Охотник на богов (Новелла) Darkwinged Выбравшись из чистилища, Алан возвращается в мир без имени. Он больше не тот ребёнок, что не мог постоять за себя — в его распоряжении сила «Убийцы богов», древняя мульти-магия и память о поглощённых грехах. Как он распорядится этим наследием? История выросла из классической фэнтези и доброй сотни прочитанных новелл и аниме. Автор поглотил всё подряд. Это дебют. Главы выходят ПН-СР-ПТ в 21.00-22.00. ==================== Предисловие автора - предупреждение. Данное предисловие я пишу уже на момент выхода 4го тома. Оно обращено ко всем, кто только хочет начать читать цикл "Охотник на богов", и я прошу предварительно ознакомиться с ним каждого нового читателя. Ситуация следующая: данный цикл является моим первым, и самым масштабным циклом книг. Дело в том, что при его написании мой навык как писателя рос экспоненциально. Каждая книга становилась в разы лучше предыдущей, и именно в этом кроется вся проблема. Первые 3 книги по сути являются предысторией активных событий, разворачивающихся в 4й и последующих, пока не вышедших книгах. От "Начала" и до конца "Сквозь чистилище" вы сможете прочитать о первоначальном становлении главного героя, и о становлении его пока что молодых взглядов на новый безымянный мир. Если же вы вдруг ощутите отвращение, или ужасную скуку, в чём я смогу вас понять, ведь другого от новичка ожидать обычно не приходится, то тогда — переходите сразу к 4й книге "Катарсис". В отличии от 3й книги, за которую мне тоже не стыдно, "Катарсис" можно читать практически вне контекста всего пролога. К тому же, в нём даются некоторые вводные относительно всех правил мира и мотиваций героев. Означает ли это, что пролог неважен в контексте общего сюжета? - важен. Но, вы можете вернуться к нему и позже, поскольку в 4й книге происходит своего рода "перезагрузка". В конечном счёте, я не держу своих читателей за дураков, и потому не сомневаюсь, что вы прекрасно разберетесь в этом мире и без моих подсказок. Приятного чтения. ---------- Небеса. Я мертв. Неужели это наконец свершилось? Бог услышал мои мольбы, и может теперь, я наконец смогу погрузиться в небытие. Постой, что это за образы, возникают перед глазами? Кто этот титан, что рассекает небо мечом, и что за человек останавливает его монументальный клинок рукой? Моё сознание проносится над миром. Не над моим миром, но над новым и чуждым мне. Я вижу огромные континенты, города, водопады, реки и озёра, подземные миры и таинственные острова, что парят в небесах. Роскошные академии, в чьих стенах аристократы познают тайны магии, раскрывая потенциал атрибутов, и в тоже время: деревня в глубинке, где сельские дети пытаются выжить, отбиваясь от монструозных тварей, порожденных древними культами. А вот два эльфа, избивают человеческого мальчишку в подворотне: в их глазах лишь презрение. Я чувствую его боль и ненависть — он не понимает, за что его бьют. Снова и снова передо мной предстают образы, страдающих от тихого гнета людей. Нет, они точно не рабы и не всегда слуги. Среди них даже есть знать, но... Никто не предложит им помощь, и косых взглядов обычному человеку не избежать. В лучшем случае всем просто плевать на людей, и почему то это печалит меня. Но вот, я стою на облаке в центре мира. Под моими ногами простираются континенты, некоторые из которых уже полностью захвачены культами, во главе с их дикими богами. Жестокость и ненависть... Кто и зачем показывает мне это? — Нравится? — фигура статного седого старика с уложенными волосами, в черном фраке, возникает рядом со мной. На его руках перчатки из черной кожи, и в них он перебирает некое ожерелье, собранное из сотни металлических пентаграмм. Старик проницательно смотрит на меня, заглядывая в душу. Едва различимые символы на белках его глаз медленно вращаются. — Нет, не нравится. Кто вы? — обращаюсь я к нему. Мои длинные черные волосы колышет ветер, и обнаженную кожу обжигает палящее солнце. — Я один из великого множества богов, что населяют безымянный мир, и один из немногих, не утративших человечность. — Вот как... — на мгновение я затих, наслаждаясь дуновениями летнего ветра. — Зачем я тут? — я перевёл взгляд на огромный город, в центре которого виднелся стометровый шпиль под куполом. Возможно, причина всей ненависти к роду людскому, таится где то там, за стенами величайшей магической академии. Доард... В руках этого человека весь мир, и мир этот лишь для него одного, но не для человеческой расы. — Я счел тебя достойным претендентом, — прервал мои размышления бог. — Достойным чего? — Нести мою волю в этот мир, — старик загадочно посмотрел на солнце, словно ожидал увидеть там ещё одно божество. — Тогда вы ошиблись. Я никогда не верил в богов, и не намерен им служить. Я никогда даже не хотел жить, так зачем вы втянули меня в это? — я серьезно посмотрел на старика, искренне не понимая, какой в этом всём смысл. — Я не говорил, что это моя воля, как бога. В конечном счете, я ведь и сам когда то был человеком, — старик беззаботно улыбнулся, — посмотри лучше на этих людей: они страдают, по вине своих древних предков. Даже к тифлингам тут порой относятся лучше, нежели к людям. Я хочу, чтобы ты изменил порядок вещей в этом мире, не ради богов, но ради людей, — старик грустно посмотрел на монументальный город. Увы, до конца я не могу разделить его печали. — Вы слишком много от меня хотите. Я всего лишь 17 ти-летний парень, что не справился даже с собственной жизнью в обычном мире, и вам это прекрасно известно. Где же я найду силы, для подобных подвигов? Старик подошел ко мне в упор, положив руку на плечо. — Ты всё равно забудешь этот разговор. Есть ли у меня причина, долго рассказывать тебе о своих мотивах? — Вы ведь сказали, что ещё не утратили человечность, в отличии от других богов? — мрачно посмотрел я на старика, — раз уж вы так бесцеремонно перенесли мою душу в этот мир... Может хотя бы раз, пойдете мне навстречу? — Хаха, прекрасно, — старик искренне засмеялся, — я ещё не раз пойду тебе навстречу, мальчик. Мне придется, ведь иначе ты вряд ли выживешь. Можешь считать это божественной помощью. — Тогда вы могли бы найти и более подходящего кандидата, — справедливо заметил я. — «Табула Раса», — пространно произнес бог, словно обращался к воздуху, — мне нужен человек, что изначально ничего не имел. Если бы нечто тяготило тебя домой... Это могло бы стать проблемой. За то время, что я скитался по мирам, ты приглянулся мне больше остальных, отчасти потому, что никогда не был счастлив. К тому же, на самом деле я знаю одно: наши с тобой взгляды на мир во многом схожи. Ты захочешь помочь этим людям, даже если я не стану просить. — Забавно. Получается, что моё пожизненное несчастье и неудача, и стали причиной перерождения? Но даже если я решу остаться в этом мире... Разве будут у меня силы, чтобы отстоять свои интересы? Мой прошлый мир кажется куда более простым. Ответ от старика прозвучал не сразу. На этот раз его голос был строг. — Как и сказал, с силой я немного помогу тебе, но лишь в начале, чтобы ты ощутил вкус счастья и цену могущества. Я почти наверняка уверен, что ты не сможешь удержать судьбу в руках. Впрочем, лишь однажды испытав счастье, ты обязательно захочешь испытать его вновь, и это будет вести тебя вперед, — старик сжал мое плечо, и я ощутил, будто кто то тянет меня вниз с небес. Взгляд божества был непреклонен. — Раз за разом ты будешь терять всё, что обретешь, и сила твоя станет тебе величайшим проклятием. Каждая ошибка на пути будет нести тебе лишь боль и разочарование, — горько произнес он. — Так какой же тогда в этом смысл? Вы описываете всё так, словно я попал в ад. — Это место порой бывает хуже ада, — старик пугающе улыбнулся, — но если ты выдержишь все эти пытки, то обретешь не только мотивацию, и собственную силу. Нет, ты обретешь нечто большее, о чём и не смел мечтать ранее. А теперь, ступай, — внезапно, бог столкнул меня с облака, и я камнем полетел вниз. Отдавшись полёту, я рассматривал небеса, прокручивая слова старика в голове. А парить не так уж и плохо: ветер такой приятный... Вот бы однажды, подняться на эту высоту, и вновь ощутить тепло палящего солнца. Эх... Счастье да? На самом деле, сейчас нет смысла думать об этом, ведь я чувствую, как воспоминания покидают меня. Моя душа переносится куда то глубоко под землю, постепенно сливаясь с новым телом. И вот, образ возникает передо мной, на фоне голубого неба, словно луна: девушка с золотыми глазами и серебряными волосами, с улыбкой протягивает ко мне руки. Ее белая ночнушка развивается на ветру, словно парус. Я обнимаю её, и наши силуэты сливаются в полете. Ощущение от тепла этого хрупкого тела ни с чем не сравнить. А ведь я вижу её впервые, и совсем скоро забуду... Так почему меня не покидает чувство, словно ради неё я готов убивать? Почему от одного её взгляда, печаль тяжким грузом опускается на сердце? Она такая миниатюрная, на пару голов ниже меня, и слишком уж милая... Я не хочу забывать ее, хоть вселенная и не станет слушать моих желаний. Эта девушка — единственное, что сейчас по настоящему тронуло моё сердце. Хочу узнать о ней больше. Но вот небеса остаются позади. Серебряный образ растворяется в моих руках, и взор застилает тьма, погружая в пучину безумия. Не думал что скажу это но... интересно было бы, попытаться выжить. Кто знает: может старик не лгал, и я действительно обрету счастье? Может, я даже смогу подарить его другим... Когда то я о таком не мог и мечтать. ---------- Прошлое и настоящее. Что это сейчас было? Мне показалось, или я только что был в другом месте? Ах, да… Кажется, меня только что убили на экскурсии в Лондонском музее. Там был странный старик, без конца философствующий на темы жизни и смерти. Впрочем, всё это уже не важно. Важно, что я наконец умер, как и хотел. Мои мучения прекратились, а значит больше не придется проживать чужую жизнь. Вокруг меня ничего… Только пустота и тьма. Даже тела нет. Неужели я тут застрял? А мне казалось, что смерть выглядит иначе. *Дзынь* — послышался лязг металла где то вдалеке, и пространство перед глазами сжалось в точку, мгновение спустя начав расширяться обратно. Зеленая трава, голубое безоблачное небо, свежий воздух, и… боль в мышцах. Всё это появилось передо мной за долю секунды. Прямо сейчас я наблюдал за тем, как мои руки ухватившись за укороченную катану, отрабатывают удары в некой стойке. Хоть я и ощущал эти руки, но управлять ими не мог. Я словно не хозяин этого тела, а лишь наблюдатель изнутри. Возможно ли, что умерев, я переродился в теле еще живого человека? Но ведь это лишено всякого смысла… Даже в тех новеллах про попаданцев, что я читал в прошлом, авторы не позволяют себе подобной безвкусицы. Впрочем, тот факт что после смерти меня не ждала “пустота”, уже объясняет многое. Возможно, христиане или буддисты были правы. — Ну же, Нито, держи спину ровнее, — прозвучал строгий мужской голос позади, и по позвоночнику внезапно прилетел сильный удар, едва не сбивший меня с ног. Перед глазами появился образ мужчины: пурпурные вьющиеся волосы, серые глаза, легкая щетина и строгие черты лица. Торс испещренный множеством шрамов обнажен, и из одежды только черные свободные штаны. Стоя босиком на острой гальке, и сохраняя максимально безразличный вид, он сжимал в руке деревянную палку, второй рукой закуривая папирос. “Ну сейчас я ему врежу,” — прозвучал голос в моей голове. Кажется, это мысли настоящего владельца тела, Нито. “ААА!” — парень с криком понесся в атаку, замахиваясь для удара.* * * Один миг, и он лежит на поросшем травой краю скалы, глядя на зеленые леса, простирающиеся где то далеко внизу. Всё тело болит от ударов деревянной палкой. Перевернувшись на спину, он видит надменно ухмыляющегося мужчину. “Люций, вот ведь… ты даже не поддаешься,” — думает он, поднимаясь на ноги. — Ну что, пацан, на сегодня хватит? — спрашивает Люций, выбрасывая папирос в пропасть. — Нет, не хватит! Я буду пытаться, пока не надеру тебе зад, — кричит Нито, но мужчина уже не слушает его, направляясь к двухэтажному деревянному дому, в центре зеленого плато на вершине горы. — Не хочу тебя расстраивать, пацан, но на это тебе не хватит и сотни жизней. А ещё… за такое наглое отношение к учителю, тебе полагается на два часа больше тренировок с маной, — говорит Люций через плечо, поднимаясь на крыльцо дома. Сев на траву, Нито глядит в своё отражение на клинке: фиолетовые глаза, совершенно седые колючие волосы, свисающие до подбородка, и острые черты лица. Этот облик Нито противен, ведь его часто путают с вампирами и другой нежитью, из за несоответствия возраста и седины. Затянув потуже веревку вокруг спадающих штанов, он бежит вслед за учителем, сверкая голым торсом. — Пфф, ну и ладно, я не против ещё часика тренировки, — раздраженно фыркает Нито, забегая в дом вперед учителя. Проносясь сквозь уютную гостиную с камином, большим кожаным диваном и множеством книг, он в спешке поднимается на второй этаж. Открыв единственную дверь в конце лестницы, он едва ли не утопает в книгах, полностью заполняющих комнату. Наконец, прорвавшись через тонны макулатуры, он садится за древний деревянный стол. В круглом окне перед его лицом виднеется закат. “Люмин,” — думает Нито, и над ним загорается маленький шарик света. Взяв книгу в толстом кожаном переплете, он открывает её на конкретной странице, полностью сосредоточившись на обучении. Да уж, его стремлению учиться можно только позавидовать. А что же я? Я чуть не забыл о себе, пока наблюдал за его действиями. Всё это очень странно. Как я должен вести себя в подобной ситуации? Должен ли я переживать, что умер и переродился, или может мне нужно радоваться? Всё таки я, как и многие другие дети, всегда мечтал попасть в фэнтези мир. В прошлой жизни меня никто не любил, и особых шансов пробиться в обществе не было. Рано или поздно, я бы всё равно пришел к худшему концу, так что особой потери не ощущаю. С другой стороны, мир этот судя по всему, довольно опасный. Обычно в магических фэнтези вселенных всё зависит или от тебя самого, или от “роялей в кустах”, но раз уж этот мир настоящий… Надеяться на последнее не приходится. Ещё немного поразмыслив, я пришёл к следующему выводу: не знаю что происходит, но раз мне в этом мире пока что жить, значит стоит внимательно его изучить. Надеюсь только, что не застряну в этом теле навечно. Не хотелось бы всю жизнь наблюдать за этим парнем, особенно когда он будет делать свои грязные, мужские дела… *** С наступлением глубокой ночи, когда на небе уже взошла полная луна, Нито однако, стал учиться только усерднее. Я же заметил одну интересную особенность: я могу читать его память. Правда для этого требуется “ментальная” сноровка, но и ей я почти овладел. Так, посмотрим… Нито, парень, 17 лет, Нефилим, атрибуты света и тьмы, родители неизвестны. Хм, странно: период жизни от рождения и до 8 лет буквально отсутствует в памяти. Первое воспоминание, это борьба с гигантской змеей за её яйца в гнезде. В тот день его спасла некая женщина, впоследствии оказавшаяся духом древнего мага. Она же обучила его магии, поселив в лесу. И с девушкой его всё странно, и с атрибутами… Ладно, наверное мне не стоит копаться в чужих воспоминаниях. Всё таки это не очень этично, и я тут за другого рода знаниями. Мир, мана, магия, атрибуты. Отлично, что тут у нас… Душа — ещё душу тут называют “горизонтом”. За редкими исключениями, это основа большинства живых, мыслящих существ. Полностью состоит из маны, и без маны не может существовать. Мана — нечто вроде чистой энергии, как джоули в моем прошлом мире, но более… метафизической? Не знаю, какое слово подобрать. Используется для протекания всех процессов во вселенной. Например, чтобы деревья могли расти, им нужна мана, и чтобы создать заклинание, тоже нужна мана. Даже для физиологических процессов в организме человека, вроде регенерации, нужна мана. Циклы маны — после того, как человек поглощает ману и использует её, использованная мана не исчезает, а возвращается обратно в реальность. Это ещё можно заметить через “ауру” возникающую вокруг того, кто ману возвращает. Таким образом мана никуда не пропадает. Это похоже на закон сохранения энергии, но с одним исключением: в этом мире есть так называемый “океан нейтральной маны”. Океан нейтральной маны — некий слой реальности, не отделимый (вроде как) от пространства и времени, что содержит в себе бесконечность только чистейшей нейтральной маны. Половину маны существа всегда поглощают из него, и половину из окружающей среды. Таким образом остаться совсем без маны ты не сможешь, даже если будешь стоять на одном месте год. Управление маной — люди, и вроде как, все остальные, могут управлять маной в своем теле, чтобы ускорять регенерацию конечностей или даже работу мозга. Это сложный навык, который многие постигают в течении всей жизни. Также можно управлять окружающей маной, и маной в телах других существ. Вот только, если первого добиться просто сложно, то второе едва ли под силу даже профессиональному магу. Лимит маны — ограничение, не позволяющее использовать слишком много маны. У Нито тут даже есть отличный пример: если душа это “большое озеро маны” то вот лимит: “маленький участок внутри этого озера”, откуда ты можешь свободно брать ману, пока она там не закончится. Думаю, если бы не это ограничение, можно было бы спокойно “потратить” свою душу на сильное заклинание, отправившись на тот свет. К слову, нарушить лимит всё таки можно, но только в специфических обстоятельствах. Скорость восстановления лимита тоже у каждого своя. Аура — свечение, которое возникает когда существа извергают ману обратно в реальность. Увидеть свечение можно только “магическим зрением”. Цвет и размер ауры зависят от того, какая мана извергается. Как правило, “негативная аура” имеет красный оттенок, а “позитивная аура” серый и зеленый. Честно говоря науке не совсем известно, каким именно образом мана понимает, что такое “негатив” и что такое “позитив”. Есть даже теория, будто мана — живая сущность, но с этим спорит множество ученых. Уникальная аура — некоторые существа искажают ману на столько, что их аура приобретает уникальный цвет или даже форму. Такая аура может даже создать физическое давление, буквально прижимающее к земле тех, чья душа слабее. Хотя, этому можно научиться и без уникальной ауры. Сила души — вот тут я не совсем понял. Сила души определяется размером лимита, и плотностью маны. Однако, методика измерения двух этих показателей, практикуется только на экзаменах для поступления в магические академии. В обычной же жизни люди могут даже не осознавать своей силы, поскольку сравнить свой лимит с чужим без конкретной цифры, очень трудно. Атрибуты — некая врожденная сила, что есть почти у каждого существа. Как правило, у каждого атрибут свой, но иногда встречаются одинаковые. Их даже поделили на классы вроде “изначальных” куда входят элементы стихий (воздух, огонь и т.д) и “уникальных” вроде атрибута металла, или даже атрибута цветов, чтобы это не значило… Там ещё есть куча классификаций, но вдаваться в подробности сейчас не очень хочется. Заклинания — магия в этом мире используется посредством воображения. Однако, такой метод крайне сложно использовать даже будучи опытным магом. Если заклинание комплексное, так и вовсе невозможно, ведь в воображении придется удерживать тысячи деталей. Для этого люди придумали “слова магии”, которые работают по принципу ассоциативного ряда. Слова магии — некто придумал “огненный шар”, и теперь все знают, что такое “огненный шар”. Лишь услышав два этих слова, ты сразу представляешь в голове образ, который и можно использовать как заклинание. На сколько мне известно, какого то единого языка для магии нет. Ты даже можешь придумывать себе собственные заклинания, если получится выстроить ассоциацию в голове между представленным эффектом, и словом. “Фух, ну вроде всё,” — подумал я, глядя на то, как моё тело отзывает свет и ложится на кровать, укрывшись шерстяным одеялом. К слову, сильные маги в этом мире почти не спят, поддерживая своё состояние маной. Нито похоже, к таким пока что не относится. *** Да уж. Нито может и спит, а вот я нет. Моё сознание по всей видимости на такое не способно. До самого утра я думал о своей судьбе, и о новом мире. Скажу честно: мне тут нравится, пусть даже не в своем теле. Вернее, меня хотя бы не тошнит от этого мира, в отличии от моего прошлого. Из воспоминаний Нито я понимаю, сколько на самом деле в этом мире свободы у людей, обладающих знаниями. Настоящей, физической свободы, а не той что была у меня раньше. Хах, в прошлой жизни, в свои 17 лет я уже мог считаться вундеркиндом. Закончив школу в 15, я сразу поступил в университет учиться на “биолога”, параллельно изучая историю. Делал я это, на самом деле, не для себя. С детства будучи сиротой, я очень хотел любви и внимания. В итоге не смог придумать ничего лучше, чем пойти в науку. Увы, понял я это всё только когда умирал. В тот момент мне словно открылись “инсайты”. Прошлого меня можно понять. Всё таки, учиться у меня всегда получалось лучше всего, и я подумал: “может окружающие полюбят меня, когда я стану хорошим ученым? Сделаю пару великих открытий, и все меня признают,”. Во многом это была ошибка. Я учился и учился, а люди всё никак не тянулись ко мне. В чём же проблема? Я никак не мог этого понять, и потому ужасно стрессовал. Одного года учебы без отдачи мне хватило, чтобы заработать себе серьезные проблемы с психикой. Хотя, вспоминая мое прошлое бродяги, когда приходилось жить в церкви, думаю, проблемы эти были куда глубже. Удивительно, что я вообще смог выбраться из той задницы, и добраться аж до университетского уровня. Всё же, некоторая воля к жизни у меня была, но потом… Уже к 17 годам я не только переживал кризис среднего возраста, но и всерьез задумывался о суициде. Да, моя ситуация на самом деле не была ужасна: за особые заслуги и статус сироты мне позволили жить в однокомнатной квартире. У меня был компьютер, и интернет, великое будущее в научной среде, деловые знакомства, и даже некоторые выдающиеся достижения по учебе. Вот только… Я всё это терпеть не мог. Каждый раз глядя на “почетные грамоты” меня тянуло припасть к унитазу. В голове всплывали лица счастливых одногруппников, пьющих пиво между парами, и обсуждающих девочек. Я завидовал им, ведь даже будучи вундеркиндом, я проигрывал им в социальных отношениях. В этом плане я был, можно сказать, инвалидом. К слову, иронично, что будучи гением, мне недоставало именно того, что могло бы сделать меня по настоящему счастливым. Спастись от этого помогали только видеоигры, аниме, и чтение романов и новелл. Я очень любил японский жанр “сёдзе”, и будучи парнем, каждый раз корил себя за это. Все эти “невесты герцога” вызывали где то глубоко внутри меня восторг и тепло. Вот он, эскапизм в чистом виде. Впрочем, и жанр “попаданцев” я любил не меньше. Каждый раз приходя домой после учебы, я погружался в чтение, напрочь забыв о сером Лондоне за окном. Ведь действительно, лучше читать о лунных скульпторах покоряющих мир, и сражениях за Императора Человечества, нежели смотреть на людей, спешащих на 12-часовую смену в общепите. Хотя, может быть я даже хотел бы жить, как они. Лишь бы не думать обо всех этих сложных, экзистенциальных проблемах. Но вот теперь, я тут, по другую сторону экрана, в другой вселенной. В мире вроде тех, о которых читал. Я тут совсем один, беспомощный и слабый, одинокий и брошенный. Почему же в этом мире я не чувствую себя чужим, хоть и едва попал в него? Мечтал ли я когда то, стать “повелителем гарема” или “имбовым гг”? Хах, кто знает. Всё же, я судя по всему попал в настоящий мир, а не написанный роман. Какая разница, на что будет похожа моя жизнь? Даже если она не будет очень интересной, яркой, и удивительной… Я просто должен прожить ее правильно, так, чтобы мне больше никогда не было стыдно за собственное бессилие. Так, как я бы этого хотел. И сдается мне, что в этом мире я точно смогу. Почему? Думаю, от части, всё дело в магии. Да, именно магия дает истинную свободу, позволяя нарушить законы мироздания. Именно магия пробуждает в людях интерес, ведь она способна выйти за пределы логики, удивив любого. Магия дает тебе крылья, что поднимают в воздух, и руки, что способны сдвинуть горы. Эх, магия — роскошь для мира, где правят эффективные менеджеры. В мире, где за тебя уже всё посчитали и решили, нет места “волшебству”. Будь ты хоть трижды гением — взлетишь только в кабине самолета, будто наблюдая за истинной свободой из железной клетки. Многим достаточно и этого, но раз уж я тут, то возьму больше. Что же, стоит наконец начать взрослеть по настоящему, и взять всё в свои руки. Только вот как, если мои руки сейчас — не мои? Нито конечно хороший парень, и как человек он мне понравился сразу. Всё таки у нас с ним много общего, но оставаться в этом теле навечно я не намерен. Буду искать способ, ведь в мире магии возможно всё, если соблюсти условия. ---------- Путь. Прошло уже 3 месяца. Каждый день в течении этого времени начинался по стандартной схеме: 8 часов тренировки с мечом, 8 часов тренировки управления маной. Вообще, управление маной, штука странная. Когда направляешь ее в своем теле, складывается впечатление, будто управляешь собственной кровью. Я конечно ману не контролирую, но чувствую, как это делает Нито. Сейчас он как раз закончил с магической тренировкой, и теперь шел к костру, который Люций развел на зеленой поляне. Солнце тем временем, стремилось к закату. — Ну что, на следующей неделе выдвигаемся? — устало спросил Нито, присаживаясь на большое бревно, и накалывая кусок мяса на палку. — Ага. Сразу после подготовительных медитаций. Маршрут у нас будет незамысловатый: по самому короткому тракту через всю Наэрию до порта, а там на корабль, и прямиком к Флегрейсу, — Люций изобразил нечто вроде птицы рукой. Услышав их диалог, я вдруг понял, что за три месяца совсем ничего не узнал о географии здешних мест. Немного покопавшись в воспоминаниях Нито, я внезапно наткнулся на крайне странный, сбивший меня с толку факт: сейчас 4685 год. Как так? Судя по воспоминаниям Нито, паровой двигатель в этом мире ещё не изобрели, а прошло уже столько времени. Неужели магия атрофирует стремление к развитию технологий? Сложный вопрос... Впрочем, возвращаясь к теме географии, тут «безымянный мир» напоминает нашу землю, но с большим числом континентов и неисследованных земель. Также есть много маленьких островов, и так называемые «дикие земли» о которых однако, почти ничего не известно.Основных континента всего четыре: один в центре огромного океана, и три других расположены по бокам и спереди от него. Если рассматривать их по отдельности, то получается как то так: Висата — восточная страна культуры боевых искусств, которую населяют странные гуманоидные существа, напоминающие помесь человека и элементаля. В основном это каменный народ, но в качестве редкого исключения попадаются и другие виды. Именно сюда стекаются все профессиональные мечники, и любители махать кулаками. Нужно будет обязательно посетить в будущем. Акея, или же, Афелий — страна на краю моря, которую населяет множество видов эльфов. Сама страна закрыта, и потому Нито о ней почти ничего не знает. К тому же в жизни его интересовала только одна эльфийка, — его девушка. Натар, или же, Наэрия —- континент, разделенный на две части высочайшими горными пиками. Восточная его часть населена преимущественно людьми, и вроде как является их родиной. Что до западной, то там всё интереснее. Кого тут только нет: и полувампиры, и тифлинги, и зверолюди, и даже помесь людей и драконов. К слову, Наэрия — второй по размеру континент в мире, после Флегрейса. Флегрейс —- огромный континент размером в три предыдущих, населенный почти всеми существующими расами разумных и неразумных существ. Этот континент судя по немногим сохранившимся, историческим справкам, внезапно появился в центре океана, где то на заре 20 века. Больше об этом ничего Нито не слышал, что странно. Мы же находились на континенте людей, Натаре, занимая одну из самых высоких гор, что и разделяла континент на две части. Люций выбрал эту гору из за «особой концентрации маны» в этих местах, и полезного воздуха. За три месяца тренировок, Нито так ни разу и не смог задеть учителя мечом. Со временем я даже стал болеть за него во время дуэлей, но неизменно, Люций был сильнее. За то, Нито научился резать камень своим мечом. Я не совсем понял, как он это сделал, но выглядит эффектно. Да, кстати, я ведь совсем забыл одну деталь: Люций, не человек. Это дух меча, заключенный в клинок Нито, и способный принимать материальное обличье. Ему вроде как, несколько тысяч лет, и он мог бы рассказать много всего интересного своему ученику, но предпочитает молчать. Не знаю, где и как Нито достал этот клинок, но обращаться с подобным оружием нужно бережно. Меч относится к классу «героических артефактов» обладающих собственной душой и сознанием. Это крайне редкие и дорогие сокровища, самостоятельно формирующиеся при никому неизвестных обстоятельствах. Характер конечно у Люция, как у настоящего сурового папаши. Честно говоря, я его уже так и воспринимаю. Помню вот случай, когда он заставил Нито нести на спине гигантский камень, вслух зачитывая стихи, и при этом поддерживая заклинание. «Вот она, сила концентрации!» — без конца повторял тогда Люций, глядя на обозлённого ученика, поднимающего каменюку в гору. Или вот случай, когда он заставил Нито плыть вверх по водопаду. Каким образом? С помощью контроля маны конечно. Нито должен был контролировать спадающие на него потоки воды, обращая их вспять. Выглядело это так, словно он поднимается на водном лифте, сидя в позе лотоса. «Поза лотоса, почти как боевая стойка!» — энергично выкрикивал тогда Люций, закидывая ученика камнями, и заливаясь смехом, пока Нито пытался останавливать камни, выставляя невидимые магические барьеры. Одним словом, с таким учителем не соскучишься. Да уж, глядя на них, сидящих у костра, я чувствую себя как дома. Такая привычка даже пугает... За три месяца я так ничего и не нашел, что помогло бы мне покинуть это тело. Никакой информации о переселении душ в голове Нито, и в тех книга, что он сейчас читает — нет. — Пойдем, — обратился к ученику Люций, поднимаясь с бревна. Сейчас будет последний этап подготовки: медитация. *** — Мастер, а в чём смысл этой медитации? — Нито обратился к мужчине, сидящему в позе лотоса на вершине горы. Они оба медитировали так уже несколько дней. — Ого, ты назвал меня мастером? Хах, я растроган, — Люций держал в зубах зеленый колос, насвистывая неизвестную мелодию. От его тела исходила мощная аура черного цвета, — а сам не понимаешь, в чём смысл? — Неа. Вот сидим мы тут, поглощаем ману, но ведь душа не бездонный океан, да? — Нет, — Люций вдруг ударил Нито по голове рукояткой деревянного меча, — оставь эти сказки ленивым. Расширить лимиты ты можешь только двумя способами: постоянно расходуя, и постоянно поглощая ману. Только так можно «растянуть» это болото, и сделать свою ману плотнее. Уж я то за свои три жизни выучил это досконально. — Понятно, — Нито сидел не шелохнувшись, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не чихнуть. В довесок к болящей шишке на голове, вокруг него летала раздражающая муха, отвлекаться на которую он никак не мог. — Мастер, как думаешь, я смогу поступить? — В магическую академию? — Ага. У них ведь там суровый отбор, да и я человек, а для людей очень строгие требования поступления, — Нито переживал, что его не возьмут в магическую академию Флегрейса. Он мечтал поступить в неё всю жизнь, и к тому же, там его ждала девушка. — Слушай, пацан, не неси чушь. Твои врожденные данные парадоксальны: атрибут света и тьмы в одном человеке. Ты буквально не должен существовать по всем правилам магического мира, понимаешь? Когда они тебя увидят, — у них челюсть отвалится от зависти, так что не парься по таким пустякам. К тому же, ты ведь не человек. — Угу, — Нито открыл глаза, печально посмотрев на восходящее солнце. На горизонте уже собирались грозовые тучи, и спустя несколько минут, начался дождь. — Ну что, готов отправляться в путь? Я уже полностью заряжен! — Люций встал, потянувшись изо всех сил. На его сильной спине виднелся гигантский диагональный шрам. — Ещё бы ты не был заряжен. Мою ведь ману тратишь для материализации! — усмехнулся Нито, пытаясь размять затекшее тело. — Можешь сказать мне спасибо. Материализация объектов — прекрасный способ безопасно потратить ману. По крайней мере тебе не пришлось ничего разрушать, — Люций спокойно посмотрел на грозовые тучи. — Это правда. Куда мы теперь? — Нито зевнул, глядя на раскаты молнии сверкающие вдалеке. — Вниз, и постарайся не отставать, — подмигнул парню Люций, прыгая с утёса. «Вот ведь старый...» — раздраженно подумал Нито, прыгая за учителем вслед, и пытаясь обуздать потоки ветра. Летать он конечно таким образом не мог, но вот парить — вполне. *** Путь от гор до края континента займет у нас по меньшей мере месяц. Дальше на корабль, и через какое то время мы должны быть на Флегрейсе. Разные судна ходят по разному, и в запасе у нас всего три месяца. К слову, за время тренировок, мы так же неплохо подготовились к теоретической части экзаменов, и теперь Нито был подкован во множестве вопросов. Да и в практическом плане он действительно был хорош. Он уже мог легко использовать атрибут тьмы, чтобы например, проходить сквозь стены, или атрибут света, чтобы призывать свет. Подобное может показаться мелочью, но в реальности многие люди до конца жизни даже не знают, какой у них атрибут, и как его использовать. Магическое образование — вещь дорогая, и сложная. Если у тебя нет природного таланта или дворянского статуса — готовься всю жизнь работать на полях, и погибнуть от забродившего в деревню волка. Уж не знаю с чем это связано, но Нито точно не из таких, «бездарных» людей. Этот парень впитывает прочитанное словно губка, и ещё больше познает интуитивно. Я бы даже сказал, что мы с ним очень похожи. Хоть от прошлой жизни я и отказался — интерес к учебе всё ещё при мне. *** Продвигаясь сквозь колючий кустарник у подножия горы, Люций вдруг остановил нас. — Нито, смотри, это черный медведь, и при чем огромный. Хочешь попытать удачу? В паре десятков шагов от нас, стоял трехметровый медведь. Размером он сошел бы за гризли-рекордсмена, или какого нибудь древнего представителя вида медвежьих. — Драться с медведем? У него ведь довольно много маны. Это может быть опасно, — Нито прильнул спиной к дереву. — Хах, в мире есть существа куда опаснее медведей. Ну скажем, та же девятка разрушения, — Люций мрачно посмотрел на дождливое небо. — Девятка разрушения? Кто это? — Нито изо всех сил пытался вспомнить, но никак не получалось. — А ты не помнишь? — Не уверен.. — Ладно, не бери в голову. В любом случае, до этого ты тренировался только со мной. Теперь тебе нужно больше боевого опыта. Твоими противниками далеко не всегда будут люди. — Ладно, я понял... — Нито вышел из за дерева, и сделал несколько уверенных шагов в сторону животного. Оно наконец заметило нас, и сразу же приготовившись атаковать. Видно, что еда в этот лес заходит на часто. — И что будешь делать? — прозвучал голос в голове. Не долго думая, Нито преобразовал Люция в клинок. Выглядело это конечно, странно, словно Люций сплющился в свёрток. Заметив подозрительные действия с нашей стороны, медведь стрелой бросился в атаку. Нито отскочил в сторону едва увернувшись от огромной когтистой лапы. Эта тварь перемещалась с пугающей скорость. «Было близко, нужно заманить его к камню, в открытом противостоянии он просто задавит меня весом,» — Нито уже продумывал план победы над исполинским существом. Тем временем медведь снова атаковал, и снова промахнулся, едва задев подол плаща когтем. Несмотря на общую скорость рывка, мишка был довольно неповоротлив, и воспользовавшись ситуацией, Нито контратаковал. Черный клинок вошел в брюхо медведя словно нож в масло, кровь брызнула фонтаном и существо яростно заревело. Похоже, это только разозлило его. Не теряя времени, Нито в один прыжок забрался на огромный четырехметровый валун, на котором медведь не смог бы его достать. Хотя... животное не особо переживало на этот счет, начав таранить камень, от чего тот зашатался. «Да сколько же в тебе силы? Хорошо, тогда попробуем по другому» — взяв клинок словно стрелу, Нито запустил его медведю в глаз. Судя по сотрсяющему округу рёву, он попал точно в цель. К сожалению, даже уничтожение половины головы не остановило медведя. Скорее всего он относился к виду животных, что имеют некое природное свойство «берсерка». В критических ситуациях они способны функционировать, исключительно за счет маны, даже если почти полностью разрушить их тело, но в итоге это всё равно приводит к смерти. Подпрыгнув высоко в воздух, Нито вернул клинок в руку, после чего повторно запустил его в область шеи, но в этот раз не попал. Схватившись за толстую ветку, Нито повис высоко над медведем.«А деревья тут выше чем в моем родном лесу. Может они тогда еще и крепче? Сдается мне, что этот мишка мог бы и дерево повалить при желании,» — подумал Нито, глядя на свирепое животное. Как он и рассчитывал, медведь пытался залезть на дерево. Стоя на двух задних лапах он «обнимал» ствол, раскрыв то что еще осталось от пасти, и издавая массу неприятных звуков. Впрочем, его силы уже иссякли. У берсерков мана зачастую растрачивается попусту, ведь нет никакого контроля. В итоге это лишь быстрее убивает владельца. Спустя всего несколько минут, безжизненное тело медведя опустилось на землю. — Слушай Люций, тебе не кажется, что деревья тут аномально прочные? Мужчина появился из за дерева, разглядывая гигантскую тушу. — Да, эти деревья всегда были прочными. Этот лес называют «Могилой корней». У деревьев тут длинная корневая система, а еще в этом лесу много усыпальниц древних королей человеческой расы. Кстати, ты молодец. Даже я бы не додумался соревноваться с медведем в выживаемости, — Люций рассмеялся, уставившись на гигантский расколотый на две части камень. — Просто повезло, что попал в голову. И что нам делать с этой тушей? — Нито обошел медведя по кругу. — Как что? Заберем его шкуру. Ты забыл, что у нас почти нет денег? Как мы попадем на корабль? К тому же, возможно, для поступления в академию понадобится взнос. Всё таки ты не дворянин, так что давай, работай, — Люций пнул тушу ногой, закуривая новый папирос. Мне кажется, или они у него бесконечные? — Пожалуй ты прав, — согласился Нито, доставая самодельный нож для свежевания. Из его мыслей было понятно, что свой клинок он для этого использовать не намерен. Ну, с его многолетним опытом жизни в лесу, это не было проблемой. Спустя несколько часов, осушив шкуру слабой магией огня, какую может использовать любой, и взвалив ее на плечи, мы отправились дальше. Соседний тракт, к которому мы сейчас двигались, как раз вёл к порту через всю Наэрию. — Слушай Люций, а ты знаешь кого нибудь в академии? — обеспокоенно поинтересовался парень. — Что за глупый вопрос? В моё время ее еще не существовало. Всех моих друзей, кто не погиб тогда, уже наверняка настигла старость. Разве что, пара знакомых магов могла дожить и до этих времен, но тогда их могуществу можно лишь выказать почтение. — Да уж, жизнь длиной в 3000 лет имеет массу неприятных последствий. — Ага, например поколения твоих друзей умирают, а ты об этом даже не знаешь, прозябая в небытие, — Люций подкинул в воздух камешек, и пнул его ногой. — А много у тебя было друзей? — Много друзей не бывает, это понимаешь с возрастом. Всего четверо. Двое погибли тогда, а что с остальными, я не знаю, — Люций снова подкинул камешек. Это было его «ритуал успокоения». — Ладно, наверное не стоило поднимать эту тему. Мне всё еще трудно тактично вести себя с людьми, извини, — Нито вдруг стало стыдно, что он задает такие жестокие вопросы своему учителю. — Не переживай, пацан, в чистилище у меня было время подумать над своим отношением к жизни, так что смерть друзей я хоть и с болью, но принял. Да и я не забыл о них, ведь наш с тобой контракт всё ещё в силе. — Разве не ты говорил мне, что месть деструктивна? — Говорил, но я хочу справедливости а не мести. Пускай из девятки живы только трое, но они должны понести наказание за содеянное. К тому же сам факт их существования крайне опасен для всех нас, — Люций задумчиво погладил щетину. — А с чего ты взял, что они всё ещё живы? — Этим тварям даже боги не помеха. Только Эрек и мог ими управлять, и то благодаря мировому артефакту, вкупе со своим «первым проклятием». — Интересно, что о них ничего не слышно последнюю пару тысяч лет, — задумчиво произнес Нито, глядя на появляющиеся на небе звёзды. — Если ты чего то не слышал, не значит что этого не было. Они крутятся в кругах которые обычные люди не обсуждают, так что в этом нет ничего удивительного. Кстати, Нито, у тебя ведь друзей вообще никогда не было? — Люций уставился на парня, явно намереваясь смутить. — Ну да, Лин первая... — Не переживай, в твоем возрасте еще не поздно найти себе товарищей, тем более что девушка у тебя уже есть, — учитель похлопал парня по плечу. — Она еще не моя девушка.. — Нито растерянно отвел глаза. — Да ладно тебе, тут нечего стесняться. Думаю, между вами уже всё ясно. — Ты правда так думаешь? — А ты? — Люций ехидно усмехнулся. Повисла неловкая пауза, хотя ответ всем был известен. Хоть прошлое Нито мне и не ясно, его чувства к Лин очевидны. Что интересно: я о них точно знаю, но не ощущаю. По какой то причине эта часть нашего сознания раздельна. Впрочем, это всё равно пока что не моё дело. Следующим пунктом нашей остановки будет город Лива, он в неделе пути от сюда. Хотя как по мне, можно было бы обойтись и без попутных остановок, ведь Нито жил и в куда более экстремальных условиях... Едва мы ступили в чертог лесной чащи, как в глубине ночного леса раздался странный крик. Что же это может быть? ---------- Новая встреча. «Люций, ты слышал? Кажется кричала девушка, может быть ей нужна помощь?» — их диалог перенесся в сознание, ведь Люцию для общения с Нито материализация не была так уж необходима. «Это один из самых опасных участков дороги, нужно быть настороже» — Нито зашагал быстрее. В этом месте тракт проходил сквозь лес, где на людей часто могла напасть нежить, или группа людей сбившихся с жизненного пути.— Это может быть низший вампир, который притворился женщиной и заманивает неосторожных путников в ловушку, тебе ли этого не знать? — Люций явно был заинтересован в происходящем, судя по тону его голоса, звучащего в голове.— Да, по слухам, тут действительно обитает великое множество всяких недо-вампиров, но неужели каждый такой случай — ловушка? — Не попробуешь, не узнаешь. С твоими то навыками, ты всегда можешь сбежать в случае чего. К тому же, это ведь я учил тебя, что побег — не стыдно.— Так значит, ты не против?— А кто откажется от добротной заварушки? Знаешь, в первой жизни мы с парнями любили охотиться на всякую нежить. — Ага, так и вижу, как группа бандитов врывается в древний замок с криками «кошелек или жизнь». — Ну, не надо так. Мы были профессиональной группой бандитов. Однажды мы даже обнесли сокровищницу одного графства. — По этому вас и казнили? — Нет, казнь за это была бы слишком жестокой мерой, особенно 3000 лет назад. Казнили нас не за это. То что мы сделали позже, и за что понесли наказание, выходило за рамки любой морали, даже нашей собственной. — И почему ты не хочешь мне об этом рассказать?— Потому что ты еще слишком мал для таких ужасов. Даже если ты убил медведя голыми руками, и объехал весь свет, в твоем возрасте моральная сторона этого вопроса еще закрыта. Нито тяжело вздохнул.— Ладно, как хочешь. Пойдем уже, проверим кто там кричал. — Да ладно тебе, не обижайся. Ты не многое теряешь, упуская мой рассказ, — снисходительно заметил Люций. Используя атрибут тьмы, Нито стремительно перемещался к источнику звука, проходя прямо сквозь деревья. Это одна из особенностей атрибута тьмы, и она поистине «читерная». Вообще то такая техника должна тратить уйму маны, но тело Нито поглощает и хранит аномально-большое ее количество. К тому же, парень смог уменьшить затраты довольно хитроумным способом, который даже я не понял. Через пару мгновений мы уже наблюдали за источником звука из за дерева. Перед нами на небольшой поляне располагался вход в какое то подземелье или склеп; сложно было сказать наверняка. Квадратная, слегка неровной формы, сложенная из каменного кирпича постройка, венчалась массивной, вертикальной, каменной плитой, выполняющей роль двери. Сама плита была немного сдвинута, из из щели торчала рука, умоляющая о помощи. «Это точно ловушка» — подумал Нито, даже не сдерживая любопытства. Парень аккуратно приблизился к щели, заглянув внутрь. Увиденное далее не очень его воодушевило. Нито едва сдержал рвотный позыв. Изнутри на нас смотрела изуродованная девушка: почти всё её лицо сильно обгорело, один глаз свисал из глазницы, а от волос на голове не осталось и следа. Ее рука, как и вероятно всё тело, очень сильно обгорели. Куски плоти свистали с ее конечностей. Что страшнее, она была еще жива. — Что с вами случилось? Держитесь, я вас вытащу. Из щели послышался хриплый, но громкий голос. Такое сочетание не особо укладывалось у меня в голове. — Там... Внизу... Мы не знали... Девушка залилась кровавым кашлем, очевидно, ей осталось не долго.— Что внизу? Там есть кто-то еще? — Да.. Там.. Не могу.. Говорить...Кашель усилился перейдя в кровавую рвоту. «Люций, что нам делать?» — Зайди внутрь.— Понял. Мы шагнули сквозь камень, оказавшись со стороны девушки. — Убей ее, — приказа Люций холодным тоном.— Ты уверен?— Она не выживет. Нито колебался, судорожно пытаясь нащупать решение в голове.— Подожди, у меня есть идея, — вдруг осенило его.Приложив руку к изуродованному плечу, Нито использовал слова заклинания «малое исцеление». Мышцы на плече девушки потянулись друг к другу сплетаясь воедино. — Я не уверен что смогу вылечить ее полностью... Люций стоявший рядом, с удивлением смотрел на Нито. — И это по твоему «малое исцеление»? Вообще то оно лечит максимум царапины. — Ты прекрасно знаешь, что хороший маг может и огненным шаром стереть гору, — мрачно произнес Нито, глядя на то, как срастается плоть. — Раньше такие встречались, а вот сейчас — не уверен. Хах, пацан, ты меня порадовал. Восстанови тогда самые важные органы. Спустя несколько минут, лечение было завершено. Нито удалось восстановить всё кроме одной руки, а еще сильно пострадала нога, и пока что девушка не могла ходить. Что еще наверняка важно для нее: он восстановил ей лицо и волосы. Это была белокурая молодая девушка лет семнадцати. Сейчас она лежала без сознания от болевого шока.— А с лицом она куда симпатичнее, — заметил Люций.— Угу, мы оставим ее тут?— Да, камень отодвигать не будем. Снаружи не безопаснее чем внутри, тем более что сейчас ночь. Пацан, мы должны проверить, что было внизу. Наверняка есть и другие выжившие. — Да, тогда возможно я смогу вылечить и их. Люций посмотрел на Нито с укором. — Тебе нужно быть осторожнее с заклинаниями исцеления. — Почему?— Ты спрашиваешь меня, почему? Закон ограничения маны тебе должен быть известен в первую очередь. Если ты превысишь лимит, то люди после твоего «лечения» будут умирать от старости быстрее чем от ран, как кстати, и ты сам. Не забыл еще, что мана это твоя кровь? — Да, я слышал об этом, но ведь я не могу использовать ману сверх лимита.— Так и есть, но бывали и исключения, которые приводили к несчастным случаям. Ты у нас «особенный», так что просто будь осторожнее, когда используешь свои силы на других людях.— Хорошо, я понял. «Люмин», — произнес Нито, шагая в темноту. Лестница вниз оказалась длиннее, чем мы предполагали. Периодически возникали развилки, но мы двигались только прямо, чтобы не заблудиться. Со временем воздух становился всё горячее, а из глубины стали доноситься неявные звуки. — Сколько мы уже идем? — поинтересовался Нито.— Около пяти часов. — И ведь кто то это строил... Как будто в бездну спускаемся. — Ага, даже в чистилище местами спокойнее. — Странно, а я думал что там вечные муки и страдания.— Отчасти ты прав, но не до конца. Если ад это горящий котел, то чистилище это скорее темный лес, полный голодных, отчаянных хищников, где свет это редкость, а опасность может таиться ближе чем ты можешь себе представить. Это место полно религиозных фанатиков, и прочих психов... — Звучит очень неприятно.— Хах, на деле всё хуже, просто мне это не передать. Наконец, мы стали различать звуки. Если точнее, то звуки битвы. Кто то явно скрещивал клинки. — Неужели они всё ещё сражаются? Давай поторопимся. Перейдя на бег, лестница наконец осталась позади. Внизу, перед ровной площадкой, находились монументальных размеров железные врата. Высотой не менее пятидесяти метров, их венчала красивая каменная арка. Перед вратами лежало несколько изуродованных и обожженных до неузнаваемости тел. Они уже были мертвы. Изнутри комнаты доносились звуки битвы. — Разве толщина этих врат... — Нито не мог понять, почему звук проходит сквозь такой толстый металл.— Не задавай глупых вопросов, лучше зайди внутрь. Нито попытался пройти сквозь врата, но только поднеся руку, проявился барьер, сбивший его с ног и отбросивший к стене.— Вот ведь... Это очень сильный барьер, я уверен что не смогу пройти сквозь него атрибутом тьмы, — печально заметил Нито. — Тогда нам нужно его сломать. — Сломать? Как? — Не знаю, придумай что нибудь, ты же у нас магический гений. — Ладно, я попробую, но те кто внутри могут пострадать.— Если до тебя еще не дошло, люди внутри находятся в ловушке. Этот барьер захлопнулся у них за спиной. — А как тогда девушка выбралась?— Без понятия, может быть это случилось не сразу. Давай, действуй, — Люций шагнул вглубь пространства, возвращаясь в тело Нито. Их души связаны контрактом, и изначально Люций не имеет физической формы даже в виде меча. Подойдя к вратам, Нито начал собирать окружающую ману, вливая ее в барьер. В магической теории существует правило относительно барьеров: они не могут хранить в себе маны больше своего размера. Само понятие размера довольно эфемерно и известно только тому кто барьер создает, однако в теории барьер можно перегрузить превысив этот объем. Проблема в том, что большинству магов не хватит лимита, чтобы за один раз сломать барьер, влив в него достаточно маны. У Нито же лимит или слишком высок, или отсутствует вовсе, поскольку он еще ни разу не сталкивался с этой проблемой, даже после того как Люций был материализован на протяжении недели. Это по меньшей мере, нечестная особенность, которая явно выделяет его на фоне других молодых магов. Наконец, переполненный барьер, не выдержав «собственной тяжести» взорвался оставив огромную дыру во вратах. Нито едва успел дематериализоваться благодаря атрибуту тьмы, иначе его, скорее всего, стерло бы в порошок. — Это было опасно, — Нито облегченно выдохнул.— Ага, заходим. Похоже что нас ждут. Да уж, это был весьма безрассудный поступок, надеюсь что мы не пожалеем об этом. ---------- Три меча. Войдя внутрь, Нито инстинктивно сжал клинок в руке. Мы оказались в монументальных размеров зале, освещенном ярко-оранжевым светом. С потолка повсеместно свисали массивные железные цепи. Часть левой стены вообще отсутствовала, и за ней виднелась пещера еще больших масштабов, внутри которой, по всей видимости, бушевала магма, чей свет и попадал в зал. В то время как воздух в зале дрожал, в центре находились лишь две фигуры. Первой фигурой был человек: высокий парень, с очень длинными черными волосами, спадающими едва ли не до пояса. Его торс был полностью оголен, вместо штанов серое подобие длинной самурайской юбки, а ноги так вообще босые. Видимо, босые ноги — символ мечников этого мира. Парень явно был на грани. Тяжелое дыхание и множественные порезы на теле свидетельствовали о затянувшемся боев. В руках он держал едва-дымящийся длинный клинок, напоминающий облегченную версию нодати. Иными словами, это была катана, по форме схожая с формой Люция, но лезвие значительно длиннее. Обычно такое оружие используют мечники континента Висата, а еще профессионалы испытавшие все виды холодного оружия, и выбравшие семейство катаны в качестве своего фаворита. Если второй тип людей еще можно было встретить на Наэрии, то вот обитатели Висаты находились отсюда несоизмеримо далеко. Что же он тут делает? Даже Нито находил пребывание этого парня тут странным, и неестественным. Что до его оппонента, тут тоже всё неоднозначно: высокая, сутулая фигура, скрывалась под ржавым латным доспехом. Голова покрыта шлемом частично скрывающим гниющее лицо, и украшенным неизвестным символом, напоминающим уроборос. Огромный двуручный меч, длинной чуть ли не с самого носителя, удерживаемый одной рукой, волочился за владельцем. По неловким, скованным движениям, можно было понять, что перед нами нежить. Существо вело себя крайне пассивно, медленно передвигаясь без явного намерения атаковать. Мы стали приближаться к центру зала, и это привлекло внимание сражающихся. — У нас новые гости? Интересно, — небрежно бросив через плечо фразу на висатийском языке, темноволосый мечник сдвинулся с места, а вернее, просто испарился. Появившись позади своего противника, он нанес горизонтальный удар в область зазора между шлемом и нижней частью доспеха. Увы, его удар не достиг цели. С обманчивой легкостью нежить заблокировала атаку рукоятью клинка. Ответный взрыв невероятной мощи отбросил парня в стену. Приземлившись двумя ногами на вертикальную поверхность, он оттолкнулся и повторил атаку. Снова взрыв сотряс своды зала отбросив нападающего к стене. Тем временем, существо с бородатым подобием лица под шлемом, обнажив гнилые зубы, с надменной улыбкой двигалось в сторону мечника. — Люций, ты когда нибудь такое видел?— Бывало, — Люций не сводил взгляд с темноволосого мечника. — Он бессмертный? — Нито пытался разглядеть символ на шлеме нежити. — Кто из них?— Тот что человек. Да и его противник тоже. — На счет человека не знаю, а вот у второго сильная негативная аура: это как минимум высшая нежить. И похоже что у нее атрибут огня или взрыва, вкупе с другими фокусами. — Слушай, это странно. Почему этот парень говорит на висатийском языке? Тебе не кажется, что он немного не отсюда? — Есть такое, — Люций насупил брови, — он выглядит и говорит так, словно его только что выдернули с Висаты. Его боевой стиль мне знаком. Это очень древний стиль времен «нового поколения», что изучали только на Висате. — Что еще на за новое поколение? — Не важно. Слишком древняя история. — Ладно. Будем смотреть или поможем?— Выбор за тобой. Я бы вмешался, — Люций развел руками. — Тогда так и сделаю. Приблизившись на дистанцию броска, Нито по старой тактике запустил клинок противнику в область шеи. Прозвучал лязг металла, и клинок отскочил в сторону, отраженный со скоростью, которую даже глазу уловить трудно. — Довольно отчаянный поступок, — послышался голос со стороны, — нужно быть достаточно уверенным в своей победе глупцом, чтобы метнуть меч в противника оставшись при этом без оружия. Да и по всей видимости, обычные атаки на него не работают, — прозвучал усталый, раздраженный голос темноволосого парня. Мечник наконец поравнялся с Нито. Теперь я мог разглядеть его повнимательнее: почти идеальные черты лица, темный, потускневший взгляд и выражение абсолютного спокойствия. Заметив что клинок снова у Нито, в его взгляде промелькнуло удивление. — А, всё ясно. Прошу прощение за невежество, в пылу битвы я принял тебя за нежить. Кажется, твой клинок похож на мой анабиоз, — парень агрессивно покосился на свой меч, словно хотел его ударить, — извини, что перепутал тебя с низшим существом, — равнодушно добавил он. — Из за цвета волос и возраста?— Да, в основном я убиваю седую нежить.— Ну, ты не первый кто путает меня с вампиром, хах. Не суть. Тебе нужна помощь? Кстати, меня зовут Нито. — Я Като. И нет, я разберусь с ним сам, это личное, — на мгновение в равнодушном взгляде Като промелькнул гнев. Думаю, ему не стоит перечить. Рванув к мертвецу, Като стал наносить быстрые рубящие удары, комбинируя их с неизвестной мне магией, напоминающей ускоренные шары серого пламени. В свою очередь, его противник перестал отвечать взрывами, и теперь только с парадоксальной скоростью блокируя удары, теснил Като к стене, изредка совершая довольно медленные атаки, которые легко парировать. — Да он же просто играет с ним! — возмущенно воскликнул Нито.— Его поражение это вопрос времени, тут и дураку понятно, — Люций кажется, уже устал наблюдать за этим боем. Будучи загнан в угол, Като взбежал по стене, и рывком оказался в центре зала рядом с Нито. — Я советую тебе выйти из комнаты, иначе — ты умрешь. — Ты мне угрожаешь? — Нет, предостерегаю, — голос парня был предельно серьезен. Он не шутил. Като подбросил свою катану высоко вверх, и она зависла в воздухе. Его выражение лица кардинально изменилось: от прежней безразличной гримасы не осталось и следа. Свирепый взгляд в купе с оскалом выдавали сдерживаемое до этого момента безумие. — Ну что, уже не терпится умереть второй раз? Я верну тебе всю боль, что ты мне причинил, — закричал парень, широко расставляя ноги в разные стороны, не прекращая проклинать противника. С каждым произнесенным словом, былое спокойствие и невозмутимость в голосе мечника искажались, привнося новые нотки чистой, безумной ненависти, словно произносимые им звуки множились хором ужасных голосов. — Какой то жалкий труп... Никогда не прощу. Мечник поднял два пальца изображая клинок, и провел перед собой диагональную линию. Давление в комнате резко возросло, из за чего стены начали трескаться. Пол под его ногами проломился, и прозвучал хруст костей. Шлем мертвеца раскололся, а на стене позади остался огромный десятиметровый след от пореза, уходящий длинными бороздами вглубь стены.Взмах, удар, взмах, удар. Любое движение кисти Като, неминуемо влекло за собой треск костей, звуки рвущейся плоти, и разрушения во всех направлениях. С каждым его ударом, давление в зале только нарастало, и даже после того как тело мертвеца было полностью разрушено, Като не остановился. Тем временем свод зала начинал дрожать вместе со стенами. Материализовавшийся Люций указал в сторону мечника.— Поразительно. Сначала ты с противоположными атрибутами, теперь молодой мастер меча-берсерк. Что дальше, может быть, безрукий лучник? А я то думал что деградировало только общество магов. Похоже, люди действительно учатся только на своих ошибках. — Да уж, если бы не темная форма, он бы и меня порезал на куски. Как он вообще пробил этот доспех?— Думаю, на доспехе тоже был барьер. Разница в их уровнях маны не позволяла ему даже повредить броню, что уж говорить о реальных повреждениях. — Мастер, мы должны его остановить, или он тут будет погребен заживо, — Нито с надеждой посмотрел на учителя.— Остановить берсерка? А ты не ищешь легких путей, — мрачно посмотрел на ученика Люций. — Ты знаешь как это сделать?— Нет, это невозможно. Он прекратит буйство только когда истратит всю ману и умрет, это цена за снятие лимита. Прозвучит цинично, но мы должны его оставить, это было только его решение. — Черт, если бы я умел блокировать ману... — Нито снова пытался придумать план, но на этот раз вариантов кажется не было.— Просто забудь о нем, пойдем отсюда, пока еще можем. Люций уже повернулся к выходу, как вдруг из центра комнаты послышался голос. — Я не умру, вот так... С надменной ухмылкой, едва контролируя руку, Като опустил палец вниз. Катана до этого находившаяся в воздухе, стремительно опустившись пробила мечнику правое плечо, выйдя под ребром, после чего он упал на колени, а всё давление в комнате мгновенно нормализовалось. — Хах, нет сил даже принять поражение? — Люций сплюнул на землю, — пацан, попробуй его спасти, может быть у него еще есть шанс на исправление.— Разве ты не был обратного мнения?— Был, но теперь хочу дать ему шанс. Даже не спрашивай почему. Кивнув, Нито в мгновение оказался подле мечника. Он попытался вытащить клинок, но тот словно врос в тело. — Что происходит? Я не чувствую от него никакой энергии, у него словно вообще нет и никогда не было маны. Почему он еще жив? — Без понятия, но он точно жив, раз еще дышит. Проверь его внутренние органы и пульс. — Пульс есть, но органы не вижу, в нем нет маны а значит магическое чувство не работает. Это противоречит любым законам маны! — всплеснул Нито руками. Раздался оглушительный хруст, потолок зала пошел по шву, испещренный множеством трещин. — Ты тоже противоречишь законам маны, так что не обольщайся. Забирай его и уходим, пока нас не завалило, — Люций явно был встревожен, глядя на крошащийся потолок. — Хорошо, но господи, почему он такой тяжелый?— Он не тяжелый, просто ты исчерпал свои лимиты маны. Я тоже начинаю исчезать, — Люций хотел было схватить ученика за руку, но в последний момент исчез. Не найдя выхода лучше чем сбросить шкуру медведя, Нито поднял тело мечника и рванул к выходу. Из за монументальных размеров зала и усталости, выход приближался бесконечно медленно. «Черт, а я действительно подумал что у меня бесконечная мана. Ошибся? Кажется свод сейчас...» ---------- Пробуждение. «Больно. Очень больно,» — было моей первой мыслью, после того как я открыв глаза упал на каменный пол, судорожно хватая воздух ртом. Это место другое, не то, где был Нито, и к тому же... К тому же я горю. Не знаю, что и почему, но я горю заживо. Мое тело объято серыми пламенем, постепенно пожирающим конечности. Сначала кожа на руках, потом мышцы, и наконец кости. Теперь же пламя перебирается на грудь, пожирая ребра. Эта боль сводит с ума и я уже даже не могу кричать — мои связки сгорели. Ещё немного, и я обращаюсь в пепел, даже не успев сделать глоток воздуха, своим новым телом. Тьма и пустота. Как же так? Почему я снова умер? И почему погибли мои новые друзья... Ведь наш путь только начался, разве нет? Эта физическая боль от сгорания — ничто, по сравнению с той пустотой, что я сейчас ощущаю внутри, после разделения нашего с Нито сознания. Теперь же моя сущность вновь заперта в этом «междумирье». Всё повторяется, словно в безумной рекурсии. За последнее время я успел умереть уже три раза. Что, теперь вы снова дадите мне чужое тело, и снова убьете? Может хватит издеваться?! — я был вне себя от бессильной ярости. «Всё хорошо, Алан,» — прозвучал нежный голос из пустоты, и вместо жара пламени я ощутил едва знакомое тепло. Серый силуэт моего тела начал прорисовываться в пустоте, и я мог наблюдать за этим от первого лица. Сначала ноги и руки, но только «по контуру», потом грудь и голова, словно кто то рисует эскиз картины карандашом. Внезапно, я ощутил теплые нежные руки у себя на шее. «Ты достоин большего, Алан Кинг. Прошу, возьми новое тело моего старого хозяина. Теперь, оно твоё, и я тоже твоя,» — произнес печальный женский голос у меня под ухом, и тепло с шеи исчезло. Вместе с теплом, начала растворяться и пустота вокруг, постепенно вырисовывая неутешительный пейзаж: мрачные каменные стены подземелья, едва освещенные синим пламенем. Наконец, когда моё тело полностью материализовалось и пустота рассеялась, я обессиленно упал на колени, и сверху на них медленно опустилась катана, появившаяся из пустоты. В паре метров от меня, порядка десяти скелетов выстроились в пентаграмму. Именно они излучали тот синий свет, монотонно повторяя слова на неизвестном мне языке. «Что, черт возьми, тут происходит?» — пораженно думал я, изо всех стараясь собраться с мыслями. Ладно, плевать на этих скелетов. Я должен хотя бы вспомнить себя... Алан да? Точно, меня ведь зовут: Алан Кинг. Я британский студент-вундеркинд, погибший при странном стечении обстоятельств. Потом я попал в чужое тело и... На этом моменте, слезы хлынули у меня из глаз. Я снова вспомнил Нито, и почему то в груди стало очень больно. С детства я не привык горевать из за других, жалея только себя. Почему же теперь, мне так горестно? Наверное потому, что я потерял единственного друга. Да, пускай он не был знаком со мной — не важно. Он был для меня другом, а Люций наставником. Три месяца, что я прожил с ними, пролетели словно год, и теперь я потерял всё, но за то получил тело... Хотел ли я этого? Я посмотрел на свои мозолистые руки. Черные длинные волосы спадали на обнаженную грудь, покуда слёзы тяжким градом опускались на «соломенную самурайскую юбку». Теперь я вспомнил её название: хакама. Да, никаких сомнений нет: я в теле того мечника, Като. Даже клинок, что сейчас лежит у меня на коленях, чертовски похож на его меч. Разве что, короче в два раза. Нужно успокоиться, и взять себя в руки. Кажется, Нито больше нет. Я чувствую это, словно тело Като связано с ним невидимой нитью, и теперь эта нить разорвана. Может поэтому мне сначала показали прошлое Нито? «Что за бред,» — отчаянно закричал я, ударив каменный пол двумя руками, от чего на нём появились трещины. Раз я попал в тело Като, то и историю должен был видеть от его лица! Почему же всё так запутанно?! Что мне делать? Что я вообще сейчас могу? — бессильно опустив руки, я выключил голову. «Поза лотоса, почти боевая стойка,» — прозвучал голос Люция у меня в голове. Медитация... Люций считал, будто это решение всех проблем. Едва сдерживая слёзы, я сел в позу лотоса, закрыв глаза. Диафрагмальное дыхание, и поглощение маны — вот что сейчас поможет мне взять себя в руки. Я жив, а значит ещё не всё потеряно. Сосредоточившись, я начал приводить мысли в порядок. *** Эти скелеты очень странные. Они неподвижно стоят в своих серых робах, воздев руки к каменному потолку, и без конца повторяют свой мрачный текст. Они полностью игнорируют меня, словно меня и нет. Да уж, жестокая меня постигла судьба. Кто то решил поиздеваться надо мной, подарив мне друга вместо тела, а потом поменяв всё местами. Кто на подобное способен? Бог? «Эй, бог,» — мысленно обратился я к пустоте, — «если ты думал, будто сломаешь меня этим, у меня для тебя плохие новости: я тот самый человек, что будучи загнанным в угол, сражается до конца, покуда будет мечта и цель. Может ты думал, что раз в прошлой жизни я решил сдаться, то и в этой сдамся? Нет, даже будучи сиротой, я всегда сохранял силу и огонь внутри. Только вот смысла ему гореть я не видел. Своими опрометчивыми действиями, ты только подарил мне этот смысл, слышишь? Теперь я не успокоюсь, пока не узнаю, кто за всем этим стоит. Я не успокоюсь, пока не отомщу за Нито, пускай даже не знаю, кому мстить. Я не успокоюсь, пока не воплощу мечту своего друга в жизнь: познать мир во всей его красе. Я не успокоюсь, пока не воспарю над небесами подобно богу, и не сокрушу тебя, низвергнув вниз. Я не успокоюсь, пока... пока эти теплые, нежные руки, вновь не обнимут меня, и пока я не узнаю её имени.» На момент мне показалось, будто кто то насмехается надо мной с небес. Я что, схожу с ума? Подняв взгляд к каменному потолку, словно там виднелось небо, я продолжил мысленный монолог: «И чего в этом смешного? Думаешь, у меня не получится? Да, я склонен сомневаться в себе, и синдром самозванца никто не отменял. Вот только, всё это чушь, перед лицом настоящей необходимости. Вижу, ты решил даровать мне очередную жизнь, лишенную счастья? Тогда вопреки твоему желанию, я стану счастливым. Назло и этому миру, и прошлому, в этой жизни я обрету счастье. Так захотел я, и ты мне не помешаешь.» Открыв глаза и поднявшись на ноги, я сжал катану в руке. Теперь, мой разум чист. Моя цель мне ясна и понятна. Мой путь начинается тут, и не важно, на чьих костях его строить: богов, демонов или эльфов. Кости... хах, вот же они, — на моем лице отразилась злобная, уверенная улыбка, столь редкая для меня. ---------- Культ. И всё таки, чувство сгорания заживо и ощущение отсутствующих конечностей, навсегда останутся в моей памяти, как одни из самых шокирующих вещей, какие только можно испытать. Выдохнув, я осмотрел зал вокруг себя. Всё те же голые, потрескавшиеся, каменные стены, на которых местами от сырости порос мох. Всё тот же едва различимый синий свет, отбрасываемый во все уголки зала скелетами, лишь подчеркивающий сюрреалистичность происходящего. И всё те же живые кости в балахонах, произносящие неизвестные мне слова на языке, о происхождении которого мне остается лишь догадываться. Хоть благодаря Нито я и выучил множество языков, этот явно не был общедоступным или распространенным, по крайней мере среди людей. Что напрягало сильнее, так это девушка лежащая на пьедестале в центре «пентаграммы» образуемой скелетами. Она жива? Или нет... Стоит ли мне рискнуть, и спасти ее? Вопрос хороший. Всё таки эти скелеты могут оказаться сильными, а я самостоятельно никогда ещё не орудовал мечом. Впрочем, я всё равно пока не придумал конкретный план действий. Может хоть она поможет выбраться, если окажу услугу. Только нужно оценить собственные шансы на победу... Для начала воспользуюсь магией: В этот момент я осознал, что абсолютно не понимаю, как работает магия. Несмотря на ту информацию что я усвоил, с практической точки зрения в магии я был полным нулём. Всё таки использовал её Нито, а не я. Сосредоточившись, я попытался использовать магические чувства. Мана в моем теле с трудом поддалась, после чего я на мгновение ощутил на себе колоссальное давление негативной энергии, исходящей от существ в центре зала. Их аура чудовищно опасна, а души явно сильнее моей. Мой разум начали заполнять множественные голоса, а страх смерти возник так же внезапно, как и паника. Усилием воли вырвавшись из этого состояния, я был самую малость повергнут в шок. Значит вот что такое: «сильная негативная аура». Эти скелеты заполонили всё пространство своей негативной энергией. Если продолжу находиться тут и бездействовать, «надышусь» этой маны, и сам того гляди свихнусь. Ладно, раз у меня получилось с первого раза использовать магические чувства, значит в моей карьере мага еще не всё потеряно. Нужно будет только найти хорошего учителя, если смогу разобраться с этими костяными ребятами. Главное придерживаться принципа из прошлой жизни: доводи дело до конца, даже если оно кажется бессмысленным. Хах, наверное если бы старик не убил меня тогда в музее, то я даже смог бы построить себе блестящую карьеру ученого, ценой нервных срывов и психического здоровья. Ладно, а что у меня с орудием труда? Я посмотрел на клинок: тот имел весьма скромный вид, что не особо сочеталось с его метровой длиной. Прямое, обоюдоострое лезвие я видел у катаны впервые, хоть никогда и не был особым спецом в этих вопросах. Деревянная прямоугольная рукоять, словно сбитая вручную и имеющая гравировку в виде «кольца», не имела в себе больше никаких деталей, даже гарды. Хах, и почему этот клинок все еще не развалился? Визуально он напоминал мне катану Като, но некоторые детали всё же изменились, да и всего я тогда запомнить не успел. Что важнее, я ощущал от клинка ауру. Правда вникнуть в нее мне не удалось. Негативная энергия снова чуть не захватила мой разум, когда я попытался детально ее изучить. Зато теперь я точно уверен в том, что это не обычный меч, а как минимум магический артефакт. Впрочем, другого от Като я и не ожидал. Помню, он говорил что то про «анабиоз». Это имя этого клинка? Не суть. Ну так что, напасть? Думаю, попробовать стоит, раз уж они меня игнорируют. Собравшись с силами, я стал медленным шагом приближаться к очень занятой нежити, которая всеми силами старалась игнорировать моё существование. Голые ноги то и дело натыкались на осколки камня, но за этим не следовала боль, так что я решил не обращать на это особого внимания. И всё таки, что за ритуал они проводят? Может это культ какого то существа? Наверняка они хотят принести эту девушку в жертву, чтобы угодить своему эгоистичному богу. Чего еще можно ожидать от бездумных трупов двигающихся по воле своего создателя? С этими мыслями, держа клинок в одной руке, я с плеча рубанул по паре ближайших культистов. Несмотря на опыт из воспоминаний, это был первый раз в жизни когда я полностью самостоятельно пользовался мечом, отчего удар вышел самую малость неуклюжим. На удивление, ощущение от удара пришлось мне по душе, и потому я решил не ограничиваться одним взмахом клинка. Продолжая громить скелетов, от чего в зале стоял невероятный грохот и хруст костей, я ощущал себя ребенком избивающим палкой траву. Где весь мой навык? Я точно помнил теорию, некоторые стойки и движения, но моё тело не имело никакого опыта. Разве что клинок в руке ощущался достаточно привычно, чтобы пользоваться им одной рукой. Услышав сзади чей то шепот, я обернулся. На полу передо мной лежал череп скелета, продолжающий вслух читать свою «мантру». А я то думал, почему они никак мне не противодействуют? Видимо их задача лишь выполнять ритуал, и просто разбить тело не будет достаточно. Закончив разбивать тела скелетов, коих было порядка девяти штук, я принялся крушить их светящиеся лунным светом черепа. Природа этого света так же была для меня загадкой, ведь черепа внутри были полыми, излучая лишь тяжелую негативную ауру и освещая помещение синим светом. После первого же разбитого черепа, девушка на пьедестале начала кричать. Не думаю, что это хороший знак. Возможно стоит взять ее на руки и бежать. Только вот, в руках у меня клинок, и я понятия не имею как закрепить его на теле. Исключительно ради эксперимента, я решил разбить второй череп, после чего крик девушки перешел на вопль. Дело плохо, возможно я даже не успею извиниться перед ней за это. Нужно срочно что-то придумать. Сосредоточив взгляд на собственном мече, я представил как тот медленно погружается в мою руку, растворяясь в теле. В прошлом Нито уже так делал, но у него был контрактный героический артефакт... Внезапно я ощутил чье то присутствие в своей душе. Оно было достаточно привычным, и родным, словно так и должно быть. Через мгновение, клинок погрузился в руку. Вот черт, а доставать то его как? Только подумав об этом, я заметил, что рукоять клинка буквально торчит из воздуха в паре сантиметров от моей руки. Ухватившись за нее, я без труда извлек меч из пустоты. Что ж, это было... эффектно. Погрузив клинок обратно в тело, я подбежал к алтарю и попытался взять обнаженную девушку на руки. Она была удивительно горячей. В буквальном смысле этого слова, обжигающе жаркой, словно температура ее тела превышала сто градусов цельсия. Впрочем, даже ощущая нестерпимый жар, моя кожа почему то не торопилась получать ожоги. По сути ничто не мешало мне взять девушку в руки, и благополучно бежать из этого места. Именно так я и поступил, а скелеты пусть полежат тут, и подумают над своим поведением. Быстро продвигаясь по полу-заваленным каменным коридорам, я ориентировался лишь на собственные магические чувства в темноте, отчего иногда спотыкался, едва удерживая равновесие с телом на руках. И вообще, от кого я бегу? Та негативная энергия что я ощущал в зале, уже давно осталась позади. Похоже, что погоню за мной никто организовывать не собирался. Мысленно сосредоточившись на глазах, я попробовал усилить зрение. Академические маги это так и называют: «магическое зрение». Оно даже бывает разных видов и разной силы, позволяя как видеть в абсолютной темноте, так и ощущать живых существ сквозь препятствия. К слову, именно «ауру» магическим зрением увидеть нельзя, но зато можно почувствовать магическими чувствами, ощутив её цвет. Получается какая то синестезия... Что до моего магического зрения, мне пока удавалось лишь заглядывать на пару метров вперед в темноту. Выбравшись по одному из ответвлений тоннеля в очередное помещение, я положил тело девушки на каменную скамью и сам сел рядом. Теперь я наконец мог разглядеть ее внимательнее: красивая русая, голубоглазая девушка с округлыми чертами лица. Татуировка на шее, в виде странного уробороса, от которого во все стороны тянулись какие то лучи, словно от черного солнца. Странно, мне казалось что я уже видел этот знак раньше. В любом случае, сейчас это наверное не так важно. Что важнее... Находясь в этом каменном зале, я не совсем мог понять, где нахожусь. Это какие то подземные катакомбы? Тут совсем нет окон, только камень. Конкретно это место вообще больше походило на подземную часовню: от начала зала и до середины были хаотично разбросаны каменные скамьи. В конце помещения виднелось подобие «алтаря», с которого раньше наверняка читали проповеди, или мантры. Девушка всё ещё находилась без сознания, и одолеваемый любопытством я оставил ее лежать на скамье, а сам приблизился к алтарю, дабы разглядеть его получше. Сам алтарь был повернут лицом к залу, и на каменной плите виднелся выгравированный текст. Хоть значение символов я понять не мог, их вид намекал мне на один из языков мертвой подземной расы дезов. Это раса разумной нежити, некогда обитающей на нижних этажах подземного мира, куда по легендам боялся спускаться даже король дворфов Нарт. Их потомки сейчас живут на Флегрейсе, и в целом выглядят как раса миролюбивых ученых скелетов, которых интересуют только знания. Кстати, такой вид не очень вяжется в голове у некоторых представителей людского рода, от чего те нередко становятся участниками убийств дезов на международной территории. Об этом даже Нито слышал, живя в глухом лесу. Положив руки на пьедестал, я провёл пальцем по символам используя магические чувства. Даже так, следы маны мне обнаружить не удалось. Разве что вверху всего текста был символ, напоминающий татуировку на шее девушки, но с множеством отличий. Проводя пальцем по символу, я почувствовал нечто ещё... Нарастающие тревогу, и чувство, что за мной кто то наблюдает. Стоя как вкопанный и вцепившись в пьедестал, я боялся двинуть даже пальцем. В комнате появилась новая аура, и аура эта, очень недобрая. Инстинкт самосохранения говорил мне ни в коем случае не оборачиваться, да и мне не особо хотелось. Только вот чувства продолжали нарастать снежным комом, перерастая в бурю ужаса. Почему так страшно? Собрав всю свою волю в кулак, я резко повернулся. В паре сантиметров от моего лица, находилось изуродованное лицо спасенной мною девушки. На нем медленно проявлялась до дрожи пугающая улыбка, венчающаяся кожей полностью разорванной от краев губ и до ушей. Челюсть спадала вниз, обнажая ряды острых зубов, и длинный язык тянулся к моему лицу. Взгляд выражал своего рода «охотничий азарт», а небрежно спадающие седые волосы, лишь добавляли этому образу безумия Ее облик изменился в мгновение. Пораженный подобным зрелищем, я растерянно смотрел на страшную тварь. «Советую пригнуться» — послышался безразличный женский голос откуда то из за спины монстра. Инстинктивно упав на пол, меня тут же обдало фонтаном крови. Рядом с моим лицом упала отрубленная голова моей бывшей попутчицы, застывшая в искривленной улыбке. Быстро собравшись с силами и поборов панику, я поднялся на ноги, чтобы рассмотреть свою спасительницу. Почти сразу же я ощутил холодное лезвие клинка у себя на шее, от чего тонкая струйка крови побежала внизу по голому торсу, капая на окровавленный труп монстра. — Кто ты, и что тут делаешь. Отвечай, или я убью тебя на месте, эти слова принадлежали высокой девушке, примерно моего возраста. На её лице была маска изображающая бесформенное нечто, как если бы внутрь налили нефти. Из под плотного капюшона, прямо на тугой кожаный корсет, спадали темные как смола волосы, по цвету близкие к моим. Идеальная фигура, явно закаленная в боях, подчеркивалась кожаными обтягивающими штанами, что завораживали взгляд. Сохраняя дистанцию, одной рукой она держала у моей шеи длинную изящную катану, явно ничем не уступающую моей. Парадоксально, но этого противника я не боялся. Скорее был покорен видом такой воинственной, и готовой к решительным действиям девушки. К тому же, одно мне точно известно: её не победить с моими навыками. — Что, будешь бездумно стоять, и таращиться как идиот? — голос выдавал в ней весьма сильную духом и телом женщину. Учитывая ее предположительный возраст, это еще сильнее подрывало мою самооценку, отбивая всякое желание сопротивляться. — Честно говоря, и сам не особо понимаю, что тут делаю. Ты поверишь мне, если я скажу, что появился тут буквально в чужом теле, и даже не представляю, где нахожусь? — я постарался дружелюбно улыбнуться.— Нет, — с ее резким ответом я ощутил что давление на клинок усилилось. — Ты конечно можешь убить меня, но мне правда нечего тебе больше сказать. Поверь, я очень хочу жить и сделал бы для этого что угодно. Всё же я не в той ситуации когда можно блефовать, согласна? Может быть я даже буду тебе полезен, — от последних слов, мне стало немного мерзко. Однако, хочешь жить — умей вертеться. В этом сила интеллекта и слова. — Как же ты жалок, — девушка убрала от моей шеи клинок, — значит, просто беглый раб? Я разочарована. Иди, и чтобы я больше никогда тебя не видела. Понятно? Даю тебе сутки на то, чтобы покинуть аббатство. Если ты вдруг каким то чудом сможешь выбраться, то больше не попадайся мне на глаза. Это всё. — Я не совсем понимаю... Проигнорировав мои слова, девушка растворилась в темноте, словно ее и не было. Я действительно жалок. Дважды растерялся перед двумя «девушками», даже не попытавшись оказать сопротивление. Несмотря на все прошлые, пафосные слова и решения, я чувствовал что ни капли не изменился, и от этого становилось тошно. Ладно, люди не меняются по щелчку, а я так тем более. «Внутренний критик» снова атакует меня, и я должен быть сильнее. Равнодушно посмотрев на труп монстра, распластавшийся на каменной земле, я решил что должен как можно скорее покинуть это место. Второй такой встречи я действительно мог бы и не пережить. Выйдя в темный, невзрачный тоннель, я принялся бежать дальше, стараясь издавать минимум звуков и двигаясь настолько быстро, насколько вообще был способен. Попутно я пытался научиться контролю маны, постепенно перегоняя «духовную кровь» по телу. Со временем, окружающий «пейзаж» почти превратился в размытую кашу. Мысль о том, что я с позором бегу в неизвестном направлении от какой то женщины вместо того, чтобы принять честный бой, не давала мне покоя. Однако слова Люция о том, что гордость ведет лишь к бессмысленным жертвам, в очередной раз отрезвляли меня. Да, однажды он сказал и такое. Нужно быть честным с самим собой: против этой женщины у меня не было и шанса. Ее аура безразличной жестокости подавляла меня так сильно, что я едва мог говорить. Да уж, живые люди, существа противоречивые. Сегодня ты готов довести дело до конца, а завтра трясешься в ужасе перед этим самым делом. Кто б подсказал, как исправиться... *** Уже довольно долго ничего не происходило. Только бесконечный каменный коридор уносящийся вперед. И кому вообще понадобилось строить настолько длинные переходы? И какой раз я уже задаюсь этим вопросом... За счет своего нового тела, перемещаюсь я довольно быстро: я бы сказал что бегу сейчас со скоростью 20 метров в секунду. Хм, почему тогда тоннель еще не закончился? Я уже долго бегу. Каких же размеров это место? Проносясь в темноте подобно ветру, постепенно я стал различать звуки доносящиеся откуда то сверху, прямо из каменных плит. Сначала они были едва различимы, но чем дальше я двигался, тем отчетливее становилась мелодия. Звуки напоминали древнее католическое песнопение. Я часто слушал подобное в детстве, приходя в католический храм, где всегда были рады бездомным и сиротам. Такие молитвы всегда вызывали у меня чувство безопасности и домашнего уюта, но сейчас всё было иначе. Настроение этого мотива было обманчиво приветливым, словно кто то хотел, чтобы я ему поверил. Хах, верилось мне с трудом, и на всякий случай я замедлил шаг, сосредоточив все свое внимание на окружающей обстановке. Именно в этот момент, впереди показался свет. Я медленно приблизился к свету. За дверью из железных прутьев стояла масляная лампа, излучающая приятный теплый свет. В помещении за дверью так же виднелась развилка из двух лестниц, и коридора по центру. Левая лестница вела вверх, а правая вниз. Замок на двери был разрезан, и беспомощно болтался в воздухе. Интересно, кто то уже пытался отсюда бежать? Девушка в маске говорила что то про раба, и аббатство. Может быть, это обитель какого то культа? В этом мире именно культы являются основным «злом», и именно они владеют «рабами». Если сложить воедино всё что я видел, то это пока самый близкий мне вариант. Медленно потянув на себя толстую решетку, я проскользнул в помещение. Хм, куда теперь? Думаю для начала проверить обе лестницы. Первый выбор пал на левую лестницу ведущую вверх. Спустя несколько поворотов стало ясно, что она винтовая, и высечена прямо в камне. С каждой ступенькой подъема хор певчих становился всё громче, и это начинало напрягать. В очередной раз отчитав себя за слабый характер, я наконец достиг конца лестницы столкнувшись с деревянной дверью. На двери даже не было замка, что по идее облегчало мне побег. Дабы разведать обстановку, я лишь немного приоткрыв дверь, заглянул внутрь. То что я увидел внутри, мне сразу же захотелось забыть, ибо та тревога что я ощущал до этого, превратилась теперь в чистый ужас. В монументальных размеров помещении, напоминающем зал готического кафедрального собора, и богато отделанном серебром, проводилась кровавая трапеза. Под теперь уже тихое хоровое пение детей, в лунном свете, бесформенная груда мяса свисающая с потолка, медленно переваривала свой ужин. Кровь, стекающая по множеству колонн, отражалась в лунном свете отвратительно-алым блеском, покуда на фоне тихо играла скрипка. Количество глаз существа исчислялось по меньшей мере сотнями. На ужин оно пожирало наполовину переваренного, по какой то причине еще живого человека, который медленно но верно становился частью живой массы. Несмотря на монументальные размеры зала, и то что я выглянул лишь через щель, этот человек смотрел прямо на меня, и вдруг стал кричать размахивая руками, от чего собор сотряс грохот и визг. В ужасе я бросился бежать вниз по лестнице, как можно дальше от этого кошмара, в то время как существо уже гналось за мной, заполняя всё пространство бесформенной массой. Выбежав в помещение с двумя лестницами, я уже собирался спускаться по второй лестнице вниз. Стремительно приближающийся оттуда источник света, отбил у меня это желание. За неимением других вариантов я бросился бежать по центральному тоннелю, целиком охваченный лишь ужасом и паникой. Инстинктивно используя ману для ускорения собственного тела, я бежал так быстро, как только мог, ни в коем случае не оглядываясь назад. Мерзкая хлюпающая масса, точно не собиралась отпускать свою добычу так просто. Сотрясая тоннель, от чего тот рушился позади, она прорывалась сквозь толщу камня. Куски живой плоти пульсировали у меня под ногами, отчего я едва не падал. Впереди виднелся лунный свет. Кажется, там выход. Наконец, подбежав к круглому выходу из тоннеля, я остановился. Где то далеко внизу я мог разглядеть освещенный луной лес. Нет времени думать. Вложив все силы в ноги, я оттолкнулся и прыгнул в пустоту. Находясь высоко в воздухе, я всем телом обернулся назад подобно комете. Мое сердце замерло от увиденного. Там, где на высокой скале находился собор, теперь была еще и невероятных размеров груда мяса, тянущая ко мне все свои множественные отростки. Пробивая стены и окна здания, разрушая острые шпили и цветные витражи, множество щупольцеобразных мясных масс тянулись ко мне. К счастью, я уже был вне зоны их досягаемости. По крайней мере мои ноги меня не подвели. В свете луны эта груда мяса выглядела до странного завораживающе: словно цветок она тянула ко мне множество лепестков, но почему я вообще так заинтересовал ее? Ощущая теперь более реальную угрозу в виде перспективы превратиться в кровавое пятно на земле, я инстинктивно призвал меч. Лес становился всё ближе, и я не придумал ничего лучше, как вытянуть руку с мечом вперед к земле, дабы принять на меч вместе с рукой весь импульс от удара. Кто знает, может мне даже повезет и я выживу. Последний раз оглянувшись назад, я услышал разъяренный вопль мясного монстра, после чего в одно мгновение все его отростки скрылись внутри скалы. Собор теперь выглядел почти идеально чисто, а вокруг наступила гробовая тишина. Лишь ветер свистел в ушах задавая тон. Собравшись с силами, и сосредоточив всю оставшуюся ману в руке с клинком, я закрыл глаза. Никогда не верил в бога и не собираюсь. Просто надеюсь что мне повезет. ---------- Пустошь. Холодно. Рука ноет. Нужно действовать или я тут замерзну. Открыв глаза я ничего толком не увидел. Ну хорошо, по крайней мере я чувствую свое тело, а значит всё ещё жив. Полежав еще несколько минут, на меня наконец снизошло озарение: я под землей! Толща давит не сильно, а значит я не глубоко. Так ведь это работает? С первой же попыткой откопать себя, я пришел к неутешительным выводам: левая рука меня совсем не слушает, а помимо неё ещё и всё тело болит. Придется выкапываться одной рукой. Благо, можно немного помочь себе маной. Фух. Наконец, я смог увидеть свет. Через некоторое время я уже благополучно стоял на поверхности, отряхивая голый торс от сухой земли. Не так уж и глубоко оказалось: метра полтора воронка. Кажется, она образовалась после моего падения. Сев на кучу земли, я осмотрелся: окружающий пейзаж кардинально отличался от того, что я видел ночью. Пустошь. Кругом чахнущие деревья, редкие колючие кустарники да сухая земля, покрытая трещинами. Хах, и я в «окопе». Украдкой взглянув на аббатство, меня пробрало мурашками: поразительная трансформация зеленой горы с величественным храмом, в высохшую скалу, с ветхим собором на отшибе. Хоть само здание полностью не утратило величия, одного я всё же понять не мог: неужели мне вчера всё это привиделось? Зеленый, дышащий жизнью лес, видимо, оказался обыкновенной иллюзией. Вполне допускаю, что эта тварь могла мне и в голову залезть при желании. Что это вообще было? Ладно, нужно понять, сколько я пролежал, и что делать дальше. Судя по солнцу сейчас примерно середина дня. Словно подталкивая меня к действию, живот решил напомнить о себе громким урчанием. Делать нечего, пойду искать еду, и желательно подальше от этого жуткого места. *** «Художник должен быть голодным,» — так сказал кто то из моей прошлой жизни, и теперь я начинаю догадываться, что он имел ввиду. Уже несколько часов я брожу по этим пустошам под палящим солнцем, крепко сжимая клинок в руке, и пока ничего аппетитнее камней не попадалось. Ещё и солнце жарит как сумасшедшее. Благо, я «налегке»: кроме соломенной «юбки» и каких то панталон, на мне ничего и нет. Жаль только, что привыкнуть к телу сложновато. Слишком эстетично оно выглядит на контрасте с моим прошлым: я бы описал его как сухое, жилистое и подтянутое, без фанатизма. Даже не стыдно такое кому нибудь показать. Одного только понять не могу: почему все мечники, каких я в этом мире встречал, не носят обувь? Это что то сродни практикам буддийских монахов? Интересно. Беззаботно размышляя о плетеных тапочках, мой глаз зацепился за некое движение на горизонте. Интересно... Две гуманоидные фигуры. Может быть люди? Ответ на мой вопрос не заставил долго ждать: два скелета, держащие в костлявых кистях по одному искривленному ятагану, быстро приближались в мою сторону. Ятаганы? Никогда не любил такой фасон мечей. Впрочем, меня не спрашивали: я едва успел уклониться от атаки первого скелета, а удар второго пришлось блокировать мечом. Отдача после блока больно ударила в руку. Хм, после всего что я пережил за эти месяцы, на самом деле, не так уж и страшно. Сначала я не был уверен в том, на сколько они сильные, но с первой же атакой стало ясно: слишком медленные. Если я в этом мире новичок, то они прям таки новичковые мобы. Жаль, я не в мморпг попал. «С той грудой мяса этим ребятам не сравниться,» — поймал я себя на мысли, в очередной раз уклоняясь от свистящего лезвия, пролетающего рядом с щекой. Я уже почти привык к таким атакам, но всё же, хотелось больше практики. Не буду пока убивать этих скелетов; лучше поучусь блокировать и парировать. *** Что то я заигрался с ними. Силы то заканчиваются, и живот ноет всё сильнее. К тому же солнце уже близится к закату. Нужно заканчивать. Уклонившись от кривого, ржавого клинка, я оказался за спиной одного из скелетов, со всей силы рубанув ему по костяной шее. Голова упала на землю, но скелет продолжил двигаться, словно ничего и не произошло. А, ну да, им же надо крушить черепа. Эх, Кхорн бы такого не одобрил... Расколов ногой череп, я едва успел заблокировать удар в спину. Оттолкнув от себя скелета, я перебил ему костяную кисть. Выронив оружие, скелет растерянно посмотрел на меня, тут же бросившись бежать прочь. Ну уж нет. Не для того я с тобой весь день танцевал, чтобы отпускать вот так. После длинной тренировки и первой победы, я ощущал некоторую уверенность в себе, и теперь было железно решено догнать и уничтожить. Вскоре, я пожалел об этом. Преследуя скелета, я и не заметил, как он завлек меня в ловушку. Завернув за обломок большой скалы, он вышел уже с новой партией товарищей. Теперь их насчитывалось порядка пяти штук. Бежать, или драться? Ответ очевиден: уж со скелетами то я справлюсь! Даже если их целая толпа... Не дожидаясь, пока кости сами придут за мной, я подбежал к первому скелету и четким ударом раскроил ему череп, отчего тот закономерно рассыпался по земле. В попытке увернуться от второго нападающего, меня больно полоснули по спине. Впрочем, такого удара недостаточно, чтобы оставить на мне глубокую рану. Развернувшись к обидчику, я в порыве тихого гнева раскроил его черепушку одним ударом деревянной рукояти клинка. Она оказалась, на удивление прочной. Троица оставшихся решила действовать сообща, начав одновременное наступление. Отступив в сторону от первого замаха ятагана, просвистевшего перед носом, я выпадом пробил череп нападающего, после чего едва успев пригнуться под тяжелым полуторным мечом, нанес второму врагу удар в область шеи. Череп упал на землю, и клацая челюстью покатился прочь. В этот момент, удары третьего уже настигали меня. Не успев среагировать, я инстинктивно попытался защититься второй рукой но она и не думала меня слушать. Первый удар пришелся на грудь, оставив на ней длинную полосную рану, а второй выбил у меня из руки оружие, когда я пытался поставить блок. «Ах ты!» — с яростным криком я бросился прямо на скелета, ударом руки перебив ему шейные позвонки. Кстати, этим приемом я чуть не сломал себе кисть и все пальцы. Подбежав к черепу, я начал дробить его ногой. Усиление маной — штука эффективная, раз настолько увеличивает прочность тела и силу удара. Как только с двумя черепами было покончено, я наконец присел, опустившись на гору костей. Фух. Будучи окровавленным по пояс, я ощущал себя настоящим берсеркером. И ведь это просто скелеты... Ох, чую, непросто мне будет дальше. Ладно. Что делать с раной на груди? Лучшим вариантом было бы прижечь ее, но у меня нет огня и вручную я его добывать не умею. Хм. Внезапно я понял, что совершенно забыл о магии, которую сам же всегда и нахваливал. Так, прижечь рану... Огонь вроде как может использовать любой, при должной сноровке. Посмотрим, есть ли такая у меня. Для создания заклинания нужно совсем немного: образ в голове, и умение материализовать его при помощи маны. И то и то на самом деле довольно сложно. Интересно, а как в этом мире живется людям, что не могут «мыслить картинками?» Такие ведь наверняка есть и тут. Сев в позу лотоса, я закрыл глаза, представляя пламя в своей руке. В голове тут же вспыхнули воспоминания горящего тела. «А!» — вскочив на ноги, я наблюдал странную картину: моё тело объято пламенем, и я чувствую жар. Однако, ожога нет, и даже рана продолжает кровоточить. Странно. Вообще то, не атрибутный огонь должен работать на всех, и даже на самого заклинателя. По крайней мере так написано в справочниках. К слову, это одна из причин, по которым среди магов в этом мире не так много самоучек: всегда есть шанс убить себя собственной магией. И что мне теперь делать? Ещё и в сон ужасно клонит, видимо, потому что ману потратил. Хорошо, назову это заклинание: «игний». А теперь, самое время найти место для ночлега. Побродив несколько минут, в итоге я лег между двумя большими, продолговатыми камнями. Тут меня не особо видно, и заходящее солнце не мешает. Горизонтальное положение тела по идее должно помочь с заживлением раны, а как проснусь, можно будет с исцеление маной попробовать. Сейчас, сил уже нет... Ещё и живот ноет. Закрыв глаза, я увидел образ прежде, чем провалился в сон: бесформенное мясо, свисающее с потолка темного собора, наблюдало за мной тысячью глаз. И что оно никак от меня не отстанет? *** Проснулся я в середине ночи от воя то ли собак, то ли волков. Яркая луна отбрасывала свет на пустырь, и при взгляде на аббатство, всплывали неприятные воспоминания. Моя рана на груди полностью затянулась, оставив после себя лишь мужественный шрам от бедра до ключицы. И это за какой то десяток часов? Видимо, во сне я восстановил достаточно маны, чтобы регенерация взяла верх. А может, всё дело в моем новом теле, не знаю. Жаль только, рука всё ещё толком не работает. *Ууу* — послышался жалобный вой откуда то из за камня. Эти звуки меня напрягали. Осторожно выглянув из укрытия, я оценивал обстановку: примерно в двухста метрах от меня медленно плелась вереница геен. Собак я боюсь с детства, и потому сейчас меньше всего хотелось бы вылезать из засады. Притаившись за камнем, я стал наблюдать за хищниками при помощи магических чувств, в ожидании, когда те уйдут. Хах, если бы всё было так просто... Почуяв запах запекшейся крови, шавки двинулись в мою сторону. Ну и ладно, хотя бы опробую новые приемы. Не долго думая я запрыгнул на высокий камень, и стал следить за приближающимся отрядом гиен, коих насчитывалось порядка пятнадцати штук. Дождавшись момента, когда противник обступит камень, я поднял руку к небу, громогласно произнеся: «игний». На всю округу поднялся безумный визг, а отвратительный запах жареного мяса уже смешался с ароматом угля. Процесс обжарки шел быстро и безболезненно, для меня. Внезапно, одна особенно отчаянная гиена, прыгнула прямо в огонь, уцепившись зубами за запястье моей беспомощно висящей руки. К счастью, надолго ее не хватило: уже через несколько секунд от нее остались лишь голые кости. Вблизи меня кажется температура выше, ибо остальные собаки всё ещё горят, бегая по пустоши словно факела. Наконец, когда из звуков остался лишь треск огня, я смог слезть с камня. От большинства гиен остались только скелеты, но кое кто обошелся меньшими травмами, будучи просто зажаренным намертво. Хах, тупые шавки. Теперь то у меня против вас есть оружие. Триумфально подняв руку с клинком, я почти сразу же выронил его, ощутив сильнейшую слабость. Это заклинание потратило весь мой лимит маны, и теперь я снова беззащитен. Вдобавок к этому, у меня разнылся живот. «Ты правда предлагаешь мне есть это?» — обратился я к своему животу, беспомощно оглядываясь вокруг в поисках убедительного оправдания. «Ладно, договорились...» — выбрав наименее обугленную гиену, я принялся за омерзительную трапезу. Первый же кусок мяса извлек все содержимое моего желудка наружу. Да, как оказалось, не такой уж я и мачо брутал, если даже не могу мяса поесть. Всё же, оно оказалось на удивление мерзким, словно я ел смесь всех самых отвратительных блюд, какие могло представить мое измученное воображение. Но как известно, голод — лучшая приправа к пище. После десятой порции я уже начал привыкать к этому вкусу. Да, мясо ужасно, но зато отлично набивает желудок. «Ох, что же ты со мной делаешь...» — думал я о своем измученном животе, лежа на камнях. Тем временем вдалеке уже брезжил рассвет. Не время отдыхать. Убрав меч «в тело», я захватил с собой пару кусков жареного мяса, и отправился всё в том же направлении от аббатства. *** Второй день пути шел гладко: я встретил лишь парочку скелетов и одну гиену, которую с удовольствием съел. С голодухи, мясо гиен казалось мне чем то очень даже съедобным. Теперь я с интересом поглядывал на кости... К рассвету третьего дня впереди показалась гряда, не особо высоких скал, простирающихся вдоль горизонта. Обычно днем я сплю, а ночью передвигаюсь, но тут будучи заинтересованным хоть чем то новым, я решил нарушить традицию и устроить пустынный марафон. Всего за пару часов я достигнул каменной гряды. С трудом найдя переход, на другой стороне я обнаружил высохшее русло реки с множеством кустарников. Само русло впадало в пещеру, находящуюся внутри одной из скал. Хм, это наверняка будет опасно, но проверить стоит... Я приблизился к пещере, и аккуратно заглянул внутрь. В конце дальней стены пещеры, прямо в скале, находилась деревянная дверь. Странно, в подобном месте? Осторожно приблизившись к двери, я потянул ее на себя, и она со скрипом поддалась. За ней меня ждала каменная лестница, уходящая вниз на пару десятков ступеней. Пока я осторожно спускался, на меня со свода тоннеля падали маленькие камешки. Кажется, это место покинули уже давно, раз им никто не занимается. А внизу довольно просторно, хоть и всего одна круглая комната. Вся необходимая для жизни мебель и прикладная утварь так же на месте: стол, стул, кровать, покосившиеся полки для книг, импровизированный камин и даже бутылка Наэрского вина. Значит, я всё таки нахожусь в Наэрии? Как то у меня пока не было времени подумать о том, куда меня вообще занесло. Ну, Наэрия была бы хорошей точкой. Честно говоря, я всё ещё надеюсь найти если не живого Нито, то хотя бы его тело. Осматривая содержимое полок, я нашел несколько книг по изучению магии, и пару записок. Я зажег свечу на столе, и принялся читать. По всей видимости это чей то дневник. Большая его часть залита то ли чернилами, то ли другой синей жидкостью, отчего текст едва читабелен. — День 1. Год .6.4, день ... мы п..л... сейчас будем ... — День .. Мы отошли от порта, тут очень ... и я не уверен что ... действительно ... ... как нам говорили. Пока ничего интересного не происходило, но может скоро ... что то решит. ... День 6. Черт, всё ещё болит. Это ... оказалось страшнее чем ... ... возможно нам нужно ... если мы ... , о господи ... тут. — День .9. Почему я всё еще ... это место не ... .... Если бы мы только знали... Господи, ... ... моя кровь синяя, я ... Эти проклятые деревья ... у них есть ... ... ... Теперь эта участь ... и .... ... кровь ... Не могу сдержать ... за что же ты ... меня. На этом дневник обрывается. Сейчас мне стоит попытаться восстановить события, руководствуясь информацией из дневника: От года сохранилось только две цифры, остальное размыто. Я точно помню что Нито отправился в дорогу в середине 4685 года. В начале 4686 мировая академия как раз собиралась проводить набор нового поколения студентов. Но не суть, тут не угадаешь. Автор дневка со спутниками были в порту, и судя по всему, место это они не покинули. Значит, приплыли из вне. Их явно было несколько, но в конце после некого происшествия, судя по всему остался только автор записей. Еще отсюда ясно, что их кто то послал. Интересно, о каком конкретно месте идет речь? Неужто об этой пещере? Она выглядит совершенно безобидно, не считая реки снаружи. Нет, вряд ли речь об этом месте. Хм, проклятые деревья... Я видел засохшие деревья снаружи. Прихватив книги по магической практике, я поднялся наверх, дабы осмотреть деревья. К сожалению, обнаружил я только невероятно чахлые кусты. Эх, значит никаких зацепок. Ладно, раз уж у меня есть теперь эти книги, надо и их изучить. Добравшись до ближайшего большого камня, я забрался на него и сев в позу лотоса, стал изучать материал. Первая книга называлась «Управление маной: древние адепты» и была написана неизвестным автором. В ней описывались разные способы управления маной, о которых я даже и не догадывался. Например можно регенерировать отдельные раны и даже части тела, направляя к ним ману. Или вот хороший пример от автора: «Для тех, кто боли не страшится, я изобрел прием: поджигаете руку, и одновременно восстанавливаете её. Чудесная тренировка лимитов.» Да уж, видимо Люций в этом мире не один такой, любитель безумных тренировок... *** С одной рукой хуже, чем я думал. Впрочем, даже так за один вечер я буквально проглотил тонну информации: Теперь я например могу перемещаться в 2 раза быстрее, но для этого приходится лишать себя функциональности рук, или даже слуха, насильно перенаправляя ману от конечностей и нарушая ее естественный ток. В противном случае, я рискую остаться без маны в течении часа. Хотя, точно определить свои лимиты у меня никак не выходит. Может я и зря осторожничаю. Да, кстати, о второй книге: «Атрибуты, или как не стать жертвой собственной силы,» — Неизвестный автор. В этой книге я выделил для себя несколько важных моментов: помимо того, что атрибут это сила которая есть от рождения у каждого живого существа в этом мире, атрибут ещё и обладает некой «осознанностью». Скажем так: атрибут влияет на личность владельца, а владелец на атрибут. Кто влияет сильнее и почему — зависит от атрибута и владельца. Почти каждый случай индивидуален, даже в ситуациях с похожими атрибутами. Вот например: «лёд», довольно сильный базовый атрибут, который буквально делает человека бесчувственным, холодным, и безэмоциональным. Еще отличный пример: «огонь», по логике, делает человека вспыльчивым и несдержанным, хоть и не всегда. Всё зависит по большей части от специфики огня. Вообще, всей этой теории я бы сильно не доверял. Да, то что атрибут влияет на владельца даже изменяя его физический облик — факт. Но, например, вспоминая Нито и «свет и тьму», я вообще не заметил тогда влияния атрибутов на его характер. Всё таки, вопрос это довольно эфемерный и индивидуальный. Интересно, какой у меня атрибут. Я его совсем не чувствую, как бы не обращался к душе. Может, у меня его и нет? В теории такое возможно. Ладно, с книгами покончено. Переходим к практике: Я решил проверить свои навыки и немного попрактиковаться с владением маной. Подняв небольшой камешек, я придал ему импульс, после чего тот разбился об скалу. К сожалению, телепатией это не назвать. Скорее уж «бросок». Вообще, телепатия — штука ну очень сложная. Некоторые маги и за всю свою длительную жизнь не могут ей овладеть. Всё таки это самый сложный раздел управления маной — внешняя мана. Вот укрепление тела при помощи маны, дело плевое. Я вообще интуитивно это научился делать, когда черепа в аббатстве дробил. *** Ну, теперь точно всё. Закрыв книгу, я осмотрелся вокруг: на небе уже сияла луна, сегодня ярче чем прежде. Я уже потерял много времени... Думаю, стоит выдвигаться прямо сейчас. Поспать успею и потом. Встав с камня, я незамедлительно двинулся в путь на повышенных скоростях. В это время поднялся сильный ветер, и моя «соломенная юбка» начала кружиться на ветру, словно зонт или диск. Хах, даже неловко как то. Длинные черные волосы развевает ветер... Чувствую себя героем аниме. Надеюсь, этот момент никогда не закончится. Есть конечно некоторые сомнения... Например, что я не достоин этого тела, и что слишком уж просто у меня всё идет. Да, эти мысли всегда со мной, как глубоко их не прячь. Всё таки, я такой же ребенок, каким и был. Интересно, а ментальность как то зависит от тела в этом мире, и вообще? Ладно, может хоть случай поможет немного повзрослеть. Было бы неплохо. ---------- Лес мертвецов. Наконец, на восьмой день, вдали показались темные кроны деревьев. В свете луны я сначала принял их за море, раскинувшееся вдоль всего горизонта. С каждым шагом все отчетливее становилась картина: толстые деревья, что растут чуть ли не сплошной стеной, блестят серебристой корой под ночным небом. Приблизившись вплотную к лесу, я почувствовал неладное. Во первых: нет плавного перехода от пустоши к лесу, будто он тут возник из пустоты. Во вторых: концентрация негативной маны в этом месте напоминает шторм, состоящий из множества хаотичных потоков энергии, движущихся от одних существ к другим и обратно. Совсем еще свежие воспоминания из прочитанных записок всплыли в голове: «проклятые деревья» или как то так. Похоже, это оно. Назад поворачивать уже не вариант, да и хотелось бы выяснить, что всё таки случилось с автором тех записок, если деревья к этому причастны. Собравшись с силами, я ступил на территорию леса. Противоестественная тишина тут же начала давить на голову. Ох не нравится мне это, и света тут очень мало. Деревья растут так плотно, что приходится протискиваться между ними боком. К тому же, что странно, деревья эти очень теплые. Я бы даже сказал, горячие. В очередной раз пролезая меж гигантских ветвей, я внезапно ощутил, как земля уходит у меня из под ног. Мгновение, и вот я качусь со склона, цепляя лицом каждую ветку, и натыкаясь спиной на острые камни. Внизу тем временем слышится шум воды. Едва успев ухватиться за случайный кустарник, я повис прямо над бегущей рекой. Здесь что то не так... Вместо воды, тут течет нечто вроде крови: алое, маслянистое, и что хуже — кипящее. «Упасть туда было бы неприятно,» — проворчал я себе под нос, крепче хватаясь за кустарник. «И как мне подняться с одной то рукой?» — лишь подумал я, и сверху послышался жуткий скрип, словно ветки ближайших деревьев двигались по собственной воле. Заметив выкорчеванный куст у себя в руке, я тут же погрузился под «воду». Мигом вынырнув в попытке набраться воздуха, я вдруг понял, что достаю ногами до дна, да и течение оказалось очень слабым. Тем временем, вся нижняя половина моего тела испытывала невыносимый жар. Некоторые усилия воли требовались для того, что бы оставаться в сознании. Чувство, будто тебя варят заживо. Посмотрев на нижнюю часть тела, я однако, не заметил ожогов. Через несколько секунд моя нижняя половина тела привыкла, и теперь я мог даже спокойно двигаться в этой густой, словно суп жиже. Выйдя из реки на травянистый бережок, окруженный плотной стеной деревьев, я тут же отметил для себя один момент: в ногах появилась легкость. Кстати, моя соломенная хакама тоже цела и невредима. Это точно солома? Эксперимента ради, я решил ударить ногой ближайший камень. Поступок очевидно, глупый, если только ты не в магическом мире. Метровый каменюка раскололся на две больших части, тихо разъехавшись в разные стороны. Вот это сила... Приятно. Связана ли она с тем, что я провел несколько минут в реке? Думаю, стоит попробовать залезть туда полностью. Хуже быть не должно. Закрыв глаза, я с головой погрузился в реку. Впрочем, закрывать глаза не было обязательно: как оказалось, в этой жидкости даже дышать можно. Опустившись на дно и став на колени, я принялся ждать. Второй раз жар напоминал скорее горячий душ, нежели варку заживо. Через некоторое время сверху послышались приглушенные, незнакомые звуки, и я попробовал открыть глаза, о чем сразу же пожалел. Да, в этой жидкости я действительно мог видеть, но то что я увидел мне сразу же захотелось забыть: всё дно было усеяно широко открытыми мелкими глазами, медленно наблюдающими за каждым моим действием. Они то появляются, то исчезают, пульсируя словно кровавые звезды. Осознав, НА ЧЕМ я вообще стою, приступ отвращения накрыл меня с головой. Торопливо выбежав из реки, я замахал руками. Да, эта жидкость даже исцелила мою руку. Только вот... Кто вернет мне нервные клетки? Нужно прекращать растрачивать нервы по пустякам. Всё таки это всего лишь глаза. Сила в руках тоже ощущается довольно явно, и даже клинком теперь орудовать удобнее. Боюсь, что придется залезть в эту реку еще раз. Чую, это ещё не предел полученной силы. Собрав всю волю в кулак, я погрузился в жидкость. Не зря говорят что: «нельзя войти в одну реку дважды», ведь на этот раз цвет жидкости изменился, словно потускнел. Сев в позу лотоса, я стал наблюдать за безмолвными глазами. Как учил нас Люций: «Запомни Нито, есть только два способа побороть страх: или ты принимаешь его, или уничтожаешь. Третьего не дано». Это сойдет за принятие? Посижу тут пару часов, и пойду дальше. Всё таки вполне возможно, что эффекта от реки больше не будет. *** Закрыв глаза, я погрузился в глубокий сон. В своем сне, я слышал тревожные голоса множества людей. Все они кричали мне что то из пустоты, заглушая друг друга. — Не убивай нас! — кричал злобный женский голос.— Ах ты мелкий ублюдок, что ты делаешь?! — угрожающе вторил ему глубокий тембр.— Сожрите его! Не дайте ему забрать это! — командовал старик. — Помоги нам, избавь нас от этого, — жалобно умоляла девочка, судя по голосу, лет двенадцати.— Заткнись! Я никуда не пойду, это моё место! — спорили люди за гранью моего сознания. Что происходит?С трудом открыв глаза, я замер: подо мною только мертвая земля. Русло реки полностью высохло, а «глаза» со дна пропали, словно их там никогда и не было. Поднявшись, я окинул взглядом лес: большинство деревьев погибло, а листва сгнила. Если до этого лес простирался на многие километры вширь, то теперь от него осталась лишь пара десятков деревьев. Услышав сзади какие то звуки, я развернулся. Звук доносился от небольшого дерева, стоящего прямо у воды. Приближаясь к нему, я всё отчетливее ощущал тревогу. Прямо из дерева на меня смотрело плачущее лицо ребенка, лет восьми. Часть его тела буквально вросла в дерево, а вторая безжизненно висела грудой мяса. — Парень, кто это сделал с тобой? — мрачно спросил я, указывая пальцем на пульсирующий мышечный мешок. Мальчик обратил на меня внимание, и на мгновение прекратил плакать. — В..в..ы пришли п..помочь мне? — с надеждой посмотрел он мне в глаза. Не хотелось конечно его расстраивать, но... — Боюсь, что тебе уже не помочь. Прости уж парень, но это честный ответ. Успокоившись, он печально посмотрел на меня, изменившись в лице, будто его глаза принадлежат старику, а не ребенку. — Ты прав. И что ты хочешь услышать от меня? — манера речи мальчика тоже стала осмысленнее, и грубее.— Всё что ты можешь мне сказать, чтобы я смог помочь другим. Если они конечно есть, — ответил я, оглядываясь по сторонам. — Другие... Посмотри на «сад» вокруг. Вот они, «другие». Неужто ты ничего не знаешь? Или может быть, ты и сам культист? Раз пришел сюда, поглощать нашу жизненную силу, — голос мальчика звучал грубо, но не агрессивно, будто он отчитывал меня. — Я действительно ничего не знаю. И то что в этой реке была ваша мана, а я её поглотил... За это могу только просить прощение, — я виновато опустил голову, ведь и правда, из за меня видимо погиб целый лес. Найти оправдание этому будет трудно. — Ладно, подними голову. Я вижу, что ты не из культа плоти, так что мы на тебя не злимся, — назидательно ответил мальчик после некоторой паузы. — Что это ещё за культ плоти? Может я могу помочь вам с ним? — вежливо поинтересовался я у дерева. — Огромное сборище безумных культистов, которые пытаются создать бога плоти, после того как потеряли его множество веков назад. Это почти всё, что я могу тебе о них рассказать. — Создать бога? Разве в этом мире есть боги, в их физическом проявлении? — с недоверием спросил я у дерева. Из прошлого я помнил, как память Нито отвергала всё «божественное». Потому о богах я не особо много и знал. Мальчик отрешенно посмотрел на небо. — Есть ли в этом мире боги? Посмотри на меня, и задай этот вопрос еще раз. Все мы находимся тут, потому что большинство богов покинули нас, и всё же они существуют. Могущественные создания, будь то люди, животные, или что либо еще, олицетворяющее собственный атрибут. — Значит богом может стать и обычный человек? — с удивлением заметил я. — Хах, при желании можно и гору поднять. Среди людского рода не так много богов о которых известно лично мне, и большинство из них «якобы» сражается на нашей стороне. Однако, я знаю только одного бога, что действительно не утратил человечности. На счет остальных уверенности нет. — А есть какая то формула, чтобы стать богом? Может быть, условия? — Нет, точных условий для создания нормальных богов никто не знает. Вот «дикие боги», что лишены собственного разума... Несмотря на всю сложность, темным культам удается создавать их раз в несколько сотен лет. Мы вот как раз стали результатом таких «экспериментов». — Значит, поглотив вашу ману, я в некотором роде помешал им призвать бога? — Всё так, — мальчик серьезно посмотрел мне в глаза, — парень, можешь избавить нас от мучений? И этого мальчика тоже. Скоро скверна поглотит всех нас, превратив в бездумных чудовищ. Слова мальчика поставили всё на свои места. Значит всё таки у этих деревьев коллективное сознание. Да уж. Глядя на этого парня, сердце кровью обливается. Нечто подобное явно в духе кровожадных ублюдков, служащих только своим богам. В памяти тут же всплыло аббатство. Возможно ли, что та груда мяса и была богом плоти? Ладно, для начала нужно помочь этим беднягам. — Вас точно никак не спасти? — мрачно спросил я, доставая из воздуха клинок. — Нет. Это невозможно, — заверил меня старик. Да, боюсь что даже магия исцеления тут будет бессильна. Их тела уже стали полноценной частью деревьев. — Ладно, я вас понял... Я сделаю, что должен. Можно только задать последний вопрос? Может быть сейчас для этого не время, но мне правда важно знать ответ. — Конечно, спрашивай что хочешь, — покорно ответило дерево. — Где я нахожусь, и какой сейчас год? — О, с этим я могу тебе помочь. Ты находишься на острове Астарос, и сейчас 4685 год мировому исчислению. Большего я сказать тебе, увы, не могу. 4685 год... Это тот же год, в который погиб Нито. Значит, у меня еще есть шанс хотя бы найти его тело. Только вот про Астарос я никогда не слышал, и на картах он не упоминается. Получится ли вернуться на Наэрию? Сейчас ведь и так не просто... Соберись. С тяжелой душой подойдя к ребенку, я собрал в кулак все силы и всю волю, а потом вонзил клинок в его сердце. Не самый гуманный способ убийства, но и рубить голову ребенку я не решился. И всё таки... может был шанс спасти их, не убивая? Черт, почему я начинаю ощущать вину? Потому что выбрал самый простой вариант, даже не разбираясь в ситуации? Но у меня не было выбора, и у него тоже не было выбора. Он сам попросил меня об этом... Вынув блестящий клинок из обмякшего тела, я ощутил дрожь. Я ведь только что впервые в жизни убил человека. Это было... слишком просто. Должен ли я сжечь этот лес сейчас? Нет, тогда люди внутри деревьев будут гореть заживо. Я должен отпустить в иной мир каждого лично, и как можно скорее. *** Последующие часы показались мне куда большей пыткой, нежели сгорание заживо или тренировка в кипящей крови. Я, семнадцатилетний «ботаник», бесцеремонно убивал людей собственными руками, хоть и по их воле. «И откуда во мне столько скрытой, моральной силы и стойкости?» — Думал я до момента, пока не пришлось пришлось убить несколько детей подряд. Вот тогда я и начал ощущать, как моя психика трещит по швам. Но вот, наконец, осталось последнее древо, самое больше и старое. Подойдя к нему, я увидел бородатое лицо сморщенного старика. — Вот мы и встретились вновь, мальчик. Еще хочешь мне что то сказать? — мудро прищурился старик. В свете луны, его сухие ветви походили на размашистые лапы. — Я... Я не знал что это будет так тяжело, — ответил я, изо всех стараясь сохранить спокойный тон голоса. Старик понимающе посмотрел на меня, и изобразил подобие улыбки. Этот его жест поддержки... Он окончательно меня сломал. Пытаясь сохранять серьезный вид, я одна за другой ронял слезы на иссушенную землю. — Тише парень, не вини себя. Всё это не твоя ноша. Это вина лишь культа плоти и тех кто допустил все ужасы, оставив нас без защиты. Знаешь, когда я увидел тебя в первый раз, подумал: «он не справится». Но раз уж ты успешно прошел этот этап, то я дам тебе один совет. Я внимательно посмотрел старику в глаза: они были спокойны и полны мудрости, лишенные страха смерти. — Сынок, запомни раз и навсегда: люди от зверей, да и от богов, отличаются способностью поступать человечно и осмысленно. Даже звери от зверей порой отличаются этими качествами, ведь древний дракон в отличии от волка, куда реже нападает на прохожих без причины. Если ты однажды увидишь человека или животное, уже потерявшее свою сущность и любую надежду на спасение... Убей его без колебаний, как сделал это сейчас, предотвратив нашу метаморфозу. — Вы уверены? Всё это так сложно... — Слова старика казались мне знакомыми, будто я уже слышал их раньше, но никак не мог вспомнить, где. — Конечный выбор всегда за тобой. Я лишь озвучил тебе доктрину бога смерти, самого человечного из всех человеческих богов. Он часто твердил нам: «люди утратившие собственное я, достойны лишь новой жизни, а продолжение их существования в этой, не нужно никому, и даже им самим». Жаль, что это правда лишь отчасти. Такое мировоззрение накладывает на плечи великий груз ответственности... Лично мне так и не хватило духа принять его, — старик отвел печальный взгляд. — Да, я уже ощутил его на себе, — мрачно ответил я старику, глядя на запекшуюся на моем теле кровь. — Еще нет, но в будущем... Кто знает, может быть тебе хватит силы духа, или отчаяния, чтобы принять этот дар, — повисло напряженное молчание. — Хм, знаешь... К северу от сюда стоит наша разоренная деревня. Там есть нечто, что могло бы помочь тебе в твоем пути. Что именно — узнаешь когда найдешь. — Спасибо. Я обязательно заберу это. Могу я узнать напоследок ваше имя? — Конечно, меня зовут — старейшина Мавр. Я глава небольшой деревушки, чьи жители сплотились в поисках искупления. За жизнь мы сотворили множество ужасных вещей, но в конечном счете раскаялись, так что всё это, в некотором роде расплата за содеянное, — старик печально улыбнулся глядя на луну. — Хорошо, старейшина, я понял вас. В таком случае, позвольте мне отпустить ваши грехи. Я не обещаю вам отмщения, но чувствую, что оставить культ без внимания не смогу. — Конечно, сынок. Считай, что ты получил мое блестящее лазурной синевой благословение, для борьбы с этой тьмой, — старик напоследок тепло улыбнулся мне. В воздухе блеснул клинок, и его голова покатилась по земле, рассеиваясь в пыль. С этого момента я больше не проронил ни одной слезы, ощущая лишь печаль. Если даже слуга бога смерти смог раскаяться... Тогда, я не имею права раскисать тут. Жаль, в одном старику я солгал: я точно знаю, что любой ценой культ плоти будет уничтожен. Я сожгу дотла всё что они создавали своим грязным, мерзким трудом. Не то чтобы я был великим блюстителем морали, но их бог — угроза для всех нас. Я кажется видел эту тварь, и она точно набиралась сил. Этот культ не должен существовать. К тому же, это настоящий, значимый повод стать сильнее. Почему ни в чём неповинные дети должны страдать по вине кровожадных ублюдков? И это я ещё думал, что у меня тяжелое детство. Теперь это звучит жалко. *** Остатки гнева и обиды я выпустил из себя огненной бурей, оставившей позади лишь выжженный пустырь. Под звуки тлеющих угольков, я отправился на север, дабы принять прощальный подарок старика, а после, постараться стать ещё сильнее. ---------- Топь и пучина. Вот иду я на север, иду, а пустошь всё никак не кончается. Мне вообще повезло найти этот лес, потому что я с самого начала двигался на север. Только один вопрос не дает покоя: почему этот «сад» никто не охранял? Хотя... Если подумать, у пленников ведь не было ни единого шанса сбежать, и угроза могла прийти только извне, но всё равно это как то странно. *** Наступал вечер, и я решил ускорить шаг. Сделал я это не зря: очень скоро окружающий ландшафт начал меняться, приобретая более живой и освежающий вид. Из под земли появлялась редкая травка, и вдалеке брезжили зеленые заросли кустарника. Постепенно всё становилось даже слишком живым, а воздух влажным, что странно для области граничащей с пустыней. Возможно, пустошь всё же появилась тут не естественным образом. Впрочем, по цветовой палитре это место было не сильно приятнее: изначально одинокие зеленые кустики, теперь постепенно превращались в болото, и в какой то момент мои босые ноги начали проваливаться в грязь. Или деревня стоит на болоте, или я её пропустил... Лишь подумав о болоте, я провалился в трясину по пояс. Пришлось приложить некоторые усилия, что бы вылезти обратно на мягкую землю. Местечко конечно живописное: скрюченные деревья склоняются до самой земли, корнями уходя в трясину. В густых зарослях квакают лягушки, и повсюду летает эта мерзкая, приставучая мошкара. Разве что, темновато, но сейчас всё равно вечер. *** Пробираясь сквозь топь, мне нередко приходилось ломать ветки, а один раз я сломал даже дерево, просто раздробив ствол кулаками. Может заняться боевыми искусствами? Многовато я на себя беру. Справиться бы хоть с навыками меча. Интересно ещё, что за подарок мне оставил старик. Может быть, он тоже поможет мне в развитии. Но неужели на болоте может быть деревня? Наверное они живут дальше чем... — не успев закончить мысль, справа я услышал тонкий визг. Кричали что то неразборчивое. Поспешив на звук, почти сразу я по плечи провалился в топь. Хватаясь за ветки словно обезьяна, я проталкивал себя сквозь всё густеющие заросли, возникающие передо мной, словно стена. Наконец, прорвавшись сквозь зеленую завесу, я выбрался на просторный участок суши. Прямо передо мной на кучке хорошо оформленных островов, раскинулась деревня состоящая из двух рядов домов, выстроенных двумя полукругами. Внутренний полукруг домов находился на суше, в то время как внешний стоял на сваях. В некоторых местах оба уровня соединялись помостами, и в целом деревня выглядела весьма похвально, для такой то местности. *ААА* — раздался визг из деревни. Вот черт, я засмотрелся. Заметив в деревне неладное, я пулей бросился в центр внутреннего полукруга, где стоял большой колодец, попутно доставая меч. Вокруг колодца с криком носилась девочка, а за ней медленно щелкая клешнями ползло нечто вроде гигантского, гуманоидного рака. От сюда нужно было преодолеть лишь пару островов, и я перемещался между ними быстрыми рывками и прыжками. Мои ноги стали ощутимо быстрее, к чему я еще не привык, едва не падая во время бега. Подбежав к покрытой тиной твари со спины, я ударил её клинком в сочленение левой клешни и панциря. Мой клинок не ощутил абсолютно никакого сопротивления, мгновенно отская клешню. Явно не ожидая нападения, рак начал медленно поворачиваться ко мне, и теперь я мог разглядеть его мерзкие, постоянно двигающиеся жвала, будто у жука. Да, кажется это помесь жука и рака. Мерзость. Не рассчитывая сразу сражаться с этим существом в прямом бою, я сначала выпустил ему в лицо струю огня, от чего тот начал биться в конвульсиях разрушая всё вокруг. Поймав удачный момент, я вновь отсёк ему клешню, и теперь когда он уже не представлял особой опасности, начал кровожадно крошить его на салат. Чего я не учел, так это того, что звуки битвы могут привлечь его сородичей. С той же стороны, откуда пришел и я, к деревне двигались сразу четыре особи. Учитывая, как свободно они перемещаются по болоту, убежать от них вряд ли получится. Хотя мне скорее интересно, как такие громадины вообще смогли найти тут еду. Посмотрев на испуганную девочку, спрятавшуюся за колодцем, и внимательно следящую за каждым моим движением, я решил: буду драться сразу со всеми. Отступать всё равно некуда. Тем временем раки уже выбрались на основной остров, и теперь стояли передо мной стройным рядком, ожидая непонятно чего. — Договориться с вами не выйдет да? Ну как хотите. «Игний» — в моей руке образовался сгусток огня, и я метнул его в одну из тварей. К сожалению, я не попал, но за то изрядно напугал монстров, вынудив их отступить на пару шагов назад. — Значит, вы боитесь огня? А людей вот обижать не боитесь? Они бывают и страшнее, — я выдавил максимально злобную улыбку, на какую был способен, ощущая тотальную доминацию. Сейчас мне похоже, почти ничего не угрожает, а значит, время для экспериментов... Как на счет... Ну скажем, магии зачарования? Я зажег в двух пальцах огонь, и провёл ими вдоль внешнего лезвия клинка, от чего оно начало ярко пылать. Надо же, получилось с первого раза. Теперь стоит испытать это оружие на подопытных. Подбежав к самому большому монстру стоящему впереди, я в прыжке ударил его клинком прямо в открытые жвала. Противник кажется, был заворожен видом горящего пламени, и потом никак мне не ответил. «Что это с ним?» — подумал я, отскакивая назад не очень изящным сальто, от которого у меня даже закружилась голова. Рак однако, продолжал бездействовать. Эта особь вообще сильно отличалась от остальных: как цвет ее панциря был более темным, так и поведение казалось более осмысленным. Мало того что монстр выжил после моего удара, так еще и устремился обратно в трясину, а вслед за ним и все остальные. Догонять их наверное не буду. Всё таки трясина — их территория. С облегчением выдохнув, я зашагал обратно в деревню. — Эй, выходи, я тебя не трону. Эти твари как видишь тоже, — обратился я к девочке выглядывающей из за колодца. В ответ она лишь растерянно посмотрела на меня, непонятливо хлопая глазами. — Ты не говоришь на мировом языке? Ну да... Этого следовало ожидать... — я закрыл лицо рукой. Вот не хватало мне только стать нянькой. Я попытался знаками указать ей, что всё хорошо, и подманил к себе, по сути, просто беспорядочно размахивая руками. На удивление, это сработало. Девочка вышла из за колодца, осторожно двигаясь ко мне на босых, дрожащих от усталости ножках. И ведь на вид лет восемь, но взгляд выражает решимость. Даже не скажешь, что она кричала пару минут назад. Грязное порванное платье по щиколотку, похожее скорее на мешок.. Ноги обмотаны какими то тряпками. Из под грязной челки виднеются карие глаза, а волосы спадающие по грудь скорее напоминают куски грязи, что впрочем, неудивительно. Постепенно делая робкие шаги в мою сторону, она всем телом дрожала от холода. Хм, она точно не боится меня? Для этих мест я наверное выгляжу слишком странно, а моя спонтанная кровожадность проявленная сегодня, может лишь сильнее напугать. В попытке успокоить девочку, я убрал меч в руку, от чего у нее округлились глаза. — Ты знаешь какой нибудь язык? — я жестом указал ей на рот, от чего она немного вздрогнув замотала головой. — Ох... Приехали. Ладно, пока пойдешь со мной, а там решим что с тобой делать, — я жестом указал ей следовать за мной, а сам отправился исследовать деревню. Девочка однако, вцепилась в подол моей соломенной хакамы, не желая отставать, хоть каждый шаг и давался ей с трудом. — Тебе было страшно да? Не представляю, что и как ты тут делала одна. В девочка энергично закивала мне в ответ. Хм, похоже она понимает больше, чем мне казалось, даже если не знает язык. Только вот каким образом? Позже надо узнать о ее магических способностях, и что важнее, обучить мировому языку. В будущем это может быть ей полезно. Бродя по домам на нижнем уровне деревни, мне не попадалось ничего интересного. Обычные халупы из бревен или досок, построенные на скорую руку, но весьма неплохо обжитые. Решив, что с первым уровнем покончено, мы поднялись на второй. — Эй, не покажешь мне чего интересного? Я указал на ряд домов стоящих на сваях, — в ответ девочка энергично закивала и побежала к одному из домов. Смотрю, за этот час энергии у нее поприбавилось. Только вот ночь уже, нужно быть осторожнее... Глядя на на пробегающую по деревянным помостам маленькую фигуру, мой взгляд вдруг зацепился за дверь дома, рядом с которым она остановилась. Через мгновение, нечто выбило гнилое дерево, и в воздухе блеснул острый предмет. — Дерьмо. Нужно было проверить это место на негативную энергию, — яростно процедил я сквозь зубы, пулей метнувшись к девочке. К сожалению достать оружие я не успел, и потому приняв на себя удар, как оказалось, тесака, второй рукой вдребезги разгромил голову противника, после чего тот, переваливаясь через сваи, упал в болото. — Ты в порядке? — Я нагнулся к девочке, заметив страх в ее глазах. Она с ужасом смотрела на тесак в моем плече, изо всех сил стараясь вытащить его трясущимися руками. — Да не переживай ты так, у меня здоровье крепче стали, — глядя на руку, я понял, что это не совсем правда. От раны во все стороны расходились фиолетово-синие полосы. Тесак явно был проклят его носителем, причем ненависти в этом деле не жалели. Даже моя регенерация была полностью выключена, а попытки перевести ману в эту область лишь ухудшали ситуацию. Выругавшись, я одним движением вытащил тесак и выбросил его в болото. Рану прижечь не удалось, и потому я лишь прижал руку к себе. Глядя на меня, девочка оторвала кусок подола платья, и протянула мне. — Ох, спасибо, это будет очень кстати, — Через силу улыбнувшись ей, что я только и умел делать при общении с детьми, я пережал конечность у плеча. Вот ведь не повезло, снова та же рука! Если что то не придумаю, то через несколько часов придется рубить окончательно. Решив не терять больше времени зря, я пошел в самый большой бревенчатый дом перед колодцем внизу, который возможно и был хижиной старейшины, если это вообще та деревня, которую я ищу. Внутри хижина выглядела еще скромнее чем снаружи: всего один этаж, одно окно, и дверь сбитая вручную, а ведь самая большая постройка в деревне. Вместо кровати лежанка прямо на полу. Грубо сделанные стул и стол, котелок, и какое то подобие печки сложенное из камня. Где же остальная утварь? В других домах всё на месте, а вот тут подозрительно пусто. С первым осмотром ничего толком найти не удалось. Кажется, это всё таки не тот дом. Я уже собирался уходить, как девочка вдруг схватила меня за руку, тыча пальцем в лежанку. Действительно, каким то образом я не заметил торчащую под ней доску. Убрав лежанку и разобрав хлипкий пол, я обнаружил плавный спуск вниз. Что интересно, сложен он был из глины. Не знаю, возможно ли вообще такое. Да и подвал на болоте... Странно. Я начал спускаться вниз, и девочка последовала за мной, что даже немного успокаивало. Спустя столько дней одиночества, даже такой молчаливый спутник был бы кстати. Тем более, что одна она вряд ли выживет, а бросить тут ребенка мне не позволит совесть. Внизу под спуском, находилась квадратная каменная комната, диаметром от силы в метров десять. Она была плотно заставлена шкафами с книгами, а на полу тут и там лежали обрывки записей. Подойдя к столу, я зажег масляную лампу, чтобы всем было привычнее находиться в помещении. Язык большинства записей я не знал. Для меня это были лишь кусочки бумаги, но поиски останавливать рано. И так, что я вообще ищу? На книжных полках ничего интересного, а вот на столе есть пара записей которые даже я могу разобрать, и шкатулка. Думаю, стоит прочесть: «Они забрали детей, всех кроме Эви, но и она пропала. Я не уберег даже лазурное дитя. Как же я жалок. Скоро они придут и за нами... Хел, если ты слышишь это, прости меня за предательство. Прошу, даруй нам всем быструю смерть, и особенно детям; они не заслужили этого. И еще, прости что не нашел в себе сил стать твоим последователем. Сорок лет я храню этот камень, но сил принять этот путь у меня нет... Я недостаточно чист помыслом, прости. Надеюсь, что если выживу, то найду тебе достойного приемника. Если же кто то, кроме Хела, всё же прочтет это, то могу сказать вам лишь одно: бегите с этого проклятого острова, через топи и озера, горы и пустыни. Бегите на Флегрейс и зовите сюда, — дальше текст не очень разборчив и знаки препинания полностью отсутствуют, — ЗОВИТЕ СЮДА ВСЕХ СВОИХ ПРОКЛЯТЫХ МАГОВ ВОИТЕЛЕЙ И ПРОЧИЙ МУСОР ИЗ КОАЛИЦИИ ЧТО БЕЗДЕЙСТВУЕТ ПОКА ИСТИННОЕ ЗЛО КАРАЕТ НИ В ЧЕМ НЕ ПОВИННЫХ ЛЮДЕЙ СКАЖИТЕ ИМ ЧТО НА АНАКРЕОНЕ ИХ ЖДЕТ ТО ЧЕГО ОНИ ТАК ЖАЖДАЛИ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ. БУДЬ ПРОКЛЯТ ДОАРД — далее следует бессвязный бред на разных языках, перечеркнутый в нескольких местах. Да уж, написано это точно в психозе. Если это писал Мавр... Его можно понять. Кажется, порой старика накрывало безумием. И кто такой Хел? Может это имя того бога смерти? Я обернулся к девочке, которая тихо стояла у входа в комнату. — Эви, это твоё имя? Услышав имя, в ее глазах промелькнуло понимание, и она тихо кивнула. — Не знаю как ты выжила, но тебе крупно повезло. Знаешь, я видел твоих друзей и... хорошо что ты меня не понимаешь, — я закрыл лицо рукой. Взгляды убитых мною детей всё еще всплывали в памяти. Ладно, я должен собраться с силами и взять себя в руки. Сейчас есть вещи важнее. Я посмотрел на свою руку: она совсем плоха. Ее размер увеличился почти в два раза. Значит, там еще и инфекция, а не только проклятье. И как меня это минуло в прошлый раз? Что ж, осталась только шкатулка. Поставив ее на стол, я прикоснулся к крышке, после чего по моей спине пробежал холодок. Там внутри... Я не был уверен, что хочу узнать о содержимом больше, но выбора у меня не было, и пришлось открыть. Замка на ней кстати вообще не было. На бархатной, красной подушечке, передо мной лежал кусочек серого камня, по структуре напоминающий графит, и имеющий гравировку очень сложной пентаграммы, которую я прочесть никак не мог. Значит это лишь одно: камень предварительно очень сильно зачаровали. Пентаграммы пишут на особых, древних языках зачарования. Смысл символов начертанных на том или ином предмете, порой позволяет делать с ним невозможное. Я застыл в нерешительности, вспоминая безумную записку Мавра. Мог ли этот старик меня подставить? Еще раз посмотрев на Эви я не мог не заметить её беспокойства. Подойдя ближе я погладил ее по голове, и она даже не дрогнула от этого моего жеста заботы. — Эй, что случилось? Скоро мы отсюда уйдем, подожди немного,— хоть она и не понимала моей речи, но я старался говорить максимально успокаивающим голосом. Всё же, мне нужна сила. Сейчас вся эта минутная слабость не имеет смысла. Подойдя к шкатулке, я взял камень в руку. Надеюсь, ты хоть что то мне дашь. — Хочешь? — Прозвучал знакомый голос в голове. Не знаю, где я раньше слышал его, но сейчас это не было так важно. — Хочу. — Чтобы что то взять, тебе придется чем то пожертвовать. Сам ведь знаешь. — Просто дай мне это. — Тогда давай посмотрим, сможешь ли ты взять... Ужасная боль пронзила всё моё тело, от чего глаза закатились и я упав на пол, начал беспорядочно биться в приступах агонии. Что то словно тянуло за каждую частичку моего тела, перебирая нервы и отрывая от сущности куски. Кожа сходила с тела, а мышцы расслаивались оголяя кости, и каждое малейшее изменение в теле отдавалось болью, которую я уже перестал различать и разделять. Вот она, БОЛЬ, в самом истинном ее значении. Пена изо рта не давала мне дышать, а взгляд застилала пелена. Последнее что я увидел: это как Эви подбегает ко мне, хватая за руку.*** — Где я? — мой голос разнесся по темной, холодной пустоте, и словно в ответ, передо мной появилась освещенная дорога из кусков камня, левитирующих в пространстве. Поднимаясь по этой импровизированной лестнице, вокруг меня появлялось всё больше объектов. Это были куски моей памяти из новой жизни. Тут и воспоминания Нито, и Люций, и месяцы наших тренировок с походами под гору. Дни беззаботного счастья Нито, и его совершенствования, которые также пошли на пользу и мне. Эх, было бы неплохо найти Люция, и помочь ему закончить контракт. Не знаю только, выжил ли он там... *ГРР* — послышался звук двигающегося в темном пространстве камня. Наконец, передо мной в пустоте образовалась небольшая готическая часовня. Всё что находилось позади меня, словно отошло на второй план и исчезло. Теперь я стоял у деревянной двери, на которой красовался католический крест. Я прекрасно знал это место, ведь в нём я жил почти всю свою прошлую жизнь. Именно в нем все сироты нашего прихода проводили большинство времени. Наше пребывание в соборе не было законным, и потому нам приходилось прятаться подобным образом, когда приходили высшие чины. Открыв скрипучую дверь я вошел в часовню. Всё в этом месте отождествлялось со мной, и двигаясь к иконостасу вдоль ровных рядов скамей, я лишь больше убеждался в этом. На стенах мимолетными картинами проносились обрывки моей памяти о днях в старшей школе. Тут был и день, когда мне как сироте выдали квартиру, и настоятель храма благословил меня на счастливую жизнь. День, когда я наконец начал жить один. Как купил себе первый компьютер. Как чудом попал на дополнительное обучение в университете, находясь при этом в старшей школе, и как сторонился людей закапываясь в книги и видеоигры. Да, я был посмешищем... Один только страх, страх и страх. Этот я мне отвратителен. — Ты действительно так считаешь? — послышался мой же голос. В конце часовни в полный рост стоял прошлый я: светловолосый мальчик, с красивыми голубыми глазами, изо всех сил изображающий непринужденное спокойствие. — Да, ты просто ужасен, — в моем голосе прозвучала горечь. Алан посмотрел на меня с обидой, едва на заплакав. — Только ты тут ужасен. Посмотри, во что ты превратился всего за неделю: хладнокровный убийца, кровожадное животное! Откуда в тебе столько пустой уверенности? — Она не пустая. — Разве? Получил немного силы, и сразу возомнил себя всемогущим? Такая самоуверенность всегда ведет лишь в пучины бездны. Ты даже не дал себе времени, чтобы остановиться и подумать. Ты больше не часть меня! — он отвернулся, уставившись в иконостас. Я ответил ему, и мой голос звучало удивительно спокойно и холодно. — Нет дружище, это ты, — больше не часть меня. Кровожадное животное? Я по крайней мере не бегу от проблем. Ты думаешь, что я тебя не понимаю? Так ты думаешь о каждом, кто не разделяет твоих жалких затворнических взглядов, — я приблизился вплотную, понизив голос: — Я слишком хорошо себя знаю, потому что слишком много раз винил себя за эту слабость. Ощущение поражения всегда хорошо отпечатывается в памяти, когда вся вина лежит только на тебе, и ты это знаешь. — Я.. я пытался стать лучше.. — пораженно произнес Алан, поворачиваясь ко мне лицом. — Ты пытался не достаточно. Ты лишь успокаивал себя, создавая видимость бурной деятельности, и ведь это ты и сам прекрасно понимаешь, не так ли? — Это несправедливо... Почему у них есть всё, а у меня ничего? — парень едва не плакал. — Ты задаешь слишком сложные вопросы. Жизнь это 60% удачи и 40% старания. Одно у тебя забрали, а второго ты себя лишил самостоятельно. Как видишь, теперь мне приходится разгребать эти проблемы за нас двоих. Алан проникновенно посмотрел мне в глаза, высоко подняв голову. — Ладно, на самом деле я просто проверял тебя. Ты действительно лучшая версия меня, хоть и далеко не идеальная. В конечном счете, мы с тобой один человек, и не можем так сильно различаться. Прости, что обманывал. Я сдаюсь, — Алан добродушно улыбнулся мне. Раньше он делал так только для настоятельницы. — Тогда... Я не успел договорить фразу, как Алан загорелся белым пламенем. Сначала оно не наносило ему вреда, но постепенно, снизу вверх, цвет пламени темнел. Фигура прошлого меня плавилась, превращаясь в нефть, а вместе с ней горела и часовня. — Эй, Алан, позаботься там обо всех за меня, ладно? Я хочу чтобы ты оправдал свою фамилию, и наши с тобой амбиции, которые я так и не смог воплотить. Ну как, сделаешь? — еще шире улыбнувшись мне, он превратился в ничто. — Конечно же сделаю. Я ведь уже обещал это тебе совсем недавно... Помнишь? — почему то слезы опять наворачивались на глаза. Всё таки эти воспоминания что то значили для меня... И вновь меня перенесло в пустоту. Теперь пустота была не только вокруг меня, но и внутри. Похоже, я потерял важную часть себя, но хотя бы не забыл о ней, и никогда не забуду. Вместо нее там будет что то, что я теперь создам самостоятельно. Стоя в темноте, я ждал, покуда предо мной из пустоты не родился маленький белый огонёк. Постепенно он становился всё больше и больше, превращаясь в бушующее пламя. — Ты всё ещё хочешь этой силы? С ней к тебе придет великая ответственность, — прозвучал голос сверху. — А почему ты спрашиваешь? — безразлично ответил я.— Чистая формальность. Просто хотел напомнить тебе, что не любой кусок пирога можно проглотить, — осторожно произнес голос, будто предостерегая. — Я уже дал тебе ответ на этот вопрос. После моих слов, белое пламя резко приобрело пепельный-темный вид. — Распорядись этой силой грамотно. Это последний раз, когда я помогаю тебе, парень. Дальше тебя скорее всего, не ждет ничего хорошего, — голос замолк, и вместе с ним всё исчезло. Только сейчас я понял, кому принадлежал этот голос. Тот старик, что убил меня в музее. Это был его голос. Кто же он такой? *** Я с трудом открыл глаза. Надо мной сидела Эви и тихо плакала. Почему? Разве я достоин слез? Я осторожно улыбнулся девочке, смахивая слезинку с ее длинной ресницы. — Ну ну, не плачь так из за первого встречного. Девушка должна быть сильной и сохранять величественный вид, иначе она никогда не повзрослеет, — я погладил ее по голове, и она почти сразу успокоилась, глядя на меня непонимающим взглядом. За то мне теперь всё было ясно. Я просто чувствовал ответ, знал его. У меня появился атрибут смерти, будто новый орган. Причем не просто атрибут смерти, а атрибут смерти смешанный с атрибутом бесцветного пламени. По всей видимости изначально он был у Като, и давал мне эту невосприимчивость к огню. Но почему полноценно проявился лишь сейчас? В любом случае, работая в паре, два этих атрибута создавали что то совершенно новое, и по всей видимости пробудили мои оставшиеся силы. На самом деле еще несколько минут назад, мои шансы умереть стремились к 999 на 1. Смешивать атрибуты ни в коем случае нельзя, если тебе не известна их совместимость, и к тому же условия слияния. Это чревато, как сказали бы ученые маги: дезинтеграцией души на бессвязные фрагменты маны, и пополнил бы я общий фон маны в этом подвале, кусочками своей души... И всё же, как мне назвать этот атрибут? Никогда не слышал об атрибуте смерти и бесцветного пламени одновременно. По большому счету, они оба редкие. Хм... Пусть будет «пепел», в честь цвета огня. Встав на ноги, я размялся. Первым делом я решил призвать пламя, и как ожидалось, оно теперь имело темный пепельный цвет, всё также не имея на мне никакого эффекта. Что ж, иммунитет к огню я не утратил, а значит свойства атрибутов при слиянии сохраняются. Но ведь должны быть и новые? Честно говоря я понятия не имею, что дает мне эта сила. Словно услышав мои мысли, Эви указала на мою руку. Уже во второй раз, рука полностью восстановилась. Что интересно, мои волосы тоже стали чуть светлее, и теперь их цвет хотя бы не напоминал мне, о темноте подземелий первого дня. Значит, от атрибута меняется и цвет волос? Интересно. — Ну что Эв, пойдем? У нас с тобой впереди очень долгий путь. Эви с улыбкой кивнула мне, и теперь я уже не был уверен в том, что она не умеет читать мысли... Пора выбираться из этой проклятой пучины. ---------- Подножие гиганта. Я всё думал, когда же мне по настоящему пригодится моя сила? Ну, похоже этот момент настал. Когда вы несете у себя на плечах восьмилетнюю девочку, пробираясь через заросшие топи и хлебая болотную воду, то всё на что в таком случае можно рассчитывать, так это на собственную силу, и не только физическую. Кстати, сегодня Эв случайно свалилась в воду впервые за две недели, после чего пришлось сушить ее огнем. К счастью я теперь и так умею. У нее оказывается, очень красивые карие глаза, и длинные светлые волосы, что раньше мне было трудно заметить. Немного порезвившись в болоте, что с этого момента стало нашим локальным развлечением, было решено искать место для привала. Точное направление к выходу из болота мне неизвестно, и потому мы двигались дальше на север, в надежде однажды сменить пейзаж. Остановиться тут тоже толком негде. Но по крайней мере тут есть какая то еда: множество ягод и кустарников на давали Эви умереть от голода, а я... Я и не заметил как перестал нуждаться в пище. Хоть чувство насыщения и жажды я не утратил, слабость никак не приходила. Где же край моих лимитов? Вообще, обычно это свойственно духам, зачаровавшим собственное тело существам, и сильным магам. Я же лишь поглотил ману пары десятков человек, а после использовал камень атрибута. Ситуация конечно не стандартная, но на зачарование не похоже...*** Наступала ночь, и место для привала наконец было найдено. Усевшись у небольшого костра на маленьком освещенном луной островке суши, Эви почти сразу заснула, а я сел охранять ее мирный сон. Мы находились в пути уже две недели, и всё никак не могли выбраться из этих проклятых болот. То ли потому что они были очень большими, то ли потому что трясина, не позволяла двигаться так же быстро, как в пустоши. За это время мы с Эви сильно сблизились. Она теперь для меня почти как ученица. Жаль только, что находиться рядом со мной ей опасно; не могу же я взять её с собой к аббатству, когда придет время, верно? Хотя это будет ещё неизвестно когда. Продумывая свои планы, я каждый раз приходил к выводу, что у меня недостаточно информации чтобы что то планировать. Как мне победить целый культ в одиночку? У них даже свой бог есть, а у меня только огонёк. Также мне не дают покоя слова из записки Мавра: судя по всему маги вне острова, осведомлены о существовании Астароса. Если вспомнить другую записку из пустоши... Возможно, это была группа разведки от какой то из частных магических групп, занимающихся охотой на нечисть, и локальным уничтожением зла. Жаль только, что погибли ребятки. Неужели у культа плоти есть более мощное оружие, нежели кучки болванчиков? Хотя я и болванчиков ещё не видел. По какой то причине, в моей голове сразу же всплыл четкий образ: образ девушки которая спасла меня в катакомбах, и отпустила живым. Стали бы культисты отпускать собственных пленников? И если да, то зачем... Не особо понимаю, что тут к чему. В любом случае, я решил пока что не торопиться с выводами. К тому же мне надо позаботиться об Эви, научив ее основам самозащиты на будущее.*Хрр* — Справа хрустнула ветка прервав мой нудный мыслительный анализ. Приглядевшись в тину, я заметил пару вытаращенных на меня из под воды глаз. А потом еще одну, и еще. Я насчитал по меньшей мере двадцать пар глаз любопытных наблюдателей. И кто же на этот раз. Может быть, милые лягушки? Милые лягушки решили явить мне свой лик, и тут слова полезли обратно в горло. Мы были окружены огромными раками, которых я прогнал неделями раньше, а во главе стоял тот самый бронзовый вожак, с отломанным жвалом в качестве шрама. Неужто вы ребята, шли за нами всё это время, и решили показаться только сейчас? Не теряя времени, я очертил вокруг островка кольцо из серого пламени. Что же они предпримут? Станут терпеливо ждать? Я мог бы сжечь их прямо сейчас... Но мне интересно, как они поступят. Раки выбрали самый странный вариант, из всех возможных. Забыв о законе самосохранения, их вожак бросился в огонь, и сразу же об этом пожалел. Конечно, будь это обычный огонь, он бы загасил его своей массой, но на деле всё оказалось не так просто. За то время что мы шли по болотам, я открыл пару удивительных особенностей своего пламени. Во первых: оно вообще никогда не гасло. Только моя воля могла остановить горение, ну или же оно прекратится когда кончится лимит. Во вторых: я могу управлять этим огнем силой мысли, как если бы это была дополнительная конечность, и наверное даже мог бы использовать его для разведки, если очень исхитриться. Я могу изменять в нём буквально всё: цвет, температуру, форму и размер, что кстати требует много маны. Особенно изменение температуры. И вот теперь у меня наконец выдалась возможность испытать свои способности на живых существах. Не собираясь жалеть жалких животных, я действовал предельно жестоко: стоя в центре горящего круга, я размахивая пальцами как дирижер, управлял симфонией адского хаоса. Поджаривая раков в их собственных панцирях, я старался уловить невероятную какофонию звуков. Никогда бы не подумал, что у меня будет собственный хор, пусть и малость сюрреалистичный. От этого крика даже Эви проснулась, и теперь тихо наблюдала со стороны. Пара минут, и старые приятели «готовы». Вот так вот и закончилась их история: без борьбы и интриги, быстро и просто. — Как думаешь, этих гигантов можно есть? — я указал пальцем на поджаренный панцирь. Во взгляде моей попутчицы блеснула искра, и она подойдя к одному из раков, пнула его ногой. — Угу. — кивнула она в ответ. Я научил ее уже нескольким десяткам самых простых слов. Визуализируя некоторые приходилось изловчиться, но по большей части она хватала информацию на лету, что облегчало мне задачу. «Хм, ну я и диких собак ел, а раки это деликатес, так что наверняка они будут вкусными» — думал я, отрывая клешню. Мясо получилось не медиум рэйр конечно, но даже так, по сравнению с мясом гиен это — пища богов. Тут даже отсутствие салфеток можно простить. Я протянул Эви кусок, и она распробовав, улыбнулась, чего обычно от нее не добьешься нивкакую. Значит мясо действительно стоит того. Жаль, с собой много его не возьмешь, но мне еда не особо нужна, так что хотя бы обезопасим Эви от голода. К слову, с водой всё обстояло несколько суровее: на болоте отличать питьевую воду от грязной достаточно сложно, хоть иногда и попадались престные участки. — Нужно найти бурдюк, — выпалил я в воздух. — Что? — Эви непонимающе уставилась на меня, но как объяснить ей что такое бурдюк, я не знал, и потому лишь махнул рукой. В любом случае, уже совсем скоро луна должна скрыться за горизонтом, и наш путь продолжится. *** В моей прошлой жизни, ночью люди спали, а днем работали. Я же не сплю уже неделю, и не особо планирую ложиться спать, пока мы не найдем действительно безопасное место. По крайней мере теперь, отсутствие сна никак не сказывается на моем самочувствии. Разве что немного сбоит сознание и психика шатается. — Смотри смотри! — Эви закричала прыгая на месте и показывая куда то за деревья. Сначала я ничего не увидел, но как только понял о чём она говорит, пораженно застыл на месте. В свете луны, меж деревьев, проглядывали пики огромной заснеженной горы. Не знаю как мы не заметили ее раньше, но теперь маршрут был окончательно определен. — Идем туда, — указав Эви на гору, я посадил её на плечи. Участок болота тут глубокий. Через некоторое время топи наконец начали редеть, и спустя пару часов мы вышли на прекрасный зеленый луг. Отсюда вдалеке виднелись гигантские горы, к которым и лежал наш путь. Пробираясь через пышные заросли множества разноцветных цветов, меня не покидала смутная тревога. Уж не иллюзия ли это поле, как лес в который я упал месяцем ранее? Слишком уж фантастично прекрасны были эти зеленые поля. Хотя, может у меня уже паранойя... — Эв, тебе тут нравится? — Очень, — перед моими глазами свесилось перевернутое лицо девочки, блестящее от восторга. Кажется, раньше она в таких местах не бывала. — Сколько раз просил не свешиваться вперед. Упадешь же, — проворчал я, и Эви надув щёки спрыгнула на траву. Цветочная поляна мигом захватила её внимание. — Пойдем, насмотришься ещё. *** Со временем пейзаж становился всё более холмистым. Проходя мимо очередного такого холма, я заметил в нем проход. Любопытства ради, я заглянул внутрь, и был приятно удивлен: внутри находилась маленькая укрытая от остального мира пещера, куда свет пробивался лишь через этот узкий проем. А ведь отличное место... Может быть остаться тут на пару недель? Перевести дух, и подготовить Эви к переходу через горы. Всё таки, это может быть довольно тяжело. — Слушай, Эв, как на счет того, что бы начать наше обучение прямо сейчас? Ты ведь хотела узнать больше про магию, — я зажег в руке огонек, а она в ответ уверенно кивнула мне головой. Что ж, если всех всё устраивает, значит временно обустроимся тут. Это поле выглядит достаточно безопасным. Единственная проблема это открытая местность, но если мы будем внутри этого холма, то всё должно пройти хорошо. К вечеру я натаскал в пещеру травы, сделав удобные лежанки из прутьев, растущего рядом карликового дерева, и разных растений. — Эви, книги у тебя? — поинтересовался я. Девочка протянула мне несколько книг, которые мы захватили из дома Мавра. Все они были написаны на мировом языке, и потому прекрасно подходили для обучения. Жаль только, что пару сотен раз побывали в болоте, но местные чернила так просто не убить.*** В процессе обучения моя ученица не переставала удивлять, поглощая информацию с невероятной скоростью, и с первого раза усваивая материал. У меня есть подозрение, что это связано не только с ее умственными способностями. Уже на момент нашего знакомства ей удавалось понимать меня не зная языка. Возможно так проявляются ее магические способности. Телепатия конечно навык редкий, но вполне существующий в виде атрибута. А может, в ней сокрыто и что то ещё. По крайней мере аура у нее самая обычная, нейтральная, серого такого цвета. К концу первого занятия уже наступила середина ночи. Именно сейчас я впервые за долгое время начал ощущать усталость. Похоже, что мои лимиты маны подходили к концу, и телу теперь необходим полноценный отдых. К сожалению у меня нет никаких артефактов позволяющих эффективно восполнять лимиты вне сна, и потому этот момент однажды должен был наступить. К тому же, от учебы у меня самого разболелась голова. Никогда бы не подумал, что у меня будет ученица. — Так, на сегодня пожалуй хватит. Грамматику мы с тобой разобрали, дальше будет легче. А сейчас я пойду и наконец посплю. Буди меня если что-то случится, — обратился я к ученице. — Угу, — кивнула девочка, выхватывая учебник у меня и из рук. Я же лег на настил и отвернувшись к стене, заснул впервые за долгое время. За всю мою жизнь, это пожалуй, был самый долгий и мирный сон. *** Проснулся я уже в середине дня. Эви в пещере не было, и я не без труда встав, вышел на улицу, разминая затекшее тело. Погода стояла как и всегда солнечная, без единого облачка на небе. Редкое пение птиц и зеленая трава прям таки погружали в спокойствие. Осмотревшись, я заметил Эви: она сидела на поляне с закрытыми глазами, будто медитируя. Приближаясь к ней я случайно наступил на ветку, от чего та издала неприятный хруст. — О, учитель, вы наконец проснулись? — с улыбкой произнесла девочка. По манере речи я бы сказал, что она старше меня.— Да, а почему ты спрашиваешь? — я растерянно почесал затылок. — Вы спали восемь дней, — недовольно заметила она, тыкая пальцем мне в руку. — Хах, вот так новость. Кажется я действительно сильно устал. — Угу, поэтому я вас и не будила. — И как ты тут одна? Справляешься? — я огляделся вокруг, не заметив особых изменений. — Да, но мне не хватает ваших советов. Я уже начала изучать ману, но не понимаю значение некоторых слов, — ученица посмотрела на меня с огнём науки в глазах. Он мне до боли знаком. — Какого рода советы тебя интересуют? Я сам не то чтобы знаток... — Слово атрибут встречается довольно часто, но его точное значение не описывается, — задумчиво произнесла Эви. Прошла всего неделя, а она уже разговаривает как ученый, зная лишь основы грамматики. Даже не знаю, завидую я ей или горжусь. Ну, теперь можно всерьез взяться за ее обучение. — Атрибут это врожденная способность каждого живого существа, у тебя он тоже должен быть, — я демонстративно объял свое тело пламенем, отчего вокруг меня образовалось выжженное кольцо травы и земли, — атрибут использует твою ману чтобы проявляться. Моё пламя это тоже атрибут, правда необычный. — В каком смысле, не обычный? — девочка потрогала пламя рукой, и оно начало весело прыгать у нее меж пальцев. — Ну, на самом деле у меня два атрибута. Там в погребе в топях, я получил второй, и он слился с первым, образовав гибрид. Такое иногда случается, хоть и не часто. К тому же, как видишь, этот огонь под моим полным контролем. — Что и ожидалось от моего учителя, — сияюще воскликнула Эви, — мастер, я могу узнать ваше имя? От такого вопроса я малость растерялся, и ведь действительно, я еще никому не говорил своё имя. — Ох, прости прости, я и правда забыл представиться. Ты можешь звать меня Алан. Эви — твоё настоящее имя? — Угу. Так меня назвал дедушка Мавр. — А родители? Эви отрешенно посмотрела в сторону. Очевидно, этот вопрос был лишним. — Не знаю, я не помню их. Дедушка подобрал меня на болотах совсем маленькой, и привел в деревню, где я и жила. — И что, он не научил тебя мировому языку? — Нет, только местному диалекту. Я много раз просила его научить меня, но он каждый раз с ужасом отказывался, — девочка мрачно посмотрела на небо, явно витая в воспоминаниях. — Странно. Ну, теперь я твой учитель, так что не волнуйся на этот счет. Да и с твоими способностями, тебя достаточно лишь направить, а там ты и сама справишься. — Вы правда так считаете? — ее лицо порозовело от смущения и ликования. — Хах, само собой, не стану же я лгать своей лучшей ученице. Пойдем в поле, будем выяснять что у тебя за атрибут. *** Добравшись до открытой местности, я перешел ко второму этапу обучения. — Ты уже умеешь управлять маной? — Угу, — Эви эффектно подпрыгнула вверх на несколько метров, грациозно приземлившись рядом со мной. — Отличный контроль, значит ты уже умеешь распределять ману. В таком случае будет легче, — я попытался объяснить девочке субъективные ощущения от призыва атрибута. — Вот так? — Эви закрыла глаза и сосредоточилась. У нее на лбу даже проступили вены, а окружающая ее аура увеличилась в размере. — Да, хорошо. Как только почувствуешь что то, попробуй «взять» и использовать это как собственную ману, направляя по телу. Лицо Эви напряглось ещё сильнее, и через несколько секунд над ее ладонью вдруг возникла капля воды. — Хм, вода? Значит манипуляция жидкостью. Что же, поздравляю, у тебя отличный атрибут! — триумфально воскликнул я. На самом деле, это была правда. — Честно? — девочка открыла глаза, с удивлением глядя на каплю. — Конечно, это же изначальный атрибут. Можно сказать что это, родитель всех остальных атрибутов связанных с жидкостями. Даже уникальных. Только тебе нужно научиться правильно его использовать. С сегодняшнего дня, начинаем тренировки по расширению собственных магических лимитов. — И что мы будем делать? — Хах, то что я умею лучше всего, — я постарался изобразить загадочно-злобную гримасу, — для расширения магических лимитов и в целом становления более сильным магом, тебе нужно просто использовать свою ману, и тратить ее как можно активнее. Постоянное попадание маны в горизонт и обратно расширяет лимиты, а концентрация маны в теле становится плотнее. — Горизонт? — Эви с удивлением посмотрела на новую каплю воды, образовавшуюся на руке, — я никогда не слышала про горизонт, — задумчиво произнесла она. — Это и не удивительно. Горизонт это эльфийское название души. Именно твой горизонт хранит большую часть маны, и лимит тоже там. Некоторые умелые маги даже могут попасть внутрь собственного горизонта. Там находится карманное подпространство, материальность которого определяется могуществом владельца, — я поднял палец к небу, изображая из себя настоящего профессора. — А почему вы называете его горизонтом а не душой? Вы разве эльф? — девочка вопросительно посмотрела на меня, склонив голову на бок. — А, это... У меня был один друг очень тесно общающийся с эльфами, он этого набрался у них, а я у него. Да и слово «душа» мне не очень нравится. Есть у меня с ним какие то неприятные ассоциации. — А где сейчас ваш друг? — Это... — я на мгновение запнулся, не зная как лучше подойти к этому вопросу. Определенно точно всю правду я ей рассказывать не хотел, по крайней мере сейчас. — Он э... Наши с ним пути разошлись. Мы конечно с ним прекрасно проводили время вместе, но в конечном итоге птенцы всегда разлетаются из гнезда в разные стороны, — я ощутил, как слезы наворачиваются на глаза, но мужчины не плачут. — Мастер, почему вы плачете? — Я не.. — на самом деле Эви была права, эти воспоминания всё еще тяжким грузом лежали в моей памяти, от чего вспоминать Нито каждый раз было трудно. Особенно теперь, когда я отошел от первичного «шокового» состояния, немного обжившись в этом мире. — Слушай, Эв, — я положил девочке руку на голову — если найдешь друзей, то береги их до самого конца. Жизнь без друзей порой хуже смерти... — Хорошо мастер, я буду вас беречь, а вы берегите меня, договорились? — девочка улыбнулась во весь рот. — Конечно, так и поступим, — улыбнулся я в ответ, — а теперь у нас начинаются тренировки. — И как мы будем тренироваться? — Эви уже снедало любопытство. — Всё просто: «Поза лотоса, почти как боевая стойка,» — я сел в позу лотоса, закрыв глаза и вспыхнув пламенем, будто свеча, — садись так же, и призывай атрибут. Для начала посидим так некоторое время, а там посмотрим. — Э, хорошо... ---------- Тяжело в учении. — Держи руки ровнее, и сконцентрируйся только на каплях. Лицо девочки было мокрым от пота. Уже около десяти часов она неподвижно удерживает несколько капель воды в воздухе, не позволяя им исчезнуть. — Учитель, там огонь... — Черт, — я едва успел остановить пламя, превращающее ближайший камень в магму, — а всё потому что я без конца отвлекаюсь на твою концентрацию. Неужто научиться манипулировать маной так сложно? — Можно подумать, вы сами этому не учились, — Эви надула щёки. — Ну почему не учился... Просто такие абстрактные вещи мне легко даются, у меня никогда не было проблем с концентрацией или фантазией. Я сел на полу-расплавленный камень, который все еще дымился. — Давай добавим девятую каплю, с этими кажется ты уже справилась. — Может всё таки перейдем к более сложным тренировкам? Я чувствую что готова! — она явно торопит события. Хотя... возможно я просто слишком ворчливый старик. — Не говори так, будто ты сможешь их потянуть. Параллельный контроль множества объектов это не то чему так быстро можно научиться. Тем более что ты учишься дистанционному контролю, а это намного сложнее, чем при прямом контакте. В любом случае, сейчас тебе главное понять принцип, а там уж делай что хочешь. Давай так: я оставлю тебя тут на четыря дня, а потом, в конце недели, проведем экзамен. — А как он будет выглядеть? — девочка явно была заинтересована. — Узнаешь на тесте, чтобы всё было честно, — на самом деле экзамен я еще не придумал, но пара идей уже была. — Договорились. Вы еще увидите, на что я способна, — Эви впервые за всё время злобно ухмыльнулась.— Тебе только восемь лет, так что не торопи события. — Вообще то я не знаю сколько мне лет, и вы тем более, — девочка вновь сердито надула щёки. — Ладно, споришь ты действительно как взрослая. Признавайся, у кого научилась? — У нас в деревне был один мальчик, он и научил. Мы с ним часто дрались за еду, а когда к деревне приходили те болотные штуки, то мне приходилось его затыкать, потому что кричал он громче всех. — Так вы встречали этих раков и раньше? — Конечно, дедушка Мавр всегда отгонял их. Он говорил нам сидеть тихо, потому что раки не будут сильно стараться, если не узнают что в деревне есть еще люди. — Да уж, плотоядные раки... Какая мерзость. В конечном итоге их постигла карма. — А что такое карма? Это ваше второе имя? — девочка с восхищением смотрела на пламя, объявшее моё тело. Я поддерживал это состояние «свечи» уже несколько часов. — Хаха, нет, конечно нет, хотя я подумываю взять себе такое имя, если мы и дальше будем успешно побеждать всяких гадов. Ощущение любопытного детского взгляда никак меня не покидало. — Ладно, если без шуток, то в реальности карма не существует, ее придумали люди, чтобы хоть как то объяснять происходящее в мире. — А как она тогда настигает кого то? — Ну... Есть так называемый закон кармы. Он гласит, что чем больше плохих вещей ты делаешь в своей жизни, тем больше зла тебе возвращается, и наоборот. Например, если ты будешь всю жизнь грабить людей то в один момент закончишь ее в тюрьме. — Я поняла но... не поняла, — Эви расстроенно посмотрела на небо, будто ожидала, что бог начнет винить ее за это. — Не думай о таком слишком много. В основном о карме говорят, когда хотят показать что какой то злодей получил по заслугам, или когда хорошему человеку воздается за старания. — А ты хороший человек? — загадочно произнесла Эви, будто и не своим голосом. Этот вопрос поставил меня в тупик. Хороший ли я человек? Хах... понятия не имею. — Знаешь, скорее да, чем нет, но я не уверен, — пространно произнес я, не сумев подобрать лучших слов. — Мастер себя не любит? Как по мне, так вы очень хороший человек, — с улыбкой заметила девочка. — Да ладно тебе, я просто делаю то что должен. Любой на моем месте поступил бы так же. — Я вам не верю, — мрачно заметила девочка, явно ощущая лукавство в моих словах. — Эх, ладно, ты победила. Хороший так хороший. А теперь давай, занимайся. Я пойду в другое место. У меня сегодня особая тренировка. — А я могу посмотреть?— Нет, тебе надо готовиться. Как говорится, тяжело в учении, легко в бою. Особенно когда изучаешь основы. Для тебя сейчас важна тренировка концентрации на множестве объектов а не их объем, не забывай об этом. И не перестарайся тут! — Хорошо учитель, не перестараюсь, — девочка разочарованно кивнула мне, добавляя сразу две больших капли. Хотел бы я взять её с собой на «тренировку», но пожалуй, не стоит. Я планирую сегодня использовать все лимиты, иначе опять не усну. Вот так бодрствовать по несколько дней подряд, настоящее испытание для моей психики; не представляю как я держался всё это время. Гуляя по небольшой роще, которую мы нашли вблизи подножия гор, я раздумывал, как бы мне лучше потратить свои колоссальные объемы маны. Какой либо опасной животины я за всё время не заметил. Только редкие птички, да мелкая дичь. И как же мне потратить всю доступную ману? Хм, вообще, я уже давно хотел кое что попробовать... Выйдя на открытую поляну посреди рощи, где деревья не загораживали солнечный свет, я окружил свое тело пламенем постепенно повышая его температуру, пока не начал медленно уходить вниз испаряя под собой землю а заодно и начав плавить камень. — О! Действительно, работает, очень удоб.. — не успев договорить фразу, я провалился под землю. *** Приземлившись на пятую точку, я озадаченно потёр затылок. Я сидел в подземном тоннеле чуть выше моего роста, явно созданном природой и соединяющим между собой какие то подземные полости. Все стены в этом месте поросли густыми зелеными зарослями, отчего было трудно увидеть, что находится по обе стороны от меня, в глубинах тоннеля. Встав, и отряхнувшись от пыли, я двинулся в случайную сторону руководствуясь исключительно любопытством. С каждым шагом заросли внутри пещеры становились всё гуще, и потому приходилось прожигать себе путь. Наконец, тоннель вывел меня в большую пещеру полностью покрытую зеленью, куда свет проникал через небольшую дыру в округлом своде, лаконично опускаясь на большой, пёстрый камень лежащий прямо в центре пещеры. У камней вообще бывает такая расцветка? Я положил на него руку, и тут же отдернул её, ибо «камень» зашевелился. *ШШШ* — вместе с тем, со всех сторон слышалось мерзкое шипение. Стены пещеры начали двигаться и теперь я мог разглядеть источник неприятных звуков. Из дыр в стенах показались мерзкие рожи огромных зеленых пауков. Господи, за что мне это? Как же я ненавижу пауков. Испытав нечто вроде ужаса, паники и отвращения одновременно, моё тело вспыхнуло безумным пламенем очищения. Задача была простая: уничтожить всё, что пугает, без какого либо контроля. Я чувствовал это. Чувствовал как каждый тоннель в сети пещер накрывает потоком пламени, оставляющим лишь голые обугленные стены. Столь мощной атаке удивился даже я сам, но это впрочем не было особо примечательно: пауков я боюсь больше всего на свете. В этот раз, кажется, я перестарался. Мой лимит был почти полностью исчерпан, а сам я устал настолько, что постепенно начинал терять сознание. Проклятая арахнофобия... Эта атака потребовала от меня колоссальных ресурсов, и хуже всего было то, что один паук всё таки выжил. Моё пламя ощутило его где то вдалеке, в огромной пещере, но добить гадину уже не хватило сил. Выронив из руки меч, который я до этого отчаянно сжимал, я мгновенно отключился. — Мастер, пожалуйста, очнитесь. Мастер! — прорывался голос Эви сквозь сон. — Как же тяжело... — я с трудом открыл глаза. Голова была ужасно тяжелой, всё гудело, а звуки усиливались в десятки раз; вот они, последствия. — Кто-то звал меня? — я обернулся и моё сердце чуть не остановилось от ужаса. Позади меня стоял огромный серый паук, в несколько раз больше тех, что встречались тут ранее. Как такая громадина вообще залезла в эту пещеру? Шесть мерзких лап безуспешно пытались сдвинуться с места, но в то же время что то удерживало его тело на месте, от чего оно угрожающе содрогалось. Напротив него, прямо рядом со мной, стояла босая девочка, одетая в серые лохмотья. По лбу у нее стекала струйка крови, а взгляд с каждой секундой мутнел. — Эв, ты... — мне было больно смотреть на ее отчаянную попытку удержать тварь на месте. — Учитель, я больше не могу его держать, пожалуйста, помогите, — она почти плакала. Было видно, как она трясется от страха. Постепенно лапы паука одна за одной начинали приходить в движение, от чего тот мерзко шипел. Признаться честно, мне тоже было страшно, но только до этого момента. Теперь же мне было скорее мерзко, что я позволил себе потерять контроль, и теперь моя маленькая ученица вынуждена страдать из за меня. — Эй, ублюдок. Ты хотел добраться до меня? Хорошо, я сам подойду к тебе, — подняв с земли клинок, я на шатающихся ногах приблизился прямо к мерзкой морде существа, наблюдающей за моими действиями множеством глаз. И вот его я боялся? — Я уверен, ты это оценишь. — схватив клинок в обе руки и вложив всю оставшуюся силу в удар, я вогнал лезвие глубоко в голову твари, от чего ее огромное тело начало биться в конвульсиях. — Нравится? Мне тоже. Знаешь, я теперь обожаю пауков. Гигантская туша безжизненно рухнула на землю, чуть не отдавив мне ногу. От падения паука свод пещеры сотрясся и где то посыпались камни. Что ж, теперь я окончательно потратил свой лимит. С трудом вернув меч в свое тело, я хромая поторопился к Эви. Она лежала в центре пещеры, и взгляд ее медленно угасал. Освещаемая лунным светом пробивающимся сквозь своды пещеры, она выглядела совершенно одинокой и брошенной. Как она вообще меня нашла? — Простите мастер, я перестаралась, — с печальной улыбкой заметила Эви. «Что же я наделал... Мне нужно ей помочь,» — думал я в тот момент, но сознание уже ускользало от меня. Я не мог поймать даже собственные мысли в голове, и поддавшись слабости, во второй раз упал в обморок. ---------- Смерть это жизнь. — Где?! — я в панике вскочил с лежанки попутно выхватывая меч. Я находился в освещенной лунным светом каменной комнате, у окна с видом на ночное небо. — Alar Loed — послышалось из темного угла комнаты. — Что? Кто тут? Я не знаю этот язык, и вас не понимаю. Кто вы?! — мой мозг в панике пытался проработать все возможные варианты. Я помню как потерял сознание, а теперь... теперь я тут. — Я имел ввиду — «Девочка в порядке». Можешь убрать клинок, он тебе сейчас ни к чему, — из темного угла комнаты ко мне на встречу вышел скелет в балахоне, напоминающем рясу католических священников. — Что с ней? — Она без сознания. Нет смысла ее сейчас тревожить, — равнодушно ответил скелет. — Да? Учитывая что я ещё жив... Я вам верю, — на мгновение я успокоился. Ещё раз взглянув на собеседника, у меня вдруг возник вопрос,— Вы дэз? — обратился я к скелету. — Хм, надо же, кто то из людей еще помнит истинное имя нашей некогда великой расы? — скелет постучал костлявым пальцем по лежащей у окна черепушке. Его голос звучал до жути спокойно. — Да. Знаете, мне самому порой трудно поверить, но не все люди невежды, — окончательно успокоившись, я посмотрел в окно. Возможно ли, что этот дез спас нас, и принес в горы? Внизу высоко... Кажется, эту комнату высекли прямо в горе. Отсюда я наконец мог рассмотреть пейзаж: горы опоясывали весь Анакреон, замыкаясь в кольцо где то на другой стороне. Следующим кругом шли леса, потом болота и наконец в центре, пустошь и аббатство. Благодаря усиленному зрению даже ночью я мог прекрасно его разглядеть. — Спасибо что вы... — Можешь звать меня — Наракс, — перебил скелет. — Да, Наракс, я Алан. Я хотел сказать спасибо за то что спасли нас. — Почему ты думаешь, что я вас спас? — мрачно ответил дез. — Хотя бы потому что мы еще живы, и я точно чувствую ауру Эви. Хотели бы убить — убили. — В логике тебе не откажешь, как впрочем и в наивности, но тут ты прав. Я действительно просто спас вас двоих, без тайного умысла. Добро пожаловать в «Пристанище скитальцев», — скелет разговаривал непривычно спокойно. — Что это за место? — я осмотрел каменный потолок и стены. Напоминает тюремную камеру. — Временное место обитания моих сородичей, а может теперь уже и вечное, — скелет подошел к окну, и став рядом со мной, лицезрел ночное небо. — Вы знаете, что находится в том соборе? — поинтересовался я, указывая на блестящее в свете луны аббатство. — А почему ты спрашиваешь? — Ну... мне просто интересно. — И ты правда думаешь что я в это поверю? — Ладно, тут вы меня подловили. Скажем так: у меня произошел некий конфликт с обитателями этого пренеприятнейшего места. — Вот как? — Скелет одобрительно кивнул мне головой не сказав больше ни слова, и достал какую то книгу из под одежды. — Да. Изначально, я попал туда по воле случая. Не очень хочу рассказывать как конкретно это произошло, но в итоге я столкнулся с культистами плоти, и какой то огромной грудой мяса, а потом.. — Бог плоти, — перебив меня на половине фразы, скелет начал искать что то у себя в книге. — Что? — Та груда мяса что ты видел, возможно, бог плоти. На сколько большим он был? — в голосе Наракаса зазвучала тревога. — Хм. Сначала он показался мне не очень большим, но в итоге его размеры близки к размерам самого аббатства. Он заполнял его изнутри, а его конечности тянулись ко мне, когда я пытался убежать. — При каких обстоятельствах ты его встретил? — скелет начал нервничать еще сильнее. — Я пытался сбежать, и случайно забрёл в главный зал. Там пели какие то дети, а весь собор был завален трупами, и с колонн бежала кровь. Мало того, что зрелище ужасное, так он ещё и как назло заметил меня. В итоге, едва удалось сбежать через сток. — Интересно... Пойдем со мной, я кое что покажу тебе, — задумчиво произнес Наракс. Жестом поманив меня за собой, он быстро вышел через деревянную дверь с железной решеткой, которую я до этого не замечал. Выбежав за ним, я оказался в длинном освещенном факелами коридоре, расходящемся в разные стороны. Скелет начал быстро удаляться по коридору ведущему внутрь горы. *** А эти кости довольно резво двигаются. Я едва поспевал за Нараксом, стараясь не задавать лишних вопросов, даже когда мы проходили через зал со множеством расчленнных животных и пауков. В конце концов, это ведь живые скелеты. Чего ещё от них можно ожидать? В это же время я всё пытался понять, где находится Эви, но комнат было слишком много. В любом случае, главное что она в порядке судя по ауре. Кстати, после пробуждения мои магические чувства словно расширили диапазон на несколько десятков, если не сотен метров. Вот тебе и результаты тренировок. *** Мы подошли к массивным железным дверям, верх которых украшала стальная, гравированная черепами арка. Скелет положил руку на двери, и они начали открываться с грохотом сотрясая гору. Внутри находилась огромная, потрясающая воображение библиотека, каких я не видел даже на картинках. Высота массивных полок сложенных исключительно из камня, достигала двадцати метров минимум, а в разные стороны ряды книг уходили десятками. — А тут можно... — Нет. Эти знания запретны, к ним допускаются лишь представители нашей расы, а с недавнего времени, даже у них нет сюда доступа, — холодно ответил дез. — Хорошо хорошо, я понял, но куда мы идем? — Сейчас всё увидишь. В самом конце библиотеки из стены выступали края каменной рамки, словно раньше тут висела картина. Наракс открыл книгу на какой то странице, и начал читать вслух на своем языке. Левитируя и постепенно поднимаясь в воздух, книга источала неизвестную мне ауру. Параллельно с этим, на стене внутри каменной «рамки» начинал образовываться рисунок, складывающийся из самой стены, словно камень был жидким и сам обрисовывал мне картину. Да, прямо сейчас на стене передо мной находилась гравюра того существа, что я видел в аббатстве. Разве что в этой позе оно больше похоже на морскую звезду. На фреске ему поклонялись какие то аборигены, стоя на коленях и преподнося дары. — Угу. Его я видел в аббатстве, — я уверенно кивнул головой. После моих слов, Наракс долго ничего не говорил. А когда начал,то его голос звучал почти отчаянно. — Что ж, похоже, всё кончено. Сотни лет труда, и века накопленных знаний, канут в лету из за этих идиотов. Только сейчас я заметил, что скелет не источал негативной или позитивной энергии, цвет его ауры был другим, мне не знакомым. — Значит это финальная форма бога плоти? — поинтересовался я, у обеспокоенного собеседника. Скелет молчал, опустив голову, и бормоча что то себе под нос. — Неужели всё так плохо? — Всё хуже чем ты можешь себе представить, человек, — Наракас медленно зашагал вдоль книжных полок, рассуждая вслух: — Хоть богов и много, не важно. Появление любого из них сулит беду. Мы познали это на собственной шкуре, ведь и аббатство когда то принадлежало нам. В самом начале, посмертно познав секрет бессмертия, мы пришли из катакомб и заложили первый и последний кирпич этого аббатства, — скелет поставил книгу на полку. — Это место было нашим домом, там мы изучали магию, богов и природу. То что ты видишь в этой библиотеке, лишь малые крупицы знаний, которые мы восстановили по памяти, скрывшись в горах от всего мира. — Но почему... Как вы уступили им, с таким то объемом знаний? — я был искренне удивлен подобному развитию событий. Наракс кажется, был готов и к такому вопросу. — Важно понимать: мы не боевые маги, и не воинственный народ. У нас есть время, но почти нет маны. В конечном счете, дезы всегда были олицетворением теоретической науки. Даже для опытов нам порой приходилось звать магов извне, обладающих большими лимитами. — Да уж, вы прям противоположность культистов, — печально заметил я. — Всё так. Культ плоти — олицетворение количественной силы. Даже не они сами, а их бог. Этих безумцев не интересует качество силы. Их не интересуют даже знания, если они не направлены на воскрешение бога плоти. К сожалению, у нас такие знания когда то были. — Бог плоти, верно? Что он из себя представляет? Услышав мой вопрос, Наракс жестом притянул к себе книгу, откуда то с верхних полок. — Это существо было уничтожено тысячелетия назад, и как и все дикие боги, оно не контролируется никем и ничем, сея лишь разрушения и пожирая любую органику. Оно способно подчинять себе живых существ, приспосабливаться к любой местности, выживать в любых условиях. Если твоя воля не достаточно сильна, а вернее будет сказать, не монументально сильна, то ты падешь жертвой его иллюзий. — И зачем столь могущественному существу приспешники? — Ничто в этом мире не идеально, и ничто не может возродиться из пепла. Разве что, феникс, — скелет ухмыльнулся, и это меня малость напугало. Погодя немного, он продолжил: — У этого бога есть слабости. Например: поглощая много маны он слабеет, становится медлителен. Только по этой причине ты смог спастись. Ещё ему нужны души, и физическая оболочка, прежде чем он примет полную форму обретя самостоятельность. — Кто то действительно осознанно решил вызвать такое чудище? — всплеснул я руками. — Естественно. Появление бога плоти породит шквал негативной энергии, которую можно использовать по своему желанию, если знать как, — Дез вернул книгу на полку. В зале повисла напряженная тишина. Только теперь я начинал осознавать всю опасность ситуации, о которой говорил Мавр. От того бездействие магов из вне вызывало лишь больше подозрений. — И уже ничего не изменить? Знаете, я мог бы попробовать... — Забудь об этом, ты лишь зря погибнешь, — отмахнулся Наракс. — Понимаете, я уже пообещал кое кому разобраться с ним. Я лично сталкивался с последствиями действий культа, и мне просто мерзко от осознания, что я даже не попытаюсь их остановить. А ещё, это ведь повод стать сильнее. — Вот как? — скелет повернулся ко мне, и подойдя вплотную, посмотрел мне в глаза. Внутри его глазниц сиял холодный серебряный свет. Кажется, я уже видел его раньше... — Скажите, а в катакомбах под собором еще остались дезы? — осторожно обратился я к Нараксу. — Только те, чей разум навечно порабощен культом, — прошептал скелет. — Понятно. Просто я...убил несколько. — Не волнуйся. Я бы самолично расколол им череп, если бы только мои кости могли дотянуться туда. Дух дезов силен, и потому это был лишь их выбор. Скажи мне лучше вот что: какой у тебя атрибут? — скелет отошел в сторону, разыскивая что то на книжной полке. — У меня огонь, — уклончиво ответил я. Не знаю, стоит ли сразу говорить правду. — Изначальный? — Не совсем... Это трудно объяснить, — я зажег серый огонек в руке, а потом отправил его Нараксу. Достигнув скелета, пламя вспыхнуло и обвило его кости, не причиняя вреда. — Ох, очень интересно. Не часто можно встретить обладателя бесцветного пламени. Последний раз я видел такого больше сотни лет назад, — скелет внимательно изучил пламя горящим взглядом. — Да, моё пламя не только умное, но еще и очень горячее. — Только ты не умеешь его использовать, — холодно осек меня скелет доставая какой манускрипт. — С чего вы взяли? Я конечно молод, но не бесталанен. — Не важно. Я всё видел. Тяжело игнорировать вырывающийся из под земли столб серого пламени. Когда я пришел забрать вас, то вместо своей любимой рощи увидел выжженную угольную пустыню. Удивительно, что ты не убил эту девочку и себя вместе с ней. — В этом вы правы. Порой тяжело унять характер, — мрачно согласился я, вспоминая произошедшее. Даже не знаю, как после этого смотреть Эви в глаза. Надеюсь, она меня не осудит. — Кстати, девчонка тоже довольно сильна. Кто её обучил? — В основном она училась сама, а я лишь давал советы. Вы что, были там, когда она остановила паука? — я никак не мог понять, откуда же он узнал о её способностях. — Нет. Она очнулась чуть раньше тебя, всего на несколько минут. Только пришла в себя, и сразу начала конденсировать влагу в комнате. Видимо хотела сделать водяную стрелу, испугавшись меня, но ее лимит почти сразу иссяк. — Это похоже на нее. В упорстве ей проиграет любой, — я с улыбкой посмотрел на потолок, где висела красивая металлическая люстра. Стойкостью моей ученицы можно гордиться. — Не время веселиться, лучше расскажи мне, почему твоё пламя серое. Разве оно не должно быть белым? — поинтересовался Наракс. — Это... Ну я люблю серый цвет, он знаменует баланс между крайностями, и в целом монохромные тона это всегда приятно, — конечно же, это была правда, но не до конца. — Ты можешь изменить цвет пламени? — Ага, — я сделал себе небольшого китайского дракончика из зеленого пламени, и запустил его летать вокруг шеи, — говорю же: у меня полный контроль над этим огнем. Не только размер и позиция, но еще и температура и цвет. — Что же, у тебя поистине великолепная способность. С ней, однажды, ты даже мог бы соперничать с сильными магами мира сего, — мрачно отметил Наракс. — Но?.. — Но этого не хватит против бога. Боги существуют за счет колоссальной энергии. Тебе просто не хватит маны чтобы сжечь его. Он задавит тебя объемом силы. — И никто не может нам помочь? — Могут, но не хотят. Большинство людей Анакреона в ужасе прячется в прибрежных городах. Они обосновались прямо внутри гротов и бухт, готовые скорее броситься в воду, нежели сдаться в руки культистам. Кроме людей, на Анакреоне из разумных существ остались только мы, но наших сил и близко не хватит для победы. — Кстати о вас: если не секрет, сколько вас тут живет? Я слышал что дэзы постепенно вымирают, — я постарался задать вопрос максимально вежливым тоном. — Мы и правда вымираем. Наш род не пополняется уже очень давно. Общество магии деградирует, и вместе с тем, уходят секреты бессмертия. Мы надеялись добраться до аббатства, и восстановить хотя бы часть древних искусств. Тогда, возможно, некоторые ученые смогли бы пополнить наши ряды, получив возможность вечно совершенствовать свои знания. — Сколько же вам на самом деле лет? — я удивленно всплеснул руками. — Всем шестерым что тут обитают, более двух тысяч. Мы застали еще древнюю войну за Флегрейс, если тебе интересно. — Тогда, может быть, вы поможете мне своими знаниями? Если я стану достаточно сильным, то может и смогу хотя бы замедлить появление бога плоти. У меня есть информация, что международные ассоциации магов уже знают о ситуации на острове, и начнут действовать в ближайший год. — На сколько эта информация достоверна? — Не особо. Просто я уже находил дневники разведчиков, присланных сюда из вне. К сожалению они погибли, но их явно отправили что то искать. — Это действительно лишь твои догадки. А по поводу помощи... Такие решения я не вправе принимать самостоятельно. Мне нужно посовещаться с моими коллегами. Пойдем, я отведу тебя к девочке. *** Наракс отворил дверь, и мы оказались в обитой деревом комнате. В теплом свете магической лампы, на кровати лежала Эви. В ее внешности что то изменилось, и к тому же она всё ещё была без сознания. — Наракс, как давно ты нас нашел? — Несколько часов назад. — Странно. Тогда она была такой же как сейчас? — я никак не мог понять, почему Эви повзрослела на несколько лет. — Что ты имеешь ввиду? — Наракс кажется, счел меня сумасшедшим. — Ну, внешний вид и возраст. — Да, она была как и ты без сознания, и выглядела так же как сейчас. А что то не так? — Она повзрослела на несколько лет. По крайней мере визуально. — В этом нет ничего удивительного, хоть это и редкий случай. — Ты знаком с этим феноменом? — Да, но он не свойственен людям. Скорее разным магическим существам вроде элементалей. Иногда, при резком расширении горизонта, магические существа изменяют свой облик на более совершенный. Кто то растет, а кто то полностью перевоплощается, но случаи редкие. Затраты маны для этой процедуры граничат со смертельными.- — Хорошо, в любом случае спасибо за всё что ты для нас сделал, — я благодарно кивнул скелету голову. — Я еще ничего не сделал. Жди меня тут, я вернусь к тебе с ответом, — Наракс вышел тихо затворив за собой дверь. Я подошел к кровати и сел на табуретку рядом с Эви. Ее тело дрожало от холода. Похоже, что она истощила все лимиты и теперь мана не согревала ее тело. — Дурочка, тебе не стоило так рисковать ради меня. Сейчас я даже думаю, что возможно одной у тебя было бы больше шансов спастись, — тихо произнеся эти слова, я начал нагревать все помещение, чтобы моя ученица ненароком не заболела. — Учитель, вы действительно идиот, но не по тем причинам о которых говорите, — внезапно очнувшись, она крепко обняла меня, едва сев в кровати.- — Думаешь? Ну всё таки на счет «не перестарайся» я был прав, — ухмыльнулся я, похлопав ее по спине. Кажется, она хочет задушить меня объятиями. — Никогда больше не бросайте меня, — девочка серьезно посмотрела мне в глаза, будто другой человек. — А ты не кидайся так бездумно меня спасать. Как ты вообще остановила эту тварь? — Просто контролировала воду в его теле. Или кровь... — Эв загадочно улыбнулась мне. Это выражение лица я видел у нее впервые. — Ну... Будем считать что ты прошла экзамен, — нелепо улыбнулся я в ответ. — Мастер, вы расскажете мне больше о своем прошлом? — Эв вновь серьезно посмотрела на меня. Похоже, ей действительно интересно мое прошлое. — А с чего ты вдруг задаешь такие вопросы? — Просто я кое что вспомнила... — ее фразу прервала резко открывшаяся дверь. В дверном проеме стоял Наракс. Его синий взгляд беспокойно мерцал. — Вы оба, за мной, как можно скорее. Совет хочет видеть вас. — Совет? — мы с Эв переглянулись. Похоже, намечалось что то очень ответственное... — Закончим наш разговор позже, хорошо? — улыбнулся я девочке. — Угу, кажется нас ждут. Я помог Эви встать с кровати, и мы поспешили за Нараксом в глубину горы. ---------- Совет. Тяжелые двери со скрипом отворились, и мы вошли в большой, едва освещенный тусклым синим светом зал. В центре зала, вокруг круглого каменного стола, сидели дезы в робах. Для нас уже было подготовлено два места, в виде больших каменных «стульев» во главе стола. — Садитесь, — холодно приказал нам Наракс, поспешив занять свое место. — И так, Алан. Мы слушаем тебя, — продолжил он, когда все скелеты заняли свои места. Из полутьмы за мной пристально наблюдало шесть безжизненных черепов, излучающих холодный синий свет. — Приветствую всех. Меня зовут Алан Кинг, рядом со мной моя ученица — Эви. Я странствующих мечник и маг огня, а она маг воды. Сейчас я хочу обратиться к вам с предложением: несколько недель назад я сбежал из Аббатства, где сейчас располагается Культ Плоти. Позже я встретил человека, что тоже пострадал от культа. К сожалению, он не выжил, и я хочу отомстить за него. — Месть слишком слабый мотиватор, — прозвучал властный, женский голос. — Соглашусь с Амелией. Всё что у тебя есть, это обещания? Покажи нам, что ты умеешь, — произнесла другая фигура в капюшоне. — Конечно, как пожелаете. Не вставая со стула, и не совершая каких либо движений, я призвал пламя охватившее весь зал. Каменные стены начали постепенно превращаться в магму, с повышением температуры. — Довольно, мы поняли, — сказала женщина дез. Я услышал раздражение в ее голосе, — Неплохо, однако ты должен понимать, что этого абсолютно не достаточно. В лучшем случае ты сможешь ранить дикого бога, но никак не убить, — констатировала она. — По этому я и обратился к вам. На самом деле, это еще не вся сила что у меня есть, но без вашей помощи я раскрою ее далеко не скоро. — О чем ты говоришь? — взгляд деза блеснул. — От того человека, что погиб, мне достался атрибут смерти. Я использовал его, чтобы смешать со своим бесцветным пламенем, и теперь у меня есть этот серый огонь. К сожалению, я всё ещё не понимаю принципов работы атрибута смерти. — Не удивительно. О нем у людской расы почти нет информации. Разве что у некромантов... — послышался голос другой женщины. — Ты можешь как то доказать нам, что действительно владеешь этим атрибутом? — вмешался Наракс. — Нет, я ведь не знаю как он работает. Вот если вы мне поможете... — Хорошо. Берт, принеси нам что нибудь, над чем мы могли бы проверить его... способности, — осторожно произнесла главная женщина-дез. — Будет исполнено, — один из дезов ушел под землю, словно утонув в камне. Через несколько мгновений он появился рядом со мной, держа в руках животное наподобие курицы. — Убей ее используя атрибут, — приказала мне женщина. — Но как? Я ведь уже сказал вам, что не умею. — Дам тебе подсказку: отсутствие любой маны в теле существа, характеризует его как мертвое, — с насмешкой добавила она. — И что это значит? Разве это не аксиома? Но ладно, я подумаю.. Я сосредоточился на курице, пытаясь ощутить ее ману, и через несколько долгих как вечность секунд я уловил в ее ауре нечто похожее на нити. Эти нити словно тянулись во все стороны, и едва я поднес к ним руку, как они вышли за пределы ауры курицы. Я ментально потянулся к ним, и мана существа начала переходить ко мне, пока оно не превратилось в подобие высушенного трупа. Это что сейчас вообще было? Мана-вампиризм? — Хорошо, ты сказал нам правду. Значит, твоё обучение начнется прямо сейчас, — констатировала женщина. — Так просто? — В этой теме у нас, дезов, экспертность. Не часто встретишь мага с чистым атрибутом смерти, да еще и в здравом рассудке, — усмехнулась она. — И что, вы собираетесь использовать меня в каких то экспериментах, ради личной выгоды? Или же действительно хотите научить, — я с подозрением окинул взглядом зал. — Хах, — женщна сидящая во главе стола, встала и подошла ко мне. Ее голос сменился на едва слышимый шепот: — Ты не понимаешь, пока... Смерть это ключ к жизни. Мы поможем тебе, дадим знания и опыт, а ты вернешь нам тела... Мы все уже слишком устали от этой ноши. — Как я верну вам тела? И что на счет Аббатства? — я поднял одну бровь. — Всё зависит только от тебя. Вообще то боги, они... — женщина осеклась, — Забудь. С этого момента, я лично буду обучать тебя. Ты можешь звать меня Амелией. — А что с моей ученицей? — Ей поможет Наракс. Вы будете обучаться отдельно, в течении двух месяцев, не дольше. — Почему именно такой срок? — Потому что через два месяца даже тут станет опасно. Культ с каждым днем тянет свои лапы всё ближе к морю, к остаткам человеческой расы. Все в совете, согласны с моим решением? Последовала тишина, что видимо означало положительный ответ. — Хорошо. Встретимся через час в моем кабинете. С этого момента можешь забыть про сон и отдых. — Спасибо, я не подведу вас, уверяю, — поклонился я Амелии. Мы с Эви вышли за дверь и по коридору отправились в ее комнату. По ее лицу было видно, что ее что то тяготит. — Что то случилось? Она грустно посмотрела на меня, и ее взгляд помутился. — Ты сказал, что тот человек умер, и оставил тебе атрибут... Это ведь был дедушка Мавр да? — девочка едва сдерживала слезы. — Да, прости что не рассказал раньше. Вообще, наверное, ты должна знать правду: там была вся деревня, и они ужасно страдали. Мне пришлось убить всех. Их дни уже были сочтены. Прости. От моих слов лицо девочки исказилось еще сильнее. По ней было видно, как она старается сдержать слезы. И всё же, она должна знать правду. Этот мир жесток. — Эй, Эв, — я положил ей руку на голову, — не стыдно плакать, если потеряла то, что было для тебя значимо. Я тебе не рассказывал но... я однажды потерял жизнь, и после этого не проронил ни единой слезы. Как по мне, твоя причина более весомая, так что не сдерживай себя. Порой приходится отпускать то что тебе дорого, — я обнял рыдающую девочку. Увы, сейчас я могу помочь ей только так. Прошло около получаса, прежде чем она успокоилась. — Я надеюсь, мне не придется отпускать и вас? Мастер. Мне действительно есть что терять.. — девочка посмотрела мне в глаза, утирая слезы. — Не волнуйся, меня не так просто убить. Только не теперь, — я загадочно улыбнулся ей, подходя к перилам террасы выходящей прямо из горы. На горизонте показалось восходящее, утреннее солнце. — Зачем мастер обманывает? Вы чуть не умерли в прошлый раз, — пробурчала Эви. — Хах, ну... Ты ведь меня спасла, так что я в порядке. К тому же, я планирую стать намного сильнее. Смотри: видишь там, вдалеке? — я указал на Аббатство, — там моя цель. — Вы возьмете меня с собой? — Эви посмотрела на меня взглядом полным надежды. — Честно? Не знаю. Пока что только ты меня защищаешь, а я не хочу больше подвергать тебя такой опасности. — Я тоже хочу отомстить, — лицо Эви выражало решимость, и отказать ей было очень сложно. — Ну, месть конечно деструктивное чувство, но ты действительно имеешь на нее право. И всё же, люди которыми движет только месть, в итоге заканчивают очень плохо, — печально ухмыльнулся я, вспоминая примеры из прошлой жизни. — А что двигает тебя? — голос Эв прозвучал неестественно взросло, от чего я даже немного растерялся. Ее взгляд выражал чрезмерную даже для нее серьезность, словно это другой человек, если вообще человек. — Я понимаю к чему ты клонишь, но не беспокойся, месть для меня не главное. Всё же это не совсем моя месть, я просто несу ее в своих руках. Моя главная задача сейчас, это... Стать как можно сильнее. Когда то давно я пообещал себе, что стану сильнее, что бы больше никогда не преклонять колено перед кем либо. Если я смогу победить бога, то приближусь к этой цели. — Мастер, можно я пойду с вами по этому пути? — Эви села на каменный заборчик террасы, свесив ноги, и заглядевшись на рассвет. — Ну, раз ты так этого хочешь, то конечно я не могу прогнать тебя. Да и не уверен, что сам этого хочу... Только помни: тебе тоже нужно стать сильнее чтобы идти за мной. Этот путь достаточно опасен. — Хорошо, я буду учиться еще прилежнее чем раньше, — беззаботно улыбнулась девочка. — Ага, выложимся на полную, — отмахнувшись от восходящего солнца, я устремился обратно вглубь горы. Любоваться видами буду потом, а сейчас мне предстоит серьезный разговор. ---------- Природа маны. Я находился в кабинете Амелии. Это место разительно отличалось от всех остальных комнат горного комплекса. Деревянный стол, мягкое кресло с высокой спинкой. Повсюду множество книг и картин неизвестных авторов. Что интересно, это место находилось с противоположной стороны горы, и идти сюда по подземным коридорам пришлось долго. Амелия сидела напротив меня, за своим столом, пристально наблюдая. — Так значит ты, боевой маг? — наконец прервала она молчание. — Разве боевые маги, это не любые маги с оружием? — Нет, боевой маг это человек в равной степени обладающий магией и оружием, сочетающий оба стиля в один. — В таком случае я не боевой маг, хоть и хотел бы им быть. Я называю себя мечником, но на самом деле мои навыки меча постыдны, — я бессильно развел руками. — Ну, в этом мы тебе не поможем. Мы тоже исключительно маги. — А в мире вообще существуют дэзы, владеющие холодным оружием? — вдруг задумался я. — Хах, только один, но о нем я не хочу сейчас говорить. Давай лучше поговорим о таком атрибуте. Начнем с простого: что ты знаешь о мировом порядке цикла маны? — Этот порядок гласит, что число маны в мире бесконечно и стремится к увеличению со смертью каждого живого существа. — Да, всё так. При смерти существо передает свою ману в окружающее пространство. Например, в местах где проходили битвы и погибло много живых существ, всегда высокая концентрация негативной маны. — Да уж, это прям как закон сохранения энергии, только без возможности тепловой смерти вселенной. — Никогда не слышала о таком. — Не берите в голову. Так как с этим связан мой атрибут? — На прямую, но об этом несколько позже, — встав с кресла, Амелия начала медленно ходить по комнате, скрипя костями. — У любых живых существ пределы маны ограничены. Ты не только не можешь потратить больше маны чем у тебя есть, но и не можешь поглотить больше своего предела. У поглощения маны много и других последствий. Например: посещение полей битвы иногда сводит людей с ума. Они впитывают энергию погибших людей. — К чему вы клоните? — К тому, что тебе стоит осторожнее использовать свой атрибут смерти. Не пытайся поглощать существ с совсем уж негативной аурой. Это может плохо отразиться на тебе в будущем. Ты же не хочешь стать личом, верно? Хотя, по легендам, некогда и раса дезов обрела бессмертие именно таким образом. Мы сделали это осознанно, и в итоге застряли между жизнью и смертью, а что хуже, постепенно начали терять свою личность и дичать, словно обычные живые мертвецы, — Амелия мрачно посмотрела в окно. — Знаешь, раньше в этом месте было больше дезов, но некоторых нам пришлось усмирить навечно. Со временем, мы становимся опасны... — Хорошо, это я понял. Но, вы говорили что я могу как то помочь вам, верно? Я пока не представляю как. — Теоретически можешь, — Амелия посмотрела на виднеющийся вдали океан, — мы точно не знаем, как люди приняли эту форму. Все мы будучи дезами, понятия не имеем, как пришли к этому. Нам обещали открыть секрет после превращения. Только вот... Тот кто знал ответ на этот вопрос, забрал его с собой в могилу, без возможности вернуться с того света. Единственное что мы знаем, так это как обратить процесс вспять. — Разве это уже не половина ответа? — Нет, это звучит логично но в реальности ответ не близок, — Амелия покачала головой. — Одно мы знаем точно: на самом деле между жизнью и смертью грань как между светом и тьмой: без одного нет другого. Это особенность атрибутов высшего порядка, они двойственные. Некромантия это ведь тоже возрождение, что и высшая магия атрибута жизни. Только, с разными последствиями. — Значит их полярность от чего то зависит? — Нет, просто они одинаковые. Вернее будет сказать, что атрибуты смерти и жизни, это на самом деле один атрибут. Он позволяет свободно манипулировать маной других живых существ, без каких либо ограничений, кроме самых базовых. Возможно, он даже позволяет манипулировать чужими душами. Вот и весь секрет. — О каких базовых ограничениях речь? — Ограничения существующие для любого атрибута. Каким бы сильным ты не был, но ты всё ещё не можешь мгновенно накапливать ману. Если же у тебя есть еще и разум, то он тоже может пострадать от чрезмерного поглощения энергии. Тратить ману нужно тоже с умом. — А берсерки... — я вдруг вспомнил Като. — Берсерки тратят и тратят ману без конца, жертвуя собственной душой. Это билет в один конец. Конечно, были и исключения, но в основном это так. — Хм. Значит, атрибуты лишь выполняют определенные операции с маной? Но ведь это можно делать и без атрибута, если знать как... — Именно. Атрибуты — просто инструменты, упрощающие доступ к мане. Гениальные маги древности и без атрибутов могли летать, порождать ураганы и цунами. Жаль, что общество магии так деградировало за последние тысячи лет. — Амелия, а вы.. Не слишком ли много вы знаете? — я пристально посмотрел на деза. — Достаточно, и на то есть причина. Я заместитель главы того Аббатства, из которого ты бежал. Из главной группы ученых отвечающих за атрибуты, выжила только я. Мы называли себя скитальцами, потому что нам постоянно приходилось выходить за пределы Аббатства, в виду научных изысканий, — мечтательно произнесла она. — Соболезную вашей утрате Амелия, я постараюсь вернуть вам Аббатство, — поклонился я женщине. — Хах, если сможешь, то оставь себе. А те знания что там хранятся лучше уничтожить. Люди не заслуживают вечной жизни, даже ради жажды знания. — Ладно, чего вы в конечном итоге от меня хотите? По пунктам. — Верни нам регенерацию. Мы хотим закончить свою жизнь как люди, а не ученые кости. — И как это сделать? — Поймешь с практикой, а атрибут поможет тебе добраться до сути. Мы только знаем как факт, что это возможно, но владение атрибутом субъективно. Какой то инструкции быть не может. — Хорошо, я понял. И когда у нас первая тренировка? — я уже собрался уходить. — Завтра утром. До этого момента ты должен накопить максимум маны, какой только сможешь. Расширяй лимиты. — Отлично, тогда до завтра, — захлопнув дверь я облегченно выдохнул, и немного постояв, пошел в свою «комнату». Я получил некоторые ответы на свои вопросы, но вопросов от этого меньше не стало. Если у меня всё же получится... Стоит ли мне уничтожать все знания, что тысячелетиями копились в аббатстве? Или может сохранить их, но утаить от глаз общественности? Нет. Если они попадут в плохие руки, то в мире скорее всего наступит какой нибудь кризис. Столь глубокое понимание магии может быть опасно. Если и прятать знания, то место должно быть очень надежным. Позже нужно будет озаботиться собственной библиотекой. Вернувшись в свою комнату, я сел на лежанку у окна, и закрыв глаза начал накапливать ману по совету Амелии. Постепенно ускоряясь, потоки маны тянущиеся к моему телу из пространства начинали закручиваться в водоворот. В определенный момент открыв глаза, я оказался в совершенно другом месте. Передо мной было моё серое пламя, висящее в пустоте, но теперь вокруг него находилась вымощенная мрамором площадь. Значит, я уже дошел до стадии, когда могу заходить в собственный горизонт. То самое, метафизическое подпространство. Интересно, сколько нужно времени, чтобы получить возможность изменять тут всё по собственному желанию? В этот момент меня посетила гениальная мысль, сделать свою библиотеку тут. Использовать собственную душу в качестве карманного подпространства, для хранения тайн способных изменить мир... Вот уж действительно, заберу секрет с собой в могилу. В любом случае, пора возвращаться. Лишь подумав об этом, я сразу вернулся к реальности. Мое тело даже не сдвинулось с места, оставаясь всё в той же позе лотоса. Что же, теперь я чувствую, что могу заходить в свой горизонт когда угодно, правда пока что не ясно зачем... Отбросив лишние мысли, я продолжил тренировку. Завтра меня ждет наверняка суровое испытание, и я должен быть готов. ---------- Испытание на выживание. Часть 1. На рассвете я вышел на большую, круглую каменную площадку, располагающуюся на горном плато. Тут меня уже ждали. — Доброе утро, Амелия, — обратился я к учителю. — У нас не принято спать, но доброе, — кивнула она в ответ. — Тренировка будет проходить тут? — Нет, вон там, — Амелия указала костлявой рукой на одну из вершин горы. — И в чем заключается тренировка? — Это испытание на выживание. На вершинах этих гор водятся довольно опасные существа, и в купе с невероятно низкими температурами это создает прекрасные условия для испытания на прочность. Твоей задачей будет добраться до вершины горы, и провести там неделю. Ты не имеешь права брать с собой что либо, даже своё оружие. — Боюсь что мое оружие всегда при мне, — я достал клинок из пустоты, демонстрируя свою способность. — Тогда не используй его, это не пойдет на пользу тренировке. — Отлично, а в чём философия этого испытания?— Поймешь в процессе, — отмахнулась Амелия. — И когда начинаем?— Прямо сейчас. — Черт, я даже не попрощался с Эви, — я растерянно оглянулся вокруг, но девочки нигде не было видно. — Она сейчас тоже очень занята тренировками. Вы ещё встретитесь, если выживешь, — в голосе Амелии впервые мелькнула нотка юмора. Жутковатая женщина. — Ну... тогда до встречи, — попрощался я, разворачиваясь к Амелии спиной и устремляясь в гору. Какое то время я еще чувствовал на себе её холодный, мертвецкий взгляд. К счастью, прекрасная солнечная погода добавляла оптимизма, и я без труда взбирался в гору, в то время как подъем становился всё круче и круче. К слову, на этой горе растет множество прекрасных трав, и хотя я не знаю их назначения, в дальнейшем я планировал изучить местную алхимию. В этом мире некоторые зелья способны навсегда усиливать тело, хоть и ценой некоторых метаморфоз и дорогих ингредиентов. Интересно, о каких опасных существах она говорила? На самом деле этот континент меня всё больше удивляет. Тут слишком мало видов живности. Связано ли это с культом? За всё время я встретил от силы пять-десять видов живых существ, неужто с этого острова все бегут? Размышляя я не заметил, как уперся в отвесную стену. В этом месте отвалился целый кусок скалы. Вверх лезть высоко, и ухватиться не за что... Придется действовать по классической схеме. Наверное меня можно назвать горячей рукой. Или как еще можно описать человека, который поднимается по отвесной стене, выжигая в ней отверстия для рук? Вершина тем временем не стала ближе. Такими темпами через неделю у меня закончится мана. Закрыв глаза я стал лезть на ощупь, концентрируясь на потоках окружающей маны и поглощая как можно больше энергии. Таким образом я смогу компенсировать ее расходы. Подумав об этом, я почти сразу потерял концентрацию, и моя рука осеклась, от чего я сорвался со стены и пролетел десяток метров вниз. К счастью, в полете удалось ухватиться за стену. Это было опасно. Вновь закрыв глаза я вошел в некое подобие транса, мои руки действовали сами, а я лишь распределял энергию подхватывая окружающие меня потоки маны. Всё же, очень неудобно, что я никогда не могу знать сколько у меня маны, разве что когда я начинаю чувствовать усталость. *** На подъем по отвесной стене я потратил весь день, и только к середине ночи вылез на небольшую площадку на скале. Тут же находился вход в какую то пещеру, вероятно ту о которой говорила Амелия раньше. Амелия... Подожди, разве это не немецкое имя? Или оно просто похоже... Всё же мировый язык отличается по произношению. Хотя чему я удивляюсь, если в этом мире даже Эльфы есть, будь они прокляты. Нужно не задавать глупых вопросов, и действовать. Зайдя в пещеру, я был самую малость удивлен. Изнутри она полностью обледенела. Казалось бы, ничего особенного, но лёд тут был подозрительно прочным, и множество ледяных сосулек на потолке не внушали доверия. К тому же исходящий от меня пар медленно начинал топить свод пещеры. Не думаю, что из этого выйдет что то хорошее, да и на поддержание температуры уходит много маны. Нужно будет всё же позаботиться об одежде в будущем... Даже если мне нравится красоваться своим торсом перед другими, это не повод ходить практически голым. Осматриваясь вокруг я всё больше убеждался в том, что это действительно пещера о которой мне говорила Амелия. Множество коридоров и заледеневших ходов, говорили мне об огромной сети пещер внутри вершины горы, а значит и под горой тоже. Интересно, это место образовано природно? Подойдя к одной из больших сосулек торчащих из земли, я протер ее от снега. Внутри нее что то было, но я не мог разглядеть это из за мутного льда. Внезапно сосулька впилась мне в руку, словно живая, пробив кисть насквозь и выйдя с другой стороны. «Какого...» — я попытался выдернуть сосульку, но она крепко вошла в руку. Расплавить её тоже не получалось. Мана из моей руки просто стремительно убегала в окружающее пространство, и потому пришлось помогать второй рукой. Наконец, я смог справиться с этой злосчастной сосулькой, расплавив ее. Внутри сосульки находился какой то минерал, источающий энергию, и по всей видимости служивший центром маны этого «существа». Может быть это камень маны? Вроде как, довольно ценный ресурс в этом мире. Значит ли это так-же, что в пещере все сталактиты живые? В таком случае мне стоит вести себя предельно осторожно, и ни в коем случае их не трогать. Залечив дыру в руке, я осторожно пошёл дальше. Это место действительно очень опасно, хотя «экстремально-низких температур» я пока не ощущаю, но это и не удивительно, с моим то атрибутом. Двинувшись дальше, совсем скоро я наткнулся на очередную развилку с тремя проходами. Пожалуй, выберу центральный, чтоб не заблудиться. *** Пройдя около километра вглубь, я уперся в ледяной завал. Интересно, что находится с той стороны? Я прошел довольно много, и возвращаться назад у меня нет сейчас никакого желания. В очередной раз наплевав на безопасность, я пошел напролом сквозь завал. Благо плавить лёд даже проще чем камень. С этой стороны тоннель был шире, и чуть ли не пять метров высотой. В конце виднелся какой то свет. Ближе к концу тоннеля я начал чувствовать холод. Это значит одно: той маны что я выделяю уже не достаточно. Не желая отступать назад, я поднял температуры, и ветер в тоннеле словно реагируя на мои действия, усилил и без того бушующую метель. Совсем скоро тоннель закончился, и я вышел в огромный полу-закрытый кратер. Изнутри он напоминал мне идеально круглое яйцо с огромной дырой в потолке, через которую лунный свет проникал внутрь, освещая всё помещение. В центре пещеры что то было, но рассмотреть это я не мог из за метели, бушевавшей с безумной силой. Немного нервничая, но всё еще сохраняя невозмутимый вид, я начал спускаться по стене кратера вниз, к его центру. Постепенно для меня стал различим силуэт: это был скелет лежащий опершись на камень. По всей видимости, прошлый посетитель этого райского уголка. Его костлявая рука сжимала заледеневший ключ, а клочки замерзшей разорванной робы были разбросаны вокруг. Интересно, это кто то из приюта скитальцев, или же просто неосторожный путешественник? В любом случае, ключ мне пригодится. Взявшись рукой за ключ, я ощутил безумную агрессию исходящую буквально от всего вокруг меня, словно ветер был живым существом. Через мгновение мое тело пронзило множество огромных ледяных сталактитов, которые из за бури я не заметил когда входил в пещеру. Больно. Некоторые из них выходили насквозь из моей спины, входя через живот, а другие пробили руки и ноги. Температура тела мгновенно упала, а ноги примерзли к земле, от чего я был практически парализован и начал стремительно замерзать. Как я не заметил их раньше? Я чувствую магические сигнатуры всех существ в радиусе километра, так почему даже сейчас я их не вижу? От боли я рефлекторно издал крик, и одна сосулька пробила мне шею, отчего теперь я не мог двигать головой и говорить. Черт, это безумно больно! Не так больно как когда я горел заживо, но всё ещё очень и очень неприятно. И всё же, есть кое что хуже боли, которую я уже привык терпеть за недели своих путешествий. Моя регенерация не работает, и я так же не могу использовать ману в пораженных частях тела. Эти сосульки пронизывают моё тело и в то же время блокируют мне любые способы использовать ману. Все внутренние органы поражены либо уничтожены, в порядке только сердце и мозг, потому что их я предварительно защитил температурой способной в мгновение испепелить даже вольфрам. Благо эти органы достаточно малы, чтобы расходы энергии не были критичными. На размышление у меня была лишь пара секунд, и мой мозг теперь действительно работал как раскаленный, генерируя варианты. Однако все они были провальными, поскольку использовать ману и двигаться я не могу. Взяв себя в руки и успокоившись, я решил подойти к поиску ответа с другой стороны; спокойный рациональный подход всегда помогает, особенно в ситуациях когда прийти к нему сложнее всего. Мне лишь нужно задать себе несколько вопросов: кто меня сюда отправил? Амелия. Для чего? Для тренировки моих способностей. Какие конкретно способности я должен тренировать? Способности атрибута смерти. Так, хорошо. Если эти сосульки живые существа, то теоретически я могу поглотить их энергию, как сделал тогда на совете. По крайней мере для этого мне не нужно использовать ману, только поглощать. Изо всех сил абстрагируясь от боли и закрыв глаза, я сосредоточился на сущностях находящихся сейчас внутри меня. Их было очень много, и от каждой я видел тянущиеся нити маны, источающие негативную энергию. Я начал осторожно поглощать энергию существ, после чего в меня полетело еще больше сосулек. Очередная порция боли чуть не выбила меня из концентрации, но я сдержался. У меня уже получилось ухватиться за несколько нитей, и с каждой новой нитью я всё лучше понимал принцип. Чем то напоминает сбор волос в пучок... Сложно объяснить эти ощущения даже себе, слишком уж они интуитивные. И всё же, я делал огромные успехи в овладении этой техникой. Время, которое мне требовалось на полное поглощение энергии этих существ, уменьшалось с каждым мгновением. Теперь за секунду я мог поглотить около трёх сосулек, параллельно регенерируя орган, после чего в это же место снова наносили удар. Я не успевал даже защитить своё тело, и потому лишь проходил бесконечные циклы поглощения, регенерации и повреждений. Кажется, постепенно я начинал сходить с ума от боли, а мысли из череды последовательных умозаключений превращались в бессвязный бред. Я даже начал слышать шепот метели и голос скелета сидящего рядом со мной, умоляющего остаться вместе с ним. Приняв опасное но в тоже время единственно верное решение, я просто перестал думать. Оставив мозгу лишь защиту, я вошел в состояние полной бессознательности. Спустя сотни попыток поглощения, я уже могу делать это на рефлекторном уровне. Мозг тут больше не нужен. Всего через несколько минут, мое сознание вновь включилось, словно телевизор, и я открыв глаза мог наконец оценить обстановку. И на самом деле, было что оценить. Я стоял в центре всё того же кратера, в то время как из темноты метели в меня, словно из множества пулеметов, градом сыпались сосульки всех возможных размеров и форм. Что интересно, я поглощал их практически бессознательно, словно ехал на велосипеде попутно думая о чем то своем и наблюдая за окружающими. И еще, я чувствовал что количество энергии во мне растет с огромной скоростью. Моё тело становилось всё легче, а сам я полностью исцелился, и теперь лишь наращивал темпы поглощения. «Хаха, да я прям, энергетический вампир! Черт, как же это удобно!» — в темноте метели я как сумасшедший заливался смехом, то ли от счастья что смог победить самостоятельно без чужой помощи, то ли в качестве защитной реакции после безумного стресса. Так или иначе, но теперь я чувствовал себя безоговорочным победителем, выкрикивая странные фразы в сторону моего неосязаемого врага. — Ну что, может уже сдашься? Раз уж сразу не получилось, может и начинать не стоило? — обратился я буквально к воздуху. Похоже что мой вопрос не дошел до адресата. Сомневаюсь, что магические сосульки знают мировой язык. В любом случае, теперь я наконец могу расслабиться. Окружив свое тело пламенем, я начал быстро расширять его во все стороны проверяя максимально возможные границы, а границы тем временем никак не наступали. В один момент пламя начало плавить своды пещеры, и с потолка на меня уже капала магма. Что ж, кажется мой огонь только что съел свод пещеры, и теперь я стоял по колени в магме глядя на луну, и наслаждаясь свободой. Наконец то это испытание закончилось. Да у меня тут настоящий горячий источник на свежем воздухе, правда это было очень опасно, но похоже Амелия знает что делает. Хотя я всё еще не очень понимаю, каким образом этот навык позволит мне восстановить ее регенерацию, но в будущем он точно станет моим самым сильным оружием. Крайне доволен своим прогрессом, я наконец вытащил ключ из цепкой рукой скелета; несмотря на большие температуры, и скелет и ключ были в полном порядке. Так, и от чего этот ключ? Выглядит как самый обычный железный ключ, разве что немного больше; никакой символики и тому подобного на нем также нет... Может этот скелет был простым путником, и всё что у него осталось, это ключ от дома? Звучит конечно не очень полезно. Мне его даже положить некуда, придется нести в руке. Впрочем, теперь мне кажется, что на этом моё испытание еще не заканчивается. Я ведь должен пробыть тут неделю, а прошло меньше суток. С другой стороны тоннеля тоже виднелся проход, а значит я могу пойти дальше. Остается всего лишь шесть дней... Думаю, я справлюсь. ---------- Испытание на выживание. Часть 2. Если я не ошибаюсь, все тоннели в этой сети пещер ведут наверх. Было бы очень интересно посмотреть на всю эту горную гряду, с самой высокой точки острова. Складывается впечатление, что она на самом деле значительно больше, чем даже выглядит со стороны. Уже второй день я брожу внутри горы, и выход всё ещё не видно. Я уже начинаю задумываться о том, чтобы протопить себе проход прямо сквозь горы. Но с другой стороны... Куда то ведь эти пещеры должны вести? Собью себя с пути и тогда точно не найду отсюда правильный выход. Я оглянулся назад, где виднелась огромная развилка из множества тоннелей. Эх, да кого я обманываю... Я уже давно заблудился. Даже внутреннему компасу сейчас доверять трудно. Еще и везде носить этот ключ... Мне нужно придумать себе карманы, иначе так и буду таскать всё в руках. Я еще раз посмотрел на ключ в руке. — Может у тебя есть аура?