Когда злодейка становится одержимостью главного героя (Новелла) Unknown Я попала в роман той самой злодейкой — старшей сестрой главного героя, которая вечно травила героиню. Тело у меня было прежнее, но душа уже другая, и повторять путь той, что в оригинале умерла на руках у мужчины-протагониста, я не собиралась. Я изо всех сил пыталась сблизить главных героев, но парень вёл себя всё страннее. — Ты меня презираешь за то, что в детстве я был невыносимым? — Он настаивал, что хочет остаться рядом со мной любой ценой, и не шёл в башню волшебников. Я не желала давать ему надежду, говорила жестокие вещи, старалась оттолкнуть его подальше, чтобы он забыл о моём существовании. Шло время, я уже верила, что между нами ничего нет, но ошиблась. Он снова появился в моей жизни. Признался, что помнил меня всегда и теперь достаточно силён, чтобы я могла на него опереться. Такого в сюжете романа не было. И раньше было трудно его избегать, и теперь, спустя годы, — не легче. ==================== Том 1 Глава 1 Перевод: Astarmina Спина, прижатая к стеклянной двери, ощущала холод. Но я не хотела отстраняться. Боялась, что при малейшем движении коснусь мужчины, стоящего передо мной. — Я скучал по вам, — сказал мне Иден. Подумать только, главный герой романа говорит такие слова мне, злодейке. Если бы он сказал это моей сестре... В моих покрасневших глазах заблестели слезы. Я никак не могла понять, как он может говорить, что скучал по мне. Ведь я, как и мой отец, пыталась стереть его воспоминания. Твердо веря, что делаю это ради него. — Иден. Почему, почему ты меня помните... Но он всё ещё помнил меня. Ужасно то, что он не забыл насилие, которому подвергал его наш отец. Значит, он помнит и последние слова, которые я ему сказала. [Какая мне польза от того, что ты рядом со мной?] Я сказала эти жестокие слова, чтобы оттолкнуть его, думая, что он всё равно забудет. [Ты мне не нужен.] Верила, что магия сотрет все воспоминания о времени, проведенном в нашем доме. Именно я оттолкнула руку маленького Идена, который умолял меня со слезами на глазах. — Как я мог забыть вас? Мое дрожащее тело не могло успокоиться — ситуация была слишком тяжелой для меня. Иден, наблюдавший за мной, протянул руку и поцеловал мои волосы. Этот осторожный жест заставил меня задохнуться. — Вы, наверное, хотели, чтобы я забыл... — следом послышался его обиженный голос. Каждое его слово разъедало мой разум. — Элисия. Я подняла глаза и посмотрела на Идена. Встретившись со мной взглядом, он слегка улыбнулся. И выглядел словно... — Я всё ещё недостаточно хорош, чтобы быть рядом с вами? ...ангел, пришедший отпустить мои грехи. Но это была лишь иллюзия, созданная его прекрасной внешностью. Он вовсе не был ангелом. — Жаль, что ваш отец умер, и я не могу сразу доказать свою ценность. А ведь это был бы самый простой способ. Услышав эти слова, я поняла: Иден просто обычный человек, привыкший к искаженной любви. Не ангел, способный простить мои грехи. — Тебе не нужно ничего доказывать. Ты... Мой голос дрогнул от жалости к нему, застрявшему в прошлом. Улыбка Идена стала шире. — Тебе, тебе не нужно этого делать... — Вы правда так думаете? — словно услышав что-то невероятное, он взял меня за подбородок и прошептал. Даже сейчас его прикосновения были настолько осторожными, что мне становилось больно внутри. — Нет, это не так. Я должен доказать свою ценность, чтобы остаться рядом с вами, — он навязывал мне свои мысли. — Вы отвергли меня, сказав, что я не нужен... Я хотела заткнуть уши. Как когда-то он делал передо мной. — И теперь говорите, что не нужно... Он заключил меня в ловушку своим телом и подавлял своими словами. — Это проблема, Элисия. В этот момент я горько пожалела, что сама бросилась в его ловушку. *** Прошлая жизнь Элисии была тяжелой. Она выросла в детском доме, у неё не было семьи. Потом её удочерила пара, но вскоре приемная мать умерла. Оставшийся приемный отец со временем начал тяготиться её присутствием. Раздражение неизбежно переросло в жестокое обращение. Ругань и побои были обычным делом, а в худшие моменты он пытался раздеть её. Никто не помог ей. Сочувствующие взгляды были, но только на этом всё и заканчивалось. Она пыталась убежать, умоляла не бить. Но её положение ничуть не улучшилось. Со временем вариантов становилось всё меньше. Оставалось только два: либо умрет приемный отец, либо умрет она. Или оба. Она выбрала последнее. — Хаа... ха... Её руки, держащиеся за перила балкона, были испачканы кровью приемного отца. Рядом с лежащим мужчиной валялись разбитые бутылки из-под алкоголя. Если бы она не ударила его по голове той бутылкой, она бы не смогла так легко убить его. Ей хотелось сбежать. Казалось несправедливым, что за убийство такого человека она тоже должна умереть. Ей еще не хотелось умирать. Но другого выхода не было. Трудно было избежать наказания за убийство этого человека. Хотя морально она не была неправа, по законам общества это было явным преступлением. У