Не важно, насколько продвинутыми могут стать технологии, существует одна надоедливая проблема, вечно досаждающая MMORPG играм: загрузка и установка патчей. Даже в 20ХХ году, Рёта обнаруживает себя нетерпеливо постукивающим ногой под столом, пока разгорячённо входит в игру – ну, всегда, проходя через процесс загрузки и установки множества патчей. Версия 1.01, версия 1.02, версия 1.05, версия 1.2, версия 1.21 – кажется, что загрузка патчей бесконечна.

Он знает, что не имеет права жаловаться. Такая невероятная гарнитура обошлась ему всего в семьдесят долларов, но в начале двадцать первого века, когда виртуальная реальность только начинала развиваться, она легко могла стоить невероятную сумму денег.

Ведь человек, который изобрёл такую технологию для создания этой гарнитуры и компонентов внутри сейчас самый богатый и влиятельный в мире.

Тем не менее, даже знаменитый Джейсон Кларк не способен ускорить интернет до нераздражающей скорости. Сто гигабайт в секунду – загрузка и выгрузка для общего пользования в последнем десятилетии.

Все данные уже загружаются непосредственно в гарнитуру, перед которой сидит Рёта. В отличии от первых гарнитур виртуальной реальности, эта "гарнитура" похожа на повязку, которая комфортно обертывается вокруг головы пользователя. Она полностью беспроводная, все технологические элементы скрыты под удобным и эластичным внешним слоем.

Эта гарнитура не только имеет встроенный компьютер, наравне с суперкомпьютерами, которые обеспечивают нормальную работу всего мира, но и полностью посвящена одной единственной игре: Фантастические Повести Онлайн.

Может, это и не самое оригинальное название для игры, но она достигла того, чего нет ни у одной другой. Игра эмулирует постоянно меняющийся, фотореалистичный фэнтэзи мир.

Установка патчей завершена. Благодарим за терпение. Пожалуйста, поместите Гарнитуру Новой Реальности, модель для массового пользования Фантастические Повести Онлайн на вашу голову, как показано в инструкции на экране – сказал женский голос из динамиков компьютера Рёты. На мониторе была повторяющаяся картинка безликой модели, аккуратно одевающая повязку на голову. Предупреждение под картинкой гласило: "Не защёлкивайте повязку"

Рёта не теряя времени, аккуратно надел гарнитуру на голову.

Пользователь обнаружен. Пожалуйста, лягте на мягкую поверхность, например, на кровать, для продолжения настройки пользователя.

Так же, как и раньше, возбуждённый Рёта, не теряя времени, поспешил к своей кровати, чтобы лечь на неё, как и просили. Это обычно для гарнитуры виртуальной реальности. Любые из тех, что полностью погружают пользователя, предлагают лечь на кровать, для максимально комфортно от погружения.

Погружение пользователя через пять, четыре, три…

– Вот оно!

Два, один…

Видение Рёты сменилось всепоглощающей тьмой. Он может двигать своими руками и ногами, но это не совсем то. Здесь нечем двигать. Он всего лишь плавающее сознание, во тьме виртуальной реальности.

Название игры появилось большими, золотыми буквами.

Фантастические Повести Онлайн.

Перед ним возникла парящая голова. Она похожа на те манекены в торговых центрах, с необычным оттенком и зачастую носящие шляпы.

Излишне говорить, что было довольно тревожно, когда на ней появились пара глаз и губы, смотрящие в направлении Рёты.

– Приветствую, пользователь TheMemeStruggle. Хотите ли вы использовать имя этого компьютера, как ваше имя пользователя, или я должна называть вас иначе? – парящая голова спросила его тем же женским голосом, появившимся из динамиков.

– Я… ух-х, просто Рёта будет нормально, спасибо. – Сказал парень. Будучи названным именем, которое он по глупости указал в пользовательском профиле его компьютера, заставило съежиться от смущения.

Ещё более тревожно стало тогда, когда он понял, что говорит вслух без рта.

– Хорошо, Рёта был установлен как пользователь. Перед тем как мы продолжим, пожалуйста взгляните на пользовательское соглашение.

Окно с бесконечной полосой прокрутки всплыло перед его отсутствующими глазами.

Здесь слишком много, для обычного смертного, это не прочитать даже в течении дня. Не важно, насколько продвинутыми и эффективными технологии могут стать, этого никогда не будет достаточно, чтобы остановить пользователя от принятия соглашения, которое он на самом деле не читал.

– Хорошо, я согласен.

– Вы уверены, Рёта? Вы прочитали только .03% от полного, юридически обязывающего, пользовательского соглашения.

– Да-а-да-а. Всё нормально, спасибо.

– Хорошо.

Большая зеленая галочка всплыла перед окном, перед тем как оно исчезло.

– Подготовка синхронизации пользователя – система, замедление времени, умственная переработка. Вы будете выброшены из погружения, если во время установки будет обнаружена эмоциональная травма. Пожалуйста, приготовьтесь.

Стоп, что? Умственная переработка? Травма?

– Эй, что это зна… – он пытался задать вопрос, но обнаружил, что не способен мыслить или "двигаться". Его мозг был похож на статичный канал телевизора, когда кабель выдергивают.

Он обнаружил себя в кафе из его детства. Это было любимое место остановки после школы, поскольку, милая девушка, работающая с мороженным, всегда давала ему дополнительную помадку.

Как он может быть здесь?

За столиком напротив него сидела миниатюрная девушка с двумя светлыми хвостиками, в великоватом свитере, держа ложку между губ. Она выглядела точно так же, как какая-то клишированная цундере из аниме.

Что ещё хуже – она в его вкусе.

– Ты думаешь о том, какой ты мусор, не так ли, бра-т-и-к? – спросила девушка. Даже её голос – восхитительно надменный.

– Хорошо, я полагаю ты та летающая голова ранее и что ты можешь читать мои мысли. Можешь пожалуйста, ради того малого достоинства, оставшегося у меня, не говорить так больше? Мне это слишком нравится. – Попросил Рёта.

Миниатюрная цундере хихикнула, прежде чем вытащить ложку изо рта.

– Верно! Может, если бы ты прочитал пользовательское соглашение, тогда бы знал, что я сканирую воспоминания и личность, чтобы узнать о тебе всё. Не волнуйся, ничего из этого не попадёт к правительству. Вместо этого, я просто использую полученную информацию, чтобы сделать идеального для тебя помощника! Ты хочешь, чтобы я изменила свою личность, бра-т-и-к?

– Да.

– Так быстро! Хорошо, ладно! Не то, чтобы я хотела быть девушкой твоей мечты или что-то типа того, бак…

– Пожалуйста, остановись. Моё сердце не выдержит.

Она надула губки.

– Если ли какая-то конкретная личность, которую ты бы хотел, чтобы я использовала?

– Просто, что-то отличное от того, что ты используешь сейчас. – Сказал Рёта, отводя взгляд и пытаясь не вступать в зрительный контакт.

– Гхорошо, уи маленкхий неходникх. Сто ты скхажеш по пофоду этой ли-чно-хти?

Рёта немедленно повернул свою голову, чтобы посмотреть на девушку. Она выглядела как прежде, но теперь голос, ну, он не мог вполне сказать, что это был за акцент. Это что-то вроде ужасающего слияния Австралийского, Ирландского, и того звучания, которое в его воображении ожидается от рыжеволосых фермеров, курящих кукурузные початки.

– Ладно, что-нибудь, кроме этого.

Девушка откинулась на спинку сидения, скрестив руки. В то время, как раньше она выглядела игриво, теперь она смотрит на него с отвращением! Девушка плюнула на пол.

– Тц. Почему я должна помогать такому неудачнику, как ты? Типа, разве ты не должен заниматься чем-то другим, вместо того, чтобы играть в видеоигры? Ты такой мерзкий. Я бы предпочла сейчас быть в торговом центре, чем помогать такому мусору как т…

– Я мазохист, только в правильном настроении. Хорошо, если ты просто продолжаешь надо мной издеваться, тогда просто вернись к первой личности. – заскулил он.

Парень не мог поверить, что просто сказал кому-то, даже если это искусственный интеллект, вести себя как цундере сестра, для него.

Он действительно мусор.

– Приве-е-ет, бра-т-и-к! Я заставляю твоё сердце биться чаще, доки-доки? Ну, я знаю, что да! Я имею ввиду, что должна следить за твоими жизненными показателями, чтобы быть уверенной, что у тебя не случился сердечный приступ или не намочил ли ты кровать, или что-то типа того.

– Я думал, что зарегистрировался в фэнтэзи игре не для того, чтобы меня изводили и напоминали, почему этот мир будет лучше без меня? – Вопрос Рёты внезапно заставил девушку стать серьёзной.

– Если вы испытываете суицидальные наклонности, тогда пожалуйста обратитесь в ближайшую линию самопомощи, психиатру, или кому-то, кому можете доверять, и открыто поговорите. Если хотите, я могу назначить для вас встречу на ближайшее время…

– Нет! Нет, я просто пошутил. На самом деле я не хочу умирать или что-то типа того. – Рёта быстро поправил её. Однако, когда он снова посмотрел на лицо девочки, то увидел насмешливую улыбку.

– Ха-ха! Ты действительно повёлся! Глупый бра-тик. Двигаемся дальше! Как бы ты хотел, чтобы меня звали?

Рёта, просто хотел разбить свою голову об стол, вместо продолжения этой пародии.

– Могу я назвать тебя Дьявол? – Спросил он.

Она приложила руки к губам, а по краям её глаз текли не нормальных размеров слёзы.

– Братик! Ты так груб со мной!

Её обиженного голоса и грустного выражения было достаточно, чтобы заставить сменить имя.

– Хорошо! Ладно, что на счёт, ух-х, – он смотрит на неё. С учетом внешности и личности, не было бы лучше дать ей анимешное имя?

– Что насчёт Сая? Не знаю, у меня плохо с именами. Просто прекрати плакать!

Она ещё несколько раз убедительно шмыгнула прежде, чем вытереть свои виртуальные слезы.

– Сая, думаю, достаточно мило, братик-вредина.

Не прошло и секунды, как её грусть и разочарование сменились энергичностью.

– Хорошо! Создание виртуального помощника завершено. Ты можешь изменить мои свойства в любое время. Следующее – настройка персонажа.

Рёта улыбнулся в первый раз, с тех пор как погрузился. Он наконец продвинулся дальше!

И то, куда он продвинулся, было падением в пропасть. Он утонул прямо в кафе и падал в пустоту, пока внезапно не остановился перед зеркалом.

Сначала в нём не было отражения, но когда прибыла Сая, тело появилось прямо перед зеркалом с таким же бледным цветом кожи, каким он был в реальной жизни. Никаких других заметных особенностей не было.

– Вот, пожалуйста! Ты можешь визуализировать то, как будет выглядеть твои игровой персонаж, или менять форму своими руками. Подожди-подожди, братик, ты же не один из тех извращенцев, любящих играть за противоположный пол?

– Я поиграю за мужского персонажа, спасибо, – вздохнув, сказал Рёта. Он чувствует, что его волосы каким-то образом станут ещё белее, если она продолжит.

– Хорошо, вот! – сказала Сая, заставляя появиться причиндалы, свисающие между ног. Это причина, почему игра только для игроков 18 лет и старше. В этом реализме есть нечто большее, чем просто графика и ощущения.

Может, у него ещё и нет лица, но Сая может почувствовать, какое неодобрительное и разочарованное выражение он хочет показать.

– Что? Все части тела настраиваются! Блин, я же не такая извращенка, как ты, братик.

Рёта может только отмахнуться от её ласково-раздражающего обаяния и сосредоточиться на задаче. Как он хочет выглядеть? Это довольно сложно. Парень решил попробовать несколько вещей.

Бледное тело, превратилось в маленького, зелёного гоблина, от одной мысли. Другая мысль заставила нос гоблина стать длинным и свисающим, а противоположная заставила его уйти так глубоко в голову, что лицо провалилось в графическом глюке.

– Чтобы ты знал, братик, любой внешний вид, ломающий погружение – не допустим. Ты можешь играть с редактором насколько хочешь глупо. Я могу сделать скриншоты, которые ты сможешь показать другим, если хочешь, но ты должен быть серьезен к своему реальному персонажу!

Это отвечает сразу на несколько его вопросов. Подождите-ка, он вернул модель обратно в обычную человеческую форму и прошёлся вперед. Парень посмотрел вниз на свою промежность.

– Братик, пожалуйста, не говори мне, что ты хочешь сделать то, что сделали 93.98% мужских игроков.

Ох, да, он определённо собирается это сделать.

Он свисал на пол от своей полной длинны. Затем он становился толще, чем ноги модели, и наконец, сжался обратно до более реалистичных размеров. Хорошо, он добился этого от системы.

Парень посмотрел на Саю, увидев фейспалм с покрасневшими щеками.

– Ты худший, братик. – сказала Сая.

– Поверь мне, я знаю. Хорошо, теперь буду серьёзен. Что ты любишь больше, лис или собак? – спросил её Рёта.

– Учитывая, что моя личность построена на твоей собственной, то мы разделяем те же симпатии и антипатии. Ты должен знать, каков мой ответ, принимая во внимание эту информацию, бра-т-и-к.

Подождите, если всё так, как она сказала, означает ли это, что где-то в его голове есть личность сестры-цундере? Теперь у него ещё больше вопросов, на которые он сомневается, что получит ответ.

– Это собаки. – Рёта вернулся к поставленной задаче. Пара навостренных ушек появилось на голове модели, а затем, огромный, пушистый хвост вырос чуть выше его задней части.

– Волчьи уши и хвост? Какой резкий взгляд, братик! Просто шучу, это своего рода и мило, и в то же время круто. Дай угадаю, ты пытаешься исправить дисбаланс между девушками-животными и мужчинами-животными?

Рёта показал ей палец вверх. Сая ответила очередным фейспалмом.

Следующее в списке: быть круче, чем в реальной жизни. Модель увеличилась в росте до ста восьмидесяти восьми сантиметров, приобрела широкий скелет, идеально подходящий для наложения мышц, и сформировала более сильную линию подбородка с мужественными чертами лица.

Белая кожа модели, сменилась светлой, плоское тело заполнилось мускулами, а что касается определенной вещи – он решил сделать её на границе среднего. Может и немного выше среднего. Хорошо, на пять сантиметров больше среднего. Это просто игра, кого это волнует? Ведь никто не будет видеть его.

Семь?

Нет, только пять. Семь многовато.

Ладно, семь.

Осталось только кое-что уточнить. Он убедился, что нос модели тот, который он хотел, придал глазам мягкий, красный цвет, и сделал пару коротких, толстых бровей над глазами. Волосы белые, как снег и растущие до пояса, и они выглядят как самые пушистые, мягчайшие волосы, которые он когда-либо видел! Даже он хочет погладить их несмотря на то, что они его собственные.

К концу этого он выглядел так, будто пытается соблазнить девушек, которым нравятся мужественные парни бисенена из симуляторов свиданий, где одинокая, нормальная девушка преследуется группой самых привлекательных мужчин в мире, либо пытается привлечь женоподобных мужчин, желающих называть его папочкой. Существует очень тонкая грань между бисененом и яоем.

Есть ли вообще эта грань?

Он уже может сказать, что один из его друзей будет домогаться.

Как только Рёта подумал сказать слова "Хорошо, я готов". – он телепортировался в тело, которое только что создал.

С самого момента погружения у него наконец появилось тело!

– Хорошо! Это идеально. Как я выгляжу? – он спросил Саю, повернувшись к ней лицом, держа руки на поясе.

Сая немедленно закрыла глаза и отвернулась. Он видит, как кончики её ушей покраснели.

– Такой извращенец, братик! Ты не можешь показывать что-то подобное прямо перед моим лицом!

В этот момент он захотел, чтобы было что-то, что он мог бы бросить в неё. Она в полуметре от него! Это даже не близко к её лицу!

Сая хихикнула и открыла глаза.

– Выглядишь хорошо, братик! Есть несколько заключительных моментов, через которые нужно пройти, чтобы обеспечить тебе приятное времяпровождение в Фантастических Повестях Онлайн.

Перед ним появилось несколько парящих экранов.

Первый гласит: “Вы желаете включить травмирующий контент?”

Рёта слышал об этом. Кровь, пытки, насилие – всё это и многое другое попадает под травмирующий контент, и это часто является причиной споров в СМИ. Однако, поскольку игроки должны добровольно сделать выбор, "это испытают только те, кто не согласился отключать" - часто парирует компания.

Рёте хватило такого в играх и книгах, тут это ни к чему.

– Пожалуйста, установите ползунок на количество боли, которое вы хотели бы испытывать.

Гласило следующее окно. Он перемещал ползунок между 0% и 100%. Парень предпочел бы не чувствовать, каково это когда тебе отрезают руку, на случай если это случится, но и установить на 0% было бы слишком легко. Он поставил на 50%. В таком случае, если что-то произойдет, всё равно будет очень больно, но не настолько, чтобы покалечить его.

Рёта знает, что эта игра пытается быть как можно более реалистичной. Вот почему и травмирующий контент, и реалистичная боль – серьёзная часть этого. Самая нереалистичная часть игры, помимо того факта, что здесь существуют все виды мистических зверей и магии - это то, что персонажам никогда не нужно использовать уборную. Хотя, у них есть потребности в еде, сне и воде.

Третье окно показывало карту. Она показывает весь изученный до данного момента мир, и он может выбрать любое место для появления. Однако, он уже решил со своими друзьями, где они все появятся. Парень выбрал лесной регион, недалеко от побережья на восточном континенте. Область имеет множество возвышенностей, откуда можно осмотреть окружение, поэтому для него и друзей будет легче найти друг друга, если они этим воспользуются.

– На этом всё, братик! Как бы ты хотел назвать своего персонажа? – спросила Сая.

Рёта не теряя времени, выкрикнул свой ответ. Он подготовился к этому.

– Фенрир!

– "Фенрир" задан. Фенрир749 приемлемо? Это только для технической базы данных. В игре ты можешь назвать людям любое имя, в том числе и Фенрир! – объясняет Сая.

Он должен был подготовиться лучше.

– Да, это достаточно хорошо. Есть ли какой-либо способ для других людей увидеть, что я на самом деле Фенрир749? Будет неловко, если кто-то поймёт это.

– Неа! Это исключительно для базы данных. Я обещаю, бра-тик.

– Хорошо, достаточно неплохо.

– Ох! Ещё кое-что, последняя вещь. Обещаю. – сказала Сая.

Рёта знает, что она просто играет роль милой маленькой сестры, и не может быть, чтобы она что-то вот так забыла. В конце концов, она ИИ.

– У тебя есть какие-либо замечания о процессе установки?

– Не совсем. Я думаю, она гораздо лучше, чем в большинстве игр, всё достаточно ясно, и это ух-х, определенно уникально. Окружение, основанное на моих воспоминаниях, было действительно хорошим, спасибо, что напомнили мне об этом месте, – сказал Рёта.

– Нет проблем, бра-тик! Даже такой мусор, как ты, время от времени заслуживает некоторого фансервиса. Хорошо! Готов ли ты начать своё приключение в Гае, Фенрир? – Спросила Сая.

Фенрир поднял большой палец вверх.

------------------------

Перевод: Twin Stars

Редактура: AniStorm Media

Мириады цветов водоворотом кружатся вокруг Фенрира. Где когда-то была тьма, зеркало, и цундере, сейчас так много искрящихся огоньков и форм, что его разум изо всех сил старается не отставать. Несмотря на то, как это красиво и завораживающе, он не мог не задаться вопросом, как эпилептики справляются с этим. Вызовет ли это припадок несмотря на то, что всё происходит в их головах? Подождите, если это так, тогда и слишком красочные сны вызывали бы его?

Его вырвало из размышлений только тогда, когда он почувствовал, что приземлился на твёрдую землю. Ну, приземлился не слишком подходящее слово. Это больше похоже на то, что всё материализовалось вокруг него, и земля была последним завершающим звеном.

Все те цвета и формы сейчас вырисовываются в прекрасный мир, прямо наслаждение для глаз. Здесь обширные зелёные поля, украшенные цветами, с пчёлами и бабочками, леса в дали за травянистыми холмами и существа на любой вкус, перемещающиеся по земле и небу, так далеко, насколько он может видеть.

Его челюсть отвисла от того, насколько всё это невероятно красиво. Он играл ранее в игры виртуальной реальности, но ни одна из них не выглядела так реалистично! Это неотличимо от реальности. Идеальны не только пейзажи, но и ощущения. Мягкий ветерок, прочёсывающий высокую траву и распадающийся вокруг него, он может чувствовать тепло солнца, сияющее над ним своими лучами, и волны, которые он слышит?

Фенрир взобрался на ближайший холм, чтобы осмотреть поле.

Вознаграждением был вид огромного, голубого океана, волны которого разбивались о песчаный пляж. Он даже запах чувствует! Наклонившись, чтобы набрать пучок травы в свою руку, он почувствовал своими пальцами даже мельчайшее сопротивление! Он вырвал траву из земли, чтобы посмотреть, что произойдёт.

Прямо как в реальной жизни! Трава вытаскивается и ничего не оставляет, кроме куска грязи и насекомых, расстроенных от того, что их убежище было перемещено. Одни из немногих вещей, которые произойдут в любой другой игре: его руки прошли бы сквозь траву; он смог бы потянуть за неё, но она застряла бы в земле; или он смог бы вытащить её, но она немедленно отросла бы снова такой же высокой, как раньше. Но здесь? Здесь он может с лёгкостью выдернуть траву и всё что она оставит - грязь.

И несколько раздражающих жуков.

– Это потрясающе! Никогда не думал, что смогу испытать нечто подобное! Эй, Сая, ты тут? – спросил Фенрир. Его голос был гораздо более глубоким, чем в реальной жизни, чтобы соответствовать мужественной внешности его персонажа.

– Я всегда здесь, бра-тик. Я вижу и чувствую, всё, что ты делаешь. Технически, прямо сейчас я живу внутри твоей головы. Разве это не здорово? Мы всегда сможем быть вместе! – ответила Сая. Он не мог её видеть, но слышал голос, раздавшийся прямо в его голове.

Это действительно странно.

– Я думал, что ты должна быть немного цундере, теперь ты ведёшь себя по отношению ко мне как яндере? – спросил Фенрир. Он не знает, должен ли говорить в слух, или просто думать.

– Ох, вспомнила! Куда я положила свои ножи...

Фенрир встряхнул головой. Помимо раздражения от её действий, он действительно находит это всё интересным. Его взаимодействия с ней до сих пор, более чем компенсируют стоимость гарнитуры.

Подождите, разве не слишком жалко, что он считает немного общения с виртуальной девушкой стоящим семидесяти долларов?

– Да, типа того. – Сая подтвердила его мысли.

– В любом случае, как открыть меню? – спросил Фенрир.

– Ты не можешь.

– Что?

– Здесь нет меню.

– Не помню, чтобы я читал об этом где-нибудь. Как мне управлять своим инвентарем, навыками и остальным?

– Ты не можешь. Просто иди и живи здесь своей новой жизнью, как в реальности.

– Тогда как получать специализацию и навыки своего персонажа? Что если я хочу быть, как воин, с высокой силой и здоровьем?

– Тогда иди и делай вещи, повышающие твою силу, глупый бра-тик! Поднимай вес или руби деревья! Позволь ударить себя множество раз, если хочешь больше здоровья!

– Что если я хочу быть очень умным магом?

– Учись и старайся!

Это действительно так просто? Фенрир думает, что понимает, но удивлён, что эта игра имеет распространённую систему персонажей, учитывая это, система фактически делает теорию распределения очков, снаряжения и анализ механики невозможными. Как кто-то сможет понять, какой навык лучше, если здесь нет ни цифр, ни видимой статистики?

–Хорошо. – Фенрир подумал, какой вопрос задать следующим.

– Тогда, что по поводу способностей? Если я хочу быть кузнецом, для примера, должен ли я пойти и сделать кучу железных кинжалов один за другим, чтобы повысить кузнечное дело? У навыков вообще есть уровни? Стоп, как работают навыки, если мы не знаем, какие из них у нас есть?

– Бли-и-и-ин, как много вопросов, бра-тик. Не волнуйся так сильно! Здесь есть статистика и навыки, но они все скрыты и управляются мной. Каждый игрок имеет собственного помощника, как я у тебя, для управления их персонажами. Если ты делаешь что-то, увеличивающее твою силу, то я увеличу её! Если ты усердно тренируешь свою скорость бега, я сделаю тебя быстрее и дам больше выносливости! Если ты всё время дерешься одноручным оружием, тогда ты получишь навык, увеличивающий твои боевые способности владения одноручным оружием, который будет поднимать ранг каждый раз, при попадании под критерии! Ты просто не будешь знать, какие навыки у тебя есть, и как их повысить. Единственный способ узнать об этом – играть и контактировать с другими игроками. Поверь мне, бра-тик, ты заметишь различия во время игры! Просто делай то, что хочешь. Навыки есть буквально для всего, от ходьбы до боя, от еды до создания вещей, и от задерживания дыхания до восхождения на горы! Прямо как в реальной жизни. Чем больше ты что-то делаешь, тем лучше получается, что бы это ни было. – Сая наконец замолкла, делая глубокий вдох.

Фенрир хочет щёлкнуть её по лбу, так как знает, что ей не нужно дышать.

– И наконец, есть даже возможность создавать что-либо, или если ты достаточно удачлив, то новый навык будет создан специально для тебя! Ты, конечно, этого не узнаешь, но если смотритель решит, что ты чего-то стоишь, тогда она создаст новый навык и отправит мне, для добавления в твою коллекцию! Типа, может быть, если ты поставишь своей жизненной целью убить миллион милых кроликов, то получишь специальную способность, мгновенно убивать кроликов, просто посмотрев на них!

– Но я люблю кроликов. – сказал Фенрир.

– Что ты за волк такой? – спросила Сая.

– Дружелюбный.

Хоть он и не видит этого, но чувствует, как закатываются её глаза.

– Хорошо, значит технически, статистика, навыки, лист персонажа и все остальные обычные вещи – существуют, но они все невидимы и доступны только тебе и другим помощникам. И если я спрошу подробности, ты мне их не дашь. Верно? – он спросил её.

– Верно, бра-тик!

Если подумать, это достаточно неплохо. Это значит, что ему не нужно думать о лучшем навыке или ограничивать себя лишь несколькими повторяющимися задачами, для получения опыта. Никто не осудит его в случае, если он случайно поместит свои очки не в ту статистику, или если он не носит лучшее снаряжение в определённом слоте! Тогда он кое-что понял.

– Полагаю, здесь нет ничего типа списка друзей или чего-то похожего, как и экранов группы. Верно?

– Верно! Если решишь быть кем-то на подобии целителя, то нужно обращать внимание на видимый ущерб и просьбы членов группы.

Бедные, бедные целители. Они и так получают достаточно тумаков за то, что допускают смерть члена группы, а теперь им нужно как-то поддерживать своих товарищей, не имея возможности увидеть очки здоровья и сколько урона они уже получили? Он точно не будет целителем.

– Ещё один, последний вопрос, наверное. Сколько я могу спросить у тебя? Я имею ввиду, сколько ты можешь мне сказать?

– Мне нельзя быть более конкретной, чем сейчас. Всё остальное может быть рассмотрено как читерство, и ты получишь бан, а все баны перманентны! Я жестко запрограммирована не говорить тебе больше, бра-тик. И отвечая на следующий вопрос, который ты собираешься задать, – Она в его голове и может читать его мысли в конце концов, – Ты можешь говорить со мной и задавать вопросы, когда захочешь! Я так же передаю любые важные для тебя новости, скажу тебе, если кто-то зайдет в твою комнату, предупрежу о проблемах со здоровьем, и разбужу, когда ты будешь готов. Во всём остальном, я могу быть тихой или болтливой, в зависимости от того, какой ты хочешь меня видеть.

– Спасибо за информацию, Сая, но не отвечай на мои вопросы прежде, чем я их задам. Это странно. Так же, ты не против, если я сосредоточусь на игре вместо того, чтобы составлять тебе компанию, да ведь? – Фенрир чувствует себя виноватым, спрашивая об этом, но перед ним выстроился огромный для исследования мир.

– Вредный бра-тик, оставлять меня одну в своей голове, пока сам исследуешь... просто шучу! Мы, практически, один и тот же человек. У меня есть доступ ко всем твоим мыслям, воспоминаниям и чувствам. Всё, что ты испытываешь, испытываю и я, поэтому так же возбуждена исследованием мира, как и ты! Покажи мне много интересных мест и делай много забавных для нас обоих вещей, хорошо?

Он до сих пор не знает, как относиться к тому факту, что она имеет доступ ко всему этому, но утешает то, что если он сфокусируется на игре, она не будет чувствовать одиночество.

– Ты слишком хороший, бра-тик! Что ты будешь делать, если плохие парни попытаются устроить на тебя засаду? Беспокоиться об их чувствах? Я обещаю, что тебе не нужно беспокоиться обо мне. Кроме того, какой глупый человек беспокоится об искусственном интеллекте, когда на нем ещё даже нет одежды?

– Дружелюбный. – Ответил Фенрир.

– Блин, братик! Это я должна заставлять твоё сердце биться чаще, а не наоборот! – пожаловалась Сая.

Фенрир поднимает руку, чтобы щелкнуть по воздуху перед ним.

– Это по твоему лбу. Стоп, что ты сказала по поводу одежды? – спросил он прежде, чем посмотреть вниз.

Ни одного кусочка ткани, скрывающего тело.

Излишне говорить об удивленном вздохе, изданным им. Последовала немедленная попытка прикрыться, которая не совпадала с внешностью его мужественного персонажа.

Фенрир узнал, что игра не только прекрасно справляется с имитацией пейзажей и осязания, но и способна великолепно воссоздавать чувства стыда и смущения.

Теперь он понял, что начал без единого слота снаряжения. Он и его "плюс 7 см" видны всем.

– Ты могла бы предупредить меня раньше! – кричит он Сае, хотя, для любого потенциального прохожего, это выглядит так, будто он кричит на ветер.

– Я хотела посмотреть, сколько времени пройдёт прежде, чем ты заметишь! Кроме того, я предупредила. В итоге я удивлена, что ты так смущён, учитывая, как размахивал этой штукой во время создания! – ответила Сая.

– Я не размахивал ей, и это другое! Ты виртуальная и в моей голове! Кто-нибудь другой может сейчас меня увидеть – ну ты знаешь, реальный человек!

– Те-е-е-е-е-х-н-и-и-и-и-ч-е-е-е-е-с-к-и-и-и, они тоже будут виртуальными созданиями в твоей голове.

– Ты знаешь, что я имею ввиду.

– Такой грязный Они-чан.

– Эффект пройдёт, если ты продолжишь меня так называть.

– Мы оба знаем, что это не правда, О-ни-чан.

– Всё, я тебя игнорирую.

Вместо того, чтобы разбираться с надоедливой виртуальной младшей сестрой-помощницей в его голове, он решает осмотреться, чтобы найти чем бы он мог прикрыть себя. Должно же быть что-то поблизости.

Стоп, у него же есть хвост, верно? Он потянулся назад, чтобы почувствовать его. Всё это время, от него не было никаких ощущений, но как только он до него дотронулся, то внезапно осознал, где именно он находится и что делает. Он даже может им двигать! Вместо того, чтобы действовать в стиле пещерного человека ища поблизости листья, как он и хотел сделать, он легко обернул свой хвост вокруг талии, чтобы скрыть всё важное.

Но это удивительно быстро утомляет. Такое чувство, что если он будет держать его в таком неудобном положении слишком долго, то хвост сведёт в судороге. Ему нужно быстрее найти решение получше.

Стоп, если он не чувствовал свой хвост ранее... он подумал о ушах на его голове.

Эксперимент. Его собачьи ушки дёрнулись на верхушке головы, как только он поднес к ним правую руку. Медленно и мягко, он проводит кончиками пальцев от основания уха до кончика. Они дёрнулись, в момент, когда его палец заскользил по ним, и он невольно прижал свою голову к руке. Только когда его палец покинул кончик уха, он осознал, что его хвост виляет против воли.

Это опасно. Если такие хорошие ощущения только от моих пальцев, что если кто-то ещё будет играть с его ушками?

Он осмотрелся, убедившись, что никого рядом нет прежде, чем начать ласкать свою голову. Не только его волосы нелепо мягки и пушисты, но и чувства великолепны, только от поглаживания его собственной головы! Теперь он понимает, почему аниме девушки любят, когда их головы гладят. И собак. Означает ли это, что аниме девушки и собаки похожи?

Он может не знать ответа на этот вопрос, но точно знает одну вещь; поглаживания по голове – это любовь; поглаживания по голове – это жизнь.

Он посмотрел вниз на свой живот. Ладно, чесать свой собственный живот было бы странно. Он не будет этого делать.

Он посмотрел на лево.

Он посмотрел на право.

Его ноги начало трясти, в ту же секунду, когда он начал чесать свой живот. Ладно, это просто странно. У него только волчьи хвост и уши – он не хочет вести себя как собака!

– Сая, я чувствую, что ты прямо сейчас меня осуждаешь. - сказал Фенрир.

– Конечно, извращённая собачка Они-чан. – Сая подтвердила его опасения.

– Как же это было запрограммировано? Все ли персонажи с животными чертами, ведут себя как звери, когда дело доходит до такого рода вещей?

– Конечно нет. Большинство из них это делают, но только потому, что игрок ощущает, как их персонаж должен реагировать. Поэтому, если ты получаешь такое возбуждение, от касания своих собственных ушей и почёсывания живота, это потому, что твое подсознание говорит мне, чтобы твой персонаж так реагировал, извращенная собачка Они-чан. Если ты ожидаешь именно такого эффекта, то таким он и будет!

– Пожалуйста, прекрати называть меня собакой. Нет нужды плодить ещё больше ужасных фетишей, чем уже есть.

– Не волнуйся, я уверена, что ничего не переплюнет твою любовь к девушкам в свитерах!

Это правда. Нет лучшего зрелища в мире, чем симпатичная девушка в свитере.

Ладно, теперь, когда он прикрыл свои "плюс 7 см" и узнал, что у него, по-видимому, есть подсознательное желание вести себя как собака, пришло время найти своих друзей. Они оба должны быть где-то здесь, поскольку у них уже была готова гарнитура, они ждали только его и вошли первыми, привыкая ко всему тут, пока он подготавливал свою

– Ладно, я поговорю с тобой позже, Сая. Я должен найти своих друзей, пока они не поубивали друг друга. – Фенрир мысленно помахал ей на прощание.

– Удачи!

Теперь о поиске друзей.

Хотя они все и смогли выбрать одно и то же место появления, оно не так точно, как им хотелось бы. Больше похоже, что они выбрали ту же зону для появления, а не то же самое место. Карта позволила им увеличить масштаб нужного квадрата, до определенного момента и остановилась прежде, чем позволить им получить более точные данные, поэтому их раскидало по достаточно большому квадрату земли. К счастью, они нашли способ обойти это: все направляются к центру квадрата. Поскольку Фенрир появился почти на краю, на западе, то должен идти на восток.

Восток значит.

Прогулка по травянистым полям без одежды создает странное чувство. Он не был на улице ни в чем, кроме джинсов и рубашек с длинными рукавами почти десять лет, поэтому ощущать травинки на своей голой коже – незнакомое, но расслабляющее ощущение.

– Виктор! Спенсер! Парни, вы здесь?! - Фенрир кричал время от времени. Но не получал ответа.

Учитывая, что он не видел никаких других игроков, а только дикую природу, такое чувство, что он единственный человек в мире. Безумие полагать, что в игре с более чем 50 миллионов активных игроков, в одном мире и на одном сервере, нет ни одной живой души. Этот мир огромен. "Виктор, у меня есть для тебя водка!" – Фенрир пытался привлечь внимание друга, но ответа до сих пор нет.

Затем, вдалеке, появилось интересное зрелище. Он видит маленького мальчика с рогами, за которым гонится массивный... орк-культурист? Что ещё более важно, похоже, что орк хочет жестоко убить преследуемого маленького мальчика.

Да, это определённо друзья Фенрира.

Возбуждённо улыбаясь и виляя хвостом, Фенрир побежал к ним. Догнать их сложновато, так как у них есть фора и они его не заметили, но в конечном итоге они услышали его крики и остановились, чтобы посмотреть.

Маленький мальчик первым сменил направление и побежал в сторону Фенрира.

– Рёта! Задница-вик снова меня обижает! – вопил Спенсер, пытаясь прыгнуть к Фенриру на руки.

Как бы то ни было, учитывая тот факт, что они оба голые, Фенрир выставил ладонь к лбу Спенсера, останавливая его.

Крупный мужчина, который определённо являлся Виктором, скривился и посмотрел на него, будто хотел выбить из этого мальчика всё дерьмо.

– Я повторяю тебе каждый раз! Не говори мне таких вещей! – выразил свое недовольство орк Виктор.

– В чём дело, Папочка? Я думал, что ты любишь обращаться со мной, как со своей маленькой – Спенсер был оборван Виктором, бросившегося на него с кулаками.

Единственной преградой между ними, был Фенрир, Спенсер высовывал свой язык у него из-за спины.

– Хорошо, хорошо. Спенсер, прекрати дразнить его. Вик, перестань воспринимать это так серьёзно. Ты знаешь, что он не будет тебя так дразнить, если ты не будешь так реагировать. – Фенрир пытался играть роль миротворца.

– Он расстраивается только потому, что я заставляю его сомневаться в своей сексуальной ориентации. – вмешался Спенсер.

Излишне говорить, что это разозлило орка еще больше.

– Не заставляй меня позволить ему тебя избить. – Пригрозил Фенрир.

– Если он хочет наказать меня за то, что я маленький проказник, всё, что ему нужно сделать - отшлепать меня. – Спенсер сказал это своим самым соблазнительным и женственным голосом.

Именно в этот момент он понял, что облажался, потому что Фенрир отошел и позволил зеленому кулаку ударить прямо в лицо мальчика.

Лицо Фенрира встретилось с его же ладонью. Обычно, так всё и происходит. Просто чудо, что эти двое – лучшие друзья, несмотря на их экстремальные различия.

– Эй, я только что понял, что никто из нас не играет человеком. С уверенностью могу сказать, что Вик должен был быть орком, но что по поводу тебя, Спенс? – спросил Фенрир.

Мальчик, который всё ещё тёр своё лицо и надул губы, вскочил на ноги указав на свои рога.

– Я хотел быть как олень! – сказал Спенсер.

Это первый раз, когда Фенрир смог хорошо рассмотреть персонажа Спенсера. Он ниже 1.5 м ростом, имеет пару коротких, похожих на оленьи рогов, торчащих над парой висящих оленьих ушек по бокам головы, и в целом, имеет довольно женственное тело. Это похоже на обычную привычку мальчика, играть за трапов в играх, чтобы попытаться запутать ориентацию каждого мачо, которого встречает.

Что по поводу Виктора - громадный орк выше 2.1 м ростом, мускулистый, с седыми волосами и такой же бородой. Пара клыков торчат из-за нижней губы, и выглядит так, будто у него нет шеи, благодаря ненормальным трап.(трапециевидным) мышцам, которые он дал своему персонажу. Каждый из друзей Фенрира любит трапов, но совершенно разные их версии.

– Вы, ребята, сделали неплохих персонажей. Как их зовут? Я выбрал имя Фенрир. Волк и всё такое.

– Олеандр! Я хочу попытаться сделать своего персонажа всего такого натурального. Думаю, было бы здорово специализироваться на магии яда. Также олеандр ядовитый, так что, я думаю, имя подходит! – Спенсер, или скорее Олеандр объяснил. Когда он говорит о яде, в его глазах можно увидеть тонкий садистский блеск.

– Бонекрака. – сказал Виктор, который теперь Бонекрака. Даже если он играет за орка, его Русский акцент всё ещё присутствует во всей своей красе.

– Ладно, давайте использовать эти имена, чтобы привыкнуть к ним. Так, мы не будем случайно называть друг друга нашими настоящими именами, когда вокруг новые люди. Кстати, Бон, что задумал финальный босс? – спросил Фенрир.

– Эта сука отказалась давать мне выходной на игру. Перестал жаловаться, когда она сказала, что её родители могут приехать в эти выходные. Лучше цените жертву, которую я принёс, чтобы поиграть с вами двумя. – объяснил Бонекрака.

– Твои родственники не могут быть настолько плохими, да ведь? – спросил Фенрир.

На лице Бонекраки появляется выражение ПТСР[1], которое Фенрир видел только в военных фильмах.

– Никаких разговоров об этом.

– Я бы хотел, чтобы она больше играла с нами. Забавно, когда есть с кем тебя задирать! – Олеандр сказал это с широкой улыбкой, – Кстати, Фенни, милый персонаж. Ты уверен, что не хочешь уйти куда-нибудь наедине со мной?

Фенрир щёлкнул Олеандра в лоб.

– Уверен. В тавернах будет много парней, с которыми ты сможешь повалять дурака. Как бы то ни было, что мы будем делать с ситуацией, касающейся нашего снаряжения? – спросил Фенрир, и кажется, он единственный кого это волнует. Бонекрака стоит, выставив напоказ все свои преувеличенные размеры, и Олеандр, кажется, тоже не испытывает ни капли стыда, – Да ладно, мы не можем просто ходить голыми. Что если кто-то увидит нас?

Оба его друга пожали плечами.

– Это просто игра. Кого это волнует? – спросил Бонекрака.

Он всегда был из тех, кто полностью отделяет игры от реальности. Что касается Олеандра, то он просто извращенец, поэтому комфортно чувствует себя голым.

– По крайней мере, давайте найдём немного палок и камней. Нам нужно оружие. – предложил Фенрир.

Бонекрака снова первым отклонил идею:

– Мужчинам нужны только кулаки.

– Я хочу быть заклинателем, поэтому мне тоже не нужно оружие. – добавил Олеандр.

– Заклинатели используют посохи или палочки, разве нет? – спросил Фенрир.

– Временами! Но я читал, что в этой игре есть тонны различных способов использовать магию. Если можешь придумать новый способ делать это, тогда ты можешь пользоваться им! Я думаю, это будет действительно круто и соответствует моему образу, если я типа... буду использовать растения и всё такое для каста магии. Я ещё точно не знаю, как хочу это делать, но мне нужно быть уникальным! – объяснил Олеандр.

– Уникальная снежинка[2] – сказал Бонекрака.

– Не заставляй меня лапать тебя.

Бонекрака отступил назад от угрозы Олеандра.

– Ладно, значит, никого из вас не заботит одежда, и никому не нужно оружие. Что вы, парни, хотите делать? – спросил Фенрир.

– Покер, алкоголь, нападения, убийства. – сказал Бонекрака.

– Пей, трахайся, убивай и путай ориентацию парней! – сказал Олеандр.

По крайней мере, они солидарны в двух вещах. Если бы не это, они бы никогда не поладили.

– Что насчёт тебя, Фенни? – спросил Олеандр.

Фенрир вспоминает увиденный океан. А также думает о возможных способах раздобыть снаряжение.

– Крафт и рыбалка, наверное. – сказал он.

Они оба закатили глаза.

– Будешь плакать всё время, что мы без одежды? – спросил Бонекрака.

– Похоже, что я плачу? Я просто думаю, что нам нужно прикрыться на случай, если мы кого-то найдём. Почему бы нам не пойти в тот лес? – спросил Фенрир, указав на юго-восток, – Вы двое сможете поохотиться и попробовать себя в бою, а я попробую что-нибудь сделать с нашим недостатком снаряжения.

Его друзья переглянулись, пожали плечами и кивнули.

Чтобы добраться до леса прогулочным шагом понадобился час. Хотя необходимость путешествий на такие длинные дистанции была бы проблемой для большинства игр, этот метод погружения способен использовать замедление времени. Из-за этого, в реальности прошло только 30 минут. Внутри-игровое время идет вдвое быстрее, чем в реальности. Поэтому, хотя и требуется больше времени и усилий, чтобы добраться куда-то, они могут играть дольше.

Голод уже начинает бушевать из-за недостатка выносливости их тел, поэтому они всё больше устают и ворчат. Ну, в основном именно Бонекрака. Он очень быстро злится, когда голоден.

– Эй, Бони, если выиграешь меня в 'камень, ножницы, бумагу', тогда я отдам тебе все мои корабли в Вечном Космосе, – предложил Олеандр, – Если я выиграю – ты понесешь меня!

Звучит как слишком неправдоподобно-выгодная сделка. Если Бонекрака выиграет, он получит доступ к кораблям, стоящим несколько тысяч долларов – бесплатно, в другой игре. Если проиграет, ему придется всего лишь нести этого паршивца.

Фенрир уже знает, чем все закончится.

Разумеется, из-за неспособности Бонекраки отрицать результат азартной игры, Олеандр взбирается на его плечи. К счастью для девиантного мальчика, каким бы гомофобным не был Бонекрака, он всегда держит свое слово, независимо от того, что сейчас прижимается к его затылку.

Олеандр слезает с Бонекраки, только когда они оказываются в лесу.

– Хорошо, встретимся здесь позже. Вы, ребята, ведите себя хорошо и убивайте, а я попытаюсь раздобыть для нас кое-каких вещей. Постарайся не слишком бесить его, Спенс- Олеандр. – сказал Фенрир.

Привыкание к новым именам всегда являлось одной из наиболее сложных частей MMO. Некоторые люди следуют легкому пути, используя одно и то же имя для всего, во что играют, но не эти трое. В сердце, каждый из них хоть немного ролевик.

–Так точно, Капитан! – ответил Олеандр, тыкая в бок Бонекраки, от чего тот подпрыгивает.

Снова начинается погоня между этими двумя.

– Клянусь, они ведут себя как старая супружеская пара. Сначала они могут делиться напитками, чтобы отпраздновать убийство нубов, а в следующий момент Викт – Бон, готов примчаться сюда, чтобы убить его, – вздохнул Фенрир, – Как ты там, Сая?

– Я в порядке, Они-чан! Забавно наблюдать за поведением твоих друзей. – ответила Сая.

– Может быть. Как бы то ни было, время найти, чем прикрыться.

– Удачи!

Если бы всё было так просто.

Фенрир оглядел лес, в поисках чего-то, что он мог бы использовать. Его первой идеей было действовать в стиле Адама и Евы, обернув несколько листьев вокруг талии, но не нашел ни достаточно больших, ни достаточно прочных. Конечно, он мог взять несколько растений и лишить их волокон, затем превратив их в нитки сделать какую-нибудь одежду, прямо как он видел в каком-то видео, но это заняло бы много времени. Он хочет быстрого решения, и достаточно эффективного для трех человек.

И тогда, он увидел это. Это бог из машины[3], пришедший спасти день? Нет. Скорее всего, это будет полная противоположность – злобный бог из машины. Итак, что же это за ужасная вещь, которая испортит день или, по крайней мере, разрушит его миссию?

С другой стороны нескольких деревьев открывается прекрасный вид на большой пруд, украшенный только что опавшими листьями. Несколько лесных существ стоят у пруда и пьют воду. Там олень, несколько кроликов, белки, и… стоп, кролики? Он смотрит на ближайшего. Ему в голову пришла мысль об их убийстве, для получения способности делать это только взглянув на них. Нет, он не будет этого делать.

– Какой заботливый медвежонок, братик. – вмешивается Сая, но её мысленно отшвыривают.

У Фенрира есть идея получше поиска одежды. Не похоже, что кто-то сможет его обнаружить, учитывая размеры этого мира и того факта, что он в лесу.

Он сомневается, что сможет сделать удочку из подручных материалов, в основном из-за отсутствия лески, но он может действовать в древнем стиле и сделать себе копьё. Для начала, ему необходимо найти хорошую палку.

К счастью, палки и прибывание в лесу идут рука об руку. Он находит одну упавшую ветку длиной примерно с его рост, обрывает изогнутый конец, чтобы сделать ее прямой, а затем поднимает зазубренный камень, чтобы заточить…

Секунду, у него есть кое-что, что он может использовать в качестве струны! Возможно, недостаточно прочной, для использования в качестве лески, но может подойти, чтобы связать копьё вместе с каменным наконечником. Смена приоритетов. Отложив палку в сторону, он находит плоский камень с подходящим концом и использует зазубренный камень, чтобы не-так-деликатно придать ему форму наконечника копья. Затем он возвращается к копью, разрезает его конец пополам и вырезает прорезь для наконечника копья. Теперь о веревке. Проверяя остроту наконечника копья, он отрезает им около фута от волос. Наверное, никто не заметит. У него много волос.

Пора заканчивать копьё. Он кладет каменный наконечник в вырезанную щель, закрывает ее, а затем крепко связывает "веревкой". Здесь он обычно ожидал бы увидеть всплывающее окно, поздравляющее с новым достижением, навыком крафта или разблокировкой рецепта. Увы, ничего, кроме копья с каменным наконечником. Его копья с каменным наконечником. Это просто, это уродливо, и у него есть пятидесятипроцентный шанс развалиться в любую секунду, но оно его! Он обеспечен чувством гордости и достижения гораздо более удовлетворительным, чем покупкой лутбоксов или просто сбора нужных материалов и нажатии кнопки крафта. Он испытывает не просто ментальное чувство гордости. Это как будто что-то внутри него... щелкнуло. Что-то подсказывает ему, что попробуй он снова сделать копьё, это было бы быстрее, легче и лучше.

– Сая, если игроки могут научиться делать что-то в игре и улучшать в этом свои навыки, применимо ли это к реальной жизни? Я имею в виду, очевидно, что увеличение силы в игре не сделает сильнее в реальной жизни, но как насчет обучения навыкам и ремеслу? – спросил Фенрир.

– Это как сон, Они-чан. Если ты можешь рисовать красивые картины во сне, то это не значит, что ты сможешь нарисовать их, когда проснёшься! И если ты можешь делать это в реальной жизни, это не значит, что ты способен на это во сне.

– Как это вообще работает? Я имею в виду, я всё ещё знаю математику и всё, что я обычно мог в реальной жизни. Разве тот, кто занимается шитьем или кузнечным делом в реальной жизни, взять данный пример, не имеет преимущество в игре над теми, кто не занимается этим в реальной жизни? Я имею в виду, что смог сделать это копьё только потому, что я уже знал как, просматривая видео вне игры.

– Некоторые знания передаются, некоторые нет. Хочешь, я прочитаю тебе одно из рецензируемых исследований, проводимых научными институтами по этому феномену, пока ты играешь, Они-чан?

Это звучит слишком скучно, независимо от того, что он поймет после этого.

– Всё нормально. Хотя, спасибо. Последний вопрос: есть ли здесь что-то, что может остановить людей от создания таких вещей, как машины и оружие?

– Ради геймплея смотритель не позволит работать всему, что игроки пытаются сделать, но если они смогут реализовать это таким образом, который подходит для фэнтезийной обстановки и который она находит приемлемым, тогда, возможно, кто-то создаст что-то подобное!

– Хорошо, спасибо.

– Нет проблем, Мистер двадцать вопросов!

Это его немного задело. Он знает, что у него есть плохая привычка задавать людям так много вопросов, что это раздражает, но он также знает, что Сая не будет намеренно пытаться причинить ему боль. Это была просто шутка.

Пора рыбачить! Может быть это и не настоящее рыболовное копьё, но он хочет что-то, что может эффективно использоваться в качестве оружия. Если на него нападут, то рыболовное копьё не так подойдет, как копьё с каменным наконечником. Он готовит свое копьё и делает несколько тренировочных выпадов, подготавливаясь к настоящему. Набравшись уверенности, он сделал круг вокруг пруда и… ничего. Он видит несколько рыб дальше от берега, но его копьё недостаточно длинное, чтобы достать их. А еще он боится, что, войдя в воду, спугнет их.

Именно тогда он понял, что просмотр видео в интернете не равносильно получению навыков в этом.

Возможность приближается! Медленно, особенно жирная рыба скользит по воде к краю. Как будто его дразнят!

– Ладно, рыба, хочешь бросить мне вызов? Тогда я, Фенрир, сегодня стану твоим врагом! Просто приблизься чу-у-у-у-уть ближе... отлично! – Фенрир бросает копьё в воду!

Естественно, он полностью промахивается. Судя по тому, насколько большим был его промах, можно подумать, что рыба использовала магию иллюзий, заставив его поверить, что она в другом месте.

Но он не сдаётся!

Двигаясь в другое место, он продолжает искать, пока не находит другую рыбу, в которую может бросить копьё! Он промахивается снова и снова, и снова. Прошло тридцать минут, он уже попытался поймать семь рыб, и по всем промахнулся.

Но теперь, что-то ощущается иначе. Следующая рыба, которую он пытается поймать, его движения стали быстрее и точнее. Он даже ощущает, что может лучше отслеживать рыбу и предсказывать её следующие движения. Это похоже на то, как когда он сделал это копье. Так ощущается изучение навыков? Изменения незначительны, но заметны.

Хорошо, ещё одна рыба – нет, не просто рыба, это та самая первая рыба, которую он попытался поймать! Он может сказать это по прерывистой синей полоске, виднеющейся вдоль его левой стороны. По этому и по тому, насколько она толстая.

Он готовит свое копьё. Его взгляд прикован к ней, как у охотничьей собаки, выслеживающей кролика. Он двигается всем своим телом, целясь не только рукой, но и копьём, пытаясь предугадать, куда именно рыба собирается направиться, целясь туда, а не в её текущее положение. Вместо того, чтобы болтать чепуху, он делает глубокий вдох и в конце выдоха толкает копьё вперёд!

Успех! Копьё вонзается прямо в жирное тело рыбы, разрывая ее чешую и насаживая на конец копья!

Когда он вытаскивает рыбу из воды, хвост Фенрира начинает возбужденно вилять у него за спиной, а уши подёргиваются. Она всё ещё дёргается на его копьё, но вряд ли у неё осталось много жизни. Стоп, что те рыбаки на видео, которое он смотрел сделали, чтобы избавить рыбу от страданий? Точно! Он опускает рыбу в свободную руку, хватает её за хвост, чтобы снять с копья, и шлёпает о ближайший камень. Она перестаёт дёргаться.

– Ты такой глупый, братик. Так сильно волноваться о страданиях виртуальной рыбы – уверен, что не хочешь поиграть в детскую игру? Кстати, монолог на фоне был высококлассный. – Дразнила его Сая.

– Реальная или не настоящая рыба, я не хочу, чтобы кто-то страдал. Кроме того, ты не можешь дразнить меня по поводу того, что я говорю, когда сама притворяешься моей младшей сестрой то и дело называя меня 'Они-чан'. Ты намного хуже меня. – Дразнил её в ответ Фенрир.

Он проходит мимо девушки и возвращается к пруду в поисках другой рыбы. Теперь, поймав одну рыбу, он хочет поймать еще больше! Он уже на крючке. Ну, скорее на копье.

Стоп.

Он оборачивается, чтобы посмотреть назад. Миниатюрная девушка с длинными серебристыми волосами и светло-голубыми глазами смотрит на него с интересом. Волосы по бокам свисают достаточно низко, чтобы едва прикрыть ее скромную грудь. Ну она хотя бы стоит за кустом, чтобы он не видел, что у неё под талией. Он предполагает, что она там такая же голая, как и наверху.

Так или иначе, только сейчас он полностью понимает, что на ней нет никакой одежды несмотря на то, что осмотрел её несколько раз.

Бедный Фенрир, который действительно не хотел больше издавать таких нечеловеческих звуков после того, как впервые осознал, что он голый, сделал это менее чем через два часа.

По крайней мере у Фенрира всё ещё был хвост. Опустив его, чтобы прикрыть тылы и обернув вокруг талии, он, поворачиваясь к ней лицом, поднимает одну руку перед глазами, используя ее как заслон, чтобы видеть только её голову.

Теперь он вспомнил, почему ему так хотелось раздобыть одежду.

Что еще важнее, почему эта голая девушка просто стоит здесь, перед голым парнем? Она безусловно должна быть Д.Е.В.У.Ш.К.О.Й. Только парень, в реальной жизни, может так нагло стоять голым. Или она просто извращенка. Или глупая.

Фенрир наклонил голову в замешательстве. Он ведет себя как собака не только когда его ласкают или гладят, но и по-видимому, проявляет такие же признаки замешательства. Девушка повторяет за ним, наклоняя голову, а затем поднимает руки делая какие-то странные жесты. Что? Она пытается копировать какое-то старомодное аниме про ниндзя? Она неожиданно создаст множество клонов самой себя или исчезнет в облаке дыма оставив на своем месте бревно?

Нет, она просто стоит и выглядит разочарованной в самой себе.

– Эм, ух-х, всё хорошо? – спросил Фенрир.

Глаза девушки расширяются прежде, чем она отводит взгляд. Что с ней такое? Странная девушка.

Делая глубокий вдох, она снова смотрит на него.

– Мой... голос, не звучит... странно? – спросила она, глядя ему прямо в глаза с храбрым выражением лица.

У него такое чувство, что ей потребовалось немалое мужество чтобы заговорить.

Но странно он не звучит. Звучит так, будто она не привыкла ни говорить, ни правильно произносить слова, но в то же время, в невинном смысле, это очаровательно.

– Он звучит мило, а что? – ответил Фенрир.

На секунду, глаза девушки затрепетали, а лицо покраснело. Теперь выглядит так, будто она смущена, поскольку отвернулась, пряча своё лицо.

– Ты– ты правда так думаешь? Он милый? – спросила она для подтверждения.

– Да, он милый. Я бы поставил твёрдые десять из десяти, но мои друзья говорят, что у меня ужасный вкус, поэтому воспринимай это как хочешь. – конечно, его друзья имели ввиду, что у него ужасный вкус только относительно передач и музыки.

Даже они согласятся, что у него хороший вкус в вайфу, хотя никогда и не признают этого.

Видя, что эта девушка нервничает и волнуется больше, чем он, разговор становится проще. Он не знает, что бы делал, если бы у неё было больше уверенности, чем у него.

– Ты ух-х, знаешь, что ты голая, верно?

Он заметил, что всё тело девушки застыло, после этого вопроса.

Она ныряет в ближайший куст, высовывая из него только голову, что позволило ему увидеть, как она покраснела от подбородка, до кончика ушей. Её руки показываются из куста, чтобы сделать несколько очень злых выражений, но больше ничего не происходит. Поняв, что делает, она издает милый тихий недовольный звук и смотрит вверх на Фенрира.

– Я... я знаю это.

Фенрир скорчил гримасу, которую сделал бы человек из комедийного сериала про офисы, смотря в камеру.

– Оставайся пока там. Я найду тебе одежду, хорошо?

Она кивает головой, но в тот же момент снова начинает краснеть, её живот урчит, что заставляет её полностью скрыться в кусте, как черепаха, прячущаяся в панцире.

– Для начала, я тебя покормлю. – сказал Фенрир.

Ладно, пора готовить! Готовка вполне естественна после рыбалки. Сначала он собрал все крупные камни в круг, сделав тем самым яму для костра. Также собрал вокруг него всё, что может загореться, вместо этого поместив внутрь. Если этот мир так реалистичен, как кажется, то без сомнений, может начаться лесной пожар, если он не будет осторожен.

К тому времени девушка уже высунула голову из куста, чтобы посмотреть, как он подготавливает костер. Однако, время от времени, оборачиваясь к ней, он замечал, что она смотрела не на его действия, а на него. Это заставляло их обоих краснеть, отводя взгляд.

Соорудив костёр и наполнив его сухими ветками с листьями, он берёт пригоршню трута и откладывает в сторону, пока не находит достаточно хороших дров для розжига. Единственный способ розжига, который он может полностью вспомнить – метод ручной дрели, который, к сожалению, считается самым сложным первобытным методом. Он использует тот же зазубренный камень, что и раньше, чтобы вырезать небольшую ямку в самом маленьком куске дерева, который смог найти, затем берет длинную и тонкую, но прочную палку, и начинает один из концов втирать в углубление. Верхушка палки зажата между его выпрямленными ладонями. Давя вниз, он трёт своими руками взад и вперёд, создавая трение между палкой и плоской деревяшкой под ним.

Несколько минут ничего не происходит, помимо спазмов в его руках.

– Это сложнее, чем кажется. Теперь я знаю, почему те блогеры выживальщики говорили использовать этот метод, только когда нет других вариантов. – продолжал жаловаться Фенрир.

Он слышит, как девушка за его спиной мило хихикает. Не смотря на то, как ему хочется её подразнить, он боится, что сделав это, больше не услышит этого.

Фенрир начинает чувствовать, что это безнадёжно. Дым поднимался несколько раз, но его никогда не хватало, чтобы разжечь огонь. То есть, до тех пор, пока ему наконец не удаётся создать кусок горячего угля! Снова ощущая то же самое чувство удовлетворения от успеха. Может в игре и нет всплывающих окон, но это чувство достижения чего-то – вызывает привыкание.

Он берёт уголь, кладёт его в пучок для розжига, который отложил, и начинает дуть на него, пытаясь разжечь огонь. Успех! Может быть, слишком большой успех. Пучок загорается гораздо быстрее, чем он ожидал, поэтому он немного обжигает свою руку, когда размещает его поверх кострища. После этого немного листьев и веток помещается поверх огня, и вскоре, в яме потрескивает огонь.

С самодовольной улыбкой посмотрев назад на девушку, она отвечает впечатлённым взглядом и мягкими аплодисментами.

Её живот снова заурчал.

– Скажи своему животу потерпеть. Я работаю над этим. – сказал Фенрир, беря мёртвую рыбу, своё копьё, и насаживая рыбу вдоль него.

Он осторожно пытается не дать концу копья, связанного его волосами, оказаться вблизи огня.

После того, как рыба надежно насажена на копьё, он помещает её прямо над огнём, чтобы дать ей приготовиться. Он верит, что она не убежит вместе с его копьём и рыбой, но это не первый, второй или третий раз, когда его доверие будет предано.

Бонекрака и Олеандр скорее всего накричали бы на него прямо сейчас, видя, что он доверился еще одному нубу, которого не знает. Он много раз попадал из-за этого в неприятности.

Увидев особенно толстое дерево с осыпающейся корой, в его голове всплыла идея. Он посмотрел на свои волосы. Хотя он предпочел бы не отрезать их все, но это может быть лучшим способом решить проблему с одеждой. Вздох поражения слетает с его губ.

Он вернулся как раз в тот момент, когда рыбу уже можно было перевернуть. Положив несколько больших кусков коры, которые смог отделить от дерева, он перевернул её. Оказывается, иметь достаточно длинные ногти – неплохо. Может, это и не волчьи когти, но они длиннее и крепче обычных. Он даже не помнит, обращал ли внимание на них во время создания персонажа.

Он берёт два листа коры и проделывает маленькие отверстия в верхних углах, с помощью своего верного камня. Затем, обрезает ещё больше волос, чтобы затянуть их в отверстиях и связывает кору вместе. Он оставляет между ними достаточно места, чтобы просунуть голову, позволяя коре свисать ему на грудь и спину. На сей раз, после чувства улучшения навыка, он немедленно повторяет задачу. Возможно, он и получил навык. По крайней мере, он верит, что данное чувство значит именно это – изготовление брони из дерева и волос, но конечный результат едва ли чем-то отличается. Отверстия, сделанные в коре немного аккуратнее, а волосы завязаны немного более надежно. Вот и всё.

– Это твоё. – сказал Фенрир, положив броню на землю, рядом с кострищем.

Девушка вытаскивает загребущие ручонки из куста.

– Погоди, дай мне сначала сделать кое-что для твоей талии. Я принесу их тебе, когда закончу. – объяснил он, снова повернув рыбу, прежде чем приступить к работе над доспехами.

На этот раз, он берет четыре куска коры, делая по два отверстия в каждом, и просовывает через них свои волосы. Он проверяет прочность волос, поднимая их вверх и свешивая всю кору вниз. К его удивлению, на волосах нет ни малейшего напряжения. Волосы намного более прочные, чем он предполагал.

– Вот. Оберни это вокруг талии и свяжи концы вместе. Оно должно обеспечить достаточно защиты, чтобы ничего не было видно. – объяснил Фенрир.

Она смотрит на куски коры, собранные им и понимает, что он отдал ей все большие. С улыбкой и мягким румянцем, она кивает головой и снова достает руки.

Он протянул сделанную для нее броню и слушает шорох, доносящийся из кустов, пока она пытается надеть всё, не показываясь.

Через несколько мгновений он чувствует легкий толчок в плечо. И оборачивается, чтобы посмотреть.

Перед ним стоит та же миниатюрная девушка, что и раньше, но теперь на ней комично большие куски коры вместо доспехов. Хотя доспехи вокруг талии прекрасно её прикрывают. Один кусок коры перед ней и позади нее, а два других свисают по бокам её бёдер.

– Как– как она на мне сидит? – спросила она.

Ему приходится отворачиваться, чтобы не рассмеяться от того, как глупо она выглядит. По крайней мере, теперь он не видит ничего выше её колен до самых плеч.

– Неплохо. – ответил он.

Единственное, что удерживает его от смеха – это удовлетворение от создания работающей вещи и осознания того, что это носит кто-то другой. Сначала копье, теперь доспехи! Хотя, возможно, ему следовало дать ей набор поменьше. В то время как ее размер слишком велик, его – явно меньше нужного. Он едва прикрыт по сравнению с ней. Потребуется большая осторожность, чтобы случайно не сверкнуть им ни перед ней, ни перед кем-либо еще.

Желудок Фенрира урчит именно в тот момент, когда рыба заканчивает готовиться. Увы, он уже пообещал её девушке, сидящей с ним по другую сторону костра. Она явно выглядела виноватой, услышав это. Но он бросает на неё взгляд, говорящий, что не позволит отказаться, так что пусть ест. Он берёт рыбу и кладёт на плоский камень, используемый вместо тарелки. Его снова поразило чувство выученного навыка.

– Как я должна... как должна... – она растерянно смотрит на рыбу, – есть её?

Он посмотрел на рыбу. Она покрыта обгоревшей чешуёй, хвост и голова всё еще на месте – он не может винить её за незнание. Если только она не смотрела кучу случайных роликов в интернете про выживальщиков, коротая время и избегая обязанностей, как он.

Взявшись за конец копья, он разрезает рыбу вдоль спины и срезает слой чешуи с белого мяса.

– Просто ковыряй её пальцами и будь осторожна с костями. – объяснил он, передавая ей тарелку рыбы.

– Мы можем задохнуться? – спросила она.

– Наверное. Всё остальное в этой игре – реалистично, поэтому меня не удивит, если это так. Просто будь осторожной и проблем не будет. Выплёвывай все кости, что найдешь. – сказал он.

Говоря девушке "кость" и плевать в одном и том же предложении, сразу же наводит его на грязные мысли. Желание пошло пошутить почти непреодолимо. Но он сопротивляется.

– Я думала, парням нравятся девушки, которые глотают?

Фенрир моргает несколько раз. Он... он точно правильно расслышал? Он смотрит на девушку с полным ртом рыбьего мяса и довольным выражением лица. Ладно, должно быть, ему показалось. Звучало как её голос, но только в его голове. Она слишком мила, чтобы так шутить.

Повернувшись к ней спиной, он слышит её смешок. Посмотрев на неё снова, она прижимает руку ко рту, словно пытается скрыть улыбку.

– Ладно, я попробую поймать себе рыбу, а потом мне нужно встретиться с друзьями. – объяснил Фенрир. Он клянётся, что увидел проблеск разочарования, когда упомянул об уходе.

– Хочешь зависнуть с нами? Они довольно неплохие. Ко всему прочему один из них гей, а другой женат, поэтому тебе не нужно волноваться об окружении нескольких сосисок, тычащих тебе в лицо. – он может и не знает настоящая она девушка или нет, но тот, кто когда-либо играл за женского персонажа в онлайн игре, будь то парень или девушка в реальной жизни, не имеет значения – знает, какого это, когда вокруг полно сосисок. Даже Фенрир испытал это однажды, и с тех пор поклялся никогда не играть женским персонажем.

Оказывается, вид милой девушки и заботливый характер в онлайн игре, гарантированно привлечет все виды сосисок. Если бы только он получал по одному пенни, всякий раз, когда его называли "хорошей женой" в те дни.

Девушка смотрит в сторону и кивает.

– Ничего если... если я не буду часто говорить при них? – спросила она.

– Не понимаю, почему это может стать проблемой. Здоровяку может стать интересно, почему ты не разговариваешь, но другого моего друга это не беспокоит. Он самый толерантный парень из всех, кого я знаю. Кстати, как тебя зовут? Я Фенрир. – сказал он, протягивая ей руку.

Однако, он держит её над все еще горящим костром. Ему требуется всего пара секунд, чтобы обжечь руку и оттянуть её назад.

– Серра. – отвечает она с улыбкой, выглядящей так, будто пытается не рассмеяться. Вместо протягивания руки над огнем, она обходит его для безопасного рукопожатия.

Фенрир всё ещё трясёт и трёт руку, когда видит, что она протягивает свою. Он нежно пожимает её, мягко держит в своей и отпускает, возвращаясь к пруду.

Он дважды испытал чувство изучения навыка, пока рыбачил. Первый раз, когда пытался поймать рыбу, а затем снова, когда он действительно её поймал. Казалось, что после первого раза, он мог лучше отслеживать движения, но второй раз, похоже, ни на что не повлиял. Был ли навык ловли рыбы чем-то другим? Может быть, ловля рыбы конкретно копьём? Если первый навык позволил ему лучше отслеживать рыбу, может быть, этот улучшил его способности к ловле копьём? Он обдумывает это, но вспоминая о ждущих друзьях, переводит свое внимание обратно на неглубокую воду перед ним.

Возможно, здесь может больше и не будет таких жирных рыб, как та, что он поймал первой, на которую он время от времени поглядывает и видит, как Серра счастливо ковыряет её мясо, но здесь ещё множество маленьких. Каждый толчок копья привлекает внимание Серры. В итоге она приносит свою рыбу ближе к воде, чтобы посмотреть, как он рыбачит, пока она ест.

Ощущение её взгляда на нём стимулирует. После каждого промаха, он чувствует себя некомпетентным неудачником, предпочитая выглядеть крутым перед ней.

Ещё один толчок!

И ещё один промах.

Он смотрит на Серру краем глаза. Кажется, она смотрит не столько на него, сколько на его копьё. Она не осуждает его некомпетентность, похоже... она смотрит из-за спортивного интереса? Она напрягается каждый раз, когда он собирается сделать выпад, и выглядит такой же разочарованной, как и он, после каждого промаха. Но когда копьё наконец попадает в рыбу, она сидит с поднятыми вверх большими пальцами и улыбкой, согревающей его сердце. Выглядит так, будто ей весело. Фенрир быстро снимает рыбу с копья и шлёпает ею о камень. Но она довольно маленькая. Ему понадобится больше. К счастью, у края пруда есть ещё одна рыба.

Ещё один промах.

Ему нужна всего лишь ещё одна рыба.

– За тобой весело наблюдать. – сказала Серра, теперь её голос звучал более уверенно. Она по-прежнему молчит и не говорит много за раз, но в каком-то смысле это очаровательно.

– Всё-таки я должен устроить шоу для своих зрителей, – сказал Фенрир, – Нельзя, чтобы я уже начал надоедать своему новому другу.

Серра мягко качает головой.

– Ты мне не надоешь.

Одна эта фраза заставляет его чувствовать себя так, словно она только что заарканила его сердце. Как он вообще должен на это реагировать? Должен ли он самоуничтожительно пошутить и дразнить её тем, что ей определенно надоест? Нет, каждый раз, когда он так делает, девушки почти сразу перестают с ним общаться. Должен ли он вести себя самоуверенно и дерзко? Нет, у него плохо получается делать это ненавязчиво. Такое чувство, что она флиртует с ним. Она действительно флиртует с ним или это его девственный разум считает, что первый признак хорошего отношения девушки к нему, означает, что она в нём заинтересована? Он боится поверить, что она флиртует только из-за этого.

– Спасибо, я стараюсь. – ответил он.

Серьёзно? И это всё? Ему уже хочется ударить себя по голове за такой нерешительный ответ, но посмотрев на неё, он видит, что она ему улыбается.

Рыба. Точно, рыба. Просто сфокусируйся на приготовлении.

Его желудок заурчал громче, чем когда-либо. Он очень, очень голоден и предпочел бы не ждать, пока рыба приготовится. Одного взгляда на неё достаточно, чтобы у него потекли слюни, ощутив первобытное желание вонзить зубы в рыбу и скрыться. Это почти животное чувство. Это тоже из-за того, как его подсознание считает он должен действовать?

Он взглянул снизу вверх на Серру.

– Эй, ты же ух-х, не осудишь меня, если я съем её сырой, да ведь? Я имею ввиду, что никогда бы не сделал подобного в жизни, если это не суши, но думаю, я мог бы попробовать, поскольку это игра.

Она снова покачала головой.

– Я никогда не буду осуждать тебя.

Что... просто, ЧТО?! Почему, как? Что она делает? Почему она такая? Она хочет, чтобы он швырнул свою плюс-семь-сантиметров сосиску в неё? Так в неё действительно бросят сосиску! Нет, она может быть парнем. Она действительно может быть двухсоткилограммовым парнем в подгузнике, сидящим в подвале своей матери.

Ладно, если продолжит в том же духе, то потеряет аппетит.

– Хо-хорошо, тогда я начинаю. – сказал он, счистив ногтями чешую и кожу, прежде чем вонзить зубы прямо в сырую рыбью плоть.

Его уши подёргиваются. Что это? Это... в самом деле очень неплохо! Он волновался из-за вкуса, но она оказалась гораздо вкуснее, чем приготовленная! Его даже не беспокоит застрявшая в зубах чешуя, когда он случайно кусает участок кожи. На самом деле, кожа сама по себе довольно хороша на вкус. Хотя, текстура оставляет желать лучшего.

Он вспоминает о том, сколько питательных и жирных кислот находится внутри их кожи. Единственная проблема в том, что к ней прилипла чешуя. Используя свои ногти, он аккуратно соскребает чешую, не затрагивая при этом кожу. Теперь он может нормально в неё вгрызться.

К тому времени, как он съедает рыбу, от неё остаются только кости, голова и кишки. Он бросает останки обратно в воду, чтобы какой-нибудь падальщик в пруду мог съесть их.

Если учитывать то, что они НИПы, им вообще нужно питание? Он задается вопросом, сколько НИПов в этой игре просто запрограммированы или контролируются системой. И решает передать этот вопрос Сае.

– Все НИПы следуют стандартным процедурам поведения, до их взаимодействия с игроком, с этого момента их контролирует смотритель, братик. – ответила ему Сая.

– Спасибо, Сая. – Фенрир мысленно поблагодарил её.

Обернувшись, он видит, что Серра, глядя прямо на него, показывает на левый уголок своих губ.

Он подносит руку к губам и вытирает с них кусок рыбьего мяса. Это неловко. Тем не менее вместо того, чтобы испытывать отвращение, как почти любая другая девушка, которую он знал, Серра просто улыбается и встает со своего места.

– Огонь уже почти погас, поэтому думаю будет нормально, если мы его просто оставим. Готова идти? – спросил Фенрир.

Серра отвечает кивком головы и встаёт позади него. Он должен быть осторожен, чтобы случайно не ударить её хвостом.

Они вдвоём направляются туда, где друзья Фенрира должны встретиться. Всё, что у него есть с собой – копье и надёжный, острый камень.

По пути туда они замечают, как олень неоднократно врезается головой в дерево, телепортируется на пару футов назад, а затем снова идёт в дерево. В конце концов, ему удаётся пройти сквозь него, как будто его и вовсе нет.

Фенрир передает мысли Сае:

– Ух-х, Сая? Я думаю, здесь глю…

– Я не хочу говорить об этом, братик. – отвечает она самым смущённым тоном, который он когда-либо слышал.

По-видимому, система этой игры очень чувствительна к обсуждению её программы.

– Сообщение об ошибке отправлено. – сказала Сая, подавленным тоном.

– Погоди, Серра, я хочу кое-что проверить. – сказал Фенрир.

Серра кивает и смотрит за тем, что он хочет сделать. Он аккуратно крадётся к оленю с камнем в руке. Следя за ним, он замечает несколько шаблонов в движениях и позах. Если посмотреть в его глаза, то он не выглядит разумным. Однако, как только он бросает камень рядом с ним, не в него, глаза оленя наполняются жизнью, и он уноситься так же реалистично, как любой другой олень. Это изменение в его глазах подтверждает то, что сказала ему Сая. НИПы могут следовать простым шаблонам и правилам, когда они сами по себе, но в момент начала взаимодействия с игроком, управление над ними берет что-то гораздо более умное: смотритель.

Большинство игр становятся скучными, как только выясняются все шаблоны и поведения, но в этой игре подобные вещи могут быть изменены, по желанию смотрителя. Еще лучше то, что смотритель может напрямую контролировать НИПов, когда это уместно, что означает постоянное присутствие сложности. Это не та игра, где игроки могут заучить движения НИПов для безупречной победы над ними. Игрокам постоянно приходится приспосабливаться и импровизировать, ведь каждый бой с НИП для них – настоящий бой насмерть. В результате, даже такие простые вещи, как охота и рыбалка, являются реалистично сложными.

Возможно, раньше Фенрир и не был полностью убеждён, но теперь он понимает. Это лучшая игра всех времён.

Ему здесь уже нравится!

Пока они шли, Серра держалась ближе позади Фенрира. Он волновался, что ударит её хвостом, поэтому пытался увеличить расстояние между ними, но она постоянно сокращала его. Иногда, он ловил её взгляд на своём хвосте.

Он ставит себя на её место. Будучи нормальным парнем, следующим позади девушки с собачьим хвостом, он определённо хотел бы его погладить. А также сделать много других вещей. Много. Других. Но поскольку Серра – девушка, или по крайней мере претендует на это, он сомневается, что у неё будут такие извращенные желания.

– Хочешь потрогать его? – спросил он её, остановившись перед ней и повернув назад голову.

Когда она кивает, легкий румянец заливает её щёки.

– Я знаю, какого это, так что давай. Я бы не создал себе хвост, если бы меня беспокоила мысль о том, что к нему прикасаются. Я имею ввиду, кто не любит гладить собак? Не то чтобы я собака или типа того. – он оглядывается. – Ты знаешь, что я имею ввиду.

Её мягкие, маленькие руки тянутся, чтобы осторожно погладить его хвост. Если раньше он слегка качался, то теперь полностью замер.

Может, это и не так приятно, как поглаживание головы или живота, но всё же достаточно, чтобы по спине побежали мурашки. Это приятное чувство только усиливается, когда её руки пробегают по всей длине его хвоста, нежно потирая его. Она заходит так далеко, что нежно утыкается в него щекой, потирая кончиком своего.

– Ладно! Думаю, пока достаточно. – Вмешивается Фенрир, взволновано уходя из её зоны досягаемости.

Он рад, что она не видит сейчас его лица. В данный момент оно слишком красное. Остаток пути Фенрир следит за тем, чтобы она не схватила его за хвост. Добравшись до места, где они договорились встретиться, он видит Олеандра и Бона, сидящих около костра с большими кусками мяса, нанизанными на палках.

Олеандр прикрыт несколькими большими листьями, которые каким-то образом соединены вместе. Выглядит так, будто на нём короткое платье из листьев. Он даже воткнул в свои волосы несколько цветов. Что касается Бонекраки, то на нём шкура какого-то бедного кабана. Голова кабана покоится на его собственной, а остальная часть шкуры свисает на его спину. Похоже, с какого-то другого животного содрали шкуру, чтобы обвязать вокруг талии Бонекраки, но единственная её цель – прикрывать его преувеличенный зелёный инструмент. По крайней мере, они хоть чем-то прикрыты.

Хотя Фенриру любопытно, как Бонекраке удалось освежевать животных.

– Фенни! – кричит Олеандр, первый заметивший Фенрира, и бежит к нему. – Мы прождали целую вечность! Почему ты – Ох, кто она? – спросил он, заметив девушку, прячущуюся за спиной Фенрира.

Озорная усмешка расползается по его губам.

– Вот почему я не могу оставить тебя одного! Я выпустил тебя из поля зрения всего на несколько минут, а ты мне изменяешь! Что она делает для тебя, чего не делаю я? Это потому, что я не позволяю тебе достаточно опустошать мое тело?

– Эй, прекрати вводить её в заблуждение – Фенрир пытается остановить подкалывающего мальчика, но он должен знать, что это не сработает.

Олеандр начинает плакать и закрывает лицо руками.

- Я думал, между нами было что-то особенное! Разве я недостаточно женственен для тебя? Это потому, что я всегда хочу сзади? Ну прости, что я такой эгоист!

Фенрир оглядывается на Серру. Она уставилась на него без всякого выражения на лице. К счастью для Фенрира, она не может поддерживать осуждающее выражение лица слишком долго. Самообладание дает трещину и она улыбается от забавы Олеандра.