До этого я уже проверял его на наличие каких либо магических свойств, но это происходило в довольно... экстремальной обстановке. На этот раз, магическое зрение показывало мне, что у ключа есть аура, причем эта аура испускает особую нить маны уходящую прямо в стену. И вновь я виню себя за невнимательность. Столько времени впустую... Как же трудно привыкнуть к этому магическому зрению, чтобы постоянно его использовать и всё перепроверять. А постоянно с ним ходить тоже очень неудобно, мир в нём выглядит как в негативе. Ну ладно, одной проблемой меньше. Идем в стену, значит идем в стену. Это у меня уже хобби такое, постоянно пробиваться насквозь. К счастью лед тут плавится легко, а у меня после случая с сосульками наверное маны столько, что я мог бы его и месяц плавить. Но всё же надеюсь, что это займет меньше времени. Очень хорошо что я могу управлять своим огнем. Конечно круто чувствовать себя раскаленным дьяволом идущим сквозь любые преграды, но привыкнуть к таким высоким температурам не просто. Внезапно один из моих огней что то обнаружил. К слову, после случая с ключом, моя концентрация внимания вышла на принципиально новый уровень. Теперь я всегда отправлял несколько огоньков в разные стороны на разведку, бессознательно контролируя их движения. Вообще то это не обязательно, ведь мой огонь и так может «действовать по приказу», но такова часть тренировки. Сейчас один из самостоятельных огней нашел какую то полость недалеко отсюда. В ней также находится материал несвойственный здешней местности, чем она и примечательна. Так то тут пещерой никого не удивишь. Решив быстро проверить, что там может быть, я перенаправил огонь и уже через пару минут стоял в маленькой полностью изолированной от всего окружения пещерке. И снова скелет, на этот раз явно женский, судя по позолоченному ожерелью женского фасона, висящему на шее. Вопрос с ожерельем волновал меня меньше, чем то, как этот скелет вообще сюда попал. Ледяные стены этой пещеры были полностью монолитны до моего прихода. Эх, я не могу уйти с пустыми руками, так что надеюсь вы леди не обидитесь, если я возьму это. Не хорошо конечно забирать у покойника последнее... Кстати, где все её остальные вещи? Изначально я не обратил на это внимание, но скелет был абсолютно голым. Ничего кроме украшения... Что за чертовщина? Вот это я точно объяснить не могу. И никакой энергии он не испускает. По хорошему нужно бы сжечь это тело, только вот не знаю, насколько это этично. После недолгих раздумий, приняв решение всё же сжечь скелет, я забрал украшение и придав прах земле, поспешил покинуть это место и вернуться в основной тоннель моих «раскопок». Как ни странно, сейчас я чувствовал себя археологом, и чувство это было из приятных. По пути я рассматривал ожерелье, оно выглядело очень интересно: на золотую цепочку было нанизано множество идеально круглых колец, на которых были выгравированы пентаграммы. Чем то они напоминали мне монеты древнего Китая: у них тоже отверстие по центру, но тут оно значительно меньше. Пентаграммы обычно означают что предмет зачарован, и их тут больше ста, но при этом я не чувствую от ожерелья никакой магии. Либо эти пентаграммы на самом деле не имеют смысла, либо они запечатаны. Не ощутив от украшения никакой опасности, я без колебаний надел его на шею. Мой первый археологический трофей, снятый с трупа покойника! Звучит конечно... сомнительно, но в таком мире я теперь живу. Вернувшись в основной тоннель, я продолжил «копать» к цели. Один из моих огней вырвался на поверхность, сигнализируя что там сейчас ночь. Хм, только сейчас я понял, что мне возможно стоило сначала отправить огоньки на разведку, и только потом что либо искать. К сожалению хорошие мысли всегда приходят поздно, и уже не особо хочется что то менять. Тем временем ключ в моей руке начинал вибрировать, а откуда то из под толщи льда начинали доноситься звуки. Видимо, я приближаюсь к своей цели. С каждым десятком метров я всё отчетливее мог разобраться в природе этого звука. Это было глубокое диафрагмальное пение, по всей видимости мужское. Очень напоминает мантры Тибетских монахов. Наконец, передо мной показался выход. Снаружи стояла ночь и бушевала ужасная метель. Безумные порывы ветра метали глыбы льда, и даже свою руку в таком урагане рассмотреть было сложно. Мне он конечно, помешать не мог, но в целом всё еще было не очень приятно идти наощупь. Дабы не тратить ману зря, я отозвал все огоньки и пошел по нити маны через снег. Примерно через полчаса я наткнулся на весьма изысканные, гравированные железные ворота. На них был наложен очень сильный магический барьер, ауру которого я ощущал чуть ли не за километр. Не желая бороться с чужими барьерами, я попробовал открыть ворота ключом, и это действительно сработало. В момент когда я повернул ключ в замочной скважине, голоса в моей голове пропали, что меня не на шутку напугало, так как возможно я что то сломал... Метель теперь бушевала еще с большей силой, и даже меня постепенно начинало сдувать. Благо я уже был за высоким железным забором. Продвигаясь вперед я случайно наткнулся на какой то огромный объект. Этим объектом оказалась большая статуя человека в балахоне, и вторая такая же через несколько метров от нее. Пройдя между статуями, я почти сразу уперся в массивную железную двойную дверь. Отойдя назад чтобы рассмотреть все повнимательнее, я застыл в изумлении. Надо мной, сквозь полутьму, в свете луны проглядывали острые шпили какого то монументального здания. Судя по разведке моего огня, высотой оно достигает минимум двухсот метров, и имеет еще большую протяженность во все стороны. Внутри здания я ощущал магические сигнатуры. Их точное число мне неизвестно, но я насчитал минимум пятьсот. Повернуть назад еще не поздно... Но это не в моем духе. Я медленно открыл маленькую боковую дверь и тихо зашел внутрь. Я стоял в главном зале кафедрального собора, очень напоминающего мне аббатство культа плоти. Но всё же, между ними имелись кардинальные различия: в то время как в аббатстве культа царил мрак и атмосфера вечной лунной ночи, тут теплый желтый свет свечей успокаивал и согревал, даруя уют. В главном зале помимо меня находилось множество фигур в монашеских робах и капюшонах. Они стояли спиной ко мне, застыв на месте, и лишь изредка покачиваясь из стороны в сторону. Всё или ничего, решил я, и подойдя к одному из монахов, взял его за плечо. Он был теплым и ощущался как человек, но не отреагировал на моей жест. Из любопытства я немного обошел его сбоку, и заглянул в лицо. Это действительно был человек, преклонного возраста, но его взгляд не выражал ничего, и он словно смотрел в пустоту, сквозь меня и других людей, никак не реагируя на мои действия или жесты. Я подошел к следующему монаху, но тот проявил себя так же. Через несколько минут пришлось признать, что эти люди находятся в каком то трансе или сне, поскольку буквально все они меня игнорируют. По крайней мере они мне в таком состоянии не враги. Нужно проверить кафедру, возможно там будет ответ. К сожалению кафедра ясности не внесла: на ней лежала книга с какими то философскими учениями на мировом языке. Я бегло пробежался по тексту, и из контекста эти учения напоминали мне буддизм. Может это у них сейчас идет практика? Заприметив дверь рядом с кафедрой я направился к ней. Она вела в огромную неосвещенную галерею со стеклянным потолком, соединяющую корпусы здания. Идя по галерее, я рассматривал картины висящие на стенах. По большей части они посвящались монахам. Вот например: Каэн Фирэй — 3540 — 3790. Надо же, двести с лишним лет... интересно, это из за практик они живут так долго? Хотя если подумать, для мира магии это не должно быть чем то удивительным. Через стеклянный потолок было видно, как бушует на улице ледяная буря. С одной стороны странно конечно, что в таком месте есть монастырь, но с другой... Может просто я неправильно к нему пришел, на пролом, и есть более доступный проход. В принципе монастыри в горах это не новость. Хотя ворота были закрыты, а ключ вообще лежал черт пойми где. Странно всё это. Перейдя во второй корпус монастыря, я попал в спальные помещения. Двухъярусный зал встречал меня двумя лестницами и множеством дверей ведущих в «кельи», некоторые из которых были открыты. В целом это место выглядело так, словно еще до моего прихода в нём кипела жизнь, а теперь всё просто замерло. Осматривая кельи, я находил всё больше книг этого учения. Они называли себя «Путь Анабиоза», и этот монастырь не был единственным местом где распространялось их учение. Как оказалось: это почти что мировая религия, по крайней мере исходя из их писаний. Но несмотря на довольно буквальное описание их религии, они не практиковали вход в транс и тому подобные вещи. Их философия заключалась в уходе от мирской суеты и сосредоточении на собственном Я, что они вроде и называли анабиозом. К слову, убранство каждой комнаты тоже не сильно выделялось изыском: обычная мебель, обычная ткань, и очень много книг. Одним словом — аскеты. Может быть украсть у них одежду? Хотя я и так в прошлой жизни донашивал вещи за другими. Не хочу возвращаться к этому теперь. А больше то у них взять и нечего. Выйдя из этого отсека, я вернулся в центральный зал. На противоположной стороне тоже была дверь, вероятно ведущая в другой корпус. Я попытался открыть ее, но безуспешно. Пришлось расплавить весь замковый механизм, ибо по другому туда не попасть, а ключ не подходит. Эта галерея по всей видимости была заброшена: кругом паутина, окна заколочены, даже стеклянный потолок засыпали. Стены голые, в некоторых местах видны трещины, и везде не аккуратно сложена сломанная мебель и прочий хлам. Сам корпус состоял из одного большого помещения поделенного на четыре части. В прошлом это кажется была библиотека, но все стеллажи опустели, а шкафы покрылись пылью. Я несколько раз всё внимательно осмотрел, но не обнаружил ничего кроме заколоченных окон и пустых полок. Возвращаясь из дальней части зала, я услышал из под пола тихий стук. Он доносился откуда то из центра зала, где находилась большая куча сваленных друг на друга шкафов. Изначально я не обратил на них внимание, так как в это месте повсюду довольно много мусора. Отодвинув шкафы, я увидел в полу заколоченный люк. Тихий стук доносился именно из этой точки. Я попытался сжечь люк, но моя магия отказывалась работать. На нём было что то вроде зачарования-барьера. Хотя барьеры обычно так не работают, они только поглощают повреждения. Никакая магия сквозь этот люк и вообще весь пол в корпусе пробиться не могла, и потому мне оставалось только прильнуть ухом к земле, чтобы вслушаться в этот звук. В момент когда я стал на одно колено и прильнул к земле, мой «амулет» который я нашел часами ранее, начал реагировать. А точнее, некоторые пентаграммы на нём начали вращаться и светиться. Я снял амулет и положил его на пол, после чего воздух задрожал, и через мгновение все печати были сняты. Всё помещение наполнила безумная аура ненависти. Я что то выпустил наружу? Ну, теперь можно беспрепятственно открыть люк предварительно убрав доски. Под люком находится лестница ведущая в какие то катакомбы. Спрыгнув вниз, я осмотрелся: по правую и левую сторону располагались тюремные камеры, а в самом конце коридора массивная железная дверь, затянутая по меньшей мере десятком цепей. Источник звука и энергии исходил оттуда. Пленник еще и напевал какую то веселую песню. Ну, мне уже было очевидно, что заперли обитателя этого места не спроста. Хочу ли я его выпускать? Не знаю. Конечно же мне интересно, но вот на сколько это будет безопасно... Скорее всего запирать таким образом кого попало не стали бы. Подойдя к двери, я застыл в нерешительности. На ней также было множество печатей. Ладно, один раз живем... Хах. Я положил амулет на дверь, и цепи начали сами расползаться в разные стороны, словно живые змеи. Когда последняя цепь упала на пол, дверь передо мной медленно отворилась. Я вошел в камеру, где меня уже ждали. ---------- Испытание на выживание. Часть 3. — Ого, давно у меня не было гостей. Кем будешь? Человек обращавшийся ко мне, был буквально прибит к стене гвоздями, и связан цепями. Щелкающий звук исходил от его челюсти и множество печатей сдерживали конечности. Седые волосы, рубиново-красные глаза, надменная улыбка, вот и весь образ. — Я? Да проходил тут мимо, решил заглянуть к вам. Давно тут сидишь? — Так тебе всё прям и скажи. Тебя прислали эти психи? — Психи? А я думал что психов держат в клетках. — Тут ты прав, — человек злобно улыбнулся мне, демонстрируя свой язык. На его языке я заметил татуировку, которую кажется уже где то видел. — Что у тебя за татуировка на языке? — Интересно? — Не советую шутить со мной. — Шутить? Парниш, тебе не стоило открывать эту дверь. Ты кажется не до конца понимаешь, в какой ситуации находишься. — Повторю вопрос еще раз: откуда у тебя эта татуировка? — я чувствовал что уже закипаю. Такая же татуировка была у старика с которым сражался Като. Символ уробороса. — Чего ты злишься то? Мой клан тебе что то сделал? — мужик надменно улыбался, выражая максимальное злорадство. — Ну это и не удивительно, мы убили множество человеческих и эльфийских ублюдков. А ведь это только начало. Думаете, если поймали одного, сможете справиться с остальными? Старик вам не позволит. Таков уж договор. — Хорошо, если ты не хочешь говорить по хорошему и излагать понятно, — будет по плохому. В порыве ярости, я схватил пленника за горло, и начал поглощать его ману. В этот момент я увидел в его глазах сначала удивление, а затем и страх. — Всё ещё не хочешь ничего говорить? — Да чтоб ты сдох, — словно взяв себя в руки, мужчина снова надменно улыбнулся. — Отлично, встретишься со своим собратом на том свете. Я ощущал как его колоссальный объем маны сопротивляется моему поглощению, но его сил не достаточно для противостояния жажде моего пламени. Даже если его энергия в сотни раз превосходит мою, я поглощу всё что есть у этого ублюдка, а потом найду каждого его соклановца и уничтожу собственными руками. Главное, что моя воля сильнее. — Вот дерьмо, почему именно этот атрибут, — мужчина попытался вырваться, но все его потоки маны уже находились под моим контролем. Мне хватило десяти секунд чтобы осознать всю структуру его души. Его объемы маны поражали, но дух его был сломлен, и перед моей волей он никак не мог сопротивляться. — И всегда.. ты.. так? — он пытался процедить что то сквозь зубы. — Первый раз поглощаю человека, если тебя так можно назвать, — поглощая его ману, ко мне так же переходила часть его воспоминаний, а некоторые просто рассеивались в воздухе. Похоже что вместе с маной мне переходила его душа и атрибут. С другими существами так не происходит... В чём причина? К слову, подобных этому ублюдков я в своей жизни еще не встречал. Убийства, грабежи, насилие, воровство. В 20 лет за «особые» заслуги был принят в «Клан Разрушения», преступную организацию основанную выжившими из девятки разрушения, которых однако их последователи никогда не видели, и все приказы получали через посредников. Не знаю что за девятка разрушения, но о ней однажды упоминал Люций. Они дают своим последователям проклятые камни атрибутов. Эффект каждого камня непредсказуем, но в одном они похожи: ускоряют регенерацию и увеличивают лимиты маны, взамен причиняя постоянную боль носителю, что постепенно сводит его с ума. В итоге атрибут окончательно получает контроль над телом, и человек превращается в бродячую машину смерти. Их девиз «Разрушение ради хаоса и хаос ради разрушения». Ничего о старике чуть не убившем Като он похоже не знает, что впрочем не удивительно, ведь их лапы тянутся по всему миру. Информации об этом монастыре и том как он сюда попал, я тоже не нашел. — Что же, теперь я всё о тебе знаю. Как думаешь, у меня еще есть причины оставлять тебя в живых? — Хах, лучше убей меня, иначе теперь это сделают они, — кажется мужчина довольно быстро смирился со своей судьбой, либо сделал это давным давно. — Хорошо, считай это жестом моей милости к тебе. Значительно ускорив процесс, я буквально поглотил душу и всю энергию Нифита. Так его звали в прошлом. После завершения процесса его тело просто рассыпалось в песок, оставив на голом камне только бинты. Да уж, я только что убил человека... Да еще и с таким удовольствием. Впрочем, для него это была лучшая участь. Перешагнув за порог камеры, я почувствовал что то неладное. У меня безумно разболелась голова, и всё вокруг начало двоиться. Я явно ощущал присутствие третьего атрибута в своем теле. Через мгновение меня уже затянуло в горизонт. Я открыл глаза, находясь внутри своей души. Я стоял всё на той же площади с огромным серым пламенем, но теперь не один. — Ну здравствуй еще раз. Что ты там говорил про жест милости? Идиот. Голос доносящийся у меня из за спины принадлежал все тому же человеку. Это был Нифит. — Что, хочешь попробовать побороться за моё тело? — Попробовать? Ты сам меня впустил. Кто же упустит такую возможность прекрасную возможность? — Мне кажется, ты не понимаешь одной вещи, Нифит. В этом месте хозяин я, а не ты. — Да неужели? — он с надменной улыбкой показал на меня пальцем, и моя рука сама потянулась к моей же шее. Хороший трюк, но я был к этому готов. Явление поглощения души довольно редкое, но очень хорошо описано и в некотором роде является культовым в безымянном мире. Всё потому, что один из величайших ученых всей истории магии, использовал поглощение душ как способ сбора информации. Он поглощал недобросовестных магов, которых приговаривали к смерти. По крайней мере, такова официальная версия. Усилием воли подавив его манипуляцию, я достал клинок. У него оказывается тоже было магическое оружие, но не контрактное, а буквально магическое. Через мгновение наши клинки столкнулись. Он атаковал очень быстро, но ни одна его атака не могла достигнуть цели, поскольку я знал о каждом его движении заранее, уклоняясь без особого труда. Наконец, появившись перед ним вплотную, я выбил клинок из его руки, и возник меч в сердце. — Ну и кто тут теперь главный? — Хозяин, желаете запечатать личность? — откуда то сбоку я услышал приятный женский голос. — Что? Хозяин? — Удивлены? На самом деле я тоже, — передо мной появилась низкая молодая девушка, с ослепительно-белоснежными волосами, в простом сером платье, напоминающем ночнушку. Цвет ее глаз был чисто-золотым, а большие ресницы и идеальные черты лица создавали образ богини. Все девушки в этом мире такие, или я их просто давно не видел? В прошлой жизни я бы назвал ее «Лоли», при ее то росте в примерно 155 — 160 см. Правда ментально она ощущалась старше, было что то такое в её взгляде... Наверное я бы сейчас на месте влюбился в нее, если бы в целом знал, что такое любовь. Со мне такого ещё не случалось. — Кто ты? Я не помню что бы поглощал тебя. — Меня зовут Анабиоз, но вы можете называть меня просто «меч». Я дух того клинка, с которым вы заключили контракт некоторое время назад. — Разве я заключал контракт? — То что я тут, говорит именно об этом. — Хорошо, я понял. В таком случае добро пожаловать. Я тут немного занят, так что сразу к делу: что ты имеешь ввиду под «запечатать личность»? — Наверное мне стоит начать с начала, — девушка подошла вплотную, и коварно улыбнувшись, встала на носочки, схватив меня за щёку, от чего я самую малость смутился. — В определенных обстоятельствах я могу управлять пространством и временем... Но только с субъективной точки зрения того, с кем заключен контракт. Чтобы спасти предыдущего владельца этого тела, мне пришлось использовать анабиоз, из за чего я сама потеряла почти всю энергию и впала в долгий стазис. Энергии которую вы поглощали до этого, наконец стало достаточно для того чтобы пробудить меня, — девушка добродушно улыбнулась. — Подожди, значит Като жив? — Да, его душа находится здесь, — девушка развела руками. — Но я не советую вам снимать печать. Като очень своенравен, — в ее голосе прозвучало разочарование и печаль. И действительно, в этом был смысл: я не очень то хочу бороться за своё тело с кем то еще, даже если это его предыдущий обладатель. — Хорошо, тогда запечатай пожалуйста этого нарушителя. — Как скажете, — девушка не переставала улыбаться мне, и при этом смотреть на мой торс. Подождите, со мной заигрывает мой меч? Отлично, приехали. Подойдя к Нифиту который застыл на месте под давлением моей воли, она легонько коснулась пальцами его лба, и исказившись рябью его образ исчез. Теперь мы были наедине. — Ты пробудилась только сейчас?— Угу. — Помнишь что было до этого? — Не помню, но знаю как факт, то что я вам уже рассказала. — Давай лучше на ты, — я подошел к девушке и взял ее за плечо, у нее на шее виднелись какие то символы. От моего неожиданного прикосновения она смутилась и покраснела. — Хах, не маленькая уже чтобы так реагировать, ты ведь живешь наверное раз в сто дольше меня. — Вы не правы... — она покраснела еще больше сжав руки в замок. — Во первых, для создания анабиоза использовалась душа чистой и непорочной девушки, — после этих слов она смущенно отвернулась от меня. — А во вторых анабиоз который я использовала на Като вернул меня в состояние двадцати лет, когда я только стала мечом. — Это какой то побочный эффект? Да и не выглядишь ты на 20... — Такая у меня внешность!!! Нечего придираться, — девушка надула губы. — И это не совсем побочный эффект... Мне пришлось пожертвовать всеми воспоминаниями кроме самых важных, чтобы спасти тело и душу. По другому я бы не смогла использовать столько маны за одно мгновение. — Базовые ограничения значит... А что у тебя на шее? — я провел рукой по татуированному символу, он был на удивление холодным. — Хозяин, вы... — она кажется едва сдерживалась, неужто я действительно так хорош собой? И о чём я думаю... — Лучше называй меня Аланом, я терпеть не могу когда ко мне обращаются «хозяин». Оставь это хикикомори. — Не знаю о каких хихикомори ты говоришь, но раз такова твоя воля, то конечно. — Так что это за символ? — Это моё имя, что то вроде порядкового номера. Там написано «Анабиоз» — Есть несколько анабиозов? — Нет, анабиоз один, но есть и другие мечи. Забвение например. — А я могу собрать их все? — Не думаю. Даже если бы до остальных можно было добраться, то мы всё равно терпеть друг друга не можем, и вам пришлось бы очень сильно постараться, чтобы заключить одновременно два контракта. — При этом вы героические артефакты? — Вроде того. На самом деле мы немного вне категорий артефактов. — Кто вас создал? И для чего. — Мы не знаем. После анабиоза я сохранила только самые важные воспоминания о личности прошлого владельца и других мечах, — девушка свободно закружилась в воздухе. — Эх, даже так у меня и любого другого из одиннадцати клинков, нет ответа на этот вопрос. Она подошла к огромному серому пламени, словно пыталась согреться. — Если вам интересно... я помню что до того как стать мечом, я была человеком. Жила на Флегрейсе, работала служанкой в Полимиуме у одной влиятельной семьи. Однажды к ним пришли странные люди. Они о чем то договорились, и ушли. А что было дальше, я не помню. Очнулась уже клинком. — И как Като тебя нашел, тоже не знаешь? Она отрицательно покачала головой. — Ну ладно, не унывай. Ты в хорошей компании: у меня на эту жизнь большие планы. Раз уж ты мой меч, то я о тебе позабочусь. — Ооо... Правда? — она двусмысленно улыбнулась мне, проницательно глядя в глаза. — Всё всё, не надо быть такой похотливой. Я пошел, меня еще ждут дела. Открыв глаза, я снова оказался в темной камере. Слишком многое произошло за сегодня, и я едва успевал всё переварить. — Эй, Анабиоз, а у тебя есть имя? Ну человеческое. — Было, но теперь нет, — девушка появилась рядом со мной, с интересом оглядываясь по сторонам. — А хочешь имя? — Если хозяин желает... — Хах, ладно, тогда тебя будут звать — Лу́на! — О, почему именно так?— Не знаю, такая ассоциация была когда первый раз тебя увидел. — Хорошо, спасибо тебе за имя, — она сжала мою руку, я и не заметил как близко она подошла. — Подожди, ты можешь материализоваться? — Как видите. Вообще то многие героические артефакты могут материализоваться, это ведь всё таки в первую очередь души. — Логично. Слушай, я тут кажется получил новый атрибут когда поглощал этого мужика, пошли на улицу, проверим. Тут мне как то не очень хочется подобным заниматься. Когда мы вошли в главный зал, Лу́на с недоумением посмотрела на меня. — А эти, они... — Хах, это последователи «Пути Анабиоза». Ты кстати случайно с ними не связана? Может они тебе поклоняются? — Нет, анабиоз это одно из альтернативных названий атрибута времени, неужели ты не знаешь? — Неа, я немного не из этого мира. — Это как? — Ну, так получилось, я умер в своем теле и в этом мире видимо как раз освободилось тело Като. Хотя в том что это случайность я сомневаюсь, ибо убил меня бог смерти, а через неделю я встретился с его последователями. Кажется, я сейчас играю по его правилам. — Ого, хозяин, вы очень необычный. — Ты надо мной издеваешься? — Ни сколько, — она подмигнула мне. — Кстати, а как звали того бога смерти? — Вроде как Хел, очень неприятный тип. Ты его знаешь? — Ага, он убил моего носителя, который был до Като. Но справедливости ради, тот сам на него полез. — Даже твой анабиоз не помог? — Угу, магия смерти конечно на порядок ниже, но это всё условности. Хел безумно силен, его статус бога полностью оправдан. — Почему он тогда еще не уничтожил мир? — Ну, его бы остановили. Что же до него самого... — Тот человек задал ему такой же вопрос. Он ответил что то про мораль, принципы и человечность. Если я что и знаю о Хеле, так это то что он не зло. — Не зло? — Нет, злой человек никогда бы не стал богом смерти при жизни. Негативные эмоции ощущаются значительно ярче положительных. Его атрибут просто захватил бы тело, полностью вытеснив личность. Потом он бы начал сеять хаос, и в итоге другие боги его бы просто убили. Тут нужно быть осторожным. — Понятно, значит железная воля и холодный ум это главные пути к становлению богом. Что же, стоит попробовать. — Ммм, нет. Скорее бесчеловечность... Постой, ты серьезно? — Конечно же нет. У меня уже три атрибута. Ты когда нибудь слышала о богах трех атрибутов? Не думаю что это в принципе возможно. Пошли, выйдем на улицу, может быть там уже успокоилась погода. — А что с этими делать? — Не знаю, лучше не трогай их, они какие то странные. Я потом расскажу о них Амелии. — Это твоя девушка? — Хах, не шути так больше никогда. Мне нравятся молодые и главное живые женщины. И нет, это моя наставница, если можно так ее назвать. У нас договор: она меня обучает а я помогаю ей стать снова человеком. Кстати она дез. — Дезы могут обращаться обратно в людей? — А поглощение душ тебя не смущает? — Ну, это конечно очень странно, но вполне возможно. Всё что нужно это истинный атрибут смерти, очень сильная воля, и желательно сила не потерять себя. — Вообще то это довольно сложно. — Ага, но кажется не для вас. — Амелия сказала что я смогу вернуть им регенерацию, но как именно они не знают. Мол, я должен выяснить это сам. Толкнув дверь, я вышел на улицу. — А сейчас, давай проверим мой новый атрибут. ---------- Испытание на выживание. Часть 4. Невероятная картина: я сижу на перекладине одного из шпилей двухсотметрового готического монастыря, а на конце соседнего шпиля стоит Лу́на, напевая какую то древнюю песню. В свете утреннего солнца, ее белоснежные волосы развиваются под дуновением холодного горного ветра, и оторвать взгляд от этого зрелища очень трудно, что я впрочем даже не пытался делать. Из этого места не хотелось уходить, так тут было тихо и спокойно. Теперь, когда наступило утро, и буря прошла, я наконец мог рассмотреть монастырь с высоты. Его вид меня просто поражал: Монастырь находился на скале с трех сторон окруженный расселиной, и всё это великолепие было словно заперто в горную гряду окружающую его со всех сторон. В это место невозможно было попасть каким либо стандартным методом, кроме как прийти с той стороны, с которой сюда пришел я, прямо сквозь гору. Фасад монастыря был действительно строго-готическим, и очень сильно напоминал мне Аббатство культа. В целом они были похожи практически во всём, кроме настроения. Не слишком стандартная структура собора вносила некоторое разнообразие в этот вид: центральный длинный корпус здания являлся главным залом, в то время как к нему по бокам прилегали небольшие жилые корпуса, в которых я уже был. В целом, больше всего он напоминал мне Вестминстерское аббатство, в котором я даже жил некоторое время, когда наш храм закрывали на ремонт. Умиротворение и покой которые царили в этом месте не хотелось прерывать. Я не отдыхал так ни разу с того момента как попал в этот мир. Сидя на перекладине и наблюдая за Луной, я можно сказать «медитировал» накапливая ману. Именно так я решил называть для себя этот процесс, ведь формально их суть была схожа. Весь этот груз, что я нёс на своих плечах, словно стал легче в этом месте. Вынужден признать: до сегодняшнего дня мне было очень тяжело. Чувство свободы после попадания в этот мир, быстро сменилось чувством долга и предназначения. Я всеми силами стараюсь ощущать себя сильным и быть сильным, но я всё ещё не такой человек. Люди не меняются так быстро, и сейчас я ощущал это как никогда раньше, почувствовав себя свободным от собственных стремлений хотя бы на несколько дней. — Лу́на, как думаешь, что ждет меня в будущем? Повернувшись ко мне, девушка переместилась ногой на кончик шпиля, под перекладиной которого я сидел. — Всё зависит только от тебя. — А твоё личное мнение? — Ты справишься, а я помогу, — она беззаботно покрутилась на одной ноге, и ее платье как цветок закружилось в потоках ветра. — Слушай, Лу́на, мне нужно тебе кое что рассказать, а ты должна мне поверить. — Не утруждайте себя, я и так всё знаю. — Да? И что ты знаешь? — Многое. И про Нито, и про твою прошлую жизнь. Разве что не знаю о чем ты сейчас думаешь. Правда я не хотела признаваться в этом по началу... Но теперь решилась. — Ты читаешь мысли? — Нет, просто когда я пробудилась, то заглянула в твою душу и увидела все воспоминания до этого дня. Это вроде как происходит только один раз, в качестве знакомства. — Понятно... — тихо улыбнувшись, я посмотрел вниз, во двор монастыря, где какой то маленький пушистый зверек бегал по снегу, оставляя множество следов. — Значит по крайней ты сможешь меня понять. Всё таки воспоминания рассказывают всё лучше слов. — Это правда, — девушка переместилась ко мне на перекладину, и сев вплотную свесила ноги. — Не переживай, Алан, в этом мире правят три вещи: сила, ум и человечность, а ты не лишен ничего из этого, так что всё будет в твоих руках, — она взяла меня за руку, и я чуть ли не физически ощутил ее искреннюю поддержку. — Хах, ну... спасибо, правда. Я уже давно отвык от людей и их поддержки. Теперь у меня по крайней мере есть ты и Эви. — Эви интересная девочка, я очень жду момента когда мы познакомимся. — Ага, она как и я очень целеустремленная. Надеюсь вы поладите. Тем более что ты не сильно выше ее. Хех. С одной из гор медленно удаляясь в пропасть сходила большая лавина. Это зрелище словно гипнотизировало и расслабляло. — Слушай, а ты бы хотела избавиться от бремени меча? Снова стать самостоятельным человеком, и не быть привязанной ко мне. — Я думала об этом много раз, но даже если бы это случилось, я бы осталась с тобой, — Лу́на обняла мою руку, но я не сопротивлялся. Пускай делает что хочет, мне это даже нравится. — Чем я тебе так нравлюсь? Мы ведь едва знакомы. — Не совсем. Это ты едва знаком со мной, но я знаю о тебе почти всё, — подмигнув мне она перевела взгляд куда то вдаль, к массивным облакам движущимся на север. — Мне очень близки твои идеи, Алан. Когда я была человеком, то руководствовалась теми же мотивами что и ты. Даже работая служанкой, я никогда не переставала учиться чему то новому. Каждую свободную минуту времени я посвятила обучению магии и алхимии. Конечно, у меня не было своей лаборатории, но иногда придворный алхимик пускал меня помогать ему. Происходило это не так часто, но я каждый раз старалась усваивать максимум информации. — По этому у тебя не было времени на парней? — Мастер, вы должны забыть те слова... — девушка покраснела, это пока что у нее получалось лучше всего. — Но вообще, вы и правда красивый. — Это комплимент Като а не мне. — Не правда, ваш облик изменился. Я помню Като на много лучше чем вы, он выглядел не совсем так. — И в чем различие? — У вас черты лица строже, выглядите вы мужественнее, и волосы не такие черные как у Като, ближе к пепельному. И глаза... Я впервые вижу человека с серебряным цветом глаз. — Серебряным? не серым? — Неа. — Странно. когда я был на болоте то мои глаза всё еще были пусты и безжизненны, как и у Като. Ты кстати не знаешь, как с ним так получилось? — Без понятия. Я о нем помню только некоторые неприятные детали, о которых лучше не рассказывать. А по поводу ваших изменений... Возможно тело меняется из за нового носителя. В конечном итоге тело это часто отражение души человека, и его помыслов и стремлений. — В мире откуда я родом всё как раз наоборот, но тут действительно, магия слишком сильно влияет на жизнь людей. Кстати, я буду считать твои прошлые слова признанием. Девушка смутилась и отвернулась, кажется я был слишком прямолинеен с ней, но не воспользоваться этой возможностью просто не мог. — Да ладно тебе, у меня тоже никогда никого не было, да и вроде не особо хочется. Я всегда просто жил своей жизнью, пытался что то делать. Вроде как хотел внимания, но в тоже время сторонился его. Бесконечные крайности это бич моей личности. — Просто рядом с тобой не было правильных людей. Я может и не узнала на личном опыте что такое дружба, но из твоих воспоминаний немного смогла это понять. Друзья это не те люди, от которых тебе нужно специфически добиваться внимания. Они просто всегда рядом, и ты стараешься им помочь а они помогают тебе. — Угу. Жаль что я так и не смог поговорить с Нито... Как думаешь, он еще может быть жив? — Это вполне возможно. Этот его меч, Люций, очень непрост. — Ты что то о нём знаешь? — Нет, но догадываюсь. Это древняя история, ей несколько тысяч лет, но одна его фраза натолкнула меня на мысль, что он может быть с ней связан. Пойдем, прогуляемся, — Лу́на потащила меня вниз со шпиля, и я спрыгнув вниз, пролетел метров двадцать , приземлившись на крышу. К слову, моим новым атрибутом было нечто что я назвал «Акробатика». Она значительно увеличивает эффективность воздействия маны на усиление тела. Именно этот атрибут я получил от Нифита, и теперь мои физические способности позволяли мне без труда, в пару прыжков забраться например, на этот собор, что раньше потребовало бы больше времени. Гуляя по покатой поверхности одного из уровней крыши, я продолжал слушать увлекательный рассказ Луны. Эта девушка даже потеряв память, знает о мире больше меня. — Так вот, Люций упоминал девятку разрушения, в контексте того что он сталкивался с ней, так? — Ну что то вроде этого. Он сказал, что столкнуться с ней это опасно или что то вроде этого. И еще там было что то про чистилище. — В общем, есть легенда: около двух тысяч лет назад появился некий безымянный король, собравший под своим крылом девять преданных воинов. Каждый из этих воинов был талантливым и опытным мечником, но при этом раньше о них никто не слышал. Они словно пришли из пустоты. — Сам король был хитрым и очень деспотичным тираном. Под его командованием эти мечники уничтожали страны. Именно уничтожали, а не захватывали: их не интересовала территория, потому что у них не было войск, для ее удержания. Они просто приходили и вырезали целые города и небольшие страны. — И их никто не пытался остановить? — Пытались, но сначала их не могли поймать, поскольку они нападали только на небольшие страны и суверенные города. А когда за них взялись всерьез, было уже поздно. — Что ты имеешь ввиду? — Как минимум шестерых из девяти, убил один единственный человек, когда они напали на город в котором он жил. В истории его имя известно как «Безоружный защитник», потому что не понятно, чем он убивал их. Его оружие не было найдено — только бездыханное тело. — Этот человек в одиночку сражался одновременно с девятью профессиональными мечниками, и в итоге погиб, оставив в живых только троих, самых сильных. После этого случая безымянный король и трое оставшихся словно испарились, и больше о них никто не слышал. — Хм, возможно ли что Клан Разрушения основали они? Не знаю, почему такая ассоциация, но ход был бы красивый. — Вполне. Мы всё ещё не знаем, какая у них была мотивация для создания такого хаоса. Возможно они собирали негативную энергию для какой то задачи, и теперь решили продолжить то что начали тогда. — А в какое время ты жила? — Точно не уверена, 500 или 1000 лет назад, — девушка робко улыбнулась, убирая волосы за ухо. — Так тебе... — Нет, мне двадцать, я же вам сказала. — Ага, и воспоминания ты потеряла, а теперь мне рассказываешь истории как энциклопедия. — Ты просто не знаешь как это работает, — она серьезно посмотрела на меня, и в ее взгляде ощущалась легкая угроза. — Извини, я не хотел тебя обидеть... Просто я всё ещё не понимаю, какие конкретно воспоминания ты потеряла. — Почти все, что относятся к прошлым владельцам. Я использую «высшую печать анабиоза» только если надо запечатать душу владельца тела. Это требует определенной жертвы, поскольку нужно колоссальное количество энергии чтобы поместить тело в стазис. В таком случае передо мной стоит выбор: или стереть воспоминания о себе, или о моем текущем хозяине. Можно конечно и 50/50... — Почему именно воспоминания? Это своеобразная жертва? — АГа, это базовые ограничения. Наложение печати происходит быстро и требует огромного количества энергии. Такой поток маны просто разрушает душу, и приходится жертвовать некоторыми ее частями, к которым относятся и воспоминания тоже. — Понятно. Довольно жестокий выбор. Если тебе придется запечатать меня, то обещай что не будешь стирать воспоминания о себе. Ты должна быть той кем всегда была. Может однажды ты даже вернешь себе тело, раз уж возможно поместить душу в меч, — я посмотрел на летящую в небе чайку. Красивая и свободная. — Наверное ты прав... Но обещать ничего не буду, и надеюсь до этого дело не дойдет. — Ага, если дойдет, значит я проиграл, а я больше не проигрываю. — Хочется верить, — девушка мило улыбнулась мне, и я ощутил как мое лицо краснеет. Довольно непривычная для меня реакция, учитывая мой стандартный циничный, равнодушный облик. — Нам через три дня возвращаться, надо потратить их с пользой. — Чем займемся? — Хороший вопрос. Наверное имеет смысл еще раз осмотреть монастырь, но эти монахи меня малость пугают. Возможно они действительно сейчас практикуют какие то практики, связанные со временем. — Я думаю, они практикуют что то из магии анабиоза. — Хочешь сказать, что внутри 500 человек с атрибутом времени? — Нет нет, ни в коем случае. Это место сразу стало бы самым опасным в мире. Но магия анабиоза это не только атрибут времени. В магии анабиоза есть практики которые достигаются даже без атрибута времени, например ускорение локального времени внутри горизонта. — Иными словами, можно запереться у себя в карманном измерении, и допустим, учиться там с удвоенной скоростью? — Ага, но эти практики очень индивидуальны. Они расходуют много маны, а еще нужно следить за реальным телом потому что находясь внутри горизонта ты очень уязвим. К тому же это субъективное ускорение у всех разное. — А это можно делать вне горизонта? — Может быть с атрибутом времени... Не уверена до конца, никогда о таком не слышала, но наверняка такое есть. Наш мир огромен. — В любом случае, эти монахи тогда довольно плохо защищены, раз даже я смог к ним пробраться. — У тебя был ключ, а ключ лежал в очень неудобном месте, да и найти этот монастырь тут, среди монолитных скал, не очень то просто. — Ты видела как я доставал ключ? — Ага, от твоего лица, и была очень этим воодушевлена. Ты словно в последний момент взял всю ситуацию под свой контроль. — Так и было. Это у меня черта характера такая, я не агрессивный но на агрессию отвечаю с удвоенной силой. Со мной из за этого в детстве никто не общался, потому что я один раз очень сильно избил парня который меня оскорблял. Я из тех людей, что раскрывают свой потенциал только будучи загнанными в угол. — Да? А мне так не кажется. Как по мне так ты просто волевой человек с твердыми принципами. — Хах... Это ты меня так подбадриваешь? Мне только 17 лет. Я еще не старик, чтобы думать о таком слишком сильно. — Разве тебе не 20? — А, ну в этом теле да... Но психологический возраст кажется всё ещё 17. — Мне кажется тебя себя недооцениваешь. — Спасибо, приятно слышать это от девушки с таким большим жизненным опытом. — Незачто. Но на самом деле для духов понятие возраста едва ли существует. То пространство в котором мы находимся сильно искажает восприятие времени, а в купе с потерей воспоминаний... Хоть я и знаю об этом мире много, но это только как факт. По ощущениям же я в форме меча не дольше дня. — Надо будет узнать подробнее, кто сотворил с тобой такое зверство, и наказать его если он еще жив. Есть идеи, где искать? — Неа. В мире много хороших оружейников, но создать оружие способное на манипуляции со временем едва ли кому то из них под силу. Я уж молчу об остальных мечах... — А может вас и не люди создавали? Например на континенте Висата живут гуманоидные элементали, у них множество секретов о которых люди да и в общем то остальные расы ничего не знают, а еще они обожают холодное оружие. — Может и так. Единственное что я знаю, так это то что мой создатель очень могущественная персона. — Это точно. Кстати, а у тебя есть какие то свойства именно как у меча? — А вы узнайте об этом сами, хозяин. — Смотри на пожалей потом о своих словах... Я человек любопытный, а еще целеустремленный. — Ох, что вы имеете ввиду... — Лу́на невинно сложила руки в замочек и посмотрела на меня своими прекрасными золотыми глазами. — Ничего, забудь. У меня еще будет возможность всё проверить. А сейчас, у меня есть идея, чем заняться. — И чем же? — Оставшиеся три дня я буду тренировать концентрацию и накапливать ману. Твоё пробуждение съело почти все мои запасы маны, я это всё ещё ощущаю. — Ну простите, я это не контролирую. — Не волнуйся на этот счет, с тобой всяко лучше чем в одиночестве. Последние три дня тренировки я провел медитируя в особой позе. Я стоял на одном пальце руки на конце самого высокого шпиля монастыря, концентрируя в пальце силу чтобы не упасть, и попутно накапливая ману. По началу это казалось мне довольно скучным занятием, но со временем я вошел во вкус оттачивая свой навык концентрации и выискивая ошибки. К тому же, на второй день поднялась ужасная буря продолжавшаяся оставшиеся два дня, что значительно осложняло концентрацию, но в итоге только пошло на пользу. За это время со шпиля я так и не упал. По прошествии трех дней я мог концентрировать как минимум половину всей своей энергии в конкретной точке тела, что в теории позволяет даже отращивать конечности при колоссальных затратах маны. Что интересно, я начинал примерно интуитивно понимать, сколько у меня сейчас маны. Стоя одним пальцем руки на шпиле, я рассматривал перевернутые для меня горы, размышляя о боге плоти и способах моей победы над ним. Пока что я всё ещё не видел выходов из этой ситуации: я не могу поглотить его, потому что такой колоссальный объем негативной энергии разрушит мою душу и разум. В тоже время я не могу просто сжечь его, поскольку мне не хватит маны. Наверное я мог бы сделать это издалека контролируя огонь, но в конечном итоге он доберется до меня и так. Нужно придумать что то более конкретное. Размышляя, я не заметил как в воздухе рядом со мной появилась Лу́на. Она положила руку на мой пресс, от чего я чуть не упал со шпиля. — Вот ведь развратная женщина, я сейчас из за тебя не смогу рекорд медитации на шпиле монастыря поставить. — А такой разве есть? — она тихо засмеялась и растворилась в воздухе. Ее уникальная способность дразнить меня, усложняет концентрацию получше всяких горных ураганов и снегов. Впрочем, уже и правда пора идти, неделя почти прошла. В этот раз я решил идти через верх. Мой атрибут акробатики позволял прыгать примерно на 10 метров, а с дополнительной концентрацией маны я мог прыгнуть и на все 50. Это оказалось очень удобно, а еще в свободном парении я чувствовал себя так, словно научился летать. Еще одной особенностью нового атрибута была возможность немного изменять вес отдельных частей тела, и я даже нашел несколько замысловатый способ парить при помощи этой способности, изменяя свою аэродинамику. Единственной проблемой была необходимости концентрировать силу в ногах при приземлении. Прыгая первый раз, я не учел этого, и сломал себе ногу, что было немного неприятно. Но теперь привыкнув к такой свободе движений, я мог беспрепятственно покорять горные вершины, и попрощавшись с монастырем, рывками поднимался в горы. Через несколько часов, я добрался до пика горы, и последний раз обернулся к монастырю, что бы окончательно с ним попрощаться. Однако, на месте монастыря была голая заснеженная скала. — Лу́на, это что еще за чертовщина? Девушка появилась рядом со мной, задумчиво глядя на ровную снежную поляну внизу. — Нам точно не показалось? — Нет, я же не мог стоять на воздухе три дня, да и преступник там точно был. — Действительно. На ум приходит только пространственная магия, либо это была очень сильная иллюзия. — Сколько нужно маны для такой иллюзии? — Не так много как кажется. — А для перемещения? — Очень много, и невероятный опыт контроля. — Ладно, спрошу у Амелии, может она знает. Спустившись по обратной стороне горы, я выбрал себе место напоминающее трамплин, и разбежавшись прыгнул настолько далеко, насколько вообще мог, запустив себя в свободное падение. По собственной оценке, я бы оценил этот прыжок в 100 метров. Паря над снежными бескрайними просторами, я чувствовал себя королем этого мира. Пускай я не был самым сильным или умным, пускай я почти ничего об этих местах не знал, но я ощущал невероятную свободу действий, какая была бы недостижима в моей прошлой жизни. Раз уж у меня теперь поддержка в виде Луны, то и путь должен стать несколько легче. Теперь я точно не жалею что попал в этот мир, и моя судьба в моих руках. Закончив пафосный монолог у себя в голове, я вытянул руку вперед, где виднелось Аббатство, и визуально взяв его в руку, сжал, словно победа уже была у меня в кармане. — Хозяин, у вас галлюцинации? Рядом со мной в свободном падении находилась Лу́на, ее платье развевалась на ветру как вингсьют. — Давай притворимся, что ты этого не видела, хорошо? Можно же мне иногда вообразить себя королем мира. — Можно конечно, но лучше им стать! Правда это займет даже у вас не одну тысячу лет. — Ничего, я подожду. — Кстати мастер, а как вам удается так парить? Вы же не птица. — Я не птица, но хорошо знаю их аэродинамику. Немного манипуляций с маной и готово. — Значит вы и летать можете? — Неа, полет это слишком сложно. Я просто помогаю инерции делать своё дело. А в с полетом надо контролировать всю окружающую ману. Это очень сложно, если вообще возможно без атрибута воздуха. — А я и без этого летать умею. — Ага, а еще материализоваться. Быть духом в этом плане удобно. Внизу уже виднелась площадка, с которой я неделю назад начинал свой путь. На ней меня ждали семь фигур, каждую из которых я мог бы узнать и от сюда. Что же, время снижаться. Эта тренировка принесла мне очень много пользы. Даже больше чем я надеялся получить. Надеюсь следующая будет не хуже, ибо я всё ещё не понимаю, как мне помочь Амелии... ---------- Испытание на терпение. Часть 1. Эффектно приземлившись на тренировочную площадку, я оставил в ней небольшую воронку. Все же спуститься мягче не получилось. — Мастер, вы вернулись! — из группы ожидающих меня людей выбежала Эви и с криками понеслась обниматься. — Ага, и года не прошло. Как ты тут? — Я учусь! Уже такое умею, такое… — ее взгляд перенесся на Луну стоящую рядом со мной, и она неодобрительно измерила ее взглядом. — А кто эта девочка? Вы нашли ее в горах? — Не совсем... — Я Лу́на, дух меча хозяина, — Луна агрессивно обняла мою руку, и Эви поступила так же. По какой то причине я ощущал между этими двумя дух соперничества, но думаю, это скоро пройдет. Нужно просто дать им больше времени. — Надеюсь, вы девочки, поладите. Впереди опасная дорога. — Она теперь всегда с нами будет? — Само собой, куда ж я без меча? Да и мои принципы велят мне не оставлять девушку одну, по крайней мере эту. — И мастер теперь будет каждую встречную девушку подбирать? Очевидно Эви не хотела соглашаться с тем фактом, что у нее как и у меня не особо есть выбор, с кем путешествовать. Уверен, она скоро привыкнет. — Конечно же нет. Головной боли мне хватит и от вас двоих, так что постарайтесь вести себя тише. А сейчас извини малышка, мне надо поговорить с Амелией. Мы обсудим твои успехи чуть позже. Я подошел к Амелии ожидающей меня в группе дезов. Всё это время она не вмешивалась, видимо ожидая когда я сам подойду и всё расскажу. — Амелия, у меня для тебя несколько новостей и несколько вопросов. — Это хорошие новости? — Не уверен. Зависит от ответов на мои вопросы. Пойдем, прогуляемся в библиотеку, по пути я тебе всё расскажу. — С чего тебе вдруг понадобилась библиотека? — Хочу прочитать всё что там есть, если вы не возражаете. У меня появилось довольно много вопросов за то время что я был в горах, и я не уверен что вы сможете ответить мне на все, так что на всякий случай я бы хотел запастись информацией. — Как знаешь. Библиотека в твоем распоряжении. Я поманил Эви с собой, и мы вчетвером направились по длинным коридорам к библиотеке дезов. — В общем. Начнем сразу с плохих новостей: я всё еще не знаю как вернуть вам прежнюю форму, а еще я столкнулся с членом Клана Разрушения. — На счет первого я не удивлена, это вряд ли могло произойти так быстро. Что касается клана разрушения, то ты по крайней мере выжил, так что всё не так плохо. Однако, их присутствие на нашем острове, и тем более так глубоко в горах, несколько подозрительно. — Да, согласен. — Амелия, скажите, в этих горах есть монастырь подобный Аббатству культа? — Хм… — Амелия застыла в нерешительности. — Нет, и никогда не было. Мы знаем эти горы как свои пять пальцев. Нам пришлось изучить их, когда мы искали способы расширить это убежище. — Изначально его построили не вы? — Нет, мы не знаем кто его создал. От прошлых хозяев тут только не выразительный архитектурный стиль: буквально камень на камне, и ничего более. Мы только расширили это место. Но почему ты спросил про монастырь? — Потому что три дня назад в этих горах я нашел такой монастырь, и он был безумно странным. Внутри около пятисот монахов пребывали в каком то подобии сна или транса. Они называют себя церковью анабиоза или как то так. И у них же в плену находился член клана разрушения, душу которого мне пришлось поглотить. — Понятно. Кроме пленника ты никого больше не трогал? — Нет, честно говоря они меня малость пугали, так что я постарался как можно скорее покинуть это место. Как только я отошел на достаточное расстояние, монастырь пропал. После моей последней фразы, тусклый взгляд Амелии словно загорелся на мгновение. — Как ты туда попал? — Это было трудно. Я бродил по пещерам о которых вы мне рассказывали, и через заваленный тоннель попал в огромную полость, с множеством живых сталактитов. Еще там был скелет сжимающий в руке ключ, и тогда… В общем я там чуть не умер, но в итоге справился, и ключ привел меня к монастырю. — Тебе очень повезло, что ты не трогал тех монахов. — Так вы знаете, что это за место? — Да. Наше Аббатство было построено по его образу и подобию. Это один из пространственных монастырей Церкви Анабиоза. На самом деле у них много имен, например “Братство времени” или “Темпестус”, но суть всегда одна: это строго ограниченная группа людей которые практикуют управление временем. Высшие члены их группы обладают атрибутами времени. — Получается, что это очень опасная организация. — И да, и нет. О них очень мало известно даже нам: численность около двух тысяч, новых членов они не принимают, местоположение их монастырей постоянно меняется, намерения и цели неизвестны, но в каких либо откровенно темных делах замечены не были. — А много у них владельцев атрибута времени? — Мы знаем только о двоих, они называют себя “Архиепископами Темпестус”, настоящие имена неизвестны. Что касается их способностей, то раскрываться они начали не так давно: около сотни лет назад в городе Гида на Флегрейсе, появился очень могущественный демон атрибута разрушения, Эда. — Он убил больше миллиона живых существ, прежде чем появился архиепископ и запечатал его. Мы точно не знаем, что тогда произошло, но кажется Темпестус забрали демона себе. — А кто его призвал, тоже не понятно? — Скорее всего клан разрушения, поскольку на этом атрибуте специализируются только они. Если бы это был обычный демон, то он скорее имел бы атрибут хаоса, или на худой конец смерти, но не разрушения. А еще, он был просто безумно силен и практически полностью разрушил город. На его реставрацию сейчас уходит огромное количество ресурсов и рабочих рук. — Хм. Я вот тут подумал… А клан разрушения как то может быть связан с культом плоти? — Вполне возможно что это их “дочерний” культ. Им выгодно сеять хаос, они прекрасно умеют использовать его в своих целях. — И никто не пытался их остановить? — Пытались, и много раз останавливали, но они как бессмертная зараза, которая каждый раз возвращается даже после, казалось бы, безоговорочной победы. Однажды к ним в главное убежище заявился Белый мастер меча. Само собой через несколько минут от всего руководства клана и мокрого места не осталось, а через несколько десятилетий мы узнаем, что оказывается они все выжили, и теперь из другого места руководят своими разрозненным группами проклятых бандитов. — Вероятно у них тоже есть какой то секрет. — Конечно, как и у всех нас. К слову, могу похвалить тебя за расследование, ты действительно был прав. — По поводу? — На Флегрейсе и правда уже осведомлены о деятельности культа, причем довольно давно. Я связывалась с информатором два дня назад, они планируют отправить сюда еще кого то. Так же ко мне поступила информация, что этим местом интересуется культ теней, и их агенты уже давно собирают информацию внутри аббатства. Возможно, через некоторое время мы увидим информацию о боге плоти на аукционе тайн. — Никогда не слышал про культ теней и аукцион тайн, это какое то место, где торгуют информацией? — Верно. Культ теней специализируется на скрытном сборе информации. После сбора информация продается на аукционе тайн за огромные деньги. Конечно, иногда они берутся за мелкие заказы, у них для этого есть отдельные люди. Но основная их специализация это сбор крайне ценной и редкой информации. — Слушай, у меня есть подозрение что я видел их агента в аббатстве. По крайней мере, выглядела она очень странно. — Исключено. Мы знаем об культе теней не так много, но вот их главное правило известно каждому: ни при каких обстоятельствах не допускать обнаружения. Всё же их название дано им не просто так. — А, ну тогда видимо я перепутал… Наконец мы зашли внутрь каменной библиотеки, и я пригласил всех сесть за круглый стол, поскольку у меня еще было что рассказать. — Так, во первых давайте я вас всех познакомлю. Это мой дух меча, Лу́на, а это Амелия, глава этого места и мой временный наставник. С Эви вы вроде как знакомы, — я показал рукой на краснеющую Луну. — Ты действительно дух меча? — Да, я пробудилась совсем недавно, когда маны стало достаточно. Обещаю оберегать своего хозяина, и не доставлять вам проблем. — Лу́на вела себя очень спокойно, смущенно и тихо, словно не хотела навредить моей репутации или сказать чего лишнего. Я даже стал немного уважать ее за такое спокойствие, учитывая как она ведет себя со мной наедине… — Ну, теперь у тебя есть еще и героический артефакт, что может стать неплохим подспорьем в любой битве. — Еще бы, учитывая их редкость. Тем более что Лу́на необычный героический артефакт… — после этих слов я поймал на себе осуждающий взгляд Луны, словно она не хотела чтобы я продолжал. — Э.. да, она девушка с очень странным чувством юмора, и у нее небольшие провалы в памяти… Но я уверен вы быстро к ней привыкнете. — А я вот так не думаю, — Эви всё ещё сидела надув щёки, что было на нее не похоже. — Всё будет в порядке, Эв, не переживай. Лу́на уже однажды очень помогла твоему мастеру, так что он как минимум перед ней в долгу. Сидящая напротив меня Лу́на снова одарила меня взглядом, но на этот раз более чарующим, от чего я был вынужден сменить вектор диалога. — Да, Амелия, я мастерски научился поглощать ману и даже поглотил одну душу вместе с ее атрибутом. К счастью владельца мне удалось подавить, и теперь его сила моя. — Это действительно очень хорошо, подобный навык неоценим в классическом бою, но ответа на наши вопросы он всё еще не дает. И боюсь что ответ ты не найдешь так быстро, как нам хотелось бы. — Почему? Разве в этом мире всё не достигается упорной практикой? — Достигается, но не всё. Такие вещи требуют сложного мыслительного процесса и понимания сути собственной магии. Не забывай что фактически тебе нужно обратить магию смерти в магию жизни, даже если они тождественные то это всё еще не буквально одно и тоже. — Может мне тогда просто, ну не знаю… Убить смерть? В комнате повисла неловкая тишина, кажется я сказал какую то глупость. — Ну, знаете… Минус на минус дает плюс, раньше я встречал такое правило, но не уверен что тут оно работает. — И как ты собрался убить смерть? — Без понятия, это даже звучит малость смешно и пафосно, но кажется какой то смысл в этом есть. Убить смерть… Хаха, я как будто герой аниме, — все в зале смотрели на меня с осуждением, как на больного. — Ладно… Я еще над этим подумаю, а пока я хотел бы прочитать все книги что есть в этой библиотеке. Вы дадите мне на это время? — Разумеется, но тоже неделю. У тебя впереди еще пара дел, мы не можем ждать слишком долго. — Хорошо, тогда через неделю встретимся на тренировочном плато. — Буду ждать. Наконец, Амелия покинула нас, и я мог облегченно выдохнуть. Несмотря на ее вроде как живой разум, в диалоге она ощущается давяще холодной и безэмоциональной, что свойственно всем дезам которых я встречал. — Лу́на, можешь мне достать вон ту книгу в черном переплете, с последней полки? — Чем она тебе так приглянулась? — Не знаю, просто выглядит таинственно. Лу́на передала мне книгу, но к моему разочарованию, прочитать я ее не мог, ведь этот язык я не знал. Боже, сколько в этом мире языков? Каждый кобольд считает своим долгом придумать пару строчек “отсебятинки”, или искривить какое нибудь слово. В цивилизованных мирах люди давно перешли на пару общих языков, вроде мирового. — Мастер мастер! Я принесла вам еды, — Эви активно доставала что то из под стола, словно оно пыталось от нее сбежать. — Это что, живой поросенок? — Ага, но у меня нет огня… — Как ты вообще его поймала? — Вот так, — Эви подняла руку вверх, и поросёнок взмыл в воздух. По напряжению в ее лице было видно, что она очень старается контролировать свою магию, чтобы он не упал обратно. — Очень интересно. И как ты это делаешь? — Контролирую жидкость в его теле. — Значит ты управляешь не только водой? — Не знаю, не уверена. Это иногда работает а иногда нет. Например вашей магмой я управлять не могу. — Ну, это уже достаточно неплохой уровень контроля, учитывая что ты при этом не падаешь в обморок. Отличная работа однако. — Спасибо учитель! — лицо Эви засияло, пока я на фоне ее радости поджаривал летающую свинью до идеальной хрустящей корочки. — Лу́на, будешь? — А ты приглашаешь? — она села вплотную ко мне, с ехидным видом обняв мою руку, от чего Эви опять надулась. И что с этими двумя не так… — А духи вообще едят? — Ну да, правда куда попадает эта еда я не знаю. Наверное преобразуется в чистую энергию или что то вроде этого. — Звучит как отличный способ передать мне побольше энергии. — Я столько не съем.. — Ладно ладно, не буду тебя заставлять. Мясо поросенка оказалось на славу сочным. С прожаркой я не прогадал. В следующий раз надо будет попробовать более изысканный рецепт, если конечно найдем достаточно ингредиентов. — Слушай Лу́на, а чего бы ты хотела поесть? В прошлой жизни у тебя было любимое блюдо? — Ну если тебе интересно… Это была жареная морковь с говядиной. — Хм, звучит как что то, чтобы я попробовал. — А у тебя какое было любимое блюдо? — Честно, не знаю. У меня никогда не было особого выбора в еде, так что я ел всё подряд. — Тогда я как нибудь приготовлю вам что то на свой вкус, и тебе тоже, Эви. — Делай что хочешь. — Эви демонстративно уткнулась в книгу выражая свое “безразличие”. И так, своё обучение я решил начать с языков, поскольку без этого я просто не прочитаю половину книг что тут хранится. — Эй, Лу́, не научишь меня той практике ускоряющей сознание? Хочу учиться немного быстрее. — К сожалению я не умею, да и книги вы с собой в горизонт вряд ли сможете забрать. Разве что он у вас уже достиг материальной формы, но я сильно в этом сомневаюсь. — Справедливо, я бы узнал об этом первым. Ну, в таком случае придется по старинке. ---------- Испытание на терпение. Часть 2. — Наэрский, Асторский, Анакреонский, Мировой, Мертвый, Пять эльфийский языков, два дворфийских, язык подземного мира, немного драконьего, язык энтов, кобольдов, северных диких оборотней, восточных зверолюдей, и даже специальный магический диалект мирового языка. — Ты правда выучил всё это за три дня? — Вообще без проблем. Правда я потратил на это почти всю ману. Методика с ускорением времени была бы эффективнее. — Не факт. Возможно, она поглотила бы даже больше маны. — Куда уж больше... Боже, как же я устал. — Может хочешь прилечь? — Луна указала мне на свои коленки. — Сегодня только в качестве исключения. Я так хотел спать, что без раздумий согласился и почти сразу вырубился. Во сне мне снились слова. Много слов. Мой мозг всё ещё пытался обработать ту безумную кипу информации что я погружал в него эти дни. Да, я читаю очень быстро ускоряя себя при помощи маны, но вот сильно ускорить мозг почему то не получается. Определенный эффект есть, но он скорее отложенный. Чревато это тем, что теперь до меня даже во сне все еще доходит смысл слов, которые я прочитал несколько дней назад. Среди всех этих слов и символов я ощутил образ Луны. Как всегда, такая красивая. Скорее уж она похоже на солнце. И почему я дал ей такое имя? Она напомнила мне кого то из моей прошлой жизни... Неужели она правда не хочет вернуться в тело? Может быть, мы смогли бы найти способ отделить ее от меня и материализовать. С моими возможностями однажды я должен уметь и такое, иначе я просто бесполезен. Мне так сложно понять ее... И Эви, ее я тоже не понимаю. Она так привязалась ко мне за эти недели. Ей нужно стать более самостоятельной, пока еще не поздно. Я ощутил на своем лице теплую руку. Это была Луна. Не понимаю... В каких мы с ней отношениях? Я бы не сказал что люблю ее, но и сопротивляться ей мне уже не хочется. Мы едва знакомы, но ее искренность с первой минуты поразила меня. Я просто не могу не быть с ней искренним. Но разве нормально начинать отношения так быстро? Я о ней почти ничего не знаю, как и об отношениях... Раньше я всегда избегал физических контактов и тактильного проявления внимания. Я не могу позволить себе подпускать людей так близко, но... Луна ведь мой дух меча. Сейчас она часть моей души. Думаю, ей я могу довериться хотя бы по этой причине. — Просыпайся, а то проспишь всю неделю и ничего не выучишь. — За что... Эти книги преследуют меня даже во сне, что я им сделал? С трудом сев на каменной скамье, я протер глаза. Теплый свет свечи стоящей на столе приятно освещал библиотеку, хоть для меня это и было лишним. Я поспал всего пару часов, но уже восстановил достаточно маны чтобы продолжать свои изыскания. Благо информация теперь будет более качественная, а значит читать придется меньше, но больше думать. — А где Эви? — Ушла тренировать контроль маны. Я так понимаю, они сейчас именно на это делают упор. — Ну и правильно. Сначала техника, потом сила. Тут всё как в спорте: сначала ставишь правильную постановку позы, потом отрабатываешь движения. — Кстати об этом, твоё тело стало плотнее. — Ты трогала меня пока я спал? — Угу, — девушка зловеще улыбнулась мне, метнув в меня какой то книгой, которую я едва смог поймать. — И что это? — Читай. Книга называлась «Эссе по миру мертвых» за авторством некого Эледа Харсийского. Вся книга написана на мертвом языке Дезов. По началу мне показалось что это приключенческий роман, но дойдя до середины я понял, что автор хотел донести до меня нечто большее, связанное с природой атрибутов. — Если я правильно поняла, автор этой книги в завуалированной форме утверждает, что атрибуты это всё одинаковые способы доступа к мане. — Ага, я тоже об этом подумал когда слушал Амелию. По сути атрибут это только ключ к пониманию определенного аспекта управления маной. Иными словами управлять той же магией времени при желании можно и без атрибута, но с атрибутом это сделать намного проще, а без него едва ли кому то удавалось. — Слушай Луна, а какой у тебя был атрибут до того как ты... ну, ты понимаешь. — Честно говоря, я не помню. Я забыла об этом сразу после переселения души. — А твои близкие знали? — Только родители. Они меня и устроили служанкой. Мы жили очень бедно, и они решили «продать» меня этой семье в качестве служанки. Но, я их за это не виню, условия в городе были намного лучше, и там я наконец смогла лучше изучить магию. Наверное они хотели мне хотя бы такое будущее. — Да, теперь уже поздно судить, слишком много времени прошло. Я вот своих родителей тоже не виню. — Ты ведь и не помнишь их да? — Ага, знаю только что меня оставили маленьким на вокзале Лондона и больше никто меня не искал. В итоге подобрал священник... Эх, это была собачья жизнь. Еды на всех не хватало, и мы часто воровали, или дрались за еду. Я в итоге проиграл эту войну. Жизнь не закалила меня, а сломала. — За то теперь ты сильный, — Луна положила голову мне на плечо. Каким то образом она всегда оказывалась слишком близко, когда этого хотела. — Хорошо быть действительно сильным... Но знаешь, я сомневаюсь. От части ведь это самообман, все мои достижения. У меня просто не было выбора действовать иначе, не мог же я лечь и умереть. — Алан, — Луна приблизилась опасно близко, и серьезно посмотрела мне в глаза. — То о чем ты сейчас говоришь... в твоем мире это называют синдромом самозванца. Ты думаешь что твои заслуги тебе не принадлежат, потому что ты получил их слишком просто, но ведь тебе не было слишком просто, разве не так? Ты стойко выдержал все испытания, и можешь благодарить за это только себя. Это твоя заслуга, что ты искал выход. — Всё же пару раз мне помогли... И теперь мне нужно благодарить еще и тебя, — я положил руку Луне на щеку, — спасибо Лу, в спорах с собой мне всегда не хватает третьей стороны. Самостоятельно я кажется не способен победить себя. — Это нормально для всех людей, мы ведь все не идеальны. Если ты однажды сможешь победить себя самостоятельно... Тогда стоит задуматься, остался ли ты всё ещё человеком. — Лу, а чего хочешь ты? Ради чего живешь? Ты то обо мне уже всё знаешь, а я вот о тебе почти ничего. Девушка тихо улыбнулась, словно и не ожидала этот вопрос. — Хочу найти своё счастье в этом мире. Я еще никогда не была счастлива. — Счастье да? Было бы не плохо. В мире откуда я пришел, за счастье отвечают гормоны и прочая химия тела. Вводишь человеку препарат, и вот он уже искренне счастлив. Конечно, я никогда не разделял такой циничный подход, но и других не знал. — Это всегда расстраивало меня. Какой смысл добиваться чего то, если можно создать те же впечатления препаратом? И ведь они будут истинно схожи. Да и в этом мире всё так же. Тут всё так же есть эти процессы, он работает всё по тем же законами физики что и мой, только теперь тут есть магия расширяющая границы возможностей. — Угу, но для тебя как для осознанной личности это всё ещё не одно и тоже. Добиться успеха самостоятельно или получить его сторонними методами, в этом всё еще есть разница на уровне личности человека. — Наверное да... Я никогда не употреблял наркотики, не пил, не курил, да и просто по человечески счастлив не был. Ну, по крайней мере я знаю что такое радость, а она похожа на счастье, так что думаю, могу с тобой согласиться. — Ну вот и славно. А теперь тебе пора вставать и учиться, потому что боги не ждут. — Хах, боги. Да кому они нужны? Многие люди даже не знают об их существовании. — А мы знаем. Так почему бы не защитить тех, кто не знает?— Резонный довод. Действительно, лучше сделать что то и пусть у тебя не получится, чем не делать ничего. В прошлом я так себя успокаивал, когда начинал заниматься творчеством. Мол: лучше ошибиться несколько раз но научиться, чем ни разу не ошибиться ничего не сделав и не получив никакого опыта. — Видишь, даже тогда всё было не так плохо. Смотри, я тут нашла еще одну интересную книгу. — Название действительно интересное: «Сказание о демонах и богах». Я что то такое читал в прошлой жизни, но эта похоже про другое. Действительно, «Сказание о демонах и богах» буквально повествует о демонах и богах и их появлении в этом мире. — Хм, тут написано что: Как и люди, демоны и боги появились из чистой энергии принимающей разные формы. Как одна одинаковая нота в контексте разных аккордов имеет разный смысл, так и мана формируясь разными методами и формами создает атрибуты, живых существ и даже богов. Каждый бог подчиняется правилу, и лишь воля правил допускает появление богов. — Слушай, а ведь богами могут быть не только люди, да? — Так и есть. Действующий бог огня вообще элементаль. Да даже дерево в теории может стать богом, если ему конечно хватит навыка. — А навык подразумевает осознанность? — Не всегда. Зависит от атрибута. Из того что мы знаем, бог разрушения например был безумен, ибо что бы творить разрушение, не нужен разум. Наверное богом разрушения может стать даже особо злой хомяк, если его хорошо накачать негативной энергией. — В то же время исполняющий обязанности бога смерти должен точно понимать, кого ему стоит забирать а кого нет, или в конечном итоге он станет безумным богом смерти, и другие боги усмирят его. — А для них это выгодно? — Для большинства адекватных богов выгодно чтобы люди и прочая жизнь существовали на земле. От части потому что некоторые боги сами являются людьми, и от части потому что это бесконечный источник разной энергии. — А другие причины? — Не знаю, у всех свои мотивы. Но то что они могут объединиться в случае чего против угрозы, это факт. — Интересно, я могу стать богом своего серого пламени? Как бы это вообще выглядело. — Наверное очень красиво. — Слушай Луна, какой у тебя сейчас атрибут? — У Духов не бывает атрибута. А если говорить обо мне как об оружии, то это время. — Теоретически, ты можешь использовать этот атрибут на мне? — Могу, но это истощит твою ману в мгновение. — Ладно, тогда не сейчас. Но возьми это на вооружение, может быть я еще не один раз попрошу тебя помочь мне с этим. — Если ты задумаешь что то безрассудное, то я откажусь. — Обещаю не совершать необдуманных поступков... — Да у тебя и обдуманные поступки бывают не безопаснее, — Луна подкинула мне еще одну книгу. — Хорошо, тогда давай ближайшие четыря дня проведем за чтением, вместе. Думаю, в компании обучение пройдет веселее. — Угу. До конца недели по итогу не случилось ничего интересного. Я учился, потом учился и потом снова учился. Вроде как я занимался тем же чем и в прошлой жизни, но теперь я искал информацию ради себя и практической пользы, а не каких то там экзаменов. Бестиарий, травы, карты, ландшафты, виды магии и атрибутов, кланы, гильдии, политическая система, и многое другое прошлого через мою голову за это время. Количество информации в этой библиотеке просто поражало: тут были даже книги по зачарованию, которые я с удовольствием в мгновение изучил. В будущем обязательно займусь им подробнее. — Слушай, если эта библиотека лишь крупица тех знаний что хранятся в Аббатстве, то мы обязаны отвоевать его любой ценой. — Ты правда так любишь учиться? — Сама же видела моё прошлое. Раньше я жил ради этого. — Ну... На самом деле то что я видела отличается от тебя текущего. — В каком смысле? — Я видела какого то другого тебя. Он стоял в небольшой часовне, совсем один. Я подошла и взяла его за руку а потом... потом я очнулась. — А, понятно... Эт ои правда другой я, но у нас много общего. — Угу. Кстати, уже пришло время идти, солнце восходит. Сегодня будет новое испытание.. — Отлично, тогда выдвигаемся. Тут еще осталось много книг, но на первое время хватит и этих знаний. ---------- Испытание воли. Часть 1. Яркий солнечный свет ударил мне в глаза, и захотелось зажмуриться. На площадке уже ждали Эви, Амелия и Наракс. — Доброе утро. Как ваши дела? — Ничего особенного. Ты узнал, что хотел? — Узнал много всего, но к сожалению не по нашей теме. — Понятно. В любом случае, у нас не осталось времени. — О чем вы? — Нам послали помощь с Флегрейса, через четыря дня они прибудут на противоположную часть острова. К этому моменту тебе нужно быть там. — Четыря дня? Я добирался сюда три недели, при том что шел из центра. — Ну в таком случае докажи, что ты стал лучше. — А как же ваше превращение в людей? — Мы ждали тысячу лет, подождем и еще немного. В любом случае, если получится отбить Аббатство, то мы найдем ответ на наши вопросы. — Значит теперь вы в меня верите? — Нет. У нас не принято верить, но мы надеемся что ты хорошо проявишь себя, поскольку у тебя есть некоторые способности, и мы дали тебе достаточно. — Ну, хотя бы так. А зачем мне встречаться с этой помощью? Они сами не могут нас найти? — Могут, но в этом нет смысла, мы не руководим этой операцией. Весь этот поход задумала коалиция магических организаций, еще несколько месяцев назад. Они пришлют своих лучших магов, и вы нападете пока бог плоти еще не переродился. Более подробный план ты узнаешь у них. — Значит я обязан им подчиняться? — Нет, ты будешь с ними на правах наёмника. За работу тебе заплатят. — Это с вашей рекомендации? Амелия лишь молча кивнула мне в ответ. — Что же, тогда нужно прощаться. Я еще вернусь к вам, когда всё это закончится. — Если ты выживешь. — Хах, можете не сомневаться. В худшем случае сбегу с позором. — Эви, ты готова? Двигаться придется очень быстро, ты справишься? — Конечно справлюсь! — выпалила девочка. — Отлично, тогда в путь. Одним рывком я сорвался с места, стараясь двигаться всё же не слишком быстро, чтобы Эви от меня не отставала. Моя акробатика вкупе с усиленным кровью телом и усилением маны, позволяли мне развивать весьма приличную скорость. Думаю, добраться до другой стороны будет просто. — Эй! Эв, как побежим? Можем прямо, это кратчайший путь, но там будет болото а по нему неудобно двигаться. — Давайте лучше обойдем болото по левому краю через поля. — Хорошая идея, так и поступим. Всего за сутки мы преодолели примерно треть пути, но я стал замечать что Эви почти выдохлась, всё же для ребенка поддерживать такую скорость в течении суток было слишком. Глядя на нее, в голову приходил только один разумный вариант, позволяющий нам не опоздать на встречу. — Прости малышка, но это для твоего же блага, — я схватил Эви на руки, от чего та сначала начала брыкаться, и с удвоенной скоростью рванул вперед. — Мастер! Я еще могу бежать! — Ага, конечно. Ты опять переусердствуешь. — А вы разве нет? — Неа, мне замечательно. Я по пути еще и ману успеваю накапливать. — Вы стали настолько сильным в горах? — М, ну можно и так сказать. Просто я использую много разных техник и комбинирую их так, чтобы мне было проще. Со временем ты научишься делать так же. Знаешь ведь: для меня магия это пустяк. Практически пролетев еще метров двести, мой взгляд зацепился за что то в вечерней полутьме. Это была магическая сигнатура. В последнее время я брал себе за привычку периодически использовать магическое зрение, и сейчас оно уловило какую то сигнатуру напоминающую человеческую. Я изменил направление движения и максимально тихо приблизился к фигуре. Это был человек: мужчина средних лет в зеленом плаще с капюшоном, полностью покрывающем тело. Он почти сразу заметил меня, и выхватил из под плаща маленький кинжал направив его в мою сторону. Я опустил Эви на землю, и она отошла к ближайшему дереву заняв наиболее безопасную позицию. — Тише тише, я тебе не враг. По крайней мере пока ты не делаешь глупостей. Почему ты тут прячешься? — А почему я должен отвечать на твои тупые вопросы? Есть ли у меня хоть одна причина не напасть на тебя прямо сейчас? — Есть, — одним шагом переместившись мужчине за спину, я остановил клинок у его шеи. — Поверь, если бы я хотел убить тебя, то нашел бы минимум три способа сделать это раньше, чем ты сможешь осознать собственную смерть. — П..простите.. — Ты бываешь и таким? — Луна вышла из за дерева, удовлетворенно глядя на меня. — Помнишь, что я говорил тебе про ответную агрессию? Я с детства не люблю, когда мне угрожают. — Эй ты. Я получу ответ на свой вопрос? — Да сэр, прошу прощение за грубость...Я следопыт соседней деревни Лэш, она тут неподалеку. Ее сейчас захватили культисты плоти, и я затаился в этих кустах после разведки, чтобы обдумать дальнейший план. — Хах, быстро страх меняет людей, да? — Ага, ты права. — Эви, иди сюда. — Мастер, кто этот мужчина? — Тебе нужно будет охранять его некоторое время, пока я разберусь с другими гадами. — Эта девчонка будет охранять меня? Она же еще совсем ребенок. — Эта девчонка, моя ученица, и она при желании может превратить тебя в высушенный кусок плоти, так что выбирай слова осторожнее. — Я понял... — Сколько культистов в деревне? — Около сотни. Они собрали людей в хлеву, и скоро собираются их куда то увести. — И в чем заключался смысл твоей разведки? — Я хотел устроить одиночную диверсию. Тогда может, кто нибудь и смог бы сбежать. — Это гарантированный суицид. — Ну да... Но там есть дети, среди пленников. Я то что, своё уже почти что отслужил. — Хорошо, я тебя понял. Обещаю тебе спасти всех и каждого, а ты взамен больше не направляй на меня оружие, я это очень не люблю. — Конечно, я просто был напуган. Скажите, как вас зовут? Вы выглядите сильным. — Можешь звать меня Алан, а как зовут тебя? — Рорен, — мужчина протянул мне руку. — Что ж, Рорен, эта ночь будет самой веселой ночью в жизни культистов, — ответил я, принимая этот давно забытый мною жест приветствия, напоминающий мне о родной земле. — Отведи нас к деревне, нужно всё увидеть самим. Под покровом ночи, пробираясь через кусты, мы приблизились к деревне. Лес в этих местах был густым, а сама деревня располагалась прямо среди больших корней, и имела в центре большую площадь, полностью свободную от любой растительности. На этой самой площади собралось более сотни полуголых людей, измазанных кровью. Каждый из них носил на своем теле хотя бы один кусок красной ткани, а тела некоторых были подчистую забиты оккультными символами и пентаграммами. — И часто они совершают набеги на деревни? — Один-два раза в месяц. Раньше наш остров был достаточно неплохо населен, но теперь дикое население вымирает, а те кто выжил, бежали к морю. — А почему вы не бежали? — Мы не можем перейти через горы, нам не хватит продовольствия. — И у вас нет магов? — Конечно нет, откуда в такой глуши могут быть маги? У нас есть староста, и он честно пытался защитить деревню, но его в итоге всё равно взяли в плен. — Так, хорошо. У меня есть относительно надежный план. — Эви, ты идешь с Рореном к хлеву, и как только я начну отвлекать культистов, вы выведете всех людей. Если там будет охрана, убей их. — Я раньше не убивала людей... — Это больше не люди, воспринимай их как зверей. Если они не умрут, то умрут настоящие люди. — Поняла, — Эви серьезно кивнула мне головой, и думаю, теперь я могу не волноваться на ее счет. — И как ты отвлечешь их? — Увидите. А сейчас нам нельзя терять время. Расходимся по разные стороны, и через минуту начинаем действовать. Ради соблюдения собственных формальностей, я минуту полз в кустах к дороге, а потом выйдя на главную тропу, уверенно зашагал прямо к центру деревни. Приближаясь к центру деревни, я замечал тела и конечности убитых жителей. Головы детей и стариков были насажены на пики. Всё выдавало в нападающих первобытных дикарей, от чего во мне закипала кровь. Эти люди просто жили своей жизнью, просто стремились к чему то, а у них несправедливо отняли жизнь. Наказание за подобный поступок должно быть симметричным. Длинным рывком ворвавшись к огромному костру в центре деревни, я одним ударом отрезал сразу две головы культистов. Остальные, не понимая что происходит, подняли дикий вой и с криками бросились на меня. Однако, теперь им уже не выжить. Я начал свой кровавый танец, ни на минуту не сомневаясь в том что делаю. С каждым убитым культистом в моей голове всплывало лицо Мавра, и того ребенка замурованного в дерево, что мне пришлось убить. Это был первый человек которого я убил собственными руками, и те ощущения и близко не походили на то, что я испытывал сейчас. Сейчас я просто рубил мясо. Что вызывало еще больше отвращения, так это то, что разрубленные и даже обезглавленные культисты после смерти продолжали вставать, пытаться задеть меня своими копьями и обрубленными конечностями. Мне придется, сжечь тут всё до тла. В очередной раз дав волю эмоциям, я охватил всю деревню пламенем. Только в этот раз, всё было не так как с пауками. Я ощущал, что мое пламя пожирает не только плоть дикарей, но и их душу. Моё ненасытное пламя буквально передавало мне силу этих тварей, от чего я испытывал лишь омерзение. Ну, по крайней мере я сразу же потрачу эту энергию в нужное русло. Именно в этот момент я ощутил себя чистейшим воплощением смерти. Я решил убить этих тварей, и у них не оказалось права выбора, как и у их жертв. От меня нельзя убежать, меня невозможно игнорировать. Моё пламя найдет любого, и превратит его в пепел. Воистину, правит сильнейший. Главное не заиграться... Всего за двадцать минут деревня была полностью очищена от захватчиков. Вернувшись на исходную позицию, я встретил Эви с Рореном, и еще порядка десяти спасенных жителей. — Это все, кто выжил? — Да, к сожалению остальных мы спасти не успели. — Что это, черт возьми, было? — из толпы ко мне выскочил парнишка лет шестнадцати. — Мастер, я наблюдал за вами со стороны, вы устроили этим культистам настоящий ад! Никогда не видел, чтобы кто то так управлялся мечом. — Хах, ну что ты. Мой навык владения клинком далёк от идеала. Просто я очень сильно не люблю несправедливость, это легко выводит меня из себя. — Он и в прошлом таким был, опасный однако парень, — Луна появилась рядом со мной, как обычно обняв мою руку. — Как тебе эти культисты на вкус? — Отвратительно, а ты еще и их души поглощаешь. — Я делаю это интуитивно... Не знаю как отучиться. — Не боишься, что однажды эта энергия тебя захватит? Всё ведь не проходит бесследно. — Думаю, если я буду вымещать ее, как сейчас, то всё будет впорядке. — Что касается вас, ребята... — я окинул взглядом десять голодных ртов во главе со своим великим следопытом. — Дело в том, что я очень спешу. Я двигаюсь на южный пляж острова, там меня ждут некоторые люди, которые помогут нам окончательно одолеть культ плоти. Вам придется пойти туда же, но по моим следам. По пути я буду устранять любую угрозу какую замечу, так что ваш путь должен быть безопаснее чем обычно. — А что потом? — Что потом, узнаете потом. Честно говоря я и сам не знаю, но тут вам оставаться нельзя. Культисты пришлют сюда еще людей, когда поймут что с первым отрядом что то случилось, так что двигайтесь на юг прямо сейчас, и идите только по краю леса, не заходя в болота. — А вы что будете делать? — Я останусь тут на некоторое время, а потом продолжу движение вперед вас. Хочу подготовить небольшой сюрприз второй группе. — Хорошо, спасибо вам, мы перед вами в долгу. — Отблагодарите как нибудь потом, а теперь идите. Развернувшись, я пошел обратно в деревню и мои спутницы последовали за мной. — Эй Эв, не боишься смотреть на все эти зверства? — Нет, я уже видела такое раньше. Мы с дедушкой Маром жили не в одной деревне... — Понятно, можешь не продолжать. Я думаю, эти тела надо сжечь. Хоронить их у нас к сожалению нет времени. Придавая тела огню, я слышал последние желания умерших людей. Их души растворялись в моем пламени, а я в ответ дарил им упокоение, принимая их молитвы. Каждый из них думал и мечтал о своем: кто то хотел играть с другом в лесу, у кого то скоро была свадьба,а кто то просто любил рубить лес. Даже не верится, что в таком диком месте еще остались люди способные находить радости в таких простых вещах. Наконец, мое пламя наткнулось на огромное чувство вины. Это был староста деревни, не сумевший защитить своих детей, и своих подчиненных. Он ощущал себя слабым и немощным, хотя и обещал всех защитить. Что ж старик, я принимаю и твою волю. Культ плоти сделал достаточно, чтобы его наконец наказали. Закончив сжигать тела, я принялся создавать свой прощальный подарок следующей группе культистов, которая по логике обязательно тут появится. Я хотел попробовать наступательное зачарование. Группу магических пентаграмм, в которые я заключил часть своего пламени и спрятал под пеплом. Подобная ловушка неразличима для магических чувств, пока ты не наступишь на нее. В этот момент пентаграммы активируются, и пламя вырвется на свободу пожирая ближайших противников. Моя цепочка пентаграмм получилась не слишком большой, примерно пять метров в диаметре, с четырьмя внутренними кругами. Это уровень низшего зачарования, в которое входят пентаграммы до ста внутренних кругов. Есть средний и высший уровни, но о них я пока могу даже не думать. Закончив ловушку, я удовлетворенно смахнул пепел с рук. Погибшие тут люди в конечном счете получат тройное отмщение, так что я совершенно спокоен на их счет. А теперь пора уходить. Со стороны юга собираются грозовые тучи, где то вдалеке сверкают молнии. Не люблю я конечно такую погоду... — Всё в порядке? Луна обеспокоено смотрела на меня, кажется что на фоне грозы я выглядел чересчур тревожно. — Да, я надеюсь что всё в порядке. Пойдем, нам нельзя опаздывать. Подхватив Эв на руки, я продолжил движение. Сегодня я заложил первый кирпич в борьбу с культом плоти, но этого всё ещё слишком мало. Рыба гниет с головы, а их руки по всему острову. Не знаю, выдержу ли я... Голоса погибших в моей голове, необузданное желание культистов убивать, я чувствую всё это, и с каждым разом груз всё тяжелее... — Ты плохо выглядишь. — Правда? Просто мне стало немного грустно, что столько людей погибло зря. — Прекрати поглощать души. — Я не могу... Я не знаю как. Пламя меня не слушает, это все происходит интуитивно. — Значит не используй магию. Ты просто можешь использовать меня, я помогу тебе чем смогу. — Но эти культисты не умирают так просто... — Алан, пожалуйста, — Луна выглядела очень обеспокоенной, я видел ее такой впервые. Наверное, она всё же права. Меня уже предупреждали об этом, негативная энергия копится во мне, и я не успеваю ее вымещать... Слишком, слишком много негатива. — Хорошо, я обещаю что не буду использовать магию для убийства, по крайней мере для прямого. Усиление тела ведь всё еще работает. — Ага, всё верно. — А ничего, что я всё ещё буду убивать? — После убийства концентрация негативной энергии в пространстве намного ниже, чем если бы ты поглощал ее напрямую, так что это не так страшно, если только ты не убьешь целую армию. — Что ж, в таком случае с этого момента мне пора начинать оправдывать свой статус мечника. — Мастер, а кто дал вам этот статус? — Не знаю малышка, не знаю. Я просто так себя назвал, когда то давно, и это закрепилось у меня в голове. Я слишком люблю мечи, и уже сильно привык к Луне, так что в будущем планирую значительно отточить свои навыки мечника. — Надеюсь, у мастера всё получится! — Само собой, у меня всё получится. Если я кому и проиграю, то только себе, — я смахнул светлые волосы со лба своей ученицы, ее карие глаза смотрели на меня с тревогой. Похоже, что всем сейчас тяжело. Луна тоже с печальным видом следовала за мной, я понимаю что ее тревожило. Страх будущего. Наш путь уже определен: отступлю сейчас, и стану прошлым собой. Если же я не совершу ошибок, то всё будет хорошо. В худшем случае, я могу просто сбежать по заветам Люция, что бы стать еще сильнее в будущем. ---------- Испытание воли. Часть 2. Оставшуюся часть лесов мы натыкались на небольшие группы культистов, которых мне приходилось шинковать в капусту, чтобы они не ползали за мной лишенные конечностей. В такой ситуации я каждый раз удивлялся реакции Эви. По началу ей было неприятно, но со временем она просто перестала обращать на это внимание. Хорошо что она привыкает к подобному. Жизнь в этом мире может преподнести много жестоких сюрпризов. — Думаю, мы будем на месте через пару часов, — мой огонь уже разведал обстановку и кажется, океан был совсем близко. — Мы не опоздали? — Нет, у нас еще сутки в запасе. — Всё потому что мастер быстрый. — Угу, он у нас и быстрый и сильный. — Девочки... Пока рано меня хвалить, главное впереди. Рывками передвигаясь между деревьями, я играл сам с собой в полезную игру: закрыв глаза я старался ощущать окружающие меня объекты не используя зрение при помощи магических чувств, и перемещался буквально наощупь. Я делал это, поскольку хотел выжать максимум пользы из каждой секунды нашего путешествия. Действительно, всего через час я ощутил что воздух приобретает своеобразный соленый запах. Сейчас наступал день, солнце уже полностью взошло, и через несколько минут я вынырнул из густого леса на белоснежный пляж. — Все взяли купальники? — Я могу и без него, — Луна показала мне язык ехидно улыбнувшись. — Хах, я бы на это посмотрел, но не сейчас. На сверкающем в бликах солнца и отражении моря пляже, нас уже ждали. Вдалеке береговой линии, виднелся большой корабль. На флаге корабля была изображена желтая, шестиконечная звезда на белом фоне. — Это знак коалиции магических организаций, я читал о нем ранее. — А что это за коалиция такая? — Это шесть могущественных родов магов, все они с Флегрейса. Поскольку Флегрейс это место соприкосновения всех рас, то и каждый род принадлежит разной расе. Я слышал что между ними ведется постоянное не явное соперничество, но иногда они объединяются перед общей угрозой. Ещё поговаривают, что на самом деле они устроили магократию на Флегрейсе, но не уверен, на сколько это правда. — Звучит так, словно у них там змеиный клубок, — Луна подняла ракушку и приложила ее к уху, наслаждаясь «звуками моря». — Нравятся звуки моря? — Ага, это какая то магия? — Нет, просто психоакустика. Форма раковины искажает попадающий внутрь звук, и вкупе со звуком поступающим в твою ушную раковину образуется такой вот эффект шумов. — Ты всё на свете знаешь? — Неа, просто увлекался разными вещами в прошлом. Давайте поторопимся к нашим гостям. Они доплыли раньше чем мы планировали. Пройдя пару километров по берегу, вынырнув из за скалы разделяющей две части берега, мы оказались перед деревянной пристанью. Рядом с пристанью стояло здание напоминающее таверну или салун, и имеющее три этажа. Вокруг тут и там мельтешили рабочие с ящиками, на обращающие на нас никакого внимания. — Жарковато да? — Кто то похлопал меня по плечу. Я обернулся чтобы внимательнее рассмотреть собеседника: это был высокий мужчина лет двадцати двадцати-пяти с короткими, колючими темными волосами, грубыми чертами лица, и очень суровым взглядом темно-фиолетовых глаз, почти как у Нито. За его спиной висел очень большой, вероятно двуручный меч, а ремни на которых он держался были перетянуты через голый торс. На поясе поверх коротких серых штанов, напоминающих скорее шорты, висело множество каких то зелий и свитков. Несмотря на устрашающий вид, на лице сурового мужчины застыла доброжелательная улыбка, и он явно от меня чего то ждал. — Мы знакомы? — Ты ведь Алан? Мне описывали твой внешний вид, тебя сложно спутать с кем то. — Я действительно Алан, а вы? — Я — Рей. Один из офицеров экспедиции. — Это с вами мы должны были встретиться? — Всё так. — Очень приятно. Я Алан, а это мои спутницы Луна и Эви. — Они пойдут с нами? — Да, мы одна команда, и обузой они не будут, могу за них ручаться. — В таком случае приятно иметь с вами дело, юные дамы. А теперь давайте пойдем в трактир, выпьем и обсудим дальнейшие планы. — Да, я не против. Пока мы медленно шли к трактиру, я внимательно следил за рабочими разгружающими корабль. — Если не секрет, что вы с собой привезли? — Это грузы для для беженцев. Мы планируем освободить остров, но об этом чуть позже. В ящиках продовольствие, магические свитки, книги и одежда. — На одном корабле можно увезти груз способный прокормить целый остров? — Это не обычные ящики. Ассоциация выделила нам партию ящиков с расширенным пространством. Это достаточно дорогой вид хранилища, разработанный при помощи магии пространства; они вмещают в себя куда больше, чем кажется. — Разве это не слишком могущественная технология? — И да и нет. Их всё еще слишком трудно произвести, так что у нас тут их совсем мало. — Понятно. На самом деле, я бы хотел перейти сразу к делу: как именно вы планируете освобождать остров? — мы вошли в шумный трактир и сели у местной «барной стойки». Рей налил мне и себе по кружке рома. Давно я уже не пил крепкий алкоголь, но с моим нынешним организмом и не стоило переживать на этот счет. Осушив кружку до дна, Рей повернулся ко мне. — Ассоциация купила некоторую информацию на аукционе тайн. — О чем конкретно? — Я точно не знаю, во все детали посвятили только Рокудо, однако... Наша первичная задача предельно ясна: культисты держат людей по всему острову, они создают так называемые «сады» из которых черпается мана идущая на нужды культа. Нашей первой задачей будет уничтожение всех садов, и освобождение всех близлежащих деревень, поскольку всё это дает культистам силы. Из его рассказа становилось ясно, что он либо не осведомлен о боге плоти, либо ведет себя со мной очень осторожно. В любом случае, мне пока тоже не стоит раскрывать все карты. — По пути сюда я как раз помог одной деревне, там около сотни культистов. Мне удалось спасти только одиннадцать человек. — Не печалься, это тоже хороший результат, ведь каждый человек в нашей работе важен, — Рей добродушно похлопал меня по плечу. — Это правда. Мы будем зачищать сады разделившись? — Да. Хоть культисты в массе своей и являются пушечным мясом, но однако мы также получили информацию о неких «апостолах». Всего их четверо, они распределены между самыми большими садами, — Рей достал карту и расстелил ее на стойке, указывая мне на красные кресты. Сам остров с этой перспективы напоминал мне раковину улитки в профиль, с аббатством внутри и десятком красных крестов вокруг. Самые крупные сады равномерно распределены в разных частях острова. Мелкими садами займутся наши младшие, что касается тебя, меня и других офицеров, мы разделимся на пары и нападем на сады где находятся апостолы. Поскольку нам до конца не известна их сила, то действовать мы должны как минимум вдвоем. Кстати, ты идешь со мной. — Почему ты проявляешь ко мне такую благосклонность? — Ты получил очень хорошую рекомендацию, так что по статусу тебя приравняли к нам. Меня с самого начала поставили в пару к тебе, так что в этом нет ничего удивительного. В этот момент у меня в голове всплыл суровый облик Амелии, похоже что эта старая карга не такая злобная, какой кажется. — Ну и хорошо, будет приятно иметь с тобой дело. Когда мы выдвигаемся? — Завтра вечером. Если будем двигаться быстро то должны достичь юго-западного и юго-восточного садов к середине ночи. Мы рассчитываем на нашу ударную мощь, и поэтому необходимо сделать всё максимально быстро, по возможности не теряя времени нигде. — Да, если культисты поймут что против них ведется массивная компания, то обязательно попытаются что то предпринять. — Дорогой, — раздался шепот Луны рядом с моим ухом, — прошу прощение что перебиваю, но кажется в этой таверне не все свои, видишь того мужчину в углу? Я чувствую от него ту же сигнатуру, что и от культистов плоти. Он очень старается ее скрыть, но меня не проведешь. — Рей, я отойду на минутку? — Конечно, а куда? — Сейчас увидишь. Взяв свою кружку с недопитым ромом, я подсел за стол к подозрительной личности в капюшоне, а фигура в свою очередь не подала мне никаких знаков внимания. В этот момент, вся таверна повернулась на нас, и повисла тишина. — Добрый день, уважаемый. Меня очень интересует ваш плащ, не подскажете, где я могу купить такой же? — Их делают на заказ, — прозвучал нервный голос, явно принадлежавший парню моих лет. — А из чего? Может быть из ткани, или плоти каких то существ? — Вас правда так интересует мой плащ? — парень был готов вот вот сорваться. А ведь я просто задал пару невинных вопросов. — Конечно. Как видите, на мне практически нет одежды. — В таком случае, может быть тебя заинтересует еще и мой меч? Едва успев среагировать, я блокировал клинок нападающего у своей шеи. К счастью для призыва Луны мне достаточно мысленного сигнала, и она уже будет в моей руке, если вдруг у меня нет времени «пафосно» доставать ее из пространства. — Интересный трюк, но мне в любом случае уже нечего тут делать. Перевернув стол, мужчина в мгновение оказался у выхода, собираясь сбежать. — Эв, разберись. — Хорошо мастер, я попробую, — Эви выкинула руку вперед. Через мгновение, беглец застыл у двери как вкопанный. Его тело сильно тряслось, и он не мог сдвинуться ни на шаг. Все в трактире молча наблюдали за нами, а у кого то даже выпала ложка изо рта от удивления. Рей тоже не спешил действовать, видимо предоставив мне возможность проявить себя. — Что, ноги не слушаются? Чувствуешь да? Сейчас даже твоя собственная кровь против тебя. Подойдя к человеку, я сорвал с него плащ. Под плащом скрывался парень примерно моего возраста, с абсолютно седыми волосами средней длины, множеством оккультных татуировок на лице и озлобленным взглядом красных как кровь глаз. — Мастер, пожалуйста, скорее. Мне очень трудно его держать. — Конечно дорогая. Взяв парня за голову, я выбил его меч из руки, и грубо повалил его на землю. — Было очевидно, что нас станут подслушивать, но чтобы так нагло? Теперь я понимаю, почему Рей выбрал трактир для обсуждения этих вопросов. Поймать тебя оказалось слишком просто. Ты ведь культист плоти, да? — Чтоб ты сдох. — Последний кто говорил мне эти слова, уже на том свете, так что я бы на твоем месте отвечал нормально, — я сильно ударил культиста головой об пол, отчего доски на полу трактира лопнули. — Расскажи нам всё что знаешь, и мы подумаем что с тобой делать. — Я лучше сдохну, чем стану разговаривать с мусором вроде тебя. Похоже что культист не был настроен на конструктивный диалог, как впрочем и я. — Луна, мне стоит...? Девушка с осуждением посмотрев на меня, покачала головой. — Да, я ведь обещал... Ладно. Я еще раз сильно ударил культиста головой об пол, на этот раз раздробив ему лицо. Если понадобится, я повторю это действие еще и еще раз. — Ты ничего от меня не узнаешь. Скоро Тухоко возродится, и все вы утоните в собственной крови, а пока... — он начал захлебываться в собственной крови не успев договорить фразу. Через мгновение, я ощутил что жизнь покинула его тело. — Он мертв. Или это самоубийство, или им запрещено говорить на такие темы. Выбросьте пожалуйста труп. Я сел обратно за стойку, пока кто то утаскивал труп на улицу. Рей удовлетворенно протянул мне новую кружку рома. — Они все так. Эти культисты, их нет смысла допрашивать. Всё что они говорят, это — «Тухоко» а потом умирают. Мы уже пытались. — Почему ты тогда сразу меня не остановил? — Хотел посмотреть, каков ты в деле с врагами. В целом,ты меня не разочаровал. — Хах, ну спасибо, — мы ударились кружками, и я осушил до дна. — А твоя эта ученица, как ее... Эви, как она остановила этого культиста? — Она контролирует жидкость, в том числе кровь. — В таком юном возрасте? — Рей с удивлением посмотрел на тихо сидящую на соседнем стуле Эви, сегодня она была особенно невеселой.Такое количество людей подавляло ее психику. — Ага, всё таки она моя ученица. — А твой атрибут это.. — Огонь, у меня огонь. Но я не использую его, поскольку не очень хорошо умею с ним обращаться, и могу ненароком кого то повредить, а то и себя. Мне всё же ближе искусство меча. — Понятно, у меня хоть и не огонь, но я тебя прекрасно понимаю. — А что у тебя за атрибут? — Камень. Знаешь, бывает очень полезно, но далеко не всегда... Однажды, когда я еще только вступал в орден, я засыпал своего учителя камнями. Конечно ему это не особо повредило, но будь на его месте другой ученик, я бы мог и травму оставить. — Да, знакомо. Однажды я чуть не сжег своего друга, но к счастью у него была вода, так что всё обошлось. С того момента я стараюсь использовать только свой клинок. — Интересная форма у твоего клинка, это катана? — Я не уверен. Это героический артефакт так что мне сложно его классифицировать. — Героический артефакт? Рей в очередной раз удивленно развел руками, — похоже что в рекомендации нам не врали. — Всё так, — Луна подошла ко мне сзади, и обняла за шею, — я дух этого артефакта, приятно познакомиться. — Эй, парень. А это нормально что... твой меч.. И сколько ей лет? Рей смотрел на меня как на преступника, явно испытывая противоречивые чувства. — Не понимаю о чем ты. У меня прекрасный меч. Еще ни разу меня не подводил, как ты мог видеть. И с возрастом всё в порядке... — Да уж, сколько живу на свете, не перестаю удивляться странным людям. — В этом нет ничего странного, — в разговор подключился третий голос, это была рыжеволосая девушка в очень открытой облегающей одежде, с забинтованными руками и ногами. Веснушки в комбинации с большими зелеными глазами и широкой улыбкой, создавали в ней образ идеальной рыжей девушки. — Вот вот, и я о том же, — подключилась Луна крепко обнимая мою руку, от чего мне уже было трудно двигаться. — И вообще, нечего тут других людей осуждать, — рыжая девушка в шутку пнула Рея, и они дружно засмеялись. Я ощущал между этими двумя странную синергию, словно они знали друг друга дольше чем я в принципе жил в каком либо мире. — Это Элли, моя напарница. В этот раз вы с ней поменяетесь местами, на пару дней. — Очень приятно, я Алан. — О, тот наемник которого нам дали в качестве поддержки офицерского состава? — Ты конечно слишком высокого мнения обо мне, но да, это я. Да уж, интересная конечно компания. Возможно мне стоит... — Слушай Рей, у меня к тебе разговор, мы можем прогуляться на улице? Я хочу чтобы он был только между нами, — я позвал Рея поговорить наедине, поскольку хотел убедиться в некоторых вещах, которые другим слышать не обязательно. — Да, конечно. Пошли, походим. Оставив девушек в трактире, мы вышли на улицу и направились в лес по тропинке. — И о чем ты хотел поговорить? — Это касается итоговой цели задания. Вы знаете, зачем конкретно вас послали сюда? Кроме освобождения мирного населения. — Чтобы разобраться с культом плоти, так ведь? — Да, но вы знаете, в чем заключается цель культа? — Нет, этого нам не сказали. Сказали только что это будет очень опасное задание, вероятно из за апостолов. — Забегая вперед скажу, что всё намного хуже. — Да? — Рей с недоверием посмотрел на меня, словно ожидал какой то подвох. — Они воскрешают бога плоти. Для этого им столько маны и потому мы так торопимся. Если мы не успеем убить его в слабой форме до его пробуждения, то скорее всего умрем и мы, и весь остров, и ближайший континент пострадает. — Почему ты рассказываешь мне это? И почему я должен тебе верить? — Я рассказываю тебе это, потому что я понял, что у тебя тут тоже есть друзья. Культ плоти очень опасен, вы должны вести себя предельно осторожно. А на счет верить... конечно ты можешь мне и не верить, но осторожность никогда не бывает во вред, так что если можешь, то лучше прислушайся ко мне. Я видел ту тварь, что сидит в центре острова, и я скажу тебе честно: я не знаю как мы сможем победить ее. Выслушав меня, Рей некоторое время молчал. — Хм, а я почему то верю тебе. Спасибо за искренность, я предупрежу других офицеров, — Рей выглядел очень хмуро, словно осознал что то очень неприятное. — Кстати о других офицерах, где они? — Мы встретимся с ними на втором этапе задания, они сейчас не в этой части острова, поскольку мы стартуем с разных точек. — И у тебя с ними есть связь? — Ага, — Рей достал из кармана кулон с ромбовидным кристаллом внутри. — У каждого члена офицерского состава есть такой, для связи. — Сколько всего кораблей прибыло на остров? — Четыре корабля, семь офицеров, и около сотни аколитов. Они все хорошие ребята, так что с культистами справятся. — К слову об офицерах, какова ваша сила? Если условно разделять вас на сильнейших и слабейших. — Хм, у нас есть личный негласный «рейтинг» силы, среди офицеров. Я в нём на четвертом месте, Элли на третьем. На первом месте Рокудо, лучший мечник нашего ордена с атрибутом кости. На втором снежная эльфийка Филита, она маг льда. На пятом месте лучник Гилберт, он надежный парень, у него как и у меня камень. Шестое и седьмое место у нас занимают целители, Нова и Феликс, у них атрибут жизни, оба люди. — Атрибут жизни встречается так часто? — Ну, гораздо чаще чем атрибут смерти. Впрочем, мало кто умеет им достаточно хорошо управлять. — Хм, получается что у вас довольно много именно людей в офицерском составе. Разве коалиция это не межрассовая организация? Рей посмотрел на меня как дурака, словно я сказал какую то невероятную глупость. — Ты же не думаешь, что наш отряд это всё что есть у коалиции? Мы являемся только одиннадцатым по счету офицерским составом коалиции. Всего составов двадцать, и нас можно назвать практически золотой серединой. — Это всё меняет. В таком случае, почему они послали именно вас? — Больше некого. Сейчас клан разрушения и южные некроманты подозрительно активизировались, почти все отряды или залечивают раны, или на заданиях. — Понятно. Кстати, мне вот просто интересно, а какой у твоей напарницы атрибут? Ты кажется только ее и не упомянул. — У Элли ветер, причем очень не обычный. Он у нее как бы направление на усиление тела. Позволяет не столько управлять ветром вокруг, сколько усиливать им себя. По крайней мере она так им пользуется. — А оружие? — Ноги и руки. Она очень любит боевые искусства, так что это прекрасно ложится на ее атрибут. — Получается, она что то вроде боевого мага усиливающего типа? — Ага. — Повезло тебе с напарницей, это довольно изобретательное использование своего атрибута как по мне. — Не то слово. Пошли проведаем девушек, пока они там не умерли со скуки. Пока мы с Реем ходили по лесу и обсуждали предстоящие планы, постепенно стал наступать вечер, и к моменту когда мы вернулись на пляж, на небе уже проступали звезды. ---------- Накануне. Девушки похоже и не думали скучать. Собравшись вокруг костра под ночным небом, они тихо что то обсуждали и смеялись. Кажется Элли и Лу́на очень сблизились за то время, что нас не было. — Ну как вы тут? Я грохнулся на песок рядом с Лу́ной, делая вид что грею ноги у костра. Она сразу же обняла меня, чему я уже перестал сопротивляться. — У тебя хорошая девушка, советую тебе беречь ее, — подмигнула мне Элли. — Она не моя девушка, она просто делает что хочет, а я не сопротивляюсь. — Ну и в чем тогда разница? — Хороший вопрос, честно говоря я без понятия. Лу́на тихо захихикала прижавшись ко мне. Я ощутил тепло ее тела. Давно забытое чувство спокойствия, вкупе с парочкой других, настигли меня врасплох. — А вы с Реем как? Просто напарники? — Нее-а. — Не говори глупостей, мы просто напарники, — Рей сел рядом с Элли, держа в руке самодельный шашлык с какой то местной ящерицей. — Видишь Лу́, парни нас совсем не понимают. Им лишь бы драки да разговоры о силе и чести. — Ага, так и есть. — Не ты ли избиваешь меня при любом удобном случае? — Рей развел руками. — Просто ты твердый как камень, и сердце у тебя такое же, тебя даже бить не жалко. — А не надо было десять лет назад разбивать мое сердце! Я с того момента, знаешь ли, сильно изменился! — Вы знакомы так давно? — Угу, мы познакомились в семь лет на экзамене по отбору в орден креста. — Что это за орден такой? — Один из крупнейших магических орденов. Что то вроде большой семьи или школы, куда отдают способных детей обучаться до совершеннолетия, а дальше они или работают на орден, или идут своей дорогой. Конечно, есть и исключения... Например мы. — И вы оба работаете на орден? Как давно?— Уже больше пятнадцати лет. — Помню, перед выпуском он подрался за меня с помощниками главы. Его потом жестоко наказали за это, но жест был милый. — А нечего им показывать свой характер. С людьми нужно обращаться честно, и руки свои не распускать, когда не просят, — фиолетовые глаза Рея опасно заблестели. Я ещё не видел его таким. — Он просто пригласил меня на свидание. Тем более что я сразу же отказалась! — Дело не в этом... — Ну да, конечно, — Элли расхохоталась. — Да уж, всё это звучит здорово, хотел бы я познакомиться со всеми вашими ребятами. — Ну, я мог бы замолвить за тебя словечко перед главным, если ты вдруг захочешь вступить. — Думаю, я не против. — Ну вот и отлично. Кстати, мне вот интересно, как ты познакомился с этими девушками? Что ты вообще тут делаешь то, на этом острове? Просто ради денег приехал? — Хах, нет, деньги меня не особо интересуют. Я не уверен что хочу рассказывать вам всю историю, уж извините, но главное могу рассказать. У меня тут был друг, к сожалению он уже мертв, но я обещал ему отомстить. — Я так понимаю, это дело рук культа? — Да, он был одним из пленников этих «садов». Когда я пришел, было уже слишком поздно. Эви это его названная внучка, она единственная кто выжил после этого инцидента.. — Ужасно, бедная девочка, — Элли погладила Эви по голове, а та в свою очередь прильнула к ней. Похоже что они хорошо поладили. — Да, поэтому я хочу воспитать из нее великого мага, чтобы она впредь не попадала в такие ситуации. Что касается Лу́ны... Услышав своё имя, девушка проснулась и подняла на меня свои прекрасные золотые глаза. — Что касается Лу́ны да... она ведь меч, и досталась мне, можно сказать, в наследство. Я и не знал сначала что это героический артефакт, а потом как то так получилось, что она пробудилась... — Да, знаете, я была ему очень нужна. Без меня он выглядел таким одиноким, что смотреть на это было тяжко. — Правда? Звучит очень жестоко. И друга потерял, и в полном одиночестве остался. Звучит просто ужасно! — Элли кажется была искренне тронута этим кратким рассказом, а Лу́ только хитро поглядывала на меня, ожидая что я буду возражать. Впрочем, она была права, и возражать я не стал. — Одному действительно было тяжело. Много через что пришлось пройти, но теперь я тут, почти у цели. А вы ребята, тут тоже не ради денег? — Мы тут ради людей. Это уже не первый раз когда мы сталкиваемся с культами, и в итоге как всегда страдают невинные люди, — Рей поднял взгляд к звездам, в его глазах отражалась суровая печаль, и я прекрасно мог его понять. — Моя мать тоже в детстве была похищена диким культом. К счастью их спас Белый мастер меча, и всё обошлось, — Рей погладил свой клинок, словно тот был живым. — Белый мастер меча? Не первый раз уже слышу это прозвище... — Ты не знаешь? Это статус мечника мирового уровня. Их всего трое: серый, белый и черный мастера меча. Черный мастер меча сражается в основном на теневой стороне, и помогает разным диким культам и теневым организациям. Его уже давно не видно, потому что последний бой белому он проиграл. С белым я думаю всё и так понятно... — А серый? — О нём мало что известно. Его мотивы никому не ясны, он может как помочь обычным людям, так и монстрам. Появляется в любом месте в любой момент, и совершает поступки, причину и следствие которых очень трудно понять. — И как получить этот статус? — Убить действующего мечника, либо принять этот пост от него. Всё таки это не какая то должность, а статус признанный большинством, так что его еще нужно заслужить. — Справедливо. Мне о таком наверное не стоит и мечтать. — Не знаю не знаю, мы пока не видели тебя в действии. — Так, и чем мы займемся до следующего вечера? — Кто куда а я спать, нужно экономить силы перед завтрашним днём, — обняв Элли, Рей пошел в трактир. — Странные всё же между вами отношения. — Кто бы говорил. — Ага, ты тоже спать?— Да, спасибо за приятную компанию, но к завтрашнему дню мы должны быть полны сил. Не задерживайтесь тут. — Угу. После того как Элли покинула нас, мы остались втроем. Эви уже уснула своим мертвецким сном, и Луна кажется тоже спала в моих объятия. — Эй, Лу́. — Чего? — она подняла голову, и в свете звезд ее белоснежные волосы казались мне очень холодными. — Если мы победим бога плоти... Давай поищем способ вернуть тебе тело. — Ты правда этого хочешь?— Ага, — я аккуратно убрал волосы с ее лица, чтобы лучше видеть этот золотой взгляд. — Мне больно думать о том, что ты словно моя рабыня. Тебя ведь никто не спрашивал, хочешь ты быть мечом или нет, даже если в итоге ты привыкла. Всё это слишком несправедливо. Я правда хочу найти способ вернуть тебе тело. — А ты не избавишься от меня, как только это произойдет? — Пфф, а разве ты мне позволишь? Да и без тебя мне наверное будет одиноко. Знаешь, со временем я понимаю что недостаточно просто быть сильным. По настоящему сильные люди из моего мира всегда оказывались зачинщиками геноцидов или чего похуже, потому что им нечего было терять кроме своей идеи.Я не хочу стать таким же. У меня теперь есть вы, и мне есть что терять. — Говоришь так, словно если мы исчезнем то ты сразу станешь монстром. — Может так и было бы. Я не знаю... У меня всё ещё есть стержень, но в одиночестве он бы не выдержал. В общем, спасибо тебе.. — Это тебе спасибо, что заботишься о нас. Мои прошлые хозяева всегда относились ко мне как к вещи, живому щиту или в лучшем случае, умному оружию, но никак не как к человеку. — Знаешь, я никогда не смогу понять таких людей. В моем мире у людей вроде как нет души, у нас это лишь повод для легенд, сказок и религий. Но в этом мире всё иначе: душа это в первую очередь и есть человек, собирательный образ его качеств, его силы и знаний. Ты для меня сейчас ничем не отличаешься от обычного человека, тем более что ты даже можешь материализоваться, хоть и за счет моей маны. — Лу́на проникновенно посмотрела на меня. В ее золотых глазах блестели слёзы. — Прости, я не хотел сказать ничего такого... — Я знаю, просто давно никто не называл меня человеком. Я вытер слезы с ее красивого лица. Даже не представляю, как бы она выглядела с косметикой. Наверное, как настоящая богиня времени. — Может пойдем, потренируемся? Я хочу попробовать пару стоек и приемов перед завтрашним днем. — Конечно... — кажется она была немного разочарована, но всё равно выглядела счастливой. — Что то не так? — Нет, всё в порядке. Просто подумала, как действительно было бы здорово, будь я настоящим человеком, как раньше. — Не волнуйся, обещаю что это обязательно произойдет. Пройдя по пляжу чуть дальше от цивилизации, я стал в низкую боевую стойку со своим клинком. Не знаю как она называется, но я держал меч в одной руке немного отведя ее назад, и тренируя рубящий горизонтальный удар наотмашь. Потом я поменял стойку, и удерживая меч двумя руками, совершал вертикальные удары по воздуху. Вся эта отработка стоек может быть полезна в бою против действительно сильного противника, поскольку в хаотичной битве против культистов, выигрывает скорее скорость, нежели техника. Эти куски мяса я уже давно не расценивал в качестве своих оппонентов. Они не способны оказать сопротивление кому то сильнее деревенского следопыта, но их однако много. Они как крысы, и потом я должен быть готов давить их пачками. С этими мыслями я раз за разом отрабатывал свой вертикальный удар. Против по настоящему сильного противника, иногда выпадает лишь один шанс ударить, и этим шансом нужно воспользоваться по максимуму. Мой удар должен быть способен закончить бой за одно мгновение, потому что каждая секунда такого боя — опасность для меня и моих близких. В один момент, после нанесения удара, я почувствовал нечто странное. Словно мой клинок раздвоился. — Что это было? — Это твое познание меча так отражается на мне. — В смысле? — Чем глубже твоё тело познает мастерство меча, тем лучше оно резонирует со мной. Хороший мечник тренирует свой навык до уровня, когда мозг уже не принимает участие в выполнении механических действий. Так и становятся мастерами меча: привыкают к своему мечу, и сами становятся мечом. — По этому Като использовал мастерство меча даже будучи в режиме берсерка?— Ага, это просто привычка тела, но она требует долгие сотни лет практики. — Като вроде не сотня лет. — Он исключение, но я не помню почему. — А у меня не может быть его мастерства меча? У меня ведь его тело. — Как видишь, нет. Думаю это потому что тело перестроилось, и теперь это уже не Като. Всё же определенная связь с разумом должна быть, чтобы ты смог разрубить врага. Остальное это лишь удобство. — Да, понятно. Может однажды и я стану мастером меча. Было бы здорово. — Ну, мастер меча и хороший мечник это не одно и тоже. Далеко не все лучшие мечники владеют этим навыком, и наоборот. — Разве такое возможно? Что бы за сотню лет этому не научиться. — Это всё индивидуально. Не забывай что многим просто нравится ощущать свой клинок в руке, и иметь с ним некую духовную связь, чего не может быть с мастерством меча. — Да, ты права, всё зависит от человека. Кстати, уже восходит солнце, давай еще немного отработаем эту технику. — Я могу показать тебе, как делать ее правильно. — Ты одновременно можешь принимать две формы? — Ага, но это потребует больше маны. — Не проблема, давай. Теперь я отрабатывал стойку, но сзади меня обнимала парящая в воздухе Луна, направляющая мою руку. Похоже что некоторые навыки мечников она всё же не забыла, что впрочем не было так уж удивительно. — Я всё правильно делаю? — Вполне, но твоей руке не хватает твердости. Давай кое что попробуем: представь, словно воздух это камень, ощути его плотность и тяжесть, напряги мышцы, словно ты собрался колосом травы раздробить скалу, и тогда может быть у тебя получится хороший удар. Несколько осмыслив совет луны, я закрыл глаза и сосредоточился на клинке. Несколько минут собирая всю концентрацию в одной точке, я наконец собрался с силами и нанес сильный как мне показалось удар, после чего меня внезапно окатило водой. — Что происходит? Я в шоке открыл глаза, передо мной на пару десятков метров в океан уходила глубокая траншея, и даже расступившаяся вода не сразу заняла свое прежнее место. — Лу́, что это черт возьми было? — У меня к тебе тот же вопрос, что это черт возьми было? — со спины послышался восторженный голос Рея. За ним бежала Элли и рядом медленно плелась заспанная Эв. — И давно вы тут? — Около часа. Просто не хотелось прерывать вашу романтичную тренировку. — Хах, честно говоря я сам не очень понимаю, что сейчас произошло. — Это результат концентрации твоей духовной и физической силы в течении определенного времени. Силу твоего удара определяет скорость с которой ты можешь концентрировать эту самую силу, — объяснила мне Лу́на. — А, ну да. Этому учили и у нас в ордене, но в нашем ордене всего лишь пара человек способна на подобный удар, так что тебе можно только аплодировать. — Спасибо. Это правда очень сложно. Это даже сложнее чем следить одновременно за сотней объектов при помощи маны. Нужно держать в голове кучу вещей, а еще концентрировать силу... — Да, искусство меча требует долгих тренировок. — Найти бы еще на них время. Во сколько мы выходим? — Около шести вечера. Ты пока можешь продолжать свою тренировку, мы просто пришли проведать тебя. — Ну тогда, вы позовите как время придет, а то у меня и часов то нет. — Конечно, без проблем. И вновь спутники покинули нас, но вот Эви осталась и продолжила следить за моими тренировками. — Эй, не хочешь присоединиться? Давай комбинируем нашу тренировку, — предложил я девочке. — Хочу! Но я ведь не мечник, как я могу тренироваться с вами? — Хм... Давай так, ты будешь с максимально возможной для себя скоростью метать в меня водные стрелы, а я должен буду разрубать их при этом стараясь бить как можно сильнее. — А если я вас пораню? — Не волнуйся, пара царапин заживет на мне буквально за секунду. — Хорошо, тогда давайте попробуем. Эви немного отошла в сторону, и поднимая тонкие струи воды, словно это были маленькие водяные змеи, стала направлять их в мою сторону. По началу справиться с ними было просто: они летели прямо, довольно медленно, и даже с закрытыми глазами, я вполне мог разрубать их мощными ударами. Однако со временем, Эви начала ускорять атаки, и становилось всё сложнее. Змеи кружили, меняли траекторию, изменялись в размере и скорости движения. Честно говоря, я был удивлен навыкам контроля этой девочки. Из нее получится прекрасный маг воды, и не только воды, учитывая что она может управлять любой жидкостью в таком возрасте. Наконец, наша тренировка подошла к концу. Она длилась всего пару часов, но и этого было вполне достаточно. — Извините мастер, я не могу больше тратить ману, нам еще идти на задание. — Ты права, мне бы тоже следовало экономить силы. Но напоследок хочу кое что проверить. Подойдя к большой каменной скале, я закрыл глаза и сосредоточился чтобы нанести удар. Как и раньше, собрав всю силу в одной точке, я нанёс удар, но оставил лишь сорока-сантиметровую борозду в скале, обдув ее ветром от удара. — Не понимаю... Что не так? — Тебе не хватает уверенности, — Лу́на вновь появилась рядом со мной, обхватив мои руки удерживающие клинок. — Представь, что скала это воздух, и что этой преграды не существует. Твоя воля должна быть непоколебима, если ты хочешь разрубить этот камень. — Это действительно так работает?Закрыв глаза я сосредоточил все свои мысли на скале. Я старался представить ощущение отдачи от удара по камню, а потом словно удалял его из своих мыслей, будто разрубить камень так же просто, как и резать масло теплым ножом. Собравшись с силами, я медленно погрузил клинок в скалу, словно это действительно было масло. — Мастер, берегитесь! Едва успев отскочить на десяток метров назад, я увидел как огромный кусок скалы съезжая падает в море. В этот момент я испытал что то вроде шока, и полного непонимания происходящего. — Лу́, почему так? Это очередная заповедь мечника? — Ага. Острота твоего клинка зависит от твоего отношения к противнику, ровно как и сила удара зависит от твоего отношения к собственной технике. Если ты напуган, и тебе кажется что ты не победишь — ты действительно не победишь. Битва между хорошими мечниками это всегда не только сражение при помощи техники, но и психологическое сражение. — Ну, по большому счету это очевидно... Но не думал что в этом мире, подобное имеет настолько буквальный смысл. — Иначе не как. Помнишь ведь? Вид, форма и сила твоей магии тоже зависят от твоих желаний и стремлений. Твоё пламя не сожжет того, кого ты бы не хотел сжечь, пока твой разум в порядке. — Честно говоря, в последнем я не уверен. С каждым поглощенным мною существом моё пламя становится всё более жадным... — Вот поэтому тебя нельзя его использовать, пока мы не поймем что с этим делать. Ты должен сражаться при помощи меча компенсируя эту энергию. — Согласен, нужно действовать осторожнее. Кстати, смотри, там Рей идет. И действительно, солнце уже близилось к вечеру. Похоже что я тренировался на этом пляже целый день сам того не заметив. — Это ты так скалу покромсал? — Ага. — У тебя это впервые?— Агаа. — Что ж, поздравляю, теперь тебя можно считать полноценным мечником. — А ты так умеешь? — Конечно, еще в десять лет научился. А кто то и раньше умеет. Это всё таки основа основ. Кому то ей и учиться не надо на самом деле. — Что же, я так понимаю, нам уже пора идти? — Всё верно, мы выдвигаемся через пару минут. До последнего не хотел тебя отвлекать, но уже и правда пора. Выйдя к небольшой тропинке рядом с трактом, мы встретились с Элли. — С нами еще кто то пойдет? — поинтересовался я у Рэя. — Нет, мы идем отдельно. Элли сейчас идет направо, мы налево. По пути она должна встретиться с Филитой, они вдвоем нападут на юго-восточный сад. — Что ж, я надеюсь, всё это кончится хорошо. Где встречаемся после? — Как только закончим, сразу к Аббатству, а там сначала разведка, потом посмотрим. У Рокудо должны быть инструкции, он нам сообщит. — Элли, береги себя, — Рей поцеловал ее, и она помахав нам, скрылась в вечерней тени деревьев. — Э, так вы всё таки.. — А ты как думал? Просто это не публичная информация. В коалиции такое... не приветствуют. — Понял, молчу. Нам бы тоже пора идти. — Да, выдвигаемся. Последний раз бросив взгляд на океан, я уже хотел увидеть момент, когда снова буду стоять на его берегу. Надеюсь, что он наступит скоро, и что будет таким же ярким, как сегодняшний день. ---------- Друзья? Вопреки нашим планам, уже наступало утро, а мы пройдя всю ночь так и не нашли сад. — Эй, Алан, что будешь делать с деньгами, если справимся с заданием? — А много там платят? Я просто и так и так собирался разбираться с культом. Деньги для меня скорее приятный бонус. — Тысяча золотых за это задание, и ещё десять, если выживем. Хаха. — По расценкам Флегрейса это много? Я просто только в Наэрии жил. — Да, на это можно купить дом, или два дома. Это задание оценивается в категорию «смертельно», хоть мы изначально и не знали почему. — Странно что вас не предупредили. — Ничего странного в этом нет. Мы молодые бойцы, хоть и офицеры. Сражение пускай даже с не пробудившимся, но богом, нас бы отпугнуло. Всё же до этого мы сражались против более низких чинов культов. — Ну, может объединившись всемером, и ослабив его, мы и сможем победить. — Надеюсь на это. Внезапно в меня ударил сильный поток энергии. Это было немного шокирующе, поскольку до этого мы практически не встречали живых существ. — Мы почти на месте, я чувствую людей, очень много людей. И еще одна большая сигнатура, с очень плотной энергией. — Скорее всего это апостол, думаю что стоит начать с него. — Эви, пока мы будем разбираться с апостолом, освободи людей. — А как мне их освободить? — Тебе придется их убить. — Но.. Я остановился и сев на корточки, посмотрел Эви в глаза. — Я тоже прошел через это, так что сможешь и ты. Единственный способ помочь им, это избавить их от этой ужасной участи. Это сложно, но ты не должна ни в чем себя винить, ты лишь спасаешь их. Поняла?— Угу... — Вот и молодец, а теперь вперед. — Она точно справится?— Уверен что да, хоть по началу и будет трудно. — Правильно ли заставлять ребенка делать подобное? — Однажды ей пришлось бы стать перед сложным выбором. Если не сейчас, то позже. — А ты суровый учитель, может даже страшнее наших из ордена. — Просто я прагматичен в обучении. Чем раньше ты научишься принимать такие вещи, тем легче тебе будет потом. В этих местах лес стал изменяться приобретая всё более кроваво-красные оттенки. Мощная сигнатура была всё ближе, и в один момент мы выбежали на большую поляну, поросшую красными шипами и неким подобием увядающих роз. В центре поляны спиной к нам стояла высокая, почти двухметровая фигура женщины. На ее теле вообще не было одежды, а кожа напоминала кору дерева, с красными язвами и вздувшимися венами. В некоторых местах сквозь кожу проростали шипы, как те что были на поле вокруг нас. — Слушай Рэй, это случайно не энт?— Нет, слишком человеческая форма. — Видишь шипы на земле? На ней такие же. Я думаю, нужно быть осторожнее, уверен на все сто, что она может управлять ими. — Как ты до этого додумался?— Это очевидно. Готовь свой камень, если что укроемся от них. Видимо уже давно заметив нас, женщина решила повернуться только теперь, когда мы уже обсудили всё что хотели. — Неужели у нас гости? В ее голосе слышался шелест листьев и скрип деревьев. Множество ран на ее груди источали кровавые потоки стремящиеся в землю. Глазные яблоки вероятно были вырваны, и на их месте сияли лишь темные дыры. В открытой груди, глубоко под почти прозрачной кожей, струилась кровь по множеству вен и капилляров. — Ты «Апостол культа плоти»?— Я слуга Тухоку, бога и отца нашего. — Ты не возражаешь, если мы самую малость испортим его планы? — Почему вы стремитесь навредить моим детям?— Эти люди, не твои дети. — Они стали моими детьми, я приютила их в своем доме. — Слушай Рей, по моему с ней нет смысла разговаривать. — Ты понял это только сейчас? Как по мне, так существ с такими сильными метаморфозами всегда сначала надо убивать, а потом спрашивать. — Лучше и не скажешь. — Как вы смеете отвлекаться от меня? — раздался противный скрип, и в мою сторону полетел один из острых шипов. Я практически машинально разрубил его в воздухе, ощутив движение где то справа, в слепой зоне, и даже не поворачивая голову. — А о чем с тобой говорить? Тухоку Тухоку, вы только все и говорите о своем безумном боге. — Не смей оскорблять нашего отца! Напарник едва успел накрыть нас каменным куполом, как снаружи посыпался град шипов. — Ну вот, мы наконец ее разозлили. Кажется она не любитель прятать тузы в рукаве. — Что будем делать? — Она не выглядит очень сильной, но чтобы к ней подобраться без потерь, нужен какой то план. Ты случайно не можешь передвигаться под землей? — Нет, к сожалению у меня камень а не земля. — Да уж, вариантов в таком случае мало... — У тебя ведь огонь. Это вроде как идеальное оружие против нее, разве нет? — Да, но мне нельзя его использовать. — Почему? Тут кроме нас двоих никого нет. — Мне нельзя. Я не могу сейчас это объяснить, рассказ займет слишком много времени. Просто давай найдем другой способ. — Ну хорошо, тогда можно подобраться к ней рывком. — А шипы? — Шипы это проблема да... Они выглядят достаточно острыми, чтобы пробить кожу. — Слушай, а ведь я уже был в похожей ситуаци... Знаешь, у меня только что созрел план. Положись на меня, я всё сделаю. А теперь отзови на секунду камень. — Ты уверен? — Ага. Как только уберешь стены, сразу беги обратно в лес. — Что? Как я могу бросить тебя? Мы ведь должны работать вместе, — я заметил, что Рей становится более раздражительным. Похоже, сбегать не в его стиле. — Тогда прикрывай меня снаружи, и помоги Эви разобраться с деревьями. Если увидишь что я проигрываю, поможешь мне, но ни в коем случае не приближайся ко мне вплотную, это может быть опасно. — Ладно, я просто доверюсь тебе на первый раз. Поехали. Как только каменная преграда спала, в нас устремились сотни шипов, вонзающихся в тело. Их пробивная способность была поменьше, чем у тех же живых сталактитов, но их было на удивление много. А еще я ощущал как они прорастают в тело, если их не убрать, что вероятно и было «секретным оружием» этого апостола. Убедившись что Рей скрылся в лесу, я наконец мог проявить себя. Хоть я и не могу использовать пламя на врагах, но я всё ещё могу использовать его на себе. Раскалив своё тело подобно солнцу, теперь я был неуязвим для этих дистанционных атак, сжигая шипы проникающие в мое тело, а раны от атак тем временем быстро затягивались благодаря моей регенерации. — Ну и как тебе, нравится служить безумному богу, с мыслью что ты лишь инструмент? — произнося эти слова, я доставал из пустоты меч, медленно приближаясь к своему противнику. — Не зарывайся, я не боюсь огня. — Могу тебя заверить, я страшнее огня. Одним рывком переместившись вплотную к апостолу, я нанёс череду достаточно сильных ударов, с хрустом разрывающих капилляры и плоть моего противника. — И это всё? Хах, придумай что поинтереснее. Через мгновение существо оказалось на том месте, где ранее стоял я, на другом конце поляны. Ее раны затягивались невероятно быстро, даже быстрее чем у меня, а цветы на поле начинали шелестеть и синхронно колебаться. — Не попробуешь, не узнаешь. После очередного рывка, я вновь нанёс серию ударов. На этот раз мой клинок остро отреагировал на атаку, от чего она повторилась несколько раз создавая эффект «ряби в воздухе». Однако, это вновь не возымело эффекта. Появившись у меня за спиной, существо пробило мне грудь своей «ветко-рукой». Дерьмово, если я сейчас попробую сжечь ее, то наверняка сожгу тут всё до тла. Неужели она разгадала мой секрет? Оттолкнув от себя апостола, я сделал несколько рывков назад, но она вновь появилась у меня за спиной и вновь нанесла мне тот же удар. Теперь в моей груди зияло уже две дыры. Черт, кажется без пламени я не смогу ее победить. В любом случае, приняв решение не сдаваться я продолжил наступательные атаки, не давая ей нападать на меня и атакуя ее, когда она переносилась ко мне за спину. Со временем паттерн ее движений стал мне очевиден. Это существо всегда полагалось лишь на свою регенерацию, и не особенно продумывало стратегию атаки. — Ну что, будем танцевать до старости?— Признаю, ты неплох, но победить меня ты не сможешь. — В чём секрет твоей регенерации? Не поделишься? — Просто мои друзья помогают мне, в отличии от твоих. — Хах, ну раз не хочешь говорить, значит буду использовать тебя как тренировочный манекен. Последующие минуты тянулись для меня часами. Перемещаясь бесконечными рывками я совершал длинные и короткие серии сильных и слабых ударов, комбинировал техники, стойки, менял руки, и в целом использовал весь свой арсенал мечника на полную, опробовав практически всё что у меня было. Постепенно я стал замечать, что регенерация апостола увядает. Ее раны заживали всё медленнее, а шум цветов на поле становился всё тише. В один момент, мой глаз уловил Эви стоящую на краю леса. Девочка что то говорила дереву, после чего поднимала руку, и оно увядало. Ее лицо в этот момент было до жути серьезным, что впрочем говорило лишь об успехе моей воспитательной практики. И теперь же я начинал понимать, о каких друзья говорит мне апостол. — Похоже, твои друзья скоро не смогут поддерживать тебя, не так ли? Оглянись вокруг, твой лес почти полностью мертв. Цвет кожи апостола угасал, а кровь струящаяся по капиллярам становилась всё темнее. Лес вокруг увядал, и теперь в живых осталась лишь пара деревьев, к которым уже подходили Рей и Эви. — Ну так что, может быть у тебя есть последние слова? — Я переместился в плотную к апостолу, готовясь нанести заключительный удар. — Ты не уйдешь отсюда живым. — Алан! — откуда то издалека до меня донесся тревожный крик. Прежде чем я понял что произошло, моё тело уже было насажено на сотни огромных шипов вырвавшихся из под земли. Безумная боль эхом бушевала в голове, а шипы тем временем распространяли в моем теле яд ненависти, и пока мой взгляд мутнел, в душе росла безумная ярость. — Ах ты проклятая сука! — моё тело вмиг взорвалось безумным потоком черного пламени, пожирающим всё вокруг. В этот момент я ощутил, словно готов уничтожить весь мир. Монументальным усилием воли вернув свой разум в реальность, я убеждал пламя не трогать моих друзей, забрав всё остальное. Поток мыслей, желаний и стремлений, умерших в этом саду людей, струился в мой разум, едва ли не смешивая мою личность с общей массой других неизвестных мне людей. В попытках сохранять идентичность, я лишь без конца повторял свое имя. Кажется, я теряю сознание. — Алан! Алан, очнись! — кто то бил меня по щекам, судя по голосу это был Рей. — Что происходит... — Господи, ты жив. А я уж думал что мы тебя потеряли. Сев на обугленную землю, я схватился за голову; она безумно гудела, словно давление перевалило за двести единиц. — Сколько.. времени.. прошло? — Пара минут или около того. — Теперь ты.. понимаешь? Почему я не хочу использовать это. — Да, это было ужасно страшно. Ты словно создал бездну на земле, что это вообще за огонь такой? — Этот огонь отражает состояние души мастера. — Эви? — девочка едва сдерживая слезы бросилась обнимать меня. — Прости малышка, я не смог сдержаться... С каждым поглощенным существом, это пламя всё сложнее контролировать. Я не ожидал что у полумертвого Апостола еще будет что мне показать, да и те культисты в деревне... Мне не стоило поглощать их. Внезапно я ощутил, как прохладные руки обнимают меня сзади за шею. — Всё хорошо Алан, ты смог подавить это, и твои друзья не пострадали, а значит ситуация не стала хуже. — Лу́? Спасибо что была со мной в этом бою, твоя помощь была неоценима, ведь этот огонь... — Я всегда с тобой, а благодарить тебе стоит своих друзей. — Угу, спасибо и вам ребята. Кажется регенерацию этого апостола питали люди в этом лесу. Без вас, я бы сражался с ней вечно. Кстати об апостоле... Я осмотрелся вокруг. Ближайший километр в диаметре был подчистую выжжен, а на земле кроме пепла не осталось ничего. — Что это за пламя вообще такое? Оно что угодно может поглотить? — Пойдем к Аббатству, я расскажу тебе по дороге. Это долгая история. — Хорошо, но сначала мне нужно связаться с Рокудо, — Рей достал амулет для переговоров, и сжав его в руке, закрыл глаза. Амулет начал сиять, и кажется у них завязался мысленный диалог. — Всё в порядке, они со своим тоже управились. Он сказал что есть небольшие потери, но никто не умер, надеюсь с Элли всё в порядке. — Ты не можешь связаться с ней? — Сейчас попробую. *** — Нет, похоже что они все еще сражаются. — У них точно всё будет хорошо? — Да, они очень сильные. И Филита и Элли. — Тогда свяжемся с ними вечером. Пойдем пока. Нам нужно будет ночью где то остановиться, мои раны всё ещё не до конца затянулись. — Как ты вообще способен регенерировать подобное? Мне показалось что тебя буквально разорвали на куски. — Хах, это тело переживало и не такое, уж поверь. Тем временем, уже вечерело. Неужели я потратил на этот бой целый день? Для меня он длился лишь пару минут, настолько я был сконцентрирован почти до самого конца, где меня и застигли врасплох. Главное, держаться, и не винить себя... Не удержался, да, но в следующий раз этого не повторится. — Эй, Алан, как на счет разбить лагерь тут? — Рей указал на корень большого дерева, под которым виднелось подобие небольшой пещеры. — Отличный вариант, тогда тут и остановимся. Огонь ты уж сам как нибудь разведи. — Само собой. Через несколько минут мы уже сидели у потрескивающего теплыми огоньками пламени, ожидания наступления ночи. — Да, я ведь обещал рассказать тебе про пламя. В общем, это пламя с атрибутом смерти, и оно поглощает души. Я не могу это контролировать, и с каждой поглощенной душой негативная энергия копится внутри меня, побуждая остро реагировать на любые раздражители. В этом бою мне стоило больших усилий удержать его от нападения на вас. — Это... Понятно, — Рей помрачнел, явно осознавая, насколько я на самом деле могу быть бесполезен и даже опасен в качестве напарника. — Эта сила, моё проклятье. До конца я это понял только сегодня. Всё же я надеялся, что это пламя не будет трогать моих друзей, раз оно является частью меня. Однако... хоть души которые я поглощаю и растворяются, их энергия остается. Эта энергия меняет мою личность. — Лу, ты тут? — Конечно, я всегда рядом. Что ты хотел? — Я тут подумал, почему душа того психа из клана разрушения не растворилась, как остальные? — У него было достаточно воли, что бы задержаться в твоем теле, хоть сопротивляться он и не мог. — Значит тогда он всё же не сдался.. — Похоже на то, но против нас с тобой у него не могло быть шансов. — Угу. — Ты поглотил члена клана разрушения? — Рей смотрел на меня с опаской, словно боялся что тот, вот вот захватит мое тело. — Да, но теперь он запечатан. Я победил его в своем горизонте, так что можно считать, что его больше нет. Только вот его мана никуда не делась. — Тогда понятно, почему тебе так трудно контролировать себя. Возможность поглощать ману на прямую... О таком мечтал бы любой, конечно не думая о последствиях. — Я тоже мечтал о подобной силе когда то, но теперь.. не знаю, она все еще полезна мне, и она часть меня, так что винить в этом сейчас нужно только мою волю, не способную справиться с этим. — Ты слишком строг к себе, — Луна бесцеремонно положила голову мне на колени; в ее заботливом взгляде я видел отражение костра, и себя. — Алан, ты ведь понимаешь, что тебе приходится бороться с эмоциями сотни людей, проживших полноценную жизнь дикарей? Любой другой на твоем месте давно бы сошел с ума, так что твою волю можно назвать титанической. — Спасибо, это действительно комплимент для меня, — я погладил Лу по голове, от чего та чуть ли не мгновенно уснула. И почему она постоянно спит? — Знаешь Алан, я тоже думаю что тебе не стоит винить себя во всём этом. В конечном итоге ты ведь хотел как лучше, и спас много людей. — Это правда, но я не готов оправдывать себя. — Я понимаю тебя, мне знакомо это чувство, — Рей отвел взгляд к кронам деревьев, видимо сомневаясь, стоит ли продолжать рассказ. — Эта история случилась пять лет назад, мне тогда было двадцать лет. Совсем еще горячая кровь. Мы выполняли задание где то в северной части Флегрейса. Тогда там хозяйничали дикие культы, что впрочем с того момента не сильно поменялось. — По заданию мы должны были разведать обстановку в одном из заснеженных лесов. Нас было всего лишь то пять человек, чего для разведки более чем достаточно. Меня тогда впервые назначили временным главой отряда, и мы пробирались через снега под моим командованием. — В середине ночи наткнувшись на лагерь культистов, мы обнаружили там множество пленных. Порядка полусотни. Даже не представляю, как эти бедняги выживали там до этого момента. Хоть нашей задачей и была только разведка, но я решил что будет неплохо еще и попытаться освободить людей. Думал, что достаточно смелый и горячий, повёл ребят за собой. — Людей в итоге, мы спасли, но в том бою выжил только я. С каждым павшим товарищем груз вины ложился на меня всё сильнее, ведь их кровь была на моих руках. С того момента я... предпочитаю не командовать людьми, хоть меня и сделали тогда офицером вопреки всем моим возражениям. Теперь я могу довериться только друзьям. — Я соболезную твоей утрате, то что ты сделал это... Трудная моральная дилемма. Эти люди ведь могли и не дожить до момента, когда к вам придет подкрепление. — Ага, но это также не оправдывает меня. — А дедушка Мавр говорил мне ни о чем никогда не жалеть, — Эви внезапно включилась в диалог. — Он говорил, что иногда для спасения десятка людей приходится жертвовать жизнью единиц, и что в этом мире всё существует в таком ужасном балансе. — Даже если твой дедушка был прав, я всё ещё намерен сломить этот баланс. Хоть я и не могу победить себя, но вот другим своих друзей в обиду не дам. Я не хочу снова терять друзей ощущая свое бессилие. — Это и правда ужасно, — Рей понимающе похлопал меня по плечу, и выйдя из пещеры, принялся собирать хворост. Тем временем я стоял у входа, разглядывая звёзды пробивающиеся сквозь кроны деревьев. — Знаешь Рей, а у нас с тобой много общего. — Похоже на то. Внезапно мои магические чувства уловили нечто странное. — Подожди ка. Заметив какое то движение рядом с Реем, я едва успел оттолкнуть его, схватив рукой сверкнувший в темноте клинок. — Что.. — послышался знакомый неприятный голос из темноты. Не особо разбирая, куда нужно бить, я просто ударил в темную массу ткани ногой, вложив в этот удар всю силу. Треск костей раздавшийся на весь лес, прервался звуком удара мягкого тела об древесину. — Так так, и кто тут у нас? Очередной нарушитель? Подняв капюшон лежащего у дерева человека, я на секунду опешил. Это был тот же парень, что и днем ранее в таверне. — Снова ты? Я ведь кажется уже убивал тебя, разве нет? — Слава Тухоку, — процедил он сквозь зубы с надменной улыбкой, и изо рта у него заструилась белая пена. Он был мертв. — Ничего не понимаю, это близнецы? — Рей стоял рядом в недоумении. — У меня несколько теорий, но ответов на них у нас в любом случае нет. Так или иначе, передай всем офицерам, что за нами следят. — Хорошо, я как раз планировал связаться с Элли. Рей достал амулет, и несколько минут стоял неподвижно, обсуждая что то с другими членами одиннадцатого отряда. — Похоже что у Элли всё в порядке. Ее голос немного обеспокоенный и печальный, но кажется они победили. Я спросил у нее что случилось, но она говорит что всё хорошо. — А как у остальных дела? — Рокудо и Нова справились даже раньше нас, но это и не удивительно, Рокудо слишком силен. — Что касается Гилберта и Феликса, они закончили последними, но вроде как тоже без происшествий. — Получается, только у нас случился такой казус. — Похоже на то. — Ну что, наверное нам стоит пойти спать? Впереди очень неясный день, — я уже чувствовал сильную психологическую потребность во сне. Хотелось просто забыть произошедшее сегодня, промотав время до утра. — А на нас не нападут во сне? — Нет, я чувствую живых существ даже во сне. — Ты настолько хорошо развил концентрацию? — Ага, я постоянно в этом практикуюсь. — Ну, как скажешь. Вернувшись в наш импровизированный лагерь, я сел к стене пещеры под корнями. Эви уже дремала у костра; у нее сегодня тоже был очень тяжелый день. Закрыв глаза и расслабившись, сквозь поглощающие меня сновидения я ощутил, как ко мне прижимается Луна, а вместе с этим мои шансы хорошо отдохнуть увеличиваются в разы. Может быть, сегодня всё закончилось не так уж и плохо. ---------- Странные обстоятельства. Меня разбудил тихий шелест утреннего леса. С первым лучами пробивающегося сквозь листву солнца, тут словно вновь зародилась жизнь. Этот проклятый «сад» за время своего существования успел распугать всех зверей, и даже редкие птицы раньше тут не появлялись. Теперь же, в лесу наконец наступало первое свободное для всех его обитателей утро, когда робкие зверьки набравшись смелости начинали выбираться из нор за добычей. Повернув голову, я чуть не ударился носом об Луну, ее лицо было вплотную ко мне, и она с чарующим любопытством следила за каждым моим действием. — Доброе утро да.. — Доброе, как поспал? — На удивление хорошо, даже кошмары не снились. Я осмотрелся вокруг, Рея нигде не было видно, да и Эви тоже. — А где эти двое? — Эви тут недалеко, тренируется, а Рей пошел на небольшую разведку в сторону Аббатства. Вроде как скоро уже должен вернуться. — Понятно. Хорошо становится в этом лесу, он теперь словно снова ожил... Я чувствую столько существ, маленьких и больших. Неужто одиннадцатый отряд сможет подарить этому острову свободу? — Если не сможет, то жизнь лишимся не только мы, но и люди на континентах пострадают. Я посмотрел на Луну, и мне почему то сильно захотелось ее обнять, но я сдержался, поскольку мне такие действия со своей стороны все еще казались странными. — Слушай Лу, я вот думал ночью... Насколько важна моя жизнь, в сравнении с жизнью других людей? Вроде как ответ очевиден, но в тоже время возникают некоторые вопросы. — Она так же важна как и все остальные. — Я понимаю но... Я имею в виду: Люций учил нас, что если не можешь победить, стоит отступить и собраться с силами. И что не стоит жертвовать собой... Но ведь есть ситуации когда ты просто не можешь отступить; когда от твоих действий зависит жизнь других людей. — Ты о том, что нам делать, если мы не сможем победить? — Ага, какую сторону ты бы выбрала? — Ту, на которой будешь ты. Остальное меня не очень волнует... Знаешь, если моя догадка верна, то Люций ведь и сам пожертвовал жизнью ради других, — Луна осторожно улыбнулась мне, и моё желание обнять ее стало еще сильнее. — Ладно, я уверен что у нас всё получится. Мы защитим людей, и нам помогут наши друзья. Не зря же я готовился к этому бою так долго. Победим любой ценой, ради моего обещания и моих убеждений никогда не сдаваться. — Угу. Но сначала нужно до этого нужно дожить. За стеной пещеры раздались тяжелые шаги, похоже Рей возвращался с разведки. Войдя в пещеру, он поставил свой большой двуручный меч у стены, и сел напротив нас. — Смотрю вы тут воркуете. Я вам не помешал? — Нет, конечно нет. Как там дела с разведкой? Когда выдвигаемся? — Выдвигаемся, чем раньше тем лучше; сразу как ты будешь готов. Путь впереди чист, разве что живности внезапно много развелось. — Наверное это из за уничтожения апостолов. Думаю через месяц эти леса будет не узнать. — Ага. Они конечно и до этого не выглядели совсем уж мертвыми, скорее просто мрачными, но теперь жизнь прям бьет ключом. Ты уже готов идти? Нас там ждут. — Да, вполне, — мигом поднявшись с земли, я отряхнул свой торс от пыли. Кажется я спал так долго, что успел запылиться. — Слушай Рей, смахнемся как нибудь на мечах? А то я еще даже и не видел, как ты им орудуешь. — Пфф, конечно ты не видел, ты ж мне даже шанса не дал с апостолом. А на счет смахнуться... А почему бы и нет? — Рей закинул клинок на плечо, и вышел из пещеры, а мы последовали за ним. — Эви! — Крикнул я во весь голос, и через несколько секунд лицо девочки показалось из соседнего куста. — Вот ты где. Тренируешься? — Угу, — она показала мне мертвого кролика, которого держала за уши. Я всё еще не решался спросить у нее, каким образом она вчера убивала людей, практически не прикасаясь к ним, и наверное мне пока не стоит поднимать эту тему. — Ничего себе, ты поймала нам еду? — Ну да, правда жарить ее у нас нет времени. — Не проблема, — отправив маленький серый огонёк, я поджарил кролика прямо в руке у Эви, пока она невозмутимо боролась со страхом моего пламени. — Ого, ты используешь огонь? И он даже не черный. Неужто тебе стало лучше? — Рей дружески оперся на мое плечо, от чего кажется даже земля задрожала. — Да, после сна мне стало как то полегче. Да и вчера я прямо скажем, психанул, так что выпустил довольно много энергии. — А как же люди в деревьях? Их ведь ты тоже поглотил. — И да и нет. Всё таки большинство из них вы уже убили, так что мне достались лишь остаточные образы той энергии что не успела рассеяться. В той первой деревне что я зачистил, я тоже успокаивал трупы, и слушая их последнюю волю я в общем то, никакой негативной энергии не получал. Всё зависит от того, умер человек с ненавистью или грустью, всё таки это разные эмоции. — Да уж, магия сложная штука. Как она вообще может быть завязана на морали? — Скорее уж мораль в этом мире завязана на магии. Я думаю это более логичный вариант. — Согласен, всё таки магия была всегда а мораль... не знаю. Похоже наш утренний диалог зашел в тупик. Разделив кролика на несколько частей, мы двинулись в путь не отрываясь от трапезы. Мясо было достаточно грубым, и отдавало дичью, что впрочем не удивительно. Звери в этом месте были до ужаса напуганные и дикие. — Ты уже связывался с Рокудо? Он передавал какие то инструкции? — Да, мы разговаривали утром. Наша цель это шахта под скалой аббатства. Судя по планам здания, что у нас имеются, через нее можно попасть на нижние и средние уровни крипты, а оттуда в само аббатство. — На прямую мы попасть не можем? — Может и могли бы, но нам нужно найти что то на нижних уровнях крипты, и устранить это. Мы все должны встретиться внизу, у входа в шахту. — Думаю, культисты нас будут ждать. — Само собой. Разведка доложила, что они стягивают все силы к аббатству. Некоторые из наших отрядов даже остались без работы, потому что придя на захваченную территорию обнаруживали брошенные лагеря. — Похоже у них началась паника. — Ага, о нашем плане до вчерашнего дня не знал никто кроме внутренних членов совета коалиции. У них просто не было возможности подготовиться. — Слушай, а этот Рокудо, что он за тип? — Он хороший парень, добродушный и открытый, даже получше меня в этом плане будет. Много шутит, и никогда не падает духом. — Да? Не так я представлял себе лучшего мечника вашего отряда. — Хаха, все так говорят, а когда видят его, удивляются еще сильнее; Но, некоторые лидерские качества у него всё же есть, да и люди к нему прислушиваются. — Да, надеюсь мы со всеми из отряда поладим. — Не переживай, у нас ребята сговорчивые, тем более что ты вроде как уже зарекомендовал себя. — Они знают? — Ну, не всё, но я сказал что ты в одиночку заборол апостола, что вообще то не далеко от правды, так что кое что они и правда знают. Хоть эти новости и обнадеживали меня, но некоторых вещей я всё еще не мог понять. Почему только Рокудо получает инструкции? Почему формулировки такие размытые. Знает ли сам Рокудо, что мы ищем? Эти и многие другие вопросы атаковали моё сознание, пока мы медленно но верно приближались к топи, проглядывающей через линии уже редеющих в этих местах деревьев. — Ох, моя любимая топь, как же я по ней соскучился, — процедил я с весомой долей сарказма, подсаживая Эви на плечи, чтобы она лишний раз не тонула в особо опасных участках болота. — А, ты ведь уже был ходил к аббатству да? Я помню ты рассказывал, что видел зачаток бога плоти. — Не ходил, скорее убегал из него. И да, бог плоти это зрелище не из приятных. Огромная, голодная груда мяса. Впрочем, так он наверное и должен выглядеть. Боюсь представить, как он вымахал за тот месяц что меня не было. — Может и не так сильно. Месяц для бога это как секунда для простых смертных. — Ну не знаю, для этого может и так. Но всё таки среди богов есть и люди, у них то наверное течение времени довольно обыденно. Много кстати среди людей богов? — Довольно много. Мы знаем около десяти, и еще восемь имеют что то вроде статуса «пропали без вести». — А как вообще узнают об их местоположении? И кто их назначает... Плохо понимаю, как работает эта система. — Ну это что то вроде статуса, который выдается некоторым существам по решению совета коалиции. — Значит, за них голосуют? — Что то вроде того. Они собирают совет когда происходит чрезвычайная ситуация, и решают присуждать статус или нет. Иногда рождение бога еще знаменуется каким то природным катаклизмом. Например в прошлый раз, когда пробудился бог огня, на том месте появился активный вулкан. — Ну ничего себе. А что на счет их местоположения? За этим следит кто то специализированный? — И да, и нет. Всё через агентов и случайных людей. Кто то где то увидел, кому то рассказал, где то отследили. Некоторые боги и вовсе не прячутся. Вот например, бог металла, Окс, вообще сделал себя публичной персоной. Любит ходить по крупным городам привлекая к себе внимание, словно он какой то бог золота или славы. — Интересно, хотел бы я с ним познакомиться. Кстати, а бог славы существует? — Не думаю что существует даже атрибут славы. А если существует, как он вообще должен работать? Такие вопросы надо задавать ученым. — И то верно, — не закончив мысль, я случайно провалился одной ногой в болото, не заметив как мы довольно глубоко продвинулись вглубь топи. Болото теперь тоже заметно ожило: множество противной мошкары которая стремится съесть нас заживо, вкупе с гулом каких то зверей и пресноводных, создавали незабываемое впечатление настоящей топи. В некотором роде я даже соскучился по этим местам, а в новом свете они выглядели еще привлекательнее. — Никогда бы не подумал что скажу это, но мне тут нравится. Знаешь, атмосфера болота прекрасна, когда тебе на нём нечего бояться. — А действительно ли нечего бояться? Вот мы сейчас идем по пояс в воде, а там ведь и сидеть какая гадость может, — Рей выдернул клинок запутавшийся в кувшинках, попутно обливая себя водой. — Хах, ты похож на принцессу с этими кувшинами на голове. — Ну спасибо. — На самом деле я уже сталкивался с обитателями этих болот когда спасал Эви. Даже тогда они толком мне ничего противопоставить не смогли, так что думаю, всё будет в порядке. — Хорошо если так. А то кажется, вся животина сейчас смелеет после нашего подвига, того гляди, наткнемся на новых жителей. Как ни странно, Рей оказался прав. Уже через несколько часов, пройдя примерно половину болота, дорогу нам преградил новый противник. — Ну и ну, вот это громадина, — удивленно заметил Рей, присвистывая доставая меч и занимая боевую позицию. — Да не то слово. Как оно вообще тут выжило? Перед нами, примерно в десяти метрах, на множестве лап стояло огромное трехметровое чудище, напоминающее помесь паука и человека. От паука у него было тело, а от человека головы, из этого тела проступающие в некоторых местах. Всего порядка шести пар лап, и трех голов. Каждая голова имела множество паучьих глаз, а рты словно заросли кожей. Выглядело это конечно, пугающе мерзко. — Ну и гадость, из чего вообще могло родиться такое чудовище? — Без понятия, но я надеюсь мы обойдемся без моего огня. — Давай попробуем. Для начала запутаем его. Ты будешь атаковать справа, я слева. Сначала отрубим ему лапы, потом займемся головами. — Принято, тогда за дело. Сбросив с себя Эви, ловко приземлившуюся на ближайшую толстую ветку какого то низкорослого дерева, мы с криком бросились в атаку. После первой же нашей атаки, существо сразу же лишилось передней пары лап, едва не упав вперед своими лицами. Господи, как же я ненавижу пауков. — Не останавливаемся, теперь средняя пара лап. Не успев защититься, чудище лишилось и второй пары лап, от чего его равновесие уже стало заметно подкашиваться. Впрочем, это не помешало ему контратаковать нас, хоть контратака и не достигла цели. — Ну всё Рей, давай серьезно, а то это уже не смешно. Неужто ты не можешь паучка победить? — Кричал я ему на всё болото, стараясь создать ощущение вызова. — Ты сам об этом сказал, не жалуйся потом что тебе ничего не досталось. Одним мощным прыжком, Рей оказался у чудовища на спине, и насквозь пронзив туловище паука, разделил его на две части. При этом, даже после смерти, мерзкие мохнатые лапы еще некоторое время дергались, что пробуждало во мне давно побежденного арахнофоба. Что интересно, своим мечом Рей орудовал на удивление быстро. — Ого, а почему ты сразу так не сделал? — Хотел дать тебе шанс. Подойдя к Рею, мы по братски ударились кулаками в знак победы. В этот момент, на всё болото раздался неприятный гул. Понимая, что грядет что то серьезное, мы с Реем встали спина к спине, а Эви спряталась между нами. — Кажись это еще не всё. Ты ведь если что, сможешь повторить свой трюк еще раз? — Да запросто. — Отлично, потому что тебе это сейчас понадобится, — вокруг нас, прямо из глубин болот восставали такие же твари, как та что мы только что убили. Их тут было порядка тридцати штук, и они все вместе даже не могли уместиться в поле нашего зрения. — Слушай, я конечно всё понимаю, но я никогда в жизни не поверю в то, что такие громадины да еще и в таких количествах могут тихо скрываться в этих болотах. — Имеешь ввиду, что нам их подослали? — Вполне возможно. В такой среде обитания иначе они бы не выжили. Тем более что у них лица человеческие; на такое культ плоти вполне способен, я уверен. — Ну что ж, тогда давай посоревнуемся, кто больше зарубит этих тварей. Чур, атрибут использовать только в случае крайней необходимости. — Это конечно не прямой поединок, но чтобы уделать тебя, хватит и этого. — Давно ты стал таким смелым? — Прямо сейчас, — в одно мгновение оказавшись перед лицом своего противника, я нанес несколько раздваивающихся в пространстве ударов, легко разрывающих плоть и превращающих паука в нарезанную колбасу. Мой товарищ, впрочем, тоже не отставал и уже одолел двух пауков. Когда он только успел? Едва сумев уклониться от удара мощной лапы, я машинально контратаковал противника лишив его нескольких конечностей. Решив, что обычная победа будет слишком скучной, я решил усложнить себе задачу. Закрыв глаза, я стал перемещаться между пауками уворачиваясь, парируя и разрубая их на крупные куски. Из за их габаритов, они не могли атаковать все разом, и даже часто натыкались друг на друга, что превращало весь бой в огромную свалку, но в тоже время облегчало его нам. Всего через пару минут, на моем счету было порядка пятнадцати особей. Со всеми остальными уже разобрался Рей, теперь безуспешно пытающийся очистить свой клинок от внутренних органов этих мерзких арахнидов. — Тот кто планировал эту атаку, явно не дружит с головой. Эти пауки мало того что глупые, так еще и вечно друг на друга наступают. И всё это в болотах! — Ага, сколько на твоем счету? — Пятнадцать. — Хах, слабак. У меня двадцать-один. — А у меня один! — Эви бесцеремонно вмешалась в разговор, добродушно улыбаясь и указывая пальцем на изуродованный труп паука лежащего неподалёку. Его тело напоминало сморщенный, сдутый помидор, пропущенный через мясорубку и сохранивший едва заметные очертания своего прошлого облика. Из этой кучи мяса кое где даже торчали его скрученные в трубочку лапы. — Ну ничего себе... Ты теперь и меня начинаешь пугать. Ты ведь не сделаешь такое со своим мастером? — Мастер дурак, конечно же я не стала бы, даже если бы могла. — Может хочешь попробовать? — Не-а, — Эви отрицательно покачала головой. — Так, ну теперь то мы свободны? — Да вроде как... — словно в ответ на мой вопрос, болото затряслось еще сильнее. На этот раз я явно ощутил негативную энергию, исходящую откуда то со стороны аббатства. Прямо перед нами, словно из под земли, начал вырастать огромных размеров паук-мутант. Длина его лап достигала по меньшей мере десяти метров, а на месте где у других пауков были лица, у него находилось свисающее тело человека. — А вот с этим придется повозиться, — ошарашенно заметил Рей, вероятно никогда не встречавший подобного, впрочем как и я. — Ну что, похоже придется отложить наше соперничество на потом. — Берегитесь! — в воздухе перед нами застыло пятно кислоты, и через мгновение оно было отброшено в сторону. По всей видимости это было дело рук Эви. — Может тоже что нибудь сделаете? А то он нас заплюет этой жижей. — Хорошо, тогда тактика такая же, сначала лапы, потом всё остальное. Старайся рубить как можно ближе к основанию, чтобы он не мог двигаться на культяпках. — Замётано. Одновременно стартовав, мы принялись кромсать это огромное мерзкое чучело с двух сторон. Оно в свою очередь оказалось на редкость проворным и крепким. С первого удара у меня даже не получилось отрубить ему лапу, но к счастью, мой клинок за одну секунду способен совершать и больше одного удара, из за чего почти сразу чудище немного подкосило. Из открытой раны, где когда то была конечность, в мою сторону хлынула кипящая кислота, и не без труда уклонившись, я всё же получил небольшой ожог кожи. Этот момент нисколько не остановил мой натиск. После прошлых противников я уже был полностью разогрет. Забыв обо всём на свете, я вошел в боевой раж, и прямо на бегу отрубал конечность за конечностью, уворачиваясь от струй кислоты и яда. В один момент я так увлекся, что запрыгнув пауку на спину, начал вырезать из него куски, пробегая вдоль по мохнатому туловищу. Видимо не ожидая столь ожесточенного сопротивления, паук забился в панических конвульсиях, раскидывая во все стороны деревья и расплескивая воду. В этот момент откуда то снизу я услышал крик своего товарища. Спрыгнув вниз, под бушующую тушу паука, я увидел Рея, который лежал тяжело дыша рядом со своим клинком, под одной из обломанных, дергающихся лап. Подскочив к нему, я схватил его стонущее тело, а появившаяся рядом Лу́на взяла его клинок, и мы мигом доставили его подальше, к Эви. В животе у него зияла не глубокая рана, от которой во все стороны расходились фиолетовые подтёки, сигнализирующие об интоксикации и внутреннем заражении организма. Дело конечно, было дрянь, но выход есть. — Эви, если сможешь, попробуй вывести яд из его организма при помощи своего атрибута. Даже если придется его поранить, так он должен выжить. — А ты? — А я разберусь с нашим гостем. Что есть силы сжав клинок, я побежал прямо навстречу огромному чудовищу, и изо всех сил оттолкнувшись от ближайшего клочка земли, отправил себя в полёт, отчего за мной поднялась целая волна болотной воды. Немного просчитывшись с траекторией, я пролетев мимо торчащего из тела паука человека, и вонзился мечом в его лапу. Ощутив угрозу, чудовище начало хаотично размахивать конечностями, и я не удержавшись вновь отправился в полёт. — Лу, можешь кинуть в меня клинок? Рукоятью вперед. У меня есть идея, — после этих слов я запустил появившейся на земле Луне ее же форму меча, и она кажется поняв мою идею, бросила мне его обратно. Предельно тщательно рассчитав траекторию полета, я вложил половину своей маны в ноги, и оттолкнувшись от рукояти летящего в меня меча одной ногой, запустил себя в полёт прямо к человеческому отростку чудища. Единственная проблема заключалась в том, что я вложил в этот прыжок даже слишком много своей маны. Я едва успел пере-призвать меч для атаки, как уже практически вплотную подлетел к цели, что заняло у меня всего долю секунды. Сблизившись с человеческой фигурой, я ощутил безумный прилив адреналина, словно сейчас сделаю нечто невероятное. Едва успев выставить клинок вперед, мое лицо почти вплотную встретилось с лицом «человека» прорастающего из мерзкого туловища паука. В этот момент я ужаснулся, ведь его лицо я уже видел. Это был всё тот же, преследовавший нас в таверне и позже в лесу парень, убитый мною уже два раза. Взяв себя в руки и не собираясь останавливаться, я лишь ухмыльнулся старому знакомому, рассекая его тело надвое, и с чудовищной силой инерции двигаясь прямо сквозь гигантскую тушу чудовища, обливаясь кислотой и внутренними органами, от чего тошнота неминуемо подступала к горлу; Лишь прилив адреналина подавлял во мне все эти мерзкие чувства вкупе с протестом желудка. Наконец, импульс потерял свою силу, как раз в момент, когда я буквально вылетел из монструозного тела существа. Упав в воду, я попытался низвергнуть содержимое желудка, но у меня не получилось. В довесок к этому, меня еще и накрыло волной болотной воды вызванной падением огромного тела. Не без труда поднявшись, я поспешил к своему другу. Мои ноги ужасно гудели, а каждая мышца ощущалась так, словно была раскалена до предела. Похоже, я снова перестарался. Подбежав к Рею, который пытался откашляться после захлестнувшей его воды, я первым делом начал проверять его рану. — Я смотрю, ты всё таки смогла вывести яд? — Угу, — Эви гордо смотрела на меня, явно ожидая похвалы. — Молодец, хоть ты в нашем отряде умеешь спасать жизни, не зря обучалась. — Хах, а сам то? Я еще никогда не видел столь-эффектных убийств чудовищ, — Рей рассмеялся, тут же поплатившись за это кашлем. — Ты поосторожнее, рана вроде не глубокая, но с ядом было опасно. Как ты вообще так умудрился? — Да на меня эта паучиха всем весом надавила; ты там так разбушевался что она просто всё вокруг громить начала. Благо кое как отбился, а там уже и ты подоспел. — Долго будет заживать? — я указал на живот Рея. — Да пару часов. Силы еще есть, так что это не проблема. — Хорошо, тогда сейчас найдем островок суши и задержимся там. Я помог товарищу подняться, и мы вместе доковыляли до ближайшего клочка почвы, аккуратно укрытого деревьями, куда видимо пауки не добрались. С трудом усевшись, мы наконец могли с облегчением выдохнуть. — Фух, что это вообще было? — Помнишь парня в таверне, и потом в лесу? Это снова был он. — Неужто какой то пятый апостол? Не могут же они быть одинаковыми. — Вполне возможно, что он владеет магией призыва или клонирования, или чем то вроде того. — Хозяин, это было очень эффектно, — Луна появилась рядом, буквально выплывая из под воды рядом с нашим небольшим островом. — Ага. А ты сразу поняла, что я хочу сделать? — Не до конца, но инструкция была весьма ясная. — Я как то даже сам себе удивился, просто пришла идея в голову и всё, особо времени подумать не было. Только ноги теперь болят ужасно. — И это с вашим трижды закаленным телом... Похоже хозяин выложился на полную. — Так, я просил тебя так меня не называть.. В ответ она лишь игриво засмеялась, и скрылась под болотной водой, словно «владычица озера» в одноименном рассказе, который я очень любил в детстве. — До аббатства остался максимум день пути, передай Рокудо что мы малость задержимся. — Да не надо, уже через час можно выдвигаться, я почти в норме. И действительно, рана Рея затягивалась подозрительно быстро. Конечно не так быстро как у меня, но всё еще достаточно, чтобы не сбить наш хрупкий график. Ну вот и хорошо, тогда двинемся к ночи. ---------- Одиннадцатый отряд. Часть 1. К середине ночи мы достигли края болота, практически вплотную подойдя к пустынной, потрескавшейся земле. Отсюда мы могли прекрасно рассмотреть аббатство в лунном свете, а рассмотреть было что: теперь, когда мои чувства обострились, я явно ощущал ужасающую угрозу со стороны этой монументальной готической постройки. Над острыми шпилями этого некогда прекрасного собора, кружили огромные птицы, издалека напоминавшие гаргулий. Для более же детального их рассмотрения, даже моего зрения не хватило бы, ибо отсюда до аббатства было по меньшей мере километров сорок. Впрочем, может и хорошо что у меня не такое мощное зрение, сначала мне было трудно привыкнуть даже к этому «разрешению». Всё же в моей прошлой жизни, только у орлов было подобное, или хоть немного близкое к этому зрение. Ступив на территорию пустоши, я не обнаружил никаких изменений, кроме возросшей опасности исходящей от аббатства. Уже некоторое время у меня складывается впечатление, словно попав на этот остров, мы на самом деле оказались на виду у бога плоти, и что скрыться от его взгляда в принципе невозможно; Да и даже если это было не так, не то чтобы у нас был выбор дальнейший действий. — Рей, как твоя рана? — Уже полностью затянулась, спасибо Эви за помощь, — здоровяк подкидывал крупный камень в воздухе, пытаясь определить его вес. Только сейчас я заметил, насколько хорошая у него была на самом деле физическая форма. На его фоне я выглядел высушенным стариком. — Да уж, чем ближе мы к Аббатству, тем меньше мне это нравится. — Тоже чувствуешь угрозу? — Само собой. Да и знаешь, эта пустыня сама по себе не очень то дружелюбная. Когда я был тут впервые, то только и делал что отбивался от всяких тварей. — Как ты вообще умудрился попасть в аббатство так, чтобы потом из него бежать? — Это длинная история, может когда нибудь и расскажу, но уж точно не сейчас. — Да ты прям мистер загадочность. Значит о нас тебе всё знать надо, а о себе ты и такого не рассказываешь? — Эх, друг мой, если бы всё было так просто. Могу только тебе сказать, что то, что там происходило, было главным поворотным моментом моей прошлой жизни. — Оу, всё так серьезно? — Ага, я с того момента сильно изменился. По крайней мере я на это надеюсь. — А каким ты был раньше? — Лучше уж и не вспоминать. Главное что теперь я лучше. — Мудрая мысль, ты похоже не только мечом махать умеешь? — дружно засмеявшись, мы перекинули друг другу камешки; это было нашей небольшой локальной игрой. — Давай кто дальше кинет. — Так не интересно, давай лучше, кто сильнее. — У тебя всё в мускулы упирается? Ну ладно, можно попробовать. Шагая по ночной пустоши мы разбрасывались камнями, оставляя в окружающих нас невысоких скалах глубокие вмятины и трещины. — Слушай Алан, а где все? Сколько мы уже идем, привлекаем внимание, а никого нет. — Хороший вопрос. Думаю, все твари или стеклись в аббатство, или испугались нас. — Тогда может нам ускориться? — А ты уже можешь? Мои то ноги давно прошли. — Да, я же не дед какой то. Подумаешь, небольшая царапина. Переживу. — Значит давай кто быстрее. — Хах, ты сам об этом сказал. Рванув с места по ночной пустыне, мы ускорились, возможно, в десяток раз. Честно говоря я хотел как можно быстрее добраться до аббатства, не имея ни малейшего желания вечность плестись по этим пустошам. Что интересно, Рей отставал от меня всего на один-два километра, а Эви бежала рядом с ним сохраняя его темп. Учитывая мою текущую скорость, это весьма похвальный результат. И вот, к середине дня, мы снизив темп подобрались до той самой роковой скалы. — Где конкретно вход в шахту, которая нам нужна? — Вроде как с другой стороны; нужно обойти ее вокруг. И действительно, с другой стороны, мы нашли то что ожидали, хоть и несколько в другой форме. Продвигаясь вдоль скалы, я уже начинал слышать какие то разговоры, доносящиеся из за ближайшего поворота, где скала выступала немного вперед. Подойдя еще ближе, я услышал как разговор резко затих. Ощутив внезапную опасность, я машинально выставил блок, и не прогадал; в этот же момент мой клинок встретился с клинком нападающего. Его ярко-красные волосы и холодный взгляд темно-серых глаз, вкупе с сильно заостренным носом и в целом довольно худым лицом, создавали странное ощущение «холодной но усталой опасности». Было в его облике некое противоречие между непоколебимым спокойствием и в тоже время угрожающей опасностью; Очень похоже на серьезного меня. — Кто ты? — задал мне вопрос нападающий. Давление его клинка было значительным, но я вполне мог его выдержать. Его голос также принадлежал одному из тех, кого я слышал когда только подходил к повороту. — Зависит от того, кто ты. — Я... — парень хотел продолжить диалог, но тут посмотрев мне за спину, он резко изменился в лице, в половину ослабив давление на клинок, и кажется став спокойнее. — Рокудо, ну ты чего? Я ему о тебе столько хорошего наговорил, а ты решил впечатление испортить? После этих слов, я уловил во взгляде парня удивление. Мгновенно убрав меч, он протянул мне руку. — Прошу прощение, что не узнал тебя. Я глава одиннадцатого отряда, Рокудо, а ты вероятно, Алан? — Ага, — я доброжелательно пожал Рокудо руку, это рукопожатие было холодным и серьезным, словно экзамен по ядерной физике. — Видишь, я же говорил что он хороший малый, просто очень уж аккуратный. А где остальные? — Поравнявшись с нами, Рей чуть не упал, когда сзади в него врезалась Эви. — А это.. — Это моя ученица, она будет с нами если ты не против. — Да, конечно, чем больше людей тем проще будет. По поводу остальных... Еще не все добрались, — Рокудо перевел немного отстраненный взгляд куда то в сторону горизонта, кажется полностью уходя в собственные мысли. — А мы вообще то тут! — из за угла к нам вынырнули сразу две персоны: первой была девушка, ей и принадлежала эта громкая фраза. Выглядела она, как типичный ученый средних веков, каких я много встречал в учебниках истории: бурые неопрятные волосы, голубые глаза скрытые под круглыми очками; из одежды какая то невзрачная серая мантия, и книга на поясе. Кажется при себе у нее не было даже зелий, что странно для целителя, кем она скорее всего и была. За ней робко плелся русый парень с низко опущенной головой; мне была знакома эта поза, в прошлой жизни я ходил так по улице, когда от меня требовалось пересекать общественные места, где я очень не хотел заглядывать людям в глаза. — Привет Рей... — тихо поздоровался он, осторожно поднимая в нашу сторону свои сверкающие карие-глаза. Заметив меня, он приблизился и робко протянул мне руку. Его взгляд всё же отличался от взгляда прошлого меня; в нём было больше затаенной решимости. — Я Феликс, приятно познакомиться. — Я Алан, и правда приятно, — в ответ я постарался улыбнуться настолько искренне, насколько вообще мог. — Какой красавчик! — девушка подлетела ко мне, и попытавшись схватить амулет висящий у меня на шее, почти сразу получила по руке от появившейся из за моей спины Луны. — Только смотреть, не трогать, — сухо произнесла моя напарница, поддевая амулет пальцем. — Да я же просто... — кажется девушка немного расстроилась. — Ахахаха, — внезапно раздался смех от того, от кого похоже его не ожидал никто. Это Рокудо глядя на нас, словно резко вышел из транса и начал заливаться хохотом. — А вы интересные ребята; не думал что у тебя будет дух меча. — Как ты узнал? — У всех свои секреты, — он мрачно подмигнул мне. — В любом случае, это Нова, второй наш целитель, знакомьтесь. Она и правда самую малость неугомонная, но в целом с ней можно работать. Неустанно кивая головой, Нова приблизилась ко мне, с аппетитом разглядывая мой амулет. — Где ты его нашел? Не поделишься? — Ты поверишь мне, если я скажу, что снял его с трупа на котором ничего больше не было? — Вполне поверю. В жизни исследователя иногда и не такие вещи случаются. — А с этим амулетом что то не так? — Нет, наоборот, очень искусная работа, и явно древняя. Я бы сказала, что в нашу эпоху такие делать не умеют. — Да уж, послушать современных магов, так раньше был прям расцвет цивилизации. — Так и есть, — Нова с умным видом поправила очки, — если бы не стремительная деградация магических искусств, люди бы уже давно покоряли пространства за пределами нашего мира. — Ого, есть и такие? — Ага, и довольно много, но проходы к ним уже давно утеряны. — Кстати, — я обратился ко всем присутствующим, нас тут теперь собралась целая компания, — вопрос может показаться вам странным, но попрошу не задавать встречных; кто то может объяснить мне, что еще за деградация магических искусств проходила последние пару тысяч лет? Я постоянно о ней слышу, но вот о причинах почему то говорить не принято. — Не удивительно, — в диалог вмешался Рокудо, его спокойный и размеренный голос сопровождал спокойный проницательный взгляд, — когда то давно и богов не существовало, разве что дикие. Со временем ученые разных рас накапливали знания, и эти знания, в частности о природе магии, становились всё подробнее и детальнее. Народы становились сильнее, и в один момент все внезапно осознали угрозу просвещения: появилось слишком много умных и сильных магов. Однако, на тот момент было уже поздно. Началась война, которая похоронила большую часть знаний и технологий тех времен во льдах и песках. — Война между кем? — Всех со всеми. Это была, можно сказать, истерия. Только сейчас я осознал, что оказывается читал об этом в библиотеке дезов, но тогда не совсем понял, к чему вообще относилась данная информация. Теперь картинка в моей голове наконец складывалась в единый пазл: вот уж действительно, горе от ума преследует магов до самой смерти. — Существует много теорий, — вмешалась в диалог разочарованная Нова, которая видимо хотела сама рассказать эту историю, — по некоторым теориям эту войну целенаправленно начали давно забытые культы, по другим теориям это был сговор. Точно мы не знаем, слишком мало данных сохранилось. — И что мешает теперь заниматься наукой? — Много чего, например сытый желудок. Там где люди могут спокойно жить, большего им зачастую и не нужно; а там где людям выживать трудно, они о науке особо и не задумываются, используя магию как дикари. — Звучит очень грустно. Было бы хорошо создать место где ученые смогут безопасно трудиться. — Ну, не всё так плохо. Исследования идут и они даже финансируются некоторыми независимыми городами и странами. Однако до былого величия всё еще далеко.. — Извиняюсь что прерываю ваш разговор, но где Элли? — Рей похоже был обеспокоен отсутствием двух последних членов отряда. — Их задержали по пути, но совсем скоро они будут тут. — Задержал кто? — Некий культист с которым они вроде как уже встречались ранее. — Какое совпадение, мы такого тоже встречали, причем три раза. Пришлось убить его три раза, что бы он отстал. — И каждый раз это был один человек? — Ага, прям культист культистом, и смеется без остановки; натуральный псих. — Если задуматься, я такого тоже видел, — Рокудо машинально потер пальцем лезвие своего клинка. По счастливому совпадению у него тоже была катана, хоть и более классического вида, с квадратной цубой и рукоятью обмотанной тканью, под которой виднелись какие то узоры. — Кстати Рокудо, разве с вами не должен быть еще один? Лучник, вроде бы Гилберт да? — Он пошел в шахты на разведку. Из нас всех он самый тихий, так что ему эта роль и отведена. По идее скоро должен вернуться, как раз когда Элли с Филитой будут тут. — Элли будет в худшем случае через пять часов, похоже у них всё хорошо — Рей держал в руке амулет для связи. — Отлично, тогда к ночи будем погружаться вглубь, а пока давайте просто ждать. Разойдясь кто куда, все стали заниматься своими делами. Даже Эви подражая медитирующему мне, сидела в позе лотоса и вращала в воздухе каплю воды. Краем глаза я заметил, как ко мне идет Феликс. — Алан, можно тебя на минутку?— Конечно. Что-то случилось? — Нет, просто хотел посоветоваться. — И какого рода совет тебе нужен? — Это связано с управлением маной. Я кое чего не понимаю, и мне никто не может помочь. Я подумал, может ты знаешь. — Так в чем проблема? — Понимаешь, у меня атрибут жизни, но с ним есть одна проблема... — Тааак. — Он иногда можно не исцелить а навредить, из за чего меня часто в шутку называют анти-лекарем. — Действительно, чумной доктор, хах. Даже в контексте моя шутка прозвучала довольно жестоко, но парень кажется не обратил на нее внимания. — Ты знаешь что с этим делать? Разве может быть такое, что бы атрибут жизни что то разрушал? — Скажу тебе так: я знаю что это, но я не знаю как это исправить. Хорошей новостью для тебя является то, что я сам ищу ответ на этот вопрос, поскольку у меня атрибут смерти, а я обещал кое кого вылечить своими силами. — Теперь я точно ничего не понимаю. Как атрибут смерти может лечить? — Так же атрибут жизни калечить. Атрибут это просто ключ к определенного рода манипуляциям с любыми видами маны в теле других существ. — Значит, всё зависит от рода энергии? — Может быть и так, но ты что, лечишь людей в приступах безумной ярости? — Согласен, звучит очень странно, но если твои слова правдивы, то примерно так оно и должно работать. — Честно говоря я не понимаю, как нынешние магии при таком уровне образования все еще не знают об истинной природе атрибута. — Просто им это не нужно, — вмешался Рокудо в разговор, — они действуют по шаблону. Среди современных магов, изобретательных — единицы, и большинство из них, по иронии, или боевые маги, или активные владельцы какого нибудь лука или холодного оружия, но никак не чистой магии. — Неужто это последствия как раз таки общей доступности магии? — Ага, людям просто говорят что делать и они делают. Маги прошлого изучали всё сами, полагаясь на чистый энтузиазм и личный опыт, вот и вся разница. — Да уж, как по мне, владение мечом всё же надёжнее магии. — Согласен, а еще оно ответственнее и смелее. Мало в мире магов, которые смотрят своему противнику в лицо перед тем как ударить. — Главное что у нас так не принято, — я одарил Рокудо многозначительным взглядом отсылающим к нашей первой встрече, и он похоже был полностью согласен с моей точкой зрения. — Ладно, пойду погуляю что ли пока по скале. — Смотри не попадись вражеской разведке. — А может они о нас и так уже знают? У меня есть ощущение, что за нами следят с момента входа в пустыню. — Тогда нам стоит поторопиться. Решив прогуляться немного выше по скале в том месте, где она была не такой отвесной, я поднимался наверх через густой кустарник и небольшие деревья. Внезапно я почувствовал, как кто то хватает меня за руку. — Ну как тебе эти ребята? — Луна явно была взволнована таким количеством знакомств за раз. — В целом мне все понравилось. Рокудо выглядит не так подозрительно как я ожидал, а об остальных и сказать особо нечего. Разве что Феликс немного застенчивый, но целителям в целом свойственна эта черта. — Кого то он мне напоминает... Кажется он не так прост. — Ага, тоже об этом подумал. Поднимаясь по скале которая только становилась круче с каждым шагом, в один момент я ощутил неустойчивую почву под ногами, словно стою на деревянной доске которая вот вот провалится. И действительно, через мгновение я едва не отправился в свободный полет, но Луна схватила меня за руку, и теперь я висел над тоннелем уходящим вглубь. — Это было опасно. — Ну, я бы наверное выжил, но всё равно спасибо. Запустив вниз огонь, я решил разведать обстановку. Спуск до ближайшей поверхности оказался не так уж глубоко, порядка пятидесяти метров. — Отпускай. — Уверен? — Ага, разведаем что там внизу. Если что, выкопаюсь по старинке. Только очень надеюсь, что это не поднимет шум на всю гору, иначе наш план будет провален; если конечно о нас уже не известно абсолютно всем. Луна отпустила мою руку, и я будучи преисполненным духа исследования, полетел на встречу темноте. ---------- Одиннадцатый отряд. Часть 2. Отряхнувшись от пыли и грязи, я осмотрелся вокруг. Я находился в штольне какой то очень ветхой и заброшенной шахты. Та доска, что изначально проломилась у меня под ногами, в действительности оказалась одной из балок шахты, коих над моей головой было очень много, и я в процессе падения с гнилым хрустом проламывал их ногами. Что ж, кажется тут давно никого не было. Решив не использовать пока свое пламя, я спокойно двинулся по заброшенной штольне. Антураж конечно был прекрасен: гнилые брусья, тут и там торчащие железные пруты, и даже изрядно проржавевшие рельсы для вагонеток. Всё указывало на древнюю заброшенность этого места. — Интересно, как давно тут никого не было? — Луна рассматривала в руке кусок гнилой деревяшки. — Пару десятков лет точно, а может и больше. Надо было спросить у Амелии, как давно они строили аббатство. Выйдя на развилку, я прислушался. Из правого тоннеля до меня доносились отдаленные звуки шагов. — Слушай Лу, можешь проверить, кто там идет? Выгляни там как нибудь из за стены. Девушка исчезла, и через минуту появилась у меня за спиной. — Какой то человек, на спине лук. Негативной энергии от него я не почувствовала, и выглядел он опрятно, разве что лицо в грязи. Сначала шел сюда, но на каком то повороте свернул. — Хм, это Гилберт что ли? Давай ка пойдем за ним. Луна указала мне направление, и совсем скоро я увидел в конце одного из тоннелей, стремительно удаляющийся свет. Похоже что парень от кого то бежал. — Он всегда так бегает? — Нет, он шел спокойно когда я за ним следила. — Хм, может почувствовал что за ним наблюдают? Для начала нужно его догнать. Всего пары десятков рывков мне хватило, чтобы догнать светловолосого парня в зеленом плаще, с луком на спине, бегущего так, словно он увидел смерть. — Ты чего убегаешь? Есть от кого? — я поравнялся с парнем, заглядывая ему в лицо. Если бы я не знал что он человек, то точно принял бы его за эльфа. Для человека он был слишком красив, и даже будучи измазанным грязью, сочетание голубых глаз и светлых волос, вкупе с острыми чертами лица, откладывалось в голове. — А ты зачем догоняешь? — по его голосу было понятно, что ему не до шуток. — Да вот, подумал что помощь нужна. Я из одиннадцатого отряда, слышал о таком? — Допустим слышал, — кажется парень и не собирался сбавлять шаг, а наоборот лишь ускорялся, но убежать от меня у него вряд ли получится. — Я Алан, был в паре с Реем. Встретил у выхода Рокудо и других ребят, а потом пошел прогуляться и свалился сюда. Может уже прекратишь убегать от меня? — Убегать от тебя? — Парень бросил в мою сторону мрачный взгляд. — С чего ты взял, что я убегаю от тебя? — А от кого тогда? — Неужели ты не чувствуешь? — Парень удивленно посмотрел на меня, указывая большим пальцем себе за спину. — Неа, там ничего нет, а чутье меня никогда не подводит. — Вот черт.. Лучник резко остановился рядом с одним из поворотов, растерянно оглядываясь вокруг. — Что происходит? — Кажется у меня сознание опять сбоит. — Ты Гилберт? — Ага, это я, главный разведчик отряда. — А это нормально, что у главного разведчика отряда галлюцинации? — Да не галлюцинации это, просто иногда путаюсь. — В чем? — В показаниях.. моего атрибута. — Подожди, разве камни разговаривают? — Это тебе Рей про камень сказал? — Гилберт усмехнулся. — Ну да.. — Не слушай его, у меня скорее земля, или я бы даже сказал, природа. Что то такое. Я чувствую разные живые штуки и даже умею ими немного управлять, землёй там или травой. — Можешь вырастить дерево из семечка? — В теории могу. Но как по мне, эта способность больше подходит для разведки: я бы сказал, что земля мне «подсказывает». — Что то вроде эхолокации у летучих мышей, но от общего к частному? — Э... Да? Я не знаю о чем ты, но надеюсь ты меня понял. — Хорошо, и что ты тут разведал? Через час уже должны вернуться последние члены отряда, и мы пойдем внутрь горы, так что скоро надо возвращаться. — Надо, но я боюсь что придется тут задержаться. — Ты всё таки что то нашел? — Ага, — парень поманил меня вслед за собой, уходя в один из соседних тоннелей, коих тут было множество. — Я уже знаю это место как свои пять пальцев, у меня его карта в голове. Только вот одно покоя не дает: тут есть место которое я ну никак проверить не могу. — Может, там нет органики? — Скорее всего, но откуда в шахте, под землей, такая комната? Тут вокруг только бесконечные штольни да перевернутые вагонетки. — А почему ты сам ее еще не проверил? — Все пути завалены, кругом земля, и при чем такие слои, что если буду все убирать, как минимум половины маны лишусь, а сейчас силы лучше экономить. — Предоставь это мне. Куда надо копать? — Эээ... — парень растерянно указал на одну из заваленных штольней, к которым мы как раз приближались. — Постарайся ко мне не подходить в процессе, ладно? Я не думаю что это будет опасно, но на всякий случай, не надо. У всего есть температура плавления, даже у человеческих принципов. Этому меня научил мой учитель физики еще в школе, и теперь я в очередной раз убеждаюсь в этом, копая очередную, уже вторую в своей жизни шахту при помощи огня. Что интересно, огню это похоже нравится. Иногда у меня складывается впечатление, что ему вообще без разницы что пожирать, лишь бы покормили. — Странные у тебя однако методы... — Хаха, и не говори. Это наверное самое унизительное применение моего атрибута, какое только можно придумать. — Слушай Гил, а как ты попал в этот отряд? — А почему ты спрашиваешь? — Да просто как то, интересно стало. — Это веселая история. Мне тогда было тринадцать, и я убежал из дома, потому что обиделся на родителей. — Вы поссорились? — Ну вроде того. Они не верили, что я умею разговаривать с животными, а я не мог им доказать это, потому что они то животных не понимали. Ну я на них обиделся, и решил пойти побродить по лесу. — Захожу я значит в лес, иду иду, довольно долго иду, уже ночь наступает а я всё ещё иду. Вдруг слышу женский крик.. — Знакомая ситуация.. — Слышу женский крик, кричит будто девочка моего возраста, да громко так, противно. Ну я поспешил помочь.. Оказалось что на какую то девочку моего возраста напал медведь. Ну я с ним.. разговорился. Проявил так сказать, свой ораторский дар. В итоге он оставил нас в покое. — Серьезно? А что с девочкой? — Она мне по началу странной показалась, даже слова не сказала мне за всё время что я был там. И даже не поблагодарила за спасение; только вот в итоге я заметил, что она за мной увязалась. Я то не первый раз в лес сбегаю, и знал его хорошо, так что возвращаться домой сразу не собирался. — Иду я значит, всё глубже и глубже в чащу, и чувствую, что она за мной следит. Вот деревья мне об этом сообщают, что она то тут выглянет, то тут. Ну мне стало интересно... Я ее в один момент поймал внезапно, так она от страха разрыдалась. Пришлось успокаивать. — И что в итоге? — В итоге я домой ее привел. Родители были в шоке, долго ругались. Отец хвалил, а мать кричала что нужно срочно найти ее родителей. Она в ответ молчала только, все вопросы игнорировала, и слушала только меня. — Как то в один из дней, мы пошли на озеро, и когда купались, она сказал мне своё имя. При чем тихо так, серьезно, и всего один раз: Филита, говорит, меня зовут, и я снежный эльф. Ну я от таких откровений тогда мягко говоря в шоке был. Мало того что она пару месяцев молчала, так теперь еще и оказалось что она снежный эльф. — А как ты раньше не догадался? — Снежные эльфы очень на людей похожи, только у них кожа белоснежная, отсюда и название. А так у них даже уши обычные, как у нас. — И как вы в итоге в отряде оказались? — Это самое интересное. Мы с ней как то возвращались из леса по тракту, а ходим мы теперь всегда вместе, потому что она от меня не отлипает. Даже спали мы вместе. — А тебя это не напрягало? — Меня как раз нет, а вот родителей очень сильно, но они ее отодрать от меня не могли. А я... Не знаю, я как то привык к ней, как к сестре что ли. Она постоянно молчит, но по взгляду видно, что понимает и поддерживает. Я девчонками то никогда не интересовался, у меня жизнь была как у дикого друида: единение с природой и всё такое. — Так вот, идем мы по тракту, и видим, экипаж разграбленный, а на дороге демон стоит, прям минотавр вылитый, огромный такой метра три, и пройти не дает. Уж откуда он в этих краях взялся, я ума не приложу; разве что явление хаоса. — Да, явление хаоса штука такая... — Ну так вот, я уже тогда понял что нам от него не убежать. Только достал лук, а он уже на меня бежит, и двумя руками замахивается. А повсюду трупы лежат, внутренние органы, лошади расчлененные. Ну я от такого расклада умудрился в штаны наделать, и тетива как то натягиваться отказалась. — А вот у Филиты было свое мнение на эту ситуацию. Она меня загородила телом, руки в разные стороны выставила, а потом минотавр замертво упал с огромной такой сосулькой торчащей из глаза. Мне тогда так плохо было, что я аж прослезился, от того что меня девочка защищает. — Она после этого сознание потеряла, я ее кое как на горбу до дома дотащил, она в себя не приходила пару дней после этого. Аккурат к моменту как она очнулась, к нам в дом какой то мужик в черной военной форме коалиции заявился. Спрашивал что то по атрибут льда. Ну я ему всё рассказал, и он Филиту пригласил в местную академию коалиции, как талантливого мага. — А она? — Наотрез отказалась без меня уходить. Вцепилась в меня, и повторяет только *не пойду*, и взгляд такой, угрожающий, словно она и мужика этого пришибить готова была. Ну в итоге взяли нас обоих.. Тяжело конечно там было, и пальцем постоянно показывали, дразнили парочкой, а она меня только успокаивала. В итоге как то познакомились с Реем, и он нас к Рокудо привёл, а тот прям так спокойно на всё реагировал, и почти сразу в отряд принял. Мне как то даже непривычно было.. Внезапно мы оба затихли, из за завала послышался странный звук, напоминающий шипение. — Расскажешь продолжение потом, кажется у нас гости. Через мгновение из земли показалась каменная рука; среагировав без промедления, Гилберт пустил в нее несколько стрел, и она скрылась обратно за толщу земли. Интересно, на сколько велика убойная сила этих стрел, если они могут даже камень пронзить... — Как мы его не заметили? — Не знаю, но с этим нужно разобраться здесь и сейчас. — Хорошо, тогда поступим более радикально, — Гилберт направил руки в сторону завала начав жестикулировать. Его глаза источали едва заметный, зеленоватый свет, в то время как проход становился всё шире. Приготовив клинок, я уже готовился к решительной атаке, как вдруг понял, что не чувствую это существо, хоть оно и очевидно находится рядом. Неужели не живое? Но ведь это противоречит любым законам. Обернувшись к Гилберту, я едва успел отсечь голову каменному гуманоиду появившемуся у него за спиной, и этим всё не ограничилось. Эти твари лезли на нас прямо из узких стен штольни, формируя свои тела из глины и камня, а места было совсем мало, из за чего нам приходилось стоя спина к спине медленно отходить назад, отбиваясь от этих существ. И чем дальше нас теснили назад, тем заметнее становился бордовый свет струящийся из проделанной нами пробоины. — Там что то есть. Как думаешь, пробьемся? — Гилберт схватил в зубы какую то склянку, натягивая тетиву. — Доверься мне, я всё сделаю, а ты зови остальных. Кажется началось раньше чем мы рассчитывали, — решив рискнуть и пойти в контратаку, я собрался с силами и на максимальной скорости рванул к концу тоннеля. Попутно я старался обрубать торчащие из стен руки, коих тут было безумно много. Со всего разбега влетев в большой каменный зал метров десять высотой, я чуть не врезался в одну из колонн, поддерживающих свод. Почти сразу после этого я оказался в центре зала, окруженный каменными гуманоидами. Их внешний вид... только теперь я понял, кого они мне напоминают: манекенов в магазине одежды, но из какой то глины, и без лиц. Вроде как в древности таких называли каменными колоссами. Колоссы окружали меня, и их становилось только больше. Теперь я был окружен по меньшей мере сотней противников, и варианта отступать у меня не было. Сосредоточившись, я приготовился к бою на истощение. Сначала приходилось пропускать по несколько ударов, так как я просто не чувствовал врага, а глаз на спине у меня нет. В один момент кольцо колоссов вокруг меня стало таким плотным, что я едва мог развернуться с мечом, то и дело получая удары с разных сторон. Решив попробовать последнюю уловку, я совершил мощный круговой удар на 360 градусов, и это временно помогло сократить дистанцию, но кольцо неуклонно продолжало сжиматься. Радует лишь одно: чем дольше длился бой, тем быстрее я становлюсь, и тем больше мое тело привыкает к противнику. Похоже что единственное, что сейчас тормозит мои способности, так это мое же сознание. В любом случае, несмотря на численное превосходство, навыки колоссов были на низшем уровне. Всё что они делали, так это пытались ударить меня каменной рукой, ногой и даже головой, но ничего более. Их удары не были особенно болезненными, и потому адаптация проходила легко. Осознав все слабости своего противника и выучив немногочисленный набор его приемов, я перешел в состояние боевого раша, забыв обо всём остальном. Думаю, мне даже не понадобится помощь Гилберта; надеюсь он там в порядке. Тем временем число каменных трупов на земле неустанно росло, заполняя комнату и образуя в центре огромную гору. Ускорившись достаточно чтобы теснить кольцо врага, я теперь еще и шинковал противника на маленькие кубики глины, стараясь делать их максимально ровными. В какой то момент количество трупов на земле уже не позволяло мне нормально двигаться, а голова начинала упираться в десятиметровый потолок, что не двойственно намекало на размер той кучи трупов, на которой я стоял. В довесок к этому, прямо из кучи трупов ко мне начали тянуться руки. В один момент рук стало так много, что отбиваться я уже не успевал, и они начали затаскивать меня к себе, в гору трупов. По голову погрузившись в этот кошмарный омут, я уже собирался использовать последний, свой худший козырь, как вдруг кто то схватил меня за руку, и с силой потащил на верх. Постепенно я смог рассмотреть образ своего спасителя: красное подвязанное одеяние, очень напоминающее кимоно. Деревянные четки на руке, и кольцо на безымянном пальце. Оказалось, что это был Рокудо. Он выглядел немного уставшим и взволнованным, вытягивая меня из горы трупов наверх. Быстро он однако сюда добрался... Или это для меня время в бою пролетело быстро? Выбравшись наверх, я заметил что часть трупов по направлению к выходу расчищена, словно кто то со страшной силой раскидывал их во все стороны, проникая внутрь. — Фух, спасибо что вытащил... Я уж думал, что придется пускаться во все тяжкие. — Почему ты действовал так безрассудно? — Его холодный осуждающий взгляд проникал прямо в мою душу. — Есть у меня такая черта, сначала делать потом думать. — Тогда может тебе не стоило идти с нами? У нас довольно опасная миссия, где такие выходки обычно заканчиваются плачевно. — Да, я знаю.. Это больше не повторится, да и шансы у меня всё ещё были, просто не хотел использовать атрибут. — На то есть какие то причины? — Очень и очень весомые причины. Использование атрибута опасно и для меня и для окружающих. — Ладно, не хочешь говорить, не надо, но давай уйдем уже отсюда. Спрыгнув с горы трупов в расчищенную область мы мигом оказалась у выхода. — И всё таки, что это за место? Кажется эти твари перестали лезть. — Еще бы. Ты их тут положил порядка пары тысяч. — Они очень слабые. Думаю, будь тут больше места, я бы мог и больше убить. Кстати, а где остальные? Тебя Гилберт привёл? — Нет, он только указал мне место, я нашел тебя по его карте. Элли уже вернулась, так что они выдвинулись на нижние уровни крипты. Мы встретимся с ними там. — Через эту шахту есть подъем наверх? — Разумеется. Тут есть целых два карьера для передачи грузов наверх. — Тогда веди ---------- Одиннадцатый отряд. Часть 3. Некоторое время мы шли в тишине, кажется Рокудо был мною недоволен. — Признаю, был не прав, поторопился. Парень удивленно посмотрел на меня, а потом едва заметно улыбнулся. — Что? Я тоже могу признать вину. Просто мне показалось хорошей идеей попытаться добраться сразу до источника проблемы. — Просто будь осторожнее. Каждый человек в нашем отряде важен, и за каждого из вас отвечаю лично я. Не хотелось бы повторения истории с Эйверин.. — Что еще за Эйверин? Никогда не слышал о ней. — Это... бывший член нашего отряда, и возлюбленная Феликса. — Бывший? — Ну да. Она погибла... При весьма печальных обстоятельствах. — Это тяжелая история да? — Да, но я думаю ты в праве знать, раз уж ты временный член нашего отряда. — Эйверин была нашим стратегом, и главной душой компании. Они с Феликсом пришли в наш отряд вместе, когда перевелись из двенадцатого. — А что стало с двенадцатым?— Всех убили, выжили только эти двое. Сейчас у них уже другой состав, но у двенадцатого отряда всегда была репутация смертников, так что и эти долго не протянут, — Рокудо мрачно осмотрел неподвижно торчащую из стены каменную руку. — Эйверин была лучшей подругой Элли, они вместе устраивали нам всякого рода праздники. Еще она хорошо готовила, и когда доходило до дела, была прекрасным стратегом. Только вот.. — Рокудо прервался, переваривая мысли. — Только вот один у нее был минус, она не могла пережить потерю половины тела. Мы тогда были на задании по истреблению культа разрушения, нам дали неверную информацию и мы попали в ловушку. Ей досталось в первую очередь. Когда я убил этого бугая с огромным двуручным тесаком, то было уже поздно. — Как сейчас помню, Феликс стоял над ней на коленях, пытался помочь, а его руки только разрушали ее тело. Особенность такая у его атрибута, он иногда вместо того чтобы лечить, калечит. Новы тогда рядом не было, она оказалась в другой группе и.. в итоге Эйверин мы потеряли. С того момента Феликс отказывается кого либо лечить, пока не решит свою проблему, — Рокудо потрогал пальцем торчащую из стены каменную руку, и она медленно зашевелилась. — Какого.. Кажись я что то сломал, — вокруг вновь начали появляться колоссы тянущие свои невзрачные руки в нашу сторону. — Похоже на то. Нужно как можно быстрее добраться до карьера. — Он далеко отсюда? — Нет, пара тоннелей. Через минуту будем. Пробегая через последний тоннель и отбиваясь от вылезающих из стен глиняных людей, я начал ощущать со стороны карьера ту же энергию, что и когда мы впервые наткнулись на этих каменных людей, а еще она исходила откуда то сверху. — Рокудо, там что то есть в конце. — Ага, я тоже чувствую. Нужно быть осторожнее. Выбежав в огромное помещение с одним из подъемников руды, я на момент выпал в ступор. В конце этого помещения, прямо рядом с подъемником, из стены торчала половина огромного каменного тела, по меньшей мере пять метров высотой. — Нам нужно.. — я не успел договорить фразу, как Рокудо сорвался с места. Он был настолько быстрым, что я едва ли мог заметить его движения, и через мгновение каменный монстр был нашинкован на большие каменные глыбы, медленно съезжающие в разные стороны. — Вау, я как раз хотел сказать что нам нужно с ним разобраться. — Давай сюда, — Рокудо начал взбираться по большой железной цепи, которая раньше видимо служила частью подъемного механизма. Новые колоссы только прибывали в зал, и потому я запрыгнул к Рокудо на цепь, и мы начали стремительно подниматься по темному тоннелю куда то вверх, пока снизу каменные колоссы наползая друг на друга безуспешно пытались достать до нас. — Они и тут лезут из стен, нужно что то придумать, — я заметил что глиняные люди уже начинали тянуть свои руки к нам прямо из отвесных стен шахты. В ширину сам тоннель был метров восемь, и потому особых шансов дотянуться до нас у них не было. — Забудь о них, тут им нас не достать. Может хоть так они успокоятся. — Надеюсь. Наконец взобравшись наверх, перед нами нарисовалась вторая цепь. Похоже что подъем был разделен по уровням, чтобы попутно собирать руду из разных штольней. Что интересно, тут нас уже ждала целая толпа каменных истуканов. — Как же вы меня достали, — мрачно произнес Рокудо, и спрыгнув ногой на лицо одному из каменных существ, начал стремительно сокращать их популяцию. Наблюдая за ним, я заметил нечто странное в его движениях, что наверняка и мешало мне полноценно их оценивать: его руки и ноги, и в целом конечности, двигались неестественно. На первый взгляд складывалось впечатление, что он может поворачивать свои конечности на 360 градусов, и в целом владеет какой то аномальной гибкостью. После того как он в мгновение расчистил площадку, мы направились ко второй цепи. Она была оборвана у основания, но парой метров выше была в порядке. Забравшись на нее в один прыжок, Рокудо заметно ускорил темп подъема, и теперь я едва успевал за ним. — Слушай, мне вот стало интересно, как ты так двигаешься? — Ты имеешь в виду мою гибкость? — Ага, не очень понимаю. Никогда раньше такого не видел. — Это всё атрибут кости. Я могу менять расположение, форму и длину костей в своем теле. — А это не слишком сильная способность для мечника? — Нет, есть атрибуты и намного полезнее. А еще... — парень замолк проглотив слова. — Ну ты кажется неплохо научился комбинировать свои навыки. — Мне пришлось. Всё же, я бы предпочел другой атрибут, будь у меня выбор. — Ладно, раз ты так говоришь то наверное ты прав. Далеко там кстати до верха? — Без понятия. Только подумав о том, что уже пора бы и выбираться, цепь внезапно закончилась у меня в руке. Действительно, это был финальный этаж штолен, и отсюда тоннели уходили в разные стороны. — Нам сюда, — Рокудо указал на каменное ответвление, очень напоминающее мне крипты в которые я попал в самом начале. Вообще, по факту это они и были. — Мне говорили, что мы должны найти что то на нижних этажах? — я потрогал выступающий из стены булыжник, в надежде что это будет ловушка или секретная дверь, но это видимо был лишь результат эрозии. — Да, мы узнали, что где то тут находится некая хорошо охраняемая реликвия. Она необходима противнику для выполнения определенных целей... — Можешь говорить свободнее, я знаю о боге плоти. — Что? — Рокудо резко остановился. Повернувшись ко мне, я заметил в его взгляде угрозу. — Кто тебе рассказал? — Никто. Я уже был в этом месте, и сам его видел. Только по этому я с вами и пошел. — Да? И как он выглядит? — Как безобразная, очень агрессивная груда мяса. Можешь не верить мне если не хочешь, но причин что либо скрывать у меня нет, в отличии от тебя. — Осторожнее со словами, парень, мне приходится скрывать это ради блага команды. — И поэтому ты ведешь их на самоубийственную миссию, не рассказывая о ее целях? Рокудо кажется прикусил язык от злости, и костяшки его скул теперь явно выступали на худом лице. — У меня не было выбора, понятно? Руководство доверяет только мне. Они за мной следят. Знают что я говорю. — Ладно ладно, я же не изверг какой то, я всё понимаю. Просто хочу уведомить тебя, и твоё руководство, что я обо всем знаю, ибо был свидетелем и едва выжил после встречи с этой тварью. Конечно ощущается она неуязвимой. — Мы победим, если сделаем всё правильно. — А если нет? — Погибнем зря. На этой печальной ноте наш напряженный диалог прервался, и почти полчаса мы провели шагая по криптам в тишине. — Слушай Рокудо, я знаю что ты на самом деле хороший парень, хоть и малость грубый, но я привык говорить всё прямо, так что извини. В частности, у меня к тебе просьба. — Какая? — У меня есть ученица, Эви. Мне нужно чтобы кто то за ней присматривал, если вдруг что. — А сам ты не можешь? Это ведь твоя ученица. — Могу, но мне иногда сносит крышу, и я забываю обо всём кроме боя. В таком состоянии я ни то что ей, я и себе то помочь не могу. — Хорошо, я понял. Так и быть, сделаю тебе одолжение. — Спасибо, а то немного страшно за ее судьбу. Она еще слишком мала, чтобы ходить на подобные задания. — Зачем же ты ее взял? — Скажем так: она меня убедила. Она уже довольно сильная, и может быть нам полезна, но что важнее, у нее мышление по возрасту близко к моему. — Разве? — Ага, хоть по ней и не скажешь. Иногда она становится такой серьезной и взрослой, что меня в дрожь бросает. Я себя сам таким взрослым не ощущаю, какой она иногда выглядит. К тому же, я хочу чтобы она научилась жить сама, и выросла сильным магом, так что всё это еще и часть тренировки для нее. — Звучит интересно, только вот слишком опасно для тренировки. — Скоро мы уже придем? — Луна появилась у меня из за спины, заглядывая в темноту удаляющейся вперед крипты. По правую и левую сторону от нас, виднелось множество арочных проходов в усыпальницы, вроде той, где я впервые нашел Луну. — Скоро или не скоро не знаю, но мне вот интересно: сколько же тут людей похоронили? Какая вообще протяженность у этой гробницы? — Огромная. На этот остров свозили некоторую знать и ученых после древней войны, еще тогда. Эти усыпальницы старше некоторых городов на Флегрейсе, — Рокудо указал мечом на одну из статуй какого то знатного человека, стоящую рядом с арочным проходом. — На сколько это точная информация? — Легенды, ничего более. Впрочем, возраст этого места прекрасно отображает его внешний вид. Не часто встретишь разваливающийся от эрозии камень. Рокудо остановился, и жестом приказал мне замереть, прислушиваясь. — Кажется мы нашли то что искали. Чувствую колоссальное давление. Сейчас, нужно связаться с остальными. Рокудо взял в руки амулет, и через минуту его лицо помрачнело. — Ну как? — Никто не отвечает. — Это плохо?