Я решила похитить его (Новелла)

Её бесконечная регрессия (I)

Глава 1. Начало бесконечного перерождения (1)

Перевод: Astarmina

16 апреля, 588 год по имперскому летоисчислению. 8:34 утра.

— Ха-а... Ха... раньше я не подозревала, что думать и делать — совершенно разные вещи, — пробормотала Офелия Большек.

Это было на следующий день после одной из первых бесконечных регрессий.

Тащить куда-то взрослого мужчину, пребывающего в бессознательном состоянии, было довольно сложно в одиночку.

Девушка взглянула на дрожащие ладони и решительно подняла голову. Не время заниматься самобичеванием.

Хоть она и знатно приложила его по затылку, но он мог прийти в себя в любой момент.

Офелия потянула человека, который был на голову выше нее, за руку и взвалила себе на спину.

Она обязана уложить его в постель до того, как он очнется. Если он обнаружит, что лежит на полу после того происшествия...

Стиснув зубы, Офелия покачала головой. Она приложила все оставшиеся силы.

— О... Боже, я правда... я просто пытаюсь... жить. Пожалуйста, я надеюсь, что все делаю правильно... — с трудом сдерживая ругательства, бормотала она.

Ей удалось доволочь его до кровати. Тяжело дыша, она взвалила окровавленного человека на чистую постель.

— Ух... Сейчас помру... — переведя дух, пробормотала девушка.

Она попыталась вытереть стекающий по щекам пот. Ее руки и одежда были в крови.

Офелия глубоко-глубоко вздохнула и перевела взгляд с окровавленной руки, на с головы до ног покрытого кровью мужчину.

— Надеюсь, я все делаю правильно.

После уничтожения всех убийц, девушка похитила кронпринца, вырубив его ударом по затылку.

Она похитила главного мужского персонажа из фэнтезийного романа, название которого не могла вспомнить.

* * *

16 апреля, 588 год по имперскому летоисчислению. 12:52, за 10 минут до того, как кронпринц пришел в сознание.

Сколько времени прошло?

Офелия пристально наблюдала за лицом кронпринца. Вопреки ее ожиданиям, он уже довольно долго был без сознания.

Она почти час сидела рядом с кроватью, и уже изнывала от скуки.

— Может мне связать его? — пробормотала девушка. Она пробежалась взглядом по запястьям и лодыжкам принца. Но, обеспокоено нахмурив брови, покачала головой. — Нет, если я свяжу его, мне уже не выбраться из этого. Меня казнят.

Офелия старалась не думать о возможной казни за похищение наследного принца.

— Поскольку он человек, мы сможем все обсудить. Верно, он реальный человек, а не вымышленный персонаж.

От волнения девушка неосознанно заговорила сама с собой. Она уже придумала, что будет говорить, когда очнется принц. Ведь две ночи провела, подбирая слова.

Невольно сглотнула.

Все уже было решено, но когда ввязалась в эту авантюру, поняла, что действует неуклюже и многого не хватает.

— Нужно немного... нужно немного доработать...

Бормотание Офелии прервал тихий стон, заставивший ее подпрыгнуть от неожиданности.

Теперь она не могла допустить ни малейшей ошибки. Пристально взглянув на кронпринца, девушка склонилась над кроватью и приблизилась ухом к его губам. Послышался еще один вздох.

«Он очнулся! Он пришел в себя!» — мысленно ликовала она.

Бесчисленное множество раз прокручивала эту ситуацию в голове: она похитит кронпринца и, как только он опомнится, объяснит ему все. Вплоть до самого похищения, ей удавалось следовать задуманному. Конечно, не идеально, но в итоге получилось...

При мысли о разговоре с принцем, она цепенела.

— Связать? Нет, я не могу! Это... сначала... — неосознанно бормотала Офелия, лихорадочно оглядываясь.

Внезапно она приняла неожиданное решение, при этом была абсолютно уверена в том, что все сделала правильно. Взобравшись на кровать, она уселась поверх живота кронпринца.

Со способностями и силой, свойственным благородной леди, было бы сложно усмирить проснувшегося принца Ричарда. Или вообще невозможно, даже если бы она придавила его всем телом, но нынешней Офелии пришла в голову только эта идея.

Напряженная девушка мысленно оплакивала загубленную жизнь. Короткие секунды, которые понадобились Ричарду, чтобы открыть глаза, показались ей вечностью.

— Я... эм... Ваше Высочество?

Взгляд золотых глаз принца устремился на Офелию. Та же, устроившись на его животе, смотрела на него сверху вниз. Мужчина потрясено заморгал.

Не выдержав затянувшейся тишины, которая словно сжимала голову, Офелия заговорила:

— Ваше Высочество! Ваше Высочество наследный принц! Пожалуйста, выслушайте меня!

Испуганная пронзительностью собственного голоса, девушка задрожала.

В помещении повисла звенящая тишина.

Внезапно на глаза Офелии от обиды навернулись слезы. Она подготовила речи и досконально все продумала! Составила план. Но не думала, что все обернется таким образом.

«Неужели я снова умру? И снова вернусь, когда его настигнет смерть. Но тогда придется заново похитить кронпринца, ведь все начинается со столкновения с наемниками сегодня утром».

При воспоминании об утреннем происшествии, девушка нахмурилась.

Плотно сомкнутые губы Ричарда открылись. Он спросил:

— Миледи?

— Офелия Большек, — выпалила она, уставившись в золотые глаза принца.

И снова воцарилось безмолвие. Офелия опустила голову, словно грешница, совершившая смертный грех.

Первым заговорил наследный принц.

— Слезайте.

— Что? Нет... это... — замялась девушка, лихорадочно раздумывая над дальнейшими слова: «Я не могу этого сделать... если слезу сейчас, то точно лишусь головы!»

Словно прочитав ее мысли, Ричард спокойно сказал:

— Я не стану наказывать вас, так что слезайте.

— Да? — ошарашило Офелию его холодное спокойствие. — Но я еще ничего не рассказала...

— Я уже сказал, что не обвиню леди в похищении и удержании здесь, — не поведя и бровью, проговорил он страшные, с точки зрения девушки, слова. — Давайте, слезайте.

— А... да... мне жаль. Должно быть, я тяжелая.

— Отнюдь.

Его быстрый ответ заставил Офелию смущенно отвести взгляд. К подобному она была готова, но не знала, что сказать на столь сухие слова.

Перевернувшись на правый бок, она сползла с твердого и мускулистого живота мужчины.

Встав с кровати, она дрожащими руками схватила и придвинула стул, и застыла на нем, учтиво сложив ладони на коленях.

Не обратив на нее ни малейшего внимания, Ричард слегка приподнялся на локте и потер затылок.

— Все в порядке...

— Верно... Удар по затылку был довольно мощным, но я рассчитала достаточно силы, чтобы не повредить череп... ой, забудьте об этом...

Наблюдавший за ней мужчина моргнул и ошарашено замер.

Заметив как он непроизвольно потянулся к губам, чтобы стереть с них кровь, Офелия взяла графин, поставила перед мужчиной две чаши и налила в них воду.

— Там яд?

— Нет!.. Ой, я хочу сказать вам, что можете выбрать любой, там нет ничего! — выпалила девушка, покачав головой.

Затем взяла обе чаши и выпила из каждой.

Прохладная чистая вода стекала из уголков ее губ. Ричард пристально наблюдал за этим, пока не выхватил у нее полупустую чашу и залпом не допил содержимое.

Отогнав нелепые мысли, Офелия запоздало попыталась выхватить емкость. На ее глаза снова навернулись слезы.

— Очевидно, раз леди выпила это, значит яда нет, — спокойно проговорил принц.

В ответ на его слова, девушка, не вымолвив не слова, нахмурилась. И только, когда кронпринц выпил еще одну чашу воды, она решила приступить к объяснениям.

— Ваше Высочество... есть причина, по которой я привела вас сюда... — скомкано начала она, разнервничавшись так, что неосознанно подула на прохладную воду, прежде чем выпить ее. — Причина...

— Начнем с того, что вы не просто привели меня сюда, а похитили...

— Нет! Все не так! Есть причина для этого!.. Веская причина... позвольте мне все объяснить.

В ответ на слова Офелии принц с достоинством кивнул. На мгновение воцарилась тишина. Девушка опешила не в силах понять неожиданно спокойную реакцию принца.

— Миледи? — поторопил он ее.

— А, да. Дела обстоят так: я похитила Ваше Высочество, потому что продолжаю возвращаться во времени! — начала сбивчиво рассказывать Офелия. — Если вы умрете... Нет, не так, всякий раз, когда вы умираете, я возвращаюсь назад! Если вы останетесь в живых, то и я не вернусь!

Невольно девушка сжала кулаки, пытаясь разобраться в том, что сама нагородила. Но как бы она ни пыталась связно донести информацию, все звучало как бред сумасшедшей.

Для нее все было просто и ясно: когда наследный принц Ричард умрет, она вернется в прошлое до момента его смерти.

Не важно сколько раз это будет продолжаться, но он должен выжить!

Начало бесконечной регрессии (2)

Какие

слова ей нужно было использовать, чтобы разъяснить эту ситуацию простым и

понятным языком?

— Я не вернусь в

прошлое, если Ваше Высочество не умрёт!

Офелия

схватилась за голову обеими руками. От её новой попытки почти ничего не

изменилось. Вдруг низкий голос Ричарда прозвучал чуть выше её в отчаянии

склонённой головы.

— Я понял.

— Ваше Высочество,

позвольте мне ещё раз объяснить… Что?

—

Я сказал, что понял. — мужчина

прикрыл лицо одной рукой. — Видите

ли, как и вы, миледи, я тоже возвращаюсь.

его спокойном тоне едва различимо проскальзывали смирение и скука. Офелия вновь

потеряла дар речи. Она задавалась вопросом, правильно ли только что расслышала,

не привиделся ли ей его ответ.

Ричард

и Офелия, не зная, что вообще следует сказать дальше, некоторое время просто

сверлили друг друга взглядами.

—

Эм… Не может быть, чтобы… Вы тоже?

— Да, я тоже. — ответил Ричард с невозмутимым

взглядом.

Через

несколько секунд молчаливого осознания Офелия застонала.

— Ваше Высочество

тоже возвращаетесь? После смерти?

—

А как иначе?

— О, Боже мой.

Ноги

Офелии слегка подкосились, и она плюхнулась рядом с кроватью. Подняв дрожащие

руки, девушка прикрыла своё лицо, не в силах смотреть на него.

— И Вы тоже… та же

регрессия…

Она

была озадачена, смущена и немного рада, что встретила кого-то, кто может понять

её ситуацию. Вдруг на неё нахлынул страх от мысли, что это происходит отнюдь не

потому, что она сошла с ума.

Офелия

широко открыла глаза и подняла голову. Побледневшая девушка, едва ли отличимая

от белой простыни, снова спросила наследного принца:

— Три дня назад. Вы

помните убийц?

— Да. Если так подумать,

ты кричала что-то про убийц. — Ричард

слегка наклонил голову, словно осознав это.

— В тот день я

вернулась во времени впервые. Хотя я всегда умирала раньше Вашего Высочества…

ну, это не имеет значения. В какой момент Ваше Высочество вернулся в тот день?

— Перед входом в

банкетный зал.

— Не могли бы Вы сказать конкретнее…

— Буквально прямо

перед входом в банкетный зал.

прозвучавшим ответом вновь наступила тишина.

Офелия

хотела узнать, когда именно регрессировал принц, чтобы попытаться найти ключ к

разгадке этого безумства. Однако, было трудно узнать, совпадало ли время, когда

наследный принц вошёл в банкетный зал, со временем, когда девушку ругала её мать.

«Тогда,

ещё одна подсказка… А?», — Офелия,

лихорадочно искавшая ответы, подняла голову.

— Ваше Высочество!

Почему Вы ни разу не изменили свои действия, хотя постоянно возвращались во

времени?

Каждый

раз, стоило ей регрессировать, наследный принц вёл себя абсолютно одинаково,

пока она не решилась похитить его.

— Почему?

— Да, почему Вы не

пытались что-то изменить?

Ричард

не ответил.

— Если Ваше

Высочество не погибнете, регрессии закончатся! Нет, может, ваше условие отмены отличается от моего случая?

— Миледи, ваш

случай связан с моим выживанием?

— Да! Это то, что

я нашла, пройдя эту чертову регрессию несколько раз.

—

Тогда, наверно, нет отличий.

—

Но, Ваше Высочество, почему Вы ничего не делаете…

Офелия

замолчала, едва взглянув в глаза мужчины. Гораздо более, чем глубокое смирение

в его голосе, в золотистых глазах Ричарда…виднелись отблески куда более глубокого

и мрачного фатализма вперемешку с отчаянием.

Сколько

раз она теряла дар речи, когда смотрела на него? Девушка нахмурилась и закрыла

рот. Она пыталась добиться ответа, почему он ведёт себя так глупо, даже хотела схватить

его за воротник и вытрясти признание.

— Я устал.

Его

голова, до этого опущенная вниз, снова поднялась. Ричард не смотрел на Офелию.

Глядя куда-то вдаль отстранённым взором, он говорил до странности спокойным и

сухим голосом.

— Я устал. Отчего моя

смерть и регресс повторяются? Нет, это не имеет значения. Не могу понять, как

долго и сколько раз мне ещё придётся всё это повторять. Я даже умереть не могу…

Словно

разговаривая сам с собой, он выразил свои истинные чувства. Слова, застоявшиеся

в горле и горечь, вырвавшаяся из его сердца, заставили Офелию замереть.

После

того, как она попала в свой первый "день сурка" три дня назад, девушка просыпалась в

холодном поту только от воспоминаний о том дне. Она проверяла время на часах по

нескольку раз в день и тревожно оглядывалась по сторонам, не смея ни на

мгновение расслабиться.

итоге, пытаясь сохранить свой разум от неизбежного разрушения, она решилась на

отчаянный шаг — похищение наследного

принца. Она хотела вырваться из этой ужасной петли между смертью и регрессом, однако…

Наследный принц переживал то же самое, но для него эта чёртова регрессия

длилась намного дольше.

Офелия

неосознанно взяла его за руку, опущенную на краю кровати. Мужская ладонь была

слишком велика, чтобы обхватить её нежными женскими руками, но она держала крепко,

потому что руки принца оказались холоднее её пальцев, что и без того были бледны

от напряжения.

Взгляд

Ричарда медленно обратился к ней. Офелия

не высказала сочувствия его страданиям, и слёзы лить не собиралась. Девушка с

горящими голубыми глазами твёрдо произнесла каждое слово:

— Две головы лучше

одной! Это значит, что лучше всё делать вместе. Вы больше не одиноки в

своей проблеме.

От

её слов искра надежды не вспыхнула в глазах Ричарда.

— Так давайте

вместе покончим с этими регрессиями.

Ричард

не отреагировал. Рот его по-прежнему был плотно закрыт, а смирение в глазах никуда

не делось. Несмотря на это, Офелия продолжала говорить непреклонно.

— Я расскажу Вам с

самого начала, через что я прошла. Если я в чём-то ошибусь, пожалуйста, укажите

на это.

Таким

образом, Офелия начала свою историю.

* * *

апреля 588 года по Имперскому календарю. 10:02 ночи (за 3 дня до

похищения принца).

— …веди себя прилично,

не делай ничего предосудительного.

— Да.

Офелия

тихо кивнула, позволяя пронзительному голосу пройти через её уши. Её мать

замолчала, повернулась и отошла с лёгким шелестом. Застывшие плечи Офелии

слегка расслабились, когда она посмотрела в спину матери.

Это

был День Основателей — самый роскошный

и важный национальный праздник года. Все дворяне из Императорского списка

должны были присутствовать на торжественном вечере: от Его Величества

Императора как вершины власти до простых сыновей баронов.

этот вечер все собирались в залах дворца. Это был настолько особенный день, но

Офелия вошла в банкетный зал в наряде, не сильно отличавшемся от её обычной повседневной

одежды. Для неё это была церемония, которую нужно посетить, чтобы просто

соответствовать остальным.

такой важный день молодые люди брачного возраста старались предпринимать все

возможные попытки, чтобы повысить собственную ценность, независимо от того,

мужчины это или женщины. У Офелии уже был жених, и у них даже была назначена дата

помолвки.

Вспомнив

жуткий взгляд мужчины, которого назначили её женихом, девушка покачала головой.

«Давай

подумаем о хорошем. Я, в любом случае, готова сбежать», — мелькнуло у неё в голове.

— О, какая встреча?

Сегодня… эм. Сегодня вы действительно...

Девушка,

оглядевшая Офелию сверху донизу, пыталась подобрать слова. Сколько бы она ни старалась,

этой леди было затруднительно, смотря на Офелию, сказать что-то хорошее.

— Сегодня, как и в

любой другой день, вы очень красивы. —

улыбнулась девушка.

На

слова Офелии, сказанные с широкой улыбкой, барышня махнула рукой, пытаясь скрыть

гордое выражение лица. Такие слова, даже произнесённые автоматически, всегда

попадали в цель.

Вдали

показалась фигура размером с большой палец, но девушка могла различить в ней

Его Величество Императора. Офелия глубоко вздохнула.

—

Я откланяюсь первой. — она

повернулась корпусом к двери. — Ч-ч-что?

Офелия

даже не поняла, что произошло. Из её живота резко хлынул поток тепла. Она

посмотрела вниз, разглядев струйки крови, капающие с её бледно-абрикосового

платья.

Рот

девушки открылся, но она не издала ни звука. Меч, грубо пронзивший её живот,

так же резко был вынут из тела.

Её

взор затуманился, голова закружилась, а в следующий момент наступила темнота.

* * *

— Это… Я подумала,

что умерла. Но я не осознавала свою смерть.

— Когда я впервые умер,

я тоже не понял сразу.

Удивительно,

но Офелии захотелось рассмеяться над словами наследного принца, который так безропотно

согласился с ней. Однако, у неё не было желания шутить о смерти. Вместо этого девушка

тут же продолжила рассказ.

— Я вернулась во

времени сразу после смерти. Во второй регрессии мне показалось, что есть в этом

нечто странное. Это было похоже на дежавю. Ну, результат очевиден.

—

Вы умерли.

На

этот раз наследный принц легко добавил то, что она не высказала, словно доказывая,

что его слова о пережитом опыте не были ерундой.

Офелия резко сглотнула. Язык пересох, но она снова открыла рот.

— В третий раз я

умерла, проверяя, точно ли это не сон… И, если подумать, в третий раз Ваше

Высочество поймали меня.

Услышав

её слова, Ричард на мгновение задумался. Он уже пережил столько смертей и возвращений

назад, что едва помнил их все. Скорее, он пытался стереть их из своей памяти.

Если бы не это, мужчина сейчас даже не смог бы адекватно мыслить, несмотря на

то, что уже отказался от всего.

Офелия

пожала плечами.

— В любом случае,

в четвёртый раз я умерла в тот момент, когда поняла, что всё абсолютно реально,

а в пятый раз — пытаясь выжить.

Наследный

принц поднял руку и остановил её рассказ.

— Как далеко

заходит ваша история?

Его

лицо ничего не выражало, но в его глазах, похожих на драгоценные камни,

читалась скука.

— Уже заканчиваю. Так

вот, после очередной смерти и возвращения назад я реализовала план и подтвердила

свою догадку.

—

Спасая меня?

— Да. Ну, я просто

закричала и ударила нескольких убийц, что целились в Ваше Высочество, в

затылок. Как уже говорила Вам, я умею бить людей по голове. Повторив такое

десятки раз, я неплохо улучшила навык.

Её бесконечная регрессия (III)

Даже

когда вы учитесь, время и эффективность обучения будут варьироваться в

зависимости от того, есть у вас талант или нет. А что, если бы вам пришлось в

разных ситуациях делать одно и то же столько раз, что пальцев на руках и ногах

не хватило бы для подсчёта, и, при том, не сделай вы этого — вам уготована смерть? А затем всё

заново…

Даже

если бы ваш талант был бесконечно близок к нулю, вы, в конечном итоге, однажды преуспели

бы в этом. Иначе и выжить нельзя…

— Разве я меч в

руках держала? В лучшем случае, только кухонный нож или тесак. Но я смогла

подобраться к убийцам и ударить их сзади.

Сейчас

Офелия могла произнести эти слова небрежно, слегка улыбнувшись, но в то время её

сильно трясло.

На

самом деле, было много ситуаций, когда её задумка не удавалась. Она не знала,

что сделал убийца, но в один из моментов, стоило ей что-то выпить, как она

умерла, захлёбываясь потоками крови, хлеставшей из всех пор в её теле.

Желудок

Офелии скрутило, стоило только вспомнить, что она чувствовала в тот момент.

— Выпейте.

Увидев,

как лицо леди побледнело, Ричард протянул ей чашу воды.

Если

бы кто-нибудь это увидел, вокруг поднялась бы суета. Дело даже не в шутках о яде,

а в том, что принц уже отпил глоток из посуды, и теперь передавал её леди. Если

бы эту сцену увидели те, кто радеет за этикет, они бы схватились за голову и попадали

в обморок.

Однако,

сил на тщательное соблюдение этикета уже не хватало, поэтому Офелия, не

раздумывая, выпила то, что ей дали, и глубоко вздохнула. Ричард, смотревший на неё

глубоким взглядом, решил спросить:

— Сколько раз вы

возвращались назад со Дня Основателей?

— 18-ть… Нет,

досчитав до 18-ти, я потеряла счёт.

—

В таком случае, не слишком ли рано предполагать, что ваши регрессии произошли

из-за моей смерти? То, что вы не вернулись назад потому, что я выжил, может

оказаться совпадением.

На

первый взгляд это заявление показалось девушке логичным, но всего несколько

слов Ричарда не могли поколебать её убеждённость в том, что она бросила все свои

силы и добилась положительного результата, буквально поставив всё на кон.

— Ваше Высочество,

вы говорите так, потому что вам лень что-либо пытаться пробовать.

Офелия

посмотрела на него с прищуром, а Ричард просто кивнул, вовсе и не собираясь

оправдываться.

— Я больше не хочу

этого делать.

Офелия

закусила губу, услышав его надтреснутый голос. Она не могла утверждать, что

полностью его понимает. Даже если люди прошли через одно и то же испытание, у

каждого свой способ принять и преодолеть проблему.

Девушка

задумалась, схватить этого принца за воротник или нет. Едва Ричард решил сказать

что-то ещё замолкшей Офелии, раздался стук в дверь.

— Ваше Высочество,

вам пора.

Голос

из-за двери заставил Офелию подпрыгнуть, как пойманная рыба на леске. Она мысленно

вскрикнула, а в глазах её смешались недоумение, шок и растерянность. Девушка поочередно

уставилась то на плотно закрытую дверь, то на спокойного Ричарда.

Как?

Как человек за дверью узнал, что наследный принц здесь? Нет, если кто-то знал, что

происходит с особой королевской крови, то почему он просто позволил всему этому

произойти?

Ричард

ответил так, будто легко прочёл её мысли.

— Миледи ударила

меня в затылок, но я не сразу потерял сознание. По пути я бросил ему записку с

приказом не вмешиваться.

Ответ

был получен, но за ним возник ещё больший вопрос.

— Почему…

— Мне было

любопытно, зачем юная леди без титула похитила меня таким образом.

Принц

дал очень простой ответ. Слишком простой, будто это вовсе маленький пустяк, не

имеющий значения.

— Постойте, а что,

если бы я хотела причинить вред Вашему Высочеству?

— Но вы ведь этого

не сделали.

— Да, не сделала!

Но, тогда, почему в этот раз Ваше Высочество напали на убийц до того, как я ударила вас в

затылок?

— Потому что я

знал, что за моей спиной стоит женщина.

— А если бы я была

одной из убийц?

на этот вопрос наследный принц Ричард ответил, постучав по рукояти своего закалённого

меча.

— Это не важно. Стоит

мне умереть, я всё равно вернусь во времени.

Офелии вновь перехватило дыхание от его сухого, искажённого голоса.

Будучи

единственным принцем Империи, Ричард Айзек Данк Меллион славился репутацией высшего

дворянина, достойного нести тяжёлое бремя руководства подданными аристократами

и народом, получая безусловную поддержку каждого жителя страны.

Он

не только обладал непревзойдённой силой и превосходными политическими навыками…

Его чёрные, как смоль, густые волосы и насыщенного золотистого цвета глаза

очаровывали взоры многих людей.

Где-то

глубоко внутри за этой обаятельной внешностью скрывался флегматичный человек,

похожий на ленивую чёрную пантеру. Даже с головы до ног в крови он представлял

собой спокойную и статную фигуру.

Наследного

принца Ричарда практически можно было бы назвать «идеалом». Офелия понимала это,

поскольку давно догадалась, что он был главным героем истории, в которую она

влетела.

фэнтези-романе, о котором девушка едва ли вообще могла вспомнить, не было

рассказа о том, как главный герой взрослел, проходя через различные испытания.

Сюжет представлял собой что-то вроде биографии главного героя, идеального с

самого начала, несравненного ни с кем другим.

Если

бы это был любимый роман Офелии, она сразу попыталась бы что-нибудь сделать или

изменить, однако… До начала бесконечных регрессий у неё, очевидно, было слишком

мало информации об оригинальном произведении, поэтому всё, о чём она думала,

сводилось к побегу от вынужденного замужества и накоплению денег на долгую и

мирную жизнь где-нибудь подальше.

девушки не осталось ностальгических чувств к прежней жизни. Она не знала, кто отправил

её в этот мир и зачем её персоне уделили такое внимание, но это было похоже на

чудо. Воспоминания о прошлой жизни остались при ней, однако, они не вызывали тоску

или желание вернуться, иначе Офелия сошла бы с ума.

Надув

губы, она снова обратила взгляд на Ричарда; принц окликнул стоявшего за дверью.

— Ваше Высочество?

— Я скоро, так

что, пожалуйста, подожди.

Получив

сухой ответ начальника, помощник, ожидавший за дверью, отошёл, не

задавая вопросов.

— Мне нужно встать.

— Ричард поднялся на ноги с

большим самообладанием.

Место

на затылке, куда била Офелия, уже давно зажило, поэтому он спокойно сделал несколько

шагов, расстёгивая манжеты смятых рукавов, на которых местами начала

затвердевать кровь.

Офелия

была сбита с толку, но совсем иначе, чем прежде. Неужели, это конец? Она была

полна решимости, похитила наследного принца и притащила его, а теперь всё

закончится вот так? Теперь,

когда она уверилась, что он был причиной её возвращений, они могли бы работать

вместе, чтобы найти выход из этой ситуации…

«Мне

это надоело», — мелькнуло в мыслях

девушки, вновь раздумывавшей над тем, стоит ли ей закрыть глаза и

схватить принца за воротник.

Она

уже хотела это сделать некоторое время назад, но теперь можно было побороться любыми

методами.

Офелия,

нацелившаяся было схватить мужчину за шею, не смогла поймать его и замерла. Ричард

остановился. Он обернулся и обратился к ней.

— Вы пойдёте со мной?

его тусклых глазах нельзя было прочесть эмоции, но Офелия, не раздумывая,

схватила Ричарда за руку.

* * *

апреля 588 года по Имперскому календарю. 15:23

«Мне

не следовало идти с ним», — подумалось Офелии,

перед глазами которой стояла далёкая гора.

Два

человека уже поджидали там, куда Ричард привёл Офелию.

— Ваше Высочество,

пожалуйста, не поймите неправильно.

— Мы просто выполняем

то, что велела маркиза.

— Ну конечно, это

так. Я повторю ещё раз, но…

Маркиза

Нейр — госпожа одной из

величайших территорий Империи. Самое точное слово, которое могло описать её — «кровопийца». Кроме того, её также

величали «железной маской» и «той статной особой, с кем нет желания иметь

каких-либо дел».

Конечно,

Офелии в прошлой жизни это знать было ни к чему. До начала регрессий у неё в

принципе не было возможности встретиться не то что с наследным принцем, но и с этой

дамой.

Более

того, о маркизе Нейр из романа был только один особо важный факт. Она была

злодейкой, противопоставляемой главному герою Ричарду.

«Мне

следовало прочесть книгу. Даже если мне такое не нравится, я должна была это сделать!», — сокрушалась Офелия.

Но

всё, её поезд уехал, и махать руками было бесполезно, а сожалеть слишком

поздно. Девушка помнила лишь текст на задней обложке книги, где говорилось, что

эта дама — злодейка, но она и понятия

не имела, что, чёрт возьми, та женщина сделала, чтобы стать антагонистом.

Вероятно,

маркиза была человеком, который мог сказать всё, что ей придёт на ум, не

моргнув глазом, даже перед наследным принцем…

Офелия

могла только внутренне стонать от глубокого сожаления, которое пришло так

поздно. Она глубоко вздохнула.

комнате, где они с наследным принцем, в итоге, оказались, их встретили та самая грозная маркиза и её многоуважаемая дочь — леди Раиса Нейр.

Из-за

атмосферы, настигшей её так внезапно, Офелия изо всех сил старалась

притвориться мебелью, дабы остаться незамеченной. Даже

при том, что она не интересовалась социальными связями между дворянами, где раскалялось

поле бескровных битв, девушка в определённой степени поддерживала поверхностные связи,

навязанные ей как дочери графа.

Хотя

девушка и не могла припомнить все сплетни, рассказанные барышнями, отношения

которых с ней были настолько слабы, что могли тут же разорваться, она многое услышала

и запомнила.

«—

Не выделяйтесь перед леди Нейр, как в хорошем, так и в плохом смысле», — советовала одна из дам.

Офелия

тогда не удосужилась спросить, почему. Если возможность столкнуться с человеком,

перед которым вам сказали не выделяться ни в хорошем, ни в плохом свете, равна

нулю, было бы утомительно слушать и переспрашивать.

«Я

должна была спросить», — Офелия

слишком сожалела, что чего-то не знает.

Если

бы она могла, она бы вернулась в тот момент времени и выжимала информацию до

тех пор, пока не разузнала бы всё. В любом случае, это лишь мечты.

«—

Ты даже не горничная, почему смеешь стоять рядом с наследным принцем?»

Как

только эти слова прозвучат из уст леди Нейр, начнутся издевательства, прописанные

как клише в таких романах. Если бы Офелия прилежно прочитала роман, она

почувствовала бы раздражение и разочарование, даже проклинала бы сюжет…

«Но

если реальность такова, что надо мной будут издеваться прямо сейчас…», — озноб пробежал по её спине. — «Если бы я действительно что-то знала,

я бы смогла избежать подобной ситуации!»

Перед

двумя величественными злодейками, с которыми она вдруг столкнулась, Офелия продолжала

мысленно чертыхаться. Пока она прикидывалась тумбочкой, разговор между маркизой

Нейр и принцем Ричардом плавно подходил к концу.

— …И если можно,

взгляните хорошенько на мою дочь.

Маркиза

Нейр открыто выразила своё желание сделать леди Раису наследной принцессой,

бесстыдно роняя слова без тени эмоций. Ричард тоже не повёл бровью, не

изменился в лице, но принял слова маркизы, выказывая скуку.

—

Я не настолько тороплюсь с поиском невесты, чтобы забрать единственную наследницу

маркизы.

— Ах, не обязательно

прямо сейчас. Однако, если у Вас будет такая возможность, прошу, не стесняйтесь.

Маркиза

Нейр рассмеялась, но на лице леди Раисы Нейр не было ни тени улыбки. Черты её,

совсем не похожие на образ маркизы, скорее, напоминали маску, бездвижную и холодную.

Увидев,

как взгляды Ричард и леди Нейр прошли мимо друг друга, не проявив никаких

эмоций, Офелия невольно вздохнула с облегчением. К счастью, леди Нейр не была претенденткой

на роль главной героини.

Менее

чем через минуту после того, как Офелия, слегка расслабившись, прижала руку к груди,

случилось то, чего они не ожидали.

Чай

за разговором остыл, став едва тёплым, что маркиза и её дочь даже не

прикоснулись к своим чашкам, но Ричард без колебаний отпил глоток.

— Хм.

Поставив

на место чашку, наследный принц медленно, очень медленно повернул голову в

сторону Офелии. Когда их взгляды встретились, губы Ричарда скривило, и в

следующий момент:

— Кхх...

— Ваше Высочество!

— О Боже мой, Ваше

Высочество!

На

глазах у Офелии, широко раскрывшей рот, Ричард рухнул на пол, а из его рта

хлынул поток тёмно-красной крови. Маркиза Нейр потянулась к потерявшему

сознание принцу, будто она была действительно поражена.

Офелия

решила упасть в обморок, последовав предупреждению своего инстинкта самосохранения,

развившегося в результате десятков регрессий, но свист острого меча, рассекающего

воздух, срезал одну или две пряди её ярко-рыжих волос, мягко упавших где-то

рядом.

«Ааа,

снова…»

Офелия

была обезглавлена сверкающим перед её глазами мечом, не имея возможности что-либо

сделать.

Второй цикл

апреля 588 года по Имперскому календарю. Полдень.

Офелия

открыла глаза. Всякий раз, когда она возвращалась после смерти, её зрение на какое-то время затуманивалось, но она привыкла к подобному и уже сходу

начала схватывать детали окружающего пространства.

Это

было её первое возвращение во втором цикле бесконечной регрессии. Первый цикл,

т.е. события до похищения, она оставила позади.

Итак,

Ричард был отравлен чаем, а её саму обезглавил кто-то, кого она не видела.

—

Лицо проклятого ублюдка, который отрубил мне голову… Я должна была его увидеть.

— Офелия стиснула зубы.

Кошмар

того Дня Основателей, запустивший её первый цикл бесконечных прыжков назад во

времени, так невовремя начал прокручиваться перед её глазами.

Желудок

девушки болезненно заурчал, и она почувствовала сильную тошноту. Ей пришлось

прикрыть рот, но когда она, сама не осознавая, схватилась обеими руками за шею,

над её головой послышался сухой голос.

— Вы в порядке?

отличие от Офелии, бледной, как стена, Ричард был абсолютно спокоен, как буддийский

монах. Нет, можно ли это выражение назвать спокойным? Он выглядел так, словно

все его эмоции испарились, исчезли.

Офелия

яростно покачала головой, и принц снова обратился к ней:

— Вы сказали, что ваше

первое возвращение произошло на праздновании Дня Основателей.

— …Верно.

— Теперь вы понимаете,

что это только начало.

Офелия

была близка к тому, чтобы понять, почему он устал. Причину, по которой он с

готовностью объяснился с ней и был готов протянуть руку помощи. Причину, по

которой он сдался.

Регрессия

не имела значения. Даже смерть каждый раз приходила так просто, и этому не было

конца. Девушка понимала это, но ей, чудом обретшей тело персонажа в романе, ни

за что не хотелось прожить жизнь в петле, полной страданий от смертей.

«Если

бы я умерла сразу после переселения, всё закончилось бы, и мне пришлось

смириться с выпавшей участью! Но не теперь», —

резонно решила она.

Умирать

было жестоко и мучительно. Кроме того, боль и отчаяние от ощущений, как

внутренние органы скручиваются, и кровь хлещет из тела, сохранились в памяти

Офелии даже после возвращения.

Она

решительно сжала кулаки и вскрикнула:

—

Я не сдамся!

Взгляд

Ричарда на секунду вспыхнул. Однако, это был столь краткий миг, что Офелия не

заметила, да и сам мужчина этого не осознал.

— Если бы я хотела

сдаться, я бы сдалась уже в День Основателей! Думая о трудностях, через которые

мне пришлось пройти, живя и умирая, я не смею опустить руки, даже если всё это

несправедливо!

—

Разве вы не говорили, что ваша единственная цель — выжить?

Офелия

скрестила руки на груди, показав выражение лица, будто говорящее: «Почему вы

спрашиваете что-то настолько очевидное?»

— Всё так. И это

по-прежнему несправедливо.

При

этом уголки глаз Ричарда покрылись тонкими морщинками, словно он улыбался. Конечно,

у Офелии было не столь острое зрение, чтобы распознать едва заметные изменения

в выражении его лица. В любом случае, она не обращала на это внимание, стиснув зубы

от негодования:

— Отрезать шею —

это самый отвратительный способ смерти. А каково было Вашему Высочеству?

— Яд, который

медленно парализует кончики пальцев и, в конце концов, останавливает сердце, — самый запоминающийся способ. Тот,

кто заказал мою смерть, вероятно, желал продемонстрировать моё тело, как

экспонат, вот и попросил убить меня без единой царапины.

«Экспонат…?»,

— Офелии поморщилась, и тут же

качнула головой.

— Это не эффектно,

а отвратительно.

— Ничего

особенного.

— Что? Ничего

особенного?

— Именно. Смерть всегда

кончается одинаково. Нет способа, который бы мне особенно нравился или не

нравился.

— И всё же, я бы

предпочла избежать подобной смерти. — плечи

Офелии напряглись в разгар спора о том, какая смерть кажется наихудшей. — Подождите, Ваше

Высочество. Скоро приедет маркиза Нейр…

Прежде

чем она успела закончить, раздался стук в дверь. Офелия судорожно сглотнула и

посмотрела на Ричарда, так и не услышав от него ответа.

— Ваше Высочество.

— Офелия снова спросила. — Не могли бы Вы сотрудничать?

— Хорошо.

Услышав

его двусмысленный ответ, девушка едва проглотила слова, дрожавшие на кончике

языка.

«Я

боюсь будущего, в котором я, как и ты, слишком устану и со временем потеряю

желание вырваться из этой невидимой петли», — она не могла этого сказать.

Ричард

посмотрел на Офелию, по лицу которой ясно было видно, что она желала

высказаться о чём-то, но решила промолчать.

— Миледи.

— Да, Ваше

Высочество.

— Даже если я

выживу на этот раз согласно вашему желанию, вы ведь знаете, что эти возвращения всё равно никогда не закончится.

— Да, я осознаю.

—

Но вы всё ещё хотите выжить? И разрушить цикл?

Тон

его голоса был тяжёлым и глубоким, как болото.

Взгляды голубых глаз Офелии и золотистых глаз Ричарда вновь пересеклись.

Её зрачки дрожали, как море во время шторма, но ответ не изменился.

— Да.

Они

оба не знали, как долго продолжалось это удушающее молчание. В итоге Ричард

протянул руку леди Офелии, как и в прошлый раз.

— Идёмте.

снова, как и в прошлый раз, Офелия взяла его за руку.

* * *

Стоило оказаться перед маркизой Нейр и её дочерью, как лицо Ричарда привычно омрачилось, а взгляд

Офелии засиял совсем иначе.

Препятствие главного героя, злодейка... Разве это всё подстроила не маркиза Нейр? Трудно

поверить, что удивлённое выражение лица маркизы в момент падения Ричарда было притворством,

но и не исключено, что это могло быть игрой.

Фактически,

если бы Офелии пришлось указать, у кого в этом помещении самый сильный мотив и различные

возможности отравить Ричарда, она незамедлительно указала бы на эта влиятельную

даму.

— …Пожалуйста,

выскажите своё мнение…

Офелия

настороженно прищурилась, услышав голос маркизы, позволяя её словам войти в

одно ухо и выйти из другого. Она не видела этого в прошлый раз, так как сидела,

склонив голову, но маркиза, казалось, слегка улыбалась.

«Как

неприятно…»

Девушке

казалось, что эта улыбка скрывает тёмные намерения, поэтому она не могла

подобрать другого выражения, кроме слова «подозрительная». Но, разве главная злодейка действовала бы настолько неряшливо, ограничившись простым

отравлением Ричарда? Не было ли это слишком топорно?

