Ох, как же я не хочу идти на работу.Я вздохнул и посмотрел на огромные железные ворота передо мной.

“В чем дело?” - спросил я. Может быть, это потому, что я долго не мог успокоиться стоя перед особняком, решая, входить или нет?Солдат, охранявший входную дверь, осторожно заговорил со мной.

“Меня зовут Сион Ривелон, с сегодняшнего дня я назначен помощником герцога”. На его лице появилось сомнительное выражение, которое, кажется, кричит: "Вы подозрительны!" в любой момент.Я быстро ответил, достал из кармана карточку доступа и письмо о встрече, которые пришли по почте несколько дней назад, и протянул ему."Если подумать об этом...”

Солдат, который что-то бормотал себе под нос, проверил удостоверение и письмо о назначении, сообщив, слышал ли он о моем прибытии заранее.Проверив содержимое, он вернул их с улыбкой и расслабленным выражением лица.

“Ха-ха, я думаю, ты очень нервничаешь, потому что это твой первый рабочий день. Но не волнуйтесь, герцог Прасидус очень добрый и нежный человек!”

“Ах, ха-ха. Это верно, да...”

“Тебе не нужно так нервничать!”Солдат не обратил внимания на мой неуверенный ответ и сказал то, что хотел, подталкивая меня вперед с дружелюбным лицом. В конце концов я поплелся вперед, чувствуя себя коровой, которую тащат на бойню.Герцогство Прасидус, на которое я должен работать с сегодняшнего дня, является одним из двух герцогств в Империи Святого Люмена.

Среди них люди герцогства Прасидус были особенно одарены сильными божественными силами.

Благодаря им империя произвела на свет так много кардиналов. Что я такое говорю?

Человек, которому я буду служить, родился с сильной божественной силой, которую трудно найти даже в такой семье.

“Серпенс А. Прасидус”.

Это имя человека, которому я буду служить в будущем.

Я положил его в рот, чтобы укрепить свою решимость, но, наоборот, я потерял больше сил.

Серпенс был строг к себе, но он знал, как быть добрым к другим.

Несмотря на то, что его божественная сила была огромной, его преданность была глубокой, и он известен как набожный верующий, который всегда следует воле богини.

Он был очень внимателен к своим подчиненным и никогда не злился и не злоупотреблял своей властью.

Его способности к работе очень хороши, и он известен тем, что у него нет тяжелой работы, потому что большую часть своей работы он выполняет сам.

Поэтому, когда людей спрашивают, кого они хотят видеть своим боссом, любой назовет свое имя.

Я был назначен помощником такого человека.

«Ох, как же не хочется идти на работу».

Я вздохнул и посмотрел на огромные железные ворота передо мной.

— В чём дело?

«Может быть, это потому, что я долго не мог успокоиться, стоя перед особняком и решая, входить или нет?»

Солдат, охранявший ворота, настороженно посмотрел на меня:

— Меня зовут Зион Ривелон, с сегодняшнего дня я назначен помощником герцога.

На его лице появилось сомнение, которое, словно кричало «Ты подозрителен!»

Сказав это, я достал из кармана удостоверение и письмо о назначении, которое пришло по почте несколько дней назад, и протянул ему.

— Если так подумать...

Солдат, который что-то бормотал себе под нос, проверил удостоверение и письмо о назначении.

Он вернул мне их с улыбкой и расслабленным выражением лица:

— Ха-ха, я думаю, ты сильно нервничаешь, потому что это твой первый рабочий день. Но не волнуйся, герцог Прасидус очень добрый и нежный человек!

— Ах, ха-ха. Это верно, да...

— Не нужно так нервничать!

Солдат не обратил внимания на мой неуверенный ответ и сказал то, что хотел, подталкивая меня вперёд с дружелюбным лицом.

В конце концов, я поплёлся вперёд, чувствуя себя коровой, которую ведут на бойню.

Герцогство Прасидус, на которое я должен работать с сегодняшнего дня, является одним из двух герцогств в Империи Святого Люмена.

Среди них люди герцогства Прасидус были особенно одарены божественными силами.

Благодаря им империя произвела на свет множество кардиналов. Хотя о чём я говорю?

Человек, которому я буду служить, родился с сильной Божественной силой, которая редка даже в этой семье.

— Серпенс А. Прасидус.

«Это имя человека, которому я буду служить».

Я произнёс его имя вслух, чтобы укрепить свою решимость, но, получилось, наоборот, я лишь сильнее разволновался.

Серпенс был строг к себе, но он знал, как быть добрым к другим.

Как бы ни была велика его божественная сила, он был преданным человеком. Известен он как набожный верующий, который всегда следует воле богини.

Он был очень внимателен к своим подчинённым и никогда не сердился и не злоупотреблял своей властью.

Также он известен своими способностями и тем, что никогда не давал тяжёлую работу, потому что большую часть выполнял он сам.

Поэтому, когда людей спрашивают, кого они хотят видеть своим начальником, все готовы назвать его имя.

И я был назначен помощником этого человека.

Некоторые сказали бы: [Получи много денег, работай меньше, и у тебя хороший босс!], ты подумаешь, что это не та работа, которую можно найти в этом мире.

Это работа мечты. Даже несмотря на то, что вас приняли в такое место, вы говорите, что не хотите идти на работу с первого дня. Любой, кто услышит это, укажет на вас пальцем, сказав, что вы полны собой.

Грубо говоря, я мог бы выругаться на такого человека! Так как у меня есть причина. На самом деле я иностранец и одержимый человек.

В реальной жизни это обычно невозможно, но это очень распространено в таких средствах массовой информации, как романы и манга.

Если это роман и кто-то его читает, услышав вступление, [О, этот ублюдок! Современный человек обладает характером, читая фантастический роман? И я уверен, что он не главный герой, так как он помощник. Он бы так сказал.]

Правильно, это было очень точно. Вот почему я неохотно иду на работу.

Согласно роману, которым я владел, [Мастер Священного меча], я могу примерно резюмировать это следующим образом.

Серпенс А. Прасидус теряет своих родителей во время нападения группы поклоняющихся демонам в детстве, поэтому существует обстановка, в которой говорится, что он ненавидит зло больше, чем кто-либо другой.

Он вступил в герцогство в юном возрасте 15 лет, но его природные навыки укрепили его положение.

Теперь, когда с тех пор прошло 9 лет, Серпенс -лучший дворянин по имени и на самом деле, уважаемый многими людьми. Хотя он был не единственным.

У Серпенса очень честная и невинная личность, и он известен тем, что отдает свои собственные вещи, чтобы помочь бессильным.

В дополнение к этому, у него есть гениальные навыки владения мечом, которые он постоянно оттачивал с детства!

Он известен как следующий кандидат на звание "Мастер Священного меча", у которого вы не найдете никаких недостатков.

Глядя на приведенное выше описание, было бы правильно подумать [О, этот ребенок был главным героем?], Но, к сожалению, это не так.

Номинант означает, что именно так думали люди в романе.Однако он не был тем, кого выбрал Святой Меч. Почему бы ему и не быть, разве у него не хорошая обстановка?

Бог не выбрал бы такого человека в качестве мастера Святого Меча.

Вам может быть интересно, что это за чушь собачья, но если вы хорошенько подумаете, то все просто. Неужели вы до сих пор не заметили странного контекста?

Таким образом, он не персонаж в этой обстановке, а персонаж в обстановке, у которой "есть такая обстановка".

Чтобы помочь вам понять, именно Серпенс убил своих родителей.

И для меня это самая важная часть.

Согласно роману, у него в прошлом было два помощника. Один расследовал что-то по приказу Серпенса, но он умер от чьей-то руки. А другой погиб в автомобильной катастрофе.

Серпенс, который, как говорят, был опечален смертью своих помощников, с тех пор не нанимал нового помощника.

И в повествовании, связанном со Серпенсом, было два противоречия.

Во-первых, это настройка, в которой помощник "умер", замените ее на " его убили’ и прочитайте ее.

Во-вторых, фраза "он известен как" на самом деле плохая шутка.

На самом деле это не преувеличение!

Я не сказал "у него есть обстановка без причины’ или ‘я знал" в преувеличении. Это официальная работа автора!

“Привет~. Но я ведь второй помощник, верно?”

Ах! Каждый раз, когда главный герой внезапно появлялся, читатели говорили: "Ожидание закончилось!"

Я тоже помню, как шутил с его именем.

Это действительно тревожно, пожалуйста, спасите меня.

Наступил мой первый рабочий день. Когда я подошёл к центральному входу в имение герцога, дворецкий уже меня ждал. Он полностью соответствовал образу классического дворецкого: преклонный возраст, поседевшие волосы и усы.

— Герцог вас уже ожидает, следуйте за мной, — поклонившись, он почтительно мне улыбнулся. Затем мужчина выпрямился, и указал мне жестом следовать за ним.

«Он и нанимал меня на работу», — вспомнил я.

Тогда я и узнал его имя — Ганс Робертс. Хотя, конечно, редко встретишь дворецкого, который занимается подбором персонала для своего господина. Герцог же тогда сообщил, что слишком занят, и не видит варианта лучше, и никто ему слова поперёк не скажет.

Работы у герцога было много, поэтому он и искал для себя помощника. А ко всему прочему, он ещё и занимался расследованием убийства предыдущего помощника.

«Только как прикажете это понимать? Разве не сам герцог убил того самого помощника? Я вообще-то роман читал!»

Полагаю он специально вставляет палки в колёса следствию, вот и всёего «расследование».

И из-за всех этих обстоятельств дворецкий по имени Ганс, который работает здесь ещё задолго до рождения Серпенса, был вынужден провести со мной собеседование.

Перед началом собеседования Ганс сообщил, что передаст всю информацию о Зионе, как только закончит.

Кстати, для справки, на собеседовании был не я, а настоящий Зион Ривелон. Если бы собеседование проходил я, я бы из кожи вон вылез, чтобы заполучить работу. Оригинальный персонаж по имени Зион – американец корейского происхождения, его семье не удаётся достичь высокого статуса, но тем не менее, сейчас он является вторым сыном графа.

«Так что, если я не смогу получить эту работу, мой титул меня прокормит!»

Да и тем более, на собеседовании Зион держался так себе. Когда я оказался в его теле, я помнил события, произошедшие со мной, и на собеседовании Зион восторга не вызвал.

А причина, по которой в помощники выбрали его, проста: он показался совершенно обычным. Среди претендентов на должность, он совсем ничем не выделялся и не обладал нужными качествами, и тут напрашивается вопрос: «Почему среди всех кандидатов работу отдали самому некомпетентному из них?»

Полагаю, это как-то связано с погибшим помощником. Он был идеальным, казалось, он готов был отдавать всего себя ради благого дела и даже брался за работу, которая от него не требовалась.

«Может, как раз тогда он узнал о каких-нибудь грязных делишках Серпенса?»

По этой теории даже есть пара зацепок.

«Рыцарь Священного меча», роман, который я читал, начинается с того, что герой становится избранным Священным мечом. И только спустя полгода начинаются эти события. Согласно содержанию романа Серпенс скрывал свою истинную личность и в это время правил подземным миром. Так что, по меркам нынешнего времени Серпенс уже должен был стать частью подземного мира или уже пытается захватить там власть.

Естественно существование подземного мира – тайна, и ни в коем случае нельзя допустить, чтобы императорская семья узнала об этом.

«А если бывший помощник узнал как раз об этом?» Ну, знаете, если бы Серпенс со словами «Ты слишком много узнал» перерезал бедняге горло, это было бы неудивительно.

А старик-дворецкий должно быть и не подозревает, почему среди всех претендентов выбрали именно меня – самого некомпетентного. Нет, тут должно быть что-то ещё.

«Этот глупый старик не видит реальных намерений герцога!» Хотя, на его месте я бы наоборот подмечал все странности в его поведении.

А в решении герцога выбрать некомпетентного помощника нет ничего неправильного. Мы ведь все знаем, что за его действиями скрываются корыстные мотивы. И пока я размышлял, Ганс заговорил со мной:

— После встречи с герцогом вам будет временно присвоен титул, заменяющий титул барона.

— Временно? — переспросил я.

— Для должности помощника герцога Прасидуса вам необходимо обладать высоким статусом. А для получения высокого титула требуется немало времени.

Ганс был прав. Все титулы, которые присваивали тому или иному аристократу должны быть одобрены императором. А затем одобрение императора проходит ещё множество инстанций, прежде чем человеку на самом деле присвоят его титул. Иными словами, это занимает не меньше месяца.

Обычно в первый день работы тебя вводят в курс дела, ты хвостиком ходишь за человеком, работающим на этой должности до тебя, перенимаешь у него все знанияи умения и только потом начинаешь работать. Но тут всё иначе. Помощник-то мёртв. И по этой самой причине я нанят на работу без испытательного срока и присвоенного мне титула.

