[[image:/storage/reader-images/86a90fb5af8971966729a9fc918ecb308604d6ad.png]]

[[image:/storage/reader-images/d3efb47e35a01e495528fb0a6ccbbc8758fe4e01.png]]

[[image:/storage/reader-images/6622d16ccbd8cddc69c50a3d411efc4fd59f0e9e.png]]

[[image:/storage/reader-images/4cdf50d8799672be5da80bffbe0a0b2732fc73bc.png]]

[[image:/storage/reader-images/40083c6cb985937068e2e86de5f66e7f76e284ae.png]]

[[image:/storage/reader-images/90e4b24d01dc8e96573eebe41e9c4a46bd4e41f8.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/047369661b1f38d6bbe72de304971612957af11d.png]]

[Суббота, 4 апреля]

Всего 5000 йен.

Такова была месячная арендная плата за комнату 106 в доме "Corona".

Corona House был деревянным двухэтажным многоквартирным домом, построенным двадцать пять лет назад. Находясь на окраине города, он был дешев, но даже тогда 5000 йен в месяц за комнату с шестью татами, кухней, ванной и туалетом были исключительно низкой платой. На самом деле, стоимость аренды других комнат в Corona House была по меньшей мере в десять раз выше. Кроме того, комната 106 была полностью свободна от залога.

Однако у этой дешевизны была своя причина. Все без исключения, кто заселялся в комнату, так же быстро выселялись. Рекорд составлял всего три часа, но даже самый долгий жилец прожил всего три месяца. Средний срок проживания составлял около трех дней. В результате арендная плата продолжала снижаться, и уже до весны арендная плата в 10.000 иен была снижена вдвое.

– Не обращайся с этой коробкой небрежно, Маккензи. Ее содержимое ценнее твоей жизни.

– Говоришь как какой-то богач, Ку. По сравнению с тобой, я всегда осторожен.

– Пока ты понимаешь. Теперь продолжай усердно работать, Маккэндзи-кун.

– Да, да. Кто кому опять помогает переезжать? Боже.

Сегодня - в субботу, 4 апреля - в это супердешевое жилье въезжал новый жилец. Его звали Сатоми Кутару, но его друг детства, Мацудаира Кэндзи, называл его Ку. В свою очередь, Кутару называл его Маккэндзи. В понедельник на церемонии открытия школы оба пятнадцатилетних мальчика официально станут учениками старшей школы.

Из-за внезапного перевода отца на другую работу Кутару с этой весны будет жить один. Выросший с одним только отцом, Кутару не хотел обременять его сейчас. Когда агент по недвижимости представил Кутару комнату 106 в "Corona House", он сразу же согласился на предложение, даже не услышав причину столь низкой арендной платы.

– В общем, Ку, хорошо, что тебе удалось найти такое замечательное место в такое время, да?

– Мне повезло. Когда на днях мой старик рассказал мне о своем переезде, я всерьез запаниковал.

Решение о переезде его отца было принято в конце февраля, как раз когда Кутару закончил вступительные экзамены в старшую школу и ждал результатов.

– Но мы ничего не могли с этим поделать. Я имею в виду, что его коллега, который должен был получить перевод, получил травму и больше не мог этого делать.

– Да, это правда.

Первоначально перевод предназначался для коллеги отца Кутару. Однако, когда тот получил серьезную травму в результате несчастного случая, вместо него пришлось ехать отцу Кутару.

– Я был удивлен такой неожиданностью, но решил, что это хороший шанс стать самостоятельным. В конце концов, я теперь ученик старшей школы.

– Как позитивно с твоей стороны.

– Да, так как насчет того, чтобы отпраздновать начало моего пути в мужскую жизнь?

– Ты о чем?

Кутару и Кэндзи вместе тащили чемодан, полный одежды. Они уже некоторое время таскали багаж туда-сюда между квартирой и фургоном для переезда.

– Мне поставить холодильник рядом с раковиной? – спросил мужчина средних лет в рабочей одежде, высунув голову из комнаты 106. Это был водитель фургона, который помогал Кутару и Кэндзи.

– Да, пожалуйста!

– Понял.

Услышав ответ Кутару, мужчина вернулся в дом, а Кутару и Кэндзи вскоре последовали его примеру.

– Так это место действительно стоит пять кусков в месяц? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой...

Мальчики прошли через открытый дверной проем, и Кэндзи издал еще один вздох.

– Завидуешь, да?

– Если бы я знал, что она стоит всего пять тысяч, я бы сам ее снял.

Комната была в несколько более старом японском стиле. Войдя через парадную дверь, вы попали в коридор с дощатым полом, ведущий во внутреннюю комнату с шестью татами. По левую сторону коридора находился кухонный блок, а по правую - ванная и туалет. Хотя квартира выглядела старомодной, она была чистой и ухоженной.

– Берегись, Ку. Чемодан сейчас ударится о стену.

– Я знаю, знаю.

– Иногда я удивляюсь... Мы проходим, мистер.

– Ох, извини за это, Очкарик-кун.

Пройдя мимо человека, устанавливающего мини-кухню, Кутару и Кэндзи направились во внутреннюю комнату. Они пробирались мимо разбросанных коробок и мебели.

– Так что нам делать с этим чемоданом?

– Хм... Давай положим его в шкаф.

– Окей.

Мальчики работали вместе, чтобы запихнуть чемодан в шкаф. Когда они закончили, в комнату вошел грузчик.

– Это был последний багаж, не так ли?

– Да, это был весь багаж.

– Хорошо, тогда я удаляюсь.

– Большое спасибо.

Кутару был воспитан в уважении к старшим, поэтому он естественно поклонился мужчине.

– Это я должен кланяться. Спасибо за ваше покровительство.

Мужчина мягко улыбнулся и глубоко поклонился в ответ. Оставив какие-то бумаги, он вышел из комнаты.

– Хорошо, с первой частью покончено, – сказал Кэндзи.

– Маккэндзи, лови.

Как раз когда Кэндзи поправлял очки, Кутару бросил ему пластиковую бутылку чая.

– Ух ты, спасибо.

Кэндзи поймал бутылку без труда. Зная друг друга уже долгое время, он привык к подобным сюрпризам.

– Он тепловатый, но за это тебе придется от меня отмахнуться. Холодильник только-только установили, – сказал Кутару, доставая из пластикового пакета свою бутылку. Напитки он купил совсем недавно в ближайшем магазине.

– Я знаю.

Оба мальчика одновременно открыли свои бутылки и сделали по глотку.

– Ахх... Я снова чувствую себя живым.

Кутару сел на стопку картонных коробок, попивая чай, а Кэндзи прислонился к дверной раме внутренней комнаты. Кэндзи посмотрел на календарь, висевший на стене.

– Время летит незаметно... Вступительная церемония послезавтра.

– Верно. Я должен распаковать все необходимое сегодня.

Кутару посмотрел на календарь вместе с Кэндзи, затем взглянул на часы, которые он повесил рядом с ним.

– Хм? А ты не можешь сделать это завтра?

– Завтра у меня подработка.

– Ты действительно подписался на эту смену? Ты мог бы хотя бы взять отгул на пару дней, чтобы переехать.

Глаза Кэндзи широко раскрылись за очками, когда он удивленно посмотрел на Кутару.

– В начале весны есть много необходимого. Не причисляй меня к тем, кто живет за счет своих родителей, как ты.

– Твой старик оставил тебе немного денег на это, не так ли?

– Я изо всех сил стараюсь не вникать в это. Вот что значит жить для себя.

– Мне все равно, как ты это называешь, но не приходи ко мне плакаться, если потерпишь крах.

– В отличие от вас, интеллигентных типов, я уверен в своей физической силе.

– Да, да. Я и не сомневаюсь.

Кэндзи пожал плечами, глядя на Кутару, который гордо выпячивал грудь.

– Итак, Ку, во сколько ты завтра начинаешь?

– Утром, как всегда.

– Хорошо, тогда я заеду за тобой, как обычно.

– Я рассчитываю на тебя.

На самом деле оба мальчика работали в одном и том же месте. После того, как их приняли в школу, они одновременно подали заявления на работу. По счастливой случайности они оба были приняты на работу и приступили к ней в прошлом месяце.

– ...Эй, Ку, ты сможешь проснуться вовремя, когда начнется школа?

– Это не должно быть проблемой.

– Это звучит не очень убедительно, когда мне приходится поднимать тебя каждые выходные, чтобы идти на работу.

– Заткнись.

Смены в выходные начинались рано, поэтому для Кэндзи стало обычным делом приходить будить Кутару.

– Начиная жить самостоятельно, я собираюсь влиться в общество как взрослый человек. Я не могу вечно вести себя как ребенок.

– Значит, мне не нужно заезжать за тобой завтра?

– Яблоки и апельсины, Маккэндзи-кун. Ты все равно должен заехать утром.

– Вот что я получаю...

Плечи Кэндзи опустились в изумлении.

– Как всегда, спасибо, старик.

– ...Я внезапно потерял всю свою мотивацию.

– Не будь таким. Ты молод.

Их разговор был прерван звонком в дверь.

– Хм?

– Гость?

Но прежде чем Кутару успел ответить, гость открыл дверь и шагнул внутрь.

– Здравствуйте! Сатоми-сан здесь? – спросил с порога девичий голос.

Этот голос...

Кутару уже слышал этот голос раньше.

– Это хозяйка дома.

– Хозяйка?

– Ах, да, иду! – воскликнул Кутару, спрыгивая с картонных коробок, на которых сидел. Кэндзи тоже встал, опираясь на дверной косяк.

– Звучит довольно молодо, – скептически заметил Кэндзи.

– Пойдем, Маккэндзи, тебя ждет сюрприз.

– Ладно...

Мальчики вместе направились к входной двери.

– Здравствуйте, хозяйка-сан.

– Здравствуйте, Сатоми-сан.

В дверях стояла девочка примерно возраста Кутару и Кэндзи, одетая в фартук поверх обычной одежды. Поприветствовав мальчиков, она грациозно поклонилась. Ее лицо сохранило очарование юности, а длинные волосы были перевязаны большой лентой. Судя по всему, она была яркой и здоровой девушкой.

– А? Хозяйка? Эта девушка?

– Да. Это хозяин Corona House. Ты удивлен, не так ли, Маккэндзи?

– А-ага...

С широко раскрытыми от удивления глазами, Кэндзи кивнул. Молодая девушка перед ним не совсем соответствовала его мысленному образу домовладельца. Он просто уставился на нее в изумлении.

– Я тоже был удивлен.

– Все поначалу удивляются. Хих... – Девушка улыбнулась и повернулась к Кэндзи. – Приятно познакомиться. Я хозяйка Corona House, Касаги Сидзука.

– Приятно познакомиться. Я Мацудаира Кэндзи.

– Надеюсь, мы поладим, Мацудаира-сан.

– Да, аналогично.

Кэндзи и Сидзука поклонились друг другу.

– Хозяйка-сан, этот парень - мой друг детства.

– Правда?

– Я уверен, что вы будете видеть его здесь время от времени, так что не стесняйтесь называть его просто Маккэндзи.

Сидзука пару раз моргнула, уставившись на Кэндзи.

– Вы японец, не так ли? С такой фамилией, как Мацудаира...

– О, да, он точно японец. Маккэндзи - это просто сокращение его полного имени, Мацудаира Кэндзи.

– Ах, я понимаю. "Ма" и "Кэндзи" вместе превращаются в "Маккэндзи".

Удовлетворенная, Сидзука закрыла рот рукой и хихикнула.

– Это просто то, как Ку называет меня.

– Тогда вы предпочитаете, чтобы я называла вас Мацудаира-сан?

– Маккэндзи - сойдёт. Я уже привык к этому.

– Тогда хорошо, Маккэндзи-сан.

Увидев, что Кэндзи пожал плечами, Сидзука снова захихикала, отчего ее лента и длинный хвост подпрыгнули.

– Хозяин-сан в этом году тоже начинает учиться в старшей школе Кисшухаруказе.

– О, какое совпадение.

– Если повезет, мы все окажемся в одном классе.

[[image:/storage/reader-images/4e548f63ea90c96f42157f22a81f89beb3aeab1d.png]]

– Хихихи, надеюсь, мы сможем подружиться и в школе, – сказала Сидзука, снова вежливо поклонившись.

– Итак, хозяин-сан, вам что-то нужно?

– Ах да, чуть не забыла. Сидзука хлопнула в ладоши, затем указала на окно позади Кутару и Кэндзи. – Я случайно увидела, как фургон с вещами уезжает некоторое время назад, и решила, что самое время помочь.

– Из окна?

– Да, Маккэндзи-сан. Я вообще-то живу в комнате над этой.

– Уже ревнуешь? Я живу под одной крышей с симпатичной хозяйкой.

– О боже... – Глаза Сидзуки на мгновение широко раскрылись, прежде чем она улыбнулась. – Вы мне льстите, Сатоми-сан.

– Конечно, вы живете под одной крышей. Это же многоквартирный дом.

– Это вопрос перспективы.

– Тихи-хи, вы двое хорошо ладите... О, точно, я пришла помочь. Раз уж все тяжелое сделано, я должна быть в состоянии помочь.

– Это было бы здорово, хозяйка-сан. Ку хорошо умеет ломать вещи и устраивать беспорядок, но он плохо умеет собирать вещи и убирать.

– Эй, Маккэндзи! Не говори обо мне так!

– Это правда, верно? Ты хоть представляешь, сколько проблем ты мне доставляешь? – Кэндзи тяжело вздохнул, приподняв очки.

– Значит, это вы всегда убираете за собой, Маккэндзи-сан?

– Да, у меня ужасные времена.

– Но я благодарна за это.

– ...Не то, чтобы я когда-либо знал. О, но есть кое-что, что я хотел спросить у вас, хозяин-сан.

– О? Что именно? – Все еще улыбаясь, Сидзука кивнула головой.

– Почему арендная плата за эту комнату составляет всего 5000 йен?

– Эй, Маккэндзи! Не спрашивай так внезапно!

Кутару, который уже был в курсе всех обстоятельств, начал паниковать.

– Но я хочу знать. С такой отличной комнатой и надежным хозяином, я не вижу ничего плохого в этом месте.

– Эта квартира осталась после ее родителей и...

– Я не возражаю, Сатоми-сан.

Кутару беспокоился, что рассердит Сидзуку, но она просто спокойно улыбнулась и покачала головой.

– Маккэндзи-сан права. Кроме того... Хихихи, разве вы не видите, что он беспокоится о вас, Сатоми-сан?

– Хозяйка-сан...

– В любом случае, я ничего не могу с этим поделать.

– Д-да...

Кутару извиняюще кивнул, когда Сидзука снова повернулась к Кэндзи.

– Вообще-то, он появляется в этой комнате.

– Появляется? Что появляется?

– По слухам, это призрак.

– Полтергейст?! – Напуганный, Кэндзи поспешно оглядел комнату в паранойе.

– Сама я его никогда не видела, но каждый жилец, который сюда въезжал, видел... Из-за этого никто никогда не остается надолго.

– Призрак, да? Мне трудно в это поверить...

– Мне тоже. Но все жильцы говорили то же самое, когда съезжали, так что это должно быть правдой. – Сидзука слабо улыбнулась и опустила плечи, глядя на недоумевающего Кэндзи.

– Предоставьте это мне,

домовледелец-сан. Я не позволю какому-то призраку запугать меня.

– Я рассчитываю на вас. Пожалуйста, оставайтесь здесь достаточно долго, чтобы избавиться от всех слухов о призраках.

– Конечно!

– Но думать, что здесь есть призрак... – Все еще неубежденный, Кэндзи еще раз оглядел комнату.

– Ничего страшного не случится, если ты будешь думать об этом слишком много, Маккэндзи. Хозяин-сан здесь, чтобы помочь, так что давай начнем распаковывать вещи.

– ...Да, давайте. – По приказу Кутару, Кэндзи энергично потряс головой, чтобы вывести себя из этого состояния. – Я уверен, что ты будешь в порядке, даже если появится призрак, учитывая, какой ты тупоголовый.

– Это звучит ужасно злорадно, Маккэндзи.

– Это было намеренно.

– Фигурально... Что ж, давайте начнем, хозяин-сан.

– Конечно, Сатоми-сан... Но вы двое действительно хорошо ладите. – Сидзука начала смеяться, глядя на Кутару и Кэндзи.

– Вы так думаете?

– Хозяин-сан, пожалуйста, не говорите таких отвратительных вещей.

– Маккэндзи, тебе ведь не обязательно так выражаться, правда?

Кутару и остальные начали распаковывать коробки по одной. С помощью Кэндзи и Сидзуки комната 106 была приведена в порядок настолько, что стала вполне пригодной для жизни еще до обеда.

–Я пойду домой, но не забывай о завтрашней работе. Своди распаковку к минимуму и ложись спать пораньше, хорошо?

– Я знаю, знаю. Я не могу позволить себе проспать, верно?

– Ты так говоришь "я знаю" - это наименее убедительная вещь на свете.

Кэндзи вздохнул, надевая туфли, которые были брошены у входной двери.

– Тогда я тоже ухожу, Сатоми-сан.

– Хозяин-сан, вам не нужно называть меня Сатоми-сан. Мы станем одноклассниками послезавтра.

– Ладно, тогда... Сатоми-кун.

– Так звучит лучше.

– Хорошо, тогда Сатоми-кун.

Сидзука сияла лучезарной улыбкой, надевая свои туфли, которые она оставила аккуратно расставленными у входа. Кэндзи открыл перед ней дверь.

– Большое спасибо за сегодняшний день, Хозяин-сан, – сказал Кутару, глядя, как Сидзука и Кэндзи выходят на улицу.

– Даже не упоминай об этом. Я была рада помочь.

– Что? Никакой благодарности для меня?

– Ты больше любишь давать и брать.

– Я так не думаю...

– Ну, пока прощай, Сатоми-кун.

– До свидания, хозяйка-сан

– Поторопись и ложись спать.

– Знаю, знаю.

Кэндзи и Сидзука покинули комнату 106, как только за ними закрылась дверь.

Оставшись один, Кутару продолжил распаковывать вещи, закончив есть бенто, которое он купил в магазине.

– Хм... Что делать с этой битой?.. Я не могу обращаться с ней как с обычной битой, и я не могу просто оставить ее в подставке для зонтиков...

Кутару держал биту в руке, пытаясь придумать, куда ее пристроить. Это была не обычная битв. Это была одна из ценнейших вещей Кутару: бита, которую использовал и подписал легендарный игрок, известный как "бог биты".

– Хорошо, я найду для нее подставку. Угол пока сойдет.

Кутару положил биту и принялся открывать другую коробку.

– Что было в этой?

Отклеив пленку на коробке, Кутару заглянул внутрь.

– Ах, еще памятные вещи...

Трофеи, сертификаты, памятные таблички и его любимая перчатка. Все это были сувениры со времен средней школы Кутару.

– Упс. Я и это сюда положил?

В коробке была одна вещь, которая не сочеталась с остальными его бейсбольными сокровищами.

– Я лучше отложу в сторону...

Кутару держал в руках наполовину связанный свитер. Он аккуратно обернул его упаковочной бумагой и бережно положил в чемодан в шкафу.

– Вот и все.

Кутару хлопнул в ладоши, отходя от шкафа. В этот момент зазвонил мобильный телефон, который он оставил заряжаться в углу комнаты.

– Хм? Батя?

Среди контактов Кутару был только один человек с таким рингтоном: Сатоми Юитиру.

На маленьком экране высветилось имя его отца. Кутару взял трубку, ответил на звонок и приложил ее к уху.

– Привет, старик.

– А, вот и ты, Кутару.

Как и ожидалось, голос с другой стороны был не кто иной, как отец Кутару, Юитиру.

– Как там дела? Ты уже распаковал весь свой багаж?

– Все идет медленно, но верно. Маккэндзи и хозяин дома помогли мне, так что я могу хоть как-то устроиться.

– Понятно. Обязательно поблагодари их как следует.

– Конечно. А как у тебя там?

– Я живу в общежитии для одиночек, знаешь ли. Даже если я и пальцем не пошевелю, я все равно получаю ужин и горячую ванну. Пока я сдаю свою одежду в чистку, мне не о чем беспокоиться.

– Приятно слышать. Ты еще более беспомощный, чем я, поэтому я и сам немного волновался.

– Хахаха, это больно слышать.

Семья Сатоми состояла только из отца и сына, и Кутару выполнял большую часть работы по дому. Конечно, будучи таким грубым, как он был, он не всегда был хорош в этом. Но если бы он не взялся за дело, Юитиру наверняка умер бы от голода. Его отец был ужасным домохозяином.

– Жизнь отдельно должна стать для тебя хорошей возможностью, поэтому постарайся найти хорошего партнера.

Кутару хотел, чтобы его отец как можно скорее женился. Пока он этого не сделает, Кутару будет беспокоиться, что он может голодать или что он просто позволит грязной одежде копиться в его комнате.

– Гвахахаха, найти кого-нибудь - это немного...

Как бы Кутару ни надеялся, это вряд ли случится в ближайшее время. Юитиру все еще был влюблен в свою покойную жену. И зная его чувства, Кутару не мог пожаловаться.

– Хм, ну, кажется, все идет хорошо.

– И тебе того же, старик. Не забудь вынести мусор.

– Я знаю, знаю.

– Иногда я удивляюсь...

Именно в такие моменты Кутару понимал, что чувствует Кэндзи.

– Ну, не буду тебя больше задерживать. Мне самому еще нужно кое-что распаковать.

– То же самое. Поговорим позже, старик.

– Да. Спокойной ночи, Кутару.

– Спокойной ночи.

Их разговор прошел гладко.

– Мне было интересно, что произойдет, когда внезапно появится этот перевод, но...

Кутару отложил телефон и снова подключил его к зарядке.

– Похоже, пока что все идет хорошо.

Кутару улыбнулся про себя и сделал небольшую передышку, прежде чем снова приступить к наведению порядка в своей комнате.

– Уже одиннадцать часов...

Кутару, наконец, прекратил уборку, когда время приближалось к 11 часам вечера.

– Похоже, сегодня я лягу спать пораньше. Я никогда не услышу от Маккэндзи конца, если просплю.

Последние несколько дней Кутару был занят переездом. А теперь к тому же утром ему предстояла работа, так что лечь пораньше показалось хорошей идеей.

– Ладно, пора ложиться спать.

Кутару открыл дверцу шкафа и вытащил футон и покрывало с нехарактерным цветочным узором на нем. Сидзука была достаточно любезна, чтобы подготовить его для него.

С ворчанием Кутару отодвинул несколько коробок и бросил футон на освободившееся место. Когда он уже собирался небрежно броситься на кровать, его внимание привлекло цветочное покрывало.

– ...Наверное, мне следует постелить его как следует.

Передумав, Кутару правильно расстелил футон. Поскольку Сидзука потратила время, чтобы подготовить для него одеяло, он будет чувствовать себя виноватым, если будет обращаться с ним грубо, как он обычно делал.

– Вот так.

Аккуратно уложив футон, Кутару выключил свет и забрался в кровать.

– Спокойной ночи.

Пожелав спокойной ночи пустой комнате, Кутару закрыл глаза. Обычно ему было ужасно трудно просыпаться по утрам, но он быстро засыпал. Через несколько минут он уже крепко спал.

– Зззз...

В комнате 106 все было по-прежнему, слышались только звуки дыхания Кутару и тиканье часов на стене. Однако они были настолько тихими, что их заглушал звук телевизора, включенного в соседней комнате 105, а затем снова звук открывающейся и закрывающейся двери Сидзуки в комнате 206 наверху. Однако шум не прекращался до полуночи. К двум часам ночи все стихло настолько, что снова стало слышно легкое дыхание Кутару.

Но это был не единственный шум в комнате 106. Был слышен небольшой дребезжащий звук, и он исходил не от Кутару. Находясь в глубоком сне, он не шевелился.

Звук, казалось, исходил от окна, но не было похоже, что оно было плохо заделано или дул ветер. Окно просто продолжало таинственно дребезжать, постепенно становясь все более шумным. Через несколько минут звук стал раздражающе громким.

– Ззззззз...

Но Кутару не подавал признаков пробуждения.

– Ммм... Маккэндзи, просто извинись уже перед МакКинли.

На самом деле, Кутару начал громко разговаривать во сне. Если его не разбудил собственный голос, то уж окно точно не разбудит. Словно в ответ на голос Коутару, странные звуки внезапно затихли.

– Гве-хе-хе...

Однако, как только Кутару снова начал бормотать во сне, окно тоже начало дребезжать. Хотя это и невозможно, но это было похоже на испуг. Посмеявшись про себя, Кутару, казалось, перестал разговаривать во сне. Наступила тишина. Но хотя в течение нескольких минут ничего не происходило, аномалия была далека от завершения.

Внезапно раздался высокий звук, похожий на звук разбивающейся стеклянной бутылки. Однако, как ни странно, не было никакой видимой причины этого звука. Он, конечно, исходил изнутри комнаты, но там не было ничего, что могло бы его произвести.

Звук бьющегося стекла продолжался, а по полу татами необъяснимым образом покатился бейсбольный мяч. Странный звук доносился как будто примерно из того же места, куда катился мяч, но ни источника звука, ни причины его появления не было видно.

Новый звук продолжался с нарастающей интенсивностью. Теперь он был в несколько раз громче, чем дребезжание окна.

– Хе-хе... Что, Маккэндзи? Ты не можешь справиться с хозяйкой-ссе? Она просто прелесть, не так ли?

Несмотря на суматоху, Кутару все еще не просыпался. Он только еще больше начал болтать во сне.

– У тебя хорошая внешность, но нет мужества.

Словно пытаясь заглушить бормотание Кутару, таинственные звуки становились все громче. Словно подстегиваемые этим, другие предметы в комнате тоже начали дребезжать. В комнате воцарился хаос: мебель и ящики начали трястись и громыхать, а грохот становился все громче и громче.

Звук проходил даже прямо над ним, но Кутару просто отказывался просыпаться. Даже Кэндзи, который давно знал Кутару, не мог его разбудить, поэтому для Кутару подобное было пустяком.

– Вех-хе-хе-хе...

И снова грохот прекратился, когда Кутару издал звук.

Если это таинственное явление было вызвано кем-то...

– Хватит греметь, Маккэндзи!

Этот кто-то, должно быть, был поражен тупостью Кутару.

— Хааа~~

— Ты меня удивляешь, Коу. Чтобы ты проснулся сам…

— В конце концов, я же лёг спать пораньше.

Котаро и Кендзи, одетые в рабочую одежду, шли бок о бок. В это субботнее утро лишь они вдвоём прогуливались по тротуару.

— Как я уже сказал, я уже самостоятельный взрослый, живущий сам по себе, Маккензи-кун.

— Надеюсь, так и останется…

— Конечно же!

— Ну посмотрим… Кстати, что там насчёт того?

— Насчёт чего?

Кендзи принял серьёзное выражение лица и понизил голос.

— Ты знаешь, того, что в той комнате появляются они…

— Появляются? Они?.. А, так ты о призраке!

Поняв причину беспокойства Кендзи, Котаро хлопнул и улыбнулся.

— Призрак вообще не появился!

— Совсем?

— Да, до вечера ничего не произошло, и ночью была тишина. Тем более, если бы призрак появился, то как ты думаешь, смог бы я сегодня проснуться вовремя?

— И то верно — если бы ты не выспался, то ни за что не встал бы сам.

Почувствовав облегчение, Кендзи расслабился.

— Хе-хе, Маккензи, не думал, что ты из тех, кто верят в привидения.

— Чего?

— Для тебя, вечно болтающего о науке, верить в призраки… — Котаро решил подколоть Кендзи; тот надул щёки и сказал.

— И что? Разве человек науки не может ненавидеть призраков?

— Если боишься их, то так и скажи!

— Ага, боюсь, очень. Есть призраки или нет, а странные вещи происходят каждый день.

— Ты слишком серьёзно ко всему этому относишься.

Котаро пожал плечами и в то же время они достигли ворот старшей школы Кицусёухаруказе — той самой, в которую они будут ходить, начиная с завтрашнего дня.

Кицусёухаруказе была в двадцати минутах ходьбы как от ближайшей станции, так и от «Короны». Отель «Корона», старшая школа Кицусёухаруказе и станция образовывали правильный треугольник, со всеми необходимыми городскими учреждениями внутри.

Кицусёухаруказе был образован несколько лет назад, после слияния соседствующих муниципалитетов, Кицусёу и Харуказе. После этого появилась необходимость в старшей школе для детей из обоих муниципалитетов. План по постройке школы обсуждался ещё до слияния, так что Кицусёухаруказе действительно стала полномасштабной старшей школой. Конечно, она была не такой большой, какие бывают в крупных городах, но для провинциальной школы она была обширной на столько, на сколько это было возможно.

«В бой! В бой! В бой! Харуказе, в бой!»

Из-за этого факта, множество студентов принимали участие в клубной деятельности, даже во время весенних каникул.

— Бейсбольный клуб… Весенний турнир уже должно быть закончился, а третьегодки выпустились.

— Они выглядят довольно оживленно. Тем более, к ним ещё и первогодки пришли.

Рассматривая одетых в форму студентов, они прошли мимо главных ворот — их место работы было расположено ещё немного дальше.

— …

Проходя мимо главных ворот, Котаро не отрывал глаз от школьного двора. Подача, отбивание, пробежка и ловля… Ещё недавно Котаро занимался тем же самым.

— Слушай, Коу… Ты уверен, что не хочешь присоединиться к бейсбольному клубу? — Кендзи спросил Котаро серьёзным голосом.

— Всё в порядке. Жить в одиночку, подрабатывать и играть в бейсбол одновременно невозможно.

Котаро оторвал взгляд от площадки, и, взглянув на Кендзи, грустно улыбнулся ему.

— Коу…

— Кроме того, есть же кружок вязания, поэтому не стоит унывать.

— Чего это? Кружок Вязания?

— Мм?

— Ты серьёзно собираешься туда вступить?

— Конечно!

Котаро был приглашён и решил вступить в Кружок Вязания ещё во время оглашения результатов вступительных экзаменов.

— Ты же шутишь, правда? Это же совсем не подходит тебе, — сказал Кендзи и пристально взглянул на тело Котаро. Крупная фигура, крепкое телосложение и большие руки. Кендзи считал, что вязание и рукоделие ни коим образом не подходили Котаро — скорее, он был мастером в порче вещей.

— Вот подожди и увидишь. Я обязательно свяжу тебе шарфик, рано или поздно.

— Прекрати, пожалуйста; это отвратительно… Меня в дрожь бросает от одной мысли об этом.

— Ты прав, я ощущаю то же самое. Тогда просто свяжу один для себя.

Переглянувшись, они кисло улыбнулись друг другу.

— Признай это, твоя цель — красавица-президент клуба, завербовавшая тебя.

— Она тут совсем ни при чём.

— Правда? Не ожидал такого ответа… Я был уверен, что ты хотел пристроиться за президентом кружка… Я ошибался?

Будучи другом детства, Кендзи видел его насквозь.

— Так или иначе, я буду проводить свои юные годы в Кружке Вязания в обществе Сакурабы-семпай.

— Хм, звучит интересно… Может мне тоже стоит присоединиться?

— Брось! Если сердцеед вроде тебя приблизится к Сакурабе-семпай, то она будет запятнана.

— И что это должно значить? Не обращайся со мной, будто с какой-то бактерией!

— Вспомнить только День Святого Валентина, когда ты монополизировал весь шоколад* в классе — другие парни плакали в три ручья.

— Это была не моя вина! — Кендзи вздохнул, в очередной раз услышав тот же аргумент.

— А вот и нет, это полностью твоя вина. Не думай, что такая обида будет легко прощена!

— Но в конце-то концов, почти весь шоколад съел ты! К тому же это правда была не моя вина. Легко отдать шоколад мне, когда косвенно его дарили те-- — Кендзи остановился на полуслове.

— Мм? В чём дело?

— Нет, ничего. В самом деле, я не расскажу тебе.

— Что это должно означать?

— Мы опоздаем, если не поспешим.

— Погоди, с чего это ты помчался?!

И вскоре они оба прибыли на работу.

— Ха!!! — крикнул Котаро, откатив крупный камень.

— Котаро-чан и вправду силач! — Пожилая женщина завязала беседу. Она была одета в сельскую рабочую одежду и держала в своих маленьких руках металлический шпатель.

— Я всё ещё юный, бабушка. Но из-за этого я не так хорош в аккуратной работе, как вы.

— Хо-хо, наверное, так оно и есть. Спасибо за помощь, Котаро-чан.

— Вы всегда угощаете меня конфетами, так что будем равны!

— Как, говоришь? Равноценный обмен?

— Ха-ха, верно… Ладно, я пойду на свой участок. Ещё увидимся, бабуль.

— Ещё раз спасибо!

Котаро расстался со старушкой и направился к своему участку, в нескольких метрах отсюда.

«А теперь…» — оглянувшись на старушку, Котаро увидел, что она присела и мастерком начала снимать почву под ногами — «Хе-хе-хе… Думаю, пора снова взяться за работу. Я не могу позволить себе проиграть бабушке». Закатив рукава, он взял мастерок и начал то же самое.

Котаро работал на раскопках руин. Та старушка была его коллегой. Она часто выручала Котаро, когда он только начинал. Кендзи был занят тем же, но на другом участке, а так как площадь раскопок была велика, то Котаро не мог его видеть.

Руины, раскапываемые бригадой Котаро, обычно называли Руинами Кицусёухаруказе. Они были случайно обнаружены при подготовке к расширению зданий старшей школы Кицусёухаруказе, и, как можно уже догадаться, располагались от неё неподалёку. Школа была в нескольких минутах ходьбы, вверх по склону до середины, Руины же находились на вершине этого склона. Следовательно, пройдя дальше по склону мимо школы, можно было прийти к месту раскопок.

Поначалу, после обнаружения, эти руины были отнесены к позднему периоду эры Яёй*, и ничего ценного обнаружить там не рассчитывали. Единственными находками в начале раскопок были останки, лишь подтверждавшие это предположение. Однако, после изучения находок, руины были признаны бесценными — фактически им было 10 000 лет! Даже обыденные находки имели астрономическую ценность, если им было 10 веков — в то время был ранний период эры Дзёмон*. Керамические и бронзовые изделия образца периода Яёй в возрасте десяти тысячелетий были достаточным поводом для масштабных инвестиций. Это открытие могло перевернуть археологический мир.

Чтобы ускорить работы, нужны были люди, и для этого в больших количествах были развешаны зазывающие плакаты. На предложение откликнулись и Котаро с Кендзи, искавшие в то время подработку, тем более, раскопки были недалеко от их школы.

Сидеть на корточках и медленно снимать грунт слой за слоем было довольно утомительно, однако Котаро, бывший кетчером в средней школе, уже привык к такой позиции. Непривычной поначалу была и сама работа, но спустя месяц Котаро приловчился и к ней. «Сколько ни копай — одна грязь».

По словам археологов, территория, за которую был ответственен Котаро, содержала сооружение, используемое в религиозных церемониях. Однако даже усилиями нескольких десятков человек ничего похожего найти не удалось. «Кажется, что мы одни копаем совсем не в том месте, — с начала раскопок, Котаро не удалось найти ничего, кроме грязи — Участок Маккензи выглядит гораздо интересней, и они уже нашли там кучу всего…». Скучная и однообразная работа утомляла его.

— Котаро…

«Мм?» — Котаро показалось, что он услышал чей-то голос. «Кажется, меня кто-то звал… Думаю, это была Бабушка. Он встал и начал искать источник голоса, но не смог найти никого, кому этот голос мог бы принадлежать. Котаро был один на этом участке, а пожилая женщина была повёрнута к нему спиной. «Показалось что-ли…» — он встряхнул головой в замешательстве, и до его ушей вновь донёсся голос.

— Котаро…

«Это не Бабушкин голос… Кажется, будто он мне уже хорошо знаком… Нет, может быть, я слышу его впервые?»

— Сюда…

«Туда? На ту сторону?.. — услышав голос в третий раз, Котаро смог определить, откуда он доносится. Источник был в лесистой местности примерно в десяти метрах от него — Ну ладно…». Он положил мастерок к ногам и пошёл туда.

«Это один из приколов Маккензи или что-то ещё?».

Котаро был почти уверен в том, что это одна из шуточек Маккензи, поэтому не ощущал какой-либо тревоги. К тому же, в случае, если это была не шутка, то это мог быть кто-то в беде, и поэтому Котаро решил осмотреться поблизости, на всякий случай. «Серьёзно… Завтра мы уже будем старшеклассниками, а он тратит время на шутки… Когда я поймаю его, то заставлю признаться, чей голос он записал!». Не помня его звучания, Котаро решил, что Кендзи записал голос одной из девушек, с которыми он встречался.

«Гм, тут довольно густо…» — Котаро проталкивался сквозь растительность, шурша кустами. Из-за высоких деревьев и разросшихся сорняков, он почти ничего не видел, а дикие кустарники цеплялись за одежду, мешая идти.

— Ау, Маккензи! Ты же здесь, не так ли? Давай, вылезай сюда! — бьющиеся об Котаро ветви кустов начинали его раздражать, побуждая скорее найти Кендзи и уходить отсюда.

— Выходи и расскажи мне, что за девчонку ты подцепил?

Вдруг земля ушла из-под ног у Котаро.

— Ха?!

’’Вот чёрт, яма?!’’

К тому моменту, как он заметил это, Котаро уже был поглощён землёй.

— А-ау!!!

Из-за внезапного удара Котаро вскрикнул, ощутив острый приступ боли в затылке. С одной стороны, яма оказалась не такой уж и глубокой, однако, упав, Котаро ударился головой о камень.

— Аргх, это больно… Это всё из-за Маккензи…

Котаро поднялся, держась за болящую голову. Благодаря крепкому телу, он не получил серьёзных травм, отделавшись лишь шишкой.

«Э? Где это я?». Встав, Котаро огляделся. Даже несмотря на то, что это было дно ямы, непроглядной тьмы не было. Наоборот, было даже немного светло. Освещение походило на таковое от таблички над дверью в тёмном коридоре. Но свет был чересчур ярким, чтобы принять его за исходивший от дыры сверху. «Здесь что-то есть… Похоже, пьедестал и несколько колонн… Даже пол мощёный». Это было таинственное место, размером примерно по 10 метров во все стороны. Прочный пол был образован плоскими плитами, утопленными в землю. На полу стояли семь колонн в человеческий рост, а на вершине каждой колонны находился светящийся шар. Тусклый свет этих шаров и освещал пространство вокруг.

В окружении колонн находился единственный пьедестал. На нём была статуя человека, смотревшая сверху вниз на Котаро. «Это что, те самые руины религиозного сооружения, которые мы ищем?». Статуя на пьедестале выглядела богоподобно из-за света окружавших её шаров. Если бы кто-то сказал, что это храм, то любой поверил бы ему — такое это было загадочное место.

— Котаро…

Голос, звавший Котаро, раздался по всему пространству. «Снова этот голос…»

— Эй, здесь кто-нибудь есть? Зачем вы меня зовёте?

Удивлённый Котаро оглянулся вокруг, но не заметил ничего движущегося. Единственным, кто двигался, был сам Котаро…

— Котаро, я ждала тебя всё это время…

— Ждала? Где ты?! Кто ты?! — даже Котаро теперь не верил, что это могла бы быть одна из шуток Кендзи. Он чувствовал сомнения насчёт загадочного голоса, но не высказывался вслух.

«Вау, ч-чего?!»

Внезапно статуя на пьедестале начала светиться. Однако это был не свет, исходящий от шаров — статуя начала светиться сама. Слабый и еле заметный поначалу, свет вскоре стал довольно ярким.

— Прошли бессчётные дни и ночи; нескончаемый цикл Луны и Солнца. Сколько же я мечтала об этом моменте…

— Статуя? Это ты говоришь?

Другой свет отделился от статуи. Выглядев обычно поначалу, он постепенно начал принимать форму.

— Я не статуя, это лишь одно из подношений, дарованных мне. Хоть её чистота и позволила мне использовать её для концентрации моей силы, это не я.

В конце концов свет приобрёл человеческую форму. Это выглядело почти, как если бы сама статуя превратилась в человека.

— …Котаро, мы наконец-то встретились…

— Девушка?..

Свет перекрыл статую, обнаруживая фигуру молодой девушки со спокойными и нежными глазами.

↑Традиционно в Японии, в День святого Валентина девушки дарят шоколад парням, которые им нравятся. Также есть и обычный шоколад, который дарят друзьям и членам семьи. Спустя месяц, 14 марта, проходит Белый День, когда парни отвечают на подарки, обычно в виде печенья.

↑Японский железный век, как правило, период с III в. до н. э. по III в. н. э.

↑Доисторическая Япония, XIII—III вв. до н. э.

Сверху падал белый свет.

«Ч-что?!»

Проснувшись, Котаро обнаружил себя в лежащем положении, уставившемся на люминесцентные лампы на потолке.

— Почему я лежу? И где я?

— Наконец-то проснулся?

Чтобы привыкнуть к свету, Котаро проморгался, и перед ним прояснилось лицо Кендзи.

— Маккензи?

— Не выгляди так удивлённо. Я до чёртиков испугался, когда услышал, что ты внезапно свалился на работе.

— Я свалился?

— Ага, поскользнулся и упал. Видимо, там же ты и набил шишку на затылке.

— Ай, и вправду шишка.

Потирая голову, Котаро осмотрелся вокруг и обнаружил, что он лежит на больничной койке.

— Если я правильно помню, там, где раскапывала Бабушка, был большой камень… — Котаро вспоминал, что происходило перед тем, как он очнулся в больнице.

— Пожилая женщина тоже беспокоилась о тебе.

— Позже обязательно передам, что со мной всё в порядке… Итак, сдвинув камень, я пошёл обратно к своему участку…

Котаро замолчал в раздумьях, и затем продолжил.

— И что произошло после?

— Зачем спрашивать меня? Наверное, ты поскользнулся и упал там; тебя нашли в центре участка раскопок.

— Хмм…

Котаро склонил голову и задумался.

— Чего?

— Хмм… Вроде бы произошло что-то ещё, но…

Котаро чувствовал, что что-то не так, но шишка на затылке и то, что его нашли посреди участка, делали умозаключение Кендзи вполне вероятным. Однако это объяснение не удовлетворяло Котаро.

— Не глупи. Может, тебе это приснилось?

— Хмм…

Пока Котаро сидел скрестив руки и пытался вспомнить больше, в палату, толкая перед собой тележку, вошла ответственная за на него медсестра.

— Ох, ты проснулся.

— Благодаря вам.

Уже знакомый с ней Кендзи слегка кивнул.

— Хи-хи, тебе стоит быть признательным своему приятелю, — улыбающаяся сестра глянула на лицо Котаро.

— Признательным?

— Да, Кендзи-кун всё это время сидел возле тебя с беспокойным видом.

— М-мисс?!

— Не нужно смущаться, Кендзи-кун, это так мило с твоей стороны. Или, может быть, вы двое встречаетесь?

— Ни в коем случае… — холодно отверг он.

— Вообще-то, да. Мы двое — возлюбленные.

Зато Котаро быстро согласился с этим.

— Так вы действительно встречаетесь! Э-эй, а кто из вас снизу?!

— Эй…

— Идиот!

Чтобы заткнуть его, Кендзи ударил Котаро.

— Ау!

— Прекрати это, Кендзи-кун! Нельзя вот так бить своего возлюбленного по голове!

— Пожалуйста, прекратите говорить такие ужасные вещи!

Довольная реакцией Кендзи, медсестра указала на бинты на голове Котаро.

— Хи-хи, прости меня. Но, как видишь, Котаро травмирован, так что не бей его слишком.

— Мне жаль. Моя вина, Коу.

— Не беспокойся об этом.

— Так, с этим разобрались… Держи, Сатоми-кун, — сестра достала из тележки градусник и протянула его Котаро. — Сможешь измерить температуру? Просто, на всякий случай.

— Да, конечно.

— Как закончишь с этим, то можешь идти домой, но если ты заметишь какие-нибудь изменения в теле, то ты должен вернуться, ладно?

— Понял.

— Хорошо, оставлю прочее тебе, Кендзи-кун. Пожалуйста, передай карту в регистратуру по пути домой.

— Понятно. Спасибо вам.

— Тогда до свидания, вы двое.

Улыбаясь, медсестра помахала им рукой и повернулась спиной, проследовав к другому пациенту.

— Эй, Маккензи.

— Хм? — листавший карту Кендзи поднял взгляд.

— В этот раз ты нацелился на медсестру?

— Идиот!

Уже замахнувшись, Кендзи вспомнил слова медсестры и сдержался, лишь вздохнув.

— Аж не верится…

— Прости, прости.

Ухмылявшийся Котаро поставил градусник подмышку.

Покинув палату, Котаро прошёл мимо регистратуры, оставив её на Кендзи, и направился в больничную аптеку. Его травмы не ограничились одной только шишкой, так что на всякий случай Котаро пошёл за лекарствами, которые могут понадобиться.

«Здесь…», — он проследовал в направлении, указанном на висевшей в углу коридора табличке.

Аптека находилась в конце прямого коридора, но Котаро остановился, не доходя до неё. В окне он случайно заметил знакомое лицо.

«Сакураба-семпай… Что она делает в таком месте?»

Котаро увидел фигуру президента Кружка вышивания. Она сидела на скамейке в больничном дворике, чем-то занятая.

«Хмм…»

Решив оставить аптеку на потом, Котаро миновал стеклянную дверь и двинулся во двор.

Весеннее, ещё не тёплое солнце сияло, освещая внутренний дворик. Окружённый больничными стенами, он был защищён от ветра и поэтому являлся для местных детей любимым местом для каждодневных игр. Но несмотря на это, в момент, когда вошёл Котаро, дети безмолвно сидели на дорожке и внимательно слушали сидевшего на скамейке человека. Это была молодая девушка, одетая в кардиган поверх пижамы. Она была на год старше Котаро, но белоснежная кожа и тонкая фигура делали её ещё моложе.

Её звали Сакураба Харуми. Она была президентом Кружка вышивания, к которому присоединялся Котаро.

— И Северный Ветер сказал: «Своей силой я сдую одежду с путников! Я докажу, что я сильнее, чем Солнце».

В данный момент она была в процессе громкого чтения вслух для детей вокруг. Книга была раскрыта на её коленях, а сама она рассказывала со спокойным и нежным выражением.

— Однако, Солнце было не победить. Оно сказало Северному Ветру… Ох? Эй, кто это нарисовал на странице?

«Хироми, разве это была не ты?» — «Это не я!» — «Это Сая-чан, я видел её!»

— Это правда, Сая-чан?

— …Д-да…

— Ясно… Ты не должна была так делать, Сая-чан. Эта книжка принадлежит всем.

— Да… Простите.

— Хорошо. Я не буду злиться если вы знаете, что поступили плохо, и сожалеете об этом.

Лица Харуми и детей приняли яркие выражения. Котаро нашёл довольно освежающим вид прилежной, улыбающейся Харуми, разговаривающей с детьми.

Лучше не стоит её беспокоить…

Он решил не звать Харуми, и вместо этого присел позади ряда детей. По счастливой случайности, она не заметила его.

— Сестричка, продолжай!

— Хорошо, сейчас.

«Я уверена, вот тут Солнце отбивается!» — «Как там говорили по телевизору?» — «Мази-и-ила, мимо-мимо-мимо!» — «Так ему!».

— Слушайте все, вы ещё не должны смотреть такие передачи! И не становитесь такими же, когда вырастете, ладно?

— Ла-адно.

Хех… Семпай может делать и такое лицо…

Глядя на детей, играющих с Харуми, Котаро вспомнил о том, как познакомился с ней.

Впервые Котаро и Харуми встретились почти месяц назад, 1 марта. В этот день Котаро пришёл в школу чтобы узнать свои результаты вступительного экзамена. Погода стояла облачная и, вопреки началу весны, холодная.

— Футбольный Клуб приглашает новичков, мы ищем свежей крови!

— Школьный хор ищет добровольцев! В прошлом году мы взяли серебро в хоровом турнире, а в этом году нацелены на золото! Вы нужны нам!

— Мы не просто толстяки, мы толстяки, которые могут двигаться! Мы ищем тех из вас, кто обеспокоен своим весом! Добро пожаловать в Клуб Сумо!

— Кыш отсюда! Мы, Клуб Карате, здесь настоящие силачи! Брысь, и прихватите свои животы с собой!

— Это ещё что?! Ну-ка повтори!

Несмотря не погоду, школьный двор Кицусёухаруказе был разогрет горячей кровью вербовщиков. Это была битва за новых участников. В Кицусёухаруказе клубная деятельность была предметом активного участия. Более того, проводилось множество клубных мероприятий. По сути, эта деятельность стала обычной частью школьной жизни. Чем больше участников было в клубе, тем больше власти он имел в школе — вот почему каждый клуб отчаянно пытался набрать как можно больше людей. С каждым годом вербовка проводилась всё раньше и раньше, и, в конце концов, она стала начинаться в день оглашения результатов экзаменов. Мирно выжидая до вступительной церемонии, клуб рисковал остаться без новых членов. В результате школьный двор был заполнен вербовщиками, старающимися завлечь поступивших и ослабивших бдительность первокурсников.

— К-кружок Вязания приглашает… Не хотели бы вы вступить в Кружок Вязания? — одной из них была Харуми. — Ах… Прошу, только послушайте, пожалуйста…

Однако, привлечение шло не так уж хорошо. Кружок был небольшим, а вербовщица — Харуми — стеснительной и замкнутой. Её слабый и тихий голос растворялся в окружающей атмосфере хаоса.

— Эй, если я присоединюсь к Кружку Вязания, ты будешь встречаться со мной?

— Ум, это бы… Затруднительно…

Харуми была не в состоянии найти тех, кого бы желала видеть в клубе — единственными, чьё внимание она могла привлечь, были лишь никчёмные люди, заинтересованные исключительно в её внешности.

— …Хмм?

То, что её заметил Котаро, было просто совпадением. Он проходил неподалёку, когда тихий и жалобный клич о помощи Харуми достиг его ушей. Если бы тогда она зазывала так же, как и все, то он, наверное, и не заметил бы её.

— Пожалуйста, прекратите! Пустите!

— Тебе нужны люди, а мне нужна ты. Это взаимовыгодно, не находишь?

— Кружок создан не для таких вещей!

— У вас недостаток участников, не так ли? Взгляни в лицо реальности!

— Нет! Пусти меня!

Стойкий неряшливый парень и бессильная небольшая девушка, пытающаяся от него вырваться.

Девушка зазывала новых участников в клуб, а парень пытался к ней подкатить.

Определив серьёзность ситуации с одного взгляда, Котаро направился к ним.

Ты хотя бы думаешь, что творишь? Вот блин…

Эгоистичные предлоги парня раздражали Котаро.

— Добро пожаловать! Боже мой, какой красивый мужчина~

Котаро заговорил ярким женским голосом и обнял парня.

— Ч-чего?!

— Ты же вступаешь в наш клуб, не так ли? Я так рад, ты в моём вкусе!

— П-пусти! Ты кто?!

Удивлённый внезапным объятием, парень выпустил руку девушки. Заметив это, Котаро продолжил говорить с ним, отводя от девушки.

— Ах, а мне казалось, что ты хотел встречаться со мной?

— Д-да кто захочет встречаться с кем-то вроде тебя?!

— Ты хочешь кого-то, а я хочу парня. Это взаимовыгодно, не находишь?

— Это безнадёжно! Пусти меня, урод!

— Не будь так груб♪

Котаро плавно развернул и отпустил его.

— Так ты вступаешь, верно?

— Кто, к чёрту, вступит в этот обыденный, скучный клуб, когда в нём урод вроде тебя!

— Ох, мне жаль это слышать.

— Блин, чуть не блеванул… — бросив эти слова, парень развернулся прочь и убежал.

Начав беседу лишь потому, что заметил милую девушку, он исчез так же быстро, как и появился.

— Сколько же весной идиотов… Надеюсь, он не в моём классе.

Котаро сказал это вздохнув; проблема разрешилась мирно. Даже после того, как парень скрылся из виду, Котаро всё ещё продолжал смотреть в его сторону какое-то время.

— Ум, спасибо тебе большое!

– Ч-чего?! — внезапный голос застал Котаро врасплох, и он издал странный звук.

— Ах, прости, что испугала тебя!

Голос принадлежал девушке, к которой приставал тот парень. Напугав Котаро, она в отчаянии склонила голову.

— Эм, нет, извини, что так испугался. Верно, семпай тоже была здесь… — будучи раздражённым из-за парня, Котаро совсем забыл про неё.

— … Он был упорным. Ты сильно помог.

— К слову, извини. Я немного переборщил и даже прогнал возможного кандидата пока ты здесь набираешь людей.

— Нет, всё в порядке. Этот человек всё равно не был заинтересован в вязании. — девушка наконец-то расслабилась.

В её глазах читалась нежность, а сама она оставляла такое успокаивающее впечатление, что Котаро чувствовал непринуждённость лишь глядя на неё.

— Вязании?

— Да… Я — президент Кружка Вязания.

— Кружок Вязания…

Надпись на столе, за которым сидела девушка, также гласила «Кружок Вязания»

— … Уверена, что это неинтересно большинству парней…

Лицо девушки помрачнело, и она слегка опустила голову. Котаро осознал, что в кружке серьёзно недостаёт участников.

— Верно, даже я…

Котаро было уже кивнул в знак согласия, как вдруг вспомнил о драгоценном недовязанном свитере, бережно хранимом дома.

Если я вступлю в этот кружок, то смогу…

— Извини, Семпай.

— Да?

— Если я вступлю в этот кружок, то стану лучше в вязании?

— Конечно, для этого он и существует. — девушка кивнула.

— Возможно ли, для новичка, связать свитер?

— Уверена, что сначала это будет почти невыполнимо, но если ты будешь продолжать учиться, то конечно.

— Даже с такими руками?

Котаро поднял обе руки и продемонстрировал девушке свои пальцы. Взглянув на руки, девушка кивнула.

— Ты сможешь. В конце концов, тренировки и усилия важнее, чем просто ловкость.

— Это мой конёк — всё же я привык к тренировкам.

После недолгой беседы Котаро сделал свой выбор. Он больше не мог продолжать играть в бейсбол из-за внезапного переезда отца, так что проблем не было.

— Ум, т-ты хочешь вступить? — девушка оживилась, почувствовав, что Котаро может быть заинтересован во вступлении.

— Да, если это не составит проблем, я бы хотел присоединиться. Ты не против?

— Конечно нет! Д-Добро пожаловать! — обрадованная не на шутку, девушка наспех поприветствовала Котаро.

— Сюда, пожалуйста! Т-тут ещё нужно заполнить бланк заявления!

— Конечно.

Котаро последовал руководству девушки.

— Я — Сатоми Котаро. Рад познакомиться.

— Ой, верно же… — смущённая, девушка выдала небольшую улыбку, разросшуюся затем — …Я – Харуми. Сакураба Харуми, глава Кружка Вязания.

Так, Котаро и Харуми впервые встретились.

— Сатоми-кун, если ты был здесь, то следовало сказать сразу…

— Ха-ха, похоже, что Семпаю было весело с детьми, так что я не стал вмешиваться.

Сидя на скамейке, Котаро и Харуми наблюдали за оживлёнными детьми, разделившимися на группы и носящимися по дворику.

— А ты часто бываешь здесь, Сакураба-семпай?

— Да. Ещё с детства у меня было слабое здоровье, поэтому время от времени я ложусь в больницу для наблюдения. Из-за того, что завтра начинается учёба, я хотела убедиться, что всё в порядке.

— И ты играешь с детьми каждый раз, когда приходишь?

— …Да. — взгляд Харуми был спокоен, хотя она и покраснела.

«Сестричка!» — «Он тебя задирает? Нам разобраться с ним?» Дети любили Харуми. Даже из такой небольшой беседы Котаро понял это, и посчитал, что они уже давно знакомы. «Всё в порядке! Это мой друг!» — «О, ладно». — «Замётано!» — «Это взрослый…» — «Взрослый! Взрослый!» Довольные, дети снова начали играть.

— Прости, Сатоми-кун, просто они не привыкли к незнакомым молодым людям

— Всё в порядке. Я твой друг ведь, так?

— …Да, драгоценный друг.

Кивая его словам, Харуми вновь перевела взгляд на играющих детей. В её глазах читалась чрезвычайная нежность. Харуми также любила детей.

— Так почему ты в больнице, Сатоми-кун?

— Разве это так неожиданно?

— Да, ты выглядишь таким здоровым и энергичным.

— Я не болен, а травмирован. Вот, смотри… — Котаро развернулся и показал затылок.

Хотя битны вокруг его головы уже были сняты, шишка и лейкопластырь всё ещё оставались там.

– Ты в порядке? — когда он повернулся обратно к Харуми, её лицо приняло беспокойный вид.

— Это просто шишка и маленький порез. Это мелочь, правда.

— Хорошо… Но как ты поранился? — расслабившись, Харуми выдохнула и слегка качнула головой.

— На самом деле я споткнулся и ударился головой на работе. Хе-хе, думаю, я слишком энергичный.

Котаро говорил весело, с поднятыми плечами, но Харуми обеспокоенно смотрела на его голову.

— …Ты уверен, что ты в порядке?

— Я в норме. В любом случае, не похоже, что я могу стать ещё глупее.

— Если ты так говоришь…

— Хи-хи, не беспокойся так, Сакураба-семпай.

— Травмы головы довольно вредны, знаешь ли. Кроме того, ты всё же ещё и член Кружка.

— Ясно, так тебя волнует клуб?

— Клуб? Нет! Я не… — лицо Харуми вновь покраснело, пока Котаро смеялся про себя.

— Хи-хи-хи, а-ха-ха-ха!

— Ну ты, Сатоми-кун.

Пока Харуми дулась, одна из детей просунула своё лицо между ними двумя. «Ох!» — «Кья-я!» Ребёнком оказалась одна из старших девочек, забравшаяся на спинку скамейки и удивившая Котаро и Харуми.

— Я вас напугала? Ты — парень сестрицы?

— П-парень?! — не привыкшая к таким разговорам, Харуми потеряла дар речи и уставилась в изумлении.

— А-ха-ха, это было бы неплохо, но я не её парень. Если честно, я — её ученик.

— Ученик в чём?

— В вязании. Я начну учиться у неё с послезавтра.

Деятельность Кружка Вязания начиналась на следующий день после вступительной церемонии. Другими словами — в четверг, который был через два дня.

— Ясно… Всё-таки сестричка хороша в вязании. — довольная девочка улыбнулась.

Похоже, что о мастерстве вязания Харуми было известно даже в больнице.

— Эй, Коу! Ты где?! — следом за этими словами у входа во внутренний двор появился Кендзи.

«Ах…», — внезапно, Харуми немного растерялась.

— Маккензи! Сюда! — не заметив этого, Котаро махал рукой, подзывая Кендзи.

— Ты, оболтус, что там с лекарством?

— Вот чёрт, я забыл!

Спрыгнув со скамейки, Котаро побежал в сторону Кендзи.

— Эй, сестрица, — маленькая девочка прошептала это Харуми, гладя на удаляющегося Котаро.

— Да?

— Ты уверена, что он не твой парень?

— Уверена! Он мой одноклассник, и я обещала обучить его вязанию, вот и всё.

— Ты врёшь! Он единственный парень, возле которого ты не волнуешься.

— Э-Это не… — Харуми спешно отрицала это, но девочка была права.

Со дня оглашения Харуми виделась с Котаро лишь несколько раз, так что они не были так уж близки. Обычно в таком случае она бы не могла даже вести разговор.

— Разве нет?

— …Ум… — однако, как это ни странно Харуми совсем не была настороже рядом с Котаро. И сама она также недоумевала из-за этого. — С-Сатоми-кун…

Пока Харуми бормотала его имя, Котаро, добравшись до Кендзи, развернулся к ней.

— Семпай! Я сейчас ухожу, ещё увидимся послезавтра!

— Д-да! Увидимся послезавтра, Сатоми-кун!

— До свидания!

Котаро низко кивнул и покинул двор вмести с Кендзи.

— … — Харуми провожала его взглядом, держа руки перед грудью.

— …Значит, вы не возлюбленные, но он тебе интересен, так? — девочка пришла к такому заключению, наблюдая за её поведением.

— Э-э?!

Лицо Харуми залилось краской, и она потеряла дар речи. Отчаянно ища слова в оправдание, она не могла придумать ничего, что отрицало бы её чувства к Котаро.

— Всё хорошо, это будет наш секрет!

— …

В итоге, Харуми не смогла ничего сказать улыбающейся девочке. Тишина наступила вновь.

— Она ненавидит меня что-ли?

— Чего?

— Когда я тебя позвал, она внезапно разнервничалась, помнишь?

— Правда?

— …Пожалуйста, замечай хотя бы что-то настолько очевидное.

Кендзи кисло улыбнулся Котаро, залезая на свой велосипед; он оставил его в отеле. Обычно он ехал поездом до ближайшей станции, и оттуда добирался на велосипеде к Котаро. Встретившись, они вместе шли в школу.

— Я не знаю, ненавидит она тебя или нет, но, если враг всех женщин вроде тебя приблизится к Семпай, она будет запятнана. Не приближайся к ней. Кыш, кыш!

— Да ладно тебе…

Котаро улыбнулся реакции Кендзи, но вскоре вновь принял серьёзное выражение лица:

— Честно говоря, похоже, что Семпай немного застенчивая…

Котаро подметил это, хотя они и разговаривали всего несколько раз.

— Хмм, похоже, что рядом с тобой она в порядке…

— Всё же, много чего произошло, когда мы встретились.

— А, тот раз, с истинным врагом всех женщин?

— Верно. Похоже, что она благодарна за это, а позже мы ещё случайно встречались несколько раз, так что, скорее всего, поэтому.

Обычно тихая и застенчивая Харуми, наверное, относилась бы к Котаро так же, если бы не события, произошедшие при их первой встрече. По крайней мере, так думал об этом Котаро.

— Вот так вот, так что пока она не привыкнет к тебе, просто держи дистанцию, мистер Враг-Всех-Женщин.

— Ты прекратишь меня так звать?! — обычно Кендзи пользовался популярностью у женщин.

— Просто пойми, что ты будешь отвергнут, Маккензи-кун.

— Ладно, ладно.

Кендзи прекрасно знал, что это просто шутка, и иронично улыбнулся, повернув велосипед.

— Тогда давай, Коу. Завтра вступительная церемония, так что будь уверен, что ляжешь спать рано.

— Понял, понял. Не беспокойся ты так! Я просто отлично проснулся сегодня, знаешь ли.

— Тут ты прав. Тогда увидимся завтра.

— Ага, увидимся.

Кендзи начал ехать в сторону станции, а Котаро вернулся в отель.

Со щелчком замка, дверь в Комнату 106 раскрылась. Хотя сама дверь и выглядела старой, Шизука, как и следует, меняла замок каждый раз, когда въезжал новый постоялец. Будучи хорошо ухоженной, дверь открылась бесшумно.

«Я дома…» — сказал Котаро, входя безлюдную комнату.

Возвращаться в пустой дом и вправду скучно.

Вдруг, в голову Котаро пришла мысль о его матери. Это была сцена, которую он видел каждый раз приходя домой, вплоть до последних нескольких лет.

— Наконец-то ты вернулся, твердолобый!

Однако, из глубины номера раздался голос, прервав ностальгический момент. «Что?!» — Котаро быстро сбросил обувь и направился во внутреннюю комнату.

— Вчера ты ни на что не обращал внимания, но сегодня я уж точно тебя прогоню!

Во внутренней комнате Котаро увидел девочку, одетую в летнее платье. Она выглядела на несколько лет моложе него, и по её скромному телу можно было догадаться, что она — младшеклассница.

— План Первый! Начать шум ещё с вечера!

Котаро не был уверен, заметила ли она его — она начала бить по столу обеими руками, стоя посреди комнаты.

— Чего?.. — бегая туда-сюда по комнате, девочка пылко лупила по мебели и ящикам, оставляя Котаро в недоумении.

Что эта девочка делает?

Котаро был слишком удивлён тем, что она делала, чтобы думать о том, как она попала сюда.

— Было глупо пытаться испугать этого твердолобого человека ночью! Начать шум, пока он не спит — я сегодня в ударе!

Девочка бродила по комнате, сокрушая всё, что попадалось под руку.

— Как насчёт того, чтобы испугаться, твердолобый человек? Это ведь паранормальное явление!

И, наконец, девочка повернула голову к Котаро, уставившемуся на неё в изумлении; их глаза встретились.

— …

— И поэтому ты сбежишь прочь!

— …Хм?

Девочка прекратила бить мебель.

На какое-то время они уставились друг на друга.

— …

— …

— …Что ты здесь делаешь?

Котаро первым нарушил тишину. Он указал на неё, сложившую руки вместе, и, опешивши, задал вопрос.

Устав, придя домой и обнаружив девочку, исполняющую сумасшедшие танцы, любой бы чувствовал то же.

— Э-э-э?! — её глаза широко раскрылись в удивлении. — Э-эй, ты! Ты меня видишь?!

Девочка наклонилась вперёд и приблизилась к нему лицом.

— Конечно я тебя вижу. О чём ты вообще говоришь?

— Ты не просто видишь, но и слышишь меня тоже?!

— Прекрати нести чепуху и…

Не понимая, о чём говорит девочка, Котаро склонил голову в растерянности.

— Потому что вчера ты не мог меня видеть и не слышал мой голос!

— Ха? — её заявление оставило Котаро без слов, он был в замешательстве.

— Как я и говорю тебе! Что бы я не делала, ты совсем ничего не замечал – вот, что я говорю! Но почему же ты можешь видеть и слышать меня сегодня?!

— Стой, подожди, объясни нормально! Я ничего не пойму если ты будешь так говорить. Но для начала – кто ты? Как ты сюда залезла?!

— Меня зовут Хигасихонган Санаэ, и я живу в этой комнате! Я никак сюда не залезала, это ты пришёл ко мне!

— А? Живёшь здесь?.. Минутку…

— Ч-чего ещё?

Котаро оставил озадаченную девочку позади и открыл дверь чтобы взглянуть на табличку.

«Комната 106, Сатоми Котаро».

– Всё же я в правильном номере…

Удостоверившись, Котаро быстро вернулся во внутреннюю комнату. Он немного беспокоился, что случайно зашёл не в тот номер.

— Это моя комната. Я тот, кто арендует её у Хозяйки!

— Это моя комната! Я всегда здесь жила, так что проваливай!

— Я плачу за неё, так почему же я должен покидать собственную комнату!

— Заткнись, заткнись, заткнись! Если я не здесь, то мама и папа будут беспокоиться!

Разговор зашел в тупик.

— …Хмм…

Встревоженный Котаро попытался собрать ситуацию воедино. Собрав руки вместе, он проматывал в голове приведшие к этому события.

Я возвращаюсь домой, и нахожу какую-то девочку, которую никогда не видел раньше. Она настаивает на том, что эта комната давно уже принадлежит ей. Однако, её не было заметно вчера. И вряд ли хозяйка сдала бы одну комнату двум людям сразу…

— А значит, эта девочка…

— Ч-чего это ты на меня так уставился?

Для Котаро она была просто кем-то, кто проник в его номер без разрешения. К тому же, её объяснение не внесло ясности — так как он ни разу не видел её за вчера, то был уверен, что она просто выдумала всё это. Она была просто соседским ребёнком, который нашёл незапертую дверь и решил там поиграть — к такому заключению пришёл Котаро.

— Ладно, — сделав выводы, Котаро сразу же начал действовать. — Без проблем, без проблем.

— Кья-я!!! Что ты творишь?!

Котаро поднял её на руки и направился к двери.

— Дети уже скоро должны ложиться спать, так что поскорее иди домой!

— Пусти! То, что я ребёнок, ещё не значит, что ты можешь так просто…! Стой, ты касаешься меня! Как?!

— Никаких ‘как’ или ‘что’! Иди домой!

— Но вчера ведь ты не мог прикоснуться ко мне! Ты просто проходил насквозь!

— Это бессмысленно, так что просто иди домой. Сегодня много чего произошло, и я устал.

Котаро вышвырнул девочку и закрыл дверь. «Хмм, допустить, чтобы кто-то вошёл вот так просто… Нужно будет теперь проверять дверь перед уходом». Услышав щелчок, Котаро убедился, что закрыл дверь, и, вздохнув, направился во внутреннюю комнату.

— Да что это ты вообще вытворяешь?!

— Э?

Однако, во внутренней комнате он нашёл ту же девочку, которую только что проводил. Её лицо пылало от злости, и она сердито направилась к Котаро, но, будучи ребёнком с довольно милым лицом, она не смогла его испугать.

— Снова ты? Как ты сюда пробралась?

Котаро моментально взглянул на окно, но оно оставалось закрытым. К тому же, за такое малое время она бы не успела обежать вокруг дома.

— Я прошла через стену, очевидно же. — Ты прошла сквозь стену?

Котаро пристально посмотрел на стенку за девочкой, но там был лишь один только недавно повешенный белый гобелен.

— Я не вижу никаких дыр…

— Конечно! Я же при--

— Я понял! Это такой фокус, да?!

Глаза Котаро засверкали. Он видел по телевизору фокусников, проходящих сквозь стены, и поэтому ошибочно решил, что она — одна из них.

— Э?

— Ещё раз! Покажи ещё раз!

— Кья-я!!! О-Опять?! Как ты можешь меня касаться?! Никто раньше не мог этого!

— Давай, не будь занудой. Сделай это ещё раз!

Девочка вновь была поднята в воздух.

— Кья-я!!! Просто выслушай меня уже!

— Давай-давай!

Однако, Котаро совсем её не слушал. Он был убеждён, что она – фокусник-вундеркинд.

— Кья-я!!!

— Прошу тебя!

Котаро выбросил её и закрыл дверь на замок снова, с азартом ожидая того, как она вернётся внутрь.

Однако, произошло что-то неожиданное.

— Ты можешь это прекратить!!!

— Ого-о!

Внезапно, на двери выступило лицо девочки. Это было почти, как если бы открылось отверстие как раз для её лица.

— Тебе часто говорят, что ты не умеешь слушать, так ведь?!

— К-как тебе, почему ты...?!

И, на глазах у Котаро, тело девушки прошло сквозь дверь.

— А ну-ка подвинься!

— Кья-я!!! Опять?!

Котаро оттолкнул девочку и осмотрел дверь. Однако, на ней не было ни единой царапины — ничего, что позволило бы девочке пройти сквозь неё.

— Как ты это сделала?!

— Получилось! Ты удивлён! Вот, чего я ждала!

Котаро наконец-то отреагировал так, как она хотела. Это доставило ей огромное удовольствие, и на её лице возникла улыбка.

— …Ох, верно, не стоит увлекаться.

— Да кто же ты? Как ты вошла?

Девочка растянула улыбку до ушей.

— Я же ведь говорила тебе, так? Я прошла дверь насквозь, и я — Санаэ. Хигасихонган Санаэ.

— Санаэ?..

— Я — призрак, что обитает в этой комнате.

Эти слова девочки удивили Котаро даже больше, чем её проход сквозь стену.

— Чего-о-о?! Призрак?!

— Не верится, правда? Но ведь обычный человек так не может!

— Т-ты летаешь?!

— Конечно я летаю, в конце концов, я же призрак, — Санаэ подлетела к потолку и со смехом взглянула вниз на удивлённого Котаро.

Будучи незаметной для Котаро всё это время, теперь она была очень рада.

— Призрак… Я слышал рассказы от Хозяйки, но подумать, что ты существуешь…

Конечно, Котаро слышал о призраке, но не думал, что сам встретится с ним. Однако теперь прямо перед его глазами была Санаэ, и у него не оставалось выбора, кроме как поверить в это — обычный человек не может проходить сквозь стены или летать по воздуху.

— Так, значит, ты и есть тот призрак, что появляется в этом номере?

— Ты наконец-то понял! Верно, я настоящий хозяин этой комнаты.

— Что означает, что это ты прогнала всех предыдущих постояльцев?

— Верно! Всё же, это мой дом.

Санаэ приземлилась на пол.

— …Ты же призрак, так почему у тебя есть ноги?*

— Какая разница? Это не то, что должно тебя удивлять!

— Даже если ты так говоришь… Я могу видеть, слышать и прикасаться к тебе, знаешь ли. Пока ты не прошла сквозь стену, я думал, что ты просто какой-то ребёнок.

Из-за этого Котаро совсем не волновался. В конце концов, она выглядела прямо как обычная девочка.

— В-вот это я и хочу узнать! С чего это ты теперь можешь чувствовать меня?

— О чём ты говоришь?

— Вчера, когда я стояла прямо перед тобой или кричала прямо в ухо, ты совсем не замечал меня! Я даже прошла сквозь твоё тело, когда попыталась схватить тебя.

— Даже если ты спрашиваешь меня…

Другими словами, Санаэ была в комнате с Котаро ещё со вчерашнего дня, постоянно наблюдая за ним.

— …Я тоже этого не понимаю. Единственное необычное событие, произошедшее сегодня, было в том, что я упал и ударился головой, — Котаро развернулся и указал на пластырь на затылке.

— Ты ударился головой и теперь можешь видеть призраков? Прекрати нести чушь!

— Не хочу это слышать от тебя, Паранормального явления!

— Ум-м… — вспомнив, что это она здесь белая ворона, Санаэ слегка отпрянула. — Это не важно! Теперь, когда ты можешь меня слышать, перейдём к делу!

— Да ты сама это и начала…

— Заткнись! Заткнись!

— Так в чём дело?

Слова Котаро успокоили Санаэ, и она продолжила:

— Очевидно же! Это мой дом, так что убирайся!

— Я вижу… смелое заявление.

— Оно ничуть не смелое, это естественно.

После этих слов вокруг неё начали потрескивать несколько маленьких «молний», как будто она их выпустила сама.

— А что если я откажусь?

— Тогда я сделаю то же, что и всегда…

Когда Санаэ протянула свою руку в сторону Котаро, на кончиках её пальцев можно было заметить подозрительный мерцающий заряд. Это было то, что называют блуждающим огоньком, однако Котаро не знал об этом.

Эта девочка хочет сразиться, хах…

Котаро уловил жажду Санаэ к битве и пригнулся, приняв стойку.

— Сегодня я в форме, так что когда этим в тебя попадёт, одним удивлением ты не отделаешься!

Заряд на кончиках пальцев Санаэ обрёл форму шара и увеличился в размере из крохотного, со светлячка, до диаметра бейсбольного мяча.

Не хотелось бы попасть под удар этим…

Котаро не знал, что это был за свет, но инстинктивно почувствовал опасность и сглотнул слюну.

Пускай она и призрак, я всё же могу её коснуться, а это значит, что у меня есть шанс.

Обычно быстро ввязывавшийся в драку, Котаро стиснул кулаки подготавливаясь.

— …Вот совпадение, я сегодня тоже в хорошей форме.

— Ясно, какое совпадение… Хи-хи-хи, а-ха-ха-ха!

— Ва-ха-ха-ха-ха!

Смех и напряжение заполнили комнату.

Битва должна была вот-вот начаться.

Шум проехавшего мимо отеля грузовика послужил сигналом к началу битвы, и двое начали двигаться.

— Выкуси~! — Санаэ швырнула светящийся шар в Котаро.

— Уах?!

Однако Котаро быстро присел, и шар прошёл там, где только что было его лицо. Шар попал в стену и исчез, оставив за собой похожий на громкий хлопок звук.

— Ах ты ж, ловкий мерзавец!

— И это ещё не всё!

Бросившись в сторону Санаэ, Котаро быстро настиг её в этой маленькой комнатке. Он взмахнул правой рукой.

— Кья-я!!!

Однако, Санаэ уклонилась от атаки удобным для призрака способом — пройдя сквозь стену позади себя. Из-за этого единственным, до чего мог дотянуться Котаро, были кончики её волос.

— Верно, ты — призрак. Но я задел тебя, и я всё ещё способен на это!

Сразу после заявления Котаро в комнату вновь вернулась Санаэ.

— Это же опасно!

— Кто бы говорил!

— Это естественно для призрака атаковать жильцов! Отбиваться против правил!

— Как будто мне не всё равно!

— Проваливай или отхвати!

— Ни за что! Я наконец-то нашёл жилище!

Котаро не хотел и дальше обременять отца, итак вырастившего его в одиночку. А так как аренда стоила всего 5000 йен, Котаро мог обходиться одной лишь подработкой.

Единственной проблемой был призрак, смеющийся перед его глазами.

Варианта «просто уйти» у него не было.

— Как будто я сбегу из-за одного призрака! Мне нужна эта комната чтобы жить полноценной жизнью старшеклассника!

— Мне всё равно! Выметайся! Это мой дом!

Руки Санаэ начали сиять, и над каждой появился шар из света. Было ясно, что она собирается бросить оба из них в Котаро.

— Итак, наконец-то ты стала серьёзна… — Котаро принял стойку.

— В этот раз будет не так, как прежде!

Сейчас шары в её ладонях были немного больше, чем раньше. Из-за размера и мощи уклониться от этих двух станет гораздо сложнее.

Как и сказала Санаэ, риск возрос.

— Будто бы я это позволю!

Если дело в этом, то мне просто нужно удержать ее от нападения!

Котаро быстро принял решение и бросился к Санаэ, протягивая свою руку.

— Кья-я!!!

— Пойма-а-ал! — правой рукой он схватил Санаэ, заставив блуждающий огонёк выпасть из её руки на пол.

И вновь, упав на пол, шар растворился с громким хлопком.

— Эти штуки не только для метания!

Пока Котаро наблюдал за одним падающим шаром, Санаэ замахнулась в него другим. Котаро было попытался увернуться, но не успел — шар столкнулся с ним и исчез, как и два предыдущих. Однако на этот раз шар сильно зацепил Котаро — его будто бы ударило током.

— Я сделала это! Не знаю почему, но я сегодня в лучшей форме!

— Ух! — отброшенный ударом Котаро приземлился на седалище.

— А теперь завершающий!

Перед лицом упавшего Котаро Санаэ создала ещё две светящиеся сферы.

— С поражением на лице, тебя заберут в больницу, а я смогу вернуть свою комнату!

— Т-ты, эгоистка…!

Котаро всё ещё был оглушён ударом и не мог двигаться. Тем временем, Санаэ соединила два заряда, образовав один большой шар.

Всё, что оставалось Котаро – лишь наблюдать.

— Если бы ты просто ушёл, всё бы не закончилось вот так♪

Шар, который Санаэ держала над головой, рос, и теперь почти достигал размера футбольного мяча. И если прежнего было достаточно, чтобы оглушить Котаро, то мощь этого не нуждалась в объяснении.

— Это плохо! Меня ж так прибьёт!

Котаро взял себя в руки – это всё, на что он был способен перед лицом грядущей атаки.

— Мва-ха-ха-ха!

Однако, победный смех Санаэ прервала маленькая вспышка возле её ноги.

— Кья-я!!!

Отправленная в полёт взрывом, Санаэ упала, а её голова прошла сквозь стену. В это же время шар, который она сделала, с громким хлопком столкнулся со стеной. Видя это, Котаро почувствовал, как мурашки пробежали по его спине.

— А-я-я-яй…

Санаэ достала голову из-за стены и немного потрясла ею – на этот раз оглушило её.

— …На что она наступила?

Котаро заметил, как что-то взорвалось, когда Санаэ наступила на это. В поисках этой вещи, Котаро достиг того места, где она стояла.

— Ясно! Она наступила на это!

‘Успешные роды’ ‘Удача в учёбе ’ ‘Безопасность в пути’

Найденные предметы оказались кучкой оберегов, подаренных ему бабушкой. Их уже достали из коробки и оставили на полу, где на них и наступила Санаэ.

— Точно! Ты же призрак, так что талисманы — твоя слабость! — Котаро поднял их. — Ва-ха-ха! Теперь то я возьму реванш!

— Гм!

Поднявшись, Санаэ посмотрела на амулеты в его руке.

— Подумать, что у тебя были такие вещи…

— У меня такого добра много! От браслетов до Манеки Неко* — в этой комнате таких вещей с избытком!

Бабушка присылала ему не только амулеты — когда Котаро сдавал вступительный экзамен, она отправила целую кучу таких оберегов.

— Гм, насколько же ты праведный?!

— Ха-ха-ха! Это всё из-за моих добрых дел! Бог всё видит!

Котаро протянул амулеты к Санаэ, медленно приближаясь. Будучи в наступлении всё это время, теперь она постепенно теснилась к выходу с недовольным видом на лице.

— Йех! — Санаэ швырнула три огонька в Котаро.

— Бесполезно!

Коснувшись оберегов в его руках, огоньки пропали, будто бы расплавившись.

— Они не действуют?!

— Глупенькая, конечно же талисману нипочём атака призрака. Не недооценивай оберег «Для защиты семьи»! — ухмыльнувшись, Котаро вновь продолжил двигаться. — Теперь твой черёд уходить, призрак!

— Ни за что не уйду! Я непременно должна ждать здесь!

— Даже так, я — победитель!

— Ещё нет!

Со вскриком Санаэ вещи поблизости поднялись в воздух: картонная коробка, словарь, сумка с мелочами. Эти предметы начали парить в воздухе, кружась вокруг неё.

— Как насчёт этого? Парапсихическая атака!

— Ух! — окружающие Санаэ предметы посыпались на Котаро — амулеты не имели на них никакого воздействия.

Котаро пригнул голову и попытался увернуться, но часть предметов врезалась в него.

— Ау! Что ты творишь?!

— Нья-ха-ха-ха! Похоже, это действует!

— Если ты попадёшь прямо в меня, то я помру!

— Глупенький, это я и пытаюсь сделать!

— Чёрт возьми!

— Ещё разок! — Санаэ вновь подняла лежащий рядом багаж в воздух.

— Как будто я и дальше потерплю это! — Котаро схватил свою заветную биту, оказавшуюся перед ним, и приготовился защищаться.

— Как долго ты рассчитываешь выдержать под моим обстрелом в этой тесной комнате?! — Санаэ отправила несколько вещей в Котаро.

— Хм! — махнув битой, он отбил атаку. — Слишком медленно, призрак! Похоже на то, как будто бы они летают в замедленном виде.

— Чтоб тебя! — Санаэ подняла ещё несколько вещей в воздух.

Снова пять… — в воздухе находилось столько же предметов, сколько и при прошлой её атаке — Похоже, что пять предметов за раз — её предел…

Не теряя осмотрительности, Котаро приготовился к следующей атаке.

— Хм?

В это время словарь, парящий справа от Санаэ, упал на татами.

— Это…

За упавшим словарём Котаро обнаружил статуэтку Манеки Неко, лежащую на полу. Ему показалось, что словарь упал от того, что подлетел слишком близко.

Думаю, стоит попробовать

Приняв решение, Котаро вырвал один их амулетов, которые он держал с битой (им оказался амулет «Успешные роды»), и бросил его в Санаэ. В попытке защититься она сгребла парящие вещи перед собой. Амулет столкнулся с этим импровизированным щитом и упал на пол.

— Не удивляй меня так!

— Ты будешь удивлена ещё больше этим! — Котаро тут же рванул за Манеки Неко.

— Ч-что?!

— Вот он! — Котаро протянул статуэтку к Санаэ, и они встретились глазами.

— Кот?

— Взгляни вокруг!

— Ах?! — предметы, кружившие вокруг Санаэ, упали один за другим.

— Похоже, что возле него ты не можешь заставлять предметы летать!

— Талисман?!

Санаэ стиснула зубы в недовольстве и поспешила ко входу, где багаж вновь окружил её.

— А что, если я нападу на тебя отсюда?! — она отправила пластиковую коробку для салфеток в Котаро.

Хотя Санаэ и бросила лишь один предмет, летел он на очень высокой скорости.

— Бесполезно!

Даже так, по мере приближения к своей цели коробка начала клониться к земле. «Почему?!». Долетев до Манеки Неко, она потеряла всю свою мощь и, достигнув Котаро, безвредно отскочила от него.

— Теперь поквитаемся вновь, призрак! — полный уверенности, просмеялся Котаро.

— Ч-чего!? Я ещё не проигрываю!

— Ни одна из твоих атак не достигнет меня, а я всё ещё могу атаковать тебя, — Котаро выставил Манеки Неко и амулеты перед собой.

— Гм! Это не важно пока я буду держать дистанцию!

— Тогда ты ни за что не сможешь выселить меня, как ни старайся. Я победил, призрак! — Котаро триумфально провозгласил свою победу. — …Эй, у тебя больше нет шансов, так что просто сдайся и уйди. Или ещё лучше, растворись.

— Ни за что! Почему я должна сделать что-то вроде этого? Уходи ты!

Котаро уплотнил оборону в лице Манеки Неко; двое вступили в противостояние.

Им обоим не хватало критического удара. Каждая атака Санаэ была остановлена Манеки Неко. Своей парапсихической атакой она могла задевать его мелкими вещами, но урон от этого был ничтожный. Большие и тяжёлые вещи нейтрализовались Манеки Неко прежде, чем могли нанести какой-либо вред. Да и сама Санаэ не могла приблизиться к статуэтке, что означало невозможность прямой атаки на Котаро.

В то же время, Котаро не был способен победить Санаэ. Он мог прикоснуться и даже схватить её, мог отбросить в сторону, кинув амулет. Однако Санаэ могла проходить сквозь стены, что делало все его атаки бесполезными. И так как она не могла приближаться к Манеки Неко или к амулетам, то двигалась вдвойне быстрее.

И самое главное — Котаро не знал ни одного способа заставить её исчезнуть. Сколько раз он не выбрасывал её из комнаты или сбивал с ног амулетами, она просто возвращалась.

— Да зачем тебе вообще нужен этот номер?!

— Какая разница! В любом случае, я не намерена уходить! Это мой дом! — Санаэ бросила смятую бумажку в Котаро, но он легко поймал её и кинул обратно.

— Блин, ты прямо как ребёнок.

— Нельзя быть призраком, не ведя себя по-детски!

— …Впечатляющий аргумент.

— Не держи меня за дуру!

— Ты сама так сказала!

И вот так, они разделили комнату пополам и продолжили перебранку. Время от времени один бросал мятый комок бумаги в другого, но серьёзные атаки прекратились.

— Раз уж всё пришло к такому, то пусть это станет испытанием духа! Я буду преследовать тебя пока ты не сдашься и не дам спать ночью тоже.

— Вперёд, если думаешь, что сможешь! Я был закалён бейсболом и мой дух неукротим. Тем более, невозможность спать относится к обеим сторонам!

— Ты совсем не милый!

— Кто бы говорил!

Так они смотрели друг на друга часами. Ночь настала уже давно.

И прежде, чем они осознали это, раздался дверной звонок.

—Хм?

— Кто это там, в такой важный момент?

За звонком последовал громкий непрерывный стук в дверь.

— Вставай, Коу! Ты опоздаешь на вступительную церемонию! — голос с той стороны двери принадлежал его старому другу, Кендзи.

— Это Маккензи!

— Маккензи? А, этот парень в очках.

— Ох! Уже утро?! — глядя на висевшие на стене часы, Котаро выпучил глаза.

Было уже 7:30 утра. Путь в школу занимал примерно 20 минут, так что Котаро должен был выйти в 8:00 чтобы успеть вовремя. И, так как сегодня была церемония вступления, было бы лучше добраться туда заранее.

— Я не могу просто сидеть здесь!

— Эй, ты!

— Продолжим, когда вернусь! Сначала мне нужно в школу! — Котаро открыл гардероб и достал форму с портфелем.

– Эй, Коу, ты проснулся?

— Проснулся, проснулся! Уже иду!

— О, так ты не спишь.

Котаро сгрёб статуэтку Манеки Неко и амулеты в сумку и начал переодеваться.

— Постой, прежде чем ты уйдёшь в школу, нам же нужно это разрешить, верно?

— У меня нет на это времени, закончим это позже! Я единственный, кто проживает здесь, так что я имею право пойти в школу! Тем более, кто мне поверит, если я скажу, что не пришёл из-за призрака?!

— Э-э-э?! — целиком отвергнутая Санаэ надула щёки и уставилась на Котаро.

— Не шали пока меня нет, ладно? Уладим это когда я вернусь!

— Поняла. Я тоже не хочу создавать здесь каких-либо проблем.

— …Хотя ты и есть проблема…

— Это ты проблема! До тебя у меня не было проблем!

— Понял, понял. Я понял, так что сиди тихо пока я не вернусь, хорошо?

Санаэ неохотно кивнула на его слова:

— Я поняла, так что не задерживайся и возвращайся скорее.

— Ага!

И вот так, временное перемирие продлится до вечера.

↑В японском фольклоре призраки обычно описываются полупрозрачными или не имеющими ног.

↑Скульптура (буквально – приглашающий кот), которая, как полагают, приносит её владельцу удачу

Котаро громко зевнул.

— Выглядишь сонным, Сатоми-кун.

— Я не смог хорошо выспаться прошлой ночью.

— Это странно для тебя, Коу.

Котаро, Кендзи и Шизука вместе шли в школу. Все втроём они были одеты в новенькую форму и теперь собирались принять участие во вступительной церемонии в старшей школе Кицусёухаруказе.

— Да уж, было одно дело вчера.

— Что-то произошло, Сатоми-кун?

В речи Шизуки не чувствовалось хозяйского тона — скорее, был дружеский оттенок. Её тон переменился, когда вчера она начала называть Котаро «Сатоми-кун». Сам Котаро, не друживший с формальностями, с радостью приветствовал это изменение.

— Вообще-то, Хозяйка, то существо появилось…

— Существо? Ты имеешь ввиду…

— Призрак появился?!

— Да. Я тоже сначала не поверил, но это, несомненно, призрак.

Шизука и Кендзи были изумлены ответом Котаро.

— Вот, значит, почему вчера было немного шумно…

— Так… Так ты в порядке, Коу?!

— Успокойся, Маккензи. Это сущий пустяк — объявился призрак и произошла пара необычных явлений — вот и всё.

— О-ох… Ну, если ты так говоришь…

Видя, что Котаро ведёт себя так, будто ничего и не произошло, Кендзи вздохнул с облегчением. Сам он не любил страшные истории.

— Так с тобой всё нормально, Сатоми-кун? Думаешь, что сможешь и дальше жить там?

Как хозяйка отеля «Корона», Шизука не просто разделяла беспокойство Кендзи — у неё были и свои заботы. Если Котаро съедет сейчас, то репутация отеля упадёт ещё ниже.

— Всё в порядке, Хозяйка. Не о чем беспокоиться, всё будет решено за пару дней.

— Ясно. Ты надёжный, Сатоми-кун.

— Положись на меня. Я разберусь с этим!

Взявшись за дело, Котаро постучал по груди, и Шизука расслабленно улыбнулась. Глядя на эту улыбку, Котаро вновь утвердился в своём решении никогда не бросать эту комнату.

— Но подумать, что там и вправду был призрак…

— Я уверен в этом как-- Хм?

Иронично улыбаясь Кендзи, Котаро заметил тень кого-то, кто следил за ними из-за электрического столба.

— В чём дело?

— Посмотри, там девчонка на нас уставилась…

— Верно, но такой прикид безусловно выделяется в толпе…

— Обычно я так не говорю, но… Её не стыдно ходить в этом?

Это была девушка, с виду примерно одного возраста с Котаро. Несмотря на то, что большая часть её тела была спрятана за столбом, этого не было достаточно чтобы скрыть яркость её наряда. Она была одета в пёстрое пышное платье, как будто бы принадлежащее персонажу из аниме.

