Непобедимый величайший копейщик. Сияющая звезда дома герцога, разрушивший традиции и ставший мастером рыцарем, не владея мечом.

Великий герой, положивший конец долгой гражданской войне в империи Авалон. Могущественнейший человек на огромном континенте Игрант.

Джошуа Сандерс.

Он был известен как сильнейшее копье Кайзера, но по тому, как с него капала кровь, нельзя было подумать, что он "сильнейший" в чем-либо. К несчастью, в этой ситуации виноват не кто иной, как его друг Кайзер.

"Почему..."

Кровь хлынула у него изо рта, когда он попытался заговорить. Он застонал и был вынужден подпереть себя руками. Его любимое копье, Ругия, жнец поля боя, тоже беспомощно лежало на земле.

Четверо мужчин и женщина окружили беззащитного героя. Среди них старик в длинном черном одеянии, скрывавшем половину его лица, произнес:

"Для такого человека, как ты, магия и божественная сила - фатальные противоположности".

Из за переполнявшей боли, Джошуа не смог ответить.

"Один только вид от их столкновения убил бы любого обычного человека".

"Кха... почему?" - взгляд Джошуа был тяжелым от недоверия происходящему. У него никогда не было желания узурпировать трон. Его не интересовало ничего подобного. Он просто хотел избавиться от презрения, которое люди испытывали к копью, как к оружию.

Он был горд тем, что помог своему господину и единственному близкому другу положить конец долгой гражданской войне в Империи. До конца своих дней он хотел стоять рядом с Императором, как щит Империи. Однако...

На этот раз вперед вышел человек в белом плаще. На его изуродованном лице появилась легкая улыбка. Джошуа знал этого человека. Мастер магической башни... Эвергрант. Джошуа стиснул зубы при виде своего мастера.

"Джошуа, в этом мире есть люди, само существование которых представляет угрозу".

"Император волен осуществлять свои грандиозные амбиции. Весь континент? Нет... после окончания гражданской войны никто не сможет встать на его пути".

"Но ты! Ты - единственный, кого боится император... даже воины, всю жизнь одержимые техникой маны, с трудом могут использовать ману на маленьком кинжале. Но ты... у тебя есть это гигантское копье! Скольких людей ты убил этим копьем?"

"Нет, кроме этого... Я знаю, что ты давно пересек непреодолимую стену".

"Кха..." - Джошуа снова сплюнул темно-красную кровь, несмотря на свою выносливость. Ладонь Эвергранта сжала серый шар, который начал излучать усиливающийся свет.

Средство, одновременно передающее магию и божественную силу. Должно быть, это был тот самый шар... но он должен быть в руинах Амона. Как они его...

Рыцарь средних лет сделал шаг вперед и столкнулся с Джошуа. На нем были золотые доспехи с изображением ревущего дракона на нагрудной пластине. Это был символ рыцарей... рыцарей Авалона.

"Я тоже боюсь этого копья. При одном взгляде на него у меня возникает ощущение, что на меня вот-вот нападут... Оно может свести меня с ума".

Джошуа хотел заговорить, но не мог даже открыть рот.

Подавленная магия и божественная сила внутри него начали сталкиваться по воле Мастера. В таких огромных количествах, что невозможно было даже попытаться контролировать их. Джошуа одновременно сплюнул кровь и застонал от боли. Его сознание мерцало.

"Джошуа, я хотел бы поблагодарить тебя; мы обязаны гордостью и успехом Империи твоей помощи... я искренне благодарен тебе за это".

При этих словах Эвергрант глубоко поклонился. Это было вежливое и скромное выражение благодарности, подобающее самому могущественному человеку на континенте. Затем Эвергрант выпрямил согнутую спину и прошептал:

"Прощай, мой старый друг".

На мгновение глаза Джошуа и Эвергранта встретились. Его глаза были печальны, но уголок рта растянулся в подозрительно похожую на ухмылку улыбку. Джошуа, долгое время охранявший вместе с Эвергрантом сторону Императора, точно знал, что означает это странное выражение: Насмешка.

Эвергрант насмехался над Джошуа. Проклятье... Джошуа внутренне кипел от ярости.

В этот момент, император Авалона молча наблюдал за ними сзади. Кайзер наклонил спину и обернулся.

"Я не могу смотреть, но в то же время я должен видеть конец очень близкого друга".

Голос Кайзера был тихим и холодным. Однако на его лице читался намек на искреннюю печаль. При виде императора Джошуа внезапно затошнило. Эта шарада была невыносима.

'Кайзер фон Бриттен...' - внутренне пробормотал Джошуа и стиснул зубы.

В то же время магический круг на земле засветился. Джошуа хорошо знал этот магический круг: это был тип взрывного магического круга, способного уничтожить все в радиусе 50 метров.

Постепенно усиливающийся свет заставил его сердце заколотиться. С такой скоростью... максимум пять минут.

Что за чушь.

Величайший рыцарь всех времен? Смешнее шутки не встречал... в конце концов, он был убит своим другом в случайном лесу. Ярость, которую он сейчас испытывал, не поддавалась описанию.

Кайзер, не думай, что все так закончится! Он уставился на пять лиц, наблюдавших за его смертью, и запомнил их.

Посреди бесконечной боли он сглотнул и сжал кулаки. Затем он погрузился в глубокую концентрацию. Магия и божественная сила. Он отчаянно пытался контролировать разбушевавшегося зверя внутри себя.

Кха!

Темно-красная кровь потекла из его закрытого рта. Джошуа казалось, что прошло десятилетие или два, но прошло всего три минуты. Его воля к жизни и жажда мести наконец-то согнулись.

Вшшш...

Услышав гул в ушах, Джошуа с трудом поднял тяжелые веки.

Ру... гия?

Темно-красное копье Ругия, жнец поля боя, источало ужасающую энергию словно говоря Джошуа, что никогда не стоит сдаваться. Ругия тихо покоилась в древних руинах, пока Джошуа не нашел ее и не прославился, владея ею.

Он знал, что в ней есть особая сила... но никогда не ожидал, что она проявит ее в такой момент. Они были вместе десятилетиями, но сила никогда не проявлялась. Джошуа стал лучше понимать, что его окружает, как будто в нем пробудились инстинкты выживания.

Как одержимый, он отчаянно протянул руки к копью. Джошуа подавил боль, говоря себе, что если действовать сейчас, то страдания закончатся.

Он торжествующе вздохнул, когда его руки наконец встретились с копьем.

Сверк! Громых!

И тут произошла яркая вспышка, сопровождаемая громовым ударом. Магический круг взорвался с сокрушительным взрывом! С яростным ревом все исчезло. Бессмысленный конец, не подходящий для непобедимого величайего копейщик.

В далёкой стране, великий герцог империи Авалон.

Джошуа Сандерс. Его память осталась нетронутой.

Кгх-кха

Глаза Джошуа резко открылись, когда его мучительная головная боль достигла пика. Он сразу же огляделся, хотя видел только размытые силуэты.

Он ожидал увидеть великолепную люстру, висящую над его головой.

Он ожидал, что роскошные ковры мягко покроют холодный мраморный пол.

Он ожидал, что различные военные трофеи украсят темно-бордовую стену.

Но когда он снова открыл свои дрожащие глаза, его зрение прояснилось. Джошуа оказался совсем не там, где хотел.

В этом месте не было и следа роскоши.

Ветхая деревенная крыша была голой, под ним были грубая солома и стога сена, и только конских навоз смердил в воздухе.

Очевидно, это были не покои герцога, но тем не менее они были знакомы. Даже если бы он захотел, он не смог бы скрыть тот факт, что таково было его скромное происхождение.

Он встал и еще раз огляделся вокруг.

Эй, что это?

Пульсирующая головная боль затихла, когда он осмотрелся.

Несомненно, это была резиденция семьи Герцога Агнуса. Это было место где он жил, но оно не совсем являлось его домом.

Невозможно...

Внезапная мысль вынудила его бежать, как сумасшедшего, к углу конюшни.

Здесь лошади могут утолить жажду и получить достаточно солнечного света на весь день. Окна открыты, и солнечный свет свободно проникает в конюшню.

Здесь же он тренировался, когда был ребенком.

Что происходит? Как я здесь оказался?

Он распахнул двери конюшни. И...

От увиденного у Джошуа на мгновение отвисла челюсть.

Перед ним был разбит огромный красивый сад. Сладкий аромат цветов пронизывал воздух снаружи, перебивая запах навоза и вызывая ощущение глубины леса.

Голубые розы, разбросанные по всему саду, убедили его.

Я действительно вернулся.

Редкие голубые розы можно было найти только на территории Агнус.

Он заметил свое отражение в ближайшей луже: маленький мальчик с едва заметной щетиной на подбородке. И в отличие от его знакомых обесцвеченых волос, его голова была покрыта темно-синими локонами. Его глаза были глубокого синего цвета, которые, казалось, засасывали людей.

Теперь очевидно, что я вернулся в прошлое.

Джошуа почувствовал прилив одновременно радости и печали. Грубых эмоций было достаточно, чтобы заставить его вдзрогнуть и сжать кулак. Это было действительно странное выражение, и от этого его лицо выглядело довольно жутко.

Кайзер фон Бриттен!

Джошуа было за 50, прежде чем он вернулся. Он не знал своего точного нынешнего возраста, но было ясно, что он переместился, по крайней мере, на 40 лет в прошлое.

Кайзер, вероятно, был того же возраста, что и он. Он снова станет четвертым принцем, проведя долгую и тяжелую борьбу за власть и восхищение — и за трон.

ХАХАХАХАХАХАХА...!

Джошуа безумно засмеялся. Он был в восторге от того, что сможет отомстить Кайзеру.

А потом...

"Эй!"

Джошуа обратил свое внимание на мужской голос.

Эти люди...

Джошуа слегка нахмурился. Звук был слабым, но он не мог не запомнить их. Или, по крайней мере, то, что они с ним сделали.

Это были солдаты Герцога, которые издевались над ним в детстве. Рыцари их статуса не осмелелись бы беспокоить ребенка Герцога, но Джошуа был другим. Его мать была исключительной горничной семьи Агнус, а он был незаконнорожденным ребенком Герцога.

Джошуа был зачат, когда Герцог насильно уложил мать Джошуа в постель.

По крайней мере, Герцог предоставил им место для ночлега. Даже если он не заботился о нем, как полагает отцу, Джошуа был доволен своим положением.

В глазах Герцога Джошуа — всего лишь побочный продукт его забав; не больше, не меньше. Зная это, солдаты издевались над Джошуа все его детство. Они получали странное удовольствие, измывая кого-то с благородной кровью.

Особенно те трое, что стоят передо мной...

Центурионы герцога: Ролс, Ройд и Горт. Он пообещал заставить их заплатить.

"Что ты здесь делаешь? Разве тебе не сказали вычистить конюшни?"

"Ты забыл? Этот ублюдок — немой... Конечно ты не получишь ответа!"

"Ха!"

"Помните обещание Герцогини? Даже если мы изнасилуем эту суку Люсию и убьем этого мудака, она позаботится об этом."

Ролс и Ройд начали смеяться, как будто действительно обдумывали это.

"Ах, какой позор. Я хочу, чтобы Герцог дал нам попробовать эту Люсию."

"То же самое."

"Спятивший!"

Что-то в Джошуа щелкнуло, когда двое мужчин захихикали и обменялись своими пошлыми планами и шутками.

Люсия.

Она была матерью Джошуа, несчастной жертвой их презренных желаний.

Я собирался мстить не спеша, не привлекая внимания.

Сработает ли это?

Джошуа закрыл глаза и спокойно осмотрел свое тело.

Техника маны, которой научился Джошуа, была уникальной; он нашел ее в древних руинах вместе с Лугией. Она была достаточно мощной, чтобы сотрясти небо и землю, и он может достичь ее оптимального уровня за короткое время.

Самое главное, техника маны Джошуа отличалась от остальных.

Вместо того, чтобы накапливать и собирать ману в круге маны, который располагается под желудком, существующая мана используется как есть. Он также не ограничивался количеством маны этого круга — вместе этого он вытягивал ману со всего своего тела. И тогда он мог сконцентрировать ману там, где она нужна и разжечь ее всю сразу.

В результате Джошуа мог пропустить процесс создания своего круга маны, через который прошли все остальные.

"Хватит болтать! Давайте надерем ему задницу. Если я не выпущу пар прямо сейчас, я сойду с ума", — впервые заговорил Горт, качая головой из стороны в сторону.

"Тебя снова отвергла твоя любимая?"

"Заткнись! Это не так!", — Горт зарычал на Ролса и Ройда, которые расхохотались, прежде чем повернуться к Джошуа.

"Сегодня я собираюсь расслабиться. Понял?"

Несмотря на леденящую угрозу в голосе Горта, Джошуа держал глаза закрытыми и не отвечал.

"Он потерял сознания стоя? Он настолько боится?"

"Закрыл глаза? Это все, чего ты хочешь?"

Трое солдат засмеялись, но сосредоточенность Джошуа не дрогнула. Это был важный момент для начала его мести.

Всего лишь немного — мне нужно переместить горсть маны.

Обычному рыцарю с приличной техникой маны нужно в среднем 5 лет, чтобы построить свой круг маны. Учитывая это, Джошуа был в два раза медленнее: до его возвращения ему потребовалось бы 10 лет, чтобы переместить эту горсть маны.

Но когда Джошуа, наконец, переместил немного маны, он заставил повернуться других рыцарей.

Я знаю, что нужно делать.

Глаза Джошуа открылись, и в них вспыхнул голубой свет.

Это зрелище заставило Горта заколебаться. Однако Джошуа сосредоточил взгляд на своем правом кулаке и медленно манипулировал маной вокруг себя.

Влить в ману прямо в тело сложнее, чем в предмет.

Однако...

Вжух

Звук раздался из конюшни и разнесся по всему участку.

"..."

Выражение лица Джошуа прояснилось; наконец, на его кулаках появилась бледно-голубая мана.

Я сделал это!

"Ты смеешься над нами, да? Ублюдок!"

Дубинка Горта полетела в направлении молодой головы Джошуа.

Если Джошуа покажет свою технику маны прямо

сейчас, его план тихой мести пойдет насмарку.

Однако он также знал, что нет смысла

скрывать свою силу, особенно в критических ситуациях.

Я больше не хочу, чтобы меня кто-то

таскал за собой.

Может быть, было бы лучше показать немного своей силы…

В среднем знатному Рыцарю требуется около 5

лет, чтобы сформировать свой круг маны с постоянными тренировками.

А затем требуется еще три года, чтобы извлечь ману обратно и использовать ее в

бою, получая ранг «Рыцарь C-класса».

Таким образом, Рыцарь, который сможет

сформировать круг маны в возрасте 15 лет и управлять маной, будет известен как

гений и обязательно оставит свой след в истории Империи. В этом возрасте они наверняка освоят технику маны к 20 годам. Это очень

долгий и утомительный процесс.

Однако…

Если вы посмотрите на Джошуа прямо сейчас, он,

несомненно, 10-летний мальчик. Он, по крайней мере, вдвое моложе идиотов-центурионов

перед ним. Представьте, какое внимание он привлечет, когда все узнают, что в

его юном возрасте он смог не только сформировать свой круг маны, но и

эффективно использовать его в бою.

Герцогство перевернется с ног на голову.

Нет… весь мир перевернется вверх дном.

В его возрасте и с его уровнем мастерства

он был бы самым молодым и величайшим гением не только в Империи, но и на

всем континенте.

В прошлый раз я начинал с нуля. На самом

деле, это не так уж и плохо - получить признание пораньше.

Если бы его признали лучшим в молодом возрасте, то Кайзер, лис, наверняка преклонился бы перед ним.

Он найдет Джошуа, потому что тот больше,

чем кто-либо другой, был заинтересован в привлечении выдающихся людей. Он был

уверен, что Кайзер остался таким же, как прежде.

Я думал о многих вещах, но прошло всего мгновение. Сотня

мыслей за один мимолетный вдох.

Дубина Горта вот-вот ударит ему в нос. Тем

не менее, быстрые рефлексы Джошуа позволили ему увернуться от удара с

безупречной осанкой и короткими, четкими движениями, в результате чего дубинка

промахнулась на волосок.

Это было простое движение, но его скорость

и мощь были совсем не такими.

Джошуа сделал шаг в сторону, избежав удара,

и сжал правый кулак.

Бам!

Тело Горта издало звук, похожий на звук

рвущейся кожи, когда кулак Джошуа попал точно в цель.

“Кха—!”

Он не смог даже издать

стон и рухнул на землю, закатив глаза.

“Что?”

Глаза Ролса расширились от недоумения. Горт

стоял спиной к маленькому Джошуа, заслоняя то, что произошло за ним.

Через мгновение бессознательное тело Горта

с глухим стуком упало на землю. Его

молчаливый стон поражения исчез вместе с его сознанием.

“Этот ублюдок!”

Ройд, более вспыльчивый, чем Ролс, обнажил

меч.

Прозвенел пронзающий звук металла, когда он

обнажил его. Это был обычный длинный меч, который легко можно было найти на

улице. Джошуа заметил пятна ржавчины на мече, но он был довольно острым.

Это опасно.

Сразу же после применения техники, Джошуа

почувствовал что-то странное внутри своего тела. Он ощутил что-то вязкое и

неприятное внизу живота, с чем он не был знаком.

Всего еще один раз.

Его голова звенела, но он не

обращал на это внимания.

Если я одолею Ройда, вероятность того, что

Ролс нападет на меня, станет очень мала... так как он самый осторожный из

троих.

"Смотри

сюда!"

Ройд приблизился

и замахнулся своим длинным мечом на шею Джошуа.

Вжик!

Длинный меч

пронесся прямо над лицом Джошуа с рвущимся металлическим звуком. Джошуа ловко

избежал этого, откинувшись назад.

Прямо сейчас у

него было тело нетренированного ребенка, но он знал, что с возрастом его мышцы

укрепятся, а гибкость улучшится.

Он

подпрыгнул, как пружина, и был встречен удивленными кроличьими глазами Ройда.

“…!”

Вжух!

Он

определенно был слабее, чем раньше, но мана снова появилась на кулаке Джошуа.

Это было

настолько близко, что Ройд тоже это заметил.

"Не может

быть. Мана 一!” — удивленно

пробормотал Ройд.

Треск…

Это был не

звук разрывающейся кожи, как раньше, а легкий громкий звук.

“Готово.”

Бам.

Ройд упал на

пол после 100-балльного апперкота со сломанной челюстью. Ролс увидел, как обернулась

ситуация, и ахнул от удивления.

"Ты псих!", — Ролс

выругался и отступил назад.

Мои глаза меня не обманывают? Этот немой идиот не только может говорить, но и смог избить

моих друзей своими детскими руками!

Это было

слишком, чтобы назвать совпадением. Теперь,

можно с уверенностью сказать, что крестьянский засранец скрывал свои навыки.

Хорошо…

Пока мозг

Ролса был в смятении, Джошуа шатался.

Очевидно,

что-то было не так.

Столько боли

от использования такого количества маны!

Холодный пот стекал

по его виску. Он знал, что не может позволить себе показать свою слабость

сейчас. Ему нужно было одержать победу. И он был уверен, что сможет.

Ролс был столь

же сообразителен, сколь и осторожен. Он был человеком, который стал центурионом

благодаря своим глазам, а не своим навыкам. Однако, в нынешнем

состоянии Джошуа, даже человек уровня Ролса был опасен, учитывая его быстро

угасающее сознание.

Джошуа

отчаянно выпрямил свое шатающееся тело.

“Я скажу тебе

это.”

«…!» На мгновение

Ролс был ошеломлен.

“Ты, ты,

ты… ! Можешь разговаривать. Ты всегда мог это?” Глаза Ролса выглядели

достаточно широкими, чтобы в любой момент выскочить из его черепа.

“С этого

момента любой, включая вас, центурионы, кто оскорбит мою мать 一”

Чем больше

молодой голос Джошуа продолжал звучать, тем быстрее отступал Ролс.

"一Не уйдет от меня."

Голубое пламя вспыхнуло в глазах Джошуа,

когда он закончил говорить.

"А-а-а-а-а!", 一 испугавшись, Ролс закричал и отвернулся. Его многочисленные

грехи гремели у него в голове, когда он бежал прочь.

Джошуа опасен. Этот ребенок больше не был

тем тупым мудаком, которого он знал: он был хищником.

Битва на Равнинах Крадена была одной из

худших битв, в которых я когда-либо участвовал. Этот ребенок похож на

одну из первых девяти звезд Империи, которых я видел.

“Чудовище!”

Ролс изо всех сил пытался бежать, поднимая за

собой облако пыли.

Джошуа смотрел на его силуэт, пока он не

исчез.

Тух!

С тихим звуком маленькое тело Джошуа

рухнуло.

Черт…

Авалон, могущественная Империя с военной мощью,

не имеющей себе равных на огромном континенте Игрант.

Одним из пяти великих герцогов Империи

Авалон был герцог Агнус, его территории уступали только трону. В центре

обширного, почти лесного двора, вы найдете большой особняк семьи Агнус, который не уступит ни

одному другому дворцу в Империи.

Это место было одной из девяти звезд

континента.

И резиденцией Герцога Адена фон Агнуса.

Особняк Герцога Агнуса.

Даже ранним утром во всем особняке было

шумно. Странные слухи начали распространяться среди солдат Герцога.

В углу у двери во время

работы болтали три

прислуги.

"Ты слышал, что я сказал? Как этот тупой

засранец в конюшне превратил трех центурионов в рисовые лепешки?" (Примечание — Процесс

приготовления рисовых лепешек породил несколько интересных (и пикантных) идиом.

Молоток традиционно использовался для взбивания риса до жевательной

консистенции. Если команда сильно проигрывает в спортивной игре или если

кто-то сильно напивается, говорят, что они "превращаются в рисовую

лепешку".)

Браун был ошеломлен словами Пола, его

коллеги по кухне.

"Тсс! Следи за своим ртом!"

"Что, почему?"

Пол склонил голову набок, наблюдая за бурной реакцией

Брауна. Браун задумчиво огляделся по сторонам и, насколько мог, понизил голос.

“Я слышал… слухи… что он не дурак”.

"Что?"

На этот раз Пол был поражен. Хотя этого

придурка игнорировали даже простые слуги, он все же был сыном Герцога. Если однажды

ребенок решит выдать их Герцогу...

Пол сглотнул, но горло пересохло.

“Я тоже не мог в это поверить”.

Пол похлопал себя по груди. Атмосфера стала

напряженной.

“Кстати, Герцог знает об этих слухах?”

“Правда?”

Браун и Пол осторожно смотрят друг на

друга.

“Если

слухи верны, то этот тупой... э—э-э, молодой Мастер разбил троих центурионов Герцога в пух и прах!" - воскликнул Боб с легкой дрожью в голосе. Остальные тупо уставились на него.

“Да, и что с того?”

“Разве это не странно?”

“…?”

Глядя на двух людей, которые все еще

смотрели на него, как на говорящего чепуху, Боб продолжил.

“Я не совсем уверен, но я слышал, что Молодому Мастеру всего

десять лет!”

"Что?" — Двое

мужчин расширили глаза, когда поняли смысл слов Боба.

"Правда? Тогда он на четыре года моложе

мастера Вавилона, и он ненамного старше, чем мисс Арша", - сказал Пол с

изумлением.

Арша фон Агнус была юной дочерью семьи

Агнус. Ей совсем недавно исполнилось шесть лет, и она доминировала во всем

герцогстве своей привлекательностью. Юная леди

только начала читать учебники, а её брат в таком возрасте уже избивает людей.

Два парня посмотрели на Пола. Все

сходилось воедино, но это выглядело не очень хорошо для людей, которые плохо

обращались с Джошуа.

“Тогда… ты имеешь в виду, что десятилетний ребенок в одиночку

избил центурионов Герцога?”

“Верно, если слухи действительно правдивы”, — Боб мягко кивнул на слова

Брауна.

«Боже мой…» Увидев широко раскрытый рот

Брауна, Пол расхохотался.

«Браун, вот почему ты не можешь выйти

замуж. Ты слишком наивный».

"Что ты только что сказал?"

Пол легкомысленно махнул разъяренному

Брауну и продолжил.

"Слухи преувеличены. Есть ли смысл

в том, что тупица избил трех центурионов голыми руками?"

"Я полагаю, вы правы", — Это было

странно, теперь, когда он подумал об этом.

«Хах, слухи — это всего лишь слухи.

Мальчик, должно быть, что-то сделал; знаете, может быть, он устал от

издевательств и попросил центурионов распространить слух».

“Но почему центурионы согласились на такую ​​просьбу?”

«Наверное, потому что они хотели его мать…

Знаешь, у той девушки Люсии красивое лицо и отличное тело».

Браун кивнул в знак согласия. Было

хорошо известно, что горничная Люсия была поразительно красива, даже больше,

чем Герцогиня Агнус.

"Я бы умер от удовольствия, если бы

когда-нибудь переспал с этой Люсией... Так жаль, что даже такие люди, как

центурионы, могут только смотреть. Как я могу конкурировать?"

"У тебя есть дети…! Иди спать со

своей женой!" — Браун плюнул. Остальные были

поражены, но тут же обрели самообладание.

«Что такое, Браун? У тебя тоже были чувства

к Люсии?”

“С-слишком громко!”

Хахахахахахахах!

Пол не мог не расхохотаться.

"Нельзя есть одно и то же каждый

день. Иногда человеку нужно попробовать что-то другое. Не говоря уже о том, что это

блюдо более аппетитно», — Пол перестал смеяться и похотливо облизал

губы.

Браун не мог не разволноваться.

Затем Боб, который до сих пор молчал,

открыл рот.

"Однако... что, если слухи

правдивы...? Интересно, герцог приведёт этого придурка в особняк?"

“Вероятно, не станет. Потому что семейный порядок наследования

будет разрушен, если вдруг появится соперник”, — честно

ответил Браун.

"Пухахаха! Эй, Боб, ты тоже думаешь

как Браун? Что это с тобой?"

“…”

Но Боб смотрел на него с закрытым ртом и серьезными

глазами. Смех Пола стих, и он пожал плечами на свой оставшийся без ответа

вопрос.

"Даже если бы слухи были правдой,

он никогда не смог бы победить Мастера Вавилона. Вы понимаете это, да?"

«Верно, поскольку мастер Вавилон может

владеть маной».

Браун повернулся к Полу.

«Мастеру Вавилону в этом году исполняется

четырнадцать… Я слышал, что Великий Герцог стал «Мастером» только в возрасте

шестнадцати лет… Другими словами, Мастер Вавилон — гений, превосходящий

даже Великого Герцога. Думаешь, Молодой Мастер

сможет победить Вавилона?"

Пол покачал головой.

“Это похоже на бред” — Пол тут же отвернулся.

“Давайте перестанем говорить о бесполезных засранцах и обсудим

что-нибудь стоящее, например, как мы могли бы насладиться сладким телом Люсии —"

Они беззаботно болтали, вместо того чтобы

работать, и хихикали, как маленькие девочки, раскрывая свои самые дикие

фантазии.

Прежде чем Пол успел похвастаться своими

планами изнасиловать Люсию, он заметил кое-кого. Браун и Боб последовали

взгляду Пола и в шоке замерли.

Главная тема слухов была там. Мальчик с

темно-синими волосами и глазами, напоминающими бездну. Исчез тот неряшливый,

сутулый образ, которым он был известен. Достоинство, которое он

излучал своей вертикальной позой, напоминало гордого рыцаря, идущего в бой.

“Э-э, с каких пор?” - заикаясь, произнес

Пол.

"Мне нужно, чтобы ты кое-что сказал

Герцогу" — Джошуа смотрел прямо на

Пола и говорил спокойно.

“…!”

Их глаза широко раскрылись при звуке его

голоса. Это подтвердило слухи и показало им гораздо больше.

Джошуа ответил на их взгляды стальным

взглядом.

Максимально выгодно скрывать свои

способности, потому что последствия неосмотрительности знакомы мне из моей

предыдущей жизни...

Однако…

Когда ты их показываешь, борись до

конца или не высовывайся. Его сила бессмысленна, если он не использует ее для

защиты человека, которого любит больше всего.

И поэтому он говорил с абсолютной

уверенностью:

"Скажи

Герцогу, что Джошуа фон Агнус прибыл."

Комната была явно украшена: большая,

прочная книжная полка из высококачественного дерева и деревянный стол, стоящий посередине.

Это была комната Герцога Агнуса, сияющей

звезды Авалон, одного из самых влиятельных людей на всем континенте.

“—Джошуа прибыл?”

"Да, Герцог", — Ответивший человек мог лишь

подчиниться власти своего лорда и мастера. Это был граф Вальдерас ден Шифон; он

командовал Алыми Рыцарями, одним из трех главных гербов войск Герцога Агнуса.

Волосы Герцога Агнуса были темными, почти

черно-синими, но глаза были бледно-голубого ледяного цвета. Упрямый подбородок его челюсти имел определенное сходство с

этим мальчиком, Джошуа.

Аден фон Агнус.

Один из пяти Мастеров огромной империи

Авалон.

Один из Девяти Звезд, считающихся самыми

могущественными людьми на континенте.

Чудовище на поле боя, вооруженное двуручным

мечом длиной почти в два метра.

Он был известен как «Великан».

"Ты сказал, что тебя зовут

Ролс?"

“Да, Ваша Светлость!”

Ролс

поднял голову с того места, где он лежал на полу.

Герцог говорил тихо.

“Какой отряд?”

“Двадцать девятый батальон!”

"Двадцать

девятый… под командованием Гризмана?"

“Да, Герцог”, — На этот раз ответила Шифон.

Постоянная

армия герцога Адена насчитывала внушительные 40000 человек. Армия была разделена на 40 батальонов,

каждым из которых командовал генерал. У каждого генерала было десять

центурионов, а каждый центурион командовал десятью сержантами.

Герцог

Агнус осмотрел доспехи Ролса. Это были хорошие доспехи, сшитые из прочных шкур

орков черного племени с северных равнин.

Однако

его броня выглядела так, как будто она была разорвана на части огненным шаром

мага.

“Ты хочешь сказать, что это сделал Джошуа?” — cлова герцога были мягкими и

глубокими.

Шифон

ухмыльнулcя дрожащему солдату.

«Хорошо

подумай, прежде чем ответить. Если ты хоть немного солжешь…”

Ролс

задыхался и дрожал на земле. Не то чтобы он хотел солгать, просто история была

слишком абсурдной, чтобы в нее можно было поверить.

“Я не лгу, Герцог!”

«Шифон,

ты осмотрел доспехи?»

“Да, Герцог”.

Дыра

в броне была каким-то образом скручена по краям.

«Сколько

лет будет Джошуа в этом году?» — спросил Герцог Агнус Шифона.

«Он на

пять лет моложе Мастера Вавилона, так что Джошуа сейчас должно быть примерно

девять».

«Значит,

девятилетний мальчик сделал это с кожей черного орка?»

“...”

"Голыми

руками, при этом", — холодные глаза Шифона заставили Ролса

заговорить. Рыцарь был так же неубедителен.

Если бы Шифона

попросили разорвать такую ​​кожу, он бы не смог с уверенностью сказать, что

сможет. Он не знал, сможет ли он даже сделать это с его маной.

«Ну,

если бы он мог использовать ману… это было бы возможно».

“Но как смог этот ребенок…”

"Ваша

Светлость! Не было ни одного случая, чтобы кто-то использовал ману в возрасте

девяти лет. Ни в Империи, нигде!”

— Шифон уверенно покачал головой. — «И, даже если молодой Мастер окажется

непревзойденным в истории гением, нужно

быть как минимум рыцарем B-ранга,

чтобы покрыть руки маной».

“...”

«Так

что нет оснований полагать, что это сделал Джошуа, учитывая, что ему всего

девять лет».

Герцог

Агнус молчал и не двигался.

«Возможно,

Ваша Светлость, это прикрытие какого-нибудь нечистого дела, которое задумал

этот солдат».

“...!”

“Если Ваша Светлость позволит, я выведу его

и исправлю солдатскую дисциплину”, —

Рыцарь склонил голову и молча ждал ответа Герцога.

«Я не

врал! Все, что я сказал, — чистая правда! Герцог, пожалуйста, помилуйте меня”

"Заткни

свою пасть!" — Шифон зарычал. Его рука опустилась на рукоять меча.

Он

воспринял продолжающееся молчание герцога Агнуса как согласие и медленно

приблизился к Ролсу.

"Герцог!

Герцог!" — Лицо Ролса побледнело, когда он отчаянно отступал от Шифона.

"Что, если…?"

«Герцог?” — Шифон остановился.

"Эта

проблема будет решена только тогда, когда я встречусь с ним." — Герцог говорил со звучной властью, не

обращая внимания на дрожащего Ролса.

"...Как

бы то ни было, давно пора", — грустно пробормотал он. — “Я увижусь с ним сам"

Глаза

Шифона расширились.

Сам

герцог проявляет интерес к сыну наложницы! Даже мастер Вавилон, сокровище семьи

Агнус, не получает такого обращения.

"Где,

говоришь, сейчас Джошуа?"

«Мне

сказали, что он только что вошел в особняк. Он должен быть в зале ожидания на

первом этаже”

"Идем", — Герцог Агнус встал и медленно направился

к двери. Шифон бросил взгляд на Ролса и быстро последовал за своим лордом.

Тух!

Дверь

за ними закрылась, и Ролс, рыдая, рухнул на холодный пол. Его тонкие брюки

начали окрашиваться желтой жидкостью.

"А?"

Мальчик с кудрявыми светлыми локонами и легкой броней шел по особняку, когда он заметилчто-то, что остановило егона пути.

Этим мальчиком был Бабель фон Агнус.

Загорелый четырнадцатилетний мальчик с красивой внешностью, о котором многие говорили, что он унаследовал от герцога. Он был также единственным законным сыном герцога.

Его репутация сделала его еще более привлекательным, учитывая, что он стал рыцарем С-класса в возрасте 14 лет.

"Почему этот мусор здесь?" Бабель потер глаза, размышляя, не галлюцинации. На втором этаже особняка стоял маленький мальчик.похожий на его отца.

"Джошуа", - пробурчал он. Игнорируя свое растущее раздражение, он медленно подошелк Джошуа. По мере того, как расстояние закрылось, его острые глаза блеснули и его губы скривились в ухмылке.

"Эй!"

Джошуа тупо уставился на стену,заставляя светловолосого мальчика пылать от злости.

"Как ты смеешь игнорировать меня!" Бабель поднял кулак на спину Джошуа, как безумец. Однако Джошуа, не обращал внимания на приближающуюся опасность.

С самого рождения Джошуа,Бабель презирал его. В лучшем случае, он считал Джошуа побочным продуктом праздной похоти своего отца. Его возмущалочто Джошуа походил на его идола,герцога.

"Посмотрим, как долго ты сможешь продолжатьэтот спектакль".

Вик!

Кулаки Бабеля рванулись вперед с слышимым гулом. Его скорость была невероятной для ребенка его возраста - один только звук был достаточным доказательством его мастерства.

Однако...

Ух!

В то, что произошло дальше, было еще труднее поверить.

Как только Джошуа вошел в особняк, его глаза были прикованы к стене. Над лестницей была стена с портретами. На ней был портрет человека, которого Джошуа никогда не мог забыть:мужчины средних лет с ослепительно светлыми волосами, редкими золотыми глазами и улыбкой, такой же яркой, как его волосы, изображенныйна роскошном холсте

Кайзер фон Бриттен.

Джошуа выплюнул слова, как протухшую пищу.

Они выглядели совершенно одинаково, но он знал, что на этом портрете изображен не Кайзер. Это был нынешний император Авалона.

Рациональность, однако, не могла подавить гнев, разбухший в животе Джошуа.

Я чувствую, что сойду с ума, если не выпушу этот гнев прямо сейчас. Если бы только я бы не увидел это лицо...

Вик!

В этот момент он почувствовал присутствие приближающееся сзади. Сработал инстинкт, и он резко уклонился от удара.

Удар!

"..!"

В его руке был зажат маленький кулачок. Другой мальчик уставился широко раскрытыми глазами нанеожиданное зрелище.

"Уф..." Кулак Бабеля был раздавлен вруке Джошуа, вызвав болезненный стон. Джошуа посмотрел на кулак перед собой и сжал его сильнее. Мальчик издал звук,как умирающий кот.

Кто был этот мальчик? Джошуа не мог вспомнить. Он был простоблагодарен, что у него есть кто-то, на кого можно выплеснуть свой гнев.

Трещина.

Бабеля прошиб холодный пот."Ты с ума сошел?" поклялся Бабель.Хватка Джошуа на его кулаке была совсем не слабой и приятной.

Конечно, он слышал слухи.

Конечно, он не верил в этов то время.

Паренек, который только разгребал конский навоз. Сбил с ног трех герцогских элитных центурионов герцога? Это было бы более правдоподобно, если бы дракон спарился с орком.

И все же.

Может ли это быть правдой? Бабель стиснул зубы. Его инстинкты подсказывали ему втянуть ману из своего зала в кулак.

"Стой!" С верхней площадки лестницы раздался крик разнесся по всему дому.

"А! Отец!" Напуганный, Бабель повернулся в сторону говорившего. Это был его отец и повелитель герцогства, Аден фон Агнус.

"Что ты делаешь?" Герцог Агнус спросил, с холодными глазами, когда он медленно спускался по лестнице. Бабель, осознав, что его кулаки уже свободны от смертельной хватки Джошуа,быстро собрался.

"Я приветствую герцога".

Положите правый кулак на леву югрудь, и, держа правую ногупрямую, опуститесь на колено с левой ноги.

Бабель произнес стандартное рыцарское приветствие, в десятый раз повторяя его в своей голове. Герцог только слегка кивнул, ничего не ответив.

А Шифон, идущий по пятам герцога,восхищался молодым господином. Это была гордостью и честью рыцаря сохранять достойный вид независимо от обстоятельств.

"Я спросил, что ты делаешь".Герцог Агнус взглянул на Джошуа,который не двинулся с места, прежде чем снова обратиться к Бабелю

"Мы просто поприветствовали друг друга".

"Приветствовали?" Герцог Агнус нахмурился.

"Прошло много времени с тех пор, как я видел его, поэтому я пошел поприветствовать его, Ваша Светлость".

"..."

"Одно рукопожатие - это все, что мне было нужно".

Герцог Агнус посмотрел на Джошуа.

"..." Джошуа молча кивнул.

Шифон бросил на него презрительный взгляд.

Он осмелился ответить лишь кивком в сторону великому князю? Он что безумец? Рука Шифона потянулась к рукояти своего меча, ожидая приказа наказать дерзкого ребенка.Однако приказа так и не последовало.

Вместо этого герцог жестом приказал ему подержать.

"Твои глаза... полны яда".пробормотал герцог Агнус низким голосом.

Для герцога видеть лицо Джошуа было все равно что смотреть в зеркало.Однако лицо Джошуа было испещрено пугающей смесью гнева,обиды и страдания.

Проклятье... внутренне пробормотал Джошуа и пожевал губу. Этого не должно происходить. У Джошуа был холодный характер и железный кулак менталитет, самообладание. Но портрет нарушил его.

А герцог Агнус, которого он помнил, никогда бы не потерпел проявления враждебности.

Даже его собственная родня...

Затем герцог Агнус нарушил молчание.

"Подойди ближе".

Глаза Джошуа расширились.

"Я должен проверить это сам. Это правда, что ты использовал ману?"

"Что-?" Глаза Бабеля расширились.

Мана? Этот ничтожный ублюдок? Это невозможно! Он всего лишь сын слуги и он намного моложе чем я!

"Подойди ближе".

Если бы герцог не заговорил снова,Бабель ударил бы Джошуа в лицо.

"Герцог, кто вы?"

Тяжелый взгляд герцога Агнуса закрыл рот Шифона.

"Подойди"

Джошуа пожевал губу. Герцог Агнусбыл одним из немногих Магистров во всей Империи. Даже больше,он был одним из Девяти Звезд, самых сильнейших людей на континенте.

Если бы он обнаружил отклонение в моем теле...

Сусук!

Пока Джошуа тонул в своих сомнениях, герцог Агнус появилсяперед Джошуа в мгновение ока.Его движение было жутко бесшумным.

Бум!

Когда герцог подошел и схватил его за запястье, Джошуа не смог сделать ничего.Только вспотеть.

Это...!" Обычно безэмоциональное лицо исказилось. A миг, секунда, минута прошли а его лицо оставалось окрашенным изумления.

Этот-!" Первой, кто заметил странную реакцию герцога, был Шифон, стоявший на страже рядом с ним.

Герцог? Несмотря на озабоченный вопрос Шифона, герцог Агнус оставался сосредоточенным.

Лицо Бабеля скривилось; ему не терпелось узнать, что узнал герцог. Однако лицо Джошуа было искажено беспокойством.

Черт возьми, подумал Джошуа про себя.

Его не беспокоила хватка герцога на его запястьях, потому что он ничего не мог с этим поделать.

Прямо сейчас я не Джошуа Сандерс, сильнейший Рыцарь Копья всех времен; Я всего лишь Джошуа фон Агнус, девятилетний мальчик.

Так что в его теле не было бы ничего интересного. Но когда глаза герцога вылезли из орбит, ему показалось, что Джошуа окунули в ледяную воду.

Если герцог Агнус почувствует что-то, чего не должен был, все его планы рухнут.

Что я должен делать?

Холодный пот струился по спине Джошуа.

Герцог Агнус долго размышлял с закрытыми глазами, прежде чем заговорить.

"Ничего"

Да?" — безразлично спросил Шифон.

«Мани… нет».

Бабель ухмыльнулся, как бы говоря: «Правильно». Шифон рассмеялся

— Герцог, конечно…

— Я не говорю о зале маны. Герцог Агнус тихо покачал головой. "Хм. Это чувствуется по-другому».

Глаза Шифона расширились.

Мана есть у каждого живого существа в мире, будь то рыцарь или волшебник. Это было среди населения в целом и даже среди базовых существ.

Мана является движущей силой жизни.

Полное отсутствие маны похоже на черную магию. Вот почему герцог Агнус был так заинтригован, когда осматривал тело Джошуа.

"Что это? Там, где должен быть зал маны, есть что-то… грязное, липкое и комковатое.

Джошуа до сих пор контролировал выражение своего лица, но его глаза широко распахнулись.

Нет!

Тревоги звучат в его голове.

Он не обращал особого внимания на недостаток маны в своем теле, потому что его техника маны на определенном уровне ассимилировала его внутреннюю ману с естественной маной в окружающей среде.

Он знал, что все еще может использовать ману. Но то, о чем говорил герцог, могло быть связано с его «регрессией».

«Возможно…» Шифон тщательно подбирал слова. «Я слышал истории о детях, рожденных без маны».

— Ну… — Герцог Агнус напряженно сглотнул.

Были случаи рождения детей без унции маны — примерно 1 из 100 000 — это известно как «врожденное расстройство маны». Говорили, что это проклятие от Бога, и оно убьет ребенка до того, как ему исполнится восемнадцать. Исключений не было.

Учитывая его редкость, герцог Агнус знал только то, что читал.

Но это не похоже на инвалидность. — пробормотал про себя герцог Агнус. Он встретился взглядом с Джошуа, заставив того подпрыгнуть.

Герцог Агнус стоял с улыбкой.

Герцог? Взволнованный голос Шифона вырвал его из размышлений.

"На данный момент…"

"...Давай посмотрим."

— Что вы… — выпалил Шифон.

Если у ребенка действительно врожденное расстройство маны, то слухи должны быть ложными. Герцог Агнус покачал головой. — Я собираюсь обезглавить этих троих прямо сейчас. Центурион принадлежит к поместью. Они должны вести себя соответственно».

«Я прошу прощения за мою неосмотрительность». Шифон опустился до колен. Герцог согласно кивнул, затем повернул голову к Джошуа.

— Ты… приготовь ему комнату, в которой он сможет остановиться.

Герцог? Бабель вздрогнул.

— Есть проблемы, Бабель?

— Это… — Бабель закусил губу, когда на него упал холодный взгляд герцога Агнуса. "Нет ничего такого."

— Ты можешь рассказать Джошуа о жизни в особняке.

Бабелю потребовалась минута, чтобы прийти в себя.

"Да." Он ответил слабо.

"Шифон"

— Да, герцог!

— Начиная с завтрашнего дня, обучай Джошуа основам рыцарской подготовки. Если у него есть талант, ты можешь научить его технике маны Красных Рыцарей.

"Да? Но, герцог, мастер Джошуа, очевидно!.. Шифон подавился в конце своего предложения. Он боялся сказать, что у Джошуа может быть врожденное расстройство маны.

Есть много времени. Это не обязательно делать быстро. Было бы еще лучше, если бы оказалось, что он не страдает от этого проклятия.

— …Есть, герцог.

— И… — герцог Агнус странно посмотрел на Джошуа. «Я не могу ждать год».

— Если в тебе что-то изменится, тогда… — рот герцога Агнуса был открыт, как будто он собирался что-то сказать, но отвернулся. — …Я с нетерпением жду возвращения из Аркадии в следующем году. ¹

«Шифон, оставайся здесь».

"Да!" Он энергично ответил.

Все трое смотрели, как исчезает фигура герцога.

— Тебе стоит остаться здесь на некоторое время.

Джошуа не ответил.

Были ли слухи правдой? Шифон нахмурился. Я слышал, что он жил в конюшне с тех пор, как их выгнали из особняка. Эта комната просторнее и лучше обставлена, чем весь крестьянский дом.

Мальчик оставался бесстрастным. Шифон разочарованно вздохнул.

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Шифон знал, что мальчик был ребенком простой служанки, поэтому ушел без дальнейших приличий.

Стук!

Дверь закрылась. Джошуа вздохнул.

Ух.

Джошуа позволил своему телу раствориться в простынях.

— Я мог бы заснуть прямо сейчас… — пробормотал Джошуа, борясь с тяжелыми веками.

Герцог Агнус, вероятно, имел в виду, когда он вернется в столицу Авалона, Имперский замок Аркадия.

Герцог Агнус проводил там большую часть своего времени. Вероятно, он вернулся в поместье Агнусов, чтобы отдохнуть, хотя он был из тех людей, которые не умеют отдыхать.

Ты ждешь встречи со мной через год. Знал ли герцог что-то, чего не знал Джошуа? Что бы это ни было, это не могло быть хорошо. Тот факт, что кто-то знал его скрытые карты, представляет собой риск, потому что в прошлом это было его поводком.

Я не могу ничего придумать прямо сейчас. Джошуа стряхнул с себя беспокойство.

— Бабель фон Агнус… — усмехнулся Джошуа. Последние слова Бабеля все еще крутились у него в голове.

«Осторожно! Я отрежу тебе конечности, если ты пытаешься всех одурачить. То же и для твоей матери-служанки…

Джошуа вздохнул.

В его теле прямо сейчас происходили странные вещи, и у него было чувство, что он может их решить.

«Мне нужно восстановить силы… и для этого…»

Только что войдя в логово герцога, Джошуа знал, что ему нужно оставаться сдержанным и избегать подозрений. Вот почему он избегал встречи с матерью, по которой так скучал.

После полуночи я пойду искать тебя. В тусклом заходящем солнце глаза Джошуа ярко блестели.

П/п👇

⁽¹⁾Аркадий → Аркадия

Было уже за полночь, когда Джошуа высунул голову из окна. Он глубоко выдохнул и решил покинуть особняк.

"Хм..." Джошуа издал короткий стон, пока шел. Жуткая шишка в том месте, где должен был находиться его зал маны, давала о себе знать. Боль с каждой минутой становилась все сильнее.

Проблема заключалась в энергии внутри комка, тонкой, но знакомой смеси.

Божественная сила, магия и...

"Хурк!" Джошуа взвизгнул и закашлялся кровью. С другой стороны, это была чистая, яркая кровь, а не та, что была после его смерти.

"Ух..." По какой-то причине энергии, которые убили его, вернулись вместе с ним. Они вцепились друг в друга, охватив Джошуа ужасной, содрогающейся болью.

Сначала Джошуа подумал, что он просто потерял силы после путешествия в прошлое.

Но это не так. Он все еще чувствовал, как внутри него работает энергия.

В конце концов, это был Джошуа, непобедимый Рыцарь Копья Империи Авалон. Джошуа иногда называли "абсолютным человеком" и считали самым талантливым из ныне живущих. Он был знаменит на весь Игрант.

Его чувства подсказывали ему, что что-то подавляет силу столкнувшихся энергий...

"Лугия". Джошуа нахмурился.

Его дорогой друг, Лугия. Каким-то образом огромная скрытая сила Лугии сдерживала противоречивую энергию внутри него. Возможно, Лугия сможет найти решение его странного состояния.

Боль утихла, и Джошуа поспешил дальше.

"Если бы я мог сделать все три энергии своими собственными..." Даже Джошуа понимал, что это безумие. Магия и Божественная сила были противоположны. Ни один человек никогда не владел ими одновременно.

"Немного севернее конюшни. Рядом с камнем размером с дом". пробормотал про себя Джошуа. Во всех обширных владениях герцога Агнуса только Джошуа знал этот секрет.

Джошуа был уже близко. Он уже собирался пройти мимо конюшни, когда...

"Аааааааааааааааааааааааааа!" Высокочастотный крик пронзил его уши.

Глаза Джошуа распахнулись.

"Этот голос!" Прошло много времени, и это был всего лишь крик, но Джошуа никогда не сможет забыть этот голос. Его сердце - и ноги - бешено колотились.

Дрожащая женщина лет двадцати пяти была окружена тремя мужчинами. Она была одета неряшливо, но ее необыкновенная красота сияла. Ее глаза были искрящимися изумрудными, а волосы - синими, как морские моллюски. Хотя ее лицо было омрачено страданием и омрачено тревогой, она была достаточно красива, чтобы заставить любого взглянуть на нее дважды.

Это была мать Джошуа, Люсия.

Люсия находилась в очень трудном положении.

"Отпустите меня! Почему ты так поступаешь со мной?" Связанная женщина говорила дрожащим голосом.

"Хе-хе. Люсия, давай не будем этого делать, когда мы знаем ситуацию друг друга". Мужчина, сжимавший запястья Люсии, Горт, омерзительно улыбнулся.

"Что?"

"Должно быть, прошло десять лет с тех пор, как герцог заключил тебя в объятия, верно? Разве ты не хочешь где-нибудь выпустить пар, пока ты в расцвете сил?" Горт жестом указал на тело Люсии.

"Ну, даже если тебе это не нужно, нам нужно. Мы тоже должны время от времени заботиться о своих потребностях". Ройд улыбнулся.

"Тогда...! Ты думаешь, герцог проигнорирует это?"

"Что? Ты думаешь, герцог прибежит тебя спасать?" Люcия не могла опровергнуть Горта. "Ты всего лишь низкая служанка... Скорее, ты должна считать за честь служить центурионам герцога".

"Хе-хе. Ты можешь поверить этому парню? Не волнуйся. Сегодня я подарю тебе вкус рая", - поддразнил Ройд.

"Даже не думай кричать. Ну, даже если бы ты это сделал, никто бы не услышал".

"Ты знаешь, что мы отвечаем за эту территорию, не так ли?"

Люсия могла только дрожать.

"Но... это действительно нормально?" В отличие от двух других, Ролс отступил назад и нервно пробормотал.

"Что происходит с этим дураком, а?" Горт почесал голову и рассмеялся над своим товарищем.

"Просто... Если этот мальчишка... О Боже, если он появится!"

"Черт! Тогда ты позаботься об этом!" Ройд сплюнул. Его глаза не отрывались от тела Люсии. "Мы пришли сюда, чтобы преподать этому ублюдку урок, не так ли?"

"Но..."

"Заткнись! Если ты еще раз проболтаешься об ударах этого ублюдка, я побью тебя раньше, чем он!"

Ролс закрыл рот.

"Это даже не имеет смысла. Три центуриона убиты одним ударом крестьянского ребенка, которому меньше десяти лет. Он убирает конский навоз!" Они бормотали про себя, не слыша Люcии.

"Это безумие. Может, в него вселился демон". Ройд кивнул на слова Горта. Ролс впал в ярость.

"Но очевидно, что я...!"

"Я сказал тебе заткнуться!" крикнул Горт. Он сделал отвратительное лицо. "Ты можешь уйти в любой момент, Ролс! Но если этот парень вернется..."

"Джошуа..."

"Джошуа? Где, черт возьми, мой ребенок!" Люсия застыла на месте, но вскрикнула и закричала, услышав имя Джошуа.

Горт нахмурился, но потом ему пришла в голову идея, и он ухмыльнулся. Он указал на одинокое дерево рядом с конюшней.

"Я избил его и повесил на этом дереве". Горт мрачно усмехнулся, гадая, о чем сейчас думает Люcия.

Люсия опустилась на землю. Шок от услышанного мгновенно исчерпал ее энергию.

"Я больше не могу этого выносить". Горт облизал губы и посмотрел на Люсию.

"Не делай этого, пожалуйста..." Люcия в отчаянии отступила.

"Эй, Горт, мы можем начать сейчас? Мне кажется, я схожу с ума". Ройд натянул штаны и подошел к Люсии.

"Но что, если тот парень появится, пока ты будешь этим заниматься?"

"Нам нужен только один человек, чтобы справиться с ним". Горт рассмеялся.

"Ха!" Ройд разразился смехом.

"Давайте начнем прямо сейчас". Горт издал мрачный смешок. Когда он подошел к Люсии, она укусила его за руку.

"Ай! Вот сука!" Горт ударил Люсию. Ее крики раздались один за другим, и ее стройное тело опустилось на землю.

"Неплохо." Горт прищелкнул языком, осматривая служанку.

"Эй, я думаю, это слишком сурово..." сказал Ролс.

"Герцогиня позаботится об этом, трус".

"Что?"

"Если ты боишься, просто уходи". Увидев, что Ролс закрыл рот, Горт усмехнулся. "Ну тогда." Он подошел к бессознательному телу Люсии.

Клац. Клац. Клац.

Звук незнакомых шагов эхом раздавался вокруг них, усиливаясь в темноте.

"Кто там?" Горт повернул голову в сторону звука.

"Ты...!"

Между Ролсом и Роидом стоял мальчик. Мальчик с темно-синими волосами и ледяными голубыми глазами.

Джошуа завыл.

"Я убью тебя!"

Гнев!

Подобно холодной полуночной луне, был обнажен для всеобщего обозрения.

На Люcи постоянно домогалась герцогиня из-за ее благородного облика, но юный Джошуа ничего не мог поделать. В его прошлой жизни она заболела страшной хронической болезнью и умерла, одинокая и отчаявшаяся, когда ему было 14 лет. Джошуа был удручен своим бессилием и долго-долго плакал.

Для Джошуа его мать была единственным убежищем от постоянных издевательств. Только когда она скончалась, Джошуа понял, как много она для него значила. Когда мир вокруг него рухнул, Джошуа поклялся не привязываться к людям, если у него не было сил их защитить.

Но на этот раз, даже в нежном возрасте девяти лет, у Джошуа были силы защитить свою любимую маму.

Джошуа окинул взглядом землю. Он нашел грабли, используемые для уборки конского навоза, и с улыбкой взял их в руку.

"-Г-го!" Ролс заикался. Он дрожал с того момента, как увидел Джошуа.

"...Что?"

"Мы должны идти. Этот ребенок больше не тот, кого мы знаем!"

"Что ты имеешь в виду, ублюдок?" Горт уставился на маленького мальчика. Ройд только покачал головой. Только Ролс, который был свидетелем всего происходящего, нервничал.

"Уйди с дороги. Я позабочусь об этом". Горт встал и стряхнул пыль со штанов.

"Не перетруждай себя, Горт". Ролс сказал с расслабленным выражением лица.

"Ну, давай. Я бы волновался, если бы ты не пришел". Горт насмехался над Джошуа, как над маленьким животным. Горт разразился смехом, когда увидел, что Джошуа молчит, как немой.

Он выглядит таким жалким, подумал Ройд.

"Ну, неважно". Горт пожал плечами. "Когда чью-то мать насилуют прямо у них на глазах, даже немой откроет рот". На этом Ройд больше не мог сдерживаться, и его хихиканье перешло в полноценный смех.

"И что ты собираешься с этим делать?" насмехался Ройд. Джошуа посмотрел на свою мать, прежде чем наконец высказаться.

"Выходите!" Три центуриона вскочили.

Он действительно может говорить. Неужели слухи были правдивы? Горт размышлял в пустоту.

"Это должно быть хорошо". Ройд рассмеялся, но Ролс все еще дрожал.

"Да. Если ты настаиваешь". Горт обнажил свой меч и направил его на Джошуа.

Такой меч был стандартным, но это было поместье Агнуса; они предоставляли рыцарям всех уровней самые качественные материалы и оружие. Меч был в приличном состоянии, с несколькими пятнами ржавчины то тут, то там, но он был таким же острым, как в день, когда его выковали. Горт облизал губы, рассматривая блеск, которым было покрыто оружие.

"Что ты..."

"Я сказал: выходи".

Горт направился к Джошуа, но почувствовал, что что-то не так, и остановился. Джошуа смотрел в его сторону, но не прямо на Горта.

"О чем ты..."

"Как ты заметил?"

"Кто вы?" закричал Горт, и трое бандитов обернулись. То, что они увидели, поразило их.

Перед ними стоял молодой человек с каштановыми волосами и загорелыми глазами - обычная внешность, которую можно встретить на любой улице, но его одежда говорила о другом. На его кожаных доспехах был вытиснен отличительный красный крест. Этот знак, учитывая его происхождение, был мгновенно узнаваем любым: это был знак отличия красных рыцарей герцога Агнуса.

Даже рыцарь был так же далек от воина такого уровня, как простолюдин от дворянина. Разница была как между небом и землей.

"Я приветствую Красного Рыцаря!" Центурионы разом вскочили на ноги.

Положите правый кулак на левую грудь и глубоко склоните голову. Это приветствие явно отличалось от того, как они приветствовали бы герцога. Ни к кому другому не обращались так, как к нему, даже к своим командирам.

Не кланяйся никому, кроме хозяина. Негласное правило герцога Агнуса.

Красный рыцарь, Каин, встретил холодный взгляд Джошуа. Он не мог скрыть своего смущения.

Неужели это тот самый глупый мальчишка, о котором они говорили? Он видел, что маленькое, хрупкое тело Джошуа совсем не похоже на тело Каина, но от его миниатюрной фигуры исходило странное чувство страха.

Что это? Каин попытался сглотнуть, но в горле пересохло. Он знал только одного человека с подобным присутствием: герцога.

"У меня есть вопрос". Когда Джошуа заговорил, мысли Каина помутились. Шифон поручил ему следить за мальчиком, но, когда мальчик обратился к нему, все это исчезло. Осталось только инстинктивное желание ответить.

"Да?"

"Солдат пытался очернить любовницу герцога... Согласно военному уставу герцога, как мы должны поступить в этом случае?"

Простая служанка...! Слова застряли в горле Каина. Он слишком боялся произнести их, столкнувшись с пугающей аурой мальчика.

Каин прикусил губу. На мгновение он встретился с глазами Джошуа. У него не было слов для того, что он тогда почувствовал. Все, что он мог сделать, это подчиниться.

"- Немедленная казнь".

"Ты знаешь, что делать". Джошуа отбросил грабли в сторону.

Каин выхватил меч, и три центуриона в унисон простерлись ниц.

"Пощадите меня! Я больше никогда не буду думать о такой ерунде! Пожалуйста!" Каин перевел взгляд с них на Джошуа, но глаза Джошуа были непоколебимы и беспощадны.

Он замахнулся.

Тревожный крик расколол тишину, эхом прокатившись по всему поместью герцога.

Джошуа только вздохнул.

Каин не пожалел ни секунды - его взмах был быстрым и лаконичным. По одному лишь взмаху Джошуа мог сказать, что Каин достиг большого мастерства в обращении с мечом.

На вид красному рыцарю было около 20 лет. Если его послали следить за Джошуа, то велика вероятность, что он был самым молодым и низкоранговым в отряде.

Но его навыки...

Несмотря на то, что Красные Рыцари были одним из трех сильнейших отрядов в армии герцога, он был самым слабым из трех.

Учитывая это, этот молодой рыцарь...

"Ааааааааааааа!"

Каин посмотрел на трех сотников, его холодные глаза заморозили напряженную атмосферу.

Ройд и Горт были уже мертвы.

Он обернулся к Ролсу.

"Эй!" Кровь Горта и Роида капала с меча Каина. "Я... пожалуйста! Прости меня только... только на этот раз...!"

Каин выглядел непоколебимым даже после того, как зарубил двух сотников. Вместо этого он подошел к Ролсу с подчеркнуто безразличным выражением лица.

"Пожалуйста! Прости меня!" Каин поднял меч, как будто не слышал.

"Стой." Каин остановился.

Джошуа медленно подошел к нему под тусклым лунным светом.

"...Есть только одно наказание за оскорбление женщины герцога: немедленная казнь". Каин еще не опустил меч. Как и ожидалось, даже безымянный рыцарь хорошо знал правила. Каин на мгновение уставился на Джошуа, а затем снова повернулся к Ролсу.

"Молодой господин! Пожалуйста, спасите меня! Я клянусь, я клянусь в своей вечной верности, если вы спасете меня!" Ролс умолял и скребся у ног Джошуа.

"Заткнись!" Каин сжал свой меч так крепко, что на его руках вздулись вены.

"Судя по знаку отличия, похоже, что ты член Красных Рыцарей. Как тебя зовут?" Хватка Каина ослабла, когда Джошуа обратился к нему.

"Меня зовут Каин".

"Сэр Каин. Прежде чем вы продолжите, у меня есть один вопрос".

Каин моргнул. Джошуа посмотрел прямо ему в глаза и сказал,

"Кто твой хозяин?"

Каин сделал секундную паузу, прежде чем ответить.

"Мой господин - герцог Агнус". Его грудь надулась от гордости.

"Тогда еще один вопрос: Кто я?"

Холодный порыв пронесся над ними, как будто даже воздух почувствовал напряжение.

Глаза Каина расширились от понимания. Повинуйся мне.

"Убери меч в ножны". Голос Джошуа был хладнокровным.

"...Я повинуюсь". В конце концов, Каин со вздохом засунул меч обратно в ножны. Металл с шипением ударился о кожу, и клинок исчез из виду. Ролс закричал от ликования,

"Спасибо, молодой мастер Джошуа! Я буду вечно предан...!"

"Мне не нужна эта преданность, о которой ты говоришь". Ролс захлопнул рот.

"Ты думаешь, я спас тебе жизнь, потому что мне нужна твоя преданность? Кого ты обманываешь, ублюдок?"

"Это..."

"Больше всего я хочу причинить боль тем, кто оскалил зубы на мой народ".

Ролс икнул. Мрачные слова Джошуа заставили его сердце заколотиться и задрожать.

"Ты сообразительный парень, поэтому я уверен, что ты поймешь, что я скажу дальше". Его низкий голос пронизан злобой.

"Просто... Просто отдайте приказ, молодой господин!" Ролс ударился головой о холодную, мокрую землю, порезав скальп.

"Расскажи солдатам все, что ты видел сегодня. И..." Глаза Джошуа опасно сверкнули. "- если кто-нибудь еще попытается повторить подобное..."

"Я заберу их жалкие жизни своими собственными руками."

"Ах! Да, да!" Ролс сдержал свой ответ; он знал, как устрашающе выглядит Джошуа, даже не поднимая головы.

"А теперь убирайся с глаз моих".

"Уйду!" Ролс заставил свои трясущиеся ноги нести его прочь. Место назначения: Куда угодно, только не сюда!

Когда Ролс ушел, ледяной взгляд Джошуа оттаял. Он посмотрел рядом с собой: там лежала самая красивая и особенная женщина в его жизни, женщина, о которой он мечтал даже во сне. Мать Джошуа во плоти.

Мать... Джошуа сжал руки в кулаки от неконтролируемой радости. Когда его гнев утих, он понял, что его детство было запятнано сожалением, а его мать была его единственным светом. Его мать, которая умерла так рано.

Я благодарю Небеса за то, что они дали мне еще один шанс. В этот раз все будет по-другому. Мы никогда не согнемся.

Теперь он был Джошуа фон Агнус, единственный ребенок скромной служанки, отпрыск герцога, а не Джошуа Сандерс, герой, сильнейший рыцарь копья в истории.

"Ты... действительно тот самый человек, которого я знал?" Каин, наблюдая, как смягчается железный дух ребенка, осторожно произнес.

"Ты говоришь ерунду". Вместо того чтобы рассердиться, Джошуа разразился смехом.

"Но... Молодой Мастер, которого я помню, был..."

"Ошибка Мастера, ребенок простой служанки, разгребатель навоза... Мне продолжать?"

Каин внезапно выпрямился и посмотрел в глаза Джошуа.

"В возрасте 23 лет рыцарь может выбрать себе хозяина". Все рыцари поместья Агнус подчинялись герцогу. Однако, в конечном счете, их верность была их собственным выбором и ответственностью.

"В следующем году мне тоже предстоит принять это решение". Каин пристально посмотрел на Джошуа. Он сделал три шага назад и схватился за рукоять своего меча. "Я доверяю своим инстинктам. Через год я буду рядом с вами, молодой мастер". С этими словами он положил руку на сердце и поклонился.

Затем он исчез, прежде чем Джошуа успел ответить.

Джошуа тупо уставился в воздух.

Ты идиот. Он разразился смехом.

Каин. Начинающий Красный Рыцарь.

Эта ситуация была не совсем обычной. С практической точки зрения, будущее Каина было бы более безопасным, если бы он отдал свою верность Бабелю, сокровищу семьи Агнус, а не Джошуа. Его мысли были загадкой.

"Джошуа?" Он был напуган нежным голосом, раздавшимся с его стороны.

"Мама?" Джошуа опустился на колени, чтобы помочь матери сесть.

"Ты в порядке!" Лючия забыла о своей боли, когда увидела лицо своего ребенка. Ее нежные ласки на лице Джошуа заставили его сердце растаять - ощущение, что у него снова есть мать, было поистине невероятным.

По его щеке скатилась слеза.

"Теперь... я точно буду защищать тебя".

Улыбка Люсии была ярче, чем луна на небе.

Аслан, древняя империя.

Она была самой могущественной страной в мире, пока давным-давно континент не раскололся на Восток и Запад. Спустя тысячи лет она исчезла даже из памяти. Возможно, в древних томах сохранились записи о ней, но кто может сказать?

Теперь лишь несколько человек знали о его существовании. Джошуа, вернувшийся из десятилетий будущего, был одним из них.

Особняк герцога Агнуса располагался прямо на Ирисе, древней столице империи Аслан.

Кто знал? Кто знал о великой тайне, скрытой под великолепным замком герцога?

"Это то самое место".

Прошло уже несколько часов с тех пор, как ему удалось успокоить мать, которая от его бешеных жестов только сильнее разволновалась. Время поджимало. Скоро взойдет солнце, и никто не должен увидеть его здесь.

Когда Джошуа добрался до места назначения, он мягко улыбнулся. Он был здесь.

"Лугия", - пробормотал он и двинулся вперед.

Здесь он станет непревзойденным копейщиком!

_____________________

П.П - Падаждали как хатика

К северу от садов герцога, в тихом месте; камень размером с дом скрывает тайну, известную только Джошуа. Этот внушительный пятиметровый валун, известный как "камень-хранитель", защищает поместье от опасности. Однако он также является связующим звеном с руинами древней столицы Ириса.

Это место считалось священным, поэтому здесь бывало мало посетителей. Фактически, запрещалось даже прикасаться к нему, но Джошуа все равно поднимался по нему.

В своей прошлой жизни Джошуа часто посещал это место, чтобы пообщаться со своей умершей матерью. Он решил, что лучше всего будет подняться на вершину замка герцога, но ему отказали в дверях.

"Вот... здесь". Джошуа добрался до вершины скалы с несколькими выскочившими суставами и более чем несколькими стонами. Он долго ощупывал камень, прежде чем ему удалось найти аккуратно спрятанный желобок размером с иглу. Ему удалось найти ее только в первый раз, потому что он проводил руками по ней каждый раз, когда взбирался на скалу.

Внутри был спрятан секрет. Его глаза загорелись, дыхание участилось, а голубые радужки расширились от возбуждения.

Джошуа знал, что делать дальше: ему нужна была кровь.

Он укусил указательный палец, и его кровь капнула в желобок. Она засветилась и открылась в узкий проход, достаточно большой, чтобы вместить маленькое тело Джошуа.

Скоро он увидит то, что не поддается объяснению.

Джошуа бросился в темное дуло, которое втянуло его в себя с пульсирующим ощущением во всем теле.

Первое, что увидел Джошуа, был узкий проход, который, если память ему не изменяла, открывался в широкую полость. Там он нашел бы то, что искал.

То, что действительно нужно прямо сейчас.

Джошуа медленно двинулся по темному проходу с улыбкой, которая расширилась, когда он приблизился к концу туннеля.

"Ack!" Джошуа на мгновение ослеп от яркого света.

До этого момента все совпадало с его воспоминаниями о руинах. Но когда он открыл глаза...

"Что это, черт возьми, такое?" Голос Джошуа эхом разнесся по сырой комнате.

В центре комнаты стоял один - совершенно пустой - алтарь.

Каин де Гарри

Как следует из его имени, он был сыном знатной семьи. Его семья уходила корнями в бесплодные сельские земли на северо-западе, далеко от территории герцога, виконтства Гарри.

Его отец был виконтом Броном де Гарри. Когда-то он заслужил положение в центре политики, используя свой трудолюбивый характер и талант к управлению. Все перевернулось с ног на голову, когда его чуть не понизили до барона, но, конечно, никто не мог игнорировать обширные связи семьи Гарри.

Каин, его сын, с детства был многообещающим талантом. Любопытно, что он не унаследовал административные способности своего отца и вместо этого занялся фехтованием.

Он отправился учиться в Академию в Имперской столице. Там он развил свой талант и привлек внимание великого герцога, что привело к его вступлению в армию герцога.

Но никто не знал о его истинных способностях - кроме одного человека. Все остальные считали, что способности Каина были средними для рыцаря С-класса. Учитывая, что ему было 22 года, его мастерство было лишь немного выше среднего.

На самом же деле он превосходил рыцарей класса С и даже рыцарей класса В. Он уже не просто владел маной, а мог формировать ее по своему желанию. Такой талант был сравним с Бабелем, сокровищем семьи герцога.

Его талант мог обеспечить ему место в Ордене Золотого Человека, самой сильной руке армии герцога. Но по какой-то причине талант Каина пропадал впустую в Красных Рыцарях.

"Я получил ваш отчет". Мужчина средних лет сидел за столом на стуле из красного дерева и рылся в документах.

Шифон поднял свою стильную усатую голову.

"Ты также наказал двух центурионов, солдат?"

"- Да." Каин отдал честь Шифону и ответил. Выражение лица Шифона ожесточилось.

"Твои действия соответствовали слову закона... но для центурионов герцога это совсем другая история. Эти сотники принадлежат самому герцогу, так что должна быть другая причина". Каин на мгновение засомневался, но его решение было быстрым.

"Они оскорбили жену герцога", - ответил он.

"Что?"

"Они пытались очернить госпожу, поэтому..."

Шифон вскочил на ноги и ударил кулаком по столу.

"Это правда? Эти сумасшедшие ублюдки сделали то же самое с леди Ванессой..."

"Не с герцогиней Ванессой". Каин тихо покачал головой. Шифон бросил на него косой взгляд.

"Это была... Люсия". Брови Шифона нахмурились. Он вздохнул и опустился на свое место.

"Люсия? Эта Лючия?"

"Да: вторая жена герцога".

"Хм..." Шифон издал грустный смешок. Он прислонил голову к ладони и посмотрел на Каина. "Ты хочешь сказать, что обезглавил двух центурионов из-за служанки?"

"Она не просто служанка". Каин решительно покачал головой. "Каков бы ни был ее статус, жена герцога не должна быть оскорблена простым солдатом". Шифон тяжело вздохнула. Все верно. Даже если Лючия была служанкой, это не меняет того факта, что она родила второго сына герцога.

"Герцог может не обращать на нее внимания, но я не думаю, что это имеет значение. Если герцог услышит, что Лючия была оскорблена..."

"Отбросив жалость к служанке, я полагаю, вы готовы взять на себя ответственность". Шифон выпрямилась и посмотрела Каину прямо в глаза.

"Если я поступила неправильно, я с радостью приму наказание". Каин гордо поднял голову, положив руку на сердце.

"...Хорошо." После долгого молчания Шифон вздохнула. "Прости, что сомневалась в тебе. Я знаю, что ты очень умный молодой человек. Может быть, я просто немного чувствителен в эти дни".

"Ты в порядке?" Шифон нахмурился на его вопрос.

"Ты знаешь, почему я привязал тебя к этому ничтожному ребенку? Я хотел проверить, правдив ли слух о том, что он победил трех центурионов. Представь себе! Раньше он был просто глупым ребенком".

"Понятно, что это чушь, но это нужно было проверить. Если это правда, он может стать помехой для мастера Бабеля".

"...Почему? Ты думаешь, что молодой мастер Джошуа представляет угрозу для мастера Бабеля?" Шифон вздрогнул.

"Даже если это шутка... Не говори такой ерунды". Его глаза были острыми. "Мастер Бабель - гений, который бывает раз в жизни. Он должен стать главой семьи".

"Представь, какой позор будет, если положение мастера Бабеля украдет сын ничтожной служанки". Шифон сделала смешное выражение лица. "Я просто надеюсь, что путь мастера Бабеля никогда не будет закрыт, чтобы он мог отточить свою силу до полного потенциала. Не должно быть никаких препятствий... Мы устраним их все, даже самый крошечный камешек".

Камешек, - размышлял Каин. Тот мальчик, которого он видел, был не кем иным, как камешком. Возможно, он разорвет небо на две части и потрясет землю, как метеор.

Странное чувство страха, которое Каин испытывал от Джошуа... Он знал, что чувствовал его раньше.

Джошуа фон Агнус, - пробормотал он с мягкой улыбкой. Я доверюсь своим инстинктам. Они еще никогда меня не подводили.

"В любом случае, продолжайте наблюдать за ребенком. Если будет что-то необычное, немедленно сообщите об этом".

"Да, сэр". Каин отдал честь и быстро покинул холодный кабинет.

Лицо Каина не могло скрыть его волнение, а шаги были легки, как никогда.

"Что это, черт возьми, такое?" Джошуа сплюнул. Прямо посередине должен был находиться храм, построенный в уникальном стиле древней империи. Его копья, Лугии, нигде не было видно, не говоря уже о технике маны, которая должна была находиться рядом с ним. Вместо этого он мог видеть только слабые следы храма.

"Что случилось?" Джошуа не мог подавить своего разочарования.

Интересно, изменится ли что-нибудь за шесть лет? Джошуа было пятнадцать лет, когда он нашел это место в своей прошлой жизни; судя по тому, что говорили люди, он знал, что сейчас ему девять лет. Будет ли лучше, если он вернется в то время, когда нашел это место? Разве кто-то отстроил бы храм за следующие шесть лет?

Глупости. Джошуа задумался на мгновение, затем покачал головой. Только я знаю об этом месте.

"Возможно..." Он огляделся. Хотя храм был разрушен и раздроблен, это был именно тот храм, который он помнил. Джошуа подошел к алтарю в центре.

Его глаза расширились. На первый взгляд он выглядел таким же ветхим, как и остальная часть храма; но когда он приблизился, то увидел железный прут там, где Лугия должна была быть прикована к алтарю.

"Эта палка..." Его рука, коснувшаяся холодного железа, вызвала нечто неожиданное.

"Что..." Яркий свет окутал молодого Джошуа. Он не мог пошевелиться - все, что он мог делать, это ждать...

Личный кабинет герцога Агнуса

Когда герцог находился в своем поместье, а не в столице, большую часть дня он проводил в своем кабинете.

В дверь постучали.

"Герцог, гость прибыл".

"Хм..." Герцог Агнус сглотнул. Он всегда принимал гостей, когда приезжал в поместье, но этот гость не вызывал у него энтузиазма. Однако этот гость, хотя и был ниже герцога по рангу, обладал неоспоримым влиянием.

Герцог Агнус встал и быстро вышел за дверь.

"Я приветствую герцога". Старый дворецкий, Шифон, и его солдаты поклонились в знак уважения.

"Где они?" Величайший мастер рыцарей в Империи напустил на себя гордый вид.

"Мне сказали, что они в приемной на первом этаже".

"Пойдемте." Герцог Агнус двинулся вперед, и Шифон быстро зашагал за ним.

"Однако... граф Ребрека был не один", - рискнула Шифон.

"Хм?"

"Леди Айслин сопровождала его".

"Интересно, что он задумал". Герцог Агнус вздохнул на ходу.

Айслин Жан Ребрека, дочь графа Понселя Жана Ребреки, также была сокровищем герцогства. Как и Бабель, она была одним из знаменитых талантов Империи: магический гений, получивший Второй класс в девятилетнем возрасте.

Врожденная чувствительность к мане. Некоторые люди рождались с врожденным недостатком маны, но некоторые переполнялись ею. Айслин была благословлена тем, что могла чувствовать ману и владеть ею лишь инстинктивно. Среди волшебников это считалось благословением, дарованным Богом.

Авалон был империей рыцарей, в отличие от Терры, Королевства Магии, поэтому Айслин был еще большей редкостью.

Причина, по которой граф Ребрека прибыл сюда со своей драгоценной дочерью, должна быть... Герцог Агнус горько рассмеялся.

"Понсель заставит меня страдать весь день. Юному мастеру Бабелю в следующем году исполнится пятнадцать лет. Всего три года до его совершеннолетия... Все должны волноваться. Но Бабель..." Герцог Агнус нахмурился. "У меня есть принцесса Шарль для Бабеля..... Как я могу..." Герцог Агнус испустил еще один глубокий вздох.

Пять герцогов великой Империи Авалон обладали влиянием, превосходящим воображение. Принцесса Чарльз - дочь семьи Понтье, герцогского дома, который поднялся к власти благодаря одному лишь богатству.

"Как сказал герцог, учитывая род Понтье, будет правильно выбрать принцессу Шарль".

"Я всегда это чувствую, но какая жалость".

"Вы жадный". усмехнулся Шифон. Жажда талантов герцога Агнуса была ненасытной, такой, что трудно было назвать это просто "жадностью". Шифон гордился тем, что служит под началом этого мастера.

Пока у них есть способности, никто не будет дискриминирован - независимо от ранга. Мой хозяин судит людей только по их способностям. Даже свою собственную кровь.

"...А что насчет Джошуа?"

"Да?" Из задумчивости Шифона вывел голос его хозяина. "Что ты сказал?"

"Я сказал: "Как насчет того, чтобы поставить Айслин рядом с Джошуа?""

Шифон не мог поверить в то, что услышал, и это было видно. Ему пришлось дважды взглянуть на герцога, чтобы понять, что тот не шутит.

"Герцог? Но мастер Джошуа!"

"Да, он ребенок Люсии, но это не отменяет того факта, что он также и мой сын".

Лицо Шифона ожесточилось, и он тщательно подбирал слова.

"...Герцог. В отличие от мастера Бабеля, у мастера Джошуа нет таланта. Я прошу прощения, что говорю это, но до недавнего времени все называли его "тупым". Вы сами видели Джошуа, не так ли? С его физическим состоянием, хотя он еще молод..." Шифон покачал головой. Он был убежден, что Джошуа родился с недостатком маны - другого объяснения его полному отсутствию маны просто не было. "Нам нужно подождать еще немного, чтобы быть уверенными, да. Но если это действительно нехватка маны... Представлять такого человека леди Айслин - это немного..."

"Пойдем. Они, наверное, ждут". Герцог Агнус бросил на Шифона косой взгляд, а затем разразился смехом. Он на некоторое время приостановил движение, но снова пустился в путь с ухмылкой.

"Герцог, не оставляй меня!"

Почему-то герцог выглядел одновременно забавным и взволнованным.

"Ой..." Джошуа издал стон и разомкнул веки. И тут же в его череп ворвалась сокрушительная головная боль.

"Угхх-!" выругался Джошуа. Боль, казалось, могла вырубить его в любой момент, но он чувствовал, что не может позволить себе потерять сознание здесь. Он отчаянно цеплялся за нить сознания и медленно применял единственную технику маны, которую знал. Медленный вдох за вдохом, и звон в голове утих.

Через некоторое время вспышка света заставила его открыть глаза.

"Где я...?" Его окружало стерильное белое пространство. Сюда не пролезло бы даже самое маленькое насекомое.

"Ты здесь?"

Глаза Джошуа расширились от эха голоса.

"Кто ты?" закричал Джошуа и обернулся. Но он ничего не увидел... Только бесконечную яркую белизну.

"Прямо здесь". Глаза Джошуа наполнились изумлением. В чистом белом пространстве над ним что-то плыло.

"Тот самый железный жезл?"

"Я не "железный жезл"". У Джошуа открылся рот. Он слышал о мечах с волей, но никогда за две свои жизни Джошуа не видел такого чудовищного предмета.

"Ты... Кто ты?"

"Я..." Объект говорил медленно. "...Демонический Дух, Лугия".

Джошуа упал на землю в шоке.

⁽¹⁾(魔神器 - буквально "Демонический артефакт")

“ Демонический дух... Лугия?” - непонимающе пробормотал Джошуа.

- То есть... буквально дух демона?

Если бы этот железный прут действительно был его любимым копьем, то это был бы первый раз, когда он услышал, как оно разговаривает.

Оригинальная Лугия представляла собой длинный стержень с двумя заостренными зубцами. Хотя на первый взгляд это выглядело довольно странно, никто не посмел бы насмехаться над Лугией. Когда Джошуа владел Лугией, переполняющая их мана делала их непобедимыми на поле боя.

Что только мешало поверить в то, что Лугия превратился в железный прут с чем-то вроде Копья Эго; это полностью отличалось от того, что он знал в своей прошлой жизни.

- Время на исходе.

Джошуа разбудил голос Лугии, звучавший у него в голове.

- Что вы имеете в виду?

- Проклятие внутри твоего тела со временем подавит твою силу и поглотит твою жизнь.

Его глаза расширились. Для того, чтобы так ясно определить состояние его тела…

Джошуа подсознательно сглотнул и сказал: “Ты… Тоже вернулся в ту часть вместе со мной и принял эту... форму?”

- Есть только один способ высвободить силу в твоем теле.

Лугия, казалось, не расслышал вопроса Джошуа и продолжил путь.

- То есть восстановить свою силу в кратчайшие сроки. Вам нужно будет достичь как минимум 4-го уровня в искусстве владения волшебным копьем с учетом текущего состояния вашего тела.

“Уровень 4?!” Искусство владения волшебным копьем, о котором говорил Лугия, относилось к древней технике, которой он научился. Метод культивирования маны, который был обнаружен вместе с этим искусством владения копьем, обладал огромной силой.

Точно так же, как большинство рыцарей в Игранте рассматривали меч как абсолютное оружие, копье рассматривалось как грубая игрушка, простой инструмент, которым могут владеть только плохо обученные новобранцы.

"Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно бояться результата сотни сражений”.

Однако среди рыцарей мало кто понимал, что такое копье. В результате на всем континенте было всего несколько человек, которые могли соперничать с Джошуа в его прошлой жизни. Тогда Джошуа достиг пятого уровня мастерства. После десятилетий напряженной работы шестой уровень был уже не за горами.

С точки зрения классов рыцарей, это было эквивалентно рыцарю класса А, который мог проявлять свою ману в виде меча. Эти рыцари были известны как “Абсолютисты”. На пятом уровне своей восьмиступенчатой техники владения копьем Джошуа был лучшим рыцарем в империи. Четвертый уровень, чуть ниже этого, был эквивалентен рыцарю класса В.

Джошуа был уверен, что сможет достичь такого же уровня, но сейчас ему было всего девять лет. Ему все еще требовалось немало времени, чтобы достичь вершины искусства владения копьем.

- Конечно, я должен собрать больше энергии. Мне тоже понадобится нечто большее, чем просто навыки, чтобы сблизиться с принцем Кайзером, - Джошуа сделал мрачное лицо.

“Но в моем нынешнем состоянии…” - Джошуа прикусил губу: - “Ну, у меня уже есть опыт обращения с этим”.

Если бы он контролировал ману выше возможностей своего тела, он бы испытывал боль повсюду. Таким образом, ему было трудно даже думать о том, чтобы стать рыцарем класса С, не говоря уже о Мастере.

Вуонг!

Лугия медленно опускалась, издавая глубокий резонанс.

- Это временная мера, но, пока я рядом с тобой, ты сможешь использовать ману в определенной степени.

Глаза Джошуа расширились.

-Постоянно совершенствуйся. Когда ты достигнешь высшего состояния, и я восстановлю свои силы…

Голос Лугии начал затихать, как будто он терял силу.

- Достичь того, чего вы желаете…

Джошуа бросился ближе, чтобы расслышать последний шепот Лугии.

- Самосознание… Определенный этап... В следующий раз…

"Эй!” - Рука Джошуа метнулась к Лугии, которая безжизненно упала.

Вспышка!

Именно в этот момент изменчивое слияние трех энергий в его теле взорвалось одновременно.

“А-а-а-а!”

Джошуа закричал от ужасной боли, чувствуя себя так, словно его тело разрывалось на части.

“Герцог Агнус прибыл”.

Следуя императорскому этикету, слуга после небольшой задержки открыл дверь в приемную. Хорошо смазанные петли распахнулись почти бесшумно. Внутри терпеливо ждали двое мужчин и две женщины.

"О?” - Герцог Агнус склонил голову набок. Людей было больше, чем ожидалось.

Рыцари? Нет, в империи Авалон было ужасно невежливо, когда гостя сопровождали его рыцари. Это было все равно что сказать, что они не доверяют своему хозяину. Обычно их рыцари ждали в другой комнате.

Помимо всего прочего, атмосфера в комнате была... Нездоровой.

“Чарльз?” - Глаза герцога Агнуса расширились, когда он увидел знакомое лицо.

- Я приветствую герцога. Девушка с огненно-рыжими волосами грациозно поприветствовала герцога Агнуса. Она была хорошенькой девочкой-подростком со слегка приподнятыми бровями. На первый взгляд она казалась несколько резковатой, но это только усиливало ее очарование. Она была Шарлем Ди Понтье, дочерью Понтье - одной из великих герцогских семей Авалона.

“Ты…”

- Я пришел сюда по наитию, поэтому попросил их не сообщать вам, герцог.

“Кокс!” - Герцог Агнус с улыбкой шагнул вперед. Коротко стриженный мужчина средних лет, Кокс фон Ваген, был вассалом семьи Понтье. Он родился купцом и дослужился до дворянства и был довольно знаменит своим прозвищем: Золотой слиток.

Как следовало из названия, у него был чудовищный аппетит к золоту. Вряд ли какие-либо деньги поступали в семью Понтье, минуя его руки; он был ключевой фигурой в герцогстве Понтье.

“Молодая леди настояла на визите, поэтому я сопровождал ее. Мои извинения, ваша светлость”. - Кокс с сожалением склонил голову.

- Тут не о чем сожалеть! Даже когда мы оба в столице, нам трудно видеть друг друга… Когда еще у меня будет возможность увидеть тебя?” - Герцог Агнус воспринял это спокойно, с веселой улыбкой.

“Спасибо вам за добрые слова.” - ответил Кокс.

Услышав это, герцог Агнус озорно улыбнулся.

“Если тебе действительно жаль, как насчет того, чтобы поработать на меня сейчас?”

“Ха-ха, это...”

“Дядя, я так давно тебя не видел. Ты даже не поздоровался со мной и уже пытаешься переманить наших людей?” - Чарльз вмешался в разговор.

“Юная леди! Лицо Кокса почти посинело. Для Чарльза было нормально относиться к Коксу как к своей вещи; несмотря на то, что он занимал высокое положение в империи, даже выше обычного графа, он собственными глазами наблюдал, как она росла. С другой стороны, такое же обращение с герцогом Агнусом было совершенно другой историей.

Как раз в тот момент, когда Кокс собирался извиниться, герцог Агнус разразился приятным смехом.

- Ха-ха-ха! Да, это тот Чарльз, которого я знаю! На мгновение у меня возникли сомнения, когда вы официально приветствовали меня ранее.”

“Действительно... - Чарлз поджала губы, затем огляделась по сторонам - Но, сэр Шифон, где же Вавилон?”

“А, молодой господин…” - подал голос Шифон.

Переводя взгляд с одного на другого, герцог Агнус странно улыбнулся.

“О, не поймите меня неправильно. Чарльз заметил его улыбку. - Я придерживаюсь того же мнения, что и вы. Как ты знаешь, наша семья очень богата, но никто не может бросить вызов твоей силе.”

“Хм…”

“Новость о том, что Бабель получил звание рыцаря класса С, уже распространилась по всей столице! Поэтому я подумал, что мог бы попробовать нанять талантливого человека”.

“Юная леди, вы слишком много говорите! - Кокс больше не мог этого выносить. Он покачал головой и со слезами на глазах поклонился. - Мне жаль, Дюк. Наша юная леди все еще незрелая...”

“Что ты сказал?” - Голос Чарльза был пронзительным.

“Все в порядке. Она просто в... Таком возрасте. Герцог Агнус отмахнулся от этого, но на его лице быстро появилось смущенное выражение. - “Мне очень жаль, Понсел. Я совсем забыл о тебе.”

“Все в порядке, ваша светлость”. - Ученый мужчина лет тридцати пяти склонил голову. Этим голубоволосым человеком с печальными глазами и мягким обликом был Понсель зин Ребрекка, известный своими магическими способностями.

Рядом с ним была девушка, от которой исходило довольно похожее чувство. У нее были волнистые голубые волосы, которые ниспадали водопадом, и большие опущенные глаза. Если Чарльз был “хорошеньким”, то эту девушку можно было бы назвать “красивой”. Она была последней надеждой Ребрекки, единственным оставшимся ребенком графини и гением магии: Айселин зин Ребрекка.

“Вы пришли, леди Айселин”. - Герцог Агнус приветствовал ее легкой улыбкой.

- Я приветствую герцога.

“Я проделал весь этот путь сюда, чтобы купить что-нибудь поесть”, - Чарльз сделал недовольное выражение лица.

“Юная леди, почему вы в таком состоянии?” - проворчал Кокс.

"Ой! Я что-то слышал! - Не обращая внимания на Кокса, Чарльз хлопнула в ладоши, как будто что-то вспомнила. - Я слышала, у вас есть еще один сын, но он болен, поэтому он не останется в особняке, а вместо этого остановится в каком-нибудь приятном месте или что-то в этом роде, и...”

“Юная леди, эта история!” - Кокс закричал от ужаса и смущения.

“Милое местечко...? Я не думаю, что конюшня такая уж хорошая, но…” - Герцог Агнус горько улыбнулся.

“О, конюшня? Чарльз выглядел удивленным. - Так это правда, что он ваш сын?”

“Я не буду этого отрицать”.

“Ага! Тогда~”

“Юная леди, пожалуйста!

“Я еще ничего не сказал”, - Нахмурился Чарльз.

“Пожалуйста, пожалуйста! - Кокс не смог скрыть озабоченного выражения лица. - Я молюсь, чтобы юная леди не заходила дальше. Я молюсь, чтобы дожить до восхода солнца…”

Но Бог был не на стороне Кокса.

“...Он идеально подошел бы для Селин”.

Кокс разозлился на слова Чарльза, которые разнеслись по всей комнате.

“Мне очень жаль, граф Ребрекка”. - Кокс быстро встал и покачал головой. Как коммерсант, Кокс был очень чувствителен, когда дело доходило до восприятия атмосферы - вдвойне, когда он находился в одной комнате с графом и великим герцогом. Несмотря на то, что Кокс был одним из самых уважаемых графов семьи Понтье, у него не было проблем с самоуничижением.

“Все в порядке. Это не то, из-за чего стоит унижаться. - граф Понсель зин Ребрекка покачал головой со слабой улыбкой. - Более того… Я тоже слышал этот слух, герцог.”

“Ну...”

“Могу я поинтересоваться, если это не слишком грубо?”

“Из того, что я услышал, он не так уж и плох, даже если он всего лишь сын наложницы”, - высказался Чарльз.

“Юная леди, пожалуйста, воздержитесь от дальнейшей грубости!” - крикнул Кокс, прежде чем Чарльз смог продолжить.

“Что за грубость? Я всего лишь сказала правду”, - надулась она.

“Я не думаю, что графу стоит так сильно беспокоиться”, - вмешался Шифон, видя, что герцог Агнус хранит молчание.

“Сэр Шифон? Кокс вопросительно наклонил голову.

“Ну что ж… По словам Юной леди, молодой мастер Джошуа нездоров, так что он выздоравливает”.

“Мое слово… Что это за недуг?” - спросил Кокс с озабоченным лицом. Шифон пристально посмотрела на герцога Агнуса, прежде чем ответить.

“По моим наблюдениям, это, похоже, врожденное расстройство маны”.

“Проклятие Маны!” - Понсель вскрикнул от удивления. Это проклятие - врожденное расстройство маны было достаточно редким, чтобы нарушить его обычно спокойную атмосферу. Странное выражение промелькнуло в глазах Айслин, которая в остальном сидела без всякого выражения, как кукла.

“Что за черт? Ребенок вырубил трех солдат с такой болезнью...” - пробормотал Чарльз с угрюмым выражением лица. Кокс и Понсел обменялись сочувственными взглядами.

Однако их интерес к Джошуа был поверхностным. Хотя они этого и не говорили, они были здесь только ради Бабеля Фон Агнуса.

“Ну что же, Понсель, как насчет того, чтобы взглянуть на мальчика?”

“Прошу прощения?” - Понсель непонимающе уставился на герцога.

“В конце концов, разве в Империи не всего несколько магов пятого класса?”

Мага 5-го класса уважали везде, куда бы он ни пошел; за исключением Волшебного королевства Терра, кто-то с таким уровнем мастерства мог стать главным королевским магом, где бы он ни выбрал. Учитывая относительную нехватку магов в империи Авалон, Понсель был особенно ценен; действительно, он был одним из трех самых могущественных людей в империи Авалон.

“...Все в порядке”. Понсель мягко кивнул. Это было не слишком сложно, и он мог заслужить уважение герцога за простую услугу.

“Спасибо”.

Шифон слегка нахмурилась. У него была привычка хмуриться, когда ему что-то не нравилось.

“Ваша светлость, почему бы вам тоже не пойти с ним и не оценить талант молодого мастера Джошуа?”

"Хм? - Герцог Агнус склонил голову набок. - Что вы имеете в виду?”

“Я уверен, что это врожденное нарушение маны, но… если вы не против, не лучше ли было бы проверить его здоровье перед отъездом в столицу? Слухи тоже ходят по округе.”

“Ну...” - Герцог Агнус с озабоченным выражением лица погладил подбородок.

“Если граф Понсель будет с вами, вам будет немного легче наблюдать за ним. Маги были более чувствительны к мане. Способы, которыми маги и рыцари манипулировали маной, были принципиально разными, но маги могли чувствовать “поток” маны”.

