Сокрушительные победы «Зелёного чая» в 70-е годы (Новелла) Yun ji jinxiu Тун Сюэлу носила кличку «Королева Зелёного чая». Внешность — глаз не отвести, фигура ладная, поклонников пруд пруди, вот только серьёзные отношения у неё так ни разу и не сложились. Едва она решила завязать с прошлым и стать порядочной, как судьба тут же ударила в ответ. Девушка угодила в книгу. Семидесятые, кругом дефицит, а она — бедная душа, что оказалась фальшивой дочкой в богатой семье! По сюжету переродившаяся настоящая дочь должна вышвырнуть её вон, подстроить брак со стариком, а там и до смерти от домашнего насилия рукой подать. Тун Сюэлу: … Нет уж, лучше я останусь «зелёным чаем». 1. Вырастить троих детей, которые в будущем станут большими шишками, а после — хоть лёжа наслаждайся жизнью [√] 2. Пролезть в государственный ресторан обманом и каждый день наедаться до отвала [√] 3. Ловкостью и смекалкой не дать настоящей дочери провернуть её планы и испортить жизнь [√] Для «зелёного чая» высшего разряда победить в этой истории — проще простого, какой бы сценарий ни подкинули! Вэнь Жугуй молод, хорош собой, будущее светлое, только вот наука никак не даёт ему устроить личную жизнь. Начальство наперебой пыталось прибрать такого талантливого парня в свою семью. И вот однажды он приводит в исследовательский центр прелестную девушку, глядя на неё с нежностью. — Это моя невеста. Мы пришли сообщить о скорой свадьбе. Начальство — в шоке. Коллеги-женщины — с разбитыми сердцами. Тун Сюэлу: Простите. Моё «очарование» — это пассивный навык. ==================== Том 1 Глава 1.1 Тун Сюэлу проснулась от стрекотания цикад за окном. Подождите минутку. Она вспомнила, что каталась на лыжах на горнолыжном курорте, прежде чем потеряла сознание. Откуда в середине зимы появились цикады? Девушка в замешательстве открыла глаза. То, что она увидела, была грубая москитная сетка, старомодный термос, стоящий на деревянном столе рядом с ней, и эмалированная кружка с надписью «Женщины держат половину неба», напечатанной на ней. [[image:/storage/reader-images/8b739deef64b5b9ff51cf9efcc160a36b5a56abf.jpg]] Тун Сюэлу все еще была в оцепенении, когда дверь резко распахнулась. Когда Цай Чуньлань вошла внутрь и увидела, что у человека, лежащего на кровати, открыты глаза, она сразу же поджала свои толстые губы и начала жаловаться: —Айя, сестренка. Ты уже достаточно взрослая. Зачем тебе это делать? Пытаешься повеситься в доме. Если бы я не вошла и не заметила, ты бы умерла здесь! — Хорошо, прекрати уже... — Почему мне нужно прекратить это? Раньше я думала, что она твоя настоящая сестра и моя настоящая невестка, и это была единственная причина, по которой я была добра к ней. Мы уже подтвердили, что она не является дочерью Тун. Так почему же мне все еще нужно ходить вокруг нее на цыпочках, как будто она наш предок? Если ты спросишь меня, то мы должны просто вышвырнуть ее, как только она проснется! Цай Чуньлань посмотрела на человека, лежащего в постели, довольная ее несчастьем. Все в комплексе знали, что младшая дочь была любимицей семьи. Родители боялись, что уронят ее, если будут нести на руках, или что она растает, если они будут нести ее во рту. Они даже предпочитают ее своим двум сыновьям. Тун Сюэлу с детства баловали всем самым лучшим, и поэтому ее кожа была белее и мягче, чем очищенное сваренное вкрутую яйцо. Тун Сюэлу была избалованным ребенком, и даже Цай Чуньлань, как ее старшая невестка, должна была ходить вокруг нее на цыпочках. Цай Чуньлань ожидала долгие и трудные дни, но, о чудо, два месяца назад к семье Тун прибежала какая-то девушка и сказала, что она настоящая дочь этой семьи, которую похитили 15 лет назад. Новость поразила и ошеломила всех как молния. Пятнадцать лет назад трехлетняя Тун Сюэлу была похищена и найдена два года спустя. Поскольку у нее была родинка на спине и другая информация также совпадала, семья Тун ничего не заподозрила. Тем не менее, все это время они воспитывали чужого ребенка. Голос этой женщины был высоким и громким. От ее криков у Тун Сюэлу разболелась голова, и ей хотелось только одного —вскочить и ударить ее по щеке. К этому времени она уже переварила все воспоминания в своей голове, которые изначально ей не принадлежали, и девушке очень хотелось выругать бога переселения душ. Да, Тун Сюэлу переселилась в книгу. Всего минуту назад она каталась на лыжах с миленьким мальчиком-эскортом на горнолыжном курорте. Это парень был красивым, с широкими плечами и длинными ногами. И он был из очень хорошей семьи. А также был ее очень преданным поклонником. Все эти годы многие влюблялись в нее, и ей очень нравилось ощущение, что за ней ухаживают. Но она просто не могла так легко попасться на их удочку. Таким образом, Тун Сюэлу называли VIP-персоной среди всех стерв, номером один среди этих женщин. Она просто посмеивалась над ними, когда слышала их слова. По сравнению с мужчинами женщины всегда были более подлыми. Это мальчик преследовал ее в течение трех лет. Он был послушным и покорным, к тому же очень компетентным. Она наконец решилась, что он будет тем единственным, и что она уйдет со сцены и станет хорошей женой и матерью. И вот, прежде чем Тун Сюэлу смогла развить отношения, включающие как эмоциональную, так и физическую составляющую, девушка врезалась в дерево на обочине лыжной трассы. Теперь она очнулась в 70-х. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 1.2 Перед переселением она обсуждала со своими подругами, в какой период лучше всего вернуться в случае трансмиграции. Тогда Тун Сюэлу сказала, что подойдет любой период времени, лишь бы это были шестидесятые-семидесятые годы. И вот, ее переместили в 70-е годы. Что за чертовщина? Проблема заключалась в том, что эта книга с сомнительными моральными нормами была совершенно нелепой. В романе главная героиня использовала факт своего перерождения с читами, чтобы завладеть женихом и работой поддельной дочери, и добилась в жизни больших успехов. Тем не менее, в этой книге Тун Сюэлу перевоплотилась в фальшивую дочь. Как безмозглая пустышка, она неоднократно получала оплеухи от главной героини, затем была выдана замуж за разведенного старика и, наконец, умерла как жертва домашнего насилия. Короче говоря, в книге она была персонажем, похожим на игрушку, которая была обречена стать идиоткой!!! Это была ее карма? Но она никогда не была третьей в отношениях и никогда не была грубой по отношению к другим женщинам. Так почему же это случилось с ней? Ну что ж, что случилось, то случилось, и ей нужно было просто решить, что делать дальше. Кроме того, этому телу было всего 18 лет. Это было на семь лет моложе, чем ее тело до переселения. В этом плане она была в выигрыше. Ее не волновал так называемый сюжет истории или же наличие читов. Она просто рассматривала это как победу над большим количеством NPC на другой карте. В настоящее время родители оригинала погибли в автокатастрофе, и у них было еще трое детей. Скорей всего, сейчас эти трое живут в бедности, но в будущем они станут элитой в своих сферах. Сейчас перед ней было два варианта: 1. Остаться у Тун и сражаться с главной героиней до последнего. 2. Оставить эту семью и вернуться, чтобы вырастить трех будущих боссов. Если человек переселился в книгу, кто захочет постоянно сражаться с главной героиней? Естественно, из этих двух вариантов лучше было самой стать главной героиней и подниматься все выше и выше. Она хотела заняться воспитанием детей! Подумав об этом, девушка пару раз моргнула и слегка поморщилась. Заметив ее возню, Цай Чуньлань подошла и грубо толкнула ее, шлепнув по руке: — Вставай с кровати, если не спишь! Губы Тун Сюэлу слегка шевельнулись, и она вновь что-то невнятно прошептала. Цай Чуньлань не могла разобрать, что она говорит, поэтому наклонилась и приложила ухо прямо к ее рту. — Что ты хочешь сказать? Говори громче! Тун Сюэлу сжала губы, схватила Цай Чуньлань за плечо и завопила, словно ее режут: — А-а-а-а-а-а-а! Женщина была застигнута врасплох, словно у нее в ухе что-то взорвалась! Она почти умерла! Цай Чуньлань почувствовала, что вот-вот оглохнет от этого. Она отшвырнула руку Тун Сюэлу: — Что с тобой не так? Почему ты вдруг так закричала? О, мое ухо... Тун Сюэлу села, положила руку на грудь и испуганно огляделась: — Мне... мне приснилось, что вторая невестка превратилась в землеройку и собирается выгнать меня из этого дома. О, господи. Это было так страшно. Второй брат Тун: «...» Цай Чуньлан: «...» В ухе Цай Чуньлань все еще звенело, и теперь, услышав, что ее назвали землеройкой, она злобно посмотрела на Тун Сюэлу. Женщина как раз собиралась взорваться, когда услышала шаги за дверью. — Что только что произошло? Кто так громко кричал? Старший брат Тун и Чэнь Юэлин, его жена, вбежали в комнату. Второй брат Тун ответил: — Ничего страшного. Младшей сестре приснился кошмар, и она проснулась от испуга. Как только он закончил говорить, то увидел, что по щекам Тун Сюэлу текут слезы. Все четверо в комнате были поражены. Цай Чуньлань была единственной, кого мучила совесть. С напряженной шеей и расширенными глазами она сказала: — Тебе приснился кошмар. Я никогда не говорила, что хочу, чтобы ты ушла. Не пытайся свалить это на меня! Хотя они уже были уверены, что Тун Сюэлу не была дочерью супругов Тун, но они воспитывали ее более 10 лет. Даже если бы она была домашним животным, они бы испытывали к ней чувства. Ее отец и свекровь все еще были привязаны к ней. Поэтому, пока решение не принято, она не смела сильно обижать Тун Сюэлу. Цай Чуньлань боялась, что та впоследствии отомстит. Тун Сюэлу встала с кровати, показала на тыльной стороне руки покраснение, где невестка ударила ее, и сказала: — Не волнуйся, вторая невестка, я тебя ни в чем не обвиняю. Увидев это, оба брата Тун повернулись и пристально посмотрели на Цай Чуньлань. Цай Чуньлан: «...» Тун Сюэлу вытерла слезы и так сильно потерла глаза, что они покраснели. — Старший брат, второй брат, возможно, это последний раз, когда я обращаюсь к вам так. Я знаю, что мне здесь не рады. Поэтому мне пора уходить. Старший брат Тун возразил: — Не глупи, младшая сестра. Твой старший брат здесь, никто не может выгнать тебя отсюда. Второй брат окинул жену еще одним взглядом. — Да, младшая сестра, оставайся здесь. Тун — большая семья. Мы можем позволить себе содержать еще одного человека. Цай Чуньлань была так зла, что стиснула зубы: «...» Тун Сюэлу покачала головой: — Я буду скучать по маме, папе, братьям и невесткам, но это только усложнит ситуацию, если я останусь. Я должна уехать. Вы терпели меня все эти годы. Знаю, что в прошлом я была избалованным человеком и часто огорчала вас. Этого больше не повторится... У мамы болят колени в дождливые дни. Пожалуйста, позаботься о ней. У папы время от времени бывает мигрень. Вы должны следить за ним, чтобы он не пил за вашей спиной... Ее голос сорвался к концу. Слезы навернулись ей на глаза, и она изо всех сил пыталась их сдержать. Люди иногда бывают странными. Если бы кто-то всегда был зрелым и внимательным, другие могли бы подумать, что такое поведение нормальное. Тем не менее, если бы это исходило от того, кто обычно был избалованным нахалом, другие почувствовали бы, что этот человек повзрослел. Именно об этом думали старший брат Тун, его жена и второй брат Тун. Особенно когда они увидели обычно избалованную соплячку Тун Сюэлу с покрасневшими глазами, но не пролившимися слезами, их сердца сразу же растаяли. Чэнь Юэлин подошла и взяла ее за руку: — Младшая сестра, ты должна остаться. Если ты вот так просто уйдешь, что мы скажем маме и папе, когда они вернутся? Их недавно вернувшаяся золовка страдала от недоедания. Вдобавок ко всему, на нее кричала Тун Сюэлу, от злости она потеряла сознание, и ее отвезли в больницу. Видя, что родители игнорируют ее, Тун Сюэлу устроила большой скандал и попыталась повеситься. В общем, она наделала много шума в доме. Чэнь Юэлин никогда не была большой поклонницей этой девушки, но сейчас она почувствовала, что Тун Сюэлу тоже оказалась в очень сложном положении. Семья, в которой она прожила дюжину лет, оказалась совсем не родной, а ее настоящие родители умерли. Всю жизнь Тун Сюэлу была окружена заботой. Вполне логично, что она отреагировала именно так. Если бы это была она, то тоже была бы очень расстроена. Тун Сюэлу покачала головой: — Спасибо, невестка. Но я уже приняла решение. Пожалуйста, впредь заботься об этой семье вместе с моим братом. Сказав это, она отстранила руку. Все испытывали сложные чувства, наблюдая за ее уходом. Старший брат Тун достал все деньги, которые у него были с собой, и даже сказал жене: — Мы не можем позволить младшей сестре уйти с пустыми руками. Юэлин, собери ей одежду, чтобы она могла взять ее с собой! Второй брат Тун также попытался достать все деньги, которые были при нем, когда он увидел это, но у него с собой было не так много. Он обратился к Цай Чуньлань и попросил ее принести немного денег из их комнаты. Его жена была недовольна этим. Она не могла спорить с ним на глазах у всех, поэтому повернулась и пошла обратно в комнату с унылым лицом. Услышав слова старшего брата, Тун Сюэлу слегка улыбнулась, и она пошла вперед со скоростью черепахи. Когда она дошла до входа в их двор, то мысленно считала в обратном направлении: «Три, два, один». В следующую минуту она услышала, как Чэнь Юэлин подбежала к ней сзади. — Подожди, младшая сестра. Тун Сюэлу обернулась и бросила на нее недоуменный взгляд. — Старшая невестка, в чем дело? Чэнь Юэлин протянула ей рюкзак и сумку. Задыхаясь, она сказала: — Возьми эту одежду с собой. Там также есть немного денег и талоны на питание. Сохрани их. Если закончатся... — Нет, не надо! — Тун Сюэлу удивленно прервала ее и оттолкнула сумки. — Я больше не дочь Тун. Я не могу принять это от семьи Тун. При виде ее в подобной ситуации Чэнь Юэлин еще сильнее ощутила ее изменения. — Младшая сестра, просто прими их. Я уже расспрашивала. Та другая семья Тун, семья твоих настоящих родителей, была не очень обеспеченной. Тебе нужно будет есть. Мама и папа будут очень недовольны, если узнают, что мы отпустили тебя с пустыми руками. Тун Сюэлу бросила на нее обеспокоенный взгляд. Прикусив нижнюю губу, она сказала: — … Хорошо, я возьму их на время. Я верну все старшему брату и невестке, когда заработаю немного денег. Она не хотела пользоваться их подачками, но знала, что семья Тун очень бедна, и ей нужен стартовый капитал. Девушка отплатит им в несколько раз больше, когда сможет заработать свои собственные деньги. Чэнь Юэлин подняла руку и погладила Тун Сюэлу по голове. — Как же ты так повзрослела, дитя? От этого сердце болит. В глазах Тун Сюэлу появились слезы. — Человек должен повзрослеть после того, как однажды умер. Невестка, правда в том, что... — Какая правда? — видя, что Тун Сюэлу колеблется, Чэнь Юэлин подумала, что у нее есть и другие проблемы. — В чем дело? Все в порядке. Ты можешь рассказать мне. Тун Сюэлу посмотрела на Чэнь Юэлин с сочувствием. — Невестка, я боюсь, что после моего ухода над тобой здесь будут издеваться. «...» Она была маленьким тираном в семье Тун. Кто будет издеваться над ней после ее ухода? — Я верю, что ты уже заметила это, невестка. Тун Чжэньчжэнь заключила союз со второй невесткой всего за два коротких дня после своего возвращения. Невестка, ты добрая и стараешься избегать конфликтов с другими. Я беспокоюсь, что они воспользуются тобой! «...» Чэнь Юэлин никогда не думала об этом, но теперь, когда услышала это, ее сердце сжалось. Она никогда не ладила с Цай Чуньлань. Пусть Тун Сюэлу и была невоспитанной, но она все равно относилась к ней с некоторым уважением. Кроме того, Тун Сюэлу всегда ненавидела Цай Чуньлань, поэтому они были вдвоем против нее. А теперь, когда у них появилась новая золовка, да еще и на стороне Цай Чуньлань? Как ей одной справиться с ними двумя? Увидев, как нахмурилась Чэнь Юэлин, Тун Сюэлу похлопала ее по плечу, после чего повернулась и ушла. Как только она отвернулась, ее губы изогнулись вверх. На ее светлом лице появилась яркая улыбка. Тун Чжэньчжэнь возродилась ради мести. Поэтому она должна была найти ей занятие по душе. Так у нее не будет времени приходить и досаждать ей. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 2.1 Тун Сюэлу пошла к выходу, который она помнила. Семья Тун жила в комплексе, принадлежащем главному управлению логистики. Все здесь были государственными служащими. Отец Тун был директором нефтяного департамента Главного управления материально-технического снабжения Народно-освободительной армии, а мать Тун — директором Союза женщин. Все остальные члены семьи Тун также работали на правительство. Такое семейное происхождение впечатляло даже в наше время. Тун Сюэлу стало понятно, почему изначальная «Сюэлу» не хотела уезжать. Девушка размышляла о том, как ей повезло, что она не столкнулась с другими женщинами в этом комплексе. И вдруг. Она только успела дойти до входа в комплекс, как в полуметре перед ней с визгом остановился велосипед марки Phoenix. Он преградил ей путь, как тигр. Тун Сюэлу подняла голову. Перед ней стояла девушка лет 17-18 в обычном военном костюме. Ее волосы были заплетены в косу, и солнечный свет отражался от ее лба. Увидев Тун Сюэлу, девушка удивилась, а затем ее глаза загорелись. — Тун Сюэлу, тебя выгнали из семьи Тун? Ха-ха-ха... Разве ты не говорила, что у них не хватит духу оставить тебя? Вы только послушайте. Послушайте это. Ее голос не мог быть более счастливым. Девушка, стоявшая перед ней — Фан Цзиньюань, сестра жениха оригинала, Фан Вэньюаня. Фан Вэньюань был красивым мужчиной, и «Сюэлу» была влюблена в него по уши. Фан Цзинъюань, не желая, чтобы такая девушка стала ее невесткой, изо всех сил пыталась встать между ними. «Сюэлу» также не отличалась деликатностью. Поэтому они всегда были готовы вцепиться друг другу в глотку. Впрочем, такова была ее предшественница. Тун Сюэлу не собиралась становиться невесткой Фан Цзинъюань. Девушка игнорировала Фан Цзинъюань и обошла ее стороной. «...» Фан Цзинъюань почувствовала, что на нее смотрят свысока! Когда Тун Сюэлу прошла мимо нее, та схватила ее за руку и сказала: — Тун Сюэлу, ты что, оглохла? Разве не слышала, как я с тобой разговаривала? Девушка остановилась на месте и посмотрела на лоб Фан Цзинъюань. Фан Цзинъюань была очень чувствительна, когда дело касалось ее лба. — На что смотришь? Ты опять решила сказать мне, что у меня большая голова? У нее была большая голова, и у Тун Сюэлу было много прозвищ для нее с самого детства. Что-то вроде «большой череп», «репа», «кукла с большой головой», а самое ужасное – «золотая рыбка с головой тигра». Это раздражало ее до глубины души! Охранник у входа открыл рот и усмехнулся. — Не так давно Сяо Лу высмеяла твою большую голову. Именно это она и имела в виду. Тун Сюэлу, не успев ответить: «…» Господин, не могли бы вы не усугублять ситуацию? Лицо Фан Цзинъюань стало свекольно-красным: — Моя мама говорила, что большая голова — это знак удачи. Остается только пожелать, чтобы у тебя она тоже была! Фан Цзинъюань думала, что Тун Сюэлу обязательно опровергнет ее. И тут она увидела, как ее красные губы изогнулись, демонстрируя небольшие ямочки, и сказала: — Ты совершенно права. Большинство людей с большой головой довольно умны. Фан Цзиньюань: «?!» Что случилось с Тун Сюэлу сегодня? Мало того, что она стала менее агрессивной, так еще и хвалит ее? Она подняла подбородок и спросила: — Что ты пытаешься провернуть? Не думай, что я брошу это дело только потому, что ты сказала мне что-то приятное. Она ссорилась с Тун Сюэлу с самого детства. Однако Тун Сюэлу была хитрой, и она постоянно ей проигрывала. Теперь, когда Тун Сюэлу выгнали из семьи, у нее появился шанс, который выпадает один раз в жизни, и она не собиралась упускать его. Тун Сюэлу оглядела ее с ног до головы и медленно сказала: — У тебя живые черты лица, и сейчас ты уже на 80% красавица. Твоя проблема в том, что тебе не идет прическа. Отсюда и вытекают эти 20% недочета. Фан Цзиньюань: «?!» Она не знала, как реагировать на эту неожиданность. Девушка решила, что использует стратегию «подождать и посмотреть». Она хотела знать, что еще собирается сделать Тун Сюэлу. Как оказалось. Тун Сюэлу закончила говорить. Вырвав свою руку, она ушла, не оглядываясь. Ох, ох. Как же это раздражало! Тун Сюэлу шла к автобусной остановке с сумкой. Девушка уже много лет носила звание «зеленый чай», и победа над NPC стала ее пассивным навыком. Она не могла остановиться, когда увидела одного из них. Фан Цзинъюань, возможно, была немного избалованной, но она не была плохим человеком. Самое главное, она была правительственным чиновником второго поколения. Ее отец был министром отдела военного снабжения в Главном управлении логистики и занимал более высокое положение, даже чем отец Тун. Конечно, было бы полезно, чтобы кто-то вроде нее был на ее стороне. Насколько она помнила, встреча с Фан Цзиньюань была не самым лучшим вариантом. Тем не менее, если учесть, что в прошлом они были противниками друг друга, просто стать на позицию проигравшей тоже было бы не лучшим решением. Ей нужна была хоть какая-то приманка, чтобы поймать ее на крючок. Большой лоб Фан Цзинъюань и ее прическа были лучшей наживкой. Теперь, когда она забросила наживку, ей оставалось только ждать, когда рыба клюнет. *** Она шла полчаса до автобусной остановки и ждала еще час, пока не пришел автобус, направляющийся в уезд Яньцин. Столичные автобусы были бело-красными, с толстым слоем пыли на внешней стороне. Внутри было очень грязно и стоял резкий запах. Зайдя внутрь, Тун Сюэлу передала 30 фынь заносчивой продавщице билетов, ноздри которой были устремлены в небо, и заняла место в самом последнем ряду. После того как автобус снова завелся, водитель напевал какую-то мелодию и вел автобус так, словно ехал на Mayback, пока они не оказались в скалистом уезде Яньцин. Дорога была настолько каменистой, что Тун Сюэлу чуть не стошнило по дороге. Она долго-долго сидела на камне, пока тошнота не прошла. В этой семье отец и мать Тун были работниками текстильной фабрики Hongxing. Девушка спрашивала направление всю дорогу, пока не достигла комплекса для рабочих фабрики. Обстановка в этом комплексе оказалась гораздо хуже, чем она ожидала. В не очень большом поселке было около 20 семей, в каждой из которых проживало как минимум три поколения, а иногда и четыре. Короче говоря, в этом поселке проживало более 100 человек. При таком количестве людей, разместившихся на такой маленькой площади, многие личные вещи попадали в места общего пользования. Из-за этого обстановка казалась тесной, грязной и беспорядочной. До трансмиграции она жила в особняке площадью более 1 000 квадратных метров. Любая из ванных комнат в ее особняке была больше, чем помещение здесь. У Тун Сюэлу разболелась голова еще до того, как она вошла внутрь. — Привет. К кому ты пришла? *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 2.2 Громкий голос раздался у нее за спиной. Тун Сюэлу наконец опомнилась. Обернувшись, она увидела женщину средних лет в синем наряде, стоявшую позади нее. Подмышкой у нее был зажат мальчик примерно трехлетнего возраста. Ребенок был настолько грязным, что она едва могла спокойно смотреть на него. Он выглядел так, будто только что извалялся в грязи, а из ноздрей у него вылетали сопли. Когда Тун Сюэлу посмотрела на него, его рот раскрылся, и он широко улыбнулся ей: — Старшая сестра такая красивая! Увидев Тун Сюэлу, женщина средних лет тихонько ахнула. За десятки лет своего существования никогда не видела такой девушки, как она. Кожа Тун Сюэлу была настолько светлой, что казалась нежнее тофу. Кроме того, на ней была обычная военная одежда, ранец с надписью «Служение народу» и вещевой мешок с рисунком панды. Все это подчеркивало тот факт, что она не была обычным человеком. За все годы, что женщина жила в этом комплексе, она никогда не видела никого с родственниками, похожими на Тун Сюэлу. — Здравствуй, тетя. Я ищу дом Тун Дацзюня, — Тун Дацзюнь — имя родного отца оригинала. Услышав имя Тун Дацзюня, женщина средних лет быстро оглядела Тун Сюэлу с ног до головы. — Как вы связаны? Тун Сюэлу опустила глаза и печально посмотрела на нее. — Я его дочь. — Боже мой, ты дочь Тун Дацзюня, которую подменили?! В голосе женщины средних лет был встроенный эффект громкоговорителя. Когда она закончила говорить, изнутри комплекса выбежали еще несколько человек. — Жена Лао Цая, что ты кричишь? — Подойдите, посмотрите. Это дочь Тун Дацзюня, которую подменили! Выбежали несколько женщин. Они окружили Тун Сюэлу и рассматривали ее с ног до головы, словно животное в зоопарке. — О, боже. Она точно дочь Тун Дацзюня. Я уже видела ее фотографию. — Раз уж ты об этом заговорила, она действительно похожа на Тун Дацзюня и его жену, особенно нос. — Девочка, ты приехала навестить своих родителей или братьев и сестер? А твои другие родители не против твоего возвращения? Тун Сюэлу казалось, что над ее головой кружатся десятки и тысячи мух, но она не выказывала никакого раздражения. Когда все молодые и пожилые женщины закончили говорить, она наконец сказала, четко выговаривая каждое слово: — Я здесь, чтобы вернуться к своей семье. Что? Вернуться к своей семье? — Айо, девочка, ты ведь шутишь, да? — Мы слышали, что твои другие родители работают в правительственных учреждениях. Зачем тебе возвращаться к своим родителям здесь? Тун Сюэлу подняла голову и серьезно посмотрела на них. — Я дочь семьи Тун. Конечно, я должна вернуться. Если не признаю своих собственных родителей, то чем я отличаюсь от животного? Заметив, как модно она одета и как справедлива, остальные с уверенностью поняли, что она не захочет прожить свои дни, подобно им здесь. Но то, что прозвучало из ее уст, их очень удивило. Они почувствовали, что она была ребенком, который не забывал о своих корнях. Кто-то, однако, задал вопрос: — Прошло две недели с тех пор, как умерли твои родители. Почему ты только сейчас вернулась? Это заставило всех нахмуриться. Так и есть. Супруги Тун скончались две недели назад. Если бы она действительно была такой заботливой, как говорит, то давно должна была вернуться! Тун Сюэлу нахмурилась и тут же сделала глаза красными. — Старшая сестра, дело не в том, что я не хотела возвращаться. Я упала в обморок, как только узнала, что случилось с моими родителями. Потом я тяжело заболела. Я смогла встать с постели только два дня назад. Только посмотрите на мою руку... Она закатала рукав, пока говорила, и показала им следы от уколов на своей руке. Поскольку ее кожа была такой нежной, вокруг следов от уколов было большое пятно синяков, и они выглядели ужасающе. Все немедленно поверили ей. Она действительно была очень добросовестным и хорошим ребенком!!! В отличие от той Тун Чжэньчжэнь. Тун Дацзюнь и его жена растили ее все эти годы, а она просто встала и ушла от них. Какой неблагодарный ребенок! Тун Сюэлу опустила рукав и отвела глаза. Следы от уколов были настоящими, как и синяки. Но они появились не от огорчения. Оригинал специально сделала себя больной, когда узнала о своей настоящей принадлежности, чтобы получить сочувствие от приемных родителей. Кто не любит совестливых людей? Все стали еще ласковее относиться к Тун Сюэлу и проводили ее внутрь комплекса. Из их болтовни Тун Сюэлу узнала больше о семье Тун. Тун Дацзюнь и его жена были родом из провинции Бэйхэ. В свое время они спасли сына директора текстильной фабрики и были перевезены в столицу для работы на фабрике. Тун Дацзюнь был грузчиком, а мать Тун — ткачихой. Когда в семье работали двое, это было почетно для жителей деревни. Тем не менее, их дни были тяжелыми. Мало того, что им нужно было содержать четырех детей, они должны были отсылать половину своей зарплаты домой в Бэйхэ. Два месяца назад старшая дочь Тун Чжэньчжэнь заболела и после выздоровления вдруг заявила, что она не их дочь. Она сказала, что ее настоящие родители — правительственные чиновники, и настояла на том, чтобы уехать, несмотря на возражения супругов Тун. Супруги очень переживали за нее, одновременно работали и искали ее. В конце концов им удалось найти ее, но им сказали, что Тун Чжэньчжэнь, действительно, не их дочь. Еще хуже было то, что ни одна из дочерей не хотела признавать их своими родителями и идти с ними домой! С разбитым сердцем супруги вернулись к своей работе на фабрике. На обратном пути они попали в автомобильную аварию, и оба погибли. В те времена передвижение было большой проблемой, поэтому заботу об их похоронах взяли на себя работники фабрики. Глаза Тун Сюэлу заблестели. — Вы хотите сказать, что наша семья в Бэйхэ до сих пор не узнала о несчастном случае с моими родителями? Маленький мальчик подмышкой крутился туда-сюда. Тетя Цай шлепнула его по попе. — Конечно, они знают. Цзямин же позвонил им сразу после аварии. Он сказал, что они заняты и не смогут приехать какое-то время. — Цзямин сейчас все еще в школе, верно? Тун Сюэлу потребовалось некоторое время, чтобы понять, что Цзямин был будущим большим боссом и ее младшим братом. — Нет, он уже давно бросил школу! — вмешалась другая женщина средних лет. — Цзямину пришлось заботиться о младшем брате и сестре и работать на фабрике с тех пор, как умерли твои родители. Это было очень трудно для него. Дети без родителей были бесполезны, как сорняки. У большинства пожилых мужчин было довольно печальное детство. Тем не менее, семья в Бэйхэ смотрела на Тун Дацзюня и его жену, как на свое денежное дерево. Каждый раз, когда те приезжали в столицу, они уничтожали все, как саранча. Как могло случиться, что они не приехали после смерти Тун Дацзюня и его жены? Не говоря уже о компенсации от правительства и их заводского подразделения. Они, как минимум, претендовали на две вакансии на фабрике, которые теперь были открыты. То есть... Дело не в том, что их семья в Бэйхэ была слишком занята; они, вероятно, еще не узнали о случившемся! Вспомнив о Тун Цзямине, будущей элите делового мира, Тун Сюэлу вскинула брови. Вот это да! Этот босс, похоже, был злодеем, прикрывающимся личиной хорошего человека! *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 3.1 Комната семьи Тун находился рядом с домом тетушки Цай. Тун Сюэлу еще не дошла до входа в свой блок, когда увидела маленькую девочку, которая сидела, подперев подбородок. Она неподвижно смотрела на землю, и никто не понимал, на что она смотрит. Маленький мальчик извивался и ерзал. — Опусти меня, мамочка. Я хочу пойти поиграть с Мяньмянь. Тетя Цай снова шлепнула его пару раз по попе и сказала: — Ты весь в грязи, сопляк. Прекрати пытаться запачкать ее, подобно себе. Мяньмянь? Глаза Тун Сюэлу загорелись. Маленький мальчик начал полушепотом причитать, а тетя Цай не обращала на него внимания. Она повернулась и сказала Тун Сюэлу: — Мяньмянь — твоя младшая сестра. У меня сердце болит от того, что она потеряла родителей в таком юном возрасте. Сказав это, она вздохнула с облегчением. Когда Тун Дацзюнь и его жена умерли одновременно, один из детей пошел работать на фабрику, а другому нужно было идти в школу. Она помогала присматривать за Мяньмянь. Не то чтобы женщина делала это с неохотой. Мяньмянь была милым ребенком, никогда не капризничала и не плакала. На самом деле, она была настолько послушной, что у человека болело сердце. Проблема была в том, что у нее каждый день было много дел, и у нее самой много детей. Добавить к этому еще одного ребенка было нелегко. Теперь, когда настоящая сестра Мяньмянь вернулась, она могла передать ее обратно на попечение сестре. Маленькая девочка, казалось, совсем не замечала шума во дворе. Она продолжала смотреть в землю, угрюмо молча. Когда они подошли к ней, снова раздался громкий голос тети Цай. — Мяньмянь, иди сюда. Твоя сестра вернулась. Возможно, из-за слова «сестра» маленькая девочка сразу же подняла голову. У ребенка было очень нежное лицо. Ее глаза были большими и яркими, как виноградины, а длинные и густые ресницы были похожи на две кисточки. Тун Сюэлу присвистнула про себя. Да, неудивительно, что в 90-е годы Тун Мяньмянь была актрисой, прославившейся как на внутреннем, так и на международном уровне. В юном возрасте она уже была очень красивой. В 90-е годы Тун Мяньмянь получила статус и место в «Топ-10 самых популярных певиц мира» и «Топ-10 самых популярных актрис мира» и стала единственной знаменитостью, которую знали за пределами Китая. К сожалению, на пике своей карьеры она покончила жизнь самоубийством, не оставив после себя ни единого слова. Это было очень печальное событие для всех. Позже некоторые раскопали и сделали выводы, что ее решение было связано с несколькими неудачными романами и, что более важно, с ее очень печальным детством. Чтобы вылечить несчастливое детство, нужна целая жизнь. Неуверенность в себе, вызванная родной семьей, может преследовать человека всю жизнь. Все трое детей Тун добились успеха в жизни, но никто из них не был счастлив. Фактически, можно сказать, что это была трагедия. Все трое боссов либо болели, либо умерли. Ни у кого из них не было своих детей. Однако теперь все было по-другому. Теперь Тун Сюэлу была здесь! С ее приходом она никогда не позволит тем из Бэйхэ наложить на них руки и не допустит, чтобы их детство стало беспросветным. Тун Мяньмянь ожидала увидеть Тун Чжэньчжэнь, но вместо нее увидела незнакомую девушку. Она была ошарашена, в ее прозрачных глазах читалась неуверенность. Тетя Цай поставила маленького мальчика на землю и сказала ему оставаться на месте, а сама повернулась к Тун Мяньмянь: — Мяньмянь, почему ты молчишь? Это твоя настоящая сестра. Поздоровайся! Глаза Тун Мяньмянь мерцали. Девочка испуганно произнесла: — Она... не моя сестра. — Она твоя настоящая сестра. Эта Тун Чжэньчжэнь не настоящая дочь твоих родителей. Она всего лишь белоглазая волчица. Лучше тебе просто забыть о ней. Пока она говорила, тетя Цай пошла за водой. Во дворе стояла большая кадка с водой. При такой жаркой погоде это было идеальное место для купания. Тун Мяньмянь с опаской посмотрела на Тун Сюэлу. Она поджала губы и не произнесла ни слова. Девочка была похожа на послушного и робкого кролика. Сердце Тун Сюэлу сразу же растаяло. Она подошла к ней и присела на корточки: — Мяньмянь, я твоя сестра Тун Сюэлу. С этого момента я буду заботиться о тебе. Как смотришь на это? Девочка отвела глаза. Она молчала, перебирая пальцы. Тун Сюэлу не стала настаивать. Затем она похлопала себя по правой руке и наигранно сказала: — О, моя сумка такая тяжелая, и мне нужно срочно ее поставить. Мяньмянь, не могла бы ты открыть мне дверь? Тун Мяньмянь посмотрела на нее и, после некоторого колебания, наконец, встала и послушно показала Тун Сюэлу дорогу. Тун Сюэлу не отличалась терпением к детям, особенно к непослушным. Но с такими воспитанными детьми, как Тун Мяньмянь, у нее проблем не было. Девочка зашагала впереди нее на двух коротких ножках и толкнула старую деревянную дверь, которая никогда не закрывалась до конца. Она повернулась и сказала Тун Сюэлу своим детским голосом: — Ты можешь положить ее на кровать. Девушка ущипнула ее за светлую и нежную щечку и сказала: — Спасибо, Мяньмянь. Ты такой хороший ребенок. Девочка слегка поджала губы. Ее маленькие алебастровые ушки приобрели розоватый оттенок. Тун Сюэлу прошла внутрь и увидела в комнате площадью менее 20 квадратных метров две кровати, старенький письменный стол и стулья, а также маленький столик без одного угла, на котором стояли чашки, миски и палочки для еды. Комната была очень грубой и простой, но чистой, немного лучше, чем она ожидала. Она поставила свою сумку на кровать и помахала Тун Мяньмянь, которая наблюдала за ней снаружи. — Иди сюда, Мяньмянь. Твоя старшая сестра заплетет тебе волосы. Тун Мяньмянь была очень чистой, и на ее личике не было ни единого пятнышка. Однако ее волосы были заплетены очень неаккуратно, отчего издалека они напоминали птичье гнездо. Тун Мяньмянь протянула свою маленькую руку и поскребла дверь. — Ты... действительно умеешь заплетать волосы? Тун Сюэлу улыбнулась: — Конечно. Я превращу тебя в самую красивую девочку в этом месте. А сейчас поспеши и подойди. В больших и прозрачных глазах Тун Мяньмянь вспыхнул свет. Она задержалась лишь на мгновение, а затем побежала к сестре. У маленькой девочки была копна черных и блестящих волос. Тун Сюэлу заплела их в две косы, связав красными веревочками. Когда она закончила, то взяла со стола зеркало и показала ей. Когда Тун Мяньмянь увидела, что ее косы красивее, чем те, что делала другая сестра, она подняла голову и улыбнулась Тун Сюэлу. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 3.2 Жемчужные глаза маленькой девочки были ясными и яркими, а на щеках красовались две маленькие ямочки. Тун Сюэлу не сдержалась, опустила голову и поцеловала ее в щеку: — Наша Мяньмянь такая красивая, даже красивее, чем маленькая фея. Тун Мяньмянь смотрела на нее широко открытыми, блестящими глазами, словно испуганный олень, ее маленькое личико покраснело. Тун Сюэлу не стала продолжать дразнить ее и впервые смогла взглянуть на свое отражение в ручном зеркале. Она увидела лицо, которое было привлекательнее, чем цветок в весеннюю пору. Ее губы были красные и красивые, а на щеках красовались две ямочки. Под левым глазом было небольшое родимое пятно, похожее на слезу, которая делала ее глаза еще более лучистыми. Это было очень красивое лицо, настолько красивое, что оно было почти соблазнительным, даже немного демоническим. Она не была непривлекательной в своей предыдущей жизни, но ей также пришлось потрудиться над этим. Однако это лицо выглядело совершенно естественно. Девушка практически не хотела искать мужчину. Не могла ли она просто встречаться с самой собой? Вернув зеркало на место, девушка встала, чтобы проверить, как обстоят дела с едой в доме. Она была разочарована. В доме оставалось чуть больше пяти килограмм риса и полмешка сладкого картофеля, а также небольшая банка маринованных овощей. Она не увидела ни одного свежего овоща, и уж точно не было никаких признаков мяса. Губы Тун Сюэлу подергивались от осознания этого. Бедность не заставила себя ждать. Но теперь, когда она решила жить здесь, то не собиралась плохо относиться к собственному желудку. — Мяньмянь, старшая сестра собирается пойти в ККСС (Китайский кооператив снабжения и сбыта), не хочешь пойти со мной? Тун Мяньмянь несколько раз моргнула и покачала своей маленькой головкой. — Нет, я не могу. Хотя эта старшая сестра была красивой, даже привлекательнее, чем ее старшая сестра Чжэньчжэнь, но брат строго-настрого запретил ей уходить с незнакомцами. Тун Сюэлу не принуждала ее идти с ней. Она предупредила тетю Цай, спросила, где находится ККСС и овощной рынок, и ушла, взяв с собой военный рюкзак. Овощной рынок открывался ровно в 16:00 каждый день. Сейчас было только 15:30, но перед его дверью уже стояли две длинные очереди. Как рассказала ей тетушка Цай, в этом районе это был единственный овощной рынок, и они поставляли только один груз товара в день. Когда товар заканчивался, все было кончено. Сегодня она точно ничего не сможет купить. Тун Сюэлу спросила пожилую женщину на противоположной улице и подошла к месту, где должен был проехать трехколесный велосипед. Девушка ждала около 20 минут, пока не увидела женщину средних лет, которая ехала в ее сторону на трехколесном велосипеде, с тележкой, заполненной овощами. В палящий августовский зной солнце припекало землю, а поднимающийся от земли жар делал все вокруг похожим, будто вы находитесь внутри парилки. Лю Хунъин ехала на трехколесном велосипеде с товаром на 300 килограмм. Пот катился по ее смуглым щекам и шее, что вызывало дискомфорт и раздражение. Растрепанные волосы с обеих сторон прилипли к ее щеке, и она задыхалась от жары. Вдруг со стороны дороги к ней подбежала молодая девушка. — Старшая сестра, ты сейчас поедешь в гору. Позволь мне помочь тебе! Лю Хунъин покачала головой. — Все в порядке. Женщины могут подпирать половину неба. Я справлюсь. У Тун Сюэлу был серьезный вид. — Старшая сестра, тебе не нужно расстраиваться. Товарищ председатель сказал, что мы должны служить народу. Мы все сестры рабочего класса. Это естественно, что мы должны помогать друг другу! Сказав это, Тун Сюэлу не дала ей шанса отказаться, после чего подбежала и начала толкать сзади. Лю Хунъин было гораздо легче подниматься в гору, когда кто-то подталкивал ее сзади. Этот участок пути всегда был самым трудным, а сегодня он стал намного легче. Когда они уже почти добрались до рынка, Лю Хунъин остановилась и сказала: — Сестра. Большое спасибо за твою помощь сегодня. Возьми с собой это связку овощей. Будет моим угощением! Лицо Тун Сюэлу было красным от высокой температуры и активного движения. Она подошла к женщине, вытирая пот со лба. Нахмурившись, она сказала: — Старшая сестра. За кого ты меня принимаешь? Я отказываюсь пользоваться такими маленькими преимуществами! — она была из тех, кому нужны преимущества гораздо большего масштаба. Эта женщина работала на овощном рынке. Ей было бы намного проще покупать там вещи, если бы у нее были хорошие отношения с этой женщиной. Лю Хунъин улыбнулась: — Выглядишь молодо, но отношение у тебя правильное! Тун Сюэлу посмотрела на нее очень искренне. — Меня зовут Тун Сюэлу. Ты можешь звать меня просто Сюэлу. Я заплачу тебе за эти овощи. Улыбка Лю Хунъин стала более искренней. — Можешь называть меня старшей сестрой Лю. В дальнейшем приходя на рынок, обязательно найди меня! — Спасибо, старшая сестра Лю! Это было именно то, чего она ждала. Девушка пошла на рынок с двумя связками овощей вместе с Лю Хунъин, отдала деньги и талоны на питание работнику и ушла под завистливые взгляды остальных. Затем она направилась в ККСС и купила десяток яиц и молочные конфеты. В общей сложности они обошлись в 2,6 юаня. Свинина закончилась еще утром, поэтому Тун Сюэлу пошла домой с тем, что смогла купить. Когда она шла ко входу в семейный комплекс, за воротами показалась половина маленькой головки ребенка, а косы весело покачивались в такт движениям. Тун Сюэлу позвала: — Мяньмянь, почему ты прячешься за дверью? В этот момент вышла тетушка Цай. Увидев, что Тун Сюэлу вернулась, она громко сказала. — О, хорошо, что ты вернулась. Мяньмянь села и ждала у двери сразу после твоего ухода, и я никак не могла уговорить ее вернуться! Тун Мяньмянь, поняв, что ее разоблачили, вышла из-за двери и покраснела. Она смотрела на Тун Сюэлу своими темными глазами, похожими на виноградины, и была одновременно красивой и милой. Ее взгляд растопил сердце Тун Сюэлу. Она протянула ей молочные конфеты. — О, Мяньмянь ждала здесь свою старшую сестру? Мяньмянь, хорошая девочка. Старшая сестра купила для тебя молочные конфеты. Тебе они нравятся? Глаза малышки сразу же загорелись, как звезды ночью. Она кивнула своей маленькой головкой и сказала: — Да, Мяньмянь любит! Она думала, что эта старшая сестра, как и ее родители и старшая сестра Чжэньчжэнь, никогда не вернется после их ухода. Она так волновалась, что все время ждала у двери. Девочка не ожидала, что старшая сестра не только вернется, но и принесет ей молочные конфеты. В прошлом ей уже доводилось есть эти молочные конфеты. Они были очень, очень сладкие. Тун Сюэлу погладила ее по голове. — Хорошо. Я рада, что они тебе нравятся. Дай старшей сестре знать, когда доешь их и захочешь еще. — Пойдем в дом. Старшая сестра приготовит тебе ужин, — сказала Тун Сюэлу, заходя в дом. Тун Мяньмянь последовала за ней на своих коротеньких ножках. Она следовала за Тун Сюэлу, как хвостик. Старшая сестра была довольна, глядя на маленькую девочку, которая следовала за ней повсюду, куда бы она ни пошла. Первая битва была завершена. Все оказалось гораздо проще, чем она себе представляла. Переманить будущую актрису на свою сторону — выполнено! √ *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 4.1 Когда Тун Чжэньчжэнь очнулась в больнице, она винила себя в ссоре с Тун Сюэлу и в том, что была настолько хрупкой, что мать и отец Тун должны были беспокоиться о ней. Затем девушка настояла на том, чтобы ее выписали из больницы, так как считала, что оставаться в ней слишком расточительно. Мать и отец Тун уже чувствовали вину перед своей настоящей дочерью и, видя, насколько она повзрослела, начали обвинять Тун Сюэлу в том, что она слишком незрелая. Однако, когда они вернулись домой, им сообщили, что Тун Сюэлу уехала! Тун Чжэньчжэнь с недоверием посмотрела на нее. — Невестка, неужели Тун Сюэлу действительно уехала? Она была уверена, что Тун Сюэлу просто манипулирует ими и хочет, чтобы те, кто живет в семье Тун, пожалели ее! Она была злой! И хитрой! Чэнь Юэлин посмотрела на нее. — Зачем мне врать об этом? Ее не было несколько часов! — Как получилось, что она ушла, не попрощавшись? Матушка Тун еще минуту назад думала о том, какой незрелой она была, но теперь, когда узнала, что та ушла, ей сразу стало грустно. Может, Тун Сюэлу и не была их настоящей дочерью, но она растила и заботилась о ней более 10 лет, так как она могла так внезапно разлучиться с ней? Тун Чжэньчжэнь была недовольна, когда увидела взгляд матери. С виноватым видом она сказала: — Это я во всем виновата. Не нужно было спорить с ней. Я должна была просто позволить Сюэлу накричать на меня. Тогда бы я не потеряла сознание, и она не ушла бы, не попрощавшись. Мама, не грусти. Я пойду и верну ее! Ее слова были очень весомыми. Они звучали так, будто она говорила, что это ее вина, но каждое ее слово указывало на неразумность Тун Сюэлу! Когда Чэнь Юэлин услышала это, она почувствовала, что ее новая невестка — не простая женщина. Она протянула руку и остановила ее. — Чжэньчжэнь, младшая сестра ушла, чтобы освободить место для тебя. Ее усилия пропадут даром, если ты сейчас пойдешь и вернешь ее обратно. Что, если вы двое снова поссоритесь после ее возвращения? «...» Тун Чжэньчжэнь была так зла, что у нее перехватило дыхание! Что означало «освободить для нее место»? Она всегда была настоящей дочерью семьи Тун. Именно Тун Сюэлу заняла ее место! Кроме того, разве это она хотела с ней драться? Это Тун Сюэлу всегда затевала с ней ссоры, верно? Но девушка не могла сказать ничего из этого вслух. Она была так зла! Чэнь Юэлин проигнорировала ее и повернулась к отцу и матери Тун. — Мама, папа, младшая сестра сказала, что не хочет ставить вас в такую ситуацию и не хочет, чтобы у нее были конфликты дома изо дня в день. Для нее, постороннего человека, будет лучше, если она уедет. Тун Сюэлу также попросила нас позаботиться о вас в будущем... Глаза матери Тун покраснели, когда она услышала последнюю фразу. — Этот ребенок. Как она вдруг стала такой взрослой? Так грустно это слышать... «...» Взгляд Тун Чжэньчжэнь был более зловонным, чем вонючий тофу. Зрелая! Любой мог произнести эти слова. Как это сделало ее зрелой? И что происходило со старшей невесткой? Почему она вдруг стала на сторону Тун Сюэлу? Эта кучка придурков! *** Тун Сюэлу и не подозревала, что ловушка, которую она устроила для Тун Чжэньчжэнь, так быстро окупится. Она разложила вещи, которые купила, в их доме, взяла горсть конфет и два яйца и пошла к тетушке Цай. Маленький мальчик наблюдал за тем, как муравьи строят свои жилища, и, увидев Тун Сюэлу, сразу же побежал к ней: — Красивая старшая сестра! Тун Сюэлу дала ему две конфеты и спросила: — Как тебя зовут? С молочными конфетами, крепко зажатыми в руке, он улыбнулся: — Меня зовут Чжудань! Чжудань? Тун Сюэлу чуть не поперхнулась собственной слюной. — А твоего брата зовут Гоудань? Рот Чжуданя открылся в форме буквы «О», как будто он был потрясен тем, откуда она знает, а затем быстро и энергично кивнул головой. — Моего старшего брата зовут Гоудань, моего второго брата — Яндань, а я – Чжудань! «...» Хорошо. Похоже, все яйца принадлежат этой семье. п.п.: ребят, переведем дословно… Чжудань — свиное яйцо, Гоудань — собачье яйцо, Яндань – баранье яйцо. Тетушка Цай как только подошла, сразу же собиралась выхватить конфеты из рук Чжуданя. — Молочные конфеты дорогие. Ты должна вернуть их обратно. Они будут зря потрачены на этого ребенка! Тун Сюэлу сразу же остановила ее. — Тетя Цай, это просто сладости. Все в порядке. Вы так хорошо заботитесь о нашей Мяньмянь, и я очень ценю это! Все любят слышать хорошие слова. Тетя Цай сразу же улыбнулась так широко, что ее глаза прищурились, и были видны только зубы. — Ах, не нужно быть такой вежливой. Мы соседи. Это правильно, что мы помогаем друг другу! Помнит свои корни, имеет добрую совесть и ценит доброту, которую предлагают другие. Каким замечательным ребенком она была! Чем больше женщина смотрела на Тун Сюэлу, тем больше она ей нравилась. Тетя Цай взяла ее за руку и ласково пригласила зайти к ней в дом, чтобы пообщаться. Это было именно то, чего хотела Тун Сюэлу. Помимо благодарности тетушке Цай за помощь в уходе за Тун Мяньмянь, более важным было то, что она хотела узнать больше о двух фабричных должностях семьи Тун. Она попросила Тун Мяньмянь поиграть с Чжуданем за домом, а сама вместе с тетушкой Цай пошла в дом. По словам тетушки Цай, Тун Цзямин временно занял место грузчика Тун Дацзюня на фабрике. Это было временно, потому что Тун Цзямину было всего 11 лет, и он еще не достиг трудоспособного возраста. Даже если бы фабрика хотела помочь семье Тун, они бы не решились сделать его постоянным работником. Что касается места ткачихи, освобожденного матерью Тун, то Тун Цзямин временно передал его Чжоу Фан. Чжоу Фан была женой грузчика Сюй Байгэна. Она была деревенской жительницей и никогда раньше не работала. Что касается компенсации от правительства и завода, управляющему было неудобно отдавать такую большую сумму каким-то детям, поэтому он сказал, что выплатит ее, когда приедет семья Тун из Бэйхэ. Тун Сюэлу едва заметно подняла брови, когда закончила слушать, что ей сказала тетя Цай. Если она была права, то Тун Цзямин помешал членам семьи из Бэйхэ и бросил школу, чтобы пойти на работу с целью продать две должности до приезда членов семьи из Бэйхэ, чтобы получить деньги. Он, несомненно, был будущим вундеркиндом в мире бизнеса, раз смог понять что-то подобное в своем юном возрасте. К сожалению, он был слишком мал. Иметь правильные идеи — это одно, а реализовать их так, как он задумал — совсем другое. Завод не только не передал ему компенсацию, но и не позволил ему принять решение о продаже позиций. Это была одна из главных причин того, что детство босса было таким трагичным. Вот что ей нужно было сделать до того, как в столицу прибудут люди из Бэйхэ: 1. Переоформить свою домовую книгу. 2. Получить на руки компенсацию. 3. Продать или обменять должности на заводе. Кроме того, люди из Бэйхэ, приехав, будут пробовать что-то сделать. Ей нужны были способы предотвратить это. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 4.2 Когда сплетничаешь, время летит незаметно. Тун Сюэлу выглянула на улицу и встала: — Тетя Цай, уже поздно. Я не буду тебя больше задерживать. Женщина тоже выглянула на улицу и воскликнула: — О боже, я совсем забыла о времени, пока мы болтали. Сюэлу, заходи ко мне, когда захочешь. И забери свои яйца! Эти дни были тяжелыми для всех, особенно для детей, которые потеряли своих родителей. Она не могла забрать их еду. — Тетя Цай, все в порядке. Это всего лишь пара яиц. Оставь их себе. Тун Сюэлу не умела быть слишком вежливой. Закончив говорить, она быстро выскользнула из дома. Небо на улице выглядело так, будто кто-то разлил бутылку апельсинового сока. Оно было красным, и весь двор был покрыт заревом. Дым от готовящегося ужина начал подниматься из домов. Многие из тех, кто никогда раньше не встречал Тун Сюэлу, с любопытством смотрели на нее. Девушка улыбнулась и кивнула всем, после чего вернулась в дом и вынесла ингредиенты для ужина. Печь каждой семьи была построена прямо у входа, и ни о каком уединении не могло быть и речи. Еще хуже было то, что в семье Тун печь топилась дровами. Тун Сюэлу умела пользоваться дровяной печью, но от нее слезились глаза, и готовить на ней было совсем не просто. Пока Тун Сюэлу возилась с ингредиентами, она думала о том, как можно заработать деньги и улучшить качество их жизни. Девушка начала варить рис и взбила яйца в миске, промыла бок-чой* и нарезала каждый пучок на 4 части. Измельчила чеснок. п.