— Госпожа, — я присела в реверансе и, выпрямившись, опустила глаза в пол. На том настояла Филис; она же и следила за мной, стоя по левую руку от хозяйки дома. Лицо камеристки ничего не выражало, однако пальцы её терзали ткань платья, выдавая волнение, — я успела заметить это до того, как совершила поклон.

Оказаться в покоях Кассандры Грей, новоявленной Блэкшоу, не входило в мои планы. Напротив, я старалась избегать этого момента всеми правдами и неправдами. Не знаю, что пошло не так: я умело притворялась дурочкой в течение трёх месяцев и тем самым заработала репутацию непутёвой девицы — и всё же, вопреки усилиям, стояла перед той, кого отчаянно пыталась обойти. И на то была вполне объяснимая причина.

— Слышала, ты очень способная, — произнесла Кассандра, и от опасно-вальяжных ноток в её голосе замерло сердце. — Скажи мне, Катрина, что ты думаешь о доме Блэкшоу?

Я подняла взгляд. Кассандра смотрела на меня с интересом, подперев подбородок костяшками пальцев. Казалось, будто она ожидает услышать нечто грандиозное, — но что могу я, простая служанка, в силу отсутствия манер? Правильно: отрапортовать заученный вариант, придуманный слугами как раз для таких случаев. И ведь не подкопаешься: в словах — чистая правда, начиная от комфортных условий жизни и заканчивая хорошим отношением господ к подчинённым. Так что...

— ...Я довольна, госпожа, — и улыбнулась.

«Но была бы счастлива, не появись я здесь».

Чем дольше молчала Кассандра, тем страшнее мне становилось. Стук часов — единственное, что разбавляло тишину, — бил по нервам не хуже отбойного молотка. О чём думала эта девушка? Насколько изощрённые ходы просчитывал её мозг? Хуже всего то, что я знала. Знала и потому, склонив в покаянии голову, молчала.

Мои спокойные дни стремительно приближались к концу.

— А что... — начала Кассандра, и я мысленно послала этот мир к чёрту. — Что ты думаешь о доме Сомерсет?

Если бы кто-то поинтересовался, чего бы я хотела, получив три желания, я бы непременно ответила: «Здоровье семьи, ум и неограниченное количество желаний». Последнее, к сожалению, невозможно: любой джин вам скажет, что это вне его компетенции — поэтому скрепя сердце я выбрала путешествие в другой мир.

Кто ж знал, что это сработает?!

Меня зовут Беверли Хилл, и я тот самый книжный червь, которого многие принимают за гика. Мне двадцать один год, живу в Сент-Луисе, учусь на журналиста, и всё, что мне интересно, — это книги, комиксы и просмотр фэнтези. Я никогда не состояла в отношениях и не стремилась к ним, предпочитая брать романтику из книг. Так, в попытке утолить жажду поцелуев, я наткнулась на графический роман «Битва Талии».

Собственно, в нём и кроется причина моего текущего положения.

«Битва Талии» — роман... нетипичный. В нём было мало политики. Акцент делался на психологической составляющей, и это, конечно, отразилось на концовке: Талия — главная героиня — оказалась антагонистом.

В литературе есть такое понятие, как «ложный протагонист». Обычно это явление раскрывается быстро, но в этом романе что-то пошло не так. Хоть я и видела сюжетные несостыковки, но значения им не придавала: история захватывала, рисовка будоражила — что ещё нужно для счастья? Ох, а чего стоил граф Луи!..

Очнулась я на последней главе, когда поняла, что меня обманули. Всё, что я прочла, — ложь, выставляющая героиню в выгодном для неё свете. Её мотивы во многом остались для меня непонятны: зачем она терроризировала свою сестру, Кассандру, из-за случая в детстве? Могла жить припеваючи: в конце концов, её выбрал молодой герцог Сомерсет, намереваясь сделать своей супругой (не оглядываясь на то, что она приблудная). Но нет, месть превыше всего! Даже если в твоём прошлом не виноват никто, кроме тебя.