— Да. Если бы хоть кто то ответил то ладно, но буквально никто из отряда не отвечает. — И что нам делать? — Идти вперед, и разбираться со всем самим. Другого выбора у нас нет. Кажется обстановка накаляется. Надеюсь с нашими всё в порядке. Впереди как раз виднеется какая то большая арка... — За мной, — Рокудо рванул с места прямо в сторону тусклого малинового цвета, вырывающегося откуда то из помещения за большим арочным проходом. Почти сразу до меня донесся звук битвы, и столкновения металла о металл. Поспешив внутрь, предо мной предстала следующая картина: в центре зала напоминающего каменную филармонию, увешанную клетками со скелетами, красными тряпками, книгами и органами животных, находилось по меньшей мере, пятиметровое существо, с огромной косой, в синей развивающейся робе. Вероятно, это был лич, поскольку его головой был большой, светящийся красно-розовым светом череп. Лич активно атаковал Рокудо, а тот успевал только блокировать удары огромной косы, сдвигаясь на сантиметры в сторону. Поспешив помочь напарнику, я переместившись за спину личу, атаковал его самым мощным своим ударом, который по ощущениям вообще не возымел эффекта. Черт, кажется силы моего оружия не достаточно. Не желая сдаваться, я продолжил атаковать лича, который сначала даже не замечал моего присутствия, пока мои удары не начали двоиться и троиться, хоть и не причиняя ему ущерба, но явно отвлекая. Решив сменить приоритеты, лич атаковал меня, и теперь уже я пытался блокировать тяжелые удары огромной косы, постепенно отступая к стене. — Ему вообще всё равно? — Не жалуйся, что нибудь придумаем, — Рокудо со всех сил атаковал лича в спину, и тот потеряв ко мне интерес, вновь переключился на него. Тут что то не так. Не может быть лич таким пассивным. Лишь произнеся эту мысль в своей голове, я заметил что лич повернул череп ко мне, а на его зловещей костяной гримасе застыла жуткая улыбка. В довесок к этому, я ощутил как кто то читает мои мысли. Словно холодная, костяная рука, копается в моем мозгу, проходясь по лучшим дням моей жизни. — Алан! Ужасная боль пронзила мою правую руку, в которой я держал клинок. Если быть точным, то моя рука с мечом теперь лежала на земле, а из открытой раны хлестала кровь. Но ведь лич не атаковал меня... Он всё ещё был повернут к Рокудо. Второпях подобрав свою руку и отскочив назад, я приткнул ее обратно, и она начала прирастать под давлением моей маны. Тем временем я уже начинал ощущать постепенно растущий во мне гнев, бороться с которым теперь было просто необходимо, если я конечно не хочу случайно съесть лича, получив убойную дозу негативной энергии. — Ты в порядке? Рокудо вмиг оказался рядом со мной, а лич сохраняя всё ту же невозмутимую улыбку, просто пассивно стоял, ничего не предпринимая. — Какой то он странный, тебе так не кажется? Я не видел чтобы он поворачивался ко мне, но моя рука.. И еще, кажется он читает мысли. — Ага. Похоже, что то, что мы видим, отличается от действительности, — едва успев отскочить в сторону, я заметил что на месте, где мы только что стояли, остался огромный след от удара косой. В тоже время лич стоял абсолютно неподвижно. — Как его победить?! Я не понимаю, мы ведь даже его движений не видим. — Я попробую еще раз, — Рокудо пошел в атаку, используя различные уловки в движении и атакуя лича с разных позиций, но ни одна его атака не достигла цели. В это же мгновение у него за спиной появился второй такой же лич, проводящий диагональную атаку. — Ааа! — Рокудо зарычал от боли, но не потому что атака его настигла. Нет, его кости словно крылья выходили из спины, блокируя удар косы, и разрывая кожу вместе с одеждой. Зрелище если честно, ужасное. — Мы должны отступать, — констатировал он мгновенно оказавшись рядом со мной, — найдем остальных, тогда и попытаемся что то сделать. Сейчас у нас вообще нет шансов. — Согласен, но... — выход через который мы пришли, нам перегородил третий лич. На его лице застыла мрачная улыбка, а цвет черепа был ближе к тому, что я видел внизу в шахтах. — Сюда! — Рокудо указал на лестничный проем в одной из стен, уходящий куда то наверх. Мигом залетев в него, мы начали взбираться по ступеням, в то время как сзади слышался лязг железа, и кажется даже.. смех. — Черт, ну почему я такой бесполезный без своего атрибута. — У меня к тебе тот же вопрос. В любом случае, мы даже не понимаем своего противника. В такой ситуации победить почти невозможно. Добравшись до конца лестницы, мы оказались на развилке вроде той, что я проходил когда впервые выбирался из аббатства. Лестница наверх, лестница вниз, и пути в разные стороны. — Куда дальше? Погоня кажется прекратилась. — Не знаю. Я пытаюсь связаться с остальными, но никто не отвечает. Я уже хотел было использовать своё пламя для разведки, но почти сразу ощутил нечто странное в его поведении. Моё пламя противилось моей воле, и стремилось спуститься вниз к личу. С огромным трудом отозвав этот маленький огонек, я тяжело выдохнул, и спустившись по стене, сел. — Как мы победим бога плоти, если даже с его приспешником разобраться не можем? Рокудо сидел рядом, поникше опустив голову. Его длинные красные волосы закрывали лицо. — Это я во всём виноват. Эта миссия с самого начала была суицидальной, мне сказали об этом практически прямым текстом. — Почему же ты тогда повел сюда всех? — А кто, если не мы? — Рокудо поднял на меня глаза, в его мрачном взгляде читалась печаль. — Кто защитит людей, если не мы? Эта миссия настолько же важна для всех, на сколько и суицидальна для нас. Каждый в отряде это понимал, и каждый был готов пожертвовать собой, но.. Я не готов это принять. — А стоит ли вообще защищать людей? Может стоить жить только ради себя? — я бездумно уставился в потолок, принимая свое бессилие. — Может ты так и можешь, но я нет. На войне я потерял родителей, потому что их некому было защитить. Никто не предотвратил вторжение культа в наш город, и если мы не сделаем это, то чьи то родители погибнут так же как и мои. Я не хочу, чтобы кто то рос так же как и я. Это те выводы, которые я сделал лишь пройдя ужасный, аморальный путь и получив искупление. — Согласен, возможность подарить кому то мирные дни это то ради чего стоит использовать силу. Только вот, теперь разве мы можем что то изменить? — На самом деле нашей задачей никогда и не было убить бога плоти. — О чем ты? Разве это не финальный этап? — Нет. Коалиция и не рассчитывала что мы сможем это сделать. Нам было поручено только отсрочить пробуждение бога, чтобы позже сюда пришел белый мечник, и со всем разобрался. — А как же другие боги? Неужели им все эти события безразличны? — Мы не знаем. Боги никому не подчиняются, никого не слушают. Единственная сила против богов, это другие боги. По крайней мере еще никто не нарушал этот извращенный баланс, и вряд ли когда то нарушит. — Да уж, дело дрянь.. Сидя в тишине и слушая как за стеной капает вода, я думал об Эви. Что стало с ней, и другими? Почему мы бессильно сидим тут, пока они наверняка сражаются за жизнь? — Рокудо, ты говорил что не пожелал бы никому своего детства да.. Но ведь ты вырос сильным благодаря тем трудностям, через которые прошел. Разве нет? — И где я теперь? — парень мрачно отодвинул свой клинок в сторону ногой, — потеря близких не стоит силы, которую ты даже использовать на умеешь. В детстве я совершил грехов не меньше чем эти сектанты: с девяти лет уже помогал наемным убийцам, воровал, к подростковому возрасту сам стал убийцей, убивал по заказу всех подряд, и принцев и стариков. Один раз даже женщину убил. — Но.. зачем? — эти подробности немного повергли меня в шок, ибо я был несколько другого мнения об этом парне, готовом пожертвовать собой ради незнакомых людей. — Я хотел отомстить всем. Думал что раз у меня есть сила, то теперь я буду решать кому жить а кому умирать. Так было, пока я не встретил белого. Он поставил меня на место быстрее, чем я успел подумать о том, что сейчас умру. Тогда меня приговорили к долгому сроку в тюрьме, но моими способностями заинтересовалась коалиция. Они иногда брали преступников из тюрем с хорошими данными, и перевоспитывали их. — И ты значит.. — И я с того момента я стал их псом, готовым даже своих друзей подвергнуть опасности ради служения. Ну как видишь, я на всё же нашел разумное оправдание своим действиям. Думать что всё ради людей, на много проще, чем думать о том, что ты раб. — Но почему ты просто не уйдешь? — Потому что они найдут меня. Рано или поздно они найдут меня, и пытки продолжатся. А если не найдут меня, то достанется всему отряду, и пытать будут уже их, пока они не скажут где я, и точно не найдут меня. — Тебя пытали? — А по твоему, атрибут кости у меня появился просто так? — Рокудо с горькой улыбкой посмотрел мне в глаза, — это даже не моя сила, понимаешь? Мой атрибут давно спит, я уже и забыл, на что он способен. — Неужели коалиция способна на подобное... Создавать орудия войны из заключенных детей.. — Они и не на такое способны. Они делают всё ради укрепления своих позиций. Каждый из кланов без исключения, ведет жестокую бескомпромиссную войну за влияние внутри коалиции. Мы для них расходный ресурс, способный сэкономить время, и так же легко заменяемый. — Кажется, этот мир полное дерьмо... — от бессилия я опустил голову и закрыл глаза. Если мы не смогли победить лича, то и бога плоти нам не остановить, а значит всё это было зря. Внезапно я ощутил у себя на лице теплое прикосновение уже родных рук. Кто то гладил меня по голове, напевая знакомый мотив. — Лу... Что мне делать? Я совсем запутался, я не понимаю.. — Для начала помоги своей ученице. Она ведь ждет своего Мастера, она в него верит, не так ли? Ты для нее образ силы. Неужели ты подведешь ее? — Я..., — она была права. Сидя тут и бездействуя, я предавал в первую очередь свою ученицу. — Боже, что я вообще делаю. Что изменится от того, что я буду бессильно сидеть тут и жаловаться... — Я задаю себе тот же вопрос, — ответил Рокудо, поднимая с земли меч и медленно вставая, — мы ведь еще не проиграли, не так ли? — он подал мне руку, в его глазах я теперь видел лишь решимость. — Почему ты так резко изменил свое решение? — Посмотрел на тебя. Знаешь, в нашу первую встречу мне показалось, что мы похожи. Только в итоге стержень крепче у тебя. — Ты ошибаешься, просто мне все помогают. Сам я.. едва ли могу хотя бы не сделать хуже, сколько бы не пытался. — Ну, у любого поступка две стороны медали, так что не судя себя уж совсем строго. — Значит, идем до конца? Кто знает, может нам повезет.. — ухватившись за протянутую мне руку, я с трудом встал, морально подготавливаясь к, возможно, самому тяжелому дню в своей жизни. — Амулет все еще молчит? — Да. Я перевел взгляд на лестницу ведущую наверх, и в моей голове стали прорисовываться смутные воспоминания. — Знаешь друг, кажется я знаю куда нам нужно идти. ---------- Воссоединение. Медленно поднимаясь по винтовой каменной лестнице, я всё сильнее ощущал давление бога плоти. — Ты это слышишь? — Рокудо неожиданно замер, прислушиваясь к стене. — Да, я даже знаю где находится источник этого пения. Пока что не обращай на это внимание, со временем он станет громче. Честно говоря, я не хотел подниматься наверх. С каждой ступенькой по телу пробегали мурашки, а голоса в голове вызывали образы и видения. Негативная энергия. Я читал об этом раньше. Неустойчивых людей она способна свести с ума одной своей аурой, а в случае с богами... Пасть жертвой безумия может даже опытный маг. — Ты как? — Всё в порядке, это просто лестница, — я отмахнулся от Рокудо, и пошел вперед него. Добравшись до самого верха лестницы, мы в нерешительности остановились перед деревянной, уже знакомой мне дверью. — Давай для начала просто проверим. — Подожди. Что мы будем делать, если нас обнаружат? — Бежать конечно. — А если не получится? — Тогда кроме как драться, ничего не остается. — Луна, как думаешь, нам стоит идти? — Я уже говорила тебе, я пойду за тобой даже в бездну. — Ну чего ты так пессимистично.. — Тогда я первый, — Рокудо приоткрыл дверь и выглянул наружу. Некоторое время он молчал, а потом повернулся ко мне. Его кожа была бледной, а взгляд холоднее чем обычно. — Они там. — Кто? — Они все. И наши, и чужие. — И они.. — Да. — Дай выглянуть. — Нет, мы идем туда прямо сейчас, — Рокудо открыл дверь ударом ноги, разнося ее в щепки, — похоже что несмотря на все попытки сдерживаться и вести себя осторожно, его терпению приходил конец. Выйдя на свет, я мгновенно осознал причину его холодной ненависти. Мы стояли в конце зала, огромного кафедрального собора, где среди окровавленных колонн, человеческих конечностей, и множества свежих трупов культистов, висели члены одиннадцатого отряда, и в их числе моя ученица. Все они были еще живы, по крайней мере физически. Однако их состояние... Я не мог поверить своим глазам, а вернее не хотел. Будучи подвешенными между колоннами на кусках плоти, большинство из них были уже наполовину переварены этой массой плоти, постепенно становясь ее частью. Сейчас в их взгляде отражалось лишь желание умереть. На мгновение мои глаза встретились с глазами Рея, но в них читалось лишь забвение. Он уже не узнавал меня. Вся остальная часть собора была затянута кровавой паутиной из живого мяса. Во главе зала, где раньше стояла большая статуя человека в балахоне с капюшоном, теперь пульсировала бесформенная масса из плоти, с множеством уродливых глаз. Из всего отряда только Эви каким то чудом еще была невредима, и подвешена за руки. Кроме этого ничто в ней не изменилось. Первым двинулся Рокудо. Он не кричал, не плакал. В его взгляде как и раньше было лишь обманчивое, холодное спокойствие, и с таким же холодным спокойствием он начал пробиваться сквозь плоть, обрезая «ветви» на которых висели члены его команды. Посмотрев на своего товарища, я попытался взять себя в руки. Я должен спасти свою ученицу, а потом... Увидев то, что увидел Рокудо, я уже знал как буду действовать потом. Собравшись с силами, первым делом я спас Эви. Перерубив в прыжке толстую продолговатую мышцу, я подхватил девочку в воздухе. Она была без сознания, но в остальном не пострадала. Где то на противоположной стороне Рокудо продолжал кромсать бездействующего бога плоти. Я уже думал помочь ему, как вдруг заметил, что обрубленные части бога плоти собираются воедино, расползаясь по полу бесформенной массой. У Рокудо была та же ситуация. Хоть бог плоти и не реагировал на нас, но победить его простым оружием похоже было невозможно. И вот, наконец, мы разозлили его. Я ощутил это, едва не упав на колени от ужаса, словно на моё тело опустился груз весом в тысячу тонн. Если до этого тут царила аура кошмара, то теперь наступило время животного, иррационального страха. Рокудо застыл на месте, по его лицу стекал пот, а постепенно появляющийся на застывшем лице оскал, говорил о том, что сейчас он сражается за свой разум. С трудом прижимая Эви к себе, я поплелся к лестнице. Голоса в моей голове становились всё громче, а в груди росло уже давно знакомое чувство безумной ярости, которое я сдерживал всё это время. «Тухоку, Мандолина. Принятие других частью себя как смысл существования.» — без конца эти слова атаковали разум, в попытках затмить мою личность. Сосредоточившись изо всех сил, теперь я видел лишь лицо Эви, сквозь пелену помутневшего рассудка, и только это лицо останавливало меня от принятия единственно верного решения. Почти добравшись до лестницы, я врезался во что то холодное. С трудом подняв ватную голову, я увидел его лицо в десятке сантиметров от меня. — Ну вот мы и встретились снова, — улыбнувшись прошипел мне седовласый парень, облизывая губы, и вырывая ученицу из моих обессиленных рук. Падая на колени, сквозь туман я увидел лишь мерзкую улыбку, этого дьявольского воплощения, и занесенный над его шеей, горящий алым светом клинок Рокудо. Нет, это был не огонь, само лезвие окрасилось в алый цвет крови, и бурлило словно живое. В этот же момент я ощутил каменный пол лицом, потеряв сознание. Так вот в чем сила бога плоти... Теперь я понимал. Нет, это не физическое поглощение. Плоть нужна лишь для отвлечения внимания. Большинство энергии ведь не в теле. Он поглощает душу, знания, сущность. Собирает всё в единое целое. Так значит вот о каких годами накопленных знаниях говорила Амелия. Старая сука. Я должен был сразу догадаться... Они боятся бога смерти, и просто решили избавиться от меня, отправив на суицидальную миссию. Но за что других? Слишком много вопросов ко всем, слишком много вопросов к себе. Почему я всегда опаздываю? Почему даже имея силу, не могу ее использовать? Почему я постоянно рефлексирую, почему постоянно задаю вопросы? Почему я просто не могу перестать ныть... В этот момент я ощутил, как некая незримая нить обрывается внутри меня, выпуская всю ту ненависть, что я накопил за это время, и лишая меня последних остатков сознания. В темноте пустоты я увидел их. Детей поющих гимн этого страшного существа. Их души медленно перетекали ко мне, и теперь я знал, что произошло. Оно просто сожрало их. Мандалина, вот настоящее имя бога плоти. Но оно не женское, оно не принадлежит человеку, ведь даже самый гнилой человек не способен испытывать столь колоссальную жадность и голод. Зародившись из голодного комка грязи, оно интересовалось только поглощение материи. А потом... Потом оно попробовало на вкус детскую человеческую душу, и его уже невозможно было остановить. А еще этот седой пацан, его тело, — внезапно мои видения прервались, вырвав меня в реальность. — Где... С трудом открыв глаза, я попытался сфокусировать зрение. Я лежал в центре собора, объятого черным пламенем. В паре метров от меня, лежал Рей, моё пламя пожирало его тело, вместе со всеми остальными участниками отряда, разбросанными вокруг. — Нет..., — я попытался препятствовать этому, но всё было тщетно. Даже гору сдвинуть реальнее. Кровь подступила к горлу, а вместе с ней отвращение к самому себе. Я всё таки провалился. Теперь я ощущал нескончаемые потоки энергии стремящиеся в мою душу. Голоса тысяч людей, животных. Их мечты. Оказывается даже у животных есть мечты. Как иронично, что у некоторых людей их нет. — Спасибо, — услышал я голос откуда то сверху. Сознание вновь начинало покидать меня, и с трудом подняв голову, я увидел Рокудо. В одной руке он держал обмякшее тело Эви, а другой руки у него вовсе не было. Он смотрел на меня, но его взгляд я различить не мог, лишь образ. Развернувшись, он зашагал прочь, к главному выходу из зала. Я попытался закричать, но всё было тщетно, моё тело уже не слушалось меня. Слишком много голосов, слишком много мыслей для моей жалкой души. Моё сознание переплетается с другими... Вот они, мысли Рея, день когда он признался Элли, а та ответила ему взаимностью. Я знаю о чем она думала тогда, я знаю кто завидовал им, и кто пытался помешать. Гилберт.. В детстве ты действительно был хорошим парнем, а еще Нова оказывается и правда хороший ученый, она могла рассказать мне много всего интересного, если бы только выжила. Что же, кажется пришла и моя очередь. Моё пламя начинало пожирать меня, уничтожая личность. Атрибут начинал брать полный контроль над телом, заполняя каждую частичку моей души. Прости Нито, кажется твоим мечтам ну суждено сбыться, я снова провалился. Я нарушил заветы Люция, и теперь моя жизнь кончена. — Алан, пора, — услышал я голос Луны, четко звучащий в какофонии бесконечных криков душ, и словно возвышающийся над ними. Открыв глаза, я увидел ее, парящую надо мной, мою богиню, маленький островок поддержки в этом мире. Она опустилась вниз, прижав меня к полу. Ее лицо было так близко, что я мог ощутить ее дыхание, а руки обнимали меня за шею. — Прости, я не смог сдержать обещание, я действительно совсем не изменился. — Это не правда, и ты это знаешь. Надеюсь ты тоже простишь меня, — Ее слезы тяжелыми ударами опускались мне на лицо, и это причиняло мне двойную боль. Однако, на ее лице застыла лишь горькая улыбка. — Лу, почему ты.. улыбаешься? Она не ответила мне. Посреди развалин горящего собора, наши губы слились воедино, и... ---------- Послесловие автора. Том 1. Вот и подошла к концу моя первая книга. Я пишу это послесловие уже на моменте, когда вторая книга почти закончена, но мне всё равно есть что сказать. Во первых: всех прочитавших до этого момента, ненавязчиво прошу оставить отзыв. Он может быть негативным, или положительным. Я не прошу меня хвалить, скорее критиковать. Трудно писать книги базируясь исключительно на своем опыте, особенно когда этого опыта не так уж и много. Всё таки, я хочу стать лучше в этом деле. Во вторых: в процессе написания книги, меня терзали сомнения по поводу философских рассуждений главного героя. В конечном счете, я пришел к выводу, что это лишь часть его характера. Для него важно знать, что и почему он делает прямо сейчас. Думаю, каждый из нас сталкивался с рефлексией, особенно в подростковом возрасте, когда психика очень подвижна. По поводу самой книги могу сказать следующее: по сути, первый том полностью посвящен главному герою, и его личной истории в этом мире. Он наполнен его переживаниями, страхами и надеждами. В дальнейшем, акцент смещается на более глобальный план, но первая книга, это именно личная история. Так же, первая книга частично вводит нас во вселенную «Безымянного мира», хоть и не раскрывает даже 5% его наполнения. Скажу честно: эта книга далась мне тяжело. Я болезненно воспринимаю критику, но еще болезненнее я воспринимаю ее отсутствие. 2021 год был для всех нас тяжким испытанием. Я сам потерял несколько близких людей, едва не умер, и всё это в купе с тотальным одиночеством, привело меня в лоно писателей. Тут я ощущаю себя, как дома, и вряд ли когда то уйду из этих мест. Надеюсь, следующий год для всех нас выдастся удачным. Берегите себя, и никогда не сдавайтесь. Я в вас верю. ---------- Без лица. Порой люди сами не знают, чего на самом деле хотят. Вы спросите, каково это? Понять, что всё ради чего ты шел вперед, и что считал своими истинными мотивами, ложь? Это тяжело, и с этим приходится жить. Жизнь штука жестокая, она не всегда будет ставить тебя перед выбором. Порой осознав ошибку, что то менять уже поздно. Но что, если бог даст тебе второй шанс? Воспользуется ли им человек, сошедший с пути? Найдет ли он счастье, или повторит ошибки прошлого? К сожалению, почти всегда человек повторяет свои ошибки, ведь по настоящему измениться дано не каждому. Однако, что если всё же тебе удастся раскрыть собственную ложь? Что тогда? Что может сделать человек, оказавшийся в ситуации, когда нет ни единого разумного выхода, и даже смерть уже не имеет смысла? Когда всё вокруг тебя, и даже твои собственные мечты, оказываются лишь фальшью, а ничего больше ты в этой жизни не знаешь? Ответ один: просто идти дальше. Мир не только жесток, но и непредсказуем. Общество твердит о смысле жизни, о высшей цели, о предназначении, но на самом деле, всё это не нужно людям для обретения счастья. Порой нужно просто делать что то, без цели или желания, просто чтобы продолжался путь, и не важно куда он тебя приведет. Однажды что то обязательно случится, а если нет... Значит такова жестокая реальность. Задаваться вопросом: «Зачем?» не правильно. Есть куда более уместный вопрос: «То ли это, чего я хочу, и что мне нравится? Или же это путь саморазрушения, и побега от моих истинных желаний?» Многие забывают одну простую истину: цель не всегда рождается в начале пути, а порой до самого конца тебе не известны мотивы собственных действий. И всё же, это не делает твой путь хуже, если стоя на нём ты действительно обретаешь счастье. Без лица. Посреди абсолютной пустоты, на единственном клочке существования, разрушенной каменной площади, стоял одинокий безымянный человек. Там, где некогда бушевало пламя, теперь было лишь забвение. Забвение отражалось в его глазах, словно небо в океане, лишая смысла сам его образ. Вот она, истинная смерть. Победа сущности бытия над человеческой природой, когда ничто уже не имеет смысла, и сам ты для себя потерян. Безвыходная, и бессмысленная ситуация, не так ли? Однако, в этот раз всё было иначе. Борьба, пускай робкая и неуверенная, но продолжалась даже после потери всякого смысла. Сильными людей делает не их непобедимость, а их возможность встать после поражения. И даже если каждый день ты будешь падать, вставая, твой образ все еще будет сильнее образа человека, однажды познавшего поражение и после этого навсегда опустившего руки. Безымянный человек сделал медленный, неуклюжий взмах рукой. Похоже, он пытался повторить какое то движение, так, словно в его руке был меч. Взмах, еще раз, и еще раз. Бесчисленное повторение нескольких бессмысленных действий, посреди пустоты, на развалинах некогда царившей жизни. Время тут тянется бесконечно, но даже в вечности ничто не проходит бесследно. Имеют ли эти движения смысл? Сейчас об этом трудно судить, ведь каждый путь начинается с первого пускай даже бесцельного шага. Эти движения лишь знаменуют начало нового пути. Открыв глаза, парень очутился в месте, что было смутно ему знакомо. Руины некогда ужасного, грешного, оскверненного злобой и жадностью собора. Он смотрел вверх, на небо, не в силах сдвинуться с места. Его взгляд не выражал эмоций, и за ним не стояла даже его личность. Словно кукла, он бездейственно прозябал в этом месте, ожидая что жизнь сама подтолкнет его вперед. — О, так значит я опоздал? На встречу к парню, через огромную дыру в стене, направлялся мужчина в сером плаще с белой подкладкой. Вдоль линий и швов плаща стройными рядами были вышиты многоголовые змеи, стремящиеся укусить друг друга за хвост. В зубах он держал колосок пшеницы, а выражение лица было спокойно и уравновешенно. Несмотря на возраст примерно тридцати лет, он выглядел очень свежо. Его щетина и длинные серые волосы собранные в пучок, прекрасно сочетались с четырьмя висящими на боку мечами, три из которых были обмотаны плотной серой тканью. Подойдя вплотную к парню, он направил свой изумрудный взгляд ему в душу. — Понятно... Значит я и правда опоздал. Да уж, парень, не завидую я твоей судьбе. Мужчина дотронулся костяшкой указательного пальца до лба молчаливого собеседника. — Вообще, это не в моем духе, но тут по другому поступить просто никак нельзя. Холодный свет озарил помещение, стремясь вырваться на вечернюю улицу, где солнце уже медленно стремилось к закату, окрашивая землю в рыжие тона. — Что ж, а теперь мне пора. Не люблю я задерживаться в таких местах без цели, — мечник наклонился к уху забвенного парня, — если захочешь меня отблагодарить, найдешь сам. Многие говорят что меня сложно найти, но на самом деле они просто не хотели меня искать. — А, и да.. На вот, оденься, — он достал откуда то плащ, выглядящий точь в точь как его собственный, и обвязал его вокруг талии обнаженного, безымянного парня. — Ох, ну вот не могу я удержаться, чтобы не помочь кому то. Когда я уже стану серьезнее? Развернувшись, он ушел так же как и пришел, неторопливым шагом, созерцая закат, и не оборачиваясь назад. Наконец, на остров наступила тьма. В эту ночь луна светила особенно ярко, представляя руины аббатства в новом, меланхоличном свете. Где то снаружи завыли голодные волки, они теперь во всю хозяйничали в очищенном от скверны лесу, оправдывая своё место в пищевой цепочке. Да что там, весь мир вокруг аббатства словно ожил, и расцвел новыми красками, вырванный из под гнета кровавого культа. Лишь одно сейчас оставалось неизменно. Безымянный парень всё ещё стоял на месте, глядя в пустоту. Даже новый, дождливый день, промочивший его до нитки, не способен был изменить этот расклад вещей. Теперь лишь его черные как ночь волосы, влажными прядями спадали на безжизненные глаза, скрывая от него этот безынтересный мир. Так прошла еще неделя, а может и месяц. Наконец, очередное живое существо решило посетить безымянную сущность. Маленькая желтая птичка, едва научившаяся летать, с трудом порхая, опустилась к нему на плечо. Она вела себя очень дружелюбно, и любопытно копаясь в его волосах, щебетала что то на своём птичьем языке. Спустя пару минут за ней прилетела птица побольше. Кажется, это была ее мать. Поманив птенца за собой, они сели на ближайший каменный блок, и птица-мать стала чему то обучать свое нерадивое потомство. В этот момент, палец парня слегка дернулся, а из безразличных глаз медленно пролилась одна единственная слеза. Кажется, он вспомнил нечто важное, путь даже и не знал, к кому относится это воспоминание. Мало помалу, пальцы его правой руки начинали двигаться, а за ними и кисть приходила в движение. Эти движения на фоне оставшейся части забвенного тела, выглядели даже слишком живыми, словно машине сказали быть человеком, и она старается изо всех сил, не допуская ошибок. Прошел еще месяц. В этот ужасно дождливый день, под его ногой аккуратные круги воды разошлись лишь единожды. Теперь же он только лицезрел своё пустое отражение в дождливой глади, пытаясь сделать второй шаг. В результате, он всё же смог сделать второй шаг. Однако, на третий шаг парень просто упал в лужу, распластавшуюся под разрушенным сводом собора. Струйки воды бежали по его лицу, освежая и бодря. С трудом встав, дрожа всем телом, он продолжил свой путь к выходу. Он не знал, куда идет, и зачем, но ему всё же хотелось продолжать. Он видел в этом некоторый смысл, и даже получал удовольствие преодолевая сопротивляющееся тело, шаг за шагом становясь всё свободнее. Наконец, к рассвету он добрался до завала в стене, и с трудом поднявшись по каменным блокам, увидел наконец мир за границами руин. От этого зрелища в его глазах даже промелькнул отблеск смысла, так прекрасны были зеленые леса, высокие заснеженные горы, и необъятный океан простирающийся до самого горизонта, освящаемый теплыми рассветными лучами солнца. Ради этих вещей стоило жить, ведь в них даже такой потерянный, лишенный всего человек, мог найти нечто прекрасное. Спрыгнув вниз, за пределы внешней стены аббатства, парень побежал что есть силы, через высокую зеленую траву. То и дело он спотыкался голыми ногами об камни, цеплялся руками за острые кустарники, и без конца падал и падал. Однако, всё это не могло остановить его желания добраться до океана. Наконец, истратив весь запас сил, он тяжело опустился облокотившись на одно из деревьев, в попытке отдышаться. В это время лес вокруг него оживал, а животные начинали свою дневную суету, полностью игнорируя его существование. Отдышавшись, он продолжил идти, цепляясь ногами за корни деревьев, и то и дело проваливаясь в какие нибудь небольшие норы и ямки. Так его путь до заветного океана продлился целую неделю. Наконец, за кронами деревьев показался лазурный пляж. Лишь выйдя на его берег, и ступив ногой на песок, из его пустых глаз вновь полились слёзы. Что это за место? Что он потерял? Он ничего не знал, и ничего не мог вспомнить. Подойдя к океану, он окинул горизонт безразличным взглядом. Прямо перед ним заходило солнце, уплывая за линию океана. Оно манило его к себе, и не удержавшись, он пошел прямо по поверхности воды, словно пытаясь догнать солнце прежде чем оно скроется за горизонтом. Ничто больше его сейчас не интересовало, он не хотел даже пить или есть. Неизвестно, питает ли его еще мана, и есть ли она у него вообще. Но одно известно наверняка: на этот остров он сейчас возвращаться на намерен. Его путь лежит к краю океана, туда, где заходит солнце. ---------- Лезвие волны. В пешем пути по воде, он провел, по меньшей мере, месяц. С каждым днем вид его становился всё хуже, а тело постепенно иссушалось, под воздействием нагрузок и отсутствием еды и воды. Наконец, его заметили с одного из проплывающих рядом кораблей. — Митч, смотри! Там человек! — Да ты должно быть шутишь, что он тут забыл? Девушка и парень, лет восемнадцати, с интересом наблюдали за странным идущим по воде обнаженным человеком, свисая с палубы небольшой двух парусной бригантины. Они были одеты как обычные мореплаватели, в белые подвязанные рубахи, и холщовые штаны. — Эй, давай к нам. Ты чего там забыл? Улыбчивая девушка с обвязанной вокруг головы красной тряпкой, сбросила вниз шлюпку, и ловко приземлившись в неё, сама подплыла к странному путешественнику. В ответ он лишь одарил ее пустым взглядом, слегка замедлив ход. — Ну? — она вопросительно посмотрела на парня, подплывая вплотную, но тот лишь остановился, молча глядя на нее. — Да что ж с тобой не так то? — она потянула его за руку, и тот грохнулся в шлюпку. — Давайте поднимайте нас. — А это точно безопасно? — Думаю да. От него магией едва пахнет, он не сильнее ребенка должен быть. Кстати он и физически то очень слаб. Сначала я думала что мне показалось, но он действительно изнеможден. Да и неужели мы можем оставить человека в океане? — Мы даже его разрешение вроде как не спросили. — Так он молчит, и не сопротивляется! — девушка вытащила безымянного из шлюпки на палубу. По какой то причине он уже не мог подняться на ноги сам, и лишь тянул руки к солнцу, безуспешно пытаясь встать. — Выглядит он совсем плохо, как будто не ел год. Мари, давай отнесем его в каюту. Оттащив его в каюту и уложив на мягкую койку у окна, Мари устало опустилась на табуретку, а Митч пошел за водой. — Да кто же ты такой? — она аккуратно убрала волосы с его лба. По линии роста волос у безымянного виднелся шрам в виде венка, обвивающего голову. «Он еще и голый..» Подумала Мари, глядя на обвязанный вокруг его тела плащ. «Несмотря ни на что, нужно его одеть.» Решительно заявила для себя Мари, и хоть сделать это было трудно, но у нее всё же получилось. — С этим твоим плащом что то не так... И действительно, лишь надев плащ на безымянного, вид его одежды начал меняться, из серого превращаясь в черный: воротник словно живой, поднялся выше, а золотые вышитые змеи, начали менять свой цвет на серебристых, постепенно вытягиваясь и изменяя форму, складываясь в причудливые трикветры. Постепенно плащ словно живой, начал ползти вниз, создавая из пустоты черные брюки и очерчивая тело. Последним штрихом были, казалось бы, неуместные тут деревянные сандали, какие носили самураи на закате эпохи эдо. Если окинуть всю картину целиком, то плащ теперь напоминал скорее кимоно, нежели тот строгий, почти военный стиль, что был у него ранее. Внезапно лежащий резко дернул ногой, и один из деревянный сандалей отлетев в стену, растворился в воздухе серой, пепельной дымкой. — Ничего себе, и вот у него то нет магии? — Митч стоял рядом, держа тарелку фруктов, и увлеченно наблюдая за живой одеждой. — Ты его сама одела? — Всё, иди отсюда, — отобрав тарелку и краснея, Мари выставила Митча за дверь, тем более что у него сейчас были дела и поважнее. Она же, будучи внучкой капитана, почти всегда скучала тут без дела. — Мне рассказать капитану? — послышался голос из за двери. — Пока не надо. Вот как очнется, там и подумаем. — Ну, как знаешь. Я буду в трюме если что. — Угу. Подойдя к спящему парню, с тарелкой фруктов, Мари села рядом, глядя сначала в окно на необъятный океан, а потом на лицо таинственного путника. «А ты красивый, хоть твой взгляд и пугает немного» — подумала она, вновь убирая волосы с его лица, от чего тот кажется мгновенно проснулся, с трудом открывая глаза. — Доброе утро. Хочешь что нибудь сказать? В ответ как всегда последовало лишь молчание. — Неужели ты не умеешь говорить? Да быть такого не может, взрослый же парень. Она попыталась взаимодействовать с ним жестами, но он лишь смотрел куда то сквозь потолок. — Эх, бесполезно да? И вот что нам с тобой делать? Дедушка то может и поймет, а вот остальные... И как мне вообще им это объяснить? — Кто этот человек? — внезапно раздался голос за спиной Мари. Она даже не заметила, как ее дедушка зашел в каюту. — Ох, я только хотела тебе рассказать... — Да? — Седой старик с явной залысиной на голове, хитро улыбнулся, явно дав понять, что с самого начала обо всём знал. Впрочем, он ведь и останавливал корабль что бы подобрать этого человека. — И что он, молчит? — Ага. Старик приблизился к безымянному, и положив ему руку на плечо, долго смотрел в глаза. — Что с ним? Ты знаешь? — не унималась внучка. — Всё плохо, — констатировал капитан, встав с табуретки после длительного транса. — Плохо в каком смысле? — В буквальном смысле. У него нет души. Я вообще не знаю, почему он еще жив. В его теле есть совсем немного маны, но я не чувствую душу. Он как.. Боевой артефакт или что то в этом роде. — Разве такое возможно сотворить с человеком? — Когда я еще работал в академии, мы с коллегами об этом часто спорили. — И к чему пришли? — Это наверняка возможно, но условия для проведения подобной метаморфозы современной магической науке не известны. Такие эксперименты под строжайшим запретом. Еще раз заглянув в глаза безымянному, он внезапно передумал: — В нём все ещё осталась частичка личности, его энергия не нейтральна. Она скачет между положительной и отрицательной, но это не чистая мана как у боевых артефактов. — Значит не всё потеряно? — Тут как посмотреть. Но я бы скорее сказал, что всё потеряно. Либо его душа разрушилась, а он по какой то причине выжил сохранив остатки личности, либо душа просто скрыта от моих глаз. — Душу можно скрыть? Что то вроде как притвориться мертвым, да? — Можно, но тебя обнаружат по следу маны. Всё таки это заклинание, а тут... Тут ничего такого нет. — И что мы будем с ним делать? — Ждать, что еще. Мы же не можем выбросить его в открытый океан. Можешь брать для него мою еду, я всё таки в этом не особо нуждаюсь. — Спасибо дедушка. — Ага, следи тут за ним. Всё таки он интересный малый, и одежда у него... необычная. А я пойду проверю рулевого. Что то мне не нравится наш курс. — Мы скоро будем в Гинне? — Как повезет. По моим подсчетам, примерно через девять дней, только если рулевой не будет отклонять нас от курса. Закрыв за собой дверь, шаги капитана постепенно удалились. — Правда у меня добрый дедушка? — Мари беззаботно улыбнулась парню, смотрящему в потолок. Сочетание рыжих волос и красной повязки, выделяли ее серые невыразительные глаза, даруя им какую то дружелюбную, и слегка бойкую приветливость. — Да, ты ведь меня даже не понимаешь... — грустно пробубнила она под нос, ненадолго выходя из каюты, чтобы развеяться. После этого она еще много раз возвращалась к спящему в ее каюте парню, чтобы просто проведать его, или принести еду, которую он неохотно, но всё же ел. Так тянулись дни за днями, а берег всё не показывался на горизонте. Сидя на мачте и разглядывая вечерний закат, Мари вздрогнула, когда рядом появилась ее подружка Роза. — Что, всё думаешь о нём? — Да что о нём думать, — печально опустила взгляд девушка. Действительно, ведь о нём и сказать то было нечего. Просто лежит, просто смотрит в потолок, а еще чаще спит. Кто и откуда тоже неизвестно. Вроде и загадочно, но в тоже время так не понятно, что даже скучно. — Ну, он конечно красавчик. Жаль что такая мордашка пропадает. — Доберемся до порта, там и будем разбираться. У дедушки много связей, так что проблемой это не будет. — Может и не стоило его подбирать? Уж больно много с ним мороки. — Да нормально. Всё равно у нас ничего обычно не происходит. Уже два года возим грузы туда-сюда, да и всё. — Скучаешь по былым временам? — Ага. Помню, приходила к дедушке в академию, слушать его уроки. Конечно, ничего толком не понимала, но меня там все студенты любили, и в целом было интересно. — А почему он ушел? Разве работа в академии не престижнее? — Я не знаю, — грустно вздохнула Мари, — он постоянно уходит от темы, когда я его об этом спрашиваю. В итоге я просто перестала говорить об этом. — И что, неужели нет никаких догадок? — Есть, но их слишком много, чтобы выбрать одну конкретную. Ты ведь знаешь, какая грязь творится порой в наших академиях. Даже в мировой всё не так гладко. — Ну да. Может по этому твой дедушка и ушел. Не хотел марать совесть, — Роза убрала за ухо свои короткие черные волосы, спадающие чуть ниже уровня шеи. У нее был очень необычный цвет глаз, с легким фиалковым отливом, за что Мари иногда называла ее именами разных похожих цветов. Сидя на мачте и скрестив ноги, две подруги обсуждали всё на свете. — Слушай Роза, а ты когда нибудь влюблялась? — Конечно, — В ответ девушка хищно блеснула глазами, хитро улыбнувшись. — И как это было? — Ну, по началу не понимаешь... А потом раз, и всё. Понимаешь что влюбилась, и уже тяжело не думать о человеке, — Роза немного погрустнела, опустив глаза. — О, понятно... — А что, ты тоже влюбилась? Если ты про этого потеряшку, то я могу тебя понять, он действительно очень симпатичный. — Нет нет, ничего такого. Вообще, по началу я правда думала что влюбилась, но... Чем больше я смотрю на него, тем сильнее он меня пугает. Что будет, когда он заговорит? — Заговорит ли он вообще, вот в чем вопрос. Если он действительно потерял душу, то его смерть — вопрос времени. — Знаешь, я не думаю что он потерял душу. Всё таки без души даже некоторые камни не живут. — Ага, но ведет он себя порой не лучше мертвого дерева. — Подожди... — Мари вгляделась в горизонт отмахиваясь от подруги, ее взгляд уловил нечто непривычное. — Роза, ты это видишь? — Это... Ночь наступала всего через несколько минут. В свете последних отблесков солнца, в нескольких киллометрах от корабля, сквозь прозрачную воду виднелось нечто массивное, и что хуже, живое, диаметром в несколько сотен метров, — Дедушка! — Мари спрыгнула с высокой мачты, приземлившись на четыре конечности. — Что случилось? — Кажется впереди огромный дикий. — Что? — Лицо капитана помрачнело. — Предположительно какой ранг? — Визуально тянет на разрушение, не меньше. — Близко? — Пара километров. — Вот черт. Мы не успеем развернуться... Команда! Приготовиться к бою, наш противник, дикий, предположительно ранга «разрушение», — телепатически обратился старик ко всем членам экипажа. — Маркус, ты не мог бы кричать где нибудь в другом месте? — высокий русый мужчина с острыми ушами, одетый в синюю робу, выходил из отсека кают, потягиваясь и зевая. — Эллид, я понимаю что ты хочешь спать, но у нас там впереди дикий ранга «разрушения». Не хотел бы разобраться с ним? — А я смогу? — Эльф медленно полез в сумку, доставая оттуда книгу. — Ну ты уж постарайся. Не зря же мы тебя каждый раз с собой берем. — А ты что будешь делать? — Я уже слишком стар для таких схваток, но тоже попробую. — Хах, ты то слишком стар? Кого ты пытаешься.. Внезапно нос корабля врезался во что то массивное, прервав эльфа на полуслове. Сама обшивка не повредилась, будучи защищенной магией, но вот почти все стоящие на корабле люди, полетели кто куда. В этот момент солнце уже полностью скрылось за горизонтом, и наступила темная океаническая ночь. Казалось, что даже звёзды пропали с неба. — Магический свет! Срочно! Несколько магов подняли руки, и небольшие огоньки света начали появляться в разных точках корабля. — О господи... Все присутствующие застыли в ужасе. Из темноты, на них смотрело множество огромных красных глаз, уродливо выступающих из массивного тела в несколько раз больше самого корабля, освещаемого небольшими огоньками. — Похоже, нам всем конец, закричал кто то, убегая внутрь кают. — Проклятый трус! — Зарычал Маркус, принимая стойку боевого мага, схожую с базовой стойкой в каратэ. — Команда, слушать меня. Нас тут порядка тридцати человек, большинство с боевыми атрибутами. Варианта у нас два: или мы проиграем этой твари, и пойдем под воду, или победим, и сорвём огромный куш. Ранг этого дикого действительно близок к рангу «разрушения», так что на выручку с его туши можно будет пить всю жизнь. Подойдя к краю корабля, почти вплотную приблизившись к самому большому глазу, в руке Маркуса засияли вспышки молний. — А все кто не хочет сражаться, могут прыгать за борт прямо сейчас, потому что лучшего шанса на выживание у вас уже не будет. После этих слов, старик выпустил в существо огромный мощный разряд электричества, поразивший не только дикого, но и область океана вокруг корабля в диаметре нескольких сотен метров. После этой атаки, в море почти сразу поднялся ужасный шум от криков множества подводных существ. Чья то изуродованная, облезшая рука зацепилась за край палубы с обратной стороны. — Наконец вы показались, думали я вас не замечу? Беда никогда не приходит одна. Всем к бою! На палубе развязалась нешуточная битва. Множество гуманоидных амфибий прыгали на палубу корабля, почти сразу лишаясь жизни. Среди членов экипажа была пара хороших мечников, мгновенно уничтожавших нападавших. Однако и этого было не достаточно. «Рыболюди» прибывали слишком быстро, и паре-тройке человек физически не удавалось пересилить такое число. В этот момент в битву включились маги во главе с Эллидом. Они разрывали рыболюдей потоками ветра, запирали в камне, сжигали заживо и рубили магическим оружием. В это время сам Эллид, ценой чудовищных усилий, сдерживал огромного дикого кракена, заковав множество его гигантских щупалец в лёд. От подобных усилий, уже через минуту у него изо рта пошла кровь. — Маркус, я продержусь еще максимум пару минут. Ты должен закончить это как можно быстрее. — Я понимаю, но почему то моя молния работает на него очень плохо. — Дедушка! Вам нужна помощь? — Мари выбежала из кают, подбегая к капитану. — Ты что здесь делаешь?! Быстро назад! Тут слишком опасно. — Но я хочу помочь! Наши люди не справляются, этих тварей слишком много! Маркус осмотрелся вокруг, его внучка была права. Позиции экипажа в этой битве насмерть, сильно теснили. Некоторые маги потратили уже больше половины сил, стараясь экономить магию, а обычные бойцы были сильно ранены. В это же время, как назло, начинала бушевать ужасная буря. В небе сверкали грозы, а дождь постепенно перешел в ливень стеной. — Экипаж, слушать меня, — Раздался голос в голове у каждого кто находился на корабле. — Всем кто сейчас находится на палубе, закрыться в трюме и поднять магические барьеры. Ни в коем случае не снимать их, пока я не скажу, и тем более не выходить наружу. А теперь живо все внутрь! — Даже я? — Обратился к нему Эллид. — Даже ты. — Дедушка, но как же.. — Всё будет в порядке, моя дорогая. Не забывай, кем я был раньше, — он подтолкнул ее ко входу в каюты, а сам развернувшись пошел на встречу монументальной морской твари. Сквозь шум дождя слышались крики окружающих его рыболюдей, а молнии били лишь сильнее с каждой секундой. — Что же, теперь у меня наконец развязаны руки. Что, думаешь что вода, это твоя стихия? Тогда давай я познакомлю тебя со своей. Седой старик в серой робе монаха, с которой он никогда не расставался, поднял руку к небу. Множество молний пронзающих тучи вмиг бросились к нему, с огромной силой ударяя в его руку. В какой то момент, воздух вокруг старика начал дрожать, а наэлектризованные капли стали замирать в воздухе, передавая ток по длинным цепочкам, испепеляющим рыболюдей находящихся на корабле. Вода вокруг корабля корабля бурлила, и казалось будто, каждая капля дождя падающая на кракена, заряжена мощным электрическим разрядом. — А теперь давай посмотрим, как ты переживешь это: — приняв стойку боевого мага, и вытянув две руки вперед, старик словно сконцентрировал всю бурю у себя над головой, собрав ее в мощный пучок, или быть может, копьё. Его руки дрожали. Сдержать подобную энергию едва ли под силу даже очень опытному магу. Буквально рыча от злости, он с великой тяжестью опустил на кракена монументальный разряд молнии, пробивший тело существа насквозь, и осветивший глубины океана своим молниеносными сиянием. — Ну вот и.. всё. Один удар. Старик медленно опустился на пол. Он тяжело дышал, его тело дымилось, и остатки молнии распылялись в воздухе. — Почему..., — внезапно промолвил он, безнадежно глядя куда то за борт — огромный красный глаз вновь появился перед кораблем. В теле кракена зияла дыра пробившая его насквозь, но даже так, он не был убит. Дикие класса «разрушение» и выше, это существа, способные приспособиться к любому урону, и выработать сопротивление и стратегию против любой угрозы. Нужно лишь дать им время. — Значит это.. конец. — Старик беспомощно сидел, глядя на десятки мощных щупалец вырывающихся из под воды для нанесения финального удара. — Подожди! Не иди туда, там слишком опасно! — донесся до Маркуса голос, откуда то со стороны кают. — Что ты тут делаешь? — он удивленно посмотрел на длинноволосого парня в красивом черном плаще. На мгновение Маркусу показалось, что глаза безымянного наполнены пониманием, и что важнее, разумом. Параллельно с этим, когда он посмотрел на дикого, в его взгляде так же отразились решимость и холодный гнев. Гигантские щупальца уже летели в сторону корабля, подымая на море чудовищные волны, против которых даже очарованный магией баркас не смог бы устоять — Парень, здесь не место для.. Безымянный отвел пустую руку назад, словно в ней был меч. Он стоял ровно как струна, с холодной решимостью глядя на надвигающиеся исполинские щупальца. Легкий, выверенный взмах руки, и огромная туша кракена разделена на две части. Резкое движение пальцев, и вот гигантские щупальца уже падают в воду, поднимая волны, и окрашивая океан в алый цвет. Каждое движение руки этого человека, было разрушительно для древнего, словно его рассекают дамокловым мечом. Сам же безымянный, в буре хаоса и смятения, стоял ровно как скала омываемая пенистыми волнами, и лишь совершал четкие, выверенные до идеала движения руками, будто он повторял их бесконечное количество раз до этого. Лишь когда гигантское существо было поделено на мельчайшие части, он опустил руки. Последний раз осмысленно посмотрев старику в глаза, он вновь потух. Стоявшая рядом Мари, едва успела поймать его падающее тело, усилием воли вырвав себя из шокового состояния. — Он жив но.. — Какого черта.. Этот парень, мастер меча, — закричал кто то из подоспевших к этому моменту зрителей. — Отнесите его обратно в каюту, и не трогайте какое то время. Кроме меня и Мари никому не заходить, — Маркус закашлялся кровью. — Дедушка! Срочно, позовите Розу! — Я в порядке. В прошлом я использовал и более сильную магию. Против нее, эта тварь бы точно не выстояла, — Старик снова закашлялся, но всё равно самостоятельно встав, поплелся вслед за уносящими тело мечника людьми. «Мне придется задать тебе много вопросов, парень, а еще поблагодарить от лица всех людей на этом корабле. Не думаю, что есть цена, которую я смогу заплатить тебе, за спасение наших жизней» — подумал он, входя в каюту вслед за двумя мужчинами, вносящими тело внутрь. ---------- Взгляд холодного серебра. Прошло несколько дней, а безымянный всё никак не просыпался, и берег не стал ближе. — Черт, похоже мы всё же отклонились от курса, — Старик стоял на носу корабля рядом с рулевым, разглядывая гладь океана. — Магия навигации почему то снова заработала, так что я уже настраиваю курс. Думаю, через неделю мы будем на месте. Слишком западно отклонились. — Да уж, если бы не добыча в виде кракена, то мы бы уже понесли убытки на такой задержке рейса. — Ничего не поделаешь, места тут опасные. Нам еще сильно повезло, многие корабли эту черту и не пересекают. — Просто по этому маршруту плавают только жадные торгаши вроде нас. Откуда тут вообще появился настолько сильный дикий? Они должны бродить на огромном удалении от торговых маршрутов. — Я и сам этого не понимаю. Мы конечно отклонились, но не так сильно.. — Ладно, что то погода под вечер портится. Пойду проведаю нашего гостя, может он уже очнулся. — Несколько дней прошло, пора бы уже, — рулевой вернулся за штурвал, насвистывая какую то песню. Спустившись к каютам, Маркус открыл одну из первых дверей, и аккуратно зайдя внутрь, замер, с удивлением рассматривая сидящего у окна парня. — Добрый вечер, капитан, — человек повернулся к Маркусу, его взгляд был живым и естественным, а еще, всё таким же железным, как и в тот раз. Взяв табурет, Маркус сел напротив. — Даже не знаю что сказать... Как тебя зовут? — Честно говоря, я без понятия. Вообще ничего не помню, даже не особо ощущаю себя человеком. Странное ощущение. — Понятно... Оно и не удивительно, у тебя ведь души нет. — Да? — Парень потрогал свою грудь, словно пытался ощутить тепло собственной души. — Не думаю что вы правы, Маркус. — И почему же? — Потому что я еще тут. — Логично. Ты помнишь, как убивал дикого? — Ага, до мельчайших деталей. — Что это вообще было? — Вы и сами знаете. Мастерство меча. — И как ты его обрел? — Не знаю, но это мне знать и не к чему. Мастерство меча это удел тела, а не разума. — Разве? Никогда не слышал о бездумных мастерах меча. — Хах, это рефлексы, друг мой. Тело помнит, даже когда рассудок дремлет, таковы последствия упорных тренировок. — Так ты что то помнишь? — Нет, но предполагаю. На самом деле, мне скорее интересно, почему я вообще пробудился, и что мне теперь делать. — Ты что нибудь помнишь из момента пробуждения? — Только как ощутил безумную ненависть, случайно увидев красные глаза кракена в окно каюты. До этого момента в моей голове была абсолютная пустота, словно во сне без картинки. А после... Я словно взорвался изнутри, и разум заполонил сознание. — Хорошо хоть так. В любом случае, я должен поблагодарить тебя за наше спасение. Без тебя мы бы все были на морском дне. Могу я что то сделать для тебя? — В качестве благодарности? — Разумеется. Парень на мгновение задумался, глядя на гладь океана, по которой медленно ударяли тяжелые капли дождя. Наконец, повернувшись к Маркусу, он заглянул ему прямо в душу: — Пожалуйста, помогите мне понять, кто я или что. Незнание для меня хуже забвения. — Ну, если таково твое желание, то конечно я помогу. — А, и еще кое что. Давайте по возможности станем товарищами. — С чего вдруг тебя потянуло на любезности? — Я видел вашу атаку, и она тронула одну из струн моей души, или что там у меня. Вы ведь могли и умереть там. — Ага, я был заочно мертв после этой самоубийственной техники. — У нее есть название? — Да, я называл ее «руками грома». Она работает только в сильные бури, и концентрирует не мою энергию, а энергию природы. Очень полезно использовать ее в море, когда идет шторм. — А этот корабль... Он зачарован? Мне казалось что в ту бурю даже земля переворачивалась с ног на голову, а корабль почему то остался в полном порядке. — Да, у нас дорогой зачарованный корпус. Там множество разных чар. Не буду вдаваться в детали, но разбить бригантину или перевернуть ее по итогу очень трудно. — Зачарование да? Звучит неплохо, надо будет заняться зачарованием, — после этих слов, глаза парня расширились от удивления. — Что то не так? — Нет, просто у меня дежавю, кажется я уже говорил эти слова. — Ну раз уж ты ничего не помнишь, значит такое вполне возможно. На самом деле теперь я тоже подозреваю, что душа у тебя сохранилась. Ты ведь мог использовать магию. — Вы про мастерство меча? — Ну да, это ведь чистейшая магия. — Ага, она самая. Просто субъективное представление мечника о действии его меча, воплощенное в жизнь при помощи магии, подобно огненному шару. И почему вообще мастеров меча так мало? — Потому что это субъективное представление едва ли возможно, без десятков лет упорных тренировок. Меч это сложное и благородное оружие. — Хоть по факту и кусок металла да? Вся эта философия утомительна, — Парень тяжело вздохнул. — Могу тебя понять, тема не самая интересная. Может у тебя есть ко мне вопросы? — У меня к вам уйма вопросов. — Хорошо, задавай. — Как я сюда попал? Капитан рассказал парню всю историю от начала и до конца, не утаив никаких деталей. — Понятно.. Хах, это очень странно, не находите? Что я мог делать чуть ли не в центре океана, да еще и на своих двоих? Какое то безумие. — То что ты вытворял с кракеном тоже кто то назовет безумием. — Мда. Кстати, за диких ведь полагается награда? — Ну да, а за этого она должна быть огромной. — Тогда заберите себе 80%. — Почему именно такая сумма? Парень осмотрел свою одежду, и пожал плечами. — А куда мне тратить деньги? Где их хранить, и зачем? — Ну, купил бы себе дом, обустроился. — Мне нужны ответы, Маркус, а ответы не найдешь сидя на одном месте. Боюсь что я еще не скоро смогу обрести свой дом, если вообще смогу. — Хорошая позиция, я уважаю твой выбор, и как и говорил, помогу тебе. —Отлично. Куда мы сейчас плывем? — В Гинну, это один из больших портов на флегрейсе. — Вы торговцы? — Да, перевозим разные грузы, вроде одежды и шелков. — А людей? — в вечернем свете масляной лампы этот вопрос показался Маркусу малость циничным, но винить собеседника он не мог, такое уж у него сейчас состояние. — Нет, это запрещено законами Флегрейса, а с законом я больше дел иметь не хочу. Да и мораль не позволит мне трогать человека. — Именно человека? Если бы был, ну скажем эльф, то вы бы подумали? — Почему ты спрашиваешь? Парень проникновенно посмотрел на Маркуса, и в свете лампы, его глаза отливали чистым серебром. «Очень необычный цвет», подумал старик. — Почему я спрашиваю? Ну, просто кое что не дает мне покоя. Маркус, почему вы стали торговцем? Я ни за что в жизни не поверю, что вы были им всю жизнь. Ваши навыки слишком хороши для этого. — Ох, другой мой, это не та история, о которой тебе бы хотелось услышать, можешь поверить мне на слово. — Но ведь это важно.. — А что, у тебя есть догадки? — Да, но я хочу услышать вашу версию. — Ладно, я расскажу тебе, но только потому что я всё ещё твой должник. — Понимаешь, сейчас на Флегрейсе люди не в почете.. — Понятно, это худшая из моих версий, — парень изрядно помрачнел. — Против человеческой расы строят заговоры. Мне пришлось покинуть академию, чтобы сохранить в безопасности свою семью. Меня едва не упекли за решетку в тот раз. До торговцев им дела нет, всё таки это обеспечение экономики континента, но вот в остальном людям приходится несладко. — И почему вы не боретесь с этим? — Мы боимся. Уже давно боимся, после того как человеческий род чуть не уничтожили в той войне. — Похоже, мне предстоит многое сделать, — сказал парень, вставая с постели. — О чем это ты? Парень поманил капитана за собой, выходя из каюты. Выбравшись на палубу и подойдя к борту, он облокотившись на бортик, стал наблюдать за ночной луной. На палубе было несколько человек, и все они застыли в нетерпеливом предвкушении. Это был первый раз, когда они могли услышать его речь. — Знаешь Маркус, я не помню кто я и зачем, и даже есть ли у меня душа. Но зато я точно знаю, что у меня есть сердце. Глядя на ваши самоотверженные попытки спасти этих людей, мне становится обидно за всех остальных, беспомощных членов экипажа, и в целом за человеческий род. Люди это самая универсальная и лояльная раса этого мира. Да даже магия... Все ведь знают, что только человек способен родиться с абсолютно любым атрибутом из всех существующих, в отличии от каких нибудь снежных эльфов. — Ты прав, парень. Просто люди забыли, как пользоваться силой, и как держаться рядом со своими. Всё что мы можем это бежать. — Я не бегу, — парень повернулся к старику, положив ему руку на плечо. — Слушай, Маркус, хочешь изменить мир к лучшему? Ты сказал что никогда не продал бы человека, и я тебя понимаю. Я бы тоже никогда не продал человечество. Как на счет небольшого сотрудничества? — Я не стану ввязываться в войну, если ты ее начнешь, даже если это будет во благо человечества. — Хах, я бы и не попросил тебя о подобном, ведь у тебя есть семья. Мне от тебя нужна будет только информация. Никто и не узнает о нашей связи. — Хорошо, я уже пообещал помочь тебе, так что будем считать что это входит в часть сделки. Мне вот только интересно, откуда в тебе появилось столько амбиций и уверенности? Ты ведь даже имя своё не знаешь. — А почему у меня ее не должно быть? Пускай я ничего не помню, но моё время идет,— впервые за всё время, мечник улыбнулся, и пройдя мимо капитана, удалился в свою каюту. — Эээ, кэп... Что это было? — один из матросов испуганно выглядывал из за мачты, а второй кажется прослезился, услышав проникновенную речь мечника. — Это наш новый горе-попутчик, вы уж будьте с ним добрее, ему это явно нужно. Да, Мари наверное будет в восторге.. Несмотря на противоречивые слова мечника, Маркус всё же не мог им не восхищаться. Он едва очнулся от беспамятства, а уже собирается спасать человеческий род. Это либо безрассудство, либо принципиальная храбрость, а что из этого на деле, покажет только время. ---------- Порт Гинна. — Так значит, ты заботилась обо мне всё это время? Парень окинул взглядом красноволосую девушку, робко сидящую рядом. Обычно она вела себя более раскованно, но его взгляд словно прижимал к земле, и подбирать слова было трудно. — Что, теперь ты будешь молчать? Возможно, наши с тобой пути разойдутся, так что если есть что спросить, спрашивай сейчас. «Он действительно страшный. Слишком суровый, прямо как отец. Как ему в глаза смотреть то?» — думала она, стараясь не хвататься за голову. — Ты ну.. Что ты будешь делать по прибытию? У тебя есть какие то планы? — Всё будет так, как решит твой дед. Он обещал помочь мне с этим, поскольку у меня в голове всё ещё нет четкой картины мира. — Даже имя свое не помнишь? — Ага. Надо будет взять себе псевдоним на время. — О! Давай я тебе придумаю! Парень с недоверием посмотрел на девушку, и у нее по телу побежали мурашки. — Ну, ты конечно можешь попытаться.. — Отлично, как на счет черного мечника? — Уже есть. — Может серый рыцарь? — В каком месте я рыцарь? — Ну тогда, не знаю.. серый мечник. — Такой тоже где то бродит. И что у тебя вообще с фантазией? Я конечно признателен тебе за такую «похвалу», но не очень хочется присваивать себе имя персоны мирового масштаба. — Да уж, об этом я не подумала.. Может быть, безымянный? Мы так тебя называли пока ты был без сознания. — Хм, ну вроде как подходит. Для человека то без имени. — Вот и хорошо. Кстати! Давно хотела спросить: я заметила что твои волосы начали менять цвет. Они были черными, а теперь становятся каким то более пепельными что ли. Да и твои глаза, — девушка запнулась, немного покраснев, — твои глаза тоже теперь цвета серебра. — Совершенно без понятия, почему так происходит. — Наверное из за пробуждения души, — послышалось старческое бурчание из за двери, и через мгновение в ней показался капитан корабля. — Собирайтесь, мы почти приплыли. Через пару часов будем на месте. — А там? — Из Гинны, поедем домой, а там уже решим что с тобой делать. — Далеко до вас от Гинны? — Пара дней пути. Нам еще нужно разгрузить корабль, так что всё это будет не так быстро. — Отлично, скорее бы выйти на сушу, — констатировал мечник, выходя на палубу и попутно врезаясь в кого то. — Ой, извините.. — Роза с трудом подняла глаза, поймав на себе возвышающийся как гора взгляд высокого, красивого парня. — Ох.. — В ее голове замелькали неприличные мысли, когда она вспомнила обнаженный торс этого человека, но она силой отогнала эти воспоминания, думая в первую очередь о своей подруге. — Всё в порядке? Безымянный наклонился к девушке, разглядывая красный след от удара у нее на лбу. —Да да, конечно. Я просто должна смотреть куда иду. — Эй вы, не поможете разгрузить трюм? Хотим сделать это до прибытия в порт, — обратился к ним один из матросов. — Отличная идея. Я очень давно не разминался, — пепел спешно направился в трюм. Ему безумно хотелось что нибудь поднять, дабы ощутить тяжесть в теле. Это чувство делало его чуть более живым, ну или по крайней мере так ему казалось. В капитанской каюте тем временем велись оживленные обсуждения. — Ничего себе у нас работничек. Может нам уволить половину экипажа? Он же за десятерых работает. — Хах, ты же не думаешь, что мы сможем его удержать? Да и тут, среди ящиков и крыс, этому человеку не место. — А по моему ему нравится разгружать ящики. — Иди уже, помоги навести порядок в трюме. Нечего доставать стариков по пустякам. Только юнга успел уйти, как в капитанскую каюту наведалась новая персона, на этот раз эльфийских кровей. — Интересный он однако парень. О нём последнюю неделю только все и говорят. — Ну ты сам видел, что он сделал. Ему лет то двадцать от силы, а он уже может взмахом руки поделить кракена на идеальные дольки. — И тебя это не пугает? Не слишком ли он для нас опасен? — Опасно так мыслить, Эллид. Он спас нам жизнь, и он слишком силен, чтобы мы пытались помешать ему, даже если бы я вдруг этого захотел. — И всё же, это слишком странно. Как можно стать мастером меча в таком юном возрасте? — Способы есть, просто мы о них не знаем. — Ты говоришь это каждый раз. — Потому что это правда, друг мой. Так работает наука, — Маркус похлопал эльфа по спине, выходя из каюты. Через час они уже должны быть в порту, и он не хотел пропустить это момент. Несколько раздраженный эльф в ответ лишь последовал за своим капитаном, не решаясь больше перечить. Возможно, Маркус всё же был прав, хоть гордость эльфа и не позволяла ему принять эти факты. — И так, давайте распределим роли на то время, что мы будем в городе, — Маркус телепатически обратился ко всем присутствующим на корабле. Около половины экипажа должно было разгружать товары на берег, а оставшиеся свободные члены экипажа, займутся кракеном. Его туша всё это время плыла за кораблем на прицепе, и теперь подплывая к континенту, они уже начинали собирать внимание от проплывающих рядом кораблей. — Эх, жалко от кракена не так много осталось, да? — Ну уж извините, — Безымянный мрачно улыбнулся, — ничего не мог с собой поделать, этот кракен напомнил мне о ком то безумно неприятном. Похоже у меня даже разум пробудился от таких ассоциаций. — Ага, я тоже рыбы не любитель, хоть и всегда в море. — Смешная шутка, смешная, — Безымянный осторожно улыбнулся, глядя на голубое безоблачное небо. Огромный зеленый материк был совсем близко, и он с нетерпением ждал момента, когда сможет ступить на его земли. Тайна собственной личности двигала его вперед, вкупе с некоторыми недавно обретенными задачами. — Правда он красивый? — Маркус указал рукой на белокаменный порт, практически полностью отделанный мрамором не самого высокого качества. Даже двухэтажные дома в этом месте выглядели солидно и изысканно, сочетая в себе средневековый и античный стили архитектуры. — Не слишком роскошно для порта? — Как раз таки наоборот, портовые города самые богатые, это ведь по сути входная точка в мир для любого торговца. — К тому же этот город не всегда был портом, — добавил стоящий рядом Эллид, — изначально его строили как цитадель для обороны от пиратов. Видишь большую белую крепость, что возвышается на холме? Всё начиналось с нее. В целом местность то очень холмистая, все дома и улицы на разных уровнях. — Да, это удобно при обороне. Можно придумать много интересных стратегий. — Основатели бастиона думали так же. Но со временем вражда перешла из внешней во внутреннюю, и необходимость в обороне от внешних противников отпала. Изредка только набегают особо отчаянные пираты, но в городе почти всегда есть какой нибудь, сильный путешествующий маг или кто похуже, так что эти проблемы быстро решаются. Подплывая к порту, совсем рядом с их кораблем прошел большой трехмачтовый бриг. — Вау, много такой стоит? — Безымянный кажется был поражен величием этого судна с желтыми парусами. — Больше чем кажется. Сборка, зачарование, регистрация, спуск на воду.. Это всё большие деньги. — Не хотите купить себе такой? — Я еще подумаю над этим, — Маркус посмотрел на куски кракена плетущиеся сзади, размышляя, куда он в действительности мог бы потратить эти деньги. Может на семью? Наконец, их бригантина прибилась к берегу, и Маркус пошел разбираться с принимающим суда зверо-человеком. — Это что, помесь человека и лисы? — Ну да, стандартный зверолюд, — добавил Митч, подходя к безымянному. За время в пути эти двое кажется смогли стать товарищами, хоть и не так часто разговаривали. — Иронично, что в названии их расы есть часть названия нашей. — Ну, люди внесли большой вклад в мировой язык, так что это не удивительно. Уверен, они себя по другому называют. Не хочешь прогуляться по порту? Я тебе всё покажу; знаю его как свои пять пальцев. — С удовольствием. — Ну тогда вперед, — Митч спрыгнул с судна на каменный причал, похоже что капитан уже уладил все вопросы, и теперь экипаж разгружал вынесенные на верхнюю палубу ящики. Свернув в какую то тесную улицу, забитую прохожими, и нищими просящими подаяние, два путника совсем скоро оказались на большом местном рынке. — Что тут продают? — Всё, и даже больше, — злобно ухмыльнулся Митч, подходя к одной из старушек, торгующих какими то бутылками. — Мать, а продай ка мне вон ту настойку, — парень указал рукой на бутылку с головой змеи. — Сыночек, а у тебя от такой настоечки то ничего не отвалится? Она ведь крепкая будь здоров. — Не переживай, и не такое пил, — он подкинул ей золотую монету, и та не задавая лишних вопросов, протянула две бутылки настойки. — Сдачу оставь себе, у нас выдалась богатая неделя, — Митч подмигнул безымянному, передавая ему бутылку, и полным ходом направляясь в ближайший хаб. Проходя мимо стройных рядов торговых палаток, мечник вдруг заинтересовался одним пестрым шатром. Притормозив своего попутчика, он указал ему на большую фиолетовую палатку. — Может зайдем? — Ох, тебя потянуло на экзотические товары? Ну давай. Зайдя внутрь, мечник осмотрелся: под потолком были подвешены разные необычные животные, а на множестве полок стояли товары всех возможных видов и форм, неизвестного назначения. Подойдя к продавцу, он заметно удивился, ведь ожидал увидеть человека, а увидел элементаля ветра. Гуманоидная фигура с переливающимися под одеждой плотными потоками ветра, с интересом наблюдала за пришедшими покупателями. — Скажите, у вас есть для меня что нибудь необычное? — У нас в принципе не бывает ничего обычного, — элементаль прищурил свои глаза, вроде как сотканные из молний. Его голос напоминал спокойные раскаты грома. Интересно сочетание. — Хорошо, что бы вы посоветовали лично мне в таком случае? — Дайте подумать.. — элементаль пригляделся к покупателю, долго не сводя с него глаз. — Знаете, да, у меня есть кое что для вас. Отлично подойдет к вашему ожерелью. Кстати, вы его не продаете? — Пока нет, но спасибо за рекомендацию. Сколько с меня? — Тысяча золотых. — Это много? — безымянный повернулся к Митчу, у которого от такой цены похоже отвисла челюсть. — Много, даже слишком. — Хах, ладно, забирай бесплатно, — элементаль подкинул мечнику серебряное кольцо, украшенное рубином в форме черепа. — Серьезно? Просто так? — Да, у меня сегодня хорошее настроение. — Ну, в таком случае большое спасибо. Думаю, я еще загляну к тебе позже. — Я переезжаю между разными городами, так что тебе придется потрудиться, чтобы найти меня в следующий раз. — Значит буду спрашивать прохожих. Еще раз спасибо, — безымянный вышел из палатки, без раздумий натягивая на указательный палец кольцо. Никаких изменений он не ощутил, и кажется в кольце не было магии, но выглядело оно действительно солидно. — Похоже, что ты ему понравился. Этот элементаль обычно сдирает с покупателей огромные суммы за свои товары. Он у нас известен как продавец самых экзотических вещей, какие только можно представить. — Ну, значит мне сильно повезло. Пойдем что ли в паб, выпьем по бутылочке. Войдя в шумный паб, со всех сторон сразу посыпались приветствия в сторону Митча, а он лишь махая всем руками, поднялся вместе с попутчиком на второй этаж, где находилась терраса с несколькими столикам. Отсюда открывался великолепный вид на океан, порт и рынок. — Вид отсюда прекрасен, — спокойно констатировал мечник, открывая бутылку. — Ага, паб «Морской дьявол» этой террасой прославился на весь континент. Она признана пожалуй что, самой живописной из всех. — Охотно верится, — открыв бутылку, безымянный практически мгновенно осушил ее до половины. — А ничего такая, крепкая. Даже есть нотки ели, и еще каких то трав. — Эта бабуля никогда не подводит. Она алхимик со стажем. — Хах, получается алхимики тоже варят алкоголь? — А кто еще? У них это получается лучше всего, они ведь понимают как там всё устроено. — Надо будет изучить алхимию, — Безымянный смахнул со лба свои пепельные волосы, но те не послушно вернулись на место, загораживая часть обзора на прекрасный голубой океан. — Слушай Митч, а как ты попал в эту команду? Тебя похоже в этом городе все любят. — По найму. Увидел объявление и пришел, потом заметил Мари и решил что точно остаюсь. — Она тебе нравится? — Еще как, хоть она этого и не замечает. — Ну, ты главное не сдавайся, — безымянный похлопал парня по плечу, серьезно глядя ему в глаза. — Ты что, уже перебрал? — Ни капли. Просто мне показалось, что вы отлично смотритесь вместе. — У тебя наверное тоже кто то был... — Может быть. Честно говоря, я бы очень хотел вспомнить этого человека, если он действительно был. Но пока я не помню даже своего имени,— допив бутылку и встав из за стола, товарищи направились прочь из трактира. Люди вокруг вели оживленные диалоги, доносящиеся до безымянного. — Слышали? На тракте опять банда костей бушует. Уже десяток повозок ограбили. — И что, их никто не хочет ставить на место? — Пытались, но у них какие то новые маги, кажется сильные. — Надо будет усилить охрану, а то это не дело. Не хватало еще потерять всё заработанное. — Кажется у местных тут всегда какие то проблемы, — обратился к мечник к Митчу, выходя на шумные каменные улицы. — Еще бы. Жизнь на Флегрейсе бурлит бурным потоком, и никогда не знаешь, куда она тебя заведет на очередном повороте. — Красиво сказано. — Ладно, пойдем к кэпу, они уже наверное продали кракена и разгрузились. — Так быстро? — У нас на этот случай есть специальный маг, так что это не проблема. — Ну, пойдем. ---------- Дорога домой. — О, а вот и вы. — Как прошла сделка? — Заплатили без лишних вопросов. Вот твоя доля, — Маркус показал безымянному на большую сумку золотых монет. — Оставьте пока у себя, я только пару монет возьму. — Хорошо. Под вечер отправляемся в поместье, а до этого момента можешь еще изучить город. А ты Митч, мне еще понадобишься, — старик потащил беспомощного Митча на палубу, что то бормоча себе под нос. «Похоже, дальше я сам» — подумал безымянный, разворачиваясь обратно в город. Он собирался изучить его внимательнее, посетив столько темных закоулков, сколько получится. Проходя по узким улочкам, он невзначай заглядывал в каждый переулок, в надежде наткнуться на шайку каких нибудь бандитов. В одном из таких переулков, и пожалуй, самом темном из всех, он нашел то чего искал. — Эй, парниш, ты чего тут забыл? У нас тут, знаешь ли, не показ мод, — мечника окружили пять человек, все они были не старше двадцати-пяти лет, в бедной одежде и с очень побитым видом. — В этом городе вы «местные бандиты»? — Ну допустим так, и че? — самый крупный из шайки вышел вперед, почти вплотную подойдя к безымянному. — Мне нужно кое что у вас узнать, и я бы крайне не советовал вам перечить мне, — пучок волос «главаря» упал на землю, оголяя голую кожу головы. — Как ты.. — Босс... — один из приспешников положил руку на плечо вожаку. Он точно видел как этот парень обрезал его товарищу волосы, даже не двигая конечностями, и не имея при себе оружия. — Ладно, я всё понял. Мы отведем тебя к главному, пусть сам решает. Пятеро мужчин сопровождающих незнакомца в черном плаще, осторожно зашли в прокуренный темный трактир. Большинство местных считали это место заброшенным, но такое мнение по итогу оказалось ошибочно. Спустившись по каменной лестнице в подвальные помещения, они прошли еще несколько темных, едва освещаемых факелами комнат, и подойдя к тяжелой двери, главный из отряда толкнул ее вперед. Запах курева, эфирных масел, и множество голосов донеслись с той стороны двери. Войдя внутрь, безымянный чуть не ослеп от количества света, испускаемого разноцветными магическими свечами. Это место по праву можно было считать раем криминального мира: в просторном зале обитом красным деревом, на мягких стульях сидели развратные женщины заигрывающие с приходящими сюда богачами. Среди этих женщин было много эльфиек и даже зверолюди, что вызвало у безымянного отвращение, и он поспешил переключить свое внимание, на труппу поющих людей в масках. Тут же находился бар с множеством различных видов алкоголя, где усталые бандиты могли перевести дух. Больше всего мечника поражал тот факт, что всё это находилось в центре такого важного портового города, как Гинна. «Кажется, на Флегрейсе не особо беспокоятся об исполнении законов, если они вообще едины для каждого города» — подумал безымянный, подходя к обитой кожей двери, в сопровождении пятерых человек. — Босс, к вам тут гость. — Я его звал? — Нет, он сам настоял на встрече. — Ладно, пусть заходит, а вы останьтесь снаружи. Войдя внутрь, безымянный оказался в комнате с очень гламурной и стильной отделкой. По правую руку находилась стойка с винами, а слева стоял большой кожаный диван. У дальней стены комнаты располагался письменный стол, за которым сидел мужчина в роскошной кожаной куртке, запрокинув ноги в туфлях на стол. Его темные волосы были зализаны назад, один глаз был закрыт шрамом, а второй с интересом наблюдал за пришедшим к нему гостем. В руке, испещренной шрамами, и насчитывающей явно больше пяти колец, он держал сигару. — Ну, и что у тебя? Безымянный сел на стул с высокой спинкой, напротив письменного стола, приняв расслабленную, смелую позу. — Я пришел к вам с деловым предложением. У меня есть пара вопросов, касательно недавних нападений бандитов на повозки на тракте. — Деловое предложение? — мужчина усмехнулся, явно предвкушая хорошее шоу. — Как тебя зовут? — У меня нет имени, так что можете звать меня безымянным. — М, вот как? А я Дрейк, главный по всем подпольным вопросам этого города, если ты вдруг не совсем понимаешь, где оказался. — Я прекрасно всё понимаю, потому и пришел сразу сюда. — Так и что у тебя за предложение? — Я хочу, чтобы вы прекратили нападения на повозки на тракте, и разбой против обычных жителей. — Ахаха, да? И что же ты за это нам готов предложить? — За это, я вас не убью, — взгляд мечника наполнился холодом, и бутылки вина, стоящие неподалеку, внезапно начали течь; их верхняя часть была аккуратно срезана, и теперь содержимое стремительно утекало на ковёр. — И что, ты восстанешь против всей преступности этого города? — Не уверен что успею до отбытия своей повозки, так что ограничусь их главарем, конечно если мы не договоримся. По спине Дрейка побежали мурашки. Этот парень сверлил его взглядом так, словно действительно мог убить по желанию, не прикладывая усилий. Теперь он начинал понимать, почему его подчиненные так робко привели безымянного сюда, в место доступное лишь элите и персоналу. — И что ты предлагаешь нам делать? — Вы ведь можете грабить других преступников, не так ли? Я найду вам информацию об их схронах, а взамен вы будете работать на меня. Главное, не трогайте людей. — Не трогать людей и работать на тебя.. Парень, ты не много о себе думаешь? Кто ты вообще такой? — Босс уже начинал закипать, а безымянный всё так же сохранял спокойный, трезвый вид. — На последний вопрос я тебе ответить не смогу при всем желании. Что касается остального.. На самом деле, я не давал тебе выбора, я ставлю тебя перед фактом. — Ах ты ублюдок, — окончательно взбешенный таким тоном разговора Дрейк, выхватил клинок собираясь отсечь противнику голову, но его кисть с мечом тут же упала на пол, а меч развалился на мелкие идеально нарезанные нити. Это немного охладило его пыл, вернув в суровую реальность. — Я бы не советовал тебе делать резких движений, — спокойствие во взгляде безымянного сменилось на холодный гнев, — ты даже не представляешь, какие усилия я прикладываю, чтобы просто не убить тебя и твоих людей здесь и сейчас. — Босс! Что то случилось? — послышалось из за двери. — Нет, всё нормально. — Что мы тебе сделали? — Мрачно спросил Дрейк, пытаясь приткнуть свою кисть обратно, в надежде что мана поможет ему залечить рану. — Что вы мне сделали? Вы опозорили человеческий род. Вместо того, чтобы жить по правилам и нормам человеческой морали, вы лишаете других людей жизни и шанса на выживание. — И после этого ты всё ещё хочешь сотрудничать с нами? — Дрейк уже понял, что перед ним мастер меча, и теперь не хотел спорить, а лишь задавал уточняющие вопросы. — Да, я даю вам шанс, ведь вы всё ещё люди, хоть и полные подонки. Любая сила направленная на благое дело может быть полезна. Приткнув руку, Дрейк закурил вторую сигару. — Я полностью согласен с тобой на счет того, что мы мусор, но и ты нас пойми: ни у кого из членов нашей банды с детства не было шансов выбиться в люди. Нас воспитала улица, и навязала нам свои законы. Теперь мы просто не можем жить иначе. — Я вас научу, или вам придется прекратить свое существование. — Ладно ладно, я понял. Я согласен на твои условия, раз уж выбора у меня нет. — Вот и хорошо, — безымянный протянул руку, резко изменившись в лице и добродушно улыбаясь. Эта фальшивая, практически мгновенная смена эмоций, немного пугала. — По рукам, — Дрейк протянул мечнику вторую сигару. Видимо, ему вновь придется иметь дело с психами, а как известно: если не можешь победить, присоединись. Уж этому закону жизни он никогда не изменял. — Какого рода работа от нас потребуется? — В основном сбор информации, и возможно, что то еще. Мне нужно решить некоторые дела в другом городе, прежде чем я окончательно определюсь с планами. Главное чего я сейчас от вас хочу, это чтобы вы не трогали людей на дорогах. За пределами тракта можете делать что хотите, но предупреждаю вас: у меня в этом мире много друзей, если кто то из них случайно пострадает.. У вас будут большие проблемы, — закончив монолог, безымянный удалился из комнаты, оставив задумчивого Дрейка в одиночестве. Конечно же Дрейк не мог знать, что на самом деле у мечника в этом мире почти не было друзей. — Босс, он ушел.. Нам позвать парней? Мы могли бы с ним разобраться. — Нет, оставьте его, и ни за что не трогайте, он наш почетный гость. — А как же.. — Передай Фалку и остальным, что с этого дня мы не грабим людей на тракте, а количество вылазок на участки сокращается в два раза. — Что?! А как мы тогда будем жить? — Это оставьте мне, у меня есть пара идей. Передай еще остальным, что всеми кто ослушается приказа, я займусь лично. — Понятно.. «Рыба гниет с головы. Однажды я доберусь и до этих горе-академиков» — думал безымянный, спускаясь по крутой улице к берегу моря, где его уже ждал экипаж. В руке он держал сигару, но огня у него не было, и потому он вручил ее проходящему мимо бродяге, подходя к повозке. — Ну как, хорошо отдохнул? — Ага, замечательно. Заглянул в пару баров, узнал свежие новости, даже к бастиону сходил. — И как оно? — Больно преступное местечко конечно. Мне такие не по душе. Но в остальном, очень даже ничего, — безымянный сел в повозку рядом Митчем, облокотившись на ее край и свесив голову назад. Кроме него в повозке так же были Маркус, Роза, Мари и Эллид. Иными словами, весь основной костяк экипажа «Полумесяца» сейчас направлялся в поместье. На закате они выехали из города, и пара лошадей резво поскакала по свободному тракту. — Нужно быть осторожнее с бандитами, что то они в последнее время хозяйничают. — Не парьтесь, я разберусь с ними, если что вдруг, — безымянный махнул рукой, даже не поднимая голову из подвешенного состояния. — Слушай, извини за такой вопрос, но получается, если у тебя нет души, то и атрибута нет? — эльф задумчиво посмотрел на мечника, его действительно интересовала эта тема. — Ага, но он мне не особо то и нужен, по крайней мере пока что. Кстати, Маркус, уже есть какие то идеи по поводу моей проблемы? — Вроде того. Я связался с одним своим старым коллегой, он прибудет в поместье через несколько дней после нас. Он эксперт по разным делам связанным с душами. — Легальный эксперт? — Не совсем, но для нас это не так важно. Главное, что ему можно доверять, мы с ним давние боевые товарищи. Под ночь экипаж въехал в лес, через который пролегало это ответвление тракта. Путь этот был не самым безопасным, но в тоже время не самым длинным. Всё же, они не были обычными беспомощными торговцами, и потому могли позволить себе более короткую дорогу. Луна освещала лесную тропу сквозь плотные кроны деревьев, а в кустах то и дело кто то пробегал. Вдалеке выли волки, коих в этом лесу было не мало. — Старик, в этом лесу обитают какие нибудь опасные хищники? — Нет, тут в основном волки. Этот лес так и прозвали «Волчий лес», потому что их тут очень и очень много. — И тут действительно проезжают торговцы? — Только те что с сопровождением. Волки сами по себе существа не слишком опасные, если у вас в команде есть хоть пара человек с руками и магией. Волки это и сами знают, так что не часто нападают тут на проезжих. Разве что ты будешь плестись в одиночестве. — Понятно, — под отдаленный волчий вой, безымянный медленно погружался в сон. С того момента как он окончательно вернул свой разум, ему не удавалось нормально поспать, и сейчас он наконец чувствовал себя в более менее уютной обстановке, с чем его спутники не согласились бы. Погрузившись в сон, он ощутил странное чувство. Его лоб прям таки горел. Открыв глаза, он осмотрелся. «Что происходит?» — подумал он, глядя на свои ноги, и хватаясь за голову, испускающую серебрянное сияние. Через несколько секунд, свет исчез. Он стоял всё в той же одежде, но на твёрдой земле, посреди темного ночного леса. Это перемещение произошло так внезапно, что какое либо разумное объяснение ему найти было трудно. «Я что, сплю?» — он ущипнул себя за кожу, ощутив боль. «Если это сон, то слишком реалистичный» — почти сразу он заметил, что лес вокруг него другой, а этот вид дерева ему не знаком. Не придумав разумного выхода из этой ситуации, безымянный просто пошел вперед, в надежде выбраться из этого места на более открытую площадку. Пробираясь через колючие хрупкие ветки, до него донесся какой то шум. Повернувшись к источнику шума, он заметил свет огней костра, где то в отдалении за деревьями. Медленно приблизившись, он облокотился на дерево, наблюдая за мрачной картиной: в деревне, которая находилась на вырубке окруженная листвой, какие то дикари готовились сжигать людей на огромном костре. Их пленниками были и дети, и старики, в ужасе столпившиеся в кучу. Сами культисты же напевали отвратительные песни на нечленораздельном языке, подготавливая что то, видимо к обряду. Не в состоянии наблюдать за этим зрелищем дольше секунды, безымянный пошел прямо к костру. Дикари заметили его не сразу, а как только заметили, с криками бросились в атаку. «Около сотни да? Это дело пары секунд» — безымянный продолжал идти вперед, а расчлененные культисты падали перед ним, лишаясь голов и других частей тела. «Странно, сейчас это работает даже лучше чем раньше. Обычно мне нужно воспроизводить действие, если я хочу нанести действительно сильный удар» Происходящее не до конца было понятно мечнику, поскольку наносить подобные удары не используя руки для визуализации, не мог даже он. В конечном счете, это не тоже самое, что и просто отрубить кому то кисть, или пучок волос. «Работает и на том спасибо» — подумал безымянный, когда голова последнего дикаря упала на землю. Подойдя к толпящимся в ужасе жителям, он вопросительно посмотрел на них. — Кто у вас тут главный? — Я, — из толпы вышел ветхий старик, преклоняя голову перед спасителем. За подол его робы держалась маленькая девочка, с трепетом глядящая на незнакомца. — Не нужно благодарностей. Лучше скажи мне вот что: где я вообще оказался? — Это остров Анакреон, господин. — А эти? — он с отвращением пнул одну из голов, и та покатилась в костёр. — Это культисты плоти. Они в последнее время набегают на соседние деревни, а сейчас настала наша очередь. — Понятно. Кто у них главный? — Мы не знаем, но в центре острова есть Аббатство, и они еще давно захватили его. Наверное он там. — В каком направлении центр острова? Старик указал рукой на север — Там, за болотами... — Хорошо, спасибо. Берегите себя, места тут кажется опасные. Развернувшись на север, безымянный сделал шаг, и внезапно в его глазах возникла тьма, будто веки опустились сами, без его воли. — Просыпайся, почти приехали, — тормошил его Митч. — Чт.. — резко сев, парень прищурился. На дворе ярко светило солнце, а впереди, на горе виднелось роскошное поместье, окруженное лесом и высокими холмами со всех сторон. «Значит всё таки сон» — мечник оглянулся на своих попутчиков, те выглядели спокойно, готовясь к скорому прибытию. — Сколько я спал? — Два дня. Мы не стали тебя будить. — Почему? — Ты ведь наверное устал после битвы с кракеном, — вмешалась Роза, передавая ему флягу с водой. — Да, кажется я и правда устал. Надеюсь хоть тут получится развеяться. Окинув особняк взглядом, он с облегчением вздохнул. Несмотря на всю серьезность своих планов, сейчас ему хотелось лишь отдохнуть, и быть может тут у него это получится. «Подумаю об этом сне позже, когда окажусь в более одинокой обстановке» — заверил себя мечник, вставая с остановившейся перед железными воротами поместья повозки. ---------- Фрагмент. — Эй, Алан, у меня к тебе один вопрос... — Конечно, сколько угодно. — Почему ты решил измениться? Только из за своего прошлого? — Просто захотелось... — парень грустно улыбнулся девушке в ответ. — Знаешь, я просто понял в один момент, что мне совсем не нравится мой текущий образ. Я всегда хотел быть суровым, строгим человеком, не задающим лишних вопросов и спокойно решающим проблемы. В итоге, похоже я совсем не изменился. Девушка осторожно приблизилась к парню, прижавшись к его груди. — Почему ты так стремишься не быть собой? Как по мне, так ты и сейчас прекрасен. Не волнуйся, однажды всё изменится, просто потерпи, и даже не думай сдаваться. В решающий момент я поддержу тебя.— Спасибо тебе, правда. Без тебя я бы не справился. ---------- Гильдия авантрюистов. «Это снова был сон? Она обратилась ко мне как к Алану, и обнимала меня» — Безымянный лежал в кровати, рассматривая солнечных зайчиков бегающих по потолку. «Это точно был я, откуда еще в моей голове могут быть воспоминания? Логичнее всего предположить, что моя личность начинает проясняться.» — безымянный сел в кровати, его одежда висела рядом, а на плотный торс падали первые лучи солнца. Он печально посмотрел в окно, раз за разом вспоминая диалог из своего сна. Его пепельные волосы причудливо играли светом, в лучах утреннего солнца, и в этот момент он и сам чувствовал себя пеплом.«Так значит, я изменился? Тогда куда же ты ушла, если обещала быть рядом? И почему мое сердце так болит, если я даже не знаю тебя..» Сев на край кровати, он бессильно опустил голову. Каша в его сознании раздражала доводя до бессилия. С чего он вдруг захотел помогать человечеству, если не помог себе? «Действительно, откуда столько уверенности в себе? Для начала нужно решить личные проблемы, а там как получится.» Встав, он в спешке накинул плащ, постепенно принявший свою форму «военного кимоно-костюма», и вышел в длинный коридор поместья. Отделка этих мест поистине завораживала: старинный особняк был донельзя увешан картинами, на которых изображались разные личности, имеющие какое либо отношение к роду Эсбергов. Позолоченные узоры на стенах, дополнялись вычурными коврами, и отделкой из дорогого дерева. В этом месте каждая дверь в комнату, имела свой личный «дизайн», а вечно горящие магические свечи, размещенные в серебряных подсвечниках прямо на стенах, волшебным образом загорались каждый вечер. Дойдя до двойной лестницы ведущей на первый этаж, он заметил на главной террасе Митча. Тот курил, стоя за стеклянной дверью, и его образ был слегка размыт. Безымянный вышел на террасу, попутно поздоровавшись с приятелем. Отсюда открывался невероятный вид на летнее голубое небо, зеленые леса, и высокие холмы, напоминающие скорее небольшие горы. — Будешь? — Митч протянул безымянному сигару. — Давай, — закурив, мечник бросил угрюмый взгляд на окружающую местность. Утренний сон всё никак не хотел уходить у него из головы. — Интересное однако у особняка расположение. Как его вообще тут построили? Сюда же черт ногу сломит добираться. — Мы и сами не знаем, этому особняку лет больше чем некоторым городам Флегрейса. — А Маркус из того же рода, что и его основатель? — Вроде как да. Много поколений сменилось, но вроде как они связаны. Так или иначе, но особняк к ним перешел по наследству. — Кстати, — безымянный повернул к Митчу голову, задумчиво глядя в глаза, — я никогда не слышал про родителей Мари. Вроде как она их ни разу и не упоминала. Неужели у нее остался только дедушка? — Нет нет, что ты, конечно нет, — Митч растерянно замахал руками. — Просто у них тоже много дел. Семья Эсбергов очень занятая, тут у каждого есть своё дело, так что хозяева бывают в этом особняке еще реже, чем мы с Маркусом. — А еще кто то есть в семье? — Помимо тех о ком я уже рассказал, есть еще старший брат Мари, Фауст, но о нём к сожалению уже пару месяцев ничего не слышно. — Фауст да... — далекое чувство дежавю вновь посетило мечника, словно он уже слышал это имя. — Он просто пропал? — Вроде того. Он у нас парень был рисковый, работал в гильдии авантюристов, и даже до А ранга дослужился, потому что брался за любые задания любой сложности. — Ну А ранг это вроде как еще не настолько опасно. — Так только кажется на первый взгляд. По факту задания S или SS+ ранга появляются чуть ли не раз в десятилетия, и большинство из них либо самоубийственные, либо просто очень сложные. — Значит, в остальное время, большинство авантюристов выполняют задания A класса и ниже? — Верно. Это та точка, где находится большинство как сильных, так и средних авантюристов. Многие из них не могут пробиться выше, просто потому что нет заданий высокого ранга. Последние годы стало больше всяких слабых тварей. Может они и не представляют из себя ничего особенного, но за то берут числом, так что работы авантюристам хватает. — Интересно. А как к ним в гильдию записаться? — Ближайший их филиал в Давнроуде. Это в паре часов езды отсюда. Как запишешься и получишь лицензию, сможешь принимать заказы и в тавернах. — У них децентрализованная система поручений? — Что то вроде этого. Когда они получают заказ, то об этом узнают сразу все трактиры системы. Каким образом — никто не знает, но в итоге это позволяет выбирать авантюристам те поручения, что ближе или проще. — Понятно. Обязательно запишусь к ним, как только разберусь тут с делами, — докурив бережно скрученную сигарету, мечник бросил обугленный кусочек папируса во двор поместья. — Кстати, чуть не забыл: Маркус попросил привести тебя к нему, когда проснешься. Кажется у него есть какие то новости. Я как раз собирался идти за тобой, после того как докурю. — Думаю я и сам справлюсь. Куда нужно идти? — Третий этаж, лестница в конце коридора. — Хорошо, спасибо за приятную беседу, и за сигарету. Где вы их берете? — У нас что то вроде табачного бизнеса, и не только табачного. При чем Эсберги занимаются им уже больше сотни лет. Вот, держи еще несколько, — Митч протянул безымянному несколько сигарет. — И давно ты причисляешь себя к ним, как родственника? — С того момента как попал в эту семью, — Митч неловко улыбнулся, поворачиваясь обратно к террасе. Вернувшись в коридор, безымянный добрался до лестницы, и поднявшись, оказался напротив широких двойных дверей. Постучав, он получил разрешение войти. Внутри всё выглядело до боли знакомо. Непримечательный, но в тоже время оформленный со вкусом кабинет, обитый красным деревом и позолоченной отделкой в виде различных узоров причудливых зверей. В центре кабинета, на фоне двух широких окон занавешенных красными шторами, за письменным столом сидел Маркус, разбирая какие то бумаги. — О, наконец ты пришел. Ко мне тут поступили новости, по поводу моего товарища, которого я приглашал по твоему вопросу. — И? — У него не получится приехать, так что я пока понятия не имею, к кому еще обращаться. У меня была пара людей на примете, но с ними или не связаться, или у них сейчас просто нет возможности покинуть город. — Может я сам к ним схожу? — Идея хорошая, но кто тебя пропустит в академию? — А за ее пределами мы встретиться не можем? Старик отрицательно покачал головой. — Хорошо, какие условия для прохода в академию? И какая это конкретно академия? — Ну если ты готов... Тебя интересует третий филиал мировой академии. Располагается в городе Тидас. Он из пяти филиалов наименее престижный, так что тут тебе повезло, но в любом случае, нужен как минимум статус одного из членов гильдии, и при чем средний минимум. Либо, дворянский титул, или поручительство влиятельной перс — К сожалению, нет. Мой статус ректора больше не действителен. — В таком случае, если я допустим, вступлю в гильдию авантюристов, меня допустят в академию? — Тебе нужен минимум B ранг, и тогда просто посмотреть тебя пустят. — А для более свободного посещения? — Только A и выше. — Сколько в среднем времени занимает получение А ранга? — У всех по разному, рекорд нашей семьи — месяц. Но это аномально быстрый результат. У некоторых уходят и годы. — Отлично, получу за неделю. — Не слишком себя переоцениваешь? — Нет, и спасибо за информацию, — спешно развернувшись, безымянный покинул комнату. Он не был намерен терять больше ни секунды времени, будучи раздраженным ситуацией с третьим филиалом. Он и сам не мог объяснить, почему его так задевает плохое отношение к людям, ведь во всех остальных ситуациях он куда менее ярко испытывал эмоции. Спешно спускаясь по лестнице на первый этаж, он столкнулся с Розой. — Ох, простите... Я не хотела.. — Ничего страшного, — безразлично произнес парень, даже не удостоив ее взгляда. Похоже, его мысли были где то в другом месте, — передай всем, что я вернусь через неделю или около того. У меня появились некоторые дела. — Хорошо... Выйдя на улицу, он зашагал к железным воротам. — Ты куда? — послышался голос Митча с террасы. — В Давнроуд, хочу записаться в гильдию. — Тебя проводить? — Нет, спасибо. — А ты знаешь как идти? Мечник беспомощно застыл на месте. Он так спешил к своей цели, что совсем забыл о том, что находится в незнакомой местности. — Я был бы очень тебе признателен за карту, — вздохнул он, принимая собственную ошибку. — Конечно, лови, — Митч бросил безымянному какой то сверток. На нем талантливой рукой была расчерчена карта ближайших окрестностей. — Сам рисовал? — Неа, я не умею. Это Роза, она у нас художница. — Понятно, а что за красные кресты на карте? — Логова разных тварей, которые мы обнаружили, что бы обходить их стороной. — Почему просто не разберетесь с ними? — Больно много мороки, а толку ноль. Этим авантюристы должны заниматься. — Понятно. Еще раз спасибо за карту, теперь я точно пошел. Развернувшись, мечник быстро зашагал за пределы усадьбы, и перемахнув через высокий забор, мигом оказался на склоне холма, ведущем в густой тенистый лес. «Всё таки эта небольшая гора, на которой располагается усадьба, очень верно подобрана. Строили его явно не дураки», — подумал он, оглядываясь назад и всё глубже уходя в лес. Судя по карте, путь его лежал исключительно прямо, и нужно было только обходить овраги, и поросшие крупными деревьями холмы. Вокруг носилось множество живности, и попадались даже хищники, но по какой то причине парня они не трогали. «Хорошо что я захватил с собой пару сигарет. Путь будет не близкий..» — поднимаясь на очередной холм, он достал сигарету, и попытался сотворить элементарное заклинание огня, представив искру. Это был первый раз, когда он наконец решился попробовать его. «Работает. Только огонь почему то не обжигает, и ну слишком уж он слабый..» — с удивлением обнаружил он для себя. К счастью, чтобы поджечь сигарету, хватало и этого. Также удивительным для него был эффект сигарет: они словно успокаивали его негодование, обнимая и унося куда то далеко, в спокойные края. Проходя мимо очередного большого холма, с сигаретой в зубах, он внезапно был вынужден остановиться. Путь ему преградил большой медведь. Безымянный был в пути уже несколько часов, и из хищников это был первый, проявляющий настоящую агрессию. Ко всему прочему, медведь выглядел довольно странно. Крупнее своих стандартных сородичей в несколько раз, с фиолетовыми кровоподтеками, и кусками вырванной шерсти и плоти в разных местах. Он источал уйму негативной энергии, и угрожающе рычал, надвигаясь на спокойно наблюдающего за ним мечника. — Берегись! — послышался крик откуда то справа, и фигура в зеленом плаще внезапно промелькнула за спиной медведя, нанеся ему удар в спину, и разозлив еще больше. Безымянный с интересом наблюдал за происходящим, пытаясь разглядеть второго участника конфликта. Им оказался желтоволосый мальчишка лет 14, умело орудующий большим топором, который кажется вообще был ему не по размеру. Его короткие волосы имели крайне потрепанный вид, как впрочем и зеленый плащ, столь популярный в этих краях. — Ну?! Чего стоишь? Беги давай, пока я его отвлекаю. — Парень, ты вообще о чем? — мечник пошел навстречу медведю, разглядывая его неровные ряды острых зубов. «С этим мишкой явно что то не так. Неужто проклят?» — мечник подошел вплотную к застывшему на месте животному. То кажется, испугалось, внезапной надвигающейся на него ауры подавляющего спокойствия. — Не такой уж он и злой, когда боится. Ты так не считаешь? — безымянный нагнулся к голове медведя, заглянув ему в глаза. Несмотря на всю странность данного поступка, мечник почему то неосознанно хотел это сделать, словно его тянуло к общению с животными, даже если он их не понимал. — Эх, похоже что с этой несчастной тварью уже всё ясно, — мечник наотмашь отвел руку, и оскверненное животное разъехалось на две части, медленно сползая на пол. — Чт.. — мальчишка явно перепугавшись не на шутку, опустив топор. — Ты что, какой то великий маг? Что ты забыл в такой глуши? — в его голубых глазах читалось что то между восхищением, страхом и непониманием. — Ошибаешься, я не маг. Просто странствующий мечник. — Мечник без меча? Кого ты пытаешься обмануть? Безымянный провел рукой горизонтальную черту в воздухе, и ряд деревьев за мальчиком покосившись упал, словно по эффекту домино. — Слышал когда нибудь про мастерство меча? — Конечно слышал, — мальчик всё еще пытался сохранять невозмутимый недоверчивый вид, но теперь восхищение похоже брало над ним верх. — Не волнуйся, я иду в гильдию авантюристов, и людей то я точно трогать бы не стал. — А какой у вас ранг? — мальчишка окончательно сдался, начав чуть ли не прыгать вокруг мечника. — Пока никакой, я только прибыл на Флегрейс, так что еще не вступил. — Можно я пойду с вами? Я вообще то тоже авантюрист, и к тому же всех там знаю! При виде этого бойкого пацана, безымянный даже испытал нечто вроде удовлетворения, и потому не хотел отказывать мальчику в его просьбе. «Приятно видеть, что даже дети сражаются за свою судьбу» — подумал он, зазывая мальчишку за собой. Следующие несколько часов прошли в молчании, пока за деревьями не показались деревянные средневековые домики, срубленные из бревен. — Парень, поможешь мне? Я тут никого не знаю, и думаю, с твоей руки будет проще вступить в гильдию. Нерешительно молчащий до этого мальчик, засияв новыми красками, оживленно закивал головой. — Кстати, как тебя зовут? — Рондо, но друзья зовут меня просто Рон. А вас как? — У меня нет имени. — Как так вышло? — Это долгая история, не думаю что тебе будет интересно. Можешь называть меня просто безымянным. Кажется, слова мечника расстроили мальчика. Он и представить до этого момента не мог, что у некоторых людей не бывает имени. Подойдя ко входу в город, мечник прочитал название на табличке «Довнроуд». Похоже что они прибыли по адресу. Сам город насчитывал всего порядка сотни бревенчатых домов, трактир и филиал гильдии авантюристов, а еще маленький рынок. — Слушай Рондо, почему это место называют городом? Я насчитал тут не больше сотни домов. — Просто гильдия путешественников не может размещать свои филиалы не в городах, по этому деревне дали такой статус, чтобы обойти ограничение. — А кто выставил ограничение? — Не знаю. — Зачем, тоже не знаешь? — Угу. — Ладно, пойдем уже. Подойдя к большому деревянному зданию с табличкой, на которой были изображены скрещенные меч и посох, безымянный на мгновение замешкался. Стоит ли мне идти туда? — Ты чего? Пойдем, — потащил его за собой Рондо. «Конечно же стоит», решил мечник, дергая на себя дверь. ---------- Убежище. Рокудо протянул девочке руку, и она с трудом забравшись на противоположный край пропасти, оглянулась назад. Прекрасный оранжевый закат падал на серые, меланхоличные пейзажи скалистых пустошей. Эта местность напоминала ей пустоши на Анакреоне, рядом с Аббатством, и от того смотреть было еще больнее. — Пойдем. Нам нельзя останавливаться, пока не дойдем до убежища. Уверен что они уже ищут меня. Девочка неуверенно поплелась за Рокудо, то и дело обдирая ноги кустарником. Ее лохмотья совсем износились за последние месяцы, и теперь действительно напоминали серый холщовый мешок. Парню было больно на это смотреть, но дать ей лучшей одежды он пока не мог. — Року, а почему тебя ищут? — девочка оглянувшись, мрачно посмотрела на уже исчезнувшее за горизонтом солнце. — Потому что я единственный кто выжил, и кто знает правду, — Рокудо сжал кулаки, и его костяшки побелели. Возможно, ему стоило тогда умереть с остальными, но он дал Алану обещание, и собирался держать слово до самого конца. — Но разве ты можешь им как то навредить теперь? — девочка непонимающе уставилась на Рокудо, разминая в руке колос какой то сухой травки. — Могу, еще как могу. Среди всех подразделений магической коалиции, только у людей есть тенденция отправлять свои отряды на суицидальные миссии. Вообще то, это запрещено, и за подобное не только исключают из совета, но и сажают за решетку. Случаи уже были, и всегда в пользу семей погибших. Жаль только, что это не вернет к жизни тех, кого на эту миссию вынудили пойти. В тишине пустоши, его слова прозвучали печально и одиноко, словно он переживал подобное не первый раз. — Это ужасно. Неужели в мире нет способа вернуть человека к жизни? — кажется, девочка вот вот собиралась заплакать, и изо всех сил сдерживала себя, стараясь не проявлять слабость. — Эви, — Рокудо положил девочке руку на голову, — мы обязательно найдем способ вернуть твоего мастера, чтобы не случилось. Я не очень хорошо его знал, но то что он пожертвовал собой ради нашего отряда и ради людей континента, вызывает у меня лишь глубокое уважение. У меня бы не хватило на это сил... — Так что, если в мире есть способ вернуть его к жизни, то мы обязательно его найдем, а пока тебе нужно просто стать чуточку сильнее, и ни за что не сдаваться. — Да, мастер тоже так говорил... Что я должна быть сильной. А я ничего не смогла... — И я ничего не смог. Мы с тобой, два упорных неудачника, — Рокудо слабо улыбнулся. Почему то рядом с этой девочкой, его холодный и неприветливый образ полностью исчезал, забирая с собой большинство тревог и переживаний, и оставляя лишь вину. — Но потому мы и выжили. Чтобы закончить дело начатое теми, у кого хватило сил. — А как мы его закончим? — Пока и сам не знаю. Мне нужно связаться с несколькими знакомыми, но делать это слишком опасно. Если мой магический след обнаружат, то всё пропало. Боюсь, что к ним придется идти пешком. — Понятно.. Тогда я тоже буду стараться, и помогу тебе чем смогу. Начиная с того рокового дня, когда Эви очнулась в руках у Рокудо, спешащего к океану, и заканчивая текущим моментом, парень не мог переставать восхищаться этим ребенком. Та стойкость, с которой она переносила, вероятно, величайшую потерю в ее жизни, была достойна уважения. Когда они с другими дезертирами покидали остров на маленьком корабле, чтобы как можно быстрее добраться до Флегрейса, эта девочка не проронила ни единой слезы. С того момента, они бежали так быстро, как могли, и даже возможности купить ей одежду, у Рокудо не было. Внезапно он вновь почувствовал, как нечто пытается нащупать его след, прочесывая долины и пещеры Флегрейса. Рокудо готовился к этому моменту с того дня, как получил полное доверие совета и стал капитаном отряда. Он знал, что однажды ему придется уйти, и потому заранее готовился все эти годы, создав себе убежище, где даже ОНО не смогло бы его найти. Вот только.. — Року, смотри, там впереди кто то идет! На скалистой тропе, где справа глубокий обрыв ведущий к пустошам, а слева высокая отвесная скала, два путешественника повстречали нечто, с чем предпочли бы никогда больше не сталкиваться. — Эви, сейчас медленно развернись за моей спиной, и иди назад. Ни за что не оборачивайся, поняла меня? — Впереди кто то плохой? — Да, очень плохой. — Но почему мне тогда надо уйти?! Я хочу помочь, — девочка в недоумении уставилась на мечника, положившего единственную руку на рукоять обмотанного тканью клинка. — Потому что эта тварь пришла за мной. Ткань с рукояти клинка тяжким грузом опустилась на землю. Сорвавшись с места, Рокудо мгновенно сократил дистанцию с противником. Это был его первый и последний шанс победить, и потому он вложил в этот удар всю силу, что у него была. Увидев удивление в выглядывающих из под капюшона глазах, он лишь надменно улыбаясь, разрубил противника на две части горизонтальным ударом, после чего тот растворился в пространстве, будто его и не было. Тяжело дыша, Рокудо опустился на землю, сев спиной к скале. — Року, что это было?? Ты правда победил? — И да, и нет, — Рокудо с трудом вернул багровый клинок в ножны, пока тот всеми силами пытался сопротивляться. — Держи, — Эви положила в руки парня ткань с рукояти, и тот обмотав клинок, наконец с облегчением вздохнул. — Я бы умер на месте, не сработай этот единственный удар. — Так кто это был? — Одна из сотни частей наблюдателя коалиции. Выглядит всегда как девочка-подросток без волос, с каменным, пугающим взглядом. — Что еще за наблюдатель? — Это.. никто точно и не знает что это. То ли какая то могущественная сущность, то ли магический прибор. Но одно мы знаем точно: каждого из членов двадцати отрядов, наблюдатель знает, и помнит. Мы все подписали контракт, что в случае предательства, это существо имеет полное право найти нас, и поглотить душу. Что хуже, это не обычный контракт, ведь он действительно физически позволяет наблюдателю делать нечто подобное... — Зачем же вы согласились на это? Неужели без этого нельзя служить коалиции? — Это обязательная процедура. Что хуже, выбора нам не давали. Обстановка в которой тебя вынуждают подписывать этот контракт, граничит с прямой угрозой твоей жизни, и жизни твоей семьи. Не та ситуация, в которой ты станешь спорить и отстаивать принципы. — К тому же, на самом деле, изначально никто цели этого контракта и не знал. То о чем я тебе говорю, в нём фактически не прописано. Они используют очень хитрые формулировки, как настоящие мошенники, создавая при этом давящую атмосферу, где тебя никто не принуждает, но и живым ты уйти не сможешь. — Ужасно... Но главное, что ты справился. Теперь нам наверное надо идти еще быстрее да? — Да. Честно говоря, я и не ожидал что мой удар подействует.. Оно должно было убить меня прежде чем я приближусь, но почему то не стало. Кажется, сегодня нам повезло. Поднявшись с земли, они в тишине продолжили восхождение на скалистый перевал. В свете уже поднявшейся луны, окружающие путников скалы напоминали острые клыки, вырывающиеся из под земли. Наконец, впереди показался перевал. Где то внизу, во всю его длину протекала длинная река, скрывающаяся далеко за скалами. — Видишь реку? Наше убежище там. — Не слишком близко? Нас ведь тут и обнаружили. — Там наблюдатель нас не найдет из за некоторых зачарований, да и не станет искать два раза в одном месте. В любом случае, ты всё увидишь позже. Спускаясь по горной тропе, Рокудо размышлял обо всём произошедшем. Сейчас он действительно не знал, что ему делать и как быть. Возможно, что ради воспитания Эви, ему придется даже временно отказаться от своей мести, как бы это ни было тяжело.Думая об Эви, мысли неизменно приводили его к одному: «Почему ты так хотел умереть?» — прокручивал Рокудо в голове вопрос, обращенный к своему едва обретенному и уже потерянному другу. Так или иначе, но он не мог не уважать Алана, ведь тот упокоил души его друзей, и спас множество людей. Уже тогда, лишь впервые взглянув на ситуацию, Рокудо ощутил свое монументальное бессилие. Его статус сильнейшего мечника отряда мерк на фоне энергии зарождающегося бога. Именно тогда, он впервые за долгое время испытал страх. Всё произошедшее было лишь его виной, ведь он повел весь отряд на смерть, зная о настоящей цели задания. Как он теперь посмотрит их семьям в глаза? Что он скажет им? Ведь он знает и знал правду. «Я должен бежать. Бежать ото всех, пока не найду силы ответить» — думал он, ускоряя шаг по горному склону. Его ярко-красные волосы и рукав черно-красного плаща, где когда то была рука, с бешенной скоростью развевались под потоками ночного, горного ветра. Сейчас, он лишь ощущал себя величайшим трусом, какого знала история. — Что то не так? — Эви поравнялась с парнем, заглядывая ему в глаза, отчего тот заметно сбавил темп шага. Эта девочка.. С ее проницательностью что то было не так. Порой казалось, словно она осознанно или неосознанно читает мысли, но доказать это или как либо проверить, Рокудо не мог. Он уже спрашивал у нее об этом, и она лишь пожимала плечами. — Нет, всё в порядке, не волнуйся. Просто думаю, чем бы нам заняться в убежище. — Да? — Рокудо поймал на себе осуждающий взгляд девочки, но постарался не придавать ему значения. — Ты готова тренироваться несколько месяцев, не покладая рук? — Конечно. Мастер планировал сделать из меня великого мага. Как я могу не исполнить его желание? — Ничего себе.. — и вновь парень был поражен тем, как эта малявка спокойно переключается между мышлением ранимого ребенка и холодного расчетливого взрослого, будто две этих несовместимых вещи нашли свое отражение в ней, в идеальной пропорции. — Ну вот и хорошо. Мы почти пришли, осталось перейти реку, — они уже стояли у подножия горной реки, размышляя, как это сделать проще. — Я придумал, — Рокудо без предупреждения поднял девочку на руки, и одним мощным прыжком пересек реку. — Только хотела об этом сказать.. — пробубнила она себе под нос, опускаясь на землю. — Вот, нам сюда, — Рокудо подошел к сплошной, ничем не примечательной стене. Он приложил руку к голому камню, и тот начал раздвигаться, обнажая за собой проход ведущий глубоко под землю. Как только путники зашли внутрь, то каменные врата тут же захлопнулись, и они остались вдвоем, в темноте. — Тут света нет? — Неа, но думаю если зажгу небольшой огонёк, ничего страшного не случится. Рокудо создал лишь слегка обжигающий, небольшой огонёк из пальца, способный однако прекрасно освещать тоннель. Посмотрев на лицо Эви, он заметил что она едва сдерживает слезы, глядя на весело бегающее пламя. — Извини, я.. — Всё.. в порядке, давай пойдем уже вниз, я хочу как можно скорее начать учиться. — Хорошо, тогда давай спускаться. По истечению примерно двух часов, они наконец оказались у второй каменной двери, очень напоминающей тупик. — Вот мы и пришли, — Рокудо положил руку на дверь, и та с грохотом раздвинулась. Внутри было на удивление светло. Само же убежище выглядело, как большой зал венчаемый потолком куполообразной формы, где парил желтый светящийся шар, очень напоминающий солнце. Прямо под шаром, в центре убежища, находился зеленый сад с несколькими деревьями, скамейкой и прудом, в котором плескалась рыба. Также в убежище находилось всё необходимое для жизни, расставленное по разным углам: и тренировочная площадка, большой склад с множеством ящиков, и даже библиотека, проход в которую виднелся справа от входа. — Вау... Ты сам это всё собирал? — Ага. Я нашел эту пещеру случайно, когда исследовал скалы. У меня в жизни всего два хобби: искать и тащить. Наверное привычка осталась, с тяжелых времен... Ну вот так и получилось, что я сначала нашел это место, а потом стащил сюда всё, что только мог найти на заданиях. Купил еще много всего, например кровать, или вот этот висящий в воздухе шар. — А что это за шар? У него есть какое то практическое применение? — Да, он выполняет роль небольшого солнца для этих деревьев, ну а еще хорошо светит. Это весьма дорогой магический артефакт, который пришлось с боем выкупать у одного кузнеца атрибута солнца. — Атрибут солнца? Звучит интересно. — В деле я его не видел, но говорят он очень сильный, по крайней мере днём. А еще это отличный атрибут для кузнеца, только дорого берет... — Ладно, пойдем покажу библиотеку. Библиотека хоть и не поражала своим величием, всё еще содержала внутри несколько тысяч книг, расставленных на аккуратных деревянных стеллажах, сложенных внутри высоких стен библиотеки. — Ну, ты пока тут везде погуляй, а я пойду освежу память, посмотрю чего я сюда еще натаскал за всё время. Несколько раз осмотрев всё убежище, Эви не нашла выхода лучше, чем сесть на скамейку под деревом, наблюдая за резвящимися в воде карпами. Ее сильно поражало само наличие этого зеленого места под землей, среди голых пустынных камней, и потому она планировала тренироваться именно в этом месте. — Смотрю, тебе понравился наш зеленый уголок да? — Угу. — Я его сделал, по образу и подобию того, что был у нас когда то во дворе корпуса 11 отряда. Мы там с Реем часто собирались вечером, чтобы рассказывать друг другу интересные истории. Сев рядом с девочкой на скамейку, Рокудо похоже окончательно сломался. Впервые за долгое время, он ощущал, что готов пустить слезы, хоть и не собирался этого делать при ребенке. — Эти карпы.. Тогда у нас были такие же. Мы даже соревновались, чей съест больше хлеба. Я сделал это место, чтобы никогда не забывать о тех временах. — Знаешь, а ты не такой уж и злой, каким мне показался в первую встречу. Вернее, ты ведь вообще не злой да? Извини что подумала тогда о тебе плохо — Эви искренне улыбнулась, и на этот раз Рокудо уже не смог сдержать слезы. Эта девочка кажется совсем не понимала, что натворил человек сидящий перед ней. По крайней мере, так он думал. — Не вини себя — ее взгляд стал невероятно взрослым и рассудительным, но в нем не ощущалось холода. — Что? — Рокудо застыл, будучи не способен отвечать некоторое время. — Эх, видимо ты всё же понимаешь... Но я не могу не винить себя, ведь я действительно виноват. Я знал, на что веду отряд. — Мастер тоже знал, но всё равно пошел. — Ага, только я не понимаю, почему.. — По той же причине, что была и у тебя. Хоть ты и сказал мне, что у вас не было выбора, но ведь на деле ты просто хотел спасти как можно больше людей, я права? Рокудо казалось, что сейчас с ним говорит другой человек. Похоже, ему нужно привыкнуть к подобным сменам поведения Эви. — Отчасти ты действительно права. Это задание могло спасти много жизней, и наверное, даже спасло. — Ну вот. Мой мастер хотел того же. Он когда то давно сказал мне, что возможно мы не вернемся с этой миссии. И еще постоянно намекал, что однажды мне самой придется справляться со своими проблемами, потому что он покинет меня. Все его странные тренировки, ободряющие слова. Если бы не они, то сейчас я бы наверное зарылась под землю, и тихо плакала. — Жаль что тогда, я не понимала, почему он собирается уйти.. Теперь понимаю, и хочу вернуть его обратно. Это несправедливо... ее руки задрожали, а в глазах промелькнула ненависть, — не справедливо, что мой мастер отдал свою жизнь ради тех, кто о нём даже не вспомнит. Я никогда с этим не смирюсь, и не приму его смерть. — Значит ты твердо решила вернуть его к жизни? — Да. Ты знаешь как это сделать? — Знаю тех кто может. Вот только... — Только что? — Всё зависит не только от нас, но и от самого Алана. Если его душа сильна, то он останется в этом мире, в виде духа или призрака, и тогда мы сможем вернуть его в жизни. Если же всё иначе, то он уже должен был рассеяться на бессвязные частицы маны... — Ты правда в это веришь? Мой мастер поглотил бога, неужели ты думаешь, что после этого его можно считать слабым? — похоже, что предположение Рокудо задело девочку. — Ага, ты права, глупость сказал. Конечно мы вернем его к жизни. Думаю, он будет еще сильнее после возрождения. Вместе, может мы даже сможем изменить порядок вещей в этом мире, чтобы никому больше не пришлось переживать подобное. Единственное что, перед этим придется заработать денег. Воскрешение — это ОЧЕНЬ дорогая услуга. — А кто этим занимается? — Жрецы пакта материи. — Пакт материи? — Высшая структура. Что то вроде существа находящегося выше богов, и любых смертных и бессмертных сущностей. Его еще называют правилом материи, потому что как и базовые принципы магии, его невозможно нарушить, взять под контроль или действовать как либо против его воли. — И зачем такому существу жрецы? — Никто не знает. По легендам, пакт материи отвечает за переселение души в какой либо сосуд, например в человеческое тело при реинкарнации. Что странно, некоторым людям он дает свое «благословение» после чего они получают возможность материализовать души, создавая им прежние тела. — Но они ведь не делают это просто так, да? — Верно. Эта процедура требует колоссальной магической энергии, причем по факту нужно создать не так много материи, ведь могут же маги огня вызывать целые огненные штормы, с меньшими затратами. Из за этого им приходится использовать дорогостоящие артефакты, постоянно передающие владельцу ману. — К тому же, у них нет лимитов, в отличии от обычных людей. Видимо, потому что с лимитами им бы и жизни не хватило на проведение такого ритуала. — Думаю, дело в том, что они взаимодействуют с душой, чтобы деконструировать образ и воссоздать его в реальности. Прямое взаимодействие с чужой душой всегда обходится дорого. — Э.. Я смотрю твой мастер хорошо тебя учил. — Да, мы с ним много говорили на эти темы, иногда собираясь по вечерам в «приюте скитальца». Так и где нам найти этих жрецов? — Прямо сейчас — без понятия. Важно знать, что далеко не каждый из них в целом проявляет желание пользоваться своей силой во благо других существ. Из, может быть, шести жрецов, только двое когда либо предоставляли такие «услуги». В любом случае, нам нужно переждать, пока наблюдатель не успокоится. На это может уйти несколько месяцев. — Он может успокоиться? — Ага. Всё же это не идеальная система, и она вроде как требует очень очень много маны. По другому я не могу объяснить, почему иногда они упускают даже очень опасных предателей, просто прекращая поиски через несколько месяцев после их дезертирства. — Несколько месяцев просматривать весь Флегрейс.. даже так это чудовищная сила. — Верно, по этому посидим пока тут, и потренируемся. Если тебе нужна вода, то ты можешь использовать этот пруд.. — Я не буду, — наотрез отказалась девочка, вставая со скамейки и двигаясь в сторону выхода. — Там наверху река, я пригоню сюда немного воды, тем более что я уже давно хочу попробовать пробить водой камень. — Ну, если сохранишь достаточную плотность.. Может у тебя и получится. В любом случае, удачи тебе. Если что, зови. Проводив девочку взглядом, Рокудо направился в свою небольшую комнату, где кроме кровати и шкафа с одинаковыми черно-красными одеяниями, не было ничего. «Нужно будет найти ей нормальную одежду» — подумал Рокудо, обессилено падая на кровать, и проваливаясь в пучины снов. ---------- Тысяча и один труп. Лишь переступив порог гильдии Авантюристов, безымянному сразу же пришлось уворачиваться от летящего в его лицо магического шара, оставившего после себя небольшую дыру в деревянной стене позади. — Ой, простите извините пожалуйста, я очень не хотела, — подбежала к нему растерянная девушка с посохом, виновато поправляющая свои длинные каштановые волосы. — Да всё путём, — выдавил из себя безымянный, просверливая девушку холодным взглядом. Впрочем, сегодня у него было хорошее настроение, и потому взгляд ограничивался лишь холодом, без какого либо негатива. — П..правда? — Всё Офелия, пойдем, не доставай бедного парня, — подбежавшая к ней рыжая подружка, быстро утащила девушку прочь, взглядом извиняясь перед безымянным. «Господи, у них тут всегда так?» — подумал мечник, подходя к стойке, за которой стоял приветливого вида эльф. — Здравствуйте, мой друг хочет записаться в гильдию, — рядом со стойкой появилась желтоволосая голова Рондо. Похоже что стойка была для него высоковата. — Да, конечно. Как ваше имя? — У меня нет имени. — Хорошо, тогда псевдоним? — Запишите как безымянный. — К сожалению, мы не можем. Этот псевдоним занят одной персоной очень высокого ранга. — Ну тогда.. Безымянный начал перебирать в голове различные имена и прозвища, но ничего не шло ему в голову. Внезапно, словно удар молнии, он вспомнил голос той девушки из сна, так нежно зовущей его к себе. — Знаете, запишите меня просто как «Алан». — Отлично. Перед тем как вы сможете получить ранг, мы должны удостовериться, что вы что то умеете. Пройдемте за мной для проверки. А тебя, Рондо, я попрошу остаться тут, — пригрозил он пальцем расстроенному мальчишке. — Ну ну, посмотрим еще, кто где останется... Он вам там так задаст! — Вы — маг? — эльф задавал уточняющие вопросы, пока они выходили из здания на обширный задний двор, где около двадцати человек практиковались с холодным оружием в спаррингах. — Можно сказать и так. — Поконкретнее? — Я бы хотел всё же показать свою силу, прежде чем о ней рассказывать. — Значит вы, человек дела? Отлично. Какой тест на ранг вы бы себе хотели? — А какие бывают? — У нас есть проверка магической энергии через специальный прибор. Проверка силы на удар. Спарринг с мастером, и для особых случаев, заказы для тестируемых. — Знаете, я выберу все. — Вы в этом уверены? Если провалите хотя бы два из 4х, то получите максимум D ранг. — Ну, все ведь с чего то начинали, — мрачно улыбнулся безымянный, подходя к обычному с виду соломенному чучелу. — И так, это чучело используется для проверки силы на удар. Однако, прежде чем мы приступим к этому тесту, давайте проверим вашу магическую энергию: эльф достал откуда то идеально-круглый хрустальный шар. — Приложите руку, и он отразит плотность и количество вашей маны в числовом значении. — Э... — Мечник приложил руку, и по затылку у него побежал холодок. — Тут ноль... — Как ноль? Дайте посмотреть, — Эльф несколько минут смотрел на шар, словно пытался разглядеть там нечто не существующее. — Тут видимо какая то ошибка. Живых существ с нулем показателем маны не существует.. — Хах, думаю у меня просто такая мощная энергия, что шар не может ее отобразить. — Да ты что, — вмешался в диалог брутальный низкий голос, — прям вот такая мощная? Может проверим на деле? — в нескольких метрах от безымянного, стоял крупный седой мужчина. На вид ему было всего лет тридцать, и уже седые волосы.. За спиной у него виднелся большой двуручный меч, с прямым обоюдоострым лезвием. Похоже, что такой фасон холодного оружия на Флегрейсе был очень популярен. — О каком деле вы говорите? — осторожно улыбнулся безымянный, предвкушая предстоящие события. — Сразимся на мечах. Ты вроде выбрал спарринг с мастером да? Так вот я мастер. Можешь звать меня мастер-Барбатос. — Тебя правда зовут Барбатос? — Ну да, а что то не так? — мужчина поднял одну бровь, искренне не понимая, почему его прежде мрачный собеседник заливается смехом. — Да я честно говоря, сам не знаю, к чему я это. Ну раз ты так хочешь сразиться, то давай. — Подождите, сначала ведь идет испытание силой, и еще ваша энергия... — попытался вмешаться эльф, но его уже никто не слушал. — Одна только проблема, я хоть и мечник, но меча у меня нет. На чем будем сражаться? — Лови, — Барбатос бросил парню деревянный меч, и сам вооружился таким же. — Этим ведь нельзя убить? — произнес безымянный, задумчиво глядя на меч. — А что, боишься? — Нет, не хочу проблем с законом. — Хаха, а ты хороший малый, — Барбатос без предупреждения двинулся с места, словно и правда собирался убить оппонента деревянным мечом. В точке где он стоял до этого, даже образовалась небольшая воронка. Приблизившись вплотную, он начал проводить серию ударов по блокирующему все атаки противнику. — Слабо, — послышался голос из за спины, и что то больно ударило Барбатоса по затылку. Он даже не заметил, как безымянный появился у него за спиной, предварительно выйдя из под его атак. — Думаю, моя очередь нападать. Всего несколько четких ударов выбили меч из руки Барбатоса. Он не был плохим мечником, но атака и защита его противника были идеальны. — Хах, кажется у меня не было шансов да? — Барбатос подошел к мечнику, с дружелюбной улыбкой протягивая руку. — Не сказал бы. Твои атаки были хороши, и энергия у тебя мощная. — Эй, у тебя действительно ноль? — он проницательно посмотрел на парня, несколько серьезнее изменившись в лице. — Честно говоря, я без понятия. Я могу использовать ману, но совсем ее не чувствую в своем теле. — Ты что, боевой артефакт? — Что то вроде того. Да и вообще, моя сила не в магии. — Я уже понял что ты мечник, но где твой меч? Безымянный коварно улыбнулся, сохраняя многозначительное молчание. — Ладно, знаете, я не любитель что то там скрывать, или долго тянуть, так что просто покажу вам. Тренировочная площадка на которой они находились, как и весь город, стояла на возвышенности. С нее открывался прекрасный вид на располагающийся внизу густой зеленый лес. Подойдя к краю площадки, мечник лишь единожды взмахнул рукой, словно проводя атаку мечом, и лес внизу начал валиться на землю, как во время шторма. — Э... Ты что, мастер меча? — Барбатос с недоверием смотрел на загадочного парня стоящего перед ним. — Ага, самый настоящий. — И как это тебя занесло в такую глушь? — Да так. Тут рядом живут мои знакомые, я у них остановился на время. Потом мне понадобился ранг в гильдии... В целом, это долгая история. — Что ж, думаю, с вашим рангом всё ясно, — объявил эльф, подходя к безымянному, и вручая ему медный жетон с гравированной буквой B и псевдонимом «Алан». — Так быстро? И почему только B ранг? — Я бы присудил вам и больший ранг, но к сожалению по правилам гильдии, выше B ранга получить при вступлении нельзя. — Это сделано для того, чтобы даже сильные люди были вынуждены, выполнять для вас обычную работу? — Кто знает, — удаляясь обратно в здание, эльф лишь улыбнулся, оставив двух мечников на площадке, среди множества тренирующихся новичков. — Черт, и где мне теперь брать эти задания.. — недовольно пробурчал себе под нос мечник. — Слушай Алан, — Барбатос серьезно посмотрел на безымянного, словно через силу собираясь что то сказать. — Хочешь получить А ранг? — Что за вопрос? Конечно хочу. — Тогда как на счет того, что бы помочь мне? — Какого рода тебе требуется помощь? — Нужно спасти мою сестру. Она в плену у торгвидов, и гильдия хорошо оценит твой поступок. — Что еще за торгвиды? — Помесь гоблинов и свиней, но это сейчас не так важно. Главное, что к сожалению, я никак не могу ей помочь... — в глазах сурового мужчины читался укор к самому себе, и его прекрасно можно было понять. — Разве? Ты ведь довольно сильный воин, и вас тут много. — Ну, я уже недавно попытался, и чуть не умер.. Бежал с позором, чтобы не было напрасных жертв. Этих тварей там тысяча, если не больше. Раньше они на людей не нападали, вот и расплодились до таких количеств. А теперь всё иначе. Теперь они и людей похищают, и нападают на прохожих, и даже на деревни. Моя сестра оказалась в числе их жертв. Разведчики говорят, что захваченных людей торгвиды пока не трогают. Однако я не знаю, к чему это может привести в итоге. Ее нужно вытащить оттуда, и других тоже. — Тысяча? Почему они еще не захватили весь город? — Боятся. У нас тут много стационарных заклинаний и барьеров. Все гильдейские города хорошо защищены. — Твоя сестра ведь человек? — Конечно, а почему ты спрашиваешь? — Не важно. В любом случае, я тебе помогу. Просто покажи мне, куда нужно идти. Только учти, что всю награду за это поручение я забираю себе. — Я бы не стал присуждать себе награду за то дело, в котором я ничего не сделал. — Отлично, ценю твою честность. — Идем прямо сейчас, — Барбатос спрыгнул с края площадки прямо в поваленный мечником лес, пролетев около десяти метров вниз. — Короткий путь да... — Эй, подождите меня! — услышал мечник откуда то сверху, уже стремительно падая вниз. Это был голос Рондо летящего в след за ним. — Пацан, это будет не детская прогулка. Ты уверен, что хочешь с нами? — Да. Вы ведь идете спасать Элис? — О, он тоже знает? — Конечно Рондо знает. Они чуть ли не лучшие друзья с детства,— констатировал Барбатос, удаляясь в лес. — Похоже, у вас тут все друг друга знают. — Само собой. В нашем филиале в основном местные ребята, так что твоё появление в такой глуши для нас в новинку. — Понятно. Еще пара вопросов о твоей сестре: сколько ей лет? — Одинадцать. — И при каких обстоятельствах ее похитили? — Напали на другую деревню, где она находилась в тот момент. Та деревня особо не защищена, но и набеги монстры в этих краях раньше не устраивали. Тут явно замешана чужая магия. — Может быть это культ разрушения, или проклятые? — Рондо погладил лезвие топора, словно оно было живым. — Что тут мог забыть культ разрушения? Это вроде как вообще не их территория, тут промышляют иные культы. Вот проклятые вполне могли, и почерк их проглядывается. — Что еще за проклятые? Расскажите, а то я нездешний. — Это местный то ли культ, то ли просто банда сбежавших магов, промывающих людям и зверям мозги. Только вот никогда не слышал, чтобы они под контроль сразу тысячи существ брали. Это же по настоящему разрушительная сила, если ей правильно управлять. — Не такая уж разрушительная, если они всё еще боятся напасть на ваш маленький городок, — мрачно констатировал безымянный, глядя сквозь завесу деревьев, где вдалеке виднелось движение множества живых существ. — Это они? — Ага, целая куча, как тараканы. И это только на поверхности, а в шахтах всё ещё хуже. — Торгвиды живут в шахтах, как кобольды? — Да, видимо переняли это от гоблинов. Вообще, они не очень умные или внимательные. Просто берут числом. — Вот потому то они для вас и не должны быть угрозой, — выпалил мечник, выходя из куста. — Подожди, — одернул безымянного за рукав Барбатос, когда тот уже почти вылез наружу, — во первых: Элис в самой глубине шахт. Там были разведчики, но они ничего не смогли сделать. Мы не должны наводить слишком много шума, иначе пленники могут пострадать. Во вторых: ты действительно собрался идти один? — Просто смотри, — отозвался мечник, вырывая рукав из хватки Барбатоса, и устремляясь вперед. — Что бы я, да просто смотрел, как ты спасаешь мою сестру? Ты много о себе возомнил, парень, — выкрикнул Барбатос устремляясь вслед за мечником. Замыкал всю эту процессию Рокудо, кровожадно поглаживающий свой топор, что в контексте его возраста, смотрелось весьма пугающе. Лишь дав обнаружить себя, безымянный сразу спровоцировал чуть ли не всех торгвидов в округе, а их тут было по меньшей мере пара сотен. «Действительно, помесь гоблина и свиньи, но с уклоном в гоблина. Максимально низменное сочетание, какое только могла придумать природа. Они еще и нападают с какими то палками... Мерзость.» — с этими мыслями, он отрубил сразу десять свиных голов, наиболее близко подобравшихся к нему противников. «Нужно закончить это побыстрее» — думал он, продолжая вырезать существ взмахами кисти, и постепенно приближаясь ко входу в шахты, пока вокруг скапливались горы трупов. — А нам что делать... — Барбатос и Рондо растерянно наблюдали за происходящим. Конечно, они слышали о том, что мастера меча это очень сильные люди... Но чтобы на столько? — С другой стороны, это всего лишь жалкая помесь гоблина и свиньи. Тут бы даже ребенок справился, а я не смог.. — Не время вешать нос, давайте за мной, — безымянный устремился в штольню шахты ведущую вниз, в темноту. Он уже убил около двух сотен торгвидов в округе, и теперь проход был совершенно свободен. Ко всему прочему, он сделал это настолько быстро и тихо, что кажется остальная часть «армии» находящаяся внизу, ничего не заметила. Что же до его спутников, то они бодро шли сзади, в ожидании, когда им представится возможность помочь мечнику. «Барбатос не подает виду, но я чувствую, что он сильно нервничает. Эти существа достаточно агрессивные. Кто знает, что они могли сделать с его сестрой за это время.» — в этот момент безымянный заметил на земле нечто, напоминающее ткань. В действительности это была часть чьей то одежды. Очень похоже на рукав. — Эй, Барбатос, не знаешь, чье это? — Хм, судя по цвету, красное. Нет, без понятия. У нас такое никто не носит. — Не любите разнообразие в цветах? — Скорее не хотим выделяться, когда враг поблизости. Места может и спокойные, но от того редкие случаи нападений становятся только опаснее, особенно сейчас. — Понимаю вас. Можете проверить магическими чувствами? У меня они что то сбоят. — Ну да, у тебя же маны 0, — через мгновение глаза Барбатоса расширились, словно он увидел бога. — Кажется мы почти пришли... За соседним поворотом пятиметровый обрыв. Там пещера, в пещере очень много сигнатур. Я бы сказал, что их там по меньшей мере пятьсот. — Держитесь меня, если почувствуете что вас теснят. Ко мне они подойти не смогут, а если и смогут, то сильно пожалеют. — Так и поступим. Решив, что тянуть больше нет смысла, мечник выскользнул из за угла, и прыгнул вперед с уступа, ведущего в обширную пещеру. Уже находясь в полёте, он оценил ситуацию, и была она довольно странной: огромное количество торгвидов стояло на коленях, склонив головы к земле, обращенные к деревянному, клубящемуся фиолетовыми парами дыма идолу. По факту их тут было около тысячи, что несколько разнилось с изначальными подсчетами. «Да вы издеваетесь надо мной. Это что, самый богохульный культ в истории?» — приземлившись ногой на затылок одного из торгвидов, мечник сделал резкий поворот на 360 градусов, попутно с этим убив около пятидесяти свино-гоблинов и расчистив для себя площадку. В ответ на это последовала немедленная реакция: существа начали вставать по одному, словно в трансе нападая на мечника. «Похоже, их действительно контролируют. Впрочем, мне плевать.» — с этими мыслями он отправил на тот свет еще порядка сотни монстров, и пока его подоспевшие товарищи сдерживали остальных, он спешно продвигался к деревянному идолу. — Кто смеет так жестоко обращаться с моими дорогими последователями? — послышался мерзкий женский голос из неизвестного направления. — А ты почему прячешься? Не уж то боишься выйти со мной один на один? Я тут ради тебя, знаешь ли. — А ты сможешь? Нечто невидимое воткнулось в плечо мечника, начав медленно распространять фиолетовую заразу по крови. Хуже всего было то, что атакующего он не видел, и похоже видеть не мог. «Черт, и магические чувства не работают. Кажется, я резко оказался в заднице.» — выбрав единственный возможный вариант, мечник разрубил деревянный идол, и из того повалило еще больше фиолетового дыма. — Не поможет, — вновь прозвучал голос. Интуитивно двинувшись в сторону, мечник получил еще одно ранение, но на этот раз пострадала лишь щека. «Понятно, значит если я хочу хотя бы выжить, то придется двигаться в случайных направлениях, постоянно.» — Что у тебя там происходит? — послышался крик откуда то сзади. — Деритесь там, я сам разберусь, — ответил мечник, получая очередное ранение во второе плечо. «Пока я теряю время и бессмысленно уворачиваюсь, яд распространяется а тело слабеет. Наверное это какой то полу-материальный призрак, которого я просто не чувствую из за своих проблем с маной. Однако это ведь не значит, что его нет...» — Эй вы, пригнитесь, — крикнул он своим попутчикам. — Чего? Мы же в бою! — Я сказал лежать! — агрессивно прокричал безымянный, получая очередное ранение в ногу, вынуждающее прикусить язык. За последние несколько минут он похоже стал более чувствителен к боли, и к тому же тело сильно ослабло. «Я ни за что не проиграю какой то повелительнице свиней, да в этой выгребной яме. Это просто недоразумение, и ничего более» — с этими мыслями, убедившись что его друзья безрассудно пригнулись, пока к ним бежит новая толпа торгвидов, мечник вошел в состояние полного исступления. Дело в том, что на самом деле у него был клинок, хоть никто кроме него, и не мог его видеть. Похоже, что прошлое оружие безымянного, настолько врезалось в память его тела, и в его собственную душу, что он буквально мог видеть и ощущать его, даже не понимая сути. Наверное, это и есть то, чем называют мастерство меча. В приступе граничащем с чистой яростью, мечник начал рубить своим «воображаемым» мечом всё что было вокруг. Тот факт, что он может проиграть «богу свиней» очень сильно разозлил его. Удары клинка сыпались градом, и каждый имел огромный диаметр, задевая стены пещеры чуть ли не от края до края. Так он надеялся задеть физическое воплощение духа, которое не мог увидеть, и заодно избавиться от оставшейся части торгвидов. В результате, кажется, ему удалось это сделать. По крайней мере в один момент, он услышал пронзительный женский визг, после чего огромная туча тумана устремилась наружу, прочь из пещеры, а вместе с ней пал и последний торгвид. «Вот дерьмо» — подумал мечник, бессильно падая не землю, пока сверху гремел уничтоженный им же свод пещеры. Последним, кого он увидел, был подбегающий к нему желтоволосый мальчик. Глаза мальчика ярко светились белым светом, а после, наступила лишь тьма. ---------- Новые знакомые. Мечник открыл глаза. Он стоял в темном лесу, слабо освещенном луной. Подавляющая тишина, тенистые деревья и полное отсутствие какой либо живности. «Опять это место да? В прошлый раз я спал. На этот раз потерял сознание... Что бы это могло значить? И главное, куда идти то..» — вспомнив слова старика, он решил идти в направлении, что тот ему указал. В любом случае, принудительно вернуться он сейчас никак не мог, ибо просто не знал как. «Раздражает» — думал он, глядя на ночное небо. По какой то причине, в прошлый раз тут тоже была ночь, а луна кажется неподвижно застыла, не желая сменять ночь днем. Путь его длился несколько десятков часов, и всё это время не происходило абсолютно ничего. Лишь темный лес и луна, действующие на нервы. Даже время тут тянулось как то.. неопределенно, порой обманывая чувства. Наконец, окружающий ландшафт начал меняться, постепенно переходя в топь. Окончательно погрузившись в болото, мечник в который раз выругался. Местная вода скорее напоминала нефть, нежели тину, и от того находиться в ней по пояс было просто отвратительно. Пройдя так еще какое то время, он вдруг услышал несколько осторожных *бульк* доносящихся из темного, неосвещенного участка болота. — Что, неужели и тут со мной хотят драться? Ну ничего, осилил тысячу, смогу и тебя, — мечник стал приближаться прямо на звук, устремляясь в темноту. В отблеске луны, ему показалось, что из воды на него только что смотрела часть человеческого лица, тут же ушедшая обратно, под черную массу. — Филита... — послышался голос уходящего под воду. «Неужели человек.. Мне спасти его? В худшем случае я лишусь руки» — подумал мечник, безрассудно засовывая руку куда то в темную пучину, и хватаясь за край ткани. Силой потянув на себя, он вытащил из пучины грязную человеческую фигуру, измазанную тиной. Перебросив тело через плечо, он поспешил к ближайшему клочку твердой суши, чтобы наконец решить этот вопрос и идти дальше. «Скорее всего он мертв» — думал мечник, откачивая обмотанного тиной человека. На удивление, тот оказался жив, и спустя несколько секунд сильно закашлявшись, открыл глаза. — Алан?... — послышался хриплый голос, явно испытавший на себе последствия долгого нахождения под водой. — Алан, это правда ты? Где Филита.. Где все.. — Наверное это правда я. Честно говоря, я без понятия о каком Алане все говорят. Как тебя зовут? — Г..Гилберт.. Мы с тобой были в.в.. одном отряде. И еще Филита.. — Не знаю, ничего не помню. Какая еще Филита? — Моя.. член нашего отряда. — Понятно, такую тоже не помню. — Ты выглядишь так же как Алан.. И голос такой же. Разве что разговариваешь строже.. — Гилберт окончательно откашлявшись, начал выбрасывать куски тины в болото, освобождая свои светлые волосы от лишней инородной растительности. — Так значит, ты утверждаешь, что меня зовут Алан? — Ага, мы с тобой успели немного поболтать, прежде чем всё это случилось. «Могу ли я ему доверять? А хотя, хуже вряд ли уже будет... Лучше хоть какие то ответы, чем молчание.» — мечник проницательно посмотрел в голубые глаза собеседника. — Прежде чем случилось что? Боюсь тебе придется многое мне рассказать, я ничего не помню. — Честно говоря, я и сам помню не так много. По крайней мере я точно не знаю, как оказался тут. Помню, что мы с вами разделились. Рокудо пошел вытаскивать тебя из передряги, а мы решили всем отрядом поднятья на нижние уровни крипты. Нам нужно было попасть в это аббатство, через низ. В итоге, появилась какая то женщина в довольно жуткой маске, у нее на ней прям.. как разводы черные, бесформенные и живые. Словно знаешь, вместо лица бассейн с черной жидкостью. Она нам даже слова сказать не дала, вырубила в мгновение. Только представь: отряд из семи офицеров за секунду падает без чувств под действием одной женщины. А потом... — лицо парня покрылось испариной, ему явно было трудно продолжать свой рассказ. — Потом начался какой то бесформенный ужас. Помню, как мои мысли перемешались с мыслями множества других людей, словно мы все варимся в одном огромном котле. Множество каких то пугающих образов, мысли Новы и других ребят... Я пытался ухватиться за Филиту, найти ее мысли, но не мог.. я не хотел, чтобы она слилась со всем этим. Ладно я, но что бы она... — парень замолк, не находя слов чтобы продолжить. — Это последнее, что ты помнишь? — Нет, потом помню, что пришел ты. Словно из пустоты, подошел и взял меня за руку... В этот момент я только понимал, у меня больше ничего и никого нет, так что просто доверился тебе взяв твою руку. В итоге, очнулся я уже в этом болоте, да погрязшим настолько, что оставалось только терпеть эти муки. — Долго ты тут был, в таком состоянии? — Не знаю как долго, но по ощущениям, достаточно чтобы умереть сотню раз. Только вот этого почему то не произошло.. — Расскажи мне больше, пока мы идем к Аббатству, — попросил Гилберта мечник, подавая ему руку, чтобы тот смог встать. — Неужели мы снова туда возвращаемся? Может быть, не надо? — Боюсь что все ответы ждут нас там, раз уж там всё это и началось. — Тоже верно.. Пока спутники шли к аббатству, Гилберт рассказал мечнику всё, что о нём знал. Знал он к сожалению, не так много, поскольку не смог лично присутствовать при их «знакомстве» с Рокудо. — Хм, значит я, некий наемник, который вступил в ваш отряд ради борьбы с культом плоти? У меня есть ученица школьного возраста, которую я взял с собой на очень опасное задание, и живой дух меча который выглядит как красивая девушка, но их имен ты не знаешь. Так? — Да. Рокудо не успел рассказать мне больше, но хотя бы так. — Хах, наверное мне нужно сойти с ума, чтобы поверить в подобный абсурд. Даже представить себя не могу рядом с девушкой, или со своей ученицей. Хм, и в конце твоего видения, я беру тебя за руку... Даже если всё это правда, то понятнее не становится. — Эх, мне тоже. Как вообще так вышло, что ты потерял память? Чем же эта проклятая история в конечном счете кончилась.. — Не знаю, но мне не дает покоя другое. Что конкретно нам было нужно в аббатстве? — Э, я и не знаю. Во все детали посвятили только Рокудо, нашего капитана. — И он не рассказал вам? — Да мы и не особо спрашивали. Мы уже давно привыкли к нему, как к главному, так что всецело ему доверяем. — И вам в голову не приходила мысль, что он мог предать вас? — Приходила конечно, но в реальности она невозможна. Мы все слишком хорошо знаем Рокудо, чтобы точно сказать, что он не мог нас предать. — Хорошо если так, потому что его поведение я объяснить не могу. — Мне кажется, он просто хотел уберечь нас от лишней информации. — Лишней информации не бывает. Мы с тобой сейчас, лучший тому пример. — И то верно... — внезапно их диалог прервал женский крик, доносящийся откуда то из глубины топи. — Что, снова гости? — Мечник подошел к источнику звука, и засунул руку под воду, наткнувшись на чьи то волосы. Не красиво конечно тащить человека за волосы, но и ситуация не та.. — Элли! — Гилберт бросился откачивать девушку, попутно очищая ее волосы от грязи. — Что, еще один знакомый? — Да, еще один член нашего отряда. — Алан? — девушка с удивлением посмотрела на мечника, откашливаясь от тины. — Да да... Я Алан, конечно. По крайней мере так вы привыкли меня называть. — Что с ним? — Он ничего не помнит... — Какой ужас, — девушка кажется искренне ужаснулась, услышав слова Гилберта. — Ужас это то, что мы находим людей замурованных в болоте. Вот это действительно страшно. А с моими воспоминаниями что то да решим. — Неужели даже Луну не помнишь?! — она вскочила, схватив его за плечи, отчего тот испытал лишь раздражение, вновь не понимая, чего от него хотят. — Какую Луну? — Ну твою девушку. Луна, ее так зовут. Золотые глаза, серебряные волосы. Очень красивая, немного строгая, заботливая и умная, с долей харизмы. — Ты описываешь несуществующую девушку, очнись уже. Она слишком идеальна для меня. — Может в этом ты и прав, — раздраженно ответила Элли, отворачиваясь от мечника. — Как ты мог забыть ее... — Ну, справедливости ради, я видел ее один раз во сне. Она тоже обращалась ко мне как к «Алану», и похоже, это действительно моя прошлая личность, которую вы все знали раньше. Только вот, я не помню этих событий, даже своё имя не помню, и прошлого для меня словно и не было. — Значит, что то всё таки случилось в аббатстве. Не с нами, а с тобой.. Элли рассказала свою историю, и она один в один повторяла историю Гилберта, вплоть до появления Алана в конце. — Что ж, если вы оба видели это видение, то тут уже прослеживается какая то закономерность. Теперь я уже не думаю, что всё это вышло случайно. — А ты правда так думал до этого? — Скорее надеялся, что всё обойдется, и я вспомню всё сам. Но похоже, без вас я не справлюсь. Жаль только, что не удалось избежать большой заварушки. — Хорошо что ты о нас такого хорошего мнения. Это успокаивает. — А что то не так? — Нет, просто ты стал немного грубее... — Может быть. Честно говоря, с момента пробуждения я в основном хотел убивать, и убивал. Много, и со вкусом. — Ты что.. даже людей? — Нет. Я бы никогда не убил человека, максимум покалечил, чтобы запугать. Что же до моих реальных убийств.. В первый раз это был какой то дикий, его называли «кракеном», во второй раз убил около тысячи торгвидов, и какого то мерзкого духа. Еще был медведь.. — Кракен, и тысяча торгвидов? — девушка положила руку безымянному на лоб, проверяя его температуру, от чего тот отшатнулся, словно от огня. — Ты чего делаешь? — Мне показалось, что ты бредишь.. Кракен, это ведь дикий ранга «разрушение». Его встретить то, это большая редкость, и почти всегда смерть. — Да? Не знал что мне так повезло. В любом случае, против моего мастерства меча он не смог ничего сделать. Мне понадобилось около минуты, чтобы превратить его в фарш. С торгвидами к сожалению вышла заминка, и теперь я тут. — Мастерство меча? Откуда? Я видела как ты меч едва держал на тренировках, делая свои первые шаги. — Ну, ты можешь мне не верить. Откуда, я и сам не знаю. Просто умею и всё, чувствую. — А какого рода заминка такая вышла, что ты тут оказался? — вмешался Гилберт, оглядываясь по сторонам. — Я победил этих гадов, но потерял сознание, и оказался тут. До этого я еще попадал сюда один раз, когда ложился спать. — Это всё объясняет,— послышался незнакомый голос. Из за соседнего толстого дерева к трем спутникам вышла русая девушка в очках. — Нова! Ты жива! — Элли бросилась обнимать девушку, — и как долго ты тут стоишь?! — Я шла сюда по ощущению год, от склонов заснеженных гор. В итоге заблудилась в этих топях, а потом услышала ваши голоса и пошла на них. А стою я тут ну.. с момента как тебя вытащили. — А не вышла ты, потому что сомневалась в нашей подлинности?— мечник подошел к девушке вплотную, смерив ее взглядом. — Всё так. А ты я смотрю, стал настоящим гордецом? Мне почему то кажется, что прошлый ты осудил бы тебя сейчас. — Мы что, с тобой были так хорошо знакомы, что теперь ты делаешь такие выводы?— Нет, просто у тебя всё на лице написано было. — Хах, может быть. Я уже ни в чем не уверен. В любом случае, я это я, и сейчас и тогда. Тебя же могу только похвалить за осторожность, так что не надо тут разводить скандалов. Лучше скажи, что ты имела ввиду под «это всё объясняет». — Я провела небольшой мыслительный анализ. Сначала собрала все факты: У меня было то же видение что и у остальных. А теперь мы тут. Ты тоже тут, однако ничего не помнишь, а мы помним. При этом попал ты в это место, только когда лёг спать, а второй раз после потери сознания, так? — Да, всё верно. — Если мы будем судить чисто логически, то подобное место не может существовать в реальности. Даже если предположить, что культ плоти захватил остров распространив негативную энергию, то цикл дня и ночи им всё равно остановить не удастся. Этого не могут даже боги. — Так, и? — Если это место не реально, и ты попал сюда во сне... Исключая моменты вроде телепортации в забытые миры, чем это место точно не является, и мощные иллюзии, остается только один вариант: этот мир — твой горизонт. — Хочешь сказать, что мы сейчас внутри моей души? — Именно так. Других вариантов я просто не вижу. — Похоже что очки ты носишь не зря, теория здравая. Только вот, что вы тут делаете? По какой такой причине, ваши души находятся внутри моей? — Этого я и сама не знаю. Возможно, на самом деле мы действительно не внутри твоей души, и всё это иллюзия, но в таком случае я не знаю, как эту иллюзию сломить. — Что ж. Могу только сказать, что у меня довольно мрачная душа, и место я себе выбрал странное. — Горизонт не выбирают... Его облик бессознательно определяется самой душой, так что всё вокруг, скорее отражение твоего подсознания. — Даже так? Ну хорошо, тогда и переживать не стоит. Думаю пока закроем эту тему. — Теперь осталось только найти остальных членов отряда, чтобы команда снова была в сборе. Неужто все остальные тоже на болотах? — Гилберт осмотрелся, вглядываясь в темные топи сквозь листву карликовых деревьев. — Давайте проверим всё в округе. — Да, давайт.. — внезапная боль пронзила плечо мечника, от чего тот чуть не упал. Оголив плечо, он вновь увидел распространяющийся по телу из этой точки яд. — Черт, я совсем забыл. Меня ведь в этом бою еще и отравили... Чем они там снаружи занимаются, если не спасают меня? — Может яд слишком сильный? — Наверное так. В любом случае, похоже что у нас нет времени искать остальных членов отряда. Я знаю как работает этот яд. Через некоторое время я не смогу двигаться, а потом.. стоит только догадываться. — Неужели этот яд распространяется даже на душу? — Элли осторожно потрогала рану. — Не совсем. Просто повреждения реального тела переносятся на духовное. Это просто индикация, — подытожила умным словом госпожа ученый. — Понятно, что ничего не понятно. Сейчас мы, как можно быстрее идем в аббатство, пока моё тело не разрушилось. А дальше... Либо мы найдем ответы, либо меня спасут мои новые знакомые. — Или ты умрешь, и мы вместе с тобой. — Ага.. Есть еще вариант стать могущественным духом мщения из множества личностей. — Ну это ты совсем загнул. Такое едва ли вообще когда то случалось. — Всё бывает в первый раз. Кстати, вот кажется и вход в скалу. Мы сейчас находимся как раз под аббатством. — Он самый. Из него мы так и не вернулись.. — Тогда давайте попробуем еще раз. Может быть на этот раз у нас получится, раз уж я с вами. — Что будем делать, если столкнемся с чем то опасным? — Я его уничтожу. — Ты уверен? Ты ведь ранен. — Плевать, ранен я или нет. Если мы правда внутри моей души, то это только моя территория. Тут я никому не проиграю. — Тут ты конечно прав. Только мне вот интересно... Откуда тут вообще может взяться что то опасное? Ты ведь вроде в своем уме, и всё контролируешь, и даже не чувствуешь какой то невероятной негативной энергии да? — девушка сняла очки, протирая их от ночного инея. У подножия скалы было очень холодно. — Честно говоря, я вообще не чувствую своей энергии. Я знаю что она у меня есть, если уж я могу использовать мастерство меча. Но ничего более.. — Понятно. Никогда не слышала про такие случаи. Похоже что ты особенный. — Нет, скорее ты забыла первое правило науки. — Это какое? — Если чего то нет, значит ты об этом просто еще не знаешь. — Но это ведь просто красивая фраза, описывающая неполноту человеческого познания. — Тоже верно, но по большому счету.. Красивые фразы не теряют своего смысла только потому, что парочка идиотов решила повторять их на каждом углу. Не так ли? Они всё ещё позволяют емко выражать мысли. — Угу. Мы пойдем уже внутрь? Тебе вроде как плохо. — Да, идем. Просто мне нужно было немного настроиться. ---------- Сам себе хозяин. — Как думаете, далеко еще до среднего уровня? — Элли дотронулась пальцем до покосившегося черепа, лежащего на одном из хаотично разбросанных по крипте каменных блоков, и тот тихо рассыпался в прах. — Без понятия. То место где нас в прошлый схватили, мы уже давно прошли. И вообще, мне вот интересно: каким образом внутри души Алана создалась такая точная копия острова? Ты ведь не мог пройти его целиком, верно? Да и запомнить точно не мог. — Не знаю, и не помню. Спроси об этом старого меня. — Эх, ну да.. — Гилберт разочарованно заглянул в очередную арку, в надежде найти что нибудь интересное, но вспомнив где он предположительно находится, сразу же вернулся к остальному отряду. — Тут похоже и правда никого кроме нас нет.. — А кого ты ожидал увидеть? Крыс? Или может... скелетов? — Элли задумчиво рассматривала очередной ветхий череп, аккуратно держа его в руке. — Тихо! — Прошипела Нова, прислушиваясь к тишине. — Вы это слышите? За стеной... — Кажется что то есть. И действительно, из за стены соседней крипты слышался тихий, робкий плач. — Давайте проверим, только аккуратно... — Нова выглянула из за угла, и почти сразу после этого нырнула в крипту. — Сюда, она здесь! — послышался крик удаляющейся девушки. — Она? — Гилберт рванул с места, лишь сверкнув голубыми глазами в темноте. В их отряде было только три девушки, и две из них уже были найдены. Надежда найти Филиту не покидала его с того момента, как он оказался замурованным заживо в болоте. — Вы только посмотрите на них... — пробурчал безымянный, глядя на Гилберта прижимающего к груди плачущую Филиту. Несмотря на то, что она была снежным эльфом, внешне она ничем не отличалась от человека, за исключением бледной кожи. Ее волосы, брови и даже ресницы были белоснежными, что впрочем, являлось нормой для магов льда, чья внешность и характер часто менялись под влиянием атрибута. — Долго ты тут сидела? — Гилберт обеспокоено схватил девушку за щеки, глядя в ее серые глаза. Она кажется, мгновенно успокоилась увидев его, и теперь они лишь переглядывались, словно были способны общаться мысленно. — Вы телепаты? — поинтересовался безымянный. — Нет, просто она редко говорит... — Вы тот человек.. Что увёл меня? — Филита обратилась к безымянному. Ее голос вопреки ожиданиям не был холоден, скорее печален. — Ну да, наверное всего это я, раз уж вы все меня видели. Но я ничего не помню, так что прошу меня не винить. — Вот как... — девушка встала, оперевшись на Гилберта. Похоже, что ей тяжело давалось пребывание в этом месте, да еще и в одиночестве. «Странно, разве атрибут льда не должен отстранять носителя от обычных человеческих чувств? Или она борется...» — не спеша выйдя из крипты, безымянный размышлял над природой атрибутов. Она казалась ему странной, и в некотором роде жестокой, ведь полученный тобой при рождении атрибут мог определить не только твою судьбу, но и личность, а вместе с ней и внешний вид.«Какая тут свобода, когда сила похожа на проклятие...» — думал он, глядя на снежную эльфийку, постепенно приходящую в себя, словно она не проронила и слезы ранее. Похоже что определенная выдержка у этой девушки всё же была. — Постарайтесь не отставать, а то мы тут застрянем на вечность. Осталось всего два члена отряда, если я правильно вас понимаю. — Три. Есть ещё Рокудо, но он был с тобой, а ты вроде как жив, — Нова еще раз посмотрела на цепочку из сотни пентаграмм, висящую на шее безымянного. — А ты помнишь это ожерелье? — Нет, с ним что то не так? — Наоборот, всё очень даже так. Оно выглядит как нечто очень редкое. При первой встрече твоя... помощница, даже не разрешила мне его потрогать как следует. Ты тогда еще сказал, что откопал его где то. Неужели ты занимался археологией в прошлом? — Сильно сомневаюсь. По крайней мере с таким мастерством меча, быть археологом это тратить свой потенциал зря. — Ты слишком категоричен! Можно ведь совмещать два дела в одном, например: раскапывать гробницы и практиковаться в мастерстве меча на их обитателях. К тому же будет находить такие вот артефакты. — Звучит уже интереснее, но для таких целей мне не обязательно что то копать; в мире достаточно ублюдков, которых ждет мой меч. Краем глаза мечник заметил, как Филита съежилась, крепко вцепившись в руку Гилберта. Кажется эльфийка его опасалась. «Неужели она думает, что я их всех похитил? Неужели я произвожу столь ужасное впечатление?» — поймал себя на мысли мечник, уворачиваясь от каменной колонны, в которую сам только что чуть не врезался. — Слушайте, а каким я был раньше? Вы ведь вроде как знали прошлого меня. — Мы с тобой были знакомы максимум час, и то не поговорили толком. Ты мне показался довольно умным, вежливым и загадочным, — Нова поправила очки, словно только и ждала возможности ответить на этот вопрос, всё это время. — Соглашусь. А еще ты был... помягче что ли. По крайней мере, от тебя не исходила такая холодная жажда убийства, — добавила Элли. — Хах, действительно другой человек. Даже поверить трудно. — Они полностью правы. По крайней мере я запомнил тебя таким же. Особенно, когда ты сказал мне звать на помощь, а сам ринулся в толпу врагов, это выглядело очень самоотверженно. — Звучит как полнейшая глупость. Мы ведь могли сбежать и вместе, разве не так? — Наверное... Там происходил полный хаос, так что варианты даже представить трудно, но наверное смогли бы. — А с тобой мы были знакомы? — мечник посмотрел на Филиту, и так вздрогнула. — Нет.. У нас кое что случилось, так что мы пришли позже, когда вы с Року уже ушли. — Случилось что? — На нас напал псих, с которым ты однажды уже разобрался в таверне, — Элли посмотрела на свою левую кисть, — он оставил меня без руки в тот раз. Мы уж думали тогда, что умрем, но он просто резко взял, и пропал, словно его и не было. — Что еще за псих? Человек? — Вроде как человек, и очень похож на культиста плоти. Одеяния такие же были, и на лбу странные символы выжжены. Сам вроде не старый, но седой, и улыбка безумная... При чем он дрался с нами в рукопашную, и в итоге даже смог меня победить, за что мне очень стыдно.. — И я не смогла ничего сделать, — виновато добавила Филита. — На этом острове происходит какая то чертовщина. — Лучше и не скажешь, — внезапно весь отряд напряженно замер на месте. Вдалеке, за поворотом в соседний коридор усыпальниц, слышались мужские крики. — Это очень похоже на звуки отчаянной борьбы. Я думаю, нам стоит поспешить. — А если это ловушка? — Гилберт попытался достать лук, но внезапно понял, что у него при себе нет вообще никакого оружия, как и у остальных. — Ловушка не ловушка, раньше мы таким вопросом не задавались. В любом случае, в этом мире я уже порешил больше сотни человек. Если что, смогу и еще одного убить, это точно не проблема. Безымянный скрылся за углом коридора, его шаги начали стремительно удаляться от отряда, и остальные поспешили вслед. Только повернув за угол, Гилберта сразу ослепил фиолетовый свет исходящий из конца тоннеля. Он точно уже видел его раньше, но только где.. Наконец выбежав в просторный, незнакомый ему зал, напоминающий каменный амфитеатр, взору лучника предстала следующая картина: на полу сидел Феликс, его тело дрожало, а сам он был невероятно жестоко изранен, при этом оставаясь живым. Впереди него стоял безымянный, а прямо перед безымянным возвышались три огромных лича с массивными косами. Их робы развевались без малейшего дуновения ветра, а фиолетовый свет черепов озарял всё пространство в зале, выходя за его пределы. — Значит вас мне нужно убить? — не задавая больше лишних вопросов, безымянный мгновенно разрубил правого и левого лича на мелкие части, не совершая каких либо движений вообще. — И что, шоу не будет? Я думал, вы будете издеваться надо мной так же, как над этим бедным парнем. — Шаи Атар, — прошипел лич, открывая безобразный рот, из которого наружу стремился фиолетовый пар. Его безобразный сотканный из дыма лик озарила надменная улыбка. — Что ты сказал? — Прорычал мечник. Его спокойный взгляд сменился искренним удивлением и яростью, а дыхание отбило напрочь. В ответ лич лишь злобно улыбнулся, замахиваясь на противника огромной косой. Вместе с ним, появились и два других, ранее убитых лича, взяв мечника в треугольник. — Алан, берегись! — Гилберт попытался приблизиться к товарищу, но кажется, было уже поздно. В этот момент время для всех присутствующих в зале остановилось, а краски словно пропали из этого, и без того монохромного мира. — Я приказывал вам сдохнуть, — громким эхо отразился наполненный ненавистью голос мечника, в головах у каждого присутствующего. В мгновение воздух вокруг рассеялся, словно в центре произошел мощный взрыв, не оставивший повреждений, но сметающий всех на своем пути. Как только пыль рассеялась, в центре зала остался лишь безымянный. Его взгляд скрывали вновь черные как смола волосы, а в трясущейся руке он сжимал фантомную проекцию своего клинка, или нечто на него похожее. — Что он сказал? Ты понял? — Гилберт осторожно приблизился к мечнику, но тот не отвечал, стоя неподвижно. Лишь дрожь всего тела выдавала его эмоции. — Он сказал: «Бог Плоти», это был мертвый язык, я тоже его знаю,— скромно произнес Феликс, вставая с земли, и поправляя разорванную в клочья робу храмового послушника. — Алан, неужели ты.. — Нет, еще не всё, — едва сдерживая себя процедил сквозь зубы мечник, жестом руки увлекая всех за собой, в лестничный проем. — Подождите меня, — беспомощно прокричал Феликс, не успевающий за остальным отрядом, в то время как все уже устремились за мечником. Тело парня хоть и начало приходить в норму, но всё еще было ужасно изуродовано. — Давай помогу, — Нова взяла его под руку, пытаясь применить одно из своих лечащих заклинаний, но ничего кроме естественной регенерации, в этом пространстве кажется не работало. — Извини уж, кажется я не могу тебя вылечить.. — Ничего, мне уже стало лучше. Давай догонять этих, а то заблудимся еще, — парень признательно посмотрел девушке в глаза, а та лишь искренне улыбнулась. Теперь почти все члены отряда были в сборе. ---------- Он. Если ранее мечник, лишь пугал всех присутствующих своей холодной речью, то теперь атмосфера сменилась скорее на подавляющую пассивную агрессию, чуть ли не прижимающую каждого члена отряда к земле. Не то чтобы им было искренне страшно, но давление в пространстве возрастало с каждой секундой, и это действительно начинало изрядно напрягать. — Алан, ты знаешь куда мы идем? — Знаю. Закончить то, что у меня не получилось закончить в первый раз, — вновь процедил сквозь зубы мечник. Они поднимались по лестнице уже очень долго, и за это время его настроение стало только хуже. — Он точно что-то вспомнил, — прошептала Нова Гилберту, немного отстраняясь от удаляющегося вверх Алана. — Но при чем тут бог плоти? — Не знаю, но догадываюсь. Мы ведь сражались против культа плоти, верно? Может быть они хотели вызывать бога плоти, а Алан что то об этом узнал. — А бог, это не слишком? Мы до этого только небольшие культы останавливали. Вмешивались во внутренние дела больших... Но чтобы бог, это разве не перебор? — Гилберт машинально вспомнил слова мечника, о предательстве Рокудо. Почему только Рокудо знал конечную цель их миссии? Конечно, они всегда ему всецело доверяли, и потому не задавали лишних вопросов. Для всего отряда он был путеводной звездой и примером того, как человек может исправиться даже проведя большую часть жизни среди преступников. — Року нам бы рассказал, — вмешалась эльфийка, — он бы не отправил нас на суицидальную миссию, так ведь? — Не знаю, — Нова напряженно размышляла о чем то. Из всего отряда только она и Рей по настоящему близко знали Рокудо. — Может быть, он бы так и поступил. — Ты сейчас серьезно? — Да, но я так же думаю, что у него могла быть весомая причина не раскрывать нам деталей миссии. — Какая причина нужна для обречения семи человек на смерть? — Не знаю, но я хотела бы ему верить. В конечном счете, мы пока до конца не знаем, при чем тут вообще бог плоти. Давайте дождемся, пока Алан сам нам всё расскажет. Наконец, появился первый лестничный пролёт. И лишь Алан Кинг переступил последнюю каменную ступень лестницы, как давление и атмосфера агрессии мгновенно пропали. Теперь тут был лишь пустой перекресток, ведущий в две стороны, с двумя лестницами вверх и вниз, и бесконечным количеством голого камня вокруг. — Куда дальше? — Гилберт ободряюще посмотрел на хмурого мечника, тот кажется пытался что то вспомнить. Его выражение лица заметно изменилось, как только он попал в это место. — Кажется, наверх, но я не уверен. Меня почему то тянет влево.. — Ты ведь знаешь куда идти, я прав? Может расскажешь уже нам, что ты вспомнил? — Не уверен, что хочу, — Алан грустно посмотрел в правый коридор, уходящий далеко вглубь. — Если там есть то, что касается нас, то мы ведь просто обязаны знать, не так ли? — Ощутив, что мечник начал успокаиваться, Элли решила поддержать Гилберта в его просьбе. В ответ Алану похоже стало еще хуже. — Знаете, я чувствую себя натуральным психом, — мечник медленно опустился по стене, бессильно раскинув руки в разные стороны, и устремив взгляд в потолок. Все присутствующие в комнате внимательно ожидали его рассказа. — Кое что я действительно вспомнил: я в этом чертовом переходе уже третий раз. И чем дольше я тут нахожусь, тем больше вспоминаю. Это место словно стало центром всех событий, что я переживал в этом чужом для меня мире. — Что ты имеешь ввиду под чужим миром? — Поинтересовался Гилберт, садясь рядом. — Думаю, я могу вам рассказать, раз уж вы тут отчасти по моей вине. Это не просто но... Да, я Алан Кинг, и есть ровно две вещи, о которых вам стоит знать. Они являются абсолютной правдой, а верить в них или нет, решать вам. — Во первых: это я убил вас, по крайней мере мой «удар» был решающим. Во вторых: я в этом мире не родился, и это тело изначально принадлежало не мне. Его прошлый владелец заперт где то глубоко внутри моей души, а сам я был переселен в это тело после его фиктивной смерти. Такова моя краткая история. В комнате воцарилось молчание. Все понимали, что смысла придумывать что то у Алана сейчас нет, ведь для лжи он мог выбрать и более правдоподобную историю. Только вот, поверить в это всё равно было трудно. Первой заговорила, на удивление, Филита: — Лично я верю тебе. Ты ведь сказал, что только нанес решающий удар? До этого нас уже похитили, а значит.. — Да, когда мы с Рокудо пришли, то вы уже не были похожи на живых людей. Бог плоти почти поглотил вас, и я собирался сбежать бросив всё на произвол судьбы. Но в итоге... В итоге я сделал что то, чего и сам не помню, и всех вас поглотило моё пламя. — А переселение души... это правда? — Поинтересовалась Нова. Похоже что эта тема волновала ее сейчас даже больше, чем собственная, теперь уже очевидная смерть. — Чистейшая правда. В моем мире меня убил, предположительно, бог смерти Хел. Вы бы слышали, какой безумной философской тирадой он разразился, перед тем как убить семнадцатилетнего студента в стенах музея. Ситуация совершенно дикая и сюрреалистичная, но на фоне происходящего тут, кажется мне теперь даже смешной. — А Рокудо... — тихо поинтересовался Феликс, до этого не подающий виду. — Рокудо ушел с моей ученицей, после того как я... Разобрался со всем этим. Он обещал мне, что будет беречь ее, и видимо только поэтому не пополнил ваши ряды здесь. Всё остальное... вы спросите у него сами. Услышав последние слова парня, Нова закусила губу. Среди всех присутствующих, ей этот намёк был понятен лучше всего, но терять веру в капитана она всё ещё не хотела. — А что с Луной? Та, что дух меча, — поинтересовалась Элли. — Этого я не помню, — холодно ответил Алан, вставая на ноги. «Он просто не хочет говорить об этом» — подумал Гилберт, глядя на охладевшего товарища. За последний час Алан пережил несколько сильных перепадов настроения, и теперь кажется, наконец успокоился. — Послушайте меня, мои друзья, — тихо начал Алан, — я уже знаю, что ждет меня наверху. Вы можете не идти со мной, если боитесь, но лично я уже устал убегать. Эта амнезия раскрыла ту часть моей личности, что помогала мне в самые трудные моменты моей жизни. Я думал, что это была моя воля, но по факту это оказалась лишь сильная, и жестокая часть меня. — Теперь, полноценно прожив в такой парадигме несколько недель, я вижу свои прошлые ошибки, и не собираюсь повторять их в третий раз. Может быть я и вернул себе часть воспоминаний, но вот стать тем кем я был раньше, я уже никогда не смогу, и я очень этому рад. Ну так что, вы со мной? — Конечно мы с тобой. Мы ведь как и ты, сможем обрести новую жизнь, пусть и в форме духов, я прав? — Гилберт протянул Алану руку, говоря это за весь отряд. — Может быть, я смогу дать вам даже больше, только подождите еще немного, — улыбнувшись впервые за долгое время, мечник пожал другу руку. Похоже, что весь отряд был воодушевлен, несмотря на факт их недавней смерти. К сожалению, теперь им остается быть лишь духами, запертыми внутри чужой души. «И всё же, это лучше чем пустота. Может быть, свет души этого человека сможет сохранить нас.» — подумал Феликс, последним ступая на каменные ступени, уходящей вверх винтовой лестницы. ---------- Жизнь без бога. Подойдя к двери, Алан остановился. — Кто то еще хочет что нибудь сказать? В ответ лишь тишина. — Отлично, значит оставим сожаления за дверью. Открыв дверь, Алана ослепил холодный лунный свет. Такой же, как когда он впервые заглянул в это место, будучи еще совсем беззащитным и беспомощным проходимцем. Но всё же, сейчас это место отличалось от прошлого раза: в потолке собора зияла огромная дыра; ранее в этом месте находился один из больших шпилей крыши, теперь же его части были разбросаны по залу собора. Некоторые из монументальных колонн, по которым некогда стекала отвратительная плоть, были обломаны, а остальные покрыты сажей. Лишь сделав первый шаг внутрь зала, мечник сразу же поднял ворох пепла в воздух. Всё в этом месте покрыто толстым слоем серого пепла, и от того складывается весьма монохромная картина происходящего. Выйдя на некогда прекрасную ковровую дорожку, Алан увидел впереди уже давно знакомую крепкую спину, коротко стриженного черноволосого мужчины. Его плащ был изорван, а тело покрыто синяками и порезами. Держа в двух руках свой огромный двуручный меч, он тяжело дышал, подготавливаясь к следующей атаке. — Я уж думал, вы никогда не появитесь, — бросил он фразу через плечо, стараясь произнести ее более иронично, — сразу после этих слов, раздался звук удара, и его отбросило на несколько метров назад, после чего он оказался рядом с Аланом. С трудом вставая на ноги, он смотрел на своего уже изрядно надоевшего противника: седовласого парня лет двадцати, удерживающего в одной руке обыкновенный, ничем не примечательный меч, а во второй голову Алана Кинга. — Рей, ты оставишь его мне? На этот раз я точно убью его, обещаю. — И я даже не стану грудой мяса? — Рей шутливо ударил Алана по плечу, обнимая своего товарища. — Я думал, что ты умер... Как и мы все... — печально произнес он. — Ты не злишься на меня за то, что я сделал? — О чем ты? — Рей удивленно посмотрел на приятеля, случайно заметив его шрам опоясывающий линию роста волос. — А, ты про тот огонь? Ну так ведь ты сделал это ради нас. Я в тот момент думал, что уже окончательно потеряю себя. Остальные ребята почти сразу отключились, а я еще мог наблюдать какое то время. — Значит тогда, ты осознанно посмотрел на меня? — Ага, и после того как появился этот тип, тоже кое что разглядел. То что ты тогда кричал и что делал... Я думал, ты разрушишь весь мир, только чтобы эта тварь никогда больше не выбралась отсюда. — Не волнуйся, не выберется, — Алан одобрительно похлопал друга по плечу, выходя вперед. Остальные члены отряда осторожно подошли сзади, И Гилберт с Новой сразу же обеспокоенно подхватили Рея под руки, тот едва держался на ногах. Тем временем, длинноволосый мечник уверенным шагом приближался к неподвижному аватару бога плоти. Он уже вспомнил всё, и эти знания вкупе с некоторыми изменениями доминирующих черт личности, стали мощной базой его уверенности в своей правоте. — Ну, чего стоишь? Страшно? — Голос мечника был спокоен и холоден, словно он вернулся в первый день после пробуждения, полностью лишив себя ненужных, бесконтрольных эмоций. Всё, что он говорил далее, было адресовано лишь богу плоти, и лишь он услышал эти слова. — Мне тоже было страшно, когда я впервые тебя увидел. Помнишь, как я убегал? Как глотал пыль вместе с камнями, проклиная всё на свете, — Алан подошел вплотную к застывшему в ужасе «человеку», начав медленно ходить вокруг него кругами. — И зачем тебе моя голова? Так ты хотел убедить себя в том, что победил? Ты ведь не умеешь проигрывать, я видел «твои» воспоминания. Похоже, диким богам не ведом страх, ведь они приходят к своей божественности, исключительно методами грубой силы. Никакой рефлексии и сознательности, никакой воли или смысла, только жадность и разрушение. — Однако, я спешу тебя расстроить, даже боги не бессмертны. Даже абсолютную силу и жадность можно победить, если правильно подойти к проблеме. В конечном счете, можно просто проявить еще бóльшую жадность. В этом люди всегда были хороши. Остановившись перед лицом противника, Алан кинг заглянул в его красные как кровь глаза, пытаясь нащупать там нечто похожее на самосознание. Его голос медленно перешел на шепот: — Знаешь, почему ты сейчас дрожишь, не в силах даже двинуть рукой? Я расскажу тебе, почему: Всё потому, что ты оказался не на той территории, где твоя магическая энергия может что то решить. Ты чувствуешь свою слабость, несмотря на былое величие. Быть может, ты даже вспоминаешь те древние дни, когда впервые был повержен. — Попасть сюда для тебя было величайшей ошибкой: душа человека, это пространство где правят воля и разум. Понимаешь, от природы люди никогда не были магически или физически сильны, и потому побеждали в этом реже остальных. Даже несмотря на всё наше разнообразие атрибутов, они зачастую откровенно слабее, чем у «прирожденных» обладателей. Многие люди, живущие вдали от цивилизации, даже не знают о магии, и верят лишь в суеверия, растрачивая свой потенциал. — Но, что характерно, даже так, люди в этом мире выжили выжили. Да и в том мире, откуда пришел я, люди победили всех, переключившись друг на друга. Лишь смертельные болезни напоминают им об их слабой сущности, и в глубине души я всегда мечтал, что смогу помочь людям избавиться от этой слабости. — Конечно, тогда мне всё равно не хватало мотивации. В своем прошлом мире я ничем не мог помочь человечеству, будучи слабым и забитым ребенком. И всё же, у меня были некоторые желания и мечты, которые теперь у меня есть возможность воплотить. — С этого момента, я объявляю войну, всем восставшим против человечества богам, и всем, кто не проявлял человеческих качеств по отношению к другим существам. — Человеческую жадность тебе не победить, — С трудом произнося эти слова, в безумном взгляде «человека» читалась сознательность, а из глаз бежали слезы. Словно ожидая подобной реакции, Алан кинг внезапно обнял седого человека. — К сожалению, в этом вы правы. Люди всегда ищут проблем на свою голову, не знают когда остановиться, и дают несбыточные обещания. Даже я, будучи человеколюбивым созданием стремящимся к идеалу, уничтожил большинство из вас здесь. Это тот грех, что я принял на себя, чтобы защитить остальных людей, и чтобы защитить своих друзей. На вас у меня просто не хватило сил, простите. — Ты сделал всё что мог, — тихо послышалось сразу несколько детских голосов. — Я знал, что это были вы. В таком случае, я дарую вам заслуженный покой... И простите меня, я должен был прийти к вам на много раньше. Тело мечника вспыхнуло черным пламенем, объяв вместе с этим и божественный аватар. Бесцветные частицы, напоминающие пепел, отделялись от божества, стремясь достигнуть неба. Вместе с этими частицами, Алан Кинг получил последнюю часть своих воспоминаний, и воспоминаний тех, кого поглотил бог жадности. Этим, казалось бы, крохотным наследием, были слова древней ритуальной песни, и воспоминания об одной девушке, которую никак нельзя было забывать. Вместе с этими воспоминаниями к нему возвращалась и былая сила. Вся та мана что он поглотил, теперь имела его личный оттенок, не относящийся к негативной или позитивной энергии, что в целом, противоречило любым законам магии. — Почему ты плачешь? — Подоспевший Гилберт с другими членами отряда, непонимающе стояли рядом, глядя на спину тлеющего мечника. Они не могли видеть его лица, но находясь тут, прекрасно ощущали его эмоции. — Я не могу принять всю несправедливость этого мира. В детстве я считал, что сделав всё правильно, ты обязательно избежишь жертв. Потом я разочаровался в этом мнении, а позже снова принял его. Только вот... мир плевать хотел на мое мнение. Почти всегда, спасая одного, ты жертвуешь другим, ведь нельзя быть везде и сразу. Вечный несправедливый выбор. Только сейчас я понимаю, что я вообще отдал ради спасения этих людей, и скольких в итоге отправил на покой собственными руками. Хотите ли вы пройти путь рядом с человеком, эгоистично навязывающим своё видение мира всем остальным? Ведь я решаю, кого называть «человеком» а кого нет. Хотите ли вы стоять рядом с человеком, предавшим собственное счастье ради идеалов? — Разве ты кого то предал? — Алан ощутил крепкую руку у себя на плече. — Ты сделал всё что мог, и никто в мире не в праве тебя винить, даже ты сам. Как ты и сказал, нельзя всегда быть в нужном месте в нужное время, так что не вини себя за эту слабость. — Так вы пойдете со мной? — Алан Кинг обернулся к одиннадцатому отряду; его глаза были полны слез утраты и вины. — Говоришь так, как будто нам есть куда бежать, — послышалось шутливое замечание из отряда. — Элли! — Филита одернула девушку. Несмотря на большую долю непонимания, Эльфийка была сильно тронута рассказом парня. Возможно, всему виной была их духовная связь с Аланом, ведь каждый из присутствующих тут, теперь был частью его души. — Конечно мы пойдем с тобой. Мы ведь еще хотим посмотреть, какой мир ты сможешь создать для людей, — Рей протянул парню руку, и все из отряда молча поддержали эту инициативу. — Не волнуйся, Рей, в моем мире найдется место каждому, кого я осмелюсь назвать настоящим человеком. И пусть внешне он будет даже эльфом, но если по природе он будет человечен... В таком случае, добро пожаловать, — Алан Кинг крепко пожал руку своего товарища, на вечно скрепляя этот союз, и кажется, вступая в их отряд, за чем последовала бурная реакция всего одиннадцатого отряда: Гилберт на радостях изо всех сил обнял Филиту, от чего ее белая как снег кожа мгновенно покрылась румянцем. Нова дразнила Феликса, прижав бедного парня к колонне. Именно в такие моменты можно было заметить, как робкое и сжатое выражение лица Феликса сменяется искренним смущением. В свою очередь Элли тоже пыталась оттянуть Рея от Алана, засыпая его множеством вопросов касательно их с Аланом совместного путешествия. Лишь один человек не праздновал, и не был счастлив, грустно глядя на заходящую на небе луну. «Какие они веселые, и жизнерадостные. Словно умер я, а не они.» — подумал парень, невольно подслушивая заигрывания между парочками. — Чем займемся дальше? Гилберт вопросительно стоял на первой ступеньке ведущей к иконостасу, как вдруг, посмотрев на Алана, его взгляд сменился тревогой. — Алан, твое тело! «Вот ведь..» — Подумал Алан, глядя на свои руки, покрытые большими фиолетовыми разводами. Он совсем забыл о своем реальном теле, и том заражении, что уже покрыло его по шею, медленно стремясь к мозгу. — Простите ребята, но я вынужден вернуться в реальный мир, пока мое тело еще не умерло. — А мы сможем материализоваться, как Луна? — Боюсь, что нет. Вы для этого слишком слабые. Я даже не уверен, что вы можете наблюдать за всеми событиями моими глазами. — С чего ты взял? — Не знаю, просто чувствую что это так. Вроде как на этот счет нет строгих правил, но чувства говорят мне об этом. В любом случае, вы всегда можете попытаться, может у вас даже что то получится. А теперь, до скорого. Собрав всю ману в одной точке физического тела, Алан буквально запустил своё сердце, вынудив его качать кровь и регенерировать разрушающиеся ткани. «Наконец то я чувствую всё, что должен», — подумал он, открывая глаза сквозь невероятную боль. ---------- Ночная история. — Я бы посоветовал вам отойти от кровати, — процедил сквозь зубы Алан Кинг, нагревая своё тело до безумной температуры. Теперь, наконец вернув себе ману, он мог ощущать, что его прокляли. Проклятие было достаточно сильным, но устоять перед разрушительной силой бушующего внутри тела пламени, оно не могло. Как только последняя частица проклятой энергии была переработана, Алан сел на край кровати, облегченно выдохнув. — Как твоя сестра? — он посмотрел на крупного мужчину, молчаливо стоящего в нескольких метрах от его кровати, в узкой каменной комнате, напоминающей казарму.— Она, в порядке... Спасибо, что помог. Последовало напряженное молчание.— Ну и чего вы? Как воды в рот набрали. Спрашивайте, раз уж есть что, — Алан перевел усталый взгляд с Рондо и Барбатоса, уставившись в каменный потолок. — Ты ведь только что умирал.. да? — Барбатос с интересом рассматривал перебинтованного парня, словно в чем то сомневался. — А я боялся, что мы не сможем тебя спасти... — Рондо стоял печально отводя взгляд. «Его глаза всё еще светятся, как в тот раз. Неужели он умеет лечить? Кажется мне тогда было немного легче,» — Подумал Алан, вставая с кровати, и набрасывая на себя плащ, даже не продевая руки в рукава, от чего тот лишь частично принял свою форму. — В общем то, вы были правы. Я действительно умирал, но потом.. Ко мне внезапно вернулась мана, я почувствовал это сквозь забытие. Моя энергия почти сразу подавила это проклятие, так что теперь я в норме. — Понятно. Наверное у такого мастера как ты и мана должна быть очень мощная, — Барбатос облегченно похлопал мечника тяжелой рукой по плечу, отчего тот чуть не поскользнулся, подходя к желтовласому мальчику. — Эй, Рондо. Там, когда я терял сознание, ты ведь что то сделал, да? Твое свечение в глазах, что это за атрибут? Рондо испуганно переглянулся с Барбатосом, и тот одобрительно кивнул. — Это.. свет. У всей нашей семьи в поколении атрибут света. — И почему ты скрывал это? — Алан проницательно посмотрел на мальчика. «Зачем ему согласовывать свои слова с Барбатосом? Между ними явно есть какая то связь.» — Это из за того, что моя семья... — мальчик замешкался, сильно изменившись в лице. Сейчас в нём было не узнать того дерзкого ребенка, что смело нападал на огромного медведя при их первой встрече. — Пойдем, я расскажу тебе всё за него. Не надо заставлять ребенка, — Барбатос позвал Алана вслед за собой, на балкон трехэтажного каменного здания, в котором они сейчас находились. Выйдя на балкон, Алан сразу понял, что они находятся в одном из неработающих сейчас фортов, откуда открывался вид на ночной Давнроуд. Устало оперевшись на перила, парень уставился на полную луну. — Не пойми меня неправильно, Алан. Не то чтобы я не доверял тебе, скорее даже наоборот. Всё же ты самоотверженно спасал мою сестру, и едва не умер. Однако, то что ты сейчас узнаешь, ты не должен рассказывать никому, или мы с тобой мгновенно станем врагами. Я подвергаю нас большой угрозе, вверяя тебе эту тайну. — Пока не знаю о чём речь, но чужих секретов я не выдаю, можешь быть уверен. — Хорошо, тогда я продолжу. Этот мальчик, Рондо, не из обычной семьи. Его полные имя и фамилия: Рондо Луперкаль. — Никогда не слышал о такой семье. — Да, и не спроста. Этот род уже долгое время находится в розыске магической коалиции. — Они что, дезертировали из их отрядов? Извини если задаю глупые вопросы, но я плохо понимаю, как устроено современное общество Флегрейса. Информация из тех книг что я читал, похоже устарела. — Понимаю тебя. В таком случае, думаю мне стоит преподать тебе урок истории и политологии в одном, чтобы у тебя сложилась полноценная картина ситуации, — Барбатос сел на стул, вглядываясь в темноту города располагающегося внизу. — Дело в том, что влияние магической коалиции на самом деле распространяется далеко за пределы академий и их отрядов специального назначения. Коалиция выполняет еще и государственные роли, а также роль континентальной стражи порядка. — Разве подобное возможно? На Флегрейсе ведь децентрализованная власть. Каждый город обладает независимостью, а значит... — Формально всё так, но по факту эти правила перестали работать очень давно. Как ты должно быть знаешь, Флегрейс поделен на шесть регионов, каждый из которых именуется в честь своей столицы. Конкретно это: Полимиум, Тидас, Кинай, Накея, Идрис и Накадия. — За исключением Накеи и и Киная, в остальных четырех регионах есть филиалы академий. Грубо говоря, каждый филиал мировой академии является отдельной академией, но все еще подчиняется коалиции и совету. Также коалиция контролирует множество школ, храмов и других магических учреждений. — Изначально, когда расы только заселяли регионы Флегрейса, действовал некий пакт о ненападении. Его приняли после долгой войны за территории, в которой участвовали все, и никто не вышел полноценным победителем. После этой войны, некоторое время весь мир боялся магии, узрев какие разрушения она несет. — Первыми это молчание нарушили темные культы: они хлынули изо всех щелей, словно только и ждали проявления слабости. В тот момент, за всю известную нам историю, цивилизации разумных существ находились ближе всего к полному исчезновению. К счастью, именно тогда в свет вышел первый член совета коалиции, архимаг Доард. На тот момент, это был примерно 3000 год, и Доард всего лишь исполнял обязанности придворного мага одного из городов. Никто не знал, что на самом деле он был чрезвычайно могущественен, и тайно обучал множество учеников, впоследствии распространившихся по разным регионам Флегрейса. — Именно его ученики спасли больше всего жизней, а впоследствии основали школы, и академии, распределившись по четырем регионам. Что интересно, в процессе войны против культов, они не только защищали простых людей, но и успевали обучать их пользоваться маной. Их доверие в народе росло с невероятной скоростью, и под конец искоренения культов, ученики во главе с Доардом основали коалицию. — Хм, эту историю я уже слышал. Я так же слышал, что в коалиции соблюдается широкое расовое разнообразие. Я ведь правильно понимаю, что Доард изначально взял в ученики представителей разных рас, чтобы впоследствии отправить их в свойственные им регионы? — Всё так, — Барбатос одобрительно кивнул, — этот Доард, не только очень силен, но и очень хитер. С одной стороны, невозможно отрицать вклад коалиции в развитие магического общества, и в том числе общества людей. Всё же, Доард и сам является человеком, а на Наэрии у людей с магией всё было плохо и до прибытия на Флегрейс. — Только вот, складывается впечатление, что от старого Доарда едва ли что то осталось к настоящему времени. То, что он до сих пор восседает во главе совета коалиции, спустя полторы тысячи лет, и то как относится именно к расе людей... это всё, мягко говоря, напрягает. — Кстати да, я тоже об этом подумал. У людей ведь на Флегрейсе самая притесняемая позиция, но при этом во главе всей негласной власти человек... Как так вышло? — Есть мнение, что Доард ненавидит людей. Уж не знаю, что там с ним случилось за эти полторы тысячи лет, но последние столетия, людей сильно притесняют, как минимум в рамках закона академий, а как максимум и во всех остальных отраслях. — Теперь я понимаю, почему эта система прогнила, — Алан сел на край балкона, подол его черного плаща вместе с руковами развевался под дуновениями ночного ветра. — Если магия, это самое сильное оружие в мире, то обладающий большими знаниями о ней, так же и обладает большей властью, ведь может научить этой силе других. Этот Доард явно не зря носит свой статус, но как человек, он мне совсем не нравится. — Всё так. А теперь, когда ты примерно понимаешь ситуацию, давай поговорим о Рондо. Он наверное уже устал ждать нас в комнате. — Ты говорил, что его семья находится в розыске, так? Значит ли это, что они в розыске в любом из регионов? — Да, но не везде до них могут дотянуться руки законников. Например, в Давнроуде почти нет людей от коалиции. Тут школа то одна, и то местная, потому что это место слишком далеко от крупных городов. — А гильдия? — Гильдия Авантюристов никому не подчиняется, но там могут быть свои уши. — И за что их разыскивают? — Каждый из рода Луперкалей рождается с атрибутом света, — Барбатос посмотрел на дверь, ведущую в комнату, понизив голос. — Коалиция подозревает, что они нефилимы. Только нефилимы гарантированно рождаются с атрибутом света. — Даже я знаю, что нефилимов и ангелов полностью уничтожили на той войне. — Да, и от того они лишь сильнее хотят заполучить кого то из рода Луперкалей. Рондо — последний наследник, и у него больше нет никого, кроме меня. Я должен защитить его, и сохранить всё в тайне, так как все остальные... мертвы. — Что?.. — Это страшная история, и я не вправе рассказывать ее даже юному мастеру, так что прости уж. — Черт, теперь понятно, почему первое впечатление было так обманчиво, при встрече с вами двумя. Рондо оказывается, не такой бойкий малец, каким я его видел в прошлый раз. — Да, это наши роли, и мы вынуждены их играть. Шавки из коалиции не знают наших имен и даже внешности, но они прекрасно осведомлены о некоторых особенностях рода Луперкалей, и об их уникальной магической сигнатуре. Чтобы ее скрыть, Рондо категорически запрещено использовать магию. — Понятно, — Алан ощущал, как его зубы скрипят, а кровь вскипает. Он прекрасно знал, что такое, быть сиротой. Но вот когда тебя еще и преследует весь мир... Держаться в такой ситуации будучи ребенком, слишком трудно. — А ты в этой истории как оказался? — Я что то вроде дворецкого, как и весь мой род. Мы давно служим Луперкалям, и в роковой день именно я вывел мастера и Элис из особняка. После этого мы долго скитались, и в итоге остановились тут. Повисла напряженная тишина. Алан Кинг всё никак не мог собраться с мыслями, хаотично перебирая обрывки прошлого. «Нефилим да... Врожденный атрибут света. Нито был таким же, как Рондо, только о его родителях вообще ничего не известно. Однако, Нито мертв, да и таких совпадений не бывает. Скорее всего они из одного клана или что то в этом роде. В любом случае, даже если Рондо никак не связан с Нито, я всё еще обязан ему помочь.» — Барбатос. Я могу вам как то помочь? Честно говоря, я бы очень хотел этого. — Ты уже помог нам. Я и моя младшая сестра, два последних воспоминания юного мастера о доме, и моих тоже. — Черт, — Алан бессильно опустил голову, — с одной стороны я действительно помог вам, но с другой... этого слишком мало. Это не раскроет потенциал Рондо, если он всё же захочет восстановить семью. — В таких условиях восстановить семью едва ли возможно, учитывая какими будут его дети. Им не будет места в актуальном обществе. — А что насчет тебя, Алан... Неужели у тебя нет своих проблем? Конечно, помощь нам не повредит, но слишком обременять тебя мне бы тоже не хотелось. В конечном счете, это мой долг, оберегать мастера. — Ты прав, проблем у меня хватает... Ты случайно не знаешь, где можно воскресить человека? Услышав вопрос, Барбатос помрачнел. — Зависит от ситуаци.. — Скажем так: душа этого человека у меня есть, даже не одна. Нужна только материальная оболочка. — Тогда тебе нужно искать жрецов пакта материи. Учти, что найти их почти невозможно, договориться еще сложнее, а денег за свои «услуги» они берут безумно много. — Пакт материи? У него серьезно есть жрецы? — Да, я сам удивился, когда мне еще в детстве рассказали об этом. Мол, чуть ли не сама вселенная послала пророков на землю. Только вот зачем, если пакт раньше и сам справлялся? — Ну, на этот вопрос мы ответа не найдем. В любом случае, спасибо за совет. Не подскажешь еще, где я могу заработать так много денег, чтобы воскресить, ну скажем: восемь человек? — Восемь? Не завидую я твоей судьбе.. — Сломленные люди должны держаться вместе, ведь так? — Всё верно. А на счет денег... Тут разве что получить во владение несколько городов, и продать их, или выполнить с десяток миссий S класса или выше. Правда они появляются так редко, что уже становятся мифическими. Последняя была год назад, или около того. К тому же, цену жрецы назначают всегда разную. Всё зависит от души, и от того кто заказывает. Часто они вовсе отказываются что либо делать. — Звучит трудно. А что насчет миссий S класса? Они сложные? — Очень, но я думаю ты бы справился в команде с парочкой профессионалов. А так, если что, можешь браться и за A ранга. За них платят далеко не так много, но они всегда под рукой. — А вы, не хотите пойти со мной? У меня на эту жизнь грандиозные планы, и вы в них отлично вписываетесь, — внезапно выпалил Алан, сам не ожидая от себя подобного предложения. — Хм. Это можно устроить, но минимум через год. — Почему именно год? — Рондо должен научиться лучше скрывать личность и сигнатуру. В этом году я подготовил ему еще и суровые боевые тренировки. Думаю, через год он будет минимально готов для выхода в большой свет, но честно говоря, я бы не хотел выпускать его туда никогда. — Понимаю твои чувства, но он должен знать, на сколько опасен окружающий мир, и по возможности бороться с этим миром. Ты ведь не всегда будешь рядом. — Тоже верно. В общем, если вдруг тебе через год понадобится наша помощь, или у тебя будет что нам предложить... Просто используй это, — Барбатос протянул Алану маленький красный камень. — Что это? — Одноразовый камень связи. Он меня помнит, так что разбей его, когда захочешь с нами связаться, и я услышу тебя даже во сне. — Хах, надеюсь доживу до этого момента, — Не успел Алан договорить фразу, как кто-то внезапно открыл дверь на балкон, чуть ли не выбив ее. В дверном проеме показалась девочка, возраста примерно 14 лет. Ее темные волосы были собраны в два хвостика, а веснушки на лице контрастировали с голубыми глазами и зловещей улыбкой. — Братик, долго нам еще вас ждать? Могли бы и нас позвать с собой, — девочка с подозрением посмотрела на темноволосого мечника, чей элегантный плащ развивался в свете луны. — Так это ты меня спас? — она нагло указала в сторону Алана пальцем, словно выказывала претензию. — А ты должно быть, Элис? — Да! Спасибо, что спас! Я тебе еще отплачу, когда брат начнет отпускать меня на задания одну. — Никуда я тебя не отпущу. Посмотри, что из этого вышло в прошлый раз. — Но их было слишком много! Это не честно! Так я никогда не стану достойным телохранителем Рокудо. — Ого, так ты решила идти по стопам брата? — Конечно! Девочка выхватила два кинжала из за пазухи, и закрутилась с ними на месте, словно балерина. — Хочешь научиться владеть ими лучше? — Алан взмахом пальца разрубил падающий с высокого дерева листок, и его части упали на каменный пол. «Пфф, показушник», — молча усмехнулся Барбатос, впрочем не переставая удивляться мастерству мечника. — Конечно хочу! А вы можете научить? — Ну да, знаю пару трюков. Завтра утром я уже покину вас, но некоторое время еще буду возвращаться в город, так что могу кое чему научить. — Я не против, — одобрил брат. — Ты уже уходишь? — Рокудо вышел на балкон вслед за девочкой, отчего тут уже становилось тесно. — Да, но не волнуйся, я еще буду возвращаться. А через год.. — Я слышал ваш разговор, извините. Я всё понимаю, и буду усердно работать этот год, так что можете на меня рассчитывать. — Ты уж постарайся. «Хах, как будто я собрался вербовать их в свою команду. Пока что, все с кем я путешествую, умирают. Может это и не лучшая идея» — подумал Алан, глядя в фиолетовые глаза мальчика. Эти глаза напоминали ему взгляд Нито, и если бы не чуть более желтый цвет волос, он бы вполне сошел за его дальнего родственника. — Не волнуйся, Рондо, тебя окружают хорошие люди. С ними ты не пропадешь, так что верь в себя и становись сильнее, чтобы не случилось. «А я попробую помочь тебе немного иначе», — Алан молча развернулся к луне. Сейчас она уже достигла своего пика, и теперь медленно опускалась вниз. Этот вид вызывал в груди парня лишь боль, заставляя раз за разом вспоминать одну единственную девушку, найти которую он не смог даже внутри своей души. «Может, она снова спит... Тогда я должен просто поглотить еще больше маны, и пробудить ее снова. Но ведь мой клинок... Сгорел. Не осталось даже рукояти,» — подумал мечник, сохраняя невозмутимое выражение лица. Всё же, теперь слезы для него были не доступны. Теперь, он обязан быть сильным. ---------- Труппа. — Року, осторожнее! Я опять тебя чуть не проткнула. — Ты, меня? Слишком много о себе думаешь, — парень закрутился на месте, едва успевая отбивать сверхбыстрые водяные стрелы, по плотности напоминающие небольшие метеориты. — Да сколько же у тебя маны?! Мы уже два часа тренируемся, ты не устала? — Не-а. Могу так хоть весь день продолжать. — Это что, вызов? Хотя я не против. Около полуночи внутрь скалы промелькнула пара фигур. — Ну ты даешь. Я думал, ты шутила, а у тебя и правда так много маны. — Это я еще тебе фору дала, — девушка улыбнулась высунув язык, силой мысли поднимая палец Рокудо в воздух. — Не трогай мою кровь. Просил же, — Рокудо мрачно посмотрел на девочку. За то время, что они провели вместе, она как то подозрительно быстро повзрослела, и теперь ей на вид можно было дать все 13 лет. Что до ее магических и интеллектуальных способностей, то они похоже ушли на десяток лет вперед. — Не хочешь завтра выйти на охоту? — Да, давай. На кого на этот раз? В прошлый раз кажется были дикие куры, да? Вкусные. — Дикие куры это здорово, но то что они в такой местности появились, это настоящая мистика. Я все еще убежден, что нам их тогда есть не стоило. — Хаха, да ладно тебе. Вкусно же было! Может тогда, на каменистых ящериц? — Вот это уже лучше. Правда мясо у них ужасное, но за то проверенное временем. Спустившись в убежище, Эви первым делом отправилась в свою комнату. За те пять месяцев, что она провела в этом месте, в ее комнате появилось много новых, хоть и бесполезных но красивых вещей. В основном то, что можно было купить у проходящих через пустырь торговцев. Всё же, город Рафт и его окрестности являлись частью региона Накея, где ничего кроме безжизненных пустырей и скал не было. — Не спишь? — послышался стук в дверь. — Нет, ты что то хотел? — Только спросить. Это ведь ты расширила озеро для рыб? — Угу. Кто еще мог это сделать? Уже пару дней как. Думала ты заметил раньше. — Да я что то устаю сильно последние дни. В любом случае, спасибо. Это всё, спокойной ночи. Провожая звуки шагов, Эви забралась под одеяло. Спать она любила почти так же сильно, как учиться, ведь порой она видела странные вещи во сне, и это всегда было очень интересно. «Где это я..» — Подумала девочка, открыв глаза в незнакомом месте. Ее босые ноги стояли на водной глади, простирающейся во все стороны, и отражающей голубое летнее небо, без единого облачка. «Это что, океан?» — девочка сделала несколько осторожных шагов в сторону, и даже опустила пальцы под воду, всё еще продолжая стоять на поверхности. Несмотря на кристальную прозрачность, она не могла увидеть дна. Лишь мощные лучи солнца, пробивающиеся сквозь голубую толщу воды, могли позволить хоть как то судить о глубине этого места. Кроме океана и неба, в этом месте кажется, ничего больше и не было. Эви часто видела во снах странные места, и эта пучина не была исключением. «А что там..» — начав вглядываться в темную глубину, девочка заметила какая то движение. Сначала ей показалось, что двигается дно океана, но ведь дна не видно... По спине Эви пробежал холодок. Некое существо монументальных размеров, превосходящих само солнце на небе, поднималось к ней со дна, раскрывая широкую пасть. Пробивающиеся сквозь воду лучи солнца, ниспадали на множество глаз отвратительного левиафана, очень напоминающего помесь акулы и змеи. Эви в панике попыталась бежать, но с первым же шагом ее нога предательски провалилась под воду, а за первой и вторая. Полностью погрузившись в пучину, девочка приготовилась к худшему, закрыв глаза и смирившись с неизбежным. — Просыпайся, пора на охоту. Эви открыла глаза. Похоже что это был всего лишь сон... Но какой тревожный. Теперь, возможно, она не будет спать неделю, а может и больше. — Что с тобой? Не выспалась? — Кошмар приснился... — Расскажешь? — Не хочу. — Ладно, собирайся давай, уже светает. Надо успеть наловить побольше ящериц, пока они не спрятались глубоко под землей. Наспех взяв с собой маленький рюкзак, Эви рассмотрела свое «походное платье» в зеркале. Рокудо подарил ей его, когда они только основались в убежище. Бежевый цвет облегающей тело ткани с кожаными накладками, идеально подходит для каменистых пустошей. Натянув свои невысокие сапоги на завязках, девочка покрутилась у зеркала. Никогда раньше она не видела такой одежды, и могла лишь гадать, как Рокудо вообще ее достал. — Ты идешь? — Да, сейчас. — Тогда догоняй. Бросив в карман маленькую баночку с эликсиром, Эви последовала за Рокудо к длинной лестнице, ведущей прочь из убежища. Утро было холодным, но солнечным. Подобное в этом регионе случалось нередко. — Какой свежий воздух! — девочка подошла к краю реки, наблюдая за ее бурным течением. Что интересно, в этой реке она никогда не видела рыбы, да и вообще каких либо признаков жизни. — Ну всё, давай за мной. Сейчас осторожно пробираемся к месту обитания каменных ящериц, а там по старому плану, — Рокудо поправил воротник своего красного плаща. Кажется, его вообще не смущал собственный броский вид, сильно выделяющийся на фоне серых пустошей. Пройдя несколько километров вдоль реки, спутники свернули к расселине образовавшейся в скале. Миновав еще несколько небольших скал, они наконец вышли на большой пустырь. В такой холод, сама пустошь напоминала скорее тундру, и Эви довольно быстро начинала замерзать. — Смотри, вон там, у большого камня. — Поняла. Девушка подняла руку, и пара больших ящериц, каждая около метра в длину, застыла на месте. Сразу после этого, к ним подлетел Рокудо, разрубив несчастных животных пополам. Рукоять его клинка всё ещё была обмотана тканью, а вот лезвие гуляло на свободе, жадно разрубая окаменелую кожу рептилий. — В прошлый раз было сложнее. — Это потому что тогда дистанция твоей магии была сильно ограничена. А сейчас.. сколько тут, метров двадцать? — Даже больше, и думаю, это не предел, — периферическое зрение Эви уловило нечто странное, на краю пустыря у скал. — Смотри, там куча ящериц в два раза больше этих, — удливенно воскликнула она, наблюдая за вереницей плетущихся вдоль скалы животных. — Мы столько мяса не унесем. Может и не стоит их трогать? — Да, пожалуй ты прав. К тому же, не то что бы мы так сильно нуждались в еде. — Эй, смотри! Там происходит что то странное, — Существа резко поменяли вектор движения, и теперь шли назад, обходя крупную скалу и скрываясь за ее краем. Некоторые из десятка рептилий начинали биться в конвульсиях, и за ними по пустырю тянулся кровавый след. — Может нам стоит проследить за ними? — спутники озадаченно переглянулись, срываясь с места. — Они точно повернули тут, — Рокудо выглянул из за скалы, на мгновение придя в замешательство. Вереница из десятка едва-живых амфибий медленно вползала в большой, пестрый шатер, красно-синих матовых тонов. Рядом стоял шатер поменьше, несколько лошадей, и большие телеги. — Эви, глянь. Там происходит какая то чертовщина. — Ага, так и тянет посмотреть, что находится внутри. Рискнем? — Ну, давай попробуем. Может это бродячие торговцы или кто то в этом роде. Если встретим людей, то говорить буду я, хорошо? — Согласна. Подойдя к шатру, Рокудо решительно шагнул внутрь. Приятный запах специй и масел сразу же ударил в голову. Сквозь фиолетовую дымку и множество свисающих сверху полупрозрачных тканей, он увидел людей, сидящих в центре шатра. — О, у нас гости? Проходите, — послышался нежный женский голос, без толики агрессии. — Извиняюсь за вторжение, просто стало интересно, что это за шатёр такой, посреди пустыря, — Рокудо подошел к сидящим на расстеленных на полу подушках фигурам. На их лицах были причудливые маски Арлекина. Две фигуры, имеющие длинные светлые волосы и прекрасную фигуру, просчевичаемую сквозь полупрозрачное платье, медленно встали, и синхронно кивнули парню головой, в знак приветствия. — С чем к нам пожаловали? Просто из любопытства? — сидящий в центре мужчина, странно наклонил голову на бок. От этого Эви, тихо стоящей сзади, стало непосебе. Ее напрягала маска этого мужчины, ведь она не видела лица. — Дело в том, что мы охотились на каменных ящериц, а те решили убежать от нас, причем именно сюда. Так мы тут и оказались. — Хаха, да, подобное могло случиться. Прошу прощение, это я виноват. Не желаете в таком случае, разделить с нами трапезу? Ящерицы уже готовы, — мужчина указал на серебряные гравированные тарелки, разложенные на устланном коврами полу шатра. Рокудо перевел взгляд на Эви. Ее реакция была неоднозначной, но всё же, взгляд выражал согласие. — Раз уж вы приглашаете, — Рокудо сел на мягкие подушки, едва сумев отвести глаза от аккуратных форм одной из девушек. — А вы.. — Мы труппа бродячих музыкантов, можете называть меня просто «Маэстро», а эти двое, мои помощницы, у них нет имен. — Нет имен? Как так? — Эви удивленно уставилась на одну из девушек. — Это правила нашей профессии: выбирая путь артистизма, мы отказываемся от своих настоящих личностей. Имена тут тем более ни к чему. — Надо же. И чем вы обычно занимаетесь? — Путешествуем, поем, устраиваем шоу и делаем жизнь людей лучше. — И как вас занесло в Рафт? — О, ну мы играем и в Рафте. Сейчас мы направляемся в пустыни Ки-Шас. Следующее представление пройдет именно там. Может быть, вы хотите отправиться с нами? — маэстро вновь склонил голову на бок, его маска улыбалась, словно живая. — Честно говоря, в наши планы подобное не входит. К тому же, разве вам нужны попутчики? — Конечно нужны. Как видите, мы путешествуем без защиты, и потому часто вынуждены сами себя защищать. — А почему вы не наймете кого то? — Это очень хлопотно, а найти телохранителя, который согласится путешествовать с нами по всему Флегрейсу, еще сложнее. К тому же, я не склонен доверять рабочей силе, — в последних словах маэстро проскользнула нотка пренебрежения. — А каким то прохожим вы бы стали доверять? — Конечно. Вам ведь изначально ничего от нас не было нужно, я прав? А мы предлагаем вам лишь сопровождение, причем за весьма солидное вознаграждение. — Сколько? — вмешалась Эви в разговор. — Две тысячи золотых. Спутники вновь переглянулись. Хоть в их планы и не входило посещение Ки-Шаса, но подобная сумма могла бы очень помочь в дальнейшем, особенно при поиске жрецов. Только вот... «И кто в это поверит?» — Эви сверлила маэстро взглядом. — Вы ведь сейчас не серьезно? — Совершенно серьезно. — Три тысячи золотых, деньги вперед, и мы остаемся с вами до входа в город, — констатировала Эви. — Хорошо, деньги это не проблема, — маэстро достал крупный мешок золота, и подвинул его в сторону спутников. «Так просто согласился на подобный ультиматум? Даже королевской страже не платят столько за сопровождение. Он держит нас за дураков?» — В чём подвох? — прямо спросил Рокудо. Его взгляд и голос были холодны. Он уже устал притворяться наивным, миролюбивым путником, каким был только рядом с Эви. — Не понимаю о чём вы, — Арлекин недвижимо улыбался. — Три тысячи золотых, огромная сумма. Ни одно сопровождение не стоит и половины этих денег. Есть ведь какой то нюанс? — Ну... Просто я знаю, что вам нужны деньги, и готов любезно их предоставить ради приятной компании. — Деньги всем нужны.. — Это правда, но вы ведь нуждаетесь в них намного больше остальных, не так ли? — неподвижное выражение маски начинало создавать напряженную атмосферу в шатре. Откуда он знает об их острой нужде в деньгах? Сейчас их внешний вид не сильно отличается от обычных путников, или же, он просто пытается угадать? — Что будет, если мы откажемся? — Ничего, это ведь просто просьба. Мы не вправе принуждать вас к чему либо. «Стоит ли нам быть осторожными, или...» — Мы согласны, — Эви подвинула к себе мешок, — есть еще что то, что нам нужно знать? И может, вы хотите гарантии? — похоже, что девочка предпочла принять всю инициативу в переговорах на себя. И когда она так научилась говорить с людьми? — Не нужно гарантий, я вам верю. Что касается нюансов... Нечто я от вас всё же утаил, пойдемте со мной, — маэстро встал, его пёстрый длинный плащ, сотканный из дорогой шелковой ткани, и покрывающий всё тело, источал слабую фиолетовую дымку, испуская пленящий запах масел. Выйдя из большого шатра, он нырнул в шатер поменьше. — Наш маленький «Нюанс» находится тут, — маэстро презентовал спутникам большой красный кристалл, заточенный в стальной каркас внутри клетки из темного металла, и источающий невероятных масштабов негативную энергию. — Что это? — Поинтересовалась Эви. Исключая Бога Плоти, она никогда раньше не ощущала столь мощной отрицательной энергии, хоть Бог Плоти и был в сотни раз сильнее, в своей истинной форме. — Не так важно что это. У этого кристалла лишь одна проблема: он привлекает к себе разного рода тварей, и слабых и сильных. Мы везем его в Ки-Шас из Идриса уже очень долго. — Везете... зачем? — Это наше хобби. Иногда за символическую плату мы перевозим разные интересные вещицы. «Потому они не нанимают местных,» — Рокудо осмотрел Кристалл со всех сторон. Внешне тот напоминал грубо ограненный рубин. — Значит, нам нужно будет защищать этот кристалл? — Если мы не будем справляться, то да. — Ну, звучит не очень сложно, хоть мне и всё еще трудно вам поверить. — Не беспокойтесь. С честными людьми, мы всегда ведем себя честно. Таковы наши правила. К тому же, я не говорил, что сложно не будет, — Маэстро поправил темные шелковистые волосы. По голосу ему можно было дать лет двадцать пять, но необычная манера речи, словно он одновременно учит и заигрывает, создавала более взрослое впечатление. — Ну так что, вы согласны? — Думаю, да. По крайней мере, это будет интересно. — Отлично, в таком случае через час мы сворачиваемся, и отправляемся дальше. Нам тут делать больше нечего. Эви и Рокудо отошли от шатров, сев на большие камни, с которых открывался вид на бескрайний скалистый пустырь, и колючие высохшие кусты. — Что думаешь? Мы не пожалеем об этой сделке? Несколько раз я ловил себя на мысли, что этот маэстро знает, о чем я думаю. — Да, я тоже. Но почему то мне кажется, что мы не пожалеем. Если бы он хотел нас убить, то уже убил бы. Ты ведь сам видел тех ящериц, может они и были слабыми, но умерли за сотню метров без малейшего непосредственного вмешательства. Кстати, что думаешь о его спутницах? — Эви ехидно улыбнулась. — Слишком много молчат, наверняка опасные. Кстати, мы будем что то брать из убежища с собой? Всё таки отсюда до Ки-Шаса около двух недель. — Да нам вроде и нечего взять оттуда. Еда у нас не задерживается, вода тоже, оружие и одежда при себе, денег нет... — Понятно, тогда давай возвращаться к шатру. Надеюсь, мы не пожалеем об этой сделке. — А как назад будем возвращаться? — Мы не будем. Я уже немного подумал над этим. Если всё пойдет по моему плану, то из Ки-Шаса мы поедем сразу в Джашас, у меня там когда то жил старый знакомый, может быть мы сможем его найти. — А как же твоё преследование? — Я думаю, за пять месяцев они малость успокоились, всё таки сейчас идет довольно ожесточенная война с культами, на западе континента. К тому же, пока я молчу, их внимание ко мне привлекается не так явно. Думаю, всё будет в порядке. — Угу, надеюсь на это, — Эви запрыгнула в повозку поменьше, а на большую уже грузили часть шатра. По какой то причине, сам шатер в разобранном виде оказался на много меньше, чем ощущался внутри. «Наверняка он зачарован. Как здорово было бы и мне изучить зачарование,» — подумала Эви, щупая флакон в кармане, и подготавливаясь к долгому пути. ---------- Простой приключенец со сложными планами. |От лица Алана Кинга| — Значит, наша помощь больше не понадобится? — Пока нет. — Можешь рассчитывать на нас в будущем. — Спасибо Маркус, вы тоже обращайтесь, если что вдруг. Выйдя из кабинета, я спустился на первый этаж особняка, попутно рассматривая картины прошлых потомков семьи. Для такого длинного рода, их особняк оформлен слишком скромно... — Уже уходишь? — Незаметно рядом со мной возникла Мари. Похоже, она была разочарована моим скорым уходом из особняка. — Ну да, есть некоторые дела. Я думаю, что еще смогу навестить вас. Передавай там всем привет. — Ладно... А куда ты сейчас? — На свою новую работу, — я помахал девушке рукой, даже не оборачиваясь и выходя из здания. Наконец все вопросы со старыми знакомыми были решены, и теперь впереди меня ожидал лишь упорный труд. Направляясь к отмеченной на карте точке, я размышлял о предстоящем задании. Снова противник волчьего ранга. Как же надоело. Хах, о чем я вообще думаю? Если вспомнить мировую классификацию диких существ, а именно: червь, волк, демон, угроза, разрушение, катаклизм и бог, то я уже победил практически вершину этой пищевой цепочки. Пускай, и не совсем стандартными методами. А теперь я вынужден выполнять миссии B ранга... Моя рука машинально потянулась к жетону авантюриста, выполняющему импровизированную роль шеврона на плече. Сейчас на нем красовался A ранг и одна звезда. Звезда отмечает особые достижения, и их может быть бесконечно много. Это своеобразный рейтинг участника игнорирующий ранг, и присуждаемый по желанию членов гильдии. Эх, и всё таки, было бы здорово, если бы мне заплатили за убийство Бога Плоти. Сейчас, оглядываясь назад, я думаю что отдал слишком много ради этой победы, чтобы просто остаться неизвестным. Раздвигая ветви деревьев, я краем глаза заметил озеро. Мне почему то безумно захотелось посмотреть на своё отражение. Я уже давно не делал этого. Да, как и говорила Луна... Серебряные глаза, словно я скоро буду слеп, пепельные волосы, и равнодушное выражение лица. Еще и эти одежда, вышитая серебряными причудливыми узорами. Откуда вообще у меня этот странный костюм? Маркус сказал, что я был в нём всё это время. К тому же он изменился с момента, как я увидел его в первый раз. Тогда он визуально напоминал мне традиционную для азии юкату без формального низа, а теперь выглядит скорее как офицерская форма британской армии, но на старинный лад викторианской эпохи. Эти угловатые плечи которые так и просят пару шевронов, пуговицы в непривычных местах. Я бы назвал этот стиль даже малость готическим, или нацистким. Почему именно такая форма, в этом до безумия фентезийном мире? Хотя, исторически подобная одежда могла появляться и раньше... В конечном счете, я ведь не задаю вопросов вроде: «почему в безымянном мире есть эльфы, придуманные людьми в качестве фольклорных существ моего родного мира?» Наверное, мне просто стоит закрыть на это глаза, раз уж это просто одежда. Ко всему прочему... Сам костюм был не только стильным, но еще и очень удобным. Я практически никогда не продевал руки в рукава, и они всегда болтались в воздухе, но при этом никогда не мешали мне, а сам плащ всегда крепко сидел на теле. Я даже смог приделать свой жетон авантюриста к плечу, словно это мой личный шеврон, и он сел как влитой. Подойдя к норе ведущей глубоко под землю, я запустил туда своё пламя. Около сотни кобольдов было пожрано за минуту, не оставив ничего живого внутри пещер. К слову об этом... я больше не боялся поглощать живых существ. Если уж я смог побороть и уничтожить бога в своей душе, то будь передо мной хоть миллиард кобольдов, им не сравниться по подавляющей энергии с живым богом. Разве что, людей поглощать опасно, у них есть и разум и воля. Впрочем, для таких у меня всегда найдется меч. Что же, вот и всё, подумал я, возвращая пламя в руку. В последнее время оно стало таким домашним, что даже начинает со мной заигрывать... Эх, а теперь к следующей точке. Как же я всё таки ненавижу все эти гильдии авантюристов, бойцов, магов, и прочие лицемерные сборища людей, находящихся в бесконечной конкуренции за ранги и статусы. Неужели для спасения человеческих жизней так необходима мотивация в виде ранга, и социального одобрения? Конечно, награда важна, и каждый хочет что бы его признали. Однако, когда это становится самоцелью, то я чувствую лишь фальш. Хотя... если хоть так они что то делают, и как то помогают людям, то пусть так и будет. Размышляя об этом на пути к следующему пункту, мне сразу же вспомнился одиннадцатый отряд. Я всё еще ничего не знал о тех, чьи души держал сейчас в руках. Ради чего они помогали людям? Я немного знал разве что о Рее. Тот, понимая какую несправедливость несет в себе зло этого мира, решил противостоять ему, посчитав что так будет верно. Но неужели это единственная причина? И что думаю все остальные на этот счет... Согласились бы они с решением Рокудо, пойти на суицидальную миссию? Возможно, мне стоит спросить об этом каждого из них, когда для этого появится возможность. К тому же, я уже несколько дней не заходил в горизонт. Хах, похоже что разного рода однообразные занятия вгоняют меня в ужасную рефлексию. Это не изменилось даже после амнезии, но по крайней мере помогает делать выводы и ставить точки. Например, теперь я точно знаю, что хочу создать отряд или даже компанию независимых людей, помогающих нуждающимся, и что важно, помогающих друг другу. Пускай даже будут не только люди, лишь бы вели себя по человечески. Всё таки, ксенофобом мне быть не хочется. Промотав последнюю мысль в голове несколько раз, я зачистил очередное логово кобольдов. Кажется, это последнее на моей карте. За вчерашний и сегодняшний день я выполнил порядка пятидесяти поручений, наверняка лишив работы большинство местных авантюристов на месяц, а может и больше. В целом, поведение местных существ казалось мне странным. кобольды должны быть мирными ребятами, как кстати и торгвиды. Так почему они тогда нападают на людей? С торгвидами в принципе всё ясно, но неужели и с кобольдами такая ситуация? И проклятые медведи... Думаю, мне нужно разобраться с этим культом проклятых, чтобы со спокойной совестью покинуть здешние места. Если с Рондо или семьей Маркуса случится нечто необратимое... Я как человек способный хоть что то изменить, должен предотвратить подобное. По крайней мере, я верю, что смогу. За деревьями показался давнроуд. Я как раз торопился прийти к закату, не хотелось бы всю ночь шляться по лесу. — Алан! — ко мне уже вовсю неслась девочка с черными хвостиками, и голодными до знаний глазами. Ее простое светлое платье с цветочками ничем, не отличало ее от обычных девочек, но вот огонь в глазах разительно выделял ее, среди других детей. — Привет малышка, как вы тут, без меня? — Я не малышка! — девушка надула щёки. Ей всегда не нравилось, что я так ее называю, но кого это волнует.. — Что, ждешь тренировки? — Ага, мы же потренируемся сегодня вечером? — Давай через пару часов, на заднем дворе гильдии. Там как раз никого уже не будет. А я пока пойду, отчитаюсь о проделанной работе. Войдя в гильдию, я встретил всё тот же привычный набор людей: множество каких то статичных авантюристов, словно не собирающихся никогда покидать это место, и ведущих исключительно праздные разговоры. Даже мой броский вид не вызывал у них реакции. Впрочем, главное, что улыбчивый эльф был за стойкой. — Йо, распределяющий, я всё выполнил. Не проверишь там, у себя? — Конечно, — лицо эльфа озарило удивление, пока взгляд блуждал где то вдалеке. — И правда, 62 логова зачищено. Кажется, вы выполнили все миссии B ранга и ниже, из тех что были доступны, — Эльф протянул мне несколько десятков медных зачарованных жетонов. Их использовали для обмена на деньги, вероятно чтобы не платить людям сразу чистым серебром. Также количество жетонов которые ты получил за всё время, засчитывалось в строчку ранга, и накапливалось для повышения. Сейчас мною было заработано около сотни медных жетонов, а для перехода из А ранга в S нужно 10 золотых. Это 400000 медных, или 40000 серебряных... Иными словами, нужно 10 выполненных миссий S ранга, или очень много миссий A ранга... Достижение, показывающее настоящую разницу в эффективности между рангами. Похоже, S ранг это не то место, куда можно попасть, просто убивая гоблинов левой пяткой. Кстати об этом.. — Слушай, если не секрет, как у вас работает эта система? Ну, то что ты знаешь, успешно я выполнил поручение, или нет. — К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос, хоть и знаю ответ. — Вот как? Ну ладно. Для меня еще есть какие нибудь задания? — Сейчас посмотрю, — эльф вновь погрузился в забытье, игнорируя окружающих. Выйдя из этого состояния, он был ошеломлен, и кажется даже слова не мог из себя выдавить. — Нууу..? — Д..да.. Кое что появилось, буквально секунду назад. Миссия S ранга, рабочее название «Проклятый культ», — Лишь прозвучали эти слова, как весь зал удивленно затих. Сам факт существования миссии подобного ранга, сильно удивлял всех присутствующих. Так или иначе, но Эльф достал бумагу, и положив на нее руку, материализовал на пергаменте текст задания, подвесив его над стойкой. — Отлично, я берусь. — Вы уверены? Я понимаю, что у вас А ранг, но это задание может быть слишком опасно... — Нет, оно как раз кстати. — Ну хорошо, я за вашу жизнь не в ответе. К тому же, уверен, вы далеко не единственный, кто захочет взяться за это задание. — А о нём узнают сразу все? Или только тут. — Сразу все. Каждый филиал погружен в единую магическую сеть, и о заданиях подобного масштаба узнают даже за пределами Флегрейса. Немного отвлекаясь от разговора, я на мгновение задумался: Забавно, значит чисто теоретически, скоро сюда может приплыть флотилия эльфов с Анора, только чтобы выполнить эту миссию... Всё таки, подобный ранг появляется очень редко. Я должен захватить добычу первым, если хочу иметь больше веса в этом мире. Теперь надо узнать, в чём вообще заключается суть. Я прочел следующее на листе с поручением: Культ проклятых восстает не территориях Фики, Тидаса и Варвуда. В связи с их деятельностью, зафиксирована аномальная активность диких существ. Из за непосредственной близости данных регионов к Полимиуму и мировой академии, участия одного или нескольких культов, а также аномального количества диких, поручению присвоен ранг S. Награда: 10000 золотых. Чего, 10000 золотых? Это не слишком? Я недавно видел цены на хлеб, одна буханка хлеба стоит 1 серебряный, или 100 медяков, а ночь в трактире обойдется в 2 серебряных. 