас от них осталось лишь напоминание. «Верно...» - ответил ему Билл … С момента инцидента в деревне прошёл всего день. Но за это время старик успел похоронить всю свою семью. «Если бы я только сказал тебе сидеть в комнате, пока я не приду...» До посещения деревни своей дочки, он спас множество людей. И всё это время светлая сущность, Альва, была рядом с ним, поэтому, хоть и медленно, но его тело привыкло к давлению. Однако к Лиаму она сразу же встала чуть ли не вплотную. «Если бы мои действия были более эгоистичными и обдуманными...» - это была правда. Когда он впервые столкнулся с обращёнными, им было замечено, что все они превратились практически одновременно. Посыльный, отправленный в ближайшую деревню, вернулся с новостями о том, что у них всё произошло в то же время, подтверждая догадку. Именно поэтому он решил, что даже если прямо сейчас отправится к своей девочке, то подоспеет лишь к концу, когда всё уже закончится. Из-за этого Билл остался в своём маленьком городке, тем самым спас сотни людей. Но, как оказалось, обращение начиналось одновременно не во всех местах. И пока старик помогал своим жителям день, апокалипсис был только грядущим для парня. «Вы четверо были бы живы...» - он протёр надгробие, которое стало мокрым под дождём. «Лиам Фостер» «536-553» «Прости, что был так глуп» Рядом с дедом не было никого, кроме двух людей. Он не подпустил к себе охрану, а девочка, притащенная внуком, попросту не пришла. «Джесси, каким он был, когда проснулся?» - рядом с ним стояла горничная, первой встретившая Лиама. … Под дождём, в полукруге из десятков домов, стояла одна девочка. Весь город казался серым и унылым. «Он всё верно сказал, просто мне тогда было не до его слов. Я слаба, а потому не смогла ничего сделать. На этом точка» Когда её родители были живы, они сказали ей, что если с ними что-то случится, то она должна прибыть в город Фарнес, на улицу Гилинза, в дом… «Под номером… Под номером… АРГХ!» - это было год назад, поэтому воспоминание уже начало увядать. Уже то, что она забыла только такую крупицу информации — удивительно. Было принято решение — стучать во все дома, пока не найдётся нужный. «Извините, вам не знакомо имя „Кира?“» Владелец лишь странно посмотрел на неё, тут же захлопнув дверь. Это была уже шестая безуспешная попытка, но она не унывала, ведь на очереди оставалось всего три дома. Когда девочка хотела постучать в следующую дверь, она открылась сама. За ней никто не стоял, но откуда-то изнутри её звал голос. Он шептал имя девочки. Она подумала, что это именно то, куда родители сказали ей обратиться. Она вошла в длинный пыльный коридор. Каждая из стен состояла из заполненных книжных стеллажей, на удивление, не покрытых никакими следами времени: паутиной или пылью. Голос становился всё громче по мере приближения. Когда он стал отчётливо звать её: «Хлоя», она поняла, что он шёл не из двух открытых комнат, которые она сейчас видела, а снизу. Всматриваясь в доски, она заметила, что из одной торчал кривой гвоздь. Потянувшись, оказалось, что это и был спуск вниз, в подвал. Доски были плотно прибиты друг к другу, из-за чего тянулись вместе, образуя люк. Девочка прошла вниз по ступенькам. Книги были расставлены даже рядом с лестницей, охватывая практически весь подземный этаж. Тем не менее, было одно место, куда они не доходили, сменяясь пустыми каменными стенами. В этом крае комнаты стояла еле пылающая жаровня. Последняя щепка была на последнем издыхании, почти превратившись в золу, как и окружавшие её бруски. Стоило Хлое подойти к ней, он перестал шептать её имя, начав другое предложение. «Прости, что не встретил тебя лично, дочка...» - сказал огонёк мужским голосом, повергая девочку в шок. Голос был не таким, как у отца, которого она знала. К тому же, он явно принадлежал старику. … «Где я?» - секунду назад всё его тело ныло от боли, но сейчас оно чувствовало себя безупречно. «Отлично, ты подходишь под критерии...» - тот, кому отвечала женская фигура, имевшая только очертания, напоминавшие человека, а заполненная ярким лимонным цветом, был Лиам. ---------- ВАЖНО! Ну что ж, здравствуй, читатель :) По сути, это переделанная версия "Ужасного Мира", так сказать, "Ужасный Мир" V2.0. То, что находится в 1 томе, то это первая версия. Она кажется мне гораздо более плохой, чем то, что я написал теперь) Если хотите прочитать больше, то идите на первоисточник, где глав побольше) Первоисточник здесь: https://author.today/work/211176 Это бесплатно) Во всяком случае, надеюсь, чтение доставит тебе удовольствие. Удачи ---------- Ужасный Мир V1.0 Глава 1 *Дрожь* От холода моё тело начало дрожать. -Зима только началась, а уже такой холод… -Произнесла моя мать, подходя к печи. Она взяла ухватку и с помощью неё поместила чугунку с едой в печку. А после посмотрела в мою сторону и увидела, что я проснулся. -Холодно, да? Сейчас станет теплее. –Сказала она, увидев мою дрожь и красноватое лицо. Я встал и начал одеваться в тёплую одежду. Закончив с этим, я повернулся к своей младшей сестре. Увидев, что она укутана в льяную ткань, я успокоился. «Она так тихо и мирно спит» Я согревался у печи и посматривал на свою сестрёнку, ожидая пока приготовится кушанье. Когда он был готов, женщина той же ухваткой достала суп и наложила его его в 2 деревянные миски. Я взял ложку и принялся есть. -А где папа? –Спросил я, заметив отсутствие отца. -Он на рыбалке. Сказал, что он чувствует поджидающий его крупный улов. -Понятно. Значит ты приготовишь уху? -Да. И если он поймает действительно крупный улов, то я положу в суп много-много рыбы. -Ура! –Вскрикнул я. Ведь обычно, даже если отец ловил много рыбы, его засаливали и клали впрок. А к нам в еду попадало мало рыбы. Съев весь суп и не оставив ни малейшей частички еды. Взяв лопату, я начал убирать снег. Отправляя в полёт в определённое место – место будущей горки, где я с друзьями смогу кататься. Сделав треть работы я вернулся домой, чтобы отдохнуть. Я прилёг на солому и заснул. … … Пронзительный крик прервал мой сон. Я посмотрел в сторону издавшегося звука и увидел плачущую мать, отчаянно пытавшуюся держать дверь закрытой. Я не понимал почему она ведёт себя так, но всё же чувствовал себя обеспокоенно. Поэтому я громко спросил у неё в чём дело. -Прячься в погребе, скорее! И сестру с собой возьми. Я скоро приду к вам. –Стараясь держать в тайне свой страх произнесла девушка. Обеспокоенность лишь росла. Я взял сестру и вбежал в погреб, но запирать дверь не стал. Ведь маме ещё нужно было прийти к нам! Раздался ещё один крик, но на этот раз он был наполнен не страхом, а решимостью. Крик, придававшийся мне уверенность в том, что всё будет хорошо. Чуть позже после крика в погреб ворвалась мама. На её коже были глубокие раны, но она всё-равно держалась стойко. -Спрячьтесь в куче ткани! НЕМЕДЛЕННО! Мама кричала редко, но всегда обоснованно. Однако… Мне кажется, что нужно остаться с ней, несмотря ни на что. Как бы она не наругала меня потом, я должен остаться с ней в этот момент. Женщина обернулась и увидела как я всё ещё стою рядом с ней, держа в руках сестрёнку. -Пожалуйста… -Тихо моля произнесла женщина. Мои ноги сами начали идти в сторону шерсти и я с сестрой быстро оказался погружён в неё. Мои глаза всё ещё видели происходящее. Дверь, не выдержав напора, оказалась прорвана. Женщина, всеми силами пытавшаяся предотвратить это, отлетела вниз по лестнице. А из места, где раньше стояла дверь, показались ужасные твари. У них были острые и длинные когти, а тело напоминало смесь волка и человека. Одним точным прыжком на 4 конечностях он оказался возле двери, снизу которой была моя мать. Одной рукой он откинул дверь в мою сторону и когтями сделал глубокие раны туловищу матери. А после поднёс свой рот в сторону живота и начал трапезу. Остальные существа, стоявшие позади, тоже полезли к маме и начали есть всё, что только могли. Через несколько мгновений крики и трепыхания матери прекратились. Стало очень тихо. Лишь звуки чавканья раздавались в помещении. А я… Я погрузился глубоко в шерсть сразу как первый из них прыгнул к маме. Я не был в силах даже двинуться. Мои конечности словно парализовало, только рука прикрывала рот сестры, а в голове царил страх. Страх, что эти существа могут напасть и на меня ---------- Том 1 Глава 2 Глава 2 «Они наконец ушли…» -Начиная снова дышать нормально, подумал я. Выйдя из шерсти, мне предстала отвратительнейшая сцена. Эти твари даже не доели всю плоть моей матери. Некоторые кости были поломаны. На многих всё ещё остались куски мяса. Я не смог сдержаться и вырвал. Из моих глаз потекли слёзы, а тело стало таким слабым. От этого я упал на землю и не шевелился. Около 20 минут так я провалялся на земле. Из моих глаз уже не лились слёзы. Я уже выплакал всё, мои глаза стали красными и набухшими. «Это… Моя мать… Она мертва. Я больше никогда не увижу её, никогда не услышу её голоса, никогда не смогу поговорить с ней!.. Никогда больше смогу попробовать приготовленную ею еду.» «Сестра… У меня всё ещё осталась сестра, которую я должен беречь. Она – единств… Отец… Он, должно быть тоже мёртв…» Моё тело снова становилось слабее от этой мысли, но… «ААА!» -Я сильно ударил головой пол. «Мне не нужно думать о таком! Сестра – вот что должно быть сейчас самым главным для меня! Мама, папа, они бы хотели, чтобы мы с сестрой были счастливы и живы! Поэтому мама так защитила нас ценой своей жизни! И я обязательно исполню её последнее желание!» Прождав 30 минут, чтобы они уж точно ушли, я поднялся по лестнице. Медленно и тихо я приоткрыл дверь, чтобы можно было выглянуть и узнать нет ли их всё ещё здесь. Убедившись, что они ушли, я направился к печке. «Там должно было остаться еды на весь этот день, но, учитывая что есть будем только мы с сестрой, его должно хватить на 2, а может даже 3 дня.» Для безопасности я понёс чугунку с едой в подвал, где мы и будем сидеть, пока я не придумаю что делать. «Врятли в этой деревне осталось много вышивших. Если они и остались, то они всё-равно не помогут мне. Почему я так думаю? Я сделал точно то же. Я просто смотрел как мою мать растерзали эти твари, ведь боялся за свою жизнь. А кто будет помогать тому, от кого и пользы мало. То есть меня. Не стоит доверять никому.» «Тяжеленная… Мне стоит стать сильней. Запасов в погребе должно хватить минимум на 3 недели. А значит эти 3 недели я могу тренироваться» Хоть это и было трудно, но необходимо. Поэтому я принёс еду в погреб. «1…2…3!» Я высвободил свои пальцы, тем самым чугунка упала на землю. Некоторое время пальцы не слушали меня, но через несколько секунд я снова мог легко ими двигать. Посмотрев на свою ладонь, я увидел её красноту. «Даже такое даётся мне с огромным трудом. С такими силами я точно не смогу ничего сделать этим тварям...» «…Нужно покормить сестру и самому поесть, а после начать заниматься» День 2. «Как же всё болит, но… Мне нужно продолжать. Мама пожертвовала собой ради нас, да и отец, скорее всего, тоже. Я должен оправдать их надежды, что сможем выжить!" День 3. «Хоть суп и пахнет неприятно, да и вкус странный, но мне нужно это съесть!» День 3. «Ыаа… Как же мне плохо… Кажется это из-за супа… Мне… придётся выкинуть его?.. Последний мамин Суп!.. Я должен сделать это и заодно принести воды. К счастью, эти твари уже покинули деревню.» День 7 «Всевышний, пожалуйста, облегчи мою жизнь...» День 11 «Мама, папа… Обретите же покой под этой толщей земли, где вас никто не достанет. Прощайте…» -Я отошёл от вырытой могилы отца и матери и поспешил в погреб. Мне не хотелось смотреть на это. День 15 «Тренировки даются мне уже гораздо легче. Я даже могу нормально ходить после них.» День 21 «Точи… Точи его! Сделай его острей!» День 23 «Однако же, почему, когда я остаюсь наедине с самим собой и ничего не делаю, мне так грустно?..» День 26 «Теперь я готов. В сумках нескоропортящиеся продукты, а за спиной сделанное мной копьё. Сестра надёжно привязана к моему туловищу. Фляги с водой наполнены. Я выживу и защищу сестру!.. Да, защищу…» ---------- Том 1 Глава 3 Я осмотрелся. «Вот и настал момент, когда я покину свой родной дом… А можно ли его уже назвать родным? Это совершенно не то место, в котором я жил.» Весь снег был пропитан кровью и какими-то сгустками чёрной жидкости. А в местах, где снег был расчищен и были тропы, была лишь порченая земля. Множество домов были полуразрушенными. «Наверное жители пытались спрятаться, пытались спасти свою жизнь, но эти существа поломали всё, что было на пути к их жертве. Да… мой родной дом был здесь, но они уничтожили его…» С этими мыслями я шёл в ближайшие деревни. «Вдруг у них осталась долго портящаяся или просто различная запечатанная в банках еда. Но... Смогу ли я так долго жить, скитаясь по деревням в поисках еды? Ответ я узнаю в будущем. А сейчас я должен сосредоточиться на избежание стычек» Всё снова оказалось в тиши. Не было никаких разговоров людей, слышимых отовсюду, не было резвящихся детей. Только хруст снега под ногами и ужасно холодный ветер. «От этого так одиноко» Для меня, того кто всегда работал или отдыхал рядом с людьми, это было первое испытание этой эмоции. «Но всё же, это далеко не так плохо, как в день когда раздавались лишь звуки чавканья чудовищ. Это… Даже не стоит сравнивать» Я посмотрел на свою грудь, к которой была привязана моя младшая сестра. «Только ты осталась со мной» Легонько погладив её по голове, чтобы она не проснулась, я почувствовал как мне стало менее напряжённо, на секунду вновь почувствовав те умиротворяющие деньки. «Их мне уже не вернуть… Поэтому я должен перестать так часто грустить по событиям до этого хаоса и смотреть в будущее. Забыть прошлое, ведь так?..» … «О чём я вобще думаю…» И вот мне стала видеться деревня. Она оказалась не так далеко, как казалось раньше. Я даже… даже видел одного монстра, передвигающегося на четырёх конечностях. «Именно они забрали всё, что было мне так дорого!» Меня начали охватывать страх и ярость. Я хотел убить их всех, я хотел, чтобы никто больше никогда не увидел их, но боялся. Боялся, что они убьют нас с сестрой. «Ведь то чудовище… Оно так легко пробило дверь» Копьё. Поэтому я и сделал его. С ним можно убить противника так, чтобы ни он, ни я не подходили друг к другу, ведь боялся не только умереть, но и получить раны. «Получить раны… Либо я умру, либо войду в эту деревню и сражусь с ним! Ведь никто не знает сколько этих тварей в следующей деревне» «Спокойствие… Вдох… Выдох… Забыть всё неприятное и погрузиться в битву.» Я выдвинул копьё вперёд. Медленными, но почти беззвучными шагами я направлялся к нему. А оно, учуяв меня рядом, стало бежать ко мне. Мне вспомнился результат столкновения матери и такого чудовища. Поломанные кости и остатки мяса по телу… Почувствовав приближающийся к горлу комок рвоты, я проглотил его. «Сейчас я должен сосредоточиться на нём, отбросив все прочие неважные для битвы воспоминания» Монстр был совсем близко. Чтобы придать себе уверенности, я закричал. -А-а-а! –Монстр чуть приостановился от этого крика, но тут же продолжил свой бег. Покрепче схватившись за копьё, я попытался ударить им в шею – одно из самых слабых мест живых существ. Однако, когда копьё было в 10 сантиметрах от шеи, монстр сделал рывок в мою сторону. Он схватился за ноги и пробежал ещё метр, от чего я упал головой в снег. Чудовище уже кромсало своими острыми когтями мои ноги, проделав несколько длинных ран. Собрав силу в ногах, я ударил монстра по голове, его отбросило назад на пару метров. А после подтянул их к себе. Пока монстр двигался ко мне, я повернулся и сжал копьё. Я не отдалял его от себя. Наоборот, остриё было лишь немного дальше моего туловища. Монстр напрыгнул на меня, а я, не теряя момент, пока он выше меня, сам подпрыгнул. Копьё, получив силу от моего прыжка и от моих рук, прошёл сквозь шею, задев первые шейные позвонки. Тело чудовища перестало двигаться, а кровь полилась на меня. Но вскоре я упал на тело монстра и она уже не могла попасть на меня. -Хаарк.. ХААР! КХА! –монстр выплюнул на моё лицо сгусток чёрной жидкости, который я уже видел в своей деревне. Я сразу же убрал его с себя и пополз в сторону. -Ха… хаа… -Тяжело дышал я. «Как же, чёрт возьми, БОЛЬНО!» Я посмотрел на свою рану на ноге. Снял валенки и быстро достал из сумки тонкие ткани. Быстро завязав их у ран, я лёг на снег. «Хотя бы с тобой всё нормально… Может было бы легче, если бы я оставил её на снегу, но так на неё мог переключиться монстр… Я просто хочу, чтобы с тобой было всё хорошо» Подумал я, обняв сестру и стиснув зубы от боли. -Не оставляй меня!.. ____ Итак, третья глава несколько отличается от первых двух (много разговоров с самим собой, даже очень) Мне бы хотелось услышать ваши мнения по этой главе) ---------- Том 1 Глава 4 Глава 4 С трудом добравшись до одного из домов, я зажёг в нём печку. «Как же холодно было, хоть я и в нескольких слоях одежды» Сняв сестру с туловища, моя рука потянулась к фляге с водой. Выпив целую половину, я взял уже флягу с молоком, напаивая им сестру. -Мм, мфф. –Дала она понять, что больше не хочет Видя это, мне начали вспоминаться моменты до прибытия монстров. Тогда я так же иногда кормил её. В тепле, рядом с мамой, смотрящей как я это делаю. И… Тогда она была более «разговорчивой», а сейчас стала совсем тихой. Ни истерик, ни криков, ничего. «Почему же?.. Ладно, пока я не смогу узнать это, но просто буду иметь это в вид… А-а-ах…» Зевнул я. Мне хотелось спать после боя и холодной дороги. Поэтому я не стал пока зацикливаться на находке. Заставив вход в подклет столом и скамьёй и приобняв сестру, я заснул. … -Мм… Ах… -Я проснулся от маленькой боли и огромного дискомфорта в глазах. Открыв глаза я увидел, что моё зрение стало заметно хуже, чем было до сна. Я протерел их, но я всё так же плохо видел. Снаружи слышались звуки неистово бьющегося в стены дома ветра. Мне казалось, что раз я слышу это отсюда, то ветер снаружи должен быть действительно сильным. Увидев, что сестра ещё спит, мне не хотелось будить её. Поэтому я один поднялся наверх и посмотрел в окно. Было темно, но порывистый ветер, несущий множество снежинок ясно был виден. Иногда он бился в окно и от этой громкости моим ушам становилось немного больно. Это была обычная вьюга. «Раньше я бы даже не услышал звуков вьюги, находясь внизу, а поднявшись наверх, мне бы послышались не такие уж и громкие звуки. Но… Теперь я всё ясно слышал даже внизу» «Но почему это случилось? Почему моё зрение ухудшилось, а следом улучшился слух?» -Уррргххх –Мои размышления прервал звук, доносящийся из живота. Это было урчание. Мне хотелось есть. «Но не стоит тратить мои запасы сушёной еды. Наоборот. Их надо пополнить здешней провизией» Направляясь обратно в подклет, я заметил зеркало. Мне была интересна причина, по которой мои глаза стали хуже видеть, поэтому я заглянул в зеркало. «Может быть я узнаю причину по виду глаз» Взяв сушёную траву и огниво с камнем, находившиеся в нескольких метрах от зеркала, искрой я зажёг траву. Приблизившись к зеркалу вместе с горящей травой, я увидел своё отражение. Молодой пятнадцатилетний парень низкого роста с тощим, но улучшающимся телосложением и узкими плечами. Было видно, что телу не хватало в рационе мяса. Перейдя выше к треугольному лицу, я увидел изменения. Радужка и зрачок глаза начали терять свой жёлтый цвет, становясь более серыми, а уши стали острее. -Бум-бум –В этот момент послышались бешеные звуки ударов в дверь на втором этаже дома. «Монстр всё ещё находится в доме!?» -Хоть мне и приходили подобные мысли в голову, но раз он не показывался, пока я спал, мне думалось, что здесь его нет. Я быстро побежал обратно в подклет за своим копьём. Когда я уже брал в свои руки изготовленное мной оружие, я услышал грохот сильно открывшейся двери, ударившейся в стену. А после был слышен быстрый бег вниз. Встав у входа в подклет, я снова держал копьё близко к себе. Сразу как монстр зашёл, я ударил его в живот. Он оказался гораздо слабее, чем прошлый. Поэтому я наступил на его туловище и пронзил шею. От того, насколько это было легко, на моём лице появилась улыбка. «Если будет много таких же монстров, то мы с сестрой легко выживем. Может даже она через лет 5 сможет их убивать!» От таких мыслей моё настроение поднялось, но внезапно изо рта монстра выстрельнула целая куча чёрной жидкости. Даже больше, чем в прошлый раз. «Опять…» Настроение снова понизилось до состояния, в котором оно было в начале. «И как в тебе только вместилось столько?» Монстр был тощим. Его кости были обтянуты кожей, которая была предельно бледной. А нижняя часть тела, где кончались рёбра, была ещё в более плачевном состоянии __ Мне кажется, сравнивая с прошлыми главами, в этой чего-то не хватает... Может размышлений гг и его разговоров с самим собой. Не знаю. Поэтому, пожалуйста, скажите в чём вы видите проблему. ---------- Том 1 Глава 5 Глава 5 -А-а-а-а! –Закричала я, видя как монстр, похожий на оборотня из легенд, замахнулся своими когтями на брата. Голова, сделав несколько оборотов в воздухе и оставив за собой кровавый след, полетела в мою сторону. Увидев её, меня охватил ещё больший страх. От рта до линии глаз было несколько глубоких ран. Самая ужасная линия была на уровне глаз. Зрачок с большей частью радужки были уничтожены. На их месте красовалась дыра, открывающая внутреннюю часть глаза. Меня охватила неимоверная дрожь. Монстр передо мной – самое ужасное, что когда-либо случалось со мной! В этот момент мне показалось, что чудовище злорадно улыбнулось мне. А после оно начало прямо на моих глазах съедать моего брата. Он разрывал плоть, кости. Ничто в человеческом теле не могло послужить ему хоть какой-нибудь преградой. От охватившей меня полностью дрожи я случайно коснулась черепа. От чего он медленно покатился в сторону монстра. После этого я уже не могла поддерживать сидячее