Следовательно, мог быть и

другой злодей, действующий отдельно и не имеющий отношения к маркизе Нейр, что вполне естественно, так как на главного героя фэнтези-романа всегда выпадают

трудности и испытания. Даже не читая такого рода книги, всем понятно, что ради повышения

имиджа главного героя, необходимо появление в сюжете и поражение любого врага.

Наверняка

получилось бы собрать целое население города, если выставить вместе и посчитать всех

второстепенных врагов Ричарда, поэтому сейчас Офелия ни в чём не могла быть

уверена. Даже если она будет продолжать умирать и возвращаться снова и снова, найдя

способы выжить, есть шанс, что настоящего отравителя она не найдёт.

«Уже

скоро»…

Близится

момент, в котором Ричард выпил чай, а она была обезглавлена.

«Что

ж, мы подумаем о поиске виновного, когда эта регрессия закончится и принц останется

жив…», — решила Офелия.

— Ваше высочество!

Она,

сама того не заметив, громко вскрикнула. Всё потому, что Ричард взял в руки рассматриваемую

чашку. Все взгляды, естественно, сосредоточились на ней.

«Почему он держит её так странно?», — Офелия пристально смотрела на мужчину.

Конечно,

правила этикета не запрещали держать чашку так, как это было удобно, но никто

не брал посуду, схватившись за корпус всеми пальцами. Так можно было обжечься.

«Годится

только, чтобы попытаться ударить кого-то этой маленькой чашкой…», — Офелия не стала продолжать мысль,

пытаясь бессознательно коснуться лица. —

«Мои щёки так пылают».

Взгляд

леди Нейр, обращённый к Офелии, становился всё глубже и пронзительнее.

«Если

я не разберусь с этой ситуацией, то сгорю заживо от взгляда дочери маркизы

раньше, чем мне отрубят голову».

Несмотря

на то, что возвращение назад отменило бы всё произошедшее, у Офелии не было ни

малейшего желания сдаваться.

Если

подумать, девушка только увидела, как Ричард поднял чашку, и рефлекторно

вскрикнула. Офелия решила быть наглой, и мгновенно придумала причину, даже

бровью не поведя.

— Ваше Высочество,

эта чашка с осколом. Я принесу другую.

Конечно,

посуда была в полном порядке, так как, прежде чем поставить какой-либо предмет перед

особами королевской крови, его принято тщательно проверять.

Благодаря

десяткам проклятых регрессий в момент празднования Дня Основателей, мгновенная реакция

и спонтанность Офелии в подобных неожиданных ситуациях заметно возросла. Однако,

в следующий момент девушка замерла, осознав привлечённое к себе внимание и

странность хватки Ричарда.

следующую секунду лицо слуги, стоящего слева, было разбито вместе с чашкой, впечатанной

в него. У Офелии отвисла челюсть.

— Ваше Высочество!

Что вы…

Не

только она была шокирована. Маркиза Нейр была изумлена куда более, чем в

прошлый раз, а молодая леди Нейр широко раскрыла глаза. И прежде, чем маркиза

успела закончить свою фразу, Ричард обнажил меч.

Лицо

маркизы исказилось, но наследный принц даже не взглянул в её сторону. Он без

колебаний поднял оружие и внимательно осмотрел потерявшего сознание слугу, с

головы которого стекали струйки крови.

Меч

с чавкающим звуком вонзился в человеческое тело, а вслед за этим послышался хруст

раздробленных костей. Душа слуги отправилась в царство мёртвых, не имея

возможности даже осознать свою смерть. Мгновение спустя Ричард легко вытащил клинок,

застрявший меж рёбер мужчины.

—

Хаах…

Вздох,

более резкий, чем прежде, раздался в могильной тишине комнаты.

момент, когда меч был полностью вынут из тела, взгляды Ричарда и Офелии

встретились. Он опустил взгляд на её шею, и вновь перевёл его на убитого слугу.

«Это…

тот, кто обезглавил меня», — даже

если Ричард этого не произнёс, Офелия всё поняла.

Когда

она медленно сглотнула, Ричард слегка наклонил голову и снова взмахнул мечом.

Отрубленная голова покатилась по полу и приземлилась у ног маркизы

Нейр.

Под

ногами маркизы собралась густая лужа крови, но женщина не высказала никакой

паники. Только уголки её губ были слегка искривлены, так что ситуация быстро

разрешилась.

Вопреки

сложным расчётам Офелии, Ричард слишком быстро и просто остановил регрессию. Даже

если бы здесь оказалось больше людей, пытавшихся навредить принцу, пока его меч

был обнажён, никто не мог достать даже кончик его волос.

Кровь

обезглавленного тела напитала белый ковёр красными пятнами. К счастью или к

несчастью, у Офелии не возникло желания опустошить содержимое желудка при виде

отрубленной головы, навевающей болезненные воспоминания. Она просто прикрыла

нос, поморщившись от глубокого запаха «ржавчины».

Ричард,

создатель всего этого беспорядка, небрежно отбросил меч с прилипшей к нему

кровью и плотью.

—

Маркиза, продолжайте то, о чём вы говорили. — спокойно произнёс он.

Прихоти и фантазии (I)

апреля 588 года по Имперскому календарю. 8:19 утра.

Прошло

три дня с тех пор, как Ричард расправился с убийцей, замаскированным под

видом слуги.

Офелия,

будучи вся на нервах, ехала в карете по направлению к Императорскому дворцу.

Конечно, на козлах сидел кучер, но если бы она имела возможность, то помчалась

бы сама.

Она

умерла прошлой ночью в результате сердечного приступа. Нет, точнее было бы сказать,

что она умерла сегодня вечером и вернулась назад во времени.

Поначалу

она отрицала реальность впервые за долгое время после злополучного Дня

Основателей, ведь в те дни, что она взаимодействовала с наследным принцем, ей

удалось прервать бесконечные регрессии, и всё, казалось бы, пришло в норму.

Однако,

три дня спустя, Офелия поскользнулась и разбила себе затылок, а после съеденный

ею хлеб застрял в горле и задушил её, а теперь…Девушка очнулась в диком гневе.

Эта

чёртова бесконечная петля появилась снова!

Офелия

нервно сжимала веер в руке. После того дня, когда Ричард устроил кровавую казнь,

у неё появилась надежда, что эти перемещения прекратятся, если не навсегда, то

на довольно долгое время. Это была слабая надежда, но разве настолько трудновыполнимая?

Утром

всё началось с новости о том, что бизнес, в который она вложила деньги без

ведома матери, переживает стадию «роста». Это была приятная мелочь, да и

утренний чай пришёлся ей по вкусу. Офелия даже чудом не столкнулась с матерью,

хотя они живут в одном доме, и так далее. Ей везло, даже слишком…Вплоть до

начала новой регрессии.

Хотя

Офелия проходила такую петлю трижды, она осознала кое-что новое: даже если бы

она ничего не предпринимала, мало-помалу что-то да поменялось бы. Это не столь

уж грандиозное открытие.

Чай,

который идеально подходил ей по вкусу, иногда казался девушке странным, или она

внезапно сталкивалась с матерью, хотя в тот же момент прошлого не было

возможности увидеть даже прядь выцветающих волос этой женщины.

Если

подумать, в некоторые из многочисленных для неё "Дней Основателей" тоже произошли

незначительные изменения. Виды закусок, что появлялись на столе, менялись одна

за другой, или букеты цветов различались друг от друга.

Понимая,

что каждый раз, как она возвращалась, происходили изменения, Офелия стала

беспокоиться, что её тайные инвестиции рухнут, и это было самой большой

движущей силой, побудившей её отказаться от своего абсурдного эскапизма*.

(*п/п:

Эскапизм – стремление человека уйти от реальности в мир иллюзий)

«Если

сегодня вечером я регрессирую, то увижу, как мои накопления улетают…!», — Офелия

скрипела зубами, но вскоре поникла и нахмурилась.

Прошлый

цикл регрессий ясно показал ей, что эти бесконечные возвращения, в конечном

итоге, определялись жизнью или смертью Ричарда.

Если

бы наследный принц быстро среагировал и принял решение, нынышний «день сурка» тоже

быстро закончился бы. С его смертью цикл бесконечной регрессии стартовал

автоматически, и с его же выживанием заканчивался, до следующей попытки

убийства.

Конечно,

учитывая условное деление регрессий на циклы, понятие «бесконечная регрессия»

казалось немного неуместным, но Офелия применяла этот термин, просто не видя в

этом замкнутом круговороте событий конца.

Девушка

не знала, по какому капризу действовал Ричард, который, казалось, уже отчаялся и

махнул рукой на происходящее, но этот новый цикл смертей и воскрешений в прошлом

дне…

«Если

он не умрёт, то и я не умру. Но, очевидно, он спускает всё с рук и погибает

каждый раз, без желания жить», — уже спокойнее размышляла Офелия. — «Нет. Давай

не делать поспешных выводов, пока не увидишь своими глазами».

Но

тут появилась новая проблема. Офелия беспомощно вздохнула.

—

Въезд запрещён.

Девушка

примчалась во дворец наследного принца, но вместо встречи с Ричардом её повернула назад стража у ворот. Это был закономерный результат.

Для

юной леди без титула, члена семьи из маленького графства, было невозможно получить

личную встречу с наследным принцем без предварительного согласия. Будь это

легко, стоило бы всерьёз обеспокоиться о безопасности и будущем Империи, слывшей,

на минуточку, самой могущественной страной в истории.

—

Леди, прошу вас вернуться.

При

решительных словах солдата, охранявшего дворец, и угрожающем лязге ударившегося

об землю копья Офелия тихо отступила.

На

самом деле, было немало тех, кто желал увидеть лицо Ричарда, и из-за этого устраивал

шум перед дворцом, требуя личной аудиенции. В результате, страже дворца

предоставили право задерживать любого, независимо от звания; этот факт

настолько известен, что трудно было не знать.

«— Ваше Высочество, я просто хочу вас ненадолго

увидеть!»...

«— Как ты смеешь, ты знаешь, кто я!»...

Офелия

представила себе тот балаган, что некоторые позволяли себе устроить здесь, и притворилась,

что смиренно возвращается в карету, свернув в тень.

«Ох…

я и не знала, что первый цикл, возвращавший меня в День Основателей, поможет во

многих отношениях», — с улыбкой отметила девушка.

Она

долгое время жила как самая обычная, во многом некомпетентная благородная леди,

однако, благодаря этим «дням сурка» ей пришлось научиться скрывать своё

присутствие даже от наёмных убийц до такой степени, что она могла скрываться в Императорском

дворце.

Это

означало, что большинство людей даже не осознавали, что Офелия была там. Сама

девушка считала такой навык скрытым благословением.

—

Ладно, теперь нужно придумать, как войти.

Офелия

фыркнула. Полагал ли охранник, что она сдастся после того, как ей грозно отказали

в посещении?

Проникнет

ли она во дворец тайно? Нет. Независимо от того, насколько хорошо ей удавалось приблизиться

к убийцам сзади так, чтобы остаться незамеченной, это был тщательно

рассчитанный маршрут. Оглядываясь назад, можно сказать, что, к счастью, число и

личности убийц тогда не менялось.

Офелия

отбросила вариант проникновения во дворец, что оставило ей крайне мало

способов. Подача

официального запроса на встречу заняла бы слишком много времени. А тот факт,

что позже в этот же день она снова регрессирует, делает эту затею и вовсе невозможной.

«Но

не могу же я попросить того, кто может посетить наследного принца без

предварительного контакта…», — Офелия оборвала свою мысль и нырнула в тень.

Всё

потому, что человек, только что прошедший мимо неё был одним из тех, кто мог свободно

входить и выходить из дворца принца без какого-либо пропуска.

Джеймс

Грю.

Его считали «левой рукой» Ричарда. Хотя Джеймс был вторым сыном герцогской

семьи, он не собирался наследовать титул и земли, поклявшись преуспеть

самостоятельно.

Недолго

думая, Офелия преобразилась, чтобы выглядеть совершенно иначе, в

одно мгновение сменив причёску и сняв плащ. В

то время, пока Джеймс стоял у главных ворот, она едва успела скрыть своё

присутствие и последовать за ним как можно ближе.

Для

этого мужчины здесь почти не существовало закрытых дверей. Джеймс выполнял

личные команды принца Ричарда, и солдаты не могли останавливать груз или людей,

что шли за ним.

Вишенкой

на торте оказалось то, что Джеймс был советником, так сказать, пользователем «пера

и ручки», а с людьми практически не сражался. Скрыв своё присутствие до той

степени, как она это делала с наёмниками, Офелия могла не переживать, что он заметит

её присутствие.

Девушка

задавалась вопросом, о чём думал Ричард, позволяя своему советнику проводить во

дворец кого и что угодно, но это была его проблема. Даже если бы идеальный главный

герой фэнтези-романа сказал, что хочет приготовить соевую пасту из красной

фасоли, никто не задавался бы вопросами.

«Кстати,

я не знала, что сегодняшняя удача коснётся и этого момента».

Такая

удача, даже в контексте постоянных возвратов, стоила внимания.

—

Вы проделали отличную работу.

—

Что вы, сэр.

Двое

солдат на секунду взглянули на Офелию, но, как и ожидалось, не помешали ей

войти во дворец.

Офелия

добилась того, к чему стремилась. Если Джеймс вздумает оглянуться назад, она уже

приготовилась ударить его в затылок. Ей нечего было бояться.

Стоит

регрессировать — и он её даже не вспомнит, для него этого момента просто не

произойдёт. Да даже если бы не это, мужчина всё равно бы не узнал, кто его

нокаутировал.

Пройдя

по коридору, Джеймс Грю остановился перед массивной и прочной дверью. Он

поправил ворот рубашки и сдержанно постучал.

—

Ваше Высочество, это Джеймс.

—

Входи.

тот момент, как она услышала голос Ричарда, зрачки Офелии вспыхнули, как у

дикого зверя, устремлённого на свою жертву. И её добычей стал…

Высоко

подняв руки, девушка встретилась глазами с наследным принцем через открывшуюся

перед ней дверь. Ричард ничуть не удивился, увидев яркую рыжеволосую леди, что казалась

достаточно решительной, нацелившись в чужой затылок.

Он

просто смотрел на Офелию, замершую в проёме. Дверь широко распахнулась. Джеймс

вошёл в офис и потянулся, чтобы закрыть дверь.

—

Оставь открытой.

Ричард

махнул рукой. Советник удивился, но не посмел ослушаться, даже если бы принц

сказал, что скоро аист принесёт сюда младенца. Он просто выполнял команды начальника.

Офелия

пожала плечами и юрко проскочила в угол кабинета.

—

Приглашения на охотничьи соревнования…

Ожидая,

пока скучный доклад Джеймса закончится, Офелия на мгновение прикрыла глаза.

Ветер

начал трепать её огненные волосы, заставляя их падать на лицо, и ласкал её щеки.

Когда

поток воздуха из огромного, широко открытого окна позади Ричарда вырвался через

открытую дверь, превратившись в сквозняк, волосы Офелии, как и бумаги на рабочем

столе, стали развеваться во все стороны.

Все

документы были отмечены ярко-красной печатью «Конфиденциально» или

«Ограниченный круг», но Ричарда с Джеймсом это не волновало.

Нервозность

Офелии достигла апогея, и она решила было просто вырубить советника, чтобы

поговорить с Ричардом, но…доклад закончился.

—

Мне продолжить всё по плану?

—

Да. Можешь идти, пока не заработал сотрясение мозга.

—

Что?

Джеймс

мгновенно отреагировал на слова Ричарда, а Офелия плавно опустила руку.

Когда

дверь со щелчком закрылась, и Джеймс полностью скрылся в коридоре, Офелия, сидевшая

в тени на корточках, встала и похлопала себя по лодыжке. Пока она растирала

ноги, Ричард шаг за шагом приближался к ней, произнося:

—

Вы опоздали.

Абсурдные

слова «куда более, чем я думал» он опустил. Едва выйдя из тени, девушка

спокойно открыла спросила:

—

Как вы умерли?

—

Стрела влетела в окно.

Прежде

чем Ричард успел закончить, Офелия помчалась к окну, однако, её попытка сразу

закрыть створки провалилась с самого начала.

—

Э-эй… Быстрее! — как бы она ни старалась, окно не поддавалось.

Увидев,

как леди напрягает свои силы до такой степени, что тыльная сторона её руки

побелела, Ричард поднялся.

—

Почему оно такое тяжёлое…!

Принц встал позади Офелии и осторожно толкнул створки одной рукой. Каким бы большим и тяжёлым ни было окно, грохот

при его закрытии не казался нормальным.

Девушка

приложила все силы, но они даже не шевельнулись, при этом усилия одной руки

принца было достаточно, чтобы сдвинуть створки до предела.

Убедившись,

что окно закрыто, Офелия запрокинула голову. Она посмотрела на острую линию

подбородка, нависшую прямо над её головой, а затем выскользнула из-под крепко

вытянутой руки Ричарда.

—

Если бы вы закрыли окно раньше, вы бы не умерли… Ах!

Прежде

чем она успела договорить, мощная арбалетная стрела, пробившая толстое стекло, влетела

и вонзилась прямо в грудь наследного принца.

Не

успела Офелия вздохнуть и отбежать назад, как следующая стрела пронзила её грудь.

Падая на пол и истекая кровью, она надулась и высказала свою претензию:

—

Вы не упомянули, что это стрелы арбалета!

Прихоти и фантазии (II)

апреля 588 года по Имперскому календарю.

—

Ваше Высочество, не высовывайтесь.

Ричард

не мог ответить на резкие слова Офелии, ведь она сидела у него на коленях и

прижималась всем телом. Под тускло освещённым столом леди изо всех сил пыталась

надавить на его излишне твёрдую грудную клетку и раздражающе широкие плечи.

Конечно,

мужчина мог бы легко оттолкнуть её, если бы захотел, но он оставил всё как есть,

поскольку Офелия пребывала в таком отчаянии, что прямо набросилась на него. Более

того…

«— Если мои вложенные средства уйдут в минус, я

дам вам, Ваше Высочество, убедиться на собственном опыте, что есть более

неприятные вещи, чем смерть в бесконечной временной петле».

Ричард вспомнил

её недавние слова. Это была не то чтобы страшная, а просто раздражающая, но, при

том, довольно милая женская угроза, не так ли?

Несколько

секунд спустя Офелия сглотнула и начала считать в обратном порядке от десяти.

—

…четыре, три, два, один.

отличие от сильно напряжённой леди, нетерпеливый принц пробормотал только одно:

—

Всё прошло успешно, так что расслабьтесь.

—

О, да! Ха-ха, ха-ха. — на миг затаив дыхание, Офелия крепко закрыла глаза, а

затем снова открыла их. — Файтин!

—

Что?

—

Успех! Нам удалось! Ааааа! Чёрт возьми, наконец-то сделали это!

Когда

Офелия хлопнула Ричарда по плечу, взбудораженно подбадривая, уголки его

губ слегка опустились. Он умирал слишком много раз…снова, и снова, и снова, и

снова. И

каждый раз всё возвращалось назад, будто он и не был мёртв, отчего для Ричарда факт

собственного выживания уже не был приятным событием. В любом случае, вскоре

стартует ещё одна бесконечная регрессия.

Должно

быть, это понимала и невероятно счастливая Офелия, так решительно швырнувшая

его на пол всем своим телом, тяжёлым, как ватная палочка. Она ведь тоже

осознаёт, что это не конец.

—

Ваше Высочество, сегодняшний день закончился!

—

Да. Так и есть.

всё же наследному принцу показалось, что весьма неплохо видеть эту бойкую леди

такой счастливой. Это было даже немного приятно.

этот момент в наглухо закрытой от эмоций груди Ричарда что-то едва заметно

шевельнулось. Он ощутил то, что чувствует человек, увидевший оазис посреди высохшей

бескрайней пустыни.

Ричард

действовал по прихоти. Так было, например, когда он отрубил голову тому убийце только потому, что Офелия сильно ворчала о том, как ей было неприятно, когда

её обезглавили. Для него это было пустяком, но, возможно, в этом было и

некоторое беспокойство.

Офелия

отодвинулась от него, чтобы встать на ноги, но Ричард спонтанно прижал её

голову к своей груди.

—

Вы ещё можете наткнуться на стрелу.

—

О боже...

Девушка

послушно сжалась, как черепаха. Когда Ричард протянул руку, взгляд её

проследил за его движением.

Он

поднял тяжёлый стол одной рукой, находясь под ней в очень неудобном положении.

Он даже не уронил ни одного листа из кипы бумаг, скопившихся на поверхности стола.

—

Интересно, с такой силой вы смогли бы отразить стрелу, летящую через толстое

окно с тройным остеклением? — прищурившись, спросила Офелия.

—

Я не знаю, так как не пробовал, но, как только будет возможность, попробую.

—

Конечно. Очень любезно с вашей стороны экспериментировать с моими идеями. Но

вам, по моему мнению, лучше прятаться под столом. — поджав губы, Офелия

проворчала и легко отстранилась от мужчины.

Когда

напряжение спало, на её тело автоматически навалилась усталость. С разрешения

наследного принца Офелия прилегла на диване в его кабинете. Рассматривая,

казалось бы, дорогущий потолок, она высказала:

—

Ваше Высочество, так трудно лично встретиться с Вами.

Ричард

промолчал после этого неожиданного замечания, а Офелия продолжила:

—

Как и в этом цикле, я думаю, будут и другие случаи, когда я внезапно умру дома,

даже не зная почему. Поскольку мне не понять, когда это произойдёт, я бы хотела

заранее запросить аудиенцию с Вашим Высочеством.

—

Вот как.

Даже

когда Офелия подняла своё обмякшее тело и пересела на стул, она продолжала

пристально смотреть на него, и её голубые глаза сверкнули.

—

Я хочу иметь возможность прибежать к Вашему Высочеству в любое время и в любом

месте. — высказалась она прямо.

Если

судить только по этим словам, убрав контекст, это было похоже на отчаянное

признание в любви.

—

Тогда не лучше ли миледи всегда быть рядом со мной?

Последовавший

ответ также был построен так, будто предназначался любимому человеку. Однако, будучи

сосредоточенными на «смертях», любовью эти двое и не грезили. Им

логично было составить и подписать о обоюдному согласию временный контракт, определяющий

отношения, которые не посчитали бы странными, даже если она будет рядом с ним круглыми

сутками.

—

Вы станете моей наследной принцессой?

—

Пожалуйста, сделайте меня вашим личным помощником!

За

одновременно произнесёнными фразами последовала тишина. Ричард и Офелия

высказали совершенно разные мысли и ждали реакции друг друга. У них были

схожие идеи, но результат оказался противоположным; и оба не могли понять, почему.

—

Какую ерунду вы несёте! — Офелия машинально пожурила наследного принца.

Она

была крайне откровенна. Девушка даже не могла вспомнить, сколько раз действовала

неосторожно, разбрасываясь словами перед наследником престола во время третьего

цикла регрессий.

—

Если миледи станет наследной принцессой, то сможет беспрепятственно находиться рядом

со мной в любое время.

Услышав

его сухой ответ, высказанный с ничего не выражающим лицом, любой согласился бы,

посчитав, что никаких проблем с этим нет. Однако, с Офелией всё шло не так

гладко.

—

Если наследная принцесса будет бегать с Вашим Высочеством весь день, поднимется

шум, что её следует немедленно отстранить. — резонно заметила она.

—

Но я люблю свою наследную принцессу так сильно, что хочу всегда держать её рядом,

так в чём проблема?

Глаза

Офелии расширились, как у камбалы, в шоке от, как всегда, лёгкого ответа.

—

Нравится это Вашему Высочеству или нет, но если я стану наследной принцессой, у

меня появятся обязательства, которые нужно выполнить, и, независимо от контракта,

я не смогу отбросить все эти обязанности ради следования за Вашим Высочеством.

—

Если бы вы переехали во дворец…

—

Это тоже проблема! — Офелия безжалостно оборвала слова Ричарда и продолжила со

вздохом. — Мы оба знаем, что такое контракт, и когда ситуация разрешится, нам удастся

просто расторгнуть документ, но мы не можем быть уверены в последствиях этого.

Женщина,

которая рассталась с наследным принцем Ричардом… Хорошо это или плохо, люди будут

смотреть на неё недобрыми взглядами, полными порицания. Более того, если вспомнить

о её эксцентричной матери, нетрудно представить сложную ситуацию, способную

довести до самой канавы.

—

Если возникнут проблемы, мы решим их позже, сейчас нужно решить текущие вопросы.

— спокойно настаивал Ричард.

—

Нет, именно поэтому я хочу, чтобы вы назначили меня вашим помощником! — не

отставала Офелия.

—

Но помощники более ограничены в действиях…

—

Да ладно, а то у наследной принцессы нет никаких ограничений! Быть

кронпринцессой сложнее, чем помощником, я знаю, и Ваше Высочество знает, да

весь мир это знает!

Офелия,

фыркнув, вдруг кое-что осознала. Когда прозвучали слова о том, что она должна

стать наследной принцессой, она резко запаниковала и отпустила контроль, но...

—

Вы просто пытаетесь заодно решить проблемы, вызванные вакантным местом

наследной принцессы. Во время юбилейного Дня Основателей сам Император заявил,

что Ваше Высочество должен скоро найти брачного партнёра.

Ричард

молчал, будто и не собирался отрицать этот факт, и Офелия подступила к нему почти

вплотную. Раньше ей было страшно встречаться с самой совершенной фигурой

Империи, но люди хорошо умеют приспособляться.

её глазах он внезапно стал товарищем, попавшим в ту же чёртову петлю

бесконечного регресса, и действовал должным образом только тогда, когда сам

того хотел.

Поскольку

она прошла десятки регрессий только потому, что он не предпринимал никаких

попыток спастись, трепет перед ним, кого она и так не особо боялась, теперь и вовсе исчез. Отныне, даже когда он находится в паре сантиметров от неё, настолько близко,

что она может чувствовать его дыхание, её сердце не колотится от мандража, и волнение не накрывает с головой.

—

Я всего лишь юная леди из обычной дворянской семьи, и не такая уж красавица или

особый талант, выходящий за рамки обычного. Наверняка леди, подходящая на место

вашей наследной принцессы, — не я! Вам стоит поискать кого-то другого.

Конечно,

это были только слова. Насколько помнила Офелия, в романе был прописан лишь

один единственный главный герой, без главной героини. Автор, видимо, хотел ввести

одного или двух партнёров и, в итоге, наверняка не оставил бы главного героя

одного на всю оставшуюся жизнь.

—

Так вот, пожалуйста, назначьте меня помощником. Я буду усердно работать на этой

должности.

—

Я не рассматривал другую должность, кроме места наследной принцессы. И разве не

вы пожелали находиться рядом со мной? — Ричард не дал положительного ответа.

—

По-вашему, я должна тут же согласиться на что угодно, потому что для меня этот

вопрос важнее всего? Если это так, то направление переговоров придётся изменить.

— дуги бровей Офелии опустились, когда она склонилась перед принцем. — Будущее

Вашего Высочества светло. Вы – жених номер один в Империи или даже на

континенте. Так что, даже если вы расторгните брак со мной, для вас это не

станет помехой. Но для меня! У меня ведь ничего нет…

Офелия

преувеличенно изогнула плечи, стараясь убедить его как можно мягче.

—

Разве вы не упоминали, что инвестируете свои накопления? И они довольно успешно

растут.

—

Это… у этой леди есть немного денег, но она не сможет выйти замуж, если её

бросит наследный принц!

Пока

девушка массировала плечи, повернув голову набок и открыто кряхтя, ей

послышалось нечто странное.

«Не

говорите мне, что каменная статуя, больше походящая на мертвеца, чем на живого,

только что смеялась…», — она с недоверием покосилась на Ричарда, услышав

сдавленный шум с его стороны.

—

Всё в порядке.

—

Что?

—

С завтрашнего дня вы будет назначены моим помощником. Пхаха… Я не могу вспомнить,

когда в последний раз так смеялся. Видимо, мне следует прислушаться к желанию

миледи.

* * *

Когда

переговоры между Ричардом и Офелией подошли к драматическому завершению, в

особняке маркизы Нейр, третьей ближайшей к Императорскому дворцу резиденции,

между маркизой и её дочерью происходил весьма суровый разговор.

—

Вы серьёзны в намерении сделать меня наследной принцессой?

—

Альтернатива всегда необходима, а подготовка к работе не всегда идёт быстро.

Разве я не многому тебя научила?

—

Я прекрасно вас понимаю, но разве место кронпринцессы — единственный вариант? —

на губах Раисы застыла сухая улыбка, похожая на улыбку её матери. — Вы всерьёз

думаете, что наследный принц окажет наследной принцессе все почести или даст её

родственникам хоть какую-то власть?

—

Может быть что-то одно, или ничего из этого.

—

Тогда что делать? Мне придётся родить ребёнка и использовать его в качестве

гаранта власти? Уверена, что моя матушка-маркиза не задумает столь вульгарный и

непрозрачный план. — Раиса скривила уголки губ, не в силах сдержать в себе откровенно

саркастичные замечания. — Кроме того, если я стану наследной принцессой, мне

придётся отказаться от титула маркизы, верно? Этого не произойдёт, пока я жива.

—

Хватит, вон отсюда!

Маркиза

отдала твёрдый приказ, не отвечая на протесты дочери. Та смотрела на мать взглядом,

полным яда и злобы, но, в конце концов, вынуждена была подчиниться и уйти.

Как

бы она ни боролась, Раиса всё равно оставалась всего лишь уважаемой дочерью

семьи маркизы, а вся власть была сосредоточена в руках её матери, главы территории.

Раиса потянулась к бриллиантовым серьгам, отчего в

тихом помещении послышался скрежет ногтей о драгоценные камни. Слуги, обеспокоенные этим, ещё ниже склонили

головы, напрягая плечи.

—

Хотите, чтобы я стала наследной принцессой... Значит, вы не передадите мне титул?

Скрежет

и хруст вдребезги расколотых камней прозвучал достаточно громко, но Раису это

не волновало.

—

Я не позволю этому случиться.

Кого

бы маркиза ни планировала привести в качестве наследника, она никому не позволит

сидеть на том месте, что предназначалось ей. Маркизат Нейр должен принадлежать

ей.

Обида

от лишения того, что изначально принадлежало ей, становилась

всё более и более невыносимой, чем больше она об этом думала.

Приятно познакомиться (I)

апреля 588 года по Имперскому календарю. 8:00 утра.

Офелия

крепко спала, не зная, сколько времени прошло. Пробудившись, она радостно

приветствовала освежающее утро.

Простое

избавление от очередного цикла бесконечных регрессий и начало нового, ещё не

прожитого дня, делал её мир прекраснее, независимо от того, где она находилась,

и какие проблемы поджидали за дверью.

—

Это прекрасный день, мама. — таким образом, Офелия даже смогла широко

улыбнуться матери.

—

С тобой что-то случилось? И чем это ты занята... Куда ты собираешься так рано

утром?

—

Я еду в Императорский дворец.

—

Куда бы я ни пошла, с самого утра суета… Что?

—

Скоро вернусь.

—

Стой! Офелия! Офелия!

Оставив

позади себя отчаянно зовущую мать, Офелия направилась прямо во дворец.

—

Доброе утро. Я – Офелия Большек.

—

У вас назначена встреча?

—

Нет.

—

В таком случае…

Прервав

слова охранника, Офелия достала маленькую карточку.

—

У меня нет предварительной договорённости, но есть вот эта карточка.

Для

Офелии, ставшей помощницей наследного принца, был выдан пропуск. Ричард протянул

ей этот документ, словно конфетку. На нём была печать, что являлась гарантом Императорской

семьи.

Хотя

карточка имела величественный вид, это был просто «свободный доступ в

Императорский дворец», в то же время позволявший предъявителю попасть на

аудиенцию с членом Императорской семьи, который выдал этот документ, в любое

время без предварительных соглашений.

Проверив

карту, охранник тут же отступил на шаг назад, отводя взгляд от Офелии. Должно

быть, всё из-за печати Ричарда, которую стража явно не могла перепутать.

—

Простите, леди Большек.

—

О, всё в порядке. Вы просто выполняете свою работу. Что ж, мне пора.

Окружённая

ореолом солнечного света над головой, Офелия прошла мимо солдат с улыбкой

Будды. Она без колебаний вошла во дворец наследного принца и направилась прямиком

в его офис.

—

Войдите. — после стука в дверь послышался голос.

—

Какое освежающее утро. — энергично распахнув дверь, Офелия бойко подпрыгнула к

Ричарду.

—

Выглядите замечательно.

—

Ваше Высочество всё ещё жив. — улыбнулась Офелия.

—

Миледи – единственный человек, кто с самого утра говорит мне такое.

—

Может, это потому, что я – ваш единственный товарищ, находящийся в вами в одной

замкнутой петле... Вчерашний цикл регрессий закончился, так что, давайте, не

сегодня, ладно?

—

Хорошо. Скорее, миледи могла бы приложить всё своё усердие, чтобы справиться с

заданиями, что ей нужно выполнить сегодня.

—

Вы о работе?

—

Да.

Офелия

быстро заморгала, услышав ответ, который будто говорил "зачем спрашивать что-то

столько очевидное?".

Она

осмотрела огромный стол Ричарда и стопки документов, выстроившиеся в ряд на

полу, как горные хребты на карте. Но даже один вид просто уймы бумаг не

испортил ей ощущения полёта в облаках.

—

Мне надо работать. Конечно! Теперь, когда я – ваша личная помощница, вполне

естественно, что я должна помогать!

Засучив

рукава, Офелия поочерёдно поглядывала на бумаги и на Ричарда мерцающими

глазами.

—

Эти документы трогать не надо, лучше идите в офис помощников. Вторая

дверь слева от моего офиса.

—

Ясно. Я скоро вернусь!

После

того, как леди галантно вышла за дверь, во взгляде Ричарда, смотрящего в её

спину, промелькнула улыбка.

—

Ты вернёшься… сюда?

Он

коснулся неосознанно приподнявшихся уголков губ, а затем покачал головой.

* * *

Офелия

выскочила из кабинета Ричарда и, добежав до кабинета помощников, глубоко вдохнула,

чтобы успокоить растущее волнение.

«Ричард

уже неплохо знаком мне. Я столько раз видела его лицо во время регрессий, что

никакого дискомфорта не осталось, даже на этикет как-то махнула рукой, но…», —

мысленно вздохнула она.

этого момента перед ней появятся люди, для которых знакомство с ней произойдёт

впервые. Даже если она уже сталкивалась с ними снова и снова, ей нужно будет

вести себя осторожно и сдержанно. Офелия была той, кто познакомился с ними в

одностороннем порядке.

Девушка

покачала головой. Она не хотела задумываться о депрессивных и серьёзных вещах. Приведя

в порядок волосы и одежду, Офелия подняла подбородок и выпрямила спину,

легонько постучав в дверь.

—

Войдите.

отличие от того, как она распахнула дверь и влетела в кабинет Ричарда, услышав ответ,

на этот раз она осторожно взялась за дверную ручку и повернула её до упора. Оказавшись в

помещении, она сначала столкнулась с горой документов, а не людей.

—

В чём дело?

Хотя

Офелия не могла видеть говорящего, она немного повысила голос в сторону

источника звуков за стопками бумажных гор.

—

Здравствуйте. Я – Офелия Большек, с сегодняшнего дня назначена помощницей Его

Высочества. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

тишине, последовавшей за её представлением, был слышен только царапающий звук перьевой

ручки. Офелия ждала, молча склонив голову, дольше, чем ожидалось, а затем

сделала шаг ближе к горам документов.

—

Вам не обязательно идти дальше.

Её

шаги прервал очень деловой голос.

—

Сегодня… для начала вам нужно обустроить своё место. Вы можете попросить слуг принести

нужную вам мебель.

Хотя

тон этого голоса всё еще был снисходительным, слова не выражали никакой неприязни,

что придало Офелии больше уверенности.

—

Спасибо. Я так и поступлю.

Получив

совет, Офелия вышла из комнаты, так и не увидев лиц своих коллег-помощников. За

горами документов помощница, поморщившись, удивлённо открыла рот:

—

Что это было?

При

словах Айрис ещё один помощник, Купер, всё это время не отрывавший глаз от

бумаг, пока Офелия приходила и уходила, рассеянно спросил:

—

О чём ты?

—

Только что вошла женщина и поприветствовала нас.

—

Что? Кто-то пришёл?

Купер,

наконец, оторвал взгляд от бумаг, высунулся поверх документов и осмотрелся,

однако, Офелия уже давно вышла, и взгляд мужчины никого не встретил.

—

Здесь никого нет?

—

Боже, ты такой придурок. Почему ты не способен делать два дела одновременно?

Давно

знакомый с остротами и поддразниваниями Айрис, Купер спокойно перевёл на

девушку взгляд, поправляя ручку.

—

Так что происходит?

—

Внезапно назначена новая помощница, леди Большек.

—

Новая помощница?

—

Ты слышал что-нибудь от сэра Грю?

—

Нет. Его Высочество — единственный, кто может связаться с ним сейчас. — отрезал

Купер.

—

А он не упоминал, когда вернётся?

—

Он уехал на осмотр территорий, поэтому возвратится не скоро.

—

И поэтому пригласили нового помощника? — недоумевала Айрис.

—

Айрис, ты недовольна? — Купер наклонил голову и снова вздохнул.

— Конечно, недовольна. А как иначе?

Купер

пожал плечами, потирая затёкшую шею в ответ на резкий ответ коллеги. В глазах

Айрис вспыхнул острый огонёк желания в любой момент заколоть Офелию насмерть.

—

Леди Большек… Я никогда и нигде не слышала её имени.

—

Если ты так говоришь, значит она обычная молодая леди. — спокойно отозвался

мужчина.

—

Вот именно. Она всего лишь юная леди, без выдающихся способностей в какой-либо области, да у неё даже нет титула, чтобы быть помощницей Его Высочества. Но, не

сказав нам ни слова, начиная с сегодняшнего дня, её назначили в наш штат? Хм. Я

определённо не в настроении.

—

Это решение Его Высочества, поэтому я буду ему следовать. — Купер пожал

плечами, услышав холодный голос Айрис.

—

Независимо от того, что задумал Его Высочество, мне придётся выяснить, насколько

она будет ему полезна.

—

Чем ты планируешь заняться? А, только не нападай на неё. Если метнёшь ручку,

обычная барышня умрёт на месте со стержнем во лбу.

—

Я этого не планирую...

—

Хорошо. Пока ты не прибегаешь к насилию, я оставлю всё как есть. — спокойно

бросил помощник.

—

Ты не раздражён?

—

У меня нет времени на это. В отличие от тебя, мне приходится целый день двигать

перьевой ручкой, чтобы едва уследить за тем, что предпринимает Его Высочество.

При

его словах Айрис вновь открыла рот, готовая возразить, когда в дверь постучали.

—

Войдите.

На

этот раз ответил Купер, а не Айрис. Дверь открылась, и Офелия вошла вместе с дворцовой

прислугой, нёсшей мебель. В конце концов, порывшись в множестве документов и

кое-как сделав перестановку, слуги исчезли, оставив в кабинете лишь троих помощников.

Понаблюдав

за Офелией со скрещенными руками, Айрис медленно опустила их и сделала шаг вперёд.

—

Я припозднилась с поздравлением. Я – Айрис Филлит. А это…

—

Купер Хэлси. — представился мужчина.

—

Для тех, кто стал помощником Его Высочества, семейный титул не играет роли, так

что не беспокойтесь об этом. Ни у Купера, ни у меня нет титулов, так что мы

равны.

—

Поняла. Я – Офелия Большек.

—

Теперь, поскольку у тебя есть место, следует приступить к работе.

Айрис

сразу перешла к основной теме, без формального приветствия.