“Это было бы фантастически… Это было бы нормально? Я имею в виду, что я смогу увидеть своего нового младшего брата. - Чарлз захлопала в ладоши. - О, ты сказал, что ему девять лет, значит, он моложе меня, верно? На три года моложе.”

“Хаа…” - Кокс покачал головой в полной растерянности.

“Как вы планируете его оценивать?” - спросил герцог Агнус Шифона.

“По вашему приказу я пошлю одного из своих рыцарей сразиться с ним”.

“Один из Красных рыцарей?” - Герцог Агнус нахмурился.

Шифон была невозмутима.

“Если молодой мастер Джошуа может справиться с тремя центурионами голыми руками, то он должен быть в состоянии справиться и с Красным рыцарем”.

“Я думаю, нам следует рассмотреть и других рыцарей, не входящих в три отряда”. - Ответ герцога Агнуса был ожидаемым для самой престижной рыцарской семьи в империи.

“Конечно, другие рыцари превосходны, но для безопасности Молодого Господина не лучше ли было бы иметь кого-то, кто может контролировать их силу?”

“Это…” - когда герцог Агнус, казалось, забеспокоился, Шифон быстро добавила.

“У меня есть идеальный кандидат”.

“Подходящий член Красных рыцарей...”

“Вы определенно согласитесь. Он рыцарь, которого ты хорошо знаешь”, - продолжила Шифон с ухмылкой.

Его голос был странно холоден.

“Уф! - Джошуа глубоко вздохнул и открыл глаза. - Где?..”

Первое, что он увидел, проснувшись, были руины древнего храма. Пустого пространства, в котором он был раньше, нигде не было видно.

“Эти воспоминания...” - пробормотал Джошуа. Но тяжесть в руке подсказала ему, что это не сон и не фантазия.

“Лугия?” - спросил я. Посох - он не мог заставить себя назвать его копьем — покоился в его руке.

Этот удобный и привычный захват.... Очевидно, это был Лугия, его дорогой друг и партнер.

“Пока я рядом с тобой…”

Последние слова Лугии промелькнули у него в голове. Джошуа закрыл глаза и начал практиковать свою технику маны.

“Сейчас!” - глаза Джошуа резко открылись. Непостижимая черная дымка поднималась от его тела, явление, которое происходило только тогда, когда его техника маны работала нормально. Джошуа поднял железный прут и выпрямился.

“Уууу!” - Джошуа сделал короткий глубокий вдох и уставился прямо перед собой.

Древняя техника владения копьем, получившая название "Искусство волшебного копья", была сложной и разделялась на несколько уровней, но одно было ясно. Когда он мог вытянуть хотя бы горсть маны из воздуха, первый уровень считался достигнутым.

“Я могу это сделать”. - его хватка на железном пруте усилилась.

"Опустите свою позу и напрягите мышцы, чтобы вы могли применить всю свою силу в одно мгновение". Его мышцы напряглись так, словно были готовы в любой момент прийти в действие.

Первая форма: Вспышка молнии.

На первом уровне его техники было только две формы копья. Джошуа сосредоточил все свои мысли на первом из них. В некотором смысле, это был всего лишь простой выпад — прямая линия к цели. Лаконично и прямолинейно, но быстро.

На кончике железного стержня сгустилась капля маны размером с монету. И когда мана была сжата до определенной точки…

“Гром”.

Бзззт.

Рой чистого белого света вырвался из конца стержня.

Глава 15

Верный своей репутации, в поместье Агнус было довольно много тренировочных площадок. У каждой группы рыцарей был отдельный тренировочный зал и даже комнаты для индивидуальных тренировок.

За третьим по величине из этих тренировочных залов находилось каменное здание с развевающимся над ним флагом красного креста: штаб-квартира Красных рыцарей. Кейн ждал перед дверью командира, одетый в легкую броню. Он постучал.

“Капитан, это Кейн”.

“Входи”.

Кейн открыл дверь. Он обнаружил своего непосредственного начальника и командира Красных рыцарей Шифона сидящим посреди комнаты. Кейн отдал честь.

“Мне сказали, что тебе нужно было меня увидеть”.

“Хорошо”, - Шифон слегка кивнула. “Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал”.

“Пожалуйста, назови это”, - Кейн выпрямился.

- Герцог вызовет вас, возможно, сегодня или завтра.

"Почему?” Глаза Кейн слегка расширились. Конечно, он был членом одного из самых успешных орденов в поместье, но сам был всего лишь рыцарем низкого ранга. Количество раз, когда такой рыцарь даже видел герцога, можно было пересчитать по пальцам одной руки, не говоря уже о реальной встрече с ним.

“Не нервничай слишком сильно, потому что я буду с тобой… вместе с двумя графами и их дочерьми...”

- Вы говорите о графе Ребрекке и графе Вагене? Глаза Кейн расширились еще больше. Он слышал, что они были в гостях у герцога, но что могло собрать такое собрание высокопоставленных дворян вместе?

"Хмм… Похоже, герцог намерен испытать молодого мастера Джошуа".

“Они проверяют молодого хозяина?” Кейн непонимающе уставилась на Шифон.

- Молодой мастер Джошуа определенно страдает врожденным расстройством маны, но у герцога есть сомнения. Так что я пресеку это в зародыше. На этот раз мы сможем развеять все оставшиеся подозрения.”

“Ты хочешь сказать...” Кейн сглотнула, но Шифон была спокойна.

- Долг подчиненного - облегчать беспокойство своего хозяина. Я хочу сам ампутировать ему одну из рук, но...”

- Что он только что сказал? Он что, с ума сошел?!’ Каким бы высокопоставленным он ни был, говорить такое о сыне своего собственного хозяина без малейшего сожаления...

’Должно быть, между молодым мастером Бабелем и сэром Шифоном существуют какие-то отношения..." Кейн больше не мог этого отрицать. - Неудивительно, что сэр Шифон пристрастен.’

Рыцари герцогства выбирают своих непосредственных хозяев, но это лишь несколько изменило порядок подчинения. Независимо от того, кому они присягали на верность, в конечном счете они подчинялись приказам герцога. Например, если рыцарь графа, который был вассалом герцога, был отправлен в поместье герцога, он должен был слушать непосредственно герцога, а не своего собственного хозяина, графа.

- Я догадывался, что сэр Шифон дал клятву молодому мастеру Бабелю, но я никогда не думал, что он будет настолько откровенен.’ Это было плохо — в конце концов, Кейн уже посвятил себя Джошуа.

“Тебе не обязательно так притворяться”. Шифон посмотрела на обеспокоенное выражение лица Кейн. - Он тоже дитя мастера... даже если он ошибка. Никому не говори, иначе будешь наказан.”

“правильно”. Кейн машинально кивнул.

“Поэтому я решил попробовать что-нибудь другое. Чтобы подтвердить правдивость слухов, мы решили, что он должен провести спарринг с рыцарем на глазах у всех, включая двух графов”. Шифон встретилась взглядом с Кейн. “Его противник - это ты”.

- Черт возьми... Кейн знал, что это произойдет.

“Во время битвы… найди подходящий момент, чтобы использовать свою ману.”

“Ты хочешь, чтобы я использовал ману?”

- Очевидно, не используйте это открыто. Зрителями будут мастера войны — короче говоря, те самые люди, которые наиболее чувствительны к мане. Даже незначительный поток маны не останется незамеченным. Вместо этого вы будете вливать в его тело лишь самую малость маны… Если у молодого мастера Джошуа действительно врожденное нарушение маны, одно это будет фатальным.”

Врожденные нарушения маны были ужасающей вещью. Это было нечто большее, чем недостаток маны: на самом деле у организма была смертельная аллергия на нее. Любой вид маны — даже природного происхождения — вводится в их тело…

- Даже оставшись один, он не дожил бы до 18 лет. Если это действительно врожденное нарушение маны, то его жизнь в опасности. Но молодой мастер Джошуа, которого я видел...’

- А пока тебе просто нужно подождать. Будь готова, - продолжила Шифон, не подозревая о мыслях Кейн.

“Хорошо”.

“Проводи себя сам”.

Кейн отдал честь и отвернулся.

- Хотя все могло быть намного хуже. С таким небольшим количеством маны командир не заметит, если я вообще ее не использую’. Кейн решил поддержать Джошуа. Он ни за что не причинил бы вреда мальчику, даже по приказу своего непосредственного начальника.

"Я не подхожу для таких вещей". Кейн покинул офис с решительным выражением лица.

- Я надеюсь, все пройдет по плану.’

“Брат Бабель!”

"Хм?" Бабель обернулся, услышав оклик сзади. “Чарльз?”

“Давно не виделись!” Чарльз цеплялся за Вавилон.

— Когда ты успел... - Бабель внезапно осознал, что Чарльз был не один.

“Давно не виделись, молодой господин”. Айселин опустила голову. Бабель непонимающе уставился на нее, когда она приветствовала его с элегантностью, не свойственной ее возрасту.

“Айслайн, ты тоже здесь”.

Брови Чарльза дернулись.

“О, точно...” - Чарльз быстро встала между ними. “Я слышал, у тебя есть младший брат!”

“Брат?” Бабель нахмурился. — Ты имеешь в виду... этого крестьянского ублюдка...

Бабель остановился, увидев холодный взгляд Айслинн. - Ты ведь не говоришь о ребенке горничной, не так ли?

"Хм? Я знала, что он незаконнорожденный, но сын служанки?” Чарльз закатила глаза.

"Да. Экскаваторщик появился совсем недавно. Я не уверен, что на него нашло. - Бабель натянуто кивнул в ответ.

"ой." Чарльз принял сочувственное выражение лица. - В конце концов, он все еще сын герцога, но конский навоз...? Как жалко.”

“Ну, он такой...” Улыбка Бабеля стала хитрой. “Он был рожден из грязной семьи и с расстройством маны”.

"ах! Я тоже это слышал. У него есть проклятие Маны, верно?” Чарлз захлопала в ладоши.

“Ха, небеса, должно быть, разгневаны самим его существованием”.

- Но они сказали… возможно, это все-таки не проклятие.” Чарльз наклонил ее голову.

«что?»

- Герцог сказал, что проверит его лично.

“О чем ты говоришь?” Бабель нахмурился. Когда атмосфера накалилась, Айслайн шагнула вперед.

“Они хотят подтвердить, правдивы ли слухи о том, что юный Джошуа победил трех центурионов. Это также докажет, есть ли у него врожденное нарушение маны или нет.”

“Айслайн?” Бабель вздрогнул от ее тихого голоса.

- Вот почему герцог организует с ним спарринг-сессию, а мой отец судит его. Таким образом, даже самый слабый поток маны не останется незамеченным.”

“ Но почему граф Ребрекка...? Бабель умолк со смущенным видом.

“Это то, о чем просил герцог Агнус”, - ответила Айслайн.

“Отец?” Бабель вдруг резко стиснул зубы. Он поспешно повернулся к Чарльзу.

“Когда?”

“Прошу прощения?”

“ Когда и где у них спарринг?

“Это… Может быть, сегодня или завтра. Герцог сказал, что это будет проходить в малом тренировочном зале.”

“Хм...”

- Я не знаю, о чем ты думаешь, отец, но эта твоя ошибка никуда не денется.’

Бабель крепко сжал кулаки. Он не мог забыть о своем строгом воспитании — даже когда он использовал ману всего в четырнадцать лет, его отец не проявил никакой особой реакции.

- Ты с нетерпением ждешь следующего года? Продолжайте.’

Глубокий холод поселился в глазах Бабеля. ‘

Если он к тому времени будет еще жив.’

Когда Иисус Навин покинул древние руины, солнце уже перевалило за полдень.

“ О нет... - вздохнул Джошуа. Было далеко за полночь, когда он спустился с камня-хранителя. Не было никакой возможности узнать, какая атмосфера царила в поместье, поскольку прошел всего день с тех пор, как он поселился в особняке герцога. Существовала высокая вероятность того, что к утру кто-нибудь отправится на его поиски, поэтому Джошуа быстро направился обратно.

- Ну что ж… они могли бы даже никого не посылать на поиски незаконнорожденного ребенка, от которого они отказались в первую очередь...’

Вдалеке показался особняк герцога. Когда Джошуа быстро приблизился, его глаза расширились. Перед входом стояла знакомая фигура.

- Это Кейн? - спросил я.

Кейн, казалось, тоже заметил его. Они медленно закрылись.

- Где ты был? - спросил я.

- Немного утренней зарядки. Джошуа поспешно придумал ответ.

- Что это за палка? - спросил я. Кейн бросил взгляд на Лугию, которая была в руке Джошуа.

- Мое учебное оружие.

У Кейна был такой вид, словно у него были еще вопросы, но он не стал расспрашивать дальше. “Командир ищет вас”.

- Командир? Вы имеете в виду лидера Красных рыцарей?”

"да."

Джошуа уставился на Кейна.

Кейн нерешительно вздохнула. “Вероятно, из-за лонжерона”.

- Какой лонжерон?

“Похоже, герцог будет оценивать твое мастерство”. Кейн остановился и внимательно посмотрел на Джошуа. “И... твоим противником буду я”.

“Ну...” Джошуа сглотнул и погрузился в собственные мысли.

Герцог Агнус заметил его навыки. Другой возможности не было. В противном случае не было никакой причины проверять его так называемые “навыки”. В конце концов, жажда герцога Агнуса к талантам была легендарной; он нанял бы даже нищего, если бы тот обладал большим талантом.

- Если так... Джошуа поднял голову, чтобы посмотреть на Кейна: "Я обязательно покажу тебе".

Джошуа хмыкнул с решительным видом. Кейн, однако, неправильно понял его реакцию.

“ Не волнуйся. У меня нет намерения вступать в серьезный спарринг.”

- Ты хочешь сказать, что у тебя нет намерения побеждать? - спросил Джошуа, на что Кейн кивнул в ответ.

- Я просто притворюсь, что проиграл. Так что не волнуйся—”

“Как забавно”. Глаза Кейн расширились от циничного бормотания Джошуа. “Мой отец - это одно, но ты пытаешься судить меня?”

“Я...” — Кейн попытался ответить. - Молодой господин прав. Я хочу присматривать за ним в течение длительного времени, и поэтому я не хочу причинять ему боль.’

Однако Джошуа пробормотал что-то, и его глаза похолодели. - Вы, рыцари, имеете право выбирать своего лорда… Но я тоже имею право выбирать своих подчиненных”.

Кейн застыл как вкопанный.

“Самое важное в отношениях между начальником и подчиненным - это взаимное доверие. Я не собираюсь доверять свою спину такому мелкому, слабоумному человеку.”

Видя, что Кейн все еще стоит неподвижно, как статуя, Джошуа продолжил угрожающим тоном: “Если ты хочешь увидеть меня настоящего… Делай все, что в твоих силах.”

“В конце концов, зачем еще ты владеешь мечом?”

Доступ в небольшой тренировочный зал герцога Агнуса был ограничен немногими избранными. Один из двух мужчин, стоявших перед ним, открыл рот.

“Ты здесь”, - сказал Кейн.

Джошуа молча кивнул в ответ.

Вдалеке приближалась группа людей, включая герцога Агнуса; пятеро мужчин и две женщины. Герцог Агнус, Шифон, граф Ребрекка, граф Ваген, две дамы и…

- Молодой господин Бабель? Глаза Кейна расширились, когда он заметил неожиданное дополнение к группе, следовавшее за дамами.

Кейн почувствовал, как у него сжался желудок.

“Ты здесь рано”.

- Я приветствую герцога. Кейн сухо поздоровался. Шифон, однако, наблюдал за Джошуа, ожидая, что он замешкается со своим приветствием. К несчастью для него, медленное приветствие Джошуа было идеальным.

"Как этому мальчику удалось так идеально отдать честь?’ В глазах Шифон промелькнуло удивление. Тем более что не так давно мальчик все еще убирал навоз в конюшне.

“Я не помню, чтобы учил его этикету, но он действительно хорош в этом”. Глаза герцога Агнуса светились совсем не так, как у Шифона.

“Я просто учился, наблюдая”. Джошуа твердо стоял на своем и смотрел герцогу прямо в глаза.

Герцог Агнус слегка усмехнулся, затем выпрямился и спросил: “Вас проинформировали?”

Джошуа кивнул. “Они сказали, что ты хотел проверить меня”.

“Испытание....” Герцог Агнус затих в новом приступе смеха.

- Пожалуйста, будьте осторожны с выбором слов, молодой господин. Шифон шагнула вперед, наблюдая за Джошуа прищуренными глазами. “Это не тест”.

Джошуа одарил Шифон безмятежным взглядом.

“Это не тест, а вдумчивая забота. Герцог всего лишь хочет вылечить молодого господина от увечий, - объяснил Шифон.

“ Инвалидность? Джошуа на мгновение растерялся, но потом внезапно понял.

Медленно нарастающие насмешки Шифона, неожиданное появление Бабеля, “врожденное расстройство маны” и внезапное появление герцога Агнуса, чтобы проверить Джошуа, когда он должен был подождать год спустя — кусочки головоломки вставали на свои места.

- Верно… Валдерас ден Шифон был одним из людей Бабеля.’

В своей прошлой жизни Джошуа покинул семью герцога еще до того, как достиг совершеннолетия, поэтому он не знал подробностей внутренних обстоятельств семьи. Он был гораздо лучше информирован о событиях в отдаленном будущем.

“Ты готова?” - спросил герцог Агнус.

“Да”. Когда Джошуа ответил, Кейн сделал шаг вперед.

“Тебе не обязательно выходить вперед”, - герцог Агнус медленно покачал головой.

“Прошу прощения?” - непонимающе спросил Кейн.

“ Матч между взрослым и ребенком в возрасте до десяти лет. Разница в базовой силе совершенно очевидна, не так ли?” - заявил герцог.

“А”. Кейн кивнул в знак согласия. Он не хотел сражаться с кем-то, кто в будущем мог бы стать его собственным хозяином. Это было так, как будто все его тревоги были смыты в одно мгновение.

“Это благодаря молодому мастеру Бабелю. Он сказал, что поможет своему брату, проведя с ним спарринг, - вмешался Шифон.

От Джошуа не ускользнула лукавая улыбка, на мгновение промелькнувшая на губах Бабеля.

"Эти парни...’ Глаза Джошуа стали холодными. "Теперь я точно знаю, о чем думают эти ребята’.

Они намеревались сделать Джошуа калекой под видом спарринга. Однако герцог Агнус и его семья никогда не входили в планы Джошуа на будущее. Это произошло потому, что семья, которая славилась как сильнейший рыцарский орден в империи, была полностью уничтожена пятнадцать лет спустя.

- Если ты действительно так думаешь... Глаза Джошуа были ледяными. ‘ Давай я тебе покажу.

Изначально у Джошуа не было никаких планов в отношении герцога Агнуса. Несмотря на их устрашающую репутацию, герцог Агнус и его армия потерпят крах примерно через пятнадцать лет.

Великая война начнется через десять лет. Эта война продлилась бы три года и привела бы к самому большому зарегистрированному числу жертв в истории. Герцог Агнус погибнет в битве на бескрайних равнинах Крадена.

После войны Бабель фон Агнус, сокровище герцога, будет бороться за восстановление славы семьи в одиночку. Но когда в ослабленной империи разразится Первая гражданская война, Вавилон поддержит злополучного Второго принца вместо могущественного Первого принца. После этого…

- Я слышал, что Первый принц разрушил свой зал маны и стал калекой, - горько улыбнулся Джошуа.

В то время Джошуа работал странствующим наемником, когда четвертый принц, Кайзер фон Бриттен, попался ему на глаза перед началом Второй гражданской войны.

- Если это то, что они планировали... Взгляд Джошуа медленно становился холодным. - Тогда я приму эту семью к себе.’

Джошуа был уверен, что сможет достичь своих целей даже без поддержки семьи герцога, и именно поэтому он мог покинуть их без каких-либо сожалений. Это был минимум вежливости по отношению к семье, где он родился и вырос.

Его детские воспоминания, которые были полны презрения и игнорировались как бастард, рожденный от наложницы, исчезли без следа, когда семья герцога распалась.

Но это было тогда, а это было сейчас.

Теперь, когда он вернулся в прошлое, Джошуа планировал использовать все, что в его силах, для достижения своих целей.

- Теперь, при поддержке герцога, моя работа здесь была бы проще. Верно, кайзер бен Бриттен?’ Кулаки Джошуа крепко сжались, когда в его сознании возникло лицо Кайзера.

“Поскольку это спарринг, ты будешь использовать деревянный меч вместо настоящего”, - тихо сказал герцог Агнус.

“Я уже приготовил свой”, - ответил Бабель, поднимая деревянный меч.

Затем герцог Агнус повернулся к Джошуа.

“Ты—”

“Это прекрасно”. Джошуа поднял длинный шест, валявшийся на земле.

На мгновение все были ошеломлены.

“Он что, шутит? Спарринг с клюшкой... - пробормотал Чарльз.

“Ты серьезно?”

“Да”, - без колебаний ответил Джошуа герцогу Агнусу.

“хорошо”. Герцог Агнус с любопытством посмотрел на Джошуа и кивнул в ответ. Все, кроме Джошуа и Бабеля, отступили на несколько шагов назад.

“Бабель, ты уже знаешь это, но не используй ману”, - повторил герцог Агнус.

“Не волнуйся”, - сказал Бабель. “Мне это не понадобится, чтобы победить этого ублюдка”, - пробормотал он себе под нос.

“Ты думаешь, что сможешь парировать мои атаки чем-то столь жалким, как это?” Бабель свирепо посмотрел на своего противника. “Я думаю, мешок с конским навозом больше подойдет такому червю, как ты... так как ты все равно будешь в беспорядке”. Бабель с ухмылкой шагнул вперед.

“Начинай”. Когда голос герцога прогремел по тихому залу, улыбка Бабеля стала шире.

"От одного прикосновения к этому твои кости заплачут’. У Бабеля была причина подготовить этот меч заранее. У этого меча была железная сердцевина под деревом — он был уверен, что это причинит гораздо больше боли, чем обычный деревянный меч.

- Ха! - Бабель твердо уперся ногами в землю. - Я изобью тебя в лепешку!

Бабель бросился к Джошуа с насмешливой улыбкой на губах. Он занес меч над головой, готовясь ударить Джошуа по черепу.

Бабель, знаменитый рыцарь класса С, вложил всю свою силу в этот удар, нацеленный на предполагаемого калеку.

"Движение просто быстрое и, следовательно, простое". Глаза Джошуа загорелись. Это был невежественный ход, который даже не учитывал возможную контратаку Джошуа.

Рука Джошуа вытянулась как раз вовремя, чтобы увидеть приближение Бабеля.

Так!

Звук легкого удара наполнил зал. Глаза у всех распахнулись.

Джошуа отразил удар меча кончиком своей палки. Руки Бабеля были вскинуты в воздух, оставляя его незащищенным. Это было богоподобное, внушающее благоговейный трепет движение, и концентрация и бдительность, которых оно требовало, были столь же впечатляющими.

Бабель не мог скрыть своего недоумения по поводу такого внезапного поворота событий.

Джошуа развернулся в сторону и, используя силу вращения, ударил своим посохом в открытый бок Бабеля.

“Ой!” Бабель стиснул зубы, подавляя стон, который едва не донесся до зрителей. Он не мог позволить опозорить себя после всего лишь одного удара простого червя.

- Это... - Джошуа был разочарован. "Это чистая сила, без маны".

Тело нетренированного девятилетнего ребенка имело свои пределы.

— Если так пойдет и дальше...

Джошуа сжал свое оружие. В глазах других это была всего лишь палка, но она позволила бы ему в полной мере использовать свои знания о копье.

- Держусь на расстоянии. Бей и убегай, используя длинную дистанцию... — Размышления Джошуа были прерваны.

На его глазах происходила едва заметная перемена. Он мог чувствовать это; с едва уловимой вибрацией мана собиралась на деревянном мече Бабеля. Оно не было полностью материальным, больше походило на туманную дымку, но Джошуа лучше, чем кто-либо другой, знал, насколько это опасно. Эта туманная мана была доступна только пользователю маны класса С.

“Умри!” Гнев Бабеля вскипел.

- Не только мой отец, но и Айселин и остальные наблюдают за нами!’ Единственный удар простого червя оставил зияющую рану в гордости Вавилона.

Бабель с диким ревом бросился прямо на Джошуа.

“Это—!” Герцог Агнус вскочил со своего места. Граф Ребрекка также отреагировал с напряженным выражением лица.

“ПРЕКРАТИ!”

Но герцог Агнус был тем, кто остановился как вкопанный.

Был еще один поток маны. Он был небольшим, но второй поток маны можно было почувствовать от другого мальчика.

- Ни за что. - Герцог Агнус поднял руку, чтобы помешать графу Ребрекке двинуться дальше, глядя прямо перед собой.

Мана собиралась медленно. Он был всего лишь размером с монету, но даже на расстоянии герцог Агнус и граф Ребрекка — лучшие в своих областях — не могли не почувствовать необычного воздуха.

Через мгновение ошеломленные слова вырвались из уст герцога Агнуса, когда его взгляд был прикован к сцене перед ним.

“Джошуа фон Агнус...”

Место, где собиралась мана...это был кончик палки. Деревянный шест, который держал в руках не кто иной, как его сын. Его девятилетний потомок.

“О боже мой...”

Изумление охватило аудиторию.

Вечный гений, никогда ранее не встречавшийся в истории.

Его маленькие шаги отдавались тихим эхом.

Доступ в небольшой тренировочный зал герцога Агнуса был ограничен немногими избранными. Один из двух мужчин, стоявших перед ним, открыл рот.

“Ты здесь”, - сказал Кейн.

Джошуа молча кивнул в ответ.

Вдалеке приближалась группа людей, включая герцога Агнуса; пятеро мужчин и две женщины. Герцог Агнус, Шифон, граф Ребрекка, граф Ваген, две дамы и…

- Молодой господин Бабель? Глаза Кейна расширились, когда он заметил неожиданное дополнение к группе, следовавшее за дамами.

Кейн почувствовал, как у него сжался желудок.

“Ты здесь рано”.

- Я приветствую герцога. Кейн сухо поздоровался. Шифон, однако, наблюдал за Джошуа, ожидая, что он замешкается со своим приветствием. К несчастью для него, медленное приветствие Джошуа было идеальным.

"Как этому мальчику удалось так идеально отдать честь?’ В глазах Шифон промелькнуло удивление. Тем более что не так давно мальчик все еще убирал навоз в конюшне.

“Я не помню, чтобы учил его этикету, но он действительно хорош в этом”. Глаза герцога Агнуса светились совсем не так, как у Шифона.

“Я просто учился, наблюдая”. Джошуа твердо стоял на своем и смотрел герцогу прямо в глаза.

Герцог Агнус слегка усмехнулся, затем выпрямился и спросил: “Вас проинформировали?”

Джошуа кивнул. “Они сказали, что ты хотел проверить меня”.

“Испытание....” Герцог Агнус затих в новом приступе смеха.

- Пожалуйста, будьте осторожны с выбором слов, молодой господин. Шифон шагнула вперед, наблюдая за Джошуа прищуренными глазами. “Это не тест”.

Джошуа одарил Шифон безмятежным взглядом.

“Это не тест, а вдумчивая забота. Герцог всего лишь хочет вылечить молодого господина от увечий, - объяснил Шифон.

“ Инвалидность? Джошуа на мгновение растерялся, но потом внезапно понял.

Медленно нарастающие насмешки Шифона, неожиданное появление Бабеля, “врожденное расстройство маны” и внезапное появление герцога Агнуса, чтобы проверить Джошуа, когда он должен был подождать год спустя — кусочки головоломки вставали на свои места.

- Верно… Валдерас ден Шифон был одним из людей Бабеля.’

В своей прошлой жизни Джошуа покинул семью герцога еще до того, как достиг совершеннолетия, поэтому он не знал подробностей внутренних обстоятельств семьи. Он был гораздо лучше информирован о событиях в отдаленном будущем.

“Ты готова?” - спросил герцог Агнус.

“Да”. Когда Джошуа ответил, Кейн сделал шаг вперед.

“Тебе не обязательно выходить вперед”, - герцог Агнус медленно покачал головой.

“Прошу прощения?” - непонимающе спросил Кейн.

“ Матч между взрослым и ребенком в возрасте до десяти лет. Разница в базовой силе совершенно очевидна, не так ли?” - заявил герцог.

“А”. Кейн кивнул в знак согласия. Он не хотел сражаться с кем-то, кто в будущем мог бы стать его собственным хозяином. Это было так, как будто все его тревоги были смыты в одно мгновение.

“Это благодаря молодому мастеру Бабелю. Он сказал, что поможет своему брату, проведя с ним спарринг, - вмешался Шифон.

От Джошуа не ускользнула лукавая улыбка, на мгновение промелькнувшая на губах Бабеля.

"Эти парни...’ Глаза Джошуа стали холодными. "Теперь я точно знаю, о чем думают эти ребята’.

Они намеревались сделать Джошуа калекой под видом спарринга. Однако герцог Агнус и его семья никогда не входили в планы Джошуа на будущее. Это произошло потому, что семья, которая славилась как сильнейший рыцарский орден в империи, была полностью уничтожена пятнадцать лет спустя.

- Если ты действительно так думаешь... Глаза Джошуа были ледяными. ‘ Давай я тебе покажу.

Изначально у Джошуа не было никаких планов в отношении герцога Агнуса. Несмотря на их устрашающую репутацию, герцог Агнус и его армия потерпят крах примерно через пятнадцать лет.

Великая война начнется через десять лет. Эта война продлилась бы три года и привела бы к самому большому зарегистрированному числу жертв в истории. Герцог Агнус погибнет в битве на бескрайних равнинах Крадена.

После войны Бабель фон Агнус, сокровище герцога, будет бороться за восстановление славы семьи в одиночку. Но когда в ослабленной империи разразится Первая гражданская война, Вавилон поддержит злополучного Второго принца вместо могущественного Первого принца. После этого…

- Я слышал, что Первый принц разрушил свой зал маны и стал калекой, - горько улыбнулся Джошуа.

В то время Джошуа работал странствующим наемником, когда четвертый принц, Кайзер фон Бриттен, попался ему на глаза перед началом Второй гражданской войны.

- Если это то, что они планировали... Взгляд Джошуа медленно становился холодным. - Тогда я приму эту семью к себе.’

Джошуа был уверен, что сможет достичь своих целей даже без поддержки семьи герцога, и именно поэтому он мог покинуть их без каких-либо сожалений. Это был минимум вежливости по отношению к семье, где он родился и вырос.

Его детские воспоминания, которые были полны презрения и игнорировались как бастард, рожденный от наложницы, исчезли без следа, когда семья герцога распалась.

Но это было тогда, а это было сейчас.

Теперь, когда он вернулся в прошлое, Джошуа планировал использовать все, что в его силах, для достижения своих целей.

- Теперь, при поддержке герцога, моя работа здесь была бы проще. Верно, кайзер бен Бриттен?’ Кулаки Джошуа крепко сжались, когда в его сознании возникло лицо Кайзера.

“Поскольку это спарринг, ты будешь использовать деревянный меч вместо настоящего”, - тихо сказал герцог Агнус.

“Я уже приготовил свой”, - ответил Бабель, поднимая деревянный меч.

Затем герцог Агнус повернулся к Джошуа.

“Ты—”

“Это прекрасно”. Джошуа поднял длинный шест, валявшийся на земле.

На мгновение все были ошеломлены.

“Он что, шутит? Спарринг с клюшкой... - пробормотал Чарльз.

“Ты серьезно?”

“Да”, - без колебаний ответил Джошуа герцогу Агнусу.

“хорошо”. Герцог Агнус с любопытством посмотрел на Джошуа и кивнул в ответ. Все, кроме Джошуа и Бабеля, отступили на несколько шагов назад.

“Бабель, ты уже знаешь это, но не используй ману”, - повторил герцог Агнус.

“Не волнуйся”, - сказал Бабель. “Мне это не понадобится, чтобы победить этого ублюдка”, - пробормотал он себе под нос.

“Ты думаешь, что сможешь парировать мои атаки чем-то столь жалким, как это?” Бабель свирепо посмотрел на своего противника. “Я думаю, мешок с конским навозом больше подойдет такому червю, как ты... так как ты все равно будешь в беспорядке”. Бабель с ухмылкой шагнул вперед.

“Начинай”. Когда голос герцога прогремел по тихому залу, улыбка Бабеля стала шире.

"От одного прикосновения к этому твои кости заплачут’. У Бабеля была причина подготовить этот меч заранее. У этого меча была железная сердцевина под деревом — он был уверен, что это причинит гораздо больше боли, чем обычный деревянный меч.

- Ха! - Бабель твердо уперся ногами в землю. - Я изобью тебя в лепешку!

Бабель бросился к Джошуа с насмешливой улыбкой на губах. Он занес меч над головой, готовясь ударить Джошуа по черепу.

Бабель, знаменитый рыцарь класса С, вложил всю свою силу в этот удар, нацеленный на предполагаемого калеку.

"Движение просто быстрое и, следовательно, простое". Глаза Джошуа загорелись. Это был невежественный ход, который даже не учитывал возможную контратаку Джошуа.

Рука Джошуа вытянулась как раз вовремя, чтобы увидеть приближение Бабеля.

Так!

Звук легкого удара наполнил зал. Глаза у всех распахнулись.

Джошуа отразил удар меча кончиком своей палки. Руки Бабеля были вскинуты в воздух, оставляя его незащищенным. Это было богоподобное, внушающее благоговейный трепет движение, и концентрация и бдительность, которых оно требовало, были столь же впечатляющими.

Бабель не мог скрыть своего недоумения по поводу такого внезапного поворота событий.

Джошуа развернулся в сторону и, используя силу вращения, ударил своим посохом в открытый бок Бабеля.

“Ой!” Бабель стиснул зубы, подавляя стон, который едва не донесся до зрителей. Он не мог позволить опозорить себя после всего лишь одного удара простого червя.

- Это... - Джошуа был разочарован. "Это чистая сила, без маны".

Тело нетренированного девятилетнего ребенка имело свои пределы.

— Если так пойдет и дальше...

Джошуа сжал свое оружие. В глазах других это была всего лишь палка, но она позволила бы ему в полной мере использовать свои знания о копье.

- Держусь на расстоянии. Бей и убегай, используя длинную дистанцию... — Размышления Джошуа были прерваны.

На его глазах происходила едва заметная перемена. Он мог чувствовать это; с едва уловимой вибрацией мана собиралась на деревянном мече Бабеля. Оно не было полностью материальным, больше походило на туманную дымку, но Джошуа лучше, чем кто-либо другой, знал, насколько это опасно. Эта туманная мана была доступна только пользователю маны класса С.

“Умри!” Гнев Бабеля вскипел.

- Не только мой отец, но и Айселин и остальные наблюдают за нами!’ Единственный удар простого червя оставил зияющую рану в гордости Вавилона.

Бабель с диким ревом бросился прямо на Джошуа.

“Это—!” Герцог Агнус вскочил со своего места. Граф Ребрекка также отреагировал с напряженным выражением лица.

“ПРЕКРАТИ!”

Но герцог Агнус был тем, кто остановился как вкопанный.

Был еще один поток маны. Он был небольшим, но второй поток маны можно было почувствовать от другого мальчика.

- Ни за что. - Герцог Агнус поднял руку, чтобы помешать графу Ребрекке двинуться дальше, глядя прямо перед собой.

Мана собиралась медленно. Он был всего лишь размером с монету, но даже на расстоянии герцог Агнус и граф Ребрекка — лучшие в своих областях — не могли не почувствовать необычного воздуха.

Через мгновение ошеломленные слова вырвались из уст герцога Агнуса, когда его взгляд был прикован к сцене перед ним.

“Джошуа фон Агнус...”

Место, где собиралась мана...это был кончик палки. Деревянный шест, который держал в руках не кто иной, как его сын. Его девятилетний потомок.

“О боже мой...”

Изумление охватило аудиторию.

Вечный гений, никогда ранее не встречавшийся в истории.

Его маленькие шаги отдавались тихим эхом.

Герцог Агнус и граф Ребрекка стояли неподвижно и просто наблюдали, как Бабель, преисполненный ревности, обрушился на Джошуа со всей своей ненавистью. Его глаза были холодны и неумолимы, и наполнены всей силой, на которую был способен молодой преемник.

“ХА!” - высоко подняв меч, он рассек по диагонали тело Джошуа. Однако Джошуа прочитал атаку и намеренно подошел ближе, опустив свое тело, чтобы избежать атаки. Каждый мускул в теле Джошуа пришел в движение. Его посох, который он держал явно небрежной рукой, был направлен на Вавилона.

Глаза Бабеля расширились. Это было слишком быстро!

Одной из самых сильных сторон меча была его скорость; оружие такой длины, как копье, вроде посоха Иисуса Навина, не могло и надеяться на конкуренцию. Однако, несмотря на то, что он сделал первый ход, меч Бабеля каким-то образом отстал от посоха Джошуа.

Цеплялся!

Вместо грохота, ожидаемого от столкновения двух деревянных орудий, зал сотрясся от взрыва.

Не дерево против дерева, а мана против маны.

Столкновение маны Джошуа, размером не больше монеты, но сжатой до предела, с туманной маной Бабеля.

Все наблюдавшие были поражены; то, что произошло, превзошло все их ожидания. В отличие от Джошуа, который сделал один шаг назад, Бабель, спотыкаясь, отступил на три шага.

“Кью!” Бабель, у которого скрутило живот, хрипло кашлянул. Он не мог поверить в то, что происходило. Он действительно был… теряющий.

- Это... это действительно мана?

Этот нежеланный ублюдок? Отребье, рожденное от крестьянской крови? Он мог использовать ману?

Более того, маной — главным оружием в Империи - владел кто-то моложе его?!

“Не смеши меня!” - крикнул он. Скрипя зубами, Бабель вдыхал все больше и больше маны в свой меч. Его туманная мана начала приобретать яркий цвет.

- Это не настоящая мана! Я не знаю, что за трюк он выкинул...’ В отличие от него, который полностью окутал свой меч маной, у подонка перед ним была крошечная капля маны на кончике его палки. Конечно, в этом не могло быть никакой маны.

- Это просто совпадение! На этот раз я докажу это...’ Бабель устоял на ногах. Он готовился снова напасть на Джошуа.

“ПРЕКРАТИ!”

Наполненный маной рев сотряс стены тренировочного зала.

“Тьфу!”

Джошуа и Бабель, стоявшие рядом с герцогом, зажали уши. Граф Ребрекка, стоявший прямо рядом с ним, ничем не отличался. Мальчики пришли в себя и повернулись, чтобы найти источник звука: герцога Агнуса.

“Этого достаточно”, - пробормотал он. - Шифон, разве этого недостаточно?

Потрясенный вопросом герцога, Шифон пришел в себя.

“Ты все еще думаешь, что у Джошуа врожденное нарушение маны?”

— Это... - Шифон облизнул губы и посмотрел в сторону. Там стоял Джошуа, молча сжимая свой посох.

Шифон коротко склонил голову перед герцогом Агнусом, нерешительно сказав: “Но герцог, эта мана—”

“Все в порядке, это была мана”, - прервал его граф Ребрекка. “Мана молодого мастера Джошуа вообще не была обычной маной. По количеству это было несравнимо с работой молодого мастера Бабеля. Но концентрация...”

Граф Ребрекка с трудом сглотнул и украдкой взглянул на Джошуа, осторожно подбирая слова перед Вавилоном.

У зрителей были смешанные выражения лиц.

“Ммм… Значит, ты действительно пользуешься маной — рыцарь С-класса?” Чарльз, разинув рот, подскочила со своего места.

Обычно ничего не выражающее лицо Айселин выдавало ее волнение.

“Как и ожидалось...” Кейн улыбнулся, пробормотав что-то так тихо, что только он один мог услышать. Он все понял правильно. Он думал, что этот маленький мальчик однажды сможет одолеть герцога, этого безграничного колосса.

“Мана в возрасте девяти лет...” Несмотря на тишину, голос герцога Агнуса был слышен отчетливо. Очевидная улыбка украсила его губы. - Как забавно.

Бросив последний взгляд на Джошуа, герцог Агнус отвернулся.

“Герцог?..” Шифон что-то безучастно пробормотал за спиной герцога Агнуса.

“Не говори больше ни о каком расстройстве маны”.

Шифон немедленно закрыл рот и последовал за ним. Он лучше, чем кто-либо другой, знал, как вести себя, когда голос герцога Агнуса сочился таким чувством устрашения. Его хозяин, герцог Аден фон Агнус, был бесконечно добр к своим заслуживающим доверия подчиненным, но никогда не проявил бы милосердия к тому, кто переступил черту — какими бы талантливыми они ни были.

- Понсель, - обратился к нему герцог, уходя.

- Да, ваша светлость.

“Спасибо тебе за сегодняшний день”.

- Ничего особенного, - тихо ответил граф Ребрекка, качая головой.

“ Давай вернемся. И...” Герцог Агнус оглянулся. “Вавилон”.

Бабель, очевидно, вздрогнул, когда его окликнули.

- Вы, следуйте за мной, - приказал герцог.

“...Да”, - слабо ответил Бабель.

“И, наконец...” Герцог Агнус на мгновение замолчал. Джошуа, заметив, что на этот раз он стал объектом внимания герцога, выпрямился.

“Приходи ко мне в комнату сегодня вечером”.

Шифон и Вавилонская башня были потрясены. Герцог Агнус до сих пор никогда никого не приглашал в свою комнату. Герцог провел большую часть дня в своем кабинете. Даже для его семьи комната герцога Агнуса была сродни тайному хранилищу.

“...Да, сэр”, - тихо ответил Джошуа.

Герцог Агнус удовлетворенно улыбнулся и ушел.

Бабель долго смотрел на Джошуа. Оба графа были погружены в свои мысли. Чарльз был занят изучением лица Джошуа, а лицо Айслин снова ничего не выражало. Затем все они последовали за герцогом Агнусом, покидая тренировочный зал.

Когда они остались вдвоем, Кейн тихо заговорил: “...Я хочу, чтобы мой учитель был кем-то сильным”.

Джошуа посмотрел на Кейна, когда старший мужчина нарушил молчание.

“На самом деле, как рыцарь, поклявшийся отдать свою жизнь, чтобы защитить своего господина, это абсурдная идея...” Кейн проследил за выражением лица Джошуа и продолжил.

“В течение десяти лет я рос, прикрывая спину герцогу Агнусу… Я надеюсь, что хозяин, которому я служу, будет сильнее великого герцога. Это будет скучно, если мастер внезапно ослабеет.” Кейн поклонился с невиданным прежде уважением.

- Я буду на вашем попечении, молодой господин.

Вскоре после этого граф Кокс фон Ваген и Чарльз вернулись в свою комнату…

- Кокс, это здорово! Это ПОТРЯСАЮЩЕ!”

“ Юная леди, пожалуйста, успокойтесь! Наблюдая, как Чарльз в возбуждении бегает вокруг, Кокс покрылся холодным потом.

“ Пользователь маны в возрасте девяти лет! Имеет ли это смысл? Дядя и Бабель оба были подростками, когда добились своего!”

“Ха… Юная леди, я тоже удивлен... Но, пожалуйста...”

- Так больше продолжаться не может. В планах произошли изменения...” Чарльз продолжал, не слушая Кокса. - Конечно, в моем представлении он ублюдок, но...с таким талантом это совсем другая история!”

- Почему дурные предзнаменования всегда сбываются? Кокс нервно ждал следующих слов своей молодой любовницы.

- Разве он не должен был уже вернуться в особняк? Чарльз, который катался по кровати, снова принял сидячее положение.

“Юная леди, вы, возможно...?” Кокс озабоченно нахмурился.

- Конечно, я должна соблазнить его! С моей красотой и престижем, как он мог не клюнуть на это?” - воскликнул Чарльз.

“ Юная леди! - закричал Кокс вслед удаляющейся спине Чарльза.

Хлоп!

Кокс ссутулился, уставившись на плотно закрытую дверь.

“О боже”, - пробормотал Кокс, оставшись в комнате совсем один.

Бабель фон Агнус стоял, склонив голову, лицом к герцогу, который сидел во главе кабинета, где выполнял свои официальные обязанности. Герцог Агнус, бесстрастно смотревший в окно, тихо заговорил.

“ Подними голову. Агнус не должен так выглядеть.”

Глаза Бабеля расширились, и он медленно поднял голову.

“Зачем ты использовал ману?” Взгляд герцога Агнуса был непоколебим.

— Это... - Бабель замолчал и прикусил губу.

“Ты чувствуешь себя неполноценным?”

Выражение лица Бабеля исказилось.

‘ Комплекс неполноценности? С этим навозным кретином? Ни за что!’ О чем сейчас говорил его отец? Бабель сжал кулаки, впившись ногтями в ладони. Он не хотел принимать тот факт, что Джошуа также использовал ману, не говоря уже о том факте, что он также потерпел поражение от последнего.

- Это просто совпадение. Я не знаю, какой трюк ты выкинул, но если мы встретимся снова...’

“Понимание своего врага - это тоже навык”. Глаза Бабеля расширились от изумления. Герцог Агнус, казалось, прочитал его самые сокровенные мысли.

“Будь сильной. Если ваш противник силен, будьте сильнее. Будь настолько сильным, чтобы никто не смог заставить тебя преклонить колени, даже Девять Звезд.”

“...Даже больше, чем ты?”

- Да. - Герцог Агнус твердо кивнул.

- Могу я спросить тебя об одной вещи?

«что?»

“Герцог… Нет, отец… кто я для тебя?”

Герцог Агнус уставился на него с вежливо-бесстрастным лицом. Он долго молчал.

“Ты...”

“ Юная леди? Кокс обнаружил, что Чарльз весь день был в плохом настроении. Хотя она и не была ребенком, она всегда была полна энергии; это был первый раз, когда кто-либо, даже Кокс, который служил ей так долго, видел ее такой удрученной.

“ Убирайся, Кокс.

Кокс заколебался, услышав слабый ответ Чарльза.

‘ Что случилось? Чарльз хмуро посмотрел на Чарлза, которая зарылась головой в кровать. - Это был Джошуа? Я думаю, она видела его сегодня.’

“Кокс”.

“О, я понимаю, юная леди”. Кокс склонил голову и выполнил приказ: “убирайтесь”.

- Мне нужно встретиться с ним хотя бы раз. Если этот мальчик действительно пользуется маной, я должен встретиться с ним ради моего учителя.’ Он не мог позволить себе забыть о своих первоначальных намерениях проделать весь этот путь сюда. В конце концов, он должен был уйти сразу же после выполнения приказа своего хозяина.

- Тогда я откланяюсь, юная леди. - Кокс поклонился и горько улыбнулся отсутствию реакции Чарльза, затем вышел из комнаты. Дверь за Коксом захлопнулась с тяжелым стуком.

- Ха-а-а-а... - Чарльз, все еще зарывшийся головой в подушки, глубоко вздохнул. Воспоминание о той встрече все еще было свежо в ее памяти.

- Джошуа фон Агнус... - пробормотала она. Учитывая ее обычный характер, она должна была дико отреагировать, когда он впервые велел ей заткнуться и уйти.

- Ради бога, я дочь семьи Понтье!

Но то, что с ней впервые так обошлись, не привело к вспышкам гнева, бурным эмоциям или возмутительным истерикам.

Вместо этого это заставило ее испугаться.

- Когда я услышал этот голос, я подумал, что мое сердце остановится. ‘

В этом мальчике было что-то особенное, чего юный Чарльз никогда не испытывал.

“Джошуа фон Агнус...” Чарльз крепко зажмурил ей глаза.

Все стало таким скучным. Даже нынешнее положение ее семьи — что она должна делать?

"Я просто хочу поваляться здесь и отдохнуть’.

“Раздражает”. Ее тихое бормотание заполнило всю комнату.

Герцог Агнус уже направлялся к выходу из кабинета, но остановился. В другом конце коридора по лестнице спускалась женщина.

Она склонила голову перед герцогом. Герцог Агнус приблизился размеренной походкой, ни медленной, ни быстрой, и открыл рот.

“Достаточно ли хороша прилегающая резиденция?”

“...Да, ваша светлость”, - ответила Лючия, мать Джошуа.

Герцог посмотрел на Лючию, затем на Шифон, а затем снова на Лючию.

"хорошо." Герцог Агнус быстро двинулся дальше. “Пойдем”.

- Да, ваша светлость. Двое мужчин прошли мимо Лючии, голова которой оставалась опущенной. Оказавшись перед Мастером, Шифон не преминул вежливо кивнуть Лючии ради соблюдения формальности.

— Если вам что-нибудь понадобится... - герцог Агнус сделал паузу и тихо заговорил. “Приходи ко мне в любое время”.

- Да, ваша светлость. Лючия задрожала.

С этими словами герцог Агнус удалился, ведя Шифон на буксире.

- Шифон, ты тоже свободна. Я буду тренироваться один”.

“О, я понимаю”. Шифон отдал честь.

"ах! Пожалуйста, приведи Джошуа в мою комнату попозже вечером, он не знает дорогу в мою комнату”.

“Я слушаю и повинуюсь”. Шифон посмотрела на его удаляющуюся спину и нахмурилась.

“Это плохо”.

Джошуа медленно поднялся с кровати после некоторого глубокого раздумья. Он подумывал о том, чтобы захватить все герцогство.

Было ли это импульсивное решение?

Ни в коем случае.

До его возвращения империя Авалон была разрушена второй гражданской войной.

Если первая гражданская война была кровавой битвой между Первым и Вторым принцами, то вторая гражданская война была не чем иным, как битвой Четвертого принца против всех остальных принцев.

Четвертый принц, кайзер бен Бриттен, скрывался в тени до тех пор, пока Первый принц не был ослаблен первой гражданской войной. Одним махом Четвертый принц лишил себя контроля над империей. Это было возможно только потому, что он позиционировал себя как доверенный советник Первого принца.

Конечно, были и такие, кто верил в его уловки. Некоторые дворяне заявляли о своем нейтралитете, отказываясь ослаблять империю, убивая своих сородичей. Другие дворяне стремились вторгнуться в другие страны и с самого начала поддерживали Четвертого принца.

Удивительно, но Кайзер принял войска первого принца с распростертыми объятиями, вместо того чтобы провести их чистку — возможно, он боялся, что в противном случае его собственные союзники сделают то же самое с ним самим.

“Конечно… Иначе это был бы вовсе не Кайзер бен Бриттен. - Джошуа свирепо ухмыльнулся.

Могучие силы кайзера Бена Бриттена…

"В этой жизни я лично раздавлю вас всех’.

Вместо того чтобы устраивать засаду на невежественного Четвертого принца, Джошуа сразил бы его, когда его могущество было на пике и он был опьянен трепетом победы. Только тогда Джошуа смог показать ему истинное отчаяние.

Тук-тук!

Джошуа был возвращен к реальности.

- Молодой господин. Это Шифон, командир Красных рыцарей.”

“Входи”.

Дверь распахнулась.

“Пришло время для вашей встречи с герцогом”. Шифон вежливо кивнула.

Джошуа встал и последовал за Шифон. По дороге они не обменялись ни единым словом.

Шифон остановилась на третьем этаже, в самой глубине особняка, и только тогда заговорила с Джошуа.

- Вот мы и пришли. Только люди, допущенные герцогом, могут входить в это место… А теперь я должен откланяться.” Шифон склонил голову и тихо отошел, оставив Джошуа пялиться на дверь.

- Наконец-то, место, неизвестное людям герцога Агнуса.’

Он постучал.

“Ваша светлость, это… Джошуа… фон Агнус.” Произносить его полное имя было неловко.

“Входи”.

Он открыл дверь и вошел в комнату, которую украшал только письменный стол, за которым сидел герцог.

Аден фон Агнус, герцог империи Авалон, одной из Девяти Звезд, уставился на него с ужасно невыразительным выражением лица.

“Кто ты такой?”

Герцог Агнус уставился на

Джошуа.

— Я еще раз спрошу: кто же ты на самом деле?

— Джошуа… Джошуа фон Агнус.

Герцог Агнус пристально

посмотрел ему в глаза. Его взгляд, казалось, пронзал саму душу. Но Джошуа не

отвел взгляда.

— «Многое изменилось с тех пор, как я видел тебя в

последний раз», — сказал он наконец.

— Потому что прошло много времени.

Герцог Агнус мог только

горько улыбнуться.

— Ты обижаешься на меня?

— «Нет» — к удивлению

герцога, Джошуа ответил без колебаний. «Вы ничего ни от кого не ожидаете,

потому что следите за императорской семьей».

Герцог Агнус заметно

задрожал.

— Но… — голос был низким

и мрачным. — Но у меня есть просьба.

— «Спрашивай» - глаза

герцога Агнуса загорелись. «Я не скажу, что мне жаль. Потому что в этом месте

права лишь сила. Если ты станешь сильнее меня… Тогда я извинюсь.

Извинение? Мне не нужны

такие любезности. В мире дикости и жестокости извинения были привилегией высших

хищников. Любой, у кого нет сил, будет просто съеден.

— Причина, по которой вы

позвали меня сюда, должно быть, заключалась в том, что вы увидели во мне

некоторый потенциал. Вы тот, кто помогает талантливым людям, независимо от их

происхождения.

— "Не буду этого

отрицать", - герцог вопросительно посмотрел на него.

— "Вам нужно отвезти

меня в столицу", — тихо сказал Джошуа.

— Это невероятно. Вы

знаете, что я собираюсь сказать, еще до того, как я это скажу. У меня нет слов.

Дети дворян Империи

Авалон обязаны посещать академию с десяти до пятнадцати лет. Тем не менее, при

наличии необходимых навыков можно закончить учебу досрочно.

Почему императорская

семья основала такую академию? Официальной причиной было то, что их уникальная

учебная программа будет способствовать развитию выдающихся талантов, но в это

поверит только дурак. Императорская семья удерживала детей дворян, привязывая к

императорской семье самых талантливых детей. По тем же причинам дети

благородных семей обязаны путешествовать по миру в течение трех лет после

своего шестнадцатилетия. У дворян мало возможностей познать мир в целом,

особенно если они не призваны на войну. Однако большинство детей просто

поселятся в подходящей семье и будут проживать там в течение трех лет.

— В следующем году Бабель

должен покинуть семью, так что тебе неплохо остаться здесь… Я думаю, было бы

лучше, если бы ты приехал в столицу вместе со мной» - горько улыбнулся герцог

Агнус. «Если ты рядом, я могу время от времени видеть тебя лично».

Какое невероятное

заявление. Мастер, которых в Империи было всего пять и один из Девяти Звезд,

сказал, что лично научит его владению мечом. Такую возможность не купить ни за

какие деньги

— «Благодарю, но…» —

Джошуа решительно покачал головой.

— «Но?» — тупо спросил

герцог Агнус.

— «Герцог — великий

мастер меча. Но я…» — Джошуа протянул руки — «Я намерен взять копье».

— «Копье?» Герцог Агнус

нахмурился.

Он задавался вопросом,

можно ли выиграть спарринг, используя палку… Он никогда не мечтал о таком. Тем

не менее, к копью в Игранте относились пренебрежительно.

Копьё – грубое оружие для

неподготовленных срочников, не более того. В рядах известных мастеров никогда

не было ни одного копейщика. Поэтому, когда Джошуа отбил Бабеля своей палкой,

герцог Агнус твердо верил, что это было просто результатом утонченного

понимания Джошуа маны.

Однако…

— «Ты не понимаешь».

Хаклс поднялся, герцог Агнус протянул руку и схватил Джошуа за голову. — Ты

действительно будешь использовать копье?

Его гнетущая энергия

мешала ему даже открыть рот, но Джошуа отказался отступить. Его безграничная

гордость за копье была более чем сравнима с герцогской.

— «Моё…» — Кровь капала с

его губ. «Мое копье сокрушит все, что встанет на моем пути. Даже…»

Джошуа встретился

взглядом с герцогом Агнусом.

— «...Даже мастера Девяти Звезд».

— Что? Даже Девять Звезд? — расхохотался Герцог Агнус.

Хотя... разве это не то же самое, что он сказал

Бабелю?

Любой, у кого есть такие амбиции, должен говорить

действиями, а не словами. Они должны давать результаты. Перед ним стоял еще

один представитель его крови, который мог оправдать такие требования, потому

что Джошуа действительно был талантливым ребенком.

Но это оружие… Герцог Агнус нахмурился, постукивая

пальцами по столу.

Все остальное, что сказал Джошуа, было хорошо, но что

было с его выбором оружия? Он даже не хотел клеймор (слово в слово это

переводится как «большой меч», что, согласитесь, звучит глупо, также есть

вариант «одачи», но это мне также не нравится. Клеймор также переводится как «большой

меч», но с шотландского — прим. пер.), что было бы не чем иным, как формой

хвастовства. Даже если бы он сказал, что его оружием будет кинжал, герцог

кивнул бы, хотя и неохотно, потому что он твердо верил, что меч — король поля

битвы. Копье, напротив, было оружием, имеющим больше недостатков, чем

преимуществ. Большая дистанция поражения, чем у меча? Копье было громоздким

даже для своих размеров.

Спустя долгое время герцог, похоже, принял решение.

— Докажи, что ты достоин копья.

— Что?

— Я намерен испытать тебя.

Глаза Джошуа расширились.

Спарринг? Снова? Это не плохо. Нет, возможно, это даже

может стать хорошей возможностью для Джошуа; что бы кто ни говорил, герцог

Агнус был одной из Девяти Звезд – шанс доказать свой талант был выгодной

сделкой, которая выпадает раз в жизни.

— «Вы согласны?» — спросил герцог Агнус.

— Да; однако я хотел бы предложить некоторые условия.

— Условия?

—Если я пройду ваше испытание, надеюсь, вы разрешите

мне еще одну просьбу.

— Ну… — герцог Агнус сглотнул. Что, черт возьми, он

собирается просить?

—Я сообщу вам свою просьбу после теста.

Герцог пришел к выводу, что нет смысла протестовать,

если Джошуа ответит прежде, чем сможет выдвинуть возражение.

— Отлично. Если ты пройдешь мое испытание, я позволю

тебе использовать копье и выслушать твою просьбу. Однако… — Герцог Агнус

нахмурился — Если проиграешь, подчиняйся моим приказам.

Если Джошуа был прав, герцог имел в виду не только

обучение фехтованию, но и сопровождать его в столицу.

На самом деле поступить в академию было неплохим

вариантом. Больше всего ему было нужно время; лучше было поехать в столицу, где

его безопасность была гарантирована, чем оставаться здесь, где волки

подстерегали за каждым углом.

«Самое главное… Если я поеду в столицу, я найду его.

Кайзер фон Бриттен.»

Нет, не только кайзера, но ещё и тех, кто в будущем

станут его верными подчинёнными. Джошуа запомнил их всех.

«Если я смогу связаться с ними раньше него… у меня не

будет причин скрывать свои навыки. Люди слетались к его власти, как пчелы к

пыльце. Когда я покажу им свои навыки, я смогу создать армию, используя свои

способности – как и в прошлой жизни. И глупый молодой кайзер фон Бриттен

заставит свой замок рухнуть под ним, даже не подозревая об этом. Таким образом,

он почувствует величайший вкус отчаяния за всю его жизнь.»

— «Всё в порядке» — глаза Джошуа сверкнули.

— «Он… Что ты сказал?» Ванесса уставилась на Шифона.

— «Может быть… Я думаю, герцог отвезет Джошуа в

столицу».

— «Что? Аркадия?» Ванесса нахмурилась.

— «Если… Если талант Джошуа реален, вам придется

присматривать за ним еще немного. Несомненно, это был ужасающий талант…». Шифон

поднял глаза и тут же захлопнул рот. Герцогиня бросила на него убийственный

взгляд, так что он с трудом смог закончить свои слова.

— Мне очень жаль… В любом случае, это может привести к

очень сложной ситуации.

— Я в курсе. У Аркадии слишком много глаз.

— У меня есть идея — отважилась Шифон.

— Что за идея?

— Я думаю, что герцог пытается распространить

информацию о том, что Джошуа является пользователем маны C-класса

— «Я все еще слышу эту чушь», — нахмурилась Ванесса, —

«Я подумала, что это хорошая идея…»

— Я видел не только герцога, но и обоих графов своими

глазами. Даже если это не совсем мана, я попробую.

— Ты планируешь проверить мальчика… — пробормотала Ванесса.

Любой дворянин мог назначить «рыцаря», но совсем

другое дело, когда дело доходило до классификации его как пользователя маны.

Был только один способ официально признаться рыцарем C-класса в Империи Авалон:

доказать свою пригодность имперским рыцарям.

Империя Авалон вознаграждает рыцарей в соответствии с

их классом; достигнув B-класса, рыцарь получит титул и территории. Чтобы не

допустить, чтобы такие привилегии были без разбора растрачены дворянством, ими

непосредственно управляла императорская семья.

Если у кого-то был талант, он мог бы сначала связаться

с императорской семьей. Когда императорская семья увидит невероятный талант,

она не остановится ни перед чем, чтобы привлечь его на свою сторону. Такое было

возможно только в Империи Авалон, где императорская семья всегда превосходила

знать.

— Раньше было достаточно показать ману Имперским

рыцарям. Но не больше.

— Это так?

Шифон кивнул.

— Несмотря на то, что его признали рыцарем C-класса,

было много жуликов, которые не могли должным образом владеть маной.

—Хорошо

—Поэтому они сражаются, чтобы определить, есть ли у

них навыки фехтования, соответствующие их классу.

— «Спарринг? С Имперскими рыцарями?» Глаза Ванессы

расширились.

Имперские рыцари. Рыцари-тамплиеры, состоявшие из

более чем тысячи элитных членов, без сомнения, были одной из самых мощных

боевых сил в Империи — каждый из них был C-класса или выше. В частности,

нынешний командир Имперских рыцарей был одним из пяти мастеров А-класса в

Империи; его навыки были под стать любому.

— Если мы хотим пройти испытания как представители

C-класса, Императорская семья, вероятно, пришлет рыцаря C-класса. Конечно,

навыки рыцарей С-класса могут сильно различаться.

Имперский рыцарь, прошедший тщательную подготовку, и

рыцарь, только что достигший C-класса; даже если оба были C-классом, разница между

ними была огромной.

— «Всего три…» — глаза Шифон сверкнули. «Я проверю,

сможет ли он противостоять трем Имперским рыцарям».

— Понятно… — Ванесса понимающе кивнула.

— Раньше в этом было больше нюансов, но… Сегодня

Императорская семья, похоже, обеспокоена тем, сколько маны они могут хранить…

Это может означать только то, что их стандарты повысились.

— «Поэтому… ты говоришь, что герцог собирается

пригласить Имперских рыцарей проверить мальчика?» — спросила Ванесса,

нахмурившись. Шифон кивнула.

— Герцог превыше всего ценит честь семьи. Он бы не

упустил такую ​​возможность».

— «Как неинтересно». Ванесса оскалила зубы. — «Бабеля

должно быть достаточно, но, если его взгляд устремится куда-то еще… Мне

противно видеть, как Бабеля сравнивают с сыном грязной горничной, сэром

Шифоном.»

— «Вот почему я это предложил». Глаза Шифон

загорелись. «Разве в герцогине тоже не течет королевская кровь?»

Глаза Ванессы расширились от осознания.

— «После всего этого времени…» Ее холодная улыбка

стала шире. — Мне придется вызвать его еще раз.

Джошуа остановился, проходя через особняк герцога. На

другом конце длинного прохода он увидел приближающегося человека.

— «Бабель?» Джошуа нахмурился. Было забавно видеть,

как он пытается бросить вызов Джошуа, но он не хотел в это вмешиваться.

Их шаги эхом разносились по пустому коридору, когда

они приближались. Как раз, когда они собирались пройти друг мимо друга...

— Давай поговорим

— «Что ты хочешь?» — сказал Джошуа.

— Я… я не могу этого признать… Тот факт, что кто-то

вроде тебя использовал ману, и тот факт, что ты победил меня.

— «Ну и что?» — Джошуа засмеялся.

— Подойди ко мне.

Джошуа увидел огонь в глазах Бабеля. Это была эмоция, которую

он слишком хорошо знал. Это не было вызвано ни местью, ни завистью. Это было ощущение

победы. Ощущение человека, который никогда не хочет проигрывать.

Улыбка Джошуа стала шире.

«Превосходно»

Бабель и Джошуа стояли на небольшой тренировочной

площадке на заднем дворе особняка герцога. На этот раз меч Бабеля не был

деревянным.

— Это моя собственная тренировочная площадка, так что

вам не придется беспокоиться о том, что кто-то придет. В прошлый раз мы играли

с этими жалкими игрушками… Не думаю, что смогу правильно распоряжаться маной

через кусок дерева. На этот раз я хочу сражаться настоящим мечом — Бабель

самодовольно ухмыльнулся Джошуа. Птицы разбежались по деревьям вокруг них, как

будто почуяв опасность в воздухе.

— Если тебе нужен меч, я могу одолжить тебе его… — со

смехом прервал его Джошуа.

— Что смешного?

— Ты все еще сумасшедший, Бабель фон Агнус.

— «Что ты имеешь в виду?» Бабель нахмурился.

— «Бабель фон Агнус… Сокровище семьи» — Джошуа даже не

потрудился скрыть ухмылку — «Ты думаешь, что сможешь обмануть меня своим жалким

поступком? Ваше стремление к победе – всего лишь иллюзия! Все, чего ты

действительно хочешь, — это наброситься на Герцогство своими грязными руками».

— «Ты…!». Лицо Бабеля покраснело. Это оскорбление было

позором для самого его имени!

«Ты собачье дерьмо», — подумал Джошуа. Сокровище герцога

и единственный наследник; рыцарь C-класса в возрасте четырнадцати лет,

известный по всей Империи. Человек, достойный уважения просто за то, что он…

сам? Такой мусор…

— «Больше никаких оскорблений мы не потерпим», —

проворчал Бабель, поднимая меч. «Возьми свое оружие, Джошуа».

— Мне не нужно никакого оружия.

— Что?

— Для тебя этих кулаков достаточно. Позволь мне

показать тебе разницу между нашими талантами», — Джошуа поднял голые руки.

Лицо Бабеля невероятно покраснело.

— Умри!

Бабель бросился к Джошуа. Он, не теряя времени, собрал

свою ману в туманный туман вокруг меча. На этот раз его удар был аккуратным и

эффективным, в отличие от невежественных движений, которые он использовал

раньше. Элементарно, но мощно.

Когда Джошуа наклонился в

сторону, чтобы избежать атаки, Бабель спокойно повернул меч в сторону Джошуа.

Меч просвистел в воздухе, но… Он исчез? Бабель не мог скрыть своего недоумения.

"Здесь." Голова Бабеля дернулась вниз.

«Дзинь!» Меч Бабеля зазвенел от удара кулака Джошуа.

Бабель отчаянно сжимал рукоять своего меча, который быстро стал скользким от

его крови. По его спине струился холодный пот.

Многие рыцари считали потерю меча в бою участью более

постыдной, чем смерть. В результате они склонны относиться к рукопашному бою

как к чему-то, что подобает лишь простым наемникам.

— Я могу сказать, о чем ты думаешь, просто взглянув на

твое выражение лица.

— Что?

— «Вы, должно быть, проигнорировали основы кулачного

боя, потому что это «только для наемников»?» Бабель вздрогнул.

— «С этого момента…» — Джошуа сжал кулаки. «Я покажу

тебе, насколько ужасающими могут быть боевые искусства».

Техника копья, которую изучил Иисус Навин, включала в

себя нечто большее, чем просто копье. В нем подробно описаны различные приемы

подчинения врага всем телом.

Джошуа сделал выпад в сторону Бабеля.

— «М-мана?» — даже в такой короткий миг Бабель увидел

энергию в кулаках Джошуа.

Мана в голых кулаках! Вливание маны в тело должно быть

прерогативой Мастеров; сложность простого применения маны к медиуму, например,

мечу, и непосредственно к телу различалась на порядок.

Бабель отчаянно замахнулся на Джошуа.

Мана, сгустившаяся на кулаке Джошуа, взорвалась на

кончике меча Бабеля. Тренировочная площадка вздрогнула от взрыва, даже сильнее,

чем в прошлый раз. Джошуа взорвал свою ману непосредственно перед ударом,

усилив эффект.

Это был «Взрыв Ауры» — техника, которую мог

использовать только Джошуа.

— Ух… — Бабель повалился прочь, кубарем. Кровь капала

из его рта, а его меч, который ему удалось удержать в руке, был погнут на

кончике.

Повреждения меча ничем не отличались бы от тех, которые

бы были, если бы Бабель ударил по сплошному железному блоку.

— «Ты расстроен?». Голос Джошуа сотрясал его

измученное тело. «Будь сильным».

Глаза Бабеля расширились. Не так давно он услышал то же

самое от кого-то другого. Ему нужно быть сильнее…?

Пока Бабель размышлял над этими словами, Джошуа

продолжил:

— Не забывай это чувство. Не забывай, как кто-то избил

тебя голыми кулаками… кулаками, на которые ты недавно смотрел свысока. И да… По

нашему соглашению одна из твоих конечностей должна была быть сломана.

Бабель вздрогнул.

— «Но поскольку я давно не видел такой страсти, на

этот раз я позволю этому ускользнуть». Бабель вздохнул с облегчением; если бы

он выиграл, он бы не колебался ни секунды.

— Однако… — Джошуа подошёл.

— «Скажи!» — Бабель отчаянно поднялся. Боль свела его

желудок, но он сумел посмотреть Джошуа в глаза.

— Если ты еще раз оскорбишь меня или мою мать… Я

позабочусь о том, чтобы ты никогда больше не держал в руках меч.

Впервые в жизни гордый Бабель почувствовал страх.

— «Ты и я, прямо сейчас… не забывай, как я заставил

тебя встать на колени». С этими словами Джошуа ушел.

— «Чёрт бы тебя побрал…» — его тихий ропот эхом

разнесся по пустому тренировочному залу.

— — — — — — — —

Одним из самых секретных мест герцогства была комната

герцогини. Посреди комнаты Ванессы на деревянном столе стоял светящийся шар

кристалла маны.

Переносной хрустальный шар, подобный этому, стоил бы

непостижимых богатств. Даже высокопоставленным дворянам было бы трудно его

приобрести. В конце концов, это вряд ли был обычный артефакт: эти хрустальные

шары, созданные Мастером, стоили как минимум десятки тысяч золотых – за такую

​​цену можно было купить любой замок в сельской местности.

Когда хрустальный шар засиял, внутри стала видна

человеческая фигура.

— «Все готово». Фигура в мантии глубоко поклонилась Ванессе

и отступила назад.

— Дядя?

— О, Ванесса. Это было долго. Герцогство хорошо к вам

относилось?

— «Со мной всегда все в порядке» — губы Ванессы

растянулись в глубокой улыбке. «Дядя чувствует себя хорошо?»

— Ну, Аркадия такая же, как всегда. Одна и та же

скучная рутина каждый день.

«Это верно». Ванесса кивнула, но ее глаза сверкали

злобой.

Следующие ее слова были тихими, но холодными, как лёд

На континенте иммигрантов располагалось множество

стран. С точки зрения мощи континент ни в чем не нуждался. Тремя основными

державами в Игранте были Империя Авалон, Империя Саллоу и Империя Хубальт.

Всего было семь королевств, включая Волшебное

Королевство Терра. Двумя самыми слабыми были Княжество Тран и Королевство Харт

(буквально переводится как «Королевство Сердца», но в таком смысле возникают

вопросы «какого ещё Сердца?», так что пока что Харт ‒ прим.пер), ослабленное

почти десятью годами гражданской войны.

Три крупнейшие державы постоянно следили друг за

другом, что привело к длительному периоду мира. Но Игрант был бомбой

замедленного действия: если они продолжат наращивать мощь, она неизбежно

взорвется. Единственная причина, по которой война еще не началась, заключалась

в том, что каждая из стран, что первый шаг поставит их в невыгодное положение.

Империя Авалон была хорошо известна как государство

рыцарей; Столица Империи, Аркадия, имела особенно долгую историю поддержки

рыцарей. Поскольку рыцари были столь же тщеславны, сколь и опытны, Аркадия была

тщательно украшена, чтобы отразить их характер.

В частности, величественный Дворец Империи Авалон

считался самым высоким и грандиозным сооружением в столице. Дворец Галтика был

одним из самых красивых замков континента; его величественные стены, казалось,

отвергали обыденное.

Владельцем этого дворца был никто иной, как Император

Железной Крови, правитель Империи Авалон, Маркус фон Бриттен.

Зал императорского суда был простым, но каждый камень

излучал элегантность и гордость рыцарей. В конце роскошной красной ковровой

дорожки стоял украшенный золотом трон, на котором были выгравированы драконы,

которые, как считалось, олицетворяли свирепость и удачу.

Обычно зал суда использовался аристократами, чтобы

докладывать Императору о различных политических решениях и ситуациях, но

сегодня он был настолько пуст, что можно было услышать, как холодный сквозняк

свистит по камням.

На троне восседал самый важный человек Империи.

Император Маркус фон Бриттен рухнул на свое место, подперев подбородок кулаком.

Появился мужчина, простиравшийся ниц перед троном. Он

был одет в черное сверху донизу; маска, свисающая с его лица, указывала на его

принадлежность к тайным силам императорской семьи. Известный как Черный Ветер,

он возглавлял разведывательную группу, подчинявшуюся непосредственно императору

Маркусу. Конечно, только сам Император знал его настоящую личность.

Черный Ветер выпрямился и начал свой доклад пугающе

монотонным голосом.

— От Красной Виверны пришло предупреждение.

Глаза императора Маркуса сфокусировались.

— Появился ребенок, у которого есть потенциал стать

звездой.

Наступила долгая, многозначительная пауза.

— ...Если это Красная Виверна, то это, должно быть,

герцог Агнус?

— Да, Ваше Величество.

— «Из рода герцогов?» Лоб Императора Маркуса

сморщился. «Если мы правильно помним, уже родился и вырос ребенок, в котором

пропитана половина нашей королевской крови. Наша сестра там»

— В сообщениях говорится, что он произошел от герцога

Агнуса, но не от Бабеля фон Агнуса.

— «Что?» На обычно непоколебимом лице Императора промелькнуло

удивление.

— «У герцога был еще ребенок от нашей сестры?» Маркус

был недоверчив. «Мы впервые об этом слышим».

— «Это…» Мужчина тщательно подбирал слова. — «Я

слышал, что это был не ребенок герцогини».

— Бастард?

— Да. Говорят, он родился от одной из служанок

герцога.

— «Она…» Император Марк в изнеможении рухнул обратно

на трон. Через некоторое время он рассмеялся.

— Как весело. Этот ребенок — сокровище на века, и

теперь у него двое. Мы искренне завидуем.

— Но принцы достаточно талантливы, чтобы заставить весь

мир плакать.

— «Мы не согласны». Император Маркус тихо покачал

головой. «Очевидно, что есть немногие, обладающие качествами императора. Но с

точки зрения силы они все паршивые.

Мужчина хотел что-то сказать, но затем закрыл рот.

Широкая публика никогда бы не оценила принцев таким образом — у Императора,

Мастера, просто были абсурдно высокие стандарты.

— Если герцог решил сейчас раскрыть свою скрытую

карту, мальчик, должно быть, обладал по крайней мере таким же талантом, как тот

мальчик, Бабель?

— Это… — Мужчина поджал губы. И снова он заколебался с

ответом. В его голове промелькнуло: «Я понятия не имею, как мне вообще начать

это объяснять».

Лицо императора Маркуса напряглось от нетерпения.

— …Ходят слухи, что Бабель фон Агнус потерпел

поражение от мальчика.

— «Что?» Император Маркус не мог скрыть своего шока.

Один из лучших талантов Авалона, Империи Рыцарей?

Побеждён каким-то бастардом, пусть и наделённым недюжинным талантом?

Расскажите нам подробно. Он уже взрослый или что?

— ...Я думаю, в этом году ему исполнится девять лет».

Император Маркус разинул рот от удивления.

Не было никакого способа, чтобы этот человек сказал

ему такую ​​ложь, если бы он не сошел с ума. Итак, это должно быть правдой.

— Говорят, что герцог Агнус скоро потребует отправки

Имперских рыцарей. Другими словами, предполагается, что ребенок уже

приближается к Рыцарю C-класса.

— В девять лет… Класс С…

Разве не было бы очень весело, если бы это было

правдой? Никогда на всем континенте – нет, во всей истории – такого рода талант

не появлялся. Кто-то сказал бы, что это была бы слава герцога Агнуса, но это не

так — не будет преувеличением сказать, что такой уровень таланта прославил бы

всю Империю.

— «Это весело». Глубокая улыбка плясала на губах

императора Маркуса. «Это действительно весело. Девятилетний бастард победил

«герцогское сокровище», рыцаря С-класса… Хм… Если он действительно победил

Бабеля, то уровень мальчика очевиден. В конце концов, невозможно победить пользователя

маны, не используя ману. Ха-ха-ха… Ты действительно гордость Империи».

Император еще некоторое время смеялся.

— Джекен.

— Да, Ваше Величество?

— Если ты

родился из скромного происхождения, велика вероятность, что ты вырос в условиях

неуважения со стороны семьи. Верно?

— «Да, Ваше Величество». Увидев предвкушающий взгляд

Императора, мужчина тут же выдал ответ. Теперь пришло время сказать ему то, что

он хотел услышать.

— Это значит, что у нас тоже есть шанс.

— Ты имеешь в виду… — Лицо мужчины скривилось от

беспокойства.

— Я хотел бы поехать туда сам, но…

Мужчина был поражен. Действительно ли император решил

пойти и найти мальчика самому? Разговор был легким, но последствия были бы

невообразимыми. Император — это Империя — такой шаг был похож на то, как сама

Империя напала бы на герцога Агнуса.

Император Марк заговорил раньше, чем этот человек.

— «Жаль, что мы не можем из-за толпы оппортунистов…». Джекен

вздохнул с облегчением. Но следующие слова были для него полной неожиданностью

— …Вместо этого пошлите Эвергранта, Вальмонта и одного

из принцев.

В ответ Джекен лишь тяжело вздохнул. Люди, которых

упомянул Император, были будущим Империи: Эвергрант был нынешним главным магом

и прошел стену 7 класса, а Вальмон был одним из десяти заместителей рыцарей,

возглавлявших 9-й батальон рыцарей-тамплиеров. Он занял свою должность в двадцатилетнем

возрасте, и его часто рекламировали как следующего командующего ордена.

— «Ваше Величество… Ваше Величество», — заикаясь,

проговорил мужчина, только что придя в себя. «Отослать одного из принцев…?»

— «Если вы накрываете на стол, вы должны всё съесть».

Император Марк горько улыбнулся, но в его серьезном поведении просочились

намеки на игривость. «Кто-нибудь еще слышал слухи об этом монстре?»

— О, они, наверное, еще не знают. Слухи будут

распространяться быстро, но сейчас даже в семье герцога все тихо…

— «Тогда давай сохраним это в секрете». Улыбка

императора Маркуса стала шире. «Талант — это также качество, которым должен

обладать император. Об этом ребенке ходят только слухи; остальное зависит от

них».

— ...Если ни один из принцев не сделает ни шагу...

— Тогда что, этим ребятам не повезло? Если это так, мы

приведем его сюда лично, тайно.

— Слушаю и повинуюсь — мужчина склонил голову и снова

поклонился.

— С нетерпением буду ждать этого. Ха-ха-ха-ха!

Вдалеке над окрестностями устрашающе вырисовывалось трехэтажное каменное здание. Несмотря на то, что оно было старым, оно явно было построено на века. Стоит отметить, что все три этажа использовались с одной и той же целью. На одном этаже расположены частные кабинеты исключительно для командира и вице-командующих Имперских рыцарей-тамплиеров; самая широкая комната, посередине, была кабинетом командира; по бокам располагались кабинеты заместителей командира с 1-ого по 10-ый батальон. Причина посвятить целый этаж высшему руководству была ясна, как день: вселить в него гордость за свой долг и мотивировать его постоянно оттачивать свое мастерство.

«Возможно, когда-нибудь я тоже доберусь до этой должности».

На третьем этаже в офисе 9-го батальона на диване лежал молодой человек. У него были огненно-рыжие волосы, которые сверкали, как фейерверк, но его серебряные глаза были ледяными. Лицо его было воплощением праздности — казалось, ничто не могло заставить его работать.

Он надолго застрял в звании старшего лейтенанта – и его это устраивало. Его любимым занятием было избегать внимания начальства, слоняясь без дела в рабочее время; в конце концов, в этом здании был только один человек, который был выше него по рангу.

Запертая дверь распахнулась без предупреждения.

— …Ты тоже был здесь.

— Да? — мужчина не удосужился сесть, а лишь повернул голову на измученный голос, доносившийся из дверного проема.

— Командир? — его глаза расширились. Там стоял единственный человек, который мог отдавать приказы кому-либо в здании: Род ден Хогг, Мастер, командир Имперских Рыцарей. Мужчина неохотно поднялся с дивана.

— Что привело вас сюда, командир? Если бы вы связались со мной заранее, я бы приехал к вам лично.

— «Ты собираешься отвечать мне, как идиот?». Рыцарь-командир Род раздраженно покачал головой, глядя на зевающего и бормочущего человека.

— Ах, мне очень жаль. Пожалуйста, прости меня… Должно быть, я сошёл с ума, потому что увидел человека, которым искренне восхищаюсь.

— Вальмонт, я вижу, ты все еще открываешь свой лживый рот… Мне бы хотелось, чтобы ты иногда проявлял свое уважение поступками, а не пустыми словами. Ты не просто рыцарь тамплиеров, ты возглавляешь целый батальон.

— «Не волнуйся, я делаю все, что могу» — Вальмонт игриво улыбнулся.

— «Тогда почему ты здесь вместо тренировки?» — Род бросил на него яростный взгляд, но не стал настаивать на этом вопросе. Талант Вальмонта был настолько ошеломляющим, что иногда он заставлял командующего нервничать, но Род был уверен, что кто-то вроде Вальмонта никогда не сможет занять его место. Проще говоря, он родился едва ли не ленивее самой Лени.

Чтобы получить звание заместителя командующего Имперских рыцарей, нужно быть как минимум рыцарем B-класса – то есть как минимум продвинутым экспертом. Как будто Вальмонт достиг бы этого высшего состояния, прилагая вдвое меньше усилий, чем кто-либо другой.

— Я чувствую это постоянно… но каким-то образом лекарство превратилось в палку в грязи. Тогда я был так горд, но однажды…

— Шеф, если я палка, разве это не значит, что я весьма полезен? — Вальмонт надулся.

Род сжал кулаки, вздохнул и протянул правую руку.

— …Указ Его Величества.

Вальмонт стер игривое выражение со своего лица.

— «Стань на колени и слушай».

Вальмонт быстро опустился на одно колено и склонил голову. Золотой дракон, оттиснутый на печати, раздвинулся, обнажая скрытое содержимое.

— Услышь меня, командир Девятого дивизиона. Мы намерены отправить Имперских рыцарей на территории Агнуса по приказу герцога. Мы приказываем вам отправиться в путь в сопровождении главного имперского волшебника Эвергранта, как только снаряжение будет готово.

Каждое слово шокировало Вальмонта больше предыдущего.

— — — — —

Один из крупнейших тренировочных залов герцога, расположенный в самой отдаленной части герцогского особняка, был построен исключительно для обучения солдат. Там собрались десятки его центурионов.

— Эй, ты слышал? — солдат в легких кожаных доспехах, наконец, осмелился спросить.

— О чем ты говоришь?

— Упрямый бастард… Нет, второй сын герцога!

— «Ах, это!» — солдат рядом с ним аж прихлопнул в ладоши. «Я слышал, что он на самом деле был большим талантом? Ходят слухи, что он даже огров бил голыми руками? Мне об этом известно от знакомого солдата оттуда».

— Эй! Даже рыцари превратились бы в фарш, если бы напали на огра голыми руками. Что это за ребенок? Скажи что-нибудь разумное…

— Неужели даже не было слухов, что мальчик уже использовал ману?

— Ты тупой? Ты хочешь сказать, что мальчишка младше десяти лет может стать пользователем маны? Что? Тогда я Мастер… Нет, я один из Девяти Звезд!

Солдаты вокруг них разразились смехом. Большинство из них отвергли эти слухи как ерунду — они просто звучали слишком абсурдно, чтобы быть правдой. Любой разумный человек в это не поверит, кроме…

— Эй, Ролс! Ответь нам! Куда ушли Ройд и Горт?

— Да, Ролс! Ты сказал, что собираешься выжать все соки из этой Люсии! Разве вы трое не всегда издевались над этим ребенком?

— Ну, с таким лицом и телом она, конечно, привлечет чей-то взгляд… Ах, надо было переспать с той горничной…

— Ты такой маленький, что едва можешь оторваться. Это должен быть я.

— Что?

Центурионы продолжали подшучивать, но Ролс ничего не мог сказать. После того, что он увидел в тот день, Ролс замолчал, как будто ему отрезали язык.

— Вы такие странные ублюдки… у меня нет слов.

— «Вы действительно опустошили Люсию после всего этого времени? Женщины в возрасте Люсии голодны — держу пари, что она была разочарована…».

И снова смех центурионов наполнил зал.

— Кстати, кто нас сегодня вызывал?

— Я думаю, это был Красный Рыцарь — при упоминании Красных Рыцарей Ролс резко упал, и его глаза потеряли фокус.

— Красные Рыцари… Хааа, это будет долгий день.

— «Спарринги занимают несколько дней или что-то в этом роде? Давай побыстрее закончим и пойдём выпить».

У всех центурионов было смиренное выражение лица. Обучение центурионов было необычным. В будущем они должны были возглавлять по сотне солдат, поэтому их обучали три великих рыцарских ордена герцога по очереди; среди них Красные Рыцари считались самыми жёсткими. Учитывая их влияние, Красные Рыцари усердно работали с центурионами, чтобы избежать насмешек со стороны других орденов.

— «Внимание!» — на крик командира 1-го батальона, самого старшего из центурионов, все центурионы вытянулись и замерли.В тишине раздались тихие шаги.

— «...Ролс? Ты в порядке?»

Ролс неудержимо вздрогнул, когда увидел приближающегося рыцаря. Жнец того дня – того страшного дня – предстал перед ним еще раз…

— «Хм? Почему рыцарь взял с собой ребенка?»

— Погоди. Разве это не тот конюшенник? Почему ребенок Люсии…

Ролсу, потрясенному каждым словом, удалось медленно поднять голову. Он встретился с чьим-то взглядом и застонал.

— Молодой господин… Джошуа, сегодняшняя тренировка будет вам полезна — Каин, облаченный в железные латы с выгравированным символом Красных Рыцарей, огляделся вокруг. Почему Красный Рыцарь обращается с таким обращением к такому ребенку? Ряды центурионов дрогнули.— Я — Джошуа фон Агнус.

— …Эй, этот парень…

Джошуа услышал бормотание центурионов, но продолжил.

— «Все здесь — верные слуги герцога, так?»

В ответ не раздалось ни звука.

— «Вероятно, ваши навыки хороши, если не великолепны».

Он огляделся вокруг, задержав взгляд на Ролсе.

«Все вы… Подойите ко мне».

— «М-молодой господин...». Холодный пот выступил у него на лбу.

— О, похоже, вы так и не рассказали своим дорогим коллегам о нашем разговоре ранее — от слов Джошуа воздух словно застыл. Только порыв ветра нарушил оглушительную тишину.

— Это... это... — Ролс хотел оправдаться, но не мог сказать ничего внятного.

Он видел, как двое его коллег умерли у меня на глазах. Как он должен был сказать им, что его унизил конюшенник? Никто — ни солдаты герцога, и уж точно не центурионы, не поверил бы в это; они бы подумали, что Ролс и его друзья просто пытаются монополизировать Лючию.

— Мне действительно жаль!

— Одного шанса достаточно. Двух было бы слишком много.

Ролс задрожал, как тростинка на ветру, и рухнул на пол. Центурионы, наблюдавшие за происходящим, заметили шест, торчащий из-за спины Джошуа.

— «...Копье?» Солдат быстро определил принадлежность предмета. Копье, обычное оружие низших солдат. По крайней мере, это был не просто какой-то металл, прикрепленный к концу палки; это было железное копье, которое любой присутствующий мог взять по своей прихоти.

Джошуа крутанул копьем, посылая порыв воздуха, просвистевший мимо центурионов. Зрелище ребенка, так легко размахивающего копьем, было довольно странным — даже взрослому было нелегко приспособиться к весу такого оружия. Центурионы могли только молча наблюдать, как Джошуа шагнул вперед и воткнул свое копье в землю перед Ролсом.

— Ты умрешь здесь. Ты должен был умереть, когда оскорбил мою мать, но ты упустил этот шанс. Итак, теперь ты умрешь… Точно так же, как это сделали твои коллеги.

Остальные центурионы были не совсем удивлены. Ходили многочисленные слухи об отсутствии Ройда и Горта; от историй об уходе в отставку в их родных городах до секретных миссий, ходили всевозможные истории, но ничего не было доказано. Если верить Джошуа, то Ройд и Горт не избежали гнева молодого хозяина.

— Еще один шанс, молодой хозяин! Все, что мне нужно, это еще один шанс! — Ролс в отчаянии ударился головой о землю.

Он не хотел умирать вот так. Ролс только что стал центурионом; он не хотел умирать, не воспользовавшись привилегиями своего ранга.

«Пожалуйста…»

—«Как я уже говорил, я не дам вам второго шанса». Джошуа посмотрел на Ролса сверху вниз.

— Молодой господин!

«Однако…» — Джошуа поднял свое копье. «У меня нет желания попирать гордость герцоргского центуриона».

Ролс нервно встретился взглядом с Джошуа.

— Возьми свое оружие. Как центурион герцога Агнуса, защищай те крохи гордости, которые у тебя остались.

—Что ты имеешь в виду?

— «Если ты победишь меня...» Джошуа фыркнул и взмахнул копьем. «...Тогда я сохраню тебе жизнь. Постарайся изо всех сил убить меня. Умрёшь — проиграешь. Я умру, что ж, тогда живи!»

Ролс думал, что чувство страха, которое он испытал в прошлый раз, было вызвано подавляющим присутствием Кейна, но теперь, глядя на Джошуа, его нервы похолодели, а мышцы стали твердыми, как камень. Но он вздохнул и встал. Он должен был сражаться, и сражаться хорошо.

Меч, который он обнажил, был на удивление в отличном состоянии.

— Этот меч не подходит своему хозяин”.

Джошуа указал кончиком своего копья на Ролса. Он хотел использовать Лугию — неважно, в форме жезла или нет — но в таком месте использование того же оружия, что и у солдата, увеличило бы фактор устрашения. Из своих предыдущих сражений он знал, что у него не возникнет проблем с использованием его силы какое-то время, даже когда он будет без Лугии. Все было рассчитано.

— Пойдем.

Ролс прикусил губу так сильно, что пошла кровь, уставившись на мальчика перед собой — это была просто иллюзия, или маленький мальчик действительно стал больше?

— «У-у-у-а-а-а-а-а-а-а!» Ролс с бешеным криком бросился вперёд; блестящий кончик меча угрожал проткнуть тело Джошуа в любой момент. Но тот только улыбнулся и поднял копье.

— Э-э, а ты как думаешь? — Окружающие солдаты начали перешептываться.

—Ты когда-нибудь слышал об использовании копья в таком положении?

— Фу, я больше не могу их видеть.

Джошуа в полной мере демонстрировал достоинство сына герцога, но не так давно он выгребал навоз из конюшен. Ролс, с другой стороны, был могущественным человеком, которого повысили до центуриона в относительно молодом возрасте. Никто не сомневался, что Ролс пронзит юношу в любой момент. Кроме того, копье — это оружие, специализирующееся на колющих атаках, чтобы максимально увеличить дальность его действия; поднятие копья оставляло вас уязвимым снизу, и только дурак стал бы пытаться нанести удар - по сравнению с длинным древком, наконечник копья был длиной всего в два кулака взрослого человека.

Легкая мишень! Меч Ролса резко метнулся к Джошуа. Некоторые из центурионов закрыли глаза, полагая, что вот-вот станут свидетелями смерти родственника герцога. Но затем Джошуа опустил свое копье. Это было относительно медленное движение, но в нем чувствовался значительный вес.

{Первый метод: Громоподобный удар.}

Первая стадия техники копья содержала только два приема, включая Громоподобный удар. Как и во втором методе, это было очень простое движение – вверх и вниз, – но в нем была неимоверная сила.

Мана собралась на острие копья, слабо резонируя.

“Ф-ха” — на мгновение свист копья прозвучал как раскат грома. Время, казалось, застыло…

… Меч Ролса раскололся и упал на пол. Брызнула темно-красная кровь, окрасив Джошуа. Ролс с глухим стуком упал на землю. Он был разорван на две части.

Джошуа ударил рукоятью своего копья обратно об пол. В наступившей тишине было слышно, как мимо пролетела муха.

— Я - кровь герцога Агнуса. Я Джошуа фон Агнус. Если ты овладел мечом, говори своим мастерством, а не ртом. На поле боя оценка ваших противников только по их внешнему виду будет стоить вам жизни”.

Мужчина средних лет, вероятно, старший центурион, опустился на колени.

— Да последует слава за вами, куда бы вы ни пошли! Я приветствую принца Джошуа, кровь великого герцога!

Это послужило спусковым крючком? Все центурионы без исключения упали на колени.

— Мы приветствуем вас!

Перед ними стоял только Джошуа… Каин отступил назад со слабой улыбкой. Его чувства не обманули. Благодаря этому молодой мастер Джошуа одним махом завоевал доверие солдат. Возможно, это временное доверие, завоеванное страхом, но для их первой встречи не было более надежного способа.

"Может быть, на самом деле… Мне показалось, что этот маленький мальчик — нет, его учитель — действительно может осуществить свою мечту"

— «Я сделаю все возможное, чтобы служить вам,...» — улыбка Каина стала шире, когда он посмотрел на гордую спину Джошуа — «Мастер…».

Доброго времени суток! Решил написать обозначения действий персонажей, чтобы ни вы, ни я не запутались

— «» / — — слова персонажей, кроме потусторонних (пример - Лугия, не знаю, когда она будет, но когда-нибудь отредачу переводы предшественников)

[ ] — слова Лугии

" " — мысли персонажей

Раннее утро было самым оживленным временем во внешних стенах дворца. Внутри этих величественных сооружений шумела почти сотня людей в доспехах; каждое их движение излучало рыцарскую гордость.

На первый взгляд, казалось, что это было много людей; но, присмотревшись повнимательнее, вы бы увидели, что на самом деле это был очень небольшой процент имперских рыцарей. Каждый из них был способнее сотни человек вместе взятых.

Эта группа готовилась отправиться на территории герцога Агнуса. Возглавлял их невысокий светлокожий мужчина средних лет с платиновыми светлыми волосами, закутанный в белый халат; его изумрудно-зеленые глаза ярко блестели и, казалось, заглядывали в сердца людей, а взгляд был холодным и невозмутимым. Он был одним из самых могущественных волшебников Авалона: главный имперский волшебник Эвергрант фон Асвальд.