«Ах», — хотя голос и не достиг Котаро, по её губам можно было прочесть, что она сказала. В тот же момент девушка развернулась и побежала прочь, скрывшись за углом невдалеке.

— Что это было?

— Кто знает…

Будучи в недоумении, друзья услыхали звук столкновения в углу, куда убежала девушка.

— Кья-я?!

— Дура! Не выпрыгивай так внезапно перед велосипедом!

— Простите! Извините! Я не специально!

— И что с этим нарядом? Если ты собралась баловаться, то делай это в другом месте!

— Простите! Мне так жаль! Я не балуюсь, это часть моей работы!

Из-за угла была слышна перебранка.

— Что это было?

— Кто знает…

— Интересно, если это та самая девчонка…

Троица достигла угла. «…Кто бы знал, что сейчас у молодёжи на уме…». Однако, заглянув за угол, они увидели только лишь мужчину средних лет, поднимающего свой велосипед. Девушку же нигде не было видно.

— Скорее всего, она выскочила и врезалась в велосипед… — подытожил Кендзи, взглянув за угол.

— Вижу. Интересно, всё ли с ней хорошо… — Котаро оглянулся на всё больше удалявшийся от них угол.

— Я уверена, она в порядке, Сатоми-кун — если бы нет, то она там бы и лежала.

— И то верно, — обеспокоенный Котаро слегка улыбнулся после слов Шизуки.

— И всё же, это была довольно странная девчонка….

— Весна же, в конце концов…

— Кстати, разве чудаки не вылезают толпами по весне?

И троица как ни в чём не бывало продолжила свой путь к школе.

После участия в церемонии вступления и знакомства с классным руководителем Котаро направился к своему участку. Там он проработал до заката, где-то семь часов. Из-за этого и Котаро, и Кендзи оба были истощены к тому моменту, когда добрались до «Короны».

— Я скорее домой и спать.

— Хотел бы и я так же… – Котаро вздохнул перед усевшимся на велосипед Кендзи.

— Будь уверен, что отоспишься, ладно? Ты заснул на церемонии и не должен повторять это на занятиях!

— Хорошо, сделаю. Увидимся позже, Маккензи.

— Ага.

Они махнули друг другу на прощание и направились по своим сторонам: Котаро — к отелю, Кендзи – на станцию. «Ну что-ж, пора приступать к делу», — Котаро оглянулся на Кендзи и похлопал себя по щекам чтобы взбодриться.

— Какого?!

Когда Котаро открыл дверь, в его глаза бросилась гора из мебели, сваленной перед дверью.

— Я помогаю тебе с отъездом, а заодно и строю барьер для защиты от захватчиков! — улыбнувшись сказала Санаэ, выглядывая сквозь гору вещей.

— Без разницы, убери это.

— Да ладно!

Однако Котаро продемонстрировал ей свой рюкзак и она тут же скрылась в комнате — Манеки Неко и амулеты были всё ещё внутри.

— Что за ребячество… Ну да, ты же ведь ребёнок, — сняв обувь, бормотал Котаро, перебираясь через мебель.

Поскольку это была обстановка для комнаты всего в шесть татами, то и самих предметов было не так уж много.

— Если не хочешь шалостей, приходи домой раньше! Было скучно просто ждать! К тому же ты сказал, что только примешь участие во вступительной церемонии и всё! Почему ты вернулся так поздно?!

— Виноват, я работал после церемонии. В отличие от тебя, мне нужно зарабатывать на жизнь. Не хочу создавать проблем своему старику.

Котаро начал уборку с телевизора, вернув его в комнату.

— Хмм… Значит, тебе тоже приходится непросто?

— Вот почему я не собираюсь покидать этот дешёвый номер!

— Но я заставлю тебя уйти!

Комната была абсолютно пустынна. Вздохнув, Котаро опустил телевизор возле антенного кабеля. «Отлично, теперь…». Расположив телевизор, Котаро прошёл мимо лежащей в ожидании Санаэ и продолжил путь ко входу чтобы перенести следующий предмет мебели.

— Постой! Разберёшься с этим попозже, ладно? Что насчёт меня?! Тем более, ты всё равно можешь решиться уйти.

— Призрак, вместо пустой болтовни лучше помоги мне перенести это обратно. Я не собираюсь ничего с тобой обсуждать пока всё не вернётся на свои места.

— Ладно, тут уж ничем не помочь… — Санаэ без особого желания прислушалась к его словам.

Время от времени она бывает довольно послушной

Глядя на то, как Санаэ неохотно помогает ему, Котаро впервые ощутил к ней положительные эмоции.

— Ещё что-то осталось?

— Нет, это последняя, — кивнув головой, Санаэ ответила на вопрос Котаро, перенося в это время картонную коробку по воздуху.

— Отлично, — услышав ответ, Котаро остановился на пути ко входу. — Хорошо, передай мне коробку, Санаэ… Санаэ?

Котаро протянул руку за коробкой, но Санаэ изумлённо глазела на него с удивлённым выражением лица. На её глаза навернулись слёзы.

— Что случилось? — спросил Котаро, заметив, как она спешно вытирает глаза.

— Ничего! Просто грязь в глаз попала.

— А, ясно.

Так как Санаэ была призраком, то грязь никак не могла попасть ей в глаза, но Котаро, не думавший о таком, поверил ей.

— Ладно, Санаэ, давай её сюда.

— В-вот!

Санаэ поднесла коробку к его руке, и он направился к гардеробу. «Он назвал меня Санаэ…» — прошептала она, глядя ему вслед. Никто не звал Санаэ по имени с тех пор, как она стала призраком несколько лет назад. Из-за этого Санаэ не напала на Котаро, повёрнутого к ней спиной с занятыми коробкой руками, а вместо этого пялилась на его спину, переполняемая загадочным чувством.

— Вот и всё, — закрывая гардероб, Котаро развернулся к застывшей Санаэ. — Хм, в чём дело?

— Н-ни в чём! Верно, нам всё ещё нужно уладить дело!

— Ага, нужно, — Котаро уже почти забыл об этом, пока они с Санаэ передвигали обратно мебель. — У меня нет намерения покидать эту--

Звук разбивающегося окна прервал его на полуслове.

— Кья-я!!!

— Чего?!

Изумлённые Котаро и Санаэ смотрели на окно, и в это же время что-то, разбившее стекло, влетело в комнату. «Кья-я-я!!!» Это что-то приземлилась на своё лицо и с криком прокатилось по полу. Врезавшись лицом в стену, оно остановилось.

— Ч-то произошло?!

— К-кто знает…

Переглянувшись, Котаро и Санаэ перевели взгляд на то, что влетело в комнату.

— Похоже на человека…

— Угу…

Это была девушка, с виду примерно одного возраста с Котаро. На макушке у неё красовалась большая шишка.

— Но что с этим цветастым нарядом?

— Ей не стыдно ходить вот так? Отсюда почти видно её грудь.

Тем, что Котаро с Санаэ нашли странным, была её одежда — платье, обильно украшенное оборками и кружевами. Красочный стиль включал в себя множество розовых оттенков, а само платье было довольно откровенным. Как и сказала Санаэ, рельефная грудь девушки выглядела так, будто собиралась вот-вот выскочить наружу. Но самой заметной вещью была метла, на которую она опиралась. Без ошибки, это была метла, но предназначена она была не для уборки. Метла тоже была яркой и хорошо украшенной и, по всей видимости, ценилась больше за внешний вид, чем за пользу.

— Она выглядит так, будто бы пришла из сказки — как старая ведьма, раздающая ядовитые яблоки… Кроме того, что эта девушка красивее.

— Чем-то она и напоминает ведьму, но разве её одежда не похожа на что-то вроде наряда героини из аниме?

— Значит, это косплей…

— Вот как!

Они пришли к заключению, ведь если принять это за косплей, то тогда такой вид имеет основание.

— Но зачем косплейщице влетать через окно?

— Кто знает… Может, это всё из-за весны?

— Весны… А! — Котаро вспомнил утренний инцидент. — Я думаю, что она — та самая, кого я видел утром.

— Утром?

— Я видел её по пути в школу! Она пряталась за столбом, так что я не уверен полностью, но было бы странно нескольким людям сразу разгуливать в таком виде. Должно быть, это она!

— Что значит, она разгуливала в этом прикиде с самого утра?

— …Совсем чокнутая…

— Да уж…

Санаэ пару раз тыкнула в неё ногой, но лежа в бессознательном состоянии, та никак не отреагировала. Большая шишка на макушке и широко раскрытый рот придавали ей жалкий вид.

— Мы не можем просто так оставить её здесь. Я достану футон, а ты принеси воды.

— Ладно, поняла.

Забыв о разногласиях, они принялись ухаживать за девушкой. Сама же девушка очнулась после того, как Котаро вновь, уже в четвёртый раз сменил мокрое полотенце у неё на лбу. Прошло больше трёх часов, и уже наступило 23:00.

— Мм-м…

— Эй, похоже, что она приходит в себя.

— Правда?

Санаэ подскочила к футону Котаро пока девушка моргала.

— Э-э?

И, когда её зрение вновь сфокусировалось, перед ней предстали лица Котаро и Санаэ.

— Эй.

— С добрым утром!

Девушка вновь моргнула.

— Э? Ум… Эх? — её никак не удавалось понять, что происходит.

— Слушай, недавно ты влетела в моё окно, врезалась в стену и отключилась… — Котаро указал на прикрытое газетами окно, а затем на стену.

— …И мы вдвоём позаботились о тебе и убрали осколки.

Слушая Санаэ, девушка широко раскрыла глаза, окончательно придя в чувство.

— Ах! Простите! Мне так жаль! — девушка шустро подскочила и принялась кланяться. — Я это не нарочно!

Слушая её извинения, Котаро полностью убедился в том, что это была та же девушка, что и утром — её голос звучал так же, как и тогда.

— Если бы ты это нарочно, мы бы тебя уже давно выпроводили… Неважно, ремонт оплатишь ты.

— Извините! Мне так жаль! У меня нет денег!

— Тогда входи через дверь! Зачем тебе было влетать через окно?!

— Простите, я спешила!

Находясь под атакой Санаэ с самого момента пробуждения, девушка выглядела так, будто сейчас расплачется. Видя это, Котаро решил протянуть её руку.

— Не напирай так, Санаэ. У неё должны были быть свои причины для этого.

— Но она разбила моё окно, знаешь ли!

— Будешь сердишься потом. Начнём с того, что выслушаем её.

— Ты даже не выслушал меня! — Санаэ, похоже, была готова вспыхнуть.

— Ээ… В любом случае, давай узнаем, что ей есть рассказать!

— Ладно, но не думай, что это конец…

После напористого расспроса Санаэ всё же отступила, и они вдвоём уставились на девушку.

— Так зачем ты пришла в эту комнату? Или это случайность или вроде того?

— Ух-мм… — девушка вздрогнула под их взглядом.

— …Разве это не просто её хобби?

— Помолчи, Санаэ.

— Хм! — надув лицо, Санаэ отвернулась от Котаро

В это время девушка похлопала себя по щекам чтобы оживиться: «В бой! Юрика! В бой!»

— Вообще-то, эта комната в опасности – её голос и взгляд были намного серьёзнее чем прежде, что было видно по её выражению.

— В опасности? В какой?

— Объясни по-человечески!

— Некие люди собираются украсть эту комнату для себя!

— Украсть для себя?

— Это…

Котаро и Санаэ показали пальцем друг на друга и синхронно выдали:

— Ты про Санаэ? — Ты про Котаро?

— Это не я! Это моя комната!

— О чём ты? Я здесь живу!

Пока они начали спорить, девушка почала головой в стороны:

— Нет, это не один из вас.

— Нет?

— Это не Котаро?

— Нет. Это совсем другая группировка. — кивнув, утвердила девушка.

— Кто они?! Им тоже нужен этот дешёвый номер?!

— И-или они хотят присвоить себе такого милого призрака?

— ...Такому никогда не бывать.

— Почему нет?! Не будь так груб!

— Ни то, ни другое. Им нужна аномальная сила, сконцентрированная в этой комнате, так что поторопитесь и убегайте! Это опасно! Они точно появятся здесь в считаные дни!

— Сила? Опасно?

— Что это должно значить?

Разъяснение девушки оставляло этих двоих в недоумении — для них это была полная бессмыслица.

— Пожалуйста, объясни всё как следует. Даже если ты говоришь мне бежать, я не намерен вот так просто собраться и уйти.

— Ага. Для чайников, что это за сила, о которой ты говоришь?

— Я тоже хочу знать!

Когда Санаэ с Котаро начали требовать ответы, её взгляд принялся блуждать.

— Ух-мм… Это можно назвать естественно-избыточной или… эм-м… сверхъестественной силой…

Её убедительный настрой начал понемногу исчезать и она стала путаться в словах. На лбу у неё появились капельки пота и девушка заставила себя улыбнуться. «Ха, хе-хе, а-ха-ха-ха…»

Может, не стоило спрашивать? — такое впечатление оставила её поддельная улыбка у Котаро.

— Я ничего не поняла из такого объяснения! Не используй расплывчатые понятия, вроде «силы», и скажи конкретно, что происходит?

— Э-это обязательно?

— Да, пожалуйста. Это может быть трудно для тебя, но сейчас я уже готов услышать что угодно.

— Однако, ты не стал слушать меня…

— Сейчас я тебе верю, так что первым делом хочу услышать её историю с самого начала.

— Т-только не подумайте, что я сумасшедшая или шучу, ладно? — беспокойный взгляд девушки несколько раз переметнулся между лицами Котаро и Санаэ.

— Не бойся.

— Ладно, обещаю.

— Х-хорошо, тогда я расскажу… — сглотнув слюну, она кивнула.

И, ещё раз взглянув их лица, она наконец раскрыла рот:

— …На самом деле, сила в этой комнате… — хотя она и начала объяснять, её голос быстро становился всё тише и тише, и самую важную часть уже невозможно было расслышать.

— Какая сила?

— Я не слышу тебя!

— Я г-говорю, что сила, наполняющая комнату, — вол…

Девушка действительно не хотела произносить это вслух и её слова вновь растворились в тишине, а лицо краснело.

— Не бойся, мы не будем смеяться, так что, пожалуйста, скажи нам.

— Правильно. Если ты ничего не расскажешь, то ничто и не произойдёт.

Слыша эти слова, девушка вновь подбодрила себя: «В бой! Юрика! В бой!» — и после этого уставилась прямо на Котаро с Санаэ. Активно и размашисто жестикулируя, она начала объяснять:

— Вы оба, пожалуйста, послушайте! На самом деле, в этой комнате собрано большое количество магической силы!

— Э?

— М-магической?!

— Если магическая сила продолжит копиться с такой же скоростью, то вскоре здесь объявятся злые волшебницы, собирающиеся злоупотребить ею! И тогда это место превратится в поле битвы! Так что, пожалуйста, по возможности спасайтесь сейчас! — громко объявила девушка, взяв в руки метлу и начав вращать ею. — Я — принцесса любви и отваги, Девочка-волшебница Юрика! Я сохраню мир в этом городе!

Сочетание причудливой позы и твёрдого, но милого голоса на секунду выбило Котаро и Санаэ из колеи.

— Эм, ну что тут можно сказать… Верно, Санаэ?

— Я совершенно точно знаю, что ты хочешь сказать. Это, должно быть, худший из возможных вариантов.

— Весна же, в конце концов…

— Похоже, что так.

Выйдя из оцепенения, первым делом они переглянулись и глубоко вздохнули.

— Э? Что? О чём вы говорите?

— Да так, пустяки. Мы просто говорим о том, как теперь — весной — потеплело, честно.

— Так и есть, — сказав это, Котаро взял на руки одетую в цветастый костюм Юрику, Девочку-волшебницу.

— Что? Зачем ты схватил меня?

— Просто так, просто так, — улыбаясь ей, Котаро направился прямо ко входу.

— Верно: просто так, просто так, — Санаэ, так же улыбаясь, несла её метлу используя свою сверхспособность.

— Эх? Чего? Что мы делаем?

— Это тебе реша-ать! — открыв дверь, Котаро выбросил Юрику наружу.

— Кья-я!!! — приземлившись на лицо, Юрика стала катиться вплоть до встречи с бетонной стеной отеля.

— Вот, ты забыла это, — Санаэ подержала его, бросив в неё метлой.

— Ай!

Метла попала ей по голове, однако ни Котаро, ни Санаэ не потрудились оглянуться.

— Ух…

— Господи...

Быстро закрыв дверь, Котаро с Санаэ вздохнули.

— Весна, всё же …

— Это не из-за того, что прошлая зима выдалась холодной?

— Верно. Это правда, что так внезапно потеплело…

Оба они были уверены в том, что Юрика — всего лишь косплеерша с бурным воображением. Даже допуская существование паранормальных явлений в лице Санаэ, магия и девочки-волшебницы были совсем иным делом. У всякой веры есть свои границы.

— Извините, пожалуйста, откройте дверь! Пожалуйста, послушайте, что я хочу сказать! И вообще, почему вы выбросили меня?! — по ту сторону двери вместе с громким стуком были слышны протесты.

Вопреки их надеждам, Юрика не сдавалась.

— Успокойся, косплеерша! Если ты собираешься провести косплей-вечеринку, то делай это в другом месте!

— Ты слышала его! Из-за таких людей как ты, не обращающих внимания на окружающую обстановку и раздражающих людей вокруг себя, портится репутация всех косплееров! Как насчёт вместо этого подумать о своих действиях?

Услышав это, Юрика слабо стукнула по двери и утихла. Взамен лишь раздалось её рыдание.

— У-у-у-у… В-вы не должны были так говори-и-ить! Вы хотели, чтобы я сказала это, и обещали, что поверите, вот я и рассказала, хоть и не хотела! Пожалуйста, поверьте мне!

— Да кто тебе поверит, если ты говоришь о магии, разгуливая в таком виде!

— Я з-знаю! Я тоже не хочу этого! Когда я перевоплощаюсь в этот костюм, все парни таращатся на меня! Он не прикрывает полностью мою грудь и попу! — стук сменился скрежетом. — Но в волшебной стране приказали мне надеть её и действовать смело, иначе я буду плохо принята горожанами, так что у меня не было выбора! — плачущий голос понемногу становился громче. — Я и так знаю, что не подхожу для этой работы и что никто мне не поверит! Я не сумасшедшая! Уа-а-а-а!!! — её плач перерос в громкий рёв. — Уа-а-а!!! Это слишком жестоко!!! Уа-а-а!!! Откройте дверь! Это несправедливо! Верьте мне!!! Уа-а-а!!!

Даже сквозь закрытую дверь, её плач был слышен так, будто она была прямо перед ними.

— Эх… — и Котаро, наконец потерявший терпение, опустил ладонь на дверную ручку.

— Котаро, ты правда поверил в историю этой дурочки?

— Неважно, верю я ей или нет — сейчас она доставляет неудобства соседям.

Если Котаро мог так отчётливо слышать её голос, то, скорее всего, его было слышно и в других комнатах. Более того, была уже почти полночь, и если это так и продолжится, то его могут выселить отсюда.

— Я не собирался участвовать в этом.

— Тут уж ничем не помочь…

И, открыв дверь, он вновь вздохнул.

— Я не вру, я на самом деле девочка-волшебница!

— Я понял, ладно? Так что прекрати плакать.

— Верно, Юрика. Ты восхитительна; немногие могут верить так, как ты.

Даже в стенах номера Юрика не переставала плакать. Котаро и Санаэ пытались успокоить её, но удавалось им это не очень.

—Это з-значит, что вы верите мне? Что это место в опасности? И что магия существует?

— Э-это немного…

— Я знала, что вы мне не поверите! Это всё пустые слова! Уа-а-а-а!!! Вы считаете, что я просто какая-то извращенка!!!

— Ты дура, Санаэ! В таких случаях нужно сказать, что веришь ей, даже если это ложь!

— Уа-а-а!!! Вы и в самом деле мне не верите! Вы просто пытаетесь обмануть меня!

— Гляди, что ты натворила своим ненужным замечанием!

— Это не только моя вина!

Посреди комнаты Юрика заливалась горючими слезами, а Котаро и Санаэ имели тревожный вид — ситуация становилась всё хуже с каждой минутой.

— Вот, вытри слёзы, ладно?

Санаэ использовала свою силу, чтобы передать по воздуху полотенце хнычущей Юрике. Увидев парящее перед ней полотенце, Юрика внезапно прекратила плакать и широко раскрыла глаза.

— М-магия?! Ты тоже владеешь ей?!

— Э? Я?

— Да! Это же магия, так ведь? Почему ты не веришь мне, когда сама можешь ею пользоваться?! — лицо Юрики во мгновение вновь засияло — она была рада найти другую волшебницу.

— А, это? Это не магия, — однако, Санаэ прямо опровергла это.

— Это не… магия? — Юрика сделала удивлённое лицо и начала часто моргать; затем в её глазах вновь начали появляться слёзы.

— Это просто паранормальное явление.

— Паранормальное… явление?

— Да, я все же ведь призрак. Гляди, — Санаэ раскрыла полотенце в воздухе и пролетела сквозь него.

— Э-э-э?! — это оставило Юрику без слов. — Ты и вправду п-п-призрак?!

— Да, как ты можешь видеть. Вот твоё полотенце.

Приземлившись спиной к ней, Санаэ передала полотенце. Оно пролетело её насквозь и зависло перед девушкой.

— …

— Что? — Санаэ смотрела на остолбеневшую Юрику.

— А-а-а, у-у-у… — Юрика дважды моргнула.

— Ты в порядке?

И, когда обеспокоенный Котаро подошёл поближе, она зашевелилась.

— Кья-я-я!!! Не-е-ет!!! П-призрак! Только не призрак!!!

Юрика внезапно подскочила, схватила метлу и стала озираться по комнате. Заметив гардероб, она рванула к нему.

— Ч-что?!

— Э-эй, в чем дело?

— Не захватывай меня, пожалуйста! Умоляю! Я боюсь призраков! Если ты собираешься овладеть кем-то, то выбери его! — запрыгнув в гардероб, она в спешке закрыла раздвижную дверь. — Не подходи ко мне! Не захватывай меня! Моя смерть не принесёт пользы! Лучше высоси жизнь из этого энергичного лица вон там, пожалуйста!

Жалкие мольбы раздавались сквозь дверь гардероба.

— И что это значит?

— К-кто знает… Но, вероятно, она боится тебя.

Оставленные позади, Котаро и Санаэ в недоумении смотрели на гардероб.

— Т-точно. Обычно, когда люди натыкаются на призрак, то ведут себя именно так. Совсем забыла, пока общалась с тобой.

— Все предыдущие постояльцы были такими же?

— Ага, что-то вроде того, — посмотрев на Котаро, Санаэ кивнула. — Но разве это нормально для девочки-волшебницы любви и отваги — убегать вот так? Она даже бросила тебя, оставив взамен себя как жертву.

— Ну, она ведь просто косплейщица. Даже если она и хотела выдать себя за настоящую волшебницу, то не смогла.

— Ты прав.

Парочка продолжала посылать холодные взгляды в сторону гардероба.

— Простите! Извините! Вам больше не нужно верить в волшебство! Только, пожалуйста, на захватывай меня!

Не ведая об их взаимоотношениях, Юрика отчаянно умоляла за свою жизнь.

— Так что нам с ней делать?

— А что здесь можно сделать? Нам просто нужно заставить её выйти.

— …Да уж.

Котаро и Санаэ вновь переглянулись и тяжело вздохнули.

Четверг, 7 апреля, 7:30

— …В конце концов, она так и не вышла…

— Если ты оставишь её здесь со мной, то она точно не выйдет.

Котаро остановился с ботиком в руке и развернулся лицом к комнате. Юрика не вылезала из гардероба с того момента, как запрыгнула туда. Обиженная и испуганная, она отказывалась выходить, сколько бы они её не уговаривали. Котаро уже собирался оставить всё как есть до вечера и направиться в школу.

— Она сама вылезет, когда проголодается.

— Надеюсь. Но в таком случае мы ни к чему не придём…

— В этом ты прав…

Котаро надел оба ботинка и, поднявшись, выдавил из себя улыбку.

— Поскорее возвращайся, ладно?

— Ага. На сегодня у меня нет работы, так что я буду дома раньше, чем вчера.

— Хорошо, возвращайся невредимым.

Меня провожают…

— Ага. До свидания.

А я прощаюсь…

Парочка, сражающаяся за комнату, обменялась этими словами. Как ни странно, но это не звучало наигранно.

Выйдя наружу Котаро заметил ставившего свой велосипед на велопарковку перед отелем Кендзи.

— Эй, Маккензи.

— Утра, Коу.

Пристегнув велосипед, Кендзи подошёл к зевающему Котаро.

— Ааа-а-а…

— Чего, опять сна лишили?

— Вроде того. Было трудно уснуть…

— Призрак?

— Не только.

Котаро почувствовал внезапное дрожание.

— Э?

Поначалу он решил, что это из-за того, что он движется, но, даже остановившись, он продолжил трястись.

— В чём дело?

— Разве не трясёт?

— Хм? Угу, теперь, когда ты сказал об этом, действительно, немного трясёт.

— Землетрясение?

— Наверное. Вряд ли сейчас что-либо строят.

Они взглянули на землю и через несколько секунд дрожание прекратилось.

— Похоже, прекратилось.

— Видимо, так и есть.

Пока они болтали на ходу, сверху раздался голос Шизуки.

— Доброе утро, Сатоми-кун, Маккензи-кун!

Котаро с Кендзи подняли взгляд на неё; Шизука находилась в проходе второго этажа и сейчас запирала дверь.

— Доброе утро, Хозяйка!

— Доброе утро, Касаги-сан.

— Сегодня чудесная погода.

Шизука спустилась по лестнице.

— Я вас задержала?

— Я совсем не спешу, Хозяйка.

— Я тоже только-что пришёл.

Сегодня в Старшей школе Кицусёухаруказе начинались занятия. К счастью, все трое из них были определены в один класс, так что они решили ходить в школу вместе.

— О, замечательно. Тогда идём, так?

— Верно!

— Ладно. Но Коу, несомненно, ты необычно вежлив с Касаги-сан.

— Ты прав, Маккензи-кун. Хоть даже я и зову его Сатоми-кун, он использует формальности и зовёт меня хозяйкой.

— Это в порядке вещей — высоко ценить своего домовладельца.

— Его воспитали ценить тяжёлую работу, так что он всегда такой к тем, с кем работает вместе.

— Ясно… хи-хи.

Втроём, они направились в школу.

Считая вступительную церемонию, это был второй день занятий и класс был спокоен. Было несколько болтающих компаний, но в большинстве своём это были те, кто учился в одной средней школе. Скорее всего, ученикам понадобится ещё несколько дней чтобы привыкнуть друг к другу.

— Сатоми-кун!

В молчаливом кабинете голос Шизуки был слышен отчётливо. Она несла картонную коробку и двигалась в сторону мест Котаро и Кендзи.

— В чём дело, Хозяйка?

— Хи-хи, прошу, не зови меня Хозяйкой в школе, Сатоми-кун. О, верно, держи.

— Что это?

Котаро принял от неё маленькую коробочку.

— Я поговорила со своей одноклассницей из средней школы, которая много знает о таких вещах, и после того, как я объяснила ей ситуацию, она дала мне всё это.

Открыв коробку, Котаро увидел в ней много табличек, наклеек, верёвок и оригами.

— Обереги…

Кендзи, чьё место располагалось прямо перед местом Котаро, тоже подсмотрел внутрь и огласил содержимое коробки прежде Шизуки.

— Обереги?

Не поняв, Котаро переспросил Кендзи.

— Да, взгляни на это. Тут написано «Прочь, злые духи».

— Ты прав.

— Подумать только, здесь собраны предметы стольких разных религий. Синтоизм, Буддизм, Христианство, Ислам… Вау, даже Вуду.

— Зачем ты отдаёшь всё это мне, Хозяйка?

— Это потому, что ты сказал, что в комнате появился призрак. Я решила, что это может помочь.

— Аа…

Котаро наконец вспомнил:

Верно, я же сражаюсь с ней за комнату.

Из-за вчерашнего появления Юрики, на это совсем не осталось времени.

— Разве всё это не обойдётся в копеечку, Касаги-сан?

— А, насчёт этого, Маккензи-кун. Они уже вот-вот просрочатся, так что я получила их за даром.

— Просрочатся?! Талисманы?!

Кендзи пришёл в изумление, услышав эти слова из уст Шизуки.

— Она сказала так. Она ещё говорила, что срок годности уже близится к концу, так что нужно их использовать как можно скорее.

— …Подумать только, прогресс повлиял даже на такие вещи.

Кендзи взял в руку подозрительный оберег, маленький и высушенный, и присмотрелся к прикреплённой этикетке.

‘Срок годности: шесть месяцев. Дата изготовления указана на упаковке.’

— Мир близится к концу…

Таким был честный взгляд Кендзи на это.

— Это поможет, Хозяйка.

— Надеюсь, от них будет польза.

— Я найду им применение!

— Выложись по полной, Коу; я верю в тебя!

— Тогда помоги мне!

— Нет уж. Ты знаешь, я плох в таких вещах.

— Ну, раз так…

Кендзи ненавидел любые оккультные вещи. Хоть он и был образованнее, но боялся их больше, чем Котаро. Когда его спрашивали, он отвечал, что ненавидит их потому, что ничего о них не знает.

— Ладно, тогда--

Котаро остановился на полуслове, вспомнив, что есть ещё кое-кто, кого ему нужно выдворить из Комнаты.

Самопровозглашённая Принцесса Любви и Отваги: Девочка-волшебница Радужная Юрика.

Та неловкая, чрезмерно увлечённая косплеем девушка.

— Эй, Маккензи.

— Я не буду помогать, сколько бы раз ты меня не просил!

— Не это. Есть кое-что, о чём я хочу спросить.

— Хм? О чём?

Кендзи кивнул и повернулся к Котаро, указывавшему на картонную коробку.

— Призраков можно изгнать этими предметами, верно?

— Ну да.

— Тогда что нужно использовать, чтобы изгнать косплееров?

Котаро серьёзно посмотрел на него.

— Ты дурак? Нет такой вещи!

— Брось, я серьёзно.

Вчера ему пришлось иметь дело только с призраком, а сегодня ещё и с косплещицей. Котаро был серьёзен.

— Серьёзно, косплееры — просто обычные люди. Не глупи.

— То есть я могу просто использовать грубую силу?

— Делай что хочешь!

Кендзи с раздражённым видом поправил очки.

— Хмм…

И, когда Котаро скрестил руки, погружаясь в мысли, Шизука, наблюдавшая за ними двумя, засмеялась.

— Хи-хи-хи, вы двое действительно отлично ладите.

— Только потому что так давно знакомы…

— Не выставляй это в неблаговидном свете, Маккензи!

— Хи-хи, на самом деле ты не пренебрегаешь этим. Верно, Маккензи-кун?

— Я действительно ненавижу это!

— Ты нечестен, Маккензи-кун, так?

— Хозяйка, он всегда пытается действовать жёстко.

— Коу! Нарываешься на драку?!

— А-ха-ха-ха!

Смех Шизуки заполнил кабинет, но, несмотря на этот бурный хохот, Котаро думал о чём-то совершенно другом.

Я действительно хочу выгнать Санаэ?

Это внезапное сомнение оказалось неожиданностью для Котаро.

Продежурив после занятий, Котаро отправился в здание клубов. Всевозможные кружки и общества находились там в каждой из комнат. По сути это можно было назвать многоквартирным домом для клубов.

«Ну, технически это кружок, так что…»

Котаро направился на второй этаж южного крыла — все кружки располагались там. Спортивные клубы были собраны у входов; в глубине здания почти не было людей. Лишь его шаги раздавались в тишине коридора.

«Вот он».

Котаро остановился напротив кабинета в самом конце коридора.

Кружок Вязания.

Это был кружок, в который он вступил в день оглашения результатов.

— Привет?

Котаро постучал в дверь. Из-за того, что она была сделана из дерева, с алюминиевой рамкой, стук разнёсся по всему коридору.

— …Д-да! — ответил слегка испуганный голос.

Немного спустя, дверь открылась и оттуда высунулось лицо девушки.

— Кто т-- Аа…

Девушка поначалу выглядела серьёзной, но, увидев Котаро, она расслабилась.

— Привет, Семпай.

— Добро пожаловать, Сатоми-кун.

Этой девушкой была Сакураба Харуми, глава кружка и единственный его участник помимо Котаро.

Даже основы вязания трудно давались новичку Котаро. Например, накидывая на спицу петли, обычно затягивают их не сильно. Со временем это становится легко, однако для неуклюжего и забывчивого Котаро этот процесс оказался довольно хлопотным.

— Семпай, что делать здесь?

— Тянешь вправо, затем оборачиваешь вокруг вот тут.

— А, точно, теперь вспомнил…

Иногда он останавливался, чтобы посмотреть на Харуми, прежде, чем продолжить. И хотя Котаро практически переколол спицами пальцы по неосторожности, всё же вязал он тщательно.

— Не нужно торопиться, Сатоми-кун. Я не против, если будешь делать это медленно — сегодня просто тренировка.

— Д-да. Прости, я неуклюж.

— Ничего страшного, в первый раз у всех так.

Харуми выглядела счастливой, приглядывая за Котаро. Обычно тихая и замкнутая, сейчас она была оживлённой и разговорчивой, вероятно, потому, что занималась любимым делом.

— Даже у тебя так было, Семпай?

— Да. Раньше я даже колола пальцы спицами.

Харуми с нежностью вспоминала прошлое. Однако, в тот момент Котаро не видел её лица. Если бы он взглянул на него, то не смог бы забыть той улыбки до конца своих дней.

— Делать это вот так и… Хах, чувствую себя мотивированным, зная, что даже семпай терпела неудачи прежде.

— Когда ты так говоришь, похоже, будто ты дразнишь меня. Хи-хи, но ты до сих пор не укололся, так что ты, может быть, лучше, чем была я.

— Ха-ха, надеюсь.

Даже смеясь, Котаро продолжал старательно работать спицей, не отрывая взгляд от рук.

Действительно, так неожиданно… Что кто-то, вроде Сатоми-куна, будет работать настолько усердно…

Сидевшая напротив Котаро Харуми не могла не находить это загадочным. Её было известно о том, что она — единственная, кто получает удовольствие от вышивания. И Харуми не ожидала, что спортивно сложенный парень вроде Котаро решит проявить интерес к таким вещам. С какой-то стороны она даже беспокоилась, что у него могли быть свои скрытые мотивы, как у того парня в день объявления результатов.

— Семпай, ничего, если я здесь немного затяну петли?

— Ах, да, так можно. Но если перетянешь, то бока станут неустойчивыми, так что будь осторожен.

— А, ясно. Понял.

— Хорошо.

Почему он так усердно старается?..

На самом деле, конечно, это не было причиной. Котаро настоятельно продолжал работу и всерьёз пытался научиться вязанию. Харуми ничего не оставалось, кроме как считать это загадкой.

— Сатоми-кун…

— Да, что случилось?

Услышав голос Харуми, Котаро прекратил вязать и поднял взгляд. Столкнувшись с этим взглядом, к Харуми самую малость вернулись её обычные стеснительность и скромность.

— Ты не против, если я спрошу кое-что?

— Всё в порядке, спрашивай что угодно.

— В т-таком случае…

Приведя ум в порядок, Харуми сглотнула слюну и задала свой вопрос Котаро.

— Сатоми-кун, что заставило тебя выбрать вязание?

— Выбрать вязание?

Он слегка усмехнулся и приложил руку к голове.

— Оно ведь мне совсем не подходит, верно? Ха-ха…

Котаро было известно то, как он выглядел для окружающих.

— Э-это не то, что я имела ввиду! Я хотела сказать, ну, разве парню не будет скучно заниматься этим?.. Просто это и удивляло меня…

Слыша его смех, Харуми покраснела и опустила взгляд. Глядя на неё, Котаро решил рассказать о своих обстоятельствах. Он чувствовал, что Харуми сможет понять его, и, так как она была его учителем, он посчитал, что всё же было бы справедливо дать ей знать об этом.

— Не похоже, что ты будешь сплетничать, так что я расскажу…

— Сатоми-кун…

Харуми вновь взглянула на Котаро; его лицо было серьёзней, чем она ожидала.

— Вообще-то, у меня в Комнате есть недовязанный свитер…

— Свитер… Ах…

Харуми вспомнила слова Котаро при их первой встрече: «Возможно ли, для новичка, связать свитер?»

— Всё же я бы хотел закончить его своими руками. Хах, хотя, кто знает, сколько времени это займёт…

Должно быть, этот свитер содержит воспоминания о ком-то важном для него.

Так подумала Харуми, глядя на улыбку Котаро. Его слегка смущённое, смеющееся выражение было необычно мягким.

Значит, вот почему он так старается… Должно быть, он думает, что, завершив свитер… Ясно, вот оно как…

Преисполненная облегчения, в глубине сердца Харуми почувствовала радость.

— Я понимаю, Сатоми-кун. И я удостоверюсь, что ты сможешь закончить этот свитер!

— Правда?!

— Да!

Харуми была действительно счастлива, что Котаро принимал вязание всерьёз, и что ей удалось найти хорошего товарища.

— Поработаем вместе, Сатоми-кун!

— Да!

Необученность Котаро совсем не была проблемой — Харуми ничего не думала об этом.

Интересно, кто же связал этот свитер…

Харуми задавалась этим вопросом, но вскоре и он покинул её голову.

Неважно! Давай поладим, Сатоми-кун!

Она была довольна, найдя верного спутника — для Харуми это было действительно радостное событие.

«Здесь вот так, а тут…». Котаро повторял полученные знания по пути к отелю. Странным образом жестикулирующий юноша в городе, окрашенном лучами заката — воистину сюрреалистическое зрелище.

И всё же, Котаро был серьёзен. Он двигал пустыми руками, продолжая воображаемую практику.

— Хмм? — вернувшись к отелю, Котаро услышал звук, раздававшийся в саду. — Интересно, что это.

Обойдя бетонную стену, он увидел Шизуку, одетую в фартук поверх школьной формы, с большой бамбуковой метлой в руках. Она была в процессе уборки в саду.

— С возвращением, Сатоми-кун.

— Я вернулся, Хозяйка.

Шизука поприветствовала его улыбкой.

— Я убираюсь в саду.

— Вижу.

Возле её ног находилась маленькая кучка вырванных с корнем сорняков — метлой Шизука собирала их вместе после прополки.

— Хочу сохранять его настолько красивым, насколько это возможно.

Шизука улыбнулась и прищурилась, взглянув на утопающее в лучах заката здание.

Отель Корона был прекрасен. Несмотря на старомодный дизайн, 25-летнее здание ничем не выдавало свой возраст. Причиной этого было то, что Шизука никогда не пренебрегала его обслуживанием.

— Хозяйка, вы сказали, что этот дом был оставлен вам родителями, — Котаро также посмотрел на отель.

— Верно, так и есть. Поэтому я и хочу, чтобы он простоял как можно дольше, хотя, скорее всего, в конечном счёте его снесут.

— Я позабочусь о бережности, пока буду здесь жить.

Котаро мог понять чувства Шизуки. Это были те же чувства, что Котаро питал к неоконченному свитеру.

— Спасибо, Сатоми-кун.

— Ну, время от времени нужно ведь вести себя круто.

— Это было бы как будто кино, не скажи ты этого. Хи-хи.

— А-ха-ха-ха!

И под дружный смех по багровому небу пронёсся маленький голубой огонёк.

— Ах, падающая звезда.

— Ага, это она.

Звезда пролетела здание отеля и предстала перед ними.

— …Желаю, чтобы Сатоми-кун не проиграл призраку.

Шизука сложила руки вместе и загадала желание. Как только она закончила, звезда тотчас же исчезла.

— Я не сдамся. К тому же, у меня много религиозных оберегов, которые вы мне дали.

— На всякий случай, Сатоми-кун. Хи-хи-хи.

— Мне совсем не доверяют…

— Я тебе верю…

— Вы просто притворяетесь!

— Боже, боже. Ха-ха-ха

— А-ха-ха-ха!

Пара весело беседовала, однако их настроение оставалось радостным лишь потому, что они не знали, каким событиям ещё предстояло произойти.

Стоя напротив Комнаты 106, Котаро достал из кармана ключ; изнутри раздавались голоса.

— Не-е-ет! Прошу, не подходи ближе!

— Хе-хе-хе, какая разница, в чём дело?

— Я ненавижу призраков!

— В чём дело, девочка-волшебница Радужная Юрика?

Тем, что он слышал, были испуганный голос Юрики и игривый — Санаэ. «…Что они делают?» Котаро отпёр замок, вернул ключ в карман и открыл дверь.

— С-спаси меняя!

— Оу…?!

В тот же момент Юрика выскочила из комнаты в коридор и задрожала, укрывшись за спиной Котаро.

— Г-госпожа призрак, если в-вы хотите захватить кого-нибудь, в-возьмите его!

— Да ладно тебе, для кого-то, кто называет себя Волшебницей Любви и Отваги…

Котаро малость опешил.

Ну, это вполне естественно — в конце концов, она же косплейщица.

Пока Котаро размышлял об этом, другая персона достигла входной двери.

— С возвращением.

— Спасибо, я пришёл.

Котаро ответил на приветствие Санаэ, снял обувь и вошёл в комнату. Дрожащая Юрика проследовала за ним.

— Санаэ, не задирай её чересчур, она здесь не при чём.

— Я тут при чём!

— Я знаю, что прямо она к этому не относится, но, если она закатит здесь косплей-вечеринку, то я молча стоять не буду.

— Я здесь не ради таких вечеринок! Злые волшебницы… Враги приближаются!

— …Похоже, что до вечеринки рукой подать.

— Правда?

— Прошу, послушайте, что я вам говорю, пожалуйста!

— Ладно, ладно.

— Мы знаем, знаем. Приближается опасность, верно?

— Должно быть, неплохо для того, кто только и развлекается...

— Угу, похоже на то…

— А-а-а, вы совсем не слушаете!

Пройдя в комнату, Котаро бросил свою сумку в угол и повернулся к Санаэ.

— Санаэ, давай пока что оставим в покое эту девушку.

— Ага, поняла.

— Не оставляйте меня, пожалуйста! Это важно!

— А тем временем, уладим наш с тобой конфликт.

— Ага… — внезапно, улыбающееся лицо Санаэ потемнело. — …Верно, мне же нужно было выжить тебя из Комнаты, не так ли?

— Я не могу позволить себе этого, так что вынужден изгнать тебя.

— Верно, так оно и было.

Таковы были их намерения до вчерашнего дня. И всё же, понемногу эти амбиции ослабевали.

— Пожалуйста, выслушайте же меня!

— Ты можешь успокоиться? Сейчас не время для игр!

— Прости, я поиграю с тобой попозже.

— Не-е-ет, я не хочу играть с призраком!

— …Ты хочешь, чтобы тебя выслушали, или нет? Реши уже!

— Эй, Котаро… — тихо произнесла Санаэ.

Прежде её голос всегда был громким и полным энергии, так что это привлекло его внимание.

— Хм?

— …Ты меня ненавидишь?

— Э?

— Если всё же--

Санаэ прервал громкий звук.

— Кья-я!!? — прокричала Юрика, и в тот же момент татами напротив входа в комнату был отправлен в полёт.

Находившаяся в то время на нём Юрика грохнулась лицом вниз. «Почему всегда я?!» Прокатившись по полу и врезавшись в стену, она прекратила движение.

— Ой-ой-ой-ой-ой…

— ЧТО?! Что только что произошло?!

— Котаро, смотри, под татами! Кто-то вылезает!

— Какого?!..

Котаро отвёл взгляд от улетевшего татами, развернулся и увидел, как в том месте, где лежал татами, появлялся человек — круглая дыра в половых досках была достаточно большой, чтобы кто-либо смог пройти сквозь неё.

— Очень приятно с вами познакомиться. Прошу прощения за неожиданность.

Из-под земли показалась девушка, на вид слегка старше Котаро. Она была высокого роста, а её ясные глаза создавали атмосферу спокойствия. Её формальный вид можно было бы назвать «правильным».

— Моё имя — Кириха. Потомок жителей Земли рождённый в семье Курано, что властвует над заклинаниями и предсказаниями.

Однако, её одежда была странной — редкое, старомодное одеяние со множеством украшений, будто из учебников по истории, напоминало наряд древнеяпонской мико*.

— Кириха?

— Чего это с ней?!..

И таким образом, четверо человек собрались в маленькой комнате: Котаро, Санаэ, Юрика и Кириха.

И почему сюда продолжают стекаться люди?..

Появление Кирихи озаботило Котаро меньше, чем вновь увеличившееся число людей в его Комнате.

Котаро, Санаэ и Кириха сидели за чайным столиком в центре комнаты. Юрика всё ещё лежала возле стены у окна, без движения и без сознания.

— Позвольте вновь представиться. Моё имя — Курано Кириха. Так как Курано — имя моего клана, я бы предпочла, чтобы вы звали меня Кириха.

— Я — Сатоми Котаро.

— Я — Санаэ.

— Котаро и Санаэ. Хоть это и лишь до тех пор, пока мы не закончим с моим делом, надеюсь, что мы сможем поладить.

Услышав их имена Кириха вежливо поклонилась.

— Как вежливо.

— Д-давай поладим.

Котаро и Санаэ также ответили поклоном.

— В первую очередь, я хотела бы принести извинения. Прошу прощения за такое появление — я лишь хотела избежать лишней суматохи.

— Пожалуйста, поднимите голову, Кириха-сан.

Котаро также был любезен с Кирихой, всё ещё вежливо склонившей голову.

— Мы бы хотели выразить признательность за ваше великодушие. Спасибо вам, Котаро.

Кириха подняла голову с улыбкой на губах. Её искренняя манера поведения и любезная поза развеяли насторожённость Котаро.

У неё странная одежда и твёрдый тон, однако, по крайней мере, похоже, что она может должным образом поддержать беседу.

Вчерашнее столкновение с Юрикой и позавчерашнее с Санаэ были катастрофой, но появление Кирихи оставило хорошее впечатление.

— Итак, Кириха-сан, какое у вас здесь дело? И почему вы вошли из-под--

— Эй, Котаро!

— Ох, в ч-чём дело, Санаэ?

Мрачная физиономия Санаэ вклинилась между беседующими, прервав Котаро.

— Твоё отношение к ней совсем не такое, как при встрече со мной и с Юрикой!

— Конечно. Всё же, отношение другой стороны тоже отличается.

— …Ага~ Я вижу тебя насквозь~

— Ч-чего это?

— Это из-за той большой груди, не так ли? Извращенец!

— Э? Разве у Кирихи-сан большая грудь?!

— Если не заметил, то и не смотри-и-и!

Англо-японский словарь, отправленный в полёт Полтергейстом Санаэ, быстро достиг головы Котаро.

— …Н-не будь так безрассудна!

— Обычно мы всегда так поступаем!

— Тогда и не злись, когда тебя выкинут из беседы!

— Грр… Я всё ещё чувствую, что что-то здесь нечисто! Хм, неважно, мне всё равно!

Будто не желая слушать снисходительные поучения Котаро, Санаэ угрюмо отвернулась.

— …Я могу продолжить?

Кириха, в изумлении наблюдавшая за парочкой, прочистила горло лёгким кашлем и поправила позу.

— Простите, Кириха-сан.

— Ничего. Я здесь единственная, кто безрассуден — появляясь в такое странное время из такого странного места. Не стоит беспокоиться.

— Я ценю ваши слова. Кириха-сан, спрошу снова: в чём причина вашего прибытия сюда? И почему вы вошли из-под пола?

— Чтобы объяснить это, мне нужно начать с объяснения о том, кто я.

Кириха уставилась прямо на Котаро и смело начала говорить.

— Я из жителей Земли, и, как вы уже могли догадаться, мы живём в этой планете.

— Хм… Но разве не все такие?

Котаро не понимал, о чём говорит Кириха, и потому ответом ей было выражение недоумения на его лице. Как правило, все люди живут на планете.

— Это не то что я имела ввиду. Мы живём не на планете, а — буквально — внутри неё.

— Э?! Это значит, что ваши люди живут под землёй?

— Верно. Для простоты можешь звать нас подземными людьми. Мы живём под землёй, причём вполне самодостаточно.

— Ты же не…

— П-подземные люди?!

Не только Котаро, но и Санаэ, прежде глядевшая в сторону, уставились на Кириху в изумлении.

— Что кому-то вроде тебя понадобилось от нас?!

Санаэ с грохотом опустила руки на чайный столик и наклонилась в её сторону.

— Успокойся, Санаэ. Я ещё не разложил вещи, так что здесь очень тесно. Не дёргайся чересчур.

— Ах, п-прости…

Получив выговор от Котаро, Санаэ вернулась на своё место.

— Цель нашего визита сюда не в вас и, даже, не в этом здании.

— Что это значит?

— Изначально наше племя жило в горах этой местности. Однако, когда ваши предки начали массово использовать металл и добывать его из нашей горы, нам пришлось переселиться под землю.

— И так вы стали подземными людьми?

— Да, это было последствием. Спустившись под землю, наше племя планировало вернуться на поверхность в кратчайшие сроки. Тем не менее, они неожиданно нашли подземелье удобным для жилья. Часть племени решила остаться под землёй — эти самые люди и были моими предками.

— Хмм…

В свете появления из-под земли, слова Кирихи звучали довольно убедительно. Оставленная в полу дыра, казалось, вела в самые глубины Земли.

— И недавно мы совершили историческое открытие.

— Историческое открытие? Что именно?

— По случайности была обнаружена одна книга. В ней было указано место алтаря, где покоились души наших предков. Мы искали его бесчисленные годы.

— Значит, вы вышли на поверхность ради поисков алтаря?

Кириха кивнула в ответ.

— Верно. Однако, расположение алтаря было дано точно, так что нужды в поиске нет.

— Значит, твоё дело почти завершено.

— Повезло вам, Кириха-сан.

— Всё не так просто, — Кириха с грустью опустила брови и покачала головой. — Больше всего нам бы хотелось восстановить наш алтарь. Однако, есть проблема с его местом.

— Местом?..

— У меня плохое предчувствие…

Санаэ скорчила недовольную мину.

— На самом деле, наш алтарь был бы расположен в центре этой комнаты.

Слова Кирихи полностью подтвердили опасения Санаэ.

— Что означает, Кириха-сан…

— Да, Котаро. Не могли бы вы, пожалуйста, отказаться от этой Комнаты ради нас? Это важно, чтобы алтарь был в том же месте.

— Я знала! — подскочила Санаэ. — Конечно же мы не отдадим её! Я не позволю тебе строить здесь какие-то непонятные алтари!

Санаэ была против того, чтобы кто-либо строил алтарь у неё дома.

— Мы не станем насильно выселять вас. Наше племя имеет свою гордость и традиции. Мы не хотели бы перекладывать на вас свои проблемы, так что готовы предложить в обмен достаточную компенсацию, чтобы найти другое жилище. Карама, Корама, пожалуйста, внесите.

— Ясно-хо*!

— Понял-хо, сестрица!

Две маленькие тени появились из дыры.

— Ч-что это?!

— Х-ханива*?

— Хо~

— Хо-хо~

Это были две маленькие ханива, примерно по 30 сантиметров ростом, с гладкими телами и очаровательными мордашками. Вдвоём они несли блестящую золотом металлическую глыбу. «Хей!» — «Хо~» — «Хей!» — «Хо~». Издавая странные звуки, эти двое тащили глыбу в сторону замерших Котаро и Санаэ.

— Какие милашки!

— Ч-что они такое?!

— Не стоит удивляться. Эти двое – мои слуги. Они похожи на тех механических кукол, которые используют ваши люди.

— Хо-! Я — Карама-хо!

— Привет-хо! Я — Корама!

Опустив глыбу перед Котаро, двое радостно помахали.

— Подумать только, что это — роботы…

— Привет, Карама-чан, Корама-чан!

Котаро и Санаэ были изумлены. Если верить словам Кирихи, то эти двое были роботами. Однако, в них ничто не выдавало механической сущности — несмотря на то, что их тела, похоже, и были сделаны из керамики, они свободно могли двигать конечностями. В контрасте с симпатичным внешним видом, они, должно быть, были сделаны с применением продвинутых технологий.

Сердце Санаэ было похищено милыми роботами.

— Увидь это Маккензи, он бы рыдал от счастья.

— Котаро, Санаэ. Эта металлическая глыба — чистое золото. И, хотя в процессе отливки было примешано немного платины, я не думаю, что это снизит её ценность. Мы предлагаем это вам взамен за передачу Комнаты.

— Это з-замечательная сумма, Кириха-сан!

Узнав о том, что металл перед ним — золото, Котаро был вновь шокирован. Золото стоит по несколько тысяч йен за грамм, а здесь должно быть не меньше десяти кило.

Это означало, что всё это золото будет стоит несколько десятков миллионов йен.

А это была сумасшедшая цена за Комнату.

— Это лишь ради доказательства серьёзности наших намерений. Если это создаст какие-либо неудобства, мы можем перевести сумму в японские йены, как насчёт такого? Вы были бы готовы отказаться от этой комнаты ради нас?

— Столько золота… Что я делаю?! Нет! Это невозможно! Это, ведь, мой дом! Котаро, скажи что-нибудь тоже!

— Хмм…

Санаэ немедля отказалась, однако с другой стороны Котаро скрестил руки в глубоком раздумье.

— Эй! О чём это ты размышляешь?!

— Ну, зная её обстоятельства, думаю, что может было бы и неплохо сотрудничать с ней.

— Котаро! Ты уверен?!

Услышав его ответ, Кириха просветлела от радости и поднялась. Украшения на её одежде пронзительно прозвенели — как и металлическая глыба, по всей видимости они были изготовлены из золота.

— Так ты не только за грудь, но ещё и за деньги продался?!

— Ты не права! Я не могу принять столько… Хотя, если я перееду, то мне всё же нужны будут хоть какие-то деньги — если я не смогу выживать после переезда, то это будет бессмысленно.

— У тебя есть на это право.

— Когда я велела тебе убираться, ты отказался! Почему ты слушаешься эту грудастую женщину? Разве большая грудь настолько хороша?!

— Не делай из меня какого-то извращенца! Я не против сотрудничать только потому, что её мотив и подход приемлемы!

— С чего это?!

На тот момент Котаро не видел ничего плохого в сотрудничестве с Кирихой. Она была очень вежлива и чётко разъяснила свои мотивы. Также она сказала, что предоставит необходимую компенсацию для переезда. К тому же её притязания имели серьёзную причину — восстановление алтаря для поклонения своим предкам.

У него не было причин отказывать кому-то, кто лишь хотел отдать дань почтения пращурам.

— Санаэ, скорее всего ты не захочешь переезжать, но разве нельзя найти какой-нибудь компромисс? Даже если ты останешься здесь, алтарь ведь не будет причинять неудобства, верно?

— Мм… Ну, мешать-то он не будет, но…

Санаэ мельком глянула на Кириху — кроме этой большой груди, у Санаэ не было причин ненавидеть её. Таким образом, под уговорами Котаро, её мнение понемногу начало меняться.

— Так что, простишь её? Она-то не собирается проводить здесь вечеринки, в отличие от некоторых.

— Я поняла… Переживу, — и Санаэ наконец сдалась.

— Ах! Значит, вы согласны! Котаро, Санаэ!

Выражение Кирихи просветлело ещё больше.

— Да.

— Мне это действительно не нравится, но что поделаешь — таковы обстоятельства.

Теперь Санаэ предстояло сосуществовать с алтарём.

— Спасибо вам обоим! Так мы сможем перейти ко Второй части немедленно!

— «Второй части»?

— Что это?

Оба Котаро и Санаэ склонили головы в удивлении после слов Кирихи.

— Операция по вторжению на поверхность. Активировав алтарь, мы сможем концентрировать большое количество духовной энергии! А с ней будет возможно массовое производство духовного оружия, вроде Карамы и Корамы!

— Ч-ЧЕГО-О-О?!

— ВТОРЖЕНИЕ НА ПОВЕРХНОСТЬ?!

— Верно. Не стоит волноваться — вы, двое благодетелей, будете приняты как гости. Здесь абсолютно не о чём беспокоиться.

Кириха приняла их удивление за беспокойство о самих себе. Конечно же, это не было действительной причиной их паники.

— М-минуточку! Всмысле?! Вы хотите восстановить алтарь на памятном месте ваших предков для того, чтобы захватить поверхность?!

— Верно… А что здесь не так?

Удивлённая неожиданной реакцией Котаро, она удивлённо смотрела на него, лишь моргая.

— Никаких ‘что’ или ‘как’! Я забираю свои слова обратно! Я никогда не отдам вам комнату!

— Отлично сказано, Котаро!

— Котаро?! Что случилось? Мы же так хорошо сотрудничали буквально минуту назад!

— Я безоговорочно отказываю! Я не могу взвесить на себя ответственность за допущение захвата поверхности планеты!

Глядя на Караму и Кораму, даже он, не будучи профессором, мог понять — производство чего-то, вроде этого, требует высокоразвитой технологии. Если эти люди захватят поверхность, кто знает, что они предпримут. Котаро не хотел даже представлять себе это.

— Я думал, что по крайней мере ты будешь благоразумна! Но вот — просто так — сболтнуть такую глупость!..

— …Ясно. Такое сопротивление от тебя… Ну, у меня есть другой план.

— Собираешься использовать силу?!

— Ну, кто знает…

В отличие от Котаро, демонстрировавшего свой разъярённый вид, Кириха не вздрогнула перед ним. Вместо этого её губы собрались в подозрительную улыбку.

— Котаро, красная банка в ящике с приправами — это соль?

— Да…

— Всё же это была она…

Котаро нарезал капусту для ужина. Напротив него стояла Кириха в фартуке. Она ловко мешала содержимое сковородки и в то же время встряхивала соль в маленькой красной солонке.

— Котаро, тебе больше нравится, когда сильно посолено или слабо?

— …Мне больше нравится, когда сильно.

— Солёная пища вредна для здоровья. Давай постепенно начнём уменьшать её количество с завтрашнего дня. Ты живёшь сам, так что должен заботиться о себе.

Ласково улыбнувшись, Кириха продолжила помешивать сковороду — сейчас она жарила на ней овощи. Капусте, кромсаемой Котаро, вскоре также предстояло к ним присоединиться. Более того, в комнате работала рисоварка. Чуть ранее Кириха промыла рис. Сегодняшний ужин Котаро состоял из риса, небольшого количества мяса и жареных овощей.

— Ты закончил с капустой?

— Д-да.

— Тогда, пожалуйста, добавь её сюда.

Кириха уменьшила огонь и махнула Котаро.

— Не думала, что ты умеешь готовить, Котаро.

— Мой старик ничего не умел сам, так что…

Котаро выложил капусту на сковороду, и, когда оставшийся сок перемешался с маслом, раздалось громкое шипение. Это шипение пробудило в Котаро ностальгию.

Как же давно я в последний раз стоял на кухне вместе с кем-то…

В его голове пронеслось воспоминание о нём, стоявшем возле своей мамы на кухне. У неё всегда была ласковая улыбка на лице, прямо как у Кирихи.

— Котаро, в следующий раз, когда будешь крошить капусту, режь мельче. Будет трудно есть её так.

— …Ага.

Картина улыбающейся матери в его голове добавляла эффекта улыбке Кирихи, и Котаро послушно кивнул.

— Приготовь тарелки, я скоро закончу.

— Ага.

Котаро кивнул ещё раз и направился к полке. Звук сковороды и расставляемой посуды наполнил комнату — и продолжался, пока Кириха не потушила пламя. Затем, в своей обычной манере, она, продолжая улыбаться, позвала Котаро.

— Котаро, тарелки готовы?

— Готовы.

— Рис доварен?

— Ещё пару минут.

— Ясно. Передашь эту Комнату?

— Сей-- Конечно же нет! — из-за простого и привычного тона, Котаро чуть было не кивнул инстинктивно.

— Ясно. А жаль.

Она упоминала это так, как будто это была любая другая простая тема — умело и невзначай, в нужный момент, и Котаро не раз был близок к тому, чтобы согласиться с ней.

— Я не попадусь на такие уловки!

— Ты довольно сильный противник, Котаро.

Хотя Кириха и терпела неудачу в своих попытках, её это, похоже, не волновало.

— Хи-хи, похоже, что это будет долгая война.

— Что ты пытаешься провернуть?

Котаро был озадачен её атаками. В отличие от Санаэ, не имевшей каких-либо причин вовсе, или же Юрики с её невнятными мотивами, военный план Кирихи — попытаться достигнуть его разума и заставить согласиться — был проблемой.

— Я же говорила, разве нет? У нас есть своя честь и традиции. И использование грубой силы идёт наперекор им обеим.

— В таком случае, почему бы вам просто не бросить идею захвата поверхности?

— Мы просто возвращаем то, что по праву наше. Я же сказала – у нас есть честь и традиции. Желая вернуть свои территории, мы не держим обиды на местных. Мы знаем боль потерь, так что не будем атаковать здешних людей. Наш противник гораздо больше.

— И что, думаешь, я просто соглашусь с тобой?

И самой главной проблемой было то, что её внешний вид и убеждения были в высшей степени корректны. Для Котаро было бы гораздо проще, если бы это был кто-то, кто просто пытался проложить себе дорогу силой.

— Я заставлю тебя согласиться. У нас ещё много времени впереди.

Кириха прижала его своим выдающимся бюстом и провокационно глянула снизу вверх.

— Ч-чего?!

Между её подозрительным выражением и ощущением большой, мягкой груди, Котаро невольно отпрыгнул назад, а его сердце забилось сильнее.

— Мы прожили миллениум под землёй.

— И ч-что с того?

— Хе-хе, это значит, что мы ждали тысячу лет. Но на сколько хватит твоего терпения? Полгода? Год? Я сделаю всё, чтобы ты кивнул.

И она беспечно отправила ему воздушный поцелуй.

— Ух…

Курано Кириха. Таинственная девушка, пришедшая из-под земли.

Появился серьёзный противник.

Сейчас она была сильнейшим из врагов Котаро.

— Это ещё что?! Выпятила свою огромную грудь! И Котаро тоже! Зарделся от такой простой нападки!

Санаэ, заглянувшая в прихожую, чтобы разглядеть обстановку, неистовствовала. Она желала выпроводить Котаро, но имела сильную неприязнь к методам Кирихи, которыми сама воспользоваться не могла.

— Если ты передашь Комнату за что-то такое, я никогда не прощу тебя!

Из-за этого Санаэ не хотела, чтобы Котаро выселила Кириха; она уже давно забыла свою первоначальную цель.

— П-простите… — обратился кто-то к Санаэ.

— Чего?!

— И-и-и! П-простите, извините, я зря!

Голос принадлежал только что очнувшейся Юрике. Напуганная Санаэ, она расплакалась.

— Я не специально! Я просто хотела знать, что происходит!

— …Ах, верно, ты же тоже была здесь.

— Не-е-ет! Про меня совсем-совсем забыли!

— Достаёшь в такой важный момент… Прекрати же уже рыдать… Мда.

Парящая в воздухе Санаэ приземлилась перед Юрикой с уставшим выражением лица. Неохотно, она начала объяснять ситуацию.

— Эта женщина появилась из-под татами и теперь, не принимая во внимание меня, пытается заполучить этот номер. Она что-то рассказывала о подземных людях, захватывающих поверхность и собирающихся использовать этот номер в качестве базы.

— П-подземные люди?! Правда?!

— Зачем удивляться тому, что люди живут под землёй, верно? В отличие от тебя, она вполне порядочный человек.

— Ты ошибаешься! Это всё предубеждения! Почему вы мне не верите?! Вы же верите в подземных людей-захватчиков поверхности?!

— А ты пощупай свою грудь да спроси саму себя!

— Грудь?.. Хочешь сказать, что причина в большой груди?

Бросив взгляд на свою грудь, Юрика оглянула Кириху с Санаэ и расслабленно улыбнулась. Она была рада —тому, что занимала не последнее место.

— …Вспомни про грудь ещё раз, и ты не доживёшь до рассвета.

— Кья-я! П-прости! Мне жаль! Это всё моя вина!

Под угрозами Санаэ испуганная Юрика умчалась к гардеробу и в спешке задвинула дверь.

— …Все пришло в такой бардак.

Изначально всё, чего она хотела — выгнать Котаро. Однако, теперь ситуация начала развиваться в неожиданном направлении.

— В любом случае, Котаро, если ты клюнешь на уловки этой женщины, то пожалеешь!

Неизвестные чувства зарождались в её маленькой груди. Не зная об этом, Санаэ сжимала зубы, наблюдая за отношениями Котаро и Кирихи.

Котаро закончил расставлять тарелки и его желудок проурчал.

— Наконец-то, ужин…

Уже было почти десять часов вечера — не было ничего необычного в том, что его желудок урчал.

— Я извиняюсь, Котаро. Ради меня…

Одна из причин позднего ужина, Кириха, присела справа от Котаро.

— Если тебе действительно жаль, то убирайся отсюда.

— Этого я не могу… Кстати, Котаро, почему бы нам не поужинать вместе?

Перед ней были выложены обжаренные овощи, мясо, рис и мисо суп.

— Не хочу быть в долгу — нельзя терять бдительность, тем более — рядом с тобой.

— Хи-хи, ты и впрямь серьёзен. Похоже, что пора приняться всерьёз.

Котаро разделял ужин с Кирихой потому, что она помогла его приготовить.

— Эта женщина всего лишь помогла, а ты уже отдаёшь комнату? Здесь не за что быть в долгу (но если что, то считай наоборот)!

Напротив него сидела недовольная Санаэ. Ей не нравилось то, что Котаро и Кириха начинали ладить.

— Это неправда, я просто хотел укрепить нашу дружбу…

— Хмм, ну посмотрим.

Возле неё не было тарелки — призраки ведь не могут есть.

— Выглядит гораздо лучше, чем лапша в пакетах… — сказала Юрика, заливая свой стакан кипятком. Несмотря на большую величину расходов на проживание, лапша в стаканах продавалась довольно дёшево — по 98 йен.

На её грустную фигуру нельзя было смотреть без слёз.

— …Не хочешь немного?

— Э?!

И из-за этого Котаро почувствовал в себе милосердие.

— Я н-не помешаю?

— Ю- Юрика! Вода! Вода переливается!

— Кья-я! Простите!

Отвлёкшись на предложение Котаро, она забыла про свой стакан, и вода перелилась через край. Юрика положила чайник на столик и спешно вытерла горячую воду тряпкой.

— Какая же ты беспомощная…

— Простите, мне жаль! Я глупая и неуклюжая!

— Это неважно... Так что насчёт ужина — ты будешь?

— Ты всё ещё поделишься со мной после того, что я натворила?!

Почти плачущая Юрика посветлела и поспешила с уборкой разлитой воды.

— Да, можешь взять немного.

— Спасибо большое!

— Не нужно благодарить. Но взамен тебе придётся уйти после того, как поешь.

После этих слов её руки остановились, а улыбка застыла на лице.

— Я н-не м-могу уйти, так что поем лапшу…

Плечи Юрики разочарованно опустились. Однако, как будто ребёнок, она продолжила таращиться на блюдо Котаро.

— …Похоже, она сожалеет о своём решении.

— Не нужно сдерживаться. Можешь наесться досыта, а затем уйти.

— Ммм… — Юрика проглотила слюну, — Нет, Юрика! Ты не можешь проиграть этому искушению! Юрика, сражайся!

Она отчаянно пыталась переубедить саму себя, но запах вкусной еды продолжал искушать её. Она уже давно не ела ничего кроме лапши, и теперь искушение было невыносимым. Таким образом, Юрика продолжала глазеть на еду Котаро, пуская слюни.

— Просто сдайся. Всё, что тебе остаётся — убраться из этой комнаты.

— А-а-а! Рис! Мисо суп зовёт меня! Как жестоко, эта пытка чересчур!

Её живот громко проурчал, а тело, похоже, уже поддалось искушению.

— …Обед…

Глядя на снующих туда-сюда Котаро и Юрику, Санаэ оглядела все остальные блюда.

— Я не ела годами…

— В чём дело, Санаэ?

Котаро чувствовал, что с ней что-то не так, однако Санаэ не отвечала прямо. Спустя пару секунд она начала говорить.

— …Эй, Котаро и Юрика… Любой сойдёт, но…

— Что?

— Да-да, что?

Ответ Котаро был беспечным, Юрики – нервным.

— Можно мне овладеть вами?

Следующие слова Санаэ были неожиданностью.

— Овладеть?

И всё же, более неожиданным для Котаро была её серьёзность. Поэтому он не был так удивлён и хотел услышать подробное объяснение.

— НЕ-Е-ЕТ!!!

Однако, Юрика совсем не разделяла чувств Котаро.

— Я на хочу быть одержимой призраком, ни за что! Если ты хочешь кем-то завладеть, то пускай это будет Сатоми-кун, пожалуйста!

Оставив стакан с лапшой, Юрика поспешила закрыть дверь гардероба изнутри.

— Ну, как ты видишь, я — призрак, верно?

— Ага.

Не ожидая ничего более со стороны Юрики, Котаро с Санаэ продолжили беседу как ни в чём не бывало.

— Поэтому я не могу есть пищу, так?

— Верно. Ближе всех к этому будут подношения.

— Но, если я овладею кем-то, то смогу почувствовать вкус еды, которую тот ест.

— Санаэ, этот метод сработает лучше, если выбрать кого-то с той же длиной волны, что и у тебя. Не будет ли лучше взамен завладеть мной или Юрикой?

Прежде лишь наблюдавшая Кириха вступила в разговор.

— Это правда, но Юрика есть Юрика, и, Кириха, я отказываюсь делать это с тобой!

— Почему?

— Я знаю, что пожалею, если стану должником кого-то, вроде тебя!

— …Ну, я и не настаивала… — Кириха криво улыбнулась Санаэ.

— Вот так вот, так что, Котаро, пожалуйста!

— А что мне с того? К тому же, я не позволю тебе просто овладеть, а потом избавиться от меня.

Санаэ сложила руки и склонила голову.

— Пожалуйста! Я не буду избавляться от тебя! Я просто хочу вновь ощутить вкус еды!

— …Правда?

— Да! — она подняла голову и поспешно закивала. — Единственное, что я прошу — стерпеть боль в плечах.

— Боль?.. Не стоит говорить такое тому, кем собираешься завладеть.

— И если ты позволишь мне овладевать тобой пока ты ешь, то я не против перемирия! Так пойдёт, верно? Если твои плечи затекут, то я сделаю массаж!

— Перемирие…

Это было заманчивым предложением для Котаро. Оно означало, что число людей, от которых ему предстояло избавиться, уменьшится до двух, а самая агрессивная — Санаэ — будет сохранять покой.

И это всё за затёкшие плечи?.. Ладно

— Хорошо, я принимаю эти условия.

— Правда?!

— Ага, начинай. Я готов.

Сказав это, он похлопал по своим плечам.

— Угу!

Внезапно, Санаэ запрыгнула на Котаро.

— Ух?!

— Спасибо, Котаро!

Пускай её и называют приведением, кажется, что она почти как ребёнок… Хотя, думаю, она и есть ребёнок.

Вот, что он чувствовал, глядя на Санаэ.

В то же время дверь гардероба раскрылась, и изнутри показалось красное лицо Юрики. «…». Она тихо вернулась к чайному столику. Юрика чувствовала, что ситуация утихла, но стыдилась своего поведения.

— Итак, всё, что мне нужно — есть как обычно?

— Да! Подожди минутку, сейчас я завладею тобой!

Однако ни Котаро, ни Санаэ не обращали на неё никакого внимания — как и Кириха, наблюдавшая за ними двумя. Обычно, к этому времени Юрика уже начинала жаловаться, но, к счастью, сегодня было исключением.

— Оп! — Санаэ развернулась вокруг и прижалась к его спине, охватив руками шею, — Вперёд!

— Это и есть одержимость? Я представлял себе это совсем по-другому…

Котаро чувствовал её маленькое тельце на своей спине. Оно было тёплым, и он ощущал дыхание Санаэ возле своего уха.

Она питала слабость к богам удачи, могла ходить сквозь стены и атаковать Полтергейстом.

Без ошибки, она была призраком, но понемногу Котаро начинал думать о ней, как о чём-то большем.

— Угу! Ешь, Котаро!

В отличие от него, Санаэ была в очень весёлом настроении.

— Ладно, начнём есть.

— Да, начинай… Кажись, это не моя реплика.

— Хе-хе, чего это ты.

С Санаэ на спине, он приступил к еде.

С чего бы это…

Как ни странно, на тот момент Котаро не испытывал к ней ничего плохого.

— Ах, Котаро, вот этот просто восхитителен!

— Для меня большая честь принять твою похвалу.

— Эту сделала Кириха.

— Мм~ Пускай твоя одежда и странная, но похоже, что готовить ты уж точно умеешь… Хотя, вкус слишком сильный.

— Разве?

— Это вредно для организма.

— Смотри, Котаро, даже Санаэ так считает. С завтрашнего дня будем класть меньше соли.

— Хм.

Кириха присоединилась к ним, и они продолжили.

— …Выглядит вкусно… — печально наблюдала Юрика. — И, в сравнении с этим, я ем лапшу…

И грустью на лице она подняла крышку со стакана вермишели. Изнутри раздался аромат синтетических приправ.

– Ах…

Разочарованная этим запахом, Юрика дёрнула рукой и сорвала крышку наполовину. Она тут же попыталась оторвать и оставшуюся половину, но часть крышки всё же осталась, ещё более ухудшив вид стакана.

— …Сегодня было просто ужасный день…

После этих слов её одноразовые палочки лопнули, приняв разной длины формы.

— Котаро! Мисо суп! Мисо суп!

— Я слышу, так что успокойся.

— Он горячий; будь осторожен.

Глядя на получавшую удовольствие троицу, Юрика протянула палочки к кружке.

— Почему всегда я…

Жалея саму себя, она втянула лапшу.

— Она ещё и сырая…

Лапша за 98 йен чувствовалась чуть более солёной, чем обычно.

— Ну, а теперь пора возвращаться к делу.

— К делу?

Кириха задала вопрос, наливая себе чашку послеобеденного чая.

— К делу выставления тебя отсюда!

Санаэ усмехнулась над ней, расположив подбородок на плече Котаро.

— Санаэ, ты хочешь остаться жить здесь, поэтому и выгоняешь всех остальных, так?

— Да. Ну, сейчас у нас с тобой перемирие.

— Верно, и тебе, Кириха-сан, нужна эта комната ради восстановления алтаря.

— Это правда.

— И Юрика, ты хочешь провести здесь косплей-вечеринку с друзьями.

— Ты неправ!

— А я живу здесь, так что тоже не хочу переезжать. Да и нигде больше я не найду места с такой дешёвой арендой. Кроме того, если я просто передам эту комнату, то это приведёт к различным последствиям.

Если Котаро съедет, то продолжат плодиться слухи о призраках. Или же здесь начнётся вторжение или ежедневные косплей-вечеринки. Как друг Шизуки, он хотел предотвратить это любой ценой.

Понимаю, почему это место так ей дорого.

— Прошу, послушайте меня! Опасность на самом деле приближается!

— И никто не хочет получить её в бою… Хоть я и неплохой боец.

— Калечить людей — не моя цель.

— Всё же у нас сейчас перемирие.

— Я не буду проводить никаких вечеринок!

— И никто из нас не намерен отступать.

— Конечно.

— Это мой дом!

— Это опасно! Прошу вас, все, убирайтесь отсюда как можно скорей!

— Раз так, то нам нужно как-то это разрешить, Котаро. Помимо наших затяжных переговоров, в этой комнате находятся ещё двое. Такими темпами прогресс и вовсе остановится. Совершенно очевидно, что так мы никогда не придём к пониманию, так что нужно решить это путём, с которым смогут быть согласны все.

— Да, верно… Но этот способ…

Соглашаясь с Кирихой, Котаро огляделся вокруг.

Вот если бы сейчас здесь был Маккензи…

Для Котаро, бывшего человеком дела, а не слова, не было другого такого момента, когда он хотел бы заполучить мудрость Кендзи сильнее, чем сейчас. Но, с другой стороны, не мог же он просто вызвать копов. Если бы он завёл речь о призраках, подземных жителях и косплеерах, то они решили бы, что он сошёл с ума.

Котаро не мог положиться на других.

— Пожалуйста, послушайте! Я просто не могу принять это! Почему бы вам мне не поверить?! Волшебная энергия, собирающаяся здесь, опасна!

— У кого-нибудь есть хорошие идеи? Способ, с которым согласятся все…

— Это не так уж просто…

— Хмм… честный способ… Эй, Котаро, что насчёт такого? Сыграем в какую-нибудь игру, и проигравшему придётся уйти.

— Как я уже сказала, я не могу принять это! Прошу, послушайтесь меня!

— Справедливо решить этот вопрос за игрой — хорошая идея. Если оглянуться, в истории было множество примеров битв за территорию через игры.

— Секундочку! Я не хочу, чтобы такая важная вещь решалась игрой.

Кириха была на одной волне с Санаэ, чего нельзя было сказать о Котаро. Причиной этого было лишь то, что Кириха была умна, а Котаро — нет.

— Котаро, по-твоему лучше будет избить друг друга или продолжать бесконечный диалог?

— Драка… Диалог…

Глядя на Санаэ с Кирихой, Котаро отбросил идею с дракой. И, бросив взгляд на Юрику, идею с диалогом тоже.

— Хм, похоже выбора нет…

Несмотря на их битву при первой встрече, по какой-то причине сейчас Котаро не хотелось бить Санаэ. Обереги, полученные от Шизуки, были всё ещё в своей коробке.

Он недоумевал, имели ли слова Кирихи смысл или нет. Также он не думал, что диалог с Юрикой приведёт к чему-либо.

— Игра… Игра, ха…

Плечи Котаро на мгновение поникли, но он тут же опомнился и посмотрел на Санаэ.

— Ладно, Санаэ, если мы будем играть, то во что?

— Как насчёт чего-то простого, вроде камень-ножницы-бумага?

Она подняла палец, слегка кивнув. Но Кириха лишь покачала головой на это предложение.

— Камень-ножницы-бумага не подойдёт. Она слишком простая, и удача здесь будет играть слишком большую роль. Думаю, все согласятся, что нам нужна игра, где в центре будут способности человека.

— Значит, нам нельзя выбрать сёги или шашки? У всего есть плюсы и минусы.

— Я не играла ни в то, ни в другое.

— Игра, где сможет играть даже начинающий, где есть элемент удачи, но и где умения игрока выплывут наружу через несколько партий… Это классика, но что насчёт карточных игр?

— Карточных игр… вроде “козла”?

— Ну, это не обязательно должен быть “козёл”.

— Я не против. Я уже играла с Мамой и Папой.

— …Ладно… Называйте это косплеем или как угодно… Если вы исчезните отсюда, то сойдёт всё…

Котаро взглянул на них троих и глубоко вздохнул.

— …Отлично. Похоже, что мы договорились, так что остановимся на этом. Моя комната на кону, и я хочу как можно скорей покончить с этой нелепостью.

Котаро не мог ударить Санаэ, всё ещё висевшую у него на спине.

Он не мог переубедить Юрику.

И он совсем не был уверен в том, что сможет и дальше выдерживать хитрости Кирихи.

Котаро не оставалось выбора, кроме как согласиться.

— Возражений нет. Так что, Котаро, в какую именно игру мы будем играть?

— Посмотрим…

— Котаро, как насчёт того, чтобы мы вчетвером по очереди выбирали игру? Так будет по-честному.

— В таком случае, нам придётся ввести очки для мест.

— Действительно. В конце концов, придётся продолжать, пока очередь не дойдёт до каждого.

— У-у! Всё равно, никто не слушает моё мнение.

— Эй, Котаро, у нас ведь перемирие, так что давай работать вместе. Так будет легче, и после нам останется просто решить всё на словах.

— Валяй. Если я буду просто играть, то, скорее всего, продую Кирихе.

— Такое часто происходит в спорах за территорию. Хи-хи, похоже, что нельзя расслабляться. Не стоит ли нам двоим работать вместе, чтобы одолеть их?

— Д-да, пожалуйста!

Таким образом, игра на определение хозяина комнаты началась.

↑Служительница (жрица) синтоистского храма, занимается различной работой в храме, проводит религиозные обряды, там же и проживает. Традиционное одеяние мико состоит из длинной белой рубахи с широкими рукавами и красной юбки.

↑Эти «-хо» ханив — просто вербальный тик, вроде «-десу» или «-с» в русском («Извольте-с, а где барин, мы не знаем-с»)

↑ Глиняная фигурка, использовавшаяся в ритуалах и погребаемая вместе с покойниками. Считается, что внутри неё будет пребывать душа человека.

Четверг, 9 апреля

— Фух…

Котаро наконец-то успокоился, выпив чашку чая, которую налила ему Кириха.

— Проблемы всё прибывают, а я чувствую, что скоро свихнусь.

— В такие минуты просто выпей ещё одну чашку. Жаль только, что хорошего чайного листа я так и не нашла.

Санаэ же повисла у Котаро на спине и игралась уже пустой чашкой при помощи своего полтергейста.

«А ведь и с Санаэ, когда мы только познакомились, я тоже ссорился…»

Припомнив это, Котаро посмотрел на Теиа, которая сидела за чайным столиком напротив. По своему обыкновению, упрямая девочка вызывающе смотрела куда угодно, только не в глаза ему — лишь бы не встречаться взглядом. Котаро подумал, что ситуация до боли напоминает тот день, когда он впервые встретил Санаэ.

— Эй, Тюльпан.

— …Не смей звать меня этим дурацким именем! У меня есть прекрасное имя! Теиа!

Теиа сверкнула на Котаро глазами. Хотя была она куда настойчивее и упрямее Санаэ, надутые щёчки придавали ей по-детски милый вид.

«Я, конечно, не намерен отдавать комнату, но, кажется, веду себя мелочно. Она ведь ещё ребёнок…»

— Ну хорошо, Теиа.

— Обращайся ко мне «Теиа-сама» или «Ваше Высочество».

— Я не подданный твоего государства и становиться им не собираюсь. Подумай сама. Сейчас мы — враги.

— …Ладно, пусть так. И чего же ты хочешь?

— Пусть мы и враги, но давай не делать того, что не принесёт пользы ни тебе, ни мне.

— Например?

— Например, драться, пинаться или палить из лазеров. Тебе же самой будет плохо, если я умру, верно? Да и к тому же трудно представить, что принуждение силой поможет тебе доказать свои лидерские способности.

— …

Теиа нахмурила брови и замолчала. Она понимала, что Котаро прав, но эмоции с этим смириться не позволяли.

— Я, со своей стороны, тоже удержусь от того, чтобы выгнать тебя прямо сейчас. Давай договоримся терпеть друг друга хоть в какой-то мере, ладно?

— …

Теиа пристально смотрела Котаро в лицо. Два сильных чувства боролись внутри её маленькой груди.

— Ваше Высочество, временами без переговоров не обойтись.

— …Понимаю. Действительно, ссорой с тобой ничего не добиться.

В итоге именно Рут подтолкнула Теиа в нужном направлении.

— Если ты готов к переговорам, я воздержусь от насилия.

Теиа сделала это неохотно, но всё же согласилась с предложением Котаро.

— Меня это устраивает.

«Хм… Пока она не идёт на поводу у эмоций, с ней, похоже, вполне можно договариваться…»

По правде говоря, Теиа вполне могла захватить в заложники всю планету своим оружием и шантажировать им Котаро. Но пока голова оставалась холодной, она понимала, что действовать так не следует.

— Ну что ж, раз с этим мы разобрались, я бы хотела ещё раз определиться с нашим положением. Что скажете?

Дождавшись, когда стычка между Котаро и Теиа уляжется, Кириха внесла своё предложение.

— Возражений нет.

— Я согласна.

Санаэ и Юрика откликнулись сразу же.

— Давайте. Я уже и сам путаться начал.

Сначала Котаро был в комнате один. Но за каких-то четыре дня их стало уже шестеро. Тут любой запутается.

— Я не против. Хотелось бы ещё раз выслушать намерения каждой.

Теиа тоже покорно согласилась. Однако последняя из присутствующих, Рут, так ничего и не сказала. Она ведь была здесь лишь в качестве помощницы Теиа.

— Тогда начнём с Котаро. Он на данный момент — законный хозяин этой комнаты.

— А я? Я живу тут дольше, чем Котаро.

— С хозяйкой дома договор у Котаро. Я вовсе не собираюсь тебя забывать, Санаэ, но давай сначала выслушаем его.

— Уф, ладно. Куда деваться.

Санаэ надулась, но сдержалась. Всё потому, что её чувства к Котаро понемногу менялись, хотя сама она пока этого не сознавала. Случись всё это в день их первой встречи — Санаэ ни за что не уступила бы.

— Говори, Котаро.

— Хорошо… У меня всё просто. Я живу здесь, пока учусь. Поэтому уезжать не собираюсь. Плата всего пять тысяч иен в месяц — идеально.

— Плебей, сколько времени тебе ещё учиться?

— …Три года.

Слегка задетый обращением «плебей», Котаро всё же ответил Теиа.

— Столько я ждать не могу.

— Но уезжать я не намерен. К тому же я уже подружился с хозяйкой-сан. Если я передам комнату тебе, ей только прибавится хлопот.

У Котаро было две причины не съезжать. Первая — сугубо денежная. Вторая — Сидзука.

Пусть они знали друг друга всего пару дней, Сидзука встретила его радушно, и он чувствовал себя обязанным. К тому же они становились друзьями, и ему не хотелось легкомысленно отдать комнату и свалить все эти проблемы на её плечи. Котаро понимал, как много значит для Сидзуки этот дом, — потому и не мог просто взять и уйти.

— Вот и всё, пожалуй.

— С таким уклоном жизни и не отступишь, да?

— А мне всё же надо, чтобы ты уехал.

— Юрика, прибереги это до своей очереди, пожалуйста. Следующая — Санаэ.

— Я?

— Я подумала, что будет правильно говорить по очереди, в порядке появления.

— Ладно. Но и рассказывать у меня особо нечего. Я всё это время тут жила, поэтому вон меня отсюда тоже не собираюсь. — Санаэ равнодушно улыбнулась. — С Котаро у нас сейчас перемирие, а вот всех, кто мне помешает, я выставлю.

— З-завладев ими и убив?

— Если придётся… Хе-хе. А могу и сглаз наложить!

— Ааааааа-ии-и!

Санаэ зловеще ухмыльнулась, а Юрика застыла от ужаса. Забавляясь, Санаэ медленно двинулась к ней.

— Н-Не-е-ет!

— Стой! Подожди! Не убегай, Юрика!

Юрика уже собиралась, по своему обыкновению, нырнуть в шкаф, но Котаро поймал её за ногу и задержал.

— О-отпусти! Пусть тебя одного одержат, Сатоми-сан!

— Эй, хватит брыкаться! Не беги! Сначала хотя бы расскажи свою историю!

— Но призрак! Призрак сейчас нападёт!

— А я тебя, может, съем!

— Кяаа-а-а! Не-е-е-е-ет!

— Санаэ, прекрати! С таким подходом мы ни к чему не придём!

— Те-хе, простите.

Санаэ высунула язык и вернулась на своё место.

— Не-е-е-ет!

— Юрика, успокойся! Санаэ уже не собирается на тебя нападать!

— Отпуусти!

Однако Юрика, словно ослепшая, продолжала вырываться. Пока она лягала Котаро что есть силы, гнев в нём понемногу закипал.

— Гх! Вот почему я ненавижу косплейщиков с весенним обострением!

— Если не остановить такое поведение, репутация косплейщиков во всём мире будет только портиться. А ведь они по большей части добрые люди…

— Я не косплейщица!

Юрика выкрикнула это на автомате — и это наконец вернуло её в реальность. Заметив, что все смотрят на неё холодно, она залилась краской стыда.

— А-а, эээ…

— Фух. Да уж…

Котаро вздохнул, отпустил её ногу и вернулся за столик.

— Молодец, Котаро.

— Не от тебя мне это слышать, Санаэ!

— Ой, да не кипятись ты.

— Тьфу.

— Те-хе.

Санаэ и бровью не повела, когда Котаро на неё прикрикнул.

— Извините, что устроила такой переполох.

Виноватая Юрика тоже вернулась на своё место.

— Что ж, теперь твоя очередь, Юрика. Расскажи нам, зачем ты сюда пришла.

— Она хотела устроить здесь косплей-вечеринку с подругами, так ведь?

— Думаю, да. Наверняка дешёвая аренда и подкупила.

— Вы ошибаетесь! Сюда придут люди, которые хотят заполучить магическую силу, что переполняет эту комнату! Мне нужно, чтобы вы все отсюда сбежали, прежде чем это случится!

— Ладно, ладно. Такова предыстория твоей вечеринки, ага?

— То, как ты стоишь на своём, достойно уважения, но, пожалуйста, не пытайся забрать себе эту комнату ради подобного.

— Честно говоря, даже мне тяжело иметь дело с Юрикой.

— Это не так! Почему вы никогда не слушаете, что я говорю?!

Юрика отчаянно пыталась достучаться до них, но ни Котаро, ни остальные ни на йоту ей не верили.

— А это разве не очевидно?

— Ну да. Никто ведь всерьёз не верит в магию. Это просто нереально.

— И вдобавок, называя себя девочкой-волшебницей любви и справедливости, ты постоянно удираешь, оставляя Котаро на жертву. Это уж точно не в духе героини справедливости.

Здравый смысл, реальность и трусость. На Юрику работало слишком много против неё факторов, чтобы кто-то мог поверить в её историю.

— А-а-а-ай! Я не вру!

— Не волнуйся, Юрика. — Теиа склонилась к ней и похлопала по плечу. — Я тебе верю.

— Правда?! — Унылое лицо Юрики просияло. — Ты веришь в магию?!

— Конечно.

— И что я девочка-волшебница? И что сюда идут враги?

— Да. Разумеется.

— Спасибо огромное! Я всегда думала, что найдётся тот, кто мне поверит!

Юрика схватила Теиа за руку и принялась яростно её трясти. По её щекам текли слёзы радости.

— Не за что. Вот только уедешь ли ты взамен?

Однако следующие слова Теиа заставили лицо Юрики застыть.

— А? — Юрика заметно растерялась. — Ч-Что ты хочешь этим сказать?

— Я всего лишь говорю, что верю твоему рассказу. А значит, ты можешь уехать отсюда со спокойной душой. С твоими врагами я сама разберусь, так что волноваться тебе не о чем.

— П-подожди-ка! То есть…

— Ты хочешь выжить её дипломатией. Хоть сама ни капли ей не веришь, скажешь, что веришь, — лишь бы её выторговать… Умно, инопланетная принцесса.

Кириха вмешалась на стороне Юрики.

— Хе-хе, королевский род может не только силой действовать.

И Кириха попала в самую точку.

— Э-это просто жестоко! Вы все только и делаете, что меня дразните! Почему?! Вам нормально с призраком, подземной и инопланетянкой!

Юрика снова расплакалась.

— Это же дискриминация! Это нечестно! Я требую равного отношения!

Юрика поднялась с места, запрыгнула в шкаф и громко захлопнула за собой раздвижную дверцу.

— А-а-а-а…

Её плач доносился из-за створки.

— Ну что ж, я следующая.

— Кириха, зачем ты сюда пришла?

Остальные поспешили двигаться дальше.