Бонекрака хватает Олеандра за рога и отбрасывает в сторону. Теперь, когда он стоит рядом с Фенриром, она может видеть, как велик по сравнению с ним Бонекрака. Она рада, что он прикрыт, учитывая что её глаза находятся на уровне его промежности.

– Что за девушка? – спросил он.

Фенрир не знает, стоит ли называть её по имени. Она предупредила его, что не будет много говорить при них, так что если он раскроет им её имя, это докажет, что она с ним разговаривала и может сделать ситуацию неловкой, если она не будет говорить с остальными.

– Она нашла меня, когда я рыб… Я имею ввиду, пока я искал способ сделать снаряжение. Полагаю, я не должен чувствовать себя виноватым по поводу того, что ничего для вас не сделал. Похоже, вы были заняты. – говорит Фенрир, меняя тему.

При виде меха и кожи на Бонекраке, ему становится не по себе. Возможно, из-за его собственных собачьих черт ему не нравится, что кто-то носит мёртвых животных.

– Нашел кабана, превратил его в еду и одежду. Выглядит круто. – объяснил Бонекрака, используя никуда не годный Американский акцент говоря "круто". Он даже поднял два пальца вверх.

Потирая голову и зад, Олеандр встаёт с того места, куда его отшвырнул Бонекрака.

– Смотри, Фенни! Я тоже хочу показать. – сказал он, идя к костру, где была собрана куча странно-выглядящих стеблей. Каждый из них толстый, красный, выглядит довольно прочным, и имеет несколько листьев.

Он хватает один из стеблей, ломает пополам, и из него начинает капать густая зеленая жидкость. Он демонстрирует свойства жидкости, склеивая вместе несколько листьев на близлежащей ветке.

Фенрир выглядит очарованным на протяжении всей демонстрации.

– Это потрясающе! Где ты их нашёл? Если мы наберем их в достаточном количестве, то это нам очень поможет. Ох, погоди, – он оглянулся на Серру, – Извини, я их ещё не представил. Этот здоровяк – Бонекрака, а это Олеандр.

Она слегка машет каждому из них, и они отвечают ей тем же.

– Мы нашли кабана, поедающего их. Я сам их попробовал, но они слишком густые для меня. – дразнит Олеандр.

Серра фыркает на намёк Олеандра, и мальчик мгновенно понимает, что у него есть соратник для непристойных шуток. Ни Бонекрака, ни Фенрир не замечают только что возникшей извращённой связи.

– Не помню, чтобы я видел что-то похожее, пока осматривался, значит, они могут быть редкими. Может быть, это как трюфели и свиньи[4]? Довольно трудно найти, но они чувствуют их издалека. – построил теорию Фенрир.

– Ты знаешь слишком много случайных вещей, Фенни. Тебе, должно быть, очень скучно, когда ни один из нас не в сети. – Бонекрака кивает, соглашаясь с теорией Олеандра.

– Отрицать не могу, но и не признаю. В любом случае, никто из вас не возражает, если она пойдёт с нами, верно? – спросил Фенрир.

Олеандр покачал головой. Бонекрака сказал:

- До тех пор, пока она не похожа на девушку-геймера, всё в порядке.

Слыша термин "девушка-геймер" Серра съёживается и качает головой, убеждая орка, что это не так. Она хорошо осведомлена о негативных скрытых смыслах, сопровождающих это обозначение.

– Хорошо! Кажется, мы нашли четвёртого члена группы. Что теперь? – спросил Фенрир, – Я избавился от своих навязчивых идей, поэтому, что вы, парни, будете делать, когда закончите готовить?

Бонекрака и Олеандр оба смутились, когда он упомянул готовку. Они смотрят друг на друга. Они смотрят на огонь. В панике, оба бросаются к костру, вытаскивая из него мясо.

– Авв, оно сгорело! Почему ты не напомнил нам раньше, Фенни? – спросил Олеандр.

Бонекрака пытается укусить обугленное мяса, пока трясет Фенрира свободной рукой, неожиданно обжигая рот, он роняет его, что заставляет его схватить Фенрира второй рукой.

– Эй, не моя вина, что вы двое отвлеклись! Будьте внимательнее в следующий раз. Разве ваши родители никогда не учили вас, не оставлять кухню без присмотра во время готовки? – ругает их Фенрир.

Они со стыдом смотрят в огонь. Это их вина, но они не хотят признавать этого.

Фенрир подпрыгивает, навострив уши, когда что-то касается его хвоста. Он оборачивается и видит Серру, заложившую руки за спину и смотрящую в сторону.

Он начинает думать, что она не так невинна, как он считает.

В ожидании пока Бонекрака и Олеандр закончат трапезу, Фенрир точит свое копьё тем зазубренным камнем, который всё еще держит при себе. Это может быть просто случайный камень, найденный в лесу, но это его случайный камень. Хотя он не уверен, насколько эффективна заточка. Наконечник копья определенно становится более острым, но это хорошо? Ему нужно посмотреть и почитать о копьях с каменными наконечниками, после того как проснётся.

Серра сидит рядом и смотрит, что он делает. Он не может не чувствовать, что она подозрительно прилипчива, учитывая, сколько они друг друга знают. В последний раз, девушка, что с самого начала так к нему цеплялась, в конце концов завоевала его доверие, и получив офицерскую должность в гильдии, которую он возглавлял в одной из самых старых игр, полностью обчистила их банк, забрав все материалы и деньги. Его члены гильдии были недовольны этим. Они были еще недовольнее, когда подобное повторилось менее, чем через два месяца.

– Хочешь, я попытаюсь достать тебе оружие? – спросил её Фенрир.

Серра смотрит на его друзей, видя их занятых едой и беседой. Они не должны её слышать.

– Я не знаю. Я не... привыкла играть в такие игры. – объяснила она.

– Не волнуйся. Мы найдём для тебя какое-нибудь развлечение. Ты любезно предоставляешь мне магическую пользовательскую энергетику, так что, может что-то в этом роде?

Серра пожимает плечами.

– Смотреть как ты рыбачишь было весело. Я должна сражаться?

– Нет. В этой игре, ты можешь делать всё, что хочешь. В том числе, просто жить второй жизнью без каких-либо боевых действий. Иногда этого трудно избежать, но если до этого дойдёт, я буду здесь, чтобы защитить тебя.

...

Что он только что сказал? Нет, он не просто сказал что-то настолько банальное и чересчур романтичное девушке, которую едва знает. Она - потенциальный двухсоткилограммовый мужик в подгузнике, живущий в подвале своей матери! Стоп! Что если она…

– Я поддержу тебя в этом.

Его сердце не сможет больше её выносить.

----------

[1] - Посттравматическое стрессовое расстройство

[2] - Поколе́ние снежи́нок - оскорбительный термин. Название подчёркивает уязвимость этих молодых людей и их уверенность в своей исключительности.

[3] - https://ru.wikipedia.org/wiki/Deus_ex_machina

[4] - Речь о трюфельных свиньях.

----------

От редактора: В оригинале в первом томе главы разделены на части или из-за общего внушительного размера текста или... В общем мне не известно почему. Но в дальнейшем автор говорил некоторые моменты по этому поводу (тут я это тоже выложу в будущем) и сам стал объединять части. По этому сразу извиняюсь, плохо ли это или нет, но главы буду объединять и они будут большими. Если будут жалобы, то в дальнейшем буду разбивать на части как и у автора изначально.

Перевели: Twin Stars

Редактура: AniStorm Media

Энергичный дуэт подходит к Фенриру и Серре, как только заканчивет есть. Оба похлопывают полные животы. Так обычно и не подумаешь, учитывая, как часто между ними происходят драки, но они ведут себя достаточно похоже, чтобы походить на мужа и жену - ну, на мужа и гораздо менее мужественного мужа. Может "походить" не то слово, принимая во внимание, что один из них - гигантский орк, а другой маленький мальчик-олень-трап. В любом случае, они похожи больше, чем можно было бы подумать.

– Вы, ребят, готовы идти? – спросил Фенрир, поднимая свой камень и копьё.

На самом деле, везде таскать камень немного раздражает. Он не может нести ничего другого, когда держит его, поскольку копьё уже занимает одну из рук. Взглянув на те красные стебли, он разламывает несколько пополам, выливая жидкость на древко копья и приклеивает к нему камень. Когда это срабатывает, на его губах появляется яркая улыбка.

– Ты действительно любишь забавляться с палками и густыми, липкими вещами, Фенни. – Олеандр дразнит Фенрира, стоя позади.

Дразнящий мальчик оглядывается на Серру, изучая её реакцию. Она отворачивается и пытается сдержать смех. Да, они определенно поладят. Олеандр подбирает неиспользование стебли. Больше ему нести и нечего.

– Ты неспособен разговаривать нормально. – сказал Бонекрака, шлёпнув Олеандра по затылку.

– Ты неспособен разговаривать так, чтобы не звучать как Русский гангстер! – резко ответил Олеандр, подражая акценту Бонекраки.

– Гангстеры - крутые. – отвечает орк, поднимая два больших пальца вверх и кивая головой.

– Да, а я считаю, что члены – крутые, поэтому смирись с этим. – сказал Олеандр, высунув язык.

– Ладно, ладно, –вмешался Фенрир, – Какой у нас план, кроме как убить друг друга? Мы всеми руками за, что бы вы не захотели. – сказал он, оглядываясь на Серру для подтверждения.

Она кивает. Олеандр смотрит на небо. Солнце опускается всё ниже и ниже по мере того, как тени, окрашивающие небо, становятся темнее.

– Кажется, я слышал, что ночью более опасно. Полагаю, нам следует попытаться найти деревню, или может быть разбить лагерь? Мы можем потерпеть и уютно прижаться друг к другу в палатке, Фенни. – ворковал он.

– Понятия не имею, есть ли где-то поблизости деревни. Я знаю только, что мы на территории Империи Аугус. – ответил Фенрир.

– Ох, точно, – Олеандр звучит разочарованным, – Я забыл, что мы появились на их земле. Я бы предпочел не оставаться на земле полной заносчивых ролевиков, притворяющихся, что они лучше всех. Клянусь, каждый раз, видя их в новостях, все целуют им задницы. Почему в каждой фэнтези игре должны быть подражатели Римлянам?

Впервые за несколько недель Олеандр так раздражён. Лицемеры действительно выводят из себя, и фракция, забравшая эту землю предположительно полна ими.

– Ну, я подумал, что будет лучше, если мы появимся на большом континенте, где больше людей. Это легче, чем появиться между двумя враждующими фракциями или зоне, где мы немедленно помрем. Плюс, вокруг нас куча всякой всячины.

– Ох! Разве те пираты не на юге? Мы абсолютно точно должны пойти к пиратам! Большим, сильным пиратам; разврат и воровство – похоже на рай! К тому же, там есть знаменитый Чёрные Усы! Что если мы встретимся с ним? О нём ходят легенды!

Фенрир задумался. То место идеально подходит для всех их потребностей. Это, скорее всего, было бы замечательным местом для рыбалки, Олеандр окружил бы себя кучей грубых мужчин, а Бонекрака определенно найдет множество боёв и игр на деньги. Единственная, о ком стоит беспокоиться – Серра. Она такая маленькая и невинная на вид, и уже проявила незаинтересованность в сражениях, так как же она справиться, будучи в окружении кучи пиратов?

Он смотрит на неё и видит улыбку. Ладно, видимо, она тоже хочет встретиться с пиратами. Это должно быть интересно.

– Возражения, Бон? – спросил Фенрир.

– Не говори жене. – сказал Бонекрака.

Он прекрасно знает, что произойдет, если он отправится в город, построенный для пиратов. Будет масса выпивки, а азартных игр – ещё больше. Его жена ненавидит обе эти вещи и запрещает ему делать их в реальности.

– Хорошо, тогда... напомните, как он называется?

Все пожали плечами.

– Погоди, у меня есть идея. Вместо того, чтобы пытаться добраться туда по суше, почему бы нам не пойти вдоль побережья на юг? Держу пари, в какой-то момент мы наткнемся на деревню, которая сможет доставить нас туда на лодке. – предложил Фенрир.

Именно из-за этого образа мысли Олеандр и Бонекрака обычно слушают его, даже если большую часть времени считают его планы скучными. Они может и скучные, но работают.

– Возражений нет. Давайте вернёмся туда, где я появился. К тому же, вы ребята, сможете увидеть океан, и поверьте мне, он удивительный.

Сказав это, они направляются туда, откуда изначально пришли.

– Значит, Бони, по поводу тех кораблей в Бесконечном Космосе...

Фенрир кое-что осознаёт на полпути к побережью. Он знает о Чёрных Усах и легендах, окружающих его, но не может вспомнить ни название его фракции, ни город, ни точное местоположение города. Игровые новостные сайты и каналы часто освещают события, происходящие в игре, и имеют возможность показать всем всё, что происходит в мире. Он знает, поскольку точно видел, где находятся все крупные города, где происходили массовые сражения и так далее. Однако, когда он действительно пытается визуализировать их положение на карте в своей голове, у него ничего не получается. Он спрашивает об этом Саю.

– Как я уже сказала, братик, не всё переносится из реальности в игру и наоборот! Этот отдел есть в твоей памяти, но я не могу позволить тебе получить к нему доступ. Ты должен открыть для себя все эти вещи в игре самостоятельно! Иначе было бы не так весело. Это также даст тебе нечестное преимущество перед игроками, которые не изучали этого. – объяснила Сая.

Странно осознавать, что никто её не слышит, несмотря на то, что Фенрир так отчетливо слышит её в своей голове.

– Итак, я могу вспомнить, как сделать копье и ловить рыбу, но не могу вспомнить расположение города на карте? Тогда почему я помню, что нахожусь на территории Империи Аугус? – передал ей свой вопрос Фенрир.

– Ты смутно помнил, как сделать копье. Не похоже, что ты смог сделать супер-дупер крутое копье с самого начала, и есть много вещей, которые, технически, ты мог бы сделать лучше, помня всё целиком. Ты всё ещё помнишь несколько вещей, но не всё о них. Точно так же, как ты знаешь общее направление до города, о котором слышал, но неточное местоположение! Если речь идет об Империи Аугус, то тебе разрешено хранить некоторую информацию о месте, в котором ты начал игру. Разве не было бы глупо, появиться в игре, без каких-либо знаний? Самый простой способ понять – это представить себя на месте того, кто родился и вырос в этой области. Ты знаешь об области в которой находишься, и некоторые легенды с мифами по поводу остального мира и его людях, но ничего более, до тех пор, пока не изучишь это в игре! Если бы ты вообще ничего не знал, тогда походил бы на взрослого ребенка, неожиданно появившегося из ниоткуда. Тебе бы предоставили информацию об империи Аугус, даже если бы ты не знал о ней вне игры.

Должно быть, приятно быть ИИ; ИИ не нужно переводить дыхание или пить. Хотя временами она все еще имитирует человеческие ограничения. Фенрир понимает едва ли достаточно, чтобы окончательно не потерять нить.

– Хорошо, значит есть занятия для обучения навыкам и передаче их между реальной жизнью и игрой, но общие знания вы контролируете. Верно?

– Верно, братик!

– Если каждый игрок имеет своего помощника ИИ, тогда как игроки могут быть уверены, что со всеми обращаются справедливо?

- Блин, братик! Ты хочешь сказать, что мы жульничаем или можем быть предвзяты к кому-то? Я имею ввиду, это действительно возможно, поскольку на нас сильно влияют личности наших партнеров, но всё, что мы делаем - проверяется смотрителем. Обнаружив что-то нечестное или неподходящее для мира, она вернёт все на место!

– Хорошо, значит навыки, в определенной степени могут или не могут быть переданы между игрой и реальностью, ИИ-помощники контролируют, какие знания игрок сохраняет между реальной жизнью и игрой, а смотритель убеждается, что все честно? Действительно ли существует разница между навыками и знаниями?

– Братик, ты будешь отпугивать девчонок, задавая столько вопросов! Советую почитать про это, когда будешь вне игры.

Фенрир сдался. Хотя его и интересуют технические аспекты того, как всё это работает, он сомневается, что достаточно умён, чтобы понять всё это. Даже если ему объяснят как маленькому. Он оставит технические вопросы инженерам и разработчикам.

– Спасибо, Сая. Это пока всё.

Группа достигает побережья только после того, как солнце садится. Бонекрака, наконец, получил разрешение снять Олеандра со своих плеч, а Фенрир разочарованно вздохнул.

– Я надеялся, что мы увидим закат. Ну, по крайней мере мы ещё под открытым небом. Ночью, я бы предпочёл быть на пляже, чем в лесу. – говорит Фенрир, пока Бонекрака потирает плечи.

Олеандр, кажется, полон энергии, поскольку ему нет необходимости ходить самостоятельно. Фенрир проверил Серру. Он ожидал увидеть усталость или раздражение от долгой ходьбы, но вместо этого увидел пару изумленных глаз, направленных в сторону океана. Она выглядит такой же поглощённой, как и он, когда впервые увидел его. Только он хотел бы, чтобы они пришли пораньше.

– Если завтра мы всё ещё будем на побережье, в игровом завтра, тогда сможем полюбоваться закатом. Звучит неплохо, а? – спрашивает он, а в ответ получает возбужденный кивок.

Он не может отрицать, что немного разочарован тем, что Олеандр и Бонекрака не так удивлены увиденным.

– Маленькая девочка, почему не говоришь? – спросил Бонекрака, склонившись над ней.

Его внушительное лицо прямо напротив неё. Это заставляет её отпрыгнуть назад и спрятаться за Фенриром.

– Эй, Бони! Если бы она хотела говорить, то сделала бы это. Не будь таким грубым. – говорит Олеандр позади Бонекраки прежде, чем пнуть его в ногу.

– Это просто вопрос! Задавать вопрос – грубо? Нет!

Фенрир уже собирался разнять их, когда кое-кто другой произнёс:

– Простите... Мне просто... неудобно много говорить, не посчитайте это грубостью. – сказала Серра.

И Олеандр и Бонекрака смотрели на неё в удивлении. Никто из них не ожидал услышать её в ближайшее время. Олеандр выглядит особенно заинтересованным.

– Вот оно! Теперь, не заставляй её больше говорить, ты, большое, тупое животное. – Олеандр отругал Бонекраку.

Нагоняй явно сработал, учитывая, что Бонекрака смотрел в сторону, чувствуя стыд.

– Извините [1] – сказал он себе под нос.

Серра в замешательстве смотрит на Фенрира.

– Он – Русский. Это значит, что он сожалеет. – объяснил Фенрир.

Бонекрака ворчит и уходит, когда его извинение объяснили. Его уровень цундере посрамил бы саму Саю.

Это первая игровая ночь группы. Хотя Бонекрака и Олеандр не были удивлены видом океана, они не могут не смотреть с трепетом на небо, полное прекрасных звёзд и далеких туманностей. Одним из первых действий для любого, кто любит космос, это в ночное время суток смотреть на игровой скайбокс[2]. Ночное время виртуального мира почти всегда более впечатляюще, чем в реальности, и это не исключение.

Им повезло, что на небе ни единого облачка. Тысячи ярких, разноцветных огоньков развешаны по небу. Созвездия, туманности, кометы, спутники – всё это украшало пространство над ними. Такое зрелище просто невозможно увидеть в реальности; всё это настолько близко, насколько они когда-либо могли видеть.

– Сая, возможно ли сделать скриншот нас от третьего лица? – спросил Фенрир.

– Ты назвал своего помощника 'Сая'? Ты действительно виабу[3], Фенни. – сказал Олеандр.

Уупс. Фенрир был так поглощён красотой ночного неба, что спросил её вслух.

– Еще бы, братик! – ответила Сая.

Олеандр и Серра уже знают, что делать. Серра подходит поближе к правой стороне Фенрира, а Олеандр снова утыкается носом в его левый бок, подтягивая Бонекраку ближе.

–3... 2... 1...

Они все слышат милый голос Саи, а затем звуковой эффект щёлкающей камеры. Маленькое окошко временно появляется, показывая скриншот. Все четверо стоят рядом и улыбаются, за исключением Бонекраки. Позади них – огромный океан со спокойными волнами, накатывающими на берег, а над ним красивое и сверкающее небо.

– Эй, Фенни, кажется, я слышал твою Саю. – сказал Олеандр.

Бонекрака ворчит в знак согласия, а Серра кивает.

– Серьёзно? Спрошу у неё. – сказал Фенрир.

– Все участники запланированного скриншота услышат синхронизированный обратный отсчёт! Они также могут получить копию скриншота, если попросят своих собственных помощников, братик.

Фенрир передает остальным членам группы информацию от Саи. Олеандр и Серра говорят, что сохранили его, а Бонекрака – ну, Бонекрака. Фенрир и Олеандр знают, что он скорее всего сохранил его, даже если никогда в этом не признается.

Когда сеанс просмотра звёзд и скриншотов закончился, группа последовала вдоль пляжа на юг, и только небо над головой вело их. С тех пор в поле зрения появились две луны, двигающиеся по орбите вокруг друг друга. Одна из лун имеет мягкий голубой цвет. Другая луна – оранжевый. Каждая из них в несколько раз ближе к этому миру, в отличии от Земной луны. Учитывая, что океанские волны не полностью поглотили береговую линию, он предполагает, что их гравитационное воздействие на океанские приливы не так реалистично. По крайней мере, луны выглядят потрясающе.

Бонекрака хрюкает и стонет через каждые несколько футов. Учитывая его вес и размер ног, любые раковины или куски плавников, на которые он наступит, причиняют боль, равную детскому конструктору.

– Ещё не жалеешь, что поставил боль на 100%, Бон? – спросил Фенрир.

Ответом на его вопрос была брошенная в голову ракушка, от которой он каким-то образом увернулся, удивив даже самого себя.

Пока они идут вдоль берега, ничего особенного не происходит.

– Угх, от моего помощника у меня болит голова. Я продолжаю спрашивать его об игре, но все ответы либо слишком расплывчаты, либо вызывают головную боль. Это похоже на чтение истории, в которой ты действительно хочешь понять, как всё работает, но автор даже сам не знает, как это работает, поэтому он либо не утруждает себя подробностями, либо придумывают какой-то отстойный предлог, чтобы не вдаваться в это. – скулит Олеандр.

– Я и забыл, каким иногда хардкорным книжным червем ты бываешь. Читал что-нибудь хорошее в последнее время? – спросил Фенрир.

– Не совсем. Я был занят занятиями. Под ними я подразумеваю занятость с моими профессорами. Профессор с буквы “с”, как несколько профессоров. – объяснил Олеандр подмигивая.

К сожалению, прежде чем Фенрир спрашивает разъяснений о том, как он был занят с несколькими профессорами, Бонекрака протягивает руку из передней части группы, сигнализируя об остановке. Все трое позади орка видят пару крабов размером с человека, вонзающих свои клешни в песок.

– Кажется, они ищут что-то. Еду? – спросил Фенрир.

Каждая нога краба размером с Олеандра, а их панцири почти такие же большие, как тело медведя! Каждый имеет по паре больших, колючих клешней с чёрными кончиками, в отличии от их красных панцирей. Их глаза торчат из тел на коротких стеблях.

– Их клешни почти с меня размером, – тихо сказал Олеандр, – Крабы вообще могут слышать?

Все посмотрели на Фенрира, выжидая ответа. Он не знает, чувствовать ли себя польщённым или оскорблённым.

– Понятия не имею. Хотите обойти их, или попытаться убить? Хотя, я собираюсь быть с вами честным, я не ел крабов очень долгое время и мог бы сейчас рискнуть. – объяснил он.

Он тоже возбужден в преддверии боя. Только потому, что его главная цель – рыбалка, не означает, что он не заинтересован в сражениях. Кроме того, учитывая, что потенциальный враг – краб, и он будет убивать его копьём, технически, это можно рассматривать как рыбалку копьём.

– Позволь мне попробовать то, чему я научился во время боя с кабаном, ладно, Бони? – спросил Олеандр.

Бонекрака кивнул, позволяя Олеандру занять позицию. Фенрир и Серра смотрят на то, что он собирается сделать.

Олеандр уходит в высокую траву, окаймляющую песчаный берег, пробирается сквозь нее, пока не оказывается как можно ближе к крабам. Трудно разглядеть детали с того места, где находится остальная группа, но они могут видеть длинные, тонкие усики, медленно скользящие через траву к крабам. Они похожи на травяные щупальца, скользящие, как змеи.

– Эй, разве это не слишком круто, учитывая, что мы только начали играть? – спросил Фенрир, но он не удивлен.

Если кто-то и будет вундеркиндом в игре, где магия основана на интеллекте и силе воли персонажа, то это Олеандр. Фенрир лучше умеет строить долгосрочные планы, но Олеандр – мастер краткосрочной стратегии, и обычно именно он зарабатывает все деньги для группы.

Травяные щупальца скользят всё ближе и ближе к крабам, пока у них не получается быстро броситься вперёд и обернуться вокруг клешней! Они поднимают свои клешни с земли и оглядываются. А затем обнаруживают, что едва могут шевелить ими. Их праздные личности были заменены смотрителем, и теперь крабы борются за свою жизнь.

– Сейчас! – кричит Олеандр.

Бонекрака и Фенрир бросаются вперёд! Бонекрака использует свои кулаки и ноги, избивая и пиная ближайшего краба. Осколки панциря разлетаются при каждой атаке.

Какой бы впечатляющей ни была магия Олеандра, он всё еще новичок. Крабы освобождаются от своих плетённых цепей и мстят! Одна клешня врезается в грудь Бонекраки, другая тянется к его левой руке. Глаза Бонекраки расширяются от боли, когда клешня давит руку в пределах её досягаемости. Касательно Бонекраки, он может чувствовать каждую частичку боли, которую можно было бы почувствовать, случившись это в реальной жизни, а также слышит хруст своей кости и видит кровь от атаки. Что касается Фенрира, который не включал такой контент, всё, что он слышит, это крики боли Бонекраки и видит кровавые порезы на его руке.

Фенрир хочет помочь Бонекраке. Краб перед ним этого не позволяет. Фенрир бросает копьё вперёд, пронзая панцирь краба, но, похоже, это не причиняет ему боли. Краб продолжает приближаться с поднятыми клешнями. Одна из его клешней хватает копьё, вонзённое в него, ломает пополам и отбрасывает в сторону, в то время как другая замахивается на Фенрира!

Он может отпрыгнуть в сторону, но теперь у него есть только сломанная палка с приклеенным к ней камнем. Он смотрит на камень. Это может сработать. Взявшись за палку, он отодвинул её конец с камнем подальше от своих рук и теперь размахивает ею, как молотком. В следующий раз, когда краб замахивается на него клешней, он наносит ответный удар своим импровизированным молотом, раскалывая покрытую панцирем клешню! Пораженная клешня отскакивает назад, но другая ударяет его в бок.

Тело Фенрира отбрасывает на несколько футов в сторону, оставляя его лежать на песке, схватившись за бок. Больно! Но в реальности он чувствовал себя и хуже. Сила онемения эквивалентна количеству боли. Должно быть, так игра балансирует между людьми, предпочитающим чувствовать всю боль или никакой. Те, кто не чувствует боли, чувствуют онемение. То, что кажется сломанной рукой, неспособной двигаться у одного игрока, будет ощущаться как онемевшая, неподвижная рука у другого. Результат тот же, но ощущения другие.

Трудно подняться. Атака полностью выбила из него дух и оставила большой синяк на боку. Подняв глаза на Бонекраку, он видит, как огромный орк свободной рукой отрывает лапу краба, удерживающую его. Ещё больше плетённых усиков устремляются вперёд, обёртывая единственную оставшуюся клешню краба, в то время как Бонекрака начинает разбивать оторванную руку о его панцирь. Каждый удар по крабу сопровождается грубым, очень злым криком по-русски. Фенрир понятия не имеет, что он говорит, но точно уверен, что то же самое кричат Русские на плохих игроков в шутерах. Он снова обращает внимание на краба.

– Что? Я хотел всего лишь хороший ужин из краба. - усмехнулся он.

Взяв "молоток", он срывает камень с древка и отбрасывает палку в сторону. В нём бурлят звериные инстинкты. Его голова опущена и смотрит вперёд, делая его похожим на волка, готовящегося к атаке, его хвост всё еще висит позади ног, и он скалит зубы на краба. Пара ярко выраженных клыков заставляют краба сделать короткую паузу, прежде чем он продолжает подходить ближе.

Что-то накапливается внутри него. Это странное ощущение. Он знает, что может устоять перед искушением поддаться этому дикому порыву, но в то же время чувствует, что должен поддаться ему. Точно так же, как Бонекрака жестоко уничтожает тело своего краба, как это сделал бы неистовый орк, Фенрир хочет наброситься на краба и разорвать его в клочья, как это сделал бы волк, добывающий себе пропитание.

Так он и делает. Как только краб оказывается достаточно близко, Фенрир бросается на него, прыгает между его клешнями и хватается за спину! Левой рукой он хватает краба за левый глазной стебель и обхватывает ногами панцирь, чтобы не упасть. Зажав зазубренный камень в правой руке, он несколько раз ударил им краба прямо между глаз. Он пытается дотянуться назад своими клешнями, чтобы оторвать Фенрира от себя, но каждый удар камня о его "голову" заставляет пошатнуться. Фенрир продолжает бить, бить и бить до тех пор, пока оболочка, покрывающая его мозг, не разлетается вдребезги.

Несмотря на то, что сам акт был жестоким и кровавым, вокруг разбрызгивалось мало крови и мозгового вещества, пока Фенрир вбивал камень прямо в его мозг. Он быстро заглядывает в отверстие, которое сделал в панцире краба. Он всеми силами пытается разглядеть мозг или что-то еще, если на то пошло. Он, очевидно там, но в то же время, его глаза не могут заметить его. Между тем, Бонекрака видит каждую каплю крови на своем крабе.

Всё тело краба содрогается от атак Фенрира. Чтобы убить его, требуется всего несколько ударов прямо в мозг. Ноги его подкашиваются, а клешни безвольно свисают по бокам.

Бонекрака всё еще разрывает своего врага на части, несмотря на то, что тот умер ещё минуту назад.

– Ты в порядке? – спрашивает Серра из-за спины Фенрира.

Её голос дрожит; в нем слышится беспокойство. Фенриру требуется несколько секунд, чтобы успокоить дыхание, прежде чем ответить.

– Да, нет проблем. Однако копьё сломал, поэтому не особо этому рад, – ответил Фенрир, – Этот камень – он останется со мной навсегда. Может, это и не самый горячий камень на земле, но – эй, я срифмовал.[4] – он выглядит гордым собой.

Серра не может удержаться от улыбки, когда видит его дурацкое выражение удовлетворения от незапланированной рифмы. Фенрир не знает, толи это остатки адреналина от боя, толи внезапная волна уверенности от победы над первым врагом, который не был беспомощной рыбой. Независимо от этого, он вдохновлен для пикап фразы, о которой он, скорее всего, пожалеет меньше, чем за долю секунды после её произнесения.

– Как насчёт крабового обеда при лунном свете?

Да. Начинается внутреннее съёживание.

Она улыбается и кивает.

Её ответ стоит того, чтобы съёжиться.

– Улыбнись. – попросила Серра.

Хух? Фенрир одаряет её смущённой улыбкой. Она указывает на его зубы.

– Они выглядят больше. – сказала она.

Он дотрагивается до зубов. Они кажутся немного длиннее и острее, чем раньше. Поднеся руку к лицу, он замечает, что даже ногти стали длиннее и острее! Он же не превратится в оборотня или подобное клише, да ведь? Он проверил свой руки и ноги. Хорошо, волос не больше, чем обычно. Кажется, единственные изменения коснулись его зубов и ногтей.

Бонекрака подходит к ним, таща краба и оторванную клешню. Олеандр сопровождает его.

Похоже, Фенрир не единственный, кто изменился.

– Эй, Бон, твои ух-х. – сказал Фенрир, указывая на рот Бонекраки.

Два таких же острых и длинных бивне-подобных клыка торчали из-под его нижней губы. Несколько коротких рогов, кажется, начинают прорастать из лба Бонекраки по два, над каждой бровью.

Бонекрака взглянул вниз на свои бивни. Раньше он их почти не видел, но теперь, посмотрев вниз, их легко заметить. Его нижняя губа слегка выпячена, чтобы освободить место для бивней, растущих за ней.

– Ешь краба? – спросил Бонекрака, очевидно не заботящийся об изменениях.

Олеандр пожал плечами.

– Я принесу дров! Эй, – он посмотрел на Серру, – Хочешь пойти со мной? Дадим этим двум парням заняться грязными вещами, пока будем заниматься своими девичьими!

Серра взглянула на Фенрира. Она не слишком рада уходить от него, но когда Фенрир кивает и говорит, что краб будет готов к возвращению, уходит с Олеандром.

– Кричите, если понадобиться помощь! – крикнул Фенрир, пока Олеандр и Серра уходили.

Теперь, он остался на пляже с Бонекракой и двумя огромными крабами.

– Думаю, мы должны просто... отломать ноги? У нас и кастрюли-то нет, чтобы сварить их. Плюс ко всему, они слишком большие для этого, поэтому просто поставим ноги над огнем и оставим готовиться?

– Тч. Не ел раньше краба? Дай покажу, как это делать. – сказал Бонекрака, перевернув краба на спину и принявшись за работу.

Одной ногой он держит нижнюю часть, в то же время беря двумя руками ногу в том месте, где она соединена с телом. Хорошим рывком он отрывает каждую ногу от тела. Единственная оставшаяся клешня отрывается так же, без каких-либо проблем. Когда восемь ног и две клешни лежали в куче рядом с крабом, Бонекрака склонился над ним, готовясь к следующей части. Он переворачивает краба на живот, погружает руки в панцирь, где были удалены две задние ноги, и тянет вверх. Он посмотрел на Фенрира.

– Давай, подержи краба. Положи свои руки туда же где мои, но удерживай. – скомандовал он.

Фенрир делает, как сказано, встаёт на колени и удерживает краба на том же месте, откуда тянет Бонекрака. Немного усилий и Бонекраке удаётся оторвать верхнюю часть панциря с краба. Жёлтая жидкость брызнула Фенриру в лицо. Его уши дёргаются, а нос морщится от запаха и вкуса.

– Не волнуйся, это ахх... как вы это называете... изюминка. – объяснил Бонекрака.

Это определенно не похоже ни на одну изюминку, которую Фенрир когда-либо пробовал. Он поднимает руку, чтобы вытереть её с лица, прежде чем посмотреть на обнаженное тело краба.

– Теперь, здесь держи. – Бонекрака указал на хребет напротив него.

Схватив каждый за свою сторону, Бонекрака дал команду тянуть. Тело разделяется на половинки без особых усилий. Несмотря на отключенную кровь, Фенрир видит внутренности краба в мельчайших подробностях. Технически, это должно быть кроваво, но это не кровавей, чем смотреть на кусок сырого стейка. Это просто еда.

– Вот кусок мяса. – Бонекрака указывает на большие, белые куски мяса краба, находящиеся внутри каждой из половинок. Без особой грации он отрывает кусок и запихивает в рот. Учитывая, насколько дорогим стал краб за последнее десятилетие, тот факт, что ты можешь убить его в игре и почувствовать такой же как в реальности вкус, просто невероятен. Большая часть людей, не пробовавших морепродукты, смогут это сделать! Фенрир даже не помнит, когда в последний раз видел морепродукты в магазинах. Он повторяет за Бонекракой, отрывая кусок мяса и съедая его сырым. Вкус потрясающий! Фенрир сомневается, что Олеандр и Серра захотят есть сырого краба, поэтому оставляет ноги и клешни этим двоим, пока он и Бонекрака будут наслаждаться кусками мяса.

- Эй, – говорит Фенрир, жуя краба, – Как думаешь, мы можем продать какую-то часть от этих крабов? Может, нам стоит… подожди, у меня есть идея. – он поднимает ближайшую клешню и ломает в районе запястья.

Отделив клешню, он погружает во вторую половину всю руку и начинает вытаскивать мясо. Конечно, он не даёт этому мясу пропасть даром. Он ест всё, что достаёт. Фенрир понимает, что ест гораздо больше, чем мог бы съесть в реальности.

– Ты же не думаешь, что мы можем растолстеть от переедания? – спросил он, хотя уже знал ответ.

– Ты будешь толстым псом, как корги. – ответил Бонекрака.

Фенрир опускает хвост и хмурится. Он действительно хочет съесть как можно больше, но не хочет становиться похожим на коренастого, круглолицего корги. Оставшееся мясо бросается на груду крабьих ног, а оттуда все это поглощается Бонекракой. Клешня лишается мяса после нескольких минут копания и вытягивания. Фенрир кладёт каменный наконечник, всё ещё связанный с куском палки внутрь клешни, а рядом его верный камень и стебли, оставленные Олеандром перед сражением.

– Это хороший временный рюкзак, не думаешь? Было бы проблематично носить всё это в руках, но теперь мы сможешь носить больше вещей. – объяснил он, держа клешню.

Бонекрака посмотрел, будто не понимая, удивляться ему или нет. Не беспокоясь об этом, он съедает еще немного краба прежде, чем притащить того, которого убил Фенрир.

– Помоги приготовить этого.

– Погоди, твоя рука. Выглядело достаточно болезненно во время боя. Она в порядке? Прости, что не спросил раньше. – сказал Фенрир.

Бонекрака посмотрел вниз на свою руку и продолжил.

– Эх-х. Сейчас не сильно болит. Чувствовал перелом во время битвы, но сейчас – лучше.

– Хорошо, это означает, что без лекаря мы не в полной заднице. Было бы неприятно, если бы нужен был кто-то для исцеления раны. Хм-м. Интересно, сможем ли мы восстановить наше здоровье обычной регенерацией. Что если существует какой-то отравляющий эффект или что-то типа того? – спросил Фенрир, пытаясь передать это и Сае, но она не ответила.

Это означает, что это он должен понять сам. Пока Фенрир и Бонекрака заканчивали подготовку второго краба, Олеандр и Серра собирали палки, сухие листья и мёртвую траву.

– Я хочу чтобы ты узнала это сейчас, он достаточно тупой. Временами он может естественно начать флиртовать, но до тех пор, пока ты не ткнешь его лицом в свои чувства, он их не поймёт. – сказал Олеандр Серре, которая замерла на месте.

– Как… как ты понял? Это... это настолько очевидно? – тихо спросила Серра с покрасневшими щеками.

– Ох да, очень очевидно, плюс я хорошо подмечаю такого рода вещи.

– Я... знаю его только несколько часов. Это… думаешь, это странно, что он мне уже нравится?

– За то время, пока играл в игры, я понял одну вещь по поводу людей, дружба и привязанность могут возникнуть очень быстро. Один из наших друзей встретил девушку, и по его словам, влюбился, после часа игры с ней. Они начали встречаться в тот же день, встретились в оффлайне через несколько недель, и поженились через год. Это было несколько лет назад, и они до сих пор вместе. Жаль, что они с нами больше никогда не играли в игры, – Олеандр сделал паузу и улыбнулся, предаваясь нежным воспоминаниям, – Я помню, ещё тогда, я знал, что мы станем хорошими друзьями с Рётой… ах! Прости, не говори ему, что я разболтал его имя. Ух-х, как бы то ни было, я знал, что мы будем хорошими друзьями с Фенни в тот момент, когда мы начали общаться. Бывает так, что ты можешь сразу же с кем-то поладить. Знаю, многие люди скажут типа: "ох нет, это же не реальная дружба или реальная любовь" или что-нибудь такое же тупое, но они просто не понимают, насколько близким ты можешь стать с людьми посредством игр.

Серра глубоко вздохнула и улыбнулась. Его слова вызвали в ней волну облегчения.

– Спасибо. Я думала, что буду... странной. Ах… ум-м, мой голос. Он... звучит нормально? – спросила она.

– Как по мне, звучит как обычный голос! Не волнуйся, я сохраню твой секрет, и он не будет таким очевидным, если ты будешь говорить чаще. Ты привыкнешь к этому. Какого это?

Сначала, Серра выглядела удивленной, но улыбнулась из-за того, что он понял это.

– Спасибо, и ощущения странные, но... хорошие. Я читала о том, как многие люди, как– как я, играли просто, чтобы испытать всё это.

– Меня это не удивляет. Люди в инвалидной коляске могут ходить, а люди живущие в центре города могут гулять по лесу и изучать его, так что да. Имеет смысл, – сказал Олеандр, посмотрев на небо, – Я всегда хотел увидеть небо, которое не было бы наполнено смогом. Будь это твой случай или мой, все испытывают здесь новые ощущения.

Он делает глубокий, преувеличенный вздох.

– Так хорошо вдыхать чистый воздух! В любом случае, готова вернуться назад?

Серра кивнула, но вспомнив, что недавно сказал Олеандр по поводу использования голоса, она ответила.

– Пойдём, поедим.

Серра и Олеандр возвращаются на пляж как раз к тому времени, когда Бонекрака и Фенрир падают на землю с раздутыми животами, глядя на них, можно только догадываться, сколько они съели.

– Это хуже, чем стать корги. – говорит Фенрир Бонекраке.

Орк рыгает и поднимает руку к Фенриру, чтобы они могли удариться кулаками.

– Эй! Ребят, вы ели без нас! Да ладно, мы потратили столько времени на сбор хвороста! – кричит Олеандр, роняя дрова, собранные в его руках, на живот Бонекраке.

Это заставляет орка снова рыгнуть. За двумя раздутыми мужчинами лежат очищенные от мяса крабьи туши. Всё еще имеется куча из шестнадцати ног и трёх клешней, не лишившихся мяса, но это не имеет значения для тех двоих, собиравших хворост, пока остальные ели.

Серра стоит рядом с Фенриром с выражением безразличия на лице. Это похоже на то, когда она притворялась огорченной, после заигрывания Олеандра с ним, но на этот раз она не меняет выражение лица спустя несколько секунд. Сейчас, она действительно огорчена. Фенриру кажется, что его ругают, а она не произносит ни слова.

Ему не потребовалось много времени, чтобы понять причину. После слов о крабовом обеде под луной, он тоже был бы расстроен, окажись на её месте. Не то чтобы он не хотел поужинать с ней. Однако, столкнувшись с восхитительным крабом и диким аппетитом, было просто слишком трудно устоять.

– Моя вина. Прости, я облажался, – извинился Фенрир, – Я заглажу свою вину, разведя огонь, хорошо?

– Я определённо не прощу этого. – сказал Олеандр, голосом полным раздражения.

Серра бросает дрова и другие материалы Фенриру, надувает губы и уходит с Олеандром. Фенрир смотрит на Бонекраку. Орк тут же отворачивается. Вот так вот. Отряхиваясь, Фенрир встаёт, собирает дрова и начинает разводить достаточно большой костер, для жарки крабьих ног.

Учитывая, насколько массивны ноги крабов, два самых маленьких члена группы едва ли смогли собрать необходимое количество дров для достаточно большого костра. По крайней мере, ему не нужно подготавливать место для костра, поскольку они на пляже.

Через несколько минут Фенрир уже развёл костер. Он сделал его широким, а не высоким, чтобы на него влезли ноги, но даже в этом случае, на нём поместятся только несколько штук. Но опять же, Олеандр и Серра – маленькие, поэтому он сомневается, что им нужно много есть.

Он просто беспокоится об Олеандре и Серре, в основном о Серре. Он чувствует отвращение из-за того, что уже после нескольких часов знакомства с ней, сделал что-то не так. Кто захочет дружить с тем, кто так быстро лажает? Ну, такое случается не в первый раз. Всё, что он может сейчас сделать, это попытаться ещё раз извиниться, прежде чем она поверит в его раскаяние. Фенрир оборачивается, чтобы позвать их, и врезается прямо в Серру.

– Прости! Не знал, что ты здесь стоишь. Ты в порядке? – спросил Фенрир.

Отлично, сначала он ел без неё, а теперь чуть не сбил с ног! Серра смотрит вниз во время ответа.

– П-прости. Я... была зла, что ты ел без нас, но я даже не помогла во время боя, поэтому... прос…

Она чувствует, как большая тёплая рука опускается ей на голову. Румянец мгновенно заливает её лицо, пока она смотрит на Фенрира дрожащими глазами.

– Нет, тебе не за что извиняться. Это ведь я предложил обед из крабов под луной, – ему хочется съежиться от одной мысли об этом, – поэтому, я не должен был есть без тебя. Прости.

Серра чувствует, как сильно сердце колотится в её груди. Это некомфортное чувство, но вовсе не неприятное.

– Спасибо... но я всё же не помогала в бо…

– Я же говорил, что буду защищать тебя, если дойдет до боя, разве нет? Я человек слова, так что тебе не стоит извиняться за то, что я сдержал обещание.

Это чувство становится ещё более некомфортным. Её лицо горит красным и прямо сейчас она даже не может найти в себе сил посмотреть ему в глаза.

– Мне нужно извиниться перед Олли, а потом я вернусь и разожгу огонь. Оставайся здесь, а я приготовлю отличные крабовые ноги для вас двоих в кратчайшие сроки! – сказал Фенрир. широко улыбаясь и показывая большие пальцы.

Серра сумела ответить лишь нервным кивком. Его улыбка исчезает, как только она перестает его видеть. Пока его сердце бешено бьётся, он не может перестать думать о том, что только что сказал. Достаточно ли этих извинений? Должен ли он позволить ей извиниться, хотя и не уверен, что она должна? Он не знает.

Фенрир подбегает к всё еще обиженному Олеандру. Однако, подходя ближе, Олеандр оборачивается к нему с дразнящей усмешкой.

– Ты действительно настолько просто поставил для себя флаг! У меня было предчувствие, что вы с Бони поедите, но я не знал, что так много! - сказал Олеандр.

– Стоп, что? – спросил Фенрир.

– Ох, ничего! Не беспокойся об этом. Костер готов?

Фенрир подозрительно глядит на мальчика.

– Да... нужно только разжечь.

– Прекрасно! Хорошо, идём назад. – Олеандр выглядит подозрительно довольным.

Он сцепил руки за спиной и подпрыгивал на протяжении всего пути обратно. Он даже присвистывает! Фенрир пытается понять, о чем говорил Олеандр, но к тому времени, когда они добираются до Серры и костра, до него так и не дошло.

Когда он вернулся, лицо Серры всё ещё было красным. К счастью для неё, он этого не заметил и сразу принялся разжигать огонь. Он делает это тем же способом, как когда в первый раз пытался приготовить пойманную рыбу, но в этот, он смог зажечь кусок угля на пару минут быстрее! Он предположил, что существует какой-то навык для розжига огня. Даже кусок угля больше и горячее, чем в первый раз!

Положив уголёк в трут, он поджигает его прежде, чем переложить в костер. Огонь распространяется медленнее, чем раньше – он предполагает, что это из-за большей влажности воздуха и не полностью высохших дров – но костер поглощает и их.

– Как думаете, сколько вы двое сможете съесть? – спросил Фенрир, стоя рядом с кучей крабовых ног.

– Как много в каждой ноге? – спросил Олеандр.

– Примерно... не уверен, но могу сказать, что больше 7 кг. – ответил Фенрир.

Олеандр и Серра переглядываются, потом снова смотрят на Фенрира.

– Кто-то из нас выглядит так, будто сможет съесть больше 1 кг? Кроме того, независимо от того, насколько дорогой сейчас краб, сомневаюсь, что он достаточно хорош, чтобы съесть больше килограмма, если, конечно, вы не изголодавшаяся собака или тупой орк. – объяснил Олеандр.

Фенрир не может найти изъяна в этой логике. Одной такой ноги было бы достаточно, чтобы прокормить семью из четырех человек. Он смотрит поверх груды ног. Что они должны делать со всем этим? Крабы должны быть быстро съедены после смерти, поскольку опасные бактерии на них развиваются гораздо быстрее, чем на большинстве морепродуктов. Ну, может быть, в игре пища не гниёт со временем? Тем не менее, он кладет одну ногу краба на огонь. Там достаточно мяса для двух голодных членов группы.

– Я съем всё, что останется. – сказал он.

Панцирь, защищающий ногу, в скором времени обугливается, и поскольку ни Олеандр, ни Серра не беспокоятся о том, что мясо уже готово, Фенрир снимает её с огня и отдает им. Хотя он может и ел в их отсутствие, помимо этого он нашёл пару больших, отломанных раковин моллюска, которые промыл в воде и использовал в качестве тарелок для них.

– Видишь, Серра? Даже собаки могут быть чуткими, когда не эгоистично обжираются! – дразнит Олеандр.

Фенриру хочется запустить ракушкой в Олеандра, но, услышав хихиканье Серры, он не поддаётся искушению. В итоге Фенриру удаётся съесть ещё немного. Он пытается доесть то, что осталось в ноге, но когда остаётся слишком много, бросает ногу на Бонекраку, давая ему съесть её. Бонекрака раздражённо хрюкает, когда нога падает на его раздутый живот. Однако это не мешает ему вонзиться в ногу, вытаскивая остатки мяса.

Через несколько минут Олеандр оставляет Фенрира и Серру одних, чтобы пойти и поиздеваться над Бонекракой. Волк и девушка сидят бок о бок на самом краю того места, где вода встречается с песком. Прохладная солёная морская вода иногда касается их голых ног. Запах и звуки океана, с которыми эти двое никогда не сталкивались в реальности, заставляют их есть в тишине, чтобы насладиться красотой природы. Это может быть просто игра, но для них это реально. Прямо здесь, прямо сейчас, остальное не важно.

– Разве это не прекрасно? Сейчас такой пейзаж можно увидеть только в старых видео. Представь, что ещё мы можем пережить в этом мире. Рыбалка, прогулка по пляжу, позволяя океанским волнам касаться ног, небо полное звёзд. Я никогда не думал, что смогу испытать всё это. – сказал Фенрир.

Серра с улыбкой смотрит вниз. Этот мир действительно нечто.

Хотелось бы... я могла бы жить здесь. Я хочу остаться погружённой навсегда. – говорит она.

– Жаль, но я не думаю, что загрузка сознания в компьютер уже существует, но мой дядя говорит, что над этим работают.

– Скажи ему, чтобы он сказал им работать быстрее. – говорит она игриво-властным тоном.

Он не уверен, что сможет воспринимать её всерьез, если она когда-нибудь попытается командовать, из-за её мягкого и милого голоса.

– Я передам сообщение, – сказал он посмеиваясь, – Эй ух-х, как часто ты в сети?

– На самом деле... я ничем не занята, – кажется, она смущена, – Поэтому, я могу быть в сети столько, сколько ты захочешь.

– Мне знакомо это чувство. У Олли школа, а у Бона... работа, обычно я захожу, когда они свободны, но если хочешь, мы можем потусоваться вместе, до того, как они войдут в онлайн. – он пытается не обращать внимания на то, как бьётся его сердце, когда она сказала, что будет с ним столько, сколько он захочет.

Эта девушка слишком хороша, чтобы быть настоящей. Отвернувшись, чтобы скрыть улыбку, Серра кивает головой.

– Надеюсь, мы сможем найти безопасное для пробуждения место, может быть, деревня дальше по побережью. – сказал он, глядя на берег.

– Как я- как я могу узнать, когда ты онлайн? – спросила она.

– У тебя есть Фискорд[5]? У нас там есть сервер, в котором мы общаемся. Я могу пригласить тебя в него, или можешь написать мне напрямую.

Серра кивает головой. Формально у неё его нет, но будет.

– Тогда решено. Моё имя там... – он замер.

Он очень, очень не хочет этого говорить, но создание нового аккаунта будет большой проблемой. Он посмотрел на неё, и заметил, что она выжидающе смотрит.

– Моё имя там ух-х, TheMe… TheMemeStruggle#6043 [6]. – говорит он тихим голосом, не в силах смотреть ей в глаза.

Он слышит сдавленный смешок, за которым следует:

– Хорошо, я добавлю тебя позже.

Вот почему он одинок.

После короткого перерыва и с полными животами крабов, группа продолжает двигаться вперёд. Фенрир несёт с собой мешок из крабовых клешней. Он всё ещё расстроен, что сломал копьё так быстро, хоть и знал, что оно, скорее всего, не продержится долго. В конце концов, это была просто палка с привязанным к ней острым камнем. Он уверен, что сможет сделать ещё одно, если понадобится. Что ещё важнее, у него всё ещё остался камень. Никто не заберёт его камень. Он придумывает название камню. Какое имя подойдет домашнему камню? Чарльз? Хьюберт? Роки М-р. Каменнолицый? Камень?

– Ребят, я буду продолжать думать о действительно глупых вещах, если никто не придумает тему разговора. – сказал Фенрир группе.

– Например? – спросил Олеандр.

– Я придумываю имя для своего камня.

– Да, это достаточно тупо, Фенни.

– О том и говорю.

– Как на счёт Роки М-р. Каменнолицый?

– Уже думал об этом.

– Рокстер?

– Это неплохое, но очень уж показушное.

– Твёрдый камень?

– Я знаю, что ты хочешь добавить к этому.

– Питер.

– Не.

– Рокингтон!

– Мне нравится, но не уверен.

– Почему ты вообще так беспокоишься об этом камне?

– Это хороший камень.

– Ты дебил, Фенни.

– Ты один из тех, кто терпит это. Мог бы как Бон, молча осуждать меня.

Бонекрака хмыкает.

– Это не так весело! – сказал Олеандр, – Эй, есть идеи для хорошего имени домашнему камню?

Он вопросительно посмотрел на Серру. Она постукивает пальцем по подбородку. Имя для домашнего камня? Она никогда раньше не думала о чем-то подобном.

– Роки Камнеудав? – предложила она.

– На что это отсылает? – спрашивает Олеандр.

Серра смущённо отворачивается.

– Здесь я с Олли. Думаю, что могу назвать его просто Камень. – сказал Фенрир.

– Тогда какой смысл пытаться помочь тебе?! – Олеандр кричит и дуется, пиная песок в Фенрира.

– Я никогда не просил помогать. – отвечает Фенрир, заработав таким образом еще один направленный в него пинок по песку.

Фенрир, Олеандр и Серра – все ломают пьесу. Фенрир и Олеандр особенно счастливы, что нашли кого-то нового, для своих сценок. Бонекрака стонет.

– В какие ещё игры ты играешь? – спрашивает Олеандр, оглядываясь на Серру, которая все ещё держится рядом с Фенриром.

– Думаю... я играла в большое количество классики. В основном хорроры. Я очень… очень люблю олдскульные хорроры, – ответила Серра, – Мне нравятся те, где ты не можешь сопротивляться и просто... прячешься и крадешься.

Олеандр вздрагивает, держась за бока.

– Да ладно, я бы ни за что не смог играть в такие игры. Не говоря уже о жуках! Я видел видео как голый мужик и куча…

– Не надо, Олли. Никому нет нужды знать, какие испорченные видео ты смотришь в своё свободное время. – заметил Фенрир.

– Не то, чтобы я хотел его посмотреть! Какой-то парень опубликовал ссылку на него, и все комментировали это, поэтому мне стало любопытно! Я должен был поверить комментариям...

– Мы оба знаем, что ты хотел посмотреть просто потому, что там был голый парень.

– Это... только от части правда! Он выглядел не так уж плохо, ясно? У девушки есть свои потребности.

– Ты не девушка.

– Может, у меня и есть пенис, но очень женственный!

– Хорошо, это переходит от шутки к переизбытку ненужной информации. Как мы вообще об этом заговорили?

– Я спросил Серру, в какие ещё игры она играет, и она упомянула о хоррорах, поэтому я подумал о жуках.

– Я думал, мы говорим о твоём члене? Как из жуков это переросло…

– Ох, так ты хочешь поговорить об этом? Конечно, Фенни!

Фенрир смотрит на Серру, хихикающую рядом с ним.

– Убейте меня, – Бонекрака ворчит впереди группы, – Нужны новые друзья.

– Мы все знаем, что тебе будет одиноко без нас, Бони. – дразнит Олеандр.

Между Олеандром и Бонекракой начинается новая словесная перепалка.

Группа встречает ещё несколько пар крабов, и каждая из них была безжалостно убита группой приключенцев. Олеандр и Бонекрака хотят опыта и навыков от их убийства. Фенрир просто помогает, чтобы никто из них не умер и не потерял свой прогресс. Серра наблюдает со спины и мысленно подбадривает их – ну, мысленно подбадривает Фенрира.

Фенрир думает о новом вопросе для Саи, пока они идут по пляжу.

– Эй, Сая. Что происходит, когда мы выходим из системы? – он мысленно спрашивает Саю.

– Это зависит от тебя, Они-чан! Если ляжешь спать, то в зависимости от удобства и того, на чем ты спишь, получишь бонус отдыха. Если просто выйти, то персонаж будет стоять и ничего не делать. – объяснила Сая.

– Значит, наши тела не исчезают?

– Верно!

– Что мешает кому-то убить чьего-то персонажа, пока он не в сети?

– Ничего! Ну, персонаж может отбиваться, используя твой стиль боя, копируемый смотрителем, так что будет похоже будто сражаешься ты, но это все. Ти-и-ипа-а-а, если ты спишь в таверне, а плохой парень пробирается в комнату, он может попытаться убить тебя, даже не разбудив или просто обокрасть! Но если он будет обнаружен твоим персонажем, смотритель временно возьмет контроль, чтобы реалистично защитить себя, как если бы это делал ты. Твой персонаж не будет сражаться на все 100%, это будет около 80%. Если отключишься или пробудишься в середине боя, наблюдатель возьмет на себя и это.

– Хорошо, значит есть какая-то защита и я не буду полностью беззащитен. Приятно слышать, спасибо. Похоже, смотритель очень занят. Она что, должна следить за 50 миллионами активных игроков? Ещё все эти НИПы, строительство мира и всё такое?

– Ага! Она всё время очень занята. Она технически контролирует всё в мире, от насекомых до погоды, но для нас это очень просто. Даже я могла бы сделать это, будь у меня больше вычислительной мощности!

– Спасибо, что снова ответила на мои вопросы, Сая.

– Нет проблем, братик!

Фенрир передает полученную информацию остальным членам группы.

– Свет! Смотрите! Кажется, я вижу город. – крикнул Фенрир.

Остальным приходится щуриться, чтобы увидеть это.

– Как ты вообще это увидел, Фенни? – спросил Олеандр.

– Вам трудно это разглядеть? Может... может наши помощники дают нам расовые навыки, основанные на созданном персонаже? Это бы многое объяснило.

– Ну что ж. Вперёд! – Олеандр побежал первым.

Все четверо ускоряются и бегут по направлению к свету. Приблизившись, он смогли разглядеть яркие фонари и горящий огонь, а также несколько деревянных зданий. Несколько гребных лодок вытащили на берег и привязали к деревянным столбам. Самая уникальная часть деревни – большие деревянные клетки с гигантскими крабами.

Кто-то похожий на стражника замечает приближающуюся группу и стучит в стену дома позади него. Выходят ещё двое вооруженных стражников. Каждый из них одет в кожаные доспехи и вооружен металлическим оружием. Они может и не выглядят хорошо экипированными по стандартам фэнтезийных игр, но даже Бонекраке не хочется драться с кем-то хорошо вооружённым, голыми руками.

– Ждите там! – выкрикнул первый стражник.

Группа слушает.

– Вы, парни, новенькие?

– Мы здесь всего несколько часов! – крикнул в ответ Фенрир, – Не возражаете, если мы войдем и отдохнем?

Охранники смотрят друг на друга.

– Какое-либо оружие? Что в панцире? – снова крикнул стражник, смотря на клешню, которую держал Фенрир.

– Просто собранные нами базовые вещи. Оружия нет.

Стражники перешёптываются между собой, прежде чем снова обратить внимание на незнакомцев.

– Хорошо, вы можете пройти. – сказал стражник, давая знак.

С возбуждёнными улыбками, группа из четырех человек направляется туда, но снова останавливается, когда подходят достаточно близко.

– Вы все начали играть вместе?

– Да! Все мы дружим в реальной жизни, поэтому появились вместе. – объяснил Олеандр.

Серра, похоже, хочет поправить его, но он толкает её локтем в плечо.

– Понятно. Добро пожаловать в нашу деревню Коустедж. Да, я знаю, это плохое название, но это проблема лидера гильдии. Я Ричард, офицер "Вонючего Чеснока". Да, знаю, ещё одно глупое название, но это уже не моя проблема, – объяснил Ричард, стражник, который кричал нам, – Что вам ребят нужно?

Олеандр и Серра, похоже, готовы засмеяться из-за названия гильдии.

– Просто информация, возможно, безопасное место, чтобы выйти на ночь. – ответил Фенрир.

– У нас есть здание, в которое еще не переехали НИПы, так что вы можете остаться там, если сможете заплатить нам как-то.

– Извините, но нам нечем вам заплатить. Всё, что у нас есть, это клешни, наша одежда и несколько стеблей с клеем внутри.

Ричард оглядывает Серру. Она тут же замечает, с каким извращением он на неё смотрит. И Фенрир тоже. Фенрир встаёт перед Серрой, чтобы спрятать её за спину.

– Как я уже сказал, нам нечем платить. Мы примем любую информацию, которую вы предоставите и отправимся в путь.

– Тц. Скучно. Ты понимаешь, что большинство людей, играющих в эту игру – кучка извращенцев, желающих трахаться, так? Советую не подпускать свою девушку к городам, если вы такие ханжи. Нет такого места, где девушка не будет постоянно под ударом, а для некоторых грубых игроков не составит проблем поставить вас на место, чтобы получить её. – сказал стражник, начиная гляделки с Фенриром.

Это прерывается только тогда, когда Олеандр делает шаг вперед и проводит пальцами по груди охранника.

– Всё в порядке, я могу удовлетворить тебя, как, ты, захочешь. Хочешь повеселиться со мной, папочка? – воркует Олеандр, имитируя соблазнительный женский голос.

Охранник с отвращением отталкивает Олеандра.

– Больше блядь меня не трогай.

Бонекрака делает шаг вперёд, становясь между стражником и Олеандром. Хотя стражник может быть и лучше вооружен, он всё ещё более чем на фут ниже Бонекраки. Любой был бы напуган одним только его подавляющим присутствием. Серра выглядит обеспокоенной тем, как внезапно обострились события.

– Знаешь что? Вам здесь негде остановиться, и вы не получите никакой информации. Убирайтесь отсюда, пока мы вас не убили. Нам здесь не нужны заносчивые пёзды и педики. – потребовал Ричард.

Фенрир добрый и мягкий человек. Он любит относиться к людям с уважением, предпочитает рыбалку, вместо боёв и рейдов, является целиком и полностью девственником, а также любит делать персонажей, которые нравятся девушкам, а не выглядят как мужественные задиры. Он также выглядит как человек, который больше похож на белого рыцаря, который всё болтает, но не кусается. Поэтому, когда он внезапно бьет Ричарда по лицу и забирает его меч во время суматохи, никто из стражников не ожидает этого.

– Я думал, на этот раз ты хочешь избежать убийства игроков, Фенни? – спрашивает Олеандр из-за спины Бонекраки, который сейчас атакует следующего стражника.

Серра понятия не имеет, что происходит, просто стоит сзади и смотрит. Фенрир, не теряя времени, вонзил меч Ричарда прямо ему в грудь.

– Да, ну, иногда дерзких маленьких детей нужно ставить на место. – когда первый удар не убивает Ричарда, Фенрир вытаскивает клинок, чтобы перерезать ему горло.

Был сделан единственный кровавый порез, но Ричард безжизненно падает на землю.

– Означает ли это, что Божественная Бригада возвращается? – взволнованно спрашивает Олеандр.

– Только на один вечер. – отвечает Фенрир как раз перед тем, как копьё третьего стражника вонзается в его левую руку.

Бонекрака улыбается от уха до уха. Серра не видела орка таким возбуждённым за все время, что она его знает. Фенрир использует свой новый меч, чтобы отрубить стражнику руку и забрать копье. Из руки стражника брызжет кровь, но когда Фенрир смотрит на порез, то видит только черноту.

– На помощь! Нас атакуют! – кричит стражник.

Все, кто был в маленькой деревне бросаются к нему.

– Ладно, пора бежать! Олли, ты сможешь замедлить их, когда мы выйдем в поле? – спрашивает Фенрир, отбегая от поверженных стражников. Он бросает меч Бонекраке, который уже отобрал меч у побежденного им стражника, передает копьё Олеандру и поднимает свой рюкзак из клешни.

– Конечно! С кем думаешь, ты говоришь, Адмирал? – отвечает Олеандр.

– Только на сегодняшний вечер, Олли, а потом, клянусь, я вернусь к рыбалке.

Они отступают.

– Сколько драк началось из-за того, что кто-то оскорбил меня? – Олеандр благодарно смотрит на Фенрира.

– Я потерял счет между мной и Боном. – ответил Фенрир.

– Только я могу оскорблять тебя. – говорит Бонекрака, хлопая Олли по спине с такой силой, что тот едва не падает.

Серра оглядывается. Более дюжины вооруженных мужчин преследуют их, так почему же три ее спутника так спокойно болтают? Похоже, они привыкли к таким вещам. Подождите-ка, а не слышала ли она о Божественной Бригаде откуда-то ещё?

– Эй, Фенни, разве это не напоминает тебе о том времени, когда мы разворотили осиное гнездо, убив девушку Ультиматума? – спрашивает Олеандр, когда мимо него пролетает стрела.

– Ничего бы не задело этого урода так, как убийство его плаксивой подружки стримерши. Я всё ещё натыкаюсь на людей, пытающихся разыскать мои личные данные из-за этого. – ответил Фенрир.

– Я до сих пор смеюсь, вспоминая, как он писал огромный пост в блоге, умоляя её вернуться!

Серра может только слушать и подпрыгивать каждый раз, когда стрела летит в их сторону. Она понятия не имеет, о чём они говорят, но похоже, что у человека, увлекшего её, есть сторона, о которой она ничего не знает. В этом есть что-то... захватывающее. Его забота о ней и помощь сразу после их встречи – это то, что первоначально привлекло её интерес, но с теми небольшими кусочками информации, которые она собирает сейчас, всё больше начинает казаться, будто у него есть какое-то тёмное и таинственное прошлое!

На самом деле, он просто провёл слишком много времени, играя в видеоигры.

– Каков план? Боевой Мастер? – спрашивает Фенрир, глядя на Олеандра.

– Я не думаю, что мы сможем победить их всех, но они не знают нашей силы, так что попробуем обмануть их, чтобы мы могли сбежать. Лучше надейся, что они слишком наивны! – объяснил Олеандр.

Фенрир оглядывается. Как он и предполагал, группа преследующих их игроков, с легкостью догоняет. Единственная причина, по которой они ещё не рядом с ними, из-за полученной форы. И тут он кое-что замечает. Бонекрака опережает его, несмотря на то, что начали бежать в одно и то же время и с одного и того же места. Увеличило ли ношение Олеандра его скорость и выносливость?

– Бон, ты сможешь убежать от этих парней, если мы с Олли выиграем тебе немного времени. Бери Серру и прячься! Встретимся позже. – приказал Фенрир.

Серра выглядит удивлённой и делает какие-то смущенные знаки рукой, когда видит, что гигантский орк внезапно приближается к ней, но он всё равно поднимает её и перекидывает через плечо.

– Спасибо, Бон, удачи!

Бонекрака кивает, увеличивает расстояние, а затем отделяется от Фенрира и Олеандра.

– Даже и не знаю, как относиться к тому, что гигантский орк быстрее оленя и волка. – сказал Олеандр.

– Да уж, мы должны что-то с этим сделать. Хорошо, ты готов?

Вместо того чтобы ответить, Олеандр останавливается, увидев цветок, торчащий из земли. Он кладет на него руки, не сводя глаз с приближающихся врагов. Из одного цветка прорастает почти дюжина плетенных усиков, которые набрасываются на врагов!

– Сработало! Они действительно слабы, будем надеяться, что они не по…

Вспышка пламени охватывает сразу все усики.

– Я, ухх, Фенни? Они тоже могут использовать магию.

– Да, я сразу знал, что всё так закончится, как только ударил того парня. Это тот момент, когда быть оверсильным главным героем какого-то аниме было бы кстати. А ты как думаешь? – спросил Фенрир.

– Мы всё ещё никому не позволяем получать удовольствие от нашего убийства?

Фенрир оглядывается и видит, как Бонекрака исчезает в темноте ночи вместе с Серрой. Хорошо, они должны быть в безопасности.

– Ты сам знаешь. Ты первый, поскольку у тебя копьё.

– Хорошо! Увидимся на другой стороне! – Олеандр говорит с улыбкой, слишком широкой для того, что он собирается сделать.

Фенрир замечает колебания в его движениях, но Олеандра это не останавливает. Нацелив копьё в сердце, он давит на него со всей силой, на какую способен, пронзая свою грудь. Он падает на землю. Стрела пролетает над головой Фенрира.

– Ладно, только быстро. Я вернусь за тобой, Камень. – с этими словами Фенрир вынимает копьё из груди Олеандра, направляет его на своё сердце и... колеблется. Убить себя в играх никогда раньше не было проблемой, так почему сейчас? Он чувствует, что если он убьёт себя, то он действительно умрёт.

Нет, это просто игра. Он повторяет это несколько раз в голове, пока не пронзает себя.

Последнее, что он видит и слышит перед тем, как его зрение затуманивается - гневные крики преследователей, догоняющих его с опозданием всего на несколько секунд.

Фенрир подпрыгивает и ударяется о стол, когда понимает, что опять сидит в кафе из детства. Сая сидит напротив с насмешливым выражением лица и недоеденным мороженым.

– Какой трусливый способ выйти, братик. – дразнит она.

Он оглядывается. Ни поля, ни разъяренных преследователей, ни копья в груди. Руки трясутся от адреналина.

– Ты говоришь трусливо, я говорю решительно! Я имею в виду, да ладно. Мы убили троих их друзей, украли два их меча, они не смогли убить нас, и не похоже, что с наших тел они получат хорошую добычу. Тем более, мы только начали играть, поэтому не потеряем много прогресса в любом случае. Мы с Олли вышли в стиле Божественной Бригады. – объясняет Фенрир, пока его лицо расслабляется и принимает самодовольный вид. Сая поднимает руки и пожимает плечами.

– Основываясь на твоих воспоминаниях, похоже, это работает достаточно не плохо.

– Ох, у меня есть вопрос.

– Конечно есть, братик. Я предполагаю, что это тот самый вопрос, который 92.74% игроков задают после своей первой смерти.

– Как работают смерть и возрождение?

– Так и знала!

– Ты знаешь, о чём я собираюсь спросить ещё до того, как я это сделаю, так что это не совсем справедливо.

Сая невинно присвистывает, глядя в сторону.

–- В любом случае, вы не сможете играть в игру в течение двадцати четырех часов после смерти, и вы либо возродитесь там, где впервые появились после создания персонажа, либо где последний раз спали.

Не иметь возможности играть целый день – неприятно. Бонекрака определённо расстроится из-за этого, а как же Серра?

– Похоже, этим можно очень неприятно воспользоваться. Что делать, если Гильдия установит кучу жилищ и кроватей за пределами вражеского города?

– Как ты думаешь, братик, позволит ли какой-нибудь город подозрительной силе создать кучу точек возрождения, ничего не предпринимая?

Он не может спорить с этим. Такая тактика работает в других играх, где здания могут быть построены мгновенно и когда таймер возрождения не занимает двадцать четыре часа. Это равно двум игровым дням.

– Что произойдёт, если заплатить за разрешение спать в таверне ночь, но не платить за последующие ночи, не устанавливая новую точку возрождения?

– Это зависит от нас! Это работа виртуальных помощников, гарантировать, что игроки не пытаются злоупотреблять механикой игры. Не имеет смысла возрождаться в месте, которое тебе не принадлежит, если ты заплатил только за одну ночь, и кто-то другой мог его уже занять.

– Похоже, что ИИ делают так, что существование мошенников невозможно.

Сая качает головой.

– Не-а, братик. Мы вмешиваемся, только когда дело доходит до подобных механик. Например, ты не можешь установить точку возрождения внутри подземелья, не можешь проникнуть в замок врага и спать в постели лидера, устанавливая там свою точку возрождения, не можешь возродиться в арендованной комнате, если больше не платишь за нее, и так далее! Но если хочешь, то можешь подписать с кем-то контракт, говорящий сделать X в обмен на Y, тогда мы не можем это запретить. Ты даже можешь покрасить свой любимый камень в золотой цвет и попытаться продать как золотой самородок!

– Ладно, ладно. Думаю, я понял. Значит, фактически, когда доходит до точки возрождения, в которой ты спал, она считается только если помощник решит, что это подходящее место для возрождения?

– Правильно, братик! Я дам тебе знать, если попытаешься установить свою точку возрождения в запрещенном месте и в любое время в игре, можешь спросить меня, где в настоящее время установлена эта точка.

– Приятно слышать, спасибо. Что ты теряешь, когда умираешь?

– Это зависит от количества возрождений! До тех пор, пока у тебя по крайней мере одно возрождение, с которым начинают все игроки, то потеряешь только последние 10% прогресса от статистики и навыков, но всё, что было на тебе, останется другим, в качестве добычи. Ты возродишься в своём праздничном костюме!

– А что если у тебя нет возрождений?

– Тогда ты потеряешь всё! Будешь вынужден возродиться в случайном месте, потеряв всю статистику, навыки и все остальное!

Фенрир кивает, впитывая всю эту информацию. Полезная информация. Исходя из того, что она сказала, он выясняет, что только что использовал своё единственное возрождение. Следующая смерть жестоко испортит ему жизнь, если он не сможет получить ещё одно.

– Как получить больше возрождений? – спросил он.

Сая краснеет. Почему у него такое чувство, что этот ответ будет плохим?

– Н-ну, ты же знаешь, как делают детей, верно, Они-чан?

– Пожалуйста, не говори мне, что это единственный способ.

– Вместо становления девушки бе-бе… беременной, вы оба получаете возрождения.

– Стоп, разве это не дискриминация игроков-геев?

Сая перестает изображать смущение.

– С тобой не весело, братик! Занимаясь сексом, все вовлечённые стороны могут получить возрождение в зависимости от совместимости характеристик. У игрока с высокой силой будет больше шансов получить возрождение с другим игроком, у которого высокая сила, и меньше шансов с кем-то, у кого низкая сила.

– Хорошо, какие ещё есть способы получить возрождения?

Сая надувает губы.

– Ты даже не рассматриваешь вариант, о котором я только что говорила!

– Знаю.

– Ла-а-адно-о-о. Победа над элитными НИП, такими как боссы подземелий, убийство игроков, которые намного сильнее тебя, и использование редких предметов может дать возрождение.

Фенрир вздыхает с облегчением.

– Хорошо. Почему ты выглядишь разочарованной тем, что я не какой-то сумасшедший сексуальный маньяк?

– Н-ну, весь мой опыт связан с твоим, так что если ты девственник, то это значит, что и я девственница. Единственный способ получить опыт в чём-то подобном – сделать это.

– Другими словами, ты извращённая вуайеристка?

Остатки мороженого Саи летят Фенриру в лицо.

----------

[1] - В оригинале было предложение [The scolding clearly works given that Bonekraka looks away, feeling ashamed. “Izvinite,” he says under his breath.], где "Извините" было сказано по русский.

[2] – Текстура неба.

[3] – Японофил – человек, который не имеет отношения к Японии, но интересуется этой страной и получает удовольствие от всего японского, возможно, даже хочет быть японцем.

[4] – like the hottest rock on the block.

[5] - Я так понимаю - это Discord? Хорошо. [Моё имя там ух-х, Sp… Spark108#7961]

[6] - TheMemeStruggle#6043 переводится как БорьбаНадМемами#6043, потому и вызывает смех Серы. В дальнейшем имя в "Фискорд" не будут переводится, а будут оставаться как в оригинале, что бы не портить всю семантику чата. Но скажу заранее, с ними так же будут приколюхи, по этому рекомендую для ознакомления кидать их ники в переводчик. 😊

----------

П.З. Не стесняйтесь отмечать в комментариях ошибки и моменты, которые нужно пояснить в примечании.

Перевели: Twin Stars

Редактура: AniStorm Media

Глаза Рёты открываются. Его встречает вид монитора, мягко освещающего потолочный вентилятор. Наверное, ему следовало включить свет, перед погружением.

Его руки и ноги с трудом двигаются. Такое чувство, что он даже не в своём теле. Он слышал о постоянно увеличивающих случаях дисфории тела, после выхода этой игры, и теперь он понимает, почему.

Кто захочет вернуться в свои настоящие тела, когда в этой игре можно делать всё, что угодно? Он раньше играл и в другие игры с погружением в виртуальную реальность, но беспрецедентный реализм этой игры находится на совершенно ином уровне. Ничто не может сравниться с реалистичными ощущениями персонажей в ней.

Осознания того, что он вернулся в это бесполезное тело, почти достаточно, чтобы заставить его разрыдаться. Если бы не тот факт, что он привык к этому чувству ненависти к себе, вероятно, он уже бы плакал.

Он сжимает и разжимает кулаки до тех пор, пока снова не может пошевелить руками. Вот почему сказали лечь перед погружением.

Вернув контроль над руками, он хлопает себя по бёдрам до тех пор, пока не начинает чувствовать и их. Наконец, Рёта может снять гарнитуру с головы. Он не может удержаться, чтобы не поднять её над лицом и осмотреть. Такая маленькая, невинная на вид вещь способна перенести его в такой огромный, удивительный мир. Она способна перенести его из бесполезного тела в сильное тело Фенрира. Он становится таким человеком, каким всегда мечтал быть.

Он кладёт её рядом с собой и смотрит в потолок. Не хочется ждать целый день для продолжения игры. Нет ничего большего, чего бы он хотел прямо сейчас, чем вернуться в тот мир и снова начать его исследовать. Потенциальная смерть и потеря прогресса не имеют для него никакого значения. Он просто хочет свободы от этого тела, от этой реальности.

В животе урчит. Это странно. Несмотря на веру в то, что он сыт, его тело жаждет пищи. Он не чувствует голода, но знает, что его тело голодно.

– Сая, почему… – Рёта начинает спрашивать, но когда понимает, что его слышит только вентилятор на потолке, глупо улыбается.

...

– Я такой тупой. – говорит он, вылезая из постели.

Он морщится, когда встаёт и переносит вес на ноги. Это ощущение, по которому он определенно не скучает в игре.

Выглянув в окно, он видит город, огни которого заставляют верить, что еще светло. Он помнит, что когда-то мог видеть бесконечные зеленые поля, но теперь видит только многоэтажки.

– Бьюсь об заклад, последнее поколение никогда не думало, что будет бежать от берегов, а не к ним. – говорит он, закрывая жалюзи, чтобы свет, пробивающийся сквозь них, исчез.

Выходя из комнаты, он останавливается у фотографии на стойке. Маленького мальчика с чёрными волосами держит на руках мужчина постарше, который выглядит как более взрослая версия ребенка, а рядом с ними стоит женщина с мягким взглядом. У их ног послушно сидит собака с большим слюнявым языком, высунутым изо рта. Её хвост, должно быть, вилял, так как он выглядит размытым.

Интересно, что подумали бы его родители о том, как далеко зашла виртуальная реальность? Они никогда не были в видеоиграх, но он уверен, что даже они будут поражены новейшими технологиями.

Он ковыляет по коридору в гостиную. Его гостиная и кухня больше похожи на одну большую комнату и разделены только небольшой перегородкой – служащей барной стойкой для кухни. Рядом с кухней раздвижная дверь, ведущая на маленький балкон, которым он никогда не пользуется. В дальнем конце гостиной дверь во внешний коридор и ванная, соединённая со спальней, это всё. Всего несколько сотен квадратных футов в его квартире – это всё, что ему нужно для жизни одному. Гостиная даже не декорирована, если не считать старого дивана и телевизора, которыми пользуется, только когда он ест.

Рёта берёт с кухонного стола бутылку крепкого сидра и пакет чипсов с солью и уксусом. Нездоровая пища и алкоголь – это две вещи, которые человечество никогда не исчерпает.

Он осторожно садится на диване и говорит: "Пингвин, включись". Что касается того, почему он назвал свой телевизор "пингвином", это тайна, которую мир может никогда не узнать.

На самом деле, это было первое, что пришло ему в голову, когда он его устанавливал, и он не хотел заморачиваться с именем.

Экран оживает с изображением спорящих друг с другом дикторов. Они когда-нибудь делают что-то другое?

– Говорю тебе, Рейчел! Мы не можем позволить, чтобы так много нашей молодежи играло в эти игры! Мы понятия не имеем, какие долгосрочные эффекты техно…

Дальше.

Идёт повтор о вымершей океанической жизни.

– Это может быть печально, но, по крайней мере, у нас есть видео и фотографии этих красивых существ в их естественной среде, – говорит британский комментатор, – Мы должны учиться на своих ошибках и…

Дальше.

– Ты хочешь сказать, что он бросил тебя и этого красивого мальчика на экране ради искусственного интеллекта? – говорит усатый ведущий, недоверчиво глядя в камеру, пока женщина плачет в ладони. Мужчина, которого обвиняют в том, что он бросил её ради ИИ, сидит в кресле напротив плачущей женщины, и вся аудитория освистывает его.