положение и упала на пол. Поток слёз мгновенно сделал доску внизу влажным. Рот не прекращал истерически смеяться. Но несмотря на всё это, я не могла моргнуть. Повернувшись к прикатившейся голове, монстр раскрыл свою пасть и прокусил череп пополам. Чудовище медленно приближалось ко мне. Каждый его шаг казался мне невероятно громким. Страх сменился отчаянием и злобой. Взяв находящийся рядом острый кусок сломанной доски, я ринулась навстречу к нему. Мне уже было плевать на свою смерть. Я просто хотела поскорее закончить этот ужас. Монстр взял меня за руку. Свободной рукой я всё ещё пыталась нанести монстру хоть какие-то раны. С криками смешенными с плачем, я раз за разом ударяла его острой деревяшкой. Но результат оказался таким жалким – несколько царапин. Он поднял свою руку и когтем сделал длинную рану на моём лбу. Затем он поднёс вторую руку к своей пасти и откашлял густую чёрную жидкость. Обмакнув туда свой палец он нанёс его на рану. Больше в моём теле не оставалось сил. Я не могла справиться не просто с двухметровым монстром, но ещё и мускулистым. Я упала на пол и уже не могла шевелиться. Монстр присел и оставшейся частью намазал ямочку под носом оставшейся жидкостью. После этих действий чудовище подошло к трупу моего брата, оторвав его руку оно бросило её ко мне. Монстр взял труп моего брата и вышел с ним из дома. … Голос… Голос в голове никогда не замолкает. Я не могу разобрать, что он говорит. Он постоянно что-то шепчет... Повсюду раздавались разные шорохи. «Неужели оно снова здесь!? НЕТ, НЕТ, НЕТ!» От страха, что он снова придёт себя, я отползла в самый дальний и тёмный угол комнаты. … Голос становился всё громе и чётче, казалось он, крупица за крупицей, уничтожал мой разум. Живот заурчал, раздаваясь по всему тихому и безлюдному дому. От голода я становилась всё яростней. Мой взгляд начал метаться из стороны в сторону. Пока я не заметила валяющуюся руку. -А-а-а! –С криком я напрыгнула на неё, взяв руку в рот. Вторым прыжком на ногах и руках я переместилась в другую часть комнаты. Придерживая руку, зубами я отгрызала каждую съедобную частичку. ... Я начинала погибать от нехватки воды и еды. Голос начинал утихать. А как он становился всё тише, мне становился спокойнее. Однако, когда внизу начал слышаться шум, я снова погрузилась в неистовство. Мне хотелось проломить дверь, хотелось мгновенно разрушить всё, добравшись до него и сожрав! Но сил моих было мало. Их не хватало на разрушение двери. Внезапно мне вспомнилась моя семья. Хоть нам и было иногда трудно, хоть родители и кричали друг на друга, они никогда не бросали нас. Успокоившись, я открыла дверь за ручку. «Внизу… Вор… Он разграбливает твой дом. Ничего не оставит. Ни единого воспоминания о твоей семье» Голос нашёл за что уцепиться и снова начал шептать на ухо. Я никак не сопротивлялась ему. Человек вторгнулся сюда, а я хочу есть. Этого было достаточно для моего ослабевшего разума. И ПОЭТОМУ Я СОЖРУ ЕГО! Не оставлю и косточки! Думая о том, как я медленно убиваю его, а после съедаю я была счастлива. Это было настоящее счастье! Добежав до подклета, я немедленно ринулась к нему, но… Одним ударом деревянного копья он прошёл половину моего туловища. Наклонив копьё вниз и вытащив его из меня, он быстро вонзил копьё в шею. Из моего живота вверх начала подниматься целая куча чёрной жидкости. Добравшись до рта, вся она выстрелила в человека. А позади него в темноте я заметила маленькую девочку. Увидев её, мой разум стал яснее. «Этот парень защищает её. Кажется они брат и сестра. Хаха… Я пыталась разрушить его семью, как и тот монстр, уничтоживший всё дорогое мне» Голос исчез. Стало так легко и спокойно… Видимо так я и умру. ---------- Том 1 Глава 6 Глава 6 Однако я не хотела вот так просто умирать, когда я ещё и пыталась убить его… Монстр… Он может встретиться с тем монстром и повторить все мучения, испытанные мной… В этих людях я увидела наше с братом отражение. То, как снова и снова разрывают его плоть. Я не хочу, чтобы и они испытали это! Я почувствовала как вырываюсь из своего бледного и слабого тела. Голос снова вернулся и начал истошно что-то кричать. Ласковый и мягкий голос прерывал его. Было слышно как голоса становятся всё тише и тише. Сердце бешено билось. Внезапно от него, будто ветвями паутины, боль прошлась по всему телу. Собрав все свои силы, я выпуталась из своего больного тела, однако боль всё ещё не прекращалась. Не в силах больше терпеть это, из меня вылетел душераздирающий крик, слышавшийся по всей деревне. Я почувствовала как моё сознание разъединилось. Одно показало мальчику столкновение с монстром, а другое всеми силами пыталось прекратить боль, но не могло в одиночку справиться с этим. Часть сознания, что была с мальчиком, насильно вернулась обратно в главное сознание. Глаза стали красными, а по всему телу начали появляться такого же цвета линии. Боль становилась только сильней. Почувствовав, что лучше удалиться как можно дальше, я прошла сквозь все стены дома и улетела, всё ещё вопя … Из моих глаз потекли слёзы. Ладони закрывали уши. Я видел как сильно страдала эта женщина и параллельно в моём разуме вечно появлялась мысль: «Это может случиться и с нами. Против такого чудовища я никак не выстою» Взглянув на свою сестру, я понял. «Я… Я не смогу защитить её! Мы умрём, если продолжим жить так… Мне… Мне…» Каждое дальнейшее слово давалось мне с огромным трудом. Постоянно поглядывая на неё, мне пришлось принять правду, от чего я упал на колени. «Мне нужно сдать её другим людям, множеству людей, способных защитить и вырастить её… Но…» От этих мыслей было очень тяжело. В такие моменты меня бы обняла мать, только увидев меня, но её нет! Мои руки сами обвили моё тело. Стало немного спокойнее и мой разум пришёл в порядок. «Всё нормально… Я смогу найти какую-то работу в городе и жить вместе с сестрой… Обязательно» Оперевшись на копьё, я встал на ногу и подошёл к сестре. Крепко обняв её, я сказал: «Ты всегда будешь со мной. Никогда не отдалишься. Я сделаю тебя счастливой, как и хотела бы мама.» Заметив, что от моих объятий ей стало больно, я быстро отошёл назад. «Ты будешь со мной… Вечно» … Сквозь пургу я шёл к городу. Прижав свою сестру ближе к себе, я чувствовал теплоту её тела. В такую холодную погоду и бьющие в лицо заряды снежинок это было единственным, что согревало мой разум. «Нужно ускориться. После крика в тот дом наверняка придут полчища тварей… Никто не отберёт тебя у меня, сестрёнка…» Глаза были устремлены лишь на неё, а на губах красовалась уродливая улыбка. _____ Тааак, простите за столь долгий выход этой главы). Я просто не знал как подать материал, который я подготовил. Что должно послужить его целью, новые эмоции и так далее. А чувство радости, которое часто встречало меня, только подстёгивало откладывать выход главы. Так счастливо мне не было уже давно. Спасибо, что всё ещё читаете моё произведение и... ХОРОШО ВАМ ПРОВЕСТИ ВРЕМЯ! ---------- Том 1 Глава 7 Глава 7 Даже в этой куче одежды было трудно защититься от снега. Пальцы и лицо уже замёрзли, я их не чувствовал. Сестра была обмотана почти полностью. Лишь маленькая часть лица, что находилась снизу носа, была не покрыта, чтобы она могла дышать. …Город должен быть рядом. Холодный ветер согласованно с летающим в нём снегом дул на меня. Но я не могу сдаться. Если я умру здесь, сестре и мне конец… Я должен сделать это. … Наконец вдали я увидел город… Который осаждался целой ордой монстров. Но вскоре почти все монстры были убиты зарядами из пушек. «Скоро ты будешь в безопасности, сестрёнка» Улыбнулся я сестре и сразу почувствовал себя лучше. Увидев меня, медленного идущего к крепости, один из стражников подошёл к воротам и открыл их для меня. «Заходи скорее!» Я попытался начать бегать, но ноги подвели меня и я упал в снег. Попытавшись подняться, я не смог. Глаза уже закрывались. Я был слишком слаб из-за долгой дороги. «Чёрт!» Крикнул стражник и подбежал ко мне. Повесив мою руку на плечо и левой держа меня за туловище, он донёс меня до города. «Ха…Хаа…» Холод показался мне теплом и сильно клонил в сон. «Я заслужил отдых… Мама, мы добрались до города!..» Конечности расслабились и я упал на голый снег. «Мама… Я смог…». На секунду я закрыл глаза и уснул. … Я очутился в какой-то комнате. Посмотрев на своё туловище, я увидел, что сестры там нет! «Г-где она!?» Сердце начало быстро стучать и я вскрикнул эти слова. «Они забрали её! Но я не давал разрешения!» Увидев дверь, я сразу попытался выбить её. Но как бы я не бил, она не ломалась. «Чёрт, чёрт, чёрт! Неужели прийти сюда было ошибкой!?» Я снова лишился сил, от чего я медленно спускался вниз, держась руками за дверь» «Она была последней… Последним человеком, которого я знал. Последним, что у меня осталось!» Зарыдав, я понял. Я слабак. Ни на что не способный слабак. Да, убил я двух монстров, но того не убил… Того, кто лишил меня всего!» «ОТДАЙТЕ МНЕ СЕСТРУ!» Закричал я плаксивым голосом, ведь не хотел лишиться и сестры. «Айко, посмотри на меня» Сзади меня стояла обычной внешности женщина, но было одно отличие, которое отличало её от всех – это моя мать. «Мама!» Ноги сразу обрели силу и я прыгнул в её объятья. Я думал, что больше никогда не увижу её. Что остался совсем один, что даже сестра не будет рядом. Но вот она, стоит прямо передо мной! Из глаз сразу же потекли слёзы. Слёзы счастья. «Айко, тебе было тяжело, да? Поплачь, это поможет успокоиться» Я обнял её так крепко, как только мог. Мне не хотелось, чтобы она снова исчезла. Если бы мог, я бы навечно остался с ней. Мама присела и распрямила ноги, положив мою голову себе на грудь. «Не бойся, я не оставлю тебя…» На её тёплом и родном теле было так спокойно. Мне не нужно было переживать за безопасность. Рядом с мамой я чувствовал себя как тогда, ещё до её… Мои глаза закрылись и я снова погрузился в сон. … Я бежал вперёд. От моих движений растения покачивались из стороны в сторону. Солнце ярко сияло в свой последний раз, прежде чем спуститься вниз, лишив нас света. «Айше, подожди меня!» Крикнул я девочке, бегущей впереди. Она остановилась и повернулась ко мне, протянув руку. На её лице была прекрасная улыбка. Солнце окутало девочку и она начала растворяться. Я взял её за руку и услышал как она тихо сказала: «Прости… Тебе нужно понять всё самому. Иначе ничего не изменится.» Она растворилась, а на её месте появилось семечко. Не знаю почему, но мне вдруг стало так одиноко, как не было никогда. Вдруг раздался скрип от открывающейся двери, пробудивший меня ото сна. В холодном поту я лежал один на полу. Всё было очень размытым. Я протёр глаза, но ничего не изменилось. Человек произнёс какую-то речь, но я запомнил лишь ключевые слова: свет, нежить, защита, церковь, посвящение, благословение и сестра ---------- Том 1 Глава 8 Глава 8 Перед моими глазами был большой комок света. Мне было больно смотреть на него, поэтому я отвёл взгляд в сторону. Внутри здания было 4 колонны и ковёр, ведущий к алтарю, сзади которого был витраж. Как бы мне не хотелось увидеть очертания слишком светлой фигуры, возвышавшейся на алтаре, я не мог этого увидеть. Моё зрение стало слишком плохим. Мне было неуютно находиться с этим существом. Оно будто давило на меня Внезапно этот свет начал издавать звуки, успокаивающие мой разум. Казалось, что он начал входить в меня. Я почувствовал себя так, будто тёплая вода после холодного дня пронеслась по всему моему телу. Нежным голосом это существо, состоящее из света, произнесло успокаивая лишь тоном всех, кто мог это услышать: «Сердце этого юноши преисполнено желанием защитить сестру и уничтожить нежить за все его страдания. Он хорошо послужит вам. Как и вам, я даю ему своё благословение. Встань же, мальчик, я даю тебе возможность уничтожить нечисть…» Энергия вошла в меня и на некоторое время я увидел как жёлтые струи двигаются по моему телу. Они направились к глазам, делая их такими же, как были до прихода монстров. Снова посмотрев на это существо, я мелком увидел цветок с крыльями человекоподобной формы. По моим глазам покатились слёзы. «Мама!..» Я увидел как мама, которую я увидел совсем недавно, начинает в муках умирать. «Свет исцелит твои раны.» Сказало существо, сразу же как моя мама начала истязаться светлыми путами, продавливавшими ей плоть и разрывая кости. Я понял, именно она ответственна за то, что я уже второй раз теряю маму! «НЕТ! НЕТ! НЕТ! Прекрати это!» Я пытался наброситься на светлую сущность, но был прижат лицом к полу стоявшими рядом людьми. Мне хотелось наброситься на неё и прекратить мучения матери, хотелось чтобы она оставалась со мной. Я кусался, царапался, но ничего не помогало выбраться из их рук. «Пожалуйста… Прошу вас…» Даже мольба не давала никакого результата. Я снова оказался бессилен. Как и тогда, когда монстры растерзали мою мать. «…Я всё такой же. Никак не изменился, лишь стал чуточку сильнее и всё. А уже вообразил, что способен хоть на что-то! Я просто хочу спокойно и счастливо жить… Неужели это так много?..» Из моих глаз уже шли слёзы в три ручья. Реальность жестока. Она не даст лёгких путей и в любом случае заставит тебя страдать. Даже такое маленькое желание как счастливая жизнь нужно заработать тяжким трудом. И эту реальность создали другие разумные существа. Видя мои слёзы, сущность успокаивала: «Посмотри внимательнее внутрь себя. Что ты видишь? Мать, которая недавно пришла к тебе вовсе не родная и любимая тобой мама. Лишь демон, поселившийся в твоём мозгу, пытаясь отречь тебя от всего святого и встать на сторону нежити, которая и убила твою маму.» Существо показывало мне всё без обмана. Лишь суровая реальность. «Но… Но она тоже успокаивала меня! Я был счастлив рядом с ней.» Мне просто не хотелось верить, что мама, появившаяся рядом, была таким же монстром. Поэтому я пытался опровергнуть это, успокаивая себя этим. «В конечном итоге именно она бы привела тебя в ряды плети, которая уничтожает всех и губит все твои надежды.» Я… Мне просто уже не хотелось спорить. Не трогайте меня… Я хочу побыть один и тихо поплакать. Мне не хотелось всего этого, я просто хотел счастливо жить вместе с семьёй. Преодолевать вместе трудности, возникшие на пути, всегда находясь у спокойного семейного очага. _____ Порой я удивляюсь тому, что могу столько писать об одном событии. Хотя вон автор "Войны и мира" в этом особенно хорош). До него мне как до луны пешком ---------- Том 1 Глава 9 Глава 9 После сказанных слов сущность испарилась, а люди, прижимавшие меня к полу, немного отдалились. Видя, что существо, на которое я хотел наброситься исчезло, я потерял все свои силы и плюхнулся на пол. «Почему всё так сложилось? Почему я начал постоянно чувствовать себя ужасно?.. Неужели счастье так сложно получить?» Недавно удерживавший меня мужчина подошёл и присел близко со мной. Видя меня в таком состоянии, он захотел облегчить мою боль: «Твоя… Твоя сестра находится рядом. Давай руку, я провожу тебя к ней» Мои заплаканные глаза сразу полностью открылись. И всё же… У меня всё ещё оставалась та, кем я дорожу. Моя единственная семья. …Мамы больше нет. Это точно. Хоть я уже и говорил это себе, но принял это только сейчас. Та сущность спасла меня. Если бы я продолжил встречаться с демоном, перевоплотившимся в маму, то рано или поздно присоединился бы к монстрам. А сестра… Я не хочу чтобы она превращалась. Не хочу чтобы она тоже испытывал мои страдания. Но пока она рядом со мной, с ней может что-то случиться. Ведь я слаб. Не смогу защитить её. И ей… Нужны друзья и обучение. Поэтому… Поэтому… Слёзы начали течь ещё сильнее. …Мне нужно отпустить её. Я не допущу того, чтобы она видела монстров, а уж тем более дралась с ними. Хочу, чтобы она жила так, будто всего этого апокалипсиса и не было. А для этого нужно уничтожить их! Я схватился за протянутую руку мужчины. «Она говорила, что я хорошо послужу вам. Судя по наряду, похожему на рыцарское одеяние, вы кто-то вроде рыцарей. А значит боретесь с этими монстрами… Я желаю их смерти.» Приподнимаясь говорил я мужчине. «Альва рекомендовала нам тебя. Мы обязательно возьмём тебя в наши ряды» «Я уничтожу столько монстров, сколько смогу… Пожалуйста, отведите меня к сестре…» Коридоры казались мне ужасно длинными. В надежде на положительный ответ я спросил у мужчины: «Я ведь… Смогу видеться с сестрой?..» «Да. Пока что.» «Пока что?» «Хоть сейчас времена у нас плачевные. Но в будущем мы обязательно выберемся отсюда и прогоним нежить из наших земель.» Он говорил это с такой решимостью, что многие бы тут же поверили ему. «Если это только в будущем, то значит я могу быть с сестрой!» Я думал, что уже сейчас мне придётся расстаться с ней, чтобы ей же было лучше. Но осознание того, что ещё есть время, успокаивает меня. Мужчина остановился у двери и поднёс руку к ручке. Открывая дверь, он произнёс: «Хорошо проведи время, новичок. Но не забывай о том, что теперь ты встал в наши ряды. Мы обязательно пробьёмся до самого сердца нежити и уничтожим его. Только так мы сможем снова обрести спокойную жизнь. Только так ты сможешь дать сестре спокойную и беззаботную жизнь.» «Да. Я стану хорошим рыцарем.» На мой ответ мужчина ухмыльнулся и поправил меня ободряющим голосом: «Ты не станешь не просто рыцарем. Ты станешь паладином!» _______ Если хотите поблагодарить материально, то вот номер моей карты: 5469 4200 1894 0315. Может быть за месяц или несколько я даже смогу купить за пожертвования дошик XD ---------- Том 1 Глава 10 Глава 10 После этих слов мужчина остановил свой шаг у двери. Открывая её, он, увидев замешательство на моём лице, сказал: «Скоро ты всё сам увидишь. Что важнее, твоя сестра прямо перед тобой.» Ярко светящее солнце, которого не хватало в это холодное время, украшало всё в комнате своими прекрасными лучами. Освещая и раскрывая во всей красе невинного и ничем незамутнённого маленького ребёнка, сладко спящего на мягкой кровати. «Именно такую беззаботную её я и хочу защитить. Это то, ради чего я стараюсь.» Я прошёл к кроватке. Двери тихо закрылась. Дойдя, я взял сестрёнку за её маленькие пальчики. Она слабо сжала мой палец. Эта ситуация напомнила мне о тех временах, которые были всего месяц назад. Тогда я был в уютной и спокойной атмосфере. Теперь же я постоянно напряжён. Монстр вылезти откуда угодно… Да… Поэтому я и хочу защитить тебя. Не ради того, чего хотела бы мама, а ради того, чего хотел бы я сам. Ведь ты – единственное, что даёт мне спокойствие. Приобняв её, я лёг на маленькую постель и прижал её к себе. «Я обязательно защищу её. Сделаю её такой, чтобы она постоянно была милым и беззаботным ребёнком» Так я и уснул. … «Айше… Где же ты?..» Я судорожно поворачивался в разные стороны. Но не мог ничего разглядеть через эту темь. В моём направлении послышались шаги, сопровождаемые склизкими звуками. Шаг, ещё шаг. Каждая новая поступь появлялась немного быстрее предыдущей. Повсюду начали раздаваться шорохи. Шелест травы, смешанный с непонятными звуками, казавшимися шёпотом, вбился мне в голову. Мне хотелось отступить от всего этого, но было некуда. Шаги были уже на очень близком расстоянии. К звукам добавилось рычание и вдруг множество маленьких шажков послышались во всех направлениях. Когда существо сделало ещё 5 шагов, повсюду раздался детский плач. Моё тело стало дрожать. Я потянулся к копью, которое должно было быть рядом со мной, но ничего не было. Шаг, ещё шаг. Я начал видеть силуэт существа. Он был по меньшей мере высотой 2 метра и невероятно мускулист. Однако на теле виделись странные наросты. Оно сделало ещё шаг. Эти наросты оказались лицами, пришитыми к телу, а само существо было сделан из множества кусочков плоти. …Когда он был всего в метре от меня, всё застыло. Плач, рычание, шорохи и голос. Они все замерли. Я оказался в полной тьме и полной тиши перед этим монстром. Сделав последний шаг, существо подняло руки. Я не мог ему сопротивляться, он был слишком велик, а у меня не было даже оружия. Внезапно оно обвило меня руками. Я почувствовал холод и тепло. Они казались мне очень близкими. Почувствовав как наши сердца бились в унисон, а существо хотело лишь обнять меня, я поднял голову. На лице существа была тёплая, но страдальческая улыбка. Я задрожал так, как никогда. Даже когда мою мать убивали на моих глазах мне не было так страшно. Но почему?.. Почему я так сильно дрожу?.. Из моих глаз полились слёзы. Я не понимал происходящего. Однако самым главным было то… Что лицо на нём было моим. ---------- Том 1 Глава 11 Глава 11 Я вскочил, проснувшись в холодном поту. «Что это было?..» В последнее время мне всё чаще стали сниться странные сны. Казалось, они пытались донести до меня что-то, но я не понимал их. Посмотрев на свою сестру, я увидел, что она всё так же спит. Глаза стали бегать по всей комнате, пытаясь найти копьё. После встречи с ним я хотел удостовериться, что оно со мной. Оглядев комнату, я так и не нашёл его. Вдруг я почувствовал как кровать, бывшая совсем недавно мягкой, стала твёрдой. Я привстал и увидел, что копьё ушло под меня, когда я вскочил с кровати, но всё ещё лежал на ней ногами и держался 1 рукой за кровать, чтобы не упасть, оно покатилось в углубление, сделанное из-за тяжести руки и ног. На моём лице появилась улыбка. «В тот миг я почувствовал себя так хорошо, что и забыл про то, куда я положил копьё» … «Я защищу это спокойствие, что она даёт мне» Посмотрев на миниатюрный стол, я увидел записку, говорящую: «Как будешь готов начать, просто пройди по тому же пути, по которому я привёл тебя вчера. Я буду в том же месте» Открыв дверь, я пошёл обратно в это место. То место, в котором мне встретилось существо, которое… Которое было право. Мне нужно сконцентрироваться на убийстве как можно большего числа монстров… Ведь так я смогу защитить мировоззрение сестры. Я не хочу, чтобы она каждый день жила в страхе перед монстрами, зная, что в любой