Говорят, что титул, который мне сейчас присвоят, может быть дан по усмотрению барона, и это позволит временно исполнять его приказы, пока император не даст разрешение присвоить мне реальный титул барона.

Вспомнив историю смерти предыдущего помощника, я немного замешкался:

— То есть, я сразу получу этот временный титул? А если я потом захочу уволиться, моя просьба будет рассмотрена?

Дворецкий, который ничего не подозревал, посмотрел на меня и по-доброму улыбнулся. Должно быть он думает, что я слишком нервничаю перед встречей с герцогом.

Чёрт возьми!

— В главном особняке имения расположен кабинет герцога. Вы будете видеться с господином Прасидусом каждый день, учтите.

Наконец-то мы добрались!

Как и всё имение герцога Прасидуса главный особняк был большим и просторным. Дорога была не близкой, но из-за нежелания вообще туда идти, мне показалось, что добрались мы слишком быстро.

Когда Ганс осторожно постучал в дверь, в ответ из кабинета до нас донёсся тихий, низкий голос:

— Входите.

Если бы таким голосом священники отпускали грехи, то у исповедовавшегося складывалось бы впечатление, что все его грехи и правда отпущены. «Божественный» – подходящий ли это эпитет для описания голоса герцога?

В самом романе был эпизод, когда человек, услышав голос Серпенса, утверждал, что сам ангел божий заговорил с ним.

«Мне-то казалось, что это гипербола для красоты слога». Оказывается, автор романа ни капельки не преувеличил.

Разрешение было получено. Ганс толкнул массивную дверь кабинета, и я смог увидеть лицо человека, встречи с котором так сильно боялся.

Сарпенс А. Прасидус сидел за столом, заваленным бумагами. Стол его располагался перед самым дальним большим окном.

«Стоит ли мне подойти ближе?»

Конечно, мне нужно было подойти ближе, но как-то желания совсем уж не возникало. И пока я мялся у входной двери, чья-то рука подтолкнула меня вперёд. Я неохотно сделал шаг, а Серпенс, отложил ручку и поднялся из-за стола.

И даже о внешности герцога автор романа ни разу не преувеличил. Перед собой я увидел красивого мужчину с длинными серебристыми волосами, слегка отдающими голубоватым оттенком, которые были аккуратно забраны в низкий хвост.

Уголки его губ слегка изогнулись в дружелюбной улыбке. На аккуратном носу герцога расположились круглые очки в изящной серебряной оправе, что придавало и без того утончённому лицу аристократа шарм и изящество. Во внешности герцога Прасидуса не было ничего, чего следовало бы бояться. Но внешность – штука коварная.

— Я – Серпенс А. Прасидус, рад встрече, — произнёс мужчина, посмотрев на меня.

— Ах, здравствуйте! Меня зовут Зион Ривелон. Не стоило вам отвлекаться ради меня от дел, — сказал я это совсем не из вежливости, а из-за того, что правда не хотел, чтобы этот мужчина обратил на меня своё внимание.

Если такой вариант событий возможен, то я бы предпочёл видеться с ним, когда он вот так, сидя за столом, погружён в свои дела.

— У меня есть кое-что для вас, — герцог добродушно улыбнулся, взяв со стола документ, обрамлённый золотой каймой.

Хоть я уже и знал, что герцог был в этом мире злодеем, глядя на его лицо, лишь единственная мысль пришла в мою голову: «Он кажется хорошим человеком».

— Что? — я вздрогнул от незнакомого мне голоса, но через секунду понял, что этот голос теперь принадлежит мне.

Теперь я снова чувствовал напряжение.

— Это бумага о присвоении мне титула?

Ответом на мой вопрос была неоднозначная улыбка. Я видел, как за линзами его очков сверкнули изумрудные глаза, обрамлённые длинными ресницами, а солнечный свет из окна, спиной к которому он сидел, осветил его, будто святого.

«Он, правда, похож на божество!» — невольно подумал я.

Я чувствовал, как мой страх перед этим человеком сходит на нет. Его манера речи действительно усыпляла мою бдительность. Пришлось взять себя в руки и не потерять трезвость ума. В душе я саркастично усмехнулся собственным мыслям. Это помогло мне прийти в чувство.

«Ну да, выглядит как божество. И что с того?» Теперь я размышлял более здраво, не позволяя его красивому лицу убедить меня в своей невинности.

— Надеюсь, мы поладим, лорд Ривелон, — с этими словами Серпенс вручил мне бумагу о присвоении титула.

«Это что же? Я теперь тоже аристократ с высоким статусом?»

Эмоции радости должны были захватить мой разум и сердце, но почему-то я только ещё больше напрягся. Я ощутил, что этот титул теперь мой поводок, с которого мне не сорваться. И чем больше я задумываюсь о его намерениях, тем больше мне хочется сбежать отсюда, и совсем не хочется принимать из его рук официальную бумагу о присвоении мне титула.

— С нетерпением жду, когда вы приступите к своим обязанностям, — продолжал Серпенс.

Но такой роскоши я позволить себе не мог, поэтому покорно кивнув, взял из его рук протянутый мне документ.

«Но я так хочу сбежать отсюда! Справлюсь ли я?»

Я сомневаюсь, что я преуспею в своих начинаниях…

Предлагаю пока ненадолго вернуться к роману. В «Рыцаре Священного меча» Священный меч был описан следующим образом: это свет, посланный, чтобы защитить мир и не позволить ему погрузиться во тьму.

Поэтому, когда Священный меч избирает себе хозяина, люди славят избранного героя, и вместе с тем, готовятся к наступлению тёмных времён.

В романе это объяснялось достаточно просто. Когда бог этого мира Лаксмея чувствует, что мир в одном шаге от уничтожения, он отправляет частичку своей души избранному герою, которому предстоит спасти человечество.

Эта самая частичка души и является Священным мечом. В то же время, Лаксмея наделяет будущего героя светом защитника, эта сила позволяет человеку овладеть Священным мечом. Когда меч и герой встречаются, происходит рождение нового героя.

«Я уже знаю, кто избранный, так что давайте не об этом».

А вот на чём мне следует заострить своё внимание, так это на грядущих тёмных временах. Священный меч не появляется просто так, появление низкоранговых демонов не привлечёт внимание Лаксмеи. Этот меч появляется только при реальной угрозе уничтожения мира.

И когда в мир спустился Священный меч, Серпенс узнал в приспешниках демонов убийц своих родителей. Спустя несколько попыток им наконец удалось призвать короля демонов!

А деяния, что совершал Серпенс, были хорошо скрыты от посторонних глаз и императорской семьи. С его появлением ситуация приобрела более скверный характер. Но даже это не значит, что он сам пытался призвать короля демонов.

«На данный момент он всё ещё верит, что Священный меч изберёт его в качестве нового героя, поэтому он ещё не перешёл на сторону тьмы. Так ведь?» А поскольку я в курсе всех предстоящих событий, во мне просыпается ещё больший азарт.

«Неужели это результат современного образования?»

Змей обладал всеми качествами, чтобы стать мастером Священного Меча.

В связи с этим его врожденные божественные силы были экстраординарными. Вот почему его хвалили как "Мастера Святого Меча" еще до того, как он развил свой собственный характер.

“Кажется, что выход из решения страха, который может прийти в будущем, везде одинаков”.

По словам [Мастера Святого Меча], Змей страдал, чтобы оправдать ожидания взрослых с того момента, как он едва начал говорить.

Он приобрел все виды знаний и неоднократно тренировался в фехтовании.

Единственный раз, когда он мог отдохнуть, это когда он использовал четыре часа в день для сна.

" Если бы не его переполняющая божественная сила, разве он не умер бы от переутомления, не дожив и до десяти лет?’

Именно из-за своей огромной божественной силы он был вынужден столкнуться со всем этим, и все же смешно думать, что он смог выжить благодаря этому.

С самого раннего возраста им двигали слова: "Ты должен стать мастером Священного Меча и спасти мир".

Когда другие дети даже не знали, что существует слово "жертва", Змей выгравировал это слово на своих костях.

Он был вынужден взять на себя ответственность и, таким образом, доведен до края.

В будущем он стал преступником, но в прошлом он был жертвой. И, к сожалению, жертвы часто превращаются в преступников.

" Если бы у него был только один человек, если бы у него был кто-то, на кого он мог бы положиться. Можно ли все предотвратить?

Но у него никого не было. Это было больно, очень больно и тяжело. Сколько бы он ни просил о помощи, все, что он получил, было эхом без ответа.

-И в таком случае, даже если его родители узнают об этом позже.

Я начал трясти головой, отпуская эти мысли.

Во всяком случае, никто не был согласен с тем, что делал бывший герцог Прасидус.

Независимо от того, сколько Змей страдал, он был превращен в правильную вещь для великого дела будущего.

И когда Змею исполнилось десять лет, проблема достигла своего пика.

“Ты-ребенок с недостатком воли, и тебе нужно научиться терпению”.

“Возможно, вам придется пострадать, чтобы узнать некоторые вещи. Может быть, это тот самый день. Пойдем со мной”

Спокойным голосом отец повел его.

" Что за сумасшедший!”

Этот фанатик действительно ужасен.

В любом случае, проклятый писатель оставил эту историю, когда Змей умирал. Когда воспоминание закончилось, его жизнь уже закончилась. В конце концов, Serpence упоминается в некоторых частях романа. В обоих мирах он не получил этого единственного понимающего человека до конца.

-Кто знал?

Я никогда не думал, что он был законченным злодеем.

На самом деле оказалось, что он был не более чем брошенным и раненым ребенком. Он не делал ничего, кроме борьбы, чтобы защитить себя от мира.

Я начал вспоминать, что он пережил после того, как столкнулся с ним лично, раньше он существовал для меня только в печати.

Может ли быть, что такие ужасные вещи были реальными?

Честно говоря, меня затошнило.

Несмотря на то, что Змей был так одержим, Святой Меч не выбрал его.

Тот, кого выбрал Святой Меч, был Наследным принцем Империи Святого Люмена.

‘Humanus B. Deva Lumen’.

Он является главным героем [Master of the Holy Sword]. Божественная сила Гумануса сильно отставала от силы Змея.

" Нет, по сравнению со Змеем, был бы хорош любой другой присутствующий кандидат?’

Никто не ожидал, что Гуманус будет избран мастером священного меча.

Прецедент, что человек, рожденный с сильнейшей божественной силой, выбирается в качестве мастера Святого Меча, рухнул.

Когда Святой Меч не избрал Змея, отношение тех, кто восхищался им, изменилось.

“Может быть, была какая-то причина для дисквалификации?”

" Да, было довольно странно, что такой совершенный человек существовал. Что - то явно было не так”

Им было больно, что то, что они считали сильным щитом, чтобы защитить их, не выполняло свою работу.

И они возложили вину за это на Змея.

Змей смотрел на жизнь только как на мастера священного меча и жил, чтобы защитить их. Это, должно быть, было большим потрясением для Серпенса, у которого не было другого выбора, кроме как убить своего персонажа и самого себя ради этой единственной цели.

В детстве Змей не получал никакой привязанности от своих родителей. Вместо этого он был вынужден изучать мораль, которую было трудно понять маленькому ребенку.

Однажды, когда он был в середине учебы, как обычно. Удивленный, увидев выползающего жука, он ударил его книгой и случайно убил.

“Герой, которому нужно спасти мир, не ценит жизнь”.

Молодой Змей подвергался насилию до такой степени, что ломал кости, чтобы понять боль жуков.

И все же в другой день в глазах Змея он смотрел на существо, которое больше походило на живое существо, чем на жука.

Он был ранен и заключен в тюрьму, и Змей был вынужден убить этого беззащитного демона.

“Чтобы спасти континент, вам придется убить много демонов в будущем. Было бы хорошо знать их слабости заранее”.

" Но он такой беззащитный и испуганный”.

Молодой Змей не мог понять.

Он был в агонии, когда смотрел в эти глаза, полные желания жить.

" Это существо вредит континенту. Сочувствовать такому, черт возьми.

Его родители подвергали сомнению и упрекали его мораль. Снова и снова они ловили беззащитных монстров и заставляли его убивать их.

Иногда он был в форме зверя, а иногда принимал человеческий облик. Он узнал, где колоть, чтобы легко убить, и где резать, чтобы вывести из строя.

Видя, что Змей все еще пытается убить, его отец, бывший герцог Прасидус, описал это как " необходимое зло’.

И так продолжалось до тех пор, пока Змей не почувствовал никаких эмоций по поводу этого поступка.

Спонсируемый контент

Змей узнал о " необходимом зле’.

С тех пор родители Змея всегда заставляли его страдать. Змей чувствовал, что сейчас умрет. Итак, он решил убить их.

Спаситель, который должен спасти мир, не должен умереть до того, как произойдет катастрофа.

Это было " необходимое зло’.

Когда Змей не был избран Святым Мечом, окружающие начали сомневаться в его личности. Он начал вспоминать лица своих родителей, которые ставили под сомнение его мораль.