Два великих ума схлестнулись в бою, и один, к сожалению, проиграл. Талия добилась своего: Кассандра была изгнана из империи. А ведь она всего лишь защищалась, отвечая сестре её же способами! Жаль, что Кассандру, известную строптивым нравом, мало кто слушал. Талия одним лишь видом внушала доверие, в то время как её родственница вселяла страх. Только дом Блэкшоу оставался по-настоящему верен ей.

Как бы то ни было, я быстро забыла об этой истории: навалилась учёба. Но однажды, возвращаясь вечером домой...

— Ma chérie! Девушка, постойте!

Я остановилась. Ко мне, задыхаясь, подбежал неизвестный парниша.

— Вы... Вы обронили... Господи боже мой...

Я удивлённо посмотрела на протянутый студенческий билет. Из-под большого пальца незнакомца выглядывало моё засвеченное и перекошенное недосыпом лицо.

Вот уж действительно «господи боже мой».

— Спасибо, — я, смутившись, забрала карточку. — Долго бежал?

— Достаточно, — парень улыбнулся, но улыбка вышла кривой: он по-прежнему держался за бок и отрывисто дышал. — Я... хочу пить... Поможешь?

Лучше бы я не помогала. Бутылка воды обернулась прогулкой и разговором, по окончании которого я настолько разоткровенничалась, что поведала о своей скучной жизни во всех красках...

Проще говоря, я разнылась. Начала плести чушь про отношения, рутину, осточертевшие стены квартиры и своих однокурсниц, у которых в жизни всё складывалось иначе. Джей (так представился незнакомец) слушал внимательно и, когда я закончила, хлопнул в ладоши:

— А что бы ты загадала, будь у тебя три желания?

— Как это относится к тому, что я сказала минуту назад?

— Просто представь. Хватит быть такой серьёзной.

Я задумалась.

— В первую очередь ум. С помощью ума я смогу добиться всего, чего захочу. Как Тони Старк, знаешь. Дальше... Здоровье семьи? Всех близких. Ну и, конечно, побольше желаний!

Джей закатил глаза.

— Люди думают, что смогут обмануть мироздание. Это так глупо. А если без этого?

— Если без, то я хочу прожить другую, полную приключений жизнь. Как в исекае. И чтобы я стала героиней-имбой, умницей, красавицей и вертихвосткой.

— А проверить свои реальные способности не хочешь?

— В смысле?

— В смысле, — Джей слегка наклонил голову, и его глаза сверкнули золотом, — я дам тебе эту возможность.

Осмыслить сказанное я не успела: парень щёлкнул пальцами, и меня поглотила темнота, нарушаемая редкими всполохами золотистого свечения. Очнулась я, лёжа на соломе и окружённая толпой обеспокоенных людей. На вопрос, где я и что им нужно, коренастый мужчина, стоящий позади всех, пробасил:

— Филис! Катрина очнулась!

К… Катрина?..

Паника подскочила к горлу, и пока я, дрожа, пыталась совладать с эмоциями, рядом появилась женщина. Чуть старше тридцати, облачённая в тёмно-синее платье, с заколотыми русыми волосами и родинкой на левой щеке, она до смешного напоминала героиню одного графического романа.

Филис Версаль. Личную горничную Кассандры Блэкшоу. Женщину, что прожила глубоко несчастную жизнь.

Я обмерла. А затем, откинувшись на солому, рассмеялась.

Что за херня здесь происходит?

— Отныне ты будешь жить здесь.

— Разве служанкам положена отдельная спальня?

Филис оглядела комнату.

— Нет, так что радуйся. Полагаю, тебя всё устраивает?

— Кроме того, что теперь я участвую в играх герцогини? Вполне, — я

подошла к кровати и надавила на матрац рукой. Мягкий. — Откуда она знает про

книги, Филис? Ты же обещала сохранить это в секрете.