п.: бок-чой — китайская листовая капуста. [[image:/storage/reader-images/60696569bd7d684b3451f9e9845d2aad5898d38c.jpg]] Она планировала приготовить жареный рис с яйцами и блюдо из бок-чой с чесноком. Когда из горшка поплыл аромат риса, девушка принялась за бок-чой. Она варила его несколько минут в кипящей воде, затем слила все, ополоснула овощ в холодной водой и положила в тарелку. В этом доме использовали сало, и после того, как она растопила его на сковороде, добавила немного соевого соуса и соль, затем рубленый чеснок, по двору поплыл дразнящий аромат чеснока. — Сюэлу, что ты там готовишь? Почему так вкусно пахнет? Тетя Цай была ближе всех к ним, и от запаха ей сразу же захотелось есть. Тун Сюэлу ответила ей, поливая соусом бок-чой: — Тетя Цай, я готовлю жареный бок-чой. В те времена большинство людей варили овощи только в воде, добавляя максимум каплю-другую масла. Никто не использовал столько ингредиентов, как Тун Сюэлу. Все присутствующие были удивлены, когда услышали ее слова. Она приготовила блюдо из овощей с рубленым чесноком и маслом? Что за расточительный ребенок! Тун Мяньмянь подбежала и, глядя на тарелку с бок-чой, сглотнула слюну. Она была похожа на маленького котенка-обжору и была просто прелестна. Тун Сюэлу расхохоталась, увидев это. — Ты голодна, Мяньмянь? Маленькая булочка покачала головой, и тихо ответила: — Мяньмянь не голодна. Она подождет, пока ее братья вернутся домой. — Хорошая девочка, Мяньмянь. Иди поиграй внутри. Здесь очень дымно. Мы начнем ужинать, когда твои братья вернутся домой. Тун Мяньмянь кивнула, как цыпленок, клюющий рис, и на своих коротеньких ножках вернулась в дом. После того как Тун Мяньмянь ушла, Тун Сюэлу высыпала сваренный рис и разделила его на части. Затем она еще раз взбила яйца и добавила в них немного соли. Когда сковорода нагрелась, девушка добавила в нее еще немного сала и, помешивая, обжарила в ней рис. Затем Тун Сюэлу быстро добавила яйца и перемешала их. Не прошло и двух минут, как было готово приятно пахнущее блюдо с жареным рисом. Аромат распространился с ветром и донесся прямо до носа тети Цай, заставляя ее все больше и больше хотеть есть. Не в силах сдержаться, она подбежала и посмотрела. И тут же была потрясена: — Айо, Сюэлу, как ты приготовила этот рис? Почему он такой красивый и так вкусно пахнет? — Ничего особенного. Просто нужно использовать правильное количество масла, вот и все. — Да, ты не ошибаешься, но масло стоит дорого. Ты должна быть более экономной, учитывая положение твоей семьи. Тетя Цай дала ей дружеский совет. Тун Сюэлу улыбнулась и молча кивнула. Женщине снова стало любопытно: — Кстати говоря. Я как раз хотела спросить, умеешь ли ты готовить? Приходилось ли тебе делать работу по дому в другой семье? Тун Сюэлу солгала сквозь зубы: — Да, я помогала готовить в доме моих приемных родителей. Правда заключалась в том, что прошлая «Сюэлу» никогда в жизни не занималась домашней работой. Теперешняя хозяйка тела была единственной, кто умел готовить. Она не родилась с серебренной ложкой во рту. Девушка никогда не была любима своими родителями. Через год после смерти матери ее отец женился второй раз, и для семьи она перестала существовать. Девушка научилась хорошо готовить, чтобы задобрить свою семью, и в итоге чуть не стала поваром у них дома! Мачеха и сводная сестра любили топтать ее достоинство ногами, а сводная сестра имела психологические отклонения и любила красть ее вещи, одежду, подруг и, в конце концов, жениха! Как говорится, человек либо тихо взрывается, либо тихо умирает. В итоге она тихо «позеленела». До перемещения девушка подчинила себе всех членов своей семьи. Несмотря на то, что она научилась готовить только для того, чтобы задобрить других, впоследствии это стало ее главным оружием в процессе «озеленения». Теперь, когда она переселилась в 70-е годы, то будет продолжать это дело. Тетя Цай суетилась вокруг нее и заманчивого аромата, и все собрались вокруг, чтобы посмотреть. Они увидели, что каждое зернышко риса в воке было покрыто яйцом и имело золотистый цвет, не похожий друг на друга. Они выглядели и пахли потрясающе. Блюдо сочетало в себе аромат, вид и вкус. Одного взгляда было достаточно, чтобы почувствовать голод. Насыщенный аромат воздействовал на обоняние каждого, все одновременно сглотнули слюну и их желудки заурчали от голода. Старушка хотела зачерпнуть жареный рис лопаточкой, которую она машинально держала в руке, но Тун Сюэлу быстро накрыла крышкой, сказав: «Ах, я не хочу, чтобы он остыл». Скупердяйка! Старуха надула губы и ушла со своей лопаточкой. В эти дни всем не хватало одежды и еды, и обычно они не ужинали в чужих домах. Как бы ни была заманчива стряпня Тун Сюэлу, никто не просил попробовать. Воспользовавшись случаем, Тун Сюэлу отнесла жареный рис и чесночный бок-чой в дом и, когда уже собиралась умыться, увидела двух мальчиков, стоявших у двери. Старшему из них было около 11 лет, он держался очень прямо, хоть и выглядел немного худощавым, а густые ресницы скрывали большую часть его глубоких глаз. Младшему было лет семь-восемь, с короткой стрижкой, его волосы стояли дыбом, как ежик, а круглые глаза скользили по ней. Эти два мальчика были не очень похожи друг на друга, но оба смотрели на Тун Сюэлу недружелюбно. Если она была права, то это были ее родные братья Тун Цзямин и Тун Цзясинь. Два будущих босса, появившиеся в одно и то же время. Как это было захватывающе! *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 5.1 Тун Цзясинь, неся на спине школьную сумку, сшитую из нескольких кусков ткани, подошел поближе к брату и удивленно сказал: — Второй брат, а это не та, сам знаешь кто? Их родители принесли фотографию, сделанную до аварии. Человек на фотографии был очень похож на того, кто стоял сейчас перед ними. Но проблема была не в этом. Проблема была не в сходстве, а в том, как она сюда попала?! Тун Цзямин уставился на Тун Сюэлу и не говорил ни слова. Хотя эти двое были будущими большими боссами, сейчас они были всего лишь двумя детьми. Естественно, она не чувствовала никого давления. Тун Сюэлу подошла к баку с водой и зачерпнула в тазик воды. Умывшись, она сказала им: — Вы вернулись, идите мыть руки и готовьтесь к ужину. Тун Цзясинь коснулся брата рукой. — Второй брат, как ты думаешь, почему она здесь? Что нам теперь делать? Он не был таким молодым и наивным. Мальчик прекрасно понимал, что происходит! Их так называемая настоящая сестра отказалась возвращаться домой. И она, и Тун Чжэньчжэнь были белоглазыми волками, которые боролись за то, чтобы остаться в той, другой семье. Они узнали, что все в другой семье были правительственными чиновниками. Говоря прямо, они обе считали, что их семья слишком бедна. Раз им было так противно, то теперь они не должны возвращаться! И если она так возмущалась тогда, то какой смысл был в ее возвращении сейчас? К тому же, если бы не она и Тун Чжэньчжэнь, их родители были бы живы! Чем больше Тун Цзясинь думал об этом, тем больше злился, а его кулаки сжимались. Тун Цзямин посмотрел на Тун Сюэлу и ничего не сказал. Видя, что ни один из них не вступает с ней в разговор, она тоже решила прекратить попытки. Повернувшись, девушка вернулась в дом, зажгла свет и стала готовиться к ужину. Эти два будущих босса не были трехлетними детьми, как Тун Мяньмянь. Она не смогла бы покорить их одним кусочком конфеты. Тун Цзямин, в частности, был ангелом снаружи, но дьяволом внутри, который в такую эпоху мог обладать большим умом, с ним нельзя было справиться всего лишь несколькими словами. Однако она не волновалась. У каждого человека есть свои слабости. Все, что ей нужно было сделать, это выяснить и использовать это для подготовки, а после разобраться с ними по отдельности. К тому же, если она не сможет справиться даже с двумя детьми, то зря потратила все годы, пока была «зеленым чаем». Тун Мяньмянь, сидя на кровати в доме, достала откуда-то ножницы и пыталась подстричь себе ногти на ногах. Выставив одну из своих маленьких ножек, она потянулась ножницами к одному из пальцев. Пальцы ее ноги, словно почувствовав опасность, уклонились от ножниц, как будто у них был свой собственный разум. Ее рука быстро последовала за ними, но нога снова уклонилась. Так повторялось несколько раз, а рука все никак не могла приблизиться к ноге. Наконец, она выдохлась. Девочка указала на свою маленькую ножку и прочитала ей лекцию своим детским голосом, как маленькая взрослая: — Ты плохая. Ты не такая послушная, как Мяньмянь! Тун Сюэлу не удержалась и разразилась смехом. Когда девушка увидела Тун Мяньмянь с ножницами в руках, то ахнула, когда вошла, но она не ожидала, что ее маленькая ножка сможет спасти себя. Услышав смех, Тун Мяньмянь подняла голову. Она тут же протянула к ней свои пухлые маленькие ручки. — Старшая сестра, Мяньмянь хочет обняться. Тун Сюэлу подошла, взяла ее на руки и отобрала у нее ножницы. — Больше не играй с ножницами сама. Это очень опасно, хорошо? Тун Мяньмянь лежала у нее на плече, обхватив шею Тун Сюэлу своими маленькими ручками и сказала: — Хорошо, старшая сестра. Мяньмянь больше не будет так делать. Нежный голос маленькой булочки был сладким и мягким, таким приятным. Сердце Тун Сюэлу снова растаяло, и она поцеловала ее в щеку с ямочкой, Тун Мяньмянь захихикала от поцелуя. В этот момент в дом вбежал Тун Цзясинь, выхватил младшую сестру и отругал ее: — Тун Мяньмянь, ты маленькая идиотка. Разве старший брат не говорил тебе не разговаривать с незнакомцами? Тун Мяньмянь, испугавшись, надулась и сказала срывающимся голосом: — Старшая сестра не чужая. Старшая сестра заплетала ей волосы, давала конфеты и целовала в щеку. Ей нравилась эта старшая сестра. Тун Чжэньчжэнь, ее прежняя сестра, только ругала ее за глупость. И даже щипала ее, когда никого не было рядом. Это было очень больно. Она даже сказала ей, что не имеет права говорить об этом их родителям. Ей не нравилась эта старшая сестра. Увидев, что его младшая сестра защищает Тун Сюэлу, он так разозлился, что ущипнул ее за щеку. — Ты такая идиотка! Кого ты называешь старшей сестрой? Почему ты так ласкова с ней? Она может просто повернуться и продать тебя! Почувствовав себя обиженной, Тун Мяньмянь начала защищаться, ее глаз покраснели. — Мяньмянь не идиотка! Старшая сестра не продаст Мяньмянь! Тун Сюэлу, увидев, что щека Мяньмянь покраснела от щипка, нахмурилась и холодно сказала: — Мяньмянь — всего лишь трехлетний ребенок. Что она может знать? Если у тебя есть что сказать, просто скажи это мне! Хм. Отлично! Он скажет это ей! Я наброшусь на тебя, если придется, кто тебя боится! Тун Цзясинь уже собирался распустить язык, когда его остановил Тун Цзямин. — Заткнись, Цзясинь. Сказав это, он подошел, взял сестру на руки и нежно похлопал ее по спине. Тун Мяньмянь, свернувшаяся калачиком в объятиях Тун Цзямина, не могла выглядеть более обиженной. — Второй брат, старшая сестра не плохой человек. Она дала мне конфеты. Своей маленькой ручкой она пошарила в кармане, достала молочную конфету и изо всех сил попыталась запихнуть ее брату в рот. Это была конфета, которую дала ей сестра. Она съела только одну, а две другие приберегла для двух своих братьев. Но поскольку третий брат только что накричал на нее и старшую сестру, она больше не хотела делиться с ним. Тун Цзямин уклонился от нее: — Второй брат не хочет. Оставь это для себя. Тун Мяньмянь забеспокоилась. — Попробуй, второй брат. Если бы второй брат съел конфету старшей сестры, он бы больше не говорил, что она чужая. Тун Цзямин не смог убедить ее, поэтому он, наконец, взял конфету. — Второй брат съест ее позже. Тун Мяньмянь была убеждена, но не забыла напомнить ему своим нежным голосом: — Не забудь съесть ее позже, второй брат. Тун Цзямин кивнул и повел ее мыть руки. Ноздри Тун Цзясиня раздулись от гнева, когда он увидел, что сестра не дала ему молочных конфет, но, несмотря на это, его глаза, как у вора, следили за Тун Сюэлу. После их ухода он побежал за вторым братом и младшей сестрой. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 5.2 Тун Цзямин набрал воды, чтобы сначала вымыть руки сестры, а затем вымыть свое лицо и руки. Тун Цзясинь выбежал с возмущенным выражением лица: — Второй брат, почему ты не позволил мне высказать ей свои мысли? О чем ты беспокоишься? Ты ее боишься? Тун Цзямин по-прежнему не издавал ни звука. Тун Цзясинь продолжал, как маленькая петарда: — Не волнуйся, второй брат. Только младшая сестра будет одурачена какими-то сладостями. Но не я! Я даже не буду есть ужин, который она приготовила! Тун Сюэлу никогда не нужно было делать никакой работы по дому. Она выросла в семье государственных чиновников. Конечно, девушка ничего не умела делать. Еда, которую она приготовила, должна быть отвратительной на вкус. Он бы не стал есть то, что та приготовила, даже если бы это его избили до смерти! Тун Сюэлу: «…» Тц, тц, тц. Похоже, что третий ребенок был самым трудным из них троих. Но это соответствовало его характеру из прошлой жизни, Тун Цзясинь был активным в своем мышлении и имел уникальные и инновационные идеи в дизайне одежды. По мере того, как в стране происходила революция, он был очень успешен в этой области и даже заработал несколько международных наград. Однако его личность была большой проблемой. Особенно когда он рос в очень подавляющей среде, как в Бэйхэ. Это сделало его чувствительным и взрывным. Он не умел справляться с эмоциями, и в конце концов его жена развелась с ним. К сожалению, в день развода она также погибла в автокатастрофе. Тун Цзясинь так раскаивался в этом, что до конца жизни так и не женился снова. Тун Цзямин вошел в дом, вымыв руки и неся на руках свою сестру. Когда мальчик увидел, что стол уже заставлен рисом, он на мгновение приостановился, но сел за стол с сестрой на руках. Тун Цзясинь хотел заговорить, но на него уставился второй брат, поэтому ему пришлось проглотить свои слова. Тем не менее, мальчик уже принял решение. Он не будет, не будет прикасаться ни к чему, что она приготовила! Ни за что!!! Тем не менее, как только мальчик сел за стол, его нос обдало безудержным ароматом. Он никогда раньше не чувствовал ничего подобного и никогда не видел, чтобы жареный рис был так красиво приготовлен, каждое зернышко риса было золотистым и ярким, излучая манящий блеск на свету. Он выглядел так аппетитно. Интересно, каково это на вкус? Третий брат громко сглотнул, и в то же время его желудок начал урчать. Не успел он осознать, что делает, как уже зачерпнул большую ложку и положил ее в рот. Боже мой, это было восхитительно! Рис был идеально мягким. Он не видел яиц, но каждый кусочек на вкус напоминал яйцо. Мальчик уже несколько раз пробовал жареный рис с яйцами, но ни один из них не был так хорош, как сегодня! Он подцепил палочками капусту. Та была хрустящей, а аромат чеснока плясал на его языке. О-о-о-о, что это за божественный бок-чой (капуста)! Тот, кто сказал, что не будет есть, даже если это его убьет, уже быстро прикончил миску и не краснея зачерпнул для себя добавки. Он наглядно демонстрировал значение – бить себя по лицу. Третий брат не знал, было ли это потому, что еда была слишком вкусной, или потому, что свет был слишком мягким, но он чувствовал, что Тун Сюэлу не была такой надоедливой, какой казалась совсем недавно. Казалось, что этот человек не был бесполезным, и было бы неплохо, если бы они все могли есть такие вкусные блюда в будущем. Тун Цзямин даже не мог спокойно смотреть на то, как его брат поглощает пищу, словно его долго-долго морили голодом. Кто только что сказал, что его не одурачить небольшим количеством еды, и кто только что сказал, что не будет есть ее стряпню? Как тебе не стыдно! Тун Мяньмянь ела с довольным лицом. Тун Сюэлу улыбнулась, собирая рис с лица Тун Мяньмянь. Независимо от эпохи и места, никогда не будет человека, которые сможет игнорировать вкусную еду. *** Семья Фан в комплексе. Своими палочками Фан Цзинъюань ковырялась в еде. Фан Вэньюань нахмурился, увидев это. — Откуда у тебя эта привычка? Как другие собираются есть после того, как ты это сделала? Недовольная, Фан Цзинъюань надулась. Тем не менее, она всегда боялась своего старшего брата. Все, что она могла сделать, это тихо ворчать. — Что значит, это больше нельзя есть? Фан Вэньюань посмотрел на нее, и она безропотно закрыла рот. Однако девушка чувствовала себя обиженной. Ей казалось, что в последние годы ее старший брат становился все более серьезным, и у него изо дня в день было недовольное лицо, как у старика. Вдруг она вспомнила, как столкнулась с Тун Сюэлу в полдень, и сказала с блеском в глазах: — Старший брат, угадай, с кем я столкнулась сегодня днем у ворот? Фан Вэньюань продолжал есть, как будто не слышал ее. Его реакция не удивила Фан Цзинъюань. — Я столкнулась с Тун Сюэлу. Ты, наверное, еще не слышал об этом, старший брат. Тун Сюэлу выгнала семья Тун! В гостиной на несколько секунд воцарилась тишина, а затем она взорвалась. Мать Фан выглядела потрясенной: — Она была изгнана семьей Тун? Не может быть! Было много шумихи по поводу настоящей и ненастоящей дочерей Тун, и об этом слышали все в комплексе. Было очень грустно, что дочь, которую они растили более десяти лет, оказалась не их настоящей дочерью. Они любили обоих детей и не могли отпустить ни одну из них. Это было печально наблюдать. Все предполагали, что семья Тун не заставит свою приемную дочь уехать. Отчасти потому, что Тун Сюэлу не хотела уезжать, а отчасти потому, что прошло столько лет, и они испытывали друг к другу чувства. Почему они хотели, чтобы она вернулась в свою родную семью и страдала? Поэтому они были очень шокированы, когда узнали, что Тун Сюэлу изгнали. Фан Цзинъюань очень гордилась собой, когда все внимание было приковано к ней. — Почему они не могут? Я видела, как она несла несколько сумок разного размера, когда направлялась на автобусную станцию! Мама, папа, теперь, когда Тун Сюэлу изгнали из семьи Тун, помолвка старшего брата с ней считается расторгнутой, верно? Мать Фан и отец Фан обменялись взглядами, а затем повернулись к сыну. — Вэньюань, что ты хочешь с этим делать? Фан Вэньюань даже не поднял глаз. Он сказал очень спокойным тоном: — Разве это не прекрасно? Я никогда не воспринимал этот брак всерьез. Мать Фан бросила на него взгляд и снова вздохнула. — Ну что ж. Думаю, это должно было случиться, и значит, что вы двое не предназначены друг для друга. Я поговорю с семьей Тун, когда увижу их в следующий раз. Мы не хотим портить наши отношения с ними из-за этого. Это было обручение, назначенное старым господином Фан и старым господином Тун. Но, Фан Вэньюань никогда не любил Тун Сюэлу, но та хотела выйти замуж только за Фан Вэньюаня. Это было больным местом для обеих семей. Поскольку Фан Вэньюань никогда не любил Тун Сюэлу, теперь, когда та даже не была ребенком семьи Тун, они больше не подходили друг другу, и, естественно, помолвку можно было отменить. Фан Вэньюань выглядел невозмутимым, но Фан Цзинъюань выглядела взволнованной. Ее глаза блестели, когда она думала о том, как встретит Тун Сюэлу и бросит ей в лицо расторжение брака. Она хотела посмотреть, насколько высокомерным может быть Тун Сюэлу после этого. Тун Сюэлу и не подозревала, что стала темой ужина в семье Фан. В те времена было мало развлечений, поэтому после ужина и мытья посуды все рано ложились спать. В семье Тун тоже уже выключили свет. Тун Мяньмянь прижалась к Тун Сюэлу, как кукла, и ее щеки раскраснелись во сне. Снаружи доносился пение насекомых, а в комнате было очень тихо. Вдруг тишину нарушил низкий голос: — Скажи, какова цель твоего возращения? Что хочет сказать автор. Тун Цзясинь перед едой: Я не буду есть ее стряпню, даже если умру! Тун Цзясинь после еды: Мамочка! *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 6.1 Голос юноши звучал особенно четко и резко в такую ночь. Тун Сюэлу открыла глаза и сказала в манере зеленого чая: — Это наш дом, и вы — моя единственная семья, оставшаяся в этом мире. Естественно, что я вернусь, чтобы быть с вами. В воздухе послышался смешок. — Прибереги свои речи для кого-нибудь другого. Неужели ты забыла, какие ужасные вещи говорила о наших родителях, когда они умерли? Ты сказала, что наша семья Тун похожа на притон нищих, и что никогда не вернешься сюда, даже если умрешь! Тун Сюэлу на мгновение остолбенела. И только потом вспомнила, что сделала ее жалкая предшественница. Тун Дацзюнь и его жена посещали их в общей сложности три раза, и в первый раз девушка потеряла сознание, узнав, что она дочь этой семьи Тун. Во второй раз она указала пальцем прямо на нос Тун Дацзюню и его жены и сказала, чтобы они убирались. Она даже бросила на пол все, что они принесли с собой. В третий раз все закончилось не так безобразно: девушка прямо отказалась с ними встречаться. А на обратном пути с супругами Тун произошел несчастный случай. При мысли об этом у Тун Сюэлу разболелась голова. Изначально она хотела разыграть карту привязанности, но теперь казалось, что эта карта испорчена. — Ну, хорошо. Я могу просто сказать тебе правду. Я больше не могу там оставаться, и мне нужно где-то жить. С кровати напротив нее снова послышался смешок. — С чего ты взяла, что можешь приходить, когда захочешь? Красные губы Тун Сюэлу изогнулись в усмешке. — Ты съел еду, которую я приготовила, не так ли? Если бы Тун Цзямин действительно хотел выгнать ее, он бы разбушевался, как только увидел ее. Но мальчик этого не сделал. Естественно, он сдерживался не потому, что у него были чувства к этой сестре, но... Она была ему полезна. В комнате повисла тишина. Было темно, и Тун Сюэлу не могла видеть его взгляд. Но было несложно догадаться, что он, скорее всего, сейчас стиснул зубы. Тун Сюэлу спокойно продолжила: — Если я правильно догадываюсь, ты бросил школу и работал на фабрике, чтобы успеть продать две должности до того, как приедут представители старой семьи из Бэйхэ, не так ли? Эти слова прозвучали как удар грома! Тун Цзямин вскочил с кровати и уставился на нее. — Ты! Что ты задумала? — Поверишь ли ты мне, если я скажу, что у меня нет никаких плохих планов? Но тебе не нужно ничего говорить, я могу понять, что ты мне не веришь. Помимо двух должностей на заводе, я также знаю, что вы еще не сообщили о случившемся членам старой семьи в Бэйхэ. Как ты думаешь, что руководство фабрики подумают о тебе, когда узнают об этом? Голос Тун Сюэлу был немного вялым, но ее слова, тем не менее, резанули его, как острый нож. Тун Цзямин сжал кулаки. — Мне все равно, какие у тебя намерения, но если ты посмеешь хоть слово об этом проронить, то я точно не прощу тебе этого. Я поквитаюсь с тобой, чего бы мне это ни стоило! Он был напуган. Чертовски напуган! «Тц-тц. Похоже, что будущий босс все еще слишком мал и немного наивен». Тун Сюэлу села в постели и сменила свой вялый настрой. — Давай объединим усилия. Будем сотрудничать. Тун Цзямин ничего не сказал. — Знаешь, с твоим нынешним возрастом и статусом, фабрика ни за что не позволит тебе продать эти две должности и не передаст тебе компенсацию за смерть родителей. Другими словами, не имеет значения, сколько бы ты не строил планы – это бесполезно. С момента аварии прошло уже полмесяца. Как долго, по-твоему, ты сможешь скрывать это от старой семьи в Бэйхэ? Тун Сюэлу сделала небольшую паузу, а затем продолжила: — Когда приедут те люди из Бэйхэ, ты не только не сможешь получить компенсацию и должности, вас всех перевезут в Бэйхэ. Ходить в школу будет невозможно, и к тому времени, возможно, даже поесть будет проблематично. Тун Цзямин смотрел на нее своими пронзительными глазами в темной ночи. Он так сильно прикусил нижнюю губу, что она побледнела. Тун Сюэлу продолжала бросать перед ним приманку. — Но если ты будешь работать со мной, то я не только гарантирую, что люди из Бэйхэ ничего от нас не получат, но и то, что вы трое сможете остаться в столице и посещать здесь школу. Вам не нужно будет возвращаться в деревню, чтобы собирать свиной навоз. «…» *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 6.2 Через некоторое время раздался напряженный голос: — Что именно ты предлагаешь? — Все очень просто. Я хочу быть хозяйкой этой семьи, — резко ответила Тун Сюэлу, ее голос был ясным и сильным. — Даже если ты не можешь полностью довериться мне, это не проблема, по крайней мере, просто сотрудничай со мной при посторонних. Тун Цзямин поднял брови: — И это все? Тун Сюэлу кивнула: — Все. Тун Цзямин на мгновение нахмурился, прежде чем кивнуть: — Хорошо. Но ты должна гарантировать, что не причинишь никакого вреда Цзясиню и Мяньмянь! — Конечно. Удачи в нашем сотрудничестве, — сказала Тун Сюэлу, ложась лицом к стене. — Давай спать. Мы сможем обсудить детали завтра. Тун Цзямин долгое время неподвижно смотрел на ее спину. В тот раз он тайно последовал за своими родителями к другой семье Тун и случайно увидел, как эта девушка выбрасывает все вещи, которые они ей принесли. Она даже указала на его родителей и сказала, чтобы они никогда больше не возвращались к ней. Он был так зол, что его легкие готовы были взорваться, когда мальчик увидел, какими приниженными и грустными были его родители, когда извинялись перед ней. Если бы у него были другие варианты, он бы никогда не позволил этому человеку вернуться в его семью. Теперь мальчик мог двигаться вперед только шаг за шагом, но, если она посмеет причинить вред его семье, у нее не будет хорошего конца! Тун Сюэлу, не услышала никакого движения позади себя и догадалась, что будущий босс все еще борется с самим собой. Она больше не могла беспокоиться о нем. Сегодня девушка много работала, путешествовала и готовила. Она действительно чувствовала усталость. Маленький колобок в ее руках перевернулся, ее пухлые маленькие ручки обхватили ее. Она даже рефлекторно прижалась к ней. Тун Сюэлу обняла маленькую булочку, и быстро уснула. В первый день после переселения в книгу Тун Сюэлу спала несравненно сладко, так у нее была настоящая подушка для объятий, но у кого-то в такую ночь была бессонница. Тун Чжэньчжэнь металась и ворочалась в постели, как блинчик, и готова была взорваться от разочарования. Тун Сюэлу действительно покинула семью Тун, как она и хотела. Тем не менее, это ее не обрадовало. Она планировала, что Тун Сюэлу уйдет из семьи Тун, как промокшая под дождем курица. А не уходить добровольно, как она сделала сегодня, тем самым завоевав всеобщее чувство вины и симпатии! Кроме того, Тун Чжэньчжэнь понятия не имела, что нашло на ее старшую невестку. Во всем, что она говорила, был какой-то подтекст, а ее саму сводили с ума. Не может быть. Она не могла вот так просто отпустить Тун Сюэлу с крючка. Тун Чжэньчжэнь должна заставить ее вкусить все те страдания, которые она испытала в предыдущей жизни! *** На рассвете следующего дня Тун Сюэлу разбудили звуки готовки, доносившиеся снаружи. Она потянулась в постели, а затем села и увидела за дверью Тун Цзямина, который готовил кашу. Как и вчера, когда девушка пододвинула миски двум братьям, чтобы те их помыли, она не чувствовала ни капли смущения. Сюэлу здесь не для того, чтобы играть в игру по воспитанию детей или быть матерью. У нее не было намерения заботиться о каждом аспекте их жизни. Кроме того, мальчиков нужно с раннего возраста приучать к тому, что они должны уметь помогать по дому. Тогда они не вырастут придурками, которые не могут найти себе женщину. Тун Цзямин быстро повернул голову, увидев, что Тун Сюэлу встала. Он выглядел немного неловко. Тун Сюэлу это не смутило. Закончив умываться, она увидела, что Тун Цзямин доедает миску каши из сладкого картофеля, а из других блюд к ней прилагается только маленькая тарелка маринованных овощей. Уф, так не годится. Она не хотела, чтобы ее желудок чувствовал дискомфорт. Девушка достала небольшую горсть вермишели из сладкого картофеля, которую тетя Цай дала ей вчера вечером, и замочила ее в воде, чтобы размягчить, затем достала оставшиеся со вчерашнего дня яйца. Она планировала приготовить яичный блинчик с зеленым луком. Девушка нарезала зеленый лук, взбила в миске яйца с щепоткой соли, все перемешала и влила яичную смесь, как только сковорода раскалилась. Как только яйца поджарились, она сразу же добавила две капли соевого соуса, и яичный блин с зеленым луком был готов. Было раннее утро, и все либо мыли посуду, либо ели вотоу (китайский кукурузный хлеб) во дворе. В те времена не было вытяжек, поэтому, когда дул ветер, восхитительный запах доносился до каждого. Ох! Как вкусно пахло! В прошлом съесть пару вотоу было радостным событием, но теперь они вдруг стали пахнуть совсем невкусно. И это был еще не конец. Соседи смотрели, как Тун Сюэлу измельчает маринованные овощи, крошит имбирь, чеснок и зеленый лук. Ее движения были быстрыми и красивыми. Когда масло было разогрето. Она бросила в сковороду рубленый чеснок и имбирь и перемешала, затем добавила квашеную капусту и готовила на сильном огне, затем добавила соевый соус и соль. После перемешала несколько раз и влила миску холодной воды, а когда вода закипела, осталась только вермишель из сладкого картофеля. После кипения на медленном огне в течение десяти минут, она открыла крышку кастрюли – лапша была готова. От нее исходил пар и соблазнительный аромат, который затем быстро распространился по всему двору. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 6.3 Тун Сюэлу выложила квашенную капусту вместе с лапшой и посыпала сверху зеленым луком. Лапша была кристально чистой. Вместе с зеленым луком она выглядела очень аппетитно. Жаль, что у нее не было ни мяса, ни перца чили, иначе запах был бы еще аппетитнее. Дама средних лет, жившая недалеко, окутанная ароматом, не смогла больше сдерживаться и спросила: — Девушка из дома Тун, что это ты готовишь так рано утром? Тун Сюэлу улыбнулась и ответила: — О, ничего особенного. Просто яичные блинчики с зеленым луком и лапшу из батата с маринованными овощами. — Да, девочка, ты не можешь так питаться каждый день. Это слишком расточительно. — Именно. Семья Тун не сможет сравниться с твоей приемной семьей, как ты можешь позволить себе так готовить каждый день? — Именно. Это слишком расточительно! Остальные дамы среднего возраста и старушки, которые не могли тоже так жить, завидовали, и их горечь отражалась в их словах. Тун Сюэлу сделала вид, что все понимает, и сказала: — О, спасибо вам, тетушки. Вы правы. Конечно, нет! Сказав это, она взяла две тарелки с едой и направилась в дом. Ей было все равно, что подумают или скажут другие. Она все равно собиралась делать то, что хотела в следующий раз. Девушка ела бы мясо и рыбу ежедневно, если бы могла. Тем не менее, ей нужно было придумать, как им уехать отсюда. Здесь совершенно не было никакого личного пространства. Тун Цзямин тоже делал вид, что ничего не слышит. Он спокойно вымыл разделочную доску и половник и унес с собой в дом кашу из сладкого картофеля. Сегодня утром семья Тун устроила очередной пир. Закончив есть, Тун Сюэлу отложила палочки для еды и сказала: — Сегодня я поеду в город, чтобы забрать свою домовую книгу. Я возьму с собой Мяньмянь. Малышка, услышав свое имя, сразу же подняла голову и улыбнулась. — Здорово. Мяньмянь любит гулять со старшей сестрой. «Бред!» Тун Цзясинь пристально посмотрел на сестру. В следующее мгновение он услышал, как Тун Цзямин кивнул и сказал: — Хорошо. Тун Цзясинь был так потрясен, что чуть не уронил палочки на стол. Что нашло на его второго брата? «Второй брат, просто подмигни мне, если тебя шантажируют». У Тун Цзямина не было времени смотреть на глупый вид своего брата. Он помыл посуду и отправился на работу. У Тун Цзясиня было странное ощущение, что он единственный, кто еще не сошел с ума. Его второй брат и младшая сестра были подкуплены, вот так просто. Как бесполезно! С этими мыслями он запихнул в рот полную ложку лапши. О-о-о, это так вкусно, что ему нужно есть больше! *** Тун Сюэлу помогла Тун Мяньмянь завязать волосы в две маленькие симпатичные булочки, предупредила тетушку Цай, живущую по соседству, и ушла с взволнованной Тун Мяньмянь. Сначала она направилась в агентство по снабжению и сбыту, купила там две коробки закусок, а затем взяла с собой Тун Мяньмянь, чтобы поехать на автобусе. — Старшая сестра, это первый раз, когда Мяньмянь едет в автобусе, — Тун Мяньмянь была так взволнована, что ее маленькое личико покраснело. Маленькая булочка, любопытная, как маленький зверек, ее водянистые глаза расширились, и она смотрела по сторонам. Сердце Тун Сюэлу затрепетало от ее миловидности. Поцеловав ее в щечку, она сказала: — Если хочешь, старшая сестра может в будущем брать тебя с собой почаще. Что скажешь? — Хорошо, — сказала Тун Мяньмянь своим молочным голосом. Ее маленькие ручки обхватили шею старшей сестры, а на щеках появились две маленькие ямочки, когда она улыбнулась. Ее сестра была красива и так хорошо пахла, она обнимала ее во сне, а теперь взяла поиграть. Ей очень нравилась эта старшая сестра. Автобус покачивался на ходу, пока они ехали в город. Тун Сюэлу снова побледнела от качки. Но Тун Мяньмянь оказалась самой выносливой. Ее совсем не укачивало. Тун Сюэлу не пошла в комплекс, где находилась семья Тун, а направилась прямо в офис Союза женщин. Кто бы мог подумать, что когда она дошла до угла, какая-то фигура бросилась к ней, как петарда. От испуга девушка успела оттолкнуть Тун Мяньмянь, но сама не успела вовремя уйти с дороги и оказалась в ловушке! Прижатой! К стене! О, черт! Кто не смотрел, куда идет? Кто в наше время осмелился проделать трюк с ловушкой у стены? Она могла бы пойти в полицейский участок и подать на них в суд за приставание! Тун Сюэлу оттолкнула человека еще до того, как он смог восстановить равновесие. Затем она подняла голову и слегка нахмурилась. Но девушка не ожидала встретить пару глубоких черных глаз. У обладателя этих глаз были очень выразительные черты лица. Он был настолько красив, что от него невозможно было отвести взгляд. Его длинные и тонкие глаза феникса были устремлены вверх и могли зацепить сердце и биться быстрее. Его лицо было привлекательным, как и его совершенное тело. У молодого человека были широкие плечи и узкая талия. Его ноги были длинными и стройными, и он был ничуть не менее привлекателен, чем модели и звезды, которых она видела в своей прошлой жизни. С его привлекательностью можно было не следить за тем, куда он идет. С таким лицом и телом она не возражала, если бы он прижал ее к стене. Девушка даже не возражала бы, если бы он прижал ее к кровати. У нее не было бы никаких возражений! (*^▽^*) *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 7.1 На стоящем перед ней мужчине были часы Shanghai Tourbillon. Будь то его темперамент или одежда, он не был похож на обычного человека. Столкнувшись с таким сказочным персонажем, как этот мужчина, Тун Сюэлу забыла о том, что хотела побить его. Ее манера поведения мгновенно изменилась на 180 градусов. Задыхаясь, как будто ей было больно, она решила извиниться первой: — Прости. Я прошу прощения. Ты в порядке? Я не хотела толкать тебя раньше. — Это я должен извиняться. Как твоя голова? После того, как Вэнь Жугуй восстановил равновесие, он быстро сделал два шага назад. Его голос был глубоким и притягательным, но без интонации, поэтому трудно было разобрать, какие эмоции он испытывал. Тун Сюэлу покачала головой: — Все в порядке. Я вижу, что ты торопишься. Со мной все хорошо. Не буду тебя задерживать. Ее голос был мягким и сладким, а слова такими добрыми и понимающими. Вэнь Жугуй рефлекторно опустил голову. И посмотрел на нее сверху вниз. У нее был чистый и блестящий лоб, а ниже пара туманных миндалевидных глаз. Позади нее была серая стена, и от падающего света ее кожа казалась еще более светлой, почти фарфоровой. Прядь распущенных волос свисала ей на лоб. Родинка под глазом, похожая на слезу, выглядела так, будто могла скатиться в любую минуту. Ресницы Вэнь Жугуя дрогнули, и он отвел от нее взгляд. — Мне очень жаль. Я тороплюсь и не смогу сопровождать тебя на осмотр в больницу. Давай я дам свой номер телефона. Я возьму на себя расходы. Что скажешь? Тун Сюэлу не думала, что сможет так легко получить его контактную информацию. Втайне она была рада этому. Девушка еще не успела согласиться или отказаться на его предложение, когда Тун Мяньмянь бросилась к ней, обхватив руками ее ногу. У маленькой булочки на глаза навернулись слезы. Она была напугана до смерти, но все равно утешала Тун Сюэлу: — Со старшей сестрой все в порядке? Мяньмянь подует на ранку, чтобы было не больно. Тун Сюэлу быстро взяла ее на руки и утешила: — Со старшей сестрой все в порядке. Старшей сестре совсем не больно. На глаза Тун Мяньмянь навернулись слезы. Подражая взрослым, она похлопала себя по груди и сказала: — Старшей сестре не больно, Мяньмянь чувствует облегчение. «Какая милая кроха». Тун Сюэлу готова была сойти с ума от такой милой Мяньмянь. Она подняла голову и сказала в своей манере зеленого чая: — Все в порядке, товарищ. Это просто безобидная шишка. Тебе не нужно ни за что платить. Стена позади них загораживала часть солнечного света, но другая часть попадала на лицо мужчины. Его длинные и густые ресницы выделялись и отбрасывали тени под глазами. Он терпеливо стоял под летним солнцем, пока она разговаривала с маленькой булочкой. Казалось, мужчина уже все решил. Он достал из кармана маленький блокнот и ручку и что-то нацарапал на листе. Пальцы, державшие ручку, были длинными и ровными, а ногти очень короткими. Они были розоватого цвета и очень напоминали руки пианиста или врача. Тун Сюэлу пыталась угадать его профессию. Мужчина вырвал страницу из блокнота и протянул ее девушке: — Пожалуйста, прими это. Тун Сюэлу не стала снова притворяться сдержанной. Она с готовностью взяла у него лист бумаги. На бумаге девушка увидела имя и ряд цифр. Ее взгляд упал на слова «Вэнь Жугуй». Его почерк был сильным и очень уверенным. Держа лист бумаги в руке, Тун Сюэлу подняла голову и улыбнулась: — Хорошо. Я свяжусь с товарищем Вэнь, если возникнет необходимость. — Еще раз, я очень сожалею. Вэнь Жугуй еще раз извинился, затем повернулся и быстро ушел. Тун Сюэлу повернулась вслед за ним и посмотрела на его длинные ноги. Она мысленно присвистнула: «Такие красивые ноги». Большие глаза Тун Мяньмянь уставились на землю. Она потянула девушку за руку и сказала: — Смотри, старшая сестра. Тун Сюэлу посмотрела туда, куда она указывала, и увидела красную книжку размером с ее ладонь. Девушка поставила маленькую булочку на землю и взяла книжку. Открыв ее, она увидела, что это пропуск. Информация в нем гласила: Организация: Научно-исследовательский центр Имя: Вэнь Жугуй Возраст: 25 лет Должность: Исследователь Родной город: Столица Идентификационный номер: 1-3177 Также там была его черно-белая фотография. На ней Вэнь Жугуй выглядел очень молодо, но его глаза были глубокими и темными, как чернила. Тун Сюэлу посмотрела на надписи «Научно-исследовательский центр» и «Исследователь». Она поняла, что Вэнь Жугуй не был обычным человеком, и это было более необычно, чем она ожидала. Вспомнив, что он, похоже, торопился, она подумала, не понадобится ли ему пропуск. Она быстро хотела догнать его, но не успела. Вэнь Жугуй уже сел в черную машину и уехал. Автомобиль 1976 года выпуска был даже более стильным, чем современные спорткары. Казалось, что Вэнь Жугуй был идеальным мужчиной (высокий, богатый и красивый). Она убрала пропуск и начала думать, как вернуть его позже. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 7.2 Мать Тун вздыхала и разговаривала с заместителем директора Союза женщин, когда кто-то постучал в дверь. Вошел клерк и сказал: — Директор Тун, ваша дочь здесь. Она ждет вас снаружи. Мать Тун была застигнута врасплох: — Какая дочь? Клерк почесал голову и сказал: — Та, что приходила раньше, товарищ Тун Сюэлу. Мать Тун сказала «Ах». Только после того, как заместитель директора подтолкнула ее, она опомнилась и поспешила на улицу. Женщина окончательно поверила, что Тун Сюэлу действительно здесь, когда увидела ее. — Сюэлу, что ты здесь делаешь? Откуда ты пришла? Почему ты вчера ушла, не сказав ни слова? Мы с твоим папой так волновались прошлой ночью, что даже не могли уснуть! После того, как она закончила говорить, то увидела маленькую булочку рядом с Тун Сюэлу. — Это?.. Тун Мяньмянь пряталась за Тун Сюэлу. Она высунула половину головы, когда услышала, что ее упомянули, но как только она встретила взгляд женщины, то быстро отступила назад за спину сестры, как испуганный кролик. Тун Сюэлу улыбнулась и сказала: — Это моя младшая сестра. Мяньмянь, скажи «тетя». Старший внук матушки Тун был всего на 6 месяцев старше Мяньмянь. Она вполне могла бы обращаться к ней как к бабушке, но тогда поколения не совпадали бы. Тун Мяньмянь снова высунула половину лица и, моргнув большими глазами, застенчиво сказала: — Тетя~. — О, какое милое дитя. Возьми немного конфет. Ее молочный голос был сладким и мягким. Сердце матушки Тун смягчилось. Она достала из кармана две конфеты и протянула их малышке. Тун Мяньмянь не осмелилась принять их, пока сестра не разрешила. Тун Сюэлу передала конфеты и сказала: — Мама, я пришла навестить тебя, а также хочу забрать свою домовую книгу. — Очень хорошо, что ты приехала в гости, — но услышав ее последние слова, улыбка матери Тун уменьшилась. — Ты действительно хочешь забрать свою домовую книгу? Тун Сюэлу кивнула. — Мама, знаю, что ты не хочешь, чтобы я уезжала, и я буду скучать по тебе и папе, но мы с Тун Чжэньчжэнь действительно не можем жить под одной крышей. Мать Тун испустила долгий вздох. Тун Сюэлу положила руку на ее плечо. — Мама, не волнуйся. Даже если я не живу с вами, ты все равно моя мать. Я буду часто навещать вас с папой. — Хорошо, ты обещала. Ты должна часто навещать нас. Тун Сюэлу кивнула и пообещала. Затем она сменила тему. — Мама, мне нужно поспешить, чтобы разобраться с домашней регистрацией. Я вернусь и поболтаю с тобой позже. Если я не приду туда до закрытия, мне придется ехать еще раз. Матушка Тун сказала: — Хорошо. Давай я позвоню твоей второй невестке и скажу, чтобы она приготовила для тебя вещи. Тогда ты сможешь сразу же приступить к делу, как только приедешь. — Спасибо, мама! Отчасти Тун Сюэлу приехала к матери Тун, чтобы навестить ее, а отчасти она надеялась, что та поможет ей с делами по прописке. Цай Чуньлань занимала административную должность в Бюро общественной безопасности и отвечала за вопросы регистрации домохозяйств. Тун Сюэлу не беспокоилась, что Цай Чуньлань не сделает это для нее, но, учитывая их историю, она наверняка будет тянуть с этим. Но у семьи Тун больше не было времени ждать. Тун Сюэлу собиралась отправиться в Бюро общественной безопасности после звонка матери Тун, но ее остановили. — Ты берешь этого ребенка с собой? Это далеко, и будет неудобно таскать ее за собой. Почему бы тебе не оставить ее здесь? Я присмотрю за ней. Тун Сюэлу почувствовала, что в словах матушки был смысл. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 7.3 До Бюро общественной безопасности было час ходьбы от того места, где она находилась. Тун Мяньмянь была маленьким ребенком и не могла идти так долго. Тогда Сюэлу пришлось бы нести ее, но она не смогла бы долго нести ее на своих слабых руках. Если Тун Мяньмянь не пойдет с ней, она могла бы взять велосипед и поехать туда. Так девушка сэкономит много времени. Тем не менее, она все еще терпеливо спрашивала мнение маленькой булочки. — Мяньмянь, старшей сестре нужно позаботиться о некоторых вещах. Ты хочешь остаться здесь или пойти со старшей сестрой? Малышка моргнула своими большими глазами и наклонила голову. — Мяньмянь будет ждать здесь старшую сестру, как хорошая маленькая девочка. Малышка поняла, что сказала тетя. Она была хорошей девочкой и не хотела задерживать свою сестру. Тун Сюэлу протянула руку и потрепала сестру по волосам. — Мяньмянь — хорошая девочка. Оставайся с тетей. Не бегай вокруг. Старшая сестра скоро вернется и заберет тебя. Маленькая булочка послушно кивнула. Матушка Тун одолжила у кого-то в офисе велосипед для Тун Сюэлу, и та сразу же отправилась в Бюро общественной безопасности. *** Тун Сюэлу понадобилось 20 минут, чтобы добраться до Бюро общественной безопасности. Так как Мать Тун уже говорила с невесткой, Цай Чуньлань, как бы ей не хотелось, не посмела укорять Тун Сюэлу. Тем не менее, главы Бюро общественной безопасности в это время не было на месте, и Тун Сюэлу пришлось ждать полчаса, чтобы получить разрешение. Разрешение ей понадобилось, чтобы перенести регистрацию дома в другую семью Тун. Она сложила листок, положила его в карман и поехала обратно. *** Тун Чжэньчжэнь шла к офису Союза женщин, нахмурившись. Она не могла выглядеть более расстроенной. В прошлом Тун Сюэлу поступила в Литературно-художественную труппу благодаря связям ее семьи. Теперь, когда Тун Чжэньчжэнь вернулась, Тун Сюэлу, естественно, не могла сохранить эту позицию. Тун Чжэньчжэнь была расстроена тем, что в литературно-художественной труппе ее считали не такой привлекательной, как Тун Сюэлу! Они также говорили, что ее пение ужасно, а танцы слишком скованны. Она была так зла! Глаза Тун Чжэньчжэнь внезапно расширились, и она закричала, выйдя из-за угла: — Что ты здесь делаешь, Тун Мяньмянь?! Испугавшись, малышка подняла голову и побледнела. — Сестра… сестра Чжэнь. — Кого ты называешь сестрой? — Тун Чжэньчжэнь подбежала и схватила Мяньмянь за руку. — Говори! Кто привел тебя сюда? Это была бродяга Тун Сюэлу? По щекам Тун Мяньмянь покатились слезы. — Не обзывай мою сестру! Ты плохой человек! Увидев, что малышка защищала Тун Сюэлу, Тун Чжэньчжэнь сразу же начала пыхтеть от злости. «Эта бродяга Тун Сюэлу. Я знала, что просто так она не уйдет. Она только вчера уехала, а сегодня уже привезла с собой ребенка. Что она задумала?» «Неважно, что она задумала! Я ни за что не позволю ей действовать по-своему!» Зажав рот Тун Мяньмянь одной рукой, Тун Чжэньчжэнь потянула ее в сторону переулка, где никого не было. Прибыв в офис Союза женщин, Тун Сюэлу увидела свою мать и двух клерков, которые что-то искали. — Мама, что ты делаешь? Мама Тун была в бешенстве. — Ты вернулась, Сюэлу! Твоя сестра Мяньмянь исчезла! Тун Сюэлу резко затормозила и спросила с тревогой: — Что случилось? Как исчезла Мяньмянь? Матушка Тун рассказала о случившемся с покрасневшими глазами. После ухода Тун Сюэлу женщина заметила, что одежда малышки стала белой от слишком частых стирок. Зная о положении семьи Тун, матушка Тун решила вынести деньги и талоны. Тун Мяньмянь играла у входа, когда мать Тун вошла внутрь, а когда женщина вернулась, ее уже не было. Она спросила охранника у входа, и он сказал ей, что не видел, как малышка уходила. Это означало, что Тун Мяньмянь все еще находилась внутри комплекса. Тун Сюэлу была недовольна, но сейчас было не время показывать пальцем. — Давайте разделимся и поищем ее. Бред автора: Тун Сюэлу: Тун Чжэньчжэнь, с тобой покончено. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 8.1 Тун Сюэлу кричала, едя на велосипеде: — Мяньмянь, твоя сестра вернулась, ответь, если слышишь меня! — Мяньмянь, выходи скорее! Пошли домой с сестрой! Тун Сюэлу была так беспечна, она не должна была оставлять малышку одну! Независимо от того, насколько надежны другие, они не так надежны, как она сама. Если с Тун Мяньмянь произойдет какой-нибудь несчастный случай, она никогда в жизни не будет чувствовать себя спокойно! Когда девушка проезжала мимо переулка, то послышался детский крик, и голос был очень похож на голос Тун Мяньмянь. Тун Сюэлу сразу же спрыгнула с велосипеда и быстро побежала туда. В переулке Тун Чжэньчжэнь кричала на Тун Мяньмянь: — Ты не понимаешь, что я тебе говорю?! Вернись и скажи своим братьям, что Тун Сюэлу ударила тебя, и пусть они прогонят ее! Лицо Тун Мяньмянь покраснело от слез, а голос стал хриплым: — Не надо, Мяньмянь не хочет прогонять сестру!.. — Ты — мертвый ребенок, ты — свиная голова... Не успели слова закончиться, как ее схватили сзади за волосы и потянули назад. Подсознательно она отпустила уши Тун Мяньмянь, и издала крик, как будто кто-то резал свиней: — А-а-а-а, кто ты? — Твоя тетя! Глаза девушки были холодными: — Я, Тун Сюэлу, больше всего в жизни ненавижу два типа людей. Первый — это подонки, которые издеваются дома над женщинами, а второй — подонки, которые издеваются над беззащитными детьми. Если я не остановлю тебя, то кто это сделает? Услышав, что сказала Тун Сюэлу, Тун Чжэньчжэнь очень разозлилась: — Ты! Сука, отпусти меня скорее! Иначе я всегда буду преследовать тебя! — Раз ты не хочешь успокаиваться, тогда я помогу тебе это сделать. Сказав это, она повернула Тун Чжэньчжэнь лицом к стене, а затем яростно пнула ее по заднице. В итоге Тун Чжэньчжэнь ударилась о стену. Ее нос был почти расплющен! Ей было так больно, что она разрыдалась на месте: — Тун Сюэлу, я буду драться с тобой!!! Тун Сюэлу воспользовалась этим временем, чтобы сделать три вещи: 1. Присесть на корточки и растереть грязь по лицу; 2. Сорвать резинку для волос и распустить волосы; 3. Подхватить Тун Мяньмянь и выбежать, крича на бегу: «Помогите, убивают!..» — Сука, остановись, если у тебя хватает смелости! Я должна убить тебя сегодня! Тун Чжэньчжэнь была очень зла. Увидев убегающую Тун Сюэлу, она погнался за ней, даже не задумываясь. Тун Сюэлу выбежала из переулка и закричала: — Помогите… помогите! Убивают! Мать Тун шла неподалеку с двумя сотрудниками. Услышав призыв Тун Сюэлу о помощи, все трое были потрясены. Лицо женщины побледнело, и она дрожащим голосом сказала одному человеку рядом: — Сяохуэй, ты должна пойти в полицейский участок и сообщить о случившемся. Секретарь по имени Сяохуэй согласилась и бросилась бежать. В этот момент два человека в другом направлении также бросились к Тун Сюэлу. Один из них был Фан Вэньюань, жених первоначального владельца тела, а другой — Вэнь Жугуй, которого она встретила сегодня утром. Глаза Тун Сюэлу вспыхнули, и девушка устремились к Вэнь Жугую. *** Фан Вэньюань услышал, как кто-то зовет на помощь, и подбежал, даже не задумываясь об этом. Но потом парень ясно увидел, что бежавшим человеком была Тун Сюэлу, поэтому он нахмурил брови. «Разве Тун Сюэлу не ушла из дома Тун? Почему она так быстро вернулась?» Верно, это было очень похоже на ее характер. Он сначала не поверил, когда услышал новость о том, что девушка по собственной инициативе покинула дом Тун вчера вечером. Ее не было всего один день, и она уже вернулась, что за шутка. «Это ее новый трюк, не так ли?» Думая об этом, скорость его бега замедлилась. Тун Сюэлу не обратила внимания на поведение Фан Вэньюаня. Задыхаясь, она бросилась к Вэнь Жугую: — Товарищ Вэнь, пожалуйста, спасите меня и мою сестру. Кто-то хочет нас убить! Словно в подтверждение ее слов, все увидели, что Тун Чжэньчжэнь, как сумасшедшая, гналась за ними и кричала: — Тун Сюэлу, остановись! Я убью тебя! Вэнь Жугуй молча раскрыл руки, защищая двух сестер. Хотя он ничего не говорил, его спина была высокой и тонкой, и даже выглядела немного худой, но каким-то образом мужчина вызывал у людей чувство безопасности. Тун Чжэньчжэнь действительно догнала их, но прежде чем она успела что-то сделать, Вэнь Жугуй остановил ее. Его движения были быстрыми и плавными, что очень не соответствовало его образу обычного научного исследователя. Если посмотреть на него со стороны, его серьезный и подтянутый профиль больше напоминал хорошо обученного солдата. Когда Тун Сюэлу увидела это, в ее сердце промелькнул намек на удивление. — Откуда взялся этот ублюдок! — Тун Чжэньчжэнь скрутили руки, и она чуть не плевалась кровью от злости. — Скорее отпусти меня! Вэнь Жугуй не только не отпустил, но и с силой опустил ее на землю. Фан Вэньюань и Тун Му были шокированы, увидев эту сцену. Первый не ожидал, что Тун Сюэлу не лгала, а вторая не ожидала, что человек, который преследовал Сюэлу, была ее собственная дочь. По сравнению с Фан Вэньюанем, мать Тун была более взволнованная. Ведь она только недавно попросила секретаря позвать офицеров из службы общественной безопасности, и когда те появятся, то Тун Чжэньчжэнь действительно придет конец. Подумав об этом, женщина хотела броситься спасать свою дочь. Тун Сюэлу, естественно, не позволила бы матери Тун спасти Тун Чжэньчжэнь. Увидев, что женщина уже подбежала, девушка пошатнулась и потянулась к ней: — Мама, спаси меня, она действительно хочет меня убить! — Сюэлу, что, черт возьми, происходит? Мать Тун поспешно поймала ее, и ее настроение становилось все более и более сложным, когда она увидела, что волосы Сюэлу были в беспорядке, а лицо в пыли. — Мама, она сказала, что я украла ее личность. Чтобы отомстить мне, она не только издевалась над Мяньмянь, но теперь хочет убить меня, у-у-у... Тун Сюэлу прислонилась к плечу матери Тун, задыхаясь от слез. Увидев, что ее сестра плачет, Тун Мяньмянь тоже разрыдалась со словами: — Плохие люди, бейте плохих людей!.. Услышав плач малышки, Тун Сюэлу мысленно показала ей большой палец и решила ковать железо, пока горячо. Девушка быстро подняла голову и обняла ее: — Это все из-за меня. Я не должна была оставлять Мяньмянь здесь одну! Мяньмянь хорошая, не плачь! Малышка плакала, икая, ее глаза и нос были красными, и она выглядела очень жалкой и милой. Тун Сюэлу внимательно осмотрела ее тело и обнаружила, что левое ухо девочки было красным и распухшим. Девушке всем сердцем хотелось избить Тун Чжэньчжэнь. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 8.2 — Сюэлу, мама просит прощения от имени Чжэньчжэнь. Когда придут товарищи из службы общественной безопасности, ты... сможешь ли ты простить Чжэньчжэнь на этот раз? У Тун Му очень сильно болела голова. Увидев красные и распухшие уши Мяньмянь, она тоже хотела избить Тун Чжэньчжэнь до смерти. Неужели у ее дочери выработался такой характер, потому что она не росла с ними с самого детства? Но именно из-за вины мать Тун не могла критиковать ее сейчас. Она понимала, что это было несправедливо по отношению к Тун Сюэлу, но что поделать… это был ее родной ребенок. Тун Сюэлу с недоверием смотрела на мать Тун широко раскрытыми глазами. Когда она увидела, что к ним направлялись товарищи из Бюро общественной безопасности, у нее закатились глаза, и она потеряла сознание. Тун Сюэлу «упала в обморок» из-за гнева. На самом деле она притворялась. Девушка могла понять чувства матери Тун, но ее это не волновало. Тун Сюэлу не отпустит Тун Чжэньчжэнь, это было невозможно в этой жизни. «Что произошло?» Матушка Тун была ошарашена: что за ситуация? Она сказала всего пару слов, почему Сюэлу потеряла сознание? Вскоре прибежала Сяохуэй с товарищами из полиции. Тун Сюэлу думала, что Тун Мяньмянь заплачет, увидев, что ее сестра упала в обморок, но та не только заплакала, но и пошла на своих коротких ножках, чтобы избить Тун Чжэньчжэнь, она рыдала и жаловалась товарищам по общественной безопасности. Кроме того, Вэнь Жугуй и другие дали показания, поэтому Тун Чжэньчжэнь отвезли в полицейский участок и временно задержали. Тун Сюэлу была отправлена в близлежащую поликлинику. *** В медицинском центре. Под «лечением» врача Тун Сюэлу медленно приходила в сознание. Когда она открыла глаза, то увидела, как Вэнь Жугуй терпеливо кормил и поил водой Тун Мяньмянь, но его движения выглядели немного скованными. Малышка, сдерживая слезы, спросила: — Дядя, когда моя сестра проснется? «Дядя?» Тун Сюэлу подняла брови и сказала: — Мяньмянь, ты должна называть его братом, а не дядей. Если бы Тун Мяньмянь называла его дядей, разве и ей не пришлось бы так его называть? Услышав голос сестры, Тун Мяньмянь удивленно слезла со стула и, переступая на коротких ножках, подскочила к кровати: — Сестра, ты проснулась. Увидев на ресницах малышки капельки слез, Тун Сюэлу очень расстроилась, она протянула руку, погладила ее по голове и спросила: — Ну, сестра очнулась, у тебя все еще болят уши? Во время «обморока» Вэнь Жугуй не только попросил врача осмотреть ее, но и попросил положить лекарство на уши Тун Мяньмянь. Малышка похлопала себя по ногам, потрогала свои уже не такие красные и распухшие уши и покачала головой: — Больше не болит. Дядя-брат попросил доктора использовать лекарство для Мяньмянь. Тун Сюэлу подняла глаза, посмотрела на Вэнь Жугуя и искренне сказала: — Спасибо, товарищ Вэнь. Солнечный свет проникал через окно, и ее глаза ярко сверкали, выделяясь на белоснежной коже и ослепляя взгляды людей. Вэнь Жугуй опустил взгляд: — Не стоит благодарности, это просто помощь. Тун Сюэлу достала из кармана красную книжку и передала ее: — Товарищ Вэнь, это твой пропуск. Изначально я хотела закончить свои дела, прежде чем найти возможность передать его тебе, но так получилось, что мы снова встретились. Вэнь Жугуй: — Спасибо! Кстати, твоя голова все еще болит? Мне попросить доктора прийти и осмотреть тебя? Тун Сюэлу быстро покачала головой: — Не нужно, боли больше нет. Вэнь Жугую ничего не оставалось, как сдаться. Затем подошли товарищи из службы общественной безопасности, чтобы задать вопросы Тун Сюэлу. Девушка прослезилась и рассказала: — ...