—

Да.

Офелия

была ограничена в том, что могла сделать. Для неё было лучше прослыть

человеком, не умеющим говорить вежливо, чем признаться в том, что она не может что-то

сделать, когда ей поручено за что-то отвечать. Это был её первый день на

рабочем месте, поэтому такие простые дела, как организация документов…

—

Пожалуйста, выкопайте бобы из песка.

При

словах Айрис ресницы Офелии затрепетали, как крылья колибри.

«Я

ослышалась? Нет, она же пошутила, да?», — эта мимолётная мысль исчезла, как

только Офелия увидела вполне серьёзное выражение лица Айрис.

Это

была настоящая работа.

—

Бобы? — Офелия сглотнула слюну.

—

Да. Это очень просто. Я не могу завалить вас чем-то сложным с первого дня,

поэтому, пожалуйста, выполните это задание, как можете.

Это

был холодный, почти ледяной голос. Офелия была ошеломлена таким поворотом. Если

она устроилась помощником, разве не должна была заниматься бумажной работой?

Конечно,

как подчеркнула Айрис, это был первый рабочий день Офелии, поэтому она не могла

взять на свою ответственность конфиденциальные или срочные документы. К тому же

было ясно, что у загруженных старших коллег нет ни времени, ни возможности обучать

её.

Девушка

планировала потратить день или два на внимательное изучение работы коллег, чтобы

делать так же, а если не получится, был ещё шанс пойти приставать к Ричарду,

раз уж у него была безосновательная вера, что он сможет за день-два превратить Офелию,

мало разбирающуюся в положении дел, в полезного помощника.

Но

бобы...? Вытаскивать бобы из песка?

Офелии

дали задание, которого она вовсе не ожидала, не говоря уже о том, что могла

себе представить. Айрис посмотрела на новоиспечённую коллегу потемневшим взглядом.

—

Бобы очень ценные, они из священной страны Гарон. Ими занимается

непосредственно дворец наследного принца, где-либо ещё их не разводят. Дальше

объяснять не буду. Бобы будут использованы на праздновании в честь предстоящего

охотничьего соревнования. Возвращайтесь, как только закончите. У нас тут ещё

полно работы. Это простая задача, поэтому вы сможете закончить быстро.

Зрачки

Офелии, дрожавшие до этого момента, сразу же успокоились после объяснений

Айрис.

Девушка

попала в этот мир, овладев телом одного из персонажей, а потом попала в ловушку

кровавых циклов бесконечной регрессии. Может ли быть что-то более абсурдное и

постыдное, чем это?

Собирать

бобы было не так уж и странно. Кроме того, разве такая задача не была даже

отчасти весёлой?

—

Поняла. Я сделаю всё возможное.

широкой улыбкой на лице Офелия развернулась и направилась прямо к складу, где

хранились бобы.

кабинете помощников остались два человека. Лоб Айрис покрылся морщинками, в то

время как меж губ Купера промелькнула ухмылка:

—

Тебе не кажется, что она - необычная женщина?

Приятно познакомиться (II)

Офелия

вышла из кабинета, оставив позади бессмысленно смеющегося Купера, и Айрис, чей взгляд

был покрыт льдом, что вот-вот мог треснуть.

—

Они священные…

Офелия

подошла к складу, где лежали бобы, заваленные песком. Это было складское

помещение, но оно располагалось в центре одной из гостевых комнат внутри дворца

наследного принца; вероятно, было крайне непросто хранить вещи, содержащие

божественную силу, в обычных хранилищах.

Когда

слуга ушёл вслед за проводником, Офелия осталась одна с бобами, вернее, с

бобами в песке. Она постучала по огромной бочке, а затем сунула в неё руку.

Девушка достала пару бобов из гораздо более мелкозернистого песка, чем ожидала,

и начала вынимать другие бобы одно за другим.

Однако,

физически было невозможно заполнить собранными бобами контейнер, столь большой,

что в него мог поместиться человек, даже с учётом безлимитного времени.

—

Мне кажется, я где-то встречала нечто подобное…— пробормотала Офелия, ища

решение, как собрать бобы.

Она

сильно наклонила голову, и тут же кое-что вспомнила.

—

Точно. Психея!

Психея

из мифов, не сумев устоять перед искушением, вызванным шёпотом старших сестер,

в конце концов, потеряла Эрота. Одно из заданий, которое она получила от

Афродиты, матери Эрота и богини любви, чтобы исправить свою ошибку…

—

Это разбор большой кучи чего-то?

Деталей

Офелия не помнила, но речь шла о сортировке вещей разного размера, будь то

песок или что-то ещё.

—

Это не совсем то же! Но, та история — миф, а это мир из романа, поэтому вполне может

сойти нечто подобное. Что тогда сделала Психея?

Хотя

основа для поиска решения была на редкость плохой, Офелия была настроена серьёзна.

Перекатывая уже собранные бобы в руке, она погрузилась в свои мысли, и, вдруг похлопала

онемевшую ногу и поднялась.

—

Муравьи, посланные Эротом, помогли разобрать кучу семян.

Другими

словами, история Психеи теперь не могла помочь Офелии.

—

Как я могу использовать муравьёв…Это бессмысленно.

Когда

Офелия сухо улыбнулась, сзади послышался знакомый голос.

—

Муравьи?

—

Ваше Высочество?

Она

не знала, как и когда он сюда вошёл, но Ричард стоял неподалёку, прислонившись

спиной к закрытой двери и наклонив голову.

—

Да, муравьи. — Офелия мгновенно подошла к нему. — Ваше Высочество! Вам нечем

заняться?

—

Звучит довольно грубо, что мне не по себе, когда вы так выражаетесь, но это весьма

освежающе.

—

Нет, я не в плохом смысле. Мне было интересно, можете ли вы мне помочь.

Ричард

прикрыл ладонью лоб Офелии, когда она подошла к нему с ярко сияющими глазами,

держа обе руки согнутыми в локтях.

—

Мне кажется, вы говорили, что будете усердно работать в качестве помощницы. Теперь

вы хотите, чтобы я помог вам? Однако, к концу дня даже двое не соберут все бобы

в эту кладь.

Офелия

подняла брови и ответила, её глаза все ещё мерцали.

— Хотите сказать, что вам тогда не обязательно собирать бобы своими

благородными руками?

—

Что?

—

Ваше Высочество. — Офелия опустила руку Ричарда со лба и понизила голос до

предела. — Если и не муравьи, то… нет ли у вас каких-нибудь насекомых?

Он

помолчал какое-то мгновение, не находя, что на это ответить, а Офелия не

удосужилась объяснить, шутка ли это. Когда принц понял, что взгляд голубых глаз,

полный надежды, абсолютно искренний, он всё же переспросил.

—

Что?

—

Муравьи, ну…муравьи. Вы не знаете муравьёв? Очень маленькие ползающие насекомые

с головой, грудью и брюшком.

—

Я знаю, что такое муравьи. Но вы спрашиваете, есть ли у меня муравьи? Как люди?

—

Да! Ну, не обязательно муравьи. Лишь бы у жучков хватило сил выковыривать бобы из

песка, и их нужно очень много!

—

У меня нет насекомых.

ответ Офелия похлопала Ричарда по руке и прицокнула языком:

—

Тогда вы бесполезны.

—

Я вообще впервые слышу, что может существовать возможность контролировать

муравьёв.

—

Как главный герой… нет, как наследный принц, разве вы не должны уметь управлять

насекомыми?

Ричард

посмотрел на Офелию, выражающую свое недовольство через жалобы, хотя было

очевидно, что он не «повелитель муравьёв», а затем отвернулся.

—

Вы снова улыбаетесь там сами по себе…

Офелия

не знала, что вызвало его улыбку, но, оставив Ричарда ухмыляться, девушка

продолжила свои размышления, в поисках нового метода. Через некоторое время

улыбка наследного принца исчезла, и он спросил:

—

И что вы будете делать? Я не могу управлять муравьями, только людьми.

—

Если я буду так открыто эксплуатировать Ваше Высочество, два помощника, которые

уже смотрят на меня холодным взглядом, заживо сварят и съедят меня.

—

Понимаю.

Эти

двое с большей вероятностью поставили бы Офелии очень высокую оценку за то, что

смогла подключить самого принца, но Ричард не удосужился высказать это. Будь

это Айрис, помимо высокой оценки способностей Офелии, сам факт того, что она прибрала

к работе Ричарда, заставил бы её захотеть забрать Офелию к себе.

—

Кстати, Ваше Высочество.

—

Что такое?

—

Вам нечего делать? На этот раз я спрашиваю с правильными намерениями.

«Ну

правда, ты что, совсем не занят?», — с этим смыслом спросила Офелия, но Ричард

покачал головой.

—

Нет, это нет так.

—

Вы уже разобрали всю гору документов?

—

Нет.

—

Тогда что вы тут забыли?

Офелии,

у которой на лбу был написан вопрос, Ричард ответил сухо:

—

Я не хочу сейчас работать, вот и не работаю.

При

его заявлении слова, вроде «вы так комфортно устроились», рвались к кончику

языка, но девушка проглотила их. Она знала лучше, чем кто-либо другой, что его

жизнь никогда не была комфортной.

—

Что ж. Если подумать, Ваше Высочество здесь, и, даже если произойдёт попытка

убийства, мне будет легче всё понять. Вы упрощаете задачу.

Было

грубо со стороны помощницы говорить такое начальнику, но прошло уже достаточно

времени с тех пор, когда их обоих заботили такие пустяки.

* * *

Сколько

времени прошло, пока Офелия собирала бобы под наблюдением Ричарда? Девушка

встала и похлопала себя по пульсирующей талии, облизнула пересохшие губы.

—

Какова вероятность того, что если я войду в эту бочку и буду крутиться в ней,

бобы выскочат?

—

Бесконечно близка к нулю.

—

В таком случае, могли бы и слегка утешить.

—

Как только вы влезете в бочку, что-то точно оттуда выскочит, будь то бобы или

песок.

—

Полагаю, вы правы. Как в ванне, переполненной водой…

Замерев

от собственных слов, Офелия быстро заморгала. Ричард, увидев это, оторвался от

стены и подошёл ближе. Офелия обнаружила внезапно приближающегося принца, но

ничуть не удивилась. Вместо этого она хитро прищурилась.

—

Что такое? Почему миледи так смотрит на меня?

Ричард

смотрел на неё всё с тем же невыразительным лицом и сухим взглядом, но, проходя

через циклы регрессий, она постепенно училась читать мельчайшие проблески

эмоций в его чертах, и теперь обнаружила в его взгляде скрытый интерес.

—

Мне любопытно, какие безумства придут миледи в голову на этот раз.

—

Безумства? Я ваша помощница, а не шутиха.

—

Что?

— Относитесь ко мне серьёзнее.

—

Да, вы отличная помощница.

—

Пожалуйста, скажите это душевнее.

—

Хорошо. Вы молодец. Довольны?

Офелия

совсем не была удовлетворена, но, всё же, дала ответ, на который надеялся

Ричард.

—

Это Архимед!

—

Ещё один вид насекомых, после муравьёв?

Офелия

на мгновение тупо замерла, услышав невероятно странную реплику Ричарда, что

прозвучала так быстро.

конце концов, это был вымышленный мир. Она уже так долго жила в этом мире, но её

мозг по-прежнему понимал, что она в романе, и воспоминания о предыдущей жизни

иногда всплывали и смешивались. В этом были свои достоинства.

Офелия

уставилась на Ричарда. Несмотря на то, что она продолжала смотреть на эту

нереальную форму лица и физические способности, он не чувствовался ей картонной

куклой.

Не

так ли часто бывает в романах с попаданцами в чужие тела? Будь то переселенцы

или реинкарнаторы, попав в роман, даже если и место похоже на реальность,

персонажи вокруг них редко ощущаются как настоящие люди.

Ощущая

реальность всем своим телом, в уголке сознания вы всё равно думаете: «Этот человек будет

таким, а вот этот по сюжету станет таким…», и бессознательно совершаете ошибку,

накладывая образы вымышленных персонажей на реальных, с точки зрения этого

мира, людей. Затем, в какой-то момент, словно ударом молнии, вы понимаете, что

это были «настоящие» люди…

—

Ваше высочество. Могу я коснуться вас?

Это

был не тот ответ, которого ждал Ричард. Эта фраза вообще появилась из ниоткуда,

но он молча схватил её за руку. Офелия безразлично улыбнулась грубому, сухому

теплу, ощущаемому от его ладони. Его руки, в отличие от их первой встречи, были тёплыми.

—

Ваши руки тёплые…

—

А что насчёт Архимеда?

—

О, это учёный… Не делайте такое лицо, будто спрашиваете: «Есть учёные, которых

я не знаю?». Учёный… ну, он просто деревенский дедушка.

Не

долго думая, Офелия просто внаглую превратила величайшего математика в истории

Греции в соседского дедушку. Не то чтобы она хотела так поступить, но так было

проще.

—

То, что он сделал, немного сложнее, но, в любом случае, всё, что мне сейчас требуется,

это вода.

—

Вода... Песок тонет, а бобы всплывают.

—

Как вы могли сделать такой вывод, услышав только слово «вода»? Вы правда человек?

—

Это очень простое, но эффективное решение.

Офелия

на мгновение встала в элегантную позу и слегка поклонилась.

—

Спасибо за комплимент… Ваше Высочество.

Она

перестала шутить, и задала следующий вопрос с предельно серьёзным

лицом.

Приятно познакомиться (III)

—

Вес бобов с божественной силой не изменится, верно?

Офелия

была очень серьёзна, помня, что в её предыдущей жизни не было никакой

божественной силы. Ричард отвернулся, не ответив, и ей пришлось легонько ударить его по

руке кулачком… Вышло как удар ватной палочки.

От

Психеи до Архимеда — это был странный поток сознания, но Офелия, каким-то

образом, наконец, решившая свою головоломку, вскоре открыла дверь и позвала

проходящего мимо слугу.

—

Простите, не могли бы вы принести мне большое ведро воды?

* * *

Айрис

подозрительно взглянула на Офелию, когда та вернулась ещё до обеда, то есть

гораздо раньше, чем она ожидала.

— Ты закончила?

—

Да!

Офелия

ответила уверенно, но Айрис спросила снова, будто не в силах была поверить.

—

Правда закончила?

—

Да. — ответ Офелии, сопровождаемый улыбкой, не изменился.

—

Я имею в виду, отделила бобы от песка идеально, без единой царапинки? Как я говорила, они содержат божественную силу и очень важны для охотничьих

соревнований. Их используют как простой способ предотвратить травмы и смерть

тех, кто показывает выдающиеся таланты.

—

Да. Я собрала все бобы и высушила их.

—

Что…как? Как такое….

—

Да ладно, как долго ты собираешься томить человека, который так хорошо

поработал? — Купер появился за спиной Айрис, похлопал её по плечу и одним

движением шагнул вперёд. — Леди отлично потрудились, проделали такой объём работы,

проявив большую ответственность, поэтому, пожалуйста, продолжай в том же духе.

На

добродушную улыбку Офелия ответила энергично:

—

Да. Я буду работать усердно.

—

Независимо от объёма работы, важен правильный результат.

Офелия

непоколебимо отреагировала на прямолинейные слова Купера, которые были сказаны ей

с приятной улыбкой.

—

Конечно.

—

Хорошо. А теперь…

Купер

кивнул и собирался сказать что-то ещё, но Айрис оказалась быстрее:

—

Подожди, у меня есть ещё один вопрос.

—

Да?

— Ты выполнила это задание самостоятельно?

—

Да. Я сделала это одна. — Офелия ответила без колебаний.

— Да быть не может… всё?

Конечно,

Ричард помог пересыпать песчаные бобы в огромный контейнер. Офелия стала

свидетелем того, как наследный принц легко поднимает бочку, полную песка и

бобов, для сдвига которой обычно требовалось усилие сразу несколько человек.

Вспомнив

на секунду этот момент, она протёрла затуманенные глаза, и её плечи задрожали. Он

был человеком, но далёким от характеристики «обычного» мужчины. В

любом случае, о помощи Ричарда не могли узнать, если он сам того не хотел,

поэтому и достичь ушей Айрис эта информация не могла.

«— Никто не узнает, что я был здесь», — Ричард

так сказал, и Офелия сразу в это поверила.

Ему

вовсе не нужно было избегать посторонних взглядов, совершая невообразимые поступки,

например, бегая в тени или появляясь сквозь землю. Всё, что ему нужно было

сделать, это заставить замолчать всех, кого он встретил по пути туда или обратно.

—

Их намного больше, чем я думала… — Айрис продолжила с мрачным лицом. — Так или

иначе, ты преуспела в выполнении этого задания. Конечно, мне придётся всё подтвердить,

но я уверена, что это не ложь.

Прочесть

между строк было не трудно, но Офелия не рассердилась и не обиделась. Это

правда, что она искала читерские способы. Получить должность помощника

наследного принца было не так просто, как остановить кресло-качалку и сесть в неё.

Лучшие

таланты среди самых талантливых людей Империи выбирались по рекомендации

множества людей и проверке ещё большего числа экзаменаторов. Среди них

помощниками становились только те, кто обладал беспрецедентной преданностью

Ричарду.

Офелия

не выделялась талантами и не вписывалась в их окружение, поэтому она могла

понять Айрис и Купера, даже если они проявляли настороженность и упрямство.

Конечно,

«понимать» и «терпеть» — две разных термина, но сейчас она могла передохнуть,

поскольку сделала приличный первый шаг в знакомстве с коллегами.

Медленно

выдохнув, Офелия встретилась со взглядом карих глаз Купера.

—

О, вам уже сказали, что эти бобы будут использоваться на охотничьих

соревнованиях? — спросил помощник.

—

Да, сказали.

—

Вот эта стопка документов как раз об этом мероприятии. — Купер, всё ещё

улыбаясь, указал на огромную кипу бумаг.

—

А, да.

Офелия,

немного ошеломлённая огромным количеством документов, быстро заморгала, и Купер

тихим голосом продолжил:

—

Пожалуйста, позаботьтесь о них сегодня. Как я уже говорил, важно, чтобы

результат был максимально качественным.

Указав

на половину из стопки бумаг, Купер тут же вернулся на своё место. Офелия

потеряла дар речи. Казалось, Айрис уже куда-то ушла, поскольку её нигде не было

видно, поэтому девушка в ступоре смотрела на документы, что указал ей Купер.

«Это

издевательство…? Первое задание по сбору бобов — всего лишь милое начало.

Неужели теперь начинается издевательство на рабочем месте?», — такие мысли

зародились в голове Офелии, но буквально через несколько секунд все сомнения рассеялись.

Перед

Айрис и Купером стопок бумаг было во много раз больше, чем бумажных «башен»,

сложенных перед ней самой. Буквально повсюду валялись горы бумаг.

Наклонившись

вправо, чтобы тайком посмотреть на коллег, Офелия грустно рассмеялась, а затем

выпрямилась за столом.

«Тут

просто слишком много работы», — осознала она.

Действительно,

она стала помощницей наследного принца, который имел влияние не только на Империю,

но и континент. Было бы странно, будь здесь меньше работы.

Коротко

вздохнув, Офелия закатала рукава и схватила первый документ, лежащий сверху.

* * *

Следующие

дни проходили без угрозы убийства Ричарда. Соответственно, и регрессий пока не

предвиделось. В течение этих нескольких дней Офелия так сильно боролась с

адской бумажной работой, что была уже почти не рада выбранной должностью.

головой погружённая в документы, она подняла глаза. Слегка постукивая по столу,

Айрис заговорила с ней деловым тоном с таким же холодным лицом, как и в первый

раз, когда они познакомились.

—

Пожалуйста, перепроверьте ещё раз. Пройдите беглым взглядом по этим документам.

Задача

прозвучала так просто, что если бы кто-то, не знающий ситуации, услышал, то подумал

бы, что всё разрешится в пару минут, но… Офелия облизала потрескавшиеся губы и

поочерёдно смотрела то на бумаги, то на Айрис, стоящую перед ней.

—

Когда это нужно закончить?

—

Пожалуйста, сделайте сегодня.

—

Ох… как всегда, сегодня. Да, сегодня.

Офелия

повторила слово «сегодня» нараспев, и взглянула на оставшиеся документы, с

которыми ей предстояло разобраться. Её глаза расширились от количества бумаг,

которым вообще не было конца.

Будучи

помощницей, девушка не могла сказать, что не может всё это выполнить, поэтому она

кивнула и снова уткнулась в документы. Айрис несколько секунд смотрела на неё,

а затем вернулась на своё место.

—

Есть три вида толщины палаток…. Палатки должны быть ветростойкие, но и должны закрывать

от солнца и дождя…но какую толщину выбрать?

Легонько

стиснув зубы, Офелия разогнула спину, просматривая документы о различных

палатках для охотничьих соревнований. В позвоночнике чувствовалась усталость;

она также сумела поднять затёкшую шею, поворачивая её влево и вправо, но вскоре

остановилась.

Два

человека были в её поле зрения над стопками документов, количество которых не

показывало никаких признаков уменьшения, несмотря на то, что они каждый день

работали до упаду.

Айрис

так быстро листала бумаги, что было сомнительно, точно ли она их прочла, а

Купер, словно заведённый робот, быстро ставил штампы с надписью «Отказано».

По

сравнению с Офелией, приступившей к работе лишь несколько дней назад, эти двое,

должно быть, давно поднаторели в своих обязанностях, и потому находились в

лучшей форме. Но реальность была не так проста. Айрис, выполнявшая работу

быстрее всех, выполнила тот же объём, что и Офелия с Купером.

Возможно,

почувствовав взгляд Офелии, Купер вдруг поднял голову.

—

Чай. Мне нужен чай.

Глядя

на его впалые глаза, он был почти как грустный служащий, что утром по дороге на

работу вместо того, чтобы выпить кофе, сходил на переливание крови так, что

смотреть больно.

—

Согласна.

—

Я тоже.

Купер

поднял колокольчик, чтобы позвать слугу, но Офелия вскочила.

—

Предоставьте это мне! Я пойду.

—

Ч-что?

—

Я быстро, как ветер!

Офелия

чувствовала, что, если будет продолжать так сидеть, то отсидит себе всю задницу

и будет страдать. Айрис и Купер выглядели озадаченными, но решили коллегу не

останавливать.

Пока

Офелия убежала за чаем, в офис помощников внезапно пришёл незваный гость. После

формального стука, дверь с щелчком открыли, не дав помощникам даже опомниться.

проходе появилась остроконечная туфелька, усыпанная драгоценными камнями, что,

сверкая на свету, больно резали глаза. В то же время комната, пропитанная лишь

запахом бумаги и чернил, вдруг наполнилась сильным ароматом духов, буквально

щипавших нос.

тот момент, когда брови Айрис дёрнулись, пока она концентрировалась на работе с

документами, и Купер, сам того не ведая, сильно потёр кончик носа…

—

Я слышала, что появился новый помощник. — глубокоуважаемая дочь маркиза

Шеффилда, незваная гостья, открыла рот. — Тут только столы, и ни одного

человека.

Её

голос был достаточно громким, чтобы мог услышать каждый, но ответа не

последовало. Барышню не волновало её поведение, она быстро отыскала Айрис и

Купера за высокими стопками документов.

—

Кхм, кхммм…!

Будь

дело только в показном кашле, они оба проигнорировали бы незваную гостью, но

звук удара каблучков этой дамы об пол был невыносим. Одновременно подняв

головы, Айрис и Купер нахмурились.

—

Что вам нужно на этот раз? — спросила Айрис, не глядя на леди Шеффилд, и даже

не скрывая явное раздражение.

Леди

Шеффилд не обескуражила резкость Айрис, которая производила впечатление

абсолютной ледышки, хмурой и молчаливой. Если бы дочь маркиза легко было

напугать, она бы не посетила кабинет помощников более одного раза.

—

Я слышала, что появилась новая помощница. — леди Шеффилд сделала акцент на

последнем слове.

Приятно познакомиться (IV)

—

А вам какое дело, чёрт возьми?! — огрызнулась Айрис.

—

Боже мой, вы такая громкая. Леди Филлит всегда не хватало этикета.

—

Разве не леди Шеффилд так невоспитанна? И я вам не «леди Филлит», а «старшая

помощница».

Купер

поднял руку перед двумя леди, метающими гром и молнии, словно оказавшись втянутым в

битву между змеёй и мангустом.

—

Даже если у нас новый помощник, какое это имеет отношение к леди…

—

Это не имеет значения.

Следуя

за Айрис, Купер откровенно оттолкнул леди Шеффилд, но та была не из тех, от кого

можно отвязаться так просто.

—

Почему не имеет значения? Когда я встану рядом с наследным принцем, все его

помощники станут моими.

Айрис

отреагировала на слова леди Шеффилд так, будто хотела открыть барышне простую, вполне

естественную, истину:

—

С чего вы решили, что у вас есть основание быть столь уверенной?

—

О боже, что значит «нет оснований»? Нет никого, кроме наследного принца, кто

мог бы увлечь меня и обуздать одним лишь своим взглядом или словом. Если уж я захочу

рисковать жизнью, это должен быть такой человек.

—

То, ради чего вы рискуете, — это ваша слащавая фантазия… Чёрт! — Айрис

наклонилась вперёд и начала резко ругать леди Шеффилд, но Купер прикрыл ей

рот.

Прежде,

чем Айрис по-настоящему взорвалась, а Куперу пришлось разнимать дам, послышался

звук открывающейся двери, и горячий воздух хлынул наружу, словно прилив.

—

Я вернулась. Горничные хорошо всё подготовили, так что я захватила много с

собой. Давайте выпьем и немного отдохнём. Но чем это тут так сильно пахнет...

Офелия

поставила поднос и стала обмахиваться руками, как веером, чуя душное амбре духов,

казалось, парализовавшее её обоняние.

—

Ты – новая помощница? — леди Шеффилд сделала шаг к Офелии и пристально оглядела

её сверху донизу.

Взгляд

Офелии метнулся к Айрис и Куперу, и она моргнула им, будто спрашивая, что тут происходит,

но леди Шеффилд уже сверлила девушку взглядом, и метод «объясните мне глазами»

не сработал.

—

Эти рыжие волосы и голубые глаза… дочь дома Большек. — леди Шеффилд болезненно

нахмурилась. — Что, чёрт возьми, нашёл в тебе Его Высочество, что сделал своим

помощником?

Указательный

палец приблизился к лицу Офелии, а затем леди Шеффилд фыркнула и отшвырнула

веер, что держала в руках. Увидев, как её веер ударился о носок круглых туфель

Офелии, барышня приподняла уголки губ.

—

Ой! Мой веер упал.

Видя,

как задвигались пальцы леди Шеффилд в тот момент, когда она говорила это, было

ясно, что она хотела, чтобы Офелия наклонилась и подняла её веер. Это

было очень примитивное издевательство. Настолько банальное, что Офелия даже и

не расстроилась.

«Я

слишком устала от множества других невзгод, чтобы злиться из-за подобного», —

подумала она.

Тем

не менее, она не собиралась подбирать чужой веер и покорно отдавать его.

—

Что вы делаете? — Офелия заговорила, не взяв веер. — Вам не кажется, что это

чересчур...

—

А разве не очевидно? Только не говорите, что считаете себя равной мне?

Офелия

стала помощницей Ричарда, как и Айрис с Купером, поэтому леди Шеффилд пришлось

использовать официальную речь. Строго говоря, Офелия, вошедшая в императорский

двор в качестве новой помощницы, имела более высокий статус, чем дочь маркиза, не

имевшая статуса, помимо семейного.

Однако,

учитывая престиж маркизата Шеффилд, обоим сторонам следовало бы относиться друг

к другу с уважением, но леди Шеффилд, похоже, не собиралась пересматривать своё

поведение.

Причина,

по которой Айрис и Купер всё же слышали в свой адрес уважительную речь от леди

Шеффилд, вероятно, заключалась в том, что семьи Филлит и Хэлси были весьма

влиятельны в Империи.

Каким

бы почтенным ни был род Большек, на сегодняшний день они стали не чем иным, как

графством без всякого престижа, у которого остался лишь титул «на бумаге». Уважаемой

даме из семейства Шеффилд, что посмела явиться в канцелярию помощников

кронпринца по своему усмотрению, тут и нечего было думать. Она бы в любом

случае не получила никакого наказания за своё отношение.

—

Я не знаю, как ты сюда попала, но если уж въехала в офис, то должна знать своё

место.

Леди

Шеффилд говорила тихо, чётко сплёвывая ядовитые слова, что без колебаний

царапали сердца людей. Но яд этот спровоцировал Айрис, а не Офелию, в которую

был направлен.

Может,

так случилось потому, что они вместе не покладая рук работали в течение

нескольких дней? Работа ведь тоже способна окрылять и объединять людей. А может

и потому, что Офелия делала всё, что должна была, искренне и без всяких

капризов?

Так

или иначе, было это чувством товарищества или нет, но Купер схватил Айрис за

плечи как раз в тот момент, когда та собиралась высказать барышне всё от имени

Офелии.

—

Что? Отпусти меня, Купер!

Мужчина,

удерживая её, приложил указательный палец к губам коллеги и подмигнул.

—

Шшш, подожди минутку.

Вопреки

дружеской улыбке на лице, карие глаза резко сверкнули. Офелия тупо смотрела на

леди Шеффилд, продолжавшую говорить, не получая ответа.

—

Что такое? Не поднимешь веер? Не говори мне, что ты глухая…

Прежде

чем леди успела закончить, Офелия ярко улыбнулась и вскинула ногу. Довольно размашистое

движение приподняло подол её юбки, а у леди Шеффилд отвисла челюсть и расширились

зрачки. На губах Айрис заиграла ухмылка, в то время как Купер потянулся, чтобы

остановить Офелию от дальнейших действий.

Но,

вопреки их ожиданиям, что Офелия пнёт леди Шеффилд, девушка резко поставила

ногу обратно, хрустнув каблуком. Когда раздался звук чего-то ломающегося,

Офелия мило улыбнулась и ответила:

—

Веер? Я не видела ничего подобного.

Глаза

леди Шеффилд расширились ещё больше, и она поочерёдно переводила взгляд то на

свой вдребезги разбитый аксессуар, то на Офелию, но последняя вновь наступала

на ненавистный предмет, словно желая убедиться, что тот действительно

раскололся.

—

Только не говорите, что вот этот мусор у меня под ногами — это ваш веер. — брови

Офелии едва опустились, когда она покачала головой, а затем преувеличенно

расширила глаза. — Боже мой, если это так, то мне очень жаль! Я и не знала, что

леди использует мусор в качестве веера.

Подтолкнув

разбитый предмет к леди Шеффилд, она невинно моргнула.

—

Это противно, поэтому я не хочу прикасаться, но раз уж вы так этого хотите, я

придвинула ближе к вам. На этом я откланяюсь. Мне нужно вернуться к работе.

Отвернувшись

от леди Шеффилд, Офелия остановилась, затем повернула голову и добавила:

—

О, и это кабинет помощников. Выход там.

Хотя

леди Шеффилд не могла оторвать глаз от Офелии, та просто налила себе в чашку

чай, вовсе не замечая шокированного взгляда. Купер посмотрел на обеих дам по

очереди и прошептал, наклонив голову к Айрис:

—

Воистину, она не обычная девушка…

Его

слова были прерваны искромётным бормотанием леди Шеффилд, сорвавшимся с губ:

—

Боже мой, она – вот такой человек?

Айрис

и Купер не могли не озадачиться, увидев леди Шеффилд, пристально глядящую на

Офелию мерцающими глазами.

* * *

После

того дня, когда веер превратился в труху, а леди Шеффилд неожиданно обнаружила

Офелию как человека, ради которого не стыдно и «рискнуть», дни проходили

хорошо, без новых регрессий. И

вот, наконец, настал день охотничьих соревнований, ради которого помощники

готовили тонны документов, мокрые от крови, пота и слёз.

Офелия

закрыла глаза и глубоко вздохнула, прежде чем отправиться во дворец, но тут к

ней подошла мать. У женщины было много вопросов, которые она хотела задать

дочери, но не успевала сделать это, потому как дочь каждое утро уезжала в

Императорский дворец очень рано.

Сегодня

ей хотелось прояснить, как Офелия стала помощницей наследного принца, поскольку

надоело гадать, что может сделать возможным получение такой должности.

—

Эй, Офе… Ох!

Мать

Офелии похлопала дочку по плечу, но тут же схватилась за грудь и отступила

назад, когда та внезапно открыла закрытые глаза. Не обращая внимания на мать, в

изумлении держащую руку на сердце, дочь просто прошла мимо и уехала во дворец.

Женщина

даже не смогла поймать слишком энергичную и решительную девушку, похожую в тот

момент на свирепого генерала на ожесточенном поле боя. Когда фигура Офелии

полностью исчезла, она вздохнула про себя.

—

Эта девочка, когда у неё появился такой взгляд…

Даже

не заметив, что мать была рядом, Офелия направилась к месту назначения, как

лошадь на дерби. Она коротко выдохнула, облизывая сухие, потрескавшиеся губы.

— Пожалуйста, я надеюсь, грядущий цикл закончится в течение трёх-пяти возвратов. —

пробормотала девушка в отчаянии, но это было лишь её желание.

Офелия

не спала с прошлой ночи, всё время ворочаясь. Она думала о предстоящих

соревнованиях.

Что

такое охотничьи соревнования? Это игра в ловлю добычи, где участники гоняются

за заранее подготовленными и выпущенными животными на ограниченном

пространстве. Однако,

если бы это было просто безобидной игрой, в ней каждый год не набиралось бы так

много участников.

—

Проклятые соревнования!

Дело

в том, что триумфатор охотничьего состязания получал шанс встретиться с Его

Величеством Императором или наследным принцем наедине. Власть Императора

поистине была великой, все знали, что означает получить его милость и предстать

на аудиенции.

Территорией

охоты был выбран дремучий лес, куда люди со всевозможным оружием шли на диких

зверей, и крайне трудно было предсказать, куда их занесёт, когда всё смешается

в кучу.

Иначе

говоря, это была прекрасная возможность и место, чтобы тайно убить и похоронить

кого-то. Офелия переживала, понимая этот факт. Сегодня

её, наверняка, ждал день нового цикла бесконечного регресса.

—

О-оох…

Офелия

потёрла пульсирующий живот. У неё болел не только живот, но и виски, а глаза

так затекли, что хотелось вынуть их и промыть.

—

Стресс – корень всех болезней.

моменту вчерашнего окончания работы её тело сильно вымоталось, но домой она шла

лёгкой походкой, как будто летела. Она спокойно легла спать, а потом вдруг

вспомнила, что именно значат охотничьи соревнования, выскочила из-под одеяла и села.

—

Охота смертельно опасна!

Ещё один регрессор (I)

Офелия

впечаталась головой в подушку.

—

Это опять стрела! Нет, а может, это

ловушка между деревьями, натянутая, чтобы обезглавить? А если нет, то… лошадь?

Плечи

девушки, нервно постукивавшей по подушке, рассматривая всевозможные способы умереть на

охотничьем соревновании, вскоре поникли. Сколько бы она не размышляла

самостоятельно, было невозможно узнать наверняка, не испытав на собственном

опыте, поэтому, в конечном итоге, ей придётся пройти через регрессию. Если это

Ричард, какая бы опасность ни пришла, он с лёгкостью её одолеет…

«— Вам придётся испытать, как глупо надеяться

на конец там, где конца не видно», — его ужасно сухой голос и безразличный

взгляд ворвались в её сознание.

Офелия

тогда схватила его за воротник и сказала, что они должны выжить вместе. Она

просто не могла не кричать и не уговаривать мужчину.

«—

Если бы вы только пошевелились, бесконечная регрессия закончилась бы! Это ещё

не конец… не конец».

каждой сменой места действия работает только один цикл бесконечных регрессий.

«Я

не хочу умирать», — Офелия схватилась за голову и мысленно застонала.

Болезненные,

страшные и яркие воспоминания сдавливали её горло и сжимали сердце, пока она

спала, заставляя просыпаться со стонами. Если

бы не продолжающиеся смерти, Офелия могла бы использовать свои накопления для

будущего, которое она задумала. Но пока это были просто мечты.

это мгновение она осознавала, что вскоре, возможно, вновь грядёт жалкая и

ужасно мучительная смерть.

—

Мы прибыли.

Услышав

голос кучера, Офелия подняла голову. Она схватилась за дверную ручку кареты,

сглотнула и вышла на арену охотничьих соревнований, где будет происходить и её собственная

битва.

другой стороны, в отличие от крайне нервной Офелии, Ричард выглядел равнодушным

и даже скучающим.

—

Ваше Высочество, сегодня тот день, когда…

—

О чём вы…

—

Среди добычи, выпущенной в этот раз, есть огромный белый олень…

Слова

тех, кто пытался как-то выделиться и привлечь внимание наследного принца, попутно

унижая других, были всегда одинаковыми, как если бы они были попугаями.

Кроме

того, здесь были молодые леди, что делали вид, будто им всё равно, однако,

оглядывались по сторонам в надежде, что наследный принц Ричард подойдёт за

носовым платком, даже если это 0,001% шанса.

Всё

это было ужасно знакомо Ричарду, и просто чрезвычайно скучно. Его золотистые

глаза постепенно затуманились, он перестал слушать своё окружение, и, в конце

концов, был готов погрузиться в собственную тишину.

—

…ешность. Ваше высочество?

медленно просветляющемся видении мелькнул красный отблеск. Ричард медленно

моргнул и встретился с небесно-голубыми глазами.

—

Почему вы здесь отдыхаете? У вас что-то болит? Вам нездоровится? Ну, бывает,

что у людей болит живот, когда они нервничают…

Это

была она. Эта женщина появилась в его длинной, неумолимой петле бесконечных

регрессий, что ежедневно разъедали и изматывали его сознание.

Офелия

Большек. Женщина с исключительно праведным лицом, способная рассказывать

причудливые истории, которые никто никогда не расскажет.

«— Разве вы не способны контролировать

муравьёв?... О, ну, Архимед — это деревенский

дедушка…»…

Губы

Ричарда слегка дёрнулись.

Незваный

гость, внезапно ворвавшийся в его жизнь в тот момент, когда он сам не мог утверждать,

жив он или мёртв. Нет, это была душевная подруга, что появилась из ниоткуда и

схватила его за руку?

Услышав

искренние переживания Офелии, которые всякий подслушавший счёл бы шуткой, он

ответил ей слабой улыбкой, о которой сам даже не подозревал.

—

Не я тут болен.

—

Что?

—

Это мидели выглядит так, будто у неё расстройство желудка.

—

Вы наблюдательны, Ваше Высочество. Меня всю трясёт, но дело даже не в этом. —

Офелия понизила голос с очень серьёзным лицом. — Попытка убийства… она же

произойдёт, да?

—

Полагаю, да.

—

Будем сотрудничать?

—

Хорошо.

—

Ваше Высочество, позвольте мне сказать пару слов…

Офелия

сглотнула и собиралась что-то сказать, но подошедший Купер прервал её.

—

Прошу прощения.

—

Что происходит?

Офелия

была вынуждена сделать несколько шагов назад под взглядом Купера. Хотя она тоже

была помощником, между Купером, Айрис и Офелией был небольшой разрыв. Новая

помощница не имела доступа к определённой информации или документам, с которыми

старшие коллеги могли работать.

Офелия

не обижалась на Купера за то, что тот прервал её ради обсуждения

конфиденциальной информации, и это было понятно, учитывая его продолжительность

карьеры и способности.

Девушка

чувствовала только усталость от бесконечного регресса и сожаление о том, что

она упустила возможность отчаянно апеллировать, сказав, что она неспособна снова

вынести смерть и давление.