После убийства их едва открытое дыхание остановилось.

" Теперь, когда он больше не их спаситель, почему они так себя ведут?’

В любом случае, он не мог стать мастером священного меча. Таким образом, ему не нужно прилагать дальнейших усилий, чтобы помочь им, не так ли?

Итак, разве это не нормально-быть эгоистичным, как все остальные?

Змей вспомнил о том, к чему он заранее приготовился, когда демонопоклонники начали всерьез двигаться.

Он повернул кончик меча под названием " Необходимое зло’, который он приготовил с мыслью, что его можно использовать в качестве приманки, чтобы выманить их.

Он решил использовать его, чтобы спасти себя, а не мир. Это маленький эгоизм, который он когда-либо проявлял впервые в своей жизни.

Змей чувствовал себя довольно маленьким. Его дыхание немного ускорилось.

С тех пор он использовал силу Империи Святого Люмена. Снаружи он все еще выглядел как святой, но за кулисами его было невозможно остановить, обладая силой подземного мира.

Постепенно вся империя Светого Люмена оказалась под властью Серпенса. Это касалось не только подполья, но и реального мира, в котором проживали самые обычные люди — подданные империи.

В это время избранный герой о произошедшем в империи не имеет ни малейшего понятия и странствует по континенту, проходя испытание за испытанием, ниспосланные ему богом. Герой взрослеет и набирается сил, изо дня в день спасая на своём пути тех, кто попал в беду. Приспешники же находились в разных частях континента, что затрудняло избавление от них.

Стоит также отметить, что империя не оказала никакой поддержки своему наследному принцу на его становлении рыцарем Священного меча. Несмотря на то, что все силы принца были направлены на освобождение континента от демонов и тьмы, которую они посеяли в мире, империя не принимала в данном вопросе никакого участия.

Не заручившись никакой поддержкой, Гуманус, обратившись за помощью к своим товарищам образует собственное объединение по борьбе с демонами и их приспешниками. Обладая высоким интеллектом Гуманус с товарищами первым, узнает о подполье демонов в землях священной империи.

Когда Гуманус спустился в подземный мир, чтобы сокрушить всех демонов, он случайно нашёл официальную бумагу, из которой узнает, что Серпенс А. Прасидус связан с подпольем.

На самом деле бумага была фальсифицирована.

Серпенс, будучи человеком ужасно скрупулёзным, не оставлял за собой никаких следов. Приспешники демонов, хоть и вынуждены были подчиняться ему, видели в Серпенсе непосредственную угрозу. Приспешники создали документ, чтобы напоминать самим себе, что доверять Серпенсу не стоит. Но удивительно другое: большая часть фальсифицированных улик была основана на реально происходящих событиях.

Во время прочтения этого эпизода где-то часть читателей с замиранием сердца боялись перелистнуть страницу дальше, боясь, что Серпенса вот-вот разоблачат. Ещё треть была в восторге от умения Серпенса оставаться незамеченным, а остальные не удержались от смешка, когда читали описание самого подполья и то, как приспешники вели свои дела.

Я сам был представителем последних, которым было смешно.

В любом случае, следует ли из этого сделать вывод, что Гуманус угодил в тупик и был вынужден вершить правосудие?

Гуманус мог сокрушить Серпенса, однако он считал его своим другом. У Серпенса на этот счёт было своё мнение, но Гуманус так и не смог убить его. В результате вместо убийства, Серпенса заточили в тюрьму. В это время приспешники сил зла узнают, что Серпенс, как и они, ближе к тёмной стороне мира. Они тайно попадают в тюрьму и вызволяют Серпенса. В последствии Серпенс окончательно присоединяется к приспешникам.

Благодаря Серпенсу, ставшему во главе приспешников, империя Святого Люмена пала. Гуманус пал смертью храброго война ещё до того, как успел воспользоваться своей божественной силой в полной мере. Земли империи были разрушены, а верховный священник убит. В мире началась борьба за власть, начали зарождаться новые религии, и приспешники демонического культа затесались между ними.

Гуманус, который совсем недавно был наследным принцем империи и по совместительству героем-защитником, в одно мгновение стал никем.

Страны, которые стали свидетелями падения империи, принимали минимальное участие, лишь смягчая полученный ущерб, никто из правителей даже не задумывался объединить силы для противостояния главному врагу.

Во всей этой суматохе все приготовления к появлению короля демонов были завершены, и он спустился на континент.

Хотя тогда никто и подумать не мог, что Серпенс, умело притворяющийся таким же приспешником, нанесёт удар и поглотит силу самого короля демонов.

Помню, я тогда читал комментарии, особенно запомнились мне два из них:

[Помянем короля.]

[Что-то как-то слабоват был король, его ушатали за пару минут. Это точно король был?]

Только вот приобретённые силы Серпенса мало чем могли порадовать. Разве можно было считать наращивание собственной мощи счастливым финалом? Не думаю, и Серпенс так не думал.

В это время континент погрузился во тьму. Велись кровопролитные войны, появлялись новые виды демонов, мир погружался в хаос. И сколько бы праведный Гуманус не бегал по континенту, в попытках спасти хоть кого-то, все его попытки были тщетны.

Был героем, а стал посмешищем.

Все высокоранговые приспешники погибли, когда король демонов спустился на континент.

Так или иначе, допустить такую катастрофу снова нельзя. Мне бы очень хотелось заранее сообщить о том, где сосредоточены основные силы приспешников, но это невозможно, так как в романе о местонахождении их штаба никак не сообщалось.

И теперь, чтобы это узнать, необходимо дождаться, когда демоны и их приспешники начнут действовать.

Империя Святого Люмена должна стать главной опорой наследного принца Гумануса на его пути избавления мира от демонов. Церковь Лаксмея должна объединить души людей с помощью веры. А страны должны объединиться и направить все силы на помощь империи во избежание катастрофы мирового масштаба. Но для начала надо найти главный штаб приспешников.

И только один человек сможет справиться с этим. Он не только сможет предотвратить падение империи и мировой хаос, благодаря своей политической компетентности он сможет объединить целый континент. Стоит также отметить, что он достаточно силён, чтобы удерживать приспешников и противостоять демонам вместе с другими войнами.

«Может ли это быть?..» — спросите меня вы. И я определённо точно отвечу: «Да. Это Серпенс А. Прасидус».

Я более, чем уверен, что не сверни Серпенс с верного пути, этого мирового краха не случилось бы вовсе.

Именно поэтому, несмотря на внутренние противоречия, я всё же согласился на работу в качестве помощника герцога Прасидуса. А если бы я не согласился на предложенную мне должность, то предпочёл бы покинуть империю и жить вдали от дома так долго, насколько бы это было возможно.

Но всё слишком сложно. Складывается впечатление, что всё было спланировано заранее, ведь я оказался в этом романе как раз в первый рабочий день Зиона. Серпенс не был ещё монстром, неужели сама хронология событий намекает мне, что я должен что-то сделать?

Обычно говорят, что люди не меняются, они не в состоянии изменить своим привычкам или прислушаться и начать по-другому смотреть на жизнь. Но чем чёрт не шутит, давайте попробуем превратить в добряка главного злодея.

«Герцог, пожалуйста, покайтесь!»

Поскольку сегодня первый рабочий день, было решено, что я последую за дворецким, чтобы изучить устройство особняка и познакомиться с людьми, которых я часто буду видеть.

" Разве не было приятно встретиться с ним на самом деле?”

-Да, я тоже так думаю.

Ганс громко рассмеялся: "Ха-ха-ха". Затем он показал улыбку, которая доказала, как много у него гордости. Теперь, когда я только поздоровался со Серпенсем, я еще не могу судить, хорош он или нет.

-Ну, лицо вроде бы хорошее, но...

По мере того, как я удалялся от кабинета, где находился Серпенс, напряжение в моем теле медленно начало рассеиваться.

После того, как беспокойство о встрече с последним боссом [Мастера Святого Меча] исчезло, я наконец смог заметить окрестности, которые раньше не видел.

Коридор не был экстравагантным, он был украшен элегантным антиквариатом, простирающимся далеко.

-Если особняк в столице так широк, то насколько велик будет замок лорда?

Глядя снаружи, это было не единственное здание здесь. Согласно описанию Ганса, здесь есть общежитие для пользователей, казарма, пристройка для гостей и т. Д. Главное здание состоит из 5 этажей, а офис находится на 4 этаже.

"Из-за того, как я волновался, я не чувствовал никаких трудностей, поднимаясь по лестнице до 4-го этажа".

Влияние человеческого разума на тело поразительно. Глядя на тело Сиона, казалось, что он не тренировался так много, как я. Разве я не был бы измотан, просто поднимаясь утром по лестнице и приходя в офис?

Думая так, я думаю, что буду ненавидеть ходить на работу из-за лестницы, а не кое-кого.

За исключением 5-го этажа, который является личным пространством герцога, я осмотрел все главное здание. Пока меня водили по городу, я встречал таких людей, как слуги, администраторы и рыцари.

Последним местом, куда мы прибыли, был ресторан, пришло время ужина.

-Что это? Они платят за еду?

Если это так, все, что я могу сказать, это то, что это действительно здорово.

" Вы, должно быть, голодны, я думаю, было бы неплохо поужинать. После этого вы сможете поговорить с герцогом и уйти с работы.

Услышав это, я вспомнил, что очень голоден. Сегодня утром я так беспокоился о боссе, что пошел на работу на пустой желудок.

" Подожди. Я пошел на работу утром, но почему сейчас обед? А как же мой обед?!

Я уставился на Ганса с негодованием из-за пропущенного обеда. Но он проигнорировал меня, не заботясь о моем взгляде, показывая мне улыбку доброжелательного дедушки.

" После еды тебе было бы полезно пойти в офис одному".

Ганс сказал, что надеется, что я быстро привыкну к этой работе, и ушел, сказав, что ему пора идти на работу.

" Разве это не должно было быть работой мечты, о которой все мечтают? Мне пришлось пропустить обед с первого дня работы? Серпенс не единственный, кого не должно вводить в заблуждение его дружелюбное лицо, верно?

Если подумать, этот дворецкий был верен бывшему герцогу Прасидусу еще до рождения Серпенса. Здесь нет хорошего человека, который заступился бы за ребенка, подвергшегося насилию, верно?

-А? Неужели все люди в этой семье такие?

У меня внезапно пропал аппетит, поэтому я встал со своего места, прежде чем закончить ужин. Все в порядке, я уверен, что буду голоден, когда вернусь домой.

‘Да, когда я возвращаюсь домой, мне нужно сварить чашку рамена для позднего ночного перекуса. Подождите! У них нет мешка рамена, не говоря уже о чашке рамена здесь, верно? Я даже не могу заказать курицу!

Казалось, что все радости в жизни ушли.

Я испытал большее чувство лишения, чем когда внезапно осознал, что обладаю телом Сиона после пробуждения ото сна.

"Я должен был заставить себя поесть".

Я уже жалею об ужине, с которым попрощался, но что поделаешь, я уже ушел.

Несмотря на беспокойство о том, чтобы заблудиться по дороге в офис Serpence, я вспомнил, что он был в самой внутренней части 4-го этажа, поэтому я смог найти его сразу. Я не стал бродить вокруг, потому что офис находился далеко от ресторана. Когда я приехал, я был очень измучен.

Так как я закончил осмотр этого особняка, я, наконец, снова поднялся на 4-й этаж. Было ясно, что на следующее утро я буду страдать от сильной мышечной боли. Смогу ли я встать?

-Кроме того, я тоже должен вернуться домой?!

Я уже сошел с ума.

Спонсируемый контент

-Ах!

Внезапно дверь кабинета открылась, и в то же время послышались женские крики и "грохот".

Поскольку я стоял перед дверью с разинутым ртом, когда горничная открыла дверь и увидела меня, она вздрогнула и уронила поднос, который держала в руках.

Возможно, она принесла Змею после обеда чай, чайник упал на пол и разбился с громким шумом.

" Тьфу! Ааа, ты в порядке?!

" Да, да! Я в порядке”

Мы с горничной посмотрели друг на друга дрожащими глазами.

Наши взгляды на мгновение переплелись, затем она сказала: Она присела на корточки, собрала осколки чайника и положила их на поднос.

" Я тоже помогу!”

Это произошло потому, что я застал ее врасплох, поэтому я не мог позволить ей сделать такую опасную вещь в одиночку. Когда я присел на корточки рядом со служанкой и попытался дотянуться до осколков чайника, Змей подошел и схватил меня за руку. Взглянув на него, я заметил, что это была не только моя рука, но и рука служанки.

“Голыми руками опасно. Лучше взять с собой чистящие средства.

Он говорил слегка взволнованным тоном, глядя на меня и служанку.

“Прости, я была неосторожна! Боже, как я могла это сделать? Что мне делать?