Пятеро его помощников столпились вокруг него с обеспокоенными лицами.

— Шеф, слухи из герцогства Агнус правдивы?

Эвергрант помолчал мгновение, прежде чем ответить.

— Правда это или нет, но мы волшебники. Наш долг выполнять приказы и оставаться беспристрастными… Пока мы не увидим это собственными глазами, мы должны предполагать, что это правда.

В дополнение к своему удивительно мягкому характеру, Эвергрант был хорошо известен своей вежливой манерой обращения к подчиненным. Это, наряду с его знаниями, завоевало ему уважение подчиненных.

— Это чепуха. Если бы кто-нибудь сказал мне, что он освоил 2-й Уровень в возрасте девяти лет, я бы тоже в это не поверил… Разве мисс Ребекка тоже не перешла на 2-й Уровень в этом возрасте?”

Если ребенок впервые реагирует на ману примерно в возрасте десяти лет, его называют будущим волшебником. Айселин, с другой стороны, освоила 1-й Уровень и уже перешла на 2-й. Она была известна как один из величайших магических талантов континента, что было вполне справедливо.

В отличие от фехтования, которое можно развить с помощью чистых усилий, магия полностью зависит от врожденного таланта. Таким образом, соотношение рыцарей и волшебников был сильно искажен — во всей Империи было всего несколько волшебников. Тем не менее, рыцари, которые могут вливать ману в меч – так называемые “пользователи маны” или рыцари “более высокого уровня” - были столь же редки, как и волшебники.

— Как только рыцарь может владеть маной, даже волшебнику 2-го класса трудно победить их. Следуя этой логике, волшебники 2-го класса преклонят колени перед… девятилетним ребенком.

— Мы должны быть тщательны в своих суждениях. Но если слухи верны, то такой талант... — слова Эвергранта были приглушены, но другой волшебник их услышал и в ответ лишь покачал головой.

— Я обеспокоен. В нашем любимом Авалоне пропасть между рыцарями и волшебниками увеличивается...

Выражение лица Эвергранта ожесточилось.

— Если слухи верны, я думаю, мы должны убедить его любыми необходимыми средствами. Но если это не сработает...

—Этот мальчик - талант, за которым его величество приказал нам следить. Не думайте о такой ерунде.

— Хорошо — волшебник немедленно отступил перед Эвергрантом.

— «Сэр Вальмонт, приготовления завершены?» — Эвергрант окликнул приближающегося к ним молодого рыцаря.

— «Что ж, как вы можете видеть, все идет гладко». Командир 9-го батальона наклонил голову и пожал плечами. Его лень проявилась в неподходящий момент.

—«Это для Его Величества и во славу Империи», - усмехнулся Эвергрант. «Я ожидаю, что вы не допустите ошибку — ни сейчас, ни когда-либо».

— «Ха, сколько же у вас, волшебников, бесполезных забот?» Вальмонт старался говорить слишком тихо, чтобы его не услышали.

Эвергрант не был дворянином, но благосклонность императора принесла ему должность главного волшебника и обращение лучше, чем с любым высокопоставленным дворянином. Грубо говоря, Эвергрант превосходил Вальмонта во всех отношениях.

В империи Авалон, стране рыцарей, волшебники были известны как удобный инструмент. Вальмонт, рыцарь Авалона до мозга костей, привык полностью игнорировать волшебников. Но Эвергрант был волшебником 6-го Уровня; даже в Империи он обладал значительным влиянием.

—Если вы собираетесь вести себя подобным образом на протяжении всей миссии, у меня не будет другого выбора, кроме как доложить об этом непосредственно Его Величеству.

Упоминание Его Величества” заставило Вальмонта задрожать.

Эвергрант и Вальмонт уставились друг на друга. Странное противостояние привлекло внимание тридцати волшебников и сотни рыцарей вокруг них — казалось, что драка может вспыхнуть в любой момент.

—«Это шутка, это розыгрыш». Вальмонт поднял обе руки с дружелюбной улыбкой. «Ты не можешь понять шутку, главный волшебник? Ах, это так скучно. Ни у кого нет чувства юмора... Расслабься». Вальмонт похлопал Эвергранта по плечу, когда они выходили. «Я дам тебе знать, когда мы будем готовы»

—«Этот чертов ублюдок!» Один из волшебников топнул ногой.

— Стой. Хватит

— Но, главный волшебник!

Эвергрант покачал головой, и волшебник смог только прикусить губу и снова отступить.

“Собравшиеся рыцари не знали об истинной силе волшебников. В эту мирную эпоху рыцари привыкли к сражениям один на один, где их хорошо тренированные тела не давали волшебнику времени использовать свою ману. На войне волшебники по-настоящему блистали — но в эти мирные времена войны быть не могло. Если бы они знали, о чем я думаю, они были бы в ярости”

Вальмонт смеялся так сильно, что подавился. Рыцарям, стоявшим поблизости, пришлось прикусить губы, чтобы сдержать смех.

— Приказ его Величества состоял в том, чтобы отправить всю сотню рыцарей 9-го батальона, включая меня, представлять имперских рыцарей-тамплиеров. Главный волшебник был хорошо осведомлен об этом, и он знал, что в батальоне было десять человек среднего класса В, тридцать - низшего класса В и множество - класса С.”

“И тебе, вероятно, столько же лет, сколько моему дяде”. Вальмонт чуть было не добавил оскорбления, но решил на этом закончить.

— «Ну...» Эвергрант нервно сглотнул. “Я уже знал это, но услышать и увидеть это лично - совсем другое дело.”

С такой численностью 9-й батальон мог сразиться со всеми рыцарями Империи, кроме ордена тамплиеров. В пределах Империи было известно всего несколько рыцарей класса А; также известно было не более пятидесяти рыцарей класса В.

—Тот факт, что его величество развернул целый батальон...

—«Это означает,» — перебил Вальмонт, «что один из принцев отправляется в эту экспедицию».

Толпа мгновенно загудела.

—Принц? Принц едет с нами?!

—Это еще более странно! Независимо от того, насколько талантлив этот ребенок Агнуса, как они могли отправить целый батальон и принца?

— А командир батальона и главный волшебник вместе? С такой властью никто в Империи не встанет у нас на пути.

—Что ж, такова жизнь.

—Ты говоришь о восходящей звезде семьи Агнус?

— «Восходящая звезда?» Брови Вальмонта дернулись, и его гнев резко возрос. Выбор слов Эвергрантом был провокационным: любой, кто заслуживал того, чтобы его называли “восходящей звездой”, мог бросить вызов Девяти звездам. Бабель фон Агнус был восходящей звездой, потому что в возрасте четырнадцати лет он стал рыцарем класса С. «Вы же не верите в такую чушь, не так ли?»

— «Когда молодой мастер Бабель стал самым молодым пользователем маны в герцогстве, все отреагировали одинаково» — Эвергрант пожал плечами.

— «Вы знаете второго самого молодого пользователя маны в семье Агнус?!» — к этому моменту Вальмонт уже кричал. — «Герцог Агнус овладел маной в шестнадцать лет! Если ты происходишь из этого рода, четырнадцать лет едва ли имеют смысл — но этот ребенок! Простолюдин, девятилетний ребенок, рожденный от служанки!»

Даже если верить герцогу, долг имперского рыцаря - держать высокопоставленных дворян в узде от имени Его Величества. Даже для великого герцога Агнуса в этом инциденте есть что-то подозрительное…

Обычно Вальмонт был весьма непостоянен. Но теперь он не собирался игнорировать эту потенциальную угрозу: если этот мир будет нарушен, он обречен.

“Позор…” Эвергрант сжал кулаки. “Я Архимаг на грани перехода в 7-й класс, Царство Демонов. Нигде больше я не получил бы такого нелепого обращения — если бы не император, я бы сразу ушел. Но в ближайшем будущем все изменится. И…”

Эвергрант холодно посмотрел на Вальмонта.

“Этому спокойствию скоро придет конец. Когда это время настанет…”

— «Лорд Вальмонт; сэр Эвергрант; о чем вы говорите, что вас так забавляет?». Одни из дворцовых ворот распахнулись, явив маленького мальчика в окружении двух рыцарей.

— Принц! — двое мужчин опустились на колени перед мальчиком с золотыми глазами и золотыми волосами — без сомнения, отпрыском императорской семьи.

— Да, вы сказали, что мальчика звали Джошуа?

— Да, Принц Кайзер.

Более сотни рыцарей и чародеев были удостоены ослепительной улыбки Кайзера.

— Джошуа… Джошуа фон Агнус...

Холодным днем ​​в герцогстве Агнус двое мужчин сидели в

офисе по разные стороны деревянного стола и смотрели друг на друга. Старшим из

них был, конечно же, герцог Агнус, правитель герцогства и командующий

легионами. Другим был Джошуа, мальчик с покрасневшими ушами.

— «Я получил несколько сообщений». Герцог вздохнул и забарабанил

пальцами по столу. — «Здесь сказано, что ты запросил спарринг… нет, скорее демонстрацию

с солдатами. И, ммм… Некоторые жизни были потеряны».

Голос герцога был монотонным. Любому обычному человеку было

бы морально тяжело просто смотреть на герцога прямо сейчас. За его мягким тоном

и стоическим выражением лица он мог скрывать ярость, и никто не мог этого

понять. Но в случае с Джошуа это было не так, поскольку он общался с герцогом в

своей предыдущей жизни.

"Герцог, должно быть, чувствует себя некомфортно, когда

ребенок обладает такой властью". Джошуа не упустил разочарования в глазах

герцога; он знал, что должен ответить, и ответить быстро.

— Да. Но мои действия были честными и справедливыми. Их

казнили за клевету на дворянство — Джошуа ответил с расслабленным выражением

лица.

— Клевета? — нахмуренный лоб герцога Агнуса изогнулся.

— Этот солдат не уважал мою мать. По военному закону солдат,

оскорбляющий дворянина, должен быть немедленно казнен.

Герцог Агнус пристально смотрел на Джошуа. Он знал это,

конечно. Там были сотни людей. Каждая деталь достигла его ушей. Но когда он

узнал об этом, первое, что он почувствовал, был гнев. Он чувствовал, что Джошуа

не сделал ничего плохого. Если бы герцог сам оказался в такой ситуации, он бы

отрубил солдату голову одним ударом.

"Но как жаль…"

По мнению герцога Агнуса, Джошуа неправильно справился с

этим вопросом. Согласно личному опыту и мнению солдата, действия Джошуа, а

именно казнь без надлежащего судебного разбирательства, можно считать

справедливым наказанием. Однако, учитывая возраст Джошуа, солдаты, скорее

всего, сочли бы это лишь детской истерикой. Но больше всего герцог был

недоволен тем, что Джошуа вообще не рассказал ему об этом инциденте.

— Вы думаете, это была просто детская истерика?

Глаза герцога Агнуса расширились от удивления при внезапном

вопросе Джошуа, как будто ребенок прочитал его самые сокровенные мысли.

Джошуа не пропустил сюрприз герцога. Он не собирался

отказываться от благосклонности, которую накопил.

— Основная причина заключалась в том, что он оскорбил мою

мать… но это была не единственная причина.

— Были и другие?

Джошуа ответил кивком.

— Если бы это была единственная причина, мне не было бы

смысла делать это на глазах у всех остальных центурионов.

Герцог Агнус думал о том же. Это также было решающим

фактором в том, что, по его мнению, Джошуа просто закатил детскую истерику:

какова была причина, по которой ему нужно было продемонстрировать такой поступок

перед солдатами?

Джошуа продолжил, чтобы удовлетворить любопытство, назревающее

внутри герцога Агнуса:

— У меня было две причины.

— Две причины?

— Одна из них — заставить солдат обращаться с моей матерью

должным образом — продолжил Джошуа, наблюдая за выражением лица герцога.

— «А вторая такова:…» — мальчик наслаждался словами,

вертящимися на кончике языка: он уже давно ждал этого момента. «...Чтобы

стабилизировать свое положение в герцогстве».

Глаза герцога Агнуса расширились от удивления.

— Солдаты знают меня как конюшенника. После всех этих лет им

будет сложно уважать меня, какими бы навыками я ни обладал.

— Что…

— То есть единственный способ заставить их уважать меня —

это заставить их бояться меня. Через проявление абсолютной власти. Это был

самый эффективный способ.

Герцог Агнус уставился на него.

— Я не намерен сидеть на месте и идти на уступки из-за

своего происхождения. В моих жилах течёт кровь Великого Герцога

"Родословная Агнуса порождает большие амбиции и

соответствующие навыки». Поистине, это были качества монархов и завоевателей"

— его глаза никогда не ошибались.

Герцог Агнус больше не мог контролировать свои эмоции, и с

его губ сорвался смешок. Когда он вернулся в родной город, уставший от

застойной жизни, он понятия не имел, что его ждет такой великий подарок.

"Как восхитительно".

Герцог Агнус какое-то время пристально смотрел на Джошуа,

прежде чем перейти к основной теме.

— Говорят, императорская семья завтра пришлет кого-нибудь.

Конечно, чтобы оценить твою ману.

— Я слышал.

Герцог Агнус перестал говорить, чтобы осмотреть Джошуа.

Мальчик был подобен глубокому океану, тихому, но опасному. Джошуа явно был его

ребенком, но он понятия не имел, что у него происходит в голове.

— Я не знаю, может быть, это просто моя предвзятость, но…

кажется, ты изменился.

— Я правда изменился? — Джошуа сохранял вежливое выражение

лица.

Они редко виделись в тот период, когда Джошуа был ещё совсем

ребёнком. Из-за этого их отношения были на более низком уровне, чем у

родственников в какой-либо другой семье. Конечно, в этот момент ни один из них

не сказал бы этого вслух.

— Говорят, что люди — адаптируемые существа. — Джошуа почти

шептал — В любой среде существо рано или поздно адаптируется. В противном

случае его убьет окружающая среда или хищник, находящийся выше по цепи.

— Это правда…

— «А для меня это правда вдвойне». Джошуа поджал губы.

Герцог Агнус был поражен. Был ли когда-нибудь кто-либо из Агнусов

с таким отчаянным сердцем? Может ли их окружение действительно так изменить

человека?

В конце концов напряженную тишину нарушил смех герцога

Агнуса.

— Это действительно забавно. Посмотрим, станешь ли ты высшим

хищником в этой «среде».

Герцог Агнус наклонился вперед.

— Недавно я получил послание от императорской семьи.

Кажется, эта экспедиция по оценке маны довольно необычна… возможно, из-за тебя.

— герцог Агнус ткнул пальцем в Джошуа — Императорская семья, наверное, дрожит

от волнения, возможно, потому, что тебе всего девять лет…

— Они планируют принять меня в императорскую семью…

— Да. — улыбка герцога Агнуса стала шире — Возможно, ты

привлёк к себе такой уровень любопытства.

Герцог взял со стола лист бумаги. На нем была оттиснён ревущий

золотой дракон — послание было непосредственно от императорской семьи.

— Там сказано, что в эту экспедицию будет отправлен весь 9-й

батальон Имперских рыцарей. Все, включая даже командира батальона.

Обычно по просьбе дворянина отправляли только двух или трёх

имперских рыцарей. В зависимости от таланта и влияния семьи численность

экспедиционного корпуса увеличивалась, но никогда не было случая, чтобы таким

образом был отправлен целый батальон. Более того, каждый в группе мог

использовать ману. Мало того, что они были самыми выдающимися талантами

императорской семьи, но и сбор такой рабочей силы только для того, чтобы

проверить потенциальную звезду, был ударом по гордости этих людей.

Даже когда Бабель фон Агнус, «сокровище Империи», проходил

испытания на звание рыцаря C-класса, был отправлен только взвод из десяти

человек. Даже для того, чтобы пройти тест на звание Рыцаря B-класса, нужно было

просто продемонстрировать свои силы перед членом Императорской семьи.

— Неважно, насколько ты талантлив, разве размер делегации не

вызывает у тебя любопытства? Император мог бы просто вызвать тебя прямо в

Аркадию. Кроме того, ее еще и возглавляет сам командир 9-го батальона, Вальмонт

На лице Джошуа промелькнуло подозрение. Несмотря на то, что

в прошлой жизни он командовал всем войском Имперских Рыцарей, имя «Вальмонт»

ему не было знакомо.

"Возможно, он использует псевдоним. В противном случае

он исчез прежде, чем у меня появилась возможность встретиться с ним. Например,

во время гражданской войны".

Пока Джошуа был в своих мыслях, герцог Агнус продолжил.

— И главный маг Империи тоже будет их сопровождать.

Джошуа замер.

"Имперский главный маг…?"

Если его памяти можно доверять, то на тот момент был только

один человек, который мог занимать эту должность.

Не осознавая странной перемены в Джошуа, герцог Агнус

продолжил:

— Я не знаю, слышал ли ты когда-нибудь о нем, но Его

Величество Император очень любит его. Его зовут…

— «Эвергрант», — тихо пробормотал Джошуа, перебивая герцога

Агнуса. «Эвергрант фон Асвальд» — голос Джошуа зашипел, как зимняя буря.

Джошуа плюхнулся в постель, чертовски уставший. Его умственное и физическое истощение смешались воедино, образуя странное, будоражащее ощущение.

— Ах… Я действительно устал, — пробормотал он, сдаваясь богу сна.

События, произошедшие ранее, пронеслись у него в голове.

— Мой собственный отец… — слова герцога, казалось, заставили его сердце сжаться. Это было неприятное чувство.

“Да, верховный маг Эвергрант… Он будет здесь вместе с членом императорской семьи. Я уверен, это будет не сам Император, но личность королевской особы, о которой идет речь, не будет раскрыта до самого их прибытия – как я слышал, в целях безопасности. Но по какой-то причине у меня есть зловещее предчувствие, что эта «королевская особа» — это кто-то, кого я очень хорошо знаю.“

“Если это действительно Эвергрант и он...” — Джошуа прикусил губу. Беспокойство скрутило ему желудок; он беспокоился, сможет ли контролировать себя, если они встретятся лицом к лицу. На данный момент он не мог ничего сделать даже волоску на голове Эвергранта, не говоря уж о жизни самого мага — “Не стоит торопиться. Когда ты будешь стоять на вершине, опьяненный той жалкой эйфорией, которую ты называешь “победой” и “счастьем”, вот тогда мое копье найдет тебя. Просто подожди.“

— Ха-ха!… Даже ваше имя кажется горьким на вкус, кайзер фон Бриттен.

Имперские рыцари империи Авалон были отобраны мудрым императором Марком. Он был очень разборчив в их способностях; когда дело касалось рыцарей-тамплиеров, дворянские титулы были не более чем словами на бумаге, но с того момента, как человек присоединялся к имперским рыцарям, первым советом было забыть о титулах, потому что каждый был потенциальным мастером. Навыки ценились на порядок выше крови — даже рыцарь из баронской семьи мог превзойти по рангу сыновей герцогов, если доказал бы, что владеет мечом лучше.

В штаб-квартире имперских рыцарей в офисе 1-го батальона происходил тайный разговор.

— Приготовления идут полным ходом? — светловолосый мужчина средних лет с аккуратными усиками и благородным выражением лица был Джокером, командиром 1-го батальона.

— Да, конечно.

У молодого человека, который ответил, на щите была выгравирована цифра 9, а на голове дракона - цифра 2, что указывает на то, что он был вторым по силе в 9-м батальоне.

— Я получил от него известие.

Молодой человек вздрогнул.

— Это ваша миссия?

— Хм... Цель этого сообщения — убедиться, что молодой Агнус больше не сможет держать меч до конца своей жизни. (Ирония судьбы: Джошуа и так не держит меч, копья хватает – прим.пер.)

— Это из-за Ванессы. Не кто иной, как его... — по коже молодого человека пробежали мурашки, и он захлопнул рот.

— Помни, где ты находишься.… Следи за своим языком.

— Прошу меня извинить.

В глазах Джокера заплясали убийственные мысли.

— Слухи уже достигли его ушей. Ходят слухи, что в герцогстве появился бесспорный гений, который может превзойти даже Бабеля фон Агнуса. Было бы замечательно, если бы его можно было поставить на колени, но это невозможно, учитывая, что он Агнус. Он не хочет оставлять никаких семян, которые могли бы перерасти в неприятности в будущем.

— Да. Было бы лучше вытаптывать такие сорняки, пока они не выросли — молодой человек поднялся со своего места и отдал честь. («Не отдал честь, а исполнил воинское приветствие». Кхм, извините, не сдержался – прим.пер.)

Что очевидно, Джокера очень уважали, потому что он командовал самым сильным батальоном, но имперские рыцари отдавали честь только своим непосредственным начальникам. Указом самого императора было запрещено отдавать честь рыцарю из другого батальона, чтобы воспитать в нем дух соперничества.

— Теперь я удалюсь.

— Надеюсь, ошибок не будет.

— Всецело разделяю ваши надежды.

На следующее утро люди герцога собрались перед хозяином дома. Герцога Агнуса с обеих сторон окружали два его командира, включая Шифона.

— Он идет — Шифон выглянула из-за входной двери.

Вдалеке виднелся отряд, двигавшийся на большой скорости; золотой дракон и девятка, украшавшие их экипировку, ясно указывали на их принадлежность.

— При таких размерах... кажется, что действительно прибыл весь батальон, как и сказала императорская семья… Этот человек в белоснежной мантии впереди...

— Эвергрант…

— Он, кажется, привлек пристальное внимание императорской семьи. В конце концов, он владеет маной в свои девять лет — это был Армстронг, командир герцогской элиты.

— Ну что ж... — Герцог Агнус усмехнулся — Это действительно все?

Армстронг повернулся и проследил за взглядом герцога Агнуса.

— Этот мальчик?

— Бриттен…

— Вы имеете в виду... Принца? — все, кроме герцога, разинули рты.

—Четвертый принц… Кайзер.

—Боже мой. Боже мой — челюсть Армстронга дернулась.

Только Шифон сохранил самообладание.

— Это явное притеснение! Как молодому мастеру справиться с давлением как всего батальона и архимага, так и принца? — Армстронг первым пришел в себя. — Я беспокоюсь, что он будет слишком нервничать и допустит ошибку в присутствии принца.

Опасения Армстронга были понятны. Ошибка Джошуа могла повлиять на все герцогство Агнус.

— Интересное замечание. А что об этом думаешь ты... Джошуа?

— Герцог Арден фон Агнус приветствует четвертого принца Империи — герцог Агнус поклонился под пристальным взглядом четвертого Принца. Даже когда он преклонял колени, в нем чувствовались гордость и достоинство. Его вежливость не была ни чрезмерной, ни недостаточной.

— Для меня большая честь познакомиться с герцогом Агнусом, гордостью империи — Кайзер сошел с коня (мне очень не нравится, что «Кайзер» — это имя, при том, что «кайзер» - известный исторический термин, обозначающий некоторых императоров Германии. Но да, здесь это имя — прим.пер.)

Зрители были ошеломлены, когда принц Кайзер склонил голову с нежной улыбкой.

— Принц! — воскликнул смущенный Эвергрант. Каким бы высокопоставленным аристократом он ни был, четвертый принц был прямым потомком самого императора. Говорили, что дворяне относятся к герцогам и принцам почти одинаково, но для принца было неуместно относиться к герцогу как к равному.

— За нами наблюдают не только имперские рыцари, но и семья герцога, и ваши действия могут подорвать авторитет императорской семьи... — обеспокоенно прошептал Эвергрант на ухо Кайзеру. Его голос был тихим, но большинство рыцарей, включая герцога Агнуса, обладали сверхчеловеческим слухом. В глазах герцога промелькнуло любопытство.

— Если я, как бессильный четвертый принц, окажусь в подобной ситуации, то всю свою жизнь буду подвергаться насмешкам — Кайзер улыбнулся герцогу.

Герцог был слегка удивлен. Он не ошибся — первый и второй принцы обладали наибольшим влиянием и были наиболее вероятными кандидатами на трон. Даже у третьего принца, который был относительно ниже его по положению, было больше шансов занять трон, чем у четвертого.

— Я приношу извинения за внезапный визит, герцог Агнус. Я был назначен Императором и всего лишь выполнял его волю. Поэтому, пожалуйста, будьте добры, поймите мое незрелое поведение...

— Я не возражаю, принц...

“Странно, что во всей обширной Аркадии почти не говорят о четвертом Принце. Этот детеныш прячет свои когти…“ — герцог Агнус держал свои мысли при себе, как и Джошуа. Сам же Джошуа смотрел на Кайзера с горькой улыбкой на губах, как старик, вспоминающий о своем неудачном жизненном выборе.

“Это тот самый парень. Лицемер, который внешне притворяется, что не уважает себя, ведет себя как джентльмен и прикрывается всевозможными речами, но внутри является полной противоположностью. Сколько людей пролили кровь за эту фальшивую любезность? Сколько людей погибло за эту улыбку? Я был одним из них. В конце концов, мой верный хозяин предал меня, и моя жизнь исчезла в безымянной пустыне.… Но на этот раз все будет по-другому, Кайзер.“

Принц обратил свое внимание на Джошуа. Вздрогнув, когда их взгляды внезапно встретились, Кайзер выдавил из себя улыбку, хотя по его спине стекал холодный пот.

— Ха! Вы, должно быть, знаменитый молодой мастер Джошуа!

Джошуа не ответил, что побудило Вальмонта сделать шаг вперед. Он знал, что должен был сделать сейчас. Он был здесь, чтобы защитить не только жизнь императорской семьи, но и ее престиж. Прежде всего, это задание исходило непосредственно от Его Величества Императора.

— Если бы это был сам герцог Агнус, я бы, возможно, ничего и не сказал бы. Но как посмел бастард? — Выражение лица Вальмонта застыло. Он мгновенно обнажил меч, и остальные имперские рыцари схватились за свое оружие.

Рыцари герцога напряглись. Для них герцог Агнус был выше любого Императора. Когда их хозяину угрожали — они сражались, неважно, кем были их соперники — имперскими рыцарями или кем-либо еще.

—Нахал! — Вальмонт сжал свой меч в кулаке.

— Забавно! — Джошуа рассмеялся, и напряжение лопнуло, как мыльный пузырь.

— Ч-что? Вальмонт выпучил глаза.

— Над Империей не может быть двух солнц. Закон Империи Авалон гласит, что рыцарь может приветствовать только одного человека, за исключением своих сеньоров. В такой ситуации есть ли какая-либо причина, по которой я бы приветствовал так называемого “четвертого принца”?

Разве он не ребенок? У Вальмонта отвисла челюсть – он впервые обнаружил человека, который дерзил больше, чем он сам.

— Ни один другой рыцарь в империи Авалон не мог похвастаться такой мощью, как рыцари-тамплиеры. Кого еще они будут сопровождать, кроме императорской семьи?

— Вы утверждаете, что они должны предъявить указ Его величества, чтобы удостоиться вежливости?

— Какой дерзкий мальчишка!

— Какой грубый!”

— Как он смеет? Не так давно он убирал конский навоз, не так ли? Должно быть, он упал в навозную кучу и сошел с ума! — свита принца была в смятении.

“Над Империей не может быть двух солнц”. — на первый взгляд это казалось очевидным. Император Маркус фон Бриттен был центром их вселенной. Это выглядело как выражение бесконечного уважения, но в данных обстоятельствах было очевидно, что он имел в виду отказ уважать остальную Империю.

— Проклятье! — Джокер, чей крестообразный шрам побледнел на фоне покрасневших щек, в гневе выхватил меч. Все рыцари последовали его примеру, готовые убивать за своих хозяев.

— Стойте! — голос, наполненный маной, окутал все вокруг. Рыцари застонали от удара.

Герцог Агнус шагнул вперед с мрачным выражением лица.

— Демонстрируя такое отношение к принцу, вы что, хотите умереть? — его голос пробрал их до костей. Он обвел взглядом толпу, давая понять, что его проповедь была адресована не кому-то определенному. Даже имперские рыцари не смогли противостоять властности, звучавшей в его голосе.

— Это сила Девяти звезд… Это герцог Агнус... — на лице Вальмонта появилось восхищение.

— Рыцари! Вложите мечи в ножны!

— Так точно! — рыцари герцога повиновались беспрекословно.

— Мы стоим перед принцем! — Вальмонт пришел в себя и настойчиво крикнул: — Убрать мечи!

— Так точно!

Затем герцог Агнус обратился к Джошуа, стоявшего рядом с ним.

— Это произошло из-за ваших поспешных слов и действий. Извинись перед принцем.

Джошуа горько усмехнулся.

“Я прожил целых полвека, и все же… Я думал, что мой разум и тело достаточно выросли, но всё же мой разум подобен разуму ребенка. Когда ты так сильно презираешь кого-то, то теряешь самообладание…”

Джошуа собрался с духом, но принц Кайзер заговорил прежде, чем он успел сделать шаг вперед.

— Не обращайте внимания. Это уже сделано... Да и, сказать по правде, он не совсем неправ.

—Принц? — Эвергрант в замешательстве обернулся.

— «Молодой мастер Джошуа прав. Единственный человек, который заслуживает рыцарского приветствия — это не я, это мой отец, Его Величество Император» — принц Кайзер вежливо и доброжелательно улыбнулся — «Я в порядке, так что не волнуйтесь за меня, мои дорогие рыцари».

— Принц... — некоторые рыцари прослезились. Они подумали, что он отбросил свою гордость, чтобы разрешить бессмысленный конфликт. Однако на деле же принц солгал бы, если бы сказал, что он не был оскорблен.

— Кроме того, за рыцарей должны говорить их навыки... — Принц Кайзер улыбнулся Джошуа. — Я полагаю, вы хорошо осведомлены, молодой господин Джошуа?

Джошуа не смог удержаться от смешка. Кайзер действительно был умным оратором; он быстро овладел атмосферой и одним движением завоевал доверие своих подчиненных, а теперь плавно перешел к проверке Джошуа.

— Тогда позвольте мне подстроиться под ваш темп… — Джошуа отошел от герцога с язвительной улыбкой.

— Как только вы будете готовы

— Я вижу, вы будете дерзким ублюдком до конца... — Джокер выступил вперед с хитрой ухмылкой — Принц, командир батальона, я прошу вашего разрешения провести этот тест на ману.

— Джокер? — Вальмонт бросил обеспокоенный взгляд на герцога.

— Не волнуйся. Я просто хочу посмотреть, сможет ли молодой господин подтвердить свой уровень

— Хм... Разрешаю.

— Принц? — обеспокоенный Вальмонт повернулся к принцу.

— Сэр Джокер уже превзошел эксперта среднего класса ”Б", верно?

— Это...

Все собрались на самой большой тренировочной арене герцогства. Присутствовали свита Ардена фон Агнуса, четвертого принца Кайзера фон Бриттена и Архимага Эвергранта; поскольку это было самое грандиозное сооружение подобного рода в поместье, оно могло вместить всю толпу, причём места оставалось предостаточно, даже с полностью вооружёнными рыцарями на каждом углу.

Вальмонт сглотнул, увидев в толпе командиров герцога. Он впервые увидел этих выдающихся личностей воочию.

Двое мужчин стояли в одиночестве посреди арены, оценивая друг друга и позволяя зрителям оценивать их.

Вернее, один мужчина и мальчик.

— Ты готов?

Противником мальчика был Джокер, заместитель командира 9-го Имперского батальона. Увидев кивок Джошуа, он продолжил, — Испытание будет простым. Мы проведем три раунда в присутствии судей. Если кто-нибудь из них одобрительно кивнет в течение этих трех раундов, ты прошёл. Тебе не нужно слишком беспокоиться. Я буду использовать ману только на самом базовом уровне класса С…

Безразличие Джошуа заставило Джокера усмехнуться. Конечно, он не собирался идти ему навстречу. Была причина, по которой ему не нравился этот ребенок. Джокер даже не мог нормально мыслить в его присутствии.

— Не нервничай. Если случится несчастный случай, разве герцог, гордость Империи, не примчится сразу же?

— Да, думаю, что это так.

Джокер говорил с некоторой долей вежливости, потому что жители герцогства наблюдали за происходящим, но для Джошуа его снисходительно-покровительственное отношение было ощутимым. Имперские рыцари тоже это понимали и хохотали до упаду.

— Скажу ещё кое-что… — холодно ухмыльнулся Джошуа. Он не собирался отпускать Джокера. — ...Ты слишком много болтаешь. Ты ведь гордый рыцарь Империи, верно? Разве тебе не нужно следить за своим языком?

— Ты с ума сошёл?! Ты пожалеешь, что сказал это... — Джокер был в ярости, но ему пришлось замолчать; остальные имперские рыцари молчали. Выражение его лица было напряженным, но, тем не менее, гнев был очевиден. Джошуа только что оскорбил всех Имперских рыцарей.

— Если бы я сожалел об этом, я бы не стал тратить время на то, чтобы смеяться над твоей жалкой физиономией прямо сейчас, — захохотал Джошуа.

— Что?

— Я не настолько мягок, чтобы испытывать такие хрупкие чувства, как сожаление, даже в самых необычных обстоятельствах.

— Как по мне, ты сражаешься лишь языком, но никак не руками — взгляд Джокера был таким же острым, как лезвие отлично заточенного меча. — Я собирался слегка поколотить тебя, потому что на тебя так много смотрят… Но теперь я собираюсь сделать так, чтобы ты никогда больше не возьмешь в руки меч.

Джокер собрался было сделать шаг вперед, но внезапно остановился.

— Это оружие? — Когда он впервые увидел железный прут, лежащий на земле, он не обратил на него особого внимания. Он проигнорировал его и сосредоточился на своем противнике. Но когда он увидел, что Джошуа поднял прут, он нахмурился. — Что ты задумал?

— Мне не очень нравится тест. Я хочу немного изменить правила.

— Что ты имеете в виду? — Джокер закатил глаза.

— Скажем… если вы сделаете шаг назад после получения удара, вы проиграете. Как вам такое?

На арене воцарилась тишина.

Он что, безумен? Он что, пытается сразиться с рыцарем среднего класса? Даже сам герцог Ангус на секунду потерял свой беспристрастный вид.

— Ты дерзкий ублюдок со слишком большими амбициями… Я не знаю, талантлив ли ты или просто горд.

Но, когда Джокер задумался об этом, разве это не лучшая ситуация для выполнения работы? Это было намного лучше, чем делать что-то, что могло стоить ему гордости.

— Вы согласны с этим, командир батальона? — губы Джокера скривились в подозрительной улыбке.

— Ах, это... — Вальмонт был потрясен неожиданным поворотом событий.

Он взглянул на герцога Агнуса. Вальмонт был ответственен за проведение теста, но он не мог не посмотреть на герцога в поисках одобрения.

— Если вы так хотите, то почему бы и нет? — герцог, казалось, собрался с мыслями и резко кивнул. Вальмонт неловко улыбнулся и поднял руку, соединив большой и указательный пальцы в знак согласия.

— Я сделаю так, как ты хочешь. - Джокер свирепо ухмыльнулся Джошуа и принял сбалансированную стойку. — Нападай на меня первым.

“Какая хорошая погода! Я подумал… Я покажу этому нахальному парню ад на земле. В качестве дополнительного бонуса я покалечу его, чтобы он больше не дерзил. “

Хотя внешне в словах Джокера слышалось сочувствие:

—Испытание закончится, если я отступлю хотя бы на шаг — другими словами, с этого момента ты официально станешь рыцарем С-класса Империи Авалон.

Джошуа поднял железный прут. Движение было невероятно естественным, как будто железный прут был продолжением его тела.

Джошуа и герцог Агнус переглянулись.

— Если ты хочешь играть по-крупному, то либо выигрывай, либо возвращайся домой.

На лице Джокера появилось озадаченное выражение.

— Я думаю, что в случае проигрыша тебя следует слегка наказать… количество шагов, которые ты сделаешь назад, будет соответствовать количеству раз, когда ты будешь ползать по полу и лаять, как собака. Я хочу преподать тебе урок… Меня раздражает твоя величественная поза.

— Как собака, идущая по пятам своего хозяина... — Джошуа произнес эти последние слова одними губами, но Джокер без труда понял его.

— Давайте начнем! — Его лицо покраснело.

— Отлично. — Джошуа крепко сжал прут и выпрямился. Игривость на его лице внезапно исчезла, сменившись сосредоточенностью, похожей на транс.

Что это за чувство? Джокер был поражен неожиданным несоответствием. Он просто ребенок с амбициями… Даже если он гений, превосходящий даже великого герцога, он в лучшем случае всего лишь класса С… Но Джокер не мог понять, что это за зловещее чувство его посетило… Разве не это испытывал рыцарь, когда смотрел смерти в глаза на поле боя? Джокер чувствовал, как в воздухе витают призраки смерти.

В отличие от Джокера, Джошуа был немного встревожен.

“На этом уровне его все еще сложно использовать в молодом теле“

На лбу Джошуа выступили капельки холодного пота. Можно было сказать, что он устаёт, утомляется.

“Чтобы правильно использовать эту технику, я должен быть как минимум третьего уровня. Во взрослом теле это было бы легко, но…“

Джошуа не стоял на месте в своём развитии. Ему удалось освоить технику, о которой рассказывала Лугия; Джошуа прошел первую стадию техники Волшебного копья и достиг второй стадии.

Внутри все еще неспокойно. Подобно паразитам, две энергии в его теле все еще сражались. У него было достаточно самообладания, чтобы хоть немного контролировать их, загоняя в каждый уголок своего тела. Магия и божественная сила обычно были тихими, но они имели тенденцию бурно и непредсказуемо реагировать на ману Джошуа.

“На его использование уходит много времени, но оно обладает разрушительной силой…“ — Джошуа напрягся, как будто собирался немедленно броситься вперед, но после долгой паузы не двинулся с места.

— Сейчас неподходящее время для страха, малыш.

Джошуа даже не отреагировал на сарказм Джокера.

“С течением времени я постепенно увеличивал запас маны в своем теле. “

Три энергии, переплетенные и поглощенные, вырвались из пальцев Джошуа и обхватили железный прут.

“За исключением того единственного раза, я использую это во второй раз“ — Джошуа крепко зажмурился. — “Эй, что это такое?.. Это была просто иллюзия, или Джокер действительно почувствовал прилив огромной энергии?“

Джошуа бросил на Джокера смущенный взгляд и запустил в него железным прутом.

— Лугия…

Жезл с готовностью откликнулся на голос Джошуа. Его форма постепенно менялась, как будто он точно знал, что должен делать, — от обычного железного прут до необычного копья с раздвоенным наконечником.

— Артефакт? — герцог Агнус был поражен.

Оружие, которое меняет форму? Насколько он знал, только артефакты обладали особой силой. Более того, оружие такой необычной формы, вероятно, было древним.

— Возможно, испытание закончится уже в этом раунде, — произнес Джошуа нараспев.

Горячие искры, бегущие по копью, в конце концов собрались на острие.

Мана Джошуа, потерявшая свой ослепительный блеск, оставалась загадочной. Цвет маны определяется врожденным характером человека, но мана Джошуа была темно-синей, почти черной и чисто белой. Ни один из цветов не смешивался, как масло в воде.

— С ума сойти! — Джокер бросился восстанавливать свою ману.

— Сейчас…

Лугия рванулась вперед с оглушительной силой, оставляя за собой ослепительный белый след.

Джокер не мог поверить своим глазам. Разве мальчик не так же хорош, как сам Вальмонт? Он не ожидал увидеть подобные навыки простого мальчишки. В его голове прозвенел сигнал тревоги. Джокер крепко стиснул зубы. Его инстинкт подсказывал ему, что ему нужно пробудить собственную ману, чтобы защитить себя от маны, которую собрал Джошуа.

Сила, собранная Джокером, не была туманной или облачной; его мана была даже более глубокого и темного синего цвета, чем морские глубины – особенность маны рыцаря B-класса.

Никто даже не обратил на это внимание. Все взгляды были прикованы к мальчику напротив него — без сомнения, они чувствовали гнетущую атмосферу так же хорошо, как и он. Ссора между рыцарями C-класса и B-класса редко длится так долго. В обычных обстоятельствах сама по себе сила отталкивания могла бы причинить травмы... Но что это такое?

Глаза Джокера сузились. Как бы ни превозносились его навыки, мальчик был всего лишь рыцарем С-класса, а разрыв между классами был непроницаемой стеной. Однако никто не обратил на эту разницу внимания

Искры полетели; оружие столкнулось. Когда поток искр угас, Джошуа ударил ногой по земле.

"ЧТО?!"

Выносливость, необходимая для выполнения этих ударов ногами и бегом, была поразительной. Но, что произошло дальше, разрушило все ожидания.

Джошуа потянулся вперед, набрасываясь на Джокера. Его копье было слишком быстрым, чтобы его можно было отследить, оставляя белую полосу в глазах зрителей.

"Это слишком быстро! Я собирался контратаковать, но… против такой скорости? Его скорость ошеломляет!" — все, что Джокер смог сделать, это подставить свой меч. Лугия встретила меч Джокера, и небо задрожало. Рой белых огней вырвался из кончика копья Джошуа и разлетелся по всей арене.

Вальмонт был вынужден закрыть глаза.

"Это было настолько ослепительно, что я не мог продолжать смотреть. Это девятилетний мальчик? Это испытание, но его навыки… пригодны для боя!" — сбивающий с толку поток мыслей пронесся в голове Вальмонта. Он никогда прежде не видел кого-то более талантливого, чем он. Бабель фон Агнус, восходящая звезда Империи? Каким бы талантливым он ни был, он славился тем, что тренировался каждую минуту бодрствования; Вальмонт получил C-класс в том же возрасте, но он не торопился, наслаждаясь всем, что могла предложить жизнь. Джошуа был на уровень выше их только благодаря таланту.

Когда Вальмонт открыл глаза, чтобы выдержать угасающий свет, первое, что бросилось ему в глаза, был Джошуа фон Агнус. Красная кровь капала с его губ. Каким бы могущественным ни казался Джошуа, это было столкновение между B-классом и C-классом. Результат был ожидаем. Никаких неожиданных переменных теперь не возникнет.

"...Десять шагов". Джошуа вытер кровь с губ. "Ты сделал десять шагов назад".

Вальмонт был потрясен. Наконец он посмотрел на другую сторону арены: в отличие от Джошуа, который стоял в центре арены, как только начал, его соперник был отодвинут в дальний угол. Еще более невероятно то, что тому пришлось вонзить меч в землю, чтобы не упасть.

— Что это за ерунда? — голос Вальмонта был полон недоверия, и никто не мог возразить против его слов.

На арене было достаточно тихо, чтобы услышать, как пролетает муха. Большинство рыцарей просто тупо уставились на Джошуа и Джокера — даже Эвергрант, который мало что понимал в фехтовании, казалось, был загипнотизирован.

Тишину нарушил тихий хлопок.

— Я бы действительно пожалел, что не приехал сюда. — принц Кайзер фон Бриттен аплодировал Джошуа с широкой улыбкой, — Как принц Авалона, я признаю твой талант… Ты действительно станешь жемчужиной Империи.

На этот раз слова принца были искренними.

— Лорд Вальмонт, разве этого недостаточно для испытания? — Кайзер повернулся к все еще потрясенным рыцарям.

— Да? Ах…

— Даже с моими поверхностными знаниями фехтования я считаю, что молодой мастер Джошуа потрясающий.

— Да, конечно.

Вальмонт вытащил свой меч — это был не тот боевой меч, которым он обычно пользовался, а великолепно украшенное церемониальное оружие, подаренное ему Императором. Звук высвобождения его из ножен поразительно отчетливо разнесся по арене.

— Я, Вальмонт дан Браун, говорю по приказу Его Величества Императора, Солнца Авалона. — как один, Имперские Рыцари обнажили клинки. Их мечи были подняты в знак приветствия, а лица были суровыми и бесстрастными.

— Подойди, Джошуа фон Агнус, второй сын герцога Агнуса.

Джошуа сделал обеспокоенное выражение лица. Хоть он и не показывал этого, ему было трудно просто стоять — побочные эффекты от использования этой силы вызвали у него стресс, превышающий его возможности.

"Я не собираюсь подыгрывать этому фарсу, но…", — Джошуа стиснул зубы — «Я никогда не собирался показывать слабость. Все наблюдают, не говоря уже о жадных до талантов принца Кайзера и герцога Агнуса. Все мое тело горит от мести, когда я смотрел на Кайзера. Если я потерплю неудачу сейчас, будет ли у меня когда-нибудь шанс победить его?»

—Ты в порядке? — герцог Агнус подошел к нему. В его глазах ясно читалось беспокойство

Джошуа усмехнулся. Он никогда раньше не видел, чтобы герцог делал такое лицо.

— Я в порядке. — Джошуа осторожно направился к Вальмонту.

В зале было пугающе тихо, если не считать шагов Джошуа. Имперский 9-й батальон, рыцари Агнуса, Четвертый принц, Эвергрант, герцог Агнус — все взгляды были прикованы к маленькому мальчику.

В конце концов Джошуа гордо предстал перед Вальмонтом. Глаза Вальмонта дрожали, но голос его был тверд и торжественен.

Этот момент стал рождением самого молодого пользователя маны в истории Империи Авалон — нет, в истории всего континента.

— В соответствии с волей Его Величества, с этого момента я объявляю Джошуа фон Агнуса рыцарем C-класса!

На следующий день после испытания императорская свита вернулась в Императорский дворец. Конечно, принц Кайзер не уехал, не попытавшись соблазнить Джошуа своими сладкими обещаниями, на которые получал лишь туманные ответы

— Молодой господин Джошуа… нет, сейчас вы «сэр» Джошуа… Я не скажу, что хочу, чтобы вы стали моими сейчас. В будущем у меня будет много времени. Если вы случайно окажетесь в Аркадии, пожалуйста, не забудьте навестить меня. Это было бы большим подспорьем для вас».

— Я хотел бы спросить… о какой помощи вы говорите?

— В обход обычных экзаменов королевская семья может рекомендовать рыцаря к себе на службу. В отличие от экзамена, вас не обязывают к десяти годам службы… Другими словами, вы можете наесться медом и уйти, когда пожелаете…

"Очевидно, что я не должен это говорить как член королевской семьи, но я хочу, чтобы вы знали, что моя жадность к вам настолько велика" — пронеслось в голове у Джошуа, и он не мог удержаться от смеха. Однако, когда принц Кайзер одарил его доброй улыбкой, у него свело желудок. Если бы не Эвергрант и Вальмонт, Джошуа пронзил бы Лугией его лживый и грязный язык. Никакие два слова не описали бы принца лучше, чем «лицемерие» и «идиотизм».

Вопреки общеизвестным сведениям, Имперские Рыцари имеют более десяти батальонов. 11-й и 12-й батальоны — это рыцари, лично привлеченные королевской семьей.

Чем выше, тем опытнее были рыцари. Можно было даже бросить вызов командиру батальона… и как только человек становится командиром батальона, у него появляется возможность даже раз в год заходить во дворец, в котором находился скрытый от публики древний артефакт.

"Прежде всего, я должен разобраться с ситуацией прямо передо мной. В этой жизни… со мной не будут обращаться как с марионеткой. Я возьму это в свои руки".

Он стоял перед огромной и грандиозной дверью. Это был вход в самый большой конференц-зал поместья Агнус; сегодня собралась вся семья. Выражение лица Джошуа стало жестче, когда он схватился за дверную ручку.

Дверь со скрипом открылась.

Конференц-зал был сравним с залом суда Императорского дворца. Здесь герцог обсуждал большие и малые вопросы и проводил свои самые важные встречи.

Герцогство Агнус, одна из самых мощных военных сил Империи, разделило свою вассалов на рыцарей и дворян ниже графа, которые отвечали за администрацию, набор персонала и внешние дела.

Сегодня герцог провел очередное совещание со своими вассалами. Длинная очередь самых важных подданных герцога стояла по обе стороны роскошной красной ковровой дорожки, ожидая, пока он выступит. Сам человек восседал на сиденье, столь же богато украшенном, как императорский трон, погруженный в созерцание. Он просто молча смотрел на дверь затуманенными глазами.

"Следующий, пожалуйста. Только важные вопросы, поскольку мы все знаем, что приближается день возвращения герцога в столицу. Пожалуйста, воспользуйтесь этой возможностью, чтобы сообщить нам о самых важных вопросах, стоящих на повестке дня" — руководил процессом граф Анхель, считающийся правой рукой герцога Агнуса. Мужчина средних лет, впечатляюще мускулистый, тихо поднял руку.

— Сэр Армстронг, говорите.

— Наши отправленные люди внезапно вернулись.

Некоторые из собравшихся вассалов затаили дыхание. Корпус Золотой Гривы под командованием Армстронга, несомненно, были сильнейшим рыцарями Агнуса; их результативность не вызывала сомнений.

За исключением небольшого отряда, необходимого для защиты семьи, рыцари Агнуса были размещены за пределами территории. Герцог хотел, чтобы его рыцари получили практический опыт. Конечно, это была лишь незначительная часть их миссии: основной целью их посланий было понять динамику развития Империи, очистить от нечистых элементов, убить или похитить предателей и так далее; Несмотря на внешнюю гордость, они зачастую занимались грязной работой.

Возвращение даже не одного, а сразу двух подразделений вызывало массу вопросов.

— Во-первых… сообщалось, что ситуация в Чёрном лесу на севере резко изменилась. (прямой перевод – «Чёрный лес монстров», но, как по мне, «Чёрного леса» достаточно — прим.пер)

Черный лес, граничащий с владениями Агнуса на севере, был настоящим раем для монстров. Каждый раз, когда восходит кровавая луна, свирепые монстры спускаются, чтобы охотиться на людей. Это была одна из давних проблем герцогства.

— До сих пор гарнизоны могли справиться с этим самостоятельно, но по какой-то причине количество спускающихся монстров удвоилось.

— О Боже мой… Тогда их, должно быть, тысячи…

Армстронг утвердительно кивнул.

— Большая проблема в том, что вместе с ними появился черный огр.

—Черный огр…

В конференц-зале царило волнение. Черный огр, свирепый и одинокий зверь, был высшим хищником даже среди злобных монстров, населяющих окрестности. Его челюсти могли разорвать троллей, а толстая шкура могла выдержать любую магию ниже 3-го класса. Другими словами, только волшебник 4-го класса или рыцарь B-класса мог бросить ему вызов.

— Я позабочусь об этом, — сказал герцог Агнус. Шумный конференц-зал мгновенно стих. Здесь слово герцога Агнуса было законом: если он сказал, что позаботится об этом, вассалы не могли его слова подвергать сомнению. Это было одно из старейших правил герцога Агнуса.

Граф Анхель нарушил тишину легким кашлем.

— …Пожалуйста, расскажите нам о следующем деле, сэр Армстронг.

— ...Хорошо. Второе дело касается Пятого герцога.

— Пятый герцог? — на этот раз герцог Агнус был достаточно заинтересован, чтобы выпрямиться.

— Да, семья Понтье.

— Семья Понтье… — семья Понтье была самой богатой в Авалоне. Прежде всего…

Была ли у Чарльза и Кокса еще одна причина приехать сюда? Герцог Агнус некоторое время размышлял над этим.

— Давайте послушаем этот доклад потом, отдельно.

— Все в порядке — Армстронг отступил назад.

— Если у вас есть что добавить к повестке дня, пожалуйста, высказывайтесь» — граф Анхель твердо кивнул. Некоторые вассалы подняли руки и высказали свои опасения.

Финансовое состояние семьи, перемещение крупных сумм денег... Затрагивались разные темы, например, доклад о новом многообещающем рыцаре, но герцог Агнус оставался в стороне.

— Наконец-то у нас есть самый важный пункт сегодняшней повестки дня — в конференц-зале воцарилась тишина.

— Как вы все знаете, буквально вчера произошло нечто важное. Мастер Джошуа, которому в этом году исполнилось всего девять лет, был возведен в рыцари C-класса в знак признания его способностей. Он восходящая звезда герцогства. Говорят, что с точки зрения одного только таланта он превосходит даже мастера Бабеля, который считался лучшим талантом в Империи.

— Граф Анхель, не слишком ли это субъективно? — один из вассалов откровенно нахмурился.

— Да, граф Тлуман? Какую часть моего предложения вы бы назвали «субъективной»?

Граф Тлуман огляделся вокруг, прежде чем подняться со своего места. У него была густая борода и веселая манера поведения, делавшая его больше похожим на мародерствующего бандита, чем на аристократа. Однако, несмотря на свой грубый вид, он занимал одну из самых влиятельных должностей в семье — он был счетоводом.

— Я признаю, что талант молодого мастера Джошуа действительно заслуживает признания. Однако мы не можем с уверенностью сказать, сможет ли его талант превзойти даже Молодого Мастера Бабеля. Мастер Бабель строго практиковал с детства, а молодой мастер Джошуа только что пробудился к своей мане. Даже если они оба C-класса, несомненно, будет значительная разница — граф Тлуман продолжал, не подозревая, что Джошуа и Бабель уже проверили свою доблесть друг против друга. — Если это все, то я бы закончил. Но... разве вы не знаете? У молодого господина Джошуа определенно есть какие-то неясные обстоятельства.

Большинство вассалов герцога покачали головами. Некоторые из них согласились, некоторые неодобрительно покачали головами.

Граф Тлуман взглянул на герцога Агнуса; видя, что выражение его лица осталось стоическим, он снова открыл рот.

— Как вы знаете, не так давно мастер Джошуа был посторонним — большинство людей не узнали бы его лица. Он был далек от благородного воспитания, которое получил молодой господин Бабель — некоторые из присутствующих энергично закивали. — Однажды он появился и с головокружительной скоростью стал рыцарем C-класса. Учитывая его возраст, объяснить эту ситуацию становится еще труднее! Как он вообще достиг такого уровня? Даже если бы герцог руководил им круглый год, это была бы ухабистая дорога. Таланта недостаточно, чтобы объяснить это.

— Итак, что же хочет сказать граф Тлуман? — граф Анхель подтолкнул его перейти к делу.

— Я… — Граф Тлуман колебался. —я подозреваю, что молодой мастер Джошуа подчинил себе силу монстра.

— Что ты имеешь в виду под словом «монстр»? — граф Анхель опешил, но большинство, включая рыцарей, кивнули, как будто ожидали этого.

— Наверное, все это видели. Это неслыханное оружие, которое использовал молодой мастер Джошуа.

— Да…

— Оружие, меняющее форму. Насколько я знаю, единственные вещи, наделенные магической силой, — это артефакты. Даже я не видел такого оружия. Все деньги и сокровища, направлявшиеся в герцогство, проходили через руки графа Тлумана, то есть, мои руки, в том числе и те вещи, которые предназначались самому герцогу.

— У него была странная форма. Хотя внешне оно напоминало копье, я сомневаюсь, что копье могло бы содержать такую ​​огромную силу. По крайней мере, я видел это впервые.

— Я согласен с графом Тлуманом, — Шифон поднялся на ноги — У меня была возможность увидеть Молодого Мастера Джошуа немного раньше, чем у большинства собравшихся здесь. Тогда он выглядел настолько слабым, что я подумал, что у него врожденное расстройство маны.

Вассалы были в восторге.

— Те, кто присутствовал вчера, должно быть, почувствовали это. Жуткая аура, исходящая от Молодого Мастера Джошуа, когда он ударил лорда Джокера, была смешана с различными аурами, но в каком-то смысле она определенно имела сходство с магией.

— Магия! — публика взорвалась.

— …Другими словами, — с мрачным выражением спросил граф Анхель. «Сэр Шифон также считает, что молодой мастер Джошуа достиг этого состояния, позаимствовав силу монстра?»

Шифон кивнул без колебаний.

— Хорошо.

— Если это правда, то Молодой Мастер Джошуа…

— Черная магия и демоническая магия запрещены для…

"Это нанесет большой ущерб семье. Такое ощущение, будто я закрывал глаза на такое…"

Несмотря на волнения своих вассалов, герцог Агнус хранил молчание.

Затем плотно закрытые двери распахнулись, впустив маленького мальчика в конференц-зал. Мгновенно в зале стало достаточно тихо, чтобы услышать шаги его ножек. Герцог Агнус и его вассалы бросили на Джошуа странные взгляды.

— Монстр… — пробормотал Джошуа и холодно улыбнулся Шифону — Вы можете проверить это сами.

Собравшиеся были поражены словами, исходящими из его крошечного рта. Только герцог Агнус, глядя на него из-за стола, широко улыбался.

"Как долго ты будешь меня развлекать?"

Герцог Агнус усмехнулся, слишком тихо, чтобы кто-то еще мог это заметить.

— Что вы имеете в виду, молодой мастер Джошуа? — Шифон нахмурился, глядя на мальчика. Джошуа ухмыльнулся ему в ответ.

— Это правда. Разве ты не должен попробовать это сам? Посмотреть, действительно ли я позаимствовал силу монстра или нет? Ты можешь сказать, если мы сразимся, не так ли?

"Если я допущу ошибку… Мастер немедленно накажет меня" — челюсть Шифон сжалась. Согласие было невозможным, прямо на глазах у герцога. Вассалы, которые раньше повышали голос, теперь имели небрежные выражения лиц и держали губы на замке, как будто это не имело к ним никакого отношения. Они как стервятники. Шифон выругался себе под нос.

В бою на мечах… навыки мальчика… Шифон не хотелось этого признавать, но Джошуа не нужно было чудовищное оружие, чтобы быть монстром. Он видел, как Джошуа сражался с Бабелем. Мальчик, о котором идет речь, смотрел ему прямо в глаза с дьявольской улыбкой, танцующей на его губах.

— Что, ты не уверен в себе? Ха-ха… Разве один из командиров герцога не должен быть одним из самых храбрых?

Шифон обычно не отреагировал бы на такую ​​явную детскую провокацию, но что-то в этой ситуации заставило его кровь закипеть.

— Ты! — в глазах Шифона была ярость, но Джошуа смело ухмыльнулся ему.

— Хватит! — конференц-зал затрясся от наполненного маной голоса герцога Агнуса. — Шифон, тебе следует остановиться. Джошуа, тебе тоже нужно остановиться.

Шифон отступила назад, а Джошуа закрыл рот.

— Есть одна вещь, которую вы все, включая Шифон, упускаете из виду. Вы же не забыли, кто был там, когда оценивалась мана Джошуа, не так ли?

Сомнение в глазах его вассалов исчезло, сменившись пониманием.

— Я не верю, что рыцари нашей семьи чем-то уступали им, но… они лучшие рыцари Империи.

— Имперские рыцари…

Армстронг сравнивал их с Корпусом Золотой Гривы. С точки зрения чистой силы «Золотая Грива» был равен одному из пяти лучших батальонов Имперских Рыцарей — другими словами, они были более чем равны 9-му Имперскому батальону.

Но никто не может этого предсказать, пока они не встретятся друг с другом в бою. Тот факт, что Имперские рыцари-тамплиеры являются сильнейшими в Империи, не подлежит сомнению.

За вчерашним боем наблюдали не только Имперские Рыцари, но и Главный Имперский Волшебник Эвергрант и Мастер, одна из 9 Звезд Империи. Один из Имперских Рыцарей даже лично проверил боем Джошуа. Если бы он действительно использовал силу монстра, кто-нибудь бы это заметил. Ведь это самые необыкновенные люди Империи. Не говоря уже о том, что Джошуа пользовался величайшим вниманием герцога.

— Я считаю, что это должно разрешить спор. Есть возражения? — никто не ответил, их рты были закрыты, как будто этот вопрос вообще не поднимался.

— У меня нет сомнений. По моему мнению, это оружие вообще не было похоже на артефакт монстра. Но… — герцог Агнус перевел взгляд на Джошуа. — ...Это не значит, что на все вопросы даны ответы.

Мрачная, лишенная юмора улыбка герцога Агнуса, казалось, приковала Джошуа к месту.

— У меня есть много вещей, которые меня интересуют. Я хотел узнать о твоем внезапном росте, и я уверен, что моим вассалам тоже любопытно.

— Да! — Шифон радостно воскликнул. — О чем я так беспокоился? Если вы пожелаете, я с радостью раскопаю грязь этого мальчика.

Шифон умоляюще посмотрел на герцога Агнуса, но тот не удостоил его даже взгляда.

— Джошуа… Я отвезу тебя в столицу.

Герцог? — Шифон был сбит с толку, как и остальные вассалы — Ты повезешь его в столицу?

Это могло означать только одно.

— Если оставить в стороне вопросы, талант Джошуа неоспорим. Согласно обычаям герцогства, мы должны дать ребенку шанс.

"Этот черт...!" — Шифон сердито закусил губу. — "В тот момент, когда этот паршивец уйдет отсюда, это нарушит все мои планы. Если он был талантлив сейчас, то, когда он вернется через несколько лет… Молодой господин Бабель проиграет борьбу за престол! Я даже не хочу об этом думать… Это было совсем не надуманно, учитывая, как быстро он вырос до сих пор. Этот чудовищный талант может сделать всю мою силу бессмысленной… но нет смысла беспокоиться. Слова Мастера окончательны. Что еще я могу сказать?"

— Вы недовольны? — герцог посмотрел на Джошуа с легкой улыбкой, танцующей на его губах.

Очевидно, что поездка в столицу на данном этапе является огромным преимуществом. Но… Джошуа отбросил свои сомнения.

— У меня есть одна просьба.

— Что?

— Я хочу поехать в столицу с мамой.

— Это невозможно! — крикнул Шифон. — Если герцог поедет в столицу с мадам Люсией, что станет с герцогиней Ванессой?

— Что, если люди не будут смотреть? — голос Джошуа был холодным — Вы хотите сказать, что герцога должны волновать только эти эгоистичные причины?»

Шифон стиснул зубы, чувствуя, как атмосфера оборачивается против него. Опять же, он не мог сказать «Да». Ощущение того, что этот ребенок водит его, сводило его с ума.

— Я-я беспокоюсь только о том, что репутация герцога пострадает, если он будет отдавать предпочтение только мадам Люсии. — Шифон попытался, но не смог скрыть своего смущения.

— Закрой его. — герцог Агнус поднял руку.

— Да, герцог.

— Я позволяю.

— Спасибо, герцог. — Джошуа поклонился.

Герцог Агнус улыбнулся — поклон Джошуа был необычайно искренним.

"Он все еще не обычный ребенок. " — герцог усмехнулся про себя. — "Я не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я чувствовал себя так. Я никогда не сталкивался с этим с Бабелем или с этим «ребенком» из Красного Креста."

— Есть ли у кого-нибудь другое мнение по этому поводу? — герцог Агнус огляделся.

— Все по воле Мастера — граф Ангел поклонился первым. Даже Шифон последовал за ним.

— Тогда решено.

С этими словами герцог Агнус поднялся со своего места.

— Как только мы очистим Шварцвальд, мы отправимся в Аркадию. Все, что связано с вашими отчетами, должно быть завершено к тому времени.

— Понятно!

— Армстронг? Принесите отчет Понтье в мою комнату, как только он будет в порядке. А еще лучше, если возможно, возьмите с собой рыцарей из депеши.

— Будет сделано. — Армстронг поклонился.

— Джошуа, я хочу увидеть тебя в своей комнате, как только встреча закончится.

— Хорошо.

— Сегодняшнее заседание закрывается. — герцог Агнус пошел вперед с удовлетворенной улыбкой.

— Подождите минуту! — громкий голос проскользнул в открытую дверь.

Человек, вышедший из-за двери, ошеломил всех присутствующих.

— Мо-молодой господин Бабель, — заикаясь, пробормотал Шифон, увидев Бабеля в двери. Бабель несколько дней находился в своей комнате без еды и воды, начиная со второй ссоры с Джошуа. Конечно, Шифон не знал причины его заключения и был вынужден смотреть на закрытую дверь Бабеля, схватившись за грудь. И все же он был здесь, аккуратно одетый.

— Бабель фон Агнус прибыл, чтобы поприветствовать герцога. — Бабель поклонился. Герцог Агнус какое-то время задумчиво смотрел на него, прежде чем одобрительно кивнуть.

— Некоторое время я не мог показаться… и прошу прощения за это. И все же я опоздал на эту встречу. Прошу прощения. Мне нужно было время, чтобы подумать.

Взгляд герцога впился в Бабеля, заставив его наклонить голову.

— Тебе есть что сказать здесь?

Бабель не ответил герцогу — вместо этого его взгляд был обращен куда-то в другое место.

— Хорошо? — Джошуа, внезапно ставший объектом всеобщего внимания, озадаченно посмотрел на Бабеля. — У тебя есть что мне сказать?

— Достопочтенный Джошуа! — сердито кричал Шифон — Здесь наблюдают! Молодой господин Бабель здесь однозначно ваш начальник! Пожалуйста, будьте вежливы.

— Ха! — Джошуа ехидно ухмыльнулся. — Значит, вы его представитель?

— Что-!?

— Я всегда думал о тебе, как о верной собаке Бабеля… Ты знаешь, что единственный человек здесь, который должен получить твою преданность, это герцог, не так ли?

— Какая шутка! Я говорю это только потому, что Молодой Мастер, кажется, не знает наших законов и этикета! — крикнул Шифон, чтобы скрыть свое замешательство.

Внутри семьи существовали невидимые границы, которые не могли пересечь даже рыцари. Герцог хотел, чтобы их мысли были заняты только собственным обучением.

— Любой человек достоин восхищения, если у него есть навыки; если вы хотите, чтобы ваше мнение было известно, говорите своими навыками, а не словами — разве это не тот «закон», о котором вы говорили?

— Это… — Шифон выглядел так, будто сейчас вскипит. — Я не могу вынести того, как этот мальчик выглядит так, словно он полностью сломленный.

— …Я в порядке, сэр Шифон.

— Молодой мастер?

— Это вовсе не была ложь, не так ли? — Бабель горько улыбнулся.

Что это значит? Вассалы вздрогнули от удивления. Действительно ли Молодой Мастер Джошуа победил Молодого Мастера Бабеля? Как это произошло?! Этот парень был не так прост…

Герцог Агнус был не менее удивлен. Кажется, он не стоит на своем эго, как это было некоторое время назад. Губы герцога нежно скривились.

— Хорошо.

— Говорите своими навыками… — Бабель посмотрел в глаза Джошуа и осторожно заговорил. —Вот что я действительно чувствую сейчас.

"Его глаза… Я видел это раньше. " — Джошуа разразился смехом. Сразу после их второго матча у Бабеля был взгляд тухлой рыбы.

— Я… поднимусь выше, — пробормотал Бабель, словно гипнотизируя себя. — Не думай, что я буду просто смотреть снизу.

— Делай, как хочешь, — последовал легкомысленный ответ Джошуа.

—Герцог. — Бабель обратился к герцогу Агнусу.

— Да, пожалуйста, говори.

— Я желаю, чтобы с этого момента… — Бабель колебался, но затем, казалось, нашел свою решимость. — …Я надеюсь, что место наследника будет освобождено.

Конференц-зал мгновенно взорвался.

— Место освободилось?.. Честное слово!

— Граф Бабель? Вы хотите сказать, что даже откажетесь от своей должности? (Бабель - старший сын герцога, которые в основном носили в качестве «титула учтивости» графский титул. Я понимаю, что это у нас в Средневековье так, но в источниках используется что-то вроде Prince, которое надо как-то перевести — прим.пер)

— Почему?

Бабель был официальным наследником герцога Агнуса. До появления Джошуа у герцога Агнуса не было других сыновей; при «совершенном» таланте Бабеля его положение было неоспоримо даже при появлении Джошуа. Мальчик происходил из императорской родословной, а бастард — от служанки. Пропасть между ними была слишком велика, чтобы ее можно было измерить. И все же Бабель заявил, что добровольно покинет свое место.

Имя Агнусов значило весьма многое. Герцогство одной из трёх великих держав континента. Надо быть сумасшедшим, чтобы в одиночку отказаться от такой власти — по крайней мере, так думали вассалы.

— Когда внезапно появился твой чудовищный младший брат, ты исчез? — сурово спросил герцог Агнус.

— Нет. — Бабель без колебаний покачал головой. — Я просто хочу соревноваться честно. Если место предназначено для меня, оно будет моим; не нужно суетиться.

Улыбка герцога Агнуса стала шире, когда он посмотрел в непоколебимые глаза Бабеля.

— Я подумаю об этом.

— Благодарю. — Бабель с благодарностью кивнул.

"Такое ощущение, что все понемногу меняется." —мириады эмоций промелькнули в глазах герцога, когда он смотрел на своего сына. — "Не знаю, какую форму это примет, но не думаю, что это плохо."

"Все это…" — взгляд герцога Агнуса обратился к одному человеку — "В центре всех этих перемен стоял мальчик. Другая моя кровь, с такими глубокими глазами, что они не выдавали ни одной из его мыслей. "

Герцог Агнус улыбнулся. Джошуа вздрогнул, но не отвел взгляда.

— Я с нетерпением жду будущего, — пробормотал он, когда они проходили мимо.

Затем герцог Агнус вышел за дверь.

Через несколько часов после окончания встречи леди Агнус отдыхала после прогулки.

—Что ты говоришь? Ты сейчас шутишь надо мной? — Ванесса выглядела так, будто могла кого-то убить.

— Я определенно нет, герцогиня.

— Моя голова болит. — Ванесса прижала ладони к виску.

— Герцогиня! — Шифон бросился вперед, чтобы поддержать Ванессу.

— Когда я услышала, что мой дядя потерпел неудачу, я почувствовала абсурдную злость. Но в другом уголке моего сердца закралась неведомая тревога… и теперь… — Ванесса закусила губы настолько сильно, что пошла кровь. —…это стало реальностью.

— Герцогиня!

— Ты знаешь, что Бабель — мое все, да?

— Да, я знаю, — торжественно ответила Шифон. — Мне очень жаль, я должен был сделать все, чтобы остановить Молодого Мастера.

— Этот мальчик… — Ванесса покачала головой. — Я знаю лучше, чем кто-либо другой, что он унаследовал это упрямство от своего отца… Ты ничего не мог с этим поделать.

Ванесса схватила свои огненные волосы и выпрямила спину.

— Вы не сможете сделать то, что не смогли сделать Имперские Рыцари. — лицо Ванессы стало зловещим, а глаза похолодели.

— Но… Это маловероятно… Но, если этот ребенок выйдет за рамки простой угрозы положению Бабеля… Я обращусь к нему напрямую.

Шифон на мгновение напрягся, прежде чем тут же склонить голову. Никто не был бы рад, когда сама герцогиня сделала ход.

— Не волнуйтесь. Этого не произойдет.

— Да, я тоже на это надеюсь, — пробормотала Ванесса, глядя в окно. — Итак, каковы планы на будущее?

— Завтра герцог отправится в поместье Локков.

— Поместье Локков?! Что он будет делать на этой бесплодной земле?

В отличие от прекрасных пейзажей, которые она видела сейчас за окном, поместье Локков представляло собой бесплодную землю в плодородном герцогстве. Он находился в самом северном районе их территории — примерно в двух днях пути от особняка.

— Сообщалось, что монстры Шварцвальда снова бесчинствуют, поэтому герцог сам направляется туда… Два молодых мастера также будут сопровождать его».

— Бабель тоже? — удивленно спросила Ванесса.

— Да. Я думал, что он возьмет с собой только молодого мастера Джошуа, но… Ближе к концу встречи молодой мастер Бабель тоже вызвался.

— Разве это не опасно? До меня доходили слухи, что монстры в Шварцвальде в эти дни стали особенно свирепыми. — беспокойство исказило лицо Ванессы.

— Вам не стоит об этом беспокоиться — герцог лично им поможет.

Ванесса кивнула.

— Но когда он вернется?

— Это будет зависеть от ситуации в Шварцвальде, но, по крайней мере, неделя или больше, учитывая время, потраченное на дорогу туда и обратно.

— Когда он вернется, он поедет прямо в столицу с Люсией и ребенком? — Ванесса стряхнула задумчивое выражение и подняла глаза.

— Возможно.

— Скажи ему, что мы пообедаем, прежде чем они уйдут… Я сам скажу Люсии.

— Понял. — Шифон коротко поклонилась и ушла.

Глаза Ванессы сверкали ярче, чем когда-либо, когда она смотрела ему вслед.

Девушка сидела на террасе второго этажа, медленно попивая чай, и вопросительно смотрела. Шарле, чьи волосы горели, как огонь, посмотрел на край террасы, откуда доносились голоса.

— Кокс? — когда Чарльз обнаружила, что Кокс смотрит на нее с раскрасневшимся лицом, она наклонила голову.

— Принцесса! Это чрезвычайная ситуация! Я должен тебе кое-что сказать!

— Сначала успокойся, Кокс, а потом говори.

— Вчера здесь был зарегистрирован рыцарь С-класса! Да! Прямо здесь!»

— Кокс, пожалуйста. Ты, должно быть, забыл, что это поместье Агнус — они славятся тем, что выпускают великих рыцарей. Такая суета из-за какого-то рыцаря класса С? Ха. Я ожидала от тебя большего. — Вместо того чтобы обрадоваться, Чарльз просто нахмурилась.

— А что, если я скажу, что этому рыцарю было всего девять лет — он даже моложе принцессы?

— Что?! Ни за что!

— Да! Молодой мастер Джошуа наконец-то был признан Императорской семьей! Теперь он законный пользователь маны!

— Ну, хорошо, допустим.

— Разве ты не удивлена? — Кокс был озадачен такой вялой реакцией Шарле. — Ты уже довольно долгое время заперта в своей комнате, поэтому я думал, что новости не долетят до тебя так быстро, но, полагаю, ты уже знала?

— Нет, на самом деле впервые об этом слышу — покачала головой Чарльз.

— Тогда почему ты так странно реагируешь?

— Сам ты странный, Кокс. Для нас это не новость, ведь мы уже знали его талант.

— Да, но это отличается от такой неформальной оценки. Официальное признание Империи означает, что он будет известен по всей Империи Авалон как самый молодой пользователь маны в истории!

Лицо Кокса скривилось от разочарования. Его жизнь вращалась вокруг денег; он редко думал о рыцарях как о чем-то большем, чем о цифрах в своей чековой книжке. Для него деньги обладали безграничным влиянием, но такой удивительный талант был совсем другой историей.

Что произойдёт, когда мир узнает о невероятном таланте Джошуа? Очевидно, что мир не оставит Джошуа в покое, и Кокс знал это лучше, чем кто-либо другой.

— Честно говоря, когда принцесса впервые проявила интерес к молодому мастеру Джошуа, у меня голова была тяжелой. Тогда он был просто внебрачным сыном герцога с некоторыми проблесками таланта — или так казалось. Но сейчас все явно по-другому. Никогда в истории не было пользователя маны моложе десяти лет.

Шарле молча смотрела на него, заставляя Кокса чувствовать себя несколько неловко.

— У семьи Понтье много денег и славы. Однако даже самый талантливый человек может сделать с ними не так много... Иногда деньги не являются решением.

— Что это? — Любопытство промелькнуло на лице Шарле.

— Знаешь, зачем твой отец послал нас обоих сюда?

— Должно быть, он послал меня сюда, чтобы я что-то сделала с братом Бабеля, — горько пробормотал Шарле.

— Частично ты права. Но правильный ответ другой. — Кокс покачал головой

— И какой же?

— Важнее всего то, почему он хотел, чтобы Принцесса и молодой мастер Бабель были вместе: Король Наемников. Никто не думал, что он будет с Маркизом Кромбелем.

Шарле нахмурилась.

Варварский Король Наемников: мастер меча простого происхождения с навыками Рыцаря А-класса. Нет, гораздо точнее было бы его назвать Мастером Топора — он держал в одной руке топор размером со взрослого человека и с ним прокладывал себе путь через континент, собирая наемников по пути. Потому-то его и называли Королем Наемников. Большинство ставит его чуть ниже Девяти Звезд — на самом деле, он мог бы быть одним из них, если бы захотел.

К несчастью для семьи Понтье, ходили слухи, что у Короля Наемников были тайные связи с Маркизом.

Маркиз Кромбель был вторым по богатству дворянином в Империи Авалон после Герцога Понтье. Глава семьи жил в том же районе, что и Понтье, поэтому они неизбежно время от времени сталкивались. В последнее время их столкновения усилились; теперь они достигли точки, когда война могла вспыхнуть в любой момент.

— Если эти слухи не соответствуют действительности, это не имеет значения, однако, если наоборот, то мы ничего не можем с этим поделать, — сказала Шарле с серьезным выражением лица. — Я не в том положении, когда могу рассказать окружающим о своей ситуации.

— Вы сами всё прекрасно понимаете, принцесса. — Кокс мягко улыбнулся и кивнул.

Обе семьи были тесно связаны с торговцами и поэтому были очень чувствительны к слухам. А что, если пойдут слухи о войне между их семьями? Клиенты отреагируют плохо, а конкуренты набросятся на обоих. Императорский дворец запрещает необоснованных войн, но расследование, которое они отправят, само по себе было проблемой. Поэтому борьба между двумя семьями оставалась в тени.

— Если произойдет территориальная битва, за ней будет наблюдать весь мир. Лучшим решением будет закончить работу в кратчайшие сроки… В конце концов, весь вопрос в том, как быстро вы сможете дать отпор своему противнику.

— «Деньги — не решение»... Ты имел в виду Короля наемников?

— Ты действительно дочь семьи Понтье. Сразу всё понимаешь. —Кокс кивнул.

— Вот почему они пытались наладить отношения с братом Бабеля… Если это получится, Кромбеллы не смогут усидеть на месте.

— Да, именно так.

— Мне тоже нравятся сильные люди, но, узнав правду, я не могу не чувствовать горечи…

Он ошибся или эта свободолюбивая девушка в какой-то момент повзрослела? Тогда… он станет краеугольным камнем этой операции?

— Разве мы не можем просто попросить его о помощи?

— Навряд ли… Разве ты не знаешь, что это странная ситуация? Это Король Наемников. Я не думаю, что им движут исключительно деньги, так что это не чрезвычайная ситуация. Я не считаю, что нужно сначала кланяться и просить о помощи. — увидев, что от этих слов на лице Шарле не дрогнул ни один мускул, Кокс вздохнул. — Так думают старейшины семьи... Возможно, ты еще не понимаешь этого, Принцесса, но для дворянина нет ничего важнее его гордости — тем более перед более высокопоставленным дворянином.

— То есть ты хочешь сказать, что не согласен? — Шарле подняла глаза. — По крайней мере, я не делаю ничего глупого, что поставило бы мою гордость под угрозу во время семейных проблем.

— Ты так говоришь, но… Я же знаю тебя, Принцесса. Ты притворяешься, что тебе интересно, но на самом деле тебе совсем не нравится молодой мастер Бабель. Я долгое время служу тебе и надеюсь, что твоя жизнь не будет принесена в жертву во имя твоей семьи.

— Кокс… — Чарльз выглядела тронутой.

— Но… Я говорю как вассал семьи Понтье, этот кризис нельзя игнорировать. Я хочу, чтобы вы серьезно поговорили хотя бы раз, если вы оба готовы. На какое-то мгновение ты как-то по-другому вела себя, когда имела дело с молодым мастером Бабелем против молодого мастера Джошуа. В этом не было ничего странного — я чувствовал, могу ли я сказать, «искренность»? — Кокс почесал голову. — Мне жаль, если я ошибся… Это действительно большая неудача, что у них есть второй ребенок, причём с таким беспрецедентным талантом. Но не беспокойся слишком сильно об этом — я сказал это только из жадности.

— Нет, Кокс. — тусклые глаза Шарле вдруг загорелись. — Прежде чем мы уйдем… Организуй встречу с молодым мастером. Когда этот ребенок будет доступен... Я надеюсь, Кокс будет настолько любезен, чтобы организовать ужин для нас двоих.

Выражение лица Кокса прояснилось.

— Будет организовано в лучшем виде! — Кокс поклонился и отошёл от террасы.

Это действительно нормально? Шарле, оставшись один на террасе, позволила беспокойству проявиться на ее лице. Кокс не знал, но Шарле все еще не могла забыть, как отреагировал этот ребенок. Её вздох тихо разнесся по террасе.

Отец и сын сидели друг напротив друга в герцогской комнате.

— Ты понимаешь, почему я это сказал? — герцог Агнус первым нарушил молчание.

— Вы не хотите, чтобы семья истекала кровью; битва за престол — это не только дело наследников. Многие будут брошены в мясорубку — если бы это было в моих силах, я бы сделал так, чтобы никто не пострадал.

Герцог Агнус изучал лицо Джошуа, понимая, что тот прав, и не говоря ни слова. Ранние таланты Джошуа заставляли герцога любить его все больше и больше.

— Между уверенностью и высокомерием — в конце концов, герцог усмехнулся. — В этом смысле ты неплохо справляешься. Но теперь, прежде чем ты отправишься в Аркадию, тебе придется отказаться от имени «Джошуа фон Агнус».

— Эм…

— Могу ли я подарить кое-что? — герцог Агнус протянул что-то Джошуа.

— Это…

Экспедиция в Чёрный Лес Монстров была собрана в кратчайшие сроки, и во главе был сам герцог Агнус. Экспедиция была весьма скромной для группы герцога Империи — в ее состав входило всего сто человек, включая Армана, единственного волшебника 4-го класса в Герцогстве, Красных Рыцарей и двух Молодых Мастеров.

Естественно, вассалы, особенно командующий Корпусом Золотой Гривы Армстронг, были категорически против. Если бы что-то случилось с герцогом, проблемы были бы у всего герцогства.

— Кто кого защищает? — Герцог Агнус с лёгкостью заставил замолчать несогласных. Он допускал к участию в экспедиции только самых сильных; Фактически, первоначальный план заключался в том, чтобы герцог взял только двух своих сыновей, но из-за сопротивления подчинённых был вынужден пойти на уступки.

— Нельзя отрицать, что он великий человек, — пробормотал Джошуа, наблюдая, как герцог Агнус идет впереди него. Он был плохим отцом, но великолепным военачальником — его личность сама по себе была превосходна, не говоря уже о способностях герцога Агнуса. Нынешняя аристократия до мозга костей была заперта в своем кольце привилегий, и лишь немногие люди относились к своим подчиненным как к настоящим людям. Скорее всего, поэтому под ним собралось так много людей.

Джошуа возился с маленьким кольцом, которое накануне подарил ему герцог Агнус. Это было одно из Колец Деона, семейная реликвия. Это кольцо размером меньше сустава пальца было создано Мастером Магической Башни за огромные деньги и было известно как «Шедевр магов», но его функция была проще, чем можно было подумать: вливание маны в кольцо моментально окутывало владельца бронёй, а также усиливало магию и давало возможность игнорировать магию ниже определенного уровня. (Чуете эту подготовку к проблемам? Я чувствую - прим. пер.)

Все существующие Кольца Деона были разделены на ранги, аналогичные рангам рыцарей. Даже Кольцо Деона C-класса стоило как целый замок. Впрочем, просто за деньги их нельзя было купить — создатель продавал их только дворянам, чья репутация соответствовала их деньгам.

"Позже Рыцарь сделал кольцо настолько популярным, что оно стало необходимостью… но это было очень давно. Важно то, что…" — Джошуа неловко взглянул на кольцо в своей руке. Золотая кайма вокруг безупречно белой основы и фиолетовый блеск в центре вызывали восторг.

"…это Кольцо Деона принадлежит к классу А"

Для полного понимания ситуации: во всей Империи Авалон было менее десяти Колец Деона А-класса.

В каждой семье было как минимум два кольца: одно, конечно, предназначалось главе семейства, другое же, как правило, предназначалось для наследника семьи, хотя бывали случаи, когда дворяне и императорская семья дарили вторые Кольца Деона своим самым доверенным рыцарям.

Однако ни одна семья на континенте не могла похвастаться двумя кольцами Деона А-класса — второе кольцо семьи всегда было рангом ниже, чем кольцо, которое носил глава. И все же Кольцо Деона А-класса лежало на ладони Джошуа.

— Это...-?

— Это колечко — Кольцо Деона… Оно не мое, конечно. Было время, когда я помогал Мастеру, и он дал мне это. Он сказал, что я должен отдать это своему ребенку, когда он родится. Я не буду вдаваться в подробности, как оно работает… просто положи сюда немного своей маны, и ты все поймешь.

— Это… Кольцо Деона — разве этот артефакт не должен был быть передан преемнику?

— Ты неправильно меня понял, — герцог Агнус расхохотался, — Я не отдаю это тебе. Я просто… скажем так, одалживаю это. В противном случае оно просто сгнило бы в закромах.

Джошуа был ошеломлен. Он не мог поверить, что герцог будет относиться к такому драгоценному артефакту как к обычному продукту.

— Ну, и это, кстати, еще не все. Доспехи, которые создает Кольцо Деона, несут на себе знаки семьи, к которой оно принадлежит. Просто я очень ненавижу, когда кто-то жаждет моего. Если ты поедешь в Аркадию, тебе придется отказаться от своего имени и фамилии Агнусов. Ты будешь... Ммм, просто наследник анонимного рода. И да, было бы хорошо придумать себе хорошее имя.

Джошуа вздохнул. Почему ему придётся скрывать свою личность? Должно быть, по той же причине, по которой герцог «одолжил» ему кольцо: это был лучший способ предотвратить любые осложнения.

"Я не думаю, что он вообще думает о моем обучении" — Джошуа горько ухмыльнулся. Действительно, герцог был словно выкован из железа, впрочем, как и вся семья. У него не было свободного времени, чтобы заботиться о Джошуа. Но он был прав: ему придётся скрыть свою личность.

"Если кто-то из благородных кровей попытается меня ударить, мне следует использовать Кольцо Деона. «Не связывайся с Агнусами», — вот какое послание герцог оставил возможным обидчикам, подарив мне кольцо. Императорская семья не осмелится иметь со мной дело, зная, что я - Агнус..."

— Ты обижаешься на меня?

Джошуа поднял голову, чтобы увидеть источник тихого, но властного голоса. Тогда герцог впервые обнажил свои эмоции перед ним... а затем так же быстро скрыл.

— Знаешь что? Давай просто выйдем.

Джошуа отсалютовал герцогу и быстро вышел из комнаты.

"Обижен ли я?" — Джошуа задумался, тихо повторяя слова герцога, — "Обижаюсь ли я на герцога? Честно говоря, я не знаю"

Воспоминания Джошуа о его прошлой жизни словно растворились в тумане. Он уже определенно не хотел, чтобы герцог умер напрасно.

Прошу прощения, на переводчика нахлынули экзамены, олимпиады, учёба, скука, депрессия и другие хобби, а также он уже несколько месяцев как не заходил на либ вовсе. Как регулярно будут выходить переводы, не могу сказать, но чаще, чем раз в полгода

Подобно тому как магия обладает своими уникальными свойствами, в первозданные времена существовали предметы, наделенные духом самого истока мира. Волшебники предполагали, что для каждой стихии — воды, огня, ветра, молнии и льда — существует свой первородный камень. Однако за всю историю людям суждено было найти лишь пять таких артефактов, да и те явят себя миру еще очень нескоро.

Камни Истока были поистине бесценным сокровищем для магов: они способны были возвысить заклинание 1-го Круга, вроде «Огненной стрелы» или «Ледяной стрелы», до разрушительной мощи 3-го Круга — уровня «Огненного копья» или «Ледяного пика». Но были ли они полезны исключительно чародеям? Вовсе нет. В прошлой жизни Джошуа один рыцарь совершил воистину грандиозные подвиги, используя силу именно такого Первородного Камени.

«Рыцарь Алого Пламени, Улабис», — прошептал про себя Джошуа, восстанавливая в памяти образ этого человека.

Один взмах его меча мог расколоть землю надвое. Из единственного выпада его клинка вырывалось целое море огня, поглощая мир бушующим пожаром. Сама воплощенная битва, он проносился по рядам врагов подобно стихийному лесному пожару. И хотя он обладал сокрушительной мощью, всеконтинентальную трепетную славу ему принесла совсем иная причина.

«Тран — единственное княжество на континенте — в будущем завоюет независимость от Империи Сволоу и станет суверенным королевством. И человеком, который своротит горы ради этой цели, станет именно Рыцарь Алого Пламени, Улабис».

Независимость Княжества Тран окончательно разрушит сложившийся статус-кво между тремя великими державами, семью средними королевствами и двумя малыми государствами континента.

Каким бы выдающимся воином ни был человек, сокрушить в одиночку великую державу уровня Империи Сволоу казалось немыслимой задачей. Именно поэтому авторитет Улабиса в сердцах людей поднялся на абсолютно недосягаемую высоту.

«Улабис взошел на трон как первый король Королевства Тран, а затем превзошел Двенадцать Сверхлюдей и занял первое кресло среди Девяти Звезд континента».

Он был идеальным воплощением Абсолюта: проницательным, искусным и абсолютно непобедимым. Еще в детстве талант Улабиса к фехтованию оказался слишком тесен для скромного княжества — он выделялся даже по меркам великих империй, полностью оправдывая статус одного из сильнейших среди Девяти Абсолютов.

Его нарекли «магическим мечником», однако сам он лишь скептически качал головой в ответ на заявления рыцарей, утверждавших, что подобное совмещение невозможно. Многие задавались вопросом, не является ли он первым и единственным в своем роде уникальным сверхчеловеком, но когда его секрет наконец раскрылся, мир пришел к выводу, что вся история о «магическом фехтовании» была лишь красивой иллюзией.

Как выяснилось, Улабис просто черпал силу из красного Каменя Истока — артефакта, насквозь пропитанного стихией первородного огня.

— Тип стихии не имеет значения, — тихо пробормотал Джошуа, и на его губах заиграла едва заметная улыбка.

Их не даром прозвали «Камнями Истока» — они вбирали в себя первозданную энергию самого начала времен. Эти артефакты накапливали мощь на протяжении неизмеримых веков, скрытые от взора и рук смертных. Трудно было даже вообразить, какую исполинскую силу в себе таили эти камни.

— Стой! — громогласный клик в голове колонны заставил мальчика очнуться от раздумий.

Перед экспедицией предстал небольшой замок, выстроенный с явным уклоном в сугубый практицизм: замковый комплекс господина земель Локк, непосредственно граничивших с Черным Лесом Монстров.

— Чтить Великого Герцога! — по команде мускулистого рыцаря средних лет солдаты замка Локк как один чеканили салют, высоко задрав подбородки.

— Вольно, — Герцог Агнус легко спешился и шагнул навстречу командиру. — Давно не виделись, Робен.

— Так точно, Ваша Светлость, — отозвался тот.

Герцог Агнус мягко улыбнулся:

— Я всегда чувствую вину перед теми, кто несет здесь службу… И особенно перед тобой. Даже выйдя на покой, ты продолжаешь терзать себя в этой бесплодной глуши, — в голосе Великого Герцога прозвучало искреннее сожаление.

Робен, этот выглядевший довольно старым рыцарь, верой и правдой служил Герцогу десятки лет в качестве старшего офицера Ордена Клевера — одного из семи рыцарских корпусов, находившихся под прямым командованием дома Агнус. На покой он ушел совсем недавно, и Герцог с особым теплом относился к нему за преданность и верность.

— Для меня огромная честь помогать Вашей Светлости даже своими скромными силами, — ответил Робен с добродушной, старческой улыбкой. — Пусть я стар и силы постепенно покидают мое тело, мое сердце навсегда принадлежит великому дому Агнус. К тому же, всё, о чем я мечтал на склоне лет — это просто жить со своей семьей. Я счастлив, милорд.

Несмотря на слова Робена, лицо Герцога Агнуса слегка омрачилось. Он знал о давнем желании старого рыцаря и о том, что вполне мог бы его исполнить, но также понимал, что спокойная жизнь здесь ему вряд ли светит. И причиной тому был тучный мужчина средних лет, который бесцеремонно беспардонным движением оттолкнул Робена с дороги.

— Приветствую Великого Герцога!

— Это… — Робен смущенно замер.

— Робен, ты с годами совсем умом тронулся и потерял остатки такта?! Если прибыл сам Великий Герцог, ты обязан был немедленно вызвать меня!

— Я… — старый рыцарь попытался было возразить, но тут же замолчал. У него буквально не было ни секунды, чтобы перевести дух во время подготовки к встрече экспедиции, однако приводить подобная оправдания перед Герцогом он считал выше своего достоинства.

— …Прошу прощения, милорд, — Робен тихо опустил голову.

— Вот почему старикам пора вовремя уступать дорогу! И подумать только, ты еще заикался о том, что хочешь взять на себя безопасность всего поместья с таким-то подходом к делу!..

Лицо Робена вспыхнуло густой краской. Подобные унижения стали для него уже обыденной рутиной, однако сносить их прямо на глазах у глубоко уважаемого им Герцога было невыносимо тяжело.

— Кхм! Ц-ц-ц, — мужчина вальяжно цокнул языком, выжидая, пока остальные подхватят его тон. Ему не было абсолютно никакого дела до чувств заслуженного ветерана. Спустя пару секунд гробовой тишины старый рыцарь лишь ниже наклонил голову и отступил в сторону.

— Кхм… Давно не виделись, Ваша Светлость. Принесите мои извинения за столь нескладную встречу — я был с головой погружен в приготовления к сегодняшнему пиру. Мое сердце разрывается, но я виноват сам, что недостаточно строго контролирую челядь. Молю, накажите меня, милорд!

— В этом нет нужды, — с безучастным лицом произнес Герцог Агнус. — …Хотя должен заметить, Виг, с нашей последней встречи ты заметно прибавил в весе.

Как и отметил Герцог, жировые складки Вига колыхались при каждом шаге, а пот градом катился с него, словно наваристый бульон — зрелище, вызывавшее у рыцарей стойкое отвращение. Более проницательные вассалы без труда уловили сквозившую в словах Агнуса брезгливость, но человек по имени Виг лишь громко и визгливо расхохотался, будто хряк. Казалось, он вообще не замечал осуждающих взглядов окружения.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Простите великодушно — но разве всё это не благодаря вашей непрестанной заботе, Ваша Светлость? — Виг заискивающе потер ладони. — Я был тронут до глубины души, когда узнал, что сам Великий Герцог изволил лично прибыть в наши скромные земли, чтобы решить наши беды всего за какой-то месяц!

Робен, единственный человек, обладавший равными полномочиями с Вигом, предпочитал хранить угрюмое молчание. Этот грузный, расплывшийся, похожий на свинью мужчина являлся официальным хозяином земель Локк — виконтом Вигом Бек Стеком. Виг приходился родственником Ванессе, действующей хозяйке дома Агнус, и когда Ванесса вышла замуж за Великого Герцога, виконт увязался за ней. Проще говоря, он был мелким провинциальным дворянчиком, удачно присосавшимся к императорской крови.

Герцог Агнус открыл было рот, чтобы что-то сказать, но лишь тяжело вздохнул и перевел взгляд на девушку, стоявшую по правую руку от виконта.

— …Анна, как твои дела?

— Приветствую Великого Герцога, — юная леди склонилась в поклоне. У нее были каштановые волосы и россыпь легких веснушек на носу — вполне обычная внешность, унаследованная от отца. Ее нельзя было сравнить с Чарльз или Аиселин, но в ее облике присутствовало свое очарование: фарфорово-белая кожа, миловидное лицо и аккуратные черты. Это была Анна, единственная дочь виконта Вига.

Пока Герцог уделял внимание Анне, виконт Виг окинул беглым взглядом отряд, и его взор тут же зацепился за юного воина.