Вопреки

её надеждам, доклад Купера продолжался довольно долго.

—

Эта информация поступила сегодня утром. После трёх проверок всё оказалось

правдой.

—

Маркиза Нейр?

—

Да.

—

Она внезапно упала в обморок?

—

Её болезнь пока не разглашается, но говорят, что прошло уже больше суток с тех

пор, как она потеряла сознание.

—

Разве она не предпринимала различные лекарства, полезные для здоровья,

чтобы держать себя в лучшей форме?

—

Ваше Высочество, нет никаких записей о том, что у неё было хроническое

заболевание или что она внезапно серьёзной заболела. В её особняк не заезжали

врачи, и никто не спешил обратиться в храм.

Если

с главой семьи что-то случилось, и при этом проблему пытались решить внутри

семьи, проявляя максимальную бдительность, чтобы информация не просочилась

наружу…

—

…Это яд.

—

Да, Ваше Высочество. Мы проводим расследование с учётом возможности отравления.

—

Разве ещё нет подозреваемых?

—

Мне жаль…

—

А что насчёт леди Нейр?

—

Она присутствует здесь.

Услышав

ответ Купера, взгляд Ричарда на мгновение остановился на палатке, в которой

находились дамы.

—

Я составил список тех, кто вполне мог бы добраться до маркизы Нейр. — продолжил

помощник.

—

Есть ли у этих людей возможность отравить маркизу и миновать все защитные

устройства, установленные в доме?

—

…Мне жаль. Это пока неизвестно.

Ричард

посмотрел на Купера, склонившегося перед ним, а затем покачал головой.

—

То есть, маркиза употребила яд и потеряла сознание. Этому должна быть

причина. Никому нет необходимости соваться в улей просто так.

Это

было правдоподобное заявление, однако, Ричард не хотел тратить время и внимание

на это дело. Ведь если бы он прошёл через ряд бесконечной регрессии, вся

история событий рано или поздно сложилась бы по частям, и, в конце концов, всё

бы раскрылось. Он не был готов решать эту проблему прямо сейчас…

—

Что мне делать? — Купер спокойно ждал указаний.

—

Проверь ещё раз, если маркиза так и не очнётся спустя некоторое время.

—

Понял.

—

Кстати, вот то, о чём просил Джеймс.

—

Я проверю и разберусь немедленно.

Джеймс

Грю, скрыв свою личность, проник на требуемую территорию. Такие территории

часто были очень опасными местами… Если то, что ему нужно, не будет отправлено немедленно, он мог оказаться в опасности.

Купер

отступил назад и подозвал Офелию, стоявшую позади, как только разговор

закончился.

—

О, Офелия.

—

Да?

Теперь,

когда Офелия смогла повидать Ричарда, она схватилась за колотящееся сердце и,

собираясь позвать его, слегка задрожала.

—

Не могли бы вы проверить посылки для тех, кто собрался на охоту? Там также

бобы, которые вы тщательно отобрали, так что вам будет не сложно.

На

слова Купера Офелия угрюмо кивнула.

Времени,

проведённого с ним на работе, было достаточно, чтобы она поняла, что милая

улыбка Купера скрывает за собой крайне дотошного, скурпулёзного и пунктуального

человека. Когда дело доходило до работы, он не жалел ни себя, ни других.

Смотря

на лёгкую и приятную улыбку коллеги, Офелия не могла издать ни звука, пока он

осторожно протягивал ей документы. Ричард открыл рот, наблюдая за такой Офелией,

собираясь заговорить с ней, но когда их взгляды встретились, девушка покачала

головой и беззвучно ответил: «Я – ваш помощник».

Ричард,

прочитав по губам, ухмыльнулся. Она имела в виду, что будет усердно работать,

и, видимо, не лгала. Если подумать, Офелия вообще когда-нибудь лгала ему?

Спокойную

улыбку, появившуюся на губах принца, пока он смотрел в спину медленно удаляющейся Офелии,

невозможно было стереть. Примерно на полпути Офелия обернулась и, пристально

взглянув на Ричарда, поплелась выполнять задание.

* * *

огромной палатки на окраине леса, где должны были проходить охотничьи

соревнования, собравшиеся по двое или трое барышни косились на направлявшуюся

куда-то Офелию с развевающимися рыжими волосами. В конце концов, когда девушка

исчезла с их поля зрения, они оглянулись друг на друга.

—

Увидев её с Хэлси, я поняла, что она действительно новая помощница.

—

Большек?

—

О ком ещё можно подумать, увидев эти ярко-рыжие волосы?

—

О боже, Большек…кто бы мог подумать?

—

Я слышала, что она обручилась и уезжает в деревню. Возможно, это из-за долгов.

—

Поговаривают, что дело не в долгах. Но, если посмотреть на наряд леди Большек…

Одна

из дам, что с удовольствием трещала, как сорока в толпе, коротко кашлянула и

огляделась вокруг. Когда другие дамы одна за другой закрыли рты, глядя по сторонам, она снова открыла рот.

—

Если подумать, я слышала, что уважаемая дочь маркиза Шеффилд посетила кабинет помощников

наследного принца.

Когда

её спросили, встречалась ли она с Офелией открыто, а не тайно, леди Кэтрин

Шеффилд только пригубила чай из чашки, не отвечая. Дама, не в силах сдержать

любопытства, снова открыла рот, но, как только встретилась глазами с Кэтрин,

тут же замолкла.

Леди

Шеффилд ответила откровенной усмешкой:

—

Если тебе так любопытно, что ты готова отбросить все манеры и стыд, почему бы самой

не навестить леди Большек?

Несмотря

на унижение, не в меру любопытная дама не смогла достойно ответить. Перед лицом

пылкой Кэтрин, её прямой манеры речи и власти маркиза Шеффилд у неё не хватило

уверенности поднять шум, потому как в том, что сказала Кэтрин, не было ничего предосудительного.

Прошло

довольно много времени с тех пор, как наступило неловкое молчание. Другая дама с

претенциозной улыбкой преувеличенно сложила веер и приоткрыла губы, обращаясь к одной леди, что сидела чуть выше, в тени:

— Леди Нейр, пожалуйста, скажите нам, что вы

думаете.

Ещё один регрессор (II)

При

словах дамы взгляды нескольких других девушек, в том числе и Кэтрин, устремились

на Раису Нейр.

—

Верно. Леди Нейр, пожалуйста, расскажите нам, какой вы видите текущую ситуацию.

Губы

Кэтрин резко поползли вверх при голосах барышень, которые соглашались, как

птицы, щебечущие друг за другом одно и то же. Учитывая сложившуюся ситуацию, смотреть

на них было очень забавно. Все жаждали проклясть Офелию, внезапно оказавшуюся

рядом с наследным принцем, но решились бы на это, только получив разрешение

кого-то высокопоставленного.

Низкий

голос Раисы раздался со смешком, исходившим, казалось, из глубины её носоглотки:

—

Есть ли какие-либо другие обстоятельства, кроме того, что наследный принц нанял нового помощника?

Голос

её был так тих, что отчётливо слышен глухой удар поставленной на стол чашки. Не

получив ответа, с полуприкрытыми глазами Раиса снова подняла свою чашечку.

—

Я спросила, есть ли что-нибудь ещё?

—

…Ах, нет! Однако, помощница Его Высочества наследного принца была назначена без

проверки…

—

Его Высочество наследный принц — важный человек, и если она теперь защищает его

интересы…

Слушая

выражения беспокойства и раздражения барышень, их прорывающуюся в голосах ревность

и зависть, Раиса снова сделала глоток.

Её

горло было воспалено, вероятно, из-за того, что она проверяла яд на себе, прежде

чем отравить мать. Хотя девушка приняла противоядие, оно не полностью

предотвратило побочные эффекты.

Когда

Раиса сомкнула пересохшие губы, чей-то

звонкий голос проник в её уши:

—

Конечно, это важно. Его Высочество наследный принц…

Да,

наследный принц Ричард. Каким он был, когда она впервые встретила его?

«Я

регрессировала так много раз, что даже не могу вспомнить, когда это впервые

произошло», — Раиса, пытаясь отыскать забытое воспоминание, крепко зажмурилась

и снова открыла глаза. — «…Он важнее всех остальных».

Её

первая встреча с ним, как и почти всё остальное, превратилось в мутную кашу, но это

было реально. Ричард был незаменимым и важным человеком для Раисы. Его

существование было для неё ничем иным, как любовной игрой. Он был для неё

самым важным условием регресса.

—

А-а… вот как?

Некоторое

время царила суматоха, поскольку дамы не ожидали, что реакция Раисы будет такой

резкой. Вскоре вновь послышались звуки голосов.

Яркие платья и звонкий шум медленно исчезли из поля зрения леди Нейр. Сколько

времени прошло с тех пор, как она нашла способ регрессировать? Было ли это

совпадением? Нет, это, должно быть, была судьба.

Раиса

коснулась книги, спрятанной под подолом юбки. Твердая, сухая поверхность

обложки в её руках всегда немного успокаивала её. Это был её шанс. Нет, это точно судьба.

Девушка

не знала, что это за книга, но одно могла сказать наверняка: по ней она могла

регрессировать. Любые, даже очень жёсткие условия, Раиса готова была принять.

Для

её возвращения во времени было лишь одно условие — смерть наследного принца. Она

не понимала, в чём заключается принцип и как эта книга пришла в её руки, да

и для неё это не имело значения.

«Бесполезно. Неправильно делать что-то только из жадности».

Если

бы она могла отменить тот момент, когда ненавистные слова слетели с губ её

матери…

Поскольку

она родилась в семье маркизы Нейр, девочку воспитывали с целью свержения Императорской

семьи, что и было истинной целью маркизы. Раиса

была чрезвычайно жадной, но разве такая жадность не была необходима правителю?

Однако, её мать самолично приняла решение о судьбе дочери.

Возможно,

боязнь того, что Раиса подвергнет семью опасности, желая благ, не соответствующих

поставленной цели, руководила маркизой. В результате у девушки отобрали всё,

что было, и её десятки раз пытались уничтожить те, кто выполнял приказы её

матери.

— Грх…

Когда

скрежет негодования вырвался из её горла, женщины вокруг леди Раисы сжались в

страхе. Но «реальность» не привлекала внимание Раисы, её затуманенный взгляд

продолжал блуждать по прошлым воспоминаниям.

Даже

при том, что за множество регрессий очень многое было забыто, смертный приговор

её матери и её собственная смерть так и не были стёрты из памяти. Для неё это

было как наяву, а не во сне.

Несмотря

на внутреннюю ненависть и ярость, Раиса выстроила свой пошаговый план. Жадность

осталась прежней, но у неё хватило проницательности не повторять ошибки,

которые она когда-то совершила. Всё, что у неё было, не было «её собственным».

Она одолжила только то, что было у её матери.

Таким

образом, в этой регрессии Раиса определилась со стратегией. Она решила забрать

всё у «своей матери»: не только маркизат Нейр, но и предательские амбиции старой

маркизы. Именно

поэтому Ричард был для неё незаменимым человеком. Регрессия начнётся, если Раиса

того захочет, или же она не наступит, если девушке это будет не выгодно.

Пока

принц жив, он может продолжать умирать, поскольку именно это его состояние позволяет

леди Нейр отматывать время назад. К тому же, его отрубленная голова понадобится ей

при свержении Императорской семьи, раз уж это и есть конечная цель.

Раиса,

мысленно представившая мёртвые, разорванные тела Ричарда и маркизы, внезапно покачала головой.

—

Ещё слишком рано.

Наблюдая,

как маркиза падает в обморок после глотка отравленного чая, что она подала ей

вчера, Раиса стояла спокойно, без тени улыбки. Конечно, потерпев неудачу, она

сможет вернуться, но у этого есть свои пределы.

Она

не знала точного принципа, по которому можно было осуществить регрессию, так

же, как и не знала принципа, по которому текущая регрессия больше не могла бы стартовать.

Начало

могло идти так, как хотела Раиса, но конец был для неё всё так же непредсказуем.

Однако, это уже не имело значения. Большую часть того, что девушка задумала, она

успела сделать до того, как закончился очередной цикл регрессии.

«На

этот раз, если регрессия завершится без смерти матери, от плана придётся

отказаться».

Маркиза

Нейр на протяжении многих лет употребляла десятки ядов, готовясь к отравлению.

«— Это просто головная боль. Терпи. Этого

недостаточно, чтобы убить тебя, так что не жалуйся», — слушая такие слова, Раиса тоже часто употребляла

небольшое количество яда с чаем или в еде.

Но,

разве птицы, летящие в небе, не способны падать?

Яд,

использованный на этот раз, заставил маркизу потерять сознание и упасть на пол.

—

Так ты и умрёшь, — хорошо

это или плохо, но слова, вылетевшие из уст Раисы, так никто их не услышал.

Однако, мать Раисы не умерла так легко, как дочери хотелось.

тех пор, как девушка потерпела сокрушительные поражения, умирала и возвращалась

вновь, она всегда готовилась к худшему. На этот раз леди Нейр подготовила убийц

и устройства, способные прикончить наследного принца на случай, если она

захочет регрессировать, но она надеялась, что ничего из этого не придётся

использовать…

—

Миледи.

Лицо

Раисы вмиг похолодело от знакомого голоса позади неё.

—

Госпожа очнулась.

неё было предчувствие с того момента, как к ней подошел доверенный маркизы, но

когда она услышала эти слова, ей стало ещё хуже. Раиса сжала в кулак пальцы, державшие

книгу, так, что рука побелела. Она прошептала сама себе:

—

Пришло время вернуться.

—

Что… Миледи?

Оставив

подчинённого в смущении, Раиса ушла, не ответив.

* * *

это же время дамы в кругу по-прежнему обсуждали Офелию. Сама же Офелия,

главная героиня сплетен, работала не покладая рук.

—

В этом пакете бобы с божественной

силой и немного лекарств. Не стесняйтесь использовать их в случае чрезвычайной

ситуации, чтобы не потерять свою драгоценную жизнь…

Чья-то

тень накрыла Офелию, которая следила за слугами, машинально повторяя свои

объяснения.

—

Помощница.

Когда

Офелия подняла голову, она увидела рыцаря, демонстрирующего свои здоровые зубы

в очень яркой улыбке.

—

Да.

—

Погода сегодня очень хорошая.

—

Да.

Неожиданно,

но погода в этот день установилась прекрасная: чистое небо без единого облачка

и периодически лёгкий ветерок.

—

И ещё… — рыцарь пытался завязать

разговор, но Офелия отвечала только «да» и «нет» со спокойным выражением лица. —

Тогда… вы пожелаете мне удачи?

Офелия

невольно излила своё сердце мужчине, который собирался уйти:

—

Обязательно вернитесь благополучно!

Это

был не совсем тот ответ, которого он ждал, но рыцарь довольствовался этим.

Помахав мужчине, Офелии пришлось иметь дело с большим количеством людей, что останавливались

перед ней за своим мешочком бобов, не зная о взглядах других, стоящих позади

посыльных.

—

Я не думал, что новая помощница

наследного принца могла быть выбрана без всяких рекомендаций.

—

Большек? Эту фамилию я часто

встречал в учебниках по истории раньше, но в последнее время ни разу о ней не

слышала.

—

Шли переговоры о

помолвке, но, после того, как она стала помощником, всё стихло…

От

чьих-то слов у собравшихся вспыхнуло любопытство. Да, у них была одна цель. Им

хотелось как-то использовать Офелию, дабы приблизиться к наследному принцу. Если

бы они могли заручиться поддержкой личной помощницы, имеющей право стоять рядом

с Ричардом в любое время и в любом месте!

—

Кстати, она, кажется, достаточно

усердна, даже если и не так хороша, как леди Филлит.

—

Филлит не пришлась бы по вкусу

мужчинам.

—

Тогда, леди Большек…

Офелия

не выказывала ни малейшего интереса к тем, кто обсуждал её за спиной, постоянно

проявлял к ней интерес и благосклонность. Она просто всё больше и больше

нервничала из-за растущего числа людей, подходящих к ней. Для неё такие

бесполезные разговоры были пустой тратой времени.

тому же, перед началом охотничьих соревнований ей нужно было перемолвиться

словом с Ричардом, предупредить, чтобы он всё время был начеку.

«Я

должна сказать ему, чтобы он прикончил всех убийц до начала соревнований, но

работа ещё не закончена?», —

сетовала Офелия.

—

Здравствуйте. Эм, сегодня…

—

Да, да.

После

этого рыцари и лорды, собиравшиеся получить свой шанс вместе с бобами,

продолжали заговаривать с Офелией, но, что бы они ни говорили, все натыкались

на «железную стену», возвращавшую неизменно короткие «да» и «нет», и их

разговор срывался.

Сколько

времени так прошло? Когда задача по раздаче мешочков была выполнена и Офелия освободилась…

Ещё один регрессор (III)

Когда

раздался трубный глас начала охотничьего состязания, сердце Офелии гулко

застучало.

«Не

слишком ли поздно? Нет, шанс ещё есть…»

Закусив

губу, она сделала шаг по направлению к Ричарду, но была остановлена рукой,

тянущей её сзади за плечо. Девушка повернула голову, и её зрачки расширились,

как у кролика.

—

Айрис?— было очевидно, зачем коллега поймала её. — Остались какие-нибудь документы для

обработки?

Леди

Филлит покачала головой и тяжело вздохнула, глядя на Офелию, чьи плечи

опустились, а лицо стало мрачным.

—

Нет, не осталось.

—

Тогда… тогда, зачем…

Обычно

Айрис относилась к Офелии как к человеку, с которым совсем не обязательно

разговаривать, если только не по работе.

—

Если будешь стоять там, "съедят" в

одно мгновение.

—

Что? Разве дикие звери могут

добраться сюда?

Пока

Офелия с удивлением смотрела в сторону леса, Айрис на мгновение замолчала с

неописуемым выражением лица. Эта

девушка перед ней, сказавшая, что отсортировала бобы с помощью воды, а затем

очень просто и внаглую растоптавшая веер леди Шеффилд, назвав аксессуар

мусором, сейчас вела себя так наивно.

«Я

думала, что она не обычная женщина, но…»

Как

бы девушка ни выглядела, это же не значит, что она «простушка», верно? Невозможно,

чтобы она не чувствовала взглядов рыцарей и лордов, что смотрят на неё.

«Она

притворяется наивной?», — на секунду у Айрис возникла такая мысль, но

она быстро исчезла.

—

Это не значит… Я имею в виду, что вон

те люди, как стадо волков, хотят заполучить твой носовой платок.

—

Ах…

Офелия,

проследившая в указанном Айрис направлении, обнаружила многочисленные взгляды, направленные

на неё, сверкая жадностью.

—

А я уж подумала, чего это они так

много говорили о погоде.

Услышав

стон, вылетевший из уст Офелии, леди Филлит спросила:

—

Ты имеешь в виду, что прошла через это и не осознала?

—

Мне было только интересно, так ли важна

погода для охотничьих соревнований. — Офелия решила ответить честно. —

Я не думала, что кто-то подойдёт ко мне из-за того, что я им интересна.

—

Пффф… Кхм. Кхмм.

Ради

абсолютной искренности Офелии Айрис пришлось прикрыть свой невольный смех

кашлем. Вопреки тому, что она думала, коллега не пыталась притворяться наивной. Девушка просто смотрела на мир чересчур реалистично.

—

Этот интерес…

—

О, я понимаю. Дело не в том, что

они интересуются мной, а в том, что они заинтересованы в связях с наследным

принцем. А наследного принца не интересуют помощники или идиоты, что пытаются воспользоваться

положением.

После

чёткого и точного ответа Офелии лицо Айрис слегка смягчилось по сравнению с её

обычным выражением, похожим на холодную маску.

Когда

появилась новая помощница, словно упавшая с неба или выросшая из-под земли, Айрис

не могла доверять ей хотя бы потому, что девушка нагло вошла в их круг без

какой-либо проверки способностей, характера или лояльности.

На

данный момент доверие ещё не было завоёвано, но Айрис решила немного помочь Офелии.

—

У тебя есть платок?

—

Да.

Офелия

вложила свой платок в протянутую руку коллеги. Она могла сказать, не видя, что

взгляды окружающих были устремлены на этот аксессуар.

Айрис

взяла его и большими шагами направилась прочь, Офелия последовала за

ней. Вскоре после того, как они отдалились, от тех, кто наблюдал, послышались

вздохи.

—

На этот раз то же самое?

—

Я думал, что с Большек ещё будет

шанс.

Оставив

группу не в меру любопытных людей, леди Филлит достала из кармана свой платок, наложила на него платок Офелии и привязала оба платка к рукояти меча

Ричарда.

—

Слава Его Высочеству.

Айрис

склонила голову, но Офелия посмотрела на Ричарда, не мигая, и добавила.

—

Слава Его Высочеству! Возвращайтесь

благополучно.

Она

не могла не произнести эти расплывчатые слова. Она искренне желала его

благополучного возвращения.

Это

был Ричард. Даже трёхлетний ребёнок в Империи знал, что если на принца нападут медведи или леопарды, он вернётся без единого ранения. Однако, Офелия

осмелилась сказать, что желает благополучного возвращения.

Если

смотреть на это с позитивной стороны, эти слова можно было бы пропустить. Но, в негативном

смысле, они были подозрительны, потому как это всё равно, что сказать: «Будь

осторожен, потому что что-то может случиться».

Конечно,

у Айрис было гораздо больше причин думать об Офелии плохо, чем хорошо. В её чутком

сердце снова поднялась волна подозрений. Однако,

прежде чем она смогла взглянуть на Офелию своими серыми глазами, Ричард

потянулся к лицу Офелии ладонью.

—

Э… Ваше Высочество?

отличие от растерянной Айрис, Офелия ничуть не запаниковала, несмотря на то,

что стало темновато из-за большой руки Ричарда, закрывавшей все её лицо,

перекрывавшей ей дыхание и зрение. Она почувствовала толстые костяшки пальцев

Ричарда, затем осторожно опустила его руку, открывая глаза.

Голубые

зрачки, выражавшие недовольство, тревогу, надежду и смирение, встретились с

золотистыми глазами, в которых виднелась лишь засушливая пустыня.

Время,

казалось, шло очень медленно. Сколько молчаливых эмоций прошло между двумя? В конце концов, Ричард убрал руку и склонил голову к Офелии.

Они

смотрели друг другу в глаза на расстоянии, достаточно близком, чтобы

чувствовать дыхание друг друга, медленно моргая и выдыхая, как будто дали

обещание сделать это.

— Позади?

—

Да.

ответ на загадочный вопрос и ответ Ричарда и Офелии, Айрис посмотрела на них по

очереди и открыла рот, бормоча:

—

Ваше Высочество? Что это… Ваше

Высочество!

Однако

Ричард мгновенно исчез, и Офелия, стоявшая с ним рядом, тоже испарилась.

—

Что за чертовщина…

Айрис

была ошеломлена, но быстро собралась и подбежала к Куперу. Офелия получила

ответ от Ричарда, значит, должно быть произошло что-то такое, о чём помощница не

знала. У неё не было никакой «уверенности» на этот счёт, но Офелия каким-то образом была крепче связана с наследным принцем.

Во

рту у леди Филлит разлился привкус горечи, но об этом ей стоило подумать позже.

Шаги Айрис в сторону Купера стали намного быстрее.

* * *

После

начала охотничьих соревнований мирное время, если можно было так сказать,

прошло.

—

Смотрите! Это я поймал!

—

Ерунда. Разве не видите эти перья

стрел? Ну, будь вы настолько слепы, вы бы и оленя не увидели.

—

Постойте!

От

ссор по поводу того, кому принадлежит пойманная добыча…

—

Вы пытались меня убить!

—

Ага, преувеличиваешь. Это даже не

царапина. Ты сам попал под мою стрелу.

—

Стрела летела туда, где нет добычи!

—

У-ух. Это… ух.

Спор

между человеком, раненным выпущенной стрелой, и человеком, стрелявшим в него,

грозил затянуться. Кроме этого, тут собралась гудящая толпа, и часть людей смотрела

на них, как на жалких неудачников.

—

Я не знаю, стоит теперь охотиться или нет.

—

Хе-хе, ваша правда. При таком шуме вся

добыча, что стояла на месте, убежит. Неважно, кролик это или олень.

—

Конечно. Я слышал, на этот раз был

выпущен даже большой и свирепый медведь.

—

Говорят, что некоторые уже получили

различные травмы, пытаясь поймать его. Если вы сможете поймать…

—

Это будет победа!

Рядом

с теми, кто расходился, обменявшись друг с другом настороженными взглядами и

поклявшись победить, оказалась ещё одна группа.

—

Где наследный принц?

—

Если ты будешь так сильно дёргаться,

ничего не сможешь увидеть.

—

Эй, наконец, мы слышим от тебя правильные

мысли.

Теми,

кто сохранял налёт вежливости, но не стеснялся ругаться и делать саркастические

замечания друг другу, были не рыцари, а благородные лорды. Будь то старший или

второй сын, те, кто был вытеснен из гонки за наследование титула и земель, должны

были каким-то образом сформировать связь с наследным принцем.

то же время, в глухом лесу, далеко-далеко от тех, кто дрался или вместо добычи искал встречи с принцем, был человек, от беззвучных шагов которого был слышен только стрёкот

взбудораженных его присутствием насекомых и случайное хлопанье крыльев птиц.

Солнце

светило над его головой, пока он стоял в одиночестве с закрытыми глазами и

вытянутыми руками. Эта сцена казалась настолько священной, что создавала

иллюзию нимба, поднимающегося над его головой.

тот миг, когда смолкло не только пение птиц, но и стрекотание жучков, его веки

медленно приподнялись, открывая глаза. Золотистые глаза, блестевшие в лучах

солнца, цвета густого мёда.

Как

только Ричард открыл глаза, убийцы начали появляться один за другим в позиции,

полностью окружившей его.

Он

не разозлился, увидев их, словно выстраивающих стены своими телами. Он не впал

в панику, увидев численность врагов, не выказал отвращения, но и не отчаялся. Ричард

даже не смотрел на них.

Он

слабо улыбнулся, проследив по следу Офелии, которая искала его по всему лесу.

Она уже успела прибежать сюда. Стоило девушке его увидеть, как она гневно

крикнула:

—

Почему вы не сказали мне, куда

идти?

Хотя

убийцы постепенно сокращали расстояние, Ричард стоял неподвижно, спокойно закрыв

глаза, не двигаясь ни на шаг.

Лица

в масках вокруг него смотрели друг на друга широко открытыми глазами. Разве этот

субъект перед ними был похож на живого, дышащего человека? Скорее похож на

статую, одиноко стоящую и выветривающуюся на этом месте уже сотни лет.

Даже

эмоционально кастрированные убийцы, смотрящие на Ричарда, медленно начали

испытывать необъяснимое сопротивление и скрытый страх, не в силах понять,

откуда это взялось.

Человек

перед ними явно был их целью, наследным принцем. Но почему…

Ещё один регрессор (IV)

Примерно

в то же время, когда Ричард столкнулся с убийцами, довольно далеко от места его

нахождения, Офелия бежала сломя голову. Она задыхалась, подошвы её ног горели,

но девушка не останавливалась. Ей нужно было отыскать Ричарда в этом огромном

лесу.

«Позади».

Одно

это слово стало для Офелии сигналом. Она не знала, почему принц вдруг захотел,

чтобы она нашла человека, стоящего за покушением на убийство, но если она найдёт

виновника, это будет означать, что текущий цикл регрессий прервётся.

Чтобы

сделать это, им нужно было знать, как именно Ричарда убьют, поэтому нужно найти

стоящего за всем этим… или что-то предпринять.

—

Ух, хык…!

Чувствуя

рвотные позывы, Офелия сразу прислонилась к дереву поблизости, и нагнулась вперёд.

С хриплым вздохом из разинутых губ девушки вырвалось несколько слов.

—

Э-эх… куда ты убежал… не… сказав мне… ты должен был сказать!

Офелия

гналась за Ричардом до тех пор, пока её ноги не взмокли, но никак не могла достичь

цели, исчезнувшей в одно мгновение, пока она смотрела на него широко открытыми

глазами.

Она

глубоко вздохнула, обеими руками взялась за волосы, собранные в хвост, и затянула

их так сильно, как только могла. После этого леди Большек вновь рванула вперёд,

почти оторвавшись от земли.

Тут

и там она бродила в поисках Ричарда и встречала по пути несколько групп людей.

Но они, тяжело дыша, концентрировались на «другой добыче». Офелия, измученная, растворилась в тени, и они

не смогли заметить её.

Она

пробежала мимо нескольких кроликов и оленей и даже встретила леопарда. Ей

удалось уйти невредимой благодаря ринувшимся в атаку рыцарям, после чего она

снова остановилась.

Когда

силы Офелии почти закончились, и она вынуждена была осесть на корточки, она

посмотрела туда, где прошёл леопард.

—

Я чуть не умерла. — она едва

не погибла, даже не увидев краем глаза спины Ричарда. — Ох…

Разглядев

царапины на дереве, к которому она прижимала руку, Офелия в ужасе попятилась.

«Кажется,

леопард поцарапал ствол когтями…»

Она

замерла, мысленно поблагодарив неизвестную группу рыцарей, что неожиданно

спасла её от дикой кошки. Однако, её лицо потемнело, и она нахмурилась, снова внимательно

осмотрев следы от когтей.

«Это

был медведь».

Офелия

не могла даже ахнуть или закричать от испуга. Она прикрыла рот руками и

побежала. Ей нужно было срочно покинуть это место.

Если

это леопард, он, возможно, и убежит, услышав бряцанье оружия рыцарей, но

медведь… Мужчины, участвовавшие в этом охотничьем соревновании, сказали, что

медведь был особенно свирепым. Если кто столкнётся с ним, он в мгновение

попадёт под могучие лапы.

Офелия

бежала и бежала, молясь всем богам, которых не было в этом мире, умоляя об

удаче. Когда она добралась до места, похожего на небольшую площадку со скоплением

деревьев, пробираясь сквозь кусты, что обвивали её ноги и били в лицо…

глаза Офелии расширились.

—

Нашла тебя!

Бессознательно

Офелии громко вскрикнула и указала пальцем в сторону Ричарда, выделявшегося так

ясно, что она могла узнать его даже издалека.

—

Ты…!

Не

успела она обрадоваться обнаружению принца, как свет в глазах Офелии померк. К

счастью или к несчастью, она даже не поняла, от чего у неё вообще перехватило

дыхание.

Ричард

уставился на оторванную голову Офелии, расцарапанную медвежьей лапой. В

следующую секунду он закрыл глаза, позволяя нацеленному в его грудную клетку

мечу пронзить себя. Он мог бы заблокировать удар, но не стал этого делать.

* * *

Офелия

Большек перешла свой 4-й цикл бесконечной регрессии…

—

Здесь!

Убийцы

на мгновение замерли, увидев рыжеволосую женщину, внезапно появившуюся из

ниоткуда. Как только она появилась, аура Ричарда, вводившая их в дрожь и сжимавшая

плечи, словно пытаясь раздавить, исчезла, как будто её и не было.

Появившись

внезапно, женщина украдкой приблизилась к принцу, опасливо оглядываясь по

сторонам, и вообще не заботясь об убийцах.

Ричард,

увидев её такой, резко отвернулся. Его плечи слегка подрагивали, и убийцы

понятия не имели, почему. Офелия, тотчас же уловив, что он смеётся, с

недовольным выражением выпятила губы, но шуметь не стала.

Вскоре

она, проглотив пригоршню тайно украденных ею священных бобов, широко раскрыла

глаза.

—

Попались!

Огромный

медведь появился на поляне и махнул передними лапами, но совсем не в ту

сторону, где находилась она. Со звуком треснувшего арбуза голова одного из

убийц была расколота на куски.

Медведь,

передние лапы которого были заляпаны кровью, поднялся на задние лапы и зарычал, вызвав

волнение среди убийц.

—

Ааа…

—

Что!?

Чавкающие

звуки раздавались из горла тех, чья голова уже отправилась в полёт, а те, кто

ещё не потерял голос, инстинктивно кричали. Поскольку медведь, который должен

был напасть на наследного принца, бросился к ним, стало понятно, что их

движения в одно мгновение стали хаотичными.

Эти

подосланные убийцы были специалистами по скрытности и манёврам в тени, а не в

рукопашных боях. Прятаться от наследного принца теперь было бессмысленно, и

дюжина человек образовала соответствующий строй, чтобы надавить на свою цель, и,

как минимум, один попытался вонзить ему нож в шею.

Это

была жестокая операция, что не имела бы значения, даже если бы они все погибли,

но она могла бы стать легендой, если бы им повезло убить наследного принца. Конечно,

убийство должно было быть успешным. Умирать от лап медведя никак не входило в

их планы.

—

Вернитесь в строй…

— Грааа...!

Отчаянные

голоса наёмников вскоре заглушил рёв медведя. Беспомощные от атак дикого

животного, они не могли решить, куда бежать. Убийцы падали, как листья с веток,

на свирепого зверя, к которому даже рыцарям и бойцам рукопашного боя было

сказано приближаться с осторожностью.

Конечно,

в отличие от убийц, Офелию эта внезапная ситуация ничуть не смутила. Она быстро

прожевала бобы и проглотила их, после чего подняла руки и зааплодировала.

—

Ура! Файтин, медведь! Ты молодец!

Убей их всех!

Прожевав бобы с божественной силой, Ричард украдкой наблюдал за энтузиазмом Офелии,

выкрикивающей слова поддержки медведю. В какой-то момент он протянул руку.

—

Вот так… А?

Офелия,

которую потянула за талию твёрдая мужская рука, посмотрела на Ричарда и

спросила:

—

Вы нашли человека, стоящего за этим?

—

Да.

—

Откуда же их послали?

—

С территории маркизата Нейр…

—…Как и ожидалось.

Ричард

уловил долгий вздох после слов Офелии.

—

Как и ожидалось? Ты что-то знаешь?

— прищурившись, спросил он.

—

Нет. Откуда я могу что-то знать?

Даже Ваше Высочество не знал, так как я могу?

глазах Офелии, смотревшей на него в упор, не было ни капли лжи. Это было

естественно. Причина, по которой Офелия сказала «как и ожидалось», заключалась

не в том, что она что-то об этом знала.

Она

просто уверилась, что маркиза Нейр — злодейка этого романа, а для злодея

естественно хотеть убить главного героя.

—

Как вы узнали?

—

Хочешь услышать подробности?

Когда

Ричард улыбнулся ей, Офелия тут же отказалась.

—

Нет. Я не хочу знать слишком много и

тем самым усугублять и без того жестокую реальность.

Офелия

замахала руками, яростно отказываясь, а затем улыбнулась, наблюдая за резнёй,

устроенной медведем.

—

Ты ведь говорила, что тебе снятся кошмары

из-за подобных кровавых расправ?

—

Ох, как круто. Молодец, мишка!

Ричард

посмотрел на девушку неописуемым взглядом, но вскоре перевёл разговор на другую

тему:

—

Хотя за этим и стоит маркиза Неир,

что-то здесь не так.

—

Что именно?

—

Может ли та, что сейчас в обмороке,

отдать приказ об убийстве? —

заметил Ричард.

—

А разве нельзя сделать заказ

заранее? — отозвалась Офелия.

—

Да, найм, должно быть, сделали

заранее, но перед началом атаки убийцы получают контрольный сигнал.

—

Вот как… это когда-нибудь

пригодится. Может, информация об обмороке маркизы ложна?

—

Маловероятно.

Услышав

решительный ответ принца, Офелия подняла голову.

—

Тщательно проверили?

— Купер проверил и подтвердил трижды.

—

Ах, тогда это, несомненно, правда.

В этом нет сомнений… Угх.

Покачав

головой и выразив сильное доверие Куперу, Офелия с силой ударила кулаком по твёрдой

руке, держащей её за талию.

—

Почему вы меня так сжимаете?

—

Ах, ну...

—

Что? Хотите сказать, что не заметили…

Хм!

Резко опустив

руку, обвивавшую талию Офелии, Ричард удивлённым взглядом уставился на свои

ладони.

—

Нет, правда, почему вы такой!

Офелия,

внезапно упавшая в кусты сорняка, коснулась земли обеими руками и

подняла голову. Она хотела раздражённо уставиться на принца, но из-за бликов

было плохо видно его лицо, и ей пришлось наклонить голову.

Сколько

времени прошло без ответа, который она приготовилась сразу же вернуть? Пока

странная тишина между ними продолжалась, на заднем фоне гремел рёв разъярённого

медведя.

В конце концов, Офелия встала, отряхнулась и подошла к Ричарду.

—

Ваше Высочество?

Ещё один регрессор (V)

Офелия

наклонила голову влево и прогнулась в талии, озадаченно глядя на наследного

принца. Его затенённое лицо оставалось бесстрастным, поэтому она ещё больше приблизилась к нему.

—

Может, я сделала что-то не так,

даже не осознавая этого…

—

Нет.

—

Тогда зачем вы прижали меня так,

будто собирались задушить, а потом уронили, словно я вещь какая-то?

снова никакого ответа не последовало. Офелия была сбита с толку, но и Ричард не

стал исключением. Он сам не знал, почему так поступил.

—

Сейчас это не важно. Раз точно

известно, что маркиза Нейр без сознания…

Когда

Офелия обернулась, ревность к Куперу, которую Ричард почувствовал, сам того не осознавая, внезапно рассеялась, как дым. Однако,

эта ревность стала первой каплей в тихой заводи. Почти невидимые круги на воде,

созданные этой крошечной каплей, расползлись так быстро, что трудно было

понять, откуда они вообще взялись. Ричард не придал этому должного значения…

—

Возможны ли планы на что-то

большее? — поинтересовалась

Офелия. — Тот факт, что маркиза без сознания, это покушение может

быть прикрытием для чего-то другого.

—

Маркиза Нейр не столь глупа, чтобы

ради скрытых замыслов совершать опасные поступки, вплоть до потери сознания.

Во

всём этом было что-то неясное, но гипотез, которые можно было бы выдвинуть, не

было.

—

Если это был заказ семьи Нейр,

разве такое не могла провернуть юная леди? — заметила Офелия.

—

Леди Раиса Нейр является не чем

иным, как марионеткой маркизы. Она не способна проявить инициативу в подобном

деле, так как маркиза этого не потерпит.

—

Марионетка?

—

Буквально. Она ничего не может

сделать, если маркиза не позволит. Даже если она что-то и предпримет, то это не

возымеет эффекта.

Ресницы

девушки затрепетали, как крылья бабочки.

—

Когда я видела её в последний раз,

она не была похожа на смирного кролика.

Офелия

вспомнила взгляд серых глаз Раисы, с которыми ей довелось столкнуться, и у неё

инстинктивно по спине поползли мурашки.

—

Ты видела её только один раз…

—

И всё же... Она не была похожа на

полностью подчинённого, забитого человека.

—

На каком основании ты так считаешь?

Офелия

не могла прямо сказать то, о чём

думала. В таком случае, если её спрашивают, в чём причина, было бы

нормально сослаться на…

—

Интуиция?

Двусмысленный

ответ прозвучал слишком неопределённо, но Ричард сразу кивнул.

—

Я понял.

—

Что? Мне неловко, если вы так легко

соглашаетесь. Такое доверие немного обременительно…

—

Дело не в этом.

—

Ах, нет. Уф… это хорошо. Тогда

почему вы передумали, Ваше Высочество?

Увидев,

как Офелия искренне похлопывает себя по груди, Ричард улыбнулся и протянул ей

руку.

—

Отойдём сначала.

При

его внезапных словах Офелия что-то вспомнила и, расширив глаза, вскоре осознала,

что вокруг стало слишком тихо.