— Госпожа вовсе не глупа, Катрина, — женщина вздохнула. — Постарайся

больше не читать в открытых местах. Далеко не все служанки способны осилить

несколько томов «Элладии», учитывая, что служанки вообще не умеют такое читать, — она позволила себе улыбку. — Ты

хорошо держалась сегодня. Я зайду вечером, а пока отдыхай.

Филис ушла, а я не раздумывая плюхнулась на постель.

То, чего я так долго боялась, произошло: Кассандра прибрала меня к рукам. Не

стоило недооценивать её, но я, ослеплённая знанием романа, совершенно забыла о

том, что это реальный мир, а не просто комикс. И как меня угораздило оказаться

в такой нелепой ситуации?..

Джей. Одно слово как олицетворение всех моих проблем. Я подозревала,

что это не его настоящее имя. Куда больше ему бы подошёл Джон¹ — неопознанный,

мать его, объект. Кто он такой? Зачем он послал меня сюда? Можно ли его найти и

вернуть меня домой? Эти вопросы мучали меня ежедневно.

(¹ Прим. автор: В США неопознанные тела называют Джон/Джейн Доу.)

Я приподнялась на локтях и обвела взглядом комнату. Светлая и

уютная, она до боли напоминала мою собственную спальню. Интересно, как там

сейчас родители? Беспокоятся ли они? Или, возможно, время в их мире течёт

иначе? Ох и удивятся же они, когда их дочь вернётся старухой спустя день после

пропажи! Или, наоборот, не вернётся вообще…

— Блэр, замолчи.

Я усмехнулась: моё имя слышалось чужим. Блеск.

Кое-как, игнорируя шум на улице, мне удалось уснуть. Филис появилась

в тот самый момент, когда я, уже пялясь в потолок, прокручивала в голове диалог

с Кассандрой. Откуда она узнала об «Элладии»? Почему выбрала меня, мисс

Всё-валится-из-рук? Каков её план?

«Полагаю, тебе интересно, зачем ты здесь. Что ж, не буду таить: ты

показалась мне надёжной и сообразительной девушкой. Меня забавляет то, как ты

пытаешься скрыть свои способности, но, прошу, оставь это за дверьми моей

спальни. Скромность тут ни к чему».

— Госпожа просила тебя зайти, — Филис протянула платье. —

Переодевайся. Утром твой гардероб обновят: не пристало горничной герцогини

ходить в переднике. Поторопись.

Она вышла, и я переоделась. Платье горчичного цвета сидело отлично,

но в нём я чувствовала себя канарейкой. Услышав это, Филис цокнула:

— Привыкай. Да, ярко, но на то воля госпожи. Только не вздумай

сказать ей об этом.

В мире фэнтези романов законы не писаны. Так и запишем.

На пути к покоям Кассандры некоторые слуги провожали меня откровенно завистливыми

взглядами. Что ж, я бы с радостью отдала им своё новое звание и не

парилась, да кто послушает собачонку, вылезшую из трущоб? Определённо не семейство

Блэкшоу.

Кассандра, как и днём, лежала на диване и листала какие-то записи.

Её каштановые волосы ниспадали на плечи, завиваясь кольцами, и я в очередной

раз словила себя на мысли, какая же она, чёрт возьми, красивая. Талия и рядом

не стояла с её-то космами.

Позади хозяйки, сложив руки на подоле платья, застыла каменным изваянием

Арлет — крайне недружелюбная служанка. Она была главным исполнителем воли Кассандры.

В романе её постигла ужасная участь: Арлет казнили, и казнили беспочвенно.

Именно после гибели подруги Кассандра сорвалась. Сцена с её слезами тронула

меня до глубины души.

— Филис, ты не могла бы сделать нам чаю?

— Конечно, госпожа.

Камеристка, поклонившись, покинула комнату.

— Итак, — Кассандра отложила бумаги. — Как тебе платье? Спальня? Всё ли устраивает?

— Всё замечательно, госпожа.