неё не было силы, и как только её поймают, она неизбежно предстанет перед судом. Она не хотела раскаиваться. Её хватка на перилах постепенно ослабла. Вскоре худое тело перевалилось через балкон и упало на землю. *** — А... Элисия открыла глаза, чувствуя тупую боль в голове, и не поверила своим глазам. Отражение в зеркале было совершенно незнакомым — это была девочка. Несмотря на юный возраст, у неё были длинные, ухоженные черные, словно ночное небо, волосы, ниспающие до талии. Когда Элисия моргнула, её красные глаза скрылись за веками и снова появились. «Иностранка?» В отличие от знакомых черных волос, цвет глаз был необычным для тех мест, где она жила раньше, что вызвало у нее подозрения. Она подняла правую руку и помахала. Отражение в зеркале тоже подняло руку и помахало ей. Глубоко вздохнув, Элисия подняла и помахала левой рукой. И снова зеркало точно повторило её движения. «Это я?» Мало того, что она внезапно стала другим человеком, так ещё и маленькой девочкой, похожей на иностранку. Оказавшись в такой нереальной ситуации, у неё закружилась голова сильнее, чем когда она почувствовала запах крови приемного отца. — У! За спиной Элисии, потерявшей дар речи, послышалось детское лепетание. Элисия повернула голову к источнику звука. Там был ребенок, ещё младше, чем она в отражении. Малыш, который только что начал ходить, неуверенно приближался к ней. Она никогда раньше не видела этого ребенка. Глаза, как и её собственные в отражении, были красными. «Не может быть». Элисия хотела закрыть глаза и отрицать реальность. Но она не могла этого сделать, потому что шаги приближающегося ребенка были слишком неуверенными. Элисия внимательно наблюдала, опасаясь, что малыш упадет. К счастью, ребенок не упал и благополучно добрался до нее. Элисия не знала, но это были первые успешные шаги малыша. — У-у! Видимо, потратив все силы на путь к ней, ребенок упал в объятия Элисии. Она инстинктивно обняла малыша в ответ. К сожалению, она сама едва могла удержать собственное тело в этом возрасте, поэтому не смогла удержать ребенка, который был лишь немного меньше её, и упала назад. «Кто этот ребенок и кто я?.. И где я вообще?..» Элисия, упавшая под весом ребенка, задавалась вопросами. *** Даже во второй, нежданной жизни Элисия не могла беззаботно улыбаться. Вскоре после того дня, когда впервые открыла глаза, она поняла, где находится и в чье тело вселилась. Всё благодаря матери Изабелле, которая нежно называла её Элисией. Изабелла была любящей матерью, обожавшей своих дочерей Элисию и Ариэль. Услышав эти имена, Элисия поняла, что находится внутри романа, который когда-то читала. «Тюрьма Ариэль». Благодаря имени главной героини, её сестры, упомянутому в названии, она легко осознала свою ситуацию. «Мало того, что я вселилась в чужое тело, так ещё и попала в тело старшей сестры героини, злодейки...» Элисия Партин, в тело которой она вселилась, была старшей дочерью герцога Партина, а главная героиня Ариэль — младшей. До этого момента всё было нормально. В ситуации, когда само вселение в чужое тело уже абсурдно, быть старшей дочерью герцога — не такая уж проблема. Она заключалась в другом. «Элисия», в которую она вселилась, была злодейкой, сделавшей детство главных героев несчастным. Она мучила не взрослых, а растущих детей — главную героиню Ариэль и главного героя Идена. Конечно, она продолжала издеваться над ними и когда они выросли. Злодейка Элисия, которая постоянно мучила детей в их формирующиеся годы, оставила неизлечимые шрамы в душах главных героев. Насколько сильно детские травмы влияют на человека, Элисия знала лучше всех. Осознав, что стала ей, она сразу предвидела свое будущее. «Если я буду мучить Ариэль и Идена, как в оригинальном сюжете, я умру...» В будущем Иден уничтожит дом герцога Партина, чтобы спасти Ариэль и отомстить. И злодейка Элисия Партин тоже погибнет как объект мести. «Мало мне было умереть один раз, теперь снова...» Вспомнив ужасную судьбу «Элисии» из оригинального романа, она смотрела на Ариэль, ежедневно практикующуюся в ходьбе, и думала: «Буду хорошо относиться к Ариэль». Это единственный способ выжить. Прошло уже девять лет с тех пор, как она начала заботиться об Ариэль, которая научилась ходить и перешла с детского питания на обычную еду. За это время Элисия постоянно напоминала себе: даже если герцог Партин приведет Идена, как в романе, нельзя мешать любви между ним и Ариэль. «Если кто-то должен умереть, пусть умрет только герцог Партин, похитивший Идена». Элисия не хотела умирать из-за родителей во второй раз. Будь то самоубийство или чужая месть. Пока Элисия была погружена в свои мысли, рядом послышались знакомые шаги. Пришел дворецкий Эдик. — Госпожа Элисия. Госпожа Ариэль снова что-то натворила... — Я разберусь, оставь нас. Элисия, вспомнив свои прежние обещания, ответила, прикрыв лоб рукой. Её милая сестра и главная героиня Ариэль часто попадала в неприятности. И конечно, разбираться с этим приходилось её