—

Хм? Медведь и убийцы… они все лежат

в одной куче.

том, что земля окрасилась в оттенки чёрного и багрового цвета, даже говорить не стоило. Офелия

пожала плечами, положив свою руку на его запястье.

—

К счастью, полагаю, они поубивали

друг друга.

—

Нет, осталось несколько убийц. — отозвался Ричард.

—

Что?

Он

приобнял Офелию в области талии, пока она была потрясена, узнав, что кто-то ещё

выжил, и осторожно притянул к себе.

—

Обо всём остальном я позаботился.

Офелия

на мгновение вспорхнула в воздухе благодаря его силе. Когда её ноги снова

оказались на земле, она открыла рот и… тут же закрыла его. Она не могла понять,

когда и как он со всем справился.

«Верно.

Это же Ричард», — подумалось

ей.

Когда

девушка собиралась сделать шаг, наследный принц остановил её.

—

Стой на месте.

—

В чём дело…?

Офелии

пришлось смолкнуть, чтобы случайно не прикусить язык во время разговора из-за

внезапного увеличения радиуса обзора и слишком близкого расстояния, на котором

держал ей Ричард.

Мужчина

провёл руку под колени Офелии, полностью подхватил её на руки, затем сосредоточенно

моргнул, глядя на землю.

—

Что не так с… Ах.

Там,

куда она собиралась ступить, была липкая лужа крови. Если подумать, на земле,

где она стояла ранее, высвободившись из его хватки, не было ни капли крови.

Офелия

снова перевела взгляд на Ричарда. Он был человеком, что устал от самой жизни, и

ему надоел весь мир. И такой мужчина боялся, что она наступит на лужу крови…

По

какой-то причине Офелия ощутила приятное покалывание в животе. Но, как только её

ноги коснулись земли, так же быстро, как изменилось поле её зрения, ветерок,

пронёсшийся мимо, унёс это мимолётное чувство. Это

тоже была маленькая капелька на гладкой поверхности воды. Она, как и у Ричарда,

была настолько мала, что сама Офелия этого не осознавала.

тот момент эти двое ещё не догадывались, что в их сердцах пробудилось маленькое

семя, и потянуло их друг к другу, они не знали, какой цветок из него прорастёт.

* * *

Когда

алый закат стал окрашивать опушку леса, охотничьи соревнования стали подходить

к концу в том же месте, где и начались.

Группы

хвастливых джентльменов с хорошей добычей и группы разочарованных мужчин, не сумевших ничего

поймать, сходились в одной финишной точке. Даже группа людей, повсюду искавшая

наследного принца, была совершенно истощена. Все они были сосредоточены на одном

и том же.

—

И победитель этого года…!

После

минутной паузы, когда ответственный распорядитель с широкой улыбкой назвал имя победителя,

с одной стороны раздались аплодисменты, а с другой – вздохи разочарования.

Победитель

вышел вперёд под завистливые крики и толчки знакомых. Его лицо сияло ярче, чем

когда-либо, надеждой на завтрашний день и волнением перед предстоящей

аудиенцией с наследным принцем. Он получал свою минуту славы.

Встав

лицом к лицу с Ричардом, поднявшимся на подиум, победитель опустился на одно

колено и взволнованно отдал честь:

—

Приветствую Вас, Ваше Высочество

наследный принц.

—

Поднимите голову, сэр.

—

Слава…

Рыцарь

напрягся и запнулся, у него перехватило дыхание оттого, что прямой взгляд

Ричарда, смотрящего на него сверху вниз, был слишком тяжёлым. Рука, медленно

протянувшаяся к нему, была столь велика, что на лбу рыцаря выступил холодный

пот.

Наследный

принц перед ним был огромен, как стена, что невозможно пересечь, как тёмное море,

настолько глубокое, что, упав в него, он никогда не сможет выбраться.

—

Хм.

Рыцарь

едва мог задержать дыхание, когда рука принца легла ему на плечо. Он посмотрел

на наследника престола с тревогой.

Поскольку

Ричард прошёл через множество регрессий с таким ужасно пронзительным взглядом,

он равнодушно повторил слова, сказанные им десятки тысяч раз другим таким же рыцарям.

—

Я с нетерпением жду твоих

достижений.

—

Во славу Империи!

За

громким кличем рыцарей раздался крик собравшихся в округе:

—

За Империю!

Охотничьи

соревнования, зашедшие в столь неловкую ситуацию, благополучно закончились.

* * *

Той

же ночью, когда все уже спали, в угловой спальне, расположенной в дальнем крыле

особняка маркизы Нейр, горел тусклый свет. Звук

открывающейся двери и гулкий стук женских каблучков развеяли тишину тихой

комнаты.

—

Мама.

Раиса

подошла к кровати, где, откинувшись на спинку, сидела маркиза Нейр. Она не присела

и не спросила женщину, как та себя чувствует.

—

Зачем ты меня позвала?

Маркиза

Нейр также опустила приветствия и затронула главную тему.

—

Ты сделала это.

—

Ты о яде?

—

Да.

—

Разве не очевидно? Я единственная,

кто может отравить чай моей матери.

—

Почему?

Уголки

губ Раисы скривились.

—

Мне было бы обидно, если бы мама подумала,

что я отравила её ради убийства.

Раиса

посмотрела в глаза матери. Такие же серые глаза пристально смотрели на неё в

ответ. Независимо от того, кто был собеседником, они выдерживали взгляд, не

мигая.

конце концов, маркиза Нейр первой отвернулась. На неё повлиял импульс Раисы. Она

решила разобраться с дочерью словами.

—

Ты не можешь меня убить, не так ли?

Голос

женщины был полон уверенности, будто она и в мыслях не предполагала, что Раиса способна

причинить ей вред.

«Моя

жадная и глупая дочь. За последние несколько месяцев она стала немного умнее и

спокойнее, но до этого еще далеко», — маркиза Нейр действительно так

думала.

—

Если это новый яд, разве ты не должна была сказать мне заранее? День был

потрачен впустую, а накопилось столько дел.

—

Я не знала, что ты так упадёшь в

обморок, ведь у тебя иммунитет к большинству ядов. И не имеет значения, день

прошёл или около того.

—

Тц. — маркиза Нейр прицокнула

языком.

Маленькая

бутылочка попала в поле зрения Раисы, когда она проследила за кончиками пальцев

матери.

—

Выпей это…

—

По всей видимости, это яд. Это

наказание?

—

Ну, с таким же успехом ты можешь

думать об этом как о тренировке своей устойчивости к яду. — усмехнулась маркиза.

—

Ты проспала всего лишь день.

—

Время было потрачено зря. Не говоря

о дне, даже одна минута – это потеря.

—

Даже если я закончила всю работу,

что тебе нужно было сделать?

Одна

из бровей маркизы приподнялась.

—

Ты?

—

Да.

Даже

получив ответ Раисы, маркиза не колебалась:

—

Пей. Сколько раз я говорила тебе не

заставлять меня повторять дважды?

Раиса

посмотрела на маркизу и тут же проглотила содержимое бутыли. Сладко-горькая, скользкая

жидкость вильнула вокруг её языка и потекла в горло. Увидев, как был сделан глоток, маркиза

открыла рот:

—

Ты думала, что я не узнаю о том,

что ты послала убийц к наследному принцу? Не делай ничего без моего разрешения.

Когда

маркиза махнула рукой, приказывая дочери исчезнуть, Раиса молча вышла из

комнаты, повернувшись к ней спиной. Сделав несколько шагов, она схватилась за

стену и замерла.

Ощущение

того, как её внутренние органы скрутило и жгло, было слишком болезненным, но

Раиса не застонала. Вытирая стекающую по губам чёрную кровь, она терпела адскую

боль.

«Когда-нибудь,

однажды…»

Ради того дня, когда чёрная кровь её матери потечёт под её ногами, а труп наследного

принца будет валяться где-то рядом, и Империя окажется под её каблуком…она готова выпить любое количество яда.

«Я

должна сесть на трон».

Раиса,

выблевав ещё больше чёрной крови, улыбнулась и дала себе клятву:

—

А если не сработает, я буду убивать

наследного принца снова и снова.

Лучшая подруга (I)

В один из дней, спустя несколько суток после

охотничьих соревнований...

— Вот, пожалуйста.

Голос, неприятно холодный, как и выражение лица,

способное вызвать стужу, надменно-ледяной взгляд... На привычно морозную ауру Айрис

Офелия научилась реагировать спокойно, даже не задавая вопросов, как долго ей

придётся это терпеть.

— Конечно.

Айрис повернулась спиной, и «мороз», кусающий леди

Большек, исчез вместе с ней. Офелия слегка вздохнула, просматривая документы,

которые ей только что передали.

Почему-то после охотничьих соревнований Айрис стала

ещё более требовательной к ней, хотя Офелия явно всеми силами помогала своей коллеге в тот

день.

Разглаживая кончик бумаги, Офелию охватило мучение. Документы,

которые внезапно передала Айрис, требовали множества хлопотных расчётов. Это

было вовсе не то, что она не могла разрешить, используя имевшуюся у неё

информацию... Объёма и содержания было вполне достаточно, чтобы Офелия, немного

привыкшая к работе помощницы, могла справиться.

— Судя по всему, меня больше не ненавидят… —

пробормотала она себе под нос.

— Это, несомненно, так. — Купер с дружеской

улыбкой раскрыл правду в скрытых мыслях Офелии. — Айрис никогда не смешивает

личные эмоции с работой.

Купер пожал плечами, когда Офелия съёжилась.

— Она из тех, кто откликается всем сердцем, когда

близка к кому-то. Даже если её подруга допустит промах, Айрис постарается

как-нибудь помочь. Однако, если ошибка допущена в работе, она способна отсечь

все связи одним ударом.

— Оказывается, у неё есть чёткие принципы.

Отложив бумаги после унылого ответа Офелии, Купер

понизил голос и спросил:

— Что произошло в день охотничьих соревнований?

— Ничего. Скорее, она мне помогла с моим платком.

— Ах, увидев два платка на рукояти меча Его Высочества,

я ожидал, что так и будет.— добавил Купер, взглянув на Айрис. — Я на всякий случай спрошу, раз вы выполнили то, о

чём она просила, то чья-то иная просьба…

— Я не получала других просьб.

Офелия отреагировала очень быстро и решительно. Такие вещи следовало сразу прояснить, чтобы, в случае чего, у других не возникало ложных мыслей о халтуре или неспособности завершить работу в чётко установленные сроки.

— Я понял. — Купер ответил кратко, а затем добавил,

как будто только что подумал об этом. — У Айрис не так много друзей. Она

выглядит придирчивой и холодной, будучи в должности помощника Его Высочества,

поэтому ей трудно быть открытой с другими.

«Полагаю, что так», — подумала Офелия.

Она тоже по-своему общалась и заводила знакомства,

пока внезапно не оказалась в плену временной петли регрессий. Хотя у неё не было

очень близких друзей, и она, в основном, посещала небольшие чаепития или

выставки с теми, кто её приглашал, в некоторой степени, у девушки не было

недостатка в кругах общения.

Имя Айрис Филлит всплывало не так часто в светском

обществе, как имя Раисы Нейр. Но, так как она была единственной женщиной-помощницей,

которую наследный принц держал при себе, её имя время от времени мелькало то

тут, то там.

«Этот претенциозный

взгляд…Кажется, она думает, что всё удастся, если она будет вести себя строго»,

— Офелия

не могла сейчас думать о хорошем.

— Если подумать, кажется, была юная леди, что

протестовала каждый раз, когда это происходило.

Слова, сказанные слишком тихим голосом, не дошли до

Айрис, поэтому на них не обратили внимания, но...

— Эта юная леди, кажется, я видел её в группе леди

Нейр…— размытая сцена исчезла при звуке голоса Купера. — Ну, как только станете друзьями, вы поймёте, что больше таких не встретить.

На губах Купера на мгновение расплылась не его

обычно деловая улыбка, а гораздо более искренняя. Однако, она тут же исчезла.

— Грубо говоря, Айрис будет прикрывать того, с кем она близка, даже если этот кто-то убьёт человека. О, конечно, при

условии, что друг расскажет ей всю правду.

— Что?

— Это звучит как шутка, но я серьёзно. У Айрис есть

способности и готовность поступить так. Кхм, что-то я заболтался. Извини. О,

кстати, вот этим нужно заняться прямо сейчас. Я ушёл.

Купер оставил документы и исчез, не сказав более ни слова. Офелия не ожидала, что он даст ей какие-либо подсказки

относительно того, почему Айрис такая, но он лишь добавил ещё больше

сомнений перед тем, как уйти. Из-за этого девушка снова теряла терпение. Слова, которые он добавил, должны были помочь, но

они звучали настолько двусмысленно, что сейчас их было невозможно понять.

«Лучше действовать открыто и демонстративно, как

Айрис… Нет, ни в коем случае. Лучше притворяться дружелюбным, даже внешне, как

Купер. Они не друзья, они просто коллеги», — резюмировала Офелия.

С этой точки зрения Купер казался гораздо лучше в

общественной жизни, чем Айрис. Было не лучшим выбором наживать себе врагов

из-за личных симпатий и антипатий.

* * *

Некоторое время в кабинете помощников были слышны только

скрипы перьевой ручки и хруст перелистываемой бумаги. В какой-то момент Офелия сложила стопку документов и

потянулась. Даже с завершением охотничьих соревнований работы не стало меньше. Империя

не могла бы существовать без усердия и влияния наследного принца Ричарда.

В заключение, Айрис и Офелии, в любом случае, придётся

усердно работать в одном пространстве, даже если они не будут встречаться лицом

к лицу почти весь день.

Если оставить всё как есть, атмосфера не улучшится,

но работать станет куда более тоскливо и трудно, поэтому Офелия посчитала,

что лучше будет решить некоторые вопросы заранее.

«Так. Что я должна высказать?», — сосредоточилась

она.

Среди свежих документов её глаза подметили забавные

грамматические ошибки…

«Нет, давай не будем ходить вокруг да около».

В этом случае была большая вероятность, что её

выгонят, прежде чем она даже заговорит по-настоящему.

«Кроме того, у меня нет на это времени…»

Бумаги всё ещё лежали стопкой, словно горы давили на

спину Офелии. Пытаясь сделать шаг навстречу Айрис, она жалела о своих прошлых

решениях, пусть и совсем немного.

«По предложению Ричарда, я могла стать наследной

принцессой», — Офелия мысленно покачала головой. — «Даже сейчас, будучи помощницей,

я нахожусь на грани смерти от переработок. Сколько всего мне пришлось бы делать в качестве наследной принцессой?»

Тем, кто с ног до головы увешан драгоценностями и влиянием, которыми

можно наслаждаться, также должен нести тяжёлое бремя.

«Для меня невозможно быть даже временной наследной

принцессой», — Офелия вернулась мыслями к реальности и остановилась перед

столом Айрис.

Откладывая бумаги, она постучала по столу вместо

того, чтобы сразу вернуться на место. Айрис спросила, не поднимая головы:

— Что-то не так?

— Некоторое время… Нет, дайте мне знать, если вы на

меня злитесь. Не говорите мне, что я выдумываю. Я вижу, что вы сердитесь, даже

когда я просто стою здесь.

При словах Офелии, которая без всяких любезностей перешла

прямо к делу, Айрис, наконец, подняла взгляд. Отложив ручку, она нахмурилась,

но не проигнорировала коллегу. Возможно, дело было в самом темпераменте. Никакая

ненависть не могла стать для неё поводом игнорировать человека.

«Если бы я была на её месте, я бы проигнорировала всё,

что сказано в её присутствии», — Офелия проглотила горький смешок, ожидая

ответа Айрис. — «Если она скажет: «Я просто ненавижу тебя», я развернусь и

уйду».

Человеку не нужна причина, чтобы любить кого-то, и

то же самое касается неприязни.

Некоторое время в кабинете царила относительная

тишина. Айрис уже собиралась что-то сказать, как в офисе раздался раздражающий

стук.

— Войдите.

Знал Купер или нет, что Офелия ждёт ответа Айрис,

как приговора, но из его уст вырвалось равнодушное разрешение.

— Помощница Айрис.

Слуга, открывший дверь, выглядел спокойно, но жесты

его выказывали признаки спешки.

— Что случилось?

Айрис поднялась со своего места и подошла к слуге. Услышав

несколько слов, выражение её лица заметно ожесточилось, и она тут же покинула

кабинет, не сказав, надолго ли ей нужно отлучиться.

Офелия, посмотрев на дверь, в секунду почувствовав себя собакой, гоняющейся за курицей, и, глубоко вздохнув, направилась обратно

на своё место.

«Айрис, в любом случае, вернётся, так что я просто

спрошу позже», — решила она.

* * *

Так прошло четыре дня.

— Ты выглядишь так, будто просишь меня объяснить

тебе, что происходит. — спросил Ричард Офелию, чьи щёки раздулись, как брюхо

ядовитой рыбы-фугу.

— Это не так.

Она ответила, не успев перевести дух, но в голосе её

был вызов. Ричард отложил бумаги и откинулся на спинку стула. По поведению

Офелии ему стало ясно, что он вообще не сможет отвлечься на документы.

— Это не то, о чём я могу вам сказать. Просто одобрите

эти приказы, и моя работа здесь будет завершена…

— Расскажи мне.

— Это приказ?

— Я не хочу приказывать, поэтому просто позабочусь о

том, чтобы тебе не потребовалось переделывать что-либо.

Ричард слабо улыбнулся и постучал по верхнему документу. Офелия не посмела бы переложить свои заботы на наследного принца,

хотя, если уж быть точным, он сам сказал, что она может ему довериться.

В этой Империи даже император не мог бы так поступить. Однако,

Ричард отложил работу для того, чтобы просто услышать историю Офелии.

Доброжелательность его была настолько естественной,

что ни сам Ричард, ни Офелия не осознавали, что она какая-то особенная. Сами

того не зная, они строили друг для друга «мост», через который могли бы пройти.

Офелия закатила глаза и открыла рот только после

того, как её взгляд встретился со взглядом принца. Он угрюмо смотрел на неё.

— Вы ведь знаете, что Айрис не пришла на работу, да?

— Да.

— Ваше Величество…

Офелия облизнула пересохшие губы и со вздохом выдала

слова, которые уже давно хотела сказать.

Лучшая подруга (II)

— Мне кажется, это из-за меня.

— Она сказала, что не до конца выздоровела, что

плохо себя чувствует и есть риск заражения. — отозвался Ричард.

— Возможно и так, но…

Офелия как на духу рассказала обо всём, что

произошло. Она глубоко вздохнула, пояснив даже то, как Айрис похолодела по отношению к ней после

охотничьих соревнований.

— Я знаю, что я «парашютистка».

— Пара…Что?

— А, ну... Так говорил один деревенский дедушка.

Человека, чьи способности и личность не проверяли, но он внезапно стал

членом коллектива, да ещё и находится под защитой начальника,

называют так.

— Почему именно такое слово? — не понял принц.

— Дедушке не привыкать придумывать что-то новое.

Офелия не лгала. Она просто так и не решила, как

пояснить, какой именно дедушка, будь то Архимед или кто ещё, первым придумал

термин «парашютист».

— В любом случае, термины не важны. Я просто знаю,

что я такой человек. Из-за знакомства с Вашим Высочеством я в одночасье стала

помощницей.

— Это произошло не в одночасье.

— Циклы регрессий — это то, что существует только

между Вашим Высочеством и мной. В представлении других людей время идёт

по-другому, они даже не успели понять, как так вышло.

— Но разве я лично тебя не одобрил? — невозмутимо

спросил Ричард.

— Конечно. Но, гм... И всё же, кое-что изменилось. В

любом случае, я понимаю, что она меня не жалует. Я прекрасно осознаю, что не

всем могу нравиться. Особенно если они в том же положении, что и Айрис. Это я

понимаю, однако…! — воскликнула Офелия, глубоко вздохнув. — Не слишком ли, что она

так не хочет со мной разговаривать, что даже не ходит на работу! Конечно, все

наши разговоры до сих пор были о работе, но теперь что, ей даже это не

нравится?

Длинная история о проблемах Офелии закончилась, но

реакция Ричарда была достаточно мягкой, что показалось ей забавным. Она-то думала

и мучилась в течение нескольких дней.

— Хорошо. Она так сильно ненавидит миледи? Должно

быть, я неправильно понял, что у вас появилось чувство товарищества после того,

как вы поработали вместе в течение многих дней.

Офелия, казалось, совсем выбилась из сил, и теперь выглядела

подавленной. Ричард вновь спросил, постукивая пальцем по подбородку.

— Тебе действительно нужна благосклонность Айрис и дружеские

отношения с ней?

— Это… нет.

— Если тебя это действительно беспокоит, можешь регрессировать

назад во времени и пересмотреть свои отношения с Айрис до тех пор, пока не

будешь удовлетворена. — спокойно предложил наследный принц.

— Это… ну, возможно.

— Тогда нет проблем.

Это тон голоса стал суше, чем песок в пустыне, где много

лет не было дождя. Его глаза, отражавшие полуденное солнце, тоже казались отстранёнными.

Да. Только Ричард и Офелия, как они думали,

оказались в ловушке этого проклятого рабства циклов бесконечной регрессии. Поэтому,

по его словам, она могла повторять регрессию до тех пор, пока её отношения с

Айрис не улучшатся, и все существующие проблемы не исчезнут. Бесчисленные моменты

и разговоры, которые другие люди потом не могут вспомнить, останутся

воспоминаниями только для него и для неё.

Язык Офелии покалывал, как будто она хотела что-то

произнести, но не могла. Ричард так безжалостно относился к своим отношениям с

другими людьми. Просто он регрессировал не раз или два. Эти регрессии произошли

даже не по его собственной воле.

Должно быть, он пытался сбежать. И, должно быть, его

задумка провалилась так много раз, что он не мог сосчитать. Бесконечные

регрессии, которых он никогда не мог избежать, несмотря на огромные затраты

времени и трудности.

Он ничего не мог сделать с этой петлёй на шее. В

конце концов, всё в мире, даже его собственная жизнь, стало для него

бессмысленным. Его безразличие было ближе к смирению и отчаянию, чем к

утомлению. Однако…Офелия всё так же хотела жить. Она хотела

вырваться из циклов бесконечных регрессий.

— Но всё же… я не хочу решать проблемы таким

способом.

Офелия медленно выдохнула, облизнув пересохшую

нижнюю губу. В её голубых глазах вспыхнула яркая искорка, как в тот день, когда

она схватила Ричарда за воротник в попытке выжить вместе.

— Я не буду беспокоиться о том, чего не могу сделать,

а сделаю всё, что смогу.

— Сделаешь всё, что сможешь...

Ричард повторил её слова. Это было достаточно

фундаментальное, неопровержимое и логичное мышление. Плюс, это были слова, что

исходили из уст человека, который знал о нём почти всё.

— Это высокомерно.

— Да. Быть уверенным в этой жестокой реальности куда

лучше, Ваше Высочество.

Стоит ли говорить, что Офелии свойственно не

вкладывать надежду в слова, говоря о подобных вещах? Несмотря на то, что она

пережила многое, она ни от чего не отказалась.

— Как долго ты сможешь так говорить?

— Вам не столь уж любопытно, сколько вы пытаетесь

отчитать меня.

Пока Офелия ворчала, Ричард слегка улыбнулся и

встал.

— Нет, я хочу посмотреть, как далеко ты сможешь

зайти.

Это было правдой. Единственное исключение, появившееся

в его бесконечной жизни, когда он совсем этого не ожидал. Да он и не хотел

ничего ждать. С самого начала бесконечного регресса надежда стала для него синонимом

отчаяния. И всё же, глядя на Офелию…

— Разве ты не просила меня быть всегда где-то рядом?

— Да.

— Ты даже схватила меня за ворот.

— Забудьте об этом.

— Со мной такое было в первый раз.

Его глубокий голос звучал всё тише. С такого

близкого расстояния, что их головы могли соприкоснуться, Ричард смотрел в глаза

Офелии.

— Потому что ты была первой. Это что-то

незабываемое.

Странные слова достигли её слуха. В мгновение ока

ещё совсем маленький росток пророс из крошечного семени, что пробудилось в

глубине её сердца, без ведома Офелии. Она ещё не осознавала, что он есть.

Офелия, пристально глядя в ответ, не избегая взгляда

Ричарда, слегка наморщив лоб.

— Полагаю, люди вокруг даже ни разу не подумали

схватить вас за воротник?

— Естественно.

— Очень странная жалоба от Вашего Высочества.

Конечно, любому было трудно выразить ему недовольство.

Для большинства людей это было невозможно. Даже если это противоречило мнению

наследного принца, долгом слуг было поправить его, но… кто такой Ричард? Он не

просто принц, а главный герой этого мира. Проще говоря, мир этой новеллы

устроен так, что всё, что делает и говорит Ричард, — правильно.

— Ну, значит это было в первый и последний раз.

Когда Офелия пожала плечами, Ричард отступил

назад, слегка потянув свой воротник.

— Последний?

— Прошу прощения? Хотите, чтобы я вцепилась в воротник Вашего Высочества ещё раз?

Ричард взглянул на Офелию, которая, казалось, тайно жаждала такой возможности, и слегка хлопнул её по лбу.

— Кажется, ты не в духе.

— Да, ну… я продолжаю умирать и возрождаться…

— Так что ты собираешься делать теперь? — Ричард

безжалостно оборвал тираду Офелии.

Было очевидно, что он меняет тему, но девушка тоже

решила двигаться дальше. Не стоило тратить время на вопросы, на которые сейчас

нет ответа. Возможностей ещё будет предостаточно. С бесконечной регрессией

можно сделать что угодно…

— Теперь я собираюсь выполнить то, что велел помощник

Купер.

— Купер?

На мгновение брови Ричарда сдвинулись, но Офелия не

могла этого заметить, потому как повернулась спиной, по направлению к двери.

— Да. Я собираюсь подружиться с Айрис! — Офелия ответила

громко, поднимая руки и сжимая кулаки, но затем робко почесала щёку. — Стать

друзьями — это слишком сложно, но я попробую построить дружбу.

— Дружбу?

— Мы ещё не поладили. В любом случае, Айрис, как

говорят, щедра к своим близким друзьям.

— Это что-то новенькое.

— Она уже давно ваша помощница, но этот факт нов

для вас?

Когда Офелии снова поморщилось как рыба-фугу, Ричард

ухмыльнулся.

— Ну, для меня Айрис всегда щедра.

— Ах…

«Полагаю, что так. Вот, что значит быть помощником

Ричарда», — подумала Офелия.

Если бы не верность и почитание принца на уровне Бога, Айрис никогда не была бы рядом с ним. В этом отношении она была очень

далека от Офелии.

— Ваше Высочество, пожалуйста, знайте, что, хотя мне

бесконечно не хватает преданности, я полна непревзойдённого товарищества.

Офелия выпятила грудь и хлопнула по ней, словно

прося его довериться ей. Ричард с готовностью согласился с её словами, не найдя

в них ни грамма фальши.

— Да. Кто ещё мог быть рядом со мной без всякой

преданности, если не ты?

Возможно, из-за вмиг обретённого хорошего настроения, Офелия игриво

улыбнулась, и её голос смешался со смехом в ответе:

— Даже если у меня нет верности, во мне есть любовь.

Между ними сразу же воцарилась тишина. Офелия

моргнула. В этот момент ему следовало ответить: «Мне не нужна твоя любовь».

«Ах, я на мгновение забыла, что это вымышленный мир.

Какой конфуз!», — она поспешно добавила, прежде чем это неловкое, сводящее с

ума молчание могло затянуться:

— Я шучу! Просто шутка. Я прекрасно знаю, что вам не

нужна моя любовь. Мм... Вы же знаете, что я люблю вас как товарища, да? Есть

много типов любви: любовь между членами семьи или между друзьями...

Чем больше Офелия говорила, тем хуже она себя

чувствовала, но она не могла просто держать рот на замке.

— Вот что я имею в виду… э-эм, так?

Лучшая подруга (III)

Офелия рефлекторно схватила его руку, когда ладонь

принца прикрыла ей рот, а затем осторожно отдёрнула. В тот момент,

когда её мягкие кончики пальцев коснулись его грубых и толстых костяшек, Ричард

пояснил:

— Я прекрасно понял, о чём ты, так что хватит.

С широко раскрытыми, как у кролика, глазами Офелия

кивнула и легонько постучала по тыльной стороне его руки. Ричард убрал руку, и

она улыбнулась, смущённо пожав плечами.

— В любом случае, я хочу перестать конфликтовать с

Айрис, и построить с ней хорошие отношения. Если у вас нет ко мне поручений,

могу я идти сейчас?

— Начало и конец твоей речи не совпадают.

— Не беспокойтесь о мелочах. Я уже ухожу.

Хотя Ричард не дал ей разрешения уйти, Офелия

спокойно подошла к двери. Как только она схватила дверную ручку, он окликнул её.

— Кстати, Офелия.

— Да?

— А что насчёт Купера?

Не получив ответа сразу, Ричард нахмурился, отчего

на его лбу образовалась глубокая, очень глубокая складка. Офелия остановилась,

на мгновение задумалась, оборачиваясь.

— Я думаю, всё в порядке.

— Что значит это «всё в порядке»?

— «Всё в порядке» значит, что всё в порядке!

Объяснять тут было нечего. С тех пор как Офелия и

Купер познакомились, они прекрасно поладили. Коллега не заботился об Офелии так

сильно, как об Айрис, но и не испытывал к ней откровенной неприязни. Он просто

относился к ней, как к товарищу по работе.

— О, мы вместе прошли ад в последние несколько

дней, пока Айрис не было, так что… мы стали немного ближе. Ну, духовно…

— Айрис должна вернуться.

Офелию озадачили слова, вырвавшиеся из контекста

разговора, но отрицать их было невозможно, поэтому она легко кивнула головой.

— Верно… не так ли?

— Разве ты не говорила, что вы «прошли ад»? — Ричард

добавил равнодушно.

— Да… хотя, мне всё равно придётся ползти в этот ад снова.

Девушка внутренне усмехнулась, представив, как на её

надгробии после смерти будут высечены слова: «Не откладывай сегодняшнюю работу

на завтра». По крайней мере, ей не было необходимости доделывать страницы этих

переданных принцу документов, её груз немного спал.

— Спасибо за внесение корректировок, мы с Купером

сможем чуть передохнуть. Большое спасибо, Ваше Высочество.

Вместе с безжизненным голосом, у руки, что тянула

дверную ручку, не было уже сил, и хотя лицо её было мёртвенно бледным, Офелия

быстро вышла за дверь и исчезла в коридоре.

Даже после того, как она ушла, Ричард долго не

отводил взгляда от двери. Затем его губы, плотно сжатые в прямую линию, медленно

открылись.

— Только я не говорил, что помогу и с документами Купера…

Слова эти были слишком ребяческими, но принц не слышал

себя со стороны. Ричард глубоко вжался в кресло и наклонил голову.

— Почему, чёрт возьми, я так волнуюсь из-за Купера?

Помощник, определённо, был верным и способным человеком.

Не то, чтобы он замышлял нанести начальнику удар в спину, но… это просто действовало

ему на нервы. Особенно всякий раз, когда Офелия произносила его имя.

Ричард постучал по подлокотнику несколько раз, затем

слегка прищёлкнул языком.

— Бесполезно…

Ответа не было, да и это был не особо важный вопрос,

и наследный принц вскоре отбросил эту мысль, схватив перьевую ручку.

Семя, прорастающее

крошечной точкой глубоко в его грудной клетке, продолжало извиваться и вытягиваться.

* * *

Примерно в то же время, когда Офелия стояла перед

Ричардом, Айрис, не пришедшая во дворец под предлогом плохого самочувствия,

двигалась в оживлённом темпе, и капюшон её плаща сильно прижимался к голове.

Ей было так непривычно спокойно идти пешком вместо

того, чтобы ехать в карете. Она прошла всю улицу, а затем внезапно вернулась

той же дорогой, которой пришла.

Айрис свернула в переулок и намеренно зашла в тупик.

Это было настолько странное передвижение, что посторонние могли бы сказать, что

она бесцельно бродила, а не шла куда-то по зову.

Сколько она так передвигалась? В конце концов, Айрис

остановилась перед домом, крайне настороженно оглядываясь в поисках слежки.

Она встала перед очень маленькой боковой дверью, откуда входили и выходили иностранные торговцы, а не служащие. Айрис невольно

вздохнула, осторожно толкнула дверь и прошла внутрь. Одолев тёмный, узкий,

пахнущий плесенью склад, она сняла плащ и вошла в гостиную.

— Айрис!

Как только она появилась, к ней побежала леди примерно

на голову ниже её.

— Гермия.

Область в груди Айрис, куда влетела голова Гермии, резко

заболела, но она лишь похлопала подругу по спине. Девушка в её объятиях вскоре

начала плакать, и Айрис осознанно проглотила вздох, что собирался вырваться из

её горла.

* * *

В тот день, когда слуга пришёл в офис помощников, Айрис в спешке покинула дворец, чтобы отыскать свою единственную подругу.

—…в особняке…

Подруга, которую она вскоре нашла, была в отчаянии. Она

так плакала, что глаза её опухли и веки почти закрылись, а голос стал полу-хриплым.

Учитывая, что на ней не было крови, казалось, никаких травм она не получила.

— Гермия!

— Ах… А-Айрис… он мёртв…

Обняв задыхающуюся в рыданиях Гермию, она быстро

огляделась и оценила ситуацию.

— Успокойся.

— Как… Как мне успокоиться? Как? Как это могло... ох...

На лице Айрис отразилось смятение и неловкость, пока

она ласкала спину своей рыдающей подруги, даже немного крича на неё.

Всего в нескольких шагах от них лежал жених её

подруги. Он умер, не успев закрыть глаза, и распластался на полу, окоченевший.

Грудная клетка трупа была пропитана кровью. Из-за этого пол, а также стены и

потолок тоже были измазаны кровью во все стороны. Среди них... только Гермия не

была испачкана, на ней не оказалось ни единой капли крови.

— Что это, чёрт возьми… что случилось… Гермия?

— Я не знаю! Я слышала, что он вернулся, п-поэтому я

пришла к нему, но тут… он…

— Ты не ранена?

— Хык…Нет! Почему, за что вот так...

Её речь трудно было правильно истолковать из-за

смеси плача и причитаний.

— Сначала мне нужно проверить дыхание…

— Он мёртв! Он мёртв!

Изо всех сил пытаясь справиться с криками подруги,

Айрис, наконец, поняла, что жених Гермии был кем-то жестоко убит.

* * *

Вспоминая трагедию того дня, Айрис вернулась в

реальность, когда перед глазами кто-то махнул рукой.

— …рис. Айрис?

— Да. Я здесь.

— Ты попросила?

— Ещё нет…

— Нет? Что с тобой, чёрт возьми!

Гермия вдруг рассердилась, но вскоре опустила брови

и неловко улыбнулась.

— Прости, я должна была узнать.

В обычной ситуации Айрис твёрдо сказала бы «нет», но

сейчас промолчала. Может, потому, что она немного устала, уделяя слишком много

внимания ужасным вещам, через которые пришлось пройти Гермии.

— Ты не сходишь с ума?

— Нет.

— Мне жаль, если ты злишься. Ты же знаешь, что

обычно я бы так не поступила, верно? —

спросила Айрис Гермию, которая держала её за руку, как плачущий ребёнок.

— У тебя есть ещё какие-нибудь воспоминания о том дне?

— Опять об этом? Как я говорила вчера и позавчера, я

ничего не видела. Только ту комнату, которую показала тебе.

Айрис присела рядом с Гермией на диване. Последняя отвернулась

в сторону угла.

— Тебе хочется, чтобы это закончилось быстрее, но

придётся много поработать.

Строгий голос подруги заставил Гермию в ярости закусить

губу, но когда она повернулась лицом к Айрис, уже не выказала такого свирепого вида.

— Я задаю этот вопрос снова и снова, но есть ли у

кого-нибудь обида на твоего жениха?

— Он не тот человек, на кого обижались, ты же знаешь.

Он был добрым.

Айрис и на этот раз не ответила. Жених Гермии был

скорее скрытным, чем милым, но когда она пыталась вытащить его от пагубной

зависимости, он становился жестоким.

— Однако… — поколебавшись некоторое время, Гермия

добавила тихим голосом. — Он правда влез в долги, играя в азартные игры.

— Думаю, это так.

Какой смысл это обсуждать? Её умерший жених был

азартным игроком и наркоманом, да к тому же у него была ужасно серьёзная зависимость от

алкоголя. То, что началось как развлечение, вскоре превратилось в зависимость,

и когда семья поняла, что он вышел за черту, было уже слишком поздно.

— Однако, долг можно погасить, взяв

взаймы у графа, так что, вероятно, это не из-за долга.

— Граф сказал, что не заплатит.

— Да… но только на словах. Он сильно волновался,

потому что умерший был его единственным сыном и наследником.

Гермия склонила голову, рассказывая эту историю. Выражение

её лица не было видно из-за густых теней, но, судя по тому, как её голос

становился всё тише и тише, она казалась неуверенной.

— Следственный комитет тоже знает о долге, так что

подождём ещё немного.

— Как это «подождём немного»?»

Айрис остановилась, услышав резкий голос, а Гермия тут

же разрыдалась.

— Так трудно спрятаться.

Гермия объяснила подруге, что это обременительно, и она

не хочет привлекать внимание общественности, поэтому ей нужно убежище, где

можно спрятаться, пока дело не будет полностью раскрыто. Айрис успокоила её, не

упоминая об этом факте.

— Да. Я знаю, что это тяжело. Будь немного

терпеливее…

Гермия оборвала слова Айрис и заговорила о чём-то

неожиданном.

— Разве ты не можешь использовать свою силу? Просто

скажи одно слово.

— Что?

— Я не имею в виду необоснованную просьбу… просто

скажи им, чтобы решили проблему быстрее, а если нет, то зарыли дело. Поскольку ты

помощница наследного принца, ты способна это сделать. Эти люди тебя послушают.

— Я не могу.

Услышав решительный отказ Айрис, Гермия заплакала и

отвернулась к стене.

— Гермия…

— Ты… ты можешь всё!

Лучшая подруга (IV)

Гермия захлёбывалась слезами, но выговорила всё, что

хотела сказать.

— Разве так трудно просто рассказать им? Неужели я так

мало для тебя значу? Он умер без всякого отмщения! Я не могу, но ты можешь

добиться правосудия! Я на пределе! Я так не могу! Я больше не могу так! То есть,

просто, просто, всё…

Слова продолжали литься лихорадочно, но, в конце

концов, рот девушки закрылся. Айрис похлопала дрожащую подругу по спине и

проглотила вздох. Она не могла сказать: «Почему ты не послушала меня, когда я просила

тебе расстаться с этим мужчиной?»

В прошлом на вопросы о

том, как она его терпит, Гермия всегда пыталась выгородить жениха, настаивая на

том, что ему тоже приходится нелегко,

что она его любит и никогда не бросит.

Покачав головой и отбросив обрывки старых

воспоминаний, Айрис, наконец, произнесла:

— Я рассмотрю этот вопрос с разных точек зрения,

чтобы его можно было быстро решить. Если тебе что-нибудь понадобится, скажи мне.

Несмотря на успокаивающие слова, Гермия ни разу не

оглянулась на Айрис. Лицо её, прикрытое ладонями, покраснело от слёз. Айрис позади

неё сказала что-то ещё, но Гермия её не услышала.