— Правда? Я рада, — она улыбнулась. — Ты ведь наслышана об Арлет? С

этих пор вы будете вместе. Она обучит тебя всему, что необходимо, чтобы

выглядеть и вести себя в обществе достойно. Надеюсь, вы найдёте общий язык.

Я посмотрела на Арлет. Та усмехнулась.

«Она меня загрызёт».

— Разумеется, госпожа.

— Вероятно, у тебя есть вопросы? Не стесняйся спросить. Помнишь, что

я говорила? Скромность — это лишнее.

«Если я открою рот, то обреку себя на твоё внимание. Нет, спасибо».

— Всего один: что от меня требуется?

— Я планировала рассказать это позже. Если в общих чертах: исполнять

обязанности горничной, но с некоторыми поправками.

— Например?

— Арлет всё равно что фрейлина: я очень ею дорожу. Предполагаю,

потенциала в тебе не меньше. Я сделаю так, что ты станешь истинной леди:

с манерами, знаниями, умениями. Возможно, ты даже найдёшь достойного супруга и займёшь место подле меня. Тебя начнут уважать. Взамен я лишь

требую сохранять мне верность.

Меня пугало, с какой уверенностью говорила Кассандра. Она словно не

допускала и мысли, что я откажу ей. Впрочем, в этом она не ошиблась: я

страшилась её гнева так же, как боялась смерти. А смерти я боялась очень,

о-очень сильно.

В моей второй жизни начинался новый виток. Виток, полный интриг,

семейных распри и приключений. Вопрос только в том, смогу ли я выйти из них

живой?

Несмотря на то, что я многое помнила из романа и могла повлиять на

ход событий, обратив их в пользу дома Блэкшоу, мне не хотелось участвовать в

этом. Почему?

Во-первых, я

не считала себя подходящей на роль спасителя: трусливая и неконфликтная,

я разительно отличалась от типичных героинь исекаев. Во-вторых, я не просила

отправлять меня в этот мир, так почему я должна брать на себя ответственность за

происходящее?

Я попала в тело Катрины Шелби — девушки девятнадцати лет, тихой и

скромной обитательницы герцогства. Она была удивительно похожа на меня, но я не

помнила этого персонажа и потому пришла к выводу, что оказалась в параллельной вселенной,

где я… ну, круглый ноль?

Иначе я не могла объяснить, почему всюду кипела жизнь.

Поначалу приходилось трудно. Я сделала

вид, будто потеряла память, и это не стоило мне особых усилий. Однако приспосабливаться к быту служанки мне всё же пришлось. Были и

мозоли, и ссадины, и вывихи. Я много плакала,

вспоминая семью, изнывала от скуки и клялась, что убью Джея при встрече. Но ни

через неделю, ни через две, ни месяц спустя я так и не вернулась домой. Надежда

начала угасать.

А потом… дом Сомерсет объявил о помолвке. Стефан Сомерсет выразил желание жениться на Талии Сноу.

Я стала действовать осторожнее, ведь знала: моё появление не пройдёт

незаметно. Джей ясно дал понять, что от меня зависит исход. Но я не желала ставить

на кон свою жизнь! Что если бы Талия восприняла меня как соперника куда более

опасного, чем её сестра?! Я не отделалась бы эшафотом, как Арлет. Меня бы не

отправили в изгнание, как Кассандру. Я бы ощутила, что такое публичное сожжение

— а это, мать его, здесь практиковалось! Но я, извините, не ведьма. Я

несчастная попаданка, чья мечта — убраться отсюда подальше!..

Одно радовало — книги. Я неплохо сдружилась с ответственным за библиотеку и

время от времени получала от него презенты. Таким стала «Эллиада» — сборник

историй, почти что копия легенд Древней Греции. Её язык не казался мне сложным, и это удивило Филис.

— Будь аккуратнее на людях, — сказала она. — Это не чтиво для служанок.

— Почему?

— Эта книга написана языком, коим обучают дворян. А теперь марш

отсюда! Чтобы в рабочее время в библиотеку ни ногой!