старшей сестре Элисии. Поднявшись со своего места, она жестом отпустила дворецкого, и тот поклонился под подобающим углом. Выпроводив его, Элисия вышла из своей комнаты и направилась в комнату Ариэль, которая, как сообщалось, снова что-то натворила. — Ариэль. Она постучала в большую дверь своей еще не полностью выросшей рукой, зовя Ариэль. Хотя та наверняка была внутри, из-за двери не доносилось ни звука. Элисия цокнула языком и самовольно открыла дверь. — Ариэль! — С-сестра... Ариэль, прятавшаяся под одеялом, запнулась. Затем она выбралась из-под одеяла, ерзая. Как только её взгляд встретился с пристальным взглядом Элисии, девочка тут же опустила глаза. Для Элисии даже съежившаяся Ариэль выглядела очаровательно. У девочки, которой только исполнилось девять лет, были пухлые щечки. Как и у Элисии, у неё были черные волосы и красные глаза. Внешне она больше походила на герцога Партина, чем Элисия. — Что ты сегодня натворила? — сдерживая расплывающуюся улыбку, Элисия спросила нарочито строгим голосом. Даже если Ариэль была похожа на герцога Партина, в ее глазах она была самым милым и очаровательным существом в мире. — Э-это... В девять лет мелкие проказы можно было считать милыми. Конечно, это было сугубо мнение Элисии. Здешний обычай гласил: «Если у тебя дворянский титул, ты должен следить за своим поведением даже в детстве». Хотя считала, что это не очень соответствует её ценностям, Элисия всё равно регулярно ругала Ариэль. Она считала, что это лучше, чем оставить всё как есть и позволить информации дойти до ушей герцога Партина. ---------- Том 1 Глава 2 Перевод: Astarmina — Я... поливала сад... Каждый день поливала, но все цветы в саду завяли... — Ариэль подавленным голосом призналась в своей ошибке. В её словах слышалось что-то несправедливое. Наверное, она просто не понимала, почему цветы погибли, несмотря на её заботу. — Цветы в саду уже поливает садовник, и он регулирует частоту полива. Если ты тоже начнёшь их поливать, конечно же, они завянут. — Правда?.. Я не знала... — Ариэль опустила голову, а Элисия тихонько усмехнулась, глядя на неё. Затем она медленно подошла к ней. Устроившись рядом на кровати, Элисия погладила её по голове и сказала: — В следующий раз будь осторожнее. Сегодня ты узнала что-то новое. — Прости... — признала вину. — Хорошо. Элисия коротко поцеловала Ариэль в лоб. Ошибка была глуповатой, но в том, что та совершила её, была немалая заслуга самой Элисии. Всё потому, что она слишком её баловала. — Раз уж ты раскаялась, хватит. Сегодня... — успокаивая Ариэль, она украдкой взглянула на часы на стене. Обед уже давно прошёл. — Ты поела? — Нет! — на вопрос Ариэль радостно замотала головой, полная ожидания. Она была уверена, что Элисия предложит поесть вместе. Но её предположение блестяще разошлось с реальностью. — Я же говорила, что пропускать приёмы пищи нельзя. Позови Роа и поешь. — А? А ты? — У меня... дела. Согласно словам горничной Элисии, Рашель, герцог Партин прибыл в поместье ранним утром. А значит, сегодня тот самый день. День, когда герцог Партин привезёт главного героя — Идена. — Ладно... — зная, что Элисия всегда занята уроками наследеников, Ариэль не стала её удерживать. Она лишь провела рукой по лбу, сожалея о мимолётном прикосновении губ. Глядя на расстроенную Ариэль, Элисия подавила нахлынувшие чувства, поднялась с кровати и вышла из комнаты, направившись по освещённому коридору. В романе именно в это время главный герой был привезён герцогом Партином. Год, когда Ариэль исполнилось девять. Сезон, когда листья с деревьев начали осыпаться. «Если мои догадки верны... он уже привёз Идена». Идена, потерявшего память. Точнее, герцог Партин заказал у Хозяйки Магической Башни стирание его воспоминаний. Элисия взглянула в окно, выходившее в коридор. Как и говорила Ариэль, из-за её чрезмерного полива цветы, которые должны были распуститься осенью, поникли и завяли. Между увядшими цветами лежали опавшие листья. Элисия провела языком по пересохшим губам и ускорила шаг. *** Узнав, что в будущем её убьёт главный герой Иден, Элисия на время погрузилась в глубокое отчаяние. Поэтому она старалась ещё больше заботиться об Ариэль, надеясь изменить будущее. Поначалу это были лишь формальные усилия. Элисия, изначально не являвшаяся хозяйкой этого тела, не считала Ариэль, связанную с ней кровными узами, родной сестрой. Но её отношение изменилось в одно мгновение — из-за их общей матери. Изабеллы, родившей Элисию и сражавшейся с тяжёлой болезнью. Родив в таком состоянии ещё и Ариэль, Изабелла умерла рано — что, впрочем, было неизбежно. С трудом переводя дыхание, она крепко сжала руку Элисии и из последних сил прошептала: — Прости, что оставляю вас одних... Но я рада, что вы есть друг у друга. Изабелла, любившая своих дочерей больше всего на свете, до последнего мгновения переживала за них. — Ариэль... Слушайся старшую сестру... Она беспокоилась, как её маленькие дети выживут в герцогском поместье без