“Нет, это потому, что я отключился перед дверью! Это моя вина! Прости меня, пожалуйста, прости меня!

Горничная плакала, так как она разбила дорогой чайник и потому, что даже ковер был испачкан чаем. Мне очень жаль ее, так как это была частично моя вина, и больше всего на свете я боюсь, как отреагирует финальный босс.

-Все в порядке, успокойтесь оба.

Змей успокоил нас обоих дружелюбным голосом. Когда теплая энергия потекла из его руки, которая держала мою, мое сердце успокоилось.

" Это божественная сила?’

Я почувствовал, как мое тело расслабляется.

" Это был просто несчастный случай. Что еще более важно, есть ли какие-либо травмы?”

Когда мы с ней прекратили бессвязную болтовню, Змей улыбнулся нам с облегчением.

Его глаза сузились, а уголки слегка изогнулись. Его длинные ресницы затрепетали, как крылья ангела.

"О, я действительно чувствую, что все мои грехи прощены".

Горничная тоже думала о том же, что и я, ее глаза были немного не в фокусе. Увидев ее расслабленное выражение лица, мой разум, наоборот, прояснился.

-Фу, я чуть не попался!

Змей посмотрел на мою руку и руку служанки. Моя рука, которая даже не коснулась осколков, как и служанка, были невредимы. Хотя чайник упал к ногам горничной, она не пострадала от осколков, которые могли отскочить, благодаря тому, что платье горничной было в виде длинной юбки, доходившей ей до лодыжек.

" Даже если бы мы пострадали, были бы мы исцелены божественной силой, которую дал нам Змей?’

Хотя он и знал это ясно, он должен был тщательно проверить, как спектакль, чтобы показать, что "Я очень беспокоюсь о тебе".

Рука Змея отвалилась только после того, как мы убедились, что мы не ранены, и горничная, которая пришла в себя, ушла за чистящими средствами.

" Но это немного разочаровывает”.

" Да?!”

Что? Я сделал что-то не так, я обидел последнего босса, который ударил по спине короля демонов?

" Неужели чайник, который только что разбился, - это заветная вещь Змея? Или это ковер? Что я сделал не так? Не попаду ли я завтра под фургон по дороге на работу? Ах! Это всего лишь мой второй день после вступления в мир романа, это была короткая жизнь.’

Увидев мой ошеломленный взгляд, Змей сделал неопределенное выражение лица, как будто ему было жаль.

Затем указательным и средним пальцами он коснулся моего лба и снова дал мне божественную силу.

Это было похоже на возвращение домой после работы, отмокание в теплой ванне, открытие, а затем выпивание холодного пива.

"Конечно, я не получал работу с тех пор, как учился в колледже".

Я просто подразумеваю, что это очень освежающее чувство. Когда он вступает в прямой контакт с головой, эффект психической стабилизации кажется еще лучше, чем раньше.

-Я слишком остро отреагировал?

Да, даже если бы он был последним боссом, он не стал бы убивать людей из-за чайника и ковра. Он бы еще не пал так далеко.

-Ты боишься?

Я хотел спросить: "Как ты узнал, что ты экстрасенс?’

Помимо жалости, которую я испытываю из-за его детства, я знал, чем он занимался, когда присоединился к демоническим силам.

В результате погибло и пострадало много людей. Я помню, что, зная все это, я далек от чувства вины, но образ его, охваченного безумием, не может быть забыт.

Если я что-то не изменю, Змея снова постигнет та же участь, и континент будет уничтожен.

" Умру ли я от руки Змея, прежде чем предотвратить это?"

" Я не убью тебя”.

Я бессознательно вздохнул. Я что-то сказал вслух? Я был очень удивлен, но почему-то не испугался.

" Ах, божественная сила! Он все еще настаивается.

Обладает ли божественная сила способностью читать мысли? Я никогда не слышал о такой вещи. Если бы существовала такая удобная функция, она должна была быть упомянута в [Мастер Святого Меча].

-Разве ты только что не просил меня оставить тебя в живых?

Я закатила глаза и избегала его взгляда, а Змей произнес это с горькой улыбкой.

Это лицо, которое заставляет зрителя грустить. Если бы кто-то еще увидел это, они определенно осудили бы человека, который заставил Змея выглядеть так, как мусор.

Я рад, что горничная вышла, чтобы получить чистящие средства, я почти сделал себе имя как мусор с первого дня на работе.

-Кстати, я действительно это сказал?

Я думаю, что сказал это случайно, бормоча ранее. Нет,может быть, я этого и не делал. Что еще более важно.

-Ты действительно не собираешься убить меня?

" Почему я убиваю своего помощника?”

Слова "Ты уже убил его" подступили к горлу, но я сдержался.

" Разве я похож на человека, который сделал бы это?”

“Это моя ошибка! Я не прав, я мусор. Это мусор, который даже не может быть переработан! Я лучший мусор в этой области!”

Спонсируемый контент

Когда Змей с ангельским лицом опустил голову с печальным выражением, я почувствовал, что стал действительно плохим парнем, поэтому я объявил себя мусором, не осознавая этого. Змей широко раскрыл глаза и посмотрел на меня, как будто пораженный моим заявлением, а затем улыбнулся. Глядя на это, это улыбка, которая делает ваше сердце счастливым.

-Нет, лорд Ривелон. Я все еще мало знаю о вас, но я чувствую, что вы очень чистый и добрый человек. Вы не мусор, поэтому не говорите таких грустных вещей.

“Да, я не мусор. Я хороший человек”

Речь шла не о приготовлении соевых бобов с красной фасолью, но меня привлекло чувство, что я должен ответить "да", даже если мне придется делать красную фасоль из соевых бобов.

Услышав мои слова, Змей убрал руку с моего лба, сел и начал смеяться. Это было похоже на веселый смех невинного мальчика.

-Его характер всегда был таким?

Если подумать, появление его, упомянутого в [Мастер Святого Меча], было только после воспоминания о его жестоком детстве и его коррупции после того, как он не был избран Святым Мечом.

-Разве он не менее страшен, чем я думал?

Существует вероятность, что это также рассчитанный поступок. Я решил проигнорировать это.

" Было бы слишком страшно, если бы это был акт!’

Я не должен был терять бдительность рядом с ним, но я был в положении, которое требовало, чтобы я поладил с ним и узнал о нем. Я даже не могу есть кашу или рис, потому что боюсь.

Tl примечание: кажется, боится есть кашу или рис означает по-корейски своего рода тонуть или плавать, что означает, что он находится в сложной ситуации.

Серпенс, который некоторое время смеялся, встал, когда успокоился. Видя, как он осторожно вытирает влажные уголки глаз, я думаю, что он смеялся так сильно, что слезы выступили.

-Это было так смешно?

Тем временем, темноволосая горничная вернулась после того, как принесла чистящие средства. Я подошел к ней, чтобы помочь, но она отказалась, сказав, что это ее работа.

-Кстати, как прошел твой первый день?

-Пока не могу сказать. У меня не было подходящей работы

-Но вы ведь встречали людей, с которыми хотели бы работать?

На самом деле, было так много людей, что я понятия не имею, кто есть кто.

‘Что касается запоминающихся людей. Есть Ганс, враг обеда, и горничная там убирает?

Я должен был принести свой блокнот и записать ее имя, но у меня не было времени думать об этом.

-Если вам когда-нибудь понадобится что-нибудь, связанное с работой, вы можете сказать мне.

“Значит, есть.“

Как только у меня появился шанс, я им воспользовался, Серпенс не возражал, когда я спрашивал, он спокойно ждал с выражением, которое позволяло мне говорить.

-Разве я не могу есть и спать здесь вместо того, чтобы ездить на работу?

Я должен просыпаться рано каждое утро и идти в особняк. Я не уверен, что смогу пересечь этот большой особняк и подняться на 4-й этаж главного здания. Трудно даже вернуться прямо сейчас!

С другой стороны, что, если я буду жить в особняке? Я могу лучше спать, двигаться в три часа, и я не попаду под фургон, когда буду ездить на работу один!

‘Если бы это было корейское рабочее место рядом с домом, я был бы вынужден работать сверхурочно, и я не смогу легко уйти даже в праздники".

Главный герой действительно добрая фея.

Мне часто приходится выходить на ночную выпивку без чьего-либо ведома, я бы ни за что не хотел, чтобы кто-то все время торчал рядом, как помощник.

Во-первых, Серпенс-парень, который находит своего помощника громоздким, но он, вероятно, только покрывает это из-за своего достоинства как герцога. Так что все, что мне нужно сделать, это работать до обеда, поужинать в ресторане, заползти в соседнее жилье и немного отдохнуть!

Какой прекрасный план!

“В этом нет ничего плохого.“

Главный герой с готовностью ответил. Из того, что я слышал, кажется, что бывший помощник также жил в этом особняке, и кажется, что если у вас нет семьи, вы редко ездите на работу.

-Но не похоже, что ты готов прямо сейчас, поэтому я сначала сообщу дворецкому.

-Спасибо. Тогда я могу просто уйти с работы сейчас?

-Да, ты можешь уйти.

Как только Серпенс разрешил, я кивнул, поклонился и вышел из кабинета.

‘Я хотел бы купить немного еды в открытом магазине по дороге, если бы мог.

С этой мыслью я отвела взгляд от закрытой двери и обернулась.

В нескольких шагах впереди я увидела горничную, которая боролась, скатывая ковер, который был выше ее собственного тела.

Разговаривая со мной, Серпенс, казалось, смотрел на нее позади меня, и я думаю, что она просто ждала, когда я попрощаюсь, прежде чем уйти.

-Ты только что закончила уборку?

Она казалась неуверенной в своей походке, поэтому я быстро подошел и поддержал ее, держа ковер. При ближайшем рассмотрении, кроме ковра, который она держала в руках, в ее руках также были совок и метла, наполненные осколками чайника.

-Я помогу.

-Ничего страшного, если ты этого не сделаешь!

-Это половина моей ответственности, я возьму на себя часть.

Горничная ответила громко, и она почти остановила меня от ковра.

-Я думаю, сегодня день ручного труда.

Я шел за ней, неся ковер.

Хорошая новость в том, что мое тело полно жизненных сил, возможно, благодаря божественной силе, которую Серпенс дал нам раньше?

Благодаря этому я не думаю, что завтра буду страдать от мышечной боли.

Подумайте об этом, за исключением нескольких священников с сильным духом, чтобы помочь между теми, кто обладает божественной силой, другие обычно говорят, что они не хотят использовать свою силу, показывая свою гордость и говоря, что это дорого.

Нет, даже человек с духом, чтобы помочь, который обладает божественной силой, не будет переусердствовать, даже в таких мелочах, как это. С другой стороны, Серпенс помог, не учитывая серьезность работы, сказав, что даже если это кажется незначительным для других, это может быть большой болью для вовлеченного человека.

-Я знаю, что...

С таким добрым лицом он говорил такие вещи и проявлял доброту своей переполняющей божественной силой, и люди неизбежно поддерживали его, как посланника, посланного к ним.

На самом деле, что бы они подумали, если бы узнали, что он на самом деле человек, который не заботится о боли других людей?

-Ну, почему ты переехал один, не попросив никого помочь?

“Если ты совершишь ошибку, тебя отругают”.

“·······”.

Вероятно, дело не в Серпенсе, так как мы видели, как он лично беспокоился о нас раньше, это либо горничная, либо дворецкий. Однако количество чайников не совпадает, и ковру потребуется некоторое время, чтобы высохнуть после стирки. Кроме того, неся этот огромный ковер, она действительно думала, что ее не заметят.

-Если кто-нибудь спросит, скажи, что это произошло потому, что я налетел на тебя.

-Это нормально?

“Обычно я совершаю ошибки перед своим боссом, потому что нервничаю в первый день работы".

-Если это то, что говорит помощник, то спасибо.

Если бы я этого не сделал, я бы пожалел, и я думал, что моя совесть будет болеть.

То, как горничная выглядела извиняющейся, но ответила с очень яркими глазами, похоже, что она приняла то, что я сказал, это очень заманчивое предложение._____________

Главы каждый понедельник. Так же переходите в нашу группу в вк. Ссылка на главной странице команды ^^

Во время нашего разговора, идя в прачечную, я узнал, что ее зовут "Мэри Гаудиум" и что она пришла из-за залога виконта Гаудиума. Прошел год с тех пор, как она вошла в дом герцога.

Теперь, когда её в какой-то степени узнали, она была взволнована возможностью подать чай герцогу, но совершила ошибку.

-Прости.

Я снова извинился, я собираюсь купить некоторые вкусные закуски позже. Я обещаю дать ей немного.

Я не заметил, потому что Серпенс был там, но когда я хорошо смотрю на нее, Мэри тоже была с симпатичным лицом.

-Но до этого я видел в ней только ‘шатенку А’.

И снова красота Серпенса отвлекла мое внимание. Как я должен выглядеть для других, когда я должен придерживаться такого человека?