1 золотой, это 100 серебряных. Если всё пересчитать, получается, что 10000 золотых это 100 миллионов буханок хлеба... Не знаю сколько тут стоят дома, но наверняка в разы меньше. Всё же это получается, продовольственный годовой бюджет целого государства. Попрощавшись с эльфом, и выйдя на задний двор гильдии, я стал ждать Элис, наблюдая за уже скрывшимся за горизонтом солнцем. Тревожные мысли о награде меня не покидали: почему так много? Эта миссия действительно настолько опасна, или же они просто паникуют? Я уверен, что справлюсь с любой задачей, но вот какой ценой... Ну, по крайней мере отряды коалиции мне не помешают, никто не отпустит их с фронта. Главное, что бы не появился кто то из мировых мечников, их я точно не смогу обогнать. Вообще, если подумать, большинству ведь ничего и не известно об этой миссии, и даже о самом культе. В описании задания очень пространная формулировка, словно они сами толком не знают, против кого надо сражаться. — Мастер, вы тут? — девочка выглядывала из за стоящего в центре двора дерева. На улице уже было очень темно, но я однако, всё прекрасно видел. — Да, конечно я тут, — эффектным щелчком пальцев, я зажег множество серых огней по периметру тренировочной площадки. Это всегда удивляло Элис, и заряжало ее позитивным настроем для тренировки. — Ну, покажи мне, как ты отточила ту комбинацию, о которой я тебе говорил в прошлый раз. Девочка начала проводить серию ударов кинжалами, точечно избивая соломенное чучело. Ее удары были достаточно уверенными, но им сильно не хватало контроля и силы, а еще размеренного спокойствия. Подойдя к Элис, я подкорректировал положение ее рук. Честно говоря, я сам по себе, как мечник, и особенно как учитель, был очень плох. Всё таки, мои навыки меча это механические способности тела, а не то что я могу объяснить или повторить осознанно. Но даже так, показать слабости перед девочкой я не мог. Всё же, кое что я понимал, и потому пытался помочь ей найти собственный стиль, корректируя ее движения исключительно с прагматичной точки зрения. И пока что мои советы не очень хорошо работали. Проблема заключалась в том, что Элис хватало лишь на несколько минут концентрации, после чего ее темп сбивался, а удары становились гораздо менее точными. Несколько часов мы провели в тренировках, после чего время подошло к концу. — Ну, а теперь пора спать, уже практически середина ночи. — Угу, спасибо за тренировку. Я потушил пламя, и проводив взглядом исчезающую за углом девочку, направился в гильдию авантюристов, чтобы переночевать там. Сейчас мне просто хотелось немного отдохнуть и расслабиться. Тем более что впереди была долгая и сложная миссия. Зайдя в свою просторную комнату, я увидел широко открытые окна. Белые занавески колыхались в свете луны. Подойдя к окну, я окинул взглядом центральную улицу Давнроуда. Это место было потрясающе красиво в своей простоте: центральная улица замыкалась в кольцо, а во главе стояла гильдия авантюристов, на самой высокой точке города. Все остальные дома были или каменными, или бревенчатыми, покоряя своей фэнтезийной простотой, и уходя вниз по склону к лесам. Сейчас, думая об этом я понимаю, что именно в такой мир я на самом деле мечтал попасть, в своей прошлой жизни. В порыве вдохновения, я вылез через окно на крышу здания. С неба на меня приветливо смотрела полная луна, давно ставшая мне настоящим другом. Внезапно, с заднего двора до меня донесся тихий, едва слышный звук удара. Перейдя на обратную сторону крыши, подогнув колено, я сел на ее край, с интересом наблюдая за Элис. Эта неугомонная девочка вернулась сюда под покровом ночи, в полной темноте избивая соломенное чучело. Что интересно, она делала это с закрытыми глазами, ровно как и я когда то пытался освоить концентрацию, при помощи магических чувств, не полагаясь на другие. С одной стороны, я наверное должен был ее остановить... Но увидев столь упорный труд и концентрацию, мне не хотелось прерывать этот процесс. Всё таки, этот мир жесток, и пусть лучше она много тренируется сейчас, чем потом жалеет. Спустя несколько часов, я всё же решил спуститься с крыши, ибо смотреть на нее уже было больно. Похоже, она занималась тут каждую ночь до изнеможения, а днем у нее были тренировки с Барбатосом, который конечно ничего не знал. — Ну и почему ты так усердствуешь? Хоть бы поберегла себя, — я подхватил падающую с ног девочку на руки, и запрыгнув с ней на крышу трехэтажной гильдии, посадил рядом. — Ты хоть ешь? Это ведь очень важно для твоей физической формы. — Ем.. Но.. редко, — похоже, ей было трудно даже говорить. — Ладно, для начала выпей это, — я протянул девочке один из эликсиров, позволяющих частично сбросить лимиты маны. На самом деле, его действие скорее напоминало допинг, но если под этим эффектом особо не напрягаться, то тяжелых последствий не будет. — Спасибо, что это за эликсир? — Элис почти сразу пришла в себя, и ее настроение улучшилось. — Этот я сам сварил, на счет названия не знаю... Но тебе подобное пить больше не стоит. — Почему? У него ведь такой прекрасный эффект. — Это эффект — иллюзия. Ты просто берешь ресурсы организма в долг, а потом будешь платить еще больше. Нечестный метод, понимаешь? — Угу. — Может теперь ты мне расскажешь, что ты тут вообще делаешь? — А после вы расскажете брату, и запретите мне посещать это место? — девочка грустно отвела взгляд. Наверное, любой взрослый на моем месте поступил бы так, как она говорила. — Нет, ни в коем случае. Я одобряю твои тренировки, но с условием, что ты будешь лучше питаться, и не доводить себя до подобного состояния. Я думаю, тебе стоит заканчивать на час раньше, в качестве оптимизации. — Вы правда не расскажете? — Нет, со мной можешь обсуждать что угодно, я не такой как эти взрослые зануды. — Ну, это.. Всё из за брата. — Ты ему завидуешь? — Как вы.. — девочка удивленно посмотрела на меня, словно я прочитал ее мысли. — Ну, в этом нет ничего удивительного. По сути сейчас он один несет бремя семьи Луперкалей. Кажется, что кроме меня и тебя с Рондо, у него не осталось поддержки в этом мире. Даже я бы позавидовал его стойкости. — Угу, и я считаю так же... От части потому, что брат был таким не всегда. Раньше он меня раздражал, и постоянно спорил с отцом, а потом вдруг стал таким сильным, после того случая... — Какого случая? — Когда на замок напали. Это случилось около пяти лет назад, и я почти ничего из того дня не помню. Помню только, что до этого братик постоянно спорил с отцом, называл его «рабом» и еще кем то, вечно сторонился Рондо, а мне Рондо наоборот нравился, всегда... — девочка мило покраснела и замешкалась. — А потом на нас напали. Я тогда сидела в побочном холле, когда на меня упали балки. Сквозь огонь я увидела, как братик идет ко мне, а на плече у него висит Рондо. Его волосы были седыми, а взгляд... Взгляд пугал. Он вытащил меня из под завала, а потом вынес нас, проделав дыру в стене голыми руками... Я еще никогда не видела его таким злым. Мы долго бежали, несколько лет прятались, пока не нашли это место, и теперь наконец можем немного пожить спокойно. — И на что вы живете? — Ну тут как получится... Иногда братик выполняет задания для авантюристов, а еще работает у них инструктором. Платят там не очень много, но лучше так, чем как раньше... — Черт, и почему я не подумал об этом раньше, — я достал из кармана десяток золотых монет, и насыпал их в карман девочке. К счастью, я захватил из дома Маркуса почти всю награду за левиафана, что мне причиталась. Там было чуть меньше чем я рассчитывал, около 200 золотых монет. — Вот, это тебе на еду, и брату передай, скажи что от меня. Только не показывай другим людям, а то они могут подумать неладное. — Не надо думать что я маленькая и не понимаю! И спасибо... Ты уже второй раз мне помогаешь, а я ничего не могу в замен.. — Мне будет достаточно того, что ты вырастешь хорошим телохранителем Рондо, идя по стопам своего брата. Ты ведь хочешь его превзойти? — Очень. Я обязательно стану как он и как отец! Может даже лучше. — Жду с нетерпением. А сейчас, я думаю, тебе пора идти отдыхать, уже светает, — я опустил девочку на землю, и попрощавшись, пошел в свою комнату, намереваясь спать до обеда. Сегодня я отдохну как никогда раньше, и ничто в мире меня не остановит. ---------- Невидимый враг. Часть 1. Проснулся я к середине дня, как и рассчитывал. Летнее солнце приятно грело лицо, и вставать не хотелось, однако, я вынужден торопиться. Сегодня мне нужно собрать как можно больше информации о проклятом культе, да и вообще понять, как много людям о нём известно. Накинув на себя живой плащ, я вышел из комнаты и спустился на первый этаж гильдии. Сегодня тут прям кипела жизнь, но оно и не удивительно. Люди пришли посмотреть на миссию S ранга. Хм, вообще... Если уж тут так оживленно, думаю, стоит попробовать классику. Сев на свободное место за одним из столов, я положил руки на голову и закрыл глаза, сделав вид, что сплю. На самом деле, я слушал разговоры людей. Порядка тридцати человек в одном помещении без устали обсуждали культ проклятых, и делились легендами. В основном, их информация походила на слухи, но попадалось и нечто интересное. — Да уж, эти ребята явно времени зря не теряют. Поработить столько дикого зверья, это надо много силушки иметь. — Ага, и я о том же. Слышал, что этот культ очень древний. Мол те что появились сейчас, это потомки такого же культа еще времен великой войны. — Кто нибудь вообще видел когда то членов этого культа? — Вроде как их видел Гадар, и одного даже убил. — Ничего себе, он как всегда на высоте. — Он наверное и сейчас ищет их логово, за 10000 тысяч золотых то. Тем более что он ненавидит зверолюдей, а культ проклятых и их порабощает. — Какой ужас... Действительно ужас, подумал я, выходя из гильдии. Кроме этого диалога, ничего полезного я больше не услышал, но и из этого можно было вычленить немного информации. Во первых: есть некий Гадар, который возможно что то знает. По хорошему надо его найти. Во вторых: если культ действительно древний, то информация о нём могла сохраниться в книгах. Мне нужна библиотека и при чем большая. В третьих: они порабощают зверо-людей? Значит могут поработить и обычных людей... В таком случае чем ближе буду к разгадке, тем осторожнее надо себя вести. Уши могут быть где угодно. Расспросив местных жителей о Гадаре, я почти ничего не узнал. Лишь то, что это некий воин зверо-человек, владеющий огромным топором, и очень ненавидящий зверо-людей. Интересное сочетание конечно, прям как Отто Вейнингер, даже как то жалко его... Эх, и ничего больше, даже местоположения его не знаю. Думаю, о нём мне стоит забыть. Остается расспрашивать всех подряд... Практически весь первый день я потратил на попытки не подозрительно расспрашивать людей о местных культах, обычаях и авантюристах. Еще никогда в жизни я не говорил так много со случайными бабушками, пьяницами и бездомными, хоть последних тут была всего парочка. Последним собеседником оказалась очень милая и приятная старушка лет семидесяти. Я порядка часа пытался выпытать из нее хоть что то про культы, а она хитро лавировала между ответами и вопросами, постоянно уходя от темы. В конечном итоге я пришел к выводу, что она ничего не знает, но это хотя бы было весело. К концу дня, вернувшись в свою комнату, я устало сел на кровать. Я всё еще совсем ничего не знаю. Старики либо рассказывают домыслы и легенды, либо излагают мысли слишком абстрактно. Случайные авантюристы и прохожие не захотели бы мне что то рассказывать, даже если бы знали. Награда за миссию слишком велика, и даже самый неуверенный в себе глупец наверняка попытается утаив всё в тайне, присвоить заслуги себе. Не представляю правда, каким образом... Луперкали тоже ничего не знают. Барбатос видел столько же, сколько и я, и ничего более. Элис говорит, что ничего не помнит с момента похищения и до того как мы ее спасли, и остальные пленники твердят то же самое. Посмотрев на открытое окно, за которым уже наступила ночь, я вновь не удержался и вылез на крышу. Элис тренировалась внизу, в свете луны, не обращая на меня внимание. Черт, я должен сосредоточиться. В книгах всегда учат, что у каждого человека расследующего преступления, должен быть свой детективный метод. Если судить об этом с прагматичной точки зрения, то детективный метод лишь ограничивает твои возможности рамками поиска информации, которые ты сам для себя выбираешь, или на которые способен. В моем случае, мне похоже придется использовать все способы, до которых я смогу дотянуться. Но вообще, странно. Как так вышло, что даже разведчики гильдии ничего не знают об этом культе? Они помечают на картах каждое логово, создают детальные планы пещер заполненные множеством разных тварей, при этом никого не убивая. И даже так, они не смогли обнаружить целый культ? По моему, кого то тут пытаются обмануть. С другой стороны, возможно, они просто хорошо умеют скрываться. Ту женщину в пещере торгиводов я тоже не мог увидеть. А вот мог ли почувствовать? У меня ведь тогда не было магических чувств... Сев в позу лотоса для сохранения ровного дыхания, я закрыл глаза и сосредоточился на окружающей среде. Я расходовал возможный максимум маны, расширив диапазон поиска до 5км, и ощущая любое живое существо в этом радиусе. Однако, никакой негативной энергии я не ощущал. Хотя постойте... Я достал копию листка с заданием из кармана, и перечитал: На Территории Фики, Тидаса и Варвуда. Значит где то в этих районах замечена их активность, но это никак не указывает на то, что сам оплот культа должен находиться где то в этих землях. Самые близкие регионы к Варвуду и Тидасу, это восточные Накея и Рафт. Однако эти регионы слишком пустынные, что прятать там целый культ. Всё же гористые леса подходят для этого куда лучше. Что ж, похоже, мне остается одно: из Давнроуда двинуться на север в Варвуд, из Варвуда еще севернее в Фику, а окончить маршрут в Тидасе. К слову, там ведь находится третий филиал мировой академии, в котором работает друг Маркуса. Возможно, он сможет мне помочь. — И всё таки, как же сложно... — пробубнил я себе под нос, свешивая ногу с крыши. — Нужна помощь? — рядом со мной послышался знакомый голос. Я ошарашенно повернул голову, и увидел стоящую передо мной Нову. Круглые стекла ее очков зловеще блестели в свете луны, а на лице сохранялась самодовольная улыбка. Ее одежда тоже была крайне странной: короткая юбка и белый халат, какие носят врачи. Одним словом, максимально противоречащее любому чувству стиля сочетание. — Ого... Похоже, ты первая. Давно ты научилась материализоваться? — Минуту назад. До этого пыталась, но не получалось. Другие ребята тоже пробуют, но пока ничего. — Интересно, почему так... — Мне кажется, что наши души просто растут за счет твоей маны. Ты ведь ее постоянно поглощаешь, и из природы, и из живых существ. — Это правда. Но вы там сильно не привыкайте, я не планирую всю жизнь тащить вас на своей шее. — Конечно. Каждому хочется своё собственное тело. Так о чём ты там говорил, со сложностями? — Ты знакома с детективным жанром литературы? — Конечно. Правда он вымер лет так 500 назад и уже давно не в моде, но я любитель такое почитать. — В таком случае, перед тобой сейчас сидит невыразительный представитель жанра. Мне надо найти маленький но вредный культ на территории протяженностью в 4000 километров, при учете что о нем почти ничего не известно, либо вся информация замалчивается. — Хм... — девушка на мгновение погрузилась в раздумья. По ее взгляду уже было ясно, что на самом деле она просто обожает такие истории. — Я думаю, тебе нужно проверить книги. О каком культе речь? — Некий культ проклятых. Они берут под контроль людей, зверолюдей, и множество диких, а потом устраивают нападения на деревни, города и торговые повозки. Вроде как среди их жертв контроля даже эльфы попадаются. — Культ проклятых да? Я бы тебе подсказала что то, но название культа они выбрали слишком банальное. Таких вот «Культов проклятых» за историю было не меньше десятка, и больших и маленьких. Боюсь, что тут даже исторические сводки не помогут с конкретикой. — И что мне остается? — Искать актуальную информацию среди людей. По другому скорее всего никак. Я бы начала с крупного города. Если хочешь, могу тебе даже помочь с опросом. — Конечно, это будет здорово, но для начала надо туда попасть. В Давнроуде я уже всех опросил. — А кстати, где мы? — Нова растерянно огляделась вокруг. — Это Флегрейс. Регион Тидас, деревня Довнроуд рядом с портом Гинна. До Варвуда отсюда около 1 тыс. километров. Я планирую преодолеть это расстояние где то за сутки, или даже быстрее. — На повозке? — На своих двоих конечно же. Я уже давно двигаюсь быстрее всех этих повозок. Может уложусь даже в пол дня. Как получится, но это всё завтра. — Какой же ты занятой человек, — девушка села рядом, свесив обе ноги, и устремив «четыре глаза» к звездам. — Согласен, даже как то непривычно. В прошлом, я в основном читал книги и учился, а теперь нахожусь в бесконечном цикле погони за кем то или от кого то. — Тяжело наверное... Читать и учиться намного лучше. — Думаешь? Хотя ты ведь тоже любитель читать, если не ошибаюсь. — Угу, очень люблю постигать мудрость предков. Я даже в отряд вступила, чтобы проводить разного рода исследования прям на поле боя. А то порой трудно найти образцы для какого нибудь опыта, о котором вычитал в книге. — И что ты изучаешь? — Да всё подряд... Как получится. — Просто из интереса? — Что то вроде того... — девушка повернулась ко мне, проникновенно блеснув серыми глазами, — Знаешь, на самом деле я очень хочу сделать какое нибудь великое научное открытие, которое изменит жизнь людей к лучшему. Что бы там кто не говорил про Доарда как человека, но как ученым, я им восхищаюсь. Если бы не он, я бы никогда не научилась пользоваться даже своим атрибутом. Никогда бы не смогла лечить людей на поле боя, и свои опыты проводить тоже. — Да, он написал об этом множество книг. Но с другой стороны, вы ведь по сути были у него в рабстве, как и другие отряды. Уж не знаю, как вы к этому относитесь у себя там. — Это правда... Хотя некоторым это даже нравится, а кто то отказывается признавать невозможность уйти. Разве тебе, в таком контексте, моя цель не кажется глупой? — Нет, отнюдь. С чего ты вообще это взяла? Тяга к науке не должна пересекаться с эмоциями, я так считаю. Даже если Доард совершил множество страшных вещей, то это еще не повод отказываться от его знаний, учитывая что они в себе не несут какой то позитивный или негативный подтекст. Чистая теория. — Извини что сомневалась... Просто неприятные воспоминания нахлынули. Кажется, не все люди такие же умные, как ты. — Хах, я глупее чем может показаться. По этому однажды мне понадобится твоя помощь, в проведении опытов например. Я тут как раз алхимию понемногу изучаю, и планирую однажды зачарованием заняться. — Правда? — Глаза девушки загорелись, и она решительно надвинула очки на центр носа двумя пальцами, — тогда обязательно зови меня, когда будешь заниматься чем то таким. Я много об этом знаю. — Договорились. А сейчас я иду спать, потому что время уже позднее. Спокойной ночи, — без лишних сантиментов, я запрыгнул обратно в комнату, а Нова исчезла. Элис уже ушла, закончив на час раньше как и обещала, так что теперь я мог спокойно лечь спать. На следующее утро, шел проливной дождь. Вообще, я обожаю теплые дожди и экваториальный климат, так что подобная погода всегда лишь поднимает мне настроение. Перед длительным уходом из города, я заглянул к Луперкалям, чтобы подкинуть им еще немного денег. Барбатос отказывался, так что мне пришлось подкинуть деньги через окно. Возможно, это уязвляет его гордость, но и в самой ситуации он судя по всему не виноват. Попрощаться не удалось только с Рондо, он последние несколько дней очень занят тренировками концентрации. Наконец, закончив все дела, я в спешке покинул город. Кратчайший путь к Варвуду пролегал через густые леса, где я и решил пойти, сэкономив себе десяток часов пути. Первую сотню километров ничего интересного не происходило, а вот на второй начались странности: по какой то причине, средняя высота деревьев в этих участках леса постепенно увеличивалась. Если у Давнроуда высота деревьев не превышала 15 метров, то тут приближалась уже к 50 метрам. К середине пути я запутался окончательно. Сев в упор к одному из монументальных деревьев, в несколько десятков метров шириной, я достал карту мира. В целом, ввиду субтропического климата наличие в этом месте джунглей с деревьями высотой в 100 и более метров меня не сильно удивляло. Моя теория однако никак не подтверждалась картой Флегрейса, где самый тропический регион находился левее. Наверное я просто чего то не понимаю. В любом случае, все эти новости меня ни капли не радовали. Я действительно люблю джунгли, дома на деревьях и прочее, но вот искать в таких условиях убежище культа становится намного сложнее. Хм, может мне стоит пойти назад? Я вполне мог ошибиться с выбором маршрута.. — Грустишь? — Рядом со мной появился Гилберт. Он стоял облокотившись на дерево плечом, и подкидывал в руке какой то фрукт. — О, с подключением. — Чего? — Не бери в голову. Могу тебя только поздравить, ты справился вторым. — Хех, спасибо. Вижу, ты тут забрел в леса Икада. Хорошие конечно места, ничего не скажешь. — Какие еще леса Икада? — я с недоверием посмотрел на голубоглазого парня. По моему он что то скрывал. — Ну как же, Юго-западный регион Флегрейса, два города, Кинай и Икад. Сплошные тропики, многометровые деревья и прочие прелести джунглей. Ты сейчас буквально тут. Еще раз достав карту, я сверил показания. И действительно, из Давнроуда я пошел не в ту сторону. Я должен был идти на северо-восток, а пришел на юго-запад. Как вообще можно так грубо ошибиться, перепутав стороны света? Кажется, мой топографический кретинизм преследовал меня из прошлой жизни. — Хах, спасибо что рассказал, а то я бы сейчас и до Морна так дошел. — Ты что же, по сторонам света не умеешь ориентироваться? — Умею, но иногда случается вот такое... Я думаю, ты и сам знаешь, каково это — ошибиться с показаниями геолокации. — Хах, засчитано. Давай я пока похожу с тобой, вдруг ты опять что перепутаешь. Если ты конечно не против, что я трачу твою ману. — Не волнуйся, у меня нет лимитов на ману. — У тебя что, проклятый атрибут? Или ты берсерк... — Не знаю. Но вообще, учитывая что происходило со мной раньше... Очень даже может быть. — Знаешь, ты не перестаешь меня удивлять. Честно говоря, глядя на тебя я чувствую себя каким то ничтожеством. Наверное без тебя и весь наш поход к Богу Плоти был бы бессмысленен. — Ты имеешь в виду, что вы бы его не победили? — Ага. — Не бери меня в голову, я очень не реалистичный пример силы. Главное, что у вас ребята, есть человечность и стержень, в отличии от меня моментами... Кстати, могу я задать довольно личный вопрос? — Конечно. Мне кажется, большей близости чем соприкосновение душами, у нас уже быть не может. — Это правда. Мне вот что интересно: ты бы пошел на эту миссию, даже зная о ее суицидальности? — я постарался задать этот вопрос как можно более непринужденным голосом. — Даже не знаю... — Гилберт на мгновение задумался, не находя слов. — Хотя... Тебе нужен честный ответ? — Конечно. В других не вижу смысла. — Тогда, думаю, я бы согласился на тот момент, но сейчас точно нет. — А почему так? Если не секрет. — Ммм... Смерть учит ценить и замечать, уж это я тогда понял. Так что мне как человеку, не хотелось бы проходить через это дважды, даже ради высшей цели. — Понятно. Ну, так или иначе, что сделано то сделано. Я надеюсь, что нам не придется больше ничем жертвовать, — встав на ноги, я развернулся в обратную сторону. Теперь нам предстоял нудный путь обратно в Давнроуд, а в Варвуд я теперь попаду только завтра днем. — Ладно, пойдем обратно, — я устремился в лес, зазывая Гилберта с собой. К счастью, отставать он от меня физически не мог, а значит темп сохранился прежний. К ночи я уже почти прошел весь путь к Давнроуду. Заприметив крутой подъем на скалу, я решил забраться и осмотреть территории. Оседлав каменное изваяние природы в пару прыжков, я стал вглядываться в темнеющий горизонт. — Эй, Алан, смотри... — Гилберт указывал в сторону Давнроуда. — Какого?.. — со стороны города валил сильный дым, а лес вокруг пылал. Странно, что это сразу не бросилось мне в глаза. — Вот ведь. Я подозревал, что такое может случиться, — рванув с места, я с утроенной скоростью начал сокращать дистанцию к городу. Попутно я анализировал магические сигнатуры вблизи поселения. Чем ближе я к нему подходил, тем больше сигнатур возникало. В основном небольшие и слабые, скорее всего кобольды или нечто подобное. Среди них были и размером побольше. Однако, напрягал не столько размер, сколько количество сигнатур. Находясь на пороге горящей деревни, я чувствовал более пяти тысяч враждебных существ. Среди них были и медведи, и волки, и гоблины, и кобольды, и кого тут только не было. Настоящий хаос. На самом деле, их тут было так много, что они даже не могли нормально сражаться, постоянно путаясь друг в друге как бесконтрольный поток крыс. Войдя в деревню, я почти сразу наткнулся на труп какой то старушки. Кажется, я опрашивал ее днем ранее, когда проводил расследование. Тогда она показалась мне очень приветливым и сговорчивым человеком, а сейчас... ее голова была отделена от тела. Что касается остальных жителей, то многие были мертвы, но на вершине города, рядом с гильдией, кажется всё еще шел ожесточенный бой. Учитывая количество диких... Всё это началось совсем недавно. Дав полную свободу своему пламени, за исключением пожирания трупов людей, я изо всех сил постарался сдержать бушующие внутри эмоции, сосредоточившись на анализе местности. В это время моё пламя уже разлогало души слабых противников, и их чистая энергия стекала ко мне со всего города. Так, Алан, соберись. Должен быть кто то, кто их контролирует. Кто то с очень мощной энергией, и не слишком далеко, чтобы это было не так затратно. Ты должен его найти... Направив всю ману на поиски, через некоторое время я наконец обнаружил эту злосчастную сигнатуру. Она находилась на одной из скал, окружающих Давнроуд, и явно принадлежала существу, стремящемуся скрывать свои способности. — Какой ужас... — Гилберт опустился на корточки к телу старушки, закрывая ей глаза. — Оставайся тут. Тебе лучше не видеть то, что будет происходить дальше, — Приказал я Гилберту, разворачиваясь в сторону вражеского мага. Всего несколько секунд мне понадобилось, что бы оказаться у него за спиной. Схватив гуманоида в робе за шею, я перекрыл ему дыхание, а кожа на его шее начала лопаться. — Чт.. т... — Заткнись. Даже слушать тебя не хочу. Сам всё узнаю, если конечно моё пламя не разрушит твою душу в процессе, — тело мага объяло моё уже черное как смола пламя, вновь наполняющее мою душу негативной энергией. Сейчас, я должен попасть в свой Горизонт... Закрыв глаза, я вспомнил одну из предназначенных для этого техник. Вообще то, она должна выполняться в состоянии абсолютного покоя и недвижимой маны, но времени на это у меня сейчас нет. Используя лишь силу воли, я буквально запихнул собственное сознание в горизонт. Я стоял в главном зале аббатства. Напротив меня на полу лежал лысый человек в изорванной робе, с невероятно изуродованным скверной лицом. Его покрытая язвами кожа была стянута и сморщена, словно у столетнего старика. Члены одиннадцатого отряда с интересом наблюдали со стороны и не вмешивались. Так значит, твоя душа всё же выжила? Жаль. Я хотел получить сразу все твои воспоминания, а теперь придется убивать тебя дважды. Говори всё что знаешь. Человек явно пытался сопротивляться, но его рот и тело больше не могли ему повиноваться Сейчас он находился на территории, где бог это я. — Нам поступило указание, что нужно напасть на все города, где есть гильдия Авантюристов. — Зачем? — Что бы о заказе S класса узнало как можно меньше людей. — Вы ведь идиоты, да? Вы не знаете, как распространяются новости подобного масштаба? Кажется, тебя обманули, дружище. В любом случае, вы все понесете симметричное наказание за эти убийства. Никого из вас я не оставлю в живых. Говори, где ваше убежище. — Я не знаю. Все указания поступают через свитки связи. — У тебя есть есть эти свитки? — Не осталось. — Где вы их берете? — Их нам выдают в Тидасе, в подпольном хранилище. — Вход свободный? — Нет. По паролю. — Какой пароль? — «Сордцес о темпора» — Как вы себя называете? — У нас нет названия, но в народе нас называют «Культ Проклятых». — Кто вами руководит? — Мы не знаем. — Как вы докатились до такой жизни? — Нас обучают этому «ремеслу» с детства. — Значит, деятельность культа сохраняется давно? — Более пятидесяти лет. — В услужение культу, тебя отдали родители, или ты пришел сам? — Меня похитили, — из глаз мужчины проступили слезы, словно я вынудил его вспомнить то, о чем он вспоминать не хотел. — Что еще полезного ты можешь рассказать? — Берегитесь скверны, — мужчина широко открыл рот, а его кожа начала стремительно иссушаться, растворяясь в пространстве. За кожей последовали кости, и в конце осталась лишь пустота. — Алан, зачем... — Нова и остальные стояли рядом, с отвращением наблюдая за процессом умерщвления преступника. — Как ни странно, но я ничего не делал. Честно говоря, я даже без понятия, как он смог убить себя тут. — Даже его воспоминания ко мне не перешли. Кажется, хотя бы на это у него воля была. А сейчас простите, у меня еще есть дела во внешнем мире. Вытянув себя в реальность, я сразу же направился к дому, где раньше находились Луперкали. На месте их не оказалось, но и следов битвы обнаружено не было. Тогда я поспешил к Гильдии Авантюристов, в надежде найти их там. Тем временем, что парадоксально, моё чёрное пламя пожирало естественный огонь, таким образом прекращая пожар и сохраняя часть тех зданий, что еще не загорелись. С каждым разом я всё больше поражаюсь интеллекту своих атрибутов... Странно только, что поглотив столько существ, я еще ни разу не получал новый атрибут с момента в храме Темпест. У гильдии уже собралась толпа людей. Кто то из них стоял, кто то лежал. Некоторых перевязывали, пока остальные ждали своей очереди. На встречу ко мне вышел Барбатос. Рядом с ним шли Рондо и Элис, изрядно измазанные кровью, но к счастью, не своей. — Я уж думал что не успею... — Твоих рук дело ведь, да? — Барбатос указал на бушующие вокруг столбы черного пламени, постепенно собирающиеся в одной точке, которой и являлся я сам. — Да. Вам сильно повезло, что я пошел не в ту сторону, и был вынужден вернуться. — Ничего, мы бы просто сбежали, как обычно, — Барбатос сжал клинок, и сквозь силу улыбнулся, да так, что у него на лице проступили вены. — Не переживай так сильно на этот счет, дружище. Врагов тут было порядка 5 тысяч, да и я очень плохой пример силы. — Я убила двадцать штук! — Элис с горящим взглядом приблизилась ко мне, показывая окровавленные кинжалы. — Молодец. А ты, Рондо? Парень кажется сильно стеснялся меня с того момента, как я узнал о его происхождении. Не знаю с чем конкретно связано его изменение в поведении, но того веселого и непринужденного мальчика я больше не видел. — Я четырнадцать.. — Тоже хороший результат. Всё таки вы дети. — А я убил всех остальных, кого не убил ты, — Барбатос похлопал меня по плечу. Его выражение лица вновь стало простым и дружелюбным. — Да, об этом всём. Я знаю причины нападения, и у меня есть некоторые зацепки. Вы сейчас собираете все свои вещи, и идете в место которое я вам отмечу. Там особняк моих хороших друзей, они вас примут. Главу зовут Маркус, он тоже из оппозиции против магической коалиции, так что опасаться вам нечего. Передашь, что вы пришли от мастера меча, они поймут. — Э.. Ты уверен? — Без лишних вопросов. Взяли — пошли. Я еще навещу вас позже, а сейчас мне пора. Решительно настроившись не ждать завтрашнего дня, я устремился в темные леса. Сначала я должен наведаться в Гинну к старому знакомому. Надеюсь он еще не забыл, как неприятно бывает лишиться кисти руки. Потом прямиком в Тидас. По пути загляну в Варвуд, скорее всего на него тоже напали. Хотя город там большой, и они должны выдержать подобную атаку. В любом случае, что то мне подсказывает, что это всё — только начало противостояния. Я должен стать серьезнее. ---------- Невидимый враг. Часть 2. — Йо, Дрейк, давно не виделись, — под возгласы возмущенных охранников, я неспешно завалился в гламурный кабинет своего старого знакомого, присаживаясь на кожаный диван. — О боже... — Дрейк закрыл лицо рукой, и пепел с сигареты зажатой меж пальцев, упал прямо на полированный стол. — Да ладно тебе, я же не какое то там абсолютное зло. Вообще, я тут поспрашивал по барам, и кажется, вы действительно завязываете со своей деятельностью. А нужно то было, всего немного надавить. — Немного надавить... Ну да. Какое у тебя ко мне дело? — Дрейк укутался в свою меховую шубу, явно ощущая подвох. — Дело вроде как не законное. Мне надо попасть на некий «подпольный рынок» в Тидасе. — И в чем проблема? — Я хочу, чтобы меня там принимали за своего. Нужна хорошая репутация, чтобы не вызывать подозрений. Сейчас поднимать на уши весь преступный мир я не особо хочу. — Ладно, я понял. Держи, — мужчина подкинул мне крупную монету с изящной гравировкой в виде оливковых ветвей. — Что это? — Нечто вроде доказательства уважения, среди всех наших банд. Это моя последняя, так что не потеряй. — Отлично, лови за работу, — я подкинул Дрейку пять золотых монет, в знак признательности за его честно сдержанное обещание. Странно конечно благодарить преступника за то, что он перестал заниматься преступлениями. Однако я верю, что у любого человека есть шанс на исправление. В конечном счете, не убивать же мне его теперь. Конечно, если эта монета окажется фальшивкой... Тогда, обратно придется забирать не только деньги. — Да, еще кое что: на подпольном рынке далеко не все ребята из наших, учти это. Кстати, если не секрет, что ты собрался там делать? — У меня там друзья. Но они хорошо прячутся... До скорого, — я помахал рукой через плечо, и вышел на улицу из душного «клуба». Дела их в последнее время стали намного хуже. Внутри уже не засиживались зажиточные мужчины и женщины легкого поведения. Одну из таких девушек я даже видел работающей на полях. Хах, вот она, моральная эволюция. И всё же интересно, чем теперь они занимаются. Местные говорят, что бандиты даже друг на друга перестали нападать, и теперь строят что то не покладая рук. Неужели для этого хватило одной моей угрозы? Жаль, нет времени проверить всё более тщательно. Выйдя на пристань, я обратил внимание на «Полумесяц». Чудесное судно, которое вероятно, спасло мне жизнь, как после и я ему. Вообще, наверное уже тогда мы с Маркусом были квиты, и сейчас я взваливаю на него слишком много... Но не то чтобы у меня был выбор. Развернувшись, я зашагал прочь. Кто то окликнул меня в спину, но я не стал обращать внимание. Сейчас у меня нет на это времени. Единственным место, в котором я еще немного задержался, был рынок. Я проверил наличие таинственного торговца-элементаля, но на месте его шатра теперь лишь красовалась табличка, с нарисованной масляными красками улыбающейся маской. Не припоминаю, чтобы замечал на нем подобную... Выйдя из города, я последний раз бросил взгляд на океан. Где то там, должен быть остров, на котором всё это начиналось. Как бы я сейчас хотел попасть туда. Правда сердце твердит мне сначала найти её... Или этот визит не переживет моя мотивация. Безмолвной тенью перемещаясь сквозь леса, я тут и там натыкался на сборища проклятых диких. Для их убийства мне не требовалось даже останавливаться, что очень облегчало путь, ведь просто пройти мимо я бы не смог в любом случае. Миновав полуразрушенный Давнроуд, я двинулся дальше к Варвуду. Уже к утру, из за деревьев показались стены каменной крепости, возведенной на широком возвышении ландшафта. Похоже, что мои догадки оправдались: Варвуд был вполне способен постоять за себя. Огромная каменная крепость выглядела до жути неприступно. Вокруг рва окружающего весь город собирались люди, разделывающие трупы диких на куски, и утягивающие внутрь города за стенами. Битва тут уже подошла к концу. Стоя у дерева на краю леса, я наблюдал за ситуацией вокруг города. Без сигареты тут явно не обойтись. Закурив, я ненадолго уставился в небо. И когда я вообще начал курить? Это получилось так спонтанно, и уже вошло в привычку... — Отвратительное зрелище, не так ли? — Рядом со мной появился Рей. — Эй, я конечно я рад тебя видеть, но не появляйся так открыто, а то люди подумают неладное. — Ну пусть попробуют, — Рей в шутку погладил лезвие воображаемого меча. — А вообще да, зрелище отвратительное. Моё пламя хотя бы не оставляет следов. — Ну, разве что пепел. Мы обычно тоже сжигаем эти трупы. Просто Варвуд город довольно бедный, так что они тащат внутрь всё что найдут. — Ты тут уже бывал? — Лет восемь назад, на совершеннолетие. Тут рядом живут родители Элли, так что пришлось остановиться в этом городе. — А твои где живут? — Я сирота, как и большинство тех кто попал в элитные отряды коалиции. — Но есть ведь и не сироты? Вроде Элли. — Ну да... У их семьи всё было плохо с деньгами, а Элли девушка очень боевая. Вот решили совместить полезное с приятным... Тогда это почему то казалось им хорошей идеей. — Да уж. Главное, что теперь вы свободны. Ну по крайней мере, я надеюсь, что вы будете свободны. — Вообще, нам и так не плохо. У тебя, знаешь ли, широкая душа. Копия острова почти идеальная, даже таверна сохранилась. — Спасибо. Правда я этой проекцией не занимался. Да и вообще, у меня в планах вернуться на остров, если всё таки получится найти жрецов. — И что ты там собрался делать? — Мне нужно найти там ответы на пару вопросов. А еще... Я планирую сделать этот остров нашей базой, однажды. — Что, весь? — Ну да. Посуди сам: о нём все знают, но никто не обращает на него внимание. Сейчас, после ситуации с Богом Плоти, коалиция немного последит, и успокоится. Там множество дикой территории с людьми, о которых все давно забыли. Я бы даже основал там небольшое государство. — Ну у тебя и планы. А опыт то есть, управления? — Конкретно в управлении государством — нет. Но мне кажется, я смогу найти людей у которых он есть. Для меня не столь важно быть лидером. — Хах, думаю мы не одобрим подобную идею. Всё же сейчас ты для нас настоящий лидер. Будет лучше, если всё так и останется. — А как же Рокудо? Мне честно говоря, не хотелось бы красть его место. — Рокудо да? — Рей отвел взгляд. — Мы долго думали на его счет и... Не знаю. Учитывая что он один выжил, и кажется обо всём знал.. — Это не предательство, — я резко оборвал фразу Рея, понимая к чему он клонит, — Рокудо не с вами, потому что обещал мне кое что, да и смерть его была бы напрасной, мы пришли слишком поздно. Шансов против бога у него не было, будем честны. Вернее, шансов было даже меньше, чем по самым пессимистичным прогнозам. К сожалению, даже задержать эту тварь у вас бы не получилось. — Не совсем с тобой согласен. Если бы не та женщина в маске, может мы и смогли бы хоть разрушить там всё. А так, да. Чистейший суицид. — Ну, я ведь предупредил тебя в самом начале. — Я надеялся, что это окажется неправдой. Честно говоря, умирать молодым это... тяжело. — Наверное ты прав. В этом плане мне вас не понять. Я даже после первой смерти ничего не почувствовал. А может это и не смерть была вовсе, не знаю. — Ладно, мне еще нужно подумать на счёт Рокудо. Не хочется называть старого друга предателем. Ты кстати не знаешь, где он может быть? — К сожалению, я без понятия. Скорее всего с ним еще и моя ученица, но найти их в таком огромном мире будет трудно. — Тем более, что они сейчас должны прятаться, — вмешалась в диалог Элли, появившаяся из за спины Рея. — Прятаться от кого? — От наблюдателя коалиции. Это вроде как сложная магическая конструкция, которая ищет всех дезертиров. — А она что, знает кто умер, а кто нет? — Да, она связана с нашими телами контрактом. — Именно телами? — Там сложная система, но из того что мне объясняли, сейчас например она считает нас мертвыми, потому что наша прошлая физическая оболочка разрушена. Вообще, о ней особо много неизвестно, так что эту информацию можно считать скорее домыслом и слухом. — У Рокудо всегда была паранойя на тему слежки. Помню, еще когда мы были подростками, я его сильно напугал. Шутки ради хотел, а в итоге он на меня разозлился, мол я ему напомнил какие то ужасные вещи, — Рей развел руками. — Подростками?... А вы в курсе о прошлом Рокудо? — Ты о том, что он был убийцей по контракту, и вором? Ну да, он занимался этим еще лет в 12. Сложно представить да? Он был очень талантливым, по этому через пару лет его поймали, сломали, и привели в наш корпус. С того момента он очень сильно изменился. Сначала был нелюдим и агрессивен, но постепенно привык к окружению, а потом и общаться полноценно начал. — Всё таки он удивительный человек... Про его атрибут я вообще молчу. Элли, а ты кстати, что об этом думаешь? На счет его и на счет всей этой миссии. — Я с ним никогда особо близка не была, он обычно не сближается с девушками ни при каких условиях. Что до миссии... Я была бы категорически против, если бы мне сказали, что она будет суицидальной. Не ради этого я вступала в отряд. — Понятно... Ладно, я думаю что пора переставать мыть кости бедному Рокудо, он там наверняка и так умирает от вины. Найдем его, тогда и будем судить, а пока что это только сотрясание воздуха. — Согласен. Куда ты дальше? — В Тидас, на подпольный рынок. Нужно разобраться тут по быстрому с одним крупным культом. — Нова нам уже рассказала. Удачи тебе там. Мы если что, поможем советом. — Ага, давайте. Попрощавшись с растворяющимися в воздухе товарищами, я мгновенно ощутил на себе заинтересованные взгляды местных жителей. Не желая становиться всеобщим центром внимания, я вернулся в лес, и обходя город, двинулся дальше в сторону Тидаса. В Фику наверное уже не буду сворачивать. Времени особо нет. Вполне возможно, что кто-то уже нашел убежище культа, так что мне стоило бы поторопиться с его поисками. На этот путь у меня ушло еще чуть больше полутора суток. Всё это время я словно поднимался по лесам в гору, и к ночи уже раздвигал ветви деревьев, готовясь узреть новый город. И посмотреть действительно было на что: на данный момент, это пожалуй был, самый большой город, что я вообще видел в своей жизни. Больше всего поражало то, как он был расположен: город, словно каменная лестница, уровнями располагался на склонах поднимающихся ввысь гор. Конечно, эти горы были не такими высокими, как на Анакреоне, но сам факт построенного на них города очень радовал глаз и будоражил воображение. Если снаружи он выглядит таким крупным, то что же происходит внутри скалы? Тем временем закатное солнце уже практически скрылось за горизонтом. На горе зажигались тысячи и тысячи огней. Вдоль каменных дорог высеченных в стене, ходили патрульные, циркулирующие на разных уровнях горы. На многочисленных круглых террасах, собранных из белого камня, как и практически всё остальное тут, еще оставались некоторые сонные жители. За весь этот вид, спасибо моему острому зрению. До самого города еще идти и идти. К середине ночи, я пересек большую равнину, и оказался у одного из подъемников ведущих в город. Два стражника преградили мне дорогу, будучи заинтересованными моим внешним видом. — Назовите цель своего визита в город. — Посещение филиала академии. Член Гильдии Авантюристов А ранга, — я указал на жетон прикрепленный к плечу. — Проходите, — стража уважительно расступилась, и я взошел на подъемник в виде круглой белокаменной платформы. Он явно работал при помощи магии, ибо каких то лебедочных механизмов или хотя бы минимальной механики, я тут не заметил. Поднявшись на первый уровень горы, я подошел посмотреть план города, и обомлел. Оказывается, всё это время глаза обманывали меня... Желая лично в этом убедиться, я поднялся на второй уровень. Сойдя с подъемника, моему взору предстала пятидесятиметровая белая арка, уходящая вглубь горы. Мимо меня, внутрь арки, как раз проезжал один из конных экипажей, чуть не наехавший на нищего, который просто переходил дорогу. Пройдя сквозь арку, впервые в жизни я искренне ахнул от удивления. Настоящий город был тут, внутри исполинского кратера. Мой вывод о том что это горы, оказался ошибочным. Сам кратер изнутри выглядел так, словно кто то уронил в этом месте комету, запечатлев всплески магмы в моменте, или как если бы кто то решил строить город в жерле вулкана. Но что поражало еще больше, так это устройство города: помимо центральных, располагающихся кольцами районов с филиалом Академии в центре, по краям кратера также кольцами висели дома. Даже не представляю, сколько людей тут живет... Подойдя к перилам, я посмотрел вниз. Жилой район начинался всего пятью метрами ниже, и планомерно опускался вниз, к центру кратера, где находились главные богатства города. Туда же вело множество лестниц и дорог. Что до филиалаа академии, то выглядел он роскошно и дорого, как впрочем и все остальные окружающие его нижние уровни, разделённые водными каналами. Вид этой академии вызывал у меня смутное чувство ностальгии по временам, когда настоятель храма взял нас с собой в небольшое деловое приключение по Европе. Тогда я посетил много храмов, и увидел много замков. Больше всего меня поразил немецкий Нойшванштайн, имеющий невероятно сказочный вид. Эта академия очень напоминала его, но была значительно больше. А еще... Ее фасады странным образом закольцовывались, словно не давая выйти самой структуре здания, за пределы отмеченного идеального круга. На фоне этой монументальной постройки, всё остальное казалось скромным и блеклым. Самыми бедными районами, если их вообще можно таковыми считать, были те что располагались ближе всего к краю, либо с внешней стороны кратера. Дома в этих частях напоминали каменные секции ульев, но оформлены были очень стильно. Похоже что в этих местах, кто попало жить не сможет. Спускаясь вниз по множеству лестниц, освящаемых теплым светом ночных фонарей, я пытался избавиться от навязчивых вопросов в своей голове. В частности, я не мог понять одного: как при подобном величии, можно сохранять прежний уровень технологий и магии несколько тысяч лет, при этом деградируя? Для кого вообще строили эти огромные академии, если на обучение в них принимают, за редкими исключениями, лишь богатых, и зачастую бесперспективных личностей? Я уже наслышан о том, как в подобные места отбирают людей, сколько это зачастую стоит, и как трудно сюда добраться. Этому миру явно требовалась реформа образования, и не только образования. Пара тысяч богатых детишек занимающая огромную площадь полупустой академии, против десятков тысяч талантливых детей бедняков, погибающих в деревнях на краю мира от голода, не получив ни единого шанса на выживание. Такой порядок Доард хотел создать в своем мире? Остановившись на одном из лестничных пролетов, окруженном домами, я обратил внимание на доску объявлений: «Набор в гильдию „Ночной сокол“. Требуются бойцы с хорошими атакующими атрибутами, и опытом работы в других гильдиях. Приветствуются маги с атрибутами иллюзорных манипуляций» «Продам дом в торговом районе, рядом с рынком Тида. Улица Марка Надия 14. Окна с видом на водный канал, в придачу мебель и жена. 4000 золота. Торг не предлагать» «Новые академические реформы! Изменения правил приёма в академию, посредством гильдий поддержки. За подробностями обращаться к стойке информации» Да уж, интересные однако объявления. А вот это например вообще какое то карикатурное, хотя писали явно по делу: «Эй, ты! Да, именно ты. Считаешь себя, гениальным магом? Или может ты... самый меткий лучник в мире? Если меч твой не боится врага, а рука тверда как сталь, то приходи к нам, в гильдию „Братство Тидаса“. Наш крепкий, братский коллектив проверит, из какого металла ты скован на самом деле» Под конец, не сдержавшись, я рассмеялся. Читать это всерьез было очень трудно. Словно со мной только что говорил человек, объединяющий в себе характеры Рея, Барбатоса и дикого медведя, изо всех сил пытающийся казаться серьезным и дружелюбным. — О, вижу, тебя тоже забавляет это идиотское объявление? — послышался сзади мужской голос, примерно моих лет. Обернувшись, я увидел странного парня с длинными голубыми волосами. На его скулах едва заметно проступали татуировки, а брови и ресницы были белыми как снег. Похоже, это представитель расы «Фригус». Они все выглядят как не до конца размороженные люди. При чем цвет кожи у них порой бывает даже румяный, но вот светло-голубые волосы, и ограниченный одним голубоватым градиентом на всю расу цвет глаз, выдает их с потрохами. Что до остального его внешнего вида, то одет он был весьма скрытно: всё что я мог увидеть, это один сплошной серый плащ, покрывающий всё тело, словно ниспадающие лепестки роз. Уши проколоты большими серьгами в виде перевернутых крестов. А на пальцах рук несколько золотых колец. Оружия при нём видно не было, а светло-голубой взгляд выражал лишь учтивое любопытство. — Да, и кому только могло прийти в голову, писать приглашение в гильдию таким нелепым образом... — Это всё Рэвик. Он уже год экспериментирует, в попытках создать максимально нелепое приглашение в гильдию. — Ты местный? Я просто первый день в этом городе, так что никого тут не знаю. Не очень понимаю о ком, речь. — Ясно. Не бери в голову, этот человек совершенно не важен, чтобы говорить о нём вне контекста шутки. Я — Азариас, но друзья зовут меня просто Аз, — парень с улыбкой протянул мне руку. — Алан, очень приятно, — рука Азариаса была холодной как лёд, хоть так и не выглядела. — Ты сказал, что только недавно прибыл в город. Я подумал, может тебе нужна помощь? — Ммм, нет, я тут только ради покупок. Разве что, ты покажешь мне местный рынок. — Какого рода покупки тебя интересуют? — Как можно более... экзотические. Знаешь, люблю разного рода редкости. — Понимаю. А деньги у тебя есть? — Да, около тысячи золотых. Сумма конечно небольшая... — Как на счет того, что бы заплатить мне, а я взамен покажу тебе город? — Смотря сколько ты хочешь... — Один золотой, этого хватит. — Да без проблем, — я подкинул парню золотую монету. Тот без труда поймав ее, улыбнулся мне, и... Просто испарился в воздухе. И всё? Ну, это было ожидаемо. Кажется, моё первое знакомство в этом городе, полностью характеризует его обитателей. Хотелось бы мне конечно ошибаться... Ладно, один золотой, в принципе не так уж и много. Буду считать это благотворительностью. Еще немного постояв на пролёте, я решил спускаться дальше. По мере того как я спускался к центру города, появлялось всё больше и больше торговых лавочек. Похоже, я вошел в торговый район. Впрочем, всё равно ночью большинство из магазинов было закрыто. Лишь один, привлёк моё внимание: у него была магическая вывеска синего цвета в виде трубки, очень напоминающая мне неоновые вывески. Зайдя внутрь, и прозвенев колокольчиками висящими на двери, я осмотрелся: небольшая двухэтажная лавочка со стеклянными витринами и стеллажами, содержала в себе, вероятно, все виды когда либо изобретенных человечеством сигар и курительных смесей. Второй этаж лавки, на которую вела боковая лестница в стене, видимо использовался как жилое пространство. Через мгновение, со второго этажа ко мне спустился опрятного вида бородатый старичок, одетый в зеленый свитер, старое трико и домашние тапочки. — Доброй ночи, молодой человек, желаете прикурить? — Да, чтобы вы мне посоветовали? Я в этом деле новичок, но очень хочу прикоснуться к прекрасному. — Хм, какого рода деятельностью вы занимаетесь? — старик прищуренно посмотрел на меня, словно от выбора этой сигареты зависела моя жизнь. — Я приключенец. Знаете, люблю путешествовать, сражаться с монстрами и помогать людям. — Ооо, я вас прекрасно понимаю. Сам был таким в молодости, и ни о чём не жалею. Думаю, вам подойдут вот эти, — старик подставил табуретку, и достал крупную коробку откуда то с верхних полок стеллажа. — Сколько с меня? — 30 Серебрянных. — У меня только золотом, держите, — я подкинул старику золотую монету. — Конечно, я дам вам сдачу, — старик рассчитал сдачу, и передавая ее мне в руки, пристально посмотрел мне в глаза. — Вы ведь тут недавно? — Ага, как вы узнали? — У меня эта лавочка уже очень давно. Даже и не помню точно, когда ее открывал, но людей повидал много. — И какое у вас обо мне сложилось мнение? — Вы благородный молодой человек, раз даже не рассчитывали на сдачу с монеты, но также вы явно не знаете местных обычаев. — Признаться честно, я действительно любитель сорить деньгами, при том что они мне всё ещё очень сильно нужны. Но 70 серебряных... Думаю, я бы пережил. — Деньги любят счет, — старик отрицательно покачал головой, — если уж тратите монету, то постарайтесь не пожалеть потом об этой трате. Вы кстати, если не секрет, в Тидасе по какому поводу? — Хочу кое что купить. Вы когда нибудь слышали про подпольный рынок? Я немного не понимаю, на сколько он вообще в рамках закона. Старик закурил сигару, задумчиво глядя в потолок. — Закон в нашем городе, как впрочем и на всём Флегрейсе, вещь условная. Он сосуществует в хрупком балансе с бандитизмом, коррупцией и рэкетом. Что до подпольного рынка, то его можно считать условно законным, если у вас туда конечно есть доступ. — Вот как... Печально слышать о подобном раскладе вещей. Честно говоря, я на Флегрейсе недавно, и многих вещей еще не понимаю. Например мне совершенно непонятно, где люди живущие в Тидасе находят работу, и почему на континенте такой низкий уровень квалификации магов. — Это хорошие вопросы, и однозначного ответа на них вам не даст даже верховный совет. Что до работы... Тидас это ведь по сути, торговый город для зажиточных купцов. Мы тут толком ничего не производим. Разве что у себя в домах, или на подпольных фабриках. — Интересно, — я закурил сигарету из только что купленной пачки. Дым обволакивающий лёгкие, успокаивал и даже немного отрезвлял. — Отличные однако сигареты, вы сами их делаете? — Конечно, у моего рода целая алхимическая технология разработана, для их изготовления. Мы занимаемся этим уже не одно поколение. — Вы сказали, что открыли тут лавку однажды. А сами вы откуда родом? — Я приплыл сюда из Наэрии еще будучи подростком. Думал вступить в коалицию, но господь уберег. — Понятно. Вижу, тут к членам коалиции отношение тоже не лучшее. — Их никто не любит. Однако, они учат наших детей, и защищают наши дома. Не то чтобы у кого то были силы или желание восставать в таких обстоятельствах. — И вы живете тут один? — Да, у меня есть взрослый сын, но он сейчас живет на Наэрии со своей семьей. Я иногда их навещаю, — старик устало протер очки, лежащие на стойке. — Понятно... Знаете, я бы хотел купить у вас еще пару пачек. — Понравились? — Конечно. Кстати, могу я узнать ваше имя? — Герсон, — старик протянул мне морщинистую руку. — Алан, очень приятно. Я думаю, мы еще встретимся с вами позже. Сейчас я вынужден поторопиться. — Само собой, заходите если что, всегда буду рад. Я всегда тут. Захватив пару пачек сигарет, я вышел на улицу. Уже светало, и теперь наступала самая ответственная часть миссии: я должен найти подпольный рынок. ---------- Невидимый враг. Часть 3. Подслушивать конечно нехорошо... Но только не когда на кону такие большие деньги. С этими мыслями я удалялся из ближайшего переулка, снова не узнав ничего полезного. Наступила уже середина дня, а я всё еще не знаю, где вообще находится этот «подпольный рынок». Внезапно, из темного переулка где я только что стоял, едва заметно проскочила тень. Это произошло настолько быстро, что мой глаз с трудом уловил сам факт ее существования. Хм, неужели я тут не единственный, кто любит подслушивать? Вообще, сначала я пытался аккуратно спрашивать разных людей, но они лишь крутят пальцем у виска и строят дурачков. Бандитов мне пожалуй тоже провоцировать не стоит. Я мог бы перебить их и сотню, но в таком крупном городе... Пока что мне стоит вести себя тише. Черт, стоило узнать у Дрейка, где искать вход на этот скрытый рынок. Хотя тогда он бы точно принял меня за несведущего дурака. Или может мне стоит найти бандитов, и показать им монету? Но как понять что они свои... Выйдя на большую мощёную площадь, передо мной открылась прямая, мраморная дорога к академии, вдоль которой с двух сторон протекали каналы. Там, в академии, меня наверняка уже ждет мой поручитель от Маркуса. По крайней мере он должен быть осведомлен о моем существовании. Не найдя выхода лучше, я отправился прямиком к академии, минуя каналы и богатые дома из белого камня. Находясь в этом месте, складывалось впечатление, словно я попал в древнюю Грецию. Подойдя к огромным, закрытым вратам академии, я увидел толпу людей, собравшихся у боковых дверей. Они что то шумно обсуждали перебивая друг друга. — Почему мы не можем войти?! До комендантского часа еще половина дня! — красноволосая девушка, одетая в строгую рубаху и штаны, возмущенно размахивала руками. — Девушка, я же сказал вам: чрезвычайная ситуация. Идите домой, сейчас перемещение по академии вне жилых корпусов запрещено. — Что случилось? — я подошел к охраннику в латной броне, глядя ему в глаза. Жарко наверное, в таком то прикиде. Он сначала смерил меня взглядом, а потом видимо заметил жетон на плече. — Вы пришли по делу о «Старой тайне?» я вижу у вас жетон А ранга. Не знаю о какой старой тайне он говорит, но если можно подыграть, то я обязан воспользоваться этой возможность. — Да, конечно, проведите меня пожалуйста. — Отлично, вы как раз последний. Как вас зовут? — Я Алан. — Отлично, пойдемте, — мужчина поманил меня вслед, удаляясь внутрь через массивную деревянную дверь, под возмущенные крики толпящихся на улице студентов. Я же не удержавшись, одарил толпу коварной улыбкой, проследовав внутрь за стражником. Изнутри академия напоминала изысканный дворец. «Прихожий зал» в пару десятков метров высотой, венчался двумя крупными лестницами, а картины тут заменялись портретами древних магов, и и изображениями таинственных артефактов. Количество ковров, драгоценных подсвечников и люстр, а также некоторых других элементов роскоши, вызывало у меня массу вопросов. Свернув в один из коридоров, мы начали блуждать сквозь хитросплетения местной планировки. Проходя мимо кабинетов, я не мог не обратить внимание на то, что сейчас в этом месте подозрительно тихо. — А где все? Или занятия отменили из чрезвычайного положения. — Всё так. Сегодня утром похитили еще одну девушку, и на этот раз прямо во время учебного эксперимента. Сейчас все студенты заперты в своих комнатах, ради их же безопасности. Хах, если бы они хотели безопасности, то я бы скорее посоветовал им бежать из этого места, но никак не запираться в нём... — Не напомните мне детали дела о «Старой тайне?» У меня в последнее время память прохудилась. — Конечно. Это задание А ранга высланное разным гильдиям от имени академии. На территории нашего филиала сейчас происходят странные вещи. Пропало уже несколько студентов, а сегодня в открытую похитили еще одного. Ко всему прочему, участились случаи срыва заклинаний во время учебных практик. При чем это касается не только учеников, но и учителей. — Как много людей уже взялось за эту миссию? — Десять учитывая вас. Ваше место последнее, больше мы допустить людей не можем. — Почему? Разве не лучше, когда людей больше? — Может лучше а может хуже, но таковы правила, — мужчина с силой толкнул массивную дверь. Та открылись внутрь, и мы оказались в большом зале, в центре которого находился круглый стол. За столом нас уже ожидало порядка одиннадцати персон. — О, а вот и последний. Теперь мы можем начинать, — старец сидящий во главе стола, указал мне на один из свободных стульев с высокой спинкой. — Неужели дождались, — недовольно проворчала сидевшая по соседству, светловолосая девушка невысокого роста. — Алан, очень приятно, — учтиво представился я всем присутствующим, садясь на свое место. Контингент тут конечно собрался необычный. Два эльфа, пять людей, гном, и два очень похожих на людей гуманоида, но с серой как пепел кожей. Возможно, это тифлинги, но я не до конца уверен. — Кхм. Что же, начнем, — старик положил руки на стол, и аура в зале стала более напряженной, словно его образ могучей тенью навис над всеми нами. Даже мне, с моими объемами маны, стало немного не по себе. — Я введу вас в курс дела: примерно два месяца назад, на территории академии начали пропадать люди. В сумме за это время пропало четыре девушки, и один парень. По большей части они просто выходили из своей комнаты, и больше их никто не видел. Однако сегодня утром... — Сегодня утром, во время урока алхимии на потоке людей, в классе А случился инцидент. Сначала сорвалась алхимическая реакция, считающаяся одной из самых стабильных во всей учебной программе. За этим последовало распространение весьма опасного газа на все ближайшие кабинеты. К счастью, профессор Виери смог быстро устранить неполадку, но в процессе пропала еще одна ученица. Она вышла из кабинета, и как только дверь была закрыта, очевидцы сразу услышали ее крик. После этого, в коридоре уже было пусто. — Мы довольно долго пытались разобраться с этим самостоятельно, но ни к чему не пришли, и потому обращаемся к вам. Мы не можем больше позволить себе терять студентов. — Это все обстоятельства? — девушка с пепельной кожей в черном обтягивающем костюме, взяла на себя инициативу. — Каких именно подробностей вы хотите? — Что на счет магических сигнатур? Неужели никто не ощутил чужого присутствия в коридоре? Негативного образа, или маны. — Нет, к сожалению нет. Это одна из основных причин, по которой мы вероятно не можем найти корень проблемы. Студенты пропадают без следа и разумного объяснения. — Вы проверяли общий фон маны в академии? — в диалог вступила красивая эльфийка в очках, с фиолетовыми, явно крашенным волосами, и большой грудью, что я не мог не отметить. — Первым делом, когда начали срываться эксперименты, именно этим мы и занимались. Общий фон маны действительно нестабилен. Я бы сказал, что сейчас мана на территории академии ближе к негативной, нежели к нейтральной или положительной. К сожалению, кроме того что я вам уже рассказал, у нас ничего нет. — Чего же вы тогда от нас хотите? Мы ведь не профессора в отличии от вас, и с полным отсутствием улик... — Я понимаю ваши опасения, но зачастую, нестандартные ситуации требуют нестандартных решений. Мы посчитали, что привлечение сторонних лиц, возможно, хоть как то изменит положение. — Будем надеяться, — рыжий гном с грубым голосом, важно встал со стула, решив первым покинуть зал. Похоже, что у него уже был план, и он не собирался им с кем либо делиться. — Что же, на этом всё, — вторыми зал покинули два эльфа. Кажется, они были в паре. За ними вышли серокожие и еще несколько человек. Теперь в зале остались лишь я, профессор и девушка сидящая рядом с ним. — У вас есть какие нибудь вопросы? — Старик обратился ко мне. Нужно произвести на него положительное впечатление, чтобы он помог мне узнать, где находится профессор Лод. А то с этим ЧП я его никогда не найду. — Да, скажите, было ли что то общее между похищенными людьми? Четыре девушки, один мужчина, явно динамика в женскую сторону, но этого сходства мало. — Ничего кроме пола и того факта, что все они были именно людьми. Как вы может быть знаете, у нас в академии целых 6 потоков учеников: поток эльфов, людей, зверолюдей, гномов, фригусов, а так же смежный поток. По какой то причине, именно в потоке людей регулярно происходят разного рода неприятности. — Ага, людям вообще в нашем мире не сильно то везет, да? — я бросил, как мне показалось, даже слишком суровый взгляд в сторону старика, но тот лишь равнодушно отвел глаза. — Как знать... У вас еще есть вопросы? — Скажите, где я могу найти профессора Лода? У меня есть подозрение, что он мог бы помочь мне с этим расследованием. Лицо старика напряглось, словно это имя ему было неприятно. — Почему именно он? — Ммм... Вы ведь говорили про нестандартные решения, верно? Думаю, он в этом деле мастер. — Хорошо, мой ассистент отведет тебя. — Спасибо, на этом всё, — учтиво поклонившись, я вышел из зала, и кареглазая светловолосая девушка последовала за мной. — Пойдем, нам наверх, — устало скомандовала она, словно ей самой уже надоело изображать из себя недовольную персону. — Профессор интересный человек, не правда ли? — я попытался вытащить из нее хоть какую то информацию, но она кажется и сама не была против. — Ты же видел. Ректор Ганти и так всегда устает, а теперь когда начались все эти исчезновения... Даже на это собрание он едва ли нашел время,— на лице девушки отразилась легкая печаль. Она хорошо контролировала эмоции, но от меня их скрыть не смогла бы. — Давно ты у него ассистентом работаешь? — Всего пару лет. Я сейчас на пятом курсе, а ассистентом стала на третьем. — Это хороший результат? — Конечно. Я бы даже сказала, отличный. Быть помощницей ректора это великая ответственность и отличная возможность учиться успешнее, — миновав несколько лестниц и поднявшись на пару этажей, девушка остановилась у ничем не примечательной двери, ведущей в кабинет. — Профессор Лод, можно войти? К вам тут посетитель. — Пусть заходит, а ты можешь идти. — Ладно, — девушка слегка надула щёки, словно Лод нанёс ей личное оскорбление. — Ну, долго мне ждать? — дверь открылась, и в проеме показался высокий мужчина, явно моложе тридцати лет, с растрепанными черными волосами, и крайне усталым видом. Под его пустыми, потухшими глазами виднелись два огромных синяка, словно он не спал уже пару сотен лет. Его белый лабораторный халат был измазан непонятными субстанциям, а взгляд неподвижно сфокусировался на девушке стоящей рядом со мной. Ощутив неловкую паузу, девушка поклонилась, и удалилась прочь, оставив меня наедине с этим чудаком. — Профессор Лод? — Да, а ты? — Мужчина смерил меня взглядом. — Я Алан, знакомый вашего друга Мар.. — Тсс, — мужчина прервал меня на полуслове, тревожно оглядываясь по сторонам, словно я чуть не сказал нечто запрещенное. — Не тут. Давай за мной. Войдя в просторный кабинет, в нос мигом ударил запах йода и хлора. Сквозь панорамные окна кабинета виделся шикарный вид на мраморные дома, построенные на берегу канала, опоясывающего академию кольцом. Подойдя к шкафу в углу кабинета, Лод что то сделал, и тот сдвинулся в сторону, оголяя проход в стене. — Ого, очень таинственно. — Хах, это не так. Подобное место есть в каждом кабинете. — Тогда к чему такая конспирация? — Это чтобы ученики не беспокоили во внеучебное время. У нас принцип, что на уроках вы учите уроки, а остальное время должны выкручиваться сами, — Лод скинул халат, оставшись в синем вязаном свитере и штанах напоминающих джинсы. Задвинув за нами шкаф, он устало опустился на мягкое кожаное кресло. — Интересная воспитательная традиция,— я сел напротив , попутно разглядывая многочисленные книжные полки, в этой изолированной от реальности комнате, где источником света служили лишь вечно-горящие магические свечи. — Маркус говорил мне, что ты разобрался с душой, — закурив, мужчина протянул мне сигарету. — Да, всё решилось само. Кстати, как вы узнали, что я курю? — Заметил верх пачки выглядывающий у тебя из кармана. Я тоже всегда беру табак у этого старика, он в нём явно знает толк. Напомни мне, по какому ты тут поводу, если проблема решена? — К сожалению, на горизонте появились новые проблемы. Я думаю, вы уже слышали о задании S ранга. — Ты о культе проклятых? Конечно. У нас вся академия на ушах стоит с того момента, как миссию объявили. Студенты прям держать себя в руках не могут, настолько им интересен этот культ. — Культ действительно интересный, но что интереснее... У меня есть некая зацепка о том, где его в теории можно было бы найти. Но для этого мне нужно попасть на подпольный рынок, а я без понятия, где он находится. — А допуск у тебя есть? — мужчина равнодушно смерил меня взглядом. Мне крайне симпатизировало его холодное, уставшее выражение лица. Так выглядят люди погруженные в вечный творческий и учебный процесс. — На этот счет не волнуйтесь. Всё что мне нужно, это знать, как туда попасть... — Что же, не буду тебя шантажировать. Просто скажу, что большинство входов находятся на подземном этаже. Попасть туда сможешь из любой подворотни через люк, либо по общественным лестницам. Учти, что место это не из приятных. — Другого и не ожидалось. Спасибо за совет.. — Слушай, а ты сильно спешишь? — мужчина выпустил вверх струю дыма. Скорость с которой он выкурил сигарету, поражала воображение, а его рука уже тянулась за следующей. — Смотря чего вы хотите. Вроде как культ еще не нашли, а значит у меня пока есть время. — Я бы хотел, что бы ты помог нам с этими исчезновениями. В этом замешана моя ученица, и ответственность за ее пропажу отчасти висит на мне. — Вот как... Сразу извинюсь за циничный вопрос, но какова награда за миссию? — 200 золотых. — Солидная однако награда, для миссии А ранга... — Не идет ни в какое сравнение с 10000 тысячами, не правда ли? — Я понимаю к чему вы клоните... На самом деле, меня и самого заинтересовала эта ситуация. Не могу же я пройти мимо, когда пропадают невинные люди. Но вот как я смогу тут чем то помочь? У нас ведь даже нет внятных улик. — На самом деле, всё несколько проще чем кажется. Мы могли бы получить улики, но нам как профессорам, мешают некоторые формальные ограничения... В частности, мне. — Неужели вы говорите о магии душ? — Магия душ? Где ты вычитал подобный бред? Душа всегда состоит из маны, а магия идет из души, так что любую магию можно назвать магией душ. И нет, я говорил не об этом. Я имел ввиду скорее... посещение определенных частей академии. — Профессорам академии запрещено посещать сектора собственной академии? Что это за дурацкое правило? — Оно вынужденное, как считает наш совет. Переубедить их — себе дороже. Левое крыло академии полностью запечатано и для учителей, и для учеников. Последний раз туда заходил профессор Дароу, и больше его никто не видел. — И почему вы не исследовали данный феномен? — Хах, — мужчина мрачно улыбнулся, словно ожидал этого вопроса. — Ну почему же... Я вот исследовал, но это было давно. С того момента за мной стали пристальнее следить, я больше не могу ходить туда. Что до остальных, то они просто не хотят трогать это место. Что до Ганти... Боюсь, что он больше всех заинтересован в том, чтобы мой нос не лез туда, куда не следует. — Так и... что находится в этой части? — Нечто вроде портала в карманное измерение. Слышал когда нибудь о диффузии магического пространства? — Не уверен... — Это процесс, при котором мана из своего нематериального плана просачивается в реальность, формируя карманное подпространство в месте диффузии. Именно в левом корпусе находится вход в это подпространство. — А почему подобные места образуются? — Сложно сказать, но теорий у меня на этот счет много. Самая правдоподобная, что это искажение появилось под постоянным влиянием магических манипуляций. В стенах этой академии уже сотни лет, каждый день множество студентов проводит различные манипуляции с маной. Да еще и подобная концентрация активных атрибутов в одном месте... Идеальные условия для подобных магических аномалий. — И вы хотите, чтобы я туда проник? — Верно. Ганти не будет следить за тобой слишком долго, даже после нашего разговора. У него слишком много дел. К тому же я постою на страже, тут рядом. Мало ли что случится. — Что я должен там найти? — Ммм... Не знаю как оно выглядит конкретно, но у каждого подобного подпространства есть свой центр. Некая аномалия, что в течении долгого времени захватывала случайные потоки маны, со временем искривляя пространство. По крайней мере теория у меня такая. — Звучит складно, и главное, очень интригующе. Я в деле. — Отлично, тогда, когда выйдешь из кабинета, прогуляйся сначала по академии, поспрашивай людей. — Зачем это? — Просто старый хрыч наверняка будет следить за тобой, после твоего визита ко мне. Но на долго ты его не заинтересуешь, так что походи немного, и можешь приступать. На счет страховки не переживай. — Понятно, сделаю. Кстати, профессор... Можно личный вопрос? — Конечно. — Как так получилось, что вы такой молодой, а остальные профессора уже преклонного возраста? Маркус говорил, что вы старые друзья... — Маркус тебе не соврал, мы действительно давно знакомы. Просто из за своего атрибута я не старею. И физически, и морально, я застрял где то в возрасте двадцати двух. — Ну, не сказал бы что вы выглядите так уж молодо. — Хах, ну спасибо. Что, даже не спросишь про атрибут? — А должен? — Это самый частый вопрос, что мне задают. — Думаю, если бы вы захотели, то могли бы и сами рассказать. Чего лишний раз пытать человека? — И то верно. — А теперь, я пойду, поизучаю академию. Как думаете, трех часов хватит? — Ммм... Я бы прибавил еще час. И удачи. Выйдя из кабинета, я сжег окурок сигареты в руке. Интересный однако мне попался собеседник. За словом он в карман не лезет, да и за взглядом тоже. С виду просто усталый и растерянный человек, но первое впечатление невероятно обманчиво... Что же, пойду, прогуляюсь. ---------- Невидимый враг. Часть 4. Наконец то можно идти в заброшенный сектор. Меня уже тошнит от этих серебряных дверных ручек, красного дерева и бесконечно-шумных студентов. На досуге я решил посетить жилые сектора, и сразу же наткнулся на эльфийский. Они даже в пределах академии умудряются говорить на своих родных языках, что вроде как не принято в стенах этого здания. Ну, я не им судья конечно... Пройдя еще пару поворотов и лестничных пролетов, я случайно оказался в центральной части академии. В огромном зале венчанном стеклянным куполом, на скругленных скамейках сидело множество студентов. Видимо, во время ЧП сюда их тоже допускают, поскольку это место играет роль своеобразной зоны отдыха. Только вот... Разве тут они не будут в опасности? Мне кажется подозрительным тот факт, что их не эвакуировали попутно приостановив занятия. — Вы из гильдии авантюристов? — ко мне обратилась улыбчивая брюнетка в очках с круглой оправой. По всей видимости она маг, поскольку я вижу у нее на поясе книгу с базовыми заклинаниями, записанными в слова. Такие часто можно встретить в библиотеках, и ими в основном пользуются люди стремящиеся познать принципы работы магии. Хотя как по мне, именно для этой цели такие книги подходят меньше всего. — Да, хожу тут, осматриваюсь. Ты не замечала ничего странного в стенах академии, в последнее время? — Только если наплыв подозрительно красивых парней,— девушка краснея подняла на меня взгляд. Это что, признание? Хах. — Извини малышка, но я на работе, — отмахнувшись от краснеющей девушки, я постарался как можно быстрее удалиться из этого места. За нами уже наблюдало порядка пятидесяти человек, и устраивать для них драму мне очень не хотелось. Да и времени у меня действительно нет. Всего через каких то полчаса я уже почти был на месте. Само здание потрясало внутренними масштабами, и потому одни только перемещения по нему из одной части в другую могли занимать до часа времени. Видимо, деление учеников на потоки также мотивировано возможностью быстро собирать их в одном месте, не гоняя по этажам. А о количестве разных уровней и скрытых комнат в этом месте, вообще лучше не задумываться... Что парадоксально, в этом огромном здании они умудрились создать абсолютно клаустрофобный эффект, вероятно за счет множества узких коридоров с не комфортными поворотами и углами. Интересно, сделанно это намеренно, или же случайно. Вдали коридора наконец показалась ветхая дверь. Она выделялась на фоне остального окружения своим покинутым и заброшенным видом. Приблизившись к ней, я на всякий случай проверил окружение на наличие магических сигнатур, но ближайшая находилась в паре десятков метров от меня, и явно не шла в эту сторону. Что же, зайду быстро, и может быть никто и не заметит... Оказавшись внутри, я сразу ощутил знакомую атмосферу, как когда в храме Темпест я забрался в заброшенное крыло. Полная серость и покинутость. Однако, беспорядка я тут не наблюдал. Наоборот, вокруг было абсолютно пусто. Лишь выцветшая ковровая дорожка уходила вперед по коридору. Как хорошо, что я вижу в темноте. Окна в правой стене были наглухо заколочены, а слева виднелся лишь бесконечный ряд дверей. Жутковато конечно, но после бога плоти, мало что может по настоящему напугать. Интересно, это уже подпространство, или я еще должен найти в него точку входа? Заглядывая в каждый класс, я обнаруживал лишь заколоченные окна, пустоту и серость. Это место явно было закрыто по плановому решению, а всю мебель вынесли для других нужд. По другому такую чистоту не объяснить. Проверив каждую комнату на первом этаже, я поднялся на второй, а потом на третий, четвертый и пятый. Каждый кабинет был абсолютно пуст и не примечателен. Одним словом, ничего не происходило в этом месте. Подъем выше вообще запечатали несколькими закрытыми дверьми, я решил пока не лезть туда. Несколько разочаровавшись в результатах своих поисков, я спустился вниз, намереваясь покинуть крыло и расспросить о нём Лода подробнее. Проходя мимо очередного кабинета, я внезапно услышал тихий звук, напоминающий скул собаки, или скрипучий стул. Он доносился из класса, который я проверил первым делом попав в крыло. Заглянув внутрь, я вновь не обнаружил ничего интересного, как впрочем и мое магическое зрение. Лишь сделав несколько шагов в сторону, я снова услышал этот звук. Кто то издевается надо мной? Может мне нужно засесть в этом классе... В третий раз зайдя внутрь, я прошел на середину класса. Передо мной находилась местная школьная доска, расписанная какими то формулами и уравнениями. Интересно, почему они не используют для подобного магические методы? Сзади послышался тихий хрип, словно кто то открыв рот хрустел связками. Обернувшись, я пошатнулся, сделав назад несколько шагов от неожиданности. С потолка вниз головой висела девушка, одетая в форму академии. Удерживающая ее за ноги веревка выходила прямо из каменного потолка, а сама девушка находилась без сознания. Перерезав веревку, я решил отнести ученицу к выходу. Если это одна из похищенных учениц, то значит должны быть и другие. Только вот... Почему она появилась именно здесь и сейчас? Что то не сходится. Выйдя в коридор, я обнаружил, что в обе стороны от меня он простирается в бесконечность фрактальными отрезками. Тем временем девушка в моих руках уже начинала буквально таять превращаясь в черную жижу и утекая сквозь пальцы как песок, пока окончательно не растворилась. Вот значит что... Вы действительно решили поиграть со мной в эти глупые игры? Взрыв черного пламени сотряс каменные стены. Я не любитель решения бессмысленных головоломок. Огонь словно приливные волны, заполнял коридоры, пожирая все вокруг. Абсолютно плевать, что это не моя собственность. Более того, факт иллюзии очевиден. В реальности не существует фрактально-бесконечных коридоров, и тем более распадающихся на нефть и песок девушек. Если это иллюзорное пространство, то придется мне его разрушить. И действительно, стены постепенно начали сползать, оголяя мне суть. Каких то драматичных изменений я по итогу не заметил. Хотя теперь всё выглядело так, как и должно. Множество полу-разложившейся мебели, пыли, паутины, и более живая палитра красок, стремящаяся к теплым тонам вместо прежних холодных. Остановив пламя, как только иллюзия развеялась, я зашел внутрь прежней комнаты. Девушка действительно находилась внутри, но теперь без сознания лежала у стены. Я уже собирался взять ее на руки, как вдруг остаточные сгустки моего пламени уловили нечто тревожное. Решив пока оставить ее на месте, я вышел в коридор. Неприятная аура исходила от самой последней комнаты, куда и я направился. Открыв последнюю дверь рядом с лестницей, мои брови вопросительно поползли вверх. Внутри находилась натуральная куполообразная пещера, с пульсирующим источником энергии внутри. Я подошел к переливающемуся разноцветными красками сгустку энергии. Он содержал в себе множество разной маны. За время, что я находился в обществе людей, я понял одну интересную особенность маны: она бывает не только позитивной или негативной, но ещё и уникальной. Уникальная мана, это мана имеющая «оттенок» собственного владельца, не похожий на что либо другое. Именно такую ману я получил, когда мои атрибуты слились воедино. К слову, там в соборе, находясь в бессознательном состоянии, я не смог поглотить Рокудо, хотя он был рядом. Связано ли это с тем, что в отличии от бога плоти и других членов отряда, у него характерно выраженная собственная мана? Да и сам «бог» не был до конца пробужден, раз у него не было цельной души. В противном случае, произошел бы конфликт моего пламени и его энергии, и я вряд ли смог бы поглотить ее... Но значит ли это, что из за эффекта поглощения, моё пламя не будет работать на людей с сильным атрибутом, и ярко выраженной собственной маной? Если так, то я не смогу победить никого из верхушки магического мира, полагаясь лишь на атрибут. Эту теорию нужно проверить здесь и сейчас. Подойдя к переливающейся аномалии, я выпустил пламя. В отличии от прошлых разов, когда я в мгновение поглощал существ, тут процесс едва сдвинулся с места. Ну, по крайней мере это возможно. Я уже ощущаю, как множество потоков разной энергии поступает в мою душу, постепенно изменяясь под давлением моей внутренней маны. Всё же, поглощать нейтральную ману из пространства куда эффективнее. — Остановись, пока не поздно, — послышался тихий голос рядом со мной. Он принадлежал Феликсу, последнему из одиннадцатого отряда, о ком я уже успел позабыть. — О, добро пожаловать. Почему я должен остановиться? — Твоя душа может не выдержать такого объема маны. — О чем ты? Она перетекает ко мне очень медленно, и ее тут не то чтобы много. Как оказалось мгновением позже, мой последний вывод был ошибочным. Поглотив аномалию, почти сразу за этим я ощутил буквальный удар невероятного объема энергии в свою душу. Не знаю, почему я не заметил этого сразу, но теперь я не мог даже двигаться. Не помню, чтобы испытывал подобное раньше. Впрочем, при первичном поглощении бога плоти, я находился в бессознательном состоянии, так что не удивительно, что я ничего не помню. — Вот.. видишь.. — Феликс попытался приблизиться ко мне, но его проекция начала мерцать, пока он окончательно не пропал. От этой энергии у меня даже помутился взгляд, а вестибулярный аппарат начал активно сбоить. Вместе с тем, образ пещеры постепенно растворился, оставив на своем месте пустой класс. в это время за дверью послышались поспешные шаги... — Что ты тут делаешь? — Послышался раздраженный голос старика Ганти. Тот медленно приближался ко мне с другого конца аудитории. Его длинные седые волосы развевались в воздухе, а аура стремилась буквально придавить меня к земле, и я никак не мог ей сопротивляться. Может быть, причина кроется в поглощении аномалии, но по моему, даже бог плоти ранее не оказывал на меня такого давления. — Ты хоть понимаешь, что ты натворил? Ты не уйдешь отсюда живым, — речь старика срывалась на крик, а аура принимала характерный его атрибуту вид, окончательно подавив мои силы. Даже мой жадный огонь отказывался как либо действовать перед лицом подобного давления. — Эй, старый хрыч, ты чего обижаешь маленьких? — прямо перед моим лицом появилась спина в знакомом свитере. Сквозь пелену застилавшую взгляд, я заметил дым сигареты. — Лод, на этот раз это не сойдет тебе с рук. Ты хоть понимаешь, что натворил твой прихвостень? — Понимаю не хуже тебя, и потому знаю, что нам с ним ничего не угрожает. Что ты скажешь совету? Что хотел по тихому воровать людей, запирая их в карманном пространстве, и иссушая души? Знаешь, я ведь нашел кости Дароу. Там была энергия твоего атрибута, дружище. — Я тебе не друг, и мне они поверят куда охотнее, — поток синей энергии ударил в Лода, но тот лишь продолжал стоять держа сигарету в руке, пока яростные волны энергии обтекали его, рассеиваясь в пустоте. — Старик, ты ведь знаешь, что не сможешь меня убить. Никто из вас не сможет, так что прекращай эти бессмысленные попытки. — Даже так? — Ганти зловеще улыбнулся, и область его солнечного сплетения начала изучать синий свет. — Ты видимо совсем сбрендил... — Лода напрягся, выставив руки в защитную стойку. Вокруг его тела постепенно начинал проявляться ореол багровой, практически осязаемой энергии. — Пацан, беги отсюда, пока еще можешь. Этот старик похоже совсем выжил из ума. За меня можешь не беспокоиться, я уже не впервые с ним сталкиваюсь... — Чт.. — я едва мог различать то, что говорил мне Лода, а отвечать было еще сложнее. Единственное что я ощущал достаточно хорошо, так это безумный рост концентрации маны в помещении, и с каждой секундой он лишь нарастал. У меня нет сил даже чтобы поднять руку. Кажется, я сейчас свалюсь с ног... Тем временем синий свет уже полностью залил комнату. Похоже, что теперь и Лода не мог двигаться. Давление маны старика пресекало на корню любые действия. — Алан, твою мать! Вали от сюда! — сквозь зубы прорычал Лода, выставляя крупный барьер. Красная энергия вокруг его тела бешено пульсировала, и барьер был очень нестабилен. — Кажется, я не могу... Спустя всего одно мгновение, одновременно случилось сразу несколько вещей. Во первых, прогремел взрыв чудовищной силы. Во вторых, на миг я ощутил знакомую энергию. И в третьих... Кто то разбил окно, в одно мгновение вытащив меня на улицу, после чего я окончательно отрубился. Пустота. Снова я тут, в этой до боли знакомой темноте. Теперь я вспомнил, как получил мастерство меча... Стоя тут, я повторял то движение, что однажды мне показала Луна. Эта девушка... она оказала слишком большое влияние на мою жизнь, а я даже не поблагодарил ее. Где же мне найти тебя... — Кто ты? — знакомый голос донесся из пустоты. Он звучал одновременно везде и нигде. — Кто...ты? — повторила вопрос девушка. Повернувшись, я увидел Луну. Почти такой, какой я ее запомнил. Она стояла передо мной в своей белоснежной сорочке, и ее серебряные волосы будто освещали это место. — Что за странный вопрос... Я Алан Кинг. Неужели ты не помнишь меня? — Что? Помню тебя? О чем ты? Твоя аура пугает меня. И это пламя... Пожалуйста, не приближайся ко мне. Почему она боится меня? Я посмотрел на свои руки, вокруг них, как и вокруг всего моего тела, пылала аура черного пламени, испускающего свои языки в разные стороны. Разве оно не должно быть серым? И мои волосы, они новь черные как смола. — Луна... ты не признаешь меня? Это же я, твой «хозяин», как ты любила называть меня раньше. Попытайся вспомнить: ты была духом меча, «Анабиоз», твоё второе имя. Услышав мои слова, в глазах девушки отразился искренний ужас. Она попятилась назад, явно намереваясь сбежать. Эта ее реакция... Почему то я чувствовал боль и раздражение. Что со мной? — Лу, пожалуйста, скажи мне что происходит. Почему я тут... Я снова умер? — Я не знаю тебя, прекрати задавать мне эти бессмысленные вопросы. Умоляю, просто исчезни, оставь меня одну, — голос девушки срывался на панический крик, пока она тщетно пыталась сбежать от меня в пустоту. Но ведь я даже не преследовал ее... Так почему расстояние между нами сокращается? — Непослушная девченка, — мои руки своевольно схватили девушку за шею. Мой голос мне больше не принадлежал. Однако, я слышал в нём знакомые нотки. Почему оно всё ещё живо, почему контролирует мое тело? Я пытался всеми силами взять руки под свой контроль. Однако они лишь сильнее сжимали нежную, белоснежную кожу Луны. Из ее золотых глаз струились слезы, а тело беспомощно обвисло под натиском жестокой удушающей атаки. Впервые в жизни, я почувствовал, что действительно ничего не могу изменить. Прямо сейчас, она умрет у меня на глазах второй раз, как и тогда, в соборе... Я убью ее собственными руками. — Ну и ну. Кажется, всё было не зря, — послышался незнакомый суровый голос. С трудом повернув голову, я на мгновение заметил мужчину в одежде, сильно напоминающей мою. В ту же секунду он исчез, а мои отсеченные руки упали на пол, освободив девушку из удушающего плена. — Луна, постой! — я попытался закричать, но боль поглотила мой разум. Последним что я увидел, была спина Луны, в ужасе убегающей в пустоту. — АААААА! — в приступе безумной боли я упал с кровати на голый каменный пол. Плитка болотного цвета встретила меня ответным ударом, разбив мне нос. Я попытался встать, но у меня не получилось. Мои руки... я вижу их, но не чувствую. — Ты что, с ума сошел? — кто то поднял меня, мигом переместив обратно на кровать. Не в силах больше даже кричать, я просто уставился в каменный потолок. Думать не хотелось, ведь в голову ползли лишь самые мерзкие и ужасные мысли. Те мысли, что я никогда бы не смог принять. И всё же, они звучали в голове: Теперь у тебя нет ее. Теперь у тебя нет рук. Она ненавидит тебя. Она боится тебя. Он всё ещё жив. Ты не победил его. Это полное поражение. Все эти мысли бесконечно повторялись в моей голове. Почему то резко мне расхотелось жить. Все планы по спасению человечества, созданию собственного независимого государства... Куда я теперь? И ради чего. Может мне стоит сдаться? Или продолжить плыть по течению. — Ну что, належался? — надо мной показалось знакомое лицо. Это был тот фригус, которому я дал золотую монету этой ночью. — А..Азариас?.. — О, так память тоже при тебе? Отлично. Можешь встать? — Я... рук не чувствую... Моя душа.. — Вот черт. Эти сумасшедшие старики кажется задели и тебя. Я пришел слишком поздно. — Ты.. следил за мной? — Ага, с самого начала. — А монета... — Просто небольшая проверка. Не каждый может дать 1 золотой случайному прохожему так, словно это 1 медяк. К тому же, этот твой жест доброй воли связал тебя с моим атрибутом. — Аз.. Мои руки.. их нет.. — На месте твои руки. Просто душа повреждена. Это плохо, но ты переживешь. Полежи тут еще пару часов, и нужно будет валить из города. Лода они не поймают, а вот нас запросто. — Рынок.. Там культ проклятых.. — Я знаю. Но тебя бы там ждала только смерть. — Почему?.. — Это место охраняет нечто похуже всех этих академиков. Человек, посланный самим Доардом, чтобы следить за идеальным исполнением его грязных планов. Вся эта миссия, лишь блеф и фарс, призванный отвести взгляд от реальной проблемы. — Так Доард... — Ага, и уже давно. Пару сотен лет. Об этом знают все повстанцы, но к сожалению, никто больше не хочет слушать нас. Да и это не безопасно... Сказав подобное, ты рискуешь таинственным образом пропасть на следующий день. — А сам ты.. от куда? — Мы организация — «Эдем». Военное объединение представителей разных рас, «незаконно» действующее против всей магической коалиции. Я отвечаю за разведку, и быструю ликвидацию особо опасных целей. — Почему ты рассказываешь мне это? — диалог с живым человеком положительно влиял на мой мозг. Практически полностью успокоившись, теперь я чувствовал лишь смесь пустоты и неизвестности в своей души. Возможно, я зря паниковал, и всё еще можно исправить. — Потому что ты мне понравился, а еще ты идешь со мной, хочешь ты этого или нет. — Куда? — В «Эдем». Ганти точно почувствовал мою сигнатуру. Мы с ним уже несколько раз встречались так что... — Он что, пережил тот взрыв? — Конечно. Такой высокомерный старик не стал бы убивать себя в любом случае, даже ради собственной семьи. Как показывает нам история, он предпочитает делать наоборот... Кстати, ты уже восстановился? — Да, но придется привыкать жить без рук. — Ничего, мы еще найдем способ тебе их вернуть. Раз уж физическая часть на месте... — Надеюсь, — с трудом сев на край кровати, я осмотрелся. Мы находились в какой то тупиковой комнате местной канализации. Мерзкий болотный свет отбивал любой желание вставать и идти. — Нам пора, — Азариус накинул на меня плащ, мгновенно принявший прежнюю форму. До этого момента, на мне не было одежды, но это не особо меня волновало. — Идем. — Да, — с трудом встав, я поплелся за идущей чуть впереди фигурой, удаляющейся в канализационный тоннель. ---------- Победа ценой поражения. Черт... Я опять упал. Чувствую себя безруким рабом. Уже неделю мы бредем сквозь кедровые леса. Я не могу идти быстро, и то и дело падаю. Когда мы сбегали по канализационным тоннелям, Азариусу приходилось тащить меня на спине. Какое унижение. К счастью, я уже начинаю привыкать к этому, и с каждым часом двигаюсь всё свободнее. — Стой. Скоро закат, давай остановимся тут, — Азариус скинул несколько дров в кучу, после чего поджег их простым заклинанием. Облокотившись на дерево, я медленно сполз вниз, наблюдая за хаотичным движением теплого пламени. Как так вышло, что из охотника на богов, я превратился в инвалида? Или же я никогда не убивал богов, а лишь убеждал себя в этом? С этими мыслями я попытался уснуть, но они лишь сильнее давили на меня. В таком состоянии я просидел несколько часов. — Что, грустишь? — Азариас дружелюбно посмотрел мне в глаза. Этот парень... Я его совершенно не понимаю. Выражения его лица меняются чаще, чем у Эви. Я бы даже сказал, что он не особо себя контролирует. — Прости, что тебе приходится возиться со мной, и спасибо. Я абсолютно бесполезен. Почему ты вообще решил помочь мне? — Нуу... Не могу же я оставить человека в беде, верно? К тому же у тебя интересная энергия, и твоя гражданская позиция явно на нашей стороне. Эдему нужны такие люди. — Прости, не уверен что смогу вступить к вам... Мне нужно воскресить семь человек... Нужны деньги, и жрецы. — Вот как? Ну, у тебя бы всё равно не получилось найти жрецов. Извини уж за прагматизм, но это правда. Их ищет весь мир. Кто то, чтобы попытать удачу и вернуть к жизни близких, а кто то, чтобы разрушить эту возможность для остальных. Честно говоря, мы даже не до конца уверены, что жрецы еще существуют. — Может, я могу им как то стать? — Хах. Смотрю, ты не теряешь надежды. Но о способах становления жрецом правила материи, науке неизвестно ничего. Если бы такой способ был, то в Эдеме о нём бы узнали все. — А где находится, этот ваш Эдем? — На границе между Накеей и Джашасом. — Там есть что то кроме пустынь? — Ага. Лучшее место чтобы спрятаться, это у всех на виду. Хотя, наша база не такая уж секретная. Просто псы из коалиции к нам особо не лезут. — Разве у них нет ресурсов, чтобы уничтожить вас? — Есть, но... Они не могут действовать так открыто. Многие работающие на коалицию люди, обычные исполнители своего дела. У них возникнет много вопросов, когда их отправят уничтожать целую базу «мирных людей». — А как же верхушка коалиции? — У них хватает забот. Чтобы справиться с нами, им придется собрать как минимум четверть всей силы в одной точке, а это не просто в сложившейся ситуации с культами. — Понятно... И сами вы напасть не можете, потому что будете признаны агрессорами. — Всё так. Остается вести робкую подпольную войну. На небе взошла луна, и где то вдалеке завыли волки. Идти нам еще долго... Минимум месяц, с моей то скоростью. Хотя, постепенно она нарастает. Наверное, я слишком пессимистичен. Кстати... — Может найдем себе повозку? — Найдем, но не тут. Сначала попадем в Накею, а там уже можно немного понаглеть, тем более что меня там все знают. По прибытию нужно будет показать тебя главе, если он конечно будет на месте. — Хм, а я не думал об этом. Кто вами руководит? — Не могу сказать тебе сейчас. У нас принято знакомиться с ним лично. — Понятно... В любом случае, без рук я мало что смогу. Я ведь мастер меча, мои руки это всё что у меня есть. Парень удивленно смерил меня взглядом. — Мастер меча, в твоем то возрасте? — Пришлось научиться. Даже не спрашивай как. Это история на добрую сотню часов. — Ну, теперь я убежден, что мы обязаны вернуть тебе руки. — А до этого значит... — Стой. Слышишь? — парень напряженно прислушался. Где то рядом с нами, слышалось тихое, постепенно нарастающее рычание. Внезапно, справа от меня, из за дерева, высунулась огромная пасть волка, всего в паре сантиметров от моего лица. Мерзкое однако зрелище. Эта капающая с пасти слюна... — Вот ведь, — Азариус раздраженно махнул рукой, и волк в сантиметрах от меня начал буквально распадаться на разноцветные частицы. — Чего... Что у тебя за атрибут? — Атрибут материи, я думаю, хотя я привык называть его разложением. Одной из его особенностей является возможность разлагать материю на частицы маны. — Разве с подобной силой, ты не можешь в одиночку захватить мир? — Хах, было бы неплохо, но к сожалению, чем крепче противник, тем хуже она работает, и к тому же безумно быстро пожирает мои лимиты. В день я могу использовать ее не дольше нескольких минут, а если враг очень сильный, то около тридцати секунд. В итоге, подобное еще и полностью лишает меня сил. Плюс, надо помнить, что это разрушение только материи, но не души. Как итог: с одним большим противником я может и справлюсь, а вот группа слабых может источить мою ману в мгновение. — Хм, понятно. И к какому классу относится этот атрибут? — Думаю, это атрибут высшего порядка, а может даже и старше. — Разве есть нечто старше атрибутов высшего порядка? — Ну, четыре базовых правила вселенной конечно же: правило материи, времени, пространства и причинности. — Подожди. Если есть правило времени, то в чём тогда смысл бога времени... — Это исключение, как и с богом пространства. Вообще то, правила способны произвольно выбирать себе «наследников», и именно правила назначают богов своего атрибута. Хотя о «боге причинности» или «боге материи» история ничего не знает. — Интересно... Значит ты в каком то смысле, тоже жрец правила материи. — Ну, да. Правда людей я воскрешать не могу. Моей силы хватает только чтобы быстро убивать, или восстанавливать собственные повреждения. При этом далеко не каждого я смогу ликвидировать. Например у Ганти слишком плотная мана. Я уже пытался... — Ты серьезно сражался с этим психом? — Пришлось. Он оказался слишком крепким орешком, хоть и не особо разрушительным. — Ну знаешь, тот взрыв... — По меркам мира магии, этот взрыв был слабоват. Около сотни лет назад, один бродячий маг за мгновение разрушил целый город. Тогда погибло около десяти тысяч людей, а его казнили на месте, но что сделано, то сделано. Вот это действительно был неплохой уровень,а тут... Просто показуха. А о людях древности я вообще молчу. — Понятно... Может однажды, и я приду к подобному. — Как там твоя мана? — Нестабильная. Не могу даже вызывать пламя. — У тебя атрибут пламени? — Да, бесцветное пламя, с одной небольшой особенностью. Ко всему прочему, оно у меня живое. Но сейчас потоки в теле движутся хаотично, и отказываются меня слушать. К тому же, руки полностью заблокированы. — Хм. Знаешь, твоя проблема имеет нечто общее с атрибутом материи. Когда мне нужно восстановить какую то конечность, то тоже приходится представлять, словно она у меня есть. Даже если я ее не чувствую. — Но у меня то они на месте... — Угу, в этом и разница. Формально они на месте, но для тебя уже не существуют. — А ты можешь это исправить? — Нет. Тут нужен кто то, кто разбирается в душах. Наверняка этот процесс еще и займет много времени. Кстати о времени: похоже, нам пора уходить. Уже светает. — Что то волков больше не видно. Неужели только один показался? — Наверное, — Азариус устало улыбнулся, поднимая с земли небольшую дорожную сумку. — Не заостряй на этом внимание, — парень помог мне встать, и мы продолжили свой путь. Утренний лес вселял в меня надежду, что возможно, с этими людьми у меня что то получится. Наконец, эти кедровые леса кончились, и мы вынырнули в прохладную серую пустошь. Накея, место пустое, и потому не безопасное. — Мы пойдем через город? — Нет, обойдем его по дуге. Город находится в ущелье, а мы пойдем сверху. В любом случае, посмотреть на город у тебя получится, хоть и издалека. — Аг..., — не договорив фразу, я вновь споткнулся и упал. Лежа на земле, я увидел проплывающую мимо змею. Она полностью игнорировала мое существование. Собравшись с силами, я самостоятельно встал на ноги, прежде чем Азариус попытался мне помочь. — Ого, ты и так теперь умеешь? — Да, мне не нравится ощущать свою беспомощность, так что не пекись обо мне слишком сильно. — Не волнуйся, совсем скоро мы будем на месте. На повозке пересечь Накею это плевое дело. Через неделю уже приедем. — А повозку мы возьмем где? — После того как обойдем город, заглянем в одну деревушку, что стоит дальше. У «Эдема» там знакомые живут. — Какие то особые люди? — Нет, обычные жители. В основном люди и тифлинги, «коренные» обитатели здешних мест. Просто мы им иногда помогаем, а они нам. — Понятно, ну пойдем. Третий день плетясь за Азариусом по серой потрескавшейся земле, я разглядывал окружающие пейзажи. Рукава моего плаща развевались на ветру, в холодном, сером свете солнца. На контрасте с зеленым, солнечным лесом, это место вызывало лишь безумную тоску, чувство одиночества и покинутости. Где же мои друзья? Рей, Гилберт, и остальные... Они уже давно не появлялись, и зайти в горизонт у меня не получается. Мне не стоило так бездумно поглощать ту аномалию... Кажется, она что то изменила в моей душе. Эта энергия... Она явно пробудила нечто, к чему раньше у меня не было доступа. Я почувствовал это еще тогда. Только вот, что? И как мне теперь смотреть в глаза Луне... Как объяснить ей всё, чтобы она хотя бы стала меня слушать? — Алан, смотри, — Азариус подошел высокому краю скалы. С него, глубоко в ущелье, виднелся большой пустынный город, сложенный из самана и серого камня. Сам город не выглядел как нечто примечательное, и потому сказать о нём было нечего. — Это Накея? Мы что, уже пришли? — Я бы сказал, что мы прошли ⅔ пути. Давай тут и остановимся на ночь. — Хорошо, а то я малость устал. Разведя костер, я сел напротив Азариуса. Сегодня он выглядел несколько подавленным. Так мы просидели чуть ли не до середины ночи, пока я наконец не решился спросить. — Что то случилось? — О чем ты? — Парень смерил меня холодным взглядом, как при первой встрече. Его перепады настроения очень напоминали мне об Эви. Эх, я скучаю... — Просто ты выглядишь немного... Грустным. — Да, это... Не знаю. — Ты можешь рассказать мне, если тебя что то тяготит. Человеку нужен человек. — Я понимаю. Просто... Не знаю, хочу ли я вспоминать всё это на самом деле. Помолчав несколько минут, парень всё же продолжил. — Ничего особенного. Просто не первый раз сижу в этом месте. Обычно я прихожу сюда более уставшим... — Эдем отправляет тебя на какие то миссии? — Вроде того. На самом деле, мы занимаемся не только борьбой против коалиции, но и против культов. Меня обычно отправляют устранять разного рода, важные цели, поскольку с большим числом врагов мне не справиться, — на лице парня отразилась некая досада. — Много заданий провалил? — Чуть меньше половины... — Ну, думаю на то были причины. Я ведь прав? — Когда как. Мы ведь не знаем силу врага заранее. По крайней мере то, сработает на нем мой атрибут или нет, это всегда загадка. Довольно ненадежно для убийцы, подумал я, но вслух озвучивать не стал. — Судя по описанию «Эдема», вы прям за всё хорошее против всего плохого. Разве в таких условиях возможно работать? — Вполне, если не брать на себя слишком много обязательств. Мы помогаем там где можем. Наш глава не только очень сильный воин, но и гениальный стратег. — И много у вас людей? Чтобы поддерживать такую деятельность. — Всего нас 40 «человек». Глава старается поддерживать именно такое количество персон. Уж почему так, сказать не могу, но думаю, если ты будешь 41, то это не сильно его расстроит. — И как к вам попадают? Вот ты например. — Я... — парень помрачнел. — Наверное мне стоит зайти издалека. Как ты возможно знаешь, мы, фригусы, не рождаемся как люди или эльфы, через зачатие. Как правило, родители буквально «выращивают» нас, как кристаллы. Обычно, всё так и происходит, но в случае со мной... — По неизвестной причине я вырос самостоятельно, в месте где это было практически невозможно. Конкретно, это третий этаж подземного мира, «Врата бездны», — с подавленным видом, Азариас подкинул в костер еще немного кустарника. Я примерно понимал его эмоции. Из 10 уровней подземного мира, третий был самым опасным из изученных. Ниже только «Бездна», но туда смогли попасть лишь один раз. Что же касается первого и нулевого уровней... Древние маги предполагали, что они существуют, и якобы некий король дворфов даже спускался туда, но эта информация не достоверна. — Так. И каким образом ты оттуда выбрался? — Мне повезло, хоть и не сразу. Я бродил по этим тоннелям около шести лет, и всё это время прятался от стража врат. Эта тварь напоминает огромного червя или что то в этом роде. В общем то, все эти тоннели, что составляют большую часть этажа, также создало оно. — И вот как то раз, я почувствовал незнакомую энергию. Она исходила от врат, и ужасно подавляла. Ну, я решил пойти, посмотреть. Спустился к вратам буквально на ощупь, едва найдя путь через сеть тоннелей. — Как оказалось, энергия исходила от нашего главы. Он пришел, чтобы спуститься в бездну, но в итоге проиграл привратнику. За то, отступая, заметил меня. Каких либо языков я тогда не знал, но по моему виду и так было ясно, что попал я в это место не по своей воле. — В тот день, он меня из этого ада вытащил, и сам чуть не погиб. Всё же, привратник безумно сильная тварь, и просто так жертву не отпускает. А потом... Через несколько месяцев, когда наконец выбрались из подземного мира, он привёл меня в Эдем. Там из меня сделали того, кем я сейчас являюсь, — парень перевёл взгляд на звездное небо. — И тебе нравится? Работать на Эдем. — Конечно. Как может быть иначе? Я всем обязан главе, и полностью разделяю его идеалы. — Может однажды ты даже станешь его преемником, а? — Хах, бред, — парень мрачно улыбнулся, — мне не хватит и десятка жизней, чтобы приблизиться к мастеру по силе. Да и как лидер, он идеален во всём. — Ну знаешь. Нет такой школы, в которой учат быть лидером или королем. Такие вещи приходят только с опытом, так что думаю, всё у тебя еще впереди. — Спасибо за приятные слова, — парень беззаботно улыбнулся. Похоже, что он был не таким уж угрюмым, каким я запомнил его в первый раз. — А сам то ты, Алан, о себе ничего не рассказываешь. Может заполним брешь? — Честно говоря, мне не особо есть что о себе рассказать. Несколько месяцев назад произошел инцидент, в ходе которого я потерял очень важного для меня человека, и еще с десяток товарищей. Их души сейчас у меня, а значит, я не имею права умирать. Моя смерть будет смертью сразу десяти человек. — Помню, ты уже говорил об этом. Десять человек... Даже не представляю, сколько времени тебе понадобится, чтобы вернуть их к жизни. Честно говоря, я бы на твоем месте бросил эту затею. — Да, это звучит не очень реалистично, учитывая что жрецов материи давно уже никто не видел. Только вот, сдаваться я не намерен. Я бы даже сказал, что я не умею сдаваться. Разучился. Так что, буду пытаться найти их. — Для начала тебе бы руки вернуть... — внезапно глаза Азариаса расширились от удивления. — Смотри, там! — он указал рукой мне за спину. Повернувшись, я увидел столбы дыма, поднимающиеся высоко в небо. Таких столбов дыма от костра не бывает, а значит... — В том направлении деревня, которая нам нужна, — Азариас вскочил на ноги, хватая свой плащ. — Возможно ли, что на них напали? — Да. Такое случается в этих краях, и не редко. Мы должны поспешить. — А если их там много? — Будем выкручиваться. Как член Эдема, я обязан помогать нуждающимся, так что, оставь это на меня. — Хорошо, пошли. Азариус рванул с места, а я очень постарался от него не отставать. Через несколько минут я уже подходил к порогам горящей пустынной деревни. Каким то образом я смог преодолеть приличное расстояние за столь короткий срок, используя лишь собственные ноги, и сохраняя баланс. В деревне во всю шел ожесточенный бой. Казалось, словно каждый житель в этих местах умел сражаться, и потому на земле я видел лишь трупы местных «разбойников», раздетые по пояс. В качестве оружия они использовали что попало. Кто то мечи, кто то ножи, а кто то просто сжимал камень в мертвой руке. Из за дыма и огня, разглядеть своего спутника я не мог. Местная «деревня» насчитывала порядка пары сотен домов, что для деревни было даже слишком. Однако, насколько мне известно, большинство населения Накеи живет именно в этих местах. Их распределение по региону неравномерно. Лишь сделав шаг вперед, я внезапно ощутил у себя за спиной порядка десяти магических сигнатур. Когда они успели появиться? Кто то ударил меня в спину, и я не успев среагировать, упал на серую землю. Похоже, меня застали врасплох. Да и на самом деле их было не десять. Значительно больше... Эти ублюдки начали избивать меня ногами, руками, и всем что попадется под руку, не переставая отпускать в мою сторону похабные оскорбления. И даже сейчас, моё пламя отказывалось выходить. Жалко лежа на голой земле, и принимая побои, я ощущал, как закипает ярость. Я не могу умереть вот так, от каких то дикарей; в моих руках десяток чужих душ... Внезапно, мой глаз заметил какой то блеск в земле. В нескольких сантиметрах от моего лица, из под земли выглядывал кусок металла, напоминающий лезвие. Сейчас мана не защитит мое тело, но... плевать я на это хотел. На мне и так уже достаточно ран. Ухватившись зубами за толстое лезвие, я начал рыть лицом землю, до момента, когда железный осколок вырвавшись из плена, рассек мне щеку до уха. Что есть силы сжав кусок металла в зубах, игнорируя все удары, и заглушив боль, я одним рывком отбросил нападавших, вскакивая на ноги, словно уж. Моё тело всё ещё сильно́, и сейчас эти ублюдки на собственной шкуре ощутят эту мощь. Двигаясь инстинктивно, и используя единственную еще работающую магию — чувства, я молнией перемещался от одного противника к другому, перерезая им глотки мощными рывками. Безумный прилив адреналина разгонял кровь, но время, словно тянулось дольше. С каждым медленным, тяжелым ударом сердца, что раздавался в моей голове, падал один противник. Перед смертью, каждый из них с ужасом смотрел мне в глаза, умоляя о пощаде, словно загнанный зверь. Но разве я могу простить животных, подобных этим? Бандиты Гинны хотя бы имели кодекс чести, зачастую оставляя людей в живых. Сейчас же передо мной лишь ходячие куски мяса, не достойные второго шанса. Наконец, спустя всего одну минуту, более сорока тел бездыханно опустилось на землю. Похоже, в процессе их становилось больше, словно их настоящим именем было: «пустынная крыса». Тяжело дыша, с застрявшим во рту лезвием, и обломками железа выступающими из разных частей тела, я наслаждался рассветом. В моем лице на мгновение промелькнула безумная улыбка, но я сразу же подавил ее. Когда это мне, так сильно нравилось убивать людей? Пускай среди них были не только люди, но и тифлинги, и даже если они ведут себя как животные... Это ведь не повод так наслаждаться убийством. А вот и Азариас. Он уже спешит ко мне, из догорающей деревни. Кажется, мы победили. Черт, я вновь теряю сознание. Только не это... Пустота, темнота, и свет впереди. И вновь, вновь я бегу за ней. Беззащитный силуэт девушки удаляется от меня, пропадая в пустоте, но я не отступаю. В моих зубах обломок металла, на лице — безумный оскал. Я хочу убить ее. Перерезать ей глотку. Здесь я хозяин, здесь я главный. Ты не уйдешь от меня, как не ушли они. — Мелкая сука, стой на месте, чтобы я мог вырезать твои гланды. Даже не думай, что сможешь сбежать от меня, — эти слова вырываются из моих уст. Почему... Ублюдок, почему ты заставляешь меня смотреть на это. Слушать это. И ведь я знаю ответ. Эту девушку я... Я наверняка люблю ее. Я не хочу, чтобы она страдала. Чтобы видела меня таким. Ты ведь тоже знаешь это, да? Придет время, когда ты ответишь мне за это снова. «Наивный идиот», — прозвучал мерзкий голос в моей голове. Он принадлежал мне, но так же был безумно искажен. Внезапно, лицо Луны появилось прямо передо мной. Она в ужасе застыла на месте, не в силах шелохнуться. Той уверенной, смелой и опытной девушки, что я когда то знал, уже не существовало. Теперь, вспоминая наш разговор в храме Темпест, я догадываюсь, почему... Всё это, лишь моя вина. Она сделала для меня, даже больше, чем могла, а теперь... Теперь кусок металла впивается в ее шею, подбираясь к сонной артерии. И всё же, Луна сохранила стержень. Не только, и не столько ужас выражал ее взгляд, сколько гордое, и надменное отвращение. Она ненавидит меня. — И снова ты взялся за старое. Когда же ты успокоишься? — знакомый голос прозвучал из за спины. Едва я успел ощутить чужое присутствие, как серая фигура свернула мне шею, вырвав язык. — Не возвращайся сюда больше, если не хочешь ещё больше проблем, — констатировал мужчина, пока я проваливался в пустоту. Я хотел закричать, но не смог... Я больше не могу кричать. ---------- Холодная кровь. Уютный скрип колёс разбавлял ночную тишину. По красным холодным пескам медленно двигалось несколько повозок, и большая платформа на колесах с шатром. — Брр, — Эви съежилась от холода. Лёжа в повозке с открытой крышей, под несколькими одеялами, она никак не могла заставить себя нырнуть в тепло с головой. Уж слишком ее манил вид звёздного неба. Ночная пустыня всегда завораживала светом тысяч и тысяч небесных тел. «Где то там может быть мой мастер и дедушка,» — думала Эви. Она не могла смириться с потерей столь важных для нее людей. Однако, время всегда одерживает верх. Теперь она постепенно начинала задаваться вопросом: а что дальше? У нее ведь никогда не было мечты, и такой свободы, как сейчас. В детстве, в отличии от других детей, она не мечтала стать кем то, и не находила себя в чём то. До встречи с Аланом она лишь плыла по течению. Но теперь всё иначе. Она почувствовала это, встретив мастера, и начав изучать языки и магию. Этот человек безоговорочно верил в нее, ничего ей не запрещал, и всегда только поддерживал. Его абсолютная свобода действий, ненавязчивое отношение и рациональный подход, пробудили в Эви искреннее стремление к саморазвитию. Разве можно говорить о магии так, словно это не сложнее, чем щелкнуть пальцами? Как вообще кто-то из человеческой расы, может быть настолько способным? Именно этот вопрос был ее главным мотиватором. Она хотела стать такой же сильной и свободной, как и человек, что подарил ей эту свободу. Однако, куда сильнее она хотела найти его. Конечно, он уже говорил ей, что однажды их пути разойдутся, и что возможно ей не стоит его искать в такой ситуации... «Да что он в конце концов понимает кроме своей магии?» — девушка расстроено зарылась в одеяла. Она вспомнила все нравоучения своего учителя о самостоятельной жизни и взрослении. Может он был и прав, но признавать и принимать это Эви не собиралась. Жизнь вообще, штука сложная. Она не понимала в ней многих вещей, например: что за жуткий океан ей снится каждую ночь? почему она растет быстрее других детей? почему глядя на Рокудо, она чувствует вину? Понимание этих вопросов для нее было чем то за гранью. — Не спишь? — Рокудо обратился к девушке. Он сидел у противоположного борта телеги, уставившись в небо. — Неа. Никак не уснуть. — И мне. А хотелось бы... — Интересно, зачем люди спят? — Опять ты со своими научными теориями... Спят и спят. Всегда так было, и будет. — Но ведь развить душу до состояния, когда сон будет уже не нужен, не так уж сложно. — Ага, но ты ведь всё равно спишь? Мне кажется, сон, это как ритуал, разделяющий твою жизнь на фрагменты до и после. В процессе еще и разгрузиться успеваешь от негативных мыслей. — У кого как... — Снова кошмары? — Каждый день. Как мы выехали, всю неделю преследуют. — Да, мне иногда тоже снится... всякое. Рокудо не особо хотел рассказывать, как во снах к нему приходят погибшие товарищи, обвиняя его в содеянном. Почему то в здешних местах активность таких снов лишь усиливалась. Возможно, так на него действовали знойные дни под палящим солнцем. За время в дороге он успел уже тысячу раз пожалеть о том, что совершил. В конечном итоге, за эту миссию мог бы взяться кто то другой. А в итоге, Алан пожертвовал жизнью, чтобы остановить эту тварь. Думая об Алане, Рокудо каждый раз приходил в замешательство. Они были знакомы всего несколько часов, но за это время Рокудо рассказал Алану о себе больше, чем кому либо, разве что кроме Рея. Наверняка виной тому было слишком открытое поведение Алана в последние часы. Этот контраст между равнодушным холодным парнем, и человеком едва сдерживающим слезы рассказывая свою историю... Рокудо хотелось верить, что они похожи. Хоть на самом деле он и понимал, на сколько велика между ними разница, и в чью она пользу. «Сейчас у меня только одна, самая важная миссия, и я обязан грамотно выполнить хотя бы ее,» — подумал Рокудо, смотря на выглядывающую из под шерстяных одеял светловолосую девочку. Ее карие глаза блестели в свете луны. «Она взрослеет с пугающей скоростью... Интересно, так было всегда?» — Странно, что ничего не происходит. Мы почти неделю в дороге. Мог бы кто и напасть. — Тебе так не терпится драться? Лично я бы хотела еще немного тут полежать, и желательно без твоих странных вопросов, — кажется Эви была не в настроении вести беседы. — Не то чтобы я хотел драться... Просто это немного подозрительно. Я всё еще не верю, что нас наняли просто ради охраны. — Можешь обсудить это с маэстро. Я по здешним пустыням не эксперт. — Да, надо бы. Давно я с ним не разговаривал. Поправив свою багровую тунику, под стать цвету колючих волос, Рокудо перелез на большую повозку. На самом деле, именно повозкой это называть было бы трудно. Скорее это «платформа на колесах», с небольшим шатром в центре, где неизменно находились маэстро и его помощницы. — Вижу, тебя что то беспокоит, — маэстро появился рядом с парнем, и тот вздрогнул от неожиданности. Его голос был спокоен и холоден. — Да.. Как вы узнали? — Я всё о тебе знаю. Даже больше, чем ты сам, — маска смотрела на парня с неизменной улыбкой. — Честно говоря, я это уже замечал ранее. Вы что, читаете мысли? — Нет. Это нечто другое, но тебе незачем знать. Тебе хватит и того факта, что я не собираюсь вам вредить. — Если по поводу вас и ваших помощниц я и не переживаю, то вот пустынные дикие... Мы уже неделю в пути, и никого не видно. Вы ведь говорили, что камень привлекает диких, разве нет? — Привлекает, но в этот раз с пустыней что то не так. Мы бываем тут несколько раз в год, и обычно эти места кишат песчаными червями, сколопендрами и скорпинами. — Что еще за скорпины? — Проклятая раса древних зверо-людей, что некогда здесь жили. По легенде их предводитель очень любил скорпионов. Любил так сильно, что в один момент зеро-люди из кланов стали рождаться на половину скорпионами. Их прозвали скорпинами. Со временем они окончательно утратили свой изначальный облик, а вместе с тем одичали. Обычно, они прячутся под песками, сливаясь с местностью. Это главная опасность пустыни Ши-та. Но сейчас не видно даже их. — Вам это не кажется странным? — Это не кажется, это и есть странно. Другой вопрос, стоит ли нам беспокоиться по этому поводу. Мы прибудем в Ки-Шас через неделю, и камень будет сразу же передан получателю. — Не опасно хранить такой артефакт в городе? — Это уже не наша забота. Мы лишь посыльные. — Всё равно я не понимаю, зачем тут нужны мы. Вы выглядите довольно сильными, чтобы защитить себя самостоятельно. — Разве? А мне казалось, что мы обычная труппа шутов. Хотя, в одном ты прав: вы тут действительно не ради этого. — Тогда зачем? — Рокудо напряженно посмотрел на маэстро. Его маска словно застыла в моменте вместе со временем и пространством. — Жалость, друг мой, к роду человеческому, — мужчина понизил голос до шепота, наклонившись к уху Рокудо. — В одном ты прав, я действительно много знаю. Больше, чем хотелось бы. Но таков мой путь. Людям в этом мире живется не сладко. Кто разбавит их ужасный, полный страданий день, если не мы? Кто даст им то, чего они хотят, и приведет туда, где им самое место? Конечно же мы, труппа добрых шутников, что несут лишь радость и счастье. — По тому и ты сейчас тут. Я видел твою судьбу, я видел твоё прошлое, я знаю о твоих кошмарах и сомнениях. Ты можешь подозревать меня сколько угодно, но я пришел помочь тебе и Эви достичь вашей судьбы. Единственно-верного для вас варианта. В противном случае, вы бы никогда не смогли даже увидеть меня. — И вы правда делаете это только лишь из жалости? — Нет, но большего ты не узнаешь, и не узнает никто. А теперь, прошу меня простить, я вынужден вернуться к своим спутницам. И на будущее дам ещё один совет: меньше переживай, и берегись черного солнца, — маэстро пропал так же внезапно, как и появился. Растерянный Рокудо еще несколько минут стоял как вкопанный, пытаясь переварить услышанное. «Как я вообще должен на это реагировать? Надо ли мне рассказывать Эви об этом разговоре...» — заметив, что девушка уже спит, Рокудо решил пока не поднимать эту тему. Сев на край платформы, парень рассматривал песчаные дюны. Мысли о погибших товарищах никак не хотели покидать его. Раз за разом он вспоминал горящий собор, и тело Рея, поглощаемое черным пламенем. Вдруг в свете луны он увидел чью то голову, торчащую из песка. Заинтересовавшись возможностью отвлечься, Рокудо спрыгнул с платформы. Караван двигался медленно в этих местах, а значит можно ненадолго отлучиться. «Я должен быть осторожен, на случай, если это не просто оставленный тут кем то труп.» Приближаясь к торчащей из песка голове, он стал замечать, что та отворачивается от него, словно не хочет показывать лица. Однако, эти бурые волосы казались очень знакомыми. — Феликс?.. Парень протянул руку к голове, и та задрожав, внезапно погрузилась в песок. «Что за...» Рокудо обернулся, но каравана сзади не было. Лишь голый песок, и вой пустынного ветра, смешанный с каким то странным гулом, словно под толщей песка роятся насекомые. Свет тоже изменился, словно парень попал внутрь раскаленного котла. «Я сплю? Или это мираж,» — он посмотрел на рукоять клинка. Его не покидало чувство тревоги. — Где же ты... — послышался шепот, исходящий откуда то снизу, из под песка. Опустив взгляд, Рокудо застыл в смятении. Прямо из под дюны к нему медленно тянулись костяные руки, словно поляна цветов. — Почему ты не сказал нам? Почему не предупредил? — череп украшенный оливковой ветвью холодно смотрел на Рокудо из под песков. Когда то в детстве, когда они только поступили в отряд, такую носил Гилберт. Рокудо в ужасе попятился назад, а костяные руки лишь последовали за ним. На мгновение он словно утратил способность мыслить, и лишь ужас отражался в его глазах. Из под песка показалась очередная голова. Это была Элли. Повернувшись к Рокудо, из ее разорванного рта донеслись слова: — Ты ведь всё знал. Ты всегда был за одно с ним. Даже этот твой «подарок» от него. Почему ты не используешь его? С ним, от тебя было бы больше пользы. С ним, ты бы смог защитить нас. К чему эти принципы, раз уж ты служишь ему? Не выдержав, Рокудо развернулся, собираясь бежать прочь, но внезапно застыл в ужасе, не в состоянии сделать больше и шага. Перед ним, на весь горизонт, простиралось монументальных размеров черное солнце, готовое вот вот поглотить всю пустыню. Его форма была искажена, а края горели пламенем, словно в затмение. И на фоне этой прекрасной, и с тем пугающей картины, к Рокудо словно из горизонта, приближалась обнаженная девушка. Ее длинные, кудрявые волосы были обуглены и седы, шаг мягок, а лицо молодо и свежо, словно она только достигла совершеннолетия. Приблизившись, девушка положила парню руку на щёку. — Эйверин... Почему ты тут? — Рокудо окончательно потерял волю к какому либо сопротивлению. В его взгляде читалось отчаяние, а сам он был разбит. — Ты ведь хочешь к нам? — прошептала девушка, и они соприкоснулись лбами. — Мы не виним тебя за всё, что случилось. Я — не виню. Мы простим тебя. Лишь приди к нам, дай нам шанс начать всё с начала. — Но Феликс... — Плевать на него, он никогда не нравился мне так же, как ты. Вы оба не смогли ничего сделать, но ты хотя бы пытался, — девушка продолжала гладить Рокудо по щеке, пока их губы сближались. На момент, Рокудо был готов отдаться этой иллюзии. Однако... в голове у парня возник образ Феликса и Эйверин: достойная пара двух сильных людей, чьи отношения и судьбу он однажды не смог спасти. Он хорошо помнил тот день. Тот момент, когда Феликс: стойкий, никогда не сдающийся и не знающий горя парень, превратился в тень себя прошлого. Разбитого горем и судьбой человека, утратившего надежду. В тот день даже его собственный атрибут восстал против него самого. — Что вообще, мать твою, ты делаешь? — Внезапно закричал Рокудо, с презрением глядя на «Эйверин». Он слишком хорошо знал эту девушку. Ее принципы и достоинство никогда бы не позволили ей сказать нечто вроде «плевать на него» про своих друзей. — Дорогой... — Как ты смеешь притворяться этими людьми? По твоему, это смешно? — Страх и презрение Рокудо сменились яростью на грани безумия. Он вспомнил все те вещи, что годами пытался забыть. Вся его вина сейчас превращалась в ненависть к себе и окружающим. Прямо перед ним стоял весь одиннадцатый отряд, во главе с Эйверин. Они смотрели на него с осуждением, и злобой. — Знаете ли вы, твари, как это тяжело? Продолжать жить, уничтожая свое счастье раз за разом? Что вы вообще знаете о горе? По вашему, это весело? В воздухе вокруг парня начали появляться красные капли. Из его глаз струилась кровь, а открывшиеся по всему телу раны также начали стремительно кровоточить. Клинок, что висел у него на поясе, начал судорожно дрожать, излучая свечение. — Плевать, что будет дальше. Плевать, что я обещал не использовать эту силу. Я не позволю вам осквернять память о моих друзьях. Вы — не они, и лишь я могу нести эту ношу. Песок под ногами Рокудо внезапно превратился в кости, солнце и небо пропали, а члены отряда неподвижно повисли в воздухе. Вся пустыня превратилась в огромное, живое кладбище костей, и сотни скелетов тянули парня вниз, в пропасть. Рокудо попытался схватиться за рукоять дрожащего клинка, но руки не слушались его. «Значит, я не могу даже этого...» — парень смиренно закрыл глаза. Его ненависть беспомощна перед подобной силой, а значит уже не имеет смысла. Ему нужно просто принять свою судьбу. — Правильно. Нечего беспокоиться по пустякам, — услышал он знакомый голос. Кто то тянул его за руку наверх, на гору костей. — Алан?! Внезапно открыв глаза, Рокудо судорожно начал хватать воздух ртом, упав на песок и ползая на четвереньках. Вслед за ним по песку тянулся кровавый шлейф, а в глазах читался ужас. — Ты выбрался сам? Интересно. И это что, атрибут крови? Кажется, тебе пора отдохнуть, — появившийся рядом маэстро, одним легким движением вырубил парня. Наблюдающие за всей картиной с каравана Эви и танцовщицы, были потрясены. Только что они видели, как ураган крови и песка бушевал вокруг неподвижно стоящего человека, устремившего свой взгляд к солнцу. — Когда он очнется? — Скоро. Атрибут крови имеет свойство вбирать всю кровь обратно, если ты конечно переживешь его действие. — Я никогда раньше не слышала о подобном, и он раньше никогда не использовал его... — Не удивительно, что ты не слышала. Владельцы этого атрибута в 999 из 1000 случаев погибают при его пробуждении, от множественных кровоизлияний. Едва ли даже самый талантливый ребенок способен контролировать свой атрибут, лишь впервые с ним столкнувшись. Это настоящее проклятье, разрушающее разум и тело. Однако, этот тогда выжил, значит выживет и теперь. Я частично ограничил работу его маны в чём либо, кроме регенерации. — Вы умеете и так?... — Я владею множеством древних техник и заклинаний, давно утерянных на забытом континенте. — Никогда не слышала о забытом континенте. — И не надо. Людей вроде вас, там ждет лишь смерть. Раз уж даже тут вы умудряетесь встрять в проблемы. — Понимаю вас, — Эви виновато посмотрела на Рокудо. Там, стоя в песках, он кричал ужасные вещи о том, что желает умереть, и что ненавидит всех. В том, что он находится тут, Эви от части винила себя. — Черное солнце сводит с ума. Не удивительно, что он попался, с его то проблемами. — А что конкретно это такое? — Древний могильник, располагающийся где то под толщей здешних песков. Там захоронены сотни тысяч тел древних воинов, объединенных в единый разум, и питающих ненависть ко всему сущему. Даже за тысячи лет их души всё ещё не рассеялись, и потому они наполняют эти места своей ненавистью. Есть несколько дней в году, когда их сила растет, и сегодня один из таких дней. Людям, что полны сожалений, в такое время тут лучше не появляться. — Надеюсь, он будет в порядке... — Всё уже кончено. Да и пока я тут, чёрное солнце больше вам не навредит. «Кто же ты такой?» — Эви сверлила маэстро взглядом. Очевидно, он не станет раскрывать всех карт. — Маэстро. Вы ведь, похоже, сильный маг? Может научите меня лучше контролировать мою силу? Я хочу быть полезна и вам, и Рокудо. — А ты готова заплатить за это цену? Посмотри на Рокудо: ставки высоки. — Да. Глядя на Рокудо, теперь я точно знаю, чего хочу. — Хорошо, если ты настаиваешь, то пусть будет по твоему. Начнем завтра. — Спасибо, — Эви подсела к красноволосому парню. На его бессознательном лице застыла гримаса боли. Похоже, ему снится кошмар. «Я догадывалась, но не знала... Извини, что тебе приходится терпеть меня. Я обязательно оправдаю надежды мастера, и докажу, что еще могу быть тебе полезна,» — Эви взяла холодную руку парня. Ей было искренне жаль этого человека, ведь от части она признавала его вину в смерти отряда. Ещё в самом начале пути, когда они бежали с Анакреона, Рокудо в порыве чувств и отчаяния рассказал Эви всё. И о плане совета, и о своих сомнениях, и об обещании перед Аланом. Тогда она не придала этому значения, но за пол года многое изменилось. Она и сама ощущала свой парадоксально быстрый рост. Подобное развитие событий пугало ее до глубины души, но еще страшнее было бы не оправдать собственных ожиданий... Она хотела как то помочь Рокудо, но не знала как. Выйдя из шатра на улицу, в лицо Эви ударил горячий воздух. Ее карие глаза почему то блестели от слез, но солнце в миг осушило и их. Вдалеке, за дюнами, виднелся роскошный пустынный город из белого камня. Вот он, райский оазис здешних мест, и спасение для заблудших душ. ---------- Точка зрения. Сквозь стеклянный купол, вечернее солнце медленно опускалось на своды старинного здания, украшенного фресками из разноцветного стекла. Выдержанное в строгой архитектурной форме Барокко, даже за полторы тысячи лет оно не утратило своего величия. Некогда, это место было первым институтом магии. Сейчас же, это тайная администрация всей магической коалиции, расположенная под сводом стеклянного купола, внутри первого филиала мировой магической академии. Шаги черных ботинок эхом разносились по монументальному залу, украшенному всевозможными элементами роскоши. — Учитель. Он наконец заявил о себе, — мужчина с колючими темными волосами, в строгом черном костюме в белую полоску, и двумя мечами на поясе, преклонил колено перед сидящим на возвышенном «троне» стариком. Глубокий, спокойный взгляд фиолетовых глаз мужчины, а также абсолютное самообладание в купе со строгими чертами лица, выдавали в нём опытного война. — Встань, Иринарх. Сколько раз я говорил тебе не делать так? Да, наша крыса наконец проявила себя. Я уже знаю об этом. — Вы позволите разобраться мне с ним? — Нет. Для этого есть более уместная кандидатура. Нод всё начал, он всё и закончит. Этот неблагодарный пацан должен ощутить на себе всю силу возмездия за предательство. — Не слишком ли много мы для него сделали? Атрибуты, меч, семья. По моему, он не заслужил этого. — Может ты и прав, но что сделано, то сделано. Знаешь, тогда, он напоминал мне маленького тебя. Сломанный жизнью ребенок познавший всю ее боль, но однако, не утративший огонь в глазах, готовый бороться до последнего. Оружие лучше придумать трудно. К тому же, с ним есть некто, кто меня заинтересовал... — В отличии от него, я никогда не предавал вас, учитель, — взгляд Иринарха пересекся со взглядом старика. В этот момент мужчина ощутил на себе давление, сравнимое с обрушением планеты на хрупкий человеческий разум. Однако, даже так, он не подал виду. — Я знаю. Ты один из немногих, кого я мог бы назвать настоящим человеком. К слову, что там с нашим планом? — Культ отказался выдавать нам бога проклятых. — И это после всего, что мы для них сделали? Они даже не ставили никаких условий? Впрочем, чего еще можно ожидать от повернутых фанатиков... — Никаких условий. Исис только сказала мне катиться к черту. — Вот как? В любом случае, это уже не важно. Главное, что бог пробужден, и он будет нашим. Передай во все низшие советы, что скоро мы нападем на культ. Так же передай Севастьяну, что пропаганду ненависти к культам можно остановить. Мы собрали достаточно негативной энергии, для помещения бога в Пандору. Нужно только заполучить его. Этим займешься ты. — Думаете, мне хватит сил пленить бога? — Твоя задача не совсем в этом, да и я тебе помогу. К тому же, там будет твориться чистейший хаос. Эдем уже знает о наших планах, а значит Белый тоже появится. Эта каша должна окончательно разбить строй культистов. — Сколько людей мы там потеряем? — Это не так важно. Главное, чтобы ты задержал Белого. — Боюсь, что сражаться одновременно с Белым и с богом проклятых мне не под силу. — Не волнуйся, тебе нужно будет только задержать их. Пандора уже подготовила заклинание, ты его только направишь. Самое важное — сохранить ритуал. А теперь иди, на сегодня я устал. — Да хранит вас правило, мастер. Выйдя из центрального здания, Иринарх зашагал вдоль зеленых палисадников. Его взгляд невольно падал на уходящие к небу скругленные каменные арки, поддерживающие купол на километровой высоте. Полимиум до сих пор казался ему чудом архитектурного искусства: каждая арка не только поддерживала монументальный купол, но и являлась местом, где новые маги учились владеть своей силой. Эти, с позволения сказать, «столбы», скругленные к центру купола, были еще и коридором, ведущим к комнате совета, располагающейся в шпиле над куполом. Только это здание, внизу, одинокое и всеми покинутое, выделялось из этой картины. Наверное по этой причине, старик проводит тут больше всего свободного времени, и принимает доверенные лица только тут. Через пол часа Иринарх наконец вышел за пределы академии. Стоя на возвышенности, он смотрел вниз, на раскинувшийся белокаменный город. Тидас был построен по его примеру, но масштабом вышел в разы меньше. Всё же, Полимиум как академия, и как столица Флегрейса, является величайшим архитектурным чудом всех эпох. Достав сигарету, Иринарх вгляделся в горизонт. «Этот старый идиот чуть не раздавил мою душу. Когда он научится не смотреть людям в глаза?» — Размышляя над происходящим, Иринарх докуривал сигарету. Последний раз взглянув на город внизу, он открыл портал и исчез. ---------- Тишина. Лишь открыв глаза, я сразу увидел над собой высокий каменный потолок. За последний год я слишком часто вижу подобную картину... Нужно завязывать с этим. Поднявшись с кровати, я осмотрел комнату: без окон, с единственной дверью, но хорошо обставленная мебелью и коврами, она выглядела как чулан, но с домашним уютом. Почти всё моё тело было забинтовано, а руки я по прежнему не чувствовал. Вокруг пояса обвязан костюм, но надеть я его не могу. Боже, как же я счастлив, что успел достаточно развить ману, и теперь она имитирует процессы метаболизма даже без моего контроля. Не представляю, как бы я ходил в туалет или ел без рук.... Что ж, не найдя в комнате ничего интересного, я решил прогуляться. Подойдя к двери, я толкнул ее плечом, и к счастью, она открылась. Я попал в длинный обитый деревом коридор. Он освещался факелами и уходил в разные стороны. Что ж, пойду на право. Скорее всего сейчас я на базе Эдема, а значит нужно срочно найти Азариуса и выяснить обстановку. Некоторое время я плелся по этим тоннелям проходя мимо множества закрытых или пустых комнат, пока наконец не услышал чей то разговор за очередным поворотом. Выглянув из за колонны, я увидел освещенный холодным светом зал, где за каменным столом сидело несколько человек. В их числе был и Азариус. Сейчас он что то оживленно объяснял другим персонам. — Скорее всего они планируют захватить Бога проклятых, как захватили Бога плоти в прошлый раз. Мы пока не совсем понимаем, зачем им это, но кроме них никто больше на подобное не способен. Разве что культы. — Может они просто убили его? — Тогда там бы остались следы боя. По нашим данным Бог плоти, это огромная масса энергии, разрушающая всё на своем пути. Одна дыра в потолке и пара разрушенных колонн — не слишком убедительное доказательство ожесточенного боя. — К тому же, в офицерском составе коалиции вроде как ничего не изменилось. Разведчики видели Нода в Рафте сегодня утром. Он явно направляется в пустыни Ки-Шас. Что то там ищет, так что угрозой нам не будет. — Так же, вероятно, к ним присоединятся 5 и 8 отряды. Их мы задержим. А вот Иринарх — другое дело. Скорее всего теперь, когда логово культа рассекречено, он появится там первым. — Я разберусь с ним, — прозвучал томный глубокий голос, словно обволакивающий душу своим спокойствием, — к слову, у нас тут кажется, завелся шпион. Тут же я поймал на себе взгляд Азариуса. Подойдя ко мне, он взял меня за руку, и вывел на свет. — Это Алан, тот парень, которого я спас в Тидасе, — Азариус толкнул меня в бок, чтобы я представился. Однако, к своему ужасу я внезапно понял, что не могу говорить. Я просто не знаю как. Я пытался открывать рот, но единого звука из него не донеслось. — Алан, что с тобой? — Азариус обеспокоенно посмотрел на меня. — Он не может, — высокий мужчина в длинной белой мантии, с белоснежными волосами собранными в хвост, подошел ко мне, подняв мою голову за подбородок, и заглянув мне в глаза. В светлом как и весь его образ взгляде, я не видел злого умысла. Он лишь копошился по поверхности моей души. Внезапно, его выражение лица сменилось удивлением. — Хах, вот ведь. Не думал, что услышу о нем так скоро, — мужчина осторожно отступил назад. — Что случилось, мастер? Вы что то знаете? — Да, похоже, это дело рук нашего любимого Серого мечника. Кажется этого парня даже три бога убить не в состоянии. — Но ведь он.. — Я о том и говорю, но душа Алана утверждает обратное. Некоторые ее части намертво заблокированы его меткой, а в центре барьер, сдерживающий колоссальный объем энергии. Алан — ты сейчас, буквально, бомба замедленного действия. Я крайне советую тебе сидеть смирно на нашей базе, если ты не хочешь похоронить кого нибудь взрывом своей души. — Подожди, — его прервала девушка, появившаяся буквально из воздуха. Ее фиолетовые волосы были собраны в красивый пучок, лицо грациозно и эстетично, а взгляд горд. Сверкая белым костюмом выполненном в строгом деловом стиле, она приблизилась ко мне, так же заглянув в мою душу. Ее энергия была мне так знакома, что я не смог сдержать слезы. — Да, Серый тут замешан, но барьер не его. Это могла сделать только она. — О ком ты говоришь? — Об «Анабиозе», дурень. Она как я, только похоже, доверилась не тому хозяину, — смерив меня презрительным взглядом, девушка исчезла. — Так у тебя был героический артефакт? Один из мечей? В ответ я лишь покорно кивнул головой. Вина за произошедшее вновь начинала грызть меня. — Слушай, парень, — мужчина положил мне руку на плечо, — не знаю откуда в тебе столько энергии, и что там случилось между тобой и «Анабиозом», но сдаваться еще рано. Может ты потерял руки и голос, но твоя душа всё еще при тебе. Я найду Серого и он снимет с тебя метку. Благодарности не надо, я делаю это не только ради тебя. Если он тебе помог... Можешь считать что мы друзья, так что зови меня Эджил. Для остальных я известен как Белый мировой мечник. — Разве он ему помог? Его руки... — Подозреваю, что это было сделано для его же безопасности. Слушая этих двоих, меня вдруг посетила мысль, что я обязан рассказать этому человеку свою историю любой ценой. Иначе, может произойти нечто ужасное. Подойдя к столу, я схватил в зубы грифель карандаша, и едва не упав, начал писать на листе пергамента. Постаравшись оптимизировать предложение, в конечном итоге у меня получилось что то вроде: «Бог плоти, я, поглотить, атрибут, печать, анабиоз, серый». Почерк был ужасен, но кажется, Эджил меня понял. Он задумчиво посмотрел на меня, и подойдя ближе, положил мне два пальца на лоб. — Используй атрибут. Хоть ранее я и не мог использовать пламя, но сейчас оно внезапно вышло наружу. Его цвет был близок белому. — Поглоти, — Эджил подбросил небольшой магический камень в воздух, и моё пламя жадно сожгло его, передав мне ману. Глаза мечника расширились от удивления. — Хаха, вот ведь сумасшедший пацан. Значит, ты серьезно, просто взял, и поглотил бога? А думать о последствиях тебя не учили? Твоя душа тогда могла взорваться, и забрать с собой весь остров. Все находящиеся в зале люди прибывали в шоке. — Так значит это была не коалиция? Это всё усложняет, — Азариас схватился за какие то бумаги, лежащие на столе. — Хотел бы я сказать, что ты наше секретное оружие, но очевидно, если бы не Анабиоз... Твоя душа давно была бы разорвана в клочья. Нужно как то извлечь из тебя эту энергию, не повредив барьер. — Это невозможно, — вмешался дух меча Эджила, — внутри этого барьера сейчас целый мир. Забрать из него энергию, значит нарушить целостность мира а следовательно и барьера. Это повлечет за собой уничтожение души. — Понятно. В таком случае... Я не знаю что делать. Нужно посоветоваться с людьми, которые разбираются в этом лучше, но сейчас у нас нет на это времени. Конечно я попробую что нибудь придумать, но ничего не обещаю. — К слову, через три дня мы выдвигаемся в Роксфилд. Где то там, на пути в Тидас, находится логово культа. Мы должны остановить Бога проклятых любой ценой, и с Богом неба у нас это скорее всего получится. Азариус, покажи нашему гостю тут всё, чтобы он не скучал в наше отсутствие. — Хорошо, мастер. После совета, все разбрелись по подземелью. — Не пойми нас неправильно, Алан, мы лишь заботимся о твоем здоровье и здоровье окружающих. Души людей не предназначены для хранения тех объемов энергии, что сдерживают боги. Для этого тебе нужно и самому стать богом, а путь этот сейчас для тебя слишком сложен, — он с грустью посмотрел на мои обвисшие руки. — Пойдем, я покажу тебе нечто интересное. Пройдя ветвистыми коридорами, мы оказались в зеленой комнате с фонтанчиком в центре. Свет в нее проникал сверху, через разноцветное стекло. Рядом с фонтаном стоял пьедестал, на котором лежала толстая книга в переплете из темной кожи. — Смотри, это свод правил Эдема. В нем описаны все условия для вступления. Мы уже заранее обговорили твою кандидатуру с мастером, и он не против взять тебя 41 членом в Эдем, если ты согласен. Уж не знаю, зачем ему это, но я был рад. Не долго думая, я кивнул головой. Сейчас я, мягко говоря, не в той ситуации, когда можно отказываться от союзников сохраняя независимость. — Отлично, тогда правила можешь не читать. На самом деле, после совета мастер уже сказал мне, что ты подходишь по всем критериям, так что для тебя эта проверка не обязательна. Пойдем, я покажу тебе столовую. Последовав за Азариусом к выходу из зала, внезапно я ощутил недомогание, словно сердце прозвучало несколькими мощными ударами в голове. Через мгновение, споткнувшись, я уже летел в фонтан. — Что случилось? — Азариус вытащил меня из фонтана, попутно накинув на меня мою же одежду, от чего та наконец приняла прежний вид. — Тебе плохо? — Парень явно был обеспокоен моим состоянием, но я чувствовал себя уже лучше, и лишь отрицательно помахал головой. К слову здесь, на базе Эдема, он вел себя более открыто и дружелюбно. Особенно по отношению ко мне. Вытащив меня из воды, мы сели на каменную лавочку рядом с фонтаном. Удивительное однако место, учитывая, что оно находится под землей в каменистых пустошах. Своего рода, маленький «Оазис». — Курить будешь? — Азариас протянул мне сигарету, а потом осознав всю глупость этого поступка, убрал ее обратно. — Извини... трудно привыкнуть, — парень расстроенно посмотрел на стеклянную фреску в потолке. — Слушай, через 3 дня мы отправляемся на миссию в Тидас. Там пробудился Бог проклятых, и нам нужно убить его, пока он не набрал достаточно силы. Он уже заразил окрестности Тидаса и Роксфилда... Там сейчас творится настоящий ад. — Нам с ним помогут, так что мы наверняка справимся. Но вот что на счет тебя? Я понимаю, что брать тебя с собой не разумно... Я решительно посмотрел на Азариаса в надежде, что он поймет мои намерения. Даже несмотря на свою беспомощность, я хотел находиться в центре событий. Однако, в ответ парень лишь покачал головой. — Нет, я не думаю, что нам стоит брать тебя с собой. Я видел, что ты сделал тогда в деревне, но сейчас совсем другой случай. Скорее всего там будем не только мы и культисты, но еще и коалиция. В эпицентре трёх этих сил тебе делать однозначно точно нечего, извини. Тяжело вздохнув, я смирился со своей участью. Видимо, придется сидеть тут до скончания времен. — Знаешь, мастер всегда учил меня не торопить события. Однажды я с ним тренировался использовать свой атрибут, и лишился двух пальцев из за спешки. Я хотел сделать себе заклинание материи, которое сможет быстро регенерировать ткани, и ассоциировать его с каким нибудь словом, ну, как в заклинаниях на общем языке. В итоге, я всё перепутал, и остался без пальцев... Потом конечно восстановил их, но до этого момента приходилось жалеть о том, что поторопился. Да этот парень похоже серьезно настроен оставить меня тут. В целом, на базе Эдема конечно не так плохо. Только вот... Время то идет. Сейчас я ни то что не заработал денег, я по сути стал инвалидом. И чтобы это исправить, мне нужно найти Серого мечника, одну из самых загадочных личностей этого мира, а я даже одеться не могу самостоятельно. Ситуация мягко говоря, дерьмовая. Поднявшись с каменной скамьи, я отправился в свою комнату. Азариас, попрощавшись со мной, пошел по своим делам. Судя по суетливым слугам, на базе Эдема сейчас подготовка идет полным ходом. Проходя мимо одной из комнат, я почувствовал запах жаренного мяса. Не сказал бы, что мой живот начал петь в этот момент, но приятные воспоминания всё же навевало. Отогнав от себя мысли о еде, я всё таки смог добраться до своей комнаты. Дверь пришлось тянуть на себя ногой, но к этому я уже постепенно привыкал. Труднее всего было психологически, каждый раз натыкаться на *ментальную стену* пытаясь использовать руки для привычных действий. В прошлой жизни я часто помогал инвалидам на волонтерских мероприятиях. Тогда мне было интересно, как они себя чувствуют в отличии от меня. Конечно, это был только интерес. Я точно не мечтал стать инвалидом... Эх. Я лёг на кровать, и закрыл глаза. Попытавшись ощутить собственную ману, я обнаружил лишь нескончаемый хаос. У потоков маны в моем теле, не было четкого направления движения или хотя бы русла, словно кто то постоянно перемешивает воду в стакане с моей душой. Сосредоточившись, я смог перенестись в горизонт. Только вот, сейчас острова тут не было. Лишь огромный прозрачный кристалл, висящий посреди пустоты. Внутри кристалла словно переливались чернила, а поверхность имела несколько трещин, сквозь которые стремились потоки маны. Если это тот барьер, что создала Луна, то в таком случае, мне и все остальным тут угрожает опасность. Только вот, где собственно, Луна и все остальные? Подойдя к кристаллу, я положил на него руку. Внутри находился коктейль из знакомых чувств, ощущений, магических сигнатур и маны. Множество разных душ находится внутри этого кристалла. В том числе и мана Бога плоти. Получается, что вся сила что я поглотил, находится тут, а я лишь пользовался всё это время ее крупицами, просачивающимися сквозь барьер. Но почему остальных тоже затянуло? Это ведь точно случилось в момент, когда я поглотил аномалию. Выйдя из горизонта, я продолжил лежать, перебирая разные варианты развития событий. Больше всего меня волновало то, что я не могу говорить. Если бы я мог использовать, к примеру, телепатию, или рисовать в воздухе буквы силой мысли, то это бы значительно облегчило весь процесс. Однако, моя мана на столько не стабильна, что даже магические чувства я едва ли могу использовать надёжно. И всё же, сдаться так просто я не мог. Сев в позу лотоса, я начал сдержать хаотичные потоки маны. Сначала, первые часов десять, совсем ничего не получалось. Потоки просто ускользали от моего сознания. И вот когда я уже начал подозревать, что ничего не получится, первый поток удалось направить в нужное русло. Он был совсем маленьким, а значит много маны с его помощью реализовать не получится. Не собираясь сдаваться, я продолжил собирать потоки. В таком темпе пролетело два или три дня, пока я наконец не стабилизировал окружающую барьер ману, хотя бы на пару процентов. Сам процесс был очень утомительным, ведь действовать мне приходилось интуитивно. Никто не обучал меня подобным техникам. Теперь, нужно попробовать что нибудь из коммуникативных навыков. Усиление голоса не сработает, писать я тоже не могу, а телепатия это слишком сложная магия. Значит, остается только призыв иллюзорных символов. Но у меня нет рук... Руки это лучший катализатор для магии. Не потому, что они лучше проводят ману, а потому, что ими можно указывать себе на что-то, облегчая абстрактную часть заклинания. В конечном счете, у некоторых магов даже вырабатываются физические привычки, связанные с определенными заклинаниями, от чего они могут их использовать вообще не напрягая мозг. Что же, это не мой случай. Сейчас я могу положиться только на фантазию. Я решил начать со слова «Да». Проецируя первый символ и представляя его магическую структуру, у меня получилось удержать его в воздухе около секунды, после чего символ мерцая пропал. К слову, не похоже, чтобы этот процесс тратил особенно много маны. Да и с моими 2% от доли той маны, что просочилась через барьер, я не мог рассчитывать на большее. Второй раз оказался более удачным. Символ продержался в воздухе около пяти секунд, чего было более чем достаточно. К тому же, я уже полностью привык к этому процессу, и вызывать полноценное слово теперь не составляло труда. Визуализировав несколько предложений, я грохнулся обратно на кровать. Наконец то прогресс. Тем временем, за дверью то и дело кто то проходил. В этом месте на самом деле было не 40 человек, а значительно больше. Видимо 40 человек, это основной состав Эдема, а всё остальное — прислуга. Не слишком ли это мало, 40 боевых единиц для целой повстанческой группы? Я рассчитывал, что их будет не меньше тысячи. Хотя если подумать, всё ведь зависит от их силы. Тысяча солдат исполняющих роль пушечного мяса, легко заменяются парой хороших магов. Возможно, Белый мечник придерживается именно такой философии при наборе людей в Эдем. За дверью снова послышались шаги. — Слышал, там будет восьмой и пятый отряды. Мы с ними справимся? — Смотря что ты имеешь ввиду под «справимся». Наша цель — выиграть время для Бога неба и капитана. Убивать людей коалиции нам ни к чему. — А они о нас такого же мнения? — Ты первый раз что ли? Восьмой отряд наверняка не будет всерьез пытаться нас убить. На счет пятого не уверен... Рейган всегда казался мне немного сумасшедшим. В крайнем случае нам придется с ним разобраться. — Странно это всё. — Ладно, посмотрим. Иди, я тебя догоню на месте. Нужно кое куда еще заглянуть. Дверь в мою комнату отворилась, и внутрь вошел Азариас. В свете единственной свечи, его холодная кожа блестела как снег. — Привет Алан, планы поменялись. Мастер сказал мне взять тебя с собой. — Зачем? — начертил я символ в воздухе. — О, так ты нашел способ? — Азариус слабо улыбнулся, — зачем и почему, я сам не знаю. Как ты помнишь, я был против, но мастер настоял на этом. Сказал, что ты возможно, нам пригодишься. — Я не могу полноценно использовать атрибут. Повторяю: зачем? — Это тебе надо спрашивать у мастера. Он не посвятил меня в план, но ясно дал понять, что я обязан взять тебя с собой. Наверняка у тебя будет не боевая роль. Не думаю, что мастер стал бы использовать травмированного воина на поле боя. И да, ты все еще можешь отказаться, если передумал. То что ты член Эдема, не обязывает тебя в таком состоянии выходить на миссии. — Я иду. — Хорошо. Мы будем двигаться быстро, так что я понесу тебя на спине. — Я против. Нелепо, — что вообще за дурацкий план? Нести меня на спине, серьезно? Они бы ещё мне кресло-качалку летающую подарили. — Как бы это ни выглядело, но у нас совсем нет времени чтобы спорить. — Я справлюсь. Доверься. Тяжело вздохнув, Азариус закрыл лицо рукой. — Ладно, будь по твоему. Но если я увижу, что ты отстаешь, то придется помочь. — Угу. Подойдя к выходу из убежища, я был малость поражен его расположением. Пустоши Накеи и пустыню Ши-Та разделяет горный хребет. Именно в этом хребте, почти на самой макушке, располагался вход в Эдем. Снаружи он выглядел, как ровная стена, перед которой находился небольшой плоский участок скалы. Так же, я ощущал множество скрытых барьеров, наложенных на это место. К самому же входу не вели никакие лестницы. На платформе уже толпилось порядка двадцати бурно обсуждающих что то персон. Среди них были представители всевозможных рас. — У вас есть еще входы? — Я обратился к Азариусу, указывая на километровую высоту скалы внизу. — Да, конечно. Доставлять грузы и персонал через верх было бы проблемно. Однако, участки Эдема внутри горы разделены на сектора. Конкретно это, вход в командный сектор. Внизу располагаются складские и тренировочные сектора. Они соединяются с командным через магический лифт, управление которым доступно только самым доверенным членам отряда, вроде меня. — Неплохой уровень защиты. Но зачем эта платформа? — Так быстрее. Лифт довольно медленный. — А как спускаться? — Сейчас увидишь, — Парень скорчил злобную улыбку, подходя к светловолосой девушке в капюшоне. — Похоже, все кто был, уже в сборе. Мастер пошел вперед, так что его можем не ждать. Перемести нас. — Угу, — девушка кивнула головой, и что то громко прокричав, подняла руки к небу. Все затихли, и через мгновение, со вспышкой мы переместились к подножию горы. Сразу после этого, девушку-заклинателя стошнило, а я чуть не потерял сознание. — С ней всё в порядке? — Да, она молодец. Переместить 25 человек на расстояние километра, очень сложная задача даже для опытного мага, но она каждый раз справляется с этим. — Всё в порядке, это тоже часть тренировки, — девушка тихо прошла мимо, смерив меня осторожным взглядом из под капюшона. — Тренировки? О чем она? — Ну, она один из двух людей Эдема, владеющая атрибутом пространства. Такие люди незаменимы на поле боя, когда нужно реализовать определенную позиционную стратегию. Ей требуется постоянная практика для расширения лимитов, так что мы периодически собираемся все вместе, что бы она нас переместила. — Говоришь прямо как командующий. — Вообще то я и есть командующий. — Ну хорошо, а когда ее нет рядом, как вы поднимаетесь? — В остальное время каждый забирается на руках. Я уже говорил, что попасть в Эдем не так просто. По крайней мере, в командный сектор. В конечном счёте всё это — часть тренировки. — Странно. А если кто то будет ранен? Придется тащить на километровую высоту? — Нет, медицинский сектор тоже внизу. На самом деле, мы защищаем от нападения именно командный сектор. Не то чтобы нам было плевать на персонал, но в конечном счете, и врага они не сильно интересуют. — И всё это помогает? — Как видишь, да. Но вообще, я бы сказал что это 10% от нашей безопасности. — Ладно, всё это очень интересно, но нам надо идти, остальные уже ушли. — Ага, ты уж постарайся не отставать. ---------- Мысли сеют сомнения. *Где-то на краю Накейских пустошей* Только что я едва уклонился от большого булыжника стоящего на пути. По крайней мере на этот раз я не упал... Если бы не моё закаленное тело, не знаю, сколько бы еще я продержался в таком темпе. Конечно, мана помогает с силушкой, но вот скорости едва ли сейчас может мне дать. Еще и Азариус как назло, очень быстрый парень. Он перескакивает через скалы и колючие кусты, словно это небольшие камешки. Когда то ведь и я так умел... Меньше чем за сутки мы преодолели Накейскую пустошь, и теперь вдали виднелись леса окрестностей Тидаса. Тем временем, с каждым шагом меня всё сильнее раздражала беспощадная бессмысленность всего происходящего. Я едва научился бежать в своем то состоянии, и уже лезу в драку с участием двух богов! И ладно я, со мной всё понятно. Мало того, что меня постоянно тянет на самоубийственные поступки, так у меня еще и всегда были проблемы с тем, чтобы вести себя сдержанно, за что я себя просто ненавижу. Но что на счет Белого мечника и Азариуса? Хорошо, допустим, второй выполняет приказ. А первый? Сначала он не вызывал у меня никаких подозрений, и вообще казался мне довольно светлым мужчиной. Однако, зачем он приказал взять меня с собой? Более того, он не посвятил в этот план даже своего близкого ученика, либо тот что то от меня скрывает. Как ни посмотри, ситуация складывается крайне странная, и подозреваю что она не в мою пользу. Внезапно я заметил, что Азариус остановился вдалеке, прильнув к одной из небольших скал. Подбежав, я заметил, как он использует амулет для связи. Открыв глаза, он серьезно посмотрел на меня. — Алан, мне доложили, что впереди была засада культистов. Почти всех перебили, но некоторые сбежали как раз в нашу сторону. Есть вероятность, что мы их ещё встретим, так что будь аккуратен. — Как они узнали что, наши будут там? — Не знаю. Может быть их разведка, а может шпион среди персонала, или, не дай бог, среди основного отряда. Вообще то мы используем множество мер безопасности в этом плане, но культы так же очень изобретательны. — Хорошо, давай поспешим. Продолжив путь, через несколько часов мы наконец подошли к краю леса. — Смотри, здесь явно следы борьбы. Земля опалена, и некоторые деревья повалило. Похоже на использование атрибута огня. — У нас таких нет, кроме тебя конечно. — Напрягает еще и то, что крови не видно. — Может быть, тут у них была стычка в ничью, а дальше уже полноценный бой? — Азариус наклонился над одним из массивных следов подошвы. — Скорее всего так. Другого объяснения я просто не вижу. Двинувшись дальше, примерно на середине пути к Тидасу, когда солнце уже почти зашло за горизонт, мы выбежали на небольшую, разрушенную поляну. Всё находившееся здесь, твердило нам о прошедшей совсем недавно битве. И обгоревшие деревья, и обломки мечей торчащие из земли, и даже... трупы. — Смотри, это явно культист проклятых. Они носят грязно-фиолетовые накидки вроде этой, — Азариус указал на расчленного надвое мужчину, лежащего рядом с упавшим деревом. Зрелище не из приятных, но я видел и похуже. — Наверное это место и было той точкой засады. Надеюсь, с нашими всё в порядке. — Конечно. В Эдем не принимают слабаков. — Да что ты? — ассоциируя себя с членами эдема, я не смог удержаться от язвительного замечания. — Ну брось. Твоя проблема просто ещё не решена. Но потенциально ты... Шорох в кустах прервал наш диалог. Явно ощутив опасность, я едва успел сделать шаг в сторону. Вернее, мне показалось, что я успел. Свою лежащую на земле руку я заметил не сразу, ведь и боль чувствовал лишь на сочленении. К счастью я чувствую, что рана медленно затягивается. Сама же рука была не отсечена, а скорее, «выбита» и превращена в кашу. — Ну надо же, уклонился, — констатировал насмешливый голос. Из густых кустов в нашу сторону вышел улыбающийся мужчина среднего роста, с вьющимися, короткими темными волосами. На нем были черные штаны, белая рубашка и стильные черные броги. На рубашке красовалась вышитая эмблема с полузакрытым глазом и падающей каплей. На гладко выбритом лице, застывшая самодовольная улыбка, а взгляд зеленых глаз хитер и опасен. Мы с Азариусом переглянулись. Символом я дал ему понять, что пока что всё в порядке, и обо мне беспокоиться не стоит. Мужчина посмотрел мне в глаза. На мгновение его взгляд стал серьезен, а в голове у меня прозвучал голос: «Следи внимательно». После чего, мужчина вернул себе самодовольную улыбку. — Вы шифруетесь? Могли бы выбрать для этого язык, который я не знаю. Или твой дружок немой? Хаха, вот ведь, — мужчина сплюнул на землю. — И почему меня постоянно отправляют разбираться со всякими дефектными? — Похожие вещи притягиваются, — процедил сквозь зубы раздраженный Азариус, закрывая меня спиной. — Я засчитаю тебе этот подкол, если ты продержишься хотя бы 10 секунд, — послышался шепот где то рядом. Каким то образом, мужчина в мгновение оказался вплотную к моему спутнику. Только сейчас я заметил, что на самом деле это эльф. Правда его уши почему то обрезаны, а в местах обреза красуются проколы. В ответ, один мощный удар отправил мужчину в полёт. Похоже, мой спутник умеет не только управлять материей, но и хорошо бить. — Алан, я советую тебе отойти подальше. Этот человек очень опасен. «Поговорим» позже, — Голос моего спутника звучал строго, и даже несколько угрожающе. В отличии от меня, Азариус явно что то знает об этом мужчине. Я никогда раньше не видел подобной эмблемы, и глядя на свою руку, спорить не стал. Осторожно отойдя в сторону, я занял позицию для наблюдения, в надежде, что на меня эльф не нападет в первую очередь. — Ладно, признаю, этот удар меня порадовал, — мужчина шел к Азариусу на встречу, отряхиваясь и разминая плечо. — Хотя... Я вот тут подумал. Неужели у белого урода, вся прислуга такая слабая? Прошлые ребята меня совсем не порадовали... — К слову, о настоящих ударах, — в мгновение оказавшись рядом с Азариусом, эльф с чудовищной силой ударил того в живот, отчего земля под их ногами треснула, но мой спутник не сдвинулся ни на шаг. Более того, одной рукой он держал эльфа за плечо, не давая ему сдвинуться с места. — Передашь привет от белого урода своему боссу на том свете, — сквозь зубы процедил Азариус. В этот момент, я внезапно ощутил безумно высокую концентрацию маны в одной точке. Удерживая противника на месте, парень нанес второй удар, поднявший облако пыли и грязи в воздух. Как только всё рассеялось, передо мной предстала следующая картина: в десятке метров от моего спутника, из обломков поднимался эльф. А вернее, половина эльфа. Второй половины тела у него не было, и ее заменяла темная субстанция напоминающая нефть. Этот вид показался мне очень знакомым... — Хороший удар, признаю. Но этого не достаточно, что бы убить меня. — Думаешь, у меня не хватит сил на второй? — Тц, — мужчина недовольно цокнул языком, начав покрываться этой странной жидкостью. — Да, беги, как и все твои собратья. Кроме бегства вы ничего не знаете. — А ты не знаешь ничего кроме рабства, самодовольный идиот, — прозвучали последние слова растворяющегося в воздухе эльфа. Его взгляд был устремлен ко мне, и без конца я слышал одно повторяющееся слово: «Следи, следи, следи». — Черт, я промазал, — Азариус пнул руку какого то трупа, лежащего на земле. Подойдя к парню, я заметил, что в его животе зияет дыра. — Это, — я указал ему на «пробоину». — Всё в порядке. Я выживу. Материя как никак. — Кто это был? — Не могу сказать, да и не хочу. — Это так важно? — Давай потом, — парень едва держался, чтобы не сорваться на меня. — Это потому что он оскорбил Белого? — Называй его Эджилом, а не «Белым», он же просил тебя. Сейчас я совсем не узнавал этого парня. Неужели ему сносит башню, когда речь заходит о его мастере? — Да что происходит? Мы же вроде как одержали небольшую победу. — Нет, мы не победили, совсем не победили, мы вообще ничерта не в плюсе! — переходя на крик, парень ударил ногой тело какого то культиста, отбив тому голову. Немного успокоившись, он достал амулет для связи. Подержав его несколько минут, он обратился ко мне. — Идем дальше. Мастер уже на месте. Он говорит, что на фронте все спокойно. Похоже, этот эльф пытался обмануть нас. — Не удивительно, раз уж он наш враг... — Вперед, — Азариус сорвался с места, и я поспешил за ним, стараясь больше не задавать лишних вопросов. Не то чтобы он пугал меня, но чувство было неприятным. К середине ночи, за деревьями показались огни Тидаса. Выйдя на плато перед скалистым городом, я увидел горы трупов диких. Тут были и звери, и гоблины, и кобольды, и даже огромные летучие мыши. Люди в странных одеждах растаскивали их по частям, и грузили на повозки. — Что здесь происходит? — поинтересовался я у спутника. — Это городские алхимики. Из за бога проклятых дикие в округе начали сходить с ума. В местах где они нападали на города, остались горы трупов. По моей информации всех диких перебили до того, как мы вышли с базы. Теперь алхимики растаскивают их на реагенты. — Удобно. — Да, идем дальше. В город нам не нужно, и по лесу будет безопаснее, — голос Азариаса звучал холодно и спокойно, с того момента как произошел инцидент. Около трех часов ночи, мы подошли к подножию большой зеленой горы. Местные называли эту гору «Рогом изобилия», в честь ее изогнутой к верху формы, и растущих вокруг фруктовых деревьев. — Я пойду внутрь, и проверю всё, а ты подожди меня тут, — не дав мне ответить, Азариас скрылся за поворотом. Странный он какой то. После того случая с эльфом, мы с ним больше в дороге не разговаривали. Честно говоря, всё это пахнет жутким лицемерием. Его мастера оскорбил какой то прохожий, но я то в этом не виноват, верно? Значит, возможно, причина не в этом? Услышав шелест листьев, я обратил внимание на движение в соседних кустах среди деревьев. — Эй, ты, иди сюда, пока он не вернулся, — послышался шепот из кустов. — Кто ты? — светящиеся слабым светом символы возникли в воздухе. Мне стоило некоторых ментальных усилий, заставить их светиться в темноте. — Можешь звать меня Элизабет, — девушка вышла на свет, снимая капюшон. Короткие бурые волосы, приятная внешность и алые глаза. Я уже видел ее ранее. — Ты ведь тот маг пространства, верно? — Да да, только давай уберемся отсюда, — девушка начала размахивать рукой, пытаясь разогнать возникшие в воздухе символы. Второй рукой она толкала меня в кусты. Чего она добивается? Ладно, придется немного поддаться. — Вот, тут можно нормально поговорить, — отойдя на некоторое расстояние от горы, девушка села на камень под деревом в укромном месте. В ее глазах я видел грусть и сомнение. — Слушай, Алан. Я могу поговорить об этом только с тобой, потому что ты новенький, и ты от них отличаешься. — Тем, что я немой? — я сделал лицо, словно ее шутка была не смешной. — Нет, совсем нет. Я вообще не об этом. Я о... твоей преданности Эджилу. — Прошло совсем немного времени, когда бы я успел? — Вот именно по этому я сейчас говорю с тобой. Я тоже пришла в Эдем совсем недавно. Меня взяли в команду, после того как я была несправедливо осуждена, и бежала из темницы Тидаса. Сначала мне казалось, что Эдем это настоящий рай, но со временем я стала замечать странности... — Какого рода? — Странности в поведении других членов команды. Когда мы на задании где то далеко от базы, то они ведут себя адекватно. Но чем ближе мы к Эджилу, тем их поведение подозрительнее. — Они словно, не могут контролировать себя, да? Становятся раздражительными и злыми. — Так ты тоже заметил? — Девушка похоже совсем отчаялась, осознав, что ее догадки имеют под собой определенный вес. — Тихо, не плачь, — к сожалению, я не мог положить ей руку на голову, чтобы успокоить, как это обычно работает с девушками. Вместо этого мне пришлось лишь изо всех сил улыбнуться, в надежде, что это ей как то поможет. — К сожалению, это не конец истории... Сегодня ночью, у нас была миссия внутри горы. База этого культа выглядит как комплекс пещер с одним центральным помещением внутри. Нам было приказано только зачистить тоннели, и по возможности избегать столкновения с отрядами коалиции. Но за всё время что мы были внутри, людей коалиции мы так и не обнаружили. — И? Может они передумали приходить. — Нет. Дело в не этом... К своему стыду признаюсь, я там заблудилась, и отстала от отряда. Для мага пространства это очень постыдная ошибка. Я не хотела использовать магию и раскрывать возможному врагу свою позицию, так что просто блуждала по тоннелям. — В какой то момент, я подошла к массивным, приоткрытым дверям. Заглянув внутрь... — голос девушки едва не сорвался. — Заглянув внутрь, я увидела там какую то тварь чудовищных размеров. Она напоминала живое семя с множеством глаз. Кто то подвесил ее на цепях, в центре большого каменного зала. Но что хуже, перед ней, спиной ко мне, стояли две фигуры. — Они тебе знакомы? Они тебя видели? — Не видели, но к сожалению знакомы. Первой фигурой был Иринарх. Самопровозглашенный черный мировой мечник, и первый канцлер магической коалиции. Самый любимый ученик Доарда, которого знают и страшатся все на Флегрейсе. А вот второй... — Белый мечник да? — символами я прервал рассказ девушки, не желая больше смотреть, как она вымучивает из себя эти слова. — Так ты тоже знал? — В ее глазах мелькали противоречивые чувства. — Не знал, но догадывался. Сам факт моего нахождения тут уже крайне подозрителен. В защите их базы, и структуре самого Эдема так же много противоречий. Невозможно имея так мало людей противостоять целой коалиции, куда входят советы разных рас и их представители. Эдем бы просто стерли с лица земли. К тому же, последний случай когда я.. — Когда, что? — я услышал голос Азариаса со спины, и кто то схватил меня за шею. На лице сидящей передо мной девушки отразился ужас. Едва взяв себя в руки, она мгновенно исчезла. — Так дело не пойдет. Я думал, мы с тобой друзья, — схватив меня за шею, Азариас заблокировал мне любую возможность использовать ману. Я хотел отбиться от него ногами, но мир вокруг уже плыл. Впервые за долгое время, я испытал ужас. Похоже, асфиксия сейчас возьмет верх, и я попаду в плен к ублюдкам еще большим, нежели к обычным культистам. А вместе с ними, и остальные ребята. Как же мне надоело терять сознание... ---------- Градиент зла. В глазах мутно, всё кружится. Я стою на коленях, руки кажется связаны за спиной, хоть я их и не чувствую. Моя одежда развивается на ветру, а значок с рангом гильдии на плече, покрыт кровью. Постой... Откуда в пещере ветер, и что это за огромная тварь, висящая в воздухе? Она пульсирует множеством артерий, словно сердце. — О, вижу, ты очнулся, — белый мечник появился предо мной. Его белая мантия и волосы собранные в хвост, развивались на ветру, исходящем от гигантского, висящего в воздухе семени. — Хочешь знать, что это? Мне не жалко тебе рассказать. Это Бог проклятых. Мы перенесли его сюда, якобы для Доарда. — Якобы? — Да, — послышался глубокий мужской голос откуда то сзади. — Значит вы двое, против Доарда? — Что ты такое говоришь? Как любимый ученик может быть против своего учителя? — Белый мечник хитро улыбнулся, глядя мне в глаза. — Ну да, манипулятору вроде тебя подобного не понять. — Заткнись, — мечник ударил меня по лицу. В его взгляде мелькнула злоба. — Надменный мальчишка. Ты понятия не имеешь о том, что такое настоящая преданность. — Ну да, куда уж мне... — Хорошо, что хотя бы это ты понимаешь. У меня как раз для тебя есть предложение... — Отказываюсь. — Хах, в твоей то ситуации? Я бы советовал тебе подумать дважды. Я знаю, что «Анабиоз» всё ещё жив в тебе. Если не хочешь потерять и ее, то делай то, что я говорю. Этот ублюдок был прав. Он задел меня за живое. — Что тебе нужно? — Стань моим единственным учеником и рабом. — Что? — Не придуривайся. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. — И зачем тебе это? — Не думаю, что должен рассказывать тебе об истинных причинах подобного союза. Хотя... Почему нет? — Белый повернулся ко мне спиной, подойдя к висящему в небе богу. Рядом с ним появился мужчина в «деловом» костюме викторианской эпохи. Черные колючие волосы, две катаны на поясе, и чувство безумной опасности. Только так я мог себе его описать. Мужчина стоял молча, и лишь сверлил меня своим фиолетово-фиалковым взглядом. — Понимаешь, нам очень нужен один твой знакомый. Вы привыкли называть его Серым мечником. Он наш старый друг, и нам бы очень хотелось еще раз с ним... поговорить. А что касается лично тебя: твои способности незаурядны. Они на много интереснее, чем например, у Азариаса. «Какой же ты лицемерный ублюдок,» — подумал я в этот момент, но к счастью, говорить не мог. — А что ты сделаешь с прошлым учеником? Почувствовав мой вопрос, мечник повернулся, одарив меня мягкой улыбкой. — То же, что и со всеми до него. Избавлюсь за ненадобностью. Почему тебя это вообще волнует? — Значит, однажды ты и от меня так избавишься? — Кто знает, — его улыбка уже начинала меня раздражать. — Так что, ты принимаешь мое предложение? — А есть какие то условия? Что я должен буду делать, и что получу? Просто интересуюсь на будущее. — Да, конечно. Сначала мы с тобой найдем Серого. Твоя печать в этом поможет. Возможно, он даже вернет тебе руки, если ты хорошо попросишь. А потом, ты поможешь нам играть театр для Доарда. — Что еще за театр? Вы хоть понимаете, на сколько Доард могущественный маг? — Понимаем, — вмешался второй мужчина, — по крайней мере, я понимаю. Именно потому что я это понимаю, нас всё еще не раскрыли, и никогда не раскроют. Этот старик слишком мне доверяет. — Так ты значит, Иринарх? — Да, Алан Кинг, это я. Я тоже наслышан о твоих достижениях. У тебя неплохо получилось обвести нас вокруг пальца. Ты ведь работаешь на «Мертвую руку», я прав? — Я без понятия, о какой мертвой руке ты говоришь. У меня были свои мотивы, чтобы драться с этим Богом. К слову о богах, а где Бог небес? — Хах, его не существует. Это просто байка для дурачков из эдема, чтобы они ни о чем не догадались. Хотя не думаю, что кто то из них способен преодолеть эффект «Катарсиса». — Хватит, Иринарх, ты уже рассказал ему достаточно. Не люблю, когда тянут время. Алан, ты принимаешь мое предложение, или предпочтешь умереть? Эта ситуация поставила меня в тупик. С одной стороны, выбор очевиден: чтобы выжить, я обязан стать на сторону этого сумасшедшего. Потом мне наверняка промоют мозги, и я стану очередным овощем из Эдема. Но с другой стороны... Всё это в корне противоречило моей идеологии. Эджил просто использует этих людей в своих целях, а они о подобном даже не знают. И к тому же, я не понимаю еще одной вещи... — Можно последний вопрос? — Задавай. — Если я правильно понял, вы против Доарда, а значит не такие уж плохие ребята. К чему тогда весь этот театр? Пускай несколько человек включая меня догадалось о происходящем, но что это меняет для вас? Ведь если мы не выдадим вас коалиции, то и проблем не должно быть, верно? Белый мечник мрачно посмотрел на меня, и приблизившись вплотную, начал говорить тихо, словно не хотел кого то разбудить. — Есть кое что, о чем я тебе забыл рассказать. Понимаешь, я ненавижу людей еще сильнее, чем Доард. Наверное в его случае применимо: «От любви до ненависти один шаг», но про меня ты этого сказать не сможешь. Всё что я делаю последнюю сотню лет, я делаю не для вас, ублюдков. Это лишь долгосрочная перспектива, нацеленная на полное искоренение вашей расы, как только вы окончательно утратите бдительность. Ради этого, я даже помогаю вам убивать демонов. — В реальности же вы: грязные, нелепые, необучаемые, жалкие, непонятные создания. В вашей голове хаос, а действия часто лишены логики и смысла. Природа одарила вас таким разнообразием атрибутов, таким потенциалом! Однако, вы предпочли сидеть в своей Наэрии, возделывая поля. Вы не хотели развивать свой потенциал, не хотели помогать другим. Почему? Вы и сами не знаете, почему. Куда уж нам знать? — Значит, ты просто решил уничтожить всё, чего не понимаешь? — Я ещё не договорил, — прорычал мечник, и моя вторая рука, отсеченной покатилась по полу. — Я понимаю всё, и именно поэтому считаю своим долгом — уничтожить человеческую расу. Мы бы давно сделали это, не будь у нас на пути пары препятствий. Вы людишки, живучие словно змеи, но в мире всегда есть хищник крупнее. Ответь же мне: станешь ли ты моей жалкой марионеткой, обреченной на существование ради служения? Думаю, я уже знаю ответ. — Мой ответ: н.., — внезапно, я увидел, что в груди Эджила зияет круглая дыра. Ровно там, где должно быть сердце. — Его ответ — нет, как и мой, — прозвучал знакомый голос. Из за плеча мечника я увидел Азариаса. Его лицо было в слезах, а взгляд напоминал взгляд испуганного ребенка, совершившего непростительный грех. Его голос и руки дрожали. — Я всё слышал, «учитель». С начала и до конца. Очень жаль, что я не увидел этого сразу. Я признателен вам за всё, что вы для меня сделали, но ваши взгляды просто омерзительны. И как... как вы могли предать меня? — голос парня срывался. Тем временем в десятке метров от нас стоял Иринарх, скрестив руки и наблюдая за происходящим. — Глупый мальчишка. Разве я не велел тебе проведать наших капитанов? — Эджид схватил парня за горло, подняв его над землей, — Хотя, это уже не важно. Ты мне больше не нужен, а значит я могу убить тебя без сожалений. Комнату наполнил холодный свет. Через мгновение, я услышал странный звон и ощутил в воздухе знакомую ману Азариаса. Руки Эджила были пусты... От парня не осталось даже одежды.Свет рассеивался во все стороны, стремясь наружу, и ослепляя. А еще, этот свет что то пытался сказать мне. Словно пробиться в мою душу, достучаться до меня. Закрыв глаза, я на вечный миг погрузился в горизонт. — Похоже, я вновь могу говорить, и даже мои руки при мне... Это ты? — как всегда, в пустом, но на этот раз освещенном пространстве, стояли лишь два силуэта. Я и мой бывший спаситель, Азариас. — Да, это я. Алан, я пришел сказать тебе несколько вещей, прежде чем рассеяться, — даже тут, парень продолжал плакать, но лицо его имело серьезный вид, словно слезы он уже не контролировал и не обращал на них внимание. Его взгляд был пуст. — Почему ты напал на него? Я бы всё равно не согласился на эту сделку. — Тогда он бы убил тебя, и тех восьмерых, что у тебя с собой. — Да но... В любом случае, спасибо тебе за эту помощь. Честно говоря, я всё еще не думаю, что выживу. Боюсь, что твоя жертва была напрасна. — Это не так, и я скажу тебе почему, но не сейчас. Для начала, позволь мне тебя предупредить. — Мне придется зайти издалека. Понимаешь, учитель всегда был мне дорог. Он был мне как отец, но... Раз за разом, я не мог не задавать себе вопросы. Его меч, «Катарсис», духовное оружие. Оно порабощает разум, и лишь ментально стойкие люди способны игнорировать его эффект. Я никогда таким не был и потому, мог лишь подозревать, каждый раз неизменно закрывая глаза. — Но сегодня что то изменилось. Когда я начал душить тебя, и когда я увидел ужас и отвращение во взгляде Элизабет, что то словно сломалось внутри. Я задал себе вопрос: зачем я это делаю? Почему мне так важно, чтобы никто не обсуждал моего мастера? Неужели я готов собственными руками душить человека, с которым надеялся стать друзьями? — Я гнал от себя эти мысли, но картина в голове уже начинала складываться, и события минутами ранее лишь придали мне уверенности. Тот человек... Нет, то существо, которое я называл своим мастером, это лишь обман и образ, что я запомнил из детства. В реальности он такой, каким сегодня себя явил. Даже Иринарх нравился мне больше. Грустно только от того, что с этой правдой, жизнь мне больше не хочется. — Мне очень жаль, друг, правда, — я подошел к парню, положив ему руку на плечо. Сейчас, я и сам был готов разрыдаться. Всё же, этот человек спас меня и не один раз. А теперь, я ничем не могу ему помочь. — Алан, пожалуйста, ты должен выжить. Тот эльф что напал на нас ранее, он из «Мертвой руки». Ты должен любой ценой выжить, и найти их. Они знают правду, и они тебя всему научат. — Почему я? В моей жизни множество проблем, и скорее всего она вот вот закончится. — Нет, мы всё продумали. Ты будешь жить, если всё получится. А что насчет первого вопроса... На самом деле я видел, что Эджил боится тебя. Наверно дело в твоей способности. Твоя сила поглощать, это настоящий антипод силы Эджила «рассеивать». Его атрибут это «Белый свет», невероятно могущественная сила, способная управлять светом, превращать другие объекты в свет и даже превращать в свет себя. — Но в тоже время, этот свет ужасающе опасен. Он не похож на тепло солнца, или уют свечи. Нет, это белые лучи прожигающие насквозь. Проходящие сквозь душу, забирающиеся в самые потаенные участки твоего сознания. В комбинации с «Катарсисом» он способен подчинить своей воле даже Иринарха, склонив его к предательству. — Слышал ведь наверняка: говорят, что хоть у Эджила и есть меч, но никто никогда не видел, как он его использует. Так вот, это правда. Для победы ему не нужен меч, а если он и использует его, то лишь создавая из света. — Сколько же у человечества врагов в этом мире... Мне искренне жаль людей, — меня уже начинало трясти от осознания всего могущества этого мечника, и собственной беспомощности. — Да, мне тоже искренне жаль людей. Хоть я и фригус, но вырос среди вас, и всегда считал себя человеком. По тому, увидев достойного человека вроде тебя, мне захотелось хоть как то помочь вам. Всё равно моя раса уже полностью уничтожена. Знаешь, тогда в деревне, ты меня впечатлил. Тогда я впервые увидел настоящую волю, не навязанную кому то силой меча. — Та ярость, от части не моя заслуга. Постарался еще и бог плоти. — Не важно. Ты спас жителей этой деревни. Я бы с таким числом не управился, а у тебя даже не было рук. Всё остальное не важно. — Послушай, сейчас центр моей души начинает рассеиваться, а значит, времени совсем не осталось. Я знаю, что ты не смог бы меня поглотить, даже если бы захотел. Иринарх наверняка остановил бы тебя, и потому, я дам тебе это лично, — парень погрузил руку себе в грудь, и скривив лицо от боли, вытащил некий сияющий синим светом сгусток. После этого, его взгляд окончательно потух. — Это мой атрибут материи. Он должен помочь тебе, возьми его. — Но у меня уже есть два атрибута. Моё тело не выдержит... — Должно выдержать, если это атрибут материи. В древних записях я читал, что он стабилизирует состояние маны внутри души, приводя ее к полному порядку. Если тебе повезет, и это окажется правдой, то ты получишь еще большую силу. Это моя последняя воля. — Хорошо, я не в праве нарушить ее, если ты так решил. Хочешь ли ты еще чего то напоследок? — Нет. Разве что, мести... — Парень в последний раз добродушно улыбнулся мне, и его тело рассеялось, словно песок на ветру. Я попытался схватить остаточный образ, но мои руки прошли сквозь воздух. В этот момент, атрибут что я держал в руке, изменил свой цвет с синего на серый, начав медленно сливаться с моей душой. Впервые за долгое время я ощутил, что мои нервы окончательно сломаны. Моя психика уже не может выдерживать этих бесконечных испытаний, словно в этот мир я попал лишь ради страданий. Терпеть, терпеть и терпеть, сколько можно? Ради чего? Я сгорал заживо, я наблюдал за смертью своих друзей, я терял руки, я пожертвовал девушкой которую люблю, а позже пытался убить ее снова. И абсолютно всегда я был беспомощен. Всё что я умею — ныть, и плыть по течению, строя из себя героя, но каждый раз бросаясь в пекло. — Алан, пожалуйста, — я услышал умоляющий женский голос откуда то снаружи. Это была Элизабет. Взяв себя в руки, словно в последний раз, я вырвался в реальность. Кажется, снаружи не прошло и секунды. Едва я успел увидеть держащую меня за руку Элизабет, и спину Белого мечника, как реальность перемешалась. Упав на каменный пол в какой то темной пещере, я начал извергать из себя желудочный сок. Голова ужасно кружилась, и вместе с тем в теле нарастала боль. Элизабет лежала рядом, в луже крови вокруг ее головы. Я с трудом подполз к девушке, но было уже поздно. Не знаю, как далеко она переместила нас, но похоже это убило ее. Без сил распластавшись рядом с ней, я беспомощно закрыл глаза. Боль в теле лишь нарастала. Я уже слился с атрибутом материи, но похоже, Азариас ошибся. Он не стабилизирует ману. Вместо стабилизации, моя душа разрушается от чрезмерной нагрузки. Войдя в горизонт, я подбежал к кристаллу печати, в надежде что то исправить, но было уже поздно. Через мгновение, кристалл и всё пространство вокруг разорвалось в клочья. Что же, кажется, это конец. Простите, что подвел вас, ребята. Мои амбиции идут к черту, если я не могу даже удержать дарованную мне силу в руках. Стоя в пустоте, я лишь тупо смотрел в никуда. И зачем всё это было нужно? Чувство, будто я забыл нечто важное, не отпускало меня. Ответ на мой вопрос, последовал незамедлительно. Сначала один голос, потом два... С каждой секундой их становилось больше. Внезапно я обнаружил, что мой силуэт переливается всеми цветами радуги, словно космос, а внутри, словно на кофейной гуще, бушуют ураганы. Что это? Подумал я, глядя на две ярко сияющих «звезды» на моем теле, словно стремящихся слиться воедино. Лишь коснувшись их, мое сознание затянуло внутрь. ---------- Горячая кровь. Часть 1. С трудом открыв глаза, Рокудо увидел хрупкую нежную руку, лежащую у него на пастели. Рядом с ним на полу сидела Эви. Кажется, девушка сейчас спала; В свои 14 лет, она выглядела на все 17. Интересно, узнал бы ее Алан? С грустью глядя на девушку и вспоминая недавние события, Рокудо вновь начинал испытывать чувство вины. Хватаясь за прошлое он едва не провалил ту единственную миссию, что сейчас имела значение. “Почему я так цепляюсь за Эви? Только лишь из за обещания?” — думал Рокудо, разглядывая длинные светлые волосы, и подаренное им бежевое походное платье. Оно было ей очень к лицу. “Она ведь мне почти как младшая сестра,” — поймал себя на мысли Рокудо, прежде чем Эви внезапно проснулась, посмотрев парню в глаза. — Не прилично так засматриваться на девушку. — Извини… — Рокудо неожиданно для себя, смущенно отвернулся. Смущение для него было новым, неизведанным чувством. — Как твой атрибут? — Откуда ты знаешь… — Маэстро знает, он и рассказал. — Понятно, значит больше нет смысла скрывать, — парень горько улыбнулся, опуская голову. Он до конца надеялся, что об его проклятии никто не узнает. — Почему ты не рассказывал мне о нём? Это ведь такая сильная способность! — Ты правда так считаешь? — Рокудо удивленно посмотрел на девушку. — Ну да. А что не так? Конечно, эта сила опасна и для тебя тоже… Но ведь в нашем мире, лучше с атрибутом, чем без, верно? — Да, просто… — парень колебался, не решаясь рассказать что то девушке. — Что то не так? С твоим атрибутом. — Я… не знаю. Это долгая история, и она полна ужасов. Хочешь ли ты узнать ее? — Хочу, — девушка решительно сжала руку Рокудо. — Хорошо, раз уж ты и правда не против, то наверное, я могу рассказать. После продолжительной паузы, парень продолжил: — Дело вот в чём… всю жизнь, сколько себя помню, меня травили за эту силу. В детстве меня часто избивали со словами вроде: “А чего тебе будет, ты же даже кровь не теряешь. Постой смирно, потерпи немного”, — Рокудо расстегнул красную куртку, и указал на множество шрамов на голом торсе. — Я ведь был бездомным, как и многие другие, после нападения культов на Полимиум двадцать-пять лет назад. Бесконечно слоняясь по улицам города в поисках еды, я то и дело подвергался нападкам со стороны. — Казалось, что даже в этом, самом большом на континенте городе, вся шпана знает о моей “особенности”. Нападая, они даже не пытались мне что то сломать. Только резали, и оставляли шрамы. А я каждый раз никак не мог потерять сознание, ведь кровь почти всегда возвращается ко мне. Несмотря на это, я терпел. По началу я думал, что если буду отвечать им силой, то лишь подтвержу их слова. — Со временем, я стал ненавидеть всех, кто хотя бы бросал в мою сторону взгляд. Мне казалось, словно они осуждают меня. Наверное тогда, я стал на этот “кровавый путь”. — В один из своих самых неудачных дней, я чуть не умер. Тогда мне было девять или десять лет, и я уже во всю пользовался своей силой, чтобы грабить, а иногда и убивать. Я брался за любую грязную работу, и на мой след никто никогда не нападал. Кто бы мог подумать, что ребенок сможет убить взрослого, да еще и работая по чужому заказу? — Но в тот раз, я провалился. Моей целью была беременная женщина. Жена одного из Графов. У нее уже было шестеро детей, и подпольные структуры очень не хотели, чтобы она продолжала рожать. Вероятно, у них была своя кандидатура на роль будущего Графа. — В тот день я пробрался в ее комнату, затаился под кроватью, и стал ждать. Она зашла с маленькой дочкой, и уложив ее на кровать, начала читать ей сказку. По какой то причине, ее голос и сама сказка меня заворожили. — Тогда я полностью утратил интерес к убийству этой женщины, и выполнению своей обязанности, хотя до этого убивал разных мужчин без стыда и сожаления. — Это была моя первая “серьезная” миссия, и я уже подозревал, что случится со мной, если я ее провалю. Тогда я попытался сбежать из Полимиума. Все подпольные выходы всегда охраняли банды, и оставался только главный выход, но у центральных ворот я успел заметить засаду, и спрятался в одном из заброшенных домов, на втором этаже. — Я просидел там несколько часов, пока не услышал скрип двери, и шаги нескольких человек. Я надеялся, что они уйдут, или что они пришли не за мной. В худшем случае, я всё ещё мог постоять за себя. Несмотря на всю боль и все издевательства, умирать я тогда никак не хотел. — В конечном счете, они нашли меня. Это были члены местной банды “Дикие”. Они называли себя так в честь своего оружия, созданного из останков диких. Конечно же, мы были знакомы. Их, и еще несколько других банд послали за мной, чтобы я точно не сбежал. Конечно, магией они пользоваться не умели, как и большинство обычных жителей трущоб, а значит, шансы у меня были. — Из пяти нападавших, с огромным трудом мне удалось убить четверых. Я использовал только маленький кинжал, смазанный собственной кровью. Нанося противнику рану, моя кровь попадала в его тело, и я останавливал ему сердце. Для этого требовалось лишь совсем чуть чуть контроля, и немного маны, ведь закупорить вену не так трудно. — К сожалению, ранить последнего мне не удалось. Он выбил у меня из рук оружие, и начал душить. Я уже был готов проститься с жизнью, как вдруг его голова буквально взорвалась, словно спелый арбуз, забрызгав меня и всё окружающее мозгом. — Как сейчас помню… Упав на землю, меня начало сильно тошнить. Подобного отвращения я не испытывал никогда в жизни, а с лестницы тем временем слышались тяжелые шаги. — Хорошая работа, — прозвучал тогда строгий голос. Подняв глаза, я увидел лысого мужчину, с множеством татуировок на лице и обнаженном торсе. Он не выглядел физически сильным, скорее крепким, но его энергия прижимала меня к полу. — Всё, хватит ныть из за идиотов, я пришел забрать тебя, — мужчина поставил меня на ноги. Сначала у меня была надежда, что это спаситель. Однако, лишь взглянув ему в глаза, я сразу всё понял. — В его взгляде было нечто пугающе-противоестественное, словно кожа на его лице вот вот расслоится, и под ней покажется другая личина. Его алые зрачки словно были тройными, а белки глаз почерневшими с краёв. — Но что пугало еще сильнее, так это его сила. Очевидно, он сдерживался, что бы меня просто не размазало об пол, но даже так, я ощущал ужасающую угрозу, с какой никогда раньше не сталкивался, даже будучи на грани жизни и смерти. — Идем за мной, — приказал он, выходя в подворотню. — Лишь выйдя в подворотню, меня вновь чуть не стошнило. Я конечно, убивал людей, но такого количества внутренних органов и оторванных голов моё детское сознание выдержать не могло. Он убил порядка двадцати человек перед входом, так тихо, что я даже не слышал этого, сидя в здании. — Честно говоря, тогда я и не надеялся сбежать. Просто приняв судьбу, я пошел вслед за ним. Через некоторое время мы подошли к двери в одной из крепостных стен, разделяющих Полимиум на круговые уровни. За дверью находилась лестница, уходящая глубоко под город. Именно там находилась “Церковь перевоспитания”. — Не знаю, зачем им понадобился именно я, но следующие несколько лет прошли в мучениях. Меня бесконечно травили ядами, пытали, шрамирование, прижигали, бросали в клетки к диким без оружия, морили голодом месяцами, и что хуже всего: не давали умереть. — Чтобы не сойти с ума, каждый день я повторял свое имя: “Рокудо”. Это было единственное слово, что я услышал от своей матери, прежде чем она исчезла, и я держался за него, как за последний шанс остаться собой. — Все эти испытания, как и избиения на улице, делали меня лишь злее. Я знал, чего добиваются все эти люди: они хотели меня сломать, но в итоге у них не получилось, хоть и сбежать я не смог. — Я нашел для себя компромисс, играя по их правилам. В один момент я настолько привык к боли, что мне приходилось изображать ее осознанно, чтобы никто не заподозрил моего театра. — Я думал, что меня не раскроют, и так и было… Пока ко мне не пришел Доард, — Рокудо молча взял обмотанный тканью клинок, положив его на колени. — Вот этот меч он дал мне тогда. Это духовное оружие, и его имя “Алчность”. Оно поглощает мою кровь, и становится сильнее. Доард сказал, что для его пробуждения я должен буду в течении десятка лет поить его кровью. Также он дал мне второй атрибут, — парень поднял руку, и из области сочленения кисти внезапно выросла дополнительная кость. — Это была его жестокая шутка: два проклятых атрибута для одного ребенка. Доард очень любил подобный “юмор”, изо дня в день наблюдая за детьми “Церкви перевоспитания”, и придумывая всё новые и новые способы сломить их волю. — В тот день, Нод буквально запихал в меня этот атрибут. Тогда моя душа чуть не разрушилась, и я выжил лишь чудом. — Нод это… тот мужчина? — Эви со слезами на глазах слушала рассказ парня, изо всех сил пытаясь разделить его боль. — Да, это первый воин всей коалиции, и вероятно, самый сильный “человек” среди всех существующих. Бытует мнение, что он даже сильнее Доарда, но служит ему, как родному отцу. — Его принято называть человеком, но его настоящее происхождение, способности, и какое либо прошлое никому не известны. Известно только, что он никогда не проигрывал, и однажды убил бога металла голыми руками, используя лишь физическую силу. — После этого, по иронии, его стали называть “Богом неизбежности”. — Это действительно страшно… — Да. Я всё ещё боюсь его, и порой вижу в кошмарах. — Так ты отказался от этой силы из за него, и Доарда? — И да, и нет, — парень напрягся. Сейчас он не мог решить, стоит ли ему рассказывать конец истории, ради которого он и начал этот долгий рассказ. — Это… На самом деле, когда меня приняли в одиннадцатый отряд, то я начал пользоваться своей силой даже больше. Я хотел использовать любую возможность, что даст мне жизнь. Я хотел стать победителем, доказав всем, что я не то жалкое существо, скулящее в подворотне. — Сначала я был нелюдим, и избегал ребят. Они в свою очередь относились ко мне осторожно. Весь корпус знал об этом “подарке” для меня от Доарда, в качестве меча и атрибута. — И всё же, несмотря на свою асоциальность, я был не так глуп. Я знал, что есть люди хорошие, и есть люди плохие. Я никогда этого не забывал, или по крайней мере так думал. — В один из дней, я просто шел по внутреннему двору, как вдруг услышал очередное оскорбление в своей адрес. — Эй, шавка Доарда, иди сюда, у меня к тебе дело, — голос принадлежал Рейгану, одному из самых агрессивных людей нашего корпуса. Его отряд стоял выше нашего, а значит и полномочий у него было больше. — Он часто меня задирал, но я не собирался опускаться до его уровня, от чего он чувствовал себя безнаказанно. Даже его оскорбления Доарда все вокруг игнорировали. Какая разница, если столь значимая персона никогда не появится в подобном месте? — Я уже собирался сделать шаг прочь, как вдруг кто то преградил мне путь рукой. — Шавка тут только ты, — прозвучал грозный женский голос. Это была Эйверин, член одиннадцатого отряда, и человек который должен был стать его капитаном, как только наше обучение закончится. Признаюсь честно, в тот момент, когда она заступилась за меня, что то у меня внутри перевернулось с ног на голову. — Что ты сказала, мерзкая сука? — Рейган подошел к девушке, ударив ее в лицо. Тогда я впервые в жизни понял, что означает: “вне себя от ярости”. — Я хотел убить его, и Рейган об этом отлично знал. Он воспользовался моей яростью, поймав меня на ошибках, и впечатал меня в стену. Последним что я тогда увидел, было разъяренное лицо Феликса, разбивающего каменную колонну головой Рейгана. Я никогда не видел его в такой в такой ярости, и прекрасно понимал его чувства… — После того случая, мы с ними сблизились. Я просил у Эйверин прощение, за то что не смог заступиться за нее, но она лишь улыбалась, и говорила что это была ее инициатива, и моей вины тут нет. — Потом, на одной из миссий, я спас Рея от Кагатана в джунглях, и мы с ним начали внезапно много общаться. Я никогда раньше не встречал настолько простодушных и добрых людей. Даже не подозревал, что они существуют. То же я мог сказать и о Гилберте с Филитой. Каждый член одиннадцатого отряда словно помогал мне обрести человечность, и в особенности это была Эйверин. — Ты любишь ее? — Почему то задавая этот вопрос, Эви чувствовала грусть. — Любил. Ее уже давно нет в живых… — Но.. — Это была моя вина. Я… — Внезапно Рокудо замолчал. Похоже, что даже его психика отторгала эти воспоминания. Выражение его лица не изменилось, но слезы капали одна за другой. — Эв, можно я, в другой раз… — Конечно, не заставляй себя, — девушка обняла плачущего парня. Впервые она видела его таким слабым и разбитым. Он ведь всегда старался быть ей кем то вроде учителя или старшего брата, оберегая от всех опасностей. — Как думаешь, Эви, может быть это карма? — парень с грустью посмотрел девушке в ее прекрасные карие глаза. — Нет, врядли. Учитель говорил, что карма на самом деле не существует. Люди придумали ее только чтобы оправдывать то, чего они не понимают, и чтобы легче было жить “правильно”. — А я правильно жил? Вспоминая своё прошлое… Я убил столько людей, что даже чистилища наверное не достоин. — Но у тебя ведь было не так много выбора, верно? — девушка положила парню руку на лоб. — Эти люди ненавидели тебя, просто потому что ты другой. Почти все были твоими врагами, но ты не сломался. Разве подобное не достойно уважения? К тому же, ту женщину ты не убил. Ты по сути был готов умереть, но не убивать ее. — Да, наверное ты права. До этого я убивал только отмороженных ублюдков, жалости к которым не было и быть не могло. В бедных районах Полимиума побеждает сильнейший… — Я вот тут подумала: а как вообще находят детей для “Церкви перевоспитания”? — Их приводят туда или капитаны отрядов, или кто то из совета лично. Но каким образом и где их отбирают, я не знаю… Господи, насколько же эта система прогнила. По неизвестной для себя причине, не желая отпускать Рокудо, Эви обнимала его еще несколько минут, пока появившаяся помощница Маэстро не прервала их. Зайдя внутрь, она веселым взглядом смерила сидящие на полу фигуры. — Мы прибудем в город Ки-Шас через несколько минут. Мастер изъявил желание видеть вас лично. — Хорошо, мы сейчас будем, — взгляд Рокудо и Эви снова встретился, и они растерянно шарахнулись друг от друга, только сейчас осознав, что вообще происходит. — Хах, вы красные как раки. Не заставляйте мастера ждать, — ехидно подметила помощница, покидая шатёр. — Аа..