семья Тун растила ее пятнадцать лет, но она такая злобная, она плохо обращалась с Мяньмянь! — Моей сестре всего три года. Не так давно она потеряла своих родителей. Теперь над ней снова так издеваются. Сейчас у нас уже новое общество, товарищи, вы должны восстановить справедливость для меня и моей сестры, у-у-у... Ранее, учитывая просьбы матери Тун, в сочетании со связями и статусом семьи Тун, сотрудники общественной безопасности хотели, чтобы девушки помирились в частном порядке. Но теперь, когда они услышали рассказ Тун Сюэлу, то не могли не почувствовать злость. Они видели бессовестных людей, но такого бессердечного человека увидели впервые! Теперь это было новое общество, Тун Чжэньчжэнь осмелилась кричать и вопить на улице, что убьет кого-то, таких людей необходимо было перевоспитывать! После ухода товарищей из службы общественной безопасности Вэнь Жугуй тоже попрощался. Тун Сюэлу искренне поблагодарила его еще раз: — Большое спасибо товарищу Вэнь сегодня! — Не за что. Только когда он подошел к двери, то приостановился, обернулся и сказал: — Если возникнут трудности в этом вопросе, можешь позвонить мне. Номер телефона у тебя есть. Тун Сюэлу на мгновение опешила, она не ожидала, что он предложит помощь по этому вопросу, особенно когда тот узнал о силе семьи Тун. Возможно, что его происхождение не было простым. Но раз другая сторона предложила помощь, конечно же, она не стала отказываться от такой любезности. Девушка солнечно улыбнулась: — Товарищ Вэнь действительно красивый и добросердечный джентльмен. Если возникнет необходимость, я не буду с тобой вежлива! — Хорошо, — ответил Вэнь Жугуй, повернулся и быстро вышел из палаты. Хотя его выражение лица все еще было безэмоциональным, корни его ушей неконтролируемо покраснели. *** Семья Тун вскоре узнала новость о задержании Тун Чжэньчжэнь, и все они были шокированы. Кричать на улице, что она убьет кого-то... Как она могла быть такой «способной»? Мать Тун не хотела, чтобы Тун Чжэньчжэнь отправляли в деревню, и она не могла сама убедить Тун Сюэлу, поэтому ей пришлось послать своих сыновей и невесток. Если бы Тун Чжэньчжэнь отправили в деревню, это создало бы плохую репутацию для семьи Тун, поэтому, сколько бы люди ни думали, они отправились бы в больницу, чтобы уговорить Тун Сюэлу. Когда та увидела, что старший брат Тун появился в больнице, она поняла, зачем он здесь, по его смущенному выражению лица. «Раз уж вы осмелились прийти, то я вам покажу, что такое настоящий зеленый чай». Она не дала брату и слова сказать, притянула его к себе и стала плакать, рассказывая о том, как Тун Чжэньчжэнь избила Тун Мяньмянь, как она преследовала их всю дорогу, кричала, что хочет убить их. Брат Тун был так сильно расстроен, что покинул больницу, совсем не уговаривая ее изменить решение. Со следующими людьми поступили подобным образом, и все они вернулись ни с чем. У семьи Тун не было другого выбора, кроме как обратиться за помощью к Фан Вэньюаню. В конце концов, Тун Сюэлу с детства больше всего прислушивалась к его словам. Пока он что-то говорил, девушка, безусловно, согласилась бы. Автору есть что сказать: Фан Вэньюань: Настала моя очередь блистать! *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 9.1 Тун Сюэлу провела ночь в больнице с Тун Мяньмянь. Она также позвонила и предупредила Тун Цзямина. Ведь если они проведут ночь вдали от дома, этот парень вполне может пойти и подать заявление в полицию. Кроме того, у нее было мало времени на решение вопросов с должностями и пособиями на случай смерти. Она планировала разобраться с делом Тун Чжэньчжэнь раз и навсегда. Но сначала ей нужно было позаботиться о желудке Тун Мяньмянь и своем собственном. Взяв малышку за руку, она отправилась в кафетерий больницы. Они заказали большую миску мясной каши, две овощные булочки и два вареных яйца. Это стоило в общей сложности 7 талонов на питание и 0,78 юаня. — Старшая сестра, давай не будем здесь есть. Мы разоримся, — сказала Тун Мяньмянь своим молочным голосом, глядя на еду на столе и пуская слюни. Тун Сюэлу чуть не лопнула от смеха. — Не волнуйся, Мяньмянь. Старшая сестра умеет зарабатывать деньги. Ты останешься со старшей сестрой, и она будет кормить тебя мясом каждый день. Что скажешь? Глаза маленькой булочки блеснули, и она радостно кивнула. — Хорошо, я пойду за старшей сестрой, и у меня будет мясо. — Ха-ха-ха, — Тун Сюэлу, наконец, не смогла удержаться и разразилась смехом. — Ты права. Следуй за старшей сестрой, и у тебя будет мясо. Фан Вэньюань, наблюдавший за этой сценой, когда входил в кафетерий, слегка нахмурился. Насколько он помнил, Тун Сюэлу никогда не отличалась терпением по отношению к детям. Она всегда кричала на двух племянников семьи Тун, доводя их до слез. Ему показалось, что эта девушка изменилась. Впрочем, это его не волновало. Сегодня он был здесь, чтобы уговорить Тун Сюэлу не подавать заявление на Тун Чжэньчжэнь. Парень действительно не хотел иметь ничего общего с ней. К сожалению, семьи Тун и Фан дружили семьями, и вчера вечером матушка Тун позвонила ему лично и попросила о помощи. Он не мог ей отказать и пообещал, что попробует. Парень назвал это попыткой, но был совершенно уверен, что Тун Сюэлу прислушается к нему. Он был почти уверен в этом. Думая об этом, Фан Вэньюань подошел к ней. На стол упала тень. Тун Сюэлу подняла голову и увидела Фан Вэньюаня. Она закатила глаза и опустила голову, чтобы почистить яйца. Затем девушка ткнула в яйцо палочками, чтобы Тун Мяньмянь могла взять их в руки и съесть. Малышка никогда раньше не ела таких яиц и была очень взволнована. Тун Сюэлу заставила ее кушать осторожно, чтобы не подавиться, затем она разломила одну из овощных булочек на половинки и начала медленно есть. Фан Вэньюань: «???» Почему он почувствовал, что его проигнорировали? Парень прочистил горло и сел на стул напротив девушки. — Сюэлу, не пойми меня неправильно. Я здесь сегодня, чтобы поговорить с тобой о Тун Чжэньчжэнь. Парень беспокоился, что Тун Сюэлу подумает, что он здесь ради нее, поэтому начал с того, что попросил ее не понимать его неправильно. Тем не менее, он не успел договорить, как его прервали. Тун Сюэлу подняла голову, бросила на него нетерпеливый взгляд и спросила: — Разве ты не видишь, что я сейчас обедаю? «???» Фан Вэньюань не сразу понял, о чем идет речь. Если то, что она игнорировала его раньше, могло показаться иллюзией, то сейчас нетерпение Тун Сюэлу было очень заметно на ее лице. Она была расстроена тем, что он не помог ей вчера? Парень действительно думал, что она вчера устроила какую-то хитрость, поэтому и замедлил шаг. Он даже почувствовал укол вины, когда увидел, как Тун Чжэньчжэнь преследовала ее, но она ведь не пострадала? Неважно, он будет великодушным человеком. — Хорошо, я подожду, пока ты закончишь. Тогда мы сможем поговорить. Тун Сюэлу даже не удосужилась посмотреть в его сторону. Медленно пережевывая овощную булочку, она думала обо всех вкусностях в своей прошлой жизни. Суповые клецки с крабовой начинкой, хрустальные клецки с креветками, яичные булочки с расплавленным заварным кремом и хрустящие слоеные пирожки с мясом. От одной только мысли о них у нее текли слюнки. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 9.2 Тун Сюэлу не удивилась, увидев Фан Вэньюаня. Неважно, по какой причине он тут оказался, его поездка была бы напрасной. Фан Вэньюань наблюдал за тем, как она ела по одному маленькому кусочку за раз, смотрел на часы и становился все более нетерпеливым. Он думал, что сможет закончить все это дело за две минуты или меньше, но прошло уже 20 минут, а она все еще не закончила завтракать! Такими темпами он опоздает на работу. — Ты можешь есть быстрее? Тун Сюэлу подняла брови и впервые посмотрела на него. — Можешь ли ты убраться подальше? «!!!» Фан Вэньюань был настолько ошеломлен, что ему потребовалось некоторое время, чтобы отреагировать на эти слова. Когда он наконец опомнился, его лицо стало свекольно-красным. — Тун Сюэлу, ты знаешь, о чем говоришь? С каких пор ты стала таким неразумным человеком? Тун Сюэлу хмыкнула. — Разве ты не всегда считал меня неразумной? Почему ты спрашиваешь меня об этом сейчас? От ее ответа его лицо стало сморщенным, как старый огурец. — У меня нет времени ссориться с тобой. Я здесь, чтобы попросить тебя не доносить на Тун Чжэньчжэнь. Имей совесть. Семья Тун воспитывала тебя 10 с лишним лет, так вот как ты им отплатила? Тун Мяньмянь была так поражена, что побледнела, яйцо выскользнуло из ее руки и упало на пол. Тун Сюэлу подняла сестру, посадила ее на колени, заткнула уши и холодным голосом сказала: — Кто ты такой, товарищ? Что у нас за отношения, и кто ты такой, чтобы указывать мне, что я должна или не должна делать? Другие люди посмотрели на Фан Вэньюаня и начали показывать на него пальцами, перешептываясь между собой. — Я твой… это не имеет значения. Ты должна слушать меня в этом вопросе. Иди и отмени свое заявление в полицейском участке прямо сейчас! Парень собирался сказать, что он ее жених, но вспомнил, что никогда не признавал этих отношений. Тун Сюэлу посмотрела на него, как на дурака. — Ты в последнее время смотрелся в зеркало? — Ха-ха. Эта девушка такая смешная. Остальные вокруг хихикали, а Фан Вэньюань выглядел все более несчастным. Тун Сюэлу не могла больше обращать на него внимания. Увидев, что с едой почти покончено, она подхватила Тун Мяньмянь и собралась уходить. Ее презрительный взгляд спровоцировал Фан Вэньюаня и заставил его на долю секунды потерять рассудок. Он потянулся, чтобы схватить ее, но случайно ударился о стол. Все тарелки и миски со стола разбились об пол. Сцена внезапно стала очень хаотичной. Семье Фан быстро позвонили из полицейского участка и сообщили, что Фан Вэньюань был арестован. Семья Фан: «???» Тун Сюэлу: «???» *** Не только семья Фан, но даже Тун Сюэлу была озадачена. Она только и успела крикнуть: «Что ты пытаешься сделать?», и не успела договорить фразу, как выбежал повар из столовой и повалил Фан Вэньюаня на пол. Вскоре после этого приехали полицейские. Девушка даже объяснила, что в этом не было необходимости, но повар подумал, что она беспокоилась о мести, и утешил ее в ответ. ...Все это было большой шуткой. В этот момент члены семьи Фан выходили из полицейского участка в сопровождении Фан Вэньюаня. Матушка Фан держала за руку Тун Сюэлу с очень благодарным видом. — Сюэлу, это была вина нашего Вэньюаня. Тетушка благодарит тебя за то, что ты хочешь сказать за него добрые слова. Вот тебе кое-что в знак нашей признательности. Сказав это, она сунула в руку Тун Сюэлу разные талоны и деньги. Девушка быстро вернула их ей. — Быстрее уберите их, тетя. Я не могу это принять. Это было недоразумение, но это также была услуга (которую они должны были оказать ей). Естественно, она не стала бы так просто сводить счеты. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 9.3 Видя, что она отказалась принять ее благодарность, матушка Фан еще больше почувствовала, что Тун Сюэлу была щедрой и зрелой. Она взяла девушку за руку и сказала ей, чтобы та часто навещала ее. Тун Сюэлу улыбнулась и согласилась, после чего направилась к семье Тун, держа за руку Тун Мяньмянь. Матушка Фан посмотрела на ее спину и вздохнула: — В прошлом Сюэлу была немного избалованной, но сейчас она хороший ребенок. Вэньюань, что с тобой случилось? Я думала, ты пошел, чтобы образумить ее. Как все так получилось? Лицо Фан Вэньюаня было темным, как дно котелка: «…» Он очень хотел объясниться. Но поверит ли ему кто-нибудь? Нет!!! Фан Цзинъюань оглянулась и с шокированным видом сказала: — Старший брат, я заметила, что Тун Сюэлу даже не смотрела в твою сторону все это время! «…» Лицо Фан Вэньюаня полностью покрасилось в угольный цвет. Когда Тун Сюэлу приехала к семье Тун, те как раз возвращалась домой с работы после обеда. Все они были немного удивлены, когда увидели ее. Первой опомнилась Чэнь Юэлин, жена старшего брата. — Ты пришла, младшая сестра. Поторопись и заходи в дом. Остальные тоже, наконец, опомнились. Мать Тун выглядела неловкой и смущенной. — Ах, мы не знали, что ты придешь. Ты уже обедала? Тун Сюэлу покачала головой и сказала, что еще нет. Отец Тун быстро попросил старшего сына пойти купить в кафетерии тушеную свинину. Тун Сюэлу сказала им, что в этом нет необходимости, но старший брат Тун уже ушел. Сидя на диване, все члены семьи Тун смотрели на девушку и гадали о цели ее визита. Отец Тун вздохнул и сказал: — Сюэлу, в этот раз виновата Чжэньчжэнь. Отец извинится за нее... Он еще не закончил говорить, когда Тун Сюэлу закрыла лицо руками и начала плакать. — Папа, от твоих слов мне стало так грустно. Я ваша не настоящая дочь, но вы растили меня 15 лет. Как я могу сделать что-то, что может навредить семье Тун? Отец Тун тоже занервничал. — Айя, папа не это имел в виду. Папа не обвинял тебя... Чэнь Юэлин тоже быстро добавила: — Все в порядке, младшая сестра. Перестань плакать. Ты так напугаешь свою младшую сестру. Тун Мяньмянь прижалась к Тун Сюэлу и ее глаза слезились, она выглядела очень жалко. Цай Чуньлань была единственной, кто закатила глаза, поджала губы и сказала: — Ты можешь прекратить свои уловки, чтобы обмануть папу, младшая сестра. Ты плачешь и суетишься со вчерашнего дня и заставляешь всю семью Тун крутиться вокруг тебя. Чего ты на самом деле пытаешься добиться? Тун Сюэлу еще немного поплакала, прикрывая лицо. — Вторая невестка, ты так на меня смотришь? О, это так обидно! Второй брат Тун, увидев это, пристально посмотрел на Цай Чуньлань и сказал: — Тебе нравится влезать во все и вся. Просто заткнись уже! Цай Чуньлань так разозлилась, что ее чуть не вырвало кровью. Тун Сюэлу сказала в манере зеленого чая: — Второй брат, не ругайся. Я бы не хотела, чтобы ты ссорился из-за меня. Из-за этих слов Тун Сюэлу была почти отвратительна сама себе. Второй брат Тун: — Смотри, даже младшая сестра более зрелая, чем ты в своем возрасте! «…» Цай Чуньлань почувствовала, что ее пронзили стрелы зеленого чая. Тун Сюэлу сказала самым искренним тоном: — Мама, папа, это Тун Чжэньчжэнь издевалась над ребенком и кричала, что хочет кого-то убить. И все это происходило на глазах у всех. Я могу простить ее ради вас, но как насчет других? Что случится, когда другие узнают, что Тун Чжэньчжэнь могла избивать людей посреди улицы и это сошло ей с рук? Как вы думаете, что подумают другие? Все члены семьи Тун выглядели озадаченными. Что подумают другие?.. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 9.4 Тун Сюэлу не могла выглядеть более торжественно. — Они посчитают, что семья Тун злоупотребляет своей властью! Мама и папа скоро уйдут на пенсию, так что это сильно повлияет на вас. А как же мои братья и их жены? Они еще молоды. Как вы думаете, они получат повышение на работе с таким ярлыком? Семья Тун, казалось, поняла, к чему она клонила. Все члены семьи Тун были государственными служащими. В частности, отец Тун собирался на пенсию, но ни один из двух братьев Тун не был выдающимся на работе. С таким ярлыком их никогда не повысили бы до конца карьеры. Их могли даже понизить в должности. Цай Чуньлань немедленно сменила тон и эмоционально сказала: — Боже мой! Не отказывайся от своего отчета, младшая сестра! Женщина не любила Тун Сюэлу больше, чем Тун Чжэньчжэнь, но когда ее муж и ее собственная выгода были в опасности, естественно, она решила пожертвовать Тун Чжэньчжэнь. Второй брат Тун и Чэнь Юэлин чувствовали то же самое, просто не говорили об этом вслух. Отец и мать Тун обменялись взглядами, и их сердца опустились еще ниже, а чувства стали еще сложнее. В гостиной стояла такая тишина, что было даже как-то неловко. Тун Сюэлу не обращала внимания на Цай Чуньлань, но и не продолжала говорить. Она сказала все, что нужно. Больше ничего не требовалось. Девушка могла понять ненависть Тун Чжэньчжэнь к первоначальной владелице. Если бы она просто пошла за ней, то, в лучшем случае, ей бы преподали обычный урок. Ошибка Тун Чжэньчжэнь была в том, что она навредила Тун Мяньмянь. Жестокое обращение с детьми случается либо 0 раз, либо много раз. Она не могла рисковать, имея рядом такого опасного человека. Тун Чжэньчжэнь могла снова напасть на братьев и сестер Тун. Она должна отправить Тун Чжэньчжэнь в деревню. Пообедав у семьи Тун, Тун Сюэлу вместе с Тун Мяньмянь отправились обратно в уезд Яньцин, захватив с собой большую компенсацию, которую семья Тун им дала. По дороге со двора к ним подошли два человека. Это были брат и сестра Фан Вэньюань и Фан Цзинъюань. Парень слегка нахмурился, когда увидел Тун Сюэлу. Вспомнив о своем ужасном утреннем опыте, он только пожелал никогда больше не сталкиваться с этой женщиной до конца своих дней! Только вот мать миллион раз говорила ему, что он должен лично поблагодарить Тун Сюэлу. Подумав об этом, парень глубоко вздохнул и сказал: — Тун... Не успел он договорить, как Тун Сюэлу прошла мимо него. Казалось, что она вообще не заметила его. Фан Вэньюань: «…» Фан Цзинъюань: — Видишь, старший брат, я не шутила. Тун Сюэлу даже не удосужилась посмотреть на тебя. Она прошла мимо тебя, как будто ты всего лишь куча собачьих какашек. «…» *** От автобусной остановки до их дома было довольно далеко. Тун Сюэлу, неся все вещи в руках, была измучена, как собака. Она очень скучала по современному транспорту и удобству передвижения. Похоже, ей придется много работать, чтобы заработать деньги. Даже если она не сможет в ближайшее время купить машину, то сможет, по крайней мере, купить себе велосипед. — О, ты уже тут, Сюэлу? — громко спросила тетя Цай Тун Сюэлу, когда заметила ее, входящую в комплекс. Девушка улыбнулась и кивнула. — Да, тетя Цай. Я провела ночь у своих приемных родителей. Они не хотели, чтобы я уезжала так скоро, но я беспокоюсь за Цзямина и Цзясиня. На лице тети Цай появилось облегчение. — Им так повезло, что у них есть такая сестра, как ты! Но я рада, что ты вернулась. Если бы не вернулась в ближайшее время, кто знает, какие слухи о тебе стали бы распускать другие! Тун Сюэлу уехала, пробыв всего один день, поэтому, узнав о ее отъезде, многие стали строить разные догадки. Одни говорили, что Тун Сюэлу уехала, потому что не могла справиться с трудностями, другие — что она вернулась только для того, чтобы забрать Тун Мяньмянь. Младшая сестра всегда была хорошенькой, и для такой девушки, как она, было много рынков. Тетушка Цай, услышав это, начала ссориться с этими людьми. Поэтому, как она могла не заговорить во весь голос, когда вернулась Тун Сюэлу? *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 10.1 Тун Сюэлу осмотрелась вокруг. — Это мой дом. Куда еще я могу пойти? Мои приемные родители так скучали по мне и дали мне много вещей. Смотрите, я едва могу нести их все двумя руками! Вчера она осталась в городе по двум причинам. Первая — притвориться больной, чтобы отправить Тун Чжэньчжэнь в деревню, а вторая — чтобы все в округе знали, что они четверо — не бедные сироты. Любой, кто захочет их опекать, пусть лучше сначала все хорошенько обдумает. Тетя Цай общалась с ней, не пропуская ни капли информации. — О, приемные родители так добры к тебе. В этом есть смысл. Они воспитывали тебя более 10 лет, ты практически их родная дочь. Девушка улыбнулась, кивнула и занесла свои вещи в дом. Тун Сюэлу дала Тун Мяньмянь несколько кусочков сушеных яблок и сушеных плодов боярышника и отправила ее играть с Чжуданем в соседнюю комнату. Она немного отдохнула и вымыла руки, чтобы начать готовиться к ужину. Семья Тун дала ей немного свиного брюха и картофеля. Она планировала приготовить блюдо из тушеной свинины с картофелем и кисло-острое картофельное жаркое. Девушка с готовностью почистила свиное брюхо и положила его в кастрюлю с водой, чтобы проварить в кипящей воде в течение минуты, а затем поместила в холодную воду, пока оно не охладится. Затем она нарезала мясо на квадратики, не снимая кожи, и, учитывая, что Тун Мяньмянь была маленькой, сделала кусочки меньше обычного. На обратном пути она купила специи, такие как перец и анис. После того как вок разогрелся, девушка добавила в него масло, специи, зеленый лук, имбирь, чеснок и, помешивая, обжарила на медленном огне. Когда появился аромат, она добавила кусочки свиного брюшка и обжаривала их, помешивая, до тех пор, пока они не изменили цвет. Отложив мясо в сторону, она добавила немного сахара в вок. Сахар легко подгорал, поэтому его нужно было постоянно помешивать. Когда тот приобрел цвет, она добавила соевый соус, вернула мясо, которое ранее выложила, и начала обмазывать его сахаром. Когда все кусочки были равномерно покрыты, она переложила их в глиняный горшок, добавила три миски воды, довела до кипения на сильном огне, накрыла крышкой и оставила на среднем огне. Свиное брюшко лучше всего варить на медленном огне, но это займет час. У нее не было достаточно времени для этого. Через некоторое время из кастрюли начал доноситься аромат мяса. Густой аромат распространился по всему двору, и все начали глотать слюну. Взрослые еще могли сдерживаться, но дети уже подбежали и сидели на корточках перед дверью семьи Тун, принюхиваясь к аромату. Некоторые малыши даже катались по земле, причитая: — Я хочу мяса! Я хочу мяса! Ладно, дети, может, и не знали, что правильно, а что нет, но проблема была в том, что и родители этих непоседливых детей тоже. Жена старого Линя подошла ближе, обнажила полный рот желтых зубов и сказала: — Девочка, ты каждый день готовишь столько вкусной еды. Твои приемные родители, должно быть, очень богаты? Тун Сюэлу улыбнулась, но ничего не сказала: «Даже если и так, это не имеет к тебе никакого отношения». Глядя на улыбающуюся Тун Сюэлу, жена старого Линя пошла дальше и сказала ей: — Девочка, твое мясо так вкусно пахнет. Смотри, ребенок плачет от запаха. Почему бы тебе не дать мне маленькую мисочку, когда закончишь? Тетя Цай, их соседка, забеспокоилась, как только услышала это. Однако она не успела ничего сказать, как Тун Сюэлу с улыбкой кивнула и сказала: — Конечно. Жена старого Линя шлепнула себя по бедру и засмеялась. — Правильно, девочка. Мы, соседи, всегда должны помогать друг другу. Тун Сюэлу улыбнулась и кивнула. — Вы правы, тетя. Жена старого Линя улыбалась от уха до уха. — Айя, это мясо так пахнет. Я уверена, что оно почти готово. Позволь мне пойти и принести свою миску. — Подождите, тетя, — Тун Сюэлу остановила ее. — Если тетушка возвращается, вы должны взять с собой пять килограммов риса на обратном пути. *** https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.) ---------- Том 1 Глава 10.2 Тун Сюэлу притворно вздохнула. — Конечно, мы хотим, но моя бабушка недавно потеряла рассудок и нуждается в постоянном уходе. Мои дяди очень сыновьи и хотят остаться в деревне, чтобы заботиться о ней. Поэтому мы собираемся продать эту должность. — Потеряла рассудок? Сюй Байгэнь и его жена были шокированы. Когда старая госпожа Тун приезжала к ним 6 месяцев назад, она требовала мяса за каждым приемом пищи, и ее голос звучал очень оживленно, когда кричала на других. Как эта женщина вдруг могла потерять рассудок? Тун Цзямин тоже был ошеломлен, когда услышал это. Он повернулся и посмотрел на Тун Сюэлу. Но потом быстро опустил голову и не стал ничего говорить. Тун Сюэлу продолжала врать сквозь зубы с самым серьезным видом. — Доктор сказал, что это болезнь Альцгеймера или что-то в этом роде. Она не совсем выжила из ума. Иногда бабушка узнает людей и выглядит нормально, но иногда у нее случаются приступы, она кричит и бьет людей. Я слышала, что многие в деревне пострадали от нее! Именно по этой причине два моих дяди не решаются переехать с ней в город. Они планировали приехать после того, как закончат работу на поле, но их задержала болезнь бабушки, — Тун Сюэлу вздохнула. Чжоу Фан забеспокоилась, услышав это: — Так серьезно? Сможет ли она оправиться от этого? Тун Сюэлу снова вздохнула и махнула рукой. — Не думаю. Я еще не видела свою бабушку, но мне все равно грустно слышать, что это случилось с ней в ее преклонном возрасте... Ближе к концу глаза девушки покраснели, а голос сломался. Казалось, что она очень опечалена. Тун Цзямин: «…» Он почти поверил в ее слова. Сюй Байгэнь и Чжоу Фан, с другой стороны, считали, что Тун Сюэлу была сыновним ребенком. Об этой девушке ходили самые разные слухи до ее возвращения, особенно в период времени сразу после смерти Тун Дацзюня и его жены. Именно тогда появились самые страшные слухи. Теперь же казалось, что все ее неправильно поняли. Эта девушка даже испытывала такие чувства к своей бабушке, которую никогда не видела, так как же она могла быть той, кто гонится за богатством и ненавидит бедных? — Так ты, твои братья и сестра собираетесь переехать в деревню? Тун Сюэлу покачала головой. — Нет, не собираемся. Там и так мало работы, а теперь еще и за бабушкой нужно ухаживать. Если мы вернемся туда, то только увеличим нагрузку на дядю и тетю. — Кроме того, я уже взрослая. Могу зарабатывать деньги и содержать братьев и сестру. Как только я накоплю немного денег, то отправлю бабушке домой немного питательной еды. Взгляд Чжоу Фан стал еще более нежным, когда она услышала это. — Ты такая послушная девочка. Я уверена, что твоя бабушка будет очень счастлива, когда услышит это. — Почитание старших — это правильно, — Тун Сюэлу застенчиво посмотрела на нее, когда услышала это. — Ах да, брат Сюй, сестра Чжоу Фан, вы не думали купить должность грузчика на фабрике? Чжоу Фан была немного ошеломлена: — Купить? Но она нам не нужна. Работа грузчиком требовала физического труда, и занимали эту должность только мужчины. Сюй Байгэнь был единственным сыном в семье, поэтому эта должность не пригодилась бы им. Тун Сюэлу: — Вы можете пока купить ее, а потом попробовать обменять на какую-нибудь другую. У вас будет гораздо больше шансов найти подходящую работу, чем продолжать ждать, как вы делаете это сейчас. Сюй Байгэнь и Чжоу Фан обменялись взглядами. Она была права. Почему это не пришло им в голову раньше? Было бы гораздо проще иметь должность, чтобы поменяться с другими, чем просто ждать свободного места, за исключением того, что... — Сколько ты хочешь за нее, младшая сестра? — Вам нужно заплатить мне 350 юаней. ---------- Том 1 Глава 10.3 — 350 юаней? — Сюй Байгэнь был шокирован. — Младшая сестра, тебе не кажется, что это слишком дешево? Должность на рынке стоила около 500 юаней. Некоторые лучшие позиции могли стоить от 800 до 1000. Работа грузчиком была тяжелой и малооплачиваемой, но за нее можно было получить не менее 400 юаней. Чжоу Фан тоже кивнула. — Я думаю, ты не знаешь, сколько может стоить должность, младшая сестра. В прошлый раз кто-то продал такую же за 415 юаней. Тун Сюэлу обрадовалась еще больше, когда увидела, насколько честной была эта пара. — Знаю, но я также слышала от Цзямина, что брат Сюй и сестра Чжоу Фан очень помогли после несчастного случая с моими родителями. Если бы не вы двое, то дети точно не справились бы со всем этим. Поэтому я прошу всего 350. Так вот в чем была причина. Не так уж много людей теперь проявляют свою благодарность. Но именно поэтому они не могли ими воспользоваться. Сюй Байгэнь сказал: — Младшая сестра, мы купим у тебя эту должность, но не за 350 юаней. Мы заплатим рыночную ставку в 415 юаней! Естественно, Тун Сюэлу не согласилась бы просто так. Тогда вся ее работа пошла бы насмарку. — Брат Сюй, сестра Чжоу Фан, это было бы неправильно... После некоторых переговоров, они, наконец, согласились на 380 юаней. Сюй Байгэнь был честным человеком и сразу же дал Тун Сюэлу 250 юаней. Оставшуюся сумму им нужно было занять, чтобы расплатиться. Естественно, девушка сказала, что все в порядке. Они подписали платежную ведомость и собрались уходить. Когда дети пришли, лицо старой госпожи Сюй было черным, как дно горшка; теперь же она улыбалась, как распустившийся цветок. — Уже так поздно. Невестка, почему бы тебе не проводить их домой? Тун Сюэлу обменялась с ними любезностями и перестала настаивать. Семья Сюй проводила их до двери, а Чжоу Фан даже помогла донести Тун Мяньмянь на обратном пути. Они провожали Тун Сюэлу, как будто та была правительственным чиновником. Жена старого Линя, которая пряталась за окном и смотрела на улицу, была ошеломлена. Как получилось, что они не только не поссорились, но и выглядели такими милыми друг с другом? Что же произошло? Жене старого Линя не терпелось узнать это. К сожалению, сейчас было не лучшее время для того, чтобы идти к семье Сюй и все выяснять. Это убивало ее! Вернемся в семью Тун. Тун Цзясинь работал над домашним заданием. Грызя карандаш, он выглядел очень обеспокоенным. Увидев, что они дома, он отбросил карандаш и подскочил. — Второй брат, вы, ребята, наконец-то дома! Тун Цзямин с торжественным видом кивнул в знак согласия. Тун Цзясинь, напротив, лепетал, как глупый мальчишка: — Второй брат, зачем ты ходил к Сюй? Почему даже младшая сестра может пойти с тобой, а я нет? На этот раз Тун Цзямин пристально посмотрел на него. — Ты закончил с домашним заданием? Лицо Тун Цзясиня стало выглядеть как сморщенный баклажан: — ...Еще нет. — Тогда почему ты не работаешь над ним прямо сейчас? Тун Цзясинь высунул язык в сторону Тун Цзямина и снова принялся грызть карандаш. Тун Сюэлу кипятила воду на улице, готовясь к купанию. Она плохо переносила холод и предпочитала купаться в теплой воде даже летом. Тун Цзямин подошел к плите и негромко спросил: — Почему ты солгала? Тун Сюэлу накрыла крышкой кастрюлю, встала и посмотрела на него. — Ты имеешь в виду, когда я сказала, что бабушка сошла с ума? Тун Цзямин кивнул. — Конечно, ради тебя! — сказала Тун Сюэлу. — Если бы я этого не сказала, твоя ложь сразу раскрылась бы, когда они приехали! Тун Цзямин нахмурился. — Но твою ложь не раскроют? ---------- Том 1 Глава 10.4 Разве другие не смогут определить, сумасшедший человек или нет? Кроме того, из Бэйхэ приедет не один человек, и она не сможет просто выдумать все, что захочет. Тун Сюэлу пожала плечами. — Именно поэтому нам нужно действовать первыми. Она делала это не просто так, изображая сыновнюю заботу. Отговорка Тун Цзямина была хлипкой, и когда придут люди из Бэйхэ, он сразу же станет мишенью для всех. Она должна была сделать свои шаги первой. Цзе Цзиньхуа, их бабушка, должна была стать «сумасшедшей», чтобы ее план сработал. Что касалось того, что она продала должность семье Сюй по дешевке, это было сделано для того, чтобы те были ей обязаны. Девушка надеялась, что в будущем, когда возникнут конфликты, они будут на ее стороне. Если спросить, чувствовала ли она себя плохо, пытаясь подставить пожилого человека, которого никогда раньше не видела, то ответ будет однозначным — нет. В оригинальном романе Цзе Цзиньхуа, злая женщина, была тесно связана с ужасным детством трех боссов. Тун Мяньмянь всегда была красивой девочкой, но когда ей было всего 6 лет, ее совратил кузен, который был старше на 10 лет. Цзе Цзиньхуа не только не отругала внука, когда узнала об этом, но и назвала девочку бесстыдницей за то, что та соблазнила кого-то в столь юном возрасте. Это нанесло Тун Мяньмянь множество травм. Она чувствовала себя одновременно испуганной и обиженной и не решалась рассказать об этом двум своим братьям. В конце концов девочка не смирилась с этим инцидентом и покончила жизнь самоубийством на пике своей карьеры. Тун Цзямин уже хотел сказать что-то еще, когда увидел, что Тун Мяньмянь выбежала на своих пухлых ножках из дома. Она побежала прямо к Тун Сюэлу. — Старшая сестра, Мяньмянь хочет спать и хочет в кровать. Тун Сюэлу наклонилась и взяла ее на руки. — Уже скоро. Мы ляжем спать после того, как искупаемся. Маленькие дети, которые не купаются, превращаются в маленьких грязных свинок. Глаза Тун Мяньмянь расширились, и она стала похожа на щенка. Потряхивая своей мясистой ручкой, малышка сказала: — Мяньмянь не хочет превращаться в маленькую грязную свинью. — Тогда мы ляжем спать после того, как искупаемся и будем хорошо пахнуть, согласна? — Тун Сюэлу поцеловала ее в маленькую щечку. Тун Мяньмянь захихикала, обняв Тун Сюэлу за шею. — Ладно~, мы искупаемся и будем хорошо пахнуть. Брови Тун Цзямина разгладились, когда он увидел, как его младшая сестра улыбалась в объятиях Тун Сюэлу. Он вспомнил, как малышка плакала так сильно, что ее голос был хриплым, когда их родители умерли. Со временем она перестала плакать, но к ней так и не вернулась прежняя жизнерадостность. В последние несколько дней девочка снова была счастлива и время от времени улыбалась. Тогда он впервые почувствовал, что позволить этой женщине вернуться было правильным решением. На следующий день было очень солнечно. Поскольку дел было много, Тун Сюэлу приготовила только тарелку овощей с чесноком. С вечера осталось немного картофеля и тушеной свинины, и их можно было разогреть, плюс легкая каша из сладкого картофеля, которую Тун Цзямин приготовил утром. Все это стало идеальным завтраком. После еды Тун Цзясинь убрал посуду, а Тун Мяньмянь отправилась к тетушке Цай, чтобы та присмотрела за ней. Тетушка Цай получила вчера порцию картофеля и тушеной свинины, и это было так вкусно, что ее семья чуть не проглотила языки вместе с блюдом. Она как раз думала о том, как отблагодарить Тун Сюэлу, когда та пришла и попросила ее посидеть с ребенком. Конечно, женщина с радостью согласилась. Малышка потянула сестру за штаны, наклонила голову и спросила: — Старшая сестра, а Мяньмянь может пойти с тобой? Личико маленькой булочки было розовым и нежным, а ее длинные и густые ресницы развевались, как два веера. Она была невероятно милой. Сердце Тун Сюэлу растаяло. Она присела на корточки, посмотрела на Тун Мяньмянь и сказала: — У старшей сестры сегодня много дел, и ей нужно идти на работу. Поэтому старшая сестра не может взять тебя с собой. Мяньмянь будет хорошей девочкой, останется с тетей Цай и не будет бегать вокруг, верно? Глаза Тун Мяньмянь, похожие на виноградины, были прозрачными. Надув свои маленькие губки, она послушно кивнула головой и сказала: — Хорошо, Мяньмянь будет хорошей. Мяньмянь не будет бегать. Маленькая булочка была такой милой, что Тун Сюэлу обняла ее и поцеловала в щеку. — Мяньмянь такая хорошая девочка. Старшая сестра приготовит тебе вкусную еду, когда вернется. ---------- Том 1 Глава 11.1 Расставшись с маленькой булочкой с тоскующим взглядом, Тун Сюэлу отправилась в ближайший полицейский участок со своим удостоверением личности и другими документами. Это удостоверение было подготовлено в полицейском участке во время расследования, когда узнали, что она и Тун Чжэньчжэнь жили не в своих родных семьях. С этим удостоверением личности и документами ей было очень легко позаботиться о домашнем кадастре. Все, что нужно было сделать, это сообщить им свое имя. Что касается Тун Чжэньчжэнь, то ее домовую книгу забрали еще до несчастного случая с родителями Тун. После того, как Тун Сюэлу закончила со своей регистрацией, она поспешила на текстильную фабрику. Когда девушка пришла, то увидела Чжоу Фан, которая ждала ее у входа на фабрику. — Прости, что заставила тебя ждать, сестра Чжоу. Женщина улыбнулась и ответила: — Я не долго ждала. Сама недавно подошла. Щеки Тун Сюэлу покраснели от жары. — Тогда пойдем внутрь. Чжоу Фан кивнула. Эта должность всегда принадлежала семье Тун, поэтому им нужно было только уведомить фабрику, и все было очень просто. Как только их перевод был завершен, Тун Сюэлу остановила женщину на выходе. — Сестра Чжоу Фан, раз уж мы здесь, почему бы нам не позаботиться и о переводе должности грузчика? Чжоу Фан была немного удивлена: — Сейчас? Но у нас еще нет денег. Чжоу Фан планировала после этого вернуться в деревню и занять немного денег у своих родителей и других родственников. Тун Сюэлу сказала: — Все в порядке. Просто заплати мне, когда появятся деньги. Я не думаю, что мне нужно будет беспокоиться об этом. Чтобы привлечь человека на свою сторону, нельзя было обойтись одними разговорами, нужно было предложить ему реальную выгоду. Конечно, Чжоу Фан была очень тронута, когда услышала это. — Младшая сестра, я... я даже не знаю, что сказать! Тун Сюэлу улыбнулась и сказала: — Тогда ничего не говори. Сестра Чжоу Фан, почему бы тебе не попросить брата Сюй прийти прямо сейчас, чтобы мы могли об этом позаботиться? Чжоу Фан кивнула и поспешила на погрузочную платформу за своим мужем. Сюй Байгэнь прибежал весь в поту и горячо поблагодарил Тун Сюэлу. Девушка дала им понять, что в этом не было необходимости, и они втроем снова направились в административный офис. Офицер Цю, ответственная за процесс, была озадачена, когда увидела, что Тун Сюэлу снова возвратилась. Когда она услышала, что та хотела передать должность Сюй Байгэню, то спросила: — Ты уверена, что хочешь передать должность? Я думала, что твои родственники из деревни еще не приехали? Тун Сюэлу напустила на себя грустный вид и сказала: — Моя бабушка сошла с ума из-за несчастного случая с моими родителями. Теперь она часто кричит и избивает людей, за ней нужен постоянный уход. Я поговорила со своей семьей и решила продать эту должность. — Она сошла с ума? О, это очень прискорбно! Неудивительно, что семья Тун так долго не приходила. У них случилось что-то серьезное. Тем не менее, в последнее время семье Тун очень не везло. Как произошла эта череда несчастливых событий? Тун Сюэлу вздохнула и сказала: — Да, мы очень переживали, когда узнали, что случилось с бабушкой, но мои братья и сестра еще маленькие, поэтому я очень беспокоюсь о них, и мы не можем сами поехать в деревню. Офицер Цю с пониманием кивнула и посмотрела на Сюй Байгэня. — Товарищ Сюй, несомненно, действовал быстро. Сколько вы заплатили за должность? Сюй Байгэнь был честным: — Три… Тун Сюэлу быстро перебила его: — В прошлый раз кто-то продал место грузчика за 410 юаней. Брат Сюй и сестра Чжоу были очень добры к нам и предложили на 20 юаней больше. Получилось 430 юаней. Это была вполне приемлемая сумма за эту должность. Офицер Цю согласилась и поставила печать на бланке. После того, как они покинули административный офис фабрики, и прежде чем Сюй Байгэнь и его жена успели что-то сказать, Тун Сюэлу извинилась перед ними. — Брат Сюй и сестра Чжоу, прошу прощения за то, что назвала им неправильную сумму. Я просто беспокоюсь, что они подумают, что вы используете нас, детей, в своих интересах, если мы скажем им правду. Вот почему… Это даже не приходило в голову Сюй Байгэню и его жене. ---------- Том 1 Глава 11.2 Чжоу Фан, в частности, беспокоилась, что Тун Сюэлу, вынужденная дать цену на 50 юаней выше той, о которой они договорились, развернется и попросит у них еще денег. Оказалось, что она преследовала их интересы! Женщина чувствовала себя одновременно и благодарной, и виноватой. Взяв Тун Сюэлу за руку, она сказала ей: — Младшая сестра, не нужно извиняться. Мы должны поблагодарить тебя. Сюй Байгэнь сразу же кивнул. Он не так уж много сделал, когда Тун Дацзюнь и его жена ушли из жизни. Мужчина не думал, что дети Тун сделают так много, чтобы отблагодарить его. Благодарная, заботящаяся о старших и своих братьях и сестре, эта дочь Тун Дацзюня была слишком выдающейся! Очень жаль, что супруги не смогут наслаждаться ее присутствием. Расставшись с Сюй Байгэнем и его женой, Тун Сюэлу отправилась на смену в производственный цех. Возможно, это из-за мысли о том, что скоро у нее будет работа, Чжоу Фан не переставала улыбаться с тех пор, как вышла с фабрики. И когда проходила мимо магазина, то решила зайти внутрь. Менее чем через 10 минут женщина направилась домой, держа в руках пакетик с молочными конфетами и две коробки пирожных. Старая госпожа Сюй нахмурилась, когда увидела все вещи, которые Чжоу Фан принесла. — Зачем ты купила так много всего? Разве не знаешь, что эти деньги нам сейчас пригодятся? Она не могла не ругать ее. На этот раз Чжоу Фан не стала расстраиваться. Вместо этого она привела матушку Сюй в дом и рассказала ей о случившемся. — Младшая сестра Сюэлу заботилась о наших интересах и сделала нам такую большую скидку. Я подумала, что мы тоже должны выразить свою признательность. Матушка Сюй не ожидала, что Тун Сюэлу так быстро оформит перевод, и ее манера поведения мгновенно изменилась. — Ты совершенно права. Мы должны выразить нашу признательность. Это очень хорошая идея. Пока они разговаривали, снаружи послышался голос: — Невестка*, у меня закончилась соль, и я решила одолжить у тебя немного. П.п.: Госпожа Сюй на самом деле не является невесткой жены старого Линя. Та просто назвала ее так для уважения. Это не отличается от того, что Тун Сюэлу обращается к Чжоу Фан как «сестра Чжоу». Это был голос жены старого Линя. Чжоу Фан быстро запихнула молочные конфеты и пирожные в шкаф. Матушка Сюй вышла и протянула ложку соли жене старого Линя, но та не собиралась уходить сразу же. — Невестка, что там с должностью на фабрике? Девочка Тун ведь не сказала вам ничего плохого? Услышав это, матушка Сюй улыбнулась и сказала: — Сюэлу — очень хорошая девушка. Какие гадости она могла сказать? В чем вообще твоя проблема? Ты неоднократно приходила и ругала ее. От этого жена старого Линя на некоторое время потеряла дар речи. — О чем ты говоришь, невестка. Когда это я ее ругала? — Не помнишь? Только вчера ты сказала нам не возвращать ей работу на текстильной фабрике! Она потеряла родителей, и тебе не только не пришло в голову помочь детям, ты только и думаешь о том, чтобы воспользоваться ею. Как ты можешь быть таким ужасным человеком? Голос госпожи Сюй был таким же громким и четким, как у тети Цай. Когда она так кричала, ее мог слышать весь поселок. Тетя Цай, которая стирала во дворе, подслушала и сказала, поджав губы: — Она говорит о ней гадости, потому что Сюэлу вчера отказалась поделиться с ней мясом. Какой ужасный человек! Все были свидетелями того, что произошло накануне. Но они не знали, что именно после этого жена старого Линя стала злословить в адрес Тун Сюэлу. Неужели она могла опуститься еще ниже? Жена старого Линя стала красной, как помидор, и чуть не выкашляла три литра крови. К сожалению, она не могла справиться с ними одна, поэтому в конце концов убежала домой. ---------- Том 1 Глава 11.3 Не только жена старого Линя была в ярости от Тун Сюэлу, но и Тун Чжэньчжэнь. Она была похожа на безумную женщину, ее лицо было зелено-черным. — Вы хотите отправить меня в деревню? Вы действительно мои биологические родители?! Глаза матери Тун покраснели, в ее взгляде читалась вина. — Нам очень жаль, Чжэньчжэнь. Мы тоже не хотели, чтобы это случилось, но на этот раз это действительно твоя вина. — Замолчи! Я не сделала ничего плохого! Это Тун Сюэлу ударила меня, но вы отказываетесь мне верить. Я знала это! В вашем сознании она — настоящая дочь! Тун Чжэньчжэнь истерично кричала, глядя на мать и отца Тун сквозь стиснутые зубы. Мать Тун было очень расстроена, когда на нее кричала собственная дочь. Она почти не могла дышать. Отец Тун прикрикнул на нее со строгим лицом: — Немедленно успокойся! Кто так разговаривает с собственными родителями? Тун Чжэньчжэнь была немного напугана отцом Тун, но это не означало, что она могла сразу же успокоиться. Отец Тун сказал: — Я понимаю, что ты недовольна, но то, что произошло тогда, не было виной Сюэлу, и она уже ушла из семьи Тун. Почему ты должна продолжать придираться к ней? Тун Чжэньчжэнь стиснула зубы так сильно, что чуть не раскрошила их. — Это она первая начала меня дразнить! Отец Тун прервал ее крики. — Достаточно. Нет смысла больше говорить об этом! Масштаб твоих действий был слишком велик, чтобы мы могли защитить тебя! Но не волнуйся, я уже поговорил с людьми в деревне. Они не дадут тебя в обиду. Просто хорошо работай там, и сможешь вернуться через год! В последние несколько лет политическая атмосфера была очень нестабильной, особенно в 60-е годы. Многие люди были осуждены по незначительным вопросам, и каждый жил так, словно ступал по тонкому льду. Казалось бы, политическая атмосфера стабилизировалась, но кто мог сказать об этом наверняка? Если кто-то воспользуется этим и обвинит их семью в злоупотреблении властью, они все пойдут ко дну. Пришлось пожертвовать Тун Чжэньчжэнь ради семьи. Он знал, что это было несправедливо по отношению к ней, но чья это была вина, в конце концов? Это была ее собственная вина. Отец Тун взял с собой матушку Тун и, закончив разговор, ушел. Тун Чжэньчжэнь была так зла, что ей хотелось кричать. Но злость не принесла бы ничего хорошего. Через два дня девушку отправили в деревню. Несмотря на то, что семья Тун купила ей много вкусной еды и других вещей, это не умерило ее гнев. На этот раз она обиделась на всю семью Тун. Тун Сюэлу быстро узнала новости после ухода Тун Чжэньчжэнь. Девушку отправили в деревню только на год, но этого было достаточно, чтобы закрепиться в столице. А что касается того, будет ли Тун Чжэньчжэнь мстить ей по возвращении, то она перейдет этот мост, когда до него дойдет. На базе Вэнь Жугуй тоже услышал хорошие новости. — ...Дочь семьи Тун была отправлена в деревню и не вернется в течение года. Голос Вэнь Жугуя был бесстрастным: — М-м-м, спасибо. — Да ладно, мы не в тех отношениях, когда тебе нужно благодарить меня. Ах да, почему ты вдруг заинтересовался делами Тун? Я не думал, что семья Вэнь и Тун пересекались хоть когда-то... — Я знаю одного человека. Мужчина, услышавший это, заинтересовался. Он явно хотел услышать сплетни. — Кто это? Мужчина или женщина? — Не тот, кого ты знаешь. Я твой должник. После этого Вэнь Жугуй положил трубку. Солнечный свет каскадом лился из окна и отражался от его белой рубашки. Его взгляд, казалось, был сосредоточен на определенном месте за окном, но на самом деле это было не так. Мальчик лет 4-5 стоял на коленях посреди разбитых мисок и тарелок и молил о прощении. — Прости меня, мама. Я больше не буду так делать. Пожалуйста, не бей меня больше. Мне так больно. Ярко-красная кровь вытекала из колен маленького мальчика и окрашивала пол. Сзади раздался голос: — Жугуй, тебя искал управляющий. Парень опомнился и ответил медленнее, чем обычно: — Хорошо. Я скоро буду. Он повернулся, чтобы уйти, и, сделав несколько шагов, обернулся, чтобы посмотреть в сторону окна. Маленького мальчика на улице уже не было. ---------- Том 1 Глава 12.1 Тун Сюэлу массировала свои больные плечи. Она больше не хотела продолжать эту работу. На текстильной фабрике у ткачей и грузчиков была самая тяжелая работа. У грузчиков хотя бы были небольшие перерывы, но не у ткачей. Им приходилось работать с начала смены и до ее конца, а иногда даже сверхурочно. Она не могла так работать. Ей нужно было перейти на другую должность! Когда Тун Сюэлу уже так устала, что готова была упасть, раздался звонок, означающий окончание рабочего дня. Ее глаза заблестели, и она с другими работниками, как овцы, которых выпустили за ворота, поспешила в кафетерий. — Дайте мне вотоу. Тун Сюэлу подошла к знакомому окошку и протянула талон на питание и свою миску. Шеф-повар Хуан, положив вотоу в ее тарелку, спросил: — Товарищ Сяо Тун, все, что ты ешь каждый день — это вотоу. Разве этого достаточно? Как насчет мяса или овощей? Тун Сюэлу улыбнулась с легким смущением и сказала: — Нет, все в порядке. Может быть, когда мне заплатят. Шеф-повар Хуан и остальные, выслушав ее, сочувственно посмотрели на нее. Поскольку госпожа Сюй и офицер Цю заступились за нее, почти все в комплексе и на текстильной фабрике знали, что не только ее родители умерли, но и бабушка сошла с ума. Бедная девушка. Ей было всего 18 лет, а пришлось нести ответственность за всю семью. Менеджер Ма из швейного отдела подошла и сказала: — Шеф-повар Хуан, дайте ей блинчики с зеленым луком и капусту с мясом. Запишите это на мой счет! Тун Сюэлу быстро замахала руками: — Нет, нет, я поем только вотоу, менеджер. Госпожа Ма не собиралась ее слушать. Она выхватила у Тун Сюэлу тарелку с обедом и сказала: — О чем ты беспокоишься? Думаешь, что я не могу себе этого позволить или что? Ее младшая дочь выходила замуж в следующем месяце, а ее будущий муж был сыном директора по образованию. Они были хорошо обеспечены, и зять был добрым человеком. Он очень ценил ее дочь. Зять не только дал им 180 юаней, но и позже прислал швейную машинку, часы и радио. Родители посовещались между собой и решили, что дочь привезет все это с собой. Кроме того, они собирались купить ей велосипед, чтобы она хорошо выглядела. Талон на велосипед было очень трудно достать. Иногда люди не могли получить его даже в течение года. Можно было использовать обычные талоны на велосипед, но их нужно было 50 штук. Это было так много, что вся семья собирала их в течение 2-3 месяцев, и все равно не хватало 7 штук. Тун Сюэлу каким-то образом узнала об этом и принесла 7 талонов на второй день работы. Она отдала их менеджеру, но ничего не попросила взамен! Как можно не любить такую добрую и милую девушку? Не обращая внимания на одно блюдо, менеджер Ма с радостью угостила бы ее десятью блюдами. Тун Сюэлу, не сумев остановить менеджера Ма, поблагодарила ее. Увидев, что шеф-повар Хуан дал порцию больше, чем остальным, она тоже поблагодарила его, после чего госпожа Ма потянула ее к столику, где она сидела. Менеджер Ма откусила кусочек блинчика с зеленым луком, посмотрела по сторонам и негромко сказала: — Сегодня вернется директор завода. Я пойду спрошу о пособии на случай смерти родителей. В глазах Тун Сюэлу заблестели слезы. Она с благодарностью сказала: — Спасибо, менеджер. Мне всегда говорили с детства, что я очень везучий человек и буду сталкиваться с людьми, которые мне помогут. Раньше я в это не очень верила, но теперь верю. Смотрите, только пришла на фабрику и столкнулась с вами. От ее слов менеджер Ма улыбнулась очень широкой улыбкой, что ее глаза превратились в щелочки. — О, послушай себя, дитя. Несмотря ни на что, ты всегда можешь прийти ко мне, если тебе что-нибудь понадобится в будущем! — Спасибо, менеджер Ма. Мне так повезло, что я столкнулась с таким человеком, как вы! Тун Сюэлу с благодарностью и уважением смотрела на менеджера Ма своими покрасневшими глазами. Женщина была очень рада, и ее переполняло чувство ответственности. «Какой жалкий ребенок. В будущем нужно будет больше заботиться о ней». Угостить обедом — это одно. В будущем она также сократит количество ночных смен Тун Сюэлу. ---------- Том 1 Глава 12.2 Управляющий заводом Юй вернулся после обеда, как и ожидалось. Его мать жила в деревне, она заболела и позвонила ему, что находится на смертном одре. Он быстро уладил все дела со своей стороны и поспешил вернуться. Мужчина поехал на поезде, чтобы быстрее добраться и позаботиться о матери, а затем на другом поезде вернулся в столицу после того, как ее состояние стабилизировалось. Он был сильно измотан поездкой. Как только мужчина сел за стол и не успел даже сделать глоток воды, как вошла менеджер Ма с торжественным видом. — Директор завода Юй, я хочу поговорить с вами о пособии на случай смерти семьи Тун. Директор поставил свою керамическую кружку и сказал: — Говори. Менеджер Ма рассказала о том, что супруги Тун были хорошими работниками до своей кончины и как жалко детей после их смерти. Она упомянула, что мать Тун Дацзюня сошла с ума. В общем, семья Тун пережила такую трагедию, и директор завода Юй был бы ужасным человеком, если бы не выдал пособие по смерти Тун Сюэлу как можно скорее! Директор, как человек, который смог добиться своей должности, не был простым человеком. — Говоришь, что дочь Тун Дацзюня вернулась и работает на нашем заводе? Управляющий Ма кивнула. — Ребенок очень трудолюбив и много заботится о своих братьях и сестре. Она очень ответственный человек. Директор завода Юй махнул рукой и сказал: — Хорошо, я понял. Отправь ее ко мне в офис. Он не поверил словам менеджера Ма. Какой надежный человек не захочет узнать своих собственных родителей? Менеджер Ма, не зная, что было на уме у директора Юй, быстро пошла за Тун Сюэлу. Поблагодарив госпожу Ма, Тун Сюэлу в умеренном темпе направилась в кабинет директора Юй. Та, кого можно назвать зеленым чаем, очень хорошо разбиралась в людях. Тун Сюэлу поняла, что управляющий Юй был недоволен ею, как только вошла в его кабинет. Никакие объяснения не помогли бы ей в данный момент, поэтому она решила действовать по-другому. Девушка достала лист бумаги и подошла к директору Юй. — Я слышала, что мать руководителя завода чувствует себя не очень хорошо. У меня есть рецепт, который был передан от имперского врача. Он укрепляет тело. Можете взглянуть, подходит ли он для вашей мамы? «…» Слова директора Юй застряли у него в горле, как и его слова об отказе от выплат. Рецепты имперских врачей были очень ценны. Слабое здоровье его матери проистекало из ее прошлого. В частности, в течение нескольких лет после великого голода она пыталась сохранить как можно больше еды для своих братьев и сестер. После этого ее дни стали лучше, но здоровье только хуже. Он сделал паузу и взял листок. — Откуда... ты это взяла? Тун Сюэлу солгала с серьезным видом: — Я получила его от своих приемных родителей. На самом деле это был рецепт от врача-травника из ее прошлой жизни. Он был питательным и мог использоваться любым человеком. — Спасибо, товарищ Сяо Тун. Тун Сюэлу приняла послушный вид. — Не за что, директор. Вы должны убрать это, чтобы другие не видели. Директор завода Юй сложил лист бумаги и положил его в карман, а затем спросил ее: — Почему ты не появилась после несчастного случая с твоими родителями? Его тон был намного мягче после того, что только что произошло. Глаза Тун Сюэлу покраснели, и она начала свое выступление: — Знаю, что вы считаете меня незрелым ребенком, но когда я вдруг неожиданно узнала, что мои родители, с которыми прожила всю свою жизнь, не были моими настоящими родителями, то почувствовала себя очень испуганной и потерянной. К тому времени, как я перестала бояться и теряться, мои родители уже ушли из жизни. — Передо мной открылась самая искренняя форма любви, но я не знала, как ее оценить. И очень жалею о том, что потеряла ее. Это была самая трагическая вещь в моей жизни. Если только небеса дадут мне второй шанс, я обязательно скажу своим родителям, что мне очень жаль! В конце речи у нее потекли слезы. ---------- Том 1 Глава 12.3 Руководитель завода Юй очень боялся женских слез. Его голова заболела вдвое больше прежнего, когда он увидел слезы, текущие по ее щекам. — Ладно, ладно. Ты можешь перестать плакать! Главное, что поняла, что совершила ошибку. Все совершают ошибки, не говоря уже о том, что ты еще молода и не знаешь ничего лучшего. Я уверен, что родители простят тебя, если узнают! Тун Сюэлу посмотрела на управляющего заводом Юй заплаканными глазами. — Правда? Вы думаете, мои родители