— Ох? Неужто… Молодой господин Бабель тоже здесь! — виконт расплылся в слащавой улыбке и поспешил к Бабелю.

— Давно не виделись, дядя.

— Вы так вытянулись, молодой господин Бабель! Я просто невероятно счастлив и тронут до слез! Ха-ха-ха-ха!

Наблюдая за бурной реакцией Вига, Бабель лишь слегка улыбнулся.

Возможно, другие указывали бы на виконта пальцем и презирали как ленивого, набивающего карманы самодура, поглощенного лишь собственными низменными желаниями, но для Бабеля он, по крайней мере, оставался добродушным родственником.

— От вас исходит такая колоссальная сила, что даже я, человек далекий от меча, ощущаю ее всем телом! — Виг аж задрожал от наигранного трепета. — Неужели скоро в Империи станет одним Мастером больше?.. Ха-ха-ха-ха!

Затем виконт Виг недоуменно склонил голову набок:

— А это еще кто…? — только сейчас он заметил Джошуа, с отрешенным видом стоявшего по левую руку от Герцога. Фигура этого маленького ребенка разительно выделялась на фоне сотни закаленных рыцарей и высококлассных магов.

— Это молодой господин Джошуа, виконт Виг, — шагнул вперед Шифон, опережая события.

— А! Давно не виделись, сэр Шиф… Э-э… Молодой господин Джошуа…?

— Второй сын Великого Герцога.

Естественно, лицо виконта Вига вытянулось от крайнего изумления. До него долетали слухи о небывалом таланте Джошуа, однако влияние мальчика возросло совсем недавно — он изменился настолько разительно, что его легко можно было принять за совершенно другого человека. В глухое поместье Локк новости всегда стекались с огромным западанием.

— Понимаю, понимаю! Похоже, я совсем одичал в своей глуши и всё проспал, ха-ха. И когда только сестра Ванесса успела родить еще одного сына?

— Он не сын госпожи Ванессы, — Шифон качнул головой.

Виконту Вигу показалось, будто на него вылили ушат ледяной воды.

— Неужели Великий Герцог взял наложницу?

Герцог не изъявил ни малейшего желания отвечать на этот вопрос, как и все остальные. Даже со своим дубовым умом виконт Виг мгновенно сообразил, что задел крайне скользкую и опасную тему.

— Ох, молю, простите мою оплошность… Я просто был ошарашен столь внезапной новостью. Я и помыслить не мог, что Его Светлость заведет наложницу, но я не вкладывал в это ничего дурного! Для истинного героя вполне естественно иметь вторую или даже третью жену.

Виг бросал отчаянные взгляды на Шифона, но тот упорно отводил глаза.

— Что ж… Из какого же знатного и древнего рода происходит молодой господин?

— К сожалению, он не из дворян.

— В каком смысле?

На этот раз Шифон предпочёл промолчать. Слова «Обычная простолюдинка и низшая служанка» так и рвались наружу, но навлекать на себя гнев господина он не хотел. Он и так сказал достаточно — виконт Виг был вполне способен сложить два и два.

Как Шифон и рассчитывал, лицо виконта мгновенно исказилось от глубокого презрения.

— Грязный бастард, — тихо процедил виконт Виг, демонстративно отводя взгляд, будто перед ним стояло нечто мерзкое и смердящее.

Однако от обостренного слуха закаленных рыцарей этот шепоток не укрылся.

— Давайте на этом закончим с излишними церемониями, хорошо? Разве у нас нет куда более неотложных дел? — мягкий, раскатистый голос Великого Герцога Агнуса пронесся над отрядом.

Джошуа в итоге так и не стал ничего отвечать.

Гадкие, пропитанные ядом слова виконта Вига почему-то всё еще крутились у него в голове.

Впрочем, таковы были реалии Империи Авалон. Или, точнее сказать, таково было мировоззрение подавляющего большинства жителей континента Игрант.

Если брать в расчет общую численность населения континента, аристократия составляла лишь ничтожную его часть. И эта горстка людей безраздельно правила, восседая на самой вершине общества. Талант, личные качества и выдающиеся способности? Все эти вещи никому не были интересны. Унаследованный статус, сословие, происхождение и чистота крови — вот что определяло абсолютно всё. А обычные простолюдины в глазах высшей знати стояли ниже полевых насекомых.

«Всё то же самое, ничего не меняется», — горько ухмыльнулся про себя Джошуа.

— Ты. Я буду пристально следить за тобой, — процедил виконт Виг, метнув на мальчика исполненный презрения взгляд, после чего мгновенно расплылся в сияющей улыбке, повернувшись к Герцогу:

— Ваша Светлость, пусть мои скромные владения и не могут похвастаться пышностью, я подготовил для вас праздничный ужин… Не желаете ли сначала отдохнуть с дороги в замке, перед тем как отправляться в…

— Мои рыцари не настолько слабы, — решительно покачал головой Великий Герцог Агнус. — Если бы им требовался отдых, они перепились бы еще по пути сюда. Впрочем… ЕСТЬ ЛИ СРЕДИ ВАС ТЕ, КТО ЖЕЛАЕТ ОТДОХНУТЬ?!

Нашлся бы среди присутствующих хоть один безумец, способный ответить «да» перед лицом этой подавляющей, леденящей душу ауры?

— Мы выдвигаемся немедленно.

— Молю, позвольте мне со своими людьми сопровождать вас! — виконт Виг без обиняков озвучил свое желание. Поймав на себе вопросительный взгляд Герцога, он тут же заискивающе продолжил:

— К прискорбию, мои личные навыки слишком ничтожны, чтобы справиться с этой угрозой в одиночку, но как владетель этих земель я просто не могу беспечно сидеть в стороне и протирать штаны, пока вы рискуете собой!

Великий Герцог нахмурился, выражая сомнение. Заметив это, виконт Виг тут же надавил сильнее:

— И рыцари, и собравшиеся здесь солдаты думают точно так же!

— Так точно! — рявкнул кто-то из строя.

— Мы желаем быть полезными Великому Герцогу!

— Для нас великая честь сражаться бок о бок с Его Светлостью!

Оглушительные клики пятисот солдат и четырех десятков рыцарей замка Локк сотрясли воздух.

Герцог Агнус тяжело вздохнул.

— А ты что думаешь, Анна?

— О! За нее вам и вовсе не стоит переживать, Ваша Светлость! Моя дочь гарантированно принесет вам пользу на поле боя!

— Ты предлагаешь тащить в это опасное место еще и ребенка? — Герцог недовольно нахмурил брови.

— Я искренне хочу отправиться вместе с Вашей Светлостью, — вступила в разговор Анна, уставившись на Герцога прямым, уверенным взглядом.

— Сильф.

Порыв свежего ветра внезапно пронесся по площадке, принеся с собой едва различимый шепот. В следующее мгновение земля под ногами и воздух вокруг заметно задрожали.

— Повелительница стихий…? — удивленно пробормотал Арман, маг 4-го Круга, стоявший по левую руку от Великого Герцога.

— Именно! Лишь недавно я с изумлением обнаружил, что у моей дочери проявился редчайший талант к магии элементалей! — виконт Виг вышагнул вперед с невероятно довольной, сияющей физиономией.

— Вот как… Понятно, — тихо вздохнул Герцог Агнус.

Джошуа прищурился, внимательно разглядывая Анну. Люди, обладавшие стихийным талантом вроде ее, встречались невероятно редко. Как и классическая магия, духи подчинялись исключительно тем, кто родился с этим редчайшим даром. По всему континенту численность элементалистов — даже самых низших, начальных рангов — едва ли превышала пару сот человек.

«Хм… Постойте-ка?» — Джошуа слегка склонил голову набок. Он заметил, что пристальный взгляд Анны был намертво прикован к одной точке.

Объектом ее внимания был Бабель — который, в свою очередь, продолжал в упор просверливать взглядом Джошуа, совершенно не замечая крутившуюся неподалеку девушку.

Элементалисты ценились в Империи на вес золота. В таком юном возрасте, обладая подобным даром, она должна была мгновенно прославиться на весь Авалон, а затем и на весь мир. И тем не менее, эта «Анна» полностью отсутствовала в воспоминаниях Джошуа об его прошлой жизни.

«Эта девочка… Ее лицо кажется мне смутно знакомым… Неужели я где-то видел ее раньше?..»

У нее была симпатичная, но довольно обычная внешность, однако какая-то деталь упорно дергала Джошуа за ниточки памяти.

«Бабель и элементалист…»

Пока Джошуа был поглощен своими раздумьями, Великий Герцог уже принял решение.

— Что ж, хорошо. Вы едете с нами, — произнес Герцог Агнус.

— Ах!

— Однако в авангарде пойдут рыцари Красного Корпуса, а силы замка Локк займут позиции в замыкающем арьергарде. Мы вместе с магами останемся в центре.

— Слушаемся! — в один голос ответили гарнизонные солдаты и рыцари Локка.

— Превеликая благодарность Вашей Светлости!

Герцог Агнус сдержанно кивнул и тут же отдал следующий приказ:

— Отряду — немедленно приготовиться к маршу!

Войско мгновенно пришло в движение, погрузившись в суету последних приготовлений.

Джошуа, однако, никак не мог избавиться от липкого чувства тревоги, затаившегося в груди.

«Если она действительно сыграет важную роль в будущем и затронет мои планы, я рано или поздно всё вспомню… Сейчас главное — двигаться вперед».

Джошуа мысленно отмахнулся от лишних сомнений и последовал за отцом в сторону мрачного, густого леса.

— Выдвигаемся! — громко прогремел голос Великого Герцога Агнуса, и отряд устремился навстречу чаще.

В величественном дворце Империи Авалон Железнокровный Император Маркус бен Бриттен восседал на золотом троне, искусно украшенном резными драконами.

— …Я хочу сказать, это было… — тихо пробормотал Император самому себе, пока доставивший довод человек лежал перед ним ничком. Тишина тянулась долго, пока Маркус предавался раздумьям.

— …невероятно интересно! Ха-ха-ха! — внезапно расхохотался Маркус. — Этот одаренный ребенок не просто оказался настоящим гением, но и заставил отступить Заместителя Командующего батальона Имперских Рыцарей — гордости нашей Империи!

На лице Императора Маркуса плясала нескрываемая, искренняя радость.

— Эвергрант, а каким он показался тебе? Мы хотим услышать твое личное мнение. Не как рыцаря, а как величайшего мага нашей Империи.

— Как и сказал Ваше Величество, делать поспешные выводы крайне сложно. Магия волшебников и мана рыцарей принципиально отличаются — особенно в том, как они ее применяют.

— Нам хватит и твоего чутья. Как ты думаешь, насколько далеко сможет зайти этот ребенок?

Эвергрант погрузился в глубокие раздумья, а Император терпеливо ждал с доброжелательной улыбкой.

— …Объяснять с точки зрения мага было бы слишком абстрактно, поэтому я приведу пример из понятной вам сферы Имперских Рыцарей.

— Отлично, — кивнул Император Маркус. Сам будучи мечником, он, естественно, так понял бы всё куда лучше.

— Начнем с сэра Вальмонта, который сопровождал меня несколько дней назад. Хотя я познакомился с ним лично совсем недавно, могу с уверенностью сказать: выпади мне шанс сойтись с ним в поединке один на один… — Эвергрант сделать паузу. — …я бы не проиграл.

— Ха! — Император Маркус с азартом кивнул.

— Вальмонт — самый молодой командир батальона в Империи. Таких, как он, можно пересчитать по пальцам одной руки. Но, разумеется, против тебя у него нет никаких шансов.

Император Маркус был единственным в Авалоне — стране, где к магам традиционно относились с пренебрежением, — кто по-настоящему ценил Эвергранта. И он являлся одним из немногих, кто знал истинные масштабы его могущества.

— А вот молодой господин Джошуа… Как бы это точнее выразить… От него действительно исходило совершенно иное ощущение.

— Ты хочешь сказать, что не смог бы победить этого мальчишку? — глаза Императора Маркуса округлились от изумления.

— Ощущение и впрямь было иным, однако… — Эвергрант качнул головой. — …прямо сейчас я, разумеется, не проиграл бы.

— Тогда ты имеешь в виду…

— В ближайшие десять лет, а возможно, и гораздо раньше, я в конечном счете потерплю от него поражение. И это мои самые искренние чувства.

В глазах Императора Маркуса застыло глубочайшее изумление. Маги были до ужаса рациональными созданиями, а Эвергрант являлся высшим воплощением мага.

Спустя некоторое время Император Маркус приготовился задать следующий вопрос:

— Ответь Нам еще на один вопрос.

— На любой, Ваше Величество.

— Как ты думаешь, каков был бы исход, если бы мы с тобой сошлись в поединке один на один?

Глаза Эвергранта расширились от шока. В итоге он так и не смог вымолвить ни слова.

— …Ха, — Император Маркус впился взглядом в Эвергранта. — ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

В его смехе прорезались безумные нотки.

— ЗАНИМАТЕЛЬНО! До чего же это занимательно! Жаль, что Нам пришлось отправить лишь принца. Знай я всё заранее, я бы лично отправились взглянуть на этого ребенка! Как бы там ни было, я просто обязаны увидеть его своими глазами.

Император Маркус щелкнул пальцами.

Шуух.

Из густых теней бесшумно выскользнул человек в черном и мгновенно пал ничком перед Императором.

— Джакен, сможешь ли ты похитить этого ребенка и приставить его в Императорский Дворец хотя бы ненадолго?

— Насколько мне известно, Четвертый Принц уже готовит почву для того, чтобы доставить его сюда.

— Кайзер? — удивился Император Маркус.

— Совсем недавно Имперские Рыцари получили рекомендательное письмо от Четвертого Принца. И предметом этой рекомендации, разумеется, выступает молодой господин Джошуа фон Агнус.

— Рекомендательное письмо, говоришь… Так вот какой путь он выбрал. И хотя вся эта система создавалась с определенной целью, эти идиотские батальоны, 11-й и 12-й, уже начали меня раздражать… — ухмылка Императора Маркуса стала еще более хищной. — Регулярно докладывай мне о ходе этого дела.

— Повинуюсь, Ваше Величество.

Человек исчез ровно так же, как и появился — растворился в вечерних тенях без единого звука.

— Джошуа фон Агнус… — Император Маркус едва слышно шепнул это имя, но вторая половина фразы уже прозвучала со всей мощью и раскатистостью его властного голоса:

— Возможно, он станет идеальным кандидатом для этой роли.

Солнце стояло в самом зените, когда отряд отправился в путь; теперь же оно стремительно клонилось к закату, и его угасающий свет, падавший на мрачную чащу впереди, навевал зловещую, тревожную атмосферу.

— Стой! Ночевать будем здесь. РАЗБИВАЙТЕ ЛАГЕРЬ!

По громкому приказу Великого Герцога все до единого без лишних вопросов замерли на месте. Все… кроме одного человека.

— В-ваша Светлость, вы уверены, что мы должны ночевать прямо здесь? В таком-то месте? — на лице виконта Вига застыло крайнее краинее замешательство.

С самого момента выезда из замка виконт Виг никак не мог скрыть своего глубочайшего сожаления. Пусть земли Локк и считались бесплодной глушью, он умудрялся выжимать из местного трудолюбивого люда всё до последней капли ради своей роскошной жизни. И сама мысль о том, чтобы спать на голой земле подобно бродяге — да еще и там, где в любой момент могли напасть монстры, — выводила его из себя.

— …В донесениях, которые я получал до сих пор, прослеживалась одна поразительная общая деталь.

— Что вы имеете в виду…? — виконт Виг недоуменно склонил голову набок, заставив Робена тяжело и глубоко вздохнуть. Еще до того как Великий Герцог предложил остановиться на ночлег, старый рыцарь прекрасно понимал, что именно тревожило Агнуса. Впрочем, не только он — абсолютно любой рыцарь или солдат гарнизона Локк без труда уловил бы смысл этих слов. В конце концов, весь последний год они без остатка посвятили сдерживанию напорствующих здесь тварей.

Но его правитель, вопреки своему высокому чину и обязанностям, не имел об этом ни малейшего понятия.

«Нет… ему просто безразлично», — горько ухмыльнулся про себя Робен. Он служил виконту Вигу почти десять лет, но тот ни разу не проявил и капли интереса ни к чему, кроме собственных низменных утех.

Понимал ли Герцог мысли Робена или нет, но его лицо ни капли не изменилось, и он спокойно продолжил:

— По ночам монстры вырываются в сторону деревни с таким остервенением, будто их кто-то одерживает… особенно в полнолуние Кровавой Луны. Однако главная проблема заключается в том, что они атакуют даже в те дни, когда Кровавая Луна не сходит на небосвод, — Герцог Агнус с мрачным видом уставился на непроглядную чащу Черного Леса. — Даже когда встает солнце, там, внутри, всё равно темно, словно глухой ночью… Именно поэтому его и прозвали «Черным Лесом Монстров».

— Я не знаю, вылезают ли твари оттуда по собственной воле, но у нас нет ни единой причины лезть в эту тьму сейчас, когда видимость нулевая, а их ярость и сила достигают своего пика.

— А-а-а! Так вот почему вы — Великий Герцог! — виконт радостно всплеснул руками и принялся активно зазывать остальных следовать его примеру. — А я-то и не додумался! В очередной раз поражаюсь вашей глубокой проницательности и мудрости, Ваша Светлость! Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Громкий, фальшивый смех виконта Вига заставил рыцарей невольно поморщиться от неловкости.

— Приступить к обустройству лагеря! — громко рявкнул Шифон, разряжая напряженную обстановку. — Солдатам замка Локк — оказывать рыцарям всемерную помощь!

— Есть! — слаженно рявкнули солдаты и мгновенно пришли в движение.

Но пока вокруг царила суета, один человек молча наблюдал за происходящим, оставаясь в тени.

«Это мой шанс».

Джошуа медленно и неприметно начал отступать в сторону от основной группы.

Все были с головой поглощены установкой палаток, сбором сухостоя и доставкой воды, поэтому никто не обращал на мальчика ни малейшего внимания.

«Пусть Лугия и сдерживает разрушительные изменения в моем теле, я прекрасно понимаю, что это лишь временная мера… В моем нынешнем состоянии Камень Истока жизненно необходим».

Более того, если его память не подводила, Камень Истока был способен на куда большее, чем просто усмирение бушующей в организме неуправляемой энергии.

«Мне нужно пробраться в самую глубь Черного Леса. Дорога туда должна занять около часа».

Приняв окончательное решение, Джошуа бесшумно вильнул в сторону и растворился в сумерках, оставшись незамеченным для окружающих.

Или, по крайней мере, он сам так думал. На самом же деле нашелся один человек, который не спускал с Джошуа глаз.

Пара темных глаз хищно блеснула в последних лучах заходящего солнца.

— Ну и непроглядная же тьма, — пробормотал Джошуа, оглядевшись по сторонам и недовольно нахмурившись.

Прошел ровно час с тех пор, как он ступил под сень Черного Леса. Поначалу сквозь густую крону деревьев еще пробивались редкие цевки света, но чем дальше он продвигался в глубь чащи, тем беспросветнее становился полумрак.

Внезапно сердце Джошуа ёкнуло. Впереди раздался дикий, оглушительный рёв — он встретил первого монстра с момента своего входа в этот проклятый лес.

«Черный огр…!» — верховный хищник Черного Леса. Эта тварь возвышалась над землей, превосходя размерами обычного огра как минимум вдвое!

«В отличие от рядовых огров, практически беспомощных перед магией, Черный огр способен полностью нейтрализовать любое заклинание низшего уровня. Более того, его челюсти обладают такой сокрушительной силой, что без труда прокусывают даже дубленую шкуру взрослого тролля…»

Джошуа с досадой поморщился. Прямо сейчас лучшим решением было бы обойти этого монстра стороной.

«Но если я не пройду по этой тропе, мне ни за что не добраться до самого сердца леса».

По его расчетам, Камень Истока находился в самом центре чащи, а Черный огр перекрывал единственный безопасный проход.

«Если он здесь один, я могу попытаться сокрушить его одним молниеносным ударом!»

В глазах Джошуа вспыхнул азартный огонек. Вступить в единоборство с Черным огром способен был лишь рыцарь B-класса или выше. Еще несколько дней назад Джошуа даже не помышлял бы о подобном безумии, однако столкновение с Командующим Имперских Рыцарей во время испытания маны придало ему уверенности. Если Лугия, как и тогда, сможет взять на себя удержание бушующей энергии, он убьет огра одним точным выпадом.

Сделав глубокий, бесшумный вдох, Джошуа на цыпочках начал подбираться к монстру.

«Стоит мне подойти ближе чем на десять метров, как он гарантированно меня учует. Нужно покончить с ним с одного удара».

Его взгляд зацепился за корявое древнее дерево неподалеку от монстра. В глазах мальчика блеснула сталь. Он обострил все пять чувств до предельного максимума, а мышцы ног натянулись, словно тетива перед спусканием стрелы. Малейшая ошибка стоила бы ему жизни. Если он не убьет тварь с первой попытки, второго шанса судьба ему уже не предоставит.

«Еще немного…» — по спине Джошуа скатилась капля холодного пота.

Огр замер без движения, уставившись куда-то в темное небо. Поведение твари выглядело странным, но для Джошуа это был идеальный момент.

«Сейчас...»

Но едва он собрался совершить выпад, Черный огр огласил чащу оглушительным, исполненным ярости ревом и, опустив голову, сверкнул налитыми кровью глазами.

«Проклятье!» — Джошуа мгновенно подался назад. С его нынешними силами идти вразрез на разъяренного Черного огра было равносильно мучительной смерти.

Но стоило ему укрыться в густом кустарнике, как ситуация стала стремительно ухудшаться.

— Сумасшествие какой-то…! — не удержавшись, тихо выругался Джошуа.

Из-за спины Черного огра один за другим начали выныривать темные силуэты. Десятки… нет, их были сотни!

Гоблины, кобольды, орки и даже тролли… На свет вылезали абсолютно все твари, населявшие Черный Лес, — включая даже троллей, славившихся своей скрытностью и склонностью к одиночному образу жизни. Джошуа был настолько поглощен огром, что совершенно не обратил внимания на то, что происходило за его спиной. Но хуже всего было то, что глаза абсолютно каждого монстра светились налитым алым огнем.

«Если эта орава рванет к выходу из леса…»

Черный огр вновь истошно заревел, задавая тон, и остальная орда подхватила этот клич, оглашая лес оглушительной многолосовой какофонией. Вся эта масса устремилась в одном направлении, заставляя землю буквально стонать и дрожать под сотнями лап и ног.

— Кровавая Луна! — Джошуа взглянул на небо и тяжело застонал.

Его худшие опасения подтвердились. Мальчик еще глубже забился в густые заросли. На остальных монстров ему было плевать, но вот чутье кобольдов представляло реальную угрозу, окажись они слишком близко.

«Давненько я не прибегал к этому трюку… Надеюсь, сработает…»

Джошуа бесшумно вскочил на ветку ближайшего дерева и начал плавно концентрировать ману. Вместо того чтобы направлять энергию в оружие или отдельные части тела, эта техника обволакивала всё его существо, словно невидимый плотный плащ. В прошлой жизни его научил этой технике один старый друг — тот самый, что впоследствии заслужил легендарный титул Короля Убийц.

«Задержи дыхание и забудь обо всем вокруг… Представь, что ты — лишь часть этой дикой природы…»

Вокруг него сформировался невидимый барьер из маны, и бушующий поток монстров пронесся прямо под деревом, совершенно его не замечая.

Пока орда во главе с Черным огром нарастающим валом катилась к окраинам Черного Леса, Джошуа лишь сильнее сжимал зубы, не смея даже вдохнуть.

Стоило ему выдаться — и всё было бы кончено.

Спустя пару минут, когда основные силы тварей наконец скрылись из виду, Джошуа с облегчением перевел дух, но в этот самый момент—

Один из кобольдов, плетущийся в самом хвосте, внезапно истошно визгнул и резко дернул головой, заставив всю замыкающую группу замереть как вкопанных. Тварь принялась дико оглядываться по сторонам, втягивая носом воздух.

Неужели он на секунду ослабил концентрацию, посчитав, что опасность миновала?

Взгляд Джошуа скрестился с налитыми кровью глазами кобольда.

«Чёрт бы всё забрал!» — Джошуа выругался так сочно, как не ругался уже очень давно. Кобольд — а точнее, черный кобольд — заверещал еще громче, привлекая внимание сородичей.

«Что ж, видно, не судьба», — с обреченным видом Джошуа сбросил маскировочный барьер из маны.

От основной орды отбилось около трех десятков монстров: в основном это были черные кобольды с примесью нескольких крупных орков.

«Раз уж так вышло…» — глаза Джошуа хищно блеснули в полумраке. В его голове мгновенно созрел куда более удачный план.

Это была идеальная возможность опробовать в настоящем бою Вторую Форму своего искусства владения копьем, достигнутую лишь несколько дней назад.

Монстры уже устремились к нему, пока он плавно слетал с ветки на землю. Джошуа неторопливо обнажил Лугию и принял боевую стойку.

«Вторая Форма… Единственным взмахом восстает разрушительный ураган».

Шуух—

Вокруг Джошуа начал стремительно закручиваться плотный поток воздуха, поднимая с земли сухие листья и пыль.

Если Первая Форма создавалась для смертоносных поединков один на один, то Вторая была поистине идеальна для уничтожения множества врагов.

Джошуа раскрутил Лугию обеими руками, словно лопасти мельницы. Когда концентрировавшаяся в копье мана достигла своего абсолютного пика, с его губ слетел едва слышный шепот:

— …Грозовой шторм.

Вууух!

Бритвенно-острый, пропитанный маной ураганный вихрь с ревом пронесся по рядам нападавших монстров.

Всего один взмах — один-единственный выпад — и всё, что стояло на пути Джошуа, оказало сметено без остатка. Даже те твари, до которых лезвие Лугии не коснулось физически. Вокруг висела лишь кровавая пелена: изрубленные в труху тела монстров и превращенная в месиво лесная растительность. Сила воздушного давления, сорвавшаяся с копья, перемолола всё в липкую, кашеобразную массу. Воющий вихрь, казалось, обрел собственную волю, протаранив чащу подобно исполинскому кулаку титана.

Это была настоящая кровавая бойня… Возможно, он вложил в этот взмах капельку больше сил, чем следовало?

— Ух-х… — Джошуа коротко перевел дыхание и с глухим стуком вонзил комель Лугии в землю.

Тяжелый гул, похожий на падение валуна, разнесся по округе, мгновенно развеяв оседавшие клубы пыли. Лишь редкие, затихающие стоны умирающих тварей нарушали установившуюся мертвую тишину.

— Эх, ну надо же… — с губ Джошуа слетел вздох разочарования.

«Я-то думал, что полностью освоил Вторую Форму, но, похоже, до идеала мне еще расти и расти. В этом ударе нет и половины от ее истинной мощи. Всё-таки детское тело накладывает свои суровые ограничения».

Каждая клеточка его тела буквально кричала от боли из-за дикого перерасхода маны, однако тратить время на отдых Джошуа не мог.

«Судя по направлению, в котором ринулась эта орда… велика вероятность, что они вот-вот набредут на наш лагерь».

Счет идет на минуты. Ему необходимо было как можно скорее забрать камень и вернуться к отряду.

«Он совершенно точно там».

Глаза Джошуа азартно блеснули, когда он всмотрелся в непроглядную тьму, откуда только что вывалилась орава монстров.

Чем глубже он продвигался вперед, тем сильнее первоначальный азарт в его взгляде уступал место предельной осторожности. Камень Истока обладал странной, затягивающей силой, притягивавшей к себе всё живое подобно дурманящей песне сладкоголосых сирен. Обостренные чувства Джошуа уже четко различали плотные волны энергии, излучаемые первородным артефактом — энергии, способной даровать ему поистине колоссальное могущество.

Шаг. Шаг. Шаг.

В ночной тишине разносился лишь тихий шорох его собственных шагов. По мере того как он продвигался в самое сердце леса, выражение его лица становилось всё более суровым. Источаемая камнем сила ощущалась куда мощнее, чем он предполагал изначально.

Наконец Джошуа ступил в центр лесной чаши. Его глаза вспыхнули от восторга, когда взор зацепился за темный артефакт, покоившийся на дне глубокого кратера.

Весь лес вокруг будто замер в немом напряжении, придавленный тяжестью первородной мощи, буквально рвавшейся наружу из легендарного камня. По его поверхности со треском плясали черные разряды энергии, словно артефакт черпал жизненные силы из самой чащи.

— Бронто.

Рыцари Красного Корпуса и солдаты замка Локк как раз наслаждались долгожданным отдыхом, когда—

— К БОЮ! — по громкому клику Шифона сотня рыцарей Красного Корпуса в мгновение ока выстроилась в строгий боевой порядок.

— Рыцарям замка Локк — занять свои позиции! Солдатам — прикрывать рыцарей! — Робен принялся энергично расставлять тридцать рыцарей и пятьсот солдат гарнизона, сопровождавших их в этом походе.

— Ваша Светлость, происходят какие-то странности, — виконт Виг, явно только что выскочивший из постели прямо в пижаме, приблизился к Великому Герцогу Агнусу с дрожью в голосе.

— Эх, да уж… — Герцог Агнус тяжело вздохнул, облизнул пересохшие губы и устремил взгляд в ночное небо.

Кровавая Луна стыдливо вынырнула из-за густых, пепельных облаков. По всем астрономическим расчетам, она должна была сойти на небосвод лишь к полночи следующего дня — но, очевидно, все жестко ошиблись.

И теперь им предстояло платить за эту ошибку.

Герцог Агнус сурово окинул взглядом огромную, многотысячную орду монстров, стремительно накатывающую на лагерь.

— Настоящий рыцарь не должен терять хладнокровия ни в пору великих побед, ни перед лицом тяжелых испытаний.

Шум и гул в строю мгновенно стихли, стоило Герцогу подать голос.

— Просто покажите всё то, чему вы учились все эти годы, и… — Герцог Агнус сдержанно окинул взглядом воинов. — …следуйте за мной.

Мощный прилив адреналина мгновенно захлестнул вены бойцов.

— Великий Герцог с нами! — первым сорвал голос Шифон, не в силах сдержать ликования.

Окружающий воздух тут же содрогнулся от оглушительного, единого клича сотни глоток:

— Великий Герцог с нами!

— ВПЕРЁД-А-А-А!

— Доблестные воины замка Локк не останутся в стороне! — даже виконт Виг, на лице которого еще секунду назад застывал первобытный ужас, гордо выпятил грудь и сделал шаг вперед.

— УРА-А-А! — охваченные общим порывом, солдаты Локка принялись восторженно толкать друг друга локтями. Виконт Виг расплылся в довольной ухмылке, подпитанный их неудержимой уверенностью.

Герцог Агнус медленно повернулся лицом к приближающейся орде.

— Капитан, мы...

— Жди, — Шифон жестом руки остановил своего подчиненного, готового в любой момент сорваться в атаку.

— Да? Но ведь...

— Его Светлость еще не отдавал приказа.

Молодой рыцарь Красного Корпуса уставился на Герцога Агнуса с нескрываемым трепетом. На какую-то долю секунды показалось, будто по телу Герцога пробежала легкая дрожь, а в следующее мгновение в его руках материализовался двуручный меч. Это был угольно-черный двуручник, превосходивший своими размерами самого Герцога.

Никто из присутствующих не мог оторвать взгляда от этой картины.

— А теперь смотри, — едва слышно пробормотал Шифон. — Смотри и запоминай. Это истинная мошь нашего Герцога.

Герцог Агнус сжал рукоять черного двуручника обеими руками и поднял его горизонтально, держа прямо перед лбом. On на мгновение прикрыл глаза, концентрируя силы, после чего резко распахнул их.

Едва заметная черная росчерк-тень с ревом рассекла воздух перед ним — что-то было уничтожено, хотя абсолютно никто в отряде даже не увидел самого движения меча.

Молодой рыцарь замер в диком шоке. On не спускал с Герцога глаз и даже не моргал, но так и не смог уловить момент удара. А в следующее мгновение великого меча в руках Агнуса уже не было.

— Невероятно… — пробормотал молодой воин. Ему было едва за тридцать, он считался подающим большие надежды талантом и совсем недавно достиг уровня Эксперта. Но всё, что он сумел разглядеть — это лишь размытый остаточный след от взмаха.

Но то, что произошло секундой позже, повергло всех в еще больший шок: сотни тварей, находившиеся более чем в двадцати метрах от Герцога, одновременно зашлись в предсмертном визге, распадаясь ровно надвое. Их разрубленные туши повалились на землю, заливая всё вокруг реками крови и вывалившимися внутренностями.

— Этот рассекающий удар… — ошеломленно пробормотал Шифон.

На первый взгляд прием казался до безумия простым, но это было божественное мастерство, повторить которое мог разве что другой Мастер. Но даже в этом случае Шифон был твердо убежден: никто не смог бы сравниться со своего владыки в чистой, подавляющей мощи. Эта сокрушительная сила парализовала даже тупых, ведомых одними инстинктами тварей — пожалуй, нигде больше нельзя было увидеть, чтобы дикие монстры в ужасе сжимались перед человеком.

— Молодой господин! Это ваш отец, Аден фон Агнус! — с пылающим от восторга лицом закричал виконт Виг, обращаясь к Бабелю. Мальчик слегка дрожал от подступающего возбуждения, хоть и изо всех сил старался сохранить на лице невозмутимое выражение. — Вы, унаследовавший его священную кровь, гарантированно станете таким же великим! Ах!

«Каким бы монстром ты ни рос, ты всё еще остается ребенком. Неудивительно, что ты впал в оцепенение, увидав подобное вживую впервые», — улыбнулся про себя виконт Виг, совершенно неверно истолковав дрожь Бабеля.

«До чего же чудесный племянник!»

Oн изо всех сил старался быть для Бабеля самым заботливым дядей, прекрасно понимая, какую колоссальную выгоду тот принесет ему в будущем.

«Постойте-ка… Если подумать…»

Внезапная, неприятная мысль заставила виконта скривиться. On резко обернулся, но так и не нашел взглядом того, кого искал.

Виконт Виг осторожно подошел к Шифону, хмурясь всё сильнее:

— Сэр Шифон, а где этот мусор… э-э, то есть, где тот ребенок?

— Что вы имеете в виду под «тем ребенком»? — недоуменно изогнул бровь Шифон.

— Я имею в виду того отродья, который звал себя «Джошуа»!

— А-а! — Шифон понимающе кивнул и огляделся по сторонам. — И вправду… Я тоже его не вижу.

— Неужели этот мелкий трус просто сбежал, бросив нас всех на произвол судьбы? Вот уж действительно низкое отродье. Тьфу!

В установившейся после удара Герцога тишине ядовитый голос виконта Вига разнесся слишком отчетливо.

— Что? Он реально сбежал?

— Я тоже его не видел с самого момента остановки. Oн ведь всё-таки еще ребенок…

— Ха, я так и знал! Куда ему до молодого господина Бабеля!

— Неужели он и вправду струсил… On ведь носит кровь самого Герцога!

По рядам рыцарей и солдат волной покатился шепоток ропота и недовольства. Дворянский долг обязывал вести за собой, но тот, кто должен был подавать пример, сбежал первым. Репутация Джошуа в глазах воинов рушилась на глазах.

— Что вы встали?! Враг прямо перед нами! — раскатистый, подобный грому голос Герцога мгновенно вернул всех к реальности.

— Слава дому Агнус!

— Герцог с нами!

— Обнажить мечи!

Герцог Агнус устремился к ошеломленной орде, и рыцари ринулись вслед за ним, готовясь к кровавой резне. И когда уже казалось, что монстры окончательно потеряли волю к сопротивлению, из глубины леса раздался дикий, оглушительный рёв, за которым поднялась плотная туча пыли.

— Ч-Черный огр!

Огромный Черный огр выскочил из чащи и одним беззаботным взмахом превратил замешкавшегося кобольда в кровавый фарш. Объятые ужасом перед верховным хищником, остальные монстры вновь попятились в сторону рыцарей.

— Дело плохо… — лицо Шифона омрачилось. Вся эта стычка могла закончиться быстро и бескровно, но теперь надежды рухнули. Им не оставалось ничего другого, кроме как сойтись с ордой в сплошной рубке.

И если до этого момента Герцог Агнус сохранял абсолютное бесстрашие, то сейчас…

«Эта энергия…?»

Впервые за всё время его лицо заметно дрогнуло.

Что-то тёмное, пропитанное невероятной мощью, внезапно вырвалось из-за спины рвущихся вперед монстров.

— Я… Это ведь…! — Шифон ошеломленно разинул рот, не веря собственным глазам. — Джошуа… Молодой господин Джошуа?!

На глазах у обомлевших рыцарей Джошуа рухнул прямо с неба, словно ослепительный молниеносный разряд.

— Громовой удар!

С оглушительным, раздирающим слух грохотом ветвистая белая молния с размаху обрушилась прямо на голову Черного огра.

Пронзительный, визгливый крик разорвал ночную тишину.

Свирепствовавший еще мгновение назад Черный огр под влиянием Кровавой Луны стал вдвое сильнее прежнего. Что же касалось его обычного состояния, то в народе проговаривали, что в нормальных условиях этой тваре не мог навредить никто уровнем ниже рыцаря-эксперта. И все же этот фактически неуязвимый монстр медленно распадался надвое. Обе половинки его туши прошивали искрящиеся разряды ослепительно-белого электричества.

— Он… он… он…! — виконт Виг дрожащим пальцем ткнул в сторону мальчика, стоявшего перед поверженным огром.

Это был Джошуа. Он спустился с небес подобно ангелу, окропленному кровью Черного огра.

«Неужели… неужели это сделал он?!» — виконт Виг был свято уверен, что перед ним именно Джошуа. Но ведь Черный огр возвышался более чем на пять метров! Даже если сделать скидку на благородную родословную мальчика, как ребенок мог одним ударом рассечь тварь, превосходящую его размерами в несколько раз? С точки зрения здравого смысла это было абсолютно невозможно.

«Невозможно… Да… Это просто бред какой-то!» — виконт Виг огляделся по сторонам и увидел, что рыцари пребывают точно в таком же шоке.

Окружающие уставились на Джошуа полными недоверия глазами.

«Этот никчемный паршивец… Он скрывал свои силы до последнего, чтобы приехать сюда и выпендриться перед всеми? Что за дерзкие замашки?!» — в глазах виконта Вига блеснул ядовитый огонек, и он истошно закричал:

— Его Светлость одним ударом сразил даже свирепого Черного огра! Что вы застыли, воины Локка?! Живо помогите Герцогу!

Рыцари услышали его крик и понимающе переглянулись, словно говоря: «Ну разумеется».

— Каким бы талантливым ни был молодой господин Джошуа, рыцарь C-класса не способен одолеть Черного огра. Каждый знает, что даже рыцарю B-класса пришлось бы несладко.

— Ему просто удачно подвернулся момент.

— Все за мной, поможем Герцогу! Перебейте остатки монстров!

— В А-А-АТАКУ-У-У!

Джошуа тихо усмехнулся, наблюдая за рванувшими вперед рыцарями, — он слышал каждое их слово.

«Не дело, если они с самого начала станут воспринимать меня в таком свете», — подумал Джошуа и, повернув голову, с кем-то встретился взглядом.

Через весь притихший край поля боя на него смотрел его отец — Великий Герцог Аден фон Агнус. Его отец тоже не сводил с него глаз.

«Это задевает мое самолюбие…» — Джошуа надеялся, что отец проявит хоть капли удивления, но этот монстр в облике человека выглядел так, будто заранее обо всем догадывался. Джошуа почувствовал досаду.

«Синергия между мной и Бронто уже достаточно сильна, чтобы я мог вскоре использовать всю его мощь. Но Громовой удар — это техника Лишь Первой Формы Секретного Искусства Владения Копьем. Должно быть, ее было недостаточно, чтобы произвести на них действительно глубокое впечатление».

— Что ж, давайте я вас еще немного удивлю.

Джошуа крепче сжал Лугию, всё еще находившуюся в форме трости, и до упора скрутил корпус. В его теле вновь начала концентрироваться мана. Детский организм совершенно точно не выдержал бы применение этой техники дважды подряд, но, опираясь на часть силы Бронто, он сможет довести начатое до конца.

«Даже если я потеряю сознание, этот монстр меня подстрахует».

Несмотря на поток мыслей в голове, Джошуа сохранял предельную концентрацию. Ключом к этой технике был «идеальный баланс». В отличие от «Громового удара», концентрировавшего каждую крупицу маны в одной-единственной точке, этот навык равномерно распределял энергию по всей длине копья. Стоило мане хоть немного перевесить в какую-то одну сторону — и техника тут же разрушалась.

Бзззт—

Ощущение от оружия в руке кардинально изменилось.

На губах Джошуа проступила хищная, свирепая улыбка, а вокруг его тела с треском вспыхнули белоснежные искры.

— …Грозовой шторм, — едва слышно шепнул он и размашисто полоснул Лугией слева направо.

Идеально прямые, подобные лазерным лучам нити кристально-чистых молний с ослепительными вспышками одна за другой рассекли воздух. Они веером разлетелись во все стороны, исчертив пространство вокруг трещавшими электрическими разрядами.

«Неужели именно так выглядит падение звезд?»

Прекрасные сполохи света заставили зрителей открыт рты от изумления, однако последствия этой красоты оказались поистине жутковатыми.

Дикий, преисполненный ужаса визг монстров намертво сковал воздух. Порывы ветра молниеносной силы буквально разрывали тварей на части, обугливая, шинкуя в крошку и швыряя их обугленные останки во все стороны.

Ву-у-у-у-х! Хе-хе-хе-хе-хе!

Это был безумный, неуправляемый ураган, наносивший удары так, словно обладал собственным разумом.

Когда бушующий вихрь наконец улегся, на выжженном пути шторма остался стоять лишь один человек — Джошуа, маленький мальчик, казавшийся песчинкой по сравнению с поверженными им гигантами.

— Боже мой… Это же просто бред… — виконт Виг без сил рухнул на колени, мелко дрожа всем телом. У него не хватило духа просто стоять на ногах перед лицом столь жути наводящей мощи. Рыцарей захлестнула похожая реакция.

— Эй… вы ведь шутите, да? С каких пор это стало навыком начинающего рыцаря C-класса?!

— Да быть такого не может! Я в жизни не видел и не слышал, чтобы хоть один воин, владеющий маной, способен был так управлять стихиями!

— Хотите сказать, что именно молодой господин Джошуа на самом деле прикончил Черного огра? Да его шкуру даже поцарапать нельзя, если атака ниже уровня B-класса!

Среди рыцарей поднялся шквал потрясенных домыслов. И как раз в этот момент один из воинов высказал весьма любопытную мысль:

— А что, если молодой господин Джошуа — магический мечник?

— Что?! Магический мечник?!

Согласно общепринятым теориям маны, концепция «магического мечника» считалась чем-то из разряда невозможного, но как иначе они могли объяснить подвиг Джошуа?

— Перебить оставшихся монстров! — Шифон стиснул зубы и влил ману в свой голос, силой возвращая опешивших рыцарей к реальности.

— Поддержать молодого господина Джошуа!

— Добить их всех!

— В А-А-АТАКУ!

Прямо сейчас от первоначальной орды не осталось и половины. Уцелевшие твари, окончательно сломленные страхом, пачками гибли под клинками пришедших в себя рыцарей.

Темные, глубокие глаза Герцога Агнуса неприступно и неподвижно следили за Джошуа, абсолютно не реагируя на царящий вокруг хаос. В этот момент к нему сбоку бесшумно приблизился человек.

— Что думаешь, Арман? — спросил Герцог еще до того, как тот успел обозначить свое присутствие.

Арман был сильнейшим магом Герцогства Агнус, но даже он не смог сразу дать четкий ответ на вопрос своего господина. За долгие годы практики он, маг 4-го Круга, никогда с подобным не сталкивался. Ему потребовалось немало времени, чтобы сформулировать мысль:

— Мы, маги, верим, что лишь один из десяти тысяч отмечен подобным благословением. Только поистине избранные способны повелевать этим даром богов, — Арман сделал паузу. — …Мы называем это «Двойным заклинанием» — способностью одновременно сотворять два разных чародейства. Это требует идеального знания сложнейших формул наизусть. Большинство высших магов 5-го Круга и выше способны на подобное, но такой талант сам по себе является священным даром.

Арман перевел взгляд на Джошуа:

— Если говорить исключительно о разрушительной силе, то мощь, которую только что продемонстрировал молодой господин Джошуа, сопоставима с магией 3-го Круга «Цепная молния»… Нет, даже «Цепная молния» не обладает настолько сложной структурой. Я даже не уверен, можно ли добиться подобного эффекта, одновременно сотворив несколько заклинаний «Лезвие ветра» и «Цепная молния»…

— К чему ты клонишь? — Герцог оторвал взгляд от Джошуа и посмотрел на Армана.

Разобраться с монстрами, потерявшими от страха всякую волю к бою, не составляло труда — рыцари уже добивали последние отряды тварей. Поэтому ни у Герцога Агнуса, ни у Армана не было нужды вступать в бой, что и позволяло им спокойно вести этот разговор в стороне.

После долгих колебаний Арман ответил с крайне суровым видом:

— …Как маг, я могу примерно оценить ранги рыцарей, но не в состоянии постичь их истинный предел. Вернее, в наше мирное время большинство магов, не имевших практики реального боя с рыцарями, способны судить об их силе лишь путем сравнения со своими способностями. Однако молодой господин Джошуа…

Пока Арман подбирал нужные слова, Герцог Агнус снова перевел взгляд на сына. Джошуа гордо и прямо стоял в самом центре поля боя, однако с ракурса Герцога было отчетливо видно, насколько шатко его положение — обе ноги мальчика дрожали и вот-вот готовы были подкоситься.

«Значит, не хочешь показывать свою слабость…» — Герцог Агнус тихо усмехнулся про себя.

Арман между тем продолжил:

— Если он действительно является магическим мечником, как шепчутся рыцари, то его уровень сопоставим как минимум с магом 3-го Круга. Гениальный рыцарь C-класса, способный к Двойному заклинанию…

Арман сделал еще один глубокий вдох, прежде чем подвести окончательный итог:

— Он — монстр. Настоящий монстр, способный в одиночку переписать историю нашей страны… или даже всего континента.

— Я тебя понял, — пробормотал Герцог Агнус и в то же мгновение испарился со своего места. Арман лишь ошеломленно хлопал глазами, уставившись на пустующее место.

А в следующее мгновение Герцог Агнус уже возник за спиной Джошуа, бережно подхватив его ослабевшее тело.

— Кровь не врет… — тихо прошептал Арман, наблюдая за тем, как молодой господин теряет сознание на руках у отца.

«Обладать столь невероятным даром… Честно говоря, я и помыслить не мог, что такое возможно».

Настоящий козырь, способный наконец воплотить в жизнь сокровенное желание его господина.

— Ваша Светлость..!

Кровавая Луна, высоко зависшая над полем кровавой бойни, засияла ярче, чем когда-либо прежде.

«Голова тяжелая… словно я плыву по воздуху. Хочу пошевелиться, но… до чего же я устал».

Казалось, он смотрит на себя со стороны, разглядывая собственное тело сверху вниз, точно бесплотный дух.

«…Сон?»

Стоило ему осознать, что он находится внутри сновидения, как окружающий пейзаж с ревом вспыхнул багровым пламенем. Джошуа мгновенно узнал это место — оно принадлежало как его прошлому, так и настоящему.

«Герцогство Агнус…!»

Великий замок Герцога Агнуса, способный по своему величию и роскоши соперничать с Императорским дворцом, был объят пламенем. Спиной к пылающим руинам стоял одинокий силуэт с мечом в руках.

«Аден фон Агнус?»

Нет… это был не он. Мужчина сжимал в руках легендарный угольно-черный двуручник, принадлежавший Адену, однако его лицо…

«Бабель фон Агнус».

Его сын. Если верить будущему из его первой жизни, именно Бабель должен был стать следующим Герцогом Агнусом. Однако сейчас перед Джошуа стоял не тот малолетний мальчишка, которого он знал, а взрослый, сформировавшийся мужчина.

«Неужели именно так выглядело Герцогство в момент своего падения? Но ведь это должно произойти лишь через десять лет… Почему я вижу это сейчас?»

Разрушение Герцогства Агнус должно было случиться еще очень нескоро. Более того, сам Джошуа в прошлой жизни не был свидетелем этой трагедии, а значит, у него не могло сохраниться никаких воспоминаний о том дне — тем более настолько четких и живых. Oн лишь слышал смутные слухи об этом много позже, когда уже покинул обитель Агнусов и подался в наемники.

«Но что тогда означает этот сон? Пророчество?»

Хоть он и не видел этого своими глазами, это было то самое будущее, которому суждено случится. Сложив факты, Джошуа почувствовал, что происходящее напрямую связано с той новой силой, которую он недавно обрел — вероятность того, что этот сон вызван тем самым артефактом, была крайне велика.

Бабель фон Агнус, шатаясь, сделал шаг вперед. С его израненного тела непрерывным потоком стекала алая кровь, но он не замедлял шага. В нем действительно отчетливо ощущались стальная аура и непреклонный характер рода Агнус.

Чуть отдаленнее стояли двое. И хотя всё поместье сотрясалось от грохота битвы, эти трое словно находились внутри невидимого купола абсолютной тишины.

«Эта женщина… Я уверен, что уже видел ее раньше…»

Их голоса не доносились, будто на окружение были наложены чары «Молчания», однако взамен зрение Джошуа стало неестественно зорким.

Мужчина и женщина. Лицо мужчины оставалось размытым и нечетким, а вот облик женщины просматривался во всех деталях. Молодая особа, на вид лет тридцати; каштановые волосы, столь характерные для континента Игрант; роскошное, притягательное тело, которое не способны были скрыть даже простые молитвенные одежды. Ее нельзя было назвать ослепительной красавицей, но такое лицо совершенно точно заставляло обратить на себя внимание.

«Постойте-ка… Ведь это же та самая девушка…»

Неужели это та самая девчонка, которую он знал под именем «Анна»?

«Нет, сейчас не время для этого. Эта женщина…»

Воспоминания об этой персоне вспышками начали всплывать в памяти Джошуа.

— А-а-а-а-а-а-а! — Бабель взревел в приступе неистовой злобы. Oн влил всю оставшуюся ману в двуручный меч и рванул прямо на женщину.

Лицо женщины исказилось убийственной гримасой, и она лишь слегка взмахнула рукой. Ее движение было легким и непринужденным, но вот последствия оказались катастрофическими.

Короткий, исполненный боли крик вырвался из груди Бабеля, когда свирепый порыв ураганного ветра буквально разорвал его извечное тело в клочья. Силион — высший дух ветра, принимавший облик полупрозрачного льва, проявил свой истинный облик сквозь облако брызнувшей крови Бабеля.

«Аннабель Грейс».

По коже Джошуа побежали крупная дрожь и мурашки. В своей первой жизни он и понятия не имел, что Анна и Герцог Аден были знакомы, и сложившаяся ситуация повергала его в полное замешательство.

«Что, черт возьми, происходит с этой девчонкой? Почему она здесь?»

Джошуа изо всех сил попытался разглядеть лицо мужчины, стоявшего рядом с Анной. Ему жизненно необходимо было подтвердить личность этого человека.

Появление Силиона пробудило в памяти образ конкретной фигуры — ведь учителем Анны был именно он.

Даже находясь в пространстве сна, этот образ доводил Джошуа до грани безумия.

«Чёрт, я не могу его разглядеть!»

Кровь в его венах закипела. Oн чувствовал себя до ужаса беспомощным, когда ключевые ответы находились прямо перед его носом.

«Проклятье!»

Даже если инстинкты настойчиво шептали ему имя этого человека, он не мог получить прямого подтверждения.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! — не выдержав тяжести горя и боли, Бабель зашелся оглушительным, нечеловеческим воплем. Не было бы ничего удивительного, если бы он испустил дух прямо на месте от такой потери крови.

Мужчина поднял руку, и духи развеялись в воздухе так легко, словно их никогда и не существовало. Oн прошёл мимо растворяющегося Силиона и приблизился к стоявшему на коленях Бабелю.

«Я ничего не слышу!»

Ни его лица, ни его голоса — ничего. Лишь размытые, туманные очертания подсказывали, что там вообще кто-то стоит.

— Неужели ты и вправду веришь, будто одно лишь имя Агнусов способно остановить такой бушующий поток? — этот голос прозвучал первым, пробившись сквозь тишину.

На губах Бабеля, едва удерживавшего равновесие на дрожащих коленях, проступила горькая усмешка. Взглянув на мужчину, он тяжело вздохнул и отвернулся.

Медленно, но верно размытые черты лица мужчины начали обретать четкость. Джошуа сконцентрировал весь свой взор на его облике. Мужчина вскинул руки к небесам, придавая Силиону новую форму.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Под раздирающие душу крики Бабеля лицо мужчины наконец полностью открылось.

И в тот самый момент, когда Джошуа уже распахнул рот, чтобы выкрикнуть его имя, окружающий мир сокрушительно вспыхнул ослепительным, белоснежным светом.

— Драксия бел Грейс…! — Джошуа резко вздохнул и распахнул глаза.

Первым, что предстало перед его взором, была роскошная, массивная люстра. Постепенно туман перед глазами рассеялся, и очертания комнаты обрели четкость.

— Это место… — Джошуа недовольно нахмурился, оглядываясь по сторонам.

Всё его тело ломило от дикой, пронизывающей боли. Джошуа тяжело вздохнул, мысленно восстанавливая в памяти события, произошедшие перед тем, как он потерял сознание.

«Мое тело всё еще с трудом справляется с такими нагрузками?»

Он продвинулся далеко за пределы Первой Формы своего искусства владения копьем и вдобавок обрел новые способности, которыми не обладал в прошлой жизни. Но то, что он не мог полностью усвоить эту силу самостоятельно, накладывало слишком суровые ограничения.

«И все же она дарует мне колоссальное преимущество».

Вторая Форма секретного искусства владения магическим копьем сопоставима с пиком C-класса. А в сражении против монстров она позволяет на равных тягаться даже с начинающим рыцарем B-класса.

«Бронто…»

Джошуа тихо прошептал это имя при мысли о новообретенной силе: Камне Истока со стихией молнии. Это был один из пяти легендарных Первородных Камней, широко известных в его первой жизни. Вопреки скрытому внутри колоссальному могуществу, сам Бронто обладал весьма скромными размерами и непрерывно источал во все стороны разряды электричества.

«Я проглотил его целиком… удивительно, как он не созжег мне все внутренности».

Джошуа не удержался от тихой усмешки при мысли о том, насколько абсурдно это звучало.

«Сила Бронто… Неужели она действительно заключается лишь в получении стихийного атрибута?»

В его прошлой жизни маги Великой Башни за целое столетие исследований так и не смогли проникнуть в истинную природу Камней Истока.

«Нет. Возможно, они просто не стали раскрывать эти знания миру…»

Но если тот сон действительно был проявлением нового свойства Бронто…

«Неужели это было отрывочное предвидение будущего?»

В его воспоминаниях падение и гибель Герцогства Агнус совершенно точно были реальным фактом. А значит, ему необходимо досконально изучить возможности Бронто. Подобный дар выходит далеко за рамки личного боевого могущества.

«Стоит также поподробнее разузнать и об остальных Камнях Истока», — подумал Джошуа.

Наведя порядок в мыслях, Джошуа осторожно приподнялся на кровати. Боль всё еще отдавала во всем теле, но была вполне терпимой.

И тут он заметил стоящую у окна фигуру Герцога, чьи четкие очертания подсвечивал бледный лунный свет.

— Ваша Светлость? — удивленно окликнул его Джошуа.

— Разве это не забавно? — Герцог Агнус медленно повернулся к нему.

— Что вы имеете в виду?

«Что за странный вопрос? Где хоть какой-то контекст?» — подумал Джошуа, недоуменно уставившись на отца.

— Всего пару часов назад кровавый свет заливал, казалось, весь мир. А теперь он омывает землю таким холодным, безмятежным лунным сиянием.

— А-а… — Джошуа тихо вздохнул, мгновенно уловив мысль Герцога Агнуса. Он устремил взгляд вслед за отцом за окно, где на землю проливался прохладный, чистый свет.

После недолгой паузы Герцог Агнус заговорил вновь:

— Ты отправишься в Аркадию сразу же, как только мы вернемся. Как я и говорил, ты больше не Джошуа фон Агнус. Отныне ты — единственный сын обедневшего виконта Фредерика, павшего дворянина, пытающегося восстановить былое величие своего разрушенного рода. Это твоя новая личность.

— Я понял, — твердо кивнул Джошуа. Он был полностью согласен с этим планом: пока он восстанавливает и накапливает силы, лишнее внимание ему ни к чему.

— И еще… — аура Герцога Агнуса тяжелым прессом накрыла всю комнату. — Не знаю, говорил ли ты во сне или наяву, но ты произнес весьма любопытное имя.

Глаза Герцога Агнуса вспыхнули ярче ледяного лунного света.

— Драксия бел Грейс. Хм. Откуда тебе известно это проклятое имя?

В темной, тесной и тускло освещенной комнате в самых глубоких подземельях замка Локк — тайном убежище виконта Вига — друг против друга восседали двое мужчин. Первым был сам виконт Виг; вторым же…

— Сэр Шифон, сестрица Ванесса знает об этом?

— Она в полном курсе.

Виг болезненно скривился.

— И она просто смирилась с тем, что это дерзкое отродье ставит под угрозу их будущее положение?

— Она ничего не могла поделать. У нее даже не было возможности хоть как-то среагировать.

— Да что с ним вообще не так?! Я ведь до сегодняшнего дня даже не слышал его имени! — виконт Виг недовольно сдвинул брови. — У тебя есть хоть какая-то подробная информация о нем?

— В этом нет ничего удивительного. До недавнего времени он был простым конюхом и чистильщиком навоза.

— Что?! — Виг не верил собственным ушам.

— С самого рождения ему запрещалось даже ступать на порог главного поместья. А затем, не достигнув и десяти лет, он внезапно продемонстрировал колоссальную склонность к мане — будто вся его прежняя никчемная жизнь была лишь ложью.

— Да как такое вообще возможно?! — Виг не знал, то ли ему смеяться, то ли плакать. — Ладно. Я не могу в это поверить и не хочу верить, но допустим, как вы и говорите, сэр Шифон, что он действительно родился с таким чудовищным талантом. Но сам ли он достиг таких высот — вот в чем вопрос.

— …

— Молодой господин Бабель с самого детства принимал драгоценные эликсиры. Его тренировки строго контролировались, он обучался под личным наставничеством самого Великого Герцога и смог повелевать маной лишь в четырнадцать лет! И сегодня его признают величайшим гением Империи… И тут появляется этот дерьмовый ублюдок… — Виг сдулся, издав тяжелый, удрученный вздох.

Виг не проронил бы и слова, не увидь он всё своими глазами. On просто отказывался принимать это. Джошуа — ребенок от какой-то жалкой служанки — обладал большимм талантом, чем его любимый и пестуемый племянник.

— Ответь мне кое на что, — глаза Вига хищно блеснули.

— Спрашивайте.

— Я слышал, что Императорская семья признала его рыцарем C-класса всего несколько дней назад.

— Это правда, — подтвердил Шифон кивком.

— Все рыцари C-класса одинаковы, когда дело доходит до столкновения с монстрами Черного Леса. Есть ли среди них хоть кто-то еще, способный выдать нечто подобное?

Лицо Шифона заметно напряглось.

Разве это был уровень, которым мог похвастаться рядовой рыцарь C-класса? Нет. То, что сделал Джошуа, граничило с божественным чудом. Ни один рыцарь его ранга не смог бы повторить подобное — лишь техники B-класса и выше обладали столь масштабным разрушительным эффектом.

Если бы кто-то спросил Шифона, способен ли он сам совершить нечто подобное…

При этой мысли Шифон лишь отрицательно качнул головой. On понимал, что не справился бы.

«Остальные рыцари наверняка подумали о том же. Именно поэтому они и заговорили о магическом мечнике».

Магический мечник… Согласно всем известным законам управления маной, эта концепция считалась абсолютно невозможной. Мечник формировал узел маны в нижнем даньтяне, в то время как маги выстраивали кольца маны вокруг своего сердца. Попытка создать и то, и другое одновременно неизбежно приводила к постоянному конфликту энергий, делая контроль над маной абсолютно невозможным. Посему, каким бы талантливым ни был воин, никто в здравом уме не стал бы рисковать жизнью ради подобного эксперимента.

«Впрочем, нельзя сказать, будто в истории вообще не было тех, кому это удалось…» — лицо Шифона сурово омрачилось при воспоминании об одной конкретной личности. Один из владык Девяти Звезд; маг высочайшего круга, но при этом Абсолют, обладавший статусом Мастера.

«В каждом поколении рождаются единицы людей с подобным аномальным строением тела. Вот почему магические мечники — невиданная редкость в хрониках. Но неужели этому мальчишке так повезло с рождением?»

Без божественного вмешательства это было практически невозможно.

— Ты слишком долго думаешь. Я вижу ответ по одному твоему лицу, — внезапное замечание Вига силой выдернуло Шифона из раздумий. — Я не думаю, что он маг с мечом в руках. По словам Армана, нужно быть как минимум магом 3-го Круга, чтобы выдать такую мощь. Да и правда ли, что он совершил всё это сам? Обратное кажется куда более правдоподобным.

— …И что же вы имеете в виду? — возразил Шифон.

— В один прекрасный день он внезапно пробудил чудовищную силу. Разве в истории не происходило ничего подобного?

— Не может быть… — глаза Шифона расширились от шока.

— Вполне вероятно, что он заключил сделку с демоном. И не с каким-то рядовым бесом, а с высшим архидемоном из Первой Сотни.

— Это же…! — Шифон опешил.

Виконт озвучивал невероятно опасные вещи. Всё, что касалось демонов, чернокнижников и Бездны, всегда старались хоронить в глубокой тени. Их кровавый, хоть и краткий век в прошлом пронесся по континенту подобно уничтожающему всё на своем пути урагану.

— В Кариусе люди были потрясены. Я более чем уверен, что среди них существуют «Демоны Молний», способные повелевать стихией грозы.

— Это же абсурд! Все Имперские Рыцари, включая самого Великого Герцога, уже признали молодого господина Джошуа! Я сам там присутствовал. Да и маги...

— На самом деле не имеет никакого значения, заключал он сделку с высшим демоном или нет.

Теперь Шифон окончательно понял, к чему клонил виконт Виг.

— Просто поразительно, на что оказался способен этот девятилетний ублюдок. Ты всё еще уверен, что наследником Адена фон Агнуса гарантированно будет молодой господин Бабель? — пробормотал Виг с ледяным, исполненным ненависти взглядом.

— Это… — Шифон судорожно подбирал слова. On не хотел этого признавать, но даже его охватывал глухой ужас. Действительно, то, что он видел в тот день, граничило с невероятным.

— К счастью, я не думаю, что его разум развит так же высоко, как и его дар. Сопляки в его возрасте не умеют скрывать свою силу — им просто хочется выпендриваться и бравировать ею. Так что мне лишь нужно доказать, что его безрассудные поступки поставят под угрозу его собственную жизнь.

Глубоко посаженные глаза Вига хищно блеснули в тусклом свете лампы.

— Я не знаю, о чем думает сестрица Ванесса. Повторюсь: я без понятия, каков ее истинный замысел. Но даже если он немедленно отправится в Аркадию, у нас всё равно останется способ добраться до него.

— И каков же этот способ…?

— Моя дочь тоже будет учиться в Императорской Академии.

— А-а, понятно, — Шифон понимающе кивнул.

— Сэр Шифон, я бы хотел, чтобы вы уделили этому вопросу самое пристальное внимание, какой бы путь вы ни выбрали. Если этот паршивец возомнит, что может претендовать на наследство… это превратится в настоящий кошмар. Мы должны наложить на него руки до того, как всё зайдет слишком далеко.

— Я сделаю всё необходимое и подготовлюсь на любой случай.

— Я не сомневался в твоей готовности.

Виг поднялся с места и молча вышел из комнаты, оставив Шифона в полном одиночестве.

— Демон… — тихий эхом отозвался голос Шифона в пустом помещении.

В день, когда рыцари Красного Корпуса вернулись из владений Локк, в поместье Агнус состоялся первый за долгое время пышный торжественный ужин. On был призван поздравить воинов с благополучным возвращением и испросить благословения для тех, кому в скором времени предстояло отправиться в путь.

Джошуа не был любителем подобных мероприятий и незаметно ускользнул, воспользовавшись вполне обоснованным предлогом легкого недомогания.

— Нормально ли виновнику сегодняшнего торжества сбегать с собственного праздника, мой господин?

— Интересный выбор слов. «Мой господин», значит? — Джошуа тихо усмехнулся, взглянув на Каина. — Не думаешь, что если кто-то это услышит, у них возникнут лишние вопросы?

Пока рыцари не принесут официальную Рыцарскую Присягу, абсолютно все воины Герцогства Агнус принадлежали исключительно и только Великому Герцогу.

— Я ведь не выдумываю ничего лишнего, — Каин равнодушно пожал плечами. — От этих формальностей у меня лишь сердце болит… А посему отныне я нарекаю вас своим владыкой.

— А моего мнения спросить не забыл? Ты ведь в курсе, что я могу и отклонить твою присягу?

— Не верю, что мой господин отвергнет подчиненного, которому суждено стать Мастером в будущем.

— …А ты куда более толстокож, чем я предполагал.

— Принимаю это как изысканный комплимент, — широко расплылся в улыбке Каин. Джошуа оставалось лишь обреченно качнуть головой.

Когда они остановились перед дверями покоев Джошуа, Каин внимательно огляделся по сторонам и сдержанно, с глубоким уважением поклонился:

— Отдыхайте, господин. И… я сказал это абсолютно искренне. Помимо ваших колоссальных способностей, я вижу в вас невероятный, поистине безграничный потенциал. Надеюсь, вы даруете мне честь служить такому человеку, как вы.

Джошуа поглядел на склоненную голову Каина и едва заметно улыбнулся:

— Я подумаю над этим.

— В таком случае разрешите откланяться…

«А он не плох», — думал Джошуа, провожая взглядом уходящего Каина, прежде чем взяться за дверную ручку. — «Очень даже не плох».

Даже в его первой жизни вокруг него всегда собиралось немало людей. Разумеется, Джошуа мягко отталкивал их — он дал себе клятву посвятить остаток дней лишь тому единственному, кто когда-то протянул ему руку помощи и защитил. Он был уверен, что и впредь станет с настороженностью относиться к людям, пытающимся сблизиться с ним, — особенно к тем, кто превосходил его в силе.

«Именно поэтому я избавился от них всех, но…» — Джошуа до крови прикусил губу. — «Кайзер, почему?»

Его сердце судорожно сжалось. Преданная дружба, растоптанное доверие…

Его мысли невольно вернулись к разговору, состоявшемуся с Герцогом накануне вечером.

«Драксия бел Грейс».

Человек, которого он когда-то называл своим лучшим другом.

— Проклятье… — его пальцы добела сжали дверную ручку. Вспыхнувшая раскаленной иглой головная боль сдавила череп. Единственным его желанием сейчас было просто замертво рухнуть на кровать.

— Молодой господин Джошуа? — за его спиной с обеспокоенным видом появился старый дворецкий. — Вы плохо себя чувствуете?

— Все в порядке, — отрезал Джошуа, пытаясь толкнуть дверь.

— В обеденном зале всё накрыто для вас, молодой господин, — осторожно попытался заговорить дворецкий. — Все с нетерпением ждут вашего...

— В таком случае передай им, что я плохо себя чувствую и не смогу присутствовать, — Джошуа даже не удосужился обернуться.

— Но это не просто званый ужин, — дворецкий качнул головой. — Этот пир организован специально для вас Герцогиней Ванессой. И ваша мать, госпожа Люсия, уже находится там.

Взгляд Джошуа мгновенно потемнел.

— Что?

Обещанный ужин проходил в небольшом зале неподалеку от главного банкетного зала. Комнату украшал лишь один большой, изысканно сервированный стол. Это было место, предназначенное исключительно для членов семьи Агнус.

Джошуа подошел к дверям и резко распахнул их еще до того, как старый дворецкий успел вымолвить хоть слово.

— М-молодой господин Джошуа!

Джошуа был слишком поглощен своими мыслями, чтобы слушать старого слугу. Первое, что он увидел сквозь открывшийся проем, — сидящую во главе стола зрелую красавицу с пронзительным взглядом и выгнутыми дугой бровями. А рядом с ней…

— Мама, — со стальным выражением лица вымолвил Джошуа.

— Джошуа? — Люсия вздрогнула от его внезапного появления. А вот Ванесса и стоящий подле нее Шифон, казалось, ничуть не удивились.

— Так ты и есть Джошуа? Мы, кажется, впервые видимся вживую? — Ванесса приветливо улыбнулась, но Джошуа ничего не ответил.

— Молодой господин Джошуа, перед вами Герцогиня рода Агнус. Соблюдайте этикет! — сурово нахмурился Шифон.

Джошуа продолжал молчать.

— Молодой господин Джошуа! — повысил голос Шифон.

Взгляд Джошуа на долю секунды метнулся к Шифону, и тот инстинктивно вздрогнул.

«Этот взгляд…» — в горле Шифона застрял комок. Перед этой леденящей душ мощью вся наигранная вежливость моментально испарилась, уступив место первобытному инстинкту самосохранения.

— Джошуа, разве ты не должен поприветствовать Герцогиню? — Люсия с обеспокоенным видом окинула сына взглядом.

Джошуа тяжело вздохнул.

— Я — Джошуа фон Агнус. Приветствую Герцогиню.

Бровь Ванессы едва заметно дернулась. Счела ли она это дерзостью? Нет. Ее лишь покоробило то, с какой естественностью он произнес фамилию «Агнус». Впрочем, Герцогиня мгновенно взяла себя в руки:

— Я слышала, ты вскоре отправляешься в столицу. Я немного волновалась, ведь нам так и не удалось познакомиться по-настоящему.

— …В Аркадию? Вы говорите про Аркадию, Герцогиня? — глаза Люсии округлились от изумления. Она слышала об этом впервые.

— Просто зови меня «сестрой», — мягко улыбнулась Ванесса.

— Боже мой, да как я смею… — забормотала Люсия с растерянным видом. Обе они считались спутницами Герцога Агнуса, но их положение разнилось как небо и земля. Ванесса, происходившая из знатнейшего рода Империи Авалон, и Люсия — бывшая служанка; в любой другой ситуации им было бы немыслимо даже взглянуть друг другу в глаза.

Но больше всего Люсию сбивало с толку само поведение Ванессы. Герцогиня никогда прежде не относилась к ней с такой теплотой.

— Ты разве еще ничего не слышала? — с улыбкой спросила Ванесса.

— Что вы имеете в виду?

— Герцог сказал, что заберет мою младшую сестру и Джошуа с собой, когда будет возвращаться в столицу.

— Ах… Что это значит? — Люсия потрясенно хлопала глазами. Внезапная новость застала ее врасплох.

Шифон сделав шаг вперед, кратко восполнил пробелы в информации.

— Значит… Джошуа теперь рыцарь…? — Люсия ошеломленно уставилась на сына.

Тем временем, несмотря на то что всё внимание было приковано к Джошуа, его собственный взгляд был сосредоточен лишь на одном человеке.

«Неужели он разгадал мои истинные намерения?» — подумала Ванесса, натянув еще более вежливую и безупречную улыбку:

— Мне крайне неловко оттого, что я ни разу не приглашала вас за общий стол… Было бы с моей стороны дурным тоном отпустить вас в столицу без должного прощального ужина, не так ли?

— Что вы, Герцогиня… Не стоит так говорить!

— Ты снова меня так называешь, — Ванесса слегка нахмурила брови.

— Сестра… сестра, — запнулась Люсия.

— Пожалуйста, прими мои извинения за то, что раньше я пренебрегала вами. Если у тебя осталась какая-то обида, я бы очень хотела, чтобы все разногласия остались в прошлом.

— Что вы, никаких обид! Мы бесконечно благодарны за ваше невероятное радушие!

— Спасибо! — Ванесса радостно всплеснула руками. — Подавайте блюда как можно скорее.

Дверь отворилась, и слуги один за другим начали вносить подносы со снедью.

— Тебе неудобно сидеть, Джошуа? — поинтересовалась Ванесса. — Ты выглядишь недовольным с самого момента, как вошел.

— Мне здесь крайне неуютно.

Ванесса заметно обомлела от столь прямого и резкого ответа.

— Молодой господин Джошуа! — Шифон больше не мог сдерживаться.

— Жить надоело? — едва слышно пробормотал Джошуа, и в его тихом голосе явственно проступила леденящая жажда крови.

Шифон отшатнулся так, словно его ужалила змея. Его рука инстинктивно дернулась к поясу.

«Проклятье!» — его щеки вспыхнули от стыда за собственную реакцию. Подумать только, он, опытный воин, так испугался какого-то начинающего рыцаря C-класса..!

— Ах ты, дерзкий паршивец…!

В голове Шифона зазвенели тревожные колокола: удушливая убийственная аура вокруг тела Джошуа становилась всё плотнее. Шифон уже готов был обнажить меч.

«Жажда крови — это не то, что обретается простым оттачиванием фехтования. С этим не рождаются просто так. А значит…»

По спине Шифона градом покатился холодный пот, будто прямо сейчас перед ним стоял как минимум рыцарь B-класса.

Джошуа же казался абсолютно невозмутимым, словно эмоции окружающих людей не имели для него ни малейшего значения. Было чувство, будто он полностью контролирует всё происходящее вокруг.

— Судя по тому, что вы уже готовы выхватить клинок, сэр Шифон, у вас явно проблемы со вспыльчивостью...

— Джошуа!

Джошуа осекся на полуслове, осознав, кто к нему обратился, и мгновенно втянул обратно выпущенную ауру. Шифон тяжело, с облегчением выдохнул, будто с его плеч свалилась огромная глыба. Ванесса скривилась, а Люсия посмотрела на сына с явным досадой.

Оставь их наедине еще на пару секунд…

— Прекратите, сэр Шифон, — подала голос Герцогиня.

— Что за неподобающие манеры, Джошуа?! — возмутилась Люсия.

— Сэр Шифон, мы можем поговорить на пару слов? — Ванесса обменялась взглядом с капитаном.

— Разумеется, Ваше Высочество.

Ванесса грациозно поднялась с места и повернулась к Люсии:

— Подожди немного, — произнесла хозяйка дома. — Вы можете начинать обедать без нас.

— А-а… — Люсия даже не успела отвечать, как они оба вышли за дверь.

— Джошуа, да что с тобой такое?! Что они имеют в виду, говоря, что ты отправляешься в столицу? И что значит — ты стал рыцарем..?

— Извини.

Люсия застыла на месте, увидав искреннее раскаяние на лице сына. Тяжело вздохнув, она качнула головой, давая понять, что не сердится.

— Мне стоит подождать и выслушать всё позже? — тише спросила Люсия.

— Да.

— Хорошо...

— Однако…

Люсия недоуменно склонила голову набок.

— По крайней мере сейчас… просто поверь мне.

— Джошуа? — Люсия была сбита с толку суровым выражением лица сына.

Его взгляд сейчас был холоднее и тверже, чем когда-либо прежде.

Ванесса повернулась к нему, лишь когда они отошли на значительное расстояние от обеденного зала.

— Что вы себе позволяете, сэр Шифон?

— Я...

— Избавьте меня от оправданий.

— Примите мои извинения, — Шифон склонил голову.

— Я не понимаю, что с вами происходит, сэр Шифон, — Ванесса одарила его леденящим, исполненным яда взглядом. — Вы устраиваете сцену из-за какого-то сопляка.

Шифон и сам не мог толком объяснить собственные поступки. Он вспомнил тот самый день, когда впервые увидел этого мальчишку. Из самых глубин его души хлынула слепая, кипящая ярость. Враждебность, не имеющая под собой видимых причин. Лишь сейчас он начал осознавать природу этого чувства.

«Неужели это… зависть?»

Как бы ему ни не хотелось этого признавать, он ничего не мог с собой поделать. Невероятный, сокрушительный талант, превосходящий даже силы его любимого господина, и глубокое, естественное величие, которое невольно притягивало к себе людей.

«Проклятье…» — Шифон до крови прикусил губу.

— Не позволяйте иррациональным эмоциям брать над вами верх, — произнесла Ванесса. — Пройдет совсем немного времени, и вы больше никогда не увидите это вульгарное отродье.

— Что вы имеете в виду?

— Вчера как раз доставили одну вещь. Ее называют «Гари», — ответила Ванесса.

— Гари…! — Шифон потрясенно уставился на нее.

«Гари» был ядом, печально известным в кругах рыцарей.

Одним из его ключевых ингредиентов являлась ядовитая трава, произрастающая в Синих Горах — регионе с высочайшим пиком на всем континенте Игрант, заслужившем славу самого опасного места на свете. Готовый яд представлял собой белоснежный порошок, не имевший ни вкуса, ни запаха — распознать его не могли даже обостренные чувства высококлассных рыцарей.

«Гари действительно может сработать».

— Даже для жалкой твари последний путь должен быть комфортным, — с холодной отстраненностью произнесла Ванесса, медленно направляясь обратно к обеденному залу. — Рыцарь? Аркадия? Насмешка, да и только. По мне, так даже мерзкое насекомое вызывает больше уважения, чем он.

Улыбка Ванессы была холодной, словно застывший лед.

— На этот раз не допустите ошибки.

Двери распахнулись, и Герцогиня вместе со своим рыцарем вошли в залу.

— Вы ждали нас? Я ведь говорила вам начинать без нас. Мне прямо неловко, что мы...

— Как мы могли приступить к трапезе без хозяйки дома?

Ванесса одарила Люсию яркой улыбкой, после чего перевела взгляд на Джошуа:

— Я сделала сэру Шифону весьма строгое внушение. Надеюсь, ты тоже останешься этим удовлетворен.

Ванесса опустилась на свое место и окинула взглядом расставленные на столе блюда. По странному совпадению, перед Люсией и Джошуа стояло куда больше еды — скрытый умысел Ванессы, разумеется, таился именно в этом.

— Сестра Люсия, надеюсь, этот ужин не слишком обездуражил тебя или твоего ребенка?

— Что вы, ни в коем случае! Все в порядке! — слишком громко вымолвила Люсия, будто до конца не веря собственным словам.

— Я просто в восторге! — улыбнулась Ванесса. — Слава богу. А я-то боялась, что сестра будет меня недолюбливать.

— Это невозможно, — ответила Люсия, подскочив с места, точно испуганный кролик.

— Я совершенно серьезно, — Ванесса смущенно прикрыла рот ладонью. — Я действительно хочу сойтись с моей младшей сестрой поближе.

Люсия была глубоко тронута. Хотя она и не подвергалась открытой травле, ей годами приходилось спать с одним открытым глазом. Было совершенно естественно, что первые столь теплые слова в ее адрес принесли ей чувство глубокого облегчения.

— Что ж, приступим к трапезе? — спросила Ванесса, подняв приборы.

Люсия радостно кивнула.

— Тогда...

— Погодите.

Голос, прозвучавший в тишине зала, мгновенно приковал к себе внимание всех присутствующих.

Губы Джошуа изогнулись в едва заметной усмешке.

— Прежде чем мы начнем, я бы хотел выразить свое сожаление. Я не имел представления о том, насколько глубокий смысл таился в этом ужине, и проявил излишнюю вспыльчивость, — он поднялся из-за стола и отвесил легкий поклон. — Пожалуйста, примите мои искренние извинения.

— Все в порядке, — Ванесса казалась слегка озадаченной, но улыбнулась и кивнула. На лице Люсии тоже заиграла улыбка.

— Похоже, в силу своего юного возраста мой разум накопил немало бесполезного яда, — продолжил Джошуа. — Не думаю, что мачеха помыслит о чем-то подобном. Если бы мы знали о ваших намерениях заранее, мы бы и сами приготовили какой-нибудь ответный жест...

— Еще не поздно.

Джошуа широко улыбнулся на ответ Ванессы:

— Я ценю ваши слова, но вы протянули нам руку первой… — Джошуа указал пальцем на стол. — Я просто не могу позволить себе принять от вас такое превосходящее обращение.

— Эй, Джошуа, ты о чем вообще? — неловко заерзала Люсия.

— Мама, похоже, мачеха чересчур сильно печется о нас. Перед ней стоит совсем скромная порция еды, в то время как перед нами — целые горы.

— Ах!

И действительно, изысканные деликатесы были сложены щедрой горкой прямо перед ними. Щеки Ванессы вспыхнули от накатившего незримого укола тревоги, пока Джошуа продолжал неумолимо давить.

Он въедливо и до мельчайших деталей подмечал каждую реакцию Ванессы и не упустил ту тень волнения, что на мгновение промелькнула на ее безупречном лице.

На губах Джошуа заиграла поистине ангельская улыбка, когда он нанес свой решающий, сокрушительный удар:

— Мачеха, я искренне надеюсь, что мы все сможем сполна насладиться нашим последним совместным ужином.

Впервые за весь вечер идеальная, отточенная улыбка Ванессы треснула и окончательно осыпалась.

Джошуа защищал Императора на протяжении нескольких десятилетий после того, как стал его сокрушительным мечом. Его жизнь подвергалась смертельной опасности сотни, если не тысячи раз, и каждый случай был по-своему уникален. За ним охотилась лучшая гильдия убийц континента, его предавал доверенный подчиненный, которому он полностью верил…

И яд, разумеется, был в этом списке далеко не на последнем месте. На свете существовали сотни, а то и тысячи самых разных отрав, но Джошуа был свято уверен: лишь единицы столкнулись с таким же изобилием смертоносных зелий, как он.

Джошуа никогда не любил полагаться на подчиненных там, где мог взять инициативу в свои руки. К тому моменту, когда его люди убивали одного врага, сам Джошуа успевал уложить десятерых, двадцатерых, а то и больше. Из-за такой агрессивной и беспощадной тактики его тело было изранено как снаружи, так и изнутри. Он всегда находился на передовой, принимая удары на себя. On прошел через весь этот ад и выковал из себя Главный Меч Империи.

«Это „Гари“».

Джошуа мысленно усмехнулся. Главная сила яда «Гари» заключалась в его скрытности и медлительности: он не растворял внутренние органы мгновенно, в отличие от других печально известных ядов, а истощал организм жертвы постепенно. Проявляться симптомы начинали лишь примерно через неделю. К тому времени отравленная пища давно переваривалась, не оставляя никаких улик. Более того, его свойства было невероятно трудно распознать — жертва до последнего вздоха даже не догадывалась, что в ее жилах течет смертоносное зелье.

«„Гари“ ценится на вес золота, и она ухнула сюда целое состояние».

Джошуа знал, что истинный яд без цвета и запаха будет изобретен великими алхимиками самого южного королевства Фордран лишь спустя десятилетия упорных исследований. Однако до этого момента было еще очень далеко — Джошуа был твердо уверен, что в его тарелке прямо сейчас находится далеко не он. И уж точно он до мельчайших деталей знал абсолютно каждый яд, доступный на территории Империи Авалон в настоящее время.

«Яд умело примешан к приправам, а сами блюда расставлены с таким расчетом, чтобы отравить только нужных людей», — подумал Джошуа, мимоходом окинув взглядом порцию Ванессы. Как он и ожидал, перед ней стояла абсолютно чистая еда.

На долю секунды их взгляды пересеклись в воздухе. Несмотря на едва уловимую дрожь, Герцогиня продолжала держать на лице безупречную улыбку, как делала это всегда.

«С нетерпением жду момента, когда эта маска наконец искривится от ужаса».

На губах Джошуа заиграла леденящая усмешка, и он произнес:

— Раз уж вся семья впервые собралась за одним столом, почему бы нам всем не насладиться этой трапезой вместе, мачеха?

Как он и ожидал, напыщенный фасад Ванессы уже начал стремительно таять. Сердце Джошуа трепетало от предвкушения.

— Это… Это не так-то просто… Я в последнее время немного набрала в весе, поэтому очень строго слежу за своим рационом.

— Рационом? — Джошуа посмотрел на Герцогиню невинным, наивным взглядом. — А есть ли в этом необходимость? Вы и так выглядите просто ослепительно.

«Ах ты, дерзкий паршивец…!» — Ванесса тяжело вздохнула. Она была уже практически убеждена, что этот мальчишка обо всем догадывается.

«Нет… А вдруг он и вправду знает? Ходят же слухи, будто он настолько хитер, что годами успешно скрывал свои истинные способности…»

От этой мысли тревога в душе Ванессы вспыхнула с новой силой. Что, если этот изворотливый мальчишка прямо сейчас завяжет скандал и заявит, что не притронется к еде, пока Герцогиня не съест то же самое?

— Когда еще нам выпадет случай пообедать всем вместе, когда мы с матерью уедем в столицу? Давайте поедим вместе на этот раз, чтобы моя мама могла расслабиться и получить удовольствие от вечера.

В этот момент Ванессу охватило непреодолимое желание со всего размаху впечатать кулак в эту самодовольную рожу.

— Что с вами? Неужели… еда отравлена? — Джошуа громко и непринужденно расхохотался.

Ванесса не смогла вымолвить ни слова в ответ. Будь это ложью, она бы просто отмахнулась, списав всё на глупую шутку, но она-то прекрасно знала, что в его словах не было ни грамма вымысла.

— Молодой господин Джошуа, вы переходите все границы! — Шифон больше не мог сдерживаться и выступил вперед, увидев растерянное лицо Ванессы. — Что за неподобающая дерзость! Чем вы вообще шутите?! Это же обвинение в отравлении!

— Джошуа, сынок! Герцогиня ведь проявляет к нам особую заботу, организуя этот ужин! — напустилась на него Люсия.

Люсия сгорала от стыда за поведение сына, когда Шифон пристыдил его за бестактность. Пусть Джошуа и сказал это в шутку, окружающие могли истолковать его слова совсем иначе. К тому же Герцогиня лично сделала шаг навстречу и протянула им руку мира. И вместо благодарности ее сын прозрачно намекает на яд! Происходя из знатнейшего королевского рода, Герцогиня ни за что не стала бы терпеть подобные оскорбления.

Люсия поспешно повернулась к Ванессе:

— Пожалуйста, примите мои искренние извинения. Джошуа, немедленно извинись перед Герцогиней!

Люсия паниковала всё сильнее, замечая, как каменеет лицо Ванессы.

Джошуа же лишь смерил присутствующих леденящим, отстраненным взглядом. У него не было ни малейшего желания втягиваться в грязную войну за престолонаследие семьи, которой в будущем все равно суждено сгореть в пламени. Впереди его ждало множество куда более могущественных и опасных врагов. On совершенно не стремился наживать себе новых противников на пустом месте.

Однако эти люди переступили черту. Он мог бы закрыть глаза на их жалкие козни, будь он единственной мишенью. Но они дерзнули протянуть свои грязные руки к человеку, на которого не имели права даже смотреть.

— Неподобающая дерзость… Но ведь вы наверняка подумали о том же самом.

— Э-э, что...

— У меня есть к вам вопрос, — Джошуа уставился прямо в глаза Шифону. — Вы вообще имеете представление о том, кто я такой?

Шифон замер. Он даже не задумывался об этом ранее.

— Полагаю, ваше молчание — вполне исчерпывающий ответ.

Губы Шифона оставались плотно сжатыми. Он не мог найти ни единого слова для возражения. Как бы сильно он ни презирал Джошуа за его низкое происхождение, Шифон не мог оспорить тот факт, что в жилах этого мальчика течет кровь его законного господина.

— А вы что думаете, мачеха?

Слова «мачеха» окончательно вывели Ванессу из себя, когда она встретилась взглядом с Джошуа. Ее тело мелко дрожало от сжигающей изнутри ярости. Она больше даже не пыталась скрывать свою лютую ненависть, исходившую от изогнутых в гневе бровей.

— Я ведь просто пошутил, но реакция сэра Шифона наводит на мысль, что это вовсе не шутка, — в глазах Джошуа вспыхнул опасный, хищный блеск. — Вы действительно отравили еду?

Лицо Ванессы медленно наливалось багровым цветом, и казалось, что она вот-вот взорвется от гнева...

— Ах ты… Да как ты…! — Шифон не выдержал и выхватил клинок из ножен за мгновение до того, как Ванесса окончательно потеряла контроль над собой. — Я больше не намерен это терпеть! Даже если в твоих венах течет кровь моего господина! Оскорбление членов Императорской семьи карается немедленной казнью на месте!

— Да как ты смеешь…?! — рыкнул Джошуа, и из его тела вырвалась удушающая, концентрированная жажда крови. Она была в разы мощнее и опаснее той ауры, что он демонстрировал ранее.

«Неужели я… пасую перед ним?» — Шифон ощутил на себе всю тяжесть бритвенно-острого намерения Джошуа. On прекрасно знал, что пропасть между рыцарями C- и B-класса непреодолима, но инстинкты брали верх. Он точно знал, что Джошуа — всего лишь C-класс, и категорически отказывался принимать факт того, что испытывает подобный животный страх перед каким-то мальчишкой.

— Не смей со мной играть! — взвизгнул Шифон. Его мана хлынула во все стороны подобно взрыву небольшой бомбы. Лишь ощутив густую темно-синюю ману, поднимающуюся из своего даньтяня, Шифон снова почувствовал относительную безопасность.

— Умри, — тихо прошептал Джошуа.

В его руке из ниоткуда вспыхнул длинный железный шест.

«Встроенная магия пространственного хранилища?! Я знал, что у него есть необычные артефакты, но даже представить не мог, что нечто подобное!»

Глаза Шифона расширились от изумления. Однако это было далеко не самым страшным.

«Разве это мастерство C-класса?!»

Шифон, сгибаемый напором энергии Джошуа, не верил собственным глазам. Мана, исходившая от мальчика, была настолько гигантской и необъятной, что соответствовала как минимум уровню B-класса!

«Какая феноменальная, чудовищная скорость роста…!» — Шифоном овладел настоящий ужас, но остановить занесенный клинок он уже не мог. — «Я понятия не имею, кем ты станешь, если уйдешь отсюда живым. Куда лучше, если ты сдохнешь прямо здесь и сейчас..!»

Шифон вложил в этот удар всю до последней капли ману, что у него была.

Напряжение достигло своего апогея, повиснув на волоске от катастрофы.

— Скажите мне… чем это вы здесь занимаетесь?

Низкий, бархатистый и глубокий голос отчетливо прозвучал над ушами четырех человек, находившихся в комнате.

*

Огромный Императорский Дворец вмещал в себя множество отдельных резиденций, предназначенных исключительно для принцев. Однако одна из них особенно выделялась — самый дальний дворец, стоявший на отшибе.

В отличие от прочих элегантных, пышно украшенных покоев, это место выглядело по-настоящему обшарпанным и запущенным.

Что примечательно, сегодня его тяжелые двери были распахнуты настежь.

В угасающих лучах заходящего солнца в самой большой зале обособленного дворца раздался тихий, размеренный стук.

Мужчина, сидевший у окна, плавно поднял голову от книги на этот звук. Впрочем, его все еще точнее было бы назвать юношей, нежели мужчиной. Мальчишка с пронзительным взглядом и яркими золотистыми волосами, способными привлечь к себе внимание, где бы он ни появился: Кайзер бен Бриттен, четвертый принц Империи Авалон.

— Это Эвергрант, Ваше Высочество.

— Входи, пожалуйста.

Дверь плавно отворилась, пропуская Эвергранта — Главного Мага Империи, облаченного в свою неизменную, безупречно белую мантию.

— Прибыло письмо из поместья Агнус, — с глубоким почтением доложил Эвергрант.

— Похоже, он наконец принял решение, — в глазах Кайзера вспыхнул огонек скрытого вожделения. Он с нетерпением ждал прибытия этого послания.

Приняв письмо из рук Эвергранта, Кайзер поинтересовался:

— Ты уже ознакомился с его содержимым?

— Я счел это верх бестактности, а потому доставил его вам лично сразу же, как только оно прибыло в Дворец через магическую почту.

Абсолютно вся корреспонденция, отправляемая членам Императорской семьи через магическую почту Дворца, проходила через руки Эвергранта как самого старшего и могущественного мага. С развитием магии способы покушений становились всё изощреннее, а потому обязанность проверять каждое письмо естественным образом легла на его плечи.

Кайзер тепло улыбнулся Эвергранту в знак благодарности за его предусмотрительность:

— Как думаешь, он действительно примет мое предложение?

— Я убежден, что он согласится, — без колебаний ответил Эвергрант. — Каждый рыцарь мечтает вступить в Орден Рыцарей Тамплиеров. Нужно быть круглым дураком, чтобы отвергнуть такой шанс.

— Что ж, посмотрим… — при воспоминании о мальчишке с невероятными синими волосами на губах Кайзера заиграла легкая улыбка, пока он пробегал глазами строки письма.

Тук.

Письмо выскользнуло из его пальцев и упало на пол.

— Ваше Высочество? — Эвергрант осторожно подался вперед. Его худшие опасения подтвердились, когда Кайзер ничего не ответил.

— Ха-ха-ха-ха-ха… — тихий смешок вырвался из груди Кайзера.

— Ваше Высочество? — внезапная вспышка принца заставила Эвергранта растеряться и почувствовать себя неловко.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — выброшенное письмо с хрустом смялось под каблуком Кайзера. Его скромная, сдержанная улыбка исказилась в безумном скале, а прежде добрые глаза вспыхнули психотическим, отравленным светом.

— …Джошуа фон Агнус.

— Герцог! — от внезапного появления Герцога Агнуса Шифон окончательно растерялся.

— Я спросил: чем это вы здесь занимаетесь, Шифон?

— Я…! — Шифон судорожно сглотнул, встретившись с глубоко посаженными, тяжелыми глазами Герцога Агнуса. Его господин явно проявлял интерес к Джошуа. Более того, он, будучи подчиненным, дерзнул поднять клинок на ребенка своего господина. Не возникало никаких сомнений: подобному поступку не было оправдания.

Пока Шифон панически перебирал варианты действий, Ванесса выступила вперед:

— Я пригласила Люсию и мальчика. Слышала, вы забираете их в столицу, вот и решила устроить прощальный ужин перед их отъездом.

То, с каким нажимом Ванесса произнесла слово «столица», заставило Герцога Агнуса тщательно взвесить свои следующие слова. Он внимательно огляделся по сторонам: глаза Герцогини пылали от ярости, а Люсия сгорала от тревоги и не находила себе места.

Затем его взгляд упал на блюда, и в глазах блеснула догадка. Он мгновенно повернулся к Ванессе.

По телу Ванессы прошла легкая дрожь. Ее реакции было более чем достаточно вместо любых объяснений.

— И долго ты еще намереваешься так стоять?

— Ах… — Шифон поспешно засунул меч обратно в ножны. Точно так же и Лугия с легким взмахом руки Джошуа растворился в воздухе.

— Мы отправляемся завтра утром… — Герцог Агнус окинул взглядом Джошуа и Люсию. — Поднимайтесь…

— Хорошо, — Джошуа без колебаний поднялся со своего места и подошел к Люсии. — Мама...