Это был на самом деле… это был её предел. Она слишком

хотела встретиться с ним. Её любимый мужчина, согласившийся добровольно убить её

ненавистного жениха ради неё…

Девушка вспомнила момент, когда перед её глазами

брызнула кровь, и внезапно участилось сердцебиение. В ней одновременно смешались

тревога и страх, слабый трепет возбуждения и сильная нервозность. Она не знала,

что делать.

Гермия крепко закрыла глаза и стала ждать. Она

желала, чтобы всё это поскорее закончилось, и она могла бы свободно рвануть

навстречу тому, кого действительно любит.

* * *

Два дня спустя, в полдень, Офелия усердно работала пером,

чтобы закончить разбор кучи документов. Она пошатнулась, пытаясь встать. Всё

потому, что поле её зрения сузилось, пока она была сфокусирована лишь на чёрных

буквах на бумаге.

Девушка похлопала себя по щеке, пытаясь вернуть

самообладание, и направилась сквозь горы бумаг к Куперу. Отсутствие контакта

или каких-либо новостей от Айрис тоже очень беспокоило…

Офелия проглотила бурлящий внутри неё гнев, глядя на

стопки бумаги рядом со своим столом, что были вдвое больше вчерашних. Даже если

Айрис не пришла на работу, мир продолжал вертеться и дела никогда не заканчивались.

Прошло несколько дней с тех пор, как огромный объём

работы, которую должна была выполнить леди Филлит, был разделён между Купером и

Офелией. Тёмные тени под глазами Офелии затронули и её веки, превратив её в «панду».

Дошло до того, что она больше не могла этого терпеть.

«Я уже боюсь смотреться в зеркало. Если сегодня

что-то не успею сделать, я ворвусь в кабинет Ричарда и выгружу бумаги перед ним,

так как, в любом случае понадобится его проверка», — решила Офелия.

Её не отпускало ощущение, что, если она проведет ещё

несколько дней в таком состоянии, то может превратиться в собаку, бегущую с

документами в пасти.

Офелия пожала плечами и остановилась перед рабочим

местом Купера. Однако, когда она собиралась постучать по поверхности стола, ей

пришлось глубоко вздохнуть. Она даже не нашла свободной части на столе, куда

можно было бы постучать, потому как каждый дюйм был завален бумагами.

— Кхм, кхмм!

Она попыталась привлечь внимание сухим кашлем, но,

когда Купер едва поднял голову, ей ничего не оставалось, как прибрать

документы. Офелия отбила громкий ритм пальцем, и сразу перешла к сути.

— Когда вернётся помощница Айрис?

— Я не знаю.

С такими же тёмными тенями под глазами, как и у

Офелии, Купер бросил лишь короткий ответ и собирался снова уткнуться лицом в

документы.

— Что ты делаешь?

— Ой, извини. — Офелия убрала руку, поддерживающую

опущенный подбородок Купера, и искренне извинилась. — Помощница Айрис так долго

болеет, может, нам стоит навестить её?

— Это нормально, и нам не о чем беспокоиться. Я

тоже не в курсе, что происходит.

— Ты в последнее время ничего не слышал?

— Да. Я тоже валюсь от усталости. Было бы чуть полегче,

если бы приехал сэр Грю… Нет, это бесполезно.

Офелия глубоко посочувствовала, а Купер тупо

улыбнулся и взглянул на документы. Их взгляды встретились, и они оба кивнули,

не говоря ни слова, укрепляя свою глубокую дружбу.

— Я собирался узнать об Айрис к концу дня.

— Можно я! — Офелия подняла руку.

— Ты хочешь сходить?

— Да!

— Это не имеет значения, с документами всё равно

придётся возиться…

— Я знаю. — Офелия быстро закрыла рот Куперу,

который снова подметил жестокую правду. — Где я могу получить информацию о

самочувствии Айрис? Мне, наверное, придётся ехать к графу Филлит…

— Нет.

На этот раз Купер прервал слова Офелии. Он с

дружелюбной улыбкой постучал себя по подбородку и сказал:

— Если что-то и заставило Айрис взять несколько

выходных, то, должно быть, это связано с её подругой. Ищи эту подругу, а не графа.

* * *

Офелия выбежала из офиса помощников и вскоре столкнулась

с Ричардом. Это трудно было назвать случайной встречей, так как принц появился

перед ней, как будто упал с неба или вырос из-под земли. Офелия оглядела его

сверху донизу, одарив его очень дерзким взглядом.

— Ваше Высочество.

— Неужели леди нечего делать?

— Да. Неужели мне действительно нечем заняться? Как

помощница, я знаю, сколько документов приходится на Ваше Высочество, но, помимо

этого, есть и другие дела.

Ричард не ответил. Он просто слабо улыбнулся.

— Действительно, главный…

Офелия проглотила слова «главный герой» и отвела

взгляд. Она так устала, что чуть не выплюнула ему: «Действительно, ты главный

герой романа, поэтому твои способности потрясающие!»

— Главный?

— Господин… вы господин…

Ричард уставился на то, как Офелия избегает его

взгляда, и пропустил её абсурдные слова.

— Куда ты идёшь?

— На поиски Айрис.

— Купер на пределе своих возможностей?

— Я тоже на пределе.

Короткая улыбка скользнула по губам Ричарда при

утверждении Офелии, а затем исчезла.

— Я понимаю, можешь даже не продолжать. Идём.

Когда Ричард пригласил её искать вместе, глаза

Офелии расширились.

— Ваше Высочество идёт со мной на поиски Айрис?

— Да.

«Либо Ричард

любит Айрис, либо слегка влюблён, иначе он не стал бы искать её без повода, да?», — подумала

Офелия, но быстро стёрла мысли, мелькнувшие у неё в голове.

— Ваше Высочество, мне очень любопытно, так что…

— Офелия.

— Да?

— Разве ты только что не почувствовала что-то?

На внезапный вопрос Ричарда помощница тупо оглядела

окрестности и покачала головой.

— Нет. А что такое?

— Я почувствовал вибрацию из-под земли.

При этих словах Офелия посмотрела себе под ноги, но

по-прежнему ничего не чувствовала.

— Она и сейчас вибрирует…?

— Нет. Периодически.

Ричард некоторое время стоял неподвижно, а затем сделал

шаг назад, прежде чем сказать:

— Возвращаясь к прошлой теме, мы собираемся найти

Айрис по делу.

— Что?

На этот раз Офелия встала, собранная и напряжённая,

перед лицом Ричарда. Она внезапно вздрогнула, схватила его за рукав и потянула

на себя.

— Может быть, это грядущий цикл…

— Возможно. Я пока не вижу никаких признаков, но, вероятно,

связь есть.

— Тогда что происходит?

Когда Офелия, всё ещё не в силах избавиться от

напряжения, снова задала вопрос, Ричард дотронулся до её руки, державшей его за

рукав.

— Не надо так нервничать, ты просто зря утомишься.

— Ладно.

Офелия глубоко вдохнула и выдохнула. Когда она

остановилась и посмотрела на него, Ричард продолжил говорить, как будто прочёл

её мысли.

— Я слышал, что Айрис участвует в фестивале.

— Айрис участвует… — Офелия быстро моргнула ии

запнулась. — Кажется, я только что читала про «фестивальное» мероприятие в

документах.

Ричард посмотрел ей в глаза. Он кивнул, словно опять

прочитал её мысли.

— Тот самый фестиваль.

— Если фестиваль… Он ведь состоится через два

месяца?

— Да.

— Неудивительно, что почти каждый поступающий

документ связан с мероприятием, раз оно не за горами. В ближайшем будущем нам

предстоит обработать больше документов, так? Это самый крупный фестиваль в Империи.

Люди со всей Империи, а также иностранные гости хлынут, как прилив.

В отчаянии Офелия закрыла лицо обеими руками, а

затем начала ворошить свои волосы, словно собираясь сорвать их с головы. И

снова Ричард схватил её руки. Он сделал шаг вперёд, держа её мягкие ладони, что

были намного меньше его собственных рук.

— Мы должны быстро отыскать Айрис.

Вот так Ричард и Офелия, держась за руки, шли бок о

бок ради одной конкретной цели. Всю дорогу Офелия боролась с тоской, думая о

документах, с которыми предстоит разбираться в будущем из-за фестиваля.

* * *

Айрис посетила главу семьи, к которой принадлежал тот

мужчина, погибший жених Гермии. Граф, потерявший своего единственного

наследника, выглядел скорее усталым, нежели грустным.

— Помощница наследного принца… чем обязан вашему

визиту…?

Лучшая подруга (V)

Граф не выпроводил Айрис, помощницу наследного принца,

несмотря на то, что она пришла без предварительного уведомления. Не то что он, да никто в нынешней Империи не мог отвергнуть ближайших помощников Ричарда.

— Прошу прощения за внезапный визит.

— Ничего страшного, но что вас привело ко мне?

Граф дал понять, что хотя он и принял у себя Айрис,

сидеть лицом к лицу с ней долго ему не хочется. Айрис понимала, что безрассудно

посетила скорбящую семью, потому и не собиралась долго отнимать время графа.

— Мы расследуем дело о смерти вашего сына.

— Почему помощник… — граф на мгновение озадачился,

но потом кивнул головой. — О, это из-за того ребёнка?

Айрис слегка наклонилась к графу, подтверждая его

слова.

— Да. Гермия сможет вернуться к нормальной жизни

только после того, как дело будет закрыто… Я прошу прощения.

— Нет, всё хорошо. Живые должны жить.

Граф, казалось, не обиделся, но просто незначительно

махнул рукой. На этом Айрис остановилась.

«Что-то не сходится», — мелькнуло у неё в голове.

Жених Гермии был первенцем графа, но с ним так

обращаются даже после того, как он был жестоко убит? Айрис слышала, что

похороны откладываются, но, похоже, с этим могли ещё сильнее затянуть,

поскольку дело не закрыто.

— Если мы хотим провести похороны, дело должно быть

закрыто в ближайшее время.

— Похороны… Да, но сейчас…

Речь графа стихла в конце; он со вздохом проглотил

оставшиеся слова. В конце концов, Айрис спросила напрямую, не шла окольными

путями, но выражалась так холодно, что граф не смог не ответить.

— Вы хотите сказать, что его смерть не имеет значения, потому что ваш сын – наследник, которого невозможно реабилитировать из-за

азартных игр?

Это было почти оскорблением для графа, потерявшего

сына, но он с досадой лишь ухмыльнулся и махнул рукой.

— Я знаю, что всё выглядит так. Но, нет, это просто…

Граф снова замолк, и Айрис не стала настаивать

дальше. Вместо этого она ждала. Когда чай в её чашке, наконец, остыл, граф начал

тяжело ронять слова.

— Семья в страхе. Так что... я не могу себе этого

позволить... Это...

Зрачки графа сильно дрожали, пока он произносил эти

слова. Несмотря на нетерпение, Айрис не стала подгонять. Потеряв единственного

сына и наследника, семья была потрясена до такой степени, что не могла

полностью оправиться и оплакивать мужчину; это не было тем, во что посторонний мог

бы бездумно влезть.

— Я, может быть…

Граф крепко зажмурился, словно что-то обдумывая,

однако больше ничего не сказал. Как много времени так прошло? В конце концов, он

не стал высказывать то, что собирался, а вместо этого обратился к Айрис.

— Мне жаль, что я не смог ничем помочь. Пожалуйста, уйдите

сейчас же.

— Нет, это вы простите меня. Тогда я откланяюсь.

Граф вышел из гостиной, не сказав больше ничего, и Айрис вскоре покинула резиденцию. Она села в карету и задумчиво

нахмурилась.

«Семья в страхе… хмм. Это не простое дело, его нелегко

решить. Речь идёт не об азартных играх или долгах...».

* * *

Когда Айрис покинула особняк с тревожными

сомнениями, граф тяжёлыми, медленными шагами направлялся во вторую гостиную. Он

остановился у порога, оглядел дверь перед собой и глубоко вздохнул. Мужчина не

мог заставить человека внутри долго ждать.

Посланник семьи Нейр ранее пришёл заключить договор и

был на аудиенции наедине с графом, но хозяин был вынужден отлучиться на некоторое

время из-за приезда Айрис, помощницы наследного принца.

Когда граф подумал о посланнике за дверью, его сдавленной

груди стало ещё больнее. Он задавался вопросом, стоило ли ему вместо этого

поговорить с помощницей, но эта возможность уже была упущена.

Кроме того, как он мог вообще сказать что-то вроде: «Долги

моего сына связаны с семьёй Нейр, и графство буквально разрушено…И что теперь

делать? Не могли бы вы помочь получить покровительство наследного принца и финансовую

помощь?».

Граф вздохнул, кипя изнутри, и схватился за дверную

ручку.

— Я заставил вас ждать.

— Нет. Разве вы не говорили, что это более срочно,

чем наш разговор?

В словах посланника была резкость, когда он встал и

вежливо поклонился вошедшему графу. На вопрос, есть ли что-нибудь ещё срочное,

чтобы снова оставить его одного, граф не ответил, и между сидевшими лицом к

лицу повисло суровое молчание.

Холодный чай сменился свежезаваренным дымящимся

горячим чаем.

— Есть ли какие-либо доказательства того, что долг

вырос до такой степени?

— Конечно. Я собирался показать вам, но уже немного

поздно, потому что произошло нечто срочное.

Посыльный кивнул и вручил графу какие-то бумаги. Формат

документов, исписанных в разных местах, был разным, но содержание одинаковым. В

них говорилось, что маркиза Нейр выкупила все долги его сына.

Сколько бы раз граф ни смотрел на документы, то, что

уже совершил его мёртвый сын, и наступившая реальность не менялись. Когда сумма

превысила трёхлетний бюджет графства, злиться ужа было не на кого. Отец был

просто в растерянности. Даже если бы он опустошил склад своей семьи и продал

всё, что мог продать, он не смог бы вернуть долг.

С трудом сдерживая вздох, смяв концы документов,

граф сказал:

— Я понимаю, но не могу позволить себе выплатить всю

сумму сразу. Я обязательно погашу долг, поэтому, пожалуйста, скорректируйте

условия…

С лёгкостью посланник оборвал произнесенные им

трудные слова.

— Нет. Вам это не обязательно.

— Разве это не то же самое, что продать семью ради

быстрого погашения долга?

Посыльный покачал головой графу, который выказывал

скорее разочарование, чем гнев.

— Это не так. Вам не нужно продавать семью.

— Тогда что?

— Моя щедрая хозяйка из милосердия сказала, что вам не

нужно оплачивать весь долг. Конечно, и от семьи отказываться не нужно.

Несмотря на холодный ответ посланца, граф не мог ни

обрадоваться, ни поблагодарить маркизу Неир за её щедрость. Это было решением маркизы. Любой мог понять,

что, услышав такой ответ, стоит готовиться к тому, что за этим последует

какое-то условие.

Гонец поднялся со своего места и подошёл к графу. Положив

руку на плечо смотревшего куда-то вдаль графа, он вытащил ещё один лист бумаги.

— Хозяйка сообщает, что спишет половину вашего

долга, если вы просто подпишите эту бумагу.

— Половину?

Граф повернул голову к гонцу. Тот положил перед ним

вместе с бумагами перо с выгравированной печатью маркизата Нейр.

— Хорошенько обдумайте. Половина долга исчезнет, как

только вы подпишете. Если вы сразу примете решение, мы сможем договориться,

чтобы и вторая часть выплат была соответствующе скорректирована.

Шёпот в его ухо был просто хорошо упакованным ядом. Граф

знал это, поэтому не мог не колебаться.

— Я не прошу вас подписывать вслепую. Пожалуйста,

прочтите документ внимательно и просмотрите.

С этими словами посланник вернулся на своё место,

взял чашку чая и добавил, как будто только что вспомнил об этом.

— О, простите, я должен был сказать кое-что ещё.

Если вы не подпишете документ, вам придётся погасить долг единовременно.

— Что?

— Я говорю вам, что это щедрое предложение зависит

от подписи графа. Собирается ли нынешний граф окончательно покончить со своим почтенным

семейством, причём собственной рукой?

Граф с неописуемым выражением взглянул на гонца и

опустил голову. Пока на его семье висел долг, рукоять ножа находилась в руках

противника.

Если у вас ничего нет, вы могли бы и сами лечь под

нож и оплатить цену своей кровью, но, к сожалению, для графа это было

невозможно. Кроме того, если бы он принёс себя в жертву маркизе Нейр, не он

погиб бы, в конечном итоге, а вся его семья.

Наступила гробовая тишина, а время беспомощно шло. К

тому моменту, как чашка посыльного опустела, пустое место для подписи на

последней странице бумаги, которую держал граф, было зачернено каплей чернил.

Отложив перо, граф, наконец, заговорил огорчённым

голосом, не подписав бумаги.

— Я обдумаю это предложение.

Посыльный хотел ответить, что он удивлён мыслями

графа о том, что ему вообще позволено думать. Главе семьи был дан выбор, но у

графа, по сути, был только один вариант.

До фестиваля ещё оставалось время, так что не было

необходимости слишком сильно напрягаться и получать ненужную негативную

реакцию.

Разве не говорят, что даже дождевой червь будет

извиваться, если на него наступить, а мышь укусит кошку, если её загнать в

угол?

Гонец ушёл, но граф надолго застыл с отсутствующим

взглядом, даже не заметив его ухода.

* * *

Посланник прибыл верхом в резиденцию маркизы Нейр,

однако в кабинет маркизы он не направился. Хотя он и был посланником главы, но

место, в которое он вошёл, по возможности избегая взглядов прислуги, было не

чем иным, как кабинетом Раисы.

— Приветствую, леди Нейр.

Раиса выглянула в огромное окно и, не оглядываясь,

открыла рот:

— Как прошло?

— Он сказал, что подумает об этом.

При ответе гонца уголки губ Раисы поползли вверх.

— Он, должно быть, заблуждается, что может позволить

себе думать.

— Я прошу прощения. Граф может принять только одно

решение, поэтому мне показалось, что лучше не давить слишком сильно.

Раиса медленно повернулась. Подойдя к посланнику,

который всё ещё сгибал спину, она остановилась позади него и пробормотала:

— Да. Я не могу сейчас избавиться от графа. Однако…

— Кха!

От внезапной боли в ноге посланник согнул колени и

едва опёрся руками о пол, чтобы поддержать себя. Раиса, ударив его острым

носком башмачка точно в коленную чашечку, посмотрела на макушку мужчины.

Лучшая подруга (VI)

— Кто разрешал тебе принимать решения?

— Я прошу прощения.

— Ты извиняешься за то, что уже сделал?

Вопреки её приглушённому голосу, который, казалось, звучал

без всяких эмоций, серые глаза леди Раисы искрились, как голубые лезвия. Шея

посланника напряглась от острого взгляда, пронзившего его позвоночник. Он судорожно

сглотнул.

Раиса прошла мимо мужчины. Она говорила, садясь на

своё место, спиной к окну.

— Тебе придётся доказать свою полезность. — она

горько улыбнулась, коснувшись кончиков своих ногтей, почерневших от яда. — Всё

равно отступать некуда. Я забрала то, что выбросила моя мать, но… мне тебя

выгнать? Или швырнуть обратно к ногам мамы?

Посыльный прижался лбом к полу.

—…простите, я всё исправлю.

— Ты знаешь, что в очереди много тех, кто способен

заменить тебя.

Этот посланник был не единственным, кем она

пользовалась в маркизате Нейр. Регрессировав, Раиса незаметно начала

организовывать круг своих людей на территории матери, не оставляя следов, как

змея, скользящая под водой.

Среди тех, кто служил на благо маркизата, некоторые

были верны только маркизе, а другие были ослеплены деньгами и прочими ценностями.

Естественно, Раиса обратилась к ним. Она получила их лояльность, пообещав дать им всё,

что они пожелают. Однако, если этим людям когда-нибудь предложат лучшие

условия, чем предложила она, они предадут её, не раздумывая.

Раиса не стала поручать им важные задачи, чтобы этих

подлиз можно было выбросить в любой момент. Часть её людей была мобилизована,

чтобы выполнить работу Раисы, — обмануть глаза маркизы Нейр и других. Например,

те, кто оказался на грани, и им некуда было идти, как этот посланник перед ней,

или те, кто был пойман на слабости и превращён в марионетку посредством угроз. Для

них Раиса была буквально последним спасательным кругом.

— Думаешь, я жду твоей верности?

— Нет, миледи.

— Верно. Мне не нужна преданность.

— Да… да. Я понял.

Голос гонца, отвечавшего, как хорошо дрессированная

собака, сильно дрожал. Раиса спокойно ответила посыльному.

— Имей в виду, что ты всего лишь инструмент, который

делает то, что я говорю. Инструменты должны быть полезными.

— Да.

Теперь посланник так дрожал, что было видно,

как трясутся его плечи, но Раиса не собиралась утешать его. Она просто

созерцала его трусливый характер глазами, сверкающими, как змеиная чешуя.

— Приди в себя.

Раиса отругала мужчину, и он вскочил из положения лёжа

на животе, как собака.

— Какова реакция графа?

— Как вы и предполагали.

— А именно?

— Его как будто и не было в комнате. Я также

напомнил ему, что если он подпишет и отправит документы сегодня, часть долга будет

прощена.

— Сегодня…

Был уже вечер, и солнце садилось.

— Я ненавижу ждать.

Когда гонец снова вздрогнул, Раиса посмотрела на

него.

— Вернись туда и получи его подпись. Если хорошенько

припугнёшь и загонишь графа в угол, твоя полезность будет доказана. Даю время

до заката, а иначе…

Посланник и сам понял, что скрывалось за опущенными

словами. Он глубоко поклонился и поспешно вышел из кабинета.

Раиса смотрела на Императорский дворец, который

она могла видеть из окна.

— Если мы захватим права на графство и окажем давление на

семью Лемэр, что полностью контролирует фестиваль, мне будет на порядок легче

приступить к реализации планов.

До сих пор она избегала смотреть в глаза своей

матери, тайно собирая средства для подкупа с помощью различных инвестиций и

хищений, но как только она возьмёт на себя ответственность за фестиваль, всё будет по-другому. С обретением финансовой стабильности всё пошло бы намного

быстрее.

«Этот чёртов придурок».

Кусая губы, Раиса вспомнила Джеймса Грю, левую руку

наследного принца, который, как призрак, гонялся и отбирал «чёрные деньги» не

только у неё, но и у остальных, отмывающих незаконные средства.

Вскоре она села и написала короткое письмо. Получателем

была не кто иная, как Гермия, – женщина, попавшая в руки Раисы после того, как

её уличили в отношениях с мужчиной, не являющимся её женихом. Она была

единственной подругой Айрис, одной из помощниц наследного принца.

— На этот раз ты проделала отличную работу. —

спокойно прошептала Раиса, вспомнив недавний разговор с той девушкой:

«— Это… я не могу этого

сделать».

«— Не можешь? Единственное, чего ты сейчас не может сделать, так это

расстаться с возлюбленным, не так ли? Нет, ты даже не можешь разорвать помолвку».

Разумеется, возлюбленный не был женихом Гермии, и

если бы причиной расставания стал роман, её ожидало только заключение в

монастыре.

Заканчивая письмо, Раиса коротко постучала ручкой. Если

вдуматься, единственное, что она приказала Гермии, — разобраться с долгом жениха перед мероприятием.

— Хотела ли убить… Ну, наверное, не имеет

значения. Это лишь вещи, которые я использую на раз и выбрасываю.

Леди Нейр смеялась, прикрыв рот тыльной стороной

ладони. Она видела, что дорога к её цели проложена. Прежде чем она сможет

занять трон, нужно было сделать ещё много чего по мелочи, но это не имело

значения.

— Я могу делать это вечно, пока не сработает.

Конечно, она могла просто регрессировать. Цепь

событий, начавшаяся со смерти одного человека, уже затронула Гермию, Айрис,

семью Нейр и фестиваль, постепенно раскрывая очертания более широкой картины.

* * *

В тот момент, когда гонец маркизы Нейр, а вернее, завербованный

гонец Раисы, прибежал обратно к графу, Офелия и Ричард направлялись к окраине

Императорского дворца.

— Дело об убийстве? С чего вдруг?

— Это произошло несколько дней назад.

— И что? Разве имя Айрис указано в списках жертв или

преступников?

— Нет. — коротко бросил Ричард.

— Уф…Я так рада… Тогда, может, замешан кто-то из её

окружения? — Офелия ещё не до конца понимала, почему они заговорили об этом.

— Да.

— Это жертва?

— Возможно, с твоей точки зрения это будет именно

так.

Офелия выпрямила спину и потянула Ричарда за руку,

останавливая его.

— Пожалуйста, объясните.

— Жених лучшей подруги был убит, а семья жениха

связана с фестивалем.

Это было смехотворно короткое объяснение, но Офелия

примерно поняла.

— Итак, это означает, что кто-то, связанный с Айрис

и тесно связанный с фестивалем, умер.

— Прямо в точку.

— Такой вывод может сделать каждый. Но, как это

вообще связано с фестивалем? — нахмурилась Офелия.

— Человек одной из семей, ответственных за

фестиваль, контролирует лицензирование всех предметов, используемых на

фестивале.

— Что? Как это возможно? Разве этим занимается не

Его Величество Император?

— Окончательное решение находится в компетенции Его

Величества, но невозможно рассмотреть их все с самого начала.

— О, так это своего рода предварительная проверка.

По словам Ричарда, Императорская семья с самого

начала не могла самолично распорядиться всеми предметами, используемыми на

фестивале, а также вещами, купленными и проданными на фестивале.

Для этого несколько семей брали на себя

ответственность за сортировку и лицензирование предметов, поступающих со всей Империи,

а также извне, и только окончательное одобрение давал лично Император.

— Это имя я не встречала в документах, поэтому не

думаю, что оно имеет большую силу для принятия решений. — отозвалась Офелия.

— Его роль не велика, но он отвечает за самое

главное.

При словах Ричарда помощница сразу представила себе

самое главное. Огромное количество «этого» наверняка будет употреблено на весёлом

фестивале, волнующем всю Империю, заставляя людей танцевать. По сравнению с

другими вещами, какое экономическое благо было непревзойдённым?

— Это алкоголь.

Ричард слабо улыбнулся и пошёл дальше. Вскоре после того, как показался дворец, к которому они направлялись, Офелия, пытавшаяся

ускорить шаг, снова остановилась.

— Ваше Высочество. — она посмотрела на руку Ричарда,

сжавшую и удерживающую её ручку. — Э-эм, разве вам не следует отпустить?..

Конечно, она попыталась тут же отдёрнуть свою руку. До

сих пор, как ни странно, им удалось пройти весь путь сюда, ни с кем не

встретившись, так что всё было в порядке, но так не могло продолжаться.

Леди Офелия Большек держится за руки с наследным

принцем Ричардом? Этим вечером слухи распространились бы по всей Империи, и, в

конечном итоге, превратились бы в ересь о том, как Ричард обнимал свою

помощницу.

«На самом деле, с того момента, как он схватил меня

за руку, и до сих пор, клянусь, у меня не было никаких мыслей», — внутренне

размышляла Офелия.

Её сердце колотилось! Она будто пыталась вложить в

это какой-то смысл! Ей было интересно, почему он это делает! Офелия колебалась.

— Вы так схватили мою руку, что я вынуждена была

подчиниться.

На слова Офелии Ричард кивнул.

— Я понял. Я должен отпустить.

Принц на некоторое время отпустил маленькую ручку, что

извивалась в его сильной хватке, затем снова схватил её, переплетая их пальцы

вместе.

— То, что вы говорите, не совпадает с тем, что делаете.

— Но ты тоже не отпускаешь.

— Ну, рука тёплая. Кхм, хм…

Офелия отвела взгляд и фальшиво закашлялась. Сколько времени прошло в этой тишине, что

казалась ей не столь удобной, чтобы расслабиться, но и не столь суровой, чтобы

протестовать?

— Во-первых, почему вы держите меня за руку?

— Тогда почему бы тебе не отпустить мою руку?

Когда Офелия наклонила голову, Ричард прямо смотрел

на неё, следуя в том же направлении. Его сухие руки давали ощущение прохладного

тепла, не жаркого, как огонь, не ледяного, как мороз. Это была не та рука,

которую она хотела держать крепко, но всё же... Когда он спросил, почему она не отпускает руку,

единственным ответом было: «Ну…». Она и сама не отдавала себе отчёт, почему

так.

— Ммм... И всё же нам придётся опустить руки. На счёт «три» мы одновременно это сделаем. Один. Два. Три.

Офелия досчитала до трёх, и две руки, соединённые

вместе, мягко упали. Однако, по какой-то причине, Офелия ещё несколько раз сжимала и разжимала кулак, а

Ричард просто тупо смотрел на свою опустевшую руку.

Вскоре их взгляды пересеклись. Чёрное небо в его глазах коснулось

синего моря в её зрачках и разбилось, всколыхнув пену, но никто из них не хотел нарушать тишину.

Лучшая подруга (VII)

После продолжительного молчания, рот Офелии слегка

приоткрылся.

— Нужно идти…

— Идти?

— Пойдёмте.

Ричард прикрыл рот рукой, когда Офелия, очень

неловко повернувшаяся к нему спиной, направилась дальше. Улыбка, которую

невозможно было ни спрятать, ни стереть, расцвела в уголках его губ.

Спустя некоторое время они уже стояли напротив того человека, с которым хотели встретиться.

— Приветствую вас, Ваше Высочество.

— Мне кое-что любопытно…

— Спрашивайте. Я отвечаю за это расследование. — вежливо

поклонившись, следователь отложил стопку бумаг. — Здесь материалы происшествия.

Вот эти касаемо площадки, а эти по окрестностям. Вот тут речь о схожих делах.

Когда взгляд Офелии проследил за кончиками пальцев

следователя, Ричард моргнул. Стоя лицом к следователю, принц не упустил случая, быстро схватив бумаги и задав вопрос:

— Как далеко вы продвинулись?

— Мы установили причину смерти. Смерть наступила в

результате удара в область грудной клетки. Мы также установили личность жертвы

и сопутствующие обстоятельства.

Следователь на одном дыхании выдал лаконичный ответ.

Тем не менее, Ричард желал получить больше информации.

— Вам удалось выяснить, кто нападавший?

— Нет.

— Есть подозреваемый или группа людей?

— Ещё нет.

На лбу следователя выступил холодный пот, и ему

пришлось извиняться перед наследным принцем за плохую результативность.

— Прошу прощения. Мы ищем улики, но пока не обнаружили

ничего примечательного.

— Иными словами, вы говорите, что следствие ничего

не знает.

— ...Прошу прощения, Ваше Высочество.

Следователь потел и кивал головой, но сказать ему

действительно было нечего. Он не посмел бы скрыть то, что касалось

безопасности.

Мужчина втайне желал, чтобы это было просто обычное

ограбление. Такое вполне могло бы произойти, учитывая, что жертвой был единственный

наследник графа. Как бы он на это ни смотрел, что-то другое для него не имело смысла.

Прямо сейчас он хотел уничтожить все записи об инциденте,

ведь ему так много пришлось пережить за последние несколько дней только из-за

этого одного дела.

К нему приходила помощница наследного принца, хотя,

казалось, наследника престола не должно настолько интересовать случившееся.

«— Трудно рассказать вам всю ситуацию, так как расследование

продолжается», — ответил он тогда девушке.

«— Знаю. Я не прошу вас рассказать мне всё, просто дайте мне знать, если в

деле всплывут новые детали», — попросила она.

Следователь не хотел притворяться перед главным

помощником принца. Но что он мог сделать? Неважно, помощник ли Ричарда это или

кто-то другой, он не имел права разглашать информацию в разгар расследования без

надлежащей правовой процедуры.

В конце концов, он сказал той помощнице, что уведомит её,

прежде чем дело будет завершено. После этого та девушка возвращалась ещё два

раза.

Общая картина уже была ясна, но улик не так много. Человеком,

который мог так жестоко убить жертву, мог быть только любовник его невесты. Однако,

по свидетельским показаниям, его не было на том месте, поэтому обвинить мужчину

в преступлении без доказательств не было возможности.

В конечном итоге, у следователя действительно ничего

не было; он чувствовал, что готов провалиться сквозь землю, переживая эти трудности,

но… сегодня прибыла не только помощница. Сам Его Высочество был здесь… Сам наследный

принц приехал проверить, как продвигается дело.

Пока следователь не мог разогнуть спину, Офелия

быстро просмотрела журнал дел и встала.

— Ваше Высочество…

Она мельком взглянула на следователя, и Ричард отдал приказ.

— Выйдите на минутку.

Как только следователь вышел из комнаты, Офелия продолжила:

— Как сказал следователь, подробно описан только сам

факт убийства, а в остальном мало что можно увидеть. Необычность в том, что у

погибшего были долги по азартным играм, но убивать из-за денег сына графа и

наследника семьи, да ещё и одного из организаторов предстоящего фестиваля, не

имеет смысла. Ещё одна странность…

Офелия на мгновение остановилась.

— В чём подвох?

— То, что я говорю… Это только моё мнение. Вы понимаете,

да? Я обычная женщина.

— Обычная женщина не способна прятаться в тени от посторонних

глаз и вырубать камнями убийц. — иронично отметил Ричард.

— Ой, да ладно вам. В любом случае, пожалуйста,

имейте в виду, что я самый обычный человек, не занимавшийся такого рода расследованиями

и рассуждениями. — настаивала Офелия.

— Так что же это?

— Кровь.

Помощница взяла один из журналов с делами и что-то

шепнула на ухо Ричарду, на что он кивнул.

— О, и нет никакой информации, что жертва успела

сделать что-нибудь для фестиваля.

— Такие вещи делаются «за кулисами».

— Если улики скрыты недостаточно глубоко, и всё же

не вылезли наружу, даже при тщательной работе следователя…— предположила

Офелия.

— Должно быть, замешаны личности, достаточно

сильные, чтобы скрыть это. — закончил мысль Ричард.

Пока они обсуждали, им на ум одновременно пришла

одна семья, и было уже трудно сказать, кто первым подумал об этом.

— Разве это не Нейр?

— Маркиза Нейр.

— Тогда нам стоит искать в направлении семьи Нейр?

Сколько бы следователь ни пытался, ему трудно будет добиться чего-либо от них.

Офелия собиралась было взяться за дело, засучив

рукава, но поняла, что они не одни, и опустила руки.

— Могу ли я заняться этим сегодня вечером? У вас наверняка

есть карта особняка маркизы Нейр.

— Есть, но в этом нет необходимости.

— Вы собираетесь использовать кого-то? О, если

подумать, Ваше Высочество, должно быть, уже кого-то туда внедрили.

— Да, но я не стану его просить.

— Что? Вы собираетесь просто оставить всё в стороне?

— Я имел в виду, что нет необходимости искать. Нет

смысла складывать по кусочкам, мы соберём всё разом. Чем дольше потратим

времени, тем больше нас будут обманывать деталями, не имеющими отношения к делу.

— Обманывать деталями, что не относится к делу… То

есть…— Офелия прищурилась. — Ваше Высочество открыто говорите, что вас раздражает

ходить вокруг да около.

— Это скучно, поэтому я воспользуюсь методом, что

сможет раскрыть сразу.

— Если маркиза Нейр планирует и другие пакости,

лучше узнать заранее!

— Конечно, она что-то задумала. Я могу обрубить её

идеи на корню, как только они всплывут наружу.

— Вы хотите… Уф, нет смысла говорить об этом. — Офелия

махнула рукой с затуманенными глазами. — Как и ожидалось, злодеи ничего не

могут сделать.

При её словах на губах Ричарда появилась слабая

улыбка.

— Почему?

— Как вы сказали, для тщательного поиска требуется

много времени и усилий. Терпение – это основа. Но, чтобы узнать всё, может

потребоваться и всего одно мгновение. — Офелия пожала плечами и прицокнула

языком. — Какой смысл, что злодеи усердно трудятся над своими заговорами?

Главный герой приходит, переворачивает всё верх дном и уходит в закат. Так что

злодеям приходится быть в разы усерднее, чем героям справедливости…И ещё…

— Ещё...?

— Поскольку злодеи каждый раз терпят неудачу, им

приходится мотивировать себя, чтобы не расстраиваться, мотивировать своих

подчинённых, что допустили ошибки, иначе даже девяти жизней не хватит.

Ричард поинтересовался у Офелии, слегка качающей головой:

— То есть, злодей – маркиза Нейр, а я, по-твоему, — главный

герой?

— Конечно.

— Я никогда не подумал бы в таком ключе.

— Это… ну, так оно и есть.

— А позиции злодея и главного героя могут меняться?

— Нет, они не… наверно, нет?

Очевидно, главным героем романа был Ричард, а злодейкой

– маркиза Нейр. Однако, услышав слова Ричарда, Офелии показалось, что что-то не сходится…

«Да быть не может!»

Офелия, отметив, что в уголках глаз принца собрались морщинки, легко, но настойчиво шлёпнула его по руке.

— Теперь Ваше Высочество знаете, что вы — Главный Герой.

— Нет, как так? Мы не в романе, и главных героев

тут не существует.

Офелия закатила глаза и сухо рассмеялась над этими

словами. На губах её играла лёгкая улыбка.

«Ты и в самом деле главный герой романа, придурок!»,

— эти слова она не озвучила.

Но, как бы то ни было, могло ли в этом мире быть что-то,

что не должно было происходить, согласно оригинальному сюжету?

Во-первых, хоть Офелия и не читала саму книгу, но в

её описании определённо не было упоминания о циклах бесконечной регрессии главного

героя.

Во-вторых, сами по себе врождённые способности

Ричарда в этом мире казались ещё более устрашающими, чем намечалось в романе.

В-третьих, этот мир больше нельзя было считать

просто миром книги или иллюзией – он стал реальностью. А ещё этот мир был

ужасно холодным, суровым и безжалостным.

Ричард посмотрел на внезапно затихшую Офелию и

открыл рот. С его стороны послышался очень тихий голос, почти шёпот.

— Будь я главным героем… — он проглотил конец

предложения. — Ждал бы меня счастливый конец? Или он был бы трагичным?

Для Ричарда надежды на завтрашний день или на

более отдалённое будущее уже давно были разбиты. Но, с появлением Офелии, вдруг… Ему вдруг пришла в голову мысль: «Может быть, этой

смелой девушке действительно удастся схватить меня за воротник и вытащить из

этой ямы».

— Это яд...

Его голос был настолько тих, что только он сам и мог

его услышать. Офелия была для него ядом, который он проглотил, знал, что это разрушит

его и заставит сходить с ума. Нет, она — спасительница, пришедшая его погубить… она…

Её рыжие волосы постоянно мелькали перед его глазами.

«Если я схвачу её, если поймаю, буду держать при

себе…Офелия...»

— Счастливый!

В его затуманенных глазах вспыхнуло голубое пламя.

— В конце концов, Ваше Высочество, вы обретёте своё счастье.

Офелия улыбалась. Без колебаний она прошептала ему, будто

давая обещание:

— Последней фразой Вашего Высочества будет: «Я так счастлив».

В золотистых глазах Ричарда отразилась ослепительная

улыбка Офелии. Это не было ошеломляюще. Он даже не был взволнован. Он

просто не мог поверить, что это происходило с ним…

Теперь, даже если она просто отвечала ему так бодро, ему отчего-то

становилось хорошо. Если она так сказала, значит так и произойдёт… И это было очень здорово.

Лучшая подруга (VIII)

Ричард собирался произнести что-то ещё, но Офелия

оказалась быстрее. Она яростно сжала кулаки и решительно прокричала:

— Я тоже буду жить где-нибудь долго и счастливо!

— ...Где-нибудь?

— Да, в каком-то хорошем месте. Было бы здорово,

если бы к тому времени мои инвестиции заметно выросли.