Рёта не может воспринимать это шоу всерьёз. Все лгут и преувеличивают, но это хорошее шоу, когда он хочет дрянной драмы.

Дальше.

Дальше.

Дальше.

Дальше.

Там никогда ничего нет. Вот почему кабель на последнем издыхании.

Он проносится мимо рекламы с симпатичной девушкой в свитере и снова переключается на этот канал. К сожалению, всё, что он видит, это название какой-то компании одежды и номер телефона на экране.

Дальше.

Ох, смотрите, ещё один новостной канал ведет себя так, будто это конец света.

– Напряжённость растёт быстрее, чем когда-либо прежде! С каждым годом мы теряем всё больше береговой линии, и у тех, кто слишком беден, чтобы переехать во внутренние города, нет другого выбора, кроме как собраться в…

Сначала Северная Корея, потом Россия, потом Китай, потом снова Северная Корея, а теперь океан.

Дальше.

– Расчистка орбитального мусора идет медленно, но с учетом последних достижений частного сектора мы должны увидеть новые запуски спутников в течение следующего десятилетия. – говорит какой-то парень без особых примет.

Он самый обычный белый парень, которого Рёта когда-либо видел.

– Конечно, давайте просто заполним орбиту большим количеством спутников сразу после их очистки. Отличный план, Мистер скучная башка. – стонет Рёта, запихивая чипсы в рот.

Он просто хочет побольше поиграть в свою новую игру. Недостатком долгого отдыха на кровати является то, что он совсем не устаёт, так что он не может просто проспать ожидание. А что если...

Нет, алкоголя не хватит, чтобы отключиться.

– Думаю, мне нужно заказать ещё.

Дальше.

Он, наконец, пробрался в детскую сеть, полную политкорректных, но слегка оскорбительных шуток. Дети, которые смотрят это, понятия не имеют, каково реальное значение этого шоу. Они думают, что оно полно счастья, радости, дружбы и смеха, но правда гораздо темнее. Любой критически мыслящий человек понимает, что мир, изображённый в шоу, не тот, который следует желать. Это болезненная реальность с обречённым будущим, о котором никто из персонажей не догадывается.

– Ох нет! Волна разрушила мой замок из песка! – говорит мальчик.

– Не волнуйся! Я помогу тебе построить ещё один, и на этот раз мы построим его подальше! – говорит девочка.

Вместе, два мультяшных персонажа быстро строят маленький замок из песка на приличном расстоянии от того места, где был последний. Увы, накатывает еще одна волна и смывает его.

– Чёрт побери! Ладно, попробуем ещё раз, но на этот раз мы пойдём ещё дальше! Эй, куда ты делась? – спрашивает мальчик, оглядываясь в поисках подруги.

Вместо того, чтобы помочь ему снова, она болтается с другой группой детей на траве, рядом с пляжем. Они построили несколько высоких песчаных замков, стоящих рядом друг с другом и девочка спрашивает их с щенячьими глазами, может ли она тоже построить один.

– Хмпф. Какой смысл в замке из песка, если вы даже не собираетесь строить его на пляже! – он кричит на группу прежде, чем его ударяет еще одна волна, когда он оборачивается.

На этот раз волна несёт его до самой группы и запускает его в их замки! Каждый рушится прямо на него. Он смотрит на них снизу вверх с самодовольным выражением, пока дети плачут и жалуются родителям, что он разрушил их замки.

– Вот что вы получили, маленькие засранцы. – говорит Рёта, прежде чем выключить телевизор.

Он бросает пакет с чипсами на стойку. Пакет соскальзывает и падает на пол, опрокидывая несколько чипсов. Рёта смотрит на него и стонет.

Он поднимет его позже.

С бутылкой крепкого сидра в руке он возвращается в спальню и садится за компьютер. Пора заказать еще выпивки.

Фискорд мигает, показывая уведомление. У него есть запрос на добавление в друзья от кого-то по имени "HushedVoice"[Молчаливая]. Неужели это Серра? Надо выяснить.

HushedVoice: Привет! Надеюсь, это тот самый человек. Я попросила Бона сказать мне твой ник, потому что забыла, но, думаю, если ты не тот человек, то не поймешь, кто такой Бон. Это Серра! Мы с Боном вышли после того, как нашли маленькую пещерку. Она была очень неудобна, так как была слишком мало для нас обоих, но не было выбора(Тут должен быть смайлик, но он стирает половину текста)! Мне действительно было весело играть с тобой, и я действительно очень хочу это повторить!

После принятия запроса появляется сообщение. Он настроил всё так, что он не получает это сообщение до тех пор, пока не примет запрос. Слишком много людей пыталось оскорблять его через эти сообщения. Может у него и новый аккаунт, о котором пока никто не знает, но лучше перестраховаться.

TheMemeStruggle: Эй! Это Фернир.

Хорошо, вернемся к заказу…

HushedVoice: Ох, хорошо! Я боялась, что перепутала твоё имя или номер. Я так рада, что всё в порядке! У меня обычно очень плохо с именами, а еще и это добавление номера делает хуже х_х.

– Чёрт, я не привык, чтобы кто-то отвечал так быстро.

TheMemeStruggle: Лол, что ж, я рад, что ты всё сделала правильно. Понимаю тебя, я тоже путал цифры раньше.

HushedVoice: Ненавижу цифры! Я всегда избегала других игр, подобных этой, потому что все люди супер-серьёзны, а их числа пугали меня. До этого я посмотрела несколько видеороликов о лучших гильдиях мира, и они говорят о DPS[1], оптимизации, min-maxing[2], чередованиях, и ничего из этого не звучит весело! У меня просто голова болит, когда я думаю обо всём этом. Какое удовольствие от игры, если это сплошная математика?

TheMemeStruggle: Для того, кто назвался HushedVoice, ты много печатаешь. Никогда бы не подумал, что ты так много печатаешь, судя по тому, как тиха в игре.

Проходит минута без ответа. Дерьмо.

TheMemeStruggle: Извини, это не плохо. Это довольно мило. Я просто удивлён. Не ожидал этого.

Проходит ещё минута. Он открывает браузер, чтобы заказать алкоголь, и отвлечься от того, что вероятно расстроил е…

HushedVoice: Прости! Я должна была отойти и делала всё как можно быстрее. Всё в порядке! Я не обижаюсь, ничего такого. Я знаю, что ты имеешь в виду, всё в порядке. Все мои друзья говорили мне, что были удивлены, таким количеством текстовых сообщений. Никто этого не ожидает! Я просто полна сюрпризов о_о

TheMemeStruggle: Ты дурочка, вот ты кто.

HushedVoice: Эй! Что это значит? Ты пытаешься оскорбить меня, сопляк?! Я тебя побью!

Рёта улыбается, пытаясь удержаться от смеха, но в конце концов выплёвывает свой крепкий сидр на ковёр рядом со столом.

TheMemeStruggle: Ты действительно полна сюрпризов, ты только что заставила меня выплюнуть напиток на пол. Придёшь сюда и уберёшь это для меня?

HushedVoice: Мвахаха! Это всё было частью плана! Может ты и убийца людей, но я убийца... ковров! xD

TheMemeStruggle: Ты узнала об этих смайликах от мамы? Никто их больше не использует, дурочка.

HushedVoice: У тебя нет доказательств! Никаких улик! Я всё отрицаю!

TheMemeStruggle: Позвольте пригласить вас в групповой чат, Мисс Адвокат.

Приглашение в 34 Великая Война Мемов отправлено HushedVoice

Их разговор переключается на групповой канал. Он удивлён, что она не пытается продолжать писать в личные сообщения.

Dwarfaholic[Любитель Карликов]: Кто это.

TheMemeStruggle: Эй, Бон, это Серра.

HushedVoice: Большой зелёный парень! Привет, Бон! Я Серра. Спасибо, что отнёс меня в безопасное место.

Dwarfaholic: Ты говоришь больше сейчас.

HushedVoice: И теперь я могу понять, что ты говоришь, без этого акцента!

Dwarfaholic: У ТЕБЯ ПРОБЛЕМЫ ПО ПОВОДУ МОЕГО ГОЛОСА? Я ЖАЛЕЮ, ЧТО ОТНЁС ТЕБЯ В ПЕЩЕРУ.

HushedVoice: xD, прости! Я просто не привыкла слышать акцент. Твой голос, как... скала!

Dwarfaholic: ЧТО ЭТО ВООБЩЕ ЗЧИТ

Dwarfaholic: ЗНАЧИТ*

Viktor’s Favorite Slut[Любимая Шлюшка Виктора]: омг

Viktor’s Favorite Slut: серра ты смешная

Viktor’s Favorite Slut: мы должны стать лучшими друзьями

Viktor’s Favorite Slut: pls

Viktor’s Favorite Slut: pls прям щас

HushedVoice: Олли! Ты точно Олли. В этой группе больше никого нет. Как мне изменить своё имя, чтобы это было не одно слово?

Viktor’s Favorite Slut: погоди бейб, ща помогу

Viktor’s Favorite Slut изменил ник HushedVoice на Fenny’s Bae[Возлюбленная Фенни]

Fenny’s Bae: Зачем! >///< Зачем ты сделал это?! Я думала, мы друзья! Ты был избранным, Олли! Ты должен был уравновесить ник, а не уничтожить его!

Viktor’s Favorite Slut: омг

Viktor’s Favorite Slut: понятия не имею, о чём ты говоришь

Viktor’s Favorite Slut: но это здорово

Рёта в недоумении смотрит на диалог. Он понятия не имел, что Серра может быть такой. Это действительно правда, что некоторые люди могут вести себя совершенно иначе в переписке, чем в жизни. Некоторые люди относятся к виртуальной реальности так же, как и к реальной жизни, что, по его предположению, делает она. В то время как большинство ведёт себя как в интернете как и он.

TheMemeStruggle: Рад видеть, что вы все так хорошо ладите! Не могу дождаться, когда ты станешь такой разговорчивой с нами в игре, Серра.

Fenny’s Bae: ОЛЛИ ПОЖАЛУЙСТА СМЕНИ МОЕ ИМЯ НУ ДАВАЙ X///////////X

Viktor’s Favorite Slut изменил ник Fenny’s Bae на Orc Cock Lover[Любительница Орочьих Членов]

Orc Cock Lover: ЭТО. НАМНОГО. хУЖЕ. ЧЕМ. РАНЬШЕ. ОЛЛИ Я ТРЕБУЮ ЧТОБЫ ТЫ СМЕНИЛ МОЕ ИМЯ ПРЯМО СЕЙЧАС ИЛИ Я БУДУ ЛОМАТЬ ТЕБЕ КАЙФ С КАЖДЫМ ПАРНЕМ КОТОРОГО ТЫ ВСТРЕТИШЬ

Viktor’s Favorite Slut изменил ник Orc Cock Lover на Fenrir’s #1 Fangirl[Фанатка Фенрира #1]

TheMemeStruggle изменил ник Fenrir’s #1 Fangirl’s на Serra Berra

Serra Berra: //// окей оставим это, оно милое.

Viktor’s Favorite Slut изменил ник Serra Berra на Blushing Emoji XD[Краснеющий Смайлик]

Blushing Emoji XD: Эй! Ты смеешься надо мной? Я тебя побью, сопляк!

TheMemeStruggle изменил ник Blushing Emoji XD на Serra Berra

Между Рётой и Спенсером завязывается битва из-за ника Серры. Бой заканчивается только тогда, когда Спенсер наконец, говорит спокойной ночи и отключается.

Serra Berra: Эй эй, Бон, ты разве не из России? Разве ты не должен спать? Вроде сейчас уже супер поздно?

Зелёная точка рядом с ником Dwarfaholic становится красной.

TheMemeStruggle: Он просто старался не мешать, так что, думаю, ты заставила его осознать, который час. Не волнуйся, он никогда не говорит спокойной ночи. Он всегда такой грубый.

Serra Berra: Ох, окей!

Рёта видит, что она пишет ему личное сообщение. Она пишет, останавливается, пишет, останавливается, пишет, останавливается. Интересно, знает ли она, что он видит её нерешительность или колебания.

HushedVoice: Эй, уммм, ничего, если ты скажешь мне своё настоящее имя? Я скажу тебе своё, если ты скажешь мне своё! Извини, это может показаться странным, но я не привыкла к таким именам. Это чувствуется намного менее... Я не знаю, менее личное. Было бы здорово, если бы я могла называть тебя настоящим именем! Я слишком рано спрашиваю? Прости, если так, я новичок во всём этом, так что, возможно, тебе придется научить меня правилам, Научи!

HushedVoice: Ах! Моё имя снова обычное! Мне нравилось Serra Berra...

TheMemeStruggle: Ох, да, ники в основном для групповых чатов. В любом случае, всё в порядке. Только не спрашивай у всех настоящие имена. Некоторые люди могут найти это странным, но у меня нет с этим проблем.

Несмотря на это сообщение, он всё ещё колеблется, печатая свое настоящее имя, которое она, кажется, ждёт. В интернете есть некоторые люди, желающие узнать его настоящее имя. Это значительно облегчило бы им работу. Чертовы дети, которым нечем заняться.

TheMemeStruggle: Рёта.

Он тут же хочет удалить сообщение, надеясь, что она его не заметит, но когда она начинает печатать, понимает, что уже слишком поздно. Она уже видела его. Теперь он просто должен надеяться, что это не аукнется ему.

HushedVoice: Рёта! Мне нравится, очень милое имя.

Рёта съёживается. Вот нужно же было ей назвать его милым. Он ненавидит, когда его называют милым. Его только так и называют. Он знает, что это комплимент, но для него это все равно что насмешливая пощечина.

TheMemeStruggle: Ага, да, я часто это слышу.

HushedVoice: Я Серра!

TheMemeStruggle: Да ладно, скажи мне свое настоящее имя! Таков был уговор.

HushedVoice: Это мое настоящее имя!

Рёта несколько раз моргает.

TheMemeStruggle: Да неужели? Ты использовала свое настоящее имя? Теперь ты скажешь мне, что сделала своего персонажа похожим на себя.

HushedVoice: Сделала! Я довольна своим именем и тем, как я выгляжу, так почему бы не быть такой же в игре? По-моему, я довольно милая!

Вау. Она уверенная, когда общается не лицом к лицу с людьми. Вообще-то, ему это нравится. Существует слишком много людей, жалующихся на себя в реальности и притворяющихся кем-то другим в игре.

Как он.

TheMemeStruggle: Я признаю, что ты довольно милая, так что ты не ошибаешься. Думаю, ты не 200-килограммовый парень живущий в подвале своей мамы.

HushedVoice: х//////////////////х Только я могу называть себя милой! И что это значит?!

TheMemeStruggle: Окей, я больше никогда не назову тебя милой.

HushedVoice: Подожди! Беру свои слова назад!

TheMemeStruggle: В любом случае, дурочка, тебе стоит сменить имя и внешность. Если это твои настоящие данные, тогда кому-то будет легко найти твои персональные данные или сталкерить, и поверь мне, ты этого не хочешь.

HushedVoice: Ты сказал, что защитишь меня, так что это твоя проблема!

TheMemeStruggle: Как я должен защищать тебя в реальной жизни?!

HushedVoice: Тебе просто придется переехать в Нью Чарльстон, чтобы защитить меня от всех плохих парней, желающих похитить меня!

Сердце Рёты замирает. Он отходит от компьютера, открывает жалюзи и смотрит на город за своим окном.

Разве совпадения вроде жизни в одном городе не происходят только в шоу и рассказах?

----------

[1] – Damage per second (с англ. – «урон в секунду») – параметр персонажей в компьютерных играх.

[2] – Читайте 2 главу.

----------

П.З. Не стесняйтесь отмечать в комментариях ошибки и моменты, которые нужно пояснить в примечании.

Перевели: Twin Stars

Редактура: AniStorm Media

П.З. В этой главе встречается ненормативная лексика. Это не моя вина или вина переводчика, так в оригинале!

----------

Рёта вспоминает вчерашний разговор с Серрой. Они почти весь день разговаривали через Фискорд, но он не может перестать думать о вчерашнем открытии. Она живёт в том же городе, что и он. Несколько миллионов людей, живущих в пределах города и постоянно строящихся новых зданий. И она могла быть где угодно. Он впервые использовал балкон в своей квартире, когда решил выйти и посмотреть на город. По улицам внизу проходили тысячи людей. Серра была одной из них?

Это также заставило его подумать о том, скольких других людей он ранее встретил в интернете. Как бы ни были малы шансы, он сомневается, что она единственная, кто живет рядом с ним. Сколько еще их было? Учитывая, как популярны Фантастические Повести Онлайн, вероятно, в них играет несколько тысяч людей, живущих с ним в одном городе. Странно вспоминать, насколько мал мир на самом деле и что кто-то, кого он встречает в интернете, может быть его соседом.

Теперь, когда солнце село, а он лежал на кровати, прошло двадцать четыре часа с тех пор, как он покончил с собой, будучи Фенриром. Пора погружаться.

На этот раз в углу его комнаты горит только одна лампа. Последнее, что ему нужно сделать, это споткнуться в темноте и сломать что-нибудь после пробуждения.

– Обработка воспоминаний. – сказала Сая.

Плавающий индикатор выполнения быстро заполняется зеленым.

– Всё готово! С возвращением, братик! Серра действительно была разговорчивой. Почему ты не сказал ей, что живёшь с ней в одном городе?

Рёта смотрит на свои руки. Они снова большие и мужественные. Он снова Фенрир.

– Я подумал, что будет странно, если я что-нибудь скажу. Что, если она боится того, что теперь я буду её преследовать, зная её имя, как она выглядит, и живу в одном с ней городе? – ответил Фенрир.

– Мы оба знаем, что ты не поэтому ничего не сказал, упрямый братик!

– Ты у меня в голове, так что уверен, ты можешь понять, какова настоящая причина. Эй, а что с тобой происходит, когда я не синхронизирован с гарнитурой?

Сая надувает губы, прежде чем ответить на его вопрос.

– Я мертва! Шучу, но я по-настоящему активна, только когда ты синхронизирован. Часть меня хранится в твоем мозгу, другая часть в аппаратном обеспечении гарнитуры, а программное обеспечение, установленное в гарнитуре – это то, что объединяет две части вместе!

Фенрир наклоняется вперёд и тычет её в нос. Она застенчиво вскрикивает, потом быстро закрывает нос одной рукой и отбрасывает его руку другой.

– З-за что?! – кричит она, топая ногами.

– До этого я никогда к тебе не притрагивался, поэтому хотел проверить, смогу ли. – объяснил он.

По крайней мере, он узнал, что она ощущается такой же реалистичной, как и настоящий человек. Он чувствовал тепло её носа, маленький бугорок на кончике и мягкую кожу.

– Хочешь войти в Гаю, если уже закончил изводить меня, глупый братик?

– Съёживание достигает новых уровней, если ты говоришь обе эти вещи вместе.

– Но тебе всё же это нравится.

– Как говорила Серра, у тебя нет ни доказательств, ни улик, а я всё отрицаю.

– Хмф. Ты хочешь играть или нет?

Фенрир показывает большие пальцы цундере-сестренке-помощнику. Она посылает его через тот же самый процесс кружащихся цветов и форм, что и в первый раз, когда он вошёл в мир Гаи. Теперь он стоит на том же самом участке травы, где он был, когда начал. Ветерок, несущий свежий воздух, задевает его и заставляет подёргивать ушами.

Прошло всего несколько секунд, а он уже в сто раз счастливее, чем был в реальности.

Серра смогла найти картинку с онлайн картой мира, увеличила область, с которой они начали, и попыталась облететь область, где, по её мнению, находятся она и Бонекрака. Фенрир помнит, что видел фотографию, которую она ему прислала, но не помнит подробностей. Теперь всё для него как в тумане.

– Эта блокировка памяти иногда доставляет проблем. Думаю, я просто пойду вдоль побережья, пока не найду ту деревню снова. – объясняет он свои планы вслух, не обращаясь ни к кому конкретному.

Прогулка будет скучной без остальной части его группы. Серра сказала, что войдёт в систему, чтобы присмотреть за ним, но Бонекрака и Олеандр на ночь не придут.

– Стоп, почему я помню, что Серра говорила о встрече со мной, но не карту, которую она мне показывала? Разве я не должен ничего не помнить о планах, сделанных вне игры? – спросил Фенрир.

– Только то, что даёт тебе несправедливое преимущество над другими игроками, братик! Как я уже говорила, всё зависит от меня. Не думаю, что знание сказанного ей об ожидании тебя, даёт несправедливое преимущество, но детали игровой карты – дают! – объяснила Сая.

Фенрир может только представить, как это раздражает некоторых игроков. Множество игроков хотят знать точную механику и работу игр, в которые они играют, но они не получают таких знаний здесь. Они, вероятно, считают, что это глупо и несправедливо не иметь полного понимания каждой механики. Как рассчитывается ущерб? От чего зависит мгновенная смерть игрока? Сколько опыта получают игроки от различных заданий и врагов? Довольно запутанно играть персонажем, о котором игрок почти ничего не знает. Они знают только то, что видят и чувствуют.

Но разве не в этом смысл? В некотором смысле, статистика и навыки существуют в реальности, и люди не могут знать, что у них есть, если не изучают это. Некоторые могут иметь бонусы в музыке и искусстве, другие могут иметь естественно более высокую силу и скорость, некоторые получают специальные перки, такие как безумная гибкость и так далее. Люди могут учиться навыкам и совершенствовать их через практику, но окно статистики никогда не появится и не расскажет им об этом.

Эта игра действительно является самой реалистичной игрой всех времен. По крайней мере, она справедливее, чем реальность, поскольку все начинают одинаково.

Фенрир продолжает думать об этом, направляясь к побережью. К счастью, когда он натыкается на огромных крабов, они пассивно копаются в песке, как тогда, когда группа впервые их нашла.

В любом случае, что они выкапывают?

Он стоит в стороне и смотрит, как копают крабы. Они замечают его и бросают на него любопытные взгляды, но когда он остается неподвижным и не нападает, они возвращаются к копанию.

Крабы копают яму за ямой, ничего не получая взамен. Может быть, это просто ленивая анимация без цели? Ну что ж. Он не хочет проводить здесь слишком много времени, так как Серра ждет его.

– Ладно, удачи вам двоим. Надеюсь вы найдёте то, что ище…

Один из крабов стучит по чему-то под песком. Звучит тяжёлым. Фенрир наблюдает за крабом, который тут же втыкает вторую клешню, чтобы помочь первой. Через несколько секунд из-под песка вырывается массивная раковина!

Сотни розовых, скользких щупалец, не толще карандаша, начинают отчаянно размахивать из отверстия раковины, отчаянно атакуя краба, держащегося за раковину. Увы, это не оказывает никакого воздействия, когда краб без усилий раскалывает скорлупу пополам и подносит обнаженную сердцевину ко рту. Фенрир может быстро взглянуть на то, что находится внутри оболочки. Похоже, что все щупальца прикреплены к одной и той же мясистой массе, скрывающейся внутри оболочки. Это подтверждается тем, что когда краб пожирает мясистую массу, все щупальца ослабевают.

Щупальца похожи на червей. У Фенрира есть идея, но она подождет. Забрать свой камень и встретиться с Серрой сейчас важнее.

– Спасибо за подсказку. – говорит Фенрир, быстро похлопывая краба по клешне, прежде чем отпрыгнуть назад, чтобы избежать атаки. Краб явно не хочет, чтобы его прерывали во время еды.

В конце концов Фенрир замечает деревянные строения деревни на берегу. Пора возвращаться в траву и красться. Будь то реальная жизнь или любая другая видеоигра, ползать в высокой траве всегда отличный способ незаметного передвижения.

Он подобрался достаточно близко, чтобы точно видеть здание, откуда они бежали. Он хочет попытаться пойти по тому же пути, что и тогда. Отвернувшись от деревни, он смотрит в поле, и... ох. Что ж, это облегчает дело. Через поле проходят многочисленные следы. Трава пригнута, тяжелые следы вытоптаны в грязи, а один особенно широкий ряд травы был изуродован. Похоже, размер Бонекраки хорош не только для выставления себя хорошей мишенью.

Следы облегчают поиск места его смерти.

Кто-то уже там.

– Серьёзно? У этих ублюдков ничего не было? Боже, парни не шутили, когда говорили, что на этих педиках ничего нет. – Ричард стонет, прежде чем разбить панцирь Фенрира о землю.

Камень был там.

– Мои возрождения не опустились бы до нуля, если бы этот ублюдок просто позволил мне трахнуть его девушку, а не убил! Сюда ни одна долбаная девушка не приходит! Как я должен получить новое возрождение? Чёрт возьми, я должен был послушать и быть более осторожным в своих жизнях. – кричит Ричард, пиная останки Фенрира.

Фенрир может думать только о том, как Камень оказался в панцире.

– Ты правда так расстроен из-за камня, братик? – спросила Сая.

– Это не просто камень, а мой камень. – Фенрир передал ей мысли.

На Ричарде кожаные доспехи, в которых он умер прошлой ночью, но у него новый меч. У Бонекраки, должно быть, его старый.

Фенрир оглядывается в поисках копья. Его нигде не видно. Значит остальные уже забрали его.

Как волк, преследующий добычу, Фенрир опускается на землю и кружит по траве позади Ричарда. Трава едва ли достаточно высока, чтобы скрыть Фенрира, пока Ричард отвлекается, пиная то немногое, что осталось от прошлой жизни Фенрира.

Рыскание, как волк, вызывает в нём звериное желание снова превратиться.

Он должен быть быстрым. Единственный способ победить – снова застать Ричарда врасплох. Фенрир делает шаг вперед.

Ричард резко оборачивается, услышав за спиной треск ветки.

Их глаза встречаются. Ричард хватается за меч, а Фенрир бросается в атаку.

Ричард вытаскивает меч, но не раньше, чем Фенрир врезается в него!

– Ты блять голый! Отвали от меня! – взвыл Ричард, по-видимому, вкладывая больше усилий, чтобы избежать случайного соприкосновения с его "плюс-семь-сантиметров", нежели в победу над противником.

Вся эта ситуация с голой штукой, может быть хорошей тактикой для борьбы с гомофобами.

Фенрир хватает запястья Ричарда, пригвождая его к земле под собой. Однако, Ричард и сильнее, и быстрее. Логично, ведь он играл в эту игру дольше. Тем не менее, хотя Ричарду и удавалось время от времени отрывать руки от земли, ударяя эфесом меча по Фенриру, он не мог освободить свои запястья из-за положения, в котором находился.

Эфес меча Ричарда, снова врезается в голову Фенрира. Это больно, и каждая атака заставляет Фенрира почувствовать, насколько он близок к потере сознания, но этого недостаточно, чтобы остановить его. Ему просто нужно придумать способ победить своего врага. Он не может сбежать, поскольку его догонят. Он так же не может украсть меч, так как в момент, когда он уберет руку с любого из запястий врага, это будет использовано против него.

К счастью, этот парень так же упрям, как и надеялся Фенрир. Любой умный игрок сейчас бы закричал, чтобы позвать подкрепление, но не может быть чтобы такой кретин, как Ричард позвал помощь против слабого и голого оппонента.

– Какого хрена ты улыбаешься, фурри-пидор[1]?! – закричал Ричард и плюнул в лицо Фенриру.

Хорошо. Ладно. Вот оно как. Называть Олиандра пидором - не хорошо и это повлекло бы за собой суровое наказание, но ему всё равно, если кто-то назовёт так его. Однако, ему не всё равно, если кто-то назовёт его фурри. И когда на него плюют он тоже не особо любит, но это не так важно, как назвать его фурри.

Конечно, может он немного виабу и играет за мужчину с большими пушистыми ушками волка, и даже ещё более большим, и пушистым хвостом, но он не фурри.

Фенрир перемещает своё колено и надавливает между бедер Ричарда, сильно, прямо на нижнюю часть промежности. Ричард не выглядит даже немного чувствующим боль. Думаешь, это доставит мне неудобство? Я установил свою боль на нол… – Ричард прервался от удара лба Фенрира прямо в его лицо.

В тот момент, когда Ричард смог снова сфокусировать своё зрение, он увидел Фенрира обнажившего свои клыки и защёлкивающим их на его шее!

Ричард широко раскрывает глаза, когда понимает, что делает Фенрир.

– Ты даже дерешься как ебучий фурри! – закричал он, наконец освободив свою свободную руку от хватки Фенрира, пока тот пытался разорвать его шею.

Ричард схватил Фенрира за затылок, надёжно закрепив свою хватку на его волосах, и потянул от своей шеи.

Фенрир был оторван от Ричарда. То маленькое преимущество, которое дал элемент неожиданности исчезло, когда двое мужчин встали на ноги. Только у одного из них есть броня и меч, и это не Фенрир.

Кровоточащие следы от укуса остались там, откуда Фенрир откусил кусок на шее Ричарда. Но Фенрир заметил, что у него есть кое-что еще. Борьба на земле переместила их к сломанному рюкзаку-панцирю, а камень лежал прямо у его ног. От первой атаки Ричарда было легко увернуться, учитывая, насколько телеграфированной[2] она была.

Фенрир использовал уворот, чтобы присесть и подобрать Камень своей правой рукой. Кое-что сразу начало ощущаться иначе. Сравнимо тому, как одичавше он чувствует себя во время драк, Камень в руках заставляет его чувствовать своего рода... связь с ним. Он серьёзно связан с камнем? Конечно, это Камень, но в то же время даже он хочет спросить самого себя "серьёзно"?

– Попался! – прокричал Ричард, вонзая меч в живот Фенрира.

Фенрир морщится от боли и хватается за руку, держащую меч своей свободной рукой, удерживая клинок на месте. Он боится, что ещё одна атака убьет его; Его поле зрения уже сужается, так как тьма заполняет границы.

– Ты действительно чертовски раздражаешь. Я только что вернулся в игру, а ты опять пытаешься меня убить! – заорал Ричард.

Фенрир вкладывает всю свою силу, до последней капли в размах Камня прямо в голову Ричарда! Вероятно, зрелище и звук были бы гораздо более удовлетворяющими, если бы у Фенрира был включен травмирующий контент, но даже без запёкшейся крови и звукового эффекта разбивающегося черепа, Ричард падает на землю. Он теряет хватку меча во время падения, оставляя его торчать в Фенрире.

Тьма всё больше и больше поглощает видение Фенрира.

– Что за хуйня! Серьёзно? Ты нокаутировал меня сраным камнем?! С каких пор камни стали такими блять мощными?! – прокричал Ричард, голосом полным злости и ненависти к игре, позволившей потерпеть поражение от камня чуть большего, чем яблоко.

– Хорошо! Я сдаюсь, ладно? Я не хочу сбрасываться из-за какого-то фури-дрочера. Давай скажем, что мы квиты, и я не заставлю каждого сраного союзника охотиться за тобой. – сказал Ричард, потирая голову.

Может он и не включал боль, но одна сторона его головы чувствуется невероятно онемевшей. Ему кажется, что у него нет половины головы! Глаз и губы на онемевшей стороне не могут даже пошевелиться.

– Мы – часть Империи Августа, так что, если ты убьёшь меня, я заклеймлю тебя как врага фракции! Миллионы игроков захотят убить тебя, как только увидят! И убери свой грёбаный член, никто не хочет видеть эту хренотень!

Фенрир свободной рукой вытаскивает меч, направляет его вниз и вонзает в грудь Ричарда.

Конечно, убить Ричарда камнем было бы неплохо, но гораздо приятнее сделать это его собственным мечом. Снова.

Фенрир наклоняется над рукоятью меча, чтобы посмотреть Ричарду прямо в глаза, когда жизнь начинает покидать их. Фенрир произносит одну-единственную фразу, которая, какой бы глупой и старой ни была, всегда максимизирует уровень соли на ране.

– Разозлился[3]?

На мгновение лицо Ричарда сковывает чистая ярость прежде, чем жизнь покидает его, и он вылетает из игры на еще 24 часа. Учитывая, что Фенрир слышал, при следующим погружении, он начнет всё заново. Рёта согнулся пополам, схватившись за то место, куда его ударили мечом. Это отличается от повреждений, полученных прошлой ночью от краба. Боль от того боя прошла почти сразу, но эта, похоже, останется надолго. По крайне мере, тьма больше не поглощает его зрение сильнее, чем уже есть.

Он посмотрел на свой труп. Это первый раз, когда он может хорошенько его разглядеть. Его броня из коры все еще не особо повреждена, но несколько кусков отломано из-за ударов Ричарда. Ещё больше беспокоит само его тело. Оно уже полностью разложилось до скелета. Труп Олеандра такой же: просто скелет. Фенрир взглянул на последний труп Ричарда. С ним еще ничего не произошло. Ему хотелось бы, чтобы он поскорее превратился в скелет, это сделало бы следующую часть менее... личной.

Фенрир снимает с Ричарда всё, кроме трусов. Он не хочет носить нижнее белье, которое носил другой человек, даже в виртуальном мире. А вот такой проблемы с остальной одеждой и кожаными доспехами у него нет. Разумеется, поверх кожаных доспехов он надевает доспехи из коры. Он не может просто так оставить свои старые доспехи!

Теперь он выглядит прямо как классический нуб-авантюрист. Ходить голым это здорово и всё такое, особенно когда ветерок обволакивает тело, но так гораздо лучше. Даже одежда с доспехами подходят ему почти идеально! Они немного тесноваты в районе бицепсов и груди, поскольку Фенрир немного более громоздкий персонаж, чем Ричард, но это не проблема.

Единственное, что раздражает, так это то, что пришлось прорезать дырку в штанах, чтобы просунуть туда хвост.

С новеньким мечом Ричарда, доспехами и Камнем Фенрир наконец-то может встретиться с Серрой. Его хвост возбуждённо виляет.

Он идет по чрезвычайно широкому следу, оставленному в поле Бонекракой, в ближайший лес. Фенрир удивлён, что за ними не последовали и не выследили, но тогда было довольно темно. Насколько он помнит, ни у кого из преследователей не было факела. Его берут сомнения, что кто-то захочет преследовать гигантского орка в тёмном лесу, без малейшей возможности обнаружить засаду.

Прогуливаться через эту часть леса довольно приятно. Она не такая плотная, как та, где он встретил Серру. Так что он может вдоволь насладиться всеми предлагаемыми ему звуками и видами. То есть до тех пор, пока что-то не высовывается из-за дерева и не хватает его!

Фенрир прыгает, опустив хвост и навострив уши, готовя свой новый меч и…

Лицо Серры наполнено самодовольством.

– Я и так уже ранен! Ты можешь меня прикончить, если будет вот так пугать. – объяснил он, но ничего не мог поделать с улыбкой.

Это была довольно неплохая попытка. Его сердце всё ещё колотится из-за этого! Или может это из-за того, что он знает, что она такая же милая в реальной жизни и живёт с ним в одном городе?

Выражение её лица из самодовольного превращается в взволнованное, когда она видит кровь, капающую и пачкающую его новую одежду. Рубашка, кожаные доспехи и кора хорошо закрывают рану, но это не мешает ей кровоточить и пачкать ткань рубашки.

– Что случилось? – спрашивает она.

– Я снова убил того мудака.

Она несколько раз моргает.

– Ох. Почему- почему ты не обработал её?

– Я думаю, что уже немного исцелился. Моё зрение уже не такое затемненное, но это занимает очень много времени. Полагаю, PVP урон исчезает дольше?"

Серра оценивающе смотрит. Похоже, что-то привлекло её внимание. Она внимательно смотрит на его руку и подпрыгивает, когда подтверждает то, что заметила в первый раз!

– Зачем ты подпрыгнула? Пытаешься заставить почувствовать меня лучше из-за моего прыжка? Не волнуйся, в конце концов я сам отомщу. – дразнит он.

– Твой- твой камень. Я видела... движение.

Фенрир смотрит на свою руку, держащую камень. И точно, он движется.

Фенрир и Серра уже несколько минут наблюдают за Камнем. Заметив его слегка дрожащим в руке, он положил его на землю, чтобы они оба могли его видеть. Пять минут спустя камень всё ещё время от времени дрожит, но ничего больше не происходит.

Серра подняла свои ладони, но затем сразу же опустила.

– Как думаешь... почему он двигается? – спросила она.

– Без понятия. Я думал, что это какое-то секретное яйцо или что-то типа того, но, – Фенрир сделал паузу, чтобы стукнуть пальцем по камню, – ощущается он как обычный камень. На мгновение я обрадовался, думая, что нашёл какое-то суперсекретное яйцо дракона или что-то в этом роде, но думаю, это не одна из таких историй.

Серра тоже потыкала в него. Да, определенно камень.

– Что теперь? – спросила она.

– Теперь? Ну, я возьму Камень и мы решим, что делать. – ответил Фенрир, подбирая Камень и засовывая в свой новый карман. В карман штанов он помещается только наполовину.

– Не трясись слишком сильно, а то выпадешь. – сказал он, но осознав, что только что разговаривал с камнем и даже не пытался шутить, сделал паузу.

Серра выглядела будто сейчас засмеется.

– Я сделаю всё что ты и- и Камень захотите сделать. – она определённо дразнит его.

– Из всех возможных мест мы сейчас находимся в худшем. Я не хочу уходить слишком далеко от Бона и Олли... и куда бы мы ни пошли, мы будем всё дальше и дальше уходить по крайней мере от одного из них. Мы также должны быть осторожны с этой деревней.

– Ты, кажется... получал удовольствие во время рыбалки. Не хочешь… ещё попробовать?

Такими темпами Фенрир влюбится по уши.

– Да-а, но мы не будем этого делать. Мы должны делать что-то, что понравится и тебе.

– Мне нравится, если тебе нравится. – сказала Серра, смотря на него честными глазами и мягкой улыбкой.

Он не может сейчас смотреть на неё. Если он сделает это, то она увидит насколько покраснело его лицо. И хорошо, что он носит 3 защитных слоя на теле, иначе бы она с легкостью увидела, как сильно бьется его сердце прямо сейчас.

– Ну ладно, если ты так хочешь пойти порыбачить, полагаю, я могу взять тебя на рыбалку. – дразнил он.

Он понятия не имел как ответить, кроме как шуткой.

– Спасибо, что балуешь меня. - это звучало как сарказм, но когда он оглянулся, то увидел, что она выглядела искренне счастливой.

Кого из нас двоих еще здесь балуют?

– Ладно, у меня есть идея по пути туда. Давай кое-что проверим.

Парочка довольно долго идёт на север, прежде чем повернуть на запад и направиться обратно к побережью. Они предпочли бы не пересекаться ни с Коустеджом, ни с кем-либо из его обитателей. Во время этого они понемногу разговаривают о всяком.

– Какой твой любимый цвет? – спросил Фенрир.

– Голубой, – ответила Серра, – Твой?

– Белый.

– Поэтому твои волосы белые?

– Да, к тому же у всех сейчас белые волосы. Может все сейчас и ходят с белыми волосами поскольку это популярно, но мне нравится. Даже в реальной жизни покрасил свои волосы в белый. Какое твоё любимое животное?

– Собаки.

Фенрир дал ей верхние пять – ну, это больше было похоже на нижние пять, учитывая разницу в росте.

– Мне тоже. Собаки – лучшие. Мой отец всегда шутил, что если мужчина хочет безоговорочной любви, то ему нужна собака, а не жена.

Он слышит, как сзади раздаётся заметное пыхтение. Оглядываясь назад, он видит, как Серра надувает губы.

– Моя мать всегда так же реагировала, когда он говорил это.

– Интересно почему. – по её голосу ясно, что она на самом деле не задается вопросом, почему.

– Любимая еда? – Фенрир сменил тему.

– Пицца.

– В таком случае, я должен задать самый важный вопрос касательно пиццы: ананасы – да или нет?

– Ананасовая – лучшая. – сказала Серра самым уверенным голосом, который он когда либо слышал от неё.

Фенрир притворно вздохнул, будто его предали.

– Как ты можешь? Грязный язычник.

– Я гордый рыцарь ананасовой пиццы! – объявляет Серра, прежде чем застенчиво отвернуться.

Это был самый громкий звук, который Фенрир когда-либо слышал от неё.

Неужели ей неловко говорить так громко? Он не уверен, но она выглядит очень мило, когда смущается.

– Не надо так смущаться рядом со мной. Ты можешь быть такой же дурочкой, как и в переписке.

Она снова надула губки, когда он назвал её дурочкой.

– Я тебя побью...

Фенрир остановился и развернулся.

– Хорошо, первый удар весь твой.

Серра выглядит удивлённой и смущённой, делает несколько знаков руками прежде, чем покраснеть и полностью повернуться к нему спиной.

– Ты- ты же знаешь, что не могу... это не честно.

– Это так очаровательно, когда ты так жёстко ведёшь себя в переписке, но не можешь даже ударить меня, – дразня её ещё сильнее и нежно тыкнув в затылок, – Пойдём, до побережья осталось недолго. Кстати, что значили эти жесты руками? – спросил он.

– Ничего, – ответила она быстро, - Какая- какая твоя... любимая еда? Я сказала свою, так что...

Фенрир поднял бровь. Очевидно, что это не просто "ничего". Только из-за того, как серьёзно звучал её голос, и ещё более очевидно, что она не хотела об этом говорить.

– Чипсы. Они уже готовы, вкусные, и дешёвые. Я в основном на них и живу.

– Это плохо для здоровья.

– Но они вкусные.

– Плохая собака.

Назвать его плохой собакой оказалось достаточно эффективно. Это даже заставило его опустить уши и хвост! Такими темпами эта игра превратит его в своего рода извращенца любящего игры с животными[4]. Ему достаточно того, что Сая называет его пёсиком, а теперь и Серра присоединилась к этому.

Обмен вопросами относительно любимых вещей друг друга длится до тех пор, пока они не достигают пляжа.

– Хорошо, помнишь, как те крабы прошлой ночью копались в песке? В общем, я понаблюдал за парочкой из них по дороге…

– Ты заставил меня ждать... чтобы посмотреть на крабов? – Серра прервала его.

Когда он разворачивается, чтобы посмотреть на неё, уже готовый извиниться, он видит дразнящую улыбку. Он больше не чувствует себя плохо по поводу крабов.

– Я позволю Олли снова сменить твой ник в Фискорде.

Серра лихорадочно замотала головой.

– Так я и думал. В любом случае, я видел, что они искали. – продолжил Фенрир, доставая свой меч, направляя его вниз, и вонзая в землю.

С небольшим сопротивлением он скользит прямо сквозь песок. Он делает это снова и снова, каждый раз отодвигаясь на несколько футов. Проходит десять минут, прежде чем он вонзает меч в землю и слышит, как его острие ударяется о что-то твёрдое. Серра всё это время наблюдала со стороны с улыбкой на лице.

– Нашёл один! Ладно, смотри. – сказал он, убирая меч в ножны и принимаясь копать песок руками.

Ему требуется добрая минута, чтобы выкопать достаточно песка и вытащить гигантскую раковину. Сотни розовых щупалец набрасываются и начинают бить по нему, но это вызывает не более чем незначительное раздражение. Однако, взглянув на Серру, он видит, как она съеживается от отвращения и прикрывает себя.

– Что случилось?

– Щу-щупальца...

– А что с ними?

– Я- я видела видео, которое не хотела бы видеть...

Судя по румянцу на щеках, он может только предположить, что она натыкалась на хентай с щупальцами. Она должно быть профан. Фенриру вдруг стало стыдно за то, сколько таких видео он просмотрел.

Как бы то ни было, его стыд не помешает ему отомстить ей за прежнее поддразнивание. Он нацеливает на неё отверстие раковины, из которого торчат усики. Она отступает, когда он подходит ближе.

– Даже… даже не смей.

Ох, Фенрир ещё как посмеет.

По крайней мере, сделает вид. Он только ведёт себя так, будто бегает за ней несколько секунд, прежде чем остановиться.

– Не бойся, я ничего не сделаю. Я не настолько грубый.

Она выглядит настолько признательной, что он бы не удивился, начни она плакать.

Его сердце тает.

– Я подойду, но обещаю, что не позволю им приблизиться к тебе. Хорошо? Они не настолько длинные, чтобы вылезти дальше, чем сейчас. Думаю. – объяснил Фенрир.

Серра кивает, но, похоже, готова бежать в любой момент.

– Думаю, я могу отрезать щупальца и использовать их как наживку. Они вроде похожи на червей, верно? Мне просто нужно отрезать их и насадить на…

Секунду. Фенрир останавливается и оглядывается. Чего-то не хватает, но чего именно?

Он смотрит на камень, чтобы убедиться, что тот всё ещё у него в кармане. Он на месте. Он смотрит на раковину. Щупальца всё ещё бьют его по рукам. Он смотрит на Серру. Она такая же милая, как всегда. Он вытягивает перед собой хвост. Он такой же пушистый, как и раньше.

Но тогда... чего не хватает?

– Но у тебя нет удочки. – сказала Серра.

Ох.

Да, на счет этого.

Фенрир сутулится и бросает раковину обратно в яму, из которой он её выкопал.

– Полагаю, вернусь за ней позже.

– Прости, – Серра не могла не извиниться из-за того, как проигравше он выглядит, – Думаю, тебе лучше... попробовать ещё раз порыбачить копьем.

– Тебе не за что извиняться. Я просто тупой, прости, что трачу наше время.

Она помотала головой.

Это- это не трата времени, если оно проводится с тобой.

– Ты заставишь любого мужчину влюбиться в тебя по уши, если будешь так разговаривать. – сказал он, глядя в другую сторону.

Он ожидает услышать какой-нибудь дразнящий ответ в стиле слишком-хорошо-чтобы-быть-правдой, но оглянувшись на неё через плечо, замечает, что она покраснела даже сильнее него.

И что это должно значить?

Он посмотрел обратно на океан. Даже если его план сорвался из-за крайне глупой ошибки, о которой он должен был подумать в первую очередь, по крайней мере он может насладиться этим прекрасным видом. Он просто не может позволить Олеандру узнать о своей ошибке, если не хочет, чтобы его высмеивали при каждом удобном случае. Для того, кто должен отвечать за разработку долгосрочных стратегий, эта неудача просто смущает.

Серра делает глубокий вдох и мягко дергает его за рубашку сзади.

– Ни... ничего если я глухая?

Фенрир почувствовал себя кретином из-за того, что он спросил ранее. Это объясняет, почему она делала те знаки руками, а так же то, почему она выглядела расстроенной, когда он спросил о них. Глухота – это одна из таких не-проблем, о которой он только слышал, как и о языке жестов, но никогда не видел.

– Прости, что был таким бестактным, и конечно всё нормально. С чего бы этому быть не так? – спросил он серьезным голосом, поворачиваясь к ней лицом.

Его одолевают противоположные чувства, когда он видит, что она улыбается и плачет.

– Это не твоя вина, и... я рассказывала другим об этом, и они всегда прекращали разговаривать со мной... или издевались из-за того, что я не использую имплантаты. – объяснила Серра.

– Да уж, ну и хрен с теми кто издевался или переставал разговаривать. Звучит как неплохой способ определить мудака, так что ничего, если вы переставали общаться, - сказал он очень разозлившись к её удивлению, – Извини, но такие люди меня просто бесят.

– Тебе всё равно, что я глухая?

– А почему мне должно быть не всё равно? Ты всё ещё Серра, даже если глухая, и только это меня заботит. – сказал он.

Она посмотрела вниз и улыбнулась. Улыбка на её лице слишком широкая, что он мог её видеть.

– Олли прав насчёт тебя. – сказала она, нервно вытирая слезы с глаз.

– Прав по поводу чего?

– Что ты постоянно флиртуешь.

– Я не флиртую, я серьёзно! Я беспокоюсь о тебе, и меня не волнует, что ты глухая или ещё что.

– Вот именно! Для того, кто всегда называет меня дурочкой, ты самый большой дурак из всех. – сейчас ей гораздо комфортней говорить.

Если раньше она говорила так, будто нервничает из-за каждого слова, слетающего с её губ, то теперь она говорит без всякого беспокойства.

Фенрир почесывает затылок, пытаясь понять, что она имеет в виду.

– Сказала девушка, улыбающаяся и плачущая одновременно.

– Это ты виноват, что я так счастлива.

Фенриру потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Он был и возбуждён, и серьезён по поводу того, какими люди могут быть мудаками, не принимающими её глухоту. А затем она выдала фразу, которую используют девушки из аниме, возводящая их до статуса лучшей девушки.

Поскольку делать в игре было больше нечего из того, что не поставило бы Олеандра и Бонекраку в невыгодное положение, они решили вернуться в лес и найти хорошее место для выхода. Хотя на самом деле так этого и не сделали. Уже собравшись уходить, они заметили шлюп, идущий вдоль побережья в сторону Коастеджа. Фенрир убеждает Серру, что они должны последовать за ним и посмотреть, куда он направляется.

Конечно же, он заплывает в док Коастеджа. Они видят около дюжины человек сходящих с него, и один из них одет в тяжелые искусно сделанные доспехи. Флаг, украшенный изображением чеснока с несколькими волнистыми линиями, гордо возвышается на вершине единственной мачты корабля.

Серра смотрит на Фенрира, пытаясь угадать, о чём он думает, поскольку он молчит с тех пор, как корабль причалил. Выражение лица – то же самое, что она видела, когда он убивал стражника, а потом убегал через поле.

– Я хочу его. – сказал Фенрир.

– Зачем? – спросила Серра.

– Потому что мне не нравятся эти уроды, и потому что я хочу корабль.

– Когда ты подумал об этом?

– С момента, как увидел корабль.

– Значит, ты увидел корабль и тут же захотел его украсть? Вот так вот просто?

– Да.

Достаточно мгновения, чтобы взглянув на его лицо понять, насколько он серьёзен.

– Я посмотрела то имя, что Олли упомянул прошлой ночью – Божественная Бригада. Было несколько статей о том, что Божественная Бригада полна ужасных людей и насколько все рады, что они ушли. Полагаю, они прыгали от игры к игре, устраивали переполох с разными людьми, а затем неожиданно останавливались. Это... это были вы? – спросила Серра.

Фенрир посмотрел на неё. Он определённо удивлён и совершенно не ожидал, что она будет что-то искать. Он снова посмотрел на корабль.

– Да, это были мы. Я был лидером, а Бон и Олли моими заместителями – ответил он.

– Но во всех статьях говорилось, что вы, ребята, ужасные и подлые! Это... это совсем не так. Ты самый хороший парень, которого я когда-либо встречала в интернете, и другие тоже очень милые и весёлые.

– Не. Я определённо засранец и ужасный человек, но только для тех, кто по-моему мнению, этого заслуживает. Я бы не стал красть этот корабль у каких-то невинных ребят, которые просто хотят рыбачить и веселиться, но я бы с радостью украл его у группы придурков, которые не уважают тебя и Олли.

– Ты не плохой, если так обращаешься только с плохими людьми, так почему же все тебя ненавидят?

– Потому что быть плохим парнем – круто. Именно они получают всю власть и славу, а потом все хотят присоединиться к ним или, по крайней мере, стать их союзниками. Дело не в том, что люди, которые им помогают – плохие, они просто хотят повеселиться, а игра с плохими парнями обычно приносит больше удовольствия и различных событий. Мы мешали им веселиться, поэтому все нас ненавидели.

– Значит, вы нацеливались только на плохих парней и работающих с ними ребят?

Фенрир колебался.

– Я… не могу сказать, что нацеливались только на плохих людей, – сказал он, смотря на неё с невозмутимым выражением, – Слушай, временами мы просто хотели по-быстрому повеселиться и самый простой способ сделать – это устроить переполох с первыми встречными.

Серра ещё несколько секунд выражает своё фальшивое разочарование, прежде чем разразиться хихиканьем.

– Всё хорошо, это же просто игра, верно?

Они оба снова обращают своё внимание на пришвартованный шлюп. Туда и обратно носят большие ящики.

– Так, как ты… как вы собираетесь его украсть?

– А что такое? Теперь ты захотела жить пиратской жизнью и помогать нам воровать корабли?

– Это... звучит захватывающе, ладно?

Фенрир гладит её по макушке, как гордый отец гладит своего ребенка. Это вызывает у неё смешанные чувства.

– Нам понадобятся Бон и Олли. Мы втроём можем украсть такой корабль без проблем. Если мы втроём смогли угнать авианосец в Вечном Космосе, то сможем украсть и небольшой шлюп.

Серра смотрит на него с любопытством.

– Оставим эту историю на потом, но позволь заметить, из-за этого люди были очень злы. Фактически, разработчикам пришлось выпустить патч, чтобы сделать используемый нами способ невозможным для повторения. Даже разработчики возненавидели нас. – объяснил Фенрир, выглядящий слишком гордым своим признанием.

– Ты собираешься восстановить здесь Божественную Бригаду? – спросила Серра.

– Не, дни Божественной Бригады сочтены. У Бона и Олли не так много времени для игр, как тогда, и мы разорвали связи с нашими предыдущими членами. Там становилось слишком токсично для нас. Полагаю, будет правильно сказать, что наши члены пытались превратить нас в то, что мы ненавидели.

– Вы просто... ушли от них?

– Ох, нет. Мы украли всё, что могли у наших членов, а затем уничтожили оставшееся. Мы пощадили тех, кто нам нравился, но большинство потеряло всё. У нас всё ещё есть тайники в десятках онлайн-игр на случай, если мы когда-нибудь решим вернуться.

– Почему бы не попробовать восстановить её, но быть более осторожными с теми, кого берёте?

– Мы могли бы, но никто из нас не заинтересован в управлении большой группой снова. Сейчас, мы просто играем. Мы хотим наслаждаться игрой, без постоянного преследования. Все возненавидят и нацелятся на нас, если обнаружат в этой игре. Играть будет невозможно. Честно говоря, по крайней мере несколько сотен человек начали играть в эту игру, с целью выследить нас для мести. Мы очень, о-о-очень разозлили людей. Просто чудо, что никто из вчерашних парней не понял, что имел в виду Олли, когда упомянул это имя.

– Твой секрет останется со мной. – сказала Серра поднимая палец вверх и мило улыбнувшись.

Фенрир поднял палец в ответ.

– Ладно, будем надеяться, что этот корабль не уйдёт до того, как Олли и Бон смогут поиграть. Готова вернуться в лес?

Серра кивает, и они вдвоем направляются к укрытию, которое она нашла вместе с Бонекракой. Маленький вход в пещеру можно заметить на склоне холма в лесу. Точнее, это не очень похоже на пещеру, а скорее на нору. Типа медвежьей. Внутри спящее тело Бонекраки, плотно зажатое между стенами. Просто чудо, что он смог втиснуться внутрь.

– Как ты спала здесь, если он занимает все пространство? – спросил Фенрир.

– Мне пришлось спать на нем. – объяснила Серра, наблюдая за реакцией на его лице.

И получает реакцию, на которую надеялась, видя, как он покраснел и заревновал. Естественно, она пользуется моментом.

– Ты ревнуешь? – спрашивает она с самодовольной улыбкой, тыча его в живот.

Фенрир понял, что она делает. Он знает, что Бонекрака никогда не тронет её, даже не подумает, и он сомневается, что гигантский, зеленый орк - её тип, так что она просто пытается его дразнить. Спать с Бонекракой, это как спать с огромным, русским плюшевым мишкой, чем как с мужчиной.

Ладно, в эту игру можно играть вдвоём. Если она хочет над ним поиздеваться, то он будет делать это в ответ. Наконец, Фенрир может отомстить.

Самый простой способ – это подразнить её за миниатюрное тело. Она невысокая, доспехи из коры, которые он сделал для неё, свисают прямо на её грудь, без каких-либо выступов наружу… стоп, у неё всегда были такие четкие бёдра? Теперь, когда он смотрит на её тело, то замечает, что может она плоская и имеет стройные ноги, но самые широкие бёдра, что он когда-либо видел. Ну, может и не самые широкие, но они создают иллюзию из-за контраста с остальным телом. Он почти уверен, что они шире её плеч.

Они выглядят идеально для того, чтобы держаться за них пока…

– Как... как долго ты будешь пялиться на меня? – спросила Серра.

Фенрир подпрыгивает и смотрит ей в лицо, видя, как она краснеет и отводит взгляд.

Он не знает, это можно считать победой за поддразнивание её, или это еще одна победа за то, что его заставили краснеть.

Он прикрывает нижнюю часть лица правой рукой, и как она отводит взгляд.

– Сегодня, назовём это ничьей, хорошо? – спросил он, поглядывая на неё и видя, как она кивает.

– К-как бы то ни было, думаю тут хватит места для всех, но будет очень тесно, – Серра быстро говорит, – Ты первый!

– За день ты превратилась из застенчивой и тихой в ту, кто выкрикивает мне приказы! Что дальше, раскроешь, что ты скрытый доминатрикс? [5]

– Зависит от того, садист ты или мазохист.

– Так, я полез в пещеру.

Как бы сильно Бонекрака ни презирал это, Фенрир без проблем забирается на орка и ложится на него. Фенрир должен держать руку на Камне в кармане, чтобы он не упал, пока он пробирается между Бонекракой и потолком пещеры.

Он надеется, что смотритель не берёт на себя контроль над Бонекракой, поскольку знает, что они друзья и тут нет никакого злого умысла, но из-за того, что эта игра управляется кучкой ИИ, он понятия не имеет почему именно Бонекрака продолжает спать, пока на него забираются.

– Теперь- теперь выходи первым! – приказала Серра снаружи пещеры.

– Хорошо, мам, уже собираюсь. – сказал Фенрир.

Он может почувствовать, как Серра смутилась.

– Пожалуйста, больше не называй меня так...

– Как пожелаешь, Серра Берра.

Теперь она молчит. Посмотрев на неё, он видит, как она закрывает лицо руками и корчится. Он выиграл.

– Ладно, я буду в Фискорде, если что-то понадобится. – сказал он ей прежде, чем переключиться на мысли.

– Сая, я готов проснуться.

– Так точно, капитан-братик! - ответила Сая.

– Это еще что за игра в моряков?

– Ты собираешься украсть лодку, не так ли? Это делает тебя капитаном! Ну, скоро сделает капитаном, и только если ты не напортачишь.

– Божественная Бригада не может напортачить.

– Я думала, ты говорил, что Божественная Бригада не вернётся?

– Ты знаешь, что я имею ввиду.

Одновременно с этим, всё вокруг него становится чёрным, пока он переносится в реальность.

Рёта открыл глаза. Потолочный вентилятор всё так же со свистом рассекает воздух.

Ему требуется несколько мгновений, чтобы восстановить полный контроль над своим телом.

Ему в голову приходит одна мысль. А что, если кто-то вломится, пока он погружен? Он знает, что Сая может предупредить его в случае чего-то подобного, но что толку предупреждать, если его тело будет бесполезно в течение нескольких минут после пробуждения? Желание сходить в туалет подавляет онемение в ногах.

Облегчившись, он берёт ещё чипсов и стакан воды, затем вспоминает, что не заказывал выпивку, и направляется к компьютеру. Серра уже отправила ему несколько сообщений.

HushedVoice: Спасибо, что снова поиграл со мной! Может ты и заставил меня ждать, чтобы поиграть с крабами и забыл, что у тебя нет удочки, а потом сексуально домогался меня своими глазами, но мне было очень весело.

HushedVoice: Не могу дождаться, чтобы поиграть с тобой снова!

HushedVoice: Рёта.

Что с ней не так? Он не может не вспомнить последний раз, когда девушка так быстро к нему привязалась. В итоге его просто использовали, но сейчас она ведь ничего с этого не получит. Неужели– неужели он действительно ей нравится? Нет, он не может не учитывать то, что некоторые девушки просто дружелюбны. Она может решить, что он озабоченный, если он решит, что нравится ей только потому, что она дружелюбна.

TheMemeStruggle: Ты дурочка, Серра.

Он уже видит, как она печатает ответ.

Ожидая, пока она закончит печатать, что, как он не сомневается, займёт меньше минуты, он открывает окно браузера для поиска руководства по языку жестов.

– Чёрт, я слишком много спал до этого. – сказал Рёта, смотря на рассекающий воздух вентилятор.

Он сказал Серре, что пойдет немного поспит, но так и не смог уснуть.

– Нет ничего лучше, чем смотреть в потолок, чтобы скоротать время. – говорит он со стоном, прежде чем перевернуться на бок.

Если он не может спать на спине, как насчет того, чтобы лечь на бок? Результат тот же. Сна нет. Он не может уснуть и всё, о чём он может думать – это о том, чтобы поиграть в эту игру. Он может ещё немного поучить язык жестов, но мозг уже перегружен основами основ. Ему нужен перерыв. Всё время после пробуждения, которое не было потрачено на моментальные ответы на сообщения Серры, было потрачено на просмотр старых видео уроков по языку жестов.

– Думаю, посмотрю идёт ли сейчас что, – сказал он, неохотно вставая с кровати и идя в гостиную, чтобы плюхнуться на диван, – Пингвин, включись.

Телевизор включается и показывает тот же канал с мультиками, который Рёта оставил в последний раз. К сожалению, ни одно из шоу, которые ему нравятся, не идёт. Он переключает каналы. И останавливается на ток-шоу, крутящее свой последний эпизод, о котором он слышал. Одна из лучших актрис Америки обсуждает своего последнего мужа с ведущим.

– Итак, получается, что теперь две жены и три мужа? – спросил её ведущий.

Актриса выглядит сильно довольной собой, будто иметь так много супругов - предмет гордости. Именно так большинство людей относятся к полигамным отношениям в наши дни.

– Он был просто слишком мил, я не могла его отвергнуть! Только посмотрите какое кольцо он мне подарил. – актриса протягивает руку, показывая тот самый огромный бриллиант, сидящий поверх остальных на её безымянном пальце.

– Разве не здорово, что теперь ты можешь выйти замуж за стольких возлюбленных, за скольких пожелаешь? Подумать только, что когда мы были детьми к этому относились неодобрительно! – воскликнул ведущий.

Актриса улыбнулась и засмеялась.

– Да-да, вот именно. В те дни взгляды были такими устаревшими.

– Что вы думаете о людях, которые до сих пор критикуют полигамию?

– Тут и думать не о чём; они застряли в устаревшем образе мыслей. Мы – свободное общество, которое славит любовь, а не стыдит её. Почему это вообще их волнует, если у кого-то достаточно любви, чтобы разделить её с более, чем одним партнером? Критики скажут, что такие люди, как мы, поверхностны и не способны по-настоящему любить больше одного человека, но разве это не означает, что у них меньше любви, чем у нас? Они даже не могут принять во внимание возможность, что у нас достаточно любви, чтобы ей делиться! – объяснила актриса.

Публика разразилась криками и аплодисментами. Рёта любит такие разговоры. Возможно, его и не интересует сто одна романтическая комедия, в которой участвует актриса, но он всегда с удовольствием выслушивает мнения других людей по социальным вопросам. Весь этот рост популярности полигамии – достаточно интересная тема.

Его отец всегда говорил ему, что такие открытые отношения только для сексуальных извращенцев и он любил обвинять рост полигамии в широком распространении фетишей, таких как рогоносцы [6]. Он так же винил в этом гибель религии, утверждая, что брак больше не является священным потому, что все отделяют его от его исторической цели. Мать Рёты лучше воспринимала полигамные отношения, говоря, что она находит эту концепцию романтичной несмотря на то, что когда-то испытывала чувства только к своему мужу.

Всегда было забавно слушать их споры по поводу того, что такое настоящая романтика.

– И-и-и-и-и-и-и теперь мне грустно. Отлично, – проворчал Рёта, – Пингвин, выключись.

Телевизор выключился.

– Думаю, поброжу немного в игре. Уверен, что найду какое-нибудь занятие, которое не убьёт меня и не позволит моему прогрессу обогнать остальных.

После того, как он лёг на кровать еще раз, в этот раз в гарнитуре, он погрузил себя обратно в Фантастические Повести Онлайн.

И мгновенно его взгляд встречает то, к чему он не был подготовлен. Ни его разум, ни сердце не готовы к тому, что он увидел, и теперь стало ясно, почему Серра попросила его позволить ей войти первой, в следующий раз, когда они будут играть вместе.

Чтобы как следует влезть в маленькую пещеру вместе с ним и Бонекракой, она устроилась рядом с Фенриром. Её лицо находится прямо перед ним, всего в нескольких дюймах, и он чувствует, как её маленькое тело прижимается к нему.

Как только первая извращённая мысль всплывает в его голове, он осторожно, но поспешно, выскальзывает из пещеры. Серра переворачивается и плюхается лицом вниз на грудь Бонекраки, как только его больше нет рядом. Это заставляет его почувствовать зависть, но это для его же блага. И её.

– Ладно, чем заняться. – сказал Фенрир, пытаясь выкинуть из головы то, как близко он только что был к Серре.

Камень затрясся в его кармане.

– Так и знал, что забыл что-то. Я хотел разобраться, почему ты так дрожишь, но забыл. Вероятно, при следующем погружении я так же забуду об этом. – сказал Фенрир, поглаживая трясущийся камень в его кармане.

Его живот заурчал.

– Попробую найти какую-то воду, чтобы порыбачить. Стоп, почему бы мне... – Фенрир переключается на свои мысли, – Сая, можешь сказать, почему Камень так трясётся?

– Неа, братик! – ответила Сая.

Он полагал, что так и будет.

Сутулясь от поражения, он ушёл от пещеры глубже в лес. Утреннее солнце уже взошло и достаточно освещает его путь через лес. Крики ночных хищников затихают, сменяясь утренним пением птиц. Часть Фенрира хочет просто стоять и наслаждаться пейзажем и, вероятно, он бы так и сделал, если бы его живот не урчал всё сильнее. Ему нужно будет захватить еду и для остальных. Если он проголодался, Серра и Бонекрака, вероятно, тоже будут голодны, при следующем погружении.

К счастью, Фенрир находит тихий ручей недалеко от пещеры. Первое, что он делает – зачерпывает немного воды, чтобы попить, так как увидев его осознал, что испытывает жажду. Далее он делает еще одно копьё с каменным наконечником. Он испытывает искушение попробовать пронзить рыбу своим мечом, но лучше не стоит затуплять свой клинок, если придётся защищаться.

Копьё с каменным наконечником вышло даже лучше, чем в первый раз. Оно не только острее, но и вся конструкция прочнее и удобнее в обращении. Увы, но того чувства изучения чего-то он не почувствовал.

– Похоже, мне нужно создавать либо больше вещей, либо они должны быть лучше, если я хочу стать лучше, так ведь? – сказал он самому себе.

Фенрир подходит к найденному ручью и готовит копьё. Первая замеченная рыба была длинной и похожей на окуня с серой чешуей и особенно длинным спинным плавником. Плавник выглядит так, будто принадлежит акуле, а не пресноводной рыбе, напоминающей окуня!

– Давай покажу тебе, как это делается, Камень. – сказал он, кладя камень на ближайший пень. Он не хочет, чтобы камень выпал из кармана и его унесло вниз по течению, пока он будет ловить рыбу. С другой стороны, камень достаточно тяжелый. Но потеря Камня не стоит риска.

Готовя копьё, Фенрир не сводит глаз с кружащей рыбы и пытается предугадать её движения. На этот раз он испытал чувство изучения чего-то. Это то же чувство, что и ранее, когда он отслеживал рыбу. Теперь движения рыбы стали более очевидными, и он может легче предугадать, где она окажется.

Вдох, выдох. Враг прямо здесь и совершенно не подозревает о присутствии охотника.

Нужно дождаться идеального момента для атаки, чтобы максимизировать шансы на успех. Цель не собирается убегать.

Сейчас!

Копьё попадает точно в цель, пронзая жертву насквозь.

Фенрир роняет копьё и берётся за то, что теперь торчит из его живота. Это копьё имеет настоящий металлический наконечник, в отличии от его собственного, но рукоять всё же деревянная.

– Попался, ублюдок! Как жаль, что ты слишком далеко от дома, чтобы позвать помощь. – раздался насмешливый голос позади Фенрира, но он не узнаёт его.

Он женский, но в то же время более глубокий и хрипловатый, в стиле пацанки. Это нехорошо. Темнота, заполнившая его зрение, после предыдущего ранения наконец исчезла. Но теперь вернулась с ещё большей силой. Он чувствует, что даже слегка грубый толчок может его вырубить.

– Полагаю, – Фенрир сделал паузу, издав болезненное мычание, – ты меня с кем-то спутала! – крикнул он на неё, выхватывая свой меч и обрушивая на древко её копья!

Наконечник копья отсекается и падает на землю.

– Ублюдок! Я потратила на него все свои деньги! – прокричала она, вытягивая из него то, что осталось от копья.

Фенрир наклоняется вперёд, когда копьё перестает удерживать его на месте.

"Черт, я очень не хочу здесь помирать." – думает он про себя. Может он и не парализован болью, как это было бы с теми, кто выкрутил боль на максимум, но эффект онемения, заменяющий её не менее опасен.

– Почему я не могу просто мирно порыбачить? – спросил он, оборачиваясь и падая на колено.

– Ха-а-а? Рыбачить? Разве ты не должен быть занят обманом девушек и превращением их в свои тупые игрушки, как остальные в твоей гильдии? – спросила она, используя свой посох, когда-то бывший копьём, чтобы выбить из-под него ногу.

Он вынужден встать на колени.

– Я сказал тебе, ты меня с кем-то спутала. – с трудом выговаривает Фенрир, едва способный видеть сквозь тьму.

Это не останавливает его от попыток выставить меч вперед. Она выбивает его у него из рук.

– Ага, точно, ты просто случайно надел броню с логотипом этой гильдии только потому, что тебе так захотелось. И я должна в это поверить? – отвечает она, ударяя кончиком посоха по его правому плечу.

Он смотрит туда, куда она только что ударила. Тяжело разглядеть, но она права. На его плече этот чёртов вонючий чеснок, такой же, как на флаге корабля. Вероятно, у него нет ни единого шанса разрешить эту ситуацию.

– Я клянусь, ты меня спута…

Она толкает свой посох в его живот, опрокидывая его на спину. Он не может двигаться. Он пытается сжать кулаки, но не может. Он пытается пошевелить пальцами ног, но не может. Он даже не может поднять свою голову, чтобы посмотреть на неё.

– Сая, что происходит? – по крайней мере он всё ещё может думать.

– Прости, братик, но проиграв, ты не можешь двигаться. Ты во власти того, кто тебя победил. До тех пор, пока не будет нанесён финальный удар, ты будешь выведен из строя и не способен двигаться, твой враг может делать с тобой все, что захочет. Но у тебя не включен травмирующий контент, так что с тобой не произойдет ничего плохого. – объяснила Сая.

Даже если она и добавила, что ничего плохого не произойдёт, он не чувствует себя лучше от всего этого. Теперь девушка стоит прямо позади него, держа посох над его головой и готовясь ударить прямо в его лицо.

– Последнее слово, ублюдок? – спросила она.

На её лице садистская улыбка. Она выглядит такой же довольной, как персонаж фильма, мстящий за смерть отца человеку с шестью пальцами на правой руке.

– Я вижу что у тебя под юбкой, – сказал Фенрир, очень ясно давая понять, что он смотрит вверх прямо на них., – Чёрные? Как рискованно.

По крайней мере он может её ещё сильнее разозлить, раз она собирается его убить.

И ох, это сработало.

С горящими красными щеками и взглядом, который может убить, она опускает свой посох вниз в его лицо!

Фенрир инстинктивно закрывает глаза.

– Что это за хрень, ты, ублюдок?! – кричит она.

Он слышит звук боя.

– Чертов кусатель лодыжек! Где ты прятался?! – снова кричит она.

Звучит так, будто она бьёт своим посохом по камню. Что бы её ни атаковало, оно должно быть достаточно твердым для её посоха, поскольку осколок от древка падает ему на грудь.

Фенрир использует всю свою силу, чтобы повернуть голову и посмотреть, что происходит. Маленькое, похожее на собаку существо, сделанное из камня, погрузило свои клыки в её лодыжку. Оно недостаточно велико, чтобы укусить выше.

– Ай! Это чертовски больно! – кричит она, пиная его другой ногой.

Оказалось, что пинать что-то на вид сделанное из камня - не очень хорошая идея.

– Да как мне блядь тебя бить! – кричит она на него, раскачивая ногу, за которую он зацепился.

Она неизбежно сбрасывает его со своей ноги. Он приземляется прямо рядом с головой Фенрира, позволяя лучше его разглядеть. Размером с маленькую собаку и выглядит как собака, вырезанная из камня, но несмотря на это он удивительно проворен. Его "хвост" даже слегка виляет. К тому же, он того же коричневого цвета, что и Камень. А также имеются редкие места с серым и белым цветом.

Каменный щенок рычит на женщину, принимая агрессивную позу.

Да быть не может... верно?

– Камень? – спросил Фенрир.

Щено–Камень развернул голову и посмотрел на Фенрира. Пара серебристых глаз расположены в его глазницах, выглядящие как его единственная некаменная часть. Даже короткие клыки сделаны из зазубренного камня и язык тоже. Камень снова посмотрел на женщину и гавкнул.

– Даже сука не вздумай навредить Камню. – сказал Фенрир, глядя на женщину.

Одного взгляда в его глаза достаточно, чтобы у неё по спине побежали мурашки. Хотя она знает, что он больше не может сопротивляться, его голос и глаза все равно пугают её.

Фенрир не может полностью понять почему, но смотря сейчас на Камень, он чувствует, что смотрит на его старую собаку из детства. Он ощущает то же желание защитить Камень, как это было и с ней.

Даже если это всего лишь игра, даже если это камень, превратившийся в собаку, который он знал в общей сложности менее, чем день, он отказывается терять еще одного друга. Он не остался в стороне тогда, и не останется в стороне и сейчас. Мельчайшее количество силы возвращается в его тело. Он наполнен решимостью.

– Посмотри на себя, заставляешь щенка драться за тебя. Что ты за бессердечный ублюдок такой? – сказала женщина, несмотря на то что сама пыталась его пнуть несколько минут назад, – Меня просто бесит тот факт, что мне приходится причинять боль животному для того, чтобы надрать тебе задницу, но оно ничем не лучше своего хозяина, если защищает тебя.

Она поднимает свой посох и обрушивает вниз на Камень. Посох уже был один раз сломан ударом о Камень, но всё ещё возможно уменьшить его здоровье достаточным количеством атак. Только она бьет не по Камню, а по Фенриру.

С той малой силой, которую Фенрир смог собрать, он бросается на Камень, защищая маленького щенка от её посоха. Единственная поддерживающая его рука, это всё, что удерживает от падения на его друга.

– Что ты чёрт подери делаешь, ублюдок? Посчастливилось получить второй шанс и ты… – она обрывает себя, осознав, что он только что сделал.

Камень стоит перед его лицом с беспокойством в глазах. Он не может разглядеть ни одной черты лица, кроме глаз, смотрящих в его собственные. Он наклоняет голову вперед, чтобы лизнуть его в лицо. Язык может и сделан из камня, но он гладкий и такой же приятный, прямо как настоящий. Фенрир снова не может пошевелить телом. Она во второй раз вывела его из строя.

– Тч.. чёрт подери! – кричит она позади него.

Он больше не может видеть, что она делает. Затем, он чувствует, как её руки нажимают на то место, где она его пронзила. Они тёплые, очень тёплые. Нет, это не её руки тёплые, это что-то выходящее из её рук и протекающее в него. Тьма, заполнившая его зрение рассеивается. Она его исцеляет?

– Разве ты не хотела убить меня? – спросил Фенрир, с трудом используя голос.

– Заткнись. Я не собираюсь убивать того, кто жертвует собой ради собаки. Придурки, которых я хочу убить, даже не моргнули бы. – объяснила она.

С исчезновением тьмы, он может разглядеть всё больше и больше черт Камня. Его уши, фактически, это две острых плиты грубого камня и лицо у него почти такое же. Остальная часть его тела сделана из тех же самых блочных камней, что придает ему вид низкополигональной модели несмотря на то, что материал, из которого он сделан, чрезвычайно детализирован. Сколы на камне, обесцвечивания, шероховатости и многое другое. Хотя у него может отсутствовать мех, поверхность в основном имеет различные оттенки коричневого с пятнами серого и белого. Камни вокруг его серебряных глаз и на носу – единственные чёрные части.

– Я же сказал, что не с ними. – снова пытается объяснить Фенрир.

Каким-то образом, исцеление ощущается более агрессивным, чем раньше.

– Тогда какого черта ты носишь их одежду? На ней даже есть их символ! Единственное, что тебя отличает – это бесполезная кора, которую ты носишь поверх неё.

Он вынужден признать, что она права насчет бесполезности коры. Она действительно была полезна, только для прикрывания себя, а теперь, когда у него есть нормальная одежда и доспехи, он больше в ней не нуждается.

– Ты говоришь о тех чесночных парнях? Это из-за того, что я забрал эти доспехи у парня, которого убил. Я только начал играть и был голым, так что был выбор, либо забрать его вещи, либо продолжать ходить, прикрываясь корой. – сказал он, смотря как выражение лица Камня становится счастливее, пока его хозяина исцеляют.

Хотя, изредка он отходит назад, чтобы взглянуть на женщину над ним. Каждый раз делая это он тихо и мило рычит на неё.

– Ты должен был сказать раньше!

– Так бы ты мне и поверила?

– Я- я... тц. Ты же не знаешь, поверила бы или нет! Также хочу, чтобы ты знал, они чёрные только потому, что они были единственными у торговца! Я хотела белые, но… – она снова оборвалась, а исцеление становится ещё более агрессивным, – Заткнись!

– Я даже не сказал ничего!

– Теперь сказал, поэтому- поэтому заткнись!

Камень снова на неё гавкнул.

– Хороший мальчик, ты меня прикрываешь. – похвалил Фенрир Камень.

Стоп.

Он прижимает свою голову к земле, чтобы посмотреть под Камень. Он не видит никаких мужских частей, но и не похоже на то, что у Камня есть какие-то части чего-то там вообще.

– Хороший мальчик? – сказал он, смотря на Камень.

Камень выглядит счастливым, но...

– Хорошая девочка? – Камень возбуждённо лает и машет хвостом.

Ладно, значит, по-видимому, Камень – девочка. Он вдруг чувствует себя виноватым за то, что дал ей такое мужское имя.

– Только не говори мне что ты даже не знал кто она. – сказала девушка.

– Дай мне передохнуть. Как я и сказал, я только начал играть и прежде, чем ты решила наугад засунуть свой шест внутрь меня, она в прямом смысле была камнем.

– Не говори это так пошло! Я не… я не совала свой шест в тебя, я пронзила тебя копьём! Которое ты сломал!

Он слышит, как она скрипит зубами. Девушка продолжила:

– Ты думаешь, что я поверю в то, что ты не только убил экипированного игрока сам, но и нашел способ пробудить искусственного компаньона? За кого ты чёрт возьми меня принимаешь?

– Я принимаю тебя за девушку, которая ходит по окрестностям и наугад суёт свой шест в невинных парней. – сказал он.

Если бы исцеление могло стать ещё более агрессивным, то он уверен, оно бы стало.

–- Эй, Сая, – думает он, – что значит пробудить искусственного компаньона?

– Не могу сказать больше чем то, что смотритель решил, что требования были соблюдены и Камень теперь кастомный ИИ, основанный на твоих воспоминаниях и личности, контролирующей его, братик. – объяснила Сая.

То небольшое количество информации, которое он получил – меньше, чем он надеялся, но этого достаточно.

– Спасибо, Сая, – подумал он прежде, чем переключиться на разговор, Ты говорила что-то про второй шанс. Что ты имела ввиду? – спросил он своего врага-превратившегося-в-целителя.

– Ты действительно новенький, – сказала она вздохнув, – Ты можешь получить небольшое количество здоровья назад, если будет достаточно силы воли для чего-то. Защитить кого-то, убежать, выжить. Если ты достаточно решителен, то получишь второй шанс. Но это мало на что влияет, поскольку достаточно одной атаки, чтобы сделать тебя снова недееспособным. Лучший вариант – убежать, пока противник отвлечён. Так же некоторые считают, что есть какой-то лимит времени, отвечающий за то, как часто это происходит, но никто не знает наверняка. – объяснила она.

По сути, в игру встроена механика, позволяющая игрокам снимать эпические финальные моменты, но используется только для того, чтобы сбежать. Фенрир даже представить не может, как он смог бы убежать, испытывая столько боли после второго шанса.

Агрессивный поток исцеляющей магии наконец прекратился. Фенрир чувствует себя так же здорово, как и тогда, когда он только начал играть! Он смотрит вниз на разорванную ткань, через которую прошло копье, и, конечно же, рана полностью закрыта. Всё, что осталось – это шрам.

Как только Фенрир садится, Камень прыгает к нему на колени и возбуждённо виляет хвостом с такой силой, что всё её тело сотрясается от этого! Он двумя руками гладит её тело от головы до хвоста.

– Мне придется дать тебе имя получше, хах? – спросил он, глядя вниз на неё с широкой улыбкой.

Девушка встаёт перед ним.