момент они могут прорваться и разорвать всех дорогих ей людей на части, а она может увидеть это всё своими глазами. Поэтому, хоть и иллюзия, но я хочу, чтобы она чувствовала себя защищённой. А ради этого я должен постараться! И вот. Я уже прошёл полпути. В начале из окон не было видно яркого солнца, но теперь, взойдя, оно освещало мне дорогу впереди. Каждый шаг эхом раздавался в пустом коридоре. Почему же оно такое безжизненное? Я чётко видел как на улице морозились люди, скорее всего, беженцы, как я. А здесь так много места, чтобы люди могли переждать здесь холода и отдохнуть от работы. Спрошу об этом у того человека. Когда я был уже совсем рядом с дверью, немолодой, но и не старый мужчина открыл её. Тогда я был в большом в унынии. Конечно, мама, которая недавно явилась ко мне, оказалась монстром, которые и убили её. «А вот и ты. Пройдём к тренирующимся. Я кратко всё объясню тебе.» На лице мужчины была строгая улыбка. Кажется, что тренировки будут хорошими, но изматывающими. Впрочем, именно этого я и хотел. «Как… Как ты узнал, что я вот-вот приду? Ты мог быть совсем рядом у двери и так услышать, но сомневаюсь, что это действительно так.» «Опыт. Мой слух довольно хорошо развит. Враги могут тихо идти в нападение или же яростно бежать на тебя. Если ты не услышишь это до его внезапной атаки, то попросту умрёшь, не сделав врагу и единой раны. А то, что ты защищал, могут уничтожить или забрать, затем мучая их.» Когда он сказал это, я сразу подумал. Если я нападу на врага быстро или пока он расслаблен, то шансы на победу заметно возрастут. «Фыы… Феревыв фвё…» В голове тихо раздавался слабый голос монстра, пытавшегося обратить меня в такое же ужасное чудовище. Но ему не удастся сделать этого. Всего после одной встречи с той светлой сущностью он стал так слаб! А затем он и вовсе окажется без сил и сгинет. Ну как тут не улыбаться? Я всего недавно присоединился к паладинам, а уже столько хороших новостей. Крыша над головой, еда, охрана сестры, а также… Скорая смерть чудовища, засевшего в моей голове. Я не улыбался так уже очень давно… Это была искренняя улыбка, наполненная верой в светлое и прекрасное будущее! Солнце так приятно светит на меня… Увидев улыбку на моём лице, мужчина тоже заулыбался. Ему было приятно видеть, что мальчик, который рыдал вчера, сегодня уже сладко улыбается. «Служа свету, мы обретаем счастье и покой.» Тихо сказал мужчина, но я всё-равно ясно слышал его. Ведь мой слух… Что?.. Почему у меня всё так же хороший слух?.. Я обрёл его тогда, когда монстр во мне в расцвете сил, но ведь сейчас он уже полумёртв. Также я не услышал шагов мужчины, когда он должен был подходить к двери, услышав мои шаги. Однако этого не произошло, несмотря на мой прекрасный слух. Либо он крайне тихо перемещается, либо он ждал меня за дверью… Но… Как он узнал, что я скоро приду к нему?.. _____ Добрый день иль вечер, господа ---------- Том 1 Глава 12 Глава 12 Я решил прямо спросить его об этом: «Как… Тогда, когда я был совсем рядом с дверью, ты ждал меня прямо за ней. Каким образом ты понял, что я был совсем близко к двери?» В ответ он направил на меня свой удивлённый взгляд, а после восхищённо улыбнулся. «Я – паладин. Мы можем чувствовать других благословлённых Альвой людей. Ах, точно, Альва – это великое создание из света, которое изгнало монстра, гнусно притворявшегося твоей матерью, из тебя.» Но… Мне не хотелось верить ему. Что-то во мне говорило мне, что он врёт. Заметив сомнения во мне, он добавил: «Подумай, если бы я был плохо на тебя настроен, то не выдал бы себя так просто, поджидая тебя за дверью, чтобы ты начал сторониться меня.» Да, звучит вполне логично… Должно быть, это просто сомнения из-за ничего. «Прости за это…» Мне было действительно жаль. Из-за моих подозрений я мог испортить ему настроение, а ведь я был так любезно принят в паладины. Так ещё и они заботятся о нашем жилье, еде… Моя голова опустилась немного вниз, из-за чего я видел освещаемые лучами каменную плитку. «Не бери близко к сердцу. Это нормально, что ты так сомнителен насчёт меня, ведь мы даже дня не знакомы.» Он положил руку на мой подбородок и поднял голову так, как её держат счастливые люди. Они смотрят вперёд, видя хорошие вещи. А даже если им встречается что-то плохое, они всё-равно с улыбкой воспринимают это и продолжают счастливо жить. «Главное, чтобы ты усвоил из этого урок.» Может быть он именно из этих людей. Старческое лицо, счастливо улыбающееся мне, казалось, вызывало во мне теплоту. «А теперь, давай пойдём к учителю.» Следуя за ним и видя его спину, я увидел шрамы на непокрытых тканью частях тела. Я снова опустил голову и немного поник. Он точно пережил множество ужасных битв, прежде чем начать так добро ко всему относиться. Он действительно ценит каждую минуту и старается прожить жизнь счастливо. Но ради этой доброй и излучающей тепло улыбки он, должно быть, через многое прошёл. Из-за этих мыслей я немного отстал от него. Он это почувствовал и повернулся. «Скоро ты сможешь стать настоящим паладином.» Мускулистое тело, на которое падали светлые волосы, от излучающего тепло солнца делало его пряди светлее. Всего несколькими предложениями он смог воодушевить меня. Хотя бы ради того, чтобы показать ему, что принятия меня в паладины не напрасная трата ресурсов, я хотел стать сильным. И… Если возможно, стать таким сильным, что смогу защитить и обеспечить сестру хорошей жизнью даже один. «Иду!» Крикнул я и, вдохновлённый, побежал к нему. ... Глаза девочки, что совсем недавно закрылись, снова открылись. «Совсем недавно ты спокойно жила с братом, матерью и отцом, что всегда приходил с какой-то вкусной добычей, от чего все радовались. Видя их счастье, тебе, казалось, передавалось их счастье. Но пришли какие-то плохие существа и разрушили всё.» «Мёрзла, хотела сказать хоть что-то, даже простое «агу». Но не могла. «Добрая» сторона не давала тебе сделать этого. Она не дала тебе даже попытку рассказать о своём негодовании насчёт ситуации своему брату. Поэтому тебе становилось от этого всё хуже и хуже. Казалось, ты отрешена от мира и осталась совсем одна. Так ответь же, «добро» доброе ли?» Сказала тёмная девушка, которая выглядела как мама маленькой девочки, но от неё ощущалась совершенно другая аура. Напротив неё сидела девочка. Она была вовсе не младенцем, как в реальном мире, а уже 3-х летним ребёнком, способным мыслить. Однако она не решилась что-либо ответить на такой сложный вопрос. В ответ на это девушка лишь улыбнулась и подошла к девочке. «В конце концов, ты ещё ребёнок. Так что давай пока побудем вместе, как мать и её ребёнок, хорошо? Из совершенно тёмной части лица женщины, где не было даже частицы света, вырвалась совершенно тёмная капля, упав на пол. Место, откуда появилась капля, стало белым. Но место куда упала капля, стала тёмной. Матерь взяла дочку на руки начала поглаживать её, немного покачивая руки из стороны в сторону. «Ты будешь со мной, даже когда станешь ещё больше. Я не покину тебя и не закрою тебе рот.» Такими были последние слова женщины, перед тем как маленький мир, в котором девочка находилась, пропал. Нет, он не пропал, а всего лишь исчез на время. Её встретили яркие солнечные лучи, освещающие лицо, но раздражающие глаза. Так, с тоской в сердце, она просыпалась каждый раз после рокового дня, но теперь ей было хотя-бы тепло. ---------- Том 1 Глава 13 Глава 13 Маленький жёлтенький огонёк появился в моих полузакрытых сведённых ладонях. Но он совсем не обжигал, даже лечил царапины. Держа его в своих ладонях, появлялось чувство умиротворения. Кажется, оно влияет и на разум. Староватый мужчина положил свою руку на моё плечо. И я вспомнил, что совсем забыл спросить его имя! «Как вас зовут?» посмотрел я на него со всё ещё удивлённым от этого огонька взглядом. «Вас? Давай пропустим формальности. Они создают между нами стену. Просто зови меня на «ты». Меня зовут Мирослав, а как же тебя?» Скрестив руги, направил на меня он свой добрый взгляд. «Айко.» Небрежно ответил я ему. «Не отвлекайся от своего дела на таких разговорах, посмотри в свои ладони. Огонь в них потух.» Да… Светлый огонёк в них действительно потух. Я снова начал создавать его, подпитывая всем добрым и праведным, чем могу вспомнить. Теплота близких, спокойные дни у костра на восходе солнца, та девочка, которую я звал Айшей. Она давала мне спокойствие, но вместе с этим и печаль. Жива ли она вобще? Может быть монстры убили и её… Огонёк, появившийся от моих эмоций, стал немного темнее, но всё ещё ярко светил. Эти чудовища отняли у меня почти всё, оставив лишь сестру… И такое может твориться повсюду. В каждой части планеты может быть семья, к которым врывается монстр, беспощадно терзая каждого из них. А некоторые даже могут издеваться над своей жертвой… Мои руки начали трястись, а дыхание стало неровным. Зрачки постоянно двигались во все стороны, вспоминая все те страдания, что я перенёс. Как мне нужно было следить за многим, бросая взгляды во все стороны. Им мало того, что они лишают нас всего!? Светлый огонёк, обрамленный золотым свечениям, символизирующий спокойствие и счастье, начал постепенно становиться всё темнее и темнее, пока не стал серым, остановив своё изменение. Но кто же виноват в моей же слабости? Я. Если бы тогда я был чуточку сильнее, более подготовлен, то мама с папой бы не умерли… Если бы там был я, который здесь, я бы мог спасти их… Сцены тварей, разрывающих плоть моей мамы на куски, а затем съедали её, появилась в моём сознании. А рядом с ней, дрожа, я сидел в куче шерсти, беспомощно наблюдая за смертью мамы… Я снова начинал терять силы, мне хотелось упасть и заплакать от горьких воспоминаний, но я не мог. Мне нужно стать сильнее, чтобы такого больше не повторилось, а сестра была счастлива. Родители не погибли зря. Но… Если я ничего не буду делать, то какой толк был в их защите нас? Они не умерли просто так! И я сделаю так, чтобы шанс, что они дали нам с сестрой, не был потрачен впустую! Ноги твёрдо вдавились в землю, а глаза были полны решимости. Я должен был это сделать. Должен стать как можно сильнее! И под таким сильным желанием огонь начинал стремительно разгораться всё сильнее и сильнее, пока не стал неконтролируемо большим. Мирослав уже начал подбегать ко мне, протягивая вперёд руки. В глазах начинало темнеть. Я уже не чувствовал никаких эмоций от такой нагрузки. Вся моя решимость пропала… С последними остатками сил я приуныл: «Неужели моя решимость так мало стоит?..» Тело больше не могло справляться с этим, поэтому я упал на подхватившие меня в последний момент надёжные руки хорошего человека, потеряв сознание. Глаза снова стали открываться и передо мной уже было совершенно другое место. Впереди море, конца которому не видать. Волны умеренно били о скалу, а птицы мирно пили. Всё это медленно, но верно вылечивало мой опустошённый после тренировки разум. Неужели всего десять минут оказались для меня такими тяжёлыми… Солнце уже опускалось за горизонт, но всё ещё светило в глаза. Мои глаза чувствовали приятный комфорт из-за опускающегося солнца, окрашивающего небо в красные, жёлтые и оранжевые тона. Это было так спокойно и умиротворённо, что я… Не мог расслабиться. Всё слишком хорошо. «Это сон.» Внезапно дошло до меня, хотевшего уснуть во сне. ---------- Том 1 Глава 14 Глава 14 «Мелкий негодник…» Из соснового леса, находившегося недалеко от края скалы, у которой лежал я, вышел высокий мужчина. «Что надоумело тебя прийти на могилу этой ведьмы!?» Яростный крик мужчины был ясно слышен, хоть он и находился в тридцати шагах от меня. «У неё светлые волосы и куча родинок! Она могла убить множество людей. Но ты… Ты всё-равно пытался защитить её. Знаешь, твоя семья очень переживала за тебя!..» На его глазах начали появляться слёзы, а крик скорее не был яростным, а жалобным. И вот, совсем немного и он дошёл бы до меня. Однако вместо этого его тело начало шататься. В глазах стало ещё больше слёз. От него было никаких криков, лишь звуки рыдания. Не в силах больше стоять на земле, он упал на землю. «Неужели она так важна тебе...» Голос был совсем тихим, полным всхлипываниями между словами. Большой и здоровый мужчина сейчас в таком жалком состоянии из-за меня. От этого как-то… Неуютно. Пусть я не знаю его, пусть я и ничего не понимаю, но видя человека в таком плачевном состоянии, мне хочется помочь ему. …Наверное, это из-за того, что я и сам прекрасно знаю горечь потери дорогого человека. И мне не хочется, чтобы кто-то тоже так страдал. А раз он так расплакался после слов, что семья переживает за меня, значит здесь он – моя семья. «Да, она дорога мне. Но поверь, семья тоже очень важна для меня. Я не брошу вас ради кого-то. Вы подарили мне столько радости. Как я могу оставить вас, уйдя с кем-то, если с вами мне так хорошо?» Даже если это сон, мне хочется видеть радость на его лице. Мужчина поднял закрытую ладонями голову. Его лицо было красным, как и глаза после стольких слёз. Физиономия, что совсем недавно была страдальческой, сейчас полна надежды. От этого и у меня на лице появилась тёплая улыбка. «Даже… Если мы убили её?..» Вспомнив что-то важное он добавил: «Айшу?» На миг время, казалось, застыло. Улыбка и всё связанное с этим исчезло, дав место удивлению и негодованию. Взгляд направился к обрыву, месту смерти «ведьмы» .Та самая девочка, которая была такой радостной, но одновременно с этим она, казалось, скрывала печаль. Мне вспомнился недавний сон, в котором существо обнимало меня, а твари, окружавшие нас, хотели убить меня. Теперь, вспоминая об этом, части моего тела были совсем другими. Отличными от маленького мальчика. Скорее девочка. Если… Если она была ведьмой, то вполне могла дать мне эти воспоминания. А то, что лицо на этом существе было моим, приобретает понятное объяснение. А тогда… Те ужасные твари… Это были люди?.. Так она видела нас? И… Раз чувствовала такой страх ко мне… Неужели она думала, что я стану таким же ужасным, как эти люди, пытающиеся растерзать её? Чувство одиночества. Когда тебе кажется, что ты остался совсем один и никто не поможет тебе, не принесёт тебе удовольствие. Так мир и может стать одиночным адом. …Если быть честным, то и я чувствовал это, когда лишился всего. Лишь сестра осталась со мной, но была слишком маленькой. Однако она была хоть какой-то поддержкой мне. Благодаря ей я не впал в такое отчаянье, какое испытала Айше. А они, убив её, испытали лёгкость, что «ведьма» никого не убьёт. … …Правильно ли жертвовать чужим счастьем ради своего? От такого мне становится гадко. Мне неприятно, что есть люди, готовые убить кого-то ради своего блага. И он именно такой… Сколько ещё жертв может появиться от таких людей!? Сколько ещё людей они убьют из-за таких маленьких отличий как родинки или светлые волосы!? Им так сложно просто наслаждаться жизнью!? Это мой сон. Я могу здесь всё. Поэтому сегодня я избавлюсь от такого ужасного человека, недостойного жизни! Я приобрёл облик из реального мира. Пусть моё тело и моложе, но сильнее его! Мой взгляд, заполненный презрением упал на этого мужчину. Он всё ещё хочет прощения за свой ужасный поступок. Я опустил к нему руку и крепко вжался в его горло. «Скажи, каково же было убить человека из-за таких маленьких различий между вами? Она, должно быть, умоляла вас не убивать её, кричала от боли, когда острия оружий входили в её тело. Она чувствовала каждый сантиметр раны, полученной от вас. Но вы всё-равно убили её.» Говоря это, я становился всё злее и злее, укрепляя свой хват на его шее. Всё тело мужчины тряслось, пытаясь высвободиться из этого плена. Глаза поднимались всё выше и выше, а из открытого рта доносились неприятные звуки, ознаменующие возможную смерть мужчины. От этой картины мне становилось жаль его. Всё-таки… Убивать человека за то, что он убил другого, слишком трудно эмоционально. Злости уже совсем не было. Поэтому я перестал сжимать его шею. «Ты хотя-бы сожалеешь о содеянном?» Мне хотелось услышать раскаяние в его словах и спокойно дать ему жить. «Д-да! Я не должен был убивать её, ведь она дорога тебе, да?» Он уже не видел во мне родственника, лишь убийцу. И неверно понял меня… Мне хотелось услышать от него раскаяние, чтобы у меня был достойный для себя повод не убивать его, но услышал только это… Мне не хочется убивать его, но и отпускать так просто не хочу. Поэтому… На моём лице появилась безумная улыбка. «Ты должен испытать хотя-бы половину той боли, что испытала Айше!» … У мужчины не было никаких ран, кроме оторванной кисти. Но… На самом деле я тренировался на нём в магии, которую недавно выучил. Каждая частичка его тела была хотя-бы раз проткнута насквозь. Я восстанавливал его, затем снова мучал. Конечно, лечение было не без изъянов. Некоторые кости в руке, которые сломались из-за меня, срослись неправильно. Так я и делал по кругу, пока он не лишился сознания. А кисть я оторвал, чтобы он запомнил свой грех навсегда. Видя его таким, мне становится немного жалко мужчину, но он должен был отплатить за смерть Айше. И всё-таки я был счастлив. Мне было радостно от того, что я мог наказывать таких ублюдков благодаря Альве. Она дала мне возможность свершить правосудие, используя силу света для кары! ... Глава получилась в 1.5 раза больше, чем обычно. Надеюсь это не плохо И кстати, как вам глава? Как вы относитесь теперь к главному герою? ---------- Том 1 Глава 15 Глава 15 Я уставился на ярко светящее солнце с недоумением на лице. Неужели я такой жестокий? Вспоминая всё, что я делал во сне, мне кажется это слишком жутким и жестоким… Даже вспоминать это противно, а ведь во сне я так сильно мучал его… Даже если он один убил Айшу, я слишком сильно мучил его. Но ведь там были десятки людей, хотевшие убить её. А он, скорее всего, не нанёс и пяти ран… Но… Это не отменяет того факта, что он участвовал в её убийстве. Совсем как те твари, что не дали мне спокойно жить! Они разорвали и поглотили всю семью, кроме сестры. Внезапно раздался стук в дверь. А после второго удара человек зашёл в мою спальню. Увидев как я крепко держу одеяло, а лицо искажено от ярости, он тут же сказал: «Если тебе тяжело, ты можешь сказать мне. Я выслушаю тебя и, если смогу, помогу. Но поверь, тебе полегчает в любом случае» Рядом со мной стоял Мирослав. От него исходила аура спокойствия, воздействующая и на меня. Его личность приятно влияла на меня. Темп разговора, его слова, голос и отношение ко мне, всё это успокаивало меня. Поэтому я спросил его о вопросе, что появился совсем недавно. «Монстры убивают нас ради еды и выживания, а люди убивают друг друга из-за того, что они отличаются. Один человек с другим мировоззрением готов убить другого, если он не соответствует «добру» в его мировидении. Разве сейчас происходит не то же самое?» Всё это я сказал с опущенной головой, ведь и я такой же… Убил человека из-за того, что он участвовал в убийстве другого… Но… Он был действительно виноват! Убить такого маленького ребёнка… Из-за чего? Из-за простого цвета волос! Может она просто хотела мирно и счастливо жить, совсем как я… «Айко, а важно ли это? Ведь они беспощадно убивают всё дорогое нам. Могут убить и нас. А если убьют тебя, то твоя сестра останется совсем одна. Поэтому не стоит щадить или пытаться найти с ними общий язык. Иначе в пылу сражения ты можешь отвлечься на это, что приведёт тебя лишь к смерти.» Его слова эхом откликнулись во мне. Если сестра всё же останется одна, то она будет страдать от этого. Кто будет её защищать, кто будет ей помогать, кто будет ей братом, если я умру. Никто. А маленькую девочку могут заставлять страдать, ведь она не сможет дать отпор. Я кинул на неё грустный взгляд. Рядом с правым глазом, чуть ниже начала бровей, была маленькая родинка. Даже её может хватить, чтобы над ней издевались… Или даже убили из-за подозрений, что она ведьма. А потому я должен сосредоточиться на грядущих битвах, не замутняя свой ум. «Да, ты прав…» Тихо и неуверенно ответил я ему, ведь всё-таки мне казалось это неправильным. Но и думание об этом на битве может заставить меня умереть. «А теперь пойдём тренироваться. Недавно зазвучал колокол, а значит нежить снова напала на стены. Отловим несколько и будешь практиковаться на них. И ты, наконец, увидишь своих товарищей!» Битва… Да, это хорошая возможность отвлечься от всего этого. После того, как я подумал об этом, несколько слёз вышли из моих глаз. Эти мысли терзают меня. Справедливость, человечность… То, что я противоречу сам себе вызывает у меня нерадостное чувство. Что я такой же человек, которого совсем недавно мучил во сне. Мне не хотелось, чтобы он видел мои слёзы. Я не хочу, чтобы он видел какой я слабый. Эта горечь не покинула меня. Пусть я и стал физически сильнее, но эмоционально я такой же слабак, терзающийся такими неважными вопросами, которые могут загнать меня в мой последний угол. Но он всё-равно увидел их, хоть я и отвернул голову от него. «Это нормально, что эти вопросы всё ещё грызут тебя, как крысы, отравляя. А эта отрава… Покажет себя в самый важный момент. Или же будет медленно сводить тебя с ума, заставляя губить самого себя. Но помни, не держи это в себе. Не скрывай ту боль, что мучает тебя. Расскажи об этом хоть кому-нибудь. Поделись с другим человеком и ты обязательно справишься. Поэтому говори мне о всех своих проблемах. Знай, я поддержу тебя.» ... С Новым Годом, дорогие читатели! И всех новоприбывших с прошедшим) ---------- Том 1 Глава 16 Глава 16 После таких слов я уже не чувствовал такой горечи. Поэтому сразу воодушевлённо и мягко сказал ему, беря копьё: «Да, я хочу стать сильнее». Но почему-то беспокойство всё ещё сидело во мне, отказываясь уходить, несмотря на речь Мирослава. Колокол непрерывно звучал, а помимо него не было никаких звуков. Лишь он громко звенел, от чего у меня была лёгкая дрожь. И после того, сколько он сделал для меня, я полностью