простят меня? Управляющий заводом Юй немедленно кивнул: — Да, я уверен в этом! Тун Сюэлу сделала облегченный вид. — Теперь я чувствую себя намного лучше. Директор завода Юй тоже почувствовал облегчение, когда Тун Сюэлу наконец перестала плакать. Мужчина считал ту неблагодарной, но теперь, когда по ее лицу текли слезы, и она так много говорила от чистого сердца, он почувствовал, что, возможно, неправильно ее понял. К тому же он принял от нее рецепт, так как же мог продолжать ее укорять? Тун Сюэлу вытерла слезы и с серьезным видом сказала: — Нет смысла говорить о прошлом. Сейчас я хочу только усердно работать, поддерживать своих младших братьев и сестру и вырастить их конструктивной частью общества. Директор завода, я прошу вас и дальше подсказывать мне в будущем! — Хорошо! Я рад, что в юном возрасте ты уже все поняла. Продолжай в том же духе! Тун Сюэлу была очень энергична. — Да, директор. Я посвящу все свое сердце и душу заводу, семье Тун и буду стремиться стать активистом в трудовом коллективе! Услышав это, директор завода Юй наконец удовлетворенно кивнул, открыл ящик и достал из него пособие на случай смерти. Он планировал отдать их членам семьи из деревни, когда те приедут, но теперь, когда Тун Сюэлу выглядела не такой ненадежной, как он думал вначале, то мог бы просто отдать их ей. В любом случае, они принадлежали семье Тун. Выйдя из офиса директора завода Юй с пособием на случай смерти, Тун Сюэлу, убедившись, что вокруг никого не было, понюхала конверт. Запах денег был таким удивительным. Однако актерская работа была тяжелой и утомительной, и она решила устроить себе выходной. Девушка быстро получила разрешение от менеджера Ма. Причина отгула: ей нужно было купить немного питательной еды, чтобы отправить ее бабушке, которая потеряла рассудок. И почему бы управляющей Ма не дать ей выходной за такой сыновний поступок? Выйдя с фабрики, Тун Сюэлу направилась прямо к государственному ресторану. *** Когда она вошла в ресторан, время обеда уже прошло, и других посетителей не было. С одной стороны сидели две работницы и болтали друг с другом. — Здравствуйте, товарищи, у вас есть какое-нибудь мясное блюдо? Чтобы казаться бедной, последние несколько дней она готовила только капусту или зелень. Девушка умирала от этой простой пищи. — Нет, нет, нет. Вы хотите мяса после обеда? Только в мечтах! — нетерпеливо ответила коротко стриженная девушка. С таким поведением в современном мире она могла бы и работы лишиться, но в этой эпохе работницы ресторана могли позволить себе быть настолько высокомерными! Тун Сюэлу не собиралась расстраиваться из-за грубости других людей. — Что у вас есть? Другая длинноволосая девушка ей ответила: — У нас есть суп из зеленых бобов и финиковый пирог на пару. Вы хотите? — Да, да. По одному, пожалуйста. — Суп из зеленых бобов стоит 10 цзяо за штуку, а финиковый пирог на пару — 1 цзяо. Итого у вас получается 11 цзяо, 2 талона на питание и 1 талон на сахар. Это было так дешево. Тун Сюэлу быстро достала свои деньги и талоны. Длинноволосая работница приняла оплату и принесла ей еду, после чего вернулась к болтовне. Суп из зеленых бобов был недостаточно сладким, но финиковый пирог на пару был неплох. Пока Тун Сюэлу ела, она обдумала, что делать дальше. ---------- Том 1 Глава 12.4 Те, кто жили в Бэйхэ, должны получить письмо в ближайшие пару дней. Путь от деревни до столицы занимал всего один день и одну ночь. Короче говоря, они приедут к ним уже на следующей неделе. Но сейчас все дела были уже улажены, пособие по смерти было у нее на руках, и продали одну из должностей, в общем, все ее задачи были выполнены. Теперь, если бы только она могла поменять свою работу на более уютную должность, это было бы идеально. Вдруг Тун Сюэлу услышала, о чем говорили две официантки позади нее... — Почему твоя кузина захотела поменяться с тобой должностями? Вы обе работаете в государственном ресторане, какой в этом смысл? Длинноволосая официантка сказала: — Свекровь моей кузины и ее муж постоянно избивают ее. Она подумала, что если сможет найти работу подальше, то ей не придется жить дома и, может быть, тогда ее не будут бить. Девушке было жаль свою кузину, но вся ее семья была здесь. Кроме того, ей негде было остановиться в городе. Неужели она должна была снимать жилье? — Мне кажется, что даже если ты согласишься поменяться с ней местами, свекровь и ее муж не позволят ей приехать! — Да, в этом ты права. Она позвонила мне на следующий день и отказалась от своих слов. Позже я узнала от мамы, что моя кузина едва упомянула об этом, а ее муж снова избил ее... Тун Сюэлу задумалась. Ресторан, управляемый правительством? Это была бы отличная работа. Она бы не уставала и могла каждый день вкусно поесть. Кроме того, девушка любила готовить. Это была идеальная работа для нее. Тун Сюэлу доела финиковый пирог и приготовилась устроить еще одно шоу. БАНГ! В ресторане раздался громкий звук. Тун Сюэлу хлопнула ладонью по столешнице и сказала: — Это уже слишком! Обе официантки: «???» Неужели в это время были люди, которые могли позволить себе быть более высокомерными, чем они? Чэнь Дани, коротковолосая девушка, встала, положив руки на талию, и закричала на Тун Сюэлу: — Что ты себе позволяешь? Сможешь заплатить за стол, если повредишь его? Тун Сюэлу обернулась и посмотрела на нее с очень удрученным видом. — Прошу прощения, товарищи. Я не пыталась уничтожить общественное имущество; просто слишком разозлилась, когда случайно услышала ваш разговор! — Как женщины, мы не только должны рожать и воспитывать детей, а также должны ходить на работу, даже во время беременности. Кроме того, должны заботиться о домашнем хозяйстве и обо всех в семье. Не говоря уже о том, что никто не ценит всю нашу работу, но мы еще и должны быть грушей для битья в дополнение к этому? Как женщина, я чувствую себя ужасно и злюсь после того, как услышала историю о старшей сестре! Она сжала кулаки, и к концу речи у нее выступили вены на руках. Она выглядела так, будто хотела кого-то избить. Хуан Сянлань, длинноволосая официантка, все еще была не замужем и не могла понять, о чем говорила Тун Сюэлу, но Чэнь Дэни могла отнестись к этому с пониманием. Хотя ее муж и свекровь не били ее, но они определенно бросали на нее недовольные взгляды. Свекровь стала недовольна ею после того, как она родила двух дочерей. Женщина говорила, что считала ее хорошей из-за здорового тела, но все, что она сделала, это родила целую вереницу бесполезных девочек. Официантка вспомнила, что после рождения второго ребенка ей не давали даже месячного отдыха, и холодной зимой она вставала рано утром, чтобы постирать белье для всей семьи. Именно тогда ее здоровье начало ухудшаться. Теперь менструации каждый раз были очень болезненными. Пока она не родила сына, свекровь наконец перестала говорить о том, чтобы ее сын женился на другой. Что касалось ее мужчины, то он тоже плохо вел себя. Муж срывался на ней всякий раз, когда у него был плохой день вне дома! Она могла три дня рассказывать о своих несчастьях. ---------- Том 1 Глава 13.1 Чэнь Дэни полностью изменила свой суровый взгляд и убрала руки с талии. — Товарищ, ты говоришь правильные вещи. Быть женщиной — это такая тяжелая жизнь! Эта официантка выглядела как человек, у которого за плечами была целая история. Тун Сюэлу подошла к ней и эмоционально кивнула. — Именно так, верно? Нам, женщинам, приходится вставать раньше петуха, ложиться спать позже собаки, есть хуже свиньи и работать больше коровы. А по праздникам мы даже не имеем права сидеть за столом! Хуан Сянлань не могла вспомнить, что было совсем недавно, но после последних слов Тун Сюэлу она вдруг вспомнила, как ее мать каждый год в канун Нового года вставала очень рано и, проработав весь день, не могла даже сесть за стол и поесть. Ей вдруг стало очень жаль ее. А теперь двоюродная сестра. С тех пор как она вошла в семью Хэ, у нее никогда не было хороших дней. Избиение было для нее нормой. Она не могла не кивнуть вместе с ними: — Да, конечно, ужасно быть женщиной! Тун Сюэлу продолжила: — Наш председатель уже говорил, что женщины могут держать половину неба. Так почему же мужчины так относятся к нам, женщинам? Я решила. Я собираюсь помочь твоей сестре из рабочего класса, которая испытывает трудности. Хуан Сянлань немного опешила: — Ты хочешь помочь моей кузине? Чэнь Дэни тоже была озадачена. Конечно, она была расстроена. Но это было, в конце концов, чужое семейное дело. Что они могли с этим поделать? Тун Сюэлу кивнула: — Мой отец — директор Департамента логистики, а мать — глава Федерации женщин. Оба моих брата и их жены — государственные служащие. Мне нужно только попросить их, и они смогут преподать урок свекрови и мужу вашей кузины. Чэнь Дэни и Хуан Сянлань даже не подозревали, что у Тун Сюэлу за плечами такая биография. Они обе были поражены. Как бы Хуан Сянлань ни хотела преподать урок свекрови и мужу своей двоюродной сестры, не ей было принимать такое решение. Тун Сюэлу сразу же заметила ее колебания и сказала: — Почему бы нам не сделать вот что. Вы можете дать мне рабочий адрес вашей кузины, и я сама с ней поговорю. Помогу ей, если она захочет, а если нет, то буду уважать ее желания. Что скажите? Глаза Хуан Сянлань загорелись. — Это фантастическая идея. Спасибо, товарищ. *** Тун Сюэлу поехала на машине по адресу, который Хуан Сянлань дала ей после того, как она вышла из ресторана. Там ей сказали, что Су Сюин в тот день не пришла на работу. Официантка в государственном ресторане города уставилась на Тун Сюэлу своими глазами, в которых была видна зависть. — Как вы связаны с сестрой Сюин? Она никогда не упоминала о вас раньше. Тун Сюэлу достала из военной сумки пару молочных конфет и сунула их в руку женщины. Улыбаясь, она сказала ей: — Я подруга ее кузины, и она попросила меня передать сообщение сестре Сюин. Какая жалость, что она сегодня не работает. Что мне теперь делать? Официантка завидовала внешнему виду девушки, но теперь, когда получила пару конфет, то почувствовала, что Тун Сюэлу стала гораздо менее раздражающей на вид. — Я могу дать вам ее домашний адрес, если это срочно. Тун Сюэлу была приятно удивлена. — Спасибо, товарищ. Я буду вам очень признательна. Су Сюин жила на некотором расстоянии от правительственного ресторана, и Тун Сюэлу поспрашивала дорогу. Когда она вошла в переулок, вымощенный голубыми плитами, то услышала женский крик о помощи, гневные возгласы мужчины и плач ребенка. Испугавшись, девушка ускорила шаг. Зайдя за угол, Тун Сюэлу увидела высокого коренастого мужчину, который бил и пинал женщину. Та же свернулась калачиком в углу, ее волосы были в беспорядке, а голова была чем-то разбита, и из раны текла кровь. На передней части ее одежды тоже была кровь. Она не пыталась отбиться от мужчины, но спрятала за своим телом ребенка, чтобы убедиться, что он в безопасности. Тун Сюэлу сжала свои кулаки. ---------- Том 1 Глава 13.2 Когда она решила прийти сюда, ее скрытым мотивом было желание поменяться должностями с Су Сюин. Теперь же девушке было все равно, сможет ли она поменяться с ней должностью, но этот человек должен был умереть. Она сделала несколько шагов назад и снова побежала вперед, крикнув: — Сюда, товарищи полицейские. Чуть дальше. Я слышала женский плач и мужской крик. Пожалуйста, поторопитесь. Нога Хэ Баогэня остановилась в воздухе, когда он услышал это. Мужчина вытянул шею, чтобы заглянуть в переулок. Он не увидел ничего, только услышал чьи-то шаги, и «товарищ полицейский» испугал его. — Считай, что на этот раз тебе повезло. Я убью тебя, если ты в следующий раз посмеешь возражать! Он еще один раз ударил Су Сюин, после чего повернулся и исчез. Тун Сюэлу вышла из-за угла, когда его уже не было видно. — Ты, должно быть, сестра Сюин, верно? Ты в порядке? У Су Сюин сильно болела голова и было головокружение от побоев. Она медленно подняла голову, услышав, как Тун Сюэлу произнесла ее имя, и, посмотрев на незнакомое лицо, спросила: — Ты меня знаешь? Тун Сюэлу кивнула. — Я подруга твоей кузины Хуан Сянлань. Мы можем поговорить об этом позже. Давай я отвезу тебя в больницу. Су Сюин покачала головой: — Все в порядке. Со мной все в порядке. Тун Сюэлу поняла, что у нее не было с собой денег. — Сестра Сюин, даже если ты не беспокоишься о себе, то нужно хотя бы осмотреть ребенка. У девочки были закрыты глаза, а лицо было бледным, как лист бумаги. В какой-то момент она потеряла сознание. Су Сюин, только осознав, что дочка потеряла сознание, сразу же забеспокоилась и попыталась встать. Однако она была слишком слаба, чтобы подняться на ноги. Тун Сюэлу быстро оказала ей поддержку и взяла ребенка на руки, после чего доставила их в больницу. *** У Су Сюин были синяки по всему телу, но она позволила врачу обработать только рану на лбу. На Хэ Сяоцю, ее дочери, не было никаких видимых повреждений. Она была сильно напугана и оцепенела, когда пришла в себя. Они пошли на детскую площадку при больнице. Тун Сюэлу помогла ей сесть и спросила: — Сестра Сюин, какие у тебя теперь планы? Женщина с опухшим лицом смотрела на нее безучастно. Какой у нее был выбор? Как бы ни было плохо, ей оставалось только стиснуть зубы и терпеть. Она могла только смириться с тем, что ей не повезло. Тун Сюэлу прочитала ее мысли, когда увидела ее взгляд. — Сестра Сюин, ты не думала о разводе? У тебя есть работа, и ты можешь полностью содержать себя и своего ребенка. Почему ты хочешь так жить? Су Сюин поджала пересохшие губы и ничего не сказала. Развод? Женщина хотела, но как только сказала об этом, муж избил ее так сильно, что она была прикована к постели в течение трех дней. И никто в ее собственной семье не согласился на развод. Они сказали, что если она разведется, то опозорит их, и чтобы та никогда не возвращалась! А как же ребенок, если она разведется? Семья Хэ никогда не позволила бы ей оставить ребенка, а она не могла заставить себя оставить дочь. Могла ли она развестись? Нет, не могла! Тун Сюэлу вздохнула и сказала: — Сестра Сюин, знаю, что это не мое дело, но я чувствую, что семья несправедлива к тебе! Одно дело, если бы мы все еще жили в старом обществе, но это новое общество, и наш председатель уже сказал, что женщины могут держать половину неба. Ты красивая и способная, почему они могут так с тобой обращаться? Су Сюин сдерживала слезы. До замужества в семье Хэ она была самой красивой на фабрике. Девушка никогда бы не выбрала Хэ Баогэня, если бы он не поклялся, что будет хорошо относиться к ней. ---------- Том 1 Глава 13.3 Все изменилось после того, как они поженились. В первый раз он избил ее за то, что она не захотела дать невестке поносить свою новую одежду. Второй раз — за то, что она заговорила со свекровью, когда на нее кричали. По мере того как побои случались все чаще и чаще, девушка уже не могла вспомнить причины. После свадьбы она не могла забеременеть в течение трех лет, и свекровь называла ее плохой курицей, которая бесплодна. Девушка ходила в больницу, и врач сказал, что с ней все в порядке. Она подозревала, что проблема кроется в ее муже. Су Сюин попросила его провериться в больнице, но как только она заговорила об этом, ее снова избили. В тот раз избиение было очень сильным. Она потеряла два зуба и был сломан один палец. На следующий год Су Сюин забеременела, но родила дочь. Свекровь, увидев, что это дочь, сразу же отвернулась и ушла, и даже когда ребенку было уже три года, ни свекровь, ни муж ни разу не обняли ее. Видя, как Су Сюин стиснула зубы, Тун Сюэлу поняла, что она уже все обдумала. Девушка продолжила: — Сестра Сюин, ты можете не думать о себе, а как же твой ребенок? Смотри, она уже оцепенела от сегодняшнего шока. Представляешь, что с ней будет, если она все время будет жить в страхе? И, учитывая характер твоего мужа, откуда ты знаете, что однажды он не изобьет ребенка? — Нет, он, он не будет... Су Сюин отрицала это с бледным взглядом. Ее слова были настолько тихими, что даже она сама себе не верила. — Хорошо, даже если он не побьет ребенка, но побил тебя. Как долго ты еще сможешь это терпеть? Позволь мне рассказать тебе одну историю, сестра Сюин. Была одна женщина, которую постоянно избивал муж. Она никогда не думала о разводе, как бы сильно ее ни избивали. Как ты думаешь, что в итоге произошло? Су Сюин посмотрела на нее и покачала головой. Тун Сюэлу внезапно понизила голос и сказала: — Она умерла. Была убита своим мужем. Су Сюин выдохнула «Ох», и кровь, казалось, внезапно покинула ее лицо. Она посмотрела на Тун Сюэлу расширенными от страха глазами. — После того, как муж убил ее, он сделала вид, что та умерла от болезни. Менее чем через месяц после ее смерти он снова женился. Новая женщина заняла ее работу, легла с мужем в постель и командовала ее дочерью. Разве это не ужасно? Су Сюин начала неудержимо дрожать, когда услышала конец. Ее дочь на руках, казалось, почувствовала страх матери и заплакала: — Мама! От ее слова «мама» слезы потекли по щекам Су Сюин. — У-у-у. Что мне делать? Она не думала, что Тун Сюэлу преувеличивала. Если она не забеременеет в ближайшее время, муж может просто убить ее. Разводиться он не станет, так как это опозорит их семью. Значит, лучший выход — избавиться от нее и снова жениться. Тун Сюэлу торжественно сказала: — Иди и доложи о нем! Су Сюин перестала плакать: — Доложить? Тун Сюэлу кивнула: — Да. Травмы у тебя на теле — лучшее доказательство, а я — лучший свидетель. Если ты пойдешь и сообщишь о них, они будут осуждены. В эту эпоху наказание было очень суровым. Но Су Сюин все еще сомневалась. Она посмотрела на Тун Сюэлу: — Нет. Я не могу этого сделать. Как на нее посмотрят другие, если она пойдет и донесет на них? Другие посчитают, что она слишком злопамятна, чтобы так поступить с отцом своего ребенка. И ее семья тоже не поймет. Тун Сюэлу злилась, что та не могла постоять за себя. Однако было уже поздно, и автобусов больше не будет, если она не уедет в ближайшее время. Тун Сюэлу пришлось сдаться. Она рассталась с Су Сюин и поехала домой. Как только девушка вошла в их дом, жена старого Линя подошла к ней и сказала: — Айо, девочка, ты еще не знаешь, да? Сегодня днем твоя бабушка звонила на фабрику! ---------- Том 1 Глава 14.1 «Бабушка звонила на фабрику?» Тун Сюэлу нахмурилась. «Что происходит? Судя по расстоянию, люди в Бэйхэ еще не должны были получить письмо, если только…» Если только они не узнали об этом из других источников. Тун Сюэлу быстро успокоилась и сказала с улыбкой: — Что ж, спасибо, тетя Линь. Сказав это, она прошла прямо мимо женщины. Жена старого Линя: «???» Что она имела в виду под этим? Разве нормальный человек не должен спросить, что было сказано по телефону? Жена старого Линя была застигнута врасплох необычным поведением Тун Сюэлу и, стиснув зубы, начала говорить, чтобы наверстать упущенное: — Разве ты не хочешь знать, что сказала твоя бабушка по телефону? — Что сказала? — Тун Сюэлу выглядела безразличной. Женщина была необъяснимо расстроена. Но, подумав, что скоро она сможет смутить девушку, подняла свои брови и громко закричала: — Твоя бабушка сказала, что вы все — кучка неблагодарных ублюдков. Вы не уведомили их о том, что случилось с вашими родителями. Когда они приедут в Пекин, то преподадут вам хороший урок! Голос жены старого Линя был очень громким и кружился по двору. Все посмотрели на Тун Сюэлу, услышав ее слова. В чем дело? Неужели дети семьи Тун не сообщили об этом домой? Сзади послышался шум падающих вещей. Все обернулись и увидели Тун Цзясиня, который стоял ошеломленный, все дрова в его руке упали на землю. Тун Цзямин, стоявший рядом с ним, выглядел не лучше. Жена старого Линя обрадовалась еще больше, когда увидела братьев. — Айо, как вы вовремя! Цзямин, это ведь ты тогда позвонил и сообщил о своей семье домой? А теперь твоя бабушка позвонила и сказала, что их никто не извещал. Как говорится, драконы рождают драконов, фениксы — фениксов, а рожденные мышами с рождения умеют рыть норы. Некоторые люди просто прирожденные лжецы! Поднимая дрова, Тун Цзямин поджал губы. Тун Сюэлу слегка нахмурилась и посмотрела на нее обеспокоенным взглядом. — Тетя Линь, у вас с головой все в порядке? Нужно ли вызвать к вам врача? Тун Сюэлу произнесла самые раздражающие слова самым нежным тоном. Это был настоящий зеленый чай! Жена старого Линя так рассердилась, что ее лицо стало красным. — Ах ты, маленькая соплячка! Проклинаешь меня сейчас? Ты такая злая в столь юном возрасте. Разве не боишься, что не сможешь найти себе мужа? У Тун Сюэлу был невинный взгляд. — Но я не проклинала вас, тетушка Линь! Моя бабушка мало что помнит с тех пор, как потеряла рассудок, и все в поселке это знают. Я подумала, что тетя Линь тоже не может ничего вспомнить, поэтому и предложила вам сходить к врачу. Жена старого Линя была так зла, что чуть не упала в обморок! Тун Сюэлу сделала вид, что не заметила этого, и невинно продолжила: — Тетя Линь может немного подождать. Вы с моей бабушкой можете вместе сходить к врачу, когда она приедет. Возможно, вы сможете получить скидку, так как вас будет двое. — Пф-ф-ф... Люди в комплексе чуть не подавились собственной слюной от того, что сказала Тун Сюэлу. Люди получают скидки на количество при покупке вещей; никто никогда не слышал о скидках при посещении врачей! У жены старого Линя в груди засело неприятное чувство, которое она не могла ни выпустить, ни заставить утихнуть. Женщина была так зла, что ее щеки дрожали. — Тьфу. Мой мозг в полном порядке. Это у вашей семьи проблемы с мозгами! Тун Сюэлу кивнула: — Вы совершенно правы. У моей бабушки, действительно, проблемы с мозгом. Цзямин позвонил им, как только произошел несчастный случай с моими родителями, и именно бабушка ответила на звонок. Тогда никто не знал, что у нее проблемы с головой, а она, похоже, обо всем забыла. Теперь, когда бабушка позвонила, чтобы допросить нас, мы действительно совершенно невиновны! Сомнения во всех остальных исчезли. ---------- Том 1 Глава 14.2 Все они слышали о том, что старая госпожа Тун потеряла рассудок. Люди просто не знали, что это было настолько серьезно, что она могла забыть что-то настолько важное. Они даже слышали, что во время приступов она била людей. Взрослые подумали, что должны были заставить своих детей держаться от нее подальше после ее приезда! Жена старого Линя закатила глаза и сказала: — Невиновны, черт возьми! Мой старый Линь сказал, что ваша бабушка говорила очень бодро, а ее ум был ясен. Она совсем не похожа на человека, потерявшего рассудок. БАНГ! Тун Сюэлу вырвала старую фарфоровую чашку из рук женщины и разбила ее о землю! Жена старого Линя: «Моя чаша!!!» Не успела она громко крикнуть, как глаза Тун Сюэлу покраснели, и девушка начала плакать. — В прошлый раз вы пошли к семье Сюй и сказали, чтобы они не отдавали нам нашу должность. Теперь вы обвиняете меня и моих братьев во лжи. Я просто хочу знать, что мы вам сделали, чтобы вы так к нам придирались? Жена старого Линя: — Я… Тун Сюэлу не дала ей возможности договорить. Она внезапно наклонилась к жене старого Линя и сказала низким голосом: — Ты, старая демоница. Я видела уродливых людей, но не таких уродливых, как ты. Изводишь меня день и ночь, потому что я красивее тебя, верно? Глаза жены старого Линя расширились, и она с недоверием посмотрела на Тун Сюэлу: — Ты! Ты! Ты! — Ты что? Ты сказала, что беспокоишься о том, что я не смогу найти себе мужа. Как это возможно, что не смогу найти его с моей внешностью? И даже если не смогу, это все равно лучше, чем за такого, как твой муж! Тун Сюэлу была очень красноречива, и ей даже не нужно было переводить дыхание. Жена старого Линя была так зла, что все ее тело дрожало. Она вскочила и потянулась к волосам Тун Сюэлу. — Ты, соплячка! Я разорву твой рот на куски! Тун Сюэлу сделала шаг назад, избегая ее, и испуганно вскрикнула: — Что вы делаете, тетя Линь? И вот что увидели тетушка Цай и матушка Сюй, когда вернулись из бакалейной лавки. Они быстро подбежали, и каждая из них схватила за руку жену старого Линя. Никто в поселке не ожидал, что женщина вдруг начнет буянить, и все они поспешили к ней. — Что ты делаешь, жена старого Линя? Разве нельзя просто все обсудить? Ты не можешь просто так взять и наброситься на кого-то. — Вот именно. Это была всего лишь миска. Стоит ли оно того? «...» Жена старого Линя была так зла, что хотела кого-то убить! Это из-за миски? Нет! Речь шла о ее самоуважении! Тетя Цай крепко держала ее. — Жена старого Линя, ты намного старше ее. Почему изо дня в день пристаешь к девушке? Неужели тебе не стыдно? Матушка Сюй плюнула ей прямо в лицо и сказала: — Тьфу! Конечно, у нее нет стыда! Если бы у нее был стыд, разве она до сих пор держала бы обиду из-за какой-то еды? «...» Жена старого Линя чуть не потеряла сознание от злости. Плевок попал ей в глаза! Глаза Тун Сюэлу покраснели. — Пойду-ка я спрошу наше начальство на фабрике, будут ли они просто сидеть и смотреть, как над нами, сиротами, издеваются другие рабочие! Тун Цзямин прибежал с дровами в руках и сказал: — Старшая сестра, я пойду с тобой. Цзясинь, ты пойдешь и напишешь заявление в полицию! Это был первый раз, когда Тун Цзямин так обратился к Тун Сюэлу. Возможно, он сказал так, потому что действительно считал ее своей старшей сестрой, но девушку это не волновало. Однако она была очень рада его ответу и молчаливому пониманию. ---------- Том 1 Глава 14.3 Тун Цзясинь понятия не имел, как все дошло до этого, но он всегда прислушивался ко всему, что говорил его второй брат. Мальчик кивнул и сказал: — Хорошо. Уже иду! Услышав, что семья Тун будет подавать заявление в полицию и искать начальство на фабрике, старая госпожа Линь больше не могла молчать. Она выскочила из дома, как тасманский дьявол, и подпрыгнула к жене старого Линя. БУМ! Она ударила ее по щеке. — Ты блудливая женщина. Целыми днями не делаешь никакой работы, только ходишь вокруг и создаешь проблемы. Поторопись и извинись перед девочкой! Жена старого Линя была ошарашена пощечиной от свекрови. Ее щека быстро покраснела, и она сказала: — Мама, я... — Ты что? Поторопись и извинись. Или я отправлю тебя обратно в твою собственную семью! Жена старого Линя чуть не раздробила свои зубы из-за того, что сильно стиснула челюсть. Она посмотрела на Тун Сюэлу, чувствуя себя уязвленной, и сказала ей: — Мне жаль, девочка. Я не знала, о чем говорила. Прими мои извинения. Тун Сюэлу всегда была самой покладистой, но в этот раз все было не так. — О, если извинения могут решить все проблемы, тогда зачем нам еще нужны полицейские? Цзясинь, поторопись и сходи в полицию. Затем приведи товарищей полицейских прямо на фабрику и жди нас там! Старая госпожа Линь была так зла, что дала жене старого Линя еще две пощечины. — Посмотри, что ты наделала, блудливая женщина! Если не сможешь заставить девочку простить тебя сегодня, то завтра я попрошу своего сына развестись с тобой! Если они и вправду донесут дело до управляющего на фабрике, ее сын мог потерять работу! Жена старого Линя наконец осознала всю серьезность ситуации. — Девочка, я очень сожалею. Пожалуйста, прости меня на этот раз! Остальные люди тоже присоединились к ней. — Айо, девочка, мы все соседи. Можем спокойно обсудить наши разногласия. Не нужно доводить дело до полиции! — Вот именно. Не нужно заходить так далеко! — В этот раз жена старого Линя зашла слишком далеко, но она уже осознала свою ошибку. Прости ее сейчас. А если произойдет что-то подобное снова, мы все ее накажем! «Типичные люди, которые всегда говорят такие вещи, когда они не являются жертвами». Тун Сюэлу выругалась про себя, но послушно ответила: — Хорошо, раз вы так говорите, я вас послушаю. Но чтобы тетушка Линь действительно задумалась о том, что она сделала неправильно, я предлагаю ей вернуться в свою семью на две недели. Старая госпожа Линь боялась, что Тун Сюэлу выдвинет какие-нибудь необоснованные требования. Когда она услышала, что та просила невестку вернуться в свою семью, чтобы обдумать свои действия, она сразу же кивнула. — Не волнуйся, девочка. Она уйдет прямо сейчас! Жена старого Линя встревожилась, как только услышала это. — Мама, я... — Что ты, что ты! Поторопись, собирай вещи и уходи! Жена старого Линя была так зла, что чуть не упала в обморок. Женщина продолжала извиняться, но Тун Сюэлу все еще настаивала на том, чтобы она вернулась к своей семье. Остальные не знали, почему Тун Сюэлу так настаивала на своем, но считали, что ничего страшного в этом не было, если в дело не вмешается полиция. Поскольку никто не заступился за жену старого Линя, она, надув щеки от ярости, ушла из дома. Тун Мяньмянь выбежала из дома после того, как толпа рассеялась. — Старшая сестра! — Не беги слишком быстро. Я не хочу, чтобы ты упала! Тун Сюэлу быстро подбежала и подхватила маленькую булочку, когда увидела, что та бежала к ней. Малышка бросилась в ее объятия и сказала своим молочным голосом: — Старшая сестра, Мяньмянь послушалась тебя и не вышла раньше! Маленькая булочка посмотрела на Тун Сюэлу своими прекрасными глазами, словно говоря: «Похвали меня скорее, старшая сестра. Я была хорошей девочкой». Сердце Тун Сюэлу смягчилось, и она поцеловала ее в мягкую и светлую щечку. — Наша Мяньмянь такая хорошая девочка! ---------- Том 1 Глава 14.4 После инцидента с Тун Чжэньчжэнь, Тун Сюэлу сказала Тун Мяньмянь, чтобы та в следующий раз пряталась и защищалась, если увидит, что ее старшая сестра ввязалась в ссору с кем-то еще. Маленькая булочка была недовольна, когда услышала это. Она сказала, что хочет помочь старшей сестре бороться с плохими людьми. В конце концов, Тун Сюэлу пришлось согласиться, чтобы она помогала ей, когда подрастет, но маленькая булочка согласилась с неохотой. Щечки Тун Мяньмянь покраснели, она достала из кармана два кусочка твердых фруктовых конфет и протянула их Тун Сюэлу. — Вот, старшая сестра! — Мяньмянь приберегла их специально для меня? Большие глаза Тун Мяньмянь превратились в щелочки, и она кивнула своей маленькой головкой. — Тетя дала Мяньмянь три штуки. Мяньмянь взяла одну, для старшей сестры — вторая, а второму брату — третья. Как только она закончила говорить, Тун Цзясинь выскочил, как ракета. — Это несправедливо, младшая сестра. А как же твой третий брат? Маленькая сестра действительно была белоглазым волком. Он был так добр к ней, но она предпочла бы отдать фруктовые конфеты Тун Сюэлу, а не ему. Тун Цзясинь: «Такая злая». Девочка подняла два пальца и сказала: — Мяньмянь получила только три кусочка. Вот и все. Тун Цзясинь сердито сказал: — Ты маленькая дурочка. Даже не можешь отличить два от трех! Маленькая булочка подняла руку и растерянно посмотрела на свои короткие пальцы. Тун Мяньмянь была такой милой, что Тун Сюэлу потеряла дар речи. Она подняла еще один палец и сказала: — Это три. То, что у тебя было раньше, было два. — Старшая сестра такая умная! Тун Цзясинь: «???» Он был первым, кто указал на это. Почему она не сказала, что он умный? Его младшая сестра была безнадежна, когда дело касалось фаворитизма. Тун Цзямин не мог больше смотреть на глупое лицо своего брата. Он отдал ему свой кусочек фруктового леденца и отправил его играть с Тун Мяньмянь. Солнце окрасило небо в красный цвет, и дым от готовящейся пищи поднимался от дома. Тун Сюэлу посмотрела на время суток и собралась идти мыть руки и готовить ужин. Тун Цзямин последовал за ней и негромко спросил: — Почему ты настаивала на том, чтобы тетушку Линь отправили обратно в ее семью? Красные губы Тун Сюэлу изогнулись, и она усмехнулась. — Конечно, чтобы предотвратить ситуацию, когда две бесстыдницы превращаются в одну. Было бы неприятно, если бы Цзе Цзиньхуа и жена старого Линя объединились. Она смогла отправить тетушку Линь домой, пока была возможность. Тун Сюэлу позаботится о тех, кто прибудет из Бэйхэ, к тому времени, как жена старого Линя вернется домой. «Два Меча (Бесстыдницы) превращаются в один?» Тун Цзямин слегка нахмурился. Он не мог ассоциировать жену старого Линя и остальных с «мечами», как бы ни старался. Скорее, они были похожи на пуховые перья, если уж на то пошло. Посмотрев на озадаченный взгляд Тун Цзямина, Тун Сюэлу вежливо объяснила ему: — Я сказала «бесстыдный», а не «меч». Не один и тот же иероглиф*. Тун Цзямин: «...» П.п.: Тун Сюэлу использовала здесь игру слов. В оригинале сказано «два меча в одном», но она заменила слово «меч» на «бесстыдник», так как они звучат одинаково. Поэтому Тун Цзямин думал, что она использовала оригинальное выражение «меч». *** После ужина в тот день Тун Сюэлу созвала первое семейное собрание. На нем присутствовали: Тун Сюэлу, Тун Цзямин и Тун Цзясинь. Отсутствовали: Тун Мяньмянь. Тун Сюэлу посмотрела на братьев и сказала: — Вы двое слышали, что сказала жена старого Линя. Люди из нашего родного города будут здесь не позднее, чем через два дня. Нам придется сразиться с ними лоб в лоб. Вы поняли, да? Тун Цзясинь, будущий невоспитанный босс, протянул руку и первым заговорил: — Да! Мы все поняли! Тун Цзямин, будущий коварный босс, тоже спокойно кивнул. Тун Сюэлу была немного довольна тем, как они сотрудничали. — Без разницы, что вы обо мне думаете, но необходимо, чтобы вы полностью доверились мне и работали со мной во всех отношениях. Сможете ли это сделать? Тун Цзясинь повернулся и посмотрел на брата, когда услышал это. Тун Цзямин снова без колебаний кивнул. Увидев реакцию брата, Тун Цзясинь закатил глаза и тоже кивнул. ---------- Том 1 Глава 14.5 Братья еще не до конца простили Тун Сюэлу, но по сравнению с саранчой из их родного города, они предпочли бы остаться с ней! Тун Сюэлу не била их и не кричала на них, она была добра к младшей сестре. А самое главное, вкусно готовила! Только из-за этого они могли забыть о многих ее прошлых ошибках. Те, из их родного города, были не такими. Они издевались над ними троими каждый раз, когда приезжали. Их младшая сестра, в частности, каждый раз плакала. И они каждый раз просили у родителей денег и требовали мяса с каждым приемом пищи. Поэтому после каждого визита их семья оказывалась в долгах! Тун Сюэлу продолжила: — Очень хорошо. Тогда я буду давать вам задания. Тун Цзясинь. — Тут! — Твоя задача — защищать Мяньмянь. Когда придут эти люди, ты отпросишься у учителя на несколько дней и будешь находиться с Мяньмянь каждый день и не позволишь ей пострадать. Сможешь это сделать? Казалось, будто она перегибала палку, но, вспомнив, что случилось с Тун Мяньмянь в романе, девушка только пожелала убить Тун Яньляна. Именно так. Тун Яньлян был тем самым жутким кузеном, который в романе надругался над Тун Мяньмянь. VIP-подонок! Тун Цзясинь считал, что это пустая трата его таланта, чтобы он защищал их младшую сестру, но мысль о том, что ему не нужно будет ходить в школу, заставила его глаза загореться. — Да! Я буду защищать сестренку и не позволю ей пострадать! Сразу же после его слов Тун Мяньмянь, спавшая на кровати, перевернулась на бок и сказала во сне своим молочным голосом: — Плохой третий брат. Никаких тебе конфет! Тун Цзясинь выглядел так, будто у него болел зуб: (‡▼益▼) Его младшая сестра, конечно же, была белоглазой волчицей, которая и близко к нему не подойдет! Губы Тун Сюэлу изогнулись вверх. Она повернулась и посмотрела на Тун Цзямина. — Ты тоже отпросишься в школе на пару дней с послезавтрашнего дня. И заберешь родственников с вокзала, но после того, как встретишь их, не веди сразу сюда… — Куда мы их отведем? Поселим в гостинице? — вмешался Тун Цзясинь с любопытным взглядом. — Отведем их в государственный ресторан. Тун Цзясинь поднял свои густые брови, когда услышал это. — Почему мы ведем их в государственный ресторан? Они были такими раздражающими людьми. Он не хотел тратить на них ни копейки. Тун Сюэлу сказала: — Об этом я сама побеспокоюсь. — Посмотри на нее, второй брат! Тун Сюэлу закатила глаза. Этот парень даже пытался на нее донести. Он что, был учеником начальной школы? Тун Цзямин, с другой стороны, был не таким возбужденным, как Тун Цзясинь. Он немного подумал и кивнул: — Хорошо. Тун Сюэлу удовлетворенно кивнула, увидев это. Она повернулась к Тун Цзясиню и сказала ему: — Видишь? Тебе нужно кое-чему поучиться у своего второго брата. Тун Цзямин был спокойным и уравновешенным человеком, он бы ей очень помог. Мальчик не стал возражать ей при других, хотя еще не знал, что она задумала. Он придерживался своих слов: даже если не мог доверять ей на 100%, самое меньшее, что мог сделать, это не дергать ее за ноги. Тун Цзясинь: «…» Он чувствовал, что на него смотрели свысока. Это раздражало. Тун Сюэлу не обратила на Тун Цзясиня никакого внимания. Она прервала семейное собрание, после чего приняла ванну и легла спать. Ей нужно было хорошо отдохнуть перед предстоящей битвой! *** На следующий день семья Тун все еще ела сладкую картофельную кашу с маринованными овощами. Как говорится, легче пройти путь от лохмотьев до богатства, чем наоборот. После нескольких хороших обедов братьям и сестрам Тун было трудно вернуться к маринованным или вареным овощам. — Когда мы снова сможем есть мясо? Тун Цзясинь считал, что без мяса жизнь неполноценна! Тун Сюэлу сделала глоток каши из сладкого картофеля и сказала: —Где-то через 7-10 дней. Она дала себе такой срок. Ей понадобится не более 10 дней, чтобы разобраться с группой саранчи и отбросов из Бэйхэ. Тун Цзясинь шлепнул себя по губам. Еще 10 дней до того, как он сможет снова попробовать что-нибудь вкусненькое. Это было просто ужасно! Во всем виноваты люди из Бэйхэ. Они, конечно, были полными придурками! ---------- Том 1 Глава 14.6 — Апчху! Цзе Цзиньхуа, ехавшая в поезде, чихнула в этот момент и обрызгала Тун Яньляна, сидевшего напротив нее. Парень вытер лицо рукавом и с отвращением сказал: — Фу-фу-фу, бабушка. От твоей слюны воняет. Когда ты в последний раз чистила зубы? Многие вокруг переглянулись после его слов, а некоторые даже захихикали. Лицо Цзе Цзиньхуа стало свекольно-красным. У нее не хватило духу накричать на внука, поэтому она крикнула окружающим: — Что смешного, а? Не боитесь, что засмеетесь до смерти? Кто-то не оценил этот комментарий. — Ого, неужели так необходимо было это говорить, старуха? Ты только что доказала, что твое дыхание действительно воняет! Цзе Цзиньхуа хлопнула ладонью по столу и сказала: — Ты знаешь, кто я такая? Если будешь продолжать в том же духе, я попрошу кого-нибудь посадить тебя! Услышав это, человек оглядел Цзе Цзиньхуа и остальных с ног до головы. Он и другие смотрели и смотрели, но вся семья была обычной. Как ни посмотреть на них, они не выглядели важными. — О госпожа, почему бы вам не рассказать нам, кто вы такая? — спросил один из любопытных. Цзе Цзиньхуа усмехнулась и громко сказала: — Приемные родители моей внучки — правительственные чиновники в Столице. Моя внучка очень хорошо ко мне относится. Я прикажу им арестовать вас всех, если кто-то из вас посмеет мне перечить! Кто-то спросил ее: — Госпожа, вы все это выдумали? Если приемные родители вашей внучки действительно правительственные чиновники, то почему она даже не купила вам красивую одежду? Цзе Цзиньхуа усмехнулась. — Да что вы знаете? Мы только недавно узнали об этой внучке. Я собираюсь найти двум ее дядям работу в государственных учреждениях. Она не посмеет мне отказать! Женщина говорила так убедительно, что остальные начали ею восхищаться. — Айо, старушка, тебе так повезло. Работа на правительство дает много стабильности. Вы больше никогда не будете беспокоиться о деньгах! Цзе Цзиньхуа подняла подбородок и была горда, как старый павлин. — Все верно. Мы не планируем возвращаться в нашу старую коммуну. Мы здесь, чтобы стать городскими жителями! — У вас такая большая семья. Должно быть, даже с обоими вашими сыновьями, работающими на правительство, вам придется туго? — Как это может быть? У меня есть еще один сын, который недавно погиб в автокатастрофе вместе со своей женой. Я собираюсь попросить двух своих невесток занять их рабочие места, как только мы доберемся до столицы. Кроме того, поскольку они погибли на работе, правительство и фабрика выплатят нам солидные пособия на случай смерти! Некоторые из прохожих недоумевали, почему Цзе Цзиньхуа выглядела такой счастливой, злорадно рассказывая о смерти сына и невестки. Другие очень завидовали. — Старушка, сколько составляет пособие на случай смерти? По крайней мере, 800, если не 1000 на двоих, верно? Цзе Цзиньхуа закатила глаза. — Что значит 800 или 1000? Мой старший сын и его жена однажды спасли жизнь сыну директора завода. Лучше бы он заплатил нам хотя бы 2 000 юаней! Что знали эти невежественные деревенские жители? Две тысячи юаней! На эту сумму они могли бы купить дом в столице! Другие еще больше начали заискивать перед ними. От этого у Цзе Цзиньхуа голова пошла кругом, она так много хвасталась, что почти весь поезд знал о ней! Трое мужчин, сидевших в углу, слышали каждое слово лжи Цзе Цзиньхуа. Они переглянулись между собой, но не сказали ни слова. *** После того, как Тун Сюэлу вернулась на работу, ее вызвал директор завода и спросил о телефонном звонке. К счастью, она уже была готова к этому и, как обычно, возложила всю вину на Цзе Цзиньхуа. Директор завода Юй чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Возможно, он не очень хорошо знал Тун Сюэлу, но знал Тун Цзямина и других детей с самого детства и понимал, что все они были очень хорошими детьми. Если бы директор завода Юй знал, что Тун Цзямин был тем, кто начал лгать, он был бы шокирован. Тун Сюэлу вышла из кабинета директора завода и была оттянута в сторону менеджером Ма, которая спросила ее о звонке. Девушке ничего не оставалось, как повторить все сначала. Вскоре после этого история о том, что Цзе Цзиньхуа потеряла рассудок, еще раз распространилась по заводу. Она оставила у всех неизгладимое впечатление. ---------- Том 1 Глава 14.7 Тун Сюэлу хотела отправиться в государственный ресторан, чтобы поговорить с Хуан Сянлань об ее кузине, но вчера у нее был выходной, а завтра нужно было брать еще один выходной. Сегодня тоже было бы неправильно брать выходной. У нее не было другого выбора, кроме как отложить это на потом. На следующее утро все увидели, что братья и сестры Тун стояли во дворе в ряд, словно на военной подготовке. Тун Сюэлу сказала Тун Цзямину: — Отправляйся на вокзал прямо сейчас. Если сможешь встретиться с бабушкой и остальными, отведи их в государственный ресторан. О деньгах не беспокойся. Бабушка старая и не в лучшем состоянии. Мы должны поставить ее интересы выше своих. Тун Цзямин безразлично кивнул: — Хорошо. Я отправлюсь туда прямо сейчас. Тун Сюэлу посмотрела на Тун Цзясиня. — Ты жди дома. Если вдруг твой брат их пропустит, бабушка и остальные, по крайней мере, смогут зайти в дом. Тун Цзясинь громко ответил: — Хорошо! Я никуда не пойду. Буду ждать бабушку прямо здесь! Тун Сюэлу удовлетворенно кивнула. И наконец, она посмотрела вниз на Тун Мяньмянь. Малышка потерла затуманенные глаза и сказала своим молочным голосом: — Должно быть, это была долгая поездка. Мяньмянь хочет сделать бабушке массаж спины. — Наша Мяньмянь такая замечательная! — похвалила Тун Сюэлу. — Хорошо, пойдемте и позаботимся о том, что нам нужно сделать. Как только она закончила говорить, Тун Цзямин повернулся и ушел. Тун Цзясинь сел у двери вместе с Тун Мяньмянь, а Тун Сюэлу собралась уходить с военной сумкой на плече. Находящиеся в комплексе люди быстро остановили ее. — Девочка, вы не планируете ходить на работу и в школу? Тун Сюэлу слегка вздохнула. — Моя бабушка стала такой только из-за того, что случилось с моими родителями. Поэтому мы, братья и сестры, хотим сделать что-то, что могло бы немного подбодрить ее. Все взяли несколько выходных дней в школе и на работе, чтобы провести с ней время. Тетушки, мне нужно встать в очередь на рынке, чтобы купить немного мяса. Боюсь, что все закончится, если я приду туда слишком поздно. Я поговорю с вами позже. — Хорошо, тогда иди. Они смотрели на нее с нежностью, и выглядели тронутыми. Какой же она была воспитанный ребенок! Тун Сюэлу покорно поклонилась, повернулась, и ее губы тут же изогнулись. Она была профессионалом в том, что касалось игры на публику. На вокзале. Цзе Цзиньхуа и ее компания забрали свой багаж и вышли из поезда вместе с толпой. Она только успела поставить ногу на землю, как сзади на нее налетел мужчина. Женщина попятилась вперед и чуть не упала на других. — Эй, смотри, куда идешь! Я… Цзе Цзиньхуа была так рассержена, что начала кричать, но, прежде чем она успела замолчать, кто-то дал ей пинок под зад. — О Боже!.. Ее повалили на землю, лицом вниз. Она почувствовала жгучую боль на щеках и губах. Шевеля губами, женщина почувствовала вкус крови во рту. — Тьфу-тьфу! Она села и выплюнула слюну, а вместе с ней и один из своих резцов. О боже. Ее зуб! Ее зуб! — Я убью тебя! Цзе Цзиньхуа со злостью поднялась на ноги, увидела мужчину, подхватившего ее багаж и бросившегося бежать. В этот момент она поняла, что что-то пошло не так... — Помогите! Кто-то только что ограбил меня! На вокзале было много людей, и все было очень хаотично. Кто-то откуда-то закричал: — Нож! У кого-то нож! Послышались крики, и пассажиры начали разбегаться во все стороны. Цзе Цзиньхуа понятия не имела, куда подевались ее двое сыновей. Женщину толкали другие, пока она, наконец, не налетела на Тун Яньляна, своего внука. Словно утопающий, который ухватился за последнюю соломинку, она быстро сказала ему: — Яньлян, поторопись и верни наш багаж! Она не планировала возвращаться в деревню после этой поездки, поэтому взяла с собой все свое имущество, включая деньги и талоны. Тун Яньлян тоже знал об этом, поэтому сразу же побежал за мужчиной. — Не убегай, ты!.. Верни наш багаж! Он был молод, длинноног и быстро догнал человека, который отобрал у них багаж. Парень схватил мужчину за руку и собирался ударить его, говоря при этом: — Сейчас я!.. БАМ! Он не успел договорить, как получил удар кулаком по лицу. — Ты, сукин сын! И что ты собираешься с этим делать, а? За этим последовал еще один удар. БАМ! Тун Яньлян почувствовал, что его лицо болело. По щекам покатились слезы, а из носа потекла кровь. Парень провел по лицу рукой и увидел ярко-красную кровь на своей ладони. Он истекал кровью! В мозгу Тун Яньляна на секунду произошло короткое замыкание, и, опомнившись, парень заскрипел зубами. — Я убью тебя! Он уже участвовал в драках в деревне и, когда был в ярости, ударял в те места, где было больнее всего. Вор тоже был зол и не хотел тратить на него время. Он ударил парня ногой в самое больное место... Тун Яньлян издал вой, его лицо мгновенно почернело, затем покраснело, и он рухнул на землю. Его руки закрывали те места, где было больнее всего, и он свернулся калачиком, как сушеная креветка. — Кто-нибудь, придите. Отвезите меня в больницу... «Больно, больно, больно!» Тун Цзямин, наблюдавший эту сцену стоя за столбом, небрежно сделал шаг назад, повернулся и вышел с вокзала. Он ничего не видел. ---------- Том 1 Глава 15.1 Тун Сюэлу не знала, что произошло на вокзале. После ухода из дома она не пошла на рынок, а направилась в государственный ресторан. Хуан Сянлань и Чэнь Дани улыбнулись, увидев идущую к ним Тун Сюэлу. — А, ты пришла, товарищ Тун. Уже завтракала? Тун Сюэлу покачала головой. — Нет, еще нет. Что у вас сейчас есть? Дома она съела только полмиски каши, и сейчас ее желудок был практически пуст. Чэнь Дани ласково сказала: — У нас есть соевое молоко, мясные булочки и лапша. Что бы ты хотела? Как только она закончила говорить, какой-то клиент с другого столика недовольно крикнул: — Эй, вы только что сказали мне, что у вас больше нет мясных булочек! В чем дело?! Чэнь Дани повернулась и крикнула ему в ответ, положив руки на талию: — Если я сказала, что у нас их нет, значит, их и не было. У тебя есть что сказать? Глядя на высокомерный взгляд Чэнь Дани, человек поджал губы, опустил голову и вернулся к своей простой булочке, не смея даже пикнуть. Тун Сюэлу не чувствовала вины за свое особое отношение и, наслаждаясь завистливыми взглядами всех присутствующих, щедро сказала: — Дайте мне две мясные булочки и чашку соевого молока! Чэнь Дани взяла деньги и принесла еду, а потом спросила любопытно: — Как прошло с Су Сюин на днях, товарищ Тун? Хуан Сянлань тоже подошла и посмотрела на Тун Сюэлу сияющими глазами после того, как закончила разносить еду на другой стол. Тун Сюэлу укусила булочку и тут же почувствовала восхитительный вкус мясной начинки. Это было совсем неплохо. Эта булочка была сделана из хорошей муки. Она была белоснежной и мягкой. Начинка тоже была щедрой. Она возьмет несколько штук с собой в дорогу, чтобы угостить Тун Мяньмянь и остальных. Прожевав кусок, девушка сделала глоток соевого молока. Ей нужна была пища в желудке, чтобы у нее была энергия для выступления. Тун Сюэлу слегка нахмурилась и посмотрела на Хуан Сянлань. — Кузина выходила с тобой на связь в последние пару дней? Хуан Сянлань сразу же занервничала и спросила: — Что случилось? Что-то случилось с моей двоюродной сестрой? Тун Сюэлу кивнула с тяжелым взглядом. — Твою кузину снова избили! Когда я подошла, у нее на лбу была рана и шла кровь. Твоя племянница была так напугана, что потеряла сознание. Я почувствовала, как у меня сжались кулаки, когда увидела это! Хуан Сянлань тяжело вздохнула, и ее глаза сразу же покраснели. — Этот человек заслуживает того, чтобы отправить его в тюрьму! Что было на этот раз? Тун Сюэлу покачала головой. — Я не знаю, что послужило причиной. Неважно, какая у него была причина, он не должен был бить женщину! Чэнь Дани тоже была расстроена. — Ты права. Что это за мужчина, который срывает злость на женщине? Так что сказала двоюродная сестра Сянлань? Она хочет, чтобы ты ей помогла? — Нет, — Тун Сюэлу снова покачала головой. — Сестра Сюин не смогла решиться. Чэнь Дани начала нервничать, как кошка, которой наступили на хвост, когда услышала это. — Ты шутишь? Как она не смогла принять решение после того, как ее так избили? Она просто позволяет, чтобы с ней так обращались? Чэнь Дани была человеком с тяжелым характером, и ей было плевать на чувства других, когда она говорила. Лицо Хуан Сянлань покраснело, и она попыталась защитить свою кузину: — Возможно, она беспокоится о том, что будут говорить другие... — Того, кто жестоко избивает, совсем не волнуется. О чем ей беспокоиться? Хуан Сянлань была более пассивной и поэтому, когда Чань Дани перешла на более решительный тон, та не осмелилась больше ничего сказать. Чэнь Дани повернулась и посмотрела на Тун Сюэлу. — Товарищ Тун, как ты собиралась преподать урок этому человеку? Расскажи мне, чтобы я могла помочь тебе убедить ее. Тун Сюэлу проглотила последний кусочек булочки и медленно бросила бомбу: — Я сказала ей, чтобы она донесла на мужа и свекровь и отправила их обоих в тюрьму. Чэнь Дани: «...» Хуан Сянлань: «...» ---------- Том 1 Глава 15.2 Ее слова ошеломили их обоих. Они никогда бы не подумали, что девушка скажет такое! Тун Сюэлу нисколько не удивилась их реакции. — Позвольте мне рассказать вам небольшую историю... Она повторила им то, что придумала на днях. Двое ошеломленно молчали, и от этой истории у них по коже побежали мурашки. — Видите? Я не просто так сказала сестре Сюин донести на мужа и свекровь. Теперь вы все еще думаете, что она не должна докладывать о них, когда происходят такие инциденты? На этот раз Чэнь Дани ничего не сказала; Хуан Сянлань первой нарушила молчание: — Кузина ни за что так не поступит. Мои тетя и дядя отрекутся от нее, если она так поступит. Чэнь Дани тоже опомнилась и вздохнула: — То, что сказала Сянлань, правда. Мало того, что семья не будет понимать и поддерживать ее, так еще и окружающие будут называть Сюин порочной! Даже дочь могла начать обвинять свою мать, когда вырастет. Губы Тун Сюэлу слегка изогнулись вверх. — Они все еще будут возражать против того, чтобы твоя двоюродная сестра донесла на них, если место ее мужа достанется твоему дяде или их сыну? Хуан Сянлань издала еще одно «О!» и задумалась. Хэ Баогэнь работал на фабрике и зарабатывал 50 юаней в месяц. Это считалось высоким заработком для рабочего. Если бы Су Сюин сдала Хэ Баогэня и его мать, то должность перешла бы к ней, и она могла бы выбрать, продать ее или отдать своей семье. Людей соблазняли деньги, и семья Су Сюин тоже могла соблазниться. Девушка могла бы использовать это как рычаг в разговоре с ними. Помимо просьбы о поддержке, она могла бы попросить семью помочь ей позаботиться о ребенке. Таким образом, Су Сюин станет жить лучше. Что касалось других людей, то здесь все было еще проще. Ей нужно было только переехать на новое место и найти новую работу. Тун Сюэлу уже думала об этом, но она не очень хорошо знала Су Сюин, поэтому не могла прямо сказать ей об этом. Тун Сюэлу: — Повтори то, что я сказала, своей кузине. Она должна сама встать на ноги, чтобы быть счастливой. Пусть хорошенько все обдумает, но помни, что не должна делиться этим ни с кем, особенно с теми, кто из семьи твоей тети! И если Су Сюин все еще не примет решение, Тун Сюэлу больше ничего не сможет сделать для нее. Осознав всю серьезность вопроса, Хуан Сянлань не могла не кивнуть. — Хорошо. Я больше ни с кем не буду делиться этим. Чэнь Дани посмотрела на Тун Сюэлу. Она была удивлена, насколько глубоким был ее мыслительный процесс в столь юном возрасте. Жаль, что муж и свекровь не били ее. В противном случае она могла бы применить ту же стратегию, чтобы позаботиться о них. «Тьфу, тьфу. Не «жаль», это просто какие-то безумные мысли». Тун Сюэлу понятия не имела, что творилось в голове у Чэнь Дани. Она сказала девушкам, что приведет свою семью пообедать в ресторане, и попросила их помочь ей припасти хорошую еду. Естественно, Хуан Сянлань и Чэнь Дани не отказались бы от такой маленькой услуги. Видя, что еще рано, Тун Сюэлу купила несколько больших мясных булочек для Тун Мяньмянь и остальных. *** Тун Сюэлу вернулась в общежитие. Увидев, что у нее были пустые руки, люди вокруг с любопытством спросили: — Ты не смогла купить мясо? Тун Сюэлу выглядела расстроенной. — Да. Я простояла в очереди целый час, и когда дошла до входа, все уже было распродано! Такое случалось так часто, что никому не казалось это странным. После утреннего ухода Тун Сюэлу, Тун Цзясинь долго сидел во дворе с Тун Мяньмянь, и когда они уже задремали, соседи сказали им пойти поспать в доме. Дети еще спали, когда вернулась Тун Сюэлу. ---------- Том 1 Глава 15.3 Тун Сюэлу подошла и разбудила детей. — Просыпайся, Мяньмянь. Старшая сестра купила тебе огромную мясную булочку. Как только Тун Цзясинь услышал это, то сразу же вскочил с широко раскрытыми глазами. — Где мясная булочка? Где она? Тун Сюэлу вытащила булочки из военной сумочки, и