неё. — Элисия... Я продержалась недолго... Прости... С этими словами Изабелла закрыла глаза. Даже оказавшись в чужом теле, Элисия смогла сохранить рассудок только благодаря Изабелле. Не подозревая, что её настоящая дочь исчезла, та самоотверженно заботилась об ней. И каждый раз, хотя та не была в этом виновата, Элисия испытывала глубокое чувство вины. Поэтому она не могла игнорировать её просьбу. В то же время она не могла не проникнуться чувствами к Ариэль — дочери женщины, которая так беззаветно её любила. Так Элисия стала отдавать Ариэль всю ту любовь, что получила сама — нет, даже больше. Чтобы Ариэль никогда не знала голода по семейному теплу. В оригинальном произведении Ариэль была до безумия жадна до любви семьи. Даже когда герцог Партин высасывал из неё силы под предлогом тренировок, она всё равно отчаянно желала заслужить его признание. И именно Элисия насмехалась над ней, называя её дурой. Она считала Ариэль ненормальной за то, что та цеплялась за мужчину, доведшего их мать до смерти. «Но главная опасность — это Иден...» Если она, как злодейка, не станет мучить Идена и Ариэль, у неё самой не должно возникнуть серьёзных проблем. Конечно, оставался фундаментальный вопрос: герцог Партин похитил Идена и держал его в заточении. В оригинале герцог заковал его в два вида оков: сковывающие движения кандалы и подавляющие ману наручники. То, что он надел на него магические наручники, ясно говорило: герцог был уверен, что тот пробудится как маг. Хотя осознать талант Идена заранее — уже достижение, это меркло перед фактом похищения ребёнка ради собственной алчности. Да ещё и не простого ребёнка, а принца другого королевства. «Он что, вообще не думал, что это может привести к войне?» Иден не был прямым наследником престола, но он был вторым принцем королевского дома Сеймен. В оригинале Элисия была казнена за соучастие в похищении члена королевской семьи и попытку развязать войну. Раз она дочитала до сцены казни, то информация о том, что Иден — принц Сеймена, была точной. «Кажется, у него было другое настоящее имя...» Но после того, как имя «Иден» врезалось в память, его настоящее вспомнить не удавалось. Видимо, герцог Партин тоже опасался королевского статуса Идена, поскольку приложил все усилия, чтобы скрыть его существование. Доказательством тому была таинственная смерть нескольких слуг, отвечавших за питание, и охранников. Все они не смогли удержать язык за зубами и поплатились жизнью за болтовню о Идене. Чем больше она размышляла, тем больше проблем всплывало. «Но какая разница? Он всё равно сбежит». Несмотря на все ожидания герцога, через несколько лет Иден сбежал из поместья вместе с Хозяйкой Магической Башни. Побег стал возможен благодаря тому, что Хозяйка стёрла память герцогу Партину. На первый взгляд казалось, что она помогла Идену, но на самом деле её цели мало отличались от целей герцога. Ей тоже нужны были кровь и мана потомка древнего архимага Мелдиона, чтобы использовать оставленное им наследие. Трудности Ариэль начались как раз после исчезновения Идена. Всё потому, что она неожиданно пробудилась как маг. К несчастью, дом герцога Партина, как и королевский дом Сеймен, был одним из потомков Мелдиона. Кровь Мелдиона и мана. Пробуждение Ариэль как мага создало условия для использования наследия Мелдиона. Но, вопреки ожиданиям, Ариэль не смогла его использовать — видимо, её способностей как мага было недостаточно. Разочарованный герцог Партин, обезумев, начал подвергать её жестоким, граничащим с пытками, тренировкам. Так, день за днём, на теле Ариэль появлялось всё больше ран. И вот однажды, Иден, став к тому времени новым Хозяином Башни, вернулся в поместье Партин, чтобы забрать её. Но герцог отказался отпускать Ариэль, и тогда он разоблачил его заговор с целью развязать войну, что привело к казни. Более того, из желания отомстить за детство, он лично выступил в роли палача для герцога Партина и Элисии. В оригинале Элисия до самого конца сохраняла гордую осанку, настолько впечатляющую, что она крепко засела в памяти читателя. «Я бы так не смогла». Она вряд ли смогла бы сохранить достоинство — хорошо, если бы не начала вопить о несправедливости. Пока Элисия вспоминала сюжет оригинала, её ноги начали уставать. Флигель, где находился Иден, был довольно далеко от главного здания, где жила Элисия. Для неё, привыкшей целыми днями сидеть в кресле, такое расстояние было утомительным. — Уф... — Элисия перевела дух, и в поле её зрения попал небольшой флигель. Чем ближе она подходила, тем чётче становились его очертания. Но в какой-то момент она спряталась за деревом — заметила рыцаря у входа. «Логично. Без охраны тут не обошлось». Она примерно это и предполагала. Элисия даже не надеялась, что сегодня сможет увидеть Идена. Вообще, её цель была не в том, чтобы увидеть его, а в том, чтобы запомнить лицо рыцаря, охранявшего флигель. Она пристально разглядывала его несколько мгновений. Решив, что запомнила его достаточно, Элисия