доверяю Мирославу, поэтому попросил его: давай доберёмся туда быстрее… У меня плохое предчувствие.» Сердце медленно стучало, но так сильно, что я слышал его. «Да… Нам лучше поторопиться.» На его лице были несколько капель пота, даже аура, исходящая от него, немного изменилась. Теперь она не давала того спокойствия, а только делала меня неувереннее из-за недавно испытанной спокойствия с ним. Наши шаги быстро ускорились, переходя в бег. Мы бежали так быстро, словно от этого зависела наша жизнь. Беспокойство уже разрослось по нам. И мы не сопротивлялись ему. Чем были к выхожу, тем громче становились тревожные звуки. Мы дошли до двери, Мирослав двумя руками распахнул её. ... Солнце смотрело в спину, выходя из горизонта, окрашивая всё небо в багровый свет. Он был бы прекрасен в любой другой день, но не сегодня. Около входа, находившегося в пяти дюжинах от нас, были разбросаны безжизненные тела людей. Нежить быстро переходила от одной жертвы к другой, убивая всех на своём пути. Даже рыцари не могли долго противиться их напору. Монстров слишком много. Тихие из-за расстояния крики, не хотящих умирать от этих тварей, доходили до нас. Всё моё тело дрожало, эта сцена была ужасной. Снег окрасился в красный от крови цвет. А на каждом человеке было, по меньшей мере, десяток ран. На каждой конечности, кроме головы, были глубокие раны. Их тела так и застыли в ужасе. Казалось, что они вечно будут чувствовать ужасные муки перед смертью. «Скорее!» Мирослав крепко сжал мою руку. Он побежал к спасающимся от толп нежити людей, всё ещё крепко держа мою руку. Ему хотелось спасти их, даже ценой своей жизни. «Стой, отпусти меня, там всё ещё моя сестра!» Свободной рукой я показал ему в сторону монастыря. Моё тело дрожало от страха. Мне было страшно, что они убьют меня, но ещё страшнее, что я могу лишиться сестры, которая осталась последней частью моей семьи, напоминавшей о тех счастливых днях. «Я пошлю кого-нибудь за твоей сестрой. Нам нужно спасти как можно больше людей. Чем дольше мы сможем выстоять против них, тем больше времени у твоей сестры на спасение.» В такое время он всё ещё пытался сохранять спокойствие, присущее ему, но было видно. Он не справляется, тоже боясь этой орды тварей. «Но, если я умру, она останется одна!» Внезапно он отпустил мою руку, взяв двумя руками свой меч. Мирослав поднял его ввысь, достав до шеи упыря, прыгнувшего на него. Движением вниз он сделал ему длинную рану, растянувшуюся до самого таза. Однако на этом упырь не сдавался, снова бросаясь в бой. Меч заискрился золотым свечением. На этот раз, коснувшись им кожи монстра, рана начала булькать. После этого он уже не мог снова подняться на ноги. Всё больше и больше монстров подходило к нам. Я посмотрел в сторону монастыря, а затем обратно на мужчину. Мне хотелось вернуться к своей сестре, но я не мог оставить Мирослава. Он многое сделал для меня. И сейчас я понял. То спокойствие, то счастье, которое было до всего этого, снова появилось, благодаря этому высокому мужчине. Чёрт… Ненавижу противоречия! Какой бы вариант я не выбрал, меня будут терзать муки совести. Поэтому остаётся выбрать тот, что с более высоким шансом спасения. «Иди… Помоги тем людям и…» Ещё одно чудовище напало, но уже на меня. И подобно Мирославу, остриё моего всё ещё деревянного копья окрасилось в золотистый. Я попал ему в живот. Оно истерично закричало, впадая в ещё большее отчаяние, однако не погибло. Да, я слабее его, но сильнее прошлого себя! От ещё нескольких ударов по нему он уже не мог подняться. «Пожалуйста, спаси мою сестру!..» Слова наполнены отчаяньем и надеждой. Такие противоречивые, но родные мне чувства. На это мужчина начал направляться в сторону людей, которых защищали обученные люди, но и они, скорее всего, умрут. Он что-то сказал одному из них, поэтому рыцарь начал приближаться ко мне. Нет, не ко мне, к моей сестре. Когда он пробегал мимо меня, но всё ещё оборачивался, я крикнул ему вслед: «Быстрее, я задержу их. Только спаси мою сестру!» Пожалуйста, прошу, пусть с ней всё будет хорошо… Один из них задел меня. Я отпрыгнул в сторону и проткнул его шею. Но уже другой монстр начал биться со мной. Пожалуйста… Снова и снова. Монстры налетали на меня один за другим, оставляя на моём теле всё больше шрамов. Умоляю… Я снова направил копьё вперёд, но не смог проткнуть кожу монстра. Это был двухметровый монстр, злорадно засмеявшийся при виде меня. Живи… Своими острыми когтями оно сделало длинную рану на моей груди, после чего направило свой удар в голову, что был с неё же размером. Сестра… Я вспомнил. Это был тот самый монстр, который привиделся мне, когда я был ещё в чужой деревне, увидев воспоминания той несчастной девушки. Хаха… Видимо пришло и моё время. Мама, папа, простите меня, я не смог остаться с сестрой. И ты тоже прости меня, сестрёнка, твой братик не сможет защищать и радовать тебя… Моё тело тяжело упало в твёрдый снег. Слишком много дел у меня осталось. Но всё-таки я даже немного доволен. Тогда, когда монстры убили почти всю мою семью, я ничего не смог сделать. Но теперь хотя-бы моя сестра будет жива. Но… Всё-таки мне так грустно, что я больше никогда не увижу сестру и ничего не смогу сделать. По снегу прошлось множество ног, но большинство из них больше никогда не оставит своего следа. И… Возможно, что в их число войду и я… ---------- Том 1 Глава 17 Глава 17 Вокруг меня была трава и синее небо. Повсюду были цветы, кустарники и многое другое, но не было деревьев. Это было летнее поле. Я почувствовал, что кто-то стоит сзади меня, поэтому повернулся. Это была моя копия, сидевшая в позе лотоса, у которой было лишь одно отличие. Вся кожа, одежда, даже глаза были тёмными. «Присядь.» Не открывая своих глаз, сказала копия. И голос тоже был моим Именно в таких цветах был монстр, который забрался в меня, пытаясь подчинить моё тело, как мне сказали. «Как ты остался жив? Я думал Альва уничтожила тебя.» Копия никак не отреагировала на это. После секундного молчания со спокойным голосом она ответила: «Скажи, меняется ли человек? Способен ли он измениться? И если да, то как?» Я не ожидал, что он задаст вопрос, а уж тем более такой. Но я всё-таки вырос с того момента, как остался один с сестрой, поэтому я ответил ему, что да, может, при некоторых событиях. На это он улыбнулся и наконец открыл свои тёмные глаза. «Верно. Ты изменился. Вот только вырос ли ты? Ты всё так же не видишь той стороны, к которой принадлежишь, а лишь ту, что называешь плохой. Тебе сказали, что я хотел захватить твоё тело. И знаешь, это так. Я хотел отобрать твоё тело себе. Это плохой поступок? Как думаешь?» Я стал немного напряжённей и сразу ответил ему: «Да, ведь это моё тело. Оно не принадлежит тебе!» «Если смотреть с твоей стороны, то да, этой плохой поступок. Однако, если бы я хотел отобрать твоё тело, чтобы помочь тем, кем дорожу, то это был бы хороший поступок с некоторых сторон. Понимаешь? Та справедливость, за которой ты совсем недавно начал гоняться стоит ничего.» Он ненадолго остановился, чтобы посмотреть моё лицо, выглядящее болезненным, а затем продолжил: «Ты защищал сестру для себя, а не для неё. Примкнул к паладинам для себя, не чтобы уничтожить всю нежить, а для того, чтобы была возможность защититься. Терзал того мужчину, что был причастен к смерти Айше, чтобы успокоить себя, отомстив. А чтобы это не повлияло на тебя, прикрылся справедливостью.» Я был подозрительно спокоен. На все его слова я не отреагировал яростью. Мне стало только немного паршиво от себя. И хотел задать самый важный вопрос: «Разве я не должен был умереть? Так почему я здесь?» Однако он проигнорировал этот вопрос, продолжая свою тему: «Но всё же я рад мучениям того мужчины, пусть он и не реален. То, что кто-то тоже ненавидит его, придаёт мне счастья.» Он приобрёл новый облик. Ребёнок восьми лет. Это сильно контрастировало с его спокойным поведением. «Ведь в тех снах об Айше ты занял моё место. Однако в последнем ты смог взять контроль над моим воспоминанием. Да, я был тем другом Айше. Но ничего не мог сделать, ведь был всего лишь маленьким ребёнком. Мне приходилось терпеть их. Я начинал ненавидеть их, каждое действие этих людей вызывало у меня дикую ярость. Как они могли так спокойно жить после убийства маленькой Айши?.. Но я был бессилен.» Из его глаз начали литься слёзы. «И так я жил каждый день. «Этот мир ужасен. Почему он так несправедлив?» Это я постоянно думал, проклиная каждый свой день. Мечтая, что смогу избавиться от всего этого, встретившись с Айше на небесах. Поэтому я жил... Несмотря на все невзгоды, я жил, ненавидя всё каждый день. Но больше я не мог терпеть этого. Мне так и не удалось поделиться с кем-нибудь своими переживаниями и бедами. А знаешь, человек существо социальное. Поэтому я и умер.» Было понятно каким образом он умер. От его истории моё сердце сжималось. И, как и у него, из моих глаз начинали выступать слёзы. «Но чуда не произошло. Я не попал ни в рай, ни в ад, а продолжал жить в той деревне. Мне было невозможно что-либо сделать им. И так мои страдания продолжились даже после смерти.» Недавно опущенный вниз взгляд, он поднял к небу. «Появился человек в мантии с закрывающим голову капюшоном. Он обещал, что отомстит их за меня, что, наконец, прекратит мои страдания, совершив справедливость. А я упокоюсь со спокойной душой. Я видел как каждый человек в их семье был истерзан нежитью. Они получили то, чего были достойны. Так я считал. Но обещанного покоя не было, но, пребывая в восторге, я совсем не заметил этого. Мне приходилось пытать каждого человека, сводя их с ума, чтобы они примкнули к армии того мужчины. И так я начинал терять эмоции. А встретив тебя, я всё так же пытался пытать тебя. Медленно тебе становилось всё хуже и хуже. Но та сущность разрушила мои планы, ослабив меня и восстановив тебя.» Сделав небольшую паузу, чтобы вытереть свои слёзы, он снова начал говорить. «И только тогда я осознал всё. А притупление эмоций помогло мне здраво мыслить. Айше, мужчина, люди, которых он сжёг ради меня. И… Люди, которых свёл с ума я. Каждый из них, даже я, делал всё ради себя. Может они соглашались с этим, может нет, но от этого истина не меняется. Помощь, казнь, терзания, это их работа для них же самих. Не ради кого-то другого, но ради себя. И каждый человек такой же. А потому, неважно на какой я буду стороне Главное, что мне от этого хорошо.» Человек, который с раннего детства страдал, пытался добиться справедливости, чтобы начать радоваться жизни, сейчас был абсолютно спокоен. В его улыбке виделась как грусть так и радость. Он протянул мне руку, говоря мне заветные для него слова: «Я смог рассказать тебе свою историю. Это заняло совсем немного времени, но от этого я мне очень радостно. Я уже стал частью тебя, а ты частью меня. Поэтому ты так хорошо чувствуешь мою радость, спокойствие или грусть. И ты ещё не погиб в реальном мире, как думал. Так что, давай трудиться вместе, чтобы создать рай в этом ужасном мире.» Я с радостью взял его за руку. На моём лице была широкая улыбка. «Конечно!» ___ Следующая глава будет моим послесловием. Выйдет она завтра, там я расскажу всё то, что хотел сказать вам, пока писал главы. ---------- Послесловие Спасибо вам, что читаете моё произведение. Я пытался делать его хорошим. Когда герои плакали я тоже плакал, а когда радовались мне тоже становилось радостно. Мне кажется, что я полностью проникнулся своими персонажами. И я думаю, что это хорошо. И спасибо тем людям, которые жмут «спасибо». Это даёт видимость, что хоть кому-то интересна моя книга. Пусть и мало для вас, но для меня это много значит. Да и большинству людей приятно от такого. Радостно, что их кто-то знает, что его творение кому-то интересно, что кто-то знает об их тягостях, как у монстра, засевшего в Айко. И, кстати, Koller-lol, пишу здесь, так как не могу ответить из-за бана. Да, изначально я и хотел, чтобы он осознал это всё после предательства, но передумал. Слишком уж это часто встречается в других произведениях. Но полностью ли Айко понял и принял суть сказанного нежитью? :) Вобщем, желаю вам быть счастливыми и жить так, как пожелает душа. Чтобы не было травм, а близкие жили долго. Я, возможно, возьму перерыв на неделю или две. Когда буду готов написать следующую главу, тогда она и выйдет. Может даже через три дня. ---------- Том 1 Глава 18 Глава 18 Я был во сне, но вокруг была лишь темнота. Я чувствовал как начинает меняться моё тело, как меняюсь сам я. Мне приходилось чувствовать, что моё тело движется, но сам я в это время всё ещё спал. Мне стала видеться жизнь друга Айши. «Хоть я и ненавидел их, но иногда мне было радостно с ними. С теми, кто безжалостно убил маленькую девочку – мою подругу. И от этого я начинал чувствовать себя ещё хуже.» Восьмилетний ребёнок смотрел на меня горько-счастливой улыбкой, указывая на горящую деревню. «Я не мог их терпеть, но всё ещё не могу забыть счастья, которые они приносили мне. Как мы играли вместе, как мы ходили ловить рыбу, даже то, как мы ели вместе. А после… Всего этого не стало.» Из глаз мальчика хлынул ручей слёзы. Он бросился обнимать меня, крикнув: «Ненавижу противоречия!». Перед тем, как начать всхлипывать. Я крепко обнял его, присев на колени, а он, всё ещё стоя с дрожащими ногами, начинал падать мне на ноги. Я повернул голову в сторону источника большого количества дыма. Рядом с нами горела та самая деревня. Повсюду была кровь и истерзанные тела, которые, в большинстве случаев, были одними лишь костями. И пусть там он постоянно страдал, однако всё же были проблески счастья. А став монстром… Лишь в начале он испытал эйфорию, видя как люди, принёсшие ему бездыханное тело Айши, умирали один за другим. Получил ли он то, чего хотел, чего он всегда желал, чему был рад? Да, он смог избавиться от тех людей, но этим же избавился и от того, что дарило ему счастье, оставшись совсем один… Смотря на мальчика, я видел как он начинает распадаться на маленькие сияющие пылинки, медленно входящие сквозь плоть в моё тело. Земля начала меняться. Зелёная трава и солнышко, дающее тепло, сменились суровой зимой с непроглядным солнцем. Не осталось никакой травы, она сменилась снегом. Но было одно сходство: то тут, то там, были лужи крови и сгустки чёрной жидкости. Не было никаких звуков, не было активности. Всё вокруг просто замерло, отказываясь шевелиться. На моих ногах уже не было мальчика. Только сестра, тепло окутанная, была привязана к моей груди. Я сразу осмотрелся и увидел, что в одном из домов горит свет от печи. Пусть это и был сон, но холод, пронизывающийся через множество одежд, я ясно ощущал. С каждым шагом не было не было ни хруста снега, ни провала в снег от тяжести моего тела. Подходя ближе к жилью, я находил его всё более родным, пока не понял, что это мой дом. Поднеся руку к ручке, меня начало досаждать сомнение. А стоит ли открывать дверь? Если я столкнусь со своей семьёй, я снова начну скорбеть над ними. Буду плакать и рыдать, пока не смогу справиться с горем. … Мне не хочется вновь пережить период страданий от утраты близких… Но… Я хочу увидеть их, крепко обнять, поразговаривать с ними и спокойно уснуть, зная, что они рядом. Вдруг рядом раздался плач. Сразу поняв в чём было дело я сказал с тёплой улыбкой: «Конечно, сестра, тебе ведь тоже холодно.» В этом тихом и бесшумном мире её жалобный плач был особенно приятен. Она не плакала с самого начала апокалипсиса. «Умная девочка.» Если бы она всё-таки заплакала, то мы могли умереть ещё в самом начале нашего пути. Но теперь… Мы расстались… Интересно, как она сейчас? Я сделал несколько вздохов и выдохов, чтобы успокоиться. И, несмотря на то, что всё было остановлено, пар из моего рта при выдохе всё же выходил. Дёрнув ручку, на меня сразу полился яркий свет. Мама, папа сидели за столом и неспешно ели горячий суп, от которого исходил пар и приятный запах, вызывающий аппетит. Сестрёнка тихонько сидела на кроватке, завистливо глядя за трапезой. Увидев это я сразу хрипло сказал: «Я дома.» Во мне бурлили эмоции. Мои ноги сами побежали к ним, а руки распростёрлись, желая крепко обнять их. В ответ на то, что я обвил вокруг них руки, они лишь радостно сказали: «Сынок!..» Тёплая одежда на мне уже пропала, а сестры на груди не было, поэтому я мог сполна ощутить былое тепло их тел. Оно было совершенно таким же, как в наших мирных днях. Мне хотелось так и оставаться стоять, обнимая их, но всё же это всего лишь выдумка, мой сон. А в реальности же меня ждёт сестра. Но… Пока я ещё могу быть с ними хоть немного, я сделаю это! То, что раньше проходило незаметно и было обыденным стало совершенно другим. Каждая секунда, каждая мина с моими родителями теперь важна для меня. И эта встреча… Может оказаться действительно последней. От таких мыслей у меня из глаз начали спускаться ровные струи слёз. Мне безразлично, что это всего лишь подделка. Это совершенно неважно, ведь сейчас они передо мной. И даже если они не настоящие, но идеальные копии. Важно лишь то, что я чувствую перед ними. Их дыхание, сила, которую они прилагают для объятий, привычки, эмоции, даже их особенности. Всё это было таким же. А потому, если даже они нереальны, для меня они так же важны, как настоящие. Мама, увидев мои прокатывающиеся по лицу слезинки, тихо сказала: «Я так рада видеть тебя целым» Услышав это, я улыбнулся. Её слова тоже такие же. «Да, мне бы не хотелось, чтобы ты видела меня пострадавшим» На моём теле десятки шрамов, но я не хочу портить этим нашу долгожданную встречу. Мне хочется, чтобы этот день запомнился лишь счастливой воссоединением, хоть и коротким. Печь всё ещё горела. Звук трескающихся дров делал атмосферу более прекрасной, спокойной. И слыша его, одновременно чувствуя аппетитный запах, я попросил маму: «Я хочу снова попробовать твою еду.» На это она разжала свои руки и ностальгически улыбнулась, притрагиваясь к половнику: «Конечно.» ---------- Том 1 Глава 19 Глава 19 Едя с семьёй, я всегда чувствовал то самую привычность, она давала мне теплоту. Мне не приходилось тяжко думать о будущем, ведь жизнь спокойно и размеренно шла, как и за обедом. Я сел на скамью, наблюдая за тем, как мама набирала мне целую деревянную миску супа. Набрав его, она медленно повернулась ко мне, протягивая мне миску. К моему носу добрался аромат. Издав лёгкий смешок, я вспомнил, что никаким особым вкусом или запахом они не отличались. Это был простой суп, приготовленный мамой. Именно готовящий его делал этот суп уникальным. Мне не хотелось есть. Поэтому я лишь спокойно подносил ложку ко рту, проглатывая и предаваясь приятной ностальгии. За моим обедом наблюдала мама. Она поставила свой локоть на стол, оперевшись лицом о ладонь. На её лице не было каких-то бушующих эмоций. Она была спокойной и по-настоящему счастливой моим визитом. Повернув голову левее, я видел отца. А вот он уже не был таким спокойным. Ему хотелось прямо сейчас встать и подойти ко мне, крепко обнимая и не отпуская. Однако он сдерживался, благодаря своеобразной телепатической связи с мамой, говорящей, чтобы я сначала поел. Если честно, я не вспоминал отца после моего ухода из дома. Мне хотелось просто выжить и дать сестре шанс на прекрасное будущее. Но маму я вспоминал часто. Она практически всё время открыто заботилась обо мне, разговаривала и просто была рядом. Отец же приносил семье то, на что мы жили, выходя из дома, поэтому видел я его далеко не так много, как маму. Да, мир несправедлив. Они в одинаковой мере заботились о нас с сестрёнкой, а запомнилась больше мама. И мир никогда не будет справедлив, пока есть живые существа. Домашний уют прибавлял мне спокойствия, поэтому я воспринял это не так тяжело. Пока я думал над всем этим, в миске осталось совсем немного бульона и крохи мяса с овощами. Собрав все остатки в ложку, я залил последнюю часть супа в горло. А после произнёс: «Спасибо, было вкусно.» Поднявшись со скамьи, я направился к маме и отцу, чтобы обнять их в последний раз. Ведь я решил, что не останусь здесь. У меня всё ещё есть незаконченные дела в реальности. «Мапа, папа, простите, но я уже ухожу. Не знаю вернусь ли я к вам, но желаю для вас лишь одного – счастья.» Они не стали возражать. Вместо этого они хотели оставить приятные только приятные воспоминания о нашей встрече. Взглянув в сторону сестры, раскачивающейся из стороны в сторону на соломенной кроватке, я сказал: «Увидимся в другом мире.» Вдох... Выдох… В конце концов, даже если я уже принял решение, решиться на него и осуществить гораздо сложнее. Причина, по которой я вернусь в тот ужасный мир, всего одна, но очень большая – сестра. Мне хочется, чтобы последний член моей семьи жил счастливо. Сделав пару шагов, я уже был у двери. Остановившись, сказал: «Прощайте.», не оглядываясь. Иначе я могу развернуться и остаться здесь… Дрожащими руками взял ручку двери и толкнул её наружу. Там была непроглядная тьма, в которую я сделал свой шаг. … Мир снова начал меняться. Деревня, стремительно меняющая облик, вплоть до её разрушения, в которой и жил знакомый мне монстр. Снова деревня, но уже в которой жил я, сильно пострадавшая после недавних событий. И счастливое лицо мальчика-монстра. Он был рад, что его страдания, хотя-бы в деревне, наконец, закончились. Всё это случилось за короткие два месяца, но невероятно повлияло на наши жизни. Одна цель у меня в этом охваченном яростью миром или несколько -неважно. Главное, чтобы выбранный мной путь приносил мне удовольствие, чтобы дни были не серыми, а спокойными. Между ними была тончайшая грань. Их было легко перепутать, но, если поразмышлять, разницу почувствовать очень легко. Одно давало пустоту, иногда даже так глубоко засевшую, что почти не узнать её. Другое же – счастье. Мирное и спокойное счастье без каких-либо страшных тревог. И ради этого мирного счастья я пройду любую дорогу. Мне хочется, чтобы