"Пожалуйста, смотрите на меня как на человека, а не как на морское чудовище!’

Я внутренне начал искренне молиться.

На следующий день я пошел на работу, встал лицом к лестнице и уже собирался подняться наверх, но Ганс, с которым я только что столкнулся, сообщил мне, что сегодня день, когда герцог будет работать в Императорском дворце. Он собирается спуститься, так что нет необходимости подниматься в офис.

-Ты должен был сказать мне об этом заранее.

-Я говорил тебе вчера, разве ты не помнишь?

Я принес свой блокнот сегодня, так что я запишу все это, как только смогу. Пока я записывал то, что он только что сказал, Ганс посмотрел на меня немного жалким взглядом. В то же время он также дал мне информацию, что Серпенс будет ходить в Императорский дворец в такие дни, как понедельник, среда и пятница, и что он может отдохнуть в воскресенье, потому что это праздник.

Хотя мне не хватало здравого смысла, потому что я новичок в этом месте, я знал, что воскресенье выходной!

-Но только по воскресеньям? В этом мире по умолчанию 6-дневная рабочая неделя?!

Я чуть не пропустил работу в субботу. Подождав некоторое время, герцог спустился вниз. С каждым его шагом кто-то слегка склонял голову в знак уважения, и я склонил голову, как кореец, чтобы поприветствовать его.

-Я собирался сказать тебе перед тем, как ты ушел вчера, ты не должен быть таким вежливым.

“Я неосознанно, рефлекторно. Ха-ха.“

Прошло 25 лет с тех пор, как я родился и вырос в Корее. Действия, к которым я привык, появляются рефлекторно и неизбежны, верно? Речь идет не о теле, а об уме.

-Лорду Ривелону должно быть очень неудобно со мной.

У Серпенса было мрачное выражение лица.

-О, пожалуйста. Не делай такое лицо перед другими. Все смотрят на меня как на мусор!

Это определенно нарочно! Он сказал: "Мне очень удобно, не так ли?" и я не могу просто обнять его и показать, что я с ним дружу. Если я сделаю это, прежде чем герцог убьет меня, рыцарь, стоящий там, отрубит мне голову, сказав, что это богохульство.

Серпенс горько улыбнулся, когда я стоял, глядя на людей вокруг нас.

“Это была шутка, которую я сделал, потому что хотел узнать тебя лучше, но я думаю, что это была ошибка”. Он добавил. Взгляды вокруг меня стали более свирепыми.

“Он действительно делает это нарочно?“

“Это нормальный способ общения, верно? Он так обращается не только со мной, не так ли?“

“Нет! Я до сих пор не могу понять, что стал помощником герцога, которого уважаю. В будущем я буду осторожнее.“

-В будущем ты будешь много работать со мной, если будешь продолжать так нервничать, ты не сможешь удержаться.

Сказав это, Серпенс похлопал меня по плечу и направился к экипажу. Если бы я был первоначальным Сионом без владения, был бы я так тронут до такой степени, что посвятил бы ему свою преданность и плакал?

Действительно, невежество иногда является лекарством. Я думаю, что сначала задам вопрос, что замышляет герцог, независимо от того, какие добрые дела он совершает. Я вздохнула про себя и последовала за Спернсем в карету.

-Я думал, что мы выйдем за пределы особняка и поедем верхом, но чтобы переместить фургон внутри территории особняка.

Поездка на работу на расстояние, которое нужно было бы проезжать на экипаже каждый день. Очевидно, это было невозможно для меня. В конце концов, это было хорошо, что я попросил герцога дать мне комнату.

Когда экипаж тронулся, сначала он, казалось, немного дрожал, но затем он двигался устойчиво и плавно, как будто мы были в машине.

Вероятно, это потому, что герцог едет в экипаже высокого класса, поэтому, в отличие от того, что я обычно вижу в фантастических романах, я не думаю, что мне нужно беспокоиться о какой-либо боли после этого.

-Хотя я пошел на работу, и все же мы снова идем на работу?

Это похоже на кошмар, это ужасно, мне нужно проснуться.

-Кстати, я рассказал Гансу о том, что ты сказал вчера.

-Вы имеете в виду комнату и питание?

-Да. Он сказал, что уберет комнату утром, поэтому, если вы поговорите с ним, когда вернетесь с работы сегодня, он проведет вас.

-Спасибо за ваше внимание.

Я приду завтра пораньше, положу вещи, которые мне нужны, прямо в комнату и серьезно перееду в выходные. Пока я размышлял, какой предмет принести первым, я почувствовал, что Серпенс смотрит на меня.

-Почему ты так на меня смотришь? Это ничего. Похоже, тебе трудно со мной, но странно, что ты так легко обращаешься с такой просьбой.

Это было ничего, я сказал все, что должен был сказать. Это вопрос, почему я хочу жить в одном доме, так как я сказал, что он страшный, или это буквально? Могу ли я просто ответить на оба из них?

-Вчера я пошел на работу, и это было тяжел.

-Да, особняк определенно немного просторный.

Это не так страшно, это не так, как я собираюсь спать и умереть сразу, мое тело должно быть удобным. Герцог улыбнулся и кивнул, как будто мои слова ответили на его вопросы. И разговор был прерван.

-Это очень неловко, потому что разговор внезапно обрывается, не так ли?

Тем более, что Серпенс, сидящий напротив меня, смотрит на меня с усмешкой.

-Что это была за атмосфера, когда герцог был наедине с кем-то в [Master of the Holy Sword]?

Прежде всего, в двух батальных сценах, где он сражался с главным героем. Первая была ситуация один на один, когда Гуманус пытался убедить Серпенса снова и снова. Однако его слова так и не достигли сердца герцога.

В последней битве он сражался со своими товарищами, но после того, как Серпенс упал, святой меч был вонзен в его сердце.

-Даже тогда нормального разговора не произошло.

Скорее, чувство, что главный герой говорил один, сильно.

-А как насчет ситуации, когда разговор вел Серпенс?

Угрозы, пытки или развращение. Кажется, что упоминаются только ситуации, когда он смотрел вниз на своих противников, когда они страдали от боли, с ангельским лицом, смеясь и издеваясь над ними.

Раньше я сочувствовал, когда он причинял боль психике другого человека, но читательницы говорили, что такие движения были привлекательными.

-Что за люди, они все замерзли насмерть!

Вместо того, чтобы облегчить текущую ситуацию, это только усилило мое беспокойство, и прозвище среди читателей «Змей» снова пришло мне на ум.

Я попытался игнорировать взгляд Змеи, который смотрел на меня, будто анализируя, делая вид, что смотрит в окно.

Сцены, которые, казалось, вышли из фильма, действие которого происходит в средневековой или современной западной обстановке, были разбросаны по улицам.

«Я думал, что это будет потрясающе, но это не так?»

Возможно, это было из-за слияния воспоминаний Зиона, я просто почувствовал кайф от просмотра города, проезжая мимо, в автобусе. Если подумать, я даже не присматривался в пейзаж, когда вчера и сегодня ехал на работу и с работы.

После долгого наблюдения, не увидев никакой реакции Серпенс, похоже, сдался. Отведя взгляд от меня и открывая книгу, которая выглядела довольно сложной.

Несмотря на тишину, карета ехала быстро, и мы прибыли в Императорский дворец. Это было потрясающее зрелище.

«Имя — Священная Империя, нормально ли иметь такую роскошь?»

Поскольку особняк семьи Прасидус был в основном украшен старинным антиквариатом, я подумал, что Империя ценит бережливость и умеренность. Конечно. Особняк герцога не блестел, но все выглядело дорого.

Когда я вышел из кареты и посмотрел на Императорский дворец, я почувствовал себя ещё более ошеломлённым, увидев перед собой настолько роскошную картину.

— Лорд Рвенлон?

Упс, я поступил глупо.

Я проснулся от голоса Серпенса и последовала за ним.

— В особняке Прасидуса такого не было.

Поскольку я не разбирался в художественных ценностях, меня больше интересовали броские и пышные вещи императорского дворца, чем старомодные и элегантные артефакты. Все что я могу сказать, это то, что эти вещи дорого.

— Я немного сноб?

Тем не менее, драгоценности, которые сверкают и золото, намного желаннее для всех. Если я продолжу так оглядываться, я отвлекусь и стану потерянным ребёнком в Императорском дворце.

Когда я перевёл взгляд, моё внимание привлекли голубовато-серебристые волосы Серпенса, идущего впереди. Его волосы, аккуратно завязанные, грациозно переливались при ходьбе.

«Куда не посмотрю, все сверкает».

Если подумать, что Змей делает во дворце?

Вспомнив это, я решил спросить его. Пока мимо проходит много людей, все ровно я не боюсь, ответа, который последует за ним!

— Кстати, какую работу выполняет во дворце герцог?

Серпенс немного помолчал и оглянулся. Какое-то время он молча смотрел мне в лицо с нежной улыбкой. На первый взгляд он выглядел дружелюбно, но в моих глазах он как будто говорил: «Я знаю, но я не скажу».

Грубо говоря: «Что ты делал в вагоне до этого, а теперь спрашиваешь?», «Чем он вообще занимался?» Я предполагаю, что он может думать о чем-то подобном.

«У меня нет конкретной должности, и я состою в консультативном совете в качестве постоянного члена».

Какой-то неожиданный ответ. Я думал, что он определенно занимает где-то высокое положение. Словно заметив мои мысли, Серпенс возобновил шаги и продолжил говорить.

«Потому что у меня есть величайший шанс стать мастером Святого Меча. Если это произойдёт, мне, естественно, придётся объехать весь континент».

Это был дружеский объяснительный тон, но, на мой взгляд, он прозвучал саркастически, подразумевая: «Почему ты не знаешь, разве это не очевидно?»

Когда я его услышал, он, очевидно, был прав, поэтому я воскликнул: «Ага~!» дав понять ему.

«Кроме того, главой консультативного совета является герцог Ардженто».

—Ах да,герцог Ардженто. Да, это так.

На самом деле, его имя не приходило мне на ум, но я не могу сказать, что не знаю его, когда он герцог, поэтому я кивнул головой и сделал вид, что знаю. Разве со мной не обращались бы как с дураком или шпионом, если бы я не знал?

"Ух. Сильвер, Сильвер..."

Поскольку это имя не упоминалось в [Мастере Святого Меча], я почти не помнил воспоминаний о Сионе, первоначальном владельце тела. Его полное имя Фламентум С. Ардженто. Ему немного за 70, и говорят, что он одновременно является главой консультативного совета и премьер-министром.

«Поскольку это орган, который готовился к должности помощника, у него есть по крайней мере толика здравого смысла».

Для справки, герцог Ардженто немного уступает герцогу Прасидусу, но он один из двух герцогов Империи Святого Люмена.

Хотя он кажется невероятно важной фигурой, причина, по которой он не появился в оригинале, заключается в том, что Империя Святого Люмена была разрушена рано. Она не была разрушена с самого начала, но помимо этого, объем информации о самой Империи был очень мал, так как главный герой путешествовал по всему континенту.

Есть один интригующий аспект из прошлого.

«Почему их полные имена, кажется, упоминаются в порядке A, B, C? Следующий D?!»

Наверное, так не должно было быть. Это просто совпадение. Я говорю это, думая о том, что написание между именами на самом деле является первой буквой их имени при крещении. Только те, кто обладает божественной силой, могут получить такое имя, и говорят, что это имя даётся Богом непосредственно через церемонию крещения, совершаемую в возрасте десяти лет.

«Из-за этого семья, любовники, доверенные коллеги и т. д. Имя, которое вам говорят или вы могли узнать говорят только людям с близкими отношениями или типа-того?»

Крестильное имя главного героя, Хумануса, — Брайт. Перед тем, как покинуть дворец после получения святого меча, была сцена, где он обменялся своим именем со своей невестой, когда они обменялись последними приветствиями.

«В то время он казался очень ласковым».

Однако с падением Империи Святого Люмена она также умерла, и Хуманус распространил это имя со своими недавно приобретёнными членами партии и героинями.

«Ну, это тот случай, когда он был лидером, я думаю».

Кстати, поскольку его имя при крещении связано со светом, разве это не то же самое, что объявить, что ему будет дан Святой Меч?

Напротив, имя при крещении Змей не появлялось до конца. Даже в последней сцене воспоминаний.

«Что случилось с финальным боссом!»

Пока я продолжал думать о том и о сем, мы прибыли в конференц-зал. Что ж, хорошо думать о разных вещах, когда идёшь впустую.

Герцог сел, принимая приветствия подошедших к нему дворян, а я ничего не сказал.

“·····”.

С самого детства Серпенс спал всего четыре часа в сутки, но был на один кулак выше Сиона, которому было около 170 лет. Но теперь я вижу макушку его головы.

-Понятно, у помощника нет места. Я должен встать, черт побери!