— У-у! Я же ещё здесь!

От этого Юрика только больше расстроилась.

— Я пришла сюда, чтобы восстановить алтарь, где поклонялись моим предкам.

— О, так для тебя это священное место?

— Но ты ведь восстанавливаешь его только для того, чтобы вторгнуться на поверхность, верно?

— Именно. Восстановив алтарь, мы сможем эффективно собирать духовную энергию. А массовое производство оружия на её основе позволит нам вернуть утраченную славу.

— Значит, политически наша цель схожа с моей. — Теиа удовлетворённо улыбнулась.

«Вот он, мой враг. И, похоже, умна… Это будет интересно».

Теиа втайне радовалась, что у неё появилась достойная соперница.

— Наконец, твоя очередь, Теиа-доно.

— Да, мои причины я уже называла. Я пришла сюда как часть церемонии, призванной доказать мою состоятельность. Я требую право собственности на эту комнату, а также преданность её жильца-плебея.

Теиа ткнула пальцем в Котаро. Ответить ему было чем, однако он решил пока сдержаться.

— Стало быть, все мы, в конце концов, метим на эту комнату.

— Похоже на то.

Котаро и Санаэ хотели здесь жить, Юрика — устроить вечеринку, Кириха — восстановить алтарь, а Теиа — получить комнату во владение.

— Иными словами, вы все пришли захватывать мою комнату.

— Если говорить проще, то так и есть, — вставила Рут.

Пять девушек охотились за комнатой Котаро. У каждой была своя цель, но все они хотели забрать её у него.

— Так что же нам делать? Ни одна из вас не готова ни драться, ни уезжать. Опять играть в игры?

Было у них и ещё нечто общее: ни одна не желала драться с Котаро. Потому раньше они уговорились решать споры играми. Но это было до появления Теиа.

— Охо-хо, игры — это даже неплохо. Войны былых времён именно так и велись.

— То есть ты согласна решать это играми, Теиа-доно?

— При одном условии. — Теиа уверенно кивнула.

— Условии? Каком?

— Хе-хе-хе, я буду играть только с этим плебеем.

— Что ты имеешь в виду, Теиа-доно? — выражение лица Кирихи стало серьёзным.

— Всё просто. Если я сяду играть сейчас, у меня один шанс из пяти. А вот когда остальные захватчицы выбудут, шанс станет один к двум. Оставим плебея в стороне — играть с остальными мне нет никакого смысла!

— Вот, значит, как ты задумала!

— И ты правда веришь, что сможешь победить?!

Напряжение в комнате возросло, когда Теиа встала с бесстрашной улыбкой.

— Разумеется! Да я и в прошлый раз вот-вот должна была выиграть.

— Ну не знаю. Я уже подготовила оружие, которое против тебя подействует. Карама, Корама!

— Хо!

— Да, хо!

Откликнувшись на зов Кирихи, два ханива появились перед нею. Их облик чуть-чуть изменился по сравнению с прошлым разом. У одного на поясе висел меч, у другого возле рта виднелось что-то похожее на бородку.

— Катана духовной энергии и пушка духовной волны готовы! Хо!

— Анэ-го, поручите это нам! Хо!

— Это значит, что ни одна из нас не сможет заблокировать атаку другой.

Кириха неторопливо поднялась и объявила это с такой же бесстрашной ухмылкой, как и у Теиа. Катана духовной энергии и пушка духовной волны были сродни пси-силам Санаэ. Поскольку Санаэ умела сверхъестественно проходить сквозь барьер Теиа, эти орудия тоже действовали на неё.

— Какая дерзость…

— А значит, победа будет за мной и Кирихой. Меня ты всё равно не поранишь — я же призрак.

Санаэ взлетела в воздух и создала блуждающий огонёк. Пока она разряжала электричество, огонёк разрастался.

— Голубой Рыцарь, активировать «Мысленный импульс» и «Моторную пушку» системы противопехотного вооружения.

По команде Теиа над её плечами вновь возникли два маленьких диска.

— На меня эти штуки не подействуют.

— Это мы ещё посмотрим. — Теиа оставалась уверенной. — Даже у призрака есть сознание. А пока у меня есть оружие, бьющее по сознанию, я смогу тебя одолеть!

— Тьфу ты, неужели есть что-то, чего инопланетяне не умеют?!

Санаэ в досаде топнула ножкой, пока Котаро и Рут повышали голос.

— Э-эй, стойте! Вы что, прямо тут драться собрались?!

— Ваше Высочество, прошу, прекратите!

— Отойди, Котаро! Кажется, эту инопланетную принцессу всё-таки придётся устранить!

— Если будете путаться под ногами, вам же достанется!

— Просто стой в стороне, плебей! Сейчас я покажу тебе, насколько сильна твоя госпожа!

— О-остановитесь! Только небеса знают, что случится, если вы устроите настоящую драку!

— Ваше Высочество! Прошу, остановитесь, Ваше Высочество!

Но трое девушек не вняли отчаянным мольбам Котаро и Рут. Они продолжали сверлить друг друга взглядом, и напряжение становилось всё плотнее.

— Ч-что тут происходит?!

В тот самый миг, когда ничего не понимающая Юрика распахнула дверцу шкафа, началась схватка.

— Победа за нападающим!

— Вперёёёд!

— Корама, пушку духовной волны!

То, что за этим последовало, иначе как катастрофой не назовёшь.

— Осторожно, Рут-сан!

— Ч-что?!

Одна из шальных пуль, вылетевших из чёрных дисков над плечами Теиа, понеслась прямо к Рут, которая не обращала внимания на бой. Котаро инстинктивно прыгнул и сбил её с ног, втолкнув в коридор, ведущий к входной двери.

— Кяа-а-а!

Падение на пол отозвалось лёгкой болью, но, к счастью, пуля прошла над ними.

— С-спасибо, Сатоми-сама…

— Не зевай, Рут-сан!

— Прошу прощения. Хоть я и охрана, в бою от меня толку мало…

Котаро помог Рут подняться, и в коридор, спасаясь, прибежала и Юрика.

— Ч-что происходит?! Футон в шкафу только что прожгли насквозь!

— Тюльпан задумала уменьшить число обитателей в комнате, прежде чем разбираться со мной!

— Погоди, так в игры мы не играем?!

— Она хочет загнать меня в угол в одиночку, чтобы повысить свои шансы!

— Н-но это же ужасно! Значит, на меня тоже будут охотиться?!

— Не переживай. Ты, скорее всего, вообще не у неё на прицеле.

— У-у-у-у! Это мне тоже не нравится!

С начала боя между девушками прошло уже несколько минут.

— Фуахаха! Что, струсили? Думаете, с такими жалкими силёнками меня одолеть?

— Кириха, что нам делать?! Это какой-то кошмар!

— Мы тоже не сдадимся. Сохраняй спокойствие и ищи брешь!

Санаэ и Кириха объединили силы против Теиа, но превосходство в огневой мощи практически уравнивало шансы.

— Да что же делать? Так комнате скоро конец!

Понимая это, Котаро начал паниковать. Ни одна сторона не получала решающего перевеса, а комнате доставалось больше всего. По всей квартире виднелись подпалины и следы от пуль. Настоящим чудом было уже то, что до сих пор не вспыхнул пожар.

— Сатоми-сама, берегитесь!

— А?!

Стоило Котаро выглянуть во внутреннюю комнату, чтобы оценить обстановку, как в него полетел огненный шар, выпущенный одним из ханива. Снова шальной снаряд.

— А-а-а! Я умру!

— Быстрое заклятие — «Огненный шар»! Модификатор нацеливания: автоматическое наведение!

Пригнувшись и прикрывая голову, Котаро услышал голос Юрики.

— Что?!

В следующее же мгновение метла в её руке заалела, и с её кончика сорвался второй огненный шар. Он понёсся навстречу первому.

— Хьяа!

Два шара столкнулись в воздухе и взорвались. Прямого попадания удалось избежать, но пламя от взрыва всё равно накрыло Котаро.

— Я сейчас сгорю! Сгорю заживо!

— «Щит пламени»!

Однако по какой-то причине пламя Котаро не обожгло.

— А? Не горячо?

Удивительно: пламя гасло сантиметрах в десяти от него. Котаро окутало жёлтое сияние. Коснувшись света, огонь гас.

— Что это…?

— Сатоми-сама!

— Вы целы, Сатоми-сан?!

Рут и Юрика втащили опешившего Котаро обратно в коридор.

— Это опасно, Сатоми-сан! Не высовывайтесь из-за угла посреди боя! Что было бы, не успей моё заклинание вовремя?!

— Что?! Так это была ты, Юрика?

Глаза Котаро изумлённо расширились.

— Да! И огненный шар, и свет, который сейчас вас хранит, — оба заклинания мои.

Юрика торжествующе улыбнулась, глядя на его удивлённое лицо.

— Ты, ты правда…!

— Да, я и вправду девочка-волшебница!

Глаза Юрики сияли предвкушением — она ждала следующих слов Котаро.

— Ты правда идиотка!

— …А?

Улыбка Юрики застыла. То, что сказал Котаро, было полной противоположностью тому, что она ожидала услышать.

— Мы и так почти горим, а ты ещё огонь огнём тушить вздумала?!

— А-а-а?! Вот что тебя задело?!

Юрика была глубоко обижена. Она искренне верила, что уж в этот раз Котаро просто обязан признать её девочкой-волшебницей. Вот сейчас, уж точно… Но реальность жестока.

— А что ещё?! Дура!

— А-а-а-у… Ну удивись же хотя бы, что я настоящая волшебница!

— Да мне сейчас не до того! У меня жизнь на кону! Или ты меня заживо спалить решила?!

— Нет, я ведь именно заклинанием не дала этому случиться!

— Да ну тебя… Некогда с тобой пререкаться.

Котаро махнул рукой на спор с Юрикой и бросился к входной двери.

— А-а-а… Я уже всё ненавижу… — Глядя ему вслед, Юрика присела на корточки в унынии. — И любимые мои плюшевые зверушки сгорели… Может, и правда перестать защищать эту комнату и всех в ней…

Единственной причиной, по которой комната ещё не разлетелась в щепки, было защитное заклинание Юрики. И именно поэтому никто из троих дерущихся не пострадал. Без Юрики они бы серьёзно поранились, сражаясь в такой тесной комнатке, откуда негде было деться. Не говоря уже о грандиозном пожаре, который уже бы давно вспыхнул.

— Обидно… Я-то думала, быть волшебницей — это что-то куда более благодарное дело…

И всё же её старания никто не признавал. В итоге главная защитница комнаты 106 сидела и дулась в одиночестве.

— Рут-сан, Юрику я оставляю на тебя!

Бросив хандрящую Юрику, Котаро выхватил биту из подставки для зонтов у входа и направился во внутреннюю комнату, где разыгрывалась ожесточённая схватка.

— Сатоми-сама, что вы собрались…?!

— Я остановлю Тюльпана — то есть Теиа!

— Прошу, не надо, Сатоми-сама! Если вы сейчас туда ринетесь, жизни вашей придёт конец!

— Если не сейчас — потом будет поздно! Страшно даже подумать, что будет, если бой выплеснется за пределы квартиры!

Котаро прекрасно понимал, насколько опасно соваться в самую гущу драки, но если не остановить её прямо сейчас, всё выйдет из-под контроля. Рано или поздно они выбегут на улицу. А там уже ничто их не удержит. Сейчас теснота квартиры вынуждала каждую из них сдерживаться. Это худо-бедно ограничивало урон. Но, вырвавшись на простор, они смогут разойтись во всю силу.

— Остановить их можно только сейчас! Времени на раздумья нет!

У Котаро не было уверенности, что он сумеет задержать их, если они окажутся снаружи.

— Сатоми-сама…

— Не бойся. Она ведь не может меня атаковать, верно?

— Это так, но…

Рут с тревогой оглянулась на внутреннюю комнату. Оттуда доносились голоса девушек и мелькали загадочные вспышки.

— Если я её удержу, двое других тоже прекратят драку. Рут-сан, это лучший способ защитить твою принцессу.

— Сатоми-сама… Вы…

Рут выглядела ошеломлённой, но всё же кивнула.

— Я поняла. Я вас поддержу.

— Ты уверена?

— Да. Ради Её Высочества.

Рут кивнула с улыбкой. От этой улыбки Котаро почувствовал, что она стала ему ближе.

— Я врываюсь и хватаю её.

— А я взломаю главную систему Голубого Рыцаря и опущу барьер Её Высочества. Поймайте Её Высочество, как только он ослабнет!

— Так и сделаем. Приступаем, Рут-сан. Времени мало.

Котаро, не тратя лишних секунд, рванул по коридору.

— Слушаюсь!

Рут не отставая принялась за дело.

— Я пошёл, Рут-сан!

— Барьер беру на себя, Сатоми-сама!

Котаро прыгнул во внутреннюю комнату.

Когда Котаро влетел в комнату, трое девушек как раз вели ожесточённую перестрелку. Однако из-за превосходящей огневой мощи Теиа двух других постепенно теснили.

— Это бесполезно! Я уже раскусила все ваши атаки!

— А как насчёт меня?!

Котаро бросился на громко смеющуюся девочку, которая к тому моменту уже превратила комнату в решето.

— Что?!

— Котаро! Зачем?!

— Назад, Котаро! Тебя же убьют!

— Вы все! Немедленно прекратите эту глупую драку! — Прокричав это, Котаро схватил Теиа за правое запястье. — Поймал!

— Что?! Барьер не работает?!

Защитное поле, которое оберегало девочку, оказалось бессильно — Котаро без помех её схватил. Этому помогло вмешательство Рут, опустившей барьер, как и было условлено, однако сама Теиа оказалась застигнута врасплох.

— Я не позволю тебе творить что вздумается!

Котаро потянул Теиа за руку и сверлил её взглядом.

— Дурак! Я же говорила, что не стану с тобой драться!

— Но если не прекратить этот бой, всё закончится катастрофой!

— Ну и что с того? Голубой Рыцарь, использовать только нелетальное оружие! Я не могу позволить себе случайно убить плебея!

— Как пожелаете, моя принцесса.

Подчиняясь приказу, орудия, видневшиеся в отверстиях над её плечами, сменились. Раз убить Котаро было нельзя, Теиа переключилась на нелетальное оружие на случай попадания по своим.

— Дело плохо.

Стало быть, Теиа всё ещё собиралась продолжать бой. Осознав это, Котаро отбросил биту и силой обхватил её.

— О-отпусти меня, дурак! Не смей ко мне так запросто прикасаться!

— Да чёрта с два я отпущу! Отпущу — ты снова нападёшь, верно?!

— Конечно!

Теиа рвалась вырваться, но Котаро не собирался её отпускать. Было ясно, что стоит её выпустить — и она вновь откроет огонь.

— Хорошо, Котаро! Продолжай её так держать!

— Санаэ?!

Повернув голову в сторону Санаэ, Котаро увидел, что она поднимает в воздух его телевизор.

— Стой, Санаэ!

Она собиралась швырнуть телевизор в Теиа. Котаро отчаянно попытался её остановить. Это был старый телевизор семьи Сатоми, который он забрал с собой при переезде, так что размера он был немаленького. Прямое попадание зацепило бы не только Теиа. Котаро тоже оказывался в опасности.

— Хья-а! «Санаэ-тян-Дроп»!

Но, увы, Санаэ пропустила слова Котаро мимо ушей и всё равно бросила телевизор.

— А-а-а-а!

— У-ва-а?!

Котаро метнулся на пол, не выпуская из объятий Теиа.

Телевизор пролетел над тем местом, где они только что стояли, прокатился по полу и, врезавшись в стену, разбился вдребезги.

— Идиотка! Ты нас обоих угробить собралась?!

— И-извини! Я просто поддалась настроению!

— Благодарю тебя, призрак! Твоими стараниями расклад изменился!

Воспользовавшись моментом, пока они катились по полу, Теиа вывернулась из рук Котаро и направила на него орудия. Стволы внутри чёрных дисков зловеще сверкнули.

— О нет!

— Карама, Корама! Заткните эти отверстия!

— Поручите нам! Хо!

— Есть!

— Огонь!

Когда орудия дали залп, оба ханива собой закрыли по одному отверстию. Удар Теиа пришёлся прямо по ним, но, поскольку стреляла она нелетальным, оба ханива остались невредимы.

— Опять вы?! Уф, как же вы надоели!

Лицо Теиа исказилось от злости, и она замахнулась левым кулаком. На руке у неё была металлическая перчатка, способная сбивать противника с ног, однако ханива предугадали удар, легко увернулись и вернулись к Кирихе.

— Спасибо, Кириха-сан. — Котаро поблагодарил Кириху, отходя подальше от Теиа.

— Не благодари меня.

— А?

По какой-то причине Кириха вдруг схватила Котаро и прижалась своей большой грудью к его спине.

— С этим я не проиграю.

— Что ты делаешь?!

Котаро прикрикнул на неё ещё до того, как успел как следует осознать ощущение её груди.

— Котаро, пока ты со мной, эта девчонка не сможет меня победить. Но я по-прежнему могу её атаковать.

— Хо!

— Хо, хо!

Двигаясь одновременно с её словами, оба ханива зависли перед Котаро и Кирихой.

— Кириха-сан, отпусти меня! Нет смысла продолжать драться!

— С этим я побеждаю, инопланетная принцесса!

— А ты хорошо всё продумала, Народ Земли или как тебя там!

Теиа скрипнула зубами и замерла. Как и сказала Кириха, в таком положении атаковать её было нельзя. Пока Кириха использовала Котаро как щит, Теиа не могла применить мощное оружие, а любое нелетальное всё равно остановили бы ханива.

— Эй! Кириха! Отпусти Котаро!

— Санаэ?!

Вот только у Кирихи не всё пошло по плану.

— Опять ты своей взрослой фигурой его совращаешь!

— Ты ошибаешься! Прекрати, Санаэ! Ты неправильно…

— И в чём же именно я неправильно?!

К сожалению, Кирихе не удалось переубедить Санаэ, и разъярённая девочка-призрак бросилась разнимать её и Котаро.

— Момент!

Разумеется, Теиа не упустила такой возможности.

— Голубой Рыцарь, устранить всех, кроме плебея!

— Как пожелаете, моя принцесса.

— А-а-а, прекратите! Комнату разрушите!

Котаро прыгнул в бой, чтобы остановить его, но от этого всё стало только хуже.

— …А?

Когда Юрика пришла в себя, она была одна у входной двери. Из внутренней комнаты по-прежнему доносился шум, а всю квартиру наполнил запах гари.

— Ой… Ой, нет! Магия сейчас развеется!

Юрика поспешно вскочила и вскинула метлу над головой.

— Если не наложу что-нибудь помощнее, комната не выдержит! Вернись в прежний облик, «Ангельский нимб»!

Пока она произносила слова, метлу окутал белый дым. Когда дым рассеялся, метлы в руках уже не было. Вместо неё в ладонях у Юрики был длинный посох. Как и метла, он был сплошь покрыт декоративными украшениями и явно создавался с упором на форму, а не на функцию. Как ни посмотри, посохом для ходьбы его точно не задумывали.

— Теперь ещё раз!

Юрика схватилась за посох обеими руками и зажмурилась, сосредотачиваясь.

— «Силовое поле»! Модификатор: область действия! Окончание: эффективность вдвое!

С последним словом с посоха ударил жёлтый свет. Он расходился всё шире, медленно дотягиваясь до пола и стен. Это было защитное заклинание, призванное уберечь и комнату, и Котаро с остальными от любого вреда.

— Фух, вот так… Теперь нам хватит на какое-то время.

Когда свет заполнил всю комнату, Юрика открыла глаза и вытерла лоб от пота.

— Может, и «Стихийный щит» на всякий случай?..

Юрика робко заглянула во внутреннюю комнату, где продолжалась битва.

Именно в этот момент без предупреждения распахнулась входная дверь.

— А?!

— Сатоми-кун, что здесь вообще происходит?!

На пороге стояла хозяйка Корона-со — Касаги Сидзука. Шум из комнаты 106 затянулся далеко за полночь, и она пришла посмотреть, что случилось.

— Э-это же сплошной кошмар! Что тут творится?!

Сидзука уже с порога поняла, в каком ужасном состоянии внутренняя комната. Увидев её, она застыла в потрясении.

— Что ты делаешь, Сатоми-кун?!

Сидзука сбросила с ног сандалии и помчалась во внутреннюю комнату.

— А, стой, туда опасно!

— Посторонним велено помалкивать!

— Кяа-а!

Сидзука отшвырнула в сторону пытавшуюся её удержать Юрику и впрыгнула во внутреннюю комнату.

— И-и-к!

Отлетев в стену, Юрика, как обычно, замерла. Сидзука это заметила, но сейчас у неё были дела поважнее.

— Что вы, в конце концов, устроили?!

Комната была обуглена и вся в пробоинах. А внутри Котаро и ещё несколько человек, можно сказать, устроили полный погром. Сидзука сразу смекнула, что это их рук дело.

— Хозяйка-сан! Опасно! Не подходите!

— Ч-что вы сделали с моим драгоценным Корона-со — с этим домом, который мне оставили мама с папой?!

Однако попытки Котаро её образумить в уши Сидзуке не долетали. Она была вне себя от ярости.

Вряд ли кто-то смог бы предвидеть удар Сидзуки.

— Хья-а-а-а-ах!

Едва вбежав в комнату, Сидзука приметила Санаэ и ударила её со всей силой.

— Кяа-а-а! Поче-ему?!

Молниеносный удар отшвырнул Санаэ, хотя та обычно была неуязвима для обычных атак. Не успев даже собраться, Санаэ не смогла защититься.

— Ха-а…

Однако на этом Сидзука не остановилась. Резко выдохнув, она использовала инерцию удара, крутанулась вокруг оси и выпустила круговой удар ногой.

— Ха!

— А-а-а-а!

Удар пришёлся по Кирихе и отбросил её в сторону. Кириха влетела прямо в Котаро, и это никак её не остановило. Наоборот, вместе они повалились у стены.

— К-кто ты?!

Теиа оцепенела, увидев внезапное появление Сидзуки и стремительную расправу над Санаэ и Кирихой.

— Я хозяйка этого дома. Больше я не потерплю этой свистопляски, которая мешает соседям!

В её жёстком тоне и решительной осанке не было ни капли обычной мягкости. Вот до чего она разозлилась.

— Я ни от кого не принимаю приказов! Атакуй её, Голубой Рыц…

— Ты слишком медленная!

Почувствовав, что Теиа собирается атаковать, Сидзука без пощады выбросила вперёд ладонь.

— Гья?!

Теиа не успела закончить приказ — её снесло быстрым и тяжёлым ударом. Она рухнула на татами побеждённой.

— Х-хозяйка-сан…?

Котаро не верил своим глазам. Он так намучился с девушками-захватчицами, а Сидзука расправилась с ними за считанные секунды. Да ещё и безо всякого оружия.

— Я… я этого не могу поверить…

— Кто она такая?! Она вообще человек?!

— Она смогла меня ударить?! Смогла коснуться, хоть и не Котаро!

Разумеется, девушки думали о том же. Каждая не могла поверить в столь стремительное поражение. Но, нравилось им это или нет, уроны они получили достаточные, чтобы не в силах были продолжать.

— Фу-у-у…

Закончив свою атаку, Сидзука перевела дух и повернулась к Котаро и прочим как ни в чём не бывало.

— И-ип!

Её пронизывающий взгляд заставил всех четверых оцепенеть. Каждой казалось, что сейчас их добьют.

— Сатоми-кун.

— Д-да!

Сидзука посмотрела на Котаро.

«Хорошая у меня была жизнь…»

Остальные девочки, сбившись в кучку, искренне радовались, что сейчас Сидзука смотрит не на них.

— Ч-чего ты хочешь, хозяйка-сан?..

Котаро, напротив, растерялся. Увидев подавляющую силу Сидзуки, он не мог унять пот.

— Если повторится что-то подобное, я попрошу тебя съехать.

— Д-да, понял!

Глаза Сидзуки были колкими, голос — холодным. От неё исходило то властное присутствие, которое она обычно ни с кем не показывала. Видя это, Котаро чувствовал, что жизнь из него вытекает.

— А теперь вы, трое!

— А-а-а!

Когда взгляд Сидзуки обратился к трём девушкам, они задрожали, прильнув друг к другу.

«— Простите, простите! Очень-очень простите!»

Три девушки хором извинились, разом растеряв всю спесь.

— Если ещё раз устроите бардак… вы понимаете, что будет, да?

— Да!

— Если испортите это здание или доставите неприятности другим жильцам — тогда… — Сидзука оборвала себя на полуслове и хрустнула пальцами. — Я, клянусь, заставлю вас пожалеть о дне, когда вы родились.

И Сидзука широко улыбнулась девушкам.

— И-и-и-и-к!

Девушки вскрикнули. Пусть Сидзука всего лишь улыбалась, от неё исходила неконтролируемая жажда крови. На этом фоне к Котаро она отнеслась ещё мягко.

«Она демон. Демон в человеческом обличье… Против неё нельзя идти…!»

Инстинкты девушек кричали им об этом. Но тут они вспомнили о Юрике, которая лежала неподалёку без сознания.

«Почему ты одна лежишь в отключке?!»

Девушки завидовали Юрике. Отключиться прямо сейчас казалось им лучшим исходом.

— Ну так что скажете в своё оправдание?

Сидзука заулыбалась шире, когда девушки не ответили. Немало мужчин нашли бы эту улыбку весьма привлекательной, но у троих она вызвала только ужас в груди.

— Я-я поняла! Больше не буду!

— Я с самого начала собиралась р-решить всё мирно. В-возражений нет. Ни малейших.

— Я знатного рода. Я н-ненавижу варварские методы вроде драки. Б-будьте покойны!

Ответы у каждой были свои, но сводились к одному: полная капитуляция перед Сидзукой.

— Очень хорошо.

И в самом деле — комната 106 Корона-со впервые за долгое время затихла.

Чайный столик, хоть и обугленный, чудом уцелел. Все семеро, включая Сидзуку, расселись вокруг него. Места теперь было меньше, чем когда-либо. Но никто не жаловался. И, кроме Сидзуки, все сидели строго и ровно. На лицах была сосредоточенность — от прежней лёгкости и духа не осталось.

— …Я поняла, в чём положение дел.

Выслушав рассказы четырёх девушек, Сидзука медленно кивнула.

— Призраки, косплейщицы, подземные жители и инопланетяне. В это трудно поверить, но, похоже, у меня нет выбора.

Сидзука была теперь сугубо по делу. Её тон совершенно не походил на тот, которым она встречала Котаро при вселении. Приветливая Сидзука исчезла, осталась одна суровость.

— Эм… Я-я не косплейщица. Я правда… — Юрика попыталась возразить против выражения Сидзуки.

— …Что ты сказала?

— Н-нет, ничего. Я косплейщица. Так и есть.

Но когда Сидзука на неё зыркнула, Юрика вздрогнула и отступила. Не стоять на своём в такие минуты — вот каким человеком была девочка-волшебница Юрика.

— Ещё раз: я поняла. Но как хозяйка я не могу закрыть глаза на этот шум. Я добьюсь, чтобы вы разрешили этот спор мирно.

Как хозяйка, Сидзука должна была где-то провести черту.

— Мы и не собирались драться с Котаро, но…

— С ней мы никогда не договоримся! Не так-то это просто — взять и всё мирно уладить, потому что ты так сказала!

— Да! Котаро — это одно, а с этой женщиной я ни за что не уживусь!

Однако девушки, у которых, кроме драки, ничего не получалось, не могли просто принять предложение Сидзуки.

— Тогда, может, вечный покой устроит прямо сейчас? Меня это тоже устроит.

— Хотя, если подумать, дракой всё равно ничего не решить…

— Т-ты права. Похоже, настало время объединить усилия…

— Я тогда стану пацифисткой!

Когда Сидзука улыбнулась и хрустнула пальцами, настроение девушек мигом переменилось. По их лбам струился пот, и они разом согласились с её предложением.

— Рада, что вы меня поддерживаете. А ты, Нидзино Юрика-сан?

— …

Юрика не ответила.

— Нидзино-сан?

— …

— Ты ведь не собираешься сказать, что хочешь продолжать драться?

— Эй, что с тобой?

Почувствовав новую угрозу от Сидзуки, Котаро посмотрел на Юрику.

— Юрика, просто скажи, что драться не хочешь. Не стоит класть жизнь ради косплея.

Котаро потряс её за плечи и шепнул это ей.

— …

Но Юрика так ничего и не сказала. Она просто опрокинулась на пол, когда Котаро её тряхнул.

— А-а-а-а! Юрика?!

— Она без сознания…?

— Бедняжка. Должно быть, перепугалась до смерти…

Под руководством Сидзуки Котаро и девушки согласовали несколько правил. Их тут же записали на бумагу. В основном они касались того, как мирно определить владельца комнаты. Среди прочего оговаривалось: не ломать Корона-со, не тревожить соседей, не драться за пределами квартиры, не затевать свару ночью. В итоге этот документ и стал известен как Коронская конвенция.

— Готово. Ты следующая, Теиа.

— Какое унижение. Хуже этого — только подписать такой документ…

Теиа взяла листок у Санаэ и с неохотой сняла колпачок с ручки.

— Потерпите, Ваше Высочество.

Рядом сидела Рут с кривой улыбкой.

— Можешь и не подписывать.

— Правда?!

Лицо Теиа просияло от неожиданного предложения Сидзуки.

— Но если не подпишешь, испытаешь вечный покой прямо сейчас.

Сидзука снова хрустнула пальцами.

— Н-нет, спасибо. Я согласна подписать этот документ! — Теиа торопливо заработала ручкой. Писала она на своём родном языке, поэтому прочитать могли только она сама и Рут. — Как особа королевской крови, я должна приносить мир! Моя гордость — ничто в сравнении с этим!

Хоть и не без нытья, все в итоге согласились поставить свои подписи.

— Хозяйка-сан, мне тоже расписаться?

— Разумеется. Ты нынешний жилец этой комнаты, но если будешь работать не по тем же правилам, что остальные, как же нам двигаться дальше?

— Да у меня и так с вами договор. И лазерных пушек с ханива у меня нет…

Следом за Теиа Котаро вписал своё имя.

— Сатоми-сан, передайте мне следующую, пожалуйста.

Дождавшись, когда Котаро закончит, Юрика протянула руку.

— …

Однако он лишь молча посмотрел на Юрику, не передавая ни ручку, ни бумагу.

— Ч-что такое?

— Хозяйка-сан, Юрике тоже надо подписать? — спросил Котаро.

— Ей ведь не обязательно, правда? В конце концов, это же Юрика, — подхватила Санаэ.

— Если подумать, Нидзино-сан может и не подписывать. Нет, пожалуй, ей и правда не нужно.

— Тогда, наконец, моя очередь…

— Я подпишу! Я подпишу! Дайте мне подписать!

Когда Котаро уже передавал ручку и бумагу Кирихе, Юрика выхватила их и торопливо нацарапала своё имя — Нидзино Юрика. Это было её настоящее имя.

— Тебе не обязательно из-за этого плакать, Юрика.

— Н-но… Я ведь тоже отношусь к этому серьёзно!

Получив наконец листок и ручку у плачущей Юрики, Кириха тоже поставила подпись.

— Готово.

Со всеми подписями документ вернулся к Сидзуке. В итоге там стояло пять имён: Котаро, Санаэ, Юрика, Кириха и Теиа.

— Превосходно. С этого момента правила официально вступают в силу. А если их нарушите… вы ведь помните, что будет?

Просмотрев бумагу, Сидзука обвела взглядом всех. Шестеро кивнули в унисон. Каждый прекрасно знал, что их ждёт в случае нарушения.

— Что же, все, я искренне надеюсь, что вы найдёте способ разрешить это мирно.

«А?»

В тот миг улыбка на лице Сидзуки показалась Котаро искажённой. А потом и не только она — вся комната как будто поплыла. В конце концов у него закружилась голова, и он потерял равновесие.

«Плохо дело…»

С этими мыслями Котаро стремительно провалился в забытьё.

— Сатоми-кун?!

— А-а-а! Котаро упал!

— Эй, сейчас не время спать! Проснись!

— Не трогайте его! У него страшный жар! Тащите футон и лёд!

— Я принесу аптечку!

— Я применю и-исцеляющую магию!

— Не выдумывай! Футон тащи!

— А-у-у…

Сознание Котаро погрузилось во тьму.

Услышав журчание воды, Котаро открыл глаза.

— А-а, что…?

Сначала Котаро удивился, обнаружив себя в футоне, но быстро вспомнил, что произошло.

«Точно. После того как я подписал документ, у меня вдруг закружилась голова, а потом…»

Часы показывали пять утра — значит, он проспал несколько часов.

— Вы проснулись, Сатоми-сама?

Над Котаро склонилась чья-то тень.

— …Рут-сан?

— Доброе утро, Сатоми-сама.

Она мягко улыбнулась и сменила мокрое полотенце у него на лбу свежим. Звук воды, который он слышал, — это Рут полоскала полотенце.

— Спасибо, Рут-сан.

Свежее полотенце было приятно прохладным.

— Нет, не стоит благодарить меня за подобное. Тем более — поблагодарите и остальных. Все очень беспокоились, когда вы потеряли сознание.

— А…

По настоянию Рут Котаро огляделся и увидел девочек. Все они сидели вокруг футона, уснув с усталыми лицами.

— Значит, вы все меня выхаживали…?

— Да. Касаги-сама тоже была здесь только что.

— И хозяйка-сан?

— Да. Но она сказала, что ей надо в школу, и, извинившись, ушла.

— Ясно. Сколько хлопот я ей доставил…

Котаро снова обвёл комнату взглядом. Санаэ крепко спала возле его подушки. Кириха спала с противоположной стороны. Юрика прижимала к себе подушку-валик. Теиа, похоже, неудобно было спать в её пышном платье.

Он думал о них только как о смутьянках, но, глядя на них сейчас, он чувствовал совсем другое.

«Может, они и не так уж плохи…»

Это было чувство благодарности за их доброту.

— Сатоми-сама, закройте, пожалуйста, снова глаза.

Не знал Котаро, догадалась ли Рут о его чувствах, но она нежно ему улыбнулась.

— Вы самый измотанный из всех нас. Последние дни вы себя не щадили, да? Отдохните, прошу вас.

— …Пожалуй, так и сделаю.

Котаро послушно закрыл глаза.

— Спокойной ночи, Сатоми-сама.

Он закрыл глаза, но всё же раскрыл губы.

— …Спасибо.

Эти слова предназначались не одной только Рут.

Пятница, 10 апреля

Харуми, вытянувшись, заглядывала сквозь маленькое окошко в двери класса 1-А.

— Сатоми-кун…

Суета перед классным часом была одинаковой в любом классе. Кто-то болтал с друзьями, кто-то доделывал домашнюю работу, кто-то читал… Каждый проводил утро по-своему.

— …А, вот он!

Харуми наконец приметила того, кого искала, — он сидел в глубине класса.

— Хорошо, Сатоми-кун, видимо, поправился…

Котаро вчера не пришёл в школу. Поскольку у них был кружок, он заранее позвонил и сообщил. Но Харуми всё равно за него переживала. Поэтому сегодня она и решила заглянуть и посмотреть.

— Смеётся… Значит, всё хорошо.

Удостоверившись в этом, Харуми отошла от окошка и направилась к классам второго года. Будучи такой стеснительной, как она, Харуми даже не подумала окликнуть Котаро.

— Так… Мне тоже надо сегодня постараться.

Видеть, что Котаро вернулся и здоров, — Харуми и этого было достаточно. А вечером они всё равно увидятся в кружке, так что спешить ей было некуда.

Котаро же, со своей стороны, как обычно болтал с Кэндзи и даже не подозревал, что Харуми приходила его проведать.

— А в школе-то, оказывается, спокойно. Слишком много шума — тоже плохо.

Котаро обвёл взглядом класс, и Кэндзи окинул его озорной улыбкой.

— И всё-таки это редкость — чтобы ты прогулял, Ко.

— Не говори так, будто я какой-то безмозглый качок.

— …Так ты же и есть.

После всего пережитого Котаро проспал целый день.

Санаэ появилась в воскресенье. В понедельник — Юрика. Во вторник — Кириха, в среду — Теиа. Без передышки накатывавшие события так измотали Котаро, что одной ночи ему не хватило. Поэтому в четверг он пропустил школу, и вот теперь была пятница.

— Ну, переезд и одновременно новый учебный год — даже могучему Ко это, видно, было чересчур.

— Да, что-то вроде того.

Правду Кэндзи Котаро не рассказал. Его друг плохо переносил всё, что связано с оккультизмом или сверхъестественным.

— А-ха-ха, но я рад, что ты поправился, Сатоми-кун! А-ха-ха!

Сидзука, которая сейчас сидела рядом с Котаро и Кэндзи, неловко посмеялась. Как единственная, кто знал о положении Котаро, она понимала сложные чувства в его душе. Она сочувственно ему улыбнулась, но…

— Ха-ха… Ха?!

Её улыбка вдруг окаменела.

— Всем занять свои места.

В класс вошла классная руководительница. Конечно, одного её появления недостаточно, чтобы удивить Сидзуку.

— Слушайте, все! Представляю вам нескольких новых учеников, переведённых к нам!

Классная привела с собой четырёх новых учеников.

— О-о-о-о-о-о!

Возбуждение в классе тут же достигло предела.

— С-Сатоми-кун! Посмотри туда!

Приметив новеньких сразу же, Сидзука в панике затрясла Котаро за плечи.

— А?

Котаро и Кэндзи всё ещё болтали и ничего не замечали.

— Что за чушь ты несёшь, хозяйка-сан?..

— Да просто посмотри туда!

Потеряв терпение, Сидзука взяла Котаро за подбородок и силой развернула его лицом к переду класса.

— Ак!

Глаза Котаро мгновенно широко распахнулись, и он принялся беспрерывно моргать. Он не верил своим глазам. Ему не верилось в то, что он видит.

— Э-это не может быть…

Лишь бы не верить в увиденное, Котаро был готов прямо сейчас принять все тайны мироздания. Вот до такой степени его потрясло.

— Вы… я жалею, что вообще вас поблагодарил…

Голос Котаро звучал так, будто он заглянул в самые глубины ада. Только ад этот имел человеческий облик.

Нидзино Юрика.

Курано Кириха.

Теиамиллис Грэ Форторте.

Руткания Най Пардомшиха.

Эти четверо стояли перед классом в форме Кицусё-Харукадзэ и все с ангельскими улыбками на лицах.

— Прошу, отнеситесь к ним по-доброму, ладно?

Четвёрка новеньких, которую представила учительница, поклонилась.

— Пожалуйста, позаботьтесь о нас!

В новёхонькой школьной форме все четверо хором произнесли приветствие.

— …Сатоми-кун…

Сидзука положила руку ему на плечо, как бы утешая. Во всём белом свете только Сидзука понимала, в каком положении сейчас оказался Котаро.

— Я, знаешь, пыталась их отговорить.

В этот момент перед Котаро появилась Санаэ. Странным образом она тоже была в школьной форме. Она плыла вокруг Котаро, как обычно.

— Что эти девчонки задумали…?

Сидзука тоже должна была её видеть, но по ней этого было не заметно. Взгляд её был прикован к четырём девушкам у доски. И не только Сидзука — ни один человек в классе не замечал Санаэ. Видели и слышали её сейчас только Котаро и четвёрка девушек.

— Я им сказала, что это уже перебор — даже если они хотят так надавить на тебя, чтобы выжить из комнаты.

— И-из-за такого… они готовы зайти вон куда…

Стиснутый кулак Котаро задрожал.

— О, Котаро здесь!

Теиа обратилась к Котаро совершенно неестественно, будто только что его заметила.

— Как я рада, что мы снова встретились, Сатоми Котаро.

— Сатоми-са-а-н! Я так рада, что мы в одном классе!

За Теиа подхватили Кириха и Юрика. Единственной, кто не сказал ни слова, была Рут, — она лишь извиняющимся взглядом улыбалась.

— Дурочки… Ну куда уж очевиднее?

Девушки, само собой, отлично знали, в каком классе Котаро. Ради этого они сюда и «перевелись». И прекрасно понимали, что случится, когда они обратятся к нему.

— «Котаро»?

— «Снова встретились»?

— «Сатоми-сан»?

Весь класс повернулся к Котаро с любопытством и завистью. Кто-то даже смерил его недобрым взглядом. И неудивительно. Каждая из четырёх девушек была красавицей. Оказавшись в такой ситуации, Котаро вспомнил кое-что важное.

«Верно. Я совсем забыл… В конце концов, вы захватчицы. Хорошо, если хотите играть так — я принимаю ваш вызов…»

— Сатоми-кун, стой! Успокойся!

Попытки Сидзуки его удержать ни к чему не привели.

Раззадорившись, он крикнул во весь голос:

— Давайте! Приму вас всех!

— О чём ты, Котаро?

Теиа мило склонила голову набок и сделала вид, что ничего не понимает. Юрика вздрогнула от этой угрозы. Кириха невозмутимо наблюдала за происходящим, а Санаэ просто смеялась над Котаро.

— Я буду защищать свою жизнь собственными руками! Не дам вам делать всё, что вздумается!

До окончания школы Котаро оставалось два года и одиннадцать месяцев. И вот занавес трёхлетней битвы поднялся.

Давно не виделись, дорогие читатели. С вами Такэхая.

С выхода «Ano Hibi wo Mou Ichido» прошёл примерно год, и вот наконец увидела свет моя вторая книга. Такой шанс достался мне только благодаря вашей поддержке. Прежде всего хочу поблагодарить всех вас за это.

Раз в этот раз у меня есть некоторый запас страниц, позвольте мне немного рассказать о самой серии. «IotR!?» — это комедия о нашем протагонисте Котаро, который только-только поступил в старшую школу, и о его нескончаемых злоключениях.

Поскольку в моей предыдущей работе никаких комедийных элементов не было, думаю, ощущение от неё получилось совсем иным. Более того, эта история изначально задумывалась так, чтобы её можно было продолжать. Прошлую книгу я писал как роман и завершил в одном томе. В этом смысле эти две работы тоже сильно отличаются. Так что, если приём будет хороший, я смогу продолжать эту историю дальше.

Кстати, о различиях: в этот раз я работаю с другим иллюстратором. Мне помогает Poco-сан. Они, правда, немного обалдели от моего энтузиазма в отношении моих собственных увлечений, но я верю, что они подарят серии замечательные рисунки.

Эта работа родилась в то время, когда я в позапрошлом и прошлом году писал жёсткую историю для одной игры. По мере того как я работал над тем сюжетом, я действительно пропитался негативными чувствами, и к моменту завершения мне казалось, что я вот-вот сойду с ума.

Тогда-то я и подумал: может быть, если написать что-нибудь лёгкое и тёплое, то и настроение будет соответствующее. Следуя этой простой мысли, я и набросал первый вариант этого произведения.

Однако пока эта история не получила «зелёный свет», было немало препятствий. У редакции и у меня были разные взгляды на проект. После долгих обсуждений мы в итоге решили вернуться к исходной идее. Из-за этого между замыслом и выходом книги прошло немало времени. Но зато, мне кажется, в итоге получилось нечто хорошее. Надеюсь, и вы того же мнения.

Кстати, пока я писал эту историю, я и правда почувствовал себя легко и по-доброму — как и надеялся.

Это моя вторая книга как автора, но так как первую я писал с самого начала без намерения продолжать, то эту, по сути, можно считать первой. Поэтому я полон рвения, но мой опыт и мастерство ещё только складываются. Вот почему я надеюсь, что вы будете снисходительно наблюдать за тем, как я расту по мере выхода продолжений.

Если приём будет хорошим, думаю, я смогу выпустить второй том в скором времени. Если получится, хотел бы в этом же году выпустить и второй, и третий тома.

Если получится. Да, именно — если получится.

Какая замечательная фраза.

Напоследок хочу поблагодарить всех сотрудников редакции за их труд, Poco-сан — за прекрасные иллюстрации, моих друзей — за советы и всех читателей — за то, что купили эту книгу.

На этом у меня заканчиваются страницы, так что, пожалуй, это неплохое место, чтобы остановиться.

Встретимся же снова в каком-нибудь другом послесловии.

Январь 2009 года

Такэхая

Пятница, 24 апреля

С пробуждением у Сатоми Котаро дела обстояли из рук вон плохо.

Сегодняшнее утро не стало исключением. Даже когда яркий утренний свет пролился на него, он не выказал ни малейшего намёка на то, что просыпается. Рот его был широко раскрыт, и храпел он едва ли не громче компрессора холодильника.

— М-м…

Впрочем, солнечный свет, похоже, всё же хоть чем-то его беспокоил. Во сне он перевернулся на другой бок и оказался прижатым к стене. Котаро расстилал футон посредине комнаты, но, по своему обыкновению, крутился по нему во сне, так что к утру неизменно оказывался где-нибудь в углу.

Зато после этого последнего переката солнце уже не било ему в лицо, и он преспокойно продолжил спать.

Часы показывали шесть утра.

Солнце сияло, и небо за окном было ясное, синее. Подходила к концу апрельская вторая половина, и температура уже приятно, исподволь поднималась. На улице стояла чудесная погода. Открой окно — и в комнату тут же ворвался бы свежий, прохладный ветерок.

Но первым в комнате 106 открылось вовсе не окно. С лёгким шорохом татами, ближайшее к входной двери, будто само собой приподнялось. По мере того как оно поднималось, шуршал пакет, лежавший на нём сверху, — внутри виднелось несколько стаканчиков лапши быстрого приготовления. Шуршание, впрочем, длилось недолго. В следующий миг татами полностью оторвалось от пола. Из-под него показалась девушка.

Раздался ещё один шорох.

— Сколько раз я говорила ей убирать это…

От того, что татами опрокинулось, пакет со стаканчиками лапши рассыпался. Девушка увидела это и вздохнула. Её красивые, длинные чёрные волосы колыхнулись, когда она, подтянувшись, выбралась в комнату 106. Девушку звали Кириха. На ней было нечто среднее между кимоно и облачением мико. И сама эта одежда, и её холодные, длинные, узкие глаза производили сильное впечатление. Она была одной из тех девушек, что пытались захватить комнату 106.

— Хэй, хо! Хэй, хо!

— Хо! Хо! Хо-хо-хо! Хэй-хо!

Следом за Кирихой из-под татами выбрались два ханива, каждый сантиметров по тридцать ростом. Едва оказавшись в комнате 106, они, не дожидаясь никаких приказаний Кирихи, принялись собирать рассыпавшиеся стаканчики. Зрелище это стало уже почти ежедневным.

И в этот самый миг дальняя стена засветилась — как раз над тем местом, где спал Котаро.

— Это Рут?

Кириха ничуть не удивилась странному явлению. Она попросту занялась тем, чтобы вернуть сдвинутое татами на место. Пока она укладывала его обратно, из светящейся стены показалась девушка. Короткое каре, серьёзные глаза, нечто вроде военной формы. Это была Рут. Инопланетянка, прибывшая на Землю из далёкой дали — более чем за десять миллионов световых лет.

— Кя-а-а!

Войдя в комнату, Рут вскрикнула. Вскрикнула не потому, что упала. Скорее из-за того, куда именно она приземлилась.

— П-простите меня, Сатоми-сама! Я сейчас же уберусь оттуда!

Рут появилась прямо над Котаро и ступила ногами в чулочках прямиком ему на лицо.

Светящаяся стена служила чем-то вроде двери в комнату 106. Пройдя сквозь неё, можно было перенестись на инопланетный корабль, находившийся на орбите Земли, и обратно. Но, в отличие от обычной двери, сквозь неё ничего не было видно. Пока не шагнёшь — не узнаешь, что ждёт с той стороны. Поэтому Рут по неведению и наступила Котаро прямо на лицо.

— Мне ужасно жаль, что я наступаю вам на лицо утро за утром, Сатоми-сама!

Рут торопливо сошла с Котаро и принялась извиняться. Вид у неё был искренне раскаивающийся, и она снова и снова склоняла голову.

— …

Однако от Котаро не последовало никакого ответа.

— С-Сатоми-сама?

— А ты, право слово, выдающийся человек, Сатоми Котаро.

Обе девушки уставились на Котаро. Рут — в изумлении, Кириха — просто с уважительным удивлением. Благодаря редкой способности спать несмотря ни на что, он так и не проснулся, хотя на него наступили. Словно ничего и не произошло.

С появлением Кирихи и Рут простенькая комната заметно оживилась. Но стоило отставить всё прочее в сторону и повязать передники — и они делались похожи на самых обычных девушек их возраста.

— Кириха-сама, что мне делать с этим длинным и тонким овощем?

— Это лук-порей, он пойдёт в мисо-суп. Нарежь его кружочками.

— Хорошо, поняла.

Кириха стояла у плиты с половником в руке, а Рут держала нож у раковины. Вдвоём они готовили завтрак. Но Рут, как инопланетянка, не разбиралась в земной кухне. Поэтому Кириха работала за шеф-повара, а Рут — за её помощницу. Глядя, как они дружно хлопочут у плиты, никто бы не подумал, что они враги. Слишком уж походили они на добрых подруг.

— До-обро-о-е у-у-утро-о…

Тут-то и объявилась ещё одна из немногих, кто знал истинный характер их отношений. Миниатюрная девочка в летнем платьице, на вид — младшеклассница.

— И тебе доброе утро.

— Доброе утро, Санаэ.

— Н-ну… — Санаэ сонно потёрла глаза.

Правда, назвать её «человеком» было бы под большим вопросом — ведь появилась она прямо из потолка. Она не сдвигала татами и не заставляла стену светиться, а буквально проступила из потолка. Звали её Санаэ, и она была призраком, живущим в комнате 106.

— А что на завтрак?

— Рис и мисо-суп. И та рыба, что мы купили вчера, как её там… Кириха-сама, как она называется?

— Лосось. И ещё сосиски, которые не вошли сегодня в бэнто.

Однако ни Кириху, ни Рут необычное появление Санаэ ничуть не удивило. Обе улыбнулись и повели разговор так, будто беседовали с давней подругой. К Санаэ они уже привыкли.

— Они в форме осьминожек?!

— Такие, какие смогла сделать такая милая юная дева.

— Вот как?

— Да врёт она. Кириха всегда врёт с каменным лицом… Ах, точно, чуть не забыла. Можно попробовать?!

— Не возражаю. Я всё равно собиралась их подать Котаро.

— Ура!

Санаэ обрадовалась разрешению Кирихи. При её детской внешности порой она и вправду казалась ещё ребёнком. Но вместо того чтобы тут же потянуться к сосискам, лежавшим прямо перед ней, она развернулась и направилась во внутреннюю комнату.

— Просыпайся, Котаро! Эй!

— Н-ну-у…

Добравшись до внутренней комнаты, Санаэ принялась будить Котаро. Чтобы попробовать сосиски, ей нужна была его помощь. Как призрак, сама по себе она есть не могла. Ей нужно было вселиться в кого-нибудь и через его ощущения «есть» вприсутку. Добровольной жертвой, естественно, стал Котаро. Между ними было заключено перемирие, и одним из условий этого перемирия значилось, что Санаэ дозволяется вселяться в Котаро.

— Скорее! Вставай! Осьминожки остынут!

— Н-ну… я больше не могу… М-м-м…

— Я не позволю тебе одному есть что-то вкусное!

Как и следовало ожидать, Котаро был по-прежнему в отключке, даже когда его трясли и кричали. А ещё, по всему видимому, ему снилось, что он ест — и это только сильнее выводило Санаэ из себя.

— Хе-хе, Макензи, счёт на тебе… М-м…

— У-у! Да почему ты каждый раз отбираешь у призраков саму причину существовать?! Я уже не прошу, чтобы ты пугался! Хотя бы прислушивайся к моему голосу! Когда тебя трясут — просыпайся! А проснувшись, говори: «Доброе утро, мой ангел», — прелестной Санаэ-тян!

— Не плачь из-за такой ерунды… это же жалко…

— Да кто угодно бы заплакал!

Опешив от способности Котаро разговаривать во сне, но при этом не просыпаться, Санаэ наконец исчерпала своё терпение.

— В-в таком случае…

Со слезами на глазах Санаэ призвала свою полтергейст-силу и подняла в воздух лежавшую рядом энциклопедию.

— Ну смотри, смотри! Вот что бывает, когда думаешь, что женщина будет всё это терпеть вечно!

Санаэ хмыкнула и слегка наклонила книгу. Она собиралась вонзить угол тома прямиком Котаро в голову.

— …Хм?

Но не успела Санаэ воплотить свой замысел, как стена засветилась — точь-в-точь как тогда, когда из неё появилась Рут.

— Ну вот, пожалуйста.

Единственное отличие заключалось в том, что на этот раз в комнату вошёл другой человек. Всё остальное повторилось в точности.

Девушка, шагнувшая из стены, была чуть старше Санаэ. В белом платье, с прекрасными золотыми волосами и ясными голубыми глазами. Это была Теиа, принцесса-инопланетянка. А ещё — госпожа Рут.

— Г-а-а-а?!

— О, я тебя не заметила, плебей.

И всё разыгралось точно так же. Теиа наступила Котаро прямо на лицо — так же, как до неё Рут. Но, в отличие от Рут, она отнюдь не сочла нужным что-либо с этим делать. Хуже того — на ней были туфли. Высокие каблуки впились Котаро в лоб.

— А-а-а, больно!

— Вечно ты ничему не учишься. Ну почему ты каждый раз спишь именно здесь? Честное слово… Вот поэтому ты и плебей, — с интонацией невыразимого удивления изрекла Теиа.

Затем она сошла с его лица на татами. Края её белого платья пленительно всколыхнулись, но Котаро сейчас было отнюдь не до того, чтобы любоваться ими.

— Тюльпан, идиотка! Сколько раз тебе повторять — не наступай на людей?! И не ходи по комнате в туфлях!

На лбу у Котаро красовался багровый след. Даже он не мог спать дальше, когда ему в лицо вонзались каблуки с полным весом Теиа за ними.

— А-а-а?! Т-ты, плебей! Снова посмел назвать меня идиоткой?!

— И буду называть столько, сколько потребуется, идиотка!

— Как ты смеешь проявлять такое неуважение к своей госпоже?!

Котаро и Теиа сошлись лбами и закричали друг на друга. Они стояли настолько близко, что могли бы поцеловаться, — но в таком запале это обоих ничуть не волновало.

— И что это такое? Почему ты ворчишь только на меня? Будто кроме меня никто на тебя и не наступал!

— Простите меня, пожалуйста, Сатоми-сама. Позвольте принести извинения и за свою госпожу, и за саму себя — за то, что мы раз за разом на вас наступаем.

Не успели Котаро и Теиа опомниться, как рядом с ними оказалась Рут. Она склонилась перед Котаро так глубоко, словно кричали как раз на неё.

— Нет, вам не за что извиняться, Рут-сан. Пожалуйста, поднимите голову.

Котаро покачал головой. К Рут у него никаких претензий не было.

— Это всё из-за Тюльпан.

— Но…

— Эй! Ты, плебей! Почему ты прощаешь одну только Рут?! Какая нелепость! Почему ты её так выделяешь?!

Лицо Теиа побагровело от гнева, и она затопала ногами. При каждом ударе её каблуки протыкали татами насквозь. Глядя на это, Котаро заговорил ещё резче.

— Да это же очевидно, глупая принцесска! Положи-ка руку на грудь и спроси себя ещё раз!

— На грудь?..

Теиа растерянно уставилась на себя, а потом перевела взгляд на Рут.

— В-ваше Высочество?!

Рут залилась краской и скрестила руки на груди, пытаясь её прикрыть.

— …Грудь…

То, что мгновение назад исчезло в её замешательстве, тут же вспыхнуло с новой силой — гнев Теиа.

— Ты что, хочешь сказать, что прощаешь её только за то, что у неё большая грудь?!

Но сейчас это было уже не просто гневом. Это была ярость. От ярости Теиа потеряла всякое самообладание и закричала на Котаро.

— Разумеется, нет! С чего бы этому быть причиной?!

— Котаро, да кому какое дело до того, что говорит плоскогрудая?! Забудь о ней! Давай есть!

— Ты что, лезешь ко мне на драку?!

— Не надо, Ваше Высочество!

И вот так, по обыкновению, в крошечной комнатке разразилась потасовка.

— М-м, вкусно получилось.

Кириха, по-прежнему стоявшая у плиты, казалось, ничуть не обращала внимания на происходящее и пробовала свой мисо-суп с довольной улыбкой.

— Сегодня я тебя уж точно научу, кто здесь твоя госпожа!

— Ну-ка попробуй, Тюльпан! Тебе прямая дорога только на клумбу!

— До какой степени ты намерен принижать свою госпожу? Неандерталец ты невоспитанный!

— Прекратите, пожалуйста, оба!

— Еда! Еда!

— Ещё один мирный денёк… Хотя уж скорее наоборот…

И не зря Кириха была так спокойна. Это было просто очередное утро в комнате 106.

— Спасибо за еду!

— Да-да, ешь как следует.

Когда приготовления к завтраку были закончены, Санаэ прыгнула Котаро на спину и обвила руками его шею. По её словам, именно так «вселяются» в человека. Но со стороны это скорее напоминало малышку, уцепившуюся за спину отца.

— Давай уже, ешь, Котаро!

— …

Но хотя Санаэ горела желанием, чтобы Котаро поскорее начал, тот смотрел не в тарелку, а сверлил взглядом сидящую напротив.

— …

А напротив Котаро, по другую сторону чайного столика, сидела Теиа и точно так же сверлила его взглядом. Они уставились друг на друга уже довольно давно. К синяку на лбу у Котаро прибавились царапины и следы зубов. Теиа же сверкала подбитым глазом. Ни один из двоих не ушёл невредимым после недавней потасовки.

— Ваше Высочество, если и дальше так будете, еда остынет.

— Это ты плебею скажи! Что плохого в том, чтобы проучить дурня, посмевшего поднять руку на свою госпожу?!

Рут сидела между Котаро и Теиа и старалась изо всех сил примирить их.

— Ха, и это говорит та, кто сама называет других дураками.

— Хмф. Ничтожество.

Несмотря на все усилия Рут, они оба дулись и демонстративно смотрели в стороны, раздражённо и обиженно. Мириться никто не собирался. Ладить они никак не могли, зато упрямством обладали равным.

— Но Ваше Высочество, это ведь мы первые начали.

— Какая разница. Верность вассала не должна зависеть от обстоятельств. Он обязан почитать меня при любых условиях.

— Это кого ты вообще называешь вассалом?

— Ты ведёшь себя как маленький ребёнок…

— Неправда. Это всё Тюльпан виновата.

Даже глядя в разные стороны, они продолжали пререкаться. В сущности, перебранка продолжалась именно потому, что каждый из них слишком остро ощущал присутствие другого.

— Так не годится, Котаро.

В этот миг заговорила Кириха, с лёгкой укоризненной улыбкой. Поскольку Котаро отвернулся от Теиа, взгляд его как раз упал на Кириху. Кириха сидела напротив Рут, между Котаро и Теиа — с другой стороны. Они расселись вокруг чайного столика в привычном уже порядке: Котаро с Санаэ на спине, затем Рут, Теиа и, наконец, Кириха.

— Кэндзи и Сидзука разволнуются, если ты будешь корчить такую страшную физиономию.

— Но Тюльпан же…

— Х-в-а-т-и-т.

Котаро попытался было возразить, но Кириха остановила его, приложив палец к его губам. Она чуть подалась вперёд и улыбнулась.

— Мне тоже не нравится, когда ты такой. Мне больше нравится, когда ты улыбаешься.

— А?..

Мягкий, тёплый кончик пальца Кирихи был для Котаро как поцелуй. Её ослепительная улыбка и успокаивающий взгляд затягивали его.

— Послушай, Котаро, иногда так держаться можно. Но это не значит, что нужно так вести себя со всеми подряд. Кэндзи, Сидзука и даже я огорчимся, если ты будешь таким. Не стоит заставлять страдать тех, кто тебе дорог.

— Э-эх…

— Отпусти свой гнев, Котаро. Ради нас и ради себя самого.

Под спокойным, мягким наставлением Кирихи гнев Котаро растаял. Он сердился на Теиа из-за её эгоизма, но улыбка Кирихи заставила его понять, что самому эгоистично срываться на других из-за этого.

— А н-у-ка стоп! Я тут ни во что не лезу, и что получается?!

— Ч-что?!

Когда Котаро и Кириха, казалось, уже пришли к полному взаимопониманию, Санаэ вдруг закричала на них обоих. Не слезая со спины Котаро, она сжала его шею сильнее — будто собиралась задушить.

— Кириха! Не делай вид, будто ты одна — не враг Котаро! Пусть он на тебя хоть сколько угодно ворчит! Ты же сама собираешься отнять у него эту комнату! Не смей как ни в чём не бывало прикидываться его закадычной подружкой!

— Ай-ай, какая же ты строгая, Санаэ.

— И ты, Котаро! Что это с тобой?! Она ведь просто пытается усыпить твою бдительность, чтобы захватить комнату! Она так всегда делает!

— П-прости, это рефлекс…

— Нечего мне тут рассказывать! Ты, Котаро, смилуйся наконец! За последние несколько дней ты уже сто раз чуть не попался к ней на удочку! Представляешь, что бы было, если б меня рядом не было?!

— Понял я, понял. Успокойся, ладно?

— …Ты осознаёшь свою вину?

По мере того как Котаро извинялся, и напор в голосе Санаэ, и хватка на его шее ослабевали.

— Осознаю. Разумеется, осознаю.

— А есть ли у тебя какие-нибудь слова благодарности для прекрасной девушки-призрака, которая всё время тебе помогает?

— Спасибо, что всегда приглядываешь за мной.

Только благодаря Санаэ он до сих пор не попался на удочку Кирихи и не лишился крыши над головой. Не будь у него перемирия с ней, он давным-давно сдался бы Кирихе.

— Вот и хорошо. А теперь быстрее ешь. Я умираю с голоду.

Довольная ответом Котаро, Санаэ подалась вперёд и ткнула пальцем в сторону столика. На нём были рис, мисо-суп, лосось и сосиски, нарезанные в форме осьминожек. Долгожданный завтрак.

— Знаю, знаю. Спасибо за угощение.

— Котаро, начни с осьминожек!

К тому времени, как Котаро взял палочки, Санаэ уже снова была самой собой. Голос её теперь как нельзя лучше подходил к её внешности — по-детски невинный и задорный.

— …Слушай, Санаэ.

Палочки Котаро замерли, не доходя до сосиски.

— Что?

— А, нет. Ничего.

«И её тоже Кириха приручила своей стряпнёй…»

Котаро удержал мысль при себе.

— А? Тогда быстрее давай!

— Хорошо, хорошо.

«Но почему же мне не хочется этого говорить?..»

Котаро и сам не понимал, отчего себя удержал.

— Ваше Высочество, уже почти пора, — сообщила Рут, вернувшись во внутреннюю комнату после мытья посуды.

— Хорошо. Тогда в путь.

Услышав это, Теиа отставила пустую чашку, которой забавлялась, и поднялась. Когда она встала, пышный подол её платья развернулся настолько, что занял изрядную часть комнаты. С учётом тесноты квартиры это платье представляло собой ощутимое препятствие.

— Что ж, все, до встречи позже.

— Не опаздывай, плебей.

— Разумеется, не опоздаю.

— Вот и славно. Провал вассала бросает тень и на меня. Похоже, хотя бы это ты понимаешь. Очень хорошо.

Теиа и Рут шагнули обратно в светящуюся стену. Они возвращались на свой корабль, чтобы переодеться. Оттуда они отправятся в школу своим путём.

— …Она только и знает, что нести эгоистичную чушь…

— Похоже, она твёрдо решила сделать тебя своим вассалом.

Котаро и Санаэ, попивая чай у столика, посмотрели на светящуюся стену и вздохнули. Кириха, пившая чай вместе с ними, криво улыбнулась и слегка ссутулилась.

— Таково условие её восшествия на престол. Она, скорее всего, не сможет отступить. Впрочем, как и я. Ну что ж…

Дождавшись, пока Котаро допьёт чай, Кириха унесла пустые чашки в раковину.

— Хо!

— Хэй! Хо!

В этот миг два ханива приподняли татами, ближайшее к двери. Под ним был тоннель, ведущий к тайной базе Кирихи. Сначала это была просто яма в земле, но прежде, чем кто-либо успел опомниться, стены и пол тоннеля выложили бетоном и плиткой. Всё это — труды двух ханив.

— Я тоже буду откланиваться. До встречи в классе, Котаро, Санаэ.

Как Теиа и Рут, Кириха добиралась до школы Харукадзэ своим путём. Ни Кириха, ни Теиа не желали привлекать к себе лишнего внимания.

— Ага. Увидимся поз…

— Сто-о-оп!

Едва Котаро собрался проводить Кириху, как кулак Санаэ обрушился ему на затылок.

— Тебя опять облапошивают! Нечего провожать эту женщину!

— Т-точно.

«Плохо дело. Я совсем расплываюсь от её доброты…»

Котаро и сам насторожился. Он же просто поплыл по течению, которое казалось совершенно естественным поведением Кирихи. Он и забыл напрочь: каждое её слово — ловушка, усыпляющая его бдительность. Стоит расслабиться рядом с Кирихой — и наутро можно проснуться в комнате, которая используется как плацдарм для вторжения на поверхность.

— Хе-хе, значит, ты никак не можешь поверить, что я питаю к Котаро серьёзные чувства?

— А разве это не очевидно?! Да где же в тебе найдутся какие-то романтические чувства?!

— Котаро, а ты тоже так думаешь?..

Кириха приложила руки к груди и сладким голосом прошептала ему это. Улыбка исчезла с её лица, и она печально опустила глаза.

— Э-эх…

Перед её влажными глазами и мелодичным голосом Котаро невольно сглотнул. Пусть даже он знал, что она — враг, Котаро был мальчишкой на пике полового созревания. Когда она так себя вела, он не мог не дрогнуть.

— Котаро! Возьми себя в руки!

— Д-да… П-прости, Санаэ.

«Плохо дело. Всё ведь знаю, а всё равно так получается…»

Котаро заволновался про себя. Мастерство атак Кирихи росло с каждым днём. Узнавая Котаро всё лучше, Кириха соответственно корректировала свою стратегию.

— Хе-хе. Снова провалилось, да? До встречи, Котаро.

С улыбкой Кириха исчезла в тоннеле. Два ханива последовали за ней, уложив татами на место.

— Эт-то вредно для моего сердца…

Котаро чувствовал, как бьётся его сердце, глядя на то место, откуда ушла Кириха.

— Ужасная всё-таки женщина…

Санаэ надула щёки и раздражённо вздохнула.

— Санаэ, пошли.

— Подожди секундочку.

Котаро уже переоделся и был готов идти в школу, но Санаэ всё ещё возилась со своей школьной формой. Галстук сбился набок, подол рубашки застрял в юбке, откуда выглядывало нижнее бельё. Носок у неё и вовсе был только один. Даже на взгляд Котаро, который в вопросах одежды разбирался крайне поверхностно, она выглядела совершенной катастрофой.

— Ты что, не можешь привести себя в порядок?

— П-прости, хе-хе…

Санаэ смущённо хихикнула, натягивая второй носок. Тем временем Котаро вытащил её рубашку из-под юбки и поправил галстук.

— Спасибо, Котаро.

— Это всё хорошо, но зачем тебе вообще надевать школьную форму?

— Она ведь миленькая, правда?

Наконец приведя себя в порядок, Санаэ крутанулась перед Котаро. Форма ей была не совсем по размеру. Велика — но это лишь прибавляло ей очарования. Котаро не мог не согласиться с оценкой Санаэ.

— Ладно, допустим, но меня куда больше интересует, зачем призраку вообще переодеваться. А главное — где ты взяла форму, которую может носить призрак? Мне вот покоя этот вопрос не даёт.

— Это девчачьи дела. Не бери в голову. Если будешь переживать из-за каждой мелочи, у тебя волосы выпадут.

— Да точно ли это «мелочи»?..

Котаро невольно стал разглядывать форму Санаэ. Заметив это, она ухватилась за подол юбки и сделала ему книксен.

— Сущая мелочь. Призраки в кино постоянно меняют наряды между сценами. Так уж у призраков заведено! Ах, трагичная дева, Санаэ-тян…

— Если уж на то пошло, таинственный незнакомец в хоккейной маске тоже между сценами меняет оружие… То бензопила, то мачете, то топорик… Вот интересно, откуда он их берёт…

— Не сравнивай меня с ним! Вечно ты такой!

— Уа!

Санаэ в припадке гнева схватила Котаро за шею. Но тут раздался звонок в дверь, и Санаэ, ослабив хватку, спрыгнула с него.

— Эй, Ко… Ты уже проснулся?

— Сатоми-ку-ун!

Вслед за звонком в дверь послышались голоса. Они принадлежали друзьям Котаро — Кэндзи и Сидзуке, которые зашли за ним.

— Проснулся! Сейчас иду!

Крикнув это в сторону входной двери, Котаро схватил школьную сумку, лежавшую рядом.

— Санаэ, ничего не забыла?

— Нет, у меня всё в порядке.

Санаэ выключила свет и направилась к двери вслед за Котаро.

— А у тебя?

— Я…

Котаро, начавший надевать обувь, остановился и поднял голову.

— Хм-м… Кажется, у меня такое ощущение, что я что-то забываю…

— И что это?

— Понятия не имею. Ну да ладно: раз сразу не вспомнил, значит, было не слишком важно.

— Тогда идём, Котаро.

— Ага.

Котаро кивнул Санаэ и, выбросив эту мысль из головы, обулся до конца.

— Смотри не забудь сделать так, чтобы Сидзука-сан тебя не видела, ладно?

— Так точно, господин начальник!

И вот Котаро с остальными покинули Корона-со. Когда все ушли, в комнате воцарилась тишина. В комнате 106 теперь слышались лишь тиканье часов и гудение холодильника. Было настолько тихо, что с улицы доносилось пение птиц и звуки изредка проезжающих машин.

Но время шло, и уличные шумы постепенно нарастали. Начинался утренний час пик, и у ближайших станций собирались толпы. Мимо проезжали велосипеды и автомобили — все спешили на работу или в школу. А по мере того как приближалось время начала занятий, до квартиры доносились даже пронзительные, озорные свистки воспитанников детского сада. Но вся эта утренняя суматоха длилась всего минут тридцать. Потом в комнате 106 снова стало тихо.

Во всяком случае, до тех пор, пока из стенного шкафа не донёсся подозрительный шорох. А в следующий миг раздвижная дверь с грохотом отъехала в сторону.

— Я-я-я опа-а-аздываю!

В верхней половине шкафа, похоже, сидела девушка. В нижней части лежали вещи Котаро, а на верхней — почему-то расстеленный футон, и на этом футоне сидела полуплачущая девушка.

— П-почему меня никто не разбудил?! …Погодите, они уже ушли!

Это была Юрика. Косплейщица, которую Котаро и девушки знали. То, что Котаро подумал, будто что-то забыл, — так это было про неё.

— А-а-а! Это же уже десятый день, когда я опаздываю! Учитель меня наверняка отругает! Они все бессердечные! Знают, что я часто отсутствую, и всё равно ушли без меня!

Юрика торопливо переоделась из пижамы в форму, прямо не вылезая из шкафа. В верхней части шкафа было несколько маленьких полочек, на которых Юрика держала свои вещи. Одежду на смену она вешала там же. Внутри шкафа было очень тесно, но Юрику это, казалось, ничуть не смущало, и она ловко переоделась.

Поразительно, но Юрика использовала верхнюю половину стенного шкафа как свою собственную комнату.

— Ну всё, переоделась! Если не потороплюсь, опоздаю на первый урок!

Уже в форме, Юрика схватила сумку и спрыгнула из шкафа. Раздался громкий хруст.

— …А?

Услышав странный звук, Юрика посмотрела вниз и увидела под ногой белый пластиковый пакет.

— Н-не может быть…

Юрика содрогнулась. Несмотря на спешку, перепуганная Юрика медленно подняла ногу. Если это тот самый пакет, о котором она подумала, — это катастрофа куда страшнее опоздания в школу.

— Не-е-е-е-е-т!

Увы, её худшие опасения оправдались: под ногой у неё оказался пакет со стаканчиками лапши быстрого приготовления. Приземлившись на него, она раздавила большую их часть.

— П-почему он здесь?! Я точно помню, что оставляла его там! Как такое могло случиться?!

Юрика впала в полнейшее отчаяние.

Во время рецессии цены на лапшу быстрого приготовления взлетели до небес. Из-за этого даже по акции лучшая цена, какую можно было найти, составляла целых девяносто восемь иен. Юрика растоптала свой драгоценный запас пищи. Всего она загубила шесть стаканчиков. Одним шагом двухдневный запас еды улетел в окно.

— В-возможно, если всё аккуратно собрать, это ещё можно будет есть?

Для Юрики это был сокрушительный удар. Теперь она стояла на коленях, пригнувшись к полу, и с отчаянной тоской смотрела на раздавленную лапшу, рассыпавшуюся по татами.

— Нет, Юрика, нельзя так! Есть еду с пола — это же… К тому же это, наверное, вредно!

На мгновение она всерьёз задумалась, не собрать ли лапшу и не съесть ли её, но гордость ей помешала. Однако, учитывая её нынешнее финансовое положение и трепетную привязанность к этим стаканчикам, даже её гордость постепенно сдавала позиции.

— Собрать-то их всё равно надо! Два дня без еды, я… А-а-а! Н-но ведь какой же человек станет есть еду с пола? А-а-а! Но… но… два дня без еды! Целых два дня!

Юрика разрывалась надвое.

Собрав стаканчики с пола — выбросить их или съесть? Казалось бы, простой выбор из двух вариантов, но для Юрики за этим стояло нечто куда более глубокое. Это была отчаянная внутренняя борьба. Выбросить еду, необходимую, чтобы выжить, — или выбросить свою человеческую гордость?

Нравственный кризис самой её человеческой природы.

— …Но если я отброшу гордость, я смогу набить живот! Именно так, Юрика, нельзя жить одной гордостью! Первым делом нужно наполнить желудок! Ты должна выжить, иначе никакой гордости тебе уже не защитить!

В конце концов Юрика выбрала отбросить гордость. Она просто не могла заставить себя выбросить стаканчики лапши. Не могла она презреть их синтетический вкус и знакомую структуру лапши быстрого приготовления.

— Нужно беречь жизнь! Нужно беречь свои вещи! Ведь это как раз и есть долг волшебницы! Я должна учить детей бережно относиться ко всему на свете!

Юрика поспешно принялась за дело и собрала рассыпавшуюся лапшу обратно в пакет.

Сегодня Юрика не успевала и на второй урок тоже. Если так пойдёт и дальше, её оставят на второй год.

— Юрика, держись! Юрика, держись!

Но сейчас для Юрики было важно только одно — собрать до последней крошки то, что стояло на втором месте после её жизни. Ни о чём другом она не думала.

— Это долг волшебницы! Важнейший долг! Другого пути нет!

Она была самопровозглашённой волшебницей любви и отваги — Радужной Юрикой. Все вокруг считали её просто косплейщицей, но даже будь она настоящей волшебницей, этого явно хватило бы, чтобы любой её фанат на ней разочаровался.

Когда Юрика наконец отправилась в школу, в комнате снова воцарилась тишина. В это время суток комната 106 была местом довольно мирным. Порой доносились голоса домохозяек, отправляющихся за покупками, или шум проезжавшего грузовика, но в целом в Корона-со царил покой. И так продолжалось до самого полудня.

Часа в два пополудни мимо Корона-со проходили группки ребятишек, возвращавшихся домой из школы. Они играли, оживлённо болтая о вчерашней передаче по телевизору, о том, каким вкусным был пудинг на десерт, и о прочих важных делах. Их беззаботные разговоры доносились до квартиры.

Чем позже становилось, тем старше становились дети, проходившие мимо Корона-со. С ближайшего парка долетали и голоса играющей там детворы. Именно в это время жильцы комнаты 106 начали возвращаться.

— Я вернулась.

Первой вернулась Рут. Её голос эхом прокатился по пустой комнате. Она появилась на пороге с большим пакетом покупок. В отличие от других четырёх девушек, Котаро доверял Рут, а потому поручил ей делать закупки. В пакете у неё были продукты, которые понадобятся Котаро и остальным на ужин.

— О? А это что такое?..

Рут уже собиралась убирать покупки в холодильник, как вдруг заметила у раковины пластиковый пакет. Заглянув внутрь, она увидела расколотые пенопластовые стаканчики и раздавленную лапшу.

— Похоже на мусор.

Кроме пенопласта и лапши в пакете был ещё приличный слой пыли. Рут знала, что лапша — еда, но такого вида мусор никто есть бы не стал. Пусть ей и казалось, что это расточительство, она выбросила пакет в мусорное ведро. А будучи девушкой крайне добросовестной, ещё и аккуратно отсортировала мусор.

— Итак, теперь…

Выбросив мусор, она вымыла руки и продолжила раскладывать покупки. Поначалу она не представляла себе, как следует вести себя на Земле, но теперь уже ни малейших колебаний не выказывала. Отчасти это объяснялось тем, что полмесяца на Земле она уже прожила, но немалую роль играл и её характер. Хотя официально она и состояла в королевской страже, в домашних делах она разбиралась на удивление хорошо.

Едва Рут закончила, как в комнату 106 вернулись ещё двое.

— Но играть всё время в карты уже надоедает. Как насчёт того, чтобы воспользоваться спортивным праздником в следующем месяце?

— Как скажете, Теиа-доно, играть всё время в карты и впрямь становится скучно. Но разве спортивный праздник не сведётся попросту к состязанию на выносливость?

В дверях показались Теиа и Кириха — дружелюбно обсуждавшие школьный спортивный праздник, который должен был состояться в мае.

— Ну вот, например, там ведь будет марафон с препятствиями для клубов, верно? Такой формат вполне подойдёт для честного поединка, как тебе?

— Понимаю, это и правда…

— С возвращением, Ваше Высочество, Кириха-сама.

— Спасибо, Рут.

— Благодарю.

Рут встретила их, закрывая холодильник и поднимаясь на ноги, а девушки преспокойно вошли в квартиру, словно в свою собственную.

— Ваше Высочество! Туфли, туфли!

— А, точно.

Теиа уже шагнула в квартиру, не снимая обуви. Но, услышав напоминание Рут, поспешно вернулась и сняла её.

— …В этой стране и вправду странные обычаи.

— Ну зачем же так.

— Этот плебей — мой вассал, а значит, он должен ставить обычаи моей державы выше своих.

— Правильно — соблюдать обычаи той страны, в которой находишься.

Теиа не привыкла снимать обувь при входе в дом и не упускала случая выразить своё недовольство. То, что Котаро каждый раз сердился, когда она забывала об этом, только усугубляло дело. Упрямая, какая она есть, будь Котаро сговорчивее — быть может, ей и снимать туфли было бы не так досадно.

— Впрочем, это уже неважно. Кириха, я собираюсь предложить Котаро то, о чём мы говорили. Как ты считаешь?

— Я не против. Я поддержу ваше предложение, Теиа-доно.

Кириха согласилась с замыслом Теиа — но лишь потому, что дело, по всей видимости, оборачивалось ей на руку. Если соперничать на спортивном празднике, более хрупкая физически Теиа неизбежно окажется в проигрыше. К тому же в земных видах спорта она совсем не разбиралась. А поскольку Санаэ призрак, состязание по сути сведётся к Кирихе против Котаро.

«И всё же — кто знает, что скрывается за этой её улыбкой? Расслабляться рано…»

Теиа всё это время уверенно улыбалась. Это немного тревожило Кириху, и она на всякий случай начала прокручивать в голове план.

Пока они продолжали обсуждение, в дверях появился ещё кто-то.

— Я вернула-ась!

— С возвращением, Юрика-сама.

— Спасибо, Рут-сан.

Это и вправду была Юрика. Открыв дверь и войдя, она тяжело вздохнула.

— Что-то случилось, Юрика-сама?

— Ну… Учитель на меня рассердился… Потому что я так часто опаздываю…

— Вот как?

Юрика вздыхала потому, что после уроков её отчитал классный руководитель. Строгое внушение оставило её в самом скверном настроении.

— Не расстраивайтесь, пожалуйста, Юрика-сама.

— Спасибо, Рут-сан. Ты права. Нельзя же всё время киснуть! Юрика, держись!

Приободрённая Рут, Юрика немного пришла в себя и слабо улыбнулась. Но в следующий миг её взгляд уже остекленело застыл на кухонной стойке.

— А?

— Что-то не так?

— Р-Рут-сан, здесь ведь… здесь ведь был пакет? Большой белый пластиковый пакет из супермаркета?

Юрика начинала паниковать. Она была уверена, что утром оставила этот пакет возле раковины. Она собиралась съесть его содержимое на ужин, вернувшись из школы, — а теперь этот драгоценный пакет бесследно исчез.

— А, если ты про тот мусор, то я его выбросила.

— М-мусор? Ты его выбросила?!

— Да. А что, что-то не так?

— Кя-а-а!

Юрика не ответила Рут — ей было уже не до того. Она в спешке сбросила туфли и пулей бросилась к мусорному ведру возле раковины.

— Только бы всё было цело!

Юрика всем своим существом молилась, откидывая крышку ведра.

— Юрика-сама?

— А-а-а…

Но — увы, реальность жестока.

Как и положено старательной девушке, Рут прошлась по содержимому пакета и рассортировала его. Расколотые пенопластовые стаканчики отправились в «горючий мусор», а лапша — в общий.

— К-как же это…

— Что случилось, Юрика-сама?

Её драгоценная лапша теперь была перемешана с другим мусором. Даже Юрика уже не могла заставить себя её съесть.

— А… А-а-а-а!

Юрика была глубоко подавлена — и одновременно на неё обрушился нестерпимый голод. Лишившись ужина, она вдруг в полной мере ощутила, насколько же она проголодалась.

— Н-никакой надежды на восстановление…

Слёзы катились по щекам Юрики, а желудок урчал так громко, что даже Рут отчётливо его слышала.

— Почему… Почему у меня всё всегда так выходит? Я же стараюсь изо всех сил… Ва-а-а-а…

— Юрика-сама, что с вами? Юрика-сама!

Юрика больше не слышала голоса Рут. Она лишь продолжала плакать, уставившись в пол.

Слёзы срывались с её щёк и падали на пол, оставляя крапинки-пятнышки. В этой своей лужице слёз Юрика вдруг заметила кое-что — один из обломков лапши. Она торопливо потянулась к лапшинке, пропитанной её слезами.

— Ваше Высочество! Кириха-сама! Юрика-сама…!

— Что, что-то случилось?

— Юрика?

Когда Рут окликнула их, Теиа и Кириха заглянули на кухню. Юрика просто стояла, печально опустив голову.

— Это всё?.. Это и есть то единственное, чем мне придётся жить следующие два дня?..

Живот Юрики продолжал урчать, а она не сводила взгляда с кусочка лапши в своей руке.

В комнате 106 после ужина обычно играли в карты. Но это были не обычные карточные игры. Не ради забавы и не ради укрепления дружбы — а ради битвы за контроль над квартирой.

Пол во внутренней комнате был застлан шестью татами. Одно из них целиком занимала мебель — оставалось пять. По счастливому совпадению, именно столько же человек боролось за комнату. Поэтому было решено, что каждому достаётся по одному татами.

Татами Котаро располагалось в центре комнаты. Когда чайного столика здесь не было, именно там он обычно сидел. И именно на нём он расстилал футон.

К югу от него находилось татами Санаэ — то, что у окна. Своим местом она, правда, пользовалась редко, ибо обыкновенно сидела на Котаро, прицепившись ему на спину. Но когда чайный столик перемещали в центр комнаты, Котаро отходил к татами у окна и забирал Санаэ с собой.

Татами Кирихи было ближайшим к кухне. Это было то самое татами, под которым проходил подземный тоннель к её тайной базе. Жить там было бы не слишком удобно, зато для Кирихи это был просто удобный способ быстро попадать домой.

Татами Юрики находилось рядом с татами Кирихи и располагалось перед стенным шкафом. Поскольку Юрика незаметно для всех устроилась жить в шкафу, это татами естественным образом стало её. Но Юрика была слаба к давлению, и другие захватчицы частенько нарушали её границы — хотя зачастую именно Юрике потом и доставалось.

Татами Теиа находилось в самой глубине комнаты, перед светящейся стеной. Здесь она обычно держала маленький столик и стул для чаепитий. А благодаря пышному подолу её платья Теиа то и дело вторгалась на чужие территории. По правде сказать, именно она чаще всего нарушала границы татами Юрики.

Обозначив границы, они положили: каждое татами стоит 180 очков, и контроль над комнатой рассчитывается именно так. Одно очко — один сантиметр, так что 180 очков — это 180 сантиметров, то есть одно целое татами.

Эти очки пятеро захватчиков оспаривали друг у друга главным образом в карточных играх. За очки расширялись границы владений. В день проводилось пять матчей — чтобы у каждого была возможность выбрать игру. Предполагалось продолжать так до тех пор, пока у кого-нибудь не наберётся 900 очков, то есть пока он не заполучит все пять татами и, следовательно, полный контроль над комнатой. Именно так они и договорились разрешать свои споры, подписав Коронскую конвенцию.

На данный момент Юрика плелась в самом хвосте — у неё было меньше 160 очков. У остальных четверых было примерно по 180. Из-за этого Теиа то и дело вторгалась на территорию Юрики, и такими темпами Юрику, судя по всему, вскоре выставили бы из комнаты.

По плану, на сегодня тоже была назначена партия, но состязание никак не начиналось. Несмотря на то что все уже собрались вокруг чайного столика, никто и не думал ничего делать.

— Кириха-сан, что такое с Юрикой?

— Похоже, она погубила двухдневный запас еды.

— Так вот почему она в таком состоянии…

Они не начинали играть из-за Юрики.

— Хе-хе! Ха-ха-ха! Держись! Юрика, держись! Я обожаю лапшу!

Глядя в никуда, Юрика истерично повторяла одну и ту же бессвязную припевку. В таком виде её и застали Котаро и Санаэ, вернувшиеся с его подработки. Поняв, что в таком состоянии в карты с ней не сыграешь, они решили отложить сегодняшние партии.

— А что она там сжимает в руках?

— Это осколок того, что у них называют «лапшой быстрого приготовления». Судя по всему, всё остальное пошло прахом — кроме этого кусочка.

— Держись! Юрика, держись! Я волшебница!

— Сатоми-сама, а ведь это я по ошибке приняла еду Юрики за мусор и выбросила её.

Рут помрачнела, глядя на несчастную Юрику, и объяснила Котаро, как всё было.

— В пакете была и раздавленная лапша, и расколотые стаканчики, и пыль, так что я решила, что это всё точно мусор…

Чувствуя себя виноватой в случившемся, Рут искренне извинялась.

— Понятно… Ну хорошо.

Выслушав всё до конца, Котаро быстро решил, как быть. Если бы дело касалось только Юрики, он бы ещё поколебался, но раз уж в этом замешана и Рут — совсем другое дело. Он собирался всё уладить немедленно.

— Ты что делаешь?

— Сейчас увидишь… Слушай, Юрика.

— Я верю в любовь и отвагу! Главное в жизни — жизнь и любовь! Я всех люблю! Много еды! М-много… еды…

— А?

— У-у-у-у-а-а-а!

Юрика Котаро совсем не слушала. Она вдруг разрыдалась. Сама же своими словами из напеваемой припевки себя и довела. «Много еды». Для неё эта строчка была слишком уж печальной.

— Раз уж дошло до этого…

Хотя Котаро и вздрогнул от неожиданности, когда Юрика расплакалась, оставлять её в таком состоянии он не собирался. Он собрался с духом и снова подошёл к ней, выхватив из её рук осколок лапши.

— А-а! Верни! Пожалуйста, верни! Это же вся моя еда до послезавтра!

Наконец Котаро удалось вырвать Юрику из её транса. Потеряв последний кусочек еды, она окончательно запаниковала.

— Слушай, Юрика, не хочешь ли ты съесть что-нибудь нормальное вместо этого?

— А?..

Юрика замерла на месте, и желудок её тут же заурчал, едва она услышала слова Котаро. Её тело честнее всех ответило на его вопрос.

— Э-это была бы мечта, но т-ты ведь не станешь за это требовать у меня нескольких очков, правда?!

— Я бы с удовольствием, но дело не только в тебе, так что ближайшие два дня я закрою на это глаза.

— П-правда?!

— Сатоми-сама! Благодарю вас от всего сердца!

Юрика и Рут обе улыбнулись.

— О-о-о, Сатоми-сан! Я с первой же встречи поняла, что вы добрый человек!

— Ну да, ну да…

Юрика заплакала слезами радости, схватила руку Котаро и принялась её трясти. Санаэ, висевшая у него на спине, вздохнула. В день, когда они впервые встретились, она назвала Котаро ужасным человеком и задирой.

«Но ведь тогда я и представить себе не могла, что всё так обернётся…»

Погрузившись в мысли, Санаэ прижалась к Котаро чуть крепче.

— Благодарю вас за заботу о нас, Сатоми-сама.

— Ха, лучше уж два дня кормить Юрику, чем смотреть на то, как вы ходите с таким унылым лицом, Рут-сан.

В действительности два дня без еды никого не убьют. Скорее это просто жёсткая диета. И всё же Котаро просто не мог выносить вида такой подавленной Рут.

— О, боже мой… Большое вам спасибо, Сатоми-сама…

Рут мягко улыбнулась, слегка покраснела и низко поклонилась. От такой искренней благодарности Рут у Котаро потеплело на душе.

— Прошу вас, поднимите голову, Рут-сан. Это и правда сущая мелочь.

— Сатоми-сама, но ценность всегда относительна.

— …Эй, плебей.

В этот миг пронзительный взгляд Теиа буквально пробуравил Котаро насквозь.

— Ч-что это с тобой вдруг?

— Утром было то же самое. Что это за вопиющая разница в том, как ты обращаешься со мной и с Рут? Выходит, ты готов присягнуть на верность ей, а не мне!

Теиа раздражённо закусила губу, надула щёки и уставилась на Котаро. Со стороны это могло бы показаться милым — но на самом деле она была всерьёз возмущена.

— Ну надо же, я уж подумал, ты что-нибудь толковое скажешь, а ты…

— Что?! Ну так дай мне внятное объяснение!

Теиа разъярилась ещё сильнее, когда Котаро нарочито вздохнул. С холодным видом он пропустил её истерику мимо ушей и ткнул пальцем в Санаэ, Теиа, Юрику и Кириху — именно в таком порядке.

— Странная, странная, совсем странная и ещё одна странная. В этой комнате четверо странных. Ясное дело, что мне дорога единственная нормальная здесь!

— Что за чушь ты несёшь? И как ты смеешь называть меня странной?! Я же твоя госпожа!

— Ничего себе госпожа! Ты хоть представляешь, сколько хлопот ты причинила Рут-сан?!

— Н-никаких хлопот, Сатоми-сама…

— Вот, послушай её, плебей! Сама Рут говорит, что служить мне не в тягость!

— Будто бы такая вежливая девушка прямо тебе в лицо скажет, какая ты заноза!

— Нет, никакой занозы и никаких хлопот! Правда!

Пока Котаро и Теиа препирались, Рут странно суетилась. Её поведение и без слов говорило обо всём, что она чувствовала, — но Котаро и Теиа были слишком увлечены перепалкой, чтобы это заметить.