— Ах! Да… — Люсия позволила аккуратно вывести себя из обеденного зала.

Но едва Герцог Агнус собрался уйти вслед за ними, за его спиной раздался голос:

— Почему вы так поступаете? Вы даже не собираетесь ничего отрицать? Почему вы всегда держите меня в неведении?!

— …Ты держишь на меня обиду? — Герцог Агнус медленно повернулся к Ванессе.

— Да! — лицо Ванессы исказилось.

— И что же тебя так ранит?

— Что..?!

— …То, что я внезапно проявил интерес к Джошуа и Люсии?

— Не смейте упоминать эту дрянь при мне! — сорвалась на крик Ванесса. — Вы ради этого на мне женились?! Вам никогда не было дела до меня, честь и гордость рода всегда стояли для вас на первом месте!

Герцог Агнус оставался безучастным, несмотря на ее бурный эмоциональный всплеск.

— Для того, кто рождается в Императорской семье, династический брак — естественное положение вещей. Я выходила за вас не по любви, так что об этом я даже заикаться не стану. Однако…! — Ванесса до крови прикусила губу. — Я не стану молчать, если этот мальчишка навредит Бабелю! Бабель для меня — всё, ровно так же, как для вас всё — честь и наследие семьи. Как один из высших дворян Империи, облачись вы хотя бы элементарным приличием, вы бы понимали, как стоит мыслить...

— Элементарным приличием? — Герцог Агнус усмехнулся, но его глаза оставались ледяными. — Разве человек с «элементарным приличием» поступил бы так?

— Что…? — Ванесса мгновенно погрузилась в липкую тревогу, едва сумев вытолкнуть из себя ответ.

— Вы двое за идиота меня держите?

Стальной, пронизывающий взгляд Герцога тяжелым грузом опустился на Ванессу и Шифона. Это было прямым подтверждением.

«Он всё знал».

Люсия читала Джошуа нотации больше часа после того, как они покинули обеденный зал.

«Уверен, она была всерьез расстроена», — горько усмехнулся Джошуа. Он ничего не рассказал ей заранее, несмотря на грянувшие колоссальные перемены. С точки зрения самого Джошуа, в этом не было ничего особенного — он просто был слишком занят, чтобы поговорить. Но это послужило лишь жалкой отговоркой.

Не то чтобы они жили в разных домах. Найди он желание — время обязательно бы нашлось.

Людям всегда свойственно сочинять для себя красивые оправдания, которые потом впиваются острыми шипами в родительские сердца.

Джошуа прервал самобичевание, едва заметил гостя, поджидавшего его у дверей покоев.

— Каин?

Поскольку комната Джошуа располагалась в уединенном крыле огромного поместья, в пустом коридоре больше никого не было.

Топ. Топ. Топ.

Глухие шаги Каина эхом отдавались от стен, пока он приближался к Джошуа.

— Я ждал вас, господин, — рыцарь глубоко поклонился.

— Долго же ты простоял здесь?

— Помилуйте, — усмехнулся Каин, качнув головой. — Я не настолько неповоротлив.

— Хм… Неужели? — Джошуа смерил его недоверчивым взглядом.

— Как прошел ваш ужин? — смущенно перевел тему Каин.

— Ты знал?

— Вас не было в комнате, поэтому я поинтересовался у дворецкого. ОН и ответил, что вы изволили отправиться на обед.

«Неужели и дворецкий замешан в этой игре?»

Каждая деталь этой интриги была тщательно и въедливо спланирована. Без сомнений, Ванесса запустила свои щупальца во все уголки поместья Герцога. Это стало еще одной веской причиной для Джошуа как можно скорее перебраться в столицу и начать ковать там собственное влияние. Назойливые насекомые, вьющиеся вокруг него самого, его не волновали, но вот донимать мать он им точно не позволит.

— Я слышал, вы отправляетесь в столицу уже завтра утром.

Джошуа слегка вскинул бровь, пока Каин продолжал:

— Это лишь мое скромное мнение, но… Я убежден, что это блестящее решение. Вы сможете спокойно взрастить собственную силу под покровительством столицы и перенять немало полезного у Великого Герцога.

Каин на мгновение запнулся, а затем его лицо стало предельно серьезным:

— У меня есть к вам прошение, молодой господин.

— Какое?

— То, о чем я говорил вам прежде… Мое самое искреннее желание. Примете ли вы меня к себе на службу?

Выражение лица Джошуа потемнело. Просьба Каина заставила его задуматься. Разумеется, чем могущественнее его сторонники, тем проще будет его путь. Он и без того планировал собирать под своим крылом выдающихся людей. Однако существовала одна деталь, которую следовало прояснить раз и навсегда.

— Ты хоть представляешь, какой путь мне уготован? Если ты жаждешь славы и почестей, то обратился явно не по адресу. Люди будут с ужасом отворачиваться от моей дороги, ибо она сплошь вымощена кровью, — Джошуа въелся пристальным взглядом в глаза Каина. — Ты все еще хочешь идти за мной?

— Верный рыцарь лишь слепо верит своему господину и повинуется ему, — Каин медленно опустился на одно колено перед Джошуа. — Сколько бы крови ни пролилось на этом пути. Такой шанс выпадает лишь раз в жизни. Я, как рыцарь, готов поставить свою жизнь на вас, молодой господин Джошуа.

— Даруете ли вы мне эту великую честь? — Каин с грохотом приложил кулак к груди, в область сердца.

Угрюмая мрачность на лице Джошуа растаяла, уступив место звонкому, искреннему смеху:

— Пожалуй.

На следующее утро слуги и обитатели Герцогства суетились как пчелы в улье. Никто не смел роптать или выражать недовольство, хоть еще накануне вечером в поместье гремел пышный ужин.

Ибо сегодня был день, когда сам Герцог отправлялся в столицу.

— Смирно! — рыцари Герцога выстроились ровными шеренгами перед главными воротами замка, едва на пороге показался Герцог Агнус.

— Честь! — проревел Армстронг, командир Рыцарского Ордена «Золотая Грива».

Как один, воины вскинули мечи к небу. Сотни рыцарей двигались в абсолютном единении, словно идеально отлаженный часовой механизм.

— Ты уверен, что с тебя хватит этого? — спросил Герцог Агнус.

— Всё в полном порядке, — отозвался Джошуа.

Брови Герцога Агнуса сошлись к переносице:

— Пусть ты и отправляешься под видом обедневшего дворянина, количество твоей свиты никто не ограничивал. Не думаешь, что путешествовать в сопровождении лишь одного-единственного рыцаря будет крайне неудобно?

— Вы уже забыли, как я жил всё это время? — Джошуа усмехнулся и бросил беглый взгляд через плечо на Каина. — Для меня и один слуга — это уже излишество.

— Что ж… Ладно. В таком случае — в путь, — Герцог Агнус натянул поводья.

— За Агнус!

— Марш!

Джошуа окинул поместье последним, прощальным взглядом, после чего последовал за Герцогом сквозь живой лес из сверкающих на солнце клинков.

— Стой-те! — громкий, подобный раскату грома голос внезапно нарушил торжественную тишину.

— …Чарльз? — Герцог Агнус остановился и обернулся к подбежавшей девушке.

— Вы уже собирались уезжать, Ваше Сиятельство, а я даже не попрощалась с вами как следует, — Чарльз выглядела прелестно, как и всегда, а ее ярко-рыжие волосы пылали на солнце.

— Что ж… — Герцог Агнус тяжело вздохнул, глядя на непривычно серьезный и кроткий вид Чарльз.

— Прошу прощения за то, что мы явились без предупреждения и в такой момент, Герцог, — вмешался Кокс. — Но с моей стороны было бы верхом невоспитанности не проводить вас в путь.

— Все в порядке, Кокс, — Герцог Агнус качнул головой и снова повернулся к Чарльз. — В самом деле, Ребрекка и Айслайна уехали, даже не показавшись. Похоже, тебе уже немного лучше?

— Ах, да. Благодаря вашей заботе, Герцог, я пошла на поправку куда быстрее. Принесите мои извинения за то, что причинила вам столько хлопот.

— Мне кажется, или наша юная сорванка из рода Понтье внезапно преобразилась? — Герцог Агнус состряпал удивленную мину, чем немало развеселил Кокса. Даже сам Кокс еще не успел привыкнуть к текущим манерам юной госпожи.

Еще совсем недавно Чарльз была наивной, взбалмошной девчонкой, которая носилась повсюду без цели и удержу, а ее фирменным окликом было неугомонное: «Дяденька, дяденька!».

— Твой отец должен гордиться тобой. Хотя, признаться, немного жаль… Я даже успел соскучиться по той прежней Чарльз…

— Ладушки, дяденька! Тогда, может, как в старые добрые?

— Э-э?! — пискнул Кокс, когда Чарльз мгновенно сбросила кроткую маску.

— Ха-ха! Вот это узнаю мою Чарльз! Если ты планируешь посетить столицу, не хочешь присоединиться к нам? Я слышал, твой отец сейчас тоже находится в Аркадии.

— Благодарю за ваше великодушие, но, боюсь, это невозможно. Я обещала Коксу нанести визит его семье по дороге обратно.

— Юная госпожа, но ведь это обещание… — Кокс виновато замялся.

— Я делаю это не ради тебя, Кокс, а ради Анны, твоей возлюбленной!

— Это… — Кокс вздохнул и покорно замолчал, а на губах Чарльз заиграла лукавая улыбка.

— И… молодой господин Джошуа?

«Что еще за чертовщина?»

Джошуа мысленно сжался, когда Чарльз окликнула его по имени. По какой-то причине ее приближение заставило его внутренне напрячься. Все вассалы и рыцари Герцогства пристально наблюдали за ними — будет крайне паршиво, если они начнут распускать сплетни.

— Не бойтесь. Я вас не съем, — сладко улыбнулась Чарльз.

— Ха-х! — послышались сдавленные смешки среди рыцарей.

— Ты... — Джошуа хотел было спросить, что она задумала, но его бесцеремонно перебили.

— Это знак нашего рода, — Чарльз хитро улыбнулась и протянула Джошуа ладонь.

— Ю-юная госпожа?! — заикнулся Кокс. Он первым распознал предмет в ее руке: размером с ладонь, вылитый из чистого золота кулон с гравировкой золотой совы. Остальные зрители точно так же вытаращили глаза, ошеломленные внезапным появлением герба семьи Понтье.

— Почему юная госпожа Чарльз преподносит молодому господину Джошуа столь ценный дар…?

— Неужели юная госпожа Чарльз положила глаз на молодого господина Джошуа?

— Что за чушь собачья! В сердце юной госпожи Чарльз уже давно царит молодой господин Бабель!

— Да какая разница? Сердце женщины гибко, как тростник! Они даже не обручены, так в чем проблема?

— Эх, и это говорит человек, который абсолютно ничего не смыслит в женских сердцах!

— Чего ты там ляпнул?!

Настроение Джошуа стремительно испортилось. Он стремился продемонстрировать свои навыки и силу, а не подкармливать слухи при дворе.

— И что мне с этим делать?

— Только не подумай ничего такого, я вовсе не из навязчивых. Это ничего такого не значит, просто… — Чарльз подмигнула ему. — Считай это личным приглашением. Пожалуйста, навести нашу семью, если судьба занесет тебя в Аркадию.

— С чего бы мне... — Джошуа осекся, заметив, что Чарльз вот-вот пустит слезу.

— Из-за чего это юная госпожа Чарльз плачет?

— Наверняка у госпожи были свои причины отдать ему герб.

— Это ведь просто приглашение, но молодой господин Джошуа ведёт себя как слишком суровый противник.

Разумеется, благодаря своему сверхчеловеческому слуху Джошуа отчетливо слышал каждый шепоток.

«Вот ведь…»

Мальчишка оказался в полном замешательстве. Любой рыцарь обязан соблюдать этикет по отношению к дамам.

«Если эта сорванка прямо сейчас разрыдается, слухи расползутся как пожар по сухой траве. Каждый в поместье начет вынюхивать, кто я такой. Ничего хорошего из этого не выйдет».

Джошуа скривился. Ему потребуется как минимум пять лет, чтобы восстановить свою прежнюю силу до достойного уровня. В какой-то степени его вполне устраивал план с подставной личностью — он мог спокойно оставаться в тени и постепенно копить могущество. Но все его тщательно продуманные планы могли пойти крахом из-за строптивых выходок Чарльз.

«Даже если я возьму его, мне вовсе не обязательно им пользоваться. В конце концов, Аркадия огромна — мы не пересечемся, если я сам не стану ее искать».

Джошуа тяжело вздохнул и перевел взгляд на Чарльз.

— …Ну так что? — Чарльз снова неловко протянула ему кулон. — Ты правда намерен так меня опозорить? Я ведь просто пытаюсь загладить вину за свое прежнее равнодушие...

— Ах! Ладно! Я понял! — Джошуа выхватил кулон у нее из рук. На губах Чарльз на мгновение мелькнула торжествующая, дразнящая улыбка, но озабоченный своими мыслями Джошуа этого даже не заметил.

— Нас ждет долгий путь, — сдержанно кашлянул Герцог Агнус, хотя на его лице играла лукавая ухмылка. — Нам пора выдвигаться. Чарльз, могу ли и я как-нибудь заглянуть к вам в гости?

— Разумеется, дядя… То есть, Герцог! Вам всегда рады в нашем доме.

— Тогда мне стоит заранее припасти королевское «Де Беллю»! Поговаривают, твой отец — тот еще любитель выпить! Ха-ха-ха-ха!

— Что ж, до встречи, юная сорванка.

— Доброго пути, Ваше Сиятельство!

— Береги себя, Кокс.

— Ваше Сиятельство. До следующей встречи.

— В путь! — Герцог развернул коня.

— Выдвигаемся!

Герцог Агнус задумчиво окинул взглядом спину Джошуа, когда они тронулись с места.

«Похоже, ты даже не догадываешься, что означает для знатной дамы вручить кому-то герб своего рода».

Улыбка Герцога была яркой, словно лучи восходящего солнца.

Императорский дворец Королевства Авалон.

Джакен, глава секретной службы Императора, ниц пал перед высоким престолом.

— Ваше Величество, согласно вашему приказу, мы получили новые сведения относительно Герцога Агнуса.

— Докладывай, — в темных глазах владыки блеснул тусклый огонек.

— Ожидается, что Герцог Аден фон Агнус и его второй сын, Джошуа фон Агнус, прибудут в столицу через три дня. И…

— И?

— Рекомендация Четвертого Принца Кайзера о зачислении в Императорский Орден Рыцарей Тамплиеров… была отклонена.

— Что? — глаза Маркуса широко раскрылись. — Он отказался?

Могущество Ордена Рыцарей Тамплиеров невозможно было переоценить. Ни один дворянин титулом ниже графа не смог бы противостоять даже рядовому члену этого ордена. Не было преувеличением сказать, что с возвышением власти Императорского дома они превратились в самую грозную военную силу во всей Империи.

Будет достаточно сказать, что Император Маркус искренне считал себя самым могущественным человеком на всем континенте. Однако Джошуа, судя по всему, был иного мнения. Второй сын — да к тому же незаконнорожденный. В большинстве аристократических семей жизненный путь такого ребенка полностью зависел от милости старшего наследника.

Согласно обычаям королевства, знатные роды выбирали преемником исключительно старшего сына — за исключением тех случаев, когда тот совершал чудовищный проступок, влекший за собой лишение прав на наследство. Что еще сильнее усугубляло положение, Джошуа был сыном обычной служанки, а не урожденной дворянки. Если Бабель фон Агнус унаследует титул и владения, Джошуа в конечном счете либо сгинет, либо будет сослан в самые глухие и захолустные земли герцогства.

Исключение делалось лишь для тех младших братьев, которые с самого начала безоговорочно поддерживали притязания первенца. Но случай Джошуа явно под это не подпадал.

— …Он правда полагает, будто способен захватить власть в семье лишь собственными силами? Я разочарован.

— Судя по всему, дело вовсе не в этом.

— Я не совсем пониманию.

— Согласно письму, которое Джошуа фон Агнус направил Принцу Кайзеру: «Я не нуждаюсь в протекции Вашего Высочества. Я подчинюсь воле Его Величества, верховного Императора, в строгом соответствии с законами Империи».

Глаза Императора Маркуса медленно сощурились.

«Ты намерен безропотно исполнять мои приказы?»

Это могло означать лишь одно — и то был самый безопасный и прямой путь для изгоя, желавшего перевернуть расклад сил одной лишь собственной мощью.

«Только ты мог оказаться настолько исключительным».

— Неужели ты вознамерился сокрушить их? Наших Императорских Рыцарей, гордость и отраду всей Империи?

Джакен старался сжаться как можно сильнее и не привлекать к себе внимания, пока безумный, раскатистый хохот Императора сотрясал стены тронного зала.

— А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

— Вы можете пока оставаться здесь, — один из рыцарей Герцогства показал Джошуа скромное, неприметное здание. Джошуа сдержанно кивнул в ответ.

Они прибыли в Аркадию уже ближе к вечеру. Столица действительно в полной мере оправдывала свою блистательную славу. Внушающий трепет и трепетное почтение Императорский Дворец возвышался над остальными строениями, безраздельно господствуя над городским пейзажем. Впрочем, Джошуа этот вид наскучил еще в прошлой жизни.

Цены на землю в Аркадии были столь же ошеломляющими, как и ее великолепие: Герцог Агнус, как один из влиятельнейших аристократов Империи, разумеется, владел резиденцией в самом дорогом районе столицы. Одно-единственное здание в сердце Аркадии стоило столько же, сколько целая крепость в какой-нибудь провинции. Это служило еще одним неопровержимым доказательством колоссального богатства и высокого статуса рода Агнус.

Здание же, перед которым сейчас стоял Джошуа со своими спутниками, напротив, располагалось на самой окраине города. И хотя про Аркадию говорили, будто она на половину состоит из домов, а на половину из людей, на этой улице не было видно практически ни души.

— Это место… — тихо пробормотал Каин.

— Ты уже бывал здесь?

— Да. В Аркадии прошло мое детство, я приезжал сюда вслед за Герцогом.

«Он доверял тебе настолько, что брал с собой?» — в глазах Джошуа вспыхнул огонёк интереса. — «Но лишь я сумею раскрыть твой истинный потенциал».

Для Джошуа было очевидно, что Каин скрывает свои истинные способности — даже несмотря на то, что нынешние чувства самого Джошуа не достигали и десятой доли его прежней остроты. Однако, что странно, это было буквально всё, что он знал о «сэре Каине». Это могло означать одно из двух: либо в прошлой жизни тот так и не смог превзойти свой предел и канул в небытие, либо сгинул вместе со всем Герцогством Агнус еще до того, как успел расцвести в полную силу.

«Как бы там ни было, со мной ему явно будет лучше».

Раз уж он взял Каина под свое крыло, то берет на себя и полную ответственность за него. Он сделает всё, чтобы его люди могли шагать с высоко поднятой головой. Именно так истинный господин должен проявлять признательность за преданность своих слуг.

— Я был здесь всего единожды, — Каин почесал затылок. — Он пригласил меня сюда, чтобы проверить мои навыки. Как вы могли заметить, у резиденции Герцога слишком много лишних глаз, так что лучшего места для тихих тренировок просто не найти.

С этими словами Каин отпер дверь и толкнул ее от себя.

— Ох! — радостно хихикнула Люсия, едва перед ней открылось внутреннее убранство. Вопреки обветшалому внешнему виду, внутри всё было просторно и безупречно чисто; а на заднем дворе проглядывала небольшая, но отлично оборудованная тренировочная площадка.

— Хм… — Это было ровно то, чего и хотел Джошуа: тихое, уединенное место для тренировок и медитаций, где его не станут донимать чужие любопытные взгляды.

«Впрочем, с точки зрения безопасности место ужасное — именно из-за своей малонаселенности».

Герцог Агнус отправил вместе с ними троих слуг. За исключением Каина, двумя другими были горничные для помощи Люсии. Это вполне устраивало Джошуа, но вот если на них совершат нападение…

«Каину будет непросто защитить маму в одиночку, а я не смогу находиться здесь непрерывно. Значит…»

Учебный год только что завершился, и в Академии начались каникулы; а это означало, что до начала нового семестра оставалось еще больше двух месяцев. Времени более чем достаточно.

— Каин.

— Да? — услышав за спиной голос Джошуа, Каин обернулся.

— Я отлучусь ненадолго.

— Прямо сейчас? — Каин недоуменно хлопнул глазами. Он уже собрался пойти вслед за Джошуа, но тот отрицательно качнул головой.

— Поручаю заботу о матери тебе.

— …Город ведь огромный. Вы заблудитесь, если станете плутать где попало, — растерянно пробормотал Каин, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Джошуа. — Ну, наверное, просто пойдет немного прогуляется.

Пожав плечами, Каин развернулся и вошел в дом.

Джошуа неторопливо шагал к центру столицы, поглядывая по сторонам. Город кишел архитектурными сооружениями, а жители то и дело сбивались в шумные, веселые компании. Наблюдать за этим было странно и свежо, несмотря на то, что место казалось ему до боли знакомым.

«Впечатления потом. Сейчас есть дела поважнее», — Джошуа уверенно прибавил ход. В данный момент он остро нуждался в информации — мальчишка жаждал восполнить пробелы в собственной памяти.

Свернув с развлекательной улицы, Джошуа петлял по темным переулкам, подальше от шумного центра.

— Всё точно так же, как и десятки лет назад, — ухмыльнулся он, когда наконец добрался до места назначения.

Перед ним возвышалось здание с вывеской «Бокал вина в Белом Раульфе», которая поскрипывала и раскачивалась так, словно готовилась рухнуть в любую секунду. Судя по названию, это был обычный трактир.

«Но лишь на первый взгляд».

— Парень, ты часом дорогой не ошибся? — раздался голос за спиной, едва Джошуа протянул руку к дверной ручке.

«Наконец-то появился главный персонаж».

Джошуа почувствовал слежку еще в тот момент, когда впервые ступил в этот переулок.

Он медленно повернулся и сладко улыбнулся незнакомцу.

«Я пришел точно по адресу».

Выражение лица незнакомца лишь подтвердило его догадку.

Истинному осведомителю не требовалась ни гигантская сила, ни выдающийся ум; ему нужны были лишь скрытность и умение водить за нос.

«И в этом смысле невзрачная, абсолютно незапоминающаяся внешность этого типа делает его идеальным образчиком своей профессии».

Джошуа небрежно бросил фальшивому зеваке:

— Я пришел за красной монетой, зарытой на самом дне реки Раульф.

На лице мужчины на мгновение промелькнуло изумление, но он тут же взял себя в руки.

— Следуй за мной.

«И впрямь…» — улыбнулся Джошуа. Этот человек никогда не задавал лишних вопросов, кто бы перед ним ни стоял — будь то хоть торговец драконьими сердцами. Скрытные сделки по разумным расценкам.

«Его наверняка озадачило мое детское телосложение, но он строго придерживается своего устава. Полагаю, именно так и становятся лучшими в этом бизнесе».

В заведении пока не наступил час пик. Большинство столиков пустовало, и лишь за несколькими поодиночке сидели редкие посетители. Впрочем, настоящими гостями их назвать точно было нельзя.

— Райан, подмени меня за стойкой.

Едва Джошуа и его спутник прошли мимо, один из «выпивох» поднялся из-за стола и выскользнул за дверь.

— Можете не переживать за безопасность. Меня бы заинтересовало даже сердце дракона, но сливать информацию о мелочах нет никакого смысла — если только речь не идет о чем-то действительно крупном.

Доверие являлось жизненной артерией этой индустрии. В конце концов, кто станет покупать сведения у того, чьи утечки гремят по всему континенту? Любая брешь в безопасности означала бы немедленный крах гильдии.

Молодой человек зашел за угол и пошарил рукой в темной нише. Раздался тихий щелчок, и глазам открылся потайной подземный ход.

— Осторожно, здесь темно.

Джошуа кивнул и шагнул во тьму вслед за проводником. Они шли довольно долго, пока наконец не остановились.

В конце длинного туннеля располагалась ярко-красная дверь, возле которой дежурили двое стражников.

— Клиент, — коротко бросил проводник.

Стражники молча распахнули перед ними двери.

«Неужели его статус выше, чем я предполагал?» — Джошуа с интересом окинул юношу взглядом. Сделать так, чтобы охрана реагировала на тебя без лишних слов даже в секретном коридоре… Действительно, как говорится, не суди о человеке по его внешности.

Помещение за дверью оказалось куда меньше, чем представлял себе Джошуа. Зал ожидания был примерно такого же размера, как и верхняя комната, а по бокам тянулся ряд небольших кабинетов. Всего их было шесть, с табличками от «1» до «5», а последняя скрывалась за плотной темной шторой. Проводник провел Джошуа в третью комнату и указал на кресло во главе стола.

— Присаживайтесь.

Джошуа спокойно опустился в кресло и оглядел комнату. Она была такой же скромной, как и зал ожидания. По центру стоял стол, а в задней стене виднелось отверстие размером с кулак, за которым и уселся молодой человек.

«Должно быть, данные передают прямо через эту дыру?»

— Что ж, какая именно информация вам требуется?

— Ты тоже осведомитель? Сам продаешь?

— Да, всё верно. С этим есть какие-то проблемы?

— Нет, просто довольно забавно, что сам управляющий филиалом лично провожает меня ради информации всего лишь 3-го уровня… — Джошуа усмехнулся и качнул головой. — У вас тут что, дефицит кадров?

Глаза юноши задергались.

— …Похоже, вы неплохо знакомы с нашей организацией, но как вы узнали, что я управляющий филиалом?

— Я и не знал… Но твоя реакция только что всё выдала.

— Что?

— Элементарно, — хмыкнул Джошуа. — Ты бы не стал спрашивать «как вы узнали, что я управляющий филиалом?», если бы действительно им не являлся.

Джошуа поднял указательный палец:

— Личности осведомителей держатся в строжайшем секрете ради безопасности операций. Даже агенты из одного и того же филиала не знают друг друга в лицо. Самая эффективная структура из всех, что я видел.

— Одной из главных особенностей вашей организации является то, что у каждого филиала есть свой управляющий, который контролирует и отслеживает абсолютно каждый шаг. Некоторые агенты даже не подозревают о его существовании, не говоря уже об имени.

— Я просто сделал умозаключение, наблюдая за тем, как на тебя реагируют окружающие.

Джошуа вальяжно откинулся на спинку кресла с абсолютной уверенностью во взгляде.

— Я-то думал, что все эти байки преувеличены, но теперь вижу, что в них было больше правды, чем слухов, — таинственный юноша посмотрел Джошуа прямо в глаза. — Молодой господин Джошуа, второй сын рода Агнус.

— Вы неплохо осведомлены о моей личности, — совершенно спокойно заметил Джошуа.

— Вы — самый обсуждаемый человек в Империи. Если бы я не знал даже этого, мне стоило бы давно бросить этот промысел.

В этом заключались как свои плюсы, так и неоспоримые минусы. Было приложено немало усилий, чтобы сохранить его прибытие в тайне: их небольшая группа перед въездом в Аркадию разделилась на мелкие отряды, а для самого Джошуа даже заготовили герб «Виконта Фредерика». Они до минимума сократили свиту, дабы не привлекать лишнего внимания. И тем не менее, вопреки всем ухищрениям, этот человек уже знал, кто перед ним.

«С точки зрения клиента — это весьма теплый прием. Это доказывает их надежность. Но с другой стороны, подобные сведения могут быть проданы в любой момент. Почти наверняка о моем местонахождении уже известно кому-то еще».

Джошуа качнул головой. Ему бы не хотелось такого расклада, но это было неизбежно — контролировать абсолютно всю информацию в одиночку он пока не мог.

— Кажется, я догадываюсь, о чем вы думаете, — на обычно суровом лице юноши заиграла располагающая улыбка. — Позвольте открыть вам одну вещь… На данный момент о вашей истинной личности знаем только я и пара моих доверенных подчиненных. К слову, к нам еще никто не обращался с запросом на информацию о молодом господине.

— А тебе дозволено раскрывать мне подобные вещи? Это ведь довольно ценные сведения, — Джошуа тихо усмехнулся. — К тому же я прямо сейчас даже не смогу заплатить, ведь я всего лишь бедный сопляк без гроша в кармане.

— Вы пришли без денег? — бровь Врата Луны дернулась вверх.

— Это проблема?

— Какая досада… — осведомитель почесал затылок. — Я глубинно сомневаюсь, что стоящий передо мной парень — действительно девятилетний ребенок. Ощущение, будто передо мной умудренный опытом старик, повидавший на своем веку буквально всё, и всё же…

— Приму это за комплимент, — ответил Джошуа.

Мужчина лишь качнул головой на слова Джошуа и продолжил:

— Что ж, как я и сказал ранее, я не возьму с вас ни медяка — считайте это скромным подарком в честь нашей первой встречи.

— Премного благодарен.

— …Изначально я вовсе не планировал назваться, но, полагаю, ради молодого господина стоит сделать исключение, — мужчина поднялся со своего места. — Мое имя Зеро, я управляющий филиалом «Врата Луны» в Аркадии. Для меня большая честь встретиться с будущим всей Империи.

— И ты вот так запросто признаешь, что являешься управляющим филиала, при этом скрывая свое настоящее имя?

— Управляющие филиалами — это секрет Полишинеля, — Зеро пожал плечами. — Сведения не находятся в открытом доступе, но и великой тайной их не назовешь. К тому же… раскрыть этот пустяковый секрет в обмен на подтверждение вашей личности… с моей точки зрения, это вовсе не убыточная сделка.

Зеро снова опустился на стул и задумчиво потер подбородок:

— Вступление затянулось. Перейдем к делу. Могу я поинтересоваться, с какой целью вы вышли на нашу организацию столь необычным способом?

Джошуа хмыкнул:

— Прежде чем мы обсудим мою цель, я бы хотел задать тебе один вопрос. Правильно ли я понимаю, что эта комната означает, что мне положена информация не выше 3-го уровня?

— На момент вашего входа так оно и было, однако… — Зеро пристально посмотрел в глаза Джошуа. — Я предоставлю вам наивысший допустимый уровень сведений — вплоть до 1-го класса.

— …С чего вдруг такая щедрость при первой же встрече?

— По той же причине, что и прежде, — Зеро снова пожал плечами. — Это долгосрочная инвестиция. Было бы глупо упустить вас, когда ваш талант вот-вот оставит неизгладимый след в истории Империи… а то и всего континента.

Джошуа слегка сощурился, слушая Зеро. Это действительно была авантюра, но бескорыстных услуг не бывает. Если он предоставляет данные первого класса, то и его запросы в будущем окажутся соответствующими. Вся информация, проходившая через «Врата Луны», славилась как своим безупречным качеством, так и невероятной, практически поднебесной ценой.

«Но это вовсе не значит, что я должен с ходу выкладывать свои слабые карты».

— С таким псевдонимом, как «Зеро», я грешным делом подумал, что смогу получить информацию как минимум уровня «Земля». Но, похоже, я ошибался.

— …Вы снова сумели меня поразить, — лицо Зеро мгновенно окаменело. — Как, черт возьми, вам это известно?

Он всерьез начал подозревать, что среди его людей затесался крот. Иначе как посторонний мог знать столь глубокие внутренние тонкости организации?

— Вы предоставляете клиенту сведения без лишних расспросов. Разве это не железное правило «Врат Луны»?

Зеро поморщился и виновато склонил голову:

— …Прошу прощения за свою оплошность. Скажите, какая именно информация вам нужна.

Джошуа усмехнулся:

— Я кое-что ищу.

— Предмет? И что же это..?

— Реликвия семьи графа Орбиса, вырезанной десять лет назад. Я хочу знать, кто владеет этой вещью в настоящее время.

— Семья Орбис… — Зеро сжал челюсти, погрузившись в раздумья. — Это несложно. Большая часть имущества рода Орбис ушла на черный рынок. Если мы сосредоточимся там…

Джошуа знал, что все будет далеко не так просто, как кажется на первый взгляд. Конфиденциальность и безопасность черного рынка являлись его главной сутью — обыватели даже не подозревали о его существовании. Зеро мог говорить об этом с такой легкостью лишь потому, что работал на «Врата Луны».

— Думаешь, это займет много времени?

— Одной недели будет более чем достаточно.

— Отлично, — улыбка Джошуа стала шире.

— Требуется ли вам что-нибудь еще?

Джошуа замялся; его следующий вопрос был чрезвычайно деликатным — настолько, что мог вызвать бурный отклик даже со стороны Герцога Агнуса.

«Врата Луны на первый взгляд кажутся транснациональной разведывательной сетью, не имеющей государственных корней. Я не стану пока делать поспешных выводов, но…» — Джошуа на мгновение прикрыл глаза, досадуя про себя: — «…не существует тайн, которые не всплыли бы наружу».

«Если то, что я знаю, дойдет до чужих ушей, это может породить целую гору проблем».

Джошуа подсознательно барабанил пальцами по столешнице.

«Лучше начать с простого наблюдения, чтобы не навлечь на себя лишних подозрений. А если кто-то станет давить — просто скажу, что ничего не знаю».

Если его задумка сработает, он сможет убить двух зайцев одним ударом.

— Да благословит Луна того, кто отыщет красную монету, погребенную в водах реки Раульф...

— Эй, что… Откуда ты знаешь эту фразу?!

— Вы ведь не расспрашиваете клиентов о личных...

— Это абсолютно другое дело! Лишь единицы в нашей гильдии знают об этом предании! Кто ты на самом деле такой?! — лицо Зеро вспыхнуло от волнения.

— Тот, кто разыщет символ «Врат Луны», станет законным главой организации, ведь так? Впрочем, чужака вроде меня это не касается. Но ведь вы ищете именно его, не правда ли?

Джошуа поднял три пальца:

— Три года. Три года — и я найду его для вас. Разумеется, на моих условиях.

— …Ты абсолютно уверен, что сможешь найти его?

— Разве ты сам не назвал меня долгосрочной инвестицией? — Джошуа улыбнулся. — Поверь мне. Ибо я действительно его найду.

Зеро ненадолго задумался, после чего медленно произнес:

— …Честно говоря, борьба за преемственность завершилась еще год назад. Этот символ больше не требует поисков.

Джошуа предполагал, что битва за наследие должна была подходить к концу примерно в это время, но никак не ожидал, что всё уже кончено. Впрочем, удивляться не приходилось — новый лидер «Врат Луны» обладает поистине колоссальными талантами.

— …Однако. Этот символ — сакральная вещь, которую наша организация разыскивала десятилетиями. Вполне вероятно, что и новый глава страстно жаждет заполучить его, — в глазах Зеро блеснул огонь. — Начни с твоих условий, а потом мы оценим размер этой инвестиции.

— Замечательно. Мои условия просты: отныне ты никогда и никому не раскроешь ту информацию, которую я сейчас запрошу. Это мое единственное условие.

— Наша организация никогда не торгует данными клиентов... — Зеро мгновенно осекся и прикусил язык, едва встретил леденящий, тяжелый взгляд Джошуа. — Ты не веришь моим словам?

— Я никому не верю.

— Но почему?

— Разве ты делаешь это не ради инвестиции? Я просто хочу сделать встречную инвестицию.

— …Я работаю на организацию уже не одно десятилетие, но еще ни разу не встречал кого-то, подобного молодому господину, — Зеро беспомощно качнул головой. — Итак, каков же твой запрос?

— Драксия бел Грейс. Я хочу знать о нем абсолютно всё.

— Драксия бел Грейс…! — пробормотал Зеро сквозь зубы и внезапно подскочил с места, уставившись на Джошуа широкими, полными дикого ужаса глазами. — Драксия бел Грейс… Бог Войны?!

«Два месяца пролетели куда быстрее, чем я думал».

Джошуа посвятил всё это время восстановлению сил, а также пытался всеми правдами и неправдами убедить мать перебраться под надежную защиту главного поместья Герцога Агнуса. Однако Люсия искренне не желала расставаться с сыном — новое уединенное жилище позволяло им проводить время вместе без постоянных домогательств и чужих косых взглядов. По этому поводу между ними разразился настоящий спор, но в конечном счете Люсия выбросила белый флаг; похоже, ни один родитель не в силах одержать верх над собственным ребенком. К тому же главная угроза для матери, пока сам Джошуа будет находиться в Академии, исходила изнутри семьи, а не извне.

До поступления в Академию оставалась всего неделя, и Джошуа начинал испытывать легкий мандраж. И вот, наконец, человек, которого он так долго ждал, сам вышел с ним на связь.

— Молодой господин, давненько мы с вами не виделись.

Ресторан «Императорский Дворец» расположился в самом сердце Аркадии, а его огромная вывеска гордо вещала: «Оцените изысканные блюда от шеф-повара Императора!»

Джошуа, потягивавший молоко из бокала за угловым столиком, бросил быстрый взгляд в сторону. На соседнем стуле расположился Зеро из «Врат Луны».

— Вы… Неужели вы сэр Каин?

Каин внутренне вздрогнул — он находился в крайней степени готовности с той самой секунды, как рядом возник Зеро.

— Все в порядке, — спокойно произнес Джошуа.

— Слушаюсь, молодой господин, — Каин молча вернулся к своей трапезе.

— Раз уж вы сами вышли на меня...

— Разумеется, — с сияющей улыбкой перебил его Зеро. — Я выполнил ваше поручение в лучшем виде.

С этими словами Зеро достал что-то из рукава и незаметно передал под столом. Каин ловким движением тут же перехватил предмет.

— Выслеживание заняло больше времени, чем предполагалось, из-за огромного количества вовлеченных людей. И все же… нам удалось установить последнее местонахождение.

Джошуа мгновенно поднялся со своего места:

— Сколько я вам должен?

— Ох, считайте это подарком за счет заведения, — ответил Зеро.

Джошуа на мгновение опешил.

— В сравнении с другими поручениями это лишь сущая мелочь, — улыбнулся Зеро. — Вы приказали найти эти вещи, но на первый взгляд они кажутся абсолютно обыденными… Мне вот непрестанно интересно: не таится ли в них какая-то неведомая нам секретная сила?

— Выбросьте эти мысли из головы.

Джошуа и Зеро несколько секунд молча мерили друг друга пристальными взглядами.

— …Неужели я зашел слишком далеко? — Зеро поднялся со своего места. — Что ж, поскольку остальная часть вашего заказа всё еще находится в работе, я буду держать вас в курсе событий.

— Пожалуйста.

— Ах да, что касается оплаты за дальнейшие услуги… — Зеро скрестил ладони. — Это тоже за наш счет. Хотя обычно наша организация взимает предоплату за каждый запрос.

— За счет заведения… — Джошуа усмехнулся, едва сдерживая смех.

«Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Настанет день, когда плод окончательно созреет, и он потребует взамен нечто куда более ценное».

— Позвольте откланяться… Я буду время от времени выходить на связь, — Зеро отвесил глубокий поклон и скрылся за дверью.

Джошуа окинул обводящим взглядом зал ресторана. Время близилось к вечеру, обеденный час давно прошел, а потому в заведении царила умиротворенная тишина.

— Неужели и на втором этаже в такое время полно аристократов?

— Вполне возможно. Впрочем, поскольку второй этаж предназначается исключительно для знати, там наверняка потребуют дополнительную плату...

Джошуа направился к лестнице еще до того, как Каин успел договорить предложение. Каин с озадаченным видом поплелся следом, и вскоре силуэты мужчины и мальчика скрылись на втором этаже.

— Ох, молодой господин Виллас! — толстый, оплывший мужчина выскочил во двор абсолютно босой.

Поместье этого тучного человека располагалось на самой окраине города, аккурат напротив того самого дома, что Герцог Агнус пожаловал Джошуа. Поскольку он носил титул барона — наинизший среди знати, — его жилище находилось вдали от величественного Императорского Дворца. И все же его особняк выглядел куда обширнее и пышнее, чем у рядового аристократа подобного ранга. А это означало, что даже на окраинах Аркадии у него водились куры не клюют. Здесь была резиденция барона Провалума — человека, отлично известного всей Империи.

— Молодой господин, что привело вас в эти нечистые края без предварительного предупреждения? — барон Провалум судорожно отер вспотевшие ладони, приближаясь к только что прибывшему юноше.

У того была безупречно белая кожа и изумрудные волосы. Он смерил барона Провалума темным, стальным взглядом:

— Провалум, насколько мне известно, все установленные сроки давно вышли.

— Ах, это… — барон Провалум виновато качнул головой. — Как вам прекрасно известно, молодой господин, представители иных рас — особенно эльфийские девы — встречаются крайне редко. Нам невероятно сложно добывать подобные… «товары». Если вы дадите мне еще немного времени, я непременно смогу...

— Меня абсолютно не интересуют твои оправдания. Полагаю, я поручил тебе довести дело до логического конца.

— Принесите мои самые искренние извинения, молодой господин, — барон Провалум ощутил, как по его спине струится ледяной пот.

— Одной недели хватит?

— Разумеется! Конечно! Эй, кто-нибудь, принесите мне воды!

Юноша брезгливо поморщился, глядя на обливающегося потом барона, и резко развернулся. Гулкий лязг доспехов эхом отдавался над склоненной головой барона Провалума, пока свита юного аристократа окончательно не скрылась из виду.

— Не о такой жизни я мечтал, нося свое имя… — барон Провалум тяжело осел прямо там, где стоял. — И так каждый раз…

— Барон, ваша вода, — дворецкий поспешно подал Провалуму стакан, который тот осушил в одно мгновение.

— Я… Господин барон, а одной недели действительно хватит? Найти эльфийку за одну неделю...

— Я обязан сделать невозможное возможным!

Барон Провалум нервно вздрогнул. Именно этот юнец являлся главной причиной, по которой он, находясь на самой нижней ступени дворянской иерархии, мог позволить себе такое колоссальное богатство.

«Одно его слово — и я потеряю абсолютно всё. Или же удвою свое состояние».

— Семья Виллас… — жалобно простонал барон Провалум.

Перед ним предстал Верон шен Виллас — единственный сын Маркиза Бербурди шен Вилласа, могущественного генерала про-императорской фракции и доверенного лица самого Императора.

Семья графа Орбиса являлась одним из редчайших дворянских родов магов в Империи Авалон — настоящей аномалией для земель, где магию привыкли презирать. В этом они составляли пару с родом графа Ребрекки. Вопреки воинственной культуре Авалона, где во главу угла ставилось рыцарство, глава рода Орбис разрушил въевшийся стереотип о том, что маг не способен одолеть рыцаря в единоборстве. On прославился на весь мир, прочно закрепив за собой статус первого боевого мага на континенте.

В самом Авалоне, королевстве меча и стали, это событие не получило широкой огласки, однако в Терре — королевстве магов — резонанс вышел поистине оглушительным. Правитель Терры даже лично направил приглашение главе рода Орбис посетить его державу.

Таков был род Орбис — семья, чья страсть к магии не знала равных. Пылкие защитники прав и свобод чародеев, они вполне могли бы перевернуть представление всей Империи о магии. Однако всего несколько лет назад процветающий род Орбис пал окончательно и бесповоротно.

И пал он не от рук случайного врага — их полностью уничтожила сама Императорская семья.

«Вглядываясь в хроники прошлого, невольно задаешься вопросом: а не планомерно ли Императорская семья истребляет неугодных дворян?»

Джошуа смерил взглядом пергамент, доставленный Зеро. На нем красовалась всего одна-единственная строчка.

— Барон Акцент… — Джошуа нахмурился.

Согласно отчету «Врат Луны», реликвия рода Орбис, которую искал Джошуа, с высокой долей вероятности находилась в руках барона Акцента. На беду, барон Акцент пользовался весьма широкой известностью в этих краях.

«Впрочем, „известностью“ — это мягко сказано. Скорее, дурной славой».

Джошуа хищно усмехнулся.

Изначально его план заключался в том, чтобы просто выкупить вещь за наличные, едва удастся её отыскать. Он рассчитывал сыграть на том факте, что является единственным человеком, знающим истинную ценность предмета. Несмотря на статус реликвии выдающегося рода магов, предмет не являлся ни артефактом невиданной мощи, ни украшением, усыпанным драгоценными камнями. В глазах большинства людей это было самое обычное, хоть и изящное золотое кольцо.

«Раскрыть его истинную суть с ходу невозможно — но в этом-то и заключается главная проблема. Я не могу просто так прийти и выкупить его, ничего не зная о характере барона Акцента».

— …Ночной Колос, Акцент Провалум, — тихо пробормотал Каин.

— Ты знаешь, кто он такой?

— Имею некоторое представление. Он довольно известен в определенных кругах. Работорговля, контрабанда, торговля снотворными снадобьями — прикрываясь влиянием высокопоставленных аристократов, он проворачивает любые темные делишки. К тому же он приходится младшим сводным братом виконту Вигу.

— Сводный брат? — Джошуа нахмурился еще сильнее.

— Да, — Каин кивнул. — В Герцогстве Агнус об этом прекрасно знают. Не говоря уже о том, какую колоссальную теневую власть он сосредоточил в своих руках. Ходят слухи, будто абсолютно всё, что попадает на черный рынок, проходит через руки барона Провалума.

— Что ж… — Джошуа тяжело вздохнул.

— Молодой господин Джошуа?

Неожиданный голос заставил их обоих обернуться.

По дороге к центральной площади Аркадии.

— Как думаете, молодой господин Верон, барон Провалум действительно сможет достать эльфиек за неделю? — поинтересовался один из рыцарей Вилласа, подмечая выражение лица своего господина.

— Ну… Это будет непросто.

— Да… В таком случае могу я спросить, почему вы установили столь жесткие сроки?

— Захотелось попробовать чего-то новенького… Девчонок вокруг полно, но это — отличное главное блюдо… Да и поджать Барона лишним не будет, — небрежно отозвался Верон.

— Не разумнее ли было бы немного продлить срок? Учитывая редкое качество подобного «товара»...

— У меня есть причины давать Провалуму именно неделю, — Верон спокойно огляделся по сторонам. — Мукер.

— Слушаю, молодой господин.

— Как ты думаешь, что самое важное для правителя в управлении людьми?

— Это… — лицо Мукера напряглось от замешательства. — …Кнут и пряник?

— Пряники, конечно, важны, — усмехнулся Верон. — Но все зависит от ситуации. Станет ли сытый пони есть твой пряник?

— Вы имеете в виду…

— Именно. Это про Провалума. Обычный мелкий дворянин прозвался «Ночным Императором» и загреб столько богатства и влияния, сколько нет у многих высших аристократов. Так в чем же действительно нуждается такой заплывший жиром пони?

— В плети.

— Вот именно, — кивнул Верон. — Имея дело с подчиненными, правитель должен в первую очередь прибегать к кнуту. Он, словно магия, мгновенно превращает голодных тварей, ядовитых ублюдков и жирных свиней в шелковых, дрессированных псов.

— Понимаю… Значит, если барон Провалум не достанет эльфийку к назначенному сроку…

Верон оскалился в хищной ухмылке:

— Я раздавлю его. А затем, когда он будет до смерти напуган, я протяну ему руку помощи — и после этого он уже никогда не посмеет ослушаться.

— Поистине блестяще… — Мукер искренне восхитился тем, как ловко его господин манипулирует подданными. И ведь ему исполнилось всего четырнадцать лет!

Мукер даже не мог представить, высот какого могущества Верон достигнет в будущем, учитывая его изощренный ум в столь юном возрасте.

— Куда важнее другое: с его-то возможностями я искренне рассчитывал, что он отыщет их уже к сегодняшнему дню, — Верон прикусил губу, сделав вид, будто ему действительно жаль Провалума.

— Я прикажу дворецкому приготовить для вас девушку.

— Нет… Сегодня я хочу поужинать в городе. Прошлый раз в том заведении простолюдинов меня весьма порадовал, — Верон сделал паузу и указал на расположенный неподалеку ресторан. — Я долго пробыл на ногах, устал и чертовски голоден… Подумаю об этом за едой.

— Слушаюсь, молодой господин.

Свита Верона направилась к ресторану с броской вывеской: «Оцените изысканные блюда от шеф-повара Императора!»

— Молодой господин Джошуа?

От неожиданно раздавшегося женского голоса Джошуа и Каин одновременно вскинули головы.

— Ох, юная госпожа Айслайна?

Перед ними стояла Айслайна зин Ребрекка — девушка с развивающимися синими волосами и неизменно холодным выражением лица.

«Я догадывался, что в таком месте у нас высок шанс пересечься с родом Ребрекка», — подумал Каин. — «Кто бы мог подумать, что мы столкнемся с ними здесь, учитывая, что они покинули Герцогство раньше времени, сославшись на неотложные дела».

— Так… — Каин поднялся со своего места и огляделся вокруг.

«Быть не может».

Он обнаружил юношу, обедавшего в неприметном уголке в сопровождении лишь нескольких телохранителей. Напротив него сидел мужчина с огромными, печальными глазами, обладавший неоспоримым внешним сходством с Айслайной. Глава семейства Ребрекка с улыбкой жестикулировал в сторону Джошуа.

— Граф Ребрекка, — Каин подошел к Графу и поклонился. — Давненько мы не виделись.

— Я надеялся мирно поужинать… Надеюсь, я не сильно помешал сэру Каину и молодому господину Джошуа?

— Вы слишком добры, — отмахнулся Каин.

По мнению Каина, Понсель зин Ребрекка совсем не вел себя как аристократ — но вовсе не в дурном смысле. Он был от природы наделен слабым здоровьем, но обладал невероятно кротким и скромным характером. Даже когда ему причиняли боль, он никогда не отзывался о людях дурно. Он всегда заступался за окружающих — даже за простых простолюдинов. Любой другой дворянин, даже столь высокого ранга, как граф, подвергся бы презрению и насмешкам со стороны знати, дерзни он заговорить с простолюдином. Однако Графа Ребрекку невозможно было пошатнуть: он неизменно оставался добрым и обходительным. Подавляющему большинству аристократов было невдомек, но простой народ глубоко уважал Графа Понселя зин Ребрекку.

Каин никак не мог взять в толк, отчего Граф приветствует их именно так: тот поднялся со своего места и ответил на поклон, едва Джошуа поздоровался с ним. Впрочем, рыцари Ребрекки, похоже, не увидели в этом ничего зазорного.

— Давненько не виделись, молодой господин, — произнесла Айслайна, выпрямляясь после изящного книксена.

— Действительно, юная госпожа Айслайна.

— Я сразу подумала, что это вы. Волосы молодого господина Джошуа выделялись бы в любом уголке континента… — Айслайна неловко повела пальцами, словно подбирая нужные слова. — Я...

— Это еще что такое? С чего тут собралось столько народа в такой час? — едва Айслайна собиралась продолжить, на лестнице показалась группа людей.

— Я сейчас со всем разберусь, отдыхайте, — бросил один из вновь прибывших рыцарей.

— Погоди-ка… — глаза Верона шен Вилласа вспыхнули. — Неужели в Аркадии водились такие красотки?

Верон облизнул губы, бесцеремонно и похотливо оглядывая Айслайну.

Ее фарфорово-белая кожа, аура непорочности, пробуждающая в мужчине самые низменные животные инстинкты… Верон уже чувствовал, как у него сладко сжимается внизу живота.

«И как же она станет вести себя, когда окажется подо мной?»

— Впервые встречаю в Аркадии столь прелестную даму, — проговорил Верон, кое-как подавив вожделение за наигранной приятной улыбкой. — Могу я поинтересоваться, из какого вы рода?

Айслайна лишь ледяно промолчала; от откровенно голодного взгляда этого юнца по ее коже побежали мурашки, словно ее заживо погружали в кучу опарышей.

— Перед вами Верон шен Виллас, — Мукер выступил вперед, заметив заминкую реакцию Айслайны. — Старший сын Маркиза Вилласа.

— Маркиз Виллас…! — тяжело сглотнул Каин.

Даже в таком переполненном аристократами месте, как Аркадия, Маркиз Виллас прочно занимал вершину пищевой цепочки. Никто не мог соперничать с двенадцатью маркизами — так называемыми «двенадцатью родами», — за исключением пяти могущественных герцогов. Более того, будучи одним из самых доверенных лиц Императора, Виллас обладал внушительной военной мощью даже на фоне остальных маркизов.

А Верон шен Виллас являлся его единственным сыном…

— Насколько мне изволит изменять память — а она у меня, к слову, отменная, — я не припомню, чтобы вы были членом Императорской семьи или одного из герцогских родов… ибо таковых у нас всего пять.

Айслайна вздрогнула и сделала шаг назад.

— А раз так, если твой титул ниже моего или ты вовсе дворянин без земель, как ты смеешь…

— Почему ты не проявляешь к молодому господину должного уважения?! — рука Мукера угрожающе опустилась на рукоять меча.

Каин уже собрался было сделать шаг вперед, но кто-то опередил его.

— Прошу простить мою дочь за эту прохладу, господин Верон… И все же для нас большая честь встретить наследника глубоко уважаемого Маркиза Вилласа.

— А ты еще кто такой? — Верон склонил голову набок, разглядывая Понселя.

— Я Понсель зин Ребрекка, глава рода Ребрекка.

— Так, значит…

— Да, я Граф Ребрекка, молодой господин Верон.

Ядовитое презрение мельком пронеслось в глазах Верона, когда он посмотрел на склонившего голову Понселя.

— Я не просил у вас извинений, Граф Понсель зин Ребрекка, — Верон снова перевел взгляд на Айслайну. — Я ведь обратился к ней, не так ли? И теперь я просто не могу спустить с рук подобную нанессенную мне обиду.

Верон вел себя открыто и вызывающе. Разумеется, дворяне оскорблялись, если нижестоящие аристократы не оказывали им почестей… но это касалось официальных приемов. Кто станет отвешивать поклоны в столь неформальной обстановке? Да еще и абсолютно незнакомому человеку! Было очевидно, что Верон намеренно вознамерился унизить Айслайну.

— Она должна принести извинения.

Он совершенно безнаказанно втаптывал в грязь достоинство рода Ребрекка.

Каин насупил брови:

«Переходит все границы! Обычный паршивец, который прикрывается именем семьи, чтобы сеять хаос. И делает это лишь потому, что знает — ему всё сойдет с рук. Тьфу».

Какой-то юнец — даже не сам Маркиз — внаглую игнорировал главу знатного рода.

«Ах, ну надо же…» — Верон сладострастно облизнул губы, абсолютно не замечая пылающих гневом взглядов вокруг. — «Я уже в предвкушении».

— Похоже, ты так и не осознала своей вины, — Верон сделал шаг ближе к Айслайне.

— Ох, я-это...

— Это оскорбление будет преследовать меня до конца моих дней.

— Пос-постойте...

— В этом нет абсолютно ничего смешного.

— …Что? — Верон резко обернулся на неожиданный выкрик.

Джошуа плавно поднялся со своего места.

— Маркиз Виллас, должно быть, ночей не спит от тревоги, раз его единственный наследник вырос таким отбитым ублюдком.

— Ах ты! Что этот сопляк только что ляпнул?!

— Да как ты смеешь! — Мукер со скрежетом обнажил клинок, хищно оскалившись. — С таким распущенным языком ты явно ищешь смерти! Назови свое имя!

— Ты хорошо подумал, прежде чем достать меч? — леденящим тоном спросил Джошуа.

Мукер осекся:

— …Ты о чем вообще мелешь?

— Если ты живешь и умираешь мечом, я полагаю, ты осознаешь всю тяжесть своих действий.

— Что за бред ты...

— За каждый свой шаг приходится отвечать.

«Что это за жажда крови?!» — у Мукера едва не помутилось в глазах, когда воздух вокруг словно натянулся до предела, сковав всё его тело.

Эпицентром этой леденящей бури был, разумеется…

«Откуда у этого мальчишки взялась столь чудовищная жажда убийства?»

Аура Джошуа была сфокусирована исключительно на Мукере, поэтому остальные присутствующие даже не ощутили этого ужасающего давления. Он сделал медленный шаг вперед, и Мукер судорожно сглотнул.

— Ты спросил, кто я такой? — взгляд Джошуа тяжелым прессом давил на Мукера. — Мое имя… Эш ден Фредерик.

— Эш… ден Фредерик?

— Можешь не ломать над этим голову. Я прямо сейчас выжгу его в твоей памяти, — хладнокровный, звонкий голос Джошуа эхом отозвался под сводами ресторана.

Почувствовав смертельную опасность, Мукер впал в панику:

— Защищайте господина!

Остальные рыцари Вилласа, стоявшие позади, нехотя обнажили свои мечи.

Вжик!

В мгновение ока больше десятка воинов заслонили собой Верона. Рыцари Графа Ребрекки тоже потянулись к эфесам, но Джошуа вскинул руку, останавливая их.

— Не вмешивайтесь.

— Что вы имеете в виду, молодой господин? — растерянно спросил один из рыцарей Ребрекки.

— Я заварил эту кашу… И я не считаю, что рыцарям Ребрекки стоит в это ввязываться.

— Что за...? — рыцарь окончательно оторопел. Пусть Джошуа и утверждал, будто сам спровоцировал конфликт, всё началось именно с Айслайны. Более того, Джошуа сейчас скрывал свое истинное имя, что лишь сильнее запутывало ситуацию.

Воины Вилласа, не имевшие ни малейшего понятия, кто перед ними стоит, пребывали в полном замешательстве.

Как отпрыск какого-то рода, о котором они ни разу в жизни не слышали, смеет вести себя настолько дерзко по отношению к сыну Маркиза? Это же буквально самоубийство.

Игнорируя готовящуюся кровавую стычку, Верон склонил голову набок и спросил:

— Род Фредерик… Впервые слышу такое имя. Из какого захолустья ты вылез?

— А есть какая-то разница?

— Вообще-то, никакой, — Верон зашелся громким хохотом. — В конце концов, твоя семейка уже совсем скоро исчезнет со страниц истории, — юнец презрительно оскалился. — Твой главный грех в том, что ты не осознал разницу между моим небом и твоей землей. Раз уж ты решил сунуть нос в мои дела, значит, ты сам страстно ищешь смерти. Я не просто истреблю весь твой род — я перебью ваших собак и выжгу каждую травинку в вашем поместье. Вот тогда ты поймешь, насколько глупо было провоцировать Верона шен Вилласа.

— Вот насколько велика моя власть, — рот Верона растянулся в свирепой, дикой ухмылке. — Упади на колени, мой дорогой Эш, и, возможно, я смилостивлюсь и отрублю тебе всего одну конечность.

Он не показывал вида, но текущее положение дел безумно его радовало. Верон привык всегда получать желаемое: ему требовалось лишь надавить на жертву, как все участники тут же начинали извиняться, молить о пощаде и отдавать всё до последнего медяка. Впрочем, несмотря на свои избалованные повадки, он прекрасно понимал, что даже сын Маркиза не имеет достаточного веса, чтобы открыто переходить дорогу высокопоставленному аристократу вроде Графа.

«Не то чтобы я боялся Ребрекку; просто будет паршиво, если эти слухи дойдут до ушей отца».

А потому Верон с превеликим удовольствием решил потешить свое эго, втоптав в грязь стоявшего перед ним мальчишку.

«Идеальная мишень».

Судя по всему, Джошуа был обычным деревенским выродком какого-то обедневшего дворянина. Змеиные глаза Верона вспыхнули азартом, и он жадно облизнул губы.

— От всего этого просто тошнит.

— …Что? — Верона словно обухом по голове ударили, вырвав из сладких фантазий. — Ты о чем вообще...

— Я сказал: тошнотворно. От смерда этой мразей у меня желудок выворачивает наизнанку.

Все присутствующие, включая Айслайну и Каина, буквально онемели от столь оскорбительного выпада Джошуа.

— Ах ты, паршивец! — Мукер первым пришел в себя и заорал: — Ты настолько жаждешь сойти в могилу?! Ты вообще не знаком с элементарным этикетом?!

— Элементарным этикетом? По отношению к этому? — Джошуа зашелся громким, издевательским смехом. — Это тот самый «элементарный этикет», которым вы пользуетесь, когда толпой рыцарей травите одинокую девушку?

— Мукер! — Верон решил, что веселье окончено.

— Слушаю, господин!

— И долго я еще должен терпеть эти оскорбления?!

— Только прикажите! Я немедленно со всем разберусь!

— Обезвредь этого насекомого! Поставь его передо мной на колени — я хочу лично прикончить его.

— Сожалею, но, похоже, тебе придется умереть, — Мукер перехватил меч поудобнее. — Ты сам выбросил свой последний шанс… Так что винить тебе некого, кроме самого себя.

— Ха! «Винить», говоришь? — Джошуа ядовито усмехнулся. В его памяти на мгновение всплыл образ одного человека. — В моем лексиконе нет такого слова.

Джошуа сделал плавный шаг вперед, выходя навстречу Мукеру.

В кабинете виконта Стека в замке Локке восседали трое: хозяин замка, виконт Виг бек Стек, загадочный человек в серой маске и молодая девушка. Пустой, остекленевший взгляд виконта Вига устремился в никуда, пока двое других вели неторопливую беседу.

— Давненько не виделись, мисс Анна, — человек в маске слегка склонил голову перед девушкой.

— И впрямь давно, Чжу Ан. Смотрю, ты прибыл куда раньше, чем я рассчитывала.

— Я спешил изо всех сил, едва получил ваше послание.

Анна лишь мягко улыбнулась.

— Итак, о чем вы хотели поговорить? — поинтересовался человек в маске.

— Возникла проблема, — произнесла Анна.

— Проблема?

Девушка кивнула:

— Хотя, пожалуй, это скорее внезапно возникшая переменная, нежели проблема?

«Похоже, она в отличном расположении духа…» — в глазах Чжу Ана вспыхнуло любопытство, когда тон Анны стал заметно оживленнее.

— Могу я узнать, что это за проблема?

— В Герцогстве Агнус явился настоящий монстр.

— Вы имеете в виду Бабеля фон Агнуса?

— Похоже, слухи еще не успели расползтись достаточно далеко, — Анна качнула головой. — На сцену вышел еще один ребенок Герцога Агнуса… и, как ни ужасно, его способности превосходят даже талант Бабеля фон Агнуса.

Чжу Ан онемел от изумления; Бабель считался одним из самых одаренных гениев не то что Империи — всего континента. Как какой-то мальчишка мог превзойти его?

— Почему вы не доложили об этом раньше?! — Чжу Ан вскочил со своего места. — Вы же могли воспользоваться магической связью...

— Существовал риск утечки информации, — Анна тихо хихикнула, глядя, как Чжу Ан судорожно прикусил язык. — Я давно тебя не видела, Чжу Ан, так что не перегружай себя попусту. В любом случае эти сведения очень скоро растрезвонят по всему континенту.

— Что...?

— Он научился повелевать маной еще до того, как ему исполнилось десять лет. Подобный талант — абсолютный рекорд за всю историю континента и за его пределами. Неужели ты думаешь, что Авалон станет сидеть сложив руки, владея таким сокровищем?

— Ах!

— Герцог Агнус сам молниеносно раструбит об этом по всей Империи, чтобы возвысить славу своего рода. В мирное время, как сейчас, подобный шепоток способен вызвать настоящий шторм.

— Да, вы правы, — Чжу Ан кивнул, наконец осознав, к чему клонит Анна.

На первый взгляд казалось, будто они живут в эпоху беспрецедентного мира — однако континент находился в шаге от взрыва пороховой бочки.

Все государства втайне наращивали мощь. За исключением нескольких держав, большинство стран скрытно копили силы. Простой люд мог радоваться тому, что их родина крепнет, но в кулуарах власти уже вовсю шептались о «мятеже» и «гражданской войне». И Королевство Харт служило тому отличным примером.

Впрочем, решение существовало всегда:

Война.

Именно к этому и вела Анна.

— В битве сила Мастера абсолютна, — прошептала Анна. — Ни одна страна не станет развязывать войну, не имея шансов на победу. А потому они жаждут знать каждый шаг соседей; количество тайных разведывательных организаций растет с каждым днем.

— Достоверные сведения могут стать решающим фактором для других государств, когда они будут решать, нападать им или обороняться, — Чжу Ан насупил брови. — …Теперь я понимаю, мисс Анна. Но что касается второго сына Герцога Агнуса: его появление — скверная новость для нас. Одна ошибка — и плоды наших десятилетних трудов пойдут прахом в одно мгновение.

— Я не позволю этому случиться, — Анна горько улыбнулась.

— Вы планируете…?

— Все просто. Что, если мы сможем подчинить себе этого монстра?

— Разве это возможно?

— Вполне. Ибо он…

— ….

«Когда-то давно его тоже бросили…»

Анна подавила рвущиеся наружу слова и лишь отмахнулась:

— Как бы там ни было, Чжу Ан, у меня созрел план. Передай мое послание Отцу. Я хочу поступить в Академию Аркадии.

— В Академию… Но как же Герцог Агнус...

— Пока всё в порядке. Поверь мне: я перетяну его на нашу сторону. Именем Анны бел Грейс.

— Что всё это значит?! Что здесь происходит?! — Верон не верил собственным глазам: элитные рыцари Вилласа вповалку валялись на полу, стоная от боли. А ведь даже самый слабый из них обладал рангом C!

И все они потерпели сокрушительное поражение. Самое абсурдное заключалось в том, что раскидал их один-единственный мальчишка, чье некрепкое тело едва достигало половины роста взрослого воина.

— Кх-а!.. — первым повалился Мукер. Кровавая харкотина, рвущаяся из его рта, красноречиво свидетельствовала о тяжелейших травмах внутренних органов. Очевидно, даже сертифицированный рыцарь ранга B не являлся соперником для Джошуа.

Верон и Мукер ошеломленно уставились на мальчишку, дрожа от шока и подступающего страха.

«Как… как ребенок способен одолеть вооруженного рыцаря голыми руками?!»

Всего один точный удар в низ живота отправил Мукера на пол. Воин изо всех сил пытался подняться на трясущихся ногах.

Джошуа даже не обнажал оружия — да и было ли оно у него вообще. Он выглядел как обычный ребенок, просто рванувший к Мукеру с сожженными в кулачки ладонями.

Один из рыцарей попытался встать на пути Джошуа, чтобы заслонить Мукера, но в то же мгновение рухнул на доски от короткого и мощного удара.

«Дьявол!» — мысленно проклял его Мукер. Он бы соврал, скажи он, что не испытывает страха перед этим мальчишкой. Смерть казалась слишком легким наказанием — Мукер мысленно поклялся изрубить Джошуа на мельчайшие куски.

— Х-ха! — Мукер рванулся вперед, покрывая клинок плотным слоем маны. Чистая, струящаяся Аура рыцаря ранга B представляла собой поистине завораживающее зрелище.

Джошуа лишь тихо усмехнулся и небрежно выбросил вперед кулак.

И каков же был результат?

Все прошло более чем успешно — разумеется, для Джошуа.

Меч Мукера намертво застыл, уткнувшись в ладонь Джошуа, а сам рыцарь от сильной отдачи попятился назад. Ни один обычный человек не смог бы с такой филигранной точностью просчитать траекторию удара и дистанцию. Это было безупречно — пожалуй, даже божественно.

Впрочем, Мукера куда больше встревожил второй кулак Джошуа, стремительно несущийся прямо к его животу.

— Кха!.. — Мукер согнулся пополам и рухнул на пол. Чудовищный по силе удар потряс всё его тело, оставив воина на грани потери сознания, пока тот отчаянно пытался заставить избитое тело снова двигаться. Если он упадет прямо сейчас, его господина…

«Придется признать очевидное».

Мукер был абсолютно уверен: ему не под силу справиться с Джошуа.

С трудом разомкнув челюсти, Мукер просморкался кровью:

— Кто… кто ты такой?

— А есть какая-то разница?

— Для меня — есть, — Мукер пытался держать лицо, хотя его сердце готово было выпрыгнуть из груди от ужаса. Это просто не укладывалось в голове: как его, рыцаря ранга B, смогли уложить с одного-единственного удара?!

Но когда эти крошечные кулаки врезались в его живот, он отчетливо почувствовал бритвенно-острую энергию, пронзившую его тело.

«Мана».

Покрывать голые кулаки маной способен лишь Мастер — как минимум рыцарь ранга A. Мукер поверить не мог, что ребенок мог достичь столь ювелирного мастерства, но…

Вряд ли этот мальчик был известен широкому свету. Его существование, скорее всего, являлось тщательно охраняемой тайной какого-то рода — и этот род явно был не из простых.

— Скажи мне, молодой господин… — Мукер волевым усилием выпрямил спину. — Каково твое истинное имя?

— Думаешь, знание этого принесет тебе облегчение? — Джошуа тихо рассмеялся.

— Ч-что?

— Не ищи оправданий своему поражению. Не гоняйся за чужой силой; вместо этого признай собственные изъяны. Только тогда ты сможешь устремиться к высшим вершинам.

Мукер онемел. Мальчишка был прав: Мукер проиграл самому себе куда сильнее, чем проиграл Джошуа. В этот миг он осознал, что порой поражение — это лишь шаг к победе. Когда ты побеждаешь, твои недостатки скрываются за ослепительным блеском триумфа; когда же ты терпишь крах, ты обретаешь озарение, позволяющее двигаться дальше.

«Если бы я не недооценил его с самого начала…»

Главное — не искать дешевых оправданий. Погрязнуть в унынии и опустить руки — или же использовать это поражение как трамплин для следующего шага?

— Мукер! Ты чего застыл?! — заверещал Верон, видя, как его рыцарь замер, словно пораженный молнией. Он прекрасно понимал: если его защита рухнет, ему несдобровать.

Верон резко повернулся к Джошуа:

— Да кто ты, черт возьми, такой?!

— Ты что, оглох? Я уже представился: Эш ден Фредерик!

— Не смеши меня! — выкрикнул в ответ Верон. — Я ни разу в жизни не слышал о роде Фредерик! Ты хоть представляешь, насколько тяжелым преступлением является выдавать себя за аристократа?!

Джошуа ненадолго замолчал. Похоже, когда Верона загоняли в угол, он начинал выдавать совсем уж глупые шутки.

— Ты понятия не имеешь, с кем связался, идиот! Я — Верон шен Виллас! Единственный наследник Маркиза Вилласа, одного из двенадцати великих родов! Я могу раздавить тебя как букашку одним лишь словом!

— Слишком много шума, — мягкое выражение лица Джошуа мгновенно испарилось.

— Что... — Мукер едва успел прийти в себя, как Джошуа пропал из поля его зрения.

— Первым делом мне стоит заткнуть этот грязный рот, — Джошуа нанес простой удар кулаком, даже не наполненным маной.

— Затк... кха! — Верон отлетел назад, словно подкошенный.

Снарядом повалившись на пол, Верон завыл от боли и судорожно зажал рот ладонью. Что-то с тихим звонким стуком выпало из его окровавленных пальцев на деревянный настил.

Это был выбитый зуб Верона.

— Стойте! — Мукер буквально рухнул между Вероном и кулаком Джошуа, хотя его ноги подкашивались от нечеловеческого напряжения.

— Прочь с дороги. Тебе здесь больше нечего делать, — ледяной взгляд Джошуа приковал Мукера к месту. — Я не настолько милосерден, чтобы щадить своих врагов. Не пытайся вмешиваться, иначе я раздавлю и тебя. Хочешь умереть?

Жажда крови, окутавшая Джошуа, вспыхнула с новой, небывалой силой.

«Я сейчас умру…» — все тело Мукера сковал панический ужас. Этот мальчишка совершенно серьезно намеревался прикончить и его, и его господина, и плевать он хотел на титул Маркиза Вилласа.

Мукер опустился на колени — и любой присутствующий мог подтвердить, что на этот раз он сделал это не от полученного удара. Осознанно или нет, Мукер склонился перед Джошуа, моля о пощаде.

— Прошу вас, проявите милосердие… хотя бы на этот раз! — воскликнул Мукер, сокрушенно ударившись лбом о пол.

Джошуа слишком хорошо знал, что такое рыцарская честь. Он знал, что для воина она дороже собственной жизни, и тем не менее Мукер был готов выбросить ее в грязь, лишь бы спасти своего господина.

«…А ведь я помню его».

В его прошлой жизни этот человек не добился ничего выдающегося. Он бесцельно скитался, теряя всё на своем пути ради блага Джошуа. Джошуа горько усмехнулся. Он больше не мог удерживать в себе прежний гнев.

— Я же сказал: я не настолько великодушен, чтобы раздавать милосердие налево и направо.

Мукер вздрогнул, услышав эти слова. Джошуа же от души заехал Верону ногой по лицу, отчего тот кубарем покатился по полу.

Все инстинкты твердили Мукеру, что мальчишка вот-вот прикончит их обоих. И все же в такой ситуации он не мог заставить себя сделать хоть что-то.

Джошуа подошел к бессознательному аристократу и протянул руку. На среднем пальце Верона блестело золотое кольцо с гравировкой в виде мечей и щита — знак наследника Маркиза Вилласа. Джошуа сдернул его и смахнул в карман.

— Я задержусь здесь ненадолго, — негромко произнес Джошуа, поворачиваясь к лестнице. — Передай ему: если хочет вернуть кольцо, пусть немедленно прибудет лично. Если нет… я просто сдам его на черный рынок.

Зрители могли лишь молча провожать взглядом спину Джошуа, скрывающуюся на лестничном пролете.

— Хоть я и сталкиваюсь с подобным время от времени… но разве это не полное безумие? — Каин перевел взгляд с Мукера на Верона, после чего бросился вслед за Джошуа. По какой-то причине Айслайна тоже поспешила за ними.

И лишь графу Ребрекке со слезами на глазах пришлось расхлебывать этот чудовищный кавардак:

— …Пожалуйста, отнесите их в ближайшую лечебницу.

— Угх… Что… что происходит…?

— Мой господин, вы очнулись? — Мукер поднял голову, услышав стон, донесшийся с кровати.

— Где мы? — Верон медленно поднялся, болезненно поморщившись.

— Это лазарет при храме Шани. Мы привезли вас сюда, а не в обычную лечебницу, из-за вашего тяжелого состояния.

Плата за услуги храма была невообразимо высока по сравнению с обычной больницей. Никто, кроме богачей, не дерзал ступить на порог храма, где объем полученного исцеления напрямую определялся размером «пожертвования». С верующих, рыцарей и дворян по всему Игранту вымогали нелепые суммы денег, и всё же они продолжали идти сюда бесконечным потоком. Исцеление, предоставляемое святой магией, не могло сравниться ни с чем, на что были способны обычные лекари.

— В храме? Но почему...?

Глаза Верона расширились, и он резко подскочил с постели. On подбежал к зеркалу, висевшему в углу комнаты.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Мукер молча отвернулся; он ожидал от Верона подобной реакции.

Подействовала ли святая магия в полной мере или нет, но опухоль с лица она, по крайней мере, сняла… вот только это уже не имело никакого значения.

— И ЧТО МНЕ ТЕПЕРЬ С ЭТИМ ДЕЛАТЬ?! — Верон рыдал, матерился и вопил на всю палату. — Мои зубы…

Верон вцепился пальцами в волосы. Его ровные, белоснежные зубы прежде идеально дополняли привлекательное лицо — но теперь сквозь его благородные, подобные лепесткам губы зияла уродливая пустота. Два верхних резца отсутствовали.

— МУКЕР! — лицо Верона налилось пугающим багровым оттенком.

— Да, молодой господин, — тихо отозвался Мукер.

— Немедленно! Притащи этого ублюдка ко мне прямо сейчас!

— С моими силами это будет… — Мукер осекся, увидев неописуемую ярость на лице Верона.

— Бесполезный кусок дерьма… Безмозглый чурбан! Ты еще смеешь называть себя рыцарем после того, как тебя уложил какой-то мелкий клоп?! Когда мы вернемся домой, каждый рыцарь, бывший со мной, понесет суровейшее наказание — включая тебя, бездарь!

— Повинуюсь.

— Ступай и выведай, что это за чертовы Фредерики такие! Мы найдем их и сожжем их поместье до последней травинки... — Верон запнулся. — А, нет. Лучше я буду отрубать им головы одну за другой на глазах у этого ублюдка. Его родителям, его братьям, его слугам… А ТЕПЕРЬ СОБЕРИ ВОЙСКА И ПРИНЕСИ МНЕ ТО, ЧТО Я ТРЕБУЮ!

Мукер задумчиво прикусил губу:

— …Это невозможно.

— Что?!

— У нас нет причин так поступать...

— «Причин», говоришь?! О чем ты вообще мелешь?! Наследник Виллас был унижен… а ты заявляешь, что у нас «нет причин»?!

— Никто не поверит, что мальчишка одолел рыцарей аристократа, тем более лучших воинов нашего рода… А если и поверят, честь семьи Виллас будет глубоко осквернена.

— Да какое это имеет значение?!

— Самое прямое, молодой господин, — Мукер властно перебил готовящуюся вспышку гнева Верона. — Порой честь семьи куда важнее самой жизни.

— Ого… И этот никчемный рыцарь теперь вздумал учить меня уму-разуму?

— Даже если вы так говорите, — продолжал Мукер, игнорируя свирепый блеск в глазах Верона, — Маркиз может посчитать иначе, — Верон вздрогнул при одном лишь упоминании своего отца. — Если слухи о нашем поражении — и последующей мести — дойдут до ушей Маркиза, он может не ограничиться простым наказанием.

— Дьявол! — Верон со всей силы ударил кулаком по зеркалу, и окровавленные осколки с звоном рассыпались по дорогому мраморному полу. — …Улики. Если я правильно помню, нет никаких доказательств того, что этот ублюдок избил нас, верно?! Как мы и планировали, мы должны заставить молчать всех свидетелей.

Мукер хранил молчание.

— Что? Что значит твое молчание? Ты собираешься ослушаться моего приказа?! Или ты испугался этих жалких Ребрекк?!

— Доказательства… — лицо Мукера окаменело. — Доказательства остались там.

— Что за чушь ты несешь на этот раз?

— Символ рода Виллас.

Голова Верона резко дернулась.

— Его… его здесь нет, — пробормотал он. — Кольцо Деон.

Выражение лица Верона окончательно поплыло. Кольцо с пышной гравировкой в виде мечей и щита семьи Виллас являлось не просто семейной реликвией: это был шедевр Магической Башни, драгоценное Кольцо Деон ранга B.

«Эта хреновина стоит дороже целого замка!»

— Он сказал, что если вы хотите вернуть его, вы должны прийти к нему лично. Он передал, что будет ждать… но, помимо доказательства, он мог осознать, что это не просто безделушка. Возможно… — голова Мукера опустилась. — Возможно, всё это было спланировано изначально.

Кожу Мукера покрыли крупные мурашки. Было трудно поверить, что ребенок способен обладать столь изощренным умом. Он даже представить себе не мог, кем станет Эш, когда вырастет.

«Я не знаю… но я точно знаю одно: он не тот, с кем нам стоит связываться».

— …Он не просил ничего невыполнимого. Однако на данный момент я настоятельно рекомендую нам выждать время, — заключил Мукер.

— И что мне тогда делать с реликвией?! Нам что, просто отдать ему кольцо?!

Мукер лишь молча уставился на Верона.

— Ни за что… Ты ведь не предлагаешь мне извиниться перед ним, а?! Никогда! Я не стану этого делать! Я? Верон, извиняющийся перед каким-то насекомым?! Ты вообще соображаешь, что говоришь?!

— Он велел вам явиться лично, однако… давайте для начала отправим доверенное лицо.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Верон с озадаченным выражением лица.

— Молодой господин! Вы все еще здесь? — Каин приблизился к Джошуа с совершенно ошарашенным лицом. Он был уверен, что Джошуа уже давно покинул здание, а потому обошел всю округу в поисках своего господина. Однако выяснилось, что тот всё это время просто наблюдал за всем из затененного угла здания.

— Ты искал меня? — Джошуа усмехнулся, заметив, как на лбу Каина блестят капли пота.

— Вы ушли первым, поэтому я подумал, что вы где-то поблизости.

— Ты помог Графу Ребрекке? Судя по всему, убирать весь этот кавардак было непросто.

— Я исполняю лишь ваши приказы, господин, — отрезал Каин, вызвав у Джошуа недоуменный взгляд.

— Это называется «излишняя преданность». — Джошуа рассмеялся.

— Таков уж мой стиль.

— И всё же этот стиль мне не по душе.

— Даже если вам не нравится, с этим ничего не поделаешь, — Каин поспешно сменил тему, заметив, как Джошуа насупил брови. — Куда важнее… вы уверены, что всё пройдет гладко?

— Ты о чем?

— Я о Маркизе Вилласе… Что теперь будет? Не похоже, чтобы всё шло по плану.

— Разумеется, всё пойдет иначе.

— А…?

— Я говорю вот об этом, — Джошуа указал на кольцо, лежащее на столе.

— Вы искренне верите, что Верон шен Виллас вернется сюда?

— Он не вернется.

— Тогда что вы имеете в виду? — Каин вопросительно уставился на него.

— Он просто не сможет не прийти, ведь в моих руках находится его сокровище, — Джошуа вертел в пальцах перстень-печатку рода Виллас. Он отчетливо ощущал слабый след маны, исходящий из глубины украшения. Это был не просто символ наследника Виллас, но и ценный артефакт. — Однако, вполне возможно, он подошлет вместо себя доверенное лицо… представителя, достаточно надежного, чтобы тот не выболтал лишнего, — Джошуа ухмыльнулся.

— И кто же это может быть?

— Аркадия полнится слухами. Говорят, Акцент правит ночной Аркадией, но родом Виллас — а точнее, молодой господин Виллас — правит самим Акцентом.

— Если речь идет об Акценте…! — глаза Каина расширились от изумления.

— Если эти слухи правдивы, он сам придет ко мне… и тогда мы узнаем, что произойдет дальше, — Джошуа явил миру поистине ангельскую улыбку.

— Боги мои… — мысли Каина мчались с бешеной скоростью. Маркиз Виллас, один из двенадцати великих родов, являлся могущественной силой в Аркадии. Они могли бы мирно сосуществовать, так почему же его господин неожиданно нажил себе такого врага? Оказалось, всё это было частью продуманной стратегии его властелина для достижения конкретной цели…

«Возможно, вы станете куда могущественнее, чем я вообще мог себе вообразить…»

Каин сжал кулаки в непреклонной решимости.

— Прошу прощения, здравствуйте, — тихий, нежный женский голос заставил Каина и Джошуа прервать разговор.

— Юная леди Айслайна? — окликнул ее Каин, сразу узнав девушку.

— Я просто… — Айслайна смущенно теребила край платья, подбирая нужные слова. — Я просто хотела поблагодарить вас за помощь, — она опустила голову, а ее щеки вспыхнули румянцем.

Каин ухмыльнулся и отступил на шаг назад. Он прекрасно понимал, что эти слова предназначались совсем другому человеку.

— Я сделал это не ради тебя, — проворчал Джошуа. У него были собственные мотивы, пусть он и знал, что в будущем Айслайна станет великим архимагом, известным на весь мир.

— И всё же… — Айслайна сжала изящные кулачки, твердо намереваясь договориться, несмотря на прохладный прием Джошуа. — Вы также спасли честь нашей семьи. Мы могли оказаться в крайне тяжелом положении, но благодаря вам, молодой господин, нам удалось избежать катастрофы… Еще раз спасибо вам.

Джошуа с любопытством смерил Айслайну взглядом. Айслайна из его воспоминаний никогда не отличалась столь кротким нравом. В его памяти всплывал образ безупречной красавицы, невозмутимо стоящей среди лютого мороза на горном утесе — женщины без эмоций, без крови и без слез… Женщины, способной заморозить своих врагов по щелчку пальцев. В прошлом ее нарекли «хладнокровным убийцей».

«Помнится, я тогда подумал, что это прозвище подходит ей просто идеально. Представить только, что кто-то посмеет разозлить ту Айслайну…» — от одной лишь этой мысли Джошуа ощутил легкую дрожь. Он слышал истории о наемниках, имевших глупость прогневать ее, и ни для кого из них это не закончилось добром.

Даже маги одного и того же ранга обладали разным сродством к стихиям. Как можно было легко догадаться по ее имени — да и по событиям его прошлой жизни, — стихией Айслайны являлся лед. В свое время ее чарам не было равных, что и принесло ей титул «Архимага Льда». А ведь Магическая Башня удостаивала подобных титулов вроде «Архимаг Льда» или «Архимаг Огня» лишь лучших из лучших в своей сфере.

— Так вот, о чем я… — продолжала Айслайна, совершенно не подозревая о мыслях Джошуа. — Если из-за этого происшествия молодой господин попадет в беду, виноваты будем мы. Поэтому я посчитала, что на этот раз моя семья должна взять инициативу в свои руки. Возможно, если мы выступим на вашей стороне, Императорская семья прислушается.

— Не думаю, что эта ситуация настолько серьезна.

— А?

— Неужели они и впрямь станут сидеть сложив руки, если Граф Ребрекка лично выступит с показаниями против этого идиота, сыночка Маркиза Вилласа? Неужели ты думаешь, что всё закончится вот так просто?

— Но это всё еще касается моей семьи.

— Не думаю, что этот кретин станет рассуждать в подобном ключе, юная леди.

Лицо Айслайны заметно помрачнело, что вызвало у Джошуа короткий смешок.

— Это бессмысленные переживания. Ты что, уже забыла, кто я такой?

— Ах!

Джошуа поднял указательный палец:

— Если ты и впрямь так переживаешь… я надеюсь, ты окажешь мне одну услугу позже.

— Мы сделаем всё, что угодно! — Айслайна импульсивно подалась вперед и схватила Джошуа за руку. Джошуа на мгновение опешил, а затем искренне рассмеялся:

— Приятно, что ты так легко согласилась.

— Я, честно говоря, до сих пор поверить не могу, — произнес человек в маске, спрыгивая с крыши третьего этажа и качая головой. Он был настолько ошарашен, что при приземлении едва не потерял равновесие. — Я слышал, что в Герцогстве явился настоящий монстр, но не поверил бы, не увидь я всё собственными глазами.

Свернув в безлюдный переулок, мужчина сорвал и отбросил ману. Это был Зеро, глава филиала «Врат Луны».

— Джошуа фон Агнус… — этот мальчишка оставил в душе Зеро неизгладимый след, хотя они встречались всего дважды.

— Он совершенно точно знал, что я наблюдаю за ним. — Зеро следил за бесчинствами Верона с самой крыши, применив все доступные способы, чтобы скрыть свое присутствие. И все же в какой-то момент их взгляды пересеклись. Усмешка, которую адресовал ему Джошуа, заставила мороз пройти по коже.

Многолетняя работа осведомителем наградила Зеро острым чутьем; порой оно сулило нечто хорошее, порой — предостерегало об опасности. Сейчас инстинкты орали во все горло, но Зеро решил пока не предпринимать резких шагов.

Откровенно говоря, Зеро сомневался, что Джошуа под силу отыскать ту вещь — он полагал, будто мальчишка просто пыжится, ухватившись за обрывки случайно услышанной информации. Зеро согласился на его просьбу лишь для того, чтобы получше раскусить юнца.

Местонахождение реликвии Орбиса, о котором спрашивал Джошуа, не представляло особой ценности… Его легко можно было отследить, обладая даже скудными фактами. Но Джошуа разнес в пух и прах любые ожидания. Зеро отчетливо разглядел в нем потенциал стать поистине бесценным фигурантом в не столь отдаленном будущем.

Зеро сжал кулаки.

«Теперь мне придется скорректировать свои планы».

Информатор направился к трущобам на окраине Аркадии и осторожно приблизился к одному из ветхих домов. Внешне тот ничем не отличался от соседних развалин: покосившиеся доски, разбитые стекла вокруг и выбитые из стен кирпичи.

Прямая линия для донесений использовалась исключительно для экстренных депеш. О ней знали лишь члены «Врат Луны» уровня управляющих и выше, а само место встреч постоянно менялось.

— Я лишь исполняю приказы господина… Все решения за ним.

Зеро шагнул в непроглядную тьму комнаты.

Прошло около часа с тех пор, как в ресторане навели порядок, и семья Ребрекка удалилась.

— Он и впрямь пришел, молодой господин… — Каин с изумлением наблюдал, как на второй этаж, тяжело пыхтя, поднимается грузный Мужчина. — Барон Акцент Провалум…

Несмотря на свой низкий титул, он заслужил дурную славу как человек, заправляющий черным рынком Аркадии — крупнейшим на всем континенте. Едва ли подобным ремеслом стоило хвастаться, однако сам он искренне гордился своим положением. По факту барон Провалум обладал влиянием, способным потягаться со многими графами.

— Где… где сын рода Фредерик? — Провалум нервно огляделся по сторонам.

— Это… То есть молодой господин перед вами и есть сын рода Фредерик, Эш ден Фредерик, — Каин представил Джошуа барону.

Провалум онемел, встретившись взглядом с Джошуа.

«Он же… просто ребенок?»

Впрочем, будучи мастером своего дела и умудренным дельцом, он мгновенно подавил эмоции, не дав никому заметить свое замешательство.

— Мое имя Акцент Провалум, — произнес он с елейной улыбкой. — Для меня огромная честь встретить наследника рода Фредерик.

С этими словами Провалум склонил голову, чем несказанно удивил Каина. Каким бы низким ни был его ранг, у барона не имелось никаких причин кланяться кому-то вроде Джошуа, к тому же реальная власть Провалума далеко выходила за рамки его титула. Он вовсе не обязан был выказываться столь глубокое почтение сыну обедневшего дворянина.

«Похоже, он до смерти боится усугубить эту ситуацию», — с интересом подумал Каин.

Джошуа же остался абсолютно невозмутим:

— Кажется, я ясно передал этому кретину Верону, чтобы он явился лично… Он дерзнул подослать мне пешку?

Каин и Провалум аж поперхнулись от такой дерзости.

— Я… э-э… Что вы только что сказали?

— Не заставляй меня повторяться.

— Молодой господин, если вы не в курсе, из какого рода происходит молодой господин Верон...

— А есть какая-то разница? Он посмел насмехаться над моей семьей; теперь он обязан мне своей жизнью. С какой стати меня должно волновать его происхождение?

— Это… — Провалум с трудом подавил рвущееся наружу возражение. Он прекрасно понимал, что сейчас положение Эша куда выгоднее. — Вы абсолютно правы, молодой господин. Вы сохранили ему жизнь, так что вам решать, интересоваться им или нет. У вас прекрасное воспитание, — барон нервно потер ладони, выдавив из себя натянутую улыбку. — Но если отбросить это… Вещь, которую вы забрали у молодого господина Верона — бесценное сокровище рода Виллас, их перстень-печатка. Почему бы вам не вернуть его законному владельцу…?

Джошуа лишь издевательски фыркнул:

— Повторяю еще раз: если он хочет вернуть вещь, пусть придет сюда лично, — Джошуа небрежно подбросил кольцо Вилласов в воздух, словно обычную игрушку. — Передай ему: если он не явится сам, я просто переплавлю его, — отрезал он, ловко поймав перстень.

— Это же...! — перед глазами Провалума пронеслась вся его жизнь.

«Ах ты мелкий паршивец!»

Он с превеликим удовольствием разорвал бы мальчишку на куски, но прекрасно знал о том, что произошло ранее. Он до сих пор не мог поверить в услышанное, но человек, поведавший ему историю драки, точно не стал бы врать.

— Молодой господин Верон не смог прийти лично, поскольку всё еще слишком слаб, — проговорил Провалум, усмиряя закипавшую внутри ярость. — Он пока не пришел в се…

— Этот ублюдок оказался куда слабее, чем я думал, — пробормотал Джошуа, к вящему досаде Провалума.

«Терпение… только терпение», — мысленно приказал себе барон.

— Ладно, — на губах Джошуа заиграла дерзкая усмешка. — Кое-что пришло мне в голову.

— Да?

— Просто пришли сюда того рыцаря по имени Мукер, который таскался за тем кретином.

— Вы имеете в виду…?

— Когда этот рыцарь прибудет, я проведу с ним переговоры. И еще… — Джошуа зафиксировал взгляд на руке Провалума. — Когда вещь исчезает, ее нужно чем-то возместить, верно? Раз уж я сделал тебе одолжение, выслушав тебя, ты выполнишь одну мою просьбу.

— Какую просьбу?

— Кольцо у тебя на пальце выглядит весьма недешево.

«Только не говорите мне…» — Провалум едва не подскочил на месте, когда Джошуа указал на его кольцо. Увы, удача явно была не на его стороне.

— Снимай и отдавай.

Провалум наяву увидел, как вся его жизнь рушится прямо на глазах.

— Мой господин — настоящий дьявол, — пробормотал Каин, качая головой и глядя вслед прочь уходящим фигурам.

Барон Провалум буквально улетел с места событий сразу после того, как «договорился» с Джошуа.

— Ты что-то хотел сказать? — спросил Джошуа с откровенно скучающим видом. Он говорил так, словно прекрасно понимал, к чему клонит Каин, но предпочитал делать вид, будто ничего не замечает.

— Семейная реликвия рода Орбис наконец оказалась у вас в руках… но то, как вы буквально вымогали её у Провалума… и при этом держитесь так равнодушно.

— Тебе стоит подбирать выражения аккуратнее.

— А? — недоуменно переспросил Каин.

Джошуа смерил его всё тем же скучающим взглядом и слегка пожал плечами:

— О каком «вымогательстве» идет речь? Это была обычная взаимовыгодная сделка. Я предоставил ему шанс доказать свою полезность в качестве побегушки, так что вполне естественно, что за это пришлось заплатить.

— И как только вам хватает наглости…

— Наглости? — Джошуа уставился на Каина с искренним изумлением на лице. — А ты, я смотрю, заметно осмелел… Когда мы только познакомились, ты от одного моего взгляда готов был сквозь землю провалиться и глаза поднимать боялся.

Каин снова пожал плечами, на этот раз с совершенно невозмутимым видом:

— Ну, мой господин — лучший мастер в этой сфере, так что я просто учусь у лучших.

— А не твое ли это истинное «я» наконец-то вырвалось наружу? — парировал Джошуа.

Каин деликатно отвел взгляд и тихонько свистнул.

— Какая красота! А девушки в Аркадии действительно радуют глаз — и говорят, и ходят так изящно! — пробормотал он про себя, отчаянно пытаясь сменить тему и уставившись на прогуливающихся по улице горожанок.

— Да-да, любуйся, — Джошуа тихо усмехнулся и повернулся в сторону, переведя взгляд на предмет в своей ладони.

«Вот она — реликвия рода Орбис, "Слезы Эльфа"».

Кольцо в форме изящного листочка отсвечивало мягким зеленоватым глянцем.

В былые времена род Орбис славился как великая династия магов. Была лишь одна причина, почему этому ничем не примечательному на первый взгляд кольцу дали имя «Слезы Эльфа». Легенды гласили, что высшие эльфы лично благословили семью Орбис, с которой их связывала крепкая дружба. И это благословение воплотилось в семейной реликвии.

«Разумеется, правду узнают куда позже. Сейчас это лишь симпатичная безделушка сгинувшего в небытие благородного рода», — мысленно проворчал Джошуа, крутя артефакт в пальцах.

Мир узнает о том, что реликвия таит в себе невероятную силу, лишь благодаря свидетельствам высших эльфов, которые впервые за сотни лет ступят на земли континента.