ээ… Как думаешь, зачем он нас сюда привёз? — Эви изо всех сил старалась прогнать из головы изображение торса Рокудо. Когда ее вообще начали волновали такие вещи? — Я… ну… Я говорил с ним об этом и… Там что то про судьбу… — Рокудо находился в растерянности не меньшей чем Эви. Ему уже двадцать один год! А она — ученица его друга, и ей всего десять лет! Пускай выглядит она на 17, а мыслит на 25… Наконец, собравшись с силами, Рокудо решил взять ситуацию в свои руки. — Пойдем, нас ведь уже ждут, — без труда вскочив с кровати, он закрепил клинок на поясе. Сейчас он ощущал, будто что то внутри него изменилось. Может быть, однажды, эта девушка даже сможет покорить его сердце, и узнать его историю целиком, но сейчас он не готов об этом говорить, даже сам с собой. “О чем я вообще думаю?” — прервал свои мечтания Рокудо, выходя на улицу. Идущая вслед за ним Эви, смотрела на его спину. Ее лицо и руки горели. Он доверил ей нечто на столько важное, и она даже обнимала его, когда он показал ей слезы… “Неужели это то, что люди называют дружбой? У меня ведь никогда раньше не было друзей… Нужно было спросить об этом мастера.” ---------- Горячая кровь. Часть 2. В пустыне царило утро. Невероятно удивительным было то, как изменился пейзаж вокруг. Этот город был настоящим “Оазисом” меж палящих песков. Будучи богатым на растительность, он располагался среди песчаных дюн, словно райское убежище. Прогуливаясь по городу, и разглядывая постройки из саманного кирпича, Эви то и дело охала и ахала от удивления. Ее поражала не только местная необычная архитектура, но и обилие людей на улицах. — Року, как думаешь, почему тут кругом столько народу? — Ну, это ведь как никак, сердце здешних пустынь. Больше Ки-Шаса только Ши-Та. Кстати, по этому пустыни и называются Ши-Та, в честь самого большого города. — Значит, в пустынях тоже много путешественников? — Да, конечно. Пустыни ведь всегда привлекают к себе внимание авантюристов и исследователей. Только представь, что может скрываться под двадцати, а то и стометровой толщей песка. Затерянные города, гробницы, артефакты и следы целых цивилизаций. Когда то давно, когда я попал в эту пустыню впервые, то даже мечтал заняться чем то подобным. — А разве твой атрибут подходит для таких исследований? — Хах, если бы атрибутом всё ограничивалось, то конечно не подходил бы. Однако, магию в таких исследованиях не используют. — Чего? — Эви от удивления чуть не врезалась в проходящую мимо старушку. — Но ведь это намного эффективнее! — Древние маги тоже так думали. Но не забывай, что использование магии не проходит бесследно. Важным правилом археолога является: “не повредить находку”, ведь она несет в себе определенную информацию о прошлом. Были случаи, когда использование даже самой простой магии вблизи древних артефактов, активировало их, и погибали сотни людей. В конечном счете, от подобного отказались. — Понятно… Ты похоже, и правда много знаешь об археологии. — Конечно. Это одна из тех вещей, что мне всегда очень нравилась. Жаль, что не получилось толком ей заняться. — Ну ничего, всё ещё впереди. — Даже не знаю… Сначала нам ведь нужно вернуть Алана к жизни, если мы еще вообще на это способны. — Да, честно говоря, я всё еще надеюсь что его душа стала духом, а не “испарилась”. Такое бывает, когда погибает кто то с сильной душой, и мастер явно был из таких! — Согласен. Тогда завтра отправляемся в Джашас к моим знакомым. Надеюсь что они всё ещё будут там. Кстати, перед тем как мы сошли с повозки, Маэстро попросил меня вернуться к нему вечером. Он ведь должен дать нам денег за работу, если конечно сказал правду. — Чем займемся до вечера? — Давай просто посмотрим город. Деньги у нас некоторые есть, так что можно один день пожить в радость. Следующие несколько часов Эви и Рокудо бродили по городу, разглядывая разные витрины. Парень даже купил своей попутчице небольшую керамическую игрушку в виде зайчика, которую можно было повесить на пояс. И вот едва спутники поднялись вверх по городу, как некто окликнул их. — Лучшая еда во всей пустыне. Заходите, не стесняйтесь. Рецепты от нашего личного шефа, прибывшего с Акеи! Спутники переглянулись. Что мог забыть эльф-повар с Акеи, в центре пустыни Ши-та? Конечно же, нельзя было оставить без внимания подобное предложение. Войдя внутрь просторного каменного здания, практически никак не оформленного, спутники сели за одним из столов. Внутри веяло прохладой, в чём явно была замешана магия. Совсем скоро их столик посетил сам Шеф-повар. Он действительно оказался эльфом, и при чем эльфом не обычным, а песчаным. Уточнив пожелания своих гостей, он скрылся в двери за “барной” стойкой. — А тут уютно, и прохладно, — Рокудо поймал себя на мысли, что уже несколько минут нагло смотрит на Эви. — Ты чего так покраснела? Нагрелась что ли? — покрасневшая девушка смущенно смотрела в пол, сжимая одежду. — Ладно, в любом случае, давай ты теперь расскажешь мне о себе. А то говорю только я и я. — О себе? Честно говоря, мне и нечего о себе рассказывать. Разве что как мы познакомились с мастером. Он тебе не рассказывал? — Неа. В этот момент, к столу подали еду, и Эви напрочь забыла о рассказах и прочей ерунде. Сейчас лишь запах жареного мяса будоражил ее сознание. — Ну, потом так потом… — Резюмировал Рокудо, поднимая вилку. Давно он уже не ощущал вкус нежного, розового мяса, сочащегося во рту. По вкусу оно напоминало свинину, а в качестве гарнира предлагались обжаренные овощи. К слову, всё это на двоих стоило им одной золотой монеты, что для еды довольно дорого,но зато порции были очень большими. — Ну что, наелась? — Даа… Сейчас бы еще поспать, и вообще хорошо будет. — Я внимательно слушаю. — А, да… — девушка едва сдержала смех. — В общем, если коротко, то мастер нашел меня на болоте. — Вот прям так? — глаза Рокудо расширились от удивления. — Да, на Анакреоне. Я жила в деревне на болоте со своим дедушкой, и когда всех жителей деревни увели культисты, то осталась только я. Потом на меня напали болотные дикие, но тут пришел мастер, и отогнал их огнём. Он тогда выглядел так величественно… Мне даже не хотелось бояться его, не смотря на то, что он был незнакомцем. К тому же, он был ко мне очень добр. — И так ты стала его ученицей? — Что то вроде того. Мастер был мне, наверное, настоящим “другом”, если это называют дружбой. Честно говоря, я совсем не понимаю собственных чувств, и не разбираюсь в том, что такое любовь и дружба, и другие штуки. — Понимаю тебя. Разобраться в этом порой даже сложнее, чем освоить магию. — Ой, освоить магию мне было вообще не трудно. Когда мы с мастером познакомились, то я и языка мирового не знала. Он меня постепенно учил основам, а потом я как то разом всё поняла, и прочла сразу несколько учебников что у нас были с собой. — Похоже он прекрасный учитель. — Да, очень ненавязчивый и аккуратный. Заботливый и добрый, умный и красивый… — Хах, ты что, влюбилась в него? — Нет! — внезапно, девушка восприняла эту шутку почти как личное оскорбление. — У мастера есть Луна, и к тому же он видит во мне только ученицу. Я бы ни за что не стала идти против его воли. К тому же… — девушка запнулась, не решившись продолжить. Ее лицо всё еще было красным. — Да, грустно всё это. Может быть, он всё ещё жив? Трудно смириться с тем, что он пожертвовал своей жизнью из за моей ошибки. — Нет, ты в этом не виноват. С тобой или без тебя, но мастер всё равно бы сразился с этим существом. Он хотел отомстить за моего дедушку, и за других людей. У них был какой то договор, о котором он мне не хотел рассказывать. — Понятно… Кажется я тоже об этом что то слышал, но не придавал значения. Надеюсь, мы с ним скоро встретимся. — И я надеюсь. С нашей прошлой встречи я стала намного сильнее! Хочу потренироваться с ним вместе, как тогда… Похоже, что их диалог зашел в тупик. Рокудо сидел мрачный как стена, а Эви едва сдерживала слёзы, вспоминая уникальный, серебряный взгляд Алана. — Пойдем, нам нужно развеяться, — Рокудо осторожно взял Эви за руку. — Угу, пойдем. Выйдя на очень длинную центральную улицу, вдоль которой по обе стороны располагалось множество домов, Рокудо осмотрелся. Что то было не так… — Эви, тебе не кажется, что тут что то изменилось? Девушка попыталась взять себя в руки смахивая слезы. Осмотревшись, она нахмурилась. — Да, совсем нет людей. Я не чувствую ни одного… А сейчас ведь только середина дня. — Ага, и почему так жарко? — Року, там… — девушка указала вперед, на уходящую в горизонт улицу. С той стороны к ним медленными шагами приближался крупный силуэт окруженный знойным маревом, словно от его шагов дрожит воздух и само пространство. — Року, почему ты трясешься? — Эви заметила, что Рокудо сильно трясет, а его лицо серьезно как никогда ранее. — Уходи. Уходи немедленно отсюда, и найди Маэстро. И ни за что не возвращайся. — Что происходит? — Это он, он нашел меня. Мне никак нельзя было использовать атрибут, — голос парня дрожал, а рука тянулась к клинку. — О ком ты говоришь… — О “Боге неизбежности”, незыблемой длани. Пожалуйста, умоляю, уходи пока еще не поздно. Найди Маэстро, он наверняка сможет тебе помочь. — А как же ты? Я не могу тебя бросить! — Я обещал Алану, и я не смею его подвести. Если ты останешься со мной, то всё может быть зря. — Хорошо, я поняла, я найду Маэстро, и сразу же вернусь к тебе! Даже не смей ему проигрывать, — на последних словах голос девушки задрожал. Развернувшись и сдерживая слёзы, она побежала прочь, а Рокудо пошел навстречу неизбежности. Два силуэта остановились в нескольких метрах друг напротив друга. — Давно не виделись, мой любимый ученик, — безразлично произнёс покрытый множеством символов мужчина. — Да, я тоже скучал по тебе. Ты даже не представляешь, как повлиял на мою жизнь, своим отсутствием. — Теперь я это исправлю. Вижу, ты собрался сопротивляться? — Разве не этому ты меня всегда учил? — Нет, отнюдь. Хотя признаю, эффект вышел обратным. Очень жаль, что я так глубоко в тебе ошибался. Может быть, ты хотя бы удивишь меня своей силой? Дам тебе фору, и начну с 0.1% В мгновение ока мужчина появился рядом с Рокудо, нанеся удар. Парень едва успел блокировать удар клинком и его швырнуло на десяток метров назад. Несмотря на силу этой атаки и сломанные руки, он остался стоять на ногах. — Хорошо, ты выдержал этот удар, хвалю. Как на счёт второго? Появившись у Рокудо за спиной, Нод проломил тому позвоночник, швырнув его через всю улицу. Несмотря на эту чудовищную атаку, Рокудо всё ещё был способен встать на ноги. — Признаю, ломать кости обладателю атрибута костей — занятие неблагодарное. Но с другой стороны, ты даже не представляешь, какое удовольствие я испытываю, когда несу на своих плечах возмездие моего господина. — Ты оступился, Рокудо. У тебя был шанс всё исправить, но ты им не воспользовался. Впервые мы решили доверить кому то кроме Иринарха столь важное дело, и ты тут же предал нас. Тебе не стыдно? Знаешь, Доард ведь рассчитывал вырастить из тебя члена совета. — Пошел он, — прошипел Рокудо, вставая на ноги. Его клинок был полностью размотан, а в воздухе под палящим солнцем скапливалась кровь. — Что ты сказал? — Пускай катится в бездну, и ты катись в бездну. И Иринарха вашего в бездну, и все ваши отряды в бездну. Рабы рабов, и ты среди них главный раб. — Тебе что, голову напекло? Или ты уже смирился со своей смертью? Хорошо, по крайней мере этот урок ты усвоил. — Нет, — Рокудо внезапно появился за спиной у Нода, нанеся ему размашистый горизонтальный удар катаной, от чего кровь брызнула во все стороны. — Ах ты мелкий… — Нод попытался схватить парня, но тот появился с другой стороны, нанеся еще один удар. Его глаза были скрыты алыми волосами спадающими на лицо. Из открытого рта, застывшего в оскале, шел пар. Лезвия клинка мерцало алым светом, а вены на теле пульсировали. Продолжая наносить удары раз за разом, он оставлял на теле Нода всё больше и больше ран, пока тот бездействовал наблюдаяя за происходящем. Казалось, что ему всё равно. По крайней мере, ему было всё равно до момента, когда Рокудо внезапно отсек ему правую руку, и с трудом отступив назад, застыл на месте. Его дыхание становилось всё тяжелее, а силы были на исходе. Похоже, что он больше не может двигаться. Подойдя к своей руке, Нод поднял ее, и поставил на место. По какой то причине сейчас он выглядел куда более мрачно, чем в начале боя. — Знаешь, теперь мне даже немного жаль тебя убивать. Оказывается, у тебя был определенный потенциал, раз уж ты смог ранить меня на 0.1% моей силы. Однако, приказы господина, это закон. Ничего уж не поделать. Мгновенно оказавшись перед лицом Рокудо, Нод занёс над ним кулак. Во взгляде, таящимся под алыми волосами, он видел лишь непоколебимую, жестокую решимость принять смерть, или уйти победителем. — Всё же, есть в тебе что то хорошее, да? — насмешливо промолвил напоследок Нод. Удар чудовищной силы смёл весь город с лица земли, подняв безумную бурю песка. Лишь те немногочисленные здания, что стояли сзади, смогли уцелеть, но и их уже накрывала песчаная буря. — Ты… — послышался слегка удивленный возглас Нода в центре бури. Его кулак был остановлен лезвием меча, что жадно поглощал его кровь. Что касается Рокудо… Его тело было ужасающе изуродовано. Приняв на себя часть инерции удара, все его кости превратились в кашу. Ударная волна буквально сдула кожу оголив мышцы, но даже так, он всё ещё был жив. — Значит, ты пережил даже 5%? Хвалю. Я вложил в этот удар всю отцовскую любовь, какую имел. Второй удар станет для тебя ударом правосудия. — Второго удара не будет, — послышался голос Маэстро за спиной. — А ты еще что за клоун? — ответил ему Нод, даже не поворачиваясь лицом. — Этого тебе знать не обязательно, — Маэстро поднял руку в воздух, и в центре груди Нода образовалась дыра, затягивающая его тело и вместе с тем весь песок внутрь. Лишь Рокудо стоял неподвижно в этом хаосе. — Я смотрю, ты любишь фокусы? — повернувшись, мужчина начал медленно шагать в сторону Маэстро. Каждый его шаг был всё медленнее, и тяжелее, словно само пространство препятствовало его движению. Вместе с тем, взгляд Нода становился всё безумнее. — Ты думаешь, что можешь нарушить его планы? Ты думаешь, ты достоин этого? — Пространство вокруг мужчины начало трескаться как стекло, словно кто то решил разбить реальность. — Возвращайся к тому, кто тебя послал, чудовище, — спокойно произнес Маэстро, подходя к Ноду вплотную, и заглядывая в его глаза. — Это я еще чудовище? Сними маску, тварь, — в последний раз прорычал Нод, прежде чем его затянуло внутрь дыры, и пространство схлопнулось. Через мгновение после этого, буря прекратилась, а песок упал на землю, словно гравитация отсутствовала вовсе. “Это было слишком опасно,” — Подумал Маэстро, глядя на свои окровавленные руки. — Року, Року, пожалуйста! — Эви в слезах вцепилась в то, что еще осталось от Рокудо, лежащего на земле. Его кожа уже восстановилась, но кровь никак не хотела возвращаться в тело, безжизненно растекаясь во все стороны. — Успокойся, девочка. Боюсь, что ему уже не помочь. Он использовал слишком много силы, и поплатился за это. — Нет, это не правда! Даже если вы не можете ему помочь, я могу! — Что ты собралась… Упав на колени, Эви начала собирать всю кровь что была вокруг, вливая ее обратно в тело Рокудо. Она не совсем понимала, что делает и зачем, но другого выхода просто не видела. Как только кровь на земле кончилась, она перешла на свою. Извлекая кровь из множества ран только что появившихся на ее теле, она начала передавать ее Рокудо. — Ты же умрешь! — Закричал Маэстро подбегая к ней. — Отвали от меня! — Зарычала девушка, приставляя клинок Рокудо к своей шее, — тронешь меня, и прощайся с нами обоими. Я не оставлю его так просто умирать! — Хорошо, делай что знаешь, — бросил Маэстро, отходя на несколько шагов назад. Эви уже чувствовала, что вот вот потеряет сознание от потери крови. Спустя всего несколько мгновений, мир ей заменила темнота. Повторно открыв глаза, она обнаружила, что стоит на всё той же водной глади океана, что часто видит в своих кошмарах. Однако сейчас, на поверхности воды шла рябь. “Где же ты, проклятое животное,” — думала Эви, ныряя вглубь морской пучины. Сейчас она ничего и никого не боялась. Ей было абсолютно плевать, что будет дальше. Она лишь упорно хотела спасти этого человека. Наконец, в глубине показалось множество светящихся глаз, устремившихся ей на встречу. Монументальных размеров чудище вырвавшееся на свободу, стремилось поглотить зависшую в воде хрупкую девушку. — Стоять, — Мрачно скомандовала Эви, вытянув вперед ладонь, но это однако, не остановило чудовище, и оно уже практически вплотную подобралось к девушке. — Я сказала, стоять! — Угрожающе зарычала девушка, и ее слова будто парализовали огромное существо. — Забавно, — прозвучал сокрушительный, утробный голос, звучащий так, словно для него не существовало преграды в виде воды. — Никогда бы не подумал, что какая то наглая девчонка сможет вот так запросто мной командовать. — Мне нужна твоя помощь, — констатировала Эви. — Тебе? Моя помощь? Я только что пытался убить тебя. Девочка, ты в своем уме? Ты хоть знаешь, кто я? — У меня к тебе всё те же вопросы. Ты хоть знаешь, где находишься? Вот я догадываюсь. Ты внутри моей души, и если умру я, умрешь и ты. — Внутри твоей души? Не смеши меня. Кто станет запирать древнейшего из Левиафанов в таком хрупком теле? — Я бы тоже очень хотела знать ответ на этот вопрос, но сейчас на него нет времени. Мой друг умирает, а вместе с ним умираю и я. Ты можешь дать мне какую то силу, или ты способен только пугать и рассказывать о своем величии? — Могу ли я? МОГУ ЛИ Я?! — Пространство вокруг задрожало, а в воде поднялось множество вихрей. — Этот вопрос был верхом твоей наглости, девчонка. Однако, на самом деле я уже знал правду, и знаю, что ты права. К тому же, если я в твоем умирающем теле, то стать частью океана негативной маны, мне бы очень не хотелось. Только вот, выдержишь ли ты мою силу? — Выдержу. К тому же, у меня нет выбора. — Хах, да? Знаешь, ты мне даже нравишься. — Правда? — Да. Каждый раз нападая, я всё гадал — какая ты? Не сказал бы, что ты приятно меня удивила, но в отличии от тебя, все остальные панически боялись меня. Конечно же, они считались с моей силой, но не уважали ее, словно дикие животные. Ты иная. Похоже, это характерно для вашей расы: сколько бы тысяч лет я не жил, но люди никогда не перестают удивлять меня. — Наверняка это черта была и у тех, кто запер тебя тут. — Скорее всего. Давай заключим контракт. По условиям контракта я дарую тебе часть своей силы, или её всю, а ты взамен даруешь свободу моему разуму. — Что это значит? — Это значит, что однажды я смогу выбраться из твоего подсознания, и захватить власть над телом, если конечно захочу этого. — А ты захочешь? — Не знаю. Может да, а может нет. Всё зависит от тебя. — Хорошо, я согласна, — девушка приблизилась к Левиафану, положив на него руку. В этот момент, свет с поверхности полностью заполнил всю океанскую пучину, освещая монументальную фигуру Левиафана, уходящую далеко в глубь пучины воды. На фоне Левиафана, Эви казалась лишь маленькой, светящейся песчинкой. — Какое прекрасное, давно забытое чувство, — прозвучал утробный голос в голове у Эви, возвращающейся в реальность. Ее волосы теперь были светло голубыми, глаза бирюзовыми, как поверхность океана, а черты лица стали еще взрослее. Еще раз взглянув на парня, девушка сосредоточилась. Через мгновение, с неба на нее обрушился плотный поток крови, словно в пустоте открылся водопад. — Вот ведь, — стоявший рядом Маэстро едва не снял маску от удивления. Не часто ему удается увидеть такой объем преобразования. Как только всё кончилось, пустошь озарил алый свет. Лезвие клинка Рокудо пульсировало, словно поток крови, излучая во все стороны яркий алый свет. Как только этот процесс прекратился, Рокудо внезапно вдохнул полной грудью. — О боже, ты жив, как же я счастлива, — Эви обняла парня, даже не дав ему прокашляться. — Эв, это ты? Почему я… — Я спасла тебя! У меня получилось! А этот мужик не верил. — Спасибо тебе, правда, спасибо — Рокудо сидел на земле, глядя на еще светящийся клинок и пребывая в полном шоке. Едва собравшись с силами, он посмотрел на девушку. — Эви, что с твоими волосами? И твои глаза, они теперь еще красивее чем раньше. К тому же, твоя внешность… Сейчас я даже не уверен, что ты младше меня. — Это… Что ты вообще вообще такое говоришь? — девушка покраснела, не отпуская парня из объятий. — Что это было? — Маэстро подошел к Эви, держа в руке кольцо. — Честно говоря, сама не знаю, — подмигнула ему Эви. — А что за кольцо у тебя в руке? — Это то, что я хотел отдать тебе с самого начала, — мужчина внезапно закашлялся, и едва на упал. — Что с вами? — Это всё из за Нода. Телепортация такой груды маны, да еще и удержание пространства. Он заставил меня потратить всю свою ману, но я буду в порядке. — Так вот, на счет кольца. Это кольцо я дал не только тебе, но и тому, кого ты ищешь. Надень его на палец, и узнаешь, жив он, или нет. — Неужели вы про… — Да, я про Алана. Мне удалось пересечься с ним несколько месяцев назад. Надень кольцо. Приняв кольцо, девушка аккуратно одела его на палец. Однако, ничего не произошло. — Видите, похоже что на самом деле он мертв… — девушка грустно посмотрела на Рокудо, прижавшись к нему сильнее. — Нет, это невозможно. Я видел его своими собственными глазами. Волосы постоянно меняющие цвет между серым и черным, серебряные глаза, статная фигура. Это не мог быть кто то другой. — Но даже если так, то откуда вы знаете, что я искала его? — Я знаю многое, и потому я искал тебя. Большего я тебе никогда не скажу, это для твоего же блага. Просто внимательно следи за кольцом, этого человека не могли убить так просто. А теперь, пойдемте за мной. К сожалению, нам тут больше нечего делать. В красках алого заката, три фигуры удалялись прочь от разрушенной песчаной пустоши, где некогда располагался прекрасный оазис. Был ли сегодня хоть один человек погребен в этих песках? ---------- Сон свободы. Открыв глаза, я обнаружил, что стою на людной площади в незнакомом мне городе. На дворе жаркая летняя погода, яркое солнце напекает голову, а вокруг то и дело проносятся шумные обитатели города. Похоже, я стою в центре местной торговой площади. Вон, в паре метров от меня, два гнома пытаются успокоить быка, а через дорогу несколько тифлингов продают украшения, и другие ювелирные изделия. Этот город словно дышит жизнью. Двух-трех этажные домики окружающие площадь выглядят не очень то и бедно. Но всё же, что это за место? Такое чувство, что я уже бывал тут раньше. Те две звезды на моем духовном теле... Что это было? — Милок, не поможешь бабушке медячком? — ко мне обратилась старушка, стоящая за небольшим прилавком с овощами. — Да, конечно, — я пошарил по карманам, с грустью обнаружив, что денег у меня с собой нет. — Извините бабушка, у меня ни гроша. — Эх, очень жаль... — А я бы не отказался сейчас от помидора, — прозвучал знакомый голос у меня за спиной. — Ты чего застыл? Дай пройти, — молодой человек лет восемнадцати, с колючими черными волосами по шею, небрежно оттолкнул меня, подходя к прилавку. — Рей? — я удивленно посмотрел на парня, с трудом узнав в нем своего «боевого товарища», если между нами вообще успели сложиться такие отношения. — Мы знакомы? — Парень мрачно окинул меня взглядом. Он явно не был рад этой встрече, и кажется, не узнает меня. Наверное пока что, будет правильнее прикинуться дурачком... В любом случае, всё происходящее не поддается логическому объяснению, и нужно вести себя осторожнее. — Ой, нет. Похоже я обознался, прости прости, — помахав парню рукой, я отошел на безопасное расстояние, дабы разглядеть его со стороны. Выглядел он сейчас совсем иначе: худое телосложение, черный костюм, как у дворян времен Викторианской эпохи, проколотые уши и два кольца на безымянном и указательном пальцах. Сейчас он скорее походил на какого то интеллигентного гота, нежели на того наивного добряка, что я встречал ранее... Может быть, я обознался? В любом случае, я решил за ним проследить. Следуя за ним по улицам и переулкам, почти сразу я понял, что нахожусь в Тидасе. Просто этот район я не успел посетить из за размеров самого города. Остановившись у одного из невысоких домов, Рей постучал внутрь, и кто то открыл ему дверь. Мне же оставалось лишь терпеливо ждать снаружи. К полудню, когда я уже почти потерял надежду, из дома вышли Рей и Элли. На девушке было строгое зеленое платье, и женская шляпка из какого то недорогого материала. Что то оживленно обсуждая, они скрылись за поворотом. Спустя всего каких то полчаса они наконец вышли на набережную, и по одной из лестниц спустились к воде широкого канала. Я же спустился по другой лестнице, и теперь между нами была лишь стена. Глядя на воду и шпиль Академии, я не мог не восхищаться этими местами. Эти каналы вкупе с архитектурой города, представляли Тидас как нечто между Венецией, Лондоном и Санкт-Петербургом. В каждом из этих городов я успел побывать в своё время, и каждый из них запомнился мне своей незабываемой атмосферой. В Тидасе каждый элемент этих городов гармонично сливался воедино, создавая утонченную картину города на каналах. Даже высокие стены-кратеры не могли испортить этот вид, ведь находились слишком далеко от центра города. К тому же, лишь сейчас я с удивлением для себя обнаружил, что с краев этих стен, в некоторых местах, внутрь города бегут водопады образующие течение каналов. — Элли, тебе тут нравится? — послышался голос из за стены. — Конечно. Этот город прекрасен, даже если мы заперты в нём навечно. — Да, ты права. Хотя такие мрачные слова от тебя услышишь не часто. — Угу. Сама не знаю, что на меня нашло. — Ты сегодня особенно красивая, — голос парня почему то звучал мрачно, словно он сомневался, стоит ли ему говорить эти слова. — Правда? Хихи, ты тоже ничего. Редко тебя увидишь в таком праздничном наряде. Неужто на праздник какой собрался? — Праздник? По твоему у меня есть друзья, или желание выходить на праздники? — Ну, мог бы и с Рокудо где нибудь прогуляться. — Не хочу. Мы с ним опять подеремся. — Неужели тебе с ним не весело? — Бывало конечно и весело. Особенно когда мы вдвоем разгромили всё логово «Диких» в канализации. Это отребье вело себя ровно так, как называлась их банда. Это был приятный день. — Вряд ли ты бы пошел в таком костюме туда... Может ты на свадьбу собрался? — в голосе девушки я услышал нотку печали. — На свадьбу? На чью? — теперь голос Рея звучал совсем уж мрачно и безжизненно. — Ну, не знаю даже... Может на свою? Или ты никогда не встречал девушку, которой хотел бы признаться в чем то таком? — Может и встречал, но что с того? Я уже месяц как полноценная боевая единица коалиции. У меня нет будущего. — Ну ну, не надо так говорить. Коалиции нельзя служить вечно... — Да, однажды я умру, и на этом моё служение закончится. Ради этого орден и отдал меня в стены коалиции. — Дурак, — из за стены послышался звук пощечины, — никогда не говори таких ужасных вещей. — Элли, ты плачешь? Я не... — парень был в растерянности, не находя слов чтобы успокоить девушку. А та в свою очередь, лишь схватила его за руку, и повела прочь от воды. Еще несколько часов я ходил за ними по городу, не особо понимая, чего эта парочка добивается, пока наконец они не остановились у одного из местных дорогих ресторанов. Войти внутрь я не мог, ведь у меня не было денег, и потому оставалось лишь наблюдать со стороны. — Эй ты, проваливай, если тебе тут делать нечего, — охранник отогнал меня еще на несколько метров, и желания с ним спорить у меня не было. Да и в самом деле, ресторан этот очень дорогой. Похоже что даже новички в элитных отрядах коалиции получают достаточно, раз посещают подобные заведения. Через час на выходе показалось два силуэта. Рей немного шатался, и кажется был пьян, но старался держаться молодцом. Элли тоже успокоилась, и теперь была на веселе. Обойдя ресторан, они скрылись в подворотне. Может, мне не стоит больше преследовать их? Это как то не красиво... Но с другой стороны, мне наконец представился шанс узнать их лучше. Честно говоря, хоть я и пытаюсь спасти этих людей, но по сути совсем их не знаю. С большинством из них я почти не говорил. Только какое то внутреннее чувство справедливости, всё это время вынуждало меня пытаться помочь им. Едва заглянув в подворотню, передо мной предстала следующая картина: Элли сидит на полу у стены, и у нее из носа идет кровь. Рей стоит в окружении пяти, явно агрессивно настроенных человек, и те что то пытаются у него выяснить. — Ну что, богач, не позолотишь нам ручку? Как развлекаться со своей девкой по богатым кабакам, так ты мастер, а как поделиться с нуждающимися... — Повторяю вам последний раз: или вы извиняетесь перед ней, или живыми вы отсюда не уйдете. — Ты что, в рыцаря играешь? — бандиты дружно засмеялись. — Нет, уже нет, — даже стоя на краю переулка, я ощущал агрессию исходящую от Рея. Его взгляд буквально пылал. — Знаете, я ведь капитан коалиции. Думаю, если убью парочку отбросов, ничего страшного не случится, — схватив одного из бандитов за лицо, Рей с силой бросил его об стену. — Постой! — Закричала Элли, но было уже поздно. Рей вышел из этого боя победителем, пропустив по лицу лишь один удар, оставивший на нём синяк. Я чувствовал, что бандитов он не убил. Однако, все они находились в отключке, и целыми уже не выйдут из этой передряги. — Пойдем отсюда, — Рей взял девушку на руки, и скрылся за противоположным выходом с переулка. Следуя за ним, я лишь бросил беглый взгляд на татуировки бандитов. У них все была одна общая наколка: волк перечеркнутый двумя костями. Нужно будет запомнить этот символ. Может я даже встречу последователей этой банды в будущем. Удивительно. Даже будучи пьяным и побитым, с девушкой на руках, Рей не сбавлял темпа поднимаясь по улицам вверх, и я едва успевал догонять его. Повернув за очередной угол, я едва не ахнул от удивления. В конце небольшой улочки находился выход на террасу, где стояла пара скамеек, и откуда открывался прекрасный вид на весь город — воронку. Я и не заметил, когда мы успели подняться так высоко. Тут красиво... И эти двое, похоже, совсем не обращают на меня внимание. Рей посадил девушку на скамейку, доставая какую то мазь, явно магического происхождения. — Болит? — мрачно глядя на девушку, парень нанес мазь ей на нос. — Извини, я должен был разобраться с ними прежде, чем это случится. — Не беспокойся, это всего лишь нос, — девушка мило улыбнулась Рею, от чего тот немного смутился. — Сам то ты тоже поранился, — она нежно положила ладонь ему на лицо, в месте, где виднелся огромный синяк. — Тоже мне, рана. Знаешь, в этом мире есть вещи, которые ранят меня куда сильнее, — парень внезапно изменился в лице. Под действием алкоголя он совсем раскис. — Ну ударили и ударили... С кем не бывает. Всё же, район был не самый удачный. — Дело не только в этом, — Рей злился. Похоже, что в нем бушевали противоречивые чувства. — А в чём ещё? — девушка с интересом наклонила голову набок, глядя парню в глаза. — Меня бесит... Бесит всё это. Бесит этот город, бесит эта коалиция. Бесят эти правила, эти бандиты, эти запреты, эти стены и эта академия. Тогда на набережной ты говорила про свадьбу... Мол, есть ли кто-то в этом мире, кому бы я мог предложить подобное? Я могу сказать тебе, что такой человек есть. Он сейчас передо мной, но что это меняет? — Рей... — девушка покраснела отводя взгляд. Не похоже, чтобы она была особенно против подобного. Парень тем временем едва не рыдал. Его глаза были скрыты длинным волосами, и голова опущенна. В руках он сжимал платье Элли. — Что всё это меняет? Этот проклятый орден отдал меня сюда. Благодаря им я познакомился с тобой, и из за них же теперь мы не имеем права быть вместе. Ты ведь и сама знаешь, что брак между членами коалиции строго запрещен. Даже то, что мы сейчас тут, могут расценить как нарушение. Я устал постоянно прятаться, постоянно скрывать всё это. Почему я не могу быть честен хотя бы с тобой? — Ты уже честен, — девушка с улыбкой обняла парня, прижав его к груди, и вороша его волосы. — И я понимаю твои чувства. Я тоже ощущаю себя птицей в клетке, в стенах этих мест. Но знаешь, мы хотя бы помогаем другим людям. — И что, это должно лишать нас счастья? — Конечно нет... Я и сама не счастлива, что всё так обернулось. Я не готова жертвовать всем что у меня есть ради других, и тем более тобой... Но ведь нужно искать во всём свои плюсы, иначе жизнь сломает нас раньше времени. Я уверена, что однажды мы выберемся из этого плена. Нужно только постараться изо всех сил. Может во главе коалиции и стоят плохие ребята, но мы то всё ещё помогаем обычным людям. — Да, надеюсь, что ты права... Однажды всё это закончится. Могу ли я, хоть сегодня побыть свободным? — парень поднял голову, и их взгляды встретились, а губы слились в поцелуе, на фоне красного заходящего солнца. В спокойствии повисла тишина. Тем что я только что увидел, я был тронут до глубины души. Вся эта ситуация... С каждым днём я всё больше начинал ненавидеть этот «безымянный мир». Его законы мне были отвратительны. Несправедливость тут царит, словно в раннем средневековье, и ведь этому миру по меньшей мере четыре с половиной тысячи лет. Подняв взгляд полный ненависти к небу, я мысленно обратился к Доарду, и всей его свите, словно они смотрели на меня с облака. «Почему эти люди не могут быть вместе? Потому что так решили вы? Потому что вам легче управлять ими, зная их слабость, и не позволяя им обратить ее в силу? Вы делаете из людей оружие, лишая их индивидуальности. Вы мне омерзительны. Будь у меня самого сила, я бы без капли сожаления стёр вас с лица земли, и плевать мне на всё остальное. Этих людей вы не спрашивали об их чувствах.» Глядя на сидящую на скамейке пару, прямо сейчас я хотел лишь двух вещей: чтобы коалиции воздалось по заслугам, и чтобы эти люди вновь были вместе, и вновь обрели будущее. Могу ли я еще что то сделать для них? Я посмотрел на свои ладони. Они светились серым, едва заметным светом. Может ли это быть атрибут материи? Возможно, если я очень захочу... Подойдя к парочке со спины, я положил на них обе руки. — Что вы делаете? — Элли удивленно посмотрела на меня. Кажется, она даже не была напугана. — Прошу прощения за вторжение, — добродушно улыбнувшись, я закрыл глаза, представляя себе образ двух людей, с которыми я провел сегодняшний день. В моей голове звучало первое правило магии созидания: ты не можешь создать что то, не понимая его сути. И может сейчас я не до конца понимаю этих людей, и их чувства. Всё же, любовь я едва успел хотя бы осознать... Однако, я прекрасно понимаю всю ту несправедливость, с какой они столкнулись на своем жизненном пути: Принудительное обучение, служба по нужде ради семьи, бесконечные насмешки, невозможность найти друзей среди обычных людей, ведь каждый тебя или боится, или подозревает... Я хочу, чтобы вы оба забыли об этих проблемах, как забыл о них я, попав в этот мир. Сейчас это всё, что я могу для вас сделать. Подарить вам часть той свободы, которой вам так не хватало, и когда то не хватало мне. В руках я ощутил тепло, словно кровь выходила из меня устремляясь в небо. Мир вокруг постепенно возвращался к памяти его владельцев, и вместе с тем, они обретали нечто новое. Открыв глаза, я ощутил острую боль, терпеть которую было едва возможно. К сожалению, даже кричать я не мог. Всё так же стоя в пустоте, я посмотрел на своё тело. Две звезды пропали, забрав вместе с этим часть моей души. Неужели я справился? С этими мыслями я поднес руку к ещё одной паре звезд, сливающихся воедино. Одна из них светилась холодным синим светом, а вторая словно компенсируя ее, сияла зеленой жизнью. У меня мало времени, я должен успеть. ---------- Сон доверия. *Шум снежной бури* Ночь. Холодный зимний лес. Я стою по щиколотку в снегу, и лишь атрибут согревает ноги. Холодные хлопья так и норовят прилипнуть к лицу, но увы, температура моего тела слишком высока. Чьи же это воспоминания? В полутьме раздвигая массивные ветви ели, я заметил маленькие следы на снегу. Это явно следы ребенка, либо какого то небольшого животного. Рядом с ними едва заметна кровь. Следы свежие, ведь их ещё не успело замести. Немного понизив температуру, я пошел по следу. Первое время я блуждал кругами, и лишь плодил всё больше и больше следов, пока в один момент не вышел на небольшую поляну, буквально залитую кровью. Вокруг разбросаны куски человеческой кожи... Рядом с поляной виднелся отпечаток огромной лапы какого то существа, вероятно семейства кошачьих. Диаметр следа был даже слишком большим: около метра. Ели рядом так же были обломаны. Вернувшись назад, я еще раз проверил все следы, и наконец, обнаружил ответвление. Несколько десятков минут след вёл меня в глубь ночного леса, и я лишь натыкался на ветви елей в полутьме, пока следы наконец не привели меня к небольшому входу в пещеру. Вернее, это был даже не вход в пещеру, а небольшая дыра в основании пня. Следы обрывались рядом с ней, а на самом пне я увидел окровавленный отпечаток маленькой руки. Взрослый человек едва ли смог бы протиснуться в эту дыру, но у меня получилось. Пространство внутри было чуть свободнее, и длинным подземным коридором уходило вглубь. Дойдя до другого конца тоннеля, что венчался небольшой подземной пещерой, я остановился на входе, услышав внутри детские голоса. — Ты справишься, — безразлично повторяла себе под нос девочка лет десяти, держащая на руках окровавленное тело мальчика того же возраста. В этих грязных и замерзших существах, я сейчас едва мог различить Филиту и Гилберта. Конечно же, по большей части их выдавали уши эльфийки. — Я да... С тобой всё будет хорошо? — простонал мальчик, даже не открывая глаза. — Да, это ведь моя стихия, — девочка холодно посмотрела на Гилберта, убирая волосы с его лица. Ее реакция холодна словно лед. — Побудь со мной еще немного. Ты такая теплая... Услышав эти слова, Филита слегка улыбнулась, сильнее прижав к себе Гилберта. Глядя на израненного голубоглазого парня, мне становилось больно. Он выглядел просто ужасно: в некоторых местах от него словно откусили кусок. Даже его светлые короткие волосы были полностью покрыты кровью. Прямо сейчас я очень хотел вмешаться. Однако, я не должен этого делать. Это чужие воспоминания, и мне нельзя менять их. Если воспоминания настоящие, то в тот день они выжили, а значит, всё должно быть в порядке. Или же... это не так работает? Внезапно, своды пещеры затряслись, и Филита забилась в угол, крепче обнимая мальчика. Нечто раскапывало пещеру, не переставая тихо рычать, словно пыталось скрыть своё присутствие. Через мгновение, в своде пещеры показалась дыра. Через нее внутрь смотрел огромный рыжий глаз. Существо пыталось принюхаться, а зрачок неустанно двигался в поисках жертвы. Почуяв добычу и запах крови, тварь зарычала, и начала копать еще усерднее, пока наконец вся пещера не была раскопана. Это существо... Мне трудно описать всю его мерзость. Колоссальных размеров рысь, чья морда напоминала карикатуру на человеческое лицо, словно кто то взял изображение «Они» времен феодальной Японии, приклеив лик этого древнего демона к телу огромной кошки. — Уй..ди..— простонал Гилберт, вырываясь из рук девушки, и падая на четвереньки. Сосуды в его глазах лопнули, а тело окончательно окоченело. Несмотря на это, мальчик каким то чудом поднялся на ноги. Поражало то, что в его глазах я не видел страха. Даже, казалось бы, бесчувственная Филита, сейчас напугана больше. — Уйди, — повторил парень, отмахиваясь от существа рукой. В ответ тварь лишь замахнулась мощной лапой, и нанеся удар, с визгом отскочила в сторону. Ее лапа была проткнута огромной, метровой сосулькой. Филита поравнялась с Гилбертом, и они взяли друг друга за руки. У нее по лбу стекала кровь. Очевидно, это заклинание стоило ей многого. — Если уж мы и умрем, то вместе, да? — Гилберт через боль улыбнулся девушке, сжимая ее руку. Только сейчас я заметил, что ему кажется, недостает половины печени. Как он всё еще находится в сознании? Тем временем огромная кошка уже приблизилась к детям, оголяя клыки. — Ты больше не тронешь нас, — решительно приказал Гилберт, и воздух вдруг зазвенел. Его голос словно гром, эхом двоился в воздухе, и от этих колебаний с соседних елей даже посыпался снег. И действительно: развернувшись, огромное существо без тени сомнения ушло прочь, а парень покосился и едва не упал, но его поддержала Филита. — Пойдем домой... — простонал он, теряя сознание. В этот момент, некто словно переключил сцену, показывая мне новый эпизод их жизни. Я стоял на вершине невысокой обледенелой горы. Отсюда мне открывался невероятный вид на лесные окрестности, и виднеющийся за горизонтом, белокаменный Тидас. В десятке метров от меня, два подростка припав на колени, поклонялись каменной статуе. Сама статуя представляла из себя две гуманоидных фигуры: девушку, распятую на кресте в неестественной позе, и обвитую каменными ветвями, а также некоего эльфа, целующего ее. Однажды я уже читал об этой статуе. Местные называют ее «Матерью жизни», и иногда совершают паломничества на гору, чтобы поклониться ей. Это одна из древнейших легенд во всей истории Флегрейса. По преданию, несколько тысяч лет назад, еще до прихода других рас с континентов, в этих местах жили люди. Среди них была девушка по имени Сара. Родившись с редким недугом, от которого у нее не росли волосы, она прожила всю юность подвергаясь насмешкам со стороны других людей. Поначалу она стремилась наладить отношения с людьми, но со временем, ощущая свою «особенность», приняла ее как данность. Отдалившись от людей, она укрылась в лесах, где животные стали ее преданными друзьями. Каждый день она пела для диких существ, а остаток дня проводила в молитве некой сущности, которую теперь историки называют «Правилом материи». Это правило стоит выше всех богов, и дарует низшим существам силу исходя из своих извращенных, никому не известных желаний, что люди не в силе познать. В один из таких дней, на континенте вдруг разразилась ужасная буря, унесшая тысячи жизней людей и животных. Весь день и всю ночь, что шла буря, Сара молилась правилу, в надежде что оно остановит этот ужасающий катаклизм. Однако, буря продолжала буйствовать. Тогда, выйдя на улицу, девушка устремила свой взор к бушующему небу, и лишь одной мыслью остановила катаклизм. Похоже, что правило всё же даровало ей силу. Однако с этой силой, облик ее исказился ещё сильнее. Из тела ее стали прорастать сухие ветви, на которые слетались птицы. Ее кожа зарастала травой, в то время как голос с каждым днем становился всё больше похож на шелест листьев. Продолжая молиться и обретать всё большую силу, она и не подозревала, на сколько опасность близка. Во все времена люди боялись того, чего не понимали, обвиняя в своих грехах людей, выделяющихся из толпы. Сару постигла та же участь. В один из вечеров, перед ее лесным домом собралась толпа бушующих людей. Они винили девушку в прошедшей буре, в уничтожении посевов, и в нападении диких на их деревни. Сара могла противиться им, но не хотела этого. Она бы никогда не тронула человека, даже нанеси он ей сотню ударов. Вместо этого, остановив животных, готовых разорвать людей в клочья, она смиренно сдалась в руки диких людей. Она считала, что долг её уже выполнен, и волю правила она донесла, остановив катаклизм, способный уничтожить всё живое на континенте. Девушку отвели на ледяную гору, распяв ее под лучами холодного солнца. Лишь только она испустила дух, и люди покинули ее, как сразу же тело ее обратилось в камень. Сей поступок жителям здешних лесов стоил выживания. В один миг все дикие звери словно выжили из ума, разрывая на части богохульных людей. Деревья вяли, и трава рассыпалась, словно песок, покуда места эти не превратились в мертвые безжизненные пустоши. Лишь покосившиеся дома, и некоторые рукописи, указывали на некогда существовавших тут людей. Шли века, и с континента стали прибывать разные расы. Первыми в эти места пришли эльфы. Некий безымянный эльф, поднявшись на гору, был вдохновлен видом прекрасной девушки. Несмотря на все её уродства, он видел в ней невероятную природную красоту. Несколько ночей он молился перед статуей на коленях, постепенно сходя с ума. Его товарищи беспокоились за него, но он лишь говорил, что счастлив, и что теперь обретет покой. На третий день, поднявшись на постамент, он поцеловал статую, проронив лишь одну слезу на голый камень. Очевидцы писали, что в тот день они услышали шелест листьев, и сам эльф окаменел, на вечно обретя покой с любимой. С того момента, каждый год на статуе появляется небольшая трещина, из которой прорастает росток, так и не успевая распуститься до зимы. После этого случая, окружающая природа постепенно начала оживать, а в эти места стало стягиваться всё больше и больше животных. Интересно, на сколько правдива эта легенда? Тем временем, фигуры сидящие у статуи вели диалог. Конечно же это были Филита и Гилберт. Хотел бы я знать, что связывает их с этим местом. — Пойдем? — Гилберт посмотрел на девушку, вставая и беря ее за руку. Судя по его виду, это более поздний момент их жизни, примерно 13-14 лет. — Постой... Я хотела сделать еще кое что, — девушка достала фиолетовый цветок напоминающий розу, и водрузила его к подножию статуи. — Ого, это манацвет? Он же очень редкий! — Я нашла его у подножия горы... Мне показалось, что это будет отличным подношением. — Да, у подножия этой горы иногда и не такие штуки вырастают... — Интересно, это всё из за статуи? — Парень подошел к каменному силуэту, положив на него руку, и закрыв глаза. Несколько минут он стоял неподвижно, а потом внезапно отшатнулся, и едва не упал в снег. — Что случилось? — Филита с удивлением посмотрела на парня. — Это... Впервые за 4 года, она ответила мне. — Кто ответил? — Сара. Я говорил с ней сейчас. Вернее, она только сказала мне два слова: «Дитя лесов», а потом мою руку словно обожгло пламенем, — парень оголил рукав. Рука лишь малость покраснела, но в остальном выглядела совершенно нормально. — Такое раньше с кем то бывало? — Девушка с интересом и легким беспокойством разглядывала руку парня, пытаясь найти какой нибудь дефект. — Ну, люди разное говорят. Часто это домыслы или слухи... Но мне точно не показалось! — Надеюсь, всё будет в порядке... Может пойдем уже отсюда? — Да, пора. Пройдя мимо моей фигуры, словно меня вовсе не существует, дети устремились к длинной многоступенчатой лестнице, уходящей к подножию горы. Устремившись вслед за детьми, на мгновение мне показалось, словно в моей голове шумят листья. Бросив взгляд на статую, я заметил, что одна из ее каменных ветвей качается на ветру. — Нарушитель, — тихо прошептали мне листья. После этого, я больше ничего не слышал. Нарушитель чего? Неужели ее покоя? Или что еще можно нарушить в этой вселенной... Не очень понимаю. Развернувшись, я собирался шагнуть прочь, но окружающий пейзаж вновь сменился. На этот раз я очутился в узком помещении напоминающем чердак. Крыша в этом месте сходилась конусом кверху, оставляя лишь немного места внизу. В самом конце чердака перед окном, в свете свечи, обнявшись сидели двое. На них был накинут плед, и похоже, что они совсем не повзрослели с момента последнего воспоминания. — Гил, ты такой теплый... — Хех, ты теплее. — Твоя рука всё ещё болит? — Неа. А что, беспокоишься? — Угу. — Знаешь, ты так изменилась... В первые месяцы после нашего знакомства ты вела себя очень замкнуто, и только и делала, что липла ко мне. — Я сама не знаю, что со мной не так, и почему я за тобой увязалась... До нашей встречи, люди меня не особо интересовали. — Ты ведь так и не рассказала мне, как попала в тот лес. Ты всё ещё не помнишь? — Помню разве что фрагменты. Мы с мамой шли куда то, и потом что то случилось, а дальше появился ты... — Значит там была твоя мать... А я даже не смог ее найти, — Гилберт сжал руки так, что вены на них набухли. — Не переживай на этот счет, ты то точно ни в чем не виноват. Кстати, ты что то помнишь из того времени? — Это... Картина перед моими глазами вновь сменилась. Я уже был тут. Маленький мальчик, стоя на шатающихся ногах, закрывал своим телом эльфийку. Враждебное существо напоминающее рысь с человеческим лицом, вновь готовилось атаковать. В его лапе все еще виднелся осколок гигантской сосульки, но тварь словно игнорировала его. Была в этой ситуации странность, что пугала меня: дикий явно смотрел не на Гилберта, а на девочку стоящую позади него. Провести последнюю атаку существу так и не удалось. Лишь оно замахнулось когтистой лапой, как Гилберт выкинул руку вперед, и множество древесных шипов, вырывающихся из стволов деревьев, пронзили тело твари насквозь. Сразу же после этого, парень потерял сознание, и сцена вновь сменилась, вернувшись к чердаку. Что, черт возьми, тут происходит? В прошлый раз он просто прогнал ее... — Это, я не уверен... Но возможно, я навредил твоей маме. — О чем ты говоришь? Мы ведь тогда ее так и не встретили, — девочка перебирала в руке нитки пледа. Сейчас она выглядела несколько живее, чем тогда на горе. — Я помню. Просто та демоническая рысь, — Гилберт посмотрел на умиротворенное лицо девушки, и его речь осеклась. — Хотя, забудь. Эти мысли звучат как какой то бред. Не хочу никого накручивать еще больше. — Угу, наверное мама просто бросила меня, как это делали многие другие эльфийки нашего рода. И спасибо, что прогнал тогда этого демона. Я думала, что умру тогда. — Разве я прогнал его? — Да, ты сказал ему уходить, и он ушел. — Правда? Мне почему то казалось иначе. Наверное из за потери сознания каша в голове. Почти ничего не помню из того времени. — Другие ребята тоже говорят, мол ты им рассказывал, что убил его. — Может и рассказывал, но я не очень доверяю своей памяти... Мало ли что я мог сказать с горяча. — Главное что я помню правду. — Да, на тебя я всегда могу положиться. — И я на тебя тоже. Спасибо, что разрешил мне остаться тут. Тебе пришлось даже спорить с родителями... — Ой, споры с родителями это пустяк. Дружба с тобой точно стоит того, — услышав эти слова, девушка порозовела еще сильнее. — Завтра нас снова заберут в коалицию да? — Угу. Неделя каникул, это как то слишком мало. — Ну ничего, зато там я смогу стать ещё сильнее, чтобы уж точно быть в состоянии тебя защитить. — Ты и так каждый день с этим хорошо справляешься, дурак. Это я всегда плетусь позади... — Не правда. Как маг, ты на много сильнее меня. Вот научишься контролировать силу, и станешь лучшим магом Флегрейса! — Ты надоел уже... Я испытываю странные чувства, — девушка не переставала краснеть, и отводить взгляд. Похоже, подобная реакция ей не свойственна. — Ну извини. Просто трудно тебя не хвалить, — парень добродушно рассмеялся, глядя на снежную бурю за окном. Похоже, он успокоился. Эти двое... Они определенно нравятся мне. В них есть та детская искренность, которой часто не хватает людям. В том обществе, откуда я пришел, людей принято высмеивать за их искренние чувства, мысли и слова. Написав в интернете, что ты кого то любишь, ты неизбежно выставишь себя посмешищем. Показывать свои чувства и слабости — признак инфантилизма и ребячества. Так думают многие люди, и я в корне с ними не согласен. Такое мышление создает ситуации, где ты постоянно вынужден играть роль безучастного, мрачного и недоверчивого человека. Часто даже своим родным ты не можешь доверить проблемы, ведь: «Лишь ты сам можешь помочь себе». Однако, всё это лишь полуправда. Люди часто заблуждаются даже в собственных суждениях. Иногда, чтобы решить проблему, тебе нужен лишь маленький толчок поддержки, или мнение со стороны. Конечно, порой такой подход бывает вреден, но полностью исключать его из жизни людей нельзя. По сути, даже психологи от части существуют благодаря этой проблеме, ведь только психологу не стыдно рассказать о своих страхах и сомнениях. И я прекрасно понимаю причины подобного недоверия... Эволюционные механизмы самозащиты, система «свой-чужой», стеснение, страх быть непонятным, и множество других факторов мешают людям быть искренними. Но... Глядя на этих подростков, во мне просыпается немного веры в человечество. Конечно, между ними есть некоторое недопонимание, но даже так, они не отвергают проблем друг друга, открыто делятся переживаниями и идут по жизни рука об руку. Таким людям точно есть место в моем мире, и я определенно хочу подарить им будущее. — Позволите? — Положив руку на плечи сладкой парочке, я лишь доброжелательно улыбнулся, и закрыв глаза, представил два ярких образа, компенсирующих друг друга: Холодная, нерешительная, словно застывшая в моменте девушка, не способная проявлять эмоции к другим людям. И в то же время рядом с ней, сдержанный, волевой и чуткий парень, живой и подвижный как сама природа. И снова боль пронзила грудь. Да, похоже у меня получилось. Еще одно пустое пятно на моем духовном теле. Осталось лишь две звезды, но они стоят поодаль друг от друга... Наверное, мне стоит начать с вот этой, сияющей разными цветами радуги. ---------- Сон семьи. — Я ушла! — Береги себя там, и не гуляй далеко. — Хорошо, мам. Из дома напротив которого я стоял, выбежала девочка лет девяти, в зеленом платье. Ее косички развевались на ветру, и она бежала вдоль улицы, уворачиваясь от прохожих. Судя по вывескам сейчас я находился в Полимиуме, а девочка эта очень напоминала мне Нову. Как обычно, я решил проследить за ней, и по началу всё шло гладко: она просто заглядывала в витрины, заходила в разные, в основном книжные магазины, а также заглядывалась на прохожих и проезжающие кареты. В целом создавалось впечатление любознательного и свободного ребенка. Однако, в один момент, история буквально свернула не туда. По всей видимости, нагулявшись вдоволь, девочка завернула в одну из подворотен, и отодвинув люк канализации, прыгнула вниз. Судя по не особо то богатому оформлению и облицовке зданий этого района, место явно находилось где то на окраине Полимиума, а эти районы как известно, самые опасные. Впрочем, не похоже, чтобы ее это останавливало. Мне же остается только следить за ней… Сколько еще она планирует ходить тут? Прошло уже около часа, и за это время я сам успел заблудиться. Благо, от нее я не отстал. Нова бродила по этим узким тоннелям даже увереннее, чем по улице. Сейчас она что то искала, заглядывая в каждый тупик, и игнорируя то и дело выскакивающих из дыр в стене крыс. — Где то тут должно быть… Что то бормоча себе под нос, девочка остановилась в конце одного из тупиков. Подойдя вплотную к стене, она начала дергать один из кирпичей, и внезапно, стена обвалилась. — Так и знала, что оно тут, — победоносно скандировала Нова, шагая внутрь. В дыре за стеной находилась длинная многоступенчатая лестница, уходящая глубоко под город. Сначала Нова спускалась без проблем, но в какой то момент, часть лестницы буквально испарилась у нее под ногами, и она начала падать вниз. Шлепвнувшись в подземное озеро, она с трудом выплыла на каменистый берег, где перед ней предстали массивные железные двери, гравированные утонченными узорами. Конечно же, я последовал за ней, прыгнув в озеро, но как и в случае с Гилбертом, девочка не заметила моего падения, и последующего всплеска. Стоя перед дверями, она внимательно их изучала, проверяя каждый узор. Похоже, вся эта ситуация ее совсем не беспокоит, ведь сейчас она увлечена познанием. Каким то даже слишком нездоровым познанием… Приложив руку к двери, она использовала ману, и железные махины медленно отворились внутрь, сотрясая своды пещеры. Войдя внутрь, она не смогла сдержать удивленного возгласа. Перед ней находилась одна из затерянных библиотек Полимиума. Каждый житель в городе с детства слышит истории об этих библиотеках, и многие из них уже нашли, но оставались и вот такие, ещё никем не тронутые. Сама библиотека представляла из себя большой каменный, двухъярусный зал, под завязку заваленный книгами. В центре зала на столе, лежали какие то дневники, множество записей на отдельных листах, а также очки. Стоит заметить, что Нова как раз таки с детства носит очки. Подойдя к столу и увидев на нем другие очки, она не удержалась, и надела их. Сразу же после этого, рядом с ней появилась фигура бородатого старца. Старец проницательно посмотрел на меня, но ничего не сказал, и лишь перевёл внимание на девочку. Он видит меня? — Здравствуй, дитя. Ты пришла сюда за ответами? — Да, — девочка уверенно закивала головой. — Что ты хочешь знать? Я отвечу на любой твой вопрос. — Я хочу знать всё, что написано в книгах в этой комнате, — уверенно заявила Нова. — Боюсь, что я не смогу в полной мере удовлетворить твоего любопытства. Языки, на которых написаны некоторые книги в этой библиотеке, не знаю даже я. — Но другие вы ведь знаете? Мне это очень надо. — Ну хорошо. Я помогу тебе, если ты объяснишь мне причину своего желания. — Хочу знать как работает всё в мире! Хочу стать сильнее, и полезнее… — Хм. Неплохое объяснение, хоть и немного наивное. Надеюсь, ты понимаешь, что часть этого невозможна. — Не важно! Мне бы стать хоть немного умнее… — Да, я тебя понял. Тогда, давай заключим контракт душ. — Что это еще за контракт? — Я передам тебе свои знания, а взамен… Взамен мне ничего не нужно. — Дааа? — девочка прищурилась, с подозрением глядя на старика. Предложение в самом деле было чересчур заманчивым, и подозрительным. С чего бы этому старику, отдавать все свои знания первой встречной девчонке? — Отлично, договорились, — в миг отбросив сомнения, девочка положила руку на оправу очков, и старик исчез. Сразу после этого, вокруг ее тела начала образовываться странная серая аура. Мана в комнате становилась всё плотнее, а вместе с ней росло и давление. Посмотрев на Нову, я понял одну вещь: сейчас внутри её разума шла борьба. Вероятно, дух который она сама же и пустила, пытался завладеть ее телом. Может ли восьмилетняя девочка победить древнего ученого-старика, используя лишь собственный разум? В романах что я читал, на такое способны только Мэри Сью с тяжелым, трагическим детством, и множеством необоснованных сверхсил. Нова не похожа на человека с особо тяжелым детством, да и со сверхсилами не ясно… Но судя по всему, победить она может. Уже через несколько минут давление резко исчезло, а она открыла глаза. В ее взгляде читалась твёрдость, уверенность и опыт, но в тоже время, это точно всё ещё была Нова. Подойдя к центру зала, девочка создала у себя над головой несколько огненных шаров, мигом метнувшихся к книжным полкам. Всего за несколько секунд, библиотека была полностью уничтожена. Не думаю, что тот старик принял бы подобное решение. Для него существование этого места было бы выгодно, ведь он может заманивать сюда новых жертв. Вернее, мог… Вернувшись к озеру, Нова прошла по его поверхности, и посмотрев на дыру в потолке, подняла себя в воздух потоком воды, доставившим ее прямо к разрушенной лестнице. Сцена сменилась. Нова стояла в доме, рядом с приоткрытой дверью. За дверью слышался тихий плач. — Почему именно ее? Она ещё совсем ребенок, неужели мы не можем им отказать? — Можем, но ты знаешь, что будет потом… Не волнуйся, я что нибудь придумаю. Они ее не заберут. Нова без тени сомнения отворила дверь, зайдя внутрь. Ее белокурая мать, внешне сильно напоминающая дочь, сидела на полу, тихо заливаясь слезами, а отец изо всех сил старался ее успокоить. — Мам, почему ты плачешь? Что случилось? — Девочка осторожно подошла к родителям. — Тебе пока не надо думать об этом, дитя, — отец попытался успокоить Нову. Тон его голоса воздействовал даже на меня. — Проблема ведь во мне? Я могу доказать им, что способна на многое, — девочка закрыла глаза, сложив руки домиком. Стены дома содрогнулись, а из под сомкнутых век заструился свет. Постепенно за её спиной, кольцом начали возникать элементы разных стихий: сначала сгусток пламени, за ним пульсирующий электрический шар, потом плотный шар из воды и массивный камень. — Это… — мать Новы была в шоке, а вот отец лишь внимательно наблюдал за действиями дочери, пока та не отозвала элементы. — Значит, у тебя всё же получилось? — мужчина подошел к Нове, погладив ее по голове. — Да папа, всё как ты учил. — Хорошо, ты большой молодец. Но ты также должна помнить, что для большинства ты только целитель, и ничего более. Они не должны раскрыть твой секрет. — Ренас, что ты сделал с нашей дочерью? — Мать Новы подбежала к девочке, обеспокоенно схватив ее за руки. — Ничего, дорогая. Это с ней сделала природа, а я только помог ей осознать свой дар. У нашей дочери есть восприимчивость ко всем атрибутам. — Но разве такое бывает? — Доверься мне, как ученому. Это редкость, но не исключение из правил. Атрибуты призваны только улучшать взаимодействие с маной, но они не ограничивают твои силы. Ты ведь и сама можешь призвать небольшой огонёк, или создать электрический разряд, так ведь? — Ну да… Это может каждый, при особом желании. — Верно. Наша с тобой дочь не только сильная, но еще и очень упорная. До этого у нее уже получалось имитировать разные атрибуты, но сегодня похоже, произошел прорыв. — Мам, пап. Я хочу учиться в мировой академии. Эти школы больше не смогут мне ничего дать, я уже прочла все книги, что только можно было бесплатно достать в городе. — Я понимаю, — отец наклонился к девочке, печально глядя ей в глаза, — но чтобы попасть в мировую академию, нам нужны деньги, либо статус. Ты ведь знаешь, что люди из академии меня больше не жалуют… — Но ведь есть и другой вариант. Вы обсуждали его до того, как я зашла. — Исключено, — отец строго посмотрел на Нову. — В стенах коалиции происходят ужасные вещи. Может на территории академии они и не рискуют распускать руки, но вот там может случиться что угодно. — Даже так, я хочу пойти. Мне нет места среди сверстников, и в этих стенах тоже. Я хочу большего… — Черт. Отчасти ты права… Ладно, выйди из комнаты. Мы с мамой должны обсудить это наедине, — судя по всему, отец был не особо рад такому развитию событий. Лишь Нова вышла за дверь, как воспоминания перенесли меня в другое место. На разрушенном пепелище, среди множества трупов, и распятых на столбах людей, бродила Нова. Сейчас ей было, ну может, 14 лет, и плащ с символом желтой шестиконечной звезды, развевался у нее за спиной. То и дело наклоняясь к покойникам, она что то искала среди трупов. В то же время в ее сторону направлялась другая девушка. — Привет, Эйверин, — Нова дружелюбно подмигнула девушке. — Что, развлекаешься тут без нас? Мы сейчас будем обсуждать план, и ты нам очень нужна, как главный стратег. — Угу. Ты пришла меня забрать? — Верно. А то опять погрузишься в свои исследования, и мы пропустим все сроки. — Эх, что поделать. Изучать негативную энергию так интересно… — А еще опасно. Не забывай, что те кто эту бойню устроил, еще могут сюда вернуться. — Тоже верно, но тогда я просто убегу от них. — Будем надеяться на это. Не хотела бы я потерять единственную подругу, — Эйверин схватила Нову за руку, и потащила в сторону догорающего леса. Дойдя до лагеря, они нырнули в большой шатер, где уже собрались все члены 11го отряда, столпившись вокруг стола с картой. — Нова, ты выяснила, где находится артефакт? — Рокудо раскладывал какие то бумажки по столу. — Да, но я не уверена на 100%. Скорее всего, он где то на границе между Затопью и Морном. Точнее я сказать не смогу, даже если у меня будет больше времени. Я полагаю, что это где то рядом с горной грядой, что разделяет два этих региона. — Но ты ведь сможешь найти это там, на месте? — Феликс указал на красный крест, появившийся на карте. — Без проблем. Как только приблизимся, так сразу. — Хорошо, тогда выступаем завтра утром, — приказала Эйверин, и все кроме нее и Новы, покинули шатер. — Как думаешь, на сколько это будет опасно? — Эйверин достала из кармана кулон с темным, фиолетовым камнем. — Не настолько, чтобы использовать это, — Нова опустила ее руку, с предостережением глядя в глаза. — Это всего лишь квалификационный экзамен. Конечно были случаи, когда весь отряд погибал на таких экзаменах, но мы все здесь, не обычные ребята. У нас должно хватить сил, чтобы справиться с дикими даже ранга разрушения. Ни к чему использовать подобное, — Может быть мне показалось, но на миг во взгляде Новы промелькнула вина. — Хорошо, если ты права. Не хотелось бы никого терять. — Мне тоже, — выходя из шатра, Нова окинула взглядом их временный лагерь. Наконец, она заметила Феликса сидящего у костра. Парень пытался пожарить нечто непонятное, наколов это на ветку. — Снова собрался есть какую то дрянь? — Нова опустилась рядом, сев на корточки. Ее черно-жёлтое походное платье, расшитое символикой коалиции, едва касалось углей на земле. — Почему же сразу дрянь? Это очень даже вкусно. Да и вообще то, что угодно можно съесть, если это хорошо пожарить, — Феликс загадочно улыбнулся, переводя взгляд на обгоревшую палку. — И что за “деликатес” у тебя на этот раз? — Тебе правда интересно? — глаза парня загорелись, словно он готовился дать целую лекцию, на тему этого гастрономического чуда. — Это у меня: ядохром приправленный поганым соусом, с добавлением чернозема, и глазами дико-ветреных змей, для эстетики, — Феликс с гордостью представил своё новое творение, мигом отправляя его в рот. — Разве это не самая опасная и ядовитая комбинация, какую только можно придумать? — Хах. Ты просто завидуешь, что тебе недоступна столь широкая палитра вкусов! — Ну, я бы не очень хотела проходить пытки ядами, как ты… Извини, но по моему это того не стоит. — Мошет и не штоит, но куда деваться? — Парень с превеликим удовольствием проживал своё адское творение, и лагерь наполнил ужасающий, токсичный аромат грибов. — Слушай, Феликс. Вообще то, я пришла к тебе по делу. — По какому такому делу? — Я хочу, чтобы ты всю дорогу следил за Эйверин. — Вообще то я и так с нее глаз не свожу. — Мне нужно, чтобы ты был еще внимательнее. — А что то не так? — Парень изменился в лице, став заметно серьезнее. — Ну… Я хотела всем вечером об этом рассказать, но тебе расскажу сейчас. Я всё посчитала, проанализировала статистику прошлых отрядов, и наши способности. Еще до отъезда я распросила членов других отрядов, которые уже прошли “инициацию”. — И? Какой вывод ты сделала? — Наша команда… Если говорить о ее сильных сторонах, то у нас есть неплохой баланс: два целителя, три мечника один из которых мог бы выполнять роль агрессора, быстрый боец рукопашного боя, лучник, и боевой маг. Такого набора ролей в большинстве случаев достаточно, чтобы справиться с множеством разнообразных задач. — Нооо? — Но судя по данным что я собрала, этого не достаточно для квалификационного экзамена. Большинство даже талантливых новичков несли большие потери в отрядах во время экзамена, а некоторые отряды и вовсе не вернулись. Отчасти это причина, по которой отрядов всего 20, несмотря на большое количество детей, которых раз в 5 лет принимает коалиция. — Да, я слышал об этом. Подобные экзамены всегда были бесчеловечны, и все об этом знают. Однако, учитывая сложность миссий, которые поручает коалиция на настоящей службе, меньшего ожидать и не приходится. — Я понимаю… Просто, мы возможно, слишком слабы для этого. И Эйверин, она ведь очень ответственно подходит к этому. — На что ты намекаешь? — в голосе парня промелькнуло напряжение, словно ответ он уже знал. — Мне не хочется это говорить, но высок шанс, что кто то пострадает к концу этой миссии. Я продумала несколько планов, но мы все еще конкретно не знаем, кто и как охраняет артефакт. А значит, пока что для нас работает только одно правило: нужно быть максимально осторожными. Ты и сам видишь, как Эйверин напрягается ради нас всех. Я боюсь, что она может совершить какую то отчаянную глупость. — К сожалению в твоих словах есть смысл… Хорошо, я буду внимательнее наблюдать за ней. Всё равно переубедить у нас ее не получится. — Угу. — Спасибо что выслушал. Пойду готовиться к завтрашней вылазке. Подождав пока Нова уйдет, Феликс засунул за пазуху какую то книгу, и встав на ноги, удалился за шатёр. Интересно, смогу ли я проследить за ним? Вроде как эти воспоминания не были “сдвоенными”. Лишь я подумал об этом, как картина резко изменилась на оранжевый закат. В десятке метров от меня, на краю скалы окруженной лесом, стояли двое. — Прости, Року, но я не могу разделить твоих чувств. В этом мире уже есть человек, которого я люблю. — Понятно… Хах, так стыдно. Прости, что побеспокоил, — парень в спешке покинул скалу, возвращаясь в виднеющийся за деревьями лагерь. Он не был зол, и даже не плакал. Я не сильно разбираюсь в людях, но кажется, он был готов к отказу с самого начала. Тяжело вздохнув, девушка села на край скалы, свесив ноги. — Как то мне, неудобно перед ним, — робко заметил Феликс, садясь рядом с Эйверин. — Я понимаю тебя. Мне тоже жаль его, но я же не могу заставить себя любить его,— девушка положила голову Феликсу на плечо. Сейчас они выглядели так, словно им не 14 лет, а все 20. Похоже, в этом мире дети взрослеют раньше. — Стоп. Ты что, следил за мной? — Эйверин шутливо пригрозила парню кулаком. Ее короткие бурые локоны, развевающиеся на ветру, вкупе с очаровательной улыбкой, оказывали чарующий эффект. — Конечно, я всегда слежу за тобой, — Феликс таинственно улыбнулся девушке, и их губы слились воедино. Уж не знаю, как долго они целовались, но в итоге Феликс стал только мрачнее. — Что случилось? — девушка была обеспокоена, заметив его состояние. — Рин, я хочу попросить тебя об одном одолжении, — Феликс взял Эйверин за плечи, глядя ей в глаза. — Если что то случится там, на миссии, то обещай мне не жертвовать собой, как ты это любишь делать. Жизнь каждого в этом отряде ценна, и твоя тоже. Если с тобой что то случится… Я не знаю, как я буду жить дальше. Эйверин виновато отвела взгляд, обнимая парня. — Я не могу тебе обещать этого, но очень постараюсь беречь себя, ради тебя. — Спасибо. На самом деле, не только я волнуюсь о твоем здоровье. Все в отряде беспокоятся, ведь ты наш бессменный лидер, и душа компании. Без тебя мы бы разбрелись кто куда. — Хехе, ты слишком мне льстишь. Мы ведь одна большая семья, верно? — девушка тихо улыбнулась, глядя на уходящее за горизонт солнце. — Уже четыре года мы живем душа в душу. Поддерживаем друг друга, как можем. Даже если что то идёт не так… Всё равно в итоге мы справляемся со всеми трудностями. Помнишь, как первый год у тебя болели раны, после пыток ядами? Каждую ночь ты кричал, словно тебя пытают, а мы с Новой пытались помочь, как могли… — И у вас получилось. Раны уже давно не болят, и кошмаров я больше не вижу. Всё благодаря тебе, — Лишь Феликс закончил фразу с добродушной улыбкой, как случилось нечто странное. На несколько мгновений, окружение исказилось. В этом искажении я увидел окровавленное, изуродованное лицо Эйверин. Деревья вокруг зачахли, а земля словно потеряла все соки. Руки Феликса были покрыты кровью, а взгляд пуст. Краткого, словно 25-кадр мига, мне хватило, чтобы испытать ужас и шок. Остальные же ничего не заметили. Парочка так же продолжила сидеть обнявшись, наблюдая за закатом. Намереваясь прямо сейчас воскресить Феликса, я подошел к нему, и положил руку на плечо. Парень повернулся ко мне… На его лице не было кожи, а во взгляде застыло безумие. Он смотрел на меня, как на врага всего человечества. Зловещий, насмешливый голос звучал в моей голове: “Как дела? Как ты? Всё в порядке?”, а на лице Феликса тем временем появлялась улыбка. Он сверлил меня взглядом, оголенных глазных яблок. Я не хотел убирать руку, всё ещё надеясь воскресить его, но моего тело было иного мнения. Инстинктивно отдернув руку, воспоминания унесли меня в другое место. ---------- Сон принятия. Внезапная смена сцены прервала весь ужас, что устроил для меня Феликс. Меня буквально охладили, бросив в снег, и от неожиданности у меня едва не остановилось сердце. Повернув голову направо, где шумел ветер, я увидел огромное заснеженное ущелье, уходящее глубоко под землю. Я лежал прямо на обрывистом краю склона какой то горы. Ужасные образы Феликса и Эйверин, все еще еще стояли у меня перед лицом. Это пугало даже сильнее, чем бог плоти. Потому ли, что это живые люди? Поднявшись на ноги, я заметил вереницу следов, уходящую вверх по заснеженному склону. Следы заканчивались у входа в разветвленную в пещеру, и тут же я наблюдал следы боя. Усилием воли изгнав образы из разума, я принялся разглядывать детали. Несколько существ, напоминающих нечто среднее между ожившим мертвецом и вампиром, лежали рядом со входом в пещеру. Один из них был рассечен надвое сильным горизонтальным ударом, а из тела второго торчал добрый десяток стрел. Хм. Отряд уже на территории врага? Если это конечно вообще их рук дело. Сделав шаг внутрь пещеры, я буквально на один миг, ощутил колоссальную энергию, исходящую откуда то сзади. Чувство было таким, словно со спины на меня движется километровая гора. Могло ли мне показаться? В любом случае это сейчас не важно. Я не должен терять из виду детей. Оказавшись перед развилкой из трех тоннелей, я никак не мог решить, куда пойти. Пол в пещере был ледяным, как впрочем и всё остальное, и потому следов не было видно. Магическое зрение так же молчит, но это и не удивительно. Всё таки, я вроде как нахожусь в воспоминаниях, а не в симуляции. Странно, что я вообще могу влиять тут на что то. Эх, придется идти по центральному тоннелю. Самый надёжный вариант. Пройдя метров сто, я остановился у очередного трупа. Его и без того облезшее лицо, было изуродовано парой стрел. Работа Гилберта, не иначе. Чем глубже в пещеру, тем меньше в ней льда. Постепенно на стенах появляются какие то тканевые знамена и символы, написанные кровью. Трупов тут всё больше и больше, и местами я даже заметил кровь. Эта кровь явно принадлежит не ожившим мертвецам, ведь у них ее просто нет. Судя по тому что я увидел, она бы у них просто не задерживалась в дырявых, словно решето телах. Едва я нагнулся к одному из трупов, как из за поворота в конце тоннеля, до меня донеслись отдаленные звуки битвы. Кто то скрещивал клинки. Стрелой вылетев в просторный каменный зал, увешанный клетками с мертвыми людьми под потолком, я наблюдал следующую картину: Эйверин, держа в каждой руке по полуторному мечу, металась от одного ожившего мертвеца к другому, рассекая их словно нож масло. Выпад-Рывок-Удар-Рывок, — и вот уже 4 половины тела лежит на земле. — Это были последние? — Ага, — Феликс дотронулся до запястья девушки, и оно засияло зеленым светом. — Спасибо, так намного легче. Нова, далеко нам ещё идти? — А я то откуда знаю? Мы ведь не просто так разделились. Может вообще, другие группы что то найдут, а мы останемся с носом. — Узнаем это через пару часов, когда встретимся на развилке. А пока, давайте пойдем дальше, и не будем никуда сворачивать. Похоже, что тут довольно большая сеть пещер, — Эйверин окинула взглядом несколько проходов, уходящих в разные стороны. — Как думаете, что это за культ? — Феликс наклонился к одному из культистов, что носил на голове мешок, с двумя дырками для глаз. — Может культ разрушения? Они сейчас почти везде, — Нова наклонилась к культисту, разглядывая символику на его потрёпанной одежде. — Ты уверена, что именно культ? Не клан? — Неа. Культ разрушения служит клану разрушения, но это не одно и тоже. Думаю, если бы мы случайно наткнулись на их клан, то от нас бы и мокрого места не оставили. У них там вроде как, только «элита» крутится. — Хах, конечно. Была на казни два года назад? Когда поймали Хона, одного из их глав. — Была. Страшный однако тип. Говорят, что у него был атрибут времени, и чтобы его поймать, капитану второго отряда пришлось ломать временную петлю. К счастью, из любой временной петли можно выбраться, а то это была бы слишком страшная способность. — Да уж... Настоящие монстры. Не хотел бы я с кем то из них столкнуться. Подойдя к массивной двери, отряд остановился. — За дверью ощущается нечто большое. Подождём остальных, или проверим сами? — Ждать еще долго, и всегда можно убежать, если что вдруг. Давайте проверим, — Эйверин взялась за ручку двери, глядя на Феликса и Нову. Те застыли в нерешительности, переглядываясь между собой, но перечить девушке не стали. Эйверин потянула на себя дверь, и та со скрипом отворилась. Впереди царила кромешная тьма, хотя все тоннели до этого освещались факелами. — Мне кажется или, там что то есть... — Нова всмотрелась в темноту, и ее глаза расширились от ужаса. Не успела она вскрикнуть, как всех троих затянуло внутрь толстыми щупальцами. На миг, большой зал озарил свет, и раздался оглушительный крик. Это Феликс выпустил вспышку света, что обожгла торчащую из стены, пятиметровую тварь, вынудив ее отпустить пленников. В этот же момент, дверь за спиной отряда закрылась. Сейчас только я мог видеть что то в этой темноте, благодаря своему аномальному зрению. А видеть тут было что: В длинном зале со стройными рядами колонн, сильно напоминающем стандартный «тронный» зал, в месте где должен быть сам трон, находилась некая мерзкая тварь. Вросшее в стену существо напоминало женщину-паука, и вероятно, изначально им оно и являлось. Только вот, кто то словно нарочно, приделал ей щупальца вместо лап. Это можно было заметить по разному тону «кожи», и в целом, весьма сюрреалистичному виду твари. — Ну и мерзость, — прошипел Феликс, после того как выпустил в сторону существа белую молнию, озарившую зал. Завязался ожесточенный бой. Всю картину дополнял тот факт, что из освещения в комнате были лишь периодические вспышки белых молний Гилберта, во время которых Эйверин грациозно проносилась в воздухе, отрубая очередную пару щупалец... Не знаю что у нее за атрибут, но судя по движениям, я бы сказал, что ветер. Уж слишком красиво она вращалась в воздухе, подобно торнадо нарезая противника. Да и использовать для этого два полуторных меча... Это нечто достойное похвалы. — По моему, мы уже победили, да? — Гилберт опустил руки, как только тварь перестала издавать звуки. Это было ошибкой. Существо сразу же крепко схватило его, и ударив об колонну, отбросило прочь как тряпичную куклу. Услышав крик мальчика, Эйверин яростно бросилась в атаку, но щупалец уже было слишком много, и в конечном счете, они схватили ее, намереваясь раздавить. Лишь один член отряда сейчас мог что то изменить. Нова стояла в центре зала, и ее руки тряслись. Я видел, как на кончике ее пальца появляется и исчезает небольшой огонёк. Она словно, не могла решить, стоит ли... — Нова, пожалуйста... Беги отсюда! — Отчаянно закричала Эйверин. В ответ, Нова лишь сжала кулак, и комнату осветил яркий свет пламени. За исключением Гилберта и Эйверин, горело буквально всё, что могло гореть, включая знамёна культа. Треск электрических зарядов проносился в воздухе, скапливаясь вокруг рук девочки. Давление в зале начало разрушать колонны, и куски камня тяжелым грузом падали на землю. Один такой едва не раздавил Феликса, но внезапно зависнув в воздухе, полетел в сторону «паука». С уголка губ девочки бежала кровь, но ей было уже всё равно. Ее взгляд в этот момент был бесценен: суровый, решительный, и непреклонный. Ещё ни разу в жизни я не видел столь сурового взгляда у кого либо, и уж тем более у ребенка. Вытянув руку вперед, словно собираясь схватить эту тварь рукой, Нова произнесла какое то неизвестное мне слово. Ее взгляд помутнел, и существо накрыл столб алого пламени, внутри которого разразилась целая буря молний. Раздался ужасающий крик твари. Паука можно было понять. Не знаю каким именно образом, но Нова смогла создать плазму. Всего за несколько секунд существо было уничтожено без следа, оставив в стене лишь огромную дыру, за которой виднелся темный тоннель. Эйверин едва успела подхватить на руки падающую девушку. Нова потеряла сознание, а вид ее был очень плох. Подоспевший Гилберт, тут же принялся лечить ее только что открывшиеся раны, а Эйверин попыталась открыть дверь, но всё было тщетно. *Хлоп, хлоп, хлоп* Из прохода в стене, где некогда находился паук, послышались медленные хлопки. — Прекрасное, трогательное зрелище, — женским голосом скандировал выходящий на свет мужчина. Его глазницы были пусты. На лице застыла надменная улыбка. Спутанные седые волосы напоминали водоросли, а тело было невероятно атлетичным. Его походка была пугающе неестественной, прямо как у куклы. Держа в руке каменный меч, чем то напоминающий большой крест, он подошел на расстояние нескольких метров к Эйверин, закрывающей собой двух друзей. Девушка угрожающе смотрела на мужчину, видимо пытаясь предугадать его следующее действие. — Что же ты застыла? Попробуй ударить меня. Я даю тебе фору. Эйверин не сдвинулась с места. — Ты не хочешь? А мне почему то кажется, что хочешь... В этот момент, Эйверин вонзила один из клинков себе в руку. Казалось, словно она сама удивилась этому поступку, пошатнувшись и отступив на несколько шагов назад. — Ой. Ну что же ты... С оружием нужно быть аккуратнее. Не хватало еще, чтобы ты поранила друзей, — мужчина безумно улыбнулся, и Эйверин повернулась к Феликсу. В ее глазах был страх. — Б...беги...— Девушка изо всех сил пыталась выдавить из себя хоть слово. В ответ, Феликс лишь отрицательно покачал головой. Будучи полон решительности, он выпустил сгусток энергии света в сторону мужчины. На мгновение тот застыл на месте, и улыбка пропала с его лица. Кивнув Феликсу в знак признательности, и в мгновение ока оказавшись перед противником, девушка нанесла ему десяток фатальных ударов. Однако, это были не просто удары. Я уже видел нечто подобное. Даже делал сам... — Тц, — Мужчина скорчил недовольную гримасу, развалившись на части. — Жаль, что всё закончилось так быстро, — прошипела его лежащая на полу голова, и Эйверин вонзила два клинка себе в живот. Истекая кровью, Эйверин упала на пол. Растерянный Феликс, стоя меж двух девушек, едва ли не рыдал. — Прости меня, — тихо произнес он, глядя на Нову, и подбегая к Эйверин. Припав к девушке, он с трудом вытащил два меча, отчего раны лишь усугубились. Закрыв глаза, он начал восстанавливать ее тело так, как только мог. Он и так потратил слишком много маны, и похоже, приближался к лимиту. Из под его рук струился золотистый свет, восстанавливающий кожу, мышцы, и другие ткани. Лежащая в паре метров Нова уже пришла в себя, и теперь открыв глаза, безмолвно наблюдала за парнем. «Убей ее,» — прозвучал принадлежащий расчлененному мужчине, женский голос, тяжелым эхо отражающийся от стен ещё горящего зала. Лицо Феликса исказила боль, а по лбу побежали капли пота. Свет в его руках мигал, постепенно превращаясь в чистую тьму, и разрушая тело девушки. Он не мог сказать и слова. Не мог оторвать рук и не мог шелохнуться, пока тело Эйверин разрушалось частица за частицей. «Достаточно. Теперь пусть умирает в мучениях. Хороший мальчик,» — прозвучало одобрение, и рядом с Феликсом появилось обнаженное существо, напоминающее девушку, но не имеющее половых признаков. Ее тело было покрыто бесчисленным количеством знаков и татуировок, голову венчали два искривленных рога, а зрачки противоестественно расслаивались. Взяв Феликса за подбородок, она поцеловала мальчика в губы. Он не сопротивлялся, и лишь слезы бежали из его широко открытых глаз. Его взгляд уже был пуст. — Девчонка, ты ещё тут? — прошептала девушка, глядя в глаза Эйверин. Девочка всё ещё была жива, и видела всё, что происходило вокруг. — Смотри, как я увела твоего мужчину, пока можешь. Именно так поступают зрелые женщины, готовые на многое ради мечты. «Что ты, сука, несешь,» — яростно пронеслось в моей голове. Несмотря на то, что это воспоминания, внутри меня бурлила безумная ярость. Сейчас я был готов разорвать эту тварь в клочья. И наверное, так бы я и поступил, если бы некто не выбил дверь. Это был Рокудо. Сначала он посмотрел на Нову, лежащую на полу, и в его взгляде отразилось сомнение. Потом он посмотрел на Феликса, и в нём вскипела ярость. Сделав несколько шагов вперед, его взгляд упал на тело, что лежало рядом с Феликсом. Смесь шока и безумия захлестнула парня. Давление в комнате резко обрушило часть потолка. Зрачки Рокудо словно взорвались в момент, а на их месте теперь лишь зияли красные как кровь белки. Из его рта клубами шел пар, а меч что он держал в руке, пульсировал алым светом. — Что, и ты туда же? Убей ка, вон ту девку на полу, — скомандовало существо, глядя Рокудо в глаза, и указывая рукой на Нову. Внезапно, во взгляде женщины промелькнул ужас, и она завопила схватившись за голову. — Чудовище, я уничтожу тебя, — Закричало существо, и ее голос исказился сотней полутонов. Едва Рокудо успел сдвинуться с места, как его на несколько метров впечатали в стену. Несмотря на это, он смог ответить одним ударом, полоснув тварь по груди. Схватив парня за голову, тварь начала с чудовищной силой бросать его из стороны в сторону, так быстро, что я едва мог заметить ее движения. Выбросив Рокудо в центр зала, она опустилась на землю рядом с Феликсом. — Думаю, теперь он всё понял. Не стоит так грубить старшим. — Понял... что? — Рокудо поднимался на ноги. На его теле давно уже не было кожи. Мышцы и кости восстанавливались прямо на глазах. — Ты всё ещё не умер?! — Возмущенно вскричала женщина, совершая рывок в его сторону. В этот момент, я ощутил знакомую энергию. Ту самую гору, что преследовала меня на входе в пещеру. — Довольно, Шарэт, — прозвучал глубокий, низкий голос, и некий лысый мужчина, с ног до головы татуированный символами, ладонью заблокировал ее удар, отчего вся гора содрогнулась. — Нод, какого черта ты забыл на нашей территории? Выметайся отсюда, и не мешай мне охотиться! — Ооо, да? И что ты мне сделаешь? — Я... — В глазах женщины промелькнул ужас. — Понятно. Значит это тот, о котором мне рассказывали? Вот ведь не повезло. В любом случае, было приятно провести с вами время. Этот парень не так уж и плох, — женщина исчезла так же внезапно, как и появилась. — Я знаю, что он не плох, — сказал Нод, глядя на Рокудо. Посмотрев на Рокудо, он подошел к телу лежащей на земле Эйверин. — Рокудо. Тебе ведь нравится эта девушка? Парень застыл в ужасе, не в силах сказать и слова. — Понятно, значит нравится. Что же. Ты помнишь, чему я тебя всегда учил? В ужасе упав на колени, Рокудо взмолился перед мужчиной. — Не верно. Я учил тебя, что нужно отринуть слабости, — с этими словами, Нод одним ударом ладони размазал Эйверин по стене. От этого зрелища меня едва не вырвало. Рокудо попытался закричать, но не смог. Лишь его руки бессильно опустились, пока исполинский мужчина приближался к нему медленными шагами. Как и у Феликса, в его взгляде была только пустота. — Послушай меня, мальчик мой. Мотивация это хорошо, но мотивация, не должна быть привязана к чему то, кроме тебя самого. Эта девушка — твоя слабость, и прямо сейчас ты это доказал. Вышел из себя, словно дикий зверь, только лишь ради животной мести. Я учил тебя не этому. Так не становятся идеальным оружием, что так нужно отцу нашему. Подойдя к выходу из зала, он остановился, закончив фразу через плечо: — Ты запомнишь этот день на всю жизнь. Он будет преследовать тебя, пока ты не откажешься от человеческих чувств, и никак иначе. Я ни капли не жалею, что следил за тобой сегодня. Однажды ты придешь ко мне ради мести, будучи идеальным оружием. Я приму тебя, как своего лучшего ученика, и вместе, мы поможем учителю достичь «небытия». Ты всё равно, никогда не сможешь меня победить. Удачи, — с последним словом, на лице Нода промелькнула улыбка, и он исчез. Стоя в полном шоке, я не понимал, что мне делать дальше. Я не должен был видеть всё это. Я умирал уже три раза, но так мерзко и больно как сейчас, мне было лишь однажды. Да, глядя на этих людей я понимаю одно: мои проблемы — ничтожно малы. Вся моя рефлексия, и три перерождения, просто пыль, по сравнению с той болью, что испытал каждый в этой комнате. Всё это, лишь подтверждает ценность их жизней, в сравнении с моей. Однако, если бы меня спросили: чего бы ты хотел, даруй мы тебе ещё один шанс? Ответ был бы однозначным: выбить дерьмо. Выбить дерьмо из всех этих низких, грязных, бесчеловечных существ, занимающих вершину пищевой цепочки. Человеческие чувства — слабость? Я бы доказал вам, что это не так. Человеческие чувства — гордость. Это сила, осмысленно предварять эмоции в жизнь, недоступная мертвым созданиям вроде вас. Вы просто соревнуетесь своими «цифрами силы», но за ним ничего не стоит. Вы пустышки, словно огромный вулкан, неконтролируемо извергающий лаву. Словно очередные преграды, на пути дерьмовых китайских культиваторов, вы нужны только чтобы масштабировать силу во вселенной, а значит вы — не нужны вовсе. Молите всех своих богов, чтобы я не выжил. ---------- Сон желания. И всё таки, как после всех этих событий, Рокудо мог продолжать служить Доарду? Возможно, мне стоит спросить у него лично. Подойдя к Нове, распластавшейся на полу, я положил ей руку на голову. Ощутив тепло, я закрыл глаза, представив ее образ. Через мгновение, ее тело пропало из этого пространства, а вместе с ним пропал и Рокудо. Только вот, меня не переместило обратно, а Феликс всё еще был тут... Подойдя к парню, стоящему на коленях с широко открытыми глазами, я положил ему руку на плечо. Как и в прошлый раз, пространство вокруг начало искажаться. В моей голове звучали голоса: «Кто ты? Ты пришел помочь нам, или помешать?» — Не знаю, о ком «вы» говорите, но я пришел помочь Феликсу, и «вы» меня не остановите, — Представив перед глазами замученный образ парня, и тот его образ, что я видел на Анакреоне, я усилием воли подавил любое сопротивление его души. Его ненависть ко мне была слишком слаба, он и сам в нее не верил. Скорее, это была обида на самого себя. Мир начал разрушаться, но было уже поздно. Я вернул Феликса туда, где ему самое место. С облегчением выдохнув, я открыл глаза, стоя в пустоте. Моё тело теперь почти не излучало света, и боли я не чувствовал. Лишь маленький серый огонёк теплился в самом его центре. Может ли это быть она? Или я прошу слишком много... Мои силы уже на исходе. Кажется, мой атрибут смерти разрушен, а вместе с ним и большая часть души. Почти всю ману, что у меня была, я уже потратил, но всё же, я должен попытаться. Дотронувшись до огонька, меня затянуло внутрь. Городской гул заполнил голову. Я сидел на железной скамейке, под палящим летним солнцем, в центре какого то большого, грациозного города. Справа от меня виднелся белокаменный готический собор, украшенный множеством фресок неизвестных героев. Лишь тень небольшого дерева закрывала меня от горячих лучшей, а стоящий рядом мраморный фонтан, одаривал свежестью. На мгновение я даже забыл все те ужасы, что мне пришлось лицезреть. Честно говоря, я просто устал. Сейчас похоже, у меня осталось только два атрибута, и совсем немного маны. Хватит только на одно использование... Кажется, последние минуты своей жизни, я проживу как обычный человек. — Можно сесть рядом? — Услышал я знакомый голос. — Конечно... Низкая, крохотная девушка с золотыми глазами и серебряными волосами, одетая в скромное белое платье, села на другой край скамейки. Едва сдерживая слезы, я изо всех сил пытался подавить желание обнять ее. Но... Она видит меня? И почему она обратилась ко мне? — Х..хорошая.. п..погода.. — мой голос дрожал, и я едва мог выдавить из себя хотя бы пару слов. Нужно ли мне, смотреть ей в глаза? — И правда отличная. Обычно у нас не так солнечно, — она беззаботно улыбнулась мне в своей привычной манере. — Да? Я тут совсем недавно, так что еще много не знаю об этом городе. — Впервые в Полимиуме? — Да, я... Приехал.. почитать.. — кажется, моё лицо покраснело. Что я вообще несу? В ответ, девушка только тихонько захихикала. — Почитать? А вы странный. И где предпочитаете читать? — Пока и сам не знаю. Тяжело мне как то разобраться в этом городе. — Хмм... Это правда, что наш город очень необъятный. Удивительно, как за 500 лет он разросся. Говорят, когда то это была просто деревня. — Здорово, что есть такое место. Научусь вот только ориентироваться... — Ммм... Знаете... Я могла бы показать вам пару мест. Я и сама люблю читать, так что нам будет по пути. К слову, я Луна, — девушка мило улыбнулась, и у меня в горле застрял ком. — Алан... Можем перейти на ты, если вы не против. — Конечно, пойдем пока они не закрылись, — Луна резво соскочила со скамейки, покрутившись на месте, и ее платье поддалось дуновению ветра. Она вела себя даже слишком свободно. — Так давно не была на улице. Целыми днями только работа да работа... Свежий воздух прекрасен. — Угу. Он бодрит, особенно утром. — И куда мы сейчас? — Тут недалеко, в паре кварталов, есть большая общественная библиотека. Ты какими книгами интересуешься? — Я... Мне нравится всё, что связано с базовой магией. — Ты мульти-маг? — Никогда не слышал про мульти-магов. Что это? — Ну как же. Это когда ты имеешь только один атрибут, но воссоздавать можешь несколько. Правда, такой подход встречается всё реже... Может через сотню лет, о нём никто уже и не вспомнит. — Звучит очень интересно. Это похоже на то, чем я бы хотел заниматься, но к сожалению у меня плохие лимиты. — Понятненько... Ну, главное не сдавайся. Уверена, если приложить силы, то всё получится, — идущая впереди девушка, одарила меня безобидной улыбкой. На миг я почти забыл, что нахожусь не в реальном мире. Остановившись перед большой деревянной дверью, Луна постучала, и кто-то отворил окошко в двери. — Слушаем. — Я тут с другом, пришла почитать. Ты ведь нас пропустишь? — Ооо, давно тебя не было. Проходи конечно, — послышался добрый голос женщины в возрасте. Похоже, она была счастлива увидеть Луну здесь снова. — Извините, что через черный ход... Сами понимаете, не хочу чтобы кто то меня увидел. — Конечно конечно. Что ты пришла читать на этот раз? Снова про алхимию? — статная женщина преклонного возраста, производящая впечатление директора какой нибудь школы, отворила нам дверь. — Покажи нам пожалуйста что нибудь, по базовой магии, и ту книжку по продвинутой алхимии, от А.Мегсагона. — Следуй за мной, — женщина устремилась вглубь огромной библиотеки, насчитывающей по меньшей мере несколько ярусов. Я бы даже назвал это место «Архивами». Миновав несколько лестниц, она остановилась перед одним из широких стеллажей. — Вот, тут у нас всё по начальной базовой алхимии. Выбирайте что понравится. Взяв одну из самых красочных книг, Луна передала ее мне. Я посмотрел на название: «Научные методы распределения маны внутри живых существ. Мифы и легенды.» — Отличный выбор. Не знала, что ты интересуешься такими вещами, — похвалила Луну женщина, поднимаясь на ещё один ярус выше, где по всей видимости располагались книги для алхимиков. Дождавшись Луну, мы вместе пошли в читальный зал, усевшись друг напротив друга за одним из столов. Сейчас тут совсем не было посетителей, а высокие трехметровые окна были зашторены плотным полотном. Открыв книгу, я попытался сосредоточиться на тексте. Автор писал о каких то методиках, для более эффективного распределения маны в теле человека, и не только. Многие вещи из того что было в этой книге, я уже знал, либо понимал на интуитивном уровне. Неизменно, с каждым словом, мой взгляд всё чаще срывался на сидящую напротив Луну, увлеченную чтением. Я никогда в жизни не встречал девушки прекраснее. И сейчас, она сидела так близко... Но что я должен делать дальше? Вообще то, если я не воскрешу ее потратив последние силы, то и не умру... Что если, я смогу остаться с ней тут на вечно? — Что то не так? — с легкой улыбкой, девушка вернула меня в реальность, видимо заметив, что я уже несколько минут сверлю ее взглядом. — Э... Интересная книга? — Да, конечно. Я сейчас читаю описание эффекта «Зелья сна». Оно помогает заснуть людям, с особо буйной психикой. Сейчас у нас не так много войн, но люди всё равно ежедневно получают психологические травмы в боях. Мегсагон разработал это зелье именно для них. — Да? Интересно было бы попробовать. Я и сам в некотором роде, буйный... — Хм. У меня впереди два выходных. Думаю, я могла бы приготовить его тебе на пробу, в качестве эксперимента. Если ты конечно не боишься... — Хаха, нет, я не боюсь. В детстве я пил яды, для профилактики... С того момента, зелья меня не убивают. Почему то услышав мои слова, Луна сильно приободрилась, а ее глаза загорелись. — Тогда пойдем сейчас! — она схватила меня за запястье, и потащила прочь из архивов. Похоже, что когда дело доходит до алхимии, — компромиссов она не знает. Вылетев на улицу, мы стремительно стали спускаться вниз, по мощеным склонам города, пока не остановились перед богатым домом. Сам дом скорее напоминал древнее поместье, окруженное гравированным, железным забором. Тихонько, словно воры, отворив железные ворота, мы проскочили внутрь. Пройдя по зеленому газону, и обойдя дом, Луна остановилась перед спуском в подвал. Оглядевшись по сторонам, она тихо отворила дверь, и мне в нос сразу же ударил аромат трав. — Добро пожаловать в мою «лабораторию». Она правда, не совсем моя... Но это не важно. Сейчас, дай мне минутку. Я приготовлю все ингредиенты. Осмотревшись внутри, я подметил для себя пару занимательных моментов: например, в это место можно было попасть аж с 3х лестниц. А еще, кто то хранил тут чучела разных диких. Глядя на Луну, я не мог перестать любоваться ее слегка оголенной спиной, и утонченной шеей, проглядывающей сквозь белоснежные волосы. — Не понимаю... — девушка рассматривала пробирку с какой то красной жидкостью. — Что то не так? — Я не уверена но... Вчера у этой эссенции точно был другой цвет. — А они меняют цвет в естественных условиях? — Когда как... Зависит от множества факторов. — И что делать? — Можно проверить. Для этого нужно только капнуть на палец. Эта эссенция должна слегка обжигать кожу. — Действуй, — я оголил девушке свою руку, и та лишь немного капнула мне на ладонь. — Ну как? — Вроде бы, вообще не жжот. — Ну так даже лучше. Значит, она хорошо настоялась. — А других способов проверить ее нет? — Неа. Не переживай, в худшем случае, просто эффект будет сильнее. От этой настойки еще никто не умирал. Перемешав ингредиенты вместе, Луна произнесла какое то слово, и пробирка засияла. — Давай сначала я, — предостерегла она, поднося пробирку ко рту. — И что мне, тебя будить? Тебе не кажется, что это малость рискованный эксперимент? — Нет. К тому же, почему то мне хочется тебе доверять, — девушка безобидно улыбнулась, попробовав жидкость из пробирки. Ее взгляд помутнел, а ноги подкосились. Выпавшая из рук пробирка, мелкими осколками разлетелась по полу. Я попытался поймать девушку, но мои руки прошли сквозь нее. Попытки поднять ее с пола также не увенчались успехом: я просто не мог дотронуться до нее. Сверху послышался гул, и оживленный топот. На лестнице показалось несколько человек. Они выглядели, как культисты: грязные, в черных робах, измазанные кровью. В руке один из них держал, до боли знакомый мне меч. Я уже знал, к чему всё идет. Я попытался остановить их, но моё тело лишь прошло насквозь. Они даже не замечали меня, словно меня и нет. Подняв меч, культист вонзил его Луне в горло. Внезапно, наступила тьма. — Можно сесть рядом? — Услышал я знакомый голос. — Конечно... Девушка с золотыми глазами и серебряными волосами, одетая в скромное белое платье, села на другой край скамейки. — Х..хорошая.. п..погода.. — мой голос дрожал, и я едва мог выдавить из себя хотя бы пару слов. Робко переведя взгляд на луну, я не сдержался, и заплакал. Почему мне так грустно, от этих золотых глаз? Ведь я пришел воскресить ее. Я пришел за ней... — Что случилось? Я вас обидела? Я не хотела! — девушка обеспокоенно посмотрела на меня. — Нет... Всё, в порядке. Это просто... Вы напомнили мне одного человека. — Он был вам дорог? Что с ним случилось? — Очень дорог. Ради него хотелось жить, но в итоге, я сам всё испортил. — Он погиб?... — Да. По моей глупости. — Соболезную, — девушка похоже, искренне испытывала грусть. — Спасибо за поддержку. Теперь я в этом городе совсем один, и от того, накатывают такие мысли. — Знаете... Я могла бы показать вам пару мест. Мне и самой бывает одиноко, так что мы могли бы прогуляться. К слову, меня зовут Луна, — девушка мило улыбнулась, и у меня в горле застрял ком. — Алан... Можем перейти на ты, если вы не против. — Конечно, пойдем, я покажу тебе местные достопримечательности, — Луна резво соскочила со скамейки, покрутившись на месте, и ее платье поддалось дуновению ветра. — Вот, смотри. Это наш собор богов древности, — девушка указала на белокаменный храм, возвышающийся совсем рядом. — Зайдем? — Да, это звучит интересно. Войдя внутрь, мне в лицо ударило прохладой. Свет в собор проникал лишь через стекла в потолке, и потому внутри стоял полумрак. Приближаясь к центру собора, мы рассматривали фрески мозаики, разных монументальных божеств. — О! А вот это первый бог металла. Он был тем, кто благословил песчаных эльфов на ковку их «солнечного металла». Забавно, что он был человеком в прошлом. — Ага. Если я правильно понял, то среди людей вообще много богов. — Мне всегда казалось это странным, — девушка положила руку на книгу, лежащую в центре собора. — Почему то у людей в нашем мире всегда всё не сладко, но при этом добрая половина всех богов, это в прошлом люди... Почему они не помогут своим товарищам? — Ну, может дело именно в том, что они боги, — я поравнялся с девушкой, подняв глаза к куполу собора. — Всё таки, становясь богом, ты отказываешься от человечности. Люди по природе слабые, так что наверное, ни один бог не стал бы им помогать, обретя божественность. К тому же прошлые обиды и прочее... *Бульк, бульк* Услышав странный звук, я повернулся к Луне. Ужас и отчаяние наполнили мой разум: сквозь горло девушки проходил клинок, очень напоминающей мне «Анабиоз», и несколько мужчин в странных одеждах, держали ее обмякшее тело. Я попытался отогнать их, но мои руки лишь пролетели насквозь, и я провалился под пол, в темную пустоту. — Можно сесть рядом? — Услышал я до боли знакомый голос. — Конечно... Девушка с золотыми глазами села рядом со мной. Наши взгляды встретились, и всё остальное словно перестало существовать. — Хорошая.. п.. — не удержав слезы, я инстинктивно обнял Луну, прижав ее к себе. — Ч..что..вы... — она была сильно смущена, но я не мог отпустить ее. Что я вообще делаю? — Прости меня, я не знаю, что на меня нашло, — с трудом выпустив девушку из объятий, я отодвинулся подальше. В ответ она лишь робко сидела рядом, и румянец с ее лица никак не сходил. — Ладно, забудем... Мы с вами раньше не встречались? — Луна задумчиво посмотрела мне в глаза. Ее смущение пропало, словно по щелчку. Только сейчас я вспомнил, зачем вообще пришел сюда. — Встречались, и потому я тут. Подойдя к девушке, я взял ее за измученную работой руку, и она даже не сопротивлялась. Закрыв глаза, я представил ее образ, и когда почти все детали были собраны, раздался крик. Я ощутил брызги горячей жидкости у себя на руках, проваливаясь в пустоту. И вновь, всё повторилось. Я уверен, что уже проживал это. — Можно сесть рядом? — Нет. Схватив Луну за руку, я бросился прочь. Куда угодно, только как можно дальше от этого проклятого места. Чувство безумной опасности не покидало меня. Эта девушка... Рядом с ней я не могу даже нормально мыслить. В моей голове хаос. Я должен защитить ее любой ценой, хоть и сам не знаю, от чего. Мы бежали долго. Даже когда солнце зашло за горизонт, мы всё ещё бежали. Наконец, к середине ночи, мы набрели на заброшенный двухэтажный дом в лесу. Скрывшись на втором этаже, в единственной спальне с большим окном, сквозь которое луна освещала всю комнату, мы упали на кровать. — Я не знаю, что происходит, но кажется, я уже давно люблю тебя, — тихо прошептала мне Луна, обхватывая мою шею. На ней, как и на мне, не было одежды. Мои мысли хаотично метались, и лишь ее образ стоял перед глазами. Я схожу с ума. Всё это не правда. Почему? Как? Столько противоречивых чувств бушует внутри... Я хочу быть с ней любой ценой. С силой схватив девушку, я раздвинул ее ноги. Она не сопротивлялась, и лишь сильнее обхватила мою шею. Замерзшие, усталые, напуганные, мы сделали это из последних сил, словно дикие животные. Почему мы сделали это? Может быть, от отчаяния? Может, чтобы спастись от холода и неотвратимой жестокости этого мира, почувствовав тепло друг друга? Луна уже обо всём знала. — Алан, спаси меня, — жалобно прошептала она мне на ухо, и сквозь свою собственную голову, я увидел клинок, пронзающий ее белоснежную шею. — УБЛЮДКИ! — мой собственный крик, двоился у меня в голове. — Можно сесть рядом? — Услышал я голос. Я не ответил. Мне нечего было ответить. Я не хотел запускать эту цепочку вновь. Постепенно, воспоминания из других циклов возвращались ко мне. Я не чувствую, что могу что то изменить. И вновь, рядом со мной проливается кровь. — Можно сесть рядом? Кровь залила скамейку. Я не мог на это смотреть, и не мог об этом думать. — Алан, пожалуйста... — жалобным эхом отразилось в моей голове. — Извини, я ничего не могу... Крик боли врезался мне в мозг, и площадь озарил блеск меча. — Разве, ты не можешь? Я думала, что ты способен на что угодно, если только этого захочешь, — прозвучал нежный голос рядом с моим ухом. Она не винила меня за бессилие, и не корила за попытку бросить ее. Даже сейчас, она лишь пыталась поддержать меня, обнимая окровавленными руками. Нечто внутри меня сломалось. Сколько же в тебе самопожертвенности? Почему я всё ещё сижу тут, и жалобно ною? — Можно сесть рядом? — Постой, — я остановил Луну рукой, поднимая взгляд на противоположный конец улицы. Он уже шел сюда. Один, без своей надуманной свиты. Я мог узнать его мерзкое лицо из тысячи. — Очень жаль, что я не добил тебя тогда, — мрачно произнес я, вставая со скамьи. — Нравится мир, который я тебе придумал? — Прозвучал надменный голос, и на лице божества появилась ухмылка. — Подавись, — с яростью крикнул я, рывком хватая его за голову, и впечатывая в пол. — Что... — Глаза парня расширились от удивления. — Думал, что вечно сможешь водить меня за нос? В этом мире есть вещи пострашнее богов, — я со всей силы ударил бога головой о каменную плитку. В ответ мне в бок пришел удар ногой, и я отлетел назад, сильно ударившись об металлическую скамью. — Что, у тебя уже кончились твои божественные силы? — С трудом поднявшись на ноги и шатаясь, я медленным шагом пошел на встречу избитому богу. Тот тоже не собирался проигрывать. Удар...Пинок...Удар... Драка словно во сне, под водой, не на жизнь а на смерть. Медленная и тягучая, вялая и бессильная, без права на ошибку, она длилась вечность. Удар, и еще удар. Два кулака синхронно врезались в челюсти. На ногах устоял лишь один, и это был я. Упав на колени, локтем я начал душить это жалкое создание. В ответ, бог лишь улыбался мне. — А ведь она... любила тебя так сильно.. что... отказалась... от... личности... Нравится в её подсознании? — Очень, но оно не для тебя, ублюдок, — второй рукой я начал крошить лицо противника в кровавую кашу. С каждым ударом я словно обретал всё новую силу, и с каждым ударом, трещин на площади становилось всё больше. — Мне очень жаль того человека, чью личность ты украл. Я надеюсь, что его душа упокоится с миром, — Произнес я, финальным ударом размазав бога по каменным плитам. Наконец, всё было кончено. — Ты справился... — девушка робко подошла, обняв меня сзади. — Да. Прости, что так долго. Вообще не стоило начинать всю эту мерзкую историю. — Что будет теперь? Я забуду тебя? — Нет, не забудешь. Конечно, подсознание, штука таинственная, и она не подвластна даже магам, но я подарю тебе кое что на прощание. — Ты уходишь? — Да. У меня просто нет выбора... Прожив с тобой столько жизней, я просто не могу оставить тебя тут, в этом мрачном прошлом, рабыней людей, готовых продать тебя за пару монет. — Но что будет с тобой? — Я не знаю. Наверное, меня не станет. От моей личности уже почти ничего не осталось. Я всё потратил по частям, раздавая жизни. Повернувшись к девушке, я увидел, что ее золотые глаза блестят от слёз, в свете заката. — Я не хочу тебя забывать... — Понимаю. Потому, я подарю тебе часть тех воспоминаний, что остались у меня. Может быть, вместе с твоим подсознанием, они достроят картину. А ещё... Поцеловав девушку в лоб, я закрыл глаза. Она бессильно обнимала меня, и я сам был готов разрыдаться, но сейчас куда важнее вернуть ее к жизни. Я представил ее сияющий образ. Смесь золота и серебра, как аллюзия на нечто невероятно ценное. Самое ценное, что было в моей жизни. «Луна. Я хочу подарить тебе свои воспоминания, и свой атрибут пламени. Я бы дал тебе больше, но смерть уже распалась, и материя последует ее примеру... Этот огонь и воспоминания о нас, — всё что у меня осталось. Живи свободно, но никогда не забывай обо мне.» Постепенно, мои объятия опустели. Я остался один на один с темной бездной, утратив свой свет. Почему я все еще мыслю? Что осталось от моей личности? Кто я, в конце концов, такой? — Человек... Чего ты хочешь? — Прозвучал тяжелый, томный голос в пустоте, сотрясая пространство и время. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что для вас лишь единожды поёт истинная надежда. — Хорошо. Я хочу многого: я хочу жить. Я хочу силы. Хочу свергнуть нечестивые порядки заигравшихся властителей. Хочу повергать в ужас тех, кто мнит себя всемогущим богом, и тех кто служит им. Хочу быть человеком, Аланом Кингом, и хочу быть охотником на богов. — Вот как? В таком случае, ты получишь всё это, но сам. Перед моим лицом появились врата, словно сплетенные из потемневшей лозы. Лишь я сделал шаг, как они отворились, и в уши ударил колокольный звон, смешанный с хоровым пением, и шумом ветров. Где то там, впереди, меня ждет возможность всё изменить. Вернуться к тем, кого я люблю. Без малейшей тени сомнения, я шагнул внутрь. ---------- Эпилог. Солнце почти зашло за горизонт. Из большого белокаменного дома, на берегу городского канала, выбежала низкая девушка. Поверх ее белого платья была накинута странная куртка, с квадратными плечами, и прикрепленным значком гильдии авантюристов, ранга A. Эта куртка была ей велика, но даже так, она никогда с ней не расставалась. Кисточки, застёжки и рукава куртки развевались на ветру, как и серебряные волосы девушки. Некий неизвестный мужчина, в строгом деловом костюме, схватил ее за руку. — Лýна Кинг, — Ваши имя и фамилия? — Да. Друзья зовут меня просто Лý. — Ваша анкета на вступление в академию одобрена. Через месяц начинается учеба. Будем ждать вас на вступительном экзамене. К слову, я слышал, что эти люди живут с вами в одном доме, это правда? — мужчина показал Луне список, и она отрицательно замахала головой. — Нет, я впервые их вижу. А почему вы спрашиваете? — Не важно. На этом всё, — развернувшись мужчина зашагал в одну сторону, а Луна в другую. Подойдя к набережной городского канала, она села на траву, прямо подле края воды. Сжимая рукав куртки, она смотрела на восходящую в небе луну. «Алан, ты слышал это? Я ещё не сдалась, и ты не сдавайся. Давай вместе постараемся стать лучше. Пока ты где то там... Я тут, продолжу твое дело, и защищу ребят. Не торопись, и обязательно возвращайся ко мне. А если ты не вернешься, то я снова пойду за тобой.» ---------- Послесловие автора. Вот и подошел к концу второй том|книга цикла. Сразу попрошу всех прочитавших до этого момента, оставить комментарий с отзывом. Не важно, положительный будет отзыв или негативный, главное чтобы была хоть какая то критика. Довольно сложно писать книгу, опираясь только лишь на собственный опыт. Как и первый том, второй дался мне с трудом. Я не могу избавиться от своей черты, искренне описывать мысли персонажей, их чувства и рассуждения. Возможно, кто то назовет этот текст заумным, наивным, и наполненным излишней философией. Я вас понимаю, но иначе у меня писать не получается. В следующем году можете ожидать от меня два, а может и три тома. Также я планирую написать несколько дополнительных историй в виде отдельных книг, повествующих о прошлом других, не менее важных для сюжета персонажей. Честно говоря, сейчас я и сам не знаю, куда заведет меня эта история. Может быть, она кончится совсем скоро, а может, растянется на большой цикл, превратившись в полноценную вселенную. Посмотрим ;) В любом случае, всем удачи в новом году! Никогда не сдавайтесь и помните, что вы всё таки человеки. ---------- Сквозь чистилище. “Интересно, как там Лу́на?” — было моей первой мыслью после пробуждения. Кашель не давал мне дышать. Лёжа на дне ямы среди множества трупов, я смотрел в потолок. Вечерний свет медленно спускался ко мне, через отверстие в потолке. Что это за место? Некий голос говорил со мной, а после я прошел через врата… Встав, я отряхнулся. На мне вновь не было одежды, прям как когда я попал в “безымянный мир” впервые. Мои длинные темные волосы, по прежнему спадали до ключиц, и тело никак не изменилось. Хм, а моя мана? Я зажёг пламя, но его цвет был обычным. От того мне стало немного грустно… Теперь у меня совсем нет атрибутов, а значит, я могу полагаться лишь на свое знание магии. Посмотрев на ожёг на ладони, я сжал кулак. Так где же я? Вокруг, помимо множества гниющих обнажённых трупов, были лишь стены древнего сооружения, простирающиеся далеко в пустоту. Это напоминает мне некий… подземный храм, или что то в этом роде. В центре этого монументального зала, находилась большая статуя. Она изображала некую девушку, невероятной красоты. Ее белое, религиозное одеяние, вероятно предназначалось для служений. По крайней мере, такие у меня ассоциации. Статуя воздевала руки к небу, стоя прямо под огромной дырой в потолке храма. В вечернем свете я мог видеть, как трупы в попытках забраться на статую, словно окаменев, безмолвно протягивали руки к свету. Нагнувшись к одному из трупов, я заметил у него на запястье клеймо в виде “витого кольца”. Посмотрев на свою руку, я был неприятно удивлён: у меня теперь тоже есть такое клеймо. Хорошо бы узнать, что оно означает… Впрочем, делать мне тут больше нечего. Нужно двигаться дальше. Не хотелось бы ночевать среди гор мертвецов, не имея при себе оружия, или атрибута. Свет не достигает этих мест, но мои глаза всё ещё отлично видят в темноте. На сколько же длинный этот храм? Я иду уже несколько минут, а трупы всё не кончаются. Наоборот, чем дальше, тем их больше. Попутно, я неизменно натыкаюсь на маленькие статуи, изображающие поющих, подобно христианским серафимам детей. Рядом с каждой статуей тел ещё больше, словно перед смертью их тянуло к этому камню… Наконец, впереди показалось нечто массивное. Большие железные врата, высотой по меньшей мере в 20 метров, преградили мне путь. Значит, это выход? Как я могу открыть их? Рядом с вратами лежал скелет. На нём была лишь набедренная повязка, которую я не побрезговал надеть. Лучше хоть какое то тряпье, чем гулять голышом. А теперь, попробуем открыть врата. Положив руки на холодный металл, я ощутил нечто странное позади себя. Словно, бесформенную массу из маны… Обернувшись, я застыл от удивления. Трупы на земле пришли в движение. Вытягивая руки к небу, и сплетаясь телами, они со временем начали образовывать фигуру существа, “стоящего” на четырёх лапах, словно дикий пёс. — Так ты значит, местный привратник? Понятно, почему эти врата всё ещё закрыты… К сожалению для тебя, я пришел сюда не умирать. Не надеясь, что масса трупов сможет меня понять, я рывком переместился к ее правой ноге, напоминающей сплетение пульсирующих червей. Сконцентрировав ману в кулаке, я одним ударом разрушил половину этой “конструкции”, и отпрыгнул назад. Место прежних мертвецов тут же заняли новые. Масса атаковала меня со скрипучим звуком. Я уклонился в сторону, но один из мертвецов таки смог укусить меня за руку. Похоже, пришло время бить без остановки. Рывок - удар левой ногой с разворота - правый кулак - снова левая нога - правый кулак. Шквал моих ударов усиленных магией, невозможно остановить. К слову, я никогда раньше не занимался боевыми искусствами, и сейчас лишь импровизировал, полагаясь на рефлексы и объем маны. Только вот… есть ли в этой драке смысл? В бою я заметил одну особенность: хоть побежденные мною трупы и не вставали снова, но их кровь стекала куда то к началу зала. В тоже время, новые мертвецы, словно бесконечным потоком, собирались во всё новых и новых “гомункулов”. Стоило мне разрушить одного, как появлялось двое. По началу я спокойно уворачивался от их атак, но со временем становилось только сложнее, и я начинал пропускать атаки, получая всё новые и новые травмы. Несмотря на это, число трупов вроде как уменьшалось. Конечно я мог бы использовать магию… Но какую? Сейчас огонь может меня убить. Не стоит заигрывать с ним, тем более что тут столько “топлива”. На ум пришло мастерство меча. Я попытался использовать “вертикальный разрез”, но ничего не произошло. Вместо этого, один из мертвецов едва не вцепился мне в ногу. По какой то причине, теперь трупы тянулись не только к гомункулам, но и ко мне. Что же. Раз магия на ум не идет, то буду использовать ману для боя. Раскидывая толпы мертвецов в разные стороны, я постепенно продвигался к свету, где стояла статуя. Как я и думал, вся кровь в зале стекалась к ней. Мне кажестся, или я должен продержаться тут как можно дольше? Делать нечего, в бой. Чёрт… Я с трудом сел в свою любимую позу лотоса перед статуей, глядя ей в лицо. Сколько времени прошло? Неделя? Я победил всех мертвецов в этом зале около часа назад, но кровь всё ещё стягивается к статуе. Скоро наступит ночь, и я надеюсь, что к этому моменту я наконец смогу покинуть это проклятое место. У меня всё тело болит от такой “разминки”. Закрыв глаза, я постарался расслабиться, и накопить побольше маны. Этот бой дался мне не очень просто. Хотя, в тоже время, я был приятно удивлен своими лимитами маны. Ранее я думал, что в безымянном мире у меня нет лимитов, но как показала ситуация с воскрешениями… Жертву всё же пришлось принести. Хотя, я всё ещё жив… Можно ли это вообще считать жертвой? Постойте, что то не так… Ощутив смутную тревогу, я резко открыл глаза, и застыл в ужасе. В метре от меня находилось лицо склонившейся статуи. Её живые, полные печали глаза, словно пытались проникнуть в мою душу. — Ну и что? Понравился обед? — Я начал вставать с пола, и статуя так же поднялась, словно была создана и не из камня вовсе. Смерив меня взглядом, “женщина” протянула ко мне руки, и между ними начало образовываться нечто. Это… клинок? Нет, я бы назвал это куском металла, имитирующим небольшой кинжал в виде креста. Количество внешних дефектов на его поверхности, могло соперничать с повреждениями “Анабиоза”, когда я только его нашел. Сформировав “Оружие”, статуя закрыла глаза. Значит, оно предназначается для меня? Лишь я взял оружие в руку, как метка на моей руке засияла алым светом. Её узор менялся, образуя второе витое кольцо поверх первого. Вместе с этим, сама статуя начала разрушаться, а позади послышался скрип железных врат. Наконец, я могу уйти отсюда. Подойдя к массивным вратам, я выглянул на улицу. От увиденного, моё сердце едва не остановилось. Зрачок усталого ока медленно движется, словно следит за каждым в этом мире. В этом мире нет солнца… Вместо него, на небе сияет огромный глаз, и сейчас он закрывается, постепенно лишая этот мир света. Утром, он наверняка откроется вновь. Стоит ли мне бояться его? Я не знаю. Дорога впереди также не внушает доверия: среди мрачных камней, серые, иссохшие деревья и кресты, что несут на себе тела покойников, увенчанных всё той же меткой, что и моё запястье. Пожалуй, я всё же выйду на улицу днём. Пусть лучше под надзором этого ока, нежели в темноте среди подвешенных трупов. Что же это, мать вашу, за место? ---------- Поля надгробий. Пейзажи конечно парадоксальные... Вечно-алое небо. Вдалеке виднеется нечто вроде Вавилонской башни, окутанной рыжими тучами. Куда не глянь — кругом руины, и люди на крестах. Неужто я в ад попал? Под описание вроде подходит: пустынный, мертвый, и «наблюдатель» есть. Я к нему даже почти привык, смотрит и пускай. Тоскливо тут конечно, но это место меня уже не пугает. Нет, скорее я ощущаю тихую печаль, столь незнакомую мне ранее, как человеку импульсивному и не зрелому. За что этих «грешников» распяли на крестах? И сколько душ погребено в этих землях? Ну хотя бы ландшафт постепенно меняется. «Храм» из которого я вышел, кто то вмонтировал в гору, а тут уже прям пустошь начинается. Даже деревья стали заменяться на... надгробные плиты. Их тут целый лес, или даже целое поле, как цветов. Интересно, что каждая плита подписана Наэрским языком, и никаким другим. Получается, что тут похоронены только люди? Да и среди трупов я не замечал представителей других рас. Странно... Хм, а вот и дорожный указатель. Написано: «Колыбель оставленных», и стрелка указывает прямо, по каменной дороге. Туда так туда. Примерно через час, стали появляться первые домики. Все разрушенные, из красного кирпича, с очень интересным архитектурным стилем: чем то напоминает смесь готики и романтики, с тяжелым таким налетом меланхолии, и религиозной тематики. В довесок то и дело проскакивают полуразрушенные статуи ангелов, или каменные колокола. А вот и сама деревня показалась впереди. Уже вижу снующих туда-сюда жителей, и множество разрушенных домов. Нужно попытаться узнать хоть что нибудь у местных. Но для начала, надо бы спрятать оружие. Может быть этот клинок — тоже героический артефакт? Вроде как — да. Клинок без труда погрузился в мое запястье. Теперь я могу играть роль безоружного путника. Да и одежды на мне почти нет... Идеальная маскировка под нищего. Только войдя в деревню, я тут же услышал колокольный звон, доносящийся из небольшой часовни в центре деревни. Меня уже начинали терзать смутные сомнения, по поводу местных обитателей... Что то с ними не так. Как то странно они на меня все смотрят, и особенно на моё запястье. Надо бы его спрятать на всякий случай. — Знамение явит он, — проходящий мимо иссушенный старик, кажется обращался ко мне на Наэрском языке. Его тело покрыто язвами, а взгляд безумен. Кстати, то же самое можно сказать и обо всех остальных обитателях этой деревни. — Знамение? О чём вы? На мгновение во взгляде старика показались проблески сознания и интеллекта, словно он вспомнил нечто важное, как только я обратился к нему. Схватив меня за запястье, и понизив голос, старик начал бредить: — Ты ли он? Или же судьба иная? На страдания вечные обречен род иноземный, чуждый, ибо нет ему места среди богов. Тесен мир для волею иной владеющих, — на слова старика стали стягиваться «люди», а его голос становился всё громче и громче. — Но узурпатор греха грядет... Вознесет он семь пороков людских в лоно божественное, и да откроется ему истинное око природы собственной. И выведет он за собой род человеческий, дабы свершить возмездие великое на небе и земле. И да будет он справедливости извращённой сутью, над существами высшими, что предательство свершили вероломное, — голос старика почти что гремел в воздухе, и окружающие начинали повторять за ним. — И да познают они ужас давно забытый, что розарий древний хранит, ибо таково их наказание. Ибо не меч чужаку нести надобно, но мир. Выслушав речь, я постарался выйти из толпы, что уже окружила меня. Эти люди, покрытые бесчисленным числом язв, тянули руки к моему запястью, словно завороженные витыми кольцами. К счастью, нападать они не собирались, и мне удалось унести оттуда ноги. Остановившись рядом с указателем на развилке дорог, я посмотрел на список оставшихся не посещённых поселений. Все наименования были стерты. Значит, просто пойду на лево. *** То что я услышал в деревне. Кажется, эта речь была чем то вроде пророчества, верно? Хотя, это скорее похоже на бред сумасшедшего. Узурпатор греха например, это тот, кто ворует грех? И что еще за лоно божественное, для вознесения грехов? Даже для фентези, это как то слишком сказочно... Словно библию послушал. Хах, я сейчас всерьез пытаюсь найти логику, в какой то древней легенде, в магическом мире. Вполне возможно, что она вообще давным давно устарела. Да и это место плохо на меня влияет. Сейчас мне стоит сосредоточиться на саморазвитии, раз уж других дел нет. Но какую магию выбрать? Я мог бы использовать любую при желании, но определиться очень трудно... Хотя постойте. Что мешает мне использовать всё и сразу? Я ведь могу быть тем самым мульти-магом, о которых говорила Луна. С другой стороны, мне очень нравится использовать меч. И у меня даже есть сейчас какое то оружие. Вынув клинок из запястья, я рассмотрел его внимательнее: ржавый, ,очень напоминающий католический крест. Разве что на нём никто не распят, и на том спасибо. Лезвие короткое, обоюдоострое и прямоугольное. Сквозь ржавчину и другие дефекты, странным образом проглядывается серебристый отлив, и какие то гравюры. Похоже, когда то этот клинок прекрасно выглядел. Пару раз взмахнув оружием, я был приятно удивлён. Легкий, аккуратный, и идеально лежит в руке, словно был сделан специально под меня. Сжав клинок в руке, я одним рывком преодолел десять метров, рассекая воздух. Отлично, с магией ветра проблем нет. Думаю, можно совместить магию усиления собственного тела и меч. Буду экспериментировать с разными атрибутами по ходу дела, может что и получится. *** Что это за звук? Посмотрев на право, за «лесом надгробий» я заметил высокую, медленно идущую фигуру. Каждое её движение звучало мерным звоном колоколов. Свернув с дороги к плитам, я почти сразу наткнулся на него: крупный мужчина, трёх метров высотой, сильно сгорбленный с иссушенным телом. На своей спине он нёс огромную каменную плиту, что тяготила его к земле, а на сковывающих руки цепях, висело два колокола. Густые, седые волосы, спадали на его лицо, и взгляд уже давно потух. — Кто ты? — Осторожно спросил я. Мне было жаль этого беднягу. — О отрок, имя мне Иов. Что нужно столь душе блаженной, в краю забвений? Неужто ты дорогу позабыл? — тихо прозвучал печальный голос. — Да, я действительно позабыл дорогу. — Вот как, — мужчина устало посмотрел на моё запястье, и в его взгляде мелькнуло удивление. Медля с ответом, он смотрел на небо, словно пытался вспомнить нечто давно забытое. — Твой путь лежит среди могил. Там, в бездне, дремлет младший сын. Прерви его забвение. Лишь этот путь сулит тебе пророк. — Я не очень понимаю... Сын кого? И за что нужно даровать прощение? — За те грехи, что мы не совершали. — И какой грех лично ты «не совершал», что несёшь такую ношу? — Вина моя лишь в том, что я богам поверил. Для них наша судьба, как бросить кости. Они лишь веселятся упиваясь болью. — Понятно... Звучит жестоко, как впрочем всегда и происходит с богами. Я могу как то тебе помочь? — Не знаю, сможешь ли. Эта плита давно вросла в мою спину, но даже так, я хотел бы стать свободнее. — Да не проблема, — выхватив кинжал, я мгновенно разрубил цепи на ногах и руках мужчины. — Так значит, ты и правда... Спасибо за подаренную свободу, — Мужчина выпрямился в полный рост, и только теперь я понял, на сколько же он высок. Четыре метра, не меньше. Его голос звучал увереннее, и словно... живее. — Вы человек? — Да. В прошлом меня звали Иовом Великим. Зависть даровала мне эту ношу, дабы принизить меня. Только вот, без цепей у нее не получалось сломить мою волю... Он привёл меня сюда, и заковал в кандалы. Мои скитания длились тысячелетия. — Что же, теперь ты свободен. А мой путь лежит дальше. Может, ты расскажешь мне ещё что то важное? — Нет, ты узнаешь всё сам, когда придет время. Если конечно, сможешь. И в благодарность, возьми это, — мужчина протянул мне кольцо, — Это работа моей младшей дочери. Не знаю, остались ли в нём ещё какие то свойства. — Разве могу я принять такой подарок? Ведь это память... — Чего стоит память в забвении? Не переживай. Может быть однажды, ты ещё вернешь мне его. А теперь идти. *** Оставив мужчину позади, я двинулся дальше. Надеюсь, с ним всё будет в порядке. Местечко явно не дружелюбное, и похоже, тут замешаны боги. Причём замешаны плотно. Вот что же я вляпался? Впереди показалась часовня сложенная из надгробных плит. Полностью исписанная символами на сером камне, она возвышалась среди бесконечного множества могил. Я попытался прочитать несколько надписей на часовне. Многие из них уже стёрлись, но главную я смог различить: «Здесь покоится младший сын сути человеческой, Акедия. Да не потревожит мира его самозабвенного, душа потерянная.» Хм. Это значит, что мне не стоит сюда входить? Но это место ведь даже никто не охраняет. Какой смысл? Да и Иов говорил мне именно про младшего сына. Отодвинув каменную плиту, закрывающую вход в часовню, я оказался внутри. Тут вроде ничего необычного: два ряда каменных скамей, да пустой пьедестал. Все окна также заложены камнем, а свет внутрь попадает только через дыру в крыше. Даже крыс не бегает. Подойдя к пьедесталу, я тут же заприметил с ним неладное: щели в полу, и царапины на камне, словно кто то его сдвигал. И действительно. Приложив усилия, я смог отодвинуть пьедестал на каменной платформе. Под ним находилась лестница, уходящая вглубь, под часовню. Перед спуском я решил создать себе шарик света, который мог бы летать за мной следом. Всё таки в темноте бродить не очень приятно. Шарик получился каким то уж слишком маленьким. Магия света дается мне с трудом, и от чего это зависит, я не понимаю. На самом деле со временем я начинаю догадываться, почему люди не пользуются магией за пределами своих атрибутов. Это настолько абстрактно и сложно для понимания, что руки просто опускаются. К счастью, я такие трудности обожаю. А теперь, пора спускаться вниз. Давно я уже не ощущал такого азарта и жажды знаний. Если у этого мира и есть загадки, то я обязательно их разгадаю. ---------- Могильник. Дойдя до конца лестницы, я едва удержался на краю обрыва, чуть не упав в темноту глубокой, подземной пропасти. Мост впереди обломан, но это не проблема. Немного магии, один размашистый прыжок, и вот я уже в центре развилки, подвешенной в воздухе. А что вокруг? Каменные гробы. Множество гробов. Стены пропасти, скрывающейся глубоко внизу, донельзя заполнены гробами. Это место слово огромный склеп, тянущийся до самого ада. Подозреваю, что как раз таки вниз мне и нужно идти. Может прыгнуть? Хотя я не знаю, что там внизу, и мой свет никак не может туда достать. Хм, даже бросить нечего. Можно конечно поджечь кинжал, но не факт, что я потом смогу его вернуть. Ладно, пойдем по развилке, как нормальные люди. Проходя под одной из арок моста, я заметил выгравированную в стене эмблему, в виде большой личинки, пронзенной двумя мечами. Насекомых я очень не люблю, и потому зрелище неприятное, но работа выполнена искусно. За аркой, увы, всё не так радужно: очередные подземные катакомбы. Видимо не существует мира, в котором их бы не было. Надо разобраться по быстрому что к чему, и скорее на поверхность. *** Довольно долго ничего не происходило. Я просто шел вдоль гробниц, спускался по лестницам, и снова шел. В определенный момент я стал слышать странные звуки: скрип и шелест. Звук этот находился где то на уровне ниже, куда я и спешил попасть. В тоже время, с каждым шагом мне всё меньше хотелось спускаться. На полу начинали появляться личинки. Очень, очень много личинок. Я не мог даже ступить так, чтобы не раздавить босой ногой десяток, а то и сотню этих мерзких созданий. На очередной лестнице за поворотом, меня ждал неприятный сюрприз: отвратительнейший скелет обмотанный тканью, из под которой прямо на пол сочились черви, после устремляясь обратно. Даже знать не хочу, как это выглядит под одеждой. Что же, время экспериментов. Посмотрим, на сколько я на самом деле мульти-маг. Создав в руке мощный разряд молнии, я запустил его в противника, прежде чем тот успел замахнуться на меня своим ржавым клинком. Возможно, с силой разряда я перестарался, ибо мой противник тут же обратился в прах, а за ним по цепочке и большая часть личинок на полу. Увы, от мерзких насекомых избавиться надолго это не помогло. Они сразу же заполнили всё окружающее пространство. Только сейчас я заметил, что они каким то неведомым мне образом удерживаются на потолке, и шкварчат внутри стен. Неприятно, но я должен терпеть. Наконец спустившись к концу лестницы, моему взору предстала странная картина: на большой подземной площади, среди безумного множества копошащихся личинок, стояло некое подобие торговых лавочек, как на рынках в больших городах. На каждой такой лавочке, либо рядом с ней, лежал очередной «фаршированный» скелет. Заметив меня, существа словно ожили, синхронно повернув головы в мою сторону. Всё движение в зале мгновенно прекратилось, а личинки замерли на месте. Ощутив не иллюзорную опасность, я по привычке обвил свое тело пламенем, попутно поджигая всё вокруг. Несмотря на легкие ожоги, сделал я это, как оказалось, не зря. В эту же секунду на меня со всех сторон хлынули потоки червей, буквально испаряющихся в огненной ауре. Не прошло и минуты, как все скелеты в зале сгорели, а личинки вернулись к своей привычной активности, игнорируя меня. Пожалуй, это самое мерзкое место из всех, в каких мне довелось побывать. Попади я сюда пару месяцев назад — уже бы сошел с ума. Впрочем, я всё таки нахожусь под толстым слоем могил. Трудно ожидать чего то иного от подобного места. Я только надеюсь, что совсем скоро смогу его покинуть. ***С «рынка» я нашел аж три выхода. Первый привёл меня в тупик, и сейчас я проверял второй. Расхаживая по каменным коридорам, я то и дело натыкался на жилые комнаты. Конечно, в них никто не жил, но следы прошлого в виде разного рода утвари, и даже каменной мебели, могли рассказать мне многое. Дойдя до большой двери в конце ответвления, я остановился, чтобы прочитать надпись на серебряной табличке: «Смотритель Акедии». Что бы это значило? Я дернул железную ручку, и с двери посыпались личинки, устремляясь в общий поток. Внутри однако, насекомых не было. Совсем. Разве это не странно? В центре совсем уж небольшой комнатки, стоял каменный стол, заваленный рукописями. В основном записи посвящались разного рода расчетам. Например, тут есть строки о неких «свечных караванах», что должны поставлять могильнику свечи, и о расписании «ухода за потерянными». Судя по почерку и «авторскому стилю», писал все эти заметки один человек. Он сам называет себя смотрителем, не упоминая настоящего имени. Копошась в рукописях, мне на глаза попался некий текст, замотанный в кожаную обложку, и спрятанный глубоко под кипами бумаги. С первых же строчек становилось ясно — это дневник. Посмотрим... ___________ — Я так больше не могу. В последнее время ночи всё длиннее, а солнце всё реже появляется на небе. К тому же епископ стал совсем плох... Он уже на себя не похож, и почти не встает со своего ложе. Поговаривают, словно вокруг него начали заводиться личинки, но я в это не верю. ___________ — Признаю, мы чем то провинились перед богами. Солнца нет уже неделю, а ведь это было моим единственным утешением... За что же мне всё это? Я ведь верно и усердно служу. Мы упокаиваем новые потерянные души каждый день. Что ещё нужно богам? ___________ — Год прошел, а солнце так и не взошло. Ну и плевать, я уже привык жить в темноте. Важно сейчас не это. Странные дела творятся в округе. Поговаривают, будто некий неизвестный смог закрыть выход из чистилища. Разве такое возможно? Что же тогда будет с нами? Не зря же я столько лет служил... ___________ — Ещё вчера у меня была надежда, а сегодня они тут... Они пришли. Они не те — кому мы молились. Не так мы представляли себе эту милость. Почему они так разгневаны на нас? Мы лишь хотели прощения... Но постой. Кто то идет сюда. Я слышу шелест и гул. Я должен бежать, пока не поздно. Я должен предупредить Епископа. Мой долг — помочь ему.___________ Чтение дневника прервал отчетливый гул, и глубокий рокот, откуда то из глубины могильника. Признаться честно, он пробрал меня до дрожи. Собравшись с силами, я хотел дочитать дневник, но он и так обрывается на этом моменте. Хм. Выводы... Чистилище да? Это объясняет мне некоторые моменты. Правда об этом месте даже в мировой истории слишком мало информации. А все потому, что создано оно только для людей. Ни одна душа, кроме человеческой, не способна попасть в это место. По крайней мере, так принято считать. Смотритель ещё пишет, что некто неизвестный закрыл выход из чистилища. Это могло бы объяснить мне те безумные души, словно вечно скитающиеся по разрушенным деревням. Но кто способен закрыть выход из целого измерения? А еще последний фрагмент дневника явно намекает на то, что в это место проникли боги. Однако, это место ведь запретно для богов. Да что там запретно... Оно им должно быть отвратительно и ненавистно. Почти все известные миру боги, — своевольные, деспотичные, порой жестокие, и всегда бесчеловечные существа. Иногда они конечно могут помочь, но лишь из своих никому неизвестных побуждений. Часто такая помощь даже «выходит боком» обратившемся за ней. Почему так происходит, и почему боги так поступают? Хотел бы я знать... Но могут ли подобные существа находиться в «отстойнике» для самой приниженной расы, заслуживающей лишь жалости, и сострадания? Не думаю. Всё это похоже на бред сумасшедшего. Вероятно, местные сами придумали себе богов, чтобы служить им совершая «добрые дела», и таким образом приближаясь к искуплению. А выход я должен проверить самостоятельно. Тем более, что вообще то, я его и ищу.***Ничего интересного я больше не нашел. Не помогли даже магические чувства. За исключением этой нетронутой личинками комнаты, всё остальное, что не создано из камня — полностью уничтожено. Перейдя в третий тоннель, я тут же наткнулся на спуск ведущий ниже от рынка, вглубь могильника. Тут под землей, находился целый каменный город, под завязку забитый насекомыми. Не желая задерживаться в этом месте больше ни единой лишней секунды, я старательно находил лестницы и марафонами пробегал их. Попутно мне попадались агрессивные скелеты, но я тут же испепелял их молнией. Красивая и эффективная магия. Куда большей проблемой были мои босые ноги. Они то и дело давили свежие порции личинок, на что я изо всех сил старался не обращать внимание. И всё равно, от мерзости меня пробирало до мурашек. Наконец, впереди показалась очередная развилка подвесных мостов. Может хоть с нее я что то увижу? Выбежав на развилку, я остановился у одного из краев моста, глядя в темноту. По прежнему нечего. Только какой то странный звук сверху и... Не успел я поднять голову наверх, как мост подо мной проломился, и я полетел вниз. Свободное падение в темноту. Оттолкнуться не от чего, и зацепиться тоже не за что. Контроля для полноценного полета мне не хватает, и всё слишком хаотично. Может выдвинуть каменный столб из стены? Или... Внезапно, мысли застряли в моей голове. Шок и ужас стремительно подступали. Поток личинок и червей, плотный как кулак, стремительно приближался ко мне сверху. Я попытался призвать пламя, но оно тут же погасло в моей руке. Выпущенная молния просто растворилась в воздухе, а камень и вовсе отказался появляться. Я мог бы ещё что то придумать, но мозг уже отказывался соображать... Я не смогу увернуться. Вот чёрт. ---------- Епископ Акедия. Чувствую, как они копошатся во рту, в порах, и под кожей. Личинки... Сколько их тут? На дне пропасти. Море? Океан? Нет, их просто бесконечно много. Они ползают по моим глазам, полностью покрывая тело и лицо. Я едва вижу свет своего заклинания, пробивающийся сквозь эту копошащуюся толщу насекомых. Отчего же мне так спокойно? Почему так тепло, и уютно? Почему ощущение, словно я всегда был тут, и всегда буду, никак не хочет оставить меня? Ведь это не похоже на суетливого меня... Верно? Зачем я вообще пришел сюда, и что делаю на дне этой ямы? Долго ли я лежу тут, и сколько ещё собираюсь? В конечном счете: кому я задаю эти вопросы, и зачем? Я ведь знаю, что всё равно не смогу сдвинуться с места. У меня нет сил, и нет желания. Я сделал всё что мог, но жизнь в очередной раз поставила меня на колени. Лишь одного я на самом деле не могу понять: почему этот свет продолжает назойливо слепить меня? Этот маленький огонёк, что давно должен потухнуть во тьме, никак не хочет оставлять меня. Он напоминает мне одного человека... Но кого? Лёжа на дне ямы, поедаемый личинками, я пытался вспомнить давно забытый образ. Серебряный свет, чистый и непреклонный, способный осветить путь в любой, даже самой темной ситуации. Луна... Как я мог забыть тебя? Ведь это главная причина, по которой я ещё жив. Должен ли я просто лежать тут, бессмысленно теряя время? Однозначно — нет. Разгребая личинок, я медленно поднялся на ноги. Вот он, в паре метров от меня на роскошном ложе: полный мужчина в церковной рясе, поедаемый червями. Золотая табличка рядом гласит: «Епископ забвения, и апостол лени, Акедия, покоится тут. Внемлите воле его божественной.» Внемлить воле? Моя лень постепенно сменялась гневом. Как посмел ты, омрачать мои воспоминания? Думал, что если сломался сам, можешь и меня склонить на свою сторону? Я покажу тебе, почему не стоит играть с огнём. Моё тело взорвалось мощными потоками пламени. Однако, они не достигли цели. Медленно увядая, пламя пыталось приблизиться к ложе, покудо полностью не потухло. Вновь наступила тишина. Разряд молнии сверкнул в воздухе, и тут же исчез, не достигнув цели. Летящий камень мгновенно потерял всякую силу, лишь достигнув края ложе. Значит, я должен сделать это своими руками. Достав клинок из запястья, я двинулся в сторону епископа. Кажется, будто он совсем близко, но в тоже время подойти я к нему не могу. Каждый шаг дается мне всё труднее, тяжкой ленью отзываясь в ватных конечностях. Мне хочется спать. Удар. Кисть пробита кинжалом, и разум снова чист, но не надолго. Десяток шагов, и теперь мои ноги совсем отказываются двигаться. Еще удар, но без результата. Ноги по прежнему не слушают меня. Стоя на расстоянии одного метра, я заметил среди копошащихся подле ложе личинок кусок ткани. Потянув за ветхие одежды, я вытянул в свои руки скелета. Черви совсем не трогали его, и в костлявой руке он сжимал чётки. Почему же он не смог дойти до конца? Взяв в руки чётки, я ощутил облегчение, словно кто то снял с моих ног кандалы. Этого хватило, чтобы приблизиться к епископу вплотную, вонзив свой кинжал в его череп. Послышался треск, и мой взгляд начала застилать пелена. *** — Учитель, почему вы не отвечаете мне? Скоро они будут тут, вы должны бежать! — послышался голос мужчины средних лет. — О неверный, к кому ты обращаешься? Ты совсем не знаешь своего любимого учителя. Ты серьезно считал его примером для подражания? Этот человек стал сосудом греха лености, как лучший из лучших в своем пороке. На что же ты надеешься, ожидая от него ответа? — Учитель, не слушайте его! Боритесь! — Мужчина безустанно повторял эти слова, словно ничто в мире не могло переубедить его, или заставить молчать. — Прекрати уже этот фарс, — послышался назидательный, старческий голос, а за ним и звук пощёчины. — Я не уйду отсюда без вас, — констатировал мужчина, и моё сознание вместе с духовным телом выбросило в белую пустоту. — За что мне это? Я ведь лишь хотел помочь, — передо мною возник образ мужчины в рясе. Он обращался ко мне. — Хочешь знать мое мнение? Ты слишком доверял своему учителю. Люди зачастую не те, кем кажутся даже себе. — Но я знал его сотни лет... — Тем больше у него было шансов совершить ошибку. Ты точно ни в чём не виноват,— я положил руку мужчине на плечо, и вдалеке появился образ сгорбленного старика, медленного приближающегося к нам. — Учитель! — мужчина попытался рвануть с места, но я удержал его каменной хваткой. — Это не он. Ты ведь видишь это, — я зажал чётки в руках смотрителя, выходя навстречу старику. — Похвальная воля, для человека... Чего ты хочешь от меня? — Убрать тебя из этого мира. — Хах, да? А силенок тебе хватит? Минуту назад ты лежал снедаемый тревогой, а теперь вдруг решил выступить против бога? — Я давно это решил. Просто, захотелось отдохнуть, — в мгновение ока оказавшись перед стариком, я пронзил его сердце кинжалом. Вместо крови, из его тела потоками хлынули насекомые, заполняя собой белое пространство. — Не сработает, — я взмахнул рукой высвобождая духовное пламя, обжигающее мою душу. — Безумец... Ты готов пойти даже на такое? — Прозвучал крик в пустоте. — О чём ты? «Богу» вроде тебя, ничего не известно о жертве. Находись я в духовном пространстве или физическом, не важно. Я уничтожу тебя любой ценой. — Не думай, что всё будет так просто, — Старик появился у меня за спиной, замахнувшись тонкой швейной иглой, но некто схватил его за руку. — Теперь я вижу, спасибо, — прозвучал низкий спокойный голос смотрителя, словно принадлежавший другому человеку. — Предатель! — Укоризненно завопил старик, пытаясь вырваться. — Мне вот интересно. Почему ты ещё пытаешься бежать? Разве ты не бог лени? — Я второй раз вонзил кинжал в сердце бога, и тот истошно завопил. Я ощутил, как его сила скапливается в моей руке, образуя новый сигил на запястье, и преображая клинок. Наконец, когда вопль стих, тело старика беспомощно повисло в руках смотрителя. — Прости меня, — тихо прозвучал голос в пустоте. Старик всё ещё был «жив», и теперь похоже, трезвый разум вернулся к нему. Возможно, смотритель отчасти был прав. — Всё в порядке, учитель. Вы должны благодарить этого юношу за спасение. Старик усталым взглядом смерил меня, и мой постепенно удлиняющийся крест-клинок. — Узурпатор греха, верно? Наконец то этот кошмар закончится... Ирвинг, я слишком устал. Знаю, что предал тебя, и что не заслуживаю прощения, но может, хоть теперь мы сможем по настоящему отдохнуть? Несмотря на проявленную слабость, долгие годы я исправно служил богам... — Заслужили ли мы прощение? — Смотритель обратился ко мне, с готовностью принять любую волю. — Я не в праве решать за вас вашу судьбу, ребята. Так же как и вы, я просто хочу покинуть это место. Но раз уж вы спросили моего мнения... Идите, и ни за что не останавливайтесь. Теперь у вас есть такая возможность. — Спасибо, — поклонившись, Ирвинг взял старика под руку, и они медленно удалились в белую пустоту. На этот раз они ушли туда, откуда не возвращаются. *** Открыв глаза, я вдохнул полной грудью. Лень оказалась не так сильна передо мной, ведь за моими плечами опыт, и что важнее, люди. Честно говоря, с каждым днём слово «Бог» всё сильнее обесценивается для меня. Нет, даже не так. Называть этих существ «Богами» — богохульство. Боги должны давать людям надежду, а не приводить к безысходности. Эти существа — просто монстры. Я должен был стать охотником на монстров, а не «богов». Я не хочу признавать этих существ богами. Кажется, епископ тоже до последнего не сдавался. Даже будучи «идеальным сосудом», он смог обмануть меня. Где то лень явно просчитался с выбором кандидата. Посмотрев на своё запястье, я заметил две линии, расходящиеся от витых колец в разные стороны. Они переходили на кисть, словно ветви дерева. Я также ощущал некий эфемерный прирост силы, а мой клинок стал длиннее и чище. Теперь сквозь ржавчину, я мог отчетливо разглядеть часть гравированного текста: «и лень не замолчит твои слова». Хм, что бы это могло значить? Возможно, позже я узнаю и другие части текста. Теперь, вспоминая пророчество старика из деревни, оно уже не кажется мне бредом. Наоборот, он словно дал мне инструкцию к действию, и я даже поглотил первый грех. Но вот где искать остальные? Осмотревшись вокруг, я был малость удивлен: от личинок не осталось и следа. Неужто всё это держалось на силе Акедии? В любом случае, это уже не важно. Для начала мне стоит проверить свои силы. Сконцентрировавшись, я прыгнул на столько высоко, на сколько мог. Это было больно, ведь в итоге я буквально пробил потолок головой... Сила прыжка оказалась чудовищной, хоть и отсутствовал какой либо четкий контроль. Это и есть сила греха лени? Ну, по крайней мере теперь я могу быстро отсюда свалить. Надеюсь, на улице сейчас «день». ---------- Туман. Вдоль надгробий, по ночной земле стелется серый туман. Влажный и вязкий, он сопровождает ночь. Как же сыро, и темно... Я съежился от прохладной влажности. Конечно, был соблазн остаться в часовне до наступления утра, но времени у меня на это нет. Теперь, когда я понимаю сколько впереди работы, на счету каждая секунда. *Блуп, блуп* — где то вдалеке эхом отозвался странный звук, словно кто то пытался говорить со ртом, полным воды. Туман с каждым шагом всё плотнее, а надгробий всё меньше. Сколько же я уже иду, и куда? Неужели заблудился? Я шел прямиком от часовни, и кажется, перекрёсток уже давно остался позади. *Блуп, блуп* — раздалось совсем рядом, словно кто то в тумане бегал босыми пятками по воде. Тревожно... Призвав шар света, я немного успокоился: после победы над Акедией, моя магия стала значительно сильнее, и теперь я мог освещать себе путь на десятки метров вокруг. Только вот, это выставляло меня на всеобщее обозрение. Потому, чтобы не выделяться, свет я выбрал тусклый и серый. *Блуп* — за моей спиной упало несколько капель воды. Обернувшись, я увидел небольшой пруд, и свое отражение в нём. Но ведь его только что тут не было... Хотя, это не главная проблема. Мое отражение в пруде постепенно искажалось, превращаясь в облик маленькой, русой девочки. Ее холодный взгляд медленно прожигал меня, не позволяя отвести глаз. Ощутив опасность, я хотел было наступить в пруд ногой, но в этот же момент он исчез. Хах, кто то играет со мной в игры? Это не очень весело. Эта девочка точно была враждебно настроена. *Дзынь* — послышался звон далеко в глубине тумана. Неужели это Иов? Но я же снял с него кандалы. Поспешив на звук, я совсем скоро начал различать сгорбленный силуэт в тумане. Вокруг становилось светлее, словно наступает утро, но туман лишь набирал густоту. Силуэт, что я видел совсем недавно, оказался сгорбленной женщиной лет тридцати. Она медленно шла по поросшей камышом тропе, и с каждым шагом колокольчик на ее поясе тихо звенел. Ее равнодушный, потерянный взгляд, с огромными синяками и мешками под глазами, устремлялся к земле. — Извините, вы заблудились? — Обратился я к женщине, но она словно не замечала меня, продолжая с трудом передвигать ноги. — Я положил ей руку на плечо, и она остановилась. Ее взгляд холодным стеклом устремлялся в пустоту. Ощутив угрозу, я отдернул руку. Ладно, попробую проследить за ней. Может она куда то меня приведёт? *** Нет, с ней явно что то не так. Уже наступило серое, мрачное утро, а мы всё еще ходим кругами. Я уже был рядом с этими камышами пять или шесть раз. Может, стоит в них заглянуть? Отхождение от маршрута бывает полезно. Нырнув в камыши, я несколько минут бродил, расталкивая сухие стебли в тумане. Сквозь утренний смог я стал замечать очертания каких то руин, а мои ноги постепенно уходили под воду. Наконец, вырвавшись из плена трясины, я оказался перед каменным двором, что лежал в руинах. В центре двора находилось озеро отражающее в себе мир, словно лучшее из зеркал. И вновь в отражении водной глади появилась она: маленькая русая девочка, указывала мне рукой в сторону руин. Я должен посмотреть там? Зайдя внутрь, я сразу же понял, что некогда это место было жилым домом. Даже осталась некоторая утварь, и люк в полу. Горелые балки и обугленные кирпичи намекали мне на прошедший тут пожар. Лучше всего сохранился люк. Открыв его, я застыл в недоумении. Под ним не было ничего, кроме почвы. Я уже собирался закрыть его, как вдруг мой глаз зацепился за что то в земле: это была небольшая кость. Не знаю, кому она принадлежит, но пока что возьму с собой. Вернувшись к озеру, я направился к самым большим руинам что тут были. Девочка в отражении озера следовала за мной, сопровождая безмолвным взглядом. На этот раз внутри всё было несколько интереснее: на второй этаж вели две лестницы, в центре полу-разрушенного зала. Крыши не было, и большая часть стен уже обвалилась. Ступать по лестнице приходилось очень осторожно, ведь камень сыпался под ногами. Поднявшись, я вошел в некий «кабинет» с двумя выбитыми дверьми, что лежали рядом. Стены изрядно осыпались, и туман во всю гулял по руинам особняка. На потертом деревянном столе, готовом вот вот свалиться от ветхости, я нашел одну единственную рукопись. Она гласила следующее: — Сегодня мы упокоили еще десяток душ. Эта работа дается мне тяжело. Я никогда не соглашался топить эти души в холодным пучинах, но раз такова воля господня... Разве же есть у меня выбор? Ну хотя бы мои дочери тут со мной. Их души не рассеялись, и последовали в чистилище за своим отцом. Мог ли я мечтать о большем? — Тревожная сегодня погода. Вокруг озера собирается легкий туман. Где же моя младшая дочь? Ей же всего два года! Никто не видел ее со вчерашнего дня, и Ребекка по прежнему молчит, словно ничего и не случилось. Сейчас она пошла гулять со старшей. Надеюсь, у них всё будет в порядке. Что же мне делать? — Ребекка вернулась без нее... Она потеряла двух детей за один день, и теперь отказывается их искать. Я уже отправил несколько слуг на поиски. Наша дочь всегда находит путь домой, с ней всё должно быть в порядке. Но почему Ребекка так боится меня? Я вижу ужас в ее глазах каждый раз, когда пытаюсь завязать диалог. Это пугает меня. — Неделя, а её всё нет. Я не должен терять надежды, как моя непутевая жена. Признаюсь честно: от нее меня бросает в дрожь. С того дня она заперлась в комнате, и отказывается есть и пить. Она ничего не говорит мне о наших дочерях. Что же случилось между ними? — Слуги не вернулись. Я не знаю, что делать. С каждым днём особняк всё плотнее окружает туман. Откуда он идет? С Ребеккой я не говорил уже несколько дней. Мне страшно выйти из кабинета. У меня остался лишь один слуга, но сегодня не пришёл и он. — Что со мной? Я слышу голоса в тумане. Они винят меня. Они зовут меня. Они требуют от меня ужасного. Хотят, чтобы я навредил себе. Навредил другим. Я не должен слушать их... — Сегодня я подошел к зеркалу, и не узнал себя. Разве это мои зрачки? Что общего у меня, с моим отражением? — Я нашёл их всех... Они прятались от кого то в подвале. Я убил их, но они сами начали это. Моя старшая дочь восстала против меня. Она хотела подговорить их, и у нее почти получилось. Разве этого я заслужил, как отец? Мне пришлось утопить её. Теперь, мне нужно разобраться с главной проблемой: этот ненавистный звон причиняет мне боль. Я должен избавиться от него. На этом рукопись обрывается. Отложив бумагу в сторону, я оперся на стену. Да уж... История мрачная. Если приглядеться, то вроде как основные изменения начали происходить, когда появился туман, верно? Эти записи пропитаны безумием. Я не уверен, что могу доверять им. С другой стороны, отражение девочки в озере теперь о многом мне говорит. Только вот, кто сжёг это место? Обеспокоенные местные жители, что заметили неладное? Или может он сам? И главный вопрос: чья же это кость, была закопана в одном из домов? Мне нужно внимательнее всё осмотреть. Подойдя к окну второго этажа поместья, я в ужасе замер на месте. В отражении озера, на меня недвижимо смотрело великое множество лиц, широко улыбающихся сотнями острых зубов. Их желтые глаза с вертикальными зрачками, лишь добавляли ужаса этой картине. Стало жутко. Но это всё ещё лишь отражения. Я должен взять себя в руки, и пока что сделать вид, словно ничего не видел. Внимательно осмотрев особняк, я нашел еще несколько скелетов. Каждый из них лежал в своей комнате, приняв неестественную позу. Может ли среди них быть мать семейства? Выйдя на улицу, я заметил, что отражения в озере пропали. Я не рисковал подходить к воде, аккуратно огибая ее по дуге. Сейчас мне очень хотелось найти ту женщину с колокольчиком, и попытаться хоть что то у нее узнать. Она единственный живой человек, которого я встречал в этом тумане. Лишь подойдя к камышам, я услышал знакомый звон. Мог ли о нём говорить глава семейства? А вот и она, покинуто бредет в тумане. Зрелище тоскливое. Навевает уныние. — Послушайте, — я остановил ее, и достал кость найденную в доме. — Вы знаете, что это? На этот раз женщина отреагировала. Взяв кость в руки, она бережно провела по ней рукой. В ее равнодушном взгляде даже мелькнул проблеск сознания. — Уходите, — хриплым голосом ответила она, разворачиваясь ко мне спиной. — Нет, я не могу уйти. Этот туман меня не отпустит. К тому же, я хочу помочь вам. — Не получится. У вас ничего не получится. Это бессмысленно. — Не попробуешь, не узнаешь. Вам ведь знакома эта кость? — Нет... — Ладно, я вижу что вы не настроены на диалог. Давайте так: я буду ждать вас у озера. Я не стану принуждать вас насильно, но если передумаете, то приходите. Может быть вместе у нас что то получится. — Глупец, — тихо бросила она в мою сторону, скрываясь в глубине камышей. Пора возвращаться к воде. ---------- Вязкий. Поверхность озера спокойна, чего не скажешь обо мне. Я хожу кругами уже битый час, в поисках решения загадки. Что я вообще пытаюсь найти? Эх, мне не хватает навыков дедукции. Хотя, кое что я всё же начал понимать. Судя по записям того мужчины, на дно этого озера некогда отправляли души. Если не ошибаюсь, смерть в подобном «духовном измерении» чем то сродни смерти в своей душе: если твое духовное тело разрушится, то восстановить его не получится уже никак Интересно, по каким критериям отбираются души, достойные подобного «наказания»? И что важнее, кто их выбирает, и отдает приказы? Местные постоянно твердят о службе для богов, и великой миссии. Может так боги тешат свое эго? Хотя куда уж больше... Наклонившись к воде, я начал всматриваться в пустоту. Постепенно меня начинали одолевать странные мысли: зачем я пытаюсь разгадать эту загадку? Зачем ищу выход из чистилища? Одолеть грехи, собрать богов... Какие к черту боги? Я не могу даже решить тайну одного единственного водоёма. Может, это знак? Я никогда не был суеверным, но ведь в этом мире есть магия, а значит и суеверия могут работать. Может, мне просто стоит погрузиться в пучину этого озера, и прекратить вечные изыскания? Я протянул руку к воде. Она едва тёплая... Всё равно, у меня ничего не получится. Я уже столько раз пытался победить, и каждый раз моя победа оборачивается поражением. Наверняка даже эти сигилы на моей руке прокляты, и будут лишь нести мне несчастье. Так зачем всё это? Я ступил в воду, медленно погружаясь на дно. Так приятно, и так пусто. Вот оно, давно забытое чувство истинного покоя, когда все окружающие тебя проблемы не имеют смысла, ведь есть эффективное и простое решение. Поверхность постепенно удалялась от моего взора, покудо я отдавался пучине. Откуда же эта легкая, неуловимая печаль? Разве мне есть что терять? А если и есть, то стоит ли оно всех этих страданий? Закрыв глаза, я окончательно погрузился на дно. Время вокруг словно остановилось, и лишь пустота заполняла разум. Я чувствую тину, обвивающую моё тело. Скоро всё это закончится. *Дзынь* — раздался оглушительный звон. *Дзынь, дзынь* — звуки ужасной болью отражались в моей голове. От этой боли даже мои глаза постепенно стали открываться, и я начал различать силуэты рядом с собой. — Лу... Почему ты тут? Разве я не спас тебя? — я обращался к девушке, чьё невинное лицо опутанное тиной, я различал среди множества других тел, сросшихся в огромный подводный коралл. В её серебряных волосах запуталась водоросль, а на щеке появился какой то нарост. *Дзынь, дзынь, дзынь* — звон без устали атаковал мой разум, и лицо Луны, к которому я уже протянул руку, постепенно начало меняться, приобретая пугающие черты. Оскал множества рядов острых зубов. Голодный, не золотой но жёлтый взгляд... Это не моя любимая. Она бы никогда не посмотрела на меня с такой угрозой. Даже когда я пытался убить ее, в ответ она показывала мне лишь своё разочарование. *Дзынь* — Гнев начинал наполнять мою душу, покуда звон резонировал в голове. Почему кто то снова использует её облик? Лишь потому, что это моя слабость? Нет... Этот образ для меня священнее любого бога, и я не позволю его осквернять. Она — всегда была и будет моей силой. Вы сделали себе только хуже, решившись на подобную уловку. *Дзынь* Одним мощным рывком я вылетел из озера, поднимая в воздух столб воды. Находясь в десятке метров над землей, я видел, как нечто приближается ко мне из пучины. Трупы. Подобие огромного левиафана, сплетенное из сросшихся трупов, вырвалось из под воды, наполняя воздух умопомрачительной какофонией звуков. Вытянув из запястья меч-крест, я схватил его в обе руки. Падая прямо на гадкую химеру, я вонзил в массу тел клинок, и уперевшись в нее ногами, начал съезжать к воде, рассекая тела надвое. Есть лишь одна проблема: вода остановит импульс, а мне нужно добраться до дна, откуда тянется эта тварь. Я не могу позволить ей сбежать, и под водой сражаться будет слишком тяжело. Значит, мне остается только испарить всю воду в озере. Всё таки огонь — мой лучший друг на все времена. Вспыхнув безумным пламенем, я начал погружение. Взрыв пара чудовищной силы сотряс окрестности, поднимая воду ввысь, и разрывая химеру на части. Гореть заживо? Давно привык. *** На дне осушенного озера стоял лишь я, раненый взрывом, но не убитый. Мои раны заживут, а вот этим людям никогда больше не увидеть белого света. Подходя к трупу мужчины в черном камзоле, что лежал в центре озера, я неизбежно вспоминал могильник. Тогда меня тоже посещали мысли о безнадежности моей жизни, но ведь грех лени я в итоге победил. Что же тогда стоит предо мной, и чем оно отличается от Акедии? Из какой эмоции оно черпает эту силу, подавляющую рассудок, и погружающую в уныние? *Дзынь* — сзади послышался знакомый звон. Он больше не причинял мне боли. Женщина поравнялась со мной, глядя на разлагающееся тело, покрытое кораллами. Из ее глаз одна за одной капали слёзы. Теперь я понимал, кем она приходится этому мужчине, и кто он сам. — Самил... Что же с тобой стало? — Подойдя к телу, женщина ударила его ногой. Сначала робко, лишь один раз. Потом два раза, уже смелее. Постепенно её слезы слезы смешались с яростью. Стоя на коленях, она избивала бездыханное тело, заливаясь слезами. Должен ли я вмешаться? — Вы позволите мне закончить начатое? — я показал женщине клинок, и она на мгновение остановившись, встала и отошла в сторону. По дрожи её тела я понимал: она сдерживается изо всех сил. Вонзив клинок в череп мужчины, мое сознание затянуло внутрь. *** Темный, неосвещенный дом. Мужчина в камзоле, с грязными волосами, и безумным пустым взглядом, закапывает нечто в землю. По плачу я могу понять — это маленький ребенок. Захлопнув люк, он сжигает лопату в своей руке, используя пламя столь алое и яростное, словно вечернее солнце опустилось к нему на ладонь. Выйдя из дома, он медленно бредет к особняку. Туман окутывает его, нашептывая о предательствах и интригах. Туман стремится отнять у него всё, погрузив в уныние. «Лишь потеряв всё, ты обретёшь истинную свободу. Не нужно обременять себя ложными привязанностями. Они делают тебя слабыми.» — твердит ему внутренний голос, и он соглашается с ним. Вот он идет в комнату для слуг, где сидит кухарка. Хватая нож, он пронзает ей горло. Ему никогда не нравилась её стряпня, да и лицом она могла выйти получше. А вот дворецкий, что совершает ночной обход: лежит со свернутой шеей. Сегодня, он едва не пролил чай на бумаги своего господина. Разве так принято служить высшему дворянству? Но вот чем же провинилась старая няня, что взвалила на себя ответственность по воспитанию чужих детей? Чем она заслужила заживо гореть в огне? Всё просто: она отнимает слишком много внимания его детей. Как смеет она, простолюдинка, учить его отпрысков чему то? Он взял ее на эту работу, лишь в надежде показаться богам милосердным. Теперь, он исправляет свою ошибку, ведь боги уже тут. Горящая балка падает рядом с ним. Люди вокруг кричат: «Герцог сошел с ума», сгорая заживо. Тяжелыми шагами спускаясь в подвал, он находит свою старшую дочь, спрятавшейся в бочке. Хватая ее за волосы, он тащит ее к пруду. Она не умоляет его о пощаде. Ей давно всё ясно: это уже не её отец. Она лишь надеется, что мама сможет спастись, ведь именно она обманом вынудила мать бежать. Возвращаясь в горящий особняк, он садится писать в своем кабинете. Он не обращает внимание на пожар, словно его и нет. Отложив ручку, он собирается покончить со всем этим раз и навсегда. Его взгляд уже пуст. Выбив дверь в комнату своей жены, он обнаруживает, что окна открыты,и ее нигде нет. — Не волнуйся. Она не сможет покинуть это место. Как и ты, она навечно погрузится в уныние, и ничто больше не пробудит в ней прежних чувств, — звучит всё тот же, чуждый голос в голове герцога. И вот, опустошенный герцог стоит перед горящим поместьем. Плотная сущность тумана, собравшаяся в гуманоидную фигуру, вопрошает к нему: — Доволен ли ты моим даром? Ты просил у меня божественной милости и спокойствия, так упивайся же ими во славу. Мужчина вступает в воду. Погрузившись по колено, он поворачивается ко мне, но я не должен останавливать его. Не он — причина всех этих бед, но его вера в ложных богов. Подойдя к сущности тумана, что игнорирует меня, я вонзаю в нее клинок. Поглощаемое мной существо даже не сопротивляется. Потому ли, что осознает свою участь? Лишь одна насмешливая фраза вырвется из его уст прежде, чем он будет поглощен: твой гнев погубит тебя, узурпатор. Мы уже не раз побеждали в этой войне. *** Стоя на дне кратера под вечерним проливным дождём, я пытался отдышаться. Существо не сопротивлялось, но и не в этом была его сила. Его ментальное давление, вынуждающее опускать руки, измотало меня намного сильнее любого затяжного боя. Наконец, всё это кончено. Меж линий-сигилов лени на моей руке, появляется новый: перевернутый крест. Вместе с ним я ощущаю прилив неизвестной силы. Мой клинок также изменяется, приобретая всё более грациозный вид, и вновь удлиняясь на несколько сантиметров. Теперь он больше похож на серебряное оружие, нежели на ржавое. Его прямоугольные формы с каждым разом всё утонченнее, и вновь кусок гравюры проявляется на металле. Следующая фраза на клинке гласит: «Отринь уныние, что серо, и в душу свою загляни:» Так значит, это всё таки был грех уныния. Надеюсь, однажды я смогу услышать полный стих. — Спасибо, узурпатор, — прозвучал тихий голос Ребекки. — И вам спасибо. Я бы не выбрался из пучины, если бы не этот звон. Что же это за магическая сила? — Это любимая игрушка моей младшей дочери, — женщина нежно посмотрела на металлический колокол, сжимая его в руках, — никакой магии. — Любовь это тоже магия, — доброжелательно улыбнувшись, я поспешил прочь из этого места. Я уже передумал на счёт спешки. Мне нужно немного отдохнуть, или совсем скоро я сломаюсь. Нужно найти безопасное место, если в этом полном жестокости мире, такое вообще может быть. ---------- Орден узурпаторов. В воздухе зазвучала музыка тысячи труб. Над деревней, в которой я был совсем недавно, висела огромная, стометровая фигура ангела. Туман рассеивался, и вокруг будто из воздуха появлялись надгробия, заменяя собой реальность. Я стоял шокировано глядя в небо, не в силах сдвинуться с места, пока ветер развивал мои волосы, стремясь сдуть всё вокруг. Четыре чёрных крыла двигались в такт трубной музыке, и вместе с тем, на деревню опускался гигантский меч. Серебряные доспехи ангела блистали в лучах «солнца», а на лице застыла равнодушная гримаса. Земля содрогнулась, и меня накрыло волной пыли. «Час прошел,» — раздался голос, сотрясающий небеса. Через мгновение, ангел исчез. Его появление — моя вина? Или же это тут происходит регулярно? Ещё некоторое время я просто бессильно стоял. Энергия которую я ощутил от этого ангела, ни в какое сравнение не шла с энергией любого бога, или даже белого мечника. Ее объемы и форма словно из другого, высшего мира, что существует вне правил нашей вселенной. Но и злобы я не от него не ощущал. Он словно, воплощение нейтральной силы, действующей по неизвестным мне законам. Пересилив страх, я всё же поспешил в деревню. Нужно проверить, смог ли кто то выжить.*** В итоге я застал лишь огромный кратер. Все жители были уничтожены в мгновение ока, и вместе с тем, деревня стерта с лица земли. Чем же они заслужили такое наказание? Хотя, честно говоря мне их не то чтобы жаль. Эти души уже давно потеряны, и подобное существование для них только в тягость. Может ангел пришел избавить их от мучений? И что еще за «Час прошел»? Заметив в земле нечто блестящее, я поднял небольшой красный камешек, напоминающий рубин. Почему его не уничтожило ударом? Магические чувства не говорят мне, что он особенный, но на всякий случай захвачу с собой. А с собой это... куда вообще? Я только собирался поговорить с жителями деревни, как их уже уничтожили. К тому же я не очень понимаю географию здешних мест. Я попал из особняка лени ровно туда, откуда начинал свой путь. Значит, это была иллюзия? Я перевёл взгляд на свою руку. Сигил в виде перевернутого креста на моей ладони, слегка покалывал. Что же за силу он мне дал? Слишком много вопросов. Оглядевшись вокруг, я попытался представить себе карту здешних мест: храм откуда я пришел, находился в горах. Прямо от него перекрёсток, потом деревня, а дальше через деревню огромный парящий замок. Слева от перекрестка часовня лени, а справа? Там я ещё не был, и в замок мне пока не особо хочется. Он выглядит таким, словно на его покорение уйдёт месяц, а я сейчас очень сильно психологически вымотан. Вернувшись к развилке, я просто пошёл в противоположную от часовни сторону. Сначала пейзаж в виде надгробий сохранялся, но со временем местность становилась всё более гористой. Как оказалось, я снова поднимался в горы, что были частью храма, из которого я пришел изначально. Эти горы занимают весь правый обозримый горизонт, и конец их виднеется лишь там, где в небе парит замок. Может ли там быть «край мира»? На очередной развилке я наткнулся на дорожный указатель. Все название затерты, а стрелка указывающая прямо вообще обломана. Возможно, кто то не хотел, чтобы в эту сторону ходили, а значит мне сюда и надо. *** Странно. В определенный момент я просто уперся в отвесную стену горы. Я мог бы забраться выше, но какой в этом смысл? Протоптанный путь ведь не должен вести в тупик. Ощупывая стены, я отмечал одну странность: они постоянно слегка вибрировали. Хм, сейсмическая активность тектонических плит? Это иногда происходит на их стыках, где и образуются горы. Но нет, я бы вряд ли почувствовал ее рукой. Значит должен быть другой вариант. Совсем скоро я пришёл в к выводу, что другой дороги, кроме как в стену, у меня нет. Склоны везде покатые, и подступиться к горе можно только с этой стороны. Либо идти обратно. *Послышался легкий гул* «Магия земли отлично работает,» — подумал я, глядя на раздвигающиеся под давлением моей магии каменные стены, образующие проход. И по началу всё действительно работало как нужно, но в один момент моя сила словно наткнулась на барьер. Отлично, это именно то, что я и искал. Добравшись до конца свежего тоннеля, я был приятно удивлён: передо мной предстала округлая каменная дверь с углублением в центре, гравированная образами каких то древних, неизвестных мне существ. Надпись в камне двери гласила: «Орден узурпаторов». Некоторые в этом мире называют меня узурпатором. Может быть, я тоже имею право войти? Рассмотрев углубление в двери, я не нашел варианта лучше, чем вставить в него крест-клинок. Если речь тут о тех же узурпаторах, коим являюсь и я, то это должно сработать. И в очередной раз я не прогадал. Засветившись серебряным светом, клинок исчез, вернувшись мне в руку. Сигилы на кисти начали гореть, словно желая оставить на мне клеймо, и вместе с тем дверь медленно раздвигалась. Лишь шагнув за порог двери, мне в нос ударило свежей прохладой. Где то вдалеке бурно шумела вода. «Прихожая» представляла из себя большой зал с очень высоким потолком, и аркой в конце, выходящей в ещё больший зал. Из прихожей в разные стороны вели коридоры, выложенные полированным гранитом. В остальном, это место было пугающе пустым. Может быть, интересное впереди? Я решил пока не идти в большой зал, и прежде проверить все коридоры. Большинство из них завалено, но убрать преграды не представляет особого труда. Наконец, в конце первого коридора показалась деревянная дверь. Я попытался открыть ее, но меня остановил барьер. Проход старательно запечатан сложнейшей магией зачарования, и судя по всему, стены комнаты тоже. Я попробовал разные способы, пытаясь проникнуть внутрь, но в итоге пришлось признать поражение. Печать слишком сильна. Я таких даже в книгах в качестве примеров не встречал. В других тоннелях также были запечатанные двери, пройти сквозь которые я никак не мог. Разочаровавшись, я остановился перед последней дверью. Я дёрнул за ручку, и на удивление, она поддалась. Внутри находилась просторная комната с окном, выходящим на улицу. Выглянув в окно, я отметил для себя, что нахожусь сильно выше того места, где вошёл. Сейчас не стоит даже думать о том, сколько законов физики, геометрии и пространства нарушает эта комната.. Кровать в углу была застелена свежим постельным, словно только и ждала меня. В другом углу стояли совершенно пустые стол и шкаф. Солнце за окном уже заходило, ведь я потратил на подъем в горы пол дня. Могу ли я лечь тут спать? Или же сюда могут вернуться люди? Хотя, вспоминая запечатанную в скале дверь, люди скорее бежали из этого места. Что ж, приняв душ созданный из магии, что кстати оказалось очень удобно, я завалился на кровать. Наверное я не принимал душ с того момента, как попал в безымянный мир, потому что каждую секунду приходилось умываться кровью. Еды к сожалению нет, но я могу прожить и на мане, так что как нибудь в другой раз. Закрыв глаза, я мгновенно отключился. *** Этой ночью мне снилось три странных сна. В первом сне я стою на вершине огромной башни,и предо мною открываются огненные врата. Прямо над вратами парит огромный ангел, двумя руками прижимая к себе тяжелый клинок. Глядя на меня, он пронзает клинком врата. Взрыв чудовищной силы поглощает башню, стирая меня из реальности. Сцена сменяется. Я стою в центре разрушенного Тидаса. Прямо передо мною возвышается огромный демон, высотой с небоскреб. Здоровенный тесак в его руке, медленно опускается на меня. Одной рукой я ловлю громадное оружие, а второй ловко выхватываю меч-крест. Земля под ногами вздымается от импульса удара, но моя рука даже не дрожит. «И это всё?» — звучит мой грубый, холодный голос, словно я стал старше на десяток лет. Сцена обрывается. И наконец, последний сон. — Алан, давай скорее, или мы опоздаем на занятия! — звучит голос Луны где то рядом. Оглядываясь, я замечаю милую «лоли» с золотыми глазами. Она одета в форму академии Тидаса, и в ее руках учебники. Посмотрев на себя, я понимаю, что и сам одет в такую же форму. — Нам обязательно идти вместе? — звучит всё тот же грубый, низкий голос. — Не говори глупости, пойдем, — девушка хватает меня за руку, и вытягивает в коридор. Я вижу незнакомые лица, что приветствуют меня, и махаю им в ответ. Подойдя к знакомой двери, я слышу голос профессора Лода. В своей пессимистичной манере мужчина рассказывает что то о природе атрибутов. Я открываю дверь, и сон обрывается. *** По голому потолку бегают утренние «солнечные зайчики». Что же это были за сны? И тот человек... Был ли это я? Такой холодный и строгий. А еще этот ангел, разрушающий врата. Что же из всех этих снов, имеет отношение к реальности? Эх, гадать бессмысленно. Встав с кровати, я хотел было одеться, но потом вспомнил, что кроме набедренной повязки у меня одежды и нет. Видимо, привычка осталась с последнего раза, когда удалось поспать. Сегодня я должен изучить это место до конца. Я чувствую, что моё время утекает. Никто не ставил мне рамок, но ситуация с ангелом разрушающим деревню, довольно показательна. Возможно, он искал меня. Я не знаю, какие между грехами отношения, но если они дружественные... Тогда я окажусь в опасности, как только исчезновение лени и уныния заметят. Может, я уже в опасности? Выйдя из комнаты, я заметил одну странность: дверь через которую я вчера попал в орден, оказалась запечатана очень сложным барьером. Вот чёрт... Вернувшись в комнату, я попытался разбить окно, но прямо перед моим кулаком оно исчезло, оголив зачарованную стену. Меня тут заперли. *** Пройдя под аркой, я вышел на мост, располагающийся в освещенном зале с очень высоким потолком. Не знаю, откуда идет свет, но напоминает дневной. По правую и левую сторону от моста бежали два водопада, и в конце виднелась ещё одна круглая дверь. Прямо перед мостом, в земле виднелась серебряная табличка с надписью: «Истинная гордость скромна,» Лишь я ступил на мост, как невидимая сила начала сталкивать меня в воду. Я стал сопротивляться, и давление только усилилось, погрузив меня на дно бассейна. Выбравшись, я попытался снова, и снова невидимая сила толкнула меня. Странно, я не чувствую никакой магии. Откуда вообще исходит эта сила? Попытавшись еще пару раз, я обессиленно сел перед мостом. Это какая то загадка да? «Истинная гордость скромна,» — как мне это применить на практике? Я вроде бы и не особо гордый парень. Может дело в эмоциях, или чувствах? Ступив на мост, я попытался очистить разум от любых помыслов. Набравшись безусловной уверенности в себе, я сделал шаг и... меня впечатало в стену с такой силой, что гора содрогнулась. Ох, похоже я всё сделал наоборот. Хорошо, попробую ещё раз, но иначе.*** Раз за разом я падаю в воду, или ударяюсь об стену головой. Каждый раз я хочу уйти, но не могу, вспоминая что запечатан тут. Сотни тысяч попыток. День словно застыл в моменте. Сколько я уже нахожусь здесь? Год? Кажется, все мои планы были разрушены. Окно всегда показывает мне один и тот же обманчивый пейзаж, и я понятия не имею, что на самом деле происходит снаружи. Может быть, мне уже и некого спасать. Распластавшись перед мостом, я просто уставился в потолок. Хотелось плакать, но я сдерживался. Чувство, когда не можешь ничего изменить — на много хуже поражения. Почему я не могу пройти? В тысячный раз в моей голове всплыл образ Луны. Что бы она сделала в этой ситуации? Уж точно не сдалась. Но упорства мало, когда ты не понимаешь, что именно нужно делать и для чего. Такое упорство мне обычно идет только во вред. Собравшись с силами, я ступил на мост, и меня снова отбросило прочь. С огромным трудом выбравшись из воды, я лёг перед табличкой в полу. Эти печати вокруг, не дают мне восстанавливать ману. Я слабею с каждым днём, и сейчас даже двигаться становится трудно. «Истинная гордость скромна,» — без конца прокручиваются в моей голове слова. Что же значит этот проклятый текст? Чем я вообще могу гордиться в своей жизни? Последний вопрос был, пожалуй, самым разумным за все время. Мне понадобился по ощущениям год, что бы понять, что на самом деле я не знаю, чем горжусь. Вспоминая прошлые бои, я чувствую себя гордым, уверенным, и даже «пафосным» каждый раз, когда ощущаю своё превосходство над противником. В такие моменты мне кажется, словно я король мира, и моя победа уже определена. Но что в итоге? В голове снова всплыл образ золотых глаз. Вот черт... Закрыв лицо рукой, я заплакал. Мои нервы не выдержали такой саморефлексивной пытки. «Как можно быть таким тупым ояшем?» — прозвучали слова одноклассника, что я запомнил на всю жизнь. В тот день я крупно провинился перед двумя девушками, которым нравился. Я не знал как реагировать на их чувства, и повёл себя действительно как тупой ояш, обидев обеих. Именно тогда я окончательно потерял возможность общаться с одноклассниками, но к счастью, это был последний класс. Тогда я не понимал, за что меня все винят, и за что я сам себя виню, но теперь понимаю. Я совершенно не умею ценить свою жизнь и всё что меня окружает. Вся моя жизнь похожа на сюжет тупого аниме, где каждый лучше главного героя. Хочу ли я это изменить? Скорее я хочу делать вид, словно всё это не так. Только перед лицом смерти, раз за разом проявляется моя беспомощность, и невозможность всё решить самостоятельно. И вот если резюмировать моё прошлое, то есть ровно один человек, который всегда вытаскивает меня из этих пучин, — это Луна. С первого дня нашего знакомства она искренне верила в меня, даже побывав в моей душе, и увидев прошлого меня. Она знала меня даже лучше, чем я сам, и несмотря на это, всё равно поддерживала. В итоге она даже пошла на жертву... А ведь могла просто бросить меня. Анабиоз несмотря на контракт, вполне способен существовать и без владельца. Так что же это получается? Всей своей силой я обязан Луне? Да, мне действительно нужно меняться, если я не способен решить свои проблемы без девушки. Но я не хочу отказываться от любви. Если так подумать, то Луна как раз таки и является моей гордостью, и моей силой. Многое в своей новой жизни я смог благодаря ей, и многое делал ради неё. Я не хочу отказываться от неё но... я должен обрести и свою гордость. Если я не могу помочь себе без ее помощи, то как могу помочь ей? Только пожертвовав жизнью? Ну да, это пока что всё, что я смог. И то в итоге, получилось не особо то и героично, раз я всё ещё тут. Лишь я подошел к мосту на дрожащих ногах, как рядом появился парящий образ Луны, в привычной серой ночнушке. Она протягивала мне руку, словно хотела помочь. — Прости Лу, но не в этот раз, — устало отмахнувшись, я отвернулся от девушки, ступив на узкий мост. Невидимая сила продолжала давить, но уже не так сильно. Да, я определенно чувствовал некоторую «скромную гордость». Не из за своей возможности поглощать богов, и не потому что я воскрешал людей. Нет, скорее я был горд собственной способностью признавать ошибки, и становиться лучше. Это качество я всегда ценил в людях, но не видел его в себе. Шаг за шагом, я дошёл до середины моста. Добравшись до конца, я уже не буду прежним... Да что там, я уже изменился. Такие вещи невозможно забыть, поняв один раз. Избавившись от последних сомнений, я спокойно дошел до конца. Всё это время образ Луны парил рядом, с улыбкой наблюдая за моими действиями. Даже если это мой мозг так себя обманывает, — всё равно её реакция выглядит очень живой. *** Круглая дверь в конце моста измазана кровью. В ней нет никаких отверстий, или ручек. На ней лишь отпечатанные неизвестные мне слова. Только сейчас я заметил, что весь мост также измазан пятнами крови. Я кладу руку на холодный камень, и злобный голос звучит в моей голове: «Путь лишь начинается? Тогда Я уничтожу дорогу под твоими ногами.» Сотрясая храм, дверь медленно раздвигается. В гигантском зале, своими размерами нарушающем правила физического пространства, на цепях висит огромный человек, ростом не меньше пятидесяти метров. Всё его тело за исключением лица, обмотано бинтами. На поясе три огромных клинка: катана, полуторный меч, и скимитар. Из под длинных, черных волос виднеется надменный, гордый взгляд. Пленник смотрит на меня так, словно я лишь муравей. Раздается треск, и первая цепь лопается. За ней вторая, и а после и третья. Ещё немного, и он будет на свободе. Мне остается лишь выхватить меч, и принять этот бой со всем обретенным достоинством. ---------- гордость против Гордости. — Готов умереть? — Выкинув левую ногу вперед и нагнувшись всем торсом, титан с поразительной скоростью выхватил гигантскую катану. Из его рта клубами валил дым. Едва успев призвать меч, я заблокировал атаку пятидесятиметрового клинка. Отдача от этого удара чуть не сломала все кости в моем теле, прижав к земле, но на ногах я устоял. — Не дождешься, — собравшись с силами, я одним движением отбросил меч противника в сторону, и рывком переместившись к его ноге, рубанул со всех сил. К сожалению, мой меч рассек лишь воздух. Едва заметно мелькнув, титан оказался у меня за спиной. — Слишком медленно, — надменно прорычал он, выхватывая второй меч. Теперь в мою сторону летели уже две атаки, и их я вновь блокировал горизонтальным положением клинка. К сожалению, мои плечи такой нагрузки не выдержали, начав трещать по швам. Плевать, главное что в этом месте я вновь могу регенерировать ману. Нужно тянуть время. Запрыгнув на вертикальную стену, я начал убегать что есть силы. Размашистые атаки то и дело гремели позади, сотрясая пространство. Посмотрев вверх я понял, что у этого места нет потолка, лишь тьма. Оно явно находится не в нашем измерении. — Трус! Как ты смеешь бежать от меня? — Кричал разгневанный гигант. Тем временем мана пребывала ко мне с безумной скоростью. Может ли это быть последствием поглощения греха уныния? В любом случае, сейчас я уже не уверен, что у меня есть лимиты. Внезапно, преградив путь, передо мной в стену воткнулся огромный скимитар. В довесок к этому, лицо титана теперь находилось на одном уровне со мной, и его оружие уже пришло в движение. Нацелившись титану на лицо, я что есть силы оттолкнулся ногами от стены. В полёте мой клинок сцепился с катаной врага, и к счастью, задело лишь моё плечо. В свою очередь я, оказавшись перед лицом титана, вонзил клинок ему в глаз. Взревев, враг попытался схватить меня, но я уже отпрыгнул на стену, продолжив побег. Один глаз позади, но этого мало. Вдруг титан отбросил оружие, и схватившись за стену, оторвал от неё кусок вместе со мной. Вот чёрт, я не успеваю... Огромный вес впечатал меня в пол. Больно, но нужно вставать. Побег был действительно не лучшим вариантом. Я должен принять бой лицом к лицу. Поднявшись на ноги, я выпрямил спину, сжимая крест-клинок в руке. С моих черных волос капала кровь, а внутренние органы бурно регенерировали. Титан шел ко мне на встречу с катаной на готове. С ее гигантской цубы свисали черепа. — Ты наконец решил не бежать от меня? — Да, признаю, сбежать от тебя слишком сложно. — Похоже, у тебя еще осталась гордость, человек. — У тебя тоже, бог. — Хах. Бог? Давно меня так не называли, — гигант безумно улыбнулся, начав горизонтальную атаку клинком. Тень его катаны накрывала меня как ночное небо, но я не должен страшиться ее. Закрыв глаза, я вспомнил слова Луны: ты не сможешь победить, если думаешь, что уже проиграл. Таково главное правило мечника в бою. Я не проиграл. Не открывая глаз, я попытался ощутить клинок врага. Это было не трудно. Такой ли он тяжелый, каким кажется? Одним лишь легким движением правой руки, я парировал атаку титана, отбросив его оружие в сторону. — Недурно, очень недурно, — кричал титан, хватаясь за меч. По его лицу я мог понять: он упивается этим боем. Думаю, мне стоит ответить тем же. — Давно не сражался с людьми? — С того момента, как стал богом, — появившись у меня за спиной, гигант нанес горизонтальный удар, но я тут же блокировал его, даже не поворачиваясь. Я вижу его атаки. Они медлительные и мощные, но их сила не в этом. Их главная сила: устрашение, и на меня она не сработает. Посмотрев на гиганта через плечо, я заметил, как трясется его рука с клинком. Он пытается надавить на мой блок, и пол под моими ногами разрушается, но я не ощущаю давления. Какое странное чувство... Словно всё под моим контролем. Вот он, момент для удара, что решит всё. Отбросив оружие врага круговым движением меча, я подбегаю к нему вплотную. Схватив клинок в обе руки, я мощным прыжком отправляю себя в полёт, попутно рассекая тело титана пополам. Я приземляюсь на пол, и две половины с грохотом падают позади меня. Я справился своими силами. — Чудесно. Просто восхитительно, — звучит надменный голос позади меня. Повернувшись, я впадаю в ступор. Половины титана соединяются вместе, извергая пар. Его глаз снова на месте, а оружие медленно катится по земле, и встретившись, сливается воедино, образуя гигантскую нодати. Волосы гиганта меняют цвет, из черного в золотистый, а взгляд приобретает осознанность. Бинты на его теле медленно спадают, оголяя тысячи шрамов. По нему видно: он провел в бою времени больше, чем я вообще жил. — Могу я узнать, как ты оказался тут? Запертым в цепях. — Узнаешь, если победишь меня, — манера речи и голос гиганта переменились, словно передо мной теперь стоял совсем другой противник. Холодный и спокойный, его алый взгляд выражал лишь надменную Гордость. Вот оно, олицетворение силы. Даже нодати, чуть ли не длиннее собственного роста, он держал одной рукой. Мы застыли стоя друг напротив друга. Пусть разница в наших габаритах невероятна, но характером я ему не уступлю. Наконец, удар. Тяжелый, наполненный надменной Гордостью. Я отразил его, и отражу следующий. Снова удар, а за ним ещё, и ещё. На пределе своих возможностей, сохраняя максимальную концентрацию, я парирую не уклоняясь, и мне не сдвинуться с места. Я хочу ударить его, любой ценой. Я могу ударить его. Собравшись с силами, после очередного парирования, я бью наотмашь, рассекая воздух. Вопреки здравому смыслу, мой удар оставляет на груди гиганта глубокий диагональный разрез. — Похоже, ты перешёл на новую стадию владения своим клинком, человек, — назидательно твердит гигант, трогая свою грудь. В его глазах я на мгновение вижу печаль, и ненависть. Удар-Удар-Удар-Удар-Удар — его атаки без устали теснят меня, но в тоже время, почему то я уверен, что он не сможет победить. Его удары просто не достигают цели. — Ты не сможешь одолеть меня, — мрачно говорю я, сжимая клинок в руке. Мои слова доносятся до гиганта, и я вижу, как от злости трясется его свободная рука. Он нерешительно тянет её к клинку, намереваясь взять нодати в двуручный хват, но в самом конце, останавливается. — Нет, я уже давно... — отдернув руку, он опускает на меня монументальный клинок. Я не стал уворачиваться от этой атаки, глядя титану в глаза. Он колебался. Его нодати прошла мимо цели, отняв у меня лишь руку. В ответ, я отсёк ему голову, и она упала перед телом, опускающимся на колени. Подняв руку и поставив ее на место, я подошел к лежащей голове. — Я проиграл, — мрачно ответила она. — Да. Ты проиграл в момент, когда отказался от человечности. — Я знаю. Я понял это раньше других. Да и твоя истинно человеческая гордость превосходит мою. Сделай то что должен, а после, не потеряй себя, — гигант закрывает глаза, и я поступаю так же. Я рассекаю его голову крест на крест, на этот раз окончательно убив. Мое сознание снова затягивает внутрь, и кисть неумолимо прожигает пламенем. ---------- Истоки. Вершина неизвестной горы. — Эдвин, что ты тут делаешь? — к мужчине с короткими светлыми волосами и клинком в руке, обращается красноволосая девушка. Ее походное платье обтягивает тело, а на поясе висит два кинжала. Мысленно я понимаю: с её аурой что то не так. — Я скучаю по дому, — мужчина поворачивается к ней. В его глазах видна печаль. — Не ты ли стремился попасть сюда? Висата, край мечей и боевых искусств. Тебе, как сильнейшему мечнику человеческой расы, тут самое место, — подойдя, девушка обнимает Эдвина. Его сомнения мгновенно рассеиваются, и взгляд устремляется вдаль. — Да, наверное ты права. Чего ещё я ищу на землях Наэрии? Ведь люди уже признали меня своим героем. — Мы с тобой всё ещё не совершенны, — женщина целует Эдвина в губы, и он прижимает её к себе. — Ответь мне, Кина, как же нам стать лучше? — Ты узнаешь об этом чуть позже, — с улыбкой отвечает та. *** В вечернем лагере под горой, среди осенних акаций, сидят две девушки и мужчина. — Эдвин, ты сегодня снова весь день тренировался? — русая девушка, слепая на один глаз, с любовью смотрела на мечника. — Да... Никак не могу отвыкнуть. — Хах, дурачок, завтра утром мы станем богами, так что не перетрудись, — Кина ткнула его в бок, обнимая руку, и ее взгляд встретился со взглядом русой соперницы. — Ты права, я должен отринуть прошлое. Надеюсь, скоро мы вернемся домой. *** Глубокая ночь. Из маленького шатра тихо выскальзывает русая фигура. Приблизившись к большому шатру, девушка заглядывает внутрь, и тут же уносится прочь со слезами на глазах. Из шатра за ней выбегает обнажённый Эдвин. Его взгляд потерян, и он не знает, что делать. — Забудь о ней, — твердит знакомый голос из глубины шатра, и хрупкая рука нежно втягивает его обратно. По какой то причине, моё сознание преследует бегущую девушку. Чьи же это воспоминания? Вот она, в слезах выбегает к реке. Ее взгляд полон ярости и боли. Припав на колени под проливным дождем, она начинает бить голую землю. — Ненавижу! Ненавижу! Почему он теперь принадлежит ей?! Разве я не сделала больше?! — кричит девушка, и ливень заглушает её слова. Я чувствую в ее словах ноты зависти, печали, грусти и ревности. — Эта тварь просто использует его, а он ведется. Почему она? Чем я хуже?! Ненавижу... Ненавижу... *** — Так значит тут становятся богами? — Восемь человек во главе с Эдвином, предстают перед огромной статуей в балахоне. Лицо статуи скрывает каменный капюшон, а руки вздымаются к небу. — Странно тут, — слышу я знакомый голос. Это голос существа, что называло себя «ленью», и сейчас оно выглядит как парень лет 18, заросший волосами, и увешанный множеством алхимических склянок. — Это странно, но у нас уже нет времени поворачивать назад, — добавляет от себя красноволосая Кина. — Ладно, я понял. Отряд: все готовы? — Эдвин поворачивается к спутникам, и те кивком выражают согласие. Лишь один человек, крупный как скала, с острыми серыми волосами «ёжиком», стоит неподвижно. — Должны ли мы идти по этому пути? — пространно рассуждает он, разминая забинтованные кулаки. — Заам, брат мой. Дорога назад для нас уже закрыта, — взгляды Эдвина и Заама встречаются. Они напоминают мне старых друзей, чьи пути разошлись однажды, и больше никогда не сойдутся вновь. Повернувшись к статуе, Эдвин снимает со спины нодати. Закрыв глаза, он совершает диагональный разрез, сокрушающий пространство, и прорезающий реальность. Разделившись на две половины, статуя медленно разъезжается. В этот момент я вижу, как взгляд красноволосой Кины сменяется безумием, но никто уже не замечает этого. — Люди, какое правило вы желаете нарушить? Хотя, я и так знаю, чего вы на самом деле хотите. Лишь выразите согласие, и я определю вам место, — Гремит голос на всю пещеру, заглушая шум водопада. — Я хочу обрести уважение, — твердит Эдвин. — Я хочу мира, — произносит светловолосый парень, чей голос один в один повторяет голос «уныния». — Я хочу спокойствия, — произносит «лень». — Я хочу силы, — произносит Заам. — Я хочу богатства, — вырывается изо рта полного мужчины лет 35. — Я хочу любви, — молвит девушка с фиолетовыми волосами и пышными формами, прижимаясь к крупной фигуре Заама. — Я хочу того, чего у меня нет... — нерешительно выкрикивает русая девушка в сторону статуи, словно до конца не определившись с желанием. В этот момент Кана хватает ее за руку, и сохраняя все тот же безумный взгляд, отсекает голову. — Я хочу отнять у них всё! — Триумфально восклицает Кана поднимая голову, и небо начинает греметь, наполняя зал негативной энергией. Один за одним, люди падают на землю. Лишь Заам, Эдвин и Кана остаются стоять на ногах. — Так значит, это была ты? — Эдвин смотрит на девушку, и его взгляд наполняется жестокой гордостью, словно он уже не считает её человеком. Глядя на отрезанную голову, он лишь кладет руку на клинок, но потом передумав, отступает на шаг назад. — Да, это была я, и совсем скоро вся ваша сила станет моей. Я обвела вас вокруг пальца, как идиотов! — Девушка заливается безумным хохотом. Тем временем Заам подходит к разрушенной статуе, и сжав кулаки, ударяет воздух так, что пространство начинает трескаться. — Правило! Ты слышишь меня? — Его голос яростно гремит на весь мир, повергая в ужас. Кажется, словно сейчас он уронит небо на землю. — Что не так? — Звучит вселенский голос. — Измени мое желание. — Цена будет высока. — Я готов! Не заставляй меня ждать, — рычит мужчина. Несколько минут в воздухе висит тишина. Никто не смеет даже шелохнуться. — Хорошо. Я уже знаю, чего ты хочешь. Мир вокруг начинает изменяться, и тела лежащие на земле затягивает сквозь пространство. — Что ты... Что ты наделал?! — Истерично кричит Кана, упираясь руками, прежде чем пространство полностью поглощает ее, и всех остальных следом. *** На вершине башни возвышающейся среди звёзд, стоят двое: Заам и Эдвин. Их тела разбиты. У первого оторвана рука, а второй обломал свои мечи. Их кулаки сталкиваются, и Эдвин отлетает прочь. Он не в силах противостоять мастерству друга. Чувство поражения тяжким грузом лежит на его сердце, попирая гордость. — Я не проиграю так! — Выкрикивает он, и его тело увеличивается. Постепенно его волосы приобретают темный цвет, и три меча сливаются воедино. Заам смотрит на него с укором и сожалением, медленно приближаясь. — Все мы пали жертвой греха, друг. Кто то больше, а кто то меньше. Вот какую цену пришлось заплатить за эту силу, и всему виной Кана... Очень жаль, что ты не смог подавить гордость в своей душе, — на мгновение вспыхнув чистейшим гневом, оказавшим небеса, одним ударом мужчина отправляет Эдвина в полёт, вниз, с проклятой башни. Во время падения, Эдвин возвращается к своей «человеческой форме», и лишь отмечает в своих мыслях, что «Солнце в этом мире совсем не греет мою душу». *** Ночь, проливной дождь. Хватаясь за раненую грудь, измазанный в грязи, мечник бредет по лужам. То и дело он встречает людей, что зовут его «богом», падая на колени. Это лишь уязвляет его человеческую гордость, от которой он так не хочет отказываться. Он ненавидит этих людей за столь оскорбительное прозвище. Оставляя очередную разрушенную деревню позади, он бредет по дорогам, размытым грязью. Вдруг, впереди он слышит шаги босых ног. — Похоже, ты окончательно пал, — слышу я знакомый голос от человека, что стоит перед мечником. Я уже видел его раньше. Это Люций, мой учитель. Но что он делает тут? — Брат, даже не думай... — уязвлено, почти жалобно кричит Эдвин, в попытке принять свою новую, «божественную» форму. В ответ, Люций лишь достает клинок. *** — Отпусти меня! — Кричит Эдвин, изо всех пытаясь освободиться от гигантских цепей. — Что бы ты снова попытался меня убить? — Перед мечником стоит Люций. С его рук капает кровь, а на теле виднеется множество свежих ран. — Ты всё равно не сможешь победить Заама! Тебе не покинуть чистилища! Может быть вместе, у нас бы и получилось! — Нет. Я прекрасно знаю, как работает чистилище, и я тут не первый раз. У нас ничего не получится в любом случае. После того, что сделала девятка разрушения... Я уже не смогу победить гнев внутри себя. Да и ты теперь, полон «божественной гордости». Я больше не могу считать тебя братом. — Всё потому, что тогда я не пришел тебе на помощь? — Ты ничего не смог бы против девятки, как и я. Троицу оставшихся могут остановить, только по настоящему сильные боги, а я всего лишь человек. — Твой недостаток лишь в том, что ты считаешь людей слабыми. — И это мне говорит тот, кто нарушил правило ради становления богом? — Я не хотел этого... Это Кана вытащила наружу все наши пороки. Кажется, она с самого начала хотела обратить нас в диких богов, и как видишь, у нее почти получилось. Все мы постепенно теряем рассудок, а вместе с ним и человечность. — Очень жаль, но я не смогу вам помочь. Для узурпатора греха моя вина слишком велика, и зацепиться мне больше не за что. — И что же, ты планируешь томиться тут вечно? — Нет, я попал сюда не нарушая правило, а значит, ещё могу пожелать покинуть это место. — И ты оставишь все эти души прозябать тут, среди безумных богов? — Да. Я не смогу победить, а значит должен бежать. Прости, но таков мой путь. Прожив три жизни, я больше не хочу умирать. Развернувшись, Люций покидает зал, и круглые двери замыкаются за его спиной, погружая мечника в тьму. *** — Теперь ты видел всё, Алан Кинг. Такова судьба людей, возжелавших лёгкой силы. Как ты понял, мой грех это гордость, — в белоснежной пустоте передо мной стоял Эдвин. Сейчас он выглядел совершенно нормально, прямо как тогда, на горе. — Знаешь, я не понимаю, почему ты стал грехом гордости. Я видел и чувствовал, что ты хочешь себе и другим честной, и справедливой судьбы. — Может так оно и было, но я всё ещё человек, не лишенный пороков. По желанию Каны, правило гиперболизировало все наши самые потаенные страхи и пороки, обратив их против нас. — Что же это за правило? Что исполняет желания. — Нам не известно до конца... Мы называли этот голос, или феномен, «Правилом человечества». Он позволяет любому представителю человеческой расы, один раз в жизни исполнить своё самое сокровенное желание. Исполнение этого желания способно нарушить все правила вселенной, действуя вопреки. — А как определяется «человек?» Что будет, если к нему обратится помесь человека или эльфа? — Оно само решает, кого считать человеком, а кого нет. — Хорошо, но почему же тогда люди до сих пор не правят этим миром? — Удивился я, вспоминая момент, когда попал в чистилище. — Потому что это правило своенравно. В отличии от остальных, «нейтральных» правил, у него есть своя воля. — Хах. Оно прям как тот самый «Истинный бог», создавший людей по своему образу и подобию, и навязывающий правила игры. В моей прошлой жизни люди верили в подобное. — Да, если такой бог и существует, то он далеко не всегда на нашей стороне. Он никогда не даст тебе больше, чем ты заслуживаешь, и далеко не каждому он откликнется. Но даже порочное желание он готов исполнить, будь оно искренним. — Понятно... Значит, я в чистилище тоже по его воле, вопреки всякому смыслу, — я перевёл взгляд на белоснежную пустоту. Возможно, именно это существо достойно называться «богом», и именно ему мне не стоит переходить дорогу. — Алан, у меня есть к тебе просьба. Выслушаешь ли ты меня? — Конечно. Сейчас передо мной человек, а не чудовище. — Хорошо, тогда... Найди грех зависти, Флору. Эта девушка любила меня, и когда то я тоже любил её. Позже, Кана совратила меня, и наши отношения оборвались. Я даже не заметил этого, а она испытывала лишь боль. Прошу, передай ей, что я всё ещё люблю её. Даже пройдя три метаморфозы, и трижды потеряв себя, я её не забыл. Упокой её душу, как упокоишь мою. — А как же Кана? — Мне нечего ей сказать... Все остальные чувства я давно утратил. — Я сделаю как ты хочешь. Ответь мне только на один вопрос: кто для тебя, этот Люций? На лице Эдвина отразилось удивление, словно он только сейчас вспомнил этого человека. Немного помедлив, он отвел взгляд в сторону. — Он был когда то моим другом... Наши пути разошлись на заре десятого века, с приходом этой проклятой девятки. Их никто не воспринимал всерьез, потому что они нападали лишь на маленькие города. А когда их опасность осознали... Трое сильнейших уже сбежали. Тогда, мы с Дайном не успели помочь Люцию: он погиб. По крайней мере, так мы думали. Но он сделал невозможное: он попал в чистилище второй раз, и второй раз из него вышел. — Второй раз? А первый? — Первый раз он прошел чистилище, когда его врата ещё не были закрыты. Тогда это было не так сложно, как сейчас. Ты лишь отказываешься от грехов, и получаешь второй шанс. А теперь Заам закрыл врата, и покинуть чистилище больше не может никто. — Понятно... Что же, я узнал всё, что хотел. Теперь, ты можешь идти. — Я могу ещё чем то тебе помочь? — Можешь, но ты об этом уже не узнаешь. — Тогда, до встречи, — мужчина гордо развернулся, и зашагал прочь, растворившись в пустоте. ---------- Вверх, к тайнам мироздания. Наконец то я могу покинуть это проклятое место. Лишь круглые двери расступились в разные стороны, как я мигом вылетел из ордена. Ослепленный дневным светом, я сначала не понял, что вообще происходит. Как только глаза привыкли, то я осмотрев привычную округу, сразу заметил неладное. С этой точки хорошо видно разрушенную деревню, и сейчас там происходят странные события. Я вижу движение множества мелких точек, снующих рядом с огромной дырой. Когда я приходил в деревню в прошлый раз, то естественно этой дыры не было. Нужно пойти и проверить. Только вот дождусь окончательного превращения меча: после поглощения гордости, он уже час проходит метаморфозы. Его форма постепенно вытягивается, и становится всё выше и шире. Он уже достиг длинны моего роста, и приличной ширины. Кажется, он превращается в гигантский двуручный меч. В отличии от меча, сигил на руке сформировался сразу. На этот раз это был лишь новый сигил перевернутого креста, сформировавший свою окантовку поверх старого, и имеющий большие размеры. Получалось два вложенных друг в друга перевернутых креста на моей ладони. Возможно, размер этого креста также связан с размером клинка? Как знать... Именно в этот момент, моё запястье начало неумолимо прожигать пламенем изнутри. Сигил снова «горел», шрамируя кожу, и проявляя «клеймо» всё сильнее. Только процесс закончился, как меч окончательно сформировался: Гигантский, двуручный клинок, с широким обоюдоострым лезвием, немного сужающемся на конце. На лицевой стороне клинка так же присутствует широкая выемка, в виде перевернутого креста, словно в неё нужно что то вставить. Гарда у меча отсутствует вовсе, а длина рукояти примерно 30-35 см. Материал тоже странный: что то между сталью и гранитом, но с серебристым отливом. Где то я уже видел клинок подобного фасона ранее... Впрочем, мне нравится. Частично сокрытый от моих глаз, гравированный текст располагается теперь по окантовке лезвия, во внутренней части клинка. На нём как раз проявилась новая часть фразы: «Гордыня пусть ему будет опорой,». Да уж, спасибо за такую опору. Интересно, что нужно вставить в эту выемку в форме креста? Кто бы подсказал... Я попытался поднять клинок, но не смог. Сколько он вообще весит? Выглядит довольно тяжелым, раз уж он больше моего роста, но не настолько! Я уже многократно раз усилен магией, и даже так, мне не удается хотя бы сдвинуть его с места. *** Фух... Я утер пот со лба, глядя на висящее в небе око. Сегодня оно светило особенно ярко, и мой крепкий торс блестел в его лучах. Да уж. Неудобно получилось... Я потратил примерно месяц на развитие духовного и физического тела, чтобы наконец поднять этот меч. Еще месяц ушел у меня на то, чтобы научиться орудовать им хотя бы двумя руками. Это огромный срок, и он никак не вяжется с моими планами по «быстрому прохождению чистилища». Однако, без этого меча грехи мне не одолеть. Зато теперь я выгляжу очень спортивно. Интересно, физическое тело после выхода из чистилища, создается на основе этого? Что то я уже совсем запутался в этих системах... Поместив меч в запястье, я окинул взглядом окружающие пустоши: яма на месте деревни стала только больше, но за два месяца у меня не было возможности ее посетить. Маленькие точки все еще копошились в этом месте. Нужно пойти и проверить. *** Подходя к деревне, я ненароком натыкался на раскопанные могилы и перевернутые надгробия. Складывалось ощущение, словно кто то оттуда вылез. И ощущение это меня не подвело. Лишь я вступил на территорию деревни, как в нос ударил зловонный запах. Он доносился от гигантского провала в земле, и от местных «рабочих», что с пустым взглядом слонялись в округе, голыми руками раскапывая землю. Я попытался с ними поговорить, но всё оказалось тщетно: они полностью игнорируют мое присутствие. Подойдя к провалу, я устремил взгляд в пустоту: На шатких деревянных помостах уходящих вглубь, слонялись одинокие мертвецы, что то поднимающие на горбах. Что же они ищут под землей? Остается только спуститься и проверить. Я зажег свет в руке, и со всей прыти сиганул прямо в разлом. Плевать, что там на дне. Я теперь такой крепкий, что могу прыгать хоть в ад. Впрочем, совсем недавно я научился левитировать. Правда только вниз... Но это тоже полезный навык. Замедлив падение, я стал медленно опускаться постепенно освещая стены. Местные «Рабочие» периодически поворачивались ко мне, падая на колени и кланяясь, словно божеству. *** Только мне показалось, что я привык к зловонному запаху разложённых тел, как к нему прибавились гнилостная сладость, сырость, и запах серы. На сколько глубока эта яма? Прошел уже день, а может и два, но я всё ещё спускаюсь вниз. Вдруг, я ощутил странное чувство, словно меня перевезли в другое место на автобусе, на скорости 500км/ч, забыв пристегнуть. В прошлый раз я испытал такое чувство, когда нас телепортировали с базы «Эдема». Наконец, внизу показалась «земля». Правда напоминала она скорее бесформенную зеленую жижу, словно содержимое желудка. Я точно переживу погружение в эту зловонную массу? Не оставив себе выбора, я закрыл глаза, начав погружение. Как оказалось, тут не глубоко: только по колено. Сама жидкость ужасно разъедает кожу, но регенерация успевает восстанавливать ткани. Осторожно открыв глаза, я осмотрелся: меня встречало подземное озеро бесформенной зеленой жидкости. Запах стоял сладко-гнилостный, а мимо проплывали полу-разложенные трупы, коих тут было очень и очень много. На противоположном от меня конце озера находилось нечто вроде деревни на сваях. В таком то месте? *** Посредством контроля жидкости, мне удалось окружить себя свободным от токсинов пространством. Нос тоже постепенно привыкал к зловонным запахам, от которых по началу я едва не терял сознание. Подойдя к деревне, я вдруг заметил нечто краем глаза, застыв от удивления: мимо меня медленно проползал целый караван огромных улиток, на вершинах которых сидели горбатые гуманоиды, замотанные в ткань. Каждая улитка была увешана множеством сумок, и медленно рассекая токсичную жижу, они удалялись прочь от деревни. Одним прыжком забравшись на сваи, я поднял за собой целую волну токсичной жидкости. *Дзынь-Дзынь-Дзынь* — где то в глубине деревни раздавались звуки ударов кузнечного молота. — Э, простите... — я обратился к одному из горбатых людей, и тот повернулся ко мне. От мерзости его «лица» меня едва не стошнило: это был не человек... Вернее, не до конца. Половина его лица была лицом «улитки», а то что я принял за «горб» на спине, вероятно было его домом. Даже представить себе сложно, как подобное может родиться на свет. — Тебе что то нужно? — Вежливо спросила у меня улитка-человек. — Э... Да. Я тут впервые. Как называется это место? — О, так ты гость? В таком случае добро пожаловать в «Зловонное пристанище». Какое говорящее название... — Я не хочу никого оскорбить, но мне правда очень интересно... Вы люди? — Да, — человеческая половина лица собеседника, приняла печальный вид, и усики улитки тоже опустились. — Что же с вами стало? — Нас прокляло божество, что покоится выше. — Выше? Вы имеете в виду, на поверхности? Существо сделало вид, словно не понимает моего вопроса. — Не знаю никакой поверхности. Если ты только не о вершине башни, но мы даже не уверены, что она существует. — Башня та, что парит в воздухе? — Глупость. Как башня может парить в воздухе, если мы на ее первом этаже? Хочешь сказать, что под нами небо? — Звучит и правда глупо, извините. Где у вас тут можно передохнуть? — Можешь заглянуть в трактир «Дикий яд» — Да, спасибо за совет. Зайдя в таверну, где сидело порядка пяти человеко-улиток, я сел за «барную стойку». — Ничего себе, — Старый бармен удивленно посмотрел на меня, доставая чистый стакан. — Ты что, настоящий человек? — В его склизко-бурлящем голосе звучали нотки недоверия, а усики любопытно дергались. В ответ я лишь показал ему запястье. — Вопросы? — Нет. Эй вы там, — он обратился к улиткам, что сидели за столиками, допивая странную жижу из кружек, — выметайтесь отсюда. Сегодня мы больше не работаем. — Ах ты старый хрыч! — Раздался крик и кружка полетела об стену. — Мори, оставь его, а то он опять надерет тебе панцирь. Пойдем отсюда, — поклонившись в знак извинения, улитка вытащила другую улитку за панцирь на улицу. Какого черта тут происходит? Как же тяжело привыкнуть к тому, что они гуманоиды. По моему будь они просто улитками, было бы проще. — Ты настоящий узурпатор? — протирая стакан, трактирщик-улитка обратился ко мне, как только все покинули зал. — Вроде как да. Неужели каждый в чистилище знает об узурпаторах? — Естественно. Узурпатор — наш единственный путь в мир людей, и единственный способ спастись. — И почему ты так удивился моему приходу? Или мне показалось. — Нет, уже долгое время новые души не появляются в чистилище. С того момента, как пришли последние грехи... — улитка замолчала, переставляя бутылки с сомнительным содержимым с места на место. — Вы можете рассказать мне больше? Я почти ничего не знаю о чистилище, и его истории. Может, вы могли бы мне помочь? — Я и сам не многое помню. Большинство из людей, что попали сюда, понесли разные проклятия. В основном проклятие отравляет разум, лишая воспоминаний и человечности. Нас же постигла менее трагичная участь, но даже так, годы берут своё над памятью. — Может быть вы помните, как попали сюда? — Да, я хорошо помню тот день. Это было ровно тогда, когда врата чистилища закрылись. Ровно 600 год эры прихода людей. — 600 год?.. — рука со стаканом в моей руке недвижимо застыла рядом со ртом. Как подобное возможно? — Что то не так? — Я попал сюда в 4685, — поставив стакан на стол, я начал пить прямо из бутылки. Пойло ужасное, на вкус как тина и на запах как дерьмо, но другого не предлагают. По крайней мере в нем есть спирт. Бармен в свою очередь, услышав мои слова, тоже принялся пить. — Значит 4000 лет да? И что изменилось там, снаружи? — Ничего. Я скажу тебе больше: кажется, стало хуже. — Людей притесняют? — в голосе старика промелькнуло любопытство. — Как ты узнал? — от удивления я чуть не выронил бутылку из руки. — Потому что так было с самого начала, — улитка мрачно посмотрела на черное стекло без этикетки, и открыв, налила мне и себе по стакану. — О чём ты? — отпив из стакана, я чуть не потерял сознание. Жидкость была по крепкости, как кислота смешанная с лавой. — Я не вспомню всех деталей, узурпатор, уж прости, но историю людей тут помнят все: она точно горше полыни. — И что ж это за история? На континенте ее кажется уже никто не знает, либо информацию стерли. — Нас создало правило. — Разве не всех существ создали правила? Они всё таки ответственны за все процессы во вселенной. — Нет, нас создало пятое правило: правило людей. Оно даровало нам целый континент, приведя в этот мир, где мы стали чужими. Видимо из за этого, другие расы нас недолюбливали. Была еще одна причина, но я никак не могу её вспомнить. — Вот как... Но ведь странно: какая разница, кто создал людей, если они живут по тем же законам и правилам, что остальные? — Мы задавались тем же вопросом, когда эльфы посылали к нам свои отряды. При жизни я был одним из тех, кого послали на разведку к ним на Акею. Я хорошо помню тот день, — на мгновение улитка замолчала. — День когда я погиб, как раз был днём нашего прибытия. Мы подошли к Акее по воде, со стороны пустыни. Там как раз проживали пустынные эльфы. Сначала они приняли нас как гостей, и даже устроили радушный приём. Хах... Всё это оказалось ловушкой. Не успели мы выйти за пределы первой дюны, как весь отряд порешили их песчаные ассасины. Против этих мастеров у нас не было и шанса. — Соболезную. Я тоже терпеть не могу эльфов. Есть идеи, почему они так поступили? — Нет, кроме тех о которых я уже говорил. — Жаль. А что было после? — Мы попали в чистилище, сюда, на первый этаж башни греха. По началу мы выглядели как обычные люди, и уже были готовы нести 200 лет тяжести греховной, ради искупления. Обычно именно так и получают освобождение из чистилища, попав сюда в здравом рассудке, — улитка одним махом осушила бутылку с темной жидкостью, доставая новую. — Только вот, 600 год был по всей видимости, годом падения человеческой расы. Тогда, в один из дней, мы услышали гром и грохот с вершины башни. Потом раздался чудовищный взрыв... Мы не могли подняться на поверхность, но слухи доходили до нас: все грехи убиты, а на небе появилось око, что освещает эти земли. Солнца же больше нет. — Тогда, мы лично поднялись на 25 этаж, где находится темница Чревоугодия. Весь этаж был уничтожен, а камень буквально вмят в стены. Некто действительно поборол грех Чревоугодия, а значит, ему оставалось пройти лишь два этапа до врат. — Конечно мы, обычные люди, не могли и надеяться, что покинем чистилище победив грехи. Потому продолжали сидеть тут, ожидая когда истекут 200 лет, и стараясь не впасть в безумие. — В итоге... Наш облик начал искажаться, а сверху начали доноситься пугающие звуки. Спустя всего лишь год, в один из дней, наш лучший разведчик вернулся с докладом. Половина его тела была буквально переварена, и как он вообще добрался сюда, мы не знаем. — И что он сказал? — Что был на 25 этаже, и там появился новый грех Чревоугодия. Как оказалось позже, это из за него мы приняли подобный облик. — Мда. Даже не представляю, как вы смогли сохранить рассудок за столь долгий срок. — В некотором роде проклятие уберегло нас от этого, изменив лишь облик. Но даже так, выйти из чистилища мы не можем, и по всей видимости, не сможет уже никто. Разве что узурпатор, как в древней легенде, одолеет грех внутри себя, и обретет истинного «Убийцу богов». — Что ещё за убийца богов? — Этого я не знаю, увы. Может оружие, а может атрибут. Легенды молчат об этом. Допив бутылку жгучей смеси, я посмотрел на собеседника. Теперь, мне было его жаль. От прежнего омерзения не осталось и следа. Не знаю, чем эти люди заслужили томиться тут 4000 лет, но я должен попытаться их вытащить, раз уж я узурпатор. — Как попасть на 25 этаж? — Неужто ты собрался сразиться с чревоугодием? — Улитка посмотрела на меня с предостережением. — Да. Я уже победил 3 греха, и сигилы на руке — тому доказательство. — Что ж... Боюсь, я не могу сказать тебе, как попасть на 25 этаж. Наши люди смогут довести тебя только до 5, а там тебе придется идти самому. — Хорошо, я не против. И ещё один вопрос: сколько всего в башне этажей? — Судя по легендам, ровно 100. Но за пределами 5 этажа начинаются дикие территории, и никто уже не помнит, что там находится. — Да уж, интересно, кто построил это место, и зачем. В любом случае, спасибо за помощь. Кто будет меня сопровождать, и когда? — Я, прямо сейчас, если ты готов. — Отлично, тогда в путь. — Постой, — человек скрылся за дверью таверны, и появился через минуту, держа в руке некоторую одежду. Тут был зеленый плащ с капюшоном, и мантия позволяющая покрыть всё тело с лицом, замотавшись в неё, словно в шарф. — Что это? Просто одежда? — Неет... — Старик ехидно ухмыльнулся, — узнаешь потом, а сейчас надевай, и пошли. *** Есть такое мнение, что улитки медленные. Так вот авторитетно заявляю: это ложь. Этот старик способен бежать со мной на одной скорости. Благодаря этому, довольно быстро мы поднялись на второй этаж, о чём свидетельствовала надпись на огромном камне в начале этажа. Тут нас ждала куда более токсичная среда: огромные природные колонны, и вокруг раскиданы озёра с едкой кислотой. Запах серы тут выражен ярче, но что хуже: в этих озерах водится нечто, с чем очень не хотелось бы встретиться в бою. — А что это там плавает? — В жижке то? — Ага... — Это «кислоходочки». Мы их так нежно называем, потому что они иногда дают на себе прокатиться. Что то вроде подводных водомерок... — Я смотрю, вы тут от скуки, совсем из ума выжили? — Ха Ха, что ты. Они и правда не агрессивные ребята. — Да? — в этот момент, справа в воздух поднялся столб кислоты, и путь нам преградило крайне странное существо, измазанное зеленой жижей. По сути, это была огромная пятиметровая водомерка, но с человеческим лицом... — Ну и жуть. Почему у всех существ в этом мире человеческие лица? — Потому что сюда могут попасть только люди, и проклятие изменяет их до неузнаваемости, — старик принял «боевую позу», явно намереваясь защищаться, словно владел дзюдо. — Так оно нам враг? — разминая шею, я постепенно вытаскивал свой двухметровый клинок из воздуха, всё ещё пытаясь привыкнуть к его тяжести. — Да. Этому бедняге уже не помочь. Видишь его глазницы? Они пустые, а это признак необратимых изменений. — А его тело тебя не смущает? Ладно, постарайся не мешаться, я с ним разберусь, — рванув с места, я одним прыжком достиг гигантского существа, рассекая пополам всё его туловище. Похоже, лезвие моего клинка даже длиннее, чем кажется визуально. Приземлившись на землю, с непривычки я едва не уронил меч. Это закончилось даже быстрее, чем я рассчитывал. — Покойся с миром. Тебе давно уже надо было, — старик стоял рядом, грустно поглаживая труп кислоходки. — Вы были знакомы? — Да, он один из тех людей, что уже были тут, когда мы попали в чистилище. Ему оставалось лет двадцать томиться, когда всё это произошло. Потом все поняли что случилось, и он первым утратил рассудок. До сегодняшнего дня нам удавалось его усмирять, но вечно это продолжаться не могло. — Грустно... И вообще всё это чистилище, место слишком трагичное. Не могу понять, спасение это или наказание. — Зависит от человека. Пойдем, больше на нас тут никто не нападает. *** Вплоть до пятого этажа пейзаж особо не менялся. Каждый уровень был лишь кислотно-каменистой версией предыдущего. А вот пятый... — Это что, город? — мой взгляд упал на каменные руины, расположенные в огромной пещере. Со стен в разных местах бежали кислотные водопады, а сам город напоминал скорее свалку мусорных отходов, старательно оформленную под руины древнего города. — Он самый. Мы называем его «Блайттаун». — Забавно, у меня даже 4я стена сейчас сломалась. — Чего? — старик посмотрел на меня, подняв бровь. — Забудь. Это мирный город? — Когда как... — Понятно, пойдем. Удивительно, но жизнь в этом городе кипит, словно не благодаря а вопреки. Выйдя на некое подобие «торговой площади», старик остановился. — Не желаете свежей гнили? — ко мне обращалась бабуля, чьё тело наполовину превратилось в тело гусеницы. Зрелище конечно не из приятных, но она не унывает. — Нет, спасибо... Я больше по грибам. — О, тогда вам ко мне, — улитка сидящая по соседству помахала мне рукой. — Как вы разговариваете с узурпатором? — грубо перебил их сопровождающий меня старик. — Узурпатором? — все на площади притихли, а кто то перешел на шепот. Постепенно люди стали собираться вокруг нас, образуя кольцо. — Вы правда настоящий узурпатор? — Самая древняя старушка-улитка обращалась ко мне, едва сдерживая слёзы. — Да, — я показал всем запястье, — и я пришел освободить чистилище. Только потерпите немного. — И как нам узнать, что ты не врешь? — прозвучал нахальный голос откуда то сверху. Подняв голову я увидел человека, что напоминал скорее таракана. Он стоял на вершине одного из полуразрушенных зданий, гордо позируя на публику. — Я бы не советовал тебе проверять это, дружок, — вмешался старик. — Постой, — я остановил старика рукой, выходя вперед через раздвигающуюся толпу, и снимая капюшон. — А что, ты так хочешь доказательств? — Можно подумать, будто они у тебя есть! Завалился тут к нам в обитель, объявил себя узурпатором, и думаешь, что теперь тебе все поверят? — люди вокруг начали шептаться. Нужно показать им, кто такие узурпаторы. Выйдя вперед всей толпы, я медленно достал огромный двуручный меч. — Что, решил напасть? С такой игрушкой тебе только траву косить. — Хах, — злобно усмехнувшись, я закрыл глаза, и ударил по диагонали воздух так сильно, как только мог. Нет, я не намеревался убивать этого человека, и мое лезвие не ранило его на дистанции, как это было с Гордостью. Ветер, что подняла моя атака, всего навсего сдул таркана вместе с руинами, на которых он стоял, образовав длинную траншею впереди. Как оказалось позже, таракан был жив и цел, в последний момент отпрыгнув прочь, но вот городу повезло меньше... — Дальше я сам, — закрыв лицо тканью и накинув капюшон, я взглядом дал старику понять, что дальше иду один. — Спасибо за всё, может ещё встретимся, — напоследок крикнул я, выходя за пределы города. Нужно добраться до Чревоугодия как можно быстрее: у меня плохое предчувствие. ---------- Башня Греха: Джунгли. В последний раз оглянувшись на «Блайттаун», я шагнул на лестницу, ведущую к следующему этажу, поглубже укутываясь в плащ. Грустно конечно, что не получилось побыть в этом «прекрасном» месте подольше. Эти шаткие деревянные помосты, вкупе с руинами уходящими глубоко под землю, будоражат воображение. Быть может, в своих недрах они скрывают темные души, что заперты тут на веки веков. Следующий этаж назывался не лучше: «Пик ядовитых шипов». К нему от «Блайттауна» вела петляющая, уходящая вверх дорога, что раскинулась меж каменных природных колонн. Постепенно приближаясь к широкой щели в стене, что и была переходом на этаж, я замечал всё больше и больше растительности, пробивающейся сквозь камень. Уже намереваясь войти внутрь, я вдруг услышал сзади какой то шорох. Обернувшись, я пригляделся, но ничего не обнаружил. Показалось? К счастью, магическое зрение всегда при мне: а вот и нарушитель, спрятался за соседней колонной. По сигнатуре толком и не скажешь, кто он такой, но аура явно не негативная. — Что, будем прятаться, или выйдем поговорить, как мужчина с мужчиной? — я постарался добавить вызова в свой голос, но прозвучало это скорее смешно. *В ответ лишь тишина* — Вот как? Ну ладно, мне честно говоря всегда было плевать, кто там за мной следит, абсолютно. До встречи, — развернувшись, я шагнул в провал. — Эй ты! Постой! — Прозвучало со спины. Развернувшись, я заметил знакомую фигуру: в десятке метров от меня нерешительно остановился тот самый парень-таракан. В прошлый раз я не придал значения его облику, но вообще то, парнишке было от силы лет 16, судя по остаткам человеческого лица. — Можно мне с тобой Шлак Шлак? — его человеческий глаз выражал нечто вроде... надежды? Да как вообще можно понять говорящего таракана!? — Эээ... Ну во первых: какой еще к черту Шлак Шлак? — я поднял бровь, искренне недоумевая. — Не обращай внимание Шлак Шлак. — Ох... — только вот странных тараканов в попутчики мне и не хватало. Ты хоть мешаться не будешь? — Нет! — он выпалил ответ, словно от этого зависела его жизнь. — А как же наш маленький конфликт в Блайттауне? — Я был не прав! — он попытался стать в стойку смирно, словно принимает присягу в армии или поступает в королевские рыцари. Его тараканья часть тела так и норовила завалиться на бок. Разве я могу отказать ему после этого? — Ну смотри: со мной может быть очень опасно. Я не гарантирую, что ты переживешь такое путешествие. — Я знаю, я уже ходил туда много раз Шлак Шлак. Но там дальше есть места, в которые мне не попасть... — Может оно и не спроста? Ладно, если ты так хочешь, то пошли. — Спасибо! — парень сиял от счастья. От его прошлой надменной персоны не осталось и следа. Эх, подростки... *** Прожигая ядовитый плющ, поросший на стенах узких тоннелей-лабиринтов, я старался не сжечь себе руки собственным пламенем. Этот этаж — страшный сон картографа. Тут кругом сплошь ядовитые заросли, да витиеватые тоннели с тупиками и завалами. Я уж молчу о ядовитых миазмах, что витают в воздухе. Остановившись перед очередным тупиком, я уже начинал терять терпение. — Слушай, ты говорил, что уже бывал тут, верно? — Ага ага, — таракан энергично замотал головой. — Может быть ты знаешь короткий выход с этого этажа? — Корооткиий... — на мгновение он завис, словно древний компьютер, когда нужно срочно дописать работу на перерыве. — Неа, короткого нет, — подытожил он, — но я знаю длинный. Нам подойдет? — Эх, веди, — мне оставалось лишь согласиться, тяжело вздохнув. Ещё долго мы блуждали по зарослям, но теперь хотя бы с ощущением, что однажды куда то придем. Наконец, впереди показался дорожный камень, с указанием на следующий этаж, куда вел большой ромбовидный проход в стене. Сам проход ещё сильнее порос зеленью, и за ним уже виднелись настоящие джунгли под ночным небом. — Вот видишь! Я тут всё знаю, Шлак Шлак! — парень гордо облокотился на камень тараканьей лапой, его человеческая нога отстукивала какой то музыкальный ритм на земле. — Если ты всё тут знаешь, то чего ж вы не ходите на эти этажи? — Потому что тут ничего нет, — печально ответил таракан, — на этажах с 6 по 24 все души давно вымерли. Ты только посмотри на эти растения, они же с каждым шагом всё опаснее! И чем ближе к Чревоугодию, тем хуже. — Что, кроме растений ничего? Даже монстров нет? Услышав мой вопрос, парня передернуло. — Есть, но они прячутся. Надеюсь, мы с ними не встретимся. — Не парься. Даже если встретимся, меня им не победить. Я таких тварей убивал, что на их фоне местные цветочки это комнатная герань. — Ну ну... Посмотрим. Надеюсь, что ты прав, — парень напрягся, словно в его голову лезли неприятные мысли, с которыми он никак не хотел сталкиваться. — Ладно, пойдем уже. Кстати, как тебя зовут? — М? — парень растерянно повернулся, непонимающе глядя на меня. — А.. имя? Оливер... Шлак Шлак. Но это не точно. — Ты не помнишь своё имя? — я едва сдержал удивление. Моя Британская натура не ожидала встретить тут кого то, со столь знакомым именем. — Мы редко пользуемся именем, да и далеко не все его уже помнят. — Что ж, печально. Я — Алан. — Очень приятно, Шла.... *Бооо* — утробный звук раздался из глубины джунглей, и мы с Оливером настороженно переглянулись. — Что ты там говорил про «не водится»? — я насмешливо посмотрел на Оливера, пока глубокие утробные *Бооо* всё громче и громче звучали в глубине этажа. Парень явно был застигнут врасплох, но виду старался не подавать. — Да нет же! Говорю, тут никого нет. Смотрите, Шлак Шлак! — Оливер со всей дури сиганул вглубь джунглей. Вот идиот! Не хватало мне ещё спасать его задницу в первый час приключения. *** — И это ты говоришь: никого нет? — стоя в центре бурно-растущих под ночным небом, зарослей кустарника и высоких деревьев, я наблюдал крайне сюрреалистичную картину: мой горе-попутчик-таракан запутавшись в ядовитых лианах, свисал с дерева, а прямо под деревом разинув рот в предвкушении, его ожидал крайне странный цветок: Представьте себе, словно в центр крупного, желтого подсолнуха, воткнули изуродованное человеческое лицо. А теперь увеличьте это до трёх-метровой громадины, с добавлением легких ноток голодного безумия во взгляде, и множеством ядовитых плющ-щупалец. — Ты так и будешь стоять?! Шлааа... — Оливер барахатался запутавшись в лианах, словно танцующий таракан. А, да... — Парень, ты боишься огня? — Не дожидаясь ответа, я зажёг в руке мощное синее пламя. Вместе с ним я случайно поджег свою одежду, но она погасла через мгновение, словно по собственной воле. — Что вы собрались делать?! Эй, слышите? Не смейте! Не надоо! — Увидев пламя, таракан начал отчаянно барахтаться, и человеко-цветок еще шире разинул пасть, изобразив подобие пугающей улыбки. *Облако синего пламени и дыма поднялось над деревьями* Мои черные волосы и края одежды колышет ветер, покуда пламя бушует, пожирая джунгли. «Тьфу ты, я опять обжег руку» — призвав немного воды, я мигом потушил горящую руку. На моей памяти это первый раз, когда я смог интуитивно призвать воду. Ах да... В прыжке подлетев к пока что не хрустящему таракану, я освободил его от пут перебив рукой лианы, и в тот же момент дерево на котором он висел, поглотило пламя. Пролетев над хищным цветком, погружающемся в синий жар, я успешно приземлился на ноги, вернув Оливера на место. — Фух, это было опасно, — Оливер оглядывался, наблюдая за догорающими деревьями. Почему то эти джунгли горят очень плохо, и потому пожар совсем скоро прекратился, оставив нас на выжженной поляне. — Да уж, — Я перевёл взгляд на окружение, и до меня наконец дошло: Откуда тут ночное небо, и луна? — Э, слушай. А это нормальная ситуация, что тут небо под землей? Что то я не вижу тут второй башни, уходящей вверх. — А её и нет. Башня греха построена совсем по другим законам, как и всё чистилище. Она и правила пространства нарушает, и геометрические. В общем лучше о таком не думать. — Невероятно. Каждый раз задаюсь вопросом, кто же всё это построил. — Люди! Шлак Шлак, — беззаботно выпалил таракан, шагая вглубь пока что целых джунглей. Впрочем, когда я прыгал, то заметил, на сколько далеко они простираются во все стороны. Я даже не уверен, что у этого этажа есть края, за исключением входа и выхода. — Да ладно. Люди? — Догнав спутника, я начал вместе с ним расчищать густые заросли, прожигая путь вперед. — Ну да, люди. Ты разве не знаешь? Два величайших клана людей: дом Хокма и дом Осма. — Дружище, я не хочу тебя расстраивать но... Я из 4685 года, и у нас о таких людях вообще никогда не слышали. — Оууу... — Оливер посмотрел на меня с искренней жалостью, словно старого Алана пора сдавать в дом престарелых. — Ну вот не надо вот этого. Ты сам тут 4000 лет уже сидишь. — Хаха, у меня вечная молодость. Ты не знал? Люди нашего поколения не стареют. Это особый геном клана Хокма и Осма, — Оливер расплылся в горделивой улыбке. — И не умнеют что ли? Ладно, в любом случае, этот геном похоже давно выродился, ибо среди современников таких людей единицы, — едва не врезавшись в камень, я раздражительно выбросил его прочь, и где то в глубине джунглей послышалось очередное недовольное ворчание. — Может и выродился. За 4000 лет и не такое случиться может, Шлак Шлак. — А что это за кланы то хоть? — Это потомки первых людей. Хокма был сыном первого мага, а Осма сыном первого воина. Со временем люди разделились на кланы, и эти двое стали править каждый своим домом. Хокма как раз специализировались на «внешней магии» и заклинаниях, а Осма напирали на владение мечом, и магию усиления тела. — И как они? Сильные были? — Не знаю. Я их совсем не помню, и точно никогда не видел в действии. Мне было то 16 лет. Я тогда грезил мечтой попасть в «Новое поколение», но всё обломалось... — Это что то вроде группы перспективных новичков? — Как ты догадался? Они должны были отправиться на контент Висата, в качестве очередной разведгруппы. Отбор был очень жестокий, и я провалился... — Это нормально. Мы все не идеальны, — снова врезавшись в камень, я хотел было откинуть его прочь, но камень стал медленно поворачиваться ко мне, оголяя жадную слюнявую челюсть. Вам не понять мой ужас, если вы никогда не видели живых, поросших зеленью камней, с человеческим лицом и голодным взглядом ОГРОМНЫХ глаз. — Это ещё что за срань?! — не найдя слов и действий лучше, я со всей силы врезал существу промеж глаз. От силы моего удара часть джунглей просто сдуло, и камень похоже атаки не пережил.*Бооо* — вновь раздался звук в глубине джунглей. И когда я стал таким сильным физически? — В голове сразу всплыл клинок, весом вероятно не меньше тонны, и всё стало на свои места. — Смотри, там впереди выход! — Словно игнорируя происходящее, бегущий на двух лапках таракан подлетел к поросшей мхом скале, рядом с которой стоял камень-указатель. — Тут безопасно, — поманил он меня рукой, а потом внезапно застыл в нерешительности, ошеломленно глядя человеческим глазом на что то позади меня. Со спины послышался шум, словно кто то проломил землю. В свете луны я увидел перед собой тени огромных, устремляющихся к небу змей. Выхватив меч, я развернулся и отпрыгнул на десяток шагов назад, чтобы лучше рассмотреть существо. Оно напоминало мне гидру из древнегреческих мифов, с по меньшей мере тридцатью головами, выходящими из под земли. Само тело соткано из склизкого, ядовитого, постоянно движущегося плюща, и где то там, внутри под зеленью, я мог разглядеть оплетенные человеческие тела и лица, что невольно вызывало мурашки. Гидра из плюща, фаршированная людьми... На такое я не подписывался. Хотя, вспоминая «Уныние», этот прием с трупами для меня не новый. Намереваясь закончить все одним «дистанционным» ударом, не затягивая сражение, я провел мощный горизонтальный разрез рассекая все головы разом. От этого удара я едва не улетел вслед за мечом. Это вообще не сработало. Головы мгновенно отросли, оскалив на меня свои «шипастые клыки», и устремившись в лобовую атаку. Ладно, у меня есть ещё приемчики — метнув в монстра сгусток синего пламени, я уклонился от удара одной из голов. Она буквально атаковала всем своим туловищем, оставляя на земле глубокие вмятины. За первой головой в атаку пошли и все остальные. Атаковать мечом я уже не успевал, и пламя почему то гидру не брало. Оставалось лишь бесконечно уклоняться прослеживая атаки аж тридцати голов. «Думай, думай, думай» — пришлось ускорить мозг при помощи маны, и теперь мысли хаотично возникали и пропадали одна за другой. Попробовать молнию? Но если огонь не работает, то и она не должна. Только сейчас я понял, что моя фантазия на самом деле намного скуднее, чем казалось ранее. Черт, из за того что я видел слишком мало магии в этом мире, я едва ли могу повторить что то. Какой толк от моей мультимагии, если я понятия не имею, как ее использовать? Нужно было развивать воображение, а не мечом махать. Экстренно вспоминая все навыки, какими я только владел, я танцевал как угорь на углях. Вдруг, мой глаз в очередной раз зацепился за свисающий из тела «гидры» труп. Труп да? Смерть... Как я мог забыть о своей главной силе? Но я не знаю, могу ли поглощать ману. Амелия говорила, что это работает только с истинным атрибутом смерти, но мультимагов не упоминала вообще. Не время сомневаться: отозвав меч я резко принял устойчивую позу, и вытянув руку вперед обхватил ее второй рукой. Сразу же после в меня начали прилетать удары от гигантских голов, но именно этого я и хотел: ощутив ману существа вплотную, я попытался втянуть её в себя, как делал это ранее. Однако, эффект оказался несколько другим: моя мана вместо поглощения маны гидры, начала разрушать ее душу, а высвобождающаяся из души монстра мана, стала рассеиваться по округе. Ощущалось это так, словно я потоком ветра из руки сдуваю беззащитную песчаную змейку. Сколько же во мне сидит силы? В реальности это выглядело так, словно головы гидры за несколько секунд, по цепочке обратились в черный пепел. Глядя на остатки пепла витающие в воздухе, мне становилось даже немного грустно. Получается я больше не могу поглощать чужую ману, и чужие души. Хотя может оно и к лучшему — я не уверен, что уже знаю меру в использовании силы. Главное, что сейчас победа за мной. — Ого! Это было красиво — Оливер подошел к яме, заглядывая вниз, — что у тебя за атрибут? — У меня нет атрибута. — Разве такое возможно Шлак Шлак? — Таракан с недоверием посмотрел мне в глаза. Подойдя к разлому в небольшой поросшей зеленью скале, я сел на путеводный камень с указанием следующего этажа. Вопрос Оливера и меня самого интересовал не меньше. — Я сам до конца не знаю, как это работает. Видимо я могу использовать разную магию, потому что у меня нет конкретного атрибута. Один дез однажды доказывал мне, мол: любой может так делать, если познает магию. Честно говоря, я начинаю сомневаться в этих словах. Даже мне, прожившему несколько месяцев в тесной связи с атрибутами огня и смерти, трудно их представить и тем более использовать в полном объеме. Иначе я бы давно научился полноценно летать, поднимать цунами и сжигать города. — Главное что ты вообще можешь использовать разную магию без атрибута, Шлак Шлак. Это ведь наверняка значит, что в будущем ты станешь лучше! — Было бы неплохо. Да, мастерство придет с годами. Что у нас по плану дальше? И что это вообще была за змея... — На счет змеи не знаю, раньше не встречались. А по плану у нас ничего интересного до 24 этажа Шлак Шлак. — Так же как в прошлый раз? — я посмотрел на таракана, не в силах сдержать улыбку. — Всё закончилось хорошо, а значит никто не виноват! Шлак Шлак, — Идем, — замяв тему, Оливер нырнул в щель в стене. ---------- Башня греха: На пороге. Дальше — хуже. Вот как можно описать подъем по этажам башни греха. Идем мы уже долго, но ничего толком не меняется. Каждый этаж это просто очередная вариация токсичных джунглей. Уже начинает надоедать. — На каком мы уже уровне? — я посмотрел на камень с надписью «Тут начинаются чертоги разложения». Из дыры в земле, которую мы едва не пропустили в зарослях, ужасно несло гнилью. Вокруг настоящие тропики, и как Оливер тут ориентируется, я даже не представляю. — Сейчас будет 20 Шлак Шлак. С него начинаются владения Чревоугодия. — Хм, странно. Если они начинаются только тут, то каким образом проклятие задело вас аж на первом? — Не знаю, может оно стало сильнее за эти годы? — таракан пыхтел и пытался выдрать из земли какое то растение. — И что там, внизу? — Сейчас сами и узнаем. Я там не был очень очень давно, — вырвав из земли какой то ядовитый цветок, Оливер с довольным видом отправил его в желудок. — Понятно. Ты закончил? — Ага, пойдем. Шагнув в темную яму, мы провалились в пустоту. Меня не предупреждали, что нужно будет падать. К счастью, левитация всегда со мной. Но вот что на счёт Оливера? Я не успел схватить его за руку. Приземлившись на что то мягкое в темноте, я призвал свет. Оказывается, подо мной и повсюду вокруг меня, вместо земли находились тела огромных, пульсирующих личинок-червей, а под ними ещё, и ещё личинки. Все они были неподвижны, но однозначно точно — живы. К счастью, я уже привык видеть нечто подобное, и сохранял трезвость ума. — Алаааан, т..