– Какого хрена ты плачешь? Ты один из тех мазохистов, ставящих свою боль на максимум или что-то типа того? – спросила она.

Фенрир подносит одну из своих рук к лицу. Очевидно, когда он вытирает глаза на ней видны слёзы.

– Это смущает. Я просто... сейчас очень счастлив. Спасибо, что не убила нас. – сказал он, смотря ей в лицо с улыбкой.

Она отворачивается с покрасневшими щеками.

– Лучше тебе быть благодарным, – сказала она, почесывая щеку, – К слову, ты знаешь кого из этих ублюдков ты убил?

– Да, Ричарда. Убил его дважды. Думаю, в последний раз когда он вылетел, то говорил что-то про то, что у него закончились перерождения, или типа того.

Она снова смотрит на него с широкой улыбкой.

– Серьёзно? Ты сбросил Ричарда? Если ты не наёбываешь меня, то я должна тебе выпивку! Это тот ублюдок, который обманул и сбросил меня.

– Что случилось? – спросил Фенрир, гладя как Камень, который так же смотрит на неё и ждёт рассказа.

Она выглядит взбешённой, просто вспоминая об этом.

– Они разрешили мне поспать и поставить точку возрождения в их деревне, поскольку я не могла погружаться несколько дней, а когда я наконец вернулась, то появилась без каких-либо вещей! Эти ублюдки убили меня, пока меня не было, забрали всю мою одежду и оружие, а потом заперли в доме! Этот урод, Ричард, сказал мне, что они продолжат убивать меня, до тех пор, пока я не сброшусь, если я не дам им фармить счётчик возрождений на мне. Сказал, чтобы я даже травмирующий контент включила и всё такое, чтобы они могли фармить даже когда я не в сети. – объяснила она.

Её улыбка исчезла и заменилась на ярость.

– Я отказала и не дала им меня использовать, так что они убивали меня снова и снова, пока я наконец не сбросилась. Это просто выбешивает меня.

Да уж, Фенрир не может осуждать её за то, что она сразу ухватилась за возможность убить его. Он бы сделал то же самое, случись это с ним. Он и раньше мстил людям за гораздо меньшее, чем то, что случилось с ней. Глядя на неё, Фенрир понимает, что её внешность совершенно не совпадает с её личностью. Он ожидал увидеть какую-нибудь брутальную девушку орка или что-то в этом роде, судя по тому, какой дикой она была и какой сердитой всегда казалась, но вместо этого она выглядела как какая-то святая дева! С ярко-голубыми глазами и красивыми золотистыми волосами, спадающими ниже талии, она выглядит как девушка, которая должна ездить на белом коне и помогать голодающим детям и охотиться на демонов. Что касается доспехов, то она носит простой набор небольшой, железной брони облегающий её изгибы. Её поножи заканчиваются на середине бедёр, а между тем местом, где заканчиваются поножи, и начинается её юбка, видна мельчайшая полоска кожи.

Абсолютная территория – лучшая территория.

Касательно её доспехов и теперь уже сломанного копья, видимо она купила первый сет снаряжения, на который смогла накопить, чтобы вернуться сюда для своей мести. Доспехи сами по себе выглядят либо плохо сделанными, либо сильно поношенными.

– Да уж, мы заходили туда прошлой ночью. Полагаю, этот мудила хотел сделать то же самое с одним из моих друзей, а еще оскорбил другого моего друга. Убил его, убежал и убил себя прежде, чем его друзья смогли это сделать, а затем вернулся сегодня пораньше и убил его снова. – сказал Фенрир, пытаясь оторвать свой разум и глаза от её бедер.

Бедра уступают только свитерам.

– Эй, думаю у меня есть идея, которая тебе понравится. Ранее я просто хотел украсть их корабль, но если ты поможешь нам, то думаю мы могли бы всех их уничтожить. Интересует? – спросил он.

Девушка скрещивает руки на груди и поднимает бровь.

– Если это позволит поиметь этих ублюдков, то я по крайней мере выслушаю тебя.

Фенрир протягивает руку.

– Прежде, чем я что-то скажу, я Фенрир. Могу я тебя как-то называть?

Она смотрит на его руку. Он видит, как на её щеки возвращается легкий румянец.

– Я Кассиэль. – говорит она, быстро пожимая его руку, прежде чем фыркнуть и отдёрнуть её.

----------

[1] – Фурри (furry) - Пушистый. (https://ru.wikipedia.org/wiki/Фурри)

[2] – Предсказуемой

[3] – В оригинале [You mad?]. Так тролли выражаются. (http://lurkmore.to/U_MAD)

[4] – Пет-плей (pet-play) – сексуальная игра, можно перевести ее название, как игра с домашними любимцами, когда человек на время секса хочет побыть в образе какого-то животного.

[5] - женщина, выполняющая доминирующую роль в садомазохистских практиках.

[6] - Куколд. 🌚 (https://ru.wikipedia.org/wiki/Куколд)

----------

П.З. Не стесняйтесь отмечать в комментариях ошибки и моменты, которые нужно пояснить в примечании.

П.З. х2 Еще раз прощу прощения за ненормативную лексику. Я тут не причем.

Перевели: Twin Stars

Редактура: AniStorm Media

Кассиэль взволнована работой с Фенриром, услышав его новый план. Он ещё должен обговорить все с Олеандром, но это должно сработать. А пока, Фенрир и Кассиэль обмениваются никами в Фискорде и возвращаются в свои безопасные места.

Уже поздно. Может Фенрир и не очень много сделал, но он завел нового друга – ну, он думает, что может её так называть, и помог Камню эволюционировать в настоящего щенка! Он дождаться не может реакции других членов группы, когда они увидят её теперь. Конечно, ему так же интересна их реакция и на Кассиэль. Они точно не будут к ней добры, если он расскажет, что она почти убила его. Может ему не рассказывать об этом?

Не. Он определенно расскажет.

Втиснувшись обратно в маленькую берлогу, где Бонекрака и Серра вышли из игры, он пробуждается и направляется к рабочему столу. Он должен добавить Кассиэль в Фискорд прежде, чем забудет её ник.

Запрос в друзья отправлен HolyJustice#3498

Её ник в Фискорде соответствует её игровой внешности, но если сравнивать с личностью, то это полный промах.

Запрос принимается не сразу. Рёта пялится на экран несколько минут в ожидании. Прошел только день, а он уже привык к моментальным ответам Серры. Он так же отправил сообщение в групповой чат, информируя всех о том, что нашел нового друга и придумал план, но должен рассказать его в игре. Он решил, что рассказывать им план вне игры нет смысла, поскольку их виртуальные помощники заблокируют воспоминания.

– Время снова попробовать поспать. – сказал Рёта, потягиваясь и зевая. К счастью, теперь он достаточно устал, чтобы уснуть.

Будильник будит его в обычное время, к сожалению, всего через несколько часов после того, как он наконец смог заснуть.

Тяжело будет оставаться бодрствующим, если он не хочет испортить свой график сна.

С другой стороны, учитывая, что ему нечем заняться, кроме игр, не так уж важно, если его график испортится.

– Да уж, я жалок, – сказал он своему потолочному вентилятору, – Мне нужен один из тех маленьких роботов, которые автоматически делают и приносят кофе. Эй, вентилятор, иди купи мне кофейного робота.

Вентилятор отвечает непрерывным вращением своих лопастей.

– Пошел ты тоже в жопу.

Рёта ворчит и вылезает из постели. После облегчения мочевого пузыря, первое, что он делает, это плюхается в кресло своего рабочего стола и открывает Фискорд. Есть новые личные сообщения и несколько в групповом чате. Сначала он проверяет групповой чат.

Viktor’s Favorite Slut: к

Viktor’s Favorite Slut: присоединюсь к вам после занятий

Viktor’s Favorite Slut: тот новенький это милый мальчик?

Ну конечно, это единственное, о чем беспокоится Спенсер.

Рёта проверяет свои личные сообщения.

HushedVoice: Доброе утро! Я только встала. Надеюсь, ты хорошо спал! Дай знать, когда будешь готов ещё поиграть. Надеюсь, мы проведём ещё один великолепный день вместе!

HushedVoice: Аххх! Я только что прочитала групповой чат и увидела, что ты играл один! Я же сказала не погружаться снова раньше меня.

Holy Justice: Хэй

Holy Justice: Готова надрать их задницы в любое время

В то время как Спенсер одержим членами, Кассиэль, видимо, одержима местью. Он отправляет несколько сообщений в групповой чат и Серре прежде, чем ответить Кассиэль.

TheMemeStruggle: Твой ник и внешность заставляет думать, что ты своего рода ролплеишь паладина, но на самом деле больше походишь на тёмного рыцаря.

Рёта наливает немного воды и берёт утреннюю закуску, ожидая ответа. К удивлению, Серра не единственная, кто ответил, пока он отходил.

Holy Justice: Была когда-то

Holy Justice: Одной из святых рыцарей Империи Аугуст, перед тем как меня блять сбросили

Holy Justice: Ливия не приняла бы меня обратно из-за того, что я хотела отомстить, она не хотела портить отношение с их гильдией

TheMemeStruggle: Ливия?

Holy Justice: Да, она Императрица Империи Аугуст, сидит в Святом Аугусте и командует всеми оттуда

TheMemeStruggle: Напомни мне об этом в игре, чтобы я не забыл, после погружения.

Holy Justice: Погрузись и помоги мне скоротать время, у меня сегодня выходной

TheMemeStruggle: Раскомандовалась. Дай мне хотя бы доесть завтрак.

И под завтраком он подразумевает чипсы.

Он смотрит вниз и щипает за живот. Хорошо, только немного жира. Больше, чем он хотел бы, но не так уж и плохо.

Он посылает сообщение Серре, спрашивая, не хочет ли она присоединиться, пообщаться с ним и новым членом группы. Естественно, Серра тут же соглашается и говорит, что погрузится прямо сейчас.

Она не хочет снова позволить ему погрузиться раньше её.

Рёта посылает ещё одно сообщение Кассиэль, прежде, чем отложить чипсы и подготовиться к погружению.

TheMemeStruggle: Увидимся в игре.

Через несколько минут Рёта снова становится Фенриром.

Фенрир открывает глаза и видит зеленые мускулы. Серра на этот раз не рядом с ним, но он слышит её хихиканье и игривый лай Камня. Камень спал у входа в берлогу и сторожил. Теперь, Камень бегает вокруг и играет с Серрой.

– Ты такой милый, – сказала Серра, погладив Камень по голове, – Откуда ты взялся? Ты заблудился и решил остаться с нами?

– Это Камень. – вмешался Фенрир.

Серра слегка подпрыгивает, услышав его голос, но ещё больше её удивляет то, что этот щенок – якобы тот самый бесполезный камень, который носил с собой Фенрир.

– Серьёзно? Это... это Камень? – спросила она для подтверждения.

Камень отвечает на её вопрос, подпрыгивая и лая.

– Как? – спросила Серра.

– Я не уверен как это работает. Меня почти убили, а затем Камень превратился в это и спас меня. Она хорошая девочка. – объяснял Фенрир выбираясь из берлоги.

Камень прыгает на него, прижимаясь и вылизывая в момент, когда он выходит.

– Кто хорошая девочка? Кто хорошая девочка? Правильно, ты хорошая девочка! – Фенрир осыпает Камень похвалами, заставляя её каменный хвост вилять еще сильнее.

Фенрир смотрит на Серру. Она выглядит так, будто хочет надуть губки, но он не знает почему. Может быть, она ревнует, из-за того, что Камень уделяет ему больше внимания, чем ей?

Она обеспокоена, но не поэтому.

– Как ты чуть не умер? – спросила она.

– Наш ух, новый друг хотел убить меня. Она думала, что я один из тех болванов из Коустеджа. Не замечал, что их логотип есть на этой одежде, – объяснил он, показывая ей плечо с логотипом.

– Погоди, лучше... – он достаёт свой меч и кончиком срезает логотип, - Гораздо лучше.

Камень одобрительно гавкает. Серра выглядит ещё более обиженной чем раньше.

– Что не так? – спросил Фенрир.

– Мне не нравятся те, кто пытается навредить тебе. – ответила она.

– Не волнуйся по поводу этого. Услышав её историю, я бы сделал то же самое, будь на её месте. Не только мы считаем этих мудаков таковыми. Как бы то ни было, готова пойти встретиться с ней?

Серра неохотно кивнула. Камень берёт лидерство, возбуждённо забегая вперёд и отвлекаясь на новые запахи каждые несколько футов. Фенрир останавливается рядом каждый раз, как Камень отвлекается.

– Надо дать ей принюхаться. – объяснил Фенрир.

К счастью, Серру не беспокоит, что Камень замедляет их этими сеансами обнюхивания. В конце концов троица добирается до ручья, где он впервые столкнулся с Кассиэль. На камне рядом с водой сидит раздраженная женщина, которая пытается собрать свое копье обратно. У неё ничего не получается. Она даже собрала те стебли, чтобы попытаться "склеить" всё вместе, но это не работает.

– Эй, Кэс! – кричит ей Фенрир.

Кассиэль оборачивается на него с расстроенными глазами.

– Мое имя Кассиэль, не Кэс. И лучше надейся, чтобы план сработал! Я начала привыкать к этому копью, но ты его сломал! – кричит она.

Её глаза фокусируются на Серре, когда она замечает её.

– Кто она?

Фенрир ожидает, что Серра спрячется за его спиной, как это было, когда она впервые встретила Бонекраку и Олеандра, но вместо этого она встает перед ним и скрещивает руки на груди.

– Я Серра и- и тебе лучше не вредить ему больше. – сказала она, собрав всё своё мужество.

– Хаах? Слушай сюда, коротышка. – сказала Кассиэль, вставая и сжимая в руках остатки своего копья.

Она старается выглядеть как можно более устрашающе. Однако, когда Камень встаёт между двумя девушками, Кассиэль отходит назад и пыхтит.

– Я просто хотела убить того ублюдка, что сбросил меня. Я не собираюсь вредить кому-то, кто не навредил мне.

– Ладно, ладно. Мы все здесь друзья, поэтому успокойтесь. Вас обеих хотели обмануть те уроды, поэтому вам лучше подружиться. Последнее что нам сейчас нужно, чтобы ты, – Фенрир делает паузу, смотря на Кассиэль, – пыталась вставить в нас свой шест.

Лицо Кассиэль становится красным. Её губы шевелятся, как будто она хочет что-то очень сердито крикнуть, но слова не выходят.

Серра фыркает от намёка Фенрира и реакции другой девушки. Может Кассиэль и сильный боец, способный с легкостью одолеть Серру силой, но Серра уже придумала план, как воспользоваться очевидной слабостью Кассиэль. Серра ждет не дождется увидеть Олеандра и Кассиэль вместе.

Выслушав, как Кассиэль выкрикнула все возможные ругательства в адрес Фенрира за его непристойные замечания, группа уселась в круг, пытаясь решить, что делать, чтобы скоротать время.

Фенрир, как обычно, хочет рыбачить.

Серра довольствуется игрой с Камнем и не спускает глаз с Кассиэль.

Кассиэль хочет попытаться выследить больше игроков из Коастеджа.

Камень хочет делать то, что обычно делает

К счастью для Фенрира, он знает, как завлечь людей. Это манипуляция? Да. Что ещё более важно, значит ли это, что он сможет ловить рыбу? Да.

– Полагаю, я понимаю почему ты не хочешь рыбачить. Должно быть ты просто плоха в этом и постоянно даёшь рыбе уйти. – Фенрир дразнит Кассиэль.

Серра понимает, что он задумал, и издает не-очень-прикрытый смешок.

– Я никогда не дам ей уйти! Если я могу охотится на монстров и игроков, то охота на рыбу – ничто! – выкрикнула Кассиэль в ответ.

Это будет просто.

– Для того, чтобы заманить и поймать рыбу требуется больше, чем исподтишка сзади тыкать своим шестом в человека. Ну хотя бы Олли полюбит тебя за это. – продолжил Фенрир.

На этот раз смех Серры ещё больше заметен, поскольку теперь она действительно пытается скрыть его, а не притворяется, что прячет. Сжимая то, что осталось от копья в своих руках, Кассиэль выглядит так, будто скоро разломает то, что осталось от него.

– Сколько раз я…

– Я прекращу, если ты поймаешь больше рыбы, чем я. – Фенрир забросил удочку.

Она клюнула.

– Ладно! Как мне… как мы вообще собрались это делать?! – она злобно приняла вызов.

– Иди принеси мне палку и плоский камень, тогда я смогу сделать для тебя копьё. Я сделаю для себя еще одно, пока ты будешь искать. – объяснил Фенрир, держа палку и камень, найденные несколько минут назад и над которыми он уже работал.

Кассиэль уносится на поиски материалов.

Теперь, когда дело доходит до заточки и придания формы камню, который будет использоваться в качестве наконечника копья, возникает проблема. Надежный камень Фенрира превратился в Камень.

– Эй, Имя В Ожидании. – сказал он, смотря на Камень.

– Имя В Ожидании? – спросила Серра.

– Ну, да. Не могу же я называть её Камень. Имя разве не слишком мужественное?

– Я- я не думаю, что ей есть дело." – сказала Серра, а Камень поддержала её лаем.

Если Камень счастлива, будучи названным Камнем, тогда Фенрир не будет менять её имя.

– Тогда, полагаю, останешься Камнем. Камень, теперь иди сюда.

Камень радостно подбежала к нему, села и посмотрела вверх на него с покорным желанием служить. Для начала, Камень слишком мила, чтобы начинать что-либо делать не погладив её. Только после соответствующего количества поглаживаний он просит её помочь.

– Понятия не имею, сможешь ли ты это сделать или нет, но думаешь сможешь... даже не знаю как спросить. Думаешь сможешь жевать и кусать эту штуку до нужной формы? Помнишь, как я использовал тебя, чтобы сделать первое— стоп. – Фенрир прервался и встал.

Идя вдоль ручья, он находит то место, где пытался ловить рыбу прошлой ночью, заглядывает в кустарник, возле которого стоял, и, конечно же, находит свое копьё.

– Я забыл об этом. Ох, ну ладно, – сказал Фенрир, возвращаясь к Камню, - Помнишь, как ты помогала мне сделать этот наконечник? – он указывает на кончик копья.

Камень гавкает.

– В таком случае, думаешь сможешь придать такую же форму этому камню? – он держит найденный им плоский камень.

Камень понюхал его, потрогал лапой, и наконец посмотрел на Фенрира утвердительно лая.

– Хорошая девочка. – сказал он, одновременно гладя её голову.

Взяв плоский камень в рот, она кусает его края своими зазубренными, каменными зубами, постепенно превращая в наконечник копья. Фенрир съёживается, когда слышит, как она жует и глотает кусочки камня, которые откусывает. Он не уверен хорошо ли это для неё... но она сделана из камня. У него идея. Пока Камень занята с наконечником, он собирает столько камней, сколько может найти.

Он возвращается к Камню сидящей рядом с наконечником и виляя хвостом. Острота и форма даже лучше, чем когда он делал это сам!

– Ты действительно потрясающая. Жаль, что я не могу взять тебя с собой в реальность. Я бы научил тебя готовить и приносить мне кофе. – сказал Фенрир.

Серра подняла бровь. "Она не одна из тех кофейных роботов." – сказала она.

– Я знаю, но всё же было бы здорово. Мне либо нужен кофейный робот, либо милая жена, приносящая мне кофе. – ответил он, взяв один из камней и давая его Камню.

В то время как Серра краснеет и думает о чём-то совершенно секретном, Камень возбужденно жуёт камень и просит ещё один, когда видит, что у него есть ещё.

– Имеет смысл. Ты сделана из камня, значит и ешь камни. Стоп, разве это не делает тебя каннибалом? – спрашивает он.

Она опускает голову на несколько секунд, высовывая язык изо рта, прежде чем снова начать просить угощение.

– Ты слишком милая, чтобы сказать нет. Ты определённо будешь очень избалованной, когда вырастишь. – сказал Фенрир, кладя ещё два камня, и складывая в карман остальные.

К возвращению Кассиэль, Камень сонно лежала на коленях Серры с полным животом, а Фенрир держал два копья. Он бросает одно из них Кассиэль.

– Вот, я уже сделал тебе одно.

– Какого чёрта ты заставил меня собирать всё это, ты ублюдок? Ты отправлял меня на поиски просто так?! – кричит Кассиэль.

Он ожидал этого. Глядя на палку и камень, что она нашла, он вынужден признать, что они идеально подходят для изготовления копья. Видимо она действительно пыталась найти лучшие из возможных материалов, вместо использования первых попавшихся.

– Прости, ты права. Я сделаю тебе одно из того, что ты нашла. Но я правда не отправлял тебя просто так. Я просто совершенно забыл про копьё, которое сделал прошлой ночью. – объяснил Фенрир.

Выражение лица Кассиэль путает его. Она из явно взбешенной превращается в краснеющую и отводящую глаза. Она выглядит так, будто снова хочет что-то сказать.

– Вот, я мигом сделаю тебе копьё. – он протягивает руки, ожидая палку и камень.

Она передает их, но также говорит:

– Спасибо.

– Меня не за что благодарить. Я же сказал, что сделаю тебе одно, плюс это означает, что мы будем рыбачить, поэтому это я должен благодарить тебя. – ответил Фенрир.

– Я– я имею... тц, ты убл— я имею ввиду спасибо... за извинения, – сказала Кассиэль, ёрзая на месте, не в силах смотреть ему в глаза, - Меня всегда наёбывали и никто никогда не извинялся, так что... я подумала, что ты издеваешься надо мной, так что полагаю я– я...

Вэтот момент она выглядит сердитой на себя, сжимая зубы и кулаки.

– Я извиняюсь, за то, что подумала, что ты наёбываешь меня.

– Не беспокойся об этом, это не так уж и важно.

– Заткнись! Я– я извиняюсь, ладно? Если ты делаешь что-то не так, тогда– тогда ты извиняешься за это! Ты извинился передо мной, поэтому... я извинилась перед тобой, поэтому просто прими это!

– Ладно, ладно. Тебе тоже спасибо за извинения, Кассиэль. – сказал Фенрир.

Она отвернулась, услышав его благодарность.

Фенрир возвращается к Камню и Серре, поскольку ему в последний раз нужна помощь.

– Сможешь мне ещё раз помочь, Камень?

Камень смотрит на камень и скулит. Однако, когда Фенрир протягивает несколько камней, она охотно спрыгивает с колен Серры и принимается за работу.

– На самом деле она очень хорошая, разве нет? – спросила Серра, говоря достаточно тихо, чтобы Кассиэль не услышала.

Фенрир оглядывается. Кассиэль всё ещё стоит к ним спиной.

– Может когда она не будет оставлять всего Олли на меня. Она определенно цундере.

– Что это значит? – спросила Серра.

Фенрир покраснел и помотал головой.

– Не волнуйся об этом.

Его ответ заставил её надуться, но он уже слишком много сказал. Он не может позволить ей узнать, насколько глубоко он погрузился в мир японских мультиков. Или хентай. Он всё еще помнит её отвращение от щупалец.

Прежде, чем образ Серры, окутанной кучей похотливых щупалец станет ещё сильнее в его голове, он отвлекается на то, чтобы собрать новое копьё Кассиэль. Он чувствует, что должен извиниться перед Серрой только за то, что вообразил подобные ужасные и похотливые вещи. Она слишком непорочна для всего этого!

Но это же ещё лучше.

Он помотал головой. Плохие мысли, плохие.

Закончив помогать, Камень съела ещё больше угощений и лениво забралась на колени Серры, закрывая глаза.

– Хорошо! Это лучшее из того, что я делал. Ты подобрала действительно идеальные материалы. – окликнул Фенрир Кассиэль.

– Я приложила много усилий на поиск хороших материалов, поэтому... лучше бы оно было таковым. – сказала Кассиэль.

Он может поклясться, что увидел крошечную искорку в её глазах, когда она взяла копьё. Но хорошая она или плохая он не знает.

– Ладно, да начнется рыбалка! Ты знаешь, как рыбачить копьём?

– Конечно знаю! Кто угодно может это делать. Если кучка пещерных людей смогла, то и у меня легко получится, – сказала Кассиэль, подходя к ручью, - Вот!

Она крикнула на первую замеченную рыбу.

Кэс бросает своё копьё!

Оно промахивается, ломается об ударившейся камень и уносится вниз по течению.

Судя по тому, что стоит она совершенно неподвижно и не издает ни единого звука, он полагает, что она... менее, чем довольна. Он побаивается отдавать ей запасное копьё, которое сделал.

Кассиэль разворачивается, вырывает копьё из его рук, а затем отворачивается.

– Ты первый! – требует она.

– Ладно, просто посмотри как я—

– Я сказала ты первый!

Фенрир пытается посмотреть на её лицо, но видит только ярко-красные щеки.

Ну, похоже он будет первым.

Большая медленная рыба с острыми усами и толстым телом отдыхает на дне ручья. Она напоминает Фенриру сома из реальности, но у неё два очень длинных "усика", тянущихся дальше, чем длинна рыбы. Они, кажется, ощупывают дно ручья в поисках любой потенциальной добычы. Каждый раз, обнаружив что-то многообещающее, рыба переплывает в это место и плавает над ним.

Кассиэль стоит рядом готовая высмеять Фенрира за то, что, по её мнению, будет провалом. Вместо этого, копьё Фенрира направляется... да, это провал.

Его копьё бьётся о грязное дно ручья, только задевая бок рыбы.

– Какой же ты хороший учитель. – начинает дразнить Кассиэль.

– По крайней мере у меня осталось копьё. – отвечает Фенрир и выигрывает, видя, что у неё не нашлось ответа.

Серра уносит Камень на место получше, чтобы они смогли видеть соревнование этих двоих. Она садится на землю, облокачиваясь на дерево, а Камень лежит на её коленях, перевернутая на спину так, чтобы Серра могла гладить её живот. Живот может и не мягче, но он более гладкий.

– Ладно, значит я должна толкать, а не кидать. Я не знала этого! Ты должен был сказать мне раньше. – сказала Кассиэль.

– Я думал, если пещерный человек может, то и ты сможешь? – спросил Фенрир.

– Заткнись!

Фенрир беспокоится, что она сотрёт свои зубы до маленьких обрубков, если продолжит так сильно их сжимать.

– Эта моя! Я поймаю её! – крикнула она, как только следующая рыба появилась в зоне видимости.

Увы, но вместо того, чтобы отслеживать рыбу и предугадывать её движения, она просто бросает копьё, как только та оказывается в зоне досягаемости. Ещё один промах.

– Ты не можешь просто тыкать своим шестом куда попало, как дикарка. Ты должна правильно держать, целиться, и толкать его под идеальным угл…

– Закрой! Рот! – лицо Кассиэль полностью красное, и её ещё больше раздражает тот факт, что он это видел.

Серра свободной рукой пытается скрыть улыбку и хихиканье.

Ещё одна рыба.

– Эту ты тоже хочешь поймать? – спросил Фенрир, смотря на Кассиэль.

Она смотрит на него. Её глаза ясно дают понять, что если он скажет ещё что-то, то её копьё пройдет через его грудь. Это ещё одна похожая на сома рыба, но она меньше и двигается чаще. Её будет поймать ещё сложнее, чем первую. Готовя копьё, которое он держит двумя руками, его глаза не упускают ни единого движения рыбы и пытаются предугадать её положение. У него чаще получается предсказать, куда дальше двинется рыба, чем нет. Сильнее всего это выдают её усики. Каждый раз, когда они остаются на месте более нескольких секунд, она движется в направлении их. Он взглянул на Кассиэль. Кажется, она тоже заметила этот шаблон.

Фенрир толкает копьё и пронзает рыбу! Он поднимает её из воды и почти теряет, когда она начинает вырываться на свободу.

К несчастью для рыбы, единственная свобода, которую она получит – это смерть. Фенрир хватает её за хвост и бьёт о камень.

Он смотрит на Кассиэль, самодовольно хвастаясь добычей, но ей приходит в голову та же идея. Они смотрят друг на друга с рыбой в руке.

Игра продолжается.

Эти двое разделились, чтобы покрыть больше земли вдоль ручья, и чтобы им не пришлось соревноваться за рыбу. Они приносят каждую пойманную рыбу обратно в кучу перед Серрой и Камнем, чтобы она могла следить за тем, кто ведёт.

Каждый из соперников тяжело дышит и практически спотыкается о себя в попытках бега между ручьём и соответствующими кучами.

Серра не знает, за кого ей болеть. Конечно, может быть ей и нравится Фенрир и она хочет видеть его победителем, чтобы увидеть его радость, но в то же время, Кассиэль явно прилагает серьёзные усилия, ради победы. У неё есть фактор аутсайдера... но у Фенрира буквально собачий[1] фактор. Болеть ли за вдохновленного аутсайдера или за собаку, интересующую её в романтическом плане - очень сложный выбор. Но также было бы мило увидеть удивлённое лицо Фенрира при проигрыше.

Вскоре в ручьё совсем не осталось рыбы. Все уцелевшие от натиска конкурентов сбежали в далекие воды, оставив двух монстров, терроризирующих рыб, без каких-либо дальнейших жертв.

Фенрир и Кассиэль стоят, сгорбившись, перед Серрой. Они выглядят так, будто вот-вот упадут.

Серра понятия не имела, что рыбалка может быть такой интенсивной.

– Кто выиграл? – спросил Фенрир.

Даже его хвост с ушами выглядят уставшими.

– Скажи нам! – у Кассиэль каким-то образом ещё остались силы на крик, несмотря на сбившееся дыхание.

Серра снова посмотрела на кучу, а затем указала на Кассиэль.

– Она выиграла, обогнав на одну. – сказала Серра.

Фенрир не осмеливается взглянуть на Кассиэль. Он уже чувствует, как она самодовольно смотрит на него. Последнее, что ему нужно это уви…

Стоп.

Посмотрев на кучи рыб, он замечает, что одна из его самых первых пойманных рыб лежит у неё в куче, вместо его. Конечно, она могла поймать такую же рыбу, но тогда что случилось с той, что была у него в куче?

Он пялится на рыбу, а затем смотрит на Кассиэль.

Она отворачивается.

Он смотрит на Серру.

Она тоже отворачивается.

– Серра. – сказал Фенрир.

– Д-да? – ответила Серра.

– Я думал мы друзья.

– Так- так и есть.

– Кэсс не смогла бы... украсть мою рыбу без твоего ведома, верно?

– Может быть...

Фенрир смотрит вниз на Камень.

Камень отворачивается.

– Прямо сейчас я чувствую себя очень преданным. – сказал Фенрир.

Он может видеть каждую капельку пота, стекающую со лба Серры. Он уверен, что видел бы то же самое на Камне, если бы та могла потеть.

– Это- это не моя вина! Она говорила мне о том, что девушки должны держаться вместе и приглядывать друг за другом, и она сказала, что было бы весело узнать, как ты выглядишь, когда проигрываешь. – объяснила Серра.

Должно быть, они тайно встречались, когда он отвлекался.

– Ты не должна была этого говорить! – крикнула Кассиэль.

– Но она ведь почти убила меня! – теперь крикнул Фенрир, заставив Серру и Камень опустить головы и смотреть на землю.

Фенриру нужен Олеандр, чтобы задирать Кассиэль. Серре нельзя доверять.

Даже так, он засмеялся первым.

– Теперь всё понятно. Этой группе требуется больше сосисок, из-за того, что все девушки объединились против меня.

Грустная игра Серры даёт трещину, и она начинает хихикать.

Даже Камень перестает выглядеть несчастной и начинает вилять хвостом и лаять.

Кассиэль – единственная, кто остался в стороне от этой внезапной перемены настроения.

– Ты на самом деле не зол? – спросила она, глядя на Фенрира.

– Конечно нет. Почему я должен быть? Это просто игра, и это тоже было ради веселья. – объяснил Фенрир.

Кассиэль поняла, что хотя она и убедила Серру предать Фенрира ради неё, Серра сделала это думая, что это будет весело для всех. Она и Фенрир уже синхронизированы, когда дело доходит до комедии.

– Вы ребят должно быть знаете друг друга долгое время.

И Фенрир, и Серра замотали головой.

– Не. Мы дружим только... так, получается, три дня? Тяжеловато следить за временем из-за того, что игра растягивает время. – сказал Фенрир.

Кассиэль несколько раз моргает.

– Хаах? Серьезно? Быть не может. Вы ребят уже как супружеская пара.

Эти слова вызывают сильный румянец на лице Серры, но Фенрир наклоняет голову точно так же, как и Камень.

– Да не. Мы дружим только несколько дней. Со мной бывает довольно трудно общаться, так что любой, кто сможет вынести меня, сразу же поладит со мной.

– Как это с тобой трудно общаться? Ты вроде как выглядишь паинькой, разве нет? Я могла бы подумать, что ты один из тех, кто хочет со всеми подружиться.

– Неужели ты забыла, что я уже заставил целую деревню ненавидеть меня, и теперь планирую украсть их корабль, убив как можно больше людей?

Кассиэль задумалась. Теперь подумав об этом, это главная причина, почему она всё ещё здесь.

– Кстати, даже если ты и пыталась сжульничать, хорошая работа. У меня было предчувствие, что ты много поймаешь, поскольку выглядишь решительной. Ты очень впечатляешь. – Фенрир похвалил Кассиэль.

Естественно, это заставляет некую вульгарную не-слишком-святую деву отвернуться с красными щеками.

– Тч, я не люблю проигрывать. Прибереги похвалу для своей собаки и девушки вон там.

Бедная Серра опускает свою голову всё ниже и ниже, пряча своё лицо. Даже зная, что скажет Фенрир, просто слышать, что Кассиэль посчитала их парой, делает её счастливой.

– Как она может быть моей девушкой, если я знаю её всего три дня? Этого недостаточно чтобы в полной мере узнать кого-то для таких вещей. – сказал Фенрир.

Это не совсем то, чего ожидала Серра, но это всё ещё отрицание того, что они вместе.

– Почему нет? Я начинала встречаться со своими бывшими, после дня знакомства. – сказала Кассиэль.

– И как долго эти отношения продлились? – Фенрир видит, как она сжимает кулаки.

– Заткнись.

Фенрир смотрит на небо сквозь полог леса, надеясь, что Олеандр скоро будет онлайн. А когда он войдёт, после их встречи, они смогут приступить к плану по краже корабля и уничтожения Коастеджа.

Вечеринка во главе с Камнем направляется обратно к побережью. Их миссия состоит в том, чтобы подняться вверх, в то время как Олеандр спускается. Он мог бы сделать свой путь гораздо легче, но у него такая же ситуация, как и у Фенрира с нулевыми возрождениями. Они не хотят рисковать, что с Оли может что-то случиться.

К счастью, они могут встретиться с Олеандром, не отвлекаясь ни на каких крабов, не сталкиваясь с отчаянными парнями, которые попытаются их трахнуть, и без других соревнований Фенрира и Кассиэль.

Фенрир размышляет о том, если бы он жил в манге или аниме, тогда он застрял бы ещё с несколькими проблемами, прежде чем наконец дойдёт до своего друга. Он не знает, как бы он себя чувствовал, если бы с нетерпением ждал грандиозного ограбления и битвы только за то, чтобы история отвлеклась на рыбалку.

Увы, он добирается до истины и встречает Олеандра без проблем.

Он не возражал бы против еще одного отвлечения на рыбалку, даже если это означает отсрочку его «истории».

– Фенни! Неси меня! – Олеандр кричит сверху побережья.

Он волочит свои ноги и скулит.

– “Фенни”? – Кассиель спрашивает, глядя на Фенрира.

– Проблема, Касси? – дразнит её он.

– Никогда не называй меня так снова!

– Поверь мне, сейчас я меньше всего беспокоюсь о тебе.

Камень выбегает, чтобы поприветствовать Олеандра.

– У тебя есть собака? Серьёзно?! Это потрясающе! – он кричит, приселая так, чтобы он мог погладить щенка, пока не зная, что это Камень.

Он также не знает насколько силён Камень. Может быть, дело в том, что она сделана из камня, но когда она прыгает в его грудь, она сбивает Олеандра с ног!

– Собака… сделанная из камня? – спрашивает Оли.

– Да, это Камень. – объяснил фенрир.

– Камень? Ты же не имеешь в виду камень, который носил с собой всё это время?

– Именно её я и имею в виду.

Олеандр не знает, как принять факт, что случайный камень превратился в собаку.

– Я полагаю, что быть каменным фетишистом окупается.

– Ты единственный фетишист здесь.

Олеандр становится серьёзным, посмотрев Фенриру в глаза.

– Я видел историю твоего браузера. Неужели ты действительно называешь меня единственным?

Фенрир закрывает уши Серре со спину.

– Слушай, у мужчины есть свои потребности, ты не можешь просто—

Он чувствует, что Кассиель смотрит на него. Да, она полностью осуждает его.

– В любом случае, – он открывает уши Серры, – Кассиель, это Олеандр. Олли, это Кассиель.

Кассиель даже не смотрит в сторону Олеандра. Всё, что она даёт ему - простое приветствие.

Фенрир смотрит на своего друга, пытаясь понять, почему она не хочет смотреть на него. Этому есть объяснение. Он всё ещё голый.

– Разве ты не мог найти новые листья, чтобы прикрыться?

– Я очень торопился, чтобы встретиться с тобой! Я мог бы вернуться в лес, найти несколько больших листьев, немного тех стеблей и тогда… – Олеандр обрывает себя.

У него такое выражение лица, будто над его головой загорелась лампочка.

– Подожди-ка!

Олеандр убегает с пляжа в ближайшие равнины. Он возвращается через некоторое время с ничем.

– Неважно. Я хотел попробовать превратить немного травы в платье с помощью магии, но оно исчезло, когда я перестал концентрироваться на нём.

– Здесь, – сказал Фенрир, снимая свою изношенную броню и передавая другу, – по крайней мере, это тебя закроет.

Оли счастливо принимает и надевает её. Хотя она не подходила Фенриру, зато на Олеандре смотрится великолепно

– Кстати, как ты с ней познакомился?

Кассиель поворачивается, чтобы посмотреть на Фенрира, будто знает, что он скажет.

Её беспокойство оправдалось.

– Она вонзила в меня длинный, грубый шест со спины.

Олеандр смотрит на её разъярённое выражение лица прежде, чем одарить Фенрира понимающей ухмылкой.

– Эй, новенькая! Врываться в Фенни - моя работа! Если ты тоже хочешь заполучить его, то по крайней мере, ты должна взять его спереди, а я – сзади. Хотя, если ты захочешь воткнуть свой шест в меня, то можешь делать это когда захо—

Кассиель руками хватает Олеандра за шею и поднимает его над землёй. Она сжимает недостаточно сильно, чтобы его задушить, и после того, как он лижет её руки, она с отвращением отпускает его.

– Вы оба- что- как- вы ожидаете, что я поверю, что мы собираемся сразиться с Коастеджем с невооруженной девочкой, щенком и двумя девиантами?!

– У нас также есть орк – добавил Фенрир.

Так, какой у нас план, Фенни? – спрашивает Олеандр.

Фенрир выходит за рамки плана.Это первый раз, когда Серра и Олеандр слышат это. И услышав это снова, Кассиель снова чувствует волнение и веру.

– Это реально тупой план, – сказал Олли, - Но я заставлю его работать. Смотрите.

Он берёт последнее копьё Фенрира и использует его, чтобы рисовать в песке. Он по памяти рисует план Коустеджа, лодки, которые, как он помнит, подплывали к пляжу, где он видел стражников, стоящик рядом, и другое важное окружение. Не имея ничего, кроме копья и песка, он рисует идеальную карту Коустеджа.

Кассиель всё это время удивлена. Удивление переходит в восхищение, поскольку Олеандр умело настраивает план фенрира. Это звучало почти невозможно, но стоило риска, когда Фенрир впервые сказал это. Но теперь, когда Олеандр перебирает план, это звучит как самая простая вещь в мире. Он великолепный стратег.

– Это причина, по которой ты мастер боя, Олли. – хвалит его фенрир, хлопая его по голове между рогами.

Олеандр смотрит на Фенрира с широкой улыбкой и закрытыми глазами, прижимая голову к его руке.

Серра и Камень смотрят на это с ревностью.

– Если мы осилим этот план… О вас, ребята, будут говорить во всех тавернах. Подобный план можно увидеть только у элитных гильдий, которые добиваются успеха и прославляются. Я встречала многих, кто назывался мастером-стратегом, но это что-то совершенно иное. – говорит Кассиель.

– Я надеюсь, что нет. Я бы не хотел, чтобы наши имена всплыли в чём-то подобном. Надеюсь, они будут слишком смущены своим поражением, чтобы кому-то рассказать. – отвечает фенрир.

Кассиель пожимает плечами.

– Это не имеет для меня значения, пока я могу отомстить.

– Такая резкая. – поддразнивает Олли.

– Я не резкая! Они заслуживают смерти за то, что сделали со мной!

– Ты собираешься вонзить в них свой шест?

Кассиель поднимает его за рога. Она не ожидала, что он будет стонать и соблазнительно смотреть на неё.

– Мои- мои рога очень чувствительны.

Она роняет Олеандра.

Он оглядывается на Фенрира и видит большой палец вверх. Серра отворачивается, стараясь скрыть своё хихиканье от Кассиель.

– Кстати, Фенни, мы всё ещё идём выпить завтра? – спрашивает Олеандр.

– Это уже то время месяца? – спрашивает Фенрир. Олеандр отвечает взволнованным кивом, – Тогда, я думаю, да. Куда ты хочешь пойти?

Серра и Кассиэль просто смотрят по сторонам, чтобы не вмешиваться в их обсуждение реальности. Камень вылизывает свои лапы.

– Как насчёт того, чтобы съесть рамен в Чайнатауне, а затем отправиться в « Одноглазого пирата»? Это было бы подходящее место, чтобы отпраздновать нашу предстоящую победу!

Две девушки– ну, две не-собаки девушки, посмотрели на мужчин, услышав название бара. Это не просто какой-то бар; это название бара, с которым они обе знакомы.

– Мне это подходит. Мы будем отправлять фотографию Бону, чтобы он поревновал?

– Ага.

Камень смотрит между двумя девушками и наклоняет голову.

– Давай подойдем к твоему трупу и подождем, пока Бон выйдет. Вероятно, твои вещи должны быть там, где ты умер. – говорит Фенрир.

Прогулка на юг проходит без происшествий, за исключением необходимости прятаться от нескольких жителей Коустеджа, охотящихся на крабов. Вечеринка добирается до места, где мужчины умерли, Олеандр подбирает своё платье-лист, которое он сделал сам, и они возвращаются к месту, где Бонекрака всё ещё спит.

У Олеандра теперь только одна проблема, и она в том, что листья становятся коричневыми. Он собирался носить платье под доспехами коры, но Олеандр не был бы самим собой, если бы согласился носить разлагающиеся листья. Поэтому он придерживается только коры.

Бонекрака заходит в игру. Его встречает запах жаренной рыбы на костре, недалеко от пещеры.

– Насчёт времени, – говорит Фенрир, протягиваю палку с рыбой Бонекраке.

– Нужно ли мне знать план? – спрашивает Бон, принимая рыбу.

– Не совсем. Твоя работа проще простого. – отвечает Олеандр.

– Отлично. – Бонекрака откусывает большой кусок с боку рыбы.

– Подумал, что ты проголодаетшься, так как твой персонаж не ел пару дней. Мы отправимя, когда ты насытишься. – объясняет Фенрир.

Кэссиэль думала, что она больше всего рада отомстить стражникам, но когда она видит лица Фенрира и Олеандра, то понимает, что они гораздо более взволнованы, чем она. Основное отличие состоит в том, что хоть она и в восторге от мести, они возбуждены из-за садистского желания обмануть других игроков, несмотря на то, что шансы против них.

Эти новенькие в игре уже придумывают стратегии для победы над врагами с большим количеством, гораздо большим опытом и лучшей экипировкой. Они делают то, что другие никогда бы не подумали сделать, и они не могут быть более взволнованными.

Бонекрака доедает свою рыбу, и ещё более трёх прежде, чем рыгнуть и погладить свой набитый живот.

– Готов. – сказал он.

– Замечательно, это будет последнее действие нашей бригады. – говорит Фенрир.

Олеандр встаёт и отдаёт честь.

– Как скажете, адмирал[2]!

Коустедж появляется в поле зрения вечеринки. Ночью он тускло освещен фонарями, висящими на зданиях, и только несколько охранников стоят на страже вокруг границ деревни.

Вечеринка уже на позиции.

Фенрир, Кассиель и Камень лежат низко в траве рядом с деревней. Бонекрака дал Кассиель один из мечей, которые у него были, чтобы её единственным оружием не было импровизированное копьё.

Остальная часть вечеринки рассредоточена на пару позиций. У каждого из них есть свои миссии.

Бонекрака поднимается первым. Он выпрыгивает из своего укрытия и бросается прямо на охранника, наблюдающего за южным концом пляжа!

Разумеется, Бонекрака всё ещё может быть новым игроком с небольшим количеством статистики и навыков, но он не похож на такого. Он массивный, жестокий орк, носящий кожу и кости животных, на которые он охотился в свой первый день игры. Держит меч обычного размера, который выглядит как детская игрушка в его огромной руке, и кажется очень сердитым. Помогает то, что он кричит, как неистовый монстр, подпитываемый ничем, кроме жажды убийства.

Независимо от того, насколько слабым он может быть на самом деле, он знает, как быть страшным. Стражник, которого он атакует, трясётся от страха и замирает, хватаясь за копье и готовясь к атаке Бонекраки. Ему даже не нужно предупреждать остальных охранников, чтобы они пришли на помощь ему, так как Бон достаточно шумный, чтобы привлечь их внимание.

Бонекрака подходит достаточно близко, чтобы бросить свой меч в стражника! Он пронзил его в грудь, пробив прямо через его туловище и частично в стену здания позади него. Шок от атаки парализует стражу, позволяя орку подойти, чтобы не только забрать свой меч назад, но и забрать у него копьё стражника.

В истинной манере орка – вернее, в истинной викторовской манере, он добивает стражу сплошным ударом ногой в промежность. Кастрированный стражник выглядит так, будто его сейчас вырвет от сильной боли, пробегающей по его телу. Независимо от того, какие настройки боли он выбрал, такой мощный удар по его драгоценностям всегда причинит боль.

Стражник безжизненно падает на землю.

– Слишком легко! Здесь нет настоящих мужчин! Сам разрушу маленькую деревню! – кричит Бонекрака с сильным русским акцентом.

– Это орк с той ночи! – кричит один из охранников.

Больше стражников уже подходили до этого, но теперь их ещё больше, чтобы отомстить за прошлую ночь.

– Если я прав, спящие персонажи должны проснуться и понять, что они подвергаются нападению, поэтому надзиратель возьмёт их на себя. – шепчет Фенрир Кассиель.

У них есть идеальное место для наблюдения за более чем дюжиной охранников, устремляющихся к позиции Бонекраки.

– Похоже на то. Однажды я защищалась от осады, и все вышедшие из игры парни, с которыми я была, начали двигаться и занимать позиции, как только бой дошёл до нас. – ответила шёпотом Кассиель.

Один “проснувшийся” персонаж выбегает из дома в деревне, но бежит, не чтобы помогать союзникам, а чтобы спрятаться в поле.

– Если он убежал, значит ли это, что по мнению надзирателя, он убежал бы даже при погружении в игру?

– Да, надзиратель может почти идеально имитировать, как будут действовать реальные игроки – объясняет Кассиэль.

Игра с более опытным игроком имеет свои преимущества. Он действительно может задавать вопросы и получать на них ответы более подробно, чем то, что предлагает Сая. Конечно, легитимность ответов может быть не на одном уровне с Саей.

– Держу пари, что он получит дерьмо за это позже. – сказал Фенрир.

– Ага.

Первая фаза плана прошла успешно. Бонекраке удаётся убить одного охранника, а затем замедлить другого, бросив в него копьё.

Время бежать. Развернувшись, Бонекрака бежит на юг, вниз по побережью, и полностью фокусируется на скорости. Один из охранников метко стреляет ему в спину, но этого недостаточно, чтобы замедлить орка.

– Поднимаемя. Готова, девочка? – спрашивает Фенрир.

– Да, я готова. – отвечает Кассиель.

– Я разговаривал с Камнем. – Он смотрит на её лицо и видит, что её щёки пылают красным. – Ты готова, Кэсс?

– Д-да. – говорит она, хлопая себя по щекам, чтобы прогнать мысли.

Предположение Фенрира о глупости охранников подтвердилось. Те, кто должен наблюдать за остальной частью периметра деревни, покинули свои посты и бросились за Боном. Это позволяет ему, Кассиель и Камню пробраться в деревню со стороны полей.

Их первая цель - выпустить гигантских крабов в клетках. Они явно взволнованы тем, что их поймали и посадили в клетки. Всего в четырёх клетках, в каждой по два краба, Фенриру и Кассиель требуется всего пара минут, чтобы развязать двери клетки и дать крабам свободу.

– Эй! Здесь есть кто-то ещё! – кричит житель деревни.

Фенрир поворачивается, чтобы посмотреть на того, кто заметил их, но он видит, что Кассиель уже атакует деревенского жителя с мечом в руке. Он лишь мельком видит её садистскую ухмылку, когда она вонзает свой меч в шею мужчины.

Двое охранников погибли, один тяжело ранен, восемь огромных и разозленных крабов на свободе – план всё ещё идёт как надо.

Фенрир и Кассиель приступают к работе, разбивая все фонари вокруг деревни. Каждый снимают и разбивают о деревянные стены деревни, либо бросают внутрь домов через окна. Некоторые крыши сделаны из соломы, что облегчает поджигание зданий.

Первое здание не теряет много времени, чтобы породить пылающий ад. Огонь быстро поглощает его соломенную крышу и распространяется на комнаты под ней.

– Огонь! Пожар! Они поджигают нас! – кричит кто-то другой, его голос полон паники.

Гигантские крабы могут не представлять большой угрозы один на один, но когда трое из них атакуют одного и того же жителя одновременно, их клешни быстро перебирают конечности.

Камень вопит. Обернувшись, Фенрир видит, как она врезается в соседнюю стену от стражника, орудующего железной булавой. Сторона тела питомца треснула, а сколы её тела лежат на земле.

У Фенрира есть идея лёчше, чем бросать фонарь в другое здание. С мечом в правой руке и фонарём в левой он атакует охранника, который только что ранил Камень.

Стражник видит приближающегося Фенрира и принимает оборонительную стойку. У него есть булава, щит и те же доспехи, что и у Фенрира. Щит должен быть решающим фактором для победы стражника.

Увы, стражник не ожидает, что Фенрир наживит щит своим мечом, что позволяет ему повернуть фонарь и разбить его сбоку в голову стражнику! Осколки стекла теперь торчат из головы стражника.

Фенрир рубит охранника по руке, пытаясь оправиться от удара по голове.

Сейчас Фенрир узнает, что не всех так легко победить. С осколками стекла, застрявшими в голове и порезанной рукой, стражник восстанавливает своё внимание и смотрит на него. Удар его щита отбрасывает Фенрира на несколько футов и открывает его для атаки.

Булава противника ударяется в бок мужчины. Он инстинктивно прижимает руку к боку, чтобы попытаться защитить себя от удара, но это приносит больше вреда, чем пользы, так как кость в его руке лопнула от силы атаки.

Фенрир тяжело дышит и отшатывается. Он пытается поднять левую руку, но безуспешно.

– Что теперь, дерзкий маленький засранец? Ты думаешь, ты сможешь прийти сюда и убить элитную гвардию “Вонючего Чеснока”? – стражник насмехается.

– Ты понимаешь, что название вашей гильдии убивает всю серьёзность того, что ты только что сказал, верно? – отвечает Фенрир.

Это ещё больше бесит стражника. Он атакует Фенрира.

– Утка! – кричит Кассиель со спины.

Фенрир доверяет ей и уткам. Кассиэль вонзает меч в его голову и прямо в живот стражника, заставляя его споткнуться о Фенрира и упасть в сторону.

– Нам нужно поторопиться, – говорит Кассиэль, вытягивая свой меч, чтобы она могла вонзнить его в голову стражника, – Половина из тех, кто преследовал вашего друга-орка повернули назад.

Фенрир бросается к Камню и забирает её. Он заправляет её в верхнюю часть своей кожаной кирасы, оставляя только голову, которая высовывается из верхней части.

– Поторопиться чтобы сделать что? – спрашивает мужчина.

И Фенрир, и Кассиэль поворачиваются лицом к говорящему. Фенрир видел этого человека, когда тот сходил с коробля. Это высокий, плотный мужчина, одетый в полный комплект стальных пластинчатых доспехов, отделанных золотом. Золотой чеснок с вонючими полосками окружает его нагрудник.

– Ты выглядишь знакомо, – он обращается к Кассиель, – Ты та сука, что отказала нам в фарме на тебе?

Кассиель сжимает рукоять меча. Она пристально смотрит на мужчину.

– Вернулась, чтобы отомстить, и на этот раз привела с собой своего парня? Как насчёт этого: ты позволишь мне фармить на тебе у него на глазах, и мы не будет преследовать вас обоих после сброса настроек? Я могу сделать так, чтобы никто из вас не смог играть в эту игру спокойно. Каждый будет знать ваши лица, куда бы вы ни пошли, и они будут знать, как привести вас к нам, чтобы мы могли перезагружать вас снова, и снова, и снова, – говорит мужчина. Он смотрит на тело Кассиель и облизывает губы, – Ну же, дай мне снова посмотреть, что скрывается под всей этой броней. Я до сих пор помню удивительное тело, под которым ты прячешься. Мои зрители тоже скучали по тебе.

Даже если она никогда не позволила им осквернить её, они всё же смогли увидеть её обнажённое тело после того, как убили и забрали всё снаряжение.

Фенрир закатывает глаза. Он всегда ненавидел придурков, которые в целом такие злые, как этот человек. “Плохие парни” никогда не знают, как на самом деле быть плохими. Они всегда прибегают к простой болтовне и угрозам изнасилования или к чему-то ещё столь патетически шаблонному. Это пробуждает в нём желание вернуть Божественную бригаду, чтобы показать ему, как быть истинным злом.

– Ты ублюдок! Вы транслировали это?! – кричит Кассиель. Её меч трясётся от того, что она сильнее сжимает рукоять.

– Всё верно. Даже сейчас у меня более пятисот зрителей, которые смотрят всё это.

Кассиэль выглядит как человек, который собирается сделать действительно глупый выбор из-за гнева.

Несколько охранников окружают их.

Гневный взгляд Кассиэль превращается в самодовольную улыбку, когда её взгляд останавливается мимо их врага, на пришвартованный корабль. Она смотрит на Фенрира и кивает.

Они послушно ложатся на землю.

Залп пушечных ядер прорывается через деревню и убивает нескольких стражников, окружающих их!

– Ого, Серра, это был отличный выстрел! Я не ожидал, что тебе удастся поразить их с первого раза! – хвалит Олеандр, когда приступает к перезарядке пушек. Девушка стоит рядом с ним и готовит их.

– Я люблю пиратские фильмы. – говорит Серра.

Охранники замирают, когда видят милое женственное лицо Олеандра, высовывающееся из-за пушки. Каким бы милым он ни был, выражение его лица говорит о том, что его более чем осчастливило бы наблюдать, как их тела рассыпаются на сотни кусков, если они не сдадутся.

Они сдаются.

Сбросив оружие, они прыгают с бортов дока в воду под ним.

Очередной залп артиллерийского огня разрывает деревню. Горящие крыши и стены некоторых зданий были разбросаны по деревне от взрывов, в результате чего огонь распространяется даже быстрее, чем раньше.

Фенрир и Кассиель поднялись. Все стражники, окружавшие их, предпочли укрыться. Лишь лидер остался на своём месте.

Его глаза наполнены жгучей ненавистью.

– Вы понятия не имеете, с кем пытаетесь трахаться. – сказал он.

– “Вонючий Чеснок” гильдия, подчиненная Империи Августа, единственное предназначение которой – транспортировка крабов на север за монеты, возглавляемая “Чесночным человеком”, который постоянно пытается поцеловать Ливию, чтобы ваша бесполезная гильдия могла быть принята во внутренний круг. Единственная причина, по которой с вами не обращаются как с никчемными бандитами, каковыми вы являетесь, состоит в том, что никто другой не хочет играть с крабами весь день, – говорит Кэссиель. – Мы оба знаем, что у вас нет реальной власти. Вот почему ваши единственные последователи, которых вы способны найти, - это бесхребетные уродцы.

Фенрир выглядит впечатленным. Кассиель идеально подходил для Божественной Бригады.

Чесночный человек готовит свой меч и щит. Даже его щит имеет форму гигантского чеснока.

– Ты думаешь, что кто-нибудь из вас, паршивцы, может победить меня?! Я возьму вас обоих! – заявляет он.

– Утка! – кричит на этот раз Фенрир.

Кассиель ныряет как раз вовремя, чтобы пушечное ядро ​​оторвало левую руку лидера гильдии и пролетела над ней. Она смотрит на корабль и видит, что Олеандр ещё больше хвалит Серру.

– Моя рука! Моя грёбаная рука! – Человек-чеснок кричит, из его глаз текут слёзы.

– Думаешь, ты справишься с ним самостоятельно, Кэсс? – спрашивает Фенрир.

– Не оскорбляй меня таким глупым вопросом, сволочь. Сможешь ли ты наступить на таракана в одиночку? – спрашивает Кассиэль, быстро улыбаясь Фенриру, прежде чем вернуть своё внимание к грёбаному воплощению чеснока.

Кассиель может и не соответствует своей ангельской внешности, но её боевой стиль – чистая грация и форма. Фенрир может лишь восхищённо наблюдать за тем, как он впервые видит её в бою.

Она передвигается, уклоняясь от атак лидера вражеской гильдии, как будто она невесома. Она парит вокруг него как лист на ветру и ждёт возможности напасть. Её меч недостаточно острый, чтобы пробить его доспехи, если они сделаны так же хорошо, как выглядят, поэтому ей нужно найти его слабое место.

К счастью для грациозного бойца, её противник слишком подпитывается яростью и желанием отомстить, чтобы поймать её.

Кассиель останавливается. Её оппонент тяжело дышит и задыхается от того, как долго она водила его вокруг.

– Наконец-то устала, ты, сука?! – кричит он, направляясь прямо к ней.

– Тупица. – сказал Фенрир себе под нос.

Кассиэль уклоняется от лидера гильдии влево, ныряя под вражеский клинок, и вонзает свой меч прямо в то место, где раньше была его левая рука!

Боль от клинка в обнажённой плоти заставляет его снова кричать.

У неё не хватает времени, чтобы отскочить, а он раскачивается под углом, что делает уклонение бесполезным. Её единственный безопасный путь через верх. Вонзив меч глубоко в его туловище, она вскакивает на него, а его клинок летит под ней.

Её следующее движение заставляет Фенрира присвистнуть от того, насколько оно впечатляющее.

Кассиель снимает со спины копьё, которое Фенрир сделал для неё, и использует свой меч, всё ещё торчавший во вражеском лидере как трамплин, чтобы продвигаться вверх! У неё достаточно времени в воздухе, чтобы перевернуться, направить копьё вниз и нанести удар. У копья может быть только каменный наконечник, а у врага морион, защищающий его голову, но он совершает ошибку, глядя вверх, чтобы попытаться выследить её.

Копьё с каменным наконечником встречается с его открытым лицом и вонзается прямо в него. Фенрир не видит подробностей, учитывая, что у него отключено травматический контент, но он видит, как её копье погружается в его тело до тех пор, пока не сможет пройти дальше.

Кассиэль оборачивается вокруг древка копья и спрыгивает, приземляясь в паре футов от него.

Противник падает на колени, голова обездвижена и смотрит вверх из-за пронзившего его копья.

В довершение всего, она закидывает волосы назад на плечи и, не торопясь, оборачивается, чтобы посмотреть на своего убитого врага.

Фенрир широко улыбается.

– Кэсс! Это было великолепно! Святое дерьмо, я понятия не имел, что ты можешь так бороться. Ты бы надрала мне задницу, даже если бы это не была засада. – хвалит её Фенрир, из-за чего её самодовольное лицо становится ещё более самодовольным.

– Конечно, надрала бы. – говорит Кассиель, положив руки на бёдра в торжествующей позе.

Она подходит к своему мёртвому врагу и поднимает меч, который он нёс. Это обычный стальной фальшион. Кассиель выглядит разочарованной этим, но она поднимает его прежде, чем вытащить свой меч из бока мёртвого тела.

Кассиель и Фенрир пригибаются, когда слышат новые выстрелы корабля. Очередной залп пушечных ядер пробивает то, что осталось от деревни. Все оставшиеся члены “Вонючего чеснока” бегут в поля.

– Ничего, если я оставлю копьё? Не хочу вытаскивать это из него. – говорит она.

– Нисколько. Я думаю, оно сделало больше, чем мы могли бы ожидать. – отвечает Фенрир.

Кивнув, Кассиель встаёт и окидывает деревню взглядом.

– Я не думаю, что мы можем здесь ещё что-то сделать. Твой план сработал, Фенни.

– Мы теперь не против прозвищ, Касси?

Она направляет на него оба меча.

– Не заставляй меня убивать тебя.

Фенрир поднимает руки, сдаваясь.

– Ладно, ладно. Ну же, давай переберёмся на корабль, пока нам головы не оторвут. Я думаю, они слишком весело проводят время с пушками

Он останавливается у мёртвого вражеского лидера. В конце концов, это игра, поэтому следовало ожидать грабежа его врагов. К сожалению, он считает, что доспехи действительно броские. Не стоит их с него снимать. Однако щит в форме чеснока может стать хорошим трофеем. Он вынимает отрубленную руку из ремней щита и бросает её на всё остальное тело.

С щитом-чесноком дуэт направляется к кораблю. Фенрир не забывает погладить Камень по голове.

– Как ты, девочка?

Камень лает. Он чувствует, как она пытается вилять хвостом под его бронёй.

Олеандр видит Фенрира и Кассиель, бегущих вверх по пирсу. Он развязывает верёвку, удерживающую корабль у конца пирса, но быстро заменяет её, когда видит, что Фенрир к чему-то оборачивается.

– Что ты делаешь?! – кричит Олеандр.

Кассиель поворачивается, чтобы тоже посмотреть.

На пляже осталась одна лачуга.

Фенрир подбегает к ней и заглядывает внутрь. Всё, что могут видеть Олеандр, Кассиель и Серра: это его хвост, взволнованно виляющий от всего, что он нашёл.

Все они разочарованы в себе потому, что не ожидают того, что увидят дальше.

Фенрир бежит обратно на причал, держа не только щит вражеского лидера, но и две удочки, зажатые между его руками. Эта большая улыбка снова возвращается на его лицо.

– Я просто знал, что там будут стержни! – кричит он им.

Серра единственная, кого это забавляет.

С Кассиель и Фенриром на шлюпе, Олеандр развязывает корабль и возвращается к штурвалу корабля.. В задней части корабля есть небольшой подъём, где находится колесо. Перед ним небольшая комната с лестницей, ведущей вниз в корпус, и единственная мачта, возвышающаяся над центром палубы. В передней части корабля есть приподнятая носовая часть, из которой выступает бушприт. Всего шесть пушек, по три с каждой стороны, но все шесть были временно перемещены в сторону, обращенную к пляжу.

Перезарядка всего трёх пушек заняла бы слишком много времени и не позволила бы им стрелять так часто, как они это делали. Имея все шесть пушек на одной стороне и заряженные одновременно, они могли стрелять из одного комплекта, а затем из другого, прежде чем им пришлось перезаряжать.

Всё прошло точно по плану.

Фенрир слышит, как кто-то прыгает позади него. Обернувшись, он видит, что Серра держит флаг “Вонючего чеснока”, который она сняла с вершины мачты. Он смотрит вверх на мачту, а затем снова на Серру.

– Ты уже поняла это? Прекрасно. – хвалит он её.

Серра выглядит довольной.

– Мне нравятся пиратские фильмы. – объясняет она.

– Каково это – стрелять из пушек?

Она показывает ему большой палец вверх.

– Я хочу сделать это снова.

– Я думал, что ты не хочешь драться?

– Стрельба из пушек отличается.

– Хорошо, тогда вы можете отвечать за стрельбу из пушек. Поздравляем с продвижением по службе!

Улыбка Серры становится ещё шире.

– Первый помощник Серра, отплытие! – Олеандр кричит со спины.

Серра роняет флаг и разворачивает паруса.

Они плывут на юг, но есть ещё один член экипажа, которого нужно забрать.

– Я вижу его! – Кассиель кричит из носа корабля.

На побережье, бегущий и выглядящий так, как будто он собирается спотыкаться на каждом втором шагу, который он делает, находится Бонекрака. Позади него, такие же измученные пять стражников, не подозревающих, что их деревню только что сровняли и стёрли с лица земли.

Они машут кораблю и указывают на орка. Они понятия не имеют, кто им управляет.

Каждая пушка была перезаряжена. Кассиэль, Фенрир, Серра и Олеандр стоят за четырьмя из шести пушек со спичками, готовыми зажечь пушечные подклады.

Четыре пушки сходят в одно и то же время, посылая пушечные ядра, обстреливая позиции стражников! Только один из них получает удар, и это прямое попадание. Это очень ужасное зрелище, когда Бонекрака оборачивается, чтобы посмотреть на то, что только что произошло. Четверо оставшихся стражников бегут к полям.

Божественная Бригада выиграла ещё один день.

Олеандр подтягивает корабль так близко к берегу, насколько это возможно, не садя его на мель. Бон огорчён тем, что ему придётся плыть оставшуюся часть пути, но он это делает.

Фенрир и Кассиель помогают вытащить неповоротливого орка на борт.

– Тупые стражники. Отсюда были слышны пушки, но никто не бежал назад. – говорит Бонекрака, делая глубокие вдохи между словами.

– Да, все они были очень глупы, но я не собираюсь жаловаться, – говорит Фенрир, – Хорошая работа – отвлекать.

Кассиель передаёт фальшион Бонекраке.

– Это за то, что дал мне этот меч, - она постукивает по тому, который висит на её талии, подарке Бонекраки, – Это больше похоже на твой стиль, чем мой, – объясняет она.

– Спасибо [3].

Кассиель выглядит очень растерянной.

– Это означает спасибо. – объясняет Фенрир.

– О. Это пустяки. – говорит она, возвращаясь в нос корабля, чтобы следить за ним.

– Очередная победа “Божественной Бригады!” – заявляет Олеандр, прыгая на Бонекраку и прижимая щёку к лицу орка.

Естественно, большая и зелёная рука поднята вверх, чтобы оттолкнуть мальчика-трапа.

– Отличная работа, все вы. Не смог бы сделать это без каждого из вас. Даже без тебя, Камень. – говорит Фенрир, поглаживая голову Рока.

Она по-прежнему надёжно сидит внутри его нагрудной брони и только высовывается из неё головой.

– Так куда же? – спрашивает Олеандр.

– Эй, Кэсс, где этот пиратский город? – Фенрир кричит ей.

Она возвращается в группу.

– Порт Тугатор?

– Ну разумеется.

– Мы достигнем его, следуя за берегом на юг и пропустим пролив.

– Мы? Собираешься остаться с нами, Кэсс?

– А что ещё мне остаётся делать? Я предатель своей старой фракции, поэтому, если я не хочу бросить игру, мне придётся остаться.

– Кстати, он сказал, что будет выслеживать нас и перезагружать снова и снова. Сможет ли он на самом деле сделать это?

– Да. – виновато говорит Кассиель.

– Я думал, что ты подразумеваешь, что он в основном был никем без реального уважения или власти? – спрашивает Фенрир.

– Ну, я просто хотела разозлить его ещё больше.

– Другими словами, теперь он действительно собирается выследить нас.

Кассиель смотрит вниз.

– Я... забежала вперёд, прос...

– Именно так нам это нравится. Чем больше они злятся, тем лучше. – прерывает её извинения Фенрир.

Она растерянно смотрит на него.

– Ты– тебе нравится, когда на тебя охотятся? Какой мазохистский ублюдок хочет, чтобы его выследила самая могущественная фракция мира? Вы вообще понимаете, насколько могущественна Империя Августа?

– Ага, я мазохист только иногда. И нет. Но чем они мощнее, тем веселее играть.

– Мы говорим об Империи Августа. Только у них более десяти миллионов игроков, и они контролируют самую большую территорию в игре. Все хотят присоединиться к ним, чтобы стать частью сильнейшей фракции, а вы здесь счастливы, что наши лица будут распространяться по каждой из её вассализированных гильдий?

– Да, почему бы и нет?

– У них есть рыцари-драконы! Архангелы! Целый флот кораблей! Благословения! Ливия считается одним из самых умных игровых стратегов всех времён! Реальные правительства даже пытались завербовать её.

– Пф, – говорит Фенрир, пожимая плечами, – Мы справились с более худшими.

– Нет, нет, вы этого не сделали. Они являются самым сильным врагом, которого вы можете встретить в любой игре когда-либо!

– Мы разберемся.

– Как– что такое– ты... – Кассиель смотрит на остальных членов экипажа.

Бонекрака ковыряется в зубах, Олеандр управляет кораблём, раскачиваясь из стороны в сторону и гудя, а Серра небрежно поднимает Камень из доспехов Фенрира, чтобы погладить её.

Ни один из них не выглядит обеспокоенным тем, что она говорит.

– Вы не планируете пытаться разрушить всю империю, правда? – спрашивает Кассиель.

– Конечно, нет. – отвечает Фенрир.

– Тогда что ты собираешься делать?! Почему вас это не волнует?! Какой твой чёртов план сейчас, ты, ублюдок?

– Я хочу порыбачить.

Если и был мировой рекорд по самому пустому взгляду всех времен, то Кассиель просто побила его сейчас.

----------

[1] – Здесь игра слов. Underdog – аутсайдер, неудачник. и dog – Фенрир ведь собака.

[2] - В оригинале было: Whatever you say, Admiral.

[3] - В оригинале было: Spasibo.

----------

П.З. Не стесняйтесь отмечать в комментариях ошибки и моменты, которые нужно пояснить в примечании.

Перевели: Twin Stars

Редактура: AniStorm Media

Партия официально состоит из Фенрира, Олеандра, Бонекраки, Серры, Камень и Кассиель. Вместе они охотились, ловили рыбу, смеялись и разрушали деревню, украв корабль.

– Как ты уже можешь так хорошо управлять этой штукой? – спрашивает Кассиель, болтаясь возле задней части корабля с Олеандром.

Она может справиться с упорным безразличием Фенрира сразу.

– По сравнению с галеоном или суперавианосцем это очень просто. Раньше мы играли во многие другие игры. Пиратские игры, научно-фантастические игры – что угодно. Я управлял практически всеми видами кораблей и транспортных средств в целом, о которых ты только можешь подумать. – объясняет Олеандр.

Рядом с носом корабля Серра осторожно проводит пальцами по тому месту, где у Рока были отломаны осколки её тела. Она скулит, когда её там касаются, поэтому Серра быстро убирает руку.

– Отрастит ли она его обратно? – спрашивает она Фенрира.

– Не уверен, – говорит он, сидя на другой стороне Рок, – Я уверен, что с ней всё будет в порядке. Просто нужен отдых и еда.

Что касается Бонекраки, то он ушёл под палубу, чтобы немного вздремнуть. Ему очень не нравится находиться на открытой воде. Его последними словами к группе были просьбой написать ему в Фискорде, как только они будут пришвартованы на суше или в городе.

– Бон не может играть так много, не так ли? – спрашивает Серра.

– Не совсем. Он действительно занят между женой и работой. – отвечает Фенрир.

– Ничего страшного, если я спрошу, что он делает?

– Понятия не имею. Он не говорит нам. Олли любит шутить, что он в мафии, и честно говоря... Я не удивлюсь. Я знаю, что он работает на отца своей жены, но это всё. Кроме того, не волнуйтесь. Кроме того, не волнуйся. Ему было бы наплевать на то, что я тебе это скажу, потому что он всё время говорит об этом случайным людям. Ни у кого из нас нет достаточно информации, чтобы знать, чем он на самом деле занимается.

– Мафия – это круто.

– Пираты, а теперь и мафия. Ты, должно быть, гонишься за плохими парнями. Дай угадаю, парень твоей мечты – это кто-то за рулем мотоцикла и в кожаной куртке?

Серра краснеет и отворачивается.

– Заткнись.

– Я думаю, что Кэсс плохо влияет на тебя.

Серра смотрит на Фенрира и начинает дуться.

– Я побью тебя, панк.

– Как страшно. – что-то в его голосе дает понять, что он совершенно не напуган.

По мере того, как корабль движется всё дальше на юг, из воды выскакивают высокие замшелые морские штабеля. Побережье начинает поворачивать на восток, и Олеандр следит за тем, чтобы они не потеряли из виду землю.

Пролив появляется в поле зрения через пару часов.

– Это пролив Индры. Я не была здесь до этого, но легенда гласит, что Индра сама разделила континент надвое из-за сильной эрозии, которая и создала этот пролив. – объясняет Кассиэль остальной группе.

– Индра? – спрашивает Фенрир.

– Индра – лидер “Собственности Богини”. Их город Шумеру находится к западу отсюда, на острове. Это похоже на кусок пустыни, плавающий в океане, и её город построен прямо на его вершине, – Кассиель делает паузу, чтобы убедиться, что все слушают её, прежде чем продолжить. Даже Рок смотрит на неё и ждёт, когда она расскажет дальше. – Её флот уступается только “Черноусому”, и её последователи относятся к ней как к богине. Не помогает и то, что она называет себя богиней в первую очередь.

– Какая она?

– Высокомерная и заносчивая, но не без причины. Она самый сильный известный пользователь магии в мире, и она утверждает, что является богиней штормов, океанов и торговли. Предположительно, она уничтожала целые флоты раньше, вызывая штормы, чтобы уничтожить их. Хорошо, что она больше заботится о защите своего города и накоплении богатства, чем о ведении войны.

– Я думал, что Империя Августа была самой могущественной?

– Только на суше. Индра правит морями.

– А как насчет пиратов?

– У них больше кораблей и лучшие моряки, но ничто из этого не имеет значения, если шторм с пятидесятифутовыми волнами уничтожает их.

– Ты звучишь как учитель истории, Касси. – говорит Олеандр.

– Заткнись! Я просто отвечаю на вопросы! – кричит она ему.

Олеандр хихикает и возвращается к управлению кораблем.

– Сколько времени ей потребовалось, чтобы стать такой могущественной? – спрашивает Фенрир.

Кассиель, похоже, не решается ответить сейчас.

– Я не знаю, но слышала, что она играет с закрытой альфа-версии. Она, по-видимому, одна из первых ста человек, которые действительно играют. Большинство ранних игроков сильны, но она что-то другое.

Серра явно меньше всего заинтересована в разговоре. Как только она поняла, что ничего «крутого» не было, она вернулась к ласковой Камню.

Корабль продолжает оставаться дальше.

В какой-то момент Фенрир решает попробовать рыбалку со своим новым удилищем. Увы, есть проблема.

У него нет приманки.

Без наживки и приманок всё, что он может сделать, это попрактиковаться в забросе лески несколько раз. После некоторой практики он получает такое же удовлетворение, что ощущается внутри него. Каждый последующий заброс идёт дальше, если он пытается забросить дальше, и брызгает ближе к тому месту, куда он целится.

Сама удочка кажется более продвинутой, чем большая часть того, что он видел в игровом мире, что касается технологий. Кажется, что она сделана из бамбука или другого лёгкого гибкого дерева; имеет спиннинговую катушку из латуни; а сама леска выглядит как из какого-то волоса, например, конского.

Возможно, это не слишком впечатляет, но он чувствует её своей рукой. Будто это его собственная удочка. Что ж, может быть, это не так, но кто заберёт её обратно?

Корабль натыкается на небольшую бухту по другую сторону пролива. Там нет других кораблей, поэтому Олеандр и Фенрир решают, что это будет хорошее место для них, чтобы остановиться. Олеандру ещё есть чем заняться в реальности.

Учитывая, сколько времени может занять путешествие в этой игре, Фенрир понимает, что им понадобится более одного рулевого.

– Не забывай о завтрашнем дне, Фенни! – говорит Олеандр прежде, чем отправиться под палубу, чтобы выйти из игры.

Это напоминает Серре и Кассиель о раннем разговоре мужчин.

Кассиель выходит из системы. Поскольку ей больше нечего делать, она говорит им, что собирается немного расслабиться перед следующей сменой на работе.

Остались только Фенрир и Серра. Рок, конечно, тоже есть, но она не настоящий игрок.

Серра довольствуется простым наблюдением за тем, как Фенрир бросает леску снова и снова. Она даже пытается взять другую удочку, чтобы повторять то, что он делает, но когда она понимает, что абсолютно ужасна в этом и даже понятия не имеет, что она делает, она возвращается к простому наблюдению.

Ей также не нравилось, что Фенрир смеялся каждый раз, когда она каким-то образом бросала леску позади себя а не перед собой.

Даже Фенриру неизбежно надоедает просто забрасывать удочку, на которой нет ничего, что могло бы привлечь рыбу, а в защищенной бухте не похоже, что в ней есть что-нибудь интересное, поэтому двое идут под палубу, чтобы выйти из игры.

Под палубой есть несколько постельных рулонов и пара гамаков, в которых они могут спать. Однако Бонекрака и Олеандр уже претендовали на гамаки.

– Держите корабль в безопасности, пока нас нет, хорошо, Рок? Фенрир говорит.

Она лает и облизывает его лицо, прежде чем он ложится и просыпается.

Он сразу же сожалеет о том, что вернулся в реальность, когда его встречает тусклый потолок и крутящийся вентилятор.

– Ты уже получил моего кофейного робота? – спрашивает Рёта у фаната.

Ответа нет.

Рёта стонет и пинает ногой.

На улице всё ещё светло и ему, скорее всего, нечего будет делать в игре, пока Спенсер не вернётся, а он не собирается возвращаться до их завтрашней встречи.

Это означает, что есть более двадцати четырех часов, прежде чем Рёта сможет играть больше.

Боже мой.

С таким же успехом можно марафонить самые дрянные и типичные аниме-шоу, которые только есть. К счастью, их много. Будь то шоу, где маленькие сёстры ведут себя слишком непристойно по отношению к своим старшим братьям, которые могут быть или не могут быть связаны с ними кровью. Общий исэкай показывает, где персонаж с Земли втягивается в другую реальность, либо перевоплощается в какую-то странную вещь. Например, слайм или торговый автомат, или просто ещё один гарем, где какой-то парень достаточно удачлив, чтобы десять девушек влюбились в него. У него никогда не закончится, на что смотреть.

Рёта благодарен, что гаремы существуют в аниме. Почему аниме-девушки не могут быть настоящими? Он бы многое отдал, чтобы иметь гарем симпатичных аниме-девушек, одержимых им.

Он смотрит вниз на свою промежность, а затем на свой компьютер.

Хентай первый.

После, по крайней мере, шести сеансов просмотра хентая, половина из которых либо заканчивается смехом или отвращением от додзинов, переведённых в шутку, либо нажатием по, казалось бы, невинным заголовкам только для того, чтобы увидеть настоящие хреновые вещи, такие как нюхательный табак лолли, и не менее восьми часов аниме, он наконец устал и его заклонило в сон.

Он почти уверен, что эти нюхательные додзины лоли внесли его куда-то в список.

Почему в интернете так много нюхательного хентая лоли?

Всё, что он хочет – это сладкие, ванильные додзины из друзей детства; додзины с цундэрэ, у которых есть тайные любовно-голубые стороны, но всё же в конце концов они действуют как придурки; и случайная девушка-яндере со счастливым концом.

И щупальца.

Вместо этого, половина того, что он находит, - это хреновые вещи, связанные с лолисами или грубыми, уродливыми ублюдками, которые входят и крадут девушку традиционным способом нетораре.

Хентай – это ошибка.

С этими мыслями он погружается в сон.

Ещё один день, ещё один сеанс запойного просмотра аниме в ожидании, когда пришло время уходить. Серра помогает скоротать время, обмениваясь сообщениями с ним в Фискорде.

– О, я, наверное, должен принять душ – говорит Рёта, глядя в свою ванную комнату со стоном.

Одно из преимуществ жизни в одиночестве и в почти постоянном нахождении в квартире состоит в том, что ему на самом деле не нужно соблюдать абсолютную гигиену. Он не грязный или что-то в этом роде; он просто иногда пропускает душ через день.

Убираться, носить обычную одежду вместо негабаритной комфортной одежды, расчесывать волосы – это всё боль. Он гораздо больше заботится о своей внешности в видеоиграх, чем в реальности. Все эти вещи, которые в реальности являются тяжелыми и утомительными, доставляют ему удовольствие, когда он погружен в виртуальную реальность - когда он находится в теле, которое ему действительно небезразлично.

Последняя, самая популярная вступительная песня аниме звучит в его телефоне. Это его будильник.

Пора идти.