весь мир был для как меня этот маленький уютный домик родителей. Я обязательно создам для себя такой мир. Конечно, весь мир не изменить, но для меня он заканчивается тем, что на меня влияет. ___ Если вы думаете, что на этом закончилось развитие главного героя, то вы сильно ошибаетесь =) «Век живи, век учись», хех) ---------- Где главы? Простите, что так откладываю выход глав. И... Простите, что вы увидели не развитие истории, а снова мысли автора, не касающиеся сюжета... Почему выход глав настолько продолжительный? На самом деле я просто плохо себя чувствую. В реальной жизни я делаю то, что не хочу, слушаюсь людей, которые даже не хотят думать, не могу часто делать то, что делает меня по-настоящему счастливым. От этого всего у меня постоянно болит голова в области затылка. В такое время мне слишком трудно писать. И даже когда я выпускал 19 главу, я чувствовал себя немного плохо. Я думал, что это быстро пройдёт, ведь обычно всё заживало за неделю и меньше, но я ошибся. Оно до сих пор преследует и не отпускает. Я считал, что переборол свои психические болезни. Что, наконец, смогу жить полноценно и счастливо, однако, не сменив обстановку, такого не случится. А если я попытаюсь сделать это прямо сейчас, то вся моя жизнь разрушится. И от этого мне хочется уме**ть, но я не хочу исчезать. Когда я смотрю на свои цели, я понимаю, что, скорее всего, никогда не осуществлю их, как бы не старался. Ведь до сегодняшнего дня я думал, что думать и анализировать могут все люди, но снова я оказался не прав. Некоторые люди, по своей сути, ничем не отличаются от остальных животных. А потому моя мечта неосуществима. Это произведение... Оно было создано не только для того, чтобы я мог получить опыт перед своими будущими более продуманными книгами. Есть ещё одна причина - поставить себе дополнительную цель, которую я был бы обязан закончить. Я рассказал вам всё это, чтобы дать объяснение и ответ на вопрос "где главы?". А также мне хотелось, чтобы кто-то знал обо мне, но я лишился всех друзей. Я не мог их обманывать каждый день, не хотел видеть беспокойство на их лицах. Ну, а главный вопрос... Следующая глава выйдет тогда, когда я буду уверен, что настала пора эмоциональной уравновешенности. ---------- Том 1 Глава 20 Глава 20 …Даже если мне придётся лишиться всего, включая своё человеческое тело. Невозможно получить желанное без усилий или страданий, ты должен страдать каждый день, но даже так можешь остаться с неисполненной мечтой. Мир несправедлив. Таким он был и будет навсегда. Мне его не изменить… Вся помощь людей друг другу или войны. Кажется, что это такие разные понятия, но в любом случае человек совершает что-то несправедливое. Да и… Я эгоист, все мы, люди, эгоисты по своей натуре. Помогаем другому ради получения эмоций, обманываем ради получения наживы. Мы всегда что-то получаем и отдаём. С первого взгляда покажется, что помощь лучше обмана, верно? Но это не совсем так. Человек, получивший помощь, будет рад такому «доброму» поступку. А вот тот, кого обманули, будет зол, ведь у него могли что-то украсть таким образом, но он получит опыт. Драгоценный опыт, если человек осмысливает свои поступки, даст ему рост личности и сделает его жизнь более ясной. Но далеко не всё так просто. В нашем мире вобще нет ничего однозначного. Преступник, зарезавший твою семью, должен был получить стимул сделать это, а может он просто получает от этого удовольствие. А может я не прав? Скорее всего, так оно и есть. В таких вещах нельзя быть уверенным на все сто. Но от такого осмысливания каждого действия мозг закипит, как чайник. Поэтому мы выбираем что-то более простое и понятное, даже если оно неправильно. Всегда легче следовать тому, что понимаешь, нежели чему-то необъяснимому, так непривычному тебе. Фанатики - всего лишь самый явный признак сказанного мной. Вокруг меня, вокруг кого бы то ни было, а может он сам, всегда будет доминировать выбор простого. Как бы я не хотел сказать, что я не такой, на самом деле я такой же, как они… Хаха… Потерял чувство превосходства над кем-то и сразу бросился в уныние. Плохое качество? Да и нет, кому-то эта эмоция строит путь наверх, к своим мечтам, другому же топтание на месте. Именно поэтому я считаю, что нужно слушать свои чувства, но не слушаться их. В противном случае это может привести к печальному осерению личности. Я ненавижу такой серый народ, который сохранил лишь малые части личности и мало чем отличается от животного. Только вместо инстинктов у человека железный опыт, который он не хочет менять, даже если это самое неправильная и ужасная вещь для его и чужих жизней. Хм…. Я и сам мог стать таким, оставаясь рядом с церковью… Эмоции позволяют нам и дальше быть радостными, по-настоящему живыми! Поэтому я хочу сохранить их. Мне хочется радоваться жизни, довольствоваться каждой минутой. Быть таким же, как ребёнок, что постоянно узнаёт что-то новое и спрашивает у своих родителей, видя в них всезнающих существ!.. Самых дорогих ему людей… …Не время вспоминать прошлое, в конце концов, я снова в реальном мире. Холодный, промёрзывающий до костей ветер дул в мою сторону. На моём теле хоть и была одежда, но её количество было уменьшено в несколько раз, а также в них везде были дыры. Но я перестаю быть человеком, внешне уж точно. Всё моё тело покрывал густой мех, пытающийся безуспешно защитить меня от холода. Я пытался в эту пургу найти место для укрытия, но двигаться было тяжело. На всём моём теле было полно кровоточащих ран. Шрамов останется много… Рядом с собой я увидел еле показывающиеся доски разрушенного дома. Я как можно быстрее вошёл в него, чтобы перевязать свои раны. Только очнулся, а состояние околосмертное. Может быть именно по этой причине я и смог очнуться. Своими клыками на пальцах я разрезал ту одежду, от которой были одни обноски, совсем не защищавшие от холода. Я поскорее пытался обвязать каждую рану. Зрение было мне нужно лишь ради точного определения концов раны. Мне далось ясно почувствовать жжение, а значит нахождение, каждой раны. Было безумно больно, но моё состояние было излечимо. Но… Чёрт… Лоскутков ткани хватило лишь на две трети ран. Стараясь найти в помещении хоть что-то чем можно было бы перевязаться, я поцарапался пару раз. Поиски не дали положительного результата. Сквозь ненависть к ситуации мне всё же удалось перевязать все обильно кровоточащие раны. Я был вымотан. Начинала подкрадываться мысль, что очнуться – была плохой идеей. Но это было лишь из-за эмоций. Умственно я всё понимал. Оперевшись о стену, находившейся в самой целой части здания, постоянно вздыхая, я уснул. ___ Я получил большой заряд мотивации после прочтения новых глав своего любимого произведения, поэтому и вышла глава) ---------- Том 1 Глава 21 Глава 21 От пронизывающей боли мои глаза снова и снова открывались, но я тут же засыпал снова. Но в те моменты, когда на недолгое время они открывались, я видел шерстяного монстра, очень сильно похожего на человека. Он был как я. Тоже шерсть по всему телу и острые когти. В остальном же отличия от человека были такие маленькие, что их было трудно заметить. Однако в совокупности мелочи давали гигантский эффект, сильно отличая это тело от человечьего. Мне отрывками снилось всё моё прошлое. Такие тёплые воспоминания, в которых хотелось окунуться и никогда не всплывать, но благодаря ним я чувствовал себя лучше. Если бы мой разум постоянно был заполнен только этим суровым миром, то не думаю, что всё же мог бы продолжать получать удовольствие от жизни. Каким бы ни был суровым мир, всегда должно найтись местечко для радости. И вот, я уже начинал видеть и других существ, похожих на меня. Все они были какие-то судорожные, кричали друг другу, смотря на меня. Хех, как же болит голова… Неужели с моим телом было всё так плохо, хоть я и перебинтовал его?.. Впрочем, всё было в тумане. Если бы я сейчас умер, то и не осознал бы этого. Это бы случилось так же резко, как и когда засыпаешь, но, умирая, засыпаешь навсегда. Но это не значит, что я не хочу умирать. Как бы ни была тяжела жизнь, я должен продолжать её. Ведь если я умру, всё будет кончено. Все светлые воспоминания, всё то, что заставляло меня двигаться дальше, уйдёт вместе со мной. Такие мысли наводили чувство пустоты… Глаза снова открылись, но не как в прошлые разы. Теперь зрение стало становиться всё яснее и яснее, пока я не начал всё чётко видеть. А повернув голову, виднелся силуэт девушки. Инстинктивно мне хотелось встать, увидев, что кто-то смотрит на меня. Раньше мама смотрела так на меня и тут же отправляла на всякие дела: поесть, к отцу, убирать снег. Но, когда я начал прикладывать усилия, боль тут же отозвалась по всем частям тела, которые были хоть чуть-чуть, но задействованы. Крика не было, но на лице, отображающим боль, был немой вопль. Девушка, сидевшая рядом со мной, находясь на стуле, мягко сжимала свои веки, будто сейчас уснёт, но, увидев меня, она сразу же проснулась и поторопилась с предложением: «С-стой! Тебе сейчас нельзя двигаться, иначе будет очень больно, а самое главное – швы могут разорваться!». Я послушался её. Даже если она врала и я здесь – еда, мне не удастся сделать хоть что-то, пока я в таком состоянии. На всякий случай, стоит быть вежливее, поэтому я слабо кивнул в знак понимания. Спокойно вздохнув, она начала говорить: «Меня зовут Анти. Меня оставили приглядывать за тобой, потому что я тоже здесь новенькая, как и ты. Ещё не умею пользоваться этим телом так же хорошо, как и своим прежним… Наверное… А, прости, стоит ввести тебя в курс дела.» Она начала обдумывать свои следующие слова и, набрав воздуха в лёгкие, продолжила: «Здесь все такие же, как и ты. Они помирились или избавились от заразы, которая была в них. Жрецы смогли очистить их тела от монстра, по крайней мере, так они думали. На самом же деле она никогда не исчезнет, так как это душа, а чтобы избавиться от неё полностью, наверное, надо быть Богом.» У меня начиналось плохое предчувствие. «Они начали захватывать тела, даже будучи ослабленными, а церковь… Убивала каждого, у кого были хоть намёки на превращение, конечно, большинство становились бездумной нежитью, но… Некоторым удавалось победить монстра! И эти самые люди начали обустраивать деревеньку, а затем выходить на вылазки за пищей. Так они и находили людей, сохранивших себя после обращения.» У меня появилось два вопроса: почему она рассказывает мне так много, зачем они собирали сюда обратившихся, ведь выживать малыми группами легче. Их я сразу же задал «После превращения нужно какое-то время, чтобы снова стать самим собой. Мне, например, понадобилось полторы недели. Если что, сейчас начало марта. Но, несмотря на началу весны, стало только холоднее… И… Насчёт второго вопроса, люди медленно начинают побеждать. Чтобы добраться до их кожи, когда они в латах, нужен большой вес, а у нежити он варьируется от семидесяти до ста килограммов в среднем. Конечно, это хорошо, что люди начинают выигрывать, они снова вернут безопасные дни, но мы уже не люди… Они убьют и нас…» Возникла мысль. «Но может не убьют. Увидят, что мы обладаем разумом, поэтому не желаем бессмысленных смертей, не хотим геноцида ни одной из сторон, что мы были людьми, в конце концов!» На глазах девушки появились слёзы. «Наши уже шли к ним, даже вставали на колени, как видели наблюдавшие, но никто не вернулся… Их могли пытать!.. Но к нам ещё не шли специально, лишь случайно находили…». Её голос с каждым предложением становился всё тише, заменяя собой всхлипы. Я был в замешательстве. Она находится с ними совсем немного. Откуда взялась такая привязанность, такая любовь к сородичам? Но всё же лучше приободрить её, ведь таков наш мир. Даже если тебе не нравится то, что ты делаешь, если у тебя нет выхода, тебе остаётся делать то, что принесёт тебе пользу. Кстати, мне действительно хотелось увидеть победу людей над нежитью! Над теми, кто мучает людей, чтобы превратить их всех в тварей, использовав в своих гнусных целях. «Люди отомстят за всех близких, которых убила нежить, пока ты была человеком. Все их крики и боль вернутся нежити обратно. А их главарю наверняка придётся даже хуже, чем всем жертвам тварей. Хм, если я постригусь, вполне сойду за человека, пусть и уродливого! А значит все сородичи тоже.» Положительные стороны. Всегда стоит обращать на них внимание, как я считаю. Она подняла свою голову, опустившуюся вниз, пока она произносила всё это. …Взгляд её был не таким, как у людей, увидевших надежду, а тех, что погружались ещё глубже в отчаяние. «Я не помню ничего из своей прошлой жизни. Но это и неважно. Главное то, что они стали моей семьёй. Теми, с кем я могла расслабиться и радоваться жизни, теми, кто спас мою жизнь и не готов в любой момент выбросить, а бережёт… Магия нас обнаруживает…» Хоть ей и было больно, но она всё-равно отвечала на все мои слова. Не начала биться в истерике, а пыталась сразу объяснить всё мне. Думаю при жизни она была хорошим человеком. Увидев это, я автоматически улыбнулся. Раз она помогает, несмотря на боль, то и я к ней отнесусь также. Левую руку, что была ближайшей к девушке, я начал незаметно поднимать в её сторону. Было больно. Я чувствовал как болеет каждая рана на руке, но вот, я уже незаметно занёс руку к её спине, хлопнув по ней пару раз. Стараясь скрыть боль на лице, я произнёс самым ласковым тоном, который только мог изобразить: «Мы обязательно сможем выжить. Посмотри на себя. Ты выглядишь сильнее, чем обычный человек. Нам лишь тоже нужно достать латы и мы сможем выживать! Даже если придётся убивать людей… Если тебе нужно выговориться, то можешь говорить мне. Я буду чувствовать себя только лучше, если ты доверишься мне.» Убивать людей – плохо. Мне всегда так говорили, но прямо сейчас отличить плохое от злого очень сложно. Всё ещё верны ли те убеждения, которыми жили люди? Сомневаюсь. Стоит лишь лишь вопрос выгоды, как физической так и эмоциональной. Да и на каких основаниях строятся общественые взгляды? ---------- Принятие Глава 22 …Не знаю. «Спасибо…» -сказал я девушке, которая сама кормила меня ложечкой уже третий день. Чем больше я погружаюсь в мысли об этом, тем больше что-то в животе тускнеет. Смотря на моё лицо, которое она перепутала и назвала спокойным, девушка сказала: «Скажи, когда ты начал обращаться? В качестве благодарности» –Произнося последнюю фразу, заинтересованное лицо сменилось улыбчивое. Там появляется дыра - пустота. «Где-то в середине января, наверное» И я даже знаю из-за чего… «Ого, значит ты пробыл в коме…» -Девушка начала считать на пальцах. «Целых 3 недели!» Да, целых 3 недели сестра была не со мной. Она почти всегда была рядом. Я часто водил её с собой на тренировки, держал её рядом в комнате, а сейчас… Этого нет. Тогда мне казалось это пустяком, привычным делом, но сейчас оно кажется мне желанным, но неисполнимым… Никогда… Я не чувствовал такой пустоты только из-за того, что со мной была сестра, потому что я всегда был чем-то занят, в это время же я просто лежу. «…» -по этой причине я и промолчал. Мне было слишком плохо от этого. А заметив моё молчание и сопоставив с внешним видом, она попыталась утешить: «Я понимаю, тебе плохо и физически, и эмоционально, ведь ты потерял своё людской вид, поэтому больше не можешь контактировать с близкими, но теперь ты один из нас. Другие сейчас пошли искать еду, хотя и могут бросить всех на произвол судьбы, хотят, чтобы мы получали удовольствие от жизни. Нельзя жить только горечью, иначе это…» -она сделала небольшую остановку, делая вид, что набирает воздуха для продолжения. «Может привести к печальному концу, который никто не хотел бы видеть. Пожалуйста, давай жить тем, что сейчас имеем, пытаться получать как можно больше счастья, пока это возможно. Насладимся всем временем, что нам дано. Потратим меньше времени на грусть, отводя его для счастья. Попытка провалилась. Из глаз начали идти слёзы и вперемешку со всхлипами шли слова: «Моя семья ещё жива… Сестра осталась целой! Мне плевать на этот народ, я просто хочу провести всё своё время с сестрой. Видеть как она растёт и понимать, что я сделал всё как надо, что не допустил ошибку, о которой родители бы сожалели!» Я не мог держаться. Она думает, что я так легко поменяю драгоценную, последнюю часть семьи на каких-то незнакомцев!? Анти не перебивала, даже не думала сделать это, просто внимательно слушала, а дослушав, произнесла: «Да, она может быть ещё живой. Но где она? Вспомнит ли она о тебе, когда станет старше? Может… Она будет счастлива даже без тебя.» Всё тело билось от ярости, оно даже пустоту в животе обволакивало. Мне хотелось ударить её, заставить замолчать, но пораненное тело не дало мне это сделать, нанеся тяжёлую боль. Снова и снова пытался подняться, но тело становилось слабее, пока она не наложила на меня руку, чтобы я перестал. В глубине души я понимал. Знал, что она может вырасти и без меня, быть даже более счастливой, чем со мной, тем, кто слишком часто в опасности. Однако знание чего-то не даёт тебе так просто принять это. Накладывая новые швы, она с трудом продолжала: «Твои мама с папой живы?» -после она посмотрела на моё лицо и поняла: «Значит нет… Ты хочешь делать то, что они хотели бы видеть в тебе, а не ты сам. Сомневаюсь, что у тебя такая большая привязанность к младенцу» -она посмотрела вниз напряжённо-грустным взглядом, решая рассказывать или нет: «Родители могут быть теми ещё подонками, а ты слушаешься их, так как они – авторитет. Конечно, у тебя могли быть хорошие родители, но даже так, посмотри на себя… Нет, вглубь себя. То, чего ты не хочешь признавать, чего боишься, прими это, иначе счастливым тебе не стать и все разговаривающие с тобой люди подцепят это, если ты покажешь им себя. Твоей сестре тоже было бы от этого плохо. Неважно что бы подумали родители, важно то, что думаешь именно ты, ведь это твоя жизнь, твои эмоции и процесс жизни» Да… Она права… Ведь, в конце концов, в этом мире важно лишь получение эмоций. Никакой справедливости или беззаботного счастья. От этого пустота только усиливается, но такова правда… И я должен принять её, чтобы вырасти ещё сильней. Родители бы гордились мной… Да, она только что говорила про них всякое, причём убедительно. Я согласен с ней, нужно стараться получать как можно больше счастья, но для меня счастье заключается в заботе над моей сестрой и в видении гордости на лицах мамы и папы, даже если их не стало. Однако… Откуда… Откуда она столько знает о мире, хотя забыла всё, почему её взгляд становится отрешённым от всего, когда она говорит о семье. И, вспоминая все её слова, я понимаю. На самом деле она помнит, даже если это крохи памяти, это всё ещё она. Её слова: «Теми, с кем я могла расслабиться и радоваться жизни, теми, кто спас мою жизнь и не готов в любой момент выбросить, а бережёт» - и всё только что услышанное говорит о правде. Ей тоже приходилось плохо, как и мне. Нахождение того, кто похож на меня, того, кто тоже испытывал подобные трудности, тоже делает меня счастливей. «Ты действительно помнишь некоторую часть прошлой жизни… Тебе было плохо, да? Ты нашли по-настоящему любящих тебя людей.» -издав лёгкий смешок я следовал за мыслью: «Они даже нашли место, в котором хороша именно ты. Ты не слабая, а потому не отправляешься за едой, ты хороша в том, что можешь утешить людей, делаешь меня умиротворённей, даже если для этого приходится говорить предложения, которых не хотели бы слышать. И теперь я понял, не надо отметать страдания, чтобы оставить больше места счастью, боль – тоже часть жизни. В чувствах человека нет того, что необходимо было бы исправить. Мы должны принять это. Она необходима нам, чтобы мы смогли вырасти выше, подобно деревьям, давая больше вкусных плодов» Пустота, которую я испытал, давала мне знать, что есть то, с чем мне нужно было разобраться, что нужно было понять и, самое главное, принять. После этого и мир кажется лучше. Может быть «ужасный мир» никогда таким и не был, даже сейчас, во времена апокалипсиса, люди продолжают жить счастливо. Их преград становится всё больше и больше, но счастье становится пропорционально качественнее. Мы становимся более живыми, ведь раньше наша жизнь была серее. Я думал, что различаю их, но думаю, что для каждой области «серости» нужен определённый опыт. Я совершал ошибки, очень много ошибок, но я могу их исправить. Это делает меня счастливей. Счастье и снова счастье. Так много счастья, так много возможностей получить его. Было ли их столько в прошлом? Может быть, но я не замечал. Апокалипсис сделал меня счастливее, сделал его сочнее, но счастье на древе жизни стало расти выше. Девушка кивнула, а я сказал ей: «Спасибо, что была со мной честной.» ___ Я люблю своё произведение и героев в нём. Удовольствие или грусть, которую они испытывают, чувствую и я. Мне всё это нравится, даже если я испытываю страдание. Оно, подобно дождю, сделает "дерево жизни" плодороней, улучшив вкус "счастья". Чувствуете это? Посеяно уже множество семян. ---------- Том 1 Глава 23 Глава 23 Как бы ни была ужасна эта жизнь, я ей доволен. У меня нет альтернатив, чтобы сменить его, да и возможности тоже. Поэтому, даже если плохие мысли будут доводить меня до края, я всё равно продолжу жить. Ведь в этой жизни есть то, что приносит мне удовольствие. Оно не оставит меня. И сейчас, спустя ещё 3 дня, я стою у входа в дом, в котором и лежал почти неделю, смотря на этот ужас. Небольшая группа людей плачет, прижимаясь друг к другу, а тот, кто сказал им слова, из-за которых они заплакали, бессильно направляется к следующим людям. С ними происходит тоже самое, а цепочка продолжается. Снег же медленно застилает всё больше земли… Для меня они всё те же люди. Просто обрели волосиной покров и стали более приспособленными для выживания. Главное, что они могут мыслить и рассуждать, а не такая мелочь, как