без сожалений развернулась и пошла обратно. «Завтра нужно прийти в другое время,» — подумала она. *** Хотя внешне она выглядела спокойной, внутри Элисия была совсем не такой. Она знала: чем больше времени пройдёт, тем тяжелее будет Идену. Злодейка Элисия из «Тюрьмы Ариэль» смогла встретиться с Иденом только через год после его прибытия. Всё потому, что герцог Партин скрывал его существование даже от собственных детей. — Прочь. — П-простите. Элисия холодным тоном приказала горничным, перегородившим вход в главное здание. Две служанки, подметавшие листья и увлечённо болтавшие, вздрогнули от резкого голоса юной госпожи и поспешно отпрянули. Как только путь освободился, Элисия прошла между ними. Одна из горничных мельком заметила, как прекрасные черты лица Элисии исказились от гнева. В душе она впала в отчаяние. — Надеюсь, госпожа не разгневалась?.. Найти хорошую работу в герцогстве Партин, то есть на землях Селендид, было сложнее, чем откопать золотую монету. — Всё равно она даст рекомендательное письмо, чего бояться? — фыркнула одна из горничных. Все слуги, которые когда-либо вызывали недовольство Элисии, уходили как минимум с рекомендацией. Конечно, придётся переехать в другое поместье, но раз уж работа не потеряна совсем, ничего страшного. «Маленькая, а уже вкусила власти,» — подумала она. Пока была жива мать Элисии, Изабелла, служанки вели себя тихо и покорно. Но в какой-то момент Элисия заслужила благосклонность герцога Партина и получила право управлять слугами. Те никак не могли понять герцога. Пусть Элисия и была старшей дочерью, но ей всего лишь двенадцать. Как можно доверять управление поместьем ребёнку, до совершеннолетия которого ещё далеко? В результате все слуги, которые когда-то пренебрежительно относились к Изабелле и её дочерям, теперь заискивали перед Элисией. — Да? Хочешь, я и тебе напишу рекомендацию? — Ах! Горничная, ворчавшая про себя, вздрогнула от детского голоса и выпрямилась. Она и не думала, что Элисия могла услышать её слова на таком расстоянии. — Н-нет! Нет, госпожа! Мы провинились! Вместо виновницы засуетилась другая служанка, торопливо извиняясь. Элисия пристально посмотрела на неё. Детские круглые глаза, сверлящие её, заставили горничную сглотнуть. — Ты здесь недавно работаешь? — Э-э? Да, да! С прошлого года... — А ты... работала ещё при нашей матери. Горничная стиснула зубы, понимая, что Элисия намеренно вспомнила Изабеллу. — Собирай вещи. Договорились? Видно, она давно этого ждала, и сегодня представился удобный случай. С высокомерной улыбкой Элисия объявила об увольнении горничной, которая не раз забывала подготовить для Изабеллы воду для купания. ---------- Том 1 Глава 3 Перевод: Astarmina После того, как луна взошла и прошло немало времени, Элисия, как и обещала, снова отправилась ко флигелю. Как и ожидалось, караул держал уже не тот рыцарь, что днём. Внимательно изучив его лицо, она с довольным видом вернулась в свою комнату и легла спать. Хотя всего лишь сходила туда-обратно между флигелем и главным зданием, тело её ныло, будто после долгой тренировки. Благодаря усталости, ночью она спала крепко, но... С трудом приподняв веки, Элисия поднялась с постели. Медленно, с трудом двигаясь, дотянулась до колокольчика. Лёгкий звон — и дверь её спальни распахнулась. — Леди Элисия, вы звонили? Вошла её личная горничная — Рейчел, та, что была ближе всех к должности старшей горничной. — А где Ариэль? Один из утренних ритуалов Элисии — справляться о самочувствии Ариэль. Хотя та просыпалась куда позже, и ответ был очевиден. — Она ещё спит. Рейчел отвечала почтительно, с идеальным поклоном. Видно было, что она привыкла к этому вопросу. Более того, Рейчел без труда предугадала следующее действие Элисии: как обычно, та отправится умываться в ванную. Но вопреки ожиданиям, Элисия не двинулась с места и снова заговорила: — Можно мне взглянуть на список рыцарей герцогства Партин? — Если Его Светлость не будет против... — Лучше бы отец не узнал. Элисия обхватила колени и наклонила голову. В такие редкие моменты Рейчел казалось, что перед ней обычная девочка. — Я постараюсь. Проблема была в том, что она не могла устоять перед такой Элисией. Даже без этих уловок была готова выполнить любое её желание. — Спасибо. Рейчел была горничной, которую привела Изабелла, нелюбимая жена герцога Партина, была для прислуги объектом насмешек. Ей не подавали еду вовремя, уборку в комнате часто пропускали. А издевательства в её адрес стали обычным делом. Хорошо ещё, что была Рейчел. Без неё Изабелла покинула бы этот мир куда раньше. — Может, кто-то из рыцарей вас обидел?.. — Нет, не в этом дело. Зная, что сегодня утром одну из горничных выгнали, Рейчел спросила, не очередь ли теперь рыцарей. Но ответ оказался отрицательным. — Спасибо за заботу, Рейчел. Сегодня я сама справлюсь, можешь идти. Элисия вскочила с кровати, подошла к Рейчел и слегка обняла её. Совсем не так, как вела себя с остальной прислугой. — Хорошо. Когда