Эльфийские леса по большей части оставались строго закрытыми для людей. И все же глава рода Орбис совершал ежегодное паломничество в Лес Эльфов. Будучи старинным другом высших эльфов того времени, он являлся редким исключением из правил.

Эльфы вели крайне скрытный образ жизни. Они боготворили природу и деревья, а люди в их глазах были хуже диких зверей, ведь они лишь уничтожали то, что эльфы так бережно хранили. К тому же эльфийских девушек нередко похищали ради их красоты, превращая в живые игрушки для ублажения гнусных людских похотей.

В конце концов, чтобы защитить себя и свой дом, эльфы собрались в великом естественном лесу на самом юге континента и возвели сокрушительный барьер.

Эльфийский лес по своим размерам не уступал нескольким крупным государствам, вместе взятым. И хотя эльфы рождались с врожденным даром к магии, создание столь исполинского барьера оказалось невероятно тяжелой задачей. Десятки высших эльфов погибли во время этого ритуала — за одним-единственным исключением. Выжил лишь один высший эльф.

Спустя сотню лет ненависть эльфов к человечеству окончательно перешагнула все грани. Эльфы сплотились вокруг единственного оставшегося высшего эльфа. Они уверовали, что сам факт его выживания делает его их законным повелителем. Так последний высший эльф получил имя «Эленбурс», что на общем языке означало «Король Эльфов».

При одном лишь упоминании людей эльфы скрежетали зубами от ярости. Но был один человек, ставший исключением из этого правила — давний друг ныне правящего Пятого Эленбурса.

Джошуа попытался вспомнить продолжение этой истории… Детали немного размылись в памяти, но ключевые события он помнил четко.

Последний патриарх рода Орбис, сгинувший десять лет назад вместе со всеми своими родичами…

— Джерат дек Орбис, — тихо и горько пробормотал Джошуа.

Несмотря на то что по всему миру он числился пропавшим без вести, его уже давно не было в живых.

В прошлой жизни Джошуа — сорок с лишним лет спустя — Джерат так и не объявился.

Вся его семья, скорее всего, погибла в тот самый миг, когда род пал.

«Уверен, его подвергали жестоким пыткам. Ведь он был единственным человеком на континенте, способным беспрепятственно входить в эльфийский лес и покидать его… Эти влиятельные псы и свиньи ни за что не оставили бы его в покое».

Даже когда его род уничтожали, Джерат дек Орбис не обронил ни слова об Эльфийском Лесе. В конце концов, когда его династия окончательно рухнула, он просто исчез с лица континента.

Пятый Эленбурс явился на континент, чтобы лично выяснить обстановку, лишь после того, как до него с большим опозданием дошли печальные вести.

И именно Эленбурс отыскал дитя Джерата дек Орбиса, коей уготована была ужасная участь.

Девочку пристроили служанкой в дом другого аристократа.

Пятый Эленбурс рыдал, судорожно сжимая крошечные ладони ребенка и умоляя о прощении. Слезы эльфа стекали по тыльной стороне ее ладони, впитываясь в старинное кольцо, которое она носила.

Именно тогда весь остальной мир и нарек этот артефакт «Слезами Эльфа».

«А вскоре после этого она тяжело заболела и скончалась… Неудивительно, что падение рода Орбис с такой трагической историей считалось одной из самых жутких драм в истории».

Поистине жестокая судьба для целого рода.

— Молодой господин?

Звук голоса над самым ухом на мгновение вырвал Джошуа из размышлений.

Джошуа повернул голову, и Каин с широко раскрытыми глазами спросил:

— Могу я узнать, о чем вы так задумались?

— Я… — Джошуа уже собирался ответить, но осекся и лишь тихо качнул головой. — Ни о чем, просто немного устал… Ты что-то сказал?

Увидев такую реакцию, Каин озадаченно склонил голову набок:

— Мы прибыли к дому.

— А-а… — Джошуа огляделся по сторонам и кивнул.

Это место располагалось на самом краю столицы, вдали от шумного и бурлящего городского центра. Он стоял перед зданием, где ему предстояло жить в ближайшем будущем.

Бегло окинув постройку взглядом, Джошуа заметно помрачнел.

«Неважно, что происходит вокруг. Для спокойных одиночных тренировок место идеальное, но…»

И хотя здесь было тихо и малолюдно, безопасность оставляла желать лучшего.

Это было худшее место, если ты пытаешься кого-то защитить. И эта проблема непрерывно терзала его с самого момента прибытия в столицу.

В конце концов Джошуа принял окончательное решение.

— Каин.

— Да?

— Я думаю, для моей матери будет лучше остаться там, где проживает Герцог Агнус. Это ближе к центру и к Императорскому дворцу.

— …

Каин на мгновение замер, а затем понимающе кивнул. Он уловил скрытый смысл:

— Как и сказал молодой господин, госпоже Люсии точно не стоит жить в таком месте. И пусть вам тяжело расставаться с ней, я тоже считаю, что ей будет куда безопаснее под крылом Герцога.

— …

— И самое главное — она останется совершенно одна, когда молодой господин поступит в Академию.

— Именно поэтому я хочу попросить тебя об одной услуге.

— Да? — Каин был явно застигнут врасплох столь резкой переменмой в тоне Джошуа.

— Я хочу, чтобы ты защищал мою мать от моего имени.

— Вы хотите, чтобы я стал рыцарем-эскортом госпожи Люсии?

— Да, — твердо ответил Джошуа, кивнув.

Лицо Каина сделалось серьезным:

— Но, молодой господин, если я поступлю так, вы останетесь в крайне уязвимом положении, без единого рыцаря сопровождения. К тому же ваша семья на бумаге — лишь безымянные обедневшие дворяне из провинции.

— …

— Пренебрежение и презрение — это самое малое, с чем вам придется столкнуться, не говоря уже о куче других неприятностей… А зная ваш характер, вы ни за что не станет терпеть несправедливость, происходящую прямо у вас на глазах… И вам нужен я, чтобы не дать ситуации выйти из-под контроля.

— …

Джошуа продолжал молчать, и Каин решительно закончил мысль:

— К тому же Верон шен Виллас, с которым у вас вышел конфликт, тоже учится в Академии. Это лишь догадка, но я очень переживаю…

— Не стоит переживать. Ибо я искренне хочу вести себя «тише воды, ниже травы».

— …

Заметив тревогу на лице Каина, Джошуа продолжал с легкой улыбкой:

— Словно дохлая мышь, я намерен провести там время в абсолютной тишине. Хочешь верь, хочешь нет, но я настоящий специалист по части одиночества. Я вытерпел достаточно оскорблений и пренебрежения, чтобы меня это хоть как-то задевало, так что я справлюсь.

— Что вы...? — Каин уже открыл рот, чтобы задать вопрос с озадаченным выражением лица, но внезапно его глаза широко раскрылись.

Джошуа уже дал ему ответ — пусть и в весьма косвенной, едва уловимой форме.

Каин онемел. И впрямь, внушительное присутствие господина заставило его совсем позабыть о прошлом Джошуа.

«Выгнанный из семьи ублюдок… и конюшня…»

Джошуа тихо рассмеялся, заметив, как лицо Каина окаменело:

— Ненавижу смотреть в эти глаза, полные искренней жалости ко мне.

— Молодой господин…

— Так могу я попросить тебя еще об одной услуге?

— …

Каин молча опустил голову, пока Джошуа продолжал говорить:

— Это нужно мне, но это нужно и тебе… Мне нужен подчиненный, которому я смогу довериться и прикрыть спину. Мне не нужен слабый и безынициативный боец, который упадет передо мной на поле боя.

— Эти слова… — Каин резко поднял голову.

Джошуа улыбнулся еще шире, наблюдая за ним:

— Учись фехтованию у Герцога Агнуса.

— …!

Зрачки Каина расширились. Это могло означать лишь одно.

Молодой господин намеревался лично попросить Герцога обучить Каина искусству меча.

И хотя они были знакомы не так давно, Каин прекрасно знал: гордость Джошуа никогда не позволила бы ему клонить голову и просить о чем-то подобном. И тем не менее прямо сейчас этот человек шел на подобный компромисс ради него.

Каин понятия не имел, согласится ли Герцог на просьбу Джошуа, но для него самого это было неимоверно тяжелым бременем.

— Подобная просьба…

Едва Каин собрался ответить, Джошуа перебил его:

— Каин. Это просьба, а не приказ.

— …

— Пожалуйста, отнесись к моим словам со всей серьезностью, — сказав это, Джошуа тихо склонил голову.

Каин вновь онемел от изумления.

Он снова увидел Джошуа в совершенно ином свете.

Джошуа без колебаний склонил перед ним голову.

Встречался ли Каину хоть один подобный человек за всю его жизнь?

Никогда…

— …

Тяжело вздохнув, Каин бросил короткий взгляд на Джошуа:

— Поднимите голову.

— …

— Я не хочу, чтобы мой господин хоть когда-нибудь склонил голову перед кем бы то ни было — и передо мной в том числе.

Джошуа медленно поднял взгляд.

Смотря Джошуа прямо в глаза, Каин произнес мягко:

— Я принимаю просьбу моего господина… Однако…

На губах Каина заиграла дерзкая ухмылка:

— Разве не правду говорят, что долг платежом красен? Я надеюсь, что и молодой господин исполнит одно мое желание.

Услышав знакомые слова, Джошуа искренне рассмеялся:

— Сперва я выслушаю это желание.

Каин ответил с предельно серьезным выражением лица, будто бы той игривой улыбки никогда и не было:

— Пожалуйста, никогда не заставляйте меня склоняться ни перед кем, кроме моего господина.

— …

Несколько мгновений Джошуа спокойно смотрел в глаза Каину.

И он увидел это.

Под этим темным взглядом свирепое пламя преданности бушевало жарче извергающегося вулкана.

Увидев этот блеск, Джошуа ответил без колебаний:

— Идет… Я обещаю… Именем Джошуа Сандерса.

Последнюю часть фразы он прошептал едва слышно — так, что Каин едва ли смог разобрать слова.

Каин улыбнулся и уверенно кивнул:

— Мой господин, я желаю вам успехов во всем.

— Ты вернулся, Джошуа?

— Да, мама, я дома.

Джошуа улыбнулся во весь рот, когда Люсия встретила его теплой, исполненной нежности улыбкой.

Именно этой картины ему так не хватало каждый раз, когда в прошлой жизни он вспоминал о матери. Насколько же невыносимо, до жути тяжело было сознавать, что он больше никогда ее не увидит!

И даже сейчас, глядя на нее, Джошуа казалось, будто он грезит наяву.

«На этот раз я защищу тебя, чего бы мне это ни стоило», — дал он себе молчаливую клятву.

Люсия перевела взгляд с Джошуа на стоящего рядом Каина:

— Благодарю вас, сэр Каин, за то, что присматриваете за моим сыном. Он у меня такой несамостоятельный.

— Ну что вы, госпожа Люсия!

Увидев, как Люсия грациозно склоняет перед ним голову, Каин поспешно взмахнул руками, не скрывая своего замешательства:

— Скорее уж это я навеки обязан молодому господину за то, что он позволил мне служить ему. Возможно, с моей стороны это прозвучит слегка бестактно, но…

Каин сделал паузу, заметив на лице Люсии сомнение, а затем продолжить:

— У вас замечательный сын, сударыня.

— Ох…

Люсия тихо ахнула и тепло расплылась в улыбке. Поглощенная заботами и работой в поместье герцога, она уделяла Джошуа не так много внимания, как ей хотелось бы.

Как мать, она чувствовала перед ним вину. И все же, несмотря ни на что, ее мальчик вырос в прекрасного юношу. Как могла она этому не радоваться?

Не в силах скрыть ликования от похвалы в адрес сына, Люсия направлялась в сторону кухни:

— Вы ведь оба еще не ели, верно? Я уже давно не стояла у плиты, пора бы продемонстрировать свои кулинарные навыки.

— Госпожа Люсия! Полно вам… в доме есть слуги… вам стоит воспользоваться помощью, которую предоставил Герцог...

Каин осекся, заметив, как Джошуа молча поднял руку.

Слегка качнув головой, Джошуа обратился к Каину:

— Мне даже как-то неловко говорить об этом, но моя мама потрясающе готовит. В особенности ей удается фирменный суп из баранины…

Джошуа наигранно сглотнул слюну:

— Это то, чего действительно стоит ждать с нетерпением.

Джошуа показал ему большой палец, и Каину оставалось лишь качнуть головой.

— Куда важнее… у меня есть вопрос.

Каин продолжить разговор, переводя взгляд на кухню, где скрылась Люсия:

— Я насчет того кольца. Разве реликвия сгинувшего рода Орбис обладает какими-то особыми силами? Я имею в виду… со стороны оно выглядит как самое обычное украшение.

— Особая вещь, погруженная в сон, должна быть пробуждена особым способом. Прямо сейчас ее сила попросту запечатана.

Джошуа поднял кольцо на уровень глаз.

— …

Внезапно Джошуа принялся бессвязно шептать странные слова, отчего лицо Каина вытянулось от недоумения.

И в то же мгновение, словно в ответ на этот шепот, кольцо в его руке само по себе взмыло в воздух, а пространство вокруг затрепетало и задрожало.

— …!

Глаза Каина расширились от изумления.

Внешний слой кольца начал сходить, подобно старой шелухе, и под ним проступили символы причудливой формы.

Каин мгновенно узнал эти знаки:

— Руны?! Это что, руны?! — удивленный возглас Каина эхом пронесся по комнате.

«Откуда господин знает о рунах, чьи тайны доступны лишь могущественным магам?»

Руны не были простым набором знаков. Каждый такой символ таил в себе уникальную, первозданную силу. Простая зарисовка или попытка скопировать внешний вид руны не давала ровным счетом ничего — фальшивка оставалась лишь пустым рисунком.

Лишь маги высших рангов — 5-го круга и выше — путем сложносочиненных формул и расчетов могли вплетать в эти символы неведомую, не поддающуюся описанию силу.

Только так создавались истинные руны.

И тем не менее Джошуа зачитывал эти руны так легко, словно перед ним был текст на обычном языке.

«Кто же мой господин на самом деле…? Он что, действительно магический мечник?»

Изумление Каина возрастало с каждой секундой.

Джошуа же в этот момент чувствовал себя едва живым.

«Я думал, что готов, но…»

Прикусив нижнюю губу, Джошуа насильно заставлял себя удерживать взгляд на кольце. В отличие от того, что казалось Каину, произнесение рун давалось ему с невероятным трудом.

Каин, совершенно не разбирающийся в рунах, полагал, будто Джошуа зачитывает обычные рунические заклинания, широко используемые магами высокой ступени. Однако шепот Джошуа не имел ничего общего с традиционной магией. Маги континента упали бы в обморок от шока, услышь они эти слова.

Джошуа произносил заклятия на древнем руническом языке.

«Это последняя…»

— Р.

Джошуа наконец вытолкнул из горла последний символ.

Едва резонанс достиг своего пика, наружу вырвался сноп ослепительно белого света. В то же мгновение всё вокруг затопил сияющий поток, застилающий взор.

**

В самом сердце необъятного континента Игрант...

Даже в окружении трех великих империй белоснежная башня из слоновой кости возвышалась над ними всеми к самым небесам, демонстрируя свое незыблемое величие.

Это было поистине завораживающее зрелище. Священное место для каждого мага — Магическая Башня.

На самом верхнем этаже, в центре мраморного зала, стоял круглый стол, вокруг которого располагались семь кресел.

Здесь проводили свои собрания семеро сильнейших чародеев — обладатели высших рангов и могущественнейшие чародеи Башни.

Их величали «Семью Магами».

Семерка собиралась за этим столом лишь тогда, когда возникала необходимость решить вопрос первостепенной важности для всей Башни. Подобные встречи происходили крайне редко — сказывались как своенравный характер магов, так и их вечная занятость.

Однако сейчас, впервые за долгое время, чародеи вновь восседали на своих местах.

В удобном кресле у стола расположился сгорбленный старик.

На первый взгляд седовласый старшина в длинном белом балахоне и с такой же белоснежной бородой, ниспадающей до самой груди, казался настолько дряхлым, будто был не в силах поднять даже перышко.

И все же ни один человек на континенте не дерзнул бы его недооценивать. On являлся непререкаемым Первым столпом Семи Магов и их могущественным лидером — сам Иан тун Мюррей, Владыка Башни.

Совершенно черные, глубинные глаза Иана на мгновение вспыхнули, когда он оглядел присутствующих.

— Кресла Алого Пламени, Грома и Пустоты пустуют… Что всё это значит?

— Как вам известно, с Алым Пламенем и Пустотой связей, как обычно, нет, да и заставить их прийти сюда — задача не из легких. Что же до Грома… Насколько мне известно, вчера он покинул столицу… как раз из-за этого собрания.

Низким, ровным голосом ответил мужчина среднего возраста, сидевший по левую руку от Иана.

Это был крупный Мужчина с неряшливой бородой, совершенно не похожий на мага.

— Тц, — недовольно цыкнул Иан. — Что ж, объявим о начале нашего двадцать седьмого регулярного собрания. Пусть нас и всего четверо, откладывать встречу нельзя — вопрос слишком серьезен.

— …

— Главная тема сегодняшнего обсуждения — Первозданные Камни.

В отличие от мужчины слева, чье лицо оставалось совершенно непроницаемым, двое других магов — Мужчина и женщина — мгновенно оживились.

Довольно молодой маг, на вид едва перешагнувший тридцатилетний рубеж, заметил:

— Сразу к делу? А ты свеж, старик.

— Соблюдай субординацию, Шторм. Это пленарное заседание.

— Да-да, слушаюсь… Как скажешь, дядя Земля.

Получив замечание от Земли, Шторм, сидевший по правую руку от него, надулся и умолк.

Заметив это, Иан произнес:

— Надо же, тот, кто обычно игнорирует встречи, сегодня все-таки соизволил явиться.

— Рад стараться, Владыка… То есть, как и сказал Глава Башни, у нас есть проблема, требующая решения. До меня дошли слухи, будто Магма бесследно исчез.

— Исчез не только Магма, но и Бронто, — добавил Земля.

Глаза Шторма округлились от удивления:

— Что…? Вот это новость.

— Сведениями о Первозданных Камнях владеет исключительно Магическая Башня… Если произошла утечка через кого-то из наших, это катастрофа! — подала голос женщина среднего возраста, доселе хранившая молчание.

Ее волосы были абсолютно седыми, будто у старухи, однако чисто-голубые глаза оставались прозрачными и ясными, словно лесное озеро. Более того, несмотря на то что ей было далеко за сорок, она всё еще излучала неоспоримое очарование.

Эта женщина занимала место «Мороза».

Переведя взгляд на холодную чародейку, Иан проговорил:

— Всё именно так, как ты говоришь. И хотя у нас есть кое-какая информация о том, кто забрал Магму, до сих пор неизвестно, вознесся ли Бронто в небеса или же снова вернулся в недра земли.

— Гром так внезапно сорвался с места… Это как-то связано с происходящим или он просто пошел разузнать обстановку? — спросил молодой маг с нескрываемым интересом.

— Кое-какие зацепки все же есть. Не уверен, связано ли это напрямую с Бронто, но неподалеку от места его исчезновения зафиксировали кое-что странное, — ответил Земля.

— Странное? — переспросил юноша.

Земля кивнул:

— Ходят слухи, что в тех краях видели магического мечника.

— Ма… Магического мечника?!

У Шторма отвисла челюсть, он ошеломленно уставился на собеседника. Слова Земли застали его вплотную врасплох.

Бам!

Опершись о стол и резко поднявшись, Мороз выкрикнула:

— Только не говорите мне… Неужели это он?!

Земля лишь молча качнул головой:

— К сожалению, нет. На этот раз явившийся магический мечник…

Земля на мгновение заколебался, после чего продолжал пониженным тоном:

— Говорят, это ребенок, которому в этом году исполняется всего девять лет.

— Ч-что?!

— Боги правые…

У Мороза прервалось дыхание, а глаза Шторма расширились от дикого шока.

Пока присутствующие пытались переварить оглушительную новость, Иан тихо произнес:

— Точных данных пока нет. Но место, где был обнаружен Бронто… Это ведь Империя Авалон?

— Да.

— Раз уж Гром уже в Авалоне, Маркус, возьми на себя поиски Магмы. Если слухи верны, мы все равно мало что сможем сделать, даже если точно узнаем, где находится Магма.

— Понял.

Маркус, также известный как Земля, кивнул.

— И Тета, я говорю это тебе, потому что ты еще молод — не зазнавайся… Если ты совершишь ошибку из-за своей спешки, тебе это просто так с рук не сойдет, какими бы силой и статусом ты ни обладал. Поверь мне… я говорю это по собственному опыту.

— Вы правда думаете, что я только и делаю, что влипаю в неприятности? — надулся Тета, он же Шторм.

— Может, это его потомок?! Я просто не могу представить другого магического мечника, кроме него! — воскликнула Мороз, не скрывая волнения.

Иан вздохнул:

— Полно тебе… Ты делаешь поспешные выводы.

— …

Мороз прикусила губу.

— Есть мизерный шанс, что мальчик — его потомок, но… куда вероятнее, что они никак не связаны.

Мороз резким движением повернула голову к Маркусу:

— Почему?

— Судя по гуляющим слухам, этот ребенок — сын Герцога Адена фон Агнуса.

На мгновение глаза женщины расширились от шока, и она замерла с растерянным видом, словно не веря собственным ушам.

— Если это Аден фон Агнус, неужели…?

Иан мгновенно сжал кулак и с силой обрушил его на стол.

— …

В звенящей тишине Иан обвел тяжелым взглядом собравшихся и произнес с особым блеском в глазах:

— На данный момент нет ничего верного. Пожалуйста, следите за ситуацией и воздержитесь от необдуманных действий.

— Хорошо.

— Можете быть свободны.

Трое магов поднялись и направились к выходу. В помещении на самом верхнем этаже высокой башни остался лишь Иан.

— Мир… стремительно меняется. Время покажет, к лучшему это или к худшему…

Печальные слова Иана тихим эхом повисли в пустой зале.

Сияние, затопившее комнату, постепенно рассеялось.

— Ого, ну и штуковина…

Каин медленно открыл глаза, которые зажмурил мгновением ранее, чтобы не ослепнуть. От представшей перед ним картины у него буквально отвисла челюсть.

— Э-это и есть та самая реликвия рода Орбис, о которой мы только что говорили? — ошеломленно пробормотал Каин, уставившись на предмет, парящий прямо в воздухе.

Прежде реликвия семьи Орбис походила на самое обычное кольцо с приятным розоватым отливом. Теперь же, когда печать была окончательно сорвана, кольцо явило свой истинный облик. Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: перед ними нечто невероятное.

На гладкой, словно ивовый лист, поверхности цвета ржавчины проступили рельефные древние руны.

Внешне оно напоминало изящное женское украшение, и, несмотря на утонченную форму, детально высеченные символы придавали ему таинственный, почти сакральный вид.

«Неужели современные людские технологии способны высечь руны с такой филигранной точностью?» — Каин так и застыл с открытым ртом, не сводя глаз с артефакта.

Джошуа не удержался от колкости:

— У тебя так муха во рту гнездо совьет, если продолжишь в том же духе.

— А… — Каин взял себя в руки и перевел взгляд на Джошуа.

В то же мгновение его глаза расширились от испуга:

— Молодой господин! Вы в порядке?! — выкрикнул Каин и бросился к нему.

Джошуа же, будто ничего не произошло, продолжал смотреть на Каина с молчаливым любопытством. Он был мокрым от пота с головы до ног и напоминал котенка, прячущегося от проливного дождя.

И это было неизбежно. Начертание обычных рун требовало колоссальной концентрации, а Джошуа и вовсе зашел так далеко, что задействовал древний рунический язык…

— Врача, срочно! Нет, я сам приволоку священника!

— Не шуми ты так. Я в порядке.

— Но… молодой господин…

Каин, собиравшийся снова приняться за уговоры, осекся и умолк.

Джошуа расправил плечи, уже приняв безупречно ровную осанку.

— Всё в порядке.

— Я… я понял.

Каин сделала пару шагов назад. Если его господин сказал, что он в норме, значит, так оно и есть. Рыцарю надлежит просто верить своему властелину и следовать за ним.

Переведя взгляд на парящий в воздухе предмет, Джошуа спросил:

— Ты хотя бы знаешь, как называется эта вещь?

— Эм… понятия не имею.

— «Слезы Эльфа».

— «Слезы… Эльфа»?

Джошуа кивнул:

— Эльфы — чистая раса по своей абсолютной природе. Это один из немногих народов, обладающих разумом, равным человеческому, но они кардинально отличаются от людей, полных низменных желаний.

— …

— Раса, не способная произнести ни единого слова лжи. Эти «Слезы Эльфа» возникли из слез, пролитых эльфами — а точнее, высшим эльфом, известным как Король Эльфов, — из искренней и глубокой скорби по человеку. Что же до самих рун, их высекли гномы… да-да, те самые гномы, прозванные божественными кузнецами.

— Боги правые…

От объяснений Джошуа у Каина снова перехватило дыхание. Гномы и эльфы… Обе эти расы испытывали враждебность к людям и к тому же вели невероятно скрытный образ жизни. Обычный человек за всю свою жизнь мог не встретить ни одного из них.

Гномы, к примеру, славились как непревзойденные мастера кузнечного дела. Даже самый обычный длинный меч, выкованный гномом, обладал невероятной ценностью. С другой стороны, эльфы обладали феноменальным сродством к магии. И подумать только: реликвия, хранящая в себе чары эльфов, была исписана гномьими рунами…

Каин даже примерно не мог вообразить грандиозность силы этого кольца или цену, которую за него могли бы запросить — если подобную вещь вообще можно было оценить в деньгах.

Запинаясь, он спросил:

— Я не уверен… имею ли я право спрашивать, какой именно силой обладает эта вещь… но мне до безумия любопытно.

— Я слышал, что в случае любой опасности она мгновенно формирует магический барьер 7-го круга для защиты владельца. Кроме того, кольцо многократно усиливает связь со духами. Это всё, что мне известно.

— Молодой господин! — Каин в ту же секунду грохнулся на колени.

— …? — Джошуа совершенно опешил от такого резкого выпада.

Заметив это, Каин опустил голову и выпалил:

— Вы… можете отдать его мне?

— …

— Нет, я имею в виду… раз уж моего господина и без того кличут монстром, не думаю, что вам вообще нужен подобный артефакт.

Джошуа даже не знал, смеяться ему или плакать, наблюдая за тем, как Каин вдохновенно бубнит себе под нос.

— Кхм… кхм… — Каин сухо прокашлялся, словно пытаясь разрядить обстановку.

Джошуа стало даже немного жаль его, и он произнес:

— К сожалению, ты не сможешь воспользоваться этим артефактом.

На лице Каина мгновенно отобразилось глубокое разочарование.

Джошуа продолжал с ленивым выражением лица:

— Похоже, ты меня не так понял… Дело не в том, что я не могу или не хочу отдать его тебе. Ты просто физически не способен его использовать. Если кто-то вроде тебя наденет его, оно останется лишь симпатичной безделушкой.

— Что вы имеете в виду?

— Высший эльф создал это кольцо для детей Джерата дек Орбиса. И хотя они не стали ограничивать его использование лишь одним конкретным человеком, они всё же наложили условие.

— Какое?

— У Джерата дек Орбиса был лишь один ребенок — дочь. Следовательно, ни один мужчина никогда не сможет активировать это кольцо.

— Ах!

Каин, наконец уловивший суть слов Джошуа, издал короткий возглас.

Джошуа искренне рассмеялся:

— Не думал, что ты окажешься настолько наглым.

— Это не наглость! Я просто честно говорю о том, что у меня на уме!

— …

— Эй, взгляните на это с другой стороны. Человек с таким прямолинейным характером, как у меня, никогда не вонзит нож в спину!

Джошуа тихо усмехнулся этому громкому заявлению.

Сборно вздохнув, Каин поднялся с колен и отряхнулся:

— И что вы планируете делать с артефактом?

— Я отдам его матери.

— Что ж, под защитой лучших рыцарей и могущественнейшего артефакта госпоже Люсии теперь ничто не угрожает.

— …

Каин отвесил глубокий поклон с хитринкой в улыбке, пока Джошуа молча переваривал его слова.

— Итак, мой господин…

— …?

Джошуа вновь озадаченно взглянул на Каина.

— Поручите безопасность госпожи Люсии мне и продолжайте становиться еще сильнее.

— ...

— Я гарантирую вам, что приложу все силы для защиты госпожи Люсии — даже если ради этого мне придется отдать собственную жизнь.

Глядя на Каина, Джошуа изменился в лице.

Наконец уголки его губ расплылись в безупречной улыбке, и он тихо, но твердо ответил:

— Я верю тебе.

Неизвестная темная пещера в глубине континента.

Она была настолько просторной, что внутри легко мог бы уместиться целый внутренний двор. И всё же пещера оставалась абсолютно пустой, за исключением единственного хрустального шара маны на пьедестале в самом центре — из тех, что использовались для связи на дальних расстояниях.

Топ. Топ. Топ.

Звук шагов разнесся по пещере, нарушая неподвижную тишину. В темноте возник силуэт мужчины.

Это был Зеро — человек, который приветствовал Джошуа и представился главой филиала «Врат Луны» в Аркадии.

— …

Зеро приблизился к хрустальному шару маны и молча приложил к нему ладонь.

У-у-у-унг!

Зеро направил ману в кристалл. Тот ярко засиял и завибрировал, отчего воздух в пещере наполнился гулом. Мгновение спустя стало ясно, почему «Врата Луны» установили хрустальный шар в столь исполинском гроте.

Вокруг шара проступил и развернулся массивный магический круг связи. По мере активации кристалла узор расширялся, пока не застелил собой весь каменный пол, словно ковер. Этот круг полностью блокировал любые помехи снаружи.

Учитывая, что даже на создание скромного магического круга требовались астрономические суммы, конструкция в этой пещере воочию демонстрировала колоссальное финансовое могущество «Врат Луны».

Наконец резонанс достиг своего пика, и внутри хрустального шара возник силуэт.

— Приветствую вас, Владыка, — Зеро выказал глубочайшее почтение, склонившись в изысканном поклоне, несмотря на то что в кристалле угадывался лишь смутный очерк фигуры.

— Причина твоего внезапного обращения… в том ребенке? — раздался голос из хрустального шара. Несмотря на гулкий и раскатистый тон, угадать пол говорящего было невозможно.

Зеро ответил без колебаний:

— Да… Произошел один небольшой инцидент… и я полагаю, что Джошуа фон Агнус скрывает куда больше тайн, чем кажется на первый взгляд.

— У меня было предчувствие, что он не из простых.

— Он не просто не из простых..! — Зеро хотел было продолжить, но его бесцеремонно прервали.

— Башня уже делает свой ход, — произнесла фигура в кристалле.

— Вы говорите о Магической Башне? — глаза Зеро изумленно расширились.

— Поступило донесение, что один из Семи Магов готовится действовать лично. Судя по всему, они хотят проверить слух о появлении потомка Энслота. Как-никак Башня ищет его уже о-о-очень давно…

— Потомок Энслота?! — лицо Зеро вспыхнуло от изумления.

— Разумеется, это лишь официальный поворот той суматохи, которую подняла Башня… Вполне вероятно, что истинная причина кроется в Первозданных Камнях.

— …

— Я говорю это потому, что, как бы ни были редки Первозданные Камни, вероятность появления одного из них куда выше, чем правдивость этого слуха.

— Слуха…? Вы имеете в виду слух о потомке Энслота? — переспросил Зеро с нескрываемым недоверием.

И его реакция была вполне естественна. Магический мечник, совершенно неизвестный миру… После того как он загадочным образом исчез с континента много лет назад, ни с того ни с сего объявляется его якобы потомок?

Однако мгновение спустя слух Зеро поразила еще более оглушительная новость из хрустального шара:

— Джошуа фон Агнус.

— …!

— Именно этого ребенка нарекают тем самым потомком.

— Боги правые…

Даже когда Зеро открыто выразил свой шок, фигура продолжала говорить всё тем же ровным, отрешенным тоном:

— На самом деле не имеет значения, правдивы слухи или нет. Неоспоримо одно: вокруг этого ребенка сейчас сгущаются колоссальные силы.

— …

— Императорская семья Империи Авалон, стоящий за Джокером человек и Магическая Башня.

— …

— Пока я не найду красную монету… Нет-нет… В этот самый миг неведомая, исполинская сила судьбы неизбежно утянет мальчишку в самое жерло бури.

Зеро онемел, а фигура в кристалле продолжала:

— Я искренне хочу лично вернуться в Аркадию, но…

— Вы хотите вернуться лично? — Зеро быстро взял себя в руки.

— Междоусобица внутри организации всё еще продолжается, так что возвращение прямо сейчас нереалистично. Но всё может измениться, если этот ребенок действительно сможет отыскать красную монету.

— Да, я обязательно найду ее и доставлю вам, — ответил Зеро с суровым выражением лица.

Ранее он солгал Джошуа, заявив, будто внутренний конфликт в организации улажен. На самом же деле Зеро просто скрыл этот факт, не видя никакой необходимости раскрывать все карты с самого начала.

— Возможно, он — единственный козырь, способный одним махом положить конец этой ужасной и затяжной войне внутри нашей организации. Я вверяю это дело тебе.

Зеро поспешно опустился на одно колено, когда свет маны в хрустальном шаре начал стремительно угасать:

— Верность Владыке!

Когда сияние окончательно погасло, Зеро молча поднялся с колен. В его глазах блеснул холодный, решительный огонь.

В огромном пустом гроте эхом пронесся его голосный шепот:

— Чего бы мне это ни стоило…

Пролетели месяцы. Настал первый день пребывания Джошуа в Академии.

Оглядев новую комнату, он размял затекшие мышцы и смерил взглядом горы коробок и вещей, которые помогал укладывать Каин.

«Ха-а, пора начинать шестилетнюю жизнь в Академии… Если по-простому: вернуть былую силу и не отсвечивать».

Джошуа и так потратил слишком много сил лишь на то, чтобы продемонстрировать свой потенциал. Это одновременно выматывало и истощало.

Теперь, скрывая свое имя, Джошуа вовсе не намеревался привлекать к себе лишнее внимание.

С началом нового учебного года ему исполнится десять лет. Если всё пойдет по плану, за шесть лет в Академии он сумеет полностью восстановить свое могущество.

«И что мне теперь со всем этим делать…»

Джошуа нахмурился, окинув взглядом пространство. В комнате, оказавшейся куда просторнее, чем он воображал, стояли ровно три кровати и несколько предметов мебели. Попросту говоря, она была рассчитана на троих.

«Хм… Соседи. Надеюсь, среди них не окажется того кретина, с которым я столкнулся в прошлый раз», — подумал Джошуа.

В этот самый миг плотно закрытая дверь отворилась со щелчком.

— О? Я что, не первый?

Вошедший мальчик изумленно расширил глаза.

Перед Джошуа стоял обладатель редких для континента фиолетовых волос и под стать им ярких фиолетовых глаз. Несмотря на миниатюрное телосложение, юноша выглядел крепким и спортивным, а смуглая, будто поцелованная солнцем кожа сочеталась с выразительными чертами лица.

— Приятно познакомиться, новый друг! — сходу объявил новоприбывший, подскочил к Джошуа и сжал его ладони в своих. — Я Агарет! Агарет кун Дуглас, — с задорной улыбкой выпалил он.

— …

Джошуа довольно долго немигающим взглядом смотрел на гиперактивного паренька, прежде чем сухо отрезать:

— Я Эш… Эш ден Фредерик.

— Фредерик? Хм, никогда раньше не слышал этого имени.

Джошуа тихо усмехнулся, заметив, как мальчишка мгновенно насупился. Подобная реакция была вполне ожидаема.

Этот парень входил в тот самый верхний один процент знати Империи. Дети из высших аристократических семей с самого рождения пользовались всеми привилегиями своего положения.

В Империи царила четкая сословная иерархия, где у каждого имелось строго отведенное место. И основой этой системы являлся род. Люди сбивались в кучи вокруг семей, обладавших наибольшим влиянием, а потому происхождение оставалось единственным критерием, по которому определялся «класс» человека.

Именно так и воспитывали всех этих молодых господ. И теперь, собравшись здесь… с какими мыслями они обустраивались в Академии?

«Я решил вести себя незаметно».

Джошуа с смиренным видом попытался отвернуться.

— Ну да и ладно! Какая разница?

— …

— Эш, пожалуйста, позаботься обо мне в этом году! — Агарет кун Дуглас энергично потряс руку Эша. — Так, первым делом надо разобрать вещи. До начала торжества осталось совсем ничего, — Агарет состряпал плаксивую мину и указал на гору горок за своей спиной.

«Семья Дуглас…»

Джошуа проводил взглядом Агарета, принявшегося за распаковку, и отвернулся.

Агарет оставил о себе приятное первое впечатление. Несмотря на свое благородное происхождение, он не выглядел высокомерным. Обыкновенно подобный характер встречался лишь у выходцев из мелкого дворянства.

«Возможно, оно и к лучшему».

Такой сосед был куда предпочтительнее. Куда лучше некоторых избалованных юнцов, выставляющих авторитет своей семьи напоказ, будто свой собственный.

— Похоже, я пришел последним?

Услышав новый голос, Джошуа и Агарет одновременно повернули головы к двери.

В глазах Джошуа медленно расползлось крайнее изумление.

— Ты?!

— А, это ты!

Шокированные возгласы двух мальчишек громким эхом пронеслись по комнате.

Глухой, бескрайний лес, со всех сторон зажатый в тиски смыкающихся деревьев.

В обычном лесу мягкий зеленый свет успокаивал бы душу, стоило лишь вдохнуть этот живописный пейзаж.

Однако от этой чащи веяло лишь жуткой, зловещей прохладой. По какой-то неведомой причине стволы и кроны здесь окрашивались в нежно- черный цвет, отчего даже в самый разгар дня чаща оставалась погруженной во мрак.

Само название этих дебрей вызывало мрачные образы, будто лес был навеки поглощен тьмой бездонной бездны — Лес Черных Монстров.

Посреди беспорядочного рыка и клекота тварей раздался мужской голос:

— Луч света, пронзающий безбрежные небеса…

Звук человеческого голоса мгновенно привлек внимание всех монстров. Сотни налитых кровью глаз уставились в одну точку. Здесь собирались как минимум сотни тварей — зрелище, способное лишить обычного человека малейшей воли к сопротивлению и заставить смириться с неминуемой гибелью.

Однако мужчину это совершенно не заботило. Он хладнокровно продолжал зачитывать заклинание:

— Соберись на кончиках моих пальцев и порази молнией каждого врага, вставшего на моем пути.

Р-а-а-а-а-а-а-а-р!

Топ. Топ. Топ. Топ.

Первым на человека ринулся темный тролль. Словно по команде, во главе с гигантом на одинокого мага оравой сорвалась вся стая.

Просмоленную тьму разорвали в клочья оглушительные вопли и неистовый рев.

Несмотря на громоподобный топот сотен лап и копыт, мужчина невозмутимо произносил последние строки чар. На его лице застыло полное равнодушие — будто несметная орда тварей не имела к нему ровным счетом никакого отношения.

— Да прольется на их головы буйный проливной дождь из чистого света.

В то же мгновение, когда заклинание было завершено, на кончиках его пальцев сформировался ослепительно-белый сгусток.

Повинуясь воле мага, свет рассыпался на сотни и тысячи искрящихся каплей, принявшихся окроплять иссушенную землю.

— Грозовой Дождь.

Вспышка!

Свет блеснул лишь единожды.

Но хотя эта вспышка разогнала мрак лишь на крошечное мгновение, она принесла с собой колоссальные разрушения.

Грохот!

Небо заволокло грозовыми тучами. Не раздалось даже предсмертных криков.

Вспышки молний бешено плясали по земле, озаряя всё на своем пути. Лишь обугленные, дымящиеся угольки, проступавшие в ветвистых разрядах тока, свидетельствовали о том, что еще секунду назад здесь бурлила жизнь.

Мужчина, сотворивший этот невообразимый катаклизм, беспечно повернулся и тихо бросил в темноту:

— Моя магия… и «сила» того ребенка… Как бы ты их сравнил?

— …

Не получив ответа на вопрос, он неторопливо пошагал во мрак. Звук его одиноких шагов, глухо разносившийся в тишине, напоминал поступь самого Жнеца.

Силуэт, прятавшийся в тени, наконец не выдержал и зашелся диким, паническим криком:

— А-а-а-а-а-а-ах!

— Отвечай.

Наконец маг подошел к определенному месту на поляне и свысока оглядел кричавшего.

На земле, содрогаясь от ужаса словно кусок желе, корчился тучный мужчина.

Это был виконт Виг бек Стек, правитель земель Лордства Лок.

Маг указал пальцем в темноту и продолжал:

— Там находилось то, что я ищу. Я знаю это совершенно точно…

— М-маг 6-го круга… Вы правда…?

— Мне без разницы, веришь ты мне или нет. Но я бы хотел услышать ответ на свой вопрос. Терпением я не отличаюсь.

Услышав это, Виг визгливо и нагло выкрикнул:

— Я — дворянин великой Империи Авалон! Думаете, Империя спустит вам с рук такое безумное отношение?!

— Империя?

На губах мужчины на мгновение проскользнула странная, усмешка.

— Если бы я боялся чего-то подобного, я бы сюда не пришел.

— …!

Глаза Вига расширились от дикого страха, когда он ощутил волну губительной жажды крови, исходящую от незнакомца.

Виг всю жизнь прослужил при дворе, выискивая чужие слабости и подстраиваясь под сильных мира сего. Наметанный глаз подсказывал ему: стоящий перед ним человек говорит абсолютную правду.

Ему было плевать на реакцию Империи. И у него хватало сил, чтобы оборвать жизнь Вига в доли секунды.

Перед ним стоял самый настоящий палач.

Виг поспешно запричитал:

— А-а! Ваша магия несомненно превосходит его силу! Пусть я и далек от искусства чародейства, но уверен в этом! Даже после того как он применил ту же молнию, куча монстров осталась в живых!

— Естественно, — с нескрываемой гордостью проговорил маг. — Существует великое множество магических школ, и одно и то же заклинание может разительно отличаться по силе в зависимости от того, к какой из них ты принадлежишь. Даже если мальчишка — его прямой потомок или сильный маг вроде меня… Он не мог быть настолько силен.

— …

— К тому же он не из тех, кто сделал бы стихию молнии своим основным оружием.

Поглаживая подбородок, мужчина задумчиво нахмурился:

— Выходит, это он забрал Бронто? Но у этого есть последствия… — он качнул головой, пробормотав себе под нос: — Что ж, придется встретиться с мальчиком лично. Поместье Агнус — место не из легких для проникновения, но…

— Постойте, постойте, постойте! Попридержите коней! Если вы собираетесь найти Джошуа фон Агнуса, вы совершаете огромную ошибку! — перебил его Виг. Еще секунду назад он дрожал от страха, но теперь, казалось, нащупал свою соломинку для спасения.

Взгляд мага потемнел:

— Ты сказал, я совершаю ошибку?

— Да! Я не знаю всей истории, но он уехал вместе с герцогом в столицу! Я слышал, его собираются зачислить в Академию…

— В Академию? — маг хмыкнул.

Поместье Агнус само по себе его не пугало.

Но вот столица Авалона, Аркадия — совсем другое дело. Этот город кишел ищейками и шпионами. Как бы он ни был силен, открыто разгуливать там он не мог.

— Досадно-то как… — проворчал маг.

— Я, я помогу вам!

— …Что?

— Я просто ненавижу этого мальчишку… этого ублюдка! Словами не передать, как я его ненавижу! Я помогу вам прикончить этого щенка! — на мгновение Виг даже позабыл о собственном страхе.

— …

Мужчина пристально посмотрел на Вига, а затем неожиданно громко расхохотался. После этого он сдернул с головы синий капюшон.

— И вправду…! — пробормотал Виг, когда маг открыл свое лицо.

Перед ним стоял мужчина среднего возраста с ярко-голубыми волосами и синими глазами, отличавшимися от глубокого, темного оттенка глаз Джошуа. На вид — обычный человек, ничем не примечательный, за исключением приятного, низкого бархатистого голоса.

Однако одна деталь приковала к себе особое внимание Вига.

— Метка Стеропа?! Почему у вас…

Под правым глазом мага был вытатуирован круг с высеченной внутри молнией. Рядом красовалась цифра «7».

Сомнений быть не могло. Все догадки подтвердились.

Виг внезапно закричал, не в силах сдержать захлестнувшие его эмоции:

— Вы… один из Семи Магов! Гром! Джек Стероп!

Улыбка Джека Стеропа стала еще шире.

— Кстати говоря, — произнес он и ткнул пальцем в тучную тушу Вига. — Я ведь не могу позволить какому-то свину оказывать мне помощь, как бы срочно ни стоял вопрос, верно?

— Что?

— Я хоть и сказал, что мне плевать, но если сведения о моем присутствии просочатся наружу, у меня могут возникнуть лишние хлопоты.

— Вы… вы хотите убить меня?! Если я, аристократ Империи, внезапно исчезну, Империя или сам герцог Агнус тут же начнут поиски! И тогда ваша личность всплывет...

— Хм… нет, — с ослепительной улыбкой ответил Джек и поднял руку. — Свиной шашлык — лучший способ приготовить свинину.

— Постойте!

— Умри.

Игнорируя отчаянные вопли Вига, Джек с улыбкой щелкнул пальцами.

Бз-з-зт!

Сопровождаемый крошечной искрой, одиночный разряд молнии насквозь прожег раздувшуюся тушу Вига.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Истошный вопль Вига эхом пронесся над мирно засыпающим чарующим лесом.

Джошуа вновь погрузился в воспоминания о прошлом.

В его памяти отчетливо вспыхнули картины Первой Войны за Престолонаследие — самого жестокого и кровопролитного конфликта в истории Империи.

Империя Авалон, и без того ослабленная после истощительного международного конфликта, оказалась полностью обескровлена. Внезапное исчезновение великого императора Маркуса мгновенно повергло государство в пучину хаоса.

Под предлогом наведения порядка и восстановления стабильности разразилась величайшая междоусобица за всю историю, центром которой стал опустевший трон.

Война между Первым и Вторым принцами, позже окрещенная «Первой Войной за Престолонаследие», переросла в неуправляемый хаос.

С точки зрения военной мощи обе стороны находились в равном положении: они располагали одинаковым количеством как рядовых солдат, так и Абсолютных Мастеров.

Однако Джошуа понимал, что эта военная сила имела значение лишь в битве с внешним врагом. Мастера обеих фракций оказались бесполезным козырем, ведь Абсолютные Мастера Империи Авалон не были настолько глупы, чтобы рисковать жизнью в кровавой грызне против собственного народа.

Началась небывалая по своей жестокости гражданская война. Мастера, обязанные сыграть в ней ключевую роль, предпочли уйти в тень.

За десять лет непрерывных смут произошло не менее сотни сражений.

И лишь три из них стали по-настоящему масштабными битвами, каждая из которых унесла десятки тысяч жизней. Самое главное — именно в этих трех генеральных сражениях фракция Второго принца потерпела полное поражение.

В первом сражении Второй принц потерял половину своего войска.

Во втором — Первый принц захватил львиную долю его территорий.

И, наконец, третье сражение. Невероятная гениальная тактика Первого принца лишила Второго принца всей его армии, за исключением остававшихся при нем Мастеров.

Большинство влиятельных сторонников Второго принца, включая Бабеля фон Агнуса, попали в плен. Уцелевшие Мастера без колебаний присягнули на верность Первому принцу — будто никогда и не служили его сопернику. Сдавшихся солдат Второго принца просто приняли и растворили в рядах армии победителя.

Непрекращающиеся междоусобицы нанесли колоссальный удар по могуществу Авалона. Желая сохранить остатки государства, Первый принц проявил великодушие.

Разумеется, новое правительство пошло и на жесткие, но вынужденные меры: аристократов, поддерживавших Второго принца, лишили высоких постов, а для надзора за ними сформировали специальный контролирующий орган.

В той войне ключевую роль сыграли два человека — два ярких светоча, положивших конец десятилетним страданиям народа.

Первым был четвертый принц Империи Авалон — Кайзер бен Бриттен, который умерил личные амбиции и неустанно давал Первому принцу бесценные советы ради общей победы. Вторым же являлся гениальный стратег — человек, хранивший в голове тысячи военных замыслов, настоящий бог войны, ведший за собой армию призрачных воинов и приносивший победу за победой.

«Икарус, Небесный Разум».

Оправдывая свое прозвище, Икарус обладал мышлением, будто дарованным свыше. И прямо сейчас человек, которому в будущем суждено носить этот величавый титул, стоял всего в нескольких шагах от Джошуа и Агарета.

Он явился перед Джошуа так, словно их встреча была предопределена свыше.

Трагический гений, который, как и сам Джошуа в прошлой жизни, погиб от рук Кайзера бен Бриттена — человека, которому оба они безгранично доверяли.

«Однако в это время… он явно должен был…» — пробормотал про себя Джошуа, пристально вглядываясь в глаза Икаруса.

Со светло-голубыми, словно весеннее небо, волосами и пронзительными небесно-синими глазами Икарус казался прекрасным ангелом, сошедшим на землю.

На первый взгляд он выглядел весьма утонченно и даже женственно. В глазах Агарета Икарус и вовсе казался куда красивее всех знатных леди, которых тот видел прежде.

Агарет тыкнул пальцем в сторону Икаруса.

— А, это ты! — громко воскликнул Агарет, округлив глаза. — Ты тот самый простолюдин!

В Императорскую Академию Империи Авалон поступали не только дети местной знати, хотя они и составляли большинство. Сюда стекались дворяне из других стран и даже члены королевских семей мелких государств, ведь Авалон по праву славился как Империя Рыцарей. Кроме того, это помогало поддерживать мирные связи с соседями.

И в этом месте, где собирались самые знатные и могущественные наследники, лишь одного человека пренебрежительно клеймили «простолюдином».

Икарус — единственный простолюдин Императорской Академии.

Точнее говоря, он родился простолюдином, но формально им уже не являлся. Икарус был уроженцем владений Хабест на юге Империи. У барона Хабеста и его супруги долгое время не было детей. Однажды барон заметил, что его слуга Икарус обладает выдающимся умом, и ему стало жаль, что такой талант угаснет в безызвестности. В итоге супруги усыновили мальчика.

В Империи Авалон дворяне относились к своим привилегиям и чистоте крови куда более ревностно, чем в других государствах. По этой причине столь неординарный поступок семьи Хабест превратил их в посмешище для остальной знати.

Разумеется, барон Хабест не обращал внимания на пересуды: он не стремился к власти и был доволен тем, что имел. А если его и задевали насмешки, слабому барону оставалось лишь молча терпимым образом сносить унижения.

Благодаря этим обстоятельствам Икарус и получил свою сомнительную известность…

— Здравствуйте, — смущенно улыбнулся Икарус и слегка наклонил голову, будто заранее ожидая подобной реакции. — Я… никак не ожидал, что буду жить в одной комнате с молодым господином Агаретом.

— Ха-а, я тоже не ожидал, что окажусь с тобой в одной комнате… Но разве это не здорово? Год обещает быть веселым! — расхохотался Агарет.

— Я и раньше это замечал, но молодой господин Агарет — действительно очень шумный и беззаботный человек.

— Приму это за комплимент! — невинно отозвался Агарет на едва уловимый сарказм Икаруса.

— …

Джошуа, молча слушавший их перепалку, ощутил странное чувство отчуждения.

«Они что, общаются так, будто знакомы уже сто лет?» — нахмурился Джошуа.

Оба стоящих перед ним мальчика, как и сам Джошуа, были новичками в Академии. Если они не пересекались за ее пределами, это должна была быть их первая встреча. Однако в их разговоре не чувствовалось ни капли неловкости или чуждости.

«Я никогда не слышал о том, чтобы у Икаруса раньше были друзья».

История об одаренном небесами Икарусе была настолько известна при дворе Империи, что Джошуа помнил ее во всех деталях.

Низкорожденный Икарус стал идеальной мишенью для скучающих отпрысков высшего света. Они просто не могли оставить его в покое. Его учеба в Академии превратилась в настоящий ад. Несмотря на все свои способности, Икарус служил лишь сосудом, в который знатные дети сливали свое презрение и желчь. И в тот момент, когда его жизнь была невыносима, первым, кто протянул ему руку помощи, оказался не кто иной, как представитель самого высокого рода.

Это был Кайзер бен Бриттен — Первый принц Империи.

«Первым, кто отнесся к нему как к человеку, был принц Кайзер… Он разглядел в нем драгоценный камень и дал возможность раскрыть свой потенциал на полную мощность».

Икарус преданно посвятил себя службе принцу Кайзеру. В конечном счете его гений расцвел, принеся ему титул «Небесного Разума».

«Однако до тех пор…»

Глядя на мальчика со светло-голубыми волосами, Джошуа почувствовал, как в его душе закрадываются сомнения.

«Скоро я всё узнаю, — подумал Джошуа. — Икарус — редчайший талант, и он нужен мне на моей стороне».

После долгих размышлений Джошуа быстро придал своему лицу спокойное выражение. В конце концов, у них с Икарусом было много общего: от презрения и унижений в прошлом до трагической гибели в будущем от рук Кайзера бен Бриттена.

В душе Джошуа Икарус уже стал другом, следуя мудрости: «Враг моего врага — мой друг». Другом настолько выдающимся, что его потенциал буквально рвался наружу.

Джошуа перевел взгляд с Агарета на Икаруса. В его глазах блеснул холодный огонек.

«Не будем спешить. Впереди у нас будет более чем достаточно возможностей».

Джошуа был убежден, что их встреча предопределена судьбой.

Каждый год в Академию поступало не менее тысячи учеников.

И при таком размахе именно их троих распределили в одну комнату. Подобное просто не могло быть случайным совпадением.

Как можно было поверить в простую случайность? Здесь явно прослеживался перст судьбы.

«Друг, которому я верил в прошлой жизни, оказался моим врагом… Но, похоже, теперь сама судьба на моей стороне?»

На губах Джошуа проскользнула мягкая улыбка.

Однако в тот момент он еще не ведал, что судьба далеко не всегда преподносила свои подарки в красивых коробках с пышными бантами.

— Ты можете объяснить, что делаешь?

Люсия, мать Джошуа, шокированно замерла, разглядывая картины на стене.

— Ваша… Ваша Светлость!

Мгновенно узнав этот голос, Люсия обернулась, испуганно встрепенувшись, точно застигнутый вплотную кролик.

Герцог Агнус смотрел прямо на нее.

— Ваша смиренная слуга приветствует вас, — Люсия поспешно склонилась в глубоком поклоне.

Герцог Агнус окинул её нечитаемым, сокрушительно-тяжелым взглядом и тихо спросил:

— Ты довольна тем, как живешь здесь?

— Да, благодаря вашей безграничной доброте я веду пусть и скромную, но хорошую жизнь.

Люсия ничком опустила голову, а на губах герцога Агнуса мелькнула едва заметная улыбка, пропитанная искренним интересом. Помедлив мгновение, он тяжело вздохнул:

— Если у тебя возникнут хоть какие-то сложности, дай мне знать в любой момент. Можешь приходить напрямую ко мне. Я предупрежу слуг.

— Ах… — губы Люсии слегка приоткрылись, а глаза округлились от изумления.

Герцог Агнус развернулся и пошел прочь, не дав ей возможности вставить хоть слово.

— Идем.

— Да, герцог, — мужчина средних лет вежливо поклонился Люсии и поспешил вслед за господином.

Наконец придя в себя, Люсия спешно склонила голову перед удаляющейся фигурой герцога Агнуса, пока тот окончательно не скрылся из виду.

~

Они молча шли довольно долго, пока мужчина средних лет всё же не решался подать голос:

— Ваша Светлость…

— …

Герцог Агнус бросил на него короткий взгляд наискось.

Со своей лысеющей головой и аккуратными усами этот человек производил впечатление образцово преданного вассала.

Это был барон Хед — один из немногих истинно верных сторонников герцога Агнуса, который уже долгое время ведал всеми административными делами рода.

Кроме того, он исполнял обязанности личного секретаря герцога в столице и принадлежал к тому редкому типу людей, что не боялись давать прямодушные советы.

Заметив вопросительный взгляд герцога, барон Хед с решительным видом продолжил:

— Возможно, с моей стороны это звучит дерзко, но… могу я узнать, почему госпожа Люсия была привезена в главное поместье?

— …

— Я слышал, что вы заключили пари с молодым господином Джошуа. Однако… — барон Хед осекся, и на его лице проскользнула тень тревоги. — Я беспокоюсь, как бы герцогиня Ванесса не наделала глупостей из ревности…

— …

Поскольку герцог Агнус продолжал хранить молчание, барон решил довести мысль до конца:

— Молодой господин Бабель уже давно утвержден как будущий глава рода. Да и сами вассалы сейчас пребывают в полном замешательстве из-за сложившейся ситуации.

— …

— Я слышал, что молодой господин Джошуа невероятно одарен. Но какими бы выдающимися ни были его силы, нельзя забывать про королевское происхождение молодого господина Бабеля… Было бы лучше, если бы вы заняли твердую позицию и позволили молодому господину Джошуа помогать семье в других направлениях.

— Иными словами, тебя беспокоит происхождение Джошуа?

Барон Хед без колебаний кивнул:

— Да… Кровь, текущую в жилах молодого господина Джошуа, нельзя просто проигнорировать. Если молодой господин Джошуа унаследует герцогство, это вызовет бурю как внутри рода, так и за его пределами.

Герцог Агнус медленно качнул головой.

— Что ж, если легитимность определяется исключительно чистотой крови, тогда… — пробормотал герцог себе под нос.

— …Что вы сказали? — едва расслышав тихие слова, барон Хед недоуменно наклонил голову.

— Ничего. Пока что давай просто понаблюдаем.

— Слушаюсь. Всё будет сделано в соответствии с вашей волей, мой лорд.

Оба вновь продолжили свой путь.

«Легитимность крови…»

В глазах герцога Агнуса вспыхнул странный, загадочный огонек.

Джошуа узнал о дружбе Агарета с Икарусом гораздо раньше, чем предполагал.

Эта парочка уже успела прославиться в академии. Разумеется, известность их была далеко не положительного толка: порой дурная слава за ошибки догоняет человека куда быстрее, чем признание заслуг.

После торжественной церемонии поступления все отправились в столовую. Когда Джошуа с спутниками вошел внутри, обеденный зал уже был забит до отказа. В глазах Джошуа это место больше походило на огромный роскошный ресторан с пышным убранством и изысканными блюдами. Все здесь было обустроено так, чтобы вместить каждого учащегося. В обычные дни для студентов каждого курса выделялось свое время приема пищи.

Студенты, уже находившиеся в зале, повернули головы к только что пришедшим первокурсникам.

— Смотрите-ка… Агарет и Икарус снова вместе?

— И чего они липнут друг к другу? Пфф.

— Знаешь, я слышал слух, что они вообще живут в одной комнате.

— А разве академия сделала это не намеренно? Должно быть, их поселили вместе, потому что они единственные два дурака, которых не перевели на второй курс.

— Опасаются, что их глупость передастся другим студентам?

Джошуа поморщился, наблюдая за тем, как громко хохочут студенты, словно ничуть не смущаясь своего поведения.

«Я уверен, что никогда раньше не видел этого Агарета, но почему Икарус так с ним близок?»

Послушав разговоры вокруг, Джошуа наконец понял, что связывает эту двоих.

В Императорской академии Авалон было шесть курсов. Помимо выпускного экзамена, студент должен был сдать переводной экзамен, чтобы перейти на следующий год обучения. В случае неудачи академия давала второй шанс — нужно было всего лишь остаться на второй год. Однако провал двух переводных экзаменов означал исключение.

«Не понимаю», — пробормотал про себя Джошуа, взглянув на Икаруса.

Зная о способностях Икаруса, он искренне поражался происходящему. Гений, чей интеллект считался лучшим в империи, провалил какой-то переводной экзамен?

«Что, черт возьми, произошло?»

Джошуа все глубже погружался в свои мысли, когда прямо перед ним выросли трое студентов. Выглядели они угрожающе, хоть Джошуа и не сразу обратил на них внимание.

На их форме красовались желтые ленты. Курсы в Императорской академии различались по цвету лент: по мере продвижения в учебе они менялись с белого на желтый, зеленый, синий, красный и, наконец, черный. Иными словами, эти студенты только что перешли на второй курс.

— Что это еще за компания? Незаконнорожденный сын графа Дугласа и простолюдин!

«Незаконнорожденный сын?»

Джошуа поморщился, а стоящий посередине юноша с узкими глазами нахмурился. Выглядел он так, будто ходил с закрытыми глазами.

Джошуа становилось все труднее оставаться незамеченным.

Единственные два студента, провалившие недавний переводной экзамен: один — простолюдин, чье происхождение привлекало всеобщее внимание; второй — бастард, рожденный в результате измены, которого не признавала собственная семья. И, не учитывая ничьего мнения, их троих поселили в одну комнату. Как тут не привлекать внимания?

«Проклятье… Неважно, какую дрянь они творят, из-за их статуса им все равно будут аплодировать. А вот тех, кто родом ниже, будут критиковать, даже если они добьются успеха».

Джошуа был в замешательстве. Он не мог притвориться незнающим, ведь твердо решил переманить Икаруса на свою сторону. Иными словами, ему придется терпеть насмешки и презрение окружающих.

«И все же мне это не нравится».

Джошуа слишком часто сталкивался с презрением в своей жизни и давно от этого устал. Он не хотел больше терпеть подобные выпадки.

«Может, просто выбить из этих пацанов всю дурь?»

Мысли Джошуа уже готовы были выйти из-под контроля, когда Агарет наконец подал голос. On повернулся к юношам и глуповато улыбнулся:

— Разве это не потому, что мы друзья?

— Друзья? Ха-ха!

— Два неудачника живут в одной комнате… Разве это не значит, что вы влюблены друг в друга?

Ответ Агарета вызвал взрыв хохота.

Пока парни по обе стороны громко смеялись, узкоглазый юноша в центре, пристально наблюдая за лицом Агарета, тихо произнес:

— Сколько тебе лет, что ты все еще болтаешь о друзьях? Что за чушь, Агарет фон Дуглас...

— ...

— Ты исчез на несколько лет, граф так волновался. А теперь ты остался на второй год. Какое позорище для семьи, не так ли?

Юноша с узкими глазами с презрением посмотрел на Агарета и повернулся, чтобы уйти.

— Ты навсегда останешься таким. До конца своих дней будешь куском мусора… Мне стыдно, что я когда-то был твоим другом.

Икарус заметил странную ухмылку Агарета и гневно шагнул вперед:

— Не слишком ли это чересчур, молодой господин Амару?

Услышав взволнованный голос Икаруса, узкоглазый юноша по имени Амару остановился.

— Как ты смеешь! — прорычал Амару.

Парень справа сделал шаг вперед и рявкнул на Икаруса:

— Идиота кусок! Как смеет никчемный мужик проявлять такое неуважение к наследнику дома Стен!

«Семья Стен?»

Глаза Джошуа блеснули, когда он услышал знакомое имя.

Граф Стен. Один из всего лишь одинз из пяти Мастеров в Империи. Ари брон Стен был известен как Мастер Рапиры, а также прославлен как «кукловод поле боя». Его фехтование легкой и узкой рапирой считалось настоящим искусством. Говорили, что даже те, кто хотя бы раз видел его с клинком в руках, были заворожены великолепием и красотой его мастерства.

А те, кого пленял его меч во время боя…

«Говорят, они видели то, что недоступно простым смертным…»

Долгое время существовал предрассудок, что из-за меньшего веса и толщины по сравнению с традиционным длинным мечом рапира используется в основном женщинами, которые от природы слабее мужчин. Однако те, кто считал графа Стена слабым, давно отправились на тот свет. Владение мечом графа Стена называлось «Изменчивостью». Это было постоянно меняющееся искусство фехтования, воплощавшее в себе тысячи обличий.

«А ведь и правда, теперь, когда я присмотрелся, он очень похож на своего отца».

Джошуа однажды видел меч графа Стена в деле. В своей прошлой жизни граф Стен был могущественным человеком с седыми волосами и широким взглядом, пронзавшим поле боя верной рапирой, и этот юноша выглядел точь-в-точь как он.

— Для меня оскорбление моего друга — это оскорбление меня самого, Данкин пол Доназ! Ты дерзнул перебить его, не дав закончить предложение, так что заслуживаешь наказания!

— Что за бред собачий!

Икарус уже собирался крикнуть что-то в ответ, но в последний момент сдержался и проглотил слова.

Студенты в обеденном зале обступили их с любопытными минами, постоянно переглядываясь. Данкин, стоявший справа, странно усмехнулся, наблюдая за тем, как Икарус покусывает нижнюю губу.

— Что ты имеешь в виду под бредом?

— Я не сказал и не сделал ничего, что могло бы оскорбить тебя или твою компанию! На что конкретно ты намекаешь? — ответил Икарус.

— Ты спрашиваешь, потому что правда не понимаешь?

— ...

Усмешка Данкина стала еще шире.

— Ты, низкородный ублюдок, пытаешься совать нос не в свое дело и встревать в разговор, к которому не имеешь никакого отношения… — Данкин принюхался. — Ты дышишь тем же воздухом, что и мы. Разве это само по себе не абсурд?

— ...

— Если это не оскорбление, то что тогда?

Икарус задрожал от обиды.

Данкин продолжал свысока смотреть на него:

— Люди выращивают скот и съедают его, когда приходит время. Для нас ты — тот же скот. Как же не прийти в ярость, когда какая-то домашняя скотина пытается соперничать с человеком?

— Ах ты…

Икарус обычно отличался хладнокровием, но сейчас его лицо вспыхнуло. Слова и поведение Данкина оскорбляли не только его самого, но и его родителей.

— Ха-ха-ха! А ведь приятно сказать это вслух.

— Это точно… Честно говоря, в прошлом году было куда тяжелее… Нас заставляли учиться вместе с простолюдинами. Особенно с таким никчемным дерьмом, как ты.

— Неужели ты и правда возомнил себя дворянином только потому, что тебя усыновил барон, чье имя даже никому не известно?

— Я даже не знаю барона, который тебя усыновил.

Град насмешек беспрестанно бил по ушам Икаруса. Униженный юноша дрожал от гнева, а Данкин продолжал с наслаждением смотреть на него свысока.

Агарет стиснул зубы и сердито пробормотал:

— Амару! Не слишком ли вы перегибаете палку?!

Неуклюжий Агарет часто глупо улыбался, чтобы сгладить острые углы, но даже он с трудом справлялся с этой ситуацией.

— Ты вступаешься за него, потому что он твой друг?

— Отлично проводите время вместе, вы прямо-таки идеальная пара.

— А слухи о том, что вы крутите роман — правда? Я имею в виду, ваше происхождение, тот факт, что вы оба остались на второй год… Это просто союз, заключенный на небесах.

— Тогда нам не стоит подходить к ним слишком близко. Я слышал, что глупость заразительна. Ха-ха-ха-ха!

Агарет помрачнел, а Джошуа тяжело вздохнул, продолжая наблюдать за происходящим.

«Мой план сидеть тихо потерпел полный крах».

Ситуация не оставляла выбора. Джошуа уже привлек к себе внимание, просто находясь рядом с Икарусом и Агаретом. Если вокруг Икаруса всегда творится подобное, Джошуа лучше заранее и открыто встать на его сторону.

«Чувствую себя так, словно вмешиваюсь в детские разборки, но…»

Лицо Джошуа застыло. On был в ярости, хотя и не показывал этого. В конце концов, жизнь самого Джошуа до недавнего времени мало чем отличалась от жизни Икаруса и Агарета.

«Я убедился, что они относятся к людям как к скоту».

Джошуа сделал шаг вперед, и на его губах появилась искривленная ухмылка. Воспоминания о жизни в конюшнях вспыхнули в его памяти, когда терпение окончательно лопнуло.

Дело было не только в герцоге Агнусе. Аристократы этого континента относились ко всем крестьянам одинаково. Это были не просто предрассудки Джошуа — таковой была реальность. Жаждущие власти дворяне часто игнорировали важность разнообразия. Они стремились подавить в нижних слоях любое желание бунтовать, вечно опасаясь потерять свои привилегии.

«Вы все одинаковы, так что я уничтожу это ваше мировоззрение».

Джошуа уже собирался впервые открыть рот, как вдруг…

— В-Ваше Высочество?!

— Ваше Высочество!

— Боже мой, почему Ваше Высочество здесь?

Со стороны собравшейся толпы донесся громкий шум.

Из толпы вышел статный юноша. Его золотые глаза были яркой отличительной чертой императорской семьи. Похоже, следуя правилам академии, даже принц не привел с собой в столовую рыцарей.

Статный юноша подошел к Джошуа и ослепительно улыбнулся:

— Я так и знал, что это ты.

Вид Джошуа заставил окружающих напрячься — перемена в выражении его лица была слишком очевидной. В противоположность ему, золотые глаза принца сияли от искреннего восторга.

Да, тот самый статный золотоокий юноша, принц, который только что появился…

— Кайзер бен Бриттен, — с мрачным видом процедил Джошуа.

— Четвёртый принц знает этого ублюдка?

— Хьёп?! То есть… да. Его Высочество даже снизошёл до того, чтобы первым подойти к Эшу.

Услышав о случившемся, Верон шен Виллас закатил настоящую истерику. Задрожав от гнева, он поспешно выкрикнул:

— Чего ты ждёшь?! Рассказывай всё до мельчайших подробностей!

— Что касается этого…

Мукер начал пересказывать услышанное, время от времени бросая взгляды на ярко-красную ленту, висевшую на груди Верона.

Ребёнок, представившийся Эшем пен Фредериком, заселился в одну комнату с двумя второгодниками. И, наконец, Мукер поведал о том, как именно пересеклись пути Эша и принца Кайзера…

По мере рассказа лицо Верона непрерывно менялось. В конце концов он оскалился, заскрипев зубами, и спросил:

— И это всё?

— Из того, что мне удалось узнать, — да.

Верон косо посмотрел на Мукера и заметил, что тот выглядел растерянным.

— Ты сам-то себя слышишь? Разве ты только что не сказал, что Четвёртый принц, кажется, знает его? Что было потом? Они разговаривали?

— …

На мгновение Мукер горько ухмыльнулся про себя. После того инцидента его господин постоянно находился в нервозном состоянии и взрывался по любому поводу.

«Хорошо хоть, что он не выгнал меня».

Худшее, что могло случиться с рыцарем — это отречение вассала его господином. Выбрав своего покровителя, рыцарь был обязан защищать его даже ценой собственной жизни. В этой стране считалось немыслимым сменить сюзерена после принесения клятвы. Мукер с тревогой думал о том, что станет с его честью, если Верон решит избавиться от него в разгар всего этого хаоса.

— Да. Говорят, Его Высочество что-то шепнул ему на ухо, пусть и совсем ненадолго…

— И это всё, что ты можешь сказать? Бесполезный ублюдок.

— Принесу свои искренние извинения.

Мукер тут же склонил голову, хотя и не совершил никакой ошибки.

Одарив Мукера недовольным взглядом, Верон наконец отвернулся.

— Есть ещё кое-что… — Верон злорадно ухмыльнулся. — Как бы я ни искал, я не нашёл в Империи ни одного владения, которым правил бы виконт Фредерик… Полагаю, он либо из павшего дворянского рода, либо из действующей аристократии другого государства. Но если так, то как этот ничтожный паршивец вообще получил шанс встретиться с Четвёртым принцем?

Чем больше Верон размышлял об этом, тем сильнее сдвигались его брови.

Эш явно не был обедневшим дворянином. Ребёнок из низшего павшего рода ни за что не смог бы встретиться с принцем — наиблагороднейшим человеком в стране. Следовательно, оставался лишь один вариант…

«Аристократ из другого государства. К тому же из семьи, близкой к Его Высочеству».

Верон пробормотал это про себя, всё ещё отказываясь верить, что Джошуа был дворянином собственной страны.

«Не хочется этого признавать, но в его возрасте я никогда не слышал в нашей стране о дворянине с настолько выдающимися навыками».

В голове Верона всплыли имена сыновей нескольких знатных домов, включая пятерых герцогов и Двенадцать Семей.

— Эш пен Фредерик! — заскрежетал зубами Верон, рыча от злости.

Изначально он обрадовался, узнав, что Эша приняли в академию, где он учился. В стенах академии существовала масса способов отравить ему жизнь. Однако возникла неожиданная переменная. И эта переменная не могла быть крупнее — Сам Его Высочество Четвёртый принц.

— Чёрт бы всё побрало!

Верон проклял всё на свете и посмотрел на свои руки. Неужели фантомная боль от Кольца Деона с семейным гербом была лишь галлюцинацией?

Приняв решение, Верон уставился вперёд.

— Мукер!

— Да, мой лорд, — отозвался Мукер. — Немедленно отправь запрос в «Лунные Врата».

— Какого рода запрос?

Глаза Верона блеснули, когда он посмотрел на сбитого с толку Мукера.

— Потребуй, чтобы они выяснили, где зарыта эта проклятая семейка Фредерик, даже если им придётся перерыть весь континент. И на всякий случай затребуй информацию о самом этом ублюдке, Эше пен Фредерике.

— Это… — засомневавшись, Мукер прикусил нижнюю губу. В конце концов, решившись, он произнёс: — Господин, пусть это и глупое предложение с моей стороны, но если вы нарушите своё обещание, люди вокруг станут винить не только вас, но и весь маркизат Виллас.

— …

Верон уставился на Мукера так, словно хотел его убить, но тот остался непреклонен. Всё потому, что он понимал всю тяжесть данной клятвы.

Когда Мукер по просьбе барона Провалума навестил Эша от имени Верона, Эш поставил Мукеру условие:

«Кольцо будет возвращено вам, но ты должен извиниться и дать клятву семье Ребрекка от имени своего непутёвого господина, что вы больше никогда не совершите подобных мерзостей, даже инкогнито. Поклянись именем и репутацией семьи Виллас».

Тогда Мукер скривился от слов мальчишки.

«Этот Эш пен Фредерик…» — имя Эша эхом отзывалось в голове Мукера.

Да, он дал обещание от имени рода Виллас. На чести своего дома. И хорошо ещё, что граф Ребрекка выступил в качестве свидетеля. Обещание, данное при множестве свидетелей, иногда служило лучшим гарантом его выполнения.

Верон одарил Мукера странной ухмылкой. Мукер посмотрел прямо в глаза Верону с виноватой улыбкой.

— Моё обещание?

— …

— Что ты имеешь в виду? Какое отношение имеет клятвы, которую ты им дал, ко мне?

— …! — глаза Мукера широко раскрылись. — Но, мой лорд…

— Разве такие хлипкие обещания не обречены на то, чтобы быть нарушенными с самого начала?

— …

— Закрой пасть и живо отправляйся в «Лунные Врата». Такие бездари, как ты, должны просто слушать и повиноваться, словно послушные псы, — пробормотал Верон, глядя на ошеломлённого Мукера.

— Я понял, — ответил Мукер. Его кулаки сжались настолько сильно, что ногти вонзились в ладони.

В ответ Верон лишь цыкнул языком:

— Шевели шестерёнками и проваливай!

Услышав это, Мукер развернулся.

— Бесполезный мусор, — финальные слова Верона вонзились в уши Мукера, когда тот выходил за дверь.

Церемония приветствия первокурсников — одно из важнейших событий в Императорской академии Авалон — завершилась несколько дней назад.

Прежде чем приступить к дисциплинам по выбранному профилю, студенты должны были определить свои склонности. Полноценное разделение по специализациям начиналось только с третьего курса, поэтому до этого момента все учащиеся осваивали общую программу.

Разумеется, поскольку Авалон славился как Империя Рыцарей, дисциплине фехтования уделялось первостепенное внимание.

Настал час практических занятий с мечом.

Джошуа, Агарет и Икарус попали в один класс, поскольку были соседями по комнате. В академии существовала уникальная система: младшие курсы — первый, второй и третий — собирались вместе на общих уроках фехтования. Программа включала изучение базовых техник, считавшихся основой прикладного боя, и руководство академии намеренно сталкивало кадетов с самыми разными соперниками. В Императорской академии опасались, что представление студентов о реальной войне исказится, если они будут сражаться только с равными себе по уровню.

Сегодня им предстояло разбирать теорию фехтования.

В отличие от Агарета, который с самого утра спал уткнувшись лицом в стол, и Икаруса, ловившего каждое слово преподавателя с горящими глазами, Джошуа был полностью погружен в собственные мысли, бесконечно далекие от темы занятия.

«Я получил твой ответ… но так и не смог отказаться от тебя… Знаешь почему?»

В памяти Джошуа всплыло лицо Кайзера, и на его губах на мгновение появилась искаженная ухмылка.

«Теперь я насквозь вижу его настоящую натуру».

Сколько оскаленных клыков пряталось за этой фальшивой, исполненной благородства маской? Джошуа даже не нужно было проверять это на деле — он отчетливо прочел всё в глазах Кайзера.

«Он просил меня хотя бы раз посетить Императорский дворец до выпуска».

Кайзеру даже не нужно было просить: Джошуа и без того планировал это сделать.

Императорские Рыцари… С этим местом у него было связано слишком много воспоминаний. Джошуа долго и тщательно взвешивал свои планы, прежде чем нащупал следующий необходимый шаг.

Императорская сокровищница. Ему нужно было кое-что там найти.

— Агарет фон Дуглас!

Раздраженный мужской голос бесцеремонно вырвал Джошуа из размышлений.

Преподавателю фехтования было далеко за пятьдесят. Обладая внушительной, угрюмой фигурой, сейчас он хмурился, точно рассерженный ребенок.

Икарус испуганно вздрогнул. Он так внимательно слушал лекцию, что даже не заметил, как сидящий рядом Агарет заснул. On поспешно затряс соседа за плечо:

— Агарет! Агарет, проснись!

— А-ась?.. Уже пора ужинать?

— Пха-ха-ха!

Несколько студентов не смогли сдержать смеха, наблюдая за тем, как Агарет подскочил на месте и судорожно сглотнул скопившуюся слюну.

— Ну и мусор…

— Что этот идиот вытворяет?

— Неудивительно, что его оставили на второй год.

— И как только в семье Дуглас мог родиться такой олух?

— Он же бастард, чему тут удивляться.

Когда гул в аудитории стал слишком громким, преподаватель фехтования тяжело вздохнул и строго произнес:

— Агарет фон Дуглас! Если вы не горите желанием отправиться прямиком домой, советую сосредоточиться на занятии!

— Ох, да! — выпалил Агарет. — Я полностью риторически… то есть сосредоточен!

Глядя на эту наигранную рьяность, преподаватель лишь покачал головой.

— Итак, продолжим. Меч заслуженно зовут королем среди всех видов оружия и властелином смерти… Это самое могущественное оружие в мире. Именно поэтому рыцари отдают предпочтение мечу на поле боя.

Шум вокруг постепенно утих, пока преподаватель продолжал лекцию:

— Ныне правящий император достиг высочайшего мастерства владения мечом, одновременно управляя всей империей. Его Величество… Гордость нашей империи, одна из девяти величайших звезд континента, герцог Аден фон Агнус, также сражается мечом. То же самое касается и всех пятерых Мастеров Авалона.

— ….

— Так почему же именно меч считается лучшим оружием? — спросил преподаватель.

В ответ на вопрос кто-то тихо поднял руку.

— А, да, Амару брон Стен. С интересом послушаю твой ответ. Давай, говори.

Преподаватель с любопытством уставился на Амару, и тот чинно поднялся со своего места.

«Его отец — один из сильнейших фехтовальщиков Империи, так что вполне естественно, что он мыслит именно так».

Джошуа некоторое время наблюдал за происходящим вокруг, но вскоре это ему наскучило, и он уже собирался снова погрузиться в свои мысли.

— Всё просто. Любое другое оружие, кроме меча — мусор. Ни больше ни меньше.

— …

При этих словах Амару брови Джошуа едва заметно дернулись.

— Абсолютно любое оружие, кроме меча, бесполезно.

— Да. Никакое другое оружие никогда не сможет превзойти меч, даже если вы обладаете одинаковым мастерством с соперником, держащим в руках клинок.

— Я не стану опровергать твои слова, но твое заявление звучит слишком необоснованно, Амару брон Стен, — преподаватель качнул головой, прежде чем продолжить: — Большинство войск в реальных военных конфликтах используют в качестве основного оружия копье, а вовсе не меч. Это явление можно наблюдать в любой стране, и на государственном уровне мы обучаем солдат с упором именно на копейный бой.

— …

— Не следует ли в таком случае обучать солдат преимущественно мечу, а не копью, как ты предлагаешь?

В ответ на вопрос преподавателя Амару без колебаний качнул головой:

— То, что я сказал, касается людей с сопоставимыми способностями. К сожалению, расходный материал в виде рядовых солдат к их числу не относится, — с гордостью заявил Амару. С самого детства он рос с мыслью, что солдаты с копьями — лишь пушечное мясо во время войны.

— …

Преподавателю оставалось лишь молча закрыть рот. В конце концов, Амару был аристократом до мозга костей. Впрочем, большинство кадетов сочувственно закивали, соглашаясь с его словами по той же самой причине. Солдаты мало что значили для знати Империи Авалон, привыкшей считать простолюдинов скотом.

— Без должного уровня мастерства дистанция оружия не играет существенной роли. Эти люди даже не знают, как уклониться от летящего в них лезвия, а если и знают, то просто не способны этого сделать.

— …

— Однако обученные рыцари с мечами — совсем другое дело. Дистанция? При использовании меча это не проблема. А вот когда ты орудуешь копьем? Чем оно длиннее, тем больше размах и тем больше движений приходится совершать. Если ты просто двигаешься быстрее копейщика и наносишь укол мечом с той же скоростью, победа достанется тебе без малейших усилий.

— …

— Кроме того, войны не ограничиваются одними лишь равнинами. Длина копья станет губительным недостатком в бою на пересеченной местности, в горах или местах с большим количеством укрытий. В отличие от копья, меч практически не теряет эффективности из-за рельефа.

Амару уверенно чеканил аргументы, глядя на преподавателя фехтования, который молча и спокойно выслушивал его.

— Возможно, я выразился чересчур резко, но я свято убежден, что меч — это лучшее оружие…

— Какой смехотворный бред.

Из дальнего угла аудитории раздался ровный голос, заставивший Амару осечься на полуслове.

— ….

Обведя класс поисковым взглядом, Амару наконец увидел обладателя голоса и не смог скрыть своего изумления.

Разве это не тот парень, что постоянно путается с двумя этими идиотами?

— Все остальные виды оружия бесполезны, кроме меча?

— Да, меч — это…

Однако Амару не дали закончить — Джошуа бесцеремонно перебил его:

— Меч, на мой взгляд — эточайший кусок мусора. Особенно…

— …

— …Особенно эти ваши рапиры, с которыми обычно балуются девчонки.

Амару онемел от столь поразительного, дерзкого заявления. Что только что сказал этот мальчишка? Он не ослышался?

Амару усомнился в собственных ушах.

— Рапиры?..

Его утонченные глаза вспыхнули от дикого шока.

В аудитории повисла удушающая тишина.

И эту гнетущую атмосферу создал никто иной, как Джошуа.

Один из юношей судорожно сглотнул и прошептал:

— Что он только что сказал?

Большинство присутствующих студентов думали о том же самом.

«Интересно, из какой он семьи? Этот парень с глубоким темным взглядом и тёмно-синими волосами выглядит чертовски круто».

«Внешность этого странного мальчишки совершенно не вяжется с его дерзким характером…»

«Он ведь не может не знать, что разговаривает с наследником графа Стена…»

Хотя глава семьи Стен и не стремился продвигаться по служебной лестнице, его реальное влияние превосходило обычный графский титул. По правде говоря, дом Стен обладал таким могуществом, что с ним приходилось считаться даже Двенадцати Семьям и пяти Великим Герцогам. Разумеется, вознести род на такую высоту смог лишь сам глава семейства — граф Ари брон Стен.

Амару брон Стен был прямым наследником этого легендарного человека. Неудивительно, что в Императорской академии абсолютно каждый знал о невероятной гордости Амару за любимое оружие своего отца — рапиру.

— Что ты сказал?

С вежливым, но совершенно непроницаемым лицом Джошуа выслушал разъяренный оклик Амару.

— Я сказал… что рапира — эточайший кусок мусора, с которым обычно балуются девчонки.

— …!

Кадеты отчетливо услышали каждое слово Джошуа и воззрились на него ошеломленными глазами.

— Ах ты, паршивец!

— Кто он вообще такой? Похоже на первокурсника, я вижу его впервые. Но не из какой-нибудь он высокородной семьи?

— Эй, посвятите меня в курс дела! Разве не ходили слухи о прибытии отпрыска высшей знати, чье положение даже выше, чем у семьи Стен?

— Но этот парень… Он что, окончательно свихнулся?

Гул вокруг становился все громче. Большинство присутствующих составляли кадеты второго и третьего курсов, и лицо Джошуа они видели впервые.

«Этот мальчишка…»

Кейн, профессор фехтования, отвечавший за младшие курсы Императорской академии Авалон, сильно нахмурился. На секунду он задумался, не является ли Джошуа сыном какого-нибудь могущественного лорда, но тут же вспомнил, что среди первокурсников этого года не было ни одного ребенка из высшей знати, способного привлечь подобное внимание.

— Ты сказал… рапира — это кусок мусора?! — Амару вскочил со своего места. — Да как ты смеешь…

— Стоять! Поединки и драки между кадетами строго запрещены! — поспешно вмешался Кейн, почувствовав, как атмосфера раскалилась до предела.

Амару осекся, но затем повернулся к профессору:

— Я — гордый член семьи Стен! Вы предлагаете мне сидеть сложа руки, когда наше имя смешивают с грязью?!

— Это…

Кейн не нашел, что ответить. Было очевидно, что слова и тон этого синеволосого юноши звучали как прямое оскорбление для Амару. Семья Стен славилась как мастерский род рапиристов, к тому же рапира считалась изящным и опасным оружием. Амару, будучи нарциссом до мозга костей, воспринял слова Джошуа как удар в самое сердце.

— Смехотворно, — усмехнулся Джошуа.

— Что?!

— Почему ты поливаешь грязью оружие, которым сам не владеешь, а то, с чем ходишь сам, возводишь на пьедестал?

— …!

Глаза Амару округлились от возмущения.

— Если тебе можно так делать, почему мне нельзя?

— Ах ты, ублюдок! — лицо Амару вспыхнуло от откровенной дерзости Джошуа, казалось, он вот-вот взорвется от ярости.

— Я лишь озвучил то, что есть на самом деле! — выразил протест Амару.

— Озвучил то, что есть на самом деле? Позволь мне повторить твои же слова… «Все оружие, кроме меча — мусор»… Разве не это ты только что заявлял? — парировал Джошуа.

— Не считая варваров вроде Короля Наемников, все герои страны, все Мастера сражаются мечами!

На эти слова Амару Джошуа лишь криво ухмыльнулся.

Его до глубины души тошнило от подобного мышления еще в первой жизни. Этот стереотип въелся в умы местной знати, точно корни древнего дерева.

Взять хотя бы профессора фехтования: Кейн застыл в стороне, явно не намереваясь пресекать словесную перепалку, и никак не возразил на заявление Амару.

Искаженная ухмылка Джошуа стала еще заметнее, когда перед его взором вспыхнули воспоминания о прошлом.

«Сколько презрения и насмешек мне пришлось вытерпеть лишь потому, что моим оружием было копье?»

Его храбрость называли безрассудством. Его веру — эгоизмом. Его стойкость — самоуверенностью.

И ему не оставалось ничего другого, кроме как доказывать все делом.

Презрение и насмешки стали его вечными спутниками. Но он заставил заткнуться каждого хулителя с помощью одного лишь копья. И в этой жизни он намеревался сделать то же самое: доказать всему миру, что копье — поистине величайшее и сильнейшее оружие из ныне существующих.

— Поединки между кадетами действительно запрещены правилами, — внезапно произнес Джошуа.

Услышав это, Амару на секунду замер, после чего его лицо исказила глумливая ухмылка:

— Что? Только что молол языком без умолку, а теперь решил прикрыться правилами академии?

— Ха-ха-ха! — кое-кто из кадетов не сдержал смешка.

Однако Джошуа неторопливо поднялся со своего места и перевел спокойный взгляд на Кейна:

— Но если это практическое занятие в рамках учебного процесса, никакие правила нарушены не будут.

Кейн вздрогнул.

— Хочешь подраться со мной по-настоящему? — Амару на мгновение запнулся, а затем довольная улыбка озарила его лицо. — Завтра как раз запланировано практическое занятие по фехтованию.

Амару повернулся к преподавателю:

— Профессор, прошу вас, дайте мне возможность доказать однокурсникам, что я не бросал слов на ветер. Одобрите этот поединок, и я больше не произнесу ни слова.

— Что ж… — Кейн тяжело вздохнул.

В Императорской академии Авалон статус профессора стоял выше любого кадета, независимо от дворянского титула последнего. Однако преподаватели не могли не проявлять гибкость: большинство из них были низшими дворянами, а обучались здесь отпрыски крупнейших родов империи.

Кейн меньше других учителей переживал из-за разницы в титулах, но этот случай был особым. Если не разрешить этот конфликт прямо сейчас, он может разрастись в настоящий скандал.

«Этот учебный год явно будет изнурительным…»

Профессор снова вздохнул и покачал головой:

— Хорошо. Однако использование боевого стального оружия в поединке строго запрещено. Я разрешу использовать только деревянное тренировочное оружие со склада академии.

— …Благодарю вас! — просиял Амару.

Деревянного оружия было более чем достаточно. Деревянный меч прекрасно подходил для того, чтобы переломать кому-нибудь кости.

«Я сотру тебя в порошок», — Амару уставился на Джошуа горящим от ярости взглядом.

Однако никто из присутствующих кадетов даже не догадывался, что этот незначительный инцидент приведет к колоссальным изменениям в преподавании фехтования — предмета, который веками оставался незыблемой основой Императорской академии Авалон.

У филиала «Лунных Врат» в Аркадии имелась тайная комната.

Зеро слегка наклонил голову. В последнее время в «Лунные Врата» всё чаще обращались богатые и влиятельные клиенты, и каждый требовал его личного обслуживания.

«Слишком много рабочей одежды — тоже не к добру…» — почесал затылок Зеро, после чего устремил взгляд перед собой.

Напротив него в кресле сидел мужчина с абсолютно непроницаемым лицом. Личность этого рыцаря была неизвестна Зеро, но вот семью, которую тот представлял, игнорировать он не мог. На легких доспехах мужчины, прямо на нагруднике, красовалась небольшая рельефная гравировка в виде меча и щита. Это был герб военного маркизата Виллас — одного из Двенадцати Семей.

«Что касается маркизата Виллас, не помню, чтобы у них в последнее время возникали какие-то особо серьезные проблемы…»

Сомнения Зеро становились всё сильнее. В конце концов, когда всё идет слишком гладко — это тоже поворот не туда.

«Впрочем, если я спрошу его сам, рано или поздно всё прояснится».

Спустя мгновение Зеро выпрямил спину и заговорил:

— Для меня честь встретиться с рыцарем славного маркизата Виллас. Меня зовут Зеро, я информатор.

— Мукер.

Зеро натянул деловую улыбку после короткого замешательства, вызванного столь скупым приветствием. Лишь новички выставляют свои эмоции напоказ перед клиентами. Неумение держать фасон во время разговора особенно губительно для осведомителей, работающих с секретными данными. Будучи управляющим филиала, Зеро владел искусством скрывать свои чувства в совершенстве.

— Приятно познакомиться, сэр Мукер. Итак, что привело вас в наш филиал?

Зеро сразу перешел к делу, прекрасно зная, что подобные люди не любят ходить вокруг да около.

— Я хочу, чтобы вы выяснили всё об одном мальчишке…

— Что касается этого мальчика...

— Его зовут Эш пен Фредерик. Всё, что мне известно — сейчас он обучается в Императорской академии Авалон.

— Эш пен Фредерик? — Зеро опять склонил голову при упоминании знакомого имени.

Спустя секунду в его памяти кое-что всплыло.

«Пока я буду в академии, я буду пользоваться именем Эш пен Фредерик. Если поступит новая информация, направляйся туда и дай мне знать как можно скорее».

— А… — вырвалось у Зеро, когда до него дошла суть.

Лицо Мукера тут же просияло, стоило ему заметить эту реакцию.

— Вам что-то известно о нём? — поспешно спросил Мукер.

— Постойте… — Зеро улыбнулся после легкого колебания. — В общих чертах…

— …! — глаза Мукера округлились. — Расскажи всё, что знаешь об этом мальчишке!

— …

Мукер торопливо добавил:

— За деньгами дело не постоит.

— …

Зеро, казалось, над чем-то напряженно раздумывал, но в конце концов расплылся в ухмылке:

— Как вам известно, информация нашей организации стоит весьма недешево.

— Но если дело в деньгах...

— Особенно! — громко перебил его Зеро, а его глаза азартно блеснули. — Особенно если информация об объекте находится под особым контролем нашей организации…

Мукер вытаращил глаза и пробормотал:

— Объект под особым контролем?

«Я так и знал, с этим пацаном что-то не так!»

Мальчишка должен быть кем-то совершенно экстраординарным, если даже «Лунные Врата» держат сведения о нём под особым грифом секретности. Мукер догадывался об этом, но услышать подтверждение напрямую — совсем другое дело. Рыцаря аж в пот бросило от шока.

— Говори. Я дам тебе столько, сколько попросишь...

— Миллион золотых.

Мукер потерял дар речи:

— Что?..

— Информация об Эше пен Фредерике стоит один миллион золотых.

Мукер ошеломленно воззрился на Зеро. Тот, судя по всему, решил окончательно добить собеседника, чтобы исключить любые недопонимания:

— Наша организация «Лунные Врата» не примет ваш заказ, если вы не сможете выплатить эту сумму.

Голос Зеро эхом пронесся по всей тайной комнате.

Мукер ушел, и Зеро остался в тайной комнате один.

На его губах заиграла ухмылка:

«Молодой господин Джошуа… Я же ясно дал вам понять: всё это — мои инвестиции в ваше будущее».

В конечном счете Мукер ушел ни с чем — Зеро выставил его за дверь из-за банальной нехватки средств.

И результат был вполне закономерен. Как-никак, речь шла о целом миллионе золотых.

Один-единственный кристалл связи стоил тысячу золотых, а на тысячу золотых можно было приобрести несколько небольших провинциальных замков. Миллион же золотых монет превышал годовой доход крупного имперского города.

Зеро запросил столь астрономическую сумму с такой невозмутимой легкостью, что, явись сюда сам маркиз Виллас вместо своего вассала, ему всё равно пришлось бы уйти несолоно хлебавши.

Разумеется, у запредельной цены Зеро была своя четкая причина.