внешность. Даже во внешности различия не так уж велики. Мы просто выглядим более свирепыми. Наконец, он закончил рассказывать всем о новости, от которой каждому услышавшему стало плохо. Теперь же направился ко мне. У меня была к нему парочка вопросов, так что я терпеливо ждал его. «Привет… Ты видишь такое только сейчас. Обычно никто не умирает…» -улыбка отказывалась появляться на его лице. Рука поглаживала другую, потому что ему было неловко, но он должен был поговорить со мной. «Да, я верю. Если бы ваши часто умирали, Анти была бы хмурой гораздо чаще. Для неё смерть каждого из вас – трагедия. Что важнее...» - я дружески положил ладонь на его плечо. «Нужно сделать так, чтобы такое повторялось ещё реже, чем сейчас. Решение очевидное – люди, нужно с ними объединиться. Ваш подход мог быть не верен. Фанатики остаются фанатиками, им не внушить то, что противоречит их мыслям. Нужно показать им, что мы, «монстры» тоже получаем помощь от света.» Я разжал руку, позволяя вспыхнуть солнечному огоньку, дающему тепло. «В этом и весь способ. Доказать им, что их великое божество дают и нам частичку своих сил.» По всему телу пробежались мурашки, казалось, огонь всасывает меня, манит в себя. Призывает вернуться куда-то далеко, откуда сюда уже не вернуться. Немного удивившись этому и потратив несколько секунд, я продолжил: «Но будет не так зрелищно, если я один буду таким. Так что и вам тоже стоит научиться этому. Оно не только даст нам шанс подружиться с людьми, но и вселит в вас силу, способную легко убивать нежить.» Я переместил руку к себе, протягивая её ему для рукопожатия. Он сомневался и с осторожностью спросил: «Мы тоже нежить… Она ведь может убить и нас, да?..» Многозначительно улыбнувшись, я поманил его пальцами, говоря: «Хочешь проверить?» Он отступил на шаг, боязно улыбаясь. «Конечно, это может убивать и нас на раз два, наверное. Но оно так же легко уничтожает нежить. Жертв среди вас станет всё меньше, а когда объединимся с людьми, то нежить не будет для нас преградой. Уже сейчас она уступает людям в силе, так что лучше стать с ними союзниками, пока они не решили разделаться с нами. Ты ведь не хочешь видеть как все твои близкие умирают из-за этого, верно?» Беспомощность. Это самое ужасное чувство из существующих, но мне придётся использовать его, чтобы не последовало страшных последствий. Пусть лучше испытает сейчас слабую боль, чем позже - смертельную. «Хорошо… Пожалуйста, научи меня и всех нас этой магии. Однако… Пожалуйста, проверь на мне, что это безопасно, прежде чем давать изучать его другим…» Как много в этой деревне хороших людей. Целых два. Нет, это действительно много, их может быть больше. Я встретил только двух, оба из них сильно дорожат своим племенем. Есть шанс, что это особенность вида, но лишь шанс. Строить выводы слишком рано. Я медленно опускал огонёк к его руке. Если что, я смогу быстро погасить пламя. Ему же это не нравилось. Каждая лишняя секунда давала ему соответственно больше времени на страх. «О?» - Пламя не навредило ему, но, достаточно приблизившись, его страх менялся на манию, словно он был загипнотизирован. Если мы тоже нежить и оно так реагирует на нас, то почему другая нежить от этого умирает? У нас есть разум, в отличие от них. В этом и дело, скорее всего. У нас есть то, чем мы дорожим и зачем мы хотим жить. Наше сопротивление этому выше. Но тогда нежить бы тут же умирала, коснувшись света. Вспоминая все события, я знаю, что их контролируют. А значит… Этот контролёр и не даёт так просто исчезнуть подчинённым. Но куда же нас так манит этот свет? Есть загадки, ответы на которые могут стоит жизни. И эта, пожалуй, одна из них. Ответ, скорее всего, я никогда и не узнаю. Вздох. Это и не так уж и важно лично для меня. Сейчас я должен просто обучить их этой магии, чтобы после я мог встретиться с сестрой и быть с ней рядом. Моя главная цель всё та же – счастье. Я отключил пламя, скомандовав пареньку: «Созови всех. Скажи, что у новичка важное дело ко всем.» Смотря ему вслед, я чувствовал себя одиноко. Сейчас со мной есть лишь я. Мне нужно иметь тех, с кем я бы делил своё время. Чувствовать беззаботную детскую радость – прекрасно. Мне снова хочется вернуться туда, назад во времени. Но я уже встал на следующую ступень своего развития и потому должен держаться. Не надо спускаться обратно. Это лишь время, которое мне предстоит пережить, беря из него как можно больше для себя. Когда-нибудь я точно стану таким счастливым, как представляю. Нужно только больше трудиться. Я снова вызвал маленький огонёк и переложил руку к падающей снежинке так, чтобы она коснулась. Маленький снежный кристаллик прошёл сквозь него, даже не став водой от испускаемого им тепла. Это приятное чувство, исходящее от света, предназначено только для живых существ. И сейчас оно согревало меня. ---------- Том 1 Глава 24 Глава 24 Когда все собрались, я должен был впечатлить их светом, чтобы они сами хотели изучать его, поэтому создал 13 маленьких сфер, каждая из которых была рядом с каждой парой существ. Всего их было 26. Они заворожённо смотрели на них и хотели коснуться, но быстро одёргивали руку, когда оставалось совсем чуть-чуть. «Этот свет может дарить вам приятное чувство, а также он поможет быстро убивать монстров.» Это их не так уж и впечатлило. Конечно, ведь они не видели его в действии. «Но самое главное в том, что он может помочь нам наладить отношения с людьми. Почему они нападают и убивают нас?» Голос стал грубее. «Свет убивает таких, как мы. Они слишком сильно верят в него, стали фанатиками.» Голос возвращался в прежнее состояние. «Но, если они увидят, что мы тоже можем владеть им, то сядут за стол мира.» Они смотрели на меня, как на безумца. Мне было неприятно от этого. Ужасное чувство. Чувствовать непонимание тебя, что не воспринимают всерьёз, заведомо считая, что цель невозможно завершить. Весь мой круг общения в основном был в семье. Я не сообщал что-то множеству людей, не знал, что убедить кого-то, кто не считает тебя авторитетом – крайне трудно. Даже если бы я мог теоретически подтвердить возможность выполнения плана, они бы не приняли его. «В конце концов, мы все – нежить.» - говоря это, маленькие сферы становились средними, потом большими, пока, наконец, не стали размером с голову. На их лицах появлялась мания, гипноз, но чувствовалось, что где-то внутри был страх. Он был виден в их увеличенных зрачках. Они боялись смерти, как и многие другие. Средний и большой палец приблизились, чтобы раздался щелчок. Все сферы начинали распадаться на мелкие пылинки, поднимаясь высоко в небо. «Всего лишь тринадцать сфер чуть не убили вас всех. Даже если люди не будут с нами в союзе, благодаря этой магии вы лучше сможете защититься от их выходок. А другая, безмозглая нежить, не сможет и пальца против вас поставить, как тут же погибнет. Ну что, не хотите научиться этому искусству?» Лучше всего демонстрировать силу на практике. Если они и всё равно не хотели изучать владение светом, то были слишком напуганы, чтобы сказать: «Нет». Так они хотя бы выучат несколько слабых приёмов, увеличивая свой шанс выжить, а если понадобится, смогут продемонстрировать это людям. Пара часов была потрачена на их тренировки. На первом часу все уже умели создавать маленькую сферу, которую я показал им в начале. После нескольких вопросов и корректировок их магии, мы разошлись. Учитель... Я не мог не вспомнить человека, который обучил меня магии света. Он был по-настоящему хорошим человеком: поддерживал, утешал и просто был приятным для общения. Как же он воспримет мою трансформацию? Я ведь больше… Не человек А он… Явно недолюбливал нелюдей… Да… У каждого человека есть та сторона, которую ты не хотел бы узнать. Та его часть, которая не проявится при тебе, потому что ты важен для него. Но вот с теми, с кем он не знаком или даже враждует, обходится ужасно… Я плюхнулся на снег, успокаивавший мысли от бури. Я просто надеюсь, что с ним всё хорошо, и он примет меня таким, каким я стал. Конечно, я изменился, я вырос в плане характера. Стал лучше. Но оценит ли он это… Может он обратит внимание только на внешность… «Учитель не такой!» - это мне и хотелось сказать себе. Но я уже давным давно понял, что обманывать себя – плохо. Это не даёт тебе развиваться, из-за этого ты стоишь на месте. Да и весь этот план с показом магии может аукнуться одним большим кладбищем, построенным остатками этой деревни. Девушка, назвавшаяся Анти, склонилась и смотрела на лежачего меня. Она протянула мне руку, говоря: «Вставай, если лежать на снегу, можно заболеть.» Я, конечно, взял протянутую руку, но… Тут же потянул её к себе чуть изменив падение девушки так, чтобы она упала рядом, но не на меня. Крикнул: «Попалась!». Все эти размышления сложны, особенно по причине моего незнания этих областей. Я не знаю ответов, могу лишь задавать вопросы. Всё становится серее и серее, но это легко исправить, верно? Детские шалости. Простые игры, которые ничего с собой, казалось бы, не несут. Для меня же это способ оставаться живым. Пытаться получать счастье. Я был доволен этой жизнью. Пусть и случалось много несчастий, но всё же оно было полно и счастья. … Я буду жить ради этих эмоций. Как бы это не назвали другие. Пусть зовут меня инфантильным, мне до них без разницы. Я получаю удовольствие от этой жизни, а они? Не знаю. Но мне всё же получается получать счастье, пусть и по-своему. «Если заболеем, окажемся снова в одной комнате. Будем снова общаться. Хороший предлог, согласись?» Такие подшучивания были очень весёлыми. Это была новое для меня чувство. Я вбираю в себя всё больше способов прекрасной жизни. «Можешь приходить ко мне…» Анти начала подниматься со снега. «И без болезни!» Поднялась она с озорной улыбкой. Должно быть, это было было впервые, когда кто-то так хорошо узнал то, что она скрывала, не восприняв это плохо. Я улыбнулся и кинул в неё снежок, попав правую сторону груди …Всегда можно вернуть ту простую, детскую радость, как бы не говорил себе обратное. ---------- Том 1 Глава 25 Глава 25 Я начинаю всё меньше вспоминать свою сестру. За эту неделю я думал о ней совсем немного, всего лишь два раза. Обычно это число было двузначным. Может я обретаю то, что хочу? Умиротворённые дни без проблем. Конечно, просто вот так лежать и смотреть в небо, думая об этом - прекрасно, но мне нужно обучить жителей деревни как можно лучше, чтобы они были полезнее для меня. Это я думал раньше. Сейчас я не хочу их смерти, не хочу ни единого шанса на такой исход. Но я хочу хотя бы встретиться с сестрой. Но… Просвирник, который я медленно и мягко жевал, издал хруст. Я начинал медленно чувствовать себя спокойнее. Неизвестно что с ней сделали, жива ли. ...Если и нет, то союз с людьми даст больший шанс выжить моим собратьям, так что он всё равно нужен. Недавно, на походе по деревням, я и нашёл, припасённую на зиму, банку плодов просвирника. Они давали успокаивающий эффект, поэтому я взял их. На лице появилась улыбка. Вспоминаются дни, когда я был совсем маленьким и пробовал все растения на вкус. Никогда не думал, что это может мне понадобиться, но любая вещь может оказаться полезной для человека. Даже та, которая кажется совсем бесполезной. Мне хочется дождаться лета и снова класть в рот те растения, которые обладали приятным вкусом. Не ради вкуса, а чувства ностальгии, оно в стократ лучше него. Но выживу ли я? Все мои деяния могут оказаться напрасными для меня. Они помогут другим, но не мне. Я понимаю, это эгоистично, но какая разница? Её нет. Если я делаю что-то для себя, а не для других, это не делает меня хуже. Мы все живём ради эмоций и чувств, которые приносят и приносит нам жизнь. Поэтому я не вижу в этом ничего плохого. И потому, что я не знаю ответа на вопрос о моей смерти, я и стал делать то, что приносит мне счастье прямо сейчас. Нам неизвестно будущее. Незачем откладывать удовольствие. «Что посеешь, то и пожнёшь» не всегда работает. Труд, совершаемый вами, может не дать плодов и вовсе, убийца может не получить наказание. Этот мир очень сложный. Однозначные результаты есть только в точных науках. Мы должны жить так, как нам велят чувства, но и не забывать про будущее. Золотая середина. Она тоже не всегда правильна, но всё же лучше сдавления в одну сторону. И слова выше перечёркивают сказанное, верно? Так я думаю только из-за событий, повлиявших на меня. Другие могут прийти к иному выводу. Я же получаю от своей жизни счастье. Ответы, сказанные мной, верны для меня. Каждый должен прийти к выводу сам. Получить множество ран, не хотя принимать праву, но, сделав это, заметить, что взгляд на мир стал лучше, что теперь он более приятный для тебя. Ты можешь сколь угодно кричать насчёт ужасного мира, что лучше умереть, чем жить в таком мире. Но хочешь ли ты исчезнуть? Пусть и случаются в жизни невзгоды, настоящие тёмные моменты, даже те, что перечеркнут все твои старания, однако… Есть и в жизни вещи, которые делают тебя счастливым. Ради них и стоит жить. Жить, смотря на светлую сторону мира, сопротивляясь тёмной. Должно быть, это и причина самоубийств. В конце концов, в жизни каждого из нас присутствуют ужасные случаи, но есть то, что залечивает раны от них, что уже есть не у всех... И я хочу создать как можно больше того, что будет приносить мне счастье. Не буду смотреть только на сестру, как я делал раньше. А видеть всех, искать, находить, радоваться всему, что приносит удовольствие. Я пойду туда один, прямо к крепости врага. Пусть сегодня враг, но завтра он может стать даже другом. Нужно уметь прощать. Отпускать обиды и превращать их в примирение. Не всегда это получится, далеко не всегда. Но те несколько успешных дадут мне сил жить дальше. Как я уже говорил, каким бы ни был сильным ужас, с которым встретится человек на жизненном пути, от, приносящее счастье, поддержит его. Именно те успешные примирения могут оказаться ими. Я отложил банку просвирника в сторону. Это чудесное растение, но оно только помогло мне в размышлениях. Истинная же причина успеха в том, что сейчас я один. Хоть и невероятно приятно проводить время вместе с другими, но нужно оставлять время и только тебе одному. Человеку нужно одиночество в некоторых количествах. Вундеркинды становятся такими из-за него, но у них его слишком много, из-за чего они становятся одинокими, иногда нелюдимыми. Одиночество может ускорить твой рост, но оно обоюдоостро. Всегда нужен баланс. ---------- Том 1 Глава 26 Глава 26 В толпе можно чувствовать себя одиноким, даже если они твои близкие и друзья. Чем лучше я хочу стать, тем больше мне нужно быть усердным. И я готов на это. Как бы ни было трудно держать уравновешивание меж жизнью своей и социальной, я обязательно справлюсь. Со временем я привык к моим новым знакомым в деревне, но в случае чего я готов их бросить. Хоть они и важны для меня, но не так же, как моя сестра. Однако… Я хочу лучшую концовку. Ту, в которой все живы и наслаждаются умиротворённым покоем. Я пойду прямо к ним. Встречусь с людьми один, чтобы не было ни единой жертвы. Из предыдущих вылазок было понятно, что крепость людей, откуда учитель забрал мою сестру из-за проигрыша над нежитью, находится не так уж и далеко от всё ещё полной жизни поселением. Туда я и направлюсь. Каждый мой шаг был пропитан пустыми мыслями. В голову ничего не приходило. Раньше она постоянно была заполнена чем-то, мысли всплывали бесконечным потоком, но не сейчас. Я не знаю почему. И всё же… Я делаю что-то не так. Что-то не даёт мне быть собой прошлым. И как бы я не пытался понять, ничего не выходит. Рядом уже начинали показываться стены. Появлялось чувство дежавю и потерянности. Я уже был у таких же стен, но с сестрой. … Встречу с сестрой я не вижу слишком радостной. … Дело именно в ней. Когда она была со мной, я всегда чувствовал себя по-настоящему живым. Пусть она и была для меня обузой, но её присутствие скрашивало мои дни. Поэтому она и не совсем обуза. Если человек приносит тебе хоть что-то хорошее, неважно физическое или психологическое, то он становится полезным. Ворота начинали медленно открываться. От этого скрип, наседающий на уши, разносился дольше, чем мог. Из-за них показывалась фигура. Это был Мирослав, озабоченный чем-то. Он стоял, ожидая моих действий. Когда я не бежал, не кричал, а всё ещё просто шёл, он постепенно приближался ко мне. Все его части тела окутывал свет, а больше всего его было в мече. Оставалось мне пройти ещё десяток метров, он встал в позу, готовый совершить размах мечом. С этого расстояния он бы не смог убить меня. В ответ я совершил точно те же действия, исключая покрытие себя светом. Я мог нападать им, но защитить тело им было мне нельзя. Ветер завывал, пока мы смотрели друг на друга. И вот, наконец, раздался ещё один звук. Лезвие Мирослава, рассекающее воздух, создавая свистящий шум, послало на меня жёлтую дугу, от которой исходило свечение. С моей стороны тоже понёсся удар. Когда обе дуги столкнулись, они втягивались в центр друг друга, пока полностью не исчезли. Он хотел проверить обладаю ли я разумом. Ведь я некоторое время не контролировал себя, пока не появился в неизвестном месте с множеством ран. На лице Мирослава появились слёзы, а глаза всё краснели и краснели. Своим голосом, который искажали стекающие с носа сопли, становясь рядом со мной, он тихо произнёс: «Спасибо, что выжил». Ему явно хотелось многое узнать и рассказать мне о том, что ему довелось пережить, но он не мог. Он и раньше был таким. В эмоциональные моменты он не мог сказать много, но произносил самое главное. Хоть и прозвучат его слова довольно банально, но разве мы не все такие? Ещё детьми наблюдаем и повторяем за всеми. Становясь чуть старше появляются зачатки личности, которая… Построена на том же копировании поведения, хоть и гораздо более сложное, чем простое повторение за другими. Во взрослой же жизни это укрепляется ещё сильнее и изменить себя становится экспоненциально сложнее. Я обнял его. Но это не значит, что-то плохое. То, что заложено в мозгу и дано нам природой, нужно использовать в свою пользу. Необходимо пытаться получить от себя как можно больше удовольствия от всего. Не нужно стесняться чего-то, ведь это ты. Это естественно для тебя и, возможно, других тоже. Просто жить и получать от этого счастье. Разве этого не достаточно? Мирослав… Раньше он ненавидел всех монстров. Но сейчас обнимает меня, нежить. Он явно смог перебороть себя. Он уже не ребёнок, поэтому ему измениться было гораздо труднее, чем мне. Мужчина смог передвинуть свои закостенелые взгляды, открывая место новым. Я боялся, что этого не случится, но он справился. Приятно видеть, что растёшь не один ты. Стражник, стоявший у ворот и наблюдавший за сценой, позвал нас жестом руки в крепость. Снаружи находиться было опасно, а видеть новые раны на теле знакомого, с которым ты давно не виделся, прямо на долгожданной встрече, не особо хочется. «Давай расскажем друг другу о том, что произошло с нами, что нам пришлось пережить в другом месте, более комфортном и безопасном.» Сказал я Мирославу протягивая одну руку в сторону крепости, а другой дружески поглаживая его спину. Подходя всё ближе и ближе к стене, я видел как девушка показывается на видной мне стороне открытых ворот, держа в руках младенца, что была моей сестрой. И вдруг меня охватило потрясение. Вспоминая все те приключения, которые мне довелось пережить вместе с сестрой, они были опасны. Мне хотелось прекратить это, чтобы после жить в мире и гармонии, но что я себе представлял? Я представлял эту жизнь через пелену счастья, не смотря сквозь него. Я не приводил рациональные сравнения, не пытался досконально представить себе процесс вечно повторяющихся дней повседневности. Я ошибался. Сильнее, чем когда-либо. Умиротворённый покой. Этого ли я хочу? Чтобы дни медленно и размеренно шли, повторяя почти в точности предыдущий? Нет. Я уже прожил такие дни в той деревне! Они были спокойными и ничего особого не происходило! Это было безумно скучно. Я чувствовал пустоту, пока находился там. Мне казалось, что я делаю что-то не так. Конечно, мои прошлые дни были опасными, но, как я уже говорил, нужна гармония. Мне не нужны чисто спокойные дни или полная приключений жизнь! Я не собираюсь жить так, как задумывал. Пока я могу всё изменить, почему бы этого не сделать!? Важнее всего принять правду, а не запомнить её. Одно только это может сильно изменить жизнь к лучшему. Нужно быть честным с собой и не искать полностью мирных дней, но и делать делать их лучше. В жизни должно быть больше красок! Мы должны испытывать яркий мир, чтобы и дальше могли им полноценно наслаждаться! Серые дни и только умиротворённые дни – практически одно и то же! Я буду чувствовать себя полным и живым! ---------- Том 1 Глава 27 Глава 27 И потому я не собираюсь оставаться надолго в одном месте. Мои глаза увидят как можно больше чудес нашей планеты. Ведь именно так я буду чувствовать себя свежим, наполненным жизнью. Оставлю сестру у других людей, пока она достаточно не вырастет и, если она захочет, возьму её с собой в путешествие. Я попытаюсь хоть чуть, но вернуться в те дни, когда я скитался по местам, ища еду и неся обмотанную сестрёнку на своей груди. Улыбка на лице стала шире. Оказавшись ближе к воротам, я взял её на руки. Я покажу сестре всю прелесть такой жизни. Думаю она сначала и не поймёт её особенность, но, прекратив это на долгое время, снова захочет путешествовать. Может перерыв займёт месяцы, а может год – неважно. Отдых от странствований, пока это делает тебя счастливее – хорошо. И пусть я сейчас не хочу никаких перерывов и что-то внутри говорит, что это плохо, я поддержу её. Это её жизнь. Пока мне не причиняет вред, я просто улыбнусь её действиям, вспоминая некоторые моменты из своей жизни. …Вижу противоречие в своих словах. Минуту назад размышлял о важности всех