— Хмф, неважно. Что бы ты там ни думал, мне нужно только одно — захватить эту комнату. И тогда ты тоже окажешься под моей властью!

— Как бы не так!

— Вот и будет так! Такова сила королевской крови!

— А я тебя отобью!

Пока Котаро и Теиа сверлили друг друга взглядами, Кириха, молча наблюдавшая за ними, наконец заговорила.

— Кстати, Котаро… У нас есть предложение.

— …Предложение?

Немного успокоившись, Котаро повернулся к Кирихе.

— Да, именно. У нас с тобой обоих предостаточно боевого духа, однако играть изо дня в день в одни лишь карты этот дух притупляет. Поэтому мы хотели бы предложить состязание иного рода. Само собой, и ставка в очках будет соответственно выше.

— То есть?

— В предстоящем спортивном празднике есть марафон с препятствиями для клубов, верно? Мы бы могли посостязаться в нём. Каждый день одни карты уже изрядно приелись, согласись?

Объяснение Кирихи подхватила Теиа. Она уже успокоилась и вернулась к своему обычному состоянию.

«Я одержу разгромную победу в этом матче и докажу плебею своё превосходство…»

По крайней мере, именно так думала Теиа.

— Звучит интересно. Такие особенные матчи по-настоящему заводят. Я согласен.

Котаро быстро принял предложение. Звёздному участнику прошлых спортивных состязаний отказываться было не с чего.

«Хе-хе, ты у меня ещё пожалеешь, что вызвала меня на спортивное состязание, Тюльпан…»

Котаро расплылся в уверенной, бесстрашной улыбке.

— Я… я тоже согласна.

Юрика, которая обычно жаловалась, когда дела решали без неё, послушно кивнула. Когда на кону двухдневный запас еды, она была готова на всё, что скажет Котаро.

— Погодите минутку. А как же я? Я в спортивном празднике участвовать не могу.

Тут-то и подала голос Санаэ. Как призрак, она не могла принять участия в состязании.

— Всё в порядке. Мы уже придумали, как быть. Ты заранее выбираешь одного из нас, и тебе присваивается то же место, что и ему.

— Выбираю заранее? Это как?

— Ну, например, скажешь, что выбираешь меня.

— Ни за что на свете.

— Погоди, Санаэ, это просто пример… Допустим, я прихожу второй. В этом случае ты, Санаэ, тоже становишься второй. Словно двое заняли второе место одновременно.

По сути, тогда третье место становилось четвёртым, четвёртое — пятым, а пятое — шестым. Санаэ же просто получала то же место, что и тот, на кого она делала ставку.

— Ясно, значит, мы с ним окажемся в одной лодке.

— Именно. Правда, этот способ даёт тебе определённый минус — ведь от тебя самой результат не зависит. А можешь никого не выбирать — тогда у тебя по умолчанию третье место. Выбирай то, что тебе удобнее.

При пятерых участниках третье место не теряло очков. То есть, по сути, у Санаэ была возможность и вовсе не участвовать.

— Хм-м…

По-прежнему вися на спине у Котаро, Санаэ приложила ладонь к щеке и задумалась.

— Нет, я не могу просто не участвовать. Это было бы слишком скучно…

Санаэ посмотрела по очереди на Кириху, Теиа и Юрику, а потом перевела взгляд на Котаро — прямо перед собой. Некоторое время она рассматривала его профиль, а затем лучезарно улыбнулась.

— Всё, решила! Я буду в одной лодке с Котаро!

— М? Ты точно согласна на такое?

— Пусть даже с препятствиями — это всё равно марафон, верно? У тебя выносливости, похоже, больше всех. К тому же у нас с тобой перемирие, помнишь?

— Понял. Постараюсь, Санаэ, чтобы ты не пожалела, что выбрала меня.

— Няхаха! Рассчитываю на тебя.

Санаэ улыбнулась, кивнула Котаро и снова обхватила его рукой за шею.

— Так и порешим! Решено! В качестве особого матча мы примем участие в марафоне с препятствиями для клубов!

И так Котаро и остальные решили провести на школьном спортивном празднике собственное состязание.

Понедельник, 27 апреля

С того дня, как четвёрка захватчиц силой пробилась в комнату 106, прошло уже больше половины месяца. Всё это время они оспаривали у Котаро его законную жилплощадь преимущественно за карточным столом — хотя очки в основном только и делали, что кочевали туда-сюда, не задерживаясь ни у кого надолго. Котаро по-прежнему не мог убедить себя в том, что одними играми он выпутается из этой передряги. Каждая клеточка его не блещущего остротой мозга работала не покладая рук, изобретая встречные меры, — и именно поэтому сегодня он явился в кружок косплея старшей школы Кицусё-Харукадзэ. Разумеется, его целью была одна вполне конкретная захватчица.

— …Вот, собственно, и всё. Она просто косплеит, не оглядываясь ни на обстановку, ни на людей вокруг. Поэтому я и хотел бы, чтобы вы показали ей, что такое косплей на самом деле.

Котаро сидел за столом для переговоров и обращался сразу к шестерым девушкам. Этими шестью барышнями были председательница клуба косплея и пятеро её соратниц. Как и общество вязания, клуб косплея считался слабым, ничем не примечательным кружком.

Котаро пришёл к ним, чтобы изложить своё положение. У него, видите ли, есть знакомая косплеерша — и эта косплеерша наряжается где попало и когда попало, невзирая ни на время, ни на место, ни на повод.

— Вот фотография той самой особы.

Когда общая картина прояснилась, Котаро извлёк из папки снимок и положил его на стол. Председательница, сидевшая на противоположном конце, взяла фотографию в руки.

— Понятно… Так вот она какая…

На снимке Юрика красовалась в своём наряде девочки-волшебницы.

— Какая милашка. Интересно, костюм — её собственного пошива?

— Качество-то костюма совсем недурное.

— Наверное, шили на заказ. В любом случае, дешёвая штука так выглядеть не может…

— Ты погляди на посох! Сделан на совесть!

— По крайней мере, у неё точно есть решимость, свойственная косплеершам первого ранга.

Члены клуба по очереди заглядывали в фотографию и делились впечатлениями.

— Если оставить всё как есть, рано или поздно она устроит неприятности и вам в придачу. Если она явится сюда в этом наряде, люди подумают, что она — одна из вас.

— А ведь и правда. Так и подумают…

Председательница опустила глаза, отвечая Котаро. И тут он заметил, что её плечи едва-едва подрагивают.

«Плохо дело. Неужели я её разозлил?»

Было яснее ясного, что Юрика рано или поздно доставит клубу хлопот.

— Что будем делать?

— Председательница!

Остальные участницы тоже заметили странное поведение старшей и встревоженно посмотрели на неё.

— Ну так как? Возьмётесь?

По щеке председательницы скатилась одинокая слеза и упала прямо на фотографию Юрики, расплывшись пятнышком и смазав очертания. Увидев это, Котаро совершенно естественным образом решил, что переговоры провалились.

— Хе… Хе-хе… Хе-хе-хе-хе…

Плечи председательницы задрожали сильнее, а сама она засмеялась — поначалу тихо, чуть слышно, но смех её с каждой секундой становился всё громче.

— Ахахахаха!

На её лице расплылась огромная улыбка, и наконец она подняла голову.

— Как же это?!

— …?

Председательница плакала и одновременно заливисто смеялась. Котаро не понимал, что происходит, и не знал, как отнестись к такой реакции.

— Председательница, а что же с его просьбой?

— Изумительно! Совершенно изумительно! Сегодня поистине чудесный день!

Председательница возбуждённо хлопнула ладонями по столу и, отпихнув стул ногой, поднялась во весь рост.

— Значит, соглашаемся?!

— Разумеется! Это — любовь! Любовь глубокая и настоящая! Сатоми-кун ни за что не обратился бы к нам с такой просьбой, если бы не чувствовал искренней и глубокой любви к косплееру и косплею как таковому!

— В таком случае, председательница…

— Вы же все понимаете, правда?! Если мы не отзовёмся на глубокую любовь Сатоми-куна, разве можно после этого называть себя настоящими косплеерами? Соединим наши силы и превратим эту девушку, Юрику-сан, в первоклассную косплеершу!

— Есть!

— Кос-клууу-уб!

— В бой!

Пятеро участниц хором ответили председательнице. Весь клуб косплея загорелся единым пламенем.

— Э-э-э…

Сначала ошарашенный столь неожиданным поворотом, Котаро наконец пришёл в себя.

— …Так вы возьмётесь?

— А, да. П-простите нас, Сатоми-кун. Мы чуть-чуть разошлись…

Заметив выражение лица Котаро, председательница покраснела от смущения.

— Не знаю, может, это было просто поветрие, но в последнее время над косплеем сгустилась какая-то тень… Вдобавок нам приходится терпеть предрассудки и придирки бессердечных зевак. Вот почему мы так обрадовались, что нас понимает такой обыкновенный человек, как ты…

Щёки председательницы пылали, да и остальные находились в подобном же состоянии. Кто-то потирал нос, кто-то чесал затылок. Смущались они каждая по-своему, но смотрели на Котаро одинаково тепло.

«Понятно. У них тут свои тяготы…»

Котаро искренне посочувствовал девушкам. Что касается одиночества и отчуждения — общество вязания и кос-клуб были товарищами по несчастью.

— Спасибо вам огромное. Я этого не забуду. Если у вас самих когда-нибудь возникнут трудности, обязательно скажите мне.

Поначалу Котаро пришёл сюда как стратег, придумывающий уловку против захватчиц, но, сам того не заметив, перестал воспринимать кос-клуб как орудие. Теперь он был рад, что решил посоветоваться с ними заранее. Если бы Юрика уже успела доставить им неприятности, было бы слишком поздно.

— Раз так, можно и мне кое о чём вас попросить, Сатоми-кун?

— Конечно. Что я могу сделать?

— Ну… не могли бы вы заходить к нам поиграть время от времени?

Председательница сложила ладошки и виновато улыбнулась.

— Я не против… но зачем?

— П-понимаете ли… У нас в клубе одни девушки, верно?

Председательница жестом указала на своих товарок, сидевших по обе стороны от неё. Всего их было шестеро, и все — девушки.

— Поэтому порой нам ужасно хочется услышать мнение парня о наших нарядах, но обычного мальчишку об этом и спрашивать страшно… А такого, как ты, без всяких предубеждений, — куда проще…

Голос председательницы постепенно затихал. К концу фразы он и вовсе пропал. Она лишь глядела на Котаро растерянным взглядом.

— Понял. Вы откликнулись на мою просьбу — значит, у меня нет никаких причин отказывать вам в вашей. Буду рад помочь.

Выслушав объяснение, Котаро кивнул. Раз уж он сам просит их о помощи с Юрикой, такой обмен казался ему справедливым.

— Спасибо, Сатоми-кун!

— Тогда, председательница, приступим немедленно!

— А? Прямо сейчас?!

— Разумеется, Сатоми-кун! Это недолго!

Получив согласие Котаро, девушки тут же ринулись в бой. Они в радостной суете забегали по комнате, сдёргивая наряды с вешалок. Судя по виду, они получали от этого огромное удовольствие.

«Ну что ж…»

Котаро на мгновение снова оторопел, но быстро собрался с духом, выпрямил спину и поудобнее устроился на стуле.

— Ну что, я, пожалуй, пойду.

— Спасибо, Сатоми-кун. Юрику-сан оставь нам.

— Приходи ещё, Сатоми-ку-у-ун!

— Нет, неправильно!

— Ах да!

— А теперь все вместе!

— Всего хорошего, господин! Мы будем ждать вашего возвращения! — хором пропели они.

— Ахаха, ладно. До свидания.

Котаро вышел из клубной комнаты, провожаемый улыбками косплеерш. Коридор без окон, в который он шагнул, был полутёмным и прохладным — полной противоположностью уютной клубной комнаты.

— А всё же они молодцы. Весь косплей должен быть таким же дисциплинированным.

Девушки клуба косплея ни за что не стали бы наряжаться где придётся без разрешения. Они даже по школе в костюмах не расхаживали. Даже в уборную они предварительно переодевались.

— Полностью согласна.

Неожиданно подала голос Санаэ. Во время встречи она хранила молчание, чтобы не мешать Котаро. Паря в воздухе, она повисла у него на спине и ткнула пальцем в щёку.

— А ты, однако, хитрюга. Этак спихнуть Юрику на клуб косплея…

— Поначалу у меня был именно такой план. Но после разговора с ними я сам порадовался, что пришёл.

— «Услуга за услугу»?

— Что-то в этом роде.

— …А может, всё из-за того, что ты просто обожаешь этих горничных?

— Ничего подобного! …Ну, ненавидеть — не ненавижу, конечно.

— Ну-ну… Но с этого момента соперниц у меня, похоже, станет на одну меньше, да?

— Хе-хе-хе, одной меньше…

Котаро усмехнулся и хмыкнул. Если Юрика вступит в клуб косплея, комната 106 перестанет быть ей нужной как сцена для самовыражения. В этом и заключалась цель Котаро, а сокращение числа захватчиц стоило того, чтобы отпраздновать.

— Ты и впрямь хитрюга, понимаешь?

— Ты так считаешь?

Вот так переговоры Котаро с клубом косплея благополучно завершились. Котаро и Санаэ продолжали болтать, выходя из клубного корпуса. Оказавшись на улице, они зашагали обратно к классу — перемена подходила к концу.

Хотя Санаэ средь бела дня парила в воздухе, никто из учеников не поднимал шума. Дело в том, что в школе Санаэ видели только обитатели комнаты 106. Единственным исключением была Сидзука — та могла видеть Санаэ, пока находилась в Корона-со или пока сама Санаэ не скрывала своего присутствия.

Но сейчас Санаэ пряталась, и потому Кэндзи и Сидзука поздоровались лишь с Котаро.

— С возвращением, Сатоми-кун.

— Ты куда ходил, Ко?

— Поручение было в клубном корпусе.

— Поручение?

— Ага, зашёл в один кружок, представил им Юрику.

— Представил Нидзино-сан? Что это за кружок?

Услышав имя Юрики, Кэндзи оживился и поправил очки. С тех пор как она пересела за соседнюю парту, Кэндзи много с ней возился. Он был из тех, кто по натуре не умеет пройти мимо чужой беды, и с Юрикой ничего поделать с собой не мог. Её, пожалуй, и опаснее было оставить одну, чем самого Котаро.

— Не могу сказать. Даже тебе. Это касается её увлечения.

— Хм-м… Ну ладно, пусть так. Но, что важнее, Ко, — где это ты успел подружиться с теми четырьмя?

— С какими четырьмя?

— Не придуривайся. Я о Нидзино-сан, Курано-сан, Рут-сан и Теиа-сан.

— А, так ты о них.

Котаро вовсе не прикидывался. Если считать Рут, захватчиц было пятеро, и упоминание «четырёх» попросту не сразу сложилось у него в голове. Но поскольку Кэндзи не знал о Санаэ, это было простое недоразумение.

— Вы же были знакомы ещё до их перевода сюда, верно?

— Ага, как-то раз пересеклись, когда я ходил по магазинам.

— По магазинам?..

Кэндзи склонил голову набок. Он проводил с Котаро уйму времени, но не мог припомнить ни одной такой встречи с этими четырьмя во время их совместных походов в магазин. В ответе Котаро ему почудилось что-то сомнительное.

— Когда это бы…

— К-кстати, эти четыре девушки и впрямь бросаются в глаза, да, Макензи-кун?

— А? Ну да, ещё бы. На любой вкус, как говорится…

Почувствовав, куда клонится разговор, Сидзука, знавшая правду, ловко перевела внимание Кэндзи на другую тему. У того не было ни настроения, ни охоты докапываться, и он без возражений включился в новую беседу.

— Фух…

«Пронесло. Спасибо, домовладелица-сан.»

Когда взгляд Кэндзи сместился на Сидзуку, Котаро облегчённо выдохнул. Их с Сидзукой глаза встретились, и они улыбнулись друг другу. На сегодня Сидзука была одной из немногих союзниц Котаро. Время от времени она подставляла ему плечо.

— Макензи-кун, а тебе какая из них больше по вкусу?

— Я?

— Ага, мне любопытно.

— У Макензи на уме только одна девица из театрального кружка. Он даже в клуб ради неё вступил.

— Вовсе нет. Приятель попросил записаться, чтобы добрать число участников.

Кэндзи раздражённо вздохнул в ответ на шпильку Котаро. Тот обращал к нему эту остроту далеко не в первый раз.

— Ну же, расскажи, Макензи-кун! Мои подружки всё время выпытывают, какие тебе девушки нравятся!

— Хм-м… Из этих четырёх…

Кэндзи перевёл взгляд на четвёрку. Котаро — тоже, само собой. Если не считать Санаэ, захватчицы устроились вместе и болтали с кучкой одноклассников. В первые дни в школе они сильно выделялись, но теперь уже примелькались и вросли в класс, как будто всегда тут и были.

— Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься, Курано-сан?

— Да ну вас, отстаньте. Вас, мальчишек, только это и занимает…

— А тебе разве не интересно?

— Н-ну…

— Хи-хи, да мне всё равно. Сейчас я ни с кем не встречаюсь.

— Отлично! Я! Я! Запиши меня добровольцем!

— Дурак ты…

— Впрочем, я уже сделала выбор.

— Правда? Кто же он?!

— Ахаха, это секрет.

В классе Кириха слыла образцовой отличницей. В школе она меняла и тон, и манеру держаться. Была подвижной, с быстрым умом, но при этом ко всем доброжелательной. Именно поэтому вокруг неё всегда крутился народ. Большинство одноклассников, толпившихся сейчас вокруг захватчиц, были её знакомыми. Играла она, конечно, превосходно, но Котаро, знавший настоящую Кириху, невольно становилось чуть-чуть жаль ничего не подозревающих товарищей по классу.

— Ой, осталось всего пять минут! А у меня ещё шесть задач! Не успею! А-а-а… Ой…! Уа-а-а-а!

— Юрика-сан, хочешь, снова покажу тебе свою домашнюю?

— Можно?!

— Если угостишь меня соком.

— …Ладно, сама решу. У-у-у…

По сравнению с Кирихой, Юрика слыла у всех пропащей. Вечно суетилась и вела себя подозрительно. Она то и дело проваливала дела и опаздывала. Забыть домашнюю для неё было обычным делом. И сейчас она отчаянно пыхтела, пытаясь доделать математику. Часто она болталась вместе с Кирихой, и это только сильнее оттеняло её беспомощность. Сама Юрика, впрочем, этого не замечала.

— Я не люблю рок.

— А что ты тогда слушаешь, Теиа-тян?

— Обычно классику, но мне и энка любопытна. Прошлогодний хит «Пламенный барабан фестиваля» меня поразил до глубины души.

— Этот трек и правда был бомбой в мире энка, не спорю.

— Как круто… Всё-таки принцесса — это принцесса.

Самой заметной из четвёрки была Теиа. В отличие от Кирихи, Теиа попросту оставалась собой. Правда, она переделала свою «легенду»: вместо «принцессы-инопланетянки» стала «принцессой из страны, где всё ещё сохраняется монархия», приехавшей в Японию учиться.

Манера речи и происхождение у неё были странные, но всё, что она говорила, в целом звучало правдоподобно. Что удивительно, она неплохо разбиралась в популярных исполнителях и комиках. На самом деле её переводное устройство подсказывало ей подобные темы, и приспосабливаться ей было нетрудно. Благодаря этому класс просто счёл её представительницей высшего света.

— Хм-м, так бэнто для Теиа-тян тоже готовишь ты, Рут-сан?

— Да, но я всё ещё изучаю местную кухню.

— Здорово. Вот бы и я умела готовить…

— Завидуешь, правда? Рут — моя подруга детства, ею я хвастаюсь с удовольствием. Разве не так, Рут?

— Да.

На фоне самобытных соседок Рут проигрывала по яркости. Никогда не говорила ничего неуместного и, если не считать её физподготовки, не имела за собой никаких примечательных недостатков. Она всегда сливалась с фоном, мягко улыбаясь рядом с Теиа. Тем не менее её скромное очарование нравилось многим, и потому она пользовалась тихой, скрытой популярностью. Хоть среди четырёх подруг она и не выделялась, внимание всё равно привлекала.

— Хм-м…

— Не разыгрывай тут задумчивость, Макензи. Из этих четырёх ты бы выбрал Юрику.

Пока Кэндзи размышлял, Котаро усмехнулся и ткнул пальцем.

— Не приписывай мне того, чего я не говорил.

— Нет, я знаю, что прав. Ты всегда такой. У тебя слабость к девушкам, которые сами ничего не могут.

— Ахаха, это правда, Макензи-кун?

— Ничего подобного, Касаги-сан. Ко просто несёт чушь.

Кэндзи поспешил отмести обвинение Котаро.

— Тогда кто же?

— …

Но стоило Котаро надавить посильнее, Кэндзи умолк. Правда была в том, что из тех четырёх его типом действительно была Юрика.

— Видишь? Всё-таки Юрика.

— Да ничего подобного! Это просто совпадение!

— Если уж на то пошло, то Сатоми-кун тоже ведь беспомощный. На таких вот ты и западаешь, да?

— Не говорите таких страшных вещей, Касаги-сан.

— Не красней только.

— А ты, Ко, заткнись! Это и вправду не так, Касаги-сан…

Отчитав Котаро, Кэндзи отчаянно принялся оправдываться перед Сидзукой. В этот момент Санаэ, до того парившая неподалёку, повисла у Котаро на спине.

— Эй, Котаро, а ты-то?

— Хм?

— Кто из нас в твоём вкусе?

Санаэ, прильнув к нему, прошептала ему в ухо. Котаро ответил ей тем же тоном — шёпотом.

— …Это даже спрашивать не надо.

— То есть я?! Я же с тобой всё время рядом! Невинная, бодрая, отважная, прекрасная девочка-призрак Санаэ-тян!

Глаза Санаэ заблестели в предвкушении, и она прильнула ещё ближе. Однако Котаро решительно покачал головой.

— Ни за что. Это Рут-сан. Из вас пятерых тут даже спорить не о чем.

Для Котаро, изо дня в день ведшего бои на всех фронтах, ответ был очевиден: единственная, с кем не приходилось сражаться, — Рут.

— И не смей так шутить! Самая миленькая — это же я!

— Гвэх…

Санаэ посильнее обвила руки вокруг шеи Котаро и принялась его душить.

— Я же постоянно возле тебя! Неужто нельзя сказать что-нибудь этакое, как в романтической комедии? Мол, сердце у тебя при мне так и колотится и ты находишь меня милой?!

— Н-ну нет, я ничего такого не чувствую…

— А я ещё и болею за тебя на спортивном празднике! Надоело!

От возбуждения Санаэ сдавила шею Котаро ещё сильнее.

— В к-конце концов, ты тоже хочешь выжить меня из комнаты… — прохрипел Котаро.

— Мне всё равно! Это всё равно нечестно!

От давления на шею Котаро почувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Но со стороны казалось, что он просто спокойно сидит, и никто ничего не замечал. Не только четвёрка захватчиц — странные отношения Котаро и Санаэ давно стали привычной частью классного ландшафта.

После занятий Кириха в одиночку направилась к клубному корпусу.

«Чтобы участвовать в клубном марафоне с препятствиями, мне нужно вступить в какой-нибудь клуб, но…»

Её целью, разумеется, был спортивный праздник в следующем месяце. Конкретное соревнование, в котором они собирались участвовать, называлось клубным марафоном с препятствиями. Как явствовало из названия, представители клуба бежали в паре. Поэтому каждой из захватчиц нужно было сперва вступить в какой-то клуб, а затем добиться, чтобы её выбрали одним из двух представителей.

«В какой же клуб мне податься…»

Кириха остановилась перед клубным корпусом и окинула взглядом список кружков. Внимательно глядя на перечень, она прокручивала в голове тактические расчёты на забег.

«Соревнование парное, значит, мне потребуется способный напарник на случай затруднений. Первое и самое главное требование — быстрые ноги. Раз уж это марафон, выбор спортивного клуба очевиден. Полагаться на ноги гуманитария было бы глупо. И раз это полоса препятствий, небольшой рост и лёгкое сложение будут выгоднее. А если вспомнить, кто отличается быстротой и лёгкостью…»

Собрав мысли воедино, Кириха остановилась на одном конкретном клубе: женской лёгкоатлетической команде. Когда глаза её наткнулись на нужную строку, губы сами сложились в улыбку.

«Женская легкоатлетическая команда, значит? Недурно. Остаётся только добиться, чтобы меня выдвинули в представительницы. Попробую уговорить, а если не выйдет — просто пойду в другой клуб. Время ещё есть…»

— Карама, Корама, вы здесь?

— Здесь! Хо!

— Само собой! Хо!

Со стороны могло показаться, будто Кириха стоит одна, но где-то рядом из ниоткуда раздались голоса её ханив-слуг. Они украдкой сопровождали её, используя встроенные устройства маскировки.

— Записывайте все разговоры там, куда я пойду. Мне нужно проанализировать характер каждого и их взаимоотношения, так что фиксируйте всё, что можно.

— Понял! Хо!

— Постараемся как следует! Хо!

Кириха намеревалась пробиться в женскую легкоатлетическую команду тем же способом, каким в своё время вломилась в комнату 106 Котаро. Она присмотрится к участницам клуба и искусно подтолкнёт их к тому, чтобы её избрали представительницей на марафоне с препятствиями.

— Хорошо.

Кириха кивнула своим ханивам и двинулась к дверям клубного корпуса.

— Не-е-е-ет! Я не буду вступать в клуб косплея! Я же говорю, я не косплеерша!

— Она упирается сильнее, чем я думала.

— Не бери в голову. Просто веди её внутрь. Не забывай, это ради нашего возлюбленного Сатоми-куна.

— Есть!

— Не-е-е-е-е-е-т!

Кириха разминулась со странной шумной компанией уже внутри, но не обратила на них внимания. Её мысли были целиком поглощены тем, как уговорить женскую легкоатлетическую команду выдвинуть её на забег.

«Хе, посмотрим, как справятся остальные…»

Кириха уверенно улыбнулась и вместе с двумя ханивами направилась к комнате клуба лёгкой атлетики.

Но не одна Кириха вела в этот час свою работу. Пока она встречалась с легкоатлетами, Теиа тоже подбиралась к определённому клубу.

— Значит, она вступает в женскую легкоатлетическую команду?

— Так точно. Я подтверждаю, что она уже зашла в их клубную комнату.

— Молодец, Рут. Продолжай наблюдение.

— Слушаюсь.

С коротким сигналом голос Рут пропал из браслета Теиа. Устройство на её правом запястье помимо вызова оружия имело и другие функции. Связь — одна из них, так что она спокойно разговаривала с Рут через её браслет. Выслушав доклад, Теиа завершила сеанс и упёрла руки в бока.

— Хе-хе-хе, значит, Кириха идёт в легкоатлетическую команду. Типичный ход. Однако же…!

В глазах Теиа сверкнул огонёк, когда она подняла взгляд на здание перед собой. Оно казалось ей довольно внушительным — впрочем, исключительно из-за её собственного небольшого роста. Само по себе здание было невелико.

— Соревнование — это прежде всего организованная сила и сплочённая мощь! Физический труд я оставлю мужчинам! Ты выбрала не тот клуб, обитательница подземелий! Ха-ха-ха!

Перед ней тоже стоял клубный корпус, но несколько иного рода. Это был сборный барак, которым пользовалась юношеская группа поддержки. Поскольку во время тренировок они поднимали неимоверный шум, их поселили в отдельном строении.

— Мне нужны единство и безграничная преданность! Вы будете готовы отдать за меня жизни, парни из группы поддержки!

— Го! Го! Ха-ру-ка-дзэ!

— Вперёд, вперёд, Харукадзэ! Вперёд, вперёд, Харукадзэ!

Пока Теиа громко смеялась, из барака доносились гулкие мужские голоса и оглушительный барабанный бой, да с такой силой, что содрогалась земля.

— Отлично, превосходно! Пыл, достойный моего войска! Готовьтесь!

— Вперёд, вперёд, Харукадзэ! Вперёд, вперёд, Харукадзэ!

Голоса гремели, барабаны ревели. Казалось, этот рёв вот-вот снесёт крошечную фигурку Теиа с места. Но её это ничуть не смутило. С решительным видом она подошла прямо к двери и постучала.

— Приветствую!

— Кто там? У нас тренировка. Если у тебя к нам дело, приходи потом.

Вскоре после стука дверь распахнулась, и на пороге показался парень с суровым лицом. Форма на нём была куда более традиционного покроя, чем обычная школьная форма Харукадзэ. Полы куртки и штанины — длиннее обычного, всюду густая вышивка. На левом рукаве — повязка с надписью «капитан». Это был вожак клуба.

Но ещё более поражало его исполинское сложение. Казалось, он едва протискивается в дверной проём. Рядом с Теиа он выглядел настоящим великаном.

— Этого не будет. Начиная с сегодняшнего дня этим клубом правлю я.

Однако и тут улыбка Теиа не дрогнула ни на миг. Её самоуверенная усмешка как раз подходила такому правителю. Она ткнула пальцем прямо в лицо великану.

— Немедленно передай мне власть над группой поддержки. Все члены клуба будут подчиняться каждому моему приказу!

— Что?! Ты, что ли, вызываешь нас на бой?! Думаешь, с такой букашкой, как ты, можно что-то сделать со славой нашей группы?!

— Вот это настрой! Но прежнему капитану я уступок не сделаю! Я как следует тебя вышколю, заставлю пожалеть, что ты назвал своего нового господина букашкой!

— Бред! Не зарывайся, карапузка! Парни, к оружию! Не щадите её, пусть и девчонка! Она оскорбила нашу группу!

Парни, встав плечом к плечу за своим вожаком, высыпали из клубной комнаты всей оравой. Каждый из окруживших Теиа громил был огромен. Они возвышались над ней до того внушительно, что она буквально скрылась в их тени.

— Прекрасно! Именно так и должны вести себя мои вассалы!

— Кончай нести чепуху!

— Живой ты отсюда не выйдешь!

Члены группы в ярости надвинулись на Теиа. Всё это напоминало свору диких зверей, затравившую кролика.

— Разумеется, не выйду! Такова сама природа победы! Узрите же седьмую принцессу Святой Галактической Империи Форторте — Теиамиллис Грэ Форторте!

Как выяснилось, самым свирепым зверем среди них оказался этот самый крохотный «кролик».

Примерно через час сквозь окно сборного барака можно было увидеть Теиа. Она безмятежно восседала в изящном деревянном кресле в глубине комнаты. Теперь уже её левый рукав украшала повязка капитана. За её спиной висел флаг с тем же гербом, что был вычеканен на её браслете. То, что изначально принадлежало старшей школе Кицусё-Харукадзэ, отныне стало собственностью Империи Форторте.

Группа поддержки выстроилась перед Теиа. Удивительным образом все до единого были в той или иной степени потрепаны. Помимо ссадин и растяжений у кого-то виднелись ожоги, у кого-то — синяки, а у одного даже волосы были опалены. И тем не менее эти железные духом ребята были не из тех, кто жалуется. Они стояли, выпрямившись во весь рост и выпятив грудь. Десять парней в чёрной форме, построенные по-военному в линию, — зрелище, что и говорить, внушительное. Единственным исключением был тот самый молодец, что ещё час назад носил повязку капитана. Ему досталось по первое число, и теперь он лежал в углу барака.

— Не-е-е-е-т! Я не буду надевать это и участвовать в спортивном празднике! Простите меня-а-а!

— Да смирись уже, Юрика-тян.

Снаружи доносились голоса, но сидевшие внутри мужчины на них даже не взглянули. Теиа — тоже. С довольной улыбкой она наблюдала, как подчинённые послушно тянутся во фронт.

Она поднялась, упёрла руки в бока и величественно провозгласила:

— Слушайте все. С сегодняшнего дня группа поддержки возродится! Вы больше не будете подбадривать нечто столь расплывчатое, как «школа». Отныне вы — королевская группа поддержки и болеете только за меня! Впервые за всю долгую историю Империи Форторте у представителя правящей династии появилась собственная, лично подчинённая группа поддержки! Осознайте всю значительность этого события и вложите в дело сердце и душу!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

Десятеро парней грянули в ответ на заявление Теиа. Их могучие, закалённые ежедневными тренировками голоса сотрясли весь барак. Однако то, что они делали, вряд ли уже можно было назвать простым «подбадриванием». Это был скорее первозданный, неприкрытый выплеск преданности Теиа.

— Возглашайте и славьте моё благородное имя! Поражение в Форторте недопустимо! Не забывайте: Форторте — синоним победы!

— Победа Её Высочеству Теиамиллис! Слава королевским родам Форторте!

Теиа захватила группу поддержки силой оружия. Медленная, обстоятельная манера Кирихи ей не подходила.

Покорив группу поддержки, Теиа радикально изменила её суть. Она перековала её в единый инструмент, существующий исключительно ради неё. С этой преобразованной группой она и собиралась войти в спортивный праздник.

— Сражайтесь с врагами королевских домов! Проливайте кровь ради меня! Идеальная дисциплина, доверие к соратникам и — важнее всего! — беспрекословная преданность мне приведут нас к победе!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

— Ахахаха! И что ты будешь делать, плебей, теперь, когда у меня есть непобедимое войско?!

Воодушевлённая Теиа думала о Котаро.

«Ну-ну, посмотри, плебей. Я покажу тебе, какой мощью обладают верность и единство!»

Она не до конца осознавала, что одной из причин её «государственного переворота» в группе поддержки было попросту желание отомстить Котаро за то, что тот отказался присягнуть ей на верность.

Пока Теиа была поглощена захватом группы поддержки, Котаро занимался своим клубом и оставался в блаженном неведении о манёврах Теиа и Кирихи. Более того, о своей обычно хаотичной жизни он и вовсе забыл. Когда после занятий он вязал рядом с Харуми, его охватывало странное чувство мирного довольства — сродни тому, что он испытывал во сне.

— Сатоми-кун, ты стал лучше вязать.

— Правда?

— Да. В твоих стежках больше не видно колебаний.

— Хахаха, я же с самого начала делаю одно и то же. Видимо, даже такой неумёха, как я, рано или поздно набивает руку.

Котаро не замечал собственных успехов, пока Харуми о них не сказала. Но она была права. Пусть он и ссылался на «мышечную память», теперь его пальцы двигались с определённой уверенностью.

«Потихоньку прибавляется в длину…»

Котаро остановился и оглядел то, что получилось у него за сегодня. Связано было уже больше тридцати сантиметров. Если дело пойдёт так и дальше, до полноценного шарфа осталось совсем немного.

«А вот тут всё из рук вон плохо…»

Первые стежки выглядели как попало. То там, то тут торчали неопрятные узелки, обвязка вышла неровной, но с каждыми десятью сантиметрами качество вязки заметно улучшалось. До уровня Харуми ему было пока далеко, но в сравнении с самим собой в начале — прогресс был очевиден.

«А ведь и впрямь стал лучше».

В вязании усердие вознаграждалось зримыми плодами. Котаро мог своими глазами увидеть, насколько он вырос.

— …А ты, Сатоми-кун, и вправду занимаешься вязанием всерьёз.

— А?

Когда Котаро поднял голову, мягкие глаза Харуми смотрели прямо на его работу.

— Я это вижу по твоему вязанию.

Харуми протянула руку и осторожно провела пальцами по полотну, словно гладила щенка.

— Вы, наверное, по-настоящему любите вязание, сэмпай?

— А…

Харуми прикасалась к его вязанию кончиками пальцев — и даже это она делала бережно. Видя это, Котаро понимал, до чего она дорожит своим делом. Но стоило ему об этом сказать вслух, Харуми слегка покраснела и опустила взгляд.

— Да, очень люблю. Поэтому… кхм… мне так радостно видеть, что и ты относишься к нему всерьёз…

— В таком случае я постараюсь оправдать ваши ожидания.

Котаро улыбнулся Харуми и снова взялся за спицы. В последнее время ему и так нравилось вязать, а теперь, когда стало понятно, что он и впрямь продвигается, он полюбил это занятие ещё сильнее.

— Н-нет, торопиться вовсе не нужно… Давай ещё поболта…

— Хм?

— Ой, н-ничего! Ничего-ничего!

Когда Котаро снова поднял на неё глаза, лицо Харуми было пунцовым, а руки её неслись как ураган. Стежки у неё получались куда грубее обычного, в работе не было и следа её привычной аккуратности.

«Что это с ней…»

Котаро склонил голову набок и понаблюдал за Харуми, которая на себя сейчас была совсем не похожа. Но чем пристальнее он на неё смотрел, тем ярче пылали её щёки и тем стремительнее двигались руки.

— Перестаньте, пожалуйста, с меня раздевать! Я сама умею переодеваться!

— Всё будет хорошо. Просто расслабься.

— Хватит дурачиться и возьмись за это серьёзно. Это нужно, чтобы снять мерки для наряда, в котором она побежит марафон с препятствиями на спортивном празднике.

— Понятно.

— Я не хочу-у-у!

«А, я же совершенно забыл!»

Голоса снаружи напомнили Котаро об одном деле.

— Кстати, сэмпай, я хотел вас кое о чём попросить.

— Д-да?

Харуми выпрямилась так резко, будто её испугали. Котаро это показалось странным, но он продолжил.

— Вы не согласитесь стать моей парой в клубном марафоне с препятствиями?

— В марафоне с препятствиями?..

Повторив его слова, она словно вернулась в своё обычное состояние. Чуть погодя её брови нахмурились, а во взгляде мелькнула грусть.

— Но я же совсем не умею в спорт… Я только буду тебе мешать.

— Ничего страшного. Это неважно. — Котаро покачал головой. — Если честно, я поспорил с кое-кем насчёт этого забега. Кто первым доберётся до финиша, тот будет командовать остальными. Но правила требуют команду из двух человек, и одному мне не участвовать.

— С друзьями, значит?..

— Кроме того, даже если участвуют в паре, засчитывается только лучший результат из двух. Так что, если вы сойдёте с дистанции сразу после старта, я возражать не буду. Мне нужно только, чтобы вы вышли на старт.

По правилам клубного марафона от каждого клуба должны были участвовать двое представителей, но финишную черту пересекать мог только один. Котаро не сможет стартовать в одиночку, но он пробежит трассу сам, если Харуми просто выйдет с ним.

— А ведь и правда, такое правило есть… Понятно. Раз дело обстоит так, я с радостью составлю тебе компанию.

— Спасибо большое, сэмпай.

— Не за что.

В итоге Харуми с улыбкой приняла просьбу Котаро. Она колебалась лишь потому, что не хотела его подвести. А раз для него это не было проблемой, у неё не оставалось причин отказываться.

Котаро и Санаэ покинули старшую школу Харукадзэ только к половине пятого.

— Общество вязания — такая скука…

— Отстань.

Для завершения клубных занятий время было всё ещё сравнительно раннее, но у Харуми сегодня была запись к врачу. В такие дни общество вязания либо расходилось пораньше, либо попросту переносило встречу.

— Но вообще, нормально ли это — играть в паре с такой хилой девчонкой? Если и ты сойдёшь, мы придём последними, сам понимаешь…

— Ничего, если я выиграю — всё в порядке. Хе-хе, тебе повезло: я ведь всегда был звездой школьных спортивных праздников.

— У меня что-то вдруг появилось дурное предчувствие…

Парочка шутливо перебрасывалась фразами, направляясь к главным воротам школы. Другие Санаэ не видели, поэтому в людных местах Котаро предпочитал помалкивать. Так было и теперь. Проходя через ворота, он не ответил Санаэ ни слова. Санаэ это понимала и не обижалась, и разговор возобновился, только когда они пробились сквозь толпу.

— …Не валяй дурака, Котаро. Мы с тобой в этот раз в одной лодке.

— Положись на меня.

— Мне что-то всё тревожнее…

— Сейчас увидишь. Завтра начну тренироваться. Я тебя потрясу до глубины души, Санаэ.

— Ну-ну, надеюсь.

— …

Котаро снова умолк — только на этот раз причина была не в прохожих. Он просто шёл вдоль ограды школы. Когда Санаэ проследила за его взглядом, она поняла: он смотрит на школьный двор.

— Ты чего там углядел?

— Хм? А, ничего особенного.

Котаро наблюдал за тренировкой бейсбольного клуба. Поле было оборудовано прожекторами, так что ребята могли продолжать тренировку и после захода солнца. Их занятие только-только началось.

— Бейсбольный клуб, значит? Ты ведь тоже занимался бейсболом, да?

— Хм? Да. До окончания средней школы.

— У тебя дома всякой такой ерунды полно.

Санаэ вспомнила тот день, когда впервые встретила Котаро. Тогда по полу у него валялись бейсбольные мячи, биты и перчатки. Да и за ней самой он гонялся с битой в руках.

— Но теперь я верен обществу вязания.

— Это потому, что та девушка в твоём вкусе.

— Больше, чем вы все.

— Ты что?! Не обязательно так сразу!

Санаэ надула щёки и обиженно отвернулась в ответ на колкость Котаро. Он усмехнулся, глядя на неё, но только собрался что-то сказать, как резко обернулся назад.

— А?

— Что? Что случилось?

Санаэ опешила от неожиданного движения Котаро, и её надутые щёки тут же вернулись в обычный вид.

— Просто показалось, что на меня кто-то смотрит…

— Здесь никого нет.

— Значит, почудилось.

— Ты, случаем, не зазнался? Нехорошо, знаешь ли. Говорят, это первый шаг к тому, чтобы стать нарциссом.

— Не сравнивай меня с Макензи.

— А? Очкарик-кун у нас нарцисс?

— Ага. Настолько, что записался в театральный кружок.

— Хм… Значит, он такой, каким и выглядит.

— Правда же?

К добру или к худу, но Санаэ забыла о своём недавнем недовольстве — хотя ни она, ни Котаро этого не заметили, и их мирная беседа потекла дальше.

— А вообще, не могу представить, чтобы кому-то было интересно за мной подсматривать… — проговорил Котаро, стряхивая с себя прежнее странное ощущение.

— Ну, я бы не была так уверена…

— Хм? Что ты сказала?

— Ничего-о-о! Хватит выдумывать, просто иди дальше.

— Ладно-ладно.

Они прошли несколько перекрёстков — и тут из переулка поблизости вывалилась, едва держась на ногах, чья-то фигура.

— С-Сатоми-са-а-ан!

То была не кто иная, как Юрика.

— Юрика?!

— Что с тобой случилось?!

Выглядела Юрика странно. Измождённая, со щеками, мокрыми от слёз. Мало того, и одежда её была в полном беспорядке. Шарф сбился набок, пуговицы застёгнуты вкривь и вкось, сквозь щели в одежде просматривалось нижнее бельё. Она была в совершенно разобранном виде.

— Помоги мне, пожалуйста, Сатоми-сан! Какой-то странный клуб гоняется за мной и пристаёт!

Юрика вцепилась в Котаро и со слезами на глазах подняла на него умоляющий взгляд.

— Они меня раздели, сняли мерки и заставили надеть какие-то странные наряды! Я больше не выдержу-у-у!

— Э-это, должно быть, ужасно…

— Н-наверное, клубы тоже от отчаяния… Ха, хахаха…

Клубом, что гонялся за Юрикой, был, разумеется, кос-клуб, завербованный самим Котаро. Однако ни Котаро, ни Санаэ не могли ей об этом сказать и лишь отшучивались с натянутыми улыбками.

— А завтра они сказали, что снимут мерки с нижнего белья! Я не хочу показывать всё-всё никому, кроме любимого челове-е-ека!

— Аха… Ахахаха…

— Ня-ха… Хахахаха…

Юрика была в истерике, а Котаро с Санаэ лихорадочно прикидывались ничего не понимающими.

«Так это, значит, была она…»

С появлением Юрики Котаро наконец понял, что за чувство охватывало его у школьных ворот. В отличие от него самого, Юрика, разумеется, ни о чём не догадывалась.

Пятница, 1 мая

Когда календарь перевернулся на май, многие клубы старшей школы Кицусё-Харукадзэ принялись усиленно готовиться к марафону с препятствиями. В Харукадзэ клубы сами по себе имели немалый вес, а их влияние напрямую зависело от численности. Вот почему события, в которых клубы могли сразиться друг с другом напрямую, привлекали повышенное внимание. Неудивительно, что школьный двор уже кишел учениками, занятыми самыми разными тренировками.

Одним из таких клубов была и женская легкоатлетическая команда, в которую вступила Кириха. Как раз сейчас они проводили пятикилометровый забег с хронометражем, чтобы определить своих представительниц на марафон с препятствиями.

— Ха… Ха… Ха…

Кириха бежала по дорожке с идеальной техникой и правильным дыханием. Её красивая форма и ровный темп выделялись даже среди легкоатлеток. От старта и почти до самого финиша она не сбавляла. Впрочем, две девушки бежали впереди, и она шла третьей. Техника у Кирихи была отменной, но из-за недостатка тренировки ей не хватало ни выносливости, ни опыта. К тому же её женское тело не очень-то подходило для длинных дистанций. Учитывая всё это, она показывала очень достойный результат.

— Кири-тян, держись!

— Ха… Ха… Ха…

Подбадриваемая одной из финишировавших раньше, Кириха пересекла черту третьей. За ней одна за другой финишировали и остальные участницы команды.

— А ты быстра, Курано-сан. Даже не верится, что ты первокурсница-новичок.

— Мгм! Не смей ставить мою Кири-тян в один ряд с обыкновенными первогодками.

— Б-благодарю вас. Ха… Ха…

Пока Кириха пыталась отдышаться, две третьекурсницы, финишировавшие раньше неё, подошли к ней.

— А чего это ты ещё хвастаешься?

— Нас с Кири-тян связала сама судьба! Только это и важно.

Кириха ещё тяжело дышала, а две другие девушки, казалось, и не запыхались. Опытные марафонки, пять километров для них были ничто.

— Но ты, Кири-тян, нечестно хороша… Ты и красивая, и грудь большая, и умная, и быстрая.

— Н-но я не могу сравниться с вами двоими, сэмпаи.

— Кя-а-а! Даже характер у тебя прекрасный!

— Кя?!

— Ну хватит, угомонись. Мы тут серьёзным делом занимаемся.

— Извини-и-и, Кири-тян!

— Н-нет, ничего страшного…

Бойкая третьекурсница — это Такахаси, а серьёзная — Кавасима. Их имена были нашиты на груди спортивной формы. Кавасима к тому же была капитаном женской легкоатлетической команды.

— Ну, с этим мы определили и наших представительниц на марафоне с препятствиями.

— Я и Кири-тян!

— Именно.

— Что? Я?

Хотя всё шло по её плану, Кириха всё же немного растерялась. Она думала, что ей придётся уговаривать, убеждать, — и была приятно удивлена, что всё сложилось само собой.

— Да. У нас давно ведётся традиция: одну кандидатуру выбираем по уму, другую — по физической форме.

— А значит, это будем ты и я, Кири-тян. Чтобы побеждать, порой одних мышц мало.

— Не выставляй это так, будто чем-то хвастаешься. Вот же ты…

Кавасима поразилась беззаботности Такахаси, но Кириха всё ещё продолжала размышлять.

— Кстати, сэмпай, а что за препятствия в этом марафоне?

— Кава-тян, объясни, пожалуйста.

— Сил нет, ты всегда так…

Плечи Кавасимы поникли, когда Такахаси с такой лёгкостью переложила объяснение на неё. Тяжело вздохнув, Кавасима начала говорить.

— Так вот, Курано-сан, всего «препятствий» десять. В прошлые годы бывало всякое — от поедания карри на скорость до чтения кандзи на время. Словом, типичные задания спортивного праздника. Загвоздка в том, что каждый год они меняются, и какие именно будут в этот раз, мы не знаем. Потому-то…

— Потому-то дурочке вроде меня в одиночку не победить! Если одним из заданий будет чтение кандзи или английского, у меня ни малейшего шанса.

— Я же просила тебя этим не хвастаться.

— Тиии-хи, прости!

Клубный марафон с препятствиями представлял собой пятикилометровую трассу с десятью препятствиями по дистанции. Участники натыкались на очередное задание примерно каждые четыреста-пятьсот метров. Задания были самые разные: одни требовали силы, другие — ловкости, третьи — сообразительности. Популярными были толкание ядра, эстафета с ложкой и викторины.

Препятствия, по сути, играли роль гандикапов: кто быстрее — или медленнее — с ними справляется, тот и двигается соответственно. Быть просто быстрым бегуном было недостаточно, и именно это делало забег таким трудным. У каждого клуба была своя тактика — от выставления сбалансированной пары до посылки сугубо быстроногих, чтобы компенсировать недостаток смекалки. Стратегия женской легкоатлетической команды сводилась к тому, чтобы выставить в паре самую быструю и самую умную.

— Понимаю. Это разумно.

— Выложимся на все сто, Кири-тян!

— Разумеется. Жду забега с вами с нетерпением, Такахаси-сэмпай.

— Отлично! Оставь всё на меня.

Кириха светло улыбнулась. Она была вполне довольна исходом.

«Всё идёт так, как я задумала».

Такахаси была самой быстрой в команде и при этом довольно миниатюрной. Идеально подходила под тот тип напарницы, который Кириха держала в уме.

«Осталось только…»

Кириха подала едва заметный знак рукой.

— Хо! Звали, Анэ-сан? Хо!

— Что прикажете? Хо!

Двое ханива, Карама и Корама, тотчас откликнулись. Они, как и прежде, прятались за передовой маскировкой и следовали за Кирихой по пятам.

— Меня выбрали представительницей, всё по плану. Теперь вам нужно сосредоточиться на сборе информации, как мы и уговаривались.

— Понял! Хо!

— Сейчас же! Хо!

— Отмечайте во дворе всех, кто в более хорошей форме, чем я. И не забудьте записать данные об их телосложении.

— Хо! Положитесь на нас, хо!

— Анэ-сан может тренироваться спокойно, хо!

— Хорошо. А потом, когда закончите с этим, подготовьте средства. У нас ведь ещё осталось то золото, которое я собиралась отдать Котаро, верно?

— Хо, хо! Так точно, хо!

— Вас понял, хо! Сейчас же принесём, хо!

Кириха ухмыльнулась, ощущая, как оба ханива удаляются.

— Если ты думаешь, Теиа-доно, что я буду играть по правилам, — ты ошибаешься…

Кириха флегматично, но хищно улыбнулась. Она была уверена, что Теиа ей не соперница.

— Что ты там застряла, Кири-тян? Тренировка начинается.

— Простите, сейчас подойду!

Кириха снова напустила на себя маску образцовой отличницы и побежала к своим товаркам по команде.

Тем временем Теиа не хуже раздувала угли соперничества с Кирихой, последовательно готовясь к спортивному празднику. Полностью подчинив себе группу поддержки, она и сегодня громко отдавала приказы.

— Черви, в чём ваша сила?

— Единство! Подбадривание! Победа!

— Кто ваш господин?!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

— Я вас не слышу!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

Отвечая Теиа, группа поддержки бежала строем вокруг школьного здания. Теиа шла сзади, размахивая бамбуковым мечом и подгоняя парней.

— Умрёте ли вы ради меня?

— Как пожелаешь, моя принцесса!

— Проливайте кровь за меня! Посвятите свои жизни победе королевских домов!

— Все как один! Все как один! Все как один!

Зрелище было сюрреалистическое: могучие парни в чёрных как смоль формах бегают под командованием юной девочки в спортивном костюме — и при этом все как один на полном серьёзе. Впрочем, все, кто был против Теиа, уже подверглись «чистке».

— Хорошо! А теперь — пойте, черви! За мной!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

— И раз, два, три, вперёд! Мы — прекрасная группа поддержки!

— Мы — прекрасная группа поддержки!

Высокий, чистый голосок Теиа взвился к небу, а следом грянул низкий, мужественный хор. Их голоса разносились ветром по всему школьному двору. Теиа продолжала запев.

— Верь в товарищей и защищай принцессу!

— Верь в товарищей и защищай принцессу!

— Это здорово!

— Это здорово!

— Это здорово!

— Это здорово!

— Будем трудиться, пока не сойдём со сцены!

— Будем трудиться, пока не сойдём со сцены!

Едва Теиа и перекованная группа поддержки допели первую из своих песен, браслет Теиа издал короткий сигнал. Это был вызов от Рут.

— О, это Рут. А мы только до самого интересного дошли… Ладно, вы продолжайте бежать!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

Теиа крикнула парням вслед, и те, продолжая бежать, громогласно откликнулись, но даже на мгновение не нарушили строя, хотя и оказались вне прямого контроля своей маленькой повелительницы. Теиа проследила взглядом, как они скрываются за углом здания, и с несколько раздражённым видом приказала браслету принять вызов Рут.

— Голубой Рыцарь, открой связь с Рут.

— Как пожелаешь, моя принцесса.

— Рут, это я.

— Ваше Высочество!

— Что такое? Что-то случилось?

В голосе Рут сквозила тревога, заглушавшая её обычную мягкость. Поняв, что дело серьёзное, Теиа разом растеряла раздражение.

— Я обнаружила два неопознанных летающих объекта над старшей школой Кицусё-Харукадзэ.

— Неопознанные летающие объекты?

— Так точно. Они укрыты термооптической электромагнитной маскировкой, поэтому мне потребовалось некоторое время, чтобы их засечь. Насколько я могу судить, они зависли примерно в ста метрах над землёй и собирают данные со школьного двора.

— Собирают данные?.. У тебя есть предположения, чьи они?

— Если позволите лишь предположение.

— Говори.

— Когда главный компьютер Голубого Рыцаря проанализировал слабую энергетическую утечку из-под их маскировки, он оценил в шестьдесят три процента вероятность того, что это те два ханивы.

— Ханивы, значит? Не знаю, что именно она выведывает, но, похоже, Кириха что-то замыслила к спортивному празднику…

Поначалу Теиа была не в духе, раздражённая прерванной тренировкой, но, узнав, что её соперница перешла к действию, подняла глаза к небу с хищной, беззаботной улыбкой. То была ухмылка свирепого зверя.

— Я не позволю Кирихе вертеть всем по-своему. Голубой Рыцарь, поставь помехи над школьным двором. Вышли беспилотный ударный аппарат и уничтожь летающие объекты, как только обнаружишь их.

— Как пожелаешь, моя принцесса.

— Ваше Высочество, сражение с Кирихой-самой противоречит конвенции!

Рут имела в виду Коронскую конвенцию, которую подписали Теиа и остальные. В одной из её статей однозначно запрещалось воевать за пределами комнаты 106. Пока Рут волновалась о возможном вмешательстве Сидзуки, улыбка Теиа не дрогнула.

— Хе-хе-хе. Если бы они и впрямь принадлежали Кирихе, это было бы правдой.

— Ваше Высочество?

— Однако это неопознанные летающие объекты. Не факт, что они принадлежат Кирихе. А сбить какого-то там подглядывателя — не значит сражаться с Кирихой.

— Вы что, собираетесь прикинуться ничего не знающей?

— Эти тридцать семь процентов меня и спасли, Курано Кириха! Ва-ха-ха-ха!

Теиа обращала неопределённость в свою пользу. Если бы она пошла против Кирихи, это стало бы нарушением Коронской конвенции, но нападать на кого-то другого ей никто не запрещал. Она собиралась выдать всё за то, что приняла объекты за каких-нибудь соглядатаев, а не за ханив Кирихи.

— Остановитесь, прошу вас, Ваше Высочество! Если вы натворите такое, одному Богу ведомо, что мо…

— Похоже, ты что-то замышляешь, но дальше ни шагу, Курано Кириха! Не дам тебе настоять на своём!

Мольба Рут осталась неуслышанной. Теиа торжествующе взревела, глядя, как в небе из тёмного диска вылетает беспилотный ударный аппарат.

Боевой аппарат Теиа был около метра в длину и имел форму коренастого самолёта. В нём словно смешались черты истребителя и гражданского лайнера. Однако, невзирая на грузный силуэт, беспилотник оказался куда быстрее, чем можно было представить по его корпусу. Он без труда уворачивался от электрических атак Корамы.

— Быстрый! Хо!

Пока Корама оказался застигнут врасплох, боевой аппарат открыл порты лазеров. Увидев это, Карама метнулся между ним и Корамой. Аппарат дал лазерный залп, но он разбился о жёлтый барьер из духовной энергии, поставленный Карамой.

— Брат, ты цел?!

— Карама! Ты спас меня, хо!

— Осторожнее, хо! Не попадайся в положение, где он может ударить в полную силу! Хо!

Боевой аппарат атаковал только лазером, ведь он не мог применить ни ракеты, ни живые снаряды — ничего, что оставило бы после себя улики. Поскольку повреждать ничего вокруг тоже было нельзя, он не вёл лазерный огонь на полной мощности и стрелял, только когда шёл параллельно земле или набирал высоту.

Если бы Теиа не отдала аппарату этих особых распоряжений, ханивам пришлось бы куда тяжелее.

— Мы не уступим какой-то бездушной железяке! Хо!

— Покажем ей нашу стойкость! Хо!

Ханивы в ответ хлестали противника сплавом электричества и огня. Сражение над старшей школой Харукадзэ приближалось к своей вершине.

И тем не менее никто из учеников не подозревал о битве, бушующей у них над головами. В небо смотрели лишь две непосредственные участницы: Кириха и Теиа. Остальные ребята были поглощены шумной сценой, разворачивавшейся прямо на дворе.

— Не-е-ет, раздеваться не буду! Ни за что не буду раздеваться!

— Всё будет хорошо. Просто расслабься.

— Юрика-сан, бежать больше некуда, может, ты уже просто сдашься?

В центре переполоха металась девушка в школьной форме, едва сдерживая слёзы; её окружали шестеро девушек в ярких, пёстрых нарядах.

— У нас сегодня первая тренировка с тех пор, как нам разрешили выйти в костюмах, так что не можешь же ты одна оставаться в форме, Юрика-сан.

— Нет уж, спасибо! Я не надену эту штуку! Это всё равно что раздеться догола! И потом, я не помню, чтобы записывалась в кос-клуб!

Эти семеро девушек были Нидзино Юрика и шесть членов клуба косплея. Существовала традиция: на клубный марафон члены клуба выходили в клубной форме. Для клуба косплея это, естественно, означало косплейный наряд, а поскольку формой его назвать было трудно, им пришлось испрашивать особое разрешение. Сегодня был особый день: они впервые получили возможность тренироваться в костюмах.

— Будь благоразумна, Юрика-сан. Но если тебе уж совсем не по душе наш наряд, ты можешь надеть свой собственный.

— Да это же просто моя обычная одежда. Никакой не косплей…

— Правда? Какого кос-кафе униформа? Шитьё — ну очень аккуратное.

— Да-да, ни полиэстер, ни нейлоном тут и не пахнет. Прямо завидно!

— Я же вам говорю! Вы ошибаетесь!

Кос-клуб силился натянуть на Юрику её наряд. Костюм был сшит специально для неё, на заказ. Однако Юрика пыталась удрать, отказываясь его надевать. К её несчастью, выносливости у неё на то не хватало.

— П-пожалуйста, отпустите меня! Я не такая!

Окончательно выбившись из сил, Юрика упёрлась спиной в школьную ограду. Шестеро девушек окружили её полукольцом, а она лихорадочно искала глазами путь к бегству. Безнадёжно.

— П-почему это всегда случается со мной?! Я не косплеерша! Я изо всех сил стараюсь, а меня никто не слушает!

— Не волнуйся. Тебе вообще не о чем беспокоиться, Юрика-тян. Просто открой разум и доверься нам.

— Н-не-е-е-е-е-ет!

— Взять её!

К сожалению, её и вправду никто не слушал. Даже сейчас. Когда председательница кос-клуба дала команду, остальные пятеро разом вцепились в Юрику.

— О-отпустите!

— И не подумаем.

— Мы наконец-то тебя поймали. Ни за что не отпустим!

Наряды, которые ей приходилось на себя надевать, частенько были весьма экстремальными, и, как Юрика ни старалась, избежать их и сегодня у неё не получалось.

— Ведите её в раздевалку и переодевайте немедленно!

— Так точно, председательница!

— Я же говорю, я не хочу-у-у!

— У Юрики-тян длинные ноги, так что, думаю, ей подойдёт ципао с высоким разрезом.

— Нет, от образа девочки-волшебницы трудно отказаться. Особенно если думать о том, чего она сама хочет.

— П-подождите же минуточку-у!

Четверо участниц потащили Юрику прочь. Председательница и её заместительница зашагали следом.

— Хм… Волшебница… Ципао… — задумчиво пробормотала председательница.

— Что-то не так, председательница? — с лёгким беспокойством спросила её заместительница.

— Просто думаю, во что бы нам одеть Юрику-сан, чтобы порадовать Сатоми-куна.

Председательница зарумянилась и заёрзала. Возможно, из-за своего ослепительного костюма принцессы она сегодня вела себя чуть более вычурно, чем обычно.

— Это любовь!

Когда председательница упомянула Сатоми-куна, глаза её заместительницы засверкали. Та, в свою очередь, была в эффектном наряде принца, и оттого тоже немного переигрывала.

— Всё потому, что он показал нам свою любовь!

— И вправду. Отныне нам нельзя косплеить только по собственной прихоти. Следует учитывать и мнение обычных людей. Тогда мы, может быть, найдём больше таких, кто поймёт нас, как Сатоми-кун.

— Значит, выбираем классику?

— Да… Решено! Одеваем Юрику-сан в костюм горничной!

— Хорошо-о.

— Не-е-е-е-т!

Юрика в отчаянии забарахталась, но сил стряхнуть четверых у неё не хватало. Как она ни пыталась, выходило только мотать головой и сучить ногами. Ей было не по плечу тягаться с ними. Заполучив Юрику, кос-клуб окончательно воспрянул духом.

— Хм? Вы тоже тренируетесь?

Именно в этот момент мимо проходили Котаро и Харуми. Они уже были в спортивной форме и собирались заниматься марафоном.

— О, Сатоми-кун!

— Эге-гей, Котаро-кун!

Девушки из кос-клуба по очереди приветствовали Котаро улыбками. Обычно они бы его облепили, но сегодня их внимание принадлежало Юрике.

— Хи-хи, мы как раз ведём Юрику переодеваться. А потом возьмёмся за тренировку!

— Понятно. Молодцы, держитесь.

— Похвалите же нас ещё, Сатоми-кун!

— Ахахаха!

— П-помогите мне, Сатоми-сан! Меня раздевают и заставляют надевать всякие странные костюмы!

В разительном контрасте с любезностями Котаро и кос-клуба Юрика, доведённая до отчаяния, взмолилась о помощи. Котаро слегка растерялся, но к нему уже шагала, улыбаясь, председательница, и он не успел толком задуматься.

— Ну что ты, Юрика-сан, нельзя же так смущаться просто из-за того, что здесь Сатоми-кун.

— Юрика всегда такая?

— Да, она у нас ужасная скромница.

Председательница улыбалась как ни в чём не бывало. Котаро в душе начал беспокоиться уже не столько о Юрике, сколько о самом клубе косплея.

— Извините. Похоже, я доставил вам немало хлопот.

— Ничего страшного. Это же ради нашего дорогого Сатоми-куна. Просто подожди! Ты будешь поражён, когда увидишь преображение Юрики.

Председательница подмигнула Котаро и поспешила за остальными членами клуба.

— Н-нет, подождите! Спасите меня-я-я, Сатоми-са-а-ан!

Юрику, разумеется, тащили с собой. Она звала на помощь, но Котаро и не думал вмешиваться, пока клуб косплея уволакивал её с собой.

— Вот же… Всё-таки она им хлопот задаёт. Скромничает в самых странных местах…

Котаро чуть слышно вздохнул. Харуми, наблюдавшая за всем происходившим, потянула его за рукав.

— Сатоми-кун, эта девушка ведь просила о помощи. Разве можно было её вот так оставить?

— Ага, она просто пряталась за криками от собственного смущения.

— Правда?

Харуми удивилась ответу Котаро.

— Она обожает косплей, но никак не может себе в этом признаться. А они всего лишь помогают ей с её хобби.

— Вот как…

Харуми кивнула, взглядом проводив Юрику.

«Прятать смущение… Так-так. Я ведь и сама была такой же».

Харуми хорошо знала, каково это. Она заметно разволновалась, когда Котаро только-только вступил в общество вязания и она поняла, насколько он серьёзно относится к учёбе у неё.

«Пусть это и смущает, но когда находишь человека, у которого то же самое увлечение, — это чудесно…»

На её губах мелькнула едва заметная улыбка, пока она продолжала провожать взглядом уходящих косплеерш.

— У неё, конечно, весьма своеобразное хобби… — пробормотала она, глядя, как те исчезают в клубном корпусе.

Харуми понимала чувства Юрики, но не её увлечение. Котаро посмотрел на Харуми и пожал плечами.

— Я и сам, честно говоря, не очень-то его понимаю.

— Мне, если честно, немного полегчало…

Улыбка Харуми стала шире. Она искренне вздохнула с облегчением.

— У меня нет таких… экстравагантных увлечений.

— Хи-хи, а то я даже немножко беспокоилась. Что бы я стала делать, если бы Сатоми-кун сказал, что хочет, чтобы я надевала подобные наряды?

— А что бы вы сделали, если бы я правда такое сказал?

— Я бы растерялась.

— Ахахаха, не беспокойтесь. Я о таком просить не стану.

Котаро громко рассмеялся и оглядел школьный двор. Другие ребята тоже вовсю тренировались к спортивному празднику.

«Надо поднапрячься. Юрика и другие ведь тоже тренируются…»

— Пойдёмте, сэмпай? Нам ведь тоже нужно готовиться.

— …Н-но если нас будет только двое, то я, пожалуй, согласилась бы и надеть…

Котаро всего лишь предложил начать тренировку, но Харуми вдруг покраснела и принялась бормотать что-то себе под нос.

— Что-то не так?

— Н-ничего! Совсем ничего!

Когда Котаро на неё посмотрел, щёки Харуми вспыхнули ещё ярче, и она принялась отчаянно махать руками. Словно убегая от себя самой, она развернулась и довольно проворно зашагала в сторону двора.

— Д-давайте приступим к тренировке…

— Ладно…

«Что это с ней…»

Котаро показалось, что что-то тут не так, и он поспешил следом за Харуми, которая — невиданное дело! — впервые шла впереди.

Котаро расставил ноги пошире и наклонился вперёд так, что едва не касался земли. Харуми, сидевшая рядом, взирала на него с изумлением. Она тоже делала растяжку, но не могла наклониться и в половину того, что получалось у Котаро.

— Сатоми-кун, ты такой гибкий.

— Это потому, что я в средней школе играл в бейсбол.

— В бейсбол?

Харуми в недоумении наклонила голову. Бейсбол и гибкость у неё в голове никак не связывались. Котаро выпрямился и пояснил.

— Я всегда был кэтчером. А ты знала, что в кэтчеры негибких не берут?

Котаро принял стойку кэтчера и показал несколько движений. Ловить неудачную подачу, закрывать домашнюю базу, быстрая передача ко второй… Кэтчер задействует всё тело и постоянно то вниз, то вверх. После его демонстрации Харуми понимающе кивнула.

— Значит, у бейсбола есть что-то общее с художественной гимнастикой?

— Это я слышу впервые в жизни.

— Я-то, напротив, совсем не спортивная, поэтому у меня тело дубовое.

— Просто попробуйте.

— Вот моя максимальная граница. У-у-у…

Харуми издала милый такой звук, наклоняясь вперёд и вытягивая руки как можно дальше. Однако, как и было сказано, дальше сорока пяти градусов она согнуться не смогла.

— Это ваш предел?

— Да.

— …Понятно. Вы не против, если я помогу, сэмпай? Я могу нажать вам на спину.

— Что?!

Котаро, привыкший действовать без промедления, уже зашёл к ней за спину. Он совершенно не заметил её замешательства.

— Всё в порядке, э-э-э, не надо…

— Всё будет хорошо. Это не больно.

Не обращая внимания на её явную растерянность, Котаро положил ладони ей на спину.

— …

Когда он это сделал, Харуми, до того отчаянно ёрзавшая, замерла как вкопанная. Её лицо стало красным, как спелый помидор.

— Сейчас нажму.

— Х-х-хорошо!

Харуми окончательно растерялась. Она до того привыкла быть одна, что напрягалась от одной близости к другому человеку. А тут — мужчина, и к тому же касается её. Для такого «поздно расцветшего» человека, как Харуми, это было уже слишком. Её напряжение взлетело до небес.

«Почему я так волнуюсь? Но…»

Больше всего Харуми сбивало с толку то, что, как бы она ни напрягалась, в прикосновении Котаро для неё не было ничего неприятного. Обычно физический контакт с парнем её пугал. Но сейчас, когда большие ладони Котаро мягко надавливали ей на спину, в её сердце не шевельнулось ни единого страха. Напротив, её охватывало ощущение покоя и тепла.

«…Я всё поняла. Вы с ним не встречаетесь, но он тебе нравится, да?»

«А…»

Харуми вспомнила слова той маленькой девочки в больнице.

«М-мы не встречаемся, но он мне… нравится…»

Прокручивая эти слова в голове, Харуми ещё больше напряглась и словно окаменела.

— Ахаха, а вы и правда совсем деревянная, сэмпай. Похоже, это ваш предел.

Впрочем, Котаро всего лишь рассмеялся, по-прежнему не ведая о сложном клубке её чувств.

Когда они перешли к бегу, худая выносливость Харуми проявилась ещё резче, чем её негибкое тело. Она старалась изо всех сил, но слабое телосложение, недостаток движения и небольшой объём лёгких не давали ей бежать даже в половину скорости Котаро. С самого старта она отстала. Котаро наматывал по двухсотметровой дорожке на триста-четыреста метров по два с лишним круга, пока Харуми — один. Она сильно отставала на дистанции, и Котаро как раз приближался, чтобы обойти её очередным кругом.

— Котаро, ты и правда хочешь довериться этой девчонке?

Санаэ не зря тревожилась.

— Всё будет хорошо. Я отдуваюсь за двоих.

— Ты же понимаешь, что проиграешь, да?

С обеспокоенным видом Санаэ летела рядом с Котаро. Она сопровождала его по дорожке уже некоторое время. Санаэ ставила на Котаро, и её право на комнату напрямую зависело от того, как выступит общество вязания. Им нужна была победа.

— Мы победим. Точнее, я хочу, чтобы сэмпай победила.

— Почему?

— Сложно объяснить. Если пытаться — это что-то вроде благодарности.

Сначала Котаро хотелось просто того, чтобы Харуми участвовала в забеге, но теперь ему захотелось, чтобы она взошла на пьедестал. Видя, как самоотверженно она тренируется, несмотря на своё слабое здоровье, он почувствовал, что помочь ей подняться туда — его долг.

— Хм… Ну ладно, только победи в любом случае.

— Положись на меня.

Санаэ не понимала, что у него на уме, но видела, насколько он искренен. И решила больше не допытываться.

— А?

В этот момент Котаро резко остановился.

— Что случилось?

Санаэ тоже замерла. Несколько учеников пронеслись мимо них.

— Ничего. Опять показалось, что кто-то за нами наблюдает.

Стоя на дорожке, Котаро огляделся, но причины не увидел.

— Может, поэтому?

— Хм?

Котаро посмотрел туда, куда указывала Санаэ, и заметил Теиа, Рут и Кириху. Они, похоже, отдыхали, утираясь полотенцами и прикладываясь к бутылкам с водой. Когда все трое заметили, что Котаро смотрит на них, Рут слегка поклонилась, Кириха улыбнулась, а Теиа с обиженным видом отвернулась.

— А, вон оно что, это они…

Котаро, успокоившись, расправил плечи.

— Пойду немножко поразведаю.

— Ага, давай.

То ли Санаэ надоело бегать по кругу, то ли её привлекло веселье, царившее у других девушек, но она оставила Котаро и полетела в сторону троицы. Вместо неё, как по сценарию, к Котаро подбежала Харуми.

— Хах, хах, хах… С-Сатоми-кун, ты с кем-то разговаривал? — между паузами, в которых не хватало дыхания, спросила она Котаро дрогнувшим голосом.

Кажется, она уловила обрывки его беседы с Санаэ.

— М-м, д-да нет… Сам с собой. Обдумывал стратегии на спортивный праздник.

— Хах, хах… П-прости. Я совсем не спортивная… Только мешаю тебе, да?

Лицо Харуми погрустнело от его слов. Понять её было трудно: говорила она, тяжело дыша, но было ясно, что она пытается извиниться.

— Вовсе нет, сэмпай. Просто сосредоточьтесь на том, чтобы побежать и получить удовольствие по пути. Как говорят, важен не финиш, а путь к нему, правда?

— Хах, хах… Ты прав!

Ободрение Котаро вернуло улыбку на лицо Харуми.

— Вы наконец-то втягиваетесь, так что не насладиться процессом было бы обидно. И потом, я же сказал, что вы можете сойти с дистанции в любой момент, помните?

— И всё-таки… Я… не хочу мешать тебе…

Всё ещё задыхаясь, Харуми робко улыбнулась. При виде этой улыбки в Котаро только сильнее разгорелось желание поднять её на пьедестал. К счастью, клубный марафон был командным соревнованием, так что финиш одного члена засчитывался. Харуми могла бежать в своём темпе, пока Котаро боролся за место в тройке.

«Я обязательно помогу ей победить!»

Прежде чем он сам это понял, эта цель стала для него важнее, чем поединок с захватчицами.

— Что эта женщина себе позволяет?

Пока Котаро снова побежал рядом с Харуми, Теиа в досаде закусила губу. Её раздражало, что Котаро сбавляет темп, подстраиваясь под Харуми, а Харуми улыбается ему в ответ.

— Она — председательница клуба Котаро. Это Сакураба Харуми из класса 2-А.

Кириха, стоявшая рядом с Теиа, пояснила, кто такая Харуми. Она уже успела навести справки обо всех, кто окружал Котаро.

«Эта девушка, пожалуй, помешает мне заставить Котаро отдать комнату… Что же делать?..»

Харуми Кириху тоже особенно интересовала. Судя по поведению Котаро, отчасти именно из-за влияния Харуми её попытки воздействовать на Котаро через женские чары не работали. Она же косвенно стала причиной того, что Кириха изменила методы и теперь играла честно.

— Иными словами, эта Харуми — принцесса Котаро, — тут же вклинилась Санаэ с ехидной улыбкой, подлетая к Теиа и остальным.

Её слова звучали резче обычного — вероятно, её подогревала соревновательная жилка из-за спортивного праздника. На самом деле она лишь пыталась надавить на них.

— Что?! Ты хочешь сказать, что Котаро поклялся в верности этой женщине?!

— Да, ну… что-то вроде того.

— Как же так?!

Заявление Санаэ взбесило Теиа. Видя, что всё идёт по плану, Санаэ внутренне улыбнулась. Теиа продолжала бушевать, не замечая, что именно замышляет Санаэ.

— В чём эта женщина превосходит меня?! Дурак! Он присягнул не тому человеку!

Теиа была вне себя. Парень, обязанный принести ей вечную клятву верности, предпочёл вместо этого обратить её к какой-то провинциалке — не имеющей ни богатств, ни власти. Для гордости Теиа это был сокрушительный удар. Она была абсолютно уверена в себе. Верила в свои способности, в своё положение седьмой принцессы, в собственную душевную стойкость. Теиа считала, что во всём превосходит Харуми. И всё же, невзирая на это, Котаро предпочёл ей слабую Харуми. Он даже не относился к ней с должным почтением. Всё это Теиа просто не могла принять.

— Разум тут ни при чём.

— Что это значит?!

«Разум ни при чём?!»

Эти слова раздосадовали Теиа ещё сильнее.

«Даже этот плебей не может не видеть непреодолимой пропасти между мною и этой девицей, но всё равно отдаёт предпочтение ей?»

— Невозможно! Просто невозможно!

Теиа не могла этого ни принять, ни даже вместить. Чтобы возвыситься над другими, нужны мудрость, сила и мужество. Королевские дома Форторте больше тысячелетия процветали по этому кредо. Именно поэтому, будучи седьмой принцессой, Теиа не могла признать иного — ни за что на свете.

Рут улыбнулась Теиа.

— Ваше Высочество, я, признаться, тоже не следую этой вашей логике.

Рут прижала ладони к груди и мягко улыбнулась. Она всегда смотрела на Теиа вот так, как заботливая старшая сестра. Мудрость, сила и мужество тут были ни при чём.

— Рут — это особый случай! Род Пардомшиха служил королевским домам ещё до основания Форторте!

— Ваше Высочество…

Услышав ответ Теиа, Рут ощутила одновременно и радость, и печаль. Теиа не до конца понимала чувства Рут. Рут присягнула бы ей, даже если бы не родилась в семье Пардомшиха. Но признать, что Рут принесла ей клятву верности просто потому, что сама этого захотела, — значило признать, что и с Котаро обстоит то же самое. Он не присягал ей по одной-единственной причине: потому что не хотел. А юная, гордая Теиа этого принять не могла.

— Будь ты проклят, плебей. Ты снова нашёл способ взбесить меня!

Теиа продолжала кусать губы, буравя яростным взглядом Котаро и Харуми.

Воскресенье, 10 мая

В день спортивного праздника солнце сияло вовсю. Небо было почти без облачка, и хорошая погода держалась до самого обеденного перерыва. Солнечные лучи щедро заливали внутренний дворик, со всех сторон окружённый школьным зданием.

— Похоже, мы удачно выбрали местечко, сэмпай.

— И во дворике тише, и пыли почти нет…

После утренних состязаний все разошлись на обеденный перерыв. Школьный двор был забит народом и поднятой ветром пылью. Поэтому Котаро и Харуми тихонько улизнули во внутренний дворик. И, видимо, так подумали только они — здесь не было ни души, кроме них самих.

— Честно говоря, мне неловко разворачивать обед у всех на виду…

— Да чего тут стесняться? Выглядит аппетитно.

— Правда?

Харуми прикрыла губы пёстрым платком, в который был завёрнут её бэнто, и украдкой посмотрела на Котаро. В её глазах мешались неуверенность и лёгкое смущение. Сегодня Харуми приготовила обед на двоих. Обычно бэнто ей собирала мать, но в особенный день школьного праздника она непременно хотела сделать всё сама — и для себя, и для Котаро.

— Правда. Не скажешь, что это стряпня любителя.

— Слава богу… я немножко волновалась.

Услышав ответ Котаро, Харуми перестала прятаться за платком и облегчённо вздохнула. Она и впрямь боялась, что разочарует его.

— Тебе совершенно не о чем было беспокоиться. Выглядит очень аккуратно.

— Просто… я подумала, что от меня в марафоне с препятствиями помощи будет мало, так что пусть хоть покушаешь как следует… вот я и…

— Сэмпай, вы слишком переживаете. Мужчины люди простые. Любой парень будет счастлив, если девушка приготовила ему обед, — и плевать, насколько удачно у неё получилось.

— Н-но я очень хотела, чтобы получилось вкусно…

— Как же вам, девушкам, тяжело… Итадакимас.

Котаро оборвал разговор и принялся отправлять еду в рот. После изнурительного утра он просто умирал с голоду. Но его труды не пропали даром. На спортивной форме Котаро красовалось целых пять синих лент. Ленты означали призовое место, а синяя — первое. Во всех пяти дисциплинах, в которых он участвовал, Котаро одержал уверенную победу. Вот почему его «топливные баки» теперь были на нуле.

— О, да это вкусно!

— Ах…

Харуми расцвела от такой простой похвалы. Её стряпня заслужила отличную отметку не только за вид, но и за вкус, и от счастья ей хотелось пуститься в пляс. И в самом деле — обед вышел на славу. Омлет, гамбург-стейк и сосиска вместе с обычными дополнениями, быть может, смотрелись скромно, но всё было сделано с душой. Добрая домашняя стряпня, безусловно достойная похвалы для начинающей. Котаро, который рос без матери и привык готовить сам, умел это ценить как никто другой.

«Что тут скажешь? Когда человек готовит тебе просто так, без всякой задней мысли, — это чудесно».

Котаро с искренней благодарностью уплетал одно блюдо за другим. Он рано потерял мать, и случалось, что кто-то стряпал для него просто из доброты, крайне редко. В последнее время готовить ему начала Кириха, но у той был свой расчёт — она метила захватить комнату 106. В полном смысле слова — это был первый чей-то домашний обед для него за очень долгое время.

— А вам что-нибудь не нравится?

— Да вроде нет… хотя нет, есть одно «но».

Сначала Котаро не мог ничего припомнить, но, брякнув это, тут же пожалел. Покрасневшая Харуми заметно занервничала.

— Что не так?

— Маловато.

— Ч-чего маловато?

«Приправ? Недосолено? Или… это я никуда не гожусь?»

Тревога мигом разогнала мысли Харуми на полную.

— Всего. Так вкусно, что я съел бы втрое больше.

— В-всего?..

Неожиданный ответ Котаро ошеломил её.

— Да, но впереди ещё вторая половина праздника, так что, может, и к лучшему. Если наемся до отвала, бегать будет тяжело.

— …

— А в следующий раз я бы с удовольствием наелся от пуза.

— В следующий раз?..

Котаро улыбнулся и снова принялся за еду. Глядя на него, Харуми улыбалась всё шире и шире.

«В следующий раз… он хочет ещё… ему понравилось…»

Она была так счастлива, что не могла и слова вымолвить.

«Так вот, оказывается, что значит иметь друзей…»

Харуми была слабенькой от природы и постоянно попадала в больницу. И пусть медсестёр и тамошних детишек она считала своими друзьями, сверстников, с которыми можно было бы дружить, у неё не было. Котаро стал первым. От этого ей хотелось плакать счастливыми слезами.

— Что-то случилось, сэмпай?

Котаро поднял глаза от обеда, заметив, что Харуми притихла. Щёки у неё были пунцовые, а глаза блестели от влаги. Увидев, что она вот-вот расплачется, Котаро перепугался не на шутку.

— Т-ты в порядке?! Я ч-чего-то сморозил?!

Котаро понятия не имел, что творилось в душе у Харуми. С самого детства, начиная с Кэндзи, у него всегда было полно друзей. Он попросту не мог вообразить, через что ей приходится пройти. Потому и был уверен, что сам всё испортил.

— Всё хорошо… мне просто соринка в глаз попала… Я… я пойду умоюсь…

Харуми отвернулась от взгляда Котаро и торопливо поднялась. Сердце у неё колотилось так громко, что она всерьёз боялась, как бы Котаро этого не услышал.

«Если я сейчас же не успокоюсь, наговорю Сатоми-куну каких-нибудь глупостей…»

Харуми выбежала из дворика — сердце стучало как бешеное, голова кружилась.

— Сэмпай?..

Оставшись один, Котаро растерянно сидел на месте. Он никак не мог взять в толк, что только что произошло. Зато Санаэ, которая, как обычно, висела у него на спине, чувства Харуми улавливала прекрасно.

— …Что-то меня это бесит.

И в отместку она принялась его душить. Задача нехитрая — ведь она и так висела у него на шее.

— Гх-х… Гвааа?!

— Чёрт! Ааах! Как же меня это бесит!

— Ч-что ты себе позволяешь?!

— Думай, в какой ты переплёт попал, а не радуйся жизни! Ты что, забыл, что будет, если сегодня проиграешь?!

— Гх-х… С-Санаэ, не думай, что один и тот же фокус сработает дважды!..

Котаро отчаянно старался не потерять сознание и сунул правую руку в карман. Вытащил оттуда что-то и прижал ко лбу Санаэ.

— Ой!

Раздался негромкий хлопок, и Санаэ отшвырнуло назад.

— Вот так! Спасибо, бабушка!

В руке у него был маленький амулет, вышитый золотой нитью. На призраков вроде Санаэ он действовал весьма внушительно.

Золотые иероглифы «семейная безопасность» ослепительно сверкали на солнце.

— Эй, ты чего это вдруг?!

Санаэ вернулась, потирая лоб правой ладошкой. Зависнув перед Котаро, она принялась возмущаться.

— Это моя реплика! Ты вечно кидаешься меня душить по любому поводу! Сама попробуй побыть на моём месте — теряющим сознание ни за что ни про что!

— Ну и нытик же ты! Мужик ты или нет?! Не цепляйся к таким пустякам! Для призрака нападать на людей — самое обычное дело!

— Тогда и для людей защищаться от призраков — самое обычное дело, злой дух!

— Не верю своим ушам! Кто же называет такое милое создание злым духом?!

Они упёрлись лбами и сверлили друг друга взглядами. Их перепалка, казалось, вот-вот выйдет из берегов, но тут вмешалось третье лицо.

— Гляжу, ты тут прямо звезда, Котаро.

— Кириха?!

И правда — это была Кириха, её длинные волосы развевались на свежем ветру. Она подкралась к Котаро и Санаэ совершенно бесшумно.

— Ты и сама, похоже, здешняя звезда, Кириха-сан.

На груди у Кирихи тоже красовались ленты: три синих и две жёлтых. Три первых места и два вторых.

— На её грудь ты-то что уставился, Котаро?! Ты и впрямь извращенец!

— Да не смотрю я туда! Посмотри получше!

— Ещё чего — на чужую грудь смотреть! Ты что, намекаешь, что у неё бюстгальтер просвечивает?!

— Разумеется, нет! Я про ленты! Я смотрел, как славно она выступила!

— Ну-ну, я уверена, её груди ты бы тоже вывел высший балл.

— Да ты меня вообще слушаешь, призрак ты глупый?!

— Что?! У меня, между прочим, тоже гордость есть!

— Гордость у призрака такая, что её насквозь видно?!

Котаро и Санаэ снова сошлись лоб в лоб, но во дворик тем временем подходили новые люди.

— Я вижу, ты ещё полон сил, плебей. А то заставить тебя ползать в пыли было бы уже не так весело!

Это были Теиа и Рут, а за ними — толпа рослых парней весьма внушительного вида. На груди у Теиа было четыре ленты, все синие. В действительности Теиа утром участвовала в шести дисциплинах, но все ленты ниже первого места она попросту отшвырнула. Группа поддержки, которая всё это время надрывалась ради неё, теперь была в мыле и едва стояла на ногах. А вот у Рут на груди висели жёлтая и зелёная ленты — второе и третье место.

— Да помолчи ты, Тюльпан! Я сейчас занят!

— Ага! Тут тебе не место, плоскодонка!

Котаро и Санаэ даже не удосужились повернуться к Теиа и только продолжали сверлить друг друга взглядами. Это, разумеется, привело Теиа в бешенство. Мало того что Котаро не оказал ей никакого почтения, так ещё и Санаэ затронула её самую больную тему. Вдвоём они нажали на все до единой кнопки Теиа, и она мгновенно вскипела.

— Вы что, нарываетесь, вы, дворняжки?! Может, обратить вас в пепел прямо сейчас?!

— Нельзя, Ваше Высочество!

Но даже уговоры Рут не могли её остановить. Теиа решительно подошла к Котаро с Санаэ и уткнулась лбом то в одного, то в другую.

— А ну-ка, попробуй, Тюльпан!

— Обращу тебя в пепел, но сначала исправлю твой мерзкий характер!

— Эй! Послушайте хоть меня!

Противостояние троицы только-только начало разгораться.

— Аах, Ваше Высочество! Сатоми-сама!

— Оставь их, Рут. Они друг друга не так уж и ненавидят, как хотят показать.

— Не говорите таких мерзостей, Кириха-сан! Разумеется, я ненавижу этих тварей!

— Да как ты смеешь называть меня тварью?! Обращайся ко мне «Ваше Высочество Тиа», плебей!

— Возьми свои слова обратно, Котаро! Как ты смеешь называть мерзостью прелестную маленькую Санаэ-тян?

— Всё именно так, как я сказал, дурачьё!

Их перепалка разгоралась под градом взаимных оскорблений. К счастью, её оборвали внезапным появлением.

— Сатоми-кууун!

— Привееетик!

— М-м?

Котаро узнал задорные оклики девушек из общества косплея. Он мгновенно остыл и отложил свою грызню с Санаэ и Теиа на потом.

— Вижу, ты тут развлекаешься, Котаро-кун.

Клуб косплея приближался во главе с председательницей, катившей перед собой ручную тележку. Все они были в спортивной форме, а не в костюмах. Верные правилам, они не переоденутся, пока не получат на это разрешения.

«Что это они задумали?»

Тележка, которую катила председательница, привлекла внимание Котаро. На ней лежал большой мешок, время от времени подёргивавшийся.

— …! …!

Создавалось впечатление, что мешок живой.

— Здравствуйте.

— Привет, Сатоми-кун. И твоим друзьям тоже привет.

Председательница с улыбкой поздоровалась со всеми. Вслед за ней поприветствовали собравшихся и остальные девять девушек. Группа поддержки Теиа тем временем молча стояла по стойке «смирно». Когда девушки перекинулись приветствиями, председательница снова посмотрела на Котаро.

— Жди сюрприза в марафоне с препятствиями, Котаро-кун. Сегодняшний наряд — настоящий шедевр.

— Мы ради него не спали всю ночь!

— Точно. Уже со счёту сбилась, сколько раз исколола пальцы иголкой.

— …Это ты со счёту сбилась.

Пока они болтали, мешок всё так же периодически вздрагивал.

— …! …! …!

«Ну, да ладно…»

Котаро, конечно, любопытствовал, что там внутри, но решил не лезть.

Как раз в это время Харуми вернулась во дворик.

— Сатоми-кун?..

Вокруг Котаро теперь было множество народу. В пустом прежде дворике собралось больше двадцати человек. Некоторых из них Харуми узнала.

— Ох, до чего же ты милашка!

— Эй, п-перестаньте! Не трогайте меня! — огрызнулась Теиа.

— Слушай, а может, вступишь в наше общество?

— Отказываюсь! Так я и вступила в ваш подозрительный клуб!

— Какая жалость.

— А как насчёт вас двоих?

— Раз Теиа-сама не вступает, я также вынуждена отказаться.

— Простите, сэмпай. Я уже в команде по лёгкой атлетике.

— Тюльпан, ты, что ли, записалась в группу поддержки?

— Совершенно верно. В отличие от тебя, нахал, эти мужчины преданы мне беззаветно. Верно я говорю?!

— Слава принцессе! Слава принцессе!

— Их что, зомбировали…

— Похоже, настоящая группа поддержки куда-то пропала.

Все оживлённо болтали и улыбались. У Котаро было лицо, которого Харуми никогда прежде не видела. Словно это был какой-то совсем другой, незнакомый ей Котаро. Такое общение было для неё чем-то совершенно чуждым.

«Я… ни за что не смогу туда подойти…»

Харуми застыла на месте. Часто бившееся сердце её замедлилось, и она сама не заметила, как её горячие чувства остыли. Она стояла и с грустью осознавала, что знает лишь одну сторону Котаро.

«Я для него вовсе не так уж и важна…»

Харуми не могла сдвинуться с места. Её словно приморозило. Она просто не умела влиться в эту компанию. До них было каких-то двадцать метров, но ей казалось — их разделяют целые миры.

В голубом небе внезапно распустились фейерверки. Средь бела дня вспышки были почти незаметны, но залпов сделали столько, что их всё же было видно. Это был сигнал того, что марафон с препятствиями для клубов вот-вот начнётся.

Марафон представлял собой трассу длиной в пять километров с десятью различными препятствиями. Поскольку участники были смешанными, девушкам в качестве фора давались препятствия полегче.

Препятствия требовали не только физической силы, поэтому клуб-победитель почти каждый год оказывался иным. А так как в старшей школе Кицусё-Харукадзэ было множество клубов, принимавших участие, марафон, само собой, становился гвоздём программы спортивного праздника.