«Он утверждал, что его цель — спокойно окончить академию, не привлекая к себе лишнего внимания. Однако из-за давнего конфликта с наследником маркиза Вилласа и неожиданной встречи с Четвертым принцем он оказался в самом центре всеобщего внимания».

Уши и глаза «Лунных Врат» были повсюду. Зеро уже знал о каждом шаге и происшествии в Аркадии, которая по сути являлась передним двором этой великой информационной сети.

«Верон шен Виллас… Он обязательно захочет отомстить. И даже если он не сможет получить информацию у нас, он станет искать её через другие источники».

«Лунные Врата» имели наибольшее влияние, но существовало немало других теневых организаций, способных составить им конкуренцию. Как говорится: кто владеет информацией, тот владеет миром. Континент Игрант давно оказался бы в руках «Лунных Врат», удайся им полностью монополизировать все информационные потоки.

«В конце концов, Мастер лично распорядился защищать данные нашего ценнейшего клиента и снабжать его всеми необходимыми сведениями».

Ухмылка Зеро стала еще шире. После этого инцидента Верон шен Виллас гарантированно поприжмет хвост.

Джошуа был юн, но его феноменальные способности и особые отношения с Четвертым принцем делали его чересчур опасным противником. Верон и без того подозревал, что за личностью Джошуа скрывается нечто большее, пытаясь разузнать о нем хоть что-то. А теперь еще и «Лунные Врата» — разведсеть высшего уровня — запросили за информацию об этом парне целое состояние.

«Сомнения в конце концов перерастут в уверенность. Я более чем уверен, что Верон шен Виллас струсит и бросит свои жалкие попытки отомстить, едва осознает возможные последствия. В конце концов, такие, как он, всегда лебеззят перед сильными и отыгрываются на слабых».

Зеро быстро подвел черту под своими размышлениями и перевел взгляд в сторону выхода. Быть управляющим филиала — далеко не самая простая работа.

— Найдет ли он красную монету и положит ли конец этой затянувшейся войне?..

Зеро тяжело вздохнул и погрузился в глубокие раздумья.

— Это был весьма рискованный шаг, — сказал Агарет, едва они вернулись в общую комнату.

До этого момента он всегда улыбался, что бы ни происходило, но сейчас на его лице впервые появилось мрачное выражение.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Джошуа.

— Ты правда не понимаешь? Назвать рапиру мусором прямо перед носом второго сына семьи Стен — да ты просто псих!

— Я согласен… — тихо добавил Икарус, пока Агарет потер шею и тяжело вздохнул.

Джошуа мельком взглянул на Агарета и тихо усмехнулся:

— Я-то думал, твоя вольная душа никогда не забивает себе голову подобными вещами. А ты, оказывается, умеешь быть внимательным.

— Ах ты… — Агарет глубоко вдохнул и пробормотал про себя успокаивающую мантру, после чего снова заговорил: — Амару — мелочный и злопамятный тип. Ты задел его гордость, так что на завтрашнем поединке он гарантированно попытается изувечить тебя.

— …

— Расскажу тебе подробнее о его способностях. Мы с ним примерно одного возраста, но он уже способен чувствовать ману. Лишь немногие кадеты способны на такое в нашем возрасте. Да, это базовый навык, но для нас — важный рубеж. Впрочем, это лишь доказывает его принадлежность к великому роду Стен…

— Похоже, ты отлично осведомлен об Амару брон Стене.

Агарет на мгновение замер, досадуя на то, что Джошуа перебил его разъяснения. Сделав очередной долгий вдох, он кивнул:

— Я неплохо знаю его, потому что когда-то мы с Амару были друзьями.

Использование Агаретом прошедшего времени заставило Джошуа замереть.

В разговор вмешался Икарус, пояснив с оживлением в глазах:

— Вся знать знает о близкой дружбе глав семей Стен и Дуглас.

Семьи Стен и Дуглас жили по соседству, так что у них практически не было иного выбора, кроме как сблизиться. На самой северной точке империи их земли граничили с Ремегетоном, также известным как Земля Смерти. Отец Агарета, глава семьи Дуглас, долгое время был верным соратником и правой рукой нынешнего главы семьи Стен — Командующего Севером. Догие годы оба правителя плечом к плечу истребляли демонов, маршировавших на юг из Ремегетона.

— И это всё?

На вопрос Джошуа Агарет лишь слегка кивнул:

— Нас с Амару кое-что объединяет. Мы оба — младшие братья талантливых первенцев.

— …

Джошуа кивнул. Кажется, он наконец полностью понял ситуацию, так что продолжать предысторию не было никакой необходимости. Положение Агарета во многом походило на его собственное, пусть и со своими нюансами. Однако суть оставалась прежней.

«Как и в любой другой семье, старший сын, должно быть, задвинул его на задворки. Вот только, в отличие от пышного и спокойного герцогства Агнус, северная часть страны — это ежедневное поле боя. Там ни у кого нет времени заниматься семейными разборками, даже если бы и хотелось».

Джошуа оказался прав.

Агарет на мгновение устремил взгляд вдаль, прежде чем продолжить:

— Второй сын не имеет права голоса в делах семьи и вопросах наследства… В общем, о моем детстве и сказать-то особо нечего. Мы с Амару просто сблизились из-за похожих обстоятельств.

— Что ж… — Икарус перевел дух с легким облегчением.

— В любом случае… — Агарет снова натянул свою привычную глуповатую улыбку, словно пытаясь перевести тему разговора, — я просто хочу, чтобы ты понял: я знаю Амару лучше, чем кто-либо другой. Поэтому вместо того, чтобы упрямиться, я надеялся, что ты извинишься первым.

— …

— Я не хочу, чтобы моего нового друга искалечили, — добавил Агарет, пристально уставившись на Джошуа.

Джошуа тоже некоторое время молча смотрел на него, а затем расхохотался.

— Что здесь смешного?!

— Меня не интересует твоя дружба или во что ты там играешь, но одна вещь должна быть предельно ясна…

— …

— Ты хочешь сказать, что слабый должен извиняться перед сильным только потому, что тот сильный?

— Это...

Джошуа перебил Агарета прежде, чем тот успел возразить:

— Должно быть, это безумно весело — прогибаться и извиняться, глупо улыбаясь им в ответ, словно идиот.

— Эш! Ты же знаешь, что Агарет просто волнуется…

— И кто тут о ком волнуется?

— …!

После этих слов Джошуа Икарус лишь молча закрыл рот.

— Извините, но я не привык унижаться. А поскольку силы мне не занимать, не вижу причин не показать им, на что я способен.

— …

— Если хочешь изменить свою судьбу, выкладывайся на полную. И никогда не колеблись в своих убеждениях, — пробормотал Джошуа, поднимаясь с места. — Если, конечно, не хочешь всю жизнь прожить в чьей-то тени.

Агарет ошеломленно замер, не в силах произнести ни слова. Выражение его лица сменилось таким видом, будто внутри него только что проснулось нечто давно забытое.

Затем Джошуа переступил порог и вышел за дверь, оставив за собой абсолютно безмолвную комнату.

Помимо жестких академических стандартов Императорской академии Авалон, жизнь кадетов после занятий оставалась весьма свободной.

Некоторые считали академию способом укрепить власть императорской семьи, удержав наследников каждого знатного дома в качестве заложников. Понимая это, венценосная семья старалась действовать тонко, чтобы ни у кого не возникло ощущения заточения. В итоге после уроков студенты могли отправляться куда угодно без каких-либо последствий — руководству академии не было до них дела, пока те не пропускали занятия.

Джошуа направился в свое собственное место для тренировок. Это была крошечная усадьба на самом краю сферы влияния герцога Агнуса. Здесь больше никто не жил, поскольку Люсия уже переехала в главный особняк герцога.

Идеальное место, чтобы сосредоточиться и тренироваться в полном спокойствии.

«А ведь здесь действительно отлично».

Джошуа кивнул, мысленно исследуя собственное тело.

Внутри него непрерывно сталкивались две колоссальные энергии. Ощущение было не из приятных, но Джошуа уже давно привык к их буйству. Эти силы казались готовыми вырваться наружу в любой момент, но моментально стабилизировались, стоит вступить в игру новой мощи.

Разумеется, Джошуа прекрасно знал, что это за сила.

«Бронто».

Могущественный первозданный камень, ничем не уступавший двум предыдущим энергиям. Даже сам Джошуа пока не осознавал истинного предела мощи Бронто, но тот уже вовсю помогал ему.

«Я смогу».

Джошуа разомкнул веки — перед его взором открылось совершенно иное измерение. Абсолютно новый рубеж, не похожий ни на что из того, чего он достигался за свою жизнь. Он никогда не пробовал подобного прежде, поэтому не мог даже приблизительно рассчитать, насколько мощным окажется этот новый источник.

«Искусство Магического Копья: Третий Уровень».

Это была беспрецедентная трехслойная мана: божественная сила, демоническая сила и мощь Бронто, вплетенные в уже существовавшую ману Джошуа.

Джошуа заставил свою ману циркулировать мягко и плавно, словно убаюкивая младенца. Он начал постепенно направлять две гигантские энергии, которые Бронто уже успел загнать в угол.

Сам того не замечая, он стал центром, от которого во все стороны ударили электрические разряды. На лбу Джошуа вздулись вены.

«Еще совсем чуть-чуть!..»

Тело Джошуа полностью покрылось потом.

«Неужели это всё?»

Пот, стекавший с его тела, образуя на полу вязкую маслянистую лужицу, напоминавшую стоячую воду. От нее исходил зловонный запах, резкий и ядовитый.

«Божественная и демоническая силы относятся друг к другу как вода и масло. Их невозможно смешать, так что даже не стоит пытаться сливать их воедино».

«Не заставляй… позволь им просто течь…» — шептал он про себя, точно заклинание.

Бронто терпеливо мостил путь, используя древнюю технику маны Джошуа в качестве фундамента, а сам Джошуа аккуратно вел две противоположные силы по созданной дороге. Вслед за ними он направлял и самого Бронто, хотя тому это было и не нужно.

— …

«Сколько времени прошло с тех пор, как я начал?»

В самом эпицентре бушующего шторма энергия Джошуа наконец начала стабилизироваться, и он начал перерождаться.

Лежавшая на полу Лугия, принявшая форму стального шеста, начала мелковато дрожать.

Словно притягиваясь обратно к телу Джошуа, электрические разряды, разлетавшиеся во все стороны, стали угасать. Джошуа окончательно впитал их в себя и наконец распахнул глаза.

С оглушительным грохотом из его тела во все стороны вырвались молнии — иссиня-черные и ослепительно-белые.

Джошуа настолько ушел с головой в попытки пробиться на следующий уровень Искусства Магического Копья, что даже не заметил, как пролетело время.

Тем временем в стенах Императорской академии Авалон поднялся переполох. Не прошло и месяца с момента торжественной церемонии приветствия первокурсников, а по всей территории академии уже вовсю гуляли безумные слухи.

«Наследник какого-то безызвестного рода оскорбил графа Стена!»

Озверев от такой дерзости, второй сын графа Стена, Амару брон Стен, вызвал нахала на дуэль не на жизнь, а на смерть. И лишь благодаря вмешательству профессора Кейна смертельный поединок удалось снизить до обычного учебного спарринга.

Слухам, разумеется, свойственно разрастаться до полного абсурда.

А уж если одной из сторон выступал Амару брон Стен — одна из самых заметных и известных фигур среди кадетов младших курсов, — то подобное оговаривалось на каждом углу.

Реакция кадетов на эти сплетни разделилась на три категории: одни находили происходящее ошеломляющим, другие — полнейшим бредом, а третьи пришли в дикий восторг.

Студенты Императорской академии Авалон буквально сгорали от нетерпения.

Обыденная жизнь в академии отличалась скукой и монотонностью. Нравилось им это или нет, но кадетам предстояло учиться здесь целых шесть лет. Особых развлечений в месте, где в головы ежедневно вбивали суровую войну и военные науки, не водилось. И при любой удобной возможности единственным отдушиной для них становились зрелища, когда кадеты равного статуса сходились в поединках на глазах у толпы.

А уж подобная драка — и вовсе редчайшее явление.

Какое право имел отпрыск безымянного рода проявлять такое неуважение к сыну графа Стена?

В Авалоне статус семьи решал абсолютно всё. Для ребенка из бессильного рода ссора с представителем высшей знати приравнивалась к самоубийству. В конце концов, помимо собственной шкуры, они подставляли под удар всю свою семью. Поэтому, когда кадет из низшего сословия попадал в подобную ситуацию, от него ожидали лишь одного — что он склонит голову и будет со слезами на глазах молить о прощении.

Однако этот парень из какого-то захудалого рода действительно осмелился оскорбить одного из пяти Мастеров Империи.

— Это сегодня? Я про спарринг между тем безымянным парнем и Амару брон Стеном?

— Спарринг? Я думал, у них там смертельная дуэль!

— Э? Да какая разница… Он вообще пришел? Ему же конец!

— Кто? Как его там зовут? Фреддатор или как-то так? Слышал о нем?

— Фредерик… а не Фреддатор. И нет, я о них отродясь не слыхивал.

Сегодня занятия шли своим чередом, но практический урок по фехтованию для младших курсов вот-вот должен был начаться.

Предстоящий поединок между Эшем пен Фредериком и Амару брон Стеном был главной темой для обсуждений среди студентов с самого раннего утра, и некоторые кадеты даже разочарованно вздыхали:

— Вот отстой! Похоже, мне не удастся увидеть бой века…

— Ага, да еще и эта лекция такая нудная…

— Может, просто сбежать с урока? Это ведь не повлияет на выпуск, да?

Кадеты младших курсов то и дело влипали в неприятности, но даже они понимали: конфликт между Эшем пен Фредериком и Амару брон Стеном должен быть разрешен как можно скорее. Даже если участники передумают, уладить всё придется в кратчайшие сроки.

— А тот пацан вообще явился?

— Думаешь, он сбежал?

— Ну, это же Амару брон Стен… Может, парень осознал, чем ему это грозит, и решил задать дёру? Но что теперь будет с его семьёй? On вообще готов к тому, что его род отгребёт за его выходку?

— Да уж, похоже, он струсил и сбежал.

Младшекурсники были ошарашены, но все сходились в одном. Даже если Эш сбежит, семья Стен не потерпит подобного оскорбления. Они непременно отомстят — так или иначе.

— Чёрт, похоже, драки не будет, — пробормотал один из кадетов.

Услышав это, студенты, столпившиеся вокруг главного актового зала, начали медленно расходиться.

Тем временем Джошуа наконец пришел в себя — спустя три дня непрерывной практики.

**

«Сколько времени прошло?»

Крепко смеженные веки Джошуа наконец разомкнулись. В тот же миг в его глазах блеснула тонкая нить молнии.

«Готово!»

Лицо Джошуа озарилось искренним восторгом.

Раздалась едва слышная вибрация, и окружающий мир на секунду показался слегка монохромным — или это просто казалось Джошуа? Зрение слегка размылось, но тело ощущалось невероятно легким. Внутри него бурлил колоссальный объем энергии — силы, с которой Джошуа был знаком лучше, чем кто-либо.

«Искусство Магического Копья: Третий Уровень».

На третьем уровне Искусства Магического Копья практик способен придавать мане любую форму и полностью окутывать ею свое оружие. При этом плотность маны колоссально различалась в зависимости от мастерства. В своей прошлой жизни, едва достигнув третьего уровня, Джошуа уже мог без труда одолеть рыцаря B-класса среднего уровня.

«Но теперь… всё совершенно иначе».

Это кардинально отличалось от всего, чего он достигался прежде. Джошуа мог лишь гадать о новых возможностях, оказавшись на столь небывалой высоте. В его ману вплелась беспрецедентная, неведомая ранее мощь.

— …

Джошуа прикрыл глаза и изучил собственное тело. Странная, отторгающая сама себя энергия, напоминавшая смесь воды и масла, больше не ощущалась. Пусть и не идеально, но третья сила мягко объяла две противоположности, чудным образом переплетя их ауры.

«Теперь я обладаю этой силой…» — пробормотал он под нос, сжимая кулаки.

Эта энергия была сопряжена с риском, но поддавалась контролю — и все благодаря Первозданному Камню. Бронто действительно спас ему жизнь. Кто мог подумать, что этот камень таит в себе столь таинственные способности?

— Ах! — воскликнул Джошуа, словно опомнившись.

Теперь, достигнув третьего уровня Искусства Магического Копья, он наконец мог использовать «это».

Джошуа быстро огляделся по сторонам, чтобы проверить свои мысли на практике:

— Оно… пропало?

Предмет, который он искал — вещь, не уступавшая по важности его собственному сердцу и разуму, — отсутствовал. Его верная Лугия.

— Ты что, совсем идиотом стал?

— …!

Глаза Джошуа округлились, когда из угла комнаты донесся звонкий детский голос. Повернув голову, он увидел длинный предмет, вальяжно парящий в воздухе прямо перед ним. Это был переливающийся серебряный шест, излучавший странный, загадочный свет.

Детский голос продолжал эхом отдаваться прямо в голове Джошуа, пока тот с замиранием сердца шептал:

— Лугия?..

— Твоя глупость выходит на какой-то совершенно новый уровень! Как ты мог проспать три дня в месте, где враг может напасть в любую секунду?!

— Три дня?.. — сбивчиво переспросил Джошуа.

Голос в его голове цыкнул языком и фыркнул:

— Скажи спасибо и вознеси хвалу величайшему соратнику в этом мире — мне, великой Лугии! Я защищала тебя все эти три дня, пока ты дремал без задних ног!

— Погоди! — Джошуа нахмурился от беспрестанного гудения в голове.

Кое-что здесь явно не сходилось.

Он знал, что Лугия меняется по мере того, как он становится сильнее. В его прошлой жизни она уже проходила через трансформации. Достижение третьего уровня Искусства Магического Копья всегда сопровождалось четкими изменениями.

Первым из них было открытие «подпространства» — способность артефакта самостоятельно погружаться в карманное измерение и выходить из него. Лишь редчайшие древние реликвии могли использовать магию подпространства, но у Лугии имелась своя собственная карманная реальность. Впрочем, древние артефакты с подпространством обычно представляли собой мелкие вещицы — кольца или кулоны. Оружия с собственным подпространством практически не существовало, особенно столь огромного и тяжелого, как Лугия. Так что Лугия была уникальным случаем.

Чтобы удерживать даже горсть пространства, требовалось колоссальное количество маны, а для создания полноценного карманного измерения требовалась уже искривленная пространственная материя. В прошлой жизни Джошуа вовсю пользовался этим: Лугия могла возникнуть из ниоткуда и пронзить врага в любой точке поля боя. В бою она напоминала настоящего жнеца душ из преисподней.

Вторым изменением была способность Лугии менять свой внешний вид — как раз то, что Джошуа уже демонстрировал герцогу. Лишь после перерождения он осознал, что Лугия способна свободно менять форму, хотя обычно принимала вид простого стального шеста. Джошуа любил этот навык: необычный облик копья привлекал слишком много ненужного внимания.

И, наконец, последнее, самое странное изменение…

«Именно эта способность сбивает меня с толку больше всего…» — Джошуа нахмурился еще сильнее.

Лугия была разумным оружием с собственным «эго». Теперь она могла разговаривать. Это уже случалось однажды вскоре после его перерождения, так что сам факт его не удивлял.

Но…

«Тогда мне казалось, будто я общаюсь с суровым, угрюмым мужчиной средних лет. А сейчас…»

— Ты серьезно думаешь, что я звучу как сопляк?!

— …будто я говорю с ребенком…

Джошуа шокированно замер, осознав, что случайно произнес свои мысли вслух, а Лугия ответила на них еще до того, как он успел закончить предложение!

— Что за…

— Ты закончил удивляться?! Прекрати сомневаться и недооценивать оружие, которое только что пробудилось, ладно? Если ты еще не понял, я умею читать твои мысли!

— …

Услышав этот звонкий, но пронзительный голос, Джошуа инстинктивно захлопнул рот.

— И вообще, ты не забыл кое-что по-настоящему важное?

— О чем ты?

— Ха-а-а… Позаботься о себе, прежде чем рваться в бой с врагами. Ты вообще уверен, что с твоим телом сейчас всё в порядке?

— Ну...

Лугия плавно подплыла к Джошуа по воздуху. Лицо парня окаменело, и он не смог закончить фразу.

— Хочешь, кое-что скажу?

— Ты что-то знаешь?

— Тот камень, что ты добыл ранее… Ты будешь полным идиотом, если продолжишь считать его обычной стекляшкой с элементальной силой.

— В нем есть что-то еще?

Лугия закатила свои невидимые глаза, немного успокоилась и продолжить вещать:

— С твоими скудными познаниями я даже не знаю, насколько далеко человечество продвинулось в изучении Первозданных Камней, но их истинная сила куда глубже.

— …

— Нужны примеры? Первозданный Камень Магмы обладает силой уничтожения… он сжирает всё на своем пути обжигающим пламенем. Аква обладает «регенерацией», Гайя — «гармонией»… В общем, сейчас это не важно. Суть в том, что у каждого Первозданного Камня есть свое уникальное концептуальное свойство.

Джошуа не мог не отметить про себя, что манера речи Лугии до боли напоминала задиристого уличного мальчишку.

— И самое главное сейчас — это то, какой именно концепцией обладает Бронто.

Джошуа надолго задумался над словами копья.

«У меня есть атрибут молнии, славящийся своей разрушительной мощью. Но неужели в нем кроется нечто большее? Нет… если бы дело было лишь в этом, его способность ничем бы не отличалась от красного Первозданного Камня Улабиса».

— Тщательно взвесь свои варианты. Ответ на эту загадку поможет тебе найти кратчайший путь к твоим целям, — бросила Лугия с такой легкостью, будто и не собиралась раскрывать всю правду сразу.

При этих словах Джошуа поднял голову. On уже собирался сказать что-то парящему копейному древку, как вдруг…

— Ты ведь помнишь свои планы? Помнишь о мести?

Глаза Джошуа широко раскрылись:

— Ты…!

В Императорской академии снова поднялся переполох.

Утром пятого учебного дня человек, отсутствовавший три дня подряд, появился на занятиях как ни в чем не бывало.

— Прошу прощения за опоздание.

— …

Заметив входящего в класс юношу, кадеты принялись перешептываться.

Кейн уставился на Джошуа запавшими глазами, а затем поднял руку, указывая на него:

— Эш пен Фредерик.

— Да!

— Какая дерзость. Пропустить три дня занятий сразу после первой недели учебы.

— Принесите мои искренние извинения.

Джошуа склонил голову с безупречным видом раскаяния. Он простоял в этой позе несколько секунд, прежде чем Кейн покачал головой и велел ему подняться.

— Мне не нужны твои извинения… Однако я рассчитываю, что ты достаточно повзросел, чтобы принять последствия своих поступков.

— …

— Вплоть до неудовлетворительных оценок и исключения.

Голос Кейна поначалу звучал угрожающе, но Джошуа уловил в нем нотку скрытой печали. Словно профессор был одновременно рад и расстроен возвращению студента. Казалось, он хотел спросить: почему ты просто не сбежал и не спрятался после всего, что натворил? Однако Кейн не стал облекать эти мысли в слова.

Несмотря на свое положение, он был вынужден опекать этих детей как родных, даже если ему приходилось быть предельно тактичным с высшей знатью. Для него каждый кадет оставался учеником, и он искренне не хотел, чтобы между ними вспыхивала вражда.

Он мог использовать свою авторитетную власть профессора, чтобы пресекать стычки, но лишь до определенного предела. В конце концов, эти дети обладали куда большим влиянием, чем казалось, и за пределами аудитории он не мог их контролировать.

«Было бы отлично, если бы всё улеглось само собой, но…»

Кейн вздохнул, бросив взгляд в угол класса.

Стоило Джошуа войти, как Амару уже въелся в него прицельным, убийственным взглядом.

Профессору оставалось лишь надеяться на лучшее.

«Я сделаю всё возможное, чтобы не допустить их смертельного поединка».

Взгляд Кейна стал решительным. On обязан был предотвратить трагедию на своих глазах.

«Разве до сих пор мне не удавалось оберегать их?»

Чтобы окончательно решить эту застарелую проблему академии…

«Нужно тянуть время как можно дольше… Пусть даже это обычный спарринг, речь идет об Амару. Если они оба превратятся в разъяренных быков, я просто беспомощен».

Приняв решение, Кейн пробормотал:

— Займи свое место. Занятие должно продолжаться.

— Да, профессор.

Кейн проследил за тем, как Джошуа молча прошел к своему столу.

— Итак, раз все в сборе, я продолжу лекцию. Теория, которую я сейчас изложу, обязательно войдет в ближайший экзамен, так что слушайте предельно внимательно.

Кейн возобновил урок. Агарет всегда отличался чуткостью к окружающим, и Джошуа не был исключением. Повернувшись к сидевшему рядом товарищу, он вполголоса спросил:

— Зачем ты вернулся?

— О чем ты?

— Я слышал, что род Фредериков разорен! Разве ты сможешь уладить всё это в одиночку?

В отличие от взволнованного Агарета, Джошуа сохранял полное хладнокровие:

— О… похоже, они успели навести обо мне справки.

— Да… Об этом уже знает вся академия! Тебя не было несколько дней, и Амару пустил в ход связи своей семьи, чтобы вынюхать, где ты живешь. Он вовсю бахвалится своей властью, но, надо признать, у него есть на это право.

— …

— Еще не поздно… Ты ведь сам говорил, что иногда проще склонить голову? Так сделай это! Жизнь извечных проблем того не стоит, иногда полезно на время умерить гордыню.

Джошуа уже собрался возразить, но осекся, увидав просящий, полный жалости взгляд Агарета. В тот же миг Джошуа встретился взглядом с Икарусом. В глазах того читалась ровно та же тревога.

Оба искренне переживали за него. По их лицам было видно, как сильно они напуганы. Судя по всему, за время его отсутствия в академии поднялась нешуточная буря.

«Как и ожидалось от дворянских детей, их информационные связи поражают».

Джошуа мысленно хмыкнул, а затем тихо усмехнулся. Понять, чего так боятся эти ребята, было нетрудно, но перед ним стояла куда более масштабная задача.

— Не волнуйся. Я всё равно покажу вам, как нужно стоять на своем.

— Ну ты и…

Агарет тяжело застонал рядом, но Джошуа лишь прикрыл глаза, с мрачным видом восстанавливая в памяти недавно произошедший разговор.

~

— Лугия...

— Уверен, у тебя ко мне накопилась целая куча вопросов.

— Я хочу знать, откуда тебе известно о моей мести… и какими еще силами обладает Бронто? И самое главное — ты правда переродился вместе со мной?

— Нет-нет-нет… Я не перерождался с тобой. Ты вообще кто такой? Мое тело что-то тебя не припоминает.

— Хватит паясничать...

— Какой же ты нудный… серьезно?

— …

На мгновение Джошуа вынужден был замолчать: звонкий детский голос отдавал эхом в каждом уголке его черепа. Он хотел возмутиться, но тут же сдержался, опасаясь способности Лугии читать мысли. Джошуа казалось диким злиться на голос в собственной голове — он всё еще боялся, что тот окажется лишь иллюзией его сознания.

— Тщательно взвешивай свои решения. Поскольку преимущество на моей стороне, не думаю, что пожалею я, если ты мне откажешь. Джошуа, а что, если я просто закрою рот и уйду в спячку?

— …

— Тебе ведь нужно срочно кое-куда успеть, а? Быстрее, Джошуа, время тикает.

Джошуа вздохнул. Он понимал, что в этой битве ему не победить. Выбора у него не было с самого начала. Ему просто требовались ответы, однако ребяческий голос в голове безапелляционно выдвинул свои условия.

Слегка вздохнув, Джошуа спросил:

— Каковы твои условия?

— Рад, что ты наконец взялся за ум.

Лугия совершил пируэт в воздухе, весьма довольный его ответом.

— Ничего особенного… просто…

Он замер прямо перед лицом Джошуа:

— Во-первых, я хочу, чтобы ты разыскал свои связи из прошлой жизни. А во-вторых, начни относиться к себе бережнее. Если ты станешь ценить себя чуть больше, хуже от этого никому не будет.

— Что?

Джошуа обомлел. Он опасался, каких заносчивых глупостей может наговорить Лугия — как-никак, он именовал себя Демоническим Оружием, но…

«Начни относиться к себе бережнее?»

Первое условие выглядело разумным, но второе вызывало лишь недоумение. Разве не абсурдно слышать подобные речи от древнего оружия?

«Я скорее поверил бы, прикажи она мне отправиться в Царство Демонов и сразить Повелителя Тьмы, но это… это просто бред!»

— Ты согласен или нет? Отвечай быстрее, я устал! Ты ведь тоже устал, да? И вообще, ты спешишь!

— Ты? Устал?

— Отвечай!

— …

Джошуа с минуту молчал, после чего кивнул. В конце концов, это ничуть не нарушало его собственных планов.

— По рукам.

— Отлично.

Лугия вибрировал от восторга.

— Клятва, данная божеству вроде меня — это огромная ответственность. Смотри не забудь.

— …

— Ты и вправду веришь, будто сила Бронто — это «предвидение»?

При этих словах Лугии лицо Джошуа вытянулось. Он действительно считал это чем-то вроде вещего сна. В том видении весь особняк герцога Агнуса был объят огнем, и из пламени вышли мужчина и женщина. Джошуа решил, что зрелище явилось ему благодаря величественной мощи Бронто.

— Извини… но ты в корне ошибаешься. Это был не Бронто.

— Что ты имеешь в виду? — с мрачным видом нахмурился Джошуа.

Ощущения из того сна казались слишком реальными, поэтому он не мог поверить, что дело было не в Бронто.

— У меня отличная память… Падение дома Агнус обязательно произойдет в будущем… Это было предзнаменование, а не просто сон.

— Я и не говорил, что сон не был вещим.

— …!

— Я сказал… что это была не сила Бронто. Но я не отрицал, что сон был пророческим.

— Тогда почему герцогство Агнус…

Джошуа казалось, будто он слышит нечто невообразимое.

— Дело сейчас не в этом.

— …

— Говорят, если долго и упорно думать о чем-то или о ком-то, это обязательно явится во сне в той или иной форме. В твоем случае ты непрестанно думал о «нем» как об объекте своей мести — вот он и явился тебе.

Лугия продолжал вещать, глядя на ошеломленного Джошуа:

— Иными словами, пророческий сон стал результатом пробуждения одной из двух великих энергий, спящих в твоем теле — божественной силы.

— Божественной силы?..

— Некоторые идиоты полагают, будто святая сила нужна лишь для исцеления да попыток воскрешать мертвых. Но они глубоко заблуждаются.

— Ты хочешь сказать...

— В буквальном смысле — божественный промысел. Ты разве не слышал о первосвященниках, получавших свыше предупреждения о надвигающейся опасности?

На этот вопрос Джошуа лишь сдержанно кивнул.

— Твой пророческий сон из той же оперы. Сила Бога куда грандиознее, чем думают смертные.

— …

— Если ты сумеешь полностью обуздать две бушующие в тебе энергии…

Лугия осеклся на полуслове, испустив легкий электрический разряд:

— …тогда ни один человек в мире больше не сможет встать у тебя на пути.

— А… вот как… — вздохнул Джошуа.

Он уловил явную неохоту в словах Лугии, но сейчас было не время цепляться к мелочам:

— Спасибо за рассказ… А теперь объясни мне истинную суть силы Бронто.

— …

Лугия плавно опустился на пол, будто перед глубоким вдохом.

— Первозданный Камень — Самоцвет Богов. Бронто несет в себе стихию молнии — самую быструю и разрушительную среди прочих Первозданных Камней.

— …

— И его истинная концепция…

Вернувшись в свою привычную форму стального шеста и покрывшись патиной, Лугия наконец закончил: — …именуется «Расширением».

~

— Профессор!

Размышления Джошуа прервал громкий выкрик из угла аудитории.

— Вы действительно намерены просто так завершить занятие?

Кейн с замешательством уставился на Амару, поднявшего руку.

— Что ты имеешь в виду?

— Позвольте нам провести спарринг! Это не просто тренировочный бой. Речь идет о дворянском достоинстве. О чести моей семьи и остатках его растоптанной гордости.

— …

— Если вы передумали, мне придется решить, что вы сознательно заставляете нашу семью терпеть этот позор.

Кейн поджал губы, глядя на мрачное лицо Амару.

Происходящее полностью противоречило правилам академии. На бумаге между студентами и преподавателями существовала строгая иерархия, но на деле всё было иначе. Императорская семья сквозь пальцы смотрела на внутренние устои академии, поскольку та носила характер «почетного заключения», и берегла лишь интересы высшей знати. Неписаное правило «влияния рода» оставалось главной движущей силой империи.

— Не знаю, что вы возомнили, но если думаете, что я буду спокойно смотреть на нанесенное нам оскорбление — вы ошибаетесь. В конце концов, как говорят: палка — лучшее лекарство от бешеных собак.

Кейн хотел возразить, но так и не успел произнести ни слова.

С противоположной стороны класса раздался спокойный голос:

— Полагаю, ты абсолютно прав. Я тоже не собирался сидеть сложа руки.

— Что ты...

Джошуа тихо рассмеялся, перебивая Амару:

— И кстати… Палка действительно лучшее лекарство от бешеных собак.

Едва занятия закончились, слухи о предстоящем поединке двух кадетов в присутствии профессора Кейна разлетелись по всей академии за считанные минуты.

«Знай я, что так легко нарушу обещание, данное Кейну…» — мысленно с горькой ухмылкой пробормотал себе под нос Джошуа, побарабанив тонкими пальцами по столу. — «Не стал бы давать его вовсе. Тогда и профессору не пришлось бы так сильно переживать из-за своего путевого мастера».

Он прожил на свете уже полвека, но с каждым днем чувствовал себя всё более ребячливым. Впрочем, сейчас он и впрямь находился в теле ребенка, так что это казалось естественным.

«Когда при мне ни во что не ставят копье, это задевает меня куда сильнее, чем когда ни во что не ставят меня самого».

Вся жизнь Джошуа прошла под этим знаком. Правда, стоило ему стать Абсолютным Мастером, как желающих усомниться в величии копья поубавилось. Но до того момента ему доводилось терпеть немало насмешек и унижений из-за своего выбора.

Время шло, но кое-что оставалось неизменным.

«Нет… эпохи меняются, а моя кровь всё так же закипает, стоит кому-то пренебрежительно отозваться о копьях».

— Эш… Ещё не поздно отказаться, — раздался сбоку голос Икаруса.

Джошуа повернул голову:

— Ты можешь перестать твердить одно и то же?

Выражение лица Икаруса стало ещё более суровым:

— Извини, но я скажу прямо… Я не знаю, на что ты рассчитываешь, но тебе не одолеть Амару. Но даже если ты каким-то чудом выиграешь этот спарринг, гнев рода Стен всё равно обрушится на тебя. Ты оскорбил рапиру, а затем опозорил одного из них на глазах у всех…

— Не переживай. Мне просто придется перебить их всех — и дело с концом.

— …!

Глаза Икаруса полезли на лоб. Он уставился на Эша как на сумасшедшего… и тут до него дошло. За жизнь Эша до смерти боялись только они с Агаретом. Сам же Эш ни капли не волновался за себя.

«Ходят слухи, что предки Эша — обедневшие дворяне…»

Икарус поспешно воскликнул:

— Эш! Ты должен в первую очередь думать о собственной безопасности!

— …

От этих слов Джошуа на мгновение замер.

— Неужели ты совсем ничего не чувствуешь? Мы с Агаретом искренне переживаем за тебя! Разве ты не видишь, что мы изо всех сил пытаемся тебя спасти?

— А, это… — Агарет тихо вздохнул, уставившись на Джошуа взглядом побитой собаки.

— Если ты надеешься изменить этот мир в одиночку — у тебя ничего не выйдет! Тебе никогда не переломить этот порядок!

— Не смогу изменить всё в одиночку, значит… — пробормотал Джошуа, и в его глазах блеснул азарт. — С тобой что-то случилось в прошлом?

— Нет… Я имел в виду… — Икарус помедлил, а затем покачал головой. — Прошлое должно оставаться в прошлом. Сейчас куда важнее то, с чем ты столкнулся здесь и сейчас.

Джошуа ухмыльнулся, глядя на хмурого Икаруса:

— Знаешь… А ведь я безумно люблю азартные игры.

— Что? — Икарус опешил от столь резкой смены темы.

— А давай сыграем? Поставим на весь этот безумный балаган, а? Если я победю Амару брон Стена, останусь верен своим убеждениям и выберусь из всей этой заварухи целым и невредимым — я выиграл.

— Ты серьезно?.. В таком положении ты думаешь о каких-то ставках?!

— Проигравший исполнит любое желание победителя.

Икарус посмотрел на Джошуа с нескрываемым изумлением:

— Эм, если что, я вообще против твоего боя. Но выходит, если ты проиграешь в спарринге — я выиграл?

— …

— Если я каким-то образом одержу победу в споре, я уже знаю, чего попрошу, но...

Джошуа не дал ему договорить:

— Я даже не рассматриваю такой вариант.

— Что?

— Вариант, при котором я проигрываю этот спор.

— …!

Икарус ошеломленно замер.

«Откуда в нем эта неисчерпаемая уверенность?!»

Икарус знал, что Эш происходил из обедневшего виконтского рода. On видел, что их положение во многом похоже, и понимал: отговаривать Эша бесполезно, ведь тот уже находился в худшей из возможных ситуаций.

Пока Икарус мучительно размышлял…

— О-о, а вот это звучит весело!

— …!

Икарус вздрогнул и резко обернулся.

Агарет расплылся в безумной улыбке от уха до уха:

— Можно мне тоже войти в сделку?

— Агарет! — вырвалось у Икаруса.

— Да послушай же, Икарус, другого выхода всё равно нет, ладно? — развел руками Агарет. — Эш явно не из тех, кто затушит этот пожар одними лишь словами. Да и Амару не из тех, кто умеет прощать и забывать.

— Но всё равно…

— Вижу, ты всё еще сомневаешься. Взгляни на это так… Сколько бы Эш ни пытался увиливать, Амару не успокоится, пока не докажет силу семьи Стен в этом поединке. К тому же, профессор Кейн лично судит этот спарринг.

— …

— Пусть побьют друг друга и переломают пару костей. А мы, может, даже выиграем спор и заставим этого упрямца перестать влипать в неприятности.

Икарусу оставалось лишь молча смириться.

Агарет повернулся к Джошуа:

— Само собой, я ставлю на Амару, так что без обид.

Джошуа лишь усмехнулся в ответ:

— Как тебе угодно.

Практические занятия по фехтованию обычно проходили на большой тренировочной арене за учебным корпусом.

Едва прошел слух, что поединок, которого все так долго ждали, состоится сегодня именно там, тысячи кадетов хлынули к арене.

Амару, второй сын семьи Стен, самодовольно ухмыльнулся, купаясь во внимании огромной толпы.

— Твои мозги еще на месте, или ты выронил их, когда давал дёру?

— Пф-ха-ха!

Голос Амару прозвучал достаточно громко, и его слова вызвали взрыв смеха среди кадетов.

— Я поражен твоей дерзостью. Надо же, ты и вправду вернулся… Впрочем, твои слова о том, что рапира — это мусор, непростительны. Но раз уж ты явился, сбежать тебе не удастся, — холодно произнес Амару, скользнув взглядом по профессору Кейну, стоявшему в центре арены.

Заметив, что Джошуа никак не реагирует, Амару усмехнулся и продолжил:

— Выбрось свою спесь и выбери нормальное оружие. Иначе только сам искалечишься.

Джошуа ничего не ответил. On лишь крепче сжал в руках деревянный шест.

Никто вокруг даже не подозревал, что в этот самый момент юноша переживал глубочайшее внутреннее перерождение.

Взглянув на оружие в своих руках, Джошуа кое-что вспомнил. On прекрасно знал, что мог бы без труда сокрушить любого соперника одним лишь мастерством владения копьем, не говоря уже о применении Третьего Уровня Искусства Магического Копья. Впрочем, чтобы одолеть такого наивного юнца, как Амару, ему хватило бы и чистой физической силы.

«Я снова покажу этому миру, насколько великолепен путь копья».

Джошуа пробормотал это про себя, погружаясь в основы мастерства, доведенные им когда-то до абсолюта.

Каждое боевое искусство уникально. К примеру, фехтование дома Агнус славилось сокрушительной мощью — что вполне естественно, учитывая невероятные физические данные членов этой семьи. Стиль же семьи Стен отличался бесчисленным множеством вариаций, неуловимой гибкостью и изящным изгибом движений.

Мягкость способна одолеть силу, скорость — мягкость, тяжесть — скорость, а сила — тяжесть. Следуя этой логике, можно было бы решить, что гибкость семьи Стен принесет им победу над родом Агнус, однако это было далеко от истины. Для такого Абсолюта, как герцог Агнус, подобные расклады не имели никакого значения.

Разумеется, исключения из этих правил можно было пересчитать по пальцам. Лишь единицы стояли выше законов, действовавших для большинства людей на нижних ступенях. Однако подобное понимание принципов оказывало колоссальное влияние на исход любой битвы.

Каким же настроем следовало обладать Джошуа, чтобы одержать победу? Как нейтрализовать сильные стороны противника?

«Бой должен закончиться мгновенно».

Джошуа радостно усмехнулся, ощутив тепло деревянного шеста в своей ладони. Прежде ему не доводилось сражаться подобной палкой, но из-за внешнего сходства с Лугией она приковала всё его внимание.

В мире существовало множество видов мечей, и мастерство владения одним из них вовсе не гарантировало успеха с другим. Копья же, напротив, всегда отличались монолитной тяжестью и суровостью. Они были громоздкими, и до массового распространения маны ими было не так-то просто эффективно убивать на поле боя. И всё же копья оставались универсальным оружием для самых разных ситуаций. Именно из-за этих особенностей большинство рыцарей прошлых эпох отдавали предпочтение кавалерийским пикам.

«Я бежал вперед, думая лишь о следующем рубеже. Но стоит преодолеть одну стену, как перед тобой вырастает новая, в тысячу раз выше прежней. И мне не остается ничего другого, кроме как снова пуститься в бег…»

Путь копья таил в себе безграничные возможности. Джошуа был свято уверен в этом, ведь он уже однажды постиг вершины Искусства Магического Копья.

«Я мчался изо всех сил, надеясь увидеть финишную черту, но, кажется, мой путь искривился, а я этого даже не заметил».

«Каков дурак. Нет ничего важнее азов и инициативы. Подумать только, я умудрился забыть о столь элементарных вещах. Похоже, мне действительно еще расти и расти».

Его мастерство владения копьем достигло столь невероятных высот, что самые базовые основы попросту погребло под толщей времени. И теперь Джошуа с головой ушел в свои мысли, заново восстанавливая в памяти каждую деталь фундаментных основ.

Джошуа казалось, что он что-то упускает. Путь к будущему выглядел туманным лишь потому, что воспоминания о прошлой жизни слишком сильно переплетались с его настоящим.

— Спарринг… начался! — внезапно прогрохотал голос профессора Кейна.

— Ну давай, сойдемся! — Амару стиснул зубы и сделал шаг вперед под оглушительный гул толпы.

Видя, что Джошуа продолжает стоять с закрытыми глазами и полностью игнорирует его, Амару окончательно вышел из себя:

— Выкладывайся на полную, ублюдок! Ладно, раз ты сам этого захотел, я раздавлю тебя прямо так!

Он рванул вперед, и его змеиные глаза холодно блеснули.

— …

Чутья Джошуа четко подсказывало: стремительный противник уже мчится к нему.

«Но… что это?»

Джошуа ощутил, как время вокруг замедлило свой ход. Окружающим казалось, что Амару движется с невероятной скоростью, но для Джошуа всё было с точностью до наоборот. Время растянулось настолько, что одна секунда превратилась в целую вечность.

Наконец, после долгой и тягучей паузы, Амару возник прямо перед ним.

Джошуа плавно разомкнул веки:

— Спасибо.

— Ты о чем вообще... — хотел было выкрикнуть Амару.

Однако из ниоткуда в его живот внезапно вонзился ослепительный луч света.

— …?

Арену накрыла оглушительная тишина.

Амару, секунду назад несшийся на Джошуа подобно безумцу, резко одеревенел и замер на месте, словно изваяние.

Даже Кейн обомлел от увиденного.

— Амару, что ты делаешь?! — крикнул профессор.

Однако его голос потонул в глухом звуке падения.

— А-а-аргх!..

Дико закричав, Амару согнулся пополам и рухнул без чувств.

Кадеты, облепившие арену, в немом шоке вытаращили глаза. Со стороны всё выглядело так, будто Амару просто споткнулся на ровном месте, пока в слепой ярости бежал на соперника.

В отличие от потрясенной толпы, лишь один человек сидел с видом истинного ликования.

«Запредельная скорость, при которой противник не способен даже увидеть или осознать, как по нему нанесли удар. Скорость превосходящая скорость, скорость за гранью возможного».

Джошуа сжал деревянный шест с такой силой, что тот треснул в его ладони, и замер без движения.

Он постиг навык, который не давался ему даже в прошлой жизни — Прозрение Шестого Уровня Искусства Магического Копья.

— О господи…

Икарус первым пришел в себя среди оглушительной тишины.

Он был довольно слаб в понимании фехтования и боевых искусств. В отличие от остальных, его куда больше привлекали стратегия, тактика и научные изыскания, поэтому именно на них он сосредоточил всё свое внимание.

Как следствие, Икарус понятия не имел, насколько феноменальную технику только что продемонстрировал его сосед по комнате. Он не сумел даже разглядеть движений Джошуа. Но, без сомнения, происходящее поразило его сильнее, чем кого-либо другого.

Икарус лишь успел моргнуть, как Амару уже рухнул на землю с немым глухим звуком.

Икарус был не единственным: ни один человек на арене не смог уловить движений Джошуа. Судя по растерянному виду профессора, даже тот не успел заметить замах.

«Я никак этого не ожидал. Выходит, Эш куда сильнее, чем я думал? Мои расчеты еще никогда не подводили меня… Это огромный сюрприз».

Икарус пристально уставился на Джошуа. С его точки зрения, поступки человека приобретали совершенно иной смысл в зависимости от его реальной силы. Смелость и уверенность бездарности никогда не приносят результатов, однако храбрость и убежденность истинно сильного человека — вроде Эша — способны произвести фурор и стать прямым доказательством его таланта.

«Но…»

На сменившем удивление лице Икаруса мелькнула глубокая тревога.

Исход поединка оказался неожиданным, но в этом не было ничего хорошего.

Во-первых, семья, чья репутация строилась на мастерстве фехтования, получила тяжелейшее оскорбление. Отпрыск этого рода попытался отплатить за позор, но потерпел сокрушительное поражение за долю секунды. Для их имени это стало еще более жестоким ударом.

К тому же все произошло на глазах у детей лучших дворянских семейств Великой Империи Авалон.

Род Стен никогда не станет терпимо относиться к подобному унижению. Существовала огромная вероятность, что вся семья Стен начнет мстить.

«Я должен помочь ему. Сделать всё, чтобы подобное больше не повторилось».

С решительным видом Икарус бросил взгляд в сторону.

Агарет выглядел совершенно потерянным, застыв с разинутым ртом и не сводя глаз с арены. Икарус слегка толкнул его локтем, но тот даже не отреагировал.

Юноша с светло-голубыми волосами лишь вздохнул и снова перевел взгляд на Эша, обдумывая их следующий шаг.

— Джошуа фон Агнус…

Пораженный Икарус резко повернулся на источник звука.

Голос принадлежал шатенке. Коричневый цвет волос был весьма распространен среди жителей континента Игрант. Судя по галстуку, девушка училась на том же курсе, что и они.

Икарус нахмурился, глядя на то, как она пристально всматривается в фигуру юноши в центре арены.

«Джошуа фон Агнус… Хм, где я слышал это имя?»

Икарус не был знаком с ним лично, но был твердо уверен, что уже встречал его прежде. Каждый гражданин империи назубок знал имена высшей знати, если только речь не шла о родах с самого низа иерархии. Поэтому Икарус не сомневался: это имя звучит не впервые.

«Что, если… он связан с этой семьей?»

Герцогство Агнус являлось обителью одного из самых могущественных родов империи с крупнейшей личной армией. В их подчинении находилось столько рыцарей, что род Агнус в империи без преувеличения величали Рыцарским Домом.

Помимо великой звезды империи, герцога Адена фон Агнуса, существовал лишь один широко известный наследник этой фамилии.

«Сокровище Империи, Бабель фон Агнус».

Икарус судорожно глотнул воздух, ужаснувшись догадке.

«По столице ходил странный слух… Поговаривали, будто нашли еще один гениальный талант, способный пошатнуть устоявшуюся систему власти».

«Не может быть…»

Икарус попытался отыскать взглядом шатенку, но та уже бесследно исчезла. Ему оставалось лишь сбивчиво прошептать себе под нос:

— …

«Могу ли я проверить это сам? А что, если я ошибаюсь?»

Зерно сомнения в душе Икаруса стремительно разрасталось, выходя из-под контроля.

Он всегда был уверен, что Эш похож на него самого — такой же беззащитный выходец из низов. Однако тот только что сразил Амару брон Стена одним-единственным ударом, чего Икарус не мог представить даже в самых смелых фантазиях. И это логично, ведь семья Стен считалась одним из самых влиятельных родов на всем континенте.

Да и сами события, приведшие к этому спаррингу, выглядели предельно подозрительно.

«Я обязан выяснить, кто он на самом деле».

Тем временем на арене кадеты наконец пришли в себя. Ошеломленную тишину сменил оглушительный гул множества пораженных голосов.

И только тяжелый, потемневший взгляд Икаруса оставался прикован к одной-единственной фигуре в центре поля.

Женское общежитие Императорской академии Авалон ничем не отличалось от мужского. Впрочем, для кадетов было еще слишком рано возвращаться в свои комнаты.

Дверь одной из комнат со скрипом отворилась.

Внутрь вошла девушка с ничем не примечательной внешностью.

— А ведь я думала, ты будешь сидеть тихо и не привлекать к себе внимания…

Девушка — Анна — сильно прикусила губу и быстро оглядела комнату. Убедившись, что за ней никто не следит, она достала припрятанный шар магической связи.

Это был невероятно дорогой предмет, который ребенок обычного дворянина не мог просто так носить с собой. Однако Анна выполняла особое поручение, поэтому ей приходилось идти на определенный риск.

— …

Стоило ей влить в кристалл немного маны, как над поверхностью шара медленно воспарила голограмма.

Глаза Анны расширились, едва она осознала, кто именно вышел с ней на связь:

— Ах… Не думала, что это будете вы, отец.

— Давно не виделись, Анна.

— Отец, почему вы…

Кристалл не относился к высшему качеству, поэтому проекция слегка искажалась, не позволяя четко разглядеть силуэт. Однако блестящие темно-каштановые волосы мужчины сразу привлекали к себе внимание.

Обаятельный мужчина с темно-каштановыми волосами молча взмахнул рукой, пока Анна присаживалась.

— Это и вправду я… Как тебе в академии? Хорошее место, чтобы оглядеться?

— У меня всё хорошо. Но, отец, как вы смогли выйти со мной на прямую связь? — Анна опомнилась, и её глаза тревожно округлились. — Неужели… в Империи что-то случилось?

Мужчина в хрустальном шаре расхохотался от ее вопроса.

— Проблемы в империи? Ситуация с Траном в последнее время довольно сильно раздражает, но он всего лишь Мастер, так что ничего толком сделать не сможет.

— Ах…

Анна не смогла скрыть восхищения, слыша, как легко отец рассуждает о «Мастере», будто речь шла о пустом месте.

Собравшись с духом, она спросила:

— Тогда в чём дело?

Лицо мужчины стало серьезным:

— Виг бек Стек мертв.

— Что?! — воскликнула Анна. Известие оказалось настолько неожиданным, что она не удержалась от крика. — Виконт мертв? Неужели герцог Агнус обо всем узнал? Мы ведь тщательно замели все следы…

Мужчина покачал головой, не дав ей договорить:

— Нет, дело не в этом. В самом герцогстве сейчас тоже чрезвычайное положение.

— Я не совсем понимаю, о чем вы.

— Семь Магов.

Анна ошеломленно замерла:

— Семь Магов Башни Магии? Это их рук дело? Есть доказательства?

— Поговаривают, что Джек Громовержец Стероп уже начал действовать.

— Как неожиданно…

Анна надолго замолчала, переваривая услышанное. Спустя некоторое время она произнесла:

— Башня Магии вряд ли осведомлена о наших планах. Это слишком внезапно… Они всего лишь кучка алчных эгоистов. Они не пальцем не пошевелят, пока не увидят в этом собственной выгоды.

Мужчина кивнул в ответ на ее слова:

— Именно… Они никогда не сдвинут свои тяжелые туши с места, если дело не сулит им куш… Думаю, именно поэтому они и начали действовать.

— Что вы имеете в виду?

— Их действия никак не связаны с нашими планами.

— …

— Они молчали благодаря вмешательству герцога Агнуса и считали, что мы не имеем к ним никакого отношения. Но прямо сейчас у них есть одна цель…

Глаза мужчины блеснули:

— Джошуа фон Агнус. Тот самый мальчишка, за которым ты наблюдаешь.

— …!

— Похоже, он наткнулся на то, что так отчаянно пыталась найти Башня Магии.

— Что именно они искали?

— Башня Магии охотилась за Первозданными Камнями. Это артефакты, несущие в себе чистую силу стихий. Ходят слухи, что один из них как раз нашли в районе плодородных земель Трана.

Анна ненадолго задумалась, а затем ответила:

— Разве это не огромная проблема, если он завладеет такой могущественной вещью? Может, нам стоит перехватить этот предмет у Джошуа фон Агнуса…

Мужчина решительно покачал головой:

— Нет… Это лишняя трата сил. В конце концов, кроме магов Башни никто не способен использовать истинную силу Первозданных Камней. К тому же, если они узнают про наш интерес к этой теме, нас просто уничтожат.

— …

Анна смиренно опустила голову:

— Простите за мою недальновидность…

— Поскольку вокруг мальчишки постоянно возникают непредвиденные обстоятельства, твоя задача становится всё более важной.

— Я буду следить за ним еще пристальнее.

Мужчина в хрустальном шаре кивнул:

— Ты связалась со мной из-за того, что произошло сегодня?

— Да.

— Впредь обо всех происшествиях, связанных с этим парнем, докладывай мне напрямую.

— Поняла, — Анна сделала глубокий вдох и продолжила. — Едва прибыв в Императорскую академию Авалон, Джошуа фон Агнус тут же влип в неприятности.

— В неприятности?

— Джошуа прилюдно оскорбил рапиру, из-за чего сын семьи Стен бросил ему вызов, который он с готовностью принял. А чуть ранее он на глазах у всех вырубил Амару брон Стена с одного-единственного удара.

— …

Мужчина на мгновение потерял дар речи, а затем разразился громким смехом.

— Великолепно! Не могу дождаться момента, когда герцог Агнус узнает об этой строптивой выходке.

Мужчина даже хлопнул в ладоши.

Анна же выглядела обеспокоенной:

— Меня это тревожит. Следить за ним станет куда сложнее, если герцог Агнус решит отозвать Джошуа обратно в поместье, опасаясь еще больших проблем.

— Ну, герцог и впрямь может заволноваться.

— Для нас не будет ничего хорошего, если у герцога появятся дурные мысли. В конце концов, герцогство — это место, куда наши глаза не могут проникнуть слишком глубоко.

Мужчина лишь загадочно улыбнулся и покачал головой:

— Суть ведь совсем не в этом, верно? Этот потрясающий человек, герцог Агнус… Он наверняка будет в полном восторге, когда услышит эти новости. Кто знает, быть может, этот мальчик в итоге станет официальным преемником герцога.

— Смена официального преемника маловероятна. Джошуа — всего лишь сын наложницы. К тому же, чтобы герцог оставил Бабеля фон Агнуса за бортом?.. Я имею в виду… как бы сильно герцог ни ценил таланты… — Анна покачала головой, словно отказываясь верить в подобный исход. — Я всё равно этого не понимаю.

Мужчина лишь ухмыльнулся на её сомнения:

— Он действительно скромный ребенок от простой служанки, но…

— …?

Заметив сомневающийся взгляд Анны, мужчина тихо добавил:

— …разве свой собственный ребенок не лучше, чем дитя чужого мужчины?

Тихие слова мужчины эхом отдались в мутном мареве хрустального шара.

Проблемный день подошел к концу, и наступило следующее утро.

Вопреки ожиданиям Джошуа, рассчитывавшего, что после спарринга соседи по комнате засыплют его вопросами, в их обители царила полнейшая тишина. В каком-то смысле это утро можно было даже назвать умиротворенным.

Икарус, погруженный в глубокие раздумья, покинул комнату накануне вечером и вернулся лишь к полуночи. Агарет и вовсе ушел с абсолютно шокированным видом и не появлялся до самого утра. В итоге Джошуа даже в шутку не смог поднять тему их пари.

«Впрочем, я не собираюсь продолжать этот балаган в том же духе», — с усмешкой пробормотал себе под нос Джошуа, оглядывая помещение.

Он находился в кабинете профессора Кейна — скромной комнате, где не было ничего, кроме письменного стола, книжного шкафа и пары стульев. Джошуа прождал довольно долго, но был искренне рад, что преподаватель фехтования вызвал его спозаранку, еще до начала занятий.

Дверь с шумом распахнулась.

— Эш пен Фредерик.

Джошуа спокойно встретил взгляд вошедшего профессора Кейна.

— Кто ты на самом деле? — с порога спросил Кейн.

Джошуа промолчал, и профессор продолжил:

— Чтобы узнать правду, лучше всего изучить личное дело кадета и другие записи.

— …

— Поместье Фредериков расположено далеко от столицы, в глухой провинции. Сейчас оно принадлежит виконту Хуку и именуется поместьем Хук. Здесь написано, что виконт Фредерик увяз в долгах, изо всех сил пытаясь сохранить дворянский титул, и пять лет назад полностью продал свои земли виконту Хуку.

Профессор Кейн, судя по всему, ссылался на данные из Дворянского реестра Империи. В некоторых библиотеках этот список был доступен каждому желающему, особенно членам императорской семьи. Знать, где именно расположены владения того или иного рода, считалось элементарной вежливостью. Разумеется, глубоких подробностей реестр не содержал — в конце концов, речь шла об имперской знати, и столь чувствительная информация могла стать оружием в руках врагов. Даже самый общеизвестный факт порой таил в себе смертельную опасность для всех участников.

И всё же профессор Кейн сумел сделать выводы, оперируя даже скудными сведениями из реестра.

— Сын разорившегося дворянина, чье имя никому не известно, одним ударом сразил отпрыска знаменитого рода Стен. Да я даже не успел разглядеть, как именно ты это сделал!

Уровень фехтования Кейна как профессора академии стоял несравнимо выше любого рядового мечника B-класса. В особенности славился его тяжелый меч — его необычайная сокрушительная сила заставляла пасовать даже опытных рыцарей равного ранга.

— Чем больше я об этом думаю, тем больше у меня сомнений. Виконт Фредерик, глава твоего рода, давно сгинул. Но даже при жизни он не славился как выдающийся боец — он не владел толком ни мечом, ни копьем, — Кейн прищурился. — Я спрошу тебя еще раз… кто ты такой?

— Я… — Джошуа на секунду задержал взгляд на лице профессора. — …Эш пен Фредерик.

— …

Кейн на мгновение опешил от такого ответа и лишь спустя пару секунд снова заговорил:

— Порой дети высшей знати или даже правители сопредельных государств поступают в эту академию под чужими именами.

Глаза Кейна вспыхнули — он явно пытался уловить хоть какую-то реакцию Джошуа. Однако его попытка провалилась. Выражение лица юноши ничуть не изменилось, он всё так же открыто и не дрогнув смотрел прямо в глаза профессору.

— Эш пен Фредерик, — снова окликнул его Кейн.

— Да?

— Если честно, мне плевать, о чем ты думаешь. Но сложившаяся ситуация мне категорически не нравится.

— …

— Пусть это был лишь спарринг между кадетами, ты перешел дорогу семье Стен. Твоя выходка еще аукнется тебе. Одно дело — сам поединок, но прилюдно высмеять фехтование рода Стен на глазах у детей других дворян — совсем другое.

Тут Джошуа наконец подал голос:

— Я несу за это полную ответственность.

— …?

— И сам справлюсь с последствия.

— Говоришь, взвалишь всё на свои плечи? — Кейн горько ухмыльнулся. — В прошлом году в это же время здесь был кое-кто с точно такими же мыслями. Его звали Симидзу кун Дуглас.

— Дуглас… — Джошуа слегка нахмурился, услышав знакомую фамилию.

Выражение лица Кейна стало суровым:

— Главное, что ты должен понять: это не та проблема, которую ты сможешь решить в одиночку.

— …

— Даже среди кадетов одного года обучения существует четкая иерархия и верхушка. И это естественно, ведь сила твоего рода здесь решает всё.

— …

— Амару, как выходец из семьи Стен, автоматически вошел в этот круг еще до поступления. И эти люди расценят твой поступок как прямой вызов. Ты понимаешь, о чем я?

Джошуа молчал, и Кейн глухо добавил:

— Отныне эти дети начнут травить кадетов из незнатных семей, и тебя в том числе. Вспоминая то, что ты сделал с Амару, они будут испытывать страх и начнут думать, что в любой момент их может постичь та же участь…

— У меня только один вопрос, — перебил его Джошуа, до этого спокойно слушавший профессора. — Делить студентов на «классы» и «круги», закрывая глаза на издевательства и запугивания в стенах академии… Неужели именно так должен поступать учитель — взрослый человек?

— …! — глаза Кейна расширились.

— Не думаю, что мне есть чему учиться или что слушать от подобного человека, — Джошуа поднялся со своего места. — Если вы боялись сиюминутных последствий и предпочли оставить всё как есть, их гнилое поведение никуда не исчезнет. Оно останется здесь навсегда.

Заметив взгляд Кейна, Джошуа решительно повернулся к выходу.

— Эш пен Фредерик, — донесся у него из-за спины глубокий голос профессора. — Знаешь… в мире есть множество вещей, которые не изменить, как бы ты ни старался.

— В этом мире нет ничего невозможного. Трусы просто ничего не предпринимают, а я, уверяю вас, далеко не трус, — ответил Джошуа.

— …

Джошуа взялся за дверную ручку, оставляя молчаливого профессора Кейна позади.

— Если только у тебя нет иной цели в этой академии… — тихий голос Кейна заставил Джошуа замереть на самом пороге. — …и если твоя задача — лишь пройти обязательное обучение, я бы посоветовал тебе выбрать более простой путь. Вступи в Орден Имперских Рыцарей. Обучение там ничем не уступает академии, а с твоей силой сдать вступительный экзамен не составит труда.

— …

По словам Кейна, члены Ордена Имперских Рыцарей не обязаны были учиться в Императорской академии Авалон, даже если являлись дворянскими детьми. Задача академии заключалась в присмотре за дворянскими родами, тогда как рыцари подчинялись напрямую императорской семье.

«Теперь, когда я постиг новую силу Бронто, мне нет нужды протирать здесь штаны шесть лет».

Студент обязан был проучиться в академии минимум четыре года, сколько бы классов он ни перескочил экстерном. Даже Лугия твердил, что ему придется отбыть здесь эти четыре года до выпуска, как бы быстро он ни прогрессировал. В то же время имперский рыцарь был обязан отслужить ровно десять лет.

Предложение Кайзера вступить в Орден Рыцарей казалось Джошуа бессмысленным, ведь он никогда всерьез его не рассматривал — гордость не позволяла.

«Впрочем, это не единственный способ».

Вспоминая письмо, отправленное Кайзеру накануне отъезда из герцогства, Джошуа всякий раз ухмылялся. Стоило ему представить лицо этого человека во время чтения, как на губах сама собой появлялась язвительная улыбка.

Заметив, что юноша задумался, Кейн поспешно добавил:

— Что скажешь? Пусть ты уже зачислен в академию, приложив немного усилий, ты легко сдашь их экзамен.

— У меня нет ни малейшего желания тратить время в подобном месте.

— Значит… — лицо Кейна просветлело.

— Но… — Джошуа обернулся и посмотрел на него. — Я не собираюсь сбегать вот так. Я ничего не боюсь.

— …!

— Прошу меня извинить.

Слегка наклонив голову, Джошуа вышел за дверь.

Профессор Кейн остался в кабинете один. Он растерянно уставился на закрытую дверь, а затем перевел взгляд на окно, залитое теплым солнечным светом, и с горечью пробормотал:

— Трусы, значит… Ты тоже так думаешь, Симидзу?

— Телепортационные врата — невероятно удобная штука, — с чувством произнес мужчина, сделав шаг из ослепительного марева Врат, и огляделся по сторонам. — Сколь же давно я не бывал в Аркадии! А, впрочем… всего пару лет.

— Ик!..

Мужчина обернулся на звук. Неподалеку замер молодой маг в скромном коричневом балахоне, который обычно носили рядовые чародеи, и нервно икал.

Это был Шон — маг, ответственный за работу Врат Телепортации в Аркадии. Он стоял прямо перед незваным гостем, не в силах отвести взгляд.

«Это просто безумие каком-то…» — мысленно пролепетал Шон, судорожно сглотнув.

И всё же внешний вид прибывшего гостя повергал в абсолютный шок.

Башня Магии полностью контролировала сеть Телепортационных врат по всему континенту. Врата являлись одним из главных достояний Башни и лучшим доказательством ее непререкаемого влияния. Рыцари Авалона всегда с опаской относились к магам, а маги — к рыцарям.

У Шона даже голова пошла кругом. Он уже собирался выругаться, но вовремя прикусил язык, вольготно разглядывая мужчину, возникшего из вспышки света.

На его ярко-синей мантии, переливаясь под лучами солнца, красовалась изящная вышивка в виде крошечной молнии.

«Узор Стеропа!.. Неужто этот человек…»

Неужели прямо перед ним стоит легендарная личность, о которой он прежде слышал лишь в преданиях?

Тело Шона отреагировало быстрее разума — он дрожал всем телом от обуявшего его трепета.

— Ик!..

Мужчина в синей мантии с легким прищуром наблюдал за тем, как Шон никак не может прекратить икоту, после чего произнес глубоким, низким голосом:

— Эй.

— Д-да… Ик!

— У меня к тебе лишь один вопрос.

— С-спрашивайте… Ик!

— …

Мужчина выждал пару секунд, пристально вглядываясь в лицо Шона, а затем спокойно спросил:

— Не подскажешь, как мне добраться до Императорской академии Авалон?

— Что, простите?..

Джошуа оказался в предельно абсурдной ситуации.

Кадет зашел прямо в класс и вытащил его в малолюдный закоулок. И теперь этот самый Амару брон Стен, сощурив свои и без того крошечные глаза, бестрепетно склонил перед ним голову.

— Я сказал, что прошу прощения.

— …

— Я ни черта не смыслил в копьях и насмехался над этим оружием. Я раскаиваюсь.

От таких слов у Джошуа аж рот открылся.

«Неужто он с самого начала был таким человеком?»

Происходящее казалось дикостью: гордыня дворян была столь велика, что обычным людям этого никогда не понять. Они готовы были отдать жизнь за свою честь, так что видеть, как выходец из знатного рода вот так гнет спину, было просто смехотворно.

Особенно если в жилах кланяющегося текла кровь семьи Стен — одного из самых влиятельных и знатных родов на всем континенте.

Джошуа горько ухмыльнулся, глядя на Амару, все еще стоявшего в глубоком поклоне.

— Забудь. Я тоже тебя высмеял.

— Так ты меня прощаешь?

— Тут не за что просить прощения…

При этих словах лицо Амару мгновенно просветлело. Он поднял голову и выдохнул:

— Спасибо!

— Сэкономь благодарности…

— Тогда ты можешь мне кое-что объяснить?

«Вот оно что…»

Джошуа наконец понял, к чему клонил Амару, и усмехнулся:

— Что именно?

— Я все еще не могу постичь глубину твоего мастерства владения копьем, но перед тем как потерять сознание, я ощутил, как в мой живот вонзилась невероятная сила.

— …?

Заметив недоумение Джошуа, Амару продолжение:

— Я всегда считал: когда две точки соединены, ключ к быстрой развязке — рвануть к врагу по прямой. Это самый быстрый и простой способ закончить бой, да и на душе становится легко, когда все решается одним стремительным выпадом.

— …

— Но в тот миг, когда я рванул к тебе по прямой, мне показалось, будто все мое тело закружилось в вихре, после чего врезалась эта неведомая мощь. Техника выглядит простой, но я подозреваю, что она куда сложнее. Я буквально физически ощутил, как меня скручивает в спираль.

— …!

Глаза Джошуа слегка расширились.

«Он почувствовал вращение?»

Джошуа с нескрываемым изумлением уставился на узкоглазого юношу перед собой. Он, конечно, ожидал от него определенного таланта — все-таки в нем текла кровь Ариэ брон Стена, — но Амару превзошел все его ожидания.

«Получить удар неведомой силы, перенести дикую боль, и при этом не сгореть от стыда за поражение… А вместо этого явиться к противнику и с готовностью попросить урок боевых искусств. Да он не просто упорен, он чертовски талантлив».

Джошуа нахмурился:

«Почему же я ничего не слышал о нем в прошлой жизни?»

Потерев подбородок, Джошуа задумчиво размышлял, пока наконец не кивнул своим мыслям.

Агарет ведь ясно об этом говорил. У Амару был невероятно одаренный старший брат.

В памяти Джошуа всплыло лицо из прошлого.

«Точно… Наследником Ариэ брон Стена стал лишь один ребенок. Вот только тот парень ни капли не был похож на своего отца — в отличие от Амару».

В будущем род Стен не повторил печальную судьбу дома Агнус. Все благодаря тому, что они виртуозно лавировали в хаосе гражданской войны. Их поразительное чутье на перемену ветра позволило им сохранить абсолютный нейтралитет и дожить до самого конца.

Увы, их путь никогда не был усыпан розами.

Семья Стен изначально не принадлежала к высшей знати. Однако с появлением невероятного гения Ариэ брон Стена они вмиг вознеслись на вершину. Когда же болезненный Ариэ отошел от дел, род Стен десятилетиями не мог произвести на свет равного ему гения. В конце концов, прежнее величие и влияние испарились. Впоследствии Стены предпочли вести тихую и скромную жизнь.

«И все же Стены — графы. Если бы подобный парень унаследовал род…»

В глазах Джошуа, устремленных на Амару, на мгновение вспыхнул легкий огонек.

Кабы все сложилось иначе в его прошлой жизни, род Стен сейчас процветал бы наравне с пятью герцогскими семьями. Увы, история не терпит наклонений. К тому же у Джошуа хватало собственных забот, и менять чужие судьбы к лучшему не входило в его планы.

— Ну так… ты просветишь меня?

— …

Джошуа поднял голову. Уголок его губ дернулся, и он тихо хмыкнул, видя легкое нетерпение на лице Амару.

— Я поделюсь с тобой.

— Правда?

— Но с одним условием.

— …?

Амару озадаченно нахмурился, но Джошуа продолжил:

— Долг платежом красен. У меня тоже есть пару вопросов, на которые я бы хотел получить ответы.

— Значит… мы теперь друзья? — спросил Амару.

— Друзья? — Джошуа растерянно вскинул бровь.

Амару с готовностью кивнул:

— Выручать друг друга и протягивать руку помощи, когда нужно… Разве это не называется дружбой?

— …

Джошуа какое-то время молча смотрел на Амару, после чего не удержался и громко расхохотался:

— Называй наши отношения как хочешь, но сомневаюсь, что твои приятели будут в восторге.

— Приятели? — Амару непонимающе склонил голову.

— Я видел твою свиту тогда в столовой, помнишь?

— А, эти… — Амару скривился, словно съел лимон. — Я вожусь с ними не потому, что они мне нравятся, а потому что ходить одному — глупо. Меня раздражает, как они таскаются за мной следом, но я никогда не считал их друзьями. Просто кучка лисиц, жаждущих власти.

— Ну так выгони этих лисиц из своей жизни, — усмехнулся Джошуа, внезапно поймав интересную мысль. — Скорость — куда более сложная штука, чем тебе кажется.

Заметив, что Джошуа без предупреждения перешел к сути, Амару мгновенно подобрался и весь обратился в слух.

Джошуа оценил его хватку, но продолжить тем же невозмутимым тоном:

— Чтобы достичь запредельной скорости, мало просто рвануть по прямой. Ты должен соединить точки. В общем, пораскинь мозгами и найди свой собственный путь.

— Дело не в прямой линии?.. — шепотом повторил Амару и вдруг широко раскрыл глаза. — И это всё?

— Только через непрерывные размышления и практики можно создать что-то свое. Это похоже на исследование. Если ждешь, что тебе преподнесут готовый ответ на блюдечке, тебя ждет лишь разочарование, и ты навечно застрянешь на месте.

— Что ж…

Заметив едва уловимую улыбку на губах Амару, Джошуа прищурился:

— А теперь… позволь мне спросить.

Амару поспешно кивнул:

— Спрашивай о чем угодно. Я отвечу на любой вопрос, если только он не касается тайных техник фехтования моего рода.

— Твои техники меня не интересуют.

При упоминании фехтования семьи Стен Джошуа лишь слегка усмехнулся.

— У меня к тебе два вопроса: первый — о фракциях и кругах академии, а второй… — Джошуа понизил голос: — …о Симидзу кун Дугласе.

— У меня срочное донесение, Ваше Величество.

Император Маркус, погруженный в глубокие раздумья на своем восседающем в вышине троне, молча поднял голову на раздавшийся голос.

Джакен, глава службы разведки, подчинявшийся напрямую правителю, застыл у подножия лестницы в глубоком поклоне, ожидая разрешения заговорить.

— Докладывай.

Джакен поднял взгляд:

— Прибыло письмо из Сволоу.

— Сволоу… Стало быть, от Драксии.

— В нем сказано: ранее объявленный план будет приведен в исполнение раньше намеченного срока. Посему он выражает надежду, что Ваше Величество скорректирует свои обязательства, дабы уложиться в новые рамки.

— Похоже, ответный удар Трана оказался куда сильнее, чем они рассчитывали, — Император Маркус тихо усмехнулся. — Как я уже говорил, военную поддержку мы предоставить не можем. Но Драксия должен остаться доволен, если в качестве подкрепления мы отправим двух Мастеров Империи.

— Этого должно быть более чем достаточно.

— В таком случае отправь Гешхарда и Ариэ. Передай им, чтобы они действовали предельно скрытно и безжалостно устраняли любые препятствия, способные их раскрыть. Этого хватит.

— Будет исполнено. Я немедленно оформлю указ об их направлении.

Император Маркус кивнул в ответ:

— Если всплывет, что за этим стоим мы, нас могут обвинить в военных преступлениях, и весь континент поднимет гвалт. Не то чтобы я этого боялся, но лишняя предосторожность никогда не навредит.

С этими словами Император Маркус вновь погрузился в раздумья.

— Ваше Величество, у меня есть еще один отдельный доклад.

— …?

Император Маркус сделал едва заметный жест рукой, разрешая продолжить.

— Джошуа фон Агнус поступил в Императорскую академию Авалон под псевдонимом Эш пен Фредерик.

— Ах… До чего же любопытный мальчишка, — в глазах Императора Маркуса вспыхнул искренний интерес.

Это было редкое зрелище, ведь правитель постоянно выглядел скучающим, даже когда ему докладывали о самых изрядных происшествиях.

— Да. Также сообщают, что в первый же день он сцепился с Амару брон Стеном из-за того, что Джошуа во всеуслышание назвал фехтование семьи Стен мусором. Состоялся поединок ради восстановления чести рода Стен, но Амару потерпел поражение.

— Стен?.. Разве это не семья Ариэ?

— Именно так, Ваше Величество.

— Забавно… — Император Маркус расплылся в настоящей улыбке. — Настоящие произведение искусства.

Семья Стен являлась одним из самых горделивых и именитых родов Империи. И надо же — Джошуа умудрился нажить в их лице врагов в первый же день учебы.

«Впрочем, ничего удивительного. В конце концов, перед ним не смог устоять даже Сокровище Империи, Бабель фон Агнус», — мысленно хмыкнул Маркус.

Затем он скрестил руки на груди:

— Джакен.

— Да, Ваше Величество?

— Выказывал ли я когда-нибудь беспокойство по поводу поспешного зачисления высокопоставленных дворян?

Джакен мгновенно качнул головой:

— Ваше Величество всегда предельно прямо выражал свое мнение о том, что хорошо, а что плохо, и неизменно даровал свое милосердие даже слабым.

— Именно, — улыбка Императора Маркуса стала еще широкой. — Джакен, у меня будет к тебе поручение.

— Слушаю, Ваше Величество.

— Я хочу, чтобы ты зачислил этого ребенка в Орден Рыцарей Рыцарей Империи. Если потребуется, я лично напишу рекомендательное письмо.

— …!

Глаза Джакена расширились от изумления. Попасть в имперские рыцарские ордена было невероятно трудно, а Император Маркус заявил, что готов дать личную рекомендацию! Это означало готовность перешагнуть через любые устои и правила ради одного человека.

Впрочем, Император Маркус восседал на высочайшем престоле. Его слово являлось законом для всей Империи, и никто не дерзнул бы ему перечить.

— Разумеется, я принимаю во внимание тот случай, когда он заставил отступить нашего рыцаря. Пожалуй, с моей стороны было глупо говорить о рекомендательном письме — с его-то навыками.

В глазах Императора Маркуса Джошуа все еще оставался ребенком. Невероятно одаренным, величайшим талантом в истории — но все же ребенком.

И хотя во время проверки маны он заставил Имперского Рыцаря сделать десять шагов назад, вступительный экзамен в Орден славился своей суровой практической направленностью. Похоже, Маркус хотел оградить Джошуа от рутинного ежегодного отбора и устроить ему неформальное испытание.

«Ему придется поставить на кон собственную жизнь. В противном случае он потерпит крах и сможет навсегда забыть о рыцарском титуле. А есть ли для дворянина позор горше, чем лишиться права стать рыцарем?»

Если плод сорвать до того, как он созреет, убытки будут огромны — хозяину не останется ничего другого, кроме как выбросить его. Именно поэтому Император Маркус и упомянул рекомендательное письмо…

Впрочем, правителю потребовалось совсем немного времени, чтобы осознать: все эти размышления были лишь пустой тратой времени.

Закончив все свои занятия, Джошуа вернулся в комнату и сделал глубокий вдох.

«Я-то думал, это просто детские сходки, но, похоже, глубоко ошибался».

Джошуа покачал головой.

Речь шла о кружке, в котором состоял Амару.

Кружками обычно называли небольшие группы по интересам или факультативные секции. Проблема заключалась в том, что в Императорской академии Авалон значение этого понятия слегка отличалось. Их создавали вовсе не ради развлечения, а для совсем иных целей — это был способ укрепить и консолидировать власть.

Детям всегда нравилось демонстрировать сверстникам свое превосходство. Стоило им увидеть, как презираемый ими человек отлетает с одного удара и корчится от страха перед могуществом их рода, как их сердца наполнялись невероятным удовлетворением и чувством собственного триумфа. Кружки, сформированные в стенах академии, как раз и давали им такую возможность.

Дети высокопоставленных дворян, обладающие властью, объединялись с равными себе по статусу. В то же время отпрыски низшего и разорившегося дворянства всеми силами пытались примкнуть к подобным объединениям. С другой стороны, высокородным кадетам это позволяло заранее завербовать нужные таланты.

«К тому же они ничуть не боятся убивать тех, кто встает у них на пути. А учитывая, что один-два таких кружка могут состоять из десятков детей из влиятельнейших семей, у преподавателей просто нет иного выбора, кроме как закрывать на всё глаза», — с отвращением усмехнулся Джошуа.

Профессор Кейн неспроста так переживал из-за этих объединений. Теперь Джошуа куда лучше понимал его тревогу, но…

«Нельзя ждать каких-либо изменений, если ты просто смиряешься с несправедливой реальностью. Именно так и замыкается этот порочный круг».

Если не положить этому конец, жестоких преступлений и жертв станет только больше.

«Я решил уйти из академии, но перед отъездом я уничтожу здесь всё подчистую».

И движило им вовсе не безрассудное чувство справедливости, а исключительно собственная выгода.

«Возможно, так мне удастся без труда завоевать преданность Икаруса».

Джошуа ухмыльнулся. Он уже с нетерпением предвкушал, как Кайзер будет ломать голову и страдать в своих странствиях, лишившись такого верного соратника.

Размышления Джошуа прервал стук распахнувшейся двери, на пороге которой появился юноша.

«Вспомнишь лучик, вот и солнце…» — мысленно хмыкнул Джошуа и не удержался от легкого смешка.

Заметив Джошуа, Икарус замер на месте. Он уставился на него своим утонченным лицом и голубыми глазами, напоминающими безмятежное летнее озеро:

— Значит, ты вернулся первым…

— Как видишь, — ответил Джошуа.

— И что ты намерен делать дальше? Ходят слухи, что семья Стен вот-вот кого-то сюда направит.

— Если так, то волноваться не о чем. Мы с этим «кого-то» прекрасно поладили.

— Ты встречался с молодым господином Амару?

Джошуа кивнул.

— И все же это не гарантирует, что род Стен оставит всё как есть. Я более чем уверен: они считают, что их фехтование ни во что не ставят. Высока вероятность, что они предпримут жесткие шаги, чтобы вернуть себе былой авторитет среди знати.

— …

— Но хуже всего то, что к тебе обязательно обратится Аракша, — добавил Икарус. — Это самый крупный и влиятельный кружок в академии.

— Мне плевать.

— Что?

В ответ на опешивший возглас Икаруса Джошуа спокойным тоном произнес:

— Есть способ решить обе эти проблемы одним махом.

— …!

Глаза Икаруса расширились:

— И как же ты собираешься это сделать?

— Просто: я продемонстрирую им настолько подавляющую силу, что они будут дрожать от одного моего голоса. Неважно, идет ли речь о сохранении порядка или завоевании престижа — абсолютную силу понимают абсолютно все.

— …

«Что за бред!» — Икарус судорожно сглотнул. Идея звучала абсолютно дико.

«Но почему мне кажется, что он действительно способен на это?»

Джошуа внезапно спросил:

— Ты всё еще помнишь о нашем пари?

— …

— Разве ты не обещался исполнить мое желание, если я добьюсь победы над Амару брон Стена и выбрался из этой заварухи невредимым?

— Да, было дело…

Этот ответ заставил Джошуа улыбнуться:

— Тогда я озвучу свое требование заранее.

— …?

Заметив недоумение на лице Икаруса, Джошуа продолжил:

— Ты нужен мне.

— А? — у Икаруса аж челюсть отвисла. — О чем ты говоришь?

— В буквальном смысле. Икарус, я хочу, чтобы ты стал моим человеком.

От фразы «мой человек» Икарус мгновенно залился краской.

«Звучит как-то странно…»

Икарус вздохнул, пытаясь унять бешено забившееся сердце.

— …!

Джошуа внезапно шагнул к нему вплотную:

— Посвятишь ли ты свои таланты исключительно мне?

Икарус поспешно отступил на два шага назад и заикаясь выпалил:

— Е-если твой план сработает, я… я подумаю!

С этими словами Икарус резко развернулся и вихрем выскочил за дверь.

Джошуа молча посмотрел ему вслед и тепло усмехнулся:

— Разве это не прогресс?

Джошуа довольный пробормотал это себе под нос, даже не подозревая, что на самом деле подумал Икарус о его предложении.

— Ха-а-а… Ха-а-а…

На небольшом тренировочном плацу, залитом ярким солнечным светом, задыхался человек, изо всех сил пытавшийся не потерять сознание. Кровь и пот, стекая по его израненному телу, капля за каплей кропили каменный пол. Пальцы едва удерживали тяжелую рукоять двуручного меча.

Это был Кайн. Первый рыцарь Джошуа.

— Ты правда веришь, что твоих навыков хватит для защиты господина? Глядя на тебя сейчас, я удивлюсь, если ты просто не подвернешь ногу в первой же стычке.

От этих слов противника Кайн до крови прикусил губу.

Гнев сжигал его изнутри, но он понимал собственное бессилие. Огромный, черный как смоль двуручный меч в руках оппонента обрубит его жизнь в то же мгновение, стоит ему допустить хоть малейшую ошибку.

Мужчина на другом конце площадки молча сделал шаг вперед, и его подавляющая, тяжелая аура незримо придавила Кайна к земле.

Кайн не мог сделать даже шага. Он достиг своего предела.

Он наносил удары изо всех сил на протяжении трех часов под палящим солнцем, и теперь все его тело было покрыто ранами. Любой другой на его месте уже давно сдался бы, но Кайн держался на одной лишь несокрушимой воле.

Мужчина пристально посмотрел на него и произнес:

— Ты потерял слишком много крови. Судя по твоим ранам, это просто чудо, что ты все еще стоишь на ногах.

— …

Холодно смерив молчаливого Кайна взглядом, мужчина спросил:

— С чего вдруг такое рвение сменить основное оружие?

— Н-нога… — голос Кайна дрожал, точно пламя свечи на штормовом ветру. — Я не хочу… подвернуть ногу в бою.

— Что? — мужчина, похоже, был искренне забавлен таким ответом.

Кайн продолжил:

— Я не хочу… стать обузой для господина, которого выбрал. Я хочу быть полезным.

— …

— Вот почему… чего бы мне это ни стоило… сколько бы ран я ни получил… Обез. Это всё из-за того обещания.

— Обещания?

Кайн слабо кивнул:

— Помимо всего прочего… он обещал, что мне больше никогда и ни перед кем не придется склонять голову.

— …!

— Я… верю своему господину… и его слову. А потому я буду защищать… его спину. Но чтобы сделать это, я… я должен стать куда сильнее!

С этими словами Кайн сжал двуручный меч остатками последних сил. На мгновение пошатнувшись, он тут же взялся за рукоять крепче и выдохнул:

— Так что… я с уважением отклоняю вашу заботу, Герцог!

Кайн оттолкнулся от земли и рванул прямо на герцога Агнуса. В его глазах бушевал огонь неистовой решимости и надежды.

Он двигался настолько стремительно, что невозможно было поверить, будто мгновение назад этот человек валился с ног от ранений и дикой усталости.

Его противник, герцог Агнус, лишь ухмыльнулся, видя несущегося на него рыцаря:

— Твоя решимость достойна похвалы.

Герцог Агнус плавно опустил свой смолисто-черный меч.

Вспышка темного лезвия молниеносно рассекла воздух над тренировочным плацем.

Тело Кайна отлетело в самый угол площадки еще до того, как он успел приблизиться к герцогу. Очевидно, поединок закончился его полным поражением.

Герцог Агнус развернулся и, бросив беглый взгляд на потерявшего сознание Кайна, бросил:

— Унесите его и обработайте раны.

— Есть, Ваша Светлость! — несколько дежурных рыцарей поспешно выбежали на плац.

«Надо же, сделать своего вассала настолько преданным за столь короткий срок…»

В свое время Джошуа обратился к герцогу с абсурдной просьбой: он хотел, чтобы правитель лично обучил Кайна фехтованию. Услышав это тогда, герцог посчитал предложение глупостью и пришел в ярость. Но сейчас от его гнева не осталось и следа.

Герцог Агнус испытывал лишь глубокое удовлетворение.

«Сделать так, чтобы ему не пришлось ни перед кем склонять голову, значит?»

При воспоминании о словах Кайна ухмылка герцога стала еще шире.

— А это становится поистине интересным, — пробормотал герцог Агнус, покидая плац.

— Ваша Светлость, — герцог обернулся к своему вассалу, барону Хеду. Тот выглядел так, словно прождал здесь всё это время.

— Поступили вести, что императорская семья в скором времени завершит «задачу».

Глаза герцога Агнуса слегка сузились:

— Источник?

— Семья Стен.

— Прямое письмо от Ариэ?

— Прошу, взгляните, — барон Хед достал из внутреннего кармана письмо и с глубоким почтением подал его обеими руками.

— …

Герцог Агнус молча принял послание и быстро пробежал глазами по строчкам. Прочитав до конца, он сжег бумагу заклинанием первого круга «Огонь», заклятым в его перстне.

— Что ж, неужели наконец-то?

— Будут ли какие-то приказания, Ваша Светлость?

Герцог Агнус качнул головой:

— Пока что мы можем лишь наблюдать. С нашей стороны сейчас ничего предпринимать не нужно.

На мгновение герцог погрузился в раздумья, но быстро отдала распоряжение:

— Если заметишь хоть что-то подозрительное — докладывай мне немедленно.

— Слушаюсь, Ваша Светлость, — склонил голову барон Хед.

— …

Лицо герцога Агнуса сделалось мрачнее обычного, и он спешно удалился.

Империя Сволоу.

В сложившейся на континенте Игрант системе империя Сволоу занимала свое особое место, входя в конгломерат стран формата «3 великие, 7 средних, 2 слабые».

Империя Сволоу простиралась по необъятным равнинам, и почти восемьдесят процентов ее земель отвели под конские пастбища и заводские угодья. Неудивительно, что государство славилось на весь мир своим непревзойденным искусством конного боя.

Однако нынче империя переживала не лучшие времена. По этой причине в императорском дворце изо дня в день не утихали бурные собрания.

Столицу империй Сволоу, Свену, украшал величественный дворец.

На высочайшем восседалище над рядами собравшихся дворян восседал мужчина средних лет. Густая золотистая борода и слегка опущенные уголки глаз придавали его лицу кроткое, умиротворенное выражение — казалось, этот человек воплощал собой само спокойствие.

То был Император Сволоу. В противоположность императору Маркусу, снискавшему славу тирана и деспота, правителя Сволоу почитали как самого добросердечного и великодушного владыку за всю историю.

— Ваше Величество, решение необходимо принять безотлагательно! — громко заявила командующий северными силами герцог Альтсма, человек с резкими чертами лица и волевым квадратным подбородком.

Едва отзвучали слова герцога Альтсмы, как вперед шагнул мужчина в тяжелых цельнокованых доспехах:

— Ваше Величество, герцог Альтсма прав. Если мы продолжим просто наблюдать, сложив руки, события неизбежно повернутся так, как выгодно нашим соседям.

Стоило герцогу Бакстеру, стоявшему подле Альтсмы, подать голос, как среди придворных поднялся невообразимый шум:

— Мы с давних пор относились к Трану как к вассалу! К чему теперь высчитывать каждый шаг?!

— Боюсь, наше промедление лишь развяжет им руки и даст повод к войне!

— Только дайте приказ, Ваше Величество! Я лично отправлюсь туда и сорву головы с этих мятежников!

Жители суровых, скованных льдом северных провинций империи Сволоу с молоком матери впитывали воинственный и пылкий нрав. Император же, напротив, превыше всего ставил мир и спокойствие.

— Ну… — растерянно выдохнул император, сглотнув подступивший к горлу ком. — Премьер-министр… Что думает по этому поводу премьер-министр?

При этих словах вперед выступил седовласый старец с пышной белой бородой. В Сволоу его величали мудрым мудрецом — он, как никто другой, насквозь видел все тайные пружины столицы.

— Ваше Величество, это лишь мое скромное мнение, однако нам следует проявить крайнюю чуткость к движениям сопредельных государств…

— Премьер-министр! Что вы хотите этим сказать?! — неучтиво перебил его распалившийся герцог Альтсма, не дав договорить. — Неужто вы предлагаете нам сидеть тихо и молча взирать на происки этих хитрых лисиц?!

— Именно так, герцог Альтсма, — не моргнув глазом, ответил старец. — Я сказал именно то, что сказал.

Герцог Альтсма закатил глаза и тяжело вздохнул.

— И я попросил бы вас воздержаться от подобных ярлыков, — добавил премьер-министр. — Нам прекрасно известно, какой мощью обладают эти две державы — ровно так же, как и наша собственная.

Лицо герцога Альтсмы налилось багровым румянцем, и он впился недобрым взглядом в старца.

— Позвольте спросить: вы и впрямь полагаете, будто сумеете одержать победу над всеми государствами континента, включая империи Авалон и Хубальт, вступи мы в полномасштабную войну? — ровным тоном поинтересовался премьер-министр.

Не колеблясь ни секунды, герцог Альтсма воодушевленно воскликнул:

— Да! Пусть против меня встанет хоть миллионное войско — я уверен в своей победе! Мне нужно лишь позволение Его Величества. Я сокрушу даже этих так называемых Девять Звезд! Их критерии отбора просто смехотворны!

— …

— Все эти так называемые Абсолюты! Титан Авалона, герцог Аден фон Агнус. Святой Рыцарь, Крайслер жан Себастьян… Не знаю, кто ссудил им столь пышные прозвища, да и личной встречи у нас не было. Но я более чем уверен, что уложу их на лопатки!

— Вы правда верите, что способно с ними сладить? — снова переспросил премьер-министр.

Герцог Альтсма опять закатил глаза, приложил руку к груди и с решительным кивком чеканно выстроил:

— Премьер-министр! Просто доверить это мне. Завтра же я преподнесу вам их головы!

Премьер-министр долго вглядывался в глаза герцога Альтсмы, а затем едва заметно покачал головой:

— Похоже, вы позабыли о тех, кого сейчас нет с нами, как и о великом герцоге Люцифере. А ведь они тоже входят в число Девяти Звезд Континента.

— И что с того? Разве можно сравнивать наших Звезд с этими лисами?

— …

Премьер-министр смокнул губы и лишь тихо вздохнул, осознав, что его аргументы разбиваются о глухую стену. И все же он знал: в глубине души они оба желали империи только блага, да и по талантам никто из них не уступал лучшим мужам Сволоу.

— Полно… Каждому из нас прекрасно известны доблесть и сила герцога Альтсмы.

— Ваше Величество?.. — пробормотал герцог.

В тишине зала зазвучал спокойный, исполненный величия голос императора:

— Дабы одолеть даже кролика, тигр прикладывает все свои силы.

— …

— Однако сказанное относится и к вам. Вы ведь даже не встречались с теми Звездами, о которых так легко судите.

— Это… — запнулся герцог Альтсма.

Прикрыв глаза, император продолжение тем же невозмутимым тоном:

— Так называемая уверенность в победе над незнакомым противником — не доблесть, а слепая гордыня. Мы даже не знаем наверняка, превосходите ли вы их силой, но даже если и так — что с того? Тешить себя спесью бессмысленно и опасно, ибо даже загнанная в угол крыса способна больно цапнуть кошку.

— …

— Потеряв честь, вы навлечете на империю тяжелейший удар, и ваше поражение станет для всех нас неподъемной бедой.

— Простите меня, Ваше Величество. Мои суждения были поверхностны… — герцог Альтсма низко склонил голову.

Император молча кивнул и повернулся к старику:

— Премьер-министр, я хотел бы выслушать ваше видение ситуации.

— Да, Ваше Величество, — словно ничего не произошло, старец откашлялся и заговорил вновь: — Пока две другие великие державы не делают решительных шагов, остальные государства также не посмеют действовать опрометчиво. В худшем случае они ограничатся открытым недовольством, но подобные выпады мы легко удержать под контролем.