чувств, а сейчас снова возвышаю покой? Да, просто я стал более склонен к нему. Он довольно приятный. Злость, грусть, страх, радость и умиротворение. Держать между ними баланс – не равно равный процент. Какие-то эмоции будут доминировать над другими и это нормально, пока я всё ещё держу все эмоции на нужной планке, всё хорошо. Но нужно ли вобще об этом думать? Если постоянно следовать этому плану, снова и снова крутя мысль в голове, воплощая её в жизнь, пытаясь сделать жизнь более живой, это может привести к обратному эффекту. Появится пустота и серость. Однако. Думать об этом можно, просто не надо закручивать себя на этом. Она издала несколько тихих «агу» всё ещё с закрытыми глазами. Она всё ещё маленькая, но, сравнивая с прошлым, она сильно выросла. Я начинаю вспоминать прошлого себя, совсем маленького. Кажется, что это и не я вовсе. Тот мальчик был совершенно другим человеком. А если бы апокалипсиса не было, то я мог остаться этим же мальчиком, так и не сумев вырасти. Может моя жизнь канула мы в пучину вечно повторяющейся повседневности, а может мне бы это даже нравилось. Но всё же, в одном я уверен точно. Я бы не был настолько рад жизни, как сейчас. Те дни, когда заботы воспринимались так трудно, так и не настанут. Я стал более легкомыслен. Это не так уж и плохо. Идя всё дальше, начинали открываться виды на городок. Рядом с центром, как и обычно, располагался монастырь. Туда, скорее всего, мы и направимся. Но больше всего меня привлекли люди. Они выглядели гораздо счастливее, чем раньше, в прошлом городе, в котором я и стал паладином. Хоть и прошло с того момента довольно много времени, я сильно изменился. Все жители, которые замечали моё лицо, несмотря на мантию, реагировали по-разному, но всегда плохо: страх и ненависть. Были даже те, кто хотел кинуть в меня комок земли или камень, но отказались от идеи, увидев шедших рядом со мной людей. Апокалипсис отобрал у них вещи, которыми они дорожили. Но, если бы я мог отменить этот наплыв нежити, я бы отказался. Конечно, мои родители умерли и осталась одна только сестра, но взамен я получил очень быстрое развитие себя, как личности. Мне удаётся получать больше удовольствия от жизни, чем когда бы то ни было. Возможно, что я не один такой. Тёплое чувство появилось в области диафрагмы. «Он» тоже освободился благодаря апокалипсису. Все плохие события отнимают у нас что-то. Но самое главное в том, что дают тебе взамен возможность. Возможность вырасти. И нужно пытаться использовать его, хотя бы цепляться за него всеми силами, чтобы не утонуть в бесконечно неизменных днях. А что может нарушить их? Спонтанные поступки. Конечно, планировать что-то всё-таки нужно, но не всё. Интереснее всего, если ты сам не знаешь того, что ожидает тебя и удивляешься всему удивительному, что тебе удалось встретить. Разве это не прекрасное чувство? Ну… По крайней мере, так думаю и чувствую я. Двери громко открылись. По всему коридору были разбросаны иконы и фрески. Запах горящих свеч также давал о себе знать. Этот монастырь был похож на предыдущий. И тут мне вспомнилось несколько вопросов, ответы на которые я хотел знать. Я спросил о нём мужчину с красными от слёз глазами, который ходил рядом со мной весь путь к зданию. «Мирослав, почему ты напал на меня?» Сначала я решил задать один вопрос. А остальные задавать по мере его ответов на прошлые. ---------- Том 1 Глава 28 Глава 28 Его взгляд, который, становился более хорошим, снова погрустнел. Он ответил мне, стараясь говорить яснее: «Когда мы перебирались в новое убежище, сюда, по пути мы снова столкнулись с нежитью. Мы не могли защитить всех, поэтому…» Его голос становился всё сломаннее. «Погибло двадцать три крестьянина, два десятка ополченцев и восемь рыцарей. Каждый видел смерть этих людей. Они все очень боялись» Он взглянул в мою сторону. «И ты был одним из тех, кого они страшились. Тем, кто убил нескольких людей. Не управляющая собой нежить» Я подозревал, что за время моего отсутствия в реальности я мог навредить кому-то, но чтоб убить людей, находящихся в подчинении или под защитой Мирослава… Это было неожиданно «Когда я увидел тебя, то не хотел убивать. Пытался сдержать. Но из-за этого погибли люди! А то, что ты всё же обрёл свой рассудок, только стал ощущаться более взрослым, я… Я должен попытаться убедить их сделать тебе подобных союзниками…» Он теперь ещё и смотрит на меня по-другому, как на равного себе, а не ученика. Но всё ещё пытается не обидеть меня никак. Было мило, что он назвал меня «не управляющая собой нежить», а не «безмозглая». «Спасибо» - произнёс я с самой тёплой улыбкой. «Да, они бы тоже хотели встать под единым знаменем, хотя бы на время войны с плетью» Мой тон стал серьёзным. Я спросил: «Есть ещё один важный вопрос, беспокоящий меня. Почему магия стала гораздо сильнее? Не думаю, что это у одного меня. Даже у новичков свечение, сделанное за полдня получалось ярче, чем у меня за день практики. Что происходит?» Я надеюсь, что это не связано с чем-то плохим. Мне хочется жить, несмотря ни на что. Для меня нет ничего важнее жизни. На его лице проскользнула тень удивления, выраженная немного приоткрывшимися глазами и ртом, но она тут же исчезла, сменившись на выражение понимания. «Мы и сами этого не знаем. Когда этот вопрос был задан сущности из света, она запретила пытаться узнать что-либо. Но как ты узнал, что она увеличилась? Неужели ты всё ещё можешь использовать её?» Яркий огонь бушевал чуть выше моей ладони, а после начинал утехать, становясь маленькой сферы, но своей яркости она не меняла. Сфера была способна осветить целый двадцатиметровый коридор. В центре же, где она и находилась, свет был настолько ярким, что обжигал меня, но лишь немного, так как я пытался контролировать его, чтобы он не касался меня. Демонстрация была лучшим доказательством Он понимал, насколько всё-таки ошибался насчёт нежити, всех сводя к одной гребёнке, поэтому мысленно Мирослав продолжал корить себя. Видя это, я сказал ему: «Я знаю, ты ошибся. Но неплохо бы перестать так винить себя. Главное в ошибке то, исправил ли ты её или нет. А ты смог это сделать. Так что перестань, мне немного тоскливо видеть тебя таким. Не нужно так много самобичевать по одной теме. Ты уже смог понять её, возможно, даже заложил её в себя.» И что же получилось в конце? Я нахожу баланс между эмоциями. И со стороны кажется, что я совсем обычный человек, ну оно и так, но всё же я чуть более развит. Внутри же я чувствую себя прекрасно. Для меня нет никакого ужасного мира. Есть только то, что можно назвать плохим событием. В этом и разница между нами. Я счастливее. «Или можешь попытаться показать свою точку зрения другим. Сделать так, чтобы они приняли её» По дороге сюда некоторые люди уже видели меня, принимая за монстра, но я не монстр, а просто нежить. После недолгой паузы, он ответил: «Да, мне нравятся оба варианта. И думаю мы все рано или поздно, но используем их. Я попытаюсь изменить взгляды людей. Это кажется мне интересным занятием» Его голос всё ещё звучал немного подавленно, но уже немного радостным. Наверное, это из-за того, что он был учителем. Ему нравилась эта работа. Рост учеников всегда расходился тёплым ощущением по всему его туловищу. И это напоминало мне о сестре. Я повернул голову назад. Она всё ещё мирно спала на руках девушки. Мне хотелось снова взять и привязать её к своей груди, как раньше, в самом начале нашествия. Но сначала нужно было найти ткань. Кстати, а почему мы вошли сюда? Ради жилья? Но тогда Мирослав вышел первым наружу города, а значит специально ему доложили о моём приходе. Я спросил у него об этом, на что он ответил кратко: «Скоро узнаешь» ---------- Том 1 Глава 29 Глава 29 Он сказал это, указывая ладонью на платформу, к которой мы и шли. На ней было два разукрашенных витками столбов, а за ними большой витраж, украшавший пол самыми разными цветами, пока светило солнце. Но по ночам это место превращалось в сцену из кошмаров, хоть и были на нём нарисованы люди и божественное существо. Пожалуй, это частая черта церквей. Они будоражили разум своим дизайном, но, когда не было света, не было людей, церковь становилась будто бы вместилищем всей пугающей нечисти, не видимой глазу человека. Сделав шаг, я почувствовал, что всё вокруг начинает размываться в облаке белого света. Когда оно поглотило всё, из этой белой пустоты начали выползать картинки, оборачивающиеся видением. Это не было похоже на то, будто я переживал их. Скорее я начинал понимать, что эта информация появилась в моей голове в уже готовом виде. Хоть церковь и имела большое влияние на людей, но она не могла так просто пойти наперекор их мировоззрению. Был уже подобный случай – патриарх Никон. Им нужен был инструмент, позволивший показать людям, что Бог на стороне всех разумных существ. И им был я, тот, кто мог пользоваться светлой магией, являющейся символом защиты от Бога. Если бы получилось изменить мнение людей о монстрах, то на разумную нежить перестали бы нападать. Но одного меня могло быть недостаточно. «Я уже обучил некоторое количество своих собратьев. Нужно лишь привести их сюда» Это было удачное стечение обстоятельств. Мне хотелось, чтобы они использовали моё обучение только ради противовеса паладинам. Но оказалось, что их и вовсе могли перестать атаковать. Однако… Должна быть причина, по которой они только сейчас решили быть в мире с нелюдями. Ведь до этого они могли просто попробовать научить этому разумную нежить, пусть могло не получиться, но шанс был. Я решил спросить у них об этом, на что получил ответ в виде очередного видения. Конечно, вот они уже пробивались сквозь монстров, шли прямо к цитадели, вот только противники становились всё сильнее и крупнее. Такие слабые существа, которые могли похвастаться только своими когтями, оказались всего лишь первой волной. Подобравшись, они видели больших, по-настоящему громадных существ, бывших ростом даже до четырёх метров. Они были медленными, да, но рядом с каждым таким всегда было несколько упырей, славившихся скоростью. Эти чудовища запросто ломали броню, кости. А случалось это всего за один удар. Тогда они и поняли: «Остаткам людей в одиночку не справиться» Им нужны были существа, подобные их врагам, но являвшиеся союзниками, чтобы победить в этой войне. Если бы людей было бы так же много, как раньше, они бы точно выиграли, но после всех событий погибло около 70%. Из них треть была обращена в нежить. Поэтому им нужны были союзники, нужно было переступить свои взгляды, чтобы дальше они могли жить. Иначе нежити могло становиться только больше, а вместе с тем количество людей уменьшаться. Но! Часть, совсем маленькая частичка, из них могла отколоться и не быть под чьей-то властью, став разумными существами. Пусть они больше не были в том прекрасном сне, какой был у меня, но они оказались в реальности. Не в одном любимом им сценарии, а в мире, где их бесконечное множество. Они жили, горевали, получали эмоции. В общем-то полноценно проживали свой век. Они могли никогда не достичь своей мечты в таком тяжёлом мире, но то, что они всё же шли к ней, было их надеждой. Высок шанс, что удастся осуществить желанное очень малой горстке людей, но они пытались, тем самым улучшая свою жизнь. Это уж лучше, чем проживать себя там, где ты испытывал только радость. И я считаю это прекрасным. Несмотря на все тягости, некоторые шли, многие падали по пути, не сумев идти дальше, но все они развивались. Конечно, печально, что успеха достиг не именно ты, хотя и старался. Но ты стал лучше, чем был. В этом и вся прелесть. Я не знал как отреагируют все, но точно появились бы те, кто желал идти вперёд в этом направлении. Мой народ сильнее среднего человека. Им было бы даже проще, чем когда они были людьми. Правда это было бы только физически. Эмоционально им было бы тягостнее. Они были в меньшинстве, если представить их среди людей. Далеко не все приняли бы их с объятиями. Поэтому и важно при обдумывании решения принимать не только материальную составляющую, но и духовную, ведь это важная часть всего. Но рано или поздно они бы стали ближе друг к другу, одни бы даже влюбились, будучи разными расами. И так, борясь рядом, оказывая поддержку, они бы стали хорошими союзниками. А те, что были в армии, рассказали бы своим семьям, запуская мнение всё дальше. Но работало это и в обратную сторону. Было сложно найти правильный исход. Я не знаю будущего, но, даже не зная его, пытаясь изменить возможно плохое будущее, оно всё же будет положительнее для нас. «Я попытаюсь заручиться их поддержкой» Это было лучшее решение на мой взгляд. Если бы людей теснили, нас бы в итоге тоже смели. Поэтому я попытаюсь сделать то, на что способен. И если у меня не получится оправдать своих ожиданий, я всё равно сделаю более благоприятное будущее. ____ Я искренне не понимаю причину, по которой при выходе каждый главы стабильно добавляется 2 читателя (два человека добавляют в свои списки произведение). Не 1 и не 3, а именно 2 0_0 ---------- Том 1 Глава 30 Глава 30 Но одному было бы слишком долго собирать все поселения разумной нежити, о которых знали люди. Поэтому, прибыв обратно в деревню, я рассказал им о том, куда им нужно добраться, что сказать. Сначала они, конечно, не все хотели делать это. Но нужно было научиться отделять личные убеждения от того, что принесёт тебе выгоду. И я сказал им об этом, правда в более ласковой манере. Всё ещё не все хотели участвовать. Были те, кто смотрел с презрением, другие будто на сумасшедшего, но половина теперь была на моей стороне. А я направился обратно к крепости. Мне хотелось снова увидеться с сестрой. Не считая месяца, который прошёл для меня очень быстро, мы не виделись совсем немного. Однако это время казалось таким длинным. Прежде, во времена до начала всего этого, дни шли другим чередом. Они казались мне такими быстрыми, что и не заметишь, а пролетит уже год. Но сейчас, когда я вспоминаю обо всём, я так много испытал, произошло так много событий. Поэтому и кажется, будто время шло иначе, сравнивая с прошлым. Чем насыщеннее было проведено время, тем больше всего ты мог вспомнить. Ведь воспоминания ориентируются на запоминание событий, а не идут по стандартной формуле раз в определённое время. За день можно было пережить столько, что покажется неделя часом. Может по этой причине я хотел бы стать путешественником. Мысль о том, что я когда-нибудь исчезну, пугала меня. Быть в небытие, ничего не чувствовать, ничего не делать, просто исчезнуть – одна только мысль об этом вызывает пустоту. Всё, чего я достиг, что я прожил – вместе со мной исчезнет всё. Путешественники же видят много нового, часто познают новое знание, испытывают бурю эмоций. Их жизнь насыщенная, кажется гораздо длиннее. Будто смерть становится дальше. Я пытаюсь сбежать от неё. Думаю это естественно. И предстоящая главная битва… Наверняка на ней погибнет не одна сотня наших. Их будут чтить как героев, говорить будущим поколении о подвиге, совершённом ими. Но разве они будут знать их такие маленькие истории жизни? Разве это войдёт в историю? Все забудут. Уже множество родственников погибло. У большого числа людей не осталось бы тех, кто помнил их. Они бы словно никогда не существовали. От такой мысли сердце сжималось. Всё будет позабыто, всё исчезнет. Мир для нас зачастую это то, что окружает и влияет на нас самих же. Можно ли сказать, что если исчезну я или он, их мир исчезнет с ними вместе? … Давно я не был в таком унынии. … После таких мыслей хотелось сбежать. Чтобы никто не смог меня найти, чтобы я не шёл на это самоубийственное сражение. Да, я проживу всю жизнь с болью с груди из-за того, что бросил всех, но так я буду жить. Я точно выживу и продолжу наслаждаться жизнью. И тут сознание предоставило мне картинки возможного будущего. Я никогда не увижу всех тех людей, с которыми встретился, а если и встречусь, то буду чувствовать неприятную дрожь по всему телу. Будет много трупов. Все они помрут, сгинут, исчезнут из этого мира. И то небольшое количество, что выжило, будет пытаться нести этот тяжкий груз на своих плечах. Будут знать, что больше никогда не встретят близких, но жить. А я, если не стану отшельником, чего я не хочу, буду смотреть на них и вспоминать своё решение. Мама, папа, та нежить – все они мертвы... Нежить?.. Точно. Он ведь поселился во мне, но до этого был призраком. Он не мог ни с кем контактировать, кроме того человека в капюшоне. Значит и я буду жить после смерти. Да, я не смогу ни с кем общаться. Но… Не исчезну. В мире так много всего, поэтому пусть мне и будет иногда одиноко от того, что я не могу общаться с людьми, но всегда смогу подслушивать их и просто путешествовать везде. Может я смогу общаться и с другими призраками. ---------- Том 1 Глава 31 Глава 31 И таких людей, что исчезнут навсегда, станут всего лишь удобрением и воспоминанием для других, будет полно. В будущем они станут всего лишь цифрами в количестве погибших. Такие числа ведь даже и не вызывают никакой жалости. Но каждый из них, надеюсь, умрёт с положительными эмоциями, зная, что их смерть не была напрасна… Пусть хоть так, чем просто сгинуть… … Это был пасмурный день, не вызывающий улыбки. Не только это служило источником плохого настроения, но и предстоящее. Совсем скоро своими крохотными силами мы выдвинемся на последнее крупное сражение, ознаменующее конец. А конец чему… Это мы вскоре и узнаем. Сравнивая с прошлыми войнами государств, эта была совсем малой. С нашей стороны шло всего лишь несколько тысяч воинов, собравшихся со многих городов и деревень. Остатки других стран тоже выдвигали их. В сумме получалось даже меньше половины сотни тысяч солдат и добровольцев. Было бы всё хорошо, если бы каждый мог убить нескольких, вот только и среди врага есть подобные. Именно из-за них люди и не могли так просто победить врага. Однако и среди нас были человекоподобные, каждый из которых был сильнее человека минимум в 1.3 раза. Может показаться маленьким, но если человек был сильнее того же в 2 раза, то он мог справиться и с десятью людьми, что были слабее него на столько же. Такие были не только у нас, но и у других стран, хоть и не у всех. И вот мы начали своё движение. Лица у всех были смешанными. Можно было видеть как решимость, так и сомнения. На них могли надавить те люди, которых он считал близкими. Мимо проносились разрушенные деревни, уже полностью разграбленные. Каждый тащил с собой в той или иной сумке что-нибудь съестное. Не было единой формы. В конце концов, мы очень ограничены в ресурсах. Каждый просил не у вышестоящих, а брал свою сумку, даже если она не очень то и удобна. Были и верёвки, образующие сеть, а она уже свёртывалась в подобие сумки, и безумцы тащившие всё в десятках карманах и внутри шляпы. Это были не самое худшие хранилища, сравнивая с некоторыми… Наша мини армия выходила из разграбленных мест в те, что пока ещё не были опустошены. Путь прокладывался так, чтобы мы всегда могли пополнить свои припасы. Поэтому мы и старались идти так, чтобы входить в нетронутые деревни. Этот вид напоминал большей части о самом первом дне апокалипсиса. Некоторые уже образовали группы, с которыми и проводили время в разговорах, пока мы шли. Сначала число групп было маленьким, но всё росло, пока большинство людей на начали входить в них. Я не мог присоединиться к ним. Что-то отталкивало меня от этого, не давало просто взять и заговорить. Но за это короткое время, длиной в несколько месяцев, я уже привык к одиночеству. Наблюдать за тем, что они счастливы, несмотря на весь предстоящий ужас, было достаточно для меня. Снег уже таял, обнажая скелеты, тут и там покусанные и с оторванными частями тел. Некоторые, лежавшие глубоко в снегу, всё ещё имели кожу, но на них были глубокие раны, даже рваные имелись… И их, к несчастью было по несколько на каждом увиденном мертвеце. Тот самый день, день положивший начало всему. Я никогда не забывал его. Именно он послужил причиной моего роста. Если бы я мог вернуться назад, оставшись без воспоминаний, я бы не согласился. Раньше всё казалось более простым, весёлым и просто… Не таким. Определённо, присутствие в моей жизни стольких потрясений сделало меня более живым. Мы проходили множество таких же деревень. Снова и снова. Нецелые скелеты валялись повсюду, иногда образуя свои мини истории. Люди, пытавшиеся держаться за руки, пытавшиеся убежать, погружённые в их же подклет с выбитыми сверху досками – уже мертвы. Эта пара так и не смогла взять друг друга за руки. В их доме была разбита посуда, но следов битвы с монстром там, где лежат осколки, не было. Поэтому я хочу жить. Мне слишком многое хочется сделать, испытать новые чувства. И поэтому я сделаю всё ради своего выживания. Я решил. Даже если мне в итоге придётся бежать, даже если меня будут бесконечно бранить, я хочу жить. Пусть со мной может случится та ещё участь... Я буду жить. Ради новых эмоций, ради попыток их получения. В мире не два и не несколько человек. В толпе, бросающих на меня ненавистные взгляды, обязательно будет хоть один человек, который мог бы стать мне другом. Наверное, это и есть становление личностью. Цель сделала меня тем, кто любит жизнь. Бесконечное количество целей, постоянно появляющихся, создало меня. Идеи просветителей становились для меня ясными. Те выражения, над которыми я шутил с другими, стали не просто каким-то выражением. Но важно ли это? Может быть. Так или иначе я не буду жить, прикрываясь этими фразами, буду отвечать в полной мере. Впереди стоял ещё долгий путь. Нам нужно было разрушить не одну базу. Наше объединение будет захватывать всё по частям, чтобы не дать главному сбежать или сделать что-то ещё, пока не дойдём до самого центра. Скоро закончится наше выживание и настанет жизнь ___ Что же, вот я и вернулся. Доступ к интернету и ноутбуку у меня появился ещё на прошлой