В начале встречи были затронуты незнакомые темы: "Кто я, где я?" - таково было мое состояние. Другие мысли, которые у меня есть, следует пока приберечь, сейчас не время думать о других вещах.

Я пытался делать заметки, если там было что-то важное, но я понятия не имел, что на самом деле важно. Аристократ средних лет с красиво отросшими усами спорил сам с собой, одновременно обрывая и останавливая слова всех остальных.

- Это препятствие? Препятствование судебному разбирательству?

-Э-э, а что я знаю? Способный герцог позаботится обо всем.

Другие помощники хотели посмотреть, поэтому они закатывали глаза туда и сюда, стараясь не поворачивать головы так, чтобы их видели явно наблюдающими.

И я был уверен, что тоже смогу смотреть и играть без чувства вины.

Были помощники, которые лихорадочно записывали содержание встречи, но их было очень мало. Большинство помощников были ошеломлены, делая вид, что делают заметки, а другие делали вид, что усердно читают то, что они записали в книгу, которая казалась подозрительной, притворяясь, что это блокнот.

‘Что это, я им завидую! Они гениальны?‘

Серпенс сказал, что если мне когда-нибудь понадобится что-нибудь на работе, он всегда хочет, чтобы я сказал ему. Согласится ли он получить что-то подобное для меня? Управляются ли они оборудованием? Кстати, у помощника действительно есть такие проблемы, или это только во время совещаний?

– Квиинг!

‘Мама, как страшно! Что, ни с того ни с сего?

Я вздрогнул от неожиданного рева, вздрогнул от неожиданности, затем посмотрел в направлении звука и увидел толстого старика, стоящего на столе.

"Разве это не та же самая сцена, которую вы видите по телевизору? Даже форма тела."

Гордо держа документ в одной руке, его импульс был не меньше, чем у всадника на переднем крае поля боя. Разница лишь в том, что, в отличие от всадника, который никогда не промахивается мимо флага, он швырнул свои бумаги в лицо усатому дворянину? Я не думаю, что это законно.

Здесь есть дворянин, поэтому я подумал, сможет ли он это сделать. Я огляделся, и никто не был удивлен. Скорее, помощник, который делал заметки как сумасшедший, закрыл свой блокнот и был в идеальной позе зрителя.

-Это верно, это большая забава консультативного совета? Нет, это рутина?

Да, даже в оригинальном мире, за исключением нескольких стран, таких как Соединенные Штаты и Англия, все сражаются. Здесь нет никакой разницы.

Имея это в виду, первое, что я должен сделать, это встать на стол и поболеть за законодателя, который осуществит правосудие. Я впервые смотрю настоящий матч по боевым искусствам, так что я очень взволнован!

С этими словами встреча продолжилась без перерыва. Они действительно обладают большой выносливостью.

Законодатель, за которого я болел, казалось, взял на себя инициативу в борьбе, заняв возвышенность. Однако, сказав, что другой дворянин был прав, он был в конце концов утащен другими дворянами и жестоко умер.

-Но это не значит, что он действительно мертв.

Он отдыхал в безопасной зоне, ведомый рукой своего привычного помощника, который вытащил его из толпы. Хотя он был побежден, он, казалось, не сожалел о битве, в которой он сгорел.

Даже посреди этого хаоса никто не затеял драку со Серпенсом.

Скорее, умеренные законодатели, которые не хотели быть заметенными в драке, и помощники, которые потеряли своих начальников в толпе, подобрались к нему. Ли, который потерпел поражение в битве, также возглавлял его помощник.

-Это что, какое-то святилище?

-Да. Это безопасная зона, о которой я упоминал ранее.

Разгневанные дворяне показывали белый свет, и даже посреди этого белый свет не достигал тела герцога. Но он, наверное, единственный, кто белый снаружи и черный внутри!

Я вдруг вспомнил стихотворение, которое выучил наизусть, когда учился в школе, и попытался читать его наизусть. Разве это не соответствовало ситуации?

Часовая встреча и двухчасовая битва закончились, когда герцог Ардженто объявил, что встреча окончена. Победителей не было. Тем не менее, те, кто остался на поле боя до конца, все были удовлетворены, как будто они завершили марафон.

Они отряхнулись от пыли и обменялись добрыми пожеланиями. Некоторые дворяне, которые, казалось, обладали божественной силой, исцеляли носы дворян, которые кровоточили после удара летящего кулака. Как будто они вышли в финал в спортивном мультфильме о спорте, где пожимали друг другу руки и заводили дружбу независимо от победы или поражения. Я не знаю, должен ли я быть тронут или шокирован в этой ситуации.

- Тогда давай вернемся.

-Да?!

И это все? Последний босс пришел в Императорский дворец и только наблюдал за боевыми искусствами, прежде чем вернуться?

В ответ на мое недоверие, Серпенс посмотрел на меня глазами, которые спрашивали, что случилось.

“О, нет. Интересно, не собираешься ли ты их вылечить?“

Были также другие постоянные члены в форме священника, но ни они, ни герцог, казалось, не имели никакого намерения лечить их. Кроме жрецов, разве Змей не помогал раненым людям, независимо от того, насколько велика или мала была их боль?

-Это немного...

С улыбкой сказал Серпенс.

-Ну, это похоже на проблему...

Для дворян нелепо устраивать собачьи бои в Императорском дворце, я думаю, кажется более странным видеть, как другие люди бегают по этой широкой области, чтобы исцелить их. Это то, что подумал бы здравомыслящий человек? Психопат.

Из того, что я слышал, возвращаясь в карете, это не всегда так, как сегодня.

Когда есть важная повестка дня для обсуждения, у них есть надлежащая встреча с расширением?

-Но почему это так?

“Прежде чем я начал посещать, это было в этом состоянии”.

-Похоже, ты не знаешь.

”Вау, это беспорядок, связанный с историей и традициями!”

В любом случае, маловероятно, что важная повестка дня будет обсуждаться часто. Я могу думать об этом как о том, чтобы приходить в Императорский дворец, чтобы смотреть боевые искусства раз в несколько дней.

Вернувшись из дворца, я пошел в ресторан, который посетил вчера, а Серпенс направился в столовую, установленную специально для семьи Прасидус. Герцог - единственный, кто использует фамилию Прасидус в нынешнем герцогстве, поэтому он будет есть один.

- Но ведь должны же быть люди, служащие ему, так что он ест, пока другие смотрят, а не один?

От одной мысли об этом меня тошнит. Но, упоминая об этом, я тоже сам по себе.

"Ха".

- Почему ты так вздыхаешь?

Вдруг кто-то ставит поднос напротив меня. Когда я поднял глаза, это была Мэри.

-Мисс Гаудиум тоже одна?

- Можете называть меня просто Мэри.

Мэри огляделась, и увидев группу служанок, стоявших поодаль, поманила их подойти поближе.

"Хорошо. Я был один, но не больше."

Тем не менее, это облегчение, что я ушел от еды в одиночестве благодаря ей. Я отношусь к тому типу людей, которые думают, что еда вкуснее, когда ее едят с людьми, поэтому я был очень благодарен.

- А, это тот новый помощник, который недавно прибыл?

Одна из служанок ткнула Мэри в бок осторожным взглядом и что-то тихо прошептала ей. Она ответила: "да, я все слышу".

- Да, я Сион Ривелон, со вчерашнего дня назначенный помощником герцога Прасидуса.

Я подумал, не слишком ли я бдителен, поэтому нарочно изобразил яркую улыбку, как сигнал им чувствовать себя со мной более комфортно.

-Ты был сегодня в Императорском дворце? Как это было?

-Отныне ты пойдешь с герцогом, верно? Хорошо для вас ~!

-Бывший помощник казался очень строгим!

Подобные вопросы сыпались градом.

Осторожное отношение, которое я видел у них раньше, исчезло. Они засмеялись и начали расспрашивать меня о разных вещах.

- Но что они имели в виду под последней фразой?

Дело не в том, что они стали немного более удобными, кажется, что я стал слабаком в их глазах, но это не имеет значения, это определенно лучше, чем быть жестким и неудобным.

-Императорский дворец был действительно удивительным.

При моих словах они приставали ко мне о том, как это здорово. Кроме того, я не мог просто сказать: "Я не знаю, это было просто потрясающе’. Вместо этого я решил распространить немного информации.

-Пройдя через богато украшенную дверь, длинный коридор тянется бесконечно. Он сверкает, как волны золота, и украшен величественными украшениями и великолепными статуями. Это действительно удивительно.

Люди слушали меня с сияющими глазами, и я, сам того не сознавая, говорил все больше и больше. Мне даже казалось, что люди могут подумать, что я блефую.

-Да, ты знаешь? Вы заходили в конференц зал?

- Тебе не было скучно?

- Все ли там высокопоставленные люди?

- Как все прошло?

В ответ на вопросы о консультативном совете мой рот, изливавший описания императорского дворца со всей выразительной силой, на которую я был способен, остановился.

- Это было здорово. Это было впечатляюще. Ну, я не могу рассказать вам о тех разговорах, которые приходили и уходили.

Не зная, что сказать, я медленно открыл рот, собираясь с мыслями. Сначала я этого не заметил, но, похоже, не только служанки вокруг нас, но и другие люди, которые ели и тайно слушали, сосредоточились на внезапном контроле и корректировке моих слов.

-Принятие мнения противника и блокирование его, даже в разгар контратаки.

Мнение здесь означает: "Я собираюсь ударить тебя, ты ответишь?"

"Он не потерял своей элегантности, как летящая птица".

Когда они перепрыгнули через стол, бумаги затрепетали и грациозно упали.

-Свирепость заполнила конференц-зал, но после встречи они сделали друг другу комплименты и аккуратно приняли все результаты. Я ничего не мог сказать, это было действительно впечатляюще .

В этом утверждении не было лжи.

Когда я закончил рассказывать историю, молодые служанки хихикали и кричали, что они очень крутые, а слуги выказывали восхищение. Другие люди, которые, казалось, имели опыт или выглядели как администраторы, спокойно кивали с выражением, как бы говоря: "Это ничем не отличается от того, что я себе представлял!"

- Но что за человек герцог?

Если бы я продолжал отвечать так, я думал, что мой обеденный перерыв закончится, когда я не смогу даже прикоснуться к еде, которую получил. Итак, я сменил тему и спросил.

-Конечно, мне было в основном любопытно. Если бы я знал своего врага и понимал себя, я мог бы избежать своей смерти, верно?

Как только мой вопрос был закончен, служанки начали восхвалять герцога, как будто они только этого и ждали. Но я просил о чем-то личном, а не о чем-то "хорошо известном’.

Тем не менее, я должен есть и жить, поэтому я сосредоточусь на своей еде сейчас и встречусь с другими один за другим позже и немного спрошу. Слушать информацию, льющуюся отсюда и оттуда, - это безумие!

Опустошая мою миску, "О!", "В самом деле!’ Я отвечал на это или время от времени кивал головой. При одном этом все были взволнованы и продолжали говорить. Даже слуги за соседним столом пытались дать мне понять, насколько велик герцог. За задним столом администраторы начали спорить о его достижениях.

Для информации, рыцари и солдаты не были здесь, потому что они используют ресторан внутри здания казармы.

- Серпенс, он популярен среди семьи?

В этот момент все в ресторане дружно заговорили о герцоге. Все счастливо смеются.

Но я не мог общаться с ними. Мне почему-то стало холодно.

Сколько людей здесь знают о детстве Серпенса? Если они знали, почему, черт возьми, никто не помог ему?

Знает ли герцог, что он им так нравится? А что они подумали, когда он повернулся спиной к человечеству? Отвернулись бы они от реальности и возненавидели мир, или прокляли бы его?

Бесчисленные вопросы крутились и путались в моей голове.

Но я решил лучезарно улыбнуться, делая вид, что ничего не знаю.

После того, как я закончил есть и поднялся в офис, я обнаружил, что Серпенс прибыл первым.

-Я немного опоздал?

-Нет, ты можешь спокойно поесть.

-То есть вы хотите сказать, что нам, возможно, нужно поторопиться с чем-то еще?

Я не знаю, почему Серпенс звучит так, будто он саркастичен во всем, что он говорит. Это эффект круглого стекла, которое он носит.

-Ах, да, да. Спасибо .

-Сегодня все, что вам нужно сделать, это обработать документы вон на том столе.

Серпенс улыбнулся и указал на стол далеко от своего места. Какой бы большой ни была комната, очевидно, что их нужно держать отдельно друг от друга. У меня есть обоснованные сомнения в том, что есть много документов, которые он должен скрывать и беречь.

“Фуфуфу-фуфу”.

Герцог рассмеялся. Это звучало как нефритовые бусины, катящиеся по серебряному подносу, и это звучало как смех со сладким тоном. Выдвинув стул, я перевел взгляд на него.

Вид его улыбающегося в солнечном свете, льющемся через окно, очень красив и выглядит священным. Неосознанно я проглотил слюну и сказал: ‘Ммм’.