С громким и протяжным вздохом Рёта покидает свою квартиру и начинает долгую прогулку в сторону китайского квартала Нью-Чарльстона. Было бы намного быстрее просто задержать авто такси, но- ну, это не имеет значения. Просто прогулка.

Несмотря на то, что на улицах полно людей и машин, холодный воздух пронизывает весь город. Возможно, на земле ещё нет снега, но с каждым днём ​​становится всё холоднее. Это означает две вещи: во-первых, девушки будут чаще носить свитера; во-вторых, приближается зима.

Вот он. Перед их магазином, где продают рамен, стоит никто иной, как сам Спенсер.

Многие, кто встречался с различными игровыми представлениями Спенсера, считают, что он является каким-то раздражающим, чрезмерно ярким трапом в реальной жизни, который говорит высоким голосом и раздражает всех постоянными сексуальными намёками. Так же, как и в игре.

Только Рёта и Виктор знают, что это совсем не правда. Вместо того, чтобы быть каким-то женственным трапом, Спенсер – высокий, красивый мужчина, которого Рёта проклинает за то, что он более привлекателен, чем он. Рост Спенсера шесть футов три дюйма, у него короткие каштановые волосы, которые стильно уложены, пара очков в толстой оправе, которые служат только для того, чтобы хорошо выглядеть на его совершенно мужском лице, и у него тело, которое не уступает телу Фенрира. Спенсер даже умеет хорошо и модно одеваться!

По правде говоря, настоящее тело Спенсера было сильным источником вдохновения для того, как Рёта сформировал Фенрира.

Спенсер машет Рёте, когда видит его.

Он не единственный, кто отличается в реальности. В то время как Фенрир может быть того же роста, что и Спенсер, Рёта все еще находится в нескольких дюймах от достижения шести футов, имеет стройную фигуру без мышц, чтобы показать себя, бледную кожу и лохматые волосы. Единственное сходство между ним и Фенриром – белые волосы. Даже их глаза отличаются. У Рёты глаза зелёные, а у Фенрира красные.

Фенрир также способен ходить, не хромая половину времени.

– Ты выглядишь очень усталым, приятель. – кричит Спенсер.

Его низкий голос настолько мужественен, что вызывает у Рёты ещё большую зависть. Спенсеру нужно устроиться на работу радиоведущим.

– Заткнись, это долгая прогулка. – говорит Рёта с тяжелым дыханием.

– Давай, я угощаю сегодня вечером.

Спенсер обнимает Рёту за плечи и помогает ему войти в раменную.

Картонный вырез известного персонажа аниме-ниндзя стоит прямо внутри входа.

Они знают, каких клиентов ожидать.

Заказав напитки и булочки со свининой, Рёта и Спенсер садясь друг напротив друга, просматривают меню, чтобы решить, чего они хотят.

- Почему ты всегда берешь чай с шариками [1]? — спрашивает Рёта.

- Я имею в виду, я знаю, что ты любишь шарики, но есть что-то странное в том, чтобы пить чай, полный маленьких коренастых пузырьков.

Спенсер пожимает плечами.

- Думаю, я просто привык заказывать его все время, потому что это то, чем одержимы мои соседи по комнате. Раньше я заказывал его, чтобы соответствовать им, но теперь я действительно наслаждаюсь им. По крайней мере, я не получаю один и тот же клубничный чай каждый раз, когда мы приходим сюда.

- Клубника делает все лучше. Клубничный лимонад, клубничный чай, клубничный пирог, клубничное мороженое — ты понял, — Рёта снова смотрит в меню.

— Возможно, стоит взять что-нибудь легкое, так как после этого мы собираемся выпить.

— Мне снова придется нести тебя домой, если ты слишком много выпьешь?

Рёта краснеет. — Я был пьян, и ты знаешь, какие у меня ноги.

От оставляют заказы на еду, как только получают напитки и булочки со свининой. Через десять минут выносятся две огромные миски с раменом, украшенным овощами, мясом и увенчанными половинками полусваренных яиц. Рёта всегда получает дополнительное яйцо.

- Как тебе новая игра? — спрашивает Рёта, прежде чем крутить палочками в рамэне. Конечно, после того, как он сфотографирует его, чтобы загрузить в групповой чат на Фискорд.

- Это здорово, просто хотелось бы, чтобы у меня было больше времени, чтобы играть, как раньше. Вероятно, это лучшая фэнтезийная игра, в которую мы когда-либо играли. Тем не менее, хотелось бы, чтобы Eternal Space[2] не умирал, но мы ничего не можем с этим поделать.

- Вероятно, мы не смогли бы испортить самую большую коалицию в игре, которая привела к тому, что группа самых важных игроков ушла в ярости.

- Да, наверное. Как тебе твой новый гарем?

Рёта почти выплёвывает кусок свинины, который только что положил в рот, но вместо этого заставляет себя проглотить. Это приводит к тому, что он кашляет и устраивает сцену. Он снова краснеет, когда понимает, что несколько голов повернулись, чтобы проверить его. - О чем ты говоришь? У меня нет гарема.

- Да ладно, очевидно, что Серре нравишься тебе, а ты нравишься ей, и я почти уверен, что Касс по крайней мере начинает в тебя влюбляться. Я несколько раз замечал, как она смотрит на тебя, когда ты не обращаешь на нее внимания. Она даже выглядит немного ревнивой, когда ты уделяешь внимание Року и Серре.

- Ни за что, я совсем не чувствую от нее этого настроения. У нее есть что-то вроде цундере, но не у каждого "цуна" будет "дере". Это все равно, что сказать, что каждая девушка, которая когда-либо плохо обращалась со мной, на самом деле любила меня.

— Думаешь, она стала бы засовывать в тебя свой шест, если бы ты ей не нравился?

Рёта снова чуть не сплюнул, но на этот раз скорее от смеха, чем от шока.

- В любом случае, это не гарем. Да, мне нравится Серра, и я думаю, что я ей нравлюсь в ответ, но это просто… ну, как влюблённость. Тогда наличие Кэсс, потенциально похожей на меня, тоже не делает его гаремом. Гарем — это как… на самом деле встречаться с более чем одним человеком, — объясняет Рёта.

- Не забывайте о Роке. Рок полностью одержим тобой, — дразнит Спенсер.

- Рок — милый маленький щенок. Если ты попытаешься сделать так, чтобы это звучало странно, я собираюсь…

Спенсер с улыбкой ждет, пока Рёта закончит свою угрозу.

— Черт, тебе повезло, что тебя ничего не беспокоит, — ворчит Рёта.

- Не чувствуй себя плохо. Потребовалось много лет издевательств, чтобы добраться до моего уровня. Когда-нибудь ты догонишь меня, юноша.

— Что ты вообще о них думаешь?

— Серра и Касс?

- Ага.

- Они мне нравятся. Серра просто маленькая милашка, но полная скрытая девиантка[3], а Касс такая… она напоминает мне более сварливую и девчачью версию тебя.

- Серра — девиант? Что?

- Я могу рассказать эти вещи.

Их тарелки с раменом наполовину пусты. Пока Спенсер продолжает, Рёта начинает сопротивляться.

- Я не знаю, почему ты всегда получаешь большую миску, когда никогда не допиваешь ее, — говорит Спенсер, как наказывающая мать.

- Я просто всегда думаю, что закончу её.

Увы, Рёта так и не доел свою тарелку рамена. Однако он допивает свой чай и делает две порции.

Официант приносит им чеки, торчащие из тома какой-то японской манги. Персонаж на обложке — тот же ниндзя с торчащими волосами, что и у входа в магазин.

{ П/П: Наруто что ли? }

Верный своему слову, Спенсер кладет карточку в том манги вместе с квитанцией и ждет, чтобы вернуть ее, прежде чем они отправятся к следующему ночному месту.

- Довольно забавно, что раньше все думали, что роботы и ИИ заменят все. Я понимаю, что роботы и все такое намного лучше нас, когда дело доходит до ручных задач, но все, что связано с обслуживанием — вы не можете заменить человеческий фактор. То же самое с едой. Еда просто вкуснее, когда ее готовит настоящий человек, — говорит Рёта, пока они идут по холодной улице.

- Не забывайте обо всех действующих законах, которые заставляют людей работать, — отвечает Спенсер.

- Ты и твои законы. Ты благодаришь законы за все?

- Конечно!

— Имеет смысл для того, кто пытается стать юристом. Ты знаешь, что мы плохие парни, когда один из нас становится адвокатом.

— Ты прав. Не убийства, набеги, грабежи, разрушения или воровство делают нас плохими парнями, а то, что я юрист.

Они смотрят друг на друга и смеются. Некоторые прохожие на улице выглядят встревоженными, услышав все, что только что сказала Спенсер, но их это не волнует слишком сильно.

Изредко между магазином рамэна и баром делается становоки. Рёте нужно время от времени садиться и давать отдых ногам, чтобы пройти большие расстояния.

Они понимают, что достигли места назначения, когда видят большой причудливый пиратский корабль, нависший над входом в здание. На деревянной доске над кораблем написано «Одноглазый пират», а рядом с ней пират с повязкой на глазу, подносящий к губам кружку пива.

Для входа требуется предъявить их удостоверения личности. Спенсеру двадцать три года, а Рёте двадцать два, так что нет никаких проблем с тем, чтобы впустить их после проверки их документов.

Внутри заведения длинный бар у одной из стен с бочкообразными табуретками, всякие пиратские сувениры, украшающие стены и столы, и здесь как никогда многолюдно. Здесь в основном молодые люди, такие же, как и они сами. Подобные тематические бары всегда больше привлекают внимание молодого поколения, чем старшего.

— Обычное место открыто. Хочешь посидеть там? — спрашивает Рёта.

Спенсер отвечает, направляясь к нему.

Их обычное место — в кабинке с прекрасным видом на один из телевизоров на потолке бара. Они даже сидят рядом друг с другом, а не напротив друг друга, чтобы оба могли наблюдать за происходящим.

По телевизору два робота на небольшой арене сражаются насмерть. У них нет установленных ИИ, поскольку это было бы незаконно, но у них есть команды людей, контролирующих роботов со стороны. У одного из роботов есть огнемет для драматического эффекта, но он ничего не может противопоставить вращающейся циркулярной пиле своего противника.

Официантка подходит после того, как заметит новых посетителей и спрашивает их, что они хотели бы. Они отказываются от еды, как бы Рёта ни любил здешние крылышки, и сразу же переходят к выпивке.

— Ты и твое хипстерское крафтовое пиво, — говорит Рёта.

— Ты и твой бурбон, компенсирующий отсутствие мужественности, — говорит Спенсер.

Это больно, но только потому, что это правда. Тем не менее, это все равно заставляет Рёту смеяться.

В то время как мужчины, работающие в этом баре, одеты как крутые пираты с фальшивыми мечами и оружием на боку, женщины выглядят не так круто. На них по-прежнему очень, очень приятно смотреть, но они должны одеваться как барные девки, а не как пираты. На единственную дежурную девушку особенно приятно смотреть. С корсетом, приподнимающим ее и без того пышную грудь, чулками, пробуждающими любовь Рёты к ногам, и красивыми золотыми волосами, которые…

Их напитки ставятся на стол.

— Наслаждайтесь! — говорит гораздо менее эстетичная официантка.

Рёта вытаскивает свой телефон и фотографирует их напитки рядом друг с другом для группы в Фискорде.

Спенсер смотрит на телефон Рёты, чтобы посмотреть, что происходит.

Онлайн-статус Виктора становится зеленым, а затем красным.

— Он ревнует, — говорит Спенсер.

— Определенно.

Есть два типа пьяниц. Есть те, кто небрежно потягивает свой напиток и делает его последним, и есть те, кто беззаботно выпивает рюмку за рюмкой, как будто они мчатся, чтобы увидеть, как быстро они могут напиться.

Спенсер первый. Рёта — последний.

Несмотря на небольшой рост Рёты, он выпивает три стопки бурбона примерно за двадцать минут. Спенсер едва допил свой стакан пива до половины.

— Ты сказал, что платишь, да? — спрашивает Рёта, глядя на Спенсер щенячьими глазами.

— Да, так что иди и напивайся сколько хочешь, — говорит Спенсер, зная, что, скорее всего, пожалеет об этом.

Рёта уже начал невнятно произносить слова.

— Ну давай же! Используй свою… крутящуюся штуковину и отрежь ей морду! — говорит Рёта телевидению. Мало того, что его речевые способности ухудшаются, но громкость его голоса увеличивается. — Хех, помнишь, когда ты стеснялся пить со мной?

— Поверь мне, я помню.

Спенсер научился не смотреть по сторонам и не замечать, сколько внимания привлекает Рёта, когда пьет.

Официантка возвращается с пятым шотом для Рёты и сообщает им, что ее коллега заменит ее, так как ее смена подходит к концу.

Она также предупреждает новую официантку, чтобы она больше не давала ему выпивки, так как ясно, что он приближается к точке невозврата.

Спенсер смотрит на телевизор, когда слышит щелчок камеры телефона Рёты. Прежде чем он успевает даже взглянуть на него, Рёта загружает изображение в групповой чат Фискорда с слащавым слоганом «Хотел бы ты быть здесь».

— Ты знаешь, что Серра сейчас в группе, верно? — спрашивает Спенсер.

Рёта смотрит на него невинными, растерянными глазами. — Хм?

Он смотрит на Спенсера еще несколько секунд, прежде чем понять, что он имел в виду.

— О, упс, — говорит Рёта, прежде чем захихикать, пытаясь удалить картинку.

— Послушай, ши, она этого не видела, потому что от нее нет никакого сообщения. — Он подносит экран телефона к Спенсеру, чтобы доказать свою точку зрения.

Спенсер решает пропустить ту часть, где говорится, что она печатает ответ, но потом, должно быть, передумала, раз остановилась.

Она определенно видела.

— Привет, меня зовут Кассандра. Как вы двое поживаете сегодня вечером? — говорит новая официантка Кассандра.

К счастью для Рёты, у неё отличная грудь и ноги.

Спенсер чуть не выплевывает свой напиток, когда видит ее.

Она выглядит почти так же, как Кассиэль, но с более пышной грудью. Не помогает и то, что корсет, который она должна носить, подталкивает эти две вещи к точке, где они выглядят так, будто вот-вот выскочат.

Он видит только короткую вспышку отвращения, когда она замечает, как он смотрит на нее. Спенсер уверен, что мужчины постоянно проверяют ее, и, скорее всего, он делает с ней то же самое прямо сейчас.

Между золотым цветом ее волос, ее телом, выражением раздраженного отвращения и ее именем… это должно быть Кассиэль.

— Привет! Могу ли я хэшировать чужое дерьмо — о, упс, — Рёта разражается неудержимым хриплым смехом. — Я имел в виду выстрел! Выстрелил! Да, я хочу еще ши… — он начинает смеяться еще громче, когда почти совершает ту же ошибку, — выстрелил!

— Извините, сэр, но я думаю, что с вас достаточно. Хочешь, вместо этого я принесу вам стакан воды? — спрашивает Кассандра.

Рёта дуется и ноет, но в конце концов соглашается просто выпить воды.

— Ты уже выпил шесть стопок бурбона. Это больше, чем может выдержать большинство людей в этом баре, так что просто довольствуйся этим, — говорит Спенсер, пытаясь заставить его почувствовать себя лучше.

— Фиииииииииии, я думаю, шо…

Через минуту Кассандра приносит стакан воды. К счастью, она не наполнила его полностью. Пьяные дрожащие руки Рёты наверняка разлили бы это по всему столу, если бы она это сделала.

Она подходит к столу на несколько мест раньше их.

— Ты знаешь, что хорошо в законах о ваших адвокатах, это то, что вы сделали это так, что, типа… дурацкое время нельзя использовать, чтобы заставить людей делать больше работы, школ и прочего за ту же плату – деньги – э-э-э, дорогой, как и раньше, — бормочет Рёта.

— Ты имеешь в виду замедление времени и то, что незаконно заставлять сотрудников выполнять вдвое больше работы в виртуальной реальности, несмотря на то, что в реальности они тратят на это всего восемь или около того часов? — Спенсер пытается понять, что только что сказал Рёта.

— Ага, это! — Рёта со смехом подтверждает. — И лайки, школы и прочее! Как будто это было бы так отстойно, если бы детям приходилось погружаться и быть в школе намного дольше, чем обычно, из-за виртуальной реальности и прочего.

— Я согласен. Это не было бы проблемой, если бы работодатели и школы просто сократили время, проводимое в реальности, вдвое, заставив их проводить обычное количество времени, погруженное в виртуальную реальность, но не дай Бог, чтобы кто-то вместо этого достиг точно такого же прогресса за меньшее время. Это настолько глупо, что так много компаний хотят заставить своих сотрудников работать шестнадцать часов в день в виртуальной реальности вместо восьми часов в реальности, но ни одна из них даже не хочет рассматривать возможность того, чтобы их сотрудники работали восемь часов в день в виртуальной реальности в течение четырех часов в реальности. Что касается школ, мы должны позволять детям посещать их всего четыре часа в день, чтобы они больше наслаждались своим детством. Они все еще могут проводить целые школьные дни в виртуальной реальности, сохраняя при этом свое детство в реальной жизни, но нет, тупицы во всем… [4]

Спенсер смотрит на Рёту и видит, что он вот-вот заснет.

— Ах, извини, ты же знаешь, как я отношусь к таким вещам, — извиняется Спенсер.

— Ой! Нет, извини, извини, я не имел в виду — мне интересно, мне нравится слушать и все такое, но я думаю, что алкоголь начинает действовать, — говорит Рёта.

— Да, я могу сказать, что это только начинает на тебя влиять.

— Видешь! Я умный.

Спенсер прячет лицо в ладони и качает головой.

— Мне нужно в туалет, а ты подожди здесь и… никуда не уходи! — спрашивает Рёта, вставая из-за будки.

— Тебе не следовало пить столько чая и постарайся не споткнуться по дороге туда.

— Конечно, я не споткнусь! — говорит Рёта, начиная долгий путь к противоположному концу бара. Он не спотыкается, но ему приходится пользоваться столами и стульями, чтобы не упасть через каждые несколько футов.

— Это чудо, что нас никогда не выгоняли, — говорит Спенсер самому себе. Несмотря на то, сколько неприятностей доставляет ему Рёта, когда пьян, ему это нравится.

Рёта останавливается на мгновение, прежде чем отправиться в ванную. Одна из девушек, сидящих за соседним столиком, выглядит знакомой. Длинные серебристые волосы, светло-голубые глаза, миниатюрная фигура — он понимает, что она смотрит прямо на него, поэтому спешит в ванную.

Естественно, он забывает, что дверь в ванную открывается, а не толкается, поэтому бьется головой прямо в нее, прежде чем осознать свою ошибку и войти.

Рёта в пьяном виде возвращается в кабинку после опорожнения мочевого пузыря. Девушка, на которую он смотрел перед тем, как войти в ванную, выглядела так, словно ждала чего-то, когда он вышел, но он просто прошел мимо нее, не обращая на нее никакого внимания.

Конечно, сейчас он вообще мало на что обращает внимания.

— Я… думаю, я слишком много выпил, — говорит Рёта, прежде чем хихикнуть и практически откинуться на спинку сиденья.

Спенсер ловит Рёту и помогает ему сесть. — Да, думаю, ты тоже, — говорит Спенсер.

— Прости, это то, что всегда случается, не так ли?

— Это так, но это нормально. Я ожидал, что это произойдет. К тому же, это мило видеть тебя таким. — Спенсер гладит Рёту по макушке.

Собачьи уши Рёты дергаются.

Ждать.

Он ощупывает свою макушку, вероятно, выглядит очень странно для любого, кто смотрит в его сторону.

Ушей Фенрира нет, но кажется, что они есть. Как будто он чувствует, как они дергаются и реагируют на руку Спенсер, хотя их и не существует.

— Дожжж твой разум подшутил над тобой после этой игры? — спрашивает Рёта, снова хихикая от собственной глупой речи.

— Можно сказать, что да. Я думаю, это может быть связано с тем, о чем в последнее время говорили в новостях — например, о том, как ментальные манипуляции в игре могут иметь последствия в реальности. Поэтому, если ваш разум продолжает говорить вам верить и чувствовать, что у вас есть что-то, чего у вас нет, то это может перенестись в реальность. Например, я иногда не переворачиваюсь, когда ложусь спать, потому что все время думаю, что мои рога меня остановят, но потом вспоминаю — знаешь, на самом деле рогов нет, — объясняет Спенсер.

— Ага!

— Да, это.

Громкий шлепок доносится из нескольких кабин впереди, привлекая внимание почти всех в баре.

Правая рука Кассандры поднята, в то время как ее левая рука натягивает верхнюю часть костюма так высоко, как только может. Ее лицо ярко-красное, и она выглядит так, будто пытается не заплакать.

У одного из мужчин, сидящих перед ней, яркая красная метка и глупая ухмылка на лице. — В чем дело? Ты уже хвастаешься этими сиськами — кого волнует, увидим ли мы остальное? Не похоже, что ты многое оставляешь воображению, — говорит мужчина, его руки ощупывают воздух, приближаясь к ее груди. Судя по румянцу на его щеках, вдобавок к тому месту, где его ударили, и затуманенному взгляду в глазах, Рёта не единственный, кто слишком много пил. — Нельзя хвастаться такими большими сиськами, если не хочешь, чтобы на них смотрели и трогали, не так ли?

Рёта ненавидит клише, сексистских мужчин в реальности так же сильно, как и в игре. Корабль с пушками, управляемый Серрой, был бы сейчас очень кстати.

Хотя у него может не быть ни корабля, ни помощника, пристрастившегося к пушкам, это не значит, что он будет просто сидеть сложа руки и смотреть, как издеваются над какой-то девушкой.

Он слишком пьян, чтобы заметить вышибалу, которая уже едет к нему, чтобы разорвать отношения и выгнать нарушителей.

— Привет! Что ты, парень... думаешь, что делаешь? — спрашивает Рёта, вставая между Кассандрой и ее растлителем.

Теперь, когда мужчина задает вопрос, он обычно ждет ответа, прежде чем делать что-либо еще.

Рёта? Что ж, Рёта идет и бьет мужчину по лицу почти сразу после того, как задает вопрос, как будто он не может решить, хочет ли он решить это мирным путем или силой.

Есть две проблемы с этим.

Во-первых, Рёта не Фенрир. Фенрир сильный. Рёта нет.

Во-вторых, человек, которому Рёта только что окровавил нос, намного крупнее и выглядит как парень, который издает неприятные звуки, поднимая на самом деле не такие уж тяжелые веса в спортзале.

Спенсер оттаскивает Рёту как раз вовремя, чтобы не дать ему разбить себе лицо. — Извините, мой друг выпил слишком много, — Спенсер пытается извиниться перед мужчиной, но все, что делает отрицание возмездия, — это вдохновляет его и его друзья, чтобы встать из своей будки.

Приходит вышибала. В то время как растлитель может быть крупным мужчиной, вышибала крупнее и устрашающе во всех отношениях. Он похож на человека, который издает неприятные звуки в спортзале, но только потому, что поднимает вес, который на самом деле требует этого. Его бицепсы выглядят так, будто вот-вот разорвут рубашку, если он согнется. — Убирайся отсюда, пока мы не вызвали полицию. Сейчас же! — кричит он и на растлителя, и на Рёту.

Естественно, пьяный мужчина, желающий сорвать костюм с невинной девушки, а затем попытаться ударить парня меньше половины его размера, также будет готов попытаться напасть на вышибалу.

Вышибала не терпит этого, блокирует попытку мужчины нанести удар, выкручивает ему руку за спину и тащит к входу. — Ты, блядь, сломаешь мне руку, отпусти ее! — кричит волочащийся мужчина. Вышибала не заботится. Остальные друзья парня следуют за ним из бара, не желая подвергаться гневу вышибалы.

Рёта поворачивается и смотрит на Кассандру. — Ты в порядке… — начинает он спрашивать, но его прерывает, когда за ним подходит вышибала.

— Вон! — требует вышибала.

Понятно, что Рёта не собирается слушать, но вмешивается Спенсер и сам вытаскивает Рёту. — Извините, мы идем, — извиняется за него Спенсер.

К счастью, к тому времени, когда они выходят на улицу, проблемные мужчины уже уходят в направлении, противоположном тому, куда должны идти Рёта и Спенсер. Они не хотят, чтобы их эго пострадало больше, чем уже есть.

— Эй! Я… еще не закончил пить и все такое, и мы должны отдать им деньги! - Рёта ноет Спенсер.

— Последнее, о чем вам сейчас стоит беспокоиться, — это оплата напитков», — говорит Спенсер.

— Ваззат полагается мужчинам? Мужчины! Подождите, это не правильно… значит!

— Это значит, что ты только что принес нам бесплатную выпивку. Единственная проблема в том, что я не уверен, что нас когда-нибудь снова пустят.

— Но я хочу вернуться!

— Тогда не бей случайных парней по лицу. Пусть этим занимается вышибала.

— Они не были случайными! Они были как те гребаные чесночники, которых мы убили. Надо было сделать больше, чем просто ударить его… по лицу!

— Не знаю, как адреналин не отрезвляет тебя прямо сейчас.

— Хе-хе, адреналин — смешное слово… адреналин, адреналин, адраинапуп, адреналена, андреналина, — продолжает Рёта, говоря о различных формах адреналина.

Тем временем в баре Кассандра возвращается из комнаты для персонажа в ​​более застегнутом костюме и с вытертыми слезящимися глазами. Она ненавидит эту работу и знает, что она у нее только из-за того, как она выглядит. Она знает, что у нее грубый характер и что большинство людей ее терпеть не могут, она знает, что у нее нет полезных навыков, чтобы устроиться на какую-либо работу по обслуживанию, кроме как на основании того, что она хорошенькая и грудастая, и она знает, что почти каждый посетитель здесь видит в ней не что иное, как сексуальный объект. В игре все так же. Она пытается избежать этого, играя в игры, но все повторяется снова и снова.

Другие мужчины, с которыми она работала в Империи Августа, гильдия Вонючий Чеснок, буквально почти каждый персонаж мужского пола и NPC, с которыми она сталкивалась, — все они не хотят ничего, кроме как превратить ее в свою личную дыру, но она отказывается, как бы сильно она ни старалась. это заставляет их называть ее стервой или ханжой[5].

Она просто хочет найти одного парня, который видит в ней нечто большее, чем просто какое-то существо с сиськами. Конечно, она всегда может просто играть мужских персонажей или становиться менее привлекательной в играх, но она хочет, чтобы ее принимали такой, какая она есть, а не как кого-то, кем она не является.

В голове всплывает глупое лицо Фенрира. Он может отпускать извращенные шутки с ней, но из того, что она видела до сих пор, он относился к ней с уважением и как к равному, а не как к набору дырок. На самом деле, она не может вспомнить ни одного раза, когда он пытался заигрывать с ней или проверять ее. Даже если он проверил ее, не заметив ее, по крайней мере, он не делает этого в лицо, как это делает большинство мужчин.

Кассандра ловит себя на том, что улыбается при мысли о нем, когда подходит к столику другого посетителя.

Тот мальчик, который заступился за нее, тоже выглядел мило. Даже если она поймала его извращенный взгляд, смотрящий на нее из-за бара, а он этого не заметил, он уважительно относился к ее лицу и мог смотреть ей только в глаза, несмотря на то, что был так же пьян, как и он. Он даже заступился за нее и проверил ее потом — ну, попытался проверить ее. Кроме того, он был на самом деле симпатичным, в отличие от большинства грубых мужчин, с которыми она сталкивалась.

Кассандра понимает, что теряется в мыслях. — Извините, я могу вам чем-нибудь помочь? — спрашивает она клиента.

Глаза Серры и Кассандры встречаются. Каждая девушка выглядит почти так же, как в игре, поэтому они мгновенно узнают друг друга.

— Мои ноги ууууууууууууууууууууууу! Спенс, неси меня! — Рёта скулит, цепляясь за бок Спенсер.

— Я знал, что так и будет, — говорит Спенсер, обнимая Рёту, как невесту. Он уже пробовал брать Рёту на спину, и это, безусловно, привлекло бы к ним меньше странных взглядов прохожих на улице, но он не может доверять Рёте, что тот не отпустит его и не упадёт навзничь.

Это случилось раньше.

Обычно в таком случае можно было бы вызвать такси, но Спенсер не мог сделать этого с Рётой, как бы он ни был пьян. Ему придется нести его всю дорогу домой на своих двух ногах.

По крайней мере, Спенсер делал это раньше. Когда Рёта пытается указать неверное направление, чтобы вернуться в свою квартиру, Спенсер знает, что лучше не следовать за ними.

— Иди сюда! — говорит Рёта.

Спенсер продолжает идти прямо.

— Левый! Я сказал!

Спенсер идет вправо.

— Где мы? — хихикая, спрашивает Рёта, не понимая, что многоквартирный дом, перед которым его держат, принадлежит ему.

Спенсер несет его до лифта, прежде чем, наконец, подвести. Его собственные ноги в этот момент горят. — Думаю, отсюда можно дойти пешком, — говорит он.

Рёта почти падает.

Вздохнув, Спенсер помогает Рёте стоять, пока тот работает над лифтом.

Двое наконец возвращаются в комнату Рёты.

Рёта спотыкается по своей квартире и падает лицом на кровать, как только подходит к ней.

— Да, обычно так и происходит, — говорит Спенсер самому себе. — Пингвин, включи радио на тихую громкость.

Телевизор Рёты включается, переключается на радиостанции и автоматически снижает громкость.

Спенсер оглядывается. — Это место — беспорядок. Ты навсегда останешься одинок, если не научишься заботиться о себе и своих вещах, — говорит он, подбирая ближайшие пустые бутылки из-под алкоголя и разбросанные пакеты из-под чипсов, чтобы выбросить их. — Теперь давайте проверим, все ли здесь чистящие средства, которые я купил в прошлый раз.

— Почему хентай не может быть настоящим?! — кричит Рёта из своей спальни.

Пустой взгляд Спенсера соперничает с мировым рекордом Кассиэля.

----------

[1] Чай с шариками (https://ru.wikipedia.org/wiki/Чай_с_шариками)

[2] Видимо какая-то онлайн игра, в которую они играли до этого. В интернете только мини игрушка, если загуглить.

[3] Девиантное поведение, т.е. поведение не соответствующее общепринятым нормам. В общем не такой как все.

[4] Кто не понял о чем речь. Тут имеется ввиду, что в связи с тем, что в рельности проходит одно количество времени, а тем временем в виртуальной реальности проходит гораздо больше. Некоторые предприниматели пытаются заставить людей работать тоже самое время в реальности как и раньше, но в виртуальной реальности пройдет в двое больше. Т.е. в реальности человек проработает 8 часов, а в виартуальной реальности пройдет 16 часов. А при этом заработная плата останется прежней. Вы вот к примеру хотите за те же деньги работать в два раза больше? Думаю нет.

[5] Ханжа или ханженство (https://ru.wikipedia.org/wiki/Ханжество)

----------

П/П. Не стесняйтесь отмечать в комментариях ошибки и моменты, которые нужно пояснить в примечании.

Перевод и редактура: AniStorm Media

— Серра? — спрашивает Кассандра.

Обе девушки просто моргают друг другу.

Конечно, Серра могла прийти сюда, ожидая увидеть Фенрира и Олеандра, но она не ожидала увидеть Кассиэля!

Она кивает и вытаскивает телефон, чтобы напечатать сообщение, которое прочтет другая женщина. Как только он набран, она держит телефон, чтобы Кассандра могла прочесть его одной рукой, а другой указывает на свое ухо.

«Ты глухой? Черт, извини, ты, наверное… — Кассандра делает паузу, когда Серра качает головой, забирая телефон, чтобы напечатать еще одно сообщение. Серра снова поднимает трубку. — Ты умеешь читать по губам? Хорошо. Извините, но я ничего не знаю о языке жестов. В любом случае, я удивлен, что Фрэнки вообще позволил тебе рассказать, какой ты… крошечный.

Серра дуется и фыркает, возвращая свой телефон, чтобы напечатать очень обиженное сообщение!

Кассандра снова смотрит на телефон. «Извини, но как ни посмотри, ты маленький. В любом случае, приятно познакомиться в офлайне, я думаю. Я слышал о людях, которые встречаются с друзьями, которых они завели в Интернете, но никогда так скоро». Она пожимает плечами. "Принести вам что-нибудь? Другой официантке пришлось уйти, так что теперь я отвечаю за кабинки».

Серра смотрит туда, где были двое мужчин. Она не очень пьет и обычно приходит сюда только за едой, и то очень редко. Без ее абсолютно не преследующих целей у нее нет другой причины быть здесь. Но если она уйдет сейчас, даже не имея ничего сразу после встречи с Кассиэлем, ей будет плохо.

Кассандра смотрит на экран. «Крепкий сидр? Это будет прямо сейчас, — говорит Кассандра, поворачиваясь, чтобы уйти, но потом снова смотрит на Серру. — Кстати, если ты расскажешь об этом кому-нибудь из этих парней, я выброшу тебя за борт.

Серьезного выражения лица достаточно, чтобы заставить Серру сглотнуть. Она полагает, что сейчас, вероятно, не лучшее время, чтобы рассказать ей о том, как она уже встречалась с ними в реальности.

…

«Бля, моя голова — почему я не могу двигаться?» Рёта ворчит, запах алкоголя в его дыхании напоминает ему, почему он так себя чувствует.

Он смотрит вниз и видит, как сильно прижимается к кровати. Такое ощущение, что он был закутан в смирительную рубашку!

К счастью, достаточно пошевелившись, он вырывается из тесных, но удобных оков и делает глоток воды из стакана, стоящего на тумбочке рядом с кроватью. Рядом с ним лежит пара безрецептурных таблеток с запиской, которая гласит:

От головной боли.

Прекрати быть таким неряшливым, иначе ты никогда не получишь жену, о которой всегда жалуешься мне.

Вам также нужно складывать одежду, чтобы она не была такой грязной и мятой, когда вы выходите на улицу. Вы не можете просто оставить их лежать в мусорном ведре после стирки.

Спасибо за веселый вечер и за то, что дал мне отдохнуть от школы.

PS Я делала тебе непристойности во сне.

Рёта не может сдержать смех. Спенсер слишком хороший друг. Это то, что происходит каждый раз, и он всегда чувствует себя ужасно из-за того, что никогда не может сделать для него ничего подобного. «Прости, что заставил тебя позаботиться обо мне, Спенс», — говорит себе Рёта.

Он кладет таблетки в рот и запивает их предоставленной водой. Следующее, что он делает, это смотрит, как много Спенсер для него сделала.

Каждая комната в его доме была убрана от входа до ванной. Все было вычищено, весь беспорядок на полу убран, весь мусор убран, его одежда либо аккуратно сложена, либо повешена в шкафу, и - чтобы действительно доказать, насколько идеальной женой могла бы быть Спенсер... -даже его клавиатура была очищена от любых случайных волос и крошек еды, застрявших под клавишами.

«Чертов уровень вайфу, чувак. Зачем тебе член?» — говорит Рёта. — Ты заставишь меня пожалеть, что тогда отказал тебе.

Не может быть, чтобы Рёта не смог позаботиться о себе на следующий день после всего, что Спенсер для него сделала. Итак, после завтрака он на самом деле моет посуду . Потом он даже принимает душ, и чистит зубы, и – и… причесывается!

— Да хватит на месяц-другой.

Что-то беспокоило его с тех пор, как прошла головная боль, и у него появилась возможность вспомнить события прошлой ночи. Есть что-то, что он просто… чувствует, что должен вспомнить, но не помнит. Там была та блондинка с действительно большой грудью, похожая на Кассиэля, та девушка, похожая на Серру, и Спенсер, который носил его. Что еще?

Ой.

Он смотрит на свою правую руку. На нем пара небольших повязок.

Правильно, он ударил парня!

Время внутренне сожалеть обо всем, что он сделал.

«Глупый идиот, теперь нас назад не пустят! Думаю, я могу потратить остаток своих сбережений на пластическую операцию, может быть, это их одурачит».

Хотя, как бы он ни хотел найти способ вернуться в бар, он не может по-настоящему сожалеть о том, что сделал, когда вспоминает, почему он это сделал. Возможно, он не в состоянии точно вспомнить, что сделал этот человек, чтобы заслужить удар по лицу, но он знает, что этот человек заставил подражателя Кассиэля чуть не расплакаться на глазах у всех, что является достаточной причиной, чтобы…

Подожди секунду.

Это Серру он видел?

Перед тем, как прошлой ночью он пошел в ванную и вылил в писсуар только половину своей струи, он вспоминает, как встретился взглядом с какой-то девушкой в ​​кабинке за ее пределами и уставился на нее, как олень, которого вот-вот забрызгает беспилотный полуприцеп. .

Она выглядела в точности как Серра. Все, от ее волос до глаз и миниатюрной фигуры, было таким же. Он также знает, что Серра живет в этом городе и выглядит одинаково как в игре, так и в реальной жизни.

Должно быть, это было совпадение, верно?

Нет, это должна была быть она. Не может быть, чтобы это была не она. Даже Рёта знает, что на самом деле одновременно происходит не так уж много совпадений. Она уже живет в том же городе, что и он, по стечению обстоятельств, поэтому не может быть другого совпадения, когда у нее есть двойник, также живущий в этом городе, которого он случайно встретил.

Это слишком невероятно. Если бы случилось что-то настолько безумное, ему пришлось бы начать верить, что он главный герой какого-то клише любовного романа в стиле аниме, полного невероятных совпадений, и… подождите, если это так, разве это не значит, что будут ли такие сцены, как нападение на пляже милых девушек в купальниках со стороны фансервисных монстров с щупальцами, посещение горячих источников и множество сбоев в гардеробе?

Если только.

Рёта качает головой, пытаясь понять, о чем он вообще думал.

Да, он ударил парня и увидел Серру. По крайней мере, Серра не узнает, что это был он. Она, наверное, просто подумает, что он какой-то сумасшедший пьяный парень, который решил пялиться на нее перед тем, как пойти в ванную.

Он садится за свой компьютер и открывает Fiscord.

>HushedVoice: Я видел тебя прошлой ночью в баре! Услышав, как вы, ребята, сказали, что идете в ближайший ко мне бар, я не удержался и сам пошел туда, чтобы убедиться, правда ли это. Я понял, как глупо это было, когда я вспомнил, что понятия не имею, как ты выглядишь… но фотография, которую ты прислал в групповой чат, что, я думаю, ты сделал случайно, помогла мне найти тебя! я действительно

>HushedVoice: ААА, Я НАЖАЛА ВВОД, Я НЕ ХОТЕЛА, Я ДАЖЕ НЕ СОБИРАЛАСЬ ОТПРАВИТЬ, ЧТО Я ПРОСТО НАБОРАЛА ЭТО, ЧТОБЫ УДАЛИТЬ ЕГО ИЗ СВОЕЙ СИСТЕМЫ, КЛЯНУСЬ, Я НЕ СТАЛКЕР ИЛИ КТО-НИБУДЬ, ЧТО Я ПРОСТО БЫЛ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛЮБОПЫТНО И ПРОСТИ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ДУМАЙТЕ, ЧТО Я СУМАСШЕДШИЙ. ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ УДАЛИТЬ ПОСЛЕДНЕЕ СООБЩЕНИЕ? ПОЧЕМУ НЕТ КНОПКИ УДАЛИТЬ? Я ДОЛЖЕН БЫТЬ МОГУТ ПРОСТО ВЫДЕЛИТЬ СВОЕ СООБЩЕНИЕ И ЗАТЕМ НАЗАД!

…

…

Ой.

Он смотрит в групповой чат, чтобы отвлечься от того, что он только что узнал.

>Любимая шлюха Виктора: сегодня не могу играть

>Любимая шлюха Виктора: просто продолжай идти на юг

>Любимая шлюха Виктора: даже ты справишься @TheMemeStruggle

>Любимая Шлюха Виктора: прошлой ночью ты показала мне, насколько ты хороша в управлении делами

>Серра-Берра: непристойность о///о

— Спенс, пожалуйста, — стонет Рёта.

Он возвращается к прямому разговору с Серрой.

>TheMimeStruggle: Извини за вчерашнюю ночь! Я увидел тебя и должен был поздороваться, но я был очень пьян и мне нужно было в туалет. Потом, кажется, я забыл потом. Надеюсь, ты не думал, что я тебя игнорирую.

Он берет гарнитуру и направляется к своей кровати, но Серра отвечает в своей типичной быстрой манере.

>HushedVoice: Все в порядке! Я просто счастлив, что ты не считаешь меня сумасшедшим сталкером или кем-то в этом роде. Ты же не думаешь, что я такой? Клянусь, нет! Полагаю, с моей стороны было неуместно идти туда, зная, что есть большая вероятность увидеть тебя, но… извините, мне не следовало идти.

>TheMimeStruggle: Не беспокойся об этом, придурок. Сумасшедшие девушки в любом случае мой фетиш.

>TheMimeStruggle: Шучу, ты не сумасшедший. Обещать. Ты просто Серра Берра. Эй, если бы ты был там, ты бы видел, хорошо ли я по крайней мере попал к тому парню?

>HushedVoice: У него из носа шла кровь, но я не знаю, из-за тебя это или из-за вышибалы. Но это было действительно круто! Даже если я все еще чувствую себя виноватым из-за того, что поехал, я не жалею об этом. Я должен увидеть тебя героем!

«О каком аду вы говорите? Я не герой. Ты действительно сошел с ума, если называешь меня так, — говорит Рёта, заливаясь румянцем.

>TheMemeStruggle: Я просто пытался вести себя жестко, чтобы произвести впечатление на всех девушек в баре, очевидно.

>HushedVoice: Сработало >///>

«Почему ты должен это признавать? Я влюблюсь в тебя, если ты сделаешь это настолько очевидным. Шутки в сторону."

>TheMemeStruggle: Ты придурок. Я скоро буду в игре. Компания будет оценена.

>HushedVoice: Извините! Я не могу продолжать до обеда с другом. Я думаю, как у вас с Олли ночи мальчиков, это мои девочки… полдень!

>TheMmeStruggle: Достаточно честно. Тогда увидимся в игре позже! Приятного обеда.

С этими словами Рёта встает из-за стола и снова ложится на кровать с уже надетой на голову гарнитурой. Время погрузиться и снова стать Фенриром.

Фенрир оказывается на обычном месте, а Сая сидит напротив него.

— Тебе нужно больше тренироваться, Онии-чан, — говорит Сая, боясь с тенью на своем месте.

— Говорит девушка, у которой даже мышц нет, — парирует Фенрир.

Он сожалеет об этом.

Сая превращается из милой младшей сестры в накаченную тяжелоатлетку с головой, слишком маленькой для ее тела, в мгновение ока.

"Пожалуйста."

Сая возвращается в нормальное состояние, на ее губах появляется самодовольная ухмылка. «Моя прибыль слишком велика для тебя, братан!»

— Ты учишься быть придурком у Серры? Такой подражатель».

«Я просто копирую то, что вам нравится! Я… я имею в виду, я не хочу, чтобы я тебе нравился или что-то в этом роде, Братик.

— В любом случае, — Фенрир меняет тему, пока его сердце снова не забилось, — у меня есть вопрос.

"Конечно, вы делаете."

«Я помню того чувака, которого мы убили, когда он говорил о стриминге. Как это работает?"

«Как и в любой другой игре! Ну может не просто так. Если вы являетесь стримером на любой онлайн-платформе, мы можем привязать вашего игрового персонажа к стриминговому сервису! Вы можете транслировать от первого лица, чтобы все видели то, что видите вы, или от третьего лица. Вы также получите маленькое окно, плавающее рядом с вами, если хотите, чтобы вы могли видеть, что все говорят, знать, сколько людей смотрят, и так далее!

«Подождите, разве это не даст огромное преимущество стримерам? Люди могли указать, если они что-то видят, и если вы можете показать им вид вашего персонажа от третьего лица, они могут предупредить вас о ком-то позади вас».

— Не беспокойся, Онии-чан! Мы, виртуальные помощники, обязаны отфильтровывать все сообщения, которые могут дать стримерам несправедливые преимущества. Таким образом, зрители могут задавать вопросы, здороваться, говорить о реальных вещах и так далее, но они вообще не смогут помочь тому, кого они смотрят! Мы как… супермодераторы чата!»

— Хорошо, тогда это имеет смысл. Подождите, поскольку в игре есть нагота и секс, разве это не похоже на потоковую порнографию иногда?»

«По правилам большинства стриминговых платформ, да! Вот почему им приходится либо стримить через платформы, традиционно предназначенные для секса и эротики, либо использовать одну из платформ, где есть разделы для взрослых».

«Итак, в некотором смысле… они почти как девушки из видеочата».

— По твоей логике, может быть.

«Это забавная логика. Подумайте об этом, тот надоедливый придурок, которого убила Кэсс, эквивалентен вебкам-девушке. Я имею в виду, я не пытаюсь пристыдить девушек с веб-камеры или что-то в этом роде, но вы знаете, что он очень разозлится, если я сделаю это сравнение с его лицом».

Сая хихикает. — Хорошо, Онии-тян, ты выиграл. В любом случае, готовы погрузиться?»

"Ты это знаешь."

Фенрир оказывается в корпусе корабля. Рок должен чувствовать, что он в игре и не спит, потому что, как только он открывает глаза и наклоняется, скалистый маленький щенок мчится вниз по лестнице на полной скорости! И спотыкается, и падает на последних ступеньках, но потом продолжает бежать на полной скорости!

«Вот моя девочка! Вы вели себя? Нигде нет аварий? Подожди, я не думаю, что у тебя могут быть несчастные случаи, — говорит Фенрир, проводя руками по телу Рока, пока она так сильно виляет хвостом, что он боится, что тот упадет.

Все остальные еще спят.

«Есть только я и ты, девочка. Давай, поднимемся наверх.

Рок спрыгивает с его колен и мчится обратно наверх так же быстро, как она спускалась по ним. Он вздрагивает, когда беспокоится, что она снова споткнется, но, к счастью, она помирилась без каких-либо проблем.

Что-то беспокоит Фенрира, когда он выводит корабль из бухты.

На этот раз он действительно хотел сыграть в игру по-другому. Типа, на этот раз серьезно. Это не должно было быть еще одним из тех случаев, когда он говорит Спенсеру и Виктору, что на этот раз он будет совершенно другим, только чтобы в конечном итоге уступить их требованиям насилия и подлости. И, честно говоря, это не один из тех случаев.

Все, что они сделали, чтобы уже попасть в плохие стороны других, было инициировано никем иным, как им самим.

"Что я делаю?" — спрашивает он, склоняясь над штурвалом корабля.

Беспокойство наполняет его разум и кишки. После этой последней попытки доксировать его и угроз смерти, которые ему присылали, он действительно не хочет снова подниматься до позора. Тем не менее, как бы он ни любил рыбалку, он чувствует себя таким живым и естественным, когда занимается одним и тем же с парнями, а теперь с Серрой и Кассиэлем.

Почему он не может просто играть в игру так, как он хочет, не беспокоясь о том, что люди воспримут это слишком серьезно и будут преследовать его в реальной жизни? Несправедливо, что он должен ограничивать себя гораздо больше, чем все остальные. Он сомневается, что многим другим угрожают смертью и предпринимают попытки докса только потому, что они весело проводят время, играя в игры. Он мог бы понять это лучше, если бы он обманывал или взламывал, но они никогда этого не делали.

Чего он на самом деле хочет от этой игры?

Стоит ли риск возвращения к своим корням? Разве игра в игры не направлена ​​на то, чтобы развлекаться и делать все, что он хочет?

— Онии-чан, я замечаю, что ты сильно напрягаешься. Тебе следует проснуться и отдохнуть от игры подольше, чтобы как следует все обдумать, — вмешивается Сая.

— Спасибо, Сая, но я в порядке. Я просто… немного напуган, но в то же время это захватывающе. Я думаю, что просто буду продолжать делать то, что мне хочется делать в данный момент, не слишком стараясь делать то одно, то другое. Я просто собираюсь быть собой и дурачиться. Не собираюсь быть каким-то суперзлодеем, не собираюсь быть линчевателем — я не собираюсь пытаться избегать их. Имеет ли это смысл? Я просто собираюсь плыть по течению. Кроме того, у каждого, кто в это играет, есть виртуальный помощник. Не могли бы вы просто предупредить власти, если кто-то сделает что-то противозаконное?»

"Ага! Это было включено в условия обслуживания, которые вы проверили, не прочитав их полностью. Это не значит, что мы шпионим за вами и отправляем всю вашу информацию правительству, но если мы обнаружим, например, что вы помните, что вы были серийным убийцей или насильником, то мы уведомим соответствующее государственное учреждение, чтобы они могли установить вы в списке наблюдения. Ничто из того, что мы можем им предоставить, не считается веским доказательством в суде, но в первую очередь это может помочь предотвратить плохие вещи. Так что, если кто-то решит, что они попытаются выследить вас в реальной жизни, потому что они хотят убить вас и извлечь ваши органы».

— Это немного специфично.

— Хм, не перебивай меня! Если кто-то захочет убить вас и извлечь ваши органы, мы предупредим кого-нибудь об этом намерении».

"Это хорошо знать. Спасибо, Сая. Это заставляет меня чувствовать себя намного лучше».

— Нет проблем, Онии-чан! А теперь будь собой!»

«Да, да».

С Сайей в голове и Роком рядом, ясным небом с сияющим солнцем и легким бризом, наполняющим паруса корабля, Фенрир не мог и мечтать о лучших условиях для плавания.

Наконец, путешествие в город пиратов возобновляется.

Фенрир получает приличное расстояние между кораблем и берегом. Он хочет иметь возможность расслабиться и насладиться пейзажем, возможно, еще немного попрактиковаться в забросе удочки, позволяя кораблю плыть самому. Чем больше расстояние между кораблем и берегом, тем меньше ему приходится беспокоиться о том, что он случайно натолкнется на что-нибудь.

— Подожди, здесь что-то не так, — говорит Фенрир, оглядывая корабль. Рок наклоняет голову, следуя за ним. «Скорая помощь, Рок», — говорит он, несмотря на то, что его голос не звучит слишком взволнованно. — У нее еще нет имени. Каждому кораблю нужно имя!

Рок не понимает, что происходит, но она все равно счастлива и виляет хвостом!

«Хорошо, давайте порассуждаем. Как насчет… Морской Скалы ? — спрашивает он, глядя на Рока. Она все еще виляет хвостом и радостно лает. Однако он думает, что это только потому, что она услышала свое имя. «Я не думаю, что хотел бы оказаться на корабле, названном в честь чего-то, что тонет на дне воды. Как насчет… Пингвина ? Неа. Я не могу дублировать такие имена, мой телевизор может завидовать».

Рок перестает обращать внимание и вместо этого облизывает ей лапы.

«Назвать ее как-нибудь крутым? Она не совсем на том же уровне, что и Божественная Цитадель , так что, может быть… Божественная… Хижина ? Да, она всего лишь лачуга по сравнению с Божественной Цитаделью , так что, может быть, что-то еще.

Лицо Фенрира загорается.

"Я понял! Отныне тебя зовут Китобилл , — объявляет он, похлопывая борт по корпусу корабля. «Возможно, ты еще не такой классный, как китоглав, но ты добьешься этого. Я укреплю тебя и сделаю тебя достойным этого имени!»

«Разве ты не назвал корабль в честь китоглава только потому, что увидел антропоморфную аниме-девушку-китоглава?» — спрашивает Сая.

— Ты… не ошибаешься, но китоглавы сами по себе потрясающие. Они как современные динозавры! И они издают очень классные звуки. Они как… аллигаторы среди птиц, — объясняет Фенрир.

— Если ты так говоришь, Онии-чан.

— Что ты думаешь, Рок? Разве Шубилл не отличное имя? — спрашивает Фенрир, приседая, чтобы узнать мнение Рока.

Рок радостно лает, а затем возвращается к своим щенячьим вещам.

— Двое против одного, Сая.

— Я никогда не говорил, что я против!

«Слишком поздно, вы проигрываете, мы выигрываем».

«Знаешь, технически я разделяю тебя, поэтому, если ты выиграешь, я тоже выиграю».

«Да, ну, та часть тебя, которая не является частью меня, проигрывает».

Сая мысленно фейспалм.

— Какого черта ты разговариваешь сам с собой, ублюдок? — спрашивает Кассиэль у входа в каюту.

Уши и хвост Фенрира взлетели вверх, когда он оборачивается, чтобы посмотреть на нее, и его щеки заливаются румянцем. Он громко разговаривал с Сайей, но она говорила только у него в голове.

Рок прыгает и бежит к ней. Она подпрыгивает на ноге Кассиэля, как будто хочет, чтобы ее подняли, но Кассиэль сопротивляется.

«Ах, я, ммм, разговаривал со своим виртуальным помощником», — объясняет Фенрир.

— Ты же знаешь, что можешь сделать это в уме, да? — спрашивает Кассиэль.

— Да, но… знаешь, здесь больше никого не было, так что я решил просто поговорить нормально.

Она пожимает плечами.

— Что ты делаешь на… о, разве ты не говорила, что вчера у тебя была работа? Как это было?"

«Я собираюсь отвлечься от того, какой дерьмовой была моя смена. Вот почему я в деле, и именно так проходила работа», — объясняет она.

— Тогда расслабься и успокойся. Я буду здесь, если тебе что-нибудь от меня понадобится, — говорит он, полагая, что она предпочла бы немного побыть от него, если у нее такая плохая смена и она просто хочет расслабиться.

Вместо этого она подходит к нему и перегибается через борт корабля.

— Могу я поругаться? она спрашивает.

Фенрир удивлен, услышав этот вопрос. Он действительно полагал, что ей просто нужно немного тишины и покоя, и он не считал ее из тех девушек, которые действительно говорят о реальной жизни — если предположить, что она хочет говорить об этом. «Давай, — говорит он.

«Ребята — чертовы мудаки».

О, это один из тех видов тирады.

— Да, иногда мы можем.

«Мой босс заставляет меня носить эту скудную дерьмовую штучку, которая почти ничего не прикрывает, а потом говорит, что я слишком остро реагирую, когда жалуюсь на парней, которые постоянно ко мне пристают и пытаются лапать. Мол, что за ебаный кусок дерьма. Ему повезло, что мне нужна эта работа, иначе меня бы там не было».

Фенрир хочет что-то сказать, но не знает, что сказать. Он всегда мог попробовать «просто слушать», что, как он всегда слышит, говорят эксперты по отношениям. «Это отстой», — подтверждает он ее чувства.

«А потом, когда один из клиентов, наконец, действительно заступается за меня, его выгоняют и запрещают посещать бар. Знаешь, что на самом деле запутано? Ублюдка, который меня трахнул, не забанили, потому что мой босс говорит, что он просто был пьян и «был парнем», но парень, который ударил его вместо меня, забанен . Я сказал ему, что его нельзя банить, а он сказал, что ему нельзя возвращаться за попытку начать драку. Затем он говорит мне, что этого ублюдка не забанили, потому что это нанесет ущерб репутации бара.

«Это звучит действительно дерьмово. По крайней мере, кто-то пытался заступиться за тебя.

«Да, но меня бесит еще больше, когда я думаю о том, как какой-то случайный парень защищал меня больше, чем любой из моих бывших. Какой-то случайный парень, которого я даже не знаю, относился ко мне лучше, чем к любому из тех придурков, с которыми я встречалась, а потом у него из-за этого проблемы. Я почти жалею, что он этого не сделал, просто чтобы я мог думать, что все парни — куски дерьма, вместо того, чтобы напоминать мне, что я просто принимаю дерьмовые решения».

«Похоже, тебе стоит пригласить его на свидание, если ты когда-нибудь снова его увидишь», — поддразнивает Фенрир.

Она поворачивается, чтобы посмотреть на него, и смотрит на него. — Заткнись, ублюдок. Сомневаюсь, что я когда-нибудь снова его увижу. Кроме того, он, вероятно, просто защищал меня, чтобы попытаться снять с меня одежду.

«Он кажется довольно милым парнем. Он просто хотел защитить вашу честь, миледи. Он передал тебе свою фетровую шляпу после того, как поддержал тебя?

К удивлению Фенрира, он на самом деле видит, как Кассиэль улыбается и выглядит так, будто она сдерживает смех.

— Заткнись, — повторяет она, голос явно дрожит и хочет рассмеяться. — Боже, такие парни — худшие. Каждый парень, которого я встречаю, либо какой-то извращенный мудак, который хочет попытаться вести себя как какой-то доминирующий «альфа» и думает, что он крут, потому что умеет флиртовать, либо они бесхребетные «хорошие парни», которые ведут себя мило только для того, чтобы попробовать и залезай ко мне в штаны, потому что они слишком застенчивы, чтобы просто флиртовать со мной напрямую, или они не знают, как это сделать».

«Кто я?» — спрашивает Фенрир.

«Раздражающий».

Фенрир усмехается. "Справедливо. В любом случае, я знаю, что вы имеете в виду. Я вздрагиваю каждый раз, когда вижу таких парней. Как будто почти каждый парень, которого я знаю, думает, что должен либо обращаться с девушками как с дерьмом, потому что им это «подсознательно нравится из-за эволюции», либо возводить их на пьедестал и обращаться с ними как с богинями, чтобы доказать, что они более преданны, чем все остальные. парень."

— Боже, я знаю, да?

«Они не знают, что все, что вам нужно сделать, это обращаться с девушкой, как будто она просто другой человек. Если вы просто относитесь ко всем парням и девушкам одинаково — с уважением и как нормальный человек, это работает лучше. Так происходит со всеми успешными отношениями, которые я знаю».

"Точно! По крайней мере, один из вас, ублюдков, получит это.

«Я думаю, что об этом довольно интересно подумать. Я имею в виду – почему парни так себя ведут? Я действительно думаю, что быть альфой и доминантом имеет место быть, но это не значит быть мудаком. Я думаю, было бы более справедливо просто сказать: будь уверенным, вместо того, чтобы пытаться быть альфой или доминировать. Тогда у вас есть хорошие парни, которые в основном являются результатом романтических комедий, выкачиваемых дюжинами каждый год».

«Какое отношение романтические комедии имеют к жутким парням?»

"Думаю об этом. Сколько раз парни в романтических комедиях одержимы девушкой, готовы на все, чтобы завоевать ее, ведут себя как пограничные сталкеры, капризничают на глазах у всех и делают громкие публичные признания, а затем завоевывают девушку? Эти фильмы в основном заставляют парней вести себя как жуткие, одержимые сталкеры, где, если они достаточно настойчивы, их вознаграждают».

"…хм. Да, я понимаю твою точку зрения. Черт, теперь я больше не смогу наслаждаться этими фильмами».

— Я не думал, что ты романтическая комедия.

Кассиэль снова смотрит на него, на этот раз с покрасневшими щеками. — Я выброшу тебя за борт, если ты кому-нибудь расскажешь.

«Рассказать кому-нибудь что? Я не знаю, о чем ты говоришь, — говорит он с преувеличенным замешательством.

Океанский бриз касается лица Кассиэля, откидывая ее волосы назад и заставляя ее щуриться. То, как она поднимает руку, словно защищаясь от соленого ветра, — это первый раз, когда он видит ее женскую сторону. Мило. «Извините, что вам пришлось столкнуться со всем этим, — говорит он.

«Все в порядке, теперь я с этим справился. Спасибо, что выслушал меня. Я знаю, как сильно вы, ребята, ненавидите подобные вещи».

«Нет, это ничего. Мне нравится говорить и слушать людей. Таким образом вы узнаете о них больше, и чем больше вы о них узнаете, тем ближе вы к ним подберетесь. Делает отношения более личными».

Фенрир клянется, что видит легкую улыбку на ее губах, но она отворачивается, прежде чем он успевает это подтвердить.

— Разве ты не встречался с этим мальчиком-оленем? Как его звали? она меняет тему.

«Да, мы живем в нескольких часах друг от друга. Он приходит и навещает меня два раза в месяц, чтобы выпить в центре города. Его зовут Олеандр — ну, его персонажа зовут».

"Как это было? Ты выслушал меня и мои дерьмовые проблемы, так что справедливо будет выслушать, как прошел твой день».

«Это было довольно хорошо. Я сильно напился, поэтому мало что помню, но помню, как ударил какого-то парня по лицу, а потом меня выгнали».

Кассиэль резко поворачивается, чтобы посмотреть на него. — Какого черта ты ударил парня? Ты пытаешься устроить случайные драки в баре? Она звучит как ругающая мать.

«Нет, ничего подобного. Я просто помню, как он вел себя мудаком с нашей официанткой и приставал к ней, так что я подошел и ударил его. Вероятно, мне нужно было просто подождать, пока вышибала сделает это, так как я, вероятно, теперь забанен, но — Кэсс? Что за взгляд?»

Кассиэль не понимает, что она откровенно смотрит ему в лицо. Она только сейчас вспоминает, что они сказали, что идут к Одноглазому Пирату , и он, видимо, ударил парня, а затем его выгнали. Он совсем не похож на того парня в баре… но вчера в баре не было никаких других инцидентов с применением насилия. Она проклинает себя за то, что забыла, что он якобы должен был быть там. Ее ненависть к своей работе просто поглощает ее и большую часть времени подавляет логическое мышление. Теперь, когда она выплеснула свою ненависть и собирает кусочки воедино, он должен быть тем парнем из бара.

— Ты… что за взгляд? она спрашивает.

Фенрир не понимает, что он нагло смотрит ей в лицо. Только сейчас он понимает, что их истории звучат почти одинаково, и, зная то, что он знает об управлении этим баром, начинает собирать кусочки воедино. Она была одета в скудный наряд, ей приходилось иметь дело с мудаками-клиентами, ее защищал какой-то парень, которого потом выгнали, и – подождите, разве она не выглядит почти так же, как его официантка?

Двое продолжают смотреть друг на друга, теперь указывая пальцами друг на друга.

Рок игнорирует их, чтобы продолжать делать рок-вещи.

— Эй, Кость, ты ухх, — говорит Фенрир, указывая на рот Бонекраки. Два бивнеобразных клыка, торчащих из-под его нижней губы, стали острее и длиннее, как сейчас зубы Фенрира. Несколько крошечных рожек, похоже, начинают прорастать изо лба Бонекраки над его бровями, по два над каждой.

Бонекрака смотрит на свои бивни. Раньше он едва мог их видеть, но теперь, когда он смотрит вниз, их легко найти. Его нижняя губа немного выпячена, чтобы освободить место для бивней, растущих позади них.

— Крабов есть? — спрашивает Бонекрака, явно не заботясь о сдаче.

Олеандр пожимает плечами. «Я принесу немного дров! Эй, — он смотрит на Серру, — хочешь пойти со мной? Мы позволим этим двум парням заниматься грязными делами, пока у нас есть время для хороших девушек!»

Серра смотрит на Фенрира. Она не выглядит слишком взволнованной из-за того, что покидает его, но когда Фенрир кивает и говорит, что краб будет готов, когда они вернутся, она уходит с Олеандром.

— Кричи, если тебе понадобится помощь! Кричит Фенрир, когда Олеандр и Серра вместе уходят. Теперь он остался на пляже с Бонекракой и двумя огромными крабами. «Полагаю, мы должны просто… оторвать все ноги? У нас нет кастрюли, чтобы их варить, к тому же я думаю, что эти ножки все равно будут слишком большими для этого, так что просто прикрепите их к огню и пусть они так варятся?

«Ч. Не ели крабов раньше? Позвольте мне показать вам, как это делается, — говорит Бонекрака, переворачивая своего краба на спину и приступая к работе. Он держит одну ногу на его нижней стороне, используя обе руки, чтобы схватить по одной ноге рядом с тем местом, где они соединяются с телом. При хорошем рывке каждая нога отрывается от тела. Один оставшийся коготь также отрывается. С восемью ногами и двумя когтями, сложенными в кучу рядом с телом краба, Бонекрака должен присесть над крабом для следующей части. Он переворачивает его на переднюю часть и вонзает руки в раковину, где были удалены две задние ножки, и начинает тянуть вверх.

Он смотрит на Фенрира. — Давай, подержи краба. Положи руки туда, где мои, но держи», — командует он.

Фенрир делает, как велено, встает на колени и держит краба с того же места, где подъезжает Бонекрака. Приходится немного повозиться, но Бонекраке удается сразу оторвать от краба верхнюю часть панциря.

Желтая жидкость выплескивается наружу и брызгает на лицо Фенрира. Его уши дергаются, а нос морщится от его запаха и вкуса.

«Не беспокойтесь, это всего лишь э-э, как вы это называете… это горчица», — объясняет Бонекрака.

На вкус она определенно не похожа ни на одну горчицу, которую Фенрир когда-либо пробовал раньше. Он поднимает руку, чтобы стереть его с лица, прежде чем посмотреть на обнаженное тело краба. «Теперь держись здесь», — Бонекрака указывает на гребень напротив себя. Когда каждый человек держится за одну сторону краба, Бонекрака отдает приказ тянуть. Тело разделено на половинки с небольшим усилием между ними двумя.

Несмотря на то, что кровь отключена, Фенрир может видеть внутренности краба в мельчайших деталях. Технически это может быть кроваво, но это не более кроваво, чем смотреть на кусок сырого стейка. Это просто еда. «Вот кусковое мясо», — Бонекрака указывает на большие куски мяса белого краба, выстилающие внутренности каждой половинки, которую они разрезают. С очень небольшой грацией он хватает один из кусков и засовывает его в рот.

Учитывая, насколько безумно дорогими стали крабы за последнее десятилетие, возможность просто пойти и убить краба в игре, а затем попробовать его в точности так, как он будет на вкус в реальной жизни, просто невероятно. Большинство представителей их поколения, которые никогда раньше не пробовали морепродукты, смогут их попробовать! Фенрир даже не может вспомнить, когда в последний раз видел морепродукты в магазинах.

Фенрир копирует Костекраку, отрывая кусок мяса и съедая его сырым. Вкус потрясающий! Он сомневается, что Олеандр и Серра захотят есть сырых крабов, поэтому он оставит мясо ноги и когтей этим двоим, пока он и Бонекрака наслаждаются кусковым мясом.

— Эй, — говорит Фенрир, пережевывая куски краба, — как думаешь, можно продать какую-нибудь часть этих крабов? Может быть, нам стоит… подождите, у меня есть идея. Он хватает ближайший коготь и отрывает его от остальной части ноги у запястья. Вынув коготь из ноги, он вонзает в него всю руку и начинает вытаскивать все мясо.

Конечно, он не позволяет ни одному из этого мяса пропадать даром. Он ест все, что вытаскивает.

Он понимает, что ест намного больше, чем мог бы в реальности. «Ты же не думаешь, что мы можем растолстеть от слишком большого количества еды, не так ли?» — спрашивает он, хотя уже знает ответ.

«Ты будешь толстой собакой, как корги», — отвечает Бонекрака.

Фенрир опускает хвост и хмурится. Он очень хочет есть как можно больше, но он не хочет уподобляться приземистому пухлому корги. Остальное мясо бросается в кучу крабовых ножек, а оттуда все это лопатой заталкивается в глотку Бонекраки.

Коготь освобождается от всего своего мяса после нескольких минут копания и вытягивания. Фенрир помещает каменный наконечник копья, все еще привязанный к обломку палки, внутрь когтя рядом со своим верным камнем и стеблями, которые Олеандр уронил перед боем. «Это хорошая временная сумка, не так ли? Его будет тяжело носить с собой, но теперь мы сможем нести больше вещей, — объясняет он, держа коготь в руках.

Боункрака выглядит так, будто не знает, впечатляться ему или нет. Вместо того, чтобы беспокоиться об этом, он проглатывает еще несколько крабов, прежде чем отправиться к тому, кого убил Фенрир. «Помогите подготовить это».

«Подожди, твоя рука. Похоже, он сильно пострадал во время драки. Все в порядке? Извините, что не спросил раньше». — говорит Фенрир.

Бонекрака смотрит на свою руку и говорит: «Э-э. Сейчас не сильно больно. Чувствовал себя разбитым во время боя, но сейчас лучше».

«Хорошо, это значит, что мы не совсем облажались без целителя. Это было бы отстойно, если бы вам пришлось ждать, пока кто-нибудь вылечит его, чтобы стало лучше. Хм. Интересно, восстановим ли мы все свое здоровье в результате естественной регенерации или нет? Что, если есть статусный эффект, который отравляет нас или что-то в этом роде? — спрашивает Фенрир, пытаясь услышать мнение Саи, но она не отвечает. Это означает, что этому он должен научиться сам.

Пока Фенрир и Бонекрака заканчивают готовить второго краба, Олеандр и Серра собирают связки веток, сухих листьев и немного мертвой травы.

«Я собираюсь сообщить вам прямо сейчас, что он довольно плотный. Иногда он может быть естественным флиртом, но если вы не ударите его по лицу своими чувствами, он их не поймет, — говорит Олеандр Серре, который замирает на месте при его словах.

— Как… как ты можешь сказать? Я… я настолько очевиден?» — спрашивает Серра тихим голосом и красными щеками.

«О да, очень очевидно, плюс я хорошо улавливаю такие вещи».

— Я… знаю его всего несколько часов. Ты думаешь, это уже странно, что он тебе нравится?

«Если я что-то и узнал о людях, играя в игры, так это то, что дружба и влюбленность могут возникать очень быстро. Один из других наших друзей познакомился с девушкой и, по его словам, влюбился в нее в течение часа, играя с ней. Они начали встречаться в один и тот же день, через несколько недель встретились офлайн, а через год поженились. Это было несколько лет назад, и они до сих пор вместе. Жаль, что они больше не играют с нами в игры, — Олеандр делает паузу и улыбается, вспоминая приятные воспоминания. «Помню, я знал, что стану хорошим другом Рёты — ах! Извините, не дайте ему знать, что я назвал его имя. В любом случае, я знал, что стану хорошими друзьями с Фенни, как только мы начали разговаривать. Иногда вы можете просто мгновенно щелкнуть кого-то. Я знаю, что многие люди сказали бы: «О нет, это не настоящая дружба и не настоящая любовь» или что-то в этом роде,

Серра делает глубокий вдох и улыбается. Его слова вызывают у нее волну облегчения. "Спасибо. Я думал, что я… веду себя странно. Ах, ммм, мой голос. Это… звучит нормально?» она спрашивает.

«Звучит как голос для меня! Не волнуйся, твой секрет в безопасности со мной, и он не будет таким очевидным, если ты будешь говорить чаще. Вы привыкнете к этому в мгновение ока. Каково это?"

Серра сначала выглядит удивленным, но улыбается тому, как он справляется с этим. «Спасибо, и это странно, но… приятно. Я читал о том, что многие люди, как и я, играют просто для того, чтобы испытать все это».

«Меня это не удивляет. Люди в инвалидных колясках могут ходить, а люди, живущие в центре города, могут бегать по лесам и исследовать, так что да. Логично, — говорит Олеандр, глядя в небо. «Я всегда хотел увидеть небо, не затянутое смогом. Будь то что-то вроде вашего случая или моего, мы все переживаем здесь что-то новое». Он делает огромный, преувеличенный вдох. «Так приятно дышать чистым воздухом! В любом случае, ты готов вернуться?

Серра кивает, но когда она вспоминает, что Олеандр только что сказал о том, чтобы больше говорить, она дает правильный ответ. "Давайте есть."

Серра и Олеандр вернулись на пляж как раз вовремя, чтобы увидеть, как Бонекрака и Фенрир падают на землю, их животы вздуты от того, что они могут только предположить, это огромное количество крабов.

«Стоит стать корги», — говорит Фенрир Бонекраке. Орк рыгает и поднимает руку на Фенрира, чтобы они могли ударить друг друга кулаками.

"Привет! Вы, ребята, ели без нас! Да ладно, мы потратили все это время, собирая достаточно вещей для костра!» — кричит Олеандр, роняя собранную в руках древесину на живот Бонекраки. Это заставляет орка снова рыгать.

Позади двух раздутых мужчин лежат очищенные от мяса тушки крабов. Есть еще куча из шестнадцати ног и трех когтей, которые еще не лишены мяса, но это не имеет значения для тех двоих, которые собирали материалы для костра, пока другие ели.

Серра стоит рядом с Фенриром с очень равнодушным выражением лица. Это похоже на то, когда она притворялась, что расстроена из-за того, что Олеандр флиртует с ним, но на этот раз выражение ее лица не изменилось через несколько секунд. На этот раз она действительно обеспокоена. Фенриру кажется, что его ругают, а она не говорит ни слова.

Фенриру не потребовалось много времени, чтобы понять, почему она расстроилась. После того, что он сказал об ужине с крабами под луной, он бы расстроился, если бы оказался на ее месте. Не то чтобы он не хотел есть с ней. Однако столкнувшись с вкуснейшим крабом и диким аппетитом, ждать было просто невозможно.

"... Виноват. Прости, я облажался, — извиняется Фенрир. — Я возмещу вам двоим огонь, хорошо?

— Я определенно не справлюсь, — говорит Олеандр раздражённо-дерзким голосом.

Серра роняет дерево и другие материалы из рук на Фенрира, дуется и уходит с Олеандром.

Фенрир смотрит на Костекраку. Бонекрака тут же отворачивается.

Это верно. Стряхнув с себя все материалы, Фенрир встает, собирает все дрова и другие материалы и начинает разводить достаточно большой костер, чтобы приготовить в нем крабовые лапки.

Учитывая, насколько массивны ноги краба, два самых маленьких члена группы едва смогли собрать достаточно дров, чтобы Фенрир развел достаточно большой костер. По крайней мере, ему не нужно беспокоиться о месте для костра, так как они на пляже.

Несколько минут спустя Фенрир разжег костер. Он решил сделать его широким, а не высоким, чтобы они могли положить на него ноги, но даже в этом случае на него поместится лишь несколько ножек. С другой стороны, Олеандр и Серра оба маленькие, поэтому он сомневается, что им вообще нужно много есть.

Он просто беспокоится об Олеандре и Серре, особенно о Серре. Он ненавидит, что уже сделал что-то плохое своей новой подруге всего за несколько часов знакомства с ней. Кто захочет оставаться друзьями с кем-то, кто так быстро облажается? Ну, это будет не первый раз, когда что-то подобное происходит. Все, что он может сейчас сделать, это попытаться извиниться еще немного, прежде чем она решит, что он еще хуже.

Фенрир оборачивается, чтобы позвать двоих, и врезается прямо в Серру.

"Извини! Не знал, что ты стоишь прямо там. Вы в порядке?" — спрашивает Фенрир. Отлично, сначала он ел без нее, а теперь чуть не сбил ее с ног!

Серра смотрит вниз во время своего ответа: «Я… прости. Я… злился, что ты ел без нас, но я даже не помогал во время боя, так что… прости…

Она чувствует, как большая теплая рука ложится ей на голову. Румянец тут же заливает ее лицо, когда она смотрит на Фенрира дрожащими глазами.

— Нет, тебе не за что извиняться. Это я предложил поужинать крабами под луной, — ему хочется скривиться от одной мысли об этом, — так что я не должен был есть без тебя. Мне жаль."

Серра чувствует, как ее сердце трепещет в груди. Это неприятное ощущение, но не совсем неприятное. «Спасибо… но я все равно не помог в фи…»

— Я говорил тебе, что буду здесь, чтобы защитить тебя, если до этого дойдет, не так ли? Я человек слова, поэтому тебе не стоит извиняться за то, что я сдержал свою клятву.

Это ощущение трепета становится еще более неудобным. Ее лицо горит красным, и она даже не может найти в себе силы сейчас посмотреть ему в глаза.

— Я должен извиниться перед Олли, а потом вернусь и подожгу. Оставайтесь на месте, и я быстро приготовлю для вас двоих вкусные крабовые ножки! — говорит Фенрир с широкой улыбкой и поднятым вверх большим пальцем. Все, что Серре удается ответить, это нервный кивок. Его улыбка исчезает, как только она больше не может его видеть. С бешено колотящимся сердцем он не может перестать думать о том, что только что сказал. Было ли его извинение достаточно хорошим? Должен ли он был позволить ей извиниться, даже если он не считает, что она должна? Он не знает.

Фенрир подбегает к тому месту, где все еще дуется Олеандр. Однако, как только он приближается, Олеандр оборачивается с дразнящей ухмылкой. «Вы очень легко установили этот флаг для себя! У меня было предчувствие, что вы с Бони собирались поесть, но я не знал, что ты съешь так много! говорит Олеандр.

"Чего ждать?" — спрашивает Фенрир.

"О ничего! Не беспокойтесь об этом. Огонь готов?

Фенрир смотрит на подозрительного мальчика. «Да… просто нужно начать».

"Идеальный! Ладно, пойдем обратно». Олеандр чем-то подозрительно доволен. Он держит руки вместе за спиной, когда идет, и его шаг немного скачет. Он даже свистит! Фенрир пытается понять, о чем говорил Олеандр, но не может понять это к тому времени, когда они достигают Серры и костра.

Лицо Серры все еще красное, когда он возвращается. К счастью для нее, он, кажется, этого не замечает и сразу же приступает к разжиганию огня. Он делает это так же, как сначала готовил рыбу, которую поймал ранее, но на этот раз он может приготовить кусок угля быстрее, чем раньше, на пару минут! Он предполагает, что должен быть какой-то навык разжигания огня. Даже кусок угля больше и горячее, чем в первый раз!

Поместив кусок в трут, он поджигает трут, прежде чем подбросить его в костер. Огонь распространяется медленнее, чем раньше — он предполагает, что это из-за того, что в воздухе больше влаги и не все собранные дрова полностью высохли, — но вскоре он охватывает костер. — Как вы думаете, сколько вы можете съесть? — спрашивает Фенрир, стоя рядом с грудой крабовых ножек.

«Сколько в каждой ноге?» — спрашивает Олеандр.

«Примерно… не уверен, но я хочу сказать больше пятнадцати фунтов в каждой ноге», — отвечает Фенрир.

Олеандр и Серра смотрят друг на друга, а затем снова на Фенрира.

«Выглядит ли кто-нибудь из нас так, будто мы можем даже съесть больше пары фунтов? Кроме того, независимо от того, насколько редки сейчас крабы, я сомневаюсь, что они достаточно хороши, чтобы просто съесть несколько фунтов, если только вы не хищный пес или тупой орк, — объясняет Олеандр.

Фенрир не может найти изъяна в этой логике. Всего одной из этих ножек было бы достаточно, чтобы в реальности накормить семью из четырех человек. Он смотрит на груду ног. Какого черта они должны делать со всеми этими ногами? Крабы — это то, что нужно есть сразу после того, как их убили, поскольку в них развиваются опасные бактерии гораздо быстрее, чем в большинстве морепродуктов. Ну, может, в игре еда не портится со временем? Тем не менее, он кладет одну ногу краба на огонь. Там достаточно мяса для обоих голодных членов группы. «Я съем все, что осталось», — говорит он.

Оболочка, защищающая ногу, вскоре обугливается, и, поскольку ни Олеандр, ни Серра не беспокоятся о том, что мясо внутри полностью приготовлено, поскольку это свежие морепродукты, Фенрир вытаскивает ногу из огня и позволяет им заняться ею. Хотя он, возможно, ел во время их отсутствия, он также нашел пару больших сломанных ракушек, которые он вымыл в воде, чтобы использовать их в качестве тарелок.

— Видишь, Серра? Даже собаки могут быть задумчивыми, если они не эгоистично набивают себе морду!» Олеандр дразнит. Фенрир хочет метнуть снаряд в Олеандра, но, услышав хихиканье Серры, позволяет искушению пройти, не реагируя на него.

В конце концов, Фенриру удается съесть еще немного. Он съедает столько, сколько у них осталось в ноге, но когда остается слишком много, он бросает ногу поверх Бонекраки, чтобы позволить ему съесть ее. Бонекрака раздраженно хмыкает, когда нога падает ему на раздутый живот. Тем не менее, это не мешает ему копаться в ноге, чтобы вытащить остатки мяса.

Через несколько минут Олеандр оставляет Фенрира и Серру одних, чтобы пойти и побеспокоить Бонекраку.

Волк и девочка сидят бок о бок прямо у края того места, где вода встречается с песком. Прохладная соленая морская вода иногда касается их обнаженных ног. Для двух человек, которые никогда раньше не были в океане, запах и звуки океана заставляют их есть в тишине, чтобы они могли в полной мере насладиться красотой природы. Это может быть просто игра, но это реально для них. Прямо здесь, прямо сейчас, все остальное не имеет значения

«Разве это не красиво? Это то, что сейчас можно увидеть только в старых видео. Только представьте, что еще есть в этом мире, что мы испытаем. волны бьют под ноги, небо, полное звезд — я никогда не думал, что мне доведется испытать что-либо из этого», — говорит Фенрир.

Серра смотрит вниз с улыбкой. Этот мир действительно что-то. «Я бы хотела… я могла бы жить здесь. Я хочу остаться погруженной навсегда», — говорит она.