Элисия, чуть ниже ростом, обняла её, тревожное выражение лица Рейчел растаяло. Хотя все за спиной шептались, что Элисия вылитый отец — жестокая и холодная, Рейчел считала, что хорошо, что та не слишком мягка. Вообще, судя по тому, как Элисия обращалась с ней и Ариэль, сравнивать её с герцогом Партином было уже оскорблением. По крайней мере, Элисия умела любить. *** Как её видят другие, Элисия догадывалась. Она не скрывала груз прошлого и жила по принципу «око за око». «Наверное, и я для них злодейка». Но первой она ни на кого не нападала. Просто больше не позволяла себя обижать. В отличие от Элисии из оригинала. — Эй, это ты разбила! Ты знаешь, сколько это стоит?! — Ты вообще стирала одеяло? Тогда что это за пятно?! — Какая же ты медлительная и бесполезная! Каждый день она придиралась к прислуге. Дорогой бокал разбила сама Элисия, и пятно на одеяле тоже оставила она. Но прислуга лишь дерзко огрызалась. В конце концов, даже старшая горничная вышла и отчитала её: — Миледи, ведите себя достойно! Как можно лгать, будучи благородной дочерью герцога Партина?! «Интересно, насколько же беспомощной была та Элисия, если даже прислуга так с ней разговаривала». Читая газету, Элисия усмехнулась про себя, осуждая поведение слуг из романа. В отличие от неё, у той Элисии не было власти над прислугой. Это была награда за то, что нынешняя играла роль идеальной дочери, угождая отцу. А та, не имея влияния, мстила слугам мелкими пакостями. Включая старшую горничную. — Кто тут о достоинствах говорит? Ты же воруешь наши деньги! Эти серёжки тебе не по карману! — Ч-что за нонсенс! Опять клевещете! Но это была правда. Старшая горничная не знала, что Элисия была умна и сообразительна. Она умела мучить людей, подстраивая всё под себя. Поэтому, читая роман, Элисия считала, что конец «злодейки» был одновременно логичным и нелогичным. Вспомнив наконец финал «злой Элисии», она отложила газету. Там писали о потерях из-за войны. Последние полгода новости о ней занимали большую часть газет. Хотя ситуация была серьёзной, Элисия потянулась и отодвинула газету. Прочитав «Тюрьма Ариэль», она знала, что в итоге Империя победит — отсюда и её спокойствие. — Леди Элисия, это Рейчел. Можно войти? Только раскрыв книгу для учёбы, Элисия замерла, услышав голос за дверью. — Да, входи. Получив разрешение, Рейчел вошла. Под мышкой у неё была стопка бумаг. Элисия сразу поняла — это то, о чём она просила утром. — Здесь списки рыцарей, отправленных на границу. Рейчел любезно пояснила, сократив работу вдвое. Отбросив данные об отсутствующих рыцарях, Элисия пролистала оставшиеся документы. Не получив приказа уйти, Рейчел стояла и ждала. — Вот эти двое... Внимательно изучив аккуратные фотографии, Элисия вытащила два листа и протянула Рейчел. Та молча взяла их. — Можешь разузнать о них подробнее? «Подробнее»? Элисия никогда так не интересовалась людьми. Рейчел удивлённо округлила глаза. — Особенно их слабости и компромат. Сложно поверить, что двенадцатилетняя девочка так спокойно просит о таком. Незнакомый с Элисией человек посчитал бы это смешным или признаком плохого воспитания. Честно говоря, Рейчел склонялась ко второму. — Хорошо... Сдерживая любопытство, она поклонилась. В Селлендиде, благодаря безразличию герцога Партина, трущобы процветали больше, чем в других землях. Так что раскопать компромат не составило бы труда. *** Через несколько дней Рейчел принесла всего два документа. Вернувшись после обеда с Ариэль, Элисия сразу взялась за них. Один рыцарь погряз в долгах из-за азартных игр. Другой — тратился на лечение больного младшего брата. «Я просила слабости, но...» Оба варианта были идеальны. «И как раз эти двое охраняют Идена? Неужели сейчас у всех такие истории?» Элисия, чья жизнь была сложнее всех, позволила себе легкомысленную мысль. «Долги и брат». Брат, судя по всему, был серьёзно болен — лечение стоило огромных денег. Выходило, обоим нужны были средства. Быстро прикинув свои сбережения, Элисия скрестила ноги. Это были деньги на новую жизнь после падения дома Партин. Жаль, но это тоже было вложение в будущее. «Сначала надо выжить, а потом думать о новой жизни, — решила она. — Тот, кому есть что терять, будет усерднее». Она знала это по себе. Почему-то почувствовала родство с рыцарями, с которыми даже не говорила. *** Для Лизетт это был второй кризис с тех пор, как она стала рыцарем дома Партина. Даже когда её могли отправить на войну, она не волновалась так. Хотя погода была не жаркой, на лбу выступил пот. Элисия молча смотрела на неё. «Кажется, она сейчас упадёт в обморок». Это было самое незаметное место в усадьбе — неухоженные деревья и кусты скрывали флигель. Герцог, конечно, не планировал этого, но место идеально подходило, чтобы прятать Идена. — Рыцарь Лизетт? — Откуда вы знаете моё имя... То есть, я польщена, леди. «Но что она здесь делает?» С трудом отведя взгляд от флигеля, Лизетт уставилась на Элисию. Та, дождавшись нужного вопроса, радостно ответила: — Я хочу вас кое о чём попросить. — Меня?.. За всё время службы Лизетт впервые говорила с Элисией. Их пути редко пересекались, да и та никогда не интересовалась рыцарями. Поэтому Лизетт считала, что знает её лишь со стороны. Но теперь та внезапно о чём-то просит? Даже не познакомившись толком? Видя её замешательство, Элисия лишь улыбалась. ---------- Том 1 Глава 4 Перевод: Astarmina — Я хочу войти туда. — Что? Элисия говорила настолько отчётливо, что ослышаться было невозможно. Более того, её палец указывал на отдельный флигель, и Лизетт уже давно догадалась, чего хочет юная госпожа. — В это время ключ у тебя. Так что не могла бы ты открыть дверь? Элисия не стала говорить намёками. Когда она прямо высказала свою просьбу, выражение лица Лизетт неожиданно смягчилось. Видимо, она считает, что она всё ещё ребёнок и просто капризничает. И это при том, что наверняка наслышана о характере Элисии. Поняв, что означает это расслабленное выражение лица, Элисия терпеливо ждала, пока Лизбет заговорит. Судя по смягчившемуся выражению, она собиралась как можно мягче отчитать девочку. Ну уж нет. Элисия склонила голову и улыбнулась. — Госпожа, там... внутри очень грязно. Поэтому я настоятельно рекомендую вам не входить туда. Лизетт, полагая, что Элисия не знает о человеке внутри флигеля, не слишком задумываясь, придумала отговорку. Это означало, что они держат Идена в грязном месте. Хотя Элисия не была виновата в произошедшем, у Идена появилась ещё одна причина для ненависти. — Я хочу встретиться с тем, кто там внутри. Лизетт удивлённо приоткрыла рот, узнав, что Элисии известно о человеке внутри. Казалось, она вот-вот спросит, не герцог Партин ли рассказал об этом девочке. Но Лизетт лишь беззвучно шевелила губами, не упоминая его. Элисии это понравилось ещё больше. Это было доказательством того, что женщина умеет держать язык за зубами. Убедившись в правильности своего суждения, она продолжила: — Отец мне не рассказывал. Было слышно, как усиленно работает мозг Лизетт. Решив, что не стоит давать ей много времени на размышления, Элисия передала максимум информации, которую могла раскрыть: — Отец даже не знает, что мне известно. Если узнает, будет скандал. Герцог Партин определённо благоволил к Элисии больше, чем к героине оригинального произведения. Однако это не значило, что он оставит в покое Элисию, знающую о личности Идена. — Поэтому я пришла к тебе. — Простите. Тем более я не могу вас пустить. Приняв решение, Лизетт решительно покачала головой. Однако Элисия не собиралась сдаваться. Она не могла позволить себе отступить. Игра уже началась, и если сейчас отступить, Лизетт наверняка доложит обо всём герцогу Партину. — Тогда, может, заключим сделку? — ...Сделку? — Да. Я думаю, ты не станешь нарушать приказ отца без какой-либо выгоды. Ведь ты рыцарь, который ценит приказы. Даже короткого разговора хватило, чтобы понять — Лизетт относится к тем, кто умеет хранить тайны. Элисия была уверена. Даже такая женщина не сможет устоять перед предложенной ценой. — Твоя младшая сестра сильно болеет, да? Когда Элисия упомянула сестру, Лизетт выпустила убийственную ауру. Хотя это было скорее близко к гневу и презрению, Элисия не придала этому значения. Чужая ненависть ничего не значила для Элисии. У неё тоже были моменты, когда она ненавидела кого-то до смерти, да и сейчас всё ещё испытывала ненависть к другим. Именно это негативное чувство — ненависть — привело Элисию сюда. — Я слышала, что после смерти виконта и виконтессы Монти ты не можешь оплатить лечение сестры... — Вы даже собирали информацию обо мне? — Да. На лице Элисии не было ни малейшего признака раскаяния. Видимо, слухи оказались правдой. Слухи о том, что старшая дочь, Элисия, очень похожа на герцога Партина. Лизетт почувствовала себя жалкой из-за того, что хоть на мгновение посчитала Элисию просто наивным ребёнком. Её плечи слегка задрожали. Хотя знала, что девочка собирала о ней информацию, она не могла позволить себе упрекать Элисию — не в её положении. — Ты стала рыцарем нашей семьи, чтобы заработать больше денег, верно? И это задание ты тоже взяла с условием дополнительной оплаты. Вместе с условием отдать свою жизнь, если раскроешь секрет. Элисия говорила так гладко, будто знала все условия, поставленные герцогом Партином. — К чему вы клоните... — Я оплачу всё лечение. Даже если это будет стоить больше, чем даёт отец. Если хочешь, я помогу отправить твою сестру в Империю на лечение. Это определённо было хорошее предложение. Лучше, чем предложение герцога Партина. Изначально герцог Партин не знал о семейном положении Лизетт. Он просто предложил больше, чем её обычная зарплата. Лизетт наклонила голову, глядя на Элисию сверху вниз. На её лице читалось непонимание, почему девочка так интересуется ребёнком внутри флигеля. Более того, она сомневалась, что у Элисии достаточно средств, чтобы оплатить лечение её сестры. — У меня много денег. Она ведь дочь герцога, как она может не позволить