Катрина оказалась не так уж и проста. Она умела читать и писать,

знала несколько языков и обладала хорошей памятью. Её стараниями моей

конспирации пришёл конец.

Треклятая «Эллиада».

— …Невозможно!

— Но факт. Девочка талантлива. Нет, не так. Она создана для ученичества. Герцогиня не

ошиблась, выбрав её.

— Что посоветуете?

— Акцент стоит сделать на гуманитарных

и общественных науках. Считает она легко, но интереса к математике нет. Не будет

лишним освоить танцы: Катрина скованна, ей не хватает плавности. И,

само собой, уроки этикета.

— Благодарю. Что насчёт её характера?

— Смекалистая и упорная. Но, повторюсь, требуются уроки этикета.

Несколько раз Катрина срывалась и огрызалась, и, хотя я нахожу это очаровательным:

моя дочь точно такая же — на моём месте любой другой дворянин отреагировал бы

пренебрежительно.

— Мы учтём, — стук каблуков. — Ваша помощь неоценима, граф Шантур.

— Что Вы, я всего лишь слуга Её Светлости...

Я подняла глаза. В библиотеку, улыбаясь, вошёл граф Шантур —

ответственный за моё обучение, — а за ним, стараясь скрыть смущение, проследовала

Филис.

— Что ж, Катрина, был рад познакомиться с тобой, — граф одарил меня

поклоном. — Надеюсь, мои рекомендации не усложнят тебе жизнь. Учись прилежно —

и, вероятно, мы встретимся на осеннем балу в замке Его Величества.

— Взаимно.

Он ушёл. Я обратилась к Филис:

— Я настолько несуразна?

— Скорее нетипична. Ты смогла его удивить.

— Это плохо?

— Избежать внимания госпожи не удастся, если ты об этом.

Я с трудом удержалась, чтобы не вздохнуть. Сначала я пыталась

изображать из себя гусыню, хлопала ресницами, как заправская дурочка, но граф

Шантур умудрился вытащить мои знания наружу. Арифметика? Раз, два и обчёлся.

Риторика? Красноречие — наше всё! Основы психологии, биологии, физики? Давай,

нападай! Этим же и загнала себя в ловушку.

Дура.

Так, мрачное настроение сопровождало меня вплоть до самого вечера.

— За эту неделю ты достигла небывалых высот, — Кассандра рассматривала

своё отражение в зеркале, пока Арлет заплетала её волосы. — Поздравляю.

— Благодарю, госпожа.

— Завтра состоится чаепитие с супругами дворян, — герцогиня провела

пальцем по губам, стирая излишки помады. — Я хочу, чтобы ты присутствовала.

— Зачем?

— Это послужит уроком. Всегда полезно послушать, как общаются знатные дамы.

Кроме того, ты сможешь обрести союзниц… Хотя, признаться, я разделяю твоё

нежелание: наши гостьи — сущие змеи.

Под змеями Кассандра подразумевала свою сестру и её подруг,

чудесным образом попавших в список приглашённых. Однако, будучи толковой

хозяйкой, она не вычеркнула их, а посадила в другой конец стола, к менее

родовитым особам. Правда, это не помешало Талии пристыдить её за неуважение к невесте

будущего герцога. Коварная зараза.

Печально то, что я не могла оставаться в стороне. Кассандра относилась ко мне хорошо,

и это было бы неблагодарно по отношению к ней, так что я основательно подготовилась

к чаепитию: всё, что вспомнила, записала и даже прикинула пару вариантов на

случай неудачи.

Испорченная одежда — малая цена за всеобщий комфорт, верно?

Арлет, встретив мой боевой настрой, вскинула бровь:

— Заменяешь солнце?

Я услышала: «Прекрати улыбаться. Раздражает».

— Прости?

— Больно уж светишься. Так не терпится войти в круг дворянок?

— Как жаль, — я поджала губы, — что ты не права. Горю желанием

встретить сестру госпожи. Говорят, она та ещё заноза в заднице.