— Хе-хе-хе, наконец-то наступил момент, которого мы так ждали…

Котаро помахал руками, разминаясь, и внимательно оглядел всё вокруг. У линии старта собралось более сотни человек. В Харукадзэ было свыше пятидесяти клубов самых разных размеров, и большая их часть принимала участие. Явка, конечно, огромная, но вполне ожидаемая. Примерно половина участников была одета в клубную форму. Остальные — преимущественно из гуманитарных клубов — пришли в обычной спортивной форме.

— Ко, ты что-то слишком самоуверен.

— Это так заметно?

— Не зря же я все эти годы был твоим напарником.

— Как и подобает моему боевому товарищу Макензи!

Закончив разминку, Котаро хлопнул Кэндзи по спине здоровенной ладонью.

— Ой.

— Сегодня победа будет моей.

— Не смеши. Ты же тупой качок, нет у тебя шансов победить. Я вообще не уверен, что ты даже меня обгонишь.

— Сильно сказано, Макензи. Давай забьёмся?

— По рукам. Кто первый пересечёт финишную черту, тот и выиграл.

— Проигравший ставит выигравшему обед. Идёт?

— Идёт.

Кэндзи усмехнулся. Он был уверен в себе. В физической силе Котаро брал верх, но у Кэндзи были на руках ловкость и ум. Вот почему он был уверен, что в состязании, проверяющем разносторонность участников, обставит Котаро.

— Ха, ну и глупое же пари ты заключил, Ко. Надеюсь, готов угостить меня достойным обедом.

— Не хочу слышать, как ты называешь меня дураком, когда на тебе такое.

— Отстань. Я в драмкружке, выбора не было.

Кэндзи был не в спортивной форме. Он щеголял в белоснежном смокинге с алой розой в петлице. Это был сценический костюм драмкружка.

— О, я смотрю, вы тут что-то интересное затеваете.

— Домовладелица-сан.

Едва парни ударили по рукам, как появилась Сидзука. Её привлёк к делу кулинарный клуб. В фартуке поверх спортивной формы она смотрелась почти так же забавно, как и Кэндзи.

— Не примете в свою дружескую сделку?

— И вы тоже, Касаги-сан? Имейте в виду, мы оба в себе уверены.

— Ну, я и спрашиваю потому, что сама в себе не сомневаюсь.

— Но…

Кэндзи попытался отговорить Сидзуку, но Котаро лучше понимал расклад.

— А какая разница, Макензи? Пусть и она участвует.

— Ты уверен?

— Да.

«В конце концов, я и сам не знаю, сумею ли обогнать домовладелицу-сан…»

В отличие от Кэндзи, Котаро прекрасно представлял, насколько сильна Сидзука. Он просто не мог вообразить, чтобы она отстала в таком состязании после того, как он своими глазами видел, как она одними голыми руками уложила четырёх захватчиц. А головой она была ничуть не глупее Кэндзи.

— Что ж, добавим Касаги-сан, и пусть будет тройное пари.

— Я вам не поддамся, так и знайте.

— Валяйте, домовладелица-сан.

«Хе-хе, теперь Макензи поставит целых два обеда…»

С присоединением Сидзуки Котаро потихоньку посмеивался про себя. Вскоре от трибун возле стартовой площадки раздались восторженные крики в адрес Кэндзи.

— Кэндзи-кун! Какой же ты классный!

— Розенкавалье-сама! Посмотрите сюда!

Следом за криками последовала череда вспышек фотоаппаратов. Это был фан-клуб Кэндзи, разросшийся ещё со времён средней школы.

— Помаши же им, Розенкавалье-сама. Тебя зовут твои поклонницы.

— Отстань.

— Котаро-кун! Разверните его к нам!

— Ладно, ладно.

— Э-эй!

Котаро ухватил Кэндзи за голову и насильно повернул её в сторону трибун. Вспышки мгновенно вспыхнули снова.

— Нечего стесняться. Ты только бесишь всех парней вокруг. Меня в том числе, разумеется.

— Дай мне передохнуть, Ко!

— Ах да, прости. А то же её огорчишь.

Рядом с Кэндзи стояла девушка в красном платье. Она тоже была из драмкружка, в костюме из старинной пьесы. Сегодня Кэндзи и она играли Розенкавалье и Багряную Деву.

— Прошу прощения, это я пригласила Мацудайра-сана в клуб. Хочу сразу пояснить: я вовсе не думаю, что он собирается со мной встречаться.

— Вас обманывают, мадемуазель. Вы просто попались на его обычные уловки!

Багряная Дева попыталась прикрыть Кэндзи, но против Котаро ей было не выстоять.

— Убью тебя, мерзавец!

— Кья-а! Спасите меня, Сакураба-сэмпай! Макензи меня обижает!

— Э-э, у-у, С-Сатоми-кун?

Когда Кэндзи всерьёз разозлился, Котаро со смехом спрятался за Харуми.

— З-здравствуйте, Сакураба-сэмпай.

— Здравствуй, Мацудайра-кун.

Оказавшись нос к носу, и Харуми, и Кэндзи как-то странно смутились.

— Э-э… ну…

— Это нечестный приём, Котаро!

Хоть время и шло, и Харуми уже немного привыкла к Кэндзи, рядом с ним ей по-прежнему было неуютно. Она сразу же скомкала речь до бормотания. Кэндзи, чувствуя её состояние, не стал ничего вытягивать.

— Сэмпай, раз уж так вышло, поздоровайтесь и с одноклубницей Макензи, и с домовладелицей-сан.

— Д-да, здравствуйте!

— Здравствуй, Сакураба-сан.

— Здравствуйте, Сакураба-сэмпай.

Харуми поклонилась, а Багряная Дева и Сидзука последовали её примеру.

— Д-давайте сегодня все постараемся.

— А я переживаю, как я в таком наряде доберусь до финиша.

— Ахаха, но платье же чудесное!

У всех трёх девушек характер был мягкий, и их совместный разговор заметно разрядил обстановку.

— …

Однако Котаро заметил, что Кэндзи сверлит его острым взглядом.

— Чего это ты так смотришь, Макензи?

— Ко, мог бы быть и поделикатнее в таких вопросах.

— Ты это о чём?

— …Сдаюсь.

Плечи Кэндзи опустились, и он почесал в затылке. Он знал Котаро не первый день. Кэндзи понял, что тот использовал его, чтобы силком втянуть Харуми в общую компанию. Он едва слышно вздохнул и попробовал снова обратиться к ней.

— Прошу прощения за всё это, Сакураба-сэмпай.

— Н-нет-нет, всё в порядке.

— Сакураба-сэмпай, по словам Сатоми-куна, Макензи-кун у нас изрядный сердцеед, так что будьте настороже.

— …П-правда?

— Это враньё! Он врёт!

«Держитесь, Сакураба-сэмпай…»

Котаро отвернулся от зажурчавшей беседой четвёрки и снова оглядел стартовую площадку. Народ тут собрался самый разный. Сильные, маленькие, проворные, смекалистые — все пришли выложиться на этой гонке.

— …Судя по всему, мне так просто не дадут выиграть.

Чтобы вывести Харуми на пьедестал, ему нужно было преодолеть все препятствия и добраться до финиша быстрее каждого из них.

— Ладно! Вперёд!

Котаро принялся себя подзадоривать, чтобы не расслабиться и не остаться с носом.

— Слушай, Котаро.

— М?

Санаэ, витавшая рядом, решила к нему прилипнуть. Она обвила тонкими руками его шею и улыбнулась.

— А ты, знаешь ли, на удивление…

— Что?

— Ничего. Няхаха…

В итоге Санаэ так ничего и не сказала. Только улыбнулась. Котаро этого не видел — она ведь висела у него за спиной, — но и сама она этого не замечала.

«Хм?»

Заглянув ему через плечо, она поняла, что Котаро наблюдает за другими учениками. Это были двое бейсболистов из клуба в клубной форме.

— …Котаро, можно тебя кое о чём спросить?

— Что?

— Если тебя это так задевает, может, просто возьмёшь и сыграешь в бейсбол?

— А?

Удивлённый, Котаро обернулся к Санаэ.

«Я так и думала…»

Санаэ сразу заметила и его удивление, и его колебания.

— Ты постоянно поглядываешь на бейсбольный клуб, когда есть возможность. Я же вижу.

— …А-а.

Котаро оторвал взгляд от Санаэ и снова посмотрел на бейсболистов. Ему незачем было это скрывать.

— Ну, я действительно люблю бейсбол. Просто это не тот спорт, которому можно отдаваться целиком, когда живёшь один.

— Хм-м…

Лицо Котаро выражало что-то тоскливо-ностальгическое. Заметив это, Санаэ задумалась.

«Если я взяла бы на себя домашние хлопоты, Котаро, пожалуй, снова мог бы играть в бейсбол».

Готовка, стирка, уборка, ванна… Если бы Санаэ взялась за домашние дела, которыми Котаро занимался каждый день, у него появилось бы свободное время для бейсбола. Вот что пришло ей в голову, но она тут же тряхнула головой и очнулась.

— Ч-что это я вообще придумываю?!

«Я же его выживаю отсюда! Я обязана выжить Котаро из этой комнаты любой ценой! С чего мне вообще взбрело помогать ему по хозяйству?!»

Санаэ сама не понимала своих чувств. Она не могла поверить, что всерьёз задумалась о помощи тому, кого пытается выставить вон. Самое запутанное было то, что в тот миг ей и в самом деле хотелось ему помочь.

— Ты чего?

— Ничего! Вообще ничего! Отстань!

Когда Котаро забеспокоился, Санаэ растерялась ещё больше.

«Что со мной творится?!»

Но на этот раз её смущал уже не один только Котаро.

Тем временем Теиа влилась в толпу у стартовой линии. Она встала у трибун и принялась произносить речь перед выстроившейся перед ней группой поддержки.

— Мужчины! Вы прекрасно продержались до сегодняшнего дня! Хоть сегодня в состязании со мной пойдёт лишь один из вас, это заслуга ваших ежедневных тренировок! Болейте за меня так, словно это вы сами вышли на старт!

Поверх спортивной формы на её плече красовалась повязка капитана группы поддержки. Она стояла, уперев обе руки в бока, и держалась во весь рост. Её маленькая фигурка терялась в толпе, но заглушить её зычный голос было нечем. И группа поддержки откликалась в полную мощь.

— Слава принцессе! Слава принцессе!

Их низкие, раскатистые голоса прокатились по всей стартовой зоне, заставляя подрагивать землю.

— Вопрос не в том, кто идёт вместе со мной! Вопрос лишь в том, одержу ли я победу!

— Победа Её Высочеству Теиамиллис! Слава королевским родам Форторте!

Боевой дух группы поддержки был на высоте. Суровые тренировки, которые они выдержали ради этого дня, сплотили их. Их целью была не собственная победа, а победа Теиа. Ради неё они и тренировались до изнеможения. Ради победы. Ради Теиа. Прикажи она им умереть — они бы не задумываясь отдали жизни. Именно такой преданности Теиа от них и требовала.

— Удачи, Ваше Высочество.

— Можешь на меня положиться, Рут. Я непременно возьму верх.

Вместо Рут в напарники Теиа выбрала самого сильного и быстрого из группы поддержки. Поэтому Рут сидела на трибунах с остальными.

— Ваше Высочество, уже почти пора.

— Что ж, идём.

— Слава принцессе! Слава принцессе!

— Посмотрим, на что ты способна, Курано Кириха…

Теиа с ухмылкой направилась к стартовой линии.

Тем временем Кириха уже стояла на стартовой линии. Зная, кто её соперники, она хотела занять лучшую позицию на старте.

— Скоро старт, Кири-тян. Выложимся по полной!

— Разумеется, Такахаси-сэмпай.

Рядом с Кирихой была её старшая по клубу лёгкой атлетики — Такахаси. Кириха непринуждённо переговаривалась с ней, а сама потихоньку готовилась к предстоящей битве.

— …Карама, как у вас дела?

— Все на позициях, хо! Корама подтвердил сверху, хо!

Кириха украдкой шепталась с замаскированной ханивой, которая парила рядом с ней.

— Похоже, предателей нет, хо! Остальное — на нас, хо!

— Хорошо, рассчитываю на вас.

— Поняли.

«Тогда остаётся только дождаться старта…»

Закончив последнюю проверку, Кириха едва заметно улыбнулась. Такахаси не преминула это заметить.

— Кири-тян, чего ты там улыбаешься?

— Вообще-то я поспорила с друзьями.

Несмотря на внезапный вопрос, Кириха даже глазом не моргнула, выдав заготовленный ответ. Не зная, что у Кирихи на уме на самом деле, Такахаси с засверкавшими глазами подалась к ней.

— Поспорила? С парнем?!

— Да.

— На что?

— Проигравший должен отдать победителю что-то дорогое.

Отчасти Кириха была честна. Она действительно заключила пари с Котаро и остальными, и проигравший должен был уступить часть своей территории победителю.

— Кья-а! Какая смелая! Но разве результат не будет один и тот же, кто бы ни победил?

Разумеется, Такахаси всё поняла совсем не так. Она понятия не имела, что Кириха увязла в территориальном споре.

К слову о недоразумениях — самое большое недоразумение творилось у общества косплея, занявшего позиции в хвосте стартовой зоны. Все шестеро членов, включая и тех, кто в гонке не участвовал, были в образах. Сегодня они нарядились в одинаковые костюмы горничных. Единственной, чей наряд отличался, была председательница — её костюм дополняли повязка и головной убор старшей горничной. Глянув на часы, она подозвала вице-председательницу.

— Скоро старт. Вице-председательница, подготовь Юрику.

— Слушаюсь. Сейчас же.

От общества косплея в марафоне с препятствиями должны были выступать Юрика и председательница. Новоиспечённая участница и председательница встали в пару ради своего клуба. Но вот незадача — Юрики нигде не было видно.

— Девочки, несите Юрику сюда!

— Есть!

По сигналу вице-председательницы остальные члены подкатили тележку. На ней лежал тот самый мешок, который ещё раньше привлёк внимание Котаро. Только, в отличие от обеденного времени, сейчас мешок не шевелился.

— А теперь — открываем!

— Есть!

Девочки распустили верёвку на мешке и перевернули его. Оттуда, кубарем, выпала Юрика в костюме горничной. Рот у неё был заткнут, а сама она была обвязана верёвкой. Девушки из клуба косплея насильно раздели её и втиснули в костюм горничной. А поскольку Юрика косплеила вопреки собственной воле, держали они её связанной аж до этой минуты — но теперь косплеерши быстро ослабили путы.

— Уфф… Я-я наконец свободна…

Освобождённая Юрика так и осталась лежать на земле без движения. Свернувшись калачиком, она роняла слёзы из больших глаз.

— З-за что со мной всегда такое происходит?..

Никто не прислушался к Юрике, когда та твердила, что терпеть не может косплей. Все были уверены, что Юрика косплей обожает, но не может в этом признаться.

— Я… мне теперь никогда не выйти замуж…

— Ты выглядишь чудесно, Юрика-тян!

— Выложись на полную!

— Забудь ты про замуж! Ты можешь навсегда остаться с обществом косплея!

— Не хочу-у-у!

Юрика Юрикой, а общество косплея пребывало в приподнятом настроении. Особенно председательница — глаза у неё так и сияли.

— Прекращай, Юрика-тян. Макияж размажешь.

— Уа-а-а…

Председательница вытерла Юрике слёзы и достала косметичку для правки. Профессионалкой она не была, но с косметикой обращалась не без таланта. Закончив, она сделала Юрику ещё милее прежнего.

— Давай удивим Котаро-куна во время гонки, хорошо?

— Не хочу я удивлять его в этом наряде! У-у-у-а-а-а…

Как всегда, Юрику никто не слушал. И чем больше она плакала, тем, по злой иронии, становилась прекраснее всех вокруг.

На наспех сооружённый помост возле стартовой зоны поднялся директор. Дать сигнал к старту главного состязания было его обязанностью, и все следили, как он занимает своё место. Школьный двор замер в ожидании. Директор поднял стартовый пистолет к небу, и из громкоговорителей раздался голос комментатора.

— На старт! Внимание!..

По команде комментатора директор нажал на спусковой крючок.

Бах!

Резкий хлопок стартового пистолета пронёсся над школьным двором. Марафон с препятствиями официально начался. Вслед за сигналом притихшая было толпа взорвалась гулом. Как и подобает гвоздю программы, накал страстей сразу же достиг пика.

— Вперёд, Кири-тян!

— Да, Такахаси-сэмпай!

Двое из женской команды по лёгкой атлетике рванули вперёд, уйдя в отрыв с первых же секунд. Каждое движение — как по учебнику, и они продолжали набирать скорость. Такой блестящий старт был под силу только легкоатлеткам.

— Мы отстаём?!

— Чёрт! За ними!

— Не дайте бабам из лёгкой атлетики уйти вперёд!

Все бросились было догонять Кириху и Такахаси, но на стартовой линии неожиданно разразился хаос. Несколько клубных ребят в первых рядах повалились. Похоже, у них заплелись ноги, и в неразберихе старта они попадали друг на друга.

— Ай, не наступай на меня! Слезьте, ребята!

— Ой-ой-ой, больно!

— Это моя нога! Не гни её так!

— Эй, хватит хватать меня где попало!

Падение большей части лидирующей группы вызвало изрядную суматоху. Даже те, кто устоял, не могли двинуться вперёд из-за возникшей пробки. Стартовая линия превратилась в затор.

— Нам повезло! Не знаю, что случилось, но это наш шанс, Кири-тян!

— Да, сэмпай!

Это давало женской команде по лёгкой атлетике огромное преимущество. Успев рвануть вперёд до начала суматохи, они оставили соперниц глотать пыль. Кириха и Такахаси бежали плечом к плечу и ловко срезали поворот. Сделав полкруга по школьной дорожке, трасса выводила за школьные ворота. Обе девушки успели пересечь весь трек раньше, чем неразбериха на старте начала рассасываться.

— Хе-е…

Уже почти у самых школьных ворот Кириха обернулась и едва заметно улыбнулась в сторону стартовой линии. Затем рванула за ворота и скрылась из виду.

— Нас провели! Чёртова Кириха! Вот что она, значит, задумала! — раздался пронзительный голос Теиа.

Из толпы поднялся крупный мужчина в старомодной школьной форме. Под ним — явно недовольная Теиа. Она тоже угодила в эту кашу, но, судя по виду, не пострадала. В самый решающий момент её прикрыл собой её партнёр.

— Она их соблазнила или подкупила?.. В любом случае я попалась по-крупному! Чёрт возьми!

Встав на ноги, Теиа скрежетала зубами от досады. Она была уверена — это дело рук Кирихи. Падение произошло сразу после того, как женская команда по лёгкой атлетике ушла вперёд. Поверить, что это простое совпадение, Теиа не могла.

— Как я и подозревала — с этой женщиной расслабляться нельзя!

И Теиа попала в самую точку. Кириха действительно подкупила нескольких влиятельных клубов, чтобы они повалились на старте. Тем самым она и сократила число возможных соперников, и обеспечила себе внушительный отрыв. Блестящая стратегия — одним ударом двух зайцев.

— Я не позволю этой женщине делать что ей вздумается! Эй, перекинь меня на ту сторону толпы!

— Слава принцессе!

Крупный мужчина немедленно приступил к исполнению приказа Теиа. Он легко подхватил её и метнул так непринуждённо, словно подбрасывал баскетбольный мяч. Такой трюк был возможен только благодаря маленькому росту Теиа и силе этого парня.

— Я бегу вперёд! Догоняйте потом!

— Слава принцессе!

Теиа перелетела через людскую пробку и приземлилась обеими ногами прямо на дорожку. Затем, не оборачиваясь, рванула вперёд. Для её маленького роста бегала она удивительно быстро.

— В-вы целы, Сакураба-сэмпай?!

— Спасибо, Сатоми-кун. Я в порядке, но что вообще произошло?

— Не знаю. Похоже, почти все в первой группе одновременно повалились.

Спустя несколько секунд после того, как Теиа рванула с места, Котаро подхватил Харуми и теперь нёс её на руках.

Когда первая группа повалилась, Котаро и Харуми находились в середине толпы. Они застряли между упавшими и напиравшими сзади. Даже сейчас они только-только пришли в себя и поднимались.

— А?!

Именно в этот момент Котаро увидел бегущую Теиа. Она уже закончила круг по дорожке и направлялась к школьным воротам.

«Беда! Мы уже отстаём!»

Котаро посмотрел в сторону стартовой линии — там по-прежнему царила неразбериха.

— Что же делать?.. Даже если попытаюсь прорваться сквозь толпу…

Люди сгрудились так плотно, что было ясно — рассеются они нескоро. Но Котаро нужно было что-то предпринимать. Он знал: Кириха и Теиа уже ушли в отрыв.

— Котаро, вон там! Те трое!

— О?

Санаэ, как обычно прилипшая к Котаро, ткнула пальцем в переднюю часть толпы. Там трое могучих парней пытались подняться. Один из регбийного клуба, один из клуба дзюдо и один из клуба сумо — их легко было различить по форме.

— Вот он, наш шанс!

В тот же миг, как увидел их, Котаро улыбнулся и сорвался с места.

— Держитесь крепче, Сакураба-сэмпай!

— Сатоми-кун?!

Харуми и ответить не успела, как Котаро уже нёсся прямо к ним, постепенно набирая скорость.

— Крепче держитесь, Сакураба-сэмпай!

— Кья-а-а-а-а-а!

— Пры-ыыгаю!

Котаро ловко пробежался по спинам регбиста, дзюдоиста и сумоиста, по очереди, и со смелым прыжком оттолкнулся от последнего. Их спины стали идеальными ступенями — ведь они как раз пытались подняться.

— Простите! Прошу прощения!

— Кто это по мне топчется?!

— Меня используют как ступеньку?!

— Готцан дэсу?!

Котаро и Харуми словно повисли в воздухе, перелетая над столпотворением на стартовой линии. Всё произошло так внезапно, что Харуми судорожно вцепилась в Котаро, боясь упасть. Их общий вес переваливал за сотню килограммов, так что приземление вышло громкое. Но Котаро мягко встал обеими ногами прямо на дорожку.

— Кья-а!

— Вы целы, Сакураба-сэмпай?!

Не успела Харуми прийти в себя от посадки, как Котаро уже снова бежал.

— Это моя реплика! А ты-то цел, Сатоми-кун?!

— Я в полном порядке! Я же закалённый!

Взяв себя в руки, Харуми забеспокоилась о Котаро, но он уверенно улыбался. В средней школе, будучи кэтчером в бейсбольном клубе, Котаро привык играть в защитном снаряжении, с перчаткой весившей несколько килограммов. Чтобы развить подвижность, он тренировался в полном обвесе или бегал, волоча за собой шину. После всего этого ноги у него были крепкие — не подведут.

— …Правда?

— Поберегите эту фразу до тех пор, пока не поправитесь, Сакураба-сэмпай.

Котаро с улыбкой бежал по дорожке, держа Харуми на руках.

«И правда, всё в порядке… Ты удивительный, Сатоми-кун…»

Харуми была хрупкой девушкой, и сила Котаро произвела на неё сильное впечатление.

«Ой?»

Облегчённо выдохнув, Харуми вдруг почувствовала, что что-то странное. На стартовой площадке по-прежнему стоял шум, и на дорожке было почти пусто, так что зрители глаз не сводили с неё и Котаро. Огляделась — но никак не могла понять, что именно её смущает.

— Что такое?

— Э-э… Сатоми-ку…

Но едва она собралась ответить Котаро, как до неё наконец дошло, что именно ей кажется таким странным.

— Сэмпай?

— Э-э, у-у…

У Харуми не находилось слов, а глаза распахнулись во всю ширь. Котаро держал её слишком близко. Она чувствовала его дыхание у себя на щеке, его руки — у себя на спине и под коленями, его грудь — у своего бока, пока он её нёс. И самое страшное — она сама обвила руками его шею.

— О, сэмпай, пожалуйста, сохраняйте это напряжение. Так мне легче бежать.

— Э-э, С-Сатоми-кун… Ч-чтоо?!

Котаро ускорился, ни сном ни духом о состоянии Харуми. Чем больше она сжималась и напрягалась, тем легче ему было держать равновесие и ускоряться. В ответ он сильнее обнял её руками и прижал к себе. А Харуми напряглась ещё сильнее.

— О-опусти меня! Я сама могу бежать!

— Ничего страшного! Так мы выиграем немного времени.

Смутившаяся Харуми попыталась было слезть сама, но Котаро покачал головой. Ему быстрее было пронести её какое-то время, чем ждать, пока она бежит сама. Котаро хотел, чтобы Харуми добралась до финиша, поэтому намеревался нести её так долго, как сможет.

— Э-это меня смущает!

— Почему?

— …

Харуми не могла ему ответить. Вместо этого она отчаянно залилась краской. Она не могла признаться, что сидеть у него на руках вот так — стыдно. Более того — в глубине души ей всё это вовсе не было противно. Оставалось только опустить глаза. Сердце колотилось как сумасшедшее, голова кружилась, дышать становилось всё труднее. Возможно, самой ей бежать было бы действительно легче.

— Просто держись крепче.

— Э-э… Прошу прощения!

— Да?

— Н-не обращайте внимания!

Как обычно, Котаро был глух к чувствам Харуми. Он просто продолжал бежать. Они вдвоём по-прежнему оставались единственными на беговой дорожке, так что толпа, естественно, не сводила глаз с них обоих.

— Ах, ах… У-у-у…

Харуми изо всех сил старалась не думать о взглядах публики. Иначе ей казалось — сердце её попросту взорвётся.

— Отлично! Я сегодня в ударе!

— …Я, кажется, с ума сойду…

В конце концов они докончили круг по дорожке, прошли через школьные ворота и выбежали на дорогу.

Когда Котаро покидал школьный двор, суматоха на стартовой линии наконец начала стихать, и участники принялись разбегаться.

— Чёрт! Этот первогодок не отделается так просто!

— Хочешь кусочек от него тоже, дзюдоклуб?

— Ещё бы! А вы, регбийный? Сумоклуб?

— Даже спрашивать не стоит! Уж я ему устрою!

— Готцан дэсу!

— Я его ненавижу уже за то, что он по мне прошёлся, но ещё больше — за то, что у него есть девушка!

— Точно! Непростительно! Чёртов везунчик!

— Готцан дэсу!

В то время как одни боролись со своими чувствами, большинство учеников уже покинуло стартовую зону. Однако среди участников была одна особа, которая о старте даже не задумывалась.

— Уа-а… У-у-у-а-а-а…

Она лежала на земле и смотрела в небо. Её напарница исчезла в суматохе, и она осталась совсем одна.

— П-почему со мной такое всегда случается?..

На ней было чёрное платье с фартуком сверху и белая наколка на голове. Некогда прекрасный ансамбль был теперь покрыт пылью и отпечатками подошв — с самым жирным из них ровно посредине её лица. Угодив в давку, она была попросту растоптана остальными участниками.

— Но если я не побегу, потеряю ещё больше очков… У-у-у…

Девушка медленно поднялась. Она попыталась отряхнуть наряд, но, как ни старалась, избавиться от отпечатков не удалось.

— С-соберись! Ю-Юрика, соберись! Держись!

Это была Нидзино Юрика — та самая девушка, известная своей неуёмной страстью к косплею. Наконец Юрика потащилась вперёд, шатаясь и неуверенно пытаясь бежать.

— Я хоть бы хотела, чтобы кто-нибудь увидел его до того, как всё испачкалось…

Всего несколько минут назад она плакала оттого, что её нарядили и накрасили, а теперь, когда наряд был в грязи и испорчен, ей снова хотелось плакать. Впрочем, и её слёзы выглядели какой-то злой шуткой рядом с отпечатком подошвы на лице.

До первого препятствия было пятьсот метров от стартовой линии. Пробежав половину четырёхсотметровой дорожки, нужно было отмерить ещё около трёхсот метров за школьными воротами. Препятствие располагалось у игровой площадки, у подножия небольшого холма, на котором стояла школа.

После прохождения первого препятствия трасса уходила на променад через приморскую зону, а затем — по дороге вдоль берега. Остальные препятствия стояли в парках и на зонах отдыха вдоль пути.

Котаро добрался до первого препятствия ровно тогда, когда Теиа его только закончила. Разминувшись с ним, она послала ему провокационную ухмылку.

— Ха-ха-ха, явился-таки, плебей! Но при таком раскладе тебе меня не одолеть! Лучше сдавайся уже сейчас!

— Заткнись, Тюльпан! Так я и проиграю кому-то вроде тебя!

— Язык у тебя подвешен!.. Я бы с радостью проучила, но сейчас мне не до игр! Я иду за Кирихой! — выкрикнула Теиа, убегая. Сорвавшись с места, она ни разу не оглянулась на Котаро.

— Чёрт, Кириха уже впереди? Сэмпай…

— Да?

Котаро опустил Харуми и быстро подошёл к первому препятствию. Харуми поспешила за ним. Санаэ, до этого момента не отлипавшая от Котаро, некоторое время провожала взглядом убегающую в даль Теиа, а потом тоже пустилась догонять Котаро.

Первым препятствием была контрольная по математике. На игровой площадке расставили несколько парт, и на них нужно было решить десять простых задач. Чтобы пойти дальше, участник был обязан правильно ответить на все десять. Был вариант и «сдаться», но за каждую задачу, которую участник не смог решить, полагалось просидеть здесь лишнюю минуту. Это правило завели, чтобы участники не застревали на одном препятствии слишком надолго.

— А-а, я не понимаю. Кири-тян, помоги мне-е-е!

За одной из парт уже кто-то сидел. Это была напарница Кирихи, Такахаси. Поскольку та была не такой способной, Кириха её оставила. Она отчаянно билась над задачами, но пока решила только половину. При такой скорости ей, похоже, придётся сдаться и ждать штрафное время.

Котаро сел за соседнюю парту, взял карандаш и принялся за задачи. Харуми сделала то же самое.

— Да ладно, Котаро, не зевай! Скорее решай их! Теиа уже убежала! — рявкнула Санаэ.

— Так, посмотрим… «Сколько будет пять тысяч шестьсот восемьдесят два плюс семь тысяч девятьсот сорок?» Ну и мучение…

Все десять задач были уровня начальной школы, но числа были достаточно большими, чтобы их было неудобно считать в уме.

— Чёрт, будь у меня калькулятор… Два, потом четыре и восемь… Единица в уме к девяти и шести, потом…

Котаро был настолько плох в математике, что медленно считал на пальцах.

— Да это же элементарно! Быстрее уже реши!

— Не ори на меня! Я же со счёта собьюсь!

— Ну прямо…

Санаэ зависла перед Котаро, сложила руки на груди и надула щёки. Её раздражало, что Котаро возится с задачкой, которую даже она решила бы запросто. Её очки зависели от успеха Котаро, так что оставаться в стороне она не могла.

— Ладно, следующая…

Когда Котаро управился с третьей задачкой, Харуми отложила карандаш.

— Я закончила.

— А? Уже?!

— Да. А ты как, Сатоми-кун?

— Мне ещё далеко. Бегите вперёд, сэмпай.

— Но…

Харуми заглянула в листок Котаро и нахмурилась. Ей не хотелось оставлять его. Котаро это заметил и улыбнулся.

— Правда, бегите без меня. Я вас быстро догоню.

— Сатоми-кун…

— Вы ведь доберётесь до финиша, правда, Сакураба-сэмпай? Если слишком будете меня ждать, сами можете не успеть.

Харуми колебалась, но, как только Котаро упомянул финиш, кивнула.

— Я поняла. Побегу вперёд. Но взамен обещай мне одно…

— Что?

— Когда я застряну — тоже оставишь меня.

— Обещаю.

Котаро согласился без колебаний. Он хотел, чтобы она бежала в своём ритме, пока сам выкладывается ради её места на пьедестале. А для этого нужно было уметь оставлять её одну. Если бы Харуми вынуждена была бежать в темпе Котаро, она в какой-то момент попросту свалилась бы с ног. Им нужно было где-то разойтись.

— Тогда встретимся позже.

— Главное — доберитесь до финиша, сэмпай.

— Конечно, Сатоми-кун.

Харуми ушла с улыбкой и отдала свой лист члену оргкомитета, отвечавшему за препятствие.

— Сэмпай…

Её улыбка была светлее и увереннее обычного. Котаро ещё сильнее захотелось вывести её на пьедестал. А для этого ему нужно было во что бы то ни стало догнать Теиа и Кириху.

— Эй, это твоя девушка?

Тут Такахаси, сидевшая рядом, дёрнула его за рукав.

— Ахаха, хорошо бы, — Котаро слегка улыбнулся и пожал плечами.

— Таких теперь редко встретишь. Хватай её, пока не поздно, — тихо прошептала Такахаси, глядя вслед убегающей с площадки Харуми.

— Рад бы, но мне было бы её жаль — с таким грубияном, как я, связываться.

— Ахаха, а таких, как ты, тоже нечасто встретишь.

— Вы думаете?

Котаро и Такахаси со смехом вернулись к задачам.

Когда Котаро взялся за последнюю задачу, Санаэ уже не выдержала.

— Ты и правда непроходимо тупой…

— Отстань от меня!

— Зачем тебе столько времени на такие задачки? Вот уж правда!

Возмущение Санаэ было вполне естественным. Она видела, как сменяются участники, пока Котаро всё бьётся над элементарными вычислениями. Даже Такахаси из женской команды по лёгкой атлетике только что расправилась с препятствием.

— Ну, я тогда пошла вперёд, Сатоми-кун!

— Бахаха, глотай пыль, Ко! Я уже предвкушаю обед!

Не успел Котаро закончить последнюю задачу, как Сидзука и Кэндзи тоже встали из-за парт. Котаро их опередил в начале, но у обоих с математикой проблем не было. Они справились в два счёта.

— Вы оба уже всё?!

— Ты просто слишком медленный!

— Бывай!

— Ой, Касаги-сан, подождите меня!

— Да ну, дай я уже подскажу тебе ответ!

— Нельзя, Санаэ.

Когда Кэндзи и Сидзука ушли, Санаэ заторопилась. Она было попыталась подсказать Котаро ответ, но тот мгновенно зажал ей рот ладонью.

— Мммф! Хмммф?!

«Да какая разница?! Мы так проиграем!»

Санаэ протестующе глянула на него, но Котаро лишь покачал головой.

— Нельзя. Дело не только во мне и тебе.

Будь это только между Котаро и захватчицами — возможно, он и послушал бы Санаэ. Но Котаро хотел, чтобы Харуми победила, и победила честно. Она и сама не обрадовалась бы жульничеству. Вдобавок было пари с Кэндзи и Сидзукой. Позволить Санаэ отвечать за себя он не мог. Санаэ выслушала всё это и убрала его ладонь от своего рта.

— Тогда давай быстрее!

— Знаю, знаю. Не подгоняй меня.

Котаро усмехнулся и продолжил решать последнюю задачу.

— Боже, ты ещё и упрямый, в довесок к тупости! — воскликнула Санаэ, разрываясь между изумлением и досадой.

«Но… друзья, значит?.. Мне тоже хочется друзей…»

И всё же она завидовала тому, что было у Котаро.

— Ты справишься, Котаро. Перед тобой, наверное, не больше десяти человек!

— Ага!

Котаро нёсся по дороге, а Санаэ подбадривала его. С одной стороны тянулись прибрежные живые изгороди, с другой — аккуратный ряд деревьев; виды и вправду открывались живописные. Всё вокруг было чисто и ухоженно, что придавало месту особое очарование. Середина мая — солнце уже пригревало, и к полудню температура поднималась. Но лёгкий морской бриз смягчал жару. На приморском бульваре Котаро бежать было даже приятно.

— Если и дальше так пойдём, вполне можем выиграть!

— Очень надеюсь.

Котаро отстал из-за первого препятствия, но дальше всё шло гладко. Вторым препятствием было метание мяча на расстояние, третьим — перенос шарика для пинг-понга на ложке. Оба Котаро одолел с первой попытки, так что постепенно нагонял соперников.

— Котаро, смотри! Это Теиа! Мы её нагнали!

— Отлично, на следующем препятствии её обойдём!

Котаро наконец нагнал Теиа уже перед четвёртым препятствием. Она тоже шла неплохо, но отстала на третьем. Воспитанная как принцесса, привыкшая, чтобы всё делали за неё, она на деле оказалась довольно неуклюжей. К тому же, как пришелице, ей было вдвойне сложно: с незнакомыми ей испытаниями она справлялась плохо.

— Это ты, что ли, плебей? Тц, уже догнал!

— Ваха-ха-ха, была бы ты подлиннее ногами — было бы проще!

Заметив Котаро, Теиа чуть прибавила шагу. Котаро не отстал и погнался за ней. Впереди виднелось четвёртое препятствие, и они оба слегка ускорились, устроив спринт.

— Хоть ты и мой вассал, всегда одно и то же! Почему ты всё время так нагло со мной разговариваешь?

— Потому что я не хочу быть твоим вассалом! Неужели не очевидно?!

— Взял бы пример со своей группы поддержки, бездарь! Они стали моими вассалами гораздо позже тебя, но уже насквозь преданы мне!

— Отказываюсь, избалованная ты принцесса!

— Что-о-о?!

— Вы двое всё такие же, — вздохнула Санаэ.

— А как же! У нас с Котаро важный разговор!

— Точно, это принципиально! Сейчас-то я этой дуре вправлю мозги!

Они только что грызлись, но на реплику Санаэ ответили в идеальный унисон.

— …Но разве бежать не было бы легче, если бы вы молчали?

— Я и шагу не смогу ступить, если поступлюсь гордостью!

— Верно! Как же я дам этому идиоту и дальше нести чушь?!

— Вот уж правда…

«Вы точно друг друга недолюбливаете?..»

Если бы Санаэ произнесла это вслух, они бы оба немедленно это отрицали, но не думать об этом она не могла.

— Ваха-ха-ха! Я выиграл, Тюльпан!

Когда они добрались до четвёртого препятствия на бейсбольной площадке, Котаро объявил о своей победе.

— О чём ты? Ещё ничего не решено!

— Нет уж! Сегодня удача на моей стороне!

У этого бравурного заявления Котаро была причина. Четвёртым препятствием было соревнование «кто быстрее съест булочку с джемом». Его гигантский аппетит давал ему явное преимущество.

— У Котаро всё-таки бездонный желудок. Это будет легко, — фыркнула Санаэ.

— Значит, это испытание придумали для прожорливых простолюдинов?!

— Помолчи!

— Ты же мой вассал, верно?! Прошу тебя, ешь изящно! Если будешь набивать рот — опозоришь меня! Я даже не против подождать тебя здесь, пока ты поешь прилично!

— Не твоего ума дело, что я делаю!

Когда они с Теиа вбежали на площадку, им вручили по булочке с джемом. По сравнению с его, у Теиа булочка была чуть меньше. Это был фора для девушек.

— А-а-а! Не запихивай её в рот! Откусывай маленькими кусочками и ешь с достоинством!

— Ты глупая? Я что, буду время на это тратить посреди гонки?!

Котаро пропустил претензии Теиа мимо ушей и набил рот.

— Уа-а! Подумай хоть минутку о моём положении, плебей! Стыдно иметь такого дикого вассала!

«Как будто мне есть дело…»

Пока Котаро ещё жевал, другой голос окликнул его.

— Сатоми-кун!

— Фа-фу-фа-фмпай!

Это была Харуми. Она отрывала маленькие кусочки от своей булочки и клала их в рот.

— Вот! Такая утончённость подобает высшему обществу… Эй, я ещё не договорила, плебей!

— Фмфпай!

Как только Котаро увидел Харуми, он подбежал к ней и оставил Теиа позади.

— Уф! Опять эта женщина? Будь ты проклята, Сакураба Харуми! Этот мужчина — мой вассал!

Теиа гневно топнула ногой и заскрежетала зубами.

— Незачем так ревновать.

— Кого это ты называешь ревнующей?! Этот плебей принадлежит мне! Я просто злюсь, что его увели!

— Да-да, это и называется ревностью.

— Нет!

Теиа так разъярилась, что покраснела до корней волос и сжала кулак — случайно раздавив свою булочку. Не замечая её чувств, Котаро уже пробирался к Харуми.

— Мхм! — он проглотил то, что жевал, прежде чем заговорить. — Сэмпай, вижу, вы тут даёте бой.

— Было тяжко с броском мяча, но пока вроде держусь…

Хоть Харуми и была слабой, благодаря ловким, аккуратным и неторопливым рукам она легко справилась с третьим препятствием. Выигранная там фора компенсировала её медлительность, и до четвёртого препятствия она добежала раньше Теиа.

— Но вот с этим у меня плоховато…

— Да, похоже, такие вещи вам, сэмпай, даются сложновато.

Всё шло у Харуми хорошо, пока не пришлось скоростно есть. К её слабому здоровью и природной медлительности за едой прибавилось отсутствие аппетита после долгого бега. Из-за этого, несмотря на то что до четвёртого препятствия она добралась уже давно, у неё всё ещё оставалось больше половины булочки.

— А у тебя как, Сатоми-кун?

— Я только что доел.

— Парни — это всё-таки что-то удивительное…

— Это моя единственная хорошая черта…

— Хи-хи, я вам очень завидую.

Харуми слабо улыбнулась и показала Котаро остаток своей булочки.

— Сатоми-кун, не жди меня и беги вперёд. Мне ещё долго.

— Но…

— Мы так договаривались, Сатоми-кун.

И это действительно было то, о чём Котаро обещал Харуми, когда отправлял её вперёд у первого препятствия.

«Точно. Нужно дать сэмпай идти в своём ритме. Если я её подгоняю — она, возможно, не доберётся до финиша».

— Понял, сэмпай. Главное — догоняйте потом, хорошо?

— Обещаю.

Харуми уверенно кивнула и продолжила жевать булочку.

— Я побежал.

— Удачи, Сатоми-кун.

— И вам, сэмпай.

— А-а, подожди меня, Котаро, — окликнула его Санаэ.

— Не оставляй меня позади, плебей!

И Котаро покинул Харуми и четвёртое препятствие.

Харуми ушла с четвёртого препятствия лишь через несколько минут после Котаро. За это время мимо неё прошло ещё несколько участников, и она оказывалась всё дальше и дальше.

— Я так и предполагала…

Даже когда она снова побежала по променаду, её обгоняли ещё и ещё. К моменту, когда она одолела пятое препятствие, она шла уже последней.

— Но я решила, что добегу до финиша, так что нужно выкладываться по полной! Я и Котаро обещала!

Харуми, однако, не пала духом и уверенно бежала в своём темпе.

— Осталась только половина трассы! Я справлюсь!

Хоть она и скатилась в хвост, дух её был по-прежнему бодр.

«Сатоми-кун будет ждать меня у финиша!»

Новоиспечённый член общества вязания будет ждать её. С этой мыслью Харуми чувствовала, что сможет одолеть и вторую половину гонки.

— У-у-у… Я… я больше не могу бежать…

В отличие от Харуми, полной воли к победе, рядом с ней бежала девушка, которая, казалось, вот-вот сдастся. Её окутывало уныние, её тело покачивалось, и она еле плелась вперёд. Хотя обе делили последнее место, они были полными противоположностями.

— П-пойти… и отказаться… Вот именно… Мне нужно просто сойти с дистанции, и всё это закончится!.. Н-но если я так сделаю, мои очки… Но мне всё равно их уже не догнать! Могу же я просто выбыть и отдохнуть, правда? Я же старалась…

Этой девушке на протяжении всего пути с момента старта везло только на несчастья. Её сбили с ног, и несколько участников по ней прошлись. Она намучилась с вычислениями на первом препятствии. Она поставила новый антирекорд — всего два метра — на втором препятствии. Она пять раз роняла шарик для пинг-понга на третьем. На четвёртом она уронила булочку в грязь. А на пятом — прыжках через коня — неудачно приземлилась и воткнулась лицом прямо в землю.

— Я на пределе… Это просто невозможно… Аха… ахаха…

Это была Нидзино Юрика, самопровозглашённая девочка-волшебница. Она старалась как могла, но её так шатало, что она уже не могла бежать прямо. Пот размазал её макияж, а костюм горничной был весь в грязи. От изначальной красоты не осталось и следа. Она была на пределе и физически, и морально. Казалось, вот-вот она развалится на части.

— Я не могу…

— Держись.

— …?

Когда Юрика уже собиралась упасть, Харуми мягко её поддержала.

— Б-большое спасибо. Н-но правда, не надо. Я сойду здесь…

— Пожалуйста, не сдавайся. Ты уже прошла половину трассы.

Харуми изо всех сил старалась и подбодрить Юрику, и не дать ей упасть. Она должна была помочь своей товарке по последнему месту.

— Я всё равно не выиграю. К тому же за меня никто не болеет, и никому не будет дела…

— Нет, так нельзя. Если ты сдашься сейчас, ты проиграешь ещё и самой себе. Даже если никто за тебя не болеет, ты должна болеть сама за себя… К тому же я с тобой. Если ты остановишься, мне будет грустно.

— Ах…

После этих сильных и добрых слов Юрика увидела крошечный проблеск надежды. Долгое время её никто не слушал, и мягкий голос Харуми подействовал на неё как чудо.

— Ну же, вставай! Если сдашься здесь — проиграешь самой себе и в будущем.

«Я снова проиграю себе?.. Такого я допустить не могу!»

Юрика стиснула зубы и налила в тело силы. И действительно — ей снова стало легко.

— Я-я-я?..

Юрике это казалось каким-то чудом. Харуми не произнесла ни одного заклинания, а силы вернулись к ней.

— Держись. А теперь вложи всю силу в ноги!

— Д-да!

С голосом Харуми в ушах и её ладонью на спине Юрика сумела подняться. Ещё минуту назад она была готова сдаться, а теперь — чувствовала, что сможет пробежать ещё немного.

— Э-эм, большое вам спасибо.

Юрика глубоко поклонилась Харуми. Она благодарила от всего сердца. Только благодаря Харуми она смогла продолжить.

— Ничего. Когда мы в беде, мы помогаем друг другу.

Для Харуми, у которой было слабое здоровье, такие падения были привычным делом. Именно потому, что она лучше других знала, каково это, она не собиралась бросать Юрику.

«Какая же она сильная… Наверное, во много раз сильнее меня…»

Так думала Юрика, глядя на улыбающуюся Харуми. Хотя у Харуми никакой особой силы не было, Юрике казалось, что здесь и сейчас она бы ей проиграла. Она восхищалась Харуми. Она хотела быть похожей на неё.

— Меня зовут Сакураба Харуми. Могу я узнать, как тебя зовут?

— Я-я Юрика! Нидзино Юрика!

Так встретились Харуми и Юрика. Хотя прежде они уже пару раз едва разминулись, сегодня им впервые выпал случай друг другу представиться.

Пока Харуми и Юрика знакомились, передовая группа уже подходила к восьмому препятствию. Первой его достигла Кириха. Ей удалось сохранить преимущество, добытое ещё на старте, на протяжении всей дистанции. Благодаря разностороннему складу своих способностей этот этап играл ей на руку.

— Восьмое препятствие — это…

Однако стоило Кирихе оглядеть восьмой этап, как сзади подтянулись и другие участники.

— Вон она! Вот же лидерша!

— Наконец-то догнали!

— Плохо. Разрыв сократился до нуля…

На подходе к финальному отрезку марафона Кириха сбавила темп и начала уставать. Именно поэтому те участники, у кого ещё оставались силы, смогли её настигнуть. По пятам дышали футбольный клуб, мужская лёгкая атлетика и другие секции, требующие выносливости.

— Ой, это же Курано-сан.

— Курано-сан? А, и правда.

Среди догнавших оказались и Сидзука с Кэндзи. Этим двоим, судя по всему, пришлось изрядно попотеть по пути. Сценический костюм Кэндзи и фартук Сидзуки были все в пятнах, но к Кирихе они подошли, улыбаясь как ни в чём не бывало.

— Добро пожаловать, вы двое.

— Наконец-то я тебя догнал, Курано-сан.

— Подумать только, я почти уступил девушкам… Курано-сан, Касаги-сан, вы обе невероятные.

Кэндзи искренне восхитился обеими девушками. В своей выносливости он был уверен — как-никак занимался бейсболом вместе с Котаро. И всё же две его одноклассницы бежали впереди него всю дорогу.

— Хе, но ведь догнал же.

Кириха улыбнулась Кэндзи, однако на душе у неё отлегло.

«Я так и думала. Касаги Сидзука — человек незаурядный. Слава богам, что не её мне довелось получить в противники…»

Не подозревая о том, какие мысли крутятся в голове у Кирихи на её счёт, Сидзука с любопытством разглядывала препятствие.

На середине марафонской дистанции трасса делала петлю и вела обратно к школе. Поэтому восьмое препятствие расположилось на пустыре неподалёку от школьных ворот.

— Гимнастические брёвна, значит? А выглядят-то длинными…

Восьмое препятствие представляло собой ряд из пяти гимнастических брёвен. В среднем каждое было длиной метров тридцать, и все они были изготовлены специально для сегодняшнего праздника. Участникам предстояло выбрать одно из брёвен и перейти по нему — но выбор этот был не из лёгких.

Все пять брёвен отличались толщиной. Среднее считалось стандартным; по обе стороны от него шли два потолще и два потоньше. Разумеется, чем тоньше бревно, тем сложнее по нему пройти. Но выбор был не столь однозначен: к толщине прилагалась дополнительная уловка. Чем толще бревно, тем длиннее обходной путь. Если бегун срывался с бревна, его обсыпали с ног до головы белой пудрой и отправляли на специальную дорожку, которая тянулась дольше, чем самое толстое из брёвен.

В конечном счёте выбор бревна оказывался важнейшим решением. Рискнуть тонким ради отрыва или выбрать безопасное — потолще? От этого решения зависел исход всего марафона.

— Я в растерянности. Макензи-кун, какое бревно выберешь ты?

— Хм… Пожалуй, среднее. И не слишком трудное, и не слишком длинное.

— А ты человек осмотрительный, Мацудайра-сан.

— Ну, видишь ли…

Кэндзи смущённо улыбнулся, и в ту же секунду откуда-то издалека донеслись громкие, бодрые голоса. Услышав их, трое участников, уже направлявшихся к выбранным брёвнам, замерли на месте.

— С какой стати ты присягнула на верность этой слабачке, а не мне?!

— А всё из-за твоей бесчеловечности! Хоть каплю самокритичности прояви, Тюльпан!

— Что?! А ну повтори, никчёмный вассал, у которого одни только мускулы и остались!

— Да хоть сто раз повторю! У тебя нехватка роста, груди и человечности! Бесполезная принцесса!

— Рост и грудь тут вообще ни при чём! Возьми свои оскорбления обратно!

— Простите великодушно, ваше бесполезное высочество! Единственное, чего вам не хватает, — это человечности! Вот! Теперь вы довольны?!

— В твоих словах нет ни капли чувства! Это совсем не похоже на извинение!

— Само собой не похоже! Я вовсе не собираюсь извиняться!

— Ах ты… Всегда за тобой последнее слово, ненавистный вассал! Получай! И ещё раз!

— Ай! Ай-ай-ай! Подраться захотелось?!

Из-за поворота вылетели Котаро и Теиа, на бегу крича друг на друга. Санаэ была тут же, с ними, но Кэндзи и Сидзука её, конечно, не видели. Котаро с Теиа пихались плечами и лягали друг друга прямо во время бега.

Было очевидно, что без всего этого они бежали бы куда быстрее, но оба были слишком упрямы, чтобы остановиться. И при этом мчались оба весьма прытко. Противник, столь яростно сопротивляющийся, начисто вытеснил из их голов мысли об усталости.

— Ко? Этот дурень уже догнал нас! И Теиа-сан с ним?!

— Хах, чего ещё ожидать от Сатоми-куна.

— Одна сила да выносливость — больше у него ничего и нет…

В ту секунду, как Кэндзи увидел Котаро, он мгновенно передумал насчёт бревна.

«Котаро всегда лезет напролом. Он наверняка выберет самое тонкое! Значит, я возьму второе по тонкости! К чёрту безопасную игру!»

Кэндзи собирался идти по среднему бревну, но с появлением Котаро тратить на это время было уже нельзя. Вместо этого он решил взять бревно рядом с тем, на которое встанет Котаро, и проскочить по нему так быстро, как только сможет.

— Я пошла вперёд, Макензи-кун.

— Касаги-сан?!

Однако Сидзука опередила его. Она думала ровно о том же, и Кэндзи поспешил следом. Но у Кирихи были свои соображения.

— Что ж, решено.

«Вместо того чтобы лезть на бревно, где ещё кто-то топчется, я выберу такое, по которому смогу пройти с ходу! Если впереди никого нет, я наверстаю потерянное на обходе время! А если и не выйдет — впереди ещё девятое и десятое препятствия!»

Кириха ступила на то самое среднее бревно, от которого отказался Кэндзи. Ходить по ним можно было только гуськом, так что Кириха позаботилась не оказаться на одном с Сидзукой или Кэндзи. Даже если бы она мчалась изо всех сил, обойти двух этих бегунов ей бы не удалось. Поэтому она выбрала среднее — свободное. Она собиралась пройти его на одном дыхании. Бревно выходило длиннее, но без чужих спин впереди она рассчитывала преодолеть его гораздо быстрее.

— Гимнастическое бревно, значит! Должно быть, для тебя это тяжкое испытание, ведь ты такая неуравновешенная, Тюльпан!

— Продолжай тявкать, плебей! Я покажу тебе разницу между нами!

Именно в этот момент к препятствию подоспели Котаро и Теиа. И, как и предсказывал Кэндзи, Котаро ринулся к самому тонкому бревну. Тактика была не по его части — он попросту выбирал кратчайший путь.

— Переходи его, Котаро! Финиш уже совсем близко! — подбадривала Санаэ.

— Положись на меня!

Судя по обстановке, Теиа должна была рвануть следом за Котаро, однако она направилась к самому толстому бревну.

— Эй, Котаро.

— Ммм?

— Теиа пошла туда.

— …И правда. До чего же трусливо с твоей стороны, принцесса Тюльпан!

Хотя Котаро постарался вложить в эту подначку всю свою язвительность, Теиа и бровью не повела.

— Хе-хе-хе, тише едешь — дальше будешь. Я всегда следовала этой мудрости. Торопливость — удел не королевских особ!

Объявив свою стратегию с самодовольной улыбкой, Теиа зашагала по бревну. На таком толстом бревне шансы потерять равновесие были практически нулевыми. Поэтому двигалась она в несколько раз быстрее Котаро.

Из всех, кто находился на брёвнах, Кириха первой миновала середину, удержав лидерство. За ней шли Теиа, Сидзука и Кэндзи — именно в этом порядке. Котаро плёлся позади всех. Мало того что он пришёл последним — он ещё и выбрал самое трудное для перехода бревно.

И хотя казалось, что это препятствие сведётся к простому переходу по брёвнам, впереди участников поджидала нежданная засада.

— Вон они! Это лидеры!

— Наконец-то догнали! Ну, и где этот первогодка-щенок?!

— Готцан дэсу!

Засадой оказались те самые трое старшеклассников, на которых Котаро наступил на старте, — из регбийного клуба, из клуба дзюдо и из клуба сумо. Трое парней двигались к брёвнам, пылая в глазах гневным огнём.

— Увах! Эти ребята…

Почуяв угрозу со спины, Котаро оглянулся и увидел трёх громил. Вообще-то Котаро забывал такие вещи быстро, но вот эти отличительные униформы, которые он использовал как ступеньки на старте, он помнил прекрасно.

— Котаро, это те самые трое! Похоже, они тебя ищут! Что будешь делать?!

— И что ты от меня хочешь…

«Плохо дело!»

Котаро отвёл взгляд, опустил голову пониже и изо всех сил постарался не выделяться. Он надеялся проскочить по бревну прежде, чем его заметят.

— Чёрт! Куда подевался этот паршивец?!

— Не помнишь, регбист?!

— Мельком только видел, поэтому чётко — нет…

К счастью, трое старшеклассников забывали даже быстрее, чем Котаро, и ни один из них его в лицо не запомнил.

— Отлично! Удача на нашей стороне!

«Это вам удача!»

Санаэ ликующе прокричала, но Котаро продолжал прятаться и ликовал лишь про себя.

— Готцан дэсу!

— Хм? Ты чего, сумоист?

— Готцан дэсу!

— Что? Он был с девушкой? Точно! Хорошо, что в клубе сумо девчонок не держат! Ты уцепился за самое главное!

— Регбист, вон там! У того типа девушка с собой! Наконец-то мы его нашли!

— Отличная работа! Пришло время мести!

— Готцан дэсу!

Троица уставилась на определённого школьника, шедшего по одному из брёвен.

— Макензи-кун, у нас за спиной происходит что-то странное…

— А?..

Ну конечно, тем, на кого они по ошибке нацелились, был Кэндзи — ведь рядом с ним шла Сидзука.

— Эй, первогодка-щенок! Как ты посмел использовать нас как ступеньки?!

— Да ещё и с девчонкой! Как же я тебе завидую!

— Готцан дэсу!

Земля дрогнула, когда трое громил устремились к бревну, по которому шёл Кэндзи. Остальные школьники, собиравшиеся перейти брёвна, поспешно расступились.

— От нас так просто не сбежишь!

— Ч-что такое, сэмпаи?! В чём вообще дело?!

Абсолютно ничего не понимая, Кэндзи окончательно растерялся. Бревно под ним заходило ходуном, когда трое парней полезли следом.

«Почему они так злятся? И почему идут именно на меня?!»

Ему было неоткуда знать, что он просто принимает на себя пулю, предназначенную Котаро.

— Прикидываешься, что ли?! Только не говори, что забыл, как наступал на нас на старте!

— Этого одного хватило бы на смертный приговор, а тут ещё и это! Рядом с такой милой девчонкой! Завидую до безумия!

— Готцан дэсу!

— Это какое-то недоразумение… Я ни на кого не наступал!

— Ты тут один с девушкой! Нас не проведёшь!

— Слышал, что он сказал?! Представь нас, мерзавец!

— Готцан дэсу!

Кэндзи отчаянно пытался их убедить, но никто и слушать его не собирался — все трое уже лезли на бревно.

— О-они лезут сюда!

— Кя-ха-ха, Макензи-кун, перестань хватать меня в разных странных местах!

— П-простите!

Кэндзи попытался рвануть вперёд, но на пути у него стояла Сидзука, и деваться ему было некуда.

— Проклятие, первогодка-щенок! Каким таким завидным делом ты занимаешься в такой ситуации?!

— Всё, с меня хватит! С чего ты взял, что тебе всё сойдёт с рук только потому, что ты симпатичный?! Нас-то трое!

— Готцан дэсу!

Тем временем троица неумолимо приближалась к Кэндзи. Для них поимка Кэндзи стояла выше победы в гонке, и на возможное падение им было плевать. Именно поэтому они продвигались по бревну куда быстрее Кэндзи и Сидзуки. При таком раскладе настичь его было только вопросом времени.

— Ай-ай-ай. Прости, Макензи…

Наблюдая за тем, как трое мужчин неумолимо приближаются к Кэндзи, Котаро сложил ладони и издалека извинился перед другом.

— …Котаро, какой же ты всё-таки хитрюга.

— Ты думаешь?

— Ха, вот оно что! Это же всё твоих рук дело, да, Ко?!

Увидев Котаро со сложенными в извинении ладонями, Кэндзи вдруг всё понял. Они искали парня с девушкой, вырвавшихся вперёд на старте. Под такое описание подходила только одна пара — Котаро и Харуми.

— Не втягивай ни в чём не повинных прохожих, Макензи-кун!

— Не тебе это говорить. Это же ты его вовлёк…

— Это совсем другое. Ты же не хочешь проиграть, Санаэ-кун, правда?

— Ну, верно. Если подумать, ты всегда был ужасным человеком…

— Ты так считаешь?

Санаэ, паря рядом, окинула Котаро неодобрительным взглядом, но он остался совершенно безучастен.

— Он дело говорит! Не груби, первогодка-щенок!

— Да вы ошибаетесь! Настоящий виновник — вон он, Ко!

— Этот парень один! К тому же у него лицо такого типа, кто никогда в жизни не будет популярен! Ты ещё и врун из тебя отвратительный, подонок-бабник!

— Готцан дэсу!

Кэндзи разгадал правду и теперь из последних сил пытался убедить старшеклассников, но всё было впустую. Они продолжали наседать и уже были в нескольких метрах. Кэндзи собрался с духом.

— …Похоже, меня всё равно поймают и сбросят с бревна! Тогда и тебя прихвачу, Ко!

— Ты что задумал?!

— Вот это!

В следующий миг Кэндзи оттолкнулся от бревна и ударил ногой в направлении Котаро, шедшего по соседнему. Это была попытка спастись из безнадёжного положения. Вместо того чтобы рухнуть от рук троицы, он собирался сбить Котаро с его бревна, а сам убежать от преследователей по обязательной штрафной дорожке. Он мог проиграть Сидзуке, но лишь бы не уступить Котаро — и на том спасибо. Это был единственный план, чтобы хоть как-то сократить потери.

— Получай!

— Берегись, Котаро! Уклоняйся!

— Не выйдет, Макензи!

Как друзья детства, Котаро и Кэндзи не раз дрались между собой. Именно поэтому, хоть Котаро и ошарашило сначала, он был готов встретить прыжок Кэндзи сразу, как только тот оторвался от бревна.

«Я стою на шатком бревне, а противник летит на меня с ногой вперёд… Заблокировать я не смогу!»

— Тогда сделаю вот так!

Котаро взмахнул правой рукой и ударил Кэндзи по вытянутой правой лодыжке.

— Нуаа-ах?!

Удар опрокинул Кэндзи, и тот полетел на мат, засыпанный белой пудрой.

— Ува-а-ах?!

Котаро же, отразив атаку, сам потерял равновесие и теперь отчаянно размахивал руками, пытаясь удержаться на бревне.

— Не думай, что победил, так легко не отделаешься!

И в последнюю секунду перед падением Кэндзи вытянул руку. Он собирался схватить Котаро за машущее запястье и утащить его за собой.

— Котаро, берегись его руки!

— Чтоб тебя, Макензи!

— Ва-ха-ха-ха, Ко, я забираю тебя с собо…

Нога Кэндзи первой коснулась мата, но ему было всё равно — лишь бы ухватить Котаро за руку. На самом деле стратегия Кэндзи была безупречна. Молниеносное решение в тупиковой ситуации, последовавший за ним прыжок с ногой и даже последний рывок рукой — всё было продумано идеально. При обычных обстоятельствах всё сработало бы так, как он задумал.

БУ-УМ!

Однако, какое бы гениальное решение Кэндзи ни принял, ничто не могло подготовить его к внезапному взрыву у него под ногами.

◆ ◆ ◆

Кэндзи исчез во вспышке дыма и белой пудры. Котаро, который уже терял равновесие, по счастью, получил толчок ударной волны и сумел выпрямиться.

— Ч-что?! Что сейчас произошло?!

Но хотя Котаро и удержался на ногах, внезапный взрыв всё ещё бил по нервам.

— Ч-что-что-что?..

— Котаро, ты цел?!

— Сатоми-кун, как там Макензи-кун?!

Разумеется, Котаро потрясло не его одного. Санаэ, Кириха и Сидзука были удивлены не меньше. Но Кэндзи, угодившему в самое пекло, было не до удивления — его катало по мату, пока глаза закатывались в глубины черепа.

А дальше шли школьники, которых случившееся поразило, но по совсем другим причинам.

— Эй, тот парень из театрального клуба, что был с девушкой, только что взорвался!

— Что?! Тот самый, чья внешность обещала ему жизнь, полную везения, разлетелся на куски?!

— Готцан дэсу!

— Слыхали?! Этот бабник в очках взял и самоликвидировался!

— Что?! Неужели обломался с охмурением?!

— Вот это я понимаю, музыка для моих ушей!

В основном это были те самые непопулярные парни, что добрались до восьмого препятствия, — включая и троих старшеклассников, преследовавших Кэндзи.

— Ура! Ура! Ура!

Они все дружно возликовали, смеясь и радуясь.

— Ох-хо-хо-хо-хо!

Но был один школьник, который вовсе не удивился.

— Ой, какой ужас! Вот почему варвары с окраин вселенной наводят такой страх! Додуматься закопать мины, только бы выиграть спортивный праздник! Воистину кошмарно!

Громко хохотала на самом дальнем бревне не кто иная, как седьмая принцесса Святой Галактической Империи Форторте — Теиамиллис Грэ Форторте.

— Мины? То есть это твоих рук дело, Тюльпан?!

Услышав её пронзительный смех, Котаро мгновенно уверился, что за взрывом стоит она.

— Ох-хо-хо! Понятия не имею, о чём ты! Держи свои ложные обвинения при себе!

Однако Теиа прикидывалась невинной. Доказательств у Котаро не было, и она держалась самоуверенно.

— Хватит врать! Устроить такое могли только ты или Санаэ!

— Эй, минуточку! А я-то здесь при чём?! Возьми слова назад и скажи, что веришь мне больше всех на свете!

— С-спокойнее, я просто так сказал…

Попасть в одну компанию с Теиа Санаэ оскорбилось до глубины души. Она схватила Котаро за шиворот и принялась его трясти. А тот, всё ещё стоявший на бревне, отчаянно старался не свалиться.

В разгар этой возни у Котаро в кармане заиграла знаменитая зарубежная мелодия. Это был его мобильный. Мелодия — тема из старого, полюбившегося всем фильма про тайного агента, которую Котаро специально установил на звонки от Рут.

— Хватит уже вешать на меня роль смутьянки!

— П-погоди! Это Рут мне звонит!

— Думаешь, меня так легко провести?!

— Всего на минуточку!

Трясясь в хватке Санаэ, Котаро вытащил телефон и принял вызов.

— Р-Рут-сан!

— Сатоми-сама!

В трубке послышался встревоженный голос Рут. Она говорила быстро-быстро, и голос её дрожал.

— Ч-чёрт! Рут, что ли, догадалась?

Сообразив, что Рут звонит Котаро, Теиа помрачнела лицом.

— У меня ужасные вести, Сатоми-сама! Из арсенала Голубого Рыцаря пропали сто двадцать восемь нейтрализующих мин…

— Голубой Рыцарь, включить широкополосное глушение! Отключить все каналы связи!

— Как прикажете, моя принцесса.

И голос Рут оборвался на полуслове.

— Рут-сан, что вы про мины?! Рут-сан!

Растерянный Котаро несколько раз крикнул в трубку, но связь с коротким гудком оборвалась. Он попробовал перезвонить, однако ничего не вышло. На экране значилось: «Нет сети».

— Нет сети?! Немыслимо, с какой это стати…

— Это Теиа! Она опять что-то мутит!

— Проклятие, Тюльпан! Что всё это значит?! Какие ещё сто двадцать восемь мин?!

— Какой ужас. Если здесь и вправду заложено сто двадцать восемь мин, никому отсюда не выбраться. Терроризм — поистине страшная штука.

— Мерзавка! Ты что, собираешься нагло врать в лицо?!

— Котаро, по-моему, тебе сейчас не с руки так говорить…

Котаро стиснул зубы, но уверенная улыбка Теиа даже не дрогнула. С учётом всех обстоятельств было ясно как день, что виновница — она, но доказательств по-прежнему не было.

— Ну что, плебей, как будешь действовать? Посмеешь ли идти дальше, зная, что под тобой зарыты мины?!

— Мерзкая ты…

Теиа ликовала и бахвалилась. И ведь правда — зная, что под ногами мины, никто не смел двигаться, как прежде. Особенно это касалось быстрых бегунов и тех, кто оказался на тонких брёвнах. Все как один замерли.

— Принцесса!

— А, наконец-то догнал!

В этот миг к препятствию подоспела напарница Теиа — член клуба болельщиц.

— Живо ко мне!

— Слава принцессе!

Болельщик без малейших колебаний шагнул на самое толстое бревно — прямо следом за Теиа. В его шагах не было ни тени опаски по поводу мин под ногами. Шаги были уверенные, без капли страха.

— Я поняла! Теиа-доно, под тем бревном никаких мин нет, верно?

Кирихе в такой ситуации было не до привычного лицедейства. Она попросту указала на бревно, по которому шла Теиа, и потребовала объяснений твёрдым тоном.

— Т-так вот почему она взяла самое толстое?!

— Вот оно что за ловушка?! Это же нечестно, Тюльпан!

— Ох-хо-хо! Хватит с меня этих беспочвенных обвинений! Мы с отрядом болельщиц просто идём по бревну с несломленной волей, непоколебимым мужеством и безоговорочной преданностью! А вы можете сколько угодно оплакивать собственную слабость прямо там, где стоите! — торжествующе вещала Теиа, встретившись со своим подручным. — Вперёд! Ты и я придём первыми и вторыми!

— Слава принцессе!

Теиа действительно изъяла из оружейного отсека Голубого Рыцаря сто двадцать восемь мин, и отряд болельщиц ещё прошлой ночью аккуратнейшим образом заложил каждую из них у восьмого препятствия. Единственный безопасный проход — это самое толстое бревно. Всё остальное было напичкано минами.

«Ты была слишком наивна, плебей! И ты, Кириха! Вы думали, я полезу в вашу ловушку, не подготовив собственной?!»

Это минное поле было развёрнуто в качестве контрмеры против подозрительных манёвров Кирихи накануне спортивного праздника.

— Эй! Похоже, под тем бревном ничего не заложено!

— Значит, надо идти по нему?

— Точно! Вперёд!

— Переходим!

— Ч-что?!

Однако Теиа не предусмотрела одного. Когда остальные участники сообразили, что все прочие брёвна заминированы, они, естественно, ломанулись именно на её.

— В-ва-а-ах! Э-эй, пройдите чуть помедленнее!

— П-принцесса!

Бревно заходило ходуном, по мере того как на него забиралось всё больше народу. Поскольку Теиа была маленькой, на ней это почти не сказалось, но вот у её рослого спутника из отряда болельщиц дело обстояло иначе. Не справляясь с высоким центром тяжести на качающемся бревне, тот быстро потерял равновесие.

— Э-эй, держись!

— Н-но принцесс… Ува-а-ах?!

— О-отпусти меня, дурень! А-а-а!

Болельщик свалился с бревна, утащив Теиа за собой. Оба плюхнулись на землю и тотчас же оказались с головы до ног засыпаны белоснежной пудрой с мата. Теиа подскочила вне себя, схватила напарника за воротник и принялась вопить ему в лицо.

— Идиот! Зачем ты меня с собой прихватил?! Уж если падать, так падал бы на собств…

БУ-УМ!

Однако довести нотацию Теиа не успела — прямо под ними рванула мина.

— П-почему?!

Взрывная волна сбила их обоих на землю и снова с ног до головы окатила ослепительно-белой пудрой.

— Я… я же велела оставить крайнее бревно свободным…

— П-принцесса, так вот что вы имели в виду… Я… я был уверен, что речь о другом бревне — том, что для инвалидов…

В старшей школе Харукадзэ в марафон с препятствиями включались практически все школьные клубы. А значит, среди участников были и ребята, получившие травмы на занятиях, и те, кто передвигался на колясках. Поэтому клубы волонтёров устроили отдельное бревно — специально для них. Это было единственное бревно, под которым отряд болельщиц не заложил ни одной мины. А всё потому, что Теиа велела им «оставить крайнее справа бревно чистым от мин». Болельщицы были тронуты её добросердечием, но, увы, она имела в виду вовсе не то.

— Н-недотёпа… Похоже, твои преданность и мужество сыграли с тобой злую шутку… Угх…

— Я воистину… Угх…

Теиа и её подручный разом замерли, закатив глаза.

— У-у-ва-а-а! Тут тоже под низом бомбы!

— Назад! Бежим!

— Не толкайся! Хватит толкаться! Я же упаду!!

— Мины! Мины сейчас…!

Остальные участники запаниковали. Бревно, к которому они прижались в поисках спасения, оказалось обманкой. Бежать было некуда. Уже не только Котаро с компанией, а вообще все ученики замерли на брёвнах как вкопанные. Но при такой толчее это не могло продолжаться долго.

— Уа-а-а-а! Не удержу-у-у!

— Кя-а-а-а-а-а!

— Ма-а-а-мочка-а!

Прошло всего несколько мгновений, и первые школьники посыпались с брёвен. От неожиданности ещё несколько человек тоже потеряли равновесие.

— Почему?! А я-то думал, это небесная кара за то, что я чересчур красив!

— Вот оно — для некрасивых мужиков везде всё одинаково!

— Готцан дэсу!

Восьмое препятствие ожило от ослепительных вспышек света и грохочущих один за другим взрывов. «Поле боя» — самое подходящее слово. Единственным утешением служило то, что нейтрализующие мины никому не причиняли настоящего вреда. Впрочем, тем, кто угодил в эпицентр, от этого было нисколько не легче.

◆ ◆ ◆

Однако вся эта суматоха на восьмом препятствии не касалась Харуми и Юрики — они только что прошли шестое. До места катастрофы им оставался добрый километр.

— Ой-ой…

— Ты в порядке, Нидзино-сан?

— В порядке, Сакураба-сэмпай.

— Впереди ещё долгая дорога, так что держись.

— Постараюсь. Спасибо, сэмпай.

Они подбадривали друг друга, волоча уставшие тела в сторону финиша. Две девушки, идущие бок о бок по длинной аллее, — зрелище трогательное, разительный контраст с мрачной катастрофой на восьмом препятствии.

На самом деле они прекрасно поладили. Харуми, обыкновенно замкнутая, с Юрикой чувствовала себя легко — рядом с растерянной, по-детски наивной Юрикой ей было совершенно нечего стесняться. То, что они делили на двоих последнее место, давало им ощущение товарищества. А поскольку Харуми умела слушать, то и Юрике она очень понравилась. Словом, казалось, из них выйдут хорошие подруги. Добраться вместе до финиша было для них в радость.

— Сакураба-сэмпай, почему вы так стараетесь?

— Уф-ф… Ха-а… Видишь ли… я обещала другу из своего общества… что добегу до финиша.

Харуми отвечала на вопрос Юрики между судорожными вдохами. Её дыхание сбивалось, и слова выходили всё реже. Казалось, она вот-вот достигнет предела. Но и тогда Харуми продолжала улыбаться.

— Поэтому… я хочу… дойти до конца… Ведь это… драгоценное обещание… с другом…

Пропустив в младших классах очень много школьных дней из-за здоровья, Харуми могла назвать своими друзьями лишь считанных людей. Именно поэтому Котаро был для неё особенным. И пусть для него самого то обещание дойти до финиша значило не так уж много, для Харуми оно значило весь мир.

— Друг… А какой он, ваш друг? — спросила Юрика, даже не подозревая, что речь о Котаро. Хотя суставы у неё ныли, во время разговора ей становилось немного легче.

— Это…

Но Харуми вдруг осеклась, и ноги её тоже остановились. Юрика, продолжавшая бежать изо всех сил, успела уйти на несколько шагов вперёд, прежде чем поняла, что что-то не так.

— Сакураба-сэмпай?

Обернувшись, она увидела, что Харуми начинает заваливаться набок.

— …

Лицо Харуми было бледным как мел, а глаза дрожали, как будто она пыталась что-то сказать, но с губ не слетало ни слова. Всё, что она успела, — это бросить на Юрику извиняющийся взгляд и повалиться на бетонную дорожку.

— С-Сакураба-сэмпай!

К счастью, Харуми так и не ударилась о землю. Юрика проявила удивительную для своей обычной неуклюжести ловкость и поймала Харуми прямо в полёте.

— Пожалуйста, держитесь, Сакураба-сэмпай!

— …Н-Нидзино-сан…

Вся кровь отхлынула от лица Харуми. Губы посинели, руки и ноги похолодели. Юрика, удерживая её, почувствовала странный озноб. Как Харуми ни старалась, пятикилометровый марафон оказался для неё непосильным.

Она кое-как тренировалась к нему, но теперь тело ломило и стонало от боли. Если бы не встреча с Котаро, Харуми, возможно, сошла бы с дистанции ещё на полпути. Но она выкладывалась до последнего, чтобы сдержать обещание перед ним.

— Прости… у меня… слабое тело…

— П-пожалуйста, подождите! Я сейчас же позову на помощь!

«Надо спешить, иначе случится что-то страшное!»

Юрика прекрасно понимала, что Харуми далеко не в порядке. Лицо побледнело, дыхание сбивалось. Тело было холодным, но пульс под кончиками пальцев бился непомерно часто. Юрика растерянно огляделась, но вокруг никого не было. Она решила сбегать за помощью, но слабый голос Харуми и сжатие её холодной руки остановили её.

— Нидзино-сан… Прости, что… не смогла… быть с тобой… до самого конца…

И с этими словами Харуми потеряла сознание. Холодная рука, удерживавшая Юрику, медленно разжалась и упала наземь.

— Сакураба-сэмпай! Сакураба-сэмпай!

Как Юрика ни звала её в отчаянии, Харуми не приходила в себя.

«Плохо дело! Времени в обрез! Тогда…»

Юрика осторожно опустила Харуми на землю и выпрямилась с решительным выражением лица.

Затем она выбросила вперёд правую руку и громко произнесла:

— Явись! Ангельский нимб!

Перед её протянутой ладонью вспыхнул сферический голубой свет. Когда сфера растаяла, на её месте повис в воздухе резной, изукрашенный посох. Юрика выхватила парящий посох. Она крепко обхватила его обеими руками и сосредоточилась.

— Дальше… Смена костюма! Модификатор: Ускорение! Условие: Постоянное!

Когда она вскинула посох над головой, её тело окутал голубой свет, и наряд мгновенно сменился. Теперь на ней вместо костюма горничной был наряд девочки-волшебницы. Тот самый, в котором Юрика впервые появилась в комнате 106.

— Держитесь, Сакураба-сэмпай! Волшебница Радужная Юрика спасёт вас!

Сменив одежду, она ещё крепче сжала посох и снова сосредоточилась. На сей раз она направила кончик посоха прямо в грудь Харуми. Глаза Харуми были закрыты, и она не шевелила ни единым мускулом. Будучи без сознания, она не ведала ни о чём вокруг.

— Снять болезнь! Модификатор: Максимизация!

Стоило Юрике выкрикнуть заклинание, как от посоха разлился голубой свет и окутал тело Харуми. Каждый тип заклинаний Юрики давал свой свет — один из семи. Голубой сопутствовал призывам. Все три заклинания, которые Юрика применила сегодня, вызывали именно голубое сияние: призыв посоха, смена одежды и теперь — попытка вернуть Харуми силы.

Это и была Волшебница Радужная Юрика — девочка-волшебница, владеющая силой семи цветов радуги. К сожалению, никто не видел, как она спасает положение, но сейчас Юрике было всё равно. Единственное, что её волновало, — это жизнь Харуми.

— Очнитесь, Харуми-сэмпай! — крикнула Юрика, что было сил сжимая посох.

Голубой свет засиял ярче и несколько раз окутал Харуми. Юрика отчаянно окликала её, пытаясь разбудить.

— Вы же дойдёте до финиша, правда?! Вы же дали обещание своему другу, верно?!

— …

И всё же Харуми не подавала ни малейшего признака пробуждения. Её недуг был врождённым и не из тех, что легко лечится — даже с помощью магии.

— Я побегу вместе с вами! Поэтому, пожалуйста…!

Но Юрика не сдавалась. Она продолжала звать Харуми. Ведь именно Харуми научила её не опускать руки.

— А?!

Сюрпризы этого дня не закончились. Словно откликнувшись на голос Юрики, свет, струившийся из посоха, изменился.

— А?! Ч-что это?! Я никогда и не слышала про белую магию!

Сама того не заметив, она увидела, как голубое сияние превратилось в чистейшее белое. Более того, оно разгорелось во много раз ярче прежнего. Казалось, будто рядом с ними возникло крошечное солнце. Ослепительно-белый свет окутал и Юрику, и Харуми.

— К-как?! Он и меня исцелил?! Боль исчезла!

Заклинание, которое Юрика применила к Харуми, вдруг настолько возросло в силе, что стало действовать и на неё саму. У Юрики было несколько ссадин после того, как её затоптали, но едва её окутал свет, они исчезли, словно их и не было. Даже усталость, давившая на тело, испарилась.

— Да что же это такое?!

Свет принял форму столпа и устремился вверх, к небесам. Юрика стояла посреди всего этого с совершенно отрешённым лицом.

— Что это за сила?!

Заклинание, применённое Юрикой к Харуми, было рассчитано на то, чтобы вылечить болезнь одного человека. Оно не должно было действовать на нескольких сразу и уж точно не исцеляло раны и не снимало усталость. Для всего этого существовали совсем другие заклинания.

— Неужели это сила, сосредоточенная в комнате 106?!

Юрика и сама не понимала, откуда взялась эта мощь, но одно знала наверняка…

— Нет, причина сейчас не важна! С такой силой я смогу спасти Сакурабу-сэмпай!!

С лица Харуми сошла печать боли, цвет лица улучшился. Температура тела вернулась к норме, пульс и дыхание замедлились до здорового ритма. Самое главное — Харуми была в порядке. Остальное уже не имело для Юрики ни малейшего значения.

◆ ◆ ◆

— Ч-чёрт побери…! Не могу… проиграть здесь… Я должен… поднять сэмпай… на пьедестал…!

— Держись, Котаро! Осталось совсем немного!

Возвратившись на школьный двор, Котаро представлял собой жалкое зрелище. Он не мог идти прямо, и казалось, вот-вот рухнет. Он использовал подобранную по дороге ветку как посох, буквально волоча себя через ворота.

Но стоило ему ступить на школьный двор, как толпа на трибунах взревела. Несмотря на то что он явно был в плачевном состоянии, он шёл первым. А поскольку в старшей школе Харукадзэ было великое множество клубов, вязальному обществу никогда прежде не доводилось занимать первое место в этом соревновании. Именно поэтому напряжение на трибунах достигло своего пика. Однако даже громогласные крики болельщиков не долетали до Котаро, пока он брёл по беговой дорожке.

— Ещё чуть-чуть… Финиш совсем рядом…

— Вон оно, десятое препятствие! До него всего тридцать метров!

До Котаро долетал один-единственный голос — голос Санаэ. Он опирался лишь на её слова, переставляя ноги одну за другой.

Минное поле на восьмом препятствии сыграло главную роль в его теперешнем жалком виде, но девятое препятствие и оставшийся бег лишь довершили дело. И всё же, даже в таком состоянии, Котаро отказывался падать — потому что хотел, чтобы победила Харуми, и потому что Санаэ не переставала его подбадривать. Без этого стимула он упал бы ещё давно.

— Как только сделаешь — всё, ты финишировал!

— Финишировал? Я… я уже финишировал?

Однако Котаро совершил роковую ошибку. Часть слов Санаэ он не расслышал, и до его сознания долетело только: «Ты финишировал».

— Ва-а! Котаро, нет! Нельзя сейчас останавли-и-иваться!

— Понятно, я финишировал…

В обычной ситуации такое недоразумение легко было бы исправить, но для Котаро, уже давно стоявшего на грани, путь назад был отрезан. Тело сдалось, и он попросту завалился вперёд с довольной улыбкой на лице.

— Я… Я справился! Да-а!

— Не справился! Ты меня вообще слу-у-ушаешь?!

— Хе-хе-хе, не надо меня так уж нахваливать, Санаэ…

— Да не хвалю я!

Но крики Санаэ были напрасны — Котаро закрыл глаза. Он уже отключился.

— Зззз…

Отключившись, Котаро, казалось, мирно спал. Даже во сне он хранил на лице ту самую самодовольную, торжествующую улыбку человека, свершившего задуманное.

— Как ты умудряешься спать с такой довольной мордой на своей дурацкой физиономии?! А что мне теперь делать с моими очками?!

Однако для Санаэ его мирно спящее лицо было зрелищем совершенно невыносимым.

◆ ◆ ◆

Когда Котаро, удерживавший первое место, рухнул, школьный двор содрогнулся от шума.

Комментатор вещала в микрофон:

— Ох! Какой поворот! Представитель вязального общества, Сатоми Котаро, упал прямо перед десятым препятствием! Подошедший член оргкомитета качает головой! Похоже, он полностью без сознания!

Но прежде чем комментаторша успела договорить, напряжение толпы снова подскочило — на сцене показались бегуны, претендующие на второе и третье места.

— Вот ты где, Санаэ! Котаро… Ага! После всего пройденного у него силы иссякли! Тебе повезло — как моя вассал, ты разделишь со мной награду за победу!

— Значит, всё решится между тобой и мной…

На школьный двор входили Теиа и Кириха. Видимо, они оторвались от остальных очень далеко — никого больше позади не было видно. Когда две девушки приблизились, с трибун раздались аплодисменты.

— Курано-сан! Ты сможешь!

— Кириха-тян! Победи — и обеспечь нам бюджет на школьный фестиваль!

— Слава принцессе! Слава принцессе! Победу Её Высочеству Теиамиллис! Слава королевским родам Форторте!

Но, как и Котаро, обе были настолько измотаны, что не могли даже ответить на поддержку с трибун. Их с головы до ног покрывала белая пудра, одежда была обожжена. Обе сорвались с брёвен.

После этого они ещё и сцепились друг с дружкой и постепенно растеряли все силы. К моменту выхода на школьный двор обе едва переставляли ноги. Капли пота скатывались по белой пудре с каждым шатким шагом.

— Весьма драматичный выдался забег, но похоже, между нами двумя всё решится прямо здесь.

— Я с самого начала этого хотела. Давайте расставим всё по местам, Теиа-доно.

Несмотря на усталость, обе через силу гнали себя вперёд по дорожке. От этого препятствия зависело, кому и какая доля власти над комнатой 106 достанется. Отступать было не в их планах. Когда обе поравнялись с Котаро, они обратились к Санаэ, стоявшей рядом с ним.

— Санаэ, с Котаро всё в порядке?

— Да, он просто спит.

— Понятно. Хорошо.

— Хе-хе, кажется, ты выбрала не того напарника, Санаэ!

— Замолчи! Оставь меня в покое!

— Пожалуй, так и сделаю! Фу-а-ха-ха-ха-ха!

Они пронеслись мимо Котаро и достигли десятого препятствия, расположенного в конце беговой дорожки.

— С возвращением, леди! И добро пожаловать на последний этап — десятое препятствие!

Гостеприимно встречало Теиа и Кириху не кто иное, как общество косплея. Пятеро его участниц, не бежавших марафон, выступали в роли персонала на финальном препятствии. По этому случаю все они были в нарядах горничных с нарукавными повязками «Персонал».

— Нет у меня времени забавляться! Что тут надо делать?

— Торопиться некуда.

Вице-президент, отвечавшая за препятствие, подошла к девушкам с коробкой, пёстро украшенной лентами и цветами.

— Что это за коробка?

— Рада, что спросили. Десятое препятствие — «Охота за предметом». Достаньте из коробки карточку, найдите написанный на ней предмет — и бегите к финишу.

— Ясно!

— Тогда и я то же самое.

Теиа стремительно сунула руку в отверстие на верхушке коробки, Кириха — следом за ней. Каждая вытянула по сложенной вдвое белой бумажке.

— А теперь, дамы, прочтите свои записки!

Повинуясь указанию вице-президента, обе развернули бумажки.

— Ч-что это?!

— Ты мне предлагаешь притащить это к финишу?!

Обе опешили, но, заметив удивление друг на дружке, тут же заглянули в чужую записку.

— Хе-хе-хе-хе-хе!

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Обе захохотали над тем, что было написано у соперницы. Хоть они и смеялись, взгляды их метали молнии. Обе сжали кулаки, встали в стойку. Казалось, вот-вот начнётся драка.

— Я так и думала, что этим закончится. Путь к вторжению всегда бывает кровавым…

В записке Кирихи значилось: «Бюстгальтер размера A или меньше».

— Ну, давай, Курано Кириха!

А в записке Теиа — «Бюстгальтер размера D или больше».

Кириха приуныла, Теиа пришла в восторг. Хотя они ощущали прямо противоположное, цель у обеих была одна и та же. Всё, что им требовалось, стояло прямо перед ними. И обе собирались добыть искомое, отколотив соперницу и забрав нужное силой.

◆ ◆ ◆

Едва Харуми и Юрика снова побежали, как их положение в общем зачёте начало стремительно меняться. Отчасти — благодаря тому, что большая часть лидирующей группы сошла с дистанции на восьмом препятствии. Но и сами девушки бежали теперь гораздо быстрее прежнего.

— Даже не знаю, что со мной происходит… Мне не просто стало лучше — я бегу даже быстрее, чем до обморока…

— О таком вам, Сакураба-сэмпай, и думать не стоит! Было бы другое дело, если бы вам стало хуже, а вы ведь сейчас в полном порядке!

Хотя Юрика и отмахнулась от темы, Харуми была права. Обе они неведомым образом бежали гораздо быстрее прежнего. Как будто из них получились настоящие марафонки. И сколько бы они ни прибавляли в темпе, ни одна не задыхалась и ни капли не уставала. Любому бы это показалось странным — а уж Харуми тем более.

— Но мне правда любопытно…

— Ну тогда считайте это заклинанием, которое я наложила! Я же не просто так в этом наряде!

— Нидзино-сан… хи-хи, хорошо. Пожалуй, так и буду думать. Это ведь куда сказочнее, правда?

Благодаря весёлым словам Юрики к Харуми вернулась улыбка. Хотя она и знала, что магии не существует, куда интереснее было представить, что она есть. Так Харуми для себя и решила.

— Совершенно верно! Я же девочка-волшебница любви и отваги! Грёз и мечтаний!

«Как хорошо. Сакураба-сэмпай так оживилась…»

Видя, как Харуми ободрилась и духом и телом, Юрика сама не могла сдержать радости. Теперь Харуми была уверена, что Юрика — косплеерша, и Юрика не собиралась её разубеждать, хотя каждый день упорно пыталась доказать обратное всем вокруг.

«Это была вовсе не магия. Это удача, которую Сакураба-сэмпай заслужила своим трудом…»

На самом деле то была белая магия, сотворённая Юрикой. Но стоило бы ей убедить в этом Харуми, и вышло бы, будто она обесценивает все её старания. Поэтому Юрика настаивала: это — просто удача на стороне Харуми.

«Ради неё я готова и косплеершей зваться. Главное, чтобы Сакураба-сэмпай поверила в себя».

Ещё пару минут назад Юрика ненавидела этот марафон, но теперь она по-настоящему им наслаждалась. И сама не могла до конца объяснить, почему именно.

— С-смотри, Нидзино-сан! Отсюда уже видны школьные ворота!

— И правда! Мы почти у цели!

С дороги девушкам уже открывался вид на ворота старшей школы Кицусё-Харукадзэ. Долгожданная цель была прямо перед ними.

◆ ◆ ◆

— Гвах-х!

— Гв-а-х!

Как раз в тот миг, когда Харуми и Юрика пробегали через школьные ворота, кулаки Теиа и Кирихи с грохотом встретились с лицами друг друга.

— Это ли была развязка?! Курано пошла в правый джеб, Теиа — в кросс-контр! Но Курано раскусила замысел и скорректировала прицел! Похоже, обе нанесли мощнейший удар и вырубили друг друга!

Так оно и было. Обе получили прямой удар в лицо в полную силу, и головы их теперь застыли в очень странных позах. Казалось, обе окаменели.

— Давайте послушаем разбор от куратора боксёрского клуба, Тангэ-сэнсэя! Сэнсэй, что скажете?