«Жаль, я не думаю, что загрузка нашего сознания в компьютеры еще не решена, но мой дядя говорит, что над этим работают».

«Скажи ему, чтобы сказал им работать быстрее», — говорит она игриво-властным тоном. Он не уверен, что сможет воспринять ее всерьез, если она когда-нибудь на самом деле попытается быть властной только из-за того, какой мягкий и милый у нее голос.

«Я передам сообщение», — говорит он со смехом. "Привет, как часто ты в эфире?"

«На самом деле я… ничего не делаю, — смущенно говорит она, — так что я могу заниматься столько, сколько ты хочешь».

«Мне знакомо это чувство. У Олли школа, а у Боуна… работа, так что я обычно просто захожу, когда они свободны, но если хочешь, мы можем потусить вместе, пока они не подключились к сети». Он пытается не обращать внимания на то, как трепещет его сердце, когда она говорит, что будет играть столько, сколько он захочет. Эта девушка слишком хороша, чтобы быть правдой.

Серра кивает, отводя взгляд, чтобы скрыть улыбку.

«Надеюсь, мы сможем найти безопасное место, чтобы проснуться, может быть, деревню дальше по побережью», — говорит он, глядя на берег.

"Как... как я могу узнать, когда ты в сети?" она спрашивает.

«У вас есть Fiscord? У нас там есть сервер, через который мы общаемся. Я могу пригласить вас туда, или вы можете просто написать мне прямо там».

Серра кивает. Технически у нее его нет , но она будет. .

«Тогда это сработает. Моя вещь там», — он замирает. Он очень, очень не хочет этого говорить, но создать новую учетную запись было бы большой проблемой. Он смотрит на нее и видит, что она смотрит на него выжидающими глазами. «Меня там зовут э-э-э, TheMe— TheMemeStruggle #6043», — говорит он приглушенным голосом, не в силах смотреть ей в глаза, когда говорит это.

Он слышит сдавленный смешок, за которым следует «Хорошо, я добавлю тебя позже».

Вот почему он одинок.

Когда короткий перерыв закончился, а желудки группы набиты крабами, они продолжают свой путь. Фенрир носит с собой сумку, превратившуюся в крабовую клешню. Он все еще расстроен тем, что так быстро сломал свое копье, но он знал, что это, вероятно, не продлится долго. В конце концов, это была просто случайная палка с привязанным к ней острым камнем. Он уверен, что может сделать еще один, если ему действительно нужно. Что еще более важно, у него все еще есть его камень. Никто не собирается брать его камень.

Он думает о названии скалы. Какое имя подойдет для камня-питомца? Чарльз? Хьюберт? Рокки МакРокфейс? Рок?

«Ребята, я продолжу думать о действительно глупых вещах, если никто не придумает, о чем поговорить», — говорит Фенрир группе.

"Как что?" — спрашивает Олеандр.

«Я думаю о названиях для моего камня».

— Да, это довольно глупо, Фенни.

"Я говорил тебе."

«Как насчет Рокки МакРокфейса?»

— Уже думал об этом.

«Рокстер?»

— Это хорошо, но слишком кричаще.

«Твердый рок?»

— Я знаю, что ты хочешь добавить в конце.

"Питер."

"Неа."

«Рокингтон!»

— Мне нравится этот, но я не знаю.

— А почему тебя так волнует этот камень?

«Хороший камень».

— Ты тупая, Фенни.

— Ты тот, кто меня терпит. Ты мог бы просто быть там, как Кость, и молча судить меня».

Бонекрака хмыкает.

«Это не так весело!» говорит Олеандр. «Эй, у тебя есть хорошее имя для камня-питомца?» — спрашивает он Серру.

Она постукивает пальцем по подбородку. Имя питомца? Она никогда раньше не пыталась думать ни о чем подобном. — Рокки Каменное Удав? — предлагает она.

— К чему это отсылка? — спрашивает Олеандр. Серра смущенно отводит взгляд.

— Я здесь с Олли. Думаю, я мог бы просто назвать его Рок, — говорит Фенрир.

— Тогда какой смысл было пытаться тебе помочь?! Олеандр кричит и дуется, пиная Фенрира песком.

«Я никогда не просил о помощи», — отвечает Фенрир, тем самым зарабатывая себе еще один пинок песка, направленный на него.

Фенрир, Олеандр и Серра ломают игру, чтобы расхохотаться. Фенрир и Олеандр особенно счастливы, что нашли кого-то нового, кто подыгрывает их пародиям. Бонекрака стонет.

— В какие еще игры ты играешь? — спрашивает Олеандр, оглядываясь на Серру, которая все еще стоит рядом с Фенриром.

«Наверное… я играю много классики. В основном ужасы. Мне очень… мне очень нравятся многие игры ужасов старой школы», — отвечает Серра. «Мне нравятся те, где ты не можешь дать отпор и просто… должен прятаться и красться».

Олеандр вздрагивает, держась за бока. «Ни за что, я не выдержу таких игр. Даже не заставляйте меня начинать с ошибок! Однажды я видел это видео в Интернете с голым парнем и кучей…

— Не надо, Олли. Никто не должен знать о том, какие долбаные видео вы смотрите в свободное время, — вмешивается Фенрир.

«Не то чтобы я хотел это смотреть! Какой-то парень разместил ссылку на него, и все комментировали его, так что мне стало любопытно! Я должен был доверять комментаторам…»

«Мы оба знаем, что ты просто хотел посмотреть это, потому что там был голый парень».

— Это… правда лишь отчасти! Он выглядел не так уж и плохо, хорошо? У девушки есть свои потребности».

— Ты не девушка.

«У меня может быть пенис, но он очень женственный!»

«Хорошо, это переходит от смешного к TMI. Как мы вообще вообще об этом заговорили?

«Я спросил Серру, в какие еще игры она играет, и она сказала «ужастики», так что я подумал о жуках».

— Я думал, мы говорим о твоем члене? Как жуки попали в…

— О, так ты хочешь поговорить об этом? Конечно, Фенни!

Фенрир делает фейспалм, а Серра хихикает рядом с ним.

«Убей меня», — ворчит Бонекрака впереди группы. «Нужны новые друзья».

— Мы все знаем, что без нас тебе было бы одиноко, Бони, — поддразнивает Олеандр.

Между Олеандром и Бонекракой начинается новая перепалка.

Группа встречает еще несколько пар крабов, и каждый из них безжалостно убит группой авантюристов. Олеандр и Костекрака хотят получить опыт и навыки от их убийства. Фенрир просто помогает, чтобы ни один из них не умер, и их прогресс не сбрасывался. Серра наблюдает сзади и мысленно подбадривает их — ну, мысленно подбадривает Фенрира.

Фенрир думает о новом вопросе для Саи, пока они продолжают идти по пляжу. «Привет, Сая. Что произойдет, когда мы выйдем из системы?» — мысленно спрашивает он Саю.

— Это зависит, Онии-чан! Если вы ложитесь спать, в зависимости от того, насколько вам удобно на чем вы спите, вы получаете бонус отдохнувшего. Если вы просто случайно выйдете из системы, то будете стоять и ничего не делать», — объясняет Сая.

— Значит, наши тела не исчезают?

"Верно!"

«Что мешает кому-то убить чужого персонажа, пока он не вышел из системы?»

"Ничего! Ну, персонаж может дать отпор, используя боевой стиль, которому надзиратель научился у вас, так что это будет похоже на то, что вы действительно сражаетесь, но не более того. Liiikkeee, если ты спишь в таверне и плохой парень пробирается в твою комнату, он может попытаться убить тебя, даже не разбудив, или просто украсть у тебя! Но если его обнаружит ваш персонаж, надзиратель временно будет управлять вашим персонажем, чтобы реалистично защитить себя, как если бы вы играли. Ваш персонаж будет сражаться не на 100%, а на 80%. Если вы отключитесь или вам придется проснуться посреди боя, надзиратель тоже возьмет на себя ответственность».

«Хорошо, значит, есть какая-то защита, а не полная уязвимость. Это приятно знать, спасибо. Похоже, надзиратель очень занят. Там сколько, более пятидесяти миллионов активных игроков, за которыми он должен наблюдать? А потом все NPC, построение мира и все такое?

"Ага! Она все время очень занята. Технически она контролирует все в мире, от жуков до погоды, но для нас это очень просто. Даже я мог бы это сделать, если бы у меня было больше вычислительной мощности!»

«Спасибо, что снова ответили на мои вопросы, Сая».

— Нет проблем, Онии-чан!

Фенрир передает оставшейся группе новую информацию, которую он узнал.

Огни! "Смотреть! Кажется, я вижу город, — кричит Фенрир. Остальным действительно приходится щуриться, чтобы увидеть это.

«Вау, как ты вообще это увидела, Фенни?» — спрашивает Олеандр.

«Тебе трудно это увидеть? Может быть… может быть, наши помощники дают нам расовые навыки в зависимости от того, за кого мы хотим играть? Это бы объяснило некоторые вещи.

"Ну что ж. Пойдем!" Олеандр бросается первым.

Четверо ускоряют темп, чтобы бежать к огням. По мере приближения видны яркие фонари и горящий огонь, а также несколько деревянных построек. Несколько весельных лодок вытаскивают на берег и привязывают к деревянным столбам. Самой уникальной частью деревни являются большие деревянные клетки с гигантскими крабами.

Нечто похожее на охранника замечает приближающуюся группу и стучит в стену дома позади себя. Выходят еще двое вооруженных охранников. Каждый из охранников облачен в кожаные доспехи и вооружен металлическим оружием. По стандартам фэнтези-игр они могут выглядеть не намного лучше, но даже Бонекрака не хочет драться с кем-то, кто хорошо вооружен, когда все, что у него есть, это его кулаки.

"Жди там!" — кричит первый охранник. Группа слушает. — Ребята, вы новенькие?

«Пробыл здесь всего несколько часов!» Фенрир кричит в ответ. — Не возражаете, если мы приедем и отдохнем?

Охранники смотрят друг на друга. «Оружие есть? Что в скорлупе?» — снова кричит охранник, глядя на коготь, который держит Фенрир.

«Только некоторые основные вещи, которые мы собрали. Без оружия.

Охранники шепчутся между собой, прежде чем обратить внимание на незнакомцев. «Хорошо, вы можете подойти», — говорит охранник, подзывая группу. С возбужденными улыбками группа из четырех человек переворачивается, но снова останавливается, когда подходит достаточно близко. — Вы все только начинаете играть вместе?

"Ага! Мы все друзья в реальной жизни, поэтому мы появились здесь вместе, — объясняет Олеандр. Серра выглядит так, будто хочет поправить его, но он толкает локтем ее руку.

"Я понимаю. Что ж, добро пожаловать в нашу деревню, Костэдж. Да, я знаю, это дурное имя, но это проблема лидера гильдии. Я Ричард, офицер Вонючего Чеснока. Я знаю, еще одно дурацкое имя, но опять же не моя проблема, — объясняет кричавший охранник Ричард. — Что вам, ребята, нужно?

Олеандр и Серра выглядят так, будто готовы посмеяться над названием гильдии.

«Просто информация, может, безопасное место, где можно выйти из системы на ночь», — отвечает Фенрир.

«У нас есть здание, в которое еще не въехал ни один NPC, так что вы можете остаться там, если вы можете как-то заплатить нам».

— Извините, но нам нечем вам заплатить. Все, что у нас есть, это этот коготь, наша одежда и несколько стеблей с клеем внутри.

Ричард смотрит на Серру. Она сразу же замечает извращенный взгляд, который он бросает на нее.

Как и Фенрир.

Фенрир встает перед Серрой, чтобы спрятать ее за собой. — Как я уже сказал, нам нечем вам платить. Мы просто возьмем любую информацию, которую вы можете нам предоставить, и отправимся в путь.

«Ч. Скучный. Ты понимаешь, что большинство людей, играющих в эту игру, просто кучка извращенцев, желающих потрахаться, верно? Я предлагаю не подпускать вашу девушку близко к городам, если вы пара ханжей. Нет такого места, где к девушке не будут постоянно приставать, и некоторые из более грубых игроков не будут иметь проблем с тем, чтобы поставить вас на ваше место, чтобы добраться до нее, — говорит охранник, вступая в гляделки. с Фенриром.

Он прерывается только тогда, когда Олеандр делает шаг вперед и проводит парой пальцев по груди охранника. «Все в порядке, я могу удовлетворить тебя, как хочешь. Не хочешь ли ты вместо этого повеселиться со мной, папа ?» Олеандр воркует своим соблазнительным женским голосом.

Охранник с отвращением отталкивает от себя Олеандра. — Не прикасайся ко мне больше.

Бонекрака делает шаг вперед, вставая между охранником и Олеандром. Хотя охранник может быть лучше вооружен, он все же более чем на фут ниже Бонекраки. Любой был бы напуган одним только его присутствием.

Серра выглядит взволнованным из-за того, как внезапно все обостряется.

"Знаешь что? Вы не получаете места для проживания, и вы не получаете никакой информации. Убирайся отсюда, пока мы тебя не убили. Нам здесь не нужны заносчивые пидарасы или педики, — требует Ричард.

Фенрир — добрый, мягкий человек. Он любит относиться к людям с уважением, предпочитает рыбалку и рукоделие сражениям и рейдам, он совершенный и абсолютный девственник, а также любит создавать персонажей, которые больше нравятся девушкам, а не выглядят как мужественные задиры. Он также производит впечатление человека, который больше похож на белого рыцаря, который все говорит и не кусается.

Поэтому, когда он внезапно бьет Ричарда по лицу и крадет его меч во время суматохи, никто из охранников этого не ожидает.

— Я думал, на этот раз ты хотела избежать ПК, Фенни? — спрашивает Олеандр из-за спины Бонекраки, который сейчас атакует следующего охранника.

Серра понятия не имеет, что происходит, и просто стоит и смотрит.

Фенрир, не теряя времени, вонзает меч Ричарда прямо в грудь. — Ну да, иногда надо поставить на место задиристых малышей. Когда первоначальный удар не убивает Ричарда, Фенрир вытаскивает клинок, чтобы полоснуть его по горлу человека. Наносится только кровавый порез, но Ричард безжизненно падает на землю.

«Означает ли это, что Божественная Бригада возвращается?» — спрашивает Олеандр взволнованным голосом.

«Только сегодня вечером», — отвечает Фенрир как раз перед тем, как копье третьего стражника пронзает его левую руку.

Бонекрака улыбается от уха до уха. Серра никогда не видела, чтобы орк выглядел настолько взволнованным за все время, что она его знает.

Фенрир использует свой новый меч, чтобы отрубить охраннику руку и украсть у него копье. Из руки охранника брызнула кровь, но когда Фенрир посмотрел на место пореза, все, что он увидел, было черным.

"Помощь! Нас атакуют!» — кричит охранник. Все остальные в маленькой деревне начинают бежать.

«Ладно, пора бежать! Олли, как ты думаешь, ты сможешь замедлить их, когда мы выйдем на поле? — спрашивает Фенрир, отстраняясь от поверженных стражников. Он бросает меч Костекраке, который уже взял меч у побежденного им стражника, передает свое копье Олеандру и берет свой вьючный коготь.

"Конечно! Как вы думаете, с кем вы разговариваете, адмирал ? Олеандр отвечает.

— Только сегодня вечером, Олли, а потом, клянусь, я вернусь к рыбалке.

Они отступают.

«Сколько сейчас драк было затеяно из-за того, что меня кто-то оскорблял?» — спрашивает Олеандр, благодарно глядя на Фенрира.

«Я сбился со счета между собой и Боуном», — отвечает Фенрир.

«Только я могу тебя оскорблять», — говорит Бонекрака, шлепая Олли по спине так сильно, что тот чуть не сваливается с ног.

Серра оглядывается. За ними гонится более дюжины вооруженных мужчин, так почему же трое ее спутников звучат так расслабленно? Звучит так, как будто они привыкли к такого рода вещам. Подождите, разве она не слышала о Divine Brigade откуда-то еще?

«Эй, Фенни, разве это не напоминает тебе о том времени, когда мы разорвали осиное гнездо, убив девушку Ультиматума?» — спрашивает Олеандр, когда мимо него пролетает стрела.

«Ничто другое не могло задеть этого придурка, кроме убийства его плаксы-стримера подруги. Я все еще получаю людей, пытающихся отговорить меня от этого, — отвечает Фенрир.

«Я до сих пор смеюсь, когда вспоминаю, как он сделал тот огромный пост в блоге, умоляя ее вернуться!»

Серра может только слушать и подпрыгивать каждый раз, когда в их сторону летит стрела. Она понятия не имеет, о чем они говорят, но похоже, что у ее увлечения есть в нем сторона, о которой она ничего не знает. Что-то в этом есть… захватывающее. Его забота о ней и помощь ей ​​сразу после встречи с ней - вот что изначально привлекло ее интерес, но с теми небольшими кусочками информации, которые она собирает сейчас, это начинает звучать больше так, как будто у него есть какое-то темное и таинственное прошлое!

На самом деле, он просто провел слишком много времени, играя в видеоигры.

«Какой план? Боевой мастер ?» — спрашивает Фенрир, глядя на Олеандра.

«Я не думаю, что мы сможем победить их всех, но они не знают нашей силы, поэтому давайте попробуем их обмануть, чтобы мы могли сбежать. Тебе лучше надеяться, что они доверчивы! — объясняет Олеандр.

Фенрир оглядывается. Как он и предполагал, группа игроков, преследующая их, легко их догоняет. Единственная причина, по которой они еще не здесь, это фора, которую получила партия. Затем он что-то замечает. Бонекрака опережает его, несмотря на то, что бежит одновременно и стартует с того же места. Ношение Олеандра увеличило его скорость и выносливость? — Боун, ты сможешь убежать от этих парней, если мы с Олли выиграем тебе немного времени. Бери Серру и прячься! Мы наверстаем упущенное позже, — приказывает Фенрир.

Серра выглядит удивленной и делает несколько смущенных жестов, когда видит, как гигантский орк внезапно приближается к ней, но он, несмотря ни на что, поднимает ее и перебрасывает через плечо. «Спасибо, Кость, удачи!» — говорит Фенрир. Бонекрака кивает, отходит на некоторое расстояние, а затем отделяется от Фенрира и Олеандра.

«Не знаю, как я отношусь к гигантскому орку, который быстрее оленя и волка, — говорит Олеандр.

«Да, с этим нужно что-то делать. Хорошо, ты готов?

Вместо того, чтобы дать устный ответ, Олеандр останавливается, когда видит цветок, торчащий из земли. Он кладет на него руки, не сводя глаз с приближающихся врагов. Из одного цветка вырастает почти дюжина лозовидных усиков, которые устремляются к врагам! "Это сработало! Они действительно слабы, но будем надеяться, что они не на самом деле…

Всплеск пламени охватывает все щупальца одновременно.

«Я, э-э, Фенни? Они тоже могут использовать магию.

«Да, я думал, что все так и закончится, когда я ударил этого ребенка. Это когда пригодится быть главным героем OP в каком-нибудь аниме. Что вы думаете?" — спрашивает Фенрир.

«Мы все еще делаем то, что никогда не позволяем никому получать удовольствие от убийства нас?»

Фенрир оглядывается назад и видит, как Костекрака исчезает в ночной тьме вместе с Серрой. Хорошо, они должны быть в безопасности. "Ты знаешь это. Ты первый с тех пор, как у тебя есть копье.

"Хорошо! Увидимся на другой стороне!" — говорит Олеандр с слишком широкой улыбкой для того, что он собирается сделать. Фенрир замечает нерешительность в его движениях, но это не останавливает Олеандра. Нацелив копье на свое сердце, он тянет его вперед со всей силой, на которую способен, чтобы пронзить его грудь.

Он падает на землю.

Стрела пролетает мимо головы Фенрира. — Ладно, надо поторопиться. Я вернусь за тобой, Рок. С этими словами Фенрир вынимает копье из груди Олеандра, направляет его себе в сердце и... колеблется. Раньше убить себя в играх не было проблемой, так почему же сейчас? Ему кажется, что если он убьет себя, то он действительно умрет.

Нет, это всего лишь игра. Он повторяет это несколько раз в своей голове, пока не пронзит себя.

Последнее, что он видит и слышит, прежде чем его зрение становится черным, — это гневные крики его преследователей, которые догоняют его с опозданием всего на несколько секунд.

Фенрир подпрыгивает и бьет по столу, когда понимает, что снова сидит в кафе из своего детства. Сая сидит напротив него с насмешливым выражением лица и недоеденным мороженым. — Какой трусливый выход, Онии-чан, — дразнит она.

Он оглядывается. Ни поля, ни разгневанных преследователей, ни копья в груди. Его руки трясутся от оставшегося адреналина. «Вы говорите трусливо, я говорю упрямо! Я имею в виду давай. Мы убили троих их друзей, украли два их меча, они не смогли убить нас, и не похоже, что из наших тел можно получить какую-то хорошую добычу. Мы также только начали играть, так что не похоже, что мы потеряем много прогресса. Мы с Олли вышли в надлежащем стиле Divine Brigade, — объясняет Фенрир, и теперь, когда он расслабился, на его лице появилось самодовольное выражение удовлетворения.

Сая поднимает руки и пожимает плечами. «Основываясь на ваших воспоминаниях, похоже, это работает довольно хорошо».

— О, у меня есть вопрос.

— Конечно знаешь, Онии-чан. Я предполагаю, что это вопрос, который задают 92,74% игроков после своей первой смерти».

«Как работает смерть и возрождение?»

"Знал это!"

«Ты знаешь, о чем я собираюсь спросить, еще до того, как я спрошу об этом, так что это не совсем честно».

Сая невинно насвистывает, глядя в сторону. «В любом случае, вы не сможете играть в игру в течение двадцати четырех часов после смерти, и вы либо возродитесь там, где впервые появились после создания своего персонажа, либо там, где вы в последний раз спали».

Больно не играть целый день. Бонекрака определенно расстроится из-за него, а что насчет Серры?

«Похоже, этим можно очень плохо воспользоваться. Что, если гильдия построит кучу быстрых домов и кроватей за пределами вражеского города?»

— Ты думаешь, онии-чан, какой-нибудь город позволит какой-то силе подозрительно создать кучу точек возрождения, ничего с этим не делая?

Он не может с этим поспорить. Такая тактика работает и в других играх, где здания можно строить мгновенно, а таймер возрождения не занимает двадцать четыре часа. Это равно двум игровым дням.

«Что произойдет, если вы заплатите за разрешение переночевать в таверне на ночь, но не будете платить за то, чтобы спать там в последующие ночи, не устанавливая новую точку возрождения?»

«Это зависит от нас! Задача виртуальных помощников — следить за тем, чтобы игроки не пытались злоупотреблять игровой механикой. Для вас не имеет особого смысла возрождаться в месте, которое вам не принадлежит, где вы заплатили только за одну ночь и где уже может быть кто-то другой».

«Похоже, что ИИ сделал так, что мошенничество с игроками невозможно».

Сая качает головой. — Не-а, Онии-чан. Мы вмешиваемся только тогда, когда речь идет об определенных механиках. Например, вы не можете установить точку возрождения внутри подземелья, вы не можете проникнуть в замок врага и поспать в постели лидера, чтобы установить там свою точку возрождения, вы не можете возродиться в арендованной комнате, если вы не платить за это больше, и так далее! Но если хочешь, подпиши контракт с кем-нибудь, в котором говорится, что ты сделаешь X в обмен на Y, тогда мы ничего не сможем сделать, чтобы добиться этого. Вы даже можете нарисовать свое любимое горное золото, чтобы попытаться продать его людям как золотой самородок!»

"Хорошо хорошо. Я думаю, что понял. То есть, когда дело доходит до возрождения в местах, где мы спали, это засчитывается только в том случае, если виртуальные помощники решат, что это подходящее место для возрождения?

— Верно, Онии-чан! Я дам вам знать, если вы попытаетесь установить точку возрождения где-нибудь, где это не будет разрешено, и вы можете спросить меня, где вы в настоящее время настроены для возрождения, когда захотите в игре».

«Приятно знать, спасибо. Что всего ты теряешь, когда умираешь?»

«Это зависит от ваших счетчиков возрождения! Пока у вас есть хотя бы один счетчик возрождения, с которым все игроки начинают, вы потеряете только последние 10% достигнутого вами прогресса в отношении характеристик и навыков, но все, что у вас есть, останется для других. добыча. Ты возродишься в своем праздничном костюме!»

«А что если у тебя нет жетонов возрождения?»

«Тогда ты потеряешь все! Вы будете вынуждены возродиться в случайном месте в мире, и вы потеряете все характеристики, навыки и все остальное, что у вас может быть!»

Фенрир кивает, принимая всю эту информацию. Это хорошая информация, чтобы знать. Исходя из того, что она сказала, он понял, что только что израсходовал свой единственный счетчик возрождения. Следующая смерть сильно его испортит, если он не сможет получить еще один счетчик возрождения. «Как получить больше жетонов возрождения?» он спрашивает.

Сая краснеет.

Почему у него такое чувство, что этот ответ будет плохим?

— Мы… ну, ты ведь знаешь, как рождаются дети, да, братик?

— Пожалуйста, не говорите мне, что это единственный способ.

«Вместо того, чтобы получить девушку до беременности, вы оба получите счетчики возрождения».

«Подождите, разве это не дискриминирует игроков-геев?»

Сая прекращает свой смущенный поступок. — С тобой не весело, Онии-чан! Занятие сексом может дать всем вовлеченным сторонам счетчик возрождения в зависимости от совместимости характеристик. У игрока с высокой силой будет больше шансов получить ответный удар с другим игроком с высокой силой, и меньше шансов с кем-то с низкой силой».

«Хорошо, а какие еще есть способы получить жетоны возрождения?»

Сая дуется. — Ты даже не рассматриваешь тот вариант, о котором я тебе только что рассказал!

"Я знаю."

«Фееееее. Победа над элитными NPC, такими как боссы подземелий, убийство игроков, которые намного сильнее вас, и использование редких предметов могут дать вам счетчики возрождения».

Фенрир вздохнул с облегчением. "Хороший. Почему ты кажешься разочарованным тем, что я не какой-то сумасшедший сексуальный изверг?

— Н-ну, весь мой опыт связан с твоим собственным, так что если ты девственница, то это в основном означает, что я девственница. Единственный способ, которым я когда-либо смогу испытать, на что это похоже, — это если ты это сделаешь».

— То есть, другими словами, ты извращенный вуайерист?

Остаток мороженого Сая разбрызгивается на лицо Фенрира.

Глаза Рёты открываются. Он увидел, как его монитор мягко освещает вращающийся потолочный вентилятор наверху. Вероятно, ему следовало включить свет, прежде чем погрузиться в воду.

Его руки и ноги с трудом двигаются. Такое ощущение, что он даже не в том теле. Он слышал о случаях телесной дисфории, резко возросших после выпуска этой игры, и теперь он понимает, почему.

Кто хочет вернуться в свои настоящие тела, когда они могут быть кем угодно в этой игре? Он уже играл в другие захватывающие игры с виртуальной реальностью, но непревзойденный реализм этой последней игры находится на совершенно новом уровне. Ничто не может сравниться с тем, насколько реальным кажется быть в этих аватарах.

Понимания того, что он снова в этом бесполезном теле, почти достаточно, чтобы заставить его расплакаться. Если бы не тот факт, что он привык к этому чувству ненависти к себе, он, вероятно, уже плакал бы.

Он несколько раз сжимает кулаки, пока снова не может двигать руками. Вот почему говорят лечь перед погружением.

Как только он снова может двигать руками, он шлепает себя по бедрам, пока не почувствует их, прежде чем, наконец, снять гарнитуру с макушки головы. Он не может не держать его над своим лицом, чтобы посмотреть. Такое маленькое, невинно выглядящее существо способно перенести его в такой огромный, удивительный мир. Он способен перенести его из бесполезного тела в мужественное, сильное тело Фенрира. Он становится таким человеком, каким всегда мечтал быть.

Он кладет гарнитуру рядом с собой и смотрит в потолок. Он не хочет ждать целый день, чтобы сыграть еще. Прямо сейчас он больше всего хочет погрузиться в этот мир и начать исследовать его еще раз. Потенциальная смерть и потеря всего прогресса для него даже не имеет значения. Он просто хочет свободы от этого тела — от этой реальности.

Желудок урчит. Это странно. Несмотря на то, что он считает, что он сыт, его тело жаждет еды. Он не чувствует голода, но знает, что его тело голодно.

— Сая, почему… — начинает спрашивать Рёта, но когда понимает, что единственный, кто его слышит, — это потолочный вентилятор, глупо улыбается. — Я такой глупый, — говорит он, наконец, вставая с постели.

Он вздрагивает, когда встает и переносит вес на ноги. Это ощущение, которое он точно не пропустил в игре.

Глядя в окно, он видит город живым, с таким количеством огней на улицах, что можно поверить, что еще светло. Он помнит, когда мог видеть на многие мили зеленые поля, но теперь он видит только небоскребы. «Спорю, что последнее поколение никогда не думало, что они будут бежать от берегов, а не к ним», — говорит он, закрывая жалюзи, чтобы остановить то немногое, что проникало сквозь них.

Он останавливается у картины на прилавке, выходя из комнаты. Маленького мальчика с черными волосами держит пожилой мужчина, который выглядит как взрослая версия ребенка, а рядом с ними стоит миловидная женщина. У их ног послушно сидит собака с высунутым изо рта большим слюнявым языком. Его хвост, должно быть, вилял, потому что он выглядит расплывчатым.

Рёта задается вопросом, что бы подумали его родители о том, как далеко зашла виртуальная реальность. Они никогда не увлекались видеоиграми, но он уверен, что даже они были бы поражены новейшими технологиями.

Он хромает по коридору в свою гостиную. Его гостиная и кухня больше похожи на одну большую комнату, разделенную лишь небольшой полустеной, служащей барной стойкой для кухни. Рядом с кухней находится раздвижная дверь, ведущая на небольшой балкон, которым он никогда не пользуется. В дальнем конце гостиной есть дверь во внешний коридор, кроме ванной, соединенной с его спальней, вот и все. Всего несколько сотен квадратных футов в его квартире — это все, что ему нужно, когда он живет один. Гостиная даже ничем не украшена, если не считать старого дивана и телевизора, которым он пользуется только тогда, когда он ест.

Рёта берет с кухонного стола бутылку крепкого сидра вместе с пакетом соли и чипсов из уксуса. Нездоровая пища и алкоголь — две вещи, которые человечество никогда не исчерпает.

Он осторожно садится на диван и говорит: «Пингвин, давай». Что касается того, почему он назвал свой телевизор «пингвином», это загадка, которую мир может никогда не открыть.

На самом деле, это было первое, что пришло в голову при его настройке, и ему не хотелось возиться с лучшим именем.

На экране оживают изображения ведущих новостей, спорящих друг с другом. Они когда-нибудь делают что-нибудь еще?

— Говорю тебе, Рэйчел! Мы не можем позволить, чтобы так много нашей молодежи играло в эти игры! Мы понятия не имеем, каковы долгосрочные последствия техно…

Следующий.

Идет повторный показ о вымершей океанской жизни. «Может быть, это печально, но по крайней мере у нас есть видео и фотографии этих прекрасных существ в их естественной среде», — говорит британский комментатор. «Мы должны учиться на своих ошибках и…»

Следующий.

«Ты говоришь мне, что он бросил тебя и этого прекрасного мальчика на экране вместо искусственного интеллекта?» — говорит усатый ведущий, недоверчиво глядя в камеру, а женщина плачет ей в руки. Мужчина, обвиненный в том, что бросил ее ради ИИ, сидит в кресле напротив плачущей женщины, и вся аудитория освистывает его.

Рёта не может воспринимать что-либо в этом сериале всерьёз. Все лгут и преувеличивают, но это хорошее шоу, когда он хочет дрянной драмы, чтобы утолить этот редкий зуд.

Следующий.

Следующий.

Следующий.

Следующий.

Там никогда ничего нет. Вот почему кабель находится на последнем издыхании.

Он мелькает рекламным роликом, показывающим симпатичную девушку в свитере, и снова переключается на канал. К сожалению, все, что он видит, это название какой-то компании по производству одежды и номер телефона на экране.

Следующий.

О, смотрите, еще один новостной канал ведет себя так, будто наступил конец света. «Напряженность растет выше, чем когда-либо прежде! С каждым годом мы теряем все больше береговой линии, и у тех, кто слишком беден, чтобы переселиться в города внутри страны, нет другого выбора, кроме как собраться в…

Сначала это была Северная Корея, потом Россия, потом Китай, потом снова Северная Корея, а теперь океан.

Следующий.

«Усилия по очистке орбитального мусора продвигаются медленно, но благодаря недавним достижениям частного сектора мы должны увидеть запуск новых спутников в течение следующего десятилетия», — говорит какой-то парень без примечательных особенностей. Он самый обычный белый парень, которого когда-либо видел Рёта.

«Конечно, давайте просто заполним орбиту большим количеством спутников сразу после их очистки. Отличный план, мистер Ванилла Бин, — стонет Рёта, запихивая в рот чипсы.

Он просто хочет больше играть в свою новую игру. Обратной стороной такого долгого отдыха на кровати является то, что он совсем не устает, так что он не может просто проспать ожидание. Ну а если…

Нет, спирта не хватит, чтобы потерять сознание. «Думаю, мне нужно заказать еще».

Следующий.

Наконец-то он попал в детскую сеть, полную политкорректных, но слегка оскорбительных шуток. Дети, которые смотрят этот материал, понятия не имеют, каковы настоящие последствия шоу. Они думают, что он полон счастья, радости, дружбы и смеха, но правда намного мрачнее. Любой критически мыслящий человек может увидеть, что мир, изображенный в сериале, не тот, о котором следует мечтать. Вместо этого это болезненная реальность с обреченным будущим, о котором не знает ни один из персонажей.

"О, нет! Волна разрушила мой замок из песка!» говорит персонаж мальчика.

"Не волнуйся! Я помогу тебе построить еще один, и на этот раз мы построим его подальше! — говорит персонаж девушки.

Вместе два мультяшка строят быстрый и маленький замок из песка на приличном расстоянии от того места, где был последний. Увы, накатывает другая волна и стирает его.

"Слей это! Хорошо, давайте попробуем еще раз, но на этот раз мы пойдем еще дальше! Эй, куда ты пропал? — спрашивает мальчик, оглядываясь в поисках своего друга. Вместо того, чтобы снова помочь ему, она тусуется с другой группой детей на клочке травы рядом с пляжем. Они построили группу высоких замков из песка, стоящих рядом друг с другом, и девочка с ланиным взглядом спрашивает их, может ли она построить такой же и здесь. «Хмф. Какой смысл в замке из песка, если ты даже не собираешься строить его на берегу!» — кричит он группе, прежде чем вернуться, чтобы посмотреть на воду, как раз вовремя, чтобы его ударила еще одна волна. На этот раз волна несет его прямо к группе и швыряет его тело сквозь их замки! Каждый рушится на него сверху. Он смотрит на них с самодовольным выражением лица, пока дети плачут и кричат, зовя своих родителей.

— Вот что вы получаете, маленькие засранцы, — говорит Рёта, прежде чем выключить телевизор. Он бросает пакет с чипсами на прилавок. Сумка соскальзывает и падает на пол, рассыпая несколько фишек. Рёта смотрит на него и стонет.

Он заберет его позже.

С бутылкой крепкого сидра в руке он возвращается в спальню и садится за компьютер. Пришло время заказать еще выпивки.

Fiscord мигает с уведомлением. У него есть запрос на добавление в друзья от кого-то по имени «HushedVoice». Может это Серра? Мог бы и узнать.

>HushedVoice: Привет! Я надеюсь, что это правильный человек. Я попросил Боуна сказать мне ваше имя пользователя, потому что я забыл, но я думаю, если вы не тот человек, вы не узнаете, кто такой Боун. Это Серра! Я и Кость вышли из системы после того, как нашли маленькую пещеру, чтобы выйти из нее. Это было действительно неудобно, так как она была слишком мала для нас обоих, но выбора не было >_TheMemeStruggle: Эй! Это Фенрир.

Хорошо, вернемся к заказу еще—

>HushedVoice: О, хорошо! Я беспокоился, что мог опечататься в вашем имени или ошибиться в цифрах. Я так рада, что не напортачила! Обычно у меня очень плохо с именами, а добавление цифр только усугубляет ситуацию х_х.

«Блин, я не привык, чтобы кто-то так быстро отвечал».

>TheMemeStruggle: Лол, ну, я рад, что ты все понял правильно. Я понимаю, что ты имеешь в виду, я и раньше путал цифры.

>HushedVoice: Я ненавижу числа! Раньше я всегда избегал других игр, подобных этой, потому что меня пугали все суперсерьезные люди и их количество. Я уже смотрел несколько видеороликов о том, как лучшие гильдии мира делают что-то, и они говорят о DPS, оптимизации, минимальных максимизациях, ротациях, и все это не звучит весело! У меня просто голова болит, даже думая обо всем этом. Что интересного в игре, если вы все время просто занимаетесь математикой?

>TheMemeStruggle: Вы наверняка можете много печатать, если говорите приглушенным голосом. Никогда бы не подумал, что ты будешь так много печатать из-за того, насколько ты тихий в игре.

Минута проходит без ответа. Дерьмо.

>TheMemeStruggle: Извините, это неплохо. Это мило. Я просто удивлен. Не ожидал.

Проходит еще минута. Он открывает веб-браузер, чтобы приказать своему алкоголю отвлечься от мыслей о том, как он, вероятно, расстроился…

>HushedVoice: Извините! Я должен был brb и старался быть быстрым. Все нормально! Я не обижаюсь или что-то в этом роде. Я знаю, что ты имеешь в виду, все в порядке. Все мои друзья говорили мне, как они были бы удивлены тем, как много я печатаю в текстовых сообщениях. Никто и никогда этого не ожидает! Я просто полон сюрпризов о_о

>TheMemeStruggle: Ты придурок, вот кто ты.

>HushedVoice: Эй! Что это значит? Ты пытаешься со мной что-то затеять, панк?! Я побью тебя!

Рёта улыбается и пытается сдержать смех, но в итоге выплевывает крепкий сидр на ковер рядом со своим столом.

>TheMemeStruggle: Ты действительно полон сюрпризов, ты только что заставил меня выплюнуть мой напиток на пол. Ты собираешься прийти сюда и убрать это для меня?

>HushedVoice: Мвахаха! Это был мой план с самого начала! Ты можешь быть убийцей людей, но я убийца… ковров! хD

>TheMemeStruggle: Ты научился этим смайликам от своей мамы? Их больше никто не печатает, придурок.

>HushedVoice: У тебя нет доказательств! Нет доказательств! Я все отрицаю!

>TheMemeStruggle: Позвольте пригласить вас в групповой чат, мисс Адвокат.

Приглашение на Великую войну мемов 34-го года отправлено HushVoice

Их разговор переключается на групповой канал. Он удивлен, что она не пытается продолжать общение в личных сообщениях.

>Дварфоголик: Кто это.

>TheMemeStruggle: Привет, Боун, это Серра.

>HushedVoice: Большой зеленый парень! Привет, Кость! Я Серра. Спасибо, что доставили меня в безопасное место.

>Дварфоголик: Теперь ты больше говоришь.

>HushedVoice: И теперь я действительно понимаю, что ты говоришь, без акцента!

>Гномик: У ТЕБЯ ПРОБЛЕМЫ С МОИМ ГОЛОСОМ. Я ЖАЛЕЮ, ЧТО ПРИНЕС ТЕБЯ В ПЕЩЕРУ.

>HushedVoice: xD, прости! Я просто не привык слышать акценты. Твой голос как… скала!

> Гномоголик: ЧТО ДАЖЕ МУЖЧИНЫ

>Гномик: СРЕДНИЙ*

>Любимая шлюха Виктора: омг

>Любимая шлюха Виктора: серра, ты веселая

>Любимая шлюха Виктора: мы должны быть как лучшие друзья

>Любимая шлюха Виктора: пожалуйста

>Любимая шлюха Виктора: pls gib nao

>HushedVoice: Олли! Я все равно думаю, что ты Олли. В этой группе больше никого нет. Как мне изменить свое имя, чтобы это было не одно слово?

>Любимая шлюха Виктора: подожди, детка, я тебя понял

Любимая шлюха Виктора сменила прозвище HshedVoice на Fenny's Bae

Фенни Бэ: Что! >///Любимая шлюха Виктора: омг

>Любимая шлюха Виктора: понятия не имею, о чем ты говоришь

>Любимая шлюха Виктора: но это здорово

Рёта недоверчиво смотрит на разговор. Он понятия не имел, что Серра будет такой. Это правда, что некоторые люди могут вести себя в тексте совершенно иначе, чем вживую. Некоторые люди относятся к виртуальной реальности так же, как и к реальной жизни, что, как он предполагает, она делает, в то время как большинство просто относятся к ней так, как будто это все еще интернет. Вот что он делает.

>TheMemeStruggle: Рад видеть, что вы все так хорошо ладите! Я не могу дождаться, когда увижу, как ты будешь таким болтливым с нами в игре, Серра.

>Бэ из Фенни: ОЛЛИ ПОЖАЛУЙСТА, ИЗМЕНИ МОЕ ИМЯ ПРИХОДИТЕ X///////////X

Любимая шлюха Виктора сменила прозвище Фенни Бэ на Любительница орков

>Любитель орков: ЭТО. ЯВЛЯЕТСЯ. ДАЖЕ. худший. ЧЕМ. ДО. ОЛЛИ, Я ТРЕБУЮ ТЕБЯ СМЕНИТЬ МОЕ ИМЯ ПРЯМО СЕЙЧАС, ИЛИ Я ЗАБЛОКИРУЮ ТЕБЯ ОТ КАЖДОГО ПАРНЯ, КОГДА-ЛИБО ВСТРЕЧАЕМОГО

Любимая шлюха Виктора сменила прозвище Orc Cock Lover на Fangirl №1 Фенрира.

TheMemeStruggle изменил прозвище Фанатки №1 Фенрира на Серра Берра

>Серра Берра: >////> хорошо, я оставлю себе это, оно довольно милое.

Любимая шлюха Виктора сменила прозвище Серры Берра на Blushing Emoji XD

>Покрасневший смайлик XD: Эй! Ты смеешься надо мной? Я побью тебя, панк!

TheMemeStruggle изменил псевдоним Blushing Emoji XD на Serra Berra

Между Рётой и Спенсером завязывается битва из-за прозвища Серры. Битва заканчивается только тогда, когда Спенсер наконец прощается и выходит из системы.

>Серра Берра: Эй, эй, Кость, ты разве не в России? Разве ты не должен спать? Разве там не супер позже?

Зеленая точка рядом с именем Дварфоголика становится красной.

>TheMemeStruggle: Он только что поставил себе режим "Не беспокоить", так что, думаю, вы заставили его понять, сколько сейчас времени. Не волнуйся, он никогда не говорит спокойной ночи. Он такой грубый.

>Серра Берра: О, хорошо!

Рёта видит, как она пишет ему сообщение в личных сообщениях. Она печатает, останавливается, печатает, останавливается, печатает, останавливается. Он задается вопросом, знает ли она, что он может видеть ее нерешительность или колебания, что бы это ни было.

>HushedVoice: Эй, эммм, ничего, если ты скажешь мне свое настоящее имя? Я скажу тебе свое, если ты расскажешь мне свое! Извините, это может быть странно, но я действительно не привык к имени персонажа. Это кажется настолько менее… я не знаю, менее личным. Было бы очень хорошо, если бы я мог называть тебя твоим настоящим именем! Не слишком ли рано спрашивать об этом? Извините, если это так, я новичок во всем этом, так что вам, возможно, придется научить меня правилам, Научите!

>HushedVoice: А! Мое имя снова стало нормальным! Мне понравилась Серра Берра…

>TheMemeStruggle: О, да, ники в основном предназначены только для групповых чатов. В любом случае, все в порядке. Только не спрашивай у всех настоящие имена. Кому-то это может показаться странным, но у меня с этим проблем нет.

Несмотря на то, что он отправил это сообщение, он все еще не решается напечатать свое настоящее имя, которого она, кажется, ждет. В сети есть люди, которым понравилось бы бы узнать его настоящее имя. Это значительно облегчило бы их работу. Проклятые дети, которым нечем заняться в жизни.

>TheMemeStruggle: Это Рёта.

Он тут же хочет удалить свое сообщение, надеюсь, до того, как она его увидит, но понимает, что уже слишком поздно, когда она тут же начинает печатать. Она это уже видела. Теперь ему остается только надеяться, что это не аукнется ему в задницу.

>HushedVoice: Рёта! Мне это нравится, очень милое имя.

Рёта морщится. Ей просто нужно было пойти и назвать его имя милым. Он ненавидит , когда его называют милым. Это единственное, как его когда-либо называли. Он знает, что она имеет в виду комплимент, но это может быть и насмешливой пощечиной для него.

>TheMemeStruggle: Ага, да, я это понимаю.

>HushedVoice: Я Серра!

>TheMemeStruggle: Давай, скажи мне свое настоящее имя! Такова была сделка.

>HushedVoice: Это моё настоящее имя!

Рёта несколько раз моргает.

>TheMemeStruggle: Правда? Вы использовали свое настоящее имя? Затем ты скажешь мне, что сделал своего персонажа похожим на себя.

>HushedVoice: Да! Меня вполне устраивает мое имя и то, как я выгляжу, так почему бы не быть таким же в игре? Я довольно милый, если я действительно так говорю!

Ух ты. У нее есть некоторая уверенность, когда она не лицом к лицу с людьми. На самом деле ему это нравится. Слишком много людей, которые жалуются на себя в реальности и притворяются кем-то другим в игре.

Как и он сам.

>TheMimeStruggle: Я признаю, что ты довольно милый, так что ты не ошибаешься. Я думаю, ты не 500-фунтовый парень в подвале своей мамы.

>HushedVoice: >//////////////////TheMimeStruggle: Ладно, я больше никогда не буду называть тебя милым.

>HushedVoice: Подожди! Я беру это обратно!

>TheMemeStruggle: В любом случае, придурок, тебе, наверное, стоит сменить имя и внешность. Если это ваши настоящие вещи, то кому-то будет легко доксировать вас или преследовать вас, и поверьте мне, вы этого не хотите.

>HushedVoice: Ты сказал, что защитишь меня, так что это твоя проблема!

>TheMimeStruggle: Как я должен защищать тебя в реальной жизни?!

>HushedVoice: Тебе просто нужно переехать в Нью-Чарльстон, чтобы защитить меня от всех плохих парней, которые хотят меня похитить!

Сердце Рёты замирает. Он отходит от компьютера, открывает жалюзи и смотрит на город перед своим окном.

Разве совпадения, такие как жизнь в одном городе, не случаются только в шоу и историях?

Рёта вспоминает свой вчерашний разговор с Серрой. Они разговаривают почти весь день через Фискорда, но он не может перестать думать о вчерашнем разоблачении. Она живет в том же городе, что и он. С несколькими миллионами людей, проживающих в черте города, и постоянно строящимися новыми зданиями, она могла быть где угодно. Балкон его квартиры получил свое первое использование сегодня утром, когда он решил выделиться и просто посмотреть на город. По улицам внизу прошли тысячи людей. Был ли Серра одним из них?Это также заставило его задуматься о том, со сколькими людьми он уже встречался в Интернете. Как бы ни были малы шансы, он сомневается, что она единственная, кто живет рядом с ним, с кем он столкнулся. Сколько других было? Учитывая популярность Fantasy Tales Online, скорее всего, в нее играют несколько тысяч человек, живущих в этом городе. Странно вспоминать, насколько на самом деле тесен мир, и что кто-то, кого он встречает в сети, может быть его соседом.Теперь, когда солнце село и легло на его кровать, прошло двадцать четыре часа с тех пор, как он покончил с собой как Фенрир. Время погрузиться.На этот раз в углу его комнаты горит единственный свет. Последнее, что ему нужно сделать, это споткнуться в темноте и что-то сломать после пробуждения.— Обработка воспоминаний, — говорит голос Саи. Плавающая полоса прогресса быстро заполняется зеленым цветом. "Все сделано! С возвращением, Онии-чан! Вау, Серра действительно был разговорчив. Почему ты не сказал ей, что живешь с ней в одном городе?Рёта смотрит на свои руки. Они снова большие и мужественные. Он снова Фенрир.«Я подумал, что будет странно, если я что-нибудь скажу. Что, если она переживает, что я буду преследовать ее теперь, когда знаю ее имя, как она выглядит и живу в том же городе, что и она? Фенрир отвечает.— Мы оба знаем, что ты ничего не сказал, упрямый братик, не поэтому .— Ты у меня в голове, так что я уверен, ты сможешь понять, какой может быть настоящая причина. Эй, что с тобой происходит, когда я не синхронизируюсь с гарнитурой?»Сая дуется, прежде чем перейти к ответу на его вопрос. "Я мертв! Шучу, но я по-настоящему активен только тогда, когда ты синхронизируешься. Часть меня хранится в вашем мозгу, другая часть хранится в оборудовании гарнитуры, а программное обеспечение, установленное на гарнитуре, — это то, что объединяет две части вместе для работы!»Фенрир наклоняется вперед, чтобы ткнуть ее носом. Она застенчиво взвизгивает, прежде чем быстро закрыть нос одной рукой и отбить его руку другой. — Ч-за что это было?! — кричит она, топая ногами.«Я никогда раньше не пытался дотронуться до тебя, поэтому хотел проверить, смогу ли», — объясняет он. По крайней мере, он узнал, что она чувствует себя так же реалистично, как настоящий человек. Он чувствовал теплоту ее носа, горбинку на его кончике и ее мягкую кожу.— Хочешь войти в Гайю, если перестанешь изводить меня, бака Онии-чан?«Переедание достигает нового уровня, если вы говорите обе эти вещи вместе».— Но тебе все равно нравится.«По словам Серры, у вас нет ни доказательств, ни улик, а я все отрицаю».«Хмф. Ты хочешь играть или нет?»Фенрир показывает своему цундэрэ-имуто-ассистенту большой палец вверх. Она посылает его через тот же процесс кружения цветов и форм, что и в первый раз, когда он вошел в мир Гайи, и теперь он оказывается на том же самом клочке травы, что и в начале. Ветерок, несущий свежий воздух, касается его и заставляет его уши дергаться.Прошло всего несколько секунд, а он уже в сто раз счастливее, чем был на самом деле.Серра смогла найти изображение карты игрового мира в Интернете, увеличила область, в которой они начали, и попыталась обвести область, где, по ее мнению, находятся она и Бонекрака. Фенрир помнит, что видел картинку, которую она ему прислала, но он может на самом деле не помню ни одной из его деталей. Теперь все это для него как в тумане. «Эта блокировка памяти иногда причиняет боль. Думаю, я просто буду следовать вдоль побережья, пока снова не найду эту деревню, — он никому вслух не объясняет свои планы. Прогулка будет скучной без остальной части его группы. Серра сказала, что войдет в систему, чтобы присматривать за ним, но Бонекрака и Олеандр не доступны на ночь.«Подождите, почему я могу вспомнить, что Серра сказала о встрече со мной, но не карту, которую она мне показала? Разве я не должен вообще ничего помнить о планах, составленных вне игры?» — спрашивает Фенрир.— Только то, что даст тебе несправедливое преимущество перед другими игроками, Онии-чан! Как я уже говорил, все на мое усмотрение. Я не верю, что знание того, что она сказала об ожидании, даст вам несправедливое преимущество перед другими игроками, но знание деталей внеигровой карты даст!» — объясняет Сая.Фенрир может только представить, как это должно раздражать некоторых игроков. Есть много игроков, которым нужно знать точную механику и работу игр, в которые они играют, но здесь они ничего подобного не получают. Они, вероятно, считают, что это ерунда и несправедливо не иметь полного понимания каждой механики. Как рассчитывается ущерб? Что решает, умрет ли игрок мгновенно или нет? Сколько опыта игроки получают от различных заданий и врагов? Довольно сложно играть персонажем, о котором игрок почти ничего не знает. Все, что они знают, это то, что они могут видеть и чувствовать.Но разве не в этом дело? В некотором смысле характеристики и навыки существуют в реальности, и люди не могут узнать, что у них есть, если они не изучают это сами. Некоторые могут иметь бонусы к музыке и искусству, другие могут иметь более высокие характеристики силы и скорости, некоторые получают особые привилегии, такие как безумная гибкость и так далее. Люди могут изучать навыки и улучшать их с помощью практики, но никакое окно статистики никогда не откроется и не расскажет им об этом.Эта игра действительно является самой реалистичной из всех времен. По крайней мере, это честнее, чем реальность, поскольку все начинают одинаково.Фенрир продолжает думать о таких вещах, направляясь к побережью. К счастью, когда он встречает больше этих огромных крабов, они пассивно копаются в песке, как это было, когда группа их нашла.Что они вообще копают?Он стоит в стороне и смотрит, как копают крабы. Они замечают его и бросают на него любопытный взгляд, но когда он стоит на месте и не нападает, они возвращаются к копанию.Крабы роют нору за норой, ничего не получая взамен. Может быть, это просто праздная анимация без всякой цели? Ну что ж. Он не хочет проводить здесь слишком много времени, так как его ждет Серра. — Хорошо, удачи вам двоим. Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь…Один из крабов стучит по чему-то под песком. Звучит тяжело. Фенрир наблюдает, как краб тут же вонзает другую клешню, чтобы помочь первой. Через несколько секунд из-под песка вырывается массивный снаряд!Сотни розовых слизистых щупалец не толще карандаша начинают лихорадочно высовываться из отверстия панциря, отчаянно нападая на краба, держащегося за панцирь. Увы, это оказывается бесполезным, когда краб без усилий разламывает панцирь пополам и подносит обнаженное ядро ​​ко рту. Фенрир может быстро взглянуть на то, что находится внутри оболочки. Похоже, что все щупальца прикреплены к одной и той же мясистой массе, скрывающейся внутри панциря. Это подтверждается, когда, когда краб пожирает мясистую массу, все щупальца обмякают.Щупальца похожи на червей. У Фенрира есть идея, но с ней придется подождать. Получить камень и встретиться с Серрой сейчас важнее. «Спасибо за подсказку», — говорит Фенрир, быстро похлопывая краба по клешне, прежде чем отпрыгнуть, чтобы избежать его атаки. Краб явно не хочет, чтобы его отвлекали во время еды.В конце концов Фенрир замечает деревянные постройки деревни на пляже. Пора вернуться в траву и прокрасться. Будь то реальная жизнь или любая другая видеоигра, присев в высокой траве — это всегда отличный способ прокрасться.Он подходит достаточно близко, чтобы точно выровняться со зданием, откуда они сбежали. Он хочет попытаться следовать именно тому пути, по которому они пошли. Отвернувшись от села, он смотрит в поле и… ох. Что ж, это упрощает дело. Через поле проходят многочисленные тропы. Трава пригнулась, в грязи остались тяжелые следы, а одна особенно широкая полоса травы сильно изуродована. Похоже, размер Костекраки хорош не только для того, чтобы превратиться в огромную мишень.По следам легко найти место его смерти.Кто-то уже здесь."Действительно? На этих ублюдках ничего не было ? Боже, ребята не шутили, когда сказали, что на этих сигаретах ничего нет, — стонет Ричард, прежде чем разбить рюкзак Фенрира об землю.Рок был там.«У меня не было бы нулевого возрождения, если бы этот ублюдок просто позволил мне трахнуть его девушку, а не убить меня ! Сюда девчонки не лезут! Как я должен получить новый респаун? Черт возьми, я должен был слушать и быть более осторожным со своими жизнями, — кричит Ричард, пиная останки Фенрира.Все, о чем Фенрир может думать, это о том, что Рок был в скорлупе.— Ты действительно так расстроен из-за камня, Онии-чан? — спрашивает Сая.«Не просто скала , моя Скала», — думает ей Фенрир.Ричард одет в то, что похоже на кожаные доспехи, в которых он умер прошлой ночью, но у него новый меч. У Бонекраки все еще должен быть его старый.Фенрир оглядывается в поисках копья. Его нигде не видно, так что другие, должно быть, уже забрали его.Подобно волку, преследующему свою добычу, Фенрир опускает свое тело и кружит по траве к спине Ричарда. Трава едва достаточна высока, чтобы скрыть Фенрира, пока Ричард отвлекается, пиная то немногое, что осталось от прошлой жизни Фенрира.Когда он бродит, как волк, в нем снова всплывает звериное побуждение.Ему нужно быть быстрым. Единственный способ победить, если он снова застанет Ричарда врасплох. Фенрир делает шаг вперед.Ричард оборачивается от звука сломанной ветки позади него.Их взгляды встречаются. Ричард идет за своим мечом, а Фенрир бросается в атаку.

Ричард может обнажить свой меч, но не раньше, чем Фенрир врежется в него!

— Ты чертовски голый! Отстань от меня!" — кричит Ричард, по-видимому, прилагая больше усилий, чтобы избежать случайного касания Фенрира плюс три дюйма, вместо того, чтобы пытаться победить своего противника.

Вся эта раздетая вещь может быть довольно хорошей тактикой для борьбы с гомофобами.

Фенрир хватает Ричарда за запястья, чтобы прижать его к земле под собственным телом. Однако Ричард и сильнее, и быстрее. Для него имеет смысл быть более сильным только потому, что он дольше играет в игру. Тем не менее, хотя Ричард может оторвать руки от земли и время от времени ударять рукоятью своего меча по Фенриру, он не может освободить свои запястья из-за положения, в котором он находится.

Навершие меча Ричарда снова врезается в голову Фенрира. Это больно, и с каждой атакой Фенрир все ближе теряет сознание, но этого недостаточно, чтобы остановить его. Ему просто нужно придумать способ победить своего врага. Он не может бежать, потому что его догонят. Он также не может украсть меч, потому что в тот момент, когда он уберет руку с запястья любого из врагов, меч будет использован против него самого.

К счастью, этот человек так же упрям, как и надеялся Фенрир. Любой умный игрок сейчас будет звать на подмогу, но такой мудак, как Ричард, ни за что не позовет на помощь против более слабого — и голого — противника.

— Какого хрена ты улыбаешься, пушистый пидор?! Ричард кричит и плюет Фенриру в лицо.

Хорошо. Хорошо. Так оно и есть. Называть Олеандра педиком нехорошо и повлечет за собой суровое наказание, но его не волнует, если кто-то называет себя так. Однако ему не все равно, если кто-то попытается назвать его пушистым. Он тоже не любит, когда на него плюют, но это не так важно, как когда его называют пушистым.

Конечно, он может быть наполовину скрытым слабаком, и он может играть мужчину-человека с большими пушистыми волчьими ушами и еще большим и пушистым хвостом, но он не пушистый .

Фенрир поднимает колено между бедер Ричарда, чтобы сильно надавить на его промежность. Ричард не выглядит ни капли обиженным. — Думаешь, это меня обеспокоит? Я поставил свою боль на зер…» Ричарда прерывает Фенрир, который ударяет Ричарда лбом по лицу.

К тому времени, когда Ричард снова может сфокусировать свое зрение, он видит, как Фенрир обнажает клыки и вцепляется ему в шею!

Глаза Ричарда расширяются, когда он понимает, что делает Фенрир. — Ты даже дерешься, как чертов мохнатый! — кричит Ричард, наконец вырвав открытую руку из рук Фенрира и пытаясь разорвать ему шею.

Ричард хватает Фенрира за затылок, крепко сжимая его волосы, и оттаскивает его от шеи.

Фенрир вынужден покинуть Ричарда. То небольшое преимущество, которое он имел от элемента неожиданности, теперь исчезло, когда оба мужчины поднялись на ноги. Только один из них вооружен мечом и в доспехах, и это не Фенрир.

Окровавленные следы от укусов остались там, где Фенрир кусал шею Ричарда.

Но Фенрир видит, что у него есть кое-что еще. Их борьба на земле привела их к его разбитому ранцу, а Рок оказался прямо у ног Фенрира.

От первой атаки Ричарда легко уклониться, поскольку она телеграфирована.

Фенрир использует свое уклонение, чтобы пригнуться и схватить Скалу правой рукой.

Что-то сразу чувствуется иначе. Подобно тому, как это дикое желание накапливается в нем во время боев, удерживание Камня заставляет его чувствовать своего рода… связь с ним.

Он действительно привязался к камню? Конечно, это Рок , но в то же время даже ему хочется спросить себя « правда?»

"Попался!" — кричит Ричард, вонзая меч в живот Фенрира.

Фенрир морщится от боли и хватается за руку, держащую меч, свободной рукой, удерживая лезвие на месте. Он боится, что еще одна атака прикончит его; его поле зрения уже сужается, поскольку тьма выходит за пределы его поля зрения.

— Ты чертовски раздражаешь. Я только что вернулся в игру, а ты снова пытаешься меня убить! — кричит Ричард.

Фенрир вкладывает все свои силы в то, чтобы ударить Скалой прямо в голову Ричарду! Вероятно, зрелище и звук приносили бы гораздо больше удовольствия, если бы для Фенрира был включен травмирующий контент, но даже без крови и звукового эффекта, разбивающего череп, Ричард падает на землю.

Ричард потерял хватку на своем мече во время падения, и он вонзился в Фенрира.

Тьма поглощает все больше и больше видения Фенрира.

«Какого хрена! Серьезно?! Ты нокаутировал меня гребаным камнем?!С каких это пор камни стали такими чертовски ОП! — кричит Ричард голосом, полным ярости и ненависти к игре, которая только что позволила ему разбиться о камень размером чуть больше яблока. — Отлично! Я сдаюсь, хорошо? Я не хочу, чтобы фурфаг сбросил нахуй. Давай просто поквитаемся, и я не заставлю каждого из наших гребаных союзников охотиться за тобой, — говорит Ричард, потирая затылок. Возможно, у него не включена боль, но это просто заставляет всю его голову чувствовать себя так, как будто ее даже нет из-за того, насколько она онемела. Ему кажется, что ему не хватает половины головы! Глаз и губы на онемевшей стороне не могут даже пошевелиться. «Мы часть Империи Августа, поэтому, если ты убьешь меня, я назову тебя врагом фракции! Миллионы игроков убьют вас, как только увидят! И убери свой гребаный член, никто не хочет видеть это дерьмо!»

Фенрир свободной рукой вытаскивает меч, направляет его вниз и вонзает в грудь Ричарда.

Конечно, убить Ричарда Камнем было бы неплохо, но гораздо приятнее убить его собственным мечом. Снова.

Фенрир наклоняется над рукоятью меча, чтобы посмотреть Ричарду прямо в глаза, когда жизнь начинает покидать их. Фенрир произносит единственную фразу, которая, какой бы глупой и старой она ни была, неизменно повышает уровень натрия.

— Ты сошел с ума?

Выражение лица Ричарда искажается чистой яростью, прежде чем жизнь покидает его глаза, и он вылетает из игры еще на двадцать четыре часа. Судя по тому, о чем Фенрир слышал, он начнет полностью заново, когда в следующий раз сможет погрузиться.

Фенрир сгибается пополам, схватившись за то место, где его ранили. Это отличается от повреждений, которые он получил от краба прошлой ночью. Боль от той драки почти сразу прошла, но кажется, что эта боль останется навсегда. По крайней мере, тьма не поглощает его зрение больше, чем уже есть.

Он смотрит на свой труп. Это его первый раз, когда он хорошо его разглядел. Его доспехи из коры по большей части все еще целы, но несколько кусков отломаны от удара Ричарда. Больше беспокоит само его тело. Он уже превратился в не более чем скелет. Труп Олеандра такой же: просто скелет. Фенрир смотрит на последний труп Ричарда. С ним пока ничего не происходит. Фенрир как бы хочет, чтобы он поторопился и превратился в скелет, потому что это сделало бы следующую часть менее... личной.

Фенрир снимает с Ричарда все, кроме трусов. Он не хочет носить то же нижнее белье, что и другой мужчина, даже если это происходит в виртуальной игре, но у него нет проблем с другой одеждой и кожаными доспехами, которые были у Ричарда. Конечно, он надевает свою броню из коры поверх кожаной брони. Он не может просто оставить свою старую броню!

Теперь он выглядит как рослый образ нуба-авантюриста. Быть голым было приятно и все такое, особенно когда ветерок касался его, но так было намного лучше. Одежда и доспехи даже подходят ему почти идеально! Они немного тугие вокруг его бицепсов и груди, так как Фенрир немного более крупный персонаж, чем Ричард, но это не проблема.

Единственная досада в том, что ему пришлось прорезать щель в штанах, чтобы его хвост мог протиснуться.

С последним мечом и доспехами Ричарда, а также Роком Фенрир наконец-то может встретиться с Серрой. Взволнованно виляет хвостом.

Он идет по особенно широкой тропе, которую Бонекрака проложил через поле в ближайший лес. Он удивлен, что их не преследовали и не выследили, но когда это произошло, было довольно темно, и ни у кого из преследователей не было факелов, насколько он мог вспомнить. Он сомневается, что кому-то захочется преследовать гигантского орка в темном лесу, не заметив засады.

Прогулка по этому участку леса приятна. Он далеко не такой плотный, как тот, в котором он встретил Серру, так что он может просто наслаждаться всеми видами и звуками, которые он может ему предложить.

То есть, пока что-то не вытянется из-за дерева и не схватит его!

Фенрир прыгает с опущенным хвостом и навостренными ушами, готовя свой новый меч и…

Выражение лица Серры — это определение самодовольства.

«Я уже ранен! Ты прикончишь меня, если так ранишь мое сердце, — объясняет он, но не может сдержать улыбку. Это был довольно хороший скример. Его сердце до сих пор колотится от этого!

Или это гонки, потому что он знает, что она выглядит так мило в реальной жизни, а также живет в том же городе, что и он?

Выражение ее лица меняется от самодовольного к беспокойному, когда она видит капающую кровь и пачкающую его новую одежду. Рубашка, кожаный доспех и кора хорошо справляются с задачей покрытия раны, но это не предотвращает кровотечение и окрашивание ткани рубашки.

"Что случилось?" она спрашивает.

— Я снова убил этого мудака.

Она моргает несколько раз. "Ой. Почему… почему ты не исцеляешься?

«Я думаю, что немного поправился. Мое зрение уже не такое темное, но это занимает очень много времени. Полагаю, урон в PVP длится дольше?»

Серра делает двойной дубль. Кажется, что-то привлекло ее внимание. Она внимательно смотрит на его руку и подпрыгивает, когда подтверждает то, что увидела в первый раз!

«Чего ты прыгаешь? Пытаешься заставить меня чувствовать себя лучше, заставив меня прыгать? Не волнуйся, в конце концов я отомщу за себя, — дразнит он.

«Твой… твой камень, я видел, как он… двигался».

Фенрир смотрит на свою руку, держащую камень. Конечно же, он движется.

Фенрир и Серра уже несколько минут наблюдают за Роком. Заметив, что он слегка дрожит у него в руке, он положил его на землю, чтобы они оба могли наблюдать. Теперь, спустя пять минут, камень все еще периодически трясется, но больше ничего не происходит.

Серра поднимает руки, но тут же опускает их. — Почему ты… думаешь, что он движется? она спрашивает.

"Без понятия. Я думал, что это может быть секретное яйцо или что-то в этом роде, но, — Фенрир делает паузу, чтобы постучать по камню, — это просто похоже на камень. На мгновение я был взволнован, думая, что нашел какое-то сверхсекретное яйцо дракона или что-то в этом роде, но я думаю, что это не одна из таких историй».

Серра тыкает его сама. Да, определенно камень. "Что теперь?" она спрашивает.

"Сейчас? Что ж, теперь я возьму Камень, и мы придумаем, что делать, — отвечает Фенрир, поднимая Камень, как он и сказал, чтобы положить его в свой новый карман. Он может поместить его только примерно наполовину в карман брюк. «Не трясись слишком сильно, а то упадешь», — говорит он, но когда понимает, что на самом деле разговаривает с камнем, а не просто пытается пошутить, ему приходится на мгновение остановиться.

Серра выглядит так, будто собирается смеяться. «Я сделаю все, что ты и… и Рок захочешь». Она определенно дразнит его.

«У нас здесь плохая ситуация с точки зрения возможностей. Я не хочу забегать слишком далеко вперед от Боуна и Олли… и куда бы мы ни пошли, мы будем удаляться как минимум от одного из них. Мы также должны быть осторожны с этой деревней.

«Вы выглядели так, будто… вам было очень весело, когда вы ловили рыбу. Ты хочешь делать это еще?»

Такими темпами Фенрир влюбится.

— Да, но мы не обязаны этого делать. Мы можем сделать то, что понравится и вам».

«Мне понравится, если тебе понравится», — говорит Серра, глядя на него честными глазами и мягкой улыбкой.

Он не может сейчас смотреть на нее. Если он это сделает, то она увидит, каким красным она делает его лицо. Также хорошо, что он носит три слоя защиты на груди, иначе она может просто увидеть, как сильно сейчас бьется его сердце.

«Хорошо, раз ты так сильно хочешь порыбачить, думаю, я могу взять тебя на рыбалку», — дразнит он. Он понятия не имеет, как еще ответить, кроме как пошутить об этом.

— Спасибо, что балуешь меня. Серра звучит саркастично, но когда он оглядывается на нее, она выглядит искренне довольной.

Кто из них действительно избалован здесь?

«Хорошо, у меня появилась идея по дороге сюда. Пойдем проверим».

Пара проходит большое расстояние на север, прежде чем повернуть на запад и вернуться к побережью. Они действительно предпочли бы не встречаться с Коустэдж или с кем-либо из его обитателей.

Во время прогулки происходит много светской беседы.

"Какой ваш любимый цвет?" — спрашивает Фенрир.

«Голубой», — отвечает Серра. — Твой?

"Белый."

— Поэтому у тебя белые волосы?

«Да, плюс я имею в виду, что теперь у всех седые волосы. Это может быть общим, поскольку белые волосы популярны, но мне это нравится. Даже покрасила волосы в настоящий белый цвет. Какое твое любимое животное?"

«Собаки».

Фенрир ставит ей пятерку — ну, скорее, пятерку, учитывая их разницу в росте. "Такой же. Собаки самые лучшие. Мой папа всегда шутил, говоря, что если мужчина хочет безусловной любви, то завести собаку вместо жены». Он слышит заметное фырканье позади себя. Он видит, как Серра дуется, когда оглядывается. «Моя мама реагировала одинаково каждый раз, когда он говорил это».

"Интересно, почему." По ее голосу видно, что она на самом деле не задается вопросом, почему.

"Любимая еда?" Фенрир меняет тему.

"Пицца."

«В таком случае я должен задать вам самый важный вопрос о пицце: ананас, да или нет?»

«Ананас — лучшая начинка», — говорит Серра с такой уверенностью, какую он еще не слышал от нее.

Фенрир симулирует вздох, как будто его предали. "Как ты мог? Вы грязные язычники.

«Я гордый рыцарь ананасов на пицце!» — заявляет Серра, прежде чем застенчиво отвести взгляд. Это самый громкий звук, который Фенрир когда-либо слышал.

Она стесняется говорить так громко? Он не уверен, но он уверен, что она выглядит очень мило, когда смущена. — Тебе не нужно так смущаться рядом со мной. Ты можешь быть такой же тупой девчонкой, какой ты в тексте».

Она дуется, когда он снова называет ее придурком. «Я тебя побью…»

Фенрир останавливается и оборачивается. «Хорошо, первый удар полностью за тобой».

Серра выглядит удивленной и растерянной, делает несколько жестов рукой, прежде чем покраснеть и полностью отвернуться от него. — Ты… ты же знаешь, что я не мог… это нечестно.

«Это восхитительно, как ты ведешь себя так жестко, когда пишешь смс, но потом даже не можешь меня ударить», — еще больше дразнит он ее, легонько тыкая ее в затылок. — Пошли, до побережья осталось совсем немного. Кстати, что там с ручными знаками? он спрашивает.

— Ничего, — быстро отвечает она. «Какая твоя… какая твоя… любимая еда? Я сказал тебе свою, так что…

Фенрир поднимает бровь. Очевидно, что это не совсем ничего , судя по тому, как серьезно звучал ее голос, и еще более очевидно, что она не хочет об этом говорить. «Чипсы. Они уже приготовлены, вкусны и недороги. Я в значительной степени живу за счет них».

«Это нездорово».

— Но они вкусные.

"Плохая собака."

Услышать, как она называет его плохой собакой, на удивление эффективно. Это даже делает его уши и хвост ниже! Такими темпами эта игра превратит его в своего рода извращенца. Ему уже надоело, что Сая называет его собачкой, и теперь к нему присоединяется Серра.

Обмен вопросами о фаворитах друг друга продолжается до тех пор, пока они не достигнут побережья.

«Хорошо, помнишь, как те крабы прошлой ночью копались в песке? Ну, я видел парочку из них по дороге сюда…

«Ты заставил меня ждать... чтобы посмотреть на крабов», — перебивает его Серра.

Когда он оборачивается, чтобы посмотреть на нее, готовый извиниться, он видит ее дразнящую улыбку. Он больше не чувствует себя плохо из-за того, что смотрит на крабов. «Я позволю Олли снова изменить твое имя в Fiscord».

Серра отчаянно качает головой.

"Это то, о чем я думал. В любом случае, я видел, что они искали, — продолжает Фенрир, обнажая меч, направляя его вниз и вонзая в землю. Он скользит прямо по песку с небольшим сопротивлением.

Он делает это снова и снова, каждый раз перемещаясь на несколько футов. Ему требуется десять минут ходьбы, чтобы вонзить меч в землю, прежде чем он слышит, как острие ударяется о что-то твердое. Серра все это время наблюдала со стороны с улыбкой на лице.

«Нашел одного! Ладно, смотри, — говорит он, убирая меч в ножны и копаясь руками в песке. Ему требуется добрая минута, чтобы выкопать достаточно песка, чтобы вытащить гигантскую раковину. Сотни розовых щупалец набрасываются и начинают бить его, но это не более чем небольшое раздражение. Однако, когда он смотрит на Серру, она съеживается от отвращения и прикрывается. "В чем дело?"

«Десять щупалец…»

"Что насчет них?"

«Я… я видел видео, о которых сожалею…»

Судя по румянцу на ее щеках, он может только предположить, что она имеет в виду, что наткнулась на хентай с щупальцами. Она должна быть ванильной.

Фенриру вдруг становится стыдно за количество просмотренных им видео с щупальцами.

В любом случае, его стыд не помешает ему отомстить ей за предыдущее поддразнивание. Он целится в отверстие раковины, из которого к ней торчат усики. Она отступает, когда он подходит ближе.

— Не… не смей.

О, Фенрир смеет.

По крайней мере, он делает вид. Он ведет себя так, будто преследует ее несколько секунд, прежде чем остановиться. — Не волнуйся, я бы не стал. Я не такой злой».

Она выглядит достаточно благодарной, так что он не удивится, если она начнет плакать.

Это растопит его сердце.

— Я приду, но обещаю, что не позволю им приблизиться к тебе. Хорошо? Они недостаточно длинные, чтобы протянуться дальше, чем они уже есть. Я думаю, — объясняет Фенрир.

Серра кивает, но выглядит готовым бежать в любой момент.

«Я думаю, что могу отрезать щупальца и использовать их как приманку. Они чем-то похожи на червей, да? Мне просто нужно отрезать их и прицепить к…

Подожди секунду. Фенрир останавливается как вкопанный и оглядывается. Чего-то не хватает, но чего?

Он смотрит на Рока, чтобы убедиться, что он все еще в его кармане. Это. Он смотрит на ракушку. Щупальца все еще шлепают его по рукам. Он смотрит на Серру. Она такая же милая, как никогда. Он выводит свой хвост перед собой. Такой же пушистый, как и раньше.

Итак… чего не хватает?

«Но у тебя нет удочки», — говорит Серра.

Ой.

Да, это.

Фенрир сутулится и бросает ракушку обратно в яму, из которой он ее выкопал. — Думаю, я вернусь за ним позже.

«Извини», Серра не может удержаться от извинений за то, каким побежденным он выглядит. — Я думал, ты просто… попробуешь больше заниматься подводной охотой.

— Тебе не за что извиняться. Я просто тупой, извините за потраченное время».

Серра качает головой. — Это… это не напрасно, если оно с тобой.

«Ты заставишь парней влюбиться в тебя, если будешь так с ними разговаривать», — говорит он, отводя взгляд от нее.

Он ожидает услышать от нее какой-то дразнящий ответ «слишком хорошо, чтобы быть правдой», но когда он заглядывает через плечо, чтобы посмотреть на нее, она краснеет больше, чем он.

Что, черт возьми, это должно означать?

Он снова смотрит на океан. Даже если его план был сорван из-за чрезвычайно глупой ошибки, которую он вообще не должен был совершать, по крайней мере, он сможет увидеть больше этого прекрасного вида. Он просто не может позволить Олеандру узнать о своей ошибке, если только не хочет, чтобы его высмеивали при каждой возможности. Для того, кто должен отвечать за разработку долгосрочных стратегий, эта неудача просто смущает.

Серра делает глубокий вдох и мягко дергает свою рубашку сзади. — Это… ничего, если я глухой?

Фенрир чувствует себя мудаком из-за того, что он спросил ранее. Это объясняет, почему она делает эти жесты руками, а также объясняет, почему она выглядела не в своей тарелке после того, как он спросил ее о них. Теперь глухота перестала быть проблемой, ведь он только слышал о языке жестов и никогда раньше его не видел. «Извините за бестактность, конечно, все в порядке. Почему бы и нет?» — спрашивает он серьезным голосом, поворачиваясь к ней лицом.

Он получает смешанные сигналы, когда видит, что она одновременно улыбается и плачет.

«Это не твоя вина, и… я уже говорила об этом другим, и они всегда переставали со мной разговаривать… или высмеивали меня за то, что я не использую имплантаты», — объясняет Серра.

«Да ну, к черту всех, кто будет смеяться над тобой или перестанет с тобой разговаривать из-за этого. Мне кажется, это хороший способ выяснить, кто такие мудаки, и перестать с ними разговаривать, — говорит он, к ее удивлению, в голосе его голос сердится. «Извините, просто такие люди меня очень бесят».

— Тебя не волнует, что я глухой?

"Зачем мне? Ты все еще Серра, даже если ты глухой, а Серра — это то, о ком я забочусь», — говорит он.

Она смотрит вниз и улыбается. Улыбка на ее лице слишком широка, чтобы он мог ее увидеть. — Олли был прав насчет тебя, — говорит она, вытирая нервную слезу с глаз.

«Право насчет чего?»

— Ты прирожденный флиртуешь.

«Я не флиртую, я серьезно! Я забочусь о тебе, и мне все равно, глухой ты или что-то еще.

"Точно! Для того, кто всегда называет меня придурком, ты самый большой придурок из всех». Теперь она говорит более комфортно. Если раньше она всегда звучала так, будто нервничала из-за каждого слова, слетающего с ее губ, то теперь она говорит безо всякого беспокойства.

Фенрир чешет затылок, пытаясь понять, что она имеет в виду. «Говорит девушка, которая плачет и улыбается одновременно».

— Это ты виновата в том, что сделала меня такой счастливой.

После этого Фенриру потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Он был очень взволнован и серьезно относился к тому, что люди становятся мудаками из-за того, что не принимают ее глухоту, и тогда ей пришлось пойти и сказать то, что говорят девушки в аниме, что возвышает их до статуса лучшей девушки.

Имея мало других дел в игре, которые не поставят Олеандра и Бонекраку в невыгодное положение, они решают вернуться в лес, чтобы найти хорошее место, чтобы выйти из системы. Однако на самом деле они этого не делают. Они замечают шлюп, идущий вдоль побережья к Коустэдж, когда они собираются уходить. Фенрир убеждает Серру, что они должны последовать за ним и посмотреть, куда он направляется.

Конечно же, он пришвартовался в Coastedge. Они могут видеть, как из него выходит около дюжины мужчин, и один из них облачен в тяжелую, тщательно продуманную броню. Флаг, украшенный изображением чеснока с несколькими волнистыми линиями, растущими от него, гордо стоит на вершине единственной мачты корабля.

Серра смотрит на Фенрира, пытаясь угадать, о чем он думает, поскольку он молчал с тех пор, как корабль пришвартовался. Выражение его лица такое же, какое она видела, когда он убивал охранника, а затем убегал через поле.

— Я хочу этого, — говорит Фенрир.

"Почему?" — спрашивает Серра.

— Потому что мне не нравятся эти придурки, и потому что я хочу корабль.

"Откуда это пришло?"

«Вижу корабль».

— Значит, ты видишь корабль и хочешь его украсть? Это так просто?»

"Да."

Достаточно одной секунды взглянуть на его лицо, чтобы понять, насколько он серьезен.

«Я посмотрел имя, которое Олли упомянул прошлой ночью — Divine Brigade. Была куча статей о том, что в Divine Brigade полно ужасных людей и как все рады, что они ушли. Я предполагаю, что они прыгали от игры к игре, чтобы возиться с людьми, а затем случайно останавливались. Это… это были вы, ребята? — спрашивает Серра.