т..ы.. тут? — послышался беспокойный голос откуда то спереди, и я пошел ему навстречу. Таракан торчал задом к верху, застряв меж двух личинок. Пришлось доставать его за человеческую половину тела. — Ты как? — я осмотрел товарища, не заметив каких то новых дефектов. А ведь высота приличная. — Хорошо, спасибо что поинтересовался. Ты использовал левитацию? — Ага. А ты как умудрился выжить? Упав с такой то высоты. — Не знаю, может повезло Шлак Шлак. *Ммм* — раздался тихий звук вдалеке, словно поехал лифт, и мы замолкли, прислушиваясь к окружению. — Что это? — шепотом спросил я, вглядываясь в темноту. — Не знаю, раньше этот этаж выглядел совсем иначе. Уж личинок тут точно не было, — таракан начал осторожно ступать меж огромных тел, направляясь к источнику звука. Отставать от него мне почему то не хотелось. — А как раньше выглядел этот этаж? — я посмотрел наверх, но там лишь кромешная тьма, скрывающая в себе едва-различимые силуэты. От такого зрелища захотелось закопаться поглубже в капюшон. Благо, мой плащ позволял и такое. — Ммм... Ну тут была просто проклятая земля, отравляющая несметным количеством болезней. Прям таки, чумная пустыня Шлак Шлак. — Ясно... Некоторое время мы шли молча, прислушиваясь к звукам ползающих под нами личинок. Желание воспользоваться магией на полную, и мигом осветить всё помещение, меня никак не покидало. Впрочем, скорее всего это ОЧЕНЬ опрометчивое решение. — Смотри, там, — Оливер остановился, указывая пальцем вверх. В потолке пещеры, что в этом месте был ниже, виднелись широкие, круглые отверстия, такие что в них мог пройти взрослый человек. — Они что, вылезли оттуда? — я прищурился подняв голову, но ничего не увидел в глубине тоннелей. — Лучше не останавливайся, — тихо одернул меня Оливер. Судя по голосу он и сам немного нервничал. Пройдя ещё некоторое расстояние, мы уперлись в стену, вдоль и поперек изрешеченную широкими тоннелями. — Ооо нет... Вот только не говорите, что нам нужно идти внутрь Шлак Шлак, — Оливер с надеждой посмотрел на меня, и я прекрасно понимал его чувства. Однако, деваться некуда. Шагнув в тоннель, я заметил, как по его стенам стекает некая прозрачная жидкость. Оливер даже вляпался в неё, когда заходил. Мерзость. *** Мы шли по тоннелю около получаса, как вдруг вдалеке раздался странный гул, словно поезд метро. — Как думаешь, может стоит погасить свет? — я повернулся к Оливеру, указывая ему на маленький шарик света, парящий в воздухе, но таракан почему то застыл на месте. — А..лл...ааа... — дрожащей рукой он указывал мне за спину. — Ну что там? — повернувшись, я впал в ступор. В метре от меня, на самом краю освещенной зоны, терпеливо ждала огромная личинка с человеческим лицом, на котором застыла маска безразличия. Своим объемом она полностью заполняла тоннель, источая белую жидкость. — Какого... почему она не нападает? — я едва смог выдавить из себя эти слова, пытаясь придумать, как лучше справиться с ней. — Н..н..н..наверное боится света Шлак Шлак... — Оливера трясло, и от части я мог его понять. Едва я схватился за рукоять меча, как существо с визгом бросилось на нас, изобразив пугающую гримасу на лице. Выкинув руку вперед, я интуитивно выпустил из себя струю пламени, испепеляющую врага и устремляется глубоко в тоннель. *Гхаааа* — послышался шум со всех сторон, и земля затряслась. — Черт, нужно бежать! — переступив через пепел, я что есть силы рванул в глубь тоннеля. Назад возвращаться точно не вариант, учитывая сколько там лежит личинок. — И вот обязательно было убивать её так громко?! — Оливер не отставал от меня, пытаясь достать что то из кармана плаща. — Ну извини, у меня привычка использовать огонь в любой непонятной ситуации. — Ладно, у меня кое что ес... — в момент когда Оливер доставал что то из кармана, тоннель резко ушел вниз, и мы начали стремительно падать. — Блин, потерял! — таракан попытался выпрямиться в полете, что у него получалось плохо. Ну, по крайней мере я держался за его плащ, и потому летели мы вместе. Наконец, мы вылетели из тоннеля в некое широкое пространство, лишь набирая скорость полёта. К этому моменту мне окончательно надоело чувствовать себя слепым, и я использовал свет на полную катушку, осветив округу. — Ай! — Оливер зажмурился от яркого света. — Не время закрывать глаза, посмотри вокруг! — я указал на стены гигантской пропасти, в которую мы падали. Напоминала она скорее огромную ракетную шахту, только вот... Вместо стен в этом месте кольцами двигались гигантские личинки, плотно прижатые друг к другу. Как это место вообще может существовать, не разваливаясь? — Никогда бы не подумал, что умру в столь мерзком месте! — закричал Оливер, хаотично размахивая руками. — Не дрейфь, я нас вытащу, — схватив парня за человеческую руку, я постепенно активировал левитацию, покуда наконец наша скорость снижения не стабилизировалась. — А сразу можно было так?! — Оливер крепко вцепился в мою ногу, не желая смотреть вниз. — Можно но не нужно. Смотри, под нами что то есть, — в самом низу тоннеля находилось подобие открытого рта, с множеством острых зубов. По размерам он бы сошёл за жерло вулкана, и внутри виднелась лишь темнота. Черви, что составляли «стены» этого места, один за другим уходили вглубь тела существа, образуя к низу «воронку». Это так отвратительно, что хочется разом сжечь тут всё. Только вот, я не должен принимать поспешных решений. Враг кажется отстал, если вообще преследовал, и эти черви нас игнорируют. Не уверен, что успею убить всех присутствующих прежде, чем они возьмут меня числом, так что лучше пока довериться случаю. К тому же, мы находимся в воздухе, и одновременно контролировать левитацию с атакующей магией будет сложно. Остается только следовать прямо в эту пасть. Возможно, среда внутри этого существа не агрессивнее джунглей, но я только надеюсь, что там будет проход на следующий этаж. Очень не хочется заблудиться в этих местах, или придется потратить пару лет на самостоятельное обучение полёту. — Готов? — я посмотрел таракану в глаза, понимая, что он не готов. — Ну, погнали, — ускорив левитацию, я начал стремительный спуск внутрь зубастой пасти. ---------- Башня греха: Утроба. — А тут жарко, — я вытер лоб от пота. Спустившись в пасть и пролетев несколько десятков метров, мы стали замечать внизу бурлящую жидкость, очень напоминающую кислоту. Вокруг нас пульсировали стенки из плоти, испещренные мелкими венами и капиллярами. Где то в глубине этой массы, я слышал биение гигантского сердца. — Эт..то желудочный сок? — Оливер вцепился в мою ногу ещё крепче, пытаясь взобраться на верх. — Не дергайся, или я тебя скину, — подняв руку, я раздвинул жидкость под нами, образовав небольшой клочок суши на пульсирующей плоти, окруженный трехметровыми стенами бурлящей кислоты. — Ты и так умеешь? — Таракан с облегчением вздохнул. — Да, только не мешай мне. Это очень тяжело, — я с трудом удерживал бушующую жидкость под контролем. Нужно скорее опускаться, чтобы уменьшить нагрузку. — Фух, ну вот и всё, — Оливер первым опустился на «землю», осторожно трогая кислоту тараканьей лапой, — ааай! — отдернув лапу, он начал дуть на неё, словно обжег. — Пойдем, пока нас не затопило, — с трудом выговорил я. Мои глаза так и норовили закрыться от усталости. Неужели я наконец достиг лимита траты маны? Надеюсь, что ошибаюсь. Раздвигая жижу, мы двигались в направлении огромного отверстия, куда она изначально стремилась. Как оказалось совсем скоро, таких дырок тут немало, и каждая ведет в свою полость. Остановившись на краю одной из таких дыр, мы посмотрели вниз: В большое кислотное озеро водопадами стекали ядовитые соки. В центре озера на островке плоти виднелось нечто крупное, напоминающее дерево. Сосредоточив зрение, я тут же за это поплатился. — Агх, — моя рука дрогнула, и голова закружилась. На мгновение я потерял контроль над кислотой, и едва успел перехватить его прежде, чем нас накрыло волной. — Что с тобой? — Оливер обеспокоенно посмотрел на мою дрожащую руку. — Я не знаю, со мной это впервые. — Может так проявляются лимиты? — Скорее всего. Любой другой человек на моем месте выдохся бы месяц назад, а я уже 3 месяца не сплю, и только сражаюсь. — Я думал, для узурпатора это нормально... — Оливер задумчиво огляделся по сторонам. — Много ли ты знаешь об узурпаторах? Я вот ничего о них не знаю. Я даже не уверен, что поглощение грехов действительно дает мне какие то силы, кроме метки на руке и меча. Ладно, пойдем к тому островку, пока можем. Вновь отодвинув кислоту, мы спрыгнули вниз. Глубина «Озера» оказалась не большой, но вот километровая площадь водоема поражала воображение. Неужели всё это находится внутри живого организма? Добравшись до озера, я первым делом обратил внимание на дерево: оно состояло из пульсирующих мышц, и на его ветвях росли красные яблоки, с человеческими лицами... — Алан, они следят за нами... — Забей, они же на дереве. Что они нам сделают? — я ощущал ужасную усталость, и потому сев под деревом, закрыл глаза с намерением уснуть. — А ты уверен, что это хорошая идея? — обеспокоенно спросил Оливер. — Лучше, чем заживо раствориться в кислоте, когда мои силы кончатся, — с трудом договорив фразу, я мгновенно погрузился в тревожный сон. *** И вновь во сне я вижу странный образ: вершина башни, всё та же, откуда Заам сбросил Эдвина. На ней неподвижно стоят двое людей, что мне незнакомы, явно намереваясь вступить в схватку. Повсюду вокруг виднеются следы битвы. Первый человек невероятно похож на Нито: белые волосы, аккуратно спадающие до уровня скул, фиолетовые глаза, странные символы на лице. Взгляд спокоен, полон уверенности. Тело облачено в простую серую мантию, на поясе висит книга, и в руках пусто. В обычной жизни я бы принял его за бродячего мага. Глядя на фигуру напротив, он говорит ему что то, но я не могу разобрать слов. Меня слепит солнце, что виднеется вдалеке над вершиной башни. Второй человек делает ему два шага на встречу. В этом человеке я узнаю далёкие черты себя самого, или вернее будет сказать: Като. Нет, это точно не он, но некое сходство имеется: черные как смола, длинные волосы, темный взгляд, словно не имеющий цвета. Строгие черты лица, и легкая небритость. В ушах множество позолоченного пирсинга и на каждой руке по пять колец, украшенных сияющими камнями. Медленно приближаясь к своему противнику, в руках он держит изысканную катану, длинной в два с половиной роста владельца. Его мантия соткана из некоего подобия черного пламени, бушующего даже без ветра. Капюшон вырван, и торс оголен, словно это не мантия, а халат. В глазах этого человека я вижу лишь ненависть. Каждый шаг его ноги, обмотанной тканью, гулом отражается по округе. Остановившись в десятке метров перед противником, он что то говорит, внезапно перемещаясь ему за спину. Занеся катану, он намеревается снести голову врага одним ударом, как вдруг его тело переносится на то место, где он стоял изначально. На лице белого мага проступает легкая улыбка. Лишь сейчас, когда он начинает двигаться на встречу разъяренному противнику, я вижу, что его руки и ноги обмотаны грязными бинтами, и из под них наружу пробивается белый свет. Мечник вновь срывается с места, проводя лобовую атаку, но маг останавливает его клинок пальцем, рядом со своей шеей. Спокойно улыбнувшись, он говорит что то противнику, чьё лицо всё сильнее искажается безумием. Подняв палец, маг произносит еще несколько слов. Символы на его лице начинают светиться, и удар белой молнии сотрясает башню поднимая ураган пыли, едва ли не раскалывая монументальную постройку надвое. Развернувшись, маг направляется к неким округлым вратам, что всё это время находились у него за спиной. Остановившись перед вратами, он долго стоит в нерешительности, проронив лишь одну слезу. Вдруг его глаза расширяются от удивления: Повернув голову через плечо, он видит среди рассеивающегося дыма покосившийся силуэт мечника, чей безумный взгляд и победоносная улыбка, пробирают до дрожи. Его тело пылает, но я почему то уверен — эта черная материя, не огонь. Это нечто большее. В воздухе над ним медленно парит гигантский, четырехкрылый, черный ангел. Развернувшись, серый маг поднимает руку, словно намереваясь вновь использовать заклинание, но потом осекается, и вместо этого расставляет руки в стороны, медленно приближаясь к противнику. Символы на его лице и под одеждой, сияют неистовым белым светом. Подойдя вплотную, он дает мечнику пронзить себя, после чего обнимает врага, прижимая его к себе. На его лице я вижу печальную улыбку. Мечник пытается вырваться изо всех сил, но не может — хватка мага бескомпромиссна. В конечном счете он сдается, бессильно опустив руки. Откуда то сверху раздается крик. Подняв голову, я вижу: горящее солнце опускается на мир, и ангел не сумев сдержать его, погружается в пустоту, покидая поле боя. Обжигающее пламя мгновенно поглощает вершину башни, сплавляя противников воедино. Гремит ужасный взрыв, и всё исчезает, будто вместе с солнцем погасла сама материя. Моё сознание перемещается в черную пустоту. Я стою в её центре: один, беззащитный и обнаженный, и весь невидимый свет этого мира падает на меня, словно миллионы прожекторов. С диким хрустом вселенная трещит по швам, и горящее око медленно пробуждается в пустоте, устремляя свой взгляд на меня. Оно проверяет, оно заглядывает вглубь моей души. Ищет что то среди воспоминаний и чувств, переворачивая всё вверх дном. Животный ужас накрывает меня с головой. Нечто вроде первородного страха, какой невозможно описать словами и мыслями. Если я переживу это... Я уверен, что потеряю возможность бояться. Наконец, наткнувшись на нечто и успокоившись, око закрывается, выбрасывая меня в реальность. — Ааа! — в ужасе упав на четвереньки, я хватаюсь за сигил на руке, в попытке отдышаться. Я чувствую, как сила возвращается ко мне. — Что с тобой Шлак Шлак? — Оливер обеспокоенно протягивает мне руку. — Я.. я в порядке, спасибо, — отмахнувшись от руки товарища, я пытаюсь отвлечься от мыслей, сфокусировались на чем то извне. Однако, вокруг всё по старому. Сев на пол, я просто начинаю медитировать, чего не делал со времен тренировок у Амелии. Я хочу попасть в свой горизонт. Не знаю зачем, но чувствую, что должен быть там. Раз за разом я пытаюсь пробиться внутрь своей души, и всё безуспешно. В конце концов я бросаю эту затею, постепенно успокаиваясь. Наступает нечто вроде катарсиса, и эйфории. Открыв глаза, я вижу встревоженного Оливера. — Алан, твои волосы... — краем глаза я замечаю, как мои волосы медленно осыпаются. В отражении призванного клинка я вижу седого мужчину. Мои волосы теперь стали сильно короче и острее, лишь сохранив подобие челки. А ещё... я будто повзрослел на пару лет. — Что с тобой, Алан?! — Оливер уже напуган не на шутку. — Страх меняет людей. Давай мы не будем сейчас об этом говорить, и вообще больше не будем вспоминать этот случай. — Хорошо, я понял... Но всё в порядке? — Да, пойдем. Нам пора, — поднявшись на ноги, я машинально отвожу руку в сторону, словно отодвигая горизонт, и озеро кислоты раздвигается в разные стороны, обнажая путь. Я чувствую силу в своих руках, и не хочу больше ее терять. Эх, как же сейчас хочется сигарету... Нужно скорее возвращаться домой к Луне. [[image:/storage/reader-images/6fa07ad07259dcc55a37a895b18149b9f7297a86.jpg]] ---------- Башня греха: Мясник. — Что же всё таки случилось? — Оливер переступил толстую вену, перекачивающую кровь вдоль мясного тоннеля, по которому мы шли уже некоторое время. — А почему ты спрашиваешь? — Потому что ты теперь мрачнее, чем обычно. — Не удивительно. Я ведь теперь седой старик. Вообще, я нахожу ироничным тот факт, что смог повзрослеть в чистилище быстрее тебя. — Эх, я и не повзрослею никогда... Я за эти 4000 лет разве что опыта набирался, но и его в итоге растерял с потерей памяти. Каждый человек в чистилище помнит только самые яркие моменты жизни Шлак Шлак. — Остальное улетучивается? — Что то вроде того. Я просто...не чувствую чтобы хоть как то изменился за всё это время. Словно я только накапливал знания об этом месте, но моя личность никак не развивалась, — таракан грустно посмотрел на небольшой глаз, торчащий в мясистой стене. — Могу предположить, что так чистилище и работает, — задумчиво произнес я, так же разглядывая глаз. Кажется, ему уже становилось не по себе от нашего внимания... — В смысле? — Оливер перевел взгляд на темный конец тоннеля, словно что то там заметил. — Я имею в виду, что скорее всего чистилище задумывалось не как тюрьма, а скорее как возможность получить второй шанс. Из того что я узнал от грехов, можно сделать один вывод: человек мог провести тут 200 лет и выйти на свободу вообще не изменившись. Для этого нужно было просто «служить богам», что бы это ни значило. — Значит, оно существует только для этого? — Оливер медленно подкрадывался к концу тоннеля, и я следовал за ним. — Не думаю. Всё таки узурпаторы для чего то были придуманы, и мой меч тоже. Я только не понимаю роли грехов в этом месте. Я вроде как видел момент, когда они сюда попали... Но каким образом мой меч может быть связан с ними, если они изначально не из этого мира? — Тсс, тише, смотри, — Оливер подошел к выходу из тоннеля, выглядывая в круглую комнату, и указывая пальцем на некое подобие створок дверей в стене. На потолке комнаты недвижимо висели некие существа, напоминающие летучих мышей с человеческими лицами. Благо, моя магия могла с минимальными расходами освещать всё на любом расстоянии, создавая вечный день. Ну или я так думал... По крайней мере, это помогло не пропустить спящего врага. — Идем? — Оливер осторожно огляделся по сторонам. — Постой. Что мы будем делать вот с этими, на потолке? Похоже, они спят. Даже мой свет их не разбудил. — Может они просто притворяются? — Сейчас проверю, — создав небольшой камешек, я метнул его в лоб одной из тварей, убив ее на месте. Тяжелая туша медленно упала на пол. — Может они мирные? Неудобно тог... — не успел Оливер договорить фразу, как существа начали одно за другим поворачиваться к нам, сворачивая себе шеи, что впрочем не мешало им стремиться убивать. — Мирные да? — я едва успел поднять каменный барьер, как существа начали биться об него головой. — Откуда ты взял камень?! — глаза Оливера вылетели из орбит от удивления. — Магия материи, дружок, это то — с чем я имел очень тесный контакт. Прекрасно понимаю, как она работает, так что создать камень даже тут — не проблема. Да и призвать камень даже обычные маги земли могут... — И что дальше Шлак Шлак? — А дальше по классике, — опустив стену жестом правой руки, левой рукой я мгновенно выхватил клинок из пустоты, рассекая им надвое всех, кто находился в помещении. — Ох, какой же он тяжелый, — я размял плечо, наблюдая за опадающими на землю трупами. Вместе с тем, дверь в конце зала начала открываться с неприятным хрустом. — Ну что там? — подойдя к двери, я заглянул в небольшую дырку в центре, которая постепенно начинала расширяться. Из дыры в упор к моему глазу, смотрел второй глаз. От неожиданности я отшатнулся назад, активировав магическое зрение. — Слушай Оливер, там за дверью этих тварей — штук 200, не меньше. Как поступим? — Вот ведь Шлак Шлак... Ты с ними справишься? — Оливер с надеждой посмотрел мне в глаза. Его тараканий ус уныло подергивался от напряжения. — Справлюсь ли? Хм, давай проверим. Подойдя к двери, я сунул кисть прямо в расширяющийся проем — он как раз подходил по ширине. Понятное дело, твари сразу накинулись на руку, пытаясь разорвать её в клочья. — А как вам понравится это? — вложив огромное количество маны в одну лишь кисть, я выпустил океан пламени за дверь. По ощущениям это отняло у меня половину всей накопленной маны, но звуки адской какофонии за дверью того стоили. — Уже можно выходить? — Оливер выглянул из за угла, когда звуки за стеной прекратились. — Да, секунду, — я пытался восстановить свою руку из обугленной кости. На самом деле это было уже почти не больно. Скорее раздражало, что больше нет иммунитета к огню. — Всё, пойдем, — руками раздвинув обугленные, застрявшие двери из плоти, мы вошли внутрь. Мой свет тут же распространился по всему помещению, представляя нам полную картину: В круглом зале в виде сферы, среди множества обугленных трупов, в самом его центре на высоте десятка метров, находилось мощное сердце, подвешенное в воздухе. К нему медленно тянулись сотни красных нитей, напоминающих пульсирующие вены. В центре сердца располагалось большое лицо, с закрытыми глазами. По следам огня на земле я мог понять, что едва не задел это существо. Впрочем, огонь в этих местах почти не распространяется. — Что это вообще такое? — прошептал Оливер, прячась у меня за спиной. — Страшно стало? Ладно, сейчас узнаем. Мне и самому интересно. Подойдя ближе к сердцу, я начал призывать меч. Я уже замечал ранее, что существа в чистилище очень остро на него реагируют. Может, и теперь получится? Едва рукоятка появилась из воздуха, как гигантское лицо широко открыло глаза, безмолвно глядя на нас. — Кто ты? — спросил я, отзывая меч обратно. — Я должен задать тебе тот же вопрос, нахальный малец, — пропищало сердце фальцетом. Его почти детский голос совершенно не подходил старческому лицу. — Я узурпатор. Ты ведь и сам это знаешь, верно? — Верно. Значит, ты пришел попытать счастья с моей душой? — Зависит от того, кто ты такой. — Ну как же. Я величайший маг и алхимик своего поколения, Байл Фон Лютерсон. Неужто вы забыли мое имя? — Мы его и не знали. Скажи мне лучше, как найти грех Чревоугодия, пока я тебя не нашинковал на лоскуты. — Ты его уже нашел, — голос сердца вдруг сменился с фальцета на глубокий, старческий, с ноткой издевки. — Отлично. Тогда ты знаешь, зачем я тут. — Хм... Ты уже победил трех грехов? Неплохо, — морщинистое лицо изобразило задумчивую гримасу, — но со мной ты вряд ли справишься. Я не из тех, кто просто так сдается. Скажу больше — твоя сила мне бы пригодилась. — Хах, для чревоугодия ты слишком рассудительный. Может быть ты — алчность? — Не стоит нас путать, — высокопарно заметил старик, — я разительно отличаюсь от этой наглой девки. — Так вы знакомы? — Конечно. В прошлой жизни мы были знакомы слишком... близко. Я даже знал о ее «маленьком плане». Кажется, он говорит о той красноволосой девушке. Как её там... Кина? — Ага. Значит и ты тогда слышал её желание... Почему же не остановил её? — поинтересовался я. — А зачем? Я уже был прекрасно осведомлен об устройстве чистилища на тот момент, и моих сил хватило, дабы занять место греха, — голос существа звучал высокомерно и гордо. — И что, тебе нравится существование в этом «теле»? — Естественно мне нравится. Только немного утомляют все эти маленькие души, что снуют рядом поглощая силу. Впрочем, в масштабах моей маны они — песок. — Ладно. Приятно было поговорить, но я пришел сюда по делу, прости уж, — я уже устал слушать этого надменного старика. Нужно поскорее заканчивать с ним. — Не надейся уйти отсюда, мальчик, — надменно ухмыльнувшись, сердце закрыло глаза, и из его внезапно лопнувших аорт, начала безумно быстро хлестать кровь, почти сразу затопив зал по пояс. — Не так просто, — выкрикнул я, перехватив контроль над кровью, и опуская нас на пол. Однако, кровь всё продолжала прибывать, и удерживать контроль становилось сложнее. — Подавись, — я силой направил потоки крови обратно в аорты, от чего сердце сначала начало трещать, а после разорвалось взрывом. Я едва успел поднять каменный щит, уберегая Оливера, как плоть под нашими ногами затрещала. — Что происходит Шлак Шлак?! — закричал Оливер, проваливаясь под пол, и хватаясь за мою ногу. От неожиданности я промедлил с левитацией, и сверху на нас навалилась груда мяса. Кажется, это был потолок. *** — Алллан! Алан вставай! — нервный голос толкающего меня таракана пробивался сквозь белую пелену, покуда земля сотрясалась мощными толчками. Я что, умудрился вырубиться от обычного падения? Позор. Вскочив на ноги, я сразу же обратил внимание на гигантское гуманоидное существо с множеством рук и тесаков, медленно приближающееся к нам. Оно напоминало мне гигантского, разлагающегося мясника, высотой в десятиэтажный дом. Количество его рук с «оружием из чистых мышц» исчислялось десятками. Со всех стен огромного мясного зала к нему тянулись нити наподобие пуповин. По всему телу в хаотичном порядке были разбросаны зубастые рты, извергающие желчь, и тысячи глаз растущих словно прыщи, наблюдали за нами. — Оливер, спрячься где нибудь. Это уже не шутки, — я достал клинок из пустоты, второй рукой создавая шар атрибута смерти. — Но... — Никаких но! — раздражительно гаркнул я, вырываясь вперед, и запрыгивая на одну из огромных рук, только что едва не задевшую меня ударом. Сейчас нужно найти у этой твари слабое место. Знать бы ещё, где искать... Стремительно мчась по руке, я обрезал мясные пуповины. Впрочем, существо и без меня с этим хорошо справлялось. Рук было так много, что они порой умудрялись перерубать друг друга, и на их месте тут же вырастали новые. Наконец, впереди показалась морда твари, а внутри ещё одна, и ещё. Зрелище ужасно неприятное, и не ясно, куда бить. Подбежав вплотную к лицам, я попытался рассечь их, но мой клинок лишь застрял в глазнице одного из лиц, отказываясь выходить наружу. «Чего?!» — промелькнуло в моей голове прежде, чем огромная рука отправила меня в полет через весь зал. Перекувыркнувшись несколько раз, я всё таки смог встать на ноги, перепризывая меч. Вот ведь крепкий гад! Очередная атака тесаком уже летела ко мне, и я решил попробовать метнуть шар из атрибута смерти. Атака сработала, но области поражения не достаточно — целиком руку не разрушило, только тесак и часть кулака. К тому же у этой твари какая то чудовищная регенерация. Может быть, попробовать атрибут смерти на прямую? Резко застыв на месте, я накрылся ребром меча, словно зонтиком, остановив летящий в меня тесак и пытаясь представить сигнатуру противника, направив в него атрибут смерти. Контакт сквозь меч для этого тоже подходит. Только вот... В отличии от прошлых разов, сейчас я словно наткнулся на гору. Стало очевидно: мне не хватит и десяти запасов маны, чтобы убить такую махину атрибутом смерти. Тем временем тесаки продолжали наваливаться и атаковать меня, забивая в пол, словно гвоздь. Ноги начинали медленно погружаться в твердую плоть под ногами, словно закатываясь в бетон. «Бесполезный клинок, ты хоть что то умеешь?!» — кричал я в голове, возмущаясь тем, насколько тяжелый и неповоротливый у меня меч. Блок это всё, на что он способен? Тоже мне артефакт. Отозвав оружие, я одним прыжком увернулся от лобовых ударов. К сожалению в спину мне летело ещё несколько, и от них уклониться не удалось. Черт, эта махина довольно больно бьет. Я ощущаю глубокие раны на спине, и они никак не хотят затягиваться. Собравшись с силами, я бросился в повторную атаку на врага. При поддержке магии воздуха я уклонялся и атаковал; к сожалению, размеры оружия и его скорость не позволяли мне делать это часто. «Я сейчас умру...» — пронеслось в моей голове в момент, когда я не успел уклониться. Пришлось пожертвовать рукой, и экстренно отступить, оставив конечность валяться в крови. Спрятавшись за одной из груд мяса, я пытался отдышаться. Мой противник словно нарочно не торопился добивать меня, приближаясь медленными тяжелыми шагами. Я перевёл взгляд на обрубленное плечо: всё таки это больно. Я не смогу так быстро вырастить целую руку, если вообще смогу. Как же мне победить эту тварь? Ее не берет никакая магия, и даже приблизиться я к ней я нормально не могу. Слабых мест у нее тоже не видно, и регенерация поражает воображение. Я посмотрел на тяжелый клинок, что лежал рядом; я могу орудовать им одной рукой, но это будет неэффективно. К тому же я всё ещё не понимаю одной вещи: это ведь героический артефакт, неужели у него нет никаких свойств, кроме возможности призыва? Или он не до конца сформирован? Положив руку на рукоять, я закрыл глаза, попытавшись отвлечься от окружающего пространства хотя бы на секунду. «Ответь мне, если живое,» — мысленно обратился я к артефакту. «Желаете начать беатификацию?» — послышался беспристрастный голос подростка, лет пятнадцати. «Что? Так ты живой? И что за беатификация?» — нужно было раньше догадаться, что у этого оружия есть дух. «Желаете начать беатификацию?» — равнодушно повторил клинок всё с той же интонацией. «Хоть что то я могу узнать?!» — моему негодованию не было предела. Словно в ответ, в моей голове начали возникать образы неизвестных мне людей. Все они были ужасно изуродованы, имея сотни мутаций каждый. У кого то три руки и рога, а кто то и вовсе без ног. Однако, всех их объединяло одно: множество символов на коже, прямо как у Нода или того мужчины из видения. «Ты хочешь сказать, что я стану таким, начну это?» — ответ за моим вопросом не последовал. Не знаю что делать; мне нужна сила, но зрелище в видениях отпугивает. Я не должен принимать поспешных решений, ради Луны. Пока что стоит отложить этот вопрос в долгий ящик. У меня еще осталась некоторая магия в запасе. Посмотрим, что получится. Открыв глаза я обнаружил, что существо все еще идет ко мне. К счастью оно далеко от места, где я потерял руку. Сконцентрировав все силы в ногах и корпусе, я рванул из укрытия за своей рукой, уклоняясь от града ударов. Отлично, рука на месте, но что дальше? — увернувшись от очередного тесака, я запрыгнул на длинную, толстую конечность врага. Некий план уже зарождался в голове, а вместе с ним, гнев где то внутри Перескакивая с одной руки на другую, я двигался к голове чудовища. Подбежав к тройному «лицу», я решился на довольно отчаянный шаг. Надеюсь, что его смертельная точка тут, иначе — я пропал. «Сдохни уже!» — прорычал я вне себя от бессильной ярости, вложив почти все оставшиеся силы в один удар; Всё, или ничего. Ужасный хруст раздался на весь зал. «Пуповины» тут же попадали на землю, а десятки рук существа безмолвно опустились, словно кто то разом выключил ему питание. Однако, это было не всё. Внутри монстра я ощущал бурление. Спрыгнув с гигантского тела на приличное расстояние прежде, чем то начнет бешено вздуваться и увеличиваться в размерах, я вбил клинок в твердую плоть под ногами, спрятавшись за ним как за щитом. Сил бежать уже нет, и рука не приросла до конца. Нужно выдержать следующую атаку, что бы это ни было. — Алан! — Оливер подбежал ко мне, спрятавшись за моей спиной, — ты как? Я наблюдал за боем, но ничем не мог помочь, прости! — Потом поговорим, а сейчас лучше стой смирно. Существо продолжало бурлить и расширяться так, словно его сейчас разорвет. «Меч, мне нужно хоть что то! Это очень важно. Сейчас я могу умереть,» — взывал я к оружию. «Желаете начать беатификацию?» — клинок был непреклонен. «Если я сейчас умру, то никакой беатификации больше никогда не будет!» — в мыслях я почти кричал на меч. «Так почему ты от нее отказываешься, тупой идиот?!» — внезапно закричал на меня меч в ответ. Подобное отношение меня просто взбесило. «Потому что я понятия не имею, что это такое, а ты мне ещё и всяких уродов показываешь! Давай начистоту: я догадываюсь, чего ты от меня хочешь. Можешь и дальше стоять на своем, но тогда я просто умру. А так может, я и задумаюсь над твоим предложением.» «О боже... Ладно, но только в этот раз,» — голос меча звучал словно ребенок, которого заставили делать уроки, пообещав вечером компьютер. *Взрыв* Чудовищная сила прогремела в округе, высвобождая чистейшую разрушительную энергию. Шторм маны атаковал мое сознание, словно я только что присутствовал при убийстве миллиона людей, и теперь их эмоции растворяясь в пустоте, отголосками доносились до меня. Только не снова... ---------- Башня греха: Чревоугодие. Ох, я уж думал что опять потерял сознание, но нет, меня просто затянуло в «духовное пространство», или как его ещё можно назвать... Оглядевшись, я не обнаружил ничего, кроме белоснежной пустоты. Всё по старому, но я тут один. А где же... — Зачем ты это сделал? — послышался недовольный старческий голос сзади. — В смысле, зачем? — обернувшись, я увидел седого, невероятно сморщенного старика в серой поношеной робе. Он был слеп, а всё лицо покрыто множеством ожогов. И старик, и его одежда, выглядели так, словно им не одна тысяча лет. В трясущихся руках он сжимал какую то книгу в кожаной обертке. — Проклятые узурпаторы. Почему вам так хочется разрушать чужие жизни? — старик отчитывал меня, медленно приближаясь. — Разрушать чужие жизни? Разве не ты тут играешь роль греха? Или я чего то не понимаю, — раздраженно заметил я. — Ты вообще ничего не понимаешь, мелкий засранец. Ты хоть представляешь, сколько душ ты погубил за всё это время? Да, они были прокляты, но всё ещё живы, — голос старика нервно дрожал. — Не тебе, как распространителю проклятия, отчитывать меня за это. Я пытаюсь открыть людям выход из чистилища, а вы лишь проклинаете их. — Я не виноват в этом! — старик закричал, разводя руками, и выражая возмущение, — это всё Заам! Это он закрыл чистилище, и решил никого больше не выпускать! Посмотри на меня, пацан! Я попал сюда юнцом, а умру дряхлым калекой! — Разве в чистилище стареют? — я посмотрел старику в слепые глаза, когда тот приблизился вплотную. Кажется, он меня видит... — Нет, но мне пришлось. Иначе я бы потерял все знания, что собрал в течении продолжительной жизни. А теперь приходишь ты, и просто разрушаешь всё, — старик с досадой тыкал мне в грудь костлявым пальцем. — А чего ты ожидал, соглашаясь с планом Кины? Что посидишь немного грехом, и выберешься? — Именно так! Это было то, чего я пожелал у правила, но оно проигнорировало моё желание! Оно не только не освободило меня, но и подвергло проклятию бессмертия, как и всех остальных. Посмотри: мне приходится записывать некоторые мысли в книгу, чтобы не забыть их! Это же величайший позор для мага! — старик с досадой сорвал книгу с пояса, выбросив её в пустоту, — это больше никчему. Честно говоря, теперь мне было его немного жаль, хоть это и совершенно не правильное чувство в такой ситуации. Всё же, он сам виноват и в своем горе, и в горе других людей. — Даже не знаю что тебе сказать, старик. Жизнь несправедлива. Не стоило тебе связываться с Киной, — я развёл руками. — А что я мог сделать?! — вновь закричал он, хватая меня за воротник дрожащими руками и понижая голос, — ты хоть знаешь, какой она монстр? Она подмяла под себя всех, кроме Заама и Флоры. Мне бы просто никто не поверил, и уж тем более я бы не смог победить её в бою, — старик отпустил меня, тут же отвернувшись. Он выглядел совершенно разбитым. — А Заам? Ведь он судя по всему изначально был против этой затеи. Разве он не мог тебе помочь? — Ты его не знаешь. Он бы убил меня на месте, если бы узнал, что я хоть как то причастен к этому делу. — Но почему? Ведь ты бы выступил в роли свидетеля. — Потому что у него, судя по всему, был такой же план, — старик поднял с пола книгу, печально глядя на кожаный переплет, — Заам это грех ярости, и не спроста. Он выглядит холодным и рассудительным, но в душе — настоящий зверь. Знаешь, как он получил свой седой цвет волос? — Откуда ж мне, — я растерянно развёл руками. — Он убил свою приемную мать, голыми руками оторвав ей голову в приступе ярости. При чём он делал это так медленно, что успел поседеть и едва не сошел с ума. Вместе с ним тогда поседела добрая часть деревни. — Это кто то видел? — подобный факт показался мне странным, ведь убийства должны быть обсуждаемы в любом обществе. — Это видели все, но его мать не относилась к клану Осма или Хокма. Она была простолюдинкой, а он — выброшенным на улицу бастардом. Никто бы не стал мешать ему, или вступаться за простолюдинку. — И никто не пытался ему помочь? Я понимаю что он бастард, но должны же быть у него хоть какие то товарищи... — Из товарищей у него был только Эдвин, но друг он так себе. Он не заступался за Заама, потому что боялся спровоцировать его гнев. Заам ненавидел, когда его жалели, или пытались ему помочь. — Это как то связано с его прошлым бастарда? — Вопрос риторический. До того как Заам попал в «Новое поколение», все только и делали, что пытались задеть его. В итоге парень свихнулся, возненавидев всех кроме Эдвина. Я следил за ним всё это время, записывая каждую метаморфозу, — старик листал книгу, в попытке что то найти. — Следил? А для чего? — теперь мне и самому стало интересно дослушать конец этой истории. — Потому что мне было интересно, на что способен человек, в чьих жилах течет кровь двух величайших человеческих кланов. Если ты не знал, подобные браки у нас запрещены, ведь потомство получается слишком нестабильным, и высок риск проклятого атрибута. — Значит, тебе было просто интересно? — Естественно мне было интересно! Я величайший маг и исследователь своего поколения, — Старик всплеснул руками, закрывая книгу. — Значит, резюмируя всё вышесказанное, ты боялся и Кину и Заама, а потому хотел спасти лишь себя, но правило тебе не помогло? — Да. Ты можешь мне не верить, если не хочешь. Что от этого изменится? Давай уже, забери мою душу и проваливай, — старик подошел ко мне, закрыв глаза и сдаваясь.Я занёс над ним руку с мечом, и на мгновение мне вновь стало его жаль. Он чем то напоминает мне прошлого меня, из другого мира. Не могу я так просто убить его... — Байл, хочешь узнать немного, перед смертью? Я знаю вещи, которые никто в вашем мире никогда постичь не сможет, — я прошел мимо зажмурившегося старика, убирая гигантский клинок в пустоту. — О чём ты можешь мне рассказать, чего я сам не знаю? — старик ворчливо повернулся, поглядывая на меня с недоверием. — Садись, сейчас узнаешь. Может мы с тобой даже обменяемся информацией, — я сел на «пол», скрестив ноги. *** — Абсурд! Разве это не противоречит всему, что ты рассказал ранее? — старик оживленно всплеснул руками. — Нет, квантовые законы работают иначе. На самом деле, мы еще толком не проверили их. Эффект наблюдателя — вероятно, самый успешный результат экспериментов с квантовыми законами. Хотя, я биолог а не физик, так что судить точно не могу. — Ладно, в любом случае, теперь я многое понял, — Байл задумчиво посмотрел на белый бескрайний потолок, — мы были близки к подобным открытиям уже на заре 6 века. Однако, судя по твоим рассказам о текущей обстановке в мире, с великими кланами случилось нечто ужасное, и общество только деградировало. — И ты не знаешь, что случилось? — Нет, в конце шестого века нас отправили на континент Висата, с «боевой разведкой», а до этого всё было в порядке. — И нет никаких подозрений? — Есть только одна странность, которой я никак не могу понять, — старик задумчиво поглядел на меня, — когда мы попали сюда, то грехи были мертвы. — Разве это странно? Хотя, я честно говоря, понятия не имею, как чистилище устроено. — Понятия не имеешь? — старик закрыл лицо рукой, — ладно, я объясню: чистилище не только место для «спасения людей», но и тюрьма. «Грехами» мы называли особо-опасных преступников, специально отобранных для этого места. Главы рассчитывали однажды найти человека, способного самостоятельно победить всех восьмерых, таким образом пройдя «инициацию». Таких людей и называли узурпаторами. — Значит, грехи это нечто вроде, живых манекенов? — И да, и нет. Прошлые грехи были невероятно сильны. Все восемь — члены «второго темного поколения», и ловили их лично Хокма и Осма. За те два века, что чистилище существовало, никто не смог победить даже первый грех. — Получается, что только они и могли их победить... — разумно заметил я. — Да, но главы никогда бы не попали в чистилище по своей воле, и тем более не стали бы убивать грехов. Только если не... — старик осёкся. — Если не что? И ещё я не понимаю.. — Если бы между ними не случился конфликт, — перебил меня Байл, — но я не могу даже представить себе причину такого конфликта. Когда в начале четвертого века они создали чистилище используя «Убийцу богов», мы все подумали, что напряженная обстановка наконец спадет. Всё таки создание целого измерения и столь мощного оружия, было для нашей расы великим достижением. Видимо, мы ошибались. — Ты об этом «Убийце богов»? — я призвал гигантский клинок из пустоты, — чего в нём особенного? Кроме того, что он упрямый как подросток в переходном возрасте. — Этого не знаю даже я, но один факт помнят все: «Убийцу богов» не могли использовать даже Хокма и Осма. Он просто разрушал их тело и душу. Они разделили клинок на две части, создав на его основе чистилище, а после придумали «обряд инициации». Об этом тогда трубили повсюду, как о величайшем достижении наших магов. — Возможно ли, что если собрать целый меч... Чистилище разрушится? — я мрачно посмотрел на своё оружие. Похоже, мне снова достался клинок, за который приходится нести ответственность. — Не знаю, но если разрушится, то туда ему и дорога. Этого места не должно было существовать изначально, — старик поднялся, начав ходить по кругу и заломив руки за спину. — Разве второй шанс, это плохо? — с удивлением переспросил я. — Второй шанс? Хаха, парень, много ты видел выходцев из чистилища за эти 200 лет? Да, срок у всех разный, но по большей части отсюда либо никто не успевал выбраться, либо выбирался потеряв рассудок. Это проклятие, а не благословение. — Понятно... Может быть в чём то ты и прав. На своем пути я в основном встречал монстров, и уже изменившихся до неузнаваемости людей. — Ага, в этом и проблема. Этих людей не примут на родной земле. Кому понравится жить с человеком-тараканом? Для таких существ в безымянном мире нет места. Пускай я и виновен в их обращении, но сделанного не вернешь. — Хм... — я посмотрел на обоюдоострое лезвие своего клинка, поглаживая выемку для перевернутого креста, — может, я бы смог создать для них такое место? У меня в планах уже было основание своего государства. Я вполне мог бы выделить им там территорию... — Амбиций я погляжу, тебе не занимать, — мрачно заметил Байл, — но ты пока даже не выбрался из чистилища. Да и прогноз у меня на твой счёт не утешительный: Заам тебя размажет одним пальцем. Ты едва справился со мной, так что сможешь противопоставить ему? Может быть мы тут все и ослабли за тысячи лет, но вот на его счёт я не уверен. — Ну тогда помоги мне, — я протянул старику руку и тот посмотрел на неё с неким сомнением. — Ладно, будь по твоему. От тебя я хотя бы узнал множество действительно необычных вещей, и как человек ты точно лучше меня, — старик с печальным взглядом пожал мне руку, и его духовное тело начало разрушаться по фрагментам, словно распадаясь на песок. — Возьми эту книгу в реальном мире, парень, — Байл указал на книгу у себя в руке, — она должна быть где то в моей комнате в чистилище. Там все лучшие заклинания, какие я только успел записать за свою жизнь. Я не гарантирую, что ты сразу поймешь хотя бы одно из них, но в будущем она может быть тебе полезна, — развернувшись, старик зашагал прочь, покуда вовсе не испарился. — Спасибо, — поблагодарил я «воздух», возвращаясь в реальность. ---------- Башня греха: На пороге шторма. — Что происходит?! — едва открыв глаза, я попытался удержаться на земле. Плоть вокруг начала увядать, рассыпаясь в черную пыль. — Алан, ты как? — Оливер подбежал ко мне, хватая за рукав одежды. — Вроде живой. Что происходит? — Всё рушится, нужно куда то бежать, — таракан отпрыгнул в сторону, и под ним образовалась глубоко идущая дыра. — Ладно, давай за мной. Побежим прямо, — я как раз заприметил образовавшийся в передней стене огромный проход. Однако не успел я сделать и шага, как плоть под ногами провалилась, и я стрелой полетел вниз. — Алан! — послышался крик сверху. — Давай сюда, — позвал я парня, активируя левитацию. — А мы сможем подняться? — Нет, теперь только вниз. Да и куда там подниматься? Это место скоро разрушится. — Понял, иду, — Оливер с разбегу прыгнул ко мне, и я едва поймал его за руки. — И что дальше? Шлак Шлак — он посмотрел на тоннель внизу, в конце которого виднелся серый, едва пробивающийся сюда свет. — Падаем к свету, остальное потом, — ослабив левитацию, мы начали опускаться, попутно пробивая тонкие слои плоти, которые как оказалось позже, просвечивали с «улицы». Наконец, мы вылетели на свободу, к свежему воздуху, или вернее сказать, к буре. Тут же нас окружил серый пасмурный свет, а прямо под ногами замаячило бушующее море с огромным водоворотом в центре. К счастью, падали мы сильно левее водоворота. По сторонам то и дело проносились какие то металлические конструкции, пока мы наконец не вылетели и за их предел, устремившись к бурным волнам. Ливень тут стоял стеной, и небо освещалось молниями. — Алан, смотри, там есть остров! — Оливер указывал на клочок суши чуть левее траектории полёта. — Ладно, держись за мою ногу, я должен освободить руки и попытаться нас скорректировать, — ветер безумно шумел в ушах. Нужно попытаться взять его под контроль. Может быть весь не получится, но чтобы подтолкнуть, должно хватить и этого. Освободив руки, прямо в полете я расставил их в стороны, чуть подняв к небу. Закрыв глаза, я начал пытаться уловить потоки воздуха витающие вокруг нас. Их движение в этом месте отличается от движения в обычном мире, — оно хаотично, и не поддается особой логике. И даже так, постепенно я начал понимать определенные закономерности его движения. Описать будет трудно. Достаточно лишь сказать, что воздух в этом месте напоминает живое существо, с которым я теперь пытался договориться. — Почему мы остановились? — спросил Оливер, удивленно оглядываясь по сторонам. Тем временем вокруг моих поднятых рук бушевала магия. Мне довольно быстро удалось найти с ветром общий язык. Не открывая глаз, я начал медленно отводить нас в сторону. Это конечно не полноценный скоростной полет, но уже полет. Отлетев на достаточное расстояние, я наконец смог посмотреть на результаты своего труда, облегченно выдохнув: мы находились достаточно далеко. Только вот вид... — А..Аллан... — Оливер растерянно тыкал пальцем в место, откуда мы только что падали. Я тоже видел это... На высоте нескольких сотен метров над гигантским водоворотом, висела монументальная металлическая клетка для птиц. Ее размер мог бы посоревноваться наверное с целой горой. Внутри клетки находилось не менее гигантское тело, согнувшееся в позе эмбриона, и постепенно разрушающееся. Раскаты грома то и дело ударяли в него, постепенно разрушая плоть. Подняв голову ещё выше, я обнаружил, что на небе собирается невероятного масштаба буря. Вместе с тем, мой контроль над ветром ослабевал, словно нечто вырывало его у меня из рук. — Мы должны срочно спускаться, — выкрикнул я, начав снижение к острову. Сам остров был довольно скалистым, около километра по протяженности, и находился достаточно высоко над уровнем моря, чтобы не быть затопленным в первый же час. Впрочем, глядя на ту бурю что собирается вокруг, я уже не уверен на счет последнего... — Давай туда, — Оливер указал на участок свободный от деревьев, в самой высокой точке острова. — Ага, — оказавшись ровно над этим местом, мы начали стремительно падать вниз. *** — Обязательно было так резко опускаться? Вообще то там приличная высота! — таракан потирал ушибленную руку. — Нас могло снести ветром, если бы я медлил, так что не жалуйся, — я стоял среди зеленых джунглей, подняв глаза к гигантской клетке в небе, окруженной разрядами молний. Это зрелище завораживало, потрясая воображение. Этот этаж тоже построили люди? Сама форма клетки явно не подходила для человека. И как мы смогли попасть внутрь? Ведь над нами должны быть джунгли, а сейчас я вижу там лишь грозовые тучи. Сам человек внутри тоже вызывал много вопросов: застыв в позе эмбриона он выглядел так, словно его кожа даже не сформировалась. Голые мышцы, отсутствие волос и проглядывающие местами кости. Может быть это конечно всё произошло, вследствии поглощения мною греха. Только вот если всю эту махину сдерживала одна душа... Тогда я не могу себе представить, сколько силы поглотил. Почему же её не чувствую? Неужели ситуация, как с богом плоти. — Ааа! — Закричал Оливер, хватаясь за дерево. Где то глубоко под землей происходили сильные толчки. Если это то, о чём я думаю, то дела наши плохи. Все таки мы находимся в море... Мой прогноз оправдался почти сразу: двадцатиметровая волна накрыла остров, едва не смыв нас в глубь джунглей. — Как будем выживать? Есть идеи? — Оливер пытался залезть на дерево, обхватив его обеими руками. — Чем ты вообще занимаешься? Идем за мной, — бросив неодобрительный взгляд в его сторону, я зашагал вглубь острова. — Мы должны как то переждать этот шторм, — выкрикнул я отстающему попутчику, пробираясь через густые зеленые заросли бурной тропической растительности. — А что дальше? — послышался крик откуда то из кустов, заглушаемый шумом моря и постепенно усиливающимся ливнем. — Я хочу вернуться в клетку. Там где то должна быть книга, которую оставило мне чревоугодие. — Так ты его победил?! — парень выбежал из зарослей, словно сорвавшись с цепи, и пролетев несколько метров, упал навзничь. — Ты понял это только сейчас? — подойдя к лежащему таракану, я огляделся: мы вроде как находимся примерно в центре острова. Отличное место, чтобы основать временное убежище. Правда придется немного поработать. Используя магию материи, я начал создавать нечто вроде ямы в земле, пока не добрался до камня. «Пробурив» камень, я сделал в нём что то вроде ямы глубиной в пару метров. — Прыгай сюда, — поманил я Оливера. — А нас не затопит? — его лицо выглянуло где то высоко вверху, и на его фоне сверкнул удар молнии. — Если затопит, я уберу воду. Не забывай, что я могу контролировать ее. — Надеюсь ты знаешь что делаешь, — Оливер прыгнул вниз, и я едва остановил его падение, используя ветер. На других мне использовать ветер пока что сложно. — Всё, время закрыться тут, — я накрыл верх пещеры каменным потолком, буквально запечатав нас в этом темном месте. Теперь наконец можно сесть, оперевшись на стену, и немного успокоиться. — А нам хватит воздуха? — послышалось с другой стороны ямы. — Я создам если что. — Сколько же у тебя маны?! — удивленно воскликнул Оливер. — Сейчас уже около половины. После поглощения греха я снова полностью исцелился, но видимо, это эффект одноразовый. Манипуляции с воздухом требуют очень много маны. — Хм, а числом можешь назвать? — Числом, это как? Разве мана измеряется числом? — Конечно. Это ведь основной показатель силы мага: максимальное количество его маны. — Никогда не слышал, чтобы можно было измерить лимиты числом. Разве что при вступлении в академию что то такое делают, и у них там строится иерархия, но я пока не изучал этот вопрос. — Понятно... Значит и эту технологию утратили? Печально. — Не утратили. Скорее, она ещё не вошла в моду за пределами стен академий. Ну, по крайней мере лично у меня мана быстро восстанавливается, и уж это я знаю на 100% без сторонней помощи. Думаю часа будет достаточно, чтобы полностью восстановить недостающую половину, при условии, что я её не буду особенно расходовать. — Потрясающая скорость Шлак Шлак. Хотя, в наше время люди могли даже лучше. — Не сомневаюсь. Думая о вашем поколении, я каждый раз прихожу к печальным выводам о том, в каком упадке вообще находится общество сейчас, и человеческая раса в частности, — устроившись поудобнее у стены, я ощутил где то глубоко внизу мощнейшие сейсмические толчки. — Всё настолько плохо с людьми? — печально поинтересовался Оливер. — Сложно сказать, ведь я совсем мало знаю об этом мире, но из того что я видел и слышал — да. Может быть в высших обществах вроде аристократии, или академий, людей и не рискуют притеснять открыто представители других рас. Но вот если речь о трущобах... Там тебе сильно не повезет, родись ты человеческим ребенком без знатных родителей. — Разве так не со всеми расами? Даже в наше время достаток и значимость рода определяли отношение к тебе в обществе. — Как ни странно, представители других рас чувствуют себя лучше. По крайней мере на Флегрейсе. Это же касается и правил в академиях. У людей слишком много ограничений: например в отличии от других рас, они не могут свободно посещать любые районы в том же Тидасе. Им разрешены только торговый, и их собственный. К тому же, правила для поступления в академию без статуса аристократа для людей значительно строже, хотя с этим я пока не разбирался. — Но почему? Должна же быть причина, по которой к людям сложилось подобное отношение? — Пока не знаю, но обязательно выясню почему. Законы ведь выставляют главы городов, а у них могут быть и свои мотивы. Впрочем, за 4000 лет могло случиться что угодно. Вообще, судя по тому что я узнал от грехов — людей в этом мире никогда не любили. Ну или как минимум, к ним относились с опаской. — Знаешь, ты помог мне кое что вспомнить, — Оливер притих, и в его голосе появились нотки печали и горечи, — я вспомнил свою бабушку. Она с детства учила меня, что мир место жестокое, и в нём никто никого не любит. Я как раз вспомнил её фразу: «Тут каждый враг себе, и своему другу. Это касается не только людей. Будь осторожен, Олли,» — говорила она мне каждый раз, когда я собирался уйти куда то далеко от дома. — Далеко от дома, это куда? — Нуу... Например к драконидам. Они ведь жили с нами на Наэрии. Я любил к ним захаживать. У меня там даже друзья были. — Всё ещё живут кстати, — заметил я, — правда их осталось мало. *Грррр* — раздался скрип откуда то сверху, словно вырвало деревянную мачту корабля. — Ого, звук доносится сюда несмотря на то, что я искусственно его ограничил. Что же там происходит? — Может посмотрим? — поинтересовался Оливер. — Не уверен, что это безопасно. Хотя, мне и самому любопытно... Я убрал каменную крышку, и мы выглянули наверх: что ж, зрелище не утешительное. Остров буквально смыло вместе с землей, оставив лишь голый камень на уровне нашей ямы. Тем временем на нас надвигалась гигантская тень. — Алан, там... — парень указал на гигантское цунами, высотой в несколько сотен метров, — наше убежище выдержит?... — растерянно спросил он. — Не уверен. И остановить такую махину мне не хватит маны. — Значит это конец, — бессильно заявил Оливер, садясь обратно в яму. Спорить с ним было трудно... — Я что нибудь придумаю, — обнадежил я парня, закрывая нас каменной крышкой и погружая в темноту. Нужно срочно искать решение, а в голову ничего не идет. Ситуация безвыходная, как не посмотри. Сев в позу лотоса, я ускорил свой разум в поисках ответа. После непродолжительного анализа, я пришел только к одному решению: — Слушай Оливер, не хочешь прыгнуть в водоворот вместе со мной? — Чего? Ты должно быть шутишь, — в его голосе прослеживалась нота истерического смеха. — Нет, я абсолютно серьезен. Я не вижу других выходов, а этот водоворот по крайней мере может нас привести куда то. — С чего ты взял? — С того, что на каждом этаже должен быть выход и вход. Вход мы нашли, а вот выход нет. Где ещё ему быть, если не там? — Да где угодно, хоть под водой. К тому же это звучит, как самоубийство Шлак Шлак! — Мы и так и так погибнем, если прямо сейчас не предпримем что то. Оливер на мгновение затих. — Ладно, будь по твоему. Но как мы до него доберемся? — Так, как я давно привык: мощным прыжком, — распечатав яму, я выбрался на плоскую каменную поверхность скалы. Цунами все еще маячило на горизонте, а значит время пока есть. — Давай, запрыгивай на спину, и держись крепче, — прокричал я, сквозь заглушающий любые звуки ливень. — Ты уверен Шлак Шлак?! — Оливер отчаянно огляделся по сторонам, пытаясь найти хоть что то, что позволит ему этого не делать. — Давай быстрее, или я оставлю тебя тут. — Л..Ладно, — устроившись у меня на спине, парень затих. — А теперь держись так крепко, как сможешь. Я бы даже советовал тебе использовать магию, если ты ещё не забыл, как это, — вложив почти всю оставшуюся ману в ноги, я приготовился к прыжку. — Раз, два, три, — со звуком удара молота и раскалывающейся земли, я пулей вылетел с места, направляясь прямо к центру водоворота. Ветер дул мне в спину, и немного контролируя его, я мог корректировать полёт. — ААА! — без конца звучал крик у меня под ухом, покуда волны мимолетным видением проносились внизу. Вот наконец и гигантская воронка показалась : шириной в сотню метров, а может и больше. На дне водоворота я мог видеть странное сияние. Аура, которую испускало это место, была мне знакома: точно такую же я ощущал, когда впервые спускался в башню. Неужто портал? — Ты готов? — задал я риторический вопрос своему товарищу, устремляясь прямо в центр воронки. — Блпабрл Шлк Ак — прозвучал ответ. Похоже, Оливер уже умудрился наглотаться воды. Последний раз бросив взгляд на клетку, мне стало немного грустно. Кажется, пока что я не смогу забрать столь необходимую мне книгу. Хотя, может она вообще находится в другом месте? Мне ведь никто не говорил, где точно она лежит. Словно гвоздь мы влетели в портал, протолкнувшись сквозь оболочку из воды, и всё перемешалось как в калейдоскопе. ---------- Башня греха: Город в пучине. Ох, как же голова раскалывается... Где я вообще? Кажется лежу на каменном полу. Вон нога Оливера виднеется. *бульк—бульк* — мимо меня медленно проплывала рыба. Чего? Подняв голову, я осмотрелся: мы находились на круглой площадке, окруженной колоннами. С трудом встав и шатаясь, я подобрался к краю площадки, сев спиной к колонне и спустив одну ногу вниз. В метре от меня проплывал большой косяк желтой рыбы с красными пятнышками. Где то вдалеке виднелись кораллы, сильно поросшие водорослями, словно древний лес. Под нами находилось нечто вроде индийского дворца, а наша площадка венчала одну из его башен. Странно видеть подобную постройку здесь, поросшую кораллами... Да, всё это место находилось под водой. Это было ясно по «небу», что в реальности оказалось лишь водной гладью, сквозь которую пробивались тонкие лучи света, и как высоко отсюда находилась поверхность, я почему то затруднялся ответить. Возможно, это место тоже нарушает геометрию пространства. И всё таки, тут красиво, а еще очень спокойно и светло. Не знаю откуда идет свет... Может от множества светящихся кораллов. Не важно; не хочу об этом думать. Я так вымотался за все эти месяцы, что теперь возможность просто посидеть в тишине и отдохнуть, кажется мне райским наслаждением. Наверное никогда ещё в своей жизни я так долго и целеустремленно не шёл к чему то. Если вспомнить первые недели в «безымянном мире», то по сути, я просто двигался по течению, без видимой мотивации. Хах, разве «месть» за человека, которого ты встретил впервые, можно назвать адекватной мотивацией? А ведь я был готов пожертвовать жизнью, и в итоге подставил Луну. Теперь же я чувствую себя сильно взрослее. Особенно после ситуации с Гордостью, и того видения... Во мне словно прибавилось уверенности. Хотя всё ещё приходится полагаться на других. Без своего меча, я бы точно погиб в бою против Чревоугодия. Я достал клинок из пустоты, и положил его колени. «Будешь говорить?» — мысленно обратился я к нему. «Не надейся услышать от меня что то, пока не пройдешь беатификацию,» — раздался голос наглого подростка в голове. «Ладно ладно, не злись. Могу я хоть узнать конкретнее, что это ещё за беатификация? Те образы что ты мне показал, довольно сильно пугали,» — я старался показать себя с дружелюбной стороны. — Даже не знаю... Вообще то я не должен тебе этого рассказывать, — задумчиво произнёс меч. — Не должен? Но почему? Это же нелогично. — Потому что тогда ты точно откажешься. Хотя я и так не верю, что ты на это решишься, — мрачно заметил парень. — Да ладно тебе, давай колись, что это такое. Может быть всё не так страшно, — постарался я успокоить меч. — Не знаю не знаю, — парень замолк на несколько минут. — Хотя, думаю немного тебе рассказать можно. В общем... Беатификация — первый шаг на пути становления святым. Для неё есть несколько ступеней, но сколько и каких, я тебе не скажу. По сути это процесс принятия тобой силы грехов, заключенных внутри меня. Принимая эту силу, ты постепенно должен сделать её своей, — подытожил клинок. — А святые это... — Я не знаю, кто они и зачем. Даже не пытайся меня спрашивать. — Как так? Разве они создаются не благодаря тебе? — Какой ты умный. Много ты знаешь людей, которые полноценно прошли чистилище и победили 8 грехов? Я вот ни одного. Было несколько ребят, что почти справились... Но один застрял на середине, а двое других обломились на последнем грехе. И всё потому, что они отвергали беатификацию. — А что насчет тех образов, которые ты мне показывал? От чего такой облик? — Они использовали беатификацию не поглотив ни одного греха. Это чревато страшными мутациями и мучительной смертью, как и если ты не справишься с грехами внутри себя. — Звучит мрачновато, но я уже поглотил 4 греха, и меня таким не напугаешь, — с улыбкой заметил я, глядя на проплывающую вдалеке медузу. — Значит ты согласен? — в голосе подростка послышалась нескрываемая нотка надежды. Неужели кто то действительно запечатал ребенка в меч? — Не то чтобы согласен, но и не боюсь. Просто думаю, что для этого пока нет времени, — резонно заметил я. Ситуация действительно не располагает к новым испытаниям. — Вот как? Тебе в любом случае придется пройти беатификацию, если ты решишь дойти до конца чистилища. Иначе твоих сил не хватит, — назидательно напомнил мне клинок. — Да, ты прав, я слабый и мне постоянно нужна чья то помощь. Но всё таки, я пока что хотел бы справляться со всем сам, на столько, на сколько могу. Кстати, я Алан, а ты? — я постарался мыслить позитивно, обращаясь к мечу как к другу. В любом случае нам придется подружиться, если мы планируем сражаться вместе... — Я Убийца Богов, и человеческого имени у меня нет. А на счёт силы ты несешь какую то чушь: она ведь и так твоя, раз ты самостоятельно победил грехи. Почему ты отказываешь от награды? — В твоих словах есть смысл, но я пока просто не готов проходить все эти испытания на волю и психику. Я ужасно устал за эти месяцы, и сейчас хочу просто немного отдохнуть. К тому же с готическими соборами у меня всегда плохие отношения, и этот наверняка не будет исключением. — Делай что хочешь, — раздраженно ответил клинок замолкая в моей голове. Какой же у него всё таки сложный характер. Дети часто такие психованные и нерассудительные... Прямо как я иногда. — Алан, ты где? — послышался стон сзади. — Да тут, я тут. Что случилось? — я медленно подошел к лежащему на каменной плитке человеку, что был замотан в зеленый плащ. Его внешность изменилась... От образа таракана не осталось и следа. — Ого, так ты излечился от проклятия? Поздравляю. — Сп.. — парень потрогал свое лицо, и хотел что то мне ответить, но вместо этого вдруг начал заливаться слезами. У него были необычайно красивые голубые глаза и седые волосы. Похоже, он как и я, повидал многое. Пришлось дать ему немного времени на успокоение. — Что ж, с возвращением, — я протянул ему руку, и он крепко схватив её, поднялся на ноги. — Спасибо, Алан. Если бы не ты, я бы навсегда остался в этой ужасающей форме... Это правда очень очень важно, — Оливер сиял от счастья, не иначе. — Поблагодаришь меня, когда выберемся из чистилища, — скромно заметил я, выглядывая с края башни наружу, и разглядывая округлые крыши башен. — Ладно, давай отдохнем тут, пока я полностью не восстановлю ману, а потом будем спускаться вниз. Может мне даже удастся немного расширить лимиты за это время. Главное собрать как можно больше маны. *** — Мы что... можем упасть под водой? — Оливер пытался слезть с крупной каменной статуи мужчины, удерживающего на плече изогнутый двуручный меч. К сожалению, он всё ещё не мог использовать ману, и потому на его спуск с собора понадобилось некоторое время. Я же просто спрыгнул вниз. — Да, тут с водой что то не так. Она ведь и в рот не попадает, когда говоришь. Кстати Олли, я вот тут подумал когда спускался: а какой у тебя атрибут? — А я и сам не помню,хехе, — парень расплылся в широкой улыбке, сидя на земле. Пару секунд назад он неуклюже упал со статуи. — Ладно, потом выясним. Посмотри лучше на это: — слева от статуи находились массивные, закрытые врата из зеленого металла, гравированные изображениями существ, напоминающих сфинксов. По обе стороны от врат располагались статуи воинов с мечом. Подойдя ближе, я заметил нечто вроде замочной скважины. Меч по форме явно сюда не подходил. Открыть врата тоже не получилось: на них сильный барьер, прям как в ордене узурпаторов. — О нет, только не опять, — мне хотелось сесть на землю и закрыть голову руками. Ну сколько можно этих ребусов?! Как будто я прохожу плохие квесты нулевых на компьютере, а не испытание силы и воли. — Ладно, делать нечего, пойдем вон по той дороге из камня, что ведет в густые водоросли. Может хоть она нас куда выведет, а то тут вокруг буквально ничего больше нет: одни подводные поля из кораллов, да леса из водорослей. Кажется, мы попали сюда слишком рано. — И то верно, — согласился Оливер.*** — Алан, как думаешь: что сказал слепой мужик, зайдя в таверну? — Ну и что он сказал? — уныло посмотрел я на своего сверх-энергичного собеседника. — «Всем привет, кого не видел!» ахахаха, — Оливер заливался слезами от смеха. — Пфф, неплохо, но я знаю лучше. Вот смотри: почему разорвался косоглазый? — Почему? — Оливер удивленно вытаращился на меня, в нетерпеливом ожидании развязки. — Пошел, куда глаза глядят! Ха! — я едва сдержал смех от этой глупой шутки. Всё таки черный юмор, тема спорная. — Хахахаха. Неплохо неплохо! Мне ещё есть у кого поучиться хорошему юмору, — парень снова заливался смехом. После того, как он вернул себе полноценный облик, его поведение стало уж больно жизнерадостным. — Хорошему юмору? Ты сейчас серьезно? Это анекдоты категории Б, дружище. О таком стыдно говорить в приличном обществе. — А по моему очень даже смешно, — надул щеки Оливер. — Смешно то смешно, но не каждый поймет. Юмор на свою аудиторию, так сказать. — Угу, — собеседник одобрительно кивнул, прищуренно глядя вдаль. Мы уже некоторое время шли по каменной дороге, окруженной с двух сторон высокими многометровыми водрослями, словно в лесу. — Слушай, а там вдали случайно, не какое то здание? — указывал он рукой вперед. И действительно: прямо на дороге меж водорослей, стояло что то вроде каменной крепостной стены, с большой подъемной решеткой, как в древних замках. Если приглядеться, то стена эта уходила глубоко в обе стороны, ограждая нечто от внешнего мира. Подойдя вплотную к решетке, я не заметил каких то рычагов или спусковых механизмов. Впрочем, они были не нужны: решетка отлично поднималась рукой. — Пролезай, пока я держу, — обратился я к Оливеру, пока тот разглядывал что то на вершине стены. — Слушай, там что то есть! — парень пролез под решеткой, и побежал наверх по каменной лестнице. — Алан, тут какой то скелет! — послышался крик сверху. — Скелет? — поднявшись наверх, я и вправду обнаружил скелета. Он был донельзя замотан в одежду, словно какой то кочевник. При себе у него оказалась лишь пара монет, да ржавый железный кинжал. — Я вот тут подумал... А что происходит с трупами людей, погибших в чистилище? — обратился я к Оливеру, разглядывая трещины на черепе погибшего. — Ну, они лежат как ни в чём небывало... Гниют там, и вот это всё. — Хм, да? Я как то не особо замечал. А может память подводит... Пойдем, я уже отсюда вижу какие то дома вдалеке. *** Дома располагались ближе чем я думал. Пять минут пути мимо водорослей, и дорога поворачивает прямиком в местный центр, окруженный высоким кораллом со всех сторон. Из интересного тут пара десятков квадратных каменных домиков, очень напоминающих мне жилища в Накейских пустошах, да колодец в центре. — Смотри, тут ещё один, — Оливер вытаскивал очередной скелет из колодца. — Хм, и этот замотан в одежду, как пустынный кочевник. Тебе не кажется странным весь этот антураж? Тут что то не вяжется... — я никак не мог понять, в чём же подвох. — Ну не знаю, я такого раньше не видел. На Наэрии ведь почти нет пустынь. Разве что в глубине континента одна небольшая. — Понятно. Ну тогда не знаю... Давай проверять дома. В колодце кстати ничего нет? — я заглянул внутрь, но колодец как оказалось, занесло песком почти до самого верху, и теперь внутри ютились маленькие крабики. — Что вам тут нужно? — прозвучал спокойный мужской голос откуда то со стороны домов. Обернувшись, я увидел силуэт человека плотно закутанного в одежду. На спине у него висел клинок, так же замотанный в ткань. — Да мы просто посмотреть пришли, — непринужденно ответил я, выходя вперед и встречаясь взглядом с собеседником. Взгляд у него к слову, был, довольно равнодушный, а зрачки прямо алого цвета. — Просто посмотреть? Да ладно? — парень сел на край крыши, свесив одну ногу и перекинув изогнутый клинок через плечо, — и ты думаешь, я в это поверю? — А что, к вам редко захаживают гости? — с издевкой заметил я, переводя взгляд на скелетов в одежде. — Да, и это проблема. Если тебе интересно, я в этом городе единственный выживший. — Не расскажешь свою историю? — Я мог бы, но зачем выкладывать всё случайному прохожему? — парень зевнул, и встав на ноги, развернулся в противоположном направлении, — ну всё, покеда. Как то мне неинтересно с вами стало. — Постой. Ты случайно не знаешь, как открыть дворец, тут, неподалёку? — М? — фигура резко замерла на месте, — допустим знаю. А у тебя там какие то дела? — его вопрос прозвучал несколько... угрожающе. — Можно и так сказать. Вообще то, я узурпатор. Наверное надо было представиться сразу. — Узурпатор на 50 этаже? Пфф... Это сказка для детей? — собеседник повернул голову, и в его взгляде блеснула угроза. Через мгновение ткань с его клинка уже парила в воздухе, а сам он пытался подавить мой блок, что я выставил, мгновенно среагировав на его атаку. Этот блок лишь доказывал, что я наконец привыкаю к своему мечу. — Не плохо да? Я ещё так умею, — представив палец противника, я использовал на нём атрибут смерти. Думаю, этого будет достаточно для демонстрации силы. — Ааа, — человек выронил клинок, хватаясь за руку. — Ну прости уж, что так жестоко. Хотя ты ведь сам напал, верно? Я мог тебя и убить. — Вот ведь... — человек поднял глаза полные бессильной злобы. — Да ладно тебе, не серчай так. Вот моя метка узурпатора, если ты не веришь, — я показал парню запястье с символом, вместе с тем заметив на узоре новые штрихи. У обоих перевернутых крестов словно появилась «терновая окантовка». — Видишь? Уже 4 греха на моем счету. Осталась ровно половина, — я постарался улыбнуться настолько дружелюбно, насколько мог в подобной ситуации. — Я тебя понял, — парень встал на ноги, и махнув рукой, призвал к себе изогнутый меч, сильно напоминающий скимитар, но большего размера, и с зазубренным лезвием, которое странным образом «дышало». Тот подплыл, словно рыба, и ткань сама начала обвивать лезвие. — Так вот как проходит настоящая демонстрация силы? — парень протянул мне руку, на которой начал постепенно расти новый палец, — я Ханбар. Друзья звали меня «песчаный червь» или же просто Хан. — Алан. А вот тот парень, который сейчас что то тащит из чужого дома полностью нас игнорируя: Оливер, — я пожал Хану руку, — очень приятно. — А он всегда такой? — Хан уныло посмотрел на меня, словно я отец Оливера. — Эээ... ну он конечно со странностями, но ничего опасного для жизни. — Понятно. Повисла неловкая тишина. — И давно ты тут живешь? — поинтересовался я, протирая меч. — Столько, сколько себя помню, — ответил Хан, словно очнувшись ото сна, — пойдемте со мной, я должен вам кое что показать, пока оно не вернулось. ---------- Башня греха: Лес ламинарий. Странный какой то этот Хан... Молчит всю дорогу, и ведет нас непонятно куда по тропинкам меж гигантских ламинарий. Я надеялся узнать у него что нибудь про подводный дворец, но увы, он полностью игнорирует мои вопросы. Да и взгляд его мне не очень нравится: слишком уж равнодушный. Меч у него тоже довольно странный: ведет себя как собака, и даже будучи запечатанным в ткань, везде летает за хозяином. Минуту назад они кажется разговаривали на неизвестном языке. Ох уж это чистилище... Сколько же тут чудиков собралось. Впрочем, сейчас меня волнует не только это. Хан показал нам камень этажа, и на нем написано: «50 этаж, Лес ламинарий». Я не понимаю, почему этажи вдруг перестали четко подразделяться. Раньше мы планомерно двигались сквозь башню, а теперь будто проваливаемся минуя сразу десятки уровней. Может быть, в действительности в башне и не 100 этажей? Или нам просто повезло, упасть с 25 сразу на 50. — Пшш, Алан, — Оливер шипел мне на ухо, указывая пальцем на идущего впереди Хана, раздвигающего водоросли, — чего это с ним? Молчит всю дорогу, и нас игнорирует. Может вообще не стоило с ним идти? — У нас не особо то был выбор, — успокоил я голубоглазого попутчика. — Это, я тут хотел... — Оливер не успел договорить фразу, как Хан остановил нас жестом. «Тише. Оно может быть рядом,» — произнес он, засовывая голову в плотно-растущие ламинарии. Интересно, о чём он говорит? Снедаемый любопытством я высунул голову вслед за ним, и едва на шарахнулся назад. В метре от нас находилась самая настоящая бездна, словно мы стояли на краю острова, что парит в океане. Впереди куда не глянь, ничего не было, кроме голубых подводных просторов. — А внизу что то есть? — поинтересовался я у «проводника». — Да, но туда лучше не спускаться. К тому же глубина там приличная, — Хан изо всех сил старался прислушаться, наклонившись к краю острова. — Что ты делаешь? — поинтересовался Оливер. — Слушаю. Разве не видно? — раздраженно ответил Хан. — И что ты надеешься услышать? — я склонился к краю обрыва, в надежде увидеть внизу что то интересное, но увы, там слишком темно. — Уже ничего. Похоже, всё в порядке. Возвращаемся, — Хан резко встал, и отряхнувшись, шагнул обратно в водоросли. — Не нравится он мне... — проворчал Оливер, с подозрением вглядываясь в пустоту. За последние несколько часов он потерял желание даже шутить, что на него не слишком то похоже. — Согласен, странноват, но какой есть. Нужно не отставать, а то заблудимся. *** Я и сам не заметил, как мимолетно поля высоких водорослей превратились в лес светящихся ламинарий, смешанных с кораллами в причудливых узорах. Выглядит это конечно, впечатляюще. Есть только одна проблема: это место — настоящий лабиринт, и ориентируется в нем только Хан. По крайней мере я на это надеюсь, ведь мы уже несколько часов ходим кругами, пока он что то ищет. — Может хоть опишешь, что надо найти? Втроем то мы быстрее справимся, — никак не отлипал от него Оливер, а Хан только игнорировал мальчишку. — Алан, скажи ему! — Оливер с надеждой посмотрел на меня. — Да, друг, это действительно странно. Ты сказал, что мы ищем тут что-то, но что именно? — я внимательно осмотрел кораллы, по форме напоминающие музыкальные ноты. — Даже если я вам объясню, вы всё равно не поймете. Это место спрятано очень и очень хорошо. Я вообще наткнулся на него случайно ещё давным давно, — парень махнул рукой, и летающий клинок устремился по песчаной тропинке вдоль кораллов, словно расследуя территорию. — А что это у тебя за меч, если не секрет? Духовное оружие? — вежливо поинтересовался я. — Это мой брат, — сухо ответил Хан, прикладывая ухо к земле. — Брат?... А что с ним... — Оливер похолодел, глядя на всё удаляющийся от нас меч. — Тихо. Кажется я что-то нашел, — Хан отошел на пару метров назад, протягивая руку вперед, будто хочет дотянуться до чего то невидимого. В месте где он совсем недавно стоял, начала образовываться песчаная, постепенно расширяющаяся воронка. Интересно. Значит, в чистилище можно использовать атрибуты? «За мной,» — скомандовал Хан, прыгая в круглую дыру, куда постепенно осыпался песок. — Идем? — неуверенно промямлил Оливер, шарахаясь от резво пролетающего мимо клинка, устремляющегося вниз. В ответ я лишь уверенно кивнул головой, прыгая в яму. *** Это место похоже на древние подземные руины. Естественно, оно полностью затоплено. Поразительно: тут стены цвета аквамарина. Такие гладкие и испещренные узорами, будто их действительно отливали из этого драгоценного камня. Опустились мы в некий коридор, и пройдя до ближайшего поворота, мигом очутились в гигантском аквамариновом зале. Он представлял из себя нечто вроде многоэтажного амфитеатра с множеством маленьких балкончиков, на одном из которых мы сейчас и стояли. «Там,» — Хан указал пальцем в центр амфитеатра, спрыгивая с балкончика. В центре амфитеатра, на некоем подобии «граненой сцены» стоял большой аквамариновый монолит, испускающий ауру странного цвета. Я с такой раньше не сталкивался; она переливается чуть ли не всеми цветами радуги. — Что это? — поинтересовался я у спутника, подходя поближе к огромному камню. Выгравированные на нем записи медленно мерцали. — Предсказание, — мрачно ответил Хан, вглядываясь в обелиск. — Ты можешь прочитать этот текст? Я впервые вижу такой язык, — обратился я к нему. — Да, тут написано что то вроде: Когда пороки высшие, вдруг силу обретут И алчность мир затмит, как солнца тень Наступит час невинной жертвы средь людей Чей облик чист, избавлен от корысти Познай печаль, всепоглощающий грехи Ведь для тебя эта душа томится в безднах Сдержать всё зло, что копится внутри Лишь чистое способно сердце — И что это значит? — я задумчиво посмотрел на Хана. Странно... Что это за эмоция на его лице? Он будто сдерживает слезы, или гнев, отводя от меня глаза. — Это что то вроде подсказки, указывающей путь, — наконец произнес он, вернув себе прежний, спокойный вид. — Путь... куда? Ты ведь что то знаешь, раз привел нас сюда? — робко вмешался Оливер. В ответ Хан лишь промолчал, отводя глаза. — Да, в самом деле. Ты ведь что то скрываешь с самого начала, верно? Разве не будет лучше мне, как узурпатору, знать правду? — я с надеждой посмотрел на парня, рассчитывая, что он действительно что то знает. Его реакция меня несколько озадачила... Он колебался, а его руки тряслись. Так мы простояли в тишине несколько минут. — Хорошо, я расскажу, раз привел вас сюда, — процедил он сквозь зубы, и на его лице отразилась гримаса боли. — Это пророчество об... — не успел он договорить фразу, как его собственный меч ударил его по голове, отчего Хан едва не упал, удивленно глядя на парящий клинок. «Валите отсюда,» — прогремел голос в пустоте, и я ощутил, как аура меча стремительно увеличивается, накрывая нас с головой. Её цвет: черный, прямо как у Люция. Что это вообще за сила?! Она подавляет меня подобно ауре грехов, а может даже сильнее. «Нет, это неправ..» — попытался воспротивиться Хан, но слова застряли у него в горле, будто кто то заткнул ему рот невидимым кляпом. «Повторю ещё раз: валите. Я не позволю никому обижать моего брата,» — прогремел клинок, и вместе с тем ткань на его рукояти начала медленно распускаться. В этот момент, во взгляде Хана я прочитал нечто вроде ужаса. Такую эмоцию сложно перепутать с чем то другим. — Не знаю, что мы вам сделали, но хорошо, мы уйдем. У меня нет ни малейшего желания убивать людей, даже когда они относятся ко мне так, — холодно произнес я, глядя на клинок. Не думаю, что у меня есть причина нападать на этих двоих. По крайней мере, они показали мне пророчество. С остальным мы справимся сами. «Пошли. Только время зря потратили,» — махнул я Оливеру рукой, одним прыжком возвращаясь на верхний балкон. Обернувшись, я последний раз посмотрел на Хана, и наши взгляды встретились. Почему он выглядит таким... виноватым? Неужто правда о пророчестве для него так тяжела? С силой его меча, они могли бы наверное и самостоятельно победить грех, так что же не так? Всё же, напоследок, я мрачно улыбнулся ему. Почему то мне кажется, что он не такой уж плохой парень. *** — Олли, ты запомнил пророчество? — поинтересовался я у изрядно загрустившего, седого паренька, перебирающего в руках ракушки. Последние несколько часов мы искали путь обратно к храму, и за всё это время он не сказал ни слова. — Да... Всё до единой буквы, — тихо произнес парень. — И что думаешь? Там явно упоминалась «Алчность» в контексте греха. Думаю, она следующая. А вот с остальной частью стиха не очень понятно. — Давай остановимся, — обратился ко мне Оливер, с совсем уж невеселым выражением лица. Его седая челка скрывала от меня левый глаз. — Э, конечно, давай, — я сел на большой камень в окружении медленно колышущихся ламинарий, что поднимались до небес. Всё таки, это место прекрасно. — Знаешь Алан, я думаю об этом пророчестве и о Хане с того момента, как мы покинули руины. Ты ведь заметил, как он смотрел на этот обелиск? — Оливер бесцельно водил палочкой по песку. — Ага, в какой то момент мне даже почудилось, будто он сейчас начнет его крушить. — Вот и я о том же. Мне кажется, в этом пророчестве как то замешан он сам, — парень серьезно посмотрел мне в глаза. — Хм. Ну в этом есть некоторый смысл, если вспомнить его реакцию... Вот только, каким образом он может быть к этому причастен? — Меч. Я думаю, пророчество что то сделало с его братом, от чего тот и превратился в меч. — Хочешь сказать, что ключом к храму является его меч? — удивленно всплеснул я руками. Эта теория на самом деле имела полное право на жизнь. — Да. В пророчестве ведь говорится о какой то «жертве». К тому же, меч сам помешал ему рассказать нам правду. — Мне кажется, он помешал нам скорее из за того, что его брату было тяжело говорить об этом. Так мне показалось. — Может быть я и правда надумываю лишнего... — печально заметил Оливер, — но ты видел ауру этого клинка? Мне кажется, он по силе превосходит даже чревоугодие. — Я это тоже заметил. Может быть, в него заключили силу алчности, или что то вроде того? Когда я только попал в чистилище, то грехи обычно были связаны с какими то людьми, и их личной историей. Пожалуй, чревоугодие было единственным исключением. — Значит, нам придется искать его снова. Ты ведь сможешь победить? — Оливер тревожно посмотрел мне в глаза. — Не знаю. Честно говоря, не уверен. Мне бы придумать нормальных заклинаний, а то никакие образы в голову не лезут... — Я мог бы подсказать парочку, — произнес парень с печальной улыбкой, будто пытался меня воодушевить. *Мммм* — раздался тяжелый гул где то вдалеке, подобно сигналу танкера. — Постой, что это за аура? — вскочил я на ноги, четко ощущая бурю негативной энергии с той стороны, где мы были несколько часов назад. — Может быть это... Хан? — задумчиво произнес Оливер, и наши взгляды встретились. Мы должны поспешить. ---------- Башня греха: Переломный момент 1%. Я стремительно несусь сквозь ламинарии к источнику бушующей энергии. Для моих магических чувств эта аура, сродне гигантской кляксе на белом листе пространства. Позади бежит Оливер. Он обеспокоен судьбой нашего знакомого, и не то чтобы я не разделял его чувств. Несколько мгновений, и я едва успеваю затормозить перед обрывом в бездну, расставляя руки в стороны. Оливер врезается в меня, и мы оба замираем на краю. *МММ* — слышится гул откуда то снизу. Лишь миг, и нас накрывает гигантской тенью, стремительно вырывающегося из морской бездны монументального существа. От его движений поднимается буря, что вздымает мои седые волосы, не позволяя скрыть ошеломленного удивления во взгляде. Тем временем, тело существа всё продолжает извиваясь тянуться из бездны. Какова его длина? Километр? Два? — Алан, это... — мой спутник растерянно тыкал дрожащей рукой в пустоту. Отдалившись от нас на несколько десятков метров, гигантский змей завис над пропастью, глядя на нас глазами, переливающимися цветом аквамарина. Если бы мне нужно было описать это существо... Я бы назвал его левиафаном, или гигантским угрем. Тысячи острых как шпили шипов шли вдоль его змеевидного тела, венчаясь огромным рогом на продолговатой голове. На изрядно потрепанной чешуе я мог заметить кровоточащие участки, пульсирующие фиолетовой аурой. Однако, больше всего пугало другое: меж глаз левиафана безжизненно опустившись торчало тело девушки. Вся концентрация негативной ауры стягивалась именно к ней, как к магниту. Стоя друг напротив друга, мы замерли. Сейчас я точно знаю, что не смогу победить это существо. В длину оно достигает нескольких сотен метров, и его аура подавляет меня настолько, что я с трудом могу двигаться. Если эта тварь нападет на нас... тогда всё пропало. «ШШШ» — словно назло прошипел змей, открывая гигантскую пасть, и устремляя на нас негативную энергию, чуть ли не прижимающую к земле. Я едва успел закрыть Оливера телом, приняв на себя большую часть негативной ауры. Чувствую, совсем скоро змей нападает. — Неужели.. это.. Хан.. — с трудом произнес Оливер. — Парень, уходи отсюда немедленно, — скомандовал я попутчику. — Я.. не хочу.. быть.. бесполезным... — процедил мальчишка сквозь боль. — Ты ничем мне не поможешь. Против этой твари даже я бессилен. — И..что..ты.. будешь... делать? — отчаянно произнес Оливер, поворачивая к лесу ламинарий. — У меня есть одна идея. Если она не сработает, то мы оба трупы. А теперь беги. Попытайся найти тот храм, и жди меня рядом с ним. Если я выживу, то мы ещё встретимся. — Ладно, но это последний раз, когда я сбегаю, — сквозь слезы прокричал Оливер, скрываясь в ламинариях. Да, я могу понять его чувство бессилия. Оно мне знакомо. «ШШШ» — ещё громче прошипело существо, прорываясь мне в голову потоком ауры. «Нет, мой разум тебе не получить. Его охраняет образ поярче твоего тусклого аквамарина,» — прорычал я сквозь зубы, представляя в голове любимую девушку. Кажется, что за время моих скитаний по чистилищу, я придумал наши отношения, и развил их до самого пика, воспринимая Луну как жену. Вот будет забавно, когда она даже не узнает меня. «ШШШШШШ» — поняв, что подчинить моё сознание не выйдет, существо взревело извиваясь всем телом, и рвануло в атаку. У меня есть только пара секунд ,чтобы среагировать, но под этой «водой» и давлением столь сильной ауры, я едва ли могу использовать магию. «Эй, меч, ты тут?» — обратился я к своему клинку. «Ага. Вижу, тебя прижали к стенке?» — прозвучал в голове злорадный голос подростка. «Не время издеваться. Я хочу пройти беатификацию, или как ты там её называешь.» «Что, прямо сейчас?» — воодушевленно воскликнул меч. «Да, прямо сейчас. А что то не так?» «Всё в порядке. Только учти, что даже я не знаю, каким будет эффект. Начать процесс беатификации?» — произнес клинок привычным тоном. «Начать,» — скомандовал я в голове. «Слияние. Высвобождение 1%. Грех — гордость. Дамоклов меч». Бурный поток энергии тут же ударил в центр моей души. Странное чувство... Этот поток будто идет из меня же, но его источник невидим и неосязаем для моего сознания. В глазах темнеет... Последнее что я вижу, это разверзнутую пасть летящего на меня змея. Наконец, звуки замолкают, и темнота накрывает меня с головой. В темном, столь знакомом мне пространстве, я вижу постепенно возникающий образ собственного клинка, подвешенного над пустотой. Я медленно иду к нему, покуда руки возникающие из тьмы подобно ликорисам, пытаются схватить меня, окрашивая всё в красные тона. Подойдя к клинку, я берусь за его рукоять. Руку нестерпимо жжет, и желание отдернуть пальцы всё сильнее с каждым мгновением. Древние знания проникают в голову. Я вижу образы людей, что некогда назывались «новым поколением». Крупицы знаний Эдвина сливаются с моим разумом. Внезапно, боль пропадает. Открыв глаза, я вижу всё ту же летящую на меня пасть. Мои седые волосы безумно колышутся под воздействием собственной ауры, и на кисти едва заметно проступают белые, мерцающие символы. Глиф на руке нестерпимо жжет. Выхватив клинок из пустоты, я совершаю выверенный выпад в сторону морды гигантской твари. Мой меч в это же мгновение увеличивается в размерах, расширяясь и достигая сотни метров в длину, пронзая пасть гигантского змея. Наступает тишина. В месте где я рассек голову существа, формируется нечто вроде светящегося кристалла. Медленно «выплывая» из обмякшего тела девушки, он опускается перед моими ногами. «Смог атаковать? Ты молодец,» — звучит голос клинка у меня в голове, после чего меч мгновенно исчезает, и я обессиленно падаю на колени. К сожалению, этого не хватило. Змей все еще жив, несмотря на рассеченную надвое голову. Теперь же, тело девушки венчающее лик чудовища, постепенно собирается воедино. Вместе с тем я вижу, как она оживает, поднимая руки. В ее красных глаза пылает ненависть, и даже так, она невероятно красива. Ее светлые волосы колышет буря энергии, и обнаженная грудь агрессивно вздымается. Издав крик подобно сирене, она вновь идет в атаку. «Что я могу?» — проносится вопрос в голове, не находя ответа. «Начать беатификацию,» — отчаянно выкрикиваю я, но клинок не слушает. Он будто спит... «Прости Лу, но кажется на этот раз, я действительно подвёл тебя.» Лицо змея стремительно приближается ко мне, и едва оно достигает края обрыва, как рядом со мной начинает звучать звучать странный, «песочный» шелест. «Любимая, тебе нужно немного отдохнуть,» — слышу я печальный голос от фигуры возникшего рядом со мной Хана. Он выставляет руку вперед, и со дна бездны потоками поднимаются тонны песка, обвивающие левиафана подобно лианам, погружающим существо вглубь темноты. «АААГХ» — издает пронзительный визг девушка. В этот момент я замечаю во взгляде Хана удивление, сменяющееся беспомощной яростью. «Что ты наделал?» — отчаянно кричит он мне, и змей вырывается из оков песка, вновь устремляясь к нам. Только он достигает края бездны, как я ощущаю под землей толчки. «НЕТ!» — отчаянно кричит Хан, и из глубины скалы вырывается гигантский песчаный червь, вдвое больше левиафана, хватающий бьющегося в конвульсиях змея, увлекая его в темноту. «Давно нужно было покончить с ней. Я больше не позволю терзать ей твою душу!» — раздается громогласный голос брата Хана. «Остановись!» — кричит парень, прыгая в бездну. Потоки песка несут его прямо в темноту, где уже скрылись тела гигантских существ. Напоследок, он лишь бросает мне холодный взгляд через плечо. «Спасибо», — звучит его голос у меня в голове, и фигура скрывается в пустоте. Я же, лишь пораженно смотрю в бездну, не находя сил даже осмыслить произошедшее. Мои кулаки яростно сжимаются; кто то опять спас меня... С каждым мгновением, я всё больше начинаю ненавидеть это чувство собственной беспомощности, на пределе возможностей. *** «Слишком быстро. События развиваются слишком быстро, с того момента, как я попал в чистилище,» — я посмотрел на свои израненные, мозолистые ладони. Мою левую руку едва не оторвало во время той атаки, «Дамокловым мечом». Кажется, тело ещё не готово к подобному. Мне опять нужна пауза. Все эти бесконечно меняющиеся этажи и души. Складывается ощущение, будто создатели этого места хотели показать узурпатору всё, что вообще могло создать человечество. Одним сумбурным экспресс-курсом показать мне всю человеческую природу, и все стороны моей собственной личности. Уж не знаю, получилось ли у них, но в итоге это очень утомляет разум. *Дзынь* — прозвенел кристалл, лежащий передо мной. Его аквамариновый блеск завораживает, отводя от плохих и тяжелых мыслей. Его аура та же, что и у обелиска в руинах, а внутри я вижу ключ. Как долго я уже смотрю на него? В этом месте кажется, даже нет понятия времени. Интересно, чем сейчас занимается Луна и другие ребята, в реальном мире? Одиннадцатый отряд наверняка будет преследовать коалиция. Хоть мне и объясняли, что после воскрешения они станут уже «другими людьми», смогут ли они при этом действительно нормально жить? Но вообще, исходя из того что я слышал, и видел... Думаю, коалиции уже нет до них дела. Всё таки в системе Доарда они все, лишь легко заменяемые винтики, не способные помешать его великим планам. Это даже дает мне некую надежду, на их счастливое будущее. Хах, невероятно. На самом деле я совсем не понимаю, чего добивается этот старик. У него уже есть власть, так зачем он плодит новое безумие? Или может, Доард в этой системе не главный? Такие мысли уже посещали меня, когда я последний раз сталкивался с белым мечником. Кажется, даже внутри макогратичной империи Доарда ведется двойная игра. Сколько же врагов я себе нажил? А ведь я не могу победить даже гигантскую морскую змею. Не понимаю, где найти ещё силы. Наверное, я должен использовать всё, что только смогу. Если выберусь из чистилища — обязательно сделаю себе нормальное снаряжение, и изучу зачарование. Ещё нужно обучиться куче заклинаний, и желательно расширить лимиты. В чём толк от моей мультимагии, когда я банально не знаю заклинаний? До этого момента я даже толком не сталкивался с нормальными магами, проведя в Тидасе совсем немного времени. Там все используют готовые заклинания лишь корректируя их. Всё таки, наивно было полагать, что получится представлять в голове каждый спелл, и он как по волшебству, будет возникать в воздухе. Если бы это было так просто, то всякого рода гениальные маги не создавали бы себе целые манускрипты, с длинными ассоциативными цепочками слов. За то, у меня хотя бы есть оружие. «Эй, меч, ты тут?» — обратился я к клинку. «Уже да,» — ответил мне чуть повзрослевший голос подростка лет семнадцати. «Могу я теперь дать тебе имя?» «Нет,» — наотрез отказался меч. «Эх, ладно. Может теперь хоть посвятишь меня в детали этой беатификации? Это было... эффектно.» «Тут нечего толком обсуждать. Я уже сказал тебе всё самое важное ранее.» «А что ещё за 1%?» «Это то, сколько силы грехов ты поглотил. Кстати, она все еще усваивается внутри тебя. Душе не так то просто принять в себя столько маны.» «Ага, уж я то в этом что то понимаю,» — промелькнула ироничная мысль у меня в голове. «Слушай, а этот дамоклов меч... Я теперь всегда могу его использовать?» «Нет, только в режиме беатификации,» — мрачно ответил клинок, будто и сам был не рад такому раскладу. «И сколько этот режим может работать?» «Пока не исчерпаешь лимит. Учти, что расходы маны на любые действия в этом режиме увеличиваются в сотни раз. Это потому что любое действие в таком состоянии, совершается на грани твоих возможностей». «Хм, нужно будет попробовать использовать магию, когда он включен.» «Ага, только огонь не призывай. Сожжешь себя в мгновение,» — усмехнулся клинок, замолкая. Вот оно что. Тогда понятно, почему один удар этим огромным мечом потратил всю мою ману. Интересно, как поведет себя магия смерти в таком режиме. *бульк* — я посмотрел на медленно проплывающую мимо медузу, пытаясь отвлечься от собственных мыслей. Всё таки, один конфликт всё ещё безумно гложил меня: что считать своей заслуженной силой, а что подачкой свыше? На войне все средства хороши, и всё же, чужая помощь подрывает мою самооценку. Нужно стать сильнее прямо сейчас, своими силами. Кое как приняв позу лотоса, я высвободил ману, начав циклично усилять тело и высвобождать ауру, а после впитывать ману обратно. Нет времени отдыхать; нужно стать еще сильнее, и подготовить тело к полученной мане. Если на 1% я не могу ударить больше 1го раза, то на 5% наверное вообще самоуничтожусь. С этим нужно что то делать. Надеюсь, Олли там подождет немного. ---------- Башня греха: Затишье. Трудно развиваться даже не понимая, сколько у тебя маны. Нужно было выучить заклинание определения, пока я еще был в Тидасе. По идее оно не такое уж и секретное, раз его теперь используют все продвинутые маги. Как я мог упустить из вида нечто настолько важное? И в воспоминаниях одиннадцатого отряда оно тоже особо не фигурирует, но это не удивительно: заклинание определения уровня магии начали массово использовать только в этом году. До этого, видимо, оно тестировалось или что то в этом роде. Я как раз прибыл в Тидас, когда их магическая академия поменяла условия приема, в связи с получением разрешения, на массовое использование этого заклинания. Теперь они принимают исходя из конкретных значений силы маны, измеряемых в «ранках». Если не ошибаюсь, для людей возрастом старше 20 лет, требуется минимум 500 ранков и 200 золотых на поступление. Хотя всё в том же объявлении было написано, что в зависимости от силы поступающего, условия могут меняться. В целом, это логичное решение. Если человек сильный, но у него нет денег, коалиция всё равно попытается принять его в академию, и перевоспитать под себя. Тем более что судя по многочисленным слухам, людей там любят ломать морально. «Игний» — моё тело вспыхнуло пламенем, не прекращая регенерировать. Боль помогает бороться с яростью, и медленно но верно, лимиты растут. Как же Доард раздражает... И всё же, видимо вернусь я немного в другой мир, где каждый будет помешан на цифре своей силы. Может даже получится поступить в одну из академий? Правда это будет немного странно: учиться у тех, кого собираешься свергнуть. К тому же, я хотел найти тело Нито; это тоже потребует некоторого времени. А ещё нужно обзавестись домом, и поговорить со всеми ребятами из одиннадцатого. А ещё нужно найти Эви и Рокудо, и я обещал Рондо Луперкалю, что заберу его через год... «ААА! Куда мне столько дел?! Я вообще то рассчитываю спокойно пожить после возвращения!» — я закричал на всю округу, хватаясь за голову, и пламя вспыхнуло сплошным столбом. Ого... Вот это силища. Интересно, это я уже «обработал» 1%, или ещё нет? Ну ка, что если... «Беатификация,» — произнес я в голове, и мгновенно пожалел. Пламя распространилось гигантским столбом на несколько сотен метров, испепеляя всё живое, и меня вместе с ним. «Как её выключить?!» — в панике метался я, пока мана окончательно не иссякла. «И вот этот человек собрался строить империю для людей... Да ты чуть себя не сжег, хотя меч предупреждал,» — проворчал я себе под нос, с трудом садясь рядом с краем бездны, и разглядывая обугленные мышцы на руках. Постойте, а как вообще огонь может обжигать под водой? Кажись, опять чудеса чистилища. Глядя на свое тело, перестаю удивляться таким вещам. Складывается впечатление, что обладая достаточным количеством маны, можно вообще забыть о мелочах вроде потери руки или ноги. На самом деле, это не до конца правда. Большинство людей не может регенерировать конечности, и от чего это зависит, не знает вообще никто. Впрочем, я за свою жизнь встречал уже парочку тех, кто мог. Вот я как раз в их числе. «Хммм...» — я задумчиво вгляделся в пустоту, где некоторое время назад скрылись два гигантских тела, а потом перевел взгляд на обугленный кристалл, лежащий рядом. К счастью, он не сильно пострадал. Интересно, они выжили? Я не чувствую с той стороны никакой энергии, как не пытался. И та девушка... Хан назвал её «любимой». Значит, в пророчестве всё таки говорилось о ней, а не о его брате. Помнится мне, он называл себя «песчаным червем». Связано ли это как то с «особенностью» его меча, превращаться в гигантское, мерзкое существо? А ещё его одежда... Многое указывает на то, что этот парень попал сюда из пустыни. В принципе, почему нет? Это всё таки иное измерение. Ладно, завязываю с рассуждениями. Восстановлю ману и пойду искать храм. Олли там наверное совсем уже распереживался. *** Чувствую себя лучше, чем когда либо. Этот мой плащ, подаренный стариком из блайт-тауна просто невероятен. В него можно закутаться как в шарф, чем я постоянно и занимаюсь. Ещё он восстанавливается после повреждений, как живой. В прошлый раз я почти полностью его сжёг, а он регенерировал. Других свойств я у него не обнаружил, но это и не так важно. Вот что действительно важно: где я, черт возьми, нахожусь? Уже несколько часов брожу по лесу ламинарий, «сканируя» окружение магическими чувствами, в надежде уловить Оливера, и вокруг вообще ничего. *** Это заняло несколько дней, но в итоге всё таки посчастливилось выйти в самую первую деревушку, где мы встретили Хана. Место это оказалось не так далеко от «края бездны», но из за леса ламинарий к нему сложно найти путь. Повторно осмотрев деревню, я не нашел ничего интересного. Большинство домов изнутри занесло песком, и копаться в нём у меня не было желания. Вернувшись к дороге, через несколько минут я уже стоял перед вратами храма, или вернее будет сказать: «подводной мечети». Странно, в прошлый раз мне показалось, что идти сюда дольше. Да, кстати, чем то это здание напоминает мне знаменитый Тадж-Махал. Разве что статуи немного портят впечатление. Без них было бы спокойнее. «И где Оливер?» — едва промелькнула мысль у меня в голове, как я ощутил ауру сверху. «Посторонись!» — услышал я знакомый крик, и прямо передо мной с грохотом приземлился светловолосый парнишка, оставив на каменной плитке перед вратами трещину. На его голубоглазом лице играла самодовольная улыбка. — Хах, смотрю, ты рад меня видеть. Аж с крыши упал, — я ухмыльнулся. — Что то ты долго, старик! Я тут уже начал помирать от скуки, — саркастично заметил Олли. — И что, ты совсем не удивлен моему возвращению? — Неа. Я знал что с тобой всё в порядке, потому что следил. А ты не удивлен, что теперь я могу вот так? — Оливер поднял в мою сторону руку, и перед ним появился осязаемый синий барьер, покрытый мелкой рябью. Его самодовольное выражение лица, и то что он следил за мной, но не показал путь, начинало раздражать. — Знаешь, Олли, пива у меня с собой нет, но могу показать и так, — повернувшись к лесу ламинарий и выхватив из пустоты меч, я мгновенно перешел в «режим святого», как я его себе окрестил. «Дамоклов меч,» — промелькнуло в голове, и со злобной улыбкой взмахнув клинком, что тут же увеличился, я срубил огромную часть леса, едва не достав до крепостной стены города; теперь она отлично проглядывалась через редкие ламинарии, пережившие атаку. — Ну как? — с самодовольным видом я отозвал меч. Оливер стоял широко открыв рот, закрываясь барьером. — Мне больше понравилось, как у тебя волосы в этот момент развивались. Похоже на пучок змей, — внезапно рассмеялся парень. — Правда? Посмотрю как нибудь на себя в зеркало. Пойдем, присядем. Нужно многое обсудить, — я показал ему кристалл, направляясь к только что появившемуся полю. *** — А костер под водой, это вообще нормально? — растерянно произнес Оливер, глядя на кучу медленно сгорающих ламинарий. — Я и сам не понимаю, как у них тут всё устроено. Ты мне лучше расскажи, что это был за барьер? — повествуя Олли о своей «победе», я то и дело замечал, как он невольно призывает барьер в самых острых моментах истории. — Мой атрибут, — парень с печальной улыбкой посмотрел на пробивающийся сквозь «потолок» свет, — я многое вспомнил из своего прошлого, и атрибут тоже. Кажется, ко мне всё возвращается после снятия проклятья. — Вот как? Это отличная новость. А что насчет его атакующих свойств? — поинтересовался я. — Могу использовать барьер как оружие, если понадобится. Могу даже стрелять барьерами, но это требует много маны. Лимиты у меня скромные, — парень добродушно улыбнулся. — Ничего страшного, со временем научишься и не такому. Вспомнил что нибудь важное? — осторожно спросил я, стараясь не быть слишком уж наглым в вопросах. — Ага. Детство вспомнил, и друзей. Оказывается, добрая половина моей деревни живёт в блайттауне. Они похоже и не подозревают, что мы с ними рука об руку жили в реальности, — мрачно произнес парень. — Печальная ситуация. Хотя, глядя на тебя сейчас, появляется надежда и на их духовное выздоровление. Даже захотелось вернуться туда, и посмотреть на этаж ещё раз. — Жалко, полностью обращенным уже не поможешь. Среди них как оказалось, были и мои родители, — печально произнес Оливер, подкидывая ламинарию в костер. — Так значит и они... Слушай, а как ты умер? — вдруг выпалил я, тут же осознав всю жестокость этого вопроса, — ой, в смысле... — Всё в порядке, я могу об этом говорить. Умер я, на войне, как и мои родители, — парень серьезно посмотрел мне в глаза. — На войне... с кем? — С людьми. Я хотел рассказать тебе сразу как вспомнил, но не решился. В общем, я не знаю, помнят ли об этом люди современности, но между кланами Осма и Хокма в середине 6 века вспыхнула война. Тогда это называли «распадом». — Ого, и каковы причины конфликта? — я удивленно всплеснул руками. Слова Оливера немного прояснили картину мироздания у меня в голове. — Этого никто так и не узнал, — мрачно заметил Оливер, — между двумя этими кланами и так всегда было напряжение, но главы старались сдерживать его. А потом, Хокма вдруг прилюдно объявил Осму предателем на всю Наэрию. Он не выдвигал никаких доказательств, и просто начал войну. — И за кого воевал ты и твоя семья? — Мы жили на нейтральной территории между землями двух этих кланов. Потому, когда Хокма пришли первыми — у нас не было другого выбора, кроме как сражаться за них. — Да уж... — повисла давящая пауза. — Давай не будем совсем уж о грустном. Мне вот скорее интересно: а чем эти кланы между собой отличались? — я постарался немного перевести тему. — Ммм... Ну как у них там всё внутри обстоит, я не особо знаю. Главное, о чем слышал каждый, это их визуальное отличие: у магов из Хокмы при использовании маны на теле проступают белые символы. У магов из Осмы таких символов обычно нет, да и они всегда полагались скорее на физическую силу. — Символы... такие? — я активировал святого, и на моих руках проступили едва заметные, постоянно движущиеся белые символы. — Это... — Оливер смотрел на меня с ужасом несколько секунд, а потом будто опомнившись, виновато отвел взгляд. — Да, такие... — Интересно. Ладно, давай не будем больше поднимать эту тему. Что было в прошлом — остается в прошлом. Пошли лучше, потренируемся, — я протянул парню руку, на которой все еще цепочками двигались едва заметные символы, будто на бегущих строках новостей. — Угу, — немного колеблясь, он всё же поднялся взяв меня за руку. Кажется, ему тяжко от вида этих символов. — Отлично, тогда даю нам неделю на подготовку и расширение лимитов. Судя по всему, бой предстоит сложный. Сейчас я могу использовать «Дамоклов меч» не дольше двух секунд, и это уже для меня хороший результат. Только вот... — я запнулся, осознавая, что две секунды, — это вся мана, что у меня есть. После такой атаки я буду полностью бесполезен на ближайшую пару часов. — Кхм, в общем, идем тренироваться, — подытожил я, топчась по костру. ---------- Башня греха: Осколки прошлого. «4322... 4323... 4324...» — вдруг мои руки подкашиваются, и я едва успеваю упасть на спину. Ох, тяжело. Последние несколько дней я делал вертикальные отжимания, попутно растрачивая ману. Через несколько часов мы наконец спускаемся в храм, и теперь я могу взмахнуть «Дамокловым мечом» 4 раза. Получается, что за неделю я расширил лимиты в два раза. Ещё я выяснил, что для полной регенерации лимита от «0» мне требуется 3 часа бездействия. Олли тоже справляется неплохо. Он например, научился ставить барьеры как ступеньки, и последние несколько дней пытается добраться до поверхности воды. Впрочем, судя по его же словам: «чем выше поднимаюсь, тем дальше поверхность,» выбраться отсюда через верх нельзя. «Фух,» — накинув плащ, я вытер лицо рукавом, и сел на ступеньки крыльца храма. «ААА,» — послышался крик откуда то сверху, и через несколько секунд в песок передо мной воткнулся Оливер. — Живой? — обратился я к парню, вытягивая его за шиворот из песка летающей каменной рукой, которую я научился создавать недавно. Очень удобно, когда например нужно взять что то, но вставать лень. — А ну отпусти! Я еще не закончил! — начал барахтаться Оливер, вися в воздухе. — Ну всё, успокойся. Совсем скоро мы пойдем туда, — я указал большим пальцем себе за спину, отзывая каменную руку. — Точно, я чуть не забыл об этом, — Оливер растерянно засмеялся, и отряхивая зеленый плащ, сел на ступеньку ниже. Тишина. Даже слишком тихо... — Алан. Мы ведь справимся? — Олли выглядел малость встревоженным. — Хах, как будто у нас есть выбор. К тому же, мне пока есть что терять. — Кто то ждет тебя снаружи? — поинтересовался парень не скрывая любопытства. — Конечно. У меня там куча друзей, и любимая девушка. Да и местные устои безымянного мира мне не нравятся. Я бы хотел поменять их, или создать новые, если получится. — Ого. Меньшего я от тебя и не ожидал, — парень улыбнулся во весь рот, — Кстати, что это за устои? Я совсем ничего не знаю о современном мире. — Хм. Как бы объяснить... — на мгновение я потерял нужные слова. — Думаю, на самом деле этот мир не лишен прекрасного, хоть я и привык воспринимать его в негативном ключе. Просто очень не люблю, когда кто то обижает слабых, — ответил я после долгой паузы. — Ты что, великий блюститель морали? — в шутку спросил Олли. — Хах... Нет. Просто я сам был на месте человека, что обладая потенциалом, сначала не мог его реализовать, а когда смог, то смысла в этом уже не видел. Да и вообще, вне зависимости от потенциала, никто не должен страдать. — Но разве это не противоестественно? Всегда ведь будут слабые и сильные, добро и зло. Всегда кто то будет страдать, — резонно заметил Оливер. — Ты прав. Но знаешь... Когда то я жил в местах, где и магия была противоестественной. В том мире люди ограничены лишь слабым телом, и интеллектом. Многое там кажется невозможным, и в целом, так оно и есть. Живя там, я никогда бы и не подумал, что магия существует. — И там сильные тоже доминируют над слабыми? — судя по впечатленному выражению лица Оливера, он сдерживал в себе тысячу вопросов. — Да, там это в порядке вещей, хоть со временем и изменяется. Но я это всё к чему... Узнав о магии, я понял, что на самом деле в некоторых мирах нет ничего невозможного. Просто люди ограничены тем что они знают, и тем, к чему привыкли. Даже наука во многом — допущение, что мы что-то знаем, но знание может обесцениться в любой момент. Сколько было в истории моего мира открытий, когда прежние знания, в которых люди уверены, полностью перечеркивались, а «безумных» ученых признавали гениями. — Значит, люди видят только то, что привыкли? Как по мне, это не очень хорошо. — Что то вроде того, но и нет особого смысла их за это винить. Если ты всю жизнь прожил рабом, то вряд ли будешь способен представить себе бытие царя. Все зависит наполовину от окружения, и наполовину от тебя. — И всё таки, природа человека неизменна, — печально возразил Оливер. — Согласен. Всегда будут завистники, предатели и лжецы. Это неизменно для любого мира и для любой расы. Только вот рыба гниёт с головы. В мире, где сверху тебе дают приказ убить, может сломаться даже самый честный человек. Главное, что бы ему было что терять. Потому мне и не нравится всё то, что сейчас происходит на Флегрейсе. Я видел, как не самые плохие люди, исполняют ужасные приказы, ведь по контексту понятно — «откажись, и завтра тебя никто не найдет». Знаешь, это даже хуже, чем прямая диктатура, ведь можно использовать более «тонкие» манипуляции. — Флегрейс, это какой то город? — поинтересовался Оливер. — Нет, новый континент. Вроде как появился в 20 веке, и туда мигом хлынули представители всех рас. Сейчас это международная территория с множеством «независимых городов», конечно же, по официальной повестке. — А на деле? — На деле там царит магократия, и управляет ей Доард и его свита. Человек, и по совместительству гениальный маг, который ненавидит и всячески притесняет людей, судя по всему не брезгуя связываться с богами. — Боги... — Оливер посмотрел в землю, будто пытался что то вспомнить. — Ты помнишь что то о богах? — Да, — парень серьезно кивнул, — я помню, что люди не могли стать богами. — Ого, серьезно? Это довольно странно, ведь сейчас среди людей точно есть боги. — Это как то было связано с природой нашего происхождения. Так мне говорила бабушка, но никогда ничего не уточняла. Да и не до этого было... Нужно ведь еще следить за огородом, — парень печально улыбнулся, витая в воспоминаниях. — Значит, вы были фермерами? Мне почему то казалось, что тогда люди жили богаче, раз уж любой умел управлять магией. Из того что я знаю, это вообще был «золотой век человечества», — задумчиво произнес я. — И правда мог любой, но этого было мало. По началу то может все люди и были равны, но со временем, самые сильные стали объединяться в кланы. В итоге вот, осталось только два клана, куда брали особенно талантливых, и делали ещё сильнее. Семьи вроде моей великими талантами не обладали. — Понятно... И ведь наверняка у них было достаточно ресурсов, чтобы развивать всех, — я сжал кулаки, и костяшки пальцев побелели. Цикличность истории раздражает. — Да ладно, мы и сами не то чтобы претендовали на место в клане. Нам главное — спокойная жизнь. Если бы не война, то так бы всё и было. — Ладно, мрачно как то всё это. Вообще, я тут подумал: а сам бы ты чего хотел в реальном мире, если получится выбраться? — обратился я к мальчишке, спрыгивая с высоких ступеней. — Я? Не знаю даже... Честно говоря, мне страшно. Я ведь жил так давно, и мир уже сто раз поменялся. Кому там нужны люди вроде меня? — печально ответил Оливер. — Ну, мне например. Да и у тебя всё только начинается, — я с улыбкой похлопал парня по плечу, поднимаясь мимо по ступеням, — знаешь, не хочу тебе ничего навязывать, но ты мог бы например, помогать мне, если не знаешь чем заняться. А там гляди, и свои идеи появятся. Всё лучше, чем сидеть тут, в богом забытом месте. Уж я бы тебя в обиду не дал. — Угу, — парень воодушевленно кивнул головой, вскакивая на ноги. — Пойдем, нас ждут внутри, — махнул я ему рукой, поворачиваясь к большим гравированным дверям. ---------- Башня греха: Точка невозврата. «Будь что будет,» — я сжал в руке кристалл и он лопнул. Теперь на моей ладони среди разноцветных осколков лежал ключ. Подойдя к большим дверям, я вставил ключ в скважину. «Почему ничего не происходит?» — едва я успел подумать об этом, как и ключ, и дверь, буквально исчезли. Перед нами предстал длинный, роскошный коридор, уходящий вдаль. Прямо на месте двери я мог разглядеть едва заметную рябь, будто храм и поверхность разделялись невидимой стеной. Шагнув внутрь, я с удивлением отметил, что воды тут уже не было. И опять это чувство, как будто я зашел в портал. Внезапно, кольцо подаренное Иовом, что я всё время носил на пальце, начало мерцать синим светом. От него исходила мощная аура, явно сдерживающая большое количество маны. Жаль, что извлечь я её никак не могу. — Э, кажется проход исчез... — растерянно произнес Оливер, оглядываясь на ровную стену позади. — Значит мы на правильном пути. Ты только посмотри на эти статуи: Нас встречала гигантская восковая фигура: некий парящий в воздухе человек закутанный в мантию, чьё лицо скрыто капюшоном, протягивал руки двум преклонившим колено мужчинам. Чем то напоминает фреску «Сотворение Адама» из моей прошлой жизни. Прямо под восковой статуей, на подставке из черного мрамора табличка: «0г. Эры людей. Пришедшие извне в поисках дома, в стремлении обрести мир. Правило человечества.» Так значит, правило человечества — человек? Хотя не думаю, что такое возможно. Сила любого правила по идее находятся далеко за мыслимыми пределами. Скорее уж, эта фреска изображает нечто вроде... создания правилом людей, прямо как было с богом в христианстве. И что значит «Пришедшие извне?». Я уже слышал ранее, что люди в этом мире — чужаки," но не придавал этому буквального значения. Если правило создало их тут, то как они тогда пришли извне? — Смотри, тут ещё скульптуры, — Оливер указал на два стройных ряда больших восковых фигур, расположенных на каменных пьедесталах по обе стороны галереи. Стены в этом месте сложены из чего то вроде черного аквамарина, или мрамора. По центру галереи через равномерные промежутки расположены колонны, удерживающие многометровый потолок. — Слушай, тебе не кажется, что этот коридор самую малость длиннее, чем храм снаружи? — поинтересовался я у товарища. — Ага, но мы ведь в чистилище. Погляди лучше сюда, — парень подбежал к восковой скульптуре женщины в роскошном платье, что держала на руках грудного ребенка. — Тут надпись: «Амелия. Первая мать. 10г. эры людей» — Интересно. Это место — что то вроде музея? — присмотревшись я понял, что скульптуры по обе стороны галереи одинаковые, будто отражаются в зеркале. Исключением была лишь центральная скульптура, и аналогов ей я больше не видел. — Давай пройдемся что ли, посмотрим, — я с любопытством начал вгрызаться взглядом в металлические таблички. Мало того что каждая скульптура в полный рост, так я ещё и всегда обожал историю... Судя по порядку скульптур и датам, это некая история. «1 год — поселение «Маэв» — на скульптуре изображены двое мужчин. В голове я разделил их на первого и второго. У первого волосы спадают до уровня скул, и взгляд его спокоен. Второй же явно изображён более агрессивным, с длинными волосами достающими до поясницы. Он голыми руками крушит дерево, в то время как первый строит из этого дерева жилища наподобие шалашей. «3 год — первая охота» — всё те же мужчины, облачившись в шкуры, голыми руками сражаются с гигантской тварью, напоминающей виверну. «10 год — первые женщины» — скульптуры трех смеющихся, обнаженных женщин. Судя по позе, они идут куда то взявшись за руки. «10 год — смешение миров» — на скульптуре изображен первый мужчина, преклонивший колено перед испуганной женщиной, спрятавшейся за деревом. «11 год — первый сын» — изображена одна из трёх прошлых женщин, прижимающая к себе новорожденного ребенка. «15 год — познание магии» — скульптура всё того же первого мужчины, поднимающего голую руку на огромного тигра. На его руке выгравированы знакомые символы. «20 год — начало нового мира» — тут, словно на семейной фотографии, собраны все прошлые фигуры вместе. Рядом с ними двое детей: девочка и мальчик. Все одеты в европейскую одежду времен, ну я бы сказал, 12 века. По крайней мере, ассоциации у меня такие. «21 год — магическая охота» — всё тот же мужчина воздев руки к небу, сдерживает существо напоминающее кракена. В воздухе над ним мерцают молнии, а под ногами бушуют волны. К слову, эти молнии ни к чему не прикреплены... «25 год — первый меч» — второй мужчина, стоя на скале, поднимает к небу клинок. Его взгляд жесток, а брови хмуро сдвинуты. «45 год — второй сын» — на этот раз второй мужчина, явно не изменившийся со своего 20ти-летнего возраста, изображён обнимающим за талию девушку. Она смотрит на него со страхом и уважением, а он кажется, даже не обращает на нее внимания. Рядом с ними стоит мальчик, потерянно глядящий в пол. «50 год — Лаван и Кхорот, разделение мира» — первый и второй мужчина стоят друг напротив друга. Первый поднимает руки, и вокруг них бушует нечто вроде огня, а второй обращает к нему свой длинный клинок, напоминающий катану. «75 год — рост миров» — на утонченной скульптуре изображено несколько человек в простой одежде, идущих через мост на фоне большого, скрупулезно исполненного города. «100 год — преемственность поколений» — на вершине скалы омываемой волнами, стоят два парня. Я уже точно видел их ранее, в своих видениях. Первый — чья кожа испещрена символами, стоит склонив голову и глядит на гранитную могилу. Второй — длинноволосый парень, сжимающий меч, с ненавистью смотрит на небо. «125 год — магическая революция» — изображен некий человек в очках и массивной робе. В одной руке он держит книгу, а во второй колбу«. «140 год — Хокма и Осма, новая эра» — скульптура двух мужчин, восседающих на двух тронах. Правый с мечом подписан как Осма, а левый как Хокма. В них я узнаю людей из собственного видения, сражающихся на вершине башни. По всей видимости они и есть потомки тех двух основателей кланов, которых я видел на скульптурах. «145 год — первые боги» — изображение Хокма, глядящего на гигантское гуманоидное существо, шагающее по волнам. Фигура мага вновь поднимает руки, а на лице впервые изображена ярость. «150 год — первая встреча» — эльф и человек передают друг другу какие то свитки. «180 год — геноцид во благо» — фигура Осмы с мечом, держащего в руках голову некоего ушастого зверо-человека. Его поза явно знаменует победу, и несколько зверо людей лежащих на земле, тянут к нему руки. «200 год — тихий раздор» — Осма и Хокма что то агрессивно обсуждают. Осма явно чем то недоволен. «240 год — мир» — изображены две скалы. На левой стоит Осма, а на правой Хокма. Между ними несколько людей возделывают поля. «250 год — пришествие посланника» — Осма и Хокма преклоняют колено перед тем самым ангелом, которого я видел в своем видении, и который разрушил деревню. «300 год — дар свыше» — порядка десяти фигур управляются с разными элементами. Кто то призывает столб огня, а кто то воссоздает элементаля« «350 год — проклятое поколение» — Осма и Хокма сражаются с двумя мужчинами, чьи тела гипертрофированы и изуродованы. У меня даже нет слов, чтобы описать их. Настолько непостижимо-ужасен их вид. «380 год — новый бог» — на этот раз Осма и Хокма выступают против зависшего в воздухе человека. Его обнажённое тело испускает лучи света, подобно нимбу, и на лице застыла гримаса безразличия. «390 год — конец первого проклятого поколения» — Осма и Хокма ведут через городскую площадь восемь, закованных в кандалы людей. «400 год — убийца богов» — в крупном городе, посреди толпы, стоит Осма. Он показывает миру гигантский клинок, чем то напоминающий моего «Убийцу богов», но куда более искусно исполненный. Позади стоит Хокма, обеспокоенно устремив взгляд к небу. Посмотрев на эту фигуру, я вдруг заметил одну странность: в отверстие «Убийцы клинков» вложен крест из черного мрамора. Такой же крест я видел в груди у ангела, как на скульптуре «пришествие посланника», так и в своих видениях. Возможно ли... что они убили этого ангела, чтобы создать меч? Или же это просто такой референс? Разглядывая фигуры, я и не заметил, как весь этот «бесконечно длинный коридор» закончится. Остановившись перед пятиметровыми двойными дверями, на которых был изображен перевернутый крест, мы с Оливером переглянулись. — Что думаешь? — обратился я к парню. — Я многое вспомнил, — печально ответил он, — эти фигуры отражают прошлое нашей расы. Кое что из этого я не знал, но в основном, это всем известная история. — Понятно. А я... мне нужно над этим подумать, но не сейчас, — толкнув дверь, я вошел внутрь. *** Нас встретил огромный зал филармонии. В конце зала виднелись гигантские врата, бесконечно уходящие ввысь. В центре же находилась последняя, самая детальная и большая инсталляция. На ней, порядка трёхсот человек выстроились в кольцо вокруг «Убийцы богов». В их числе я заметил и Хокму. Судя по табличке вбитой в пол, инсталляция называлась — «Чистилище». «Значит именно так они создали это место?» — произнес я вслух, аккуратно пробираясь меж восковых фигур к «Убийце богов», парящему в воздухе. «Интересно, что будет если...» — оказавшись вплотную к восковому клинку, я призвал своего собственного «Убийцу богов», и внезапно они начали резонировать. «О, так ты уже добрался до 98 этажа?» — прозвучал голос клинка в голове. «Какой еще 98 этаж? Мы только что были на 50» — негодующе ответил я. «Вздор. Даже я знаю, где находится эта галерея» — раздраженно ответил клинок. «Алан, что происходит?!» — прервал наш диалог крик откуда то из начала филармонии. Внезапно раздался мощный толчок, и огромные врата начали медленно открываться. Прямо из появляющейся щели безумно разило жаром, и вместе с тем, восковые фигуры таяли на глазах. Что напрягало сильнее, так это огромный портал, образующийся во вратах. — Идем? — обратился ко мне Оливер. — Идем, — без раздумий ответил я, лишь единожды оглянувшись на тающую галерею. Похоже, обратного пути нет. ---------- Начало конца. Алые словно кровь небеса. «Что за...» — выругался я в голове, вылетев из портала и падая на выжженный, серый песок. Нет, постойте... Это не песок, это пепел. «Олли, ты там живой?» — прокричал я, оглядываясь по сторонам, и отряхивая плащ. Ни Оливера, ни портала видно не было. «Где я? Где этот пацан?» — Всё покрыто дымом, и я едва могу различить силуэт позади. Это тот самый храм, в который я заходил недавно. Он разрушен, и руины пылают огнём. Постепенно дым позади рассеивается, и я вижу будто песчаные дюны, сложенные из пепла. Собравшись с силами я отворачиваюсь и делаю шаг вперед, прямо сквозь дым. Я почувствовал там что то секундой ранее. Вынырнув из дыма, я вижу следующую, ужасающую картину: на фоне башни, точь в точь как сама башня греха, но всё же меньших размеров, в свете алых небес, стоит гигантская женщина с четырьмя руками. Она одета в прозрачные одежды танцовщиц востока, и взгляд её фиолетовых глаз устремлен ко мне, покуда длинные седые волосы развеваются на ветру. Я уже видел эту женщину раньше. Это та дамочка, что приставала к Зааму в воспоминаниях Эдвина. Окружающая аура так и кричит мне: «Беги». В каждой из четырёх её рук бушует угрожающее фиолетовое пламя, а на «поле боя» по обе стороны лежит ещё два огромных, обнаженных трупа женщин. Безжизненное лицо одной из них повернуто ко мне, и в нем я узнаю предательницу Кину. «Она что, убила грех Алчности?» — едва успел подумать я, выхватывая клинок, и блокируя фиолетовый снаряд. Взрыв мигом развеивает дым, и на лице существа я вижу улыбку. «Прости Олли, но кажется, у меня сейчас нет времени тебя искать» — мысленно обратился я к парню. — Долго же ты сюда шел, малыш, — ухмыльнулась женщина, и её голос прогремел в воздухе, — посмотри на этих бедняжек, они не дождались тебя, и решили лично разобраться с моим любимым. — Разве грехи могут убивать друг друга? — я мигом вошел в режим «святого», отчего мои физические способности значительно возросли, а страх испарился, будто его и не было. — А почему нет? — с улыбкой ответила женщина, запуская в меня ещё несколько фиолетовых шаров, от которых я с лёгкостью уклонился, тут же бросившись в атаку. «Странно. Она чересчур медленная...» — поймал я себя на мысли, пробегая мимо гигантской ноги существа, и перерезая сухожилия одним мощным ударом. Сквозь прозрачную ткань её одежд я вижу раны. Кажется, эти трое тут действительно сражались насмерть. «Ах ты!» — злобно проскрипела женщина, пытаясь раздавить меня ногой, но я уже отскочил на безопасное расстояние. — У меня ещё есть силы! — угрожающе прокричало божество, поднимая четыре руки к небу, и создавая в воздухе сразу сотни шаров. «Не так быстро,» — прокричал я, активировав дамоклов меч. Три взмаха клинком, и рассеченное пополам туловище, фонтанируя кровью разлетается в разные стороны.«Победа?» — я попытался отдышаться, после того, как потратил большую часть маны в три удара. Это было... безрассудно, как и всегда. Внезапно, кровь в воздухе превращается в фиолетовый дым, и тело существа пропадает, окутав всю пустыню плотной дымкой. Закрыв глаза, я сосредотачиваюсь на окружающей ауре, в попытке выцепить богиню. Я чувствую, что она всё ещё жива, и скрывается где то в тумане. Не понимаю, как она выжила, но с такими ранами далеко ей не уйти. «Ах..» — звучит знакомый стон в моей голове. Что это за воспоминание? Дым наполняет легкие... «Алан, согрей меня,» — раздается голос Луны в сознании. Взгляд начинает меркнуть, и воспоминания накатывают волнами. Тот день, когда мы с ней занялись сексом во временной петле, не должен был существовать. Почему мне показывают это? В этом не было любви, искренности или хотя бы удовольствия. Я даже не уверен, что она помнит это, а я... Мне нужно забыть те дни. «Ах...» — яркие образы возникают перед глазами, атакуя разум. Едва оставаясь в сознании, я выпускаю из себя потоки ветра, на мгновение отталкивающие туман. Разум проясняется, и вместе с тем, дым медленно ползёт ко мне. В его очертаниях я вижу силуэт Луны... Вот она, медленно выходит ко мне, блеснув золотыми глазами. Ее серебристые волосы прикрывают обнаженную грудь, и фиолетовый туман очерчивает тело. Это точно не она, но почему тогда я чувствую себя таким счастливым? Хочется обнять... — Здравствуй, любимый, — произносит она, прикасаясь к моей щеке, и нежно заглядывая в глаза. Она даже пахнет, как Луна. — Отойди, — с трудом отвечаю я, стискивая зубы. Меч выпадает из моей руки. Я уже не могу двигаться, да и похоже, не очень то хочу. Она задела меня за живое. — Снова отвергаешь? — с шутливой обидой девушка надула щёки, — а я думала, что мы всё решили ещё там, на берегу. Те звёзды были прекрасны... — Луна мечтательно посмотрела на небо. — Ты, не она, — процедил я сквозь зубы, но моя рука уже сама тянулась к её груди. — О чём ты? — девушка взяла мою руку, положив себе на грудь, — чувствуешь? Это мое сердце, так громко стучит при виде тебя, — она невинно заглянула мне в глаза. Кажется, я сейчас сломаюсь. Эти губы манят... Все дни, я только и делал, что думал о ней. О беззаботных моментах, которые мы проведем вместе, когда всё это наконец закончится... — Что беспокоит тебя? Поделись со мной. Я утешу тебя, как раньше. Стану твоей опорой и силой. Ведь этого ты всегда желал? Не быть одиноким, — нежно произнесла девушка, и наши губы сблизились, почти соприкоснувшись. Может быть... я имею право на такое счастье? Ведь настоящая Луна может и отвергнуть меня. Пускай я спас её, — это была лишь плата за услугу, и теперь мы квиты. Пускай я дал ей свои воспоминания, но вспомнит ли она свою любовь ко мне? Вдруг, слова божества: «стану твоей опорой и силой» начали проноситься у меня в голове бесконечным циклом. Я начал вспоминать наши разговоры, и то, как Луна поддерживала меня в библиотеке. Лишь пара этих воспоминаний помогла мне ощутить всю ту фальшь, что исходила от божества. Где то в глубине души, вновь забурлила ярость, и оскорбленная гордость. — Ах ты грязная сука! — грозно взревел я, отталкивая девушку. — За что?! — Упав на пепел, она пораженно смотрела на меня, едва сдерживая слезы. — Повторю ещё раз: ты — не она, — проскрипел я, выхватывая меч из пустоты, — знаешь что? Может быть мы с Луной знакомы не так хорошо, но одно ясно точно: она поддерживала меня, в первую очередь что бы я смог раскрыть свой собственный потенциал, а не использовать её. Я уже однажды провалился с этим, и больше такой ошибки не повторю. Может она теперь и не любит меня, — не важно. Мне нужна или настоящая Луна, или не нужен никто. — Вот как... — девушка переменилась в лице, разочарованно отводя взгляд. Её образ постепенно изменялся, — что же, ты выбрал отличную спутницу жизни, — мрачно произнесла она, начав растворяться в тумане. — На этот раз ты не сбежишь, — я в мгновение очутился подле богини, пронзив её горло мечом. Это зрелище болью отразилось в моей груди, ведь она ещё не до конца превратилась обратно. — Всех, кто попытается имитировать образ Луны, ждет смерть, — прорычал я, вдавливая клинок всё глубже в шею богини. — Хорошо, я признаю поражение, — произнесла женщина, хватаясь голыми руками за лезвия меча, — я повела себя глупо и самодовольно, недооценив вас. А впрочем... ты ведь не отпустишь меня? — она вдруг отвела взгляд в сторону, убирая окровавленные руки с клинка. — Вот только... Прости малыш, но Заам размажет тебя, — мрачно произнесла она, будто и сама была этому не рада. — Бессмысленно угрожать мне. Ты проиграла, и твоего Заама тут сейчас нет, — холодно ответил я, со всей силы надавливая на клинок, — а даже если бы и был... Не думаю, что он бы помог тебе. Ты наверное не знаешь, но он планировал затащить вас сюда как и Кина. Довольно грязный поступок, не так ли? — Ты ничего не знаешь, — ответила девушка с осуждением глядя мне в глаза. — Ну так расскажи мне. Разве не за этим я здесь? — Хорошо, — девушка закрыла глаза, и под давлением меча послышался хруст её позвоночника. *Взрыв* — и весь фиолетовый дым устремляется в одну точку, затягиваясь в тело, и вместе с тем, увлекая за собой мой разум. *** И вновь, я лишь наблюдаю со стороны, пытаясь понять суть. Девочка лет семи в богатом, но грязном, белом платье, осторожно пробегает по коридорам каменного подземелья. Её фиолетовые волосы мелькают в темноте, и подобный фиалкам взгляд что то отчаянно ищет. Останавливаясь рядом с подземной развилкой, она осторожно выглядывает из за угла, и бежит дальше. Вдруг, из за очередного поворота появляется человек с мечом. Он начинает что то кричать, и девочка вытягивает руку в его сторону. Её глаза светятся, а губы беззвучно произносят слова. Всего миг, и мужчина уже проходит мимо, будто зачарованный, не обращая на нее внимания. Это было подчинение разума? На ее руках нет символов... Миновав еще несколько длинных коридоров, она останавливается перед железной дверью, замотанной цепями. В этом месте нет даже факелов, и видимо, сюда редко кто то приходит. Приложив руку к двери, она вновь использует магию. Цепи звонко падают на землю одна за другой, и наконец, дверь отворяется. Войдя внутрь, она видит в совсем крохотной каменной комнате мальчика, привязанного к стене цепями. Его тело замотано бинтами, и вокруг едва заметно теплится серая аура. Седые острые волосы, грубые черты лица... В нём я узнаю Заама. Ощутив чужое присутствие, мальчик поднимает взгляд. Его левый глаз — алый, а правый — серый. «Так это правда ты...» — шепчет девочка, прикасаясь к цепям, и выпуская ману. Гримаса боли искажает ее лицо, и на лбу проступает испарина. Наконец, барьер удерживающий Заама лопается, а вместе с ним цепи рассыпаются в прах. Парень падает прямо в объятия девочки. — Что.. что ты делаешь? — холодно спрашивает её Заам, будто разочарованный случившимся. — Спасаю тебя, дурак. Пошли отсюда, — она пытается взять его под руку, но он лишь отталкивает ее, твердо становясь на ноги. — Не помню, что бы просил тебя лезть ко мне, — мрачно говорит мальчик, отряхиваясь от пыли. — Да, я знаю... — печально улыбнувшись отвечает девочка. — Как ты нашла меня? — Долго искала... — И зачем? — парень прошел мимо девушки, и остановился в дверном проеме, даже не поворачиваясь к ней. — Ты приходил ко мне в видениях, каждый день, прежде чем я смогла выбраться из стазиса... Мы ведь с тобой похожи. — Вздор. Ты ничего обо мне не знаешь, и уж тем более тебе не стоило освобождать меня из этой клетки, — мрачно произнес Заам. — Знаю, и мне всё равно. Я не боюсь Осму, — решительно заявила девочка. — Вот как? — в голосе Заама послышалось удивление, — как твоё имя? — Я Холит. Можно мне пойти с тобой? — с надеждой спросила она. Повисла мучительная пауза. Кажется, Заам хотел повернуться к девочке лицом, но передумал. — Ты просто сумасшедшая, если решила выкрасть меня у отца. Возвращайся домой, и никогда больше сюда не приходи, если не хочешь умереть, — тихо ответил Заам, удаляясь в темноту. На удивление, Холит не плакала, оставшись в одиночестве в темной комнате. Печально улыбнувшись, она тихо нырнула вслед за мальчиком. *** Шагая по красному ковру, вдоль витражных стёкол древнего особняка, Заам смотрел на ночное небо, пробивающееся сквозь плотно растущие перед окном деревья. Людей в округе не было. — Выходи. Мне уже надоело делать вид, что тебя нет, — мрачно произнес парень, посмотрев вперед, где коридор резко поворачивал. Погодя несколько секунд, из за угла вынырнула Холит, остановившись на противоположном конце коридора. — Что застыла? Пошли. Ты ведь не собираешься от меня отлипать, — мальчик прошел мимо Холит скрываясь за поворотом, и она улыбнувшись, последовала за ним. — Ты знаешь, как отсюда выйти? — Заам разматывал бинты на руках, попутно заглядывая в пустые комнаты. Десятки богатых спален украшенных золотом мелькали в дверных проемах, будто мы попали в особняк древнего графа. — Да, это совсем рядом, — Холит указала на двойную дверь в конце коридора. — Тогда поторопимся, и покинем эти хоромы. Меня уже тошнит от здешних богатств, — раздражительно произнес Заам, хватаясь за ручку двери. Внезапно, в его глазах отразилось смятение. Позади послышались медленные, громкие шаги. «Что такое? Разве ты не собирался сбежать? Так почему колеблешься? Маленький трус,» — прозвучал холодный голос, и в начале коридора возникла фигура мужчины, чем то напоминающая Като. Его черные волосы спадали на забинтованную грудь, и в руке лезвием блестела катана. На поясе черных джинсовых штанов висели отрубленные эльфийские уши. Насупив брови, он сверлил Заама темным, погасшим взглядом. Повернувшись к мужчине лицом, мальчик застыл на месте. Его тело пробирала дрожь. «Осма» — пораженно прошептал он. — Что, неужели боишься собственного отца? Позор. Нужно было убить тебя тогда, вместе с твоей мамашей-шлюхой, — холодно произнес мечник, подойдя к парочке вплотную, и занося меч над головой. — Знал бы ты, сколько от тебя было проблем. Если бы только не твоя грязная кровь... Правило бы приняло тебя. Ещё и этот его ангел-посланник... Раздражает. Пришлось убить и его, и всё из за того, что ты родился на свет. Осознаешь масштаб трагедии? — Осма ухмыльнулся, начав опускать клинок вниз. «Не смейте так говорить про Заама!» — Холит заслонила мальчика, выкинув руку вперед. Кажется, она пыталась взять Осму под контроль. На мгновение в глазах мужчины промелькнуло удивление, но клинок это не остановило. *Взрыв* — внезапно появившееся давление, и огромная аура негативной энергии едва не сбили с ног мой духовный аватар. Это Заам, остановил клинок отца, зажав его между пальцев, прямо перед лицом у девушки. — Эй, папаша. Что ты там сказал про мою мать? — взгляд Заама наполнился жестокостью и силой, — да, в одном ты прав: лучше бы она выбрала человека из клана Хокма, а не тебя. Жаль, что ты мой отец. В противном случае, я бы обязательно попытался убить тебя. — Хах, вот как? Будет интересно посмотреть, — мечник спокойно улыбнулся. — Пошли отсюда, — взяв девушку за руку, раздраженный Заам вышел из особняка, нырнув прямо в тенистый лес. Последним что увидела Холит, обернувшись назад, был злобно ухмыляющийся Осма, стоящий в дверях черного хода особняка. «Ты ещё пожалеешь о своем выборе,» — прочла она его слова по губам, прежде чем парочка скрылась в лесах. *** — Ты и правда безумная девка. Преградить дорогу моему отцу? Да он бы стер тебя в порошок, — Заам сел на поваленное дерево, с осуждением глядя на девочку. — Я ведь говорила, что не боюсь его, — улыбнулась Холит. — Правильно. Он не заслужил, чтобы его боялись. Только презирали, — Заам пнул ногой бревно. — Может неприлично такое спрашивать но... Осма запер тебя в стазисе, потому что твоя мать из Хокмы? — обеспокоенно поинтересовалась Холит. — Да. Он обратился к правилу людей, с просьбой дать мне «особенную силу» как было с ним. Хах, разве он не знает, в чём разница между нашими кланами? В придачу к этому, он просто терпеть не может Хокму, а ведь когда то об их дружбе слагали легенды. Завистливый, старый идиот, не способный даже нормально любить, — Заам перевел взгляд на свою окровавленную руку. На ладони медленно мерцали белые символы. *тьфу* — мальчик сплюнул в сторону, сжимая пальцы в кулак, и поднимаясь с бревна. — Мне не нужна магия их клана. За сотни лет стазиса я придумал множество вещей. Эти руки могут на много больше, — прорычал Заам, ударяя дерево, отчего то переломилось пополам. — Ты чего, с ума сошел? — послышался голос из за дерева, и к ним на встречу вынырнуло двое мальчишек в простой, сельской одёжке, примерно возраста Заама. Первый, блондинчик, носил на поясе самый обычный меч. Второй, заросший бурыми волосами очкарик, прижимал к себе сумку с травами. — Вы что, новенькие? Я вас раньше тут не видел, — поинтересовался блондин, подходя в упор к Зааму, — я Эдвин, а этот недотёпа — Байл. — Заам, а она — Холит, — мрачно произнес парень, и Холит почему то покраснела. — Чего это с ней? — Эдвин растерянно указал на девочку. — Не обращай внимания. Лучше скажи мне: какой сейчас год? — А? — Эдвин с Байлом растерянно переглянулись, — ну, допустим 580. А ты, что не знаешь? — Эдвин вопросительно поднял бровь. — Знаю, просто хотел убедиться кое в чем. Пошли, — Заам взял Холит за руку, направляясь в противоположную сторону. — Уже уходите? — разочарованно произнес Эдвин. — А что, для нас есть предложение? — спросил Заам через плечо, замедляя шаг. — Не то чтобы... Просто думал, может вам помощь нужна, — Эдвин улыбнулся почесывая затылок. — Нужна, — перехватив инициативу, Холит потащила Заама обратно. — Э.. ты чего делаешь... — нехотя сопротивлялся Заам. Остановившись в метре от Эдвина, он посмотрел на нелепо улыбающегося парнишку. — Ладно, ваша взяла, — Заам закатил глаза протягивая руку, будто сдается в плен. Сбоку послышалось хихиканье Холит. — Добро пожаловать в будущий отряд «нового поколения»! — победоносно произнес Эдвин, пожимая руку Заама. Ты мне сразу понравился, надеюсь мы сработаемся! *** — Байл, ты случайно не видел нашего злыдня? — повзрослевшая Холит, лет четырнадцати, стояла на крыльце двухэтажного деревянного дома, глядя на пухлого паренька в серой магической робе. Тот читал книгу, сидя на траве в тени деревьев. — Нет... — тихо ответил Байл, словно боялся разозлить девушку. — Понятно. Опять придется его искать... — девушка спрыгнула с крыльца, удаляясь в лес. *** Сквозь пение птиц скрывающихся в тенистых кронах леса, прорывался шум водопада. Вынырнув к подгорному озеру, окруженному лесом, Холит с печалью посмотрела на стоящего под водопадом парня. Тот с закрытыми глазами раз за разом повторял один удар. — Опять тренируешься? — обратилась она к Зааму. — О, старуха, — парень алым глазом посмотрел на девушку, не прекращая ударов. — А сам то, молодой что ли? — надулась Холит. — И то верно. Как обычно, пришла мешать? — Просто беспокоилась. То что было вчера... Давай, ты больше не будешь так делать, — рука девушки вцепилась в край походного платья, и лицо помрачнело. — Буду, если она снова ко мне полезет. Кто то должен был поставить эту рыжую на место, — Заам выдохнул, и его удар сотряс воздух. — Я тебя прекрасно понимаю, но и ты пойми: она скорее всего как и мы, попадет в настоящее «новое поколение». Нам нельзя с ней враждовать. Пожалуйста, ради меня, не трогай её... — Холит с надеждой посмотрела на Заама. Их взгляд встретился. — Плевать я хотел на это поколение, — раздраженно ответил парень, — был бы другой способ попасть на Висату, я бы уже ушел. — Почему ты так холоден? Всё ведь было хорошо, — девушка ещё крепче вцепилась в край платья, с трудом сдерживая слезы. — Прости, но это тебе знать не обязательно, — равнодушно ответил парень. — Это из за отца да? — Холит отвернулась, намереваясь уйти. — Мой ответ ничего не изменит. Я ведь предупреждал тебя ещё тогда. Со мной тебя не ждёт ничего хорошего, — Заам отвернулся. — Да... до завтра, — тихо плача, девушка скрылась в лесу. *** — Снова он? — Эдвин мрачно посмотрел на тихо плачущую девочку, что сидела под деревом. — Я совсем его не понимаю... — тихо ответила Холит. — И я тоже. Но всё же сдается мне, что он не плохой парень. Это ведь только в последнее время, он стал таким нелюдимым. — Боюсь, он может сорваться на Кине... Она конечно сильная, но его не остановит, — печально произнесла Холит утирая слезы. — Да уж, Эта Кина... — Эдвин покраснел и насупил брови, отводя взгляд. — Между вами что то произошло? — удивленно спросила девушка. — Мне кажется, она хочет поссорить меня с Флорой. Сегодня утром она опять ко мне приставала, и даже повалила на пол. А потом зашла Флора и... В общем, теперь мы не разговариваем. — Вот как? Похоже на Кину. Надеюсь, у вас с Флорой всё будет в порядке. Мой тебе совет: держись от рыжей подальше. И спасибо за поддержку, — Холит благодарно посмотрела на Эдвина. Встав, она двинулась к древне виднеющейся меж деревьев. — Держаться подальше? Постараюсь... — пробубнил себе под нос парень, задумчиво вглядываясь в пол. *** «Встречайте! Перспективные новички! Церемония посвящения объявляется открытой!» — раздался крик глашатая. На площади роскошного города, сильно напоминающего мне Тидас, собрались толпы людей. Их взгляды устремились к людям, что стояли на каменной платформе в центре. Это были всё те же члены «нового поколения», как в воспоминаниях Эдвина, но года на два моложе. Среди них было двое парней, которых я до этого в воспоминаниях почти не встречал. Видимо, это грехи уныния и лени. «Командующим отряда, за особые заслуги, награждается Заам Мистрейдж» — выкрикнул мужчина в элегантных белых латах, передавая в руки Заама нечто вроде медали. «Ого, не знал что бастарды в наше время пользуются спросом!» — послышалось из толпы. «Это тот, который задушил собственную мать? Нам явно не стоит беспокоиться о будущем поколения, хаха.» — послышалось с другой стороны. Мужчина в латах хотел было что то возразить толпе, но Заам остановил его рукой. «Кто это сказал?!» — послышался раздраженный крик Холит позади Заама. «Ну давай, поднимись сюда и скажи ему это в лицо!» — никак не унималась девушка. — Холи, потише, — Заам остановил девушку, прикрыв ей рот пальцем. — Но ведь они ничего не знают! — Холит едва не плакала от злости и обиды. — Не важно. Всё равно им не хватит мозгов, чтобы что то понять, — мрачно ответил Заам, возвращаясь в строй. *** Ночь. Шатёр. — Что у них там опять случилось? — Пробубнил Заам, прижимая Холит к себе. Они вместе лежали на полу походного шатра, в окружении красных тканей. «Забудь о ней,» — послышался голос Кины из соседнего шатра. — Наверное опять ссорятся. Им бы определиться уже с чувствами... — Холит улыбнулась парню. — Хах, чувства? Это ведь не так просто, как махать кулаками, — Заам задумчиво посмотрел на свою ладонь, сжимая пальцы в кулак. — А мне кажется, что очень даже просто. Нужно только прислушиваться к сердцу, — она прижалась ухом к груди Заама, — вот ты кажется, влюблён. — Да, и от того не легче, — сурово произнес Заам, глядя на краснеющую девушку. — Холит, — обратился он к ней предельно серьезным тоном. — Что то случилось? — девушка была немного обеспокоена столь резкой сменой его настроения. — Еще нет, но я хотел бы заранее извиниться за то, что случится. Мне не стоило выживать тогда, — мужчина отрешенно посмотрел в сторону. — О чем ты говоришь? Что должно случиться? — Холит кажется, не могла или не хотела принимать этих извинений. — Мое завтрашнее желание, будет очень эгоистичным. Никому из вас оно не понравится, но другого выхода я не нашел. Разве что ты убьешь меня, — печально усмехнулся парень. — Ну ну, не надо так. Вряд ли там что то уж настолько эгоистично-ужасное. Ты всё таки сильно настрадался за жизнь, — утешала его девушка. — Если бы я только был сильнее... — впервые Холит видела, как Заам едва сдерживает слезы. — Дорогой, тебе нужен отдых. Позволь себе поблажку. — Моя главная поблажка это ты. Если бы не ты, я бы уже давно сошел с ума от ярости, — тихо произнес Заам. — Эх, ты ведь такой только со мной да? Найти бы тебе друзей... — Есть тут один чудик, но он кажется, совсем запутался. Я даже не могу поставить его на место. Так он мне теперь противен, — печально произнес Заам. — Всё ещё злишься на Эдвина за тот случай? — Холит перевела взгляд на выход из шатра. — Дело не только в этом. Он сильно изменился за последние годы, и эта Кина крутится всё ближе вокруг него. Я не узнаю в нем прошлого Эдвина. Он прогнил, — слова Заама гремели так, словно могли убить. — Никогда не поздно дать человеку второй шанс, так ведь? Мы что нибудь придумаем, — Холит обняла мощный торс парня. «Хотел бы я, чтоб у нас была возможность...» — пробубнил себе под нос Заам. Это воспоминание было последним, что мне показали. *** — Ну как, понравилось? — девушка появилась позади меня, в белой пустоте. — Получается, что он сам предупреждал тебя о будущем происшествии? Я не понимаю... Он не совсем похож на грех ярости. Скорее на... — Скорее на отчаянного, всеми брошенного мальчика, — перебила меня Холит. — Да, с отцом ему не повезло. Но всё таки, это не повод душить приёмную мать, и заключать сотни душ в чистилище. — Он её не душил, — наотрез выпалила Холит, — не знаю, кто на самом деле её убил и кто распустил слухи, но Заам не стал бы такого делать. — А ты у него спрашивала? — Конечно, но он всегда избегал этой темы. Я пыталась расследовать всё сама, но ничего так и не получилось. — Понятно... Повисла напряженная пауза. — Слушай, Алан. У меня к тебе просьба. Согласишься, и я без колебаний пойду под меч, — Холит серьезно посмотрела мне в глаза. — Я весь во внимании. Люблю, знаешь, помогать призракам перед смертью. — В общем... — Холит посмотрела мне в глаза, — мы с тобой оба знаем, что значит любить, и что значит отдалиться от любимого человека. Я прошу у тебя только одного: если победишь Заама, передай ему, что я не злюсь, и всё знаю. У нас не было возможности встретиться, с того момента, как мы попали в чистилище. Его наверное, съедает совесть, — взгляд девушки был печален, она едва не плакала. Конечно же, я не мог ей отказать. — Хорошо, я с удовольствием передам ему это. Честно говоря, теперь мне и самому интересно, зачем он всё это затеял. — Спасибо, — девушка улыбнулась, утирая слезы, и растворяясь в пустоте. Как же сильно она изменилась с нашей первой встречи. Кажется, облик греха искажает человека до неузнаваемости. Иронично... Открыв глаза, я ещё раз посмотрел на пустыню алого пепла. Всё по старому, и впереди еще два тела. Чувствую, как метка меняется. На ней больше не появляются новые символы. Вместо этого, первое кольцо на запястье начинает оплетать терновый узор, что уже есть вокруг креста. Что до меча, то он пока что не спешит меняться. Посмотрев на небо, я заметил вдалеке нечто вроде шторма. Нужно собраться с силами на последний рывок. Оба греха и башня Заама прямо передо мной. ---------- Корень зла. Остановившись перед гигантским трупом Флоры, я с тяжким сердцем вонзил клинок девушке в шею. Всё её тело покрыто фиолетовыми венами, проступающими на белой, словно мрамор коже. Из того что я видел, именно эта голубоглазая бедняжка меньше всего заслужила находиться тут. Пространство вокруг незамедлительно испарилось. — Кто ты такой? — русая девушка в синем платье обратилась ко мне, насупив брови. В свете белой пустоты она напоминала мне небо среди облаков. Странно, но цвет её ауры тоже голубой, и сама аура довольно сильна, но деструктива в ней нет. — Я Алан, узурпатор греха, — спокойно произнес я, стараясь не казаться враждебным. — И зачем ты пришел? — девушка похоже, совсем ничего не понимала. Как я должен ей всё объяснить? «Привет, я пришел за твоей душой?» — Я тут что бы... э... помочь, — мои слова прозвучали неубедительно. — Не подходи, — Флора ещё сильнее насупила брови, — отвечай, кто такой, и зачем сюда пришел. — Ладно, врать я не умею. Если честно, я пришел за твоей силой, и хотел бы решить всё мирно. — Какой еще силой? У меня больше ничего нет... — девушка отрешенно отвела взгляд. — Это не так. У тебя сильная аура, и ты, на сколько мне известно, один из грехов чистилища. — Ты об этой силе? — девушка посмотрела на свою ладонь, будто любопытный ребенок, и мир вокруг начал дрожать, словно сейчас треснет по швам. Схожее давление я ощущал разве что в присутствии Нода. — Постой постой! — я едва успел создать барьер для духовного тела. В противном случае, она бы просто раздавила меня. Какой же невероятный объем энергии. — Да, об этой, — с облегчением вздохнул я, как только всё закончилось. — Ясно. Значит она послала тебя ко мне? — девушка мрачно посмотрела мне в глаза. — Она? — Кина. Я уже пошла с ней однажды и.. — Она мертва, — перебил я девушку. — Что? — Флора, словно пораженная молнией, застыла на месте. — Да, её как и тебя, убила Холит. По крайней мере, выжила только она. — Вот как... — Флора грустно улыбнулась. — Не расскажешь, что ты там забыла? Ещё и с Киной, твоим, можно сказать, заклятым врагом. — Откуда ты знаешь? — испуганно воскликнула девушка. — Такова судьба узурпатора, знать многое о носителях греха. Волей не волей, но ваших историй я наслушался, и думаю, мне можно доверять. Если всё расскажешь, может быть я смогу тебе помочь. — Ты прав, я действительно ненавижу Кину, — девушка зачем то повернулась ко мне спиной, и её голос задрожал, — всё потому, что она подходит Эдвину больше, чем я. — Я уже слышал эту историю и думаю, ты не до конца права, — похоже, девушка думала об Эдвине всё это время. — Почему? Ведь иначе он бы её не полюбил. Из за этого я даже хотела принять её... Думала, если мы станем подругами, то я смогу у неё чему то научиться. Даже после того, как мы попали в это странное место, я послушала её, когда она рассказала о способе открыть врата. — Она что то тебе предложила? — мрачно уточнил я. — Да, сказала что я смогу увидеть Эдвина, если мы победим Заама на вершине, и что она уступает его мне. — Сколько уверенности в себе. Действительно, алчность в чистом виде.. — Я.. я не понимаю, почему именно она оказалась рядом с ним.. Всю жизнь я старалась быть честной и порядочной. Корила себя за зависть и не позволяла многого. Так почему я не могу быть с ним? — голос девушки дрожал, и слезы падали в пустоту. Кажется, ей нужно выговориться, и не важно кому. Только вот... — Посмотри на меня, — обратился я к Флоре, выдерживая дистанцию в пару метров. — Зачем... — девушка повернулась, обратив на меня взгляд полный слез. — Ты ошибаешься во всём, — строго, почти жестоко произнес я. — Что? — Флора кажется, о таком даже не думала. Она слишком мягкая и доверчивая. Я должен ей всё объяснить. — Кина лучше тебя? Бред. В этом аду она претендент на самый большой котел. Эдвин никогда бы не предпочел такую девушку тебе. Даже будучи грехом, ты каким то образом сохранила свою позитивную ауру. Это многое говорит о тебе, как о личности. — Но даже так, ведь в итоге... — У Эдвина не было выбора, — вновь перебил я Флору, — Слова этой женщины отравляют, словно яд. Я видел всё лично, и Заам согласился бы со мной. За несколько лет она, похоже, изменила бедного парня до неузнаваемости, — я отвернулся, не в силах больше смотреть на слезы девушки. — Знаешь, он ведь любил тебя. Даже переживал, что ты подумаешь лишнего. — Любил? Да быть такого не может... За тринадцать лет он мне ни разу об этом не сказал. Даже если она его использовала, неужели он не мог попросить помощи? — Флора обеими руками вцепилась в платье, зажмурив глаза и не прекращая рыдать. — Он сам сказал мне о чувствах к тебе. — Я не верю... — девушка истерично замотала головой. — Алан говорит правду, — послышался знакомый голос за спиной. Тут удивился уже я. — Эдвин?! Ты жив? — я ошарашенно посмотрел на мужчину проходящего мимо. В ответ он проигнорировал меня. Подойдя к шокированной Флоре, он положил ей руку на щёку, утирая слезу. — Извини, что не сказал этого раньше, но я правда люблю тебя, — два печальных, голубых взгляда встретились. — Невозможно... Это правда ты? Но что... — Флора потеряла дар речи, шокировано глядя на мужчину. — Последние десять лет, как в тумане, — Эдвин легонько взял девушку за подбородок, сам едва сдерживая слёзы, — я даже не знаю как объяснить... Я не хотел, но делал. Я правда очень виноват перед тобой, ведь всему виной моя слабость. Девушка прижалась к Эдвину, и они замолкли. Наконец, собравшись с силами, мужчина продолжил: — Это прозвучит самонадеянно и эгоистично но, могу ли я заслужить прощение? — Я... я не знаю.. — девушка отвела печальный взгляд. — Всё в порядке. Я подожду столько, сколько понадобится. Времени у нас достаточно, чего не скажешь о нём, — Эдвин указал на меня рукой. — На что это ты намекаешь? — поинтересовался я у горе-любовника, удивляясь столь быстрой смене темы. — На то, что тебе надо идти. Тебе ведь тоже есть к кому вернуться, да? — Эдвин добродушно улыбнулся. — Ты всё видел? — я не смог скрыть удивления. — Только на миг. Наверное, я и есть «Дамоклов меч». Наши души всё таки не разрушаются после поглощения. — Даже не знаю, радоваться мне или плакать. Что будем делать дальше? — я посмотрел на Флору. В ответ, Эдвин нагнулся к девушке, и прошептал ей что то на ухо. «Угу» — она кивнула головой. — Спасибо, — мило улыбнулась мне девушка, и её тело начало распадаться на фрагменты. Похоже, она приняла решение. —Да, спасибо, — поклонился мне Эдвин, и пропал. Они ушли так резко, что я даже не успел нормально попрощаться. С ними всё будет нормально? Ах, да. Пока я жив, они должны быть в норме. Осталось всего двое. Самые проблемные и неприятные личности. Нужно быть настороже. *** Странно, сигил больше не изменяется, да и меч тоже. Неужели это их финальные формы? В воспоминаниях «убийца богов» выглядел иначе. В очередной раз проверив всё магическими чувствами, я снова не обнаружил ауры Оливера. Неужели портал переместил нас в разные места? Я ведь наверняка не смогу вернуться назад, даже при желании. Ладно. Подойдя к красноволосому бедствию, я окинул взглядом пятиметровое тело. Досталось ей больше остальных: левой руки нет, и ноги тоже. На месте глаза дыра. Ни оружия, ни одежды. Что они вообще тут делали в таком то виде? Пошли отвоевывать свободу голыми руками? Нехотя достав клинок, я приготовился к тяжелому испытанию. Отсеку ей голову, чтобы наверняка. *** С трудом, но я сделал это. Вот только... Почему вокруг так темно? Я что, в подвале? Даже рук своих не вижу. «Хнык» — слышится тихий плач совсем рядом. Вдруг, в темноте появляется свет, и я слышу пение птиц. Всё это время я действительно находился в подвале, а рядом со мной на полу сидел темноволосый мальчик лет восьми. Его взгляд потух, будто он уже и не жив вовсе. Но вот, отворяется дверь люка, и я вижу её: рыжую девчонку лет десяти, с вьющимися волосами по плечи, и алым, надменным взглядом. Она одета как зажиточная крестьянка, чего не скажешь о ее манерах. «Поднимайся, чертов говнюк. Они опять хотят, что бы ты им помог,» — кричит девочка, но мальчик не реагирует, бессильно сидя на полу. «Ты меня не понял?» — подойдя к парню, она пинает его ногой и он окончательно сваливается на пол. «Че? Молчишь?» — каблук впивается мальчику в глаз. «Ну и ладно. Можешь сдохнуть тут, как и все до тебя. Я найду папе кого нибудь ещё,» — с омерзением во взгляде произнесла девушка, отряхивая ногу, и запирая подвал. Подняв глаза полные боли, мальчик последний раз посмотрел на солнечный свет. Кажется, этот взгляд останется со мной до конца жизни. Я уже хочу размазать эту рыжую тварь по стенке. *** Не успел я прийти в себя, как меня окружил вечерний лес. — Ого, а ты сильный, — десятилетняя девочка сжимала в руках пару кинжалов, пытаясь отдышаться и напряженно наблюдая за противником. — Зачем всё это? — Эдвин, что стоял напротив, пребывал в недоумении. Судя по всему, он только что победил эту девочку не получив ни царапины. — Просто решила потренироваться, — с дружелюбной улыбкой произнесла Кина, и её взгляд тут же изменился. Похоже, она сразу поняла, — что Эдвин за человек. — Потренироваться? Опасно тренироваться с настоящим оружием, — назидательно отчитал её мальчик. — Эдвин, тебе не кажется что... — Байл стоящий рядом, робко попытался что то сказать, но Кина тут же его перебила. — Я сразу оценила твою силу, так что решила проверить тебя! Хехе. В конце концов, где ты видел, чтобы дети убивали детей? — с улыбкой произнесла девушка, приближаясь к Эдвину, и убирая кинжалы на пояс. — И то верно. Не припомню такого, — задумчиво произнес парень. — Эдвин, нам пора... — тихо произнес Байл. — О, да, точно. Извини, но нам нужно спешить, а то опоздаем на тренировку, — Эдвин выглядел малость растерянным. — Тренировку? А можно мне с вами? — робко спросила Кина, чуть ли не краснея. — Хм... Можно конечно, — незамедлительно ответил Эдвин наивно улыбаясь, и отмахиваясь от Байла руками. *** Роскошный обеденный зал гигантского дворца. За окном летний вечер. Десятилетняя Кина сидит за длинным столом, что заставлен множеством богатых блюд. Отворяются двери, и в комнату заходит Осма, отец Заама. Сев за стол, он смотрит на Кину. — Как прошло знакомство? — спокойно обратился он к девочке. — Честно говоря, они все идиоты, — надменно произнесла Кина, откладывая вилку в сторону. — Ну зачем же ты так. Разве мог Заам выбрать себе плохих товарищей? — усмехнулся Осма. — Хоть он и ваш сын, но я его совсем не понимаю. Да и ломать ему жизнь... Мне не сложно, но почему вы попросили об этом именно наш род? — Причины две: я хорошо знаком с твоим отцом и его методами, а ещё, мне понравились твои способности, — двулично улыбнулся Осма, но это похоже, лишь польстило покрасневшей девочке. — Так вы правда признаете меня своей ученицей? — с неподдельной надеждой обратилась к нему Кина. — Только когда выполнишь оба задания, как и договорились. — А вы ведь ещё не объяснили суть второго задания, — задумчиво ответила она. — Я как раз обдумывал это задание, когда шел сюда, и у меня уже есть ответ. Тебе нужно будет сблизиться с его друзьями, не нарушая дружеской атмосферы, и постепенно портить им жизнь. Только следи, чтобы их отряд не распался, — Осма равнодушно посмотрел в огромное окно. — Могу я узнать, для чего это всё? Ладно Заам, но зачем страдать его друзьям? Разве он будет за них беспокоиться? Мне он показался каким то уж слишком черствым. — По началу не будет. Для сопереживания людям часто нужен конфликт, а атмосфера в отряде слишком уж дружелюбная. Так он к ним никогда не привяжется, и помочь не захочет, если в этом не будет необходимости. — Неужели вы... заботитесь о том, что у него нет друзей? — Кина искренне удивилась. — Хаха, не совсем, но можно сказать и так, — вновь натянуто улыбнулся черноволосый мужчина. Впрочем, его взгляд говорил о другом. — Хорошо, я поняла вас. Как наследница рода Хоуков, обещаю сделать всё в лучшем виде, — встав из за стола, Кина поклонилась и покинула зал. *** «Проклятый Заам. Мастер только о нём и говорит. Может мне просто убить его?» — бубнила себе под нос девочка выходя из особняка в лес, и кусая пальцы. «Нет, я зря себя накручиваю. Тот Осма, которого мы всем знаем, никогда бы не стал заботиться о человеке, даже будь он его собственным сыном,» — успокаивала она себя рассуждая вслух. — О, Кина! Айда с нами! — на большой лесной дороге, ведущей прямо от особняка, стояли Эдвин, Заам и Флора. — А вы куда? — поинтересовалась девушка. — На спарринги. Скоро пройдут первые отборы в «новое поколение». В десять лет нам конечно не дадут участвовать, но можно устроить им показательный бой. — Отлично, я как раз давно не разминалась, — Кина блеснула алым взглядом. *** Большая лесная поляна. День, лето. — Не честно! — Эдвин стоял в окружении шумной толпы с обломком меча. Напротив него стояла Флора, и неловко улыбалась. Она только что сломала его клинок силой мысли. Не знаю точно, что это была за магия, но похоже на управление давлением или плотностью пространства. — Ну извини, — успокаивала его девочка, уводя от толпы. «Следующая пара! Заам и Кина!» — объявил голос, и из толпы на арену вытолкнули двух детей. — На этот раз я точно не проиграю, — с злобной улыбкой произнесла Кина, доставая кинжалы. Ее аура меня немного напрягала. Было в ней нечто недоброе. — Удачи, — равнодушно произнес Заам, даже не используя всей силы. Его спокойная серая аура медленно теплилась. — Что, даже оружие не возьмешь? — Я и есть оружие, — мрачно произнес Заам, оказавшись у девушки за спиной, и замахиваясь кулаком. Она едва успела отпрыгнуть, как он вновь переместился ей за спину. «Ого, а он серьезен!» — из толпы послышался шепот. Кина только и делала, что уворачивалась, а он кажется, не особо то пытался ее достать. В очередной раз уклоняясь от атаки ладонью, она оступилась и едва не пропустила удар, но смогла защититься кинжалом, насквозь пронзив ладонь Заама. «Хм...» — задумчиво произнес парень, отпрыгнув назад, и разглядывая ранение на руке, словно видел его впервые. Для обычного десястилетнего ребенка такая эмоция на лице была бы недоступна. Слишком уж зрело он выглядел. «Хах,» — злобно усмехнулась Кина. «Хороший удар, но как на счёт этого?» — появившись прямо перед лицом Кины, парень намеревался ударить её в лицо, но в самом конце удара его кулак остановился, и он замер всем телом, угрожающе глядя на девочку. — Наконец яд подействовал, — злобно прошептала она, поднося кинжал к его горлу, — как думаешь, «случайное» убийство на общественном спарринге осудят? Тут ведь это не редкость, — с безумным взглядом Кина попыталась вонзить кинжал в шею мальчика, но металл просто обломился. — Да, не редкость, — мрачно произнес Заам, внезапно хватая девушку за шею, и прижимая к земле. — Почему ты... — она кажется, совсем не понимала, что происходит. — Использовать на мне яд? Ты серьезно? — во взгляде Заама промелькнула чистая ярость, — в отличии от тебя, я знаю, что такое яды. Посмотри на цвет моих волос, и на цвет волос моего отца. Как думаешь, кто из нас кого пытал, а? — воздух вокруг задрожал, а вместе с ним начала трескаться земля. — Они все будут страдать, — сквозь боль прошипела Кина улыбаясь. — Кто они? Что ты вообще несёшь? — прорычал мальчик. — Заам, постой! — послышался крик Холит из разбегающейся толпы, и его пыл разом угас, словно голос вернул парня в реальность. «И откуда в такой соплячке столько гнилья?» — мрачно произнес Заам, отступая в сторону. «Что тут происходит?» — мужчина в серебряных доспехах завис в воздухе, в нескольких метрах над землей. Его лицо скрывал шлем наподобие шлемов крестоносцев. «Ничего, мы уже уходим,» — сухо произнес Заам, уводя обеспокоенную Холит прочь. *** Деревянный дом где то на окраине неизвестного города. Первый этаж, гостинная. В центре, в окружении трупов стоит Кина лет четырнадцати. В её руках голова женщины. Вдруг, некий мужчина в доспехах врывается в дом. Из под его железных перчаток виднеется белый свет. Резко повернувшись, Кина выкинула в его сторону руку, и он замер на месте. «Всего лишь жалкий аколит? Отлично, у меня есть для тебя работа. Иди там к своим белым шафкам, и распространи слух о том, что отвергнутый и всеми брошенный сыночек Осмы, убивает родственников голыми руками, да ещё и на нейтральной территории,» — Кина махнула рукой, и человек послушно покинул здание. Вынырнув вслед за ним в тихую ночь, она свернула в лес, мелькнув серым плащом. *** — Ты там? Я могу войти? — послышался голос из за двери. — Да, конечно, — спокойно произнесла Кина, и дверь в маленькую комнату отворилась. На пороге стояла уже совсем повзрослевшая Холит в походном платье. — Что то нужно? — безразлично произнесла рыжая девушка, пересчитывая монеты на столе. — Хотела еще раз спросить про тот «исполнитель желаний», о котором ты рассказывала. Где конкретно он находится? — В ущелье, в неделе пути от сюда. — И он действительно может исполнить любое желание? — с подозрением спросила Холит, явно ощущая подвох. — Мне почём знать? Это просто слух. Свали уже отсюда, и забудь о нашем разговоре, — раздраженно произнесла Кина, взмахивая рукой и явно используя атрибут. Однако, Холит лишь усмехнулась. — Когда до твоей рыжей головы дойдет, что со мной это не работает? — ответила Холит, и захлопнув дверь, медленно удалилась прочь. «ААА!» — взвыла Кина, бросая кинжал в стену, и переворачивая стол. Её перебинтованная грудь агрессивно вздымалась. «Проклятый Заам с его проклятой шлюхой!» — продолжала кричать она, громя комнату. «Вечно они лезут в мои планы. Даже у Байла ко мне больше доверия, чем у этих двух. Почему я просто не могу сделать так, чтобы они умерли?» — простонала она, беспомощно опускаясь на пол, и глядя в потолок пустым взглядом. «Мам, не смотри на меня с того света. Кажется, я не смогу стать такой же великой как ты,» — плача произнесла Кина, обращаясь к воздуху. «А по моему ты отлично справляешься,» — послышался голос из стены, и перед девушкой появился Осма. — Господин, что вы тут делаете? Не.. не смотрите.. — Кина в панике попыталась спрятать лицо за разорванным одеялом. — Пришел проведать вас. Хобби у меня такое, пересекать пешком океан по вечерам. — Вот как... Что там на нашем континенте сейчас? Почему то к нам перестали приходить новости от магов, — спросила Кина, садясь на кровать, и пытаясь успокоиться. — Война против Хокмы, — спокойно произнес Осма, опираясь на стену. Лунный свет с улицы освещал сотни шрамов на его груди, и среди них были свежие. — Значит, вы всё таки решились? — воодушевленно спросила Кина. — Нет. Просто Хокма узнал, что я убил посланника «правила человечества», и подделал его. Он тут же объявил меня виновным в появлении «проклятых поколений». Мол это из за моего предательства правило теперь «награждает» людей проклятыми атрибутами, а они потом плодят культы. Почему то он не учёл, что без этого, и чистилища, и грехов, не существовало бы. Подделать крест ангела при всём желании я бы не смог. — Разве вы не рады войне? — задумчиво спросила Кина, словно всё остальное её не интересовало. — Рад, но она началась не вовремя, и мы пока что проигрываем. К тому же этот Хокма... Он слишком хорош, — мечник сжал клинок в руке, — ладно, не суть. На самом деле я пришел к тебе с просьбой, — Осма серьезно посмотрел на девушку. — Я всегда буду самоотверженно служить вам, — чуть безумно улыбнулась девушка. — Это не приказ. Это именно просьба, поскольку глупо было бы требовать от тебя подобного. — Что же нужно сделать? — Кина вопросительно склонила голову. — Ммм... Видишь ли, у меня с моим дорогим сыном был уговор, и к сожалению из за войны, я не смогу... выполнить свои обязательства. Мне бы хотелось, что бы это сделала ты. — Это будет честью для меня, — с теплой улыбкой произнесла девушка. — Отлично. Знал, что ты согласишься. Тебе всего то надо убить всех членов нового поколения, кроме Заама конечно, — Осма спокойно улыбнулся. — Надо же... Я как раз планировала заняться этим на днях, — ответила ему Кина милой улыбкой. На этом моменте мне захотелось разбить этим двоим лицо. Они обсуждают убийство, как поход в столовую. Жаль, что это воспоминания, и на них толком не повлияешь. «Тогда я пошел. Береги себя,» — Осма погрузился в стену, и его аура пропала. «Он сказал: береги себя,» — чуть ли не запищала покрасневшая девушка, хватая подушку, измазанную её же кровью. Честно говоря, наблюдать за этим цирком безумия мне становилось всё тяжелее. Кровь закипает. Не знаю, сколько ещё смогу спокойно наблюдать за этим. *** Ночь. Костер освещает шатры раскинувшиеся между лесом и поляной. Эта часть Висаты совсем не похожа на восточные страны из моей прошлой жизни. Скорее на европейские. Вновь я вижу эту картину: Флора убегает в лес, и обеспокоенный Эдвин пытается остановить её, но его затягивают внутрь. Оказавшись внутри шатра, я вижу его и Кину, лежащих под шерстяным одеялом. — Она совсем дурочка, раз так ничего и не поняла, — с презрением сказала Кина, проводя пальцем по торсу Эдвина. Черты ее тела в свете синей магической лампы казались мне хищно-изящными. — Не надо так о ней, у нас ещё ничего не ясно, — запротестовал Эдвин, будто маленький ребенок. Сейчас он выглядел даже глупее, чем в детстве. — Только если ты просишь, — улыбнулась Кина, — кстати, у меня тоже есть просьба. — Да? Ты обычно ничего не просишь, кроме этого... — Эдвин покраснел, и у меня на душе заскребла кошка. Жалкое зрелище. — Я хочу, чтобы ты помог мне кое с чем своим атрибутом, когда придет время. — Это чем? Ты же знаешь, что мой атрибут работает только с холодным оружием. Защитить себя ты и сама можешь, — Эдвин растерянно почесал затылок. — Нужно будет, чтобы ты придержал Заама, когда я буду загадывать свое желание. Он такой злюка... Так и норовит каждый раз мне что нибудь испортить. — Знаю. Я тоже его совсем не понимаю, — Эдвин печально посмотрел на свои руки, — может проблема во мне? Раньше мы отлично ладили, хоть он и был немного вредным. — Дело точно не в тебе, сладкий. Это он меняется с годами, и становится всё опаснее. Уверена, что он даже попытается помешать нам, исполнить свои желания. — Но зачем? — Эдвин растерянно посмотрел на девушку. — Потому что ему всегда мало, а чем нас меньше, тем у него больше шансов забрать всё себе, — с улыбкой ответила девушка, повалив парня на мягкое ложе. Выглядело это конечно... отвратительно. Как будто хищник и жертва поменялись местами. «Ах..» — застонала девушка, отчаянно двигая бёдрами, и закатывая глаза. «Тебе нравится?» — с наивной надеждой спросил краснеющий Эдвин. «Да, на много лучше, чем с теми ублюдками, и тебя хотя бы не придется убивать. Пусть эта Флора там сдохнет от зависти!» — прокричала она на весь шатер, и в этот момент, мне просто сорвало крышу от ярости. Схватив девушку за волосы, я подтянул её к себе с такой силой, что казалось, скальп вот вот останется в моих руках. — Н.нет! Стой! — отчаянно закричала она, покуда окружающая иллюзия рушилась, сменяясь привычной, белой пустотой. — Никогда, — яростно произнес я, начав душить её подвешенное тело двумя руками. — Кто там должен был сдохнуть, не повторишь? Как тебе ощущения, когда удовольствие сменяется болью? Я знаешь ли, тоже однажды через такое прошел, так что могу гарантировать тебе страдания, — процедил я сквозь зубы. — У..б.людок.. — вдруг начала ухмыляться девушка. Действительно, безумная. — Как тебе вкус поражения? Или ты не знаешь такого слова? — мои большие пальцы углубились ей в шею. — Разве я похожа на проигравшую? — Кина впилась в меня безумным взглядом. — Да я прямо сейчас размозжу тебе череп, и ты будешь вечно танцевать на костях моих врагов, — произнес я со злобной улыбкой. — Нет... — в её взгляде мелькнул страх. Она попыталась воздействовать на меня своей силой, но ничего не вышло. — Я же сказал тебе. Никаких шансов сбежать у тебя нет. К сожалению, даже смерть не была бы тебе достойным наказанием. Вынужден признать, что людей с таким дерьмовым характером я никогда не встречал. — Черт..ов.. За..ам.. — вдруг прошипела Кина совсем обезумев. — Может позовешь его папашу на помощь? Мне вот интересно: ты правда так любишь Заама, что даже пришла к его башне голышом? — злобно усмехнулся я, ощущая треск костей и духовной ткани. — Заткнись! — зашипела она ещё громче в отчаянной попытке выбраться. — Слушай, а ты помнишь мальчика в подвале? Такой темненький, и усталый, — я посмотрел девушке прямо в глаза. — Зачем мне запоминать мусор? — вдруг отчётливо прозвучал её голос в моей голове, но голос молодой, словно из прошлого. — Мусор да? — от ярости и презрения к этой женщине, моя сила окончательно вышла из берегов, и повсюду уже бушевала черная аура. — С..с.той.. — глаза Кины начали закатываться. — Ни за что, — процедил я сквозь зубы, и её шея вместе с головой буквально взорвалась у меня в руках, распадаясь на фрагменты маны. Звучало это так, словно кто то разбил окно. Безжизненное духовное тело падая в пустоту, распалось на фрагменты маны. Некоторое время я ещё яростно сжимал руки, пытаясь подавить гнев, пока океан чувств окончательно не успокоился. *** «Вот и всё. Вы довольны?» — обратился я к пустоте. «Спасибо,» — послышалось в голове сразу четыре голоса. Отлично, значит её там тепло встретят. Вернувшись в реальность, я посмотрел на свои руки. Теперь эта женщина — часть моей силы. От этой мысли мне стало мерзко, но думаю, для нее лучшего наказания не придумать. Шум пепла проносящегося по тлеющим дюнам успокаивает. Оливера по прежнему нигде нет, и я кажется, совсем утратил надежду найти его сейчас. Просто надеюсь, что с ним всё в порядке. Подойдя к миниатюрной версии башни греха, очень напоминающей мне вавилонскую башню, я захожу внутрь, раздвигая массивные железные двери, с фреской черного ангела. В центре круглого зала теплится нечто вроде синего телепорта. Похоже, это путь к концу. Облокотившись, я сажусь в дверном проеме. Нужно немного отдохнуть, и собраться с мыслями. Алая буря всё приближается, и однажды наверняка поглотит и это место. Призвав меч, я ставлю его рядом, и прислоняюсь к металлу ухом. Рядом с ним мне сейчас спокойнее всего. Завтра меня ждет бой, к которому я совершенно не готов, и даже бог мне не поможет. ---------- Ярость и гнев. Меч и сигил так и не изменились. Похоже, это всё таки их финальная форма. «Эй, меч. Я хочу пройти беатификацию на 2%» — обратился я к клинку, но он не ответил. «Да ты издеваешься...» — подумал я, попытавшись еще с десяток раз, но меч по прежнему молчал. Тучи всё ближе, и они уже поднимают пепельные бури в дюнах. Я не могу больше ждать. Всё равно я никогда не буду готов к этому бою по настоящему. Подойдя к телепорту, я остановился. Кольцо на пальце бешено пульсировало синим светом. Я решил убрать его во внутренний карман плаща, чтобы оно не привлекало лишнее внимание. Что ж... Нужно просто сделать шаг вперед, верно? От этого боя зависит мое будущее, и сейчас мне как никогда, есть что терять. *** Портал затянул меня внутрь. Всего через мгновение я уже стоял на большой круглой платформе, на самой вершине башни. В отличии от вершины в воспоминаниях, тут стен не было, и шансы вылететь с края платформы велики. «А вот и Заам...» — подумал я, глядя на неподвижно стоящего на другом конце платформы мужчину. Его глаза были закрыты, и казалось, что он совсем не изменился с двадцатилетнего возраста. Разве что стал ещё крупнее. Из под черного кимоно, какие носят боевые мастера Висаты, проглядывали бинты. «Хм, он не реагирует...» — я оглянулся с вершины башни, и в глаза тут же бросился алый шторм, уже добравшийся до пепельной пустыни, и теперь поглощающий руины храма. Кажется, это всё же не тоже самое место, что и «с пустынным червем», но очень похожее. Шторм уже окружал башню со всех сторон, медленно пожирая небо. Подняв голову к алым тучам, я вздрогнул от неожиданности. Гигантский глаз смотрел прямо на меня. «Пора действовать,» — я выхватил клинок из воздуха. Он показался мне подозрительно лёгким. Его узоры, как оказалось, немного изменились. И как я вообще управляюсь с этой прямоугольной махиной? *Шшш* — от тела Заама внезапно повалил пар. Он медленно двинулся в мою сторону, словно робот, даже не открывая глаз. Его красная аура медленно разрасталась по арене. «Постой. Мы можем поговорить?» — обратился я к мужчине, но он проигнорировал мой вопрос. Кажется, договориться с ним не получится. Придется драться. «Святой,» — попытался я войти в режим меча, но ничего не произошло, словно клинок меня не услышал вовсе. В этот же момент Заам вдруг оказался у меня перед лицом. Едва успев ощутить удар в живот, я уже летел с башни под свист ветра. Несколько секунд, и я распластавшись лежу на горе пепла, глядя на вершину. Это случилось даже быстрее, чем я себе представлял. И почему меч мне не отвечает?! Неужели это потому что я поглотил слишком много грехов за раз? Наверняка ведь ему нужно время, чтобы всё это усвоить. Поднявшись с кучи пепла, и утерев кровь с лица, по которому мне как оказалось, тоже прилетело, я вошел в башню. Телепорт по прежнему работает, а значит, я могу попытаться еще разок. Шаг и... Едва успев появиться на платформе и ощутить присутствие Заама, я снова падаю с башни. Странно. Он очень быстрый, но для такой скорости его удары слишком слабы. Неужели он сдерживается? Нужно попытаться хотя бы уклониться от него. Хах, надеюсь, это не затянется надолго. *** День 10. Заам похоже, даже не пытается меня убить. Буря почему то застыла на месте. Всё тело болит. Нужно вставать, и идти в портал. День 100. Время... Восприятие и течение времени в этом месте полностью нарушено. Моя мана восстанавливается намного быстрее, и кажется, сама башня искривляет пространство-время из за той безумной энергии, что сдерживается внутри. Всё таки, это центр всего чистилища. И да, я проверял. Есть некая черта вокруг башни, за которой время бежит как обычно, но едва я захожу на территорию башни, как оно почти полностью останавливается. Например, несколько дней назад я подбросил камень за чертой, и вошел внутрь. За всё это время он не сдвинулся ни на миллиметр. Потому с момента как я ступил в портал, я не переставал считать секунды. Это сводит с ума, но я хотя бы знаю, сколько времени прошло. С каждой попыткой, Заам всё сильнее. В последний раз мне пришлось отращивать руку. Прогресс неутешителен. День 1000. Я знал, что это будет тяжело, но чтобы настолько... Заам уже совсем не сдерживается. Не знаю почему, но до этого он не бил в полную силу. Если вспомнить, то и Эдвина он только сбросил с башни. Теперь же всё иначе. Последний удар Заама лишил меня всех конечностей. Без режима святого, я не могу регенерировать их быстро, но меч не отвечает. Лежать под наблюдением этого глаза — пытка. Совсем скоро мои ноги восстановятся, и я вновь зайду туда... Интересно, как давно я привык к этой боли? День 159343... Хах. Сколько раз я сбился со счету? Решающий бой превратился в посмешище. Заам кажется, ненавидит меня. Его глаза закрыты, но даже так, я вижу ярость и боль. Он точно не понимает, почему я не умираю. Ах да, я ведь бросал камень... Он пролетел примерно половину пути до земли. Значит, в реальности прошло меньше секунды. Я посмотрел на своё лицо в отражении призванной воды: запавший, мрачный взгляд, растрепанные седые волосы, темные круги под глазами. Одним словом: вид покойника. Только одно меня успокаивает: я наконец вижу движения Заама. Они становятся быстрее с каждым разом, но теперь и я становлюсь быстрее. Это наталкивает на размышления об истинной силе грехов... Потенциал Заама бесконечно растет, а значит или он становится сильнее, или с самого начала не мог использовать силу полностью. Вновь стоя перед порталом, я собираюсь войти внутрь. Воспоминания медленно покидают разум, и ноги не слушаются, но всё же, я должен идти. Кое кого я ещё не забыл... День ??? Войдя в портал, я едва успеваю сделать шаг в сторону, и кулак проносится мимо. На мгновение я успел рассмотреть лицо Заама. Мне показалось, что на нем застыла гримаса боли. *Ффф* — и еще один тяжелый удар проносится мимо. Увернувшись, я оказываюсь у Заама за спиной. «Почему ты продолжаешь делать это?» — вдруг послышался раздраженный голос. Невероятно. Он наконец решил заговорить со мной? «Мне некуда идти, кроме как сюда,» — ответил я, едва успев сместиться в сторону, уклоняясь от нового удара. Моё тело только недавно начало поспевать за реакцией мозга. И дело не в том что я медленный, а в том, что удары слишком быстрые. Даже не представляю, на сколько сильнее стала моя душа за это время, раз раньше я их даже не видел. «Уходи,» — мрачно произнес Заам, поворачиваясь ко мне. Его лицо выражало противоречивые чувства, а глаза, наконец, были открыты, и теперь прожигали меня алым пламенем. «Почему ты сдерживаешься?» — я выхватил клинок двумя руками, приготовившись к атаке. «Ого, интересная форма меча. Это что, лопата?» — Заам появился позади меня, и я попытался блокировать его атаку клинком, но из за силы удара меч выбило из рук, и я пролетев несколько метров, приземлился у самого края платформы. «Когда тебе уже надоест?» — седая фигура медленно приближалась ко мне. «Когда смогу тебя победить. Времени у меня, примерно вечность,» — злорадно ухмыльнулся я. «Если хочешь меня победить, то эта игрушка тебе не поможет. Сейчас я еще человек,» — холодно произнес Заам, глядя мне в глаза сверху вниз. Боюсь, что он прав. Мало того, что он действует крайне осознанно, так ещё и меч никак не хочет со мной контактировать. «Значит, придется мне перейти на кулаки,» — я поднялся на ноги и отозвал меч, одновременно выставляя блок руками. Боевые искусства я люблю не меньше мечей, и однажды даже планировал им обучиться. «Такая поза никуда не годится. Даже дети держат блок лучше,» — произнес Заам, отправляя меня в полет. К счастью, на этот раз, у меня было решение. По полной используя магию ветра, я вытолкнул себя обратно на платформу, перекувыкнувшись несколько раз по каменному полу. «Ого. Занятный атрибут. Что же, давай потренируемся, пока у меня ещё есть время,» — злобно ухмыльнулся Заам, разминая плечи. Я впервые видел в его лице такой боевой дух. *** «Почему бы тебе просто не убить меня?» — я заблокировал удар Заама, и тут же пошел в контратаку. Несмотря на то, что мои удары не наносили ему урона, по крайней мере теперь мое тело могло противостоять его атакам. «А почему бы тебе просто не сдаться?» — Заам ухмылялся, продолжая осыпать меня градом ударов. Он явно наслаждался этим боем. «Меня ждут снаружи. Я просто не имея права сдаваться,» — произнес я, наконец заметив окно для удара, и уже направляя свой кулак в сторону лица Заама. «Вот как? Тогда понятно, почему ты вообще смог добраться сюда,» — Заам поймал мой кулак рукой, и серьезно посмотрел мне в глаза. «Я чувствую её ауру, исходящую от тебя. Ты должен стать сильнее, чтобы победить,» — я едва успел выставить блок от ответного удара, что сдвинул меня на несколько метров назад. От моих ног на каменном полу остались борозды. «Почему ты так хочешь, чтобы я убил тебя? Я думаю над этим всё то безумное количество времени, что тут нахожусь,» — вопрошал я к Замму, быстро перемещаясь по арене и стараясь уклоняться от его ударов. С каждым часом я становился всё лучше в этом деле. «В убийстве тебя не будет никакого смысла. Это обратит меня в грех гнева. К тому же, тогда я точно не смогу увидеть её,» — последующий за словами удар был сильнее прошлых в разы. Я не смог уклониться, и мне вывернуло руки, вытолкнув за площадку. К счастью, мне больше не нужны руки, чтобы творить магию. Я научился делать это даже не имея конечностей, и теперь ветром возвращал себя обратно на платформу, где меня уже ждал Заам. Конечно я хотел научиться летать, но не таким способом... «Значит, ты знаешь что я поглотил Холит, и ты хочешь, чтобы я поглотил и тебя? Почему тогда просто не дашь мне себя победить?» — обратился я к седому парню. Только сейчас я понял, что мы с ним визуально похожи. Разве что у меня глаза серебряные, а у него алые. «Сущность греха не позволит. Чистилище не только ограничивает силу каждого греха, но и искажает разум. Пока я не испытываю боли, гнев не наполняет мой разум. Как только ты всерьез попытаешься меня убить, я точно потеряю контроль, как было с Эдвином. Ты ещё не готов ко встрече со мной, в такой форме,» — Заам остановился, задумчиво глядя на глаз в небе. «Интересно. Как ты вообще смог не обратиться в грех?» — я приблизился к Зааму. Он кажется, не собирался атаковать. «Узнаешь, если победишь меня,» — высокомерно ответил он, словно пробуждаясь от раздумий и замахиваясь кулаком. Впрочем, я видел этот удар уже сотни тысяч раз, и какой то угрозы не ощущал. «Тогда давай закончим это здесь и сейчас. Думаю, я всё же готов,» — произнес я, поймав его кулак рукой. На лице Заама в этот момент отразилось удивление. — Ничего себе. Ты первый помимо моего отца, кто смог с такой легкостью поймать мой удар, — удовлетворенно произнес он, отходя на несколько шагов назад. — Это потому что я тренируюсь тут с тобой уже лет так 500, по человеческим меркам. Не знай я точно, что время тут течет медленнее, уже потерял бы всякий смысл сражаться. Ты хоть осознаешь, на сколько это гигантский срок?« —Хахаха, — рассмеялся в ответ Заам, — парень, как тебя зовут? — Алан, — спокойно ответил я, вообще больше не ощущая угрозы от Заама. — Слушай Алан, сколько времени прошло снаружи? — Около 4х тысяч лет, — ответил я, вдруг осознавая одну страшную истину: если секунда на вершине этой башни длится 500 лет, то сколько времени тут провёл Заам? — Судя по твоему лицу, ты и сам всё понял, — усмехнулся Заам, — знаешь Алан, тебе очень повезло, что чистилище ослабило меня. Сейчас я потенциально, самое сильное существо во вселенной, за исключением разве что, двух людей, правил, и нескольких других сущностей. — На сколько же тогда велика сила башни? — с удивлением всплеснул я руками. — Сила башни безгранична, как и сила правил. Благодарить за это нужно безумие моего отца. Только он мог решиться на убийство посланника всемогущей сущности, — Заам вновь перевел взгляд на небо. — Знаешь, будет чудом, если я смогу победить тебя, и поглотить. Другие грехи такие же сильные? — обратился я к нему. — Нет. За пределами башни время идет медленнее, но не настолько. К тому же, я изначально был достаточно силён, — парень на мгновение замолк, не сводя взгляда с глаза в небе. — Они смотрят. Давай закончим это всё поскорее. Честно говоря, я уже устал ждать, — мрачно произнес Заам, отходя на другой край платформы, — вне зависимости от того, что произойдет, ты неплохо развлек меня. Спасибо. — И тебе спасибо за бесценный опыт, — ответил я, занимая противоположный край платформы. Теперь я наконец готов. *** Бой ожидаемо, выдался тяжелым. Заам бил в полную силу, и я тоже. Сталкиваясь, наши кулаки высекали искры. В какой то момент я уже окончательно перестал понимать происходящее, сражаясь автоматически. Бой длился долго. Очень долго. Так долго, что в один момент я уже прекратил считать. К счастью, мне немного повезло. Поймав удачный момент для контратаки на краю платформы, я одним ударом лишил Заама руки. Отпрыгнув в центре, Заам схватился за плечо. «Ну в..в.от и всё. Г..г.отовься,» — с трудом предупредил он меня, и вокруг начала образовываться густая, алая аура, в то время как взгляд Заама наполнялся безумием. Ещё пара мгновений, и из его тела хлынула безумная сила, мгновенно отрастив ему руку и немного увеличив его в размерах. Его зрачки буквально взорвались, а изо рта вырвался крик. Седые волосы бушевали под веянием ауры. Сейчас он выглядел почти как бог войны Асура. Я едва успел уйти в сторону от удара, наполненного чистейшей яростью, а потом ещё от одного, и ещё. Блокируя удар за ударом, я пытался найти брешь в защите. Несмотря на хаотичнось движений, казалось, что он неуязвим. Такая сила не должна попасть в плохие руки, или весь безымянный мир точно будет уничтожен, а вместе с ним, может и мой мир. Наши кулаки столкнулись, и боль от отдачи пронзила тело, а ударная волна рассеяла тучи, оголяя алый небосвод. Черт... Несмотря на все тренировки, только лишь руками мне его не одолеть. Даже в безумии он сохраняет мастерство. Обычная магия против его тела тоже не работает. Уверен, сейчас я смог бы призвать даже черную дыру, но не знаю как. Или мне не хватает фантазии, или всё не так просто. «ААА!» — Заам вновь остановился в центре платформы, издав рев. Его сила продолжала расти, пока ударные волны сотрясали платформу, буквально стачивая пол под ногами. На этот раз, я не смог заметить удар. Запустив меня в полёт, Заам прыжком отправился вслед за мной, продолжая атаковать меня в воздухе. Получая удар за ударом, и всё выше поднимаясь в небо, я не мог придумать выхода. Я потратил столько времени, и всё зря? Это бессилие раздражает всё сильнее. Чувствую гнев внутри. Странно. Голос гнева, это голос Кины... Она предлагает мне свою древнюю силу. Я чувствую её обиду на Заама, и на весь мир. Она ненавидит всё, до чего не может дотянуться, и что не может взять собственными силами. Хах. «Ты правда думаешь, что я уподоблюсь тебе? У алчности, как и у ярости, может быть разная направленность,» — ответил я Кине в голове, закрывая глаза и принимая очередной удар. Не важно, сколько раз он еще ударит меня, сейчас я не умру. Я так хотел летать, и вот наконец, я выше облаков. Пускай даже, под градом ударов, но мне нравится парить в небесах. Что я должен сделать, чтобы не упасть? Где то внизу, находится чистилище... Остров, дрейфующий в алых небесах, почти полностью пожранный бурей. Живы ли еще его обитатели? Я хотел бы спасти их, если возможно. «Алан, используй всё, что твоё по праву,» — услышал я голос Луны откуда то сверху. Пораженно открыв глаза, я увидел её образ в небе. Да, это вновь сознание играет со мной злые шутки, и всё же, иллюзия это или нет, не важно. Главное, что я помню, зачем вообще пришел сюда, и почему ухожу. «Не нужно верить в бога, чтобы стать святым. Нужно лишь быть хорошим человеком,» — промелькнула в моей голове мысль, и тело тут же наполнила сила. Значит, мне даже не нужен меч, чтобы вызывать эту силу? Но что то не так... Очень больно. Кажется я вошел в этот режим «не правильно». Каковы будут последствия? Хотя, сейчас без разницы. Главное, что теперь я не проиграю гневу. ---------- Эпилог. Высоко в алых небесах, над застывшей во времени башней, висели две фигуры: Заам, бушующий безумной энергией, и Алан, спокойно удерживающий его кулак ладонью. В его взгляде лед и безмятежность, а волосы медленно колышет серая энергия. Только что он принудительно заставил свое тело и уставший клинок, пройти беатификацию с 1% на 5%. Вместе с тем, он наконец понял, для чего создали чистилище, и для чего внутри заперли грехи. Всё дело в эмоциях: и мана, и аура, не только питаются эмоциями людей, но и могут изменить облик человека до неузнаваемости, толкнув его на ужасные поступки, и сведя с ума. Грехи — всего лишь проявления эмоций, что люди не способны контролировать, подпитывая собственной маной. Жадность, гордость, ярость. Все эти проблемы, от невозможности понять, чего ты действительно хочешь, и насладиться этим по настоящему, либо же от слабости перед окружающей средой. Разве проблема завистливого человека в том, что объект его зависти лучше? Ведь люди, по настоящему занятые своим делом, едва ли станут завидовать «черной» завистью. Скорее, они оценят поступок другого человека по достоинству, с мыслью: «если он так может, то и я смогу». Ведь всегда есть кто то лучше тебя. Если от этого твои руки опускаются, значит ты либо пал жертвой зависти, либо тебе не хватило сил бороться дальше. Можно ли доверить силу, и судьбу всего человечества, в такие руки? Нет, если и гнев, то чтобы защищать. Если и зависть, то чтобы совершенствоваться. Если и гордость, то чтобы иметь достоинство. Это те качества, что делают тебя по настоящему хорошим человеком. Почти что «святым» безо всяких богов. Увы, но достичь этого на 100% невозможно. Особенно в мире, где каждый норовит перегрызть соседку глотку, и дети вынуждены с ранних лет бороться за выживание. Похоже, что даже создатели чистилища имели множество сомнений, будучи неспособны использовать ту силу, к которой обратились. Потому они искали человека: не идеального, ведь никто не лишен минусов, но имеющего стержень. Способного мечтать, и честно идти к мечте, сражаясь ради этого с самим собой. Да, определенно Алан не лишен всех человеческих пороков. Он тоже может быть эгоистом, или гордецом. Он бесконечно далёк от «идеального человека», но что важнее: он способен подавить пороки в себе, применив их во благо. Потому, убийца богов всё еще не отверг его, как сделал это с собственными создателями. У парня есть потенциал, и меч это чувствует. Если однажды Алан придаст свои идеалы и принципы... Что же. Тогда его ждет трагический финал. К счастью, кажется, Алан и сам это понимает. Глядя на трясущегося от чистой ярости Заама, он не может скрыть грусти. «Если я не мог сдержаться и нескольких минут... Как же долго ты сдерживал свою ярость? В отличии от меня, ты действительно достоин этого меча,» — печально произнес зависший в воздухе парень, покуда обезумевший Заам пытался вырваться из его хватки. Сейчас Алан не чувствовал ненависти, или злости. Его серебряные глаза мерцали. Он лишь хотел освободить Заама от мучений, и помочь ему воссоединиться с Холит. На самом деле, он уже знал причину, по которой Заам запер чистилище. Он буквально увидел её в глазах обезумевшего парня, и никак больше не мог винить его за содеянное. «Дамоклов меч,» — Алан поднял руку, и в небесах появился гигантский клинок, размером с гору. Увидев подобное, Заам начал биться в конвульсиях, испуская потоки негативной энергии, и увеличиваясь в размерах. Издав истошный крик, он протянул вторую руку в сторону Алана, и в ней блеснул красный луч, в тот же миг накрывший парня с головой, и казалось, вырвавшийся в космос. Инерция от этой атаки помогла Зааму выбраться из плена ценой руки. Теперь же он падал с небес на башню, постепенно превращаясь в гигантское крылатое существо. Перекрутившись в воздухе, он схватился за башню четырьмя лапами, усевшись на вершине подобно гигантской гаргулье. Кажется, он больше не собирался атаковать. «Даже так, ты всё ещё сражаешься с собой?» — печально посмотрел на него Алан. Только что его голова обгорела до черепа, но тут же восстановилась. Шрам в виде тернового венца у него на лбу, вдруг начал сиять. Вокруг головы Алана начали возникать потоки символов, образующие нечто вроде нимба. «Тебе пора отдохнуть, друг,» — произнес Алан, опуская руку, и вместе с тем, отдавая гигантскому клинку приказ.. С металлическим грохотом, словно тонущий океанский лайнер, клинок вонзился в рот демона-Заама, пройдя насквозь, и вместе с тем разрушив часть башни. В этот же миг, и меч, и Заам исчезли. Буря в чистилище рассеялась, представив Алану прекрасный остров, и парящую рядом в голубых небесах башню греха. В тоже время, силы уже покидали Алана. Несмотря на свои новые лимиты, он всё же, использовал слишком много маны, пройдя принудительную беатификацию с 1% сразу на 5%. Падая на землю и теряя сознание, он вдруг ощутил знакомую ауру человека, подхватывающего его тело в воздухе. *** — Где я? — обратился Алан к Зааму, стоящему под водопадом, в центре летнего леса. Он уже видел это место в воспоминаниях Холит. — Отец, зачем ты пришел? — раздраженно обратился Заам к мужчине, стоящему позади Алана. — Я пришел поведать тебе о своих планах, что бы ты не расслаблялся, — с двуличной улыбкой ответил Осма. — А я каким боком отношусь к твоим планам? Я думал, ты отказался от меня, — мрачно заметил Заам. — Отказаться от тебя было бы слишком большой потерей. Потому я придумал нам игру, как для отца с сыном. — Игру? И давно тебя интересуют такие вещи? — Заам вышел из под водопада, серьезно глядя отцу в глаза. — С того момента, как ты показал свою силу. Знаешь, я подумал, что с тобой ещё не всё потеряно. Потому, у меня для тебя есть отличный мотиватор: если до 20 лет ты не победишь меня в честном бою, то я убью всех твоих друзей, их семьи, а также вырежу весь нейтральный сектор. Слышал, что там у тебя тоже появилась пара приятелей, — Осма кажется, зажмурился от удовольствия, беззаботно улыбаясь, — кстати, не советую им об этом рассказывать. Я всё слышу, так что... Это может случиться даже раньше, чем тебе хотелось бы. — Что... — пораженный Заам в ужасе застыл на месте, не в силах сказать и слова. — Надеюсь, ты сможешь совершить невозможное, и удивить меня, — подмигнул ему отец, и удалился в лес. «Выродок...» — прошептал Заам, сжав кулаки до бела, и по его щекам побежали слезы. Он только думал, что нашел друзей, как их уже собирались убить. И не кто-нибудь, а его отец — сильнейший мечник человеческой расы, превзойти которого за оставшиеся 7 лет просто невозможно. Упав на землю, Заам начал избивать мокрый камень руками, осыпая проклятиями своего отца, и себя самого. *** 600 год. Заам стоит на вершине башни греха, глядя на возвышающийся в небе глаз. «Хах, похоже, ты проиграл своему лучшему другу, отец,» — злорадно произносит он, обращаясь к глазу. «Какое жалкое зрелище. Чем ты так взбесил Хокму, что этот легендарный „белый маг“ спустился за тобой в чистилище, вырезав всех грехов, и убив тебя дважды? а? Хотя, можешь не отвечать, я его понимаю. Двух таких ублюдок в мире не найти. Посмотри, что ты вынудил меня сделать, — Заам окинул руками буруляющую вокруг алую бурю. — Я то думал, что хоть тут смогу спрятаться от тебя, и упасти своих друзей. А что в итоге? Мы все стали грехами. Из за тебя я чуть не убил собственного лучшего друга. Из за тебя эти люди будут заперты тут навечно. Как же я ненавижу тебя, и свою проклятую жизнь,» — Заам в ярости начал громить стены, будучи не способен даже проронить слезу. Наконец, когда площадка была уничтожена, он сел в ее центре, закрыв глаза. «Мне нет прощения, и всё же, извините меня. Отец разрушил врата. Я не смогу их восстановить,» — мысленно произнес Заам, обращаясь ко всем обитателям чистилища, и погружаясь в транс. *** На этом, воспоминания закончились. — Большего я не могу показать тебе, прости уж, — Заам приблизился к Алану, тихо улыбнувшись. Рядом с ним появилась Холит. Её лицо сияло счастьем. — Всё путем. Я видел достаточно, и точно не могу тебя винить. Лишь один вопрос: ты поделишься со мной своей силой? — обратился к нему Алан, протягивая кулак. — Разве что, как товарищ с товарищем, — воодушевленно произнес Заам в ответ, и их кулаки встретились. — А я? — Эдвин вышел из за спины Алана, и Заам не смог скрыть удивления. — Ну что, теперь ты доволен? Ты таки смог меня победить, — вдруг рассмеялся Заам. — Эх. Всё благодаря этому пацану, — улыбнулся Гилберт тоже приложив кулак, и через мгновение они рассеялись. *** — Ты наконец очнулся? — Знакомый голос обращался к Алану. Они не общались много, но прекрасно знают друг друга. — Похоже, что ты всё таки смог меня найти. Ха, я был прав, — мужчина лет тридцати, с длинными серыми волосами собранными в пучок, лёгкой щетиной, и мудрым взглядом, склонился над Аланом. — Серый... Так ты всё это время был тут? Я искал тебя, чтобы сказать пару ласковых, — Алан нахмурился, с трудом поднимаясь на ноги. Несмотря на некую слабость, теперь он действительно выглядел солиднее. — А ты изменился. Стал старше, лет так на десять... — Серый обошел его кругом, — Что, злишься на меня из за печати? Ну прости уж, я не видел другого выбора. Кстати, можешь звать меня по имени. Я — Дайн. — Алан Кинг. И нет, на самом деле не злюсь. Я понимаю, почему ты это сделал. Мне скорее интересно, почему ты тут прячешься ото всех. — Я не прячусь. Просто я застрял, — растерянно развёл руками Дайн. — И ты не можешь выйти? — Ммм... полноценно нет. Хотя по миру бродит пара моих аватаров, но они слишком слабы. В конце концов, я же не узурпатор. Даже теперь, когда грех гнева больше не сдерживает меня, я совсем ничего не могу сделать. — А попросить правило человечества? — Оно никому не отвечает последние три тысячи лет, а то и больше. — Разве? Вот мне похоже, ответило, — беззаботно улыбнулся Алан, и повисла напряженная тишина. — Ладно, что ты собираешься делать дальше? — Дайн достал сигарету буквально из воздуха, и закурив, сел на каменный стул. Кажется, он может создавать вещи из ничего. — А ты не понимаешь? Буду разрушать империю Доарда, — решительно ответил Алан. — Ууу... — Дайн отрицательно покачал головой, — нет, нет, и нет. Ты не должен делать этого. По крайней мере, не сейчас. — Думаешь, я не справлюсь? — Не в этом дело. Даже если ты справишься, последствия погубят сотни тысячи жизней. Речь кстати, не только о людях. Я говорю обо всех мирных народах, — взгляд Дайна был серьезен, как никогда. От прежней вальяжности не осталось и следа. — Это был их выбор. Они прекрасно понимают, что люди не заслужили подобного отношениях к себе, но даже так, они продолжают их травить, — мрачно произнес Алан. — Ты заблуждаешься. Не все расы плохие, но ублюдки есть везде. И среди людей их тоже много, например, мой дед. Но ты должен понять одну вещь: сейчас уничтожение его империи, может поставить под удар весь Флегрейс. — Что ты хочешь этим сказать? — Алану явно не нравилось, куда идет этот разговор. — Я хочу сказать, что Доард не самая большая опасность. Он скорее необходимое зло, что сдерживает по настоящему ужасных существ. Слышал когда нибудь о девятке разрушения? — Да. Слышал лично, от своего учителя. Имя Люций тебе о чём нибудь говорит? — Что? — Во взгляде мечника мелькнуло удивление, смешанное с шоком, — ты сказал, что он твой учитель? — Да. Это долгая история, но если ты хочешь знать суть: он был заперт в собственном мече, и заключил контракт с моим другом. Он учил нас обоих, пока друга не убили. Что стало с ним дальше, я не знаю. — Вот ведь... — Дайн опустил голову грустно улыбнувшись и сомкнув руки в замок. Некоторое время он молчал, глядя в пол. — Ладно, может быть, он ещё жив. Я надеюсь, что ты проверишь это. А на счёт наших с ним связей... Спроси у него сам. Сейчас мне тяжело говорить об этом. Я лишь хочу отговорить тебя от нападения на Доарда. — Не потому ли, что он твой дед? — Нет. Всё просто потому, что если его не станет, — наступит полнейший хаос. Ты когда нибудь задумывался, почему культы ещё не захватили мир? Может, им не хватает сил? — вздор. Диких богов и культы в этом мире сдерживает ровно три силы: другие дикие боги и культы, обычные боги, и империя Доарда. Слышал когда нибудь о народе Лоэ’Ноши? — Нет, никогда. — А оно и не удивительно. Эти существа не распространяются о себе без надобности, но я дам тебе о них подсказку: Нод. Если увидишь этого парня, то лучше беги. Каким бы крутым ты ни был, но с ним не справишься. А их таких далеко не один, и не два. Просто Доард получил себе самого преданного, и вкупе с «Пандорой», эта сила позволяет ему сохранять нейтралитет для всего Флегрейса. Да, периодически происходят «жертвы», и с культами даже ведется война, но всё это лишь театр малой крови, ради сохранения мира. По настоящему он хочет избавиться лишь от себе подобных — от людей. — И что ты предлагаешь делать? Смотреть на то, как проливается кровь невинных людей, пока жопы прочих рас сидят в тепле? — вспылил Алан. — Не надо так говорить. Страдают не только люди. Да и... Ты же не думал, что сможешь захватить империю, не убив невинных? Я раскрою тебе тайну: если ты ещё не понял, большинство людей Доарда ненавидит. Они служат ему из страха, и из страха пойдут на смерть, когда он прикажет. Тебе придется убивать их тысячами, ведь они буквально будут бросаться на тебя пушечным мясом. Или ты думал, что придешь в столицу и скажешь: давайте, вы все перейдете на мою сторону, потому что я сильный, и мне не придется вас убивать? Вместе мы достигнем мира! Хаха, этого ты хотел? — Дайн с осуждением посмотрел на Алана. Алан молчал. Ему нечего было добавить, и нечего возразить. Он прекрасно понимал: Дайн прав, нельзя ненавидеть всех, кто лишь внешне отличается от людей, и нельзя бездумно начинать войну против целой империи. Даже если бы он мог сразиться сразу с Доардом, всё равно не известно, какие жертвы повлекла бы за собой эта битва. — Впрочем, я не говорил тебе опускать руки. Моя организация «Мертвая рука» как раз таки занимается борьбой и против культов, и против системы Доарда. У тебя нет влияния, а у нас есть. Ты мог нам помочь.... — Я понимаю. Что я должен сделать? — решительно спросил Алан. — Для начала, ты должен помешать планам Доарда. Не убивать его, и не убивать людей, но замедлить процесс. Я знаю, что у моего деда есть план: он собирает диких богов в «Пандоре», для некого ритуала. Только трое знают всю суть ритуала, и я не в их числе. К слову, пленение этих богов так же выгодно культам, ведь всегда сопровождается хаосом. Это тоже часть их «договора» по сохранению нейтралитета. — Откуда ты столько знаешь? — Алан посмотрел в глаза Дайну, и между ними промелькнуло понимание. — Из разных источников... Не стоит недооценивать мою силу. — Хм, понял. Значит убивать богов... Ты знаешь, где будет следующий? — Ммм, нет. К сожалению, мы не вкурсе. Мы только знаем, что скорее всего нечто случится в Тидасе. В последнее время там в подполье, образуется всё больше диких культов. — А как на счёт обычных богов? — Большинство из них сейчас залегло на дно. Кто то ворошит подземный мир, кто то бродит по дну океана... Они что то там ищут, но что именно — мы не знаем. Естественно, отследить всех мы не можем. Ты должен быть осторожен, если они захотят помешать тебе, или помочь. — Всё еще не понимаю, что я должен делать прямо сейчас. Год, это долго, — задумчиво произнес Алан. — Для начала я бы советовал тебе нормально пожить. Можешь поступить в одну из магических академий Флегрейса, чтобы лучше понимать систему, против которой собрался сражаться. Может там ты найдешь единомышленников, которые также присоединятся к «Мертвой руке». — Да, я планировал так поступить. Напрягает только белый мечник. Флегрейс конечно, место большое, но если он меня заметит... Это может плохо кончиться. — Не парься, ты сильно изменился. К тому же сейчас твоя сила... Думаю, оказать сопротивление ты ему сможешь. Поздравляю со вступлением в ряды сильных мира сего, — мечник протянул парню руку. — Хах, спасибо. Что нибудь ещё? — доброжелательно ответил Алан, удивляясь тому, сколько силы в руках Серого. — Ммм, да... Береги себя, — мечник осторожно улыбнулся, выпуская кольцо дыма Алану прямо в лицо, — и не забывай, что у тебя теперь пара тысяч последователей в чистилище. На мой зов они может и не придут, а вот на твой — запросто. Конечно после того, как ты обретешь полный контроль над этим местом. — Мне увы, пока некуда их вести. Пусть ждут своего часа тут. Больше их покою ничего не угрожает, — улыбнулся Алан. Кажется, он был счастлив узнать, что остальные живы. — И то верно. Теперь иди. Я еще свяжусь с тобой, если это понадобится. — Каким образом? — Прямо через голову. Если ты конечно, мне позволишь, — усмехнувшись, мечник повернулся к Алану спиной, и тот поступил так же. — Пфф, обращайся в любое время, — бросил Алан через плечо, и на его лице мелькнула улыбка. Подойдя к центру платформы, Алан вдруг понял, что не знает, что делать дальше. «Эээй! Постойте!!!» — послышался крик откуда то снаружи башни, и на платформу упал Оливер. Кажется, он добирался сюда при помощи барьеров. «Ох, вот ведь... Я совсем о нём забыл,» — подумал Алан, ощущая легкую неловкость. — Так ты был тут?! — возмущенно воскликнул голубоглазый парнишка, бросаясь к Алану обниматься. — Хаха... Даа, мне пришлось попотеть, чтобы справиться с гневом. Ну, как видишь, теперь всё впорядке, — Алан улыбнулся парню. — Значит, голубое небо и исчезновение всех проклятий, тоже твоих рук дело? Меня из портала выбросило прямо в «Колыбель оставленных», так там все дома впорядке, и люди постепенно начали приходить в себя! Не терпится проверить блайт-таун, — Оливер вдруг погрустнел. — Что такое? — Алан удивленно посмотрел на печального мальчика. — Я ведь... не могу пойти с тобой, да? — он посмотрел на Алана с надеждой. — Честно говоря, я и сам не знаю как отсюда выйт.. Алан не успел договорить фразу, как в небе над башней появилась черная фигура ангела из воспоминаний. Сжимая гигантский клинок, он медленно опускался на башню. В его груди сиял черный крест, идеально подходящий клинку Алана. «Даже не думай,» — прозвучал голос меча в голове Алана, когда тот уже собирался напасть на ангела. «Что?! Почему? У него же вторая часть тебя!» — возмутился Алан. «Ты слишком слаб, чтобы хоть пальцем его тронуть. Это существо создали по образу и подобию прошлого пророка, и в нём содержится частичка силы правила. Ты ещё не готов к такой стычке,» — отчитал его меч. «Значит, твою полную силу мы не обретем...» — печально заметил Алан. «Ага, и людям в чистилище придется пока посидеть тут. Скажу по секрету: ты сможешь создать настоящий портал для всех, и вывести их отсюда, только с моей истинной формой». «Алан Кинг!» — прозвучал громогласный голос, и клинок в руке Алана начал светиться. «Тебе, как второму узурпатору прошедшему чистилище, я присуждаю право, свободно посещать и покидать этот мир. Готов ли ты принять его?» — прогремел голос. «Готов!» — Алан решительно кивнул головой, и на его клинке медленно стали проявляться слова древнего стиха, повторяющиеся в воздухе голосом ангела: Гордыня пусть ему будет опорой, и алчность взгляда не затмит. Кто зависти смог избежать порочной, тот не направит гнева без вины. Сдержи же похоть, узурпатор, ведь истинна любовь чиста. Чревоугодие не есть тебе преграда, и лень не замолчит твои слова. Отринь уныние, что серо, и в душу свою загляни: Что видишь там, средь голубого неба, в вершине врат сияющей судьбы? Храни тот образ, что застынет на устах, ведь в этом цель и суть твоя, как человека. Бессмысленна вся сила божества, когда за ней стоит слепая вера. «Ого, кто сочинил этот стих?!» — воскликнул Алан, вглядываясь в гравировку клинка. «Это был Хокма,» — с улыбкой ответил Дайн. «Вы что, знакомы?! Сколько же тебе лет?!!» — удивленно уставился на него Алан. «Секрет,» — подмигнул ему Дайн, переводя взгляд на зависшее в небе око. — Алан, ты ведь вернешься? — печально обратился к нему Оливер. — Конечно вернусь. Куда же я денусь? А пока на вот, передай это мужчине по имени Иов. Он живет где то вне башни. Скажи, что я хорошо подумал, и решил вернуть такую ценную вещь, — Алан протянул Оливеру кольцо, бушующее синей энергией. — А теперь, мне пора, — взмахнув клинком, он разрезал реальность, образовав узкий портал. — Мы все благодарны тебе за спасение, — закричал ему вслед Оливер даже не сдерживая слез. — Угу, — Алан улыбнулся через плечо. «Интересно, как там Лу́на? Надеюсь, я не слишком долго,» — подумал он, входя во врата. ---------- Послесловие автора. Приветствую своих дорогих читателей! Для начала хочу поблагодарить вас за то, что читаете, и себя, за то что пишу. 3й том выдался непростым, как для меня, так наверняка и для вас. В этом послесловии хотелось бы обсудить по пунктами планы на будущее. 1) 4й том скорее всего будет, но только когда я отредактирую 1й и 2й. Судя по всему, большинство читателей отсеивается именно на старых, не редактированных главах, что конечно же, не очень приятно. Точной даты для начала выхода 4го тома пока нет. Ориентировочно это начало апреля. 2) Я рассчитываю обновить обложку для всего цикла книг. Нужно, чтобы на ней хоть был главный герой и героиня, для пущего коннекта с аудиторией. Когда и как это будет, пока не знаю, т.к цены на обложки огромные, а я безработный студент. Если кто то знает хороших авторов, рисующих в аниме стилистике не за 400 баксов, то напишите в комментарии, пожалуйста. 3) Немного спойлеров по содержанию 4го тома: магическая академия, много романтики, старые герои, тайны, интриги, расследования, и капелька повседневности. Хочу сделать его чуть более казуальным по крайней мере в начале, но не слишком. Всем ведь порой нужно отдохнуть, и Алан не исключение. 4) ВОЗМОЖНО в книгах появятся литРпг механики. Честно говоря, мне такое не нравится, но порой трудно оценить силу персонажа исходя только из того, что он делает. В любом случае, полноценные «системы» я не намерен вводить никогда. 5) Ещё немного про 4й том: скорее всего он будет написан «для всех». Иными словами, я постараюсь дать некоторую вводную, чтобы читать можно было минуя первые три книги. Возможно, это даст циклу новую жизнь (хотя он вроде как и не умирал. 