Тун Цзясинь бросился в ее сторону с горящими глазами. Он был похож на волка, который не ел несколько дней. Когда Тун Мяньмянь увидела булочки, то ее глаза сразу же начали светиться. Она ела по одному маленькому кусочку за раз, держа булочку в обеих руках. Малышка напоминала хомячка и была очень милой. Когда они закончили есть, прибежал Чжудань с голым задом и передал Тун Сюэлу записку. — Это тебе, старшая сестра. Тун Сюэлу немного опешила: — Что это? Чжудань покачал своей маленькой головой и сказал: — Не знаю. Старший брат сказал, чтобы я передал ее тебе. Он дал мне за это конфету. Мальчик показал Тун Сюэлу конфету, которая теперь выглядела грязной от того, что он держал ее в руках. Девушка взяла записку и погладила его по голове. Чжудань улыбнулся и убежал. Тун Сюэлу открыла записку, и там было написано следующее: «Зайди в переулок». Девушка была очень озадачена. По почерку она поняла, что записка была от Тун Цзямина. Но это только еще больше запутало ее. «Разве он не поехал забирать остальных с вокзала? Почему же тогда передал мне записку?» «И почему просто не вернулся домой, а решил встретиться в переулке таким незаметным образом?» К счастью, было светлое время суток, поэтому она не слишком беспокоилась. Девушка предупредила Тун Цзясиня и вышла из дома. Сразу же после того, как она зашла в переулок, то увидела Тун Цзямина. Он поднял голову, услышав шаги, и в обычно спокойных черных глазах промелькнул намек на беспокойство. Тун Сюэлу спокойно спросила его: — Давай, говори. Что случилось? Тун Цзямин поджал губы и вкратце рассказал ей о том, что произошло на вокзале. Выслушав его, Тун Сюэлу долго молчала. Ей потребовалось время, чтобы прийти в себя. — Значит, когда ты увидел, что Тун Яньляна избили, то не только не помог, но и сделал вид, что ничего не видел, и ушел? — Да. Глядя на Тун Сюэлу своими черными глазами, Тун Цзямин уже не выглядел таким бесстрастным, как раньше. Он не был уверен, что не сорвал ее план, потому что не встретил родственников на вокзале, поэтому попросил кого-то принести ей записку. В следующую минуту Тун Сюэлу разразилась смехом и похлопала его по плечу. — Ха-ха-ха!!! Отличная работа! Она не ожидала такого приятного сюрприза! Ей пришло в голову превратить Тун Яньляна в евнуха, но сделать это было бы довольно сложно. Кроме того, он еще не совершил ни одного из своих отвратительных преступлений, поэтому она остановилась только на этой мысли. И вот, наконец, появилась возможность. Даже Небеса не стали бы его терпеть! Тун Цзямин был обескуражен ее смехом. — Разве я не сорвал твои планы? Тун Сюэлу смеялась так сильно, что у нее болели щеки. — Вовсе нет. Отличная работа! Я попросила тебя отвести их в государственный ресторан, чтобы показать другим, какие мы сыновьи дети. Таким образом, у других не возникло бы подозрений, когда Тун Сюэлу осуществит свои планы. Тун Цзямин не знал, что именно было задумано, но он не хотел спрашивать, если она не собиралась делиться. Тун Сюэлу раздумывала, что делать с Тун Цзямином. Его возвращение домой сейчас было не самой лучшей идеей. Вдруг кто-то пробежал мимо по переулку, и Тун Сюэлу быстро окликнула ее: — Управляющая Ма, куда ты направляешься? Услышав голос Тун Сюэлу, женщина резко остановилась. — Почему ты здесь, Сюэлу? Что-то случилось с твоей бабушкой и двоюродным братом! — О? Что случилось? Тун Сюэлу притворилась шокированной и обеспокоенной. ---------- Том 1 Глава 15.4 — Я еще не уверена. Твои родственники позвонили на фабрику и сказали, что их ограбили. Они сейчас в больнице, но у них нет денег, чтобы оплатить счета, поэтому попросили тебя привезти деньги! Тун Сюэлу нахмурилась. — Неужели все так и было? Неудивительно, что Цзямин не нашел их на вокзале! Управляющая Ма так суетилась, что только теперь заметила Тун Цзямина, стоящего рядом с Тун Сюэлу. — Поторопись и отправляйся в больницу. Не стоит терять время! Тун Сюэлу многозначительно кивнула. — Я пойду домой и возьму деньги. Спасибо, менеджер Ма! Женщина помахала рукой и отправила ее в путь. Тун Сюэлу вернулась домой и сразу же решила убедиться, что все узнают о случившемся. — Тетя Цай! Тетя Цай! Женщина была напугана ее криком и быстро выбежала из дома. — Что такое? Что такое? В чем дело, Сюэлу? Девушка нахмурилась и бросила на нее обеспокоенный взгляд. — Тетя Цай, управляющая Ма только что сообщил мне, что моя бабушка и двоюродный брат были избиты и сейчас находятся в больнице. Мне нужно привезти им деньги. Не могли бы вы пока помочь мне присмотреть за Цзясинем и Мяньмянь? Тетя Цай была потрясена. — Боже мой! Их избили? Кто? — Понятия не имею, почему их избили. Я сейчас направляюсь в больницу. Расскажу вам все позже. Тетя Цай утешила ее: — Хорошо. Вы двое поторопитесь и идите. Я присмотрю за Цзясинем и Мяньмянь. Не волнуйтесь слишком сильно. С ними все будет хорошо. — Спасибо, тетя Цай. Голос Тун Сюэлу слегка надломился. Она взяла деньги и, нахмурившись, вышла из дома. Как только девушка отошла на приличное расстояние, ее брови разгладились. Она не хотела, чтобы у нее появились морщины от того, что слишком много хмурилась. Тун Цзямин уже привык видеть, как мгновенно менялось выражение ее лица. *** Они поехали в город на автобусе, но не сразу направились в больницу. — Давай сначала перекусим в государственном ресторане, прежде чем отправимся туда. Тун Цзямин немного опешил, но в итоге молча последовал за ней, ни о чем не спрашивая. Трапеза заняла еще два часа. Родственники из деревни устали и проголодались в больнице. Особенно Цзе Цзиньхуа и Тун Яньлян, у которых все болело и которые уже давно были очень нетерпеливы. Тун Яньлян был в ярости. — Бабушка, когда они придут? Несмотря на то, что парень уже выпил лекарства, определенная часть его тела все еще болела, и он не мог ничего с этим сделать! Сунь Гуйлань, во-первых, жалела сына, а во-вторых, была так голодна, что могла бы обругать даже собственную мать. — Мама, прошло уже несколько часов. Неужели Цзямин и остальные не придут? У Цзе Цзиньхуа была разбита губа и выпал зуб. Ее щека распухла, и женщина была не в лучшем состоянии, чем Тун Яньлян. Цзе Цзиньхуа была очень зла. — Если он посмеет не прийти, я с него потом шкуру спущу! Тун Эрчжу дотронулся до своего плоского от голода живота, сплюнул и сердито сказал: — Этот ребенок похож на своих родителей и в свои юные годы уже интриган. Возможно, он специально тянет время! Все члены семьи Тун выглядели несчастными, когда услышали это. Кроме Цзе Цзиньхуа, даже багаж Тун Эрчжу и Тун Саньчжуана был украден. У всей семьи не было ни копейки. Накануне вечером семья доела все вотоу. И решили, что Тун Цзямин угостит их в государственном ресторане, когда они приедут утром. Но то, что произошло на вокзале, разбило все их планы. У них не было денег, и они были избиты. С самого утра семья Тун не пила даже глотка воды, а прошло уже 10 часов. Они были настолько голодны, что передняя часть их желудка прилипла к спине. Как люди могли быть в хорошем настроении? Маленький мальчик лет 4-5 играл в холле и вдруг столкнулся с Тун Яньляном. Малыш не почувствовал боли, поднял голову и широко улыбнулся. Но когда мальчик натолкнулся на Тун Яньляна, то задел его определенную часть тела, и тому стало так больно, что он толкнул мальчика и сказал: — Не подходи ко мне! Маленький мальчик упал на пол и начал рыдать. ______ Всем привет! Команда переводов веб-новелл и ранобэ K.O.D. ищет редакторов, а также переводчиков с английского, китайского и корейского! Если вы владеете любым из этих языков, то вы можете пройти тест и вступить в команду. K.O.D. — дружная и организованная команда. Поможем на каждом шагу и всему научим. В свободное плавание не пускаем и всегда будем курировать и помогать. Для вступления в команду необходимо: ✓ Иметь компьютер или другое устройство для работы ✓ 18+, но если вы уверены в себе, можете подать заявку и не соответствуя возрастной границе ✓ Пройти тест. После прохождения теста и испытательного срока (максимум месяц, но может быть и раньше, если вы хорошо справляетесь с обязанностями) вы получите бесплатный доступ ко всем проектам команды. Также вы начнете получать доход с проекта. Подать заявку вы можете написав нам в ВК в сообщения группы. Команда для общения с ботом — начать. https://vk.com/webnovell ---------- Том 1 Глава 15.5 Бабушке маленького мальчика стало жалко внука. Она взяла его на руки и начала кричать: — Ты, #&@($& без потомства, я убью тебя, если с моим внуком что-нибудь случится! Старуха, конечно, не была добрым человеком. Слова «без потомства» ударили Тун Яньляна больнее всего. Злобно глядя на нее, он сказал: — Думаешь, это может меня напугать? Ему повезло, что я не убил его первым! Старуха была так зла, что снова открыла рот. Но прежде чем она успела что-то сказать, Цзе Цзиньхуа и две ее невестки вступили в драку. Из их уст посыпались разные ругательства, и вестибюль наполнился шумом. Подошла пухлая медсестра и прикрикнула на них: — Замолчите! Если вы будете продолжать в том же духе, я вызову полицию, и вас арестуют! Ее слова заставили всех сразу же замолчать. Этот момент застала Тун Сюэлу. Ей не нужно было представлять присутствующих, чтобы понять, что эта толпа рабочих — их родственники из Бэйхэ. От них так сильно воняло инструментами, что даже 10 флаконов духов не могли скрыть эту вонь. Вдруг Тун Эрчжу заметил Тун Цзямина. Он спросил: — Мама, а это не тот ли сопляк Тун Цзямин? Все растерялись, переглянувшись. Цзе Цзиньхуа вскочила и начала кричать. — Ты, сопляк, почему так долго добирался сюда? Где ты был? Хочешь, чтобы я умерла от голода, да? Сунь Гуйлань поджала губы и добавила: — Мы позвонили 4-5 часов назад, а он только сейчас приехал. Очевидно, что сделал это специально! Остальные тоже злобно уставились на Тун Цзямина, как будто он только что убил их родителей. Тун Сюэлу повернулась и посмотрела на Тун Цзямина. На его лице не было ни малейшего выражения. В том, как он смотрел на семью Тун, не было ни намека на теплоту. Она поджала губы и сказала: — Пойдем, встретим их. Сказав это, девушка начала идти к ним. Глаза Тун Эрчжу загорелись. Он посмотрел на светлое и гладкое лицо Тун Сюэлу, затем на ее грудь, а оттуда на тонкую талию. В его глазах появился злой блеск. Сунь Гуйлань шлепнула его по тыльной стороне ладони и с вытянутым лицом спросила: — На что ты смотришь? Тун Эрчжу потер подбородок и неловко хмыкнул: — Да так... Тун Сюэлу подошла к ним и сказала Цзе Цзиньхуа: — Бабушка, мы пришли забрать тебя. «Бабушка?» Остальные немного опешили от такого обращения. «Может быть, это настоящая дочь Тун Дацзюня? Вот это да, она необыкновенно красивая!» Красные губы, белые зубы, а кожа такая нежная. А как она одевалась. Да, эта девушка была воспитана высокопоставленными чиновниками. Ее характер определенно говорил об этом. В отличие от них, Тун Сюэлу смотрела на большую семью перед собой и думала, откуда взялась эта группа странных личностей. Она посмотрела на Цзе Цзиньхуа. Ей было около 50-60 лет, невысокого роста. Кожа была темной и грубой. Злобный и неприятный характер был написан на ее лице. Тун Дацзюнь и его жена были хороши собой, и Тун Цзямин, его братья и сестры получили от них хорошие гены. Она думала, что люди из Бэйхэ, даже если бы они не были такими привлекательными, все равно были бы примерно на том же уровне. Тем не менее, каждый из них был хуже предыдущего, как кучка грубых подражателей. Внезапно ей в голову пришла идея: «Возможно, Тун Дацзюнь вовсе не был ребенком семьи Тун?..» Ее отец совсем не походил на Цзе Цзиньхуа. Он также не был похож на двух своих братьев с их обезьяньими лицами. Не могло же быть такого клише? Тун Сюэлу чувствовала, что нужно разобраться в ситуации с Тун Дацзюнем, но сейчас было не время. ---------- Том 1 Глава 15.6 Цзе Цзиньхуа первой опомнилась. Она уставилась на Тун Сюэлу и закричала на нее: — Так ты дочь Тун Дацзюня? Что с тобой такое? Почему ты так долго добиралась сюда? Тун Сюэлу опустила глаза и тихо сказала: — Мне очень жаль, бабушка. Я попросила Цзямина забрать вас с вокзала, но вы как-то разминулись. Мы отправились сюда, как только узнали о звонке, но ты же знаешь, как обстоят дела с общественным транспортом. Мы прождали более двух часов, прежде чем сели в автобус. Цзе Цзиньхуа подумала, что если она выросла в такой семье, то должна быть высокомерной и смотреть на других свысока. Женщина не ожидала, что ее внучка будет настолько покорной. Внезапно Цзе Цзиньхуа стала еще более высокомерной. — Разве твои приемные родители не высокопоставленные чиновники? Разве ты не могла позвонить им и попросить прислать за нами машину? Тун Сюэлу моргнула и посмотрела на нее просветленным взглядом. — Ты права. Почему это не пришло мне в голову? В следующий раз. Я обязательно сделаю это в следующий раз. Цзе Цзиньхуа потеряла дар речи от ее реакции. Но не успела Цзе Цзиньхуа снова накричать на нее, как Тун Сюэлу быстро повернулась к Тун Яньляну. — Ты — Тун Яньлян, мой двоюродный брат? Я слышала, что тебя ударили ногой в твою важную часть тела. Как она? Не сломана? Сможет ли она функционировать в будущем? Сможешь ли ты иметь детей? Тун Яньлян: «…» Остальные члены семьи Тун: «…» Окружающие чуть не захлебнулись собственной слюной, услышав ее слова. Девушка была честной, чистой и приличной, как она могла извергать такие слова?! В то же время все остальные смотрели на промежность Тун Яньляна. От этих напряженных взглядов парню показалось, что его штаны могли самопроизвольно загореться. Его лицо побагровело, и он злобно набросился на Тун Сюэлу. — Заткнись! Тун Сюэлу сделала шаг назад. Она прижала руку к груди, как будто была напугана. — Тун Яньлян, мой двоюродный брат. Что с тобой? Что-то еще болит? Или ты потерял свои способности? «…» Тун Яньлян почувствовал, что его дыхание застряло в груди, и он чуть не начал кашлять кровью. «Эта чертова…» Она каждый раз называла его имя, как будто боялась, что другие не услышат это. Неужели эта девушка делала все специально? Конечно, Тун Сюэлу делала это специально. Такие хорошие новости должны быть объявлены на весь мир, чтобы о них узнали все. Цзе Цзиньхуа тоже была в ярости. Она закричала на нее: — Ты тупое отродье. Так хорошо умеешь болтать? Лучше молчи! Мы все знаем, что ты не немая! Тун Сюэлу почесала подбородок, сделала застенчивый вид и сказала: — Да, я хорошо владею словом. Спасибо за комплимент, бабушка. Цзе Цзиньхуа чуть не закашляла кровью: «Это был не комплемент!» Окружающие время от времени поглядывали на них, особенно в сторону промежности Тун Яньляна. Это делало их очень недовольными. Цзе Цзиньхуа хотела накричать на Тун Сюэлу, но побоялась, что та выплеснет еще больше раздражающих слов. С вытянутым лицом женщина сказала: — Поторопись и оплати больничные счета. Мы поговорим после того, как вернемся домой! Тун Сюэлу послушно кивнула и повернулась, чтобы сказать брату: — Цзямин, сначала отведи бабушку и остальных. Я пойду к тебе после того, как расплачусь. Тун Цзямин кивнул и сказал Цзе Цзиньхуа: — Пойдем, бабушка. Цзе Цзиньхуа и остальные чувствовали себя ужасно. Но сейчас они ничего не могли поделать и решили просто уйти. Тун Сюэлу смотрела, как семья Тун вышла через парадную дверь, а затем повернулась, чтобы оплатить больничные счета. Как только она обернулась, то увидела Вэнь Жугуя, который стоял рядом с кассиром и смотрел на нее странным взглядом. Это было немного неловко. ---------- Том 1 Глава 16.1 Тот, кто мог заслужить титул зеленого чая, был непробиваем. Тун Сюэлу лишь на мгновение смутилась, увидев Вэнь Жугуя, но потом быстро успокоилась. Она начала идти к нему. Учитывая всех ее женихов из прошлой жизни и всевозможных звезд и идолов, которых она видела, девушка считала, что ее мало кто мог удивить. Тем не менее она все еще была ошеломлена, когда увидела Вэнь Жугуя. Он все еще был в белой рубашке и стоял с прямой спиной. Его брови были как мечи, а глаза — как звезды и луна. Он выглядел невозмутимым, но все равно заставлял сердце учащенно биться. Тун Сюэлу спокойно улыбнулась. — Какое совпадение — встретить тебя здесь, товарищ Вэнь. «Пока я отказываюсь смущаться, смущаться будет кто-то другой!» Вэнь Жугуй осмотрел ее лицо и бесстрастно сказал: — Здравствуй, товарищ Тун. — Ты плохо себя чувствуешь, товарищ Вэнь? — Я в порядке, — ответил Вэнь Жугуй и, закончив говорить, почувствовал, что сказал слишком мало. Поэтому он добавил: — У моего деда было расстройство желудка, поэтому я сопровождал старика сюда, чтобы его осмотрели врачи. Здоровье господина Вэня ухудшилось, когда тот служил в армии в ранние годы, и теперь, когда он становился старше, врач попросил его соблюдать диету. Однако дедушка обладал характером ребенка, и когда доктор говорил ему, что нельзя что-то есть, тот еще сильнее хотел это съесть. Время от времени он в тайне от всех перекусывал. Господин Вэнь и его бывший товарищ по оружию прикончили вдвоем бутылку белого вина, и теперь их обоих отвезли в больницу. Поскольку в прошлый раз дедушка соврал, что болен, чтобы обманом заставить его вернуться домой на назначенное свидание, Вэнь Жугуй подумал, что тот снова пытался его обмануть, когда ему позвонили в этот раз. — Да, у пожилых людей обычно слабый ЖКТ. Им следует быть осторожными, — красные губы Тун Сюэлу слегка изогнулись, а в уголках губ появились две ямочки. Как будто это не она недавно кричала в холле о том, что чей-то инструмент больше нельзя использовать. — М-м-м, — бесстрастно сказал Вэнь Жугуй. Мужчина тоже не стал поднимать вопрос о том, что произошло ранее. Как будто она не была тем человеком, на которого раньше все странно смотрели. «Какой добрый и красивый мужчина с высоким эмоциональным коэффициентом, который не стал указывать на произошедшее». Мнение Тун Сюэлу о нем взлетело вверх. Тем не менее все ее внимание было приковано к родственникам из родного города, поэтому она попрощалась с Вэнь Жугуем после того, как оплатила больничный счет. Мужчина смотрел, как Тун Сюэлу уходила, и, когда он уже собирался вернуться в палату, то повернулся и увидел, как из-за угла высунулась белая голова и украдкой посмотрела в его сторону. Вэнь Жугуй вздохнул про себя, подошел и сказал этому человеку: — Что ты здесь делаешь, дедушка? Старый господин Вэнь проигнорировал его вопрос и посмотрел в ту сторону, где скрылась Тун Сюэлу. Он подтолкнул локтем Вэнь Жугуя и спросил: — Что это за девушка? Почему дедушка никогда не встречал ее раньше? Вэнь Жугуй, не моргнув глазом, ответил: — Новая работница на базе. Старый господин Вэнь некоторое время с сомнением смотрел на него, а затем твердо сказал: — Это невозможно! Ты лжешь! На базе нет такой молодой и красивой девушки! Неужели этот парень думал, что он был старым и глупым? Господин Вэнь знал всех и каждую незамужнюю девушку на их базе! Вэнь Жугуй не показал никакого смущения от того, что ему не поверили. Он сказал: — Вот почему я сказал, что она новенькая. Поэтому ты никогда не встречал ее раньше. ---------- Том 1 Глава 16.2 Старый господин Вэнь никак не мог успокоиться: — Тогда скажи мне ее имя, семью, возраст и не замужем ли она! — Давай вернемся, дедушка. Пора принимать лекарства. Парень прекрасно знал, что творилось в голове у его дедушки. Видя, что он не мог ничего сказать, чтобы изменить мнение Вэнь Жугуя, старый господин Вэнь был так зол, что даже его борода тряслась. Он повернулся и спросил у дяди Цзуна: — Сяо Цзун. Ты хорошо рассмотрел эту девушку? Сколько ей лет, как ты думаешь? Дядя Цзун посмотрел на Вэнь Жугуя, почесал нос и прикинулся дурачком. — Я стар и у меня плохое зрение. Поэтому не очень хорошо разглядел ее раньше. Старый господин Вэнь закатил глаза. — Ху Цзун! Это приказ! Дядя Цзун отдал ему воинское приветствие и сказал: — Докладываю командующему, у девушки очень тонкая и светлая кожа и она очень красива. На мой взгляд, ей около 16-17 лет! «16-17 лет, хм…» Старый господин Вэнь посмотрел на внука, выпучив глаза. — Старая корова пасется на молодой траве. Ты такой бесстыжий! Вэнь Жугуй: «…» Сразу же после этого взгляд старого господина Вэнь снова изменился. Он похлопал Вэнь Жугуя по плечу и сказал: — Но тебе не нужно расстраиваться. То, что ты можешь пастись на молодой траве, как старая корова, означает, что у тебя хорошие зубы. Если подумать, то ты унаследовал отличные гены от своего деда. Вэнь Жугуй: «…» Старый господин Вэнь никогда не уставал дразнить своего внука. Дядя Цзун сочувственно посмотрел на Вэнь Жугуя. Парень потер лоб и сказал: — Дедушка, похоже, ты сейчас в хорошем расположении духа, поэтому я собираюсь вернуться на базу. Сказав это, он передал квитанцию дяде Цзуну, повернулся и бодро вышел из больницы. Старый мистер Вэнь несколько раз постучал своей тростью по полу. — Вернись сюда, сопляк. Ты еще не сказал мне имя девушки! Чем больше кричал старый господин Вэнь, тем быстрее шел Вэнь Жугуй, быстро исчезая за дверью больницы. Видя, что ему не удалось заставить внука вернуться, старый господин Вэнь причмокнул губами и сказал дяде Цзуну: — Сяо Цзун, как ты думаешь, эта девушка похожа на мою будущую внучку? Дядя Цзун ответил: — Командир, я стар и у меня плохое зрение. Я не смог этого разглядеть. Старый господин Вэнь снова посмотрел на него и спросил: — Как ты думаешь, смогу ли я в этом году выпить чашку чая, приготовленную моей внучкой? Дядя Цзун повторил: — Командир, я стар… — О, заткнись! Старый господин Вэнь был очень раздражен тем, что дядя Цзун повторял одну и ту же фразу. Он хмыкнул и с тростью в руках вернулся в комнату для пациентов. *** После того как Тун Сюэлу закончила оплачивать больничные счета, она увидела Сунь Гуйлань, стоящую перед Тун Цзямином, с руками на талии. Ее тонкие губы безостановочно двигались вверх-вниз. Тун Сюэлу не могла расслышать, что та говорит, но ей хватило бы и половины мозга, чтобы понять, что она говорила всякие ужасные вещи мальчику. Губы Тун Цзямина были плотно сомкнуты, на его кулаках виднелись вены от того, как сильно он их сжимал. — Вторая тетя, пожалуйста, не говори так. Мои родители не такие люди. Палец Сунь Гуйлань едва не коснулся носа Тун Цзямина. — Да? Я знаю, что говорю! Что ты собираешься с этим делать, а? И что это за выражение на твоем лице? Ты собираешься ударить меня? Хорошо, тогда ударь меня. Давай, ударь меня. Не смеешь… УДАР! Сунь Гуйлань ударили, и на ее левой щеке быстро появился отпечаток руки. На несколько секунд в воздухе воцарилась тишина. Сунь Гуйлань опомнилась и сердито крикнула Тун Сюэлу: — Ты только что ударила меня? Я, я, я убью тебя! Тун Сюэлу увернулась от ее руки и невинно моргнула. — Вторая тетя, разве ты не просила, чтобы тебя ударили? Я видела, что Цзямин не осмелился подчиниться, поэтому мне, как его старшей сестре, пришлось вмешаться. Сунь Гуйлань: «…» Семья Тун: «…» ---------- Том 1 Глава 16.3 Сунь Гуйлань так рассердилась, что начала кричать: — Я просто шутила. Кто воспримет это буквально? Чему тебя учили родители?! Тун Сюэлу искренне ответила: — Мои родители всегда учили меня, что я должна помогать другим, когда могу. Все: «…» — Мама, посмотри на нее. Я так зла! Сунь Гуйлань была так зла, что все ее тело дрожало. Она могла просто упасть замертво прямо сейчас. Цзе Цзиньхуа была расстроена поведением Тун Сюэлу еще в больнице. Теперь, когда увидела, как та набросилась на Сунь Гуйлань, то хотела воспользоваться случаем и преподать ей урок. Но не успела она ничего сказать, как услышала от Тун Сюэлу: — Тетя, ты совсем не голодна? Я сказала своим друзьям в правительственном ресторане, чтобы они оставили нам немного еды. Если мы не поторопимся и не пойдем туда, они продадут мясо кому-нибудь другому. Слово «мясо» вызвало у членов семьи Тун слюноотделение. Их желудки заурчали, и они почувствовали себя еще более голодными, чем раньше. Цзе Цзиньхуа быстро остановила себя, чтобы не закричать. Она повернулась к Сунь Гуйлань и сказала: — Ты здесь старшая. Почему ссоришься с кем-то из молодого поколения? Поторопись, поторопись. Пойдемте есть! «…» Сунь Гуйлань не ожидала, что свекровь будет не на ее стороне. Она повернулась, чтобы посмотреть на мужа, а тот медленно отвернулся, делая вид, что ничего не видел. Сунь Гуйлань: «…» О-о-о-о, она так злилась! Губы Тун Сюэлу слегка изогнулись вверх, когда она увидела, что Сунь Гуйлань так разозлилась, что ее могло вырвать кровью. Повернув голову, девушка заметила, что Тун Цзямин смотрел на нее. — В чем дело? Тун Цзямин моргнул и сказал низким голосом: — Нет, ничего. — Тогда пойдем. Давай отлично пообедаем в государственном ресторане! *** Семья Тун надеялась пообедать в правительственном ресторане рядом с больницей, но когда они пришли, им сказали, что мясо уже закончилось. Ради того, чтобы съесть его, они решили повременить и подождать, пока не доберутся до правительственного ресторана в уезде Яньцин, чтобы поесть там. И вот, им пришлось час ждать, пока приедет автобус, еще час заняла поездка, потом еще полчаса пешком. К тому времени, когда они добрались до ресторана, группа была готова рухнуть у дверей. Семья Тун: «Это катастрофа!» — Почему так долго? Я уж думала, что вы сегодня не придете! Чэнь Дани и Хуан Сянлань думали, что Тун Сюэлу не придет. Они не ожидали, что она появится с группой людей в такой час. — Да, это долгая история. Короче говоря, мой двоюродный брат получил повреждения, когда его кто-то пнул, — пока она говорила, то специально остановилась и указала на него. — Это тот, о ком я говорю. Тун Яньлян, мой двоюродный брат. Тун Яньлян: «…» БАМ! Он был так зол, что хлопнул рукой по столу и закричал: — Может, уже заткнешься? БАМ! Он снова хлопнул рукой по столу. Чэнь Дани хлопнула рукой по столу еще сильнее, чем он. — Что, по-твоему, ты здесь делаешь? Что это за отношение? Шлепни еще раз и тебя арестуют! Лицо Тун Яньляна посинело. Злобно глядя на Тун Сюэлу, он неохотно сказал: — Прости. Тун Сюэлу сказала в манере зеленого чая: — Пожалуйста, прости его, сестра Дани. Это нормально — чувствовать себя расстроенным после такого ужасного испытания. Тун Яньлян: «…» Черт! Сколько раз ему нужно было это повторять? Его инструмент был в порядке! Он не был сломан! Чэнь Дани хмыкнула: — Неважно. Я прощу его на этот раз ради тебя. Пойду принесу мясо. Тун Сюэлу с улыбкой поблагодарила ее и быстро достала деньги и талоны из своего кошелька. Всего в семье Тун было десять человек. Двенадцать, включая Тун Сюэлу и Тун Цзямина. Ужин состоял из большой тарелки тушеных свиных ножек, тарелки капусты с мясом, тушеной редьки, тарелки пельменей и миски риса на каждого. В общей сложности получилось 15,94 юаня вместе с большим количеством продовольственных талонов и талонов на мясо. Тун Сюэлу пришлось раскошелиться на этот стол. ---------- Том 1 Глава 16.4 Двое из них, однако, не были так уж счастливы. Это были Цзе Цзиньхуа и Тун Яньлян. Из-за разбитой губы и отсутствующего зуба бабушка не могла жевать свиную ногу. Рот Тун Яньляна был в порядке, но по каким-то необъяснимым причинам его инструмент снова болел, причем так сильно, что у него совсем пропал аппетит. Один стендап-комик однажды сказал так: «Доброта — это не чавкать, когда я ем мясо на глазах у голодающих». Тун Сюэлу, напротив, если бы не чавкала, то не смогла бы получить большего удовольствия от еды в их присутствии. — Бабушка, кузен Тун Яньлян, как жаль, что вы не можете насладиться этим. Эта тушеная свиная нога такая вкусная! — Только посмотрите. Эта свиная нога тушилась несколько часов, и ее кожица приобрела яркий цвет жареного сахара. Мясо хрустящее, но не пережаренное. Всего один укус, и ваш рот наполнится вкусом маринада. Внутри мясо мягкое и имеет хорошую текстуру. Это так аппетитно! После ее слов Цзе Цзиньхуа и Тун Яньлян сглотнули. Цзе Цзиньхуа: «Черт, кажется, я становлюсь только голоднее». Тун Яньлян: «Черт, кажется, мой инструмент стал болеть еще сильнее». Пожевав свиную ножку, Тун Сюэлу сказала: — Кузен Тун Яньлян, раз уж у тебя там так болит, не хочешь ли ты, чтобы я… Теперь у Тун Яньляна начинала болеть голова каждый раз, когда он слышал ее слова. Парень нетерпеливо прервал ее: — Может, хватит называть меня полным именем? «И можешь просто заткнуться?» Тун Сюэлу наклонила голову и немного подумала. — Хорошо. Впредь не буду называть тебя полным именем. Я буду звать тебя Лянлян. «Лянлян?» Губы Тун Яньляна дернулись. «Чертова девчонка. С чего бы это мужчине использовать такое прозвище?» Несмотря на это, его анатомия снова болела, и он больше не хотел смотреть на лицо Тун Сюэлу. Глядя на жалкий вид Тун Яньляна, Тун Цзямин поджал губы, и в его глазах появился намек на улыбку. Все остальные, кроме Цзе Цзиньхуа и Тун Яньляна, наслаждались едой и прекрасно проводили время. После ужина Тун Сюэлу взяла у Хуан Сянлань и Чэнь Дани ланчбоксы и наполнила их мясными пельменями. И группа отправилась к ним домой. После того, как семья Тун вошла в дом, то тут же рухнули на кровать, не снимая обуви. Даже попросили Тун Цзямина принести им чай. «Ух. Они ведут себя как хозяева дома». Тун Сюэлу заставила Тун Цзямина сделать все, что ему сказали, и пошла к тетушке Цай с двумя коробками пельменей. Когда Тун Мяньмянь увидела свою сестру, она была так счастлива, что тут же улыбнулась. — Старшая сестра, ты вернулась! Тун Сюэлу взяла на руки маленькую булочку, которая бросилась к ней, и спросила: — Вы уже поужинали? Маленькая булочка похлопала себя по животу и ответила: — Еще нет. Тетя Цай высунула голову и сказала: — Я как раз готовлю. Тун Сюэлу достала два ланчбокса и попросила детей начать есть. Увидев пельмени с мясом, дети развеселились. Тетя Цай по-дружески укорила ее: — Почему ты опять тратишь деньги? Тебе они понадобятся на многие вещи! В будущем стоит перестать покупать такие вещи! Тун Сюэлу улыбнулась и сказала: — Я больше не буду этого делать. Давай просто сейчас позволим им насладиться пельменями. Дети зарылись с головой в еду. Тун Цзясинь, в частности, съедал по целому пельменю за раз. Он наслаждался ими так сильно, что его глаза сузились. Остальные подошли, увидев, что Тун Сюэлу вернулась. — Девочка, что случилось с твоей бабушкой и остальными? Почему их избили без причины? Услышав это, Тун Сюэлу смущенно потупила взор и ответила: — Моя бабушка не разрешает мне рассказывать эту историю. Услышав это, остальные стали любопытствовать: — Что это такое, чем ты не можешь поделиться? — Да, девочка, скорее расскажи нам. Мы обещаем, что история останется между нами! Тун Сюэлу слегка покраснела. — Их избили, потому что мой двоюродный брат Тун Яньлян попользовался какой-то женщиной. Он лапал ее за задницу! ---------- Том 1 Глава 17.1 Все были ошеломлены на несколько секунд, затем сразу же начали обсуждать это. — Тьфу. Я видел бесстыжих, но таких — никогда! — Какой бесстыжий человек. Мне не было бы его жалко, даже если бы они забили его до смерти! — Именно так. Сколько лет твоему кузену, раз он совершил такое чудовищное преступление? Большинство людей в это время были очень просты, но не было недостатка и в отморозках, особенно в деревенских бездельниках. Нередко они крали женское нижнее белье или подглядывали за женщинами, идущими в туалет. Тун Сюэлу вздохнула и сказала: — Моему двоюродному брату Тун Яньляну еще нет и четырнадцати лет. — Что? Он такой уже в четырнадцать лет? Каким будет, когда вырастет? — Как по мне, яблоко от яблони недалеко падает. Я говорю, что его родители тоже не очень хорошие люди! «Хорошо сказано, тетя!» — Тун Сюэлу мысленно подняла большой палец вверх, но вид у нее был грустный. — Правда, мой двоюродный брат Тун Яньлян уже получил свое наказание. Его инструмент был поврежден, и врач сказал, что в будущем он не сможет иметь детей. — У моей бабушки в то время был приступ, и она решила напасть на тех людей. К сожалению, она проиграла эту битву и даже потеряла зуб. Вы ее еще не видели. Теперь у моей бабушки опухшее лицо и отсутствующий зуб. Мне так жаль ее! О боже, что за инцидент! Его инструмент был поврежден? О боже, о боже. Это было большое дело! Как они могли не распространить эти слова? И, похоже, что сумасшествие старой госпожи Тун было довольно пугающим. Им следовало бы попросить своих детей держаться подальше от семьи Тун. В это время люди возвращались домой с работы. Остальные разошлись, услышав ответы на свои вопросы. Тун Сюэлу тоже ушла вместе с Тун Мяньмянь и Тун Цзясинем. По правде говоря, если бы у нее был выбор, она бы не хотела, чтобы ее сестра вступала в контакт с мерзавцем Тун Яньлянем. Тем не менее теперь, когда Цзе Цзиньхуа и семья приехали, она не могла не вернуться с Тун Мяньмянь. Ей не оставалось ничего другого, как еще раз призвать Тун Цзясиня никогда не оставлять сестру одну. Мальчик кивнул и дал свое обещание. Ему не показалась странной осторожность Тун Сюэлу. Он просто решил, что она слишком сильно заботилась об их младшей сестре. *** После возвращения в семью Тун. Родственники не проявляли особого интереса к Тун Цзясиню и Тун Мяньмянь. Тун Сюэлу обратила особое внимание на Тун Яньляна и увидела, как он, нахмурившись, рассматривал маленькое личико Тун Мяньмянь. Она не была уверена, из-за того ли, что ему было очень больно, но кузен не проявлял особого интереса. Однако Тун Сюэлу не теряла бдительности. Цзе Цзиньхуа рухнула на кровать в туфлях и приказала. — Иди и позвони Чжэньчжэнь. Сообщи ей, что мы приехали, и попроси ее прийти завтра. Тун Сюэлу с замешательством спросила: — Бабушка хочет встретиться с Чжэньчжэнь? Сунь Гуйлань поджала губы: — Что ты хочешь этим сказать? Семья Тун воспитывала ее пятнадцать лет. Почему мама не может увидеться с ней сейчас? Тун Сюэлу поспешно ответила: — Ты меня неправильно поняла, невестка. Я говорила совсем о другом. Дело в том, что Тун Чжэньчжэнь сослали в деревню, и вам будет нелегко встретиться. «Тун Чжэньчжэнь сослали в деревню?» После слов Тун Сюэлу в доме на несколько секунд воцарилась тишина. Цзе Цзиньхуа вскочила с кровати. Ее голос был резким и пронзительным: — Почему это случилось? Почему ее родители ничего с этим не сделали? Ей не нравился ни один из детей Тун Дацзюня и его жены, кроме Тун Чжэньчжэнь. Та была милой болтушкой и при каждой встрече рассказывала ей все о Тун Дацзюне и его жене, в том числе и о деньгах, которые они прятали. Она была в растерянности, когда узнала, что Тун Чжэньчжэнь на самом деле не была ребенком семьи Тун. Но Цзе Цзиньхуа обрадовалась, когда узнала, что ее родители — государственные чиновники. Поскольку Тун Чжэньчжэнь была их родной дочерью, а Тун Сюэлу — приемной, старуха считала, что семья Тун поможет ее сыновьям найти работу. Однако женщина была ошеломлена, когда узнала, что Тун Чжэньчжэнь отправили в деревню менее чем через шесть месяцев после того, как она вернулась в семью. ---------- Том 1 Глава 17.2 Тун Сюэлу вздохнула и пояснила: — Тун Чжэньчжэнь была расстроена тем, что я забрала ее личность, но не осмелилась напасть на меня. Поэтому она побила Мяньмянь. Я разозлилась на нее и донесла в полицию. После этого ее отправили в деревню. Семья Тун: «…» В доме снова воцарилась тишина. Даже Тун Цзямин и Тун Цзясинь были ошеломлены. Тун Сюэлу никогда не рассказывала им двоим о том, что произошло с Тун Чжэньчжэнь. Тун Цзясинь открыл рот и собирался что-то сказать, но его остановил пристальный взгляд Тун Цзямина. Сунь Гуйлань опомнилась и с сомнением посмотрела на нее: — Ты ведь не просто пытаешься выставить себя в выгодном свете? Чжэньчжэнь — настоящая дочь семьи Тун. Почему бы им не быть на ее стороне? Тун Сюэлу ответила: — Она действительно настоящая дочь семьи Тун, но я была с ними пятнадцать лет, в то время как Тун Чжэньчжэнь была с ними всего несколько месяцев. Но дело не в этом. Как вы думаете, кто красивее, я или Тун Чжэньчжэнь? Все снова замолчали. «Какое отношение это имеет к тому, что Тун Чжэньчжэнь отправили в деревню?» Тун Сюэлу, не дожидаясь ответа, продолжила: — Вы сами можете ответить на этот вопрос. Я в десять, нет, в сто раз красивее Тун Чжэньчжэнь! Семья Тун по-прежнему не знала, что сказать. — Именно потому, что я красива, как фея. По этой причине семья Тун выбрала меня, а не Тун Чжэньчжэнь. Я уверена, что вы знаете причину этого, верно? Все очень просто. С моей внешностью я всегда смогу выйти замуж в богатую и влиятельную семью! — Сможет ли это сделать Тун Чжэньчжэнь? Нет, не сможет. Вспомните, какой у нее приплюснутый нос и темная кожа. Какая высокопоставленная семья захотела бы взять ее к себе? Семья Тун выбрала меня, потому что они умны! Все были в шоке. Они даже не знали, кто был более бесстыдным, Тун Сюэлу или другая семья Тун. Лицо Се Цзиньхуа стало сморщенным, как старый огурец. Казалось, что на нем было написано: «Я не счастлива». Ее нос был плоским, а ее кожа была темнее, чем у Тун Чжэньчжэнь. Женщина чувствовала, что ее обидели. Тун Сюэлу оглядела толпу миндалевидными глазами и спросила: — Ну что, бабушка, ты все еще хочешь навестить Тун Чжэньчжэнь? — Забудь об этом! Кто захочет уехать в деревню? Тун Эрчжу и остальные посмотрели на Тун Сюэлу по-новому. Раньше они не особо думали о ней и не обращали на нее внимания. Но все изменилось. Другая семья Тун предпочла ее собственной дочери. Они не могли обидеть ее в будущем. Наоборот, им нужно было ей угождать. Только так она могла помочь им получить работу. Фэн Чжаоди открыла рот, обнажив желтые зубы. — На самом деле не имеет значения, встретимся мы с Чжэньчжэнь или нет. В конце концов ты наша племянница и член семьи. Мы будем полагаться на тебя в поиске работы! Тун Сюэлу повернулась, услышав это. Фэн Чжаоди была женой Тун Саньчжуана. В отличие от Тун Эрчжу и его жены, эта пара была более злой и расчетливой. Они прятались сзади, когда Тун Яньлян конфликтовал с другими, но шли впереди, когда наступало время обеда. Эти люди были типичными эгоистами. Тун Сюэлу бесцеремонно улыбнулась и не удосужилась ответить. Сунь Гуйлань, в свою очередь, не хотела заискивать перед Тун Сюэлу. Она потянула свекровь за рукав и сказала низким голосом: — Мама, пособие на случай смерти. Мы должны вернуть пособие! Это напомнило Се Цзиньхуа о самом главном. — Когда я на днях звонила на завод, директор сказал мне, что ты уже забрала пособие на случай смерти. Где же деньги? Отдавай их! Тун Сюэлу тихо сказала: — Бабушка, я бы хотела поговорить с тобой наедине. ---------- Том 1 Глава 17.3 Сунь Гуйлань первой почувствовала себя несчастной. — Почему мы не можем остаться? Мама, она хитрая. Не поддавайся! Тун Сюэлу нахмурилась и сказала: — Что ты такое говоришь, вторая невестка? Думаешь, бабушка такая же глупая, как ты? Бабушка, очевидно, умный человек. Кто может ее обмануть? Се Цзиньхуа бросила на невестку недовольный взгляд. — Если ты глупая, то не говори ничего. Мы все знаем, что ты не немая! Сунь Гуйлань потеряла дар речи от такой отповеди. «Очнись, мама. Она уже обвела тебя вокруг пальца!» Не дождавшись ответа, Тун Цзямин уже вышел вместе с сестрой и Тун Цзясинем. Остальные же не сдвинулись ни на дюйм. Тун Сюэлу вдруг вздохнула и сочувственно посмотрела на Се Цзиньхуа. — Бабушка, я думала, что ты — глава семьи. А теперь, похоже, что это не так. Смотри, ты только что попросила их уйти, но никто из них тебя не послушал. Се Цзиньхуа была очень зла, услышав эти слова! Но еще больше женщину расстроили сыновья и невестки. Неужели они оспаривали ее власть главы семьи? Поэтому она крикнула глубоким голосом: — Все вы, уходите! Видя, что Се Цзиньхуа вышла из себя, ее сыновья и невестки обменялись взглядами и, в конце концов, вышли из дома. *** Соседи ужинали во дворе, как вдруг услышали громкий рев и испугались. Затем они увидели, как семью Тун выгнали из дома, захлопнув за ними дверь изнутри. Безумие старой госпожи Тун, конечно, выглядело плохо! Сунь Гуйлань и остальные чувствовали себя одновременно и сердито, и смущенно, когда их выгнали из дома. Вторая невестка увидела, что ее сыну неудобно сидеть на земле, и хотела одолжить для него табуретку. — Сестра Цай, ты еще помнишь меня? Увидев, что та шла к ней, тетя Цай выплеснула воду из таза прямо перед Сунь Гуйлань и сказала: — Нет! Затем она повернулась и пошла внутрь своего дома, даже не взглянув на нее. Сунь Гуйлань на некоторое время была ошеломлена. Что она сделала? Тетя Цай была очень дружелюбной в последние несколько раз, когда они приезжали. Сунь Гуйлань была так зла, что ее лицо стало свекольно-красным. Когда она опомнилась, женщина собиралась выяснить у других семей, в чем проблема с тетушкой Цай. И вот, как по команде, все остальные сказали, что не помнили ее, и начали уходить, даже не закончив разговор. Фэн Чжаоди тоже собиралась пообщаться с теми, кто был во дворе, но, увидев, что произошло с Сунь Гуйлань, быстро отказалась от этой идеи. — Я не могу избавиться от ощущения, что что-то не так. Муж, завтра же поспрашивай и узнай, действительно ли Тун Чжэньчжэнь отправили в деревню. Тун Саньчжуан поковырял пальцев в ухе, а затем протянул руку перед ней. — Мне понадобятся деньги на поездку. Фэн Чжаоди посмотрела на него и тихо сказала: — Тише. Я дам тебе деньги через некоторое время! Ее свекровь и Сунь Гуйлань были двумя идиотками, которые положили свои деньги в багаж. Из-за этого семья потеряла несколько сотен юаней. Она солгала, когда сказала, что ее деньги тоже были в багаже. Женщина зашила их в свои брюки, и все было на месте! *** Внутри дома. Тун Сюэлу села рядом с Се Цзиньхуа и сказала с ласковым видом: — Бабушка, я почувствовала себя такой близкой к тебе, как только мы увиделись. Мне показалось, что я видела тебя в прошлом. Думаю, именно в этом и заключается связь крови и плоти. Се Цзиньхуа не обращала внимания на слова Тун Сюэлу. Она поджала губы и сказала: — Хватит нести чушь. Где же пособие? Тун Сюэлу показалась немного странной ее реакция, но она не стала слишком задумываться над этим. — Бабушка, я пока не могу дать тебе пособие на случай смерти. ---------- Том 1 Глава 17.4 Глаза Се Цзиньхуа расширились, и она стала похожа на лягушку. — Что ты имеешь в виду? Планируешь прикарманить деньги? — Тс-с-с, бабушка! Я не прикарманила деньги. А взяла их, чтобы заработать больше! — Заработать? Что ты знаешь о зарабатывании денег в твоем возрасте? — Я ничего об этом не знаю, но мои приемные родители знают! — с гордостью сказала Тун Сюэлу. — Мой отец — директор Департамента материально-технического обеспечения. Там также контролируют сельскохозяйственное и побочное производство и материалы. Ты даже не представляешь, сколько денег обменивается каждый день! — Тогда для чего твой отец использовал эти деньги? Сколько он может заработать? Се Цзиньхуа понятия не имела, чем занимался этот Департамент, но он понимала кто такой «директор». В общем, это высокопоставленный чиновник. — Ну, лучше тебе не спрашивать, бабушка. Это конфиденциально. Знание этого не принесет тебе ничего хорошего. Но… — Тун Сюэлу внезапно понизила голос и загадочно сказала: — Через некоторое время мы сможем удвоить наши деньги. Се Цзиньхуа издала звук «О!», ее рот раскрылся, а в глазах загорелся огонек жадности. — О какой сумме идет речь? — Пособие на случай смерти составляет 1 000 юаней. Если его удвоить, то будет 2 000. Се Цзиньхуа посмотрела на нее с сомнением. — Пособие на случай смерти составляет всего 1 000 юаней? Ты мне лжешь? Тун Сюэлу напустила на себя обиженный вид. — Это такие обидные слова. Ты же моя бабушка. Зачем мне врать тебе? К тому же, ты можешь узнать это, просто спросив на фабрике. Какой смысл мне врать тебе об этом? Се Цзиньхуа тоже почувствовала, что у девушки не хватит смелости солгать ей. — Что случилось с вашим директором завода? Дацзюнь в прошлом спас двух его сыновей, и это все, что он нам дал? Тьфу! Вот бессовестный! Видя, что в глазах Се Цзиньхуа не было печали, когда та говорила о Тун Дацзюне, и что она была обеспокоена только пособием по смерти, то, о чем думала Тун Сюэлу в больнице снова пришло ей в голову. Се Цзиньхуа была сосредоточена исключительно на деньгах. — Когда мы сможем получить их? Тун Сюэлу опомнилась. — Через пару недель. Они отдадут нам и основную сумму, и прибыль. Как только я получу деньги, то отдам их все тебе, бабушка! «Вот так-то лучше!» Ее слова заставили Се Цзиньхуа подумать, что новая внучка не такая уж и раздражающая. Тун Сюэлу продолжила: — Но нужно держать это в секрете. Мы не только не можем допустить, чтобы кто-то посторонний узнал об этом, но и не можем допустить, чтобы мои дяди и тети узнали об этом. Се Цзиньхуа небрежно сказала: — Не волнуйся. Я ничего не скажу. Тун Сюэлу покачала головой. — Мы не только не можем никому говорить, но и ты должна сказать другим, что уже получила деньги от меня, бабушка. Иначе дяди и тети заподозрят. Се Цзиньхуа не была такой уж глупой. Она посмотрела на Тун Сюэлу своими треугольными глазами и спросила: — Что ты пытаешься провернуть? А если потом мне не заплатишь? Как я тогда получу деньги? — Ты можешь искать директора завода, полицию или моих приемных родителей! — Тун Сюэлу сказала очень серьезно. — Мы одна семья. Буду ли я пытаться обмануть тебя? Ты можешь не доверять мне, но как насчет моих приемных родителей? Они государственные чиновники. Неужели ты думаешь, что им нужны такие мелочи? Се Цзиньхуа уже была убеждена на 80-90%. Она быстро сказала: — У тебя такой плохой характер, дитя. Что я такого сказала, а? Хорошо. Если ты уже отдала деньги своему отцу, мы просто оставим их там на время. Кто мог устоять перед таким соблазном, как выгода в 100%? Что касалось того, что это было мошенничество, Се Цзиньхуа не думала, что у Тун Сюэлу хватит смелости обмануть ее. В это время даже для путешествия требовались рекомендательные письма. Она не смогла бы никуда поехать без письма. Если другие члены семьи Тун осмелятся взять ее деньги, она без проблем пойдет и устроит скандал в их подразделении! Тун Сюэлу решила, что пока нужно остановиться. Она передала тридцать юаней бабушке и сказала: — Вот тебе немного денег. Ты можешь потратить их по своему усмотрению, пока я не получу деньги обратно. Накопления Се Цзиньхуа были украдены, и хотя полицейские сказали, что сделают все возможное, чтобы вернуть багаж, ей все равно было больно. Тридцать юаней были не такими уж большими деньгами, но уже через две недели у нее на руках будет 2 000 юаней. К тому времени она станет самой богатой старушкой в этом комплексе! Мысль об этом вызвала улыбку на ее старом сморщенном лице. ---------- Том 1 Глава 17.5 Тун Сюэлу открыла дверь, чтобы впустить остальных, после того как убедила Се Цзиньхуа. Как только дверь открылась, Сунь Гуйлань первой вбежала внутрь. — Мама, что сказала эта девчонка? Она отдала тебе пособие? Тун Сюэлу повернулась и посмотрела на Се Цзиньхуа, когда услышала это. Заметив взгляд внучки, старушка указала на нос Сунь Гуйлань и начала кричать на нее: — Почему у тебя так много вопросов? Конечно, она отдала мне пособие! Кому еще она могла его дать? Сунь Гуйлань со всеми брызгами слюны на лице, чуть не выблевала ужин. — Мама, ты же знаешь, я не это имела в виду. Просто беспокоюсь, что тебя обманут. Скажи, сколько денег мы получили? Покажи нам, мама. Как только она это сказала, Фэн Чжаоди и все остальные повернулись и посмотрели на Се Цзиньхуа. Старушка сердито прорычала: — Что тут смотреть? Ты глава семьи или я? Убирайся! Меня раздражает смотреть на тебя! «На меня накричали без причины!» — Сунь Гуйлань была очень зла. Услышав рев Се Цзиньхуа, соседи еще раз убедились, что она сошла с ума. Они быстро сказали своим детям, чтобы те не ходили к семье Тун в ближайшие несколько дней и по возможности избегали их. Тун Сюэлу вышла из дома, чувствуя себя успокоенной, когда увидела, что Се Цзиньхуа не поделилась тем, о чем они говорили. Тун Мяньмянь и Тун Цзясинь были у тетушки Цай, а Тун Цзямин сидел во дворе в одиночестве. Увидев выходящую Тун Сюэлу, он подошел к ней и спросил: — Что сделала Тун Чжэньчжэнь? Небо уже совсем потемнело, и его выражение лица, скрытое в темноте, было трудно разобрать. — Я расскажу тебе, что случилось после того, как разберусь с родственниками, — сказала Тун Сюэлу, глядя на Тун Цзямина. — Ах да. Ты когда-нибудь встречался с нашим дедушкой? Тун Цзямин не знал, почему она вдруг заговорила о нем, но все же кивнул и сказал: — Да, я видел его раньше. В чем дело? — Наш отец был похож на дедушку? Тун Цзямин немного нахмурился и сказал: — Да. Папа был похож на дедушку, но не на бабушку. «Если они были похожи, это означает, что Тун Дацзюнь все еще ребенок семьи Тун. Может ли быть, что…» — Дедушка был женат несколько раз? Я имею в виду, может ли быть так, что наш отец не бабушкин ребенок? Тун Цзямин покачал головой: — Нет. У дедушки была только одна жена. У него были подозрения еще в семь или восемь лет, и он даже тайно расспрашивал всех, когда вернулся в деревню. Мальчик был разочарован, и оказалось, что его отец был рожден бабушкой. Тун Сюэлу тоже была разочарована, когда услышала это. Кто бы мог подумать, что старуха Се Цзиньхуа могла родить такого красивого сына? Но фаворитизм до такой степени все же был странным. Ее отец тоже благоволил к сводной сестре до ее переселения, и она очень обижалась на него все эти годы. Однако Се Цзиньхуа все равно слишком плохо относилась к Тун Дацзюню. Когда наступило время сна, не все могли поместиться в доме. Поэтому Тун Сюэлу предложила женщинам спать в доме, а мужчинам — на улице. Сейчас было лето, и на улице было прохладно, поэтому мужчины не возражали против такого предложения. *** На следующий день Тун Саньчжуан, получив деньги на проезд от жены и матери, поехал на автобусе, чтобы узнать новости о Тун Чжэньчжэнь. Тун Эрчжу остался в комплексе, чтобы узнать у других об отношениях Тун Сюэлу с другими членами семьи Тун. Они узнали, что Тун Чжэньчжэнь действительно отправили в деревню и что другая семья Тун очень хорошо относилась к Тун Сюэлу. Когда Тун Сюэлу уехала в город, она привезла с собой много вещей. Для Се Цзиньхуа это было облегчением. Поэтому она подтвердила руководителю завода, что Тун Сюэлу отдала ей пособие. ---------- Том 1 Глава 17.6 Хуан Сянлань взяла отгул в государственном ресторане и поехала навестить свою двоюродную сестру в город. При виде кузины по ее щекам покатились слезы. — Твой муж — животное! После возвращения из больницы Су Сюин снова избили. Все ее лицо распухло. Хуан Сянлань проверила, нет ли поблизости мужа кузины, и сказала ей низким голосом: — Кузина, товарищ Тун сказала, что может тебе помочь. Она попросила меня передать тебе сообщение. Девушка повторила то, что ей сказала Тун Сюэлу. Глаза Су Сюин засияли, когда она услышала слова Хуан Сянлань, но потом женщина снова забеспокоилась. — Кузина, я думаю, что метод Тун Сюэлу сработает. Почему ты сомневаешься? Неужели все еще думаешь, что твой муж может измениться? Глядя на кузину, даже такой слабый человек, как Хуан Сянлань, почувствовала, что Су Сюин нужно измениться. В прошлом она с нетерпением ждала свадьбы, но, видя, какой стала ее двоюродная сестра, она начала бояться замужества. Су Сюин слегка покачала головой. — Нет, я больше так не думаю. Даже не знаю, почему я до сих пор не могу решиться. Ее жизнь была в полном беспорядке. Она беспокоилась только о том, что если уедет, то окажется в худшей ситуации. Хуан Сянлань хотела сказать еще что-то, но услышала чьи-то шаги и остановилась. Снаружи появился Хэ Баогэнь и закричал на жену: — До каких пор ты собираешься оставаться в постели, а? Сколько дней проработала в этом месяце? Как ты думаешь, сколько заработаешь в этом месяце при таких темпах? Он заметил Хуан Сянлань только после того, как закончил кричать. Тем не менее это нисколько не смутило его. Услышав крик мужчины, все тело Су Сюин начало неудержимо дрожать. — Я, я пойду сегодня днем. Дело было не в том, что она не хотела идти, а в том, что ее спина была повреждена от удара ногой, и это было так больно, что она покрывалась холодным потом каждый раз, когда пыталась встать. Кроме того Су Сюин не хотела, чтобы синяки на ее лице были видны другим. Хэ Баогэнь усмехнулся и сказал: — Хватит уже валяться. Вставай и готовь! Сказав это, он даже не поприветствовал гостя, а просто повернулся и ушел. Хуан Сянлань была так зла, что ее трясло. — Это, это было возмутительно! Слезы катились по щекам Су Сюин. В прошлом он хотя бы немного сдерживался. Но когда увидел, что ее семья так и не заступилась за нее, стал бить ее гораздо смелее и сильнее. В доме воцарилась тишина, и даже Хуан Сянлань не знала, что еще сказать. Су Сюин беспокоилась, что Хэ Баогэнь будет кричать на сестру, поэтому быстро сказала ей: — Иди уже. Я еще подумаю! Хуан Сянлань вздохнула и ушла. Су Сюин смотрела, как ее двоюродная сестра уходила, и ее руки начали сжиматься в кулаки. *** В течение следующих нескольких дней члены семьи Тун из деревни не могли быть счастливее. Каждый день они ели рыбу и мясо и время от времени ходили в государственный ресторан. Это вызывало зависть у всех остальных жителей комплекса. Вначале они говорили о том, чтобы сразу занять две должности на заводе, но Тун Сюэлу сказала им, что сначала нужно отдохнуть. Они не смогут взять отпуск, как только начнут работать. Сунь Гуйлань подумала, что это логично. Должности, в конце концов, принадлежали их семье, и никто не мог отнять их. Они прожили такую тяжелую жизнь в деревне. Теперь им полагалось немного развлечься. Их все еще озадачивало, почему остальным в поселке не нравилось общаться с ними. Женщины и дети, в частности, при виде их поворачивались и убегали. Но семья Тун все равно наслаждались несколькими счастливыми днями. Тун Сюэлу планировала подождать еще пару дней, прежде чем действовать, но когда она вернулась с фабрики, то увидела Тун Яньляна с Тун Мяньмянь на руках. Он гладил ее по лицу. ---------- Том 1 Глава 17.7 Девушка бросилась к нему, протянула руку и воскликнула: — Верни мне Мяньмянь! Малышка сопротивлялась, но Тун Яньлян не отпускал ее. Тун Сюэлу четко произнесла каждое свое слово: — Я. Сказала. Верни. Мне. Мяньмянь! Тун Яньлян, наконец, поднял на нее глаза и сказал с заискивающей улыбкой: — Сестра Сюэлу, что ты делаешь? Почему я не могу сблизиться с младшей сестрой? Тун Сюэлу едва не стошнило. Она холодно сказала ему: — Лучше верни ее мне прямо сейчас, пока я не разбила твои фамильные драгоценности! Тун Яньлян нахмурился и злобно посмотрел на Тун Сюэлу, не отпуская Тун Мяньмянь. Маленькая булочка, напуганная, боролась еще сильнее. Из ее глаз потекли крупные капли слез. — Старшая сестра, я хочу к старшей сестре! Услышав шум, из дома выбежала тетя Цай. — В чем дело, Сюэлу? Кто-то издевается над тобой? Вскоре подбежала и матушка Сюй. Видя, что вокруг собиралось все больше и больше людей, Тун Яньлян наконец отпустил Тун Мяньмянь и подтолкнул к Тун Сюэлу: — Забирай. Тун Сюэлу быстро подхватила