себе оплатить лечение? Не зря она копила деньги на будущее. «Хоть я и откладывала их на дом, где буду жить с Ариэль...» Интересно, к тому времени Ариэль захочет создать семью с Иденом? Элисия, волнующаяся о браке своей младшей сестры, сама была ещё слишком юна, едва вышедшая из пубертатного возраста. — Честно говоря... предложение заманчивое. Образ герцога Партина, требовавшего строго хранить тайну, уже давно исчез из головы Лизетт. Вместо него появился образ её младшей сестры, чуть младше Элисии. Сестра, постоянно кашляющая, иногда в сухую погоду даже кашляла кровью. Ради сестры, своего единственного оставшегося родственника, Лизетт была готова на всё. Но она не была настолько беспечной, чтобы безоговорочно доверять Элисии — девочке намного младше её, хоть и чуть старше её сестры. Более того, ей было унизительно то, что девочка словно шантажировала её, используя сестру. — А у меня действительно есть выбор в этой сделке? Где это видано — такая односторонняя сделка? Это была сделка лишь по названию, а по сути — шантаж. В ответ на ее слова, Элисия с притворно обиженным выражением ответила: — Почему это шантаж? Даже если ты откажешься от моего предложения, я не причиню вреда ни тебе, ни твоей сестре. Просто мне придётся искать другой способ попасть внутрь. Правда ли это? Доверие к словам маленькой хозяйки герцогства Партина, которая провела расследование о ней, давно исчезло. — Если бы я изначально хотела тебя шантажировать, то даже не упоминала бы о лечении. Слушая, Лизетт поняла, что Элисия права. Не найдя слов для возражения, она опустила взгляд. — Дать тебе время подумать? Всё равно Лизетт согласится на её предложение. Не было смысла затягивать. Элисия хорошо понимала, что ей не доверяют из-за юного возраста. Но дело было не только в этом — лоб Лизетт всё ещё был нахмурен. Похоже, её всё ещё беспокоило, что Элисия собирала о ней информацию и упомянула сестру в качестве рычага давления. Вздохнув, Элисия стёрла безобидное выражение с лица и криво усмехнулась. — Может показаться, что я давлю, но на твоём месте я бы приняла моё предложение. Понимаю, тебе неприятно, что я собирала о тебе информацию и использовала твою сестру для сделки. Но у тебя нет права возмущаться. Элисия понимала, что не стоит провоцировать. Она собиралась просто дать время и подождать. Причина, по которой она передумала, заключалась в том, что Лизетт, казалось, пыталась выставить её единственной злодейкой. — Ты получаешь деньги за то, чтобы стоять на страже и не дать сбежать пленнику. У тебя нет права осуждать других. После последних слов Элисии Лизетт крепко прикусила нижнюю губу. Если разжать кулак, на ладони наверняка останутся следы от ногтей. Бросив взгляд на кулак Лизетт, Элисия снова спросила, словно для подтверждения: — Спрошу ещё раз. Тебе нужно больше времени на размышления? Наконец, Лизетт достала из кармана ключ от флигеля, где был заперт Иден. *** Элисия, затаив дыхание, смотрела, как открывается плотно закрытая дверь. Удивительно, но в тёмной комнате не чувствовалось ни малейшего присутствия человека. Почему-то внутри флигеля казалось холоднее, чем снаружи. Элисия осмотрела комнату, пытаясь найти человеческую фигуру. Вопреки отговорке Лизетт, внутри флигеля было не так уж грязно. — Я стою на посту до полуночи. Поэтому вам лучше вернуться до этого времени. — Я знаю. Получив подтверждение, Лизетт вышла, оставив Элисию одну. Через окно с решётками падали лучи света. Проследив за лучами, Элисия увидела белоснежную фигуру. — А... С губ Элисии сорвался вздох удивления, и её рот слегка приоткрылся. Она знала всех персонажей только по тексту. Она знала имена и существование главных героев, но их внешность она лишь поверхностно представляла из описаний. «Так этот мальчик...» Элисия отчётливо увидела мальчика, сидевшего на кровати с отрешённым выражением лица. Иден. Главный герой «Тюрьмы Ариэль» и мужчина, который в будущем спасёт её любимую сестру. Элисия, до сих пор медлившая у двери, плотно сжала губы и тихо подошла к Идену. Чем ближе она подходила, тем яснее видела его внешность. Белоснежные волосы, подобны серебру. Однако, судя по тому, что они не отражали свет, освещавший комнату, это были именно белые волосы, как описано в книге, а не серебряные. Глаза Идена, сидевшего неподвижно, ни разу не моргнули с тех пор, как Элисия вошла в комнату, словно ему не было неприятно. Благодаря этому её яснее мог разглядеть его фиолетовые зрачки. Истощённое тело, словно он давно не ел нормально, потрескавшиеся губы и синяки на лице под лучами солнца заставили Элисию нахмурить брови. «Это работа герцога Партина?» Если так, то он действительно безжалостный человек, не видящий в ребёнке ребёнка. «Я тоже не лучше, но он действительно ужасный человек». Она, льстившая такому ужасному человеку ради своего положения, тоже была ужасной, если на то пошло. Элисия не отрицала этого. Ведь в дальнейшем ей предстояло выживать, используя все доступные средства. ----------