4 месяца прошло же только. Боже, сколько я награфоманил? Я вообще сплю?) 6) Возможно, я смогу получить коммерческий статус на Author Today до конца года (если статистика набежит). Пока не знаю конкретно, какие книги из присутствующих там буду продаваться, но с других площадок убирать книги не буду (пока не понял, насколько это этично, но пиратство и так и так, победить невозможно) Вообще, изначально, я не планировал продавать эти книги. Увы, тогда я ещё не осознавал, СКОЛЬКО времени на них уходит. Если я хочу сохранять такой же темп выхода глав, то без этого никак. На этом, в общем то, с новостями покончено. Уж не знаю, плохо или хорошо у меня получился третий том, но по крайней мере он важен для истории мира. Думаю, в будущем, он ответит на множество вопросов. Всем спасибо, что продолжаете читать! Берегите себя, и всегда носите шарфик. Даже не знал, что с ним на улице так уютно. Туда кстати, стоит иногда выглядывать. ---------- Охотник на богов RE: Катарсис - Пролог. Вдалеке плачет ребенок, и дым поднимается над руинами. Пламя охватывает дом за домом, неизбежно погружая редких жителей в пучины ужаса. Девушка, чьи серебряные волосы измазаны сажей, пробирается сквозь разрушенные дома, прижимая красный камень к груди. На ее белой форме следы крови. В руках совсем не осталось сил, и тело отказывается повиноваться. Поднявшись на второй этаж дома, она садится вплотную к стене, поджав колени, и глядя вдаль, через огромную дыру в постройке. Вокруг она слышит их: медленно снующих по городу тяжелой поступью тварей, жадных до человеческой плоти и души. Она должна прятаться. Она должна выжить. Но вот, вдалеке виднеется существо, корень всех бед: гигантский гуманоид, что подобно горе возвышается над городом. Его кожа темна как ночь, два рога на голове блестят в свете луны, и гигантский тесак божьей карой опускается на город. Совсем недавно она стояла там, глядя в его красные глаза, рядом со всеми. Она пыталась справиться с ним, но ей не хватило сил. Ни огня, ни времени, ей не хватило для этой битвы. Для нее остался лишь последний, самый позорный выход — побег. С тяжелым сердцем она просто пыталась выжить. Пыталась бежать наперекор принципам, покуда силы не оставили её. «Алан, прости меня, я такая слабая,» — подумала девушка, и слезы заструились из ее золотых глаз. Закрывая лицо рукавом куртки, что досталась ей от любимого, она думала лишь об одном: «Если бы ты был тут...» «О чем ты? Ты поступила верно. Люций ведь учил нас этому, да?» — прозвучал знакомый голос у нее в голове. Вскочив на ноги, девушка подбежала к дыре в стене, не веря своим глазам и ушам. Прилив адреналина позволил ей вновь использовать немного маны. Теперь она видела знакомый силуэт вдалеке, застывший в воздухе высоко над землей. «Что ты делаешь, дурак!» — отчаянно прокричала она едва не выпав из дома и заливаясь слезами, словно между ними и не было расстояния в несколько километров. «Что я делаю?» — образ яркой, уверенной и агрессивной улыбки, что виднеется через плечо, возник у нее в голове. Внезапно, тесак гигантского существа замер в воздухе. «Ты уже спасала меня много раз. Теперь моя очередь,» — вновь звучит голос в голове, и руины озаряются белым светом, способным ослепить даже солнце. «Не надо!» — кричит девушка, наплевав на любую скрытность и захлебываясь слезам. Потеряв равновесие, она выпадает из дома прямо на разрушенную дорогу. Сквозь помутившийся рассудок ей слышатся тяжелые шаги, неспешно приближающиеся по разрушенной мостовой. «Только бы это был ты...» — бормочет девушка, теряя сознание в луже крови, от вновь открывшихся ран. ---------- Облачно. «Сегодня дождь?» — девушка выглянула в окно, выходящее на побережье одного из каналов Тидаса. Этот город, возведенный прямо в жерле древнего кратера-вулкана, славился видами своих каналов, медленно уходящих вглубь земли, и перетекающих в подземные речные пути. Вечно дождливый и пасмурный, он сулил лишь печаль. «Свежо!» — Луна полной грудью вдохнула воздух, что уже наполнился запахом грозы. Её золотые глаза блеснули при виде молнии, что ударила в шпиль академии, возвышающийся в центре города. Этот вид лишь добавлял грусти, ухудшая из без того тоскливое настроение. «Завтра снова учиться... Тяжело,» — смиренно подумала она, закрывая окно, пока глаза блуждали в поисках серого платья. «Вот ты где...» — открыв шкаф, она выбрала одно из оставленных ей хозяйкой дома платьев. Все они простоваты на вид, но и Луна не любитель броских нарядов. Натянув низкие полусапоги по погоде, и обернувшись в накидку Алана, она вышла в коридор второго этажа дома. Спускаясь по лестнице, снизу до нее донесся крик: «Эй, Лу! Там тебе по магической почте письмо пришло! Проверь ящик, — кричала Элли с кухни, попутно пытаясь что то приготовить, с чем у нее, судя по горелому запаху, не складывалось. «Спасибо!» — выпалила Луна, быстро спускаясь по лестнице. Лишь она услышала о письме, как её глаза загорелись. Всё таки, это могут быть новости о нём... Вынырнув на улицу, где ливень уже стоял стеной, она захлопнула дверь. «Вот ведь... Она забыла зонтик. Там же ужасная погода!» — засуетилась Элли, в поисках зонта. К тому же, даже спустя несколько минут, Луна не вернулась в дом. Неужели она собралась идти куда то в такой дождь, да ещё и без зонта? «А вот и он,» — победоносно вытащив зонт из под лестницы, Элли преодолела просторную гостинную и отворила дверь на улицу. Увиденное за дверью ввело её в ступор: Луна стояла под проливным дождем, глядя на серое небо, и изо всех сил сжимала в руке пергамент. Ее лицо исказила гримаса боли, покуда слёзы смешивались с дождем. — Ну перестань, Лу... Мне самой больно становится, — произнесла Элли, накрывая Луну зонтиком, и обнимая. — Уже год.. прошел.. Ровно год.. Где он? Почему он заставляет меня ждать... — пробормотала Луна, вцепившись в Элли и не переставая рыдать. В ее голосе смешались обида, злость и печаль. — Да, я понимаю твои чувства, — Элли положила девушке руку на голову, сама чуть не плача, — Мы тоже ему благодарны. Страшно представить, сколько он пережил мучений, чтобы нас спасти. И знаешь, почему то мне кажется, что он обязательно вернется, — Элли улыбнулась девушке. — Ты правда так думаешь? — Луна подняла к ней свои глаза, полные слёз. — Конечно, а как иначе? Ты ведь так усердно готовишься к этой встрече, не так ли? — Элли улыбнулась во весь рот. — Наверное ты права... Я опять расклеилась, — серьезно произнесла Луна, утирая слёзы, — Знаешь, порой кажется, что он меня скорее злит своим отсутствием. Как бы я не свернула ему шею по приходу... — Вот, узнаю свою подругу. Только не убей его, когда он появится, — ехидно подметила Элли, — пойдем, прогуляемся по набережной, — она схватила Луну за руку, и потащила к каналу. *** «Даже не знаю, что на меня нашло...» — пробормотала Луна, стоя под зонтом на каменной мостовой, и бездумно вглядываясь в воду. — Просто наши мужчины, это наша слабость, — Элли немного помрачнела, отведя изумрудные глаза в сторону. Ее рыжие волосы вились на ветру, как и края бинтов на руках, сигнализирующие о тяжких тренировках. — Рей ещё не вернулся? — тихо спросила Луна. — Нет, и на связь уже день не выходил. А ведь я говорила ему, что за пределами Тидаса может быть опасно, — Элли раздраженно сжала ручку зонта, от чего та чуть не лопнула. — Но он ведь тоже сильный, разве нет? В одиннадцатом отряде он был далеко не на последнем месте. — Правда, что этого идиота очень тяжело убить... Он сам как большой камень, — Элли пнула небольшой камешек ногой, и тот несколько раз оттолкнувшись от воды, пошел ко дну канала. — Может быть, коалиции до вас уже и не особо есть дело? Какой прок им ловить дезертиров целых полтора года? Вы ведь даже в академию смогли поступить, — резонно заметила Луна. — Может и так. Хотя тот мужик, который расспрашивал о нас год назад, все еще всплывает в памяти, — Элли встревоженно посмотрела на тучи, — Честно говоря, я уже ничего не понимаю. — По крайней мере совет Тидаса, как и академия, поддерживают настоящий нейтралитет, а не то, что происходит в остальных городах. Уж тут то они вас не тронут, — Луна вынырнула из под зонта, покрутившись под дождем, словно балерина, — к тому же, Алан ведь воскресил вас, а значит у вас теперь другая аура. Для коалиции вы считай что мертвы. — Угу, если бы не это, от нас бы точно не отстали. Но всё же, я волнуюсь... — Элли встревоженно посмотрела на Луну, подходя к ней с зонтом, — пойдем домой, а то ты заболеешь. У нас завтра первые экзамены. — Точно, я чуть о них не забыла, — печально улыбнулась Луна, чем вызвала у Элли немалое удивление. За последние полтора года, она улыбнулась впервые. — Ты ведь опять подумала о... — не успела договорить Элли, как Луна попыталась схватить её за нос, но из за своего полутора-метрового роста не могла толком дотянуться. — Хаха, ладно ладно, закрыли тему, — шутливо отбивалась от нее Элли. *** За обеденным столом большого дома, где сейчас проживали все члены 11го отряда, сидели двое. — Через неделю у нас вступительный фестиваль. Мы будем готовить какой нибудь праздник? — поинтересовалась Луна, безучастно ковыряя куриную ногу вилкой. — Не фнаю, ты федь у нас фтароста, — Элли кажется, хотела поставить мировой рекорд по скорости поедания курицы, проглатывая её даже не жуя. — А ты помощник старосты! Так что не отлынивай. К тому же, у меня совсем нет идей... — Луна бессильно посмотрела на подругу. — Лафдно, что нибудь придумаем, — опустошив тарелку, Элли вдруг подняла кверху палец, — О! Придумала, — победоносно скандировала она, нелепо размахивая рукой. — Давай не томи. — Значит так: на фестивале ведь будет оба корпуса, верно? Парни там тоже будут, а значит... — Элли, тебе 25 лет, какие парни? — Луна посмотрела на подругу с шутливым осуждением. — Во первых, мне 22! Во вторых, я вообще то для всех стараюсь! — Думаешь, девочки будут рады, если мы объединимся с корпусом парней? — Луна поджала губы. Эта идея ей явно не по душе. — Нужно просто всё хорошо продумать. Конечно среди парней там есть и отморозки. Особенно те, которым меньше 18 или больше 22, хех, — Элли злобно ухмыльнулась, — но мы будем стоять на страже наших девочек, чтобы они могли познакомится с нормальными парнями. — Тогда оставляю это на тебя, — Луна приблизилась к Элли, и шутливо похлопав её по плечу, направилась к лестнице на второй этаж. — Слушай Лу, а тебя не бесит эта система? — обратилась Элли к уходящей девушке, и та замерла на месте. — Ты о разделении корпусов на женский и мужской? — Ну да. — Нет, она мне даже нравится. От парней нельзя ожидать ничего хорошего, — раздраженно выпалила Луна, — К тому же, основной задачей академии является обучение. Разве личностные отношения этому не помешают? Ведь расы тоже разделены по корпусам. — Рассуждаешь как занудный трудоголик... — Элли закрыла лицо рукой, — и всё таки, ты сильно изменилась. — Я уже говорила тебе, что с Луной из прошлого у меня нет ничего общего, — раздраженно ответила Луна, поднимаясь по лестнице, — тогда у меня было несколько тысяч лет опыта, а теперь только воспоминания Алана. Я даже его самого толком не помню... — девушка вдруг изо всех сил вцепилась в деревянные перила. — Но ты ведь всё равно его любишь, верно? — внезапно для себя спросила Элли. — Честно, я не знаю... Наверное всё же люблю, раз он снится мне каждую ночь, и я со слезами жду его прихода. — Но?... — Но мои воспоминания угасают... — девушка опустила глаза задрожав всем телом, — с каждым днем, я всё меньше помню о нём. Я уже не помню как он выглядит, и даже его голос нужно додумывать. Я о нём совсем ничего не знаю. Может я и хотела бы любить его, но почему, сама не понимаю. Разве он был бы рад, полюби я его только потому что он спас меня? Я совсем не знаю, какой он... — Думаю, он бы тебе понравился, — печально произнесла Элли, отворачиваясь к кухонному окну, — просто, если встретитесь, начните с малого. Постарайся понять, что он за человек. — А вдруг он... вдруг он мне не понравится? — с ужасом выпалила Луна, — ты ведь знаешь, как я отношусь к парням. Что я тогда скажу ему? — Вот только не говори мне, что чувствуешь себя обязанной его любить, — мрачно произнесла Элли. — А что ещё делать? Ты бы видела, какой он был счастливый, там, во временной петле. Я почти ничего не помню с того момента, но это запомнила точно... — Лу, — Элли подошла к лестнице, и предельно строго посмотрела подруге в глаза, — я не очень хорошо знаю Алана, но уверена, что он от тебя ничего не требует. Более того, узнай он, что ты обязала себя любить «в благодарность», он бы наверное просто сошел с ума от обиды и горя. Это ведь как любовь из жалости: такого на самом деле никто не хочет. К тому же, при первой встрече, он мне показался очень рассудительным парнем. Уверена, даже если у вас ничего не получится, он тебя поймет. — И что мне сейчас делать? — чуть успокоившись, девушка обессиленным взглядом уставилась на подругу. — Для начала, быть собой, и думать о том, что можешь сделать сейчас. Где та боевая староста, которую я знаю? И вообще, как твоя подруга, я бы хотела, чтоб ты немного пожила для себя. Попробуешь? — Я... я подумаю, — развернувшись, девушка быстро поднялась по лестнице, и побежала в свою комнату. «Вот ведь напасть... Алан, ты это видел? Ей без тебя очень тяжело. Когда же ты наконец вернешься?» — Элли посмотрела на пасмурное небо за окном гостинной. Камин трещит. Ветер крепчает. «С каждым разом эти сны всё страшнее,» — подумала Лу́на, протирая глаза, и садясь на край кровати. Пораженно глядя в пол, она пыталась отойти от очередного кошмара. Утро уже встречало ее пасмурным небом, и от ветра в просторной комнате даже открылось окно, а вместе с ним, тревожно дрожали занавески. ---------- Ветер перемен. На следующий день дождь стал только сильнее. Ранним утром, накинув плащ Алана, Луна брела по мощеной мостовой. С этой набережной прекрасно видно зеленый остров, расположенный в центре озера, занимающего четверть площади всего города. Этот остров называют «районом леса», или же, попросту, эльфийским районом. Луна часто заглядывается на многометровые деревья, растущие в этом лесу, и возвышающиеся чуть ли не к верхушке кратера. Её дом как раз стоит на мостовой этого озера. Сегодня же, всё было иначе. Девушка не отрывала глаз от земли. Её настроение испортилось с самого утра, из за очередного сна с Аланом. Последние несколько дней сны были подозрительно мрачными, а его лицо и голос словно окончательно стерлись из памяти. Несмотря на грусть, она не могла проронить больше ни одной слезы. Эта ситуация уже почти не трогала её. Остались только печаль, и чувство вины перед Аланом. Впрочем, а какой у нее был выбор? Всё же, сложно целый год думать и переживать о человеке, которого ты не знаешь. Подойдя к широкому мосту, девушка остановилась. «Ты слишком добрая,» — звучали слова Элли в голове у Луны, пока она смотрела на шпили академии, скрывающиеся в стене дождя. Эта монументальная постройка, вполне могла бы сойти за целый город. Вмещая внутри несколько тысяч человек, она умудрялась пустовать последнии сотни лет. «Соберись, ты же легендарная староста первого класса,» — отчитывала себя Луна, бредя по мосту. Почему то именно сегодня, Луна вообще не хотела идти в академию. Тем временем, мимо пробегали студенты в форме, не желающие опаздывать на первый урок. Остановившись на середине моста, девушка посмотрела на другой конец округлого, каменного берега. На мгновение ей показалось, что она заметила нечто... странное среди домов. Серая вспышка всего на одно мгновение мелькнула на правом берегу. От ауры, которую излучала эта вспышка, у Луны по щеке прокатилась одинокая слеза. «Я совсем обезумела... Он мерещится мне и тут. Если кто то увидит меня такой, то моя репутация будет уничтожена,» — печально улыбнулась Луна, поднимая глаза к небу. «Мне нужно взять себя в руки. Я обещала,» — серьезно произнесла она вслух, сжав кулачки, и резвым шагом направляясь ко входу в академию. К слову, с этой стороны как раз находились два корпуса людей, или вернее будет сказать: две части первого этажа. Минуя большие ворота, и пройдя ещё несколько стен, «луковицей» образующих внешние области для тренировочных площадок, садов и зон отдыха, девушка наконец подошла ко входу в академию. Юркнув в двери вслед за учениками, она тут же очутилась в длинном, широком коридоре, с высоким, чуть ли не двадцатиметровым потолком. В конце коридора виднелась роскошная лестница, ведущая на второй этаж, где располагались учебные классы. Первый же этаж южной части «замка» был отведен под жилые помещения, гардероб и столовые. Соответственно, восточная часть для эльфов, западная для зверолюдей, а северная для всех остальных. К слову, именно северная часть замка самая населенная. «Ах ты урод!» — послышалось из правого коридора, ведущего к общежитию мальчиков, после чего оттуда буквально вылетел какой то парень, в очень растрепанной одежде, приземлившись перед ногами Луны. Подняв взгляд на девушку, он застыл в ужасе. «О нет... Тебя ещё не хватало... Ну чем я это заслужил?» — простонал он, отползая в сторону, пока Луна сверлила его взглядом. «Что, нашему холодному цветочку не терпится вновь обидеть мальчишек?» — послышалась насмешка из за угла, и перед девушкой появился блондин в черной форме академии. Его волосы чуть закрывали глаза, спадая до уровня скул. Острые черты лица, алые зрачки, надменный взгляд и высокомерная улыбка, говорили все вместо слов. «Это будет правдой, если ты не перестанешь меня так называть,» — раздраженно произнесла Луна, проходя мимо, и даже не удостоив парня взгляда. «Ну что же ты так? Я думал, мы друзья,» — ухмыльнулся он, попытавшись схватить ее за край платья, но другой ученик остановил его руку. «Фрай, не надо,» — обратился к нему всё тот же ученик. Он кажется, был на голову выше и без того высокого Фрая. Темная челка скрывала изумрудный, холодный взгляд. «Тц, и почему ты постоянно мне мешаешь?» — разочарованно вздохнул Фрай, глядя вслед поднимающейся по лестнице Луне. Ее серая накидка, с жетоном авантюриста класса А, очень его раздражала. Все первогодки из человеческих классов знали, что на жетоне числится не её имя, а имя некоего «Алана», но кто это такой, разузнать не удавалось, из за чего вокруг девушки витало множество слухов. «У меня к тебе похожий вопрос: почему я постоянно вынужден тебе мешать? Может будешь вести себя нормально? Как раньше,» — ухмыльнулся парень, направляясь к лестнице. «Тьфу... Когда уже Ренди забудет об этом темном этапе моей жизни?» — тихо выругался Фрай догоняя парня, в попыхах задев локтем проходящую мимо девушку. «Ой, простите, мистер Фрай,» — краснея выпалила она, делая несколько шагов в сторону. «Ничего, всё в порядке,» — добродушно улыбнулся он ей в ответ, и вокруг послышались восторженные возгласы девчонок. «Пхах, ты переигрываешь,» — рассмеялся стоящий на ступеньках Ренди. «А ты, похоже, никогда не будешь доволен,» — Фрей отмахнулся от него рукой, поднимаясь по лестнице. Он уже потерял из виду Луну, и это почему то раздражало его. *** Уроки по изучению ауры проходили очень скучно. Сидя у огромного окна, в древнем классе, Луна смотрела на проплывающий по каналу парусник. Её всегда удивлял тот факт, что после эти корабли уходили глубоко вниз, по подземным речным каналам. Без магии пространства тут явно не обошлось. Чувство тревоги никак не покидало её. Сегодняшнее, совсем крохотное происшествие на мосту, кажется выбило её из колеи. Разве ей могло показаться? «Луна, ты слушаешь?» — обратился к ней преподаватель, Лод Линдертон. Этот темноволосый мужчина в белом, грязном халате поверх зеленого свитера, выглядел так, словно не спал несколько лет. Темные круги под глазами и неаккуратная щетина, были его визитной карточкой. Сейчас же он вёл первому курсу девочек изучение аур. На самом деле, это не его основной предмет, но прошлый преподаватель уволился, и его поставили на замену. «Конечно, учитель, я всё запомнила,» — спокойно ответила девушка, глядя на магическую доску, что медленно пульсировала изображениями разных видов аур. «Ну вот и хорошо,» — расслабленно улыбнулся Лод, поворачиваясь к доске. «Даже не спросил ее,» — послышалось недовольное бурчание с задних парт. Впрочем, они были правы: Луна находилась на хорошем счету почти у всех преподавателей академии, и Лод не был исключением. «На этом всё. После перерыва у нас с вами экзамен по аурам, а теперь дайте мне подышать,» — устало произнес учитель, падая в кресло, и доставая сигарету. Сейчас, ничто в мире не могло помешать ему закурить в кабинете. Когда все ученики уже вышли, то внутри темного класса остались только Лод и Луна. Стоя у панорамного окна, девушка никак не могла выбросить из головы сегодняшний случай. — Что то случилось? Ты сама на себя не похожа, — пространно произнес Лод, выпуская кольца дыма, тут же уносящиеся магическим ветром в форточку. — Учитель, а можно ли почувствовать ауру уже умершего человека? — немного погодя обратилась к нему девушка. — Хм... — на миг Лод затих, — думаю что, нет. Даже если воскресить человека, его аура будет отличаться. Ты же правда хорошо слушала мои уроки? Аура уникальна для каждой итерации любого живого существа. Малейшие изменения в душе или личности, изменяют и ауру. Что уж говорить о смерти... — А фантомные явления? — Слишком большая редкость. Вероятность на грани погрешности, — сказал как отрезал учитель, стряхивая пепел, исчезающий в воздухе даже не касаясь земли, — а что, ты видела нечто подобное? — Лод внимательно посмотрел на девушку. Кажется, эта тема волновала и его самого. — Не уверена. Просто, это... — Луна не смогла договорить фразу, и лишь схватилась за край плаща Алана. — Оу... — в глазах Лода промелькнуло понимание, и удивление. Он задумчиво погладил щетину, — Слушай, Луна. Я никогда не спрашивал тебя об этом раньше, и может быть, мой вопрос тебе не понравится, но... Чей это на самом деле плащ? — он указал на серую накидку с аксельбантами, очень напоминающую адмиральские накидки. Девушка никогда с ней не расставалась. — Ну, это... Её мне подарил один очень важный для меня человек, — печально произнесла она, вглядываясь в грозовую тучу. — И где он сейчас? — осторожно поинтересовался Лод. — Мертв, — девушка опустила глаза к полу, и потому, не могла видеть пораженной реакции Лода. — Вот как... Очень жаль, — произнес учитель, доставая вторую сигарету. — А почему вы спрашиваете? — вдруг удивленно посмотрела на него Луна. — Да так... Просто мне показалось, что эта накидка тебе очень дорога. Ты никогда с ней не расстаешься. Даже до меня доходили разного рода слухи на эту тему. — Да, вы правы. Я не могу расстаться с ней ни на секунду. Может из за неё я сегодня видела его ауру? Словно серая вспышка, прямо в мозг. Разве такое бывает? — девушка с надеждой посмотрела на учителя. — Честно говоря, не знаю. Магия, это явление не такое уж предсказуемое. Это могла быть иллюзорная аномалия, или сбой твоей собственной памяти. Да что угодно, — устало выдохнул дым учитель. — Ладно, похоже что я так и не узнаю ответ на этот вопрос, но всё равно спасибо, учитель, — Луна благодарно улыбнулась. Лод был одним из немногих мужчин, которых она уважала, — думаю, Алану вы бы понравились. — Хах, не сомневаюсь, — Лод не смог скрыть удивления, впервые увидев улыбку на лице Луны, — этот Алан, что он был за человек? Можешь не отвечать, если тебе тяжело об этом думать. — Всё в порядке, — Луна повернулась к окну, пытаясь вспомнить хоть что то, но воспоминания ей не повиновались, — честно говоря, я не знаю. Мои воспоминания о нём словно таят... Остались лишь эмоции, но и их мне трудно описать. Знаете, порой мне кажется, что я схожу с ума, и он везде мне мерещится. — Вот как? Это странно. Может быть, эти вещи как то связаны... — пробормотал себе под нос Лод. В этот момент, на всю академию раздался звук совы, знаменующий начало нового урока. В класс тут же хлынули ученики. — Стоп, — учитель подошел ко входу в класс, — экзамен будет проходить на улице, так что все мигом во второй внешний круг. — Но там же дождь! — воспротивилась темноволосая девочка лет 15 в больших очках. — И что, ты боишься воды? В мире есть вещи и пострашнее, — усмехнулся Лод, удаляясь по коридору. Судя по виду, он был чем то встревожен. *** Экзамен по аурам проходил в привычном формате: на площадке одного из внешних кругов академии, прямо под проливным дождем стояло порядка двадцати девочек. Задача у них понятная: схватившись двумя руками за края нитки, им нужно порвать её, используя только собственную ауру. Увы, сделать это не так просто, как кажется. Прошло уже несколько часов, а из всего класса справились только двое. Впрочем, постепенно ситуация выправлялась. К слову, Луне, что я стояла во главе всего класса, практическая часть экзамена давалась очень тяжело. У нее всегда были проблемы с управлением аурой, и сейчас она рисковала закончить экзамен последней. «И куда подевался учитель? Его уже несколько часов не видно!» — топая ногой протестовала одна из буйных учениц, обращаясь к ассистенту Лода, парню из старших классов. «Он сказал, что у него появились неотложные дела. В любом случае, он бы вам не помог,» — мрачно произнес ассистент, явно знакомый с методами обучения Лода. «Вот как? Ну и ладно!» — топая по лужам и махая светлыми косами, девушка удалялась обратно в академию. Несмотря на скверный характер, экзамен она прошла первой. Наконец, спустя еще один час, на площадке осталась только Луна. В другой день, она бы справилась с такой задачей за десяток минут, но именно сегодня аура её совсем не слушалась. Как назло, дождь становился лишь сильнее, но девушка никак не собиралась сдаваться. «Что, тяжело идет?» — послышался усиленный магией голос Фрея. Он стоял облокотившись на переднюю стену, прямо рядом с выходом на следующий внешний круг. К слову, из за многометровой толщины стен внешних уровней, каждый из проходов представлял собой темный тоннель, особенно в вечернее время суток. Не ответив ему, Луна продолжила попытки. Экзамен не подразумевает ограничение по времени, а значит, хоть сейчас и вечер, но она всё ещё может успеть сдать. Даже наступившие полутьма и дождь стеной, не остановили бы её. К тому же, проблема заключалась не в них. «Надо же, какой у тебя боевой взгляд,» — ухмыльнулся Фрей. «Прекрати следить за мной, безумец, или я сломаю тебе ноги,» — пригрозила ему Луна. «Ты то? У тебя только 1500 ранк маны, а меня все 3000, что ты мне сделаешь?» — ухмыльнулся Фрей, и тут же помрачнел. Луна пораженно смотрела куда то мимо него, в проход ко внешнему уровню. В её глазах застыл страх, и всего через мгновение, она в ужасе бросилась бежать. «Но.. что?» — Фрей шокировано развел руками. Он никогда не видел такого выражения лица у этой вредной, своенравной девчонки. «Она же не из за меня так расстроилась?» — подумал он, заглядывая в темный переход, как вдруг некто схватил его за затылок, и сильно ударил лицом об каменную стену темного тоннеля. — Ты ничего не видел, — мрачно произнес голос. — Ага, хрен тебе! — воспротивился Фрей, попытавшись вырваться, но с ужасом для себя обнаружил, что его аура полностью подавлена аурой нападающего. — Ты. Ничего. Не. Видел. — от второго удара Фрей едва не потерял сознание. Эта аура не была ему знакома. Она точно не принадлежит кому либо из учеников академии, или учителей, ведь он изучил ауру каждого из тысяч учеников. — На кой тебе эта девчонка? Боишься, что я подпорчу её репутацию? — усмехнулся Фрей. — Нет. Тебе ведь дорога твоя жизнь? — рядом с лицом Фрея, вмятым в стену, появился синий огонёк, — если я узнаю, что ты кому то рассказал... Мне придется пойти против принципа, и таки убить человека. Понимаешь, о чем я? И не пытайся больше преследовать её, или я найду тебя, — судя по голосу, человек не шутил. Фрей на самом деле никогда не был идиотом, и потому мог лишь согласиться с ним. — Ладно, я понял. Забудем это недоразумение, — сдался он, пытаясь углядеть обидчика. — Ну вот и хорошо, — руки мигом отпустили Фрея, и фигура растворилась в пустоте. Он не успел заметить даже края одежды этого мужчины. «Сколько у него ранк? Я на пятом месте в рейтинге, среди новичков, и ничего не смог ему сделать. Это кто то из старших? Да ещё и магия телепортации...» — Фрей разминал шею, направляясь обратно к академии. Луны, по всей видимости, и след простыл. Вдруг, краем глаза, он заметил учителя Лода, стоящего на вершине внешней стены в свете вспышек молнии. Тот курил сигарету прямо под проливным дождём, спокойно глядя на Фрея. «И ведь ты, ублюдок, всё видел, но ничего не сделал. Я прав?» — ухмыльнулся Фрей, когда их взгляды встретились. «Похоже, придется играть по этим дурацким правилам. Хотя... У меня кажется, только что назрел один гениальный план,» — засунув руки в карманы и бессильно улыбнувшись, Фрей беззаботно зашагал к одному из входов в мужское общежитие. *** «Это он, это точно был он...» — ворвавшись в дом, в слезах Луна промчалась мимо Элли и Гилберта, обсуждающих что то в гостинной. Быстро поднявшись на второй этаж, она заперлась в своей комнате, и скинув плащ, упала на кровать прямо в мокром платье. «Лу, что то случилось?» — послышался обеспокоенный голос Элли за дверью, и стук, но девушка не ответила. «Я схожу с ума, я точно свихнулась,» — думала она, продолжая рыдать в подушку. «Он смотрел на меня так спокойно, и так понимающе... Словно не хотел напугать. На мгновение мне даже показалось, что я что то вспомнила. Но его седые волосы, и вспышка молнии... Мне ещё никогда не было так страшно,» — девушка тряслась всем телом, зарываясь в одеяло. Сейчас ей хотелось лишь забыться. Как можно скорее уснуть, убежав от реальности. Пускай даже он снова приснится ей, но тогда, она хотя бы будет знать, что это сон, и что она не сошла с ума. Только сейчас она начала понимать, что на самом деле не верит в возможность его возвращения, и от того ей лишь больнее. «Я устала. Мне нужно быть благодарной, но забыть тебя. Нужно смириться. Сегодня, я плачу из за тебя последний раз,» — серьезно произнесла она, закрывая одной рукой глаза, а второй пытаясь дотянуться до потолка, словно до неба. ---------- Церемония. На следующее утро, Луну было не узнать. Вернее, она просто вернулась к своему прежнему состоянию. «Точно всё в порядке?» — обратилась к ней Элли, когда они ступили на территорию академии. «Да, всё отлично. Как там подготовка к фестивалю?» — девушки вышли в самый широкий из внутренних кругов. Расстояние от стены до стены тут составляло пару сотен метров. Сейчас, здесь студенты расставляли палатки и вывески. Кто то готовился ставить сценки, а кто то уже начинал продавать свои зелья. По крайней мере, так было у девочек. — Боюсь, что если до завтра дождь не прекратится, — фестиваль на улице отменят, и всё это будет зря, — Элли указала на стенды мальчиков, стоящие через дорогу. Среди них, в основном, артефакты на продажу, книги заклинаний, и всего одна шашлычная. «Ещё будешь такое говорить?!» — вдруг послышался раздраженный мужской крик из за соседнего шатра. Луна тут же оказалась рядом, перед девочкой лет 16ти, что держалась за щеку рукой, и тремя парнями, которые явно её задирали. — Что тут происходит? — строго спросила Луна. — О, посмотрите, и эта малявка нарисовалась. Между прочим, твоя подружка сказала, что наши стенды — отстой, — насмешливо произнес двухметровый брюнет с колючими волосами. Этот парень славился на всю академию своим бесконечным желанием драться и оскорблять. — А что, разве это не так? — Луна мрачно посмотрела на девушку. На её лице виднелся след от пощёчины. — Конечно н.. — не успел парень договорить фразу, как тут же получил удар в живот, и сложился пополам. — Разве ты не знал, что на территории академии физическое насилие запрещено? — прошептала ему на ухо Луна. — А ты? — послышался вопрос от куда то со стороны, и медленные хлопки. — Фрей... Ты никак не отстанешь от меня? — их взгляды встретились. Луна кажется, ни капли не переживала, что вчера он что то увидел, а Фрей делал вид, что ничего не произошло. — Нет, я просто проходил мимо, и увидел, как ты бьешь моих друзей. Знаешь, честно говоря, мне уже надоело наблюдать за этим, — двулично улыбнулся Фрей. — Не моя вина, что вы ведете себя как животные, — прагматично заметила Луна. — Ммм... Вот как? В таком случае... Как на счёт, небольшой дуэли, завтра, перед началом церемонии поступления? Это могло бы решить некоторые недопонимания. Я всё согласую, если ты дашь добро. Ну знаешь, поединок между лучшими представителями мужского и женского классов... Это может быть отличным представлением для поступающих в этом году новичков, — Фрей улыбнулся ещё шире. Вокруг уже собирались перешептывающиеся студенты. Оглянувшись вокруг, Луна поняла, что у нее не то чтобы есть выбор. К тому же, на счет хорошего представления Фрей был прав. «И всё же, зачем тебе это?» — подумала она. — Отлично, я за, — улыбнулась девушка, — завтра ты не отделаешься так просто. — Пф.. Посмотрим, — развернувшись, Фрей помахал Луне, удаляясь прочь. — Что это вообще было?! — подоспевшая Элли, бросила презрительный взгляд на держащегося за живот парня, стоящего в стороне. — Ничего особенного. Просто завтра, я наконец поставлю на место этого выскочку, — констатировала Луна. — А ты справишься? У него больше 3000 ранк... — И что? У меня, знаешь ли, тоже есть секреты, — загадочно улыбнулась Луна, и вдруг, растерянно посмотрела на Эли. — Ээ.. я же могу попросить тебя об услуге да? — неловко произнесла девушка. — Иди иди, готовься, — почти выталкивала ее Элли. — Спасибо, — послышался робкий голос со стороны. Он принадлежал спасенной девушке, — староста, вы ведь справитесь? — с надеждой посмотрела она на Луну. — Конечно. Разве я когда то проигрывала мужчинам? — злобно улыбнулась Луна, поворачивая ко выходу. *** Остаток дня Луна провела, тренируясь с мечом на заднем дворе дома. В качестве оружия она предпочитала использовать обычный палаш. На самом деле, обычно, владея сразу двумя атрибутами, люди не стремятся изучать мастерство меча или боевые искусства. Однако, в случае с Луной, всё обстоит немного иначе: её атрибут времени не предназначен для прямых атак, и с пламенем как то не заладилось. Потому, ей пришлось научиться орудовать мечом. Она даже находила в этом некую иронию, будучи сама в прошлом духом меча. Вечером, когда тренировки наконец были закончены, вернувшись в свою комнату, она выглянула в окно на розовый закат. «Чего я могу ожидать от этого Фрея? Если не ошибаюсь, его атрибут это первоначальная молния. Классический, довольно сильный атрибут. К тому же, у него в два раза больше маны, чем у меня. Если я не выиграю этот бой быстро, то для меня всё будет кончено,» — подумала она, закрывая окно, и беря в руку любимый любовный роман. В последнее время, она всё чаще читала такие книги, чтобы как то заглушить всепоглощающую печаль. *** Фестиваль в честь церемонии поступления на этот раз был испорчен проливным дождем. Хоть жители Тидаса и привыкли к подобному, но вот среди поступающих в академию находилось множество недовольных. Из за этого, всю церемонию пришлось полностью перенести в главный зал академии, напоминающий скорее огромный стадион со сценой, под стеклянным куполом. — Гил, тебе не кажется, что вон тот драконид что то спёр? — Элли сидела на одной из скамеек «трибуны», пристально наблюдая за столиками учеников, выстроенными по краям каменного зала. — Да брось. Они же честные ребята, и прямые как стрела, — усмехнулся голубоглазый блондин, вглядываясь в двухметрового драконида, — ммм, нет. Не думаю, — еще раз подытожил он, переводя взгляд на центр зала, где сейчас подготавливали нечто вроде арены, создавая магический купол. — Сколько до начала дуэли? — мрачно спросил Гилберт. — Около часа, — спокойно ответила Элли, внимательно наблюдая за создающими купол магами. — А они не разнесут тут всё? — Гил указал на медленно возникающие барьеры. — Нет, ты что. Эти барьеры черпают силу прямо из центрального источника академии. Даже самый талантливый первогодка такой не сломает, — развела руками Элли, — мне скорее интересно, где Лу. Она утром куда то убежала, и так и не появлялась. — Не сомневаюсь, что она придет. Наверное, что то задумала. Всё же, Фрей — не самый порядочный противник. Против него нужно быть готовым ко всему, — Гил помрачнел еще сильнее. — И то верно... К счастью, за дуэлью ведь будет наблюдать директор, а значит, всё должно пройти нормально. — Будем надеяться. Пойду, возьму воды, — зевая, Гилберт спустился с трибуны. *** — Рей так и не появился? — Гил подсел к девушке, передавая ей холодный стакан. Все трибуны в зале уже были заняты новичками, с нетерпением ожидающими вступительной речи. — Нет, но хотя бы вышел на связь. Говорит, что просто потерял амулет, и потом искал его в траве целый день, — раздраженно ответила Элли, отпивая холодного напитка. — Да уж, похоже на него. Сколько до начала дуэли? — Минут десять... Сейчас уже должен директор появиться. «Кхм» — послышалось на весь зал, и в центре под куполом, появилась странная фигура. Мужчина лет двадцати-пяти, с алыми как кровь волосами средней длины, медленно парил в воздухе. На голом торсе виднелась гигантская татуировка пентаграммы, с пятиконечной звездой — символом академии, в центре. В его таких же алых, как и волосы глазах, медленно вращались белые символы. Зависнув в воздухе, он спокойно рассматривал сидящих на трибунах учеников. — А вот и он... — шепнула Элли Гилберту. «И так, мы можем начинать. Для начала, от лица академии, приношу извинения за эту вынужденную меру, проводить церемонию в зале,» — прозвучал сильный, спокойный голос. «Как вы знаете, это противоречит традициям академии Тидаса, но к сожалению, наш знакомый бог воды никак не может присутствовать тут сегодня, а без него, справиться с таким магическим штормом будет очень трудно,» — развел директор руками. «Магическим штормом? Он это о чём?» — по всему залу прокатился обеспокоенный шепот. «Впрочем, давайте не будем больше омрачать этот прекрасный вечер. Впереди нас еще ждет дуэль первогодок, что не оставит в этом зале никого равнодушным. Сразу после дуэли, мы проведем церемонию поступления в стандартном порядке. Вас проверят, и распределят по классам в соответствии с навыками, расой и полом. Желаю всем приятно провести время,» — официально улыбнувшись, директор поклонился всем прямо в воздухе, и тут же исчез, что вызвало у некоторых восторженные возгласы. — Они правда никогда не видели магии телепортации? — Гилберт задумчиво почесал затылок. — Тихо ты. Смотри, вон... — Элли ткнула парня локтем в бок, указывая на выходящего в центр зала-колизея Фрея. К облегчению Элли, её подруга так же шла с другой стороны. «И так, поприветствуем сегодняшних первогодок, любезно согласившихся провести показательный спарринг: с левой стороны у нас Луна Кинг, девушка, идеально сдавшая вступительные экзамены, и все последующие курсы. Она образцовый староста своего класса, и прилежный ученик. В будущем, мы желаем ей достичь высшей точки рейтинга новичков,» — на Луну словно упал прожектор магического света, и она глядя на хлопающую толпу, покорно поклонилась, блеснув золотыми глазами, что вызвало в толпе еще больше криков. — А она кажись, популярна у мальчиков, а? — усмехнулся Гил. — Конечно. Они её боятся, и потому обожают ещё больше. А кто не боится, так вообще... Хах, шансов у них конечно, нет совсем. «С правой стороны никто иной, как Фрей Эдейский! Пятый номер в рейтинге „перспективных новичков“ последних десяти лет, обладатель „первоначальной молнии“, и неоднократный победитель в „великой охоте“. Всего за год он смог достичь невероятных успехов, и сегодня, мы желаем ему отличного выступления!» — на весь зал раздалось множество восторженных криков. Студентов тут, несколько тысяч, и это все 1-5 классы. Остальные на церемонию обычно не приглашаются, но даже среди них, много наслышанных о Фрее людей. — Ну что, ты готова? — ухмыльнулся парень, доставая свой любимый, изогнутый кинжал. Его черная форма академии, скорее напоминала деловой костюм, венчаемый звездой — символом академии на шее. — Готова к чему? Надрать тебе задницу? — Луна сжимала в одной руке клинок, спокойно глядя на противника. Она напротив, была одета в белое, а маленькая звезда украшала серебряные волосы, как брошь. «Если участники готовы, то можете начинать. Бой будет проходить до момента, пока одна из сторон не сдастся, или не будет способна продолжать сражение,» — спокойно произнес директор, сидящий во главе всех трибун, подперев голову рукой, и явно страдая от скуки. Сейчас он уже не выглядел таким официальным и сдержанным. Скорее уж, ждал момента, когда можно будет покинуть это скучнейшее представление. Первым, шаг сделал Фрей. Метнувшись подобно молнии, он собирался атаковать Луну в шею, но в последний момент, его кинжал словно прошел сквозь раздваивающийся силуэт Луны. — Он что, хотел убить её? — напрягся Гилберт. — Тихо, смотри. Луна тут же появилась за спиной у Фрея, но тот блокировал размашистую атаку, просто переведя руку за спину. Спустя мгновение, они уже начали обмениваться бесчисленным количеством ударов, метаясь по арене. — Их атрибуты явно уравнивают друг друга. Это будет бой на выживание, — прозвучал голос профессора Лода, садящегося рядом с Элли на освободившееся место. — Учитель?! Вы тоже пришли посмотреть? — воскликнула девушка. — Конечно. Разве мог я пропустить такое событие у первогодок? Показательные спарринги одобряют не так часто, как хотелось бы, — усмехнулся Лод, доставая сигарету. *Удар-Удар-Удар* — Луна понемногу начинала теснить противника. Всё же палаш, оружие повесомее какого то там кинжала. Однако, когда уже казалось, что она вот вот его достанет, Фрей вдруг поймал девушку за запястье. Осторожно улыбнувшись, через мгновение в землю с чудовищной силой ударила молния. Разочарованно посмотрев на пустую руку, Фрей цокнул языком. — А ты вертлявая. Это тоже особенность твоего атрибута? — он медленно приближался к тяжело дышавшей девушке. Она явно тратит слишком много маны, уклоняясь при помощи атрибута времени. К тому же, разница в мане между этими двумя очевидна. «Ходят слухи, что за Фреем стоят могущественные покровители,» — пространно произнес Лод. «Разве он не сын фермера?» — развел руками Гилберт. «Если и сын фермера, то слишком уж талантливый. Посмотри, как он обращается с атрибутом. В этом ударе молнией не было ни единого лишнего всплеска энергии. Чистейший удар. Боюсь, что победитель уже определен,» — мрачно произнес Лод. — Ну. Ты так и будешь стоять и ждать, когда я сделаю тебя калекой? — тихо прошептал парень, приближаясь к Луне, но она точно услышала это. Девушка стояла опустив голову, пока все в зале начинали шептаться. Похоже, не только Лод догадывался об исходе боя. — Вот черт. Какой же ты мерзкий, — вдруг злобно ухмыльнулась Луна, вытирая кровь с губы. Её руки неуверенно тряслись. Похоже, что она почти потратила лимит маны. Вдруг, её взгляд случайно встретился со взглядом одной из тысячи девушек сидящих на трибуне. Это была её одноклассница, и по совместительству, соперница. Вторая по успеваемости после Луны ученица, что славится отвратительным характером. К удивлению, даже она сейчас смотрела на Луну с жалостью, чем похоже, вызвала внутри девушки лишь гнев. «Чем я вообще занимаюсь?» — тихо произнесла Луна, с сомнением глядя на свою руку. Она всё никак не могла решиться использовать это... «Ладно, мне уже домой захотелось, так что давай закончим это поскорее,» — зевая произнес Фрей, мгновенно перемещаясь к девушке. В эту секунду, их взгляды встретились, и Фрей ощутил явную угрозу. Он едва успел отпрыгнуть в сторону, как тело Луны вспыхнуло серым пламенем. Несмотря на силу огня, он не трогал её кожу или одежду. Приняв невидимую команду, пламя словно живое, бросилось преследовать Фрея по земле, оставляя за собой выжженный след. «Ого!» — весь зал в один голос ахнул. Луна никогда не рассказывала о своем втором атрибуте, и уж тем более, не показывала его широкой публике. Судя по трясущимся рукам, и сейчас она сделала это через силу, только чтобы не потерять лицо. «Она на пределе. Сейчас пойдет кровавый кашель. Аура уже мерцает,» — медленно произнес Лод, глядя на девушку. «Бедная Лу... Два атрибута за один бой, это уже слишком,» — обеспокоенно ёрзала на стуле Элли, — «может остановить их?» «Тогда все её старания будут зря. К тому же по правилам, никто не может вмешиваться в ход поединка,» — резонно заметил побелевший Гилберт. Тем временем пламя всё преследовало Фрея. Добравшись до противоположного конца арены, он вдруг подпрыгнул высоко в воздух. Зависнув на одном месте, парень выкинул руку вперед, и перед ней начали образовываться электрические разряды. «Здесь огонь не достанет меня,» — едва успел подумать он, как тут же заметил ухмылку на лице Луны. Даже ощутив неладное, он больше не собирался отступать. В этот же момент, прямо из под пола под ним, вырывался столб серого пламени, накрывая его с головой. Довольная Луна закашлялась кровью, упав на каменный пол. Увы, по всей видимости, этой атаки не было достаточно, чтобы победить. «Как же ты меня бесишь. Ты, и этот твой плащ. И когда же появится главная звезда шоу?!» — послышался раздраженный шепот переходящий в рык, и вслед за ним, треск разрядов молний. Пламя еще не рассеялось, но уже можно было видеть обгоревший силуэт Фрея. Он был вне себя от ярости, ведь его кожа знатно обгорела, а из одежды выжили только штаны. — Учитель, его тело... — Элли указывала на ряд татуировок в виде оливковых ветвей на ключицах парня. — Ага. У него зачарованное тело, — объяснил Лод, — тогда понятно, откуда такой объем маны. Зачарование не сильное, но значимое. Странно, что я об этом не слышал. Может он получил его недавно? — учитель развел руками. — Я сломаю ему спину... — зарычала Элли, и вокруг неё уже начала появляться аура. Она была вне себя от ярости, понимая, что у Луны изначально почти не было шансов на победу. — Постой, и просто посмотри, — остановил её Лод, загадочно глядя на арену. Его рука с сигаретой застыла в воздухе. — Но... почему? — Элли не могла понять действий учителя. — Доверься ему, — неожиданно проникновенно, произнес Лод, посмотрев Элли в глаза. Она кажется, что то поняла, но не могла поверить. Ее руки опустились, а взгляд судорожно искал что то на трибунах. «Надеюсь, ты готова с достоинством принять поражение? Королева,» — насмешливо скривился Фрей, занося руку в воздухе. Колоссальная энергия уже начинала сотрясать стены зала, а значит, медленно прорывалась сквозь защитный барьер. «Какой позор,» — лишь подумала Луна, с бессильной улыбкой глядя на сорвавшуюся с места гремящую молнию. Даже её одноклассницы сейчас смотрели на неё с жалостью. Зачем она вообще согласилась на этот бой? Фрей ведь номинально сильнее её в два раза. Закрыв глаза, она прислушалась к рычащему звуку грома, напоминающему вышедшую из под контроля стаю зверей. Несколько мгновений, и всё будет кончено. Вот даже, белый свет, уже прорывается сквозь закрытые веки. «Как я могла так просто сдаться? Я слишком слабая,» — подумала девушка, принимая свою судьбу. «Отмена,» — прозвучал до боли знакомый, спокойный голос, и защитный барьер разлетелся в клочья. Открыв глаза, она увидела незнакомую спину, и колючие седые волосы средней длины. Некто, в сером плаще без капюшона, стоял в центре зала, сдерживая молнию одной рукой. Далее, взмахнув пальцами, и словно играя с молнией, он мгновенно рассеял ее горизонтальным движением руки. Повернув голову к Луне, парень безмолвно посмотрел на неё, пока все в зале ошеломленно затихли. — А вот и ты, — ухмыльнулся обессиленный Фрей, медленно падая на землю, — явился, не запылился, да? Кажется, этот бой был не зря. И кто тут теперь играет по чьим... — Подожди, Фрей, — прервал его директор взглядом, и парень насильно замолчал, — Кто ты такой, и почему вмешиваешься в ход поединка? — раздался чуть удивленный голос директора. В нем не было злобы. Скорее, интерес. — Меня зовут Лан. Просто Лан, без фамилии. Я прибыл сюда совсем недавно, сэр, — ответил парень, и услышав его голос, Луна едва сдержала слезы. — Каков мотив вмешательства? Ты знаком с кем то из участников поединка? На мгновение, в диалоге повисла пауза, и в зале наступила полная тишина. — Нет, директор, я вижу их впервые, — парень посмотрел на девушку, искусно скрыв печаль, хоть и не сумев утаить ее от Луны. Уголки его губ дрогнули в подобии грустной улыбки. — Цель твоего визита в академию? — Поступление для дальнейшего обучения. Я также готов понести наказание за нарушение регламента, если того требуют правила, — парень поклонился директору. — Да, в таком случае ты будешь наказан... — Постойте, — прервал директора Лод, вставший с места. Его голос усиленный магией, звучал спокойно и взвешенно: — Как учитель, я протестую против этого наказания. Исход поединка был очевиден, и при том, он был печальным. Если бы не вмешался Лан, то вмешался бы я. Более того, не кажется ли вам, что подобное вмешательство было талантливо исполнено? — Хах, и то верно, — ухмыльнулся директор, чуть поразмыслив, — ладно, парень. Повезло, что за тебя вступился такой человек. Будь это другой учитель... В общем, обязую тебя к выплате штрафа в размере сотни камней маны, раз уж ты разрушил барьер. А теперь, займи своё место, и дождись распределения. — Как скажете, директор, — вежливо улыбнулся Лан, и последний раз взглянув на Луну, исчез с арены. Этот сдержанный и печальный взгляд она врядли когда то забудет. «Так вот ты какой? Теперь мне стыдно...» — прошептала Луна, с грустной улыбкой глядя на исчезающее с руки серое пламя. Картинка перед глазами медленно поплыла. Где то вдалеке уже бежали Элли и Гилберт. ---------- Возвращение. 3 дня назад. Знаете, я вот тут поймал себя на мысли, лёжа под метром мокрой земли, что по большому счёту, осенний лес в фэнтези сильно недооценен. Ну правда, почему он встречается так редко? Или может, я просто плохо читал. С кем я вообще разговариваю? Что за дурацкая привычка... Хотя, внутренний диалог бывает полезен. Даже немного успокаивает. «Ладно, надо выбираться,» — подумал я, силой мысли раздвигая толщу мокрой земли над собой. Я уже знал, что снаружи меня ждет ночной, дождливый, осенний лес. Знаете, вся эта ситуация что то мне напоминает... Давным давно, когда я только попал в безымянный мир, то точно так же откапывал себя одной рукой, из под двух метров земли. Теперь у меня есть магия, и сила, но чувство, словно чего то не хватает, никак не покидает меня. «Опять эти тревожные мысли...» — я что есть силы вдохнул свежий воздух, с наслаждением наблюдая за желтыми листьями пролетающими в свете луны. Она сегодня необычайно яркая... Где же моя Луна? «И где я вообще? Мне не дали выбрать место перемещения,» — вдруг вздрогнул я. Надеюсь, что этот портал как то соотносится с моими желаниями. В противном случае... Не хотелось бы оказаться сейчас на каком нибудь затерянном континенте. «ФФФ» — сосредоточив вокруг себя ветер, я с тихим свистом поднялся в воздух над осенним лесом. Магия полёта всё ещё очень не стабильна, но на такой высоте мне ничего не угрожает даже в дождь. Странно только, что ветер сейчас ведёт себя иначе... Не знаю как это объяснить, но с потоками маны в воздухе явно что то не так. Ладно, сейчас не до этого. Осмотревшись в полёте, я заметил горную гряду на юге, в то время как на севере возвышалось нечто вроде светящегося множеством огней вулкана невероятных размеров. «Постойте... Так это же Тидас,» — я довольно улыбнулся, подумав о своём мече. Похоже, что он открыл портал ровно туда, куда мне было нужно. Интересно, смогу ли я так перемещаться по миру? Тот ангел сказал, что у меня есть свободное право входить и выходить в чистилище... «Не сможешь,» — прозвучал в голове голос парня лет 17-ти. Это мой меч, «Убийца богов», и честно говоря я не очень понимаю, что он забыл в моем сознании. «Эй, я же не призывал тебя. Почему мы можем общаться?» — обратился я к клинку. «Потому что ты уже поглотил 5% силы грехов. Этого достаточно, чтобы я полностью интегрировался в твою душу,» — фыркнул клинок. И почему всё ему вечно не нравится? Хотя, признаться честно, он немного повзрослел с нашей первой встречи. Возможно ли, что он взрослеет с поглощением силы грехов? Интересно. «Ладно, до связи,» — пробубнил я, постучав себе по уху, и опускаясь на землю. Сейчас я слишком устал для разговоров. Мне еще по мокрому лесу ковылять до города. *** Листья приятно шуршат под ногами. Всё же, в осенней погоде есть своеобразная романтика. Понимаю, многим не нравится слякоть и дождь, но я, как коренной житель Лондона, не могу с ними согласиться. Вынырнув из за последних деревьев я оказался на огромной равнине, освещенной луной. Тидас, великий город построенный в кратере вулкана, я прекрасно мог рассмотреть даже сквозь стену дождя. В прошлый раз мне понадобилось не так много времени, чтобы пересечь эту долину, но на самом деле, она огромна. От того сам город поражает еще сильнее. Интересно, его строили лично приближенные Доарда? Или же он древнее... Без мощной магии тут явно не обошлось. «Ааа...» — пересекая равнину по мокрой траве, я вдруг услышал какой то звук, доносящийся из высоких кустов. Этот звук напоминает тихий стон человека. «Люмин,» — подумал я, без раздумий раздвигая кусты. Увиденное меня малость ошарашило: передо мной прямо из земли торчали коротенькие ноги в кожаных сапогах. Остальная часть тела уходила под землю, и каким то чудом издавала звуки. «Я.. Это... Мне вас вытащить, или вы сами?» — я признаться, растерялся в такой ситуации, и на момент даже забыл, как говорить. «ММ!! ММ!!» — ноги истерично забились в конвульсиях. «Оу... Извините, не признал,» — чуть отойдя в сторону, я начал вызволять беднягу. Магия тут была как нельзя кстати, и через несколько минут передо мной уже стоял с ног до головы измазанный грязью гном. На его лице я мог разглядеть только глаза, и то потому что цвета они были очень странного. Вы когда нибудь видели гномов с синими, светящимися в темноте глазами? Зрелище жутковатое. «Брр..сбра...пбрб..» — бормотал что то гном себе под нос, полностью меня игнорируя, и расхаживая кругами вокруг ямы. Под дождём, это смотрелось еще сюрреалистичнее. «Ну, я наверное, пойду. Вы не возражаете?» — мрачно поинтересовался я, уже собираясь покинуть нового знакомого. Мой интерес к нему пропал, как только я понял, что он явно не в себе. «Стоять,» — гном остановил меня жестом, не отрывая глубоко задумчивый взгляд от земли, и продолжая ходить кругами вокруг ямы. «О боже, и что вы там намереваетесь найти?» — Усмехнулся я. Происходящее начинало меня забавлять. Впрочем, после доброй сотни лет в чистилище, и с пальца смеяться на стыдно. Сев прямо на кучу грязи и скрестив ноги, я подпер голову рукой, уставившись вглубь ямы. Сначала мне казалось, что там и вправду ничего нет. Я уже потерял было интерес, как вдруг, глаз зацепился за слабое, фиолетовое свечение. «Вот, вот оно!» — гном нахмурился, и серьезно посмотрел на меня, — а ну живо за мной, — указал он пальцем на яму, и прыгнув вниз, просто растворился в темноте. Там явно есть портал... У меня задёргался глаз. Что я только что увидел? Переведя взгляд на Тидас, я застыл в нерешительности. С одной стороны, я должен спешить, и найти Луну и остальных. С другой стороны... Я ни малейшего понятия не имею, где они могут быть. Поиски скорее всего затянутся, а значит, часом меньше — часом больше, не критично. И с этим гномом явно что то не так. Может быть, я смогу извлечь из этой ситуации пользу? *** Честно говоря, когда прыгал в яму, думал, что застряну. Но нет, портал перенёс меня удачно. Вопрос только: куда? Вокруг бушующая фиолетовая буря, и под ногами фиолетовое облако. Гнома тоже не видать... Выпустив ауру, я в мгновение рассеял дымку вокруг, но понятнее не стало. Наоборот, словно реагируя на мое действие, через время туман стал лишь плотнее и гуще. Поддерживать ауру мне не сложно, но похоже, со временем и это перестает работать. Я иду уже около часа, и ничего не меняется. Даже магические чувства молчат. Впрочем, потоки маны в этом месте движутся настолько хаотично, что это и не удивительно. «Ха!» — вдруг раздался крик откуда то справа, и меня едва не сдуло потоком ветра. На миг показалось, что будь за мной гора — от неё бы не осталось и следа. На открывшемся взору пространстве, что кстати тоже оказалось облаком, я вновь наблюдал странную картину: всё тот же гном, одетый по образу и подобию мастеров кунг-фу азии, выкручивал в воздухе невероятные пируэты, сражаясь со странными существами, напоминающими мне маленьких угрей сотканных из электричества и фиолетового тумана. Собственно, из постепенно собирающегося к центру тумана они и появлялись. По крайней мере, теперь я могу лучше рассмотреть гнома: дерется он почему то только ногами, с закрытыми глазами. Руки так вообще сложены на груди, словно он кого то нетерпеливо ждёт. Однако, что напрягает меня больше, так это его аура: она просто ОГРОМНА. Стоило придать этому значение еще когда энергия от первого его удара полностью подавила мою ауру. Этот гном... Представить трудно, насколько он силён. Может быть он даже в одном ранге с белым мечником по силе. Какого черта он забыл в ночном поле? «Ты так и будешь таращиться, или хоть поможешь?» — гном с недовольной физиономией приоткрыл один глаз, осудительно глядя на меня. Хочет, чтобы я ему помог? Ладно, не то чтобы у меня был выбор в такой ситуации... Войдя в режим святого я почувствовал себя намного лучше. Теперь по какой то причине аура гнома уже не подавляла меня так сильно. Мигом влетев в гущу событий, я стал голыми руками крошить электрических существ. Они оказались на удивление твёрдыми, словно передо мной бетон, а не аэрозоль. Элементали что ли? «А ну стоять,» — гном поймал мою руку с сигилом в момент, когда я хотел было ударить очередного угря, и мое тело замерло как парализованное, — интересно, что это у тебя? — он посмотрел приоткрытым глазом на сигил. «Т..т..татуиро..вка...» — с трудом процедил я, едва прорываясь сквозь усиливающееся давление. Окружающие нас угри, кажется, вообще не выдерживали такой нагрузки, просто лопаясь в воздухе. «Вот как? А поконкретнее? Никогда не видел татуировок-крестов, оплетенных терном, а я знаешь ли, многое повидал,» — гном указал на свою татуированную донельзя лысину, блеснув синим глазом, и на его лице показалась улыбка, — «да шучу я, чего ты? В самом деле,» — в этот же миг, давление усилилось стократно. Мне даже показалось, что мой череп сейчас треснет, но через секунду всё вдруг прекратилось. Фиолетовый туман рассеялся, и меня выкинуло обратно в ночное поле. Проехавшись лицом по грязи, и кажется зацепив пару червей по дороге, я что есть мочи пытался отплеваться. Мой зеленый плащ тоже с головы до ног был облит грязью. — Хах, ну вот теперь мы квиты. За «спасение» спасибо не скажу, но это хотя бы было весело, — послышался веселый голос гнома. Тот протягивал мне руку. — Кто вы такой? — поинтересовался я, поднимаясь с его помощью, и пытаясь очистить себя магией. — Хм, а ты не знаешь? Мне казалось, что ты один из студентов академии... Разве я не прав? — гном задумчиво посмотрел на луну, словно ожидал от неё ответа. — Нет, честно говоря, я только собирался поступать в академию, но заблудился по пути, а потом наткнулся на вас... — Вот как? — гном посмотрел на меня с недоверием, — парниш, ты поверишь мне, если я назовусь богом ветра? — А почему нет? — ответил я после небольшой запинки. Вопрос гнома ввёл меня в ступор, ведь подобное никак не укладывалось в голове. Впрочем, его аура развеивала любые сомнения. — Ооо, ты наверное сейчас подумал: «раз он дворф, то как может быть богом ветра?», да? — Я не понимаю, чего вы от меня хотите... И этот портал... Что это было за место? — Аномальная буря, — гном мрачно посмотрел на небо, — проделки одного из новых диких богов. Он их открывает по всему Флегрейсу, а мне только и остаётся, что бегать да закрывать. — Так вы действительно бог? — я выразительно поднял одну седую бровь. — Да. Но это моя небольшая тайна. Для тебя я профессор Аррок, из академии Тидаса. Если поступишь, то ещё встретимся, — дворф подмигнул мне. — Небольшая тайна? Тогда зачем вы рассказали мне? — Не знаю, захотелось. Что, похвастаться уже нельзя? Не всегда же мне играть эту дурацкую роль учителя. Тем более я сразу понял, что ты не местный, — Аррок смерил меня взглядом. — Почему это? Со мной что то не так? — я завертелся на месте, пытаясь разглядеть хоть что то в темноте, ведь луна надежно спряталась за облаком. — Не совсем. Просто не каждый день встречаешь выходцев из чистилища, — прозвучал вдруг строгий, но спокойный голос. — Так вы знаете? — я не смог скрыть удивления. — Да, и подозреваю, что ты не хотел бы распространяться на эту тему, верно? — спокойно продолжал дворф. — Без разницы. Люди давно забыли о существовании чистилища. — А вот боги нет, — задумчиво произнес гном, вдруг щелкнув меня по носу рукой из ветра, и атмосфера резко изменилась, — ладно, шучу я. Ты знаешь кто я, а я знаю кто ты. Теперь мы квиты. — Так вы по этому рассказали? А я думал, что... — Не думай о таком, — перебил меня дворф, словно читая мои мысли, — не все в наше время считают людей уродами, хотя соглашусь: что то такое в них есть, но ты на них не похож. — Хм, ну спасибо... — В конечном счёте, — гном тревожно посмотрел на облако разящее фиолетовой молнией, — в конечном счёте, какая разница, кто будет ставить на место пропащих божков? Между мной и тобой различие, разве что в силе, а так одно мясо, — гном повернулся ко мне спиной, явно намереваясь уйти. — А вы похоже, многое знаете о чистилище, — удивился я. — Это не так. Раньше о предназначении людей знали все, но похоже, спустя тысячелетия, зависть затмила наш взор, — произнес гном через спину. — Предназначении людей? О чём вы? — я действительно не совсем понимал, о чём конкретно он говорит. — Давай как нибудь в другой раз. Поступи в Тидас, и найди меня. Может, с хорошим настроением я тебе что и расскажу, — гном прошел несколько метров вперед, и вновь шагнул в только что образовавшуюся яму. Только теперь я заметил, что на поле таких порталов множество. Тяжело же ему приходится, но это наверное, уже не моё дело. Что важнее: если этот дворф не врёт, то только что я впервые встретил нормальное божество, не утратившее сущности. Как мне стоит реагировать? Не думал, что это случится так скоро... *** «Всё же он прав,» — промелькнула в голове мысль, пока я проходил мимо покосившихся деревянных домиков, расположившихся у подножия огромного города-вулкана. «Бог, гном или человек... Пока ты в своём уме и не трогаешь других, разница не так велика. Думаю, мне стоит запомнить эти критерии на будущее,» — думал я, подходя к охраняющим магический лифт стражникам. Дождь тем временем никак не прекращался. Ночь становилась всё темнее, и фонари охраны тревожно качались, то и дело мерзко поскрипывая. Лишь огни тысяч домов, что построены прямо на внешних стенах вулкана-Тидаса, освещали местность. — Цель визита? — зевая обратился ко мне мужчина в доспехе. — Поступление в магическую академию Тидаса. — Регистрация в городе есть? — Нет. — Имущество? — помрачнел мужчина. — Нет. — Гражданство? — Нет. — Родственники? — Нет. — Да что ж ты будешь делать... — пробубнил себе под нос стражник, почесывая затылок, — парень, ты откуда сам то вообще родом? — Приплыл вот к вам с Наэрии, поступать. Слышали когда нибудь про лес железных корней? — я доброжелательно улыбнулся. — Да, ужасное место. Как вспомню... Бррр... — А я там жил, — как ни в чём не бывало заверил я стражника, и тот побелел. — Так ты потому седой?! Ох, досталось же тебе наверное... — стражник опять задумчиво почесал затылок, — ладно, проходи. Своих пустить не жалко, да и чего уж греха таить: в городе и так уже полно чужаков. — Что вы имеете ввиду? — я серьезно посмотрел мужчине в глаза, и он понизил голос. В такой ливень я мог слышать его только благодаря магическому слуху. — Культисты сейчас повсюду. Будь осторожен, — стражник похлопал меня по плечу. В его взгляде я видел лишь предостережение. Дело явно не шуточное. Неужели за тот год, что меня не было, культ проклятых только набирал обороты? Но если верить серому... Хотя, могу ли я ему верить? Вопрос открытый. — Спасибо, — обратился я к мужчине, становясь на округлую левитирующую платформу, что поднимет меня на десятки метров ввысь, к первому внешнему кругу скалы, что нарощен прямо поверх внешней стены. *** Архитектура Тидаса, что снаружи, что внутри, напоминает мне чем то архитектуру древней Греции или Италии, но с рядом инноваций. Тот, кто строил этот город, точно не жалел белого мрамора. На фоне всех этих милых домиков, очень странно смотрится академия Тидаса: огромный замок в центре города. Я как раз смотрел на него сейчас, стоя в арке тоннеля, соединяющего внешнюю и внутреннюю стороны города. Пройдя через арку, я остановился на круглой смотровой площадке. Передо мной раскинулся прекрасный округлый город, построенный как на земле, так и на стенах кратера. В темноте дождя он мерцал множеством желтых огней. Церкви, рынки, школы и парки. Место обжитое, и красивое. Сам Тидас поделен на несколько кварталов, среди которых: район людей, зеленый квартал, квартал зверолюдей и «общее поле», где спокойно проживали представители любых рас. К слову, если не ошибаюсь, в магических академиях коалиции действует такое же расовое разделение. Как по мне, это скорее хорошо. В центре города на острове, несколько квадратных километров занимала академия. Она имела такие масштабы ещё и из за своих внешних кругов-стен, занимающих добрую часть площади. Интересно, в этом году она так же пустует, как раньше? Нужно будет проверить самостоятельно. Спустившись с площадки по одной из длинных лестниц, я ступил в тесно застроенный квартал людей. Домики тут чуть более средневековые, я бы даже сказал, Европейского формата. Путь мне предстоит не близкий, и по хорошему, найти бы гостиницу... Я чертовски устал, и мой зеленый, длинный плащ-костюм почему то больше не восстанавливается сам. Внешний вид у него сейчас довольно потрепанный. *** Остановившись перед знакомой вывеской, качающейся на ветру, я задумался. Интересно, тот старик всё ещё заведует табачкой? Зайдя внутрь лавочки, я захлопнул дверь. Множество ламп освещали табачку, и как и в прошлый раз, продавца не было на месте. — Герсон, вы тут? — осторожно поинтересовался я. Не хотелось бы конечно, будить старика, но раз он работает и ночью... — О, это вы? Сколько лет, сколько зим, — добродушно засмеялся старичок, спускаясь со второго этажа лавки по деревянной лестнице. — Год вроде как, прошел. Я же ничего не путаю? — встревоженно поинтересовался я. Действительно, дату я еще не уточнял. — Да, всё так. Я бы сказал, что чуть больше года. Сигарету? — старик протянул мне пачку. Отказаться я не мог. Щёлкнув пальцем и извлекая искру, через мгновение я уже втягивал обволакивающий дым. — Давненько я не курил... — вдруг произнес я, уставившись в пол. — По тебе видно. Где это тебя так? — старик мрачно посмотрел на мои седые волосы. — На том свете, и это почти не шутка, — усмехнулся я. — Вот как? На, забирай, — старик протянул мне целую пачку своих фирменных сигарет. — Спасибо, это было бы очень кстати, — я поклонился старику. — Как прошло... то твоё дело? С теневым рынком, — поинтересовался Герсон, тут же всколыхнув во мне бурю воспоминаний. — Ох... лучше б вы не спрашивали. Ничем хорошим для меня это не обернулось. К счастью, на этот раз я прибыл только что бы поступить в академию. — Хм, хороший выбор. У них как раз изменились правила приема. Сколько у тебя ранк? — поинтересовался старик. — Ранк? Если не ошибаюсь, это единица измерения лимита маны, верно? — Ага, и судя по всему, ты его еще не измерял, — старик начал шарить по полкам с сигарами, — вот, сломай этот камень, — он протянул мне маленький синий камешек. Сжав его в кулаке я вошел в режим святого, и тут же почувствовал приятное тепло. В воздухе над рукой начала появляться цифра. Она постепенно росла, и уже перевалила за 10000, остановившись только на 25666. Значит, таков мой предел даже в режиме святого? — Это... много? — растеряно поинтересовался я, глядя на ошарашенного старика. — Хах, если камень не ошибся... Дааа, парень, для твоего возраста это цифра немалая, — старик задумчиво потёр бороду. — А можно пример? Я не очень понимаю... Эту систему кажется, внедрили совсем недавно. — Хм, пример? Ну, скажем: учителя академии Тидаса, которых я знаю, имеют порядка 40-50 тысяч ранк. Главы совета города где то около 90-100 тысяч, хотя точную цифру назвать тяжело. Что до Атэя... Его сила наверное, тысяч 200, не меньше. — Атэй? Кто это? — Ты не знаешь? — старик удивленно посмотрел на меня, — это сын директора академии Тидаса, и глава совета города. Если бы не эти двое, мы бы вообще не имели никакой независимости. — Значит, это их стараниями город всё еще не погряз во власти коалиции? — К сожалению, за последний год многое изменилось, — старик закурил мощную сигару, — из за ограниченной сферы влияния коалиции на Тидас, сюда начали свободно просачиваться темные культы. В прошлом году тут плотно обосновался культ проклятых, но потом их уничтожили... — Уничтожили? Кто? — неужели это был новый эдем... — Другой культ, конечно же. Хоть члены кланов совета и борятся с преступностью, но всё же, лучше с этим справляются только сами культисты. В подпольях Тидаса бесконечная конкурентная борьба за власть даже между темными культами. Они делают большую часть работы за законников, — старик выпустил кольцо дыма. — И откуда вы столько знаете? — удивленно развел я руками. — Ну как же? Я владелец одной из самых популярных табачных лавок района людей. Люди многое мне рассказывают, — со скромной улыбкой произнес старик. — И то верно. Не подскажите, где можно найти работу на первое время? Мне бы только обосноваться в городе. — Хм, работу? Можешь обратиться к гильдии авантюристов. Один из их филиалов дальше, вниз по улице. Они должны быть и сейчас открыты. — Да, я подумаю над этим, спасибо за совет, — помахал я старику. — Уже уходишь? Береги себя, — кажется, Герсон был немного опечален. — Я ещё буду заглядывать к вам. Как никак, я в этом городе надолго, так что не скучайте тут, — улыбнулся я, нырнув в темноту и сырость. ---------- Тидас. Спускаясь вниз по крутой улице, средь высоких двухэтажных домов, я вдруг услышал странные звуки, доносящиеся из ближайшего закоулка. Судя по всему, кого то били не жалея сил. Пройдя вдоль стены дома, я остановился у поворота. Он вел в едва освещенный стоящей на земле лампой тупик, и в свете лампы я видел несколько теней, избивающих фигуру, что сжалась на земле. Резко выйдя из за угла, я смерил взглядом обидчиков, и те мигом повернулись ко мне. Пара громил в обносках, под два метра ростом, со звериными, пушистыми мордами. Такие, своего рода, добрые котики, но их лапы в крови. Почему они в квартале людей? — Проблемы? — прошипел один из зверолюдей. Его тон мне сразу не понравился, и захотелось свернуть ему шею. Даже не знаю, с чего вдруг я стал таким агрессивным. Может, потому что мельком разглядел измученную девушку, которую они избивали? — Уходите, если вам дорога жизнь, — сдерживаясь произнес я, подаваясь вперед, что тут же послужило бандитам сигналом для атаки. Впрочем, вообще то я и не собирался решать этот конфликт мирным путём. Автоматически поймав кулак зверочеловека ладонью, второй рукой я вмял его лицо в стену. К счастью, он выжил. Всё же, убивать его мне не хотелось. Я ведь не закон. Второй времени зря не терял, и пытался пробиться через мой барьер. Увидев распластавшегося на земле сообщника, он кажется, малость струхнул, но не отступал. — Похвальный боевой дух, — усмехнулся я, протягивая руку в сторону громилы. Через мгновение, об стену его ударило уже гравитационным ударом, и он мигом вырубился. Хорошо, что я решил проверить это заклинание. Теперь я собой доволен. Можно даже улыбнуться. — Какие то они слабые, — подытожив, я метнулся к девушке. Она тоже была зверо-человеком, но немного другого типа. С виду как обычная девушка, но уши кошачьи и волосы чуть пышнее. Одета она была кстати, весьма прилично. Синее дворянское платье с кружевами, и даже сапожки с серебрянной нашивкой. Увы, от обидчиков это её не спасло. Едва оставаясь в сознании, она смотрела на меня темнеющим от потери крови взглядом. «Не волнуйся, лечу я не хуже, чем бью,» — улыбнулся я девушке, прикладывая руку к ране на животе. Действительно, в начальной магии исцеления как и в начальных взаимодействиях с гравитацией, нет ничего сложного. Нужно только захотеть, и много маны... «Малое исцеление,» — подумал я входя в режим святого, и мои руки едва заметно засветились. Я ощутил, как моя мана передается телу девушки, и ткани быстро регенерируют. Уже через несколько секунд, у нас с ней установился зрительный контакт. Ее светлые, кудрявые волосы мило прикрывали один глаз, но я не поддамся очарованию. Посмотрев на меня секунд 5, она вдруг покраснела, и закрыла лицо руками. «О нет. Только этого мне не хватало,» — в моей голове промелькнули истории тысяч фэнтези-героев, спасающих неко-девочку, с последующей любовью до гроба. Нужно срочно что-то предпринять... — Извини, но я занят. Ничего личного. Дорогу домой найдешь сама, а этих я забираю с собой, — произнес я, стараясь звучать максимально холодно, и не давая ей времени на ответ. Взвалив на плечи двух громил, я остановился перед поворотом из закоулка. Последний раз обернувшись к девушке, я заметил, что она плачет, разочарованно глядя мне в глаза. Неужели я обидел её? Я попытался хоть как то исправить положение: — Нет, я серьезно, дело не в тебе. Ну то есть в тебе... Просто ты кошкодевочка, а я настоящий мужчина. Даже перед лицом кошкодевочки, настоящий мужчина не может изменить своей любви, понимаешь? — Не дожидаясь ответа, я выбежал из переулка. Я говорил это серьезно, даже слишком, но... Что? К счастью, идёт дождь, и никто не увидит моего сгорающего от стыда лица. И ведь всё потому, что в прошлой жизни у меня был особый пункт на счёт кошко-девочек. И тут, я впервые в жизни встречаю её в живую... Надеюсь, мы больше никогда не встретимся. *** Верзил пришлось передать в ближайшую караулку. Особого желания разбираться, что и почему, у меня не было. Я осмотрел их ещё там, и кажется, они ничего не украли у той девушки, так что свою работу я сделал до конца. Жаль только, что за поимку нарушителей обычным гражданам награда не полагается. Выйдя из караулки, расположенной почему то в одном из подвалов жилого дома, я посмотрел на небо: всё ещё темно, и до утра долго. Тидас славится своей длинной, рано приходящей и поздно уходящей ночью. Увы, даже так, поспать мне сегодня не удастся. Мало того что эта девка никак не идет из головы, так еще и нужно записаться в гильдию авантюристов, а потом срочно найти работу. Будет ли в Тидасе вообще работа? *** Как оказалось, будет. Едва я вошел в гильдию авантюристов, внутри и снаружи напоминающую обычную таверну, как до меня мигом донеслись пьяные обсуждения событий, происходящих в городе. На удивление, ничего нового я не услышал, и разглядеть говорящих в тусклом свете свечей не мог. Подойдя к чему то вроде барной стойки, мои глаза расширились от удивления. Только что я увидел, наверное, самую полную женщину из всех когда либо мною встреченных. У вселенной сегодня странное чувство юмора, хоть я и не осуждаю... Завидев меня, женщина пальцем зажгла несколько свечей на стойке. Интересно, почему они просто не освещают тут всё магией? — Что то нужно? — грубо обратилась она ко мне, прям как обычная повариха в школьной столовой. Ассоциации из прошлой жизни работают на полную. — Да, я хотел бы вступить в гильдию. — Условия знаешь? — она подвинула мне бумагу. — Конечно, — учтиво ответил я, вписывая имя «Лан» магическим пером в контракт. Пока что, лучше пусть меня знают под таким именем. Всё же, в прошлом я кое кому переходил дорогу. — Вот твой жетон, — она протянула мне медный жетон, на котором медленно выплавлялось имя «Лан». — Вы намерены повышать ранг, или вступили просто так? — чуть более дружелюбно обратилась ко мне всё та же рыжая женщина. — Повышать конечно. Какая сейчас в Тидасе есть работа? Желательно, самое сложное из того, что доступно моему рангу, — беззаботно произнёс я, и некоторые люди сидящие за столами посмотрели на меня с сожалением. Почти уверен, что знаю, о чём они подумали. — А силенок то хватит? Заявить что угодно и я могу, — усмехнулась женщина, доставая что то из деревянной столешницы, и протягивая мне. — Вот, держи. С этого года у нас обязательное правило для вступления: измерение силы в ранках. — Значит, вы теперь выдаете задания по этому критерию? — принял я камень, раздумывая, стоит ли и на этот раз использовать режим святого. — Ты что, жил в пещере? Или не слышал, о глобальной магической реформе? — она покрутила у виска, словно вредная школьница, — В общем, да, всё так. Давай уже быстрее, — женщина нетерпеливо смерила меня взглядом, и остальные посетители кажется были заинтересованы не меньше. Решив на этот раз не использовать режим святого, я разбил камень. Цифры в воздухе показали 2666. Пока пусть лучше будет так. Не хочу вызвать лишних подозрений. — Отличный результат, для твоего то возраста, — улыбаясь заверила меня женщина. Её отношение ко мне сразу стало приветливее, как по щелчку. Даже жутко как то. Вот посетители гильдии, ребята нормальные: как увидели цифру, просто продолжили пить, мигом утратив ко мне интерес. — Ммм так, давай ка глянем, — женщина копошилась в множестве писем, — вот, прям для тебя. За него уже взялась одна парочка, но сдается мне, помощь им лишней не будет, — женщина протянула мне конверт. Сорвав печать и прочитав суть задания, я был малость разочарован: «Налёт на схрон контрабандистов.» Отмеченное на карте место находилось где то на набережной между кварталом людей и общим кварталом, вблизи академии. Наглые же контрабандисты, а... — Что, не нравится? Или чего такую мину кривишь? Другого нет, извини уж, — развела женщина руками. — Нет, всё в порядке. Спасибо за задание. Вступительный экзамен мне проходить не нужно? — У тебя 2000 ранк с медной медалью, какой в этом смысл? — она опустила одну бровь протирая стакан. — Понял, ещё раз спасибо, — вежливо поклонившись, я удалился прочь. Атмосфера в гильдии меня совсем не радовала. *** Светало, и дождь никак не прекращался. В прошлый раз когда я посещал Тидас, тут было солнечно. Говорят, что этот город всегда дождливый, но тогда я этого не ощутил. Свернув в подворотню, я пошел к схрону сверяясь с полученной картой, и запоминая местность. Почти как гугл-карта, но бумажная, и рисовали явно в спешке. Уж тут то могли бы и магию использовать, нет? Вообще, квартал людей, место странное: он словно наполовину заброшен. Причём судя по внешней облицовке некоторых домов, тут и зажиточные люди, и бандиты, живут чуть ли не по соседству. Как они ещё все друг друга не переубивали? Хотя, в прошлом я слышал, что по настоящему зажиточные жители Тидаса живут именно на стенах кратера-города. Чем выше твой дом расположен на стене, тем он статуснее, и тем больше тебя будут уважать. Исключения конечно тоже есть: например дома на набережной у академии, кому попало не принадлежат. Но вот в глубине района происходит чёрти-что. Глядя на все эти заброшенные километры жилья, хочется посмотреть в глаза представителю людей Тидаса. Чем они там со своим кланом думают на советах? Уверен, что остальные кварталы выглядят лучше. Миновав улицу, я подошел к одной из стен дома, со множеством объявлений. В основном о продаже имущества, или поиске любой помощи, какую только возможно оказать. Может быть, я ошибаюсь на счёт клана людей в этом городе? Возможно, им просто не дают права выбора. Мне не стоит забывать, как в этом мире относятся к людям, — я мрачно посмотрел на перебегающего через улицу тощего парнишку. Даже дать ему нечего, у самого в карманах пусто. Хах, и этот город ещё считают самым демократичным и независимым. Ну да, может быть от влияния коалиции Тидас и не так сильно зависит, хотя это всего лишь слова старика из табачной лавки, но что на счёт жителей города? Какого чёрта по ночам в квартале людей ошиваются зверолюди? Не то чтобы это запрещено законом или я против, но после увиденного сегодня ночью, не хотелось бы, чтобы они напали на какого нибудь захудалого мальчишку. И ведь всем не поможешь... Сам на мели. К сожалению, пока придется закрыть на это глаза. *** Ох. Не думал я, что этот город такой большой. Стоя на набережной рядом с местом назначения, я с интересом наблюдал за туманным шпилем академии. Я добирался сюда 2 или 3 часа. Шёл я конечно пешком, иногда переключаясь на бег, и в тупики бывало заходил, но это не оправдание медлительности. Просто город огромен. Ладно, нужно прекращать смотреть на эту чертову академию. Уверен, что она ещё успеет мне надоесть. Подойдя к ведущим в подвал жилого дома дверям, я остановился. Странно, почему их никто не охраняет? Они думают, что могут скрыться у всех на виду? Потянув руку к земле, я вдруг ощутил изнутри нешуточную угрозу. Агрессия была столь велика, что на мгновение я непроизвольно вошёл в режим святого, выпустив ауру. Каково же было моё удивление, когда всего через одну секунду, все исчезло, и двери подвала открылись внутрь. Шарахнувшись в сторону, я осторожно наблюдал за выходящим из подвала парнем, отряхивающим руки в белых перчатках, как после уборки. Посмотрев на меня зеленым глазом из под темной челки, он начал искать что то в карманах. «Тц,» — ничего не найдя, он бросил в мою сторону задумчивый, многозначительный взгляд. Не знаю, что это могло значить, но после с разочарованным видом он вернулся в подвал. — Фрай, ты там застрял? Мы опоздаем на первый урок, — послышался голос из подвала. — Да забей. У меня ещё остались свитки телепортации. Ты мне лучше скажи: с поручениями всё? — беззаботно отвечал ему спутник. — Ага, ровно одиннадцать за ночь. — Ну тогда валим отсюда, — произнес второй голос, и наружу вырвался яркий свет. Через мгновение, этих двоих я уже не чувствовал. Заглянув в подвал, я заметил остаточные следы от магии телепортации, и... Огромную гору трупов, обобранных до нитки. Эти двое постарались? Их же вроде как посылали, просто зачистить тут всё, а они ещё и контрабанду вынесли. Хотя, может тут ничего и не было... Присмотревшись к одному из трупов, я заметил, что из ранений у него только маленькая дырочка прямо в центре лба, словно его убили иголкой. И так почти со всеми мертвецами, кроме парочки обгоревших. Кроме этого факта, кучи сена и голых стен подвала, ничего интересного тут не было. Выйдя на улицу, я спустился к набережной с видом на академию, и облокотился на каменный заборчик рядом с водой, доставая сигарету из кармана плаща. Впервые в жизни у меня украли работу, и я даже не знаю, кто это сделал. Ещё и этот парень, очень странно на меня смотрел. Повернувшись к воде, я следил за бегущими по мосту в академию людьми. Из за дождя почти ничего не видно. Хотя, на мгновение мне показалось, что среди них был знакомый силуэт. Хах, откуда? Видимо, я все еще отхожу от чистилища. И что делать дальше? Возвращаться в гильдию за новым заданием пока не хочется. Денег у меня нет... Наверное, стоит сейчас сходить в академию, и почитать про новые правила приёма. К тому же я точно знаю, что для поступления понадобятся деньги. Хотелось бы знать, сколько именно. ---------- Первое впечатление. Смеркается. Солнце совсем скоро зайдет за горизонт, а дождь никак не прекращается. Я уже давно промок до нитки, и теперь старался не обращать на это внимание. Не уверен, что могу заболеть простудой, с моим то магическим иммунитетом. Мне скорее не понятно, почему я так долго шел к академии. Только к вечеру добрался до моста, соединяющего квартал людей и сам остров. Остановившись перед мостом, я наблюдал за редкими студентами, возвращающимися домой. В такое время большинство учеников уже сидит по домам. Эти похоже, особенно упорные. За это их можно только похвалить, а мне бы тут не задерживаться. Узнаю требования для вступления, и вернусь в гильдию. Кажется у них там и заночевать можно. Добравшись до середины моста, я вдруг почувствовал неладное. Почему тут больше нет людей? Только что ведь была парочка студентов. Неужели пропали? И это давление... — Ну и где ты был? — послышался мрачный голос позади, и я ощутил знакомую ауру. Неужели... — Лод?! — обернувшись, я посмотрел на мужчину в зеленом свитере. Он курил сигарету прямо под дождем, — ты действительно куришь каждые 5 минут? — я не смог сдержать улыбки, но Лод почему то стал лишь мрачнее. Разве он не рад меня видеть? — Да, точно. Спасибо, что спас меня в тот раз, и извини, что подставил, — я вдруг вспомнил, что в прошлую нашу встречу Лоду пришлось сражаться с директором академии, только потому что я помешал планам директора. Не извиниться за это я не мог. — Забудь об этом. Тот старик просто временно замещал директора, пока тот отлучался по делам. По возвращению директор выкинул его за двери, — Лод глубоко затянулся, продолжая сверлить меня взглядом. — Тогда в чём проблема? Сейчас обстановка должна быть... — Луна. Тебе ведь знакомо это имя? — перебил меня Лод, насупив брови, и на мгновение я потерял дар речи. — Откуда вы знаете? — я тоже нахмурился, и мой вопрос прозвучал почти агрессивно. Я никому не рассказывал о ней. Атмосфера накалилась. — Иди, и проверь сам, — Лод многозначительно указал мне пальцем на арку академии. — Ты сейчас серьезно? — я начал догадываться, о чем речь, и шок медленно сжимал меня цепкими лапами, — Она... тут? — я посмотрел на Лода, словно не мог поверить в реальность всего происходящего. — Да, и судя по всему, она настрадалась, пока тебя не было, — хмуро ответил учитель, — но даже так, я бы не советовал тебе лезть к ней прямо сейчас с объятиями. — Почему? Я же.. люблю её.. — мои руки медленно опускались, и взгляд проваливался сквозь реальность. Может, она нашла кого то ещё? Меня ведь и правда долго не было. — Возьми себя в руки, — Лод внезапно появился передо мной, и ударил меня коленом в живот, отчего я согнулся пополам. Почему он настолько зол? Нагнувшись к моему уху, он продолжил: — Я знаю, о чём ты подумал, мальчик, но ситуация другая. Она начинает забывать тебя, и очень стремительно, понимаешь? Она сама сказала мне об этом. Возможно сейчас, для неё ты уже чужой человек. Если ты собрался исправлять ситуацию, то делай это сейчас, и как можно мягче. — Вот как... — мне почему то захотелось улыбнуться. По крайней мере, она думала обо мне. Да и чего уж там: я подозревал, что она начнёт забывать. Перед тем как умереть и попасть в чистилище, я оставил ей только крупицы своих собственных воспоминаний. Увы, её личные вернуть не получилось. — Время на исходе. Не вынуждай меня выходить за лимиты, Алан, — Люций серьезно посмотрел мне в глаза, когда я наконец выпрямился, — или сделай что то, или уходи из города. Я не скажу ей, что видел тебя. — Почему ты делаешь это для меня? — выпрямившись, и утерев кровь с губы, я собрался с силами. Сдаваться я не намерен. — Это не для тебя, это для неё. Эту девушку ждет великое, наверняка счастливое будущее, и с тобой это будет или без тебя, нужно решать здесь и сейчас, — Лод выбросил сигарету в воду. — А ты ей что, отец? Много ли ты о ней знаешь? — вдруг обратился я к нему с укором. Мне хотелось злиться, но я не мог винить его за подобную заботу. — Пока тебя не было, я наблюдал за ней. Как и сказал, у неё великое... — Да что ты всё заладил с этим будущим? Или ты просто решил сделать из неё оружие? Прости, но я подобного не допущу, — я уже был готов призвать меч, и решать вопрос силой. Может хоть это прояснит мотивы Лода. — Оружие? Значит, такого ты обо мне мнения? — Лод повернул голову к реке, глядя на застывшие на месте облака. Похоже на остановку времени, но ощущается иначе, — просто она мне кое кого напоминает. Надеюсь, такой ответ тебя устроит? — на мгновение в его взгляде промелькнула печаль. Не похоже, чтобы он лгал, и всё же, вся эта ситуация меня вымораживала. — Снова говоришь загадками? — я нахмурил бровь, и в ответ Лод лишь пожал плечами. — Ладно. У меня нет морального права тебя винить, если ты действительно заботился о ней то время, что меня не было. Спасибо, — я похлопал учителя по плечу, проходя вперед, — я буду осторожен, как вы и просили, мастер. Остальное мы с вами обсудим позже. — Хах, мастер? А ты неплох, — услышал я смешок позади, и мне немного полегчало. Всё таки, я не могу злиться на этого человека. Я знаю его не так хорошо, но он пошел ради меня на большой риск в прошлом, и наверное этим зацепил. Надеюсь, что теперь не поведу и его, и себя. *** Остановившись перед длинным тоннелем, ведущим в первый внешний круг, я ощутил дрожь по всему телу. Где она? На улице, или внутри академии? Как она изменилась за это время? Узнаю ли я ее, и узнает ли она меня? Не знаю, но я должен быть осторожен. Если учитель прав, и она действительно меня забыла... Тогда как бы это ни было больно, но придется начинать с чистого листа. В конечном счёте, она погибла по моей вине, и воскресил я её тоже самостоятельно. Я должен стойко принять ответственность за все последствия. Шагнув внутрь, я прошел по темному тоннелю. Пройдя несколько магических барьеров, передо мной наконец появился свет, до этого скрываемый магией. Это первый внутренний круг академии. С каждым шагом сердце всё глубже уходит в пятки, и в горле нарастает ком. Это так странно... Это не похоже на обычно безэмоционального меня. Даже когда я шел на битву с Заамом, осознавая всю самоубийственность сражения, — так страшно не было. Наконец, выйдя во внешний круг, я нехотя окинул его взглядом: довольно обширный, осенний парк с аккуратными мраморными дорожками. В свете фонарей ночной дождь придавал ему романтики, и Луны тут, судя по моим магическим чувствам, не было. Тут вообще никого сейчас не было. С облегчением вздохнув, я поплелся дальше. Ноги как свинцом налились, словно я пытаюсь бежать во сне, или под водой. Отвратительное чувство, и следующий переход всё ближе и ближе. Войдя во второй тоннель, я оглянулся на осенний парк. Надеюсь, что ещё вернусь сюда, и желательно не один. Проход ко второму кругу оказался еще длиннее, и темнее. Барьеров тут было куда больше, и создавалось впечатление, что этот тоннель бесконечный. На самом деле, это лишь пространственная иллюзия. Он не длиннее обычного тоннеля в крепостной стене, но барьеры скрывают свет и искажают пространство, из за чего с обеих сторон он похож на черную дыру. Настолько тут сильные защитные заклинания. Остановившись перед последним барьером, я застыл в нерешительности. Этот барьер — самый слабый и самый маленький, словно оконное стекло. Еще один шаг, и я окажусь во втором круге. «Что, тяжело идет?» — Вдруг послышался знакомый голос из за барьера, не сдерживающего звук. Кажется он принадлежал одному из тех парней, которые опередили меня с зачисткой схрона. К кому он обращается? Нужно узнать... — я двинулся чуть вперед. «Надо же, какой у тебя боевой взгляд,» — вновь произнес он, и на этот раз в его голосе мелькнула нотка надменной издевки. Я тут же остановился. Это он к своему другу обращается? Странные же у них отношения. «Прекрати следить за мной, безумец, или я сломаю тебе ноги,» — вдруг прозвучал в ответ, до боли знакомый голос. Мне хватило одной секунды, что бы понять, что к чему. Подавив и слёзы, я сделал шаг вперед. «Ты то? У тебя только 1500 ранк маны, а у меня все 3000, что ты мне сделаешь?» — никак не успокаивался голос. «Я определенно точно убью его, но не сейчас. Сейчас...» — лишь я вышел за барьер, как тут же увидел её. Да, этот золотой взгляд ни с чем не спутаешь. Сейчас она стоит под дождём, мокрая до нитки, злая, и трясущаяся, как маленький котенок, но всё же живая. Я не смог сдержать улыбки счастья. Мне хотелось обнять её, пока наши глаза не встретились. Посмотрев на меня, она застыла в ужасе. Уголки её губ дрожали, а взгляд выражал целую бурю самых противоречивых чувств. Слезы, обида, сомнения. Всё же, я не был до конца уверен, что она боится меня. Её взгляд скорее кричал: не могу поверить. Ты не настоящий. Да, её можно понять. Я ведь умер, и вернулся чуть ли не с видом покойника, в оборванном плаще, нищий и грязный, никого не предупредив. Зачем я вообще пришёл сюда сейчас? Только что бы эгоистично убедиться, что она в порядке? Просто чтобы увидеть ее? Я никогда не думаю о последствиях. И вот она в ужасе поворачивается, и бежит прочь. Я не ожидал ничего иного, хоть и надеялся на встречный шаг. Мне оставалось лишь печально улыбнулся. Обидно конечно, но во всём виноват только я сам. По крайней мере, она жива, и это делает меня счастливым. «Что это с ней?» — послышался насмешливый голос из за угла. Это был тот парень, что пытался издеваться над ней, и сейчас он собирался войти в тоннель. В этот миг я испытал то редкое и не свойственное мне чувство животной ярости. Казалось, что обида на весь мир сейчас обратилась в ненависть к этому человеку. Он издевался над ней, и теперь точно воспользуется этой ситуацией. А что если... он не остановится на простых издёвках? Он видел, как Луна плачет. Ей наверняка было стыдно показывать свои чувства перед посторонними людьми, и после этого, он ещё может насмехаться? Да я сейчас просто убью его... Дальше всё как в тумане. Помню что лишь его лицо появилось передо мной, как я начал бить его головой об стены, прямо в режиме святого. Ещё помню, что даже в таком состоянии, пытался сдерживаться, и без конца угрожал ему. Говорил, что если он расскажет кому то хоть слово, — я убью его. Потом помню внезапно появившийся в голове голос Заама, греха гнева, и слова: «Ты ещё называешь себя человеком?» Именно его голос мигом отрезвил меня, и я осознал, что вообще делаю. Я только что чуть не убил человека за его слова, но не действия. Слова ранят, но никто не вправе лишать за них жизни. И всё же, как я могу игнорировать подобное? Я не могу наказать его так как хочу, переступив через собственный принцип. Что мне делать дальше? Как поступить? От безнадёжности и бессилия мне захотелось просто провалиться сквозь пол. Исчезнуть из этого места, куда угодно, только чтобы не смотреть никому в глаза, и не совершать этот ужасный выбор. На удивление, моё желание сбылось. Напоследок парень ещё пытался мне что то сказать, и я машинально ответил ему, растворяясь в воздухе. Вновь магия спасает меня. *** Я очнулся на рассвете, сидя на перекладине под шпилем собора, расположенного на возвышеннии в центре «общего квартала». Это легендарный собор Тидаса, что объединяет в себе все религии. Приходя сюда, ты можешь молиться любому богу и взывать к любым силам. Почему же я выбрал это место? Не знаю. Я никогда раньше не был тут. Глядя на восходящее солнце, перед глазами всплывали воспоминания, и печаль никак не покидала разум. Смогу ли я теперь смотреть на неё? Есть ли у меня право хотя бы попытаться всё исправить? Я не хочу, чтобы она снова плакала. Если уж и видеть ее слезы, то счастья. Но тогда, как я должен действовать? Как мне перевернуть всё с ног на голову... Став двумя ногами за перекладину, и схватившись за шпиль, как за флаг, я посмотрел вниз, на лениво снующие по каменной площади фигуры. На удивление, среди них была одна, знакомая мне. Тот темноволосый, крепкий парень, с чёлкой и изумрудными глазами. По совместительству, друг ублюдка, что преследовал Луну. Сейчас он безмолвно смотрел прямо на меня. Что ему нужно? Вновь прибегнув к магии телепортации, я оказался прямо перед ним, чем кажется, немного его шокировал. Честно говоря, я и сам был малость удивлен такой способности. Маны она тратит безумно много, но вот разучиться использовать её однажды попробовав, это как разучиться ходить. Странно только, что я могу использовать её так просто. В чём подвох? Или это просто сильный ассоциативный образ... — Что тебе нужно? — я мрачно посмотрел на парня. В ответ он лишь многозначительно улыбнулся. — Пойдем со мной, — вдруг произнес он, проходя мимо меня, и поднимаясь по ступеням в храм, так напоминающий мне католические аббатства Лондона. Хоть мне и не нравится друг этого парня, но спорить я не стал, и пошел следом. Оказавшись внутри, я сразу обратил внимание на невероятной красоты витраж на потолке. Он изображал множество разных богов, так или иначе существующих сейчас в безымянном мире. Ходят слухи, что когда один из богов умирает, — его изображение пропадает с витража. Точно так же и с их пробуждением. Может, я даже найду тут изображение бога смерти, Хела? По всей видимости именно он закинул меня в этот мир, лишив прошлой жизни, за что ему, наверное, спасибо. — Присаживайся, — парень сел на одну из лавочек, рядами выстроенных в зале собора. Сев рядом с ним, я уставился на витраж, залитый утренним светом. Повисла неловкая пауза. — И зачем ты позвал меня сюда? — наконец обратился я к парню. Сейчас мой голос звучал даже слишком умиротворенно. — Да, на счёт этого... Для начала, неплохо бы представиться. Я Ренди, друг того придурка, с которым ты имел несчастье столкнуться сегодня вечером. — Разве друзья отзываются так друг о друге? Впрочем, дело твоё. Я... — М, не надо, я знаю как тебя зовут. Ты Алан, — перебил меня собеседник. — Вообще то, я Лан, но да, ты прав, — согласился я, не желая спорить. — Ты что, скрываешь своё имя? — удивился Ренди. — Да. Скажем так: в прошлом я нажил себе пару могущественных врагов, и они кажется знают моё имя. Оно у меня не слишком частое, так что рисковать я не хочу. К тому же, мне хотелось немного поменять имидж по прибытию в Тидас. Ну знаешь, побыть в чужой шкуре. — Хах. То-есть всё это не ради Луны? — Ренди двусмысленно улыбнулся, словно только что победил меня в шахматной партии. Увы, я не понимаю, о чём он. — Как смена имени может помочь ей? И что важнее: ты всё видел? — Видел, но не парься, я никому не скажу. На самом деле мы с тобой на одной стороне, — Ренди печально улыбнулся, — а на счет имени... Ты правда не понимаешь? — Не имею ни малейшего понятия. Я вернулся в город вчера ночью. — М.. вот как? Ладно, если вдаваться в детали: Луна везде носит накидку с твоим именем. Луна очень популярна как у мальчиков, так и у девочек, так что это «Алан» уже чуть ли не имя нарицательное. Как ты и сказал, имя это редкое. Представляешь, что начнется в академии, если ты вдруг туда заявишься, и вы начнете общаться? — Да... — я смог выдавить из себя только две буквы. Всё потому, что я был тронут. Она носила мою накидку всё это время, и даже терпела все эти слухи и сплетни. Очередное проявление ее стойкости характера. — Кхм, ладно. Ты сказал что мы на одной стороне. Что конкретно ты имел ввиду? — я решительно собрался пойти на эту сделку с дьяволом. Может этот парень даже не так плох, несмотря на сомнительные знакомства? — Всё просто, я помогу тебе наладить отношения с Луной, и сохраню секрет, а ты поможешь мне. Даже не спрашивай, откуда я знаю о ваших отношениях. Ещё никто и никогда не видел эту девушку в таком состоянии, так что я не допускаю других вариантов, — вновь ухмыльнулся Ренди. Чему он постоянно радуется? — На счет отношений ты наверное прав, а вот помощь... Я то может и смогу тебе помочь, но как ты мне поможешь? Думаешь, я не смог бы заставить тебя молчать, используя лишь язык силы? — ухмыльнулся я в ответ. — Может и смог бы, но это ведь не твой метод, верно? — проницательно посмотрел на меня Ренди, — к тому же, у меня есть некоторое влияние. Я помогу Луне сохранить ее авторитет «холодной королевы», и никто не узнает об этом, если конечно мы с тобой договоримся. — Ладно, убедил. Что я должен делать? — предложение Ренди почему то звучало честно, но что важнее: он предлагал мне влияние. Уж не знаю, есть ли оно у него на самом деле, но вряд ли я что то потеряю от этой сделки. — Твоя задача проста: сегодня между Луной и тем парнем, которого ты вчера избил, будет проходить дуэль. Тебе нужно только вмешаться в поединок, и победить его. — Дуэль? — я застыл в нерешительности, — разве Луна сама не сможет его победить? Почему я должен... — Не сможет, — парень покачал головой, — исход боя уже предопределен. Если ты не вмешаешься, то он точно убьет её, я в этом уверен, — Ренди отвел в сторону мрачный взгляд. — Вот как... Ты мог сказать об этом сразу. Тогда, я бы «помог» тебе и без встречных услуг, — справедливо заметил я. — Нет, сделка была бы нечестной. — Согласен. Мне вот только интересно: зачем тебе это? И что волнует меня больше: почему ты вообще общаешься с таким человеком? Я понимаю, что он наверное твой друг или напарник, и ты не хочешь, чтобы его судили за убийство, но разве есть хоть какой то смысл заботиться о «таком» человеке? — Ты не знаешь Фрея, — с угрозой ответил Ренди, и его взгляд наполнился холодной злобой. Правда не уверен, что эта злоба направлена на меня. — Раньше он был нормальным. Потом... Не важно, что было потом, но сейчас он переходит всякие границы. Я хочу, чтобы ты поставил его на место. Может это хоть что-то прояснит в его голове, — в глазах Ренди горел огонь. — Почему именно я? — безучастно развёл я руками. — Потому что из первогодок ты единственный, кто бы согласился иметь с ним дело, и при этом смог бы выйти из ситуации без последствий. Тем более, что силы у тебя более чем достаточно. — Если ты говоришь правду, то мне понятны твои мотивы. Что ж, тогда с этого дня мы с тобой «напарники» по несчастью, — я протянул Ренди руку. В честность этого парня было трудно не поверить. Если же это театр... Тогда пусть попробует меня переиграть. — Отлично. Спасибо, что согласился, — парень крепко пожал мне руку. В нем была сила, соизмеримая с моей, хоть и не в режиме святого, — а теперь поторопись. Дуэль начнется через несколько часов, и можешь быть уверен, Ренди в порядке даже после «вчерашнего». — Как я понимаю, это тоже часть его необычных «изменений?» — я перевёл взгляд на выход. Что то мне напоминает вся эта история с Фреем, но что? — К сожалению, да. Встретимся на церемонии поступления, после того как всё случится. Просто позовешь меня по имени, и я приду. У меня для тебя будет небольшой вступительный подарок, правда, не бесплатно. До скорого, — Ренди помахал мне рукой, скрываясь в дверном проеме. Мне бы тоже стоит поторопиться. ---------- Громкое заявление. Несмотря на ранее утро и не прекращающийся дождь, в академию Тидаса уже ленивым стайками стекались студенты. Оно и понятно — ведь сегодня день поступления. Столпившись на мостах и во внутренних кругах академии, представители всех возможных рас что то бурно обсуждали. Кого тут только не было: и дракониды, и зверолюди, и фризы, и я даже одного деза заметил. Были и другие чудики, но я хоть убей не помню, как их всех называют, да и желания вспоминать особого нет. «Мне бы лучше о себе подумать» — рассуждал я, подходя к парадному входу в академию. От этих массивных, деревянных дверей так и веет Хогвартсом. Я бы даже сказал, что это место подозрительно сильно его напоминает. — Ну что? — рядом со мной внезапно появился Лод. Не пришёл, а появился, буквально из ниоткуда. — Хах, ты используешь телепортацию просто чтобы поздороваться со студентом? — с улыбкой спросил я, разглядывая зеленую водолазку учителя. Ну и стиль... — Это не телепортация, — отмахнулся Лод, — но давай ты не будешь отходить от темы. Сегодня... — Я знаю про дуэль. Мне уже рассказали, — невольно вспомнив вчерашний инцидент, я отвёл взгляд. — И что ты собрался делать? Только не говори, что вмешаешься, — усмехнулся Лод, его рука потянулась за сигаретой. — Все уже решено. Я действительно вмешаюсь. Ты же не собираешься мешать ученику, спасать людей? — Дурные у тебя шутки, парень. И... спасать людей? Это обычная дуэль, — Лод двусмысленно посмотрел мне в глаза. К моему удивлению, кажется на самом деле он был не против, и все понимал. — Дааа... Обычная дуэль. Может, сменим обстановку? — я окинул взглядом множество лишних ушей. — Увы, я уже ухожу. Тем более что ты все решил, — отмахнулся Лод сигаретой. — Всё не так. На самом деле, у меня ничего нет кроме моей силы. Даже денег... — я с надеждой посмотрел на учителя. Почему он так злобно ухмыляется? Не знал, что он вообще может улыбаться. — Я все улажу, но ты будешь мне должен, — ухмыляясь пожал он плечами. — М.. деньги? — Нет. Есть одно дело, с которым ты мог бы мне помочь, — пространно произнес Лод, словно хотел избежать любой конкретики. — Надеюсь, что оно не похоже на то, что было в прошлый раз, — усмехнулся я, но Лоду кажется было не до шуток. — Оно ещё хуже. Ты даже не представляешь, на сколько. Но это мы с тобой точно обсудим не сейчас, и не здесь, — Лод с усталой улыбкой похлопал меня по плечу, уже собираясь уходить, — не подведи, парень, или подставишь много людей. И пожалуйста, постарайся его не убить. В прошлый раз ты выглядел пугающие мерзко, — последние слова он сказал мне на ухо, и от его тона у меня по спине побежали мурашки. Значит, он видел... Учитель испарился так же быстро, как и пришёл. Мне оставалось только мысленно согласиться с его словами. В прошлый раз я правда перегнул, но все было слишком неожиданно. Теперь то я готов действовать спокойно и взвешенно. Пришлось даже немного помедитировать, чтобы полностью успокоиться. Сегодня никто не увидит меня в ярости, и уж тем более она. Не хотелось бы пугать её ещё больше. *** Наконец, 9 утра. Нас пускают внутрь. Кажется, церемонию хотели провести в другом месте, но из за жалоб на ужасную погоду всё перенесли в центральный зал. Путь туда не близкий, а толпа в коридорах плотная, и кто то уже пару минут постоянно толкает меня в плечо. С трудом повернув голову, я замечаю знакомое лицо. — Я уж думал ты не заметишь, хаха, извини, — рассмеялся Ренди, и его чуть не задавил какой то драконид. — Если ты хотел спросить про план, то нет, я не забыл. — Поделишься деталями? Я тут раздобыл план этого места, мы могли бы дополнить твою идею, — Ренди наконец вырвался ко мне из более плотной части толпы. — Ты не мог раньше об этом подумать? Церемония ведь совсем скоро начнётся — Не-а, ещё час. Времени как раз достаточно. К тому же, это и так не должно быть для тебя сложно, верно? — Почти. Думаю, с этим делом мне твоя помощь не нужна. Разве что, один момент не даёт мне покоя. Я спрашивал про бой у новичков, и они все говорят про защитный барьер. Мол им не страшно наблюдать за боем, потому что у директора все под контролем. — Пробьешься, — Ренди махнул рукой, — разрушение барьера, не редкость для дуэлей. Даже Фрей мог бы его сломать при желании, так что ты уж постарайся. — Понятно. Ты надеюсь, тоже не забыл о своей части сделки? — Нет. Честно говоря, я и сам немного заинтересован в том, чтобы помочь тебе с Луной, — Ренди помрачнел. — Почему ты так хочешь, чтобы мы сблизились? — я вопросительно поднял одну бровь. — А ты не понимаешь? — Ренди помрачнел ещё больше, и его скулы выступили, а зеленый глаз из под чёлки блеснул, — Фрей не ровно дышит к твоей девчонке. Это знают все, и тебе тоже стоит. — Я догадывался о чем то подобном, но опять же, зачем это тебе? Ты что... ревнуешь? — я посмотрел на внезапно покрасневшего парня. Что за... — Это так, но не так. Сейчас ты не поймёшь, так что постарайся об этом не думать, — с безнадёжной улыбкой заметил Ренди, — просто знай, что это не то, чем кажется. — Хех, так ты это называешь? Ну ладно, дело то твоё, — я развёл руками. Может мне правда показалось? Нужно забыть об этом как можно скорее. *** Обдумывая способы прорваться через барьер, я и не заметил, как оказался в центральном торжественном зале. С виду он напоминает что то вроде огромного амфитеатра, или футбольного поля, со стеклянным куполом под потолком. Выбрав себе самое темное место в углу последнего ряда, я стал наблюдать за всё прибывающими учениками. Директора пока не видно. Интересно, как он выглядит? Это тоже какой то старик, как и его бывший зам? Тем временем в центре зала на мраморной площадке маги уже возводили барьер. К счастью я достаточно чувствителен, чтобы изучать его ауру даже отсюда. Как и думал, это тип магии укрепления, совмещенный с магией барьеров. По сути, двухэтапная защита. Боюсь, что для перегрузки такого барьера даже мне не хватит маны. Нужно придумать другой способ прорваться сквозь него, или отменить действие. Вот только, как? Перебрав множество вариантов, я кажется нашел ответ. Из всей магии, какую я мог вспомнить, на ум приходила только древняя «антимагия» или же «магия отмены». В настоящий момент полностью утраченное искусство. Я прочитал о нем ещё на Анакреоне, в библиотеке дезов. Единственное заклинание, которое я тогда выучил, это «отмена». Увы, найти применение я ему тогда не смог. Мало того что я плохо понимаю, как оно работает, так еще и для подавления нужен чуть ли не физический контакт с рассеиваемым объектом. А ещё разница в объеме маны... — О чём задумался? — прервал меня садящийся рядом Ренди. — Пытаюсь понять, как убрать барьер. Телепортация тут работает? — За пределами барьера должна, но внутрь ты не попадешь. Барьер не пропускает частицы магии. Почему бы тебе просто не сломать его грубой силой? На самом деле он хранит не так много маны, как говорят. Это было бы нецелесообразно, учитывая что тут поединок первогодок, — Ренди развёл руками явно дав понять, что других вариантов у него нет. — Это всё хорошо, но я не хочу поднимать еще больше шумихи. У меня есть один вариант, но надо, чтобы ты создал собственный барьер. Сможешь? — Здесь и сейчас что-ли? — парень посмотрел на меня с сомнением. — Ага. Желательно очень маленький, и прочный. — Такой подойдет? — Ренди образовал едва заметный синий барьер на ладони. Несмотря на размеры, концентрация маны в нём восхитительная. Этот парень явно талантлив. — Отлично, а теперь... — на миг прикоснувшись к барьеру, я лишь мысленно использовал заклинание, и он тут же беззвучно погас. Значит, оно работает. — Что происходит? — Ренди недоумевая посмотрел на свои руки, — я чувствую, как ко мне возвращается мана. Как ты это сделал? — Хех, может когда нибудь расскажу. Надеюсь, на большой барьер это тоже сработает. Если нет... Тогда пойдем по твоему сценарию. Кстати, когда начинается церемония? — Судя по всему, прямо сейчас, — Ренди указал пальцем на зависшую в центре зала фигуру. Некий красноволосый мужчина с огромной пентаграммой на животе безмолвно наблюдал за затихающими студентами. — Кто это? — шепнул я Ренди. — Директор, кто ж ещё? «Кхм,» — вдруг раздалось на весь зал, и наступила полная тишина. Немного помедлив, директор всё же начал свою речь. Правда я почти его не слушал, сосредоточив свое внимание на трибунах, и арене. Где то тут скоро должна появиться она. *** Долго ждать не пришлось. Как только директор покончил с формальностями, дуэль была тут же была объявлена, и претенденты вышли в центр зала, защищенный едва заметным барьером. Луна сегодня была прекрасна, как и всегда. Её белая форма почти что блестела в магическом свете, озаряющем зал. Я с трудом оторвал от неё глаза, ведь сейчас куда важнее сосредоточиться на противнике. Фрей на её фоне смотрелся, как настоящий злодей, кем он сейчас по сути и являлся. Я не задумывался об этом раньше но... Почему он вообще собирается убить её? Даже будучи законченным психом, сделать нечто подобное на глазах у всех, чистейшее безумие. Но вот, бой начался, и моё сердце замерло. Мне хотелось вмешаться прямо сейчас, но я должен ждать. Прорваться сквозь целый барьер мне вряд ли удастся, а если не сделать это быстро, то меня поймают и всё будет зря. Значит, остается только ждать, когда они сами его повредят, а это неизбежно произойдет. И всё же Луна прекрасна. Никогда бы не подумал, что она выберет меч в качестве основного оружия. Как же это черт возьми иронично, учитывая что раньше она сама была мечом... К тому же её контроль атрибута времени находится на приличном уровне. Она уже несколько раз смогла уйти от довольно серьезной атаки, вернув тело во времени. Увы, подобная техника, даже если ты взаимодействуешь с локальным временем, пожирает просто чудовищное количество маны. Из всех атрибутов, именно время и пространство пожалуй что являются самыми прожорливыми. Потому, уже через несколько минут Луна начала сдавать позиции. Всё же, Фрею его атаки ничего не стоят. Он наверное мог бы махать кинжалом до вечера, если бы захотел. Смотреть на Луну было больно. Ещё минута, и она точно начнёт истекать кровью. Фрей же в этот раз особенно артистичен. Ведет себя как надменный ребенок. Я думал, что буду ненавидеть его ещё сильнее с прошлого раза, но теперь не чувствуют к нему ничего кроме отвращения. Нужно как можно быстрее покончить с этим. К счастью барьер уже повреждён. Я вижу это даже визуально. Начав вставать с места, я уже готовился телепортироваться к барьеру, как вдруг почувствовал знакомую ауру. Поднявшись, я застыл, с удивлением наблюдая за серым пламенем, что преследовало убегающего Фрея. Судя по совсем уж измученному лицу Луны, и её потухшему золотому взгляду, это пламя было отчаянным шагом. Толпа же ликовала, чуть ли не забрасывая арену цветами. Всё же два атрибута, это большая редкость. К сожалению едва появившаяся надежда на победу Луны тут же исчезла. Этот псих даже готов гореть заживо, только что бы навредить моей девушке. Почему? Я правда не понимаю этого. Зависнув в воздухе на потоке магии, Фрей обжигаемый пламенем, готовил ужасающую атаку чистейшей молнией. Подобным можно ранить даже бога, что неоднократно описано в легендах. Я не могу больше бездействовать. Кивнув Ренди, под шум ликующей толпы я телепортировался к барьеру. Никто даже не успел ничего заметить, как я уже отменил изрядно прохудившийся барьер, став на пути у Фрея. Толпа закричала ещё громче, и вокруг на трибунах начали появляться враждебные ауры. Они попытаются остановить меня. Увы, уже поздно. С диким ревом Фрей метнул в меня сверкающую белую молнию, и в этот же момент наши взгляды встретились. Глядя на меня, он улыбался, словно уже победил. Неужели он знал, что я приду, и рассчитывал убить нас двоих? Хах, до чего наивный парень. «Ты даже не представляешь, через что я прошел, чтобы попасть сюда,» — прошептал я со злобной ухмылкой, активируя режим святого и перехватывая молнию голой рукой, в тот же момент используя отмену. Этот прием мог стоить мне кисти при малейшей ошибке, и всё же я решил максимально унизить этого надменного ублюдка, просто сведя на нет его магию. Надо сказать, что своего я добился. Зал взорвался овациями, а лицо Фрея исказила гримаса ужаса. Он был растерян, словно стоял голый перед всем миром, и каждый показывал на него пальцем. На самом же деле все взгляды в зале были обращены на меня. Это приятное, триумфальное чувство, но из всех взглядов меня сейчас волнует только один. Медленно повернувшись в пол оборота, мой взгляд встретился со взглядом Луны. Она кажется, была полностью поражена этой моей выходкой, не находя эмоций для происходящего. «Как хорошо, что ты больше не боишься меня,» — сказал я про себя, печально улыбнувшись девушке. Теперь она в безопасности, ведь сюда уже направляются медики. Мне же нужно... — Подожди, Фрей, — обратился к бормочущему что то Фрею директор, и парня словно заткнули кляпом, — Кто ты такой, и почему вмешиваешься в ход поединка? — аура этого красноволосого мужчины, восседающего на троне в конце зала, успешно подавляла всю мою ману, даже в режиме святого. Я ему не противник. — Меня зовут Лан. Просто Лан, без фамилии. Я прибыл сюда совсем недавно, сэр, — учтиво ответил я, чуть ли не поклонившись этой ужасающей фигуре. Воистину, он достоин своего положения. — Каков мотив вмешательства? Ты знаком с кем то из участников поединка? — его заинтересованный взгляд сверлил меня, в попытке перебрать струны моей души. Увы, даже я сам не способен постичь хаос, что сейчас там происходит. Грехи не отвечают мне с момента, как я избил Фрея. — Нет, директор, я вижу их впервые, — вновь солгал я, и мой взгляд упал на едва сдерживающую слезы Луну. Она не отрывала от меня глаз, и потому я ободряюще ей улыбнулся. — Цель твоего визита в академию? — директор вернул меня в реальность, но давление его ауры уже ослабло. — Поступление для дальнейшего обучения. Я также готов понести наказание за нарушение регламента, если того требуют правила, — я поклонился директору. Эта речь была отрепетирована заранее. — Да, в таком случае ты будешь наказан... — Постойте, — вдруг воспротивился директору Лод. Значит, он и тут решил мне помочь? — Как учитель, я протестую против этого наказания. Исход поединка был очевиден, и при том, он был печальным. Если бы не вмешался Лан, то вмешался бы я. Более того, не кажется ли вам, что подобное вмешательство было талантливо исполнено? Это возражение поставило директора в тупик. — Хах, и то верно, — ухмыльнулся он после небольшой паузы, — ладно, парень. Повезло, что за тебя вступился такой человек. Будь это другой учитель... В общем, обязую тебя к выплате штрафа в размере сотни камней маны, раз уж ты разрушил барьер. А теперь, займи своё место, и дождись распределения. — Как скажете, директор, — вежливо улыбнулся я, последний раз посмотрев на Луну, и покидая арену. После такого громкого заявления на всю академию, я уже не смогу жить тут спокойно. Если я не хочу доставлять Луне больше проблем, то пока что мне стоит сделать вид, будто я её не знаю. К тому же, я всё ещё не понимаю, в каких мы отношениях. Затаюсь и сделаю вид, словно пустил всё на самотёк, а потом встречусь с ней, когда не будет лишних глаз. Нам точно есть о чём поговорить. ---------- Первый день в академии. Зачисление проходит слишком медленно, и Луны уже нигде не видно. Кажется, я только заметил Элли которая уносила её из зала. Думаю, с ними все будет в порядке, чего не скажешь обо мне. Стоя в километровой очереди на распределение, я то и дело ловил на себе взгляды любопытных студентов. Ренди куда то пропал, и теперь я сам по себе. Ещё и эта дурацкая система зачисления... По сути, после магической реформы тебе для поступления кроме взноса и 500 ранк ничего не нужно. Никакой там подачи документов или хотя бы предварительного экзамена. Как то это... странно. Выглядит так, словно кто-то пытается собрать как можно больше магов в стенах академий. Только вот зачем? К чему Доард готовится? Впрочем, судя по оттоку расстроенных новичков, 500 ранк маны есть далеко не у всех. А вот что до тех, кто прошёл... Они уже сбились в отдельные групки, и теперь чего то ждут. Наконец, наступила и моя очередь. Я назвал своё имя мужчине в балахоне, и он и использовал на мне некое заклинание. Все вокруг тут же замерли в ожидании. — 2666 ранк, — задумчиво произнес он, словно подозревал, что тут есть какая то ошибка, — ты идешь в класс A. За тебя уже заплатили на год вперед. Остальные подробности сегодня вечером, — он указал мне на группу странных людей, собравшихся в противоположном конце зала, прямо у выхода. Поблагодарив распределителя, я отправился знакомиться со своими новыми одноклассниками. *** — Ого, смотрите, кто идет. Нам сегодня везёт, а? — из группы класса А ко мне навстречу улыбаясь двинулся парень с глазами, отливающими алым цветом, словно у вампира. Он был одет настолько официально и элегантно, что чуть ли не блестел. Но что важнее... У него есть клыки, и его волосы седые, как и у меня. Скорее всего это дампир. — Чего уставился? Кстати, я Нокт. Пошли, я познакомлю тебя с остальными, — парень вёл себя очень спокойно и размеренно, указав мне на группу парней лет 16-22. Они что-то бурно обсуждали. — Я Лан, приятно познакомиться, — я пожал Нокту холодную как лёд руку, — ты тоже в группе людей? — Ну да, хоть я и не человек. Но для полукровок это нормально, — рассудительно заверил он меня. Похоже Нокт совсем не переживал на счёт того, кем является. Подойдя к группе парней, я беглым взглядом изучил их. Класс A пока что получается каким то совсем уж маленьким. — Что ж, господа, теперь нас пятеро, — странный светловолосый парень увешанный фолиантами как военные гранатами, протянул мне руку, — я Эллейд, но ты можешь звать меня просто Эл. Добро пожаловать в класс А. — Ты староста? — Да, а как ты узнал? — Просто догадка, — я улыбнулся, переводя взгляд на двух других одноклассников, которые сейчас ожесточенно спорили о чём то. — О, это близнецы Уальды. Не обращай на них внимание, они немного не в себе, — мрачно заметил Нокт, — лучше скажи: что это вообще было на дуэли? Ты реально не боялся, что Директор тебя накажет? Он ведь мог и испепелить тебя. — Пфф, ты просто не понимаешь, как должен действовать настоящий мужчина, — прервал его Эл. — Спокойнее, парни. Я просто не мог смотреть на то, как избивают девушку. Даже если она сама согласилась на это, — я тяжело вздохнул. — Боюсь что у неё не было выбора. Как представитель женской половины академии, она не смогла бы отказать в дуэли «перспективному новичку» из мужской части. Это был бы позор для всего корпуса, — рассудил Эл. — У вас тут настолько ожесточенная борьба за репутацию? Я то думал, что это деление на парней и девушек, — просто условность. — Было бы здорово, будь это просто условность, но на деле всё намного хуже. Это правило не только стимулирует соперничество между двумя сторонами, но еще и почти полностью запрещает нам контактировать с девочками. Даже если тебе кто-то нравится из другого корпуса, поговорить с ней ты сможешь только за пределами Академии, — староста достал круглые очки из кармана робы, и начал медленно их протирать. — Но разве это проблема? Можно ведь видеться и за пределами Академии вечером, — спросил Нокт, словно прочитав мои мысли. — Тогда о вас начнут ходить дурные слухи. Других слухов тут не бывает, — Эл ухмыльнулся, — я порой удивляюсь, какими студенты могут быть мелочными и подлыми. — Я смотрю, ты много знаешь. Ты уже был тут раньше? — обратился я к старосте, когда мы впятером наконец вышли из зала, и направились в сторону общежитий. Близнецы все еще спорили о чём то непонятном. — Да, я поступаю второй раз. В первый раз меня выгнали за... да не важно, за что. Но в этот раз я не облажаюсь. — Понятно. Кстати, почему нас так мало? Академия ведь вмещает порядка двухсот тысяч студентов, и это только скромная оценка... — Это потому что в класс A зачисляют только первогодок с 2000 ранк и больше, а таких очень мало. — Значит у нас будет другая система обучения? — Верно. В отличии от других классов-первогодок, к нам не приставлен старший, и мы отвечаем за себя сами. Хотя не сказал бы, что за нами никто не следит, — Эл надвинул очки на нос, и нахмурил брови. — Хорошо, а что с расписанием? — Узнаем сегодня вечером, — Эл остановился перед одной из множества дверей коридора, фрактально уходящего вперед на необозримое расстояние, — вот, это ваша с Ноктом комната, располагайтесь. В 6 вечера у нас в главном зале будет общий сбор. Там уже получим всю дальнейшую информацию. Не опаздывайте. — Угу, — я первым шагнул в просторную комнату с балконом, выходящим из лицевой стороны академии на Тидас. От бушующего на улице ливня шторы так и метались из стороны в сторону. Оставив пока изучение комнаты, я сразу вышел на балкон, и вид меня честно говоря, поразил. — Какой здесь этаж? — обратился я к Нокту, стоящему рядом. — Хм. Может быть... 25? Точно не сказать. Всё таки это место нарушает правила пространства, — развёл Нокт руками. — Ну да, не помню чтобы мы поднимались на 25 этаж. — Скорее всего эта дверь — портал, — он указал на вход в комнату, — всё таки большинство жилых комнат класса А, находятся внутри обособленных башен на большой высоте. — Это потому что мы «особенные»? — Хаха, нет. Скорее чтобы оградить от нас остальных студентов. Ты ведь понимаешь, на сколько драматична разница между 500 и 2000 ранк, верно? — Нокт странно посмотрел на меня. Я совсем не понял, что ещё он имел ввиду, но парень уже вернулся в комнату, и плюхнулся на кровать стоящую у стены. Я же прямо в одежде улегся на кровать на противоположной стороне, и положив руки под голову, уставился на потолок. Наконец то можно отдохнуть. Боже, как же мне этого не хватало. — Всё таки здорово ты его отделал, — наконец произнес дампир после длительной паузы. — Думаешь? — Ага. Я бы даже сказал, что это беспрецедентный случай, когда новичок так играюче разбирается со старшими. — Да ладно тебе. Я просто свел на нет его атаку, и ничего более. — Это и удивляет. Как ты это сделал? Это твой атрибут? — Что то вроде того. Я пока сам не до конца разобрался, как оно работает. Просто иногда могу рассеивать магию. — Круто наверное, когда твоя сила не пытается тебя убить, — усмехнулся Нокт. — А что, ты с такой сталкивался? — я открыл один глаз, и посмотрел на седого парня. Как оказалось, мы с ним очень даже похожи. — Можно и так сказать. Ммм... Понимаешь, мой отец — высший вампир. И в детстве он... Он любил очень странно играть со мной, — Нокт мрачно ухмыльнулся. — Ты уверен, что хочешь мне об этом рассказывать? — Без проблем. Я не стыжусь своего прошлого. Да и ты тоже повидал всякого, — видимо, он имеет в виду мой седой цвет волос. — Ну да, я уже пару раз «возвращался с того света». Закрыв глаза, я прислушался. Шум дождя с самого детства был моим любимым звуком. — Слушай Лан, а почему ты выбрал именно академию Тидаса? — Трудно сказать. Наверное потому что этот город я знаю лучше всего, да и с парочкой профессоров был знаком еще до поступления. А ты? Почему именно сюда? Услышав мой вопрос, Нокт задумался. — У академии Тидаса есть одно важное свойство, — серьезно скандировал он. — Да? И какое же? — Она древнее всех прочих. Даже той что в Полимиуме. — Разве это возможно? Ведь все знают, что первой академией которую основал Доард, была именно академия в Полимиуме, — я повернулся к стене, потому что от окна меня продувал сквозняк. — Это наверное правда, но есть один момент: в отличии от Полимиума, Тидас существовал на Флегрейсе и до прихода Доарда. В том числе и эта академия... Он её не строил. Только перестраивал после того, как она была разрушена богом разрушения 500 лет назад. — Откуда ты всё это знаешь? — я был поражен словами Нокта. И ведь действительно, некоторые из архитектурных деталей академии сильно выбиваются из общего плана. — Я же говорил: мой отец, высший вампир. Он жил ещё во времена прихода Доарда. — Значит, твой отец видел великую войну? — Нет, но знал тех, кто в ней участвовал. Большего он мне рассказывать не хочет. — Странно, — я повернулся к Нокту. Парень разглядывал какой то амулет в руке, — слушай, а ты замечал, что абсолютно все игнорируют факт великой войны? Как будто 2000 лет назад ничего и не происходило. — Ага. И тема деградации магии тоже сейчас чуть ли не под запретом. Отчасти поэтому я тут, — Нокт встал с кровати и подойдя к балкону, долго смотрел на дождливую улицу. — Эта академия... Само здание, хранит в себе очень много тайн. Некоторые из них касаются вампирского рода, а другие и вовсе заглядывают в бездны, в какие людям лучше не лезть, — Нокт проникновенно посмотрел мне в глаза, — я хотел бы найти их. Как можно больше. — Почему ты рассказываешь мне об этом? И ты ведь знаешь, что регламент... — Да, это не очень законно, — злобно ухмыльнулся Нокт, — но ты например, без колебаний вмешался в матч-пари прямо перед директором и парой десятков тысяч студентов. Почему то мне кажется, что мы с тобой за одно. — Знаешь, ты прав, — ответил я после небольшой паузы, — впервые попав в академию Тидаса, я был поражён тем, насколько это место пропитано магией. Свет, комнаты, двери, лестницы. Всё это ведь кто-то проектировал, создавал и настраивал. Подобное место так и кричит: изучи меня. Жаль, что это не законно. — Мы что нибудь придумаем. Но пока, давай держать это между нами. — Без проблем. Вновь отвернувшись к стене, я уснул. *** — Эй, Лан, вставай. Уже пора, — Нокт тряс меня за плечо, а в комнате изрядно потемнело. — Что... что происходит? Почему так темно? Я что, проспал церемонию? — бормотал я пытаясь протереть глаза. — Нет, сейчас 17:45. Просто в академии в последнии дни сильно сбоят магические потоки. Свет иногда пропадает. — Понятно... Наверное это из за магической бури, — сев на край кровати я ощутил сильную боль в голове. Странно, но даже магия исцеления не дала результата. — Ты что-то о ней знаешь? — Нокт указал на пурпурные облака, бушующие над городом. — Ничего, но догадываюсь что это не обычный сбой погоды. Тем более во время речи директор говорил что-то про бога воды... — в этот момент я вдруг вспомнил того гнома, что называл себя богом, и кажется, устранял аномалии. Может это он и есть? — Ладно, сейчас это не так важно. Пошли, а то опоздаем, — Нокт открыл дверь, и замер в нерешительности. — Чего там? — выглянув за дверь я понял, что этот коридор мне незнаком. Мы переглянулись. Выйдя в коридор, мы захлопнули за собой дверь, и шум дождя остался где то позади. — Значит, из за сбоев с магией у них ещё и порталы поломались? Думаю, я мог бы перенести нас... — Не выйдет, — наотрез отказал Нокт, — сейчас магия очень нестабильна. Ты случайно можешь телепортировать нас в небо, или чего хуже, замуровать в стену. «Люмен,» — произнес я, и с удивлением для себя обнаружил, что шарик света на этот раз появился совсем уж крохотный. — Значит, придется идти пешком, — я посмотрел на единственный коридор уходящий вдаль, в конце которого и находилась наша комната. Он выглядел так, словно им не пользовались лет 200. Пожав плечами, Нокт пошел вперед, осматривая каждый сантиметр стены. Этот парень явно заинтересован самой академией не меньше моего. «Магические чувства кстати тоже едва работают,» — послышалось из конца коридора. Подойдя к Нокту я заметил, что он копошится в замке какой то двери. — Ну ка отойди на минутку, — положив ладонь на дверь, я сконцентрировался. Как и думал, на ней печать, но сейчас очень ослабленная. Снять её анти-магией не составило труда, после чего, дверь сама отворилась. — Ты снова отменяешь магию? Всё таки, я выбрал правильного союзника, — зрачки Нокта блеснули в темноте, — нам стоит поспешить. *** Бесконечные лестницы, полу-пустые пространства и закрытые комнаты. Хотелось бы мне сейчас всё это исследовать, но увы, нас ждут. Каким то чудом пробравшись через множество переходов, мы наконец оказались в нужном нам крыле, отперев дверь которая скорее напоминала проход в чулан. На самом деле несколько раз мы уже ошибались дверью, но эта пока выглядит максимально похоже на ту, что нам нужна. Из конца длинного высокого коридора уже слышались звуки оживленной толпы, и едва заметный свет. Те же люстры, что висели под потолком, сейчас не работали. Значит огонь в них всё же магический. Выйдя в тускло освещенный главный зал через большие двери, я тут же заметил, что людей на сидячих местах сильно поубавилось. К тому же, это место выглядит немного не так, как раньше... — Нокт, тебе всё это не кажется странным?... — я обратился к дампиру, который сидел рядом со мной, глубоко задумавшись о чём то. — Послушай меня, Лан, — вдруг необычайно серьезно произнес он, глядя мне в глаза, — мы должны уйти отсюда прямо сейчас. — Что? Но мы же ещё не опоздали... — Нет, просто посмотри на людей на трибунах, — он аккуратно указал белой рукой на одну из пышно одетых девушек, сидящих по соседству. Она игнорировала нас, глядя на сцену в центре, и что то напевая себе под нос. Вот только... Кожи на её лице не было. Чистый скелет, облаченный в одежду. — Чт.. — я сдержал возглас, и посмотрел на входные двери, но они уже были закрыты. — Ладно. Не похоже, что мы сможем уйти, — мрачно произнес Нокт насупив брови, и свет в зале вдруг погас. Мы затихли. «Дамы и господа,» — вдруг раздался голос из центра зала, и некую фигуру осветил луч света, словно прожектор в театре. Это был пожилой мужчина, одетый почти так же как и Нокт, в «деловой костюм», как я его называл. На руках старика блестели перстни, а аккуратно уложенные седые волосы и усы, придавали ему вид «пожилого джентльмена». «Сегодня все мы собрались тут, дабы узнать дальнейшую судьбу нашего дома. Поприветствуйте же своего короля: Бога марионеток!» — старик поклонился и исчез, превратившись в едва заметный дым, и на его месте возникла куда более странная, и пугающая фигура. Это был гуманоид, с множеством шрамов на лице, словно его сшивали из разных кусков чужой кожи. Из разных частей его тела и даже из рук, росли другие руки, и в каждой из них он держал нечто вроде эссенции магии, постоянно переливающейся своей стихией. «Друзья,» — обратился он к публике бархатным, чуть ли не шепчущим голосом, — «я прибыл сюда сегодня, чтобы сообщить вам прискорбную весть: наш театр закрывается. Некто, кто пожелал остаться неизвестным, хочет купить наше скромное пристанище. Увы, я не смог отказать этому человеку, и потому, со следующей недели наш театр прекратит своё существование. Прошу, не ищите меня после того, как это произойдет. Я не хочу вам беды. За сим, представление объявляю оконченным,» — мужчина повернулся к публике спиной, медленно удаляясь в темноту. В этот момент, я заметил на его спине огромную пентаграмму, точь в точь повторяющую пентаграмму на груди директора академии. Свет вновь погас, а потом в голове зазвучал звук, напоминающий гул поезда в тоннеле. В этот же момент, мы с Ноктом очутились в настоящем церемониальном зале, на трибуне среди студентов, внимательно слушающих разъяснения о дальнейшем курсе учебы. «С завтрашнего дня вы учитесь по следующему расписанию...» — звучал монотонный голос. — Какого черта происходит? — мы с Ноктом переглянулись. Мы ведь оба это видели, и не спятили, верно? — Скорее всего... подпространство... — осторожно прошептал мне Нокт. — Но он сказал что... — Не здесь, — шикнул мне Нокт, и я замолчал. — О, вот ты где, — послышался голос Эла откуда то сзади, — а вы тут всё время сидели что ли? Я и не заметил, как вы пришли. — Да, мы сами как то... пропустили этот момент, — Нокт почесал затылок, взглядом дав мне понять, что лучше на эту тему пока не говорить. — Угу, что там у нас с занятиями? Мы как то прослушали. — Из за магических аномалий сейчас всё с ног на голову перевернулось, — Эл сел рядом и достал что-то вроде тетради, — такс, посмотрим. Наши занятия начинаются завтра в 9. Это будет вступительный экзамен по общим характеристикам, а сразу после него общий час. — Общий час? — Да, это такой урок, на котором вы всегда проходите разные вещи. Там может быть что угодно, от зачарования до плетения карзиночек. На самом деле у нас должно быть сильно больше часов учебы, но из за магических аномалий половины учителей сейчас даже нет на территории академии. — Чем же они заняты? — мы трое переглянулись. Понятное дело, деталей нам никто не объяснит. — Так, а где близнецы? — я посмотрел по сторонам, но их нигде не было видно. К тому же зал уже изрядно поредел. — Ушли. Они не любители «шумных компаний», с их же слов. — Мы что, серьезно будем учиться впятером? — я опустил одну бровь, глядя на улыбающегося Эла. — Не совсем так. Возможно, нас переведут на класс выше, завтра... — Чего?! — я едва не вскочил на месте. Подобная новость не только означала бы, что мы с Луной будем учиться в одном корпусе, но так же и то, что я буду в одном классе с Фреем и Ренди. — А что ты хотел? На 2000 ранк тебе нечего делать в первом классе. Это просто потеря потенциала, если ты конечно не удивительно туп для своей силы, а это явно не так. В общем, все подробности узнаем завтра утром, а сейчас давайте расходиться по комнатам. Портал в зону общежитий на входе в зал, если вы вдруг не знаете, — встав с места, Эл странно посмотрел на меня, и спустившись по ступеням удалился в портал. Следуя за ним, меня терзало множество сомнений по поводу завтрашнего дня. ---------- Вступительный экзамен. День не задался с самого утра. Я проснулся совсем уж рано, от ужасного сквозняка. Как ни странно, Нокта в комнате уже не было, хотя солнце только начинало восход. Натянув штаны я вышел на балкон. Дождь по прежнему терроризирует город. Пурпурные тучи кажется стали еще ярче, а молнии активнее. Почему директор умолчал о природе этих аномалий, во время приветственной речи? Это ведь не похоже на обычную «плохую погоду». Ещё и вчерашний бог марионеток не дает мне покоя. Если мои догадки верны, то именно он был предыдущим владельцем этого места. Значит, человек которому он «не смог отказать» это Доард? Но из истории известно, что Доард не создавал академии лично, за исключением главной. Он поручил это своим ученикам. Возможно, это был кто то из них? Я вгляделся в квартал людей, который отсюда было видно лучше всего. Туманная дымка толком не позволяла ничего рассмотреть, кроме потертых крыш и бегущих силуэтов. Этот вид прямо как мои планы на жизнь. Честно говоря я не знаю, что мне делать дальше. Мне нужно позаботиться о слишком многих вещах. Например нужно хоть как то сблизиться с Луной, хотя бы чтобы мы могли поговорить. Ещё нужен как минимум дом в черте города, потому что жить в общежитии мне не очень хочется, и хоть какое то имущество в этом мире уже пора бы заиметь. Ладно, у меня ещё будет время подумать об этом. Сейчас нужно собираться на экзамен. До него осталась всего пара часов. *** Как я ни пытался обращаться к грехам, или попасть внутрь своей души, — всё бестолку. С того дня, когда я избил Фрея, грехи молчат. Сев на кровать, я призвал «Убийцу богов», и положил его на колени. Этот огромный меч мне лучше никому не показывать без особой необходимости. Мало того что он безумно опасен, так ещё и должен привлекать очень много внимания. Не уверен правда, что хоть кто-то из современных обитателей «безымянного мира» знает что-то о чистилище. Скорее всего это просто моя паранойя разыгралась с новой силой. Пройдя через портал в двери, который сегодня, о чудо, работал, я двигался по сети длинных коридоров в нужный мне класс. На самом деле структуру академии довольно просто понять. Несмотря на множество ответвлений и развилок, по сути внутренняя часть академии представляет из себя «кольцо» а корпусы разных рас, это четверти этого кольца. Только этажей в академии бесчисленное множество, и все они соединяются причудливыми старинными лестницами, да скрытыми проходами. А еще этот антураж роскошного дворца викторианской эпохи... Кругом красные ковры, позолоченные картины и дорогая древесина. Правда это касается только первых этажей... Выше дела обстоят чуть более скромно. Интересно, как здесь себя чувствуют ученики из дальних деревень? Наверное, в первые дни это прям таки взрывает их мозг. Вообще многое тут изменилось с моего прошлого визита. Как и Хогвартс, это место самопроизвольно изменяется под действием магии. Никогда не понимал этой тенденции, связывать магию и архитектуру вынуждая потом студентов ломать голову над тем, какая сегодня и где появилась лестница. Это же чертовски неудобно. К счастью меня таким не удивишь, ведь топографический кретинизм обошел меня стороной, а магия не дремлет. Я уже более менее выучил план, и всего за каких то 15 минут добрался до класса, откуда уже слышались недовольные возгласы Эла. «Разве мы можем столько ждать? В прошлый раз это не требовало столько времени!» — восклицал староста, пока я входил в древний кабинет с огромным панорамным окном. Он тоже находится во внешней стене академии, и вид отсюда на эльфийский квартал прямо таки захватывает дух. — Ты опоздал, — улыбнулся мне Нокт, пока я садился за одну из парт, прямо как в моей нормальной, человеческой школе. Разве что она была намного массивнее, словно отлита из дерева. — Разве? Кажется часы в нашей комнате сбоят, или я разучился считать, — развёл я руками. — Ты что, считаешь время в уме? — Нокт вопросительно поднял бровь. — Да, привычка такая появилась, после одного момента... А где учитель? — я окинул взглядом класс: в целом ничего примечательного тут не было. Одна потускневшая от старости доска, пара десятков парт, да куча макулатуры, которой тут всё было прямо таки завалено. Как и в прошлый раз, нас тут было пятеро. — Она пошла уточнять один момент. Похоже что в правилах что то перепутали, — Нокт откинулся назад на стуле, закинув ноги на парту, и сомкнув руки за головой в замок. Так и упасть не долго... — Не просто перепутали, а очень серьезно ошиблись, — вдруг вмешался Эл. Его светлые волосы были растрепаны, и из под очков на меня смотрел взгляд полный негодования. — Так что, собственно говоря, случилось? — недоумевал я такой его реакции. — Они сказали, что переход на следующий курс займет около 3х месяцев. Иными словами, это произойдет только к началу зимнего сезона. — Ну, знаешь... 3 месяца это год. Можно и подождать. Почему нет? — Он хочет на турнир, — качаясь на стуле, Нокт то и дело зевал, сверкая своими вампирскими клыками. В ответ ему Эл кивнул. — Может быть ты не знаешь, так что я поясню: в конце осени между корпусами проходит внутренний турнир. От каждого курса выбирается по 2 представителя обоих полов, и они проводят спарринги в рамках турнира. В качестве награды за победу, присуждаются очки рейтинга в таблице новичков, — Эл вдруг замолк, и перевел мрачный взгляд на окно, — только вот... Участвуя от лица первого курса, даже в случае победы ты получаешь в 5 раз меньше очков. Да и там будут одни слабаки... — И что, это все причины твоего беспокойства? — я с сомнением посмотрел на расстроенного парня. — Пхах, да ты посмотри, сколько в нём уверенности, — злобно улыбнулся Нокт, — с чего ты вообще взял, что тебя возьмут в качестве представителя? Ты ведь понимаешь, что на втором курсе сейчас есть ну прям таки, «монстры»? — Это не страшно. С прошлого раза я усвоил много уроков, по этому у меня перед ними преимущество. К тому же по уровню ранк мы с ними примерно на одном уровне. Да? Лан, — староста явно рассчитывал на мою поддержку, но я не был до конца с ним согласен. — Всё не совсем так. Если ты про Фрея, то могу заверить тебя, что он действительно очень силен. Просто эта девушка сильно вымотала его в том бою, но его последняя атака вполне могла бы и убить меня. Тебе не стоит недооценивать второгодок. Среди них действительно есть как минимум два «монстра», а то и три, — я похлопал Эла по плечу, направляясь к выходу из класса, чтобы немного проветриться, и прямо на выходе чуть не столкнулся с какой то очень уж красивой девушкой. — И куда это ты направился? А ну марш на место, — пригрозила мне рукой красноволосая кудрявая красавица лет 25. — Ну и чего застыл? — она начала сверлить меня взглядом, и я поспешно вернулся на своё место. — Значит так. Никакой ошибки нет. Вы перейдете на второй курс только через 3 месяца, и только при условии, что каждый в классе справится с экзаменом боевой подготовки, — строго заверила она, не прекращая сверлить меня взглядом. — Но... — Никаких но, четырёхглазый. Если тебе что-то не нравится, то можешь идти прямиком к директору. Я сделала всё что могла, — тяжело вздохнув, учитель начала искать что-то в ящике стола. — И когда пройдет наш экзамен? — спокойно спросил один из близнецов. Только сейчас я заметил, что у него половина волос на голове светлая, а вторая темная, и у его брата так же. Да и глаза у них тоже разноцветные. Они словно один человек, которого разделили надвое. — Экзамен пройдет... Ммм. Прямо сейчас, — учитель щелкнула пальцами, и подо мной исчез стул, да и весь класс вместе с ним. Открыв глаза я сразу понял, что нахожусь в некоем карманном пространстве. Визуально оно чем то напоминало мне пучину океана, но очень уж светлую. «Стены» тут двигались подобно синим облакам, или чернилам едва попавшим в воду, а размеры комнаты оценить не представлялось возможным. «И так, слушайте внимательно, повторять не буду. Сейчас появится противник: высший лич. Поскольку вы уже не маленькие и вступительный экзамен это не обычный, то вашей задачей будет полная, и безоговорочная победа. По регламенту у вас есть 10 минут. Чем быстрее справитесь, тем лучше,» — голос затих, и в центре зала медленно начала вырисовываться костлявая гуманоидная фигура, облаченная в порванную ткань. Выглядел этот лич точь-точь как те трое в аббатстве. Больше обычного человека раз в 5, с основой скелета и зловещей аурой. «Начало через 5...4...» — хм, значит мне нужно победить его как можно быстрее, верно? Он не выглядит очень сильным, так что можно попробовать что-нибудь из нового, раз уж я мультимаг. «3..2..1.. Поехали,» — едва услышав заветное слово, я перешёл в режим святого. Сейчас никто меня не видит, а значит можно разгуляться на полную. Выкинув руку вперед, я представил как «сжимаю» лича, и в одно мгновение превратил все кости нежити в порошок. Давление от резкого сжатия было столь велико, что пространство сотряс мощный взрыв, рассеявший костную пыль по округе. Как и тогда со зверолюдьми, это была лишь слабая пространственная техника, но я немного ее доработал. Если раньше она толкала объект по направлению от меня, или от земли, то теперь же наоборот воздействовала силой «во внутрь» противника. Подобным можно дробить что угодно, хоть и маны оно кушает немеренно. «Что ж, я справился за долю секунды. Это хороший результат?» — я посмотрел по сторонам, но меня по прежнему держали в карманном измерении. Эх, значит надо ждать, пока другие закончат... В любом случае этот экзамен оказался простой формальностью. Не знал, что на 2000 ранк учеников так сильно недооценивают. Видимо деградация магии в этом мире сильно занизила стандарт качества при отборе студентов. *** Долго ждать не пришлось. Всего через минуту нас вернули в класс. Судя по внешнему виду моих товарищей, проблемы были только у Эла. Он сидел весь растрепанный, и с парой царапин. Что до Нокта, — он выглядел так, словно и не вставал со стула. Близнецы кажется тоже не особо испытали трудности. — Поздравляю, вы справились. Лучшим из вас был... — Учитель посмотрела куда то в воздух, словно у неё там было рпг-шное табло. — Лан. Результат 0.345 секунды. Неплохо. Ты занял второе место в рекордной таблице, по скорости прохождения вступительного экзамена за всю историю академии. Поздравляю, — учитель мрачно улыбнулась мне. Её взгляд так и кричал мне: «я всё знаю». Ну и ладно, невелика потеря. — Спасибо, учитель. Пришлось постараться на рекорд. А кто занимает первое место? — я посмотрел на своих одноклассников. Они кажется, были сильно удивлены, как будто я сделал нечто выдающееся. — Первое место занимает Вейт Дезвейнт, — пожал плечами учитель. — Не парься на этот счёт, ты бы всё равно никогда не смог его обогнать, — Нокт задумчиво посмотрел в потолок. — Да? А что с ним не так? — Ого, ты никогда не слышал про Вейта? Это же один из самых легендарных учеников академии, — Эл поправил очки, словно был знатоком в этом вопросе, и понизил голос, — у Вейта много способностей, но одна из главных, это его «светлая аура». Если коротко, то нежить в его присутствии буквально испаряется. — Серьезно? Какой интересный тип. А он уже закончил обучение? — Нет, он на пятом курсе, и пока что он претендует на статус лучшего ученика в многовековой истории академии, — Эл прям таки сиял, рассказывая мне об этом вундеркинде. Впрочем, меня подобным не удивить, да и на рекорды мне плевать. Просто хотел проверить себя. — Что же, вы отлично справились. Поздравляю, через 3 месяца вас переведут на второй курс, — с пугающей улыбкой похлопала нам учитель. С этой женщиной что-то явно не так... — Значит, мы свободны? — Да, общего часа сегодня не будет, так что свободны. Лениво поднявшись со стульев, мои однокурсники тут же разбрелись кто куда. Я тоже собирался уходить, но на выходе из класса меня остановили. — Лан, можешь подойти сюда? — позвал меня учитель. — М, да, конечно, — я остановился перед столом в неловком ожидании. — У тебя ведь не 2000 ранк, а на много больше. Я права? — Учитель поставила руки на стол и смерила меня серьезным взглядом. Она не угрожала, а скорее, просто интересовалась. — С чего вы взяли? Я просто... — Ты чуть не разрушил тренировочное подпространство обычной пространственной атакой. Всё ещё собираешься делать вид, что ничего не знаешь? — улыбнулась она. — Ладно, допустим... допустим всё так. Но что вы собираетесь делать с этой информацией? — Ничего, — вновь улыбнулась учитель, — твои секреты это твои секреты. Всё же, я не чувствую от тебя какой то угрозы. — Хех, ну спасибо, — я пожал плечами, уже собираясь уйти, но потом вдруг вспомнил нечто важное. — Учитель, скажите, вы знаете девушку по имени Луна? — Это ту, которую ты спас на вчера на дуэли? Конечно знаю. А что, ты влюбился? — Давно, — я слабо улыбнулся. Если уж сдавать секреты, так по полной, — но давайте это будет между нами. Что бы вы могли мне рассказать о ней? — Много чего могла бы, — учитель начала медленно ходить по классу, и ее белая блузка заблестела. Почему она носит такую короткую юбку?... — Так вот, Луна, прилежный ученик и отличный староста 2-A класса. Талантлива в обладании атрибутом, и как мы вчера выяснили, не одним. Неплохо управляется с мечом. На прошлом осеннем турнире выступала от лица людей-первогодок, и даже дошла до полуфинала. К тому же она отличный алхимик, и в ней кажется заинтересована половина академии. — Мммда... — я растерянно почесал затылок. — Для тебя будет проще оставить эту затею, — задумчиво произнесла учитель, — у Луны есть некоторые... проблемы с парнями. Она их, мягко говоря, не жалует. — Это как то связано с разделением академии? — Не думаю. Несмотря на правила, отношения здесь всё ещё существуют, и мы об этом регулярно узнаем. Наверное это что-то личное. — Вот как? В любом случае, спасибо за информацию, — я остановился в дверном проеме. Всё ли будет нормально? — Когда дело доходит до этой девушки, я не отступаю, — вдруг машинально выпалил я. — Это звучит так, словно вы уже были знакомы раньше. Да? — Кто знает, — я невинно улыбнулся, выйдя за дверь. Хватит на меня сегодня неловких разговоров. *** Сидя под стеклянным куполом внутреннего парка, я наблюдал за проходящими студентами. Это общая территория, так что встретить тут можно кого угодно. Сидел я тут уже по меньшей мере час, от части потому что мне было скучно, а ещё потому что тут царило вечное лето. Этот парк всегда зелёный, конечно же благодаря магии. Тревожные мысли меня никак не покидали. После разговора с учителем по поводу Луны, я долго думал о своем будущем в академии, и пришел к одному выводу: если я не хочу проблем для нас в будущем, и если вдруг всё получится, то я должен соответствовать ей заранее. Не только по силе, но и в плане репутации. Нужно, чтобы обо мне говорили так же много, как и о ней. Тогда у людей не будет вопросов вроде: «почему он а не я?» И вся ненависть завистников, которые точно будут, направится на меня а не на неё. По крайней мере я на это надеюсь. Меня то уже ничем не проймешь. «О боже...» — поймав себя на неприятной мысли, я закрыл лицо рукой. Я ведь рассуждаю так, словно всё уже произошло, а на деле мы с ней даже поговорить не можем. Жалкое зрелище, но до конца недели я постараюсь что нибудь предпринять. «Охх..» — я попытался размять затекшую руку. От такого даже магия не спасает. Тем временем снующие между колоннами коридоров студенты то и дело бросали в мою сторону косые взгляды. То ли из за моей серой формы первогодки класса А, то ли из за седых в моих годы волос. Кстати... а сколько мне вообще лет? Раньше я об этом как то не думал, но ведь психологически мне только 18, а физически получается, где то между 18 и 21? Я точно не выгляжу как подросток, но вопрос это сложный. Я не знаю, сколько лет было Като на момент моего перерождения. Подняв глаза к куполу, я не увидел ничего кроме дождя. Думаю завтра выбраться на улицу, и поискать работу. Даже если я буду хорошо учиться и получать стипендию, — на дом этого не хватит, а я настроен решительно. К тому же, по информации Дайна в Тидасе должен появиться бог. Вряд ли он говорил про бога марионеток. Нужно разузнать об этом поподробнее. Может даже поднять старые связи. Интересно, когда он сам со мной свяжется? — Угадай кто, — вдруг послышался незнакомый голос, и кто-то закрыл мне глаза руками. Это какая то девушка... — Не любитель сложных загадок. — Ну вот... Обязательно быть таким колючим? — она села рядом, и у меня по спине пробежали мурашки. Это же та девушка, которую я спас несколько дней назад! — Ты что, следишь за мной? — я огляделся по сторонам, но никого больше не было. — Угу, — девушка улыбнулась и её уши зашевелились... Не так я себе представлял их живую, ох не так. — В общем, я хотела поблагодарить тебя за тот раз, — девушка вдруг вскочила со скамейки, и сделала поклон головой, — Я помню что ты сказал, так что не буду там ну.. навязываться и всё такое. Но если что вдруг, то меня зовут Сунэ Маёши! Я из 2-А корпуса зверолюдей, — ещё раз быстро поклонившись, покрасневшая девушка убежала. Эм... Ладно. Какая то она слишком шубутная. Села — встала, поклонилась, убежала, и всё за минуту. Почему у меня сейчас такое чувство, словно мне сделали признание? И то что она меня нашла, действительно просто совпадение? Ох... Ещё и голова опять разболелась. Нужно пойти в свою комнату и поспать. Кажется я слишком стар для всех этих студенческих игр. ---------- Первый урок магических искусств. Проснулся я очень рано, в 4 часа ночи. Всё потому что остаток прошлого дня я пролежал в кровати, и уснул тоже рано. Нужно было делать дела, но я решил немного забить, и дать себе денек отдыха. Сегодня у меня будет обычный учебный день, и я намерен прожить его как нормальный студент. *** Тихо выйдя из комнаты под храп Нокта, я решил бродить по еще темным коридорам академии. Сейчас все спят, и я могу спокойно прогуливаться по территории, не привлекая лишнего внимания, от которого честно говоря уже тошно становится. Дойдя до одной из главных дверей, я вышел на дождливую осеннюю улицу, во внешний тренировочный круг. В прошлый раз я был тут, когда напугал Луну, и потому поспешил быстро пройти эту каменную площадку, через пару минут оказавшись в пожелтевшем парке второго круга. Сев на лавочку под одним из ещё не опавших деревьев, рядом с фонарем, я стал ждать, сам не знаю чего. Хотелось, что бы как и раньше, решение моих проблем нашло меня само, но этого почему то не происходило. Достав пачку все еще недокуренных сигарет, я поджёг одну, и глубоко затянувшись, бездумно уставился на небо. — Ты не говорил, что куришь, — раздался голос позади меня через некоторое время, и знакомое лицо появилось из под дерева. — А вы не спрашивали, — я улыбнулся подсевшему ко мне Лоду. На самом деле он следил за мной с момента, как я вышел из академии, и даже не скрывал своей ауры. Выглядел он сейчас ровно как и всегда: зеленая свитер-водолазка, черные брюки и черные растрепанные волосы средней длины, мокрые от дождя. Разве что белого лабораторного халата на нем не было, да и зачем он вообще магу? — Что, не спится? — учитель с на удивление дружелюбным видом закурил сигарету, — ты знал, что я на много лучше отношусь к курильщикам? — Догадывался уж точно. Хотя как по мне, сигареты — та еще дрянь. Они как минимум разрушают наше здоровье. — Это была бы правда, не будь мы сильными пользователями маны. Обычному курению не разрушить наше здоровье, — учитель устало улыбнулся. — Значит, ваш вечно измученный вид с этим не связан? — на самом деле мне действительно было интересно узнать ответ на этот вопрос. — Конечно же нет, как ты вообще мог прийти к такому? Я выглядел так всегда, сколько себя помню. Эти круги под глазами, опустошенный взгляд и ощущение что ты выжат как лимон, со мной с рождения, — учитель выпустил струю дыма в холодный ночной воздух. — А сколько вам вообще лет? — я вдруг понял, что никогда не слышал о возрасте Лода, от кого либо, и в списке учителей в графе возраста у него прочерк. — Во первых, давай уже говорить на ты, а то я смотрю, тебе сложно определиться, — усмехнулся Лод, — во вторых, я и сам точно не знаю, сколько мне лет. Кажется я живу так давно, что успел позабыть добрую половину своей жизни. Ещё и застрял в своих 27 годах, внешне уж точно. Только табачный дым навевает мне воспоминания о настоящей молодости. — Вот оно как... — я печально посмотрел на небо. Забыть свою прошлую жизнь — это то, о чём я когда то так мечтал. Но к сожалению, для других людей это часто заканчивается плохо. Я знаю уже два таких примера. — Кстати, ты был крут на церемонии, да и на вступительных тоже, — вдруг прервал мои размышления Лод. — Ну спасибо. Я просто делал всё что в моих силах, чтобы защитить её, — на мгновение слова застряли в моем горле, — Но теперь... Я даже не знаю, где она, и ходит ли сейчас в академию. Со мной пока никто толком не разговаривает, а те кто разговаривает, или ничего о ней не слышали в последние дни, или явно не хотят рассказывать. Даже не знаю, сколько мне придется ждать. — Звучит дерьмово, — заключил учитель, — и повисла затяжная тишина. — Эх... Ну вот что с тобой делать? Помочь тебе еще раз? — наконец сказал он, глядя на меня как на потерянную душу. — Не хотелось бы, что бы ты всё делал за меня, но боюсь что я не вправе отказываться от помощи. — Вот это слова настоящего мужчины, — спокойно улыбнулся Лод, — я дам тебе адрес, — он протянул мне какую то бумажку, — Что там будет, и что ты с этим будешь делать, уже твои проблемы. Постарайся только держать лицо попроще, а то моментами ты похож на сбежавшего из катакомб коалиции психа. — Вы такое всем ученикам говорите? — усмехнулся я, благодарно кивнув учителю, который уже собирался уходить. — Неа, но ты заслужил. Кстати, ты ведь не забыл, что я всё это делаю для тебя не бесплатно? Ты ещё должен будешь рассказать мне, где побывал и что видел. Не каждый день я наблюдаю, как седеют восемнадцатилетние парни, — поднявшись со скамейки, он медленно пошел обратно к академии. — А когда мы пойдем «на это» ваше дело? — громко спросил я, и на мгновение он остановился. — Хм. Мы пока не готовы. Ещё нет, — сказал он так тихо, что я едва услышал его слова. *** Отлично, у меня есть адрес, и скорее всего он как то связан с Луной. Наведаюсь туда сегодня сразу после трех уроков. Пропускать занятия мне абсолютно точно нельзя, так что придется подождать. На первом «уроке», если его можно так назвать, у нас были магические основы. Проходили они в кабинете с иллюзорными окнами, выходящими на «прекрасный зеленый сад», в реальности не существующий. Для академий безымянного мира создавать иллюзорные окна совершенно нормальная практика. Сев за парту, судя по всему древнюю как само чистилище, я стал ждать учителя. Остальные тоже были на месте, и тихо занимались своими делами. Только Нокт вёл себя странно, глядя на свою ладонь пустым взглядом, как завороженный, но я уже стал привыкать к его выходкам. Это не первый раз, когда он вот так «выключается». Наконец, за дверью послышались шаги, и через пару секунд в класс вошел седой старичок с активно бегающими глазами, явно обремененными интеллектом. Если бы не его диковатая улыбка, то я бы даже принял его за какого нибудь древнего мудреца, но сейчас он выглядел скорее как Эйнштейн на своих самых «известных» фотографиях. Разве что чуть адекватнее. — Всем привет! — закричал он, став перед своим столом, словно мы были не прямо перед ним, а где то очень далеко. Мы с Ноктом мигом переглянулись, заподозрив неладное. — Что детишки, любите магию? Тогда будем знакомиться: меня зовут Радагоном, и я профессор в этой чудесной академии! — старик злобно улыбнулся во весь рот, и в этот момент класс под нашими ногами провалился в пустоту, словно стены, пол и всё остальное пропало. Из всего класса только я остался висеть в воздухе, словно и не вставал со стула. Такая у меня появилась привычка после битвы с Заамом, всегда использовать полёт, когда земля вдруг уходит из под ног. Пока снизу в темноте слышались растерянные, всё удаляющиеся крики, мы с учителем просто смотрели друг на друга. Сейчас он даже не улыбался, сверля меня взглядом. Мы что, играем в гляделки? — Я не чувствую от тебя силы атрибута, парень. Как тебя зовут? — старик прищурился. — Лан, сэр. — Отлично, Лан, не поделишься секретом своего полета? — приветливо улыбнулся старик. На самом деле он кажется, просто играл с нами. — А с ними всё будет в порядке? — я посмотрел вниз в темноту. — Да, эта бездна не имеет конца, так что они вряд ли когда то разобьются, — заверил меня старик, — так что там, с твоим полетом? На мгновение я застыл в нерешительности. Стоит ли мне рассказывать хоть кому то о том, что я мультимаг? В конечном счёте мне не удастся скрыть свои силы, ведь тогда я буду ограничен только одним элементом, и потеряю все свое преимущество. Наверное стоит рискнуть, чтобы чему то научиться у этого хитрого старикашки. — Можем ли мы оставить это между нами, если я расскажу вам? — вежливо обратился я к Радагону. — Конечно. Желание моих учеников — закон, — учтиво кивнул старик. — Отлично. В таком случае, у меня к вам вопрос по теме: вы когда нибудь слышали о мульти-атрибутных магах? — Ох... — услышав мой вопрос, глаза старика блеснули любопытством, — конечно же я слышал. Только вот, мультимагия была утрачена множество веков назад. — Ага, я тоже об этом слышал, и мультимагов я в своей жизни не встречал, но вот что до моих сил... — Я поднял две руки вверх, и первую охватило пламя, а вторую начали бить разряды молнии. Несмотря на ожоги кожи, она мгновенно заживала в процессе, не оставляя шрамов и рубцов. — Подумать только... Последние два года к нам так и тянет перспективных новичков. Может мы даже сможем составить конкуренцию Полимиуму на турнире академий, — пробурчал себе под нос старик. — Я хотел бы, чтобы вы действительно пока никому не рассказывали об этом, профессор. Я не знаю, как магическое сообщество отнесется к этой моей силе, и сколько у меня в итоге появится врагов, желающих узнать секрет мультимагии. — Да, я ценю то, что ты пошел на такой риск ради удовлетворения моего любопытства, Лан. Можешь быть уверен, что никто не узнает от меня о твоей силе. Однако, разве ты не хочешь лучше ей овладеть? С подобными возможностями справится не каждый... — старик почесал бороду. — Потому я тут. Надеюсь, вы поможете мне с этим, — улыбнулся я профессору, и тот кивнул, после чего зал мгновенно вернулся в прежнее состояние. Посмотрев на Нокта я заметил, что тот уснул, судя по всему прямо в полете, и до сих пор не проснулся. — Ему настолько плевать?! — взъерошенный Эл тяжело дышал и переводил взгляд то на профессора, то на Нокта, то на меня, не понимая как ему реагировать на происходящее, — что это вообще было?! — И так, а теперь серьезно, — старик подошел к доске, и его взгляд стал еще суровее, — то что сейчас произошло, вы можете забыть. Это была лишь маленькая проверка ваших способностей, на манер птиц и птенцов. Сегодня никаких испытаний больше не будет, так что можете сосредоточиться на учебе, — палец Радагона засветился, и он начал писать что-то на доске. — Как вы все должно быть, знаете, любое существо в нашем мире имеет один-два, максимум три атрибута, — начал он, — атрибуты являются своего рода «катализаторами» для маны, что хранится в вашей душе, и поглощается из окружающей среды. Именно атрибут на самом деле позволяет вам использовать магию эффективно. — Но ведь базовую магию может использовать любой, разве нет? — поднял руку Эл. — Верное замечание, но на то она и «базовая магия». Её функционал максимально ограничен. Сила пламени с атрибутом огня и без него, будет отличаться в бесконечное количество раз. Тоже самое касается и эффективности любой другой магии. Потому в нашем обществе существует классовое разделение по атрибутам, и профессию всей жизни люди как правило выбирают, опираясь на собственный атрибут. — Разве это справедливо не только для больших городов? — заметил я. — К сожалению, да, — старик выразил искреннюю печаль, — за пределами Тидаса и других магических столиц, даже в крупных городах люди не умеют использовать свой атрибут. Они могут прожить до глубокой старости и умереть, так и не узнав, что пробудили его. К счастью, мы уже работаем над этой проблемой. Недавняя магическая реформа нацелена на исправление этой ужасной несправедливости. — Но профессор, — возразил я, — в таком случае ведь начнется невероятная урбанизация. Я прибыл в город меньше недели назад, и никогда еще тут не было так много деревенских жителей. Не проще ли наладить инфраструктуру обучения в областных городах, нежели перевозить деревни сюда? Можно же просто доверить обучение сельских жителей квалифицированным магам. — Угу. Эти люди тут явно чувствуют себя как не в своей тарелке, — добавил проснувшийся Нокт. — Эх ребята, если бы всё было так просто, — старик тяжело вздохнул, — но Доард и большинство директоров, исключая нашего, уже неоднократно выступали против магической экспансии за пределы столиц регионов. «Несогласованное» обучение магии других, может расцениваться как попытка распространения «злых учений», и подобный маг, в лучшем случае будет изгнан из магического сообщества, а в худшем... И думать не стоит. — Но ведь это означает, что Доард просто монополизировал магическое обучение, нет? Он буквально построил собственную империю магократии, где только ему решать, кто будет учиться магии на своем опыте, а кто на чужом, — раздраженно выпалил я, и все в классе затихли. — Хм... А у вас есть острый язык, молодой человек, но я не советовал бы вам говорить такие вещи в публичном пространстве, даже находясь в Тидасе, — серьезно предостерег меня Радагон, — впрочем, оспаривать мне тут нечего. Все всё понимают, и к счастью мы не в академии Полимиума, где уши торчат из каждой стены. — Но всё же возвращаясь к теме атрибутов: пробуждаются они у всех в разном возрасте. Чем раньше, тем выше потенциал атрибута, ведь срок наших жизней ограничен. Так же, уверен что вы слышали о трёх классификациях атрибутов: уникальные, стихийные и атрибуты высшего порядка. Уникальные атрибуты самые частые, и пробуждаются у большинства существ. Среди них много странных, вроде атрибута каллиграфии или ускорения роста растений. Как правило, большинство из них не боевого типа, — учитель нарисовал на доске цветок в горшке. — Но учитель. Разве ускорение роста растений, это не проявление стихийного атрибута природы? — Нокт вопросительно опустил серую бровь. — В том то и проблема, что да. Только вот использовать его как то иначе, кроме как выращивать деревья, ты не можешь. Магическое сообщество подозревает, что уникальные атрибуты на самом деле являются «недоразвитой» версией стихийных атрибутов, и атрибутов высшего порядка. — А у вас есть объяснение, почему так происходит? — поднял я руку. Тема действительно оказалась интересной. — Я как раз пишу на эту тему диссертацию уже лет 20, — покачал учитель головой, — но если говорить в общих чертах... Возможно, уникальные атрибуты формируются у владельца в момент получения духовной или психологической травмы, когда его стихийный атрибут ещё не успел полностью сформироваться. Как вам должно быть известно, у атрибутов есть свойство непроизвольной активации в случае опасности владельца. Это особенно часто происходит в момент их смерти, — учитель вдруг нерешительно замолк и отвернулся. Все с предвкушением ждали, что он скажет дальше. — Хотите послушать старую сказку, от безумного старика? Она прекрасно показывает, как может выглядеть попытка атрибута, спасти своего владельца от смерти, — вдруг обратился он к нам, и мы всем классом кивнули головой. — Отлично, тогда слушайте: в некоем городе много веков назад обитал бог. Некогда как и другие людские боги, он был человеком, но после обрёл силу. Изначально его называли богом пространства, или богом души. Всё потому что он не только обладал сильнейшим пространственным телекинезом, но и мог наделять некоей извращённой жизнью другие объекты. У него была страсть: любовь к театру, и нездоровая мания к куклам. Со временем его прозвали богом марионеток, и за-за его выступлений, участвовали в которых лишь деревянные статуи, наделенные человеческими чертами, — учитель запнулся, и мы с Ноктом переглянулись. То о чём сейчас рассказывает Радагон, явно не «сказка от безумного старика». — Так вот, в конечном счете, эта мания его и погубила. При помощи могущественной магии пространства, он построил шикарный театр. На самом деле это был его личный замок, наполненный бесчисленным количеством пространственных ловушек, и хранящий все его тайны. Изо дня в день он проводил в нем пьесы, с участием десятков тысяч живых кукол, и в конечном счёте привлек к себе внимание не того человека, — кхм, — учитель вновь запнулся, словно что-то мешало ему говорить. — У этого человека судя по всему, были далеко идущие планы на замок марионеток. Он «договорился» с богом о сделке, но в итоге предал его, и убил, забрав себе его божественную печать пространства, позволяющую управлять каждым кирпичиком здания. Однако, тут есть один момент: перед смертью бога, его атрибут пространства попытался спасти владельца. Видимо используя самые яркие образы в голове бога, атрибут создал второе подпространство поверх первого, полностью скопировав замок, и заперев в нем беднягу вместе со всеми марионетками. Подобное может произойти и с любым другим атрибутом: например атрибут времени на сколько нам известно, запирает душу владельца во временной петле в случае его смерти. — И потому убийства на Флегрейсе строго запрещены... — ошарашенно прошептал про себя Эл. — Верно. Убийства это не только аморально, но ещё и опасно для окружающих. Убивая сильного мага, будь он даже самым ужасным злодеем, вы рискуете потянуть за ним в бездну и себя, и всех окружающих, если только у вас нет методов противодействия магии. — Хах... — я непроизвольно ухмыльнулся, услышав последнее. В целом, учитель был прав. Интересно, почему я никогда раньше не замечал этого феномена? — Это действительно выдуманная история? — напрягся Нокт, насупив брови. — Как знать, — уголки губ старика поднялись, — но давайте пойдем дальше. Далее идут стихийные атрибуты. Они почти всегда боевые, и связаны напрямую с природными стихиями. Среди них: вода, ветер, огонь, земля и природа, она же исцеление. Тут рассказывать особо нечего, да и вам ещё предстоит всё узнать. — Последними атрибутами идут атрибуты высшего порядка: свет, тьма, время и пространство. Также в легендах существует причинность, ведь есть правило причинности. Однако, существование магов причинности доказано не было, и даже Доард на одной из своих легендарных лекций, яро отрицал это явление. Резюмируя можно сказать, что атрибут данный вам от рождения, и магическое образование, на 80% определяют ваше будущее. То, что вы попали в эту академию, и попали именно ко мне, говорит о том, что ваше будущее будет чуть менее облачным, нежели у других, — учитель немного безумно улыбнулся, — На этом пока что, всё. У вас есть какие нибудь вопросы, или возражения? — М, да, — я поднял руку, — мне всё не дает покоя один момент: как соотносятся единицы ранк и сила атрибута? Они хоть как то связаны? — Естественно. Всё в вашем магическом и физическом организмах связано. Что же до ранк, то мы должны были проходить их позже, но можно сделать исключение, — учитель нарисовал на доске наполовину заполненный водой сосуд. — Представьте, что это ваша душа. Уровень до которого она заполнена водой, это ваш постоянно восполняющийся лимит маны. Сам же объем сосуда измеряется в единицах ранк. Таким образом, количество маны которое вы можете безопасно использовать, на самом деле равно примерно половине ваших ранк, только если у вас не слишком сильно развиты лимиты. — И как узнать, сколько маны я трачу, и сколько у меня осталось? — Нокт крутил в руке карандаш. Оказывается, всё это время он записывал слова директора. — К сожалению, никак, — тяжело вздохнул учитель, — понимаете: понятие лимита и души субъективно, а ещё очень эфемерно. Всё что у нас есть, это таинственным образом открытая цифра «ранк». Никто никогда не видел собственного лимита, как если бы вы зашли в свою душу. В этом вопросе используя магию, вы можете опираться только на собственные чувства, и внешние показатели, вроде внезапно открывающихся кровотечений и слабости. — Но это «чувство» ведь можно развить? Профессиональные маги редко доходят до края лимита, — резонно заметил я. — Конечно. С годами практики каждый маг начинает отчетливо ощущать течение маны внутри, и то, как заклинания используют её. Благодаря этому, и усердным тренировкам, многие даже могут использовать заклинание «телепортации» несмотря на то, что атрибута пространства у них нет. К слову, именно виртуозное обращение с маной — главный способ воплощать заклинания других атрибутов. — Понятно. Спасибо за разъяснение. — Незачто. Ещё вопросы? — в ответ класс молчал. — Хорошо, на этом пока и остановимся. На следующем занятии мы разберем ваши персональные атрибуты, — старик посмотрел на меня, и его глаза блеснули любопытством. Выйдя из класса, я направился к кабинету алхимии нашего корпуса. День только начался, а я у меня уже голова кипит от информации. Нужно разузнать об этом «боге марионеток» подробнее. Если это окажется просто всем известная городская легенда, то вопросов к Радагону у меня не будет. В противном случае, придется вести себя крайне осторожно, ведь он может быть связан со всё ещё живым богом, которого я лично видел день назад. ---------- Алхимик тоже может убивать. Не ожидал, что в коридорах нашего корпуса будет так оживленно. Между уроками сотни студентов сбившись в кучки громко шумели, пока я пытался найти среди множества вычурных коридоров свой класс. На самом деле это удивительно, потому что корпус людей — самый малочисленный из всех. Я то думал что тут на 5 классов учится всего человек 500. И где они берут столько учителей, чтобы обеспечивать всех студентов? Ведь учитель для корпуса людей обязательно должен быть человеком — таковы правила. Откровением для меня стало и то, что парней и девушек между уроками не разделяют. Т.е они только живут и учатся раздельно, но вот на перерывах могут спокойно видеться даже в коридоре. Не сказал бы, что ощущаю тут особое напряжение, о котором все говорят. — О! Это же ты тот новенький, который вступился за нашу принцессу? — дорогу мне преградила бойкая девушка в форме и короткой юбке, ростом достающая мне до шеи. Её карие глаза так и горели огнём, а рыжие хвостики агрессивно болтались позади. — М... Дааа? — я демонстративно повернул голову набок, изображая дурочка. — Конечно! На самом деле я хотела сказать тебе спасибо от лица 2го курса! Спасибооо!!! — она всё никак не прекращала кричать, и в нашу сторону уже начали косо смотреть. — Ох, да, конечно. Я просто... Где тут 316 кабинет? — Это который алхимии? Прямо и налево, — гордо скандировала она высоко подняв голову, словно сделала что то великое. — Большое спасибо, — очаровательно улыбнувшись ей, я мгновенно телепортировался за угол на который она мне указала, едва не сбив какого то пробегающего мимо парня. Позади послышались восторженные крики. Лучше уж так, чем ещё одну секунду проводить в этой неловкой ситуации. Поспешив, я вошел в класс алхимии. Странно, но когда когда я открывал дверь, то почувствовал лёгкое сопротивление, и моя антимагия сработала сама по себе... Я же ничего не сломал? Лишь я вошел, как в нос мне тут же ударил едкий запах каких то трав. — Кха... — ничего себе, у вас тут, забористый аромат, — процедил я сквозь зубы прослезившись. Понадобилось несколько секунд, чтобы вывести токсин. Я ведь не перепутал классы? — Ты что, не знаешь правил? Нельзя заходить в кабинет алхимии до начала урока, — послышался строгий женский голос, — как ты вообще сюда попал? На двери ведь печать, — она использовала некое заклинание, и густой яд рассеялся. Внешний вид моего нового учителя завораживал: огненно-рыжее каре, круглые очки и яркая косметика. Одета она была так, словно только что вернулась с задания по устранению цели, и ещё не успела переодеть обтягивающий костюм убийцы. — А вы точно учитель? — с улыбкой произнес я, почти сразу об этом пожалев. — Какой есть, — злобно ухмыльнулась она, — времена у вашего корпуса тяжелые, так что обучать вас буду я. — Я правильно понимаю, что вы ассасин специализирующийся на ядах? — А ты догадливый, — она обошла меня кругом, явно пытаясь высмотреть последствия яда, — странно. Этот яд тебя не берет? — Нет, скорее всего на меня не работает ни один из существующих ядов, — я пожал плечами, — по крайней мере самые страшные из тех что я мог найти, я уже попробовал. — У тебя что, склонность к суицидам? — она опустила очки на нос и насупила брови. — Нет, м... Не то чтобы я выбирал такую судьбу, но понимаете, другого выхода не было, — я указал пальцем на свои седые волосы. Вообще то это была правда: в чистилище мне приходилось сталкиваться с ядами и миазмами чуть ли не «божественного» уровня. Мои душа и тело адаптировались ко многим из эффектов существующих или уже не существующих реагентов. — Понятно... Сочувствую, что тебе пришлось проходить через это, — она кажется, искренне переживала за мое прошлое, — на моих уроках студенты не должны испытывать на себе снадобья. Таковы правила. — На этот счет не волнуйтесь. Я не против попробовать всё, что сам приготовлю, — улыбнулся я, садясь за парту. Другие студенты уже безуспешно пытались проникнуть в класс, и как только повторная печать была снята, чуть ли не вывалились из за двери. — А ты что тут делаешь? — удивленно уставился на меня Эл, пока остальные спокойно рассаживались по местам. — Да как то... — Отстань от него, — вмешался Нокт, — тебе пора привыкнуть, что этого парня невозможно понять, — ухмыльнулся дампир, — кстати Лан, у меня к тебе будет дело. Ты свободен завтра утром? — Думаю да. А что за дело? — Вечером обсудим. Это по поводу наших старых планов, — Нокт внимательно посмотрел на учителя. Её длинный черный плащ местами был прожжен, и сейчас она что то искала среди множества полок с непонятными склянками. Вообще если говорить о кабинете, то он был поделен на две части: первая половина, это как раз таки парты, и общее пространство, а вот вторая это целая лаборатория разных ингредиентов и снадобий. Антуража так же добавляли чучела разных существ, висящие на стенах. В основном дикие ранга «волк» и ниже. — Как я вижу, все на месте, так что давайте знакомиться, — учитель повернулась к нам лицом, и уперев руки в бока, внимательно рассмотрела каждого. — И так, меня зовут Роза. Как вы должно быть слышали, я ассасин и специализируюсь на ядах. Поскольку рабочих рук в академии сейчас не хватает из за наплыва новых студентов, обучать вас буду я. И на первом курсе, и на втором, и скорее всего на третьем. — А это нормально, что вы вот так сразу раскрываете свою специальность? — Эл напрягся. — Всё в порядке. Я являюсь одним из официальных представителей Ассасинов Тидаса, так что моё лицо уже давно рассекречено. В любом случае, на заданиях мы всегда действуем под чужими личинами, — девушка подмигнула Элу, и тот вздрогнул. — Ваши имена я уже знаю, так что давайте сразу приступим к первому уроку. Без понятия, чему вас там учат в школах, так что будем начинать с основ, — она оперлась на стену и скрестила ноги, словно вышибала у таверны. Не то чтобы я ожидал культурной этики от ассасина... — Как вы все наверняка слышали: алхимия является очень древней наукой, с множеством научных ответвлений и специализаций, вроде ядов, магических эликсиров и даже бомб. В своей основе алхимию разделяют на внутреннюю и внешнюю. Внешняя алхимия это как правило смеси разных ингредиентов, и магическая обработка. Внутренняя алхимия на много сложнее, и подразумевает прямое воздействие на тело испытуемого, с использованием зачарований и других смежных искусств. — Учитель, у меня вопрос, — я поднял руку, и Роза кивнула мне головой, — есть ли способ расширить лимит души, при помощи алхимии? — Отличный вопрос, Алан, — она начала искать что то в кармане плаща. — Простите, как вы меня назвали? Я Лан... — её слова меня мягко говоря смутили, если не напугали. — А, да, конечно, Лан. Оговорилась, — она хитро улыбнулась, и достала пузырек с синей жидкостью из кармана, — вот, это тестовый образец зелья, над которым алхимики и в том числе я, работают уже несколько веков. — И в чем проблема? — Эл кажется уже хотел выпить это зелье, жадно пожирая его глазами. — Проблема в том, что правильная пропорция ингредиентов была найдена лишь единожды в истории, и к сожалению уничтожена недоброжелателями. В случае же, если вы ошибетесь с пропорцией... — учитель тяжело вздохнула, убрав пузырёк обратно в карман, — тогда зелье убьет вас за несколько секунд, и никакое лечение не поможет. Способа проверить его эффективность кроме как на живом человеке у нас нет, и потому официальные исследования по этой теме прекращены. — А неофициальные? — я двусмысленно посмотрел Розе в глаза. Зачем то же она носит этот пузырёк с собой? Наверняка использует цели для устранения, в качестве подопытных. — Ты и сам всё понял, так что оставлю твой вопрос без ответа, — чарующе улыбнулась девушка, — кто нибудь хочет попробовать создать свое первое зелье? Я не слаба в теории, но учить предпочитаю на практике. — Можно мне? — я поднял руку, и получив одобрение, подошел к столу на котором уже лежали некоторые знакомые мне травы. Названий их я не знал, но точно видел в лесах Тидаса не один раз. — Смотри: вот эта левая, что поярче, называется «Анемон» а правая болотного цвета, — «болотник». Если растереть их в руках или на области кожи, с использованием маны, то можно ощутить на себе нехилый тонизирующий эффект. — Хм... — я поднял одну из травинок напоминающую укроп, и внимательно её рассмотрел, — а у них есть побочный эффект? — Есть, но он возникает так редко, что о нём можно забыть. Будешь пробовать? — Хах, конечно, — я скинул пиджак формы под которым у меня ничего и не было, и не обращая внимания на смутившегося преподавателя, натер шрамированное плечо, которое сегодня утром ужасно ныло. Взгляды одноклассников меня немного забавляли, ведь на моем мускулистом теле количество шрамов равнялось числу звезд на небе. — Странно. Кажется, ничего не происходит, — я посмотрел на шокированных одноклассников. Они все ошарашенно уставились на пол. Переведя взгляд я увидел на полу свою руку. Даже не заметил, как она отвалилась. — Пхх, — от ее вида мне почему то стало очень смешно. Она всё ещё сжимала зеленую травинку меж пальцев. Подняв руку с пола, я поставил её на место, и она мгновенно приросла. Покрутив плечом, я сделал вывод: действительно не болит. — Спасибо учитель, рука действительно прошла, — я покрутил кистью, и она слушалась меня даже лучше чем раньше. Вот это чудеса алхимического искусства. — Что это за фарс?! — Роза кажется была не слишком довольна моей шуткой, — тебе нужно к врачу! — М? Зачем? — я все еще делал вид, что не понимаю, о чем она говорит, — да ладно вам, я могу и сам себя вылечить, — для виду я использовал малое исцеление на и так уже здоровом плече, и накинув пиджак, сел на место. Надеюсь, этой демонстрации будет достаточно, чтобы в дальнейшем мне было позволено пить любые зелья, какие только захочу. — Кхм, так вот... Сейчас вы могли лицезреть действие внутренней алхимии, — Роза бросила в сторону хихикающего Нокта очень яростный взгляд, и тот замолк. Не похоже, чтобы она хотела меня о чем то спросить. — Феномены с такого рода побочными эффектами происходят крайне редко... Случай один на миллион, так что Лан оказался дважды счастливчиком, раз сохранил руку. Что до внешней алхимии, то с ней всё намного проще. Тебе просто нужно знать рецепт и пропорцию, а также иметь правильный катализатор, либо много маны. Важно понимать, что сила заклинателя в алхимии влияет не только на полезный эффект, но и на побочный, — Роза снова двусмысленно посмотрела на меня, словно о чём то догадавшись. Оставшееся время урока мои однокурсники по одному подходили к столу, и пытались создавать разные снадобья. Лучше всего с этим справлялся один из близнецов, и как ни странно, Нокт. По началу они опасались реагентов, но со временем вошли во вкус, видимо осознав что ситуация со мной — скорее исключение из правил. Что до Эла, так бедняга только два раза прикоснулся к траве, и то безуспешно. При первом знакомстве он казался мне куда более смелым, и решительным парнем... Наконец, урок подошел к концу, и Роза попросила всех покинуть помещение. Как обычно, всех кроме меня. — Вы ведь знаете мое настоящее имя? — первым делом спросил я, лишь ощутив печать на двери. — Говорю же: это просто оговорка, — недовольно отпиралась она. — Это важно. Откуда вы его узнали? — я угрожающе посмотрел на Розу, не скрывая своего намерения разобраться с ней в крайнем случае. Не так много людей в этом мире знает моё имя. — Успокойся, мальчик. Это от моей личной ученицы, — Роза улыбнулась мне, и открыла окно, выходящее на дневной, поющий жизнью город. — От вашей личной ученицы? Неужели вы говорите о Луне? — Верно. Она много рассказывала о тебе, раньше... — А теперь? — Боюсь что твой приход выбил её из колеи. Судя по её рассказам, никто уж толком и не верил, что ты появишься, хотя утверждали обратное. — Их можно понять, так что я не злюсь. М... Вы не могли бы помочь мне? Я не стану просить ничего такого. Только немного информации. С моего прибытия, мне так и не удалось с ней нормально поговорить. Что бы вы могли рассказать о ней, как о своей личной ученице? — Вот ведь, молодёжь... Вы такие энергичные, — девушка развела руками, — ну... Луна бойкая, целеустремленная и сильная во всех отношениях. По крайней мере такой ее знают в стенах этой академии. Но вот когда она берет в руки реагенты... Это словно другой человек: сосредоточенная, и что важно, очень осторожная, почти всегда она создает эликсиры близкие к идеалу. — Она случайно не помогает вам с исследованиями относительно... этого... — «Убийцы алхимиков?» Она пыталась, но и я и она, бессильны перед природой этого зелья. Как я и говорила, неверная дозировка убивает, а без контрольного теста всё это будет бестолку. Впрочем, даже так она не сдается. Трудно представить, сколько бессонных ночей она провела в моей лаборатории, в попытках воссоздать легендарную версию этого зелья. Тот флакон что ты видел, то же её рук дело. Для первогодки она чересчур успешна в алхимии, словно занимается этим подольше некоторых профессоров. — Как это возможно... — пробормотал я себе под нос, заподозрив неладное, — Ладно. Не сочтите за наглость, но могу я узнать, где находится ваша лаборатория? Я хотел бы сам посмотреть на этот процесс, и на «убийцу алхимиков» повнимательнее. — Хех, нееет... — она покачала головой, — сегодня я уже оценила твоё суицидальное стремление попробовать всё на свете. Неровен час, когда ты проникнешь в лабораторию и высосешь у нас все запасы зелья. Не хотелось бы терять перспективного студента. — Да, вы правы, — я невинно улыбнулся и почесал затылок, — мне действительно лучше не доверять такие важные вопросы. Я бываю малость безрассуден. Кстати, а обращению с клинком вы тоже Луну обучаете? — Как ты узнал? — Роза явно была удивлена моему вопросу. — Да никак, просто предположил. Её стиль фехтования не совсем свойственен обычным стилям обращения с короткими клинками. Скорее он напоминает... Совмещенные навыки кинжала и палаша. — А ты внимательно за ней следил, да? — Угу. Честно говоря, не мог оторвать взгляд. К слову, можно на минутку ваш кинжал? Мне очень интересен его фасон. — Не слишком нагло с твоей стороны, просить о таком ассасина? Но ладно, для тебя я сделаю исключение, — она пожала плечами, передав мне изогнутый, зазубренный с двух сторон кинжал, выкованный из неизвестного мне черного металла. Чем то этот металл напоминает мне вулканический камень. но поверхность рифленая. Положив один палец на кинжал, я едва заметно использовал только что придуманное заклинание. Его сила была настолько мала, что сливалась с окружающими академию и весь город потоками маны, от чего заметить эффект со стороны было невозможно, но мне хватит и этого. — Очень красивый... Это именная версия? — я вернул девушке кинжал, изображая заинтересованность её оружием. Справедливости ради, в нём ощущалась недюжая сила. — Естественно. У каждого признанного Ассасина в нашем городе именное оружие. По другому никак. — Эх, было бы неплохо однажды обзавестись таким. Как вообще становятся ассасинами? — Это ты сможешь узнать, если придешь к нам в гильдию. Мы всё таки в академии, где такое обсуждать не принято, — развела руками Роза. — И то верно. Ладно, я должен спешить на следующий урок. Вы могли бы передать от меня Луне, что «я беспокоился о ней?» Ничего больше не надо, только это. — Без проблем. Мне и самой интересно, что она скажет. Переживаю за ваши отношения больше, чем за свои, — усмехнулась учитель, и я покинул класс. Половина дела уже сделана. Теперь нужно добраться до последнего урока, а потом можно гулять по городу. Роза даже не представляет, как была права, говоря о моем плане касательно этого их «убийцы алхимиков», — я злобно ухмыльнулся, предвкушая события грядущей ночи. ---------- Зачарование тела. Увы, сегодняшний урок зачарования отменили. Причины названы не были, но подозреваю что как обычно из за аномалий. Ходят слухи, что «на фронте» уже погибло несколько профессоров, пытавшихся противостоять мана-бурям, но академия всячески опровергает эти слухи. Нужно будет провести собственное расследование на эту тему. Ещё покоя мне не дает тот гном, которого я встретил в поле. Я пытался расспрашивать о нём студентов, но никто ничего не знает. Дайн тоже молчит, а ведь обещал связать меня с его организацией «Мертвая рука». Вообще раз уж он великий «серый мировой мечник», то мог бы и сам вылезти из чистилища, и навалять культу разрушения. Я такими темпами доберусь до них только лет через десять, когда спасать уже будет некого. *** Сам не понял как, но от класса алхимии я добрался до местной многоэтажной библиотеки. Из всех библиотек какие я видел, эта пожалуй, самая большая. Она располагалась в отдельной башне, и винтовыми лестницами уходила в небо. Прямо сейчас тут тысячи студентов из разных корпусов набирались знаний. Я же намеревался самостоятельно провести себе урок зачарования, поскольку эти знания понадобятся мне уже сегодня. К тому же, времени у меня вагон: я оставил на клинке Розы нечто вроде магического «маячка», который как мне кажется, должен привести в её лабораторию. Вот только девушка пока и не думала покидать пределов академии. Всё же, она ведет дисциплину не только у нас. — Вам что нибудь подсказать? — обратился ко мне смотритель библиотеки, каменный голем визуально напоминающий окаменевшего дворфа. — Да, я хотел бы почитать про зачарование тела. — За мной, — махнул голем рукой, и минув с десяток лестниц, я наконец оказался у нужных мне книг. Недолго думая, я прочел сразу десять штук, и мой мозг чуть не взорвался от непривычной нагрузки. К счастью я нашел то что искал. Интересует меня сегодня зачарование тела. Намереваясь выпить экспериментального «Убийцу алхимиков», я должен быть готов ко всему. Я не могу рассчитывать только на целительную силу Флоры, которую ещё даже не пробудил. К тому же грехи молчат. Всё же есть маленький шанс, что они не станут помогать мне даже на грани смерти, и лучше до такого не доводить. Хм. Для зачарования тела необходимо нанести магический сигил на участок кожи, или прямо на поверхность органа, после чего использовать сложную комбинацию заклинаний. Чем сложнее зачарование, тем больше будет элементов в сигиле, и тем больше нужно маны на его активацию. После активации зачарование работает пассивно, и ничего не требует... Удобно. Заповнив пару заклинаний и сигилов, я двинулся к выходу из академии. Для создания сигила мне нужно нечто вроде специального магического карандаша, и продаются они только в специализированных местах, если я правильно понял. *** Уже подходя к центральному выходу из корпуса, я вдруг столкнулся с зеленоглазым Ренди. Он медленно плелся, глубоко о чем то задумавшись, и я случайно врезался в него. — О, а я как собирался тебя искать, — задумчиво посмотрел на меня Ренди. — Где ты пропадал? Мы ведь должны были встретиться после церемонии поступления, — обратился я к парню с упреком. — Хах, да, виноват. Это из за Фрея... В тот день ему нужен был присмотр, иначе он бы кого нибудь убил, — Ренди невинно улыбнулся. — Ладно, проехали. Не займешь мне пару золотых? Мне нужно купить кое какие штуки, но я на мели, — я демонстративно вывернул пустые карманы пиджака. — Без проблем. Тем более я обещал тебе подарок, но он куда-то пропал, так что это меньшее что я могу, — Ренди протянул мне 5 золотых монет. Этого более чем достаточно для сегодняшнего эксперимента. — Спасибо. Встретимся завтра на обеде. Сегодня я уже наверное в академию не вернусь, — я помахал Ренди рукой, но тот кажется, хотел мне что-то сказать. — Эй, Лан. По поводу нашего договора, всё в силе. Я уже начал использовать свое влияние на младшие курсы. Слухи про вас с Луной начали ходить раньше чем мы предполагали, но они оказались совсем уж не злыми, так что мне нужно сделать не так много. — Угу, спасибо, — я кивнул Ренди и вышел в шумный двор, где сейчас проходили обучение третьи классы. Хорошо, что у меня есть такой союзник среди обычных учеников. Надеюсь, он не будет переходить мне дорогу и в дальнейшем. К тому же, теперь, когда уже прошло несколько дней, моя ненависть к Фрею поутихла. Я всё больше стал задумываться об отношении Ренди к нему. С Фреем явно что-то не так. Не уверен, но возможно он себя даже не контролирует. Я почувствовал это ещё тогда на церемонии. Ни один человек в здравом уме не смог бы использовать заклинание, сгорая заживо, ведь магия требует концентрации. Нужно будет разобраться и в этом вопросе тоже. *** От главного моста до лавки зачарований было как рукой подать. Это и не удивительно, ведь большинство самых престижных торговых точек находятся именно на побережье академии. В идеале нужно было идти не в лавку людей, а в лавку эльфов, поскольку они в зачаровании лучшие, но нет гарантий что меня туда вообще бы пустили. Открыв тяжелую, звенящую дверь одного из непримечательных двухэтажных домов, что здесь стояли плотным лесом, я тут же окунулся в прямо таки «магическую» атмосферу. Свет тут был исключительно фиолетовый, и на стенах повсеместно висели изображения множества сигилов, всяческих форм, размеров и назначений. — Ну надо же, студент, — послышался из за прилавка мужской голос, и ко мне навстречу вышел пожилой высокий мужчина, лет 70, с мускулистым телом, какому даже я бы позавидовал. Его блестящая лысина и доброжелательное выражение лица внушали доверие. В моем прошлом мире так могли выглядеть только монахи Шао Линь и Буддисты. — Скажите, у вас есть сигилы для зачарования тела против распада души, или может, ядов? — Зачарование против распада души? Никогда о таком не слышал. А против ядов конечно есть. — Отлично, тогда давайте его и начертательный карандаш. — С вас 2 золотых, — улыбнулся мужчина, передавая мне маленький листочек и едва светящийся карандаш. — Разве это не 4? — Для студентов у меня скидка. Всё таки это золотая пора. — Согласен, спасибо за скидку, — я передал мужчине монеты, — вы так хорошо выглядите из за постоянных практик с маной? — не удержался я от вопроса. — Хаха, вы не первый, кто задает мне этот вопрос. Но всё не совсем так: я держу и тело и дух в отличной форме. К тому же... — мужчина задрал рукав, показав мне несколько сигилов на мощной руке. Не знаю правда, что они означают. — Вот как... Буду стремиться к таким результатам. Ещё раз спасибо за скидку, — я поклонился и после одобрительного кивка вышел из магазина. Чувствую, ещё не один раз вернусь сюда в будущем, а пока... *** Я не хотел наносить на себя зачарования в стенах академии. Я не уверен, что это очень законно, а даже если законно, то всё равно могут быть проблемы из за использования магии. Потому усевшись в укромном месте под деревом в черте городского парка, я стал медленно выводить первую пентаграмму на руке. Имея всего 5 внутренних кругов, она была необходима для защиты от ядов общего назначения, и их магического воздействия. Сомневаюсь, что она мне поможет, и что я вообще первый кто до этого додумался, но подстраховаться стоит. В процессе нанесения я всё больше начинал понимать, как работает в этом мире сигильное зачарование. Сигилы тут делятся на два типа: внутреннего круга и внешнего. Сигилы внешнего круга самые распространенные. Они самостоятельно поглощают ману из окружающего пространства, и наполняя ей собственные линии, активируются. Есть ещё и сигилы внутреннего круга, но они находятся под запретом во многих странах, из за того, что используют ману владельца, в обход лимита. Это элементарно может убить неосторожного пользователя такого сигила. К тому же найти хоть один из таких сейчас очень сложно. Разве что, на черном рынке. Потому я решил придумать свой. Ну а что? У меня уже есть один сигил на кисти, символизирующий поглощенных грехов. Может на его основе создать ещё один? Едва я начал выводить похожий сигил, как в голосе зазвучал знакомый голос. Это был голос греха обжорства, Байла. — Что ты делаешь? Дурак! Всё не правильно! — упрекал меня мудрый старик. — И что не так? — возразил я ему вслух. Хорошо, что никто не видит, как я разговариваю с воздухом. — Парень, ты вообще понимаешь, что делаешь? Ты что, хотел создать сигил анти-печати? — продолжал ругаться недовольный старик. — Какой ещё сигил анти-печати? Да я просто отсебятину рисовал. Не знаю ни о каких... — Это сигил позволяющий выпустить на волю запечатанный грех, — мрачно произнес Байл, — и ты не можешь нанести такой сигил простым магическим карандашом. Тебе как минимум нужна кровь бога. — Кровь бога? Что это за сигил такой, для которого нужна кровь бога? — я удивленно уставился на голубое небо. — Я точно не знаю, так как при жизни мне не хватило времени на исследования, но есть ряд сигилов наносимых кровью бога, и этот — один из них. Тот сигил что ты видишь на своей руке, вообще создал я, связав все грехи воедино, — гордо произнес Байл. — А ты я смотрю, времени зря не терял в чистилище. — Это всё что я смог сделать за тысячи лет. Мой опус-магнум зачарования, если угодно. Я думал, что так у меня получится выбраться даже если придет узурпатор, но похоже, ошибся. И всё же, ты мог бы создать для нас «выходы» во внешний мир, если только у тебя будет кровь бога. — И чем мне грозят подобные сигилы? — Пх, ничем, — усмехнулся маг, — увы, мы неразрывно связаны с твоей душой. Пока ты самостоятельно не повредишь такой сигил, мы не сможем полноценно покинуть твое тело, отделиться от души и материализоваться. Но не забивай этим голову. Ты ведь тоже пока не можешь полностью использовать нашу силу? Ты прошел только 5% беатификации, а это ничтожно мало. — К счастью больше проходить пока не пришлось. Кстати, в вы получается, всё это время были тут? — Только я, Эдвин и Флора. Заам следит за тобой «со своего ракурса» а остальным похоже вовсе нет дела до происходящего, — объяснил Байл. — Понятненько. Вы и мысли мои читать можете? — Нет, если ты не обращаешься к нам, и не блокируешь нашу энергию. — Но ведь сейчас я к тебе не обращался, — я развёл руками. — Обращался. Иначе мы бы сейчас не разговаривали, — заверил меня старик. — Странно... Может ты подскажешь мне какой нибудь полезный сигил? Не слишком сложный, и желательно, охранный. — Конечно, смотри, — перед моими глазами начала мелькать картинка, словно я уперся лицом в бумажный лист, и голова раскалывалась от боли. — Ох. И что это за сигил? — Сигил черной мести. Лучший защитный сигил из тех, что я знал, и для тебя он подойдет особенно хорошо. Наноси и не жалуйся. Уж я то точно не желаю тебе зла. — Да? А как он работает? — Увидишь, когда окажешься в безвыходной ситуации. Пусть это для тебя будет приятный сюрприз. — Ты же понимаешь что если... — Да да, мы сгинем все вместе, — перебил меня Байл, — я пока не настолько выжил из ума, что бы губить «собственное тело». — Ладно. А куда его нужно наносить? — На внешнюю часть кисти, которая у тебя свободна. — Понял... — я принялся старательно выводить многоуровневый сигил. Его количество внутренних кругов поражало воображение. Сколько тут вообще слоев? 1000? На удивление, справился я с ним часа за 2. — Слушай, ты знаешь что нибудь о зелье, расширяющем лимиты но при этом убивающем? — спросил я у Байла, но он уже не отвечал. Жаль, но на большее я и не рассчитывал. Закончив сигил против ядов, и нанеся малый сигил регенерации, я настроился на метку на кинжале Розы. Судя по всему, она вот вот собиралась покинуть академию, и я стал двигаться к ней мягкими магическими рывками. От телепортов меня укачивает. *** Ох. Может она в курсе, что я за ней слежу? Я действовал так осторожно, как мог, но всё же... Зачем ей битый час наворачивать круги вокруг этой проклятой церкви?! Уже почти 10 вечера, и за это время мы успели побывать чуть ли не в самых глубоких безднах города. Наконец, получив что-то от мужчины, вышедшего из небольшой церквушки в трущобах, она грациозной походкой пошла меж шатких домов, вынимая из кармана ключи. Вот оно. Значит лаборатория совсем близко. И действительно, отперев одну из ничем непримечательных дверей, Роза скрылась в глубине здания. Теперь осталось только ждать. *** Ждал я до середины ночи, притаившись за крышей дома напротив. Наконец, дверь отворилась, и лабораторию покинули две фигуры в плащах. Это были Роза и Луна. Они в спешке направлялись прочь от лаборатории в более обжитые кварталы. Дождавшись, пока они окончательно уйдут, я спрыгнул с крыши и одним махом оказался перед дверью. Как и ожидалось, на ней несколько охранных печатей. Более того, одна из них по любому работает как сигнализация. Моя антимагия в этом случае может только навредить, а раскрывать себя раньше времени я всё же не хотел бы. Вот была бы у меня магия тьмы, какую я видел в своё время у Нито... Парень ведь буквально мог ходить сквозь стены, и был полностью неуязвим к физическим атакам. Но даже несмотря на мультимагию, у меня до сих пор не получилось воссоздать этот элемент. Магия пространства и даже времени кажется мне пока куда более простой. Ну тогда по старинке. Примерно запомнив место, я подошел к ближайшему канализационному люку, и сдвинув его, растворился в темноте. *** Долго искать нужное место не пришлось. Немного пространственного анализа, и нужная стена была найдена. Пришлось немного покопать, и атрибут земли мне с этим помог. В итоге я проник в лабораторию так, что никто даже ничего и не заметил. У меня еще были опасения на счёт общих охранных чар наложенных на всю лабораторию, но их тут не оказалось. Миновав несколько пустых комнат напоминающих тюремные камеры, из подвала я поднялся по скрипучей лестнице в дом. Трудно описать словами, как много разных баночек и прочих реагентов стояло тут и там на полках. Аж глаза разбегаются, но не могу же я выпить их все? Они всё таки стоят денег, а с деньгами у меня проблемы. И запах... Они здесь вообще не проветривают? Кстати тут нет ни одного окна. Рыская по дому, в какой то момент я заприметил очень странное помещение с большой пентаграммой по центру, и кучей знакомых эликсиров разбросанных по комнате. Это были баночки точь в точь как те, что показывала мне Роза, но только сейчас они хаотично разбросаны по полу. Не похоже, чтобы ими раньше пользовались. Скорее, кто то разбросал их тут по вине неосторожности или в приступе гнева. На столе в конце комнаты стояли две подписанных коробки. На одной «Роза» а на второй «Луна». Внутри судя по всему партия тестовых образцов того самого «Убийцы алхимиков». Достав единственный наполненный флакон из коробки Луны, я внимательно изучил ярко-оранжевую субстанцию. Выглядит как фанта... Этим точно можно убить человека? Только сейчас до меня дошло, что я кажется приобрел пару проблем с психикой за время своих скитаний. По другому такое стремление к получению боли и страданий объяснить будет трудно. Конечно у меня сейчас благородная задача: стать сильнее, и что важнее, помочь Луне в исследовании, но суицидальных наклонностей это не оправдывает. Увы, дороги назад нет. Я уже изучил состав этого зелья при помощи простейшего алхимического заклинания. Пусть я не знаю назначения всех элементов, но их пропорции запомнил, и уже примерно догадываюсь, как оно работает. Остальное пойму на практике. Если всё пройдет как надо, то я обязательно смогу помочь Луне. Может быть тогда она мне ещё раз улыбнется? Открыв флакон, я без раздумий выпил всё, что было внутри. Будь что будет. ---------- Я не слежу! Он мне совсем не интересен! «Позор, какой позор! Меня чуть не заметили,» — стоя за одним из столбов внутреннего парка академии, Луна краснела от стыда. Уже второй день она следит за Аланом, безуспешно пытаясь разгадать секрет его притягательности. Его серебряные глаза и седые волосы, бескомпромиссно притягивают к себе внимание, и потому несколько раз Луна уже чуть было не попалась, засмотревшись на беспечного парня. «И что это на меня нашло...» — всё думала девушка, накручивая на палец серебристый локон. Подобное внимание к мужчинам ей никогда не было свойственно. Более того, ещё пару дней назад она думала, что об Алане ей придется забыть, и что их отношения разрушены. «И в итоге я тут...» — выглянув из за столба, Луна испытала мимолетную злость. К парню только что подсела какая то девушка, зверо-человек, и с довольным видом чуть ли не кланялась ему в ноги, начала что-то тараторить. Благо, по лицу Алана было понятно, что он и сам не очень то рад её визиту. «Так как тогда... Он смотрел только на меня,» — подумала Луна, и покраснев, замотала головой, уходя прочь от парка. Она и так уже потратила слишком много времени на слежку. Даже несмотря на больничный, который ей выписали до следующей недели, она никогда не прекращала учиться. «Раз в академии мне делать нечего, то пожалуй прогуляюсь до дома, а потом на рынок и в лабораторию,» — рассуждала девушка вслух, подходя к мосту, где под палящим солнцем столпились группки студентов. — Что тут происходит? — обратилась Луна к одной из стоящих рядом девушек. — На мосте открылась аномалия... — шепнула ей рыжая ученица с веснушками, в огромных очках. — А причина известна? — Конечно же нет. Но поговаривают, что кто-то использовал на этом мосту мощный атрибут пару дней назад, и в итоге вот. — Хм, похоже на правду... — Луна задумалась, и попыталась выглянуть из толпы, но с ее полутора метровым ростом это сделать трудно, — вообще то нам говорили, что аномалии реагируют на сильные всплески маны. Какой дурак додумался использовать атрибут прямо перед нашим корпусом, да еще и на мосту, в центре города? — негодовала девушка, пробираясь через толпу. Только сейчас она заметила, что местами мост изрядно потрескался, и повсюду виднелись следы битвы. Выйдя на середину моста, она увидела двух склонившихся над почерневшим трупом людей в темной форме. Обычно черный цвет формы означает, что студент состоит в комитете безопасности академии. — О, это ты? — один из парней повернулся к Луне, словно почувствовав её. Этим парнем был Ренди, близкий друг Фрея. — Что тут происходит? — Луна холодно посмотрела сначала на Ренди, а потом на обгорелый труп. Не то чтобы она испытывала какие либо эмоции к двум этим телам. — Мы и сами не очень понимаем, — Ренди с растерянным видом почесал затылок, — этот труп, что ты видишь, принадлежит гуманоидного существу вышедшему из аномалии-портала. — И кто его так?... — М, — Ренди указал на арку входа в академию, — по «официальной версии» его убил защитный сигил. Испепелил за секунду. — Тогда получается, дело раскрыто? — К сожалению нет. Посмотри, — Ренди поднял кисть существа, и на ней блеснуло нечто вроде магической печати, — ничего не напоминает? — Очень похоже на символ Акеи, только перевернутый. Но каким образом эльф попал в портал? — недоумевала Луна. — Вот и мы без понятия. Обычно оттуда вылезают низкоранговые дикие, но никак не эльфы... — Я попробую узнать что нибудь по этой теме, когда будет время. — Не утруждай себя. Это всё таки наша работа, — возразил Ренди. — Да я для себя. Интересно же, — Луна ещё раз задумчиво посмотрела на обгорелый труп, и обогнув толпу, двинулась к кварталу людей. — Даже не попрощалась. С характером, а? — обратился к Ренди его спутник. — Да, она такая. Наверное он единственный, кто сможет держать такой характер в надежных руках, — ухмыльнулся Ренди. — Ты о ком? — Забей, — Ренди махнул рукой, и его черный плащ повеяло по ветру. Бросив суровый изумрудный взгляд из под челки, на одну из стоящих в толпе девушек, он зашагал в академию, о чем то глубоко задумавшись. *** «Я дома!» — едва Луна закрыла за собой дверь, как со второго этажа послышались энергичные шаги. Сначала на лестнице показалась Элли, а за ней и Рей. — О, Рей, ты вернулся сегодня? — Луна помахала ему рукой, проходя на кухню. — Ага. Мне говорили, что я смогу увидеть Алана. Где этот засранец? Я должен сказать ему пару ласковых, и показать новый меч, — негодовал крупный темноволосый мужчина. — Успокойся дорогуша, — Элли с улыбкой поворошила его волосы, — мы обязательно притащим сюда Алана, или ты сам к нему сходишь, но позже. Ты ведь только приехал. — Не знаю... А где остальные? Рокудо не находился? — Рей задумчиво посмотрел в окно. — Нет, о Рокудо с того дня никаких вестей. Филита и Гилберт поехали проведать родителей, а Феликс и Нова сейчас где то в горах, собирают травушки. — О как. Значит, мы тут втроем застряли? Может хоть старина Алан разбавит атмосферу, — Рей сел за стол, и его фиолетовые глаза заблестели, хоть лицо и выражало абсолютное спокойствие. — Ты что... плачешь? — Элли обняла парня за шею. — Сама знаешь, я думал, что он умер. Только смирился с потерей Рокудо, как и он решил уйти, — Рей сжал кулаки, — даже не представляю, чего ему стоило нас воскресить. Говоришь, он поседел? — Угу, — Луна кивнула, медленно размазывая пюре по тарелке. — А ещё он стал ужасно сильным. Ты бы видел, что он делал на церемонии... — Элли осеклась на полуслове, с беспокойством посмотрев на Луну. — Да, он рассеял изначальную молнию голой рукой. Заклинатель был 3500 ранк, не меньше, — продолжила за подругу Луна. — Ого... Он и раньше то был, мягко говоря, не слабым. Даже бога заборол. Эх, — Рей тяжело вздохнул, — мне с моим атрибутом КАМНЯ и посредственными навыками фехтования рядом с ним даже стоять стыдно. — Не забивай голову ерундой. Он же сам нам говорил, что на него лучше не равняться, — поправила парня Элли. — Я пойду, если вы не возражаете? Мне очень нужно на рынок, иначе я не успею закончить эликсир, — встав из за стола Луна быстро ушла с кухни, и через несколько минут послышался звук закрывающейся двери. — Ей так неприятно о нем говорить? Мне уже становится жаль Алана, — Рей посмотрел на Элли, но та только задумчиво промолчала. Конечно же, эти двое не могли видеть, с каким лицом Луна выходила из дома, едва сохранив самообладание на кухне. Ей действительно было трудно говорить об Алане, но ещё сложнее было бы скрыть бурю новых, ранее неизвестных ей эмоций. *** «Может ко мне возвращаются старые воспоминания и чувства?» — думала девушка, бредя по каменной мостовой в направлении городского рынка. Этот вопрос действительно не давал ей покоя. «Но разве это возможно? Алан ведь передал мне свои воспоминания, потому что мои собственные стерлись. Может мы чего то не знаем?» — Луна посмотрела на своё отражение в воде. Значок гильдии авантюристов с надписью «Алан» и контрольной суммой очков весело переливался. Увы, уже через несколько минут снова пошел дождь, и солнце спряталось за тучами. В плане погоды день сегодня был нестабильный. Добравшись до рынка, Луна долго выбирала нужные реагенты. Мало того что они были редкими, так ещё и не каждый продавец соглашался продать их «такой малявке», с чем впрочем, Луна уже смирилась. Набрав целую кучу трав, магических камней и прочей алхимической атрибутики, девушка кое как доковыляла до лаборатории, и с трудом открыв дверь, спустилась на цокольный этаж здания, где её уже ждала Роза. — Всё купила? — Почти. Травы нордлейка совсем не осталось, — Луна посмотрела на бурлящую в конце комнаты склянку. — Ничего страшного, у нас её навалом. Молодец, — Роза одобрительно кивнула, и вернулась к работе. Сейчас она пыталась воссоздать по памяти один из ядов, рецепт которых увидела в далеком детстве. — Мастер. К вам ведь вчера приходил учитель Нод? — Да. Он пришел попросить у меня очень странное разрешение. — Очень странное? — Он хочет дать адрес нашей лаборатории Алану, потому что с его слов: «бедняга совсем извелся и скоро будет прыгать на стены». — Пх... — Луна хихикнула, ощутив в груди тепло, — и вы разрешили? — Конечно. Только я попросила не говорить ему, что именно это за адрес. Пусть хоть немного ещё помучается. — Вы жестокаяя, — улыбнулась Луна. — Пока нет, но вот завтра... Его группа как раз проходит алхимию у меня. Там я его и проверю, а то что-то слабо верится во все эти рассказы про «невероятный талант», — Роза с довольным видом сжала в воздухе кулак. — Да кто-ж такое говорил то? — удивилась Луна, — мы ведь толком не знаем даже, что он умеет. — Все первые курсы трещат об этом со дня церемонии. Да и разве в это не хочется поверить? Загадочного же ты себе выбрала парня. — Скорей уж он меня выбрал, — развела руками Луна. — Так даже лучше, не находишь? Пхх, — Роза залилась безостановочным смехом, видимо придумав в голове очень смешную шутку. — Угу, — тихо пробубнила Луна, с теплой улыбкой помешивая бурлящий сотнями маленьких вихрей эликсир. Ещё одна ночь, и очередная партия «Убийцы алхимиков» будет готова. *** Луна провела в лаборатории всю следующую ночь, и половину дня, не спуская глаз с эликсира, до его полной готовности. Ровно к моменту, когда «Убийца алхимиков» был готов, в лабораторию из академии вернулась Роза. Лишь зайдя на порог и посмотрев на Луну, учитель залилась хохотом. — Мастер, я же говорила, что вам нельзя пить... Алкоголь это не тот яд, с которым вы можете справиться, — язвительно подколола Луна учителя, но та не прекращала смеяться. — Может скажете уже, что происходит? — Ох.. Ох.. — Роза пыталась отдышаться, — представляешь, этот твой Алан, оказался даже забавнее чем я думала. — Он что то натворил? — Ага. У него сегодня рука отвалилась от болотника, а он её поднял, и поставил на место, как будто ничего не случилось. — Рука.. от болотника? Каков шанс? — Глаза Луны округлились от удивления. — Челюсть подними, это еще не все. Потом он сказал мне, что очень хочет выпить «Убийцу алхимиков». Я говорю мол: «это опасно», а у него глаза ещё сильнее загораются. Потом хотел адрес лаборатории узнать... — Так учитель Лод и правда ничего ему не сказал, — печально улыбнулась Луна. — Ничего, нам же лучше. Не хватало ещё, чтобы он сюда залез и действительно попробовал этот чертов эликсир. Тогда уж мне мирить некого будет. — Мы не ссорились... — надула щёки Луна. — Да я понимаю. У вас там всё так сложно, что я в детали даже не вдаюсь. — Ну а в целом как он вам? — Алан? Интересный, и правда сильный, для первого то курса. Только вот любопытства в нём чересчур. — Угу, мне об этом Элли ещё рассказывала. С ним эта черта всегда была. — В целом это неплохо, если не перестараться. Эликсир готов? — Роза заглянула Луне за спину, где уже стояло несколько готовых образцов. — Да, можем взять первые три. — А четвертый? — На его счёт я не уверена. Он получился какой то странный, и я кажется немного промахнулась с пропорцией, — виновато посмотрела в пол Луна. — Не парься. Пусть постоит тут. А пока испытаем эти три. — А мне обязательно идти с вами? Я каждый раз как то... — Да. Ты алхимик, а значит должна находиться в полевых условиях, — сурово произнесла Роза, выходя за дверь. *** И ведь об одном она Алану не рассказала. На самом деле «Убийцу алхимиков» не обязательно испытывать на живых людях. Как это не парадоксально, но эликсир оказывает эффект и на мертвые тела. Понятное дело, что душу он не усилит, но в случае успеха и труп разрушить не должен. Этот секрет Роза вычитала в собственной фамильной, алхимической книге, и с того момента никому кроме Луны не рассказывала, предпочитая эгоистично проводить исследования в одиночестве. К закату парочка таки добралась на кладбище, где по просьбе Розы их уже ждало несколько неопознанных тел, подготовленных к сожжению. Смерти в подворотнях Тидаса — дело привычное, а если это какой нибудь нищий бродяга, так вообще естественное. — Начнем вот с этого, покрупнее, — открыв флакон, Роза вылила содержимое прямо на кожу одного из трупов. Его тело мгновенно рассыпалось в прах, словно песочный замок. — Странно... Я же не внутрь эликсир вводила, а только на кожу капнула. Откуда такой разрушительный эффект? — недоумевала Роза. — Простите, я наверное опять что-то перепутала, — виновато склонила голову Луна. — Всё нормально. Над этой формулой лучшие алхимики мира мозг ломают, а ты пока студент. Что, попробуем вторую? — Роза использовала второй флакон, но он привёл к такому же результату. — Эх, печаль. Может хоть третий будет успешный? — Капнув несколько капель, девушки застыли в ожидании. Тело всё никак не хотело разрушаться, и когда они уже думали, что успех близок, оно вдруг просто испарилось, оставив после себя лишь несколько песчинок. — Ничего не понимаю, — Роза посмотрела на взошедшую на небе луну и грозовые тучи, предвещающие скорый ночной ливень, — почему они все разрушаются с разной скоростью? Пропорция ведь одинаковая... — Не знаю, но мы можем попробовать последний экземпляр, — Луна всё никак не хотела сдаваться, — нужно только за ним вернуться. — Ну пошли. Что ещё делать. Не зря же месяц работали над ним, — Роза вышла с территории кладбища, и остановившись перед длинной каменной лестницей, уходящей вниз по уровням города, вдруг выругалась матом. — Учитель? Что там? — Тц, этот идиот, — проскрипела она, и бросилась вниз по лестнице. На удивление, Луна почти сразу её догнала. — Мастер, что происходит? Недоумевала Луна, ловко уворачиваясь от дымоходов крыш, и перескакивая с черепицы на черепицу, пока они бежали по крышам. — А ты не чувствуешь? Походу он всё таки нашел нашу лабораторию, — Роза мрачно кивнула в сторону их алхимического убежища, и при помощи магических чувств, Луна вдруг увидела на месте лаборатории огромное черное пятно густой магической энергии. Как назло, в это же время хлынул ливень стеной. Подбежав к дому, перед которым пока еще не собрался народ, девушки влетели в лабораторию, и почти сразу же застыли на месте, в шоке от увиденного. Прямо перед ними, в центре огромной алхимической пентаграммы, в позе лотоса сидел Алан. На его лице застыла безумная, злобная улыбка, а взгляд был сосредоточен на девушках. Острые скулы сейчас сильно выступали, и белые изо всех сил сжатые зубы постоянно крошились, восстанавливаясь прямо на глазах. «3641... 3642...» — повторял он сквозь зубы всё с той же безумной улыбкой, и его конечности то и дело отваливались огромными кусками мяса, превращаясь в пыль, после чего на их месте тут же отрастали новые. — У него лицо крошится, как пазл... — в ужасе прошептала Луна, не понимая, что вообще делать. — Ты что натворил, идиотина?! — завопила Роза, начав громить лабораторию в поисках хоть чего то, что сможет помочь. «Всё... Нормально... Хе..хе... 3654...3655...» — Алан продолжал скрипеть зубами, а его аура всё нарастала, в то время как взгляд начинал мутнеть. — Алан, продержись ещё немного, мы что нибудь... — закричала Луна пытаясь подбежать к парню, но его аура буквально прижала девушку к земле. Давление достигло пиковой точки, и в этот же момент, прозвучал магический взрыв. *** Шумный ливень тут же набросился на девушку. «Кх..кх...» — Луна пыталась откашляться от пыли, пока дым рассеивался. Едва он смогла видеть, как с ужасом обнаружила прямо перед своим лицом дрожащую, оголенную руку без кожи. Дрожала рука, потому что пыталась добраться до лица Луны, но нечто словно удерживало её. *Ннн* — вдруг послышался глухой гул из центра комнаты, и пыль мгновенно рассеяло вновь нарастающей аурой. Как и ожидалось, взрыв снес крышу и стены здания, оголив перед Луной ночное, дождливое небо. К счастью, на этаже над ними никто не жил. Переведя взгляд на центр комнаты, Луна ужаснулась. Рука, только что тянущяяся к ней, принадлежала гумманоидному существу без кожи, которое сейчас Алан держал за шею. Сам Алан выглядел не лучше: на нём не было ни клочка одежды, и едва восстановившееся мускулистое тело покрытое множеством шрамов, сияло свежими ранами. Его мокрые из за ливня седые волосы спадали на лицо, и можно было разглядеть лишь один глаз. — Т.. от.п..." — пыталось бороться существо, выпуская во все стороны потоки черной энергии, которые Алан тут же рассеивал. — Луна, ты в порядке? — Подоспевшая Роза помогла ученице встать. — Почему Алан молчит? Он собрался убить это существо? И эффект зелья... — Он без сознания, — мрачно произнесла Роза, — посмотри на его взгляд, он пустой. — Руки прочь от моей девушки, — тихо произнес Алан, и сжал шею существа так, что она буквально взорвалась, образовав в точке взрыва маленький черный портал, куда и затянуло «остатки» существа. В этот момент сигил на кисти Алана, который до этого ярко сиял, начал мерцать, и вместе с тем парня начало шатать. — Аномалия от высвобождения энергия... — задумчиво произнесла Роза. «Алан!» — Закричала Луна, ловя на лету падающего без сознания парня. Положив руку на его горячую шею, девушка с облегчением выдохнула. Он жив, хоть и магия в нём едва теплится. ---------- ЛИТРПГ?! УРА! Но постойте... (Первоапрельская глава) Системное сообщение: ваш навык “Убийца богов” достиг границы в 10%. Желаете перейти на следующий уровень навыка? “Да” — я машинально проапгрейдил скилл, и убедившись что мой меч все еще работает, убрал его в инвентарь. Всё таки, прохождение чистилища затянулось. Хоть я и нашел пару секретных боссов и навыков… Но не уверен, что оно стоило потраченного времени. “Система: рейтинг” — я вызвал рейтинговую таблицу, и отсортировал её по параметру фехтовальщиков. На первом месте по прежнему красовался белый мировой мечник, а я занимал только 15344 позицию. Ну вообще… Не плохой результат, для столь населенного мира. Свернув все таблицы, я использовал портал к точке “дома”. А то что-то я уже засиделся в этом данже. Едва появившись в своей комнате, на меня тут же бросились с объятиями две девушки. — Лу… Нори… Вы чего? — я попытался отбиться от двух настырных лоли, но увы, их уровень выше моего. Смиренно приняв поражение, я остался лежать на кровати до самого утра, и даже смог уснуть. Едва проснувшись с первым лучом рассвета, я сразу ощутил в руке что-то мягкое. Отрыв глаза, я уже поймал на себе негодующий взгляд кошко-девочки, и такой же взгляд раздосадованной Луны. — Тогда потрогай и мою! — воспротивилась Лу надув щёки, и схватив мою руку. — Может вы двое от меня отлипнете?! — вспылил я, и мигом использовал телепорт в ближайшую локацию “Леса Тидаса”. В последние дни эти девушки чересчур настырно себя ведут. Нужно же знать меру?! Я ещё слишком молод для таких вещей. Кстати, пришёл я как раз вовремя. Через 1 минуту тут появится мировой босс: “Великий кабан Урабороса”. Для такой низкоуровневой локации как леса Тидаса, босс этот на редкость силен. Наверное поэтому на него собирают пачки по 100 человек, и ночами учат тактику. Впрочем… Едва босс появился, и радостные рейдеры бросились на него всей гурьбой, как я тут же использовал свой основной навык, “Сокрушитель мироздания”. Полоска ХП босса улетела в одно мгновение, и в таблице лидеров боссфайта высветилось: “Алан Кинг: 99.9% урона”. Награда, как всегда, не порадовала. Пара скучных вещичек да расходка. Разве что моё внимание в списке привлек новый уникальный навык, “Свиреп как боров”. “Свиреп как боров” - Если экипировано, после падения уровня здоровья ниже 2%, временно увеличивает силу атаки на 1000% Однако, накладывает состояние “исступления”. Хм, интересно… Ниже 2%? Кто вообще способен на… — слова застряли у меня в горле, как только я ощутил под собой гигантскую тень. Подняв глаза к небу, я увидел монументальных размеров существо, опускающее свою ладонь на город. “Внимание всем охотникам! Начат секретный эвент “Оборона Тидаса” — оповестила меня система, и в окошке появился таймер показывающий 1 час. Что же… Я просто обязан опередить директора и остальных в этом ивенте. “Хах” — надменно ухмыльнувшись, я экипировал новый навык, и одним толчком отправил себя в полёт, оставив на прошлом месте огромную воронку. Рука бога, что сейчас занимал на небе больше места, чем солнце, становилась всё ближе. Краем глаза я заметил других охотников, падающих вниз под давлением ауры противника. Посмотрев в окно статуса, я и сам чуть было не упал. 999 уровень. Да на него даже “Сокрушитель мироздания” нормально не работает! Едва успев подумать о последнем, я получил тычку на пол-хп, и отправился в полет в обратном направлении. Удивительно, как этот гигант не убил меня одним ударом. Остановив падение и зависнув в воздухе, я принял волевое решение: использовать ЭТО! Только вот нужно опустить хп до 2%... Но как? На ум пришел отличный метод из моей любимой манхвы: “Суицидник SSS ранга,” и выхватив гигантский меч, я начал что есть силы понижать себе хп, пока не опустил их до 1%. Тут то и сработал “Свиреп как боров”. Мой взгляд помутился, а тело наполнила сила. Все статы выросли в разы, и издав громогласный рёв, моё тело начало действовать по собственной воле. Не учёл я только одного: моя текущая сила оказалась столь велика, что исказила пространство-время, из за чего таймер эвента длинной в 1 час мгновенно истёк, и бог активировал берсерк, подняв свой LVL до 9999. Одним махом он буквально стёр город с лица земли, что болью отдалось у меня в груди, ведь пострадала Луна. Я уверен, что она выжила, но всё же, неприятно. — Ты… Ублюдок! Как ты посмел напасть на мой гарем?! Ты хоть понимаешь, что натворил? — закричал я, выкидывая руку вперед, и кастуя всё подряд. Чёрные дыры из за моей спины так и метались в босса с парадоксальной скоростью, но он лишь поглощал их, продолжая разрушать всё на своем пути. *** В какой то момент, увы, не осталось ничего, кроме меня, древнего бога и выжженной поверхности планеты. Стоя друг напротив друга, посреди выжженной пустоши, мы собирались продолжить бой, что длится уже долгие века. Только вот на этот раз я смогу победить. Системное сообщение: ваш навык убийца богов достиг границы в 100%. Желаете провести “пробуждение?” Ха…Ха…Хахахахаха… — я злобно рассмеялся, закрыв половину лица рукой. Наконец то! Этот навык мой, и теперь я точно не проиграю. Нажав “Да” — я потерял контроль над своим телом. Тысячи цепей вырвавшихся из пространства сковали моё тело, насквозь пробив кожу. Статы бесконечно росли, пока я орал от боли, будучи неспособен даже утратить голос. Когда же всё наконец закончилось… То перед моим лицом появилась табличка: получено 8 новых навыков категории “Великие грехи”. Отлично… Прошептал я, медленно паря в воздухе перед древним богом, что с интересом наблюдал за моей “эволюцией”. “Лес крестов,” — объявил я навык, и пространство задрожало. Несмотря на мой давно превысивший 10000 lvl, этот навык мгновенно потратил всё MP, но оно того стоило. С неба навстречу божеству уже приближались гигантские красные кресты, размером с города. Один за другим они вонзались в тело бога, и поверхность планеты, сея лишь разрушение и хаос. Что удивительно… Они наносили % демедж! Невероятно. 