маленькую булочку, которая плакала так сильно, что ее лицо стало красным, и нежно утешила ее: — Все в порядке. Старшая сестра здесь. Тетя Цай показала на спину Тун Яньляна и воскликнула: — Как он может быть таким в своем юном возрасте? Этот парень прогнил изнутри! Матушка Сюй плюнула ему вслед. — Что за человек будет лапать женщину за задницу? Мне нужно поговорить с менеджером на фабрике. Мы не можем держать такого человека в нашем комплексе! Слова матушки Сюй заставили Тун Яньляна споткнуться, и он чуть не упал лицом вниз. Парень сердито повернулся: — *@! #) ) ) Что ты только что сказала?! Будь осторожна, или я тебя побью! Матушка Сюй не испугалась его. Она встала в позу с лопаточкой в руках. — Да? Ударь меня! Ударь меня! Сопляк, который не может иметь детей. Ты заслужил, чтобы твои семейные драгоценности были разбиты! Тун Яньлян был очень зол! Он чувствовал, что именно Тун Сюэлу распространяла эти слухи. Парень хотел свести счеты с кузиной, но матушка Сюй снова и снова била его лопаточкой. Он не успел вовремя увернуться и получил удар прямо по носу. Нос болел так сильно, что у парня потекли слезы. — Тебе лучше прекратить сейчас же, или я сожгу твой дом сегодня ночью со всей семьей внутри! Его слова привели в ярость всех окружающих. Что это были за злобные мысли! У них была всего лишь небольшая ссора, а он хотел сжечь чей-то дом вместе со всей семьей? Не говоря уже о том, что в таком комплексе, как этот, когда горел один дом, пожар быстро распространялся на другие дома. Это затронуло бы многих людей! Несколько вспыльчивых домохозяек тоже побежали с лопаточками и осыпали ударами Тун Яньляна. Парень хныкал под сильными ударами. К тому времени, когда Се Цзиньхуа, Сунь Гуйлань и другие вернулись из магазина со всеми своими сумками, у Тун Яньляна уже были синяки под глазами и на носу. Им было ужасно жаль его, они подбежали к дому матери Сюй и закричали: — Ты, чертова старуха, выходи. Посмела избить моего внука? Я заявлю на тебя в полицию! Матушка Сюй крикнула в ответ, держа руки на поясе. — Ты, сумасшедшая, уходи. Возможно, именно твой внук окажется в тюрьме! Мать Сюй не волновалась. Многие слышали, как Тун Яньлян говорил ранее, что собирался поджечь дом и убить людей. Если Се Цзиньхуа подаст заявление в полицию, трудно сказать, кто окажется в тюрьме! Старуха и Сунь Гуйлань тоже знали об этом, поэтому и не пошли в полицейский участок. Однако они все равно были расстроены. Единственным выходом для них было прийти и кричать у дома. Се Цзиньхуа была так зла, что прыгала вверх-вниз, как кузнечик. — Да ну? Думаешь, я не пойду? Я ухожу прямо сейчас! А ты жди здесь! Матушка Сюй выпятила грудь, как гордый петух. — Думаешь, я боюсь, что ты уйдешь? Иди! — Я уйду прямо сейчас. Не вздумай убегать! — Я буду ждать прямо тут. Ты еще здесь? — Я ухожу прямо сейчас! А ты жди! — Я буду ждать прямо здесь. Почему ты еще не ушла? Они кричали друг на друга более двух часов и остановились только после того, как небо потемнело. Вернувшись в дом, Сунь Гуйлань показала на нос Тун Сюэлу и закричала: — Ты, соплячка! Если бы не ты, моего сына не избили бы! Тун Сюэлу отмахнулась от нее рукой. — Убирайся! Сказав это, она повернулась и ушла. Сунь Гуйлань в гневе стиснула зубы. — А ну вернись, соплячка! ---------- Том 1 Глава 17.8 Внутри двора. Тун Цзясинь держал голову опущенной и выглядел расстроенным. — Прости, второй брат. Я не специально оставил младшую сестру. Просто ушел за дровами. Дома у них не было дров, а те из их родного города и пальцем не пошевелили. Он подумал, что немного времени было бы вполне достаточно. Губы Тун Цзямина были плотно сжаты, и он с несчастным видом сказал: — Я не тот, перед кем ты должен извиняться. Тун Цзясинь топнул по земле, но, прежде чем он что-то сказал, Тун Сюэлу подошла к ним. Он раскрыл рот и хотел извиниться, но не мог вымолвить и слова. Тун Сюэлу не смотрела на него. Она посмотрела прямо на Тун Цзямина и сказала: — Пойдем со мной. Тун Цзямин попросил Тун Цзясиня присмотреть за Тун Мяньмянь, а сам повернулся и ушел с Тун Сюэлу. Луна была туманной, и лунный свет падал на крыши, создавая множество теней. Сверчки в укромных уголках издавали раздражающие звуки. Наконец Тун Сюэлу остановилась перед главным входом. Она выглянула наружу и, убедившись, что там никого нет, сказала: — Мы начнем действовать сегодня вечером. Мне нужно, чтобы ты сделал вот что… Выслушав план, Тун Цзямин как-то странно посмотрел на нее. — Это… ты, правда, хочешь сделать это? Родинка, похожая на слезинку, под уголком ее глаза выглядела еще более яркой и очаровательной под лунным светом. — Я полностью серьезна. Просто делай, как было сказано. Завтра она позаботится обо всех членах семьи Тун разом! Тун Цзямин немного помолчал и наконец кивнул. — Хорошо. Глубокой ночью. В месте сушки ткани каждой семьи появился силуэт, который быстро передвигался. На следующее утро ярко светило солнце. Когда тетя Цай пошла собирать свою одежду, она заметила, что ее недавно купленное цветочное белье исчезло! Она огляделась вокруг, но нигде его не увидела. Тетя Цай задумалась: — Странно. Вчера вечером даже ветра не было. Как оно пропало? Мать Сюй заметила: — У нас тоже пропал предмет одежды. Бабушка Линь, осмотрев вещи, добавила: — И у нас пропало… Тетя Цай спросила: — Что у вас пропало? Мне не хватает моего недавно купленного цветочного белья. Мать Сюй подтвердила: — Мое не новое, но это нижнее белье… Бабушка Линь удивленно сказала: — У меня тоже… Старшая сестра Ван заметила: — И у меня… Все они внезапно пришли в ярость: «Кто это сделал?!» У тети Цай был громкий голос, и, благодаря ее крикам, все остальные тоже вскоре узнали о случившемся. Вокруг этого возникло множество обсуждений. — Это так странно. Никто никогда раньше не терял одежду! — Верно! А ведь вчера даже ветра не было. Как вы думаете, может, чей-то ребенок подобрал их, используя как игрушки? Чтобы разобраться в этом вопросе, все разошлись по домам, чтобы проверить своих детей. Но даже самые непослушные дети знали, что лучше не делать этого. Ткань в это время стоила очень дорого. Кроме того, почему пропало только нижнее белье? Старая госпожа Линь была в ярости. — Я убью того, кто это сделал, когда узнаю! У меня это цветочное белье уже много лет. И что с того, что сзади две дырки? Я уже привыкла к нему. Этот чертов вор! Все остальные: «…» Глядя на морщинистое лицо и пигментные пятна старой госпожи Линь, все сомневались в выборе вора. Тун Сюэлу вышла из дома с измученным видом. — Что происходит, тетушка Цай? Женщина была озадачена, увидев Тун Сюэлу. — Почему не пошла на работу, Сюэлу? О, боже. Ты совсем неважно выглядишь. Заболела? Тун Сюэлу слабо кивнула: — У меня ужасно болела голова, когда я проснулась сегодня утром, поэтому пришлось попросить Цзямина взять для меня выходной. Ах да, тетушка Цай, почему вы все собрались? Ради того, чтобы выглядеть настолько плохо и взять выходной, Тун Сюэлу не спала всю ночь, и сейчас она очень устала. Тетя Цай немного поговорила с ней о ее состоянии и сердито рассказала о пропаже нижнего белья. — Интересно, что за аморальный человек это сделал? Зачем им красть нижнее белье? Тун Сюэлу напустила на себя шокированный вид: — У всех пропало женское белье или и мужское, и женское? Обдумав вопрос, тетушка Цай шлепнула себя по бедру и сказала: — Ой! Я не заметила этого, пока ты не спросила. Все это женское нижнее белье. У нас в комплексе завелся извращенец! Матушка Сюй тоже быстро отреагировала: — Может быть, это сделал мальчик Тун? Все остальные, услышав это, выглядели недовольными. ---------- Том 1 Глава 18.1 В этом комплексе все знали всех, и никогда ранее не было случаев кражи женской одежды или подглядывания. Поэтому такая мысль никому не приходила в голову. Как только Тун Сюэлу заговорила об этом, все перестало казаться нормальным. Если бы в комплексе завелся такой подлец, это означало бы много неприятностей в будущем. Старая госпожа Линь вскочила на ноги и закричала: — Нам даже не нужно строить догадки. Он должен быть виновником! Никто из нас никогда раньше не терял одежду, и это случилось сразу после его приезда. Кто еще это может быть? Матушка Сюй в кои-то веки согласилась со старой госпожой Линь: — Ты права. Я уверена, что он мстил за то, что мы вчера его избили! Всем стало ясно, что это не просто так. — Мы не можем просто так это оставить. Нужно пойти в полицию! — И доложить об этом руководителям, чтобы всю семью Тун отправили туда, откуда они пришли! Тун Сюэлу напустила на себя недоверчивый вид: — Я не думаю, что это так. Возможно, мой двоюродный брат Тун Яньлян и лапал какую-то женщину за задницу, но я уверена, что в этот раз был не он! Матушка Сюй сказала: — Айо, мы почти забыли об этом, если бы ты не заговорила. Если этот *& (@ мог сделать такое, то наверняка это он украл наше нижнее белье! Тун Сюэлу выглядела немного нервной: — Нет, нет. Послушайте меня все. Мой двоюродный брат Тун Яньлян не такой, как… Тетя Цай сказала: — Сюэлу, я знаю, что ты добрая, но тебе нужно научиться лучше разбираться в людях. — С тех пор, как приехали эти из деревни, они командовали тобой, как помещики в старом обществе. Мне нужно будет передать это и нашим руководителям на фабрике! Все остальные согласились с тетушкой Цай. — Они либо едят мясо и рыбу каждый день, либо ходят в государственный ресторан. Их поведение совсем как у помещиков! — Именно. И тратят пособие по смерти Тун Дацзюня и его жены. Они спокойно тратят все деньги, но никто из его детей ничего от этого не получил! Чем дольше люди говорили об этом, тем больше злились. Они быстро обсудили, кто пойдет и доложит об этом руководителям на заводе, а кто пойдет в полицию. Эффективность старых тетушек не вызывала никаких нареканий. Распределив работу, они тут же приступили к выполнению поручений. Тун Сюэлу замахала руками: — Нет, не уходите, тетушки. Пожалуйста, послушайте меня… Тетя Цай сказала ей: — Иди и отдохни, Сюэлу. Мы позаботимся об этом. Сказав это, она повернулась и ушла, не оглядываясь. После ухода всех на щеках Тун Сюэлу появились две маленькие ямочки. «Ага, идите и устройте сцену. Чем больше сцена, тем лучше». *** В офис пришла компания шумных женщин, и у президента профсоюза разболелась голова от одного только их шума. — Вы не могли ошибиться? Я слышал, что тому ребенку было всего четырнадцать лет. Не думаю, что у него хватило смелости сделать это. — О, у него много смелости! — громко крикнула тетя Цай. — У четырех семей в нашем поселке украли нижнее белье. До его прихода такого никогда не было! При слове «нижнее белье» губы президента профсоюза яростно дернулись. — Ладно, ладно. Прекратите шуметь. Я попрошу пару рабочих пройти с вами. Когда два административных работника профсоюза и полицейские прибыли в комплекс, семья Тун из деревни как раз возвращалась после завтрака в государственном ресторане. Группа вошла внутрь, потирая животы, как будто они были богатыми людьми. Сунь Гуйлань ковырялась в зубах зубочисткой. — Мама, эта мясная булочка сегодня была такой вкусной. Давай завтра повторим. Тун Эрчжу, однако, сказал: — Надоедает есть булочки каждый день. Давайте завтра поедим пельменей. Се Цзиньхуа великодушно ответила: — О чем тут говорить? Мы можем просто заказать и то, и другое! Тун Сюэлу все равно даст ей больше денег, когда ее закончатся. Кроме того, она собиралась получить 2 000 юаней. Се Цзиньхуа почувствовала, что ей не нужно затягивать пояс, как раньше. Правда была в том, что Тун Дацзюнь и его жена ежемесячно присылали им половину своего дохода, и уровень жизни семьи Тун всегда был лучше, чем у других в деревне. К сожалению, жадность не знала границ. Семья Тун всегда была недовольна тем, что Тун Дацзюнь и его жена не уступили им свои должности. Эти слова, упавшие на слух тех, кто находился в комплексе, стали доказательством того, что они были очень безнравственными людьми! ---------- Том 1 Глава 18.2 Мужчина-полицейский нахмурился и крикнул: — Кто из вас Тун Яньлян? Услышав крик, семья Тун наконец-то обратила внимание на всех людей, стоявших во дворе. Увидев, что двое из них были полицейскими, все члены семьи Тун были шокированы. Особенно побледнел Тун Яньлян. Он подумал, что мать Сюй и остальные сообщили о его угрозе сжечь дом накануне вечером. Ноги парня стали неудержимо трястись. Тун Эрчжу спросил: — Брат полицейский, почему… ты ищешь Тун Яньляна? «Брат?» Мужчина-полицейский взглянул на смуглое и немолодое лицо Тун Эрчжу и почувствовал себя еще более несчастным. — Вы Тун Яньлян? Тун Эрчжу отступил: — Нет, не я. Мужчина-полицейский сразу нахмурился. — Тогда почему вы говорите? Тун Яньлян? Кто из вас Тун Яньлян? Назовите себя сейчас же! Руки Тун Яньляна задрожали, как и все его тело. Парень дрожал, как осенний лист на дереве, который вот-вот упадет. Внезапно его разум помутился, и он принял очень глупое решение… Парень повернулся и бросился к входу. Мужчина-полицейский немного опешил, но тут же бросился в погоню. — Остановись! Мужчина-полицейский схватил Тун Яньляна и прижал к земле еще до того, как тот достиг входа. Тун Сюэлу была ошеломлена глупостью кузена. Из-за его глупых поступков она потратила время на то, чтобы придумать для него ловушку. Все члены семьи Тун были ошеломлены, и никто из них не смел пошевелиться. Наконец, материнская любовь Сунь Гуйлань победила ее страх, и она подошла к нему, дрожа: — Товарищ полицейский, почему, почему вы арестовываете моего сына? — Ваш сын — Тун Яньлян? — недовольно спросил мужчина-полицейский. Сунь Гуйлань кивнула: — Да. — Тогда хорошо. Люди из этого района сообщили, что он украл женское нижнее белье и утверждал, что собирается поджечь и убить людей! Тун Яньлян возмутился: — Нет, не утверждал! Мужчина-полицейский заметил: — Тогда почему ты убежал? Очевидно, тебе было что скрывать! Вокруг собрались остальные члены комплекса. Мать Сюй яростно кивнула. — Именно так. Зачем ему еще бежать, если нечего скрывать? Он должен быть тем, кто украл белье! — Заткнись, ты #*#$* старуха! Увидев, что это говорила матушка Сюй, и вспомнив, как его избивали накануне, Тун Яньлян почувствовал еще большую обиду и захотел убить эту женщину прямо сейчас. Мать Сюй подняла подбородок и сказала: — Вы слышали, товарищ полицейский, этот человек имеет на меня зуб. Вчера вечером он сказал, что собирается сжечь мой дом и убить всю мою семью. Многие здесь слышали, как он это сказал! Тун Яньлян рефлекторно отрицал это: — Нет, не говорил! — Товарищ полицейский, парень лжет. Я тоже слышала, как он вчера это сказал! — Я тоже… Все присутствующие заговорили и подтвердили, что слышали его. Лицо Тун Яньляна позеленело, как и лица остальных членов семьи Тун. Тун Сюэлу подошла и сделала искренне обеспокоенный вид. — Лянлян, закон будет снисходителен к тебе, если ты будешь честен. Почему бы просто не сказать всем правду? При слове «Лянлян» у Тун Яньляна запульсировала от боли определенная часть тела. Женщина-полицейский, которая принимала показания, сказала: — Эта женщина-товарищ права. Закон будет снисходителен к вам, если вы будете честны. Я советую говорить правду, маленький товарищ. Будет еще хуже, когда мы потом сами узнаем правду. Услышав, что будет еще хуже, Сунь Гуйлань быстро сказала сыну: — Яньлян, почему бы тебе просто не сказать им правду? Тун Яньлян заикался: — Да, я так и сказал. Но не стал бы этого делать, если бы она не обвинила меня в том, что я лапал какую-то женщину за задницу. Я сказал это только для того, чтобы напугать ее! Матушка Сюй подпрыгнула на три метра вверх, как кузнечик. — Я обвинила тебя? Ты действительно лапал женщину за задницу! Тун Яньлян скрипнул зубами от злости. — Нет, не лапал. Ты *#&@ старуха. Будешь продолжать изрыгать неправду, я с тобой разберусь! Сунь Гуйлань выскочила на помощь сыну: — Он прав. Если ты будешь продолжать изрыгать неправду, я заставлю товарищей полицейских тебя арестовать! Мать Сюй закричала: — Все, что я сказала, правда, и я собираюсь сказать то же самое в полицейском участке. Твой сын лапал женщину за задницу, за что и получил удар ногой, и ему разбили его фамильные драгоценности! «…» ---------- Том 1 Глава 18.3 Мужчина-полицейский попытался навести порядок: — Успокойтесь, все вы! Этот его поступок не имеет никакого отношения к нашему текущему расследованию. Никто больше не поднимает эту тему! Тун Яньлян, отвечай. Парень не выглядел счастливым: — Это был не я! Даже если бы и хотел украсть нижнее белье, то не стал бы красть его у кучки старух! Он же не сошел с ума! Мать Сюй обратила внимание: — Товарищ полицейский, этот парень опять врет. Он и раньше отрицал, что говорил, что сожжет мой дом и убьет мою семью, а потом изменил свою версию. Он злодей! Казалось, что эти двое собирались вступить в очередной спор, но мужчина-полицейский прервал их: — Нам нужны улики. Сейчас мы проведем обыск! Семья Тун не возражала против этого. Не возражал и Тун Яньлян. Он не совершал никаких преступлений, ему не о чем было беспокоиться. Чтобы все было честно, обыск проводили женщина-полицейский и два административных работника из профсоюза. Им удалось найти цветочные трусы в дорожной сумке, на одной паре белья было несколько дырок на задней части, что полностью подходило под описание, данное старой госпожой Линь. Они вышли с дорожной сумкой и спросили семью Тун: — Кому принадлежит эта сумка? Члены семьи Тун посмотрели друг на друга, но никто ничего не сказал. Сердце Тун Яньляна заколотилось, инстинкт подсказывал ему, что что-то пошло не так. Вдруг из толпы вышел Тун Цзясинь, указал на Тун Яньляна и сказал: — Это принадлежит моему двоюродному брату! Он принес эту сумку всего пару дней назад! Тун Яньлян стиснул зубы и хотел вскочить и устроить мальчишке взбучку! Однако когда на него уставились двое полицейских, парню ничего не оставалось, как кивнуть и признаться: — Да, дорожная сумка принадлежит мне. Женщина-полицейский назвала его бесстыдником, после чего достала из сумки четыре пары нижнего белья. — Подойдите, посмотрите, может быть, это те, что пропали. Трусы старой госпожи Линь с дырками были самыми заметными. Держа белье в руках, жещиа была так эмоциональна, как будто только что воссоединилась с давно потерянным членом семьи. — Это мое! А ты только что сказал, что не крал их. Как оно оказалось в твоей дорожной сумке, если ты его не крал? Тун Яньлян был так зол, что его чуть не стошнило кровью. — Зачем мне красть? Прежде чем он успел закончить свое предложение, кто-то подбежал, и Тун Яньляна ударили несколько раз по щекам. — Зачем ты это сделал, Лянлян? Ты так разочаровал меня! — в сердцах выкрикнула Тун Сюэлу, держа руку на груди. От пощечины у Тун Яньляна перед глазами появились звезды. В ушах звенело, щеки саднило. «Эта… конечно же, она сделала это специально!» Он хотел наброситься на нее, но его руки крепко держал мужчина-полицейский. Тун Яньлян хотел открыть рот, но ему не дали возможности высказаться. Мужчина-полицейский сказал: — Уведите его и улики. Оставьте разговоры на потом! Тун Яньлян запаниковал. Он больше не мог обращать внимание на Тун Сюэлу. — Мама, папа, помогите мне! — Товарищ полицейский, мой сын невиновен! Сунь Гуйлань бежала за ними со слезами и соплями, текущими по ее лицу. Тун Эрчжу проводил Тун Сюэлу взглядом и тоже побежал за ними. Тун Сюэлу нежно погладила свою руку, глядя, как уводили Тун Яньляна. Она не должна была давать ему такую сильную пощечину. Теперь рука болела. *** Се Цзиньхуа была типичной хулиганкой дома. Но она до смерти перепугалась, когда приехали полицейские, и просто смотрела, как уводили ее старшего внука. Когда все ушли, женщина быстро взяла себя в руки. Указывая на Тун Сюэлу, она выругалась: — Ты () *&^, почему ударила Яньляна раньше? «И не один раз. Да кем она себя возомнила!» Тун Сюэлу снова приняла страдальческий вид. — Бабушка, я просто была так разочарована. Мой двоюродный брат — старший внук семьи Тун, будущий патриарх семьи Тун, но посмотри, что он натворил с тех пор, как приехал сюда! — Не обращая внимания на все эти драки, он угрожал поджечь и убить людей. Теперь даже украл нижнее белье. Что будет дальше при таких темпах? Я ударила его только потому, что хочу, чтобы он проснулся. Разве бабушка не желает кузену добра? Се Цзиньхуа в гневе вскочила на ноги. — Он мой внук, конечно, я желаю ему здоровья! Поэтому спрашиваю, почему ты его ударила! Тун Сюэлу выглядела обиженной: — Бабушка, я сделала это только для кузена и для всей семьи Тун! Затевать ссоры, провоцировать неприятности, оскорблять женщин. Все это нарушает законы и правила страны. С такими темпами, не говоря уже о доносе, он может получить даже смертную казнь! При словах «смертная казнь» у Се Цзиньхуа ослабли колени, и она рухнула на землю. Фэн Чжаоди и Тун Саньчжуан выглядели не лучше. ---------- Том 1 Глава 19.1 Нахмурившись, Тун Сюэлу сказала: — Кузен совершил такое ужасное преступление. Разве ты не хотела бы четко раскритиковать его и высказать свою позицию? Или хотела, чтобы тебя критиковали и приговорили к смертной казни вместе с ним? Все члены семьи Тун больше не осмеливались дышать слишком громко: «…» Тун Сюэлу оглядела их всех. — Я ударила его только для того, чтобы показать товарищам полицейским. Нам нужно было показать, что мы добропорядочные граждане и не будем совершать преступления так, как это сделал кузен! «…» Се Цзиньхуа собиралась попросить Тун Сюэлу обратиться за помощью к другим членам семьи Тун. Ее губы разошлись и сомкнулись, и она не могла вымолвить ни слова. Женщина не то чтобы не хотела спасать своего старшего внука, но ей было страшно. Когда в прошлом критиковали кого-то другого, она присоединялась, плевала в них и бросала камни. Тогда это было весело. Теперь же она не могла не содрогнуться, когда поставила себя на их место. Тетя Цай плюнула в сторону Се Цзиньхуа и сказала: — Посмотрите, сколько Сюэлу сделала для вас всех, а вы повернулись и накричали на нее. Что за семейка белоглазых волков! Мать Сюй поддержала ее: — Это точно белоглазые волки. Кто сказал накануне вечером, что ее внука никогда не арестуют? Так вот, теперь он арестован. Хорошо. Нам не нужно, чтобы такой человек, как он, оставались здесь! Се Цзиньхуа бросила на матушку Сюй смертельный взгляд, но тем не менее не осмелилась быть такой же высокомерной, как накануне. Видя, что старуха не решалась ответить, матушка Сюй подняла голову и выпятила грудь, как курица, выигравшая битву. Тун Сюэлу слегка опустила голову, густые ресницы скрыли улыбку в ее глазах. Подружиться с семьей Сюй было очень правильным решением с ее стороны. Благодаря помощи матушки Сюй в опровержении Се Цзиньхуа, она сэкономила много времени. После того как Тун Яньляна увезли, два других административных работника быстро вернулись на фабрику, чтобы сделать свои отчеты. Они подробно рассказали обо всем, что видели, в том числе о том, как семья Тун каждый день обедала в государственном ресторане, не помогала в работе, поручая все заботы Тун Сюэлу и ее братьям и сестре, и, кроме того, создавала проблемы направо и налево. Когда президент профсоюза услышал это, его брови нахмурились так сильно, что могли бы убить муху между ними. — Нелепо. Они ведут себя слишком нелепо. Ведут себя как капиталисты! Руководитель завода Юй тоже нахмурился. — Тун Дацзюнь так отличался от своих братьев. Тун Дацзюнь и его жена были очень трудолюбивыми людьми. За десять с лишним лет работы на заводе они ни разу ни с кем не поссорились. Почему его братья и племянник были такими? Это действительно было невероятно. Президент профсоюза поднял свою чашку и сделал из нее глоток воды. — Лао Юй, вы должны тщательно подумать, когда братья Тун попросятся работать на нашей фабрике. Такие люди могут повлиять на моральный дух всего завода. Директор завода Юй помолчал немного и кивнул. — Не волнуйтесь. Я присмотрю за этим. Тун Дацзюнь и его жена спасли жизнь обоим его сыновьям, и он очень ценил это и поэтому устроил их на работу на завод. После несчастного случая именно он помогал в похоронных делах и занимался оформлением пособий по их смерти. Надо сказать, что мужчина уже отплатил супругам. Он не собирался подвергать риску всю фабрику только для того, чтобы выразить свою признательность. Директор должен был предупредить чиновников, отвечающих за эту фабрику, и сказать им, чтобы они не соглашались сразу, когда братья Тун захотят там работать. После инцидента с Тун Яньляном атмосфера в доме Тун стала мрачной. Даже маленькие дети не смели шуметь. ---------- Том 1 Глава 19.2 Немного истории о семье Тун: У деда Тун Цзямина, Тун Гэньлая, было два брата и одна сестра. Оба его брата умерли от болезней, не достигнув совершеннолетия, а единственная оставшаяся сестра также умерла позже. Родители Тун Гэньлая умерли рано, а поскольку дома не было старших и он был совершенно беден, ни одна девушка из деревни не хотела выходить за него замуж. Только в 30 лет он смог наконец жениться на Се Цзиньхуа, которая была слишком уродлива, чтобы найти себе мужа. Се Цзиньхуа, может, и была некрасивой, но зато была плодовитой. В первый же год их брака у нее родился сын, а затем еще двое. Это позволило ей иметь дома силу голоса. Се Цзиньхуа родила трех сыновей: Тун Дацзюня, Тун Эрчжу и Тун Саньчжуана. Тун Дацзюнь женился на девушке из деревни, у них родились два сына и две дочери. Тун Эрчжу женился на Сунь Гуйлань из соседней деревни. Отец Сунь Гуйлань был начальником производственной бригады. Сразу после свадьбы у них родился мальчик, Тун Яньлан. Поэтому Сунь Гуйлань была любимой невесткой Се Цзиньхуа. Кроме Тун Яньляна, у них было еще две дочери. Младшей из них всего 6 лет. Тун Саньчжуан женился за Фэн Чжаоди из той же деревни. Мать Фэн Чжаоди назвала своих четырех дочерей Чжаоди, Панди, Лайди и Цюди* и с пятой попытки родила сына. П.п.: Ди — младший брат. Чжао, Пан, Лай, Цю — все они имеют значения надежды, молитвы, приветствия и т. д. То есть они очень хотели, чтобы родился сын. Фэн Чжаоди, как и ее мать, родила двух дочерей. Из-за этого Се Цзиньхуа была очень недовольна ею. Другими словами, кроме двух сыновей Тун Дацзюня, у старой семьи Тун был еще только один внук — Тун Яньлян. Сунь Гуйлань со своим сыном всегда гордилась этим перед семьей третьего брата. Поэтому эти две ветви никогда не ладили друг с другом. Теперь, когда Тун Яньляна арестовали, Фэн Чжаоди и Тун Саньчжуан ничуть не волновались. Более того, они были втайне довольны. А вот Се Цзиньхуа искренне переживала за внука. Успокоившись, она долго думала над этим вопросом и не хотела отказываться от возможности обратиться за помощью к другим членам семьи Тун. — Ты отправишься к своим приемным родителям и скажешь им, чтобы они так или иначе вытащили Яньляна. Та семья была в долгу перед ними. Они растили Тун Чжэньчжэнь для них в течение 15 лет. Если бы не они, их дочери давно бы уже не было на свете! Тун Сюэлу сказала ей: — Я не пойду, бабушка. Я твердо провожу границу между собой и тем, кто презирает национальные законы и правила и подрывает общественный порядок. Если ты хочешь пойти, бабушка, то можешь идти! Се Цзиньхуа была так зла, что ее лицо стало зеленым. — Яньлян — твой брат. Есть ли у тебя совесть? Тун Сюэлу положила руку на грудь и сказала: — У меня есть совесть, бабушка. Ты не должна меня постоянно так хвалить. А то я могу слишком загордиться. Се Цзиньхуа чуть не умерла от разочарования из-за ее бесстыдства: «Я не хвалила тебя!» — Да, и еще, бабушка, я звонила сегодня днем своим приемным родителям. Они сказали, что положение моего кузена очень тяжелое, и они ни за что не станут вмешиваться. И что если ты посмеешь пойти и заговорить с ними, семья Тун сразу же заявит на тебя в полицию. «…» У Се Цзиньхуа от гнева разболелась голова, и она ворочалась в постели. Сунь Гуйлань и Тун Эрчжу вернулись только после того, как на улице стемнело. Тун Сюэлу была уверена, что после возвращения они устроят ей сцену. И вот, когда Сунь Гуйлань увидела ее, она сразу же встала на колени. — Старшая племянница, твоя тетя умоляет тебя. Пожалуйста, пойди и поговори со своими приемными родителями, пусть они помогут Яньляну. Пожалуйста. Я буду кланяться тебе! Как только она заговорила, то поклонилась Тун Сюэлу, громко хлопая головой по земле. Девушка была удивлена, что Сунь Гуйлань так поступила. Тем не менее она не собиралась помогать Тун Яньляну. Не в этой жизни. *** На следующий день Тун Сюэлу пошла на работу, как обычно. Но ее быстро доставил в полицейский участок товарищ полицейский. По дороге она напустила на себя озабоченный вид. — Товарищ полицейский, я сделала что-то не так? Почему вы ведете меня в полицейский участок? Видя, что Тун Сюэлу была в возрасте ее дочери и выглядела бледной, женщина-полицейский, которая пришла за Тун Сюэлу, не могла не проникнуться к ней сочувствием. — Вам не о чем беспокоиться. Это просто формальность. Все, что нужно сделать, это сотрудничать с нами! Ваш кузен обвиняет вас в том, что вы подставили его в инциденте с кражей нижнего белья. Вы должны быть готовы к этому. ---------- Том 1 Глава 19.3 Тун Сюэлу выпустила звук «Ох» с выражением недоверия. — С чего бы ему говорить такое? Я не держу на него зла, так зачем мне его подставлять? Я всегда считала его своим родным братом. То, что он так сказал, очень обидно! Женщина-полицейский быстро утешила ее. — Не плачьте, товарищ. Мы не будем обижать хорошего человека. Если вы этого не сделали, мы обязательно разберемся. Полицейский не очень-то верила в слова Тун Яньляна. Девушка, стоявшая перед ней, была приличной, уважительной и вежливой. Говорили, что она раньше состояла в литературно-художественной труппе. Зачем же такой девушке кого-то подставлять? А вот Тун Яньлян выглядел просто мошенником! Кроме того, он бросился бежать, как только увидел их. Не говоря уже о его словах о поджоге домов и убийстве людей. Женщина-полицейский была не единственной, кто подумала, что он просто изрыгал тарабарщину. Тун Сюэлу потерла глаза и с чувством сказала: — Спасибо, товарищ полицейский. Я буду полагаться на вас, чтобы доказать свою невиновность! От того, что Тун Сюэлу так доверчиво смотрела на нее, женщина-полицейский вдруг почувствовала ответственность. Она чувствовала, что ее долг — очистить имя этой девушки Прибыв в полицейский участок, Тун Сюэлу увидела кузена. После одной ночи Тун Яньлян выглядел крайне растрепанным. Под глазами были большие темные круги, волосы были в беспорядке. Когда Тун Яньлян увидел ее, он был в ярости. Парень набросился на нее, размахивая кулаками. — Ты #@*& (! , это ты меня подставила! Эта @($#&& (распускала слухи о том, что его семейные драгоценности были разбиты, и что он лапал женщину за задницу. Поэтому, должно быть, именно она стояла за инцидентом с нижним бельем. Парень не понимал, зачем кузина это сделала. Но неважно, что он не мог этого понять. Так или иначе, Тун Яньлян не позволит ей так просто сорваться с крючка! Тун Сюэлу бросилась к женщине-полицейскому, когда парень набросился на нее. Дрожа от страха, она сказала: — Товарищ полицейский, мне так страшно. Он собирается убить меня! Женщина-полицейский быстро защитила ее. — Не волнуйтесь. Он не сможет справиться с нами здесь! Тун Яньлян еще не успел дотронуться до Тун Сюэлу, как его схватил мужчина-полицейский, стоявший позади него. Мужчина-полицейский выглядел не более счастливым, чем женщина-полицейский. Нахмурившись, он крикнул ему: — Сиди! Если ты попытаешься сделать что-нибудь еще, мы просто бросим тебя в тюрьму! Тун Яньлян побледнел, услышав это. — Товарищ полицейский, я не собирался ее бить. Просто хочу спросить ее, почему она меня подставила! Товарищ полицейский не выглядел счастливым. Он снова закричал: — Кто тебя подставил? Это как раз то, что ты выдаешь за правду. СЯДЬ! Тун Яньлян быстро сел обратно на стул. Он не смел больше смотреть на кузину. Тун Сюэлу некоторое время хныкала на руках у женщины-полицейского, пока, наконец, не села на стул в другом конце комнаты. Мужчина-полицейский начал задавать вопросы. — Товарищ Тун, Тун Яньлян, наш подозреваемый, заявил, что это вы украли белье и подбросили его ему. Что вы можете сказать по этому поводу? Тун Сюэлу бросила обиженный взгляд. — Понятия не имею, почему он так сказал. Я не росла в семье Тун, и мы впервые встретились друг с другом. Я не держу на него зла! Женщина-полицейский кивнула и записала это: Никаких мотивов. Никаких прошлых конфликтов. Тун Сюэлу продолжила: — И нам нужны доказательства. Он сказал, что это я их украла. Какие у него доказательства? Мужчина-полицейский: — Подозреваемый сказал, что вы распространили слухи о том, что он лапал женщину за задницу и что его… определенная мужская анатомия была нарушена. Это правда? Тун Сюэлу кивнула. — Да, я говорила это. Но не распространяла слухи. Это моя бабушка мне рассказала! Тун Яньлян скрипнул зубами от злости: — Ты просто выдумываешь. Бабушка никогда бы такого не сказала! Тун Сюэлу возразила: — Но она сказала это. Иначе зачем мне говорить о тебе такие вещи? Тун Яньлян: «…» Он тоже хотел это выяснить. Поскольку слова этих двоих противоречили друг другу, Се Цзиньхуа быстро доставили в полицейский участок. ---------- Том 1 Глава 19.4 Се Цзиньхуа была доставлена в полицейский участок ее сыном Тун Саньчжуаном. Она рухнула на пол и обмочилась, как только услышала, что товарищи полицейские хотели с ней поговорить! Когда женщина села и увидела, как выглядел Тун Яньлян, ее сердце внезапно заболело. — О-о-о-о, драгоценный бабушкин внучок. Что с тобой случилось? Тун Яньлян был не в настроении. Указывая на Тун Сюэлу, он сказал: — Бабушка, она сказала, что это ты рассказала ей, что я лапал какую-то женщину за попу, и что мои фамильные драгоценности были разбиты. Ты сказала ей это? Се Цзиньхуа была немного ошеломлена. Затем она повернулась и отругала Тун Сюэлу: — Ты @*#& (! , когда это я такое говорила? Тун Сюэлу нахмурилась и выглядела обиженной. — Бабушка, уже забыла? Ты сказала мне об этом после того, как выгнала всех на днях! Се Цзиньхуа была в ярости. — Ты, @*# (, я собираюсь избить тебя до смерти. Это должно тебя научить! — Хватит уже кричать! На женщину-полицейского всегда кричала бабушка и даже била ее, когда она была ребенком. Видя, что Се Цзиньхуа оскорбляла внучку с тех пор, как вошла в комнату, полицейская еще больше начала сочувствовать Тун Сюэлу. Се Цзиньхуа вздрогнула от этого и рухнула в кресло. — Товарищ, она лжет. Я никогда не говорила таких вещей! Брови Тун Сюэлу нахмурились. — Бабушка, мне кажется, у тебя ухудшается память. Прошло всего несколько дней. Почему ты уже не помнишь этого? Потом девушка посмотрела на двух товарищей-полицейских и сказала: — В тот день, когда моя бабушка приехала в столицу, они попали в больницу из-за драки на вокзале. Я поехала с братом за ними и отвезла их на обед в государственный ресторан. — Когда мы приехали домой, бабушка выгнала всех остальных и попросила у меня пособие на случай смерти. После того как я отдала ей деньги, она рассказала мне о происшествии на вокзале. Бабушка сказала, что моему двоюродному брату разбили его фамильные драгоценности за то, что он лапал женщину. Се Цзиньхуа: «…» Тун Яньлян: «…» Се Цзиньхуа была так зла, что ее лицо сморщилось. — Ты *#@) *, когда я говорила такие вещи? Кроме того, ты никогда не давала мне пособия на случай смерти! Глаза Тун Сюэлу расширились. — Бабушка, о чем ты говоришь? Если бы я не дала тебе пособие на случай смерти, как бы ты смогла обедать в государственном ресторане и делать покупки в магазинах каждый день? Се Цзиньхуа на секунду поперхнулась и сказала: — Ты дала мне эти деньги! Тун Сюэлу кивнула. — Именно так. Я дала тебе эти деньги! Се Цзиньхуа: «…» Подождите, почему она чувствовала, что здесь было что-то не так. Тун Сюэлу обратилась к окружающим: — Вы все слышали, товарищи полицейские? Состояние моей бабушки становится все хуже. В одну минуту она говорит, что я не дала ей денег, в другую — что дала. Женщина-полицейский записала все это: «Свидетельница ничего не понимает, возможны проблемы с психикой». Тун Сюэлу продолжила: — В тот день я отдала пособие по смерти своей бабушке. Это может подтвердить и директор фабрики Юй, и те, кто живет в нашем комплексе, и в государственном ресторане, и в магазинах, куда они ходили! Се Цзиньхуа была так зла, что ее чуть не вырвало кровью. Быстро привели кучу людей. Чэнь Дани из правительственного ресторана была доставлена в полицейский участок. Увидев, что над Тун Сюэлу издевались, она мгновенно разозлилась. — Товарищ полицейский, я могу это подтвердить. Эта бабушка и ее внук каждый день приходили в наш государственный ресторан и каждый раз просили мясо! Продавец из магазина дал показания: — Я тоже могу это подтвердить. Эта женщина купила одежду, килограмм молочных конфет и закуски, а этот молодой человек купил дорожную сумку и матерчатую обувь. Тетя Цай и мать Сюй кивнули. — Мы тоже можем подтвердить это… Наконец, был допрошен директор завода Юй. — Да, товарищ Се Цзиньхуа действительно сказала мне, что она уже получила пособие по смерти. «…» От этих слов лицо Се Цзиньхуа стало свекольно-красным. Она очень сильно нервничала. ---------- Том 1 Глава 19.5 — Я не получала пособия по смерти. И сказала это только потому, что эта девчонка нашептала мне, что отдала все деньги своему приемному отцу. Ее приемный отец — высокопоставленный правительственный чиновник. Ах да, он какой-то директор. Эта девчонка сказала, что отдала ему деньги и что мы сможем удвоить их за полмесяца и в итоге получим 2000 юаней. Она сказала, чтобы я больше никому об этом не рассказывала! После этих слов все посмотрели на Се Цзиньхуа как на дурочку. Тун Сюэлу сочувственно заметила: — Бабушка, мне кажется, болезнь влияет на твой разум! Не обращая внимания на то, что раньше ты просто меняла свои высказывания, теперь выдумываешь истории! Мой приемный отец, будучи директором, всегда был честным и бескорыстным человеком. Он никогда не стал бы преступать закон ради личной выгоды. Даже если это так, как отец сможет заработать столько денег для тебя? Тетя Цай и остальные кивнули. Это было сумасшествие. Тысяча юаней за две недели. Это просто невероятно! Товарищ полицейский совсем не верил в слова Се Цзиньхуа. Департамент, в котором работал приемный отец Тун Сюэлу, действительно контролировал покупку и продажу припасов для военных, но деньги не проходили через них. Кроме того, если бы действительно существовал кто-то, кто нарушал законы ради личной выгоды, то подобная сумма давно была бы обнаружена. Это никогда бы не продолжалось так долго. Се Цзиньхуа еще больше разволновалась, заметив, что ей никто не верил. Внезапно женщине пришла в голову идея. Она вспомнила, что произошло перед их поездкой в столицу. Сын кого-то из производственной группы в то время вернулся из столицы и интересовался, почему они все еще находились в деревне после смерти Тун Дацзюня и его жены. Тогда-то она и узнала о несчастном случае с ее сыном. Они сразу же отправились в офис производственной команды, чтобы позвонить на фабрику. На заводе им сказали, что Тун Цзямин уже давно уведомил их об этом. Тогда она была в ярости и планировала проучить этого сопляка после прибытия в столицу. И вот, когда они приехали, их ограбили, сутки морили голодом, а Тун Сюэлу пообещала ей 2000 юаней. Женщина совсем забыла об этом вопросе. Теперь, когда она вспомнила, то сразу же начала кричать: — Ты, гадкая девчонка, все это спланировала. Директор завода Юй, вы еще помните, как я звонила вам недавно? Мы так и не получили звонка от этого сопляка Тун Цзямина. Наша семья приехала бы гораздо раньше, если бы нам все сообщили. Директор завода Юй посмотрел на Тун Сюэлу, когда услышал это, и кивнул двум полицейским. — Это правда. Я спросил об этом товарища Тун на следующий день, и она сказала, что это потому, что товарищ Се потеряла рассудок и плохо все помнит. Когда Се Цзиньхуа услышала, что мать Сюй назвала ее сумасшедшей, то предположила, что женщина сказала это в пылу момента. Но как оказалось, Тун Сюэлу распускала о ней слухи. Она побелела, покраснела и хотела наброситься на внучку, чтобы ударить ее. — Ах ты, соплячка! Только и делаешь, что постоянно распространяешь неправдивые слухи. Сейчас я порву твой рот! Тун Сюэлу в страхе закрыла лицо. — Не бей меня, бабушка! Она была очень напугана. Конечно, все это было притворством. Не успела Се Цзиньхуа дотронуться до Тун Сюэлу, как женщина-полицейский уже схватила ее за руку. — Если вы еще раз попытаетесь ударить кого-нибудь, мы вас тоже посадим! Се Цзиньхуа была слишком зла, чтобы бояться полицейского. Тем не менее она немного успокоилась. — Товарищ полицейский, вы только что слышали. Она подставила нас с самого начала. Арестуйте ее немедленно! У Тун Сюэлу был обиженный вид. — Цзямин позвонил вам сразу после несчастного случая с моими родителями. Ты была единственной, кто ответил на звонок, бабушка. Неужели забыла об этом? После ее слов Се Цзиньхуа готова была плеваться огнем от злости. Мужчина-полицейский сказал: — Это будет нетрудно выяснить. Нам просто нужно позвонить в производственную группу и узнать, получали ли они звонок из столицы. Се Цзиньхуа ухватилась за это предложение: — Верно. Именно так. Скорее звоните, товарищ полицейский! Глаза старухи загорелись, когда она услышала это. Женщина повернулась и самодовольно посмотрела на Тун Сюэлу. — Ну, ты получишь сейчас! ---------- Том 1 Глава 19.6 Внешне Тун Сюэлу выглядела очень спокойной, но ее руки были крепко сжаты. Это было действие, совершенное Тун Цзямином, и в то время он тоже не был очень внимательным. Если бы она сделала это сама, то наверняка бы позвонила в производственную группу. Никто бы не знал, что девушка сказала или не сказала по телефону. К сожалению, она вернулась слишком поздно, и что было сделано, то было сделано. Ей ничего не оставалось, как настаивать на том, что это действительно произошло. Так или иначе, Се Цзиньхуа почти призналась в получении пособия, а улики кражи белья указывали на Тун Яньляна. В худшем случае, другие просто осудили бы их за то, что они не позвонили. В полицейском участке был телефон. Они позвонили в производственную группу сразу же после того, как узнали их номер. Чэнь Сяолянь из производственной группы ответила на звонок. Обычно она была единственной в офисе, отвечала на звонки и сообщала остальным, чтобы они подошли к телефону. А вот, когда Тун Дацзюнь скончался, женщина не находилась в офисе все время. Она была занята изменой со своим зятем! Возможно, был звонок из столицы, и Чэнь Сяолянь его пропустила. Тем не менее она если скажет об этом, люди могут начаться расследовать и раскроют ее роман с зятем. Она стиснула зубы и решилась. — Да, это было седьмого числа прошлого месяца, когда мне позвонили из семьи Тун. Тогда я попросила позвать Се Цзиньхуа, чтобы ответить на звонок. Не знаю, о чем они говорили во время разговора, так как в то время я занималась бухгалтерскими книгами. Мужчина-полицейский поведал всем, что сказала Чэнь Сяолянь, после того как положил трубку. Се Цзиньхуа и Тун Сюэлу были ошеломлены, когда услышали это. Се Цзиньхуа: «Вот это да! Эта Чэнь Сяолянь подставила меня!» Тун Сюэлу: «? Правда? Что-то настолько удивительное произошло на самом деле?» Девушка не знала, почему другой человек помог ей, но она не жаловалась на это. Се Цзиньхуа вскочила и закричала: — Чэнь Сяолянь солгала! Я отругала эту женщину в прошлом, так что она меня подставляет! Мужчина-полицейский нахмурился, и он сурово сказал: — Вы говорили, что раньше не было никаких звонков. Теперь, когда у нас есть доказательства того, что это имело место быть, отказываетесь в это верить! Вы сказали, что взяли пособие на случай смерти, а потом сказали, что не брали. Чему мы можем верить? Колени Се Цзиньхуа подкосились, женщина испугалась из-за тона мужчины-полицейского. Она снова опустилась на стул: — Я… Я… Тун Сюэлу прервала ее: — Бабушка, это считается лжесвидетельством, а это незаконно! И ты только что обвинила моего приемного отца в коррупции. Это открыто подставляет военнослужащего. Это очень серьезно, если они докопаются до сути. Женщина-полицейский также кивнула. — Лжесвидетельство, донос на военнослужащего. За эти два пункта вместе взятые вы можете быть приговорены к семи годам лишения свободы. Если дело более серьезное, то может быть и смертная казнь. «Смерть! Смертная казнь!» Се Цзиньхуа почувствовала влагу. Женщина снова обмочилась. Она любила своего внука, но не хотела умирать! Увидев, что Се Цзиньхуа описалась, матушка Сюй криво улыбнулась. — О, боже. Почему до сих пор писаешься в таком возрасте? Ты действительно больна! «Больная?» «Именно так! Я больна!» Се Цзиньхуа вдруг закричала: — Я сошла с ума, я сошла с ума! Все, что я только что сказала, это безумные разговоры… Пока она была сумасшедшей, никто не поверит в ее слова! Женщина посчитала себя очень умной! Все: «…» Даже Тун Сюэлу была ошеломлена подходом Се Цзиньхуа. Девушка не думала, что старуху можно было так легко запугать, или что она будет притворяться сумасшедшей, чтобы увильнуть от ответственности. Это, конечно, была отличная новость для Тун Сюэлу. ---------- Том 1 Глава 20.1 Тун Яньлян готов был взорваться от гнева. — Что такое говоришь, бабушка?! Быстро, скажи товарищам полицейским, что ты не сумасшедшая. Все было сделано Тун Сюэлу, чтобы подставить нас! Если бабушка станет сумасшедшей, то кто еще сможет подтвердить, что кузина подставила его? Он не мог этого допустить! Тун Саньчжуан тоже был потрясен. — Мама, когда ты успела сойти с ума? Почему я об этом не знал? Се Цзиньхуа: «Я тоже этого не знала!» Матушка Сюй вдруг вздохнула и прошептала тетушке Цай: — Я и раньше думала, что эта женщина сумасшедшая, но тогда она не выглядела таковой. Другие сумасшедшие смеются, плачут, пускают слюни. Некоторые даже бьют себя. Но она ничего этого не делает. Кажется, эта женщина совсем не сумасшедшая. Услышав это, Се Цзиньхуа напряглась. В следующую секунду она улыбнулась как идиотка. Затем, через некоторое время, начала плакать. С уголков ее губ потекла слюна. На нее было очень тяжело смотреть. Это был путь, который выбрала Се Цзиньхуа. Она должна была идти по нему до конца, даже если ей придется ползти по нему на коленях. Все: «…» Поскольку Се Цзиньхуа сошла с ума, она больше не могла быть свидетелем. По правде говоря, даже если бы женщина не сошла с ума, то не смогла бы стать свидетелем из-за того, что постоянно отрицала свои слова. Поскольку Се Цзиньхуа пала, обвинения Тун Яньляна не могли быть подтверждены. Однако имелись улики, указывающие на то, что он украл нижнее белье и угрожал тетушке Сюй, что убьет и сожжет дом. Тун Яньляна сразу же посадили под замок. Его руки были сжаты в кулаки, на которых виднелись вены, когда его схватили. Одарив Тун Сюэлу смертельным взглядом, он пробормотал ей: — Только подожди! Встретив его взгляд, Тун Сюэлу почувствовала, что на нее смотрела холодная и ядовитая змея. По рукам побежали мурашки. Однако она не отступила: — Хорошо, я подожду. На этот раз ей удалось отправить Тун Яньляна в тюрьму отчасти благодаря удаче, но в основном из-за особой политической ситуации в эту эпоху. «Жаль, что сейчас не период репрессий 1983 года. В это время преступление хулиганства еще не было прописано в уголовном законодательстве. В случае с Тун Яньляном его приговорят максимум к двум-трем годам. Когда он выйдет из тюрьмы, то снова станет головной болью». Се Цзиньхуа разрыдалась, когда увидела, как уводили ее драгоценного внука. Слезы и сопли не переставая текли из нее. Когда Сунь Гуйлань, ожидавшая снаружи, узнала об этом, ее глаза закатились, и она потеряла сознание. Наконец, Тун Саньчжуан понес Се Цзиньхуа, которая ранее обмочилась, обратно домой. Тун Эрчжу также нес свою жену на спине, после того как он проводил взглядом Тун Сюэлу. Увидев эту сцену, Чэнь Дани обеспокоенно сказала: — Похоже, что бабушка и дяди очень расстроены из-за тебя. Тун Сюэлу ответила с покрасневшими глазами: — Мы с братьями и сестрой были так счастливы, когда узнали, что они приедут. Наших родителей больше нет, и они — единственная семья. Я понятия не имею, как все это произошло. Чэнь Дани забеспокоилась, увидев плачущую Тун Сюэлу: — Не плачь. Это не твоя вина! Тетя Цай тоже подошла, чтобы утешить ее. — Она права. Это не твоя вина. Ты была так добра к своей бабушке и остальным. Мы все были свидетелями этого. Если кто-то посмеет сказать о тебе хоть одно плохое слово, я первая напущу на него порчу! — Вот именно, ты, твои братья и сестра так ждали их изо дня в день. А они развернулись, совершили такие бесстыдные преступления и пытались свалить это на тебя. Это они бессовестные! Матушка Сюй была очень благодарна Тун Сюэлу за то, что та продала им место грузчика по дешевке. Теперь, когда они смогли поменяться должностями, ее невестка через несколько дней начнет работать на фабрике тканей. К тому времени у них дома будет два работника, и это значительно облегчит их финансовое положение. Все это было благодаря Тун Сюэлу. ---------- Том 1 Глава 20.2 Мать Сюй повернулась и посмотрела на управляющего заводом Юй: — Директор, мы все просим выдворить Се Цзиньхуа и ее семью из нашего комплекса! Тетя Цай тоже кивнула. — Она права. Мы всегда были дружелюбны и помогали друг другу. Но с тех пор, как появилась эта семья, они то говорили о поджогах домов и убийствах людей, то крали нижнее белье. Как мы сможем спокойно спать, когда они рядом с нами?! Директор завода Юй немного помолчал, затем сказал: — Хорошо, я понимаю. Проведу собрание на заводе, когда вернусь, и все выясню. Закончив говорить, он повернулся и вышел из полицейского участка. Тун Сюэлу оглянулась и сказала остальным: — Нам тоже пора уходить. Мне неловко, что я отнимаю у вас столько времени. Чэнь Дани махнула рукой. — Тебе не за что переживать. Тем не менее уже поздно, и мне пора идти. После этого она быстро ушла. Тетушке Цай и матушке Сюй не нужно было идти на работу, но у них было много дел по дому. Все это были важные дела. Тун Сюэлу нужно было вернуться к своей работе на заводе. Ей предстояло ехать в том же направлении, что и тетушке Цай и матушке Сюй, поэтому они вышли вместе. Когда дошли до двери, к ним подошел человек в полицейской форме. У мужчины были коротко подстриженные волосы и выдающиеся черты лица. На вид он был около 1,85 метра. Мужчина посмотрел на Тун Сюэлу. У него был не жуткий взгляд, а такой, когда человек видит что-то красивое и не может удержаться, чтобы несколько раз не взглянуть. Тун Сюэлу, стоявшая между тетушкой Цай и матушкой Сюй, выделялась даже больше, чем журавль среди цыплят. Мужчина сразу же заметил ее. Однако он не придал этому значения и прошел мимо них. Тун Сюэлу тоже посмотрела на мужчину, когда проходила мимо него. Она тоже не придала этому значения и вернулась к своей кропотливой работе на заводе. *** Пу Цзяньи вошел в офис, увидел, что полицейские мужчина и женщина собирали свидетельские показания, и спросил небрежно: — Вы уже закончили? Женщина-полицейский щелкнула языком и ответила: — Более или менее. Этот сопляк действительно украл трусы! И у него хватило наглости обвинить кого-то другого! Его кузина — жалкая девушка. — Ее похитили, когда она была маленькой. Когда нашли, то вернули не в ту семью. Она воспитывалась приемными родителями более 10 лет, прежде чем они осознали ошибку. Еще хуже было то, что она только недавно воссоединилась со своими настоящими родителями, а после они погибли в автокатастрофе. А теперь девушку обвиняют и подставляют ее бабушка и двоюродный брат. Это так печально! Пу Цзяньи был немного ошеломлен, когда услышал ее слова. Почему это звучало так знакомо? — Как их фамилия? Женщина-полицейский подняла брови. — Тун. А что? Ты их знаешь? Пу Цзяньи покачал головой. — Нет, не знаю. Сказав это, он подошел к женщине-полицейскому и посмотрел на заявления перед ней. Увидев имя «Тун Сюэлу», его тяжелые брови немного приподнялись. Вспомнив девушку, которая прошла мимо него, он бодро зашагал к своему кабинету. Оказавшись в своем кабинете, Пу Цзяньи взял телефон и набрал номер. На другом конце быстро сняли трубку. — Я ищу Вэнь Жугуя. — Подождите. Через некоторое время трубку снова подняли. С другого конца раздался мягкий, но немного холодный голос: — Это Вэнь Жугуй. Слушаю. — Жугуй, это я. Ты знаешь, с кем я только что столкнулся? Вэнь Жугуй поднял руку и посмотрел на часы. Затем он бесстрастно сказал: — Мне нужно провести еще два эксперимента. У тебя есть одна минута времени. Пу Цзяньи щелкнул языком и сказал: — Хорошо, одна минута. Уверен, что тебе будет интересно то, что я скажу! Женщину-товарища, за которой ты просил меня присмотреть в прошлый раз, зовут Тун Сюэлу, верно? ---------- Том 1 Глава 20.3 На другом конце телефона наступило долгое молчание. Такое долгое, что Пу Цзяньи подумал, что его разъединили. — Жугуй, ты слышал, что я сказал? Я видел сегодня женщину-товарища. — Да, я слушаю. Услышав это, губы Пу Цзяньи сразу же изогнулись. — Я знал, что ты все еще слушаешь. Хочешь узнать, что случилось с той женщиной-товарищем? На другом конце телефона снова воцарилось молчание. На этот раз Пу Цзяньи не стал ждать, а продолжил: — Бедная девочка. В прошлый раз ее ударила настоящая дочь приемных родителей, а в этот раз обвинили родная бабушка и двоюродный брат. Мужчина взволнованно рассказал все, что случилось, и Вэнь Жугуй все еще оставался с ним на линии, когда он закончил. Пу Цзяньи взглянул на время. Прошло уже больше минуты. Его ухмылка растянулась от уха до уха. — Жугуй, ты ведь знаешь эту женщину-товарища? Она такая жалкая. Как думаешь, стоит ли мне протянуть ей руку помощи? Вэнь Жугуй слегка нахмурился, держа в руке телефонную трубку. Он посмотрел через окно на высокую серую стену снаружи. В его памяти очень отчетливо всплыло лицо. Под левым глазом у нее была родинка, похожая на слезу, очень маленькая. Эту особенность можно было не заметить, если не присматриваться. Из того, что рассказал ему Пу Цзяньи, в его сознании возникла хрупкая девушка, над которой беспомощно издевалась семья, и где-то внутри него стало не по себе. Его веки слегка дрогнули, и он бесстрастно сказал: — Помоги ей, если это в твоих силах. Пу Цзяньи усмехнулся. — Я могу считать это услугой тебе? — М-м-м… — Теперь мне становится все более и более любопытно. Какие у тебя отношения с этой девушкой? — Никаких. — Да, точно. Ты с трудом различаешь женщин, не говоря уже о том, чтобы добровольно просить о помощи. Будь честен. Вы состоите в отношениях? — Нет, твоя минута истекла. После этого телефон был отключен. Пу Цзяньи снова щелкнул языком, когда услышал гудки. «Должно быть, с ним что-то происходит. Что за минута? Прошло не менее пяти минут!» Вспомнив