— Понимаю…

— И все же те две империи способны развернуть свои силы с поразительной скоростью, так что нам следует быть готовыми к любому повороту событий. Что касается Священной империи Хубальт, то сейчас они целиком поглощены возведением на престол нового Папы, а потому им некогда вмешиваться в чужие дела.

Император слегка кивнул:

— Назначение уже состоялось?

В Священной империи Хубальт установилось двоевластие: государством правили Император и Его Святейшество Папа. Последний не обладал суверенной военной властью, но сама его фигура несла колоссальный символический смысл, уходящий корнями в древние эпохи.

Дабы выделиться на мировой арене, Хубальт в свое время избрала именно этот путь. Помазав на царство Папу — объявленного гласом и посланником Господа, — держава через его проповеди несла свое влияние во все уголки континента, шаг за шагом приближаясь к заветной цели — духовному господству.

Священная империя Хубальт избирала нового понтифика каждые пять лет, и как раз в этом году подходила пора нового помазания.

— Теперь мы можем чуть лучше сосредоточиться на Тране, однако главная проблема…

— Авалон.

Император тяжело вздохнул, опередив слова премьер-министра.

«Всегда так. Беда никогда не приходит одна».

Погрузившись на мгновение в глубокие раздумья, император поднялся с трона:

— Пока Тран хранит молчание, мы не будем предпринимать поспешных шагов. Лорды, будьте готовы к бою в любой миг.

Император принял решение выждать время, и дворяне единодушно поддержали своего владыку.

— Собрание окончено.

Дворяне в едином порыве склонились перед Его Величеством. Спустя пару минут зал опустел — внутри остался лишь один человек.

Когда они остались наедине, император наконец нарушил тишину:

— Марко. Духовным центром Трана по-прежнему остается он, верно?

— Да. Хотя в последнее время он не появлялся на публике, абсолютно каждый признает его истинным лидером Трана.

— Улабис… — пробормотал император, бросив взгляд в окно, и сокрушенно качнул головой: — Неужели желание мира и счастья для всех жителей континента — столь наивная и глупая мечта?

— Чтобы защитить мир, требуется колоссальная сила.

— …

Глаза императора печально прикрылись. Он вглядывался в предзакатные небеса с видом человека, познавшего глубокое, почти невыносимое одиночество. И все же то был величайший правитель за всю историю империи Сволоу, которого боготворил каждый подданный.

Верона бел Грейс — двадцать первый Император Империи Сволоу.

«Он что, телепатически связан с Икарусом?» — мысленно пробормотал Джошуа.

Стоило Икарусу покинуть комнату, как на пороге возник еще один незваный гость.

Незваный визитер тут же принялся с раздражением читать ему нотации:

— Ты понятия не имеешь, что такое Аракша! Если думаешь, будто это просто кучка детей, играющих в ученых или рыцарей, ты глубоко заблуждаешься! Аракша куда опаснее, чем тебе кажется!

Агарет тяжело потирал виски, не сводя взгляда с Джошуа. От его привычного беспечного выражения лица не осталось и следа.

— Неужели ты правда веришь, будто из-за конфликта с их кружком пострадает только твоя жизнь в академии?! Черта с два! Если продолжишь в том же духе, под ударом окажется и твой род, и ты сам! Даже если ты сбежишь отсюда, они найдут тебя и превратят твою жизнь в сущий ад!

— …

— Я прошу тебя: просто уступи на этот раз! Если будешь упрямиться и дальше, ты отсюда живым не выберешься! — Агарет развернулся, но его руки всё еще заметно дрожали. — Сделай, как я говорю. Я же правда пытаюсь помочь!

Глядя на него, Джошуа не удержался от легкого смешка:

— Ты боишься?

От этого вопроса Агарет замер и перевел дыхание:

— Что?

— Боишься, что с тобой случится то же самое, что произошло с твоим братом? — ровным тоном спросил Джошуа.

— …! — глаза Агарета расширились. — Ты…

Агарет прикусил губу и снова уставился на Джошуа.

Тот не отводил спокойного взгляда:

— Если тебе страшно, ты можешь просто сбежать. Никто тебя не осудит.

— Проклятье! Да что ты вообще понимаешь?! — вскричал Агарет. Сделав шаг вперед, он выглядел так, словно был готов вцепиться Джошуа в горло.

Однако Джошуа перехватил инициативу и сам пошел ему навстречу.

Агарет лишь мелкой дрожью дрожал в ответ, молча ожидая, пока Джошуа подойдет ближе.

— В первый раз переступить через себя всегда трудно, но с каждым разом это становится всё проще. А затем история повторяется: ты окончательно прогибаешься под обстоятельства и решаешь, что ничего не можешь с этим поделать.

Джошуа оказался вплотную к Агарету раньше, чем тот успел это осознать.

— Ты правда хочешь всю оставшуюся жизнь прожить как беглец? — спросил Джошуа.

— …!

Эти слова, точно острые кинжалы, вонзились прямо в грудь Агарета. Он какое-то время молча дрожал, а затем резко обернулся и выкрикнул:

— Они заставят тебя пожалеть! Их главарь — Верон шен Виллас! Он выходец из Двенадцати Семей!

Услышав это, Джошуа лишь тихо хмыкнул:

— Отлично.

— Что?! — Агарет окончательно опешил.

Джошуа же невозмутимо добавил:

— Я говорю, отлично, что это именно Верон.

С этими словами Джошуа вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь.

— …

За его спиной остался совершенно ошеломленный Агарет.

— Отлично?.. — растерянный шепот юноши эхом разнесся по опустевшей комнате.

В самом дальнем углу четвертого этажа Императорской академии Авалон располагался просторный зал.

Руководители «Аракши» — крупнейшего кружка академии — давно не собирались здесь в полном составе.

И хотя по своей сути их организация копировала Императорский двор, в воздухе не чувствовалось той давящей атмосферы: в конце концов, это была лишь сходка подростков, пусть и принадлежавших к высшей знати. Или, точнее сказать, будущих наследников и наследниц, которых императорский дом фактически держал в академии в качестве «заложников».

За исключением сыновей Пяти Герцогов, завершавших обучение экстерном, остальные могущественные роды империи — Двенадцать Семей — отправляли по три ребенка в академию. Все они теперь входили в «Аракшу».

В зале легко поместилась бы сотня человек, однако внутри стояло всего три кресла. Их владельцы давно определились, а остальные кадеты молча выстроились за их спинами.

После удушливой тишины девушка, восседавшая слева, наконец заговорила:

— Полагаю, все в сборе. Начнем наше обсуждение? — произнесла она резким, въедливым голосом, приподняв бровь. Спесивое выражение ее лица с головой выдавало скверный характер. Взглянув на ее зеленые волосы, любой невольно вспомнил бы об овощах.

— К чему такая спешка, Наташа? Остынь, ты вечно куда-то торопишься, — отозвался юноша с узкими глазками, сидевший справа, и вальяжно пожал плечами. Из-за треугольной формы лица, острого подбородка и широкого лба его силуэт напоминал перевернутый треугольник.

При виде его физиономии Наташа цыкнула языком и пробормотала:

— Урод…

— Гехог, ты ко всему относишься слишком беспечно. Маркиз Кромвель наверняка переживает за тебя. Просто из-за дикой занятости у него нет времени высказать тебе всё в лицо.

— Что ж, дела рода — это дела рода. А я просто наслаждаюсь жизнью. Да и с какой стати парню вроде меня о чем-то переживать?

— Идиот, — сплюнула Наташа.

— Вот было бы славно, окажись здесь Чарльз ди Понтье. С ней общение протекает куда приятнее, — задорно заметил Гехог.

Наташа заметно напряглась, вспомнив о затяжной словесной войне между семействами Кромвель и Понтье.

Глаза Гехога блеснули азартом. Впившись взглядом в Наташу, он продолжил:

— А что, отличная идея! Если отбросить всё остальное, у Чарльз хотя бы миловидное личико. С ней куда приятнее иметь дело, чем с тобой и твоими вечными перепадами настроения.

— Что ты сказал?! Повтори!

— Поразмысли своими мозгами, дура! Кому понравится девка, умеющая только пилить и ворчать?!

— Ах ты…

Покраснев от ярости, Наташа сорвалась с места. По спине Гехога пробежал легкий мороз.

— Хватит. Сейчас не время для ваших детских перепалок, — раздался низкий, сдерживающий голос юноши с изумрудными волосами, восседавшего посередине.

И Наташа, и Гехог посмотрели на его красивое лицо. Однако юноша с изумрудными волосами — Верон шен Виллас — ответил им холодным, темным взглядом.

— Прошу прощения, но я не успокоюсь, пока этот перевернутый треугольник не извинится за свои слова.

— Ой, неужели?! Это говорит девка с кочаном капусты вместо головы!

— Прекратите!

Верон скользнул взглядом по Наташе, видевшей, как та закатывает глаза. Вздохнув, он повернулся к Гехогу:

— Гехог, ты перегнул палку.

— …

— Наташа заговорила об этом лишь из уважения к тебе и твоему отцу. Почему бы тебе просто не извиниться?

— Излишняя забота.

— Вражда между вашим родом и семьей Понтье действительно внушает опасения. Я слышал, между вашими людьми то и дело вспыхивают стычки. Как мы можем не переживать за тебя, когда мы соратники?

«Пф-ф», — Гехог едва сдержал смешок. То, как небрежно Верон бросил слово «соратники», едва не вызвало у него хохот. Поджав губы, он ответил: — Не знаю, как в других сферах, но что касается семьи Понтье — поводов для беспокойства нет. Мы такие же торговцы, как и они, но уверяю вас: мы ни в чем им не уступаем. Я более чем уверен, что Король Наемников на нашей стороне.

— Ты уверен?

На вопрос Верона Гехог твердо кивнул:

— Я убежден, что через пару лет маркиз Кромвель будет прибирать к рукам все деньги Империи.

При этих словах Верон мягко улыбнулся:

— Не торопись. Если понадобится помощь — дай знать. Я сообщу отцу, и род Виллас с радостью окажет содействие.

— Договорились, — буркнул Гехог и тут же отвел взгляд, демонстративно игнорируя Наташу.

— Раз уж страсти улеглись, может, начнем заседание? — подала голос Наташа. — Вы слышали слухи? На Амару брон Стена напал сын виконта! И что еще хуже — нападавший оказался отпрыском разорившегося дворянина!

Верон кивнул:

— Да, я слышал.

— Что это вообще за парень такой? Просто невероятно! — воскликнула Наташа.

— О-о, опять началось… Снова скажешь, что хочешь прибрать его к рукам и прокатить с ветерком? — пробормотал Гехог. Он был ничуть не удивлен, прекрасно зная пацанскую натуру Наташи.

— Ну… Сперва мне надо посмотреть, красив ли он собой.

— Сумасшедшая…

Услышав ругань Гехога, Верон качнул головой:

— Мы не можем относиться к этому делу легкомысленно. Будьте внимательны.

— О чем ты думаешь, Верон?! Он всего лишь ребенок обедневшего дворянина! Он проявил неуважение к высокородному кадету! А ведь семья Амару напрямую прислуживает Его Величеству Императору!

— Вот и я о том же… Верон ведет себя странно.

Верон нахмурился от их расспросов. На его лице на мгновение промелькнуло испуганное выражение, и он неуверенно произнес:

— Мы… Мы уже встречались.

— Чего?!

— Что?!

Гехог и Наташа синхронно выкрикнули. Молчаливые члены «Аракши», стоявшие позади, переглянулись и зашептались. Услышать, что люди из столь разных миров уже пересекались, было по-настоящему неожиданно.

— Ты ведь шутишь? Он знаком с сыном маркиза Вилласа?!

— Да кто он вообще такой? Ходили слухи, что он знаком и с Четвертым Принцем!

Глаза Наташи заблестели, она подалась вперед:

— Может, он какой-то тайный принц? Или использует псевдоним?

Сдвинув брови, Верон ответил:

— Без шансов, Наташа. Это лишь догадки, но, судя по моим сведениям, ни у кого из высшей знати империи или соседних государств нет темно-синих волос.

Наташа округлила глаза:

— Что ж, это сужает круг поисков, ведь цвет волос передается генетически. Но что насчет его навыков? Когда вы встречались, он казался особенным? Сильным?

— О его навыках я слышу впервые, — ответил Верон.

Гехог пробормотал:

— Мне не хотелось бы этого признавать, но…

Однако Верон перебил его, сжав кулаки. Постаравшись вернуть лицу невозмутимое выражение, он произнес:

— Его навыки настоящие. Спросите меня — и я скажу, что Амару действительно отгреб от него по полной. Он ведь даже не достиг C-ранга, так что, как бы хороши ни были техники его отца, он ни за что не смогал бы одолеть того Федерика. К тому же… мой рыцарь тоже стал жертвой его гнева.

— Твой рыцарь?! Ты про Мукера?!

Глаза казавшегося беспечным Гехога широко раскрылись. Эта новость его искренне поразила:

— Мукер — рыцарь B-ранга! А этот Эш — всего лишь первокурсник, верно?! Он только поступил в академию, так как, черт возьми, он смог одолеть рыцаря B-ранга?!

— Обалдеть… Эти новости слишком тяжелы для моего понимания, — пролепетала Наташа.

Верон смерил взглядом Наташу и Гехога. Остальные члены «Аракши» реагировали точно так же. Казалось, рядовые кадеты сгорают от желания что-то высказать, но изо всех сил сдерживаются: никто не смел встревать в разговор членов Двенадцати Семей.

Когда первая волна шока улеглась, Гехог предложил:

— А почему бы нам не завербовать его? Честно говоря, мне даже нравится, чем закончилась эта история.

— Что?! — Верон резко повернулся к Гехогу, явно что-то недопоняв. — Что ты имеешь в виду?

— Амару… Мне никогда не нравилась его компания. Да и вообще, мы терпели его только потому, что нам его навязали. Если этот Эш действительно так талантлив, он станет для нас отличным приобретением.

— Вот и я о том же! Нам приходилось держаться к нему поближе из-за семьи Стен, но теперь всё иначе. Он запятнал репутацию своего рода. Не думаю, что семья Стен вообще станет заступаться за Амару.

Верон качнул головой на аргументы Наташи:

— Вы забыли? Даже если родители от него отрекутся, его старший брат станет для нас огромной помехой.

— …

Увидев, как Гехог и Наташа притихли, Верон продолжил:

— Но больше всего на свете я ненавижу этого Эша пен Федерика…

Вспомнив о произошедшем тогда, Верон сжал зубы до хруста.

— О-о… Вы с ним не в лучших отношениях? — протянул Гехог.

— Идиот! Как думаешь, что еще могло вызвать у Верона такую реакцию? С чего бы иначе Мукер стал нападать на него? — шикнула Наташа.

Гехог понимающе кивнул. Оба уставились на Верона, который всё еще мрачнел с каждой секундой.

Заметив их взгляды, Верон глухо рыкнул:

— В любом случае, я не намереваюсь сидеть сложа руки и позволять ему делать всё, что вздумается.

— И как ты собираешься заткнуть ему рот? Мукер ему не соперник, да и сам ты сказал, что его навыки — не шутка, — спросила Наташа.

Верон дерзко усмехнулся:

— Шимизу кун Дуглас.

— А-а…

— Именно. Пусть он и из обедневшего рода, у него наверняка остались близкие люди.

В глазах Верона блеснул зловещий огонек, и он погрузился в собственные мысли:

«Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты перешел дорогу не тому человеку…»

Джошуа стоял перед дверью на верхнем этаже Императорской академии, уставившись прямо перед собой.

Он тихо вздохнул и пробормотал себе под нос:

— Кабинет ректора…

Ему неожиданно пришел вызов от ректора Императорской академии Авалон. Джошуа знал, что рано или поздно это должно было случиться, но никак не ожидал, что всё произойдет настолько быстро.

«Это как-то связано с Амару?»

Именно по этой причине ему и приходилось скрывать свою личность — излишнее внимание лишь помешало бы его восстановлению. К сожалению, события далеко не всегда разворачиваются по намеченному плану.

С смиренным видом Джошуа постучал в дверь:

— Это Эш пен Федерик.

Не услышав ответа, Джошуа озадаченно склонил голову набок и толкнул дверь.

— …!

Глаза Джошуа широко раскрылись от увиденного.

Посреди полутемной комнаты восседал человек. Подозрительный незнакомец был облачен в монохромный наряд и черный плащ.

Джошуа никогда прежде не видел ректора, но был более чем уверен, что стоящий перед ним мужчина — точно не он.

— Джошуа фон Агнус?

— …!

Глаза Джошуа округлились еще сильнее. Голос мужчины звучал сипло и жутко.

«Постойте, он знает, кто я?»

Оценив настороженность Джошуа, человек в черном неспешно поднялся со своего места:

— Похоже, я не ошибся.

Встретившись взглядом с глубокими, темными глазами, скрытыми под маской, Джошуа сдержанно спросил:

— Кто ты такой?

— Меня зовут Джакен, — представился человек в черном.

— Джакен? — Джошуа слегка наклонил голову набок. Имя казалось ему совершенно незнакомым.

— Слышал ли ты об организации под названием «Черный ветер»?

— «Черный ветер»! — глаза Джошуа округлились.

«Черный ветер».

Личная тайная служба императора, о самом существовании которой знали лишь высшие сановники, находившиеся у самого кормила власти. Это была отборнейшая группа, подчинявшаяся лично монарху и готовая без колебаний сгинуть по его первому мановению.

Среди простолюдинов о ней ходили лишь туманные слухи, однако Джошуа в своей прошлой жизни знал эту структуру до мельчайших деталей. Прежде всего потому, что Король Убийц состоял именно в «Черном ветре».

Джошуа смерил Джакена сложным, противоречивым взглядом. Тот, выждав паузу, повторил:

— Я спросил, знаешь ли ты о нас.

— Немного.

— Отлично. Это упрощает дело, — глаза Джакена блеснули. Он даже не стал допытываться, откуда мальчишке известна эта база. — Я прибыл сюда, чтобы передать волю Его Величества Императора.

— Его Величества? Сам Император поручил тебе передать мне послание?

Джакен кивнул:

— Его Величество направил меня тайно, поэтому нам нет нужды следовать формальному протоколу. Вознеси благодарность Его Величеству за такую снисходительность.

Слушатель был обязан соблюдать строгий этикет всякий раз, когда посланник зачитывал волю владыки: перед человеком надлежало склоняться так, словно перед тобой стоял сам монарх. Проще говоря, даже герцогу приходилось сгибать спину перед обычным гонцом Императора. Обычно правители отправляли соразмерных по статусу вельмож, дабы выразить уважение, однако порой намеренно посылали низкоранговых шпионов или слуг, чтобы прилюдно унизить адресата.

Джошуа всегда терпеть не мог подобные условности и был бы рад пропустить официоз, но…

«Странно, но от такого обращения у меня остается скверный осадок».

На губах Джошуа проскользнула едва заметная кривая ухмылка:

— Но почему ты говоришь со мной столь фамильярно?

— Что? — глаза Джакена округлились, а выражение лица под маской заметно изменилось.

— Ты еще даже не огласил волю Его Величества и даже не соизволил обратиться ко мне подобающим образом.

— Ты… рассчитывал, что я буду изъясняться с тобой с глубоким почтением?

— Я слышал, что агенты «Черного ветра» давным-давно отрекаются от своих имен и семей. Ты всего лишь беститульный дворянин, так с чего ты решил, будто имеешь право обращаться ко мне на «ты»?

— …

Джакен онемел от подобной дерзости. Для него тон Джошуа звучал абсолютно дико. В конце концов, даже члены Пяти Герцогств или Двенадцати Семей никогда не смели заговаривать с агентами тайной службы в подобном ключе. В Авалонской империи, где власть монарха была непререкаема, статус «Черного ветра» стоял невероятно высоко.

Скрывая раздражение за серебряной маской, Джакен понизил голос:

— Разве ты сам не являешься дворянином без титула? Строго говоря, настоящим нобилем в твоем роду пока остается только твой отец.

— А-а, неужели императорская разведка даже этого не знает?

— Чего?

Джошуа насмешливо пожал плечами, провоцируя собеседника:

— Как только простолюдин или дворянин достигает ранга Рыцаря C-класса, ему тут же пожалуется личный титул. Он автоматически становится кандидатом в бароны, не так ли?

Джакен потерял дар речи.

— Или ты не в курсе, что я уже Рыцарь C-класса?

— Ха-ха… — не удержался от смешка Джакен.

— Что смешного? — Джошуа чуть склонил голову.

— Ничего. Прошу прощения за смех, просто слухи описывали тебя как невероятно зрелого юношу, но, похоже, ты ничем не отличаешься от своих сверстников.

— А-а, так обо мне ходят именно такие слухи… — безучастно пробормотал Джошуа.

— Именно так… — Джакен кивнул и добавил: — Я бы с удовольствием побеседовал еще, но у меня нет времени. Да и ты сам вряд ли жаждешь долгих пространных речей. Я зачитаю волю Его Величества прямо сейчас.

— …

Джошуа предпочёл промолчать, и Джакен наконец огласил послание:

— Слушай же, Джошуа фон Агнус.

— …

— «Твое письмо Четвертому Принцу пришлось мне по душе. И все же, не желаешь ли ты покориться моей абсолютной воле? У меня чешутся руки — давненько я не испытывал подобного азарта, — продолжил Джакен. — Я искренне надеюсь, что ты сумеешь вступить в ряды Императорских Рыцарей. Желаю, чтобы ты потешил меня еще немного. Я слышал, ты сообразительный малый, так что должен понимать, о чем я говорю».

Закончив, Джакен медленно поднял голову:

— …

После долгой тишины Джошуа переспросил:

— Это всё?

— Да. Его Величество также обмолвился, что если тебе понадобится рекомендательное письмо, он с радостью напишет его лично. Однако, если ты не захочешь становиться часть Императорских Рыцарей…

Джакен поднялся со своего места, и на его лице промелькнуло откровенное недоумение:

— Его Величество повелел мне лично приставить тебя к Императорским Рыцарям, если тебя вдруг отчислят из Академии.

Услышав это, Джошуа тихо усмехнулся:

— Я слышал, что Его Величество — весьма неординарная личность, но, похоже, реальность слегка отличается от слухов.

— Что именно ты имеешь в виду? — тон Джакена моментально ожесточился от легких слов юноши. Сиплый голос наполнился ледяной угрозой, став похожим на скрежет призрака.

Джошуа лишь пожал плечами:

— Ничего особенного… Просто забавно, насколько хорошо он умеет подмечать скрытые таланты.

— …

— Веришь ты или нет… — осторожно начал Джакен, скользнув мимо Джошуа, пока тот слегка прищурился. — Бабель фон Агнус уже окончил академию, так что твое пребывание здесь окажет огромный отпечаток на твоем будущем. Это не совсем вымысел, однако… Если ты сойдешь с намеченного пути, то обязательно пожалеешь. В конце концов, Аркадия — это вам не герцогство Агнус.

— Благодарю за совет.

Джакен на мгновение задержал взгляд на Джошуа, после чего направился к выходу:

— Воля Его Величества абсолютна, так что нанеси визит в Императорский дворец как можно скорее. А теперь… береги себя.

Когда фигура тайного гостя растворилась в полумраке, Джошуа вполголоса пробормотал самому себе:

— Может, стоит немного ускорить реализацию плана?

Бросив беглый взгляд в сторону ушедшего Джакена, Джошуа неспешно покинул кабинет.

После уроков на пустыре за академией корчился от боли мальчик, окруженный десятками глумливо хохочущих детей.

Его одежда была перемазана в грязи, а тело покрыто темными налившимися синяками. Но даже в таком плачевном положении его светло-голубые волосы продолжали ярко переливаться под лучами солнца.

— Икарус! Верон шен Виллас, ах ты ублюдок! — отчаянно закричал юноша, первым подбежавший к месту расправы. На его лице читалась смесь гнева и ужаса.

Стиснув зубы, он упал на колени перед истекающим кровью Икарусом, но злорадствующие кадеты тут же силой прижали его к земле.

Один из подросток с мрачным, тяжелым взглядом — судя по всему, главарь этой своры — язвительно усмехнулся:

— Воу, Агарет, потише. Сделай глубокий вдох и расслабься. Чего ты так кипятишься? Для тебя это далеко не в первый раз, так что не делай из мухи слонов. К тому же этот парень — обычный простолюдин, который к тебе вообще никакого отношения не имеет.

— За… За что вы так с нами?! Что я вам вообще сделал?! — с болью выкрикнул Агарет.

Ухмылка Верона стала еще шире:

— А разве я говорил, что ты нам что-то сделал?

— Что?.. — растерянно пробормотал Агарет.

Стоявший подле Верона Гехог с готовностью пояснил:

— Что ж, твое прошлое преступление заключалось в том, что ты не того человека выбрал себе в старшие братья. А новое точно такое же — ты избрал себе не того друга.

— …

Видя, что Агарет молчит, Гехог продолжил:

— Ты ведь всё понял, да? Знаешь же, что натворил твой сожитель по комнате?

Агарет до хруста сжал зубы.

— С начала учебы прошло всего пара дней. Неужели ты правда веришь, будто он считает нас своими друзьями?

— Хм-м… Насчет этого не уверен. Но я более чем убежден, что он обожает сунуть свой нос в чужие дела и заступаться за всякое отребье, — вставил Верон.

— Чего?.. — Агарет окончательно оторопел.

Верон продолжил:

— Впрочем, тебе не обязательно вникать в подробности. Задача перед тобой простая: немедленно приведи своего дружка сюда.

— …!

Глаза Агарета округлились. Ему даже не нужно было ничего объяснять — он и без того прекрасно понимал, что сейчас произойдет. Это действительно происходило далеко не впервые.

В глазах Верона вспыхнул зловещий огонь:

— Как ты уже понял, я возьму вас двоих в заложники, чтобы заманить этого ублюдка сюда и переломать ему все конечности. А если он попробует выкинуть какую-нибудь глупость — у твоей семьи возникнут огромные неприятности… Ты ведь и сам отлично знаешь, чем это чревато, верно?

Гехог обернулся к Верону:

— Не кипятись ты так. Он ведь из обедневшего рода, за ним вообще никто не стоит. Нам стоит придумать запасной план на случай, если нам не на ком будет сорвать злость.

Молчавшая доселе Наташа слегка пнула Икаруса носком сапога по голове и наконец подала голос:

— Кстати, а этот парень правда испугается угрозы своей семье? Он ведь всего лишь приемный ребенок.

Гехог развел руками:

— А есть смысл гадать? Вот притащим его сюда — и узнаем!

— Ой, да неужели? — Наташа с прищуром оглядела Икаруса и хищно облизнулась. — Раз уж этот недоросток не представляет особой ценности как заложник… Могу я немного с ним поиграть?

— Опять она за свое…

— Только этого не хватало.

Гехог недовольно качнул головой.

— Ты даже не представляешь, как я страдала из-за старшего брата этого сопляка! Он ведь был совершенно в моем вкусе, а из-за… — Наташа ткнула пальцем в сторону Агарета, — из-за этого идиота всё пошло крахом!

Агарет до крови прикусил губу.

«Был бы я хоть немного сильнее…»

Алая капля стекала по его подбородку. Императорская академия Авалон официально находилась под контролем императорской семьи, но реальной властью здесь обладали выходцы из Двенадцати Семей. Они создали «Аракшу» и безнаказанно предавались абсолютному произволу.

— Угадай, что с тобой станет, если твой заступник опоздает, — прошипела Наташа и своей грязной рукой принялась медленно задирать рубашку Икаруса.

— Проклятье! — видя, как обнажается белоснежная кожа Икаруса, ругнулся Агарет.

Однако державшие их кадеты внезапно как по команде отскочили назад.

Освобожденный из захвата Агарет поспешно отполз в сторону.

— Можете о подобном не переживать, я уже здесь.

— …! — глаза Агарета расширились.

На том месте, где мгновение назад стоял Агарет, теперь возвышался по-взрослому собранный юноша с темно-синими глазами.

— Эш пен Федерик! — отвратительные воспоминания разом всплыли в памяти Верона, и он взвизгнул от ярости.

Джошуа лишь холодно улыбнулся:

— Верон шен Виллас, а ты тут времени даром не терял.

Верон на мгновение вздрогнул под этим ледяным взглядом, но быстро взял себя в руки и небрежно бросил:

— И что ты мне сделаешь?

— Поверь, в моем личном кодексе причинение вреда моим друзьям считается крайне тяжким преступлением.

Услышав, как Джошуа назвал их с Икарусом «друзьями», Агарет едва не расплакался.

— Друзьям?! Да у тебя разве есть друзья?! — Верон, казалось, искренне не верил своим ушам.

Однако Джошуа проигнорировал его выкрик и сделал шаг вперед.

— Поскольку выступать в роли прокурора предстоит мне… — Джошуа сделал короткую паузу и чеканно закончил: — Вам лучше подготовиться к вынесению приговора.

— Это он? — глаза Наташи невольно блеснули, когда она смерила Джошуа быстрым взглядом. — А он куда интереснее, чем я думала.

Она неспешно отступила от Икаруса, словно разом потеряла к нему всякий интерес. Верон же, напротив, шагнул вперед и с глухим рычанием уставился на противника:

— Эш пен Федерик… Наконец-то ты изволил явиться. Как бы там ни было, это первый случай на моей памяти, когда я снизошел до того, чтобы запомнить имя мусорного простолюдина.

Два передних зуба Верона, выбитых Джошуа и кое-как приращенных магов, снова отозвались ноющей болью, стоит ему лишь взглянуть на лицо парня.

— Кстати, что этот оборванец только что мелет? Друзья? Подготовиться к вынесению приговора?

Гехог лишь сочувственно покачал головой:

— Пф-ф! У него что, тоже мозги набекрень?

Кое-кто из кадетов прыснул со смеху, заметив, как Гехог покрутил пальцем у виска, намекая на явную неадекватность Джошуа.

Однако Верон не обращал на выходки Гехога никакого внимания — его взгляд был прикован к юноше, который продолжал неторопливо шагать к ним.

— Стой! Я сказал, стой на месте! — рябью ярости изошел Верон. — Тебе совсем плевать, что станет с этим щенком?!

С этими словами он с силой наступил сапогом на голову Икаруса, не сводя хищной ухмылки с бесстрастного лица Джошуа. Удар вышел настолько тяжелым, что перед глазами Икаруса всё поплыло, а в ушах зазвенело.

— Ты ведь отлично понимаешь, как здесь все устроено, верно? Даже не думай рыпаться. Тебе прекрасно известно, что у меня хватит власти вышвырнуть и тебя, и этих отбросов из академии. А еще я могу сделать так, что их семьи до конца своих дней не отмоются от дерьма и позора.

— …

— Ты ведь не просто так поступил в академию… Навряд ли тебе захочется перечеркнуть всё разом, правда?

Заметив, что Джошуа замер, Верон удовлетворенно заскрипел зубами в улыбке:

— Ну вот, наконец-то мы можем поговорить как разумные люди. Реальность такова, что твоя личная сила здесь не значит ровным счетом ничего. В этих стенах решает лишь авторитет твоего рода. Так что же может сделать нечто вроде тебя?

— И он правда настолько силен? Честно говоря, мне бы хотелось посмотреть на это своими глазами, — едва слышно пробормотала Наташа.

— Чушь собачья, — поморщился Верон и снова обратился к Джошуа: — Ответь мне на один вопрос… Зачем ты вернул мне это?

Верон поднял руку и покрутил пальцем — на солнце ярко блеснула крошечная деталь.

Разумеется, Джошуа прекрасно знал, что это за предмет.

— Щенок из разорившегося рода вроде тебя может и не знать, но эта вещь куда ценнее, чем ты способен вообразить. За нее можно купить целый замок вместе с прилегающими землями, — чеканил Верон.

— Верон, да даже если ты будешь разжевывать ему это целый день, он всё равно ничего не поймет! Для таких нищих оборванцев это просто симпатичная безделушка, — вставил Гехог.

Но Верон лишь злобно огрызнулся:

— Нет. Не знай он, что это такое, он бы не смог шантажировать меня этой вещью.

— О как… Тогда мне еще сильнее хочется узнать, при каких обстоятельствах вы пересеклись. Судя по всему, этот парень заставил тебя как следует попотеть? — с любопытством протянул Гехог, окинув Джошуа быстрым взглядом.

Наташа обеспокоенно прищурилась:

— Верон, а стоит ли обмусоливать это при такой ораве кадетов? Если наружу всплывут слухи о том, что он уложил Мукера, они мгновенно долетят до твоего от…

— Да кто посмеет распускать слухи?! — грубо перебил ее Верон.

— …

— Теперь это уже не имеет никакого значения. Поползет хоть одна сплетня — я лично вычислю эту дрянь и растопчу в порошок.

От его слов окружающие кадеты испуганно притихли, не смея даже дышать.

Верон снова впился взглядом в Джошуа:

— Ты мог бы удерживать меня на поводке еще очень долго, используя кольцо. Да, ты бы все равно глубоко пожалел об этом в итоге, но, по крайней мере, сохранил бы себе жизнь.

— Но сделай я так — и чем бы я тогда отличался от тебя?

— Что?! — опешил Верон.

Джошуа спокойно и четко выделил каждое слово:

— Переступи я через свои принципы и опустись до методов, которыми не гнушаются даже уличные бандиты, я стал бы точной копией такого мусора, как ты. Разве я не прав?

— …

Члены «Аракши» уставились на Джошуа круглыми от шока глазами. Они поверить не могли, что у кого-то хватит дерзости в лицо оскорблять наследника рода Виллас. Разве человек в здравом уме способен на такое?!

— Если мне не изменяет память, он еще и рапиру семьи Стен назвал мусором…

— Он что, с ума сошел?! Откуда в нем столько наглости?!

— Да он наверняка из императорской семьи или из рода Пяти Герцогов! Иначе с чего бы ему бросаться такими словами?!

— Но здесь стоят представители всего трех семей из Двенадцати! И даже будь он отпрыском Пяти Герцогов, он бы не посмел пойти против нас всех разом… Если только он не из рода Агнус или Трамблин…

Слушая поднявшийся среди кадетов гул, Верон лишь хищно скривил губы:

— О да, именно так всё и должно быть. Я был бы разочарован, встань ты передо мной на колени.

С этими словами Верон активировал ману и направил ее в кольцо Деона на своем пальце.

Кольцо Деона мгновенно вспыхнуло, и ярчайший слепящий свет в доли секунды застлал всё пространство вокруг него.

Когда вспышка улеглась, перед присутствующими снова предстал Верон.

Теперь он был облачен в цельнокованый доспех. Серебряная броня, казалось, была смазана маслом и восхитительно переливалась на солнце, заставляя новичков затаить дыхание. Алые перья на шлеме грациозно трепетали на ветру, а на сюрко красовался вышитый герб маркиза Вилласа.

— Вау… Это же доспех Деона B-ранга! Верон в нем выглядит просто потрясающе! — восхищенно прошептал кто-то из толпы.

— Может, попросить отца переделать и мой? — задумчиво протянул Гехог.

Наташа лишь фыркнула в ответ:

— Думаю, твой отец с радостью обменяет тебя самого на паршивое кольцо Деона.

— Заткнись, дура, — огрызнулся Гехог, хотя и досадно облизнул губы.

— Разбудите его, — отдал приказ Верон.

Двое дежурных кадетов тут же подскочили к Икарусу и выплеснули ему на лицо ведро ледяной воды.

— Кхм… — Икарус тяжело застонал, очнувшись от резкого холода. Его светло-голубые волосы промокли насквозь и слиплись.

— Я буду ломать этому щенку кости одну за другой. К концу дня он точно усвоит, что выбирать не тех друзей — это тяжкое преступление.

— …! — глаза Агарета расширились, и он в отчаянии выкрикнул: — Проклятье!

— Я говорю это как твой старший товарищ: если не хочешь смотреть, как этот ублюдок погибает вместе со всей своей семейкой, тебе лучше сидеть тихо и не рыпаться, — отрезал Верон.

Однако Джошуа проигнорировал его угрозы и скользнул взглядом по Икарусу. Их взгляды пересеклись, и Джошуа увидел, как хрупкое тело юноши мелкой дрожью бьет от боли и страха.

«Ему, должно быть, очень больно и страшно…»

И все же, несмотря ни на что, взгляд Джошуа оставался непреклонен.

— …

Но в глубине его души что-то вспыхнуло и закипело с неистовой силой, когда он заметил, как Икарус, едва качая головой, умоляюще смотрит на него полными боли глазами. Икарус изо всех сил пытался защитить то, что было ему дорого, и Джошуа был единственным, кто понимал эти чувства без слов.

Верон указал подбородком на Агарета:

— Ты прямо как старший брат этого идиота, Шимизу кун Дуглас — такой же глупец, решивший переступить черту и изменить порядок в академии. Вместо того чтобы примкнуть ко мне и жить в свое удовольствие, он побежал к профессорам и, как идиотина, стал стучать на нас и молить о помощи! Он побежал к преподавателям, даже не догадываясь, что половина из них уже давно у нас в кармане. Смешно, правда?

— Хватит… Пожалуйста… Прекрати! — Агарет в муке заткнул уши, но Верон лишь упивался его страданием: — Это было невероятно назойливо, знаешь ли. Ну кто в здравом уме выберет нищету, когда может купаться в роскоши?! И знаешь, что я сделал с этим ублюдком?

Верон с наслаждением наблюдая за корчившимся Агаретом:

— Я сделал его калекой.

— …! — глаза Джошуа округлились.

— Само собой, мы оформили всё как несчастный случай. Я собирался просто прикончить его, но потом подумал, что возиться с трупом слишком хлопотно. Дозволить ему прожить остаток дней калекой в искупление своих грехов показалось мне отличной идеей. Да и никто больше не посмеет стучать на нас, зная, что мы можем сделать с их семьями абсолютно всё, что захотим.

Наташа меланхолично добавила:

— Семья Дуглас ничего не сможет нам сделать без прямых улик.

Она облизнула губы и поворачиваясь к Джошуа:

— Не переживай так сильно. Тебя ведь зовут Эш, верно? Слушай, я помогу тебе, чтобы с тобой не случился какой-нибудь досадный «несчастный случай».

— Наташа, ах ты…! — взбесился Гехог и уже собрался вмешаться, но вовремя заметил, как опасные искорки вспыхнули в ее глазах.

«Она хочет сперва поиграть с ним, а уже потом уничтожить окончательно?!» — догадавшись о её замысле, Гехог отступил на шаг и пробормотал про себя: «Вот сумасшедшая баба…»

Наташа обернулась к Верону:

— Ты не против, Верон?

Верон ответил холодно:

— Сперва я закончу свои дела. Мне жаль, но эти темно-синие глаза, которые тебе так приглянулись… Я хочу выколоть хотя бы один из них. Они так и просят, чтобы я их вырвал.

— Хм-м… Жаль, темно-синие глаза — такая редкая красота… — Наташа на секунду задумалась, а затем азартно хлопнула в ладоши: — А-а, придумала! Что ж, отдаю тебе право первого хода, раз уж он первым попался тебе на глаза. Но потом я попрошу тебя оставить ему второй глаз. В конце концов, одноглазый мужчина тоже обладает своим шармом!

— Сумасшедшая дрянь…

— Гехог, что ты только что ляпнул? — ледяным тоном одарила его Наташа.

Гехог лишь замахал руками:

— Я ничего не говорил.

— А?

Они снова едва не сцепились, но Верон уже перевел взгляд на Джошуа:

— Сперва я выколю твои наглые глаза, а потом переломаю руки этому щенку, — произнес он и направился к Джошуа. Липкий страх, сжимавший его сердце, мгновенно испарился, стоит ему лишь взглянуть на неподвижную фигуру противника.

К тому же доспех Деона B-ранга, укрывавший его тело, дарил абсолютную уверенность.

«Это броня B-ранга, которую маг уровня C сможет разве что слегка поцарапать. Главное — не совершать глупых ошибок, как этот идиот Мукер…» — подумал Верон и крепче сжал рукоять меча, настороженно приближаясь к Джошуа.

— Ты ведь только что сказал это, верно?

— …? — Верон замер, не понимая, к чему клонит парень.

— Что в этих стенах имеет значение лишь сила твоего рода…

— О-о, так ты решил положиться на свою жалкую силушку и сбежать?..

Прежде чем Верон успел договорить, Джошуа достал что-то из кармана.

— А ведь ты совершенно прав, — тихо усмехнулся Джошуа.

— Это же… — Верон, стоявший ближе всех, первым разглядел предмет в руке Джошуа и пораженно выкрикнул: — Кольцо Деона?!

У разорившегося дворянского рода не могло быть кольца Деона! Ни при каких обстоятельствах!

«Не может быть!»

Вспомнив предупреждения Мукера, Верон отшатнулся назад:

— Ты-ы…!

— Я покажу тебе истинное значение той силы, которой ты так хвалился.

Джошуа надел кольцо Деона и направил в него свою ману. В то же мгновение вспыхнул такой ослепительный и грандиозный столб света, рядом с которым доспех Верона смотрелся лишь жалким огарком свечи.

Джошуа был в ярости. Императорская академия Авалон должна была оставаться обителью знаний, а не местом, где козыряют могуществом своих родов. Ребяческие умы вообще не должны были забиваться подобной дрянью.

«Почему здесь царят такие порядки? Неужели они больше ничего не знают?»

Как Верон мог с такой легкостью бросаться словами вроде «убийство»?

Даже если воспитание Верона оставляло желать лучшего, подобные речи позволяли взрослому человеку, но никак не ребенку.

Гнев Джошуа, казалось, придавал кольцу Деона еще большую силу, пока юноша насыщал его маной. Кольцо затрепетало, точно бомба с часовым механизмом, пока Джошуа сжигал Верона своим палящим взглядом.

Это было белоснежное кольцо с золотой кнопкой по центру — изысканное украшение непревзойденной работы, на котором не значилось ни малейших изъянов или следов времени.

В следующее мгновение Джошуа поглотила мощнейшая вспышка пурпурного света.

— …!

Дети зажмурились от внезапного и слепящего сияния. В себя прийти было нелегко: в отличие от трансформации Верона, свет, хлынувший от Джошуа, казался просто невыносимым.

— Кхм…

— Что происходит?!

— Слишком ярко! Что это за сила?!

На несколько секунд пустырник заполнился пораженными вскриками мальчиков и девочек.

Когда свет начал угасать, Верон осторожно приоткрыл глаза.

— …!

Яркая вспышка так обожгла глаза Верона, что они мгновенно слезились.

Икарус, крепко обнимая Агарета, отполз в сторону, подальше из поля зрения Верона.

Когда Верон наконец смог хоть что-то разглядеть, он заметил странную деталь: Икарус и Агарет теперь находились рядом с источником пурпурного света. И, как и все остальные, они непрерывно смотрели в одном направлении.

На пустыре воцарилась оглушительная тишина. Стало настолько тихо, что можно было услышать падение иголки. После этой мучительной паузы кто-то судорожно сглотнул, выведя всех из оцепенения.

— Вау…

Перед ними стоял юноша с гордо поднятым подбородком, замшелый в идеальную рыцарскую стойку. Он выглядел настолько статно и благородно, что его легко можно было принять за принца. И пусть подобные сравнения граничили с крамолой, юноша действительно походил на сказочного принца.

На нем были безупречные белые доспехи с контрастными черными линиями и золотой каймой, которые гармонировали настолько изящно, что от одного взгляда на них захватывало дух. Каждая деталь брони заставляла невольно восхищаться тонкостью работы.

За спиной развевался белый плащ с пурпурным отливом — он казался продолжением самого доспеха, добавляя образу невероятной величественности. Но главное — цвета и утонченный дизайн идеально сочетались с выправкой и чертами лица Джошуа, подчеркивая не только красоту брони, но и его собственное благородство.

Впрочем, больше всего в глаза бросалась совсем другая деталь…

Первая из девушек, пришедшая в себя, с дрожью в глазах уставилась на сюрко юноши.

«Неужели именно так сходят на землю легенды?..»

Все присутствующие, разинув рты, смотрели на герб, вышитый на доспехе Джошуа. На нем была изображена небесная обитель.

«Гробница Рыцаря».

Картина изображала холм с надгробием, у которого в качестве щитодержателя возвышался двуручный меч цвета вороновой стали.

Подобный герб во всей Авалонской империи принадлежал лишь одному-единственному роду.

Обычно хладнокровный Гехог наконец потерял обладание и шокированно пробормотал:

— Неужели этот узор…?!

В Авалонской империи из поколения в поколение передавалась одна легенда. Благородные рыцари Авалона рано или поздно возвращались в лоно природы, но даже если их тела истлевали, их «воля» навеки оставалась с империей.

Эта притча в свое время дошла до ушей государя, и тогдашний правитель, 7-й Император Сольсджейкер бен Роберто, воздвиг массивную стелу, исполнившую роль символа, и нарек ее Гробницей Рыцаря.

Воля рыцарей должна была вечно хранить империю, даже после их смерти.

Тогда же Император Сольсджейкер произнес свои знаменитые слова:

«Сей монумент посвящен высшему рыцарскому роду Империи Авалон. Пусть же воля лучших из лучших вовеки пребывает с Авалоном».

Император не сказал этого прямо, но намекнул, что надлежит неустанно стремиться к совершенству, а не почивать на лаврах.

Впрочем, за весь прошлый век надгробие не сдвинулось с места ни на сантиметр. За прошедшие годы из разных семей вышло немало Мастеров, но титул «лучших» так никто и не смог отнять.

И этот великий род по сей день жил там, где возвышалась Гробница Рыцаря.

— Герцогство Агнус… — ошарашенно пробормотал Верон с неверующим видом.

Он не ошибся.

Однако он не мог поверить собственным глазам.

Почему? С какой стати герб герцога Агнуса красуется на груди этого мусорного простолюдина?!

«Бабель фон Агнус? Нет, не он. Он только что окончил академию, и его лицо я знаю лучше, чем кто-либо».

И тут в голове Верона что-то щелкнуло. Он вспомнил слух, который потряс всю Аркадию, если не всю империю разом.

Это был абсурдный слух о небывалом гении из дома герцога Агнуса, который в возрасте девяти лет мог свободно повелевать маной.

«Когда я впервые услышал об этом, я решил, что это просто уловка императорской семьи и герцогов, чтобы держать Двенадцать Семей в узде…»

Однако, похоже, слухи оказались чистой правдой.

В таком случае поражение Мукера было вполне закономерным. Мукер был Рыцарем B-класса, но даже если бы он удвоил или утроил свою бдительность, он все равно проиграл бы эту битву.

— Джошуа… фон Агнус, — блеклым голосом прошептал Верон, наконец вспомнив имя невиданного гения.

— …

Слова Верона эхом отозвались в ушах остальных детей.

Темно-синие волосы Джошуа считались редчайшим явлением на всем континенте, а его глаза казались темнее самой бездны. Стоя напротив Верона — человека, который уже сам по себе считался полноценным дворянином, — Джошуа выглядел абсолютно непоколебимым.

К тому же обычный длинный меч в его руке испускал глубокое синее свечение. Верон даже не заметил, когда именно Джошуа успел его обнажить.

Похоже, ходившие о нем слухи были вовсе не выдумкой, а непреложным фактом.

Джошуа фон Агнус.

— Ты ведь сказал, что сила рода — это всё в этой академии, верно? — ровный голос Джошуа зазвенел над пустырем. — А теперь позволь спросить тебя: как ты думаешь, что я могу сделать здесь, используя силу своего рода?!

— Это… — Наташа сделала шаг вперед и запнулась. Верон после такого раскрытия карт полностью потерял самообладание, поэтому она поняла, что должна взять инициативу на себя. — Прошу прощения, но я думаю, что произошло недоразумение. Если бы мы знали, что Молодой Господин принадлежит к семье Агнус…

— Заткни пасть… Я не тебя спрашивал.

— Погодите…

— Я не разговариваю с овощами, — отрезал Джошуа.

— …!

Их окружали десятки детей из множества других дворянских семей. Наташа вспыхнула до корней волос от подобного унижения.

Джошуа лишь мельком глянул на застывшую девушку, после чего снова перевел взгляд на Верона:

— Я давал тебе шанс, Верон шен Виллас.

— …

Верон ничего не мог ответить, потому что Джошуа уже неспешно шагал прямо к нему. К тому же он чувствовал себя беспомощной жертвой перед хищником. Слухи описывали Джошуа как человека, способного уложить десятки рыцарей сопровождения за раз, а его происхождение из знаменитого герцогства Агнус возносило его на недосягаемую высоту.

Уверенность Верона, которая еще недавно казалась незыблемой, испарилась без следа. Ее место занял первобытный «страх», гнездившийся в глубине его сердца. Этот страх вырвался наружу и полностью поглотил его разум.

— Стой! — крикнул Гехог.

Однако Джошуа продолжал идти, игнорируя поднявшийся шум.

Гехогу оставалось лишь прикусить нижнюю губу и рявкнуть в ответ на подобную дерзость:

— Даже если ты из этого дома, ты не имеешь права так с нами обращаться!

— О чем ты говоришь?

Гехог вздрогнул, когда Джошуа остановился и тяжелым взглядом впился в него.

«Проклятье!» — мысленно ругнулся он. Ноги под этим взглядом готовы были подкоситься в любую секунду.

Тем временем Наташа взяла себя в руки и выкрикнула:

— Мы — наследники Двенадцати Семей! Даже будь ты сыном герцога Агнуса, ты правда хочешь нажить себе врагов в лице Двенадцати Семей?!

— А!

Остальные дети отреагировали точно так же.

«Все будет в порядке…»

Джошуа был один, каким бы «устрашающим» он ни казался. Даже дурак не станет ввязываться в заведомо проигрышную войну. И с чего бы ему рисковать и наживать врагов среди Двенадцати Семей ради двоих приятелей? Тем более что эти приятели — выходцы из каких-то обедневших родов.

К тому же здесь находился наследник маркиза Кромбелля — Гехог. А Кромбелли стояли наравне с герцогом Понтье, одним из Пяти Герцогов.

Остальные кадеты облегченно вздохнули. Впрочем, Джошуа лишь усмехнулся на слова Наташи и с ядовитым сарказмом произнес:

— Я один против такой оравы. И кто же из нас наживает себе врагов? Переводить личный конфликт в плоскость межродовой розни… Неужели именно так наследник Кромбелля решает проблемы?

— Что?! — опешил Гехог.

— Позволь задать встречный вопрос. Вы правда хотите нажить себе врага в лице семьи Агнус?

— Это… — Гехог отступил на шаг.

Он прекрасно знал, что его роду приходится несладко в затянувшейся холодной войне с семьей Понтье. И если он навлечет на себя гнев дома Агнус из-за детской стычки, отец не просто лишит его права наследования, а немедленно отречется от него.

К тому же герцог Агнус стоял на куда более высокой ступени, чем герцог Понтье.

«Черт бы всё драл…!» — Гехог до крови прикусил губу.

К счастью, в этот момент снова раздался голос Джошуа:

— Меня волнуют только те, кто поднял руку на моих друзей. Остальным я даю возможность уйти.

— …!

— Если не хотите стать моими врагами — проваливайте прямо сейчас.

Среди детей поднялся ропот.

Большинство присутствующих были отпрысками мелких дворянских родов, собравшимися лишь для того, чтобы выслужиться перед тремя наследниками Двенадцати Семей. Ни о какой преданности речи не шло. И уж тем более никто из них не хотел переходить дорогу дому Агнус.

— Слушайте, а у нас разве не было задания?

— Ко мне сегодня родители приезжают, надо пойти встретить…

— Да-да, мне тоже пора. Пошли отсюда.

Гехог не знал, что сказать, пока остальные кадеты один за другим спешно покидали пустырь. Он лишь молча стоял и дрожал от бессильной ярости.

Когда на площадке остались только Наташа, Гехог и Верон, Джошуа произнес:

— «Аракша» сегодня прекращает свое существование.

— Что...

— Возражения есть? — Джошуа в упор посмотрел на Гехога, а затем перевел взгляд на Верона.

— Ты… — начал было Верон.

Однако Джошуа жестоко перебил его:

— Тот, кто набивает себе голову всяким мусором, должен усвоить урок.

— …!

Чувство липкого «страха» принялось окрашивать глаза Верона, видневшиеся в узкой прорези забрала.

Ужас медленно затапливал его взор, а спустя пару мгновений…

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!

Оглушительный вопль муки и отчаяния огласил опустевший пустырь.

Мальчик корчился на холодной земле. Блистательный блеск его серебряного доспеха потускнел под вмятинами и ссадинами, а роскошные алые перья на шлеме оказались измяты и общипаны — он походил на избитого петуха после проигранного боя.

Джошуа холодно взглянул на корчащегося от боли юношу и отрезал:

— Заберите эту дрянь.

— Ты…! — Гехог поспешно бросился к скулящему Верону и крикнул Наташе: — Помоги мне!

— А, да! — Наташа опомнилась и подскочила к нему, помогая удержать под руки стонущего Верона.

Подпирая товарища, Гехог злобно воззрился на Джошуа:

— Официальным наследником герцога Агнуса всегда был Бабель фон Агнус, и это не изменится, что бы ты ни вытворял! Каким бы гением ты ни был, без великих заслуг ты останешься никем!

— …

— Сегодня удача на твоей стороне, но ты еще глубоко пожалеешь об этом.

Слыша эти угрозы, Джошуа лишь тихо усмехнулся:

— Что ж, буду с нетерпением ждать этого дня.

— Проклятье! — прошипел Гехог, но ему ничего не оставалось, кроме как убраться прочь. Наташа, Верон и Гехог, еще недавно дерзкие и спесивые, теперь едва плелись, готовые рухнуть от малейшего дуновения ветра.

Когда троица скрылась из виду, Агарет неверующим взглядом уставился на Джошуа и заикаясь выдавил:

— Кто… кто ты вообще такой?

— У каждого есть секреты, о которых не хочется распространяться. Прямо как у тебя.

— Ну… ты прав, — Агарет покорно проглотил крутившиеся на языке вопросы.

Джошуа подошел к израненному Икарусу и спросил:

— Ты в порядке?

— Всё хорошо.

— А ты, я смотрю, совсем не удивлен. Твоя реакция разительно отличается от реакции Агарета.

— Если честно, я чего-то подобного и ожидал.

Джошуа с легким изумлением нахмурился:

— Вот как?

— С самого начала всё выглядело крайне подозрительно. Зачем сыну разорившегося дворянина идти на такой риск и поступать в Императорскую академию Авалон? Разорившимся дворянам нет никакого резона лезть под пристальный взор Императорской семьи — они от этого ничего не выиграют.

— …

— Конечно, можно попытаться восстановить былую славу рода, но такой способ слишком ненадежен. К тому же сможешь ли ты со спокойной совестью купаться в роскоши здесь, пока твоя семья бедствует?

На губах Джошуа проскользнула теплая ухмылка:

— А может, я пришел сюда, чтобы завести связи и сколотить собственный круг, вроде «Аракши»?

Икарус покачал головой:

— Нет. Местные кадеты презирают дворян, упавших с пьедестала. Искать у них расположения не имело смысла. Достаточно взглянуть на то, как относились ко мне.

— …

Глаза Икаруса на мгновение вспыхнули, и он продолжен размышлять вслух:

— Элементарные пазлы легко складываются в общую картину. Не знаю, известно ли вам, Молодой Господин, но среди всего набора кадетов вы единственный, кто числится за разорившимся родом. А если вспомнить историю, в девяти случаях из десяти высокопоставленные фигуры скрывали свою личность именно таким образом.

— Не думал об этом с такой стороны… — пробормотал Джошуа.

— Молодой Господин недооценивает наблюдательность некоторых кадетов. Помимо меня, кое-кто уже знает вашу истинную личность или как минимум догадывается о ней.

В этот момент Икарус вспомнил шатенку, недавно пристально наблюдавшую за ними.

«Так и знал…» — про себя усмехнулся Джошуа.

Икарус уже разгадал его тайну, но продолжал говорить так прямо и открыто. Разве не подобной дерзостью и выдержкой должен обладать первоклассный стратег?

«Вот почему в прошлой жизни он был готов вести в бой десять тысяч воинов против целого миллиона».

Джошуа всмотрелся в глаза Икаруса, перед его взором всплыли давние воспоминания. Голубые глаза юноши ничуть не утратили своего очарования — они по-прежнему лучились отвагой и непреклонной волей. В прошлом он перенес немало тяжелейших ранений, но этот взгляд никогда не угасал.

Джошуа неожиданно ощутил порыв сказать Икарусу, насколько красивы его глаза — точно редчайшие драгоценные камни.

— Почему вы так на меня смотрите?

Заметив, как густо покраснел Икарус, Джошуа непринужденно произнес:

— У тебя очень красивые глаза.

— А?! — Икарус опешил, а его щеки вспыхнули еще ярче.

— И кстати, ты так и будешь звать меня «Молодым Господином»? — перевел тему Джошуа.

— А?

— Неужели я один считал, что мы стали друзьями?

— …!

Агарет и Икарус одновременно ошарашенно округлили глаза.

— Обращаться ко мне «Молодой Господин», когда мы друзья — совсем не смешно.

— …

При этих словах Джошуа Агарет и Икарус переглянулись, не в силах вымолвить ни слова.

Княжество Тран.

Княжеством Тран правил не король, а князь. Государство входило в сферу влияния Империи Сволоу, однако обладало полной самодостаточностью. Жители Трана вполне могли обходиться без помощи империй, но континент считал иначе: поскольку Тран всегда ассоциировался со Сволоу, его упорно воспринимали лишь как банального вассала.

Именно поэтому правитель Трана десятилетиями неустанно трудился, желая доказать, что его страна способна процветать самостоятельно. Он делал всё, чтобы Тран обрел истинную независимость, а не пресмыкался в статусе имперского прислужничества. По этой причине в самой Империи Сволоу правителя — князя Энтони — считали откровенным костью в горле.

За невероятное обаяние и харизму, покорявшие сердца правителей соседних держав, князь Энтони получил прозвище «Красноречивый Чародей».

Когда Империя Сволоу оказалась бессильна сдержать всеобщую любовь народа к пламенному правителю, план Энтони по обретению суверенитета наконец начал приносить плоды.

Однако небеса не всегда благоволили Трану. Вскоре княжество столкнулось с непреодолимым испытанием: князь Энтони, ставшей настоящим символом перемен, тяжело заболел.

После долгих лет, проведенных в постели, способной вместить десяток взрослых мужчин, некогда великий правитель превратился в обычного угасающего старика.

Около кровати с мрачными лицами собрались приближенные. Они не могли даже с уверенностью сказать, теплится ли в этом истощенном теле жизнь. Но даже пока старик спал, подданные трепетно ловили каждое его дыхание.

Этим угасающим человеком был не кто иной, как правитель Княжества Тран — Энтони де Валь Агретта III.

— Когда же отступят боли Его Величества?! Неужели вы бессильны хоть как-то помочь?! — сдавленно спросил представительный мужчина средних лет. В его глазах при каждом движении вспыхивал едва уловимый багровый отблеск.

— Принесите наши глубочайшие извинения, но нам остается лишь готовиться к неизбежному, — ответил лечащий врач. — Его Величество перешагнул седьмой десяток. То, что он прожил так долго, не обладая маной — уже истинное чудо.

— Отец… всхлип… а-а-а…

Услышав приговор врача, молодая девушка не выдержала и залилась слезами.

Благородный мужчина прикусил губу и в отчаянии повернулся к священнику средних лет:

— Неужели нет совсем никакого способа, Святой Отец?! Если потребуется, я прямо сейчас отправлюсь за сердцем дракона...

Однако лекарь лишь печально покачал головой, прерывая его на полуслове.

Мужчине оставалось лишь беспомощно шагнуть ближе к ложу:

— Ваше Величество…

Но в этот момент над ложем раздался едва слышный шепот:

— Ула… бис…

— …!

Услышав сиплый голос правителя, мужчина мгновенно вскинул голову:

— Да-да! Ваше Высочество! Улабис здесь!

Князь Энтони с трудом приоткрыл глаза и пробормотал:

— Подойди ближе…

Улабис тут же приник к краю кровати, едва старик слабо поманил его рукой.

— Прости меня… У меня оставалось столько дел, но силы покидают меня… Я лишь хочу… отдохнуть.

Князь Энтони сжал ладонь Улабиса, и по щекам обоих покатились слезы. Улабис изо всех сил зажмурился, пытаясь сдержать подступающие рыдания.

— Моя дочь… Тран… Я не знаю, как быть дальше, но у этого старика… есть последняя воля. Я хочу… чтобы ты позаботился о ней.

— …

Искаженное болью лицо Улабиса замерло. Прикусив губу до крови, он едва заметно кивнул.

— Тран… Мой дорогой Тран… Я вверяю его тебе.

— Вы имеете в виду… мне, Ваше Величество?! — глаза Улабиса ошеломленно расширились.

Однако князь Энтони уже не ответил. Его голова бессильно откинулась на подушки.

— Ваше Величество-о-о!

Вскоре стены дворца сотряс отчаянный, раздирающий душу крик.

В тот пасмурный дневной час небеса затянули тяжелые тучи — праведник, почитаемый каждым жителем за беззаветную веру в свободу Трана, испустил свой последний вдох.

721-й год по календарю континента Игрант. Правитель Княжества Тран, князь Энтони де Валь Агретта III, скончался в возрасте 78 лет.

«Нужно подготовиться к отбытию как можно скорее».

Джошуа оглянулся: здание академии величественно возвышалось позади.

«Не думал, что придется уйти отсюда так рано…»

Спустя мгновение он тихо усмехнулся:

«Представляю, как он удивится».

Джошуа легко вообразил растерянное лицо Каина, и на губах само собой выскользнула улыбка. Он резко повернулся и продолжил путь.

Тянуть время не имело смысла — решение было принято. К тому же всех поставленных здесь целей он уже достиг.

«Соберу вещи, попрощаюсь с кем нужно — и сразу в Императорский дворец».

После вчерашней стычки с Амару всё стало предельно очевидно. Реальность такова, что столкновения с множеством сильных противников приносят куда больше пользы для восстановления прежней мощи, чем обычные медитации и воспоминания о прошлом. В конце концов, кто мог предположить, что в этой жизни он добьется гораздо больших высот, чем в предыдущей?

«И самое главное — во Императорском дворце есть скрытые сокровища, которые я просто обязан забрать».

Джошуа шел довольно долго, пока наконец не остановился. Задумавшись, он и не заметил, как ноги сами привели его к нужной точке.

На самом краю Аркадии у него обустраивалась собственная тренировочная площадка. В последнее время из-за катастрофической нехватки времени он забросил ее, но дальше откладывать было нельзя. Озарение касательно шестого уровня пришло к нему совершенно неожиданно, и Джошуа намеревался выделить время, чтобы окончательно осмыслить полученные знания.

«Даже интересно, насколько далеко я смогу зайти с телом, едва достигшим третьего уровня Искусства Магического Копья».

Джошуа толкнул дверь и шагнул внутрь.

— …

При виде незнакомца, развалившегося на диване, юноша на мгновение опешил.

«Каин? Нет, не он».

Джошуа сделал шаг назад и настороженно оглядел помещение.

Впервые с момента своего перерождения он ощутил отчетливый укол тревоги. В его голове непрерывно забил внутренний набат, стоит ему лишь бросить взгляд на неряшливого мужчину.

От этого человека исходила настолько колоссальная, подавляющая аура, что она внушала трепет еще до того, как к нему удавалось приблизиться.

«Он силен».

Джошуа сглотнул, напряжение достигло своего предела.

— О-а-а! Ну наконец-то ты пришел!

— …

— Я уже заждался встрече с тобой…

Однако неряшливый мужчина с ленивыми нотками в голосе неспешно поднялся с места и довольный улыбнулся.

— А-а, как же я рад тебя видеть, — проговорил он, уставившись на Джошуа. Мужчина потянулся всем телом и безумно ухмыльнулся: — Джошуа фон Агнус.

На западе от границы Княжества Тран возвышался действующий вулкан, известный своим сокрушительным и величественным видом. Каждый раз, слыша о нем, жители континента Игрант невольно испытывали трепет.

Из трещин на поверхности вулкана непрестанно сочилась лава, из-за чего обычный человек не мог даже приблизиться к этому месту. Это была одна из самых горячих точек на всем континенте.

Местные жители нарекли вулкан Вольфсом. В его кратере бушевал исполинский вихрь огненной плазмы, и казалось, что раскаленная магма готова вырваться наружу в любую секунду.

По краю этого жерла неспешно шагал человек. В конце концов он ступил прямо в озеро лавы, температура которой достигала тысячи градусов по Цельсию.

Жар Вольфса мог в мгновение ока испепелить любого, однако на теле этого мужчины проступали лишь редкие капли пота. Очевидно, он был рыцарем, повелевающим маной, или же могущественным магом — притом высшего уровня, раз мог защитить всё свое тело плотным покровом маны.

Мужчиной, невредимым ступавшим по кипящей магме, был Улабис.

Его знали как «Клинок Трана», и он находился на самом пороге ранга Мастера.

— Времени совсем нет… — напряженно пробормотал Улабис.

Когда князь Энтони скончался, рядом находились лишь немногие доверенные лица. Однако то, что весь мир узнает о его смерти — лишь вопрос времени. Хитрые дворяне Империи Сволоу неизбежно просчитают гибель князя, даже если смерть попытаются скрыть под предлогом ухудшения его здоровья.

«С утратой главной опоры княжества Тран превратился в свечу на ветру».

Некоторые кичились, будто именно они выступают оплотом Трана, а кто-то и вовсе называл таковым самого Улабиса. Но все они глубоко заблуждались.

Истинной опорой Трана был покойный Энтони де Валь Агретта III. Если бы не князь, Империя Сволоу давным-давно поглотила бы княжество, и само имя «Тран» навсегда исчезло бы с географических карт.

— Ваше Величество… — поникнув, прошептал Улабис.

Впрочем, уже в следующее мгновение его взгляд вновь наполнился непреклонной решимостью.

Внутри кратера таилась пещера, и цель Улабиса находилась в самом ее конце. Ранее он уже приходил сюда ради тренировок и тогда наткнулся на нечто невероятное — настоящие сокровище среди огненной горы.

«Кое-кто специально погружается на морское дно, чтобы с помощью чудовищного давления развить физическую силу. В вулкане, где тяжело даже просто дышать, достигается точно такой же эффект. Жаль лишь, что я не могу тренироваться здесь в периоды пиковой активности горы…»

Это были жестокие, смертельно опасные тренировки, где результаты покупались ценой собственной жизни. Но учитывая растущее давление на княжество, Улабис обязан был стать сильнее как можно скорее. И потому он решил рисковать всем.

«У Сволоу пять Мастеров — столько же, сколько и у Авалона. Но если учесть скрытых Мастеров…»

Лицо Улабиса помрачнело. Все знали о пяти Мастерах Империи Сволоу, однако Улабис прекрасно понимал, что этим военная мощь империй не ограничивается.

«Их должно быть как минимум семеро. К тому же рыцари Сволоу превосходят войско любой другой державы. Недаром их кличут Северными Варварами».

Улабис неожиданно замер.

В глубине пещеры показался темный туннель, походивший на разверстую пасть жуткого монстра. Однако прямо посреди этой непроглядной тьмы полыхало алое сияние.

Улабис, узнавший об этом явлении из древних фолиантов, точно знал, что скрывается за этим светом.

— Первозданный Камень Магмы.

Словно завороженный, Улабис сделала шаг к источнику сияния.

Когда он наконец приблизился, то осторожно протянул руку к Первозданному Камню. В ответ на пылающую красную ману Улабиса артефакт отозвался вспышкой ослепительного пламени, рассекшего окружавший их сумрак.

Здесь никого не должно было быть.

«Кто он такой?»

Мышцы Джошуа мгновенно натянулись, стоило ему увидать перед собой человека в синей мантии. Он тут же принял боевую стойку, позволявшую среагировать на любую угрозу в долю секунды.

То, что незнакомец знал его имя, сейчас не имело значения. Единственное, что заставляло Джошуа нервничать — это непреложный факт: стоящий перед ним человек был куда сильнее его самого.

Заметив его реакцию, незнакомец под капюшоном тепло улыбнулся:

— А-а, какие проницательные глаза. Я так и знал, что ты меня не разочаруешь.

— Кто ты?

— Ха-ха! Прошу прощения за запоздалое представление.

Мужчина сбросил капюшон. Перед Джошуа предстал человек средних лет с ярко-синими волосами и глазами того же оттенка. Под его глазом отчетливо выделялась татуировка в виде молнии.

— Символ Стеропа?.. — ошеломленно пробормотал Джошуа.

— О-о, ты знаешь этот знак? За такую эрудицию ты явно заслуживаешь награды! — мужчина одобрительно похлопал в ладоши.

— Семь Магов Башни Магии. Символ Стеропа, принадлежащий владыкам Грома каждого поколения, известен всем.

— Замечательно… — мужчина изящно поклонился и произнес: — Позволь представиться как следует. Меня зовут Джек Стероп. Я один из Семьи Магов и текущий обладатель титула Грома.

Лицо Джошуа окаменело — его догадка оказалась верной.

— Меня не особо волнуют подобные тебе особы. Я прекрасно знаю, что Башня Магии до сих пор держится на плаву лишь благодаря доходам таких хитрых магов, как ты.

— Вот как? Как досадно, — Джек пожал плечами и холодно уставился на юношу: — Но ты ведь понимаешь, зачем я пришел к тебе?

— …

Видя, что Джошуа молчит, выражение лица Джека снова изменилось, а в его голосе прорезался ледяной металл:

— Скажи мне, где Бронто?

— …

— Если ты ответишь, я не причиню тебе вреда.

— …

— Эта штука разорвет тебя на куски, так что подобным мальчишкам не стоит играть с такими вещами, — Джек и понятия не имел, что Джошуа уже поглотил Бронто, а потому повторил снова: — Я спрашиваю еще раз: ты знаешь, где находится Бронто?

Глаза Джошуа вспыхнули — похоже, он наконец принял решение:

— Не думаю, что это подходящее место для подобных разговоров.

— Хм? — Джек на мгновение пристально посмотрел на юношу.

— Давайте сменим обстановку, — предложил Джошуа.

Заметив, что парень стал вести себя подчеркнуто вежливо, Джек ухмыльнулся и поднялся с места:

— Что ж, идет. Но предупреждаю сразу: если ты попытаешься соврать мне хоть в чем-то, моя магия в мгновение ока обратит тебя в пепел.

Похоже, Джек был абсолютно уверен в своих силах.

Впрочем, Джошуа был не менее уверен в своей способности среагировать на любой его ход.

«Как же хорошо, что я всё еще ребенок».

На губах Джошуа на мгновение проскользнула лукавая ухмылка, и он жестом указал на дверь:

— Идемте сюда…

С этими словами они оба вышли наружу и отправились в путь.

**

С тех пор как они миновали восточные ворота Аркадии, прошло немало времени, и всё это время они шли пешком. Впрочем, путь до глухого леса занял у них от силы пару десятков минут.

Оглядев просторную поляну, окруженную густой зеленью, Джек не выдержал:

— Куда именно мы идём? Разве этого места недостаточно? Здесь тихо, и вокруг ни души.

Джошуа, казалось, опомнился, остановился и ровным голосом ответил:

— Думаю, это место идеально подойдет.

— Подойдет для чего? — нахмурился Джек.

— В такой глуши нам не придется переживать, что случайно пострадает кто-то посторонний.

— Погоди… — Джек закрыл лицо ладонью и удивленно хмыкнул: — Мальчишка… ты что, специально завел меня сюда, чтобы вступить в бой?

— Я более чем уверен, что не проиграю магy в дуэли один на один.

От этих слов в Джеке всколыхнулась гордость мечника.

«Похоже, признание невиданным гением и вправду лишает людей разума. Жаль только, что он — всего лишь лягушка на дне колодца…»

Учитывая возраст Джошуа, перед ним был совсем ребенок. И потому расслабленный, абсолютно уверенный в себе Джек лишь зашелся в хохоте:

— То есть ты хочешь сказать, что какой-то там маг ничего не стоит против великого рыцаря Империи Авалон? Ты это пытаешься донести?

— Именно.

— И как же ты собрался побеждать меня без оружия?

— Мне хватит и этого.

Смех Джека вспыхнул с новой силой, когда он увидал, как Джошуа поднимает свои изящные кулаки.

— Ты совсем свихнулся…

— Сомневаешься во мне? — уточнил Джошуа.

Джек вздохнул:

— Да нет, дело не в этом.

Ухмыльнувшись, Джек хрустнул пальцами:

— Ну давай. Я покажу тебе, насколько ничтожен рыцарь перед лицом настоящего мага.

В ту же секунду Джошуа оттолкнулся от земли и метнулся прямо к нему.

Глаза Джека расширились.

«Быстрый…» — пронеслось в его голове.

Он успел перехватить выпад Джошуа ладонью, но вторая рука юноши уже метила ему прямо в корпус. Впрочем, Джек умудрился заблокировать и этот удар.

— …! — Джошуа пораженно округлил глаза.

На лице Джека расплылась глумливая ухмылка:

— Удивлен, что обычный маг способен так реагировать?

Он сжал руку Джошуа мертвой хваткой, отчего юноша болезненно скривился.

— …

— Моя подвижность уступает магам ближнего боя, но в своей области я уверен на все сто. «Ускорения» и «Усиления» вполне достаточно для кого-то твоего уровня.

Ускорение и Усиление считались заклинаниями низшего круга, однако в руках мага высшего ранга они обретали сокрушительную мощь.

— Раз уж ты не собираешься говорить по-хорошему, мне стоит выбить из тебя ответы, избив до полусмерти? Как насчет того, чтобы начать с этих самых кулаков, на которые ты так уповал? — с глубокой, хищной улыбкой подытожил Джек.

Он пристально смотрел на Джошуа, который, казалось, оцепенел от собственного бессилия.

И в этот самый миг Джошуа изо всех сил рванул руку на себя и мысленно выкрикнул:

«Сейчас!»

Юноша вскинул голову, его глаза вспыхнули ослепительным блеском.

В то же мгновение за спиной Джека разверзлось мрачное подпространство. Из этой тьмы вырвалось нечто, излучавшее жуткую ауру хищника, выслеживающего свою добычу.

— Лугия!

Джек ошеломленно обернулся.

В следующее мгновение окружение сотряс звон, подобный треску ломающегося стекла.

«Что сейчас произошло?! Я не засек его движения!»

Впрочем, едва услышав треск разбивающегося стекла, Джек всё понял.

Это был удар, нанесенный в момент, когда Джек потерял бдительность из-за разговора. К счастью, Лугия сумела лишь рассечь его мантию, так и не задев тела.

Джошуа помрачнел, увидав, что Джек остался невредим.

Использовав «Мигание», Джек мгновенно переместился на десять метров назад и пробормотал:

— А это было опасно. Не услышь я гула до того, как оно довершило замах, мне бы точно пробило ребра.

— Что это? Древний артефакт? — восхищенно пробормотал Джек, уставившись на Лугию в руках Джошуа.

Превратившись из обычного железного прута в полноценное копье, Лугия выглядела просто завораживающе. Ее рукоять походила на гладкий, прозрачный цилиндр из белоснежного стекла, увенчанный странным двойным наконечником, напоминавшим вилы.

Однако больше всего в глаза бросались именно эти два темно-красных острия — они казались насквозь пропитанными кровью и сияли настолько хищно, что от одного взгляда на них, казалось, могла расползтись плоть.

— Артефакт со встроенным подпространством… Причем довольно обширным. Так это и есть тот самый источник молний, которым ты пользуешься? — спросил Джек, даже не подозревая, что Джошуа уже поглотил Бронто.

— Ну... — начал было Джошуа.

Однако Джек бесцеремонно перебил его:

— Впрочем, если не хочешь говорить — дело твое. Но ты должен знать: если я чего-то хочу, я пойду на всё. Я просто использую ментальную магию и силой заставлю твои губы разжаться.

При этих словах Джошуа сдавленно пробормотал:

— Так ты собираешься применить «Контроль Разума»?..

Теперь Джошуа окончательно убедился, что имеет дело с одним из сильнейших магов огромного континента Игрант. Контроль Разума считался одним из самых могущественных заклинаний пси-магии, доступным лишь магам 6-го Круга и выше.

Похоже, Семь Магов Башни Магии действительно не стояли легкой прогулки.

— Голова у тебя потом поболит, конечно, но разве это не лучше, чем окончательно свихнуться? — смутно усмехнулся Джек.

В отличие от стихийной магии, ментальные заклинания расходовали не только ману, но и духовные силы самого заклинателя. Из-за этого данная дисциплина не пользовалась особой популярностью среди магов. К тому же большинство подобных заклинаний хранились в строжайшем секрете высшим сословием, так что высшие маги владели техниками, о которых обычные люди не могли даже помыслить.

Главная проблема заключалась в отдаче: влияя напрямую на разум цели, заклинание в случае ошибки могло разрушить сознание самого мага.

— Клинок Молний, — улыбнулся Джек, с легкостью создавая заклинание 4-го Круга всего за пару слов скандирования. В его руке затрещали и заплясали искры сверхвысокого напряжения.

— Я не стану тебя убивать, потому что мне нужна информация. Но раз уж ты отказываешься говорить по-хорошему, придется перейти к пыткам. А когда дело доходит до боли и страданий, ментальная магия справляется куда эффективнее.

— …

Джошуа крепче сжал Лугию обеими руками.

Заметив напряженное выражение лица юноши, Джек ухмыльнулся еще шире. Он не был боевым магом, но выбрал Клинок Молний для этой схватки не просто так.

Всё дело в его противнике — синеглазом рыцаре, сгорающем от гордости за свои способности. К тому же проклятая Империя Авалон всегда с презрением относилась к магии. Там с магами всегда обращались как с чужаками и изгоями, заявляя, будто без преимущества в дистанции маги абсолютно бесполезны.

«Интересно, что произойдет с гением, не знавшим поражений, когда он уступит магу в ближнем бою?»

Джека не сомневался, что шок от такого разгрома многократно повысит шансы на успешный Контроль Разума.

— Ха-ха-ха, — тихо засмеялся Джек, вполне довольный складывающейся обстановкой. Более того, он уже предвкушал, как растопчет чью-то гордость. Он всегда питал садистское удовольствие от подобного, а старые привычки, как известно, умирают последними.

— Что же ты затих? Тебе больше нечего мне показать?

— …

Джек усмехнулся, глядя на Джошуа, который лишь молча прикусил нижнюю губу.

— Раз показать тебе больше нечего, значит, настала моя очередь…

С этими словами Джек мгновенно испарился с места.

Уровень стресса Джошуа не был слишком высоким, но ему требовалось сохранить холодный разум.

Его затуманенный разум вошел в состояние гиперконцентрации.

«Я должен запомнить паттерны его атак».

Лишние размашистые движения лишь дадут противнику дополнительные возможности для удара.

Внезапно Джошуа резко выпад пошел влево.

Ему удалось успешно заблокировать клинок молнии.

— Хм? — лишь вырвалось у мага среди искр, разлетающихся во все стороны.

Джек снова испарился.

Джошуа наносил удары копьем вправо, за спину и над головой. На фоне этого непрерывного вихря выпадов его глаза вспыхнули надеждой.

«Грозовое Копье» Лугии — заклинание 3-го Круга — породило серию взрывов.

Джошуа воспользовался мгновенными вспышками, чтобы сделать стремительный выпад вперед.

Раздался еще один взрыв…

Джек применил «Мигание». Деактивировав Клинок Молний, он пробормотал:

— А ты действительно невероятный мальчишка. Вместо того чтобы уворачиваться от атаки, ты пошел прямо напролом. Рыцарям B-класса часто бывает трудно прийти в себя среди искр от магии 4-го Круга.

Джошуа толком не слышал слов Джека. Он не мог позволить себе расслабиться так, как это делал маг. В конце концов, одна-единственная секунда невнимательности могла стоить ему жизни.

— Ты всё еще не понял? — расплылся в широкой ухмылке Джек.

— …! — глаза Джошуа ошеломленно расширились.

Всё потому, что их обоих внезапно окружили сотни светящихся молниеносных сфер.

Все пути к отступлению оказались отрезаны.

— Советую вести себя потише. Эти милые шарики оглушат тебя в то же мгновение, как ты их коснешься.

— …!

— Заклинание называется «Молниеносный Заряд» — по сути, всего лишь 1-й Круг. Но эффект, который оно произведет в моем исполнении, весьма нетрадиционен, так что лучше не трогай их, если не хочешь превратиться в горстку пепла.

Джошуа на мгновение вздрогнул, озираясь по сторонам.

В следующее мгновение Джек резко сжал кулак.

Сотни молниеносных сфер столкнулись одновременно.

Оглушительный разряд грохнул в землю, рассылая электрический ток во все стороны. От этой детонации содрогнулись сама земля и воздух.

— Молниеносный Заряд, — шепнул Джек еще до того, как рассеялись плотные клубы пыли.

Сотни сфер сошлись в указанной им точке и детонировали от скандирования. Когда молния ударила в эпицентр столкновения, они вызвали цепную реакцию взрывов.

— …

Когда пыль улеглась, перед ним снова появился Джошуа. На нем не осталось живого места от ожогов, а от прежнего опрятного вида не осталось и следа — одежда превратилась в рваные тряпки.

И всё же он стоял на ногах.

«Любопытно», — подумал было Джек о «Громовой Пушке». Однако тут же качнул головой: Громовая Пушка была заклинанием 5-го Круга. Подобное волшебство не стоило использовать, если ты хочешь оставить противника в живых ради пыток.

Маг на мгновение погрузился в раздумья.

— «Руническая Вспышка», — проговорил он.

Из четырех стихий огненная обладала наибольшей разрушительной силой.

Джек взмахнул пылающим копьем и хмыкнул:

— Если ты выдержишь и это, что ж… я прощу тебе слова о том, будто я «всего лишь маг».

Багровое пламя сгустилось и по воле Джека устремилось прямо к цели.

Его мишенью был низ живота Джошуа.

Даже у рядовых рыцарей именно там находился источник маны.

— …

Джошуа прикусил влажные губы, наблюдая за приближающимся алым пламенем.

Каждое заклинание, продемонстрированное Джеком, обладало силой, способной заставить содрогнуться его юное тело.

Уклониться?

В данный момент юное тело Джошуа было слишком слабым. Из-за этого количество сложных атак и уклонений, которые он мог совершить, пересчитывалось по пальцам одной руки.

Джошуа крепче сжал Лугию перед лицом несущейся смерти.

И тут в его голове неожиданно раздался знакомый голос:

- Что за глупость, Джошуа?

— …!

«Лугия?»

И тут Джошуа заметил. Время остановилось — нет, скорее, оно замедлилось до предела.

Казалось, секунды расщепились на микросекунды.

- Я вижу лишь жалкого мальчишку, неспособного воспользоваться своей новой силой.

«Противник слишком силен!» — мысленно огрызнулся Джошуа.

- С каких пор тебя стали волновать подобные вещи?

«…!»

- Твой путь всегда заключался в том, чтобы пробивать любую преграду напролом, вне зависимости от ситуации и силы врага. Разве это не твой истинный путь?

«Мой путь…»

- Даже если эта дорога ведет к поражению, я всегда буду подле тебя. Так отпусти себя. И тогда сила Бронто вознесет тебя на новый уровень.

Голос Лугии растаял.

Время словно устремилось быстрее, но всё еще тянулось неспешно.

Джошуа наконец получил шанс принять решение и сделал выбор без малейших колебаний.

Его снова окружили сотни молниеносных сфер.

Джошуа медленно взмахнул копьем.

Однако это единственное движение породило бесконечное множество копий.

Были ли это лишь призрачные остаточные изображения?

Но они двигались так, будто каждое из них было реальным.

Джошуа наконец сделал свой ход.

«Кем бы ни был мой враг — не имеет значения. В конце концов, я — Джошуа Сандерс».

Прием, который он выбрал для победы в этой схватке, заключался в том, чтобы скрыть свое настоящее копье среди бесчисленных фантомных силуэтов и занести разящий удар в тот самый миг, когда противник меньше всего этого ожидает.

Его копье должно заставить врага умолкнуть навсегда…

«Искусство Магического Копья: 3-й Уровень…»

Стоило Джошуа направить ману в кончик копья, как она хлынула в мышцы его рук и запястий.

Магия расцвела во всем своем величии.

— «Путь Асуры».

От тихого шепота Джошуа сотни Лугий вычертили в воздухе завораживающий, смертоносный узор.

Пшшш!

Грохот детонирующих сфер грозового электричества оглушал.

Джошуа метнул Лугию навстречу несущейся «Рунической Вспышке» 4-го Круга.

Свист!

Пока копьё рассекало воздух, мышцы Джошуа стенали и трещали от чудовищного напряжения. Прикусив губу и превозмогая адскую боль, он сосредоточился на единственной цели — повергнуть Джека.

Маг замер в истинном изумлении: он никак не ожидал, что Джошуа решит выбросить своё оружие. Для рыцаря потеря копья или меча была позором горшим, чем сама смерть.

Джек уставился на Джошуа. Вокруг юноши клубилась пылевая буря, лишь подчеркивая его колоссальный, нечеловеческий потенциал.

Хруст!

— …?!

Невероятное происходило одно за другим: Джошуа силой своего броска расщепил «Руническую Вспышку». Более того, Лугия, которая должна была лишиться маны, едва покинув руку хозяина, словно обладала собственной волей и собственным источником силы!

Осознав это, Джек ошеломленно выкрикнул:

— «Мигание»!

Кр-р-рк!

Оставив уничтоженное пламя позади, Джек мгновенно переместился в безопасное место — Лугия всё ещё с неумолимой скоростью летела прямо на него.

Маг возник в пяти метрах от первоначальной точки.

— …!

Однако он тут же отшатнулся: прямо перед ним с холодным, убивающим взглядом стоял Джошуа.

Увы, на этот раз рефлексы подвели мага.

Пронзающий удар.

Внутри Джека что-то сокрушительно треснуло. Он так и не смог сделать следующий шаг, а его ошеломленный взгляд медленно опустился вниз.

Белоснежное копьё насквозь пробило его сердце.

— Кхм… как?.. — запекшимися губами пробормотал Джек.

«У меня же… оставалось столько вопросов…»

Увы, тело больше не подчинялось его воле. Колени непрерывно дрожали, а по жилам разливался смертельный холод.

— Хх-а-а…

Джека вырвало кровью. Артерии, питавшие весь организм, стремительно перекрывались, а артериальное давление упало до нуля. Кровь не циркулировала — она хлестала наружу фонтаном.

— Что за… божественная сила… — едва выдавил из себя маг.

Джошуа безмолвно смотрел на бледнеющее лицо Джека.

— Гх-х!

Джек в отчаянии попытался схватиться за вал Лугии обеими руками, но стоило ему лишь коснуться оружия...

Пшшш!

Мощь грозовой магии, скопившаяся в копьях, мгновенно окутала его тело.

Джек застыл, а его глаза медленно подернулись мертвенной серостью.

Смерть Джека Стеропа — одного из Семи Магов и знаменитого «Мага Грома» — была настолько трагичной и скоротечной, что в неё едва ли кто-то смог бы поверить.

— Кха!

Джошуа захлебнулся кровью, которую сдерживал всё это время, пока Лугия всё ещё торчала в груди Джека.

Из его рта выхлестнула темная, запекшаяся кровь — разительный контраст с алой кровью мага. Внутренние органы Джошуа пострадали от того, что он заставил свое тело действовать далеко за пределами допустимого предела.

«Он был слишком уверен в себе и потерял бдительность…»

Сам бросок… Метнуть копьё несложно, но удержать ману в оружии после того, как оно покинуло руку — техника, доступная лишь Мастерам.

Разумеется, сила броска опиралась на энергию и мышцы самого Джошуа. Именно его мана стала движущим импульсом. Однако далеко не каждый способен заставить снаряд лететь по идеальной прямой, а не по параболе, да ещё и так, чтобы пробивная мощь не угасала с расстоянием.

«Я вложил в этот бросок всё, что у меня было».

Мгновения перед ударом обострили восприятие Джошуа до предела. «Мигание» перемещает мага в точку в пределах его видимости. Джошуа пришлось до предела взвинтить свою концентрацию, чтобы уловить траекторию скачка Джека. И лишь благодаря этому он смог заставить Лугию уйти в собственное подпространство прямо во время полёта и пронзить мага ровно в той точке, где тот должен был появиться.

Всё произошло естественно, точно течение реки.

«Я теряю сознание…»

Джошуа пошатнулся, в глазах у него помутилось. Он опустился на колени, перед взором плыла собственная окровавленная одежда.

Ему повезло. Джошуа понимал: даже будь он сегодня абсолютно здоров до начала боя, противник уровня Семи Магов Башни Магии оставался для него смертельно опасным и невероятно тяжелым оппонентом.

Гибель Джека Стеропа стала результатом колоссального боевого опыта Джошуа из прошлой жизни и капли чистейшего везения. Всё это слилось воедино, породив поистине невероятное свершение.

Не будь этих факторов — на земле сейчас лежало бы его собственное хладное тело.

Треск!

— …!

Внезапно вокруг Джошуа во все стороны заплясали яркие электрические искры.

Их источник сиял настолько слепяще, что его легко можно было отличить от обычных вспышек.

Искры исходили от Лугии… Нет, точнее — от самого сердца, которое она пронзила!

Маги хранили суть своей маны именно в сердце. И поскольку мана в сердце Джека Стеропа осталась без хозяина, она начала хаотично бушевать и вырываться наружу.

Мощный разряд прошел сквозь Лугию и перекинулся прямо на Джошуа.

Юноша ничего не мог поделать: его тело мгновенно объяли вспышки и густой дым. У него не оставалось сил даже для того, чтобы шевельнуть пальцем.

Это ощущение можно было сравнить с погружением на самое дно океана.

«Как же я устал…»

Джошуа казалось, что он способен проспать несколько дней подряд. Веки налились такой тяжестью, будто их тянули вниз две упряжки лошадей.

«Но почему мне кажется, что если я закрою глаза и усну сейчас… то уже никогда не проснусь?»

- Искусство Магического Копья… Быстрее!

«Кто это?»

Пока Джошуа медленно погружался на самое дно бессознательного состояния, ему удалось ухватиться за тонкую нить голоса, который отчаянно молил его вынырнуть на поверхность.

Джошуа наконец узнал обладателя этого голоса.

«Лугия?»

- Быстрее используй древнюю технику маны! Заставь Бронто поглотить всё, пока здесь всё не взорвалось!

Джошуа больше не слышал голоса Лугии — в его голове осталась лишь одна-единственная мысль: древняя техника маны.

Словно завороженный, он медленно пустил ману по каналам согласно древним канонам.

Спустя пару мгновений небеса и землю озарило слепящее белоснежное сияние.

Зал заседаний преподавательского состава Императорской Академии Авалона…

Решительный взгляд профессора Кейна заметно выделялся на фоне десятков других профессоров академии.

Прошло уже двадцать лет с тех пор, как граф Сютайн айн Альберт занял пост ректора Императорской Академии Авалона. Убедившись, что все профессора и причастные лица собрались в сборе, он наконец взял слово:

— Приношу свои извинения за вызов на экстренное собрание. Произошел ряд событий, и у меня просто не было иного выбора.

— Ректор, дело в протестах кадетов? — подала голос профессор магии.

Ректор Сютайн кивнул в ответ.

— Я слышала, кадеты устроили протесты прямо перед кабинетами наших преподавателей.

— Если бы всё ограничилось только этим. К сожалению, ходят слухи, что одна из семей собирается подать официальную жалобу.

Ректор Сютайн горько усмехнулся, слушая перешептывания преподавателей.

— Это наверняка одна из Двенадцати Семей.

— На данный момент в академии обучаются представители трех из Двенадцати Семей.

— …

Ректор Сютайн хранил молчание, осторожно оглядывая присутствующих.

Он видел, что большинство профессоров уже слышали эти слухи и выглядели обеспокоенными. Однако некоторые преподаватели лишь недоуменно склонили головы, будто слышали об этом впервые.

— Простите, ректор. Я не слышал никаких слухов… Не могли бы вы объяснить подробнее? — поднял руку и спросил профессор истории, ростом не превышавший карлика.

Ректор Сютайн ответил:

— Я поясню. Кадеты протестуют против льготного зачисления одного из студентов. Это и стало причиной нашего экстренного сбора.

Профессор истории округлил глаза:

— Льготного зачисления?

— Просто раньше это никогда не всплывало наружу, — вступила профессор магии. — Вы ведь знаете, что мы можем принимать студентов, желающих обучаться под чужим именем ради сохранения анонимности? До сих пор всё было гладко, поскольку Императорская семья закрывала на это глаза.

— К сожалению, текущую ситуацию нельзя сравнить с прежними случаями льготного зачисления, — подытожил ректор Сютайн. — Большинство детей дворян, выбирающих этот путь, происходили из семей, которые по разным причинам не хотели афишировать свое происхождение. Они никогда не раскрывали себя намеренно и не вступали в конфликт с другими кадетами… В результате, даже если их настоящее имя позже всплывало наружу, кадеты просто закрывали на это глаза. Их это не волновало, так что и причин для шумихи не возникало.

Профессор магии понимающе кивнула:

— Иными словами, теперь кадеты требуют правды, невзирая на последствия. Всё потому, что данный студент должен быть выходцем из высшего дворянства или даже членом императорской семьи другого государства, раз уж он способен поставить под угрозу влияние авторитета Императорской семьи прямо здесь…

Слова профессора магии лишь подогрели любопытство историка:

— И кто же этот студент?

— …!

В зале заседаний воцарилась такая тишина, что было слышно, как падает иголка.

Было очевидно, что некоторые — если не большинство из присутствующих — уже знали имя, но оглашать его опасались из-за возможной расплаты.

Ректор Сютайн ответил с кислой ухмылкой:

— Данный студент зачислен как Эш пен Фредерик.

— Никогда не слышал о такой семье, — пожал плечами профессор истории. — Ни разу.

— Он поступил под вымышленным именем, — пояснил ректор Сютайн. — О семье Фредерик вы не могли слышать, поскольку этот род давно угас.

— И кто же?.. — спутался профессор истории. — И кто же он тогда?

— Его настоящее имя… — ректор Сютайн сделал паузу.

Остальные профессора синхронно сглотнули, пока ректор наконец не произнес истинное имя Эша пен Фредерика:

— …Джошуа. Джошуа фон Агнус.

— Агнус… — профессор истории замер, пытаясь вспомнить, где он слышал это знакомое имя. В следующее мгновение, когда до него дошла суть, его челюсть едва не упала на пол.

— С-Семья Агнус?! — вскрикнул профессор истории с вытаращенными глазами.

«Разве во всем Авалоне есть еще хоть одна семья с таким именем?!»

Герцог Аден фон Агнус — гордость Империи и один из Пяти Герцогов — по сути мог считаться одним из правителей Авалона. В конце концов, Авалон славился как Империя Рыцарей. Более того, даже Железнокровный Император Маркус относился к Герцогу Агнусу с огромным уважением.

— О Боже мой…

В глубокой тишине, последовавшей за потрясенным вздохом профессора истории, снова стала слышна лишь звонкая тишина.