10% за за крест, и вот я уже вижу заветную табличку с наградой… Жаль только, что от солнечной системы не осталось и следа, но лут можно чекать и в вакууме. Нужно только дотянуться до заветной таблички… Вот же она… Вот… — я протянул руку к табло, но нечто тянуло меня в иной мир. “Алан! Алан, проснись! Ты снова умираешь!” — кричал знакомый голос. Это Луна будила меня, тормоша перебинтованные раны. “Ты очнулся?!” — девушка была готова разрыдаться, глядя на мое перебинтованное тело. “Женщина. Где мой лут? Ты вернешь мне мой лут?” — мрачно произнес я, насупив брови, и снова отключился. ---------- Воссоединение. Три часа ночи. Дом на берегу одного из каналов Тидаса. В постели лежит Алан. Он не просыпается уже два дня, и Луна всё это время дежурит рядом. Даже этой ночью она не собиралась спать, и сидела рядом с кроватью, пока сон сам не увлёк её. Ей снился кошмар: она бежала от странного черноволосого мужчины, по бесконечным каменным коридорам, сложенным из плит висящих в пустоте. Позади то и дело слышался лязг. Этот мужчина использовал сразу 3 меча, и умело разрезал камни, что падали с разрушающегося потолка. Он шел медленными шагами, но никогда не отставал. Наконец, в момент когда шаги послышались совсем рядом, пол под ногами девушки рухнул, и она провалилась в пустоту. «Ох..» — Луна открыла глаза. Комнату освещал яркий лунный свет, падающий на умиротворенное лицо спящего Алана. Его седые колючие волосы красиво блестели, и девушка никак не могла оторвать взгляда от его лица. Этот вид мгновенно успокоил её, хоть и поселил в сердце тревогу иного рода. «Когда же ты проснешься? Мне так много нужно тебе сказать...» — лишь подумала девушка, и словно услышав её вопрос, Алан медленно открыл глаза. «Где.. я?» — он поднял взгляд на Луну, и замер, не веря своим глазам. «Это.. правда ты? Или мои демоны опять..ах,» — парень схватился за глаз, едва сдержав крик боли. «Это правда я. Пожалуйста, успокойся,» — девушка вдруг взяла Алана за руку, что стоило ей невероятных ментальных усилий, в первую очередь из за стеснения, — твоя мана все ещё сходит с ума. Тебе пока нужно отдохнуть, — печально произнесла она, глядя парню в глаза. «Я.. 3405 Корень Эйвира,» — Сейчас Алан смог сказать лишь это. Он смотрел на Луну, и по его лицу медленно катились слёзы, хоть внешне он и оставался спокойным, даже несмотря на теперь уже привычную боль. Чуть погодя он отвел взгляд в сторону, и посмотрел на ночное небо. Специально для него кровать передвинули прямо к широкому окну, и теперь он словно сидел на фоне гигантской луны. Девушка же была поражена. «3405 Корень Эйвира», это точная дозировка магического компонента для «Убийцы алхимиков». Луна уже подозревала, что дозировка колеблется в районе 3400 единиц, но на новые и новые попытки уходило слишком много времени. «И это первое, что ты мне сказал? Какой же ты...» — Луна, посмотрела на печального Алана. Так в тишине они просидели несколько минут, пока он наконец не заговорил: — Я всегда хотел задать тебе один вопрос, — он безмятежно посмотрел на чуть покрасневшую девушку. — Конечно... Я не против. — Тебе нравится твоё имя? — во взгляде Алана читалась легкая печаль. — Да, оно прекрасно, — улыбнулась девушка, и тут же её сердце вздрогнуло. Она ещё никогда не видела Алана настолько удивленным. Казалось, что он сейчас вновь заплачет от счастья, но совсем скоро и эта его эмоция пропала с лица, оставив только грусть. — Что-то не так? — Честно говоря, не знаю. Место ли мне тут? — парень отрешенно посмотрел на небо, — кажется, словно я уже давно не тот, кого вы все знали. Да нет, так и есть... Ждали ли вы меня? — Я ждала, — Луна с легкой улыбкой сжала руку парня. — А ты ещё что-нибудь помнишь обо мне? О себе? — Уже не так много, как раньше, но теперь я знаю нового Алана. — И что ты о нем думаешь? — Ну... — девушка замешкалась, — он очень безрассудный, но заботливый, и рядом с ним как за каменной стеной. — Понятно... — Алан грустно улыбнулся, — прости, что меня не было так долго, и что напугал тебя тогда. Мне стоило действовать аккуратнее. — Всё хорошо. Я бы всё равно испугалась... Я думала, ты мне мерещишься. — Возможно так оно и было, — Алан погладил сигил грехов на левой руке. — Что это за метка? — Долгая история. Хочешь послушать? — Конечно! — выпалила Луна, а потом добавила в мыслях: «главное не прекращай говорить» — Что ж. Этот рассказ отнимет у нас всю ночь. ***— И насколько сильным был этот Заам? — Луна сидела рядом с Аланом на кровати, без остановки задавая вопросы. — Он сказал, что самый сильный в мире, если не брать в расчет его отца. На самом деле в это трудно не поверить... Я падал с башни слишком, слишком много раз. — Но в итоге ты победил? — С парой оговорок, но да, — парень несколько раз сжал пальцы в кулак, — теперь у меня есть сила всех грехов. Правда сейчас я усвоил только 5% — И ты уже настолько сильный... — На самом деле нет. Даже в чистилище, где как я понял, все боги и прочие души заметно ослаблены, я не мог победить некоторых... существ. 2500 ранк в масштабах вселенной слишком мало. — А сколько у тебя в этом новом «режиме»? — 25000, но этого всё ещё мало, — Алан непонимающе уставился на удивленную Луну. — Наверное звучит поразительно, но вряд ли я бы сейчас смог победить одного из богов. — Но зачем тебе побеждать богов? Ты ведь и так натерпелся, — возразила Луна. — Я понимаю твое беспокойство, но честно говоря не думаю, что у меня есть выбор, — парень посмотрел в окно, где уже медленно светало, — Понимаешь, Лу... Я знаю об угрозе, что нависла над этим городом. У меня есть потенциал, и оружие созданное специально для борьбы с богами. Кем я буду, если просто стану бездействовать? — Но ты ведь никому ничего не должен. — Ты по своему права, но моя совесть не даст мне спать. В прошлой жизни я ни на что не хотел влиять, хоть и мог. Я не хочу повторять своих ошибок и здесь. — Хорошо. Тогда я буду рядом, — Луна искренне улыбнулась и сжала кисть Алана двумя руками. — Ох... Я ведь уже говорил, что люблю тебя? — с улыбкой ответил Алан, и девушка чуть не провалилась сквозь пол от смущения. — Т.. — Оставь ответ на потом, — Алан вдруг погладил девушку по голове, и одним махом встал с кровати. — Что-то не так? — он непонимающе уставился на раскаленную докрасна Луну, и только потом понял, что одежды то на нём и нет. — Вот... — девушка протянула Алану его старую накидку. — Оставь. Я ведь подарил ее тебе, — парень в миг оделся в положенную рядом легкую одежду, и теперь отдаленно напоминал пирата, — как думаешь, все уже встали? Я хотел бы поздороваться. — Постой... — девушка схватила Алана за край одежды, — ты ведь о многом умолчал? Всё это было совсем, совсем не просто... — В смысле? — Твои шрамы. — Да, это было больно, — Алан печально улыбнулся, — но мысли о том, что ты меня забудешь, были куда больнее. Физическую боль я давно превозмог. — Не говори так, словно это ничего не значит, — серьезно ответила девушка, — ты и тогда на церемонии мог руку потерять. Совсем ты.. — Совсем себя не берегу да? Я буду осторожнее, — Алан снова погладил девушку по голове, и вышел за дверь. *** Первым на него налетел Рей. Он как раз поднимался по лестнице на второй этаж, когда заприметил Алана, и тут же бросился на него, словно черный медведь. Едва заметив это, Алан со злобной ухмылкой отпрыгнул в сторону, словно только и ждал нападения. — Почему же ты бежишь от старого товарища? — весело прокричал Рей. — Медведи умеют разговаривать?! — манерно ответил Алан, и они оба рассмеявшись, обнялись. — Долго же ты, — похлопал его по спине Рей. — Сам этому не рад, — Алан перевел взгляд на лестницу, где стояла Элли. Она смотрела на него так, словно сейчас придушит. — В этом доме что, все хотят меня убить? *** За завтраком Алан ещё раз рассказал всем присутствующим свою историю о том, как попал в чистилище, и как его превозмог. Все слушали молча, затаив дыхание. Только Рей изредка задавал вопросы. — Так значит люди в этом мире не местные, и потому к нам такое отношение? — рассуждал Рей. — Вряд ли это обычная ксенофобия, — возразил Алан, — я уверен, что отец Заама совершил что-то ужасное. Всё таки у него в руках были эльфийские головы. — И тебе не кажется странным, что все забыли эту историю, но при этом к людям отношение всё ещё так себе? — недоумевал Рей. — Уверен, что Доард в курсе. Как самый сильный маг континента он должен хорошо знать историю своей же расы. Мне вот только интересно, что именно ему сделали невинные люди. Уверен, что он просто давно сошел с ума, — Алан отправил последний кусок стейка в рот, и расслабившись, откинулся на спинку стула. — И что ты собираешься делать дальше? — поинтересовалась Луна. — Хороший вопрос. Пока что буду учиться в академии, и создавать себе репутацию доброго парня. Нужно еще связаться с Дайном, и узнать, не появилась ли информация про нового бога. Возможно, это именно он ответственен за появление аномалий в городе, и мана-бурю. — В таком случае мы поможем, — заверил Рей, — всё равно дела кончились. — Будет очень кстати. М... Я всё хотел спросить: вы ничего не знаете о Рокудо? С ним должна быть моя ученица. — Не больше твоего, — Рей помрачнел, — но зная Рокудо, вряд ли он бы просто так умер. Этот парень не за красивые глаза стал капитаном 11-го отряда. — Придется искать его самому. Это будет трудно. А ещё я обещал Луперкалям, что навещу их через год... О боже, — Алан закрыл лицо рукой. Сейчас он совершенно сбит с толку. — Для начала тебе нужно отдохнуть. Сегодня суббота, выходной, и завтра тоже, — Луна потянула Алана за рукав обратно в комнату. Она явно хотела чуть больше его внимания, осмелев до невозможного за последние часы. — А быстро же они поладили, — удивилась Элли, как только парочка покинула кухню. — Воспоминания воспоминаниями, а сердце не обманешь, — развёл руками Рей. — И давно ты такой романтик? Мне ты таких вещей не говоришь... — надулась девушка. *** Сидя на балконе в халате, Алан смотрел на проплывающую по каналу баржу. Даже легкий дождик не мог согнать его с этого места. Рядом, оперевшись на спинку балкона, сидела Луна. Она читала очередной алхимический трактат прямо под дождем. По какой то причине книга напрочь отказывалась промокать. — Я буду звать тебя Ал! — вдруг выпалила она, оторвавшись от книги. — Хох, ну хорошо, — тепло улыбнулся парень. — Ал, расскажешь мне, каким ты был раньше? Я хотела бы вспомнить хоть что-то. — Хм. Я бы назвал себя прошлого кем то вроде жалкого нытика, что упорно идет к своей цели. — Всё было настолько плохо? — Угу. Я мог стену головой разбить, и при этом никогда не прекращал жаловаться. Но знаешь, — парень задумчиво посмотрел на небо, — я не виню себя прошлого. Трудно ожидать иного поведения от мальчика, попавшего в мир полный ужасов и жестокости. Всё таки изначально я обычный человек, и делал всё что мог, если не больше, чтобы стать тем кто я есть теперь. — Ты и правда большой молодец, — произнесла вдруг Луна чуть более взрослым голосом, обняв Алана за шею. — Лу? — глаза парня расширились от удивления. — Да? — Ты сейчас была так похожа на прошлую себя... — А такая я тебе не нравлюсь? — надулась девушка, ущипнув Алана за щеку. — Нравишься конечно. Я просто в очередной раз убедился, что некоторые вещи в людях не меняются, даже когда ты «обнуляешь» их душу. В моем прошлом мире за подобные слова меня бы подняли на смех, но теперь я уже ни в чем не уверен. — Забудь о них, — махнула Луна рукой. — Это платье тебе идет. Ты знала, что тебе к лицу белый цвет? Особенно потому что ты часто краснеешь. — Буду знать... — закономерно покраснела девушка, даже сильнее обычного. — Мне тут нравится, — вдруг спокойно произнес Алан, продолжая смотреть на пасмурное небо, — я очень рад, что смог выдержать все эти многочисленные испытания. Даже не столько потому что я выжил, сколько потому что смогу наслаждаться этим миром вместе с тобой. Нужно только решить пару проблем, и собрать вместе «всю семью». — Как ты и сказал, ты не один. Мы точно справимся, — улыбнулась ему девушка. — Угу. Но сейчас мне нужно поспать... ---------- Безмятежность — Ал, ты уснул прямо на балконе, вставай, — Луна тормошила парня, потому что тот всю ночь с субботы на воскресение проспал на террасе. — Кто.. ещё рано, — бормотал тот в ответ. — Уже 7 утра. Пошли прогуляемся, — не отставала девушка, словно утренняя муха. — М? А мне нравится эта идея, — Алан посмотрел на нее одним открытым глазом, словно на самом деле и не спал всё это время, — куда пойдем? — А куда бы ты хотел? — Даже не знаю. Я бы побродил где нибудь у нас, или в общем квартале. Жаль конечно, что в эльфийский людей не пускают... — Я хотела предложить то же самое. Через полчаса внизу, — девушка убежала так же стремительно, как и появилась. *** Алан оказался на удивление резвым парнем. Он справился со всеми своими утренними делами за десять минут, и оставшееся время просидел на улице, слушая птичек и наслаждаясь запахом росы. День сегодня был на удивление солнечный и зеленый, будто осень и не приходила. — Ты уже поправился? — спросила его Луна, выходя из дома. На ней сегодня было короткое черное платье. Свои длинные серебряные волосы она распустила, и теперь её золотые глаза чудесно контрастировали с ними, на что Алан прям таки загляделся. — Ого, а тебе идет черный, — наконец произнес он, едва оторвав взгляд. — С..спасибо... — А по поводу моего здоровья — да. Моя магия полностью восстановлена, и по ощущениям я поднял свои ранк раза так в два. Но это ещё предстоит проверить сегодня. — Значит идем первым делом в «Маги и камни», потому что у меня определителей ранк с собой нет, — девушка тяжело вздохнула. — Угу. *** Некоторое время они шли по мостовой в неловкой тишине. Это нормальная ситуация для людей, которые давно друг друга не видели. Тем более что за время проведенное в чистилище, Алан практически разучился общаться с людьми. — Смотри, какое сегодня небо голубое! Где же аномалии? — с восторгом указывала на редкие белые облачка девушка. — И правда. Возможно, коалиция делает успехи в борьбе с аномалиями, вот они и отступили. — А ты что нибудь вообще о них знаешь? В тот раз на тебя ведь напал какой то мужчина, появившийся из аномалии. — Напал. Но я знаю это только из твоего рассказа. Если бы не «Сигил черной мести», то я бы не смог атаковать его находясь без сознания. — Кстати это было очень... Эффектно. И ты меня ужасно напугал. — Ну прости уж, — парень печально улыбнулся, — на самом деле это не худшее из моих состояний. Последние дни я думаю о том, как грехи будут в дальнейшем влиять на меня. — Что ты имеешь ввиду? — Луна спустилась по лестнице к воде, и села на край, свесив ноги к воде. Тем временем мимо громко проплывала баржа. Алан сел рядом, и достал сигарету из своего серого, дважды перешитого плаща. — Ты куришь? — удивилась девушка. — Иногда. Даже не знаю, как так получилось, что я начал курить. Не волнуйся, моему здоровью это никак не угрожает. — Да уж. После недавнего я вообще не уверена, что тебя что-то может убить... — Хех, я тоже, — ухмыльнулся Алан, — но так вот о чем я. Грехи именно как сила, очень странный феномен. Они не атрибуты, но при этом часть моей души. И хотя вся их сила во мне, но использовать её всю я не могу. Противоречие на противоречии. — А их влияние? — Его нет, и это меня пугает, — парень выдохнул струю дыма, — атрибуты влияют на своих владельцев со временем, это знают все. Влияют ли так же грехи? Нет ведь в мире ученого, который ответил бы на этот вопрос. Разве что создатели чистилища. — Думаешь, грехи могут захватить над тобой контроль? — Думал так раньше, но сейчас сильно сомневаюсь. У меня есть стойкое ощущение, что «Убийца богов» не только полностью сломал их волю, но ещё и я сам каким то образом склонил их на свою сторону. В любом случае у них там должна быть конкуренция, ведь они не смогут управлять моим телом все вместе. — Как то это тревожно... — печально ответила девушка. — Не думай об этом много. Тебе просто стоит знать о моих скелетах в шкафу. Что кстати с твоей силой? — парень поднялся от воды, и девушка последовала за ним. — Атрибут времени постоянно меня выручает. А твое пламя я до этого дня почти не использовала... — Понимаю. Мне и самому больно на него смотреть. — Кстати, Ал. Я об этом как то сразу не подумала, но какой у тебя атрибут? — задумчиво посмотрела на него девушка. — У меня нет атрибута. Я мультимаг. — Мультимаг? Что это? Кажется, что я уже слышала это слово раньше... — Луна испытывала стойкое дежавю. — Слышала. Ты мне о мультимагах и рассказала впервые... — Алан помрачнел, — мультимаги это люди способные использовать любой атрибут, и любую магию. Если я правильно понимаю, то этому может научиться любой, при достаточном запасе маны и определенном подходе. — Тогда почему мы все ещё не мультимаги? — Хотел бы и я знать ответ на этот вопрос, — парень уставился куда то вдаль, — это там часом не утреннее кафе? — Оно самое. Это «Омар Данте», довольно популярное место. Хочешь зайти? — А деньги у нас есть? — неуверенно пробормотал Алан. В нем сейчас боролись две силы. — Есть. Нова и Феликс открыли лавку реагентов в паре кварталов отсюда. Они там так усердно трудятся, что дома совсем не появляются. Но за то у нас всех есть деньги. — Дела идут прям на столько хорошо? — Алан подошел к двери кафе с прозрачными стеклами. Внутри сейчас почти не было посетителей. — Это потому что Нова финансовый гений. Она недавно увеличила прибыль за квартал в несколько раз! Не понимаю, как ей это удается... — Мне теперь тоже интересно. А ещё надо бы их навестить. Я то думал, что они где то далеко за городом. Почему вы не позвали их к нам? — Алан немного отвлекся, и быстро сделав заказ стандартного утреннего меню на двоих, вышел на улицу, где расположились столики с видом на канал. Учтивый официант обещал подать все через 10 минут. — Да... На счет этого, — Луна напряглась. — Что то не так с Феликсом? — Алан помрачнел. — Откуда ты знаешь? — девушка машинально закрыла рот руками, словно боялась, что уже всё рассказала. — Я ничего не знаю. Просто когда я воскрешал его... Мне показалось, что его душа темна как ночь, — Алан сел за столик, и ещё немного подумав, добавил: Вернее, так и было. Она напоминала мне ночной кошмар. Я надеялся, что воскрешение скажется на нем благотворно. — Так вот в чем дело... Но мы его душу не видели. То о чем я говорю, касается именно тебя, — Луна нерешительно посмотрела на парня. — И что не так? — Феликс очень злится, каждый раз когда кто-то говорит о тебе... Поначалу я, честно говоря, возненавидела его за это, и мы долго не разговаривали. Но потом Нова объяснила мне, что тут замешано нечто большее, нежели обычная неприязнь. Но что именно, мы выяснить не смогли. — Вот оно как? Ожидаемо... — задумчиво произнес Алан, — этот парень проклинал меня в душе, прямо во время воскрешения. Возможно, он в своей душе не один. — Ты имеешь ввиду... — Это очень похоже на проклятие. Нет, даже не проклятие, а присутствие сторонней сущности внутри. Я даже догадываюсь, когда это всё началось. — Когда ты его воскрешал? — Нет... — Алан замешкался, вспомнив что-то очень неприятное, — когда убили Эйверин, его возлюбленную. Это было безумно жестокое зрелище. А может быть и раньше. — Боже, какой ужас, — Луна застыла в шоке, — но кто это сделал? — Слышала когда нибудь о правой руке Доарда? — мрачно посмотрел на девушку Алан, блеснув серым взглядом. — Нод? Ты о нем? — у девушки по спине побежали мурашки. — Да. Эйверин покалечила его «сестра». Он же едва не убил Рокудо и Феликса. Этот мужчина безумно опасен. Вполне возможно, что слухи не врут, и он действительно может убить бога голыми руками. Даже не представляю, насколько сильным нужно стать, чтобы противостоять ему. — И такой человек на службе у Доарда. Безнадежно, — печально вздохнула Луна, и в этот момент им принесли яичницу с беконом, обильно посыпанную травами. — На самом деле это скорее плюс, — задумчиво произнес Алан, но продолжать фразу не стал, принявшись жадно поглощать завтрак. В это же время проходящие мимо девушки лет восемнадцати, увидев парочку за столом, осторожно перешептывались. — Кстати, а ничего, что нас видят вместе? У тебя не будет проблем в академии? Столько ведь было слухов... — Плевать на них, — вспылила Луна, — эти люди мне не указ, и на мои оценки они не повлияют. — Верно. Тем более теперь у тебя есть я, — Алан очаровательно улыбнулся, подперев подбородок рукой и с улыбкой уставившись на девушку. — Не говори таких смущающих вещей... Когда я ем, — покраснела девушка. — Ладно ладно, — парень уже потягивал кофе, и наслаждался видами каналов, — вот бы прибрать этот город к своим рукам, — вдруг произнес он, как бы невзначай. — Что что? — удивленно переспросила Луна, не поверив своим ушам. — Ну знаешь... Чтобы противостоять Доарду, одной силы будет мало. Я понял это после разговора с «Серым мировым мечником». Мне нужно влияние, а без поддержки городов его не добиться. К тому же в Тидасе у людей низшая позиция, и квартал в упадке. Я бы попробовал захватить совет города. — Чего?! — Луна смотрела на парня огромными округленными глазами, и вилка с едой застыла в воздухе, — не слишком ли у тебя масштабные планы? — Неа. Я прекрасно осознаю, насколько это сложная задача. Естественно я не могу просто прийти в совет и взять его силой. Даже в академии есть немало людей намного сильнее меня, что уж говорить об управляющих городом. Но ведь у меня есть не только физическая сила, верно? — Так ты настроен серьезно? — их взгляды встретились, и девушка поняла что он не шутит. — Более чем. Но процесс этот будет очень долгим. В первую очередь я должен найти пробуждающегося бога, а только потом лезть в политику. Хотя сдается мне, что одно без другого тут не обошлось. — И как ты планируешь это сделать? — Через сферы влияния. План простой: я заведу как можно больше друзей в академии. Возьму там все награды какие смогу, и достигну максимально возможной точки рейтинга. Параллельно буду вкладываться в малые бизнесы района людей, и помогать обычным людям, чтобы закрепиться у них в памяти, — парень замолк, глядя в пустую кружку для кофе. — Официант, можно мне ещё? — Конечно, — учтиво ответил мальчик лет 14, мгновенно исчезнувший в глубине кафе. — А дальше? — Дальше идет этап «знакомства с подпольем». Я почти уверен, что криминальные структуры этого города тесно связаны с правительством. — Это потому что Тидас слишком свободный, и люди тут находятся в упадке? — с интересом спросила Луна. — Верно, — уверенно кивнул парень головой, — потом идет «знакомство с элитой». Оно будет возможно только на этапе, когда слухи обо мне уже дойдут до членов совета. В противном случае шансов вообще нет. Как только познакомлюсь с членами совета, то буду втираться к ним в доверие. К тому моменту у меня уже должна быть хорошая позиция в академии, и тогда меня как «перспективного студента» могут взять в помощники совета. А там уже обычная карьерная лестница. — Как же ты всё хорошо продумал... — удивилась девушка. — Это не так. В общих чертах план то может и звучит хорошо, но на деле куча проблем: у меня все еще нет денег, моя сила далека от той, что нужна для высших рейтингов академии, и к тому же действовать в одиночку будет тяжело. — Хм... — задумалась Луна, — как на счёт того, чтобы основать свою гильдию? — А так можно? — удивился Алан. — Конечно. Если есть достаточно денег... Таким образом мы могли бы публично зарабатывать влияние для тебя, всем одиннадцатым отрядом, и в финансовом плане гильдия открывает перед нами новые горизонты, — Луна с умным видом подняла палец, — ты будешь главой гильдии, и тогда создать публичный образ будет еще проще. — И правда отличная идея. Конечно могут быть проблемы со вступлением в совет, если я буду главой гильдии. «Независимость» и всё такое. С другой стороны, если я буду очень полезен, то проблем не возникнет, — Алан на минуту задумался, — Но как её назвать? У меня с этим всегда проблемы. — Как на счет: «Гильдия — Возрождение»? А наш основной отряд назовем «Группа — Возрожденные». — Отличное название. Мне очень нравится, — в подтверждение щелкнул пальцами Алан, — к тому же это очень символично, что «Возрожденные» как бы «возрождают» человеческую расу из пепла. — Да, я молодец, — довольно подытожила Луна, — но а что ты будешь делать дальше? Если всё таки получится попасть в совет. — Об этом пока рано думать. Сейчас меня больше волнует то, под каким именем представляться «публике», и скрывать ли лицо. — Не думаю, что тебя кто-то узнает из прошлых твоих «знакомых». — С чего ты взяла? — удивился Алан. — У тебя совсем, совсем другая аура. По крайней мере со стороны выглядит так. А ты ведь помнишь основное магическое правило? Аура у живых существ в своей сути никогда не меняется, и скрыть ее почти невозможно. Ты исключение из этого правила, но вряд ли кто-то подумает так же. Да и внешне ты изменился до неузнаваемости. — Ты что, помнишь как я выглядел раньше? — Неа. Просто я... — девушка замолчала, и резко покраснела. — Ты что? — В первый месяц после возрождения я по памяти нарисовала твой портрет, — тихо произнесла она, смутившись, — Он сейчас стоит дома, накрытый полотном... — Ого. Не знал, что у меня так быстро появятся фанаты, — рассмеялся парень, а потом добавил: — я хотел бы посмотреть на него. — Будет по твоему, только не сейчас... И вообще мы уже тут засиделись. Куда пойдем дальше? — Знаю я одно местечко. Оно не близко, но дорога того стоит. Пойдем, — Алан машинально протянул девушке руку, и та чуть замешкавшись, осторожно приняла её. *** — Уже можно открывать? — Луна неуверенно шагала вперед с закрытыми глазами. — Да, пришли. — Вау! — Луна не поверила своим глазам. Сейчас они стояли на вершине километровой стены-кратера города. Отсюда, из зоны зеленых парков и очень богатых особняков, открывался шикарный вид на город, и на саму академию. Парочка как раз выбрала одно из таких мест, спрятанное меж зеленых, хорошо остриженных кустов. Кроме одной лавочки, мощёного каменного пола и шикарного вида, тут больше ничего и не было. — Красиво? Я тоже удивился, когда попал сюда впервые, — парень печально посмотрел вдаль, на шпиль академии, — не думал, что буду стоять тут с тобой. — Угу. В магазин магических штучек мы так и не попали. — Ничего страшного. Я завтра туда схожу, — тихо ответил Алан. — Почему ты такой грустный? — Луна посмотрела парню в глаза, сильнее сжав его руку. — Я... Сказать прямо: я пытаюсь понять, что ты ко мне чувствуешь, — с печальной улыбкой произнес он, — я не хочу никаких недопониманий между нами, ведь привык всегда говорить всё прямо. — Я и сама не знаю, но это чувство наверное ближе к тому, что чувствуешь ты... — произнесла девушка переборов смущение. — Да? — Алан вновь выглядел пораженным, будто что-то резко осознал, — тогда может... ты будешь моей девушкой? — он вдруг встал на одно колено, и поцеловал ее руку, словно рыцарь из самых шаблонных легенд. Этот его жест сразил девушку «наповал». — Конечно буду! Я думала, мы и так уже встречаемся, — мило улыбнулась она. — Теперь я действительно счастлив, — парень едва сдержал слёзы, встав, и повернувшись лицом в закату. Луна сжимала его руку так сильно, что казалось, будто она сейчас онемеет. — Ал... — тихо произнесла она, дернув его за край плаща. — Да? — Прости, что пока не могу дать тебе полного ответа на твой вопрос. Однажды я обязательно расскажу тебе обо всём, что чувствую. — Почему ты извиняешься? Глупышка, — Алан привычно погладил девушку по голове, — я прождал вечность в чистилище, и наконец получил всё о чем мечтал, так что даже не думай извиняться за подобное. Я подожду столько, сколько тебе будет нужно. — Угу. Однажды... Обязательно, — тихо прошептала Луна, глядя на заходящее солнце. Впервые с момента её возрождения, она была по настоящему счастлива. ---------- День древних драконов. — Алан, проснись! — Луна с растрепанными волосами в белой сорочке встревоженно тормошила парня под раздающийся на весь город грохот. — Что происходит?! — Алан вскочил с места как ужаленный, и посмотрев на встревоженную девушку, выбежал на балкон. С улицы доносился ужасный гул. «Какого...» — подняв голову на небо, Алан ошарашенно уставился тройку гигантских драконов, летящих высоко над землей на фоне чистейшего голубого неба. От взмахов их крыльев в городе поднялся ураган, и седые волосы парня мельтешили на ветру. Каждый из драконов в длину достигал порядка 2км. — Они... огромные! — в шоке выпалил он не понимая, нужно ли паниковать или радоваться. — Ага. Это каменные горы-драконы. Правда они красивые? — девушка с улыбкой посмотрела на небо, оперевшись на перила террасы. Драконы действительно были как минимум покрыты камнем, а может и вовсе состояли из него. — Горы? О чем ты? — Это не обычные драконы, — улыбнулась девушка, — они трое вместе составляют бога камня. Примерно раз в 50 лет они перелетают с континента на континент, и там где они выбирают себе место, образуется горная гряда. Сегодня во всех городах в честь этого будет праздник. — Праздник потому что они приземлятся на Флегрейсе? — Неа. Никто заранее не знает, где они остановятся. Просто много веков назад они уже садились на Флегрейсе, и с того момента пошла традиция такого вот праздника. Тут его называют «Днем древних драконов». — Ох... А я надеялся поспать, — Алан всё ещё не мог отвести взгляда от драконов. Размер и сила их ауры поражали воображение. Ничего подобного раньше он не видел, и видеть не мог. «Значит есть и такие боги...» — ошарашенно подумал он, когда драконы наконец проплыли над облаками, скрывшись вне поля зрения. — Не думаю, что тебе нужно убивать и их, — с улыбкой произнесла девушка взяв Алана за руку, и будто читая его мысли, — эти драконы известны всему миру как хранители спокойствия и баланса. Там где они делают остановку, культы буквально испаряются. — Будет здорово, если такими они и будут оставаться. Много вообще в этом мире драконов? — Алан улыбнулся девушке, ощутив тепло её руки и так необходимую в этом вопросе поддержку. — Пока ещё да. Хоть дракониды и говорят, что раса высших драконов вырождается. — А как вообще появляются высшие драконы? Они размножаются? — Нет, драконы бесплодны по своей натуре. Говорят, что для них такой способ размножения был бы чересчур «низменным». — Эм. И откуда тогда они появляются? — недоумевал Алан. Раньше ему как то не приходилось читать о появлении драконов, хоть он и изучил несколько тысяч книг. — Это сложный ритуал, но если описывать его коротко: высший дракон это эволюция драконида. На самом деле в легендах описаны случаи, когда даже человек смог стать драконом обретя их родословную, но подтверждений этому нет. — Значит они все разумные? — Конечно. Они ещё и очень сильные маги, хотя конкретно эти трое силу свою никогда не используют. Ну разве что для превращения в горы, и сохранения «баланса сил» на своей территории. — Хм, понятно... А они всегда пролетают над Тидасом в этот день и год? — Вроде как да. Они делают несколько кругов по миру и пролетают над каждым крупным городом. — Это выглядит так, словно они что то ищут... — пробурчал себе под нос Алан, но тут же отложил эту идею до лучших времен. — А ты пойдешь на этот «день древних драконов?» — с интересом спросил он. — Да! — девушка энергично кивнула головой, — это же такая редкость! Если хочешь, можем пойти вместе... Там будут всякие интересные «портальные представления». — С удовольствием, — парень лениво потянулся, вглядываясь в небо. Аномалий сегодня не видно, словно они вовсе пропали. Это сразу показалось ему странным, но что с этим делать, он пока не знал. — Пойдем, время завтракать, — потянула его Луна в комнату. *** — Какие же они всё таки здоровенные, — без конца бубнил себе под нос Рей за завтраком. — Никогда раньше не видел драконов? — улыбнулся Алан. — Могу поспорить что ты тоже. — Ага, и правда не видел. Из всех встреченных мною богов это пока самые могущественные. По крайней мере на первый взгляд. — А как же этот.. как его.. Ну который гнев, — Рей изо всех сил пытался вспомнить имя. — Заам? Чистилище ослабило его до неузнаваемости, а в «настоящей» форме я его так и не увидел, так что он не в счет. — Но ведь теперь эта сила твоя? — резонно заметила Элли. — Еще нет, и я пока не спешу брать её. У меня был печальный опыт, когда я откусил больше, чем смог проглотить, — мрачно произнес Алан. — Ничего страшного. Уверена, Алан станет легендарным главой! — довольно произнесла Луна, и все кроме Алана вопросительно уставились на нее. — А, я ведь вам не сказала. Мы собираемся зарегистрировать гильдию «Возрождение», а вы будете членами ее передового отряда. Ну как вам идея? — Луна неловко улыбнулась, словно и правда забыла рассказать всем раньше. — Отлично! Мне очень нравится, — у Рея аж глаза загорелись от таких новостей. — И правда здорово. Но зачем? — Элли уже что-то подозревала. — Я хочу захватить власть в городе, в долгосрочной перспективе. — Чего?! — хором воскликнули двое. — Эх, вам ещё многое предстоит узнать о моих планах... В течении ближайших пяти лет я собираюсь свергнуть Доарда, и уничтожить культ разрушения, — беспечно произнес Алан размахивая вилкой. — Опять помереть вздумал? — негодовал Рей. — Нет, на этот раз я буду осторожен. Пять лет это на самом деле очень оптимистичный прогноз. Даже не знаю, на сколько это всё на самом деле затянется. Боюсь, что это будет очень, очень долгий путь. — Главное что бы он не кончился рано, — мрачно ответил Рей. — Угу. Я уж постараюсь, но и на вас рассчитываю. — Опять вы о своих мрачных штуках говорите, — вмешалась Луна, — лучше скажите мне: вы с Элли идете на сегодняшний праздник? — Идем идем. Мы постараемся вам не мешать, — подмигнула Элли. — А во сколько он начинается? — спросил Алан. — В 3 часа дня. Мы с тобой пойдем заранее, что бы кое что ещё купить, так что собирайся, — Луна встала из за стола и побежала в свою комнату. *** — И что нам тут нужно? — парочка стояла в центре шумной толпы на торговой площади. Сегодня тут было слишком оживленно даже для воскресного дня. Людей было так много, что даже сдвинуться куда то с места было тяжело. — Нам нужен магазин магических камней, — Луна пыталась высмотреть что нибудь, но вывески скрывались за толпой. — Эх ты... Давай сюда, — Алан вдруг схватил девушку за бедра и посадил на плечи. — Ч.ч.то ты делаешь?! — запаниковала смущенная Луна, но сопротивляться не стала. — Видно что нибудь? — Д..да... На севере есть один... — её голос звучал странно, но Алан не обращал на это внимания, и уже осторожно расталкивал толпу. — Оно? — он показал пальцем на высоченный портал, вмонтированный в дом, когда они наконец вырвались из толпы. — Угу. Может отпустишь меня уже? — неуверенно ответила Луна, будто сама не хотела слезать. — Конечно, — Алан с легкостью поставил покрасневшую девушку на землю, и они вошли в портал. — Ого, — вырвалось у Алана, когда он только увидел «помещение» по ту сторону портала. На самом деле это был огромный остров, висящий высоко в небе посреди океана, что прекрасно понятно по шуму воды и отсутствию другой суши на горизонте. Они как раз находились на краю острова. — Мы точно в магазине? — он с недоверием осмотрелся, но повсюду на покрытом зеленью острове острове и правда стояли продавцы за прилавками, с множеством товаров. — Никогда тут не был? Это международная магическая торговая площадь, сокращенно ММТП, — Луна с умным видом показала на другие «зеркала-порталы», — сюда ведет множество порталов, и тут есть торговцы со всех кусочков мира. Это место считается очень престижным, и получить возможность продавать тут что-то, на самом деле достижение для торговца. — А ещё это место охраняется лучше, чем наша академия, — мрачно произнес Алан. Он уже ощутил немыслимое количество охранных барьеров и затаившихся по углам охранников. — Охрана здешних мест спонсируется как академией, так и правителями отдельных городов, так что это не удивительно. Тут есть как «государственные» лавки, так и частные, и они тоже иногда нанимают свою охрану. Нам кстати нужна воооон та лавка, — девушка указала пальцем на одиноко стоящий на краю домик, с символом граненого камня над дверью, и парочка направилась туда. По пути Алан пытался высмотреть ещё что-нибудь полезное, и действительно нашел немало интересных штуковин, но вот цена сильно кусалась. Не успев даже потратить деньги, они подошли к лавке. — Кого там еще принесло? Я же сказал, что не работаю сегодня, — послышался недовольный старческий возглас, как только парочка зашла в лавку. — Простите, мы... — Луна пыталась найти слова. — Нормально нормально, вы мне нравитесь, — вдруг переменился в лице и интонации седой, почти лысый старик, и сразу же подобрел. Подойдя к Алану, он почему то долго смотрел ему в глаза. — Интересные символы у тебя на глазных яблоках, парень. Увлекаешься зачаровательной каллиграфией? — ухмыльнулся он, начав ходить по своей лавочке кругами меж витрин, в поисках чего-то. — Я не.. — Можешь не отвечать. Я и так знаю, что в твоем возрасте невозможно нанести такое зачарование, — вздохнул старик, выбирая пару камней, и бормоча что-то себе под нос. — Вот. Вы ведь за этим пришли? — он протянул Алану несколько камней оценки в руку. — Ого. Как вы узнали? — А ты похоже, тут впервые? — Просто мастер дает их бесплатно, — улыбнулась Луна. — Верно. Ни на что другое у вас в этом магазине не хватило бы денег. Это самый дорогой магазин зачарованных камней на континенте, — с важным видом объявил продавец. — У вас тут случайно нет камней атрибутов? Поинтересовался Алан. — Есть парочка, но ты на них и за всю жизнь не накопишь, — рассмеялся старик. — Не удивительно, — парень с улыбкой принял свое «поражение», — спасибо вам за теплый прием. Можете быть уверены, что я ещё сюда вернусь, и куплю у вас абсолютно всё, — ухмыльнулся он напоследок. — Что ж, посмотрим. Вдруг ты обеспечишь мне безбедную пенсию? — рассмеялся продавец в ответ, и парочка покинула лавку. — Странный он какой то, и явно много знает. Возможно, даже слишком... — рассуждал Алан вслух. — Ещё бы он не знал много. Это один из старейших мастеров внешнего зачарования на Флегрейсе. Поговаривают даже, что он создал себе камень бессмертия, и в итоге живет десятки веков. — Для людей это возможно и без камней бессмертия. Ну или было возможно... — задумчиво ответил Алан. — Это ты о тех «древних» людях? — Именно. Интересно, а я сам то теперь старею после поглощения грехов? Эти символы на моих глазных яблоках, прямо как у Хокмы. — Поживем увидим. Но я бы тоже не хотела стареть, если ты вдруг окажешься бессмертным, — надулась Луна. — Я что нибудь придумаю и для тебя, если это окажется правдой, улыбнулся парень. *** Наступал вечер, и праздник был в самом разгаре. Весь город уже украсили множеством фигурок драконов, и даже бедный квартал людей не смог избежать праздника. Удивительно, как быстро преобразился город. И вот едва Рей и Элли, переодетые в традиционную для праздника одежду, напоминающую японские кимоно, добрались до «точки сбора» назначенной Луной, как тут же услышали знакомые спорящие голоса. — Мы пойдем в этот! — упорно наставила Луна. Она точно как и Алан, была одета в традиционную праздничную одежду, с узорами в виде каменных драконов. — А я хочу сюда, — с ухмылкой отвечал Алан. — Но там нечего делать! Мой на много интереснее. Почему ты мне не веришь? — протестовала девушка. — Я просто не люблю огромную морковь, — Алан разводил руками. — Может не будете ссориться, и сходите в оба? — предложил появившийся из за угла Рей. — Но мы никак не успеем в оба, — Луна грустно указала на магические часы рядом с порталами, показывающие один час. — И правда, сложный выбор... — Ладно, пойдем в твой, — наконец решил Алан, и почесав затылок, лениво вошел в портал. — Вы извините, я побежала, — Луна растерянно поклонилась друзьям и тоже скрылась в портале. *** — И что тут надо делать? — Алан осмотрелся, но кроме зеленого леса вокруг ничего не было. — В правилах было написано, что нужно найти одну «огромную морковь», и тогда мы получим приз. — А как выйти? — В центре леса должен быть портал, — Луна указала на синее свечение вдалеке. — Понятно. Это ведь не обычная морковь, да? — Алан попытался использовать магические чувства, но что-то ограничивало его радиус обзора чуть ли не до одного метра. — Магия не поможет, — наконец выдохнул он. — Тихо, смотри... — Луна шепотом указывала пальцем на нечто, выглядывающее из земли в паре десятков метров от них. — Какая огромная! — парень смерил взглядом торчащую из земли гигантскую морковь. Она судя по всему была живой, потому что иногда подергивалась, — ну и жуть. — Как будем ловить? Ставлю все деньги, что она убежит как только мы приблизимся. Я не готов проигрывать моркови... — Может обойти её с двух сторон? — у Луны тоже не было идей на этот счет. — Вряд ли сработает, но попробовать стоит. Рассредоточившись, «отряд» начал окружать ничего не подозревающую морковь, что весело дергалась в земле. Несколько мгновений, и она уже нервно брыкается будучи выдернутой из земли. — И всё? Так прост... — Слова Алана застряли у него в горле, когда он ощутил позади себя гигантскую ауру и страшный грохот. Машинально войдя в режим святого, он кажется своей аурой разрушил сдерживающий в здешних местах магию барьер. — А это было в сценарии? — приняв боевую стойку и закрыв собой Луну, парень в шоке смотрел на гигантскую морковь вырастающую из под земли до небес. От ауры этого существа в измерении поднялся страшный ветер и деревья были готовы вот вот сломаться. Что хуже, существо готовилось атаковать какой то разрушительной магией. — Дерьмо, — проскрипел Алан зубами, и начал поднимать сотни барьеров. Судя по ауре этой «морковки», он никак не сможет ее победить, но вот сдержать магическую атаку наверняка. Хотя, есть и другой вариант. — Ал, тут что то не так... — тянула его сзади за одежду Луна. — Подожди, оно что-то заряжает, — парень поднял еще больше барьеров, и теперь они визуально напоминали цветок из множества наслоившихся друг на друга лепестков. В этот же момент, откуда то из области центра противника начало появляться свечение, и когда оно наконец достигло пика, то в барьеры ударил страшной силы черный луч. «Так ты всё таки настоящая? Интересные у вас аттракционы,» — завопил Алан, резко отменив все барьеры и одним движением руки, применив антимагию. В рассеивание он вложил так много маны, что за его рукой во время движения протянулся синий след. Едва черный луч рассеялся, как он вызвал меч. «Я то думал, это иллюзия, а вы оказывается убиваете своих посетителей? Теперь моя очередь,» — Алан взмахнул увеличившимся в размерах мечом, разрубив врага на две половины, а потом ещё раз, и еще раз. Порубленные куски с грохотом падали на землю как части небоскреба. Некоторые из них в полете превращались в черную пыль. — Алан, эта пыль, посмотри! — Ты о ней что-то знаешь? Никогда раньше не видел, — с трудом отдышавшись ответил парень. — Ну да, ты ведь был без сознания... Это след аномалии, — девушка опустила всё ещё напряженную руку Алана с мечом. Бой он уже выиграл, но вот что стало с другими посетителями? — Неужели аномалия пробралась сюда? А если... — Что то резко осознав, парень рванул к порталу, рядом с которым уже лежало множество тел. Многие из них были ранены, некоторые мертвы, а рядом с едва тлеющим порталом стояли антропоморфные существа из темной материи, качаясь словно живые мертвецы. — Лу, сможешь разобраться с ними? Я должен помочь этим людям. Лови, — Алан бросил своей девушке меч, и та поймала его с удивительной легкостью, несмотря на вес меча в несколько сотен килограмм, начав грациозно рубить врагов. «Её стиль боя отличается от того что бы на турнире. Тут она не жалеет сил. Никогда не видел таких грациозных манипуляций локальным временем. Она словно двоится. Лучшая,» — с трудом улыбнулся парень, увеличивая радиус малого исцеления, и погружая всё поле в золотой свет. Его режим святого почти иссяк, и исцеление потратило всю оставшуюся ману, но этого хватит. «Остальное на тебе,» — едва успел подумать он теряя сознание, и глядя на метающиеся перед порталом серебряные волосы. *** «Опять я отключился,» — подумал Алан открыв глаза, и увидев над собой ночное небо, озаренное огнями. Он лежал на чем то мягком, а вдалеке шумели ночные фейерверки. — О, ты очнулся, — над ним появилось лицо Луны. — Ты справилась? Молодец, — слабо улыбнулся парень. — Это ты молодец, — девушка вдруг поцеловала его в лоб. — Я.. — парень смутился, — похоже я опять испортил всем праздник. Почему то рядом со мной постоянно происходят очень странные вещи, — с трудом вздохнул он. — Нет, это вина аномалии. К сожалению это было не только в нашем портале, но и в остальных. Перед нами уже извинились. Они очень хотели видеть тебя, но ты был без сознания, так что я сбежала... Кстати ты очень тяжелый. — Ты серьезно несла меня на руках, как принцессу? — ухмыльнулся Алан. — А что ещё делать в такой ситуации?! Ладно. Я сказала им адрес и твое имя, так что завтра нас ждет головная боль, — Луна безнадежно помотала головой. — Но зачем? Разве не проще было просто сбежать... — Мы спасли им жизнь, Алан, и ты в частности, — серьезно ответила девушка, — эти люди хотят поблагодарить нас, и у нас нет морального права отказывать им. — Согласен. Я бы тоже чувствовал себя ужасно, если бы не мог поблагодарить кого то, кто спас мою жизнь, — кивнул Алан. — Ты ведь и мою жизнь спас, — нежно улыбнулась Луна, пока ворошила волосы парня, — я думала что это иллюзия. Что-то такое должно было входить в программу. — Я тоже так подумал, сначала. Только вот аура была чудовищной даже для иллюзии. Я много разных тварей видел, и эта оказалась уж слишком правдоподобной, — вздохнул Алан. — Аномалии становятся всё смелее, — Луна тревожно посмотрела на ночное небо, — одна появилась несколько дней назад прямо на мосту перед академией. Одну случайно призвал ты. Теперь вот фестиваль. Не удивлюсь, если они начнут появляться даже в академии. — Это врядли. — Почему? — Академия это территория другого бога. Там из влияния аномалий разве что нарушение магических потоков, но оно неизбежно для любого пространства. — Какого ещё другого бога? Неужели ты о той старой байке? — удивилась девушка. — Что если я скажу тебе, что видел бога марионеток лично? Ну или по крайней мере момент из его прошлого. — Ты и правда странный... Ты это серьезно? — Да. В день поступления в академии сломались порталы, и мы с Ноктом вышли через обычную дверь. Только вот лестница вела судя по всему в альтернативную версию академии. Уверен, что порталы как раз таки маскируют проходы в эту самую «старую» академию. — Пространство на пространстве... Этот мир удивителен, — прошептала девушка, всё ещё пытаясь поверить в только что услышанное. — Согласен. Ты лучшее что со мной случалось, — улыбнулся парень. — Чего ты.. почему ты хвалишь?! — покраснела Луна. «Потому что никогда раньше этого не делал, и потом пожалел,» — подумал Алан, но в ответ только тепло улыбнулся. Причина его слов не важна, если они сейчас искренние. — Ты тоже слишком идеальный для меня, — печально посмотрела на него девушка, — за тобой я действительно чувствую себя в безопасности, каждый раз, — в памяти Луны мелькали фрагменты её давнего сна, — Ал, я не хочу, чтобы из за твоей заботы обо мне повторились прошлые события. — Не важно что будет со мной, но я никогда больше тебя не оставлю, — Алан погладил девушку по щеке, но она стала лишь печальнее. — Тем более если ты так говоришь... Ты ведь слишком безрассуден. — Угу. Особенно когда дело доходит до тебя. Я просто не могу сидеть сложа руки. — Но ведь это может однажды и погубить тебя, — едва не плакала Луна, — нельзя так стараться ради других. — Я бы может и не старался, но тогда моя жизнь потеряет много смысла, так что я не могу, — немного помолчав, он добавил: — но и видеть твоих слез я не хочу, так что с завтрашнего дня я начинаю становиться сильнее. Любые методы, только чтобы ты больше не волновалась обо мне. Идет? — Хорошо, тогда я тоже стану сильнее. У меня уже есть для тебя пара зелий, которые я сварила лично. Они должны помочь с лимитами. Попробуешь? — Обязательно. Жаль только, что даже наш последний выходной оказался таким беспокойным. ---------- Немного лучше. Я проснулся в 7 утра, но дома никого уже не было. Луна убежала на учебу, Рей охотиться, а Элли вообще выполняет задания гильдии авантюристов. У меня же до завтрашнего дня «больничный». Изначально предполагалось, что я буду лежать в отключке на много дольше... Хах, кто ж знал, что всё так обернётся. Достав один из камней оценки ранк, я использовал его в «святом», и он показал мне 30522 очка. Получается, что без усиления у меня сейчас около 3000. Вопрос только в том, откуда конкретно появились эти 500 очков. Либо это из за зелья, либо из за того что я использовал кучу маны на празднике. Есть только один способ узнать правду, и раз уж дома никого нет, то я им воспользуюсь. Нужно только немного подготовиться, чтобы не тревожить соседей. Всё таки не хотелось бы проводить тренировки за чертой города. *** Как я и думал, у этого дома есть подвал. Это значительно облегчило мне задачу, ведь подвал не жалко. Он ещё и выглядит как старые добрые тюремные камеры монастыря Темпест. Навевает воспоминания. Прихватив зачаровательный карандаш и захлопнув за собой дверь в подвал, я вызвал шарик света и начал чертить. Чертил я прямо на стенах, круглые сигилы не пропускающие потоки маны. Это нужно, чтобы я во время своих тренировок не «светил» аурой из подвала на пол города. И пусть сейчас эта проблема не так актуальна, но позаботиться о ней лучше заранее. Жаль только, что на 100% изолировать помещение невозможно. Зачарование кстати штука интересная, но опасная. Сигилы как правило состоят из симметрично расположенных геометрических фигур, и в некоторых случаях из специальных символов. Так вот если ошибиться с фигурой или символом, то можно не только впустую потратить карандаш, но и случайно создать сигил который начертателя убьет. По этой причине сигилы я выводил очень медленно. Судя по тому что я читал, буквально вся история науки зачарования построена на костях ученых, ведь какой то закономерности в эффекте от символов или фигур замечено не было. Иными словами всё что может зачарователь, это наугад складывать формы в попытке создать сигил, который его не убьет, либо использовать уже всем известные комбинации. Так вот я не понимаю одного: почему никто всё ещё не выяснил, как между собой взаимодействуют символы внутри сигилов? Конечно, с первого взгляда логики там не найдешь. Например: три треугольника и сфера в центре, это простейшее зачарование повышающее прочность и защиту. Его часто можно заметить на кулаках у специалистов кулачного боя и боевых искусств. У Элли например такие тоже есть. Целых 4. При этом если поменять один из треугольников на любую другую фигуру, или заменить все треугольники, то эффект будет нулевой. «Эй, Байл. Ты что нибудь знаешь о взаимодействии символов в сигилах?» — мысленно обратился я к одному из умнейших грехов, попутно вычерчивая последний сигил, состоящий из 25 квадратов. «Не знаю, но пытался выяснить,» — пробурчал вечно недовольный голос, — «в чистилище сигилы работали очень плохо, потому что это место само по себе имеет один очень большой, нестабильный сигил, и он блокирует работу других». «О чем это ты?» — я удивился, впервые услышав о «сигиле чистилища». «Ты действительно не знаешь? У мощных магических мест, созданных при помощи магии разумными магами, часто есть «сигил управления». Обычно он располагается на спине или груди у того, кому доверено право управлять самим местом. «У чистилища тоже такой есть?» — я уже начинал думать, что пора бы возвращаться туда. «Даже не пытайся заполучить его. Им владеет посланник правила людей. Вернее, созданная Осмой копия посланника, но она по силе не особо уступает оригиналу,» — старик на мгновение замолк, — «Так, всё. Я сейчас буду играть в шахматы, так что у меня больше нет времени на пустой трёп,» — лишь сказав это, он пропал из моего сознания. Они там серьезно играют в шахматы? Как?!... После этого краткого разговора меня волновал уже другой вопрос: сигилы управления одинаковые для каждого «магического места», или нет? И могу ли я допустим получить контроль над академией, если начерчу на себе такой же сигил как у директора? Что-то я сильно в этом сомневаюсь. Скорее всего они уникальные. Если это так, значит кто-то уже научился создавать собственные сигилы. Нужно будет углубиться в эту тему, а пока что, тренировка. *** Тренировка сходу не задалась. Едва я увеличил ауру просто перестав её сдерживать, как сигилы на стенах посыпались. Я надеялся что этого не произойдет, но похоже переоценил свои навыки начертателя. К сожалению более сложных сигилов такого рода я не знаю. И я бы мог пока закрыть на это глаза, но появилась вторая проблема: в святом режиме моя аура ведет себя странно. Я почувствовал это совсем недавно, но сила самой ауры явно выше 30000 ранк. Это противоречит основным законам аур, поскольку обычно сила ауры равна объему маны, но у меня всё ни как у людей. Я это всё к чему: стены рушатся, когда я не сдерживаю ауру. То ли тут кирпич хлипкий, то ли я не знаю что, но аура заметно так на него давит. Потому подвал тоже не вариант. К счастью, недавний разговор с Байлом помог мне вспомнить нечто безумно важное. Надо быть полным идиотом вроде меня, чтобы забыть что-то настолько значимое. «Ты можешь открыть портал в чистилище?» — обратился я к убийце богов, вернувшись в комнату Луны и призвав двухметровый серебристый клинок. «Могу. Открывать?» — ответил привычный голос. «Постой. Как часто ты можешь открывать портал туда и обратно? Я не хотел бы застрять там ещё на год.» «На восстановление уходит примерно 10 часов.» Ответ меча меня порадовал. Возможно я даже успею к ужину, если только не забуду вернуться. Написав записку на всякий случай, я оставил её на столе, и вошел в уже ожидающий меня синий портал. *** Свежий воздух и голубое небо — не тот вид, к которому я привык в этом месте. Сидя на краю башни Заама, что подвешена над пустотой, я наблюдал за кипящей «жизнью», если её так можно назвать, на основном острове. Отсюда прекрасно видно и уже восстановленную деревню, и поля надгробий, и даже храм узурпаторов вмонтированный в мощную горную гряду. На момент мне даже захотелось слетать туда, но магическое пространство тут неизведанное. Если что то помешает полёту... Урон от падения я не переживу, если там вообще есть куда падать. — Нет, там абсолютно ничего нет, — послышался спокойный голос Заама рядом со мной. Подняв голову я увидел всё того же асура-подобного, седого здоровяка. Он смотрел куда то вдаль, сложив руки на груди. — Как ты смог материализоваться? — я был немного ошарашен появлением одного из грехов. — В чистилище на тебя действует меньше ограничений. Тут у тебя есть возможности, до которых в обычном мире пока никак не дотянуться, — загадочно ответил он. — И что это значит? «Кхм,» — слева от меня послышался шорох. Повернув голову я увидел стоящего рядом седого старика в невероятно изношенной серой робе. Это был Байл. — Наш крепкоголовый друг имеет в виду, что в чистилище у тебя есть уже 50% возможностей от беатификации. На самом если бы не оно, — Байл поднял палец указывая куда то в небо, — то были бы и все 100. Это и позволяет нам материализоваться. — А 50% мне не хватит, что бы победить предвестника? — Может и хватило бы, но у тебя нет навыка, и это всё ещё не полноценная сила, — сурово оборвал меня Заам. — Соглашусь с громилой. Но так или иначе, ты уже почти король этого места. Это только вопрос времени, как скоро ты полностью овладеешь им, — подбодрил меня Байл. — Я бы не советовал спешить с этим, если ты не хочешь ощутить на себе «Голод убийцы богов,» — вдруг задумчиво произнес Заам, разглядывая мой меч. — Что ещё за голод? Откуда ты вообще о нём узнал, если никто этим мечом не пользовался? — всплеснул я руками. — Он мне сам рассказал, — удивленно ответил Заам. — Сам? Где? — Ну там, где мы все обычно находимся, когда ты в своем мире. — И как он выглядит? Что говорит? Обо мне было что-нибудь? — О тебе ничего. В основном он говорит о себе... Выглядит как мальчик лет восьми, в одежде точь в точь как у тебя, разве что на десять размеров меньше. — Мальчик значит? Ну я так и думал. Этому мечу еще расти и расти, — усмехнулся я, и ощутил угрожающее негодование от меча. — Кстати, Алан, — обратился ко мне Байл, — а ты не хотел бы попробовать ещё раз пройти 100 этажей? — Разве там что-то есть? Грехи ведь пали. Я лично видел, как ушло проклятие. — Это не совсем так, — Байл посмотрел на небо, ощущая давно утраченную свободу, — этажи башни, это отдельные миры. На некоторых этажах целые народы всё ещё нуждаются в помощи, я уверен. — Но какие у них могут проблемы после падения грехов? — Самые разные. Не все этажи башни находились под влиянием грехов, в том числе и секретные. К тому же... — Байл помрачнел, — я выяснил это очень давно: у чистилища нет защиты от всеобщего негативного влияния, пока «Убийца богов» разделен. — И что это значит? — Сюда медленно проникает разум диких богов. Их мана просачивается сквозь междумирье во все миры, и в тех, где защиты нет, зарождается ужас и безумие. Этажи прогнивают насквозь, и души перерождаются в нечто ужасное. — В нашем безымянном мире происходит тоже самое? — Естественно, — Байл с умным видом кивнул головой, — но для нас влияние богов из других миров не так заметно, потому что у нас и своих хватает. — Интересно. Я раньше никогда об этом не думал. Получается ведь, что боги могут перемещаться между мирами? — Только очень сильные боги способны войти в междумирье, и выйти из него в нужном месте дважды, но да, ты прав. Впрочем, бывают и исключения. Нашу расу людей в этот мир привели через междумирье, хоть мы и не знаем откуда. Два древних предка всегда молчали на этот счет. — Как же много ты знаешь! Поразительно, — я искренне восхитился знаниями Байла. — Это всё мой атрибут: «Пожиратель смысла», — мрачно заметил он, словно не считал эти заслуги собственными, — меня поместили в «новое поколение», потому что я слишком много знал. Я знаю вещи, знать которые не мог бы физически. — Его побаивался даже мой отец, — серьезно добавил Заам. — Напрасно. Я ничего не знал об Осме и о тебе, хоть и очень хотел, но атрибут никогда не приносил мне таких знаний. — Слушая о ваших силах, мне начинает казаться что я стану настоящим богом, если получу всё это, — неловко рассмеялся я. — Ты станешь чем то большим, нежели богом, — как бы в шутку прошептал Байл, — до правила может и не дотянешь, но из живых и мертвых тебе вряд ли кто-то будет соперником. Не представляю только, на сколько широкую душу тебе нужно иметь. — Да, кстати об этом. Я ведь сюда пришел тренироваться. — Помочь? — Заам со злобной улыбкой размял кулаки. Давно я его таким не видел. — Раз уж ты тут, то я не имею права отказывать, — улыбнулся я, спрятав клинок. Я уже знал, что ближайшие 10 часов будет больно. *** «Ох...» — я буквально вывалился на пол комнаты из портала, побитый но довольный. Тело болело так, словно я до этого и не проходил чистилище, а настоящие испытания начались сегодня. — Кто это тебя так? — ко мне подбежала Луна. До этого она кажется что то читала на кровати, а теперь пыталась осмотреть мои раны. — Всё в порядке, это можно сказать, я сам себя... Пх, — я хотел засмеяться, но боль не дала, — я буду в норме через часик, не волнуйся. Я кое как дополз до кровати, и скинув с себя серый плащ, камнем упал на простыню. В сегодняшнем бою мне пришлось использовать весь свой арсенал. — Так с кем это ты подрался? И как там вообще в чистилище, — девушка села рядом и потрогала мою израненную спину. — Да Заам мне сегодня решил позвоночник вырвать шутки ради. Пришлось изрядно побегать, чтобы убедить его, что это не лучшая затея. — Он освободился? — напряглась Луна. — Неа. Просто в чистилище он может материализоваться, прям как духи. Наверное и в этом мире сможет, когда я достигну какого то % беатификации. Кстати надо будет посоветоваться с мечом на счет 10% или хотя бы 7%. — Понятно... Но если не будешь себя беречь, то я убью тебя раньше, — девушка погрозила мне кулаком. И она ведь не шутит. — Хах, может быть я и не против, — я спокойно улыбнулся и закрыл глаза, — а у тебя кстати как в академии все прошло? — Спокойно. После того как ты появился, на первых-вторых курсах ко мне стало поменьше внимания. С уроками всё сейчас гладко, и после фестиваля почти все остались довольны. Я потом покажу тебе, что девчонки делали на конкурс. — А Фрей? Не появлялся? — Неа. Я сегодня где то услышала, что он вышел за лимит и теперь месяц не появится в академии. — Здорово, если это правда. Вы кстати давно знакомы? — С первого курса. Он... — Луна замешкалась, — он предлагал мне встречаться на первой церемонии поступления. Конечно же я отказала. — Ну это всё объясняет. В частности его агрессию к тебе, — печально заметил я. — Знал бы ты, как было страшно по началу. Когда я только поступила, то была словно другим человеком. Зажатая и закомплексованная. — И ты так разительно изменилась за год? — За день. Я изменилась после одного случая на четвертой неделе обучения... — девушка чуть не проглотила последние слова. — Можешь не рассказывать, если тебе тяжело. — Всё в порядке. Тебе стоит знать, — я ощутил, как Луна ворошит мои волосы, — так вот, в тот день весь наш класс стал свидетелем изнасилования, — печально произнесла она. — Чего? А как... — К сожалению участников этого инцидента уже нет в живых. Я не хочу вдаваться в подробности, да и честно говоря не помню их. Этот день как в тумане. Хорошо запомнила я только опустошенный взгляд бедняжки, и слова о том, что все парни ублюдки, которые она повторяла без конца. — Такое и правда лучше не вспоминать. После этого ты стала так недолюбливать парней? — я посмотрел на девушку, но она была на удивление спокойна. — Это было последней каплей. Нервы у меня сдавали с первого дня обучения: сначала Фрей, потом другие парни которые никак не переставали ко мне клеиться. Потом на меня начали в тайне обижаться одноклассницы, ведь я «увела всех мальчиков». Потом оказалось что я хорошо учусь, и вот уже «учителей охмурила». — Да уж. Потерпи ты ещё пару недель, и тебя бы начали открыто травить, — печально заметил я. — Угу. По этому я и решила действовать так радикально. Парни меня всё равно не интересовали, кроме одного. Честно даже не знаю, как мне получилось так изменить отношение к себе. — Натерпелась ты тут конечно без меня, но больше такого не повторится. Вот, смотри: я разбил магический камень, и в воздухе повисла цифра 3150. — 100 ранк за один день тренировки! По моему это немыслимый результат. — И правда, — удивилась Луна, — что ж ты там делал на этой тренировке? Ну кроме получения новых ран... — Да всё что мог. Мне сегодня пришлось использовать буквально всю магию, какую я только знал. Сначала Заам был весь такой добрый и веселый. Много шутил и мало бил. А потом я пропустил один удар, и он как начал лупить без остановки. Я пытался левитировать, но он прыгал и хватал меня за ноги... Щиты из камня не работают, а металл который я смог создать только один раз он раздробил как песок. В итоге я принял бой... Было больно. — И всё таки из того что ты рассказывал, он на греха гнева не похож, — задумалась Луна. — Верно. Обозначение грехом это только условность. Я это понял ещё когда пришел к «Гордости», а он мне сдался в середине боя. Даже не стал две руки использовать для удара, заранее приняв поражение. Разве это можно назвать гордостью? — Сомневаюсь. — Вот и я о том же. Из всех грехов только алчность подходит под свое имя, но о ней я даже говорить не хочу. — Всё это так сложно, — Луна зевнула, и я вслед за ней. Время уже было позднее, и к ужину я в итоге опоздал. — Может поспим сегодня вместе? — вдруг предложил я, внезапно даже для себя, — ну в смысле, если ты не против... — Всё в порядке. Я сама хотела предложить. Тем более ты уже несколько дней единолично занимаешь мою комнату, — девушка злобно надулась, — ты в ванную не собираешься? — Мне это не нужно, — ухмыльнулся я. — Свинья. — Нет, маг! — я гордо щелкнул пальцами, и моя одежда и кожа стали кристально чистыми. — Я тоже знаю это заклинание, но неужели тебе не хочется иногда посидеть в теплой воде? — В одиночестве — не очень. — И не мечтай, — смущенная девушка пулей вылетела из комнаты, а я остался дожидаться её. По итогу прошло не так много времени, как я уже ощутил знакомый аромат. Лу предусмотрительно взяла сорочку с собой, и потому «неловкой ситуации» не вышло. — Отличный шампунь! — воскликнул я, как только она зашла в едва освещенную луной комнату. — Ты не умеешь делать комплименты, — Луна ущипнула меня за щеку, и прыгнула под одеяло. Время уже позднее, и завтра нам нужно на учебу. — Спокойной ночи, — зевая пробубнила она с другого края кровати. — Угу. *** Прошел час, а сон всё не приходит. От того ли это, что я сплю не у окна, или потому что впервые засыпаю с девушкой в одной постели, но спать совсем не хотелось. — Ал, ты спишь? — вдруг тихо послышалось с другого края. — Неа. Никак не уснуть. — И мне... — А тебе то почему? Ты ведь всегда такая бодрая. — Это иллюзия. На самом деле... мне постоянно снятся кошмары. Почти каждую ночь. — Со мной? — Угу. Ты в них раз за разом жертвуешь собой, сражаясь с какой то огромной тварью, а я всё убегаю и убегаю... — А я ведь тоже видел этот сон, еще в чистилище. Там такая высокая тварь с огромным мечом, да? Я ещё ловлю его рукой, и говорю какую то пафосную фразочку в духе аниме персонажей. — В духе кого? — Как нибудь покажу тебе, если получится развить в этом мире технологии. В крайнем случае вернемся в мой... — я повернулся к девушке лицом, и наши взгляды встретились. — А мы правда можем попасть в твой мир? — её золотые глаза блеснули. — Если я стану достаточно сильным. Меня ведь в этот мир тоже «привел» бог. Однажды это обязательно должно случиться. — И что мы будем делать тогда? — Посмотрим и уйдем. Там ничего интересного нет. Я не намерен покидать «безымянный мир» навсегда и даже надолго. Разве что жизнь заставит. — В твоем мире и правда не было магии? — девушка приблизилась ко мне, и обняла, уперевшись носом мне в грудь. — Да. Хотя сейчас, когда я знаю о «междумирье» и «влиянии богов», мне начинает казаться, что это неправда. Возможно мой мир просто был лишен магии, или отрезан от маны. Невозможно, чтобы в сети магических миров был один, где маны просто нет. — И как это, жить без магии? — прошептала она засыпая. — Ужасно. Ты словно в клетке, и всё что у тебя есть, это твое слабое тело, да несколько десятков лет жизни. В моем мире только полёт фантазии спасает людей от безумия, — я тихо закончил фразу, и Луна уже спала. Пора и мне на боковую. Завтра после учебы я намерен ворваться в подполья Тидаса, и кое что у них позаимствовать, если подготовка пройдет гладко. ---------- Обстановка внезапно накалилась. 7 утра. Луна собирается в академию, а я смотрю в окно на восход, и пытаюсь хоть что нибудь понять, ведь уснуть у меня так и не вышло. Пришлось слушать утренних птиц, и наслаждаться видом спящей Луны, вцепившейся в меня, как будто я вот вот исчезну. Даже проснувшись и начав собираться, она украдкой поглядывала на меня, не скрывая легкого смущения. Девушка мечты, не иначе. Удивительно только, как быстро мы на самом деле сблизились. Перематывая в памяти некоторые моменты из нашего недавнего общения, мне всё же кажется, что она сохранила свои воспоминания. Хоть она сейчас и ощущается совсем иначе, но это всё та же Луна. Даже не знаю. Возможно чувства в нашей вселенной стоят выше воспоминаний, где то на уровне сознания? Ведь сознание тоже переносится между душами и телами. Иначе как я смог остаться собой, полностью раздав душу другим? Да и изначальное перерождение соединило души... Но в тоже время атрибуты ведь изменяют сознание владельцев. Значит их влияние распространяется не только на душу, и идет куда то «глубже»? А куда? Честно говоря, вопрос это чересчур сложный. Может быть я еще вернусь к нему в очень очень далеко будущем. Сейчас же стоит подумать о ближайшем настоящем. У меня есть несколько планов, и все они привели меня к одному выводу: нужно узнать условия создания гильдии. — Всё, я побежала, — Луна помахала мне рукой, и стремительно скрылась за дверью, блеснув белой формой и короткой юбкой. Мою накидку она всё чаще оставляет дома, видимо потому что теперь у неё есть целый я. Мне бы тоже надо спешить в академию, но сначала я должен составить план на день. Так вот, о чем это я... Изначально я хотел ограбить подполья Тидаса, но за ночь успел дважды усомниться в этом решении. Мне очень нужны деньги, и у них они явно есть. Дело всё в том, что на создание гильдии скорее всего, нужен очень большой взнос. Я не могу просить такие деньги у друзей, но и заработать их быстро вряд ли выйдет. А ещё так сложилось, что грабить хороших ребят мне бы совесть никогда не позволила. Но что на счет криминальных прослоек здешних мест? Их деньги вряд ли когда то ещё увидят своих изначальных обладателей, и при этом подпольные организации спонсируют не только рабство, но и «неофициальные» гильдии ассасинов, а также контрабанду и наркотический трафик. И я мог бы убить миллион зайцев одним ударом, просто выкрав у них как можно больше золота, но я не знаю, насколько они сильные, и какие кланы за ними стоят. Для начала мне наверное стоит вспомнить, какая вообще политическая и иерархическая система действует в Тидасе на самом деле: управляет городом совет четырёх кланов, а именно клана людей, эльфов, зверолюдей и «свободный клан» для всех остальных. От каждого клана в совет входит два старейшины, и того восемь персон. Есть ещё главный старейшина, отвечающий за решение конфликтов внутри советов, и он как ни странно, человек. Хотя на самом деле это не так удивительно, просто потому что он сын директора академии Тидаса, и совет никак не может спорить с коалицией в таких вопросах. Собственно говоря, именно этот совет и управляет городом. Все остальные кланы в городе независимые, можно сказать что «коммерческие», и их тут порядка сотни, но большинство не заслуживает особого внимания. Кстати в городе ещё есть рейтинг кланов, но он не официальный. Нужно будет потом взглянуть на таблицу, чтобы знать конкурентов в лицо. По итогу: в идеале сегодня внимательно изучить клановую систему, и поискать способы заработать. Ограбление и криминал это конечно здорово, но врагов у меня и так немало. Конечно я мог бы обратиться к своим давним «друзьям» из порта Гинны, но это так же раскроет мою личность, да и не факт что они всё ещё мне лояльны. Потому для начала поищу нормальную работу. Может в процессе я даже стану сильнее. Такой вот план, а пока что надо в академию. Может телепортом? Хотя окно выглядит заманчивее... *** Кстати опять вернулись тучи и аномалии, но теперь они не так сильно нарушали мана-потоки академии. Я же отсидел 3 урока магических искусств, и вместо обещанного разбора личных атрибутов, мы проходили сухую теорию, которую я знал еще во второй день прибытия в этот мир. Как только третий, бесконечно долгий и нудный урок закончился, я всё же обратился к Элу с вопросом, который не давал мне покоя с самого начала: — Слушай, а где Нокт? Его нет с первого урока. — А, ты ведь был вне академии всё это время, если я правильно помню? — он мрачно посмотрел на меня, — Нокт пропал на следующий день после того, как на тебя напали бандиты. — И никого не предупреждал, что собирается куда то поехать или пойти? — Нет, — Эл перешел на шепот, — и есть мнение, что он не выходил из академии в тот день. Но я не стал бы верить слухам. Знаешь ведь, эти страшилки про пожирающие студентов коридоры... — Вот черт. Мне нужно бежать, — я пулей вылетел из класса в сторону своей комнаты в общежитии. Уж я то отлично знаю, на сколько реальны бывают эти «страшилки». Что хуже, я точно помню, как накануне того дня он предложил мне обсудить «общее дело». Во что же этот непутевый идиот мог встрять? — Алан, ты куда так летишь? У тебя аура на пол этажа пульсирует, — проходящая мимо девушка в белой форме с короткой юбкой поймала меня за локоть, и я встал как вкопанный. Студенты вокруг с интересом уставились на нас. — Пойдем со мной. Это очень важно, — я вдруг схватил Луну за руку, и повел в сторону общежития. По коридору прокатился шепот, но судя по тому что Луна называет меня по имени, слухи её уже вообще не трогают. — Что происходит? — недоумевала девушка. — Нокт, мой одноклассник, пропал. Тебе стоит знать, что он парень очень шубутной и жадный до тайн этого места, а их лучше не трогать в одиночку, да и вообще. — Я его видела раньше... И очень плохо, что пропал именно он, — мы остановились перед дверью-порталом в мою комнату. — А ты что-то знаешь? — Нет, но он дампир. Дампиры в этом городе можно сказать, «раса в серой зоне». — О, отлично, — я всплеснул руками, — только ксенофобии с расизмом ему наверное и не хватало. Даже думать не хочу что случилось, если он вдруг решил куда то залезть и что-то выкрасть, а потом его поймал кто-то не из «наших». — А что конкретно он собирался сделать? — Сейчас возможно и узнаем, но заранее могу сказать, что ничего хорошего, — я вошел комнату первым, ощутив на себе действие портала, и Луна появилась следом. Тут всё было по старому. Разве что окно открыто, и кровать Нокта не заправлена. — Он мог оставить мне какую-то записку, — я начал рыться по всей комнате, попутно проверяя всё магией, но ничего не находил, и это действительно волновало меня. Вряд ли Нокт просто «внезапно уехал домой по семейным обстоятельствам». — Смотри, тут что-то есть, — послышалось с балкона. Подойдя к Луне, я увидел следы от огромных когтей на каменных перилах. — Вот, тут ещё, — Луна подняла с пола маленькие клочки формы академии. — Всё таки ты умница, — я погладил Лу по голове, вглядываясь в отпечатки. — Слушай... А дампиры умеют превращаться в гигантских нетопырей? — Не знаю точно, но по моему всё таки нет. Это ведь особенность высших вампиров, а они очень редки, и такого точно не пустят в академию. — И какого черта тогда тут произошло? — Похоже на похищение, — Луна внимательно рассматривала глубокие следы на перилах, — но как? На территорию академии извне не проникнет ни одна негативная сущность, что уж говорить об монстрах. — Извне говоришь? А что если она уже будет внутри? — Тогда вопрос: кто держит у себя в кабинете такую огромную штуковину, и зачем. — Бога марионеток они пропустили, пропустят и такое. Мне нужно срочно поговорить с директором, — я поспешил к выходу, ощущая что все мои планы разрушены, и впереди каша, расхлебать которую будет очень тяжело. Я не могу просто игнорировать пропажу человека, что собирался раскрыть секреты этих мест, и пропал. Однажды могут прийти и за мной. — А ну стоять, — Луна схватила меня мертвой хваткой, да так, что я и шелохнуться не мог. Вот это сила. — Не принимай поспешных решений. Тебе пока нельзя светиться перед директором, и тем более конфликтовать с ним, а ты судя по всему на это и рассчитываешь. Тебе ещё долг за барьер выплачивать. Ты же не думал, что они про него забыли? — она грозно посмотрела на меня, — сначала давай лучше расспросим учителей и студентов. Проследим за слухами. Директор в любом случае ничего тебе не расскажет, даже если он каким то фантастическим образом замешан в этой истории. — Ты права, прости, — я немного остудил голову, даже удивляясь своей вспыльчивости. Луна была права на 1000% — Давай лучше сами попытаемся что-нибудь узнать. Я начну с учителей, а ты попробуй поговорить со студентами, — предложила она, — встретимся в этой комнате через 2 часа. — А твои уроки? У меня то уже всё. — Сейчас большой перерыв, да и если пропущу пару уроков, то ничего страшного не случится, — серебряные локоны скрылись за дверью. *** Я уже знал к кому обращаться. Есть в этом месте один человек, которого можно назвать моим если не другом, то приятелем. Тем более он проявил себя как человек чести в прошлом. Понадобилось порядка 20ти минут, чтобы найти его. — Ренди, у меня к тебе серьезный разговор, — похлопал я по плечу парня, стоящего в окружении трех девушек. — Простите девочки, но это похоже, действительно важно, — Ренди посмотрел на меня так, словно я его спаситель, а потом бросил недовольный взгляд в сторону девушек, — пошли, отойдем. — Так о чем ты хотел поговорить? — наш диалог перенесся под большую лестницу ведущую на третий этаж. — Нокт пропал, мой одноклассник-дампир. — Слышал да. Печальная новость, — он загадочно посмотрел на меня, и я ощутил некую фальшь в его словах. — Ты ведь в комитете безопасности академии. Вы заводили дело по поводу этого случая? — А это что, допрос? — Нет, но отвечать вопросом на вопрос не очень красиво, — я помрачнел ощущая раздражение. — Ладно ладно, не кипятись, — в шутку отмахнулся Ренди, — мы провели расследование, но почти ничего не нашли. Только следы на балконе комнаты, и записку на кровати. — Кому была адресована записка? Какое содержание? — я серьезно посмотрел на Ренди, — надеюсь ты понимаешь, что это мой сосед по комнате и одноклассник. Сегодня это случится с ним, а завтра со мной. — Да да, хотя мне до тебя уже не особо есть дело, — надменно улыбнулся Ренди. Сейчас он был сам на себя не похож, — но так и быть, на этот раз я тебе помогу. Кстати нашу прошлую договоренность я выполнил, да и как вижу, она вам не особо теперь нужна, — еще шире улыбнулся он, и мне почему то захотелось его ударить. — Записка не была адресована кому то конкретному. На ней был только один едва разборчивый сигил. Вот, она у меня с собой: Ренди протянул мне ткань наподобие марли. На ней кровью был изображен некий поврежденный сигил округлой формы. Поврежденный он потому что не симметричный, а все форменные сигилы обычно симметричные. — Ты не знаешь, что это за символ? — Без понятия, — Ренди развел руками, — на этом всё? — Да, спасибо. Могу я оставить записку у себя? — выдохнул я с облегчением. — Не можешь. Это материал дела, и по хорошему я вообще не должен был его тебе показывать. — Ладно, я понял. Всё равно спасибо. — Незачто, — Ренди двулично улыбнулся, и зашагал прочь. Всё таки сдается мне, что он не рассказал всего. Если в комнате побывали до меня, то и улики все вынесли. Может получится их выкрасть? Нужно добраться до комнат безопасности, и оценить обстановку. Главное, что бы меня не поймали. *** С замиранием сердца я остановился за углом коридора-перекрестка. Нет, не потому что меня чуть не поймали. Тут в общем то и зона была доступная для всех. Просто буквально с каждой новой минутой пребывания в этом проклятом месте, мои планы рушились, и появлялось всё больше проблем. Скорость развития событий вокруг меня, во много раз превышает скорость с которой я становлюсь сильнее, и это начинает меня пугать. Вот к примеру, минутой ранее я услышал разговор, между двумя магами из центра безопасности, рядом со входом в который я сейчас стоял: — Всё готово к завтрашней проверке? Она обещает быть суровей прошлогодней, — звучал властный голос. — Да, мы привели в норму все системы, насколько это возможно в рамках аномалий. — Это хорошо. Я еще лично проверю их вечером. — А что делать с аномалиями? — Я обсужу это с директором. Не похоже, чтобы наши справлялись. — Есть потери? — А сам как думаешь? — мрачно ответил голос. — Ладно, не будем о плохом. Но вы ведь так и не сказали, кто нас завтра будет проверять. Неужели настолько секретная личность? — Уже нет, так что могу и сказать. Ты его точно знаешь, это Иринарх. — Правая рука Доарда? Но у него же должно быть много дел, особенно на фронте... Я слышал что культы на границах с ледяными землями совсем обезумели. — И всё же он придет. Раз уж нам выпала честь встречать такого гостя, то и академия должна иметь приличный вид. Работайте, а я пока поговорю с директором на счет усиливающихся аномалий. — Как скажете, — послышался поочередный свист характерный для магии телепортации, и обе сигнатуры исчезли из зоны моих магических чувств. Несмотря на это, я всё ещё стоял не шелохнувшись. Иринарх, это человек который в прошлом, вселял в меня как ужас, так и уважение. Впервые увидев его тогда, в ложе бога вместе с белым мечником, я сразу ощутил несокрушимую мощь исходящую от этого человека. И вот что напрягало: прошел год, и он всё ещё на стороне Доарда, несмотря на сговор с белым мечником. Я должен поговорить об этом с Луной, и возможно завтра не появляться в академии. Поднимать шумиху сейчас тогда тоже нельзя, а без этого улики не найти, если они вообще есть. «Черт,» — я закрыл лицо рукой, и повернувшись, пошел обратно к комнате. Прости Нокт, но боюсь что сейчас я бессилен. Если Иринарх каким то образом узнает меня, и расскажет белому... Начнется настоящая охота, и я в ней буду не охотником, а жертвой. — Куда это ты? А как же улики? — послышался шутливый голос Ренди позади. Обернувшись, я увидел что он стоит в центре широкого коридора, в своей черной форме, и ехидно улыбается. — Какие еще улики? Я просто мимо проходил, — мрачно ответил я. — Да ладно тебе, не делай вид, что не понимаешь. Мы с тобой всего пару минут назад говорили об уликах, и вот ты тут, прямо перед кабинетом безопасности. Не зря я подозревал, что с тобой что-то не так. Может мне тебя на всякий случай обыскать? — парень медленно приближался, манерно разглядывая ногти на руках, и его темная аура вырастала надо мной. Он точно не собирался «просто обыскивать» меня. — Ты что, пытаешься меня запугать? — я выпустил собственную ауру войдя в режим святого. Она заполнила вторую половину коридора, столкнувшись с аурой Ренди, и тут произошло нечто, что совсем уж меня напугало. В моей голове зазвучал голос «Убийцы богов»: он кричал мне «Убей, сожри, поглоти! Ни один не должен выжить!» и всё это сопровождалось знакомой болью в глазу. Не без труда подавив голос в голове, и посмотрев на всё приближающегося Ренди больными глазами, я вдруг понял, что не узнаю его ауры. Сейчас она была куда темнее, и пульсировала, словно сосуды. Что мне делать? Я не могу использовать меч, да и атаковать члена комитета безопасности... «А к чёрту, моя жизнь важнее. Он всё равно доложит на меня,» — одним рывком сблизившись к Ренди, я схватил его за горло, и припер к стене. Не совсем понимая, что конкретно я делаю и почему это должно сработать, я начал использовать на нем антимагию десятикратно усиленную режимом святого. Моя рука пульсировала как ненормальная источая потоки маны и заливая ярким светом весь коридор. Кожа на ней начинала слезать, и мышцы выпрыгивали словно струны, не выдерживая того потока маны, что проходил сквозь этот участок тела. Подобное невозможно не заметить, а значит скоро тут будет половина академии. К счастью это сработало, и аура Ренди изменилась на привычную. Парень сполз по стене будучи без сознания. Я же выйдя из режима святого, потратил последнюю ману на телепорт в комнату общежития, постаравшись оставить как можно меньше мана-следа от этого телепорта. Если мне ОЧЕНЬ повезет, то телепорт не засекут, просто потому что сейчас в этом месте потоки маны сходят с ума. Но если найдут след... Тогда я пропал. *** Луна уже ждала меня, сидя на «койке» с задумчивым видом, когда я вывалился на пол прямо перед ней, хватаясь за медленно заживающую руку. — Что происходит? — девушка помогла мне сесть на кровать. — Ничего хорошего. Мы должны прямо сейчас покинуть академию. — Хорошо но... — Я кажется, чуть не убил Ренди из комитета безопасности, — опередил я её вопрос отдышавшись, и вставая с кровати. — Вот стоило мне оставить тебя на несколько минут, как ты влип в неприятности, — негодовала обеспокоенная Луна, беря меня за здоровую руку. — Я не уверен, что нам можно через главный выход, но не похоже чтобы были варианты, — мрачно ответил я, открывая дверь ногой, и прикрывая раненую руку накинутым пиджаком формы. Нужно сваливать, и как можно быстрее. Даже если Ренди сейчас был «сам не свой», мне никто не поверит. ---------- Маг-мечник, что не против помахать кулаками. До дома мы добрались без происшествий. В академии судя по всему еще ни о чем не знают. По пути я пытался выкинуть из головы дурные мысли. — Так что случилось? — Элли и Рей сидели с нами за одним столом. Я тут же рассказал им обо всём что произошло. — Плохо, — мрачно проскрипел Рей, — и в академии тебе лучше не появляться. Иринарх мог запомнить твою ауру. — Вряд ли, — воспротивился я, — ведь у меня после перерождения совсем другая аура. Но это всё ещё может быть опасно, так что я лучше и правда посижу дома. — Постой. Что значит — другая аура? — задумалась Элли. — Именно это и значит. Наверное она поменялась с изменением души. Всё таки я поглотил целых восемь грехов. — Тогда как Луна узнала тебя неделю назад? Она почувствовала твою ауру с моста. — Да, мне она показалась «знакомой», кивнула Лу, — и в комнате повисла тишина. Этот вопрос поставил меня в тупик. Действительно, как она меня узнала? — Что ты делал в тот день на побережье? Если вообще там был, — спросил Рей. — Хм, дай подумать... Я выполнял задание авантюристов, и пришел проверить контрабандный схрон. — Ты не использовал ауру в тот день? — Только один раз вошел в режим святого, когда Ренди выходил из подвала. Постойте, — я вдруг напрягся. Возможно ли что... Встав из за стула, я вошел в режим святого. — Моя аура изменилась? — Да, теперь ты действительно похож на прошлого себя, — удивился Рей. — Значит у меня действительно две ауры. Одна в режиме святого, а вторая обычная. Стоило догадаться еще в подвале. Парадоксально... Только как это возможно? — Мне сейчас скорее интересно, в какой из них ты дрался с Ренди, и как много людей видели её раньше, — беспокойно спросила Луна. — В святой, и почти никто её не видел до этого. Разве что учитель Лод и Фрей. Но второй никак не мог быть в академии, а с первым всё и так понятно. Это так же значит, что меня не раскроют, если я не использую её снова и если Ренди ничего не расскажет. — А почему он вообще не должен рассказывать об этом? Он ведь точно заинтересован в том, что бы тебе навредить, — резонно заметила Элли, но она не знала всех деталей. — Тут всё несколько сложнее. На сколько я могу судить по ауре, Ренди себя в тот момент не контролировал. Мой «Убийца богов» отреагировал на него, а значит очевидно, тут замешан бог. Вопрос только, какой из двух нам известных. Либо это бог марионеток, либо тот, что вызывает аномалии в городе. — Очевидно бог марионеток. У него даже название подходящее. Да и если аномалии уже пробрались в академию... Это худший вариант из возможных, — Луна поставила передо мной черный чай. — Я бы тоже так подумал, но бог марионеток находится в другом измерении, и судя по всему он там заперт. Либо директор выпустил его, либо он выбрался сам, и в оба эти варианта верится слабо. К тому же Нокт, мой одноклассник вынюхивающий секреты академии, пропал практически без следа, и мне пока придется делать вид, что этого не произошло, но в самом этот происшествии может быть замешан кто-то из богов. — И всё же, ты не можешь отказаться от учебы в академии. Она дает слишком многое как в обществе, так и в плане знаний. Хотя на счет последнего в твоем случае я не уверен, — усмехнулся Рей. — Конечно же не могу. Хотя завтрашний день всё же придется пропустить. В прошлый раз Иринарх на пару с белым чуть не убили меня в ложе дикого бога. — Черный мечник сотрудничает с белым?! — Рей едва не выплюнул чай. — Ага. Эдем в сговоре с правой рукой Доарда, и при этом они ведут фиктивную войну у всех на глазах. Тут либо Доард гений фиктивных войн и самостоятельно придумал «оппозицию», либо Иринарх его уже предал. — Есть ещё и третий вариант, — Рей помрачнел, — Иринарх известен как гениальный стратег, а значит он может вести и тройную игру. Всё таки я сомневаюсь, что он действительно способен предать Доарда. — Возможно. Ну, правды мы так или иначе, не узнаем, — я встал из за стола, — спасибо всем, что выслушали. До завтрашнего вечера я в городе не появлюсь, но не беспокойтесь, я буду в чистилище. — Можно мне с тобой? — Луна с надеждой посмотрела мне в глаза. Я не мог ей отказать, если она так просит. — Там будет негде спать, а ещё куча крестов... Ты уверена? — Угу, — девушка решительно кивнула головой. — Не уверен что ты сможешь пройти, но если сможешь, то без проблем. «Эй меч, я могу взять её с собой?» — я обратился к клинку в голове, надеясь что после сегодняшнего его легкого безумия, он всё ещё будет в порядке. «Можешь,» — согласился меч как ни в чем не бывало. — Всё, добро. Идем прямо отсюда и прямо сейчас, — я призвал убийцу, и открыв синюю трещину в пространстве, скрылся внутри. *** — Ого! И вот это мир мертвых? Тут слишком мило! — воскликнула Луна, стоя на краю башни Заама. Её белое платье миролюбиво развивалось на фоне голубого неба. — Раньше тут было намного хуже, юная леди, — рядом с ней появился Эдвин, грех гордости, — благодарите своего возлюбленного за такой прекрасный вид. — Но вы ведь тоже помогали? — улыбнулась она, — в последнем бою... — Верно. Но если бы не стойкость духа и упорство Алана, ничего бы этого не произошло. Сдается мне, что этот человек может съесть даже сталь, если дать ему время. — Можно проверить, — усмехнулся я, положив руку Эдвину на плечо, — давненько мы с тобой не виделись. Как поживает Флора? — Она в полном порядке. Просто постеснялась выходить. — А Кина? Мне все еще не дает покоя, что нечто подобное сидит внутри меня, — я серьезно посмотрел на Эдвина, но тот покачал головой. — Кина сидит свернувшись калачиком с того момента, как была поглощена. Сначала мы пытались как то с ней говорить, но она не отвечает. Даже Холит не смогла вытянуть из неё слов. — Ну и пусть сидит. Главное, что б не буянила, — я обнял Луну со спины, и поцеловал в щёку. Просто не смог удержаться. — Ты.. чего? — слегка покраснела девушка. — Смотри, — я указал пальцем на деревню, где сейчас звенел колокол, — это тот самый «приют потерянных», или как там его. — Это где портал в башню? Ну яма. — Угус. Мы с тобой туда обязательно наведаемся, как только я найду более надежный способ летать. — Почему ты просто не можешь сделать так? — послышался голос Заама позади, и он вдруг появился прямо перед нами, левитируя перед краем башни. — Потому что я еще не поглотил твои силы, а на свою левитацию мне мозгов не хватает, — пораженно улыбнулся я в ответ. — И то верно. До моей силы тебе еще семь грехов преодолеть нужно. — Думаешь, будешь последним? А вот мне кажется, что это будет Кина. — Это не вопрос убеждений, парень. Это вопрос объема чистой силы. Ты должен поглощать грехов по мере возрастания нашей силы, ведь иначе твоя душа просто разорвется. — Справедливо. А что вообще происходит с грехом после поглощения? — вдруг задумался я. Не значит ли это... что все они погибнут? — Я без понятия. Логика в таких вопросах бессильна, прости уж, — развёл Заам руками, и потом добавил: — мы тренироваться будем? Или ты теперь тратишь всё своё время на эту девушку? — злобно усмехнулся он. — Сейчас сам узнаешь, — отойдя от Луны в центр круглой арены на вершине башни, я стал в боевую рукопашную стойку. Посмотрим, сколько я простою сегодня. *** Удар, удар, и ещё один удар. Хватаясь за горло, я падаю на четвереньки. Я всё ещё не вижу его движений. На сколько же слабым он был тогда, когда я едва смог его победить?! — Прошло только 14 часов, а ты уже выдохся? В мое время бойцы сражались месяцами и годами напролёт, — мужчина уже приближался, разминая кулаки. Он не выглядел хоть сколько то уставшим. Каким образом я могу хотя бы дотронуться до него? — Тут нет прогресса, — сурово произнес он, возвышаясь надо мной словно гора, и глядя мне в глаза чуть ли не звериным взглядом, — твои лимиты растут, но техника всё так же ужасна. — Всё потому что я мечник, — попытался оправдаться я. — Не верно, — очередной удар пришелся в спину, и я едва успел перекатиться, чуть не пожертвовав рукой, — твоя техника боя, это твой стиль мышления. Вне зависимости от того, каким оружием ты владеешь, ты должен побеждать. Ты должен находить выходы из любой ситуации и использовать любые методы, руководствуясь одной единственной стратегией. — Но разве я не могу быть просто мечником мечником или магом? Разве есть стратегия боя на любой случай? — лёжа на спине я раскинул руки в разные стороны. Сил сопротивляться уже не было. — Есть. Эта стратегия и называется «собственным боевым стилем». Ты сам выбираешь её, и чем более гибкой она будет, тем лучше. Любой выдающийся воин моего времени был способен сражаться даже лишившись меча, рук, или магии. А кто ты, без своего меча? — Заам вновь навис надо мной, словно солнце. — Ты абсолютно точно прав, — ответил я немного погодя, — даже победив так много противников, и сразившись с богами, я всё ещё не знаю, кто я, и как хочу сражаться. Честно говоря, мне нравится всё: и магия, и боевые искусства, и искусство меча. Что же мне выбрать? — Выбирай всё, — Заам злобно улыбнулся во весь рот, закрыв один глаз, словно хищник увидавший добычу. — Но разве это эффективно? Человеку не под силу достичь высот в чём то, если он занимается сразу множеством дел, — пораженно произнес я. — Это отговорка для слабых людей, не способных оценить ценность собственного времени, — серьезно ответил мне Заам, — они уделяют делу лишь немного своего внимания, и уже говорят что устали. Настоящий же воин планомерно изучает каждый прием 10.000 раз, поглощая столько опыта, сколько сможет. — И не эффективнее быть лучшим в чём то одном? Ведь прикладывая все силы в одном направлении, у тебя будет больше шансов стать в этом лучшим. — Это не эффективно для твоего выживания, — сказал как отрезал Заам. — Почему? — удивился я, — ведь лучший мечник.. — Потому что ты до конца не понимаешь, что делает твой противник, если ты не изучил его стиль боя лично, — Заам отрешенно посмотрел вдаль, — изучение всего, это не только способ стать сильнее во всём. Это способ понять, что именно и как делает твой враг, пропустив это через себя. И даже когда твой враг будет ни на что не похож, в конечном счете ты сможешь увидеть в нём знакомые элементы, и сложив их, получить преимущество. — А ты так умеешь? — Нет, и потому я здесь, как и мой отец, — Заам мрачно посмотрел на красный глаз, возвышающийся в небесах, — отец был действительно лучшим мечником из рода людей, но презирал магию, и потому оказался запечатан в этом глазе. Точно так же и я, недооценил потенциал правила людей, и хитрость моих врагов. Ты не должен повторять моих ошибок, если действительно хочешь избавить этот мир от ужаса и несправедливости. — К сожалению, я не смогу существовать, не совершая ошибок, — произнес я поднимаясь на ноги. От мрачного вида Заама мне и самому становилось грустно, — я ведь как и ты, всего лишь человек, а совершать ошибки и учиться на них, — наша сила. — Алан прав, — откуда то из за спины появилась Луна, и бросилась меня обнимать, — к тому же Алан не один! У него есть я, и вы, и много других людей, готовых прийти на помощь, — Луна с мягкой улыбкой прижалась ко мне. Глядя на это, Заам кажется, был готов пустить слезу. Сейчас я ясно ощущал, как груз вины за всё произошедшее в чистилище, он взвалил на свои плечи. — А я... — начал он, и вдруг появившийся из пустоты палец лёг на его губы, — ты тоже не один, так что быстро дуй сюда, — прозвучал успокаивающий голос Холит, и Заама буквально затянули в открывшуюся в пространстве дыру. Мы с Луной остались на вершине башни одни. *** Уже наступила ночь, если так её можно назвать. В небе даже загорелись подобия звезд, которых раньше тут не было. Байл сказал мне, что это что-то вроде освободившихся после исчезновения грехов душ, что парят в небесах. — Ты неплохо дрался, — Луна лежала у меня на коленях, пока я сидел на краю башни, свесив ноги в пустоту. Я уже говорил ей сегодня так не делать, но он не слушает... — Скорее я просто выживал, как всегда, — тихо улыбнулся я в ответ, — если так подумать, то за всю свою жизнь в этом мире я так и не нашел своего стиля боя. Я всегда действую «как получится» и использую первое что придет в голову. В конечном счёте я просто дилетант. — А вот я согласна с Заамом, — девушка больно ущипнула меня за нос, — твоим стилем боя может быть и всё это сразу. Ты достаточно способный, чтобы научиться сочетать такие вещи. Тем более что на твоей стороне лучшие из лучших, и я уверена, они помогут тебе научиться. — Предлагаешь мне быть «Магом-мечником, что не против помахать кулаками?» — усмехнулся я. — Ты это сам придумал? — судя по выражению лица, девушке не очень нравилось это название... — Ага. Я хотел написать такой роман прошлой жизни, но мне не хватило воли чтобы его начать. Первый шаг всегда самый тяжелый в писательстве. — Говоришь так, как будто всё таки писал, — девушка заподозрила неладное, и была права. — Ну да, так и есть. Я писал детективы, но на фэнтези так и не решился, — я печально улыбнулся. Даже немного жаль, что полноценным писателем я не стал. — А что такое это твоё «фэнтези?» — Это выдуманные истории про персонажей в магических мирах. — Ох... Жить без магии настолько тяжело, что вы стали придумывать такие истории? — рассмеялась Луна. Она даже не подозревает, на сколько верны её слова. — Ну вот как то так. Там обычно случаются всякие фантастические вещи вроде тех, что происходят в моей жизни последний год-два. — Может мы с тобой, тоже персонажи такого рассказа? — вдруг серьезно посмотрела на меня Луна, и через секунду начала смеяться ещё громче. — Может и так, — без шутки ответил я, — но это на самом деле не важно. Мир в котором я сейчас живу для меня более чем реален. А кто там следит за мной, или создает мою историю... Какая к черту разница? — Но разве тебе не интересно узнать, кто всё это создал? — Интересно, но я бы хотел скорее узнать имя создателя, к которому я смогу прикоснуться рукой, нежели имя абстрактного смертельно больного существа, которое выдумало меня, потому что у него депрессия, и от него ушла девушка, — едва не вспылил я, начав размахивать руками в воздухе. — Ого... Это ты реальный пример взял? — Что то вроде того. Просто не могу себе представить иначе человека, запихнувшего так много боли в эту историю. Мне просто чтобы вот так сейчас поговорить с тобой, пришлось умереть дважды, если не трижды. — Бедняжка, — Луна поцеловала меня в шею, — я тоже много раз думала: «за что всё это нам? Неужели мы не можем пожить спокойной жизнью, как обычные люди?» Но обстоятельства каждый раз говорят об обратном. — И всё же мы тут с тобой, вместе, — я посмотрел на огни, горящие в ночной тьме деревни, — у нас сейчас с тобой самый непонятный период в жизни. Я честно говоря, вообще не понимаю, что делать дальше. Так много проблем, так много дел, так много людей с которыми нужно поговорить. Когда? Чувствую, словно даже с магией, проблемы из моей прошлой жизни настигают меня. — Это потому что люди одинаковые в любом мире, — спокойно произнесла Луна, — потому ведь ты и взялся помогать нам в этом мире, верно? Мы так похожи на тех, с кем ты жил раньше... — Порой я удивляюсь, как хорошо ты меня понимаешь, — я поцеловал девушку в лоб, и на несколько минут мы замолкли. — Эй Лу, — я убрал пряди волос с её лица. Она уже медленно засыпала, — хочешь послушать о прошлой себе? Ты ведь говорила, что почти всё забыла. — Хочу, — медленно кивнула она. — Ну тогда, слушай... ---------- Неудачный поиск собственного стиля. На следующий день я как и планировал, остался в чистилище. Луна осталась со мной, и сейчас изучала 99й этаж башни. Я же собирался всерьез заняться своей боевой подготовкой. — Заам, ты тут? — обратился я к пустоте, и мужчина появился из воздуха рядом со мной. — Что, ты всё таки решил всерьез взяться за ум? — А это так заметно? — Естественно. Уж после вчерашнего то ты должен был что-то понять. Если бы мне отец в детстве такое рассказывал, то я бы точно никогда не оказался здесь, — усмехнулся он. — Смотрю, ты стал спокойнее. — Не расслабляйся. У меня просто хорошее настроение. Ну так что, каков твой план тренировки? — Заам явно рассчитывал выматывать меня до изнеможения каждый день. — Поскольку я учусь, и на это уходит минимум 6 часов в день, + 2 часа нужно оставить на непредвиденные ситуации, то остается всего 16 часов. 5 часов будет уходить на практику с магией, 5 на боевые искусства и 6 на владение мечом. — Значит от сна ты отказался? Отлично! — Заам ликовал, разминая кулаки. — Жаль только, что придется пропускать некоторые дни... Есть дела в обычном мире, которые не могут ждать. Но по крайней мере так я буду к ним готов, — в этот же момент я обратился к Байлу и Эдвину в своей голове, с просьбой обучать меня. В Эдвине я не сомневался, а вот на счет того, согласится ли Байл, некоторые сомнения были, но и они рассеялись, когда то без малейшего сопротивления дал добро. — Тогда начнем... — я повернулся к Зааму лицом. Тот сидел в позе лотоса, в центре башни. Став по линейке, я сложил руки домиком, после чего поклонился, — мастер Заам, разрешите мне стать вашим учеником, и перенять вашу боевую традицию! — выпалил я. — Ого, а ты быстро схватываешь, — улыбнулся он, словно только и ждал этих слов, — но действительно ли ты готов учиться у меня? Моя истинная техника боевых искусств по настоящему дикая. — Именно такая мне и нужна, — злобно улыбнулся я, — мне нужно что-то, что сделает меня сильным без оружия, и безо всяческих уловок. Как вы вчера и сказали, я должен быть готов к любой ситуации, даже когда лишусь всего, кроме собственного тела. — Да, эти слова имеют смысл, — Заам подошел ко мне вплотную, и смерил меня взглядом, — тело человека, это страшнейшее оружие. Потому и боевые искусства начинаются не с удара, но с познания собственного тела. Если ты действительно хочешь учиться у меня, то для начала тебе нужно изучить собственного тело, и привести его в идеальное состояние. Сейчас на тебя даже жалко смотреть. Приступай, — не сказав больше ничего, Заам исчез. И... всё? Тренировка уже началась? Но что он имел в виду под изучением собственного тела? Мне что, нужно буквально прощупать каждую мышцу? Да и не думаю, что он имел в виду «набор массы». Сев на землю, я стал напряженно думать. Будь мы в обычном мире, где все существа движутся за счет исключительно кинетической энергии, расходуя ресурсы собственного организма — всё было бы несколько проще. Просто изучаешь анатомию, собственные суставы, главные нервные окончания и артерии. Потом нужно определить самые мягкие части тела, и внимательно следить за тем, что болит, когда долго повторяешь те или иные удары. Анатомию я естественно знаю. На счёт своих слабых мест не уверен но... Имеет ли это вообще смысл здесь? В первую очередь я живу в магическом мире, где любую проблему тела можно решить маной. И ведь главное, что это не какой то магический трюк, без которого нужно или можно обойтись. Нет, тут тело буквально работает за счет двигающихся по нему потоков маны. Нечто вроде каналов чакры из индуистских учений. Я хорошо помню, что когда я только попал в безымянный мир, то начинал именно с обучения контролю маны в теле. Тогда, в самом начале, я бы не смог сбежать от бога плоти, если бы хоть как-то не научился распределять ману по телу. Сейчас же от меня требуется по всей видимости, достичь идеала в этом искусстве. Закрыв глаза, я сосредоточился на собственных потоках маны. Они двигались по телу почти-что хаотично, сдерживаемые рамками мана-каналов. Будучи в прошлом человеком естественных наук, я на самом деле уже понимал, что должен делать. Природа давно придумала всё за людей, и изобретать велосипед смысла не было. В этом мире у людей тоже есть сердце, и оно все еще качает кровь, равномерно распределяя её по организму. Всё что мне нужно, это повторить работу сердца и кровеносной системы, с собственной душой и маной. Вообще для меня было открытием, что это не происходит у каждого человека по умолчанию. Изначально у всех существ в этом мире потоки маны в пределах каналов хаотичны. Думаю что по этой же причине почти никто не может использовать магию, без специального обучения. Сосредоточившись на центре собственной души, откуда и проливается мана, я начал пытаться управлять потоками, что уже делал раньше, ещё до чистилища. Однако на этот раз всё оказалось намного, намного сложнее. Я бы даже сказал, что это ощущалось чем то почти невозможным, из за моих текущих объемов маны. Это говорит лишь об одном: я должен стабилизировать потоки маны как можно раньше, пока у меня ещё не так много ранк. Дальнейшие расширения души будут только вносить дисбаланс, но я справлюсь с ними, если буду заранее знать что делать. Начать я решил с главного: с мозга. Раз уж за скорость моего мышления и субъективного мировосприятия отвечает мозг, значит и стабилизировать его нужно в первую очередь. Правда задача эта оказалась не из лёгких. Мозг на сколько я помню, потребляет примерно 40% всей маны, что циркулирует в организме. В его сторону двигалось порядка нескольких тысяч нестабильных линий маны. Выбрав одну единственную линию, я стал пытаться выправить ее, добавляя или уменьшая количество маны в линии в тех или иных местах. Сложность заключалась ещё и в том, что на самом деле я не «видел» этих линий, а только чувствовал их. Но тут мне конечно повезло. Если бы не несколько лет упорного, травматичного боевого опыта, то и это чувство сейчас было бы для меня закрыто. В прошлом, в битве против Заама я уже на интуитивном уровне пытался стабилизировать линии, но эффект был слишком скоротечен, ведь ни о какой технике речи тогда не шло. *** Прошло 5 часов, а я даже не стабилизировал одной линии из нескольких тысяч, что ведут к мозгу. В процессе я так же понял, что из за хаотичных потоков маны, она в моем теле расходуется бездарно. Скорее всего, даже со своими 3000 ранк я могу быть намного сильнее, если только грамотно устрою распределение маны. Потому, я решил взять себе за привычку постоянно, без перерывов, концентрироваться на стабилизации маны, доведя это до уровня подсознательного процесса. Даже если придется делать это во сне, я просто обязан пустить по правильному пути каждую частицу маны в своем теле. — Я тут подслушал твои мысли, — передо мной внезапно появился Байл. Видимо время следующей тренировки пришло, — и могу сказать, что ты кое в чем ошибся. — И в чём же? — Не у всех людей потоки маны нарушены, как у тебя. Я бы даже сказал, что по сравнению с остальными, в твоей душе бушует настоящая буря хаоса и дисгармонии, — Байл задумался, — раз уж я буду учить тебя магии, то и решение этой проблемы, задача первоочередная. — Получается, что интуитивно управлять потоками маны — нормальная практика? — удивился я. — Верно. Даже в мое время, многие мастера-маги не догадывались о существовании собственных мана-протоков. Их мана работала в безупречном единстве с мышлением, безо всяких практик. Но как я понял, со временем, вы все утратили это искусство. По другому просто невозможно объяснить, столь сильной деградации и упадка магического общества, — недовольно проскрипел старик. — Хм.. Мне вот теперь стало интересно: а связано ли мое хаотичное движение маны с поглощением грехов? — Кто знает, — задумчиво ответил Байл, — те количества маны, что ты поглощаешь при беатификации, должны мгновенно тебя убить. Важно понимать, что это чужая мана, а не твоя собственная или нейтральная. На её усвоение нужно куда больше времени, а ты же использовал сразу 5%. — Наверное не стоит так больше делать... — Ага. И откажись пока что от режима святого, — настоятельно рекомендовал Байл. — Что? Почему? — А ты войди в него, и проверь свои потоки маны... — помрачнел старик. — Ну хорошо, — я ощутил, как холодная энергия приятно колышет мои седые волосы, когда режим был активирован. Однако стоило посмотреть на движение потоков маны, как я тут же всё отменил. Сейчас внутри меня бушевал не просто хаос. Это было похоже на рисунки больного психозом человека, пытавшегося уничтожить лист карандашом. Если я когда то смогу стабилизировать ЭТО, то такое можно будет назвать только героическим поступком. — Убедился, куда лезть не стоит? — удовлетворенно произнес Байл. — Да... Только тогда я не понимаю, как в таком состоянии вообще смог использовать ману. — Просто у тебя ее много. Очень, очень много. Одной только энергии Заама, которую ты частично заимствуешь в «святом режиме» хватило бы, чтобы стереть с лица земли континент, я уверен. В режиме святого ты буквально соришь этой маной. — И при этом в нём также проявляется аура прошлого меня. Что за чертовщина? — Кто знает... — Байл пожал плечами, — люди с двумя аурами существовали и раньше. У Осмы например их было четыре, под каждый меч, которым он владел, и его собственная. Хотя никто никогда не видел двух других его мечей, но все знали, что они существуют. — Духовные артефакты? — Скорее всего. Мой атрибут почти ничего не знает об Осме, как и я, — Байл тяжело вздохнул, — а теперь пора учиться настоящей магии. *** «Черт,» — я снова обжег руки, не сумев удержать в руке маленький огненный шар идеально-круглой формы. Задача усложнялась и тем, что параллельно я должен был выпрямлять многострадальную мана-линию. Она была почти готова. — Неужели так трудно держать в голове всего несколько вещей? Вот, смотри, — Байл поднял руку к небу, и прямо над ним появилось нечто вроде солнца, диаметром не менее 20 метров. — Эй! Не трать мою ману, — воспротивился я, глядя на устрашающее заклинание. — Это моя мана. — А так можно было? Давай ты тогда за меня и сражаться будешь, — я уже вспотел от напряжения, пытаясь удержать в руке огненный шар с сохранением формы. — Что ж. Приведи врага сюда, мы с ним поговорим, — улыбнулся Байл, и отозвал «солнце». — Что я делаю не так? Это же просто огненный шар, простейшее заклинание. Почему на поддержание идеальной формы уходит так много сил? — Потому что ты фокусируешь свое внимание на ненужных деталях. Ты думаешь о форме шара, в то время как должен думать о нём, как о едином целом. В магии важна целостность восприятия. — Ладно, я попробую, — сосредоточившись, я создал шар так, как делал это раньше, а потом ещё раз и ещё раз. Моей задачей было создать идеальный по «характеристикам» шар, действуя интуитивно. Эти попытки можно сравнить с тем, как бойцы рукопашного боя ставят удар, отрабатывая его раз за разом и корректируя движение. Спустя всего один час, я смог создать первый такой шар, потратив в несколько раз меньше маны. — Поздравляю, — Байл саркастично похлопал, — ты справился с задачей для пятилетнего ребенка. Готов стать на год старше? — Давай ты не будешь издеваться, — я уже начинал впадать в уныние от шуток этого старика. В чём то он был прав. — Так и быть, пожалею тебя, и дам задачу попроще: теперь тебе нужно создать такой же идеальный огненный шар как и в прошлый раз, но размером с мой. — А мне вообще хватит маны? Это точно азы? — я напрягся. — Это азы для тех, кто метит в «высшую лигу». Особая тренировка, если угодно. Хватит тебе маны или нет, не мои проблемы. Дай знать, как управишься, — Байл растворился в воздухе, оставив меня наедине с практикой. И куда все эти учителя от меня бегут? Разве не должно быть наоборот? *** В результате первой магической тренировки я почти ничему не научился. Да, идеальное воплощение огненного шара это знание полезное, если ты собрался охотиться на волков. Такой шар и летит быстрее, и концентрация маны в нём выше примерно в 2 раза. Вот только это всё ещё обычный огненный шар. Если бы я смог создать его всё в той же форме, но размером с дом, то эффект был бы неоценим. К тому же, идеальное «воплощение» есть почти у каждого общеизвестного заклинания, и некоторые из них куда сложнее в реализации. В общем: не справлюсь тут — дальше не продвинусь. *** Только я хотел обратиться к Эдвину, как мои мысли прервали звуки, доносящиеся откуда то с лестницы, ведущей на второй этаж. Не успел я и шагу ступить, как мимо меня сверкнув знакомой накидкой пронесся Дайн, серый мечник. От неожиданности я едва не утратил концентрацию на мана-линии. Вслед за ним с лестницы вылетела разъяренная Луна. Держа в руке меч она без конца пыталась задеть мечника, а тот держа руки в карманах, легкими прыжками уходил от всех её атак. — Алан, что за нетерпеливую дамочку ты привёл сюда? — прошептал он, прячась у меня за спиной. — Вы знакомы? — Луна убрала меч в ножны и тут же успокоилась, увидев, что я ничего не предпринимаю. Наверное мне стоило предупредить её... Но я и сам уже успел забыть об Дайне за это время. — Помнишь, я рассказывал тебе про серого мечника, который наложил на меня печать? Я ещё тогда без рук остался. — Да да. Я вообще то этим тебе жизнь спас, а ты меня убить пытаешься, — вяло произнес Дайн, собирая седые волосы в пучок, и выражая полную незаинтересованность в происходящем. — О чем это он? Недоумевала Луна. — Если ты не помнишь, то лучше и не вспоминать, — мрачно ответил я. Не очень хотелось рассказывать, как я едва не убил свою любимую, пусть и под влиянием бога. — Ладно, живи. Раз уж ты на нашей стороне, — победоносно заключила Луна, и в ответ была удостоена лишь ухмылки. — Дайн, почему ты не связывался со мной всё это время? Твои люди ещё ничего не выяснили? — У «Мертвой руки» сейчас проблемы, в которые я бы не хотел тебя впутывать. — А подробнее? — Не хочу говорить. Ты обязательно сунешь нос в это дело. — Да брось. Я сейчас весь в делах, так что не полезу. В худшем случае, отправлю человека... — Это в Тидасе. Один из подпольных кланов объявил нам войну. В их рядах нет сильных бойцов, но их много как крыс, и они всё прибывают через каналы на баржах, устраивая диверсионные набеги на наши убежища. Мы перекрывали им пути сообщения барьерами, но они снимают их. — Неужели такая могущественная организация не может справиться с кучкой бандитов? — недоумевал я. — Вот потому ты и попал сюда, что никогда не видишь картину целиком, — Дайн щелкнул меня по носу, — нельзя убивать людей в черте города. Это вызовет настоящий шторм из нестабильных аномалий. Потому пока что мы держим пленных в штабах, но место заканчивается, а перевезти их из города мы не можем. Эти ублюдки из совета с ними сговорились, и не пропускают наших людей с телами ни по одному каналу, — от злости у Дайна вздулись вены на лбу. — А ещё они видимо наняли хорошего мага для снятия барьеров, и с ним нужно разобраться, — добавила Луна. — В том то и дело, что нет. Разведка опознала каждого активного члена банды, и магов там нет. Вместо этого они используют одноразовые алхимические камни перегрузки. Мы хотели уничтожить их склад, но ещё не успели его найти. — А что им от вас вообще нужно? — я вопросительно поднял бровь. — Убить. Это всё чего они хотят, и судя по всему, приказ этот им пришел откуда то «свыше». Хотя от кого конкретно, не так важно. «Мертвая рука» воюет против режима Флегрейса, а значит враги у нас везде. — Я что нибудь придумаю, чтобы вам помочь, — заверил я Дайна. — Главное не помри. Не хочется терять потенциального офицера в подпольных ямах, — печально улыбнулся Дайн. — У меня есть человек, который привык к такой работе. Я поговорю с ним. Кстати, а ты то сам ещё долго тут сидеть собираешься? — Я уже отвечал тебе на этот вопрос. Пока ты не получишь сигил чистилища, я не смогу отсюда выбраться. Даже сквозь твой портал я пройти не могу. Он для меня будто не существует. — А ты что, пробовал? — Было дело... Ладно, это уже другая история. Пойду я, а то утомился, — с этими словами, устало улыбнувшись, серый мечник удалился обратно на 99 этаж. — И вот этот человек получил статус мирового мечника? Он выглядит как бездомный. Кто разрешил ему носить накидку как у тебя? — надулась Луна. — Чем он тебе так не понравился? Рассудительный мужик вообще то. — Не знаю не знаю. Глядя на него, в моей голове возникают неприятные ассоциации, — Луна отвела взгляд. — Возможно, это твои воспоминания о том, как он лишил меня рук. Тебе просто стоит знать, что он сделал это для твоего же блага. Тогда я чуть не убил тебя, — всё таки решился сказать я. — Не верю, — Луна отрицательно покачала головой. — К сожалению, это правда. Бог плоти до самого конца хотел твоей смерти, чтобы принести мне как можно больше мучений. — Но ты победил его тогда, голыми руками, так что это не считается, — добавила Луна, а потом сама удивилась, что сказала это. — Ты.. как много ты помнишь? — я схватил её за плечи, и чуть не начал трясти. — Только это. И то, я вспомнила это прямо во время того, как говорила фразу, — девушка непонимающе уставилась в пол. — Значит твои воспоминания и правда не стёрлись, — я был готов пустить скупую мужскую слезу, но сдержался, — это хорошие новости, что бы ни было в тех воспоминаниях. Прости, что не рассказываю всего. — Ничего. Ты ведь это делаешь для моего же блага? А я ещё успею стать собой, если такова судьба. — Кстати об этом: я все еще не нашел свой стиль меча. Не хочешь устроить спарринг? — я решил переключиться с этой одновременно приятной и неприятной темы. — А ты готов принять поражение от своей девушки? — улыбнулась Лу. — Давно. Ну так что? — Идёт. *** — Уже выдохся? — Луна внезапно появилась позади меня, и я едва успел успел заблокировать её удар пересметив меч за спину. — И не надейся. Знаешь же, что я очень выносливый, — усмехнулся я, отталкивая девушку клинком, и замахиваясь для следующего размашистого удара. На этот раз позиция атаки оказалась ошибкой. Меч мелькнул справа, и с искрой задев лезвие «убийцы богов» остановился у моей шеи. — Ты проиграл. 8/8 — Может уже согласимся на ничью? — я отозвал клинок и сел на пол. Наши спарринги длились уже 4 часа подряд, и за это время я на самом деле ужасно вымотался. Радовала только наконец завершенная мана-линия, что впрочем не дало ощутимого эффекта. — Лаадно, так и быть, пожалею тебя, — девушка спрятала изящный клинок в ножны, а ножны тут же исчезли где то под платьем. Интересно, ей удобно? — Кстати, где ты взяла этот меч? Он выглядит довольно необычно, и его форма несколько грубовата. Ещё и гарда отсутствует. — А ты оказывается, хорошо его изучил, — вздохнула Луна, — я сама его сделала. — Что, серьезно? Ты умеешь ковать? — Я научилась почти всему, чему только могла. Естественно мне нужен был меч, а покупать его оказалось слишком дорого. Тогда у нас ещё не было торговых дел. — Он небось ещё и зачарован? — улыбнулся я. — Немного. У меня с зачарование всё туго, так что я смогла только сделать его прочнее. — Я потом поработаю над ним, если позволишь, — я встал с места, и размяв тело, открыл портал обратно на Флегрейс. В чистилище мы уже засиделись, и в целом всё что хотел я сегодня сделал. — Конечно. Если над ним будешь работать ты, то он станет ещё ценнее, — Луна расплылась в улыбке, заходя за мной в синий портал. Снаружи нас как оказалось, уже ждал гость. ---------- Дела минувших дней. (Конец первой половины 4го тома) Оказавшись во всё той же просторной кухне перед накрытым столом, я с удивлением посмотрел на незваного гостя. Им оказался Ренди, сидящий на моем месте. Его шея была замотана бинтом и марлей, а сам он смотрел на нас с неподдельным удивлением. По обе стороны от него расправляясь с ужином сидели Элли и Рей. Их похоже, эта ситуация не так уж заботила. Разве что Рей иногда поглядывал на гостя, словно опасался, что тот сбежит. Мы с Луной переглянулись, точно подумав об одном: из этого дома он не выйдет, пока нам не будет гарантирована безопасность. Даже если Ренди был под чужим контролем, — сейчас на кону наше будущее. — Всё хорошо, — я тихо успокоил Луну и нежно погладил её по голове, а потом повернулся к Ренди. — Что, ты решил прийти сам? Не ожидал от тебя столь решительных действий, — я слегка насупил брови, раздумывая, как именно мне лучше с ним поступить. — Постой. Не делай поспешных выводов. Лучше сядь, — Ренди обратился ко мне в привычной, спокойной и добродушной манере. Его речь и повадки действительно стали прежними. — Я уже догадываюсь, что ты скажешь: это был не я, мной управляли, — я сел на стул, с удовлетворением глядя на замершего парня, а Луна села мне на колени. — Да, но... — И сразу отвечая на твой следующий вопрос: я могу в это поверить, так как у меня на то есть свои основания. Однако мне интересно, при каких обстоятельствах «всё это» произошло. Ты ведь понимаешь, что я чертовски сильно рисковал, помогая тебе? Мне нужны гарантии. — Это оказалось проще, чем я думал, — Ренди пораженно покачал головой, и выдохнул с облегчением, — я всё расскажу, и после мы обязательно договоримся. Идет? Но история эта очень длинная, и она касается Фрея. — Без проблем. Ты ведь с самого начала намекнул мне, что с ним что-то не так. Только дай нам попить чаю. Мы очень устали, да? Лу. — Угу, — девушка прильнула ко мне и тут же задремала. В отличии от меня, у неё мана не регенерирует с такой безумной скоростью. Снимать её с себя мне не хотелось, и потому я прибегнул к телекинезу, едва не разбив чайник, но чай всё таки налив. Теперь, сил не осталось и у меня... — Я могу начинать? — Да. Надеюсь, твоя история прольет свет хоть на что-то из происходящего. — Тогда больше не буду тянуть. И так сижу тут пол-дня, кхм... Стоит начать с того, что я девушка, — серьезно произнес он, и на кухне повисла тишина. Даже ложка гречки в руке Рея остановилась во времени. — Э... — Вернее, я была девушкой ещё 5 лет назад, до 14ти лет, когда всё это достигло апогея, — Ренди набрал в грудь воздуха, и начал свой рассказ. Хотя я бы назвал это скоре исповедью, или криком души. *** Значит, слушайте: я начну с самого начала, что бы вы могли ощутить разницу. Мы с Фреем дружим с раннего детства. Родились и выросли в крупной деревне «Магички» на окраине Тидаса, с разницей в 3 дня, и всегда были не разлей вода. Всё таки у нас дружили семьи, и в школу мы ходили в одну, в один класс. Местные в шутку называли нас близнецами: мы не только всегда были вместе, но и походили друг на друга внешне. У меня от рождения были очень очень светлые, почти что белые волосы, и золотые глаза, и у него всё было точно так же, по крайней мере до «переломного момента». Да и по духу мы были очень похожи: любознательные и слишком взрослые для своего возраста. В деревне Фрея все любили. Он был умен не по годам, и часто помогал взрослым в решении всяческих проблем. В школе же его можно было назвать «главной персоной» и тем самым мальчиком, с которым дружили абсолютно все, и никто не подкалывал. У него и правда был подход к любому человеку. Скажу сразу: он мне прям с раннего детства нравился, если уж допускать, что так бывает у детей. Когда нужно, серьезный и рассудительный, а в остальное время веселый и острый на язык, но в тоже время в душе очень добрый. И в магии как потом оказалось был прирожденным талантом, и умом не обделен. Даже в самом юном возрасте я уже могла положиться на него, и его планы нередко вытаскивали нас из самых неприятных ситуаций. А бывали мы в разных передрягах: любили на пару убежать в горы, или шастать по Тидасским лесам. Один раз даже залезли в древний склеп. Вот тогда то и проявился его магический талант: он трёх скелетов просто испепелил молнией, и это то в 8 лет, без какого либо обучения магии вообще! Оглядываясь на то время я начинаю думать, что всё началось именно тогда. В общем, жили мы весело и более менее мирно. Переломным моментом, с которого и нужно начинать эту историю, стали наши 10 лет, когда у Фрея умерла мать. В тот день на деревню совершали набег культисты одного из новых диких богов. Культ «Пурпурного рассвета,» — так они себя называют. Фрей тогда убил четырнадцать эльфов, двух тифлингов и десять человек. Эта картина до сих пор снится мне в кошмарах: идет дождь, он совсем ещё ребенок как и я, стоит на горе трупов, и его взгляд безжалостен и холоден. В руке сгусток молнии, и кажется, что она сейчас полетит в меня. Не знаю, что на меня тогда нашло, но я обняла его. Просто захотелось наверное... Это ведь было в его стиле: стоять с серьезным лицом не проронив ни слезы, когда на душе боль и ужас. В итоге он успокоился, а деревню мы отбили. В тот день было ещё много погибших, но благодаря его вкладу, она смогла продолжить существование. Тогда он и изменился до неузнаваемости. Стал закрытым, и каким то... диким. Кто-то говорил, что так на него повлияла смерть матери и кровь людей на руках, но я не уверена в этом. Было что-то ещё, о чём я не знаю, потому что пришла слишком поздно. Точно было, я уверена. С каждым днём он всё меньше общался с людьми, и всё сильнее привязывался ко мне. В один момент мы начали даже периодически спать вместе, потому что один он не мог уснуть. Конечно я не позволяла ему большего, хоть мне и было приятно такое внимание, но ощущалась в этом всём некая фальшь. Это было неправильно. Уже будучи подростком я понимала, что нельзя общаться и быть одержимым только одним человеком. Я не могла всегда быть рядом, и к тому же со временем он начинал жутко ревновать, что причиняло ему ещё больше боли. К 13-ти годам он полностью угас прямо у меня на глазах. У него тогда умерла бабушка, последний член семьи, которая о нём заботилась после смерти матери. Друзей с того момента у него не осталось вообще. В школе он больше не появлялся, и всё сидел дома один, забившись в угол и повторяя или мое имя, или какие то непонятные слова. Когда я приходила, то он в слезах цеплялся за меня. Я конечно старалась поддерживать его. Шутила, рассказывала какие то истории, легенды... Но его интеллект и разум медленно угасали. По ночам я и сама из за этого тихо рыдала, — Ренди напряженно сглотнул. Ещё появилась у него одна странность... Он стал часто бывать на местном кладбище. Пробирался туда по ночам, пока никто не видит, и бесцельно ходил между надгробиями, бормоча себе что-то под нос. Однажды я даже увидела, как он копал... Тогда он заметил меня, и больше подобным не занимался. Я надеялась, что на этом странности кончатся, но увы, произошел второй случай. В один из вечеров я решила вывести его в лес погулять. Он теперь выходил на улицу только со мной, и еду брал только от меня. Об этом уже знала вся деревня, и помогали кто чем может. Всё таки он для нас был героем. Его конечно побаивались, но только дети. Взрослые же всё понимали. Так вот, я не доглядела, и мы забрели глубоко в лес. Состояние тогда было подавленное, и мысли все негативные. Наверное потому и не смотрела, куда идем. А это ведь не просто окраины лесов Тидаса были; граница с Накеей. Там совсем рядом с этим местом уже пустоши начинаются, и всякое отребье любило в нашем лесу то клан обосновать, то убежище культа устроить. Именно на лесное убежище головорезов мы и нарвались. Просто шли через кустарник, а там склон. Одна минута и мы уже перед лагерем на опушке. Ну часовые нас мигом схватили, и привели к главарю. Фрея хотели убить, а меня изнасиловать. Только главному их громиле не стоило об этом говорить вслух, да ещё и корчить рожи. Именно тогда я увидела зачатки личности того Фрея, которого вы знаете сейчас: едва услышав, что они со мной собираются сделать, он разорвал весь лагерь на части голыми руками. Буквально: просто брал, и рвал тела на части, так быстро, что и движения заметить сложно было. Только сверкающие молнии. Признаться честно: тогда я по настоящему испугалась. Органы и головы висящие на деревьях, запах спаленной дотла плоти, и всё мокрое от крови, словно после грозы. Я и раньше видела подобное, но чтобы это сделал Фрей, да ещё и с такой безумной жестокостью... Даже понимая, что он хотел меня защитить, я не могла не бояться его. И он это понял. Тогда я впервые увидела ещё и страх в его глазах. Он подошел ко мне, и упав на колени, начал плакать. Просил прощения, нёс какой то бессвязный бред, размазывал кровь в грязи, и цеплялся за мою изорванную одежду. Даже... — Ренди стало тяжело говорить, — он даже пытался собирать дела по кусочкам, словно надеялся, что они оживут. Мне стало безумно жаль его тогда, да и не имела я никакого права его бросать, пусть даже он и был не в себе. Он ведь меня спас, и сделал для этого всё что мог. Домой мы тогда вернулись только под утро, и с того момента до 14ти лет жили вместе. Мои родители были против, но я не слушала, и они не могли со мной ничего поделать. Тогда у меня уже пробудился атрибут, а они своими на владели. В результате я стала кем-то вроде опекуна Фрея в деревне, да и все уже всё прекрасно понимали. Я частенько слышала в свой адрес шепот и возгласы вроде: «бедная девочка! горе то какое...» но мне было плевать. Жизнь в этих местах, и все пережитые ужасы, не могли меня сломать. По крайней мере, пока не произошло то, что произошло. Это была ночь, когда ему исполнилось 14. Едва взошла луна, он подошел ко мне с выражением лица, серьезным и осознанным, прямо как в далеком детстве. Тогда даже не сказать было, что он страдал безумием и помешательствами последние 3-4 года. Словно полностью исцелился... «Идем,» — сказал он, и взял меня за руку. Сопротивляться я не могла, то ли от радости и надежды, то ли от страха перед такими стремительными изменениями. Через несколько минут мы уже стояли на кладбище. В небе медленно начинала бушевать буря, а он в это время пытался найти какую то могилу. Только сильно позже я выяснила, что на этом кладбище похоронили и тех культистов, которых он убил в 10 лет. Наверное на этом ещё при жизни настоял старейшина. В итоге могилу он нашел. Нашел, и начал копать, пока не докопался до костей. Делал он это с таким осмысленным и серьезным видом, что я уж начала гадать: не нашел ли он лекарства от своего безумия, или может окончательно сбрендил? Увы, поверить ему было моей главной ошибкой. Он искал череп одного из убитых культистов, и он его нашел. Подойдя ко мне, он взял меня за руку, и я обомлела, ощутив его давящую ауру. К тому же в небе бушевала невиданной доселе силы пурпурная гроза. Фрей поднял руку с черепом, и в череп тут-же ударила молния. Эта молния каким то образом связала наш мир и то, что находилось вверху. Уж не знаю, был ли это чей то портал, или Фрей сам его открыл, но уже через секунду мы стояли в огромном храме, сотканном полностью из пурпурных облаков, внутри которых бушевали маленькие молнии. В главном зале «храма» крыши не было, только небо озаренное молниями. По обе стороны ряды колонн, а в центре, над высокой парящей лестницей, огромный трон. На троне подперев голову рукой сидела скучающая женщина, эльфийка. Больше всего в ее образе смущали две вещи: она была абсолютно обнажена, и вместо глаз из глазниц у нее вырывался пурпурный свет. Под тонкой кожей тоже виднелись маленькие всплески молний, и в целом если бы не уши и форма головы, я бы приняла её за элементаля. Аура от этого существа так и кричала мне: беги. Ничего подобного я конечно раньше не встречала. — Кто это девка? — возмущенно прокричала она тогда. — Это моя возлюбленная. Я хочу, чтобы ты помогла и ей, — с просьбой обратился к ней Фрей. Его голос звучал теперь не так спокойно и уверенно как в деревне. Он умолял. — Мелкий паршивец. Ты притащил сюда девчонку после всего, что я для тебя сделала? — холодно отвечало существо, вставая с трона, и озаряя всё молниями. — Но почему я не могу? Я не понимаю.. Я же всё сделал, — возмутился Фрей. — Верно, но теперь я вижу, что ты делал это не ради меня, — жестоко прогремела женщина, — а уж я то думала, что нашла достойного преемника. Ну ничего, эта проблема решаема, — она подняла руку, и пустила в мою сторону несколько пурпурных молний. Я тогда уже была готова к смерти, но Фрей сбил их своими белыми молниями, и закрыл меня телом. — Что ты творишь? Мы так не договаривались! — прокричал он тогда, и наверное именно эта фраза, нас и погубила. — Не договаривались? Хах, как мило, — цинично произнесло существо, — Велирий, ты тут? — обратилась она к кому то, и рядом с ней появилась фигура. По какой то причине, я не запомнила его, хоть и точно помню, что внешность его была ужасна. — Да, дорогая. Ты звала меня? — обратился он к женщине. — Именно. Не мог бы ты сотворить что нибудь эдакое с нашими маленькими отступниками? Что-нибудь в твоем духе. — Ты же знаешь, что я не могу, — покачал он головой. — Забудь о печати. Я поделюсь с тобой маной, только сделай это. Хорошо? — эльфийка нежно взяла мужчину за скулы, и посмотрела ему в глаза. — Если так... Я не смогу тебе отказать, — улыбнулся он, и в тот момент я ощутила на себе его взгляд. Он копался в моей душе, изучая каждое воспоминание и каждое чувство. Я никак не могла защититься от этого влияния. Судя по лицу замершего Фрея, он переживал тоже самое. — Не завидую я вам, детишки, — услышала я в тот момент голос в голове, и в глазах начало темнеть. Последнее что я тогда увидела, это ухмылку на лице эльфийки... Очнулась, или вернее сказать очнулся я уже в этом теле, в одной из грязных подворотен квартала людей Тидаса. Рядом лежал Фрей, искренне убежденный, что я его лучший друг детства, и что мы прибыли в город ради «покорения новых вершин», и учебы в академии. Я не стал спорить с ним. В момент, когда я осознал, что мне сменили пол а ему подменили воспоминания, всё уже было ясно. Я не в силах открыто бороться с влиянием существ, способных на подобное, да и признаться честно: их план сработал. Морально и психологически я был уничтожен. Только тот факт, что Фрей хоть и во лжи, но счастлив, позволял мне не сойти с ума. К сожалению мои чувства к Фрею после этой ситуации не ослабли, а стали только сильнее. С того момента я живу жизнь «Ренди», спокойного и понимающего товарища. Ещё до недавнего времени я не собирался ничего ему рассказывать, ведь эти существа никак не давали о себе знать. Надеясь, что они утратили к нам интерес, я медленно искал ответы на свои вопросы, и способ вернуть всё назад. Возможно, это и привлекло их внимание, вынудив снова начать действовать. После «поражения» Фрея на церемонии, он стал медленно возвращаться к тому безумному состоянию, в каком находился в 13 лет. Он заперся в комнате общежития, и не выходил оттуда с момента поражения. Я же стал ощущать постоянное невидимое преследование и чью то едва различимую ауру. И вот, два дня назад, тот самый мужчина явился ко мне во сне. Представляться он не стал, но сказал что: «тебе стоило уберечь его, но ты не справилась даже с этим. Я больше не доверю тебе это тело,» — и в тот момент я потерял контроль над своим телом. Я мог мыслить собственным сознанием, и наблюдать за действиями своего тела, но управлять им не мог. Я был полностью под чужим контролем, до момента, когда ты использовал на мне своё странное заклинание, — Ренди потрогал бинт на шее. В итоге, я всё таки решил прийти сюда, и рассказать всё тебе, раз уж ты смог освободить меня от его контроля хотя бы на время. Вот и вся история, от начала и до конца, как ты и хотел. *** Несколько минут все за столом пораженно молчали. Первым кто прервал молчание, был я, ибо мне было что сказать. — Эта история очень печальна, и... Мы в полнейшем дерьме, — я пораженно опустил голову, сцепив на столе руки в замок. — Ты что-то знаешь? — напрягся Ренди. Все ожидали от меня ответа, и к сожалению, он у меня был. — Не точно, но как всегда, догадываюсь. Скорее всего мы имеем дело сразу с двумя богами, что находятся в сговоре. — А подробнее? Как то это слишком... фантастично, даже для рассказанного, — удивился Рей. — Смотрите, — мрачно начал я, — Начнем с женщины. По описанию она чистейшее божество. Вы когда нибудь видели магов, живущих на облаках? Не спорю, что такие есть, но эта женщина точно прошла трансмутацию тела. Более того, предположу, что это она ответственна за аномалии и штормы. Несколько дней назад я мельком изучил тело убитого мной гуманоида из аномалии, и он тоже эльф. Возможно, она создает этих существ на основе собственной сущности. Я не утверждаю, но пока пусть будет так, — я прервался, и отхлебнул немного чая. Голос был готов покинуть меня. — Это что касается первого бога... Во втором же я уверен на 99%. Я не рассказывал вам раньше, потому что это началось только недавно, но у моего меча, «убийцы богов», есть жажда божественной крови. Когда он ощущает рядом божественную силу, то начинает просто сходить с ума. Я проверил это на собственной шкуре, именно во время стычки с Ренди в академии. Это значит, что он точно был под контролем бога. — Что же это за бог, который смог пересилить печать директора? — задумался Рей, — у директора 400 тыс. ранк по официальным данным, плюс полный контроль над академией, и предположительно мана всего Тидаса. Разве через такую защиту можно пройти? — Можно, когда ты уже находишься внутри, а ещё лучше, в параллельном подпространстве, вносящем хаос в общую мана-флору всего здания. Если это и был какой то бог, то точно «бог марионеток», и если он правда в сговоре со вторым божеством... Тогда я начинаю понимать, почему над Тидасом сгущаются тучи, — я мрачно посмотрел на Ренди, и у всех в комнате окончательно пропало настроение. Как назло, за окном разразилась ночная гроза. — Ты справишься с ними? — Рей неуверенно посмотрел на меня после долгой паузы. — Конечно же, нет. Я ещё слишком не готов к подобному. У меня есть невероятный потенциал, но результаты удручают. Мы с Дайном рассчитывали на появление первого бога минимум через год. — Но ведь по сути они пока и не появились, — попыталась успокоить нас Луна, — они дают о себе знать, но сами пока сюда не приходили, и особо решительных действий не предпринимали. Простите уж, но десять жертв за месяц, как то маловато для злого бога. — Она права, — Ренди кивнул головой, — похоже, что они чего то ждут, и их нападение на меня в планы не входило. — Вы предлагаете мне сидеть смирно, пока прямо у нас под носом растет зло? — я с сомнением посмотрел на всех, сидящих за столом, ощущая как во мне растет злость от бессилия. — Ладно... Я понимаю. У меня действительно нет выбора, ведь я слишком слабый. Мне нужно хотя бы 50.000 ранк без святого режима, чтобы появилась гарантия выживания в бою против бога. — Почему именно столько? — удивилась Луна. — В таком случае с убийцей богов и святым режимом, ранк будет примерно как у директора, а они точно его опасаются. Значит там всё не так однозначно. — Может мы просто всё расскажем коалиции? — резонно заметила молчавшая до этого Элли. — Нельзя, — я решительно покачал головой. — Но почему? Это звучит как отличная идея, — возмутилась Луна. — Я вам похоже, забыл рассказать, а может и не хотел... Но Доард порабощает диких богов. Помните, я рассказывал о сговоре белого и черного мечников? Я встретил их именно когда они разыграв свой гениальный театр, собирались доставлять бога Доарду. Двух этих богов важно убить ещё и потому что в противном случае, у коалиции будет пополнение. — Но зачем им боги? — Рей кажется начинал понимать, в каком мы дерьме. — Об этом не в курсе даже Дайн, а он внук Доарда. Известно только, что это что-то очень плохое. — Как много вообще ты знаешь? — с восхищением воскликнул Ренди, явно захваченный моими рассказами. — Учитывая обстоятельствах тех времен, я бы предпочел этого не знать, — мрачно ответил я, — так и быть, сделаем вид, что ничего не знаем и что ничего не происходит. Я доложу обо всём Дайну, а он передаст информацию мертвой руке. У них много информационных ресурсов, — я с силой воткнул вилку в деревянный стол, — будем ждать столько, сколько сможем, но запомните: если пойдут еще жертвы среди мирного населения, вам придется привязывать меня к кровати. Ни мой характер, ни мой меч, не смогут этого терпеть, даже если разум кричит об обратном. — Хорошо, так и поступим. Могу я рассказать нашим? — серьезно спросил Рей. — Да, и пусть по тихому ищут союзников. Я намерен основать гильдию через 2 месяца, или раньше, если получится быстрее достать деньги. Возможно, даже обращусь к Дайну, но тогда нужна будет твоя услуга, — я посмотрел на Рея, — будем копить силы, поднимать старые связи, собирать вокруг себя лояльных людей. Мы должны быть готовы ко всему, и враги у нас везде, — мои последние слова прозвучали как боевой призыв, и явно воодушевили всех присутствующих. — Ренди, ты ведь будешь молчать? Об Алане ещё не знают в академии? — обеспокоилась Луна. — Нет, когда я очнулся, то сказал, что случайно сам нанёс себе это увечье своим... экспериментальным атрибутом. Он у меня действительно очень необычный, так что спорить никто не стал. Я буду молчать. — Надеюсь ты понимаешь, что на кону, Ренди, — я с угрозой посмотрел на парня, — Не сочти меня за какого то бессердечного злодея, но я предупреждаю тебя на случай, если ты выдумал эту историю: в чистилище меня не достать никому, и любой кто туда каким то образом войдет, ощутит на себе силу 8ми древних полубогов. Если кто-то вдруг решит предать меня... Я закроюсь в чистилище на 100 или 1000 лет, а когда вернусь, то от этого города, и от всей коалиции вместе с её богами не останется даже пепла. — Нет.. Я не.. — парень был искренне напуган. — Ничего личного, правда. Просто на кону стоит слишком многое, чтобы я мог распускать нюни. В прошлом я уже терял всё что у меня было, и больше такого не допущу. Всем приятного вечера, — опустив Луну на пол и встав из за стола, я ушел в нашу комнату. Настроение было просто ужасное. Войдя, я открыл окно за которым разразилась гроза, и упал лицом на кровать. Если раньше груз ответственности просто давил на меня, то теперь я ощущал себя атлантом, ещё даже не начав действовать, и уж точно не расправив плечи. Джон Голт наверное просто осыпал бы меня горой мата, назвав это «неверным индивидуализмом», и был бы неправ. Я сам выбрал этот путь, и стану намного сильнее, если пройду его до конца с высоко поднятой головой. *Тук* — в комнату тихо постучали. Магическими чувствами я ощущал вес ударяющей руки и вибрации волн расходящихся по дереву. Это была Луна. — Заходи, можешь не стучаться, — пробурчал я, и девушка медленно проскользнула в комнату. — Ну чего ты? Совсем расклеился... — я ощутил как она ворошит мои волосы. — Это уже слишком. Два бога, и Иринарх в одном городе. Мне такое не снилось даже в самых страшных кошмарах... — Но ты ведь не боишься? — Нет, не боюсь, я просто бессилен. Так много ещё нужно сделать, чтобы появилась хоть призрачная надежда на победу. Раньше всё было куда проще... Я просто использовал атрибуты и каким то чудом побеждал, при этом не переставая ныть. — В этом вся ирония. Люди не ценят, пока не потеряют. Сам ведь знаешь, — печально улыбнулась Луна. — Ну уж тебя то я точно не собираюсь больше терять, — вдруг сев на кровати, я крепко поцеловал Луну с языком. Поцелуй длился минуту, а может дольше, и когда он закончился, я тут же вышел из комнаты, не дав девушке опомниться. Я просто не мог там больше находиться, из за смущения и эмоционального перенапряжения. Мне нужно срочно остыть. Спустившись на первый этаж, я достал сигареты из кармана своей голубой рубашки, и вышел на улицу под козырёк. — Дай и мне одну, — спокойно попросил меня Рей, уже стоявший рядом. На нём была такая же голубая рубашка, и теперь мы выглядели как два клерка. — Ты же не куришь. — Сегодня можно. — Держи, — я дал Рею прикурить от горящего пальца. — Что там с Ренди? Он ушел домой? — Ага. Твоя речь его тронула и напугала, так что он теперь нам точно не противник. Да и его история даже меня задела за живое. Не думаю, что он врет. Разве что опять попадет под чужой контроль... — Черт. А мы ведь об этом не подумали. Нужно было сказать ему, что бы не возвращался в академию, — я уже собирался идти за ним следом, но Рей меня остановил. — Не нужно. Он сам заявил, что больше не появится там. Сегодня утром он силой вытащил оттуда Фрея, и запер его в их общей квартире. — Что ж... Тогда проблемой меньше. Остается придумать что-то с двумя богами, и огромной империей злых магов. — Главное не торопись и не перенапрягайся, — Рей положил мне руку на плечо, — в прошлый раз ты угробил себя, и второго раза никто тебе так просто с рук не спустит. — Я просто не хочу терять друзей... — Никто не хочет. Помнишь, я рассказывал давным давно тебе историю, как угробил весь свой отряд? Я ведь тогда тоже хотел как лучше, а в итоге можно сказать, убил всех своих друзей. И знаешь, что тут самое ужасное? — М, неа... — Что перед миссией они просили меня не рисковать своей шкурой ради них, — Рей печально усмехнулся, словно от ненависти к себе. — Ты не контролировал себя, как и я. Люди почти всегда — заложники собственных эмоций, так что не вини себя, как бы сложно это ни было. — Ничего, свой грех я искупаю, и буду заниматься этим всю жизнь. — В таком случае ты выбрал себе правильный круг общения, — горько улыбнулся я, испепеляя окурок в руке. — На счёт этого... О какой услуге ты говорил? Мол, чтобы быстрее открыть гильдию. — У «Мертвой руки» сейчас проблемы. Прямо в Тидасе их осаждает некий клан, и нужно найти хорошо спрятанный и защищенный склад, после чего устроить на нём диверсию. Не справились пока даже их разведчики. Сможешь? — я протянул Рею руку. — Пфф. Бывший боец 11го отряда специального назначения магической коалиции Флегрейса, и не сможет уничтожить один склад? Мой атрибут камня еще не означает, что я такой же громкий, — улыбнулся Рей, крепко пожав мне руку. — Отлично, тогда жди указаний на днях. Я не могу связываться с Дайном чаще чем раз в 10 часов. И постарайся уж там выжить. Элли убьет меня... — Знаю, знаю. Её лучше не злить. — Спокойной ночи, — я вернулся в дом, и тихо зашел в комнату. Луна лежала молча, укрывшись одеялом, и вообще не двигалась. — Едва я лег под одеяло, как она накрыла меня с головой, и устроила настоящую атаку на мои губы. Вот уж чего я от неё не ожидал, так это столь безумной настойчивости... — Лу, ты чего, — едва не задыхаясь выпалил я, глядя на невероятно покрасневшую девушку, крепко держащую меня за воротник рубашки. Ее белая рубашка тоже была расстегнута. Она смотрела на меня со смущением и пробивающимся сквозь него боевым азартом. — Думал, только тебе так можно? — она начала трясти меня за воротник. — Да я вообще.. Это случайно получилось. — Случайно значит?! Ну тогда можешь считать, что сегодня тебе очень везёт, — коварно улыбнулась она, и мы погрузились в ночь, предоставленные друг другу, полностью позабыв о проблемах ужасающей реальности.___Конец первой половины четвертого тома. ---------- Подполье Тидаса. От лица Рея. Середина декабря, вечер. В городе сегодня опять идет сильный снег. Я стою перед зеркалом, и понимаю, что совсем зарос. От бороды и усов избавился, а вот волосы прямо как в 17 лет. Пришлось обрезать, но на большее времени не хватило. Ещё и этот фиолетовый взгляд... Он действительно опасен. Возможно, я стал слишком мягким за последние годы. Небрежно накинув поверх облегченного доспеха черный плащ, я вышел на улицу. Сегодня мой огромный меч ощущается тяжелее обычного, и это точно не к добру. Путь предстоял неблизкий. Всю дорогу приходилось держать чувства обостренными, а когда я вошел в заброшенный квартал, то и вовсе не убирал руки с рукояти меча. Однако, сегодня на меня никто не напал. Удивительно, ведь зима — лучшее время года для грязного промысла в здешних трущобах, за исключением того момента, что людей тут и летом бывает мало. Добравшись по нужному адресу, я увидел заколоченную дверь, и покосившийся дом, втиснутый в плотный ряд других развалюх. Если я не ошибся, то именно тут располагается вход в убежище «Мертвой руки». Войдя внутрь и плотно закрыв за собой «заколоченную» дверь, я осыпал снег со всего дома, и он завалил вход. Может, так будет даже лучше. Вид внутри, не лучше чем снаружи: паутина, разбитая мебель, и гнилые доски. Окна заколочены, и только две лестницы ведущие вверх и вниз выглядят так, словно ими пользуются. Совсем скоро сверху послышались шаги. — О, Рей! Сколько лет, сколько зим, — со второго этажа ко мне спустился парень с бурой короткой стрижкой, и шрамом через весь правый, закрытый глаз. Одет он был не по погоде: шелковая белая рубашка, да красные атласные штаны, обрезанные до колен. Не слишком практично. — Если не ошибаюсь с датой, 2 месяца, — вежливо ответил я, отряхивая от снега клинок. — И правда. Ну теперь у нас всё готово, так что ты как раз вовремя. Пойдем, — Йохан быстро спустился по второй лестнице, ведущей вниз, и я последовал его примеру. В конце ветхого каменного коридора нас уже ждал лебедочный подъемник. — Так в чем была причина переноса даты? Я был готов помочь вам ещё тогда, — произнес я, став на платформу, когда та со скрипом начала опускаться вниз, — это сильно перевернуло наши планы, и в целом, стало проблемой. — Мы не могли отпустить тебя одного, и другие обстоятельства помешали, — напрягся Йохан. — О чём вы? Я не собираюсь работать с кем то, я уже говорил вам. — У Алана на этот счёт другое мнение, — парень развёл руками, — он не хочет, чтобы ты в одиночку рисковал своей жизнью, так что мы подбирали тебе отряд всё это время. К тому же, есть ещё один момент, — Йохан помрачнел, — в тот день когда ты пришел, в подполье происходило нечто странное, и с того момента ситуация сильно обострилась. Теперь нет гарантий, что даже такой профессионал как ты, справится в одиночку. — Это настолько серьезно? — Да. Сам всё увидишь, когда приедем, — парень повернулся лицом к стене. Несколько минут мы молчали под скрип лебедки, пока вертикальный тоннель наконец не кончился, предоставив моему взгляду подполье Тидаса: огромный подземный грот, до отказа набитый трущобами построенными друг на друге, и соединенными подвесными мостами. Это место во времена моей молодости ещё называли «вторым городом». — Впервые в подполье? Красиво тут, — Йохан мечтательно посмотрел на сотни огней факелов. — Нет, не впервые. Я тут вырос, — сухо ответил я. Это была чистейшая правда. — Ого. Так ты значит, из наших? А я думал что вы из Полимиума, — глаза Йохана загорелись. — В Полимиуме невозможно дышать. — Понимаю, — Йохан с облегчением выдохнул, когда подъемник наконец остановился. С платформы мы вышли на деревянный мост, построенный на сваях уходящих глубоко в подземное озеро. Именно на этом озере по какой то причине и были построены подземные трущобы, что делало «город» уникальным по сравнению с другими. — В моем детстве тут потонуло немало пацанят, — я указал на воду, — почему никто всё ещё не закрыл это озеро? — Спроси у кланов, нам то почём знать? Так было со времен основания Тидаса. Вряд ли что-то уже изменится. Идём. Йохан повел меня через множество подвесных мостов, деревянных тоннелей и переходов. Переходя с одной платформы на другую, мы проходили мимо шумных трактиров, борделей и магазинов «специального» назначения. Повсюду слонялись сомнительные личности, предлагающие услуги «сопровождения», или же «приятный вечер». Соболезную решившим пойти за ними. Благо, я знал это место как свои пять пальцев, и мне только было интересно, где именно расположилась «Мертвая рука». Совсем скоро мы спустились в жилые кварталы. Они находятся в другой части пещеры, где самого озера нет, и почти полностью созданы из камня. Построено всё так было не спроста: подполье уже не раз пытались сжечь, ещё во времена, когда жилые кварталы находились над озером. Строить что-то из камня, без хороших магов да ещё и над водой, задача не из простых, и потому изначально квартал над водой строили из дерева. Только после множества жертв пожаров, до «подпольного совета» дошло верное решение. Они насильственно перенесли всю инфраструктуру города на воду, а жилые кварталы перестроили на камне. Интерес к поджогам тут же угас, поскольку большинство поджигателей и сами пользовались услугами города. Эта ситуация в очередной раз показывает, насколько опасны здешние места, и насколько большой контраст у этих трущоб с тем, что происходит наверху, особенно в центральных районах Тидаса. — Вот мы и пришли, — Йохан остановился перед каменной стеной одного из закоулков, и осмотревшись по сторонам, постучал. Через несколько секунд «дверь» внутрь отворил мужчина в латах. — Йо, это свои. Передай главному, что мы идем, — уведомил мужчину Йохан, спускаясь по длинной каменной лестнице в сеть подземного лабиринта. Это место ещё называют «вторым уровнем», или же «тоннельным городом». Глубоко под озером, как и в стенах пещеры, располагаются огромные сети переходов, тупиков и прочих манящих тайн. Одни коридоры ведут к подземным портам, другие в канализации, а третьи и вовсе скрывают за собой лавки и храмы культистов. Коалиция все еще не может окончательно побороть культизм и беззаконие в здешних местах, и судя по всему, становится только хуже. — А в этой стороне наша сеть тоннелей, — представил мне Йохан большую металлическую дверь с барьером. Достав из кармана некий предмет, видимо являющийся ключом, он временно снял барьер, и мы вошли внутрь. — Ого, — я удивился тому, как внутри кипела жизнь. Мы стояли в большом каменном зале, с множеством этажей и помостов, соединенных лестницами. С каждого помоста вглубь земли уходили тоннели, в которые то и дело заходили члены «Мертвой руки». — И вы защищаете это место одной железной дверью? — усмехнулся я. — Такой барьер на каждом из 577 входов, так что я бы на твоем месте особо не смеялся на эту тему, — Йохан подошел к двери в конце зала, и постучал. — Заходите, я вас ждал, — дверь нам открыл седой старик, крупнее меня раза в два, облаченный в латы. Удивлен, что он вообще смог поместиться в свою каменную каморку, где к слову, кроме стола и стула, ничего не было. Он сюда приходит просто посидеть? — Извиняюсь, что вам негде сесть, — старик развел руками, садясь на стул, который лишь чудом его выдерживал, — мы экстренно переезжаем, так что мебели почти не осталось. — Вот, это Рей. Рей, это мастер Лихт, — Йохан поклонился, и быстро покинул помещение. — Значит это ты, поведешь моих людей под землю? — старик посмотрел на меня взглядом хищника, но это не произвело никакого эффекта. Одна из множества стандартных армейских проверок. — Верно. Правда я рассчитывал работать один. — Понимаю тебя, — старик покачал головой, — но это невозможно. Война в лабиринтах в связи с событиями последних месяцев переросла в настоящую резню. — Разве ваши агенты убивают людей? Это кормит аномалии, — мрачно ответил я. — Объясни это им, — старик засунул руку в образовавшуюся в пространстве щель, и одним рывков вытащил от туда гумманоидное тело, швырнув его к моим ногами. — Это ещё что за хрень? — Существо выглядело достаточно отвратительно. Человеческое лицо с парой волосин, и без глаз. Разорванный рот. Грудная клетка и живот вспороты, и из нутри растет несколько пар рук. Ног и вовсе нет. — Как оно двигается? — поинтересовался я. — На этих самых руках, и чаще всего по потолкам, — мрачно ответил Лихт, — они начали появляться в тоннелях два месяца назад, аккурат к моменту, когда мы думали что победили. Культистов тогда стало совсем мало, и мы уж думали что все наладилось. — Ты намекаешь, что это и есть обращенные культисты? Другую связь отследить трудно. — Именно так, и никак иначе. Некоторых из особей мы видели ещё в человеческом облике до начала инцидентов. Среди них есть даже те, кто смог сбежать из наших тюрем. Представляешь? Они вернулись туда из тюрьмы, чтобы стать чем то подобным. Вот чудики, — старик пожал плечами. — Судя по всему, кто-то превратил целую банду в культ. Я уже сталкивался с подобным на северо-западном фронте, — заключил я. — Ты воевал в Морне? — удивился старик. — Не совсем. Мы зачищали заснеженные границы между Морном и Кинаем, когда я ещё не был признан «отступником коалиции». Там есть несколько горных хребтов, из которых культистов приходилось выкуривать начертательными зачарованиями. — Надо же. А какой отряд? — Бывший 11й. Не знаю, существует ли такой сейчас. — Нет, расформирован, — старик задумался, — может быть, в твоих руках мои парни не пострадают. Проследи уж. Командование будет у тебя. — Вы уверены? Я не очень хорош в этом, — у меня в голове тут же начали всплывать кадры минувших дней, но отказаться я не могу. — Более чем. Я спрашивал у Алана, и он сказал, что ты справишься. Всё таки это твоя работа. — Этот пацан... Ладно. Где мой отряд? — я решил не спорить, а поскорее разобраться с этим делом. — Они ждут тебя в 394 тоннеле. Начало операции через час. — Ясно. Дополнительные задачи помимо склада будут? — Об этом как раз и поговорим, — старик насупил брови, — планы несколько изменились. Склад нас больше не интересует, и скорее всего, он уже не существует. — Теперь вам нужен источник этих существ, правильно я понимаю? — А ты не любитель церемониться, — старик почесал щетину, — всё так, но мы не требуем от вас героизма. Если вдруг окажется, что эти твари рождаются прямо из какого нибудь бога, то уничтожать его жертвуя жизнью вам не нужно. У вас только две задачи: выжить, и при этом принести пользу. — Я понимаю. Доставленная информация порой способна нанести куда больше вреда инфраструктуре врага, нежели самоубийственный бой с парой его отрядов, — мрачно произнес я. — Смотрю, ты проверил это на собственной шкуре? Боевого опыта тебе и правда не занимать. — Потому я тут. Еще указания будут? — Только одно, — старик достал что-то из ящика стола, — вот, это амулет связи. Уверен ты знаешь, как он работает. Всё самое важное передавай через него, но постарайся не пользоваться им часто, и в целом, используйте атрибут как можно реже. — Почему? — Эти твари хоть и слепые, но отлично чувствуют магию, — старик с суровым видом поднял труп с пола, и закинул его обратно в межпространственный карман, — на этом всё. — Да уж... Ситуация непростая. Мы можем рассчитывать на подкрепление в худшем случае? — В худшем случае мы вас вытащим, — заверил меня Лихт. — Тогда до встречи, кэп, — я пожал старику руку. Всё таки, находиться в этом месте, рядом с таким же солдатом как и я, было приятно. Только вот, нарастающая внутри тревога мне была не по душе. Не люблю я отвечать за жизнь других людей. ---------- Прямо в ад. Нужный тоннель я хоть и с трудом, но нашел. Дальше пришлось долго идти в полутьме, пока за очередным поворотом не послышались тихие разговоры. Услышав мои шаги, говорящие тут же умолкли. Подойдя ближе, я внимательнее рассмотрел свой небольшой отряд: Всего их было трое. Два тифлинга, и человек, все трое мужчины. Они сидели на каменном полу, в окружении нескольких парящих шаров света, прямо перед большой железной дверью. — И вот он будем нами руководить? Что это за груда мышц? — Всплеснул руками первый тифлинг, в кожанной легкой броне. У него были обрезаны рога, и он кажется, смотрел на меня с претензией своими темными глазами. Его красная кожа должна была лишь добавлять угрозы, но увы, со мной такое не прокатит. Судя по кинжалам на поясе, он отвечал за выполнение быстрых и скрытных задач, либо был магом магических кинжалов. — Как тебя зовут? — спокойно обратился я к нему. — Ишида, мастер Рей, — передразнивая меня произнес он, поднимаясь и размахивая перед моим лицом руками. Я тут же врезал ему кулаком по лицу. — Если планируешь и дальше себя так вести, то можешь выметаться отсюда прямо сейчас. Мне не нужен еще один труп на поле боя, — я встряхнул руку. Благодаря технике, мой удар не оставит на Ишиде даже синяка, но больно точно будет. — Второй, — я обратился к спокойно стоящему рядом тифлингу. У него были заостренные кверху длинные рожки, и кожа близкая к фиолетовой по цвету. Видимо другой вид тифлинга. Из одежды тканевая роба. Другого снаряжения нет. Точно маг. — Эвиль, заклинатель темного пламени, к вашим услугам, — учтиво поклонился он. — Отлично. А ты? — я посмотрел на третьего члена отряда. Им оказался парень лет двадцати-двух, в магически-облегченных монолитных латах, что превращали его в нечто вроде железной статуи. Волосы у него были средней длины, темно-синие, и серые глаза выражали нечто вроде интереса в мой адрес. Оружия я при нём не заметил. — Кир, боевой маг. А вы? — он осторожно улыбнулся. — Рей, профессиональный мечник, бывший член 11го отряда коалиции. Атрибут земли. В бою предпочитаю находиться в авангарде. Как вы уже слышали, командование сегодняшней операцией передано мне. Вопросы? В ответ последовала тишина. — Очень жаль. Кто нибудь из вас знает, какова ситуация в тоннелях, за вот этой железной дверью? Мне не давали дополнительной информации. — Всех выживших членов «Мертвой руки» эвакуировали, — мрачно ответил Кир, — подразделение Тидаса больше не может терять здесь людей. Нас и так мало ввиду специфики организации. — Как давно эвакуировали? — Неделя. С того момента все тоннели запечатаны и магически изолированы. — Значит мы будем одни... — пробубнил я себе под нос, — плохо. Тогда не будем церемониться, и сразу перейдем к распределению ролей. Раз уж ты ещё тут, то с тебя и начнём, — я обратился к Ишиде. Тот стал заметно спокойнее после терапии, — что умеешь? — У меня атрибут тени, и я специализируюсь на скрытных убийствах, сэр... — спокойно ответил он. — Отлично. Будешь идти чуть впереди, максимально тихо, и изучать обстановку. В бою ликвидируешь магов и тех противников, что держатся позади, если такие будут. Следующий, — я посмотрел на Эвиля. — Маг темного святого пламени, и по совместительству целитель. — Темное святое пламя? — Да. Подвид измененной светлой магии исцеления, что пробуждается только у тифлингов, — объяснил Эвиль, — одинаково эффективно лечит союзников и калечит врагов. — Хорошо, ты пойдешь за мной. Я иду впереди, Кир сзади, ты по середине. Ману постарайся расходовать по минимуму. У нас три боевых единицы в отряде, и если с ними что-то случится, то лечить сможешь только ты. Следующий. — Как и говорил, я боевой маг, — Кир буквально призвал два эфирных синих клинка из воздуха. — Это твой атрибут? — Ага. Ману почти не тратит. — Хорошо, тогда ты замыкающий. Теперь общая стратегия: идем тихо, изучаем всё что можно. В случае нападения отбиваемся, сдвигаясь назад. В худшем случае будем бежать к двери. В случае окружения, также пробиваемся назад к выходу. Ману в пустую не тратить, лишний раз не разговаривать, дышать как можно тише. Ауру не выпускать, пока столкновение не станет очевидно. В первую очередь задача: выжить. Мертвыми вы больше никому не послужите. Принято? В ответ все трое понимающе кивнули головой. — А как мы.. будем искать, то что должны? — вдруг задумался Кир. — По мана-следам. Эти твари не способны контролировать свою ману как и любые другие дикие. Там где остаточная энергия гуще, их явно побывало больше, а нам как я понимаю, дорога прямо в их логово, — мрачно ответил я. — Вы ведь уже так делали? — с интересом посмотрел на меня Эвиль. — Да. Четыре года назад мы зачищали сеть проклятых тоннелей. Нужно было уничтожить гнездо мутировавших культистов. Однако в этот раз всё иначе: мы должны только разведать обстановку. За уничтожение возьмутся другие. — Будет здорово, если нас не уничтожат первыми, — пробурчал Ишида. — Я этого не допущу. На мне ответственность за ваши жизни. Все готовы? В ответ снова синхронные кивки. — Отлично, тогда вперед. *** Скрипучая железная дверь закрылась позади, и мы оказались в темноте тоннеля. Уже на входе все стены были измазаны кровью. Кто-то явно пытался сбежать от сюда, и у него плохо получилось. Ну хоть трупы убрали. Я проверил мана-след. Магические чувства как правило почти не используют внешнюю ману, и не проявляют ауру, поэтому подобная проверка для нас ничем не грозила. След у входа был совсем тусклый. Видимо, здесь уже давно никого не было. Медленно продвигаясь вглубь тоннеля, мы находили всё больше трупов. Внезапно, меня остановил наш маг, Эвиль. Он указывал мне пальцем на один из трупов, припертый к стене. Сначала я не понял, что с ним не так. У трупа просто отсутствовала нижняя часть тела, и ничего более. Но когда я посмотрел на лицо... — Мы в полной заднице, — заключил я. — Почему? — Кир тоже начал рассматривать труп, но видимо, пока не понимал. — Это темный эльф. — И что? Хотя постойте... Откуда в Тидасе темные эльфы? — удивился Кир. — Из аномалий. Они от туда регулярно лезут, и ребята эти совсем неслабые. Оцениваются примерно в 5000 ранк каждый. На убийство такого нужно выделять отдельного квалифицированного мага. — Получается, что эти твари и такого могут убить? — Кир стал перебирать остальные трупы, — тут ещё двое. — Судя по всему в этих тоннелях устраивали настоящую резню с огромными выбросами маны, — заключил я, — или этих тварей очень много, или они очень сильные. Оба варианта нам не на руку, так что ведите себя предельно осторожно. Ещё раз осмотрев эльфа, мы продолжили движение. Довольно долго ничего не происходило, и это начинало меня напрягать. Мы шли вперед уже несколько часов, и очевидно, убежать теперь вряд ли получится. Мана-след здесь был подозрительно тусклым, словно и правда целую неделю здесь больше не появлялось диких. *т-т-т-т* — вдруг послышался странный звук спереди, и все остановились. Ишида должен был идти самым первым, но сейчас он стоял рядом со мной, потому что недавно у нас был маленький привал. — Ты что-то видишь впереди? — тихо шепнул я тифлингу. У него должно быть отлично развито зрение в темноте. Зрение тифлингов даже лучше магического. — На потолке что-то есть... — он положил руки на кинжалы, и я так же немедленно схватился за оружие. — Всем приготовиться, — едва успел я отдать команду, как сверху, прямо с потолка на нас бросились сразу три этих твари. Ровно как и показывал мне Лихт, это были безногие гуманоиды с рассеченными телами, изнутри которых росло множество рук. Одним вертикальным ударом клинка я рассек падающую на меня тварь. В процессе клинок ощутил нехилое сопротивление, что лишний раз говорит о силе этих диких. «Ааа!» — У Ишиды стоящего в метре от меня, проблем было больше. Один кинжал застрял в теле противника, а вторым он без конца атаковал его лицо. Быстро зайдя твари за спину, я вонзил клинок ей в шею, и медленно рассек ее на две части. В этот момент, я заметил позади, где стояли Кир и Эвиль нечто странное. Может быть мне показалось, но Кир только что держал эфирный клинок у шеи Эвиля, пока тот был полностью сосредоточен на сдерживании дикого черным огнем. Правда эта ситуация не получила развития. Почти сразу Кир убрал клинок и переключил свое внимание на дикого, который к этому времени был уже испепелен. — Ишида, посмотри на меня, — шепнул я пытающемуся отдышаться тифлингу. — Что-то не так? Мы же..вроде, побеждаем.. — Следи за Киром, понял? Он мне с самого начала показался подозрительным, — шепнул я, и Ишида понимающе кивнул. Несмотря на характер этого тифлинга, он всё же остается ассасином, и должен понимать в таких вещах не хуже моего. — Это было не так сложно, — с улыбкой произнес подходящий к нам Кир. — Да, конечно, — мрачно ответил я, — идем дальше, это только начало. *** Интересно, из этих троих, сколькие могут оказаться предателями, и зачем? Нас не то чтобы можно назвать элитным отрядом, для уничтожения которого нужно внедрять отдельного человека. Или может, он сначала хочет получить информацию с нашей помощью, а после сбежать? В военной практике подобное не редкость. — Рэй, тут что-то есть, — обратился ко мне Эвиль, указывая на дыру в стене. Тоннель в этом месте продолжал идти вперед, а дыра уходила вниз под углом. — Хах, служебный проход? — усмехнулся Кир. — Лезть в эту дыру, сущее самоубийство, — заключил я, — но если мы ищем логово врага, то очевидно, нам сюда. Высота дыры как раз метра два, так что развернуться можно. — Мы действительно пойдем туда? — Ишида неуверенно топтался на месте. — Не ной, — отчитал его Кир, — почему тебя вообще взяли с нами? Разве ассасины подходят для убийства диких? — Мы... — Это правда, что ассасины в основном нужны для убийства существ с явными уязвимыми точками, вроде людей, — вмешался я в их диалог, — но это далеко не единственная их функция. Если мы вдруг окажемся в безвыходной ситуации, то в качестве очевидца выжить сможет только Ишида. Всё, оставить разговоры, мы идем вглубь. Соберитесь уже. В ответ прозвучала лишь тишина. По началу мне казалось, что я слишком строг с ними, но теперь я просто вижу, что в них нет ни капли профессионализма. И их мне подбирали два месяца? Звучит печально. *** Ну и запах в этих тоннелях. Хуже чем на кладбище. Ещё и мана-след густой, словно тут час назад проходил табор диких. Совсем скоро нужно будет подавать сигнал, и выметаться отсюда. Я чувствую, что логово должно быть близко. Это заняло куда меньше времени, чем я рассчитывал. — Рей, смотри... — Ишида показал мне круглый камень с руной, когда мы остановились на развилке тоннелей. — Где ты нашел его? — Тут, в земле, — он передал его мне, и я спрятал камень в карман. Негативной энергии он не излучал, так что полагаю, это местный артефакт-наследие диких. Позже передам его боссу. — Из правого тоннеля прям так разит негативной энергией, — заключил Эвиль, заглядывая внутрь. — Туда мы и двинемся. Совсем скоро готовьтесь бежать обратно. Мы почти пришли, — я поправил плащ, и пластины моей монолитной брони скрипнули. Давненько я уже не сражался в этом доспехе. — Вы это слышите? Гул... — Ишида неуверенно заглядывал в темноту. — Идем, — я похлопал его по спине, — наша миссия почти завершена. Нужно только убедиться в этом, прежде чем тоннелями воспользуются их создатели. *** Впереди показался тусклый синий свет. Ещё несколько шагов, и мы медленно вышли в огромную пещеру. В центре пещеры, вокруг крупного синего кристалла копошились эти существа, передвигаясь на множестве маленьких рук, словно лобстеры или тараканы. Однако что настораживало больше, так это врата. Огромные, около сотни метров в высоту, немного скругленные по краям, закрытые врата в конце пещеры. Вокруг них непрерывно велась работа. Дикие забирались при помощи рук прямо на стены, и продолжали очищать гигантскую дверь от породы. — Что тут происходит? — тихо прошептал мне Эвиль, но я не знал, что ему ответить. Нужно срочно связаться с Лихтом. Но сначала... Посмотрев назад, на тоннель, я уже понял, что провалился. Там стоял Кир. Он смотрел на меня своими серыми, полными безразличия глазами, и его руки уже светились от магии. Через мгновение, весь тоннель превратился в сплошную стену. Магией я мог ощущать, что это не просто стена. Сам тоннель больше не существует, а значит, на повторное его создание даже с моим атрибутом уйдет куча времени. — Рей! Они уже тут, — Эвиль выкинул руки вперед, призвав пламя, но я остановил его. — Не надо. Я сам займусь ими, а ты лучше сосредоточься на лечении. И вот, ещё кое что, — я протянул тифлингу амулет связи, — сообщи Лихту о том, где мы находимся и что произошло, прямо сейчас, — осознавая всю собственную вину за сомнение, и за то что всё таки доверился Киру, я пошел на встречу шипящим тварям. — Я помогу! — рядом появился Ишида. — Назад, — рявкнул я на него. Этот парень совершенно не способен сражаться с врагами такого типа. Он будет обречен, а я больше не позволю никому умереть под моим командованием. С этими мыслями, я начал шинковать диких. По началу всё шло неплохо, и они не могли даже дотянуться до меня. Всё таки, «стоять» они не могут, и атакуют только прыжками-рывками, прыгая как пауки, и пытаясь «обнять» тебя. Что будет, если они тебя обнимут, я проверять не хотел. Впрочем, у них на этот счет было свое мнение. Эти твари всё прибывали и прибывали, начиная теснить меня к стене. Я уже видел, как они ползут по потолку и стенам. — Как тебе такое? — я с новыми силами бросился на первый ряд диких, и выкосил их с пары ударов, но их место тут же заняли новые. Внезапно я ощутил боль в боку. Причиной была одна из «человеческих гусениц», что держала в каждой руке по кинжалу, два из которых пробили мои магические латы. — Ха, — отступив назад и попутно разрубая тварь надвое, я схватился за глубокую рану, и почти сразу ощутил, что она затягивается. Судя по всему, это был Ишида. Дикие тем временем уже собирались прыгать на меня сверху. Мана ещё есть, а значит придется вспоминать былые приемчики. «Я есть камень,» — произнес я ключевую фразу, и моя кожа вмиг зачерствела, как гранит, значительно потемнев. Один из диких бросился на меня, и обхватив всеми руками, вдруг начал истерично кричать. Каменные шипы выросшие из моего тела пробили его насквозь. Отбросив в сторону меч, я пошел прямо в толпу врагов. Я ощущал, как камень под моими ногами движется подобно воде, выпуская из под земли огромные шипы, и насаживая на них десятки диких по всей пещере. Свою главную цель я уже определил: синий кристалл в центре зала. Только теперь, получив контроль над всем камнем в этом месте, я ощущал ужасающую энергию исходящую от кристалла. Подойдя к минералу вплотную, я одним ударом разбил его вдребезги, и по пещере прокатилась безумная волна истошных визгов. Дикие начали угасать один за другим, рассыпаясь в прах. От их тел не оставалось даже пепла. Похоже, что это победа. *** Когда всё наконец закончилось, то в пещере повисла тишина. Отменив действие атрибута, я поплелся обратно. Из за возвышения на котором находился вход в пещеру, я не мог видеть, что там произошло. Поднявшись по длинной природной лестнице, я увидел, что там где раньше был вход, прижавшись к стене сидели Ишида и Эвиль. Ишида держался за живот, а Эвиль отчаянно пытался спасти его атрибутом. — Значит, они всё таки добрались до вас? — я мрачно посмотрел на тифлинга. Раны были сквозными, словно кто-то пробил ему живот клинком. В такой ситуации жить ему осталось недолго. — Это был.. Кир, — с измученной улыбкой произнес Ишида. — Почему ты улыбаешься? Тц, — я чуть не вспылил на самого себя. Нужно было следить за ним внимательнее, и везде посылать вперед. — Потому что напоследок я лишил ублюдка глаза, — улыбнулся Ишида, — вы правы, я не очень хорош в убийстве диких, но с людьми не церемонюсь. — Если протянешь ещё немного, я вас вытащу. Эвиль, ты сделал то о чем я просил? — Да, только... — тифлинг не успел договорить, потому что над пещерой внезапно повисла чудовищно тяжелая аура. Что-то происходило у врат. — Я сейчас вернусь. Ни в коем случае не идите за мной, и вообще, сделайте вид что вас тут нет, — строго наказал я, и подняв валяющийся рядом меч, двинулся вниз к вратам. То что я там увидел, лишило меня всяческой надежды на выживание. *** Аномалии. Сразу девять фиолетовых шаров, медленно пульсирующих в воздухе, появлялись перед огромными вратами. Очевидно, их привлекло разрушение кристалла и мана высвободившаяся после смерти всех диких. Из каждого шара, медленно формировалась гуманоидная фигура обнаженного темного эльфа. В руках они все держали разное оружие: кто-то меч, а кто-то копье. Став полукругом, они безмолвно смотрели на меня. Я же лишь вскинул меч. — Рей... — послышалось позади. Обернувшись я увидел Эвиля и Ишиду, который поддерживал его. — Я же сказал вам сидеть на месте! — рявкнул я, переводя взгляд обратно на эльфов. Чего они ждут? — Ну? Вы так и будете стоять? Безмозглые выродки, — вновь прорычал я, и эльф с мечом, что стоял по центру, двинулся в мою сторону. Его медленная, надменная походка, вызывала в моей памяти картины прошлого: ту страшную зиму, и ту дикую тварь, что лишила меня почти всех моих друзей. Как и тогда, сейчас я едва стоял на ногах. Однако, я не могу позволить этой истории случиться вновь. — Не назвал бы себя безмозглым, — с улыбкой ответил мне эльф, остановившись в паре метров передо мной. Он едва говорил на нашем языке. — Ого, так вы эволюционируете? Того гляди, скоро будете как нормальные люди, — злобно ухмыльнулся я. — Пф. Зачем, когда можно лучше? — эльф злобно оскалил зубы, и мгновенно перешел в атаку. Я едва успел заблокировать его удар, и наши клинки сцепились. — Неплохая бандура, чтобы пугать насекомых, — съязвил эльф, глядя на мой меч. — Лучше на свой посмотри. Почему он у тебя кривой? Ты комплексуешь на этот счет? — я оттолкнул противника ногой в живот, и мой последующий удар в его блок, отправил эльфа в короткий полет. — Похвально для человека, который едва стоит на ногах, — наконец произнес эльф, поднимаясь и отряхиваясь. — Я ожидал от тебя большего, — ответил я опираясь на меч. Я почти потратил весь лимит. Даже двигаться уже было трудно. — Удивительно, — задумчиво произнес эльф, доставая второй клинок из пустоты, — давно я не испытывал чувства уважения и жалости к человеку. Можешь считать это своим посмертным достижением, — одним шагом оказавшись передо мной, он замахнулся клинками. Я уже не мог ничего сделать, и лишь видел в этом эльфе образы прошлого. Расчлененные тела друзей, ощущение бессилия, кровь во рту и гнилостный запах. Тогда, после прихода помощи, мы не смогли поймать дикого. Он исчез, и теперь похоже, будет преследовать меня всю жизнь, пускай даже в новых образах. Хотя даже так, глядя на летящий клинок, я не собирался принимать смерть. «Дзынь,» — оба меча эльфа отлетели в сторону, после того как нечто выбило их из рук дикого, а сам эльф отлетел обратно к «своим». В это же время весь зал накрыла аура, куда более чудовищная, нежели аура 9ти аномалий, и в то же время, очень знакомая. «Босс...» — с трудом улыбнувшись, я смотрел на проходящего мимо меня Алана. Его серые волосы безумно бушевали вкупе с черным плащом, в который он полностью был замотан, словно в пещере разразился ураган. Серебряные глаза выражали чистейшую ненависть, и на лице застыло холодное выражение. Что же до его ауры... О ней даже думать страшно. Нечто настолько хаотичное я видел лишь однажды, когда столкнулся с богом плоти. «Не многовато ли вас тут, на одного моего друга?» — мрачно произнес Алан, и со странным гулом, вокруг него начали появляться десятки зазубренных мечей. Эти мечи танцевали в воздухе, непредсказуемо двигаясь, и объединяясь в цепочки, словно единый живой организм, или стаи рыб. «Так это ты убил нашего брата?» — оскалился на него эльф, и один клинок тут же вонзился в его горло, а вслед за этим, десяток мечей превратил эльфа в груду мяса. «Вам не стоило приходить на нашу землю, и тем более убивать невинных жителей. Я уже знаю, чего вы добиваетесь,» — угрожающе произнес Алан, и в этот же момент все эльфы бросились на него. Однако, они не смогли даже подойти к Алану. Окружившие его чуть ли не стеной мечи, превращали в кровавый фарш абсолютно всё, пока он стоял не двигаясь. — Насколько же ты силен... — ухмыльнулся я, обращаясь к парню и опираясь на меч, когда тот наконец закончил, и подошел ко мне. — Не настолько, как может показаться, — устало улыбнулся он мне, и его взгляд помутнел. Я уже видел, что он сейчас упадет. — Возьми меня за руку, — произнес он. — Постой, там есть ещё люди. Вернее... — Я знаю, я уже вытащил их. Давай быстрее, — настаивал Алан, протягивая руку. Едва я взял его за руку, как пространство вокруг перемешалось. ---------- Гильдия "Возрождение" *От лица Алана Кинга* Упав на каменную плитку перед нашим домом, я едва не отключился. К счастью, удалось удержать себя в сознании. Из дома нам навстречу уже бежали Луна, Элли и... Гилберт. Кое как поднявшись на ноги, мы с Реем поплелись к дому, поддерживая друг друга. Нужно было всё обсудить, и как следует отдохнуть. *** Когда мы наконец собрались в гостинной второго этажа, развалившись на диванах, и Рей всё нам рассказал, в комнате повисла тишина. Сдуру потратив всю ману, я едва ли мог сейчас думать о чем то дельном. — Видали, какой телепорт точный был? Почти в дом попал, — я устало улыбнулся Луне, пока она накладывала мне разного рода магические компрессы. Они удивительно расслабляли тело распространяя по нему тепло. — Ты опять весь лимит за один присест потратил! — возмущенно отчитывала меня девушка, — мог бы с ними и проще разобраться. А если бы вы не выбрались? — Извини... Только не бей, — улыбнулся я, и мой взгляд совершенно случайно наткнулся на Гилберта. С нашей последней встречи он не сильно изменился: голубые глаза, светлые волосы, походный зеленый плащ следопыта... Настоящий «ариец», не иначе. Он стоял у дальней двери, и молча смотрел на нас с Реем немигающим взглядом. — Мне кажется, боссу тогда было не до любезностей, — мрачно произнес Рей, — видели бы вы его лицо. Я и сам тогда чуть в штаны не наложил. — Может ты уже перестанешь называть меня боссом? — Я закрыл лицо рукой, — Но да, это правда. Мало того что от этих эльфов разило божественной энергией, и они пытались убить моего друга, так еще и вид раненых тифлингов меня откровенно говоря, взбесил. Кстати, первого пырнули магическим оружием, и его рана никак не хотела затягиваться, а второй так пытался его вылечить, что сам чуть не погиб от лимита. Я едва успел остановить их. — Где они сейчас? — поинтересовался Рей. — Внизу, в комнате для гостей. Лежат без сознания, но скоро будут в порядке. Я тоже через часик оклемаюсь, и сразу пойду к Лихту лично. Я уже рассказал ему обо всём через амулет, и они направили к вратам людей. Нам же нужно ещё получить награду, так что сегодня у меня будет тяжелый день. — Никуда ты не пойдешь, — Луна ущипнула меня за щеку, — сегодня ты сидишь дома и восстанавливаешься. К Лихту я и сама могу сходить, — она пригрозила мне пальцем. — Ладно, — я слабо улыбнулся, — раз уж ты настаиваешь. — Кстати об этом, — Рей полез в карман, и не без удивления достал оттуда амулет, — Постой... Что я тогда отдал Эвилю? — Хаха, — я едва сдержал смех, осознав что произошло, но никто в комнате не разделял моей радости, — Рей, ты... — Я вот всё думаю: как ты меня нашел? — мужчина уставился на амулет, словно существование того было невозможным. — Со мной связался один из твоих тифлингов, — я показал свой амулет, висящий на шее, — видимо ты перепутал их, когда хотел связаться с Лихтом, и отдал ему не тот. — Точно, я же должен был ещё и перед тобой отчитываться, — Рей тоже закрыл лицо рукой. — Не парься, старина, работа выполнена, а значит мы получим свои деньги. Ты отлично справился, — я похлопал друга по плечу. — Да ладно тебе. Если бы ты не пришел, то я бы героически там и помер, — ухмыльнулся Рей. — На счет врат и остального поговорим позже, а пока... — Простите, — прервал мою речь, наконец вышедший из угла Гилберт, упав перед нами на колени. — Простите, простите, простите, простите, простите, — без конца повторял он, едва не рыдая. — Парень, что это с тобой? — мы с Реем переглянулись. — Я.. меня не было рядом всё это время. Я не был уверен.. — он проглатывал слова, словно они действительно давались ему с болью. — Не был уверен, что я действительно жив? — я протянул Гилберту руку, — это нормально. Даже я сам не был в этом уверен. Всё что вам нужно, это прийти и проведать меня. Всё таки уже три месяца прошло. — Ты не злишься? — Гилберт поднял глаза и неуверенно посмотрел на мою руку. — Нет, какой в этом смысл? Может, если взглянуть эгоистично, это и было бы обидно... Всё таки я воскресил тебя. Но знаешь, я не склонен обижаться. Даже Луна не была уверена в том, что я выжил. Да и к тому же, сейчас нам нужны люди в гильдию. Разногласия оставим за дверью. — Алан... — у парня на глазах навернулись слезы, когда он пожал мою руку. — Добро пожаловать, майор, — улыбнулся я в ответ, — кстати, а где Филита? — Она сейчас доводит до ума свою магию. Мы потратили 5 месяцев на то, чтобы найти ей снежный цветок... — Гилберт почему то смущенно отвел взгляд. — Ого, и вы действительно его нашли? — Да, на границе с Морном, — он осторожно посмотрел на Рея. Тому похоже, эта новость не понравилась, но он промолчал. — Постой, а как снежный цветок отразится на эльфе, у которого уже есть атрибут льда? — задумался я. — Возможно, будет эволюция атрибута или что-то вроде того. Мы еще ждем эффект. — Хм, да? Эволюция атрибутов настолько редкое явление, что кажется, о нём уже все забыли, — я посмотрел на Луну, которая сидела у окна. На ней была надета красивая белая сорочка. Она возможно, тоже прошла эволюцию атрибута, но вопрос этот был слишком сложен для моей сонной головы. — Ладно парни, я сильно устал. Может уже разойдемся по своим комнатам? Давайте обсудим всё это вечером, часов в 6. Завтра я планирую зарегистрировать гильдию, и нужно решить этот вопрос вечером. — Ох... — Рей с трудом поднялся, и поковылял в свою комнату. Его поддерживал Гилберт, и уже на выходе, тот ещё раз виновато посмотрел на меня. Надеюсь, он не будет ни в чем себя винить. *** — Ну как, что нибудь болит? — Луна внимательно осматривала меня сидя рядом. — Неа, я в порядке. — Всё таки ты молодец, — девушка вдруг обняла меня, — защитил целый отряд, и даже тифлингов... — Даже? — я удивленно посмотрел на неё. — Угу. Иногда мне кажется, что ты недолюбливаешь всех кроме людей, и может быть, эльфов. А тут аж взбесился из за двух тифлингов... — Вот ты о чем, — я положил руку девушке на голову, перебирая её волосы, — нет, я изменил свое мнение на этот счет, после того как прошел чистилище. Даже в моем родном мире каждый человек был уникален, а тут, где у каждого существа есть душа, ты вообще не найдешь двух одинаковых личностей. Разве могу я в таком случае утверждать что-то за целую расу? Наверное, как и в моем мире, здесь куда большую роль играет воспитание и условия, в которых каждый растет. — Думаешь? А помоему тифлинги все до единого воры и убийцы, — злобно ухмыльнулась Луна. — Хах, добротный стереотип. Ну, эти точно не такие... Тем более, что они находятся под командованием Рея, — едва я вспомнил кадры из пещеры, как мое настроение испортилось. — Ах, так вот почему ты так разозлился, — Луна тихо прижалась ко мне. — Сама ведь знаешь, какое у него было прошлое. Даже сейчас он не подавал виду, но явно чувствовал себя виноватым за провал. Я не мог допустить, чтобы кто-то вновь погиб под его командованием. Всё таки, эта миссия задумывалась как способ помочь ему со старой травмой, а в итоге, всё стало только хуже. — А я говорила, что это плохая идея... — пробормотала Луна. — Знаю, но ничего не поделать. Предательство я не предусмотрел, а не отправлять Рея на миссию тоже было нельзя. Кто-то должен был это сделать, и к тому же... — я запнулся. — Чего? — Просто не могу смотреть, как мой друг мучается. Такие психологические травмы, могут подвергнуть опасности не только его самого, но и всех нас. Всё таки он будет одним из «Ворожденных». — Ты так внимательно относишься к каждому из нас, — Луна села на меня, обхватив мою шею руками, и с улыбкой поцеловала. В ответ я лишь печально улыбнулся ей. — К сожалению, я не могу проследить за каждым. Нас и так уже слишком много, и если большинство справляется самостоятельно, то вот например, Феликс... Я всё никак не могу добраться до него, уже три месяца. Каждый раз когда я прихожу туда где он должен быть, этот парень словно ускользает у меня из рук. — Ты спрашивал Нову об этом? — Конечно, но она лишь разводит руками. Он не хочет говорить с ней на мой счёт. — Эх, бедняга, — Луна погладила меня по голове, — что же у тебя происходит в черепной коробке, что ты решаешь так много дел каждый день? Я бы уже с ума сошла. — Честно говоря, я должен был сойти с ума еще очень давно. Это какая то... аномалия моей психики, что я всё ещё «впорядке». Или может, это просто напросто из за тебя? — Ну брось, что за внезапная романтика? — хитро улыбнулась Луна, — лучше скажи, что там с гильдией? Ты подготовил документы? — Ага, пришлось повозиться. Их бюрократическая система воистину ужасна. — Всё настолько плохо? — Страшнее, чем услышать: «Абонент временно недоступен, перезвоните позднее,» — когда будучи маленьким, звонишь родителям в 2 часа ночи, потому что они ещё не вернулись из гостей. — Это что-то из твоего мира? — Луна вопросительно подняла светлую бровь. — Ага, не знаю к чему я это сказал. У меня ведь даже возможности не было это испытать. Короче, дело с бумагами просто заняло очень много времени. Есть подозрение, что они даже не оптимизируют эти процессы помощью магии. Да и взнос в 2000 золотых поражает воображение. На эти деньги мы могли бы купить дом где нибудь на середине стены. — Найдем еще деньги. Всё равно нужно будет для гильдии отдельное помещение покупать. Кстати, я хотела кое что обсудить... — девушка напряглась, — через неделю турнир корпусов, ты ведь не забыл? Скорее всего нас с тобой выберут как представителей младших классов. — Сетки претендентов пока нет? — Должна появиться послезавтра. — Понятно... Ну что ж, за два месяца я поднял ранк до 15000, и мы с тобой усердно практиковались, так что всё будет в порядке, — я погладил Лу по голове, и она кажется, снова успокоилась. — Меня напрягают только новички из общего корпуса... Например в этом году к ним поступил некий «Питу», он вроде как элементаль грозы, и с того момента во всех остальных корпусах только о нём и говорят. — Обидно ему наверное будет попасться против меня, — я злобно ухмыльнулся, — не думаю, что сейчас хоть кто-то из первых 4х классов способен меня победить. Для студентов моя сила должна быть недостижима. — То что у тебя может быть 150.000 ранк на одну минуту не делает тебя непобедимым, — Луна ущипнула меня за щеку, — с такой самоуверенностью проиграть проще простого, да и использовать всю свою силу ты не можешь. Хотя... — девушка задумалась, — что на счет твоего меча? — Черт, — я закусил губу, — я ведь действительно никогда не использовал «Убийцу богов» против людей. Это может быть опасно, в первую очередь для них. Придется обойтись живыми клинками, — я призвал из воздуха несколько маленьких кинжалов, и они проплыли мимо, словно стая рыб. — Это ты получил за 7%? — Луна с интересом разглядывала клинки. — Ага. Видимо это вторая способность «Гордости», создавать и управлять эфирным оружием. По идее на 10% будет последняя, но так же постепенно, туда прорваться будет тяжело. — А почему они так странно двигаются? Как живые, — удивилась девушка. — Потому что они действительно живые, — я поднял палец и один из кинжалов прокрутился вокруг моей руки, — эти клинки реагируют на мое психологическое состояние. Грубо говоря, они как продолжение меня. — Отлично, значит будет проще управлять. А что с твоей магией? Ты стабилизировал нити? — она с надеждой посмотрела на меня, но увы, я мог лишь покачать головой. — 104 штуки за 2 месяца. Осталось примерно 900 и мозг будет готов. Справедливости ради, темп растет. Даже сейчас я кажется, почти закончил 105. — Черт, долгооо, — Лу обессиленно уставилась в потолок, — у меня тоже толком нет прогресса. Разве что недавно, я научилась совсем немного возвращаться назад во времени... — Ничего себе, нет прогресса. Это ли не слишком? — мои глаза округлились от удивления. — Там несколько миллисекунд, и это мгновенно расходует всю мою ману. А ведь я пытаюсь воспроизвести эту технику с самого возрождения, — девушка тяжело вздохнула. — Не парься, что-то настолько сильное закономерно должно быть сложным в освоении, если вообще достижимым. Даже возвращения назад на несколько миллисекунд может быть достаточно, чтобы избежать некоторых смертельных ранений. — Это только если у тебя останется мана, чтобы уклониться, и скорости реакции будет достаточно. — А ману оно не откатывает? Значит ли это, что мана находится вне времени? Интересно, наверное я ещё не дорос до понимания таких техник. — Я думаю, что сейчас оно вообще не может возвращать ману во времени, — развела девушка руками. — Главное, что у тебя есть прогресс, — я облегченно выдохнул, — а теперь пора отдыхать. Вечером нас еще ждут дела. — Ты правда так любишь работать? — девушка вновь нежно поцеловала меня, после чего с печальным видом отвернулась. — Чего ты?.. Только что-же.. — Я скучаю, — она с укором посмотрела мне в глаза, — когда всё закончится, сходим на свидание? Ну, нормальное. — А... Конечно, я сам хотел пригласить тебя на что нибудь особенное. Кажется, что в этой суматохе, мы с тобой почти не проводим времени вместе. Особенно последние месяцы, — я растерянно почесал затылок. По крайней мере, она беспокоилась об обычном свидании. — И я хочу мороженное, — девушка подошла к двери. — Хорошо хорошо... Обещаю, что ты не забудешь это свидание никогда. Что нибудь ещё? — я улыбнулся. — До вечера придумаю, а сейчас надо забрать у Лихта деньги. Да и может он ещё чего интересного расскажет, о предателе например. Никуда не уходи из дома, понял? — она пригрозила мне пальцем, скрываясь за дверью. Ну и как я могу с ней спорить? *** До вечера оставалось еще много времени, так что я лёг на кровать и стал думать обо всем, что произошло за последние два месяца. Хотелось подвести некий итог перед вступлением в новый этап моей жизни: создание собственной гильдии. Правда не то чтобы мне было чем похвастаться. Подняться с 3000 до 15000 ранк не было слишком сложно с моим то потенциалом. 2% беатификации тоже прошли гладко, но этого было мало, для противостояния богам. Да и куда сложнее все оказалось в академии. Не потому что я чего то не понимал в предметах, а потому что я на самом деле, совершенно не способен нормально общаться с обычными людьми. В этом мне должен был помочь Ренди, но он теперь как известно, не появляется в академии. Каждый день ко мне подходит минимум с дясяток студентов и спрашивает о «том крутом приеме» или моих отношениях с Луной. Я обычно осторожно отшучиваюсь, либо просто игнорирую, в зависимости от настроения, но само собой никогда не говорю правды. Сложная вообще это штука, учеба в магическом мире. Внутренний рейтинг академии я до конца так и не понял. В нем состоят какие то люди, которых я никогда даже не видел на занятиях, а среди людей первых 4х курсов я занимаю только 154ю позицию. Вообще, учитывая размеры академии, не удивительно, что я не встретил людей из списка. Надеюсь, что это изменится после моего скорого участия в турнире. Кто бы там ни был, но я постараюсь победить. Что же до гильдии, то я тщательно изучил условия создания. Всего их несколько: Взнос 2000 золотых и место регистрации в городе (необходимо иметь недвижимость), а также документально заверенный повод, по которому мы находимся или планируем находиться в городе. А ещё нужно указать и обосновать род деятельности гильдии. Если среди членов-основателей гильдии есть ранее нарушившие законы Тидаса, то ситуация также осложняется. Последний пункт кстати проверяется довольно просто: у любого, кто был замечен за подобным в Тидасе, есть крохотная точка-зачарование на кисти. Она совершенно безвредна, но в тоже время по какой то причине ее нельзя скрыть, что делает такую систему очень удобной. Эта точка содержит информацию о совершенных преступлениях, заверенных магами-законниками, и изменяется только при помощи специального зачаровательного прибора, индивидуального для каждого «отдела» магической полиции. К счастью, никто из наших в Тидасе закона не нарушал, ну или, не попадался... В общем, это не проблема. С деньгами мы тоже худо-бедно разобрались благодаря Рею, а вот с имуществом была совсем беда. Поскольку дом мы арендуем, единственным вариантом стал магазинчик Новы, с которой я кстати виделся всего несколько дней назад. Помню, в нашу первую встречу она меньше кого либо была удивлена моему возвращению, и по привычке сходу начала рассказывать об эликсирах и травах. На идею использовать её магазин как временное жилище нашей гильдии, она поначалу среагировала довольно бурно, но в итоге согласилась. «Всё таки Луна умеет убеждать,» — подумал я, удобнее устроившись на диване, когда накопившаяся усталость наконец взяла надо мною верх. *** — Ал, вставай — открыв глаза я увидел Луну в простеньком синем платье, словно она только вернулась с похода на рынок. В комнате уже изрядно потемнело. — Который час? — Семь. Пойдём, все уже собрались. Спустившись в гостиную с камином на первом этаже, я был удивлен количеству народа. Тут кажется были все, кто мог прийти: и Ренди, и Элли с Реем, и Нова, и даже те два тифлинга, которых я спас ранее. — А вы что, тоже решили к нам вступать? — обратился я к тифлингам, и те в ответ уверенно кивнули головой. Что же до остальных, то они все ждали моих дальнейших указаний. Сев на кресло рядом с камином, обращенное к залу, я приготовился говорить. Луна тут же бесцеремонно устроилась у меня на коленях. — И так, завтра мы создаем гильдию «Возрождение». Думаю, объяснять её название смысла нет. Наша гильдия будет руководствоваться некоторыми внутренними правилами, и сейчас я вам их разъясню, кхм, — я попытался откашляться и принять предельно серьезный вид. — Во первых: ваша гильдия это ваша семья. Со всеми проблемами вы можете обращаться к любому из командного отряда. Впрочем, тут сейчас почти никого кроме командного отряда и нет... Конкретно вы докладываете все лично мне. К слову, хотя формально я лидер, мы с вами всё ещё друзья, так что я никогда не буду заставлять вас делать то, чего вы не хотели бы. — Второе: у нас есть три извечных врага: боги, культы и Доард. Это моя философия, и философия нашей гильдии. Скажу прямо — меня в этой жизни никогда особо не интересовали деньги. Всё чего я на самом деле хотел, стать полезным для жителей мира, который меня приютил, — я печально посмотрел на прыгающие огонь в камине, — уверен, каждый из вас хоть раз в жизни чувствовал себя абсолютно бесполезным. Я же прожил так всю свою сознательную жизнь, имея потенциал, но не пытаясь сделать лучше даже свое собственное существование. Больше я таких ошибок допускать не хочу. Эта гильдия станет первым шагом нашего, пока что маленького отряда, на пути к созданию цивилизации нового уровня, где не будет места магократии, или расовой ненависти, — в ответ меня встретили взгляды полные сомнения. — Да, я согласен, что предрассудки искоренить полностью невозможно, — развел я руками, — но это также не значит, что невозможно избавиться от причин, провоцирующих эту вражду. Я бы хотел сделать всё, что в моих силах, чтобы никто больше не страдал так же как я несколько лет назад. — Почему тебе так важно помогать другим? Разве это не нормально, жить ради себя? И почему мы должны за тобой... — не успел договорить слово тифлинг с кинжалами, как Рей прописал ему подзатыльник. — Хах, справедливый вопрос, — я легонько обнял Луну, — жить ради себя нормально, если в этом мире ты ничего и никого кроме себя не ценишь. В месте откуда я пришел, разные писатели вроде Чернышевского или Айн Ренд, не раз поднимали тему «разумного эгоизма». Будучи подростком мне и самому льстила эта концепция: живи ради себя, и бери от этого мира всё, ведь жизнь у тебя одна, но знаете, — на мгновение я умолк, — пройдя две смерти я понял, что без окружающих меня людей я ничто, и счастья мне не найти. Я могу быть бесконечно сильным и бесконечно богатым, но в тоже время, бесконечно одиноким. Эгоизм едва ли позволит тебе создать семью вроде той, что есть сейчас у нас. Он нужен тем, кто всегда мечтал существовать в одиночестве, вроде нуарных вампиров или великих воинов берсеркеров. Я же просто обычный парень, ещё два года назад плачущий в подушку от безделья. Как ни странно, тогда мне помогли выбраться из этой ямы, и теперь я повсюду вижу таких же обездоленных, брошенных бедняг. Может быть у них даже есть великий потенциал, какой был когда то у меня... Но кто им поможет, когда сплошь и рядом бродят убийцы, аномальные твари, и крепкая рука закона хватает их за шею? Некоторые в этой комнате отлично знают, что Доард делает с такими детьми, и их семьями. В ответ все присутствующие лишь кивнули головой. — Хорошо что вы поняли меня. Я не хочу казаться рыцарем на белом коне, или великим добряком. Я тоже бываю жесток, но стремлюсь к справедливости, и надеюсь, что вы разделяете моё мнение. Напоследок, третье правило: свои взгляды мы пока что держим при себе. Несмотря на то, что каждый из вас потенциально может принимать в гильдию новых членов, вы не должны рассказывать им всей правды. Вместо этого вам стоит задать несколько наводящих вопросов кандидату, чтобы понять, как он относится к нашим противникам. Мы пока что не можем раскрыть своих взглядов общественности. В противном случае нас ждёт судьба изгоя, как это происходит с «Мертвой рукой». Кстати, — я посмотрел на тифлингов, — разве вы не члены «Мертвой руки?» — Уже нет, — тифлинг в робе покачал головой, — после предательства Кира мы не можем больше доверять им. К тому же, вы спасли нас дважды, да и идти нам некуда. — А Дайн не против, что ты делаешь свою гильдию? — задумалась Элли. — Нет, удивительно но он сам предлагал мне такой вариант ранее. — Понятно... Кстати, Луна. Что по поводу Кира сказал Лихт? И деньги он отдал? — Элли потерла перебинтованные кулаки. — Отдал. А Кира они подозревали в чем то таком, но доказательств не было, — Луна блеснула золотым взглядом, — я не уверена, что он сказал правду. — Черт, даже им кажется нельзя доверять, — я закрыл лицо рукой, — я поговорю с Дайном послезавтра... Это уже не так важно, раз мы получили деньги. — Как ты планируешь победить Доарда? — снова обратился ко мне тифлинг в кожаной броне. Кажется его звали Ишида. — Хороший вопрос, но ответить на него не так просто, — я развел руками, — надо понимать, что Доард несмотря на свою диктатуру, все же делает одно полезное дело: он сдерживает культы, и в особенности культ разрушения. Сначала придется разобраться с ними. — Но у них несколько сотен тысяч культистов по всему миру, и это только оптимистичный прогноз, — всплеснул руками Рей. — Да, я понимаю. По этой причине в ближайшие несколько лет мы будем только копить силы, и собирать информацию. Нужно наладить связи с другими гильдиями вроде «Холистес» или «Темпест». В частности нас интересуют гильдии, которые открыто выступают против культов. Этим займусь я лично, а вы постарайтесь просто ни с кем не конфликтовать. И думаю... на этом пока что все. Завтра в 4 вечера собираемся в общем квартале у дома гильдий. Вопросы? — У нас будет гильдейский дом? — прям таки засияла Элли. — Пока только на бумаге. Понятное дело, мы не можем сделать из алхимической лавки дом гильдии. Придётся подождать ещё немного. — А у них не возникнет подозрений, потому что студент создаёт свою гильдию? — задумался Рей. — Нет, мне уже 20 лет, а на вид я еще старше. В таком возрасте создание своей гильдии теоретически возможно. — Если вспомнить, многие известные гильдии основывались мастерами именно в таком возрасте, — произнесла Нова, поправляя очки. — Понятно, тогда я спокоен. — Что ж, на этом «собрание» объявляю оконченным. Роли в гильдии определим завтра, — подняв руку я с кряхтением встал, уже ощущая себя стариком, и поплелся в свою комнату, придерживая постоянно падающий серый халат. — Вживаешься в роль старикашки-главы? — улыбнулась догнавшая меня Луна. — Так заметно? Это хорошо. Черт.. поверить не могу, что у меня будет своя гильдия, — я растерянно почесал затылок и улыбнулся. Для меня это действительно было чем то за гранью фантастики, даже после всего пережитого. — Морально никто другой с этим бы не справился, а финансы и бюрократию можешь оставить на меня, — Луна открыла мне дверь, пропуская в комнату. — Разве тебе это интересно? Я думал, ты тоже хочешь тренироваться, — я плюхнулся на кровать. — Так то оно так, но у тебя ведь вообще нет времени, а ты по большому счету, наша козырная карта, и тебе тренировки нужнее чем любому из нас. Как твоя девушка, я просто не могу оставить это без внимания, — Луна гордо надула щеки. — Даже не знаю с чем мне больше повезло... С тобой или с тем что я выжил, — я поцеловал девушку в лоб, — не перенапрягайся только, у тебя ведь тоже учеба. — Атрибут времени с этим здорово помогает, так что можешь не волноваться. К тому же, эликсир который ты «тестировал» уже проходит дополнительные тесты, и скоро я смогу его принимать. Пока это только слабая его версия, и к «истинной» ещё нужно прийти, но в целом мы сделали уже 80% работы. Кстати про эликсир: мы попали в долю... — девушка прижалась ко мне, после того как мы накрылись одеялом. — Ого. Ну это всецело твоя заслуга, дорогуша, — я опустил тяжелые веки, окунувшись в тьму. — А вот и нет. Если бы не ты, то я бы может и состарилась до конца этих исследований, — настаивала Луна. — Ох, ну и абсурд... Мы что, будем получать процент от продаж самого сильного зелья в истории магии, просто потому что я из интереса попытался убить себя? Какая то фэнтези новелла про манчкинство, в самом деле, — пробормотал я сквозь сон, и мгновенно отрубился. Этот день был бесконечно долгим. ---------- Заморозка проекта, причины, что дальше? «God Hunter» заморожен, и сейчас я объясню вам, как так вышло. Для этого сначала нужно будет рассказать, почему я вообще начал писать эту новеллу, как в итоге пришел к идее о заморозке основного цикла, и что я буду писать дальше. Без моей биографии тут не обойдется. Скажу сразу: у меня нет цели вызывать у кого то жалость. Я считаю открытую жалость к человеку, в некотором роде, унижением его достоинства. Нет ничего плохого в том, чтобы жалеть кого то, но я точно не из тех людей, которые нуждаются в этом прямо сейчас. Я лишь хочу поведать вам, как это было, и как зародился «God Hunter». И да, это будет очень долгая, откровенная история. Считайте, что мы с вами близкие друзья, и я делюсь пережитым опытом, который сделал из меня другого человека. Вообще то, я начинал писать эту новеллу просто чтобы выжить. Я хорошо помню эту адскую неделю: мне 20 лет, меня бросает моя первая настоящая девушка, с которой мы пробыли в отношениях 5 лет. Все эти годы большую часть времени на улице я проводил с ней, и потому я больше не мог выйти на улицу (только недавно стал чувствовать себя там спокойнее) В это же время в больнице умирает мать (в итоге она выжила) и меня собираются отчислять с 4го курса академии за какую то полнейшую чушь, без единого долга. Я иду домой, в ушах играет Queen — We Are the Champions, и мне кажется, что моя жизнь закончилась прямо тут. Я прихожу домой и понимаю, что есть два выхода: роскомнадзор, или... Или не знаю что. Мне просто хотелось найти какой то выход из этой ситуации, потому что я не мог поверить в реальность происходящего. Я никогда не был склонен к тому чтобы сдаваться. Просто не понимал: зачем? Если я всё ещё могу дышать и двигать руками и ногами. В общем то, в тот день я был ближе всего к роскомнадзору. Меня спасла обычная видеоигра, которая у меня была открыта дома на ПК. Она называлась Ender Lilies, и там на главной сцене стояла маленькая девочка в белой сорочке под дождем (я приложу фото ниже) [[image:/storage/reader-images/ddbc4e56fea9d05cc3f98fdf1536a0f3fb53f8ea.jpg]] Образ Луны из год-хантера срисован ровно с двух персонажей: с этой девочки, и главной героини «Сильнейший ремесленник Арифурэта» (я не лоликонщик, но мне нравится эм.. миниатюрные девушки вампирши, которые ведут себя лет так на 300. Арт ниже) [[image:/storage/reader-images/391382b484ec6322a4443ef3b7d2e0a9c2b2a63f.png]] В общем, вместе с этим играл саундтрек Ender Lilies — The Main Theme — рекомендую послушать. Хах, в тот момент я рыдал как сучка, а потом просто сел, и написал за 1 день целый оркестровый альбом «Single Crusade Vol.1». Не буду тут его прикладывать т.к не знаю какая политика по ссылкам у сайтов. На следующий день я проснулся с четким осознанием, что я хочу написать свою книгу. Вернее, я хотел создать целый мир, и жить в нём, поскольку мне казалось что тут я уже жить не смогу. Да и к тому же, идея о том что бы написать своё фэнтези у меня крутилась в голове с раннего детства. Тогда я даже не задавался вопросом: а смогу ли я? не слишком ли это амбициозно, брать первым проектом создание целого мира? (как оказалось — слишком) Я просто хотел высказать всё что у меня на душе, потому что казалось, будто другого момента для этого уже не будет. Сначала появилась история про Нито и его похождения вместе с девушкой по подземному миру. Это происходило уже во вселенной Охотника на богов, но мне не нравилось то, как технически была оформлена история. К тому же, Нито получился слишком сильным персонажем, и я никак не мог это тогда исправить из за отсутствия опыта, хоть и видел проблему. Осложнялось это ещё и тем, что у меня был только один друг за всю жизнь, который читал мои книги. И то, делал он это без энтузиазма, поскольку был не особым чтецом, а к «попаданцам» относился крайне скептично. Он искренне пытался что-то сказать о моей книге, но я видел как он давится, так что в итоге отказался от этой идеи, и стал редактировать всё исключительно в одиночку. Во второй раз, тщательно изучив как пишутся книги с технической точки зрения и не только, я сел писать новую историю на костях старой. Не хотелось выкидывать уже прописанный мир и персонажа в мусорку. Так и появился «God Hunter». Преодолев немало сомнений (это было тяжело) я таки выложил его на разные самиздаты и ранобелиб. Мне хотелось найти как можно больше ошибок в своем творчестве с помощью читателей, чтобы стать как можно лучше, и не испортить историю. Можно даже сказать, что я был помешан на идее стать как можно лучше здесь и сейчас. Однако главным двигателем истории был конечно же стресс. Если вы читали первые три книги, то наверняка знаете, как много там на самом деле боли, жестокости и нытья. Я действительно хотел (и сейчас хочу) создать такую мрачную историю, но по задумке она должна была напоминать скорее Ведьмака или Dark Souls, нежели RE:Zero... Пхах, я думаю вы понимаете, к чему я клоню. Я очень сильно устал от Алана Кинга и его истории. Этот персонаж — я, периода взросления. Все его изменения в характере и поведении — мои изменения, и мне это очень не нравится, потому что я в некотором смысле ненавижу себя за многие вещи. Перечислять их можно долго, но главной причиной конечно была бывшая девушка. Человек с которым я был по настоящему счастлив, и в потере которого скорее всего виноват я сам на 100%. Не знаю, сколько раз я винил себя во всём произошедшем, и когда я забуду о ней. Сколько бы книг или альбомов я не написал, творчество плохо помогает заполнить эту пустоту. Но сейчас не только обо мне. Алана как раз можно спасти. Всё таки, в «Катарсисе» это уже не я, а кто-то другой. Только вот, история теперь усложнилась до безумия, и для полноценного раскрытия в ней всех персонажей, мне просто не хватает опыта. Я хочу взяться за что-то из этой же вселенной, но другое. Хочется чуть больше свободы, никакого повествования от первого лица и новую точку зрения на мир. Кстати о других персонажах мне тоже есть что сказать: они слишком плоские и архетипичные. Каждому из них нужно посвятить минимум несколько отдельных глав на раскрытие, на что у меня совершенно нет сил и желания. Возможно, я отношусь к своей новелле слишком ответственно (?). Всё таки, меня читает 400 человек на весь мир, да и первые тома — просто крик души Питерского студента, но всё же я хочу сделать всё правильно, логично и последовательно. С самого начала своего писательского пути я внимательно следил за тем, чтобы каждое действие персонажа было логично и обосновано. Например девушка в черной маске, которая едва не убивает Алана в аббатстве с самом начале первой книги, на самом деле является очень важным сюжетным персонажем, который однако, появится только в 6 томе, и это было продумано заранее. Я запомнил каждую сюжетную ветку, но забыл о главном: об эмоциях самого мира, и эмоциях кого либо кроме главного героя. А ещё там очень не хватало описаний звуков, внешнего вида персонажей, локаций, и в целом деталей. Вторая книга, это вообще грубые мазки событий сумбурно сменяющихся одно за другим. Я хотел бы забыть о ней, если возможно. Короче (:D) — подведем итог: я замораживаю «God Hunter» и начинаю новую новеллу под названием «Распятие». События новеллы описывают приключения... сына Алана Кинга, всё в том же мире, параллельно с событиями основной новеллы. Даже не спрашивайте меня, как это возможно. Обоснование этому должно даваться в 666 томе «Охотника на Богов» и не ранее. И нет, я не из тех людей которые «постоянно начинают новые проекты». Всё таки готово уже 3.5 тома оригинала, и это точно не конец. К тому же, как я уже сказал, новая история происходит в том же мире, в тоже время. Прошу прощение у всех читателей за заморозку проекта, но я чувствую, что совершенно неправильно как для меня, так и для вас, продолжать историю к которой я сейчас так холоден. В будущем, всё наверняка изменится, а пока, давайте посмотрим на безымянный мир с другого угла. ---------- Дневники Эрго. Новости. Всем привет. Извиняюсь что так долго отсутствовал, и что бросил новеллу "Распятие" в самом начале её пути - работала оказалась слишком сложной для своих амбиций (У героя 7 личностей). Потом, случилось некоторое реальное дерьмо, и в готовности для книг я оказался только сейчас. К сожалению это не значит, что продолжение "Охотника на богов" выйдет в ближайшее время, НО!!!, сейчас я работаю над новой новеллой "Дневники Эрго" в той же вселенной. Да, это та-же вселенная, что и "Охотник на богов". Та её часть, где есть высокие технологии, т.к вся новелла это смесь научной фантастики и техномагии. "Дневники Эрго" кстати вдохновлены мангой BLAME! и Made In Abyss. Как так вышло, что я начал писать науч. фантастику, почему и зачем - объяснять долго, но новелла затрагивает темы которые важны для меня прямо сейчас. К тому же, она "глобально" раскрывает мироустройство "Охотника на богов". Если кому интересно, то вот БОЛЬШОЙ спойлер: (ОН БУДЕТ В САМОМ НИЗУ ПОД ЗВЁЗДОЧКАМИ ХД) Это так же не фанфик по блейму (как может показаться в прологе), потому что из него я взял только "мегаструктуру", сильно её переписав и дополнив (да и вообще "уточнив" кучу моментов, т.к Нихей не любитель много говорить) Короче, 2 главы уже есть на этом аккаунте, так что кто любит мрачняк и немного романтики, - можете начинать читать. Её точно доведу до конца и никаких если хд (ну, сами понимаете...) Всех обнял * * * * * * * * Тут сейчас будет спойлер. * * * * * * * Вот вот будет. * ** ** Вы уверены? Так вот спойлер: Вся вселенная охотника на богов является чем то вроде искусственного мира, или даже, виртуальной симмуляции внутри вселенной "Дневников Эрго". Кто её создал и зачем - говорить не буду. Оригинальный ("реальный") мир Алана Кинга (а он, напомню, попаданец) это тоже симуляция, но другой слой. При этом сами по себе "симмуляции" весьма реальны (долго объяснять) и выключить их просто так нельзя, так что и "Охотника на богов" это не обесценивает. Это самые настоящие самостоятельные миры внутри другого, огромного мира, в котором и происходит действие Эрго. У вас кстати как у читателей Охотника на богов, получается, есть чуть больше информации... Хех ---------- "Самый честный из дроу" "Ты опять выходишь на связь, м*****?" – наверняка мог подумать кто-то, увидев эту главу. Те, кто следит за моим творчеством, знают, что я уже больше года экспериментирую с различными жанрами, и начал по меньшей мере 4 новеллы, которые никуда толком не развились. По факту они заброшены. Так вот, я возвращаюсь к истоками, и если конкретнее - ко вселенной Год Хантера. Прямо сейчас я пишу нечто вроде спин-оффа (альтернативная история) - "Самый честный из дроу". Это тайтл в том же таймлайне и в том же мире, что и оригинальный "God Hunter", но с совсем другим главным героем. Алан Кинг там тоже существует, так что это не альтернативная вселенная, а единая, и все события так или иначе связаны между собой. Сейчас у меня есть 25 глав, но я пока не буду их публиковать. Причина такого решения кроется в формате: "Самый честный из дроу" – это дарк-фентези детектив, с главным героем который в основном полагается на "харизму и убеждение", а так же навыки скрытня и тене_убивца (хотя и силушкой может въехать, но это спойлеры) Из за того, что история по сути детективная, я не могу писать её "в онлайне" как это обычно делают – слишком легко будет запутаться, и придется слишком часто редактировать старые главы, что не пойдет на пользу тем, кто их прочитает первыми. Потому, писать я его буду по томам, и только после выкладывать, как это обычно делают с романами, чем и я позиционирую сей тайтл. Если говорить о причинах таких перемен, то дело во мне: я люблю решать загадки и плести интриги. Ещё в первых томах Охотника на Богов мне предъявляли за "недосказанность", которая на самом деле была лишь решаемыми загадками. Мне очень нравится вешать ружья и стрелять из них, если вы понимаете, о чем я. Просто в силу неопытности и отсутствия навыка, я не мог это грамотно подать; к тому же, сам God Hunter подавался именно как экшн-исекай, где можно отвести душу, и пофантазировать на разные темы. От оригинального Охотника на Богов я не отказываюсь, но и продолжать его сейчас не могу. Для этого мне сначала придется отредактировать 1400 страниц текста (4 тома) , что скорее всего, превратит меня в гуля_смерти_канеки_кена2010. Не редактировать текст я так же не могу, потому что теперь у меня есть определенная планка качества, и я вынужден её придерживаться. Так же, я планирую попасть минимум в ТОП-100 Ранобелиба с "Самым честным из дроу". На первый взгляд "Фентези-детектив" может звучать как нечто душное, но поверьте: там и юмора и экшона хватает на столько, на сколько я мог себе это позволить, не скатив всё в кринж и инфантилизм. Короче! Жестко наобещал целую гору текста, но эта книга письма просит... Так что я писал её до 6ти утра! Встретимся в октябре-ноябре с первым томом. Поддержки клянчить не буду, т.к уже не раз обманывал вас с другими своими работами, за что могу только просить прощение. Будет просто приятно, если вы потрогаете тайтл на выходе и поделитесь фидбеком. Удачи вам и здоровья! ----------