яркие и большие глаза Тун Сюэлу, он хмыкнул. «Если бы заранее знал, кто она, то нашел бы способ заняться ее делом. Какой облом». *** Се Цзиньхуа и остальные вернулись в комплекс. Сунь Гуйлань бросилась к Се Цзиньхуа, как только пришла в себя. — Мама, пожалуйста, помоги Яньляну. Ты единственная, кто может ему помочь! Она ни капли не верила, что ее свекровь сошла с ума! Эта женщина была в полном порядке до того, как попала в полицейский участок. Не может быть, чтобы она вот так просто потеряла рассудок! Тун Эрчжу тоже выглядел так, будто вот-вот заплачет. — Мама, ты тоже растила Яньляна. Его жизнь закончится, если он побывает в тюрьме! Фэн Чжаоди пристально смотрела на свекровь, пытаясь найти хоть какие-то признаки. Се Цзиньхуа же пускала слюни и глупо улыбалась, словно действительно сошла с ума. Старуха тоже была не в восторге. Она хотела спасти внука, но если скажет, что не сошла с ума, полицейские призовут ее к ответу! И ее могли даже приговорить к смертной казни! Поэтому она должна была продолжать притворяться сумасшедшей, несмотря ни на что. Фэн Чжаоди отозвала мужа в сторону и спросила низким голосом: — Что случилось? Как мама могла так сойти с ума? Тун Саньчжуан почесал нос и сказал: — Они сказали, что мама дала ложные показания и обвинила военнослужащего, а это карается смертной казнью. Мама испугалась, описалась и сказала, что сошла с ума. Фэн Чжаоди услышала слово «смертная казнь» и была поражена. — Как дошло до смертной казни? Расскажи мне все! Тун Саньчжуан поковырял в ухе и сказал: — Я уже не помню подробностей. Каждый полицейский был злее предыдущего. Он не смел даже дышать слишком громко, как только оказался внутри участка. Кроме того, они разговаривали очень формально. Он никак не мог повторить их слова. Фэн Чжаоди злобно ударила его. — Бесполезный! Даже не можешь вспомнить что-то настолько простое. Я должна была пойти сама, если бы знала! ---------- Том 1 Глава 20.4 Фэн Чжаоди вдруг что-то пришло в голову, и она понизила голос: — Мама не сказала, где она хранила пособие на случай смерти? Тун Саньчжуан странно посмотрел на нее. — Мама сказала, что никогда их не получала. Но она также сказала директору завода, что получила их. Может, мама действительно сошла с ума? Фэн Чжаоди стиснула зубы и подошла к Се Цзиньхуа. — Мама, ты еще помнишь меня? Я — Чжаоди. Се Цзиньхуа засмеялась: — Ха-ха-ха… Фэн Чжаоди настаивала: — Мама, позволь мне спросить тебя кое о чем. Где ты хранишь пособие на случай смерти? Се Цзиньхуа замотала головой: — Ву-ву-ву… «Какое пособие на случай смерти? Я ничего не получала!» Но она не могла ничего сказать. Фэн Чжаоди спрашивала несколько раз, но ничего не добилась. Она выглядела все более несчастной. Фэн Чжаоди и Тун Саньчжуан хотели расспросить Тун Сюэлу о пособии, Сунь Гуйлань и Тун Эрчжу хотели разорвать девушку на части, а Се Цзиньхуа — выцарапать ей глаза. Тем не менее семья Тун осмеливалась только думать об этом. Когда Тун Сюэлу вернулась домой с работы, они не осмелились даже пикнуть. Все внимание в комплексе было приковано к ним. Если они осмелятся кричать на Тун Сюэлу, то наверняка на них пойдут и донесут. Тогда семья сможет воссоединиться в тюрьме. Так осмеливались ли они сделать хоть шаг? Нет, не осмеливались. *** Тун Сюэлу думала, что вынесение приговора Тун Яньляну займет не меньше двух недель, а то и больше, но он был вынесен за три дня. Его наказание оказалось более суровым, чем она ожидала. Парня приговорили к пяти годам лишения свободы и отправили в самый суровый район северо-запада для исправления. Сунь Гуйлань так сильно плакала, что потеряла сознание после того, как узнала о приговоре. Прошло всего несколько дней, но она была растрепана и так похудела, что совсем не была похожа на себя. Тун Сюэлу с самого начала недолюбливала Сунь Гуйлань, считая ее язвительной и эгоистичной. Тем не менее после инцидента с Тун Яньляном она казалась самой гуманной во всем этом инциденте. Конечно, ее материнская любовь ничуть не тронула Тун Сюэлу. Она никогда бы не позволила такому мерзавцу, как Тун Яньлян, сорваться с крючка. Вскоре после этого семью Тун поразила другая новость. Завод потребовал, чтобы они съехали из дома! Се Цзиньхуа сильно разозлилась. — Почему мы должны уезжать?! Фэн Чжаоди тоже выглядела очень несчастной, но изо всех сил старалась изобразить улыбку. — Товарищи, у моего деверя и его жены было две должности на заводе, и теперь, когда они ушли, мы хотим занять их… Она еще не успела договорить, как ее оборвал один из служащих: — Вы каждый день пируете в государственном ресторане. Наш завод не приветствует тех, кто ведет себя как капиталист! Вам лучше уйти завтра. Еще одно слово, и профсоюз сообщит о вас. «Опять эти отчеты!» Семья Тун была полностью травмирована этими словами. После того как служащие ушли, Фэн Чжаоди посмотрела на Тун Сюэлу и сказала: — Хорошая работа, племянница. Подставила нас с самого начала. Не думала, что в юном возрасте ты можешь быть такой злобной. Неудивительно, что Тун Сюэлу и ее братья и сестра никогда не ходили с ними в государственный ресторан, а оставались дома и ели кашу из сладкого картофеля и маринованные овощи. Она считала, что они знали свое место, и втайне радовалась, что с ними будет на четыре человека меньше. Как оказалось, все это было подстроено! Это был такой подлый поступок с ее стороны! У Тун Сюэлу было невинное выражение лица. — Тетя, я понятия не имею, о чем ты говоришь. Сунь Гуйлань вскочила, и ее палец почти ткнул Тун Сюэлу в лицо. — Можешь прекратить притворяться! Ты злая женщина. Такая злая в свои юные годы. Просто подожди. Тебе все это вернется! Тун Сюэлу бесстрастно отмахнулась от нее рукой. — Тетя, тебе лучше успокоиться. Если ты обидишь меня, тебя тоже могут отправить в деревню. Ее слова были подобны каплям воды, капающим в масло, и разлетелись в умах всех! Тун Чжэньчжэнь обидела ее и была отправлена отбывать наказание в деревне. Они понятия не имели, как Тун Яньлян обидел ее, но он тоже был наказан. Причем его отправили на далекий северо-запад. В доме царила тишина. Никто из семьи Тун из старой деревни не осмеливался издать ни звука. ---------- Том 1 Глава 20.5 Теперь, когда прикрытие исчезло, Тун Сюэлу больше не беспокоилась о притворстве. — Я уже продала место отца и сама займу место мамы. Отдам вам половину суммы, за которую продала должность, а об остальном даже не думайте. Се Цзиньхуа в гневе вскочила на ноги. — Ты! Чертова девчонка! Я собираюсь сообщить о тебе в профсоюз! Тун Сюэлу скривила губы. — Что именно ты хочешь им сказать? Что я лжесвидетельствовала или что обвинила военнослужащего? Или что вела себя как капиталист и каждый день ела мясо? Семья Тун: «…» Все они были похожи на цыплят с пережатыми шеями, и никто из них долго не мог вымолвить ни слова. Тун Сюэлу жестко сказала: — На вашем месте я бы взяла деньги и уехала из столицы. Не ждите, пока ничего не останется. Потом пожалеете об этом. Сказав это, она повернулась и ушла, не обращая внимания на взгляды семьи Тун. Конечно, Тун Сюэлу не хотела давать им денег от продажи должности на заводе. Тем не менее она не хотела оставлять за собой никаких концов. Люди из старой деревни наверняка донесли бы на нее в профсоюз, если бы она не дала им ни фыня. Кроме того, даже кролик, если его загнать в угол, будет кусаться. Она не хотела загонять этих родственников в угол, чтобы они захотели забрать ее с собой. Девушка лишь хотела как можно быстрее отослать их прочь и пресечь мысли о следующем приезде в столицу. Члены семьи Тун опомнились только после того, как Тун Сюэлу исчезла с заднего двора. Все они были сильно разгневаны. В воздухе летали всевозможные ругательства. Тем не менее никто из них не осмелился пойти и противостоять Тун Сюэлу. В их глазах эта девушка была хуже дьявола. Любой, кто ее обидит, окажется в тюрьме. На следующий день люди из семьи Тун вернулись в деревню побежденными. Под взглядами родственников, которые хотели разорвать ее на куски, Тун Сюэлу с тоской смотрела на вокзал и с тоской наблюдала, как они садились в поезд. Ее улыбка стала светлее только после того, как уехал поезд. В тот момент, когда думала, как отпраздновать победу, она услышала сильный баритон… — Простите, вы девушка Вэнь Жугуя? Тун Сюэлу: «?» «Что за черт? С каких пор я стала девушкой Вэнь Жугуя?» Тун Сюэлу обернулась и увидела высокого мужчину, стоящего перед ней. У него были выдающиеся черты лица, он был высокого роста, а его возраст составлял около 30 лет. Она сделала небольшую паузу и вспомнила, что уже видела этого человека в полицейском участке на днях. Только тогда он был в полицейской форме, а сегодня в повседневной одежде. Но все это было не главное. Главный вопрос заключался в том, откуда он ее знал? И почему сказал, что она была девушкой Вэнь Жугуя? Тун Сюэлу изучала Пу Цзяньи, и он тоже изучал ее. Она была сногсшибательной. Теперь, когда девушка стояла прямо перед ним, от нее захватывало дух. Ее кожа была светлой и сияла под солнцем. Ее глаза как будто были наполнены туманом, и в них плясали золотые искорки света, отчего все вокруг теряло свой свет. Пу Цзяньи сказал: — Я друг Вэнь Жугуя. Меня зовут Пу Цзяньи. Пу — простой, Цзянь — строить, И — справедливый. Мы встретились на днях возле полицейского участка. Я не уверен, что ты все еще помнишь меня. У нее действительно сложилось о нем впечатление. Но он все еще не поделился с ней своим мотивом. К тому же, она не думала, что такой невозмутимый человек, как Вэнь Жугуй, станет выдумывать бредни о том, что она его девушка. — Привет, меня зовут Тун Сюэлу. Тун — зима, Сюэ — идет снег, Лу — зеленый, то есть заставлять кого-то носить зеленую шляпу*. П. п.: Когда вы «заставляете кого-то надеть зеленую шляпу» = вы его обманули. Например, жена, изменившая своему мужу = «заставила его надеть зеленую шляпу». Пу Цзяньи: «…» ---------- Том 1 Глава 21.1 Пу Цзяньи сделал паузу на несколько секунд. Этот ответ застал его врасплох. Тун Сюэлу слегка приподняла брови. — Я просто шучу с вами, товарищ Пу. «Лу» — зеленая трава. Пу Цзяньи: «…» Он все еще чувствовал, что что-то не так. Недолго думая, мужчина снова поднял интересующий его вопрос: — Тогда могу я спросить, состоишь ли ты в отношениях с Жугуем? Веки Тун Сюэлу слегка дрогнули несколько раз, и она застенчиво ответила: — Да. Пу Цзяньи очень обрадовался, когда услышал это. — Правда? Вы действительно состоите в отношениях? Тун Сюэлу сказала с серьезным видом: — Конечно, это правда. Мы встречаемся уже больше года. «Больше! Года!» Пу Цзяньи был ошеломлен новостью. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Мужчина стиснул зубы и сказал: — Не могу поверить, что он скрыл от меня такое! Я только вчера спрашивал его, и Жугуй сказал мне, что ни с кем не встречается! Как он мог! «Да. Я была права. Вэнь Жугуй ни за что бы не сказал такого, учитывая его характер». Красивые брови Тун Сюэлу слегка приподнялись. Она сделала шаг назад и начала свое выступление. Девушка прикрыла рот и с сомнением посмотрела на Пу Цзяньи: — Если Жугуй не рассказывал тебе о нас, то как ты узнал обо мне? Пу Цзяньи почесал голову и усмехнулся. — Ну, это, хе-хе… Тун Сюэлу сделала еще два шага назад и нахмурилась. — Ты что-то замышляешь? Лучше выкладывай все сейчас. Еще одно «хе-хе», и я закричу! Сказав это, она огляделась вокруг и выглядела так, будто вот-вот начнет кричать. Увидев, что девушка действительно собиралась закричать, Пу Цзяньи запаниковал. — Нет, нет, нет, товарищ Тун. Не делай этого. У меня нет никаких плохих намерений. Я знаю о тебе только потому, что в прошлый раз Жугуй… Чтобы развеять беспокойство Тун Сюэлу, Пу Цзяньи быстро рассказал ей о том, как Вэнь Жугуй попросил его помочь в инциденте с Тун Чжэньчжэнь, как он узнал о ее деле в этот раз и сообщил об этом своему другу. Выслушав всю историю, девушка была ошеломлена. Она никак не ожидала, что Вэнь Жугуй поможет ей. Тун Сюэлу считала, что ей очень повезло, и все прошло хорошо благодаря ее планам. Но почему он помог ей? Потому что она была красивой? С красивым лицом можно многого добиться. Затем она вспомнила холодное лицо Вэнь Жугуя и покачала головой. Он не был похож на такого человека. После того как Пу Цзяньи все объяснил, ему пришла в голову одна мысль. — Нет, подожди. Если вы вместе больше года, то должны были уже встретиться со стариком Вэнь. Тогда почему он еще недавно посылал Жугуя на свидания? Неужели Жугуй не рассказал своей семье? Даже красивого мальчика заставляли ходить на свидания. Тун Сюэлу слегка нахмурилась и собиралась сказать ему правду: — Он не сказал об этом своей семье, потому что… Не успела она закончить свои слова, как ее прервал Пу Цзяньи: — Товарищ председатель сказал, что любые отношения без намерения жениться — это поведение хулиганов. Я никогда не думал, что Жугуй — хулиган! Тун Сюэлу: «…» «Нет, подожди. Товарищ, почему бы тебе не дать мне сначала закончить то, что я говорила?» (На базе Вэнь Жугуй чихнул. Это чуть не испортило результат эксперимента, который он только что завершил.) Чем больше Пу Цзяньи думал об этом, тем больше злился. — Ни о чем не беспокойся, товарищ Тун. Я помогу тебе. Прослежу, чтобы он признал свою вину. — Нет, в этом нет необходимости, потому что… — Тун Сюэлу посмотрела на него очень невинным взглядом. — Мы с товарищем Вэнь Жугуем не состоим в отношениях. Пу Цзяньи был ошеломлен, когда услышал это. Его брови, которые были насуплены от гнева, еще не вернулись в свое нормальное положение. — Разве ты только что не сказала, что вы встречаетесь уже год? Губы Тун Сюэлу изогнулись. — Я просто подшучивала над тобой. Однако, товарищ Пу, ты же полицейский. На свете много плохих людей. Не стоит верить всему, что говорят другие. Ты слишком доверчивый. Пу-слишком доверчивый-Цзяньи: «…» ---------- Том 1 Глава 21.2 Пу Цзяньи был ошеломлен, словно пораженный молнией. Он с недоверием посмотрел на Тун Сюэлу. Мало того, что она его одурачила, так еще и смогла выведать у него всю эту информацию? Пу Цзяньи смотрел на девушку, которая слегка улыбалась ему, и не мог смириться с тем, что он идиот. В глазах Тун Сюэлу мелькнула улыбка. Она прочистила горло и сказала: — Мне нужно вернуться на работу. До скорого~. Сказав это, она повернулась, чтобы уйти. Девушка прошла совсем немного, прежде чем внезапно обернулась и посмотрела на мужчину. Тун Сюэлу не могла удержаться от смеха, когда увидела, что Пу Цзяньи все еще стоял на месте, как глупый гусь. Он не был похож на самую яркую звезду на небе, но только благодаря ему она узнала, что Вэнь Жугуй помог ей за кулисами. «Но почему он помог?» Она некоторое время размышляла над этим вопросом, но так и не смогла понять. Тем не менее девушка сделала мысленную пометку. При первой же возможности она отплатит ему за услугу. К тому времени, как Тун Сюэлу ушла, Пу Цзяньи окончательно пришел в себя. Потом расстроенный мужчина вернулся в полицейский участок. Пу Цзяньи немного подумал, снял трубку и позвонил Вэнь Жугую. Однако ему ответили, что тот уехал на исследовательскую базу, и они не знают, когда он вернется. Его спросили, не хотел ли он оставить сообщение. Пу Цзяньи оставил свое имя и повесил трубку. Мужчина почесал затылок. Он чувствовал, что, возможно, испортил что-то для Вэнь Жугуя. Пу Цзяньи не знал, как отреагирует его друг, когда узнает об этом. *** Тун Сюэлу не пошла на работу, а вернулась домой. Она постирала все постельное белье и подушки, которыми пользовалась семья Тун, и вынесла на улицу, чтобы разложить под палящим солнцем. Она также вымыла весь дом. Когда все было готово, девушка так устала, что едва могла стоять прямо. — Ты устала, старшая сестра. Мяньмянь сделает тебе массаж. Девочка забралась на кровать на своих коротких ножках и начала колотить Тун Сюэлу по спине своими пухлыми ручками то тут, то там. Девушка рухнула на кровать и тусклым голосом сказала: — Спасибо, Мяньмянь. Можешь сделать это посильнее? Услышав слова старшей сестры, Тун Мяньмянь наклонила голову, немного подумала и громко ответила: — Хорошо! Тун Мяньмянь сжала кулаки и изо всех сил ударила сестру по спине. Тун Сюэлу: «…» С таким же успехом она могла просто почесать ей спину. Полежав немного, Тун Сюэлу перевернулась, взяла маленькую булочку на руки и поцеловала ее. — Бабушка и остальные ушли. Счастлива ли Мяньмянь? Маленький колобок решительно кивнул: — Да! Она сделала небольшую паузу, затем наклонилась и сказала низким голосом: — Мяньмянь не любит этого старшего брата! Тун Яньлян любил щипать ее за щеки, а однажды он обнял ее так крепко, что стало больно. Тун Сюэлу потрепала маленького колобка по голове. — Старшей сестре он тоже не нравится. Булочка немного волновалась после своих слов, но, услышав, что Тун Сюэлу кузен тоже не нравился, малышка сразу успокоилась. — Он вернется? — Нет, — по крайней мере, не в ближайшее время. К тому времени, когда он вернется с северо-запада через пять лет, Мяньмянь будет всего 8 лет. Она все еще будет очень молода и не сможет защищаться. Несмотря ни на что, Тун Сюэлу не даст Тун Яньляну ни шанса приблизиться к малышке. После того как Тун Цзямин и Тун Цзясинь вернулись из школы и узнали, что банда из старой деревни исчезла, они были ошеломлены. Тун Цзясинь с расширенными глазами спрашивал: — Они действительно ушли? И больше никогда не вернутся? Когда он получил подтверждение, то был так счастлив, что несколько раз кувыркнулся на полу. Тун Цзямин не отличался выразительностью, но для разнообразия его губы изогнулись вверх, а в глазах появилась радость. Тун Цзясинь почесал голову и посмотрел на Тун Сюэлу: — Значит ли это, что отныне нам не нужно есть маринованные овощи? Тун Сюэлу покачала головой: — Конечно… нет. ---------- Том 1 Глава 21.3 Старую семью Тун выгнали потому, что их считали слишком капиталистическими из-за того, что они ели много рыбы и мяса. Что подумают другие, если братья и сестры начнут делать то же самое, как только их родственники уедут? По правде говоря, Тун Сюэлу предпочла бы перейти на новую работу и переехать на новое место. Иначе им было бы трудно есть то, что они хотели. Тун Цзясинь издал «Ао» и рухнул на пол, закрыв лицо руками. Как же он будет жить без мяса?! Тем не менее Тун Сюэлу приготовила две порции жаркого из капусты с чесноком, чтобы отпраздновать отъезд людей из старой деревни. После того как братья и сестры несколько дней ели простую кашу с маринованными овощами, они почувствовали, что жареная капуста с чесноком — это уже благословение. Тун Цзясинь съел целых три миски риса. Из-за этого его живот вздулся. После ужина Тун Цзясинь по-прежнему отвечал за посуду. Тун Мяньмянь пошла играть с Чжуданем. В доме остались только Тун Сюэлу и Тун Цзямин. Девушка сказала: — Тун Чжэньчжэнь отправили на исправительную работу в деревню, потому что она ударила Мяньмянь. Тун Сюэлу вкратце рассказала о том, что произошло в тот день, и признала свою ошибку. Действительно, тогда она была недостаточно осторожна. Ей не следовало оставлять Тун Мяньмянь с матушкой Тун. Она не сказала об этом братьям Тун, потому что время было неподходящее. Первоначальная хозяйка не убивала родителей, но она была причастна к их смерти. Если бы Тун Сюэлу рассказала, что Тун Мяньмянь побили на следующий день после ее возвращения, братья Тун испытывали бы к ней еще большую неприязнь. Она признала, что поступила немного эгоистично, не сказав им об этом, но, учитывая тогдашнюю ситуацию, ничего бы не вышло, кроме ухудшения отношений между ними. Это не было хорошо ни для одного из них, поэтому она решила все скрыть. Тун Цзямин опустил глаза и через некоторое время сказал: — Хорошо, теперь я понял. Мы не должны позволить Цзясиню узнать об этом. Тун Сюэлу была права. Если бы мальчики все узнали в тот момент, то ни за что бы не позволили ей остаться с ними. Теперь, когда они вместе работали над тем, чтобы прогнать людей из старой деревни, братья доверяли ей больше. Тун Сюэлу была не права, но Тун Чжэньчжэнь была той, кто ударила Тун Мяньмянь. Если он и должен был возложить вину, то только на Тун Чжэньчжэнь. Видя, что он относился к ней нормально, Тун Сюэлу облегченно вздохнула. Она встала, чтобы искупать Тун Мяньмянь. *** После долгого дня, проведенного в беготне, Тун Сюэлу рано легла спать с маленьким колобком на руках. Она не знала, сколько времени проспала, когда услышала стук в дверь. Девушка слишком устала, чтобы двигаться, поэтому попросила Тун Цзямина открыть дверь. Она позвала несколько раз, но не получила никакого ответа. Девушка открыла глаза и поняла, что была в комнате одна. Она не знала, куда делись Тун Мяньмянь и два брата. Стук не прекращался. Казалось, он не прекратится, если она не пойдет открывать дверь. Тун Сюэлу никогда не была в хорошем настроении, когда только просыпалась, не говоря уже о том, что даже не выспалась. Она выругалась, поднимаясь с кровати. — Кто это? Будить кого-то посреди сна может быть вредно для здоровья! Вдруг из-за двери раздался низкий и теплый голос: — Это я, Вэнь Жугуй. Тун Сюэлу немного опешила. Ей стало интересно, как получилось, что Вэнь Жугуй пришел искать ее в комплексе. Она открыла дверь и увидела, что мужчина стоял снаружи и смотрел на нее своими черными глазами. От его взгляда у нее по коже побежали мурашки. Она спросила: — Здравствуй, товарищ Вэнь. Чем я могу тебе помочь? ---------- Том 1 Глава 21.4 Вэнь Жугуй не сказал ни слова, но вошел внутрь и с силой закрыл за собой дверь. Затем он взял ее за руку и провел вглубь комнаты. Тун Сюэлу немного сопротивлялась: — Товарищ Вэнь, что ты делаешь? Я собираюсь позвать на помощь! Вэнь Жугуй подвел ее к кровати и бросил на нее. Затем наклонился и сказал: — Ты сказала, что я тебе нужен. Вот поэтому и пришел. Ты можешь делать со мной все, что захочешь. «Вау, это… это слишком дико, нет?» Глядя на красивое лицо прямо перед собой, Тун Сюэлу почувствовала, что ее мозг отказывается работать, а дыхание стало тяжелым. — Ты, ты уверен, что хочешь, чтобы я делала с тобой все, что захочу? Вэнь Жугуй бросил на нее слабый взгляд и сказал: — Конечно, я уверен. Глядя на нее своими чернильно-черными глазами, мужчина начал расстегивать пуговицы на рубашке одну за другой. «О боже. Кто сможет устоять перед таким соблазном?» Тун Сюэлу сглотнула и подумала про себя: «Давай. Я готова». Белая рубашка упала на пол, и, когда Вэнь Жугуй начал стягивать штаны, Тун Сюэлу вдруг услышала плач из-за двери… — Мама, Чжудань опять обделался! Тун Сюэлу резко открыла глаза и долго смотрела в потолок. «О боже, это было слишком!» Почему ей приснился такой сон? В то же время она почувствовала сожаление. Не мог ли этот Чжудань нагадить чуть позже? Она была так близка к тому, чтобы увидеть… «Какой облом». На улице светало, и Тун Цзямин уже начал готовить завтрак. Тун Сюэлу поцеловала маленькую булочку, которая еще крепко спала, и села. Хуан Сянлань пришла как раз тогда, когда девушка закончила приводить себя в порядок. Глаза Тун Сюэлу загорелись, когда она увидела ее. Все это время она не получала никаких вестей от Су Сюин и решила, что та отказалась писать заявление в полицию. Раз решила отказаться, Тун Сюэлу не собиралась продолжать уговаривать ее. Человек должен сам захотеть помочь себе. В последнее время Тун Сюэлу размышляла о том, как ей подыскать себе работу получше, и тут появилась Хуан Сянлань. Она сделала вид, что не понимала, что происходит, и спросила: — Привет, Сянлань, что привело тебя сюда? Все остальные в комплексе с любопытством посмотрели на Хуан Сянлань. Девушка шла так быстро, что ее лицо покраснело от жары. — Товарищ Тун, есть кое-что, о чем я хочу с тобой поговорить, — она понизила голос и добавила: — Это касается моей двоюродной сестры. Тун Сюэлу похлопала ее по руке и сказала «Я понимаю». Она попросила тетю Цай присмотреть за Тун Мяньмянь, взяла свою военную сумку и ушла с Хуан Сянлань. Девушка начала говорить после того, как они вышли за пределы комплекса. — Товарищ Тун, моя двоюродная сестра приняла решение. Она решила донести на этого ублюдка и свекровь. Тун Сюэлу подняла брови: — Что заставило товарища Су принять решение? Раньше она очень сомневалась. Хуан Сянлань вздохнула и сказала: — Я пошла проведать свою кузину после нашего разговора. Хотела рассказать ей о нашем предложении. Когда приехала к ней, то увидела, что она лежит в постели с синяками по всему лицу. Сестра даже не могла встать с кровати. Брови Тун Сюэлу нахмурились. — Этот ублюдок снова избил ее? Хуан Сянлань кивнула, и ее глаза покраснели. — Моя кузина сказала, что ее снова избили на днях. У нее болела спина от удара, и ей было больно всякий раз, когда она двигалась. Но в этот раз сестра решилась не из-за этого. А потому, что этот ублюдок ударил Сяоцю! Су Сюин оставалась там все это время во многом потому, что не хотела бросать свою дочь. Хэ Баогэнь не любил Сяоцю, но он также никогда не бил ее раньше. Однако в этот раз, когда мужчина бил Су Сюин, дочка подбежала, чтобы защитить ее. Хэ Баогэнь сказал ей отойти, но Сяоцю не отошла. В гневе мужчина ударил и свою дочь. ---------- Том 1 Глава 21.5 — Этот ублюдок! Он хуже животного! Сяоцю — его родная дочь. Как он мог?! Перейдя к эмоциональной части, Хуан Сянлань не могла не прикрыть лицо и заплакала. Тун Сюэлу сжала кулаки и глубоко вздохнула. — Как сейчас Сяоцю? С ней все в порядке? Хуан Сянлань вытерла слезы и сказала: — Она потеряла два зуба. Также он повредил ей глаза, из-за чего Сяоцю могла ослепнуть. Это была причина, по которой Су Сюин окончательно приняла решение. «К счастью, она не осталась трусихой до самого конца». Тун Сюэлу вздохнула про себя: — А соседи твоей кузины будут свидетельствовать в ее пользу, если она пойдет писать заявление в полицию? Хуан Сянлань сделала небольшую паузу и покачала головой. — Сомневаюсь. Тун Сюэлу нисколько не удивилась такому ответу. В это время люди никогда бы не стали подстрекать пару к расставанию. Считалось, что лучше снести десять храмов, чем разрушить брак. Самой распространенной реакцией было сказать женщинам, чтобы они терпели. Еще хуже было то, что соседи не только не стали бы свидетельствовать, если бы Су Сюин донесла на мужа и свекровь, но и назвали бы ее злой и неблагодарной. — Когда в последний раз этот… человек избивал твою кузину? Есть ли у нее еще какие-нибудь травмы? Хуан Сянлань немного подумала и ответила: — Рана на лбу уже зажила, но на теле должны остаться синяки. Тун Сюэлу слегка нахмурилась, услышав это. — Этого может быть недостаточно. Прошло уже несколько дней, и раны зажили. Су Сюин говорила другим, что упала сама. Ее поход в полицейский участок сейчас, вероятно, не принесет ничего хорошего. Если… Тун Сюэлу еще не успела ничего сказать, как Хуан Сянлань сказала с покрасневшими глазами: — Моя кузина тоже об этом подумала. Она сказала, чтобы ты пришла в качестве свидетеля. Тогда сестра спровоцирует мужа и свекровь, чтобы они избили ее вместе. Тун Сюэлу: «…» Это был бы способ посадить их обоих одновременно, но это крайняя мера. Видя, что Тун Сюэлу ничего не говорила, Хуан Сянлань забеспокоилась, что девушка не хочет вмешиваться. Она быстро добавила: — Товарищ Тун, я знаю, что это не мое дело просить, но у моей кузины нет другого выбора. Пожалуйста, помоги ей в этот раз! Члены ее семьи не смогли бы быть свидетелями. К тому же, у мужа кузины были связи в полицейском участке. У нее же не было никаких связей, и они никогда не смогли бы одержать верх! Тун Сюэлу успокоила ее: — Не волнуйся. Одно дело, если бы я не знала об этом. Теперь, когда знаю, не стала бы просто стоять в стороне и ничего не делать. Хуан Сянлань выглядела очень благодарной. — Спасибо, товарищ Тун. Я благодарю тебя за свою кузину! Тун Сюэлу махнула рукой. — Мы должны помогать друг другу. Зачем ждать? Я просто приеду сегодня. Давайте пока разделимся. Ты пойдешь и позвонишь своей кузине, а я возьму выходной на заводе. Хуан Сянлань согласилась и уже собиралась уходить. Тун Сюэлу внезапно остановила ее. — Ах да. Ты можешь достать немного куриной или свиной крови в государственном ресторане? Хуан Сянлань кивнула: — Конечно. Сегодня мы получили партию живых цыплят. Через некоторое время шеф-повар их зарежет. — Тогда позволь мне пойти с тобой и взять немного. Хуан Сянлань: «…» *** Когда Вэнь Жугуй вернулся в исследовательский центр с экспериментальной базы, коллега сказал, что ему звонили его дед и некто по имени Пу Цзяньи. Он поблагодарил коллегу и первым делом перезвонил дедушке. Старый господин Вэнь как раз собирался отправиться на шахматную партию со своим товарищем по оружию. Он тут же обернулся, услышав «Жугуй» от дяди Чжуна, и схватил трубку: — Ты, сопляк, все еще помнишь, какой завтра день? Вэнь Жугуй покорно ответил: — День рождения дедушки. Я вернусь сегодня. — Хмпф! Хорошо, — козлиная бородка старого господина Вэнь затряслась. — Но я буду еще более счастлив, если ты сможешь взять с собой Молодую Траву, чтобы отпраздновать мой день рождения! Вэнь Жугуй: «…» Мужчина собирался позвонить Пу Цзяньи после того, как положит трубку. Затем, вспомнив, что все равно будет проходить мимо полицейского участка, он решил просто пойти и поговорить с ним лично. ---------- Том 1 Глава 22.1 Тун Сюэлу отправилась в государственный ресторан вместе с Хуан Сянлань. Случилось так, что повар забивал цыплят. Тун Сюэлу обмакнула вату в куриную кровь и положила ее на лоб, возвращаясь на фабрику. Когда менеджер Ма из швейного цеха увидела ее, она была шокирована. — Что случилось с твоим лбом, Сюэлу? Тун Сюэлу нахмурилась, издавая болезненные звуки. — Менеджер Ма, по дороге сюда на меня наехал велосипед, и у меня на лбу образовалась рана. Я хочу взять отгул и отправиться в больницу, чтобы промыть рану. Менеджер Ма подписала ее имя в листе отгулов и обеспокоенно спросила: — Тебе нужно быть осторожнее. Где тот человек, который сбил? Ты же не позволила ему уйти? — Нет, он сделал это не специально. Заплатил мне десять юаней. Он не смог поехать со мной в больницу, потому что торопился. Менеджер Ма кивнула, услышав это. — Хорошо, так лучше. Тем не менее ты, конечно, несчастный человек. Хорошо, я не буду больше задерживать. Поспеши в больницу. — Спасибо, менеджер Ма. Тун Сюэлу прошла долгий путь от завода, прежде чем выбросить вату и встретиться с Хуан Сянлань на автобусной станции. В последнее время девушка слишком часто брала отгулы, и у других сложилось бы о ней плохое впечатление, если бы она не нашла вескую причину. — Ты сообщила кузине? Хуан Сянлань кивнула: — Да. Я сказала ей, что мы будем там через пару часов, и попросила ее не провоцировать их слишком рано. Услышав это, Тун Сюэлу почувствовала душевную боль и беспомощность. Женщины всегда слабее мужчин, независимо от того, в какую эпоху они жили. Перед переселением Тун Сюэлу прочитала статью в новостях. Жертва домашнего насилия спрыгнула со здания, но так и не смогла получить развод. Теперь Су Сюин должна была навлечь на себя еще одно избиение, чтобы сдать мужа и свекровь. Быть женщиной слишком сложно! Им повезло. Через 10 минут ожидания подошел автобус. Они зашли, купили билеты и сели. Приспособляемость человека просто невероятна. После нескольких поездок Тун Сюэлу уже привыкла к ужасным дорожным условиям. Выйдя из автобуса, они направились прямо к государственному ресторану. Су Сюин была так взволнована, что у нее задрожали руки, когда увидела этих двоих. Девушка повернулась и взяла выходной, прежде чем побежала на встречу с ними. Прошла всего неделя с тех пор, как Тун Сюэлу видела ее в последний раз, и она заметила, что Су Сюин так похудела, что выглядела почти как другой человек. Девушка выглядела растрепанной, на ее лице и в уголках рта было много синяков. На лбу не хватало волос, очевидно, их выдернул муж или свекровь. У Тун Сюэлу от одного взгляда на нее сжались кулаки. Она сказала: — Товарищ Су, ты действительно приняла решение? Бледные губы Су Сюин сложились в прямую линию, и она тяжело кивнула. — Да, я приняла решение. Хочу, чтобы эти два животных понесли заслуженное наказание! Су Сюин многое терпела ради своей дочери, но это животное не должно было бить Сяоцю! Она могла вытерпеть многое, но не смотреть, как били ее дочь. Вместо того чтобы в один прекрасный день умереть вместе с дочерью на их руках, лучше бы она отправила мать и сына в ад своими руками! Тун Сюэлу увидела, что, хотя Су Сюин выглядела растрепанной, на ее лице было очень решительное выражение. — Хорошо, тогда начнем. Су Сюин кивнула, услышав это. Она повернулась и направилась к металлургическому заводу, где работал ее муж. Хуан Сянлань смотрела на спину своей кузины и выглядела очень обеспокоенной. Тун Сюэлу подняла брови. — В чем дело? Ты боишься? Хуан Сянлань закусила губу и ответила: — Ну, не совсем. Просто немного волнуюсь. Если тетя и остальные узнают, будут ли они меня винить? Тун Сюэлу похлопала ее по плечу. — Не волнуйся о том, как на тебя посмотрят другие. Просто знай, что ты спасаешь свою кузину из ужасной ситуации. Помогаешь сестре трудового класса, которая мучилась. Если кто-то обвиняет тебя из-за этого, это значит, что его образ мышления недостаточно прогрессивен. Ты должна верить, что то, что делаешь, благородно и возвышенно! Воодушевленная, Хуан Сянлань с чувством сказала: — Хорошо сказано, товарищ Тун! Я буду иметь в виду твои слова. Если кто-то упрекнет меня в этом, то скажу, что он не прогрессивен! В прошлом она приняла решение помочь двоюродной сестре, но при этом сильно колебалась. Хуан Сянлань боялась, что после того, как мужа кузины посадят в тюрьму, тетя обвинит ее в том, что она разрушила их брак. Слушая слова Тун Сюэлу, девушка почувствовала тепло в сердце и горячее желание бороться. Она должна спасти кузину из безвыходной ситуации! ---------- Том 1 Глава 22.2 Су Сюин прибыла на металлический завод и попросила охранника позвать Хэ Баогэня. Мужчина сразу нахмурился, увидев жену у входа на завод. — Почему ты опять не на работе? Тело Су Сюин задрожало, когда она увидела его злобный взгляд. Но, вспомнив окровавленное лицо дочери в тот день, заставила себя успокоиться. — Я действительно пошла на работу, но кто-то пришел и сказал, что мама упала и ее нужно срочно отвезти в больницу. Я не могу сама ее перенести, поэтому мне пришлось искать тебя. Хэ Баогэнь услышал, что его мать получила травму, поэтому он быстро взял отгул и поспешил с Су Сюин домой. Тун Сюэлу и Хуан Сянлань сначала ждали поблизости, а потом пошли за парой. Они остановились только перед их домом. Тун Сюэлу сказала спутнице: — Подожди здесь. Я пойду туда сама. Поспеши в полицейский участок, когда услышишь шум драки, хорошо? Хуан Сянлань сжала кулаки. — Да. Поторопись и иди! Тун Сюэлу кивнула и пошла в сторону дома Су Сюин. Баогэнь беспокоился о своей матери и спешил домой. Как только мужчина вошел во двор, то увидел, что та сидела, работая над подошвой туфли, и выглядела совершенно здоровой. Он сделал небольшую паузу и сердито посмотрел на Су Сюин. — Что здесь происходит? Разве ты не сказал, что моя мать упала и поранилась? Под его пристальным взглядом Су Сюин сделала шаг назад. Не успела она ответить на его вопрос, как старая госпожа Хэ услышала их голоса и подняла голову. Она спросила озадаченно: — Баогэнь? Почему вы двое дома? Что-то случилось? Баогэнь выглядел очень сердитым. — Все из-за этой стервы. Она сказала мне, что ты упала и поранилась, и тебя нужно срочно отвезти в больницу. Вот почему я взял отгул и вернулся домой! Старая госпожа Хэ вскочила и начала ругать Су Сюин. — Ты проклятая курица, которая не может нести яйца. Проклинаешь меня, чтобы я умерла? Баогэнь, мне кажется, твоя жена становится все смелее и смелее. Теперь она осмеливается проклинать меня. Ты должен преподать ей хороший урок! Хэ Баогэнь уставился на Су Сюин и закричал: — Тебе лучше объясниться. Иначе!.. Хотя Су Сюин мысленно подготовилась, она все еще дрожала, когда пришло время. Девушка глубоко вздохнула и сказала: — Все верно. Я солгала. И попросила тебя вернуться домой, чтобы мы могли поговорить о разводе! Глаза Хэ Баогэня выпучились. — Что ты только что сказала? Попробуй повторить это снова! Су Сюин крепко сжала кулаки и повторила, четко выговаривая каждое слово: — Хэ Баогэнь, я больше не хочу быть с тобой. Я хочу развестись! Шлеп! Су Сюин только закончила говорить последнее слово, как ее ударили по щеке. Хэ Баогэнь был высок, а его ладонь была размером с веер. От его пощечины голова девушки полностью откинулась в сторону. Су Сюин почувствовала, что ее щека горела, а в ухе раздался звон. — Хэ Баогэнь, что бы ты ни сделал сегодня, мы разведемся! Мужчина был так зол, что на его лбу выступили вены. Он снова ударил ее по щеке! Су Сюин не пыталась увернуться. После второго удара ее щека распухла, а из ноздрей хлынула кровь. Она не пыталась вытереть кровь на щеках. Вместо этого сказала так, чтобы услышали ее муж и его мать: — Хэ Баогэнь, ты бесполезный кусок мусора, который только дома умеет злиться. И ты, и твоя мать хуже животных. Я проклинаю вас обоих, чтобы после смерти вы были отправлены в самую глубокую часть ада! Старая госпожа Хэ смотрела, как ее сын преподавал урок Су Сюин, и сначала не собиралась присоединяться. Теперь, когда услышала, как та проклинала ее и сына, она пришла в ярость. — Ты, тварь, не умеющая нести яйца. Я убью тебя! Старая госпожа Хэ подбежала и схватила Су Сюин за волосы. Она вцепилась ногтями в лицо девушки, и на нем тут же появились царапины. Су Сюин почувствовала, что вот-вот останется без волос. Она закричала: — Помогите! Кто-нибудь, помогите! Хэ Баогэнь и его мать собираются убить меня! ---------- Том 1 Глава 22.3 Из-за громкого шума, доносившегося со стороны семьи Хэ, все соседи выбежали из своих дворов. — Старая госпожа Хэ, что происходит на этот раз? — Вот именно. Прекратите уже. Вы всегда можете все обсудить. Сейчас было рабочее время, и вокруг были только старики и дети. Видя, как Хэ Баогэнь и его мать вдвоем избивали Су Сюин, никто не осмеливался подойти и остановить их. Старая госпожа Хэ кричала, как бешеная собака, царапая Су Сюин лицо. — Ты, гнилой кусок товара, родивший бесполезную девчонку только через семь лет. Смеешь говорить о разводе? Тьфу! Су Сюин было очень больно. — Почему не могу развестись? Я проверялась в больнице. Доктор сказал, что со мной все в порядке. Проблема в твоем сыне. Он выглядит высоким и крупным, но не может произвести семена! «Ого! Значит, именно из-за него Су Сюин не может забеременеть». Услышав это, все посмотрели на Хэ Баогэня. Мужчина почувствовал, что потерял лицо, и он снова ударил Су Сюин! Бам! С громким звуком удара Су Сюин отступила на два шага назад и упала на землю. Тун Сюэлу подбежала с шокированным видом. — Как ты можешь так поступать? Хэ Баогэнь бросил на нее злобный взгляд. — Это семейные дела. Не вмешивайся! Сказав это, он сделал шаг вперед, чтобы снова ударить Су Сюин. Та громко застонала, все ее лицо было в крови. Тун Сюэлу беспокоилась, что Су Сюин умрет, если она позволит Хэ Баогэню ударить ее еще раз. — Тебе лучше остановиться прямо сейчас. Если ты хоть пальцем меня тронешь, я напишу заявление в полицию о том, что ты хулиган! Хэ Баогэнь остановился и, стиснув зубы, уставился на Тун Сюэлу. Мужчина должен был беспокоиться о том, что его назовут хулиганом, но это не относилось к старой госпоже Хэ. Она уставилась на Тун Сюэлу и закричала: — Можешь вмешиваться в дела неба, земли, кошек и собак, но кто ты такая, чтобы вмешиваться в дела моей семьи Хэ? — Бить людей — неправильно! Это новое общество. Не могу поверить, что ты все еще бьешь свою невестку. Я собираюсь подать на вас заявление в полицию! — Это не твое дело! Не твое дело! — старая госпожа Хэ в гневе подбежала к Тун Сюэлу, пытаясь расцарапать ей лицо. Тун Сюэлу притворилась испуганной и закричала. — Помогите мне! Она собирается убить меня! Кто-нибудь, помогите! Девушка бешено размахивала руками и ногами и вдруг случайно ударила ногой старую госпожу Хэ. Этот удар отправил ее в полет! Она упала на землю. Старая госпожа Хэ застонала и закричала: — А-а-а. Моя талия! Баогэнь, убей эту дрянь ради меня! Увидев, что старую госпожу Хэ ударили, мужчина пришел в ярость. Он сжал кулаки так сильно, что они издавали треск. — Стерва, кто сказал, что ты можешь вмешиваться в дела нашей семьи? Неужели думаешь, что я не смогу убить тебя одной пощечиной? Тун Сюэлу хмыкнула и посмотрела на его паховую область. — Мужчины, которые не хотят лица*, непобедимы. Посмотри на себя. Ты не можешь произвести семя, но у тебя хватает наглости обвинять в этом свою жену. Тьфу. Как бесстыдно! П.п.: бесстыдны Сказав это, она повернулась и убежала прежде, чем Хэ Баогэнь успел все понять. Гнев всколыхнулся в голове Хэ Баогэня, его лицо стало пурпурно-красноватым. Он сразу же погнался за ней. — Стой! Клянусь, я убью тебя сегодня! Тун Сюэлу бежала так быстро, как только могла. Когда достигла входа, то спряталась с одной стороны. Услышав приближающиеся шаги, она мысленно посчитала: «Три, два, один…» Когда Хэ Баогэнь уже собирался выйти из двери, она высунула ногу… Бам! Раздался громкий звук. Неподготовленный Хэ Баогэнь споткнулся, упал вперед и сильно ударился лицом о землю. Мужчина почувствовал, что у него сломан нос. Это было больно и неприятно, поэтому он начал кричать: — Ах ты, стерва!.. — Твоя мать — стерва! — Тун Сюэлу прервала его. — Ты бесплоден, но хочешь иметь много детей и внуков. Я никогда не видела никого, кто бы так отчаянно хотел вырастить чужих детей! Хэ Баогэнь был в ярости. Вены пульсировали на его голове. — Я убью тебя! Любой мужчина был бы в ярости, если бы его неоднократно называли бесплодным! Хэ Баогэнь поднялся на ноги, чтобы ударить Тун Сюэлу. ---------- Том 1 Глава 22.4 Тун Сюэлу снова повернулась, чтобы бежать, и на бегу закричала: — Помогите мне! Кто-то пытается убить меня. Помогите, пожалуйста! Сердце Тун Сюэлу колотилось, когда за ней гнался психопат-бытовой насильник. К счастью, она увидела двух полицейских, бегущих к ней сразу после того, как завернула за угол. Девушка быстро закричала: — Помогите мне, товарищи полицейские! Кто-то пытается меня убить! Два товарища полицейских, услышав ее крик, побежали к ней еще быстрее. В ярости Хэ Баогэнь не слышал, что говорила Тун Сюэлу. Он увидел полицейских, стоявших рядом с ней, только после того, как догнал ее. Его лицо мгновенно изменило цвет. Тун Сюэлу указала прямо на Хэ Баогэня и сказала: — Товарищи полицейские, это он! Это он пытался меня убить! Хэ Баогэнь сразу же отступил: — Товарищи полицейские, это неправда. Я преследую эту женщину только потому, что она ударила мою мать! Глаза Тун Сюэлу покраснели: — Товарищи полицейские, он лжет! Я проходила здесь мимо и услышала, как кто-то кричит о помощи. Пошла посмотреть и увидела, что этот мужчина и его мать вместе избивали женщину. Лицо женщины было в крови. Я забежала внутрь, чтобы попытаться остановить их, а они кричали на меня, что я вмешиваюсь в их дела. Его мать тоже хотела меня ударить. Я случайно слегка толкнула ее, и этот мужчина начал преследовать меня, говоря, что хочет меня убить. Думаю, вы тоже это слышали. Я была так напугана! Она начала вытирать слезы, пока говорила. Оба полицейских видели, как хрупка была Тун Сюэлу и как она тряслась от страха, когда плакала. Хэ Баогэнь, напротив, выглядел злобным. Они также слышали его крики, когда приближались. По сравнению с ним, полицейские больше поддерживали Тун Сюэлу. Они выкрутили Хэ Баогэню руки и потащили его обратно во двор. Старая госпожа Хэ становилась все злее и злее после ухода сына. Она забралась на Су Сюин и ударила ее, крича при этом: — Ты, старая курица, не умеющая нести яйца! Смеешь говорить о разводе? Да? Я забью тебя до смерти! Шлеп! Шлеп! Шлеп! Она несколько раз ударила Су Сюин по щекам. Та не пыталась уклониться или бороться. Она знала, что товарищи полицейские уже почти на месте. Чем сильнее будет избита, тем суровее будет наказание для этих двух мерзавцев. Ее уже столько раз били. Еще один последний раз, и она и ее дочь будут свободны! Вот такую картину увидели Тун Сюэлу и двое полицейских, когда пришли. Девушка сняла туфлю и направила ее на лицо старой госпожи Хэ. — Товарищи полицейские, теперь вы видите это своими глазами. Мы находимся в новом обществе, а эта старуха избивает других. Она совсем не уважает законы! Ее туфля попала прямо в лицо старой госпоже Хэ! Женщина громко закричала, ее нос сильно болел. Она думала, что Тун Сюэлу просто блефовала, когда сказала «товарищи полицейские». Но, подняв голову, увидела, как двое полицейских выкручивали руку ее сыну. Вздрогнув, женщина чуть не описалась! К ней подошел полицейский: — Вставайте и пройдемте с нами в участок! Лицо старой госпожи Хэ побледнело, а руки затряслись, как у человека с болезнью Паркинсона. — Товарищи полицейские, я не применяла насилия. Она моя невестка. Это все обычная семейная драма. Можете спросить у нее! Как только она это сказала, Су Сюин села с окровавленным лицом и решительно заявила: — Товарищи полицейские, я хочу подать жалобу на Хэ Баогэня. А Ван Цзихуа вернулась к обычаям старого общества и издевается над невесткой дома. Вы можете видеть раны на моем лице и теле. Они сделали все это! Тун Сюэлу поддержала ее: — Я могу это подтвердить! Эта женщина-товарищ уже лежала на земле, а этот мужчина все не останавливался. Мы сейчас живем в новом обществе, и наш председатель сказал, что женщины могут держать половину неба. Я не могу поверить, что все еще есть те, кто может полностью игнорировать закон и издеваться над женщинами так, как это делали они. Я считаю, что их должны приговорить к смертной казни! Когда Хэ Баогэнь и старая госпожа Хэ услышали слова «смертная казнь», они оба сразу же побледнели, а их глаза выпучились. ---------- Том 1 Глава 22.5 Старая госпожа Хэ говорила сквозь стиснутые зубы: — Ты сошла с ума от долгой болезни, Сюин? Мы — твоя ближайшая семья, а Баогэнь — отец Сяоцю. Ты не можешь просто так разглагольствовать перед товарищами полицейскими! «Теперь хочешь притвориться доброй?» Су Сюин посмотрела на старую госпожу Хэ и усмехнулась: — Товарищ полицейский, я ничего не выдумываю. Это они меня избивали, и не один раз. Все травмы на моем теле были нанесены ими двумя. Я хочу написать заявление в полицию. Пожалуйста, арестуйте их! Старая госпожа Хэ была рассержена и напугана. Она начала плакать: — О, Отец Небесный, что я сделала, чтобы заслужить это? Мы привели в нашу семью такую бессовестную невестку! Все, придите и посмотрите на это. Она пытается сдать своего мужа и свекровь. Пытается убить всю мою семью! Собравшиеся не ожидали такого поворота событий. Они все заговорили, чтобы сгладить ситуацию. — Сюин, ты всегда можешь все обсудить. Не нужно привлекать полицию. — Вот именно, вы же семья. Можете решить все между собой. Поторопись и проясни все с товарищами полицейскими! Старая госпожа была глупа. Она все еще думала, что сможет привлечь остальных, чтобы оказать давление на Су Сюин в этот момент. Однако та уже все решила. Никто вокруг не мог ее переубедить. Старая госпожа Хэ хотела продолжать жаловаться, но ее остановил мужчина-полицейский. — Замолчите уже. Вы сможете сделать заявление, когда мы вернемся в участок! Старая госпожа Хэ была похожа на цыпленка с пережатой шеей. Ее голос застрял в середине горла. Это было очень ужасное чувство. Хэ Баогэня и его мать отвели в полицейский участок. Вместе с ними были Тун Сюэлу, Су Сюин и соседи семьи Хэ. *** В полицейском участке. Пу Цзяньи был удивлен, когда увидел Вэнь Жугуя, появившегося у входа в его кабинет: — Что ты здесь делаешь, Жугуй? Голос мужчины был бесстрастным: — Завтра у дедушки день рождения. Мне нужно вернуться домой, а участок как раз по пути. О чем ты хотел поговорить? Пу Цзяньи сказал в преувеличенной манере: — Ты только что сказал двадцать шесть слов за один раз? Ну, это точно редкость! Вэнь Жугуй проигнорировал его преувеличение. Он вошел в кабинет и сел в кресло. — Говори. Что такое? Пу Цзяньи почесал голову: — Я звонил, потому что хотел поговорить с тобой о твоем товарище Тун. На лице Вэнь Жугуя наконец-то можно было заметить намек на эмоции. Его брови слегка приподнялись, и он сказал: — Подробнее. Пу Цзяньи усмехнулся: — Это долгая история… Я на днях встретил товарища Тун на вокзале и спросил у нее, твоя ли она девушка? Угадай, что мне ответили! Темные ресницы Вэнь Жугуя были опущены. Он не произнес ни слова. Пу Цзяньи подражал Тун Сюэлу и сказал: — Она ответила: «Да, мы встречаемся уже больше года». Ты бы видел ее. Она выглядела такой застенчивой. Кто бы мог подумать, что это все ложь? Это было подло с ее стороны, верно? Вэнь Жугуй заметил: — Не подло. Просто ты глупый. «?» Пу Цзяньи хотел выставить себя в лучшем свете. — Это не я глуп. Она просто играла не по правилам, понимаешь? Какая девушка станет шутить так, что это может повредить ее репутации? Тон Вэнь Жугуя был сдержанным: — Что случилось после этого? Пу Цзяньи почувствовал, как запылали его щеки, когда он вспомнил, что произошло в тот день. — Тогда она спросила меня, откуда я узнал о ней. И даже сделала испуганный вид. Я боялся, что она позовет на помощь, поэтому рассказал о том, что ты попросил меня помочь ей. Вэнь Жугуй поднял брови. — И ты все еще настаиваешь на том, что не глупый? Пу Цзяньи: «…» ---------- Том 1 Глава 22.6 Улыбка Пу Цзяньи рассыпалась. — Я был застигнут врасплох. Товарищ Тун была такой нежной на вид девушкой. Я не знал, что она так меня обманет! Но в одном точно уверен. Я думаю, что она заинтересована в тебе. Вэнь Жугуй нахмурился. — Это не смешно! Пу Цзяньи не отступал. — Я серьезно! Если бы она не была заинтересована в тебе, зачем бы сказала, что вы встречаетесь уже год? Если об этом станет известно, как вы оба сможете найти себе пару? Ах да, товарищ Тун заинтересовалась тобой, потому что узнала о твоем семейном происхождении? Вэнь Жугуй окинул его холодным взглядом. — Товарищ Тун не такой человек. Она также не такая интриганка, как ты. Пу Цзяньи: «…» «Отлично. Во всем виноват я». «Они еще даже не вместе, а он уже так заботится о ней. Что же будет, когда станут парой?» Вэнь Жугуй встал и сказал: — Ну, если больше ничего нет, то я ухожу. Не будь таким глупым в будущем! Пу Цзяньи: (╥ω╥) Не обращая на него внимания, Вэнь Жугуй вышел из офиса, шагая длинными ногами. Проходя мимо комнаты для допросов, он услышал четкий голос. — Боитесь, что обидите семью Хэ, если дадите показания в пользу товарища Су? Позвольте предупредить вас. Если не скажете правду, это будет лжесвидетельство, а лжесвидетельство карается по закону! «Почему голос показался таким знакомым?» Вэнь Жугуй остановился и заглянул в комнату. Он увидел профиль стройной фигуры. Ее черные волосы были заплетены в косу и лежали на груди. А светлая кожа, контрастирующая с черными волосами, сияла. Вэнь Жугуй заметил маленькую красную родинку под уголком глаза. Ее ресницы были длинными и густыми. Когда она закрывала глаза, родинку не было видно. Она то появлялась, то исчезала. Это напомнило ему цветы красной сливы на снежной горе. Услышав ее слова, присутствующие в комнате забеспокоились. — Товарищ, это все еще будет лжесвидетельством, если мы ничего не скажем? — Конечно! Вы все видели, как избивали товарища Су Сюин, но сказали, что ничего не знаете. Если это не лжесвидетельство, то что тогда? В нашем обществе есть законы. Если вы осмелитесь нарушить их, вас отправят в деревню на перевоспитание! — Товарищ, дело не в том, что мы не хотим помочь Су Сюин. Ее жалко, но мы также боимся! — Вот именно, товарищ. Вы не знаете, но у семьи Хэ есть родственник, который работает полицейским. Мы не знаем, будет ли он мстить, когда Хэ Баогэня освободят. Тун Сюэлу подняла брови. — Кем он работает? — Я не знаю. Думаю, он административный работник. Тун Сюэлу усмехнулась: — Вы боитесь административного персонала? Друг моего парня — капитан уголовного розыска! Позвольте мне сказать вам. Если будете говорить правду, я гарантирую, что никто не будет к вам придираться! — Вы уверены в этом, товарищ? — Конечно, это правда. Фамилия моего парня — Вэнь. Капитан — его приятель, который вырос вместе с ним. Думаете, он будет стоять в стороне, когда надо мной издеваются? Сказав это, Тун Сюэлу почувствовала, что кто-то смотрел на нее. Она рефлекторно оглянулась, но никого не увидела. Девушка покачала головой и подумала, что была слишком чувствительна. Выходя из полицейского участка, Вэнь Жугуй чувствовал, что слова Пу Цзяньи повторялись в его голове, как заезженная пластинка… «Я чувствую, что товарищ Тун заинтересована в тебе! Если бы это было не так, зачем бы она сказала, что вы встречались больше года?» Яркие солнечные лучи падали на него, и его темные ресницы дрожали. «Неужели она действительно заинтересовалась им?» Тут ему в голову пришла еще одна мысль, и его ресницы снова затрепетали. Он все еще сохранял бесстрастное выражение лица, но кончики его ушей неудержимо покраснели. ---------- Том 1 Глава 23.1 Тун Сюэлу сделала все возможное, чтобы убедить соседей Су Сюин. По правде говоря, Хэ Баогэня и его мать могли бросить в тюрьму, имея на руках только свидетельские показания Тун Сюэлу и телесные повреждения Су Сюин. Просто приговор был бы не очень серьезным. Было бы лучше, если бы соседи могли дать показания. Разовое домашнее насилие сильно отличалось от длительного домашнего насилия. Хэ Баогэнь и его мать вызвали отвращение у Тун Сюэлу. Она была потрясена и разгневана, когда, выбежав во двор, увидела Су Сюин, лежащую на земле с залитым кровью лицом. Девушка думала, что каким бы ужасным человеком ни был Хэ Баогэнь, он все равно будет сдерживать себя, когда дело касалось его жены. Оказалось, что он был хуже животного! Именно по этой причине она хотела убедить остальных. Так или иначе, Тун Сюэлу хотела, чтобы они оказались в тюрьме. Она позаимствовала имена Вэнь Жугуя и Пу Цзяньи, но ее намерения были чисты. Возможно, если они узнают, это не слишком их обеспокоит. Тем не менее, вспомнив о неприятном инциденте, Тун Сюэлу решила не связываться с ними. После показаний Тун Сюэлу и соседей, а также двух полицейских, которые видели, как старуха Хэ избивала Су Сюин, подозрений по этому делу больше не возникало, поэтому Хэ Баогэня и его мать немедленно решили посадить под замок. Когда их забирали, старая госпожа Хэ указывала на Су Сюин, выкрикивала всякие ругательства и проклинала, что та умрет ужасной смертью. Хэ Баогэнь, напротив, не стал кричать на нее. Вместо этого он опустился перед ней на колени. — Сюин, я знаю, что был неправ. Пожалуйста, прости меня в этот раз. Знаю, что не должен был бить тебя. Я понятия не имею, почему сделал это. Су Сюин не ожидала, что он встанет перед ней на колени. Она сильно прикусила губу, а ее