неделе, но тогда я не мог писать. У меня попросту было не то состояние для такого. Поэтому теперь, когда я восстановился, я снова буду выпускать главы. Думаю я разъясню всё в своём послесловии, что появится после последней главы. А она не так уж и далека ---------- Том 1 Глава 32 Глава 32 Хоть и не было каких-то интересных событий, их-за которых день прошёл бы быстро, но весь наш путь показался мигом. Я был погружён в себя. Меня терзало слишком много вопросов. Раньше у меня было не то состояние, чтобы думать о таком, но сейчас оно такое. Что это за «сила света»? Что за существо стояло в день моего принятия в паладины на амвоне, возвышающим его над всеми, испуская яркий свет? Почему удар с использованием этой магии поглощается другим, а не проходит насквозь? Почему раньше информацию об этих существах передавалась лишь из уст в уста, а теперь их так легко увидеть? Это была лишь маленькая горстка вопросов, поднятых спустя столько времени. Но размышления об этом, конечно, никуда не привели. Я ничего не пытался узнать, не получил какой-либо теории, потому что был слишком поглощён своими эмоциями. Однако думаю это было для меня полезнее, чем если бы я всё это время изучал этих странных существ и магию. Пусть это и сделало бы меня сильнее, важнее, но благодаря своему взрослению я стал… Просто по-другому видеть мир. Тот я всё равно бы не достиг многого, но теперь он стал лучше, позволяя видеть и принимать правду больше. За эти дни в пути мы встречали не так ж и много нежити. Они мало чем могли навредить нам. Это были простые, самые слабые монстры. Умереть от их рук мы могли только оказавшись в тесном помещении. Таких мест просто избегали. Так мы и дошли до первого места прибытия. База находилась в густом лесу. В подобном было довольно трудно размахивать мечом. К счастью, владельцев полуторных мечей было немного. Больше всего было копьеносцев и владельцев коротких мечей. И теперь была замечена ещё одна странность: «Где животные?» Я тут же дал себе ответ: «Их всех убили, чтобы они не мешались» Повсюду послышалось шуршание. Звуки ходьбы, шорох листьев – всё давало знать. Рядом враги. Существа с массивными телами и волчьим телом первыми набросились на нас. Когда они были вблизи, копья вонзились в некоторых из них. Одного удара копьём не было достаточно, поэтому мечи тут же шли в ход. Своим новым железным копьём я пытался попадать в живот или в шею. Конечно, не всегда удавалось, но теперь рядом со мной были люди, готовые закончить это дело. Пока мы сражались с нападавшими, строй приобрёл вид полукруга, так как враги шли только спереди и немного по бокам. Даже звуков сзади на было. Поглощённые сражением, мы не замечали это. Лишь когда послышался вопль, знаменующий болезненный конец жизни, мы заметили, что враг пробрался к нам сзади. Тихие существа, ступающие на четырёх конечностях, а не на двух, тут же разделались с десятком людей. Повернув глаза, один уже прыгал на меня, как можно быстрее я поднял копьё в его сторону, выстрелив светлым зарядом. Попав в колено, я готовил копьё к следующему выпаду, но и со стороны монстра в меня полетел сгусток светлой энергии, превращающийся в длинный наконечник стрелы. Да, без своей новой силы, полученной от превращения, я бы не успел сделать хоть что-то, но превращение сыграло и в плохую сторону. Будь я человеком, ничего бы не произошло, но поскольку я немного нежить, урон от этого будет получен. Его удар попал мне в грудную клетку. Паутина расползлась до шеи, не трогая нижнюю часть тела или другие стороны, пытаясь приблизиться именно к голове. Острая боль разнеслась по всему телу, начиная от образовавшейся паутины. Чувствовалось, будто меня только что могли вытолкнуть из моего же тела. Это дало мне шанс использовать больше сил, сконцентрировавшись на скорости, падая вниз, чтобы противник упал не в меня, а рядом, я развернулся, готовясь встретить его. Он уже был готов к атаке, не то что я, поэтому своим мощным и сильным прыжком он врезался меня. Скользя по земле несколько метров, он одновременно с этим сжал пасть, находящуюся на моей шее. И хоть я не мог использовать копьё на такой короткой дистанции, у меня было своё новое тело. Я всё ещё мог победить. Своими когтями, заряженными светлой энергией, на пальцах я снова и снова вонзал их ему в живот, а другой держался за его пасть, снижая давление на свою шею. Заметив осложнения у своего товарища, ещё одна тварь набросилась на меня. При растягивании рук можно почувствовать как тянутся твои мышцы. Сейчас это и произошло. Я ощутил как мышцы, неспособные сокращаться так сильно, отрываются друг от друга. Как кость, служившая моей руке всегда опорой, сейчас уже прокусана существом, чья хватка пастью сильнее, чем у волка. Половины моей руки, там, где заканчивается локоть, больше не было. Рука, служившая для направления моих когтей прямо в монстра, не существовало для меня. Другая рука, теперь уже единственная целая, начала быстро отращивать когти, увеличивая их в размерах. Раньше они были три сантиметра в длину, но начинали увеличиваться, становясь шестисантиметровыми. Один из пальцев разрезал кожу там, где недалеко от рта, проделав извилистую дыру в ней. Хватка немного ослабла. Головой я всей силой двинул в сторону верхней части головы, а оставшаяся рука направилась туда же, где коготь проделал дыру в челюсти. От всех действий рот животного немного приоткрылся. Пальцы схватились за зубы, всей силой отталкивая её назад. В этот момент когти животного пытались проткнуть мою кожу, но я крепко схватил его ногами, не давая поступать новой крови. От этого его ноги становились слабее. Моё тело начинало светиться, всё сильнее ослабляя монстра. Я чувствовал ещё одно отделение себя, но на этот раз лишь ментальное, взамен создавая чувство утраты близкого. Послышался хруст со стороны волка, а после этого челюсть отделилась от его тела. Шокированный, ослабленный монстр вскоре прочувствовал боль сдавливания шеи. Раздался победный хруст. Монстр уже не мог дышать, поэтому вскоре должен погибнуть. Всё это время сзади, с той самой нечистью, оторвавшей часть руки, шла борьба. Другой человек принялся за него, но не мог справиться. Когда моё тело начало испускать яркий свет, чёрная дымка отделилась от него, направившись к волку. Когда оно вошло, монстр начал совершать странные действия, иногда отклоняя свои атаки на человека, из-за чего и погиб. После битвы свет, исходящий от тела, быстро рассеялся, а дымка вернулась в моё тело. ---------- Том 1 Глава 33 Глава 33 Я начинал чувствовать сильную слабость. Я мог сделать с телом всё, что хотел, но каждое попытка предприятия действий давалась с трудом. Первыми начинали сдаваться ноги. Я упал на землю. Рядом со мной был человек, но сейчас они все были заняты монстрами. Казалось, что я сейчас умру. И в подтверждение этому глаза начинала охватывать тьма. … Давно это было. Сверху было ясное небо, недалеко шум прибоя, а сам воздух был по-летнему тёплым. Это была скала, находящаяся неподалёку от деревни, в которой и умер призрак, находящийся во мне. «Проснулся?» Я думал, что с тех пор мы слились воедино, но, кажется, это было не совсем так, судя по тому, что из меня вылетела дымка. Он, несомненно, повлиял на мою личность, но не исчез полностью. Всё ещё был на задворках сознания. «Что случилось?» - хоть вопрос и не задавал чёткого направления, но сейчас мне это было и не нужно. Было слишком много вариантов ответов на «Что случилось?», я хотел услышать хоть один. Но ответа не было, лишь странное жужжание. Это была не реальность, а потому я мог поднять голову, чтобы оглядеться в поисках засевшего внутри меня духа. Но… Картина была неожиданной. Не было чёткого силуэта, каким он встречал меня раньше, была лишь дымка, напоминавшая по форме человека. Видимо, он лишился большей части сил и сейчас крайне слаб. У меня уже не оставалось сил, чтобы пожалеть его или что-то подобное, я бесчувственно глядел на пролетающие мимо облака. «Всё, через что я прошёл: моя спокойная жизнь и происходящая сейчас. Если мы сможем уничтожить плеть, то действительно ли мир будет таким же, как до всего этого? Наши силы света могут отобрать, а…» - я посмотрел в сторону призрака «Он тоже может исчезнуть, но что будет со мной, если нас разлучат? Или и вовсе возьмут нас обоих» Не было никаких ответов. «Когда я выберусь отсюда? После моего недолгого пребывания в похожем выдуманном мирке, я очнулся истекающим кровью. Тогда эти раны были не из-за меня, но сейчас действительно оплошал я» - всё ещё смотря на дымку, продолжал: «Мог ли он тогда взять контроль над моим телом? Но сейчас он здесь, передо мной» «Признаться… Жить не особо то и хотелось. Я не хотел что-либо делать. Своими внушениями о «росте» я пытался сделать именно это своей целью, но разве нужно мне такое стремление?» Вспоминая своё прошлое, я искал в нём ответ: «Нет. Не было никаких позывов на такое» … Когда я достаточно вырос, отец начал водить меня на рыбалку. Он давал мне один конец сети, а сам брался за другой. Он пытался обучить меня тому, что знал сам, ради того, чтобы я не голодал и мог позволить себе есть мясо, а не только овощи да кроху подобия мяса в виде яиц и крайне редко немного курицы. Но я только мешался ему. Из-за этого ему было только труднее, он тратил больше времени на подготовку, иногда отлавливал свалившуюся в воду сеть, это лишь малая часть моих ошибок. Я не мог не сказать этого ему об этом на лугу, после окончания поимки рыб, на что он ответил: «Да, я злюсь из-за за этого, да, ты только и делаешь, что мешаешься. Если бы тебя не было, улов был бы больше» - и по моим щекам начинали катиться слёзы. Я сам всё это прекрасно понимал, но услышать такое от отца… Было для меня слишком. «Но в этом есть и мои ошибки. Я мог и вовсе не брать тебя, мог быть более хорошим учителем, но я обычный человек. Я знал, к чему приведёт моё решение взять тебя с собой, ведь сам был на твоём месте. Отец отказался учить меня, видя как плохо у меня получается. Я не гений. Он вечно говорил: «Нынешнее поколение полно дураков! Как они смогут унаследовать хоть частичку нашего опыта!?» «И тогда я слишком серьёзно воспринимал это. Видя мои слёзы, он называл меня плаксивой девочкой, утверждал, что я – не мужчина, придумывал мне клички, подобные «тюфяку», так и звал меня, даже в присутствии оставшихся друзей. После я уже ни с кем не мог водить дружбу, погрязнув в бесконечных попытках стать лучше» Мы уже начинали подходить к нашему дому. А он, перестав говорить, повернул голову к матери, мывшей в огороде нашу одежду. «Мне нужен был всего лишь толчок, маленький, но крайне важный. И я смог получить его. Тогда то я и понял, что мой отец был подонком, увидев её хорошую семью. И важно пытаться стать лучше не только в работе, но и в личности, чтобы не сотворить то же, что и мой отец» Он улыбнулся, протянул руку к моим волосам и разворошил их, а после побежал, крикнув мне: «А теперь пойдём помогать маме и чистить наш улов!» … Тогда он и открылся мне. Я хотел быть таким же классным, как он тогда. Может, поэтому, не осознавая, стремился быть похожим на него. И пусть сейчас всё выглядит таким ужасным, но я буду держаться за прошлое, продолжая жить. И в один прекрасный день, судьба, улыбнувшись мне, сделает такой же толчок и для меня. Я прекрасно понимал, что этот толчок может никогда так и не возникнуть, но сейчас мне не хотелось думать о таком, снова вгоняя себя в уныние. А теперь… Пора выбираться отсюда. Возможно, что ещё одно использование магии, большей чем я могу контролировать, разрушит этот выдуманный мирок, вернув меня в реальность. Тут же думалось и о других. Призрак мог и не оправиться от такого. Всё ясно, причина, по которой он спустя столько времени очнулся ото сна, да ещё и в таком плачевном состоянии, кроется в слишком сильном свете. Но… Я хочу жить. ___ Частица того, что я расскажу в послесловии книги. Да, история может отличаться от того, про что говорилось в прошлых главах. Конечно, можно выдумать кучу оправданий мыслям Айко в этой главе, но я не буду этого делать. Скажу одно: книга будет переписана. Уже несколько недель назад я начал понимать, насколько же плохой получается моя книга. Количество ошибок удивляло. Я не хочу бросать писательство. Да, я полный новичок, не смыслящий ничего в письме, но я пытаюсь становиться лучше. Ну, во всяком случае, не думаю, что кто-то вобще читает новые главы, поэтому и увидеть всё это некому) ---------- Том 1 Глава 34 Глава 34 Тело в обоих мирах начало искриться светом, всё начиналось с головы, пока он не достиг каждой части тела, постепенно увеличивая своё свечение. Оно стало довольно сильным, от чего я закрыл глаза. Чувствовалось, что тело покидают силы. То, что раньше было частью меня, исчезает. Дух, изменённое тело – всё возвращалось в человеческое состояние, словно возвращаясь в прошлое, когда не было всех этих смертей, но шрамы, мускулатура и воспоминания не исчезали. Я становился слабее. Смогу ли я вообще выжить в этой войне, став менее сильным? Впрочем, это был единственный вариант, при котором меня не ждала бы смерть. У них были бы трудности с дальнейшим походом, ведь ряды людей в этой группе заметно поредели и всё же с нападающей сейчас нежитью они бы справились. Но… Что странно, моё сознание покидало меня, а не становилось сильнее. Такого никогда не случалось, пока я просто изучал магию в соборе, никак не перевоплощаясь. Этого не было и до сих пор. Я только чувствовал себя слабее, но не настолько, что терял сознание. А значит, что-то изменилось с момента начала битвы в лесу. Я пытался мыслить. Это давало мне иллюзию более хорошего состояния. Не помогло бы в избавлении проблемы, но снизило бы поток беспокоящих эмоций. Ощущение, будто у тебя ничего не выйдет, ты ничего не добьёшься, все твои цели, мечты окажутся неосуществимыми по причине смерти, а попытка избежать её провалится. Это и был «поток беспокоящих эмоций» Несмотря на это, моя попытка не прекращалась, пока я, в конце концов, не перестал чувствовать что-либо. При использовании магии света, меня покрывала мягкая оболочка. В кожу, покрытую ею, входили маленькие нити, как раз таки, казалось, питающие этот светлый слой. Теперь же этого не ощущалось. Медленно, от боязни снова вызвать жжение в глазах или увидеть пугающую действительность, открыв глаза, я увидел лишь мир, состоящий из пугающего числа серых оттенков. И… Моё валяющееся на серой траве, такого же цвета, тело. … Не было никакого ощущения, будто мир вдруг стал идти медленнее, словно остановился. Не было шока. Я знал… мне не удастся прожить до старости. Даже мой отец не прожил столько, а я? Я так и не стал лучше него… ни в чём. Слёзы хотели появиться и скатиться вниз, но они так и не появились. Но я всё равно хотел пожить, хотя бы ещё чуть-чуть. В мире так много всего неопробованного мной: путешествие, ночлег с друзьями и… я так и не нашёл того человека, с кем хотел бы разделить жизнь. Папа… ты так много рассказал о своей жизни. Мне было весело слушать твою историю. Пока ты говорил, я всегда представлял себя на твоём месте. Как бы я был счастлив, если бы опробовал то же, что и ты… … Мы сами вызываем всё больше слёз в некоторых горьких ситуациях, вспоминая больные воспоминания и то, как они повлияли на настоящее. Вот и эти слова были сказаны ради пробития своих же слёз, чтобы после снова ощутить себя счастливым, но сделать это никак не удавалось; я ничего не чувствовал. Должно быть, именно такой была жизнь духа, засевшего во мне. Никаких ощущений, только пустота и… Внутри, где-то в области груди, где находится высшая точка сердца, что-то хотело вырваться. Это были эмоции, уже запертые. Пусть они заперты, казалось, немного просачивались. При взгляде на небо можно было увидеть хаотичный водоворот. Обычный бы крутился в одностороннем движении к центру, но в этом оно постоянно менялось, вызывая взрывы волн в местах столкновения. Он так же был серым, как и всё другое, но было и отличие. В белом центре края излучали слабое, почти невидимое, свечение всех цветов радуги. А по земле была разбросана кровь двух разных оттенков красного. Та, что темнее принадлежала людям. Её хоть и было много, но всё равно меньше, чем принадлежащей нежити. Большинство из сражающихся сейчас людей были в этом деле новичками. Максимум занимались пару месяцев. А это было их первое крупное сражение, как и моё. Большинство пыталось сдержать свои слёзы, но для других это было слишком трудно. Они упали на колени и смотрели на своих уже мёртвых товарищей, не сдерживаясь. Они знали друг друга совсем немного, но у них у всех была одна общая тема для разговора: мысли о том, что будет дальше. Некоторые хотели навестить могилы своих родителей, рассказав о своих подвигах. Вторые утверждали, что после конца войны жизнь будет прекрасна, ведь практически вся аристократия сгибла, оставшиеся несколько были слишком погружены в отчаяние, чтобы решить взять бразды правления себе. Не будет никаких насильственных сборов мужчин из семьи на войну, отчислений вышестоящим более чем половины урожая и так далее. Эта тема широко обсуждалась среди людей. Когда они говорили о ней, не забывали упомянуть про свои мечты и цели, выглядя такими счастливыми. Третьи хоть и не верили, что всё будет так хорошо, но всё же предавались счастливой атмосфере по этой теме. А теперь, эти с улыбкой говорящие про свои цели люди, оказавшиеся в самом центре сражения, сгинули вместе со своими мечтами. Они казались друг другу схожими, быстро находили язык и ещё не вкусили то, каково видеть как твоих товарищей убивают на твоих же глазах. Но путь их на смерти вовсе не закончен. Теперь они все бездумно парили глубже в чащобу. ---------- Конец? Ну что ж, привет, читатель. Ты мог задаться вопросом: "почему глава выходит более 1 недели?" дело в том, что сейчас у меня трудный период в жизни. Я говорил это и раньше, когда каждый день думал: "покончить ли с собой?" Когда изо дня в день я снова и снова засыпал с красными от слёз глазами. Но пытался жить. Я находил себе всё больше целей, ради которых был бы готов жить. Ночь стала моим любимым временем, потому что рядом никого не было и было холодно. Это позволяло мне полностью окунаться в себя, пытаясь стать лучше. И именно тогда я стремительно менялся. Эта новелла - одна из целей, которые поставил перед собой. Мне казалось, что я делаю хоть что-то важное, что-то, ради чего стоит жить. Чтобы в будущем стану популярным, а тогда изменю мир. Я понимаю, что не смогу повлиять на "я" людей. Но хотя бы сделаю так, чтобы всё больше человек думало: "Он мой кумир. Я хочу быть как он!" И тогда я бы смог жить счастливее, ведь мог бы делать свои любимые занятия, не получая косых взглядов, а иногда и оскорблений, и рукоприкладства. Но я понимаю, скорее всего, я этого никогда не достигну, так и оставшись таким же жалким человеком. Мне хотелось быть сильным. Сильнее кого-либо. Тогда я бы смог делать вещи, нравящиеся мне: исследовать мир, изучать истории людей, узнавать всё больше о различных группах людей, переодеваться в одежду противоположного пола, писать истории, сочинять песни, помогать людям, но, увы, я ничего не могу. Поэтому герой такой слабый, как я. Чтобы внушить себе: "Он слаб, ничтожен, но всё же счастлив. И я могу быть таким же" В конце концов, передо мной слишком много целей. Нет, их всё ещё мало. Почему же мало? Тогда, когда они были придуманы, я был по-настоящему живым. Слёзы, рвота от попытки суи**да, а потом и просто так, счастье, радость, даже любовь. Всё это заставляло меня чувствовать себя живым, полным эмоций и трудностей. В то время я ненавидел всё это. Но теперь, когда всего лишился, хочу вернуть. Всё больше того, что я внушил себе, оказывалось неправдой, лишь попыткой утешить. А теперь остался лишь такой я: никуда не исчезнувшие проблемы, осознание, что всё оказалось ложью, остался практически ни с чем и ни с кем, а также медленно исчезающая радость, а вместе с ней и всё остальное. Даже сейчас, создавая всё больше новых строк, чувствуется лишь слабая горечь. Раньше, когда я лишился всех своих близких в один момент, я загнал себя в угол на несколько месяц, а потеряв навыки общения, не сумел разговориться ни с кем. В итоге стал одинок. Позже же внушал, что люблю одиночество. Но, как и в прошлый раз, всё рухнуло. Даже тот человек, в которого я был влюблён, единственный с кем мне было приятно проводить время, с кем я смог подружиться, один, кто не был просто новой батарейкой дофамина, ушёл из моей жизни, узнав частичку правды. Я его не виню. По правде, я уже не знаю как мне жить. ... Всё то как раз знаю, просто не хочу принимать. Уже было множество планов на ближайшее десятилетие, я могу хотя бы попытаться следовать по ним. Но уже не хочется. Нет ничего, что могло бы снова заставить меня расти дальше. А новелла и вовсе скоро должна закончиться... Мне всё ещё хочется умереть, но не хочу исчезать. А потому, если всё не станет ещё хуже, продолжу свою никчёмную жизнь, полную безуспешных попыток. Спасибо, что читали мою новеллу: "Ужасный мир", даже она получилась не такой, как было ожидаемо. Провал. Дальнейшая судьба книги мне неизвестна. Есть лишь три варианта: она перестанет выпускаться, а значит и я войду в "оффлайн", она будет переписана, как единственное, что, возможно, у меня получится. Третье же... Всё будет как обычно... Возможно, её даже снимут с сайта, так как присутствуют строки о само**ийстве... Я попытаюсь выйти из своего состояния, всё так же ища себе цели, но уже не только их, но и новые хобби. Попробую заняться музыкой, боевыми искусствами. Всем, что покажется мне хоть чуточку интересным. В мире ещё есть те люди, которых я был бы каждый раз рад видеть и один из них уже со мной. Есть ещё тысячи слов, которые я хотел бы написать в этой главе, но это будет слишком. Приятной вам жизни. ----------