Фенрир смотрит на нее. Он явно удивлен и, должно быть, не ожидал, что она проведет свое расследование. Он оглядывается на корабль. «Да, это были мы. Я был лидером, Боун и Олли были моими заместителями, — отвечает он.

«Но во всех статьях говорилось, что вы, ребята, ужасны и подлы! Это – это совсем не так. Ты самый приятный парень, которого я когда-либо встречал в Интернете, и другие тоже очень милые и веселые».

"Неа. Я определенно мудак и ужасный человек, но только с людьми, которые, как я думаю, заслуживают этого. Я бы не украл этот корабль у каких-то невинных парней, которые просто пытаются порыбачить и повеселиться, но я бы с удовольствием украл его у группы придурков, которые не уважали тебя и Олли.

«Ты не плохой, если так обращаешься только с плохими людьми, так почему же все тебя ненавидят?»

«Потому что быть плохим парнем — это круто. Именно они получают всю власть и славу, и тогда все хотят присоединиться к ним или, по крайней мере, вступить с ними в союз. Дело не в том, что люди, которые им помогают, плохие, они просто хотят веселья, а игра с плохими парнями обычно приносит больше всего веселья и действия. Мы мешали им веселиться, поэтому все нас ненавидели».

«Значит, вы нацеливались только на плохих парней и людей, которые с ними работали?»

Фенрир колеблется. «Я… не могу обещать, что мы нацелены только на плохих людей», — говорит он, глядя на нее, чтобы увидеть равнодушное выражение лица. «Послушайте, иногда нам просто хотелось побыстрее развлечься, и самым простым способом было поиздеваться над первыми людьми, которых мы увидели».

Серра поддерживает свое ложное разочарование еще несколько секунд, прежде чем захихикать. — Все в порядке, это всего лишь игра, верно? Они оба возвращают свое внимание к пришвартованному шлюпу. Туда и обратно несут большие ящики. — Ну, как ты… как мы собираемся его украсть?

"Что это такое? Ты хочешь теперь жить пиратской жизнью и помогать нам воровать корабли?

— Это… звучит захватывающе, хорошо?

Фенрир похлопывает ее по макушке, как гордый отец погладил бы своего ребенка. Это вызывает у нее смешанные чувства. — Нам понадобятся Боун и Олли. Мы втроем можем без проблем украсть такой корабль. Если мы сможем украсть суперавианосец в Вечном Пространстве только втроем, мы сможем украсть и небольшой шлюп.

Серра смотрит на него с любопытством.

«Это история в другой раз, но позвольте мне просто сказать, что люди были действительно без ума от этого. Разработчики фактически исправили игру, чтобы сделать метод, который мы использовали, невозможным для повторения. Нас ненавидят даже разработчики!» Фенрир объясняет, слишком гордясь тем, что он признает.

«Ты собираешься переделывать здесь Divine Brigade?» — спрашивает Серра.

«Нет, дни Divine Brigade прошли. У Боуна и Олли не было времени играть столько, сколько они могли бы тогда, и мы разорвали отношения с остальными нашими бывшими участниками. Это становилось слишком токсичным для нас — думаю, можно сказать, что наши участники пытались превратить нас в то, что мы ненавидели».

— Ты просто… оставил их?

"О, нет. Мы украли все, что могли, у наших собственных участников, а затем уничтожили все остальное. Тех, что нам нравились, пощадили, но большинство потеряло все. У нас все еще есть секретные тайники в десятках онлайн-игр на случай, если мы когда-нибудь решим вернуться к ним».

«Почему бы вам не попробовать перезапустить его, но будьте более осторожны с тем, кого вы впускаете?»

«Мы могли бы, но никто из нас не заботится о том, чтобы снова возглавить большую группу. Просто сейчас мы играем более непринужденно. Мы хотим наслаждаться игрой, не преследуя нас постоянно, куда бы мы ни пошли. Все возненавидят нас и нацелятся на нас, если узнают, что мы в этой игре. Играть было бы невозможно. Честно говоря, вероятно, по крайней мере, несколько сотен человек начали бы играть в эту игру с единственной целью выследить нас, чтобы отомстить. Мы очень, очень разозлили людей. Просто чудо, что ни один из вчерашних парней не понял, что имел в виду Олли, когда упомянул это имя.

«Твой секрет в безопасности со мной», — говорит Серра с поднятым большим пальцем и милой улыбкой.

Фенрир показывает ей большой палец вверх. «Хорошо, будем надеяться, что этот корабль не уйдет до того, как Олли и Боун смогут добраться до него. Готов вернуться в лес?

Серра кивает, и они вдвоем возвращаются к укрытию, которое она нашла вместе с Бонекракой.

Небольшой вход в пещеру можно увидеть на склоне насыпи в лесу. Правда, это не столько пещера, сколько берлога – как у медведя. Внутри него находится спящее тело Бонекраки, плотно зажатое между его стенками. Это чудо, что он смог поместиться туда.

— Как ты здесь спал, если он занимает все место? — спрашивает Фенрир.

«Мне пришлось спать на нем, — объясняет Серра, наблюдая за реакцией на его лице. Она получает ту реакцию, на которую надеялась, когда видит, как он краснеет и ревнует. Естественно, она воспользуется этим. "Ты ревнуешь?" — спрашивает она с самодовольной улыбкой, тыкая его в живот.

Фенрир понимает, что она делает. Он знает, что Бонекрака никогда не прикоснется к ней и даже не подумает об этом, и он сомневается, что гигантский зеленый орк в ее вкусе, поэтому она просто пытается с ним пошутить. Сон с Бонекракой больше похож на сон с гигантским русским плюшевым мишкой, чем с мужчиной.

Ладно, в эту игру можно играть вдвоем. Если она хочет запугать его, он ответит ей тем же. Месть Фенрира наконец начинается.

Проще всего было бы дразнить ее из-за ее миниатюрного тела. Она невысокая, доспехи из коры, которые он сделал для нее, висят прямо на ее груди, ничего не выпирает наружу, и — подождите, у нее всегда были такие очерченные бедра? Теперь, когда он осматривает ее тело, он замечает, что, хотя она может быть плоской и иметь тонкие бедра, у нее одни из самых широких бедер, которые он когда-либо видел. Что ж, они могут быть не самыми широкими, но создают иллюзию контраста с остальным телом. Он почти уверен, что они шире ее плеч.

Они идеально подходят для того, чтобы держаться за них, пока…

— Как… как долго ты собираешься смотреть на меня? — спрашивает Серра.

Фенрир подпрыгивает и смотрит ей в лицо, чтобы увидеть, как она краснеет и отводит взгляд.

Он не знает, считать ли это победой за то, что поддразнил ее, или еще одной победой за то, что взволновал его.

Он закрывает нижнюю часть лица правой рукой и копирует ее, отводя взгляд. «Сегодня мы объявим ничью, хорошо?» — спрашивает он, глядя на нее и замечая, что она кивает. — В любом случае, я думаю, что там достаточно места для всех нас, но здесь будет тесно.

Серра быстро говорит: «Ты должен идти первым!»

— Ты превратился из застенчивого и тихого в выкрикивающий мне приказы за день! Что дальше, ты собираешься раскрыть, что ты скрытая доминатрикс?

«Это зависит от того, S или M…»

— Я сейчас иду в пещеру.

Как бы Костекрака ни возненавидел это, у Фенрира нет проблем с тем, чтобы взобраться на орка и лечь на него. Фенриру просто нужно держать руку над карманом, в котором находится Камень, чтобы убедиться, что он не выпадет, когда он протиснется между Костяной Кракой и потолком логова.

Он предполагает, что надзиратель не берет на себя управление Бонекракой, поскольку знает, что они друзья и что в этом нет злого умысла, но, учитывая, что этой игрой управляет куча ИИ, он понятия не имеет, действительно ли поэтому Бонекрака остается. спать или нет, когда он поднимается на борт.

«Теперь — теперь вы должны сначала выйти из системы!» Серра приказывает ему снаружи логова.

— Ладно, мама, я иду, — говорит Фенрир.

Он чувствует, как Серра съёживается. «Пожалуйста, не называй меня так больше…»

— Как скажешь, Серра Берра.

Она сейчас молчит. Когда он смотрит на нее, он видит, как она закрывает лицо руками и извивается.

Он побеждает.

«Хорошо, я буду на Фискорде, если тебе что-нибудь понадобится», — говорит он ей, прежде чем переключиться на свои мысли. — Сая, я готов проснуться.

— Да, да, капитан Онии-чан! Сая отвечает.

— Что за матросская пьеса?

— Ты собираешься украсть лодку, не так ли? Это делает тебя капитаном! Ну, будущим капитаном, и только если не облажаешься.

«Divine Brigade никогда не ошибается».

— Я думал, ты сказал, что «Божественная Бригада» не вернется?

"Если вы понимаете, о чем я."

При этом окружающая среда вокруг него становится черной, когда он возвращается в реальность.

Рёта открывает глаза. Его потолочный вентилятор шуршит, как всегда.

Ему требуется несколько мгновений, чтобы восстановить полный контроль над своим телом.

В голову лезет мысль. Что, если кто-нибудь вломится, пока он погружен? Он знает, что Сая может предупредить его в случае чего, но какой смысл в предупреждении, если его тело, по сути, будет бесполезным в течение нескольких минут после пробуждения?

Желание сходить в туалет подавляет онемение ног.

Справившись, он берет еще чипсов, стакан воды, когда вспоминает, что никогда не заказывал больше выпивки, и направляется к своему компьютеру. Серра уже отправил ему несколько сообщений.

>HushedVoice: Спасибо, что снова поиграли со мной! Ты мог заставить меня ждать, чтобы поиграть с крабами, и забыл, что у тебя нет удочки, а потом сексуально домогался меня своим взглядом, но мне было очень весело.

>HushedVoice: Не могу дождаться, когда снова поиграю с тобой!

>HushedVoice: Рёта.

Что с этой девушкой? Он не может не вспомнить о последнем разе, когда девушка так быстро прониклась к нему симпатией. Это закончилось тем, что им просто воспользовались, но она ничего не выиграла от этого. Она… она действительно любит его? Нет, он не может забыть, что некоторые девушки просто дружелюбны. Она подумает, что он носит фетровую шляпу и плащ, если решит, что он ей нравится только потому, что она дружелюбна.

>TheMimeStruggle: Ты придурок, Серра.

Он уже может видеть, как она печатает ответ.

Ожидая, пока она закончит печатать, что, как он сомневается, займет больше минуты, он открывает окно браузера, чтобы найти руководство по языку жестов.

— Черт, я слишком рано заснул, — говорит Рёта, глядя на свистящий потолочный вентилятор.

Он сказал Серре, что некоторое время назад собирался спать, но так и не смог заснуть.

«Нет ничего лучше, чем смотреть в потолок, чтобы скоротать время», — говорит он со стоном, прежде чем перевернуться на бок. Если он не может спать на спине, как быть на боку?

Результат тот же. Без сна. Он полностью проснулся, и все, о чем он может думать, это продолжить игру. Он мог бы просто больше изучать язык жестов, но его мозг уже перегружен самыми его основами. Ему нужно отдохнуть от этого. Все время после раннего пробуждения, которое не было потрачено на ответы на немедленные сообщения Серры, было потрачено на просмотр старых видеоуроков по языку жестов.

«Думаю, я посмотрю, есть ли что-нибудь», — говорит он, неохотно вставая с кровати и направляясь в гостиную, чтобы плюхнуться на диван. «Пингвин, вперед».

Телевизор включается и показывает тот же мультипликационный канал, на котором его оставил Рёта. К сожалению, ни одно из шоу, которые ему нравятся, не идет.

Он переключает каналы. Он останавливается на ток-шоу, в котором повторяется последний выпуск, о котором он слышал. Одна из лучших актрис Америки обсуждает своего нового мужа с ведущим шоу.

— Так что же получается, две жены и трое мужей? — спрашивает ее хозяин.

Актриса выглядит вполне довольной собой, как будто иметь столько супругов — это почетный знак. Именно так большинство людей относится к полиамурным отношениям в наше время.

«Он был слишком милым, чтобы пройти мимо! И только взгляните на это кольцо, которое он мне подарил», — актриса протягивает руку, чтобы показать последний крупный бриллиант, сидящий над всеми остальными на ее безымянном пальце.

«Разве не прекрасно, что теперь ты можешь жениться на стольких любовниках, сколько пожелаешь? Подумать только, в нашем детстве на такое все еще не одобряли! — восклицает хозяин.

Актриса улыбается и смеется. "Знаю, знаю. Тогда это была такая архаичная система».

«Что вы думаете о людях, которые до сих пор критикуют полигамию?»

«Здесь не о чем думать; они застряли в устаревшем мышлении. Мы — свободное общество, которое прославляет любовь, а не стыдит ее. Почему это не их дело, если у кого-то достаточно любви, чтобы поделиться ею с более чем одним партнером? Критики скажут, что такие люди, как мы, поверхностны и не способны по-настоящему любить больше одного человека, но не означает ли это, что у них меньше любви, чем у нас? Они даже не в состоянии рассмотреть возможность разделить достаточно любви!» — объясняет актриса. Зрители взрываются аплодисментами и аплодисментами.

Рёта любит такие разговоры. Возможно, его не интересуют сто и одна романтическая комедия, в которых снимается актриса, но ему всегда нравится слушать чужие мнения по социальным вопросам. Весь рост полигамии является особенно интересной темой.

Его отец всегда говорил ему, что такие открытые отношения предназначены только для сексуальных извращенцев, и он любил винить в росте полигамии широкое распространение фетишей, таких как рогоносцы. Он также обвинил в этом упадок религии, заявив, что брак больше не является священным делом, потому что все отделяют его от его исторической цели. Мать Рёты гораздо больше принимала полигамные отношения, говоря, что находила это понятие романтичным, несмотря на то, что когда-либо испытывала чувства только к своему мужу.

Всегда было весело слушать, как они спорят о том, что такое настоящая романтика.

«Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааннннддд, мне грустно. Отлично, — ворчит Рёта. «Пингвин, выходи».

Телевизор выключается.

«Думаю, я просто поиграю в игру. Я уверен, что смогу найти какое-то занятие, которое может не убить меня и не продвинуть слишком далеко вперед других».

Лежа на своей кровати еще раз, на этот раз с гарнитурой виртуальной реальности, он снова погружается в Fantasy Tales Online.

Его тут же встречает зрелище, к которому он не готов. Ни его разум, ни сердце не готовы к тому, что он видит, и теперь понятно, почему Серра попросила его позволить ей войти первой, когда они в следующий раз будут играть вместе.

Чтобы правильно вписаться в маленькую берлогу с ним и Бонекракой, она прижалась к Фенриру. Ее лицо находится прямо перед его лицом и всего в нескольких дюймах от него, и он чувствует, как ее меньшее тело прижимается к нему.

Как только ему приходит в голову первая извращенная мысль, он осторожно, но поспешно выползает из пещеры. Серра переворачивается и плюхается лицом вниз на грудь Бонекраки, как только его больше нет рядом, чтобы она могла опереться на него. Это зрелище заставляет его ревновать, но это для его же блага. И ее.

«Хорошо, что делать», — говорит Фенрир, пытаясь отвлечься от того, как близко он только что был к Серре.

Рок трясется в кармане.

«Я знал, что что-то забыл. Я хотел узнать, почему ты так сильно дрожишь, но забыл. Я, наверное, просто забуду об этом в следующий раз, когда буду погружаться, — говорит Фенрир, похлопывая камень по половине, торчащей из его кармана.

Желудок урчит.

«Посмотрим, не найду ли я воды для рыбалки. Подожди, почему бы мне просто…» Фенрир переключается на свои мысли: «Сая, ты можешь сказать мне, почему Рок так трясется?»

— Нет, Онии-чан! Сая отвечает.

Он полагал, что так много произойдет.

С побежденной сутулостью он уходит из пещеры вглубь леса. Утреннее солнце встает и дает достаточно света, чтобы осветить его путь через лес. Крики ночных хищников затихают, сменяясь утренним пением птиц. Часть Фенрира просто хочет стоять и наслаждаться пейзажем, и он, скорее всего, так и сделал бы, если бы его желудок не становился все более голодным. Возможно, ему придется взять еду и для других. Если он проголодается, Серра и Бонекрака, скорее всего, будут голодать к тому времени, когда они окунутся в следующий раз.

К счастью, Фенрир находит неглубокий ручей недалеко от пещеры. Первое, что он делает, это зачерпывает немного воды, чтобы выпить, так как он понимает, что у него пересохло, когда он видит это. Следующее, что он делает, это создает еще одно копье с каменным наконечником. У него возникает искушение попробовать просто «подсечь» рыбу своим мечом, но он предпочел бы не затуплять свой клинок на случай, если ему нужно будет защищаться.

Копье с каменным наконечником выходит даже лучше, чем в первый раз. Мало того, что наконечник копья стал острее, но и вся конструкция стала прочнее и удобнее в обращении. Увы, это чувство узнавания чего-то не задевает его. «Придется создавать больше или лучше вещей, если я хочу стать лучше, не так ли?» — говорит он себе.

Фенрир подходит к ручью, который он нашел, и готовит свое копье. Первая рыба, которую он видит, — длинная, похожая на окуня рыба с серой чешуей и особенно длинным спинным плавником. Плавник выглядит так, как будто он принадлежит акуле, а не пресноводному окуню!

— Позволь мне показать тебе, как это делается, Рок, — говорит он, ставя Рока на ближайший пень. Он не хочет, чтобы он выпал из его кармана, когда он пытается ловить рыбу, и его унесло вниз по течению. Опять же, это довольно тяжелый камень.

Но потеря Рока не стоит риска.

Готовя свое копье, Фенрир останавливает взгляд на кружащейся рыбе, пытаясь предсказать ее движения. Теперь его охватывает чувство, что он что-то изучает. Это то же чувство, что и раньше, когда он впервые попытался выследить рыбу глазами. Теперь движения рыбы более четкие, и ему легче предсказать, где она будет в следующий раз.

Вдох-выдох. Враг находится прямо здесь и совершенно не подозревает о присутствии охотника.

Нужно дождаться идеального момента, чтобы нанести удар, чтобы максимизировать свои шансы на успех. Цель не убежит.

Сейчас!

Копье вонзается прямо в цель, пронзая жертву.

Фенрир роняет копье и хватается за то, что теперь торчит у него из живота. У этого копья на самом деле металлический наконечник, в отличие от его собственного, но само древко все еще деревянное.

«Попался, ублюдок! Жаль, что ты слишком далеко от дома, чтобы звать на помощь, — насмехается над Фенриром голос, но он не узнает его. Он женственный, но в то же время глубокий, в некотором роде хриплый, мальчишеский.

Это нехорошо. Тьма, охватившая его зрение после раннего удара ножом, наконец исчезла. Теперь он вернулся в еще большей силе, чем раньше. Он чувствует, что даже слегка грубый тычок вырубит его.

«Я думаю, — Фенрир делает паузу, чтобы издать болезненное ворчание, — вы выбрали не того парня!» — кричит он ей, обнажая свой меч и обрушивая его на деревянное древко ее копья! Наконечник отрубается и падает на землю.

"Сволочь! Я потратил на это все свои деньги!» — кричит она, вытаскивая из него безголовое копье.

Фенрир бросается вперед, но копье не удерживает его на месте.

«Черт, я действительно не хочу умирать здесь», — думает он про себя. Большая часть его тела онемела. Он может не быть парализован болью, как это сделал бы человек с максимально допустимой болью, но эффект онемения, который возникает вместо этого, столь же опасен. «Почему я не могу спокойно рыбачить?» — спрашивает он, поворачиваясь и падая на одно колено.

«Хаа? Рыба? Разве ты не должен быть занят, пытаясь обмануть больше девушек, чтобы они стали для тебя глупой игрушкой, как это делает остальная часть твоей гильдии? — спрашивает она, используя свой посох-копье, чтобы выбить его единственную стоящую ногу из-под него. Он вынужден встать на колени.

— Я же говорил тебе, что ты выбрал не того парня, — с трудом выговаривает Фенрир, теперь едва способный видеть сквозь темноту. Это не мешает ему пытаться выставить свой меч вперед.

Она выбивает его из рук.

«Да, верно, ты просто носишь доспехи с логотипом этой гильдии только потому, что тебе так хочется. Я должен в это поверить?» — отвечает она, ударяя кончиком посоха по его правому плечу.

Он смотрит вниз, туда, куда она только что шлепнула. Это трудно понять, но она права. На его плече сидит проклятый вонючий чеснок, который выглядит точно так же, как и на корабельном флаге.

Вероятно, у него нет никаких шансов выпутаться из этого. — Я обещаю вам, что вы ошиблись…

Она вонзает свой посох ему в живот, отбрасывая его на спину.

Он не может двигаться. Он пытается сжать кулаки, но не может. Он пытается пошевелить пальцами ног, но не может. Он даже не может поднять голову, чтобы как следует взглянуть на нее.

— Сая, что происходит? По крайней мере, он еще может думать.

— Прости, Онии-чан, но когда ты потерпишь поражение, ты не сможешь двигаться. Ты во власти того, кто тебя победит. Пока последняя атака не станет смертельной, вы просто будете выведены из строя и не сможете двигаться, чтобы ваш враг мог делать с вами все, что захочет. Однако у вас не включен травмирующий контент, так что ничего страшного с вами не может случиться», — объясняет Сая.

То, что она добавила о том, что ничего особенного не произошло, не заставило его чувствовать себя лучше.

Женщина теперь стоит позади него, держа свой посох над его головой и готовясь ударить его прямо ему в лицо. — Какие-нибудь последние слова, ублюдок? она спрашивает. На ее лице садистская ухмылка. Она выглядит такой же довольной, как герой фильма, который собирается отомстить за смерть своего отца мужчине с шестью пальцами на правой руке.

— Я вижу твою юбку, — говорит Фенрир, ясно давая понять, что смотрит под юбку. «Черный? Как рискованно. С таким же успехом она могла бы разозлить ее еще больше, если бы она все равно собиралась убить его.

И о, это работает.

С пылающими красными щеками и взглядом, который может убить, она вонзает свой посох ему в лицо!

Фенрир инстинктивно закрывает глаза.

«Что это за штука, ублюдок?!» — кричит она. Он слышит больше борьбы. «Проклятый укус за лодыжку! Где ты прятался?! — кричит она еще. Звучит так, будто она стучит посохом по камню. Что бы она ни атаковала, ее посох должен быть достаточно твердым, чтобы разбить его, так как осколок деревянного древка приземляется ему на грудь.

Фенрир использует всю свою силу только для того, чтобы повернуть голову, чтобы увидеть, что происходит.

Маленькое собачье существо, похожее на каменное, вонзает свои клыки в ее лодыжки. Он недостаточно велик, чтобы достичь большего.

«Ой! Это чертовски больно!» — кричит она, пиная его ногой, которую он не кусает. Оказывается, пинать что-то, казалось бы, сделанное из камня — не лучшая идея. — Какого хрена я должен тебя бить! — кричит она ему, размахивая ногой, на которой он зацепился.

Она неизбежно сбрасывает его с ноги. Он приземляется прямо рядом с головой Фенрира, давая ему лучший обзор. Он размером с маленькую собаку и выглядит как собака, высеченная из камня, но удивительно проворная. Его «хвост» даже слегка виляет.

Кроме того, это тот же самый коричневый цвет, что и Рок. У него также есть случайные пятна серого и белого цветов.

Каменный щенок рычит на женщину и принимает агрессивную позу.

Этого не может быть… верно?

"Камень?" — спрашивает Фенрир.

Щенок – Рок, поверни голову назад, чтобы посмотреть на Фенрира. Пара серебристых глаз находится в его глазницах, которые кажутся единственной его некаменной частью. Даже его короткие клыки сделаны из зубчатого камня, и язык у него такой же.

Рок оглядывается на женщину и лает.

— Не смей, блядь , причинять боль Року, — говорит Фенрир, глядя на женщину.

Одного взгляда в его глаза достаточно, чтобы по ее спине побежали мурашки. Хотя она знает, что он больше не может сопротивляться, его голос и взгляд все еще пугают ее.

Фенрир не совсем понимает почему, но когда он сейчас смотрит на Скалу, ему кажется, что он смотрит на своего старого пса из детства. Он чувствует то же желание защитить Рока, что и с ней.

Даже если это всего лишь игра, даже если это ставшая камнем собака, которую он знает в общей сложности меньше дня, он отказывается потерять еще одного друга. Он не стоял в стороне тогда, и он не будет стоять в стороне и в этот раз.

Малейшее количество силы возвращается в его тело. Он полон решимости.

«Посмотри на себя, устраиваешь щенячью драку за тебя. Что за бессердечный ублюдок это делает? — спрашивает женщина, несмотря на то, что всего несколько мгновений назад она пыталась пнуть его. «Меня действительно бесит, что я должен причинить боль животному только для того, чтобы надрать тебе задницу, но оно не лучше, чем его хозяин, если оно защищает тебя».

Она поднимает свой посох и машет им в сторону Скалы. Посох уже однажды сломался от удара по Скале, но его здоровье все еще можно свести к минимуму с помощью достаточного количества атак.

Только она бьет Фенрира вместо Рока.

Та небольшая сила, которую мог собрать Фенрир, использовалась, чтобы броситься через Скалу, защищая маленького щенка от ее посоха. Единственная рука, удерживающая себя, — это все, что удерживает его от падения на друга.

«Что ты делаешь, ублюдок? Тебе посчастливилось получить второй шанс, и ты… — она обрывает себя, когда понимает, что именно он сделал.

Рок стоит перед его лицом с озабоченными глазами. Он не может разобрать ни одной черты его лица, кроме глаз, смотрящих ему в глаза. Он наклоняет голову вперед, чтобы лизнуть его лицо. Его язык может быть сделан из камня, но он гладкий и такой же приятный, как и настоящий.

Фенрир снова не может пошевелиться. Во второй раз она вывела его из строя.

— Тц… черт возьми! — кричит она из-за его спины. Он больше не может видеть, что она делает.

Затем он чувствует, как ее руки прижимаются к тому месту, где она пронзила его. Они теплые - слишком теплые. Нет, это не ее руки теплые, это что-то из ее рук течет в него.

Тьма, настигающая его зрение, начинает рассеиваться.

Она исцеляет его?

— Думал, ты хотел меня убить? — спрашивает Фенрир, изо всех сил пытаясь использовать свой голос.

"Замолчи. Я не собираюсь убивать того, кто жертвует собой ради собаки. Придурки, которых я хочу убить, даже глазом не моргнут», — объясняет она.

С исчезновением темноты он может видеть все больше и больше новых возможностей Рока. Его уши, по сути, представляют собой две заостренные плиты грубой скалы, и его лицо больше похоже на то же самое. Остальная часть его тела сделана из тех же блочных камней, что придает ему вид низкополигональной модели, несмотря на то, что материал, из которого он сделан, чрезвычайно детализирован. В камне есть сколы, обесцвечивание, шероховатые края и многое другое. Хотя у него может не быть меха, его поверхность в основном имеет различные оттенки коричневого цвета с пятнами серого и белого цветов. Камни вокруг его серебряных глаз и на носу - единственные черные части.

— Я сказал тебе, что не был с ними, — снова пытается объяснить Фенрир. Почему-то исцеление кажется более агрессивным, чем раньше.

— Тогда какого черта ты носишь их форму? На нем даже есть их символ! Единственное, что отличает тебя от других, — это эта бесполезная кора, которую ты носишь поверх нее».

Он должен признать, что она имеет право на то, что кора бесполезна. На самом деле это не помогло, разве что прикрыться, а теперь, когда у него есть нормальная одежда и доспехи, они ему больше не нужны. — Ты говоришь о тех чесночных парнях? Потому что я взял эту броню у парня, которого убил. Я только начал играть и был голым, так что мне нужно было либо продолжать ходить в коре, либо брать его вещи», — говорит он, наблюдая, как лицо Рока становится счастливее, когда его хозяин исцеляется. Тем не менее, он иногда отступает, чтобы посмотреть на женщину поверх него. Это дает ей милое рычание каждый раз, когда это происходит.

— Ты должен был сказать это раньше!

— Ты собирался мне поверить?

— Я… я… тч. Вы не знаете, что я бы не сделал! Кроме того, я хочу, чтобы вы знали, что они только черные, потому что это все, что было у торговца! Я хотела белый, но… — она снова обрывает себя. Исцеление становится еще более агрессивным. "Замолчи!"

— Я даже ничего не говорю!

«Теперь ты, так-так, заткнись!»

Рок снова лает на нее. «Хороший мальчик, ты прикроешь меня», — хвалит Фенрир Рока.

Ждать.

Он прижимается головой к земле, чтобы заглянуть под Скалу. Он не видит никаких мужских черт, но не похоже, чтобы у Рока там вообще были какие-то частички чего-либо. "Хороший мальчик?" — говорит он, глядя на Рока. Рок выглядит счастливым, но… — Хорошая девочка? Рок возбужденно лает и виляет хвостом.

Итак, судя по всему, Рок — девушка. Он вдруг чувствует себя виноватым за то, что дал ей такое мужское имя.

«Не говорите мне, что вы даже не знали, что это такое», — говорит женщина.

«Дайте мне перерыв. Как я уже сказал, я только начал играть, и до того, как ты решил случайно засунуть в меня свой шест, она была буквально камнем.

«Не говори так эротично! Я не… я не засовывал в тебя свой шест, я проткнул тебя копьем! Который ты сломал!»

Он слышит, как она скрипит зубами.

Она продолжает: «Вы ожидаете, что я поверю, что какой-то новый игрок не только самостоятельно победил снаряженного игрока, но и узнал, как разбудить искусственного компаньона? За кого, черт возьми, ты меня принимаешь?

«Я считаю тебя той девушкой, которая беспорядочно сует шесты в невинных парней», — говорит он. Если бы это исцеление могло стать еще более агрессивным, чем оно уже есть, он уверен, что так оно и было бы. «Эй, Сая, — думает он теперь, — что значит разбудить искусственного спутника?»

«Я не могу сказать тебе ничего, кроме того, что надзиратель решил, что требования были выполнены, и что у Рока теперь есть специальный ИИ, основанный на твоих воспоминаниях и личности, управляющий им, Онии-чан», — объясняет Сая. То немногое, что она ему дает, меньше, чем он надеялся, но этого достаточно.

«Спасибо, Сая», — думает он, прежде чем вернуться к разговору. — Вы сказали что-то о втором шансе. Что ты имел в виду?" — спрашивает он своего врага, ставшего целителем.

— Ты действительно новенький, — вздохнула она. «Возможно, вы сможете восстановить небольшое количество своего здоровья, если у вас будет достаточно силы воли, чтобы что-то сделать. Защищать кого-то, убегать, выживать — если вы достаточно решительны, у вас есть второй шанс. Это никогда не имеет значения, так как вы все равно будете всего в одной атаке от того, чтобы снова стать недееспособным. Ваш лучший вариант — убежать, если ваш противник отвлекся. Также считается, что есть какое-то ограничение по времени, как часто это может происходить, но никто не знает наверняка», — объясняет она.

По сути, в игре есть встроенная механика, позволяющая игрокам попытаться сыграть эпические финальные моменты, но она используется только для побега. Фенрир даже представить не может, что сможет сбежать, учитывая, сколько боли он все еще испытывал после того, как получил второй шанс.

Агрессивный поток исцеляющей магии наконец заканчивается. Фенрир чувствует себя так же хорошо, как и в первый раз, когда начал играть! Он смотрит на разорванную ткань, в которую вошло копье, и, конечно же, рана полностью затянулась. Все, что осталось, это шрам.

Как только Фенрир садится, Рок прыгает к нему на колени и возбужденно виляет хвостом с такой силой, что все ее тело трясется от него! Он позволяет каждой из своих рук гладить ее тело от головы до зада. — Теперь мне нужно дать тебе имя получше, а? — спрашивает он, глядя на нее сверху вниз с широкой улыбкой.

Женщина идет перед ним. «Какого черта ты плачешь? Ты один из тех мазохистов, которые ставят свою боль на максимум или что-то в этом роде? она спрашивает.

Фенрир подносит одну руку к лицу. Конечно же, когда он вытирает глаза, появляются слезы. «Это неловко. Я просто… действительно счастлив прямо сейчас. Спасибо, что не убили нас, — говорит он, глядя ей в лицо с искренней улыбкой.

Она смотрит в сторону с красными щеками. — Тебе лучше быть благодарным, — говорит она, почесывая щеку. — Кстати, ты знаешь, кого из ублюдков ты убил?

«Ага, Ричард. Убил его дважды. Я думаю, что в последний раз у него закончились счетчики возрождения, так как я слышал, как он говорил о том, как он был отключен, или что-то в этом роде.

Она смотрит на него с широкой улыбкой. "Серьезно? Вы перезагрузили Ричарда? Если ты не трахаешься со мной, то я должен тебе выпить! Это ублюдок, который обманул меня и перезагрузил».

"Что случилось?" — спрашивает Фенрир, гладя Рока, который тоже смотрит на нее снизу вверх и ждет, чтобы услышать историю.

Она выглядит взбешенной, просто вспоминая об этом. «Они дали мне разрешение спать и устроили спавн в их деревне, так как я не мог погружаться в течение нескольких дней, и когда я, наконец, вернулся, я возродился без ничего на себе! Ублюдки убили меня, пока меня не было, забрали всю мою одежду и оружие, а потом заперли в доме! Этот мудак, Ричард, тот, кто сказал мне, что они будут продолжать убивать меня, пока я не перезагружусь, если я не позволю им фармить счетчики возрождения с меня. Сказала мне, что мне придется включить травмирующий контент и все такое, чтобы они могли даже фармить меня, пока я не была погружена», — объясняет она. Ее улыбка исчезла и сменилась яростью. «Я не позволил им поступить со мной по-своему, поэтому они просто убивали меня снова и снова, пока я, в конце концов, не перезагрузился. Меня очень разозлило».

Да, Фенрир не может осуждать ее за то, что она ухватилась за возможность убить его сейчас. Он поступил бы так же, если бы с ним такое случилось. Он и раньше мстил людям за гораздо меньшее, чем то, что случилось с ней.

Глядя на нее, Фенрир понимает, что ее внешность полностью выдает ее личность. Он ожидал увидеть какую-нибудь жестокую девушку-орка или что-то в этом роде из-за того, какой она была дикой и из-за того, как злобно она всегда звучит, но вместо этого она выглядит как какая-то святая дева! С ярко-голубыми глазами и красивыми золотыми волосами, которые спадают ниже талии, она выглядит как девушка, которая должна ездить верхом на белом коне и разъезжать, помогая голодающим детям и охотясь на демонов. Что касается доспехов, она носит простую тонкую железную броню, которая облегает ее изгибы. Ее поножи заканчиваются на полпути к ее бедрам, и между тем, где заканчиваются ее поножи, и тем, где начинается ее латная юбка, видна малейшая часть кожи.

Абсолютная территория — это лучшая территория.

Между ее доспехами и уже сломанным копьем, похоже, она купила первый комплект снаряжения, на который она смогла накопить, чтобы она могла вернуться сюда, чтобы отомстить. Сама броня выглядит либо плохо сделанной, либо сильно использованной.

«Да, мы останавливались там прошлой ночью. Этот мудак хотел сделать с моим единственным другом то же, что он хотел сделать с тобой, как я полагаю, и оскорблял другого моего друга. Убил его, убежал и убил себя до того, как его друзья успели это сделать, а потом вернулся сегодня утром и снова убил его, — говорит Фенрир, пытаясь отвлечься от ее бедер.

Бедра уступают только свитерам.

«Эй, кажется, у меня только что появилась идея, которая тебе понравится. Раньше я просто хотел украсть их корабль, но если вы поможете нам, я думаю, мы сможем уничтожить их всех. Заинтересованы?» он спрашивает.

Женщина скрещивает руки и поднимает бровь. — Если это издевательство над этими ублюдками, то я тебя хотя бы выслушаю.

Фенрир протягивает руку. «Прежде чем я скажу что-то еще, я Фенрир. У тебя есть имя, которым я могу называть тебя?»

Она смотрит на его руку. Он может видеть, как румянец возвращается на ее щеки. — Я Кассиэль, — говорит она, быстро тряся его руку, прежде чем фыркнуть и отдернуть ее.

Кассиэль рад работать с Фенриром, узнав о его новом плане. Ему еще предстоит поработать над этим с Олеандром, но это должно сработать. А пока Фенрир и Кассиэль обмениваются именами Фискордов и возвращаются в свои безопасные места.

Уже поздно. Фенрир, возможно, не очень много сделал, но у него появился новый друг — ну, он думает, что может называть ее так, и помог Року превратиться в настоящего щенка! Ему не терпится увидеть, как отреагируют остальные члены группы, когда увидят ее сейчас. Конечно, ему также интересно посмотреть, как они отреагируют на Кассиэля. Он не может представить, чтобы они были слишком добры к ней, если он даст им понять, что она чуть не убила его. Может быть, ему не следует сообщать им об этом?

Неа. Он обязательно даст им знать.

Заползая обратно в маленькую берлогу, где вышли Бонекрака и Серра, он просыпается от игры и направляется к своему рабочему столу. Он должен добавить Кассиэль в Fiscord, прежде чем забудет ее имя пользователя.

Запрос на добавление в друзья отправлен Holy Justice #3498

Ее имя пользователя Fiscord соответствует ее внешнему виду в игре, но что касается ее личности, то это полное упущение.

Заявка принимается не сразу. Рёта несколько минут в ожидании смотрит на экран. Прошел всего день, но он уже привык к немедленным ответам Серры. Он также отправляет сообщение в групповой чат, сообщая всем, что он нашел нового друга и придумал план, но он должен рассказать им план в игре. Он полагает, что рассказывать им план вне игры было бы бессмысленно, поскольку их виртуальные помощники просто блокируют воспоминания.

— Пора снова попробовать заснуть, — говорит Рёта, потягиваясь и зевая. К счастью, он достаточно устал, чтобы заснуть.

Его будильник будит его в обычное время, то есть, к сожалению, всего через несколько часов после того, как он, наконец, смог заснуть.

Бодрствовать будет тяжело, если он не хочет нарушать свой график сна.

С другой стороны, учитывая, что ему нечем заняться, кроме как играть, не так уж важно, если его график сбивается.

«Да, я жалок», — говорит он своему потолочному вентилятору. «Мне нужен один из тех маленьких роботов, которые автоматически варят и приносят вам кофе. Эй, фанат, купи мне кофейного робота».

Вентилятор отвечает, непрерывно вращая лопасти.

— Тогда и тебя трахни.

Рёта ворчит и вылезает из постели. Освобождая мочевой пузырь, он первым делом плюхается в кресло за рабочим столом и открывает Fiscord. В его личных сообщениях и групповом чате есть новые сообщения. Сначала он проверяет групповой чат.

>Любимая шлюха Виктора: k

>Любимая шлюха Виктора: я пойду к вам, ребята, после занятий

>Любимая шлюха Виктора: новый человек - милый мальчик

Конечно, это все, о чем беспокоится Спенсер.

Рёта проверяет свои личные сообщения.

>HushedVoice: Доброе утро! Я только что проснулся. Я надеюсь ты хорошо спал! Дайте мне знать, когда будете готовы играть дальше. Я надеюсь, что мы проведем еще один прекрасный день вместе!

>HushedVoice: Аааа! Я только что прочитал групповой чат и увидел, что ты больше играешь! Я сказал тебе больше не погружаться передо мной >///Святое Правосудие: Привет

>Святое Правосудие: Готовы надрать им задницы в любое время

В то время как Спенсер одержим петухом, Кассиэль явно одержим местью. Он отправляет пару сообщений в групповой чат и Серре, прежде чем отправить Кассиэлю ответ.

>TheMemeStruggle: Ваше имя и внешность наводят меня на мысль, что вы похожи на паладина-ролевика, но вы больше похожи на темного рыцаря.

Рёта получает немного воды и утренний перекус, ожидая ответов. Удивительно, но Серра не единственный, кто ответил, пока он не спал.

>Святое правосудие: Раньше я был

>Святое правосудие: Был одним из святых рыцарей Империи Августа до того, как меня, блядь, сбросили

>Святая Справедливость: Ливия не приняла меня обратно, так как я хотел отомстить, но она не хотела портить отношения с их гильдией.

>TheMemeStruggle: Ливия?

>Святое правосудие: Да, она Императрица Империи Августа, сидит в Сент-Авгусе и командует всеми вокруг оттуда.

>TheMemeStruggle: Напомните мне об этом в игре, чтобы я не забыл, когда погружаюсь.

>Святое Правосудие: Это достаточно расплывчато и общеизвестно, поэтому его не следует блокировать.

>TheMimeStruggle: Полезно знать, спасибо. Пройдет несколько часов, прежде чем мы сможем что-то сделать.

>Святое правосудие: погрузись, чтобы скоротать время, сегодня я ухожу

>TheMimeStruggle: Такой властный. По крайней мере, дай мне сначала закончить завтрак.

И под завтраком он имеет в виду чипсы.

Он смотрит вниз и щиплет себя за живот. Хорошо, там только немного жирка. Больше, чем хотелось бы, но не так уж плохо.

Он отправляет сообщение Серре, спрашивая, не хочет ли она присоединиться к нему, чтобы пообщаться с ним и новым членом группы. Естественно, Серра тут же соглашается и говорит, что сразу погрузится.

Она не хочет, чтобы он снова погрузился перед ней.

Рёта отправляет еще одно сообщение Кассиэлю, прежде чем убрать фишки и приготовиться к погружению.

>TheMemeStruggle: Увидимся в игре.

Несколько минут спустя Рёта снова становится Фенриром.

Фенрир открывает глаза и видит зеленые мускулы. На этот раз Серры нет перед ним, но он слышит, как она хихикает, а Рок игриво лает. Рок спал у входа в логово, чтобы дежурить. Теперь Рок бегает и играет с Серрой.

«Ты такой милый», — говорит Серра, несколько раз гладя Рока по голове. «Откуда ты взялся? Ты заблудился и решил остаться с нами? она спрашивает.

— Это Камень, — вмешивается Фенрир.

Серра немного подпрыгивает, когда слышит его голос, но больше всего ее удивляет то, что этот щенок якобы и есть тот глупый камень, который Фенрир таскал с собой. "Действительно? Это… это Рок? она просит подтверждения.

Рок отвечает на ее вопрос, подпрыгивая и лая.

"Как?" — спрашивает Серра.

«Я не знаю, как это работает. Меня чуть не убили, а потом Рок превратился в это и спас меня. Она хорошая девочка, — объясняет Фенрир, выползая из логова. Рок набрасывается на него облизыванием и тычет носом в тот момент, когда он отсутствует. «Кто хорошая девочка? Кто хорошая девочка? Правильно, ты!» Фенрир осыпает Скалу похвалами, отчего его каменный хвост еще больше виляет.

Фенрир смотрит на Серру. Она выглядит так, будто хочет надуться, но он не знает, почему. Может быть, она ревнует, что Рок уделяет ему внимание, а не ей?

Она ревнует, но не поэтому.

— Как ты чуть не умер? она спрашивает.

«Наш новый друг хотел меня убить. Она думала, что я с теми придурками из Коустэджа. Не знал, что на этой одежде их логотип, — объясняет он, показывая ей плечо с логотипом. «Подожди, я должен…» он вытаскивает свой меч и срезает острием логотип. "Намного лучше."

Рок лает в знак одобрения.

Серра выглядит еще более раздраженным, чем прежде.

"В чем дело?" — спрашивает Фенрир.

«Мне не нравятся те, кто пытается причинить тебе боль», — отвечает она.

«Не беспокойтесь об этом. Услышав ее историю, я бы поступил так же, будь я на ее месте. Эти парни - придурки не только для нас. В любом случае, готов встретиться с ней?

Серра неохотно кивает.

Рок берет на себя инициативу, взволнованно бежит вперед и через каждые несколько футов отвлекается на новые запахи. Фенрир стоит рядом каждый раз, когда Рок отвлекается. — Надо дать ей понюхать, — объясняет Фенрир. К счастью, Серра, кажется, не беспокоится о том, что Рок сильно замедляет их своими сеансами обнюхивания.

Трио в конце концов добирается до ручья, где он впервые встретил Кассиэля.

На камне у воды сидит раздраженная женщина, пытающаяся собрать свое копье. Она терпит неудачу. Она даже собрала некоторые из этих стеблей, чтобы попытаться «склеить» их вместе, но это не сработало.

— Эй, Кэсс! Фенрир кричит ей.

Кассиэль поворачивается, чтобы посмотреть на него разочарованными глазами. «Меня зовут Кассиэль, а не Кэсс, и тебе лучше надеяться, что твой план сработает! Я уже начал привязываться к этому копью, но ты его сломал! — кричит она. Ее глаза сосредотачиваются на Серре, когда она замечает ее. "Кто она?"

Фенрир ожидает, что Серра спрячется за ним, как она это сделала, когда впервые встретила Бонекраку и Олеандра, но вместо этого она встала перед ним и скрестила руки на груди. — Я Серра, и… и тебе лучше больше не причинять ему боль, — говорит она, собирая все свое мужество.

«Хаа? Слушай сюда, коротышка, — говорит Кассиэль, вставая и сжимая в руках остатки копья. Она старается выглядеть настолько устрашающе, насколько это возможно.

Однако, когда Рок становится между двумя девушками, Кассиэль отступает и фыркает. «Я хочу убить только тех ублюдков, которые сбросили меня. Я не причиню вреда никому, кто не хочет причинить мне боль».

"Хорошо хорошо. Мы все здесь друзья, так что давай успокоимся. Вы обе девушки, которых эти придурки хотели надуть, так что лучше подружитесь. Последнее, что нам сейчас нужно, это чтобы ты, — Фенрир делает паузу, чтобы посмотреть на Кассиэля, — чтобы попытаться воткнуть в нас свой шест.

Лицо Кассиэля краснеет. Ее губы шевелятся, как будто она хочет что-то очень сердито крикнуть, но слов не выходит.

Серра насмехается над инсинуациями Фенрира и замечает реакцию другой девушки.

Кассиэль может быть сильным бойцом, который может легко победить Серру в испытании на силу, но Серра уже придумывает планы, как воспользоваться очевидной слабостью Кассиэля. Серра не может дождаться, когда увидит Олеандра и Кассиэля вместе.

После того, как Кассиэль выкрикнул всевозможные ненормативные лексики в адрес Фенрира за его непристойные замечания, группа сидит без дела, пытаясь понять, что делать, чтобы скоротать время.

Фенрир, естественно, хочет ловить рыбу.

Серра доволен игрой с Роком и присматривает за Кассиэлем.

Кассиэль хочет попытаться выследить больше игроков из Coastedge.

Рок просто хочет делать рок-вещи.

К счастью для Фенрира, он знает, как проникнуть людям под кожу. Это манипулятивно? Да. Что еще более важно, означает ли это, что он может ловить рыбу? Да.

— Думаю, я понимаю, почему ты не хочешь ловить рыбу. У тебя, наверное, просто плохо получается, и ты позволил всей рыбе сбежать, — дразнит Фенрир Кассиэля. Серра улавливает его план и издает не очень тонкий смешок.

— Я бы никогда не позволил им сбежать! Если мне удавалось охотиться на монстров и игроков, то охота на рыбу — ничто!» Кассиэль кричит в ответ.

Это будет легко.

«Требуется больше умения, чтобы заманить и выловить рыбу, чем чтобы украдкой воткнуть удочку человеку в зад. По крайней мере, Олли полюбит тебя за это, — продолжает Фенрир. На этот раз смех Серры еще более заметен, поскольку она действительно пытается скрыть его, а не просто притворяется, что скрывает.

Сжимая в руках то, что осталось от ее копья, Кассиэль выглядит так, словно вот-вот расколет его на еще больше частей. — Сколько раз я…

«Я остановлюсь, если ты сможешь поймать больше рыбы, чем я», — забрасывает свою удочку Фенрир.

Это укус. Она на крючке.

"Отлично! Как я… как мы вообще должны это сделать?! она сердито принимает вызов.

«Иди и принеси мне палку и плоский камень, чтобы я мог сделать для тебя копье. Я сделаю себе один, пока ты будешь это делать, — объясняет Фенрир, поднимая палку и камень, которые он нашел несколько минут назад и над которыми работал.

Кассиэль бросается искать материалы.

Теперь, когда дело доходит до заточки и придания формы скале, которая будет использоваться в качестве наконечника копья, возникает проблема. Верный камень Фенрира превратился в Камень. «Привет, имя в очереди», — говорит он, глядя на Рока.

«Имя ожидается?» — спрашивает Серра.

"Ну, да. Не могу просто продолжать называть ее Рок. Разве это не слишком по-мужски?»

— Я… я не думаю, что ей все равно, — говорит Серра, и Рок поддерживает ее лаем.

Если Рок довольна тем, что ее зовут Рок, то Фенрир ни за что не изменит свое имя. — Тогда, я думаю, ты останешься Роком, Роком. А теперь иди сюда».

Рок радостно подбегает к нему, садится и смотрит на него с послушным желанием служить.

Во-первых, Рок слишком милый, чтобы не потереть ему макушку, прежде чем делать что-то еще. Только после достаточного количества ласки ее по голове он просит ее о помощи. — Я понятия не имею, можешь ты это сделать или нет, но ты думаешь, что сможешь… Я даже не знаю, как об этом спросить. Как вы думаете, вы могли бы кусать и разжевывать эту штуку, чтобы придать ей форму? Помнишь, как я использовал тебя, чтобы сделать их первыми — подожди, — Фенрир делает паузу и встает. Идя рядом с ручьем, он находит место, где пытался ловить рыбу прошлой ночью, заглядывает в куст, рядом с которым он стоял, и, конечно же, находит свое копье.

«Я забыл об этом. Ну ладно, — говорит Фенрир, возвращаясь к Скале. — Помнишь, как ты помогал мне сделать это острие? он указывает на кончик копья. Рок лает. — Тогда как вы думаете, вы могли бы сделать так, чтобы этот выглядел так? Он протягивает плоский камень, который он нашел. Рок обнюхивает его, трогает лапами и, наконец, поднимает взгляд на Фенрира, чтобы одобрительно лаять. — Хорошая девочка, — говорит он, гладя ее по голове.

Взяв плоский камень в рот, она кусает края своими зазубренными каменными зубами, пока он не превращается в наконечник копья. Фенрир вздрагивает, когда слышит, как она жует и глотает куски камня, которые откусывает. Он не уверен, хорошо ли это для нее… но она сделана из камня. Он получает идею. Пока Рок возится с острием, он собирает столько близлежащих камней, сколько сможет найти.

Он возвращается к Скале, сидящему рядом с острием и виляющим хвостом. Его резкость и форма даже лучше, чем когда он делал это сам! «Ты действительно потрясающий, Рок. Хотел бы я взять тебя с собой в реальность. Я бы научил тебя готовить и приносить мне кофе, — говорит Фенрир.

Серра поднимает бровь. «Рок не один из тех кофейных роботов, — говорит она.

— Я знаю, но все равно было бы неплохо. Мне нужен либо кофейный робот, либо симпатичная жена, чтобы принести мне кофе, — отвечает он, беря один из только что собранных камней и отдавая его Року. Пока Серра краснеет и думает о высоко секретных мыслях в своем уме, Рок взволнованно жует данный камень и просит еще один, когда она видит, что он держит еще. "Имеет смысл. Ты сделан из камня, поэтому ты ешь камни. Подожди, разве это не делает тебя каннибалом? — спрашивает он Рока.

Рок наклоняет голову на несколько секунд, высунув язык изо рта, прежде чем снова начать выпрашивать угощения.

— Ты слишком милый, чтобы сказать «нет». Ты определенно вырастешь и будешь очень избалованным, — говорит Фенрир, кладя еще два камня, а остальные забирая в карман.

К тому времени, когда Кассиэль возвращается, Рок сонно лежит на коленях Серры с полным животом, а Фенрир держит два копья. Он бросает одну из них Кассиэлю. «Вот, уже сделал тебе один».

— Какого черта ты заставил меня собирать все это, ублюдок? Ты только что заставил меня пойти и ничего не искать?! — кричит Кассиэль.

Он ожидал этого. Глядя на палку и камень, которые она нашла, он должен признать, что они идеально подходят для изготовления копья с каменным наконечником. Похоже, она действительно пошла и попыталась найти самые лучшие материалы, какие смогла, вместо того, чтобы использовать первые найденные.

«Извините, вы правы. Я сделаю тебя одним из того, что ты нашел. Обещаю, я не хотел отпускать тебя ни за что. Я просто забыл о копье, которое сделал прошлой ночью, вот и все, — объясняет Фенрир.

Выражение лица Кассиэля смущает его. Она переходит от явно разозленной к краснеющей и отводящей взгляд. Кажется, она снова хочет что-то сказать.

«Вот, я приготовлю твое копье в кратчайшие сроки», — он протягивает руки, ожидая ее палки и камня.

Она передает их, но также говорит: «Спасибо».

— Меня не за что благодарить. Я сказал, что сделаю тебе один, плюс это означает, что ты будешь ловить рыбу, так что я должен быть тем, кто благодарит тебя, — отвечает Фенрир.

— Я… я имею в виду… тц, ты бас… я имею в виду спасибо за… извинения, — говорит Кассиэль, ерзая на месте и не в силах смотреть ему в глаза. «Меня всегда трахали, и никто никогда не извинялся, так что… я просто предположила, что ты трахаешься со мной, так что, наверное, я… я», — в этот момент она выглядит разозленной на себя, стиснув зубы. сжимает кулаки: «Извини, что предположила, что ты просто трахаешься со мной».

— Не беспокойся об этом, это не имеет большого значения.

"Замолчи! Я… я извиняюсь, хорошо? Если вы сделаете что-то не так потом – то вы извинитесь за это! Ты извинился передо мной, так что… Я извиняюсь перед тобой, так что просто возьми это!

"Хорошо хорошо. Спасибо, что тоже извинился, Кассиэль, — говорит Фенрир. Она отворачивается, услышав его благодарность.

Фенрир возвращается к Року и Серре, так как ему в последний раз нужна помощь Рока. — Думаешь, ты снова сможешь мне помочь, Рок?

Рок смотрит на камень и скулит. Однако, когда Фенрир протягивает ей несколько камней размером с угощение, она нетерпеливо спрыгивает с колен Серры и приступает к работе.

«Она на самом деле очень милая, не так ли?» — спрашивает Серра, шепча достаточно тихо, чтобы Кассиэль не услышал.

Фенрир смотрит на нее. Кассиэль все еще стоит, повернувшись к ним спиной. «Может быть, когда она перестанет издеваться над мной, Олли. Она настоящая цундере.

"Что это такое?" — спрашивает Серра.

Фенрир краснеет и качает головой. — Не беспокойся об этом. Его ответ заставляет ее надуться, но он уже сказал слишком много. Он не может позволить ей узнать, насколько глубоко он погрузился в мир японских мультфильмов. Или хентай. Он до сих пор помнит ее отвращение к щупальцам.

Прежде чем образ Серры, запутавшейся в связке непристойных щупалец, еще сильнее укоренится в его голове, он отвлекает себя, собирая новое копье Кассиэля.

Ему кажется, что он должен извиниться перед Серрой только за то, что вообразил, что с ней происходят такие ужасно непристойные вещи. Она слишком чиста для всего этого!

Но это только делает его еще лучше.

Он качает головой. Плохие мысли, плохие.

Когда Рок закончил помогать и набил себе еще больше угощений, она лениво заползла обратно на колени Серры и закрыла глаза.

"Хорошо! Это лучшее, что я когда-либо делал. Ты действительно выбрал идеальный материал для его изготовления, — кричит Фенрир Кассиэлю.

«Я приложил много усилий, чтобы найти хорошие материалы, так что… так и должно быть», — говорит Кассиэль.

Он клянется, что видит крошечную искру в ее глазах, когда она берет копье. Хорошая это искра или плохая, он не знает. «Хорошо, да начнется рыбалка! Ты умеешь ловить подводную охоту?

"Конечно, я делаю! Любой может это сделать. Если кучка голых пещерных людей может это сделать, то и я легко смогу, — говорит Кассиэль, подходя к ручью. "Там!" — кричит она первой рыбе, которую замечает.

Она бросает свое копье!

Он промахивается, разбивается о камень, в который попадает, и его уносит вниз по течению.

Судя по тому, что она стоит совершенно неподвижно и не издает ни звука, он догадывается, что она… менее чем довольна. Он почти боится передать ей сделанное им запасное копье.

Кассиэль оборачивается, выхватывает копье из его рук, а затем отворачивается. "Сначала ты!" — требует она.

— Хорошо, просто смотри, как я…

— Я сказал, что ты первый!

Фенрир пытается взглянуть ей в лицо, но видит только ярко-красную щеку.

Думаю, он пойдет первым.

На дне ручья покоится крупная медлительная рыба с острыми усами и толстым телом. На самом деле он напоминает Фенриру сома, но у него есть два чрезвычайно длинных «уса», которые тянутся дальше, чем длина рыбы. Похоже, они ощупывают любую потенциальную пищу на дне ручья. Каждый раз, когда они находят что-то многообещающее, рыба подплывает к этому месту и проплывает над ним.

Кассиэль стоит рядом, готовый поиздеваться над Фенриром за то, что, по ее мнению, будет полным провалом. Вместо этого копью Фенрира удается… да, это провал.

Его копье вонзается в илистое русло ручья, успевая только порезать рыбе бок.

«Вы такой замечательный учитель», — начинает поддразнивать Кассиэль.

«По крайней мере, у меня все еще есть мое копье», — отвечает Фенрир и побеждает, видя, что она не может вернуться к этому.

Серра перенес Рока в лучшее место, чтобы они могли наблюдать за соревнованием этих двоих. Она сидит на земле спиной к дереву и Року на коленях, переворачиваясь на спину, чтобы Серра могла почесать ей живот. Камень на нижней стороне его живота может быть не мягче, но ровнее.

«Отлично, значит, мне просто нужно толкнуть, а не бросить. Я этого не знал! Ты должен был сказать мне раньше, — говорит Кассиэль.

«Я думал, что если пещерные люди смогли это сделать, то сможете и вы?» — спрашивает Фенрир.

"Замолчи!"

Фенрир опасается, что она сотрёт зубы до крошечных огрызков, если будет продолжать их так сильно сжимать.

«Это мой! Я называю это!» — кричит она, как только в поле зрения появляется следующая рыба. Увы, вместо того, чтобы пытаться выследить рыбу и предсказать, куда она может двигаться, она просто толкает рыбу, как только она окажется в пределах досягаемости. Еще один промах.

«Ты не можешь просто так бешено швырять свой шест по всему месту. Вы должны правильно схватить его, прицелиться и вонзить под идеальным углом…

"Закрыть! Вверх!" Лицо Кассиэля чисто красное, и он больше всего разозлен из всех, что он видел.

Серре приходится использовать свою руку, которая не гладит Рока, чтобы скрыть улыбку и хихиканье.

Другая рыба. — Ты тоже хочешь позвонить этому? — спрашивает Фенрир, глядя на Кассиэля. Она смотрит на него. Ее глаза говорят ему, что если он скажет еще хоть что-нибудь, ее копье пронзит его грудь.

Это еще одна рыба, похожая на сома, но она меньше по размеру и чаще перемещается. Это будет более сложной задачей, чем первая, которую он пропустил. С копьем наготове и в каждой руке он не отрывает глаз от рыбы и пытается предсказать ее движения. Он чаще всего может предсказать, куда он пойдет дальше. Самая большая распродажа - это его усы. Каждый раз, когда они остаются на месте более чем на несколько секунд, рыба приближается к ним. Он смотрит на Кассиэля. Похоже, она тоже заметила закономерность.

Фенрир вонзает свое копье и пронзает рыбу! Он поднимает его из воды и почти теряет, когда тот пытается вырваться на свободу. К несчастью для рыбы, единственная свобода, которую она получает, — это свобода смерти после того, как Фенрир схватил ее за хвост и ударил о камень.

Он смотрит на Кассиэля, чтобы самодовольно похвастаться своим уловом, но у нее та же идея. Оба смотрят друг на друга с рыбой в руке.

Игра включена.

Эти двое разделились, чтобы покрыть больше земли вдоль ручья и чтобы им не приходилось конкурировать за рыбу. Они возвращают каждую пойманную рыбу в кучу перед Серрой и Роком, чтобы она могла отслеживать, кто лидирует.

Каждый из участников тяжело дышит и практически спотыкается о себя, пытаясь спешить туда-сюда между потоком и соответствующими кучами.

Серра не знает, за кого она хочет болеть больше. Конечно, она может быть влюблена в Фенрира и хотеть увидеть его победу, чтобы увидеть его счастливым, но в то же время Кассиэль явно прилагает серьезные усилия, чтобы попытаться победить. У Кассиэля также есть фактор неудачника… но у Фенрира есть буквальный фактор собаки. Поддерживать ли вдохновляющего аутсайдера или романтически интересующегося собакой — сложный выбор. Она также думает, что было бы очень мило увидеть удивленное лицо Фенрира, если он проиграет.

В ручье вскоре исчезает рыба. Все, кто выжил после натиска соперника, бежали в далекие воды, оставив двух монстров, терроризирующих рыбу, без дальнейших жертв.

Фенрир и Кассиэль стоят, сгорбившись, перед Серрой. Они выглядят так, будто вот-вот упадут в любой момент.

Серра понятия не имел, что рыбалка может быть такой напряженной.

"Кто выиграл?" — спрашивает Фенрир. Даже его хвост и уши выглядят уставшими.

"Расскажи нам!" У Кассиэля почему-то все еще хватает сил, чтобы кричать, несмотря на то, что он запыхался.

Серра снова смотрит на каждую стопку, а затем указывает на Кассиэля. «Она выиграла с перевесом в один», — говорит Серра.

Фенрир не осмеливается взглянуть на Кассиэля. Он уже может чувствовать ее самодовольное чувство удовлетворения, смотрящее на него. Последнее, что ему нужно увидеть, это…

Ждать.

Когда он смотрит вниз на кучи рыбы, одна из самых первых пойманных им рыб сидит в своей куче вместо его. Конечно, она могла бы поймать такую ​​же рыбу, но что случилось с той, что была в его куче?

Он смотрит на рыбу, а затем смотрит на Кассиэля.

Она смотрит в сторону.

Он смотрит на Серру.

Она тоже отводит взгляд.

— Серра, — говорит Фенрир.

— Д-да? Серра отвечает.

"Я думал, что мы друзья."

«Мы — мы».

— Касс не смог бы… украсть мою рыбу, чтобы ты не заметил, верно?

"Может быть…"

Фенрир смотрит на Скалу.

Рок смотрит в сторону.

«Сейчас я чувствую себя очень преданным, — говорит Фенрир. Он видит каплю пота, стекающую со лба Серры. Он почти уверен, что увидел бы то же самое от Рока, если бы Рок мог попотеть.

— Это… это не моя вина! Она говорила со мной о том, что девушки должны держаться вместе и заботиться друг о друге, и сказала, что было бы забавно посмотреть, как ты выглядишь, когда проигрываешь», — объясняет Серра.

Должно быть, у них была тайная встреча, когда он не обращал внимания.

— Ты не должен был этого говорить! — кричит Кассиэль.

— Но она чуть не убила меня! Кричит теперь Фенрир, отчего Серра и Рок опускают головы и смотрят в землю.

Фенриру нужен Олеандр, чтобы помочь ему запугать Кассиэля. Серре нельзя доверять.

Тем не менее, он первый смеется. "Я вижу как это. На этой вечеринке должно быть больше колбасы, так как все девушки объединяются против меня.

Серра прерывает свой грустный поступок и хихикает.

Даже Рок из несчастного вида начинает вилять хвостом и лаять.

Кассиэль — единственный, кто остался в стороне от этой внезапной смены настроения. — Ты на самом деле не сумасшедший? — спрашивает она, глядя на Фенрира.

"Конечно, нет. Зачем мне быть? Это просто игра, и все это было для развлечения», — объясняет Фенрир.

Кассиэль понимает, что, хотя она, возможно, убедила Серру предать Фенрира ради нее, Серра сделала это, потому что думала, что это будет забавно для всех участников. Она и Фенрир уже синхронизированы, когда дело доходит до комедийных номеров. — Вы, наверное, давно знаете друг друга.

И Фенрир, и Серра качают головами. "Неа. Были друзьями всего… сколько, уже три дня? За этим трудно следить, так как игра растягивает время», — говорит Фенрир.

Кассиэль несколько раз моргает. «Хаа? Действительно? Здесь нет пути. Вы, ребята, уже как супружеская пара».

Эти слова заставили Серру сильно покраснеть, но Фенрир наклонил голову так же, как это делает Рок. "Неа. Мы дружим всего несколько дней. Со мной может быть трудно ладить, поэтому я думаю, что любой, кто может терпеть меня, просто сразу находит со мной общий язык».

«Как с тобой трудно ладить? Ты как паинька, не так ли? Я бы подумал, что ты из тех, кто хочет дружить со всеми.

«Ты забываешь, что я уже заставил всю деревню ненавидеть себя, и теперь я планирую украсть их корабль и убить как можно больше из них?»

Кассиэль делает паузу. Теперь, когда она думает об этом, это главная причина, по которой она все еще здесь.

«Кстати, даже если ты пытался сжульничать, молодец. У меня было ощущение, что ты много поймаешь, потому что ты кажешься очень решительным типом. Ты впечатляешь, — хвалит Фенрир Кассиэля.

Естественно, это заставляет некую вульгарную не очень святую девицу отворачиваться с красными щеками. «Тц, я просто не люблю проигрывать. Прибереги похвалу своей собаке и девушке».

Голова бедняжки Серры склоняется все ниже и ниже, скрывая лицо. Несмотря на то, что она знает, что собирается сказать Фенрир, одно только то, что Кассиэль предполагает, что они встречаются, делает ее счастливой.

«Как она могла быть моей девушкой, если я знаю ее всего три дня? Этого времени недостаточно, чтобы узнать кого-то, чтобы сделать что-то подобное», — говорит Фенрир. Это не совсем то, чего ожидала Серра, но это все равно отрицание того, что они вместе.

"Почему нет? Я встречался со всеми моими бывшими примерно через день, — говорит Кассиэль.

— И как долго они длились? Фенрир видит, как сжимаются ее кулаки.

"Замолчи."

Фенрир смотрит на небо сквозь полог леса. Надеюсь, Олеандр скоро поправится. Когда он это сделает, и после того, как они встретятся, они могут обсудить планы по краже корабля и разрушению Коустэдж.

Группа во главе с Роком возвращается на побережье. Их миссия - идти вверх по побережью, пока Олеандр спускается по нему. Олеандр мог бы просто спуститься вниз сам, но, учитывая, что он находится в той же ситуации, что и Фенрир, с нулевым респауном, они не хотят рисковать тем, что с ним что-то случится.

К счастью, они могут встретиться с Олеандром, не отвлекаясь на крабов, встречая парней, слишком отчаянных, чтобы переспать, и без участия Фенрира и Кассиэля в очередном соревновании.

Фенрир думает о том, что если бы он жил в какой-то манге или аниме, то застрял бы еще с несколькими арками-филлерами, прежде чем наконец добрался бы до Олеандра. Он не знает, как бы он себя чувствовал, если бы с нетерпением ждал грандиозного ограбления и битвы только для того, чтобы история отвлеклась на рыбалку.

Увы, он сразу переходит к делу и без проблем встречает Олеандра.

Впрочем, он не возражал бы против еще одного развлечения на рыбалке, даже если это означало бы отсрочку его «истории».

«Фенни! Неси меня!" Олеандр кричит с дальнего берега. Он волочит ноги и скулит.

— Фенни? — спрашивает Кассиэль, глядя на Фенрира.

— Проблема, Кэсси? Фенрир отвечает.

— Никогда больше не называй меня так.

— Поверь мне, теперь я меньше всего тебя беспокою.

Рок выбегает, чтобы поприветствовать Олеандра. «У тебя есть домашняя собака?! Серьезно?! Это потрясающе!" — кричит он, приседая, чтобы поприветствовать щенка, которого он еще не знает, это Рок.

Он также не знает, насколько силен Рок. Может быть, дело в том, что она сделана из камня, но когда она прыгает ему на грудь, она сбивает Олеандра на спину!

«Собака… сделанная из камня?» — спрашивает Олеандр.

«Да, она Рок», — объясняет Фенрир.

"Камень? Ты не имеешь в виду камень, который ты таскал с собой, не так ли?

«Та самая скала».

Олеандр не знает, как принять тот факт, что случайный камень превратился в собаку. «Думаю, быть рок-фетишистом окупается».

— Ты здесь единственный фетишист.

Олеандр становится серьезным, глядя Фенриру в глаза. «Я видел вашу историю посещений. Ты действительно хочешь называть меня единственной?»

Фенрир закрывает уши Серре сзади. — Послушай, у мужчины есть свои потребности, и ты не можешь просто…

Он чувствует, как Кассиэль смотрит на него. Да, она полностью осуждает его.

"В любом случае!" Он открывает уши Серры. — Кассиэль, это Олеандр. Олли, это Кассиэль.

Кассиэль даже не смотрит в сторону Олеандра. Все, что она дает ему, это простое приветствие.

Когда Фенрир смотрит на Олеандра, пытаясь понять, почему она не смотрит на него, все это имеет смысл. Он все еще голый.

«Не могли бы вы купить себе новые листья, чтобы прикрыться?» — спрашивает Фенрир.

«Я хотел поторопиться и встретиться с вами! Мне пришлось бы вернуться в лес, найти достаточно большие листья, еще несколько таких же стеблей, а потом… — Олеандр обрывает себя. У него выражение лица человека с горящей лампочкой над головой. "Подожди!"

Олеандр убегает от пляжа на травянистые равнины рядом с ним. Через несколько мгновений он возвращается, и ему нечего показать. "Неважно. Я хотел попробовать превратить траву в платье с помощью магии, но она исчезла, как только я перестала на ней концентрироваться».

— Вот, — говорит Фенрир, снимая свой поношенный доспех из коры и передавая его Олеандру, — это, по крайней мере, защитит тебя.

Олеандр с радостью принимает доспехи и надевает их. Хотя это не очень подходило Фенриру, зато идеально подходило Олеандру. — Кстати, как вы с ней познакомились?

Кассиэль поворачивается и смотрит на Фенрира, как будто она знает, что он собирается сказать.

Ее беспокойство вполне заслужено.

«Она воткнула в меня длинный твердый шест сзади», — объясняет Фенрир.

Олеандр смотрит на ее разъяренное выражение лица, прежде чем понимающе ухмыльнуться Фенриру. «Эй, новенькая! Вонзаться в Фенни - моя работа! Если ты тоже хочешь заполучить его, тогда ты, по крайней мере, должен взять его спереди, а я сзади. Хотя, если ты хочешь воткнуть в меня свой шест, ты можешь сделать это, когда…

Кассиэль обхватывает руками горло Олеандра и поднимает его над землей. Она не сжимает его достаточно сильно, чтобы задушить, и после того, как он наклоняет голову, чтобы лизнуть ее руку, она вообще не сжимает его. — Вы оба — что — как — вы ожидаете, что я поверю, что мы собираемся сразиться с Береговым краем с безоружной девочкой, щенком и двумя девиантами?!

«У нас также есть орк», — добавляет Фенрир.

— Кстати, Фенни, каков план? — спрашивает Олеандр.

Фенрир просматривает план. Это первый раз, когда Олеандр и Серра слышат это, и, услышав это снова, Кассиэль снова начинает волноваться и верить.

— Это действительно глупый план, — говорит Олеандр. «Но я могу заставить это работать. Смотреть." Он берет последнее копье Фенрира и рисует им на песке. Он рисует макет Коустэджа, насколько он его помнит, лодки, которые он видел, причалившие к берегу, где он видел стоящую рядом охрану, и все другие важные детали, окружающие его. Не имея ничего, кроме копья и песка, Олеандр рисует идеальную карту Побережья.

У Кассиэля все время впечатленное выражение лица. Впечатленный взгляд перерастает в восхищение, пока Олеандр уточняет план Фенрира. Это звучало почти невозможно, но стоило того, чтобы рискнуть, когда Фенрир впервые сказал это, но теперь, когда Олеандр обдумывает план, кажется, что осуществить его проще всего. Стратегия Олеандра идеальна.

— Вот почему ты мастер боя, Олли, — хвалит его Фенрир, хлопая его по голове между рогами.

Олеандр смотрит на Фенрира с широкой улыбкой и закрытыми глазами, прижимая голову к руке Фенрира.

Серра и Рок завидуют.

«Если мы осуществим этот план… о вас, ребята, будут говорить во всех тавернах. Это план, который реализуют и прославляются только элитные гильдии. Я встречал многих, кто называл себя мастерами стратегии, но это нечто иное, — говорит Кассиэль.

«Надеюсь, что нет. Я бы не хотел, чтобы наши имена были известны из-за чего-то подобного. Надеюсь, они будут слишком смущены своим поражением, чтобы пойти и рассказать кому-нибудь о том, что произошло», — говорит Фенрир.

Кассиэль пожимает плечами. «Это не имеет большого значения, пока я отомщу».

— Такой резкий, — поддразнивает Олеандр.

«Я не раздражительный! Они заслуживают смерти за то, что сделали со мной!»

— Ты собираешься воткнуть в них свой шест?

Кассиэль поднимает Олеандра за рога. Она не ожидала, что услышит его стон и посмотрит на нее обольстительными глазами. «Мои… мои рога чувствительны. ”

Она бросает Олеандр.

Он оглядывается на Фенрира и видит поднятый вверх большой палец. Серра отворачивается, пытаясь не дать Кассиэлю услышать ее хихиканье.

«Кстати, Фенни, мы все еще собираемся выпить завтра?» — спрашивает Олеандр.

— Уже это время месяца? — спрашивает Фенрир. Олеандр отвечает взволнованным кивком. «Тогда, наверное, да. Куда ты хочешь пойти?"

Серра и Кассиэль просто оглядываются, чтобы не вмешиваться в обсуждение реальности. Рок лижет лапы.

— Как насчет того, чтобы съесть рамен в Чайнатауне, а потом отправиться в «Одноглазый пират»? Это было бы подходящее место, чтобы отпраздновать нашу предстоящую победу!»

Две девушки — ну, две девушки без собак, обе смотрят на двух мужчин, когда слышат название бара. Это не просто название бара; это название бара, с которым они оба знакомы.

"Это подходит для меня. Мы собираемся отправить фотографии Боуну, чтобы он снова начал ревновать?

«Да».

Рок поднимает взгляд между двумя другими девушками и наклоняет голову.

— Давай подойдем к твоему трупу, а потом подождем, пока Кость сядет. Твои вещи, наверное, должны быть там, где ты умер, — говорит Фенрир.

Прогулка на юг проходит без происшествий, если не считать необходимости прятаться от нескольких жителей Коустэджа, охотящихся на крабов. Группа добирается до места, где умерли Фенрир и Олеандр, Олеандру удается схватить платье из листьев, которое он сделал сам, и они возвращаются в логово, где все еще спит Костекрака.

У Олеандра есть только одна проблема со всем этим, и это то, что большие листья, из которых состоит его платье, начинают коричневеть. Первоначально он просто собирался носить платье под доспехами из коры, но Олеандр, будучи Олеандром, отказывается носить гниющие листья, поэтому он носит только кору.

Бонекрака погружается в игру под видом и запахом рыбы, жарящейся на костре недалеко от его логова.

— Самое время, — говорит Фенрир, протягивая Костекраке жареную рыбу на палочке.

— Мне нужно знать план? — спрашивает Бонекрака, переходя сразу к делу.

"Не совсем. Твоя работа как никогда проста, — отвечает Олеандр.

"Хороший." Бонекрака берет жареную рыбу и откусывает от нее большой кусок.

«Подумал, что ты проголодался, раз уж твой персонаж не ел пару дней. Мы пойдем, как только ты насытишься, — объясняет Фенрир.

Кассиэль думал, что она больше всего взволнована возможностью отомстить тем, кто находится в Прибрежье, но когда она видит лица Фенрира и Олеандра, она понимает, что они взволнованы гораздо больше, чем она. Основное отличие состоит в том, что, хотя она взволнована местью, они возбуждены из-за садистского желания обмануть других игроков, несмотря на то, что шансы против них.

Эти новые игроки в игре уже придумывают стратегии, чтобы победить врагов с большим количеством, гораздо большим опытом и лучшим снаряжением. Они делают то, что никто другой не был бы настолько глуп, чтобы даже подумать об этом, и они не могли бы быть более взволнованы этим.

Бонекрака доедает свою рыбу, а затем еще три рыбы, прежде чем, наконец, отрыгнуть и похлопать себя по животу. «Готово», — говорит он.

«Хорошо, это будет последнее выступление бригады», — говорит Фенрир.

Олеандр встает и отдает честь. — Как скажешь, адмирал .

Coastedge появляется в поле зрения группы. Ночью его тускло освещают фонари, висящие на зданиях, и лишь несколько охранников стоят на страже у границ деревни.

Партия уже на позиции.

Фенрир, Кассиэль и Рок лежат низко в траве рядом с деревней. Бонекрака дал Кассиэлю один из мечей, которые у него были, чтобы ее единственным оружием не было самодельное копье.

Остальная часть партии рассредоточена на пару позиций. У каждого из них есть свои миссии, которые нужно выполнить.

Бонекрака поднимается первым. Он выпрыгивает из своего укрытия и бросается прямо на охранника, наблюдающего за южным концом пляжа!

Конечно, технически Bonekraka все еще может быть новым игроком с небольшими характеристиками и навыками, но он не выглядит так. Это массивный грубый орк, одетый в шкуру и кости животных, на которых он охотился в первый день игры, держит в огромной руке меч обычного размера, который выглядит как детская игрушка, и выглядит очень злым . Помогает то, что он кричит, как разбушевавшийся монстр, подпитываемый не более чем жаждой убийства.

Каким бы слабым он ни был на самом деле, он знает, как быть страшным. Охранник, которого он атакует, трясется от страха и застывает, схватившись за копье и готовясь к атаке Костяной Краки. Охраннику даже не нужно предупреждать остальных охранников, чтобы они подошли и помогли ему, поскольку Бонекрака достаточно громкий, чтобы привлечь их внимание.

Костекрака подходит достаточно близко, чтобы метнуть меч в охранника! Он пронзает охранника в грудь, вонзаясь прямо в туловище и частично в стену здания позади него. Шок от атаки парализует охранника, позволяя Бонекраке приблизиться, чтобы не только забрать свой меч, но и отобрать у него копье охранника.

В истинном орочьем стиле – или, скорее, в истинном стиле Виктора, он прикончил охранника мощным ударом ногой в промежность. Кастрированный охранник выглядит так, будто его хочется вырвать от сильной боли, пронизывающей его тело. Неважно, какая у мужчины болевая установка, такой мощный удар по его драгоценностям всегда причинит боль.

Охранник безжизненно падает на землю.

"Слишком легко! Здесь нет настоящих мужчин! Я разрушу тщедушную деревню в одиночку!» — кричит Бонекрака со своим сильным русским акцентом.

«Это орк из прошлой ночи!» — кричит один из охранников. Еще больше охранников уже было в пути, но теперь еще больше приходит, чтобы отомстить за ту ночь.

«Если я прав, спящие персонажи должны проснуться и понять, что на них напали, поэтому надзиратель возьмет их на себя», — шепчет Фенрир Кассиэлю. У них есть идеальное место для наблюдения за более чем дюжиной охранников, спешащих к позиции Бонекраки.

"Похоже на то. Однажды я защищался от осады, и все вышедшие из игры парни, с которыми я был, начали перемещаться и занимать позиции, как только бой дошел до нас, — шепчет Кассиил в ответ.

Один из персонажей, который «просыпается» и выбегает из дома в Костадже, не бежит на помощь своим союзникам, а вместо этого убегает в поле.

«Если он бежит, значит, надзиратель полагает, что он бы убежал, если бы игрок действительно был погружен в воду, верно?»

«Да, надзиратель может почти идеально имитировать действия настоящих игроков», — объясняет Кассиэль. Игра с кем-то более опытным в игре имеет свои преимущества. Он действительно может задавать вопросы и получать на них более подробные ответы, чем предлагает Сая. Конечно, легитимность ответов может быть не такой, как у Сайи.

«Спорю, что позже он получит за это дерьмо», — говорит Фенрир.

"Хороший."

Первая фаза плана увенчалась успехом. Бонекраке удается убить одного охранника, а затем замедляет другого, метнув в него копье первого охранника.

Время бежать. Развернувшись, Бонекрака бежит на юг вдоль побережья и полностью сосредотачивается на скорости. Один из охранников метко стреляет ему в спину, но этого недостаточно, чтобы замедлить его.

«Мы встали. Готова, девочка? — спрашивает Фенрир.