— Как же, как же близко! Если бы у Теиа было чуть-чуть побольше длины руки — всё сложилось бы так, как она задумала! Это не её вина! Всё дело в размахе!

Возбуждённые голоса комментаторов разнеслись над школьным двором. Меж тем Теиа и Кириха оставались недвижимы, но в конце концов силы их оставили, и обе рухнули одновременно.

— Двойной нокаут!

— Отлично, Теиа! Может, поединок и завершился вничью, но настоящей чемпионкой ринга стала ты!

Толпа на трибунах поднялась на ноги. Радостные крики и аплодисменты затопили школьный двор. Однако ни Теиа, ни Кириха уже ничего не слышали. Они действительно вырубили друг друга.

◆ ◆ ◆

— Б-бокс?..

— Десятое препятствие — это драка?!

Харуми и Юрика с опаской пробежали мимо лежащих на дорожке Теиа и Кирихи. Обе не любили драк, и перспектива такого препятствия их по-настоящему встревожила.

— С-Сатоми-кун? Даже Сатоми-кун…!

— К-кто же мог с ним это сделать?! Я не хочу драться!

Котаро лежал неподалёку от Теиа и Кирихи. При виде его Харуми и Юрика забеспокоились ещё сильнее.

— Да никакое это не сложное препятствие, — фыркнула Санаэ, по-прежнему паря над Котаро.

— …П-правда? — Юрика облегчённо выдохнула.

— Котаро свалился от усталости. А эти две просто подрались, потому что подвернулся случай.

— Понятно. С-слава богам…

В обычных обстоятельствах Юрика перепугалась бы при виде Санаэ, но сегодня на неё свалилось столько всего, что страх просто не успел взять своё. Она подарила Санаэ широкую, облегчённую улыбку. Однако сама Санаэ всё ещё была не в духе. Она злилась на Котаро, который никак не просыпался.

— Нидзино-сан, ты с кем-то разговариваешь?

— Н-нет-нет! Я просто сама с собой!

Харуми не могла ни увидеть, ни услышать Санаэ. Но и со стороны, как Юрика беседует с Санаэ в таком наряде, выглядело… немного странно. Даже для Харуми.

— Понятно. Тогда всё хорошо…

Харуми честно вздохнула с облегчением. Косплей — это одно, а вот разговоры с невидимыми собеседниками — совсем другое, это уже страшновато. Но уж если сама с собой — что ж, пусть.

— С возвращением, леди!

Вскоре Харуми и Юрика подоспели к десятому препятствию. Их, разумеется, встретило общество косплея.

— Вице-президент!

— Наконец-то ты здесь, Юрика-тян!

— Скажите, что это за десятое препятствие?

— Охота за предметом! Быстренько, вы обе, тяните карточки из этой коробки! Перед вами ещё есть несколько человек, но, если поспешите, ещё успеете!

Вице-президент наскоро объяснила правила и протянула коробку. Члены общества косплея, разумеется, больше всего хотели, чтобы победила Юрика, и наперебой её подбадривали.

На тот момент Юрика и Харуми шли на седьмом и восьмом местах. Но, учитывая, что Котаро, Теиа и Кириха выбыли из борьбы, по факту они были четвёртыми и пятыми. Иными словами, впереди оставалось всего три человека. Все они уже кинулись в толпу искать то, что было указано на их карточках, так что при должной скорости у Харуми и Юрики был шанс догнать их.

— Давайте, Сакураба-сэмпай!

— Хорошо!

Вместе они опустили руки в коробку и вытянули по карточке. В отличие от Теиа и Кирихи, они сделали это совершенно спокойно. Харуми и Юрика сближались через дружбу, а не через жажду крови.

— А…

— Ох-х…

Когда они развернули записки, лицо Харуми просияло, а у Юрики, наоборот, вытянулось.

— Мне достался вот такой предмет. А тебе что, Нидзино-сан?

— У меня вот это…

Они показали записки друг другу. У Харуми значилось: «Младший товарищ по клубу». У Юрики: «Друг».

— Отлично! Бежим, Нидзино-сан!

— У-у-у… Идите одна, Сакураба-сэмпай. Мне придётся сойти прямо здесь.

Плечи Юрики опустились, она уставилась в землю. Глаза её потускнели, с губ сорвался тяжёлый вздох.

— Почему?

— У меня нет никаких друзей.

Харуми нужен был всего лишь младший товарищ по клубу — достаточно было привести Котаро. А Юрике требовался друг. Будучи новенькой в городе, такую задачу она решить не могла.

— Так что идите, пожалуйста, без меня.

— Всё будет хорошо, Юрика-сан. — Харуми ласково улыбнулась ей. — Твой друг — вот он, рядом.

— А?..

Харуми прижала руки к груди и слегка склонила голову набок.

— Или я тебе не подхожу?

— Н-нет, что вы! Это такая честь, Сакураба-сэмпай!

Настроение Юрики переменилось в одно мгновение. На ресницах у неё заблестели слёзы — знак переполнявшей её радости.

— Но взамен я попрошу тебя об одной услуге.

— Об услуге?

Юрика растерянно уставилась на Харуми, несколько раз моргнув. Увидев это, Харуми весело подмигнула ей и улыбнулась — той особенной улыбкой, которую редко показывала кому-либо.

— Поможешь мне нести Сатоми-куна?

— А!.. К-конечно! Сколько вам угодно!

— Спасибо, Нидзино-сан.

— Нет, это вам спасибо.

Обе рассмеялись и побежали к Котаро, распростёртому возле десятого препятствия.

◆ ◆ ◆

Воскресенье, 10 мая

— А… что?

Котаро очнулся в тот самый момент, когда начиналась церемония награждения по итогам марафона с препятствиями. С тех пор как он потерял сознание, прошло немало времени, и пейзаж вокруг теперь окрашивался в оранжевое вечернее зарево.

— Наконец-то проснулся…

Открыв глаза полностью, Котаро увидел надувшую губы Санаэ. Она была не в духе, устав дожидаться его пробуждения.

— Санаэ… А? Погоди, а что с марафоном?! Где я?!

Котаро вскочил и огляделся. Он лежал в пункте медицинской помощи рядом со штабом спортивного праздника. Несмотря на название, на настоящий медпункт это было мало похоже, да и «медицинского» в нём было немного. Обычная уличная палатка с постеленным синим виниловым полотном, чтобы было где полежать. Помимо Котаро, в палатке лежали ещё двое — Теиа и Кириха. Персонал оставил их втроём одних, когда их самих вызвали к восьмому препятствию.

— Всё давно закончилось. Ты вырубился и сошёл с дистанции прямо перед десятым.

— Т-тогда кто победил?! Теиа?! Или Кириха-сан?! Кто?!

Котаро указал на двух лежащих без сознания девушек и потребовал рассказать ему итоги соревнования. Спрашивал он скорее не про общий зачёт марафона, а про расклад сил между жителями комнаты 106.

— Ни та, ни другая. Победили мы — с Юрикой.

— Что…

Ответ Санаэ поставил Котаро в тупик. Такого исхода он не мог себе представить ни при каких обстоятельствах.

«Я, Санаэ и Юрика победили?! Но как?! Я же сошёл с дистанции!»

— Ч-что это значит? Как могло получиться, что победили мы с Юрикой?

Не в силах уложить в голове происходящее, Котаро встряхнул Санаэ за плечи.

— С-с-спокойно!

— Как тут быть спокойным?!

Котаро всё тряс и тряс Санаэ. Отчаявшись вырваться, та принялась отвечать, как могла.

— Т-Теиа и Кириха вырубили друг друга в кулачном поединке. Хоть судьи и наградили их особым призом, по факту они были без сознания, так что засчитаны как выбывшие. А потом Харуми и Юрика пришли одновременно. Так что ты, я и Юрика отгрызём баллы у Теиа и Кирихи.

— П-подожди минутку, Санаэ! То есть Сакураба-сэмпай и Юрика победили?!

Котаро от неожиданности перестал трясти Санаэ на секунду, но тут же принялся трясти её вдвое сильнее. Он попросту не мог поверить, что Харуми и Юрика победили.

— Э-э-эй, К-Котаро-о-о, переста-а-ань!..

— О чём ты?! Объясни нормально прямо сейчас!

— Если хочешь, чтобы я объяснила, прекрати меня трясти, идиот!

На Котаро свалилась аптечка. Это были силы полтергейста Санаэ.

— А-ай-ай!

Уголок аптечки припечатал его прямо в лоб. От удара он разжал руки и схватился за голову.

— Уф-ф, ну ты даёшь…

— Н-не будь таким грубым…

— Это ты грубая! Ну в самом деле…

Наконец избавившись от хватки Котаро, Санаэ поднялась в воздух, уперла обе руки в бока и надула щёки. Только после этого она соизволила рассказать всё по порядку.

— Ну, все же замедлились из-за минного поля, верно? И большинство лидеров пришлось снять с дистанции.

— Ага.

— Вот за это время Харуми и Юрика подтянулись и выиграли забег.

Благодаря минному полю на восьмом препятствии большая часть участников сбавила ход до черепашьей скорости. Многие пытались прорваться напролом, но у большинства не вышло — пришлось сойти.

Но когда Харуми и Юрика добрались до восьмого препятствия, почти все мины уже были подорваны, и девушки смогли пройти без каких бы то ни было проблем. В итоге минное поле сослужило им неплохую службу.

— Н-но даже так… чтобы эти двое совершили такой рывок — это…

— Чем сомневаться во мне, взял бы да просто посмотрел на церемонию награждения.

Санаэ указала на выход из палатки, но Котаро всё ещё не верил. За пологом виднелся пьедестал, окружённый толпой. Чтобы рассмотреть получше, он выскочил наружу.

— О…

На пьедестале стояли Харуми и Юрика — в точности так, как сказала Санаэ.

— А победители — вязальное общество и общество косплея, при том что оба — кружки гуманитарной направленности! Поздравляем! Превосходно!

Взволнованный голос директора разносился из динамиков. Харуми и Юрика зарделись под восторженные слова собравшихся. Обе были довольно застенчивы и попросту не привыкли к такому вниманию. Но когда директор вручил им кубок, они посмотрели друг на дружку и улыбнулись.

— Н-неужели и правда выиграли…

— Вот видишь? Я же тебе говорила.

— Не могу поверить…

— Ну ты не один такой.

Санаэ пожала плечами. Какими бы мелкими ни казались Котаро слова директора, поздравлявшего двух девушек на пьедестале, это ничего не меняло. Верил он в это или нет — эти двое действительно победили.

— …Ну что ж, в общем-то всё удачно сложилось.

— Можно и так сказать.

Харуми стояла на пьедестале, а Котаро одолел «захватчиц». Для него — идеальный исход.

«Интересно, видят ли боги, сколько сил она в это вложила… Поздравляю, сэмпай».

Стоило посмотреть на происходящее под таким углом, и результат принимался куда легче. Котаро с улыбкой глядел на обеих, стоящих на пьедестале. Они гордо держали кубок и сами улыбались.

— …Н-нет, всё удачно не сложилось…

— Хозяйка?!

В эту секунду прямо перед Котаро, загораживая ему вид на пьедестал, возникла Сидзука. Её всю с ног до головы покрывала чёрная копоть, а причёска теперь напоминала афро.

— Где эта дурочка, что заложила мины на восьмом препятствии?!

Выглядела она так потому, что её накрыло сразу несколькими взрывами на том самом восьмом препятствии. Мины действительно никому вреда не причиняли, но попав под их взрывы, Сидзука осталась закопчённой и с опалёнными волосами. Казалось, что она буквально только что спаслась из пожара. Выглядело это настолько дико, что Котаро узнал её, лишь услышав голос.

— Сатоми-кун! Не думай, что получится скрыть это от меня!

Сидзука была потрёпана, но её глаза пылали яростью. Гнев её был силён, и она надвигалась на Котаро, тяжело дыша с каждым шагом.

— Т-там! Она спит в медпункте!

Под давлением зловещей ауры Сидзуки Котаро выдал местонахождение Теиа. Утаивать правду он и не собирался, да и не был уверен, что у него бы получилось.

— Значит, она там?!

Сидзука хрустнула костяшками.

«Всё. Теиа — покойница…»

С каждой хрустнувшей костяшкой Котаро слышал, как жизнь Теиа укорачивается. Сидзука оставила дрожащего Котаро позади и направилась к палатке — медленным, тяжёлым шагом.

— Прости меня, Тюльпан.

И хотя Котаро понимал, что Теиа в опасности, двинуться с места он не мог. Так сильно его пугала Сидзука. К тому же он сам всё ещё злился на Теиа.

— Нет уж, я тебя не прощу.

Пока Котаро мысленно извинялся, перед ним появился ещё кое-кто.

— Макензи?

— И не я один.

Перед Котаро стоял Кэндзи, а за ним — трое рослых парней. Выглядел он не многим лучше Сидзуки. Лицо и белоснежный смокинг теперь были черны как смоль. Волосы — в полном беспорядке.

— Эй, первогодка-щенок!

— Я так давно мечтал с тобой встретиться…

— Готцан дэсу!

Это были не кто иные, как старшеклассники из клубов регби, дзюдо и сумо. Как и Сидзука с Кэндзи, они тоже стали чёрными с головы до ног — узнать их можно было только по отличительным униформам. Будь они в обычной физкультурной форме, как все, их было бы не различить между собой.

— Видишь ли, Ко. Эти сэмпаи хотели с тобой побеседовать.

Кэндзи ухмыльнулся, протирая очки платком. Они были примерно такими же тёмными, как и улыбка на его лице.

— Э-э-э… Ч-чем могу помочь, сэмпаи?

«Неужели…»

По спине Котаро пробежал холодок. Появление Кэндзи в компании этих троих могло значить только одно.

— Мы хотели поблагодарить тебя за твои подвиги на старте.

— Уж если мы поблагодарили Очкарика-куна, который был здесь ни при чём, будет несправедливо оставить без благодарности и тебя, верно?

— Готцан дэсу!

— Я… так и знал!

Котаро запаниковал.

«Подумать только, что Макензи помирился с ними и собрал из них коалицию…»

А примирил Кэндзи и троих старшеклассников не кто-нибудь, а то самое минное поле. Чтобы оттуда выбраться, им пришлось действовать сообща, и у четвёрки появилось чувство солидарности.

— С-спасай меня, плебей! Задействуй все свои силы, чтобы защитить меня!

— Тюльпан?!

В это мгновение Теиа, едва не плача, кинулась к Котаро. От неожиданности он всё же сумел поймать её маленькое тело. Испуганная Теиа вырвалась из его рук и тотчас же спряталась за его спиной.

— О-она идёт! Сидзука идёт! Дерись с ней, Котаро! Моя жизнь под угрозой!

— Что?!

Котаро обернулся к палатке — и увидел, как из неё выходит Сидзука. Глаза её по-прежнему пылали гневом, и она неумолимо приближалась к Котаро и Теиа, шаг за медленным шагом.

— Ясно… Сатоми-кун, в конце концов ты прикрываешь эту девчонку…

— Ч-что это за давящая аура?!

Глаза Сидзуки сузились. Сказать, что она метала ими кинжалы, — это ничего не сказать. Теиа спряталась за Котаро сама, но Сидзука теперь считала и его своим противником.

— Давай, дерись, плебей! Я возведу тебя в знать! Так что умри за меня!

— Ни за что! Не впутывай меня в это!

— Нет! Я не собираюсь страдать в одиночку! Вассалу и положено жить и умирать со своим господином!

— Никакой я не вассал!

— На данном этапе это уже не имеет значения! Давай страдать вместе!

— П-пусть тебя разорвёт, Тюльпан!

— Ох-хо-хо…

Котаро и Теиа были в отчаянии. Оба прекрасно знали, насколько Сидзука страшна в ярости. Побить кулаками танк — и то шансов больше. Поэтому Котаро не хотел быть ни при чём, но Теиа не хотела идти ко дну одна.

— …Как видите, сэмпаи, вот такой он и есть.

— Ясно. Понимаю, Очкарик-кун. Прости, что мы в тебе ошиблись.

— Чёрт возьми! А ты нам ещё заливал про свою непопулярность? От такого наша гордость страдает больше всего!

— Готцан дэсу!

Глядя на перепалку Котаро и Теиа, трое старшеклассников воспрянули в своей солидарности, и их глаза сверкнули — они были готовы к бою. Они тоже признали Котаро и Теиа своими противниками. И, как Сидзука, двинулись на них — каждым шагом чеканным, каждым — целеустремлённым.

— Мы были к тебе несправедливы, Очкарик-кун. Позже дадим тебе возможность с нами поквитаться, а прямо сейчас накажем этого наглеца перед нами!

— Я помогу.

— Вот это слова, Очкарик-щенок! Кто бы мог подумать, что среди красавчиков попадётся такой человек…

— Мы все сейчас черны как смоль. Красота тут ни при чём.

— Готцан дэсу!

— Вот это разговор, Очкарик-щенок! Ты мне по душе пришёлся!

— Готовьтесь, Сатоми-кун, Теиа-сан! Сейчас вы заплатите за все свои выходки!

Кэндзи, Сидзука и трое громил-старшеклассников взяли в кольцо Котаро и Теиа. Упрашивать или вести переговоры с ними было уже поздно.

«Ну вот и всё… Похоже, выбора у меня нет!»

Когда пятёрка сомкнула кольцо, Котаро наконец решился.

— Бежим, Тюльпан!

— А-ага!

Котаро потянул Теиа за руку — и бросился наутёк.

— Ко! Стой где стоишь!

— За ними! Не дайте им снова уйти!

— Готцан дэсу!

— Макензи-кун, отрезай им путь!

Разумеется, остальные кинулись в погоню.

— Плебей, стань моей приманкой! Взамен я обещаю с завтрашнего дня на тебя не наступать!

— Ни за что! Да наступай сколько хочешь — приманкой будешь ты сама!

Так двое неслись впереди, а пятеро — за ними по пятам, и марафон с препятствиями вступил в дополнительное время.

— Идиоты…

— Не надо так говорить. Теиа-доно пыталась проявить предусмотрительность.

Санаэ и Кириха стояли у медпункта, наблюдая за всё ещё бегавшими Котаро и компанией.

— Предусмотрительность? Ну это уж враньё.

— Ведь никто же не пострадал и не убит, так?

— Так-то оно так, но… было же очевидно, что Сидзука разъярится, если устроить такое. Как она этого не понимала?

— Эта принцесса не любит проигрывать. Сделала, прекрасно понимая, что будет.

Мины, которые применила Теиа, по сути своей были свето-шумовыми — они дезориентировали, и серьёзных травм от них почти не случалось. Максимум — лёгкий ожог или причёска-афро. Вдобавок Юрика, пробегая мимо восьмого препятствия, применила белую магию — и пострадавших стало ещё меньше. Разумеется, никто не заметил, что Юрика кому-то помогла.

— Ей бы стоило действовать поумнее — как ты.

— О чём ты, я совершенно не понимаю…

— Не прикидывайся. Я уже всё знаю. Это ведь ты устроила то падение на старте, правда?

— Ах, да о чём это ты…

Глядя на случившееся, Санаэ считала самым подозрительным, что Кириха продержалась в лидерах почти всю дистанцию. Однако Кириха отделалась от подозрений улыбкой. Если виновница — Кириха, то никаких улик она после себя не оставит.

— …Всё-таки из вас всех самая опасная — это ты.

— Как грубо. Я же только и хочу, что стать возлюбленной Котаро. Мы создадим с ним счастливую семью.

— Бессовестная лгунья, вовсе ты не об этом думаешь… Эх, что вообще с сегодняшним днём не так?

Котаро и Теиа носились, преследуемые целой оравой, Кириха с улыбкой наблюдала за происходящим, Юрика и Харуми всё ещё стояли на пьедестале. Столько всего странного произошло за этот день, что призрак Санаэ казалась самой нормальной из всей компании.

— Хи-хи, вот это обидно.

— Я бы хотела, чтобы вы поняли, каково это — переживать за всех, будучи единственным здравомыслящим человеком. Честное слово…

Пока Санаэ ворчала, перед ней пронеслись Котаро и Теиа.

— Э-эй, плебей! У меня ещё одна мина припасена!

— Прекрати, Тюльпан! Если ты её пустишь в ход, тебя точно убьют!

— Лучше, чем попасться им сейчас!

— Ста-а-ань! Головой подумай!

«Почему это только Котаро всё самое весёлое себе забирает?»

Санаэ, конечно, всех учила быть ответственной, но и ей самой было досадно оставаться в стороне.

◆ ◆ ◆

Но даже пока Санаэ дулась из-за того, что оказалась не при делах, на неё саму пристально смотрели чужие глаза.

— Смотри! Невероятно! Я никогда не видел такого плотного и устойчивого призрака!

— Как думаешь, если её поймать, за неё дадут хорошую цену?

В углу школьного двора стояли две фигуры, направляя на Санаэ странный прибор, похожий на радар-пистолет. Они, похоже, снимали какие-то показания — и прыгали от радости, глядя на результаты.

— Да мы же миллиардерами станем! Прощайте, нищета и бедность!

— Получилось, Аники!

Они шли по следу Санаэ с тех пор, как несколько дней назад узнали о её существовании. Иными словами, те взгляды, которые Котаро ощущал на себе всё это время, были направлены вовсе не на него — а на Санаэ.

Давненько не виделись. Это я, автор, Такэхая.

С выхода первого тома прошло четыре месяца, и я наконец-то закончил второй. И всё это — исключительно благодаря читателям, которые купили первый том, поэтому позвольте мне прежде всего поблагодарить вас.

А теперь — о самой книге. Захватчицы не удовлетворились одной только комнатой 106 и взялись за следующий оазис Котаро — старшую школу Кицусё-Харукадзэ. Не перерастёт ли их натиск в захват всей школы? Вот такая история в этом томе.

Ещё одна штука, которую мы увидели в этом томе, — у Макензи-куна наконец-то появился свой зримый облик. А вместе с ним — и куда больше места на сцене, чем в первом томе.

Собственно, пока я писал это послесловие, мне позвонил мой друг, который недавно женился. Сказал, что в сентябре у него родится ребёнок. Меня это слегка подкосило, так что я решил излить всё здесь.

Ах ты негодяй! Кем ты себя возомнил, ввязавшись в счастье? Завидно же, негодяй. Ты ведь позвонил мне потому, что знал, что я холостяк, ведь так, негодяй? Фотографии ребёнка потом покажи, негодяй…

Но если серьёзно — поздравляю!

Ну, место для послесловия у меня вот-вот закончится, так что на этом я откланяюсь. Напоследок — огромное спасибо всем сотрудникам редакции; моему иллюстратору, Poco-сан; моим друзьям, которые подкидывают советы; и всем, кто купил этот роман.

Давайте же встретимся снова.

Надеюсь, в послесловии третьего тома.

Июнь 2009 года

Такэхая

Пятница, 10 июля

С наступлением июля лето понемногу стало пробираться и в комнату 106, где жили Котаро и все остальные. С деревьев, высаженных вдоль дороги, доносился звон цикад, в окно бил сильный солнечный свет, и температура неуклонно ползла вверх. А внутри, в тесной комнате в шесть татами, где собралось сразу семеро, становилось ещё жарче.

— А-а-а-а! Голубой Рыцарь умер!

— Ну да, если безрассудно лезть всё глубже в подземелье, рано или поздно этим и кончится.

— Отвечай, плебей! Как мне спасти Голубого Рыцаря?!

— Собери спасательный отряд и доберись до того места, где погиб Голубой Рыцарь со своими.

— Хорошо, я попробую! А ты оставайся здесь и вовремя подсказывай, плебей!

— Понял, только успокойся немного. Это всего лишь игра.

— Да как тут успокоишься?! Мой Голубой Рыцарь погиб, между прочим! Ах, вот что бывает, если лениться и называть всех волшебниц Юриками!

— Это поклёп!

Температуру в комнате повышала и видавшая виды игровая приставка, подключённая к телевизору. Котаро в детстве уговорил родителей купить её, и, хотя теперь она успела безнадёжно устареть, он так к ней привязался, что потащил с собой в комнату 106. На днях Рут, убираясь в стенном шкафу, наткнулась на неё — и вот она-то и очутилась на телевизоре.

— Для спасательной операции тебе нужны спутники, от которых будет толк с самого начала, так что не бери с собой продвинутые классы. И вор тоже не понадобится.

— А как насчёт снаряжения?

— Нередко бывает, что и спасательный отряд сам оказывается в ловушке, так что надевай всё самое лучшее, что у тебя есть.

— Понятно. Тогда вперёд!

А интересовалась приставкой — Теиа, гостья с другой планеты. Поначалу она держалась с ней опасливо, но, взяв джойстик в руки, вела себя точно ребёнок, впервые в жизни севший за игру. С тех пор Котаро приходилось сопровождать её в любых приключениях.

— Надо же, и как Теиа ухитряется увлечься такой древней игрой…

Санаэ изумлялась её поведению. Она смотрела на Теиа, увлечённо сжимавшую джойстик, и взгляд у неё был недобрый.

— Хи-хи. Её Высочество обожает любое соперничество, так что игры в целом ей нравятся, но эта — особенная.

— В каком смысле?

Рут и Кириха, напротив, наблюдали за принцессой с тёплой улыбкой. Обе сидели за столиком, пили чай и следили, как Котаро и Теиа сражаются с игрой.

— Дело в том, что когда Её Высочество ещё училась, её университетской темой была история компьютерной техники. Вот почему у неё особое отношение к ранним компьютерам вроде этого.

— Университетская тема… в её-то возрасте?

Сидзука удивлённо распахнула глаза. Делать ей было нечего, вот она и заглянула в комнату 106 — попить чая в компании Рут и Кирихи.

— Королевских отпрысков Форторте издревле поощряют заниматься свободными искусствами и военным делом, поэтому завершить университетское исследование полагается ещё до начала испытания.

— Так это у вас на Форторте обычай такой?.. Куда ни глянь, к людям высокого рода всюду предъявляют высокие требования.

Кириха поднесла чашку к губам и усмехнулась краешком рта. На сей счёт у неё имелось собственное мнение, но она предпочла промолчать. Рут, похоже, не заметила мимолётной перемены в её лице.

— Хм-м, быть принцессой — тяжкая, оказывается, ноша…

Сидзука тоже отпила чаю, любуясь Теиа. В жарко натопленной комнате холодный чай особенно освежал.

— Из огромной истории компьютеров Её Высочество решила сосредоточиться на истории игр.

Что значит — использовать компьютер для игры? С этого вопроса и начался путь Теиа; историческое исследование дало ей понимание и современной техники, и позволило предсказывать пути её развития. То, что начиналось как разбор одной-единственной игры, переросло в серьёзный трактат по теории медиа. Её всеобъемлющая работа была высоко оценена в университете.

— Форторте накопила более двух тысячелетий истории, и даже самая древняя уцелевшая игра там несравнимо совершеннее всего, что есть на этой планете. Поэтому для Её Высочества эти примитивные земные игры — почти что легендарные сокровища.

— Понятно. Значит, Теиа-доно не просто любит игры как развлечение — у неё и научный интерес.

— Именно.

— М-да… Как же хорошо, что я не родилась принцессой.

Пока Кириха, Рут и Сидзука беседовали, приключения Теиа и Котаро шли своим чередом.

— Эй, Тюльпан. Юрика Б вот-вот умрёт.

— А мне-то что. Брось её. У меня лишних зелий нет.

— Ну ладно.

— Какое «ладно»?! Вылечите её, пожалуйста!

— Отказываюсь.

— Почему-у-у?!

И не успели все оглянуться, как Юрика тоже увязалась за Теиа и Котаро в их приключение. Трое сидели, прилипнув к экрану, и взахлёб спорили, что делать.

— И ты туда же, Котаро. Ты же уже старшеклассник. Что ты вытворяешь?..

Санаэ делала вид, что возмущается всей троицей, но на самом деле просто злилась, что её оставили в стороне. Признаться в этом и присоединиться открыто ей не позволяла детская гордость.

— А мне очень приятно, что Её Высочество и Сатоми-сама так славно ладят.

— Да они оба — сущие дети, у-у…

Хотелось ведь и к ним — но не получалось себя пересилить. Так она и сидела с надутыми щеками, неохотно уставясь Котаро в спину. Что бы Санаэ ни говорила, она сама и была среди них самой ребячливой.

— Волшебница без маны бесполезна — совсем как ты.

— Она пригодится! Пожалуйста, просто остановитесь в таверне и восстановите ей ману! И я вовсе не бесполезная! Я ведь правда девочка-волшебница!

— Девочка-волшебница, значит…

Пока Юрика отчаянно пыталась защититься, Котаро окинул её ледяным взглядом.

— Ч-что?

— Да посмотри ты уже в лицо реальности.

Котаро отвёл взгляд от экрана и посмотрел на Юрику. Та вздрогнула от его холода, но всё же упрямо возразила:

— Это и есть реальность! Я правда девочка-волшебница!

— Июль на дворе, а никаких «врагов», про которых ты толковала, что-то не видать.

— Они придут! Обязательно появятся!

В её горячности Котаро уловил что-то очень серьёзное, и ему пришла в голову одна мысль.

— …Это, часом, не связано со следующим месяцем и «Комихой»?

Он имел в виду «Comic Heart Network», сокращённо «Комиху». В следующем месяце там устраивали мангу-конвент — крупнейшее в мире событие для косплееров. Котаро рассудил, что Юрика так распаляется потому, что её ждёт там схватка с приятельницами из кос-клуба.

— Да при чём тут это?! Как вы вечно всё сводите к косплею?!

— А потому что это как ни крути косплей, — встряла Санаэ, но на этот раз с нотками мягкого сочувствия.

— Н-не смотри на меня с такой жалостью, пожалуйста!

— Но мне ведь правда тебя жаль.

— Подожди-ка, Санаэ.

— Котаро?

— Юрика, я понимаю, почему ты не можешь с этим смириться, поэтому давай я тебе всё разложу по полочкам.

Сказав это, Котаро полез рукой за пазуху, словно что-то там разыскивая.

— Что? Что ты делаешь?

Заинтригованная Теиа отбросила джойстик и подползла к столику.

— А, нашёл…

Котаро вытащил из внутреннего кармана две фотографии и положил их на столик. Остальные шестеро — Юрика, Санаэ, Рут, Теиа, Сидзука и Кириха — все как одна заглянули в снимки.

— А, это же я!

— А та девушка? Как её звали?

— Это Сакураба-сама, та, что победила на спортивном празднике.

— Спортивный праздник… На ум приходит только тот позор, который я там пережила…

— Этот снимок удачно сделан.

— Так что с этими двумя фотографиями, Котаро?

Котаро показал на снимки Юрики и Харуми и сказал:

— Давайте представим, что одна из этих девушек — девочка-волшебница.

— Хорошо, и что же?

— Я не представляю! Я и вправду девочка-волшебница!

— Успокойся. Потерпи немного.

— Э-э, я не согласна, но…

Юрика не могла принять сказанного Котаро, но нехотя отступилась. Когда она смирилась, Котаро продолжил:

— Итак, одна из них — девочка-волшебница, а другая — обыкновенная девушка. Исходя из этого, у меня вопрос ко всем: как вы думаете, которая из них — волшебница?

Все, кроме Юрики, указали на одну и ту же фотографию.

— Эта, и никто иной.

— По данным о её личности видно, что она сильная духом.

— Признать это всё равно что расписаться в поражении, и мне это крайне неприятно, но из двух — она.

— От неё словно исходит какая-то загадочная аура.

— Прости меня, Нидзино-сан…

Остальные пять девушек без тени колебания ткнули пальцами в фотографию Харуми.

— У-у…

А вот Юрика — та колебалась.

— Э-это нечестно.

Будь на фото кто-нибудь другой, Юрика, не раздумывая, выбрала бы саму себя. Но здесь была Харуми — та, перед кем она преклонялась. Выбрать Юрика не могла.

— Я-я тоже п-подумала бы, что в-волшебница — она…

Дрожащий палец Юрики медленно указал на фотографию Харуми. Вслед за рукой дрожал и её голос. Лицо её исказилось от неприятной гримасы. Юрика вынуждена была признать и сама: пусть, может, и сама она умеет колдовать, но Харуми куда больше походит на волшебницу, чем она. Сердце разрывалось, но Юрика указала на Харуми — а не на свой собственный снимок.

— Теперь поняла, Юрика? Владеешь ты магией или нет — дело десятое.

— Знаю… Я и сама знаю, что мне эта роль не по плечу…

Юрика нетвёрдо поднялась на ноги.

— Вот бы враги появились… Если бы вы увидели, как я сражаюсь… вы бы поверили… Скорей нападайте, Радуга Тьмы… Скорее нарушайте покой и спасайте меня… У-ва-а, у-а-а…

По щекам Юрики покатились слёзы.

— Я верю в любовь и отвагу…! Важнее всего — узы, которые между нами…

Бормоча себе под нос какую-то песенку, Юрика скрылась в стенном шкафу.

— Знаю, звучит странно, но… Сатоми-кун, может, ты просто поверишь ей?

Услышав рыдания из шкафа, Сидзука не смогла удержаться от сочувствия.

— То есть ты хочешь, чтобы я поверил девчонке, которая сама призывает врагов прийти и натворить бед?

В противовес Сидзуке Санаэ высказалась сухо и без капли жалости.

— Ну, она ведь и называет себя «девочкой-волшебницей любви и отваги»…

Харуми, будь она на её месте, ни за что не стала бы звать врагов. В сухом остатке проблема была в характере Юрики. Героиней справедливости она попросту не вела себя.

— Кстати, Котаро…

— Хм?

Санаэ окликнула его, и Котаро оторвал взгляд от фотографий на столике.

— А где ты эти снимки взял?

— К-какая разница?!

Котаро поспешно запихнул обе фотографии обратно в карман.

— Очень даже есть разница! Снимок Юрики ты показывал кос-клубу, а вот фото Харуми — откуда оно у тебя? Извращенец!

— Н-ничего подобного!

— Тогда выкладывай! Когда ты её сфотографировал? А меня ты никогда не снимал!

Рассвирепев, Санаэ, как водится, принялась душить Котаро.

— Д-даже если я тебя сфотографирую, это будет просто фотография призрака!

— А мне плевать! Это унизительно!

— С-Санаэ, прекрати!

— А ну сфотографируй меня-а-а, чёрт побери! Нет, ты ещё и скажи: «Какая ты милая, Санаэ! Давай попробуем позу посмелее!» Ты же этого хочешь!

— Н-не зазнавайся!

Чтобы отбиться от Санаэ, Котаро занёс правый кулак к её лицу. В нём был зажат всегдашний амулет «злые духи, прочь».

— Ха! Думаешь, я клюну на тот же трюк во второй раз?!

Но Санаэ, как боксёр, качнула головой из стороны в сторону — и уклонилась от кулака.

— Б-будь ты неладна!

Задыхаясь от удушья, Котаро двигался куда медленнее обычного. А Санаэ, которой уже не раз доставалось этими амулетами, наконец-то усвоила урок.

— Ах, батюшки. Вы с Сатоми-куном всегда так славно ладите, Санаэ-тян.

— Вы прямо как брат и сестра. Я-то — единственный ребёнок в семье, завидно даже.

Сидзука и Рут с улыбкой наблюдали за перепалкой. В комнате Сидзука обычно строго пресекала драки, но этих двоих не трогала. По её мнению, это и дракой-то не было.

— Пф, они оба одного умственного возраста. Сущие дети, — досадливо бросила Теиа.

Она и сама теперь помрачнела. Подобрала джойстик обратно, но прежней сияющей радости на лице у неё уже не было.

— …Ясно. Дело принимает довольно сложный оборот.

Кириха улыбнулась, переводя взгляд с Теиа на Санаэ. Когда дело касалось Котаро, обе девушки становились необычайно упрямыми. Кириха это отчётливо чувствовала.

— Ня-ха-ха-ха! Как ты посмел ранить нежные чувства девы?! В наказание за твой грех я тебя задушу!

— К-как же, позволю я тебе!..

Бам!

— А-ай!

Но в конце концов преимущество осталось за Котаро. В правой руке у него был не единственный амулет — левая тоже была вооружена. Пока Санаэ отвлекалась на правый кулак, его левая рука с амулетом «семейная безопасность», вышитым золотой нитью, легко отправила её в полёт.

— Ха! Не думай, что я буду вечно повторять один и тот же трюк, дурёха.

— П-проклятье… Два сразу — это же нечестно… У-у…

Санаэ рухнула на татами, и над её головой поднимался дымок.

— Спасибо тебе, бабуля!

Котаро уже не обращал на неё внимания. Он был занят тем, что праздновал победу и громко благодарил бабушку, живущую в деревне.

— Ну что, пора идти по магазинам.

Проследив, как Котаро с Санаэ закончили свою игру, Сидзука допила чай и встала. Санаэ её нисколько не тревожила — всё как в любой другой день.

— А, я тоже пойду! Идём вместе.

Рут тоже поднялась, проворно подхватив кошелёк Котаро, лежавший возле телефона. Он полностью ей доверял, поэтому бюджет комнаты 106 вела она.

— Вы за покупками, домовладелица-сан, Рут-сан?

— Да, в супермаркете у станции вот-вот начнётся распродажа по ограниченному времени.

— Постараюсь не уступить в бою домохозяйкам из нашего квартала.

Глядя на улыбающихся Сидзуку и Рут, Котаро тоже поднялся.

— Я с вами, понесу сумки. Всё равно мне делать нечего.

— С-стой-ка, плебей! Ты променяешь поход по магазинам на приключение со своей повелительницей?!

Встревоженная Теиа затрясла джойстиком, пытаясь удержать Котаро. Но тот лишь мотнул головой.

— Извини, Тюльпан. Продолжим, когда вернусь. На одних играх жизнь не построишь.

— Хм-ф…

Теиа недовольно подняла на него глаза. Но это не был её обычный пронзительный взгляд. В нём звучала какая-то иная нотка.

— Вы точно, Сатоми-сама? Я ведь могу сходить одна…

Рут, чутко наблюдавшая за госпожой, попыталась уговорить Котаро остаться.

— Не пойдёт. Если мой старик узнает, что я всё домашнее хозяйство взвалил на девушек, мне такое устроят — ушей не хватит.

Уборку и покупки Котаро доверял Рут, но одну её за всё это тащиться не собирался.

— …

Поняв, что Котаро не передумает, Теиа отвернулась.

— Я не о том…

— Котаро, вы идёте за покупками?

— Ага.

— Я тоже! Я хочу такояки!

Рут продолжала уговаривать Котаро, но ситуация запуталась ещё больше, когда в разговор вклинилась Санаэ.

— Ну что ж, тогда идём.

— …Угу.

— Такояки! Такояки!

— Санаэ, у тебя только еда на уме?

— А что такого?! Я же ещё расту!

— Нет, ты вообще-то уже умерла.

Сидзука шла впереди, за ней — Котаро и Санаэ. Покидая комнату 106, они оставляли позади ещё двоих. Рут, глядя им вслед, окликнула Теиа, в одиночестве склонившуюся над приставкой:

— Я ненадолго отлучусь, Ваше Высочество.

— …Ага…

Короткий ответ заставил Рут задуматься, какое у Теиа сейчас выражение лица, — но со спины понять было нельзя.

«Ваше Высочество»…

Рут попятилась и следом за остальными вышла из комнаты 106. В шестиматовой комнате теперь осталось лишь двое: Теиа, которая играла, и Кириха, снова наливавшая себе в чашку холодного чая.

Какое-то время в комнате слышались только звуки игры. Но минут через десять после того, как Котаро и остальные ушли, Кириха заговорила.

— Тебе точно нет нужды пойти с ними, Теиа-доно?

Услышав вопрос, Теиа замерла над джойстиком.

— Х-хм-ф! С чего бы мне делать подобное? Я занята игрой!

— Понятно. Ну, тогда ладно…

— Не твоё это дело!

Теиа крикнула в ответ, чтобы спрятать то, как внутри у неё всё дрогнуло, и тут же вернулась к игре. Как и сказала, она изо всех сил старалась занять себя экраном. Пальцы ожесточённо забегали по джойстику.

Однако…

Однако Кирихе казалось, что игра Теиа совсем не радует.

— Надо же, Тюльпан, оказывается, так любит игры…

— Сущий ребёнок.

— Ну-ну, Санаэ-тян.

Котаро и остальные шли по торговому центру и разговаривали о Теиа. С покупками они уже разделались, и почти все сумки теперь висели на Котаро. Теперь они направлялись на край торгового центра, чтобы воспользоваться лотерейными билетами, которые им выдали на кассе в супермаркете.

До слияния городов Кицусё и Харукадзэ этот торговый центр был, считай, городом-призраком. Но благодаря недавно построенной мэрии и новой автостраде в него вернулось немало прежнего оживления. Чтобы привлечь покупателей, в центре как раз проводилась лотерейная кампания.

— Любовь Её Высочества к играм во многом идёт от матери.

— От матери… Теиа?

— Да. Когда мать Её Высочества — нынешняя императрица, Её Величество Эльфария — ещё училась, её темой исследований была археология. Именно поэтому Её Высочество заинтересовалась компьютерами былых эпох и взялась за собственные изыскания.

Вдохновлённая работой матери с раннего детства, Теиа провела немало времени в обнимку с компьютерами. История вычислительной техники постоянно всплывала в материнских трудах, а у самой Теиа было к ним природное дарование. Её собственное исследование естественно выросло из этого.

— Но выбрать темой именно игры — это уже благодаря её хобби, верно, Теиа-тян?

— Да, всё так.

— Ну, она ведь обожает соревноваться…

Из необъятной истории компьютеров Теиа выделила именно игровое программное обеспечение. При её горячем нраве это было и неудивительно. Сам Котаро тоже был таким, так что эту её страсть он понимал.

— Но именно в этом же и причина её тревог. По натуре Её Высочество — застенчивая и мягкая.

— …А?

Слова Рут поставили Котаро в тупик.

«Застенчивая и мягкая? Теиа?»

Ему Теиа виделась высокомерной и своевольной девчонкой. А Рут утверждала прямо противоположное.

— При той системе наследования, что заведена на Форторте, в королевских родах с древнейших времён идёт борьба за власть. Сама легенда о Голубом Рыцаре родилась из этой борьбы.

Рут продолжала с серьёзным, почти мрачным выражением. Заглянув ей в глаза, Котаро поверил: она говорит правду.

— Её Высочество — единственное дитя нынешней императрицы. Но она седьмая принцесса, и соперников у неё множество.

То, что она дочь императрицы, вовсе не гарантировало Теиа трона. Там, откуда она родом, у любого ребёнка, рождённого в одной из королевских семей, равные шансы стать наследником. Достаточно пройти своё испытание раньше всех остальных. Вот отчего между королевскими семьями всегда жило острое соперничество.

— Вдобавок, поскольку Её Величество Эльфария — консерватор и не желает идти на уступки военным, вокруг неё всегда кружат подозрительные слухи.

— Её мать…

— Вот почему Её Высочеству с самого детства приходилось выставлять себя и свои способности напоказ. Чтобы защитить и себя, и мать. Она не может позволить себе проиграть — ни в игре, ни в бою.

Рут была единственной, кто каждый день наблюдал, как Теиа сражается, — и её слова теперь имели особый вес.

«Если это правда, значит, всё, что у неё было, она защищала силой…»

Выслушав Рут, Котаро почувствовал, что стал немного лучше понимать Теиа.

— Её Высочество, по всей видимости, потому и назвала свой личный боевой корабль «Голубым Рыцарем». Она, наверное, хочет защитить свою мать — как Голубой Рыцарь из легенды.

— «Голубой Рыцарь», значит…

Этим именем Теиа всегда призывала своё оружие. Оказывается, вот почему.

«Не лучше ли было остаться дома и поиграть с ней, чем тащиться по магазинам?..»

Эта неожиданная мысль промелькнула у Котаро в голове. Он вспомнил, что и героя в игре Теиа назвала «Голубым Рыцарем». Однако в следующее же мгновение он тряхнул головой.

«Нет, нет! О чём я думаю, с какой стати мне её жалеть?! Мне нужно её выжить из комнаты! Нечего заботиться о её чувствах! Что я вообще делаю, когда с ней ладить начинаю?!»

Пока Котаро путался в собственных чувствах, Рут улыбнулась ему. Вечернее солнце высвечивало её лицо, и улыбка получалась тёплой и мягкой.

— Но с тех пор, как Её Высочество оказалась на этой планете, она немного изменилась. Иногда она позволяет себе вести как девушка её лет. И всё это благодаря Сатоми-саме.

— М-мне?

— Да.

Котаро в удивлении уставился на неё, а Рут улыбнулась и кивнула.

— У вас нет никакого отношения к Форторте. А значит, у вас нет причины бороться с нею. Можно не опасаться покушения. Сатоми-сама, вы первый человек из встреченных ею, кому она может так довериться.

— Ну, мне что до её титулов и положения. Но вот по поводу комнаты 106 у нас с ней — конфликт интересов.

— Котаро… Теиа, наверное, как раз и хочет себе соперника, с которым можно честно биться.

Санаэ, до того молчавшая, наконец заговорила. Но почему-то — в дурном настроении. Высказалась и надулась, отвернулась в сторону.

— Я думаю, Санаэ-сама права. У Её Высочества никогда не было равной, с кем можно было бы на равных ссориться.

— С кем можно по-настоящему сцепиться, значит? Ну, в таком смысле я, пожалуй, понимаю.

В случае Котаро это была разница между тем, чтобы в жизни был Кэндзи — или не было. Иметь равного, с кем можно сцепиться рогами, помогало ему сохранять вкус к жизни.

— Поэтому я и хочу, Сатоми-сама, чтобы вы продолжали оборонять комнату 106.

— А?

— Что?!

Слова Рут были совсем уж неожиданными. Прежнее сказанное ею удивляло, но это заставило Котаро и вовсе опешить. Так и вовсе не должна говорить та, кто считается союзницей Теиа. И опешил не только Котаро с Санаэ — даже Сидзука опешила.

— Почему, Рут-сан?

Котаро и Санаэ стояли разинув рты, и Сидзука вместо них задала Рут вопрос, вертевшийся у всех на языке.

Рут едва заметно улыбнулась и спокойно объяснилась:

— Если Её Высочество захватит комнату 106, это будет значить, что ей придётся вернуться на Форторте. То есть — вернуться к жизни, в которой нельзя ни на миг ослабить бдительности. И я хотела бы, чтобы до этого Её Высочество ещё какое-то время пожила как обычная девушка.

Это были слова не вассала Теиа, но подруги детства. Это была заветная просьба самой Рут, от самого её сердца. Рут желала Теиа счастья сильнее, чем того, чтобы та стала императрицей.

— М-да, вот это ответственность, Сатоми-кун. — Сидзука улыбнулась и хлопнула Котаро по спине. — Если ты проиграешь, Теиа уедет домой, так что держись!

— Я и не думал проигрывать. Эта комната — моя.

Узнав, что на самом деле стоит за Теиа, Котаро было даже подумал поддаться — но, выслушав Рут до конца, ощутил прямо обратное.

«Пусть всё идёт как идёт! Эта комната — моя!»

Если верить Рут, для Теиа лучше всего, чтобы Котаро держал оборону, — стало быть, колебаться незачем. Пусть всё будет как есть, так и окажется лучше для всех.

— Хорошо сказано, Сатоми-кун! Вот он, настоящий мужчина! Я буду поддерживать тебя из тени!

— Хе-хе-хе! Бва-ха-ха-ха! Вот именно! О чём я только думал? Даже мысль о проигрыше — и та недостойна мужчины!

Котаро всегда был плох в разговорах о сложных материях, но если уж твёрдо что-то решал — обретал прежний задор.

— Прошу вас, и дальше заботьтесь о Её Высочестве, Сатоми-сама.

Рут низко поклонилась Котаро. И когда она снова подняла голову, в её глазах были следы слёз. Влажные глаза золотисто блестели на закатном солнце, и эта картина запала Котаро в душу. В них были и её благодарность, и облегчение от того, что её подруга детства сможет ещё какое-то время пожить спокойно.

— Н-но я всё же размотаю её в пух и прах.

— Конечно. Прошу вас.

«А она и правда красивая…»

Котаро невольно залюбовался выражением её лица, её глазами, её слезами. Одно то, что Рут может теперь вот так улыбаться, — уже подтверждало, что он сделал верный выбор. Это была улыбка из самой глубины её сердца.

— Котаро… ты…

Одна только Санаэ стояла с потемневшим лицом. Она чуяла, что в Котаро происходит какая-то перемена.

Санаэ давно казалось, что тут что-то не так. Поначалу Котаро и Теиа ни за что не стали бы вместе играть в игры. Но после спортивного праздника, когда им вместе пришлось улепётывать от Сидзуки и Кэндзи, они как-то вдруг стали ближе. Наблюдая за ними изо дня в день, Санаэ не могла отделаться от тревоги.

«Что со мной… такое…»

У Санаэ заныло в груди. Сначала эта боль едва ощущалась, но стоило её заметить — и с каждым днём она росла. И вот теперь, ощутив, как Котаро мягчеет, она будто получила ножом в самое сердце.

С того дня, как эта боль впервые её посетила, Санаэ стала ненавидеть, когда Котаро отгоняет её своими амулетами. Каждый раз ей казалось, что её отвергают. Будто Котаро видит в ней всего лишь злого духа, поселившегося в его комнате… хотя она и понимала: по сути-то оно именно так и есть.

«Да какая разница, что Котаро считает меня злым духом? Я же до сих пор гоняла всех остальных, кто так думал, и ничего!» — бормотала Санаэ себе под нос.

Но сколько ни повторяй одно и то же — легче ей от этого не становилось.

— Вон он, вон там. Сюда, Рут-сан.

— Хорошо, Сатоми-сама.

Когда Котаро и остальные подошли к палатке с лотереей, там не было никого, кроме сотрудника. Благодаря этому и очереди никакой.

— Хм-м, не та, где надо соскребать, а с колесом.

— Похоже, разыгрываются призы с первого по пятое место.

В палатке стояло колесо — его вращали ручкой, и из него падал шарик. Шариков было пять цветов — золотой, серебряный, медный, белый и красный, — каждому соответствовал свой приз. Золотой — первый приз: путёвка на горячие источники. Серебряный — второй: ЖК-телевизор. Медный — третий: велосипед. Белый — четвёртый: набор фруктов в жестянках. И красный — утешительный: пачка бумажных платочков.

— А для лотереи в торговом центре призы-то шикарные…

— Милости прошу. Не желаете ли крутануть?

Вёл лотерею расслабленный с виду мужчина. В кричаще-красном хаппи(1), который на нём был, его трудно было воспринимать всерьёз.

— Да, хотели бы. Но не я. Вот эта девушка… Давай, Рут-сан.

— Ы-ы-ык!

Котаро схватил Рут, с любопытством разглядывавшую призы, за руку и вытащил её к колесу.

— С-Сатоми-сама?

— Раз уж пришли, крутни, Рут-сан. В отличие от нас, у тебя таких случаев не так уж много бывает.

— М-м-м…

Оттого, что её вот так вытащили к лотерее, Рут опешила. Но ещё сильнее её взволновало то, что Котаро схватил её за руку. А учитывая, что она совсем недавно при нём расплакалась, теперь Рут была до предела чувствительна ко всему, что от Котаро исходит, — и щёки её не могли не вспыхнуть.

— Это ваша девушка, молодой человек? Завидую вам, такую хорошенькую отхватили.

— Да, мне ли не знать? Я бы и не подумал возражать, если бы она была моей девушкой.

— Жизнь-то не всегда так гладка, да?

— Ва-ха-ха, вот именно!

— Реальность сурова, верно? Бва-ха-ха-ха!

Котаро и сотрудник хохотали, а Рут было не до смеха. Родившись в аристократической семье и проведя бо́льшую часть жизни в закрытой офицерской школе для девушек, Рут плохо знала, как вести себя с мужчинами. Это был первый случай, когда мужчина вот так хватал её за руку. Более того — это был Котаро, а не кто-то, кого она недолюбливала.

— Я… я…

Лицо Рут запылало, и она застыла, глядя на него.

— Рут-сан? Что-то не так?

Котаро заглянул ей в лицо. Так близко, лицом к лицу — Рут заволновалась ещё больше.

«Если я чуточку наклонюсь… мы достаточно близко… для… п-поцелуя…»

Воображение Рут понесло её куда-то вдаль. За секунду до того, как у неё расплавилась бы голова, Сидзука выручила её, освободив из руки Котаро.

— Сатоми-кун, ты что, не видишь, что Рут-сан растеряна?

«А-а…»

Благодаря этому мысли Рут начали остывать.

— Нельзя вот так запросто хватать девушку за руку!

— А, п-простите… Просто я привык так с Макензи.

— Л-лотерея… точно, мне же надо ещё крутануть колесо!

Когда Рут пришла в себя, она вспомнила, о чём только что думала, — и снова вспыхнула.

— Девушка, у вас хватит билетов на три вращения.

— Х-хорошо!

Уже ничего толком не соображая, Рут изо всех сил крутанула колесо. Его бешеное вращение очень походило на то, что творилось у неё внутри.

Обычно шарик выкатывался по одному, но из-за такой скорости выпали сразу три — золотой, серебряный и медный.

— По-оздра-авля-яю! Первый, второй и третий призы! Хет-трик!

Крик сотрудника и звон колокольчика разнеслись по всему торговому центру. Может, это и была награда за её обыкновенную добропорядочность — но все три шарика оказались ценными.

— Н-не может быть! Это и есть, как говорят, удача новичка?

— Подряд с первого по третий?!

— Рут, ты просто чудо!

Котаро, Сидзука и Санаэ осыпали Рут похвалами и аплодисментами за такое выдающееся достижение.

— Е-ещё! Я ещё три раза крутану!

А Рут всё никак не могла унять внутреннее вращение — и даже не заметила, что лотерея уже окончена.

Когда шумиха у лотереи улеглась и Котаро со своей компанией покинул торговый центр, к лотерейной палатке рысцой подбежал кассир из супермаркета.

— Аники, ну как всё прошло?

Прибежавший кассир был весь в поту. Приземистый и толстоватый, он успел запыхаться даже от такой короткой пробежки из супермаркета.

— Эй, Хати! Радуйся! Всё прошло точь-в-точь как мы задумали!

Сотрудник встретил кассира улыбкой. Вёдший лотерею был из них двоих пощуплее, но рядом с толстым кассиром смотрелся и вовсе тощим.

— Так билеты и вправду попали им в руки?

— Именно. Теперь остаётся только ждать, когда они сами зайдут в нашу западню!

— Вот это наш Аники!

Кассир и сотрудник, очевидно, были знакомы. Похоже, они поздравляли друг друга с каким-то удавшимся делом.

— Правда, вот то, что они заодно прихватили и ЖК-телевизор, и велосипед, — это был просчёт…

— Чего-о?! Они и их забрали?!

— Просчёт. У той девицы, что крутила колесо, удача была запредельная.

— Не могу поверить… Этот телевизор и велосипед по окончании нашей липовой лотереи должны были достаться нам. Раз уж лотерея всё равно липа, можно было бы после того, как мы вкинули золотой шарик, набить её одними красными…

— Всё дело в правдоподобии! Если на лотерее не висят призы, никто её всерьёз не примет!

— Но правдоподобием-то телевизор не посмотришь! И на велосипеде его не прокатишь!

— Да кто ж мог подумать, что она из ста шариков вытащит ещё и второй, и третий…

— Вот и говорят, что на некоторых бог смотрит благосклонно…

Они переглянулись, понурив головы и опустив плечи. Однако тут ведущий лотерею встряхнулся, взял себя в руки и хлопнул кассира по плечу.

— Не вешай нос, Хати! Это пустяки!

— Но, Аники! Телевизор! Велосипед!

— Ты забыл? Как только операция «Пляж, йа-ху! Отловим этого призрака!» увенчается успехом, мы сможем купить себе сколько угодно и телевизоров, и велосипедов.

— Т-точно! Ради этого мы всю эту липовую лотерею и затеяли!

— Считай их жертвой во имя великой цели, Хати! Жребий уже брошен!

— И то верно! Не время хандрить!

Оказалось, что лотерея — это хитроумная подстава, устроенная для того, чтобы всучить Котаро и девчонкам путёвку на горячие источники.

Понаблюдав за ними, эти двое устроились подрабатывать в торговом центре. Потом выждали, пока компания придёт за покупками, и на кассе подсунули им поддельные лотерейные билеты. Наконец, колесо лотереи было подкручено так, чтобы выдать первый приз. Вся эта затея строилась ради того, чтобы, не вызывая подозрений, отправить Котаро и остальных в поездку на горячие источники.

— Хе-хе-хе… Если она привязана к дому, её там и оставят одну. А если и сможет поехать, ловушек у нас на постоялом дворе будет предостаточно.

— Ну и злодей же вы, Аники!

Их целью было поймать Санаэ. Если она отправится вместе со всеми на горячие источники — они расставят там ловушки. А если нет — возьмут её, когда никого другого не будет дома. В любом случае можно было самим выбрать место и время, а значит, шансов куда больше, чем если просто пытаться её поймать как придётся.

— Как только мы возьмём этого до безобразия стабильного и плотного призрака, можно будет распрощаться с нищенской жизнью!

— Мы вылезем из сортировки всяких мелких духов-шавок и попадём в высшую лигу!

Схватив Санаэ, они собирались её сбыть за кругленькую сумму.

— Ура-а!

Это были охотники за призраками, профессионалы по части изгнания нечисти.

— Простите, что омрачаю ваш праздник, но у меня есть одна, к сожалению, неприятная новость.

Когда Котаро и компания, вернувшись домой, готовы были отметить выигрыш, их встретила Кириха с серьёзным лицом.

— Кириха-сан?

— Юрика упала без чувств.

Войдя в комнату 106, они и вправду увидели Юрику, лежавшую посреди комнаты.

— А-а-а, Ю-Юрика!

При виде Юрики на полу с закатившимися глазами Котаро бросился во внутреннюю комнату.

— Она залезла в стенной шкаф при такой-то жаре, и её там развезло.

Юрика лишилась чувств из-за того, что забилась в стенной шкаф в летнюю духоту. Пусть и был только самый начало июля, от постоянного палящего солнца комната превратилась в сауну.

— Она что, совсем дурочка? Любой, у кого есть хоть половина мозга, знает, чем это кончится.

— Но почему же Нидзино-сан не вылезла, пусть ей и было жарко…

Санаэ стояла, разведя руками, а Сидзука недоумённо склонила голову набок. Обе напрочь забыли, что Юрика затворилась в шкафу из-за того, что расстроилась.

— Эй, приди в себя, Юрика!

— Ш-Шатоми-шан?..

Когда Котаро встряхнул её за плечи, Юрика открыла глаза. Она была мокрой от пота, чёлка прилипла к лицу, скрывая глаза. Котаро протянул руку и убрал её.

— П-проштите меня…

— Почему ты всегда такая безнадёжная?

— Вшё шо мной нормально. Проштите меня. Я потом шама приду в шебя.

— Да как же тебя тут бросишь!

Котаро уложил Юрику обратно и принялся приводить её в чувство. Достал из стенного шкафа несколько полотенец, налил в таз воды со льдом, вытащил из холодильника бутылку с питьевой водой. Юрика следила за ним глазами.

— Юрика, голова не болит или ещё что?

Пока Котаро протирал ей лицо мокрым холодным полотенцем, он обеспокоенно заглядывал ей в глаза.

— Н-нет, вшё нормально.

— А воды? Пить не хочешь?

— Потом попью…

— Понятно… Тогда пока просто полежи, Юрика.

— Дха…

Язык у Юрики заплетался, но ответ был вполне разборчив. Услышав это, Котаро с облегчением выдохнул.

«Пошему-то… Шатоми-шан такой добрый…»

Юрика улыбнулась ему, гадая про себя.

«Жаштавить его поверить в магию, как прежде, у меня не получаетша, но кажетша, он штал ко мне лучше отношиться, чем раньше… Или это мне только кажется?»

На самом деле это было не её выдумкой. Это была правда. Котаро действительно стал обращаться с ней лучше.

— Только не вытворяй всяких глупостей, а то Сакураба-сэмпай будет волноваться.

— Дха… Я поняла…

К Юрике Котаро стал относиться иначе ещё со спортивного праздника. Всё потому, что она неожиданно для всех подружилась с Харуми.

Будь она просто шумной косплейщицей, он бы её и не заметил. Но как подругу Харуми оставить её без внимания он уже не мог. Ведь случись с Юрикой что, Харуми непременно расстроится. Поэтому Котаро отставил в сторону всю эту «магическую» историю и обращался с Юрикой именно как с подругой Харуми. Теперь, когда она падала без чувств, он возился с ней, а когда голодала — кормил её. Делал он это не ради самой Юрики, но, как ни крути, обращаться с ней стал мягче.

— Ну ты и…

Котаро подхватил стоявший рядом веер и принялся её обмахивать.

— Проштите, шо иж-жа меня вы тратите шштолько времени…

Юрика слабо улыбнулась, подставляя лицо прохладному ветерку. Увидев это, Котаро рассудил, что всё в порядке. В это время к нему подошла Рут.

— Юрика-сама в порядке?

Как подобало воспитанной особе, Рут всегда волновалась за тех, кто как будто сам себя губил. Она сдвинула брови и склонилась над Юрикой.

— Думаю, она в норме. Она вообще обычно крепкая.

— Проштите, шо ижжа меня вы волновалишь…

— Что ты, я просто рада, что ты цела. Иначе бы мы не смогли отметить выигрыш в лотерею.

Рут улыбнулась и достала из кармана билеты.

— Что это такое?

Рут вошла в комнату, и тут Теиа отложила джойстик и тоже подошла к Юрике.

— Ваше Высочество, когда мы ходили по магазинам, мы разыграли лотерею и выиграли путёвку на горячие источники.

— Лотерею?

Принцессе Теиа не было знакомо само слово «лотерея», и она вопросительно посмотрела на Котаро.

— Это такая акция, чтобы у супермаркета росли продажи. У покупателей есть шанс выиграть призы.

— А, понятно…

Рут передала билеты Теиа, и та внимательно их рассмотрела.

— Точно. Давайте все вместе поедем на горячие источники? — предложила Рут.

— А это удобно, если мы будем примазываться к вам, Рут-сан? — ответно спросила Сидзука.

Рут уверенно кивнула.

— Путёвок шесть, а нас с Её Высочеством только двое. К тому же отдых вдвойне приятнее, когда он в большой компании, а мы ещё не привыкли к жизни на Земле.

— Вы собираетесь взять их с собой?!

Теиа оторвалась от билетов и уставилась на Рут широко раскрытыми глазами.

— Да. Думаю, было бы прекрасно ненадолго оставить наши ежедневные баталии и отвлечься, — с улыбкой ответила Рут.

Теиа какое-то время смотрела на неё, потом обвела взглядом собравшихся. Рут, Санаэ, Сидзука, Юрика, Кириха… А когда её взгляд упал на Котаро, щёки её чуть покраснели, и она отвела глаза.

— …Э-это ваши билеты. Делайте с ними что хотите.

— Благодарю, Ваше Высочество, — сказала Рут и повернулась к Котаро и остальным. — Итак, как вы на это смотрите? Поедете с нами на горячие источники?

— В таком случае — с удовольствием!

— Я, я! Я хочу нырнуть в горячий источник!

— У меня тоже нет возражений. Давно я не давала себе передышки.

Сидзука, Санаэ и Кириха согласились, не раздумывая.

— А мне можно тоже?..

Всё ещё лёжа, Юрика робко приподняла руку. Её ведь каждый день от чего-нибудь отставляли — и она по привычке переспрашивала.

— Это невозможно, согласись? Путёвок-то всего шесть, — сказала Санаэ, оглядев комнату и пересчитав.

Санаэ, Котаро, Рут, Теиа, Сидзука и Кириха — выходило шесть. Юрике места не оставалось.

— Не-е-ет…

От слов Санаэ у Юрики на глазах выступили слёзы.

— Шначит, вы говорите, шо волшебницам нельжя на горячие ишточники! У-а-а…

— В таком случае я останусь. Это будет девичья поездка.

— С-Шатоми-шан, вы правда?!

Поражённая великодушным предложением Котаро, Юрика подскочила.

— Я и правда вшегда жнала, шо ты добрый человек, еще шо первой нашей вштречи!

У Юрики заблестели глаза, она схватила Котаро за руку и яростно её затрясла.

— Нахальная ты какая…

— А-а?! Почему нельзя просто оставить Юрику дома?

— Так не пойдёт. Смотрите внимательно. Тут написано, что номер один на всех. Не спать же мне в одной комнате с пятью девушками.

— А ведь и впрямь. Сатоми-кун, какой ты проницательный…

В билете мелким шрифтом было указано, что все шестеро делят одну комнату.

— Хм-м… Можно мне вставить слово? — подала голос Кириха, всё это время размышлявшая про себя. — Я не вижу никаких препятствий к тому, чтобы поехать всемером.

— Но, Кириха-сан, нас семеро, а путёвок шесть.

— Знаю. Потому-то постояльцами будут только шестеро: я, Котаро, Теиа-доно, Рут, Сидзука и Юрика. Получается шесть. Никакого затруднения.

— П-погоди-ка! А я?!

— …Не думаю, что постоялый двор сможет взять плату с призрака.

В комнате их семеро, но путёвки нужны только шестерым.

— А-ха-ха-ха, т-точно! Я же призрак. Совсем забыла.

— Правда же замечательно, Сатоми-сама? Теперь мы можем поехать все вместе.

Рут улыбнулась Котаро, но тот покачал головой.

— Рут-сан, мне правда нельзя ехать. Вы же все — юные девушки.

— А какая разница? Это ведь не так уж отличается от нашей обычной жизни.

— Ещё как отличается.

Обычно в комнате 106 ночевали только Котаро с Юрикой. А поскольку Юрика спала в стенном шкафу, они почти и не находились в одном помещении.

— Всё будет нормально, Сатоми-кун. Мы всего лишь делим комнату.

— Домовладелица-сан, и вы туда же!

Оба единственных обладателя здравого смысла в этой компании уговаривали Котаро, и он уже начинал паниковать.

— Или ты думаешь, что если позволишь себе с кем-то из нас что-нибудь непристойное, то останешься живым, Сатоми-кун?

— Угу…

Попробуй Котаро что-нибудь этакое с Кирихой, Теиа, Рут или Сидзукой — не дожил бы рассказать. Призрак Санаэ вовсе вне обсуждения. Оставалась разве что косплейщица Юрика, но трогать её Котаро не хотел по целому ряду причин. Да если б он даже и пошёл на такое, остальные пятеро размотали бы его в пух и прах.

— Э-это-то правда, но…

— Вот видишь? Значит, решено!

Котаро не нашёлся, что ответить Сидзуке, когда та силой закрыла обсуждение.

— А-а, домовладелица-сан, подождите!

— Отдохнём от души в летние каникулы — на море и на горячих источниках! Я так рада, что на днях купила новый купальник!

Глаза Сидзуки засияли. В мыслях она уже наслаждалась летним отдыхом на горячих источниках.

— Купальник? Это как?

Рут с удивлением наклонила голову. Пока Сидзука ещё витала в мечтах, объясняла Кириха:

— Постоялый двор стоит у самого пляжа. От него до моря — буквально три минуты пешком. Это одна из его главных приманок.

— Плавать в море…

Лицо Рут вдруг омрачилось.

— Что случилось, Рут-сан?

— Сатоми-сама… А, нет, это ничего особенного. Просто у меня нет купальника.

— Пустяки! У меня есть несколько купальников, которые я ни разу не надевала. Отдам вам один из них! — тут же встряла Сидзука.

— Тогда, пожалуй, проблемы никакой.

— Большое вам спасибо, Сидзука-сама.

Когда всё вроде бы уладилось, Рут поклонилась Сидзуке. Но всё же по-прежнему выглядела немного растерянной. Котаро обычно в таких тонкостях не разбирался, но на сей раз и до него дошло.

«Похоже, Рут-сан хотела собственный купальник. Она ведь всё-таки девушка…»

И тут, в виде неслыханной редкости, ему захотелось что-то с этим сделать. Хотелось отблагодарить Рут, которая каждый день ему помогала. Немалую роль тут сыграло и то, что он теперь понимал её положение в семье Форторте.

— Рут-сан, я куплю тебе новый купальник.

При аренде всего в пять тысяч иен Котаро мог позволить себе и небольшую роскошь. Купальник для Рут сильно по его бюджету не ударит.

— А…

Рут уставилась на Котаро, пытаясь уловить, что он хотел сказать этими словами.

— Хочу поглазеть на Рут-сан в смелом купальнике.

— П-поглазеть?..

Щёки Рут мгновенно вспыхнули. Воспоминания о её недавних грёзах о поцелуе с Котаро в торговом центре хлынули обратно, и её смущение подскочило многократно.

— Ты что такое говоришь?! Думаешь, это тебе так с рук сойдёт?

— Конечно! Это же мой долг как юноши!

Но именно в этот момент Рут заметила, что в глазах Котаро никакого вожделения нет.

«Сатоми-сама… Вы говорите такое нарочно — ради меня?..»

И как только Рут это осознала, смущение растаяло, и его место заняло ощущение счастья.

— У меня такое чувство, что, если я загляжусь на вас в купальнике, вы все отберёте у меня очки, но с Рут — другое дело! На неё я могу глядеть сколько душе угодно, как самый обычный юноша!

— М-м… Если вы готовы довольствоваться моим скромным телом…

Чуть растроганная таким жестом, Рут улыбнулась. Это было на неё не слишком похоже, но ей хотелось опереться на доброту Котаро.

— Ну… купите мне купальник…

— Стоп, что-о-о?!

Теперь в панике был сам Котаро. Всё, что он наговорил, было по сути почти сексуальным домогательством — чтобы Рут согласилась, не чувствуя себя в долгу, — а она и не поморщилась, и просто приняла его предложение.

— Хе, а ты, Котаро, оказывается, не без достоинств.

— Как и подобает Сатоми-куну — истинный джентльмен!

Кириха и Сидзука раскусили Котаро насквозь. Кириха была чутка как никто, а Сидзука как раз вспомнила разговор перед лотереей.

— Я-я же просто…

— Всё, всё. Мы знаем, что тебе неловко! Рут-сан, пойдём завтра первым делом по магазинам!

— А, да.

«Эх… В следующий раз постараюсь тоньше…»

Когда его вот так раскусили Кириха и Сидзука, Котаро мысленно вздохнул. Быть пойманным с поличным оказалось ещё более неловко.

— Э-э, простите…

Тут Котаро заметил, что Теиа теребит пальцы и пристально на него смотрит.

— Чего тебе, Тюльпан?

Щёки Теиа покраснели, и она едва слышно прошептала:

— М-м… У меня тоже нет… к-купальника…

«А ведь и правда…»

Если у Рут купальника нет, то и у Теиа тем более.

— Ясно. Не повезло тебе.

Ещё несколько часов назад Котаро именно так и сказал бы. Но теперь он удержался.

Теиа застенчиво поглядывала на него. Заметив это, и Рут выжидательно посмотрела на Котаро. Но решающим ударом стал экран телевизора за спиной у Теиа. На нём красовалось окно с характеристиками героев — в игре, в которую она играла. У одного из персонажей, «Юрики Б», полоска здоровья сползла до единицы, а маны не осталось вовсе. Это был тот же самый экран, что и до их похода в магазины.

«Так Тюльпан с тех пор и не играла…»

Поняв это, Котаро уже не мог её отчитать.

— Ладно… Если завтра к этому времени ты сумеешь спасти Голубого Рыцаря, я куплю купальник и тебе.

«Как обычная девушка…» — прозвучали у Котаро в голове давешние слова Рут.

— П-почему только для меня такие условия?! Рут ты ведь ничего подобного не ставил!

— Потому что ты всегда и так получаешь, что хочешь! Или ты не уверена, что сумеешь спасти Голубого Рыцаря? Ну?

И всё же это была его привычка — прикрыть смущение подначкой.

— Ну вот, началось! Я прямо сейчас спасу Голубого Рыцаря и заставлю тебя пожалеть, что ты меня подначил!

Но, похоже, и Теиа была ровно такой же. Воодушевлённая, она повернулась к телевизору и снова схватила джойстик.

«Странно… Что-то со мной не так. С какой это стати я обещал купить Тюльпану купальник?..»

Глядя в маленькую спину Теиа, Котаро сам недоумевал, что это было, но понимал: раз обещал — сдержит. Ведь это был первый раз, когда Котаро увидел в Теиа настоящую девушку… хотя он этого и не осознавал.

— Сатоми-сама… Ваше Высочество…

Наблюдая за ними, Рут растрогалась до слёз. «Ах, если бы эти двое и правда стали госпожой и вассалом…» — Рут, всю жизнь поддерживавшая Теиа, не могла не желать этого.

— К-как я промахнулашь… Жнать бы жаранее, и купила бы купальник.

— …А тебе я не куплю, ни за что.

— А-а-а, это нешправедливо…

— Плебей! Живо сюда! Узри мужество своей повелительницы собственными глазами!

— Попросила бы честно о помощи, ей-богу…

Не ведая, что творится в душе Рут, Котаро и Теиа уселись перед телевизором и, перебраниваясь, продолжили игру.

— О, Богиня Рассвета, основа Форторте, пожалуйста, храни будущее Её Высочества…

Рут, наблюдавшая за ними, была так переполнена чувствами, что на какое-то время только это ей и осталось.

— …

Но она была не одна, кого переполняли чувства. Санаэ переживала ровно так же, хотя и совсем по другой причине.

«Котаро… и правда…»

Санаэ ощущала огромное беспокойство, глядя на Котаро, Теиа и Рут. Ей казалось, что она должна что-то сделать, — только она не знала, что именно.

«Что со мной происходит?..»

И, подобно Рут, она молча сидела и смотрела на остальных.

Понедельник, 11 августа

Теиа и Рут прибыли на Землю на огромном боевом корабле, который они называли «Голубым Рыцарем». Этот «Голубой Рыцарь» строился несколько лет — как личный корабль Теиа, призванный помогать ей в прохождении испытания. Достигнув Земли, он с тех пор оставался на орбите.

Корабль был около километра в длину, но одна его особенность бросалась в глаза сразу же. Лазурно-голубой исполин имел человеческую фигуру. С такой окраской и таким силуэтом имя «Голубой Рыцарь» подходило ему как нельзя лучше.

— О-огромный! Какой огромный! Сюда же сто шестых комнат целую кучу запихнёшь! Тюльпан, сколько сюда татами войдёт, а?!

— Плебей, это всё, что тебе приходит в голову? Как насчёт «так вот он, тот самый „Голубой Рыцарь“, о котором постоянно твердит Её Высочество!»? Или «как и положено Её Высочеству — командовать столь великолепным кораблём!»?

Котаро и все остальные находились сейчас на мостике «Голубого Рыцаря». Они были в летней одежде, с дорожными сумками на плечах. Все они направлялись в гостиницу при горячих источниках.

— Сатоми-сама, на этом мостике поместится примерно пятьсот татами!

Мостик располагался в голове «Голубого Рыцаря». Но поскольку это была голова километрового исполина, он оказался на удивление просторным.

— Рут, вовсе не обязательно им это сообщать! И потом, отчего у тебя такой довольный вид?

— Пятьсот?! Тюльпан, если ты живёшь в таком-то дворце, на кой тебе сдалась комната 106? Это же ни в какие ворота!

— Я уже в сотый раз повторяю: ради испытания!

Голоса Котаро и Теиа гулко разносились по громадному залу. Мостик был около тридцати метров во все стороны, отделан красивым, похожим на белую керамику материалом. В этом огромном пространстве располагались кресла оператора, штурмана и прочих постов. Всё вместе напоминало военный командный центр, какие часто показывают в кино.

— Чёрт побери, раз уж ты принцесса, довольствуйся этим своим особняком!

— Раз уж понимаешь, что я принцесса, следи за языком и поведением!

— Нет! Не желаю!

— Тогда и я не желаю! Хоть назло в этой комнате буду жить, если придётся!

Котаро и Теиа сшиблись лбами так, что послышался звонкий удар. Ситуация выглядела серьёзной, но для Котаро и Теиа это было делом обыкновенным, и никто особо не обращал внимания.

— Хм-м, значит, вот как это выглядит по ту сторону той подозрительной светящейся стены.

— Я и так знала, что это переходные врата, но чтобы прямо на орбите…

Котаро и остальные оказались на борту «Голубого Рыцаря», чтобы попасть на пляж. Воспользовавшись светящейся голубой стеной, через которую Теиа и Рут сообщались между комнатой 106 и «Голубым Рыцарем», они должны были добраться до гостиницы быстрее любого поезда или автобуса.

— Чтооо?! Мы в космосе?!

— Если это так, то почему мы не плаваем и не болтаемся в воздухе?

— Благодаря искусственной гравитации. Мы используем мощности «Голубого Рыцаря», чтобы создать направленное притяжение. При желании можно отключить.

— Давай как-нибудь в другой раз. Мне кажется, у меня и волосы, и одежда пойдут кувырком.

— Понимаю. В таком случае устраивайтесь пока поудобнее. А мы тем временем перенастроим врата, — сказала Рут, работая за пультом на рабочем месте оператора.

Технология, которую Теиа и Рут применяли и для прохода через врата, и для призыва оружия, была по сути одной и той же. Открыть врата и вызвать оружие должно было бы занимать одинаковое время, но при транспортировке людей протоколы безопасности были куда строже. Оружие всегда можно создать заново, а вот человека — нет.

Из-за этого открытие новых врат требовало времени. Зато, будучи однажды открыты, они позволяли свободно перемещаться туда и обратно. Так и работала технология переходных врат.

— Ещё чуть-чуть — и мы откроем врата прямо возле гостиницы.

— Да, отличная работа.

Теиа поблагодарила Рут, как только та закончила приготовления. Рут улыбнулась и села рядом с принцессой.

Котаро и девочки расположились в креслах, предназначенных для штабных совещаний. Обычно здесь командир, капитан и штабные офицеры обсуждали тактику, глядя в звёздные карты и сводки разведки о противнике, — но сейчас это было лишь место для девичьих пересудов. Всё было совершенно непринуждённо. Плоские мониторы, обычно отображавшие стратегические данные, были заставлены сладостями, а ханивы Кирихи разносили заваренный ими чай. Увидь это кто-нибудь из военной элиты Форторте — наверное, расплакался бы.

— Кстати, Теиа-доно, у меня вопрос, — произнесла Кириха, отложив мандзю.

— Какой?

— Действительно ли допустимо, чтобы боевой корабль — точнее, эта огромная боевая машина — имел форму человека?

Вопрос Кирихи был прост. Чем сложнее форма у столь гигантского механизма, тем ниже его конструкционная прочность. Обычно чем крупнее объект, тем проще должен быть его силуэт. И всё же «Голубой Рыцарь» бесспорно повторял очертания человеческой фигуры. Это казалось очевидной слабостью.

— Хороший вопрос. И ты абсолютно права. Эта форма — не что иное, как слабое место.

— Тогда почему?

— Рут.

— Да, Ваше Высочество.

Рут взяла на себя более подробные объяснения. Несмотря на внешность, Рут была военным офицером и знала о корабле больше, чем Теиа.

— Эта конструкция считается непрактичной. У неё едва хватает прочности, чтобы выдерживать нагрузку на суставах, а маневрировать в бою на ней почти невозможно.

— Этому кораблю не хватает кальция! — Санаэ хлопнула ладонью по столу и выкрикнула это во весь голос.

— Санаэ-тян, мне кажется, дело вовсе не в этом…

— Однако около ста пятидесяти лет назад наша цивилизация научилась управлять гравитацией. Благодаря этому прочность корпуса стала менее важной, чем мощность генератора.

— Понимаю. За счёт энергетических барьеров и управления инерционной массой корабля сама его форма уже не играет большой роли. К тому же физический корпус корабля всё равно не способен остановить оружие такого класса.

Наука Форторте дошла до того, чтобы управлять самим весом предметов. Принимая удар, корабль становился тяжелее; двигаясь — легче. Поэтому, пока у него была энергия, форма не имела особого значения.

Помимо этого, оружие Форторте было настолько разрушительным, что никакая обычная броня его не выдерживала. Каким бы прочным ни был сплав, он не мог остановить залп мощного лучевого орудия. А значит, для защиты требовалось нечто иное, не сама обшивка.

Важна была, таким образом, не конфигурация корабля, а запас энергии. Решающим в бою оказывался именно выход генератора.

— То есть нехватку кальция вы добираете силой духа.

— Вот уж не думаю, что ты правильно это сформулировала…

— Тем не менее, раз уж корабль имеет человеческую форму, генератор на нём чуть меньше. И площадь поверхности больше, а это ослабляет эффективность силовых полей. В этом смысле, в сравнении с кораблями других принцесс, его можно назвать уступающим.

Поскольку решающей была именно мощность генератора, чем больше — тем лучше. Но из-за своей формы «Голубой Рыцарь» нёс генератор поменьше, чем другие корабли того же размера.

— И всё же я не могу ради одной эффективности летать на идеальной сфере.

Теиа выглядела раздосадованной. Её слегка задевало, что её идеальная форма не даёт идеальных характеристик.

Если стремиться так разместить корабль, чтобы в него вошёл как можно больший генератор, он естественным образом превратился бы в сферу. При этом минимальной оказалась бы и площадь поверхности — что лучше всего подходило бы и для обороны.

Но летать на чём-то подобном Теиа не хотела.

— Значит, это вопрос эстетики.

— Именно. К тому же при церемониях перед народом такой корабль производит должное впечатление.

— Правда? По-моему, круглый космический корабль — это даже мило.

Юрика, катая во рту фруктовую карамельку, вставила свои пять копеек. Услышав это, Теиа нахмурила брови.

— Юрика, не равняй меня с тобой и твоими причудами! Я не желаю такого несуразного корабля! Все остальные принцессы меня засмеют!

— Н-но… но всё же… Разве круглый корабль не лучше поражения?

— Не ровняй меня с такими неудачницами, как ты! К тому же этот корабль охраняет «Голубой Рыцарь». Я не проиграю никому и никогда!

— …Н-неудачница?.. Эх-х…

Потрясённая тяжестью этого слова, Юрика обмякла и уронила голову на стол.

— Я и сама это знаю. Знаю я…

Юрика и сама смутно догадывалась, что от неё несёт неудачницей. Но если признать это окончательно, жить дальше ей будет совсем уж невыносимо. Её слёзы полились неудержимо.

— Я не Юрика, но и я считаю, что круглый корабль тебе бы подошёл, Тюльпан.

Котаро, оставив Юрику рыдать, с нажимом скрестил руки на груди и несколько раз выразительно кивнул.

— Заткнись, плебей! Хочешь, чтоб тебя вышвырнуло через шлюз?

— Зато нрав бы немножко спал…

— Ты что, умничать пытаешься и нарываешься на драку?!

— Ваше Высочество, прошу вас, успокойтесь!

Рут отчаянно удерживала Теиа, которая явно готова была кинуться на Котаро и вцепиться в него зубами. Но следующие слова Котаро окончательно вывели её из себя.

— К тому же говорят, что детям не стоит давать острых игрушек. А вдруг проглотят — опасно.

— Убью! Сиди смирно, где сидишь, плебей! Я тебя до смерти забью!

— Ай! Летит!

Котаро думал, что раз Рут её удерживает, он в безопасности, но Теиа неожиданно рванулась к нему. Она вспрыгнула на стол и обрушилась на Котаро сверху, точно хищная птица.

— Умри-и-и!

— Ваше Высочество, успокойтесь!

— Котаро, нет! Не сюда! Если уж драться, то в стороне!

— У меня нет выбора! Специальная атака: Щит Юрики!

— Кя-а-а-а-а!

Бац!

— А-а, извини…

— Т-ты бессердечный… У-у…

— Нидзино-сан! Нидзино-сан, вы целы?!

— Н-нецелая…

— Я не забуду твоей жертвы, Юрика.

— …Слушай, Котаро, ты иногда творишь совсем уж ужасные вещи. Ну, раз пострадала только Юрика, то ладно уж.

— Ты так считаешь?

— М-м, этот дораяки — просто объедение. Юрика, хочешь кусочек?

— Боюсь, всё, что я сейчас съем, будет на вкус как кровь.

На мостике воцарился хаос. Пройдёт ещё некоторое время, прежде чем все вспомнят, что врата давно готовы к работе.

Гостиница, в которой остановились Котаро и остальные, была старым, давно построенным заведением. Но со времён «мыльного пузыря» её клиентов увёл у себя соседний курортный отель, и теперь гостиница давно пребывала в запустении. Этим и воспользовались двое «охотников за призраками». Они пообещали хозяину солидное вознаграждение в обмен на содействие.

Сегодня они, переодевшись персоналом, стояли у входа вместо настоящих служащих. С нелепо-радушными улыбками и суетливо перебирая пальцами, они встретили Котаро и остальных, когда те прибыли.

— Приветствуем. Должно быть, путь вас утомил.

— Добро пожаловать.

Высокий худой и низенький полный — оба весьма подозрительного вида, — но для Котаро и всех остальных такая поездка была событием настолько необычным, что ничего странного они не заметили.

— У нас бронь на имя Сатоми.

— Просим опеки на некоторое время.

Пока Котаро и Сидзука подошли к стойке регистрации и поздоровались, «охотники за призраками» взялись за дело.

— Прекрасно. А теперь пусть представитель заполнит регистрационный журнал…

— Хорошо.

— Остальных гостей прошу следовать за мной. Я провожу вас в ваш номер.

— Ла-а-а-дно.

Можно было подумать, будто эти двое с рвением заучили наизусть пособие для персонала. Пока они были при деле, в их поведении не проскальзывало ничего подозрительного. Котаро и остальных в два счёта проводили в отведённую им комнату.

— Клюют! Клюют!

— Всё по плану. Сделаем их, Хати!

— Есть!

Проводив гостей, оба «охотника за призраками» осклабились друг другу. До сих пор всё шло как по маслу. И если и дальше пойдёт так же, их ждёт солидное состояние.

— Триста миллионов иен будут наши. За дело, Хати!

— Ага!

Их глаза сверкали алчностью и надеждой на светлое будущее.

Понятия не имея об этих планах, Котаро и остальные пребывали в полном недоумении от своего номера.

— М-маленький…

— Котаро, мы точно здесь остановимся?

— Собирались здесь, но…

— Мне кажется, у меня комната больше этой…

— Сидзука, это просто из-за мебели так кажется.

— Замер окончен, хо! По размеру не отличается от комнаты 106! Хо!

— Нет, поменьше.

— Ваше Высочество?

— Юрика ведь сейчас не в шкафу.

— Если вычесть шкаф, то комната — пять с половиной татами, хо!

— Не хочу в шкафу торчать, раз уж мы столько сюда добирались!

Котаро и остальные были озадачены скромными размерами комнаты. По замерам она оказалась ровно такой же, как внутреннее помещение комнаты 106. Но с семью людьми, их багажом и двумя ханивами здесь было тесно до невыносимости. А то, что все только что сошли с просторного мостика «Голубого Рыцаря», положения не улучшало.

— Для главного приза как-то мелковато, а?

— Телевизор со вторым призом, похоже, стоил больше, чем всё это.

— Они ведь говорили, что гостиница «в деревенском стиле».

— Я начинаю догадываться, почему она вот-вот закроется.

— Уже и не понимаю, зачем мы вообще сюда приехали.

Недовольство начало проступать у всех. Каждый ожидал, что можно будет хоть ноги вытянуть посвободнее, а в итоге их запихнули в комнату ещё меньше той, к которой они привыкли. Разочарование было только естественным.

— Простите меня, пожалуйста, все. Это потому, что я вас пригласила… Если бы я знала, что комната такая маленькая, то приехала бы одна с Её Высочеством…

Рут считала себя виновницей всеобщего разочарования. Это ведь она выиграла в лотерею и пригласила всех сюда. Её плечи опустились, и она виновато склонила голову.

— Н-нет, ты здесь ни при чём, Рут-сан! Если бы мы не приехали, комната осталась бы такой же маленькой, а вот на пляже мы бы не поиграли. Так что мы очень рады. Правда, Тюльпан?!

— В-верно, Рут! Да и вообще, ничего неудобного здесь нет, а близость к морю делает это место просто прекрасным!

Котаро и Теиа, обычно только и делавшие, что ссорившиеся, дружно бросились подбадривать Рут.

— …Это правда?

— К-конечно! Правда же, Тюльпан? Мне уже не терпится окунуться!

— А-ага! Я даже научу тебя плавать по-настоящему изящно!

— Тогда всё хорошо.

Лицо Рут прояснилось. Увидев это, Котаро и Теиа уже готовы были облегчённо выдохнуть, как вдруг Санаэ вклинилась с чем-то странным.

— Только, Котаро, в этой комнате уже есть гость.

— Гость?

Котаро наклонил голову набок. Не похоже было, чтобы в гостинице допустили двойную бронь. Но если всё-таки так, придётся менять номер. Он принялся допытываться у Санаэ подробнее.

— Что ты хочешь сказать?

— Хм-м, духовная энергия слишком слабая, даже мне толком не разобрать, но я чую следы удушения — то есть, видимо, призрак либо убитого, либо самоубийцы.

Санаэ нахмурилась и уставилась в потолок, точно близорукий человек, пытающийся разглядеть что-то вдалеке.

— П-п-призрак?!

Объяснение Санаэ произвело на Юрику глубочайшее впечатление. Охваченная страхом, она бросила свой багаж и помчалась к стенному шкафу.

— Не-е-е-е-ет! Только не призраки!

Юрика повыкидывала из шкафа футоны и прыгнула внутрь. Затем она со всей силой захлопнула раздвижную дверцу.

— Ну же, Юрика, успокойся! Присутствие такое слабое, что от него даже звука не исходит.

— Не-е-ет! Я терпеть не могу даже знать, что где-то рядом призрак!

— Но я ведь всегда рядом.

— Это только потому, что я забываю, что ты призрак! Не-е-е-е-ет!

Уговоры Санаэ не подействовали. Юрика продолжала дрожать от страха внутри шкафа.

— Безнадёжно. Видимо, она и правда напугана.

Сидзука попробовала раздвинуть дверцу, но Юрика изо всех сил удерживала её изнутри. Сидзука была сильнее Юрики и понимала, что дверь распахнуть она сможет — да только та, скорее всего, при этом сломается.

— Юрика-сама…

Почувствовав ответственность и за это, Рут снова погрустнела. Заметив её, Котаро поспешно взял её за руку.

— Так, а мы тогда пошли купаться!

— С-Сатоми-сама?!

— Точно, точно! Мы же для этого сюда и приехали!

Теиа взяла Рут за другую руку.

— Сатоми-сама, Ваше Высочество… Что это на вас вдруг нашло?

— Просто захотелось поскорее увидеть тебя в купальнике! Уверен, будет мило!

— С моим уровнем ей не сравниться, но Рут тоже весьма мила! А рядом мы и вовсе живописны!

Котаро и Теиа попытались силком потащить Рут на пляж, пока её снова что-нибудь не отвлекло.

— Я вполне обойдусь без зрелища Тюльпана в купальнике.

— Я тебя убью, плебей. Сейчас не время, но потом прикончу обязательно! Не забудь!

— Я уже забыл!

— Эй!

— В-ваше Высочество? Сатоми-сама?

Их нелепая перепалка продолжалась, пока они совместно уносили бедную растерянную Рут.

— Ах, погодите, Котаро! Я тоже иду!