— Ну, от неё ужасно чешется кожа.

Что мне нравилось в Арлет, так это то, что она за словом в карман не лезла. Если Филис не терпела грубых выражений, то Арлет не чуралась использовать

крепкие слова, чем приводила меня в восторг. В романе эта особенность не упоминалась,

а зря.

Кассандра, как всегда, выглядела потрясающе. Её чёрное платье,

расшитое золотом, подчёркивало достоинства фигуры, а дымчатый макияж выделял

тонкие черты лица, делая их томными. На её фоне мы с Арлет смотрелись бледными

молями. Неудивительно, что герцог Блэкшоу даже не заметил нас, когда вышел

поприветствовать супругу.

— Кассандра, — он коснулся губами её руки, — ты прекрасна.

— Алан, — её взгляд потеплел.

— Мне необходимо отлучиться по делам. Справишься?

— Сомневаешься? — Кассандра склонила голову, и я, как заправский

шиппер, чуть не взвизгнула: она кокетничала. — Веру герцога так

сложно заполучить.

— Ты уже украла моё сердце, а это куда сложнее.

Я впервые видела такое тесное взаимодействие четы Блэкшоу: в романе

автор уделял их паре минимум внимания. Его слова, что супруги любили друг друга

безмерно (настолько, что Алан добровольно последовал за Кассандрой в изгнание),

казались мне не более чем попыткой сгладить углы. Сейчас я как никогда понимала,

что он имел в виду.

— Некоторые дамы могут вас провоцировать, поэтому, Арлет, ты

ответственна за гостей. Катрина, стой рядом и смотри. Попрошу о чём-то —

выполняй. На вопросы других отвечай кратко. Не паясничай.

— Я…

— Граф поведал мне о твоём остроумии.

— Но…

— «Слушаюсь, госпожа».

— …Слушаюсь, госпожа.

Мы оказались в оранжерее, посреди которой разместился большой круглый

стол. За ним сидели четыре женщины. Я помнила двух из них: леди Шарлотт и леди Стеллу.

Они являлись теми ещё сплетницами, но волноваться на их счёт не стоило: обе

сотрудничали с Кассандрой и тоже недолюбливали Талию. Конечно, ведь Стефан

Сомерсет выбрал не их!

— Герцогиня, — Стелла, высокая блондинка с серыми глазами, положила

ладонь на грудь, — приятно видеть Вас в добром здравии.

— Взаимно, леди Стелла. Как Ваша семья?

— Отец в отъезде, а младший брат — младший, подумать только! — готовится

к браку. Дата свадьбы назначена на конец августа. Смеем надеяться на Ваше

присутствие.

Подхалимка.

— Всенепременно... Чаю?

Далее последовал обмен любезностями. Я ощущала себя предметом

интерьера, пока Арлет в компании другой служанки обхаживала гостей, но Кассандра чётко

дала мне понять, что от меня требуется молча улыбаться. Что я и делала, пока ко

мне не обратилась Шарлотт.

«Какого чёрта?»

— Ты новая служанка Её Светлости герцогини?

Я посмотрела на Кассандру, и та жестом разрешила мне говорить.

— Да, госпожа.

— И как тебе? Нравится?

— Её Светлость очень заботлива.

— Заботлива? В каком смысле?

— Леди Шарлотт, — прервала её Кассандра. — Катрина — моя личная горничная,

разве я не имею права проявлять заботу о ней?

— О, нет, что Вы! Я не знала, что она близка Вам…

— Теперь знаете.

Шарлотт открыла рот, намереваясь добавить что-то ещё, но тут послышались

голоса. Стеклянные двери отворились.

— Неужели начали? И без нас.

На пороге, помахивая узорчатым веером — нежно-голубым, в тон платью,

— стояла Талия Сноу. Элегантная и чувственная, как на обложке романа.

— Прошу прощения за опоздание. Можем ли мы продолжить чаепитие?