Ричард наклонился к ней. С расстояния, достаточно

близкого, чтобы двое могли удариться носами, раздался тихий, но такой глубокий

голос:

— Значит, «где-нибудь», да…

Ресницы Офелии затрепетали, как крылья колибри.

— Э-эм… ну, да. У Вашего Высочества есть какие-нибудь

рекомендации…?

— Мой дв…

— Ваш…что?

Ричард закрыл рот, а Офелия удивлённо склонила

голову, не в силах понять его слов. Сколько бы она ни думала о его странной

реакции, она не могла, да и не хотела, в общем-то, догадываться.

Может, со слова «мой» начиналось название пригодной

для жизни деревни, или некой скрытой территории?

— Ваше Высочество, что вы пытались порекомендовать…?

Прежде чем она успела закончить, губы Ричарда, до

этого сомкнутые в прямую линию, двинулись:

— Разве ты не будешь рядом со мной?

Между ними воцарилась тишина. Офелия и Ричард тупо

уставились друг на друга. Они не отступили и не моргнули.

Офелия попыталась ответить, но не смогла

сформулировать свою фразу. Она просто не могла придумать разумного ответа.

Счастливый конец этих ужасных циклов бесконечной

регрессии должен стать последним днём их союза. Очевидно, когда солнце взойдёт

на востоке, Офелии больше не нужно будет ассоциировать свои дни с петлёй

времени, и, после того, как исчезнет общий знаменатель, между ней и Ричардом не

останется связующих нитей.

Начнём с того, что должность помощницы была всего

лишь предлогом, чтобы находиться рядом с ним на случай опасности. У девушки не

было желания умереть в горах бумаги, когда больше не останется причин заниматься

работой и наблюдать за принцем.

— Не будет…

«Почему я не могу ничего сказать, будто язык прилип

к нёбу?», — досадовала Офелия.

Ричард тоже ничего не мог сказать. Он не знал, что

ему следует говорить. Он давно уже принял это как должное: Офелия с ним, а он с

Офелией.

Его время с ней не будет таким долгим по сравнению с

бесконечными, ужасными часами, которым не видно конца. Нет, это время пролетит

очень быстро. Возможно, это всего лишь мимолётный миг в этих вечных кандалах.

Но, с какого-то момента, он понял, что хочет

преследовать Офелию. Как путник, нашедший журчащий ручеёк, блуждая в одиночестве

по бесплодной пустыне, он хотел ощутить свежесть и ни за что не упустить спасительную воду.

«Действительно, ты — мой яд. Моя спасительница, что,

в конце концов, уничтожит меня», — с такими мыслями он улыбнулся, и уголки глаз Ричарда

изогнулись полумесяцем.

Горько-сладкая, ослепительная улыбка медленно отразилась

в глазах Офелии и вскоре проникла в её душу. Но, будто эта улыбка была ложью… с

отрешённым лицом Ричард снова заговорил:

— Думаю, до конца ещё далеко, поэтому давай сначала

разберёмся с этим делом.

— Как пожелаете, Ваше Высочество.

Офелия сделала шаг в сторону, сознательно и

преувеличенно выгнув спину. Она не смотрела на него. Нет, возможно, она не

могла на него смотреть.

Его сухой голос эхом разнёсся над её головой:

— На завтра собери всех фигурантов дела. Никаких

исключений.

* * *

Гонец с приказами наследного принца Ричарда прибыл к

чиновникам ещё до захода солнца.

Гермия, у которой был роман, и эта слабость была

обнаружена Раисой, хранила тайну, что любовник, с которым она изменяла, лично убил

её жениха…

Граф, который в итоге дал Раисе нужную ей подпись

из-за долга его умершего сына…

И даже Айрис, которая смутно чувствовала, что

увиденное ею — это ещё не всё, и об инциденте много чего не рассказано… В ту

ночь никто из них не мог заснуть, ведь каждый боролся со своими обстоятельствами.

* * *

Ричард находился в центре Императорской резиденции. Он

стоял один перед Императорским дворцом. В ту же секунду, как он открыл

сомкнутые глаза, земля, по которой он ступал, начала

вибрировать.

Это была очень тонкая вибрация, поэтому Офелия её не

почувствовала. Нет, дело даже не в ней. Тех, кто мог бы ощутить вибрации такой

величины, можно было бы пересчитать по пальцам одной руки.

— Как и ожидалось, это не иллюзия.

Ричард сделал шаг ближе к тронному залу. С каждым его

шагом вибрация постепенно становилась сильнее. Тогда он поднялся на ступеньку к

трону.

--Тррр--

Теперь земля дрожала так сильно, что он чувствовал

это всей кожей. Но, как ни странно, вокруг было тихо. Будь это громко, как

взрыв, все в Императорском дворце были бы уже начеку.

Обострив свои пять чувств, Ричард огляделся вокруг,

но он мог слышать только тихие и размеренные шаги и лёгкое дыхание тех, кто заступил

на ночную службу. Если так, то это должно означать, что грохот из-под земли ограничился

тем местом, где он стоял.

Ричард продолжал смотреть вниз, на дребезжащую

землю. Такое сотрясение случалось когда-нибудь в истории? Даже за долгие,

казалось бы, бесконечные регрессии у него никогда не было подобного опыта.

— Возможно, Офелия сможет понять.

Ну, или не она, а знакомый ей «соседский дедушка».

Леди Большек рассказывала истории, которые нельзя было назвать ложью, но они были

слишком абсурдны, чтобы назваться правдой. Ричарду было всё равно. Она не лгала, и этого

достаточно.

Улыбка, задержавшаяся на его губах, когда он подумал об Офелии,

мгновенно исчезла. Это произошло потому, что землетрясение постепенно

усиливалось и не показывало никаких признаков утихания.

Если начавшаяся здесь дрожь земли распространится на

весь Императорский дворец или даже за пределы столицы, на всю Империю… То, что

произойдёт после, никто не решится предсказать.

Ричард не знал, тряслась ли только земля или за этим

было что-то ещё. Сейчас это была просто дрожь, но если интенсивность станет

сильнее и диапазон расширится…

— Земля может треснуть и обрушиться.

Такие, казалось, нереальные слова вылетели из его

рта. Ричард внимательно осмотрелся. Землетрясение могло продолжаться долго, но,

поскольку это явление началось внезапно, оно также внезапно могло прекратиться.

Наследный принц быстро отмахнулся от всего неожиданного и неизведанного. В конце концов, он очистил свои мысли и покинул тронный зал.

В это время Ричард ещё не знал, что это было только первое предзнаменование.

* * *

Землетрясение началось в центре Императорского

дворца, но утром следующего дня никто, кроме Ричарда, не знал об этом. Из-за толчков

из-под земли, которые стали сильнее, чем вчера, история об этом дошла до ушей Императора.

Примерно в то же время…

— Офелия.

— Да, Ваше Высочество.

— Ты знаешь что-нибудь о сотрясении земли?

— Сотрясении земли?

Она была в замешательстве, как будто услышала странную

фразу.

— Ты что-то знаешь?

В тот момент, когда на вопрос, казалось, не дадут

ответа, полузакрытые глаза Офелии широко распахнулись.

— Вы говорите о землетрясении?

— Ты это слышала?

— Нет.

Офелия выглядела так, словно что-то знала, но она

покачала головой и пожала плечами.

— Я не знаю. Ну, земля трясётся, и я помню, что читала,

как где-то происходили такие явления.

— Какое образование ты получила в доме Большек? — спросил

Ричард, глядя на такую Офелию.

— Хаха… Ну, мой род довольно старый. В доме собраны

самые разные книги.

Опять же, это была не ложь. Большек — род,

существовавший ещё до основания Империи, и библиотека в их доме была на уровне,

который многим трудно превзойти.

— Почему вы вдруг спрашиваете о землетрясении?

Офелия подозрительно сощурилась в ожидании ответа.

— Вчера я спросил, чувствуешь ли ты что-нибудь. Я

говорил о дрожи земли. Это было землетрясение?

— Э… да? Нет, что? Землетрясение? Произошло

землетрясение?

Зрачки Офелии так сильно задрожали, будто она была в

шоке.

«Нет, стоп, в каком романе случаются землетрясения?

Существует ли что-то вроде течения магмы и столкновения континентальных плит в

мире фэнтези? Это Земля? Нет же?...Что за чёрт?»

Хаос и неразбериха, пришедшие как приливная волна,

вскоре утихли в её сознании.

— Возможно, это было землетрясение, да.

— У нас тут бесконечные регрессии, а теперь и землетрясение…

Это не так уж и странно…

— Это не странно, но очень серьёзно! — этот поток

сознания поразил Офелию. — Ваше Высочество, землетрясение — очень опасная вещь!

Это стихийное бедствие! В крайнем случае, Императорский дворец может рухнуть…э-ммх…

На цыпочках и с поднятыми руками она, не думая,

бросилась к Ричарду, но его рука заблокировала её рот.

— Хорошо, но сначала успокойся.

— …ммх-мм…

— Сейчас самое время вздохнуть. Императорский дворец

не рухнет в считанные секунды, не так ли?

— Эй…это…мм-хууу…

После того, как Офелия несколько раз глубоко

вдохнула и выдохнула, Ричард отпустил её.

— Расскажешь подробнее.

— Есть! Вы почувствовали, как земля дрожит, когда

происходит землетрясение, так что уже понимаете…

— Я разберусь со всем после того, как закончится

расследование.

— Ваше Высочество!

— Земля же не треснет прямо сейчас. На

самом деле, это была не такая уж и сильная вибрация. — спокойно высказал принц.

— Всё может быстро измениться! — рявкнула Офелия.

— Тогда нам следует надеяться, что к тому моменту покажется убийца.

— Не говорите так, будто это шутка…!

Лучшая подруга (IX)

Протест Офелии был прерван внезапным стуком в дверь.

— Войдите.

За бесшумно открывшейся тяжёлой дверью показался

следователь с ещё более суровым выражением лица.

— Я приветствую вас, Ваше Высочество наследный принц.

— Как продвигается расследование?

— По Вашему приказу я опросил всех людей из

окружения жертвы, не упустив ни одного. Вот…

Офелия приняла документы, переданные следователем, и

быстро их просмотрела. Она внимательно прочла определённые пункты, и её зрачки

расширились. Она немедленно повернулась к Ричарду.

— У неё был роман.

— О ком речь?

— Об этой леди. А в день происшествия…

Как только слова Офелии упали, снова раздался

стук. За дверью, которая отворилась медленнее и неохотнее, чем прежде, стоял

граф, отец жертвы. Лицо его потемнело, и он выглядел как человек, что может

умереть здесь и сейчас.

— Я приветствую вас, Ваше Высочество наследный принц.

— Входите.

— Я не знал... Мне следовало

поторопиться, простите.

Вместо ответа Ричард мягко коснулся плеча графа,

чтобы выразить свои соболезнования, и тот глубоко опустил голову. Возможно,

из-за потери сына, буквально за несколько дней он стал выглядеть на 10 лет

старше и морщинистее. Кто мог заставить его прийти быстрее?

Граф сел напротив Ричарда, протирая глаза пальцами,

испачканными чернильными пятнами, которые он не мог стереть.

Вскоре после этого появилась Гермия, которая до слушания пряталась в своём доме. Она вошла вместе с Айрис.

— Ваше… Ваше Высочество?

Айрис поспешно ввела Гермию и встала перед Ричардом

с явно озадаченным лицом.

— Прошу прощения за опоздание. Пожалуйста, простите.

— Прощаю.

Когда они преклонили колени, Ричард махнул рукой и

посмотрел на следователя.

— Хорошо, садитесь, господин следователь.

— Да, Ваше Высочество.

— Давайте начнём.

По указанию Ричарда следователь немедленно приступил

к разъяснению сути дела и его обстоятельств.

— …оно в чистом и неповреждённом состоянии, поэтому

мы не стали проводить отдельное расследование…

Офелия, слушая рассказ следователя, прищурилась и

тут же взглянула на Ричарда. Когда он слегка наклонился к ней спиной, она

стиснула зубы и прошептала едва слышным голосом:

— Разве это не странно? Кровь.

— Конечно. Почему же она не проверила?

— Я тоже об этом думаю.

Слова, сказанные Офелией без контекста, были

полностью приняты Ричардом.

Сколько бы крови ни было забрызгано вокруг или

сколько бы её ни было на теле, невозможно невооружённым глазом с расстояния убедиться,

жив человек или мёртв. Такое возможно, только если голова трупа раздроблена,

либо всё тело разорвано на куски.

Нашедшая труп невеста жертвы, Гермия, должна была

проверить, дышит ли он. Если бы она подошла близко или поднесла ухо к его носу

или груди, она бы обязательно испачкалась, и немного крови осталось бы на ткани.

Но почему посреди кровавого месива одна Гермия оказалась такой чистой…

Словно целясь в этот момент, следователь предельно

канцелярским голосом изложил один факт.

— …у леди был роман…

Следователь говорил очень мягким голосом, словно

перечислял сегодняшнее обеденное меню, поэтому, хотя и стали известны

шокирующие факты, ни Айрис, ни граф не отреагировали. Однако, глаза Офелии

сверкнули.

Кровь. Свидетель. Жених и роман.

Офелия шагнула вперёд, будто ею что-то овладело. Лёгкая

улыбка появилась на губах Ричарда, когда он посмотрел на её изящную спину, но

никто, включая его самого, этого не заметил.

— …а в будущем… э-эм, помощница?

Следователь, просматривавший документы, остановился.

— Леди Гермия.

Взгляд Офелии был сосредоточен не на следователе, а

на невесте жертвы. Принявшая взгляд Гермия тревожно заморгала и облизнула

пересохшие губы.

— Офелия? Почему ты вдруг...

Айрис подалась вперёд, прикрывая собой Гермию, словно

защищая её, но глаза Офелии всё также были прикованы к той.

— Почему на вашем теле не осталось ни капли крови?

— Что? — воскликнула Айрис, а не Гермия.

— Вы сказали, что состояние пострадавшего было

настолько тяжёлым, и кровь была повсюду. Но, почему…?

— Гермия — всего лишь очевидец…

— Я имею в виду, это странно. — Офелии продолжала, наклонив

голову, и Айрис не пыталась вмешаться. — Возможно, в тот момент вы знали, что ваш

жених уже мёртв. Преступник — единственный, кто мог знать это в тот момент.

Рот следователя раскрылся, а на холодном лице Айрис отметилось

замешательство. Офелия указала на Гермию, прильнувшую к подруге.

— Леди Гермия, либо вы сами убили своего жениха,

либо видели, как кто-то сделал это на ваших глазах. — в голубых глазах леди

Большек, словно в озере, отражалась фигура Гермии. — Если женщина невиновна, и преступление

совершил кто-то другой, но она промолчала, значит, она очень заботится об этом

человеке, даже больше, чем о своём женихе…жертве. Если это человек, о котором леди

так заботится…

Перед измученной, бледной, но слегка посиневшей

Гермией, Офелия спокойно поставила последнюю точку.

— Должно быть, это тот мужчина, с которым у неё роман. Это тот, кто нашёптывал ей слова любви.

Когда Офелия замолчала, среди собравшихся прошло

тихое волнение. Усталое лицо графа выражало изумление и недоумение, а рот

следователя был так широко открыт, что ничего удивительного, если бы у него

буквально отвисла челюсть. Мгновение спустя он лихорадочно начал перелистывать

документы.

Реакция Айрис была тихой. Она очень медленно

перевела взгляд на Гермию. Та, с расширенными, будто готовыми взорваться,

глазами, никак не отрицала обвинения Офелии. Гермия не была ни сердита, ни

обижена. Просто… она застыл на месте, как соляной столб.

Тем временем Офелия, тот самый человек, который

вверг эту встречу в шок и хаос, переводила дыхание. Вопреки её уверенному лицу,

руки, спрятанные за подолом юбки, дрожали. Она никогда не делала ничего

подобного ни до, ни после за всю свою жизнь.

В этом деле нужно было найти справедливость для

жертвы, но в то же время факты полностью уничтожили бы виновного, как

социально, так и физически. Конечно, этот человек заслужил кары, но давление и

бремя, которое чувствовала Офелия, совсем не облегчились.

Кроме того, имелись лишь косвенные доказательства. Орудие

убийства обнаружено не было, равно как и явного мотива преступления.

— Ах… мне не следовало приходить.

Запоздалые сожаления нахлынули, как приливная волна,

но как невозможно вернуть пролитую воду, так и вырвавшиеся слова невозможно

повернуть вспять.

— …Мне стоит повернуть время вспять? В таком случае,

начнётся новый цикл…

Когда рассудок Офелии метался в сомнениях, тёплая

рука прервала её мысли. Медленно она

посмотрела на свою ладонь, и её глаза расширились. Грубая мозолистая рука

держала её нежную ручку.

В тот момент, когда она осознала, что Ричард

рядом с ней, скованность и напряжение в её плечах исчезли, а глупые мысли,

крутившиеся в голове, растаяли, как снег.

Ричард ничего не говорил, он просто держал её за

руку. И этого было достаточно как Офелии, так и другим. Только потому, что

Ричард стоял рядом с ней, не было никого, кто мог бы осмелиться накричать на неё

за то, что она говорит всякую чушь.

В комнате царила гробовая тишина. Никто не открыл

рта, и даже звуки дыхания стихли. Один за другим взгляды присутствующих стали

обращаться к Гермии.

Айрис не стряхнула с себя руки Гермии, по-прежнему обнимавшей

её. Она просто смотрела в лицо подруги.

Гермия пыталась спрятать глаза от молчаливой Айрис. Если

точнее, она пыталась избежать любых взглядов. Казавшаяся чуть покрасневшей из-за

вздутых вен, она, наконец, не выдержала молчания, от которого было так трудно

дышать.

Снова и снова качая головой, Гермия посмотрела на

Айрис, но когда их взгляды встретились, она вздрогнула и отошла от подруги.

— Почему… почему ты так на меня смотришь?

Она постоянно облизывала губы, но всё, что выходило

из её рта, было серией бессмысленных слов.

— Ах… нет. Я не… это не так… Нет, он это сделал, но

не намеренно… Я не хотела, чтобы его убили…

Она несла какую-то тарабарщину, поэтому картина этой

истории сложилась не сразу. Однако, кусочков фраз оказалось достаточно, и

Гермия попятилась, вызвав ещё больше подозрений.

— Вы не хотели его смерти? Мне бы хотелось услышать

об этой части подробнее.

Прежде чем кто-либо успел это заметить, следователь с

острым взглядом сделал шаг к Гермии.

— Ах…

Когда мужчина собирался сказать что-то ещё, по

комнате раздался громкий, пронзительный визг, похожий на слезливый крик.

— Нет! Нет, нет, нет!

Гермия, терпевшая, как сумасшедшая, уже давно

достигла своего предела. Буквально, если бы сейчас кто-то чуть подтолкнул её в

спину, спрашивая: «Теперь тебе удобно говорить?», она не выдержала бы и всё

рассказала.

К тому времени, когда несколько дней назад она

отчаянно бросилась в объятия Айрис, она уже почти дошла до ручки.

Много ли тех, кто мог бы спокойно спать и видеть

розовые сны после совершения преступления?

Лучшая подруга (X)

Гермия была обычной женщиной, и, соответственно, она

не могла вести нормальную жизнь после того, как увидела, как мужчина, которого

она когда-то любила, умер у неё на глазах.

Давно в прошлом, встретив своего жениха, она

влюбилась с первого взгляда, но чувство не длилось вечно, как в сказке. Её

любовь к нему быстро остыла перед лицом его пристрастия к азартным играм, из-за

которого он игнорировал её, отодвинув на задний план.

Её разочарование в женихе и неудовлетворённость в

любви были стёрты другой любовью.

«— Что… Что я наделал!»

«— Она сказала, что нам нужно молчать…»

«— Я не хотел этого!»

В тот день её жених умер, даже не сомкнув глаз, и его

остекленевшие зрачки продолжали смотреть на неё.

«Нет. Это не моя вина. То есть, я не хотела...»,

— Гермия снова покачала головой.

Тихий голос Раисы эхом раздался в ушах девушки: «Леди, если вы не хотите, чтобы ваш роман был

раскрыт, а помолвка расторгнута… Если не хотите оказаться заключённой в

монастырь, вам придётся сделать то, что я велю».

Гермия потёрла ухо и пробормотала что-то

неожиданное:

— Просто молчать… молчать... мне угрожали, чтобы я

молчала!

Это было резкое признание, прокатившееся, как гром,

среди слушателей. Офелия, рефлекторно нахмурившая брови, широко открыла глаза,

услышав последовавший за этим крик Гермии.

— Леди Нейр сказала мне… разобраться с ним! Иначе

она всё раскроет!

Если быть точным, всё, чего хотела Раиса, — это

поднять вопрос долга перед графом. Однако, Гермия, будучи такой слабой, раздула

и исказила её слова так, будто от неё требовали расправиться со своим женихом.

Ресницы Офелии быстро затрепетали.

В комнате прозвучало имя не маркизы Нейр, а молодой

леди Раисы? Это было неожиданное развитие событий.

— Я думала, что это ненормально, но…

— Леди Нейр? — граф, до сих пор хранивший молчание, в

шоке заговорил. — Ты только что сказала о леди Нейр?

— Я… мне очень жаль, так жаль… Мне жаль. Я не думала,

что он умрёт. Это… Это был несчастный случай! П-пожалуйста…

Граф спокойно подошёл к Гермии. Он грубо схватил её

за плечо и спросил только одно, как будто жевал и выплевывал слова:

— Ты сказала, что убийство заказала леди Нейр?

— Да, да. Это не моя вина. Я просто делала то, что

мне велели…

Гермия отвечала графу, но глаза её смотрели куда-то

вдаль. Возможно, она искала призрак своего мёртвого жениха, который на её

глазах превратился в холодный труп.

В то же время Айрис… смотрела на «такую» Гермию. Она

открыла рот, но ничего не смогла сказать. Роман, убийство и даже угрозы...слишком

много неожиданного раскрылось в этом деле.

«Гермия… моя дорогая подруга. Ты позвала меня на

помощь… и ты совершила такой ужасный поступок», — таковы были её мысли.

Если бы девушка призналась во всём без утайки с

самого начала, до этого бы не дошло. Все сомнения, неожиданности, предательство

и разочарование пришли одновременно, так, что у Айрис перехватило горло.

Отступая от Гермии, граф казался полусумасшедшим. Он

прятал своё жалкое лицо обеими руками. В следующий момент взгляды Гермии и

Айрис, чьи зрачки дрожали, внезапно пересеклись.

— Почему? — вопрос вырвался изо рта Айрис

бессознательно. — Зачем ты это сделала? Нет, зачем ты врала…

Прежде чем она успела закончить, Гермия подняла

глаза.

— Что ты хочешь услышать? — она мгновенно приблизилась

к Айрис. — Айрис Филлит! Что мне сказать тебе, праведной и безгрешной? У меня

роман на стороне, меня поймали и угрожали, так что мне пришлось разобраться с моим

же женихом. Пожалуйста, помоги мне? Я должна была так сказать?

— Гер… Гермия.

Айрис протянула свою ладонь к подруге, но не смогла

даже прикоснуться к ней. Её рука беспомощно упала. Гермия, опустив свой

раздражённый взгляд, произнесла слабым и жалким голосом, который всегда слышала

Айрис.

— Ты… ты не знаешь. Потому что ты сильная.

Айрис задыхалась от слов близкой подруги, что

дрожала и преувеличенно плакала, но никак не выразила этого. Она не могла

выразиться словами.

Как и сказала её подруга, Айрис должна была быть

сильной. Она так жила и так будет жить. Это произошло не по чьему-либо

принуждению или из-за взглядов других. Это был её собственный выбор, её решение

посвятить свою жизнь служению Ричарду как господину.

— Ты-то не пострадаешь. Откуда тебе знать, если ты

не испытываешь боли!

На этот раз Гермия потянулась к Айрис. Её рука,

похожая на коготь, схватила подругу за руку.

— Я просила тебя о помощи. Просила закрыть дело

быстрее. Если бы ты только сделала это, я бы не стала такой…

Глаза Офелии расширились, когда она увидела, как

Гермия цепляется за Айрис и скулит.

«Это разборка между друзьями, так что не вмешивайся.

Тебе не стоит вмешиваться», — пока она цеплялась за эту мысль, на лбу Офелии

уже образовались три глубокие впадины.

Затем со стороны Гермии раздался крик, полный боли:

— Ты не можешь так на меня смотреть! Ты даже не

посоветовала мне расстаться с ним!

Опять же, была ли в этом чья-то вина? Роман на

стороне, убийство и даже сокрытие преступления. В конечном итоге, всё это было личным

выбором Гермии.

Она сказала, что ей угрожали, но такое запугивание

не имело бы значения, если бы она взяла на себя ответственность за свой выбор,

будь то расставание или уход в монастырь. О расторжении брака и говорить

нечего.

«Да, всё же это не вопрос дружбы, а просто чепуха бесхребетного

человека с отсутствием совести», — поняла Офелия.

— Ты всегда говоришь правильные вещи, но почему

ничего не сказала, пока всё не дошло до такого… — вопила Гермия.

— Вы что-то слышите?

Возмущения Гермии в адрес Айрис прервал весёлый

голос Офелии.

— Странно, но, кажется, я не ошиблась. — Офелия

моргнула и похлопала себя по уху. — Слышите, где-то лает бессовестная и бесстыжая

собака, притворяющаяся жертвой.

С яркой улыбкой, от которой почему-то похолодели

спины зрителей, она ступила на шаг ближе к Гермии. Сияющая улыбка на губах

Офелии, когда она отбрасывала один за другим пальцы Гермии, сцепленные на руке

Айрис, становилась шире и глубже.

— Я выслушала столько лая, что сложно назвать всё это

чушью, поэтому я спрошу только одно. — Офелия естественным образом встала перед

Айрис и усадила её за спиной. — Скажи мне. Будь ты сильной, тебе никогда не

будет больно?

— Что…?

— Ты сказал это Айрис. Что она сильная, потому не

знает и не чувствует боли.

Гермии, рот которой дёргался, Офелия выплеснула то,

что ей очень хотелось сказать, не колеблясь:

— Бриллианты тоже крошатся, если их поцарапать тем

же алмазом. Быть «сильным» и «не причинять вреда» — это не одно и то же. Не

могу поверить, что мне приходится тебе это пояснять.

Офелия нагло облизнула губы, как будто увидела нечто

ужасное. В порыве злости Гермия сжала кулаки и устремилась к Офелии с ужасной

гримасой на лице.

— Нет…!

В тот момент Айрис, стоявшая позади Офелии,

вздрогнула и попыталась схватить подругу за плечо. Офелия слегка наклонилась влево

и пнула Гермию в солнечное сплетение. Глаза Айрис расширились до максимума, когда Гермия

упала на пол, хватаясь за живот, как тощее пугало.

Офелия могла вырубить высококвалифицированных убийц,

тайно скрывающихся в Императорском дворце. У такой обычной дамы, как Гермия, не

было и шанса ударить её.

Айрис этого не знала, но Ричард, как и сама Офелия, были

в курсе. Однако, с того момента, как Гермия побежала к Офелии, лицо наследного

принца ожесточилось.

Медленно поднявшись из-за стола, он схватил упавшую

Гермию за воротник. Та застонала, но никто не вышел вперёд, чтобы защитить её.

— Как ты смеешь!

Холодный воздух, который, казалось, заставлял

дрожать до костей, стал давить на всю комнату. В этот момент секунды показались

минутами.

— Вывести её. — приказал Ричард с каменным лицом.

Спустя ещё некоторое время граф, глядя неописуемым взглядом

на открытую дверь, куда выволокли Гермию, начал говорить, потирая одной рукой

своё бледное лицо. Услышав историю, вылетевшую из его уст, Ричард и Офелия

переглянулись.

— Мне тоже угрожала маркиза Нейр, точнее, леди Раиса.

Она заявила, что спишет долги, но только на предложенных ею условиях.

Из сказанного стало ясно, что у графа с самого

начала не было выбора. Он продолжал объяснения хриплым голосом:

— Мой сын перед смертью успел рассказать мне, что у

него куча долгов. И эти долги… поставили всю семью под угрозу. — граф,

совершенно обессиленный, беспомощно рухнул на диван. — Перед приездом сюда, как

она и предлагала, я подписал все фестивальные лицензии на продажу спиртных напитков, и был освобождён от долга.

Офелия затаила дыхание, ошеломлённая.

— Ах, вот как это связано? Если подумать, среди сказанного

Гермией, была угроза «разобраться» с долгом её жениха, сына графа.

В конце концов, всё это было сделано для того, чтобы

вторгнуться в распорядительство фестивалем. Если бы участники этого дела не

собрались вот так вместе, и если бы не расследование наследного принца Ричарда…

Все эти тёмные заговоры, переплетенные с чьими-то личными тайнами и виной одной

семьи, не были бы раскрыты таким образом сразу.

— …Дело не в заговоре, а в его раскрытии…

— Как не назови, всё по-прежнему.

Действительно, Ричард был таким Ричардом. Это

беспокоило Офелию, будто она гонялась за надоедливой мухой, жужжащей у неё

перед глазами.

Когда Офелия уже повернулась к нему и заговорила, и

как раз тогда, когда Айрис позвала её.

— Ваше Высочество, я тоже…

— Офели…

В этот момент весь дворец сильно тряхнуло. Точнее,

земля под Императорским дворцом начала вздыматься, словно разбивающиеся о скалы

волны.

Совершенная жертва (I)

Не только Офелия, но и все

присутствующие ощутили толчки. И в следующий же момент с жутким треском, будто что-то

ломалось, пол у дверного порога начал трескаться.

Айрис, следователь и граф в оцепенении

замерли, увидев невиданный ими прежде разлом дрожащей земли, но Офелии он был

знаком.

Крошечные волоски на её затылке встали

дыбом от звука хлопающих туда-сюда оконных рам и дверей. Офелия поспешно

повернулась к Ричарду и крикнула.

— Ваше Высочество, это не просто

землетрясение или тряска, а уровень катастрофы, когда земля переворачивается…!

Ей пришлось прокатиться по полу, прежде

чем она смогла закончить объяснение, потому как часть пола, там, где они стояли,

с невероятной скоростью треснула, разбрызгивая каменную пыль и расширяя свою

«пасть».

Остальные в комнате мало чем отличались

от неё. Все уже катались по земле. Айрис инстинктивно схватилась за колонну, но

смотрела вверх с растерянным выражением лица, поскольку даже колонна дребезжала

и готова была разрушиться в любой момент. Следователь и граф в шоке смотрели

вниз, на глубокий чёрный разлом между ними с расстояния шага.

При таком сильном землетрясении кто-то обязательно

кричал и метался, не только в кабинете, но и во всей дворцовой округе. Однако,

здесь никто не мог должным образом услышать крики тех, кто находился за

пределами этого места. Быстро меняющиеся обстоятельства не позволяли этого

сделать.

Грохот земли сотряс воздух,

распространяя ужасающий гул. Стены и колонны Императорского дворца не выдержали

тряски и с шумом разбились на части. Зеркала и люстры дрожали, падали на пол и разлетались

во все стороны.

В этом беспорядке Ричард потянул Офелию

за плечи. Осколок стекла оцарапал ей ухо и с противным жужжанием разорвал

воздух, но сердцебиение девушки было столь громким, что она не могла его

услышать.

И не только у Офелии колотилось сердце.

Люди этого мира своими глазами видели, как земля треснула и обрушилась, повсюду

сея разрушения.

— Боже… О, Боже…

Слова, вылетевшие из чьих-то уст,

вероятно, отражали мысли почти каждого, кто в данный момент переживал это

землетрясение. Подобно тому, как в Древнем Египте считалось, что солнечные

затмения происходят по воле Богов, люди имели тенденцию связывать большинство

великих природных явлений, о которых они не имели понятия, с гневом божьим.

Естественно, Офелия, знавшая о причинах

и принципах землетрясений, не уповала на Бога. Она была так же бледна, как и

другие, но рядом с ней был человек, что мог её выслушать, а не стоять столбом в

оцепенении, взывая к Богу.

— Ваше Высочество.

Голос его, спокойный и тихий, был

чрезвычайно сухим, но ответ пришёл в то же мгновение, без паузы.

— Вот.

Офелия схватила его за руку и глубоко

вздохнула.

— Знаешь, что я скажу?

— Да.

Затем оба почти одновременно открыли

рты:

— Регрессия.

— Мы должны регрессировать.

После краткого молчания Ричард крепко

сжал руку Офелии в своей ладони. Прохладное тепло их рук не обжигало, но, по

крайней мере, чуть успокаивало. Для Офелии и Ричарда этого было достаточно.

В такой ситуации они были не одиноки. Тот

факт, что двое стали друг для друга товарищами в удивительной, но удушающей

петле регрессий, и при этом они могли доверять друг другу, был для них равен

спасению. На данный момент этого было достаточно.

Офелия со слезящимися глазами

улыбнулась, наблюдая за огнём, вырывающимся из коридора, и уныло произнесла:

— Никогда не думала, что добровольно

вернусь во времени.

— Согласен с тобой.

— Но…

— Да.

Императорский дворец, как и вся Империя,

не были готовы к такой катастрофе. Дрожь земли была теперь настолько сильной и

резкой, что трудно было устоять на месте.

— Лучше встать на четвереньки и

регрессировать.

Когда Офелия отпустила плоскую шутку,

Ричард ответил ей ухмылкой.

— Есть убийцы, что ползают на

четвереньках. В основном их можно встретить в ванной.

— Нет, кхм… Это не то, что я хотела

знать…

Прежде чем она успела договорить, над

головой Офелии раздался зловещий хруст. Огромная конструкция с потолка раскололась

и полетела на них. Ричард легонько взмахнул свободной рукой, и четыре куска

каменной конструкции, остановленные им, упали на пол, не коснувшись людей.

— Э-э… апчхи! — Офелия, энергично чихая

в облаке пыли, спросила, потирая нос. — Куда, нет, в какой промежуток времени

мы регрессируем?

— Скорее всего, незадолго до того, как

произойдёт землетрясение.

— Даже если и так, у нас не будет

достаточно времени, чтобы подготовиться к столь мощной стихии.

Даже если бы они вернулись на дни,

недели или даже месяцы или годы назад, они не смогли бы подготовить

Императорский дворец и всю Империю с помощью антисейсмического проекта.

— Во-первых, здесь никто не знает о науке

сейсмологии или чем-то связанным с ней… Как вы знаете, у нас сейчас нет ни

времени, ни знаний, чтобы подготовиться к землетрясению.

— Стоит мне сказать слово – ты говоришь

мне десять…

По словам Офелии, Ричард сразу же

догадался, какое следующее предложение она сделает. В конце концов, ответ был

только один.

—

Нам придётся повторить регрессию.

— Да. Если мы регрессируем, следующая

ситуация будет немного изменена или станет совсем другой.

— Именно так.

— Чтобы землетрясение не было таким

большим бедствием, мы должны регрессировать… до того будущего, в котором оно

закончится всего лишь несколькими вибрациями, которые почувствовал Ваше

Высочество… Да, мы должны.

Голос Офелии становился тише и мягче, пока,

в конце не перешёл в почти унылый смех. Чертовски нежелательные циклы регрессий

теперь стали неоценимыми, несравнимыми подарками судьбы. В мире происходило

много событий, так что даже в этом уже не было ничего плохого.

— Офелия. — Ричард мягко оттащил её

назад, спасая от очередного куска, отколовшегося от потрескавшегося потолка. — Я

согласен регрессировать, но есть одна проблема.

— Кажется, я понимаю, какая.

Офелия быстро заморгала при словах

Ричарда, и так же быстро поняла, в чем заключалась эта «проблема».

— Вы никогда не входили в регрессию по

собственному желанию.

— Да.

— …Я тоже.

Между ними воцарилась глубокая тишина,

когда вокруг эхом разносились звуки ломающихся и падающих обломков. Единственное,

что они знали наверняка о циклах регрессий, так это то, что смерть Ричарда была

спусковым крючком. Смерть Ричарда…

— Ваше Высочество, вы…

— Что?

— Вы любите сливы?

— Они мне никогда особо не нравились.

— Жаль, но, знаете, если отмочить сливы

в мёде, то получится очень хороший напиток.

Хотя Офелия спокойно продолжала рассказ

вне контекста, ей хотелось тут же придушить себя. Теперь… она не могла

продолжать говорить.

«Ты спятила, ты действительно сошла с

ума?», — Офелия обругала себя и закусила губу.

Ричард, зная, что она хотела сказать, не

дал конкретного ответа. Он уже попробовал, и это не сработало. Каждый раз,

когда он пытался покончить жизнь самоубийством, по воле судьбы или по какой-то

ещё причине, откуда-то всегда выскакивал убийца и убивал его.

Стоило ему прыгнуть с крыши, вынырнувшее

откуда-то копьё пронзало его сердце прежде, или, когда он хотел выпить яд

в попытке умереть, его травили быстрее, чем он сам успевал отравиться.

— Офелия.

— Что? Нет, такой сливовый…

— Хватит о сливах. Всякий раз, когда я

собирался умереть, всегда появлялся убийца.

— Вы пытались… Я имею в виду, вы правда…

— Да, пытался.

Хотя проблема была решена, Офелия не

обрадовалась. Она не могла быть счастлива, не могла сказать: «Давай сделаем это

прямо сейчас». Несмотря на то, что земля, на которой она стоит, раскололась, и

все разваливается. И всё же, Офелия не могла открыть рот.

— Если продолжим в том же духе, всё

исчезнет прежде, чем мы сможем что-либо сделать. — Ричард улыбнулся и добавил.

— Я попробую.

В следующую секунду глаза Офелии

расширились. Она инстинктивно заблокировала Ричарда спереди.

— Офе…

Прежде чем Ричард успел понять, она уже стояла

перед ним, принимая на себя клинок убийцы. Хотя девушка была уверена, что умрёт

с этим клинком, воткнутым в её тело, она не колебалась и не дрожала. Страха

буквально не было в ней.

Наряду со свистом лезвия и потоком

льющейся крови в её уши прорвался рёв, словно небо рушилось. Золотистые глаза

Ричарда налились кровью.

Как цветущая роза, которую срезали и выбросили,

разорвав все её красные лепестки и мягкие листья, Офелия упала, отдавшись

бесчисленным смертям, которые ей довелось встретить. Прямо на глазах Ричарда ярко-алая

кровь брызнула на огненно-рыжие волосы.

Ричард смотрел, не моргая. Он знал, что

её смерть не навсегда. Он видел это так много раз, что даже не мог сосчитать. Он уже наблюдал, как она умирает первой, а

потом умирал и сам. Но почему-то… Теперь в его сердце было колючее чувство... Такое

неосознанное и болезненное.

Совершенная жертва (II)

Сцена падения Офелии была настолько

медленной, что её смерть казалась вечностью. Он протянул к ней руки, когда она

упала, даже не обернувшись к нему.

Всё тело Офелии, которую он обнял, почти

мгновенно окрасилось в ярко-алый. Он ещё немного притянул её холодеющее тело в

свои объятия, пытаясь сохранить тепло. Однако, ничего не изменилось.

И почему после

смерти люди так быстро остывают?

Внезапно перед наследным принцем промелькнула

сцена. В далёком прошлом, которое он даже не мог толком вспомнить, у него на

руках так же лежал кто-то, как она сейчас.

В следующий момент лицо Ричарда сильно

исказились.

— Почему…

Из его глубоко напряжённых лёгких

вырвался вздох, похожий на рычание. Он задавался вопросом, почему пытается

спасти Офелию сейчас, смотря на её черты.