руки сжались в кулаки. Видя, что девушка не издала ни звука, у Хэ Баогэня возникла идея, и он несколько раз сильно ударил себя. — Сюин, мне очень жаль! Сяоцю всего три года. Ей нужен отец. Если бы и я, и моя мама попали в тюрьму, другие бы рассказали, что нас посадила туда ее собственная мать. Как ты думаешь, как люди посмотрят на Сяоцю? Су Сюин плотно сжала губы, в ее глазах была видна борьба. Она никак не отреагировала, когда увидела Хэ Баогэня, стоящего на коленях, но теперь, когда тот упомянул их дочь, ее веки начали неудержимо дрожать. Видя, что Су Сюин начала колебаться, Хэ Баогэнь быстро продолжил: — Сюин, ради ребенка прости нас с матерью. Я обещаю, что никогда и пальцем не трону ни тебя, ни ее. Отныне будешь иметь полное право голоса в доме. Разве ты не говорила, что хочешь купить Сяоцю новую одежду? Мы можем пойти и купить ее прямо сейчас. Что скажешь? Видя, что кузина начала колебаться, Хуан Сянлань занервничала. Она посмотрела на Тун Сюэлу, надеясь, что та поможет ее убедить. Тун Сюэлу с отсутствующим выражением лица сделала вид, что не заметила взгляда Хуан Сянлань. Су Сюин должна была сделать это сама, иначе никто не смог бы ее спасти. Если бы она решила простить Хэ Баогэня, Тун Сюэлу в будущем и пальцем не пошевелила бы, даже если бы тот избил ее до смерти. В вестибюле полицейского участка царила тишина. Все затаили дыхание и смотрели на Су Сюин. В тот момент, когда Хэ Баогэнь увидел клочок света, Су Сюин неожиданно усмехнулась и сказала сквозь стиснутые зубы: — Хэ Баогэнь, ты действительно думаешь, что скажешь несколько слов, и я тебя прощу? В. Твоих. Мечтах! После этих слов она повернулась и убежала. Хуан Сянлань быстро последовала за ней. — Су Сюин, ты, тварь! Вернись! Хэ Баогэнь не думал, что Су Сюин не простит его даже после того, как он даст себе пощечину. Его лицо было красным, как вареная свиная голова. Полицейский подошел и поднял его с пола. Он грубо сказал Хэ Баогэню: — Ведите себя тихо. Ругаетесь в полицейском участке. Кем себя возомнили? Хэ Баогэня и его мать быстро увели. ---------- Том 1 Глава 23.2 Пу Цзяньи вышел из своего кабинета с документами и поднял голову. Вдруг он увидел девушку, которая шла в его сторону из вестибюля. Стройное тело, красивое лицо… Он ненадолго замер. «Не товарищ ли это Тун Сюэлу? Что она делала здесь на этот раз?» Он как раз собирался подойти к ней, когда Тун Сюэлу окружила группа людей. Ему ничего не оставалось, как отказаться от своей идеи. Соседи Су Сюин окружили Тун Сюэлу и стали рекомендовать ей своих сыновей или родственников. — Товарищ, разве ты не говорила, что друг твоего парня — капитан в этом полицейском участке? У меня есть племянник, который хотел бы поступить на службу. Как ты думаешь, можно ли его как-то порекомендовать? — Товарищ, мой сын служил в армии, и ему трудно найти работу после демобилизации. Он особенно силен и здоров. Если хочешь кого-нибудь порекомендовать, то выбери его! — Товарищ, я… Тун Сюэлу чувствовала себя так, будто вокруг ее ушей жужжали мухи, и, наконец, когда ей все это надоело, сказала: — Конечно, нет. Он капитан и отвечает за расследование и поиск преступников. Откуда у него время на такие дела? Кто-то тут же спросил: — Как же тогда у него нашлось время, чтобы помочь тебе? Тун Сюэлу подняла свои тонкие брови. — Это не одно и то же. Я девушка его друга. К тому же, я красивая. Капитан не любит некрасивых людей. Если вы считаете себя красивее меня, не стесняйтесь, сами к нему подойдите. Сказав это, Тун Сюэлу проигнорировала всех и ушла. Все остальные: «…» Су Сюин далеко не ушла. Выйдя из полицейского участка, она остановилась. Хуан Сянлань подошла к ней и запаниковала, увидев ее залитое слезами лицо. — Кузина, в чем дело? Ты… ты теперь жалеешь об этом? Су Сюин вытерла слезы и покачала головой. — Нет, не жалею об этом. Я просто почувствовала неописуемую грусть. Она почти сломалась, когда Хэ Баогэнь на коленях просил у нее прощения и обещал, что в будущем будет хорошо относиться к ней и ее дочери. У них была своя доля хороших времен, прежде чем они поженились. Много раз она не могла понять, что произошло, и как они оказались там, где оказались сейчас! Хуан Сянлань была одинока и никогда не состояла в отношениях. Она понятия не имела, что сказать своей кузине. Они немного посидели на корточках на обочине дороги, и тут вышла Тун Сюэлу. Девушка увидела, что глаза Су Сюин покраснели, очевидно, от слез, но спрашивать не стала. Заметив, что Тун Сюэлу шла в ее сторону, Су Сюин быстро собралась и сказала: — Большое спасибо за все, товарищ Тун! Тун Сюэлу помахала рукой. — Мы все сестры рабочего класса. Это правильно, что я помогаю тебе. Не нужно благодарить меня. Но тебе лучше поторопиться, продать должность своего мужчины и быстро развестись с ним, пока не объявили приговор! Тун Сюэлу не беспокоилась о том, будет ли этот человек преследовать Су Сюин и ее дочь, когда выйдет на свободу через пару лет. Реформы в Китае произойдут через пару лет. Если Су Сюин действительно беспокоилась, что Хэ Баогэнь будет домогаться ее и ее дочери, она вполне могла переехать с дочерью в другое место. Су Сюин сделала небольшую паузу и сказала: — Я так рада, что ты напомнила мне об этом, товарищ Тун. Иначе мне бы это и в голову не пришло. Ах да, я слышала, что ты ищешь с кем бы поменяться должностью. Что думаешь о работе в государственном ресторане? Сердце Тун Сюэлу подпрыгнуло, но внешне она вела себя очень спокойно. — Почему? Ты думаешь о переходе? Су Сюин кивнула. — Теперь, когда я сообщила о свекрови и муже, то не могу больше оставаться на той же работе. Мне также нужно будет найти новое место жительства. Я бы не хотела, чтобы мой ребенок слышал, что обо мне говорят другие. В первую очередь она беспокоилась о своей дочери. Они не смогут полностью избежать этого, сменив место жительства, но это хотя бы немного поможет. ---------- Том 1 Глава 23.3 Тун Сюэлу не любила затягивать процесс. — Я люблю готовить, но моя работа — на фабрике по производству тканей. Это не будет честной сделкой между нами двумя. Почему бы мне просто не купить у тебя ее за наличные? Су Сюин быстро замахала руками: — Нет, нет, нет. Ты так много мне помогла, товарищ Тун. Я не могу взять у тебя деньги! Тун Сюэлу дважды поднимала этот вопрос, но Су Сюин настаивала на том, чтобы не принимать от нее денег. Девушке ничего не оставалось, как отказаться от этой идеи. В конце концов, они договорились поменяться местами, как только Су Сюин обо всем позаботится. Су Сюин хотела пригласить Тун Сюэлу на обед, но девушка точно знала, что у другой стороны и так было много дел. Поэтому она отказалась от ее предложения. Хуан Сянлань хотела остаться и составить Су Сюин компанию, поэтому Тун Сюэлу планировала вернуться домой одна. Она вдруг вспомнила, как Вэнь Жугуй помог ей. Развернувшись на месте, девушка вернулась в полицейский участок. Тун Сюэлу спросила, где кабинет Пу Цзяньи, и направилась прямо туда. Мужчина был ошеломлен, увидев ее снова. — Как получилось, что ты вернулась? Услышав его слова, Тун Сюэлу слегка нахмурилась. — Значит, товарищ Пу знал, что я была здесь сегодня? — Я видел тебя раньше, — Пу Цзяньи поднял брови и заговорил: — Ты столкнулась с Жугуем в участке? «Вэнь Жугуй был здесь?» Тун Сюэлу немного опешила. После того, как она вспомнила сон, который приснился ей накануне вечером, ее щеки начали неудержимо гореть. Вдруг она снова нахмурилась. «Вэнь Жугуй же не слышал, что я сказала?» Пу Цзяньи посмотрел на нее с сомнением. — Товарищ Тун? Ты слышала, что я только что сказал? Тун Сюэлу опомнилась и приняла спокойный вид. — Да, слышала. Я не сталкивалась с товарищем Вэнь. Когда он ушел? — О, некоторое время назад, — Пу Цзяньи продолжал пристально смотреть на нее. — Скажи, товарищ Тун, что ты думаешь о Жугуе? Тун Сюэлу немного подумала и ответила: — Товарищ Вэнь — хороший парень. Пу Цзяньи: «…» Присвоив Вэнь Жугую карточку хорошего парня, Тун Сюэлу перешла к причине, по которой она там оказалась. — Я пришла, чтобы узнать, есть ли какие-нибудь блюда, которые особенно нравятся товарищу Вэнь. Он мне очень помог, и я хотела бы приготовить для него какую-нибудь еду, чтобы отблагодарить его. У Пу Цзяньи был взволнованный вид, он спросил: — Товарищ Тун собирается готовить для Жугуя? Тун Сюэлу поправила его: — В знак благодарности. Пу Цзяньи автоматически отфильтровал эту часть. — Жугуй любит рыбу! Тун Сюэлу немного подумала и спросила: — А он может есть острую пищу? Пу Цзяньи кивнул. — Думаю, да, но ничего слишком острого. «К счастью, Вэнь Жугуй может справиться с острой пищей». Губы Тун Сюэлу изогнулись в улыбке. — Спасибо, товарищ Пу. Тогда я пойду. Пу Цзяньи: «…» «И это все? Вот так просто?» Он был тем, кто на самом деле выполнял работу! Разве она не должна была дать ему немного еды? Это было ужасно! Он был в ярости. *** Вэнь Жугуй вернулся в военный городок. Едва переступив порог, он увидел горшок с зеленой травой на обеденном столе. Потом еще один на тумбе рядом с телевизором. Вэнь Жугуй в недоумении повернулся и спросил: — Дядя Цзун, я думал, что у нас всегда были только цветы. Почему вдруг появились эти два горшка с травой? Дядя Цзун выглянул наружу. Убедившись, что старого господина Вэнь нигде не было видно, он произнес низким голосом: — Командир сказал принести два горшка с травой, чтобы они напоминали тебе. Вэнь Жугуй засомневался: — Напоминали мне? Дядя Цзун тяжело кивнул. — Напоминали, чтобы ты как-нибудь привел домой молодую траву! Вэнь Жугуй: «…» Это было очень похоже на то, что сделал бы его дед. Дядя Цзун вздохнул. — Командующий не становится моложе. Он всегда говорит, что беспокоится о том, что не сможет увидеть своего правнука. Мне грустно каждый раз, когда я слышу это от него. Знаю, что тебе не нравится, что мы тебя так пилим, но ты уже не молод. В какой-то момент придется найти кого-то, кто будет о тебе заботиться. Разве я не прав? Вэнь Жугуй некоторое время молчал. Немного подумав, он сказал: — Я понял. Затем он повернулся и пошел наверх. Дядя Цзун: «!» ---------- Том 1 Глава 23.4 Дядя Цзун был ошеломлен. Вэнь Жугуй всегда возмущался темой женитьбы, но что он только что сказал? Что все «понял»?! «Я должен поторопиться и сообщить эту радостную новость командиру». Дядя Цзун уже собирался выйти из дома, когда увидел, что старый господин Вэнь возвращался, напевая какую-то мелодию. Дядя Цзун остановил его: — Командир, похоже, вы в хорошем расположении духа. Старый господин Вэнь погладил свою козлиную бородку и улыбнулся: — Лао Цзян проиграл мне сегодня пять шахматных партий. Какой бесполезный человек! Дядя Цзун решил воспользоваться случаем и поделился хорошими новостями. Когда старый господин Вэнь услышал эту новость, его глаза широко расширились. — Он действительно так сказал? Дядя Цзун многократно кивнул. — Да. Жугуй стоял прямо здесь, смотрел на этот горшок с травой, и я сказал ему это. И он ответил, что все понимает! Старый господин Вэнь посмотрел на горшок с зеленой травой и вдруг разразился смехом. — Ха-ха-ха… Я так и знал. Я знал, что свежая трава вокруг поможет! Сяо Цзун, поторопись и принеси еще травы. Самой свежей. И отправь пару горшков в комнату Жугуя, чтобы он мог смотреть на них каждый день! Также пусть возьмет пару горшков с собой, когда вернется на базу! «Пусть каждый день смотрит на эту молодую нежную траву, чтобы она напоминала ему!» Дядя Цзун быстро согласился. — Хорошо. Я пойду принесу еще немного зеленой травы! Старый господин Вэнь поправил его: — Не зеленой травы, а молодой травы! — Да, командир! К тому времени, когда Вэнь Жугуй спустился к ужину, вокруг дома было еще больше горшков с зеленой травой. Вся гостиная была покрыта зеленью… *** Поскольку было еще рано, Тун Сюэлу решила не спешить возвращаться домой. Скорее, она собиралась поискать сдаваемое в аренду жилье. После того как девушка поменяется работой с Су Сюин, ее семья из четырех человек должна будет переехать в город. Работа в государственном ресторане не обеспечивала жилье. Дом Су Сюин был ее собственностью. Скорее всего, она продаст его, когда продаст должность мужа. Но даже если бы Су Сюин не собиралась продавать дом, Тун Сюэлу не захотела бы арендовать у нее. Здание было очень старым и находилось в еще большем беспорядке, чем их нынешний дом в комплексе. Двор был завален всякой всячиной и выглядел грязным и неухоженным. Тун Сюэлу хотела переехать в уединенное место, чтобы не беспокоиться о том, что другие смотрели на нее, когда она готовила еду. Кроме того, ей не нравились эти холодные и далекие соседи. Девушка не хотела бы снимать дом у Су Сюин, если бы у нее был выбор. Если она собиралась работать в государственном ресторане, то ей лучше жить рядом с ним. Приняв решение, Тун Сюэлу направилась в южную часть города. В отличие от будущего, сейчас дома в столице были невысокими и стояли плотно. Ни о какой планировке города не могло быть и речи. Тун Сюэлу обошла все жилые районы в округе, много расспрашивала, но так и не увидела ни одного места для аренды. Она не могла не вспомнить об объявлениях и агентствах недвижимости, которые были повсюду в будущем. Наконец одна женщина средних лет посоветовала ей пойти и поспрашивать в Управлении жилищного хозяйства. Возможно, там были дома в аренду или на продажу. Был уже почти полдень. Обеспокоенная тем, что работники управления жилищного хозяйства собирались на обеденный перерыв, Тун Сюэлу поспешила туда. Она уже собиралась войти в офис, когда столкнулась с выходящим оттуда мужчиной. Тот был высоким и коренастым, и хотя после столкновения у Тун Сюэлу не было звезд перед глазами, лоб у нее болел. Несмотря на это, именно она столкнулась с другим человеком, поэтому девушка извинилась первой: — Мне очень жаль. Я сделала это не специально. Вы в порядке? Сяо Чэнпин как раз собирался сказать, что с ним все в порядке, когда увидел внешность Тун Сюэлу. — А? — он наклонился и внимательно посмотрел на ее лицо. Тун Сюэлу почувствовала себя оскорбленной, и ей стало не по себе. Прежде чем она успела что-то сказать, он указал на нее и крикнул: — Это ты, Плакса! «Плакса? Какого черта?» ---------- Том 1 Глава 24.1 Тун Сюэлу нахмурилась и посмотрела на мужчину, стоявшего перед ней. Он был высоким, хорошо сложенным и с бритой головой. У него были маленькие глаза и большой нос, и его черты лица плохо сочетались друг с другом. Но дело было не в этом, а в том, что он показался ей знакомым, но она не могла сразу определить, кто это. — Простите. Вы ошиблись. После этих слов она уже собиралась обойти его. Сяо Чэнпин остановил ее: — Не может быть, чтобы я ошибся человеком. Это ты, Тун Сюэлу! Девушка, наконец, внимательно изучила его и вспомнила, кто он такой. Это был сын главы Главного управления логистики. Он был на четыре года старше первоначальной владелицы и вырос вместе с ней в комплексе. Сяо Чэнпин с детства отличался высоким ростом и был задирой в поселке. Он любил издеваться над другими детьми. Первоначальная хозяйка была одной из его жертв, поэтому она начинала плакать всякий раз, когда видела его. Отсюда и прозвище Плакса. Несколько лет назад Сяо Чэнпин поступил на военную службу и последние пару лет не возвращался. Сейчас он выглядел гораздо взрослее. Из-за этого Тун Сюэлу не сразу его узнала, а также из-за того, что первоначальная владелица смотрела только на Фан Вэньюаня. Видя, что она ничего не говорила, Сяо Чэнпин посмотрел на нее своими маленькими глазками-бусинками и спросил: — Почему ты молчишь? Не говори мне, что уже забыла обо мне?! — Нет! Вовсе нет. Даже хорошие собаки не загораживают дорогу. Шевелись. Двигайся, или я доложу в армию, что ты хулиганишь. Сказав это, Тун Сюэлу проигнорировала его и обошла вокруг него. Сяо Чэнпин выглядел так, будто у него заболел зуб. — Ты, Плакса! Сказала, что не помнишь, кто я! Тогда откуда ты знаешь, что я поступил в армию? Надо же, никогда бы не подумал, что маленькая плакса всего за два года превратится в маленький острый перчик! Мужчина рядом с ним спросил: — Кузен, кто это? Почему она такая злая? Назвала тебя собакой. Хочешь, чтобы я пошел и проучил ее? Сяо Чэнпин бросил на него взгляд. — Какой урок? Ты что, бандит какой-то? Кузен: «?» Сяо Чэнпин хмыкнул и сказал: — Не забывай, что ты мужчина и должен быть более снисходительным. Разве тебе не стыдно быть мелочным, как женщина? Кузен: «…» Ладно, он должен был просто держать рот на замке! «Просто притворюсь, что ничего не видел». Сяо Чэнпин заглянул внутрь и вдруг сказал: — Странно. Что Плакса делает в офисе управления жильем? Она хочет купить дом? — Кузен, хочешь, я пойду и поспрашиваю тайком? Сяо Чэнпин поднял брови: — Зачем нам тайно расспрашивать? Что у тебя происходит в голове все время? Мы должны быть честными людьми и поступать по совести! Кузен: «…» Он прикусил язык и больше ничего не говорил. *** Войдя в офис управления жилищным фондом, Тун Сюэлу рассказала о цели своего визита. Административным работником была женщина в возрасте 27-28 лет, ее взгляд окинул светлое лицо Тун Сюэлу. Она сказала высокомерным и холодным тоном: — Здесь нет мест для аренды. Только дома на продажу. У тебя есть деньги? Тун Сюэлу достала пару молочных конфет «Белый кролик» и протянула ей. Улыбаясь, она сказала: — Младшая сестра, как замечательно, что у тебя есть такая хорошая работа в столь юном возрасте! Цзоу Фанъюнь была немного ошеломлена, затем застенчиво ответила: — О чем ты говоришь? Моему сыну уже восемь лет. Почему ты обращаешься ко мне как к младшей сестре? Тун Сюэлу выглядела очень удивленной. — Не может быть! У тебя такая светлая кожа, она сияет. Я думала, что ты младше меня на год или два. Как тебе удается сохранять ее такой красивой? Цзоу Фанъюнь была одновременно застенчива и горда: — Хм! Если честно, я с детства был очень красива. Никто не верит, что у меня есть сын такого возраста, когда я выхожу на улицу! Тун Сюэлу искренне ответила: — Я бы тоже не поверила! К тому же, всегда слышала, что женщины быстрее стареют после рождения детей, но ты совсем не похожа на ту, у кого есть ребенок! Цзоу Фанъюнь погладила себя по щекам, и на ее лице появилась широкая улыбка. — Ах да, где хочешь купить дом? Ты не выглядишь такой уж и старой. Почему ты здесь одна? Тун Сюэлу поджала губы, ее глаза покраснели. — Я не хотела бы приходить одна, но мои родители умерли несколько месяцев назад, и теперь я самая старшая в доме. Моей младшей сестре всего три года. Я должна взять на себя заботу о всей семье! ---------- Том 1 Глава 24.2 У Цзоу Фанъюнь защипало в носу, когда она услышала слова Тун Сюэлу. — Это тяжело для человека твоего возраста. Тун Сюэлу вытерла слезы и сказала: — В наше время жизнь тяжела для всех. Но мы должны делать то, что должно быть сделано, я права? Скоро поменяюсь с кем-то работой и буду работать в государственном ресторане в городе. Поэтому мне нужно снять дом поблизости. Глаза Цзоу Фанъюнь загорелись, когда она услышала, что Тун Сюэлу будет работать в государственном ресторане. — Твоя работа в ресторане подтверждена? Тун Сюэлу кивнула: — Конечно. Но другая сторона еще разбирается с некоторыми делами, и мы не будем меняться еще неделю или две. Возможность работать в государственном ресторане в это время была большой удачей. То же самое, когда у человека были друзья или родственники, работающие там. Особенно, когда человек приглашал кого-то на ужин. Наличие связей в государственном ресторане означало, что они могли заказать хорошие блюда! Цзоу Фанъюнь очень хотела подружиться с Тун Сюэлу. — Это хорошая работа. Ты обязательно должна поменяться. Что касается аренды жилья, то сейчас ничего нет, но есть несколько домов на продажу. У тебя есть время сходить и посмотреть их? Тун Сюэлу взглянула на часы и сказала: — Уже почти обеденный перерыв. Почему бы мне не пригласить тебя сначала на обед в государственный ресторан, а потом мы можем пойти посмотреть места. Цзоу Фанъюнь быстро отказалась. — Нет, нет. Ресторан слишком дорогой. Я не могу позволить тебе отвезти меня туда! У Тун Сюэлу не было родителей, и она должна была содержать своих младших братьев и сестер. Женщина не могла позволить Тун Сюэлу пригласить ее на обед. Однако Тун Сюэлу настояла на своем и, держа за руку Цзоу Фанъюнь, направилась в сторону государственного ресторана. Это было необходимо, если она хотела, чтобы кто-то помог ей. Ее философия всегда заключалась в том, чтобы не экономить на необходимых расходах. Когда они вышли из офиса управления жильем, Сяо Чэнпин уже ушел. Тун Сюэлу и Цзоу Фанъюнь в конце концов отправились в государственный ресторан, и каждый из них заказал себе по миске лапши с кусочками свинины. В государственном ресторане не было большого выбора, но то, чего не хватало в выборе, они компенсировали количеством. Количество было солидным, и обе девушки так наелись, что их животы стали круглыми. После обеда Цзоу Фанъюнь стала еще более дружелюбной по отношению к Тун Сюэлу. Она стала относиться к ней как к своей младшей сестре. Цзоу Фанъюнь решила не делать перерыв после обеда и взяла с собой Тун Сюэлу, чтобы осмотреть несколько мест, которые были выставлены на продажу. *** В это время было очень мало домов на продажу. Большинство людей жили в домах, которые передавались по наследству в семье или были закреплены за ними на работе. Чаще всего их место жительства было недостаточно просторным, чтобы вместить всю семью, не говоря уже о продаже. Кроме того, людям не разрешалось продавать дома, закрепленные за ними по месту работы. Если они и продавали их, то только другому человеку, который работал в том же подразделении. Цзоу Фанъюнь взяла с собой Тун Сюэлу, чтобы осмотреть три дома. Первые два из них были в таком ветхом состоянии, что Тун Сюэлу показалось, что они могли рухнуть в любой момент. Более того, их расположение было очень плохим, и хозяева просили много денег. Тун Сюэлу без колебаний наложила на них вето. Третий дом был отдельно стоящим. В нем было четыре комнаты, собственная кухня и ванная. Комнаты были просторными и светлыми. В каждой из них было достаточно солнечного света и хорошая вентиляция. Темных комнат не было. Дом не был слишком ветхим, и его расположение было хорошим. Он находился далеко от главной улицы и мог перекрыть шум, когда дверь была закрыта. Это место было идеальным для Тун Сюэлу. — Сестра Фанъюнь, это место должно быть очень дорогим, верно? Цзоу Фанъюнь показала открытую ладонь. — Так дорого! Вся ее ладонь. Это означало 5 000 юаней! Тун Сюэлу была ошеломлена до глубины души, когда услышала это. Пособие на случай смерти Тун Дацзюня и его жены составляло 1 000 юаней. Позиция, которую Тун Сюэлу продала семье Сюй, стоила 380 юаней. Половина из этой суммы досталась людям из деревни Бэйхэ. Некоторое время назад она потратила много денег, пытаясь создать образ, что Цзе Цзиньхуа и другие «расточительны». В общем, сейчас у нее оставалось около 1100 юаней. Это была даже не половина стоимости. Как она могла позволить себе это место?! ---------- Том 1 Глава 24.3 Цзоу Фанъюнь сказала ей: — Маленькая сестра, я привела тебя сюда только потому, что это ты. И не показывала бы, если бы это был кто-то другой! Дом был сдан каким-то крупным капиталистом. Но тебе не стоит беспокоиться. Теперь эта собственность принадлежит государству. Процесс будет чистым. — Он все еще выставлен на продажу, потому что многие беспокоятся, что правительство может его потом отобрать. Если будешь ждать, через месяц или два он исчезнет! Если бы ее мужчина был достаточно богат, она бы купила его сама. — Прости, сестра Фанъюнь. Этот дом слишком дорогой, и у меня нет столько денег на него. Я прошу прощения, что отняла у тебя столько времени. Сейчас Тун Сюэлу чувствовала себя как человек, который зашел в магазин LV*, имея при себе всего 200 юаней. Это было так же болезненно. П. п.: Louis vuitton — Французский дом моды, специализирующийся на производстве чемоданов и сумок, модной одежды, парфюмерии и аксессуаров класса «люкс». Цзоу Фанъюнь махнула рукой. — Не нужно быть такой вежливой. Нет ничего страшного в том, что ты не можешь себе это позволить. Где же тогда собираешься жить? Тун Сюэлу вздохнула: — Посмотрим. Уверена, я что-нибудь придумаю. В крайнем случае, можно было бы снять жилье у Су Сюин. *** По дороге домой Тун Сюэлу была несколько удручена. Ей очень понравилось это место. Она совсем не волновалась, что правительство заберет его обратно. Проблема в том, что у нее не было столько денег! До экономической свободы оставалось еще несколько лет. Заработать много денег за короткое время было практически невозможно. Она могла бы учиться у многих трансмигрантов из книг и продавать еду на черном рынке. Тем не менее это принесло бы ей только небольшие деньги. Без золотого пальца или волшебного пространства она не смогла бы заработать 4 000 юаней за короткое время. В общем, ей пришлось прибегнуть к аренде дома у Су Сюин. После ужина в тот вечер Тун Сюэлу сказала Тун Цзямину, что скоро поменяет работу. — Я поменялась с человеком, который работает в государственном ресторане. Он находится в городе. Мы будем искать новое жилье и переедем туда все вместе. Есть ли какие-нибудь проблемы с твоей стороны? Тун Цзямин был удивлен, когда услышал это. Работа в государственном ресторане пользовалась большим уважением. Многие хотели там работать, но не могли. А она смогла обменять это на должность на фабрике по производству тканей? Как смогла этого добиться? Посмотрев на его удивленный взгляд, Тун Сюэлу продолжила объяснять: — Я предложила ей небольшую помощь, а она захотела поменяться работой, вот мы и поменялись. «Небольшую помощь?» Тун Цзямин ни капли не поверил в это, но и не собирался продолжать выяснять отношения. Она отправила Тун Чжэньчжэнь в деревню, а Тун Яньляна на северо-запад. Даже та толпа, которая самонадеянно пришла из старой деревни Бэйхэ, в итоге ушла разочарованной. Все они ничего не могли с ней сделать! — Тем не менее с ее способностями, почему она покинула дом другой семьи Тун? — Тун Цзямин случайно задумался вслух. Тун Сюэлу подняла брови: — Только не говори мне, что ты думал, что я ушла только потому, что меня запугала Тун Чжэньчжэнь, или что она заставила меня уйти. Тун Цзямин возразил: — А разве это не так? Тун Сюэлу закатила глаза: — Конечно, нет! Ты меня совершенно недооцениваешь. Никто не может выгнать меня, если сама не захочу уйти. Я ушла оттуда, потому что там не мой дом. Мой дом здесь! Тун Цзямин почувствовал, что его сердце начало быстро биться. Он хотел спросить ее, почему она так разговаривала с их родителями, если считала это место своим домом. Однако слова так и не сорвались с его губ. Тун Сюэлу не знала, что творилось у него в голове. — У тебя есть еще какие-нибудь вопросы? Тун Цзямин покачал головой: — Нет. — Пока никому не говори об этом. Не хочу, чтобы над нами смеялись, если все пойдет не так, как надо. — Хорошо. ---------- Том 1 Глава 24.4 Они как раз закончили разговор, когда к ним подбежала Тун Мяньмянь на своих коротких ножках. — Старшая сестра, посмотри, какую мне прическу сделал третий брат. Это некрасиво! Тун Сюэлу еще не успела ничего сказать, как к ней, как петарда, подбежал Тун Цзясинь. — Что тут некрасивого? Это очень красиво. Третий брат будет делать тебе прически каждый день! — Нет! Нет! Нет! Тун Мяньмянь махала своей маленькой мясистой рукой, а ее маленькая головка качалась из стороны в сторону. Глядя на два пучка, которые выглядели просто ужасно, Тун Сюэлу закатила глаза. Она взяла на руки маленькую булочку и тихонько утешила ее: — Не волнуйся, Мяньмянь. Старший брат не тронет твои волосы. Тун Цзясинь нахмурил свои густые брови, и он непримиримо спросил: — Почему я не могу делать прическу Мяньмянь? Кто ты такая, чтобы не разрешать мне? Тун Сюэлу холодно посмотрела на него: — Можешь, если очень хочешь. Но ты больше не будешь есть мою стряпню. «…» Как утка, которой перерезали шею, Тун Цзясинь не мог произнести ни слова. Губы Тун Сюэлу изогнулись в улыбке. Когда речь шла о гурмане, не дать ему поесть — хуже, чем убить его. Тун Цзясинь чувствовал себя ужасно, но не смел произнести ни слова. *** В день 70-летия старого господина Вэня телефон в его доме разрывался от звонков. Офицеры из армии и старые товарищи по оружию из другого города звонили, чтобы поздравить его с днем рождения. Друзья и семьи в столице заблаговременно прислали подарки. Старый господин Вэнь уже предупредил всех заранее, что им не разрешалось посылать дорогие подарки. Поэтому они были практичными и недорогими. Старый господин Вэнь оглядел полный зал людей, которые праздновали его день рождения, но он не был счастлив. Потому что там не было Молодой Травы! После того, как все гости ушли, старый господин Вэнь не мог не пожаловаться: — Ах ты, недостойный внук! Я не могу даже подержать на руках своего правнука, когда мне исполнилось семьдесят лет! Вэнь Жугуй поставил перед старым господином Вэнь миску с праздничной лапшой, после чего встал перед ним на колени и поклонился ему. — С Днем рождения и здоровья тебе, дедушка! Старый господин Вэнь: — Если ты действительно хочешь, чтобы я жил долго, то позволь мне встретиться с Молодой Травой! Вэнь Жугуй: «…» Увидев, что парень снова замолчал, старый господин Вэнь так разозлился, что его козлиная бородка стала торчать прямо вверх. — Внуку лао Цзяна уже почти три года, а моего нигде не видно. Мне все равно. Ты так или иначе привезешь Молодую Траву домой на Новый год! Вэнь Жугуй: «…» Он почувствовал, что у него начала болеть голова. Старый господин Вэнь всегда торопил его с женитьбой, но никогда еще не был настолько неразумен, как сейчас. С тех пор, как он увидел Тун Сюэлу, старик стал неконтролируемым. Все, кто приходил сегодня, спрашивали, что это за трава вокруг дома. Что он мог на это ответить? После того, как Вэнь Жугуй поднялся наверх, старый господин Вэнь вытянул шею, глядя в сторону лестницы, и спросил дядю Цзуна: — Сяо Цзун, как я вел себя раньше? Тот ответил ему: — Командир, ты сыграл лучше, чем актер на сцене! Старый господин Вэнь: «?» Почему это прозвучало так странно? Старый господин Вэнь, однако, не стал долго раздумывать над этим. Он так улыбался, что в уголках его глаз появились морщинки. — Этот мальчишка… Приходится его хлестать, чтобы он начал действовать. Старый господин Вэнь мало что мог сделать, когда у Вэнь Жугуя не было никого на примете. Теперь, когда он узнал о Молодой Траве, ему наверняка придется время от времени напоминать о ней своему внуку. — Да, командир, ты такой умный. Дядя Цзун продолжал хвалить его, пока тот раскладывал подарки. Вдруг он заметил один из многочисленных подарков и замер. — Командир, это… ---------- Том 1 Глава 24.5 Старый господин Вэнь поднял брови: — Что? Хватит заикаться, выкладывай! Дядя Цзун ответил: — Похоже, это от того человека. Тут два набора закусок и комплект одежды. Похоже, одежда для Жугуя. Старый господин Вэнь был в ярости. — Выбрось! Все! У нее хватило наглости послать подарки Жугую! — Да, командир. Я выкину их прямо сейчас! Дядя Цзун быстро положил вещи обратно в коробку и выбросил их. Старый господин Вэнь сидел в гостиной в одиночестве, его глаза были холодны, и на лице больше не было улыбки. Когда дядя Цзун вернулся, он вздохнул: — Не дай Жугую узнать об этом. Дядя Цзун ответил: — Не волнуйся, командир. Я не скажу об этом ни слова. *** Пу Цзяньи наконец-то смог зайти поздравить старого господина Вэнь с днем рождения, когда на улице уже стемнело. Старик, который весь день развлекал гостей, уже устал и ушел вздремнуть в свою комнату. Пу Цзяньи не торопился. Он положил одну руку на плечо Вэнь Жугуя и подмигнул ему: — Ты уже получил рыбу от товарища Тун? Вэнь Жугуй был ошарашен: — Какую рыбу? Пу Цзяньи удивился: — Еще нет? Она вчера приходила ко мне в офис и спросила, какое у тебя любимое блюдо. Сказала, что хочет приготовить для тебя еду, чтобы отблагодарить за помощь! Темные и густые ресницы Вэнь Жугуя затрепетали. — Нет. Пу Цзяньи все еще чувствовал себя несчастным. — Да, это ты меня попросил, но я сам все сделал. Она даже не сказала ни слова о том, чтобы поблагодарить меня. Я так разочарован в ней! Вэнь Жугуй посмотрел на него и, как раз когда он собирался что-то сказать, увидел дядю Цзуна, входящего в дом с большой тарелкой, на которой лежала рыба на пару. Вэнь Жугуй и Пу Цзяньи были ошеломлены. — Дядя Цзун, откуда эта рыба? Беспокоясь, что уронит тарелку, дядя Цзун сказал очень кратко: — Это подарок. На несколько секунд в гостиной воцарилась тишина. Вэнь Жугуй подошел и сказал: — Дядя Цзун, просто отдай ее мне. Я занесу в дом. Дядя Цзун хотел сказать, что в этом не было необходимости, но Вэнь Жугуй настойчиво вытянул перед собой руки. Казалось, он не отстанет, пока не получит от него рыбу. Дяде Цзун ничего не оставалось, как передать тарелку с рыбой. Пу Цзяньи хмыкнул. — Жугуй, ты еще думаешь, что я все выдумываю? Она отправила рыбу прямо на военную базу, да еще и в день 70-летия старого господина Вэнь. Вот это да. Она точно знала, как нужно действовать! Вэнь Жугуй проигнорировал его и отнес рыбу на кухню. Никто не знал, что он там делал, но мужчина вернулся только через некоторое время. Старый господин Вэнь спал до самого ужина. Пу Цзяньи до сих пор оставался у них дома. Старый господин Вэнь осмотрел стол и спросил у дяди Цзуна: — Где рыба? Дядя Цзун посмотрел на Вэнь Жугуя и сказал: — Командир, рыбу привезли раньше, и Жугуй отнес ее на кухню. Я пойду и принесу ее прямо сейчас. Палочки Вэнь Жугуя остановились в воздухе. — Не беспокойся об этом, дядя Цзун. — Почему бы и нет? Все сидящие в доме посмотрели на Вэнь Жугуя. Пу Цзяньи неожиданно воскликнул: — Вот что ты делал на кухне все это время? Только не говори, что съел всю рыбу сам? Как это бесстыдно! Вэнь Жугуй: «…» Дядя Цзун побежал на кухню и, конечно же, увидел рыбьи кости в мусорном ведре. Он вернулся и доложил об этом старому господину Вэнь. Старик был так зол, что громко закричал: — Лао Цзян прислал ее на мой день рождения! Даже если ты не можешь дождаться, чтобы съесть рыбу, мог бы, по крайней мере, оставить мне немного! Вэнь Жугуй: «…» Пу Цзяньи понял, что произошло. В следующую секунду он разразился хохотом. — Ха-ха-ха! От сильного смеха он чуть не задохнулся. ---------- Том 1 Глава 25.1 Пу Цзяньи долго смеялся. А старый господин Вэнь был в ярости. Он честно выиграл рыбу в нескольких шахматных партиях с лао Цзяном. Там, откуда был родом лао Цзян, была поговорка: если человек может получить тарелку рыбы от удачливого человека в свой день рождения, то в будущем у него будет все в изобилии и он будет таким же удачливым, как и человек, пославший рыбу. Лао Цзян был окружен детьми и внуками. Старый господин Вэнь считал, что тому повезло больше, чем ему. Не без труда обыграв лао Цзяна в несколько шахматных партий, он заставил его приготовить для себя тарелку рыбы. Однако старик не успел ее даже понюхать, а сопляк уже все съел! Разве он мог не разозлиться? Более того, господин Вэнь даже не мог сказать об этом вслух. Старик не хотел, чтобы другие подумали, что он верил в феодальные суеверия! Вэнь Жугуй чувствовал, что никогда в жизни не испытывал такого стыда. Он все съел, потому что не хотел, чтобы его дед узнал, что Тун Сюэлу прислала рыбу. Если бы тот узнал об этом, он бы с этого момента постоянно говорил о молодой траве. А они действительно не встречались. Он беспокоился, что это не лучшим образом скажется на ее репутации. Вэнь Жугуй подумал, что если съест всю рыбу, его дед, который не видел ее, никогда бы не узнает об этом. А что касалось того, чтобы поделиться с Пу Цзяньи? Ему это даже в голову не пришло. Парню и в голову не приходило, что рыба была не от Тун Сюэлу, и что лао Цзян сам ее приготовил. Это было несколько неловко. Вэнь Жугуй посмотрел на Пу Цзяньи, который все еще катался по полу от смеха, и прочистил горло: — Дедушка, я сам приготовлю для тебя. — Я хочу ту, что от лао Цзяна! — старый господин Вэнь громко хмыкнул и встал. — Сяо Цзун, если я правильно помню, лао Цзян сегодня поймал много рыбы. Поторопись и посмотри, есть ли у него еще живая. Пусть сделает мне еще одну! Вэнь Жугуй: «…» По правде говоря, дедушка Цзян не часто готовил. Рыба, которую Вэнь Жугуй съел раньше, даже не была полностью прожарена. Он не понимал, почему его дед настаивал на рыбе, приготовленной лично лао Цзяном. Старый господин Вэнь поспешил и отправился к другу вместе с дядей Цзуном. А Пу Цзяньи все еще смеялся в гостиной. Вэнь Жугуй взглянул на него и бесстрастно сказал: — Не болтай о делах товарища Тун. Пу Цзяньи вытер слезы, выступившие в уголках его глаз. — Я думал, ты специально сказал ей, что сегодня день рождения старого господина Вэнь, и попросил прислать рыбу. Рука Вэнь Жугуя остановилась в воздухе, когда он потянулся к блюду на столе. — Я думал, что это ты ей сказал. Пу Цзяньи разинул рот. — Я бы не стал рассказывать ей такие вещи. Ладно, какое счастливое совпадение, а? Но тебе все равно не нужно было есть всю рыбу в одиночку. Какова она на вкус? Вэнь Жугуй не издал ни звука. Пу Цзяньи оглядел друга с ног до головы и сказал: — Я думал, что это товарищ Тун проявила к тебе интерес. Но, судя по тому, что я вижу сейчас, похоже, что ты проявляешь к ней больший интерес. Веки Вэнь Жугуя слегка дрогнули, и он холодно сказал: — Если я правильно помню, твой отец понятия не имеет, что ты занял у меня деньги, верно? Всегда нужно было бить туда, где больнее всего. Пу Цзяньи тут же отступил и быстро попросил его: — Ладно, я просто наговорил глупостей, хорошо? Ты не должен допустить, чтобы мой старик узнал об этом. Он точно переломает мне ноги! Вэнь Жугуй не стал комментировать это. После небольшой паузы он сказал: — Зачем она снова пошла в полицейский участок? Я думал, что дела с семьей Тун уже улажены? Пу Цзяньи хмыкнул. — Да, ей очень нравится ходить в полицейский участок. Но в этот раз она пошла не по делам Тун. Женщину ударили ее муж и свекровь. Товарищ Тун была там в качестве свидетеля. — Кстати говоря, эта женщина действительно должна быть ей благодарна. Если бы она не убедила соседей быть свидетелями, ее мужа и свекровь посадили бы максимум на два-три года. А сейчас речь идет о пяти-шести. ---------- Том 1 Глава 25.2 Значит, она была там, пытаясь убедить остальных. Вэнь Жугуй догадался, когда услышал ее разговор. Это была часть причины, по которой он не пошел внутрь и не стал уличать ее во лжи. Теперь, когда Вэнь Жугуй знал, что она солгала, чтобы помочь остальным, оставшиеся в нем сомнения исчезли. Большинство людей в этом мире хотели избежать неприятностей и предпочли бы не замечать чужих страданий. Маленькая белая ложь меркла по сравнению с ее способностью мужественно выступить в качестве свидетеля и убедить других сделать то же самое. Однако ее слова «Фамилия моего парня — Вэнь» задели Вэнь Жугуя, и кончики его ушей покраснели. *** На следующий день Тун Сюэлу как обычно пошла на работу на фабрику. Чтобы быть последовательной в своей предыдущей лжи, она прикрыла лоб челкой. За исключением Тун Цзямина, она никому не говорила о том, что собиралась сменить работу. Семья Сюй наконец-то смогла получить достаточно денег, чтобы расплатиться с ней, и Чжоу Фан начала работать. Многие в поселке понимали, почему Тун Сюэлу не вернулась в деревню Бэйхэ, но некоторые испытывали горечь. Семья Сюй считала себя в большом долгу перед Тун Сюэлу и постоянно заступалась за нее. Матушка Сюй первой набросилась бы на того, кто вел себя неразумно. Поэтому Тун Сюэлу даже пальцем не пошевелила, и все слухи в округе утихли. Через неделю, когда девушка так устала, что думала, что у нее вот-вот начнутся проблемы со спиной, она наконец-то получила ответ от Су Сюин. Хэ Баогэнь и старая госпожа Хэ были осуждены за жестокое обращение и оскорбление женщины. Обоих приговорили к пяти годам лишения свободы и отправили на ферму для перевоспитания. Когда Су Сюин решила донести на мужа и свекровь, она заранее проводила свою дочь в родительскую семью. Выйдя из полицейского участка, женщина не вернулась в дом Хэ, а отправилась обратно к родителям. Когда семья Су увидела ее возвращение с синяками на лице, они разозлились и сказали, что Хэ Баогэнь — животное. При этом никто не сказал, что она должна развестись, и не захотел ее поддержать. Су Сюин почувствовала разочарование, но, так или иначе, ей нужно было сохранить отношения с семьей. Она уже совершила нечто «возмутительное». Если бы разорвала отношения с семьей, то не смогла бы остаться в столице. Затем она рассказала своей семье о том, как сдала Хэ Баогэня и его мать в полицию. Как Су Сюин и ожидала, ее семья мгновенно пришла в ярость. Они кричали на нее и требовали, чтобы она немедленно забрала заявление. Девушка пристально посмотрела на свою семью, а затем предложила идею о том, чтобы ее второй племянник занял место Хэ Баогэня на фабрике. И тут наступила тишина. После этого отношение семьи полностью изменилось, и они начали говорить, что Хэ Баогэнь и его мать — животные, и что семья будет полностью поддерживать ее. Су Сюин в душе усмехнулась, но не подала виду. Вместе с членами своей семьи она отправилась на металлургический завод, чтобы завершить процесс передачи рабочего места. Семья Хэ была настолько ошеломлена, узнав, что Су Сюин сообщила о Хэ Баогэне и его матери, и что передала должность на фабрике своему племяннику, что им можно было засунуть туфли в рот. После того как первоначальный шок прошел, они стали обвинять ее в бессовестности. Родственники Хэ, в частности, засучили рукава и собирались избить ее. На этот раз Су Сюин не пришлось защищаться. Представители ее девичьей семьи подбежали, встали перед ней и накричали на тех людей. Они даже кричали, что собирались заявить на них в полицию. Помня пример Хэ Баогэня, остальные сразу же испугались. Су Сюин не испытывала особых чувств, даже когда за нее заступилась семья. После завершения процесса она купила несколько фруктовых конфет и закусок и на следующий день отправилась на поиски Тун Сюэлу. ---------- Том 1 Глава 25.3 Су Сюин прекрасно рассчитала время и пришла сразу после того, как Тун Сюэлу закончила готовить обед. Глаза Тун Сюэлу засияли, когда она увидела Су Сюин. — Товарищ Су, ты здесь! Прошла неделя с тех пор, как она в последний раз видела Су Сюин. Синяки на ее лице сильно поблекли, и она выглядела гораздо менее растрепанной. Девушка все еще была худой, но была в хорошем расположении духа. Су Сюин передала ей фруктовые конфеты и закуски и негромко сказала: — Приговор вынесен. Она не могла оставить все позади, пока приговор не будет вынесен, и не могла поменяться с Тун Сюэлу работой, опасаясь, что та будет втянута в ее дела. Теперь, когда приговор был вынесен и девушка развелась с Хэ Баогэнем, она почувствовала, что могла наконец приехать. Тун Сюэлу посмотрела на вещи, которые та принесла с собой, и вежливо сказала: — Не стоило. — Конечно, стоило. Ты мне так помогла! Су Сюин улыбнулась. Заметив в доме еще троих детей, она спросила: — Это твои братья и сестры? — Да, у меня есть два брата и сестра. Тун Сюэлу кивнула и попросила Тун Цзямина и остальных поздороваться к Су Сюин. Тун Мяньмянь была самой милой. Она подбежала на своих коротких ножках и сказала молочным голосом, подняв голову: — Привет, старшая сестра, я младшая сестра Тун Сюэлу. Меня зовут Мяньмянь, и мне три года. Когда она говорила, то подняла вверх четыре пальца. Малышка выглядела так мило, что могла растопить сердце. Су Сюин посмотрела на Тун Мяньмянь, которая была примерно в возрасте ее дочери, и ее сердце смягчилось. Она взяла горсть конфет и протянула ей. — Хорошая девочка. Возьми конфеты. Тун Мяньмянь не взяла их у нее. Она смотрела на Тун Сюэлу блестящими глазами. Та погладила ее по голове и кивнула. — Все в порядке. Ты можешь взять их. Тун Мяньмянь наконец-то приняла конфеты от Су Сюин. Она улыбнулась, на ее щеках появились маленькие ямочки: — Спасибо, старшая сестра. У Мяньмянь маленькие ручки. Не могла бы ты положить их в карманы Мяньмянь? Тун Сюэлу, увидев это, разразилась смехом. Ребенок был умным. Она знала, что ее карманы могли вместить больше. Улыбка Су Сюин стала еще шире, и она наполнила оба кармана Тун Мяньмянь. Затем дала Тун Цзямину и Тун Цзясиню по горсти конфет. Братья застенчиво поблагодарили ее и ушли вместе с Тун Мяньмянь. Тун Сюэлу пригласила Су Сюин присесть и налила ей стакан воды. — Все ли улажено? Су Сюин сделала глоток воды и слегка приподняла уголки губ. — Да, все готово. Приговор уже вынесен, и развод тоже оформлен. Мои родители также согласились присматривать за ребенком. Тун Сюэлу заметила саркастический взгляд Су Сюин при упоминании родителей и догадалась. Однако она не стала продолжать эту тему. Су Сюин оглядела дом и с любопытством спросила. — Я не вижу твоих родителей. Их нет дома? — Они скончались в автокатастрофе несколько месяцев назад. Су Сюин тяжело вздохнула и быстро извинилась: — Мне очень жаль. Я не знала… Тун Сюэлу махнула рукой. — Все в порядке. Не беспокойся об этом. Ах да, я уже говорила, что мои приемные родители… Затем она вкратце рассказала Су Сюин о своем происхождении. Выслушав, собеседница протяжно вздохнула. — У тебя тоже были тяжелые времена. Когда увидела, как Тун Сюэлу одевалась, и что у нее хороший характер, она решила, что девушку всю жизнь опекали. Ее история оказалась гораздо более запутанной, чем Су Сюин ожидала. Ее братья и сестра были маленькими, и ей пришлось в одиночку обеспечивать всю семью. Это было нелегко. Тун Сюэлу, однако, не считала себя жалкой. — Товарищ Су, нужно держаться! Под руководством партии наши дни станут только лучше! Реформа и открытость наступит через два года. В это время экономика будет быстро развиваться, и жизнь каждого человека претерпит большие изменения. Она с нетерпением ждала этого дня. Увидев уверенную улыбку Тун Сюэлу, Су Сюин воодушевилась. — Ты права. С этого момента наши дни станут только лучше! Они проболтали до конца обеденного перерыва. Тун Сюэлу собрала вещи и вместе с Су Сюин отправилась на завод. ---------- Том 1 Глава 25.4 Придя на завод, Тун Сюэлу сразу же пошла искать менеджера Ма и объяснила ей, что хотела поменяться работой с Су Сюин. Менеджер Ма широко раскрыла рот, когда она услышала это. — Ты уходишь, Сюэлу? Что-то случилось? Тун Сюэлу ответила: — Я встретила старшую сестру, которая переезжает сюда. Она больше не сможет работать в городе, поэтому мы поговорили о том, чтобы поменяться должностями. Это была история, о которой договорились Су Сюин и Тун Сюэлу. Они ничего не говорили ни о ее муже, ни о свекрови. Уезд Яньцин находился в часе езды на автобусе от города. Потребуется время, чтобы до них дошли слухи. — В городе? Значит, тебе и твоим братьям и сестрам придется переехать? Ах да, что это за должность? Управляющий Ма очень любила Тун Сюэлу, и ей было грустно слышать, что та уходила. Эта женщина была щедрой и всегда брала Тун Сюэлу под свое крыло. Девушка тоже была опечалена тем, что ей придется уйти. — Я поменяла место на должность официанта в государственном ресторане. Сотрудники, услышавшие их разговор, пришли в негодование, когда узнали, что она будет работать в государственном ресторане. — Как тебе это удалось, товарищ Тун? Приемная семья потянула за какие-то ниточки? — Наверное, так и есть. Ее приемные родители — высокопоставленные чиновники. Для них не составляет труда перевести ее на должность в правительственный ресторан. — Да, это такая удача. Я так ей завидую. Тун Сюэлу объяснила им, что ее приемные родители тут ни при чем, но, как бы она ни старалась, никто ей не верил. В конце концов, девушка оставила свои попытки. Тогда она пошла с менеджером Ма искать директора завода. Тот был не менее удивлен, когда узнал, что Тун Сюэлу переходила на другую работу. — Уверена, что хочешь это сделать? Если ты останешься здесь, я смогу хотя бы присматривать за вами четырьмя. Будет гораздо сложнее, если уедешь. Тун Сюэлу кивнула. — Спасибо, директор завода, я долго думала над этим. И очень благодарна вам за помощь! Все руководители завода были очень хорошими людьми. Они помогали детям семьи Тун после смерти Тун Дацзюня и его жены. Работа на швейной фабрике, в конце концов, была слишком утомительной. И Тун Сюэлу не хотела оставаться только потому, что люди были хорошие. Видя, что она решила, директор фабрики Юй больше ничего не сказал. Последующий процесс прошел гладко и быстро. Как только они закончили, Тун Сюэлу вместе с Су Сюин отправилась в государственный ресторан, где проходила другая часть процесса. В отличие от работников швейной фабрики, которые были огорчены тем, что Тун Сюэлу уходила, работники государственного ресторана были так счастливы, что, узнав об увольнении Су Сюин, едва не пустили петарды. Тань Сяоянь, в частности, уставилась на Су Сюин и насмешливо сказала: — Сестра Сюин, ты уходишь, потому что не можешь справиться с этим? Су Сюин поджала губы и ничего не сказала. Видя, что она молчала, Тань Сяоянь стала еще более высокомерной. — Я приму это как «да». Именно так и думала! На твоем месте я бы тоже постыдилась! — Я бы не сделала того, что сделала ты. О чем только думала, сестра Сюин? Неважно, что сделал брат Баогэнь, он все равно отец Сяоцю. Как ты можешь быть такой злой? Кровь, казалось, покинула лицо Су Сюин, и она внезапно побледнела. Тун Сюэлу вспомнила этого человека. Эта была та самая высокомерная девушка, которую она видела, когда пришла искать Су Сюин. Тань Сяоянь всегда называла Су Сюин сестрой. Тун Сюэлу ошибочно предположила, что они были близки. Девушка не ожидала, что Тань Сяоянь окажется такой язвительной. Тем не менее она не собиралась заступаться за Су Сюин. Та должна научиться справляться со всем сама. ---------- Том 1 Глава 25.5 Процесс перевода в государственном ресторане был проще, чем на швейной фабрике. Шеф-повар должен был получить сертификаты, но для работы официантом никаких требований не было. Все, что им было нужно, — это подпись менеджера. Лю Дунчан, управляющий ресторана, уже давно хотел, чтобы Су Сюин ушла. Ведь присутствие в ресторане такой «порочной» женщины плохо сказывалось на его репутации. Поэтому, узнав, что Су Сюин уходила, он с готовностью подписал бумаги. Когда они вышли из ресторана, Су Сюин все еще выглядела встревоженной. Тун Сюэлу мягко утешила ее: — Ты в порядке, товарищ Су? Су Сюин немного поджала губы и ответила: — В последнее время я часто слышу такие слова. Все в порядке. Ах да, где вы собираетесь жить после переезда в город? Ты уже нашла жилье? Тун Сюэлу вздохнула и покачала головой. — Нет, еще нет. Я заходила в офис по управлению жильем, но все дома, выставленные на продажу, были слишком дорогими. У меня нет столько денег. Су Сюин предложила: — Мой дом пока будет пустовать. Ты можешь временно пожить там, если больше некуда идти. Тебе даже не нужно будет платить мне за аренду. Тун Сюэлу быстро замахала руками. — Нет-нет! Я уже получила большую выгоду, если говорить о нашей работе. Я должна платить тебе за аренду! Учитывая ее нынешнее положение, у нее не было другого выбора, кроме как арендовать жилье у Су Сюин. Другая семья Тун могла бы помочь ей, но она больше не была их дочерью. А после инцидента с Тун Чжэньчжэнь, даже если семья Тун ничего не сказала, они точно не были рады этому. Поэтому Тун Сюэлу не стала обращаться к ним за помощью. *** Расставшись с Су Сюин, Тун Сюэлу собиралась отправиться в обратный путь на автобусе. Вдруг она вспомнила, что нужно было вернуть долг Вэнь Жугую. Расспросив Пу Цзяньи о предпочтениях товарища Вэнь, она собиралась приготовить еду и отнести ее ему. Но только позже девушка узнала, что исследовательский центр находился совсем не в городе. Город Чжунгуан находился в трех-четырех часах езды на автобусе от уезда Яньцин. Если учесть время ожидания, то, вероятно, около пяти-шести часов. Тун Сюэлу не знала, сможет ли рыба пережить эту поездку, но девушка была уверена, что ее вырвет и ей будет очень плохо. Кроме того, она не могла взять больше отгулов, поэтому ничего больше не оставалось, как отказаться от этой идеи. Теперь, когда Тун Сюэлу сменила работу и у нее появилось свободное время, девушка решила, что сейчас самое подходящее время отправить ему подарок. Она подумала, что семья Вэнь Жугуя, скорее всего, находилась в городе. Тун Сюэлу просто не знала, когда он вернется и где находился его дом. Лучше всего сначала выяснить это у него. Сейчас телефоны имелись в почтовых отделениях и в каждом рабочем подразделении. Тун Сюэлу повернулась и направилась к почтовому отделению. Она все еще помнила номер, который дал ей Вэнь Жугуй. На ее звонок ответил холодный женский голос. — Исследовательский центр, кого вы ищете? — Здравствуйте, я ищу товарища Вэнь Жугуя. Женщина сделала небольшую паузу, услышав четкий голос Тун Сюэлу, и ответила после небольшой задержки: — Подождите. Прошло пять-шесть минут, но ничего не было слышно. Посмотрев на время, Тун Сюэлу стало обидно. Стоимость звонков составляла 10 цзяо за минуту! В тот момент, когда она раздумывала, стоило ли ей повесить трубку и перезвонить, с другого конца донесся теплый голос: — Это Вэнь Жугуй. — Здравствуй, товарищ Вэнь. Это Тун Сюэлу. Веки Вэнь Жугуя слегка дрогнули, когда он услышал ее голос. Мужчина поднял глаза и увидел, что секретарша смотрела прямо на него. Он повернулся и сказал низким голосом: — Здравствуй, товарищ Тун. Могу ли я тебе чем-то помочь? Тун Сюэлу капризно спросила: — Разве я не могу просто позвонить? «…» Вэнь Жугуй на секунду потерял дар речи. Его никогда раньше не спрашивали об этом. После паузы он ответил: — Конечно, можешь. Услышав небольшую паузу и представив себе его взгляд, Тун Сюэлу улыбнулась еще шире. Поскольку эти двое были еще не слишком хорошо знакомы друг с другом, Тун Сюэлу решила не слишком дразнить Вэнь Жугуя. — Ты так помог мне в последние несколько раз, товарищ Вэнь. Я узнала, что ты любишь рыбу, поэтому в знак благодарности хотела бы приготовить блюдо из рыбы с маринованной капустой. Когда тебе будет удобно встретиться? Вэнь Жугуй ответил: — Тебе не нужно этого делать, товарищ Тун. Это пустяки. Тун Сюэлу настаивала: — Я знала, что ты так скажешь, но товарищ Вэнь оказал мне столько помощи. Если не позволишь сделать что-то для тебя, я буду чувствовать себя плохо. Неужели товарищ Вэнь хочет, чтобы я жила с чувством вины? Вэнь Жугуй: «…» Ее голос был нежным и мягким, с оттенком непримиримого чувства. Было очень трудно отказать ей. Вэнь Жугуй сделал небольшую паузу и сказал: — Я вернусь в город завтра. Тун Сюэлу улыбнулась и сказала: — Отлично. Я знала, что товарищ Вэнь — понимающий человек! Завтра привезу тебе рыбу. Где ты живешь? — В военном городке. — Хорошо. Тогда до завтра. — До завтра. ----------