— Э, слушайте, ребята… А как же Нидзино-сан?

Санаэ живо устремилась следом за Котаро, но Сидзука всё ещё не знала, как быть с Юрикой в шкафу.

— Не беспокойся. Выйдет, как только успокоится. Она ведь не ребёнок.

— Но…

— Не волнуйся. Я оставлю Караму и Кораму.

— Тогда доверяю её вам, Карама-тян, Корама-тян.

— Хо!

— Положись на нас, хо!

Кириха развеяла сомнения Сидзуки. Она и сама была здоровой девушкой-подростком, и ей тоже хотелось поиграть на пляже. С Карамой и Корамой на карауле можно было не бояться, что Юрику оставят без присмотра.

— Что ж, Нидзино-сан, мы тогда пошли…

— Н-не оставляйте меня одну-у-у-у! Я не хочу сидеть одна в комнате с призраком!

Но стоило Сидзуке решиться выйти к морю, как Юрика выскочила из шкафа. Всё ещё дрожа, она испуганно озиралась по комнате.

— Сатоми-сан, подождите! Сатоми-са-ан!

Она подхватила пляжные вещи и торопливо бросилась за Котаро и остальными.

— Э-э… Ну…

Оставшись внезапно одна, Сидзука почесала щёку. Даже она не могла не поразиться безнадёжности Юрики.

— Сидзука, пойдём и мы.

— Да.

Сидзука улыбнулась точно такой же обескураженной Кирихе, и обе девушки зашагали вслед за остальными.

Первым делом, добравшись до пляжа, Котаро смахнул со лба пот. Уже официально начались летние каникулы, и сезон был в самом разгаре. Палящее летнее солнце жарило вовсю, а раскалённый песок жёг Котаро ступни.

— Горячо-горячо-горячо…

Котаро готовил место для отдыха в одиночку. Он расстилал подстилку и ставил зонт, подпрыгивая на обжигающем песке. В отличие от девочек, Котаро переоделся в два счёта и пришёл раньше, чтобы всё устроить.

— Так, вот и готово.

— О, да это же Сатоми-кун!

Едва Котаро закончил расставлять вещи, как услышал зовущие его голоса.

— А? Где? А, действительно!

— Здравствуй, Котаро-кун!

— Какое совпадение, Сатоми-кун! Ты тоже приехал отдохнуть?

В следующее мгновение к нему подбежала компания девушек в купальниках. Всего их было шестеро. Общество косплея в полном составе.

— Привет всем. Да, вы правы. Моя подруга выиграла путёвку в ближайшую гостиницу, и мы приехали развеяться.

— О-о-о… Выходит, нас с тобой, Сатоми-кун, связала красная нить судьбы?

— Ха-ха-ха, было бы здорово.

— Я бы не отказалась, чтобы ты стал моим парнем, Котаро-кун.

— И я, и я!

— Только меня немного пугает мысль, что девушка-косплеерша — это дорогое удовольствие.

— Тьфу, узнаю Котаро-куна! Точно в яблочко.

— Сатоми-кун ведь живёт один.

— Когда разбогатею, если ваш настрой не изменится, — снова приходите.

— Знаешь, юноша, которому дают долго ждать, не становится популярным…

— Да, я в курсе.

Котаро и участницы кос-клуба рассмеялись.

— Кстати, а что общество косплея здесь забыло? Вы тоже отдыхать приехали?

Нашутившись, Котаро задал вопрос, который его беспокоил.

Председательница ответила от лица всех:

— Наполовину — клубная работа, наполовину — отдых. Вообще-то через три дня Комиха.

— А, точно, ты ведь месяц назад что-то про это говорила.

Участницы кос-клуба ещё в прошлом месяце вовсю готовили костюмы к мероприятию. В какой-то момент они даже позвали Котаро, чтобы тот высказал своё мнение об их нарядах. Поэтому даже Котаро — у которого в голове сплошной бейсбол — о нём слышал.

— Мы остановились в отеле поближе к месту проведения, а пока отдыхаем на пляже.

— Ясно. Удачный план.

— Да? К тому же здесь мы можем встретиться с Сакураба-сан.

— С Сакураба-сэмпай, говоришь?

Поворот оказался неожиданным. Сакураба Харуми — председательница вязального клуба, в который Котаро вступил в начале учебного года. Он наклонил голову с озадаченным видом, пока председательница кос-клуба продолжала объяснять.

— Видишь ли, у семьи Сакураба-сан поблизости дача. Мы в прошлом месяце разговаривали с ней о летних каникулах. Она сказала, что проведёт их здесь, вот мы и решили сделать то же самое.

— Вот как. Спасибо, что постоянно заботитесь о Сакураба-сэмпай.

Котаро вежливо поклонился участницам кос-клуба.

— Как приятно… Я тоже хочу, чтобы обо мне так бережно заботился кохай.

— Будем уповать на Юрику-тян.

— На неё-то надежды маловато…

Со времён победы Харуми и Юрики на спортивном празднике девочки из кос-клуба стали регулярно видеться с Харуми. По большей части потому, что она подружилась с Котаро и Юрикой, но кос-клуб также заметил, что она чаще всего одна. Поэтому девочки часто заговаривали с ней, когда замечали её одну.

— Когда я встретила её сегодня пораньше, она сказала, что подойдёт позже.

— Спасибо, что приглядываете и за Юрикой, и за сэмпай.

— Да брось. Сакураба-сан такая милая. Надеемся, нам удастся завлечь её в кос-клуб!

— Ха-ха-ха, у вас, я смотрю, всё спланировано.

— Кос-клуб и вязальный клуб оба маленькие, верно? Надо пользоваться любой возможностью.

— Значит ли это, что и ты когда-нибудь к нам присоединишься?

— Смотрю, и у тебя всё спланировано, Сатоми-кун.

Котаро продолжил шутливую перепалку с девочками из кос-клуба.

— Кстати, председательница, давайте перебираться сюда? Раз уж отдыхать, то чем больше народу, тем веселее.

— И правда. Хорошая идея, вице-председательница.

— Вы слишком любезны.

Председательница кивнула вице-председательнице и вновь повернулась к Котаро.

— Что ж, Сатоми-кун, мы пока откланяемся. Надо сходить за вещами.

— Хорошо, я вас подожду.

— Так, все, за мной!

— Ла-а-адно!

С тем же задором, с каким они и подбежали, участницы кос-клуба удалились.

Несколько минут спустя после того, как Котаро и кос-клуб расстались, на пляж прибыли девочки из Корона-со.

— Ух ты… Кто это такие?

— Модели, что ли?

— Может, какое-то мероприятие или фотосессия.

— Ого, у той какая грудь — огромная.

— А эта маленькая — красотка…

Все мужчины на пляже глазели во все глаза, а большинство женщин — кидало злющие взгляды.

— Эй, Котаро, прости, что заставили ждать!

— Сатоми-кун, ты уже всё расставил? Спасибо!

— М-м, молодец для плебея.

— П-простите, что заставила ждать, С-Сатоми-сама…

— Да успокойся ты, Рут.

— Сатоми-сан, ты случайно не знаешь, куда делось моё нижнее бельё?!

По части внешности все они были хороши, и внимание к себе привлекали вполне заслуженно. Но, кроме Рут, никого это не волновало. Ни одна из остальных девочек не была из тех, кого смутит подобная мелочь. Только Рут, нервно ступая по песку, переживала из-за устремлённых на неё взглядов.

— Ну как, Котаро? Пал перед всеподавляющей прелестью Санаэ-тян?

— Слушай, Курано-сан, грудь-то у тебя какая большая… Того и гляди купальник треснет. Так завидую…

— Сидзука, большая грудь — не такая уж радость. И одежду по размеру найти трудно, и внимания лишнего получаешь хоть отбавляй.

— Кстати, все на нас смотрят.

— Это оттого, что их влечёт наше великолепие. Весьма похвально.

— С-Сатоми-сама, помогите! В-все на нас смотрят!

Пока Рут пыталась укрыться от чужих глаз, оставшиеся пять девушек подступили к Котаро, чтобы показать ему свои купальники. Оставив в стороне Рут, у каждой из них были свои причины хотеть произвести на него впечатление.

— Ну как, Сатоми-кун? Разве ты не счастлив? Тебе завидует весь пляж, а у тебя под рукой шесть милых девочек!.. Погоди, а?..

Но их надежды рассыпались в одно мгновение. Пока все мужчины вокруг пялились на них, Котаро смотрел совсем в другую сторону.

— Значит, если у вашей семьи есть такая большая дача, вы, должно быть, барышня из высшего общества, сэмпай.

— Б-барышня? С-Сатоми-кун, это же…

— Если у вас дача больше дома, в котором я раньше жил, то в обычном разговоре вас так и назовут — барышня. К тому же и вы одеты подобающе.

— Э-это же потому…!

Котаро смотрел на Сакураба Харуми в летнем платье и с зонтиком от солнца. Она и правда выглядела как особа из высшего света. И несмотря на жару, от неё веяло прохладной уравновешенностью.

— Очень вам идёт. Вполне по-аристократически, ха-ха-ха!

— Ох, Сатоми-кун, ты дразнишься…

Несмотря на безмятежный вид, щёки у неё запылали.

— Н-ну погоди, Котаро! Ты совсем нас игнорируешь?!

— Сакураба-сэмпай! А вы что здесь делаете?!

— Опять ты, Сакураба Харуми!

— Если не ошибаюсь, эта девочка — из клуба Сатоми-куна…

— Сакураба Харуми. Из класса 2-А, председательница вязального клуба. После его друга детства Мацудайры Кэндзи — самая близкая Котаро особа.

Такой неожиданный поворот совершенно раздосадовал пятерых девушек — оставленных, что называется, с носом. Претензии их в такой ситуации были совершенно несправедливы, но на это им было плевать.

— Сатоми-сама, прошу, не отводите глаз! Спасите меня!

Но бедная Рут всё ещё пыталась скрыться от чужих взглядов.

— Дубина ты, Котаро! Верни нам всё то время, что мы потратили, волнуясь ради тебя!

— Уа-а! Ч-что?!

— Сатоми-кун?!

Санаэ налетела на Котаро и повалила его в песок. И не успел Котаро даже почувствовать, как обжигает его горячий песок, на него с наскоку набросились Санаэ и Теиа.

— Закопать его! Закопать по самую макушку! Этот вероломный хряк пусть захлебнётся в прилив!

— Я уже не требую, чтобы ты умирал от восторга! Просто посмотри на меня, чёрт возьми! Дай хотя бы стандартное «ах-ах»! Просто улыбнись и скажи что-нибудь вроде «твой новый купальник — прелесть»!

— А-а-а! П-почему-у-у?!

Застигнутый врасплох, Котаро оказался прижат Теиа к песку, пока Санаэ принялась наваливать сверху горы песка.

— Б-будто бы одной Тюльпан меня удержать!

— А-а, а… Уа!

Поскольку Теиа была маленькой, Котаро попытался попросту встать, не снимая её с себя.

— Я тебе не позволю, Сатоми-кун!

— Хозяюшка?!

— Санаэ-тян, я тоже помогу!

— Юрика, ты яму копай! Ты ведь в этом деле мастерица, да?

— У-у-у, я правда не хочу!

— Я тоже помогу. Карама, Корама, начинайте копать.

— Поняли, хо!

— Положись на нас, хо! Копать — наше призвание!

Когда к делу подключились и остальные, положение Котаро стало совсем незавидным.

— Ты усвоишь, каково это — оскорблять девичью гордость!

— Ай! Ай-ай-ай-ай! Х-хозяюшка, не надо с таким счастливым видом брать меня на болевой!

Напевая под нос, Сидзука схватила Котаро за ноги и удерживала несколькими приёмами заламывания.

— Молодец, Сидзука! Заслужила моё одобрение!

— Пожалуй, я тогда немного приналягу. Оп!

На самом-то деле Сидзука особо сердита на Котаро не была. Она подключилась в основном потому, что это выглядело забавно. Раз уж приехали отдыхать — значит, надо отдыхать от души, до самого возвращения домой.

— Ой-ой-ой, перебор! Это уже чересчур!

Котаро отчаянно брыкался, пытаясь вырваться, но против Сидзуки шансов у него не было. И пока Теиа и Сидзука удерживали его, остальные девочки выкапывали большую яму.

— С-Сатоми-куна закапывают… Ч-что мне делать?

— Прошу прощения, Ваше Высочество, возможно, лучше не заходить так далеко…

Харуми и Рут попытались остановить остальных, но Харуми по большей части просто онемела от происходящего шума. На самом деле только Рут хоть как-то пыталась выручить Котаро.

— Рут-сан! С-спасите меня, Рут-сан!

Теперь она оставалась его единственной надеждой. Он взывал к ней отчаянно.

— Сатоми-сама, ещё чуть-чуть продержитесь! Я сейчас…

— Рут! А ты сюда зачем пришла?!

Но стоило Теиа её отчитать, как Рут замерла и перестала двигаться. Теиа перешла в наступление и перехватила инициативу у робкой Рут.

— Н-ну…

— Вспомни, во что ты одета! О чём ты думала, когда выбирала это? И что ты чувствовала, надевая сегодня? И при всём этом ты ещё готова прощать этого никчёмного вассала?!

— Во что я одета…

Услышав слова Теиа, Рут сглотнула. Она взглянула на купальник Теиа и на свой. Стоили они недёшево — по крайней мере, не из самых дорогих, — но это были милые купальники, которые им очень шли. Это были купальники, которые купил им Котаро.

— Он не обязан был осыпа́ть меня похвалами! Достаточно было одного взгляда! Но нет! Что сделал этот жалкий вассал?!

Всё, что Рут испытала, выбирая купальник, и все дни, которые она ждала возможности его надеть, разом нахлынули на неё. А сильнее всего — то чувство, которое она испытала, надев его сегодня утром.

— Я не прощу! Моя женская гордость ему этого не простит! А ты, Рут?!

— Я…

И, вспомнив все эти чувства, она вспомнила, что Котаро даже не взглянул ни на неё, ни на Теиа. Он разговаривал с другой женщиной, ни разу не обернувшись к ним. Он ведь сам купил эти купальники — мог бы, казалось, хотя бы проявить к ним интерес.

Я…!

Что-то внутри у Рут вдруг оборвалось.

— …Закопаем его, Ваше Высочество. Надёжно. Нет, простого закапывания будет мало. Чтобы он и носу наружу не высунул, свяжем ему руки и ноги!

Рут смотрела на Котаро с огнём в глазах. Словно гнев Теиа каким-то образом передался ей.

— Хорошо сказано, Рут! Доверяю это тебе!

— Как пожелаете, моя принцесса!

Рут с упоением присоединилась к закапыванию Котаро. Она ловко связала верёвкой его руки и ноги, лишив всякой свободы движений. Ни тени сомнения или жалости.

— А-а-а! И ты, Рут-сан?! Я что, чем-то тебя обидел?!

— Иногда бездействие — само по себе преступление! Всему есть предел, даже доброте!

— П-почему-у-у?!

Котаро делал всё возможное, чтобы вырваться, но против единого фронта всех шести девушек у него не было шансов. Так Котаро и оказался зарытым по шею в пляжный песок.

Волны, накатывая до самой его головы, вновь откатывались в море. Был прилив, и каждая волна подбегала к нему всё ближе.

С телом под песком, двигать Котаро мог лишь головой. Оставалось одно — тянуть шею, уворачиваясь от наступающих волн.

— …И как всё к этому пришло?

Сколько Котаро ни прокручивал в голове произошедшее, понять, за что его закопали, он не мог. По его представлениям, он просто пошёл поговорить с Харуми, как всегда, после того как закончил обустраиваться на пляже.

— Или я что-то ещё до этого натворил?..

Котаро был в полной растерянности. Непривычный к женщинам, он не понимал их чувств. И пусть между ним и девочками не было влюблённости, их девичьи сердца всё равно хотели, чтобы Котаро проявил к ним хоть какое-то внимание.

— …Не понимаю…

Когда Котаро в очередной раз нахмурил брови, на него легла тень.

— Сатоми-кун.

— Сакураба-сэмпай!

Тень отбрасывал зонтик Харуми. Она незаметно подошла к Котаро, чтобы прикрыть его от солнца.

— Как вовремя, сэмпай! Пожалуйста, помогите мне!

— Хм-м… И как же мне быть?

Харуми присела рядом с Котаро на корточки и улыбнулась.

— Не дразните меня! Лучше выручите!

— Но если я выручу тебя, ты снова сбежишь куда-нибудь… Если бы ты чуть подольше со мной поговорил, я бы, так и быть, освободила тебя.

— Сэмпай, вы сегодня дразнитесь сильнее обычного.

— Хи-хи, может быть, я просто в приподнятом настроении — мы ведь на приморском курорте.

— Это-то как раз заметно.

Наверное, дело было в летнем солнце, но улыбка Харуми казалась сегодня особенно лучистой.

«Похоже, дружба с Юрикой всё-таки пошла ей на пользу».

Котаро считал нынешнее поведение Харуми хорошим знаком, но нашлись те, кто воспринял их дружелюбную болтовню как дурное предзнаменование.

— Н-ну погоди, Сакураба Харуми! Уж не слишком ли много из себя героиню корчишь? И о чём вообще думает Котаро, ведясь на такие явные уловки этой женщины?!

— Ваше Высочество, что будем делать?

— Просто закопать его — это было слишком мягко! Плебею нужно наказание посуровее!

Теиа, Рут и Санаэ были откровенно в бешенстве.

— И что мы тогда сделаем?

А Сидзука, наоборот, просто наслаждалась. На пляже её охватило чувство свободы.

— …Давайте разобьём арбуз, — сказала Кириха.

Невозможность понять, шутит она или нет, — это просто часть характера Кирихи. Она была собой как обычно — и показала девочкам большой арбуз, который принесла с собой.

— А, звучит весело!

— Интересно, что расколется первым — арбуз или голова Котаро? — сказала Кириха, улыбаясь и доставая деревянный меч.

— Давайте!

— Я не совсем понимаю, что мы делаем, но давайте!

— Н-не надо. Мне жаль Сакурабу-сэмпай…

Юрика попыталась остановить остальных. После того как Котаро закопали, а Харуми подошла к нему, Юрика примолкла, чтобы их не беспокоить.

— Никто тебя не спрашивал!

— И-и-ик! Бегите! Сакураба-сэмпай, бегите!

Но в итоге побежала именно Юрика. Поддавшись угрожающему виду Теиа, она отступила. Не брать на себя ответственность — в этом вся наша Волшебница Радужная Юрика. Тем временем Котаро и Харуми продолжали мирно беседовать, совершенно не подозревая о готовящемся против Котаро заговоре.

— Сатоми-кун, ты весь в поту. В песке правда, наверное, очень жарко?

— А, ничего. Не пачкайте об меня свой платок.

Харуми достала из кармана платок и бережно промокнула пот со лба Котаро.

— Вот так. Теперь ты совсем чистый.

— Сэмпай…

— Хи-хи, я сейчас, наверное, как твоя мама, Сатоми-кун.

Котаро не давал покоя тот факт, что сладко пахнущий платок теперь весь в его поту, но Харуми это совсем не смущало.

— Сакураба-сэмпай, давайте мы все вместе разобьём арбуз! Устроим из этого игру!

Теиа подошла, держа в руках арбуз чуть ли не в половину своего роста.

— В-вы хотите разбить арбуз?

Поражённая внезапно окликнувшим её голосом, Харуми запнулась в словах. Она и без того плохо сходилась с незнакомыми людьми, а рядом с Котаро совсем расслабилась. Из-за этого она растерялась ещё сильнее обычного.

— Да, Сакураба-сэмпай! Давайте создадим вместе прекрасные летние воспоминания!

— Д-да, давайте.

Харуми машинально кивнула.

— Кто там? Это ты, Тюльпан?

Не в силах повернуть тело, Котаро не видел Теиа. Ему оставалось только гадать по голосу, а поскольку Теиа говорила не в своей обычной манере, он не был уверен.

— …Верно. Это я, плебей.

Теиа бухнула арбуз прямо рядом с его головой. И по этому глухому звуку Котаро хорошо почувствовал размер и тяжесть плода. Арбуз был по меньшей мере в три раза больше его головы. Из-за него показалось лицо Теиа.

Она поднесла рот к самому его уху и прошептала:

— Хе-хе, а я уж и для тебя позабочусь о воспоминаниях.

— Что ты задумала, Тюльпан?!

— О, ничегошеньки. Просто собираемся расколоть арбуз как следует. Чик-чик! Хе-хе-хе…

Убедившись, что Харуми не смотрит, Теиа с ехидцей поддразнивала Котаро. Улыбка её была мрачнее, чем когда-либо прежде.

Пока Котаро втягивали в девичий заговор, чуть поодаль разворачивался ещё один.

— Аники, похоже, они собрались разбивать арбуз.

— Отлично. Сейчас всё их внимание будет приковано к этому. Пора ловить цель.

— Приступаем?

— А то. Иначе — без крыши над головой останемся.

— Последние деньги ведь и вправду уже просадили.

Заговорщиками были не кто иные, как двое «охотников за призраками». Они подглядывали за Котаро и остальными в бинокли из-за ближайших скал.

— Продадим этого призрака — и мы богаты.

— Сможем купить и телик, и велосипед.

— Именно. За мной, Хати.

— А мы куда?

— Сделаем крюк и подойдём со стороны воды. Так они нас не увидят. А если и увидят — можно спрятать приборы под водой, и они ничего не заподозрят.

— Аники, ты неподражаем! Хоть «охотники за призраками» и делают правое дело, у тебя всегда получается так, будто мы замышляем что-то жуткое!

— Заткнись, Хати! Я по-прежнему герой справедливости! Я не делаю ничего дурного! Просто вот до чего доводит людей нищета!

Они собрали свои подозрительные снасти и приборы и бросились в море. Целью была Санаэ, отвлёкшаяся сейчас на арбуз.

— Хьях!

Со всей силы опустив деревянный меч, Харуми почувствовала, что в этот раз попала во что-то другое. Первые три удара отскочили от чего-то твёрдого, но теперь меч вошёл во что-то мягкое и кончик словно утонул внутри. Более того — Котаро больше не кричал.

— Получилось, Сакураба-сэмпай!

Вместо него кричала Юрика. Услышав это, Харуми поспешно сорвала с глаз повязку.

— Сатоми-кун! Сатоми-кун! Ты в порядке?!

Прежде чем Харуми удалось расколоть арбуз, она трижды приложилась деревянным мечом по голове Котаро. Котаро просил не обращать внимания, но как тут не обращать. Стоило Харуми снять повязку, как она принялась искать Котаро глазами.

— О, вкуснотища.

Но, словно отметая её страхи, Котаро уже вовсю уплетал расколовшийся пополам арбуз прямо перед собой. Он был так увлечён, что даже не заметил, как сильно тревожилась Харуми.

— С-слава богу…

Теиа или Санаэ, наверное, возмутились бы, но не Харуми. Увидев, как он счастливо ест арбуз, она облегчённо выдохнула и опустилась на песок прямо где стояла.

— Хо… хруст… сэмпай… чавк-чавк… тоже хотите?

— Я-я съем попозже, когда приду в себя.

Харуми и вправду почувствовала облегчение, но сразу есть была не в силах.

— Тц, она уже всё сделала…

— Няхаха, Харуми оказалась слабовата, чтобы раскроить Котаро голову.

Теиа и Санаэ были недовольны. Доевши свою часть арбуза, Котаро начал ворчать на них.

— Всё, закончили — выпускайте меня уже.

Но обе покачали головами в ответ на его просьбу.

— Отказываю.

— Теперь очередь Сидзуки.

— Ч-что?!

Глаза Котаро округлились от этого имени. Если Сидзука, известная своими боевыми навыками, возьмёт в руки тот самый деревянный меч, неизвестно, что станет с его головой.

— Тьесто-о-о!¹

А в довершение всего Сидзука была в полной боевой готовности. Она раз за разом взмахивала деревянным мечом в сторону моря. Её сила и быстрота были запредельны. Было очевидно: Котаро в опасности.

¹ Тьесто (яп. チェスト) — возглас, которым мастера боевых искусств подбадривают себя перед боем. Изначально — диалектное слово из Кагосимы, означающее «Вперёд!».

— С-Сатоми-кун, я сейчас тебя спасу!

Даже Харуми это поняла. Она принялась выкапывать Котаро, но далеко продвинуться не успела — её остановили.

— Сакураба-сэмпай, сюда, пожалуйста! Вы помешаете нам расколоть следующий арбуз.

— Кьяа?! Но Сатоми-кун ведь ещё…!

— Всё хорошо, Сакураба-сэмпай. Оставьте Сатоми-сана нам.

— И ты тоже, Нидзино-сан?!

Теиа и Юрика сладкими речами увели Харуми в сторону. Юрика шла на это не просто из страха перед Теиа. Она и сама хотела позволить Харуми отойти в сторону и не пострадать.

Но стоило Теиа и Юрике удалиться, как им на смену явились Кириха с Рут: Кириха подобрала разбитый арбуз, а Рут положила новый.

— Дело плохо! Надо что-то делать!

В панике Котаро попытался выбраться из песка. К счастью, Харуми уже успела выкопать достаточно, чтобы он смог высвободить одну руку.

— Отлично!

— Не так быстро!

— Подождите здесь, пожалуйста, Сатоми-сама.

— А-а-а!

Но Санаэ и Рут просто снова закопали его.

— Прекрати уже, Санаэ!

— Ни за что и никогда!

— А ты почему так злишься, Рут-сан?!

— Ты что, хочешь, чтобы я объясняла это словами? Не смеши меня! За такое предательство — только смертная казнь!

— Сдавайся уже, Котаро.

— Предательство? Какое ещё предательство?!

Санаэ и Рут снова закопали Котаро, Теиа и Юрика увели Харуми, Сидзука продолжала упражняться с мечом, а Кириха с улыбкой наблюдала за всеми, откусывая от куска арбуза. Каждый был так увлечён своим занятием, что никто не замечал происходящего вокруг. Все они отдыхали на пляже от души.

— Сейчас, Хати!

— Есть!

И именно в этот момент «охотники за призраками» перешли к делу.

Поднявшись из моря, они приблизились к Котаро и остальным. В руках у каждого было по два больших сачка для ловли насекомых. На самом деле это были инструменты для ловли призраков, но выглядели они и работали как обычные сачки. С четырьмя сачками на двоих они ринулись к Санаэ.

— М-м?

Котаро, только-только снова зарытый в песок, заметил их первым. Но ему и в голову не могло прийти, что они собираются ловить Санаэ сачками, так что поначалу он просто смотрел и думал: чего только не бывает на свете.

— Постой-постой! Сейчас мы тебя поймаем, наша милая кисонька!

— Деньги! Снимем видео и сорвём куш! Деньги, деньги, деньги! Ещё и продадим её — сорвём куш побольше!

Но по мере того как они приближались и Котаро слышал, что они говорят, он всё больше тревожился. А когда он заметил их возбуждение, налитые кровью глаза и тяжёлое дыхание, тревога только усилилась.

— Эй, народ, к вам сзади кто-то подкрадывается. Хоть немного успокойтесь.

Никто, кроме Котаро, их не замечал. Он попытался предупредить остальных, но поверила ему только Харуми. По его призыву она обернулась.

— А…

И увидела ту самую подозрительную парочку. Увидев их, Харуми словно окаменела. Они выглядели как извращенцы — то есть именно как те люди, с которыми Харуми меньше всего умела иметь дело.

— Не куплюсь я на такие уловки!

— Ты слишком прост, плебей! Если уж соврать, так хоть убедительнее!

— Его надо наказать.

Но Санаэ, Теиа и Рут сочли, что Котаро просто пытается выкрутиться, и ни на секунду ему не поверили. Единственной, кто обернулся, была Юрика. Она заметила, как отреагировала Харуми.

— Интересно, кто это…

Но простодушная Юрика не увидела в приближающихся «охотниках за призраками» никакой угрозы.

— Берегись, Котаро!

— Эй, народ! К вам приближаются!

Кириха и Сидзука, находившиеся чуть поодаль, поняли, что двое мужчин надвигаются на Котаро и остальных. Но поскольку их тоже застали врасплох, им оставалось только криком предупредить остальных.

— Что?

— Кто-то? Кто?

— Что-то случилось?

Тогда Теиа, Санаэ и Рут наконец обернулись.

— Попалася-а-а!

— Лети ко мне, мой ангелок!

Но «охотники за призраками» уже изо всех сил размахивали сачками.

— Кья-а-а-а!

Заметив, как сачок идёт прямо на неё сверху, Санаэ стремительно ушла под песок. Благодаря регулярным стычкам с Котаро, она привыкла к неожиданным атакам.

— Кья-а!

— Ч-что это такое?!

Поскольку Санаэ увернулась от сачка, попались Харуми и Рут. Увернуться они не успели — сачки накрыли им головы.

— Я почувствовал! Получилось, Хати! Поймать одну девчонку — плёвое дело!

— Я тоже поймал! Теперь можно делать что угодно!

«Охотники за призраками» ликовали. Единственное, что занимало их мысли, — роскошная жизнь, которая ждала их после продажи Санаэ. Сакэ, которое они так любили, будет столько, что хоть ванну наливай. Новый телевизор и велосипед — тоже в кармане. Будущее сияло перед ними… по крайней мере, так им казалось.

— Эй, Хати, ты о чём — «я тоже»?

— Аники, это я её поймал.

И тут оба наконец заметили, что каждый поймал по призраку(?), хотя призрак был один.

— М-м? Это как понимать?

— Аники, а этот призрак похож на человека.

— У меня — тоже. Хати, мы промахнулись!

— Ой-ой! Мы не тех поймали!

К тому времени, как они осознали свою ошибку, было уже поздно. Санаэ след простыл.

— Н-нет!.. Спасите меня, Сатоми-куун!

— И-извращенцы!

И что хуже всего — пойманные ими девушки завопили. Подозрительная парочка, явившаяся прямо из моря, поймала сачками двух сидящих на песке девушек. Глаза налиты кровью, дыхание тяжёлое, оба насквозь мокрые. Эталон извращенцев.

— Вы, чёрт возьми, что творите?!

Услышав крики Рут и Харуми, Котаро рывком вырвался из песка. Руки и ноги у него были связаны верёвкой, но в пылу момента он просто разорвал её. Это была та самая сверхчеловеческая сила, что просыпается в смертельной опасности.

— Сэмпай и Рут-сан в беде!

Вырвавшись из песка, Котаро уставился на «охотников за призраками» глазами, полыхавшими яростью. Те немедленно выпустили свои сачки и принялись оправдываться.

— П-подожди, юноша! Не этих девушек мы ловим!

— В-верно! Нам нужна совсем другая! Вон та, маленькая!

— Он прав, юноша! Мы всего лишь хотели поймать ту маленькую девушку — чтобы делать с ней, что заблагорассудится, и продать подороже!

— Поверь нам! Обычные девушки нас не интересуют!

Но их оправдания только подлили масла в огонь.

— В-выходит, вы не только извращенцы, но ещё и охотитесь на малолеток вроде Теиа?!

Котаро не понимал, что они говорят о Санаэ. У него и мысли не было, что они вообще способны её видеть. И не только у Котаро — ни у кого из остальных это тоже в голове не укладывалось.

— Значит, м-меня они приметили?! Так я и знала — даже в толпе черни моя благородная аура выделяется!

Все были уверены, что речь о Теиа. Эти двое отвратительных извращенцев, несомненно, замышляли похитить юную девочку и сотворить с ней нечто чудовищное.

— Проклятье, извращуги! Мне плевать, кого вы выбрали! У нас уже есть своя штатная извращенка — Юрика, и её нам хватает за глаза!

— С-Сатоми-сан, хотя бы косплеершей меня назови! Обзывать извращенкой — это уж слишком жестоко!

От того, что у Котаро сорвалось с языка, у Юрики в глазах встали слёзы.

— Вот оно как… Значит, для Сатоми-сана я просто извращенка…

Получив неожиданный критический удар, Юрика рухнула на землю и расплакалась.

— Я уже начинаю всё это ненавидеть… Может, хоть на денёк съездить домой…

— Успокойся, юноша! Это ради блага общества! Так мы зарабатываем на жизнь!

— Вот именно! У нас нет никаких задних мыслей!

— Вы на этом зарабатываете?! Да вы закоренелые преступники! И вдобавок посмели довести до слёз Сакураба-сэмпай и Рут-сан?! Изрублю вас в фарш и скормлю рыбам!

В ярости Котаро сократил расстояние до «охотников за призраками». Те, в свою очередь, начали пятиться. Но уже через мгновение отступать им стало некуда.

— Куда это вы собрались?!

— Ой! С-сзади тоже?!

Сидзука заходила с фланга, сжимая в руке деревянный меч. На лбу у неё вздулась вена, а глаза были чернее ночи от ненависти.

— Плохо дело! Рвём когти, Хати!

— Н-не выйдет! Аники, мы полностью окружены!

Если не считать рыдающей Юрики и беззащитных Харуми и Рут, остальные члены группы окружили «охотников за призраками». Котаро сжимал кулаки, Сидзука покрепче перехватила деревянный меч, Теиа призвала от «Голубого Рыцаря» лучевую пушку, а Кириха приказала двум своим ханивам атаковать. Наконец, из-под песка появилась Санаэ — парящая в воздухе и прицеливающаяся неподалёку лежавшим камнем и арбузом.

— Что случилось, Сатоми-кун? Что произошло?

Тут-то на сцене и появились новые союзники Котаро. Шесть участниц общества косплея. Планируя присоединиться к Котаро и остальным, они подошли, нагруженные своими вещами.

— Тут, представьте себе, какие-то извращенцы объявились! Опасно, держитесь подальше!

— Извращенцы?!

— Время от времени они и правда появляются.

— Непростительно!

— Кошмар всех женщин!

Узнав ситуацию, девушки помогли взять «охотников за призраками» в кольцо. Все они были вооружены полными бутылками с водой и готовы были пустить их в ход, если что.

— Там извращенцы.

— Серьёзно?

— Ну, девочки и вправду симпатичные…

— Просто невероятно…

К тому времени и другие отдыхающие обратили внимание и подошли на помощь. Сбежать «охотникам за призраками» уже было некуда.

— Э-это бесполезно…

— Всё кончено…

Оценив обстановку, те оставили попытки заболтать или сопротивляться. И, как и Юрика, расплакались.

— Кстати, мы тут арбузы разбивали. Не желаете присоединиться?

Леденящая душу улыбка Сидзуки стала для двух «охотников за призраками» незабываемым воспоминанием этого лета.

Понедельник, 11 августа

Вволю нарасколовшись с арбузами, Котаро, захватчицы, Харуми, Сидзука и участницы кос-клуба играли до самого заката. К тому времени, как они вернулись в гостиницу, все были вымотаны. Поэтому все решили отправиться на горячий источник и восстановить силы.

— Э-эх… Я снова живой!

Погрузившись в открытый источник, Котаро почувствовал, как усталость просто тает. Загорелая кожа чуть пощипывала при входе в воду, но это не было резкой болью. Скорее — начинался процесс исцеления уставшего тела.

— Комната маленькая, зато горячий источник какой огромный…

Мужская и женская половины онсэна здесь были разделены, поэтому Котаро и девочки разошлись. И поскольку других гостей не было, мужская купальня оказалась в полном распоряжении Котаро. Это было почти как купаться в гигантской ванне. Поскольку вокруг него всегда царил шум, этот большой и тихий источник был как раз тем, что ему нужно.

— Сегодня было весело… если не считать извращенцев. Ох и порезвились мы…

Котаро вспоминал события дня. Отпугнув извращенцев(?), Котаро и остальные — всего четырнадцать человек, вместе с кос-клубом, — провели день все вместе. И не просто купались. Ещё они играли в пляжный волейбол и устроили барбекю.

— И сэмпай со всеми подружилась. Всё прошло хорошо.

Хоть Харуми из-за слабого здоровья и не плавала, Котаро видел, как она, Юрика, Рут и кое-кто из девочек кос-клуба играли на пляже. Она даже немного поиграла в пляжный волейбол вместе с Котаро.

«Главное ведь — когда весело…»

Харуми, склонная к одиночеству, смогла поиграть с целой компанией. Именно этому Котаро радовался больше всего. Именно поэтому, даже после того как Харуми вернулась на свою дачу, он пребывал в прекрасном настроении.

— …!

— …?!

Котаро услышал голоса девочек из Корона-со, доносившиеся из женской купальни. Хоть и через стену, и расслышать толком слов он не мог, но казалось, что они обсуждают что-то все вместе.

— Хе, опять они за своё?..

Обычно Котаро рассердился бы и прикрикнул, чтобы не тревожили других гостей, но сейчас — нет. Было слышно, что говорят они спокойно. Девочки играли весь день и тоже устали.

— Вы там, не увлекайтесь слишком…

Нежась в воде, Котаро начал задрёмывать.

В то самое время, когда Котаро засыпал в мужской бане, девочки в женской обсуждали особенную тему. Без привычного рядом Котаро и наслаждаясь уединением как единственные гостьи бани, девочки естественным образом повели разговор о том, о чём между ними обычно не заходило.

Начали с того, что пожаловались на Котаро. В целом он, конечно, надёжный, но время от времени творил что-то совершенно немыслимое. Возмущаясь этим, девочки с упоением обменивались байками о нём.

— …Вот поэтому, если уж говорить начистоту, я не так уж и привязана к трону. Лишь бы я смогла защитить маму — мне и не нужно становиться императрицей.

Следующая тема выросла как раз из этого. Из-за неожиданного сопротивления Котаро во всех направлениях вторжения девочек шли не по плану. Прошло уже четыре месяца с тех пор, как они появились в комнате 106, и каждая из них начинала беспокоиться по-своему. Но никто не собирался сдаваться — и не собирался именно потому, что у каждой была своя причина не отступать. Разговор к этому вышел сам собой.

— Однако, чтобы защитить мою мать, нынешнюю императрицу, одной лишь принцессой быть мало. Я должна показать, что и сама достойна трона, иначе народ не одобрит моих действий. А тогда меня просто поглотит военная машина.

— То есть комната 106 тебе нужна не ради престола, а ради мамы?

На удивление, Санаэ слушала Теиа без своих привычных подколок и теперь смотрела на неё с серьёзным лицом.

— Именно. Вот почему я ни за что не отступлю.

— Хм, тогда ты отчасти как я.

— Как ты?

И Теиа была столь же серьёзна. У неё и в мыслях не было потешаться над намерениями Санаэ. Её маленькое тело нежилось в воде, и она вопросительно склонила голову к Санаэ.

— Ага. Я должна дождаться папу и маму в комнате 106.

Санаэ села на край горячего источника и заговорила, слегка покачивая ногами. Однако, поскольку она была призраком, взбаламутить воду у неё не получалось, и ноги двигались так, будто никакой воды и не было.

— Когда папа и мама вернутся, они ведь растеряются, если меня там не будет, верно? Поэтому я тоже точно не проиграю. Это ведь мой дом.

— Понятно. Значит, и ты ради родителей… Раз так, и тебе отступать нельзя.

Теиа взглянула на Санаэ с сочувствием. От её обычной агрессии не осталось и следа. Возможно, дело было в том, что она устала. Благодаря этому Санаэ забыла о той неприязни, которая начинала в ней было подниматься.

— В-в таком случае и я не могу отступить! — подала голос Юрика.

— Ты? — скептически спросила Теиа.

— Да врёшь ты, — осадила её Санаэ.

— Я не вру! У меня тоже есть веская причина!

Обычно Юрика в этот момент тут же сдалась бы, но серьёзная атмосфера придала ей решимости. Слегка разволновавшись, она сжала в руках полотенце, с которым играла в воде.

— Мне интересно. Расскажи, Юрика.

Кириха рядом с ней улыбнулась. В горячем источнике её пышная грудь казалась ещё больше обычного. И хотя Кириха прикрывала грудь полотенцем, на лице её играла мягкая улыбка.

— Д-да.

Юрика слегка растерялась от неожиданной поддержки. Но быстро взяла себя в руки и начала объяснять своё положение.

— На самом деле я — волшебница вместо той, кому я обязана жизнью.

— Обязана жизнью?

Сидзука, сидевшая напротив Юрики, озадачилась. С распущенными волосами её с первого взгляда было трудно узнать. Её длинные волосы покачивались, когда она наклоняла голову. У Сидзуки были смутные сомнения в том, что это может означать — быть обязанной жизнью какой-то косплеерше.

— Да. Когда мне грозила опасность, она меня спасла. Но взамен получила серьёзную травму…

Юрика опустила глаза с грустью. Было ясно, что она чувствует себя виноватой за случившееся.

— И ты стала волшебницей вместо неё?

— Вот именно. — Юрика кивнула. — Поэтому я буду охранять мир в этом мире. Мне грустно, что я не могу видеться с семьёй, но это то, что я должна делать.

— Что значит — не можешь видеться с семьёй?

— Если волшебница останется дома, она просто навлечёт на семью неприятности. Поэтому я ушла прежде, чем подвергла их опасности. Моя предшественница тоже сражалась одна.

— Ох… Какое вдохновляющее решение.

«Значит, она уходит из дома, пока не устроила дома проблем из-за своего косплея… И косплеем она занимается, чтобы отплатить за чью-то доброту. Я думала, она совершенно безнадёжная, но, похоже, у неё хоть какой-то характер имеется…»

Даже Санаэ, обычно довольно суровая к Юрике, начала думать о ней получше.

— Понятно. Выходит, и у тебя своя веская причина, — сказала Теиа.

Теиа разделяла чувства Санаэ и с уважением приняла рассказ Юрики. Слегка кивнув Юрике, Теиа перевела внимание на Кириху.

— А тебя что привело на поверхность, Кириха?

— Я, кажется, уже говорила. Я здесь, чтобы вернуть украденное. Вот и всё.

Такой ответ Кирихи Теиа не удовлетворил.

— Прожив несколько сотен лет под землёй, должна же быть причина, почему вторжение на поверхность вы задумали именно сейчас, верно? Почему теперь?

— Какая ты настойчивая… — Под пристальным взглядом Теиа Кириха криво улыбнулась и оставила попытки скрывать причины. — С развитием поверхности у нас, Народа Земли, начала резко сокращаться численность.

— Численность?

— Люди всё сильнее увлекаются модернизированной поверхностью, и наше население всё больше эмигрирует. А одновременно с этим ресурсы под землёй начинают истощаться. С учётом упадка численности и оскудения ресурсов жизнь под землёй через несколько поколений станет невозможной.

Научные достижения клана Кирихи намного превосходили уровень современного общества. В прошлом только гордость за это и удерживала большинство её народа от переселения на поверхность.

Но когда поверхность начала модернизироваться в большом масштабе, подземный мир стал терять для них привлекательность. Многие из подземных жителей начинали тянуться к культуре — прежде всего к искусству и музыке, получившим большое развитие. Всё больше и больше людей отправлялись на поверхность и не возвращались. А по мере того как ресурсы под землёй становились скуднее, эмиграция только ускорялась.

— Однако мы не можем просто сидеть и ждать своего вымирания. Поэтому мы решили выйти на поверхность. Это единственный путь создать плацдарм и снова процветать.

— Но правительства поверхности этого не допустят…

— Верно. Но когда-то жители поверхности вытеснили нас под землю — и это кажется мелочным поводом, чтобы теперь не пробовать.

— Я не особо понимаю, но если не вторгнуться, все останутся без дома, правильно?

— Ха, грубовато, но по сути верно.

В противоположность серьёзности положения, Кириха улыбалась — что только ещё больше запутывало остальных.

— Но ты вроде бы и сама наслаждаешься, Кириха-сан.

— Хоть наш клан и вымирает такими темпами, это не то, что может решить одно только моё поколение. Отступать нам нельзя ни в коем случае, но, с другой стороны, мы не можем давить силой и наносить непоправимый урон. Из-за нашей малочисленности у нас только один шанс.

— Понимаю. Значит, вам нужно медленное, осторожное и неизбежное вторжение, растянутое на долгий срок. Полагаю, сейчас вы как раз закладываете для этого фундамент, верно?

— В самую точку, Теиа-доно.

Клан Кирихи — меньшинство, поэтому их самым большим страхом было получить от жителей поверхности клеймо террористов. Если это случится, их ждёт та же судьба, что постигла множество других меньшинств по всему миру. Но если через несколько поколений им не удастся закрепиться на поверхности, это конец. Поэтому для Кирихи, возглавлявшей вторжение, важнее всего был медленный и неуклонный путь. Если опереться на силу, это может ускорить вымирание.

В каком-то смысле её ситуация была очень похожа на положение Теиа. Если вторжение не поддержано народом, победа ускользнёт.

— При этом — да, я действительно получаю удовольствие от пребывания на поверхности.

— Есть что-то, что тебе хочется сделать, пока ты здесь?

Кириха кивнула на вопрос Сидзуки.

— Мне давно хочется прокатиться на американских горках.

— На американских горках?!

Все, не только Сидзука, были застигнуты врасплох.

— Дело в том, что я однажды уже поднималась на поверхность ещё в детстве. Но тогда не смогла прокатиться — была слишком маленькой, — ностальгически заметила Кириха.

— Так ты поэтому хочешь прокатиться? Для той, кто прожила под землёй, это удивительно хороший вкус.

— Если бы я сказала об этом отцу, он бы отругал, — добавила Кириха и пожала плечами.

Увлечение поверхностью — одна из причин упадка клана Кирихи. Мысль о том, что дочь вождя хочет прокатиться на американских горках, была в известной мере скандальной.

— По общему впечатлению похоже, что у всех, кто связан с комнатой 106, сложные отношения с семьёй.

К такому выводу пришла Рут, выслушав всех, и Сидзука быстро согласилась.

— И правда, если подумать. Я хочу сохранить Корона-со, потому что моих родителей нет рядом. А Сатоми-кун живёт в комнате 106, потому что не хотел создавать проблемы отцу. Выходит, в этом смысле мы ничем не отличаемся от всех остальных.

По какому-то загадочному стечению обстоятельств они оказались в схожих непростых ситуациях. Они смогли немного лучше понимать друг друга, но в это «понимание» входило и осознание того, почему каждой из них нельзя отступать. Их борьба за комнату 106 была ещё далеко не окончена.

— М-да, всё только усложнилось.

— Никаких сложностей. Я выиграю.

— И я н-не проиграю!

— Я не понимаю, почему Юрика до сих пор не проиграла. Как ни крути, она же совершенно беспомощна…

— Это ужасно — так говорить!

— Н-ну, Нидзино-сан, говорят ведь, что удача — тоже умение…

— Прошу, не сводите всё к удаче!

Женскую купальню наполнили бодрые голоса. Все они были врагами и продолжали бы сражаться, но странным образом каждая сейчас улыбалась. И это потому, что в глубине души они знали: они и враги, и подруги одновременно.

— Вперёд, Хати.

— Понял, Аники.

И именно в эту мирную минуту «охотники за призраками» приступили к своему плану Б.

— Хм…? А-а? Что?

Котаро проснулся от шума, долетавшего из женской половины бани.

— Не-е-е-е-е-е-ет, и-извращенцы! Подглядываете!

— Негодяи! Явились сюда, чтобы осквернить моё благородное тело?!

— О-они пытались меня лапать! Эти мужчины хотели схватить меня за грудь!

— Карама, Корама, защитите Рут! Рут, сюда!

— Хватит уже, а?! Вы что, маньяки?!

— А-а-а, ну всё! А мы ведь как раз в девичью болтовню вошли!

Он отчётливо слышал все шесть голосов, и все шесть почему-то клокотали от ярости.

— Что там творится-то?

Только что проснувшийся Котаро решительно не понимал, что происходит.

— Э-это недоразумение! Мы не подглядываем! Ваши обычные тела нам вообще без надобности!

— Именно! Нам нужно только поймать и запереть ту маленькую девчушку, чтобы всласть с ней поразвлекаться!

Прорывались сквозь шум и два знакомых мужских голоса. Но мысли Котаро были ещё в тумане, и он никак не мог припомнить, где слышал их прежде.

— А-а-а! С-Сидзука, м-можно я их разнесу?! Я ни за что не прощу им такие слова в мой адрес!

— Валяй! Сегодня особый случай! В первый раз было ошибкой отпустить этих отморозков подобру-поздорову!

— Голубой Рыцарь! Выдвинуть противопехотный лучевой излучатель высокой когерентности!

— Карама, Корама, разверните поле усиления духовной энергии!

— Слушаюсь, хо! Поехали, Корама!

— Пришло время нашей совершенной формации! Хо!

— Вау-у-у-у-у-у-у, конец нам!

— Аники! Ани-и-ики!

— Уми-и-и-ирайте! Извращенцы!

Из женской половины полыхнула вспышка света.

— Ого!

Тут же двое обугленных мужчин вылетели наружу и шлёпнулись прямо перед Котаро.

— Это те типы с пляжа…

Утирая брызнувшую ему в лицо воду, Котаро наконец вспомнил, где видел этих двоих прежде. В горячем источнике теперь плавали те самые извращенцы, что пытались днём похитить Теиа на пляже.

— А вы молодцы, раз снова сунулись после взбучки, которую получили днём. Это я вам зачту…

Какими бы подлыми ни были их намерения, за одно только упорство Котаро был готов отдать им должное.

— М-молодой человек, что у-у-у этих девчонок с вами-и-и…?

— Да я и сам с ними мучаюсь.

— П-понимаю…

Но дальше упорство их уже не понесло. После того как девушки снова отбуцкали их до полусмерти, ни на что большее их не хватало.

— Буль-буль-буль…

— Передавай привет…

Котаро смотрел, как двое мужчин медленно погружаются на дно горячего источника.

— Ух, совсем поздно стало.

Котаро вышел из бани только спустя какое-то время после девочек. Поскольку в мужской половине он оказался один, ему пришлось изрядно повозиться, чтобы вытащить оттуда охотников за призраками.

— Я вернулся.

Из-за этого девушки должны были добраться до комнаты задолго до него. Но, подойдя к номеру, Котаро не услышал никаких весёлых голосов. Стояла странная тишина.

— …Чудно. Они уже давно должны были вернуться.

Котаро наклонил голову, снял тапочки и вошёл в комнату.

— С возвращением, Котаро.

В комнате была одна только Кириха. Свет был погашен, и в темноте слабый лунный свет, пробивавшийся через окно, освещал её силуэт — она сидела на подоконнике. Юката и прекрасные чёрные волосы развевались от дувшего с улицы ветерка. Кириха смотрела на ночное море. Но даже глубокой ночью море не было чернильно-чёрным: та же луна и тот же свет звёзд, что озаряли Кириху, озаряли и воду.

«А, вот почему свет выключен…»

Зажги Кириха лампы — и мягкое сияние, скользившее по водной глади, уже не было бы видно. Её профиль на фоне окна казался до странности умиротворённым, но ещё мягче становилось её лицо, когда она опускала взгляд на то, что держала в руке. А в руке у неё была небольшая карточка из старой карточной игры. Когда-то у карты был металлический блеск, но время не пощадило её, и почти весь лоск с неё сошёл. На поверхности было что-то написано от руки. Кириха провела по строчкам пальцем, и её ясная улыбка с лихвой возмещала утраченный блеск карты.

«Наверное, эта карта ей очень-очень дорога…»

Выражение лица Кирихи, нежные движения её пальцев, её торжественный взгляд — всё это говорило Котаро, что она вспоминает что-то, связанное с этой карточкой. У него тоже были вещи, с которыми переплетались дорогие ему воспоминания, так что он, казалось, понимал, что сейчас чувствует Кириха.

«Но что это такое? Мне и смотреть на неё — спокойно…»

Котаро видел улыбку Кирихи каждый день. Она очень старалась улыбаться. Но та улыбка, которую он видел сейчас, отличалась от всех, что она показывала ему прежде. Эта улыбка задела в Котаро какую-то внутреннюю струну. Она заставила его опустить защиту.

— Что такое, Котаро? Почему ты стоишь там?

Кириха прервала тишину. Она посмотрела на Котаро и улыбнулась — той же самой улыбкой, какой смотрела на карту.

— А, э-э…

Признаться, что любовался ею, Котаро не мог, поэтому запинаясь принялся искать предлог. К счастью, предлог был у Кирихи в руке.

— Эта карта, похоже, тебе очень дорога, вот я и подумал: что это такое?

— Мне это не идёт, правда? Я и сама это прекрасно понимаю, но никак не могу с ней расстаться, — сказала Кириха, снова опустив на карту печально-сладкую улыбку.

Но Котаро покачал головой.

— И не надо расставаться. Это же твоё сокровище, разве нет?

— Котаро…

Кириха взглянула на Котаро с подозрением. Его слова её озадачили.

— Что такое, Кириха-сан?

— Я думала, ты посмеёшься надо мной, если увидишь, что я ношу с собой такую ерунду, так что немножко удивилась.

— Неважно, кто ты, Кириха-сан. Я ни за что не стал бы смеяться над чьими-то дорогими воспоминаниями. К тому же у меня самого есть припрятанные вещи в том же духе, — беспечно сказал Котаро.

Пока он говорил, на губах Кирихи снова появилась та самая загадочная улыбка. Она снова задела что-то глубоко в душе Котаро.

— …Спасибо, Котаро.

— Спасибо спасибом не кормят, знаешь ли.

Котаро попытался скрыть смущение, но Кириха покачала головой.

— Ничего страшного. Я и так уже получила от тебя достаточно.

— Э-эй…

Котаро уже не мог скрыть своего замешательства. Это была не та Кириха, к которой он привык. В ней сейчас было что-то искреннее, что-то прозрачное. Атмосфера вокруг неё стала совершенно другой. Она нравилась Котаро, хотя он знал, что расслабляться рядом с ней нельзя.

— Эту карту мне давным-давно подарил человек, которого я любила. Но с тех пор я его не видела…

— Хочешь снова его увидеть?

— Хочу… Но я не знаю, что я сделаю, если мы встретимся.

Обычно Кириха умела строить планы, но мысль использовать собственные воспоминания в таком духе ей в голову не пришла. А значит, это был первый раз, когда она показала Котаро кусочек своего настоящего лица. Это было неосознанное «спасибо» ему за то, что он не посмеялся.

«Она снова меня дурит? Вроде бы нет, но… Нет-нет, это ведь Кириха-сан. Надо быть начеку. Но разве это глаза лгуньи?..»

Однако Котаро никак не мог этого узнать. Его сбивало с толку то, как она раскрылась.

— А, вот вы где! Котаро и Кириха, вы тоже пошли с нами!

— Уа?!

Внезапное появление Санаэ так напугало Котаро, что ему показалось, будто сердце вот-вот остановится. Как бы то ни было — только Кириха занимала в эту минуту его мысли.

— А-а, это просто Санаэ…

— Что с тобой, Котаро? Рожа какая-то странная. Противно аж.

— О-оставь меня в покое.

«Она права, это не в моём духе. Наверное, после моря я стал чересчур добродушным…»

Хотя появление Санаэ сильно напугало его, оно же вернуло его в реальность.

— Короче, там пинг-понговый стол нашёлся, пошли играть! У нас турнир!

— О, это интересно.

Санаэ и остальные не возвращались так долго потому, что по дороге обратно обнаружили стол для настольного тенниса. Кириха же, задумавшись о чём-то своём, вернулась в комнату одна.

— Пойдём, Санаэ!

— Есть, сэр!

Услышав про пинг-понг, Котаро — любитель спорта — утащил Санаэ за собой и вылетел из комнаты. И вот уже Кириха снова осталась в номере одна.

— …Странно. Зачем я всё это рассказала Котаро?

Кириху саму удивило то, как она раскрылась перед Котаро. Пусть она и была рада, что он не смеялся над её картой, но, думая о битве за комнату 106, она понимала: любое откровение — гиря на её же ногах. И всё же она не смогла промолчать. Где-то в глубине души ей хотелось ему рассказать.

— Какая беспечность. Словно мы с ним поменялись местами…

Кириха пыталась захватить комнату 106, вкрадываясь в сердце Котаро. И вот вместо этого Котаро пробирался в её сердце.

— Видно, это и называется «стратег, перехитривший самого себя». Хи-хи-хи…

Но, что бы она ни говорила, ни о чём Кириха не жалела.

Котаро и остальные легли спать уже за полночь. В обычный день они засиделись бы ещё дольше, но сегодня после целого дня возни все валились с ног. К тому же впереди было ещё два дня моря. Поэтому вместо того, чтобы пересиливать себя, все решили как следует отдохнуть.

Но семерым спать в такой маленькой комнате было не так-то просто. И дело было не только в тесноте. Жара тоже не помогала. После долгого совещания, как всех разместить, решили, что Санаэ будет спать под потолком, а Юрика, проигравшая в «камень-ножницы-бумагу», — в спальном мешке. Вопрос с размещением удалось уладить, но с температурой это ничего не решило. К счастью, рядом с морем к часу ночи в комнате стало достаточно прохладно, чтобы заснуть. А к двум часам все уже спали мёртвым сном. Никто и не подозревал, что все напасти этой ночи только начинаются.

— …Мм… А-а-а…?

Первой странность заметила Рут. Попытавшись перевернуться и приподняться, она обнаружила, что не может пошевелиться. Ей казалось, будто всё её тело окутывает что-то тёплое.

— Фу-у… Фу-у…

Она чувствовала, как чьё-то дыхание раз за разом касается её щеки. Запах незнакомого мыла для тела щекотал ей нос.

«Что же это такое, интересно?..»

Она понятия не имела, что на ней такое, но пока горячее дыхание ласкало её щёку, Рут позволила себе немного отпустить напряжение и ощутила странное чувство свободы. Ей хотелось вверить себя этому мощному теплу.

— Это моё… — шепнул ей на ухо мужской голос.

Когда загадочное тепло, навалившееся на Рут, обвилось вокруг неё, она почувствовала ещё более глубокое спокойствие.

«Мужской голос…»

Но именно это осознание мигом разбудило Рут окончательно.

— Ч-что это…?!

Открыв глаза, Рут первым делом увидела фигуру мужчины, нависшего над ней. В голову сразу полезли те извращенцы с пляжа и из горячего источника, и Рут вся сжалась.

«М-меня, что, с-снова атакуют?!»

Рут почти парализовало от страха и неожиданности. Крикнуть она не могла и лишь смотрела снизу вверх на мужчину, навалившегося сверху. Тут в окне мелькнул слабый свет и осветил его лицо. Благодаря этому Рут смогла узнать его.

— …А? С-Сатоми-сама?!

Это было лицо Котаро. Едва узнав его, Рут тотчас отпустило всё её напряжение.

— Ах, это всего лишь вы, Сатоми-сама… Пожалуйста, не пугайте меня так… Ох, право же…

Рут облегчённо вздохнула и снова приблизила свою щёку к его щеке. На мгновение к ней вернулось прежнее тёплое ощущение безопасности. Она наслаждалась дыханием Котаро на своей коже — пока наконец до неё не дошло.

— …Постойте! Сатоми-сама?!

Рут снова напряглась. Полностью осознав положение, она ощутила, как в голове пусто и как отказывает здравый смысл.

— С-Сатоми-сама желает меня… желает… А-а-а!

Теперь Рут не боялась так, как тогда, когда думала, что на неё напал какой-то извращенец. На этот раз её переполняло сильнейшее удивление и смущение… с легким оттенком радости.

— Ч-ч-что же мне делать?! Я н-не готова! Сатоми-сама, это слишком внезапно!

— Никому не отдам…

Едва эти слова сорвались с губ Котаро, как он ещё крепче сжал Рут в объятиях.

— Ф-фу-а-а-а-а… — в тот же миг из её тела как будто разом ушли все силы. — Е-если вы говорите такие вещи, я с ума сойду!

Выросшая в знатной семье и всю жизнь проведшая в обществе одних только девушек, Рут не была готова к подобной ситуации. Будь это человек, которого она ненавидит, всё решилось бы довольно просто, но она имела дело с Котаро — человеком, который ей скорее нравился.

А потом Котаро приблизил к ней своё лицо. Интуиция Рут подсказывала ей, что он сейчас её поцелует, и она невольно вспомнила, как воображала себе поцелуй с Котаро ещё у шатра с лотереей.

— Э-это… при таком раскладе я… я…!

«Х-хорошо ведь, правда?! Мужчина, который меня хочет, обнял меня так, что не вырваться. Ведь это не просто мои своекорыстные фантазии, правда?!»

Поддавшись зову собственного бьющегося сердца, Рут наконец уступила. Она приподняла подбородок и закрыла глаза, отвечая Котаро.

«Слава богу… Это и правда было моё недоразумение… Я-то думала, ему всё равно, как я выгляжу в купальнике… Но он и правда видит во мне женщину…»

— Нашёл я это дерево, Макензи. Хочешь жука — иди ищи своё дерево…

К сожалению, Котаро видел в Рут вовсе не женщину, а большое дерево, усыпанное жуками.

— А?..

В этот миг в голове Рут снова стало пусто.

— Хе-хе-хе, ни одного тебе не отдам…

— О-он просто спит?..

Наконец Рут всё поняла.

Спал Котаро из рук вон плохо. Во сне он вечно катался во все стороны — об этом свидетельствовало то, что Рут каждое утро на него наступала. На этот раз Рут просто подвернулась ему под руку. Он вцепился в неё потому, что принял её за дерево.

— В этом году я тебя сделал, Макензи… Бвахахаха…

— Ему нужна не я, а… жуки?

Бешено бьющееся сердце Рут, противоречивые чувства «меня желают», предвкушение поцелуя… — всё оказалось лишь её собственным недоразумением. Эта реальность была слишком жестока для Рут.

— Н-не-е-е-е-ет! Этого не может бы-ы-ыть!

Рут принялась вырываться — и от правды, и от Котаро. Она отчаянно пыталась оттолкнуть его от себя и принялась громко кричать.

— З-землетрясение, что ли?.. Чуть не накрыло…

— Не-е-е-е-е-е-ет!

Котаро принял барахтанье Рут под собой за землетрясение и, в ответ на «толчки», ещё крепче вцепился в неё. Но это не остановило Рут. Сколько бы она ни пыталась, Котаро во сне просто позволял ей таскать его за собой, не разжимая хватки.

— Кя-а-а-а!

— Ух!

— Кя-я-я! К-кто это сейчас меня за грудь хватал?!

— Ч-что?! Что происходит?!

Котаро и Рут теперь катались по всей комнате. Они повалили Юрику, нечаянно схватили за грудь Сидзуку, перекатились по лицу Теиа. Избежали катастрофы только Кириха, уловившая шум, и Санаэ, спавшая под потолком.

— Отлично, пошли, Хати!

— Есть, Аники!

Но у некоторых людей дар выбирать худший момент. Двое незадачливых охотников за призраками были отличным тому примером.

— Сатоми-кун, извращенец!!

— Умри-и-и-и! Заплатишь за это жизнью!

— Дурацкий Сатоми-сама!

Охотники за призраками планировали пробраться в комнату, когда все заснут. Но стоило им только подлезть к окну, как их разметало залётным зарядом.

— Х-Хати… Ч-что это сейчас было…?

— К-кто ж его знает? Но мы кое-что поняли, Аники.

— Что?

— Надо дождаться, когда эта призрачная девчонка останется одна…

— Я-я как раз о том же подумал… Эта работёнка нас угробит при таком раскладе…

Оба отлетели к основанию гостиницы и там потеряли сознание. Так и провалилась их третья попытка.

— Что ты творишь, Сатоми-кун? Возьми себя в руки. Ты вообще знаешь, сколько сейчас времени? Господи…

— Мне правда очень жаль. Оправданий нет. Я совсем забыл, что во сне веду себя как чёрт знает кто…

Было уже половина третьего ночи. При включённом свете Котаро без конца извинялся перед девушками.

— И что же за сон был, что ты прокатился по всей комнате?

— Ну, мы с Макензи охотились на жуков, и тут внезапно землетрясение. Я изо всех сил вцепился в дерево, и вот, похоже, именно в этот момент я и начал кататься.

— Тряс только ты сам, ногами по полу. Вот же ты дурак… И вообще, зачем в твоём возрасте жуков ловить?

— Но там же был здоровенный жук, больше восьми сантиметров. Как мужчина, я просто не мог…

— Сатоми-сама, хватит про жуков! Это действительно неприятно!

— П-простите.

Девочки злились, но особенно злилась Рут, которой пришлось кататься вместе с Котаро. Настолько, что её обычная кротость казалась теперь иллюзией. Не сердились только Кириха, которая вообще не пострадала, да Юрика, которая отрубилась в отключке.

— Эй, плебей, — Теиа дёрнула Котаро за рукав.

— Что?

— Что ты сделал с Рут? Это ненормально, чтобы она так злилась. Ты точно только обнимал её и катался по комнате?

— Ну, вроде бы да, только это…

Котаро, естественно, понятия не имел, почему Рут так зла. Всё, что он делал, — это ловил жуков.

— Хмм, как необычно… Впервые вижу, чтобы Рут злилась на кого-то, кроме меня, в таких масштабах.

— Дело плохо…

— Когда она в таком состоянии, лучше всего оставить её в покое. На то, чтобы она остыла, уйдёт неделя.

— Ваше Высочество! Сатоми-сама! О чём вы там шепчетесь?!

Глаза Рут горели гневом.

— Н-ни о чём.

— Н-ничего, совсем ничего.

Оба спасовали перед Рут.

— …Не тяни меня за собой.

— Не будь эгоисткой. Ты первая со мной заговорила.

— Вы меня слушаете, а?!

Санаэ лучше всех понимала, что происходит.

— …

Причиной было и то, что она была ближе всех к Котаро, и то, что она была призраком. С лёгким отстранённым взглядом наблюдателя она довольно чётко видела, кто к кому как относится.

«Теиа и Рут заинтересованы в Котаро… Мне надо срочно что-то сделать, иначе Котаро поладит с ними лучше, чем со мной».

— Что с тобой, Санаэ? У тебя странное лицо.

— К-Котаро?!

Но как раз Котаро и прервал ход мыслей Санаэ.

— Прости. Ты ведь тоже злишься, правда? — извиняясь, спросил он.

— Я, вообще-то, не злюсь. Я же не из пострадавших.

— Да? Тогда почему у тебя такое лицо?

— А тебе-то какое дело?! В конце концов, мы ведь просто враги!

«В конце концов, мы ведь просто враги…»

Санаэ была поражена собственными словами.

Котаро и Санаэ были врагами. В конце концов, один из них должен был уйти. Эта неизбежная реальность тяжело ложилась на чувства Санаэ.

По сравнению с ними Котаро и Теиа врагами строго говоря не были. Теиа охотилась за комнатой 106, но в конечном счёте она пыталась сделать Котаро своим вассалом. Выгонять Котаро ей было не нужно.

Все знали это с самого начала, но для Санаэ сейчас это оказалось слишком.

— Да, ты права. Мы и правда враги. Как ты сказала. — Котаро пожал плечами и больше не сказал ничего.

— Да, ты прав. Мы и правда враги…

Слова Котаро пронзили Санаэ, хотя она и знала, что именно так он ответит. Всё равно было больно.

«Я… я этого не вынесу… Я… схожу с ума…»

Изводимая правдой, от которой никуда не деться, и тревогой, изо дня в день растущей в душе, Санаэ растеряла свою невинную улыбку.

Вторник, 12 августа

На следующий день погода была ясная, и Котаро с компанией снова отправились на море — на свой второй пляжный день.

— Юрика, чем ты занимаешься?

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш!

Котаро возвращался к их зонтику с купленным якисобой в руках, когда увидел, как Юрика нервно озирается и, перебежками прячась, крадётся среди людей. Она и так-то всегда выглядела подозрительно, но сегодня это было куда хуже обычного.

— Ты играешь, будто на тебя вражеские девочки-волшебницы напали?

— Да не это! Я просто не хочу, чтобы меня нашли ребята из кос-клуба!

Котаро предположил, что это просто часть косплея, но Юрика всего лишь пыталась улизнуть от общества косплея. Её подозрительное поведение было именно для того, чтобы их обойти.

— Почему?

— Кос-клуб хочет меня поймать и потащить на тот самый Комиху послезавтра!

— А ты сходи, в чём проблема?

Тогда и в комнате 106 будет поспокойнее.

— Не хочу.

— Но там же будут твои подруги, разве нет?

— Не-е-ет! Зачем вы меня так дразните, Сатоми-сан?!

— Дура, они тебя найдут, если будешь так орать.

— Т-точно…

Юрика пригнулась и скрылась за какими-то камнями, продолжая прятаться. Её план состоял в том, чтобы сидеть в засаде, пока общество косплея не сдастся.

— Вот что значит отрицание реальности…

Глядя, как Юрика исчезает из виду, Котаро открыл коробку только что купленной якисобы. Аппетитный запах жареной лапши заструился из тонкого пластикового контейнера.

— Вот это дело. Невозможно быть на море и не попробовать этого!

Котаро тут же отправил кусок якисобы в рот, и густой вкус соуса растёкся по нёбу. Все блюда в пляжных закусочных заправлены довольно сильно — расчёт на то, что у большинства после морской воды вкус соли притуплён.

— Хочешь попробовать, Санаэ?

Попробовав сам, Котаро на мгновение перестал есть и похлопал себя по плечу, приглашая Санаэ.

— …Не хочу, — пробормотала Санаэ, уставившись в песок. Она даже не попыталась посмотреть на Котаро.

«Не сработало, значит…»

Котаро слегка расстроился от такого ответа. На самом деле он купил якисобу именно потому, что хотел поговорить с Санаэ.

Санаэ вела себя странно с самого утра. Почти ничего не делала — просто хандрила, уставившись в какую-то точку с мрачным лицом. Время от времени она украдкой поглядывала на Котаро. Когда он это замечал, она тут же отводила взгляд.

Санаэ всегда была энергичной и улыбчивой, так что её подавленное состояние делало атмосферу вокруг компании Котаро немного натянутой. Только благодаря обществу косплея, которое не знало о Санаэ, настроение окончательно не испортилось.

— Ну что с тобой, в конце концов? Ты так с самого утра.

— Да оставь меня в покое… Тебе-то какое дело? Мы же враги! — угрюмо отвернулась Санаэ.

— Хоть мы и враги, но когда ты в таком состоянии…

— Я сказала, оставь меня в покое! Не лезь ко мне! Странно было вообще ладить друг с другом, если мы враги! — закричала Санаэ Котаро, и на её глаза навернулись слёзы.

«Санаэ, ты…?»

Котаро больше поразили её слёзы, чем слова. Она злилась и грустила, но в глазах её было отчаянное «попроси о чём-нибудь». К сожалению, Котаро не мог понять, о чём именно. Он никак не мог представить, что творится в её голове.

Пока Котаро не мог выдавить ни слова, Санаэ встала и повернулась к нему спиной. Увидев это, Котаро наконец выдавил из себя хоть что-то.

— П-постой, Санаэ, разговор ещё не…

— Всё! Если не оставляешь меня в покое, я просто уйду куда-нибудь ещё!

Но в конце концов Санаэ не стала слушать Котаро и ушла. Будучи способной проходить сквозь людей, Санаэ быстро оставила между собой и Котаро приличное расстояние.

— Да что с ней такое?

Держа в руках якисобу, Котаро вздохнул. Он никак не мог сообразить, отчего она так поникла. Единственное, что приходило на ум, — их ночной разговор. Но они ведь всего лишь сказали друг другу, что они враги. То, что они заключили перемирие, этого не меняло. Оба прекрасно понимали, что в конце концов должны будут прогнать друг друга, так что он не мог представить, что именно это и задело её.

— Не помирился, Сатоми-кун?

— Да, провалился, хозяюшка, — сказал Котаро, подняв голову и кивнув Сидзуке.

Та подошла, а за ней шли Теиа и остальные. Они тоже беспокоились за Санаэ.

— На что Санаэ так злится? — Теиа посмотрела туда, куда ушла Санаэ, и чуть заметно вздохнула.

— Мне показалось, Санаэ-сама скорее плакала, чем злилась.

— Мне тоже так показалось. Нужно что-то сделать, и побыстрее, Котаро.

— Вот именно. Пока Санаэ в таком состоянии, мы не можем ничего решать насчёт комнаты 106.

— Да, я знаю, но я не знаю, что делать…

Как и девочки, Котаро смотрел туда, куда умчалась Санаэ. С тех пор как её улыбка исчезла, у него на душе было неспокойно. Ему хотелось что-то с этим сделать, но невозможность что-то придумать его злила.

— Эх, сдаюсь! Одним думаньем ничего не решишь!

Котаро, который и так не очень-то умел думать, попросту махнул на это рукой.

— Хозяюшка, я пойду искать Санаэ. Увидимся.

«Сначала действовать, потом думать» — таков был девиз Котаро.

— Хорошо, удачи, Сатоми-кун.

Котаро оставил свои вещи с девочками и отправился искать Санаэ.

В одиночку Котаро двинулся в ту сторону, куда ушла Санаэ. Она ушла вдоль берега, так что Котаро принялся пробираться через пляж, набитый людьми. Через какое-то время толпа отдыхающих постепенно поредела. Он дошёл до каменистой части берега — сюда купаться не ходили.

— Уф-ф…

Котаро вдохнул свежего воздуха, удалившись от толпы. Идти по камням было неудобнее, но одно то, что здесь никого не было, уже делало дорогу легче.

— Сатоми-кун! — позвал его голос.

Посмотрев в ту сторону, откуда донёсся зов, он увидел на волноломе знакомый зонтик от солнца. Харуми махала ему рукой.

— Сакураба-сэмпай!

Котаро помахал Харуми в ответ и взобрался к ней.

— Здравствуй, Сатоми-кун.

Харуми встретила Котаро улыбкой, видя, каким запыхавшимся он взобрался на волнолом. На ней было светло-голубое летнее платье — не то, что вчера. Единственное, что осталось прежним, — её зонтик.

— З-здравствуйте, Сакураба-сэмпай. Я знаю, это внезапно, но Са…

«Я знаю, это внезапно, но Санаэ пропала. Вы её не видели?» — хотел было сказать Котаро, но осёкся. Харуми ведь не видит Санаэ — вопрос её бы только запутал. По какой-то причине Санаэ видели только те, кто был связан с комнатой 106.

— Сатоми-кун?

— А-а, нет, ничего. Я просто подумал — что вы делаете в таком тихом месте, Сакураба-сэмпай?

— Вообще-то дача моей семьи неподалёку.

Казалось, Харуми ничуть не смутило то, что Котаро посреди фразы переменил вопрос. Она лишь улыбнулась и указала на горную дорогу у неё за спиной, вдоль которой выстроились несколько больших домов, одним из которых владела её семья.

— Понятно.

— А вы, Сатоми-кун? Что вы делаете в таком безлюдном месте?

— Ну, это…

Котаро поколебался, стоит ли ей говорить, но быстро решил признаться во всём. Если не считать того, что Санаэ — призрак, причин скрывать не было.

— Вообще-то, я поругался с одной из подруг, с которыми приехал на море.

— Ах, вот как… — Харуми широко раскрыла глаза от удивления и тут же приняла озабоченный вид.

— Эта подруга куда-то сбежала, и я сейчас её ищу.

— Понятно… — Харуми печально опустила взгляд. Чувствуя переживания Котаро, она была обеспокоена даже из-за совсем незнакомого ей человека. — Сатоми-кун, если вы не против, можете рассказать, из-за чего вы поссорились? Может быть, я чем-то смогу помочь.

— Сакураба-сэмпай…

Предложение Харуми Котаро встретил с радостью. Ему показалось, что ответ на его затруднение она и в самом деле может подсказать.

— Вообще-то, я сам не знаю, — признался он.

— Не знаете?

— У меня есть предположение, но проверить, оно ли это на самом деле, мне никак не удастся…

— И что же это?

— Когда я честно сказал, что мы с ней не ладим, её это, похоже, задело.

Вместо «мы враги» Котаро сказал «мы не ладим» — так Харуми было проще понять.

— Правда…

— Но ведь это и есть наши отношения. Мы и раньше об этом спорили, так что я не думаю, что именно из-за этого она сейчас расстроилась.

С самого первого дня Котаро и Санаэ бодались как враги. Пусть по ходу дела они и заключили перемирие, обстоятельства в конечном счёте не поменялись. Они по-прежнему обзывали друг друга и грозили выгнать друг друга. Котаро не понимал, с чего это вдруг Санаэ могла бы обидеться.

— Понимаю… Но, может быть, её это всё-таки задевает.

Харуми смотрела на ситуацию иначе. Выслушав объяснения Котаро, она пришла к другому выводу.

— Вы так думаете?

— Да. Скорее всего… — Харуми слабо улыбнулась и принялась объяснять так, как мать журит ребёнка. — Мы с тобой в одном клубе, верно?

— Да, вы постоянно мне очень помогаете.

— Но ведь это же можно сказать и так… — Харуми помедлила и посмотрела Котаро прямо в глаза. — «Мы совершенно чужие люди, которые просто случайно оказались в одном клубе».

Её слова прозвучали для Котаро ужасно холодно. Слышать от неё такое было неприятно.

— Но ведь…

— В каком-то смысле это правда.

Харуми склонила голову набок и снова улыбнулась, и в её голос вернулась теплота.

— Если бы ты сказал это при нашей первой встрече, я бы почти не обратила на это внимания.

Всё ещё улыбаясь, она положила руки себе на грудь, словно прислушиваясь к собственному сердцу.

— Но сейчас мне было бы очень грустно, если бы ты сказал мне что-то подобное. Мне было бы грустно, даже если бы это было правдой.

— …

«Даже если бы это было правдой…»

Эти слова задели Котаро до самого сердца.

— А ты, Сатоми-кун?

— …Да. Меня тоже немного резануло, когда вы так сказали сейчас.

Котаро согласно кивнул словам Харуми. Он знал, что она права.

— Значит, я думаю, и с твоей подругой так же.

Харуми посмотрела на море. Глаза у неё были нежные, но печальные. Как будто она пыталась смягчить чужую боль — чью-то, кому именно сейчас больно.

— «Да, я знаю, что это правда. Сначала я и сама так чувствовала, но со временем эти чувства изменились. Мне просто тяжело думать об этом вот так. Должен быть какой-то другой путь. Я хочу, чтобы он был». Разве не это, возможно, она сейчас чувствует?

— Она…

Котаро об этом и не задумывался. У него не было оснований подозревать, что в Санаэ что-то меняется.

— Но если ты скажешь ей всё как есть, Сатоми-кун, это всё равно что назвать меня совершенно чужой.

— А…

Котаро вдруг вспомнил, что сказала Санаэ.

«Я сказала, оставь меня в покое! Не лезь ко мне! Странно было вообще ладить друг с другом, если мы враги!»

«Санаэ не хотела, чтобы мы были врагами? А я всё равно сказал, что мы враги? И поэтому она разозлилась и ушла?»

— Наверное, ей было тяжело это услышать. Я ведь тоже хотела бы, чтобы Сатоми-кун думал обо мне как о друге. Не хотела бы слышать от тебя, что мы совершенно чужие…

— Так вот в чём дело…!

Слова Харуми словно в точности описывали Санаэ. Котаро понимал: она непременно права.

— И что же мне делать, сэмпай?! Что я должен сказать, чтобы она меня простила?!

Сомнений у него больше не было. Он был уверен, что именно поэтому Санаэ и поникла, — и потому искал ответа у Харуми. Он верил, что она подскажет правильный путь.

— …Я думаю, ты уже знаешь ответ, Сатоми-кун.

Харуми снова улыбнулась. Это была тёплая улыбка, пробуждавшая в Котаро сочувствие.

— Сатоми-кун, ведь ты тоже теперь чувствуешь не совсем то, что раньше, правда?

— Я?..

Когда они встретились впервые, Котаро видел в Санаэ только врага. Она была злым духом в его комнате. Но за прошедшие месяцы эти чувства постепенно отступили.

«Правда не изменилась. Мы по-прежнему враги, но не только. Иначе бы у нас не было перемирия. И она бы не вселялась в меня. А раз я этого не понял, то она…»

— Я понял! Спасибо вам огромное, Сакураба-сэмпай! Я побежал!

— Хорошо. Я буду молиться, чтобы вы помирились.

Найдя свой ответ, Котаро сорвался бегом. Он даже не оглянулся на Харуми, которая смотрела ему вслед. Определив следующую цель, он помчался прямо к ней. Такая прямолинейная решимость была одним из лучших качеств Котаро.

— Сатоми-кун…

Но в глазах Харуми, провожавшей его взглядом, была грусть. Это не были глаза старшей, смотрящей на младшего, побежавшего мириться с подругой. Когда Котаро окончательно скрылся из виду, она вздохнула.

— «Думай обо мне как о друге…»

Харуми и правда хотела, чтобы Котаро думал о ней как о друге. Этого нельзя было отрицать. Так она чувствовала уже давно.

— Но…

Но сейчас дело было уже не только в этом. Было что-то ещё… По крайней мере, ей хотелось, чтобы было. И она не заметила, как именно это стало правдой её сердца.

— Я… трусиха… и лгунья…

Она не могла быть честной так, как велела быть Котаро. И это было грустно и больно ей самой.

Пока Котаро уходил от Харуми, Санаэ сидела в одиночестве. Она сидела на небольшом обрыве — чуть дальше вглубь той же каменистой части берега, где был Котаро. Хоть обрыв и был невысок, с него открывался прекрасный вид на море.

— Дурак Котаро… Ты даже не понимаешь, что я чувствую…

Но Санаэ, которая сидела, обхватив колени, этой красотой не любовалась. И ни крики чаек, ни шум волн, разбивающихся о скалы, до неё не долетали.

— Но почему же мне так одиноко и грустно?..

Санаэ слишком глубоко ушла в раздумья о своих отношениях с Котаро. Они были врагами. После ссоры с Котаро она ещё раз в этом себе призналась, но почему-то ощутила от этого глубокую печаль.

— А ведь я же, когда мы только встретились, сама хотела его выгнать…

Хотя они и должны были быть врагами, она сама не заметила, как думать об этом стало для неё больно. Ей не верилось, что она начала чувствовать вот так.

Очевидный факт, что они враги, перестал казаться ей очевидным. Она путалась в собственном изменившемся сердце. И, захлестнутая эмоциями, выместила их на Котаро и сбежала от него. Она знала, что он не сделал ничего плохого. Для Котаро было естественно считать её досадой и злым духом. Она сама к этому всё и привела. Но, понимая это, она всё равно не могла сдержать свои чувства.

— Надо просто снова стать такой, какой я была до того, как встретила Котаро. Он ведь… в конце концов враг…

Раздавленная тяжестью своего одиночества, Санаэ казалась совсем крошечной, сидя так, обхватив колени. Она снова тяжело вздохнула. Она сбилась со счёта, сколько раз уже вздохнула с тех пор, как пришла сюда, но сколько бы она ни вздыхала, этих чувств вздохами было не выдуть.

Но не только Санаэ сейчас вздыхала. Вздыхала и Нидзино Юрика, которая уже некоторое время пряталась неподалёку от того места, где была Санаэ.

— Мои преследователи… исчезли? Слава богу, я наконец оторвалась!

В отличие от Санаэ, Юрика вздыхала с облегчением. Юрика пришла сюда, чтобы сбежать от общества косплея. Если бы они её поймали, её заставили бы пойти на мероприятие послезавтра. Она искренне порадовалась своему мнимому везению.

— Я ни за что не хочу участвовать в этом мероприятии. Если я сделаю что-то такое, Сатоми-сан… А? Это разве не Санаэ-тян?

Тут-то Юрика и заметила сидящую на обрыве Санаэ.

— Что она делает в таком месте?

Поскольку всё утро Юрика отчаянно бегала туда-сюда, о тонкой ситуации между Котаро и Санаэ она не догадывалась. Вид Санаэ в полном одиночестве сбил её с толку. В её представлении было нормально, что Санаэ всегда с Котаро.

— Так, надо разведать.

У Юрики и так не было особых дел, а возвращаться и попасть в руки обществу косплея ей не хотелось. Хотя с призраками она управлялась неважно, к Санаэ она в последнее время попривыкла. Особых причин избегать её уже не было. И вот Юрика ступила на камни и направилась к Санаэ.

— А?

Но на подходе Юрика заметила, что к Санаэ приближается кто-то ещё.

— Н-нехорошо! Может, это мои преследователи!

Первой реакцией Юрики был страх, что её всё-таки выследили члены общества косплея, так что она развернулась и спряталась за ближайший камень.

— Аники, вот он, идеальный шанс! М-мы уже почти богаты!

— Спокойно, Хати. Большой шанс требует большой осторожности.

— Вот это Аники! На вас всегда можно положиться!

— Да я, пожалуй, слишком крут для этой работы.

Но у Юрики не было повода волноваться. К Санаэ приближались именно двое охотников за призраками. После трёх провалов они дождались, пока Санаэ останется одна. И вот наконец они переходили к делу.

— Цель одна, и мы отлично подготовились. Если провалимся сейчас, станем посмешищем. Рассчитываю на тебя, Хати!

— Есть!

Пока они ждали, когда Санаэ окажется в одиночестве, они основательно подготовились. Их снаряжение и план на этот раз были безупречны. Они были уверены, что всё сработает.

— Занимай позицию, Хати!

— Есть!

И они набросились на Санаэ.

Санаэ поняла, в какую беду попала, только когда что-то белое заволокло ей обзор.

— Ч-что это?!

Санаэ со всех сторон окутал белый дым.

Это была дымовая шашка, изготовленная охотниками за призраками. Они использовали ветви, украденные со священных деревьев, чтобы сделать дымовую шашку, способную создать дымовую завесу, ослепляющую призраков.

— Ч-что вообще происходит?! — выкрикнула Санаэ между приступами кашля.

Благодаря морскому бризу дымовая завеса продержалась недолго. Но к тому времени, как Санаэ снова смогла видеть, охотники за призраками уже готовили следующую атаку.

— Даже после смерти мне не сбежать от цепей свободной экономики…

— А что поделать? От денег, пропитанных остаточной аурой человеческих страстей, слишком сладко отказываться.

— О-о да. Буду выкладываться на полную. Хочу набить брюхо чем-нибудь хорошим.

— Я тут на днях съел долларовую купюру — просто невероятно вкусно. Интересно, можно мне зарплату выдавать долларами?

Пока Санаэ была ослеплена дымовой завесой, её успели окружить какие-то призраки.

— К-кто все эти типы?!

Санаэ полностью окружили больше двадцати призраков. Судя по виду, все они были разного возраста и разного рода занятий. Словно случайная толпа людей разом превратилась в призраков.

— Вперёд, злые духи! Отрабатывайте зарплату!

На самом деле это были низкооплачиваемые злые духи, которых охотники за призраками наняли, чтобы поймать Санаэ. Призраки были их последним козырем.

— Нет, самый изысканный деликатес — это банкноты страны с гиперинфляцией. Ценность у них почти нулевая, а вот остаточная энергия на них — просто потрясающая.

— Ух, я только слышу — и слюнки текут…

— Стоит раз попробовать — и к деньгам экономически стабильной страны уже никогда не притронешься.

— Правда? А я так думаю, что и в стабильной стране есть свои неповторимые застрявшие одержимости — вроде провала на бирже или любви к женщине. Лично мне такое по вкусу.

— Какой утончённый вкус… Послушал вас — и самому захотелось…

— Хватит трепаться, вперёд!

— Слу-у-шаемся!

Пока Санаэ всё ещё пыталась сообразить, в какой ситуации оказалась, призраки напали со всех сторон.

— Кя-а-а! Не-е-е-ет! Идиоты! Извращенцы! Уроды! Куда это вы лапы тянете?!

— …Кажется, я сейчас делаю что-то реально нехорошее.

— А мы и вправду не делаем что-то плохое?

— Ну так она же ещё совсем девчонка.

— Да не переживай. Мы же как-никак злые духи.

— И то верно.

Окружённую со всех сторон, без возможности убежать, Санаэ злые духи быстро схватили. Они держали её за руки и за ноги, не давая пошевелиться. И когда Санаэ оказалась обездвижена, охотники за призраками приблизились со своими сачками для насекомых.

— Похоже, всё получилось, Аники!

— Когда мы берёмся за дело всерьёз — такая мелочь нам не соперник!

Их четвёртая попытка шла в точности по плану.

Но у мытарств Санаэ был свидетель. Это была Юрика, которая приняла охотников за призраками за своих преследователей.

— С-Санаэ-тян…?!

Услышав шум и решив, что это не могут быть члены кос-клуба, Юрика высунулась из-за камня, за которым пряталась. Она с трудом могла поверить тому, что увидела на краю обрыва.

— О-отпустите! Я сказала, отпустите меня!

Толпа призраков обступила Санаэ и удерживала её против её воли. Она отчаянно пыталась вырваться, но призраки были слишком сильны — у неё не было ни шанса.

— Всё, конец! Ты нам попалась, и мы тебя продадим!

— Как это — продадите?!

— Я никогда не видел такого стабильного призрака с такой мощной духовной энергией. За такую, как ты, знаток отвалит немало!

— Вы вообще не пара извращенцев?!

— Что вы такое говорите после всего этого?!

— Мы охотники за призраками! Охотники за головами, специализирующиеся на ловле призраков!

«Охотники за призраками?! Не может быть! Это же прямо как из какого-нибудь аниме. Да ну, не бывает такого…»

Сперва Юрика не поверила своим ушам, но её как молния поразила внезапная догадка.

«Да не так уж и странно, что они существуют. К тому же девочки-волшебницы существуют, так что это совсем не странно. И вообще, в отличие от Сатоми-куна, я людям верю!»

Юрика передумала — в основном назло Котаро.

— Н-н-но что мне делать?! Надо спасти Санаэ-тян! Но там столько призраков! Я-я-я-я не знаю, что делать!

Хотя она им и поверила, как справляться с этим, Юрика понятия не имела. Она хотела спасти Санаэ, но ужасно боялась призраков. Стоило ей только на них взглянуть — она вся задрожала, а ноги отказывались её слушаться.

— Н-но если я ничего не сделаю, Санаэ-тян…!

— Кя-а-а-а!

Пока Юрика раздумывала, что делать, Санаэ поймали в один из сачков для насекомых.

— Не-е-ет! Спасите! Кто-нибудь!

— Бесполезно. Никто к тебе не придёт.

— Твои друзья где-то там развлекаются. И рядом точно нет никого, кто мог бы тебя услышать. Просто сдавайся.

— Ни за что! Я не хочу, чтобы меня продавали!

Но именно крики Санаэ о помощи наконец вывели Юрику из ступора.

— Я пойду спасать её! Я боюсь призраков, но от страха толку никакого! Сакураба-сэмпай точно бы пошла её спасать!

Юрика собрала всё своё мужество. Как раз знакомство с Харуми давало ей силу в такие моменты. Даже сейчас ей вспоминались слова, что Харуми сказала во время клубного марафона с препятствиями.

«Я не могу проиграть сама себе! Я хочу стать сильнее, как Сакураба-сэмпай!»

В ответ на мужество, которое Юрика в себе вызвала, её тело снова обрело способность двигаться. Усилием воли она заставила окоченевшее тело идти вперёд.

— Всё, я смогу!

Наконец дрожь унялась, и она смогла двигаться свободно.

«Я призову Ангельский Нимб, преобразуюсь и спасу Юрику-тян!»

Юрика мысленно представила, что будет дальше, и протянула правую руку, чтобы призвать свой посох.

— Явись! Ангельс…

— Нашли тебя, Юрика-тян!

— Председательница, мы её нашли! Юрика-тян здесь!

Однако возникла непредвиденная помеха. Общество косплея, гонявшееся за ней, наконец её отыскало.

— Схватить её!