Давно, очень давно, настолько, что

казалось, будто прошла вечность… Когда он даже не знал, через что ему придётся

пройти, получив титул наследного принца, Ричард сделал обычный выбор, который

сделали бы обычные люди.

Вариантов у него было бесчисленное

множество, и одним из них было спасение жизней верных ему людей. Однако, он

позволил тогда многим пожертвовать собой ради него.

Тогда он был ещё незрелым. Это было

время, когда принц был настолько слаб, что ему пришлось бежать, бросив сопровождающих,

не в силах одолеть хотя бы одного из убийц.

Забавно, что с тех пор он не постарел ни

на год, но, благодаря опыту, который Ричард получил во время многочисленных

регрессий, нынешний он стал совершенно другим человеком, по сравнению с его

прошлым «я».

Этот негативный опыт, вкупе с прожитыми

годами, сделали его сильным, но слишком замкнутым человеком, отрешённым от

соблазнов мира. По правде говоря, он никогда не хотел быть таким. Он ни разу не

мечтал о силе.

В прошлом Ричард сбежал от преследовавших

его убийц. Он не корил себя мыслями о том, как мог оставить своих слуг позади. Это

бы ничем не отличалось от оскорбления тех людей, кто отдал свои жизни, чтобы

защитить его, наследного принца, по долгу верности.

Так он выжил. А потом умер и вернулся

назад во времени.

Заново переживая тот момент, Ричард изо

всех сил пытался спасти своих людей, и в какой-то момент даже смог отразить

атаки убийц взмахом своего меча. Он думал, что ему был дан шанс всё исправить,

и потому боролся.

«— Ваше… Ваше

Высочество?»

Но когда всё начало повторяться снова и

снова, попытки сражаться изо всех сил стали бесполезными. Его чувства к тем,

кто погиб, защищая его, в какой-то момент просто угасли.

Кровь стекала с его меча, а лицо Ричарда

стало непроницаемым, без тени эмоций. Он не запачкался багровыми каплями.

Убийцы, как и в первый раз, вновь стояли

перед ним, но Ричард уже никого не мог спасти. Даже самого себя. Он не хотел

жить. Он выбрал смерть и начал новую регрессию.

В итоге, когда ему надоела эта

бессмысленная беготня, он перебил всех убийц и положил конец тому, что потом

уже было определено, как «первый цикл» регресса.

Потеряв возможность умереть, наследному

принцу пришлось продолжать жить. Даже когда Офелия настаивала на предотвращении

его смертей, одних её слов было мало, чтобы что-то изменить. Эти чёртовы бесконечные циклы всё никак не заканчивались.

Однако, эмоции, которые Ричард испытывал

в данный момент, удивили его. Это душераздирающее чувство утраты он не

испытывал так много лет, что считал себя неспособным на такую скорбь.

Желание спасти кого-то в его душе уже

должно было давно умолкнуть, не оставив после себя и тени. Почему только с ней он

чувствует себя так? Почему Офелия?

«Я хочу спасти её», — неужели в нём остались

ещё столь абсурдные мысли?

Ричард медленно перевёл взгляд на

убийцу, что собирался напасть, и его губы слегка приоткрылись.

— …Если…

Бормотание, вырвавшееся вместе с его

горячим дыханием, рассеялось, не будучи услышанным.

— Аааааа!

Под истошный вопль Айрис, Ричард закрыл

глаза, держа Офелию на руках. Жгучая боль, пронзившая его грудь, сменилась той

самой привычной смертью.

* * *

(Офелия Большек, 5-й цикл бесконечной

регрессии)

— Вывести её.

Когда слова Ричарда упали и Гермию

утащили из кабинета, Офелия судорожно сглотнула и приготовилась. Скоро… уже сейчас.

В эти минуты или даже секунды начнётся землетрясение.

Ну, не совсем «начнётся»…На самом деле, незначительные

колебания происходили уже в течение длительного времени, поэтому сейчас,

скорее, ожидались толчки достаточно сильной магнитуды, чтобы обычные люди могли

их почувствовать.

Офелия не задавалась вопросом, какой это

по счёту регресс. Это не имело значения, поскольку она шла по принципу теории

азартных игр.

В игре на «чёт» или «нечёт», при броске

игральной кости, если «нечёт» выбрасывается несколько раз подряд, любой бы предположил,

что в одном из последующих результатов броска выпадет «чёт».

Однако, каждый раз, когда выбрасывались

кости, создавалась новая ситуация, и вероятность того или иного результата рассчитывалась

заново. Следовательно, в её случае, вероятность всегда будет равна 50 на 50.

Независимо от того, сколько раз Офелия

регрессирует в этом цикле, вероятность успеха и неудачи делится поровну. Ей

просто нужно выбрать из двух вариантов один.

Однако, как у человека, у неё были свои

ожидания. Если до сих пор они не оправдались, возможно, сейчас настало время

добиться успеха? Множество неудач – не повод сдаваться.

— Сейчас.

Услышав тихий шёпот Ричарда, она снова замерла

на месте. Минует ли это землетрясение успешно? Или их снова ждёт провал?

Мгновение казалось вечностью. Капельки

пота скатились по лбу Офелии и повисли на кончике её носа.

— Уууунг —

Когда мимолётные всполохи под землёй

эхом раздались в ушах, Ричард развернулся и поймал за голову убийцу, мчащегося

к Офелии. Он заблокировал атаку, и швырнул нападавшего на пол.

— Ууунг —

Несмотря на хруст костей пойманного

врага и лёгкую дрожь под залами дворца, на лице Офелии отразилась радостная

улыбка, когда она повернулась к Ричарду.

— Закончилось!

— ... Да.

— Всё ушло! Стихия не пришла, верно?

Поняв, что под «стихией» Офелия имела в

виду землетрясение, Ричард убрал руку с затылка убийцы и кивнул.

— Так и есть.

— Всё кончено! Всё кончено! О боже, всё

кончено!

Пока Офелия счастливо аплодировала, принц

приобнял её за талию и притянул к себе. В его объятиях Офелия продолжала

радоваться, не скрывая приподнятого настроения.

Тем временем, за одним убийцей

последовали другие. Ричард держал Офелию как можно ближе, легко уворачиваясь от их атак. В конце концов, перестав уклоняться, он

нанёс ответный удар. Убийца, пытавшийся пырнуть его кинжалом, падая, сломал

шею, а подбежавшего сбоку товарища подбросили в воздух и пригвоздили к стене.

— Не могу поверить, что всё закончилось!

Среди восторгов, которые могли понять

только Офелия с Ричардом, кровь и плоть убийц разбрызгивались по всему кабинету.

В итоге всё пришло в жуткий беспорядок.

Кроме того, конкретно это последнее

землетрясение оказалось столь слабым, что запускать регрессию снова не понадобилось.

Всё пришло хорошо…Вот только в кабинете

были не только Офелия и Ричард. Хотя Гермию успели вывести, Айрис, граф и

следователь, не считая всех мёртвых убийц, всё ещё находились внутри.

Эта троица выглядела куда более ошеломлёнными,

чем в момент, когда была раскрыта правда о смерти жениха Гермии и удивительные

тайны, связанные с семьёй Нейр.

Прямо у них на глазах в мгновение

ворвались убийцы, и начался полный хаос. Несмотря на то, что это была внешняя

часть Императорского дворца, они смогли проникнуть в кабинет принца и

попытались убить его.

Но что это за ситуация? Почему одна из

помощниц принца широко улыбается и кричит «ура»? Допустимо, что в очень редких

случаях, когда человек столь сильно напуган, он может сойти с ума и смеяться

без остановки, но... В любом случае, леди Большек в глазах Айрис, графа и

следователя выглядела так, будто она была искренне счастлива…?

Помимо этого, не только наследный принц,

но и его помощница так ловко избегали атак убийц, хотя леди было не назвать

нетренированной и пластичной.

— Ха… ухх...

Бессознательный вздох, вылетевший из уст

графа, точно представлял его нынешние неописуемые эмоции. Честно говоря, помощница

теперь не казалась такой уж простой. Сам наследный принц тоже выглядел не

совсем обычным.

— Возникла

помеха. Всем отойти назад!

Кронпринц, наследник Императорской

семьи, опора и сердце всей Империи… Следующий Император был достаточно силён,

чтобы заявить, что эскорт лишь помешает ему. Без всяких проблем он расправился

с убийцами собственными руками.

— В-Ваше Высочество? Ваше Высочество?

Ричард заставлял убийц падать на землю

одного за другим необычным способом, до такой степени, что Айрис, старшая его

помощница, много лет находившаяся с ним рядом, не знала, что делать, и только

машинально звала его.

— Боже мой.

Следователь недоверчиво снова и снова тёр

свои глаза. Ричард даже не особо пользовался мечом. Казалось, всё, что ему

нужно, — это просто махнуть рукой. Как будто убийцы нарочно либо падали лицом вперёд,

либо откидывались назад.

До этого момента наследный принц,

казалось, обладал удивительным мастерством. Неизвестно, что вообще произошло,

но присутствующие решили, что так всё и должно быть.

— Офелия, пригнись.

— Есть!

— Офелия, руку вверх.

— Да!

И как, чёрт возьми, было на это

реагировать? Наследный принц так естественно и прекрасно работал со своим

помощником над зачисткой кабинета от убийц, используя Офелию как оружие.

Но, даже если принца и его

решения как-то можно было понять, то вразумить, как Офелия столь естественно вжилась в

эту роль, было трудно. Все, кто смотрел на это, готовы были сойти с ума.

Прошло совсем немного

времени, прежде чем количество наёмников заметно уменьшилось до такой степени,

что оставшихся можно было пересчитать по пальцам одной рукой.

Совершенная жертва (III)

— Встань позади меня.

— Есть!

Офелия, освобождённая вскоре после этого

из рук Ричарда, очень естественно выскользнула и встала ровно.

— Аргх…!

В том же месте сверкнул кинжал и

послышался раздражённый крик сквозь стиснутые зубы. Убийца не попал в цель, но вот ботинок Ричарда впечатался ему аккуратно в затылок.

Последний наёмник, отправленный «целоваться

с полом», коротко дёрнул шеей, но даже это выглядело очень комично.

— Всё кончено.

— Теперь и правда всё кончено!

Ричард игриво надавил на макушку Офелии,

что была уже на грани радостной чечётки, и потянулся к ней.

— Пойдём.

— Да.

Непринуждённо держась за руки, как ни в

чём не бывало, Офелия и Ричард бок о бок двинулись к открытой двери. Хотя девушка

абсолютно забыла, что в кабинете были не только они двое, Ричард этот факт

помнил, но его подобное ничуть не волновало.

Спины наследного принца и его помощницы,

идущих рука об руку, были настолько естественными, что те, кто видел эту сцену,

не осознавали ощущения несоответствия.

Эти двое не дали никаких объяснений, и даже

не попрощались с ними. Они просто вышли из комнаты, а оставшиеся не решились окликнуть

их.

Как только дверь закрылась…

Хлоп…хлоп,

хлоп, хлоп!

В тихом кабинете раздались аплодисменты,

которые начались неуклюже, а затем стали горячими. У следователя, хлопавшего в

ладоши, были пустые глаза, но на лице его читалось восхищение.

Когда аплодисменты утихли, растерянный граф

и шокированная Айрис оглядели обезвреженных убийц. Каждый думал о своём и

пытался прийти в чувство.

Тем временем, Офелия и Ричард пересекали

пустынный коридор.

— Всё кончено, всё кончено! Всё кончено,

кончено, кончено!

Сладкий успех, пришедший лишь спустя

долгое время, заставил Офелию с особым энтузиазмом насладиться моментом.

Она знала, что в общем плане ещё ничего

не закончилось. Тем не менее, она получила то, чего хотела. Даже если это было

реализовано путём заимствования силы «ужасного монстра», называемого

бесконечной регрессией.

Слабая, но ясная улыбка растеклась по

губам Ричарда, когда он смотрел на такую Офелию. Он знал, что это лишь

кратковременное достижение, и надежда, возникшая в результате такого небольшого

успеха, могла оказаться ядом, но не удосужился остановить Офелию и сказать ей

об этом. Просто глядя на её восторг, он чувствовал, что становится немного

счастливее.

— Всё ведь хорошо? Да?

Шаги Офелии, подпрыгивающей от радости,

постепенно становились тяжелее и медленнее. В конце концов, остановившись, она

подняла голову в сторону принца, который тоже замер на месте.

Нахмурив брови, будто только что вспомнила

что-то, она обратилась:

— Кстати, Ваше Высочество. — Офелия

сделала паузу и вздохнула, прежде чем продолжить. — Вопрос, касаемый леди Нейр

и лицензии на алкоголь во время фестиваля ещё не решён.

— Он не был приоритетом.

— Тем не менее, незадолго до этого

регресса данный вопрос по-прежнему всплывал. Я не знала, что на этот раз всё

будет успешно. — лоб Офелии покрылся морщинами. — Что теперь?

— Неважно, что мы будем делать. Животным

вполне естественно стекаться к мясу. — равнодушно покачав головой, отозвался

Ричард.

— Вы всё ещё так полагаете?

— Если тебя это беспокоит, есть более

простой способ.

— Простой способ? Какой?

Офелия приблизилась к Ричарду с

мерцающими глазами, а он прошептал на расстоянии считанных сантиметров от неё.

— Всё будет кончено, если рассказать

маркизе Нейр о том, что делает юная леди.

— Что значит… а-ах.

Маркиза Нейр хотела использовать свою

дочь только как марионетку. Тот факт, что «кукла» двигалась и делала что-то по

своей воле, разрушил бы её планы, и она никогда не спустила бы такое с рук.

— Тогда, может, прольём немного света на

ситуацию?

— Если это тебя удовлетворяет. Более

того, это леди Нейр стоит за убийцами.

Ричард во время своих бесчисленных регрессий

тщательно изучил биографии убийц, преследовавших его, но не так уж часто их

наказывал. В первые несколько регрессий он, казалось, внимательно за ними

следил.

Однако, поскольку регресс мог продолжаться

бесконечно, само убийство перестало вызывать беспокойство. Убийцы стали не

более чем раздражающими мухами, жужжащими перед его глазами.

Грубо говоря, даже если убийцы будут

устранены, пока тот, кто стоит за ними, всё ещё жив, они, нацеленные на наследного

принца, никогда по-настоящему не исчезнут.

Он искал информацию во время охотничьих

соревнований, чтобы скоротать время? Почти. Ему хотелось это сделать. Это была

простая прихоть.

Точно так же, как когда он заставил

Офелию остаться с ним, просто решил быть с ней. Мгновенная прихоть без особых

раздумий и планов, ведь Офелия стала его «подарком» в этом аду, где ему пришлось

возвращаться к жизни снова и снова…

— …В-Ваше Высочество? Она стоит за

убийствами?

Рука Офелии дёрнулась в ладони принца,

щекоча его. Это был такой пустяк, что, если бы он отпустил её руку, он бы сразу

забыл об этом, но Ричард жаждал держать её как можно дольше.

«Я хочу побыть с тобой ещё немного, ещё

чуть-чуть…»

В момент, когда его жажда внезапно

усилилась, рука Офелии поспешно выскользнула из его хватки. Ощущая прохладный

воздух на опустевшей руке, Ричард невольно снова протянулся к ней, но на

полпути остановил себя.

«Что я пытаюсь сделать?», — удивился он.

Наследный принц перевёл взгляд от своих пустых

ладоней и облизнул пересохшие губы.

— Это дама из маркизата Нейр… — Офелия

помолчала секунду, затем наклонила голову. — Она заказала убийство?

— Да.

— Это… она довольно упорный человек.

— Это твой единственный вывод? —

поразился Ричард.

— А…Да?

Ричард выпрямился и пристально взглянул

на Офелию. Ещё немного наклонившись к ней, он упомянул:

— Это уже второй раз.

— Точно. Во время охотничьих состязаний вы

подозревали леди Нейр, а не маркизу Нейр. Что ж, это доказывает, что она упорна

в своих планах.

Дочь маркизы Нейр, злодейка, вновь и вновь

посылала к принцу убийц… Разве это не истинное упорство? Это была уже не просто

главная антагонистка романа, но персонаж, яро противостоящий самому Ричарду.

Не говоря уже о средствах, леди Раиса

была настолько обеспокоена невозможностью победить принца, что посылала убийц к

нему независимо от того, что они терпели провал за провалом. Ну, разве она не целеустремлённый

человек?

— Ну, оставим разговоры о моральной

стороне её поступков. — Офелия слегка пожала плечами. — Помимо леди Нейр, есть

и другие ублюдки, готовые отправить убийц снова после первой неудавшейся

попытки.

— Хм. Мы можем расследовать это прямо

сейчас.

— Прямо сейчас… Вы никогда не заходили так

далеко?

Ричард ухмыльнулся, поймав пристальный

взгляд Офелии.

— Джеймс говорил нечто подобное.

— Э-м… Кто?

— Джеймс Грю.

— Аааа... Ближайший подчинённый Вашего Величества.

А если подумать, где он? Я его вообще не видела.

Возможно, Офелия и встречала его где-то,

но, учитывая все циклы её регрессий, было трудно вспомнить, что она видела.

— Кажется, я не видела его с тех пор, как

заступила на пост помощницы наследного принца.

— Он кое-что расследует, поэтому сейчас Джеймс

в командировке.

— Расследование? О, ясно. Это

конфиденциально? Стоп! Нет, я не хочу знать, ибо мне кажется, что объём работы

увеличится, даже если это не секретные данные.

Пока Офелия быстро махала руками, в её

поле зрения попала знакомая дверь. Она быстро затрясла головой, словно поражённая молнией, но вскоре остановилась, уставившись на Ричарда.

— Ваше Высочество.

— Что такое?

— Куда мы идём…

— Ну... Хотя землетрясение было слабым,

разве ты не говорила что-то об эпицентре? Следует всё проверить.

— Да, всё верно. Итак, мы на пути к кабинету…

— Офелия?

Ричард тихо подошёл к ней с тонкой

дрожью в голосе. Она указала на знакомую дверь и опустила голову с мрачным

выражением лица.

— Пожалуйста, скажите мне, что мне

просто привиделась эта входная дверь в офис помощников Вашего Высочества, где

мне предстоит работать...

— А ты остра на язык.

— Эй, вы беспощадны и неумолимы! Не

смейтесь!

Офелия мягко ткнула принца пальцем,

похожим на ватную палочку, и вскоре руки её устало опустились. Слегка похлопав

Офелию по спине, Ричард успокоил её:

— Я сам проверю документы за предыдущий

день.

— Спасибо за помощь.

Пробормотав бездушный ответ и отойдя

медленно, как черепаха, Офелия вдруг остановилась и тут же повернулась к

Ричарду.

— Ваше Высочество!

— Что?

— Я поняла кое-что очень важное.

— Глядя на твои мерцающие глаза, я не уверен,

что ты серьёзна, но давай послушаем.

Офелия глубоко вздохнула, а затем вылила

поток слов:

— Я как бы забыла, что вообще делала в

кабинете помощников, и вас это устраивает? Все документы там очень! Очень!

Очень! Очень важные, да? Стоит ли доверять их мне? Может, не надо?

Губы Ричарда растянулись в ухмылке.

Одной рукой он прикрыл глаза Офелии, мерцавшие от желания улизнуть от работы.

— К счастью, я помню, что ты утверждала,

будто, став помощником, будешь пахать, как лошадь. Если нет, то ещё не поздно

официально заявить, что леди Большек назначается наследной принцессой…

— …Нет! Я – помощница, и поэтому буду

работать, как лошадь!

Услышав слова «наследная принцесса»,

Офелия тут же среагировала, будто от этого зависит её жизнь. На этот раз,

отойдя от принца, она не обернулась, но Ричард долго смотрел ей вслед.

Даже после того, как её

фигура скрылась из поля зрения, он остался неподвижным. Медленно закрыв глаза,

Ричард по-прежнему видел рыжие волосы Офелии, ярко развевающиеся, как пламя во

тьме. Даже с закрытыми глазами он не мог от них никуда деться.

Совершенная жертва (IV)

Из-за множества циклов регрессий прошло слишком

много времени с тех пор, как Офелия была в кабинете помощников. Как только она

вошла в уже позабытое место, ей показалось, что дыхание спёрло.

Гора бумаг до сих пор лежала на столе, в

ожидании проверки.

«Не могла бы она просто сгореть?»

Офелия вздохнула, разглядывая

бесконечные документы, как уставшая студентка за день до экзаменов.

— Прошло так мало времени.

Только Ричард и она совершали

ошеломляющие регрессии. Теперь, когда всё вернулось на свои места, фактического

количества времени прошло не так уж и много.

— Наконец-то, ты вернулась.

Голос Купера послышался из-за стопок громадных

бумажных гор, и он звучал так, будто мужчина почти умирал.

«И то верно, мы же товарищи, что провели

вместе это утомительное, скучное и смертельно утомляющее время», — Офелия даже

не успела предаться горькому раскаянию или сантиментам после прекращения

бесконечной регрессии.

— Да. Я вернулась.

Ответив таким же умирающим голосом, она

поплелась к своему столу.

— Что там с Айрис…

— А вот и я.

Прежде чем Купер успел договорить, с

порога послышался знакомый голос.

— Айрис! Наконец-то!

Это был несравненно более радостный

голос, чем тот, которым Купер приветствовал Офелию, но девушка ничуть не

расстроилась. Она понимала отчаяние Купера больше, чем кто-либо другой.

Не поэтому ли она решилась искать Айрис,

хотя и не знала, где та находится? Все знали о невероятных способностях Айрис работать

с документами, но только они чувствовали пустоту всем своим телом, без

возможности даже лечь, пока её нет на месте. Это было то, чего она не пожелала

бы никому.

Айрис подошла к Офелии, которая до сих

пор с ужасом вспоминала свою борьбу с документами, хотя это было очень давно,

учитывая регрессии.

— Офелия.

У леди Филлит было её обычное холодное

выражение лица, но в ней также присутствовал намёк на нервозность.

— Да.

— Ты…

Офелия была спокойна, даже не предполагая,

что Айрис споткнётся в словах. Она уставилась на её колебания и попытки

произнести хоть слово.

Если подумать, Офелия работала над

улучшением своих отношений с Айрис, прежде чем отправиться в бесконечное путешествие

назад во времени ради предотвращения землетрясения. Она напрочь забыла об этом из-за обстоятельств.

— Несколько дней назад ты спросила меня,

есть ли что-то, из-за чего я расстроена.

— Несколько дней назад… да. Я спрашивала.

Когда слова «несколько дней назад»

сорвались с уст Айрис, Офелия хотела нервно рассмеяться, но подавила смех.

«Не помню, спрашивала ли, но если Айрис так говорит, то,

вероятно, так и есть», — уверилась она.

Когда Офелия кивнула, Айрис снова облизала

губы. Ей было трудно произнести слова, и её рот долгое время просто оставался

приоткрытым.

Офелия ждала Айрис, не возвращаясь к

работе. Потребовалось много времени, чтобы получить возможность услышать её

ответ, поэтому она могла подождать ещё… а может, лучше было прилечь и

подождать?

Сколько минут прошло?

Когда Купер отбросил испорченный штамп и,

шатаясь, поднялся на ноги, Айрис, наконец, заговорила.

— …Эм, ну...

Офелия ответила немедленно.

— Извини, я тебя плохо слышу.

Не то чтобы она прослушала, думая о чём-то

другом, она слышала голос Айрис, но звук был настолько тихим, что не расслышать

сказанное. Айрис на мгновение заколебалась, но

вскоре повторила.

— Вы с наследным принцем делились

чем-то, чего я не знала. Не в личной встрече, а на людях. На охотничьих

соревнованиях, ровно как и в этот раз…

Это был очень прямой и ясный ответ. Кроме

того, это было очень по-детски.

— Так… вы всё-таки ревнуете?

— Если ты понимаешь, пожалуйста, не

повторяй этого больше.

Возможно, самой Айрис было стыдно,

потому что она прикрыла рот Офелии.

— Если это охотничьи соревнования, то вы

про тот момент, когда Его Высочество спросил «позади»? — спросила некоторое

время молчавшая Офелия.

— Да.

— Эм, но в этот раз я пыталась вас искать.

— Что?

— По пути к вам я встретила Его

Высочество, поэтому между нами двумя появился этот секрет.

— Ты говоришь, что Его Высочество тоже искал

меня?

Офелия кивнула. Технически, именно она

отправилась на поиски Айрис, а Ричард, похоже, присоединился к ней, пока был

занят чем-то другим. В любом случае, разве они не вместе искали Айрис?

«Факты налицо».

Но если бы Айрис спрашивала дальше,

Офелии пришлось бы говорить о том, чего она даже не могла вспомнить, поэтому девушка

быстро сменила тему.

— Что касается охотничьих соревнований,

то я хочу сказать…

— Это секрет? — нервно спросила Айрис.

Вместо ответа Офелия покачала головой.

— Я пойду и спрошу Его Высочество, можно

ли мне говорить!

Прежде чем Айрис успела сказать что-то

ещё, Офелия вылетела из комнаты, словно туго натянутая стрела. Оставшись позади,

выражение лица Айрис стало неописуемым, а Купер мягко похлопал её по плечу.

— Я же говорил тебе. Она точно не

обычная женщина. И, Айрис, даже если ты главная помощница, есть вещи, которых

ты не знаешь.

— Заткнись, Купер.

Ответив так резко, Айрис тоже поспешно

вышла из комнаты, следуя за Офелией. Естественно, она направилась в офис

Ричарда, куда Офелия помчалась и прибыла всего через несколько минут.

Офелия, держась за дверную ручку и

собираясь энергично её открыть, на секунду остановилась.

Если подумать, Ричард говорил, что пойдёт

к холлу дворца, а не в офис, чтобы проверить последствия землетрясения. Так

стоит ли ей туда идти?

Эти размышления длились недолго.

— Офелия? Что ты здесь делаешь?

При звуке низкого голоса Ричарда лицо

Офелии прояснилось.

---Хлоп!---

— Ваше Высочество!

Дверь распахнулась, как будто её

собирались вырвать с петель, и Офелия ворвалась внутрь ещё яростнее. Ричард

сидел наискосок у окна, красивый, как картина, но глаза Офелии не могли этого

заметить.

— Помнишь, когда ты спросил «позади?»

на охотничьем соревновании?

Ричард тихо вздохнул в сторону Офелии,

сразу перешедшей к делу, даже не поздоровавшись.

— Эм, дверь ещё не сломалась, может,

ударишь по ней сильнее? — съязвил принц.

— Мне жаль насчёт двери, но помнишь? «Позади?».

— Да. Мы говорили о леди Нейр.

— Могу ли я рассказать это, раз всё уже

позади?

— Ничего ещё не позади.

— Но попытка убийства окончена… ох…

Пока Офелия говорила, её голос стал тише.

Её глаза опустились, а плечи поникли.

— Я не должна говорить. В конце

концов, это останется тайной между нами.

— Похоже, ты ненавидишь иметь секреты

только со мной. Я ошибаюсь?

— Нет, не ошибаетесь. Это правда.

При решительном ответе Офелии бровь

Ричарда на мгновение дёрнулась.

— Неужели мне нельзя просто рассказать?

— Причина?

— Ревность.

На этот раз брови Ричарда двинулись

немного по-другому.

— Ревность?

— Да.

Глядя на Офелию, Ричард поднялся.

— Ты…?

Офелия покачала головой.

— Нет, не я. С чего это я должна ревновать

вас? Это Айрис. Айрис Филлит.

И тут, как говорится, помяни чёрта…

Офелия произнесла имя Айрис, и на пороге появился упомянутый человек.

— Офе…! Ой, Ваше Высочество. Мне жаль.

Айрис запыхалась, но, не останавливаясь,

чтобы отдышаться, схватила Офелию за руку. При этом отчаянном прикосновении

Офелия сразу поняла, что хотела сказать Айрис.

Офелия очень забеспокоилась, потому что она уже сказала это, то, что Айрис так

отчаянно пыталась остановить, пока бежала, пыхтя.

— Это, это…

Глаза Офелии быстро моргнули, думая, что

у неё есть шанс прояснить недоразумение, но она не могла принять решение.

Причина, по которой Айрис злилась или

ревновала Офелию, была понятна в эмоциональном плане. Это было настолько

по-детски, что она никому не хотела рассказывать, особенно Ричарду.

Офелия была невероятно смущена. Вода уже

пролилась, и она не видела способа всё исправить. Эти колебания Офелии заметила

и Айрис.

— Уже поздно. — Офелия без промедления

извинилась. — Прости.

Айрис, почувствовав головокружение,

услышав это, и крепко закрыла глаза на несколько секунд, прежде чем снова их

открыть. Она глубоко поклонилась Ричарду с невероятно мрачным лицом.

— Прошу прощения, Ваше Высочество. Мне

нечего сказать. Мои личные чувства повлияли на мою работу. Я приму любое

наказание.

«Наказание?

Если это наказание, разве не я должна его получить?», — Офелия была обеспокоена

решительным голосом Айрис.

Ну правда, какое такое наказание? Личные

чувства, возможно, повлияли на её работу, но они не должны были быть настолько

серьёзными, чтобы за это наказывать?

— Айрис.

— Да, Ваше Высочество.

— Ты полностью выздоровела?

Выражение лица Ричарда невозможно было

разобрать из-за бликов, но его голос выдавал лёгкую улыбку. Даже Офелия

заметила эту деталь с опозданием.

Глаза Айрис расширились, а Офелия издала

безмолвное «Ура!...Нет, этого и следовало ожидать от Главного Героя!».

Он отверг наказание, о котором просила

Айрис.

Всё, что связано с только что поднятым

вопросом ревности, а также те дни, когда она отсутствовала по личным делам,

связанным с Гермией. Всё это было заменено словами о том, что Айрис болела и

шла на поправку.

Поскольку наследный принц сам так

сказал, никто не мог ничего ему противопоставить. Айрис ещё глубже поклонилась начальнику.

— Мне намного лучше.

Её голос дрожал, но Ричард не похлопал её

по плечу и не сказал ничего другого. Он спокойно перевёл взгляд на Офелию.

Совершенная жертва (V)

Поскольку Ричард и Офелия могли

«общаться глазами», последняя сразу же подошла к главной помощнице. Это была

возможность, шанс разрядить её отношения с Айрис.

Разве не стоило ухватиться за момент,

чтобы наладить связь и устранить препятствия? Возможностью нужно пользоваться, даже

если она приходит во сне.

Всё не могло стать более неловким, и это

не казалось особенно подходящей ситуацией, но Офелия не хотела откладывать

решение вопроса. Прошло уже слишком много времени.

— Айрис. — обратилась Офелия. — Мне

жаль. Я не получила твоё разрешение.

— Нет. Я была слишком эмоциональна с

самого начала.

Когда Айрис ответила спокойно, Офелия решила

не соревноваться в том, кто лучше извинится, и просто махнула рукой, подразумевая,

что это не её вина, как это делают люди в неловких отношениях.

На этом одна тема закончилась, и была

поднята другая.

— И мне очень жаль, что я вмешалась,

когда ты не просила помощи. Мне не следовало вмешиваться.

Офелия не уточнила, но единственный раз,

когда она помогла Айрис, был моментом, когда она безжалостно отругала Гермию в

кабинете при всех.

— Это было явно навязчиво с моей

стороны.

Офелия ничего не знала об отношениях Айрис

и Гермии, но вышла вперёд и начала спорить. Однако… Айрис спокойно ответила ей, извинившейся

исключительно искренне, без малейшей претензии.

— Да. Это было любопытно.

Офелия открыла рот, чтобы снова

извиниться, но Айрис остановила её.

— Спасибо.

Невыразительная маска, окутанная холодом,

медленно таяла.

Слова, которые нужно было сказать, выражая

благодарность и искренность, были сказаны. Никто из них до сих пор не ожидал,

что всё получится так. Не в том месте, и совершенно не в то время.

Однако, поток воды, вытекший из

прорванной плотины, не остановился и продолжал течь.

— Потому что… по какой-то причине то,

что ты сказала… казалось, будто ты говорила со мной, а не с Гермией.

Айрис на мгновение прикрыла рот, словно

глотая слёзы. Затем она снова раздвинула губы.

— Быть сильным… не значит, что ты не

пострадаешь. Я всегда думала, что если пострадаю, то проиграю. В конце концов,

проиграть – это слабость, и этого нельзя допустить…

История, начавшаяся так, длилась

недолго. Однако, она не была столь короткой, чтобы пройти на одном дыхании.

Офелия спокойно выслушала сокровенные мысли Айрис, слово в слово, забыв, что

Ричард сидит рядом.

— …В итоге, эм… да. Думаю, благодаря тебе

всё наладилось.

Хоть она и не плакала, Айрис с

покрасневшими глазами повернулась к Офелии и протянула к ней руку для рукопожатия.

— Спасибо и мне очень жаль. Я

рассчитываю на твою дальнейшую поддержку.

Офелия глубоко вздохнула, глядя на

протянутую руку Айрис. При этом Айрис почувствовала, как её грудь опустилась, и

поспешно убрала руку.

Это… было справедливо. До сих пор она

односторонне ненавидела Офелию и злилась, не говоря о причинах. А теперь

внезапно она растрогалась, призналась в чувствах и сказала, что им следует

помириться.

— Я… прости, я веду себя бесстыдно. Я не

должна просить что-то подобное…

— Только не рукопожатие!

Офелия раскинула руки и обняла Айрис,

чей рот был так же широко открыт, как и глаза, от неожиданного движения. Застыв,

как глыба льда, в тот момент, когда её обняли, Айрис немного колебалась, прежде

чем, наконец, неуклюже обнять Офелию в ответ.

Это было, и правда, до смешного неловкое

объятие, из-за которого она даже не знала, куда девать руки и ноги. И она не

могла сказать, какое невыносимое чувство трепыхалось внутри неё, будто она

проглотила спору одуванчика.

По какой-то причине Айрис не выпустила

силу из рук, державших Офелию. «Споры одуванчика», что щекотали её,

увеличивались одна за другой и наполняли её до тех пор, пока сердце не начало

колотиться быстрее.

Каким-то образом этих тёплых объятий

оказалось достаточно, чтобы довести её до слез. Айрис, пережившая трагическую и

болезненную утрату старой подруги, уткнулась лбом в плечо Офелии, что была

меньше её ростом, и зарыдала.

Она не всхлипывала, отпуская шею, и не

кричала, приподнимая голову. У неё не было литров слёз, но достаточно было

пролить несколько капель.

Офелия слегка похлопала Айрис по спине. Она

не говорила, что всё будет в порядке, не утешала, а просто делилась своим

теплом.

Простояв так с Айрис некоторое время,

голубые глаза Офелии встретились с запавшими золотистыми глазами. Ричард

улыбнулся и сказал её одними губами.

— [Уходи].

При этом глаза Офелии сощурились, как от

яркого света, и она также одними губами спросила:

— [Что

вы сказали?]

Когда брови Ричарда дёрнулись в ответ, она

быстро открыла рот:

— Ваше Высочество, мы сейчас уйдём!

Офелия сделала шаг назад и, не забывая,

крепко схватила Айрис за запястье.

— Я-я...извините.

Когда Офелия поймала её запястье, Айрис

небрежно поклонилась Ричарду, утаскиваемая из кабинета. Наследный принц

провожал взглядом двух человек, уходящих за открытую дверь.

Глядя безучастно на место Офелии, с

которого она исчезла, как ветер, так же, как и пришла, Ричард вскоре улыбнулся.

— Ты говорила, что вам не обязательно

быть друзьями.

Он плюхнулся спиной в кресло и прикрыл

глаза.

Вскоре, наверняка, снова прибежит Офелия

и начнёт болтать что-то вроде: «Что вы думаете? Мы с Айрис…».

Ему удалось ясно нарисовать сцену, где

Офелия взволнованно тарахтит, рассказывая ему непрошенные истории. Он мог это

предсказать даже с закрытыми глазами.

Ричард глубоко вздохнул, рисуя в голове

образ Офелии, и медленно отпуская ужасную усталость после бесконечного

регресса.

* * *

Раиса вертела в руках фестивальную

лицензию на продажу спиртных напитков. Отложив бумаги, она посмотрела на небо,

где почти исчез алый закат.

— Скоро наступит ночь.

— Да, миледи. — как-то ответил,

задыхаясь, как пёс.

— Убирайся.

Не было ожидаемого «ты хорошо поработал»

или «тебе пришлось нелегко», не говоря уже о похвале за успех, но гонец кивнул и глубоко поклонился.

— Спасибо.

Раиса мысленно стёрла его существование

ещё до того, как мужчина успел уйти, взяла бумаги и снова просмотрела их

несколько раз. Уставясь на бумаги, она раздвинула сухие потрескавшиеся губы.

— Все, уходите.

Даже распустив слуг, Раиса всё равно не

почувствовала облегчения.

На некоторое время она затаила дыхание,

опасаясь любого шороха. Её чрезвычайно натянутые нервы покалывали, но было

что-то более мучительное.

Лицо Раисы, скомкавшей документы с

надписью «Лицензия на продажу спиртных напитков», было ещё более искажено.

Всё пошло не так, как она планировала. Вопрос,

просочившийся сквозь стиснутые зубы, занимал её мысли на протяжении всего прошлого

регресса.

— Почему в этой регрессии всё не так,

как я задумала?

Теперь, когда петля закончилась, то, что

осталось в её руках, ни в коем случае не было абсолютным успехом.

Речь шла не о том, чтобы она приобрела единоличное

право контролировать поставки алкоголя на фестивале так, чтобы об этом не знал никто, не говоря уже о её

матери. Лицензия была сроком на три года, а граф и гонец, знавшие об этом, остались

живы.

Однако, это был по-своему

удовлетворительный результат, поскольку Раиса изначально не стремилась к

совершенству.

Раньше, прежде чем открыть для себя бесконечные циклы регрессий, она, как говорила

её мать, стремилась к совершенству только для того, чтобы потерпеть неудачу. И

после всех регрессий она пыталась быть идеальной, но ей пришлось принять тот

факт, что в мире нет ничего идеального.

Тем не менее, у неё не было и чувства выполненного

долга или удовлетворения, как от результатов предыдущих регрессий.

Весь процесс последней на данный момент

петли был странным. Нет, правильнее сказать, что всё пошло не так, как

ожидалось.

Никакого процесса тут и не требовалось.

Если бы процесс был важен, Раиса бы даже не начинала откат во времени. Однако, всё равно что-то выбивалось из

её стройного хода событий.

Регрессия накапливает жизненный опыт. Обладая

этим опытом, Раиса могла предсказать, как кто-то отреагирует, когда она что-то

сделает, и к чему в конечном итоге всё это приведёт.

Разве это не ключ к регрессу?

Способность оглянуться назад на причины

и результаты прошлого и изменить их. Другими словами, возможность изменить

будущее по своему желанию.

Опять же, результаты получились примерно

такими же, но в процессе Раиса впала в растерянность.

Сначала это был очень незначительный

поворот, поэтому она отнеслась к нему очень легко. Однако, по мере продолжения

регрессии странные повороты не исчезли. Вместо этого они стали всё более и более

непредсказуемыми.

То, что должно было произойти определённым

образом, внезапно ушло в совершенно ином направлении, а потом появились новые ситуации,

о которых она даже не думала.

Раиса возвращалась снова и снова. Она

делала это множество раз, а когда регрессировать уже было невозможно,

полученные результаты оказались всего лишь удовлетворительными.

Как она могла сказать, что всё в

порядке?

Ей нужно было что-то предпринять, дабы

её способность изменять будущее по своему желанию не стала слишком

непредсказуемой, и будущее не вышло из-под контроля, сорвав все намеченные

планы.