-Расположение столов сумасшедшее!

Сверкающий парень сияет еще больше с нимбом, это действительно не шутка. Должно быть, Серпенс намеренно намеревался разместить стол здесь. Иначе я не смог бы получить такой идеальный ракурс. Если бы я был членом церкви Люксмеа, после того, как я увидел эту сцену, я бы немедленно начал молиться.

-Почему ты смеешься?

-О, я только что вспомнил забавную историю.

-О, неужели? Ну, мы вели забавную игру о боевых искусствах ранее.

-Я слышал, что ты уже сблизился со всеми. Ты очень общительный.

“Я только что пришел сразу после приёма еды, когда такие вещи вообще достигли ушей Серпенса?“

Этот особняк находится в ладони герцога! Это страшно, очень страшно.

-Это история, которую я услышал от дворецкого. Нет необходимости проявлять бдительность, поскольку она была спонтанной.

-Я не очень бдителен, я просто подумал, что всё произошло быстро!

Я быстро замахал руками, но Серпенс понимающе улыбнулся.

Проницательный ребенок.

-Ну, я сказал ему, что все в порядке, но это потому, что Ганс очень лояльный человек, и он сообщает мне об этом.

-Я понимаю.

Герцог сказал это с улыбкой, как будто он обеспокоен. Это, это! Вы видите, как он ставит Ганса на кон? Он очень умный парень.

-Если ты обиделся, я скажу ему, чтобы он этого больше не делал.

-Нет, ты не обязан.

Он сказал, что поговорит с ним на словах, по крайней мере, на словах, и, в конце концов, было очевидно, что вся история в конечном итоге попадет в уши Серпенса. Если это так, было бы лучше, если бы я мог понять, что говорят обо мне. Я специально улыбнулся и сел, как будто ничего не произошло.

Я порылся в документах и получил примерное представление о том, что делать.

В глубине души я беспокоился, что произойдет катастрофа, в которой мне придется просить герцога о помощи. К счастью, это было единственное содержание, с которым можно было справиться в достаточной степени, имея знания, которыми обладал Сион.

-Ты считаешь, что это мой первый день, или ты опустил все деликатное содержание и дал мне остальное?

Гора документов Серпенса несравнима с теми, что лежат на моем столе. Почему это так?

Тем временем его руки были заняты, двигались быстро.

’’Да, усердно работайте и возьмите все мои документы!’’

После того, как я некоторое время просматривал документы, я услышал стук за дверью.

Как только разрешение Серпенс было получено, вошла горничная с чайником и подносом с двумя чашками.

Хотя поднос, должно быть, был тяжелым, она держала его одной рукой, другой открыла дверь, затем снова закрыла дверь и держала поднос обеими руками.

После того, как горничная налила чай Серпенсу и мне, я слегка опустил голову и приложился к чашке, глядя на горничных, когда она вышла, не сказав ни слова.

Ну, глядя на красный цвет, я не думаю, что это черный чай, но я не могу сказать наверняка.

-Я где-то слышал, что правильно приготовленный чай не может сравниться с чаем обычным. В чем разница между ними?

Это потому, что я плохо разбираюсь в чае? Я не знаю! Я действительно не могу отличить вкус чайного пакетика, который моя сестра пробовала раньше.

-Я не знаю, какой чай ты любишь, но я приготовил то же самое, что и то, что я пью. Как это?

-Вы хотите сказать, что если я попрошу еще один чай, вы приготовите его отдельно? Или вы пытаетесь получить что-то, что придется мне по вкусу?

-Как и раньше, если мне что-то понадобится во время работы, вы просили меня обращаться непосредственно к вам.

-Он обычно так делает?

-Я просто скажу дворецкому и оставлю это в покое, почему его это должно волновать?

Я не уверен в благородном этикете этого мира, но когда я отслеживаю информацию, оставленную на теле Сиона, это кажется довольно необычным.

"Разве я не могу просто пить чай так, как мне его дают?"

Может быть, это потому, что я не интересуюсь чаем. В любом случае, доброты слишком много.

-Почему ты так смотришь на меня?

“О, нет”.

Серпенс наклонил голову и спросил, удивляясь.

-Хорошо пейте, хорошо ешьте, хорошо заворачивайтесь. Ах!!

-Хахаха. Если тебе понадобится что-нибудь, кроме чая, пожалуйста, дай мне знать .

Герцог любезно улыбнулся и рассмеялся, он ответил на мою оговорку, как будто это было забавно. Смех эхом отозвался тихо и отчетливо. Такой человек позже рассмеялся и сказал,

"Это очень больно? Я счастлив видеть, как ты страдаешь. Итак, я хочу, чтобы это было еще более болезненно ".

-Вы сказали почти то же самое?

Меня мучило чувство разлуки.

-Тогда почему ты так добр ко мне?

-Это нормально. Я не особенно беспокоюсь о лорде Ривелоне.

-Я имею в виду, почему это нормально?

В отличие от меня, который полностью убрал руки от документов, его рука, которая продолжала играть с ручкой во время разговора, остановилась.

Серпенс посмотрел на документы, а затем повернулся ко мне. Как будто пытаясь понять смысл моих слов, внимательно.

-Итак, вопрос в том, что обычно не бывает в случае такой заботы о подчиненных, верно?

При моих словах выражение лица Серпенса стало серьезным. Это самое серьезное лицо, которое я видел вчера и сегодня. Губы герцога слегка приоткрылись, а затем встретились снова. Он выглядел так, как будто какое-то время подбирал слова. Затем он открыл рот с выражением решимости.

-Вкусы лорда Ривелона, хм. Я сделаю все возможное, чтобы уважать их. Но я думаю, что это будет тяжело, прости .

-Да? Что вы имеете в виду?

«Что он несёт?!» — задался я очередным вопросом.

Он же не думает, что я из тех людей, которые предпочитают к себе грубое отношение и спокойно относятся к тому, что их презирают?

Его реакция была настолько нелепа, что мне потребовалось время, чтобы правильно истолковать его слова. Из-за обдумывания сказанного герцогом я не мог мгновенно среагировать и дать подобающий ответ.

— Всё в порядке, — успокоил меня Серпенс. — У каждого есть интересы и вкусы, которые он хотел бы скрыть. Поэтому, полагаю, что тебе было сложно открыться мне, но спасибо.

После этого Серпенс широко улыбнулся, однако его дружелюбная улыбка только сильнее разозлила меня.

«Не смотри на меня таким тёплым взглядом! Уж лучше осуждай меня, а не одаривай заботой!»

Ох, если бы эти слова вырвались из моих уст, последствия были бы необратимыми.

— Вы меня неправильно поняли! — попытался объяснить я.

Однако это неожиданное недопонимание удалось устранить лишь под конец рабочего дня. Я раз за разом объяснял герцогу, что произошло глупое недоразумение, и вскоре, выслушав его слова о том, что он ужасно сожалеет, что неправильно меня понял, Серпенс разрешил мне идти.

Но разве можно было бы таким образом раскрыть истинную натуру Серпенса? Скажи я, что он ошибся и попроси относиться ко мне таким образом, думаю, он стал бы ещё дружелюбнее по отношению ко мне.

Но главное то, что Серпенс относится ко мне именно дружелюбно. Я знаю, на что он способен, а потому сказал так, как сказал. Страшные вещи всегда будут вызывать страх, но я постараюсь сохранить чувство собственного достоинства любой ценой.

«Кажется, Ганс обещал мне показать, где находится моя комната…» — вспомнил я.

Я тут же вспомнил, что ещё когда мы ехали в карете, Серпенс сообщил мне, что я должен встретиться с дворецким, а он в свою очередь покажет мне расположение моей комнаты.

— Господин помощник!

Не успел я выйти от герцога, как меня кто-то окликнул. Это был один из работников, которого я видел на обеде. Кажется, его имя — Джек Ферданте. Я запомнил его благодаря его громким дифирамбам Серпенсу.

— Чем могу помочь?

— Дворецкий попросил показать помощнику его комнату.

У меня сложилось впечатление, что его специально отправили за мной сразу же после окончания рабочего дня. Было бы хорошо, пришли Ганс кого-то постарше, но и так сойдёт. Думаю, мне стоит порасспрашивать его о Серпенсе.

— Кстати, Джек, вы так много знаете о нашем герцоге. Должно быть, давно на него работаете, я прав?

— Вот уже шесть лет.

Джеку двадцать год, а его отец уже на пенсии, и кажется, раньше он тоже работал на семью Прасидус. Полагаю, отец многое ему рассказывал. Здорово!

— Мне предстоит проводить много времени в компании герцога, стоит ли мне остерегаться чего-нибудь? — аккуратно поинтересовался я.

— Не думаю, — не раздумывая ответил Джек.

Герцог был действительно мягкосердечен и всегда прощал своих работников за любой проступок, если при этом соблюдались все правила поведения.

«Получается, если я допущу серьёзную ошибку, то Серпенс закроет на это глаза, но дворецкий этого с рук не спустит?» — размышлял я.

Хоть между нами и возникло недопонимание на тему моих вкусовых предпочтений, Серпенс всё равно извинился, словно он и не герцог вовсе.

— А что ему нравится? Книги, еда, хобби, да что угодно!

— Такого нет.

А человек ли он вообще?

Я в смятении уставился на молодого человека, пытаясь понять, шутит он или говорит правду. Джек, не выдержав моего пристального взгляда, рассмеялся.

— Он же герцог. Я слышал, что с юных лет он старался ни к чему не привязываться. Если говорить о том, что ему нравится…

— То?..

— Мне кажется, ему нравится всё понемногу.

Он точно всё ещё человек?

«Я ясно вижу, что в голове Джека сложился идеальный образ Серпенса!»

Посмотрев на выражение лица Джека, можно невооружённым взглядом увидеть, как сильно он восхищается Серпенсом. Для него Серпенс будет идеальным, даже, если ступит на тёмную сторону.

— Из-за того, что человечество насквозь прогнило, он абстрагировался от целого мира. Теперь мы должны смиренно принять тот факт, что целому континенту скоро настанет конец, — неоднозначно ответил мне Джек.

— Тогда, вероятно, у него нет близких друзей.

— Эм… это…

— Неужели есть?! — сразу же оживился я.

А правда, есть ли кто-то, кто близок к Серпенсу? Что с ним произошло?

— Они довольно близки с наследным принцем.

— Ой.

Он про эти односторонние отношения? Я уже читал об этом в оригинальном романе. Серпенс терпеть не мог Гумануса и считал его неприятным человеком. Однако Гуманус напротив считал Серпенса своим лучшим другом. Причиной их необычной дружбы послужило то, что они были одного возраста, а титул Серпенса не позволял ему преклоняться даже перед самим наследным принцем. Плюс ко всему, между ними было некое чувство единства из-за практически одинакового положения в обществе, но была ещё одна, более весомая причина их дружбы.

Этой причиной было одинаковое отношения Серпенса абсолютно ко всем. Все преклонялись перед Гуманусом из-за его принадлежности к императорской семье, но только не Серпенс.

Именно поэтому он хотел быть ближе к Серпенсу. Но чем больше он старался, тем больше чувствовал, как он отдаляется от него. Даже когда в тот роковой день он пронзил сердце герцога своим мечом.

— Серпи! Почему… почему ты?.. — Гуманус поджал губы.

Его меч был направлен на человека, которого всё это время он считал другом.

— Что теперь собираешься делать? — усмехнулся Серпенс, упав на землю.

Его одежду окропила собственная кровь, а серебристые волосы с явным голубоватым оттенком утратили былое сияние и на глазах потускнели, превратившись в нечто неприглядное, вместе с тем пропала и его утончённость.

Почему несмотря на то, что в тот день именно Серпенс потерпел поражение, Гуманус был настолько сокрушён?

— Ты, вероятно, боишься, что континент будет уничтожен королём демонов и потому ты запечатал его? Верно? — Серпенс бросил холодный взгляд на наследного принца.

На побледневшем лице не было никаких эмоций.

— Ну же, ответь мне! Серпи, почему? Зачем? Ты же любил континент! Герцог Прасидус! Ты же любил империю, тебе всё нравилось!

Но Серпенс не ответил.

— Тогда скажи, мы — друзья? Нет, не так, ты считаешь меня своим другом?

И снова тишина вместо ответа. Серпенс молча ждал.

— Я бы предпочёл, чтобы ты умолял меня сохранить тебе жизнь! Если это не так!.. Тогда попроси меня убить тебя! Если я отпущу тебя, ты снова пожелаешь уничтожить континент!

Ответа не последовало.

— Выбирай!

Серпенс так и не смог понять истинных чувств своего единственного друга и был молчалив до самого конца.

Тогда Гуманус усомнился был ли человек перед ним тем, кого он знал. Возможно, они с самого начала были друг для друга чужими.

«Нет, это тот человек, которого я знаю», — подумал Гуманус.