По приказу председательницы кос-клуба остальные пятеро участниц разом прыгнули на Юрику.

— О-о нет! Н-не в такой же важный момент!

Юрика попыталась увернуться, но было уже слишком поздно. Её лишили свободы так же, как и Санаэ.

— Отлично, тащим её в отель. Будем подбирать наряды в тон!

— А вы оказались правы, председательница, что взяли запасной костюм!

— В подготовке никогда нет лишнего!

— Постойте, постойте, Санаэ-тян… Санаэ-тян похищают!

— Санаэ-тян?

Отчаянный крик Юрики не упал на пустое место. Кос-клуб огляделся в поисках девочки, которую Юрика назвала «Санаэ-тян», но увидели только двух подозрительных мужчин с сачками для насекомых на обрыве. Ни злых духов рядом с ними, ни Санаэ, попавшуюся в сачок, они не видели.

— Тут никого нет.

— Да есть же! Видите, эти мужчины поймали девочку на самом краю обрыва!

— А? Там только двое мужчин. Ты уверена, что тебе не показалось?

— Стоп-стоп-стоп! Все, смотрите! Это же те извращенцы со вчерашнего дня!

— Фу, мерзость. Пойдёмте отсюда, девочки. Не хочу с ними связываться. И главное — тащите с собой Юрику!

— Слу-у-шаемся!

По приказу председательницы члены кос-клуба проворно связали Юрику верёвкой.

— Пожалуйста, подождите. Если мы не спасём Санаэ-тян, случится что-то ужасное!

— Да нет же тут никакой Санаэ-тян.

Несмотря на отчаянные мольбы Юрики, члены кос-клуба и слушать её не хотели. А закончив вязать, они ещё и заткнули ей рот кляпом.

— М-м, мм-м! Мм-м!

После этого Юрика уже ничего не могла поделать. Её подвесили на длинный шест и понесли — ни дать ни взять, добыча первобытных людей.

— М-м-м, мм!

— Потерпи, Юрика-тян. Мы скоро развяжем верёвку и нарядим тебя.

— М-мм-м! М-мм-м-м!

И с уведённой Юрикой Санаэ осталась совсем одна.

— Выпустите меня отсюда!

Санаэ переложили из сачка в какой-то загадочный прозрачный сосуд. Он был цилиндрический, примерно полметра в диаметре и метра два высотой, и сделан будто бы из стекла. Однако сосуд был прочный — несмотря на то, как Санаэ колотила по нему, он не шелохнулся. К тому же она не могла пройти сквозь его стенки. На самом деле это был инструмент, шедший в комплекте с сачком для насекомых. А точнее — контейнер для транспортировки пойманных призраков.

— Да сдавайся уже. Мы тебя поймали.

— Ты едешь в продажу.

— Я не хочу! Не хочу никуда ехать! Котаро! Котаро!

Именно тогда, когда, казалось, всё шло хуже некуда, с уст Санаэ сорвалось имя Котаро. Санаэ продолжала колотить по контейнеру изнутри, зовя Котаро.

— Спаси меня, Котаро!

Но её мольбы до него так и не долетели.

Пока Санаэ уносили, Котаро лишь приближался к этому месту. Опоздай он чуть меньше — услышал бы её крики в тот самый миг, когда её похищали. Увы, они разминулись буквально на волос. Но это вовсе не значило, что надежда потеряна.

— О, да это же Сатоми-кун! Какое странное место, чтобы встретиться!

— Да это же кос-клуб! Что вы все делаете тут, в такой глуши?

Когда Котаро направлялся в сторону, куда похитили Санаэ, он столкнулся с обществом косплея, возвращавшимся обратно.

— Смотри, смотри, Котаро-кун! Мы поймали добычу!

— Мх! Мм-м, мм-м-м!

— Ю-Юрика?!

«Добычей» была не кто иная, как Юрика. Её тащили на длинном шесте, будто готовили на вертеле. Котаро на мгновение лишился дара речи, потому что всё это выглядело до того… до того в стиле Юрики.

«Вот как, Юрику-таки поймали… Покойся с миром…»

Вспомнив, что общество косплея за ней охотилось, он мысленно сложил ладони в молитве.

— М-м, мм-м! Мм, мм-м-м!

Но тут Юрика вдруг принялась вырываться. Она что-то кричала, отчаянно извиваясь.

— Кя-а-а, Юрика-тян! Это опасно, если будешь так дёргаться!

— Не ёрзай, Юрика-тян!

От рывков Юрики держащие шест члены кос-клуба зашатались. Она продолжала извиваться, несмотря на то что её просили не дёргаться. Более того — только сильнее дёргалась.

— М-м, мм-м-м, м-м!

Юрика молила Котаро глазами так, будто вот-вот перекусит свой кляп пополам.

— М-м, м-м-м-м! М-м-м-м!

— Юрика?

«Она что, пытается что-то сказать?»

Почувствовав, что что-то тут не так, Котаро заглянул ей в глаза. Это были не глаза того, кто затаил обиду, и не глаза того, кто зовёт на помощь. Похоже было, что она что-то страстно его о чём-то умоляла.

«Что это с Юрикой? Она сама на себя не похожа…»

Раз уж Юрика ведёт себя так странно, Котаро захотелось с ней поговорить. Да и было у него к ней один вопрос.

— Извините, но я хотел бы поговорить с Юрикой наедине, буквально минуту.

— М-м-м!

Глаза Юрики засверкали от слов Котаро. Она выразительно закивала в его сторону.

«Так и есть, что-то случилось…»

Глядя на её поведение, Котаро стало не по себе.

— Наедине? Это что-то серьёзное?

— Да, в общем-то. Это очень личный разговор — о подруге.

Котаро хотел не только выслушать её, но и спросить о том, где Санаэ. Однако присутствие общества косплея только усложнило бы дело, так что он решил не раскрывать им всего.

— М-м! М-м!

Уловив намерения Котаро, Юрика кивнула и подыграла ему. Увидев это, председательница приняла просьбу Котаро.

— Хорошо. Только не дай ей сбежать, ладно? Мы её наконец-то поймали.

— Понимаю.

— Девочки, опустите Юрику на минуту.

— Слу-у-шаемся!

Члены кос-клуба опустили Юрику на землю, оставив её наедине с Котаро. Когда остальные девушки отошли достаточно далеко, Котаро присел рядом с Юрикой на корточки и положил руку ей на кляп.

— Я снимаю, ладно?

— М-м!

Котаро распутал узлы, и как только снял кляп, Юрика разинула рот так широко, будто собиралась тут же вцепиться ему в руки зубами.

— С-с-сатоми-сан! Похищенные-Сатоми-сан-и-злой-дух-Санаэ-тян — это куча извращенцев!

— …Но из её рта вырвалась какая-то каша, и Котаро ничего не понял.

— Успокойся. Говори как нормальный человек.

— Нет времени успокаиваться!

— Сделай глубокий вдох.

— Л-ладно!

Послушавшись Котаро, Юрика сделала глубокий вдох и немного успокоилась.

— Так что случилось?

— Сатоми-сан, те вчерашние извращенцы похитили Санаэ-тян!

— Ч-что?! Серьёзно?!

— Да! Похоже, их настоящей целью и была Санаэ-тян!

— Но она же поймана, хотя может проходить сквозь стены?! Она же призрак, как?! Похитили?! Как Санаэ?!

Теперь уже у Котаро речь превратилась в бессмыслицу. Только он собрался искать Санаэ из чувства вины за то, что её обидел, — и тут же узнаёт, что её унесли какие-то извращенцы. Теперь и он онемел не хуже Юрики.

— Пожалуйста, успокойтесь, Сатоми-сан! Я вас не понимаю!

— И-извини…

Котаро несколько раз глубоко вдохнул и попробовал заново.

— Но Санаэ же призрак! Как её вообще могли поймать?! Она же проходит сквозь стены, помнишь?! Как они смогли её похитить?!

— На неё навалилась куча странных призраков, а потом они поймали её в сачок для ловли насекомых! Наверняка не простой сачок!

— Но почему именно Санаэ? Кто эти типы?!

— Они сказали, что они охотники за призраками! Сказали, что собираются Санаэ-тян продать!

— Продать Санаэ-тян?!

В этот самый миг Котаро вспомнил о двух их прежних внезапных нападениях.

«Он прав, молодой человек! Нам только и нужно, что поймать ту маленькую девчушку и делать с ней всё, что нам заблагорассудится, прежде чем продать её!»

«Пожалуйста, поверьте нам! Обычные девушки нас не интересуют!»

«Э-это недоразумение! Мы не подглядываем! Ваши обычные тела нам вообще без надобности!»

«Именно! Нам нужно только поймать и запереть ту маленькую девчушку, чтобы всласть с ней поразвлекаться!»

Они раз за разом пытались объяснить это, но Котаро и остальные неправильно истолковывали их оправдания и принимали за извращенцев. На самом деле всё было не совсем так.

— Чёрт возьми! Так вот что они имели в виду!

Хотя в этом, разумеется, не было вины ни Котаро, ни остальных. Кто бы поверил, что есть люди, зарабатывающие продажей призраков? Это было почти так же нелепо, как те вещи, которые болтала Юрика.

— Ты ведь не врёшь, Юрика?

Пусть он теперь и почти ей верил, убедиться стоило. Котаро не настолько наивен, чтобы верить в охотников за призраками только потому, что кто-то говорит об их существовании. То, что он какое-то время уже жил бок о бок с призраком, в этом смысле ничего не меняло.

— Конечно! Вы же и так не верите, что я девочка-волшебница! Не буду же я ещё сильнее подрывать свою репутацию ложью!

Но услышав ответ Юрики, Котаро охотно согласился. «Не буду же я ещё сильнее подрывать свою репутацию ложью!» — эти слова, надо сказать, звучали на удивление убедительно.

— Ты права. Прости, что засомневался, Юрика.

Котаро склонил голову перед Юрикой в искреннем извинении. Такого серьёзного Котаро Юрика видела впервые.

— Всё в порядке, но меня почему-то это жутко бесит!

А дело было в том, что Котаро готов был поверить в реальность охотников за призраками, но никак не в девочек-волшебниц. Получалось, что чем серьёзнее он сейчас извинялся, тем очевиднее было, что в девочек-волшебниц он верить не собирался.

— Теперь я понимаю, почему Санаэ-тян вечно бесится! А-а-а, ну честное слово! — ворчала Юрика от чистой ярости. Реакция Котаро злила её безмерно.

— Так, Юрика, ты хоть знаешь, куда они её утащили?

— А? …Н-нет, не знаю. Я только видела, что её унесла толпа призраков. А потом меня саму связали и унесли.

Юрика всё ещё лежала связанная и катилась по земле.

— Толпа призраков?.. Вот оно! Юрика, ты точно уверена, что с ней была куча призраков?

— Да! У тебя есть какие-то хорошие идеи?

— Наверное! Ну всё, я побежал, Юрика! Спасибо, что рассказала! — сказал Котаро, поднимаясь.

— Ах, постойте, Сатоми-сан!

— Увидимся позже! Я побежал спасать Санаэ!

Котаро бросился бежать. Его целью, разумеется, было спасение похищенной Санаэ. Если он её не спасёт — он не сможет и извиниться.

«Держись, Санаэ! Я иду тебя спасать!»

Когда Санаэ похищали, её слова до Котаро не дошли. Но теперь, благодаря Юрике, он всё равно об этом узнал.

— Постойте! Не только Санаэ-тян спасайте! И меня тоже! Пожалуйста, спасите! Я обязательно пригожусь!

— Не надо себя мучить. Ты же боишься призраков, верно? Важно намерение. И твоя информация очень помогла. Правда, спасибо тебе, Юрика! Я обязательно потом отплачу за услугу!

Что бы там Юрика ни говорила, Котаро лишь улыбнулся ей и побежал прочь. Он искренне благодарил её за то, что она предложила помочь, пусть и будучи всего-навсего косплеершей. Именно поэтому он и не хотел её в это втягивать.

— Вы меня неправильно поняли! Я не про это! Отплатите за услугу сейчас! Не оставляйте меня, Сатоми-са-а-ан!

Жалобный крик Юрики разнёсся по пустынной каменистой бухте.

— Ю-у-урика-тя-а-ан! Ты закончила болтать с Сатоми-куном?

— Не-е-е-е-е-ет!

На этот раз уже голос Юрики так и не долетел до Котаро.

Ворвавшись в номер в гостинице, Котаро принялся рыться в своей сумке. Поскольку был уже вечер, Теиа, Кириха, Сидзука и Рут к этому времени вернулись в комнату. Но Котаро даже не взглянул на них.

— Я ведь знал, что положил — на всякий случай! Он должен быть…

Странное поведение Котаро озадачило девочек, и они переглянулись.

— Сатоми-кун, что случилось? Ты поговорил с Санаэ-тян? — спросила от имени всех Сидзука.

— Послушайте, хозяюшка, Санаэ-тян похитили те извращенцы! — ответил Котаро, продолжая рыться в сумке.

— А?!

— Что?!

— Эти типы?!

— Это правда, Котаро?!

Девочки все разом опешили. Они поспешили окружить Котаро и потребовали объяснений.

— Да, никаких сомнений! Юрика видела, как они похитили Санаэ! Сказали, что они охотники за призраками или вроде того! Этим извращенцам с самого начала нужна была Санаэ!

— Юрика? А ты уверен, что она снова не валяет дурака?

Узнав, что источник — Юрика, Кириха высказала сомнения. У Юрики не было никакого кредита доверия.

— Не похоже было. Да и зачем ей врать, когда у неё и так не осталось репутации, верно? Захоти она нас одурачить, придумала бы что-нибудь получше.

— Ты совершенно прав. Какой бы дурой она ни была, она не стала бы делать то, что окончательно уронит её положение.

— Ваше Высочество, это вы уже, пожалуй, слишком…

Именно потому, что у неё вовсе не было кредита доверия, все сейчас ей и поверили. Даже Рут, пытавшаяся заступиться за Юрику, в глубине души чувствовала что-то похожее.

— Нашёл! Если есть вот это…!

И тут Котаро нашёл в сумке то, что искал. Это был бумажный пакет из известного универмага. Он схватил пакет и резко встал. Девочки, склонившиеся над ним, отшатнулись. И прежде чем они поняли, что происходит, Котаро уже мчался к двери.

— Я иду возвращать Санаэ!

Не дав им даже секунды на ответ, он исчез.

— Ах, погоди, Сатоми-кун!

— Рут, мы тоже идём.

— Как прикажете, моя принцесса.

— Карама, Корама, за мной.

— Мы этого момента ждали! Хо!

— Пошли спасать Санаэ-тян! Хо!

Вскоре следом за Котаро из комнаты выбежали и девочки.

В бумажном пакете, который Котаро забрал с собой, лежала часть экзорцистских средств, подаренных ему Сидзукой в первую неделю учебного года. Амулеты и прочую утварь Котаро взял с собой как раз на всякий случай.

«Может, и из-за этого Санаэ было так обидно…»

Котаро задумался о пакете в своей руке, засовывая туда ладонь. В глубине души он понимал, что Санаэ не настолько опасна, чтобы тащить против неё экзорцистские средства. Если бы он так считал, он не позволял бы ей ежедневно в него вселяться. И всё же он взял эти штуки с собой… просто потому, что она была врагом. Но после всего, что сказала Харуми, Котаро понял: Санаэ наверняка было противно видеть этот пакет.

— Но зато сейчас я рад, что захватил это с собой!

Котаро вытащил из пакета одно из экзорцистских средств. Оно напоминало старомодный радиоприёмник, обёрнутый в дешёвый пластик. На упаковке значилось: «Набор для обнаружения призраков — „Для ищущих-2006“».

— С этим я смогу найти Санаэ!

Этот «Для ищущих-2006» был набором для обнаружения призраков, выпущенным три года назад. Хотя это была старая модель, близкая к сроку годности, которую Сидзуке когда-то подарил знакомый, оккультная индустрия всё ещё придавала ей большое значение. К тому же производила его та же компания, что делала сачки, которыми пользовались охотники за призраками.

Котаро собирался использовать «Для ищущих-2006», чтобы найти Санаэ. Прибор не мог отличать одного призрака от другого, но благодаря сведениям Юрики Котаро знал, что с этой парой была целая толпа призраков. Он собирался при помощи устройства выследить большую группу призраков — и так найти Санаэ.

— Так, поглядим… «Пожалуйста, зажгите прилагаемые благовония и поместите их в верхнюю центральную часть аппарата. Эти благовония служат антенной. Пожалуйста, используйте только прилагаемые благовония».

Котаро прочитал инструкцию и подготовил устройство к работе. Как и положено популярному среди фанатов товару, даже у новичка вроде Котаро всё устанавливалось легко. Осталось только нажать пусковую кнопку.

— Ну что ж…

Котаро сглотнул. Если это не сработает, он потеряет единственную зацепку. С каждой секундой он всё сильнее нервничал, медленно подводя палец к кнопке «Пуск».

— Пожалуйста, сработай…

Готовясь ко всему и будто молясь, Котаро надавил на кнопку. Та легко поддалась, и тут же устройство издало громкий звук.

— Что?!

«Для ищущих-2006» устроил у Котаро в руках маленький взрыв — ударную волну получил весь его торс.

— Кхе-кхе, кхе… О-оно взорвалось?! Кхе-кхе-кхе…

От вдохнутого дыма Котаро зашёлся в кашле. К счастью, взрыв был не особо сильным, и Котаро не пострадал. Однако «Для ищущих-2006» обуглился и был частично разрушен.

— Н-но почему оно взорвалось?!

Котаро несколько раз глубоко вдохнул и выпалил свои возмущения. Разумеется, он не ждал настоящего ответа, но так уж вышло, что именно его и получил.

— Похоже, сломался осциллятор духовной энергии, хо!

— Тонкий осциллятор столько лет — ну никак не выдержал духовную энергию, хо!

— Ты и правда попытался использовать его, несмотря на возраст, Котаро.

— Кириха-сан…

Ответы пришли от Кирихи и двух её ханив. Она подняла «Для ищущих-2006» и подошла к Котаро с улыбкой.

— Прости, Сатоми-кун. Это всё потому, что я дала тебе старые вещи, у которых вот-вот истечёт срок годности…

За Кирихой стояла Сидзука. Она поочерёдно бросала виноватые взгляды на «Для ищущих-2006» и на Котаро.

— И вы тоже, хозяюшка?

«Почему они вдвоём здесь?»

Котаро не понимал, с чего это вдруг Кириха и Сидзука пришли сюда, и только тупо смотрел на них.

— И что же ты теперь собираешься делать, Котаро? Ты же собирался этим искать Санаэ?

— Найти призраков при помощи наших технологий невозможно. Надо искать другой способ.

— Даже Тюльпан и Рут-сан? — Котаро удивлённо раскрыл глаза.

— Не беспокойся. Предоставь это мне.

— Курано-сан, у тебя есть идея?

— С-стойте, все вы пришли, чтобы помочь?

Котаро был сбит с толку. Он удивился даже тому, что появились Теиа и Рут, но ещё больше — тому, что они собираются помогать искать Санаэ.

— Верно, Сатоми-кун. Санаэ-тян для тебя почти что младшая сестрёнка, так что, конечно, мы должны её спасти.

— Хе-хе. Раз уж ты потерял единственную зацепку, это отличный шанс обзавестись долгом-другим. Почему бы мне не воспользоваться таким случаем?

— Ты ведь рано или поздно станешь моим вассалом. Я не могу позволить тебе просто так бросаться в опасность. Дать тебе умереть — значит подмочить мне репутацию.

— Я просто… Если вы не против, я буду помогать, сколько вы пожелаете, Сатоми-сама… Т-точно! Я же должна отплатить за купальник! Это за купальник!

У каждой из четверых девушек были свои причины, но все они собирались спасать Санаэ.

— Спасибо. Пожалуйста, помогите мне, ребята!

В обычной ситуации Котаро, наверное, отказался бы, но сейчас он с благодарностью принял их помощь. В его положении другого выбора и не было.

— Предоставь это мне, Сатоми-кун! Я не прощу этих призрачных извращенцев-преследователей!

Сидзука изобразила, будто закатывает рукава. Вид у неё был самый что ни на есть боевой.

— Обещай мне одно, Котаро, — что, когда мы вернёмся домой, ты купишь и мне купальник.

Кириха озорно улыбнулась. Тем не менее Котаро разглядел в её глазах мягкий взгляд.

— Хе-хе-хе, смотри внимательно, плебей. Они ещё пожалеют, что сделали меня своим врагом! Узрите моё величие!

Теиа сверкнула свирепой улыбкой, достойной хищного зверя. Котаро знал, что Теиа не такой уж и тиран, какой пыталась казаться, но одно было ясно: она беспокоится о Санаэ.

— Предоставьте это мне, Сатоми-сама! Я помогу вам, чем смогу!

Котаро не удивлялся, что искренняя Рут хочет помочь, но на самом деле у неё была другая причина. То, что он этого не заметил, — и удача, и горе разом.

— Ну, Кириха-сан, ты говорила, у тебя есть идея… — сказал Котаро, сразу переходя к делу. На благодарности времени не было.

— Именно. Карама, Корама, это на вас.

Кириха кивнула, и оба ханива подошли к Котаро.

— Котаро, мы отсканируем это сломанное устройство и повторим его! Хо!

— Так можно?!

— Предоставь это нам, хо! По сравнению с нами эта машина довольно проста! Повторить её схемы духовной энергии — пара пустяков! Хо!

— Тогда, пожалуйста, сделайте это!

— Есть, хо!

— Начинаем сканирование, хо!

Исполняя просьбу Котаро, оба ханива уставились на «Для ищущих-2006» в руках Кирихи. Из их обычно пустых глаз вырвался красный свет. Это были направляющие лучи для сканирования. Ханива — это сочетание современной науки и духовной энергии. Котаро всегда относился к ним с долей подозрения, но сейчас он реально на них рассчитывал.

— Сканирование завершено! Хо!

— Подготовка завершена! Хо!

Вскоре они вновь повернулись к Котаро. Красный свет из их глаз исчез, и они вернулись к своему обычному виду. Но, проанализировав машину, они даже слегка усовершенствовались.

— Котаро, хо! Усилить функцию? Хо!

— Усилить?

— Её легко воспроизвести, хо! Можем подключить наш резерв и поднять мощность, хо! Мы вот такие умельцы, хо!

— Оценочно можем поднять функцию на 168 процентов! Хо!

— Тогда делайте! Я хочу найти Санаэ как можно быстрее!

— Тогда начали, хо! Детектором буду я, хо!

— А я усилитель, хо! Используем синхронный режим — сцепление систем! Хо!

Оправдывая название синхронного режима, оба ханива действовали как одно целое. Работая в паре, они могли функционировать как единая машина.

— Устанавливаем коэффициент усиления на 168 процентов, хо!

— Начинаем эмуляцию, хо! Активируем штатную работу детекторных цепей! Хо!

Оба ханива принялись воспроизводить функции «Для ищущих-2006». И тем самым взрыв тоже был усилен на 168 процентов. Исполнено было великолепно.

— Вы что, полные идиоты?! Это-то воспроизводить не нужно было!

Снова угодив в эпицентр взрыва, Котаро был обожжён и обуглен в самых разных местах. Однако ярость Котаро полыхала жарче огней взрыва.

— Простите! Хо! Мы забыли починить неисправные узлы, хо!

— Мы не хотели ничего дурного! Хо! Сейчас переделаем! Хо!

И вот, пусть и с небольшой задержкой, Котаро и остальные отправились спасать Санаэ.

Вторник, 12 августа

Дверь громко заскрипела, когда Сатоми Коутаро потянул её на себя. В нос ему ударил запах пыли, царивший в особняке.

— Итак, ханивы, вы уверены, что это именно то место?

— Никаких сомнений, хо! Мы фиксируем целую толпу призраков, хо!

— А ещё мы чувствуем духовную энергию Санаэ-тян, хо! Она находится где-то поблизости, хо!

Сатоми Коутаро и его спутники прибыли к старому особняку в западном стиле, расположенному в конце ряда вилл. Поскольку все остальные виллы были первоклассными и прекрасно сохранившимися, этот дом выделялся как белое пятно на фоне остальных. Его стены треснули и начали крошиться, окна были разбиты, а сад зарос сорняками. Уже сам его архаичный облик привлекал внимание, но из-за полного запустения он омрачал всю округу. К тому же, когда солнце село и стемнело, он стал похож на декорацию из фильма ужасов.

— Помимо призраков, я ощущаю присутствие людей внутри.

Сидзука заглянула в открытую дверь и осмотрелась.

— Правда? А я ничего подобного не чувствую.

Сатоми Коутаро тоже огляделся, однако так и не понял, что имела в виду Сидзука под «присутствием».

— Взгляните-ка туда, Сатоми-кун. Свежие следы.

— Ага, вы правы...

Поскольку особняк был покрыт пылью, следы на коридоре отчётливо выделялись. Раньше Сатоми Коутаро не понимал, о чём речь, но теперь увидел, что эти следы действительно свежие. Старые следы обязательно покрылись бы тонким слоем пыли, из-за чего их контуры стали бы размытыми.

— Заброшенный особняк, к которому никто не решается подойти, толпы призраков, следы Санаэ и свидетельства недавнего посещения людьми... Никаких сомнений. Это именно то место.

Проанализировав всю полученную информацию, Кириха пришла к вполне логичному выводу. Сатоми Коутаро с ней согласился.

— Вопрос лишь в том, заметили ли нас находящиеся внутри извращенцы. И нет ли там каких-нибудь ловушек.

— Ты слишком много переживаешь, Рут. Если появятся ловушки, мы их просто уничтожим.

Тея ухмыльнулась, оттолкнула Сатоми Коутаро и Сидзуку в сторону и смело вошла в особняк. Она шагала вперёд без страха перед любыми опасностями.

— Это опасно, Тюльпан. Мы не знаем, на что они способны.

— Это касается обеих сторон. К тому же, постоянно оставаться в обороне — не в моём стиле. «Подавлять и наступать», — вот мой девиз.

— Всё равно ты слишком безрассудна.

— Если так считаешь, то прикрой мне спину. Это твой долг как вассала.

— Хорошо, понял.

Обычно Сатоми Коутаро бы накричал на неё, но на этот раз послушался.

— Хе-хе, похоже, ты наконец осознала своё место.

— В этот раз я это прощу, и только в этот раз.

Тея счастливо оглянулась назад, а Сатоми Коутаро достал из бумажного пакета с экзорцистским снаряжением предмет, годящийся в качестве оружия. Он выбрал палку, на которой висела бирка с надписью: «Ограниченная серия: священный сук, ветка кипариса». Сатоми Коутаро схватил её обеими руками словно биту и несколько раз помахал ею для тренировки.

— Очередное оружие, подходящее лишь для варваров...

— По крайней мере, я не пускаю в ход космический линкор при каждом удобном случае.

Черные устройства уже возвышались над плечами Теи; на них были закреплены мощнейшие огнестрельные системы. Все вооружение, которым она пользовалась, являлось частью её космического боевого корабля под названием «Голубой Рыцарь».

— Надеюсь, до настоящего боя не дойдёт...

Учитывая обстановку, Рут также получила полное боевое снаряжение, аналогичное Тее. Однако вместо огнестрельного оружия у неё имелись массивный меч и щит. Поскольку она происходила из рода рыцарей, ей было удобнее пользоваться именно таким вооружением. Тем не менее даже мечи и щиты с их родной планеты представляли собой высокотехнологичные предметы.

— Карама, Корама, выйдите из режима синхронизации и приготовьтесь к бою.

— Принято, хо!

— Начинаю зарядку духовного оружия! Хо!

Кириха отдала приказ своим ханивам готовиться к сражению. Сама она не имела при себе оружия, однако благодаря боевым способностям подчинённых ей существ в этом не было необходимости. Тем не менее безоружная Кириха выглядела крайне беззащитной, поэтому Коутаро протянул ей бумажный пакет.

— Кириха-сан, пожалуйста, воспользуйтесь одним из этих предметов.

— Благодарю вас, Коутаро. Тогда я возьму вот это.

Кириха улыбнулась и достала оттуда тамагуси. В своём наряде она выглядела как настоящая жрица синтоизма, держащая этот предмет в руках. Однако странным образом это не производило впечатления косплея, как в случае с Юрикой. Вероятно, такое ощущение возникало из-за её невозмутимого поведения.

[Примечание: Тамагуси — особый оберег, изготовленный из ветки дерева, украшенной бумажными полосками; используется во время синтоистских ритуалов.]

— Как только завершите подготовку, следуйте за мной, парни! Скоро начнётся битва!

— Тюльпан, возможно, вообще не будет никакого боя.

— Ты слишком наивен, простолюдин! Эти извращенцы обязательно будут уничтожены.

— Хм... Ну, пусть будет так.

Когда все приготовления завершились, Коутаро и остальные последовали за Теей в глубины особняка. Обычно они поступали по-своему, однако на этот раз объединились ради общей цели. В начале знакомства подобное едва ли могло бы произойти, но теперь никто не придавал этому значения.

Оружие над плечами Теи начало стрелять один за другим. Она вызвала с корабля «Голубой Рыцарь» мощные скорострельные пушки, и бесчисленные пули устремились к целям. Ими оказались доспехи и плюшевые игрушки, находившиеся внутри особняка; они были буквально разнесены на куски градом выстрелов.

— Хм, слишком просто. Я ожидала большего от этих двигающихся доспехов и игрушек.

— Не говори ерунды, Тюльпан. Твоё оружие попросту слишком мощное!

Тея стреляла не ради развлечения. Пока Коутаро и остальные исследовали особняк, доспехи и игрушки внезапно ожили и напали на них. Однако они даже не успели приблизиться, как были уничтожены колоссальной огневой мощью Теи.

— Ах, ну надо же... Что бы случилось, если бы внутри находились люди?

Увидев разрушенные декоративные рыцарские доспехи и плюшевых медведей, Коутаро невольно содрогнулся при мысли о том, как бы пострадали люди в подобной ситуации.

— Это было бы крайне печальным происшествием.

Однако Тея даже не выказала ни малейшего раскаяния, чем поразила Коутаро до глубины души.

— Ну же!

— Не стоит так волноваться, простолюдин. Разве тебе не приятно наблюдать за моим великолепием?

— Даже близко не подошли!

— Всё в порядке, Сатоми-сама. Я внимательно слежу за любыми признаками жизни.

— А? Правда?

Сатоми Коутаро мгновенно замер на месте.

— Моё оружие управляется данными, которые передает Рут в качестве авангарда. Оно специально настроено так, чтобы не поражать людей.

— Ты шутишь?!

— Да как я посмею шутить на такую тему! За кого вы меня вообще принимаете?!

— Понятия не имею! За человека, который время от времени пытается меня убить!

— Кстати, Кириха, а где Санаэ? Раз сейчас началась атака, значит мы уже близко к цели, верно?

Как только спор стал складываться в пользу Коутаро, Тея поспешно сменила тему разговора.

— И даже не слушает...

— Сатоми-сама, — тихо обратилась Рут к Коутаро, когда он окончательно устал от выходок Теи. — Пожалуйста, сегодня доверьтесь Её Высочеству. Возможно, это трудно понять, но она тоже беспокоится за Санаэ-сама.

— ...Хорошо.

По особой просьбе Рут Коутаро согласился отступить. Он в общих чертах уразумел истинные чувства Теи. Если бы ей было всё равно, она бы никогда не стала помогать.

— Карама, Корама, как думаете?

— О! Скорее всего, она под землёй, о! Я чувствую под собой огромную пустоту, о!

— Прямо впереди есть лестница, ведущая вниз, о!

— Под землёй, значит? Идеальное место для укрытия какого-нибудь мелкого негодяя.

— Ой, это прямо про меня.

Услышав слова Теи, Кириха горько усмехнулась. Поскольку и сама она пришла из подземелья, слова Теи относились и к ней тоже.

— Э — это просто фигура речи! Я вовсе не хотела оскорбить ваш дом!

Хе-хе, Тюльпан явно сильно нервничает.

Видя, как Тея отчаянно оправдывается, Коутаро немного повеселел.

Пока Коутаро и остальные четверо продвигались вперёд, за ними наблюдали охотники на призраков, скрывавшиеся под землёй.

На самом деле лишь верхняя часть особняка пришла в запустение и разрушение. Подвал же содержался в чистоте и порядке. Используя обветшавший фасад особняка как прикрытие, они устроили там свою базу.

Каждая сторона подземной базы простиралась минимум на двадцать пять метров в длину. Высота потолка достигала пяти метров, так что помещение получилось очень просторным. Оно было таким большим, потому что изначально задумывалось как комната отдыха. В нём до сих пор оставались бильярдный стол и рулетка.

Охотники на призраков разместили свои вещи именно там, где раньше стояли бильярдный стол и прочее оборудование. У них имелись инструменты для поимки призраков, а также всё необходимое для выживания — например, кровати. Кроме того, они установили мониторы, на которые транслировалась картинка с скрытых камер внутри особняка.

Всего имелось три монитора, но благодаря переключению между каналами можно было наблюдать за всем заброшенным особняком целиком. В данный момент на одном из экранов транслировалось то, как Коутаро и его спутники продвигаются вглубь здания, разрушая всё на своём пути.

— Аники, беда! Похоже, незваные гости обнаружили вход в нашу подземную базу!

— Что?!

Охотник на призраков, следивший за их передвижениями по монитору, закричал, отчего второй охотник, расслабленно сидевший на диване, тут же подбежал к нему.

— Что случилось с теми, кто охранял особняк?!

— Их просто уничтожила та самая маленькая девочка! Доспехи и плюшевые игрушки не смогли им противостоять!

Злые духи овладели этими доспехами и игрушками. Это напоминало способности Санаэ по управлению полтергейстом: они могли перемещаться и атаковать с помощью доспехов, точно так же как Санаэ швыряла энциклопедии в Коутаро.

Однако все эти вооруженные доспехи и игрушки были разорваны на части Теей. В итоге низкоуровневые злые духи оказались практически бессильны.

— Ага, в отличие от нас, они превосходно справляются с физическими атаками...

— Это плохо! Если так пойдет и дальше, они появятся здесь в любую минуту! Что нам делать, Аники?!

— Успокойся, Хати!

Глава группы ударил Хати по голове, когда тот в панике забегал туда-сюда.

— Т-тогда что же нам делать?

Хати замер и уставился на своего лидера.

— Нам не нужно сражаться по их правилам. Именно для такой ситуации мы и готовились. Ведь существовали злые духи, способные воздействовать на людей напрямую, верно? Мы прикажем им выступить и прогнать этих незваных гостей.

— А, вы имеете в виду тех, кто получает более высокую зарплату?

— Почему, по-твоему, мы их наняли?

— Вот это Аники! Я и не догадывался!

— И еще те оружия, которые мы изготовили вчера, верно? Подготовьте их тоже.

— Понял! Сейчас же займусь этим!

Хати тут же побежал в соседнюю комнату. Там располагалось место сбора нанятых злых духов.

Однако помимо охотников на призраков, за монитором наблюдал еще кто-то.

— Коутаро... Ты пришел спасти меня...

Это была плененная Санаэ, все еще запертая в прозрачном контейнере. Охотники перенесли этот контейнер в свой штаб, где ждали появления партнера по сделке. Контейнер с Санаэ стоял в углу комнаты, и оттуда она могла видеть монитор. Беспомощная, Санаэ уже долгое время неотрывно смотрела на экран.

— Коутаро... Это действительно Коутаро...

Когда на экране появился Коутаро, Санаэ показалось, что ее сердце вот-вот остановится... хотя у призрака, разумеется, сердца не было. Она была просто в полном изумлении. Но в то же время она испытала огромное облегчение. После стольких переживаний это чувство заставило ее подкоситься от слабости.

— Д-дура я! Я же решила не сближаться с Коутаро! Почему я испытываю такое облегчение?

Санаэ покачала головой, пытаясь избавиться от этих чувств, но выкорчевать эмоции, укоренившиеся в сердце, оказалось не так-то просто.

[[image:/storage/reader-images/3f1a8f1d18519baf6c4a952ff962745c52a7103d.jpg]]

Санаэ решила относиться к Сатоми Коутаро как к настоящему врагу. Её решимость лишь укреплялась под влиянием чувства беспомощности из-за того, что её поймали охотники за призраками. Однако всё рухнуло в ту самую секунду, когда она увидела Сатоми Коутаро. Она лишь надеялась, что, может быть, хотя бы немного...

Но потом она напомнила себе, что слишком большие надежды лишь принесут ей ещё больше боли.

— Что всё это значит, Сатоми Коутаро?! Если ты считаешь меня врагом, то просто оставь меня в покое! Зачем ты сюда пришёл?!

Санаэ испытывала глубочайшее беспокойство, и именно поэтому не могла отвести взгляд от Сатоми Коутаро даже на экране.

— Вот он — подвал!

Сатоми Коутаро с силой выбил дверь в подвал. Под действием инерции после спуска по лестнице она распахнулась и ударилась о стену. Как только дверь открылась, Сатоми Коутаро и остальные бросились внутрь.

— Вот она! Это Санаэ!

Едва войдя в подвал, Сатоми Коутаро заметил Санаэ. Она находилась в самом дальнем углу, запертая в цилиндрической ёмкости.

— Санаэ! Ты в порядке?!

Сатоми Коутаро крикнул ей, но Санаэ гневно ответила ему:

— Почему вы здесь?! Я никогда не просила вас приходить мне на помощь! Я знаю, что для вас я всего лишь неприятность!

— Сейчас не время для этого!

Сатоми Коутаро был поражён поведением Санаэ, которая словно игнорировала всю ситуацию. Однако он также почувствовал облегчение, услышав её полную жизни речь. Сатоми Коутаро и остальные по-прежнему считали охотников за призраками извращенцами, поэтому опасались, что те могли совершить с ней что-то ужасное.

— Простите, что мешаем вашей трогательной встрече, посторонние!

Разговор Санаэ и Сатоми Коутаро прервался, когда охотники за призраками встали между ними.

— Этот призрак принадлежит нам! Так что убирайтесь домой, пока не пострадали!

— Верно! Просто уходите! Детям пора спать!

Их уверенная поза нисколько не изменилась перед лицом Сатоми Коутаро и остальных. Они держали руки на бёдрах, выпятив грудь, смело глядя на группу.

— Наглые мелкие негодяи! Как вы смеете так говорить со мной?! Если уж пошли на это, то лучше будьте готовы к последствиям!

— Отдайте Санаэ-тян, извращенцы!

Тея и Сидзука свирепо уставились на них. Однако оба охотника за призраками продолжали ухмыляться, сохраняя свою самоуверенность.

— Мелкие негодяи? Извращенцы? О ком это вы говорите? Разве не о вас самих?

— Именно так! Мы ничего плохого не сделали!

Эти слова разъярили Сатоми Коутаро, и он крикнул в ответ:

— Что?! Как вы смеете так говорить после того, как похитили Санаэ?!

— А что именно мы сделали не так?!

Эта парочка совершила множество извращённых поступков, пытаясь заполучить Санаэ, не говоря уже о её похищении и заточении. Несмотря на это, они обвиняли Сатоми Коутаро и остальных в том, что те — настоящие злодеи. Это разозлило не только Сатоми Коутаро. Рут тоже пришла в ярость. Однако охотники за призраками ничего не понимали. Они продолжали насмехаться.

— В конце концов, мы не нарушаем закон. Ведь нет закона, запрещающего ловить призраков, верно?

— И это — наша база! Мы её купили! А вы просто ворвались сюда!

— Более того, разве этот призрак просит у вас помощи? Ведь нет, правда? Вы просто без приглашения вторглись сюда. Это незаконное проникновение!

— Помогите нам! Полиция!!

— Хе-хе, закон на нашей стороне! На самом деле мы — союзники справедливости!

— Уф...

Действительно, не существовало никакого закона, запрещающего ловить призраков. Также верно было то, что Санаэ не просила о помощи, а они сами вторглись на чужую территорию без разрешения. Охотники за призраками имели веские аргументы. Ни Коутаро, ни Рут не могли им возразить. То же самое касалось и Теи с Сидзукой. А чтобы ещё больше спровоцировать Коутаро и остальных, охотники за призраками ухмылялись и смеялись.

— Понятно. В таком случае вашей единственной ошибкой стало то, что вы связались с нами.

Единственной, кто отреагировала иначе, оказалась Кириха.

— Что? О чём это вы?

— Позвольте объяснить.

Обычная улыбка Кирихи исчезла; на её лбу появилась глубокая морщина. Её взгляд сузился, став пронзительным и направленным прямо на двух мужчин.

И тогда ледяным голосом она произнесла: «Мы — захватчики. С самого начала мы не подчинялись никаким законам. Злодеи? Это нам вполне подходит! Мы поступаем так, как считаем нужным. Нам плевать на ваши обстоятельства! Мы заберём Санаэ с собой — будь вы союзниками справедливости или кем угодно ещё!»

Кириха была в ярости. Казалось, она буквально пылала гневом. Огонь в её глазах обещал сжечь всех врагов дотла.

— ...Кириха-сан...

Прошло уже четыре месяца с тех пор, как она поселилась в комнате 106, но Коутаро впервые видел её по-настоящему разгневанной.

— Санаэ-тян — наша подруга! Хо!

— Даже если ей это не понравится, мы заберём её домой! Хо!

Ханивы выступили вперёд, словно желая защитить Кириху. В отличие от их обычно непроницаемых лиц, теперь они тоже выглядели крайне сердитыми.

— Верно. Я совсем забыла. Мне с самого начала было всё равно на законы этой планеты!

Тея вновь обрела свою дерзость, приготовила оружие и оскалилась в свирепой ухмылке, подобной той, что бывает у хищника перед погоней за добычей.

— Я заставлю вас пожалеть о том, что осмелились так со мной разговаривать! Меня зовут Теямиллис Грэ Форторте! И не смейте забыть это имя — даже после смерти!

Четыре месяца назад вся эта враждебность была направлена исключительно на Коутаро.

— Ваше Высочество, пошли!

— Да!

А ещё четыре месяца назад Рут попыталась бы остановить Тею. Но теперь она вооружилась и выступила вперёд, чтобы защитить её.

— Ваша удача закончилась в тот момент, когда вы посягнули на моего жильца! Для хозяйки и квартиранта нет разницы — будь то человек или призрак!

Четыре месяца назад Сидзука запрещала Коутаро и остальным вступать в бой. Однако теперь она сама была готова сражаться. Она сжала кулаки, приняла боевую стойку и топнула ногой, чтобы почувствовать прочность пола подвала.

— Санаэ!

И наконец — Коутаро.

— Ч-что?! Я ведь даже не просила вас о помощи!

— Я понимаю! Именно поэтому я не собираюсь силой забирать вас домой!

— А?!

— Но взамен, после того как мы разберёмся с этими парнями, я хочу поговорить с вами! Просто выслушайте меня хотя бы! А потом делайте всё, что захотите!

— ...Санаэ не ответила — по крайней мере, словами. Она лишь едва заметно кивнула головой. Для Коутаро этого было достаточно.

— Отлично, тогда приступим!

— Сатоми Коутаро обычно очень быстро ввязывался в драку; раз уж он решил сражаться, то ему было всё равно, с кем именно и прав ли он в этом споре. Он приготовил свою палку, словно собирался играть в бейсбол.

— Понятно. Всё именно так, как говорил сэмпай...

Используя палку в качестве биты, Коутаро погрузился в раздумья. Он был необычайно воодушевлён — дело тут было не просто в победе над противником.

— Отличные новости для всех! Скоро вы отправитесь в путешествие!

— Что? О чём это вы?

— Сегодня я в полной форме! Я отправлю вас прямиком на Луну!

Коутаро ощущал себя словно Бейб Рут, пробивающий хоум-ран при полных базах.

Как и следовало ожидать, Тея с её вспыльчивым нравом первой начала атаку.

— Победа за нападающим! Голубой Рыцарь, выпускайте противопехотные ракеты малого радиуса действия! Только не заденьте Санаэ...

— Ха-ха-ха, разве вы забыли, где находитесь?!

Однако как только Тея собралась запустить ракеты, под её ногами образовалась яма — ловушка, заранее подготовленная охотниками. Не успев среагировать, Тея рухнула в эту бездну.

— Ааааааа!

— Идиотка! Думаешь, мы совсем не готовились?!

— Дура! Полная дура!

— Х-хватит шутить!

— Ваше Высочество!

— Тюльпан, с тобой всё в порядке?!

Рут бросилась к Тее, а Коутаро сбоку заглянул в яму. Кириха и Сидзука по-прежнему противостояли врагам, но их внимание немного рассеялось.

— Ладно, парни, за дело!

— А мне уже есть хочется.

— Надеюсь, нам за это заплатят...

— Обещать вознаграждение ради бесплатной рабочей силы — это обычная уловка.

— Ты голоден лишь потому, что постоянно так думаешь. Наши пристрастия просачиваются наружу.

— Заткнитесь и вперед!

— Хорошо-о!

Охотники не упустили возможности перейти в наступление. Их атакой стала толпа злых духов, ранее захвативших Санаэ; на этот раз их число увеличилось более чем вдвое. Десятки духов разных размеров хлынули из соседней комнаты прямо на Коутаро и его товарищей.

— Они идут! Быстрее выбирайтесь оттуда, Тюльпан!

— Ваше Высочество, ваша рука!

— П-простите!

Тея схватила Коутаро и Рут за руки, пытаясь выбраться из ямы. Однако в этот момент все трое оказались беззащитны. Воспользовавшись этим, злые духи ринулись на них.

— Слушайте, я атакую! Дайте мне свою силу!

— Этот парень так раздувается от гордости лишь потому, что может напрямую атаковать людей.

— Говорят, у него и зарплата немалая. Наверняка он очень самонадеян.

— Тише, он услышит!

Коутаро и Рут стояли спиной к духам, а Тея цеплялась за них — они буквально приглашали врагов напасть.

— Ваше Высочество, пожалуйста, поторопитесь!

— Я стараюсь изо всех сил!

— Аааа, нам конец!

Коутаро и Рут понимали, что духи устремляются к ним, но не могли просто бросить Тею обратно в яму — тогда она стала бы лёгкой мишенью. В результате все трое оказались в крайне опасном положении.

— Не забывайте про нас!

— Предоставьте это нам, Сатоми-кун!

На помощь им пришли Кириха и Сидзука. Кириха использовала своих ханива в качестве защиты, а Сидзука поочередно сражалась с злыми духами. Обе отлично разбирались в борьбе с призраками, поэтому пока удерживали позиции, однако их численное превосходство противника создавало серьезные трудности. Если бы помещение было меньше, атакам Сидзуки удалось бы уничтожить духов гораздо эффективнее. Однако из-за огромного размера комнаты и высокого потолка летучие призраки получили преимущество над Сидзукой, которая сражалась лишь кулаками.

— Тюльпан, сейчас наш шанс!

— Да!

Пока Кириха и Сидзука отвлекали врагов, Тея выбралась из ямы.

— Ах!

Именно в этот момент Рут, не спускавшая глаз с окружения, заметила приближающихся охотников на призраков.

— Попались!

— Получите это!

Пока Сатоми Коутаро и остальные были заняты борьбой с духами, те тайком подкрались и метнули нечто похожее на маленькие шарики.

— Ваше Высочество! Сатоми-сама!

Если бы Рут не заметила этого, все трое непременно пострадали бы.

— Ой!

— Что?!

Однако Рут оттолкнула их в сторону, и лишь она сама получила попадание. Шарики с легким звуком ударили её по голове и плечу.

— Рут-сан!

— С тобой всё в порядке?! Рут!

Сатоми Коутаро и Тея побледнели, осознав случившееся.

— ...А?

Однако Рут лишь недоуменно наклонила голову. По какой-то причине эти шарики не причинили ей вреда. Она была крайне озадачена, поскольку точно знала, что они опасны.

— П-похоже, со мной всё хорошо.

— Слава богу!

Убедившись, что с Рут ничего не случилось, Сатоми Коутаро и Тея облегченно выдохнули, а затем пришли в замешательство.

— Но что произошло? Я думал, это была атака!

— Что они сделали?

— Жаль, что попали лишь в одну.

— Но даже один результат хороший! Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Охотники на призраков торжествующе хвастались, отчего Сатоми Коутаро и остальные запутались ещё больше. Однако вскоре причина их поведения стала очевидной.

— Э-э?! С-Сатоми-сама, осторожно!

— А?

Послушав предупреждение Рут, Сатоми Коутаро резко сдвинулся в сторону. В следующий миг туда, где он только что стоял, опустился громадный меч. Его массивное металлическое лезвие без труда вошло в бетонный пол. Без сомнения, если бы оно попало в Сатоми Коутаро, последствия были бы ужасными.

— О-ой! Чуть не погиб!

Эта атака застала Сатоми Коутаро врасплох, но ещё больше он поразился, разглядев нападавшую.

— Бегите, Ваше Высочество, Сатоми-сама!

— Рут-сан?! Почему?!

— Ты что, сошла с ума, Рут?!

Нападавшей на Сатоми Коутаро оказалась никто иная, как Рут. Даже сейчас она готовилась к новой атаке: выдернула меч из пола и смело заняла боевую позицию. Однако на фоне её бесстрашной стойки было видно, что девушка вот-вот расплачется.

— М-моё тело само движется! Я не хочу нападать на вас!

— Само по себе?

— М-может быть, это из-за тех странных шариков?

Это было единственное объяснение, пришедшее в голову Сатоми Коутаро.

— Именно так!

— Отличное наблюдение, юноша! В каждый из этих шариков был запечатан злой дух! А когда они попадают в человека, тотчас вселяются в него и заставляют делать всё, что им заблагорассудится!

— Черт возьми, как же вы изощренно совершаете ужасные поступки!

Вероятно, Рут одержима злым духом, который заставляет её нападать на Сатоми Коутаро и Тею против её воли.

— Что ещё хуже, вы ударили по Рут! Почему вы не целились в Тюльпан, идиоты?!

— Ты злишься не на того, простолюдин!

— Но я же не могу просто ударить Рут-сан!

— Что?! Значит, бить меня — это нормально?!

— Ага.

— Эээй!

— Давай уже! Если не убежишь, эта девушка разрубит тебя на части!

Пока Сатоми Коутаро и Тея спорили, Рут снова замахнулась своим огромным мечом, пытаясь уничтожить их.

— Аааа! Я сама включила на лезвии режим энергетического покрытия!

С лезвия начал исходить слабый зелёный свет, резко повышая его разрушительную мощь.

— Это плохо, простолюдин! Стань моим щитом!

— Ни за что! Я ведь не смогу это остановить!

— Говорят же, что граждане — это щит для страны!

— В таком смысле это не говорится!

— Бе-е-егите!

Рут с криком опустила меч вниз. Сатоми Коутаро и Тее удалось увернуться в самый последний момент, так как Рут отчаянно пыталась изменить траекторию удара. Однако энергетическое сияние задело посох Сатоми Коутаро — этого оказалось достаточно, чтобы отсечь его верхнюю часть.

Уничтожив посох противника, меч Рут вновь вонзился в землю, уйдя гораздо глубже прежнего. Мощь лезвия под зелёным сиянием теперь не шла ни в какое сравнение с тем, что было раньше.

— Какая же это колоссальная сила...

Сатоми Коутаро весь в холодном поту отбросил оставшуюся часть посоха.

— Р-Рут совсем не щадит нас...

Упав на землю, чтобы избежать удара, Тея тут же поднялась обратно.

— Ты уверен, что она не злится из-за того, что ты постоянно ведёшь себя неразумно?

— Конечно нет!

— Главное — мы можем что-нибудь предпринять, Тюльпан? Иначе нас просто убьют!

Сатоми Коутаро и Тее оставалось лишь бежать. Они не могли позволить себе ответный удар, чтобы случайно не ранить Рут. Поэтому, уклоняясь от её атак, они кружили вокруг ямы.

— Простите! Мне очень жаль!

Рут всё ещё плакала, но неотступно преследовала их по краю ямы. Со стороны это могло бы показаться комичной сценой, однако для участников происходящего всё было предельно серьёзно.

— Возможно, я смогу обездвижить её с помощью несмертельного оружия, но, как и в случае с доспехами и игрушками, злой дух, скорее всего, продолжит использовать её тело для атак! Лучше пусть она остаётся в сознании!

— А-а как же её оружие? Оно ведь питается от вашего корабля, верно?

— Если я отключу функцию передачи энергии «Голубого Рыцаря», она лишится возможности стрелять, но тогда и у меня ничего не останется! Тогда мы точно окажемся беспомощными!

— Делайте это немедленно! Лучше что-то предпринять, чем вообще ничего не делать!

— Поняла!

В итоге Тея послушалась Сатоми Коутаро. Она тоже отчаянно хотела изменить их плачевное положение.

— «Голубой Рыцарь», активируйте экстренную блокировку системы дистанционной передачи энергии оружию!

— Как прикажете, моя принцесса.

После того как браслет выполнил команду, оружие Теи и Рут исчезло, словно стёртое невидимой рукой. Для Теи это не стало неожиданностью, но Рут потеряла равновесие, когда её меч и щит внезапно пропали.

«Оставлю врагов тебе, простолюдин! А я пойду ловить Рут!»

Тея развернулась и бросилась к Рут, которая как раз предоставила ей отличную возможность для атаки.

«Понял!»

Сатоми Коутаро подчинился приказу Теи и помчался на охотников за призраками.

«Аники, он идёт сюда! Это плохо!»

«Успокойся! Это всего лишь один противник! Вдвоём мы его одолеем!»

И вот началась жестокая схватка: Тея против Рут, а Сатоми Коутаро против охотников за призраками.

Пока Сатоми Коутаро и Тея сражались со своими противниками, неподалёку от места, где Сидзука и Кириха бились с толпой злых духов, поднялся странный шум.

«Что это за девчонка?! Она может бить нас голыми руками?!»

«А что это за ханивы? Из-за этого жёлтого свечения мы даже приблизиться не можем!»

«Никто не предупреждал, что враги окажутся такими сильными!»

«Точно! Если нам придётся сражаться с такими могучими противниками, я хочу более высокую зарплату!»

«Прекратите нытьё и сражайтесь!»

«С тобой всё в порядке. У тебя и так зарплата высокая».

«Что?! Почему ты не скажешь это мне прямо в лицо?!»

Злые духи начали ссориться между собой. Из-за колоссальной силы Сидзуки и Кирихи большинство из них уже заколебались. А те, кто получал меньше денег, не видели смысла рисковать своей жизнью ради этой битвы.

«Что происходит?..»

«Похоже, среднее руководство спорит с рядовыми работниками».

Сидзука и Кириха остолбенели: злые духи вдруг перестали атаковать и начали препираться. Это дало им отличную возможность для нападения, но ситуация выглядела настолько нелепой, что ни одна из них не испытывала желания атаковать.

«Эти враги кажутся могучими лишь потому, что вы относитесь к битве несерьёзно!»

«Ты что, глупый? Даже с первого взгляда видно, какие они невероятно сильные! От твоих психологических рассуждений эти девчонки не станут слабее!»

«Да, ты просто пёс охотников за призраками! Тебя приручила высокая зарплата!»

«Что?! Не отрицай свою лень! Сколько раз я прикрывал твои промахи?!»

«Убирайся! От разговоров с тобой нам не добиться ничего! Мы будем вести переговоры напрямую с охотниками!»

«Да! Наша борьба продолжится, пока мы не получим повышение зарплаты на пятьдесят процентов!»

Несмотря на всю абсурдность происходящего, ситуация приняла странный оборот. Вскоре злые духи обратили своё внимание на охотников за призраками.

«Переговоры я возьму на себя. Раньше я работал в профсоюзе».

«Серьёзно? Это действительно вселяет надежду».

«Но меня уволили, когда раскрылись некоторые незаконные сделки. С тех пор моя жизнь пошла под откос...»

«Правда?! Это тоже внушает оптимизм, но совсем иначе!»

«Э-эй, стойте! Вы что, собираетесь напасть на своих нанимателей?!»

«Такие устаревшие взгляды нам не подходят. Мы будем использовать всё, что возможно. Именно так поступает наше поколение».

«...А ведь теперь я понимаю, что никаких обязательств перед этими охотниками у меня нет».

«Почему бы и тебе не потребовать повышения зарплаты?»

«Пожалуй, так и сделаю. Бессмысленная битва ничего нам не даст».

И вот духи, объединившись под лозунгом повышения зарплаты, двинулись к охотникам, которые всё ещё сражались с Сатоми Коутаро.

«Прости, парень, подожди немного, пока мы закончим разговор».

«Что?!»

Злые духи оттолкнули Сатоми Коутаро в сторону и обратились к охотникам. Внезапно оказавшись в стороне, он потерял равновесие и покатился прямо к Тее и Рут, которые как раз сцепились в борьбе.

— Что здесь происходит?

— П-понятия не имею...

Сатоми Коутаро, оказавшись вниз головой, лишь покачал головой.

— Как у вас дела?

— Всё именно так, как вы видите.

Тее удалось обездвижить Рут. По физической силе она значительно превосходила соперницу, а в ближнем бою у неё не было никаких шансов на поражение.

— Искренне прошу прощения, Ваше Высочество.

Рут извинялась перед Тее, всё ещё пытаясь вырваться из её хватки.

— Ничего страшного. К тому же это не ваша вина.

— Значит, проблема лишь там...

Разобравшись с Тее и Рут, Сатоми Коутаро снова посмотрел на злых духов.

— Мы решительно возражаем против таких несправедливых условий труда!

— Повысьте нам зарплату!

— Да, повысьте!

— Они хотят улучшить условия труда?! Похоже, они приобрели лишние познания! Мы собрали слишком много злых духов!

— Аники! Злые духи строят страшные рожи!

Злые духи начали выражать своё недовольство. Внезапно оказавшись в окружении своих якобы союзников, охотники на призраков пришли в замешательство.

— Сатоми-кун!

— Коутаро!

Именно тогда к ним подошли Сидзука и Кириха, чтобы рассказать о случившемся.

— Хозяйка, что там происходит?

— Они сами между собой ссорятся.

— Правда?

— Похоже на то. Речь шла о том, что риск не соответствует вознаграждению, а их доля слишком мала.

— Похоже, профсоюз наконец решил добиваться улучшения условий труда.

— Профсоюз?!

Пока Сатоми Коутаро узнавал подробности, переговоры между злыми духами и охотниками на призраков приближались к своему пику.

— Вы, должно быть, думаете, что в период экономического спада сможете нанять нас, призраков, задёшево? Так не выйдет!

— Подождите, мы вовсе так не думали!

— Тогда почему вы не предупредили нас, что наши враги настолько сильны? Нам не платят достаточно за борьбу с подобными противниками!

— Э — это... Они просто оказались очень сильными!

Злые духи одерживали верх на переговорах. Без их помощи охотники на призраков не смогли бы противостоять Сатоми Коутаро и его товарищам. Изначально у них и так было мало шансов.

— А ещё мы слышали, что эту девушку можно продать за 300 миллионов иен!

— Почему бы вам не отдать часть этих денег нам?

— Да! Я проголодался!

— Я всё понимаю! Но я не могу сразу выплатить вам деньги! Я смогу повысить зарплату лишь после того, как мы одолеем тех парней и продадим эту девушку!

— Это крайне безответственно! Прекратите шутить! Разве так можно поступать работодателю?!

— Пожалуйста, подождите! Как только мы продадим её, сразу отдадим вам деньги!

— Кто же поверит подобному обещанию? Вы отдадите нам нашу долю прямо сейчас или нет?

— Э — это...

Дело было не в том, хотели ли они торговаться. Охотники на призраков уже израсходовали все свои средства. У них попросту не осталось ничего, чтобы отдать злым духам.

— ...Эй, дорогие злые духи, я тут кое о чём задумалась.

Именно в этот момент одна из злых духов остановила своих разгорячившихся собратьев. Это была девушка-дух с длинными волосами, одетая в платье хостес.

— Что ещё за дело? Ведь это крайне важно!

— Я понимаю. Именно поэтому я вас и остановила. Разве вам не стыдно быть ослеплёнными лишь видом денег перед собой?

— Только деньгами, что находятся прямо перед нами?

— Именно так.

Она оглядела своих товарищей и, взмахнув веером с перьями, указала на Санаэ.

— Подумайте хорошенько: что лучше — дождаться, когда эту девушку продадут, и получить вознаграждение, или же съесть её прямо сейчас?

— Э-эм...

Все злые духи устремили взгляды на Санаэ, парившую в своём контейнере.

— Я-я?!

Когда разговор коснулся её личности, Санаэ удивлённо указала на себя.

— Посмотрите лишь на эту невероятно плотную духовную энергию и её стабильность. Кажется, она в любой момент может материализоваться. Я бы предпочла съесть эту девушку, а не получать за неё вознаграждение.

— Д-да, это действительно так...

— Знаете, вы очень умны!

— Ага, я с ней полностью согласен!

— Я тоже поддерживаю эту идею!

— Эй, постойте! Что вы затеяли?!

— Вы не можете её съесть!

Не обращая внимания на паникующих охотников на призраков, злые духи облизнулись. В их глазах читалась жадность, когда они смотрели на Санаэ.

— А-а-а!!

Санаэ задрожала от страха, почувствовав на себе такой пристальный взгляд. Она поняла, что эти существа всерьёз собираются её съесть.

— Ситуация складывается крайне неблагоприятно!

Сатоми Коутаро тоже заметил перемену обстановки и сунул руку в бумажный пакет в поисках подходящего оружия.

Они собираются съесть Санаэ?! Ни за что не позволю этому случиться!

Подобно остальным охотникам, Коутаро впал в панику.

— П-подождите! Не трогайте её! Если вы это сделаете, то не получите никакого вознаграждения!

— Нам уже всё равно на деньги! Мы хотим съесть её и обрести ещё большую силу!

Тело злого духа-женщины начало раздуваться, а остальные духи стали сливаться с ней. Поглотив всех остальных, гигантская демоница усмехнулась и посмотрела свысока на охотников.

— Прекратите! Этот клад стоит целых 300 миллионов иен!

— Всего лишь 300 миллионов? Вы явно неправильно посчитали! Это сущие пустяки по сравнению с той духовной энергией, что у этой девушки!

— Стойте! Если вы её тронете, мы вас уничтожим!

— Да! Мы вас уничтожим!

— Ха-ха-ха, попробуйте только, неумелые охотники на призраков! Без нашей силы вы даже сражаться не сможете, а теперь думаете, что одолеете нас?!

Злые духи объединились, потому что каждый из них жаждал съесть Санаэ, и это придало им колоссальную мощь. Один лишь удар гигантской руки отбросил охотников на значительное расстояние.

— А-а... Б-братец...

— У-уф... Не могло же дойти до такого... Мы, будучи охотниками на призраков, слишком полагались на злых духов...

Охваченные жаждой обладания, охотники даже не заметили происходящего. Лишь теперь они осознали причину своего поражения, но было уже поздно. Их швырнуло в стену подвала, и они потеряли сознание.

— А теперь очередь за тобой, маленькая кошечка.

— Н-нет, не подходите!

Следующей целью злого духа стала Санаэ. Испуганная, она начала пятиться назад, но вскоре её спина упёрлась в стенку контейнера. Не имея возможности отступить ещё дальше, она лишь замотала головой.

— Не нужно бояться. Стань частью меня. Ведь тебе всё равно некуда идти, верно? Рядом со мной ты больше не будешь одинока.

— Некуда идти?..

Эти слова проникли прямо в сердце Санаэ. Сколько бы она ни ждала своих родителей, они так и не появились. Даже Коутаро, которому она почти доверяла, оказался её врагом.

Если я пойду с этими существами, мне больше не будет одиноко?..

Санаэ всё это время была совершенно одна. Даже сейчас она боялась остаться вновь без компании. Искушение оказалось слишком сильным для неё.

— Верно. Открой свой разум и прими нас. Тогда тебе больше нечего будет опасаться.

Злой дух продолжал соблазнять Санаэ своими ласковыми речами. При поглощении других призраков наиболее эффективным способом было использование их слабостей. Если же они сопротивлялись, значительная часть духовной энергии просто пропадала впустую.

— Мой разум...

Огромные пальцы злого духа обвили контейнер, чтобы поглотить Санаэ. Контейнер легко треснул, а по мере того как дух сжимал его всё сильнее, трещины становились ещё больше. Однако он старался не раздавить ёмкость сразу — опасаясь, что Санаэ насторожится и он упустит шанс её поглотить. Но эта небольшая задержка в корне изменила её судьбу.

— Сана-а-а-э!!

Как только Санаэ услышала этот голос, она тут же пришла в себя, отказавшись сдаваться.

— Коутаро?!

Да, это был он. Голос принадлежал именно Коутаро. Он достал короткий меч из бумажного пакета и направился прямо к злому духу и Санаэ.

— Тьфу! Ты что, собрался мне помешать, мальчишка?

Появление Коутаро развеяло сомнения, посеянные в сердце Санаэ. Из-за этого злому духу не удалось эффективно поглотить её. Разгневанный, он оскалил зубы и пригрозил Коутаро. Увидев это, Санаэ испугалась ещё больше и окончательно отвергла злого духа.

— А-а-а! Нет-нет-нет!!

Санаэ больше не хотела становиться частью этого существа. Весь её страх вырвался наружу в виде крика.

— Терпи, Санаэ! Я сейчас спасу тебя!

Коутаро бросился на злого духа с мечом наперевес. Крик Санаэ лишь разжёг в нём боевой пыл, и он крепче сжал оружие.

— Что ты сможешь сделать одним-единственным мечом?

— Увидишь! Действует он недолго, зато для тебя это крайне опасно!

В руках Коутаро находился экзорцистский меч — «Священный меч на 30 секунд: Самтхинг-калибур».

Несмотря на то, что это было массовое оружие с коротким сроком службы, его мощность вполне сопоставима с настоящими экзорцистскими мечами. Это был поистине революционный продукт.

— Чёрт возьми, это же оружие экзорцистов!

Почувствовав угрозу от короткого меча, злой дух тут же отпустил контейнер с Санаэ и бросился на Коутаро.

— Ой!

— Прекрати дёргаться!

Но сколько бы раз злой дух ни размахивал руками, ему никак не удавалось попасть в Сатоми Коутаро. Благодаря своим стремительным движениям тот легко уворачивался от его огромных конечностей.

— Похоже, слияние сделало тебя ещё медленнее!

— Заткнись и прекрати болтать!

Как и говорил Коутаро, увеличение размеров серьезно ограничило подвижность злого духа. Видимо, он ещё не привык к своему новому объединенному телу. Раньше ему удавалось одолевать охотников благодаря внезапным атакам, но против Коутаро этот трюк не сработает.

— Победа за мной, гигант!

— П-прекрати! Только не этим мечом!

— Получай!

Ещё раз уклонившись от атак злого духа, Коутаро присел и с силой всем телом вонзил меч вперед.

— Гяааааа!

— Ну как тебе такое?!

Короткий меч без особого сопротивления пронзил тело злого духа. От боли его лицо исказилось, и он издал пронзительный крик.

— Ааааа... Погодите, что?

Однако это продолжалось лишь мгновение. Вскоре на лице злого духа сменилась боль на недоумение. Более того, он вовсе не чувствовал боли.

Сбитый с толку, дух отложил бой в сторону и обратился к Коутаро:

— Что происходит? Мне совсем не больно, парень. Объясни мне!

— Как?!

Увидев это, Коутаро тоже позабыл о схватке и опустил взгляд на свой короткий меч.

— Хм?

На этикетке, прикрепленной к рукояти, значилось: «Возвращено из-за неисправности».

— Он сломан? Да вы шутите!

— Это я должен так говорить! Я уж думал, что сейчас умру!

— Нет, ты уже мертв.

— Заткнись, парень! ...Стоп!

Злой дух первым пришел в себя и тут же размахнул своей гигантской рукой в сторону всё ещё неподвижного Коутаро.

— Ой!

Коутаро отчаянно попытался увернуться, но не успел полностью избежать удара. Хотя ему удалось уклониться от самой руки, веер, который та держала, всё равно попал в цель. Получив такой прямой удар по голове, Коутаро рухнул на пол.

— Коутаро!

— Сатоми-кун!

— Карама, Корама, создайте вокруг Коутаро защитное поле из духовной энергии!

— Поняли, хо!

— Коутаро, мы уже идем, хо!

К нему подбежали Сидзука и Кириха. Чтобы защитить троих, статуэтки-ханива встали на пути злого духа.

— Сатоми-кун, ты в порядке?!

— О-ой...

Коутаро едва не потерял сознание. Увидев обеспокоенные лица Сидзуки и Кирихи, он попытался подняться. Однако девушки тут же прижали его к полу.

— Не вставай, Коутаро! Лежи спокойно!

— Но...

Коутаро всё равно пытался подняться, но они снова уложили его на землю и покачали головами.

— Оставь это дело нам!

— Да! Мы с Курано-сама одолеем этого призрака!

— Х-хорошо...

Услышав это, Коутаро расслабился. Он знал, что обе они сильнее его и смогут справиться с злым духом. Он доверял им и поэтому послушался.

— Вы уверены, что стоило так говорить? — злой дух рассмеялся над Коутаро и остальными. — Не думайте, что я теперь тот же, что раньше.

— Что?

Коутаро и его спутники посмотрели на духа.

— Коутаро, Коутаро!

Именно тогда они заметили, как Санаэ погружается в тело злого духа. Пока Сидзука и Кириха были заняты Коутаро, тот разрушил контейнер, в котором находилась Санаэ.

— С-Санаэ!

«Санаэ-тян!»

«Аааа, прекрати! Спаси...»

Вскоре Санаэ с глухим звуком полностью погрузилась в тело злого духа.

«Аха-ха-ха! Я это чувствую! Какая невероятно мощная энергия хлынула в меня! Сколько же силы было у этой девушки?! Не стоило тратить время на уговоры — надо было сразу так поступить!»

Злой дух ликовал, поглотив Санаэ. Она отчаянно сопротивлялась, но даже в этом случае количество энергии, которую он извлекал, оставалось огромным. От этого он становился всё сильнее. Прозрачный дух постепенно терял прозрачность, словно его тело начинало затвердевать. Рост его тела продолжался, и вскоре он почти достиг пятиметрового потолка.

«Аааааа! Кьяяяяяя!»

По мере того как дух увеличивался в размерах, крики боли Санаэ становились всё громче, наполняя подвал эхом.

«Прекрати! Пожалуйста... аааа! Хватит!»

«Ещё! Дай мне больше силы! Ты станешь частью меня, и мы будем жить вместе навечно!»

Однако Санаэ, напротив, становилась всё более прозрачной. Раньше её тело выглядело вполне материальным, а теперь оно начало дрожать. Любой, кто смотрел на неё, сразу понимал: перед ним призрак.

«Плохо дело! Если так пойдёт дальше, Санаэ не выдержит!»

«Пошли, Курано-сан! Нужно спасти Санаэ-тян!»

«Да!»

Почувствовав опасность для Санаэ, Кириха и Сидзука бросились на злого духа. Глядя им вслед, Сатоми Коутаро из последних сил пытался подняться.

Я... не могу лежать без дела. Надо... что-то сделать... иначе Санаэ...

Но раненое тело отказывалось повиноваться. Даже попытка встать на колени вызвала такое головокружение, будто он вот-вот потеряет сознание.

«Нееееет! Коутаро, Коутаро!»

«Санаэ!»

Однако крики Санаэ словно придали Коутаро сверхчеловеческую силу.

«Ааааааа!»

Издав первобытный вопль, он поднялся на ноги. Его тело стонало от боли, а зрение затуманилось, но он лишь энергично встряхнул головой, чтобы прийти в себя.

«Молодец, что встал... хотелось бы так сказать, но...»

Взглянув на Коутаро, злой дух зловеще усмехнулся. Эта ухмылка напоминала выражения лиц Санаэ и Теи, однако Коутаро чувствовал: между ними существует глубокая разница.

«Ты немного замешкался».

Злой дух метнул что-то в сторону Коутаро.

«Хозяйка?! Кириха-сан?!»

Этим «чем-то» оказались Сидзука и Кириха, без сознания и тяжело раненные. За те считанные секунды, пока Коутаро поднимался, дух одолел их обеих. Именно так он усилился после поглощения энергии Санаэ.

«Итак, что ты собираешься делать в одиночку, мальчишка? Хм? У тебя даже оружия нет».

Сидзука и Кириха лежали без чувств, ханивы не двигались, Тея всё ещё боролась с Рут, а сам Коутаро где-то потерял сумку с оберегами. В его распоряжении остались лишь амулеты, которые он всегда носил с собой.

«Ничего особенного. Поступлю так же, как раньше. Я просто... вырублю тебя!»

По-прежнему пошатываясь, Коутаро взял в каждую руку по амулету и принял боевую стойку.

«Думаешь, в таком состоянии сможешь победить меня? Ха-ха-ха, какой забавный мальчишка!»

«Беги отсюда, простолюдин! Тебя убьют!»

«Сатоми-сама, нельзя так!»

Тея и Рут звали его, но их голоса не достигали Сатоми Коутаро.

«По принципу я всегда довожу до конца начатые поединки».

Только потерпи, Санаэ. Я обязательно вытащу тебя оттуда...

Несмотря на явное превосходство противника и крайне тяжелое состояние, огонь в глазах Коутаро пылал сильнее прежнего. Даже оказавшись в безвыходном положении после двух ударов, он всё равно чувствовал себя так, словно был легендарным Бейбом Рутом.

«Вот как? Тогда умри! В знак признания твоей отваги ты станешь первой жертвой моих возрожденных сил!»

Злой дух истерически рассмеялся и бросился на Коутаро, намереваясь оторвать ему голову.

«Я... я обязательно вырублю тебя...»

Коутаро крепко сжал амулеты и замахнулся кулаками. Он понимал, что никогда не достанет злого духа, но не мог остановиться.

«Нет, не умирай, Коутаро! Коутаро-о-о!»

Всё потому, что Санаэ до сих пор плакала. Она рыдала с самого начала их схватки. Именно поэтому, даже зная всю безнадежность ситуации, он не мог остановиться. Даже если победа была невозможна, он не мог оставить Санаэ одну. Для него сам злой дух значил меньше, чем Санаэ.

«А-ха-ха-ха! Гы-ха-ха-ха! Умирай!!»

Злой дух приблизился к Коутаро, вытянув обе руки, чтобы нанести смертельный удар. Теперь, когда его движения замедлились, уклониться он уже не смог бы. Если бы злой дух действовал лишь на секунду быстрее, Коутаро, скорее всего, лишился бы головы.

«Гх?! Ч-что это такое?..»

Однако руки злого духа так и не достали до Коутаро.

Юрика добралась до старого особняка спустя несколько минут после того, как Коутаро и остальные спустились в подвал. Ей удалось сбежать из клуба косплея, а затем она воспользовалась следящей магией, чтобы отыскать их.

«Ч-что же мне делать?..»

Однако теперь она застыла на месте. Мрачный вид особняка ночью пугал её. Он был почти в руинах, и она знала, что внутри полно призраков. Даже крики доносились оттуда. Трусливая Юрика не нашла в себе смелости войти в дом.

«М-может, мне лучше вернуться домой... Сатоми-сан ведь говорила, что не стоит перенапрягаться...»

Постояв немного перед особняком, Юрика всё же развернулась спиной к входу.

«Да, это правильное решение! Ничего хорошего из принуждения себя не выйдет!»

Убеждая себя таким образом, она направилась к воротам на улицу. Ей хотелось вернуться домой, забраться под одеяло и заснуть.

«...Но...»

Однако, дойдя до ворот, она остановилась. Она не могла заставить себя уйти.

«...»

Молча она повернула голову и оглянулась назад. Особняк в ночной тьме действительно выглядел жутко. Юрика искренне хотела убежать, но некий внутренний голос кричал ей: а ведь это действительно допустимо?

«Действительно ли я смогу спокойно заснуть, если вернусь одна?..»

Юрика вспомнила слова Харуми, сказанные ей во время спортивного праздника.

Даже если рядом со мной никого не будет, я всё равно останусь на своей стороне. Если сейчас опущу руки, в будущем проиграю самой себе. А когда я проигрываю себе — Сэмпай грустит.

— Мне... мне кажется, возвращаться назад таким образом будет плохой идеей...

Подготовившись морально, Юрика повернулась обратно. Крепко сжав свой огромный посох, она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

— И ещё мне кажется, будто кто-то зовёт на помощь...

В тот самый момент Санаэ действительно звала на помощь. Юрика снаружи этого не слышала, но хотя бы почувствовать это смогла.

— Верно!

Едва подготовившись к бою, Юрика придумала гениальный план.

— Я пугаюсь призраков — так что если использовать масштабную магию отсюда?!

Войти в особняк ей было страшно, но оставить их без помощи она не могла. Поэтому решила помогать им снаружи. Таков был компромисс между её трусливым нравом и обязанностями волшебницы.

— Начинаем! Ангельский ореол!

Решив, как действовать, она размахнула посохом.

— Сковывающая нежить магия! Модификатор: широчайший радиус воздействия! Время активации — в четыре раза дольше обычного!

Юрика произнесла заклинание, призванное сдерживать привидений. Поскольку рядом находилась Санаэ, использовать более опасные атаки было нельзя. Чтобы уменьшить расход магии и охватить как можно большую зону, она удлинила период подготовки заклинания к запуску. Из-за этого эффект проявился не сразу после произнесения слов — лишь спустя десяток секунд.

Из посоха вырвался пурпурный свет, окрасивший ночное небо в странные тона. Он распространился по всему особняку. Благодаря затянувшемуся периоду активации этот фиолетовый поток покрыл гигантскую площадь — целиком здание и даже подвал, невидимый снаружи Юрике. Площадка диаметром в несколько десятков метров оказалась полностью во власти её заклинания.

— Отлично! Мой план удался! Давай же, Юрика!

Восхищённая результатами действий своего волшебства, девочка радостно наблюдала за окутанным сиянием особняком. Она помогла немало — однако по странной причине никто не спешил её хвалить.

— Ага! Вот она! Президент, я обнаружила Юрику-тян: тайно переоделась здесь в косплей!

— Несмотря на все свои жалобы по этому поводу, ты явно безумно рада предстоящему посещению Комиха...

— А?..

Вместо этого рядом оказались лишь её главные враги — члены кружка любителей косплея.

Изначально подвал был залит пурпурным светом, но по мере его усиления он стал чисто белым. Если бы Юрика присутствовала тогда, то вполне могла назвать этот самый феномен тем же явлением, что спасло Харуми на школьном празднике. Однако её нигде не было видно; да и остальные участники просто понятия не имели о его сути.

— Аааа! Что это за свет?!

Хоть он воздействовал на всех без исключения, лишь злобный дух корчился от боли. Заклинание Юрики должно было сковывать мёртвых — однако после перехода цвета из фиолетового в белый огненные лучи стали опалять тело нечисти без остановок.

«Что происходит?..»

Сатоми Коутаро с изумлением наблюдал, как злой дух начал корчиться от мучений.

«Он исчезает! Моя сила покидает меня! Аааа, почему?! Я должен был возродиться с огромной силой!»

Под действием белого света злой дух начал уменьшаться вдвое быстрее, чем раньше. В то же время его непрозрачное тело становилось всё более прозрачным. Коутаро не понимал, что происходит, но отчётливо видел, что дух теряет силы.

«Простолюдин, почему у тебя так светятся руки?!»

«Мои руки?»

Лишь после слов Теи Коутаро заметил, что его ладони начали сиять тем же светом, что заполнял всю комнату.

«Амулеты тоже светятся?..»

Когда Коутаро разжал кулаки, сияние стало ещё ярче. На амулетах, находившихся в его руках, было написано «безопасность семьи» и «да прочь злые духи». Именно Тея первой поняла суть происходящего.

«Разве ты не понимаешь, простолюдин?! Это оружие!»

В вопросах боя инстинкты Теи почти никогда не подводили.

«Неважно, будешь ли ты метать их или бить ими — просто используй так же, как против Санаэ!»

«Д-да!»

Если свет в комнате мог навредить злому духу, то, скорее всего, амулеты обладали тем же эффектом. Даже если нет, при таком ослабленном состоянии духа обычные амулеты тоже могли подействовать. Осознав это, Коутаро снова сжал амулеты в кулаках.

«Я иду! Я отплачу тебе за всё, что ты сделала!»

«Уууаа! Н-не подходи! Не трогай меня!»

Злой дух уже уменьшился вдвое. Из-за воздействия света он не мог пошевелить ничем, кроме рта. Когда его тело снова стало прозрачным, внутри можно было разглядеть Санаэ.

«Санаэ! Ты слышишь меня, Санаэ?!» — закричал Коутаро, бросаясь к духу.

«...К-Коута...ро?» — слабым голосом отозвалась она.

«Терпи, Санаэ! Я сейчас тебя вытащу!»

«Коутаро!»

Странно, но белый свет, похоже, не причинял Санаэ вреда. Напротив, по мере ослабления духа она сама обретала силы. Однако всё равно оставалась в слабом состоянии и могла лишь звать Коутаро изнутри.

«Не подходи! Пожалуйста, остановись! Я ошиблась!»

Увидев светящиеся кулаки Коутаро, злой дух начал умолять о пощаде. Вся его прежняя надменность исчезла без следа.

«Я не хочу страдать! Прости меня! Можешь просто отпустить меня?»

«А ты поступила так же, когда Санаэ умоляла тебя? Отпустила её?!»

Но Коутаро не обращал внимания на её мольбы. После того как дух причинил боль Санаэ, он теперь просил пощады. Его эгоизм лишь разжигал гнев Коутаро.

«Я верну её! Я верну её тебе! Прошу, прости меня!»

«Нет, я никогда не прощу тебя! Ты причинила боль Санаэ и всем остальным! Пусть ты раскаешься на том свете!»

Словно в ответ на гнев Коутаро, амулеты в его руках засияли ещё ярче. Они стали такими яркими, что смотреть на них напрямую было невыносимо.

«Это за всех!»

В тот миг, когда Сатоми Коутаро издал гневный крик, его левый кулак угодил злому духу прямо в лицо, и сияние тут же исчезло. Вся накопленная энергия полностью израсходовалась.

От такого безжалостного удара злой дух отлетел назад. Получив удар в лицо, она даже не смогла издать ни звука. После этого удара её тело мгновенно уменьшилось до размеров самого Коутаро.

— А это вот...

[[image:/storage/reader-images/1c41f329b74c080ae1c6bb0d189f8d072fbbe888.jpg]]

Правая рука Сатоми Коутаро пришла в движение. Он замер в позе питчера, намереваясь покончить с злым духом, метнув второй амулет.

— Ааааа! Прекратите! Простите меня! Я не хочу уходить из этого мира, сохраняя обиду в сердце!

— Этот амулет предназначен для того, чтобы заставить Санаэ плакать!

Сатоми Коутаро резко выбросил свою тренированную правую руку. Его фирменный сверхбыстрый амулет пронёсся по воздуху, словно стрела, направляясь прямо к злому духу. Это выглядело так, будто он метнул небольшой метеорит.

— Гыааааааа!

Как только амулет коснулся тела злого духа, оно начало исчезать именно в том месте. Амулет прошёл сквозь раскрытый веер, которым дух пыталась защититься, затем сквозь руку, державшую этот веер, и далее — в саму руку. Там, где бы амулет ни касался тела злого духа, оно лопалось, словно воздушный шарик. Не выдержав воздействия яркого света, злой дух утратил свою форму и в конце концов исчез окончательно.

— Кях!

Как только злой дух растворился, Санаэ рухнула на пол. Хотя опасность миновала, она всё ещё была слишком слаба и не могла пошевелиться, лежа на спине.

— Ой-ой-ой... Ах, это же!..

В таком состоянии к Санаэ приближалась новая угроза. Амулет, только что уничтоживший злого духа, начал падать прямо на неё. Несмотря на то, что он одолел врага, его сияние ничуть не угасло. Сквозь этот свет Санаэ разглядела синюю сумку с золотой вышивкой, которую Сатоми Коутаро частенько бросал в её сторону.

— Всё кончено!

Обычно попадание такого амулета лишь слегка обжигало кожу. Однако сейчас Санаэ была крайне ослаблена, а свет, способный уничтожить призрака, сиял необычайно ярко. Она крепко зажмурила глаза, понимая, что теперь и сама обречена исчезнуть из этого мира. Ей было так страшно, что она не решалась смотреть, как её собственное тело начнёт растворяться.

Однако всё произошло совсем не так, как представляла себе Санаэ. Амулет отскочил от её груди и опустился прямо на лицо.

— А?..

Поняв, что она не исчезает, Санаэ медленно приоткрыла правый глаз. Прямо перед ней находился светящийся белый амулет.

— Ой!

Она распахнула оба глаза и затаила дыхание. Но белый свет так и не причинил ей вреда, да и сам амулет не взорвался, как это обычно бывает.

— П-почему?.. Разве этот свет не должен изгонять призраков?

Напротив, она почувствовала, как тёплая энергия проникает в её тело именно в том месте, где коснулся амулет. Эта сила постепенно исцеляла её ослабевшее тело.

— И почему он не взрывается?..

Немного придя в себя, Санаэ поднялась на ноги. Амулет соскользнул с её лица, и она ловко поймала его обеими руками.

— Он исчезает...

Словно дожидаясь, пока Санаэ восстановит силы, белый свет наконец погас, оставив в её руках лишь сам амулет.

Почему?..

Свет, способный изгнать злого духа, исцелил её, а амулет, обычно взрывающийся при контакте, теперь покоился в её ладонях. Санаэ была полностью сбита с толку. В поисках ответа она перевернула амулет и прочитала вышитые на нём слова.

Семья... безопасность?..

Золотыми нитями на ткани было вышито: «семейная безопасность».

— Санаэ, ты в порядке?

Прежде чем смысл этих слов дошёл до неё, кто-то позвал её по имени. Услышав этот голос, Санаэ тут же посмотрела в ту сторону.

— Коутаро!

— Похоже, с тобой всё хорошо...

Это был Сатоми Коутаро. Он тащил своё израненное тело в сторону Санаэ, но, увидев, что с ней всё в порядке, остановился и улыбнулся.

— Коутаро...

Ты так отчаянно сражался и получил столько ран...

Именно увидев Коутаро в таком состоянии, Санаэ наконец осознала смысл слов, написанных на амулете.

— Ради меня... хотя я твой враг... Ради меня...

Слёзы потекли по её щекам, но сама она даже не заметила, что плачет. Она лишь крепко сжала амулет и посмотрела на Коутаро.

Я поняла. Я осознала... что ты ко мне испытываешь, Коутаро...

Амулет, который не причинил Санаэ вреда. Измождённый вид Коутаро.

Всё это выражало его намерения гораздо яснее любых слов.

— Э-эй, что с тобой, Санаэ?! Ты ранена?! Или этот злой дух как-то повлиял на тебя?!

Увидев внезапные слёзы Санаэ, Коутаро бросился к ней. Он совершенно позабыл о своих болях.

— Н-ничего... Да и ты сам со мной так поступил...

Именно тогда Санаэ наконец осознала, что плачет. Однако она не стала сдерживать слёзы и даже не попыталась их вытереть. Она просто позволила переполнявшим её чувствам проявиться в виде слёз.

— Верно...

— И что дальше?

— Что?

— Ты говорил, что хочешь поговорить со мной о чём-то...

— Ах да, точно.

Встав перед Санаэ, Коутаро задумался.

Хм, о чём же я хотел поговорить?

Но он никак не мог вспомнить, что именно хотел сказать. Произошло столько событий, что его мозг просто перегрелся.

— Извини, после всего случившегося я совсем забыл. Когда успокоюсь, обязательно вспомню. А пока давай вернёмся домой, Санаэ.

— Ты настоящий идиот...

Ты же сам говорил, что не станешь силой уводить меня домой... И что это теперь значит?

Санаэ мысленно возмутилась...

— Оправданий у меня нет.

— Но я прощу тебя.

Однако настроение у неё было не таким плохим, как звучали её слова.

— Ведь ты пришёл спасти меня.

— Прости.

— И ещё, Коутаро...

Санаэ крепко сжала амулет в руках.

— Спасибо... тебе...

Санаэ улыбнулась. Её глаза покраснели, слёзы всё ещё текли, но она снова обрела ту жизнерадостную улыбку, которую, казалось, утратила.

Пока Коутаро и Санаэ мирились, двое людей пытались скрыться.

— О, похоже, всё закончилось хорошо.

— Если бы вышло плохо, остался бы неприятный осадок. А так мы можем уйти без сожалений.

Это были зачинщики всех бедствий — двое охотников на призраков. Они пытались сбежать, пока Коутаро и остальные не обращали на них внимания. К счастью, им удалось незаметно покинуть подвал.

— Мы справились!

— Давайте быстрее убегать!

Однако, радуясь победе, они столкнулись с препятствием.

— ...И куда же вы собрались?

Это была Кириха вместе со своими ханивами. Даже когда все смотрели на Коутаро и Санаэ, она не упустила из виду передвижения охотников.

— О нет!

— О-они уже нас заметили!

— П-пожалуйста, простите нас!

— Умоляем!

Охотники отбросили гордость и пали ниц перед Кирихой.

— Успокойтесь. Я вовсе не собираюсь причинять вам вред.

— А?

— Правда?!

— Ну да, я действительно хочу причинить вам боль. Поэтому если попытаетесь сбежать, я не проявлю ни капли милосердия.

— Мы не убежим, госпожа!

— Ни за что не убежим!

Увидев свирепый взгляд Кирихи, оба охотника выпрямились. Им было всё равно, что пол вокруг покрыт пылью.

— Итак, чем мы можем вам помочь, госпожа?

— Вы говорили, что поймали Санаэ с целью её продать, верно?

— Совершенно верно, прекрасная госпожа. Такие призраки встречаются крайне редко, поэтому за них можно выручить огромную сумму.

— Ага! Мы рассчитывали продать её за 300 миллионов! Собирались жить в роскоши!

Полностью признав своё поражение, охотники выложили Кирихе всю правду. Для них их гордость не стоила даже жизни.

— В таком случае я куплю Санаэ за эти 300 миллионов.

— Что-о?!

— Серьёзно?!

Неожиданное предложение повергло охотников в полное изумление.

— Вы имеете в виду... именно 300 миллионов?!

Они не могли поверить своим ушам. В ситуации, когда они почти ожидали смерти, Кириха предлагала им целых 300 миллионов иен!

— Разумеется.

Однако Кириха лишь спокойно кивнула. Увидев это, предводитель охотников изменился в лице.

— ...Похоже, у вас есть на то свои причины, госпожа.

— Именно так. Разумеется, я не хочу, чтобы вы возвращались, но есть ещё кое-что, чего я желаю.

— И что же это?

На вопрос охотника Кириха прищурилась.

— Информация. Я требую, чтобы вы передали мне всё, что знаете о Санаэ. Это условие нашей сделки.

— Вы и вправду пугаете, госпожа...

Кириха не останавливалась ни перед чем ради достижения своих целей. Она даже готова была сотрудничать с врагами и без колебаний платить им.

Она называла себя захватчицей, но...

Оба охотника покрылись холодным потом. Лишь теперь они осознали, насколько опасна эта женщина — и дело было не только в её оружии.

— Мы поняли. Будем выполнять всё, что вы прикажете, госпожа.

— Да, безусловно.

Охотникам быстро стало ясно: делать эту женщину своим врагом — крайне плохая идея.

Суббота, 22 августа

Прошло десять дней с тех пор, как произошли события на пляже, и теперь календарь показывал вторую половину августа.