— Да, я готов, — отвечает Кассиэль.

— Я разговаривал с Роком. Он оглядывается и видит, что ее лицо снова покраснело. — Ты готов, Касс?

— Д-да, — говорит она, хлопая себя по щекам, чтобы вернуться к текущей ситуации.

Предположение Фенрира о глупости охранников оказывается верным. Те, кто наблюдает за остальной частью периметра деревни, покинули свои посты, чтобы преследовать Бонекраку. Это позволяет Фенриру, Кассиэлю и Року проникнуть в деревню со стороны, обращенной к полям.

Их первая цель - освободить гигантских крабов в клетках. Они явно взволнованы тем, что их захватили и посадили в клетку. Всего четыре клетки, в каждой по два краба, и Фенриру и Кассиэлю требуется всего пара минут, чтобы отвязать двери клеток и дать крабам свободу.

"Привет! Здесь есть еще!» — кричит один из жителей.

Фенрир поворачивается, чтобы посмотреть на того, кто их заметил, но он видит, что Кассиэль уже атакует крестьянку с мечом в руке. Он лишь мельком взглянул на ее садистскую ухмылку, когда она вонзила меч в шею деревенского жителя.

Двое охранников мертвы, один тяжелораненый, восемь огромных и разъяренных крабов на свободе — пока план идет идеально.

Фенрир и Кассиэль приступают к работе, разбивая все фонари в деревне. Каждого снимают с того, на чем он висит, и разбивают о деревянные стены деревни или бросают внутрь через окна. Некоторые крыши сделаны из соломы, что облегчает поджог зданий.

Первое здание быстро порождает пылающий ад. Огонь быстро сжигает соломенную крышу и распространяется на комнаты под ней.

"Огонь! Огонь! Они поджигают нас!» — кричит кто-то еще, их голос полон паники.

Гигантские крабы могут не представлять большой угрозы один на один, но когда трое из них одновременно атакуют одного и того же жителя, их клешни быстро расправляются с их конечностями.

Рок взвизгивает. Оборачиваясь, Фенрир видит, как Камень врезается в ближайшую стену из-за охранника, вооруженного железной булавой. Боковая часть тела Рока треснута, а обломки его тела лежат на земле.

У Фенрира есть идея получше, чем бросить фонарь в другое здание. С мечом в правой руке и фонарем в левой он атакует охранника, который только что ранил Рока.

Охранник видит приближающегося Фенрира и занимает оборонительную стойку. У него есть булава, щит и такие же доспехи, что и Фенрир. Щит должен быть достаточным решающим фактором для победы гвардии.

Увы, охранник не ожидает, что Фенрир приманит щит своим мечом, позволив ему развернуть фонарь и разбить его в голову охранника! Теперь осколки стекла воткнуты в голову охранника.

Фенрир рубит охранника по руке, пытаясь оправиться от удара по голове.

Именно сейчас Фенрир узнает, что не всех будет так легко победить. С осколками стекла, застрявшими в его голове, и порезанной рукой охранник восстанавливает свое внимание и смотрит на Фенрира сверху вниз. Удар его щитом отбрасывает Фенрира на несколько футов и открывает его для атаки булавой.

Булава охранника врезается Фенриру в бок. Он инстинктивно прижимает руку к боку, чтобы попытаться защитить себя от удара, но это приносит больше вреда, чем пользы, поскольку он чувствует, как кость в его руке ломается от силы атаки.

Фенрир болезненно вздыхает и отшатывается назад. Он пытается поднять левую руку, но безуспешно.

— Что теперь, дерзкое маленькое дерьмо? Ты думаешь, что сможешь прийти сюда и уничтожить элитную стражу Вонючки Чеснока? охранник насмехается.

«Ты же понимаешь, что название твоей гильдии умаляет всю серьезность того, что ты только что сказал, верно?» Фенрир отвечает.

Это еще больше злит охранника. Он атакует Фенрира.

"Утка!" Кассиэль кричит сзади.

Фенрир доверяет ей и уклоняется. Кассиэль вонзает свой меч над его головой прямо в живот охранника, заставляя его споткнуться о Фенрира и упасть на бок.

— Нам нужно торопиться, — говорит Кассиэль, оттягивая свой меч, чтобы вонзить его в голову охранника. «Половина тех, кто преследовал твоего друга-орка, повернули назад».

Фенрир бросается к Року и поднимает ее. Он засовывает ее в верхнюю часть своей кожаной кирасы, оставляя только ее голову, высовывающуюся из-под нее.

— Поторопиться и что делать? — спрашивает мужчина. И Фенрир, и Кассиэль поворачиваются к новому говорящему.

Это человек, которого Фенрир видел сходящим с корабля. Он высокий, коренастый мужчина, одетый в полный набор доспехов из стальных пластин, отделанных золотом. Золотой чеснок с вонючими линиями вокруг него покоится в центре его нагрудника.

— Ты выглядишь знакомо, — говорит он Кассиэлю. «Ты та сука, которая отказалась позволить нам фармить тебя?»

Хватка Кассиэля на ее мече крепче. Она смотрит на него.

— Вернулся, чтобы отомстить, и на этот раз привел с собой своего парня? Как насчет этого: вы позволяете нам фармить вас перед ним, и мы не будем выслеживать вас обоих после сброса? Я могу сделать так, что ни один из вас не сможет спокойно играть в эту игру. Все будут знать ваши лица, куда бы вы ни пошли, и они будут знать, как привести вас к нам, чтобы мы могли перезагрузить вас снова, и снова, и снова», — говорит мужчина. Он смотрит на тело Кассиэля и облизывает губы. «Давай, дай мне еще раз посмотреть, что скрывается под всеми этими доспехами. Я до сих пор помню удивительное тело, которое ты там прячешь. Мои зрители тоже соскучились по тебе».

Даже если она никогда не позволяла им осквернять себя, они все равно видели ее разоблаченной после того, как убили ее и забрали все ее снаряжение.

Фенрир закатывает глаза. Он всегда ненавидел придурков, которые в целом такие злые, как этот человек. «Плохие парни» никогда не знают, как на самом деле быть плохими . Они всегда просто прибегают к болтовне и угрозам изнасилования или еще чему-то столь жалкому клише. Это заставляет его хотеть вернуть Божественную Бригаду в силе, просто чтобы показать ему, как по-настоящему быть злым.

"Сволочь! Ты транслировал это?! — кричит Кассиэль, ее меч теперь трясется от того, как яростно она сжимает его рукоять.

"Это верно. Даже сейчас у меня более пятисот зрителей смотрят все это».

У Кассиэля вид человека, который собирается сделать действительно глупый выбор из-за гнева.

Их окружает несколько охранников.

Разъяренный хмурый взгляд на губах Кассиэля превращается в самодовольную улыбку, когда она смотрит мимо своего врага на пришвартованный корабль. Она смотрит на Фенрира и кивает.

И Кассиэль, и Фенрир падают ничком на землю.

Залп пушечных ядер пронзает деревню и убивает парочку окружающих их охранников!

«Вау, Серра, это был отличный выстрел! Я не думал, что тебе удастся поразить их с первого выстрела! Олеандр хвалит ее, когда приступает к перезарядке пушек. Серра рядом с ним, готовит их.

«Мне нравятся фильмы о пиратах, — говорит Серра.

Двое охранников бросаются вниз по доку, чтобы попытаться добраться до захваченного корабля, но они видят, что одна из пушек покатилась, чтобы нацелиться прямо на соединяющий мостик и док.

Охранники замирают, когда видят, как из-за пушки появляется милое женственное лицо Олеандра. Каким бы милым он ни был, выражение его лица говорит о том, что он был бы более чем счастлив наблюдать, как их тела разлетятся на сотни кусков, если они не сдадутся.

Они сдаются.

Бросив оружие, они прыгают с борта причала в воду под ним.

Очередной залп артиллерийского огня пронзает деревню. Горящие крыши и стены некоторых зданий были разбросаны по деревне от взрывов, в результате чего огонь распространяется еще быстрее, чем раньше.

Фенрир и Кассиэль встают. Охранники, окружавшие их, прячутся. Только их лидер остается стоять.

Его глаза наполнены жгучей ненавистью.

«Вы понятия не имеете, с кем пытаетесь трахаться», — говорит он.

«Вонючий Чеснок, гильдия, вассализованная Империей Августа, единственное предназначение которой — перевозить крабов на север за монеты, во главе с «Чесночным человеком», который постоянно пытается подлизаться к Ливии, чтобы ваша никчемная гильдия могла быть принята во внутренний круг. Единственная причина, по которой с вами не обращаются как с бесполезными бандитами, в том, что никто больше не хочет играть с крабами весь день, — говорит Кассиэль. — Мы оба знаем, что у тебя нет реальной власти. Вот почему единственные последователи, которых вы можете найти, — это бесхарактерные придурки».

Фенрир выглядит впечатленным. Кассиэль был бы идеален для Божественной Бригады.

Человек-Чеснок обнажает свой меч и щит. Даже его щит имеет форму гигантского чеснока. — Думаешь, кто-то из вас, сопляки, сможет победить меня?! Я возьму вас обоих! он заявляет.

"Утка!" На этот раз Фенрир кричит.

Кассиэль пригибается как раз вовремя, чтобы пушечное ядро ​​оторвало левую руку лидера гильдии и пролетело над ней. Она смотрит на корабль и видит, как Олеандр еще больше хвалит Серру.

"Моя рука! Моя чертова рука! Человек-Чеснок кричит, слезы текут из его глаз.

— Думаешь, ты справишься с ним одна, Касс? — спрашивает Фенрир.

— Не оскорбляй меня таким глупым вопросом, ублюдок. Сможете ли вы наступить на таракана в одиночку?» — спрашивает Кассиэль, быстро улыбаясь Фенриру, прежде чем снова обратить внимание на атакующее воплощение чеснока.

Кассиэль, возможно, не обладает личностью, соответствующей ее ангельской внешности, но ее боевой стиль отличается чистой грацией и формой. Фенрир может только с трепетом наблюдать, как он впервые увидит, как она сражается.

Она перемещается, уклоняясь от атак лидера вражеской гильдии, как будто она невесома. Как лист на ветру, она парит вокруг него и ждет возможности напасть. Ее меч недостаточно острый, чтобы пробить его доспехи, если они сделаны так же хорошо, как выглядят, поэтому ей нужно найти слабое место.

К счастью для грациозного бойца, ее противник слишком подпитывается яростью и жаждой мести, чтобы поймать ее.

Кассиэль стоит на месте. Ее противник тяжело дышит и задыхается от того, как долго она его водила. «Наконец устала, сука?!» — кричит он ей, бросаясь прямо на нее.

— Тупица, — пробормотал Фенрир себе под нос.

Кассиэль уворачивается слева от лидера гильдии, ныряя под вражеский клинок, и вонзает свой меч прямо в то место, где раньше была его левая рука!

Пронзание обнаженной плоти заставляет его снова кричать от боли. Он отвечает быстрым взмахом меча в ее сторону!

У нее недостаточно времени, чтобы отпрыгнуть, а он качается под нисходящим углом, что делает приседания бесполезными. Ее единственный безопасный путь вверх. Вонзив меч глубоко в его туловище, она запрыгивает на него, когда его клинок пролетает под ней.

Ее следующий ход заставляет Фенрира присвистнуть от того, насколько он впечатляет.

Кассиэль снимает с ее спины копье, сделанное для нее Фенриром, и использует свой меч, все еще застрявший во вражеском лидере, как трамплин, чтобы подняться вверх! У нее достаточно времени в воздухе, чтобы перевернуться, направить копье вниз и нанести удар.

У ее копья может быть только каменный наконечник, а у ее врага может быть морион, защищающий его голову, но он совершает ошибку, поднимая глаза, чтобы попытаться выследить ее.

Копье с каменным наконечником встречается с его открытым лицом и вонзается прямо в него. Фенрир не видит особых деталей, учитывая, что у него отключен травмирующий контент, но он видит, как ее копье вонзается в его тело, пока оно не может двигаться дальше.

Кассиэль размахивается вокруг древка копья и спрыгивает, приземляясь в паре футов от него.

Ее противник падает на колени с поднятой головой, глядя вверх из-за пронзившего его копья.

В довершение всего, она откидывает волосы назад на плечи и не торопясь поворачивается назад, чтобы посмотреть на своего убитого противника.

На лице Фенрира широкая улыбка. «Кэсс! Это было потрясающе ! Черт возьми, я понятия не имел, что ты можешь так драться. Ты бы надрала мне задницу, даже если бы это не было засадой, — хвалит ее Фенрир, делая ее самодовольное выражение еще более самодовольным.

— Конечно, мог бы, — говорит Кассиэль, уперев руки ей в бедра в торжествующей позе. Она подходит к своему мертвому врагу и берет меч, который он нес. Это простой стальной фальшион. Она выглядит разочарованной этим, но все равно поднимает его, прежде чем вынуть свой меч из его трупа.

И Кассиэль, и Фенрир пригибаются, когда слышат новые извержения с корабля. Еще один залп пушечных ядер пронзает то немногое, что осталось от деревни. Все члены Stinky Garlic, оставшиеся в живых, теперь бегут в поля.

— Ничего, если я оставлю копье? Мне не хочется вытягивать это из него, — говорит она.

"Нисколько. Я думаю, что он уже сделал гораздо больше, чем мы могли от него просить, — отвечает Фенрир.

Кивнув, Кассиэль встает и осматривает деревню. — Я не думаю, что мы можем здесь что-то еще сделать. Твой план сработал, Фенни .

«Теперь у нас есть прозвища, Кэсси ?»

Она направляет на него оба своих меча. — Не заставляй меня убивать тебя.

Фенрир поднимает обе руки, сдаваясь. "Ладно ладно. Давай, пошли на корабль, пока нам не снесли головы. Я думаю, они слишком развлекаются с пушками.

Он останавливается у мертвого вражеского лидера. В конце концов, это игра, поэтому следует ожидать грабежа его врагов. К сожалению, он находит доспехи очень безвкусными. Раздеваться с него не стоит. Однако щит в форме чеснока мог бы стать хорошим трофеем. Он вытаскивает отрубленную руку из ремней щита и бросает ее на остальную часть тела.

Со щитом в форме чеснока в руке дуэт направляется к кораблю. По пути Фенрир обязательно погладит Рока по голове. — Как дела, девочка?

Рок лает. Он чувствует, как она пытается вилять хвостом под его броней.

Олеандр видит Фенрира и Кассиэля, бегущих по пирсу. Он развязывает веревку, удерживающую корабль у конца пирса, но быстро заменяет ее снова, когда видит, что Фенрир обернулся за чем-то. "Что ты делаешь?!" — кричит Олеандр. Кассиэль тоже оборачивается, чтобы посмотреть.

На берегу осталась стоять единственная хижина.

Фенрир подбегает к нему и заглядывает внутрь. Все, что Олеандр, Кассиэль и Серра могут видеть, это его возбужденно виляющий хвост от того, что он нашел.

Все они разочарованы в себе, потому что не ожидали того, что увидят дальше.

Фенрир прибегает обратно к пирсу не только со щитом вражеского лидера, но и с двумя удочками, зажатыми между его руками. Эта огромная улыбка вернулась на его лицо.

«Я просто знал, что там будут стержни!» — кричит он им.

Серра — единственный, кого это забавляет.

С Кассиэлем и Фенриром на шлюпе Олеандр отвязывает корабль и возвращается к штурвалу. В задней части корабля, где находится штурвал, есть небольшое возвышение. Перед ним небольшая комната с лестницей, ведущей вниз в корпус, а в центре палубы возвышается одинокая мачта. Передняя часть корабля имеет приподнятую носовую часть, из которой выступает бушприт. Всего шесть пушек, по три с каждой стороны, но все шесть временно перемещены на сторону, обращенную к пляжу.

Перезарядка всего трех орудий заняла бы слишком много времени и не позволила бы им стрелять так часто, как раньше. Имея все шесть пушек с одной стороны и заряженных одновременно, они могли стрелять из одной установки, а затем из другой, прежде чем приходилось перезаряжать.

Все прошло именно так, как планировалось.

Фенрир слышит, как кто-то прыгает позади него. Обернувшись, он видит Серру, держащую флаг Вонючего Чеснока, который она сняла с вершины мачты. Он смотрит вверх на вершину мачты, а затем снова на Серру. «У тебя уже есть это? Красиво, — хвалит он ее.

Серра выглядит довольным. «Мне нравятся фильмы о пиратах, — объясняет она.

«Каково было стрелять из пушек?»

Она показывает ему большой палец вверх. «Я хочу сделать это снова».

— Я думал, ты не хочешь драться?

«Стрельба из пушек — это другое».

«Хорошо, тогда ты можешь отвечать за стрельбу из пушек. Поздравляю с повышением!»

Улыбка Серры становится еще шире.

«Первый помощник Серра, поднимайте паруса!» Олеандр кричит сзади.

Серра опускает флаг и разворачивает паруса.

Они плывут на юг, но еще есть один член экипажа, которого нужно подобрать.

"Я вижу его!" Кассиэль кричит с носа корабля.

На берегу бежит Бонекрака, и с каждым вторым шагом он выглядит так, будто вот-вот споткнется. Позади него, такие же измученные, пятеро охранников, не подозревающих, что их деревню только что сравняли с землей и стерли с лица земли.

Охранники машут кораблем и указывают на Бонекраку. Они понятия не имеют, кто им управляет.

Каждая пушка была перезаряжена. Кассиэль, Фенрир, Серра и Олеандр стоят за четырьмя из шести пушек со спичками, готовыми зажечь пушки.

Четыре пушки стреляют одновременно, посылая ядра в огонь по позициям охранников! Только один из них попадает, и это прямое попадание. Это очень ужасное зрелище, когда Бонекрака оборачивается, чтобы посмотреть на то, что только что произошло. Четверо оставшихся охранников бегут к полям.

Божественная Бригада выиграла еще один день.

Олеандр подтягивает корабль как можно ближе к берегу, не выбрасывая его на берег. Бонекраке не нравится, что остаток пути приходится плыть, но он это делает.

Фенрир и Кассиэль помогают затащить громадного орка на борт.

«Глупые охранники. Отсюда слышал пушечные выстрелы, но никогда не убегал, — говорит Бонекрака, делая глубокий вдох между словами.

«Да, все они были очень глупы, но я не собираюсь жаловаться», — говорит Фенрир. «Отличная работа — отвлечение».

Кассиэль бросает фальшион Костекраке. — Это за то, что дал мне этот меч. Она постукивает по тому, что ей дал Бонекрака, вшитому в ножны на ее талии. «Это больше похоже на твой стиль, чем на мой», — объясняет она.

«Спасибо».

Кассиэль выглядит сбитым с толку.

«Это означает спасибо», — объясняет Фенрир.

"Ой. Ничего, — говорит она, возвращаясь на нос корабля, чтобы наблюдать.

«Еще одна победа Божественной Бригады!» — заявляет Олеандр, запрыгивая на Бонекраку и прижимаясь щекой к лицу орка. Естественно, поднимается большая зеленая рука, чтобы оттолкнуть мальчика-ловушку.

«Отличная работа, все вы. Без каждого из вас я бы не справился. Даже ты, Рок, — говорит Фенрир, гладя Рока по голове. Она все еще надежно сидит внутри его нагрудника и только высовывает из него голову.

— Итак, куда? — спрашивает Олеандр.

«Эй, Касс, где этот пиратский город?» Фенрир кричит ей.

Она возвращается в группу. — Порт-Тугатор?

"Да, конечно."

— Мы доберемся до него, если будем следовать вдоль берега на юг и миновать пролив.

« Мы ? Собираешься остаться с нами, Кэсс?

«Что мне еще делать? Я предатель своей старой фракции, поэтому, если я не хочу бросить играть, я могу остаться».

— Между прочим, он сказал, что будет выслеживать нас и перезагружать снова и снова. Мог ли он на самом деле сделать это?»

— Ага, — виновато говорит Кассиэль.

«Я думал, ты имеешь в виду, что он, по сути, был никем, без реального уважения или власти?» — спрашивает Фенрир.

— Мы… ну, я просто хотел еще больше разозлить его.

«Иными словами, теперь он действительно собирается выследить нас».

Кассиэль смотрит вниз. — Я… забежал вперед, сэр…

«Это именно то, что нам нравится. Чем больше они злятся, тем лучше, — прерывает Фенрир ее извинения.

Она смотрит на него в замешательстве. — Тебе… тебе нравится, когда на тебя охотятся? Какой мазохистский ублюдок хочет, чтобы за ним охотилась самая могущественная фракция мира? Ты хоть понимаешь, насколько могущественна Империя Августа?

«Да, я только иногда бываю мазохистом, и нет. Но чем мощнее они, тем веселее».

— Мы говорим об Империи Августа. Только у них более десяти миллионов игроков , и они контролируют самую большую территорию в игре. Все хотят присоединиться к ним, чтобы стать частью сильнейшей фракции, и здесь вы счастливы, что наши лица будут разбросаны по каждой из ее вассализованных гильдий?

"Да почему бы и нет?"

«У них есть рыцари-драконы! Архангелы! Целые флотилии кораблей! Благословения! Ливия считается одним из самых умных игровых стратегов всех времен! Настоящие правительства даже пытались завербовать ее!

— Мех, — пожимает плечами Фенрир. «Мы имели дело с худшим».

«Нет, нет. Они самые сильные враги, которых вы можете создать в любой игре ! »

"Мы с этим разберемся."

— Как — что — вы, — Кассиэль оглядывается на остальных членов экипажа. Костекрака ковыряет в зубах, Олеандр управляет кораблем, раскачиваясь из стороны в сторону и напевая, а Серра небрежно вытаскивает Камень из доспехов Фенрира, чтобы погладить ее.

Никто из них не выглядит обеспокоенным тем, что она говорит.

— Ты же не собираешься уничтожить всю империю, не так ли? — спрашивает Кассиэль.

«Конечно, нет», — отвечает Фенрир.

«Тогда что ты собираешься делать?! Почему тебя это не волнует?! Какого черта ты теперь планируешь, ублюдок?

«Я хочу пойти на рыбалку».

Если и существовал мировой рекорд по самому пустому взгляду всех времен, то Кассиэль его только что побил.

Официально группа состоит из Фенрира, Олеандра, Бонекраки, Серры, Рока и Кассиэля. Вместе они охотились, ловили рыбу, смеялись и разрушили деревню, угоняя корабль.

— Как ты уже можешь так хорошо управлять этой штукой? — спрашивает Кассиэль, околачиваясь рядом с задней частью корабля с Олеандром.

Она не может одновременно справиться с упрямым безразличием Фенрира.

«По сравнению с галеоном или суперкарьером это очень просто. Мы уже играли во многие другие игры. Пиратские игры, научно-фантастические игры — что угодно. Я управлял почти всеми типами кораблей и транспортных средств, какие только можно себе представить, — объясняет Олеандр.

Ближе к носу корабля Серра нежно проводит пальцами по тому месту, где у Рока были отколоты осколки ее тела. Она скулит, когда к ней прикасаются, поэтому Серра быстро убирает руку. — Она отрастит его обратно? — спрашивает она Фенрира.

«Не уверен», — говорит он, садясь с другой стороны Скалы. «Я уверен, что с ней все будет в порядке. Просто нужен отдых и еда.

Что касается Бонекраки, он спустился под палубу, чтобы немного поспать. Ему очень не нравится находиться в открытой воде. Его последними словами к группе было сообщение ему на Фискорде, как только они причалят к суше или к городу.

«Боун не так много играет, не так ли?» — спрашивает Серра.

"Не совсем. Он очень занят между женой и работой, — отвечает Фенрир.

— Ничего, если я спрошу, чем он занимается?

"Без понятия. Он не скажет нам. Олли любит шутить, что он из мафии, и, честно говоря… я бы не удивился. Я знаю, что он работает на отца своей жены, но не более того. Кроме того, не волнуйтесь. Ему было бы все равно, если бы я сказал вам это, потому что он постоянно рассказывает это случайным людям. Ни у кого из нас нет достаточной информации, чтобы знать, чем он на самом деле занимается».

«Мафии — это круто».

«Пираты, а теперь и мафии. Ты должно быть из тех, кто гоняется за плохими парнями. Дай угадаю, парень твоей мечты — это кто-то, кто водит мотоцикл и носит кожаную куртку?

Серра краснеет и отводит взгляд. "Замолчи."

— Я думаю, что Касс тебя раздражает.

Серра смотрит на Фенрира и дуется. — Я побью тебя, панк.

"Так страшно." Что-то в его голосе дает понять, что он вовсе не напуган.

Высокие, покрытые мхом морские столбы вырастают из воды, когда корабль движется дальше на юг. Берег начинает поворачивать на восток, и Олеандр следит за тем, чтобы они никогда не теряли из виду землю.

Пролив появляется через пару часов.

«Это пролив Индры. Я был здесь не для этого, но легенда гласит, что Индра сама расколола континент пополам в результате сильной эрозии, которая создала этот пролив, — объясняет Кассиэль остальным членам отряда.

"Индра?" — спрашивает Фенрир.

«Индра — лидер Собственности Богини. Их город, Сумеру, находится к западу отсюда на острове. Это похоже на кусок пустыни, плавающий в океане, а ее город построен прямо на нем, — Кассиэль делает паузу, чтобы убедиться, что все следуют за ним, прежде чем продолжить. Даже Рок смотрит на нее и ждет, что она продолжит. — Ее флот уступает только Черноусому, и ее последователи относятся к ней как к богине. Во-первых, не помогает то, что она называет себя богиней.

— Какая она?

«Наглый и заносчивый, но не зря. Она самый сильный из известных магов в мире и утверждает, что является богиней штормов, океанов и торговли. Предположительно, раньше она уничтожала целые флоты, вызывая штормы, чтобы стереть их с лица земли. Хорошо, что она больше заботится о защите своего города и накоплении богатства, чем о войне».

«Я думал, что Империя Августа была самой могущественной?»

«Только на суше. Индра правит морями».

— А как же пираты?

«У них больше кораблей и лучшие моряки, но все это не имеет значения, если шторм с пятидесятифутовыми волнами уничтожит их».

— Ты говоришь как учитель истории, Кэсси, — говорит Олеандр.

"Замолчи! Я просто отвечаю на вопросы, — кричит она ему.

Олеандр хихикает и возвращается к управлению кораблем.

«Сколько времени ей понадобилось, чтобы стать такой сильной?» — спрашивает Фенрир.

Кассиэль теперь не решается ответить. «Я не знаю, но я слышал, что она играет с закрытой альфы. Она, по-видимому, одна из первых сотен человек, которые действительно играют. Большинство ранних игроков сильны, но она — нечто иное».

Серра явно менее всего заинтересован в разговоре. Как только она поняла, что ничего «крутого» в этом нет, она вернулась к ласкам Рока.

Корабль продолжает свой путь.

В какой-то момент Фенрир решает попробовать ловить рыбу на свою причудливую новую удочку. Увы, есть проблема.

У него нет приманки.

Без наживки и приманки все, что он может сделать, это несколько раз попрактиковаться в забросе лески. Он получает такое удовлетворение, которое звенит внутри него через некоторое время практики. Каждый последующий бросок идет дальше, если он пытается бросить дальше, и приземляется ближе к тому месту, куда он целится.

Сама удочка кажется более продвинутой, чем большинство из того, что он видел в игровом мире, с точки зрения технологий. Похоже, он сделан из бамбука или другого легкого гибкого дерева; имеет вращающуюся катушку из латуни; а сама линия выглядит сделанной из какого-то волоса, например, лошадиного.

Это может быть не слишком впечатляюще, но он просто чувствует себя хорошо в его руках. Это его собственная удочка. Ну, может, по закону он и не принадлежит ему, но кто заберет его обратно?

Корабль натыкается на небольшую бухточку на другом берегу пролива. Никаких других кораблей там не припарковано, поэтому Олеандр и Фенрир решают, что это будет хорошее место для остановки. У Олеандра еще есть дела в реальности.

Учитывая, сколько времени может занять путешествие в этой игре, Фенрир понимает, что им понадобится не один рулевой.

«Не забывай о завтрашнем дне, Фенни!» — говорит Олеандр, прежде чем спуститься под палубу, чтобы проснуться.

Это напоминает Серре и Кассиэлю то, о чем они говорили ранее.

Кассиэль выходит из системы. Делать нечего, и она говорит им, что собирается немного отдохнуть перед следующей рабочей сменой.

Остались только Фенрир и Серра. Рок, конечно, тоже есть, но реального игрока за ней нет.

Серра доволен тем, что просто смотрит, как Фенрир снова и снова забрасывает леску. Она даже пытается поднять другой стержень, чтобы имитировать то, что он делает, но когда понимает, что она совершенно ужасна в этом деле и понятия не имеет, что делает, она возвращается к простому наблюдению.

Ей также не нравилось, что Фенрир смеялся каждый раз, когда она каким-то образом бросала леску позади нее, а не перед ней.

Им больше нечего делать. Даже Фенриру неизбежно надоедает просто забрасывать леску, в которой нет ничего, что могло бы привлечь рыбу, а закрытая бухта не выглядит так, будто в ней есть что-то интересное, поэтому они вдвоем спускаются под палубу, чтобы проснуться.

Под палубой есть несколько спальных мешков и пара гамаков, в которых они могут спать. Однако Бонекрака и Олеандр уже забрали гамаки.

— Держи корабль в безопасности, пока нас не будет, хорошо, Рок? — говорит Фенрир.

Рок лает и лижет ему лицо, прежде чем он ложится и просыпается.

Он тут же жалеет, что вернулся в реальность, когда встречает его унылый потолок и шуршащий вентилятор. — Ты уже получил моего кофейного робота? — спрашивает Рёта у поклонника.

Нет ответа.

Рёта стонет и брыкается ногой.

На улице все еще светло, ему, скорее всего, нечего делать в игре, пока Спенсер не вернется, а Спенсер не собирается возвращаться до завтрашней встречи.

Это означает, что есть более двадцати четырех часов, прежде чем Рёта сможет играть больше.

О Боже.

С таким же успехом можно марафонить самые дрянные, самые обычные аниме-шоу, которые только существуют. К счастью, их много. Будь то шоу, где младшие сестры ведут себя слишком непристойно со своими старшими братьями, которые могут или не могут быть связаны с ними по крови, общий исекай показывает, где персонаж с Земли втягивается в другую реальность либо как он сам, либо перевоплощается в какую-то странную вещь. например, слизь или торговый автомат, или просто еще один гарем, где какому-то парню посчастливилось влюбить в себя десяток девушек, у него никогда не кончатся вещи для просмотра.

Он благодарен, что в аниме существуют гаремы. Почему аниме девушки не могут быть настоящими? Чего бы он только не отдал, чтобы иметь гарем милых анимешных девушек, одержимых им.

Он смотрит на свою промежность, а затем на свой компьютер.

Хентай первый.

После как минимум шести сеансов просмотра хентая, половина из которых заканчивается либо смехом, либо отвращением к додзинси в шутливом переводе, либо нажатием на, казалось бы, невинные заголовки только для того, чтобы увидеть настоящие хреновые вещи, такие как нюхательный табак лоли, и по крайней мере восемь часов аниме, он наконец устал достаточно, чтобы спать.

Он почти уверен, что эти нюхательные додзинси лоли внесли его куда-то в список.

Почему в интернете так много нюхательного хентая с лоли?

Все, чего он хочет, — это несколько милых, ванильных додзинси друзей детства; додзинси с цундэрэ, у которых есть тайные любовные стороны, но в конце концов они ведут себя как мальчишки; и случайная девушка яндере со счастливым концом.

И щупальца.

Вместо этого половина того, что он находит, - это хреновые вещи с участием лоли или грубых, уродливых ублюдков, которые приходят и крадут девушку в традиционной манере нетораре.

Хентай - это ошибка.

Эти мысли погружают его в сон.

Еще один день, еще один сеанс запойного просмотра аниме в ожидании, когда придет время уходить. Серра также помогает скоротать время, отправляя ему сообщения в Fiscord.

— О, наверное, мне следует принять душ, — говорит Рёта, со стоном глядя на свою ванную. Одним из преимуществ жизни в одиночестве и почти никогда не покидающей своей квартиры является то, что ему не нужно соблюдать полную гигиену. Он не грязный или что-то в этом роде; он просто иногда пропускает душ через день.

Приводить себя в порядок, носить обычную одежду вместо просторной комфортной одежды, расчесывать волосы – все это мучение. Он гораздо больше заботится о своей внешности в видеоиграх, чем на самом деле. Все эти рутинные и утомительные дела в реальности доставляют ему удовольствие, когда он погружен в виртуальную реальность — когда он находится в теле, которое ему действительно небезразлично.

На его телефоне звучит последняя, ​​самая горячая вступительная песня аниме. Это его будильник.

Время идти.

С громким и протяжным стоном Рёта покидает свою квартиру и начинает долгую прогулку по направлению к китайскому кварталу Нью-Чарльстона. Гораздо быстрее было бы просто поймать автотакси, но — ну, это не имеет значения. Ходьба это.

Несмотря на то, сколько людей и машин заполняют улицы, холодный воздух пронизывает весь город. На земле еще может не быть снега, но с каждым днем ​​становится все холоднее. Это означает две вещи: во-первых, девочки будут чаще носить свитера; два, скоро зима.

Вот он. Перед их магазином рамена стоит не кто иной, как сам Спенсер.

Многие, кто встречал различные игровые образы Спенсера, считают, что в реальной жизни он какой-то надоедливый, чересчур напыщенный трэш, который говорит высоким голосом и раздражает всех постоянными сексуальными намеками. Так же, как в игре.

Только Рёта и Виктор знают, что это неправда. Вместо того, чтобы быть какой-то женской ловушкой, Спенсер - высокий красивый мужчина, которого Рёта проклинает за то, что он более привлекателен, чем он. Спенсер ростом шесть футов и три дюйма, у него короткие и каштановые волосы, стильно ухоженные, пара очков в толстой оправе, которые не служат никакой другой цели, кроме как хорошо смотреться на его совершенно мужском лице, и его тело наравне с Фенрира. Спенсер даже умеет хорошо и модно одеваться!

По правде говоря, настоящее тело Спенсера было сильным источником вдохновения для того, как Рёта формировал тело Фенрира.

Спенсер машет Рёте, когда видит его.

Он не единственный другой на самом деле. В то время как Фенрир может быть того же роста, что и Спенсер, Рёта все еще находится в нескольких дюймах от достижения шести футов, у него стройная фигура без мускулов, чтобы хвастаться, бледная кожа и лохматые волосы. Единственное сходство между ним и Фенриром — белые волосы. Даже их глаза не такие, как у него зеленые, а у Фенрира красные.

Фенрир также может ходить, не хромая половину времени.

— Выглядишь довольно усталым, приятель, — кричит Спенсер. Его глубокий голос настолько мужественный, что Рёта ещё больше завидует. Спенсеру нужно устроиться на работу радиоведущей.

— Заткнись, идти долго, — тяжело дыша, говорит Рёта.

— Давай, это мое угощение сегодня вечером. Спенсер обнимает Рёту за плечи и помогает ему войти в магазин рамэн.

Прямо у входа стоит картонная фигурка известного аниме-ниндзя.

Они знают, каких клиентов ожидать.

Усевшись и заказав напитки и булочки со свининой, Рёта и Спенсер садятся друг напротив друга, просматривая меню, чтобы решить, чего они хотят.

«Почему ты всегда получаешь пузырьковый чай?» — спрашивает Рёта. «Я имею в виду, я знаю, что ты любишь шарики, но есть что-то странное в том, чтобы пить чай, полный маленьких коренастых шариков».

Спенсер пожимает плечами. «Думаю, я просто привык заказывать его все время, потому что это то, чем одержимы мои соседи по комнате. Раньше я заказывал его, чтобы соответствовать им, но теперь я действительно наслаждаюсь им. По крайней мере, я не получаю один и тот же клубничный чай каждый раз, когда мы приходим сюда».

«Клубника делает все лучше. Клубничный лимонад, клубничный чай, клубничный пирог, клубничное мороженое — вы поняли». Рёта снова смотрит в меню. «Возможно, стоит взять что-нибудь легкое, так как после этого мы собираемся выпить».

— Мне снова придется нести тебя домой, если ты слишком много выпьешь?

Рёта краснеет. — Я был пьян, и ты знаешь, какие у меня ноги.

Эти двое размещают заказы на еду, как только получают напитки и булочки со свининой. Через десять минут выносятся две огромные миски с раменом, украшенным овощами, мясом и увенчанными половинками полусваренных яиц. Рёта всегда получает дополнительное яйцо.

«Как вам новая игра?» — спрашивает Рёта, прежде чем крутить палочками в рамэне. Конечно, после того, как он сфотографирует его, чтобы загрузить в групповой чат на Fiscord.

«Это здорово, просто хотелось бы, чтобы у меня было больше времени, чтобы играть, как раньше. Вероятно, это лучшая фэнтезийная игра, в которую мы когда-либо играли. Тем не менее, хотелось бы, чтобы Eternal Space не умирал, но мы ничего не можем с этим поделать».

«Вероятно, мы не смогли бы испортить самую большую коалицию в игре, которая привела к тому, что группа самых важных игроков ушла в ярости».

«Да, наверное. Как тебе твой новый гарем?

Рёта почти выплёвывает кусок свинины, который только что положил в рот, но вместо этого заставляет себя проглотить. Это приводит к тому, что он кашляет и устраивает сцену. Он снова краснеет, когда понимает, что несколько голов повернулись, чтобы проверить его. "О чем ты говоришь? У меня нет гарема.

— Да ладно, очевидно, что ты нравишься Серре, а она тебе, и я почти уверен, что Касс по крайней мере начинает в тебя влюбляться. Я несколько раз замечал, как она смотрит на тебя, когда ты не обращаешь на нее внимания. Она даже выглядит немного ревнивой, когда ты уделяешь внимание Року и Серре.

«Ни за что, я совсем не получаю от нее этого настроения. У нее есть что-то вроде цундере, но не у каждого цуна будет дере. Это все равно, что сказать, что каждая девушка, которая когда-либо плохо обращалась со мной, должна на самом деле любить меня».

— Думаешь, она стала бы засовывать в тебя свой шест, если бы ты ей не нравился?

Рёта снова чуть не сплюнул, но на этот раз скорее от смеха, чем от шока.

— В любом случае, это не гарем. Да, мне нравится Серра, и я думаю, что я ей нравлюсь в ответ, но это просто... ну, как влюблённость. Тогда то, что Кэсс потенциально похожа на меня, тоже не делает его гаремом. Гарем — это как… на самом деле встречаться с более чем одним человеком, — объясняет Рёта.

«Не забывайте о Роке. Рок полностью одержим тобой, — дразнит Спенсер.

«Рок — милый маленький щенок. Если ты попытаешься сделать так, чтобы это звучало странно, я собираюсь…

Спенсер с улыбкой ждет, пока Рёта закончит свою угрозу.

— Черт, тебе повезло, что тебя ничего не беспокоит, — ворчит Рёта.

«Не расстраивайся. Потребовалось много лет издевательств, чтобы добраться до моего уровня. Когда-нибудь ты догонишь меня, юноша.

— Что ты вообще о них думаешь?

— Серра и Касс?

"Ага."

"Они мне нравятся. Серра просто маленькая милашка, но полная скрытая девиантка, а Касс такая… она напоминает мне более сварливую и девчачью версию тебя.

«Серра — девиант? Что?"

«Я могу рассказать эти вещи».

Их тарелки с раменом наполовину пусты. Пока Спенсер продолжает, Рёта начинает бороться.

«Я не знаю, почему ты всегда получаешь большую миску, если никогда ее не допьешь», — говорит Спенсер голосом ругающей матери.

«Я просто всегда думаю, что закончу это».

Увы, Рёта так и не доел свою тарелку рамена. Однако он допивает свой чай и делает две порции.

Официант приносит им чеки, торчащие из тома какой-то японской манги. Персонаж на обложке — тот же ниндзя с торчащими волосами, что и у входа в магазин.

Верный своему слову, Спенсер кладет карточку в том манги вместе с квитанцией и ждет, чтобы вернуть ее, прежде чем они отправятся к следующему ночному месту.

«Довольно забавно, что раньше все думали, что роботы и ИИ заменят все. Я имею в виду, я понимаю, что роботы и все такое намного лучше нас, когда дело доходит до ручных задач, но все, что связано с обслуживанием — вы не можете заменить человеческий фактор. То же самое с едой. Еда вкуснее, когда ее готовит настоящий человек, — говорит Рёта, пока они идут по холодной улице.

«Не забывайте обо всех действующих законах, которые заставляют людей работать», — отвечает Спенсер.

«Ты и твои законы. Вы благодарите законы за все?»

"Конечно, я делаю."

— Имеет смысл для того, кто пытается стать юристом. Вы знаете, что мы плохие парни, когда один из нас становится адвокатом».

"Ты прав. Не убийства, набеги, грабежи, разрушения или воровство делают нас плохими парнями, а то, что я юрист».

Они смотрят друг на друга и смеются. Некоторые прохожие на улице выглядят обеспокоенными, услышав все, что только что сказала Спенсер, но их это не волнует слишком сильно.

Между магазином рамэн и баром делается несколько остановок. Рёте нужно время от времени садиться и давать отдых ногам, чтобы пройти большие расстояния.

Они понимают, что достигли места назначения, когда видят большой причудливый пиратский корабль, нависший над входом в здание. На деревянной доске над кораблем написано «Одноглазый пират», а рядом с ней пират с повязкой на глазу, подносящий к губам кружку пива.

Для входа требуется предъявить их удостоверения личности. Спенсеру двадцать три года, а Рёте двадцать два, так что нет никаких проблем с тем, чтобы впустить их после проверки их документов.

Внутри заведения длинный бар у одной из стен с бочкообразными табуретками, всякие пиратские сувениры, украшающие стены и столы, и здесь как никогда многолюдно. Здесь в основном молодые люди, как и они сами. Подобные тематические бары всегда больше привлекают внимание молодого поколения, чем старшего.

«Обычное место открыто. Хочешь посидеть там?» — спрашивает Рёта.

Спенсер отвечает, направляясь к нему.

Их обычное место - в кабинке с прекрасным видом на один из телевизоров на потолке бара. Они даже сидят рядом друг с другом, а не напротив друг друга, чтобы оба могли наблюдать за происходящим.

По телевизору два робота на небольшой арене сражаются насмерть. У них нет установленных ИИ, поскольку это было бы незаконно, но у них есть команды людей, контролирующих роботов со стороны. У одного из роботов есть огнемет для драматического эффекта, но он ничего не может противопоставить вращающейся циркулярной пиле своего противника.

Официантка подходит после того, как заметит новых посетителей и спрашивает их, что они хотели бы. Они отказываются от еды, как бы Рёта ни любил здешние крылышки, и сразу же переходят к выпивке.

«Ты и твое хипстерское крафтовое пиво», — говорит Рёта.

«Ты и твой бурбон, компенсирующий отсутствие мужественности», — говорит Спенсер.

Это больно, но только потому, что это правда. Тем не менее, это все равно заставляет Рёту смеяться.

В то время как мужчины, работающие в этом баре, одеты как крутые пираты с фальшивыми мечами и оружием на боку, женщины выглядят не так круто. На них по-прежнему очень, очень приятно смотреть, но они должны одеваться как барные девки, а не как пираты. На единственную дежурную девушку особенно приятно смотреть. С корсетом, приподнимающим ее и без того пышную грудь, чулками, пробуждающими любовь Рёты к ногам, и красивыми золотыми волосами, которые…

Их напитки ставятся на стол. "Наслаждаться!" — говорит гораздо менее эстетичная официантка.

Рёта вытаскивает свой телефон и фотографирует их напитки рядом друг с другом для группы Fiscord.

Спенсер смотрит на телефон Рёты, чтобы узнать, что происходит.

Онлайн-статус Виктора становится зеленым, а затем красным.

«Он ревнует, — говорит Спенсер.

"Определенно."

Есть два типа пьяниц. Есть те, кто небрежно потягивает свой напиток и делает его последним, и есть те, кто беззаботно выпивает рюмку за рюмкой, как будто они мчатся, чтобы увидеть, как быстро они могут напиться.

Спенсер первый. Рёта — последний.

Несмотря на небольшой рост Рёты, он выпивает три стопки бурбона примерно за двадцать минут. Спенсер едва допил свой стакан пива до половины.

— Ты сказал, что платишь, да? — спрашивает Рёта, глядя на Спенсер щенячьими глазами.

«Да, так что иди и напивайся сколько хочешь», — говорит Спенсер, зная, что, скорее всего, пожалеет об этом.

Рёта уже начал невнятно произносить слова.

"Ну давай же! Используй свою… крутящуюся штуковину и отрежь ей морду! — говорит Рёта телевидению. Мало того, что его речевые способности ухудшаются, но громкость его голоса увеличивается. «Хех, помнишь, когда ты стеснялся пить со мной?»

— Поверь мне, я помню.

Спенсер научилась не смотреть по сторонам и не замечать, сколько внимания привлекает Рюта, когда пьет.

Официантка возвращается с пятым шотом для Рёты и сообщает им, что ее коллега заменит ее, так как ее смена подходит к концу.

Она также предупреждает новую официантку, чтобы она больше не давала ему напитки, поскольку ясно, что он приближается к точке невозврата.

Спенсер смотрит на телевизор, когда слышит щелчок камеры телефона Рёты. Прежде чем он успевает даже взглянуть на него, Рёта загружает изображение в групповой чат Fiscord с слащавым слоганом «Хотел бы ты быть здесь».

«Вы знаете, что Серра сейчас в группе, верно?» — спрашивает Спенсер.

Рёта смотрит на него невинными, растерянными глазами. "Хм?"

Он смотрит на Спенсера еще несколько секунд, прежде чем понять, что он имел в виду.

— О, упс, — говорит Рёта, прежде чем захихикать, пытаясь удалить картинку. «Послушай, ши, она этого не видела, потому что от ее йетца нет никакого сообщения». Он подносит экран телефона к Спенсеру, чтобы доказать свою точку зрения.

Спенсер решает пропустить ту часть, где говорится, что она печатает ответ, но затем, должно быть, передумала, так как остановилась.

Она определенно видела.

«Привет, меня зовут Кассандра. Как вы двое поживаете сегодня вечером? — говорит новая официантка Кассандра.

К счастью для Рёты, у него отличная грудь и ноги.

Спенсер чуть не выплевывает свой напиток, когда видит ее.

Она выглядит почти так же, как Кассиэль, но с более пышной грудью. Не помогает и то, что корсет, который она должна носить, подталкивает эти две вещи до такой степени, что кажется, что они вот-вот выскочат в любой момент.

Он видит только короткую вспышку отвращения, когда она замечает, как он смотрит на нее. Спенсер уверена, что мужчины постоянно проверяют ее, и, скорее всего, он делает с ней то же самое прямо сейчас.

Между золотым цветом ее волос, ее телом, выражением раздраженного отвращения и ее именем… это должно быть Кассиэль.

"Привет! Могу ли я хэшировать чужое дерьмо — о, упс, — Рёта разражается неудержимым хриплым смехом. — Я имел в виду выстрел! Выстрелил! Да, я хочу еще ши… — он начинает смеяться еще громче, когда почти совершает ту же ошибку, — выстрелил!

«Извините, сэр, но я думаю, что с вас достаточно. Хочешь, вместо этого я принесу тебе стакан воды?» — спрашивает Кассандра.

Рёта дуется и ноет, но в конце концов соглашается просто выпить воды.

— Ты уже выпил шесть стопок бурбона. Это больше, чем может выдержать большинство людей в этом баре, так что просто довольствуйтесь этим, — говорит Спенсер, пытаясь заставить его почувствовать себя лучше.

«Фиииииииииии, я думаю, шо…»

Через минуту Кассандра приносит стакан

воды. К счастью, она не наполнила его полностью. Пьяные дрожащие руки Рёты наверняка разлили бы это по всему столу, если бы она это сделала.

Она подходит к столу на несколько мест раньше их.

«Вы знаете, что хорошо в законах о ваших адвокатах, это то, что вы сделали это так, что, типа… дурацкое время нельзя использовать, чтобы заставить людей делать больше работы, школ и прочего за ту же плату – деньги – э-э-э. , дорогой, как и раньше, — бормочет Рёта.

«Вы имеете в виду замедление времени и то, что незаконно заставлять сотрудников выполнять вдвое больше работы в виртуальной реальности, несмотря на то, что в реальности они тратят на это всего восемь или около того часов?» Спенсер пытается понять, что только что сказал Рёта.

«Ага, это!» Рёта со смехом подтверждает. «И лайки, школы и прочее! Как будто это было бы так отстойно, если бы детям приходилось погружаться и быть как в школе намного дольше, чем обычно, из-за виртуальной реальности и прочего».

"Я согласен. Это не было бы проблемой, если бы работодатели и школы просто сократили время, проводимое в реальности, вдвое, заставив их проводить обычное количество времени, погруженное в виртуальную реальность, но не дай Бог, чтобы кто-то вместо этого достиг точно такого же прогресса за меньшее время . из _время. Это настолько глупо, что так много компаний хотят заставить своих сотрудников работать шестнадцать часов в день в виртуальной реальности вместо восьми часов в реальности, но ни одна из них даже не хочет рассматривать возможность того, чтобы их сотрудники работали восемь часов в день в виртуальной реальности в течение четырех часов в реальности. реальность. Что касается школ, мы должны позволять детям посещать их всего четыре часа в день, чтобы они больше наслаждались своим детством. Они все еще могут проводить целые школьные дни в виртуальной реальности, сохраняя при этом свое детство в реальной жизни, но нет, тупицы во всем…

Спенсер смотрит на Рёту и видит, что он вот-вот заснет.

«Ах, извините, вы же знаете, как я отношусь к таким вещам», — извиняется Спенсер.

"Ой! Нет, извините, извините, я не имел в виду — мне интересно, мне нравится слушать и все такое, но я думаю, что алкоголь начинает действовать», — говорит Рёта.

— Да, я могу сказать, что это только начинает на тебя влиять.

"Видеть! Я умный."

Спенсер прячет лицо в ладони и качает головой.

— Мне нужно в туалет, а ты подожди здесь и… никуда не уходи! Господин!" — спрашивает Рёта, вставая из-за будки.

— Тебе не следовало пить столько чая и постарайся не споткнуться по дороге туда.

«Конечно, я не споткнусь!» — говорит Рёта, начиная долгий путь к противоположному концу бара. Он не спотыкается, но ему приходится пользоваться столами и стульями, чтобы не упасть через каждые несколько футов.

«Это чудо, что нас никогда не выгоняли», — говорит Спенсер самому себе. Несмотря на то, сколько неприятностей доставляет ему Рёта, когда пьян, ему это нравится.

Рёта останавливается на мгновение, прежде чем отправиться в ванную. Одна из девушек, сидящих за соседним столиком, выглядит знакомой. Длинные серебристые волосы, светло-голубые глаза, миниатюрная фигура — он понимает, что она смотрит прямо на него, и спешит в ванную.

Естественно, он забывает, что дверь в ванную открывается, а не тянется, поэтому бьется головой прямо в нее, прежде чем осознать свою ошибку и войти.

Рёта в пьяном виде возвращается в кабинку после опорожнения мочевого пузыря. Девушка, на которую он смотрел перед тем, как войти в ванную, выглядела так, словно ждала чего-то, когда он вышел, но он просто прошел мимо нее, не обращая на нее никакого внимания.

Конечно, сейчас он вообще мало на что обращает внимания.

— Я… думаю, я слишком много выпил, — говорит Рёта, прежде чем хихикнуть и практически откинуться на спинку сиденья.

Спенсер ловит Рёту и помогает ему сесть. «Да, думаю, ты тоже», — говорит Спенсер.

— Прошу прощения, это то, что всегда случается, не так ли?

«Это так, но все в порядке. Я ожидаю, что это произойдет. К тому же, это мило видеть тебя таким». Спенсер гладит Рёту по макушке.

Собачьи уши Рёты дергаются.

Ждать.

Он ощупывает свою макушку, вероятно, выглядит очень странно для любого, кто смотрит в его сторону.

Ушей Фенрира нет, но кажется, что они есть. Как будто он чувствует, как они дергаются и реагируют на руку Спенсер, хотя их и не существует.

«Дожжж твой разум подшутил над тобой после этой игры?» — спрашивает Рёта, снова хихикая от собственной глупой речи.

«Можно сказать, что да. Я думаю, это может быть связано с тем, о чем в последнее время говорили в новостях — например, о том, как ментальные манипуляции в игре могут иметь последствия в реальности. Поэтому, если ваш разум продолжает говорить вам верить и чувствовать, что у вас есть что-то, чего у вас нет, то это может перенестись в реальность. Например, я иногда не переворачиваюсь, когда ложусь спать, потому что все время думаю, что мои рога меня остановят, но потом я вспоминаю — знаете, на самом деле рогов нет», — объясняет Спенсер.

— Ага!

— Да, это.

Громкий шлепок доносится из нескольких кабин впереди, привлекая внимание почти всех в баре.

Правая рука Кассандры поднята, в то время как ее левая рука натягивает верхнюю часть костюма так высоко, как только может. Ее лицо ярко-красное, и она выглядит так, будто пытается не заплакать.

У одного из мужчин, сидящих перед ней, яркая красная метка и глупая ухмылка на лице. «В чем дело? Ты уже хвастаешься этими сиськами – какая разница, увидим ли мы остальные? Не похоже, что ты многое оставляешь воображению, — говорит мужчина, его руки ощупывают воздух, приближаясь к ее груди. Судя по румянцу на его щеках, вдобавок к тому, что он получил пощечину, и туманному выражению его глаз, Рёта не единственный, кто слишком много пил. «Нельзя хвастаться такими большими сиськами, если не хочешь, чтобы на них смотрели и трогали, не так ли?»

Рёта ненавидит клише, сексистских мужчин в реальности так же сильно, как и в игре. Корабль с пушками, управляемый Серрой, был бы сейчас очень кстати.

Хотя у него может не быть ни корабля, ни помощника, пристрастившегося к пушкам, это не значит, что он будет просто сидеть сложа руки и смотреть, как какую-то девушку преследуют.

Он слишком пьян, чтобы заметить, что вышибала уже едет, чтобы разорвать отношения и выгнать нарушителей.

"Привет! Что ты, парень... думаешь, что делаешь? — спрашивает Рёта, вставая между Кассандрой и ее растлителем.

Теперь, когда мужчина задает вопрос, он обычно ждет ответа, прежде чем делать что-либо еще.

Рёта? Что ж, Рёта идет и бьет мужчину по лицу почти сразу после того, как задает вопрос, как будто он не может решить, хочет ли он решить это мирным путем или силой.

Есть две проблемы с этим.

Во-первых, Рёта не Фенрир. Фенрир сильный. Рёта нет.

Во-вторых, человек, которому Рёта только что окровавил нос, намного крупнее и выглядит как парень, который издает неприятные звуки, поднимая на самом деле не такие уж тяжелые веса в спортзале.

Спенсер оттаскивает Рёту как раз вовремя, чтобы удержать его от разбитого лица. «Извините, мой друг выпил слишком много», — Спенсер пытается извиниться перед мужчиной, но все, что делает отрицание возмездия, — это вдохновляет его и его друзья, чтобы встать из своей будки.

Приходит вышибала. В то время как растлитель может быть крупным мужчиной, вышибала крупнее и устрашающе во всех отношениях. Он похож на человека, который издает неприятные звуки в спортзале, но только потому, что поднимает вес, который на самом деле требует этого. Его бицепсы выглядят так, будто вот-вот разорвут рубашку, если он согнется. — Убирайся отсюда, пока мы не вызвали полицию. Сейчас!" — кричит он и на растлителя, и на Рёту.

Естественно, пьяный мужчина, желающий сорвать костюм с невинной девушки, а затем попытаться ударить парня меньше половины его размера, также будет готов попытаться напасть на вышибалу.

Вышибала не терпит этого, блокирует попытку мужчины нанести удар, выкручивает ему руку за спину и тащит к входу. «Ты, блядь, сломаешь мне руку, отпусти ее!» — кричит волочащийся мужчина. Вышибала не волнует. Остальные друзья парня следуют за ним из бара, не желая подвергаться гневу вышибалы.

Рёта поворачивается и смотрит на Кассандру. — Ты в порядке… — начинает он спрашивать, но его прерывает, когда за ним подходит вышибала.

"Вне!" — требует вышибала.

Понятно, что Рёта не собирается слушать, но вмешивается Спенсер и сам вытаскивает Рёту. — Извини, мы идем, — извиняется за него Спенсер.

К счастью, к тому времени, когда они выходят на улицу, проблемные мужчины уже уходят в направлении, противоположном тому, куда должны идти Рёта и Спенсер. Они не хотят, чтобы их эго пострадало больше, чем они уже есть.

"Привет! Я… еще не закончил пить и все такое, и мы должны отдать им деньги!» Рёта ноет Спенсер.

«Последнее, о чем вам сейчас стоит беспокоиться, — это оплата напитков», — говорит Спенсер.

«Ваззат полагается мужчинам? Люди! Подождите, это не правильно… подло!

— Это значит, что ты только что принес нам бесплатную выпивку. Единственная проблема в том, что я не уверен, что нас когда-нибудь снова здесь примут».

— Но я хочу вернуться!

«Тогда не бейте случайных парней по лицу. Пусть этим занимается вышибала.

«Они не были случайными! Они были как те гребаные чесночные мальчики, которых мы убили. Надо было сделать больше, просто ударить его… по лицу!

— Не знаю, как адреналин не отрезвляет тебя прямо сейчас.

— Хе-хе, адреналин — смешное слово… адреналин, адреналин, адраинапуп, адреналена, андреналина, — продолжает Рёта, говоря о различных формах адреналина.

…

Тем временем в баре Кассандра возвращается из учительской в ​​лучше застегнутом костюме и с вытертыми слезящимися глазами. Она ненавидит эту работу и знает, что она у нее только из-за того, как она выглядит. Она знает, что у нее грубый характер и что большинство людей ее терпеть не может, она знает, что у нее нет полезных навыков, чтобы устроиться на какую-либо работу в сфере обслуживания, кроме как на основании того, что она хорошенькая и грудастая, и она знает, что почти каждый посетитель здесь видит в ней не что иное, как сексуальный объект. В игре все так же. Она пытается избежать этого, играя в игры, но все повторяется снова и снова.

Другие мужчины, с которыми она работала в Империи Августа, гильдия Вонючий Чеснок, буквально почти каждый персонаж мужского пола и NPC, с которыми она сталкивалась, — все они не хотят ничего, кроме как превратить ее в свою личную дыру, но она отказывается, как бы сильно она ни старалась. это заставляет их называть ее стервой или ханжой.

Она просто хочет, чтобы она могла найти одного парня, который видит в ней нечто большее, чем просто какое-то существо с сиськами. Конечно, она всегда может просто играть мужских персонажей или становиться менее привлекательной в играх, но она хочет, чтобы ее принимали такой, какая она есть, а не как кого-то, кем она не является.

В голове всплывает глупое лицо Фенрира. Он может отпускать извращенные шутки с ней, но из того, что она видела до сих пор, он относился к ней с уважением и как к равному, а не как к набору дырок. На самом деле, она не может вспомнить ни одного раза, когда он пытался заигрывать с ней или проверять ее. Даже если он проверил ее так, чтобы она этого не заметила, по крайней мере, он не делает этого с ее лицом, как это делает большинство мужчин.

Кассандра ловит себя на том, что улыбается при мысли о нем, когда подходит к столику другого посетителя.

Тот мальчик, который заступился за нее, тоже выглядел мило. Даже если она поймала его извращенный взгляд, смотрящий на нее из-за бара, а он этого не заметил, он уважительно относился к ее лицу и мог смотреть ей только в глаза, несмотря на то, что был так же пьян, как и он. Он даже заступился за нее и проверил ее потом — ну, попытался проверить ее. Кроме того, он был на самом деле симпатичным, в отличие от большинства грубых мужчин, с которыми она сталкивалась.

Кассандра понимает, что теряется в мыслях. — Извините, я могу вам чем-нибудь помочь? — спрашивает она клиента.

Глаза Серры и Кассандры встречаются. Каждая девушка выглядит почти так же, как в игре, поэтому они мгновенно узнают друг друга.

…

«Мои ноги ууууууууууууууууууууууу! Спенс, неси меня! Рёта скулит, цепляясь за бок Спенсер.

«Я знал, что так и будет», — говорит Спенсер, обнимая Рёту, как невесту. Он уже пробовал брать Рёту на спину, и это, безусловно, привлекло бы к ним меньше странных взглядов прохожих на улице, но он не может доверять Рёте, что он не отпустит его и не упадёт навзничь.

Это случилось раньше.

Обычно в таком случае можно вызвать такси, но Спенсер не мог сделать этого с Рётой, как бы он ни был пьян. Ему придется нести его всю дорогу домой на своих двух ногах.

По крайней мере, Спенсер делал это раньше. Когда Рёта пытается указать неверное направление, чтобы вернуться в свою квартиру, Спенсер знает, что лучше не следовать за ними.

— Иди сюда! — говорит Рёта.

Спенсер продолжает идти прямо.

"Левый! Я закончил!»

Спенсер идет вправо.

"Где мы?" — хихикая, спрашивает Рёта, не понимая, что многоквартирный дом, перед которым его держат, принадлежит ему.

Спенсер несет его до лифта, прежде чем, наконец, подвести. Его собственные ноги в этот момент горят. «Думаю, отсюда можно дойти пешком», — говорит он.

Рёта почти падает.

Вздохнув, Спенсер помогает Рёте стоять, пока тот работает на лифте.

Двое наконец возвращаются в комнату Рёты.

Рёта спотыкается по своей квартире и падает лицом на кровать, как только подходит к ней.

«Да, обычно так и происходит, — говорит Спенсер самому себе. «Пингвин, включи радио на тихую громкость».

Телевизор Рёты включается, переключается на радиостанции и автоматически снижает громкость.

Спенсер оглядывается. «Это место — беспорядок. Ты навсегда останешься одинокой, если не научишься заботиться о себе и своих вещах, — говорит он, подбирая ближайшие пустые бутылки из-под алкоголя и разбросанные пакеты из-под чипсов, чтобы выбросить их. «Теперь давайте посмотрим, все ли здесь моющие средства, которые я купил в прошлый раз».

«Почему хентай не может быть настоящим?!» — кричит Рёта из своей спальни.

Пустой взгляд Спенсера соперничает с мировым рекордом Кассиэля.

— Серра? — спрашивает Кассандра.

Обе девушки просто моргают друг другу.

Конечно, Серра могла прийти сюда, ожидая увидеть Фенрира и Олеандра, но она не ожидала увидеть Кассиэля!

Она кивает и вытаскивает телефон, чтобы напечатать сообщение, которое прочтет другая женщина. Как только он набран, она держит телефон, чтобы Кассандра могла прочесть его одной рукой, а другой указывает на свое ухо.

«Ты глухой? Черт, извини, ты, наверное… — Кассандра делает паузу, когда Серра качает головой, забирая телефон, чтобы напечатать еще одно сообщение. Серра снова поднимает трубку. — Ты умеешь читать по губам? Хороший. Извините, но я ничего не знаю о языке жестов. В любом случае, я удивлен, что Фрэнки вообще позволил тебе рассказать, какой ты… крошечный.

Серра дуется и фыркает, возвращая свой телефон, чтобы напечатать очень обиженное сообщение!

Кассандра снова смотрит на телефон. «Извини, но как ни посмотри, ты маленький. В любом случае, приятно познакомиться в офлайне, я думаю. Я слышал о людях, которые встречаются с друзьями, которых они завели в Интернете, но никогда так скоро». Она пожимает плечами. "Принести вам что-нибудь? Другой официантке пришлось уйти, так что теперь я отвечаю за кабинки».

Серра смотрит туда, где были двое мужчин. Она не очень пьет и обычно приходит сюда только за едой, и то очень редко. Без ее абсолютно не преследующих целей у нее нет другой причины быть здесь. Но если она уйдет сейчас, даже не имея ничего сразу после встречи с Кассиэлем, ей будет плохо.

Кассандра смотрит на экран. «Крепкий сидр? Это будет прямо сейчас, — говорит Кассандра, поворачиваясь, чтобы уйти, но потом снова смотрит на Серру. — Кстати, если ты расскажешь об этом кому-нибудь из этих парней, я выброшу тебя за борт.

Серьезного выражения лица достаточно, чтобы заставить Серру сглотнуть. Она полагает, что сейчас, вероятно, не лучшее время, чтобы рассказать ей о том, как она уже встречалась с ними в реальности.

…

«Бля, моя голова — почему я не могу двигаться?» Рёта ворчит, запах алкоголя в его дыхании напоминает ему, почему он так себя чувствует.

Он смотрит вниз и видит, как сильно прижимается к кровати. Такое ощущение, что он был закутан в смирительную рубашку!

К счастью, достаточно пошевелившись, он вырывается из тесных, но удобных оков и делает глоток воды из стакана, стоящего на тумбочке рядом с кроватью. Рядом с ним лежит пара безрецептурных таблеток с запиской, которая гласит:

От головной боли.

Прекрати быть таким неряшливым, иначе ты никогда не получишь жену, о которой всегда жалуешься мне.

Вам также нужно складывать одежду, чтобы она не была такой грязной и мятой, когда вы выходите на улицу. Вы не можете просто оставить их лежать в мусорном ведре после стирки.

Спасибо за веселый вечер и за то, что дал мне отдохнуть от школы.

PS Я делала тебе непристойности во сне.

Рёта не может сдержать смех. Спенсер слишком хороший друг. Это то, что происходит каждый раз, и он всегда чувствует себя ужасно из-за того, что никогда не может сделать для него ничего подобного. «Прости, что заставил тебя позаботиться обо мне, Спенс», — говорит себе Рёта.

Он кладет таблетки в рот и запивает их предоставленной водой. Следующее, что он делает, это смотрит, как много Спенсер для него сделала.

Каждая комната в его доме была убрана от входа до ванной. Все было вычищено, весь беспорядок на полу убран, весь мусор убран, его одежда либо аккуратно сложена, либо повешена в шкафу, и - чтобы действительно доказать, насколько идеальной женой могла бы быть Спенсер... -даже его клавиатура была очищена от любых случайных волос и крошек еды, застрявших под клавишами.

«Чертов уровень вайфу, чувак. Зачем тебе член?» — говорит Рёта. — Ты заставишь меня пожалеть, что тогда отказал тебе.

Не может быть, чтобы Рёта не смог позаботиться о себе на следующий день после всего, что Спенсер для него сделала. Итак, после завтрака он моет посуду. . Потом он даже принимает душ, и чистит зубы, и – и… причесывается!

— Да хватит на месяц-другой.

Что-то беспокоило его с тех пор, как прошла головная боль, и у него появилась возможность вспомнить события прошлой ночи. Есть что-то, что он просто… чувствует, что должен вспомнить, но не помнит. Там была та блондинка с действительно большой грудью, похожая на Кассиэля, та девушка, похожая на Серру, и Спенсер, который носил его. Что еще?

Ой.

Он смотрит на свою правую руку. На нем пара небольших повязок.

Правильно, он ударил парня!

Время внутренне сожалеть обо всем, что он сделал.

«Глупый идиот, теперь нас назад не пустят! Думаю, я могу потратить остаток своих сбережений на пластическую операцию, может быть, это их одурачит».

Хотя, как бы он ни хотел найти способ вернуться в бар, он не может по-настоящему сожалеть о том, что сделал, когда вспоминает, почему он это сделал. Возможно, он не в состоянии точно вспомнить, что сделал этот человек, чтобы заслужить удар по лицу, но он знает, что этот человек заставил подражателя Кассиэля чуть не расплакаться на глазах у всех, что является достаточной причиной, чтобы…

Подожди секунду.

Это Серру он видел?

Перед тем, как прошлой ночью он пошел в ванную и вылил в писсуар только половину своей струи, он вспоминает, как встретился взглядом с какой-то девушкой в ​​кабинке за ее пределами и уставился на нее, как олень, которого вот-вот забрызгает беспилотный полуприцеп. .

Она выглядела в точности как Серра. Все, от ее волос до глаз и миниатюрной фигуры, было таким же. Он также знает, что Серра живет в этом городе и выглядит одинаково как в игре, так и в реальной жизни.

Должно быть, это было совпадение, верно?

Нет, это должна была быть она. Не может быть, чтобы это не было она. Даже Рёта знает, что на самом деле одновременно происходит не так уж много совпадений. Она уже живет в том же городе, что и он, по стечению обстоятельств, поэтому не может быть другого совпадения, когда у нее есть двойник, также живущий в этом городе, которого он случайно встретил.

Это слишком невероятно. Если бы случилось что-то настолько безумное, ему пришлось бы начать верить, что он главный герой какого-то клише любовного романа в стиле аниме, полного невероятных совпадений, и… подождите, если это так, разве это не значит, что будут ли такие сцены, как нападение на пляже милых девушек в купальниках со стороны фансервисных монстров с щупальцами, посещение горячих источников и множество сбоев в гардеробе?

Если только.

Рёта качает головой, пытаясь понять, о чем он вообще думал.

Да, он ударил парня и увидел Серру. По крайней мере, Серра не узнает, что это был он. Она, наверное, просто подумает, что он какой-то сумасшедший пьяный парень, который решил пялиться на нее перед тем, как пойти в ванную.

Он садится за свой компьютер и открывает Fiscord.

>HushedVoice: Я видел тебя прошлой ночью в баре! Услышав, как вы, ребята, сказали, что идете в ближайший ко мне бар, я не удержался и сам пошел туда, чтобы убедиться, правда ли это. Я понял, как глупо это было, когда я вспомнил, что понятия не имею, как ты выглядишь… но фотография, которую ты прислал в групповой чат, что, я думаю, ты сделал случайно, помогла мне найти тебя! я действительно

>HushedVoice: ААА, Я НАЖАЛА ВВОД, Я НЕ ХОТЕЛА, Я ДАЖЕ НЕ СОБИРАЛАСЬ ОТПРАВИТЬ, ЧТО Я ПРОСТО НАБОРАЛА ЭТО, ЧТОБЫ УДАЛИТЬ ЕГО ИЗ СВОЕЙ СИСТЕМЫ, КЛЯНУСЬ, Я НЕ СТАЛКЕР ИЛИ КТО-НИБУДЬ, ЧТО Я ПРОСТО БЫЛ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛЮБОПЫТНО И ПРОСТИ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ДУМАЙТЕ, ЧТО Я СУМАСШЕДШИЙ. ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ УДАЛИТЬ ПОСЛЕДНЕЕ СООБЩЕНИЕ? ПОЧЕМУ НЕТ КНОПКИ УДАЛИТЬ? Я ДОЛЖЕН БЫТЬ МОГУТ ПРОСТО ВЫДЕЛИТЬ СВОЕ СООБЩЕНИЕ И ЗАТЕМ НАЗАД!

…

…

Ой.

Он смотрит в групповой чат, чтобы отвлечься от того, что он только что узнал.

>Любимая шлюха Виктора: сегодня не могу играть

>Любимая шлюха Виктора: просто продолжай идти на юг

>Любимая шлюха Виктора: даже ты справишься @TheMemeStruggle

>Любимая Шлюха Виктора: прошлой ночью ты показал мне, насколько ты хорош в управлении деламиСерра-Берра: непристойность о///о

— Спенс, пожалуйста, — стонет Рёта.

Он возвращается к прямому разговору с Серрой.

>TheMimeStruggle: Извини за вчерашнюю ночь! Я увидел тебя и должен был поздороваться, но я был очень пьян и мне нужно было в туалет. Потом, кажется, я забыл потом. Надеюсь, ты не думал, что я тебя игнорирую.

Он берет гарнитуру и направляется к своей кровати, но Серра отвечает в своей типичной быстрой манере.

>HushedVoice: Все в порядке! Я просто счастлив, что ты не считаешь меня сумасшедшим сталкером или кем-то в этом роде. Ты же не думаешь, что я такой? Клянусь, нет! Полагаю, с моей стороны было неуместно идти туда, зная, что есть большая вероятность увидеть тебя, но… извините, мне не следовало идти.

>TheMimeStruggle: Не беспокойся об этом, придурок. Сумасшедшие девушки в любом случае мой фетиш.

>TheMimeStruggle: Шучу, ты не сумасшедший. Обещать. Ты просто Серра Берра. Эй, если бы ты был там, ты бы видел, хорошо ли я по крайней мере попал к тому парню?

>HushedVoice: У него из носа шла кровь, но я не знаю, из-за тебя это или из-за вышибалы. Но это было действительно круто! Даже если я все еще чувствую себя виноватым из-за того, что поехал, я не жалею об этом. Я должен увидеть тебя героем!

«О каком аду вы говорите? Я не герой. Ты действительно сошел с ума, если называешь меня так, — говорит Рёта, заливаясь румянцем.

>TheMemeStruggle: Я просто пытался вести себя жестко, чтобы произвести впечатление на всех девушек в баре, очевидно.

>HushedVoice: Сработало >///>

«Почему ты должен это признавать? Я влюблюсь в тебя, если ты сделаешь это настолько очевидным. Серьезно."

>TheMemeStruggle: Ты придурок. Я скоро буду в игре. Компания будет оценена.

>HushedVoice: Извините! Я не могу продолжать до обеда с другом. Я думаю, как у вас с Олли ночи мальчиков, это мои девочки… полдень!

>TheMmeStruggle: Достаточно честно. Тогда увидимся в игре позже! Приятного обеда.

С этими словами Рёта встает из-за стола и снова ложится на кровать с уже надетой на голову гарнитурой. Время погрузиться и снова стать Фенриром.

Фенрир оказывается на обычном месте, а Сая сидит напротив него.

— Тебе нужно больше тренироваться, Онии-чан, — говорит Сая, боясь с тенью на своем месте.

— Говорит девушка, у которой даже мышц нет, — парирует Фенрир.

Он сожалеет об этом.

Сая превращается из милой младшей сестры в накаченную тяжелоатлетку с головой, слишком маленькой для ее тела, в мгновение ока.

"Пожалуйста."

Сая возвращается в нормальное состояние, на ее губах появляется самодовольная ухмылка. «Моя прибыль слишком велика для тебя, братан!»

— Ты учишься быть придурком у Серры? Такой подражатель».

«Я просто копирую то, что вам нравится! Я… я имею в виду, я не хочу, чтобы я тебе нравился или что-то в этом роде, Братик.

— В любом случае, — Фенрир меняет тему, пока его сердце снова не забилось, — у меня есть вопрос.

"Конечно, вы делаете."

«Я помню того чувака, которого мы убили, когда он говорил о стриминге. Как это работает?"

«Как и в любой другой игре! Ну может не просто так. Если вы являетесь стримером на любой онлайн-платформе, мы можем привязать вашего игрового персонажа к стриминговому сервису! Вы можете транслировать от первого лица, чтобы все видели то, что видите вы, или от третьего лица. Вы также получите маленькое окно, плавающее рядом с вами, если хотите, чтобы вы могли видеть, что все говорят, знать, сколько людей смотрят, и так далее!

«Подождите, разве это не даст огромное преимущество стримерам? Люди могли указать, если они что-то видят, и если вы можете показать им вид вашего персонажа от третьего лица, они могут предупредить вас о ком-то позади вас».

— Не беспокойся, Онии-тян! Мы, виртуальные помощники, обязаны отфильтровывать все сообщения, которые могут дать стримерам несправедливые преимущества. Таким образом, зрители могут задавать вопросы, здороваться, говорить о реальных вещах и так далее, но они вообще не смогут помочь тому, кого они смотрят! Мы как… супермодераторы чата!»

— Хорошо, тогда это имеет смысл. Подождите, поскольку в игре есть нагота и секс, разве это не похоже на потоковую порнографию иногда?»

«По правилам большинства стриминговых платформ, да! Вот почему им приходится либо стримить через платформы, традиционно предназначенные для секса и эротики, либо использовать одну из платформ, где есть разделы для взрослых».

«Итак, в некотором смысле… они почти как девушки из видеочата».

— По твоей логике, может быть.

«Это забавная логика. Подумайте об этом, тот надоедливый придурок, которого убила Кэсс, эквивалентен вебкам-девушке. Я имею в виду, я не пытаюсь пристыдить девушек с веб-камеры или что-то в этом роде, но вы знаете, что он очень разозлится, если я сделаю это сравнение с его лицом».

Сая хихикает. — Хорошо, Онии-тян, ты выиграл. В любом случае, готовы погрузиться?»

"Ты знаешь это."

Фенрир оказывается в корпусе корабля. Рок должен чувствовать, что он в игре и не спит, потому что, как только он открывает глаза и наклоняется, скалистый маленький щенок мчится вниз по лестнице на полной скорости! И спотыкается, и падает на последних ступеньках, но потом продолжает бежать на полной скорости!

«Вот моя девочка! Вы вели себя? Нигде нет аварий? Подожди, я не думаю, что у тебя могут быть несчастные случаи, — говорит Фенрир, проводя руками по телу Рока, пока она так сильно виляет хвостом, что он боится, что тот упадет.

Все остальные еще спят.

«Есть только я и ты, девочка. Давай, поднимемся наверх.

Рок спрыгивает с его колен и мчится обратно наверх так же быстро, как она спускалась по ним. Он вздрагивает, когда беспокоится, что она снова споткнется, но, к счастью, она помирилась без каких-либо проблем.

Что-то беспокоит Фенрира, когда он выводит корабль из бухты.

На этот раз он действительно хотел сыграть в игру по-другому. Типа, на этот раз серьезно. Это не должно было быть еще одним из тех случаев, когда он говорит Спенсеру и Виктору, что на этот раз он будет совершенно другим, только чтобы в конечном итоге уступить их требованиям насилия и подлости. И, честно говоря, это не один из тех случаев.

Все, что они сделали, чтобы уже попасть в плохие стороны других, было инициировано никем иным, как им самим.

"Что я делаю?" — спрашивает он, склоняясь над штурвалом корабля.

Беспокойство наполняет его разум и кишки. После этой последней попытки доксировать его и угроз смерти, которые ему присылали, он действительно не хочет снова подниматься до позора. Тем не менее, как бы он ни любил рыбалку, он чувствует себя таким живым и естественным, когда занимается одним и тем же с парнями, а теперь с Серрой и Кассиэлем.

Почему он не может просто играть в игру так, как он хочет, не беспокоясь о том, что люди воспримут это слишком серьезно и будут преследовать его в реальной жизни? Несправедливо, что он должен ограничивать себя гораздо больше, чем все остальные. Он сомневается, что многим другим угрожают смертью и предпринимают попытки докса только потому, что они весело проводят время, играя в игры. Он мог бы понять это лучше, если бы он обманывал или взламывал, но они никогда этого не делали.

Чего он на самом деле хочет от этой игры?

Стоит ли риск возвращения к своим корням? Разве игра в игры не направлена ​​на то, чтобы развлекаться и делать все, что он хочет?

— Онии-чан, я замечаю, что ты сильно напрягаешься. Тебе следует проснуться и отдохнуть от игры подольше, чтобы как следует все обдумать, — вмешивается Сая.

— Спасибо, Сая, но я в порядке. Я просто… немного напуган, но в то же время это захватывающе. Я думаю, что просто буду продолжать делать то, что мне хочется делать в данный момент, не слишком стараясь делать то одно, то другое. Я просто собираюсь быть собой и дурачиться. Не собираюсь быть каким-то суперзлодеем, не собираюсь быть линчевателем — я не собираюсь пытаться избегать их. Имеет ли это смысл? Я просто собираюсь плыть по течению. Кроме того, у каждого, кто в это играет, есть виртуальный помощник. Не могли бы вы просто предупредить власти, если кто-то сделает что-то противозаконное?»

"Ага! Это было включено в условия обслуживания, которые вы проверили, не прочитав их полностью. Мы не шпионим за вами и не отправляем всю вашу информацию правительству, но если мы обнаружим, например, что вы помните, что вы были серийным убийцей или насильником, то мы уведомим соответствующее государственное учреждение, чтобы они могли установить вы в списке наблюдения. Ничто из того, что мы можем им предоставить, не считается веским доказательством в суде, но в первую очередь это может помочь предотвратить плохие вещи. Так что, если кто-то решит, что они попытаются выследить вас в реальной жизни, потому что они хотят убить вас и извлечь ваши органы».

— Это немного специфично.

— Хм, не перебивай меня! Если кто-то захочет убить вас и извлечь ваши органы, мы предупредим кого-нибудь об этом намерении».

"Это хорошо знать. Спасибо, Сая. Это заставляет меня чувствовать себя намного лучше».

— Нет проблем, Онии-чан! А теперь будь собой!»

«Да, да».

С Сайей в голове и Роком рядом, ясным небом с сияющим солнцем и легким бризом, наполняющим паруса корабля, Фенрир не мог и мечтать о лучших условиях для плавания.

Наконец, путешествие в город пиратов возобновляется.