— Серпи… нет, Серпенс. Кто ты такой?

Не дождавшись ответа, Гуманус с силой сжал рукоять меча.

Когда лезвие меча коснулось тела Серпенса, наследный принц смог почувствовать, как его остриё распарывает чужую плоть.

Он уже убивал, убивал бесчисленное количество раз. Это были не только демоны, но и люди. Но до этого момента Гуманус никогда не испытывал это неприятное ощущение, которое закралось в его сердце сейчас.

Остриё меча задрожало, а из сомкнутых губ светловолосого мужчины вырвался кашель, сопровождаемый кровью — это Священный меч достиг его сердца, но чувства Гумануса не смогли проникнуть туда.

Святой меч пронзил тело герцога насквозь. Теперь, казалось, всему пришёл конец. Но даже так Гуманус всё ещё считал Серпенса другом, хоть и осознал, что совсем не знал его.

На протяжении всего повествования автор представлял читателям герцога, как персонажа скрытного и не раскрыл его до конца. Почему человек, которого почитали словно святого, связался с преступным миром? Почему он пошёл против всего мира? В чём причина его желания поглотить силу короля демонов? Поступки Серпенса были немотивированными.

«Разве это не потому?» — единственное, о чём подумал Серпенс перед смертью.

«Полагаю, вот почему», — в последние секунды к Серпенсу пришло осознание.

Если бы в их последний разговор Гуманус заговорил с ним о его добрых поступках, вместо вопросов о любви и дружбе, мы могли бы получить совсем другую историю. Возможно, континент ожидала бы та же участь, но Гумануса ждала бы иная концовка.

Вместо того, чтобы убивать незнакомого ему человека, он мог бы отпустить старого друга. Мог ли быть здесь иной финал?

— Господин помощник? — голос Джека вывел меня из раздумий.

— Ох, что-то я задумался, прошу меня простить.

— Всё в порядке. Вот ваша комната.

— Благодарю за то, что проводил меня.

Где я вообще? Я абсолютно трезв, но совершенно не помню, как я сюда пришёл. Оценив высоту через окно, я понял, что я на втором этаже. Нужно зайти и осмотреть комнату.

Открыв дверь, я сразу же увидел, что комната была гораздо больше оригинальной комнаты Зиона. Какая роскошь!

— Справа есть отдельная ванная комната, которой можно воспользоваться в любое удобное время, — объяснил мне Джек.

На данный момент попросить комнату у Серпенса было самым лучшим моим решением в этом мире.

— В этой комнате раньше жил бывший помощник, я сказал, что всё подготовлю.

А здесь душно! Не думаю, что в особняке лишь одна свободная комната, но это не так важно.

— Из поколения в поколения в этой комнате жили помощники семьи Прасидус.

Разве могу я что-то возразить? Я просто буду жить здесь. Джек также сообщил мне, что этажом ниже, прямо под моей комнатой, живёт Ганс. Я вдруг вспомнил о том, что говорили тогда за обедом, о том, что Ганс не прощает оплошностей, даже если герцог не обратил на это никакого внимания. Неужели он настолько строг? Нужно быть осторожным.

— Что ж, спасибо, теперь я пойду, — сообщил я.

— Счастливого пути, будьте осторожны.

Я посмотрел комнату, теперь пришло время возвращаться. Я попрощался с Джеком, но мы всё ещё продолжали неподвижно стоять, молча смотря друг на друга.

— Разве вы не собирались идти?

— Да, собирался… — замялся я.

Выражение лица Джека изменилось, когда я признался, что не знаю, как вернуться обратно. Помню, Ганс смотрел на меня изучающим взглядом с самого утра и что-то записывал в свою книжицу. Теперь и Джек смотрел на меня тем же взглядом.

— Я вас провожу, запоминайте дорогу.

Голос молодого человека стал холоднее, а выражение лица стало намного равнодушнее.

«Да кто этот Джек такой?» — задался я вопросом.

Будто шутка какая-то.

Я молча последовал за молодым человеком, стараясь запомнить дорогу. Когда мы дошли до знакомой мне дороги, Джек стал прежним. Ещё раз попрощавшись с Джеком, я наконец покинул особняк.

Итак, за сегодняшний день мне удалось узнать довольно много информации. Например, что Совещательный совет на самом деле — тайный бойцовский клуб аристократов, а все работники и слуги герцогства Прасидус образуют целый фан-клуб Серпенса.

Я также узнал, что Серпенс никогда не испытывал ни к кому привязанности и не проявлял особо интереса к чему-либо.

«И всё же, сомневаюсь, что он действительно человек…» — подумал я напоследок.

Наконец-то наступил выходной день. Между тем, мы с Серпенсом вновь побывали на очередном заседании Совещательного совета.

«Почему они высиживают целый час, сохраняя притом спокойствие, если прекрасно знают, что по прошествии этого самого часа они начнут выяснять отношения кулаками?» — задавался вопросом я.

Есть предположение, что у них так заведено: один начинает проявлять агрессию, другой на его агрессию отвечает, и пошло-поехало.

А если брать во внимание объяснения Серпенса, правильно ли я понял, что когда они начинают драться, то использование божественной или какой-либо ещё магической силы под запретом, и им следует полагаться только лишь на свои физические возможности?

Для инструментов, которые можно использовать подготовлен официальный бланк документа. Использование любого оружия находится под строгим запретом.

«Может они играли в Martial arts x days*? Если нет, то откуда они взяли эти правила боя? Может быть, эта империя — самая настоящая воюющая нация?» — мне всё ещё не давало покоя то, что происходит на этом Совещательном совете.

П.п.: Всё, что удалось найти — это какая-то игра в жанре сражений. Есть два варианта: это игра о боевых искусствах или же это игра о зомби-апокалипсисе. Дальше божественная сила Интернета помогать отказывается.

Это вообще уже «советом» назвать нельзя. Увидев моё глупое выражение лица, Серпенс убедил меня, что всё в порядке, так как на собрании присутствует большое количество обладателей божественной силы, которые обеспечивают безопасность процесса «выяснения отношений».

«Разве ж это не важно? Безопасность здесь — пустой звук? Эта страна безумна!»

Я всё ещё продолжал смотреть на Серпенса, глупо хлопая ресницами.

— На самом деле, как-то раз, граф Пгнуто советовал мне принять участие, — вдруг заговорил Серпенс.

«Да что тут советовать?!» — мысленно возмутился я.

— У меня не было выбора, поэтому я согласился принять участие в одном из боёв, — продолжал герцог.

«Может ты ещё поучаствовать собираешься?» — негодовал я.

— В конечном итоге… я был единственным, кто остался стоять на ногах.

«Да это массовое убийство!»

— Из-за этого мне было несколько неловко.

«…» — мне даже мысленно было нечего ему ответить.

Теперь понятно, почему никто и никогда не задевал Серпенса. Это всё объясняет. Полагаю, это так называемая неприкосновенность чемпиона.

«А если последний из участников снова выйдет на бой, решится ли он пойти против Серпенса?»

Я услышал кое-что интересное, но эта информация была совсем не той, которую мне хотелось бы получить.

Я въехал в комнату с минимальным багажом. Затем после работы я бродил по окрестностям герцогства и расспрашивал всех о том о сём. Я также передал Мэри обещанную вкусность — я купил ей торт со взбитыми сливками, который пекли в одной известной кондитерской лавке. Она была счастлива.

«Как было бы здорово, если бы Серпенс был бы таким же простым», — подумал я.

Даже если это моя собственная интерпретация слов герцога, я уверен, что я понимаю намного лучше истинный смысл сказанного Серпенсом, чем кто-либо ещё в этом мире. Хотя, конечно, случаются казусы и у меня. Например, я и представить себе не мог, что он мне расскажет об участии в этом боевом совете.

«Ему следует игнорировать такого рода рекомендации от графов!» — снова негодовал я.

Я прекрасно понимаю, что он просто притворяется милым. Но тогда зачем заходить так далеко? Ещё так много вопросов, на которые я хотел бы получить ответ. Например, почему он проявляет заботу к одним, и в тоже время доставляет неудобства другим?

«Это что-то типа комплекса хорошего мальчика*?»

П.п. Суть комплекса заключается в том, что ребёнок или, как правило, уже повзрослевший мужчина желает всем угодить и понравиться, получить похвалу. Такое желание вызвано дефицитом внимания и любви в детстве.

Я подумал, что было бы слишком подозрительно расспрашивать работников о Серпенсе в открытую, поэтому я решил сперва сблизиться с ними, а затем получить желаемое.

Только вот слышал я Серпенсе исключительно хорошее. Они все буквально восхваляют его.

Спроси я напрямую, мне бы явно промыли мозги, и я бы определённо стал членом клуба фанатов Серпенса. Мне даже пришлось прервать этот нескончаемый поток дифирамбов. Они заговаривают словом похлеще талантливых аферистов.

Сперва я начал расспрашивать горничных, но, как оказалось, большинство из тех, кто работал в то время, уже вышли на пенсию.

«Ну почему здесь даже нет няни?»

Я встретил несколько кухарок, которые работали здесь уже десять лет. Но так как они всё время проводили на кухне, они понятия не имели, что происходило в то время.

«Обычно вещи, которые происходят на глазах у всех, например, тот случай с жуком, потом быстро распространяются по всей округе», — продолжал размышлять я.

А раз все словно в рот воды набрали, то я полагаю, что всё это неспроста. Или же, переломный момент наступил гораздо раньше, чем я полагаю.

«Хотя, конечно, не имеет особого значения, через какие трудности пришлось пройти Серпенсу».

Не то, чтобы мне совсем уж всё равно на то, что он пережил. Просто я считаю, что нет никакой необходимости снова ворошить уже известную мне информацию. А расспрашивал я всех, потому что хочу лучше понять атмосферу этого места.

«Мне просто хочется узнать о нынешнем Серпенсе».

Если я так хочу узнать о прошлом герцога, то лучшим вариантом будет расспросить обо всём Ганса или пожилых слуг. Само собой, они всё знают и всё видели, но сомневаюсь, что кто-то из них скажет мне правду.

«Хотя бы потому, что они преданы семье Прасидус, а не самому Серпенсу».

В таком случае, наиболее удачным концом для меня было бы получить от них предупреждение, а затем отправиться на ковёр к герцогу. Но я не исключаю и того варианта, что они могли бы счесть меня слишком подозрительным и решить разобраться со всем самостоятельно. А там и до пыток могло бы дойти…

«Бр-р-р, от одной только мысли мурашки по коже!» — поёжился я, отгоняя странные мысли.

Поэтому вместо сторожил герцогства я предпочитаю расспрашивать молоденьких горничных и слуг, которые знают лишь нынешнего Серпенса. Может мне стоит поинтересоваться у Джека, с каких пор герцог стал таким добряком? Или попросить его познакомить меня с его отцом, сказав, что мне интересно узнать, каким их любимый герцог был раньше?

«И вообще… почему Серпенс держит их при себе?» — я снова начал размышлять.

Они ведь слишком много знают. Хотя, если так подумать, я тоже знаю достаточно о его прошлом, поэтому лучший способ узнать о Серпенсе — сблизиться с ним.

«Я ведь его главный помощник. Так как я буду всё время с ним, в конечном итоге мы станем ближе и сможет лучше узнать друг друга, не так ли?» — в моей голове рождался некий план.

Если я буду придерживаться этого плана, то не закончу как Гуманус. Если бы в оригинальном сюжете Гуманусу всё же удалось сблизиться с герцогом, он смог бы стать его настоящим другом. Приятным бонусом для меня является то, что я осведомлён как о прошлом Серпенса, так и о его будущем.

И я единственный, кто знает, что весь его образ добродетеля — фальшивка.

«Пфф… неужели у меня нет другого выбора и придётся взаимодействовать с ним напрямую?»

Вздохнув, я сел в карету, на двери которой красовался герб семьи Прасидус. Когда я сказал, что собираюсь за выходные перевезти остаток багажа, Серпенс любезно предоставил мне карету. Как человек может быть настолько заботливым? Он действительно похож на ангела.

Хлесь! — я дал себе отрезвляющую пощёчину.

«Опасненько. Неужели мне всё-таки промыли мозги?

Может быть, я просто наслушался рассказов о его добрых деяниях?

Мне кажется, это уже чем-то напоминает стокгольмский синдром. Только вот я же в своём уме*.

П.п.: Зион говорит о том, что симпатия по отношению к агрессору при стокгольмском синдроме проявляется бессознательно, именно поэтому он подчёркивает свою вменяемость.

«Серпенс и компания плохих парней! Поддельная личность! Что за сюжет! Цепляет!»

Мысленно выругавшись на герцога, я решил вспомнить его образ из романа. По спине пробежала дрожь, и я больше не видел в Серпенсе ангела.

Кусаю руку, которая меня кормит, но что поделать? Чтобы выжить, нужно быть начеку, нельзя забывать о моей основной цели.