# Иллюстрации и содержание

[[image:/storage/reader-images/4e7cc414253d77e065281ff728bcf57a48fa73e7.jpg]]

Обложка

Надписи:

`Сакон Кайдо`

`Иллюстратор: Тайки`

`Бесконечный Дендрограм`

`1. Начало возможностей`

[[image:/storage/reader-images/8388c4dae4cba3b3079f0f5cb2792a635c920e4e.jpg]]

Фронтиспис

Бесконечный Дендрограм

1. Начало возможностей

Сакон Кайдо

Иллюстратор: Тайки

[[image:/storage/reader-images/bb9d269b3631f7598caadda36d1b5f57f6b79969.jpg]]

Персонажи

Сю

Сю Старлинг

Сюити Мукудори

Брат Рэя в реальной жизни и тот самый человек, который пригласил его в игру. Он носит костюм медведя, потому что при создании персонажа случайно сделал лицо аватара точной копией своего настоящего.

Лилиана

Лилиана Грандрия

Первый тиан (неигровой персонаж), которого встретил Рэй. Первый квест Рэя начался после того, как пропала её сестра. Она — заместитель командира Королевской рыцарской гвардии и очень популярна среди жителей страны.

Вавилон

Вавилон

Эмбрион Рука. Невинная и милая суккуба. Поскольку её хозяин несовершеннолетний, всё её соблазнение сводится к массажу плеч и предложению положить голову ей на колени.

Рук

Рук Холмс

Мальчик-новичок, которого Рэй встретил в полях. У него поразительно мягкие черты лица, и, по его словам, его виртуальная внешность почти не отличается от настоящей. Его профессия — сутенёр, а сражается он в основном с помощью приручённых монстров.

Рэй

Рэй Старлинг

Рэйдзи Мукудори

Юноша, который после сдачи вступительных экзаменов в вуз начал играть в «Бесконечный Дендрограм». Хотя обычно он спокоен, сильная воля и чувство справедливости позволяют ему продолжать борьбу столько, сколько потребуется.

Немезида

Немезида

Девушка, в облике которой воплотился Эмбрион Рэя. Она способна превращаться в оружие; в первой форме — в двуручный меч. Кроме того, у неё весьма впечатляющий аппетит.

[[image:/storage/reader-images/353f193b1d418fa96162977677280b4970142670.jpg]]

Боевая сцена

«Ответное… поглощение!»

Немезида как раз вовремя создала световой барьер: он остановил кулак Гардранда, прежде чем тот успел нанести мне прямой удар, и значительно снизил урон.

Содержание

Глава 0. Бесконечный Дендрограм

Глава 1. Немезида

Глава 2. Ужин и намерения

Глава 3. Точка старта

Глава 4. Лабиринт надгробий

Глава 5. Супериор

Глава 6. Кошачье чаепитие

Глава 7. Испытание новичков

Эпилог

Послесловие

# Глава 0. Бесконечный Дендрограм

15 июля 2043 года. В этот день по всему миру вышла VRMMO «Бесконечный Дендрограм». С тех пор как люди впервые задумались об игре жанра VRMMO — массовой многопользовательской онлайн-игре в виртуальной реальности, — прошло почти полвека.

В двухтысячных манга, аниме, видеоигры и другие произведения всё чаще представляли VRMMO как идеальную «игру мечты». Среди моря развлечений люди с нетерпением ждали появления настоящей VRMMO, а в десятых годах вышли шлемы квазивиртуальной реальности, значительно усилившие эффект погружения за счёт изображения и звука.

Поначалу VRMMO существовали лишь в фантазиях, но их ждали, разрабатывали и наконец воплотили в жизнь. В тридцатых годах вышло несколько VRMMO полного погружения, позволявших игрокам входить в игровые миры и воспринимать их всеми пятью чувствами.

Столь малое число релизов объяснялось сложностью и колоссальной стоимостью разработки. Взяться за неё могли лишь компании с передовыми технологиями и достаточными ресурсами. Возможно, попыток было больше, но остальные проекты так и не довели до конца.

Однако немногие завершённые игры, добравшиеся до рынка, быстро разочаровали публику. В отличие от VRMMO из художественных произведений, им недоставало реалистичности, ощущения причиняли дискомфорт, а графика почти не отличалась от обычных игровых систем. Более того, несмотря на заверения разработчиков в безопасности, игроки один за другим заболевали и попадали в больницы.

Компании, выпустившие первые VRMMO полного погружения, разорились из-за низких продаж, дурной репутации и множества исков от пострадавших игроков.

Один тогдашний обозреватель сказал об этих играх так: «Они сумели создать “игру мечты”, но не сумели создать саму “мечту”».

Разработка VRMMO полного погружения продолжалась, однако ни один проект нельзя было назвать успешным.

До тех пор… пока не вышел «Бесконечный Дендрограм».

◇

До релиза о «Бесконечном Дендрограме» почти ничего не было известно — и это выглядело ненормально.

Проект всё время держали в тайне, а в день выхода разработчики одновременно распространили по мировым СМИ лишь одно объявление. В нём перечислялись четыре главных достоинства игры.

Первое: безупречная имитация всех пяти чувств.

Второе: даже сто миллионов игроков будут находиться в одном игровом мире на единственном сервере.

Третье: игроки смогут выбирать, как будет выглядеть игровой мир: реалистично, в трёхмерной графике или в стиле двухмерного аниме.

Четвёртое: время в игре будет идти втрое быстрее, чем в реальном мире.

По всему миру на это отвечали: «Такое вообще возможно?», «Сколько же денег и технологий они в это вложили?», «Даже для заведомо ложной рекламы это уже перебор, разве нет?»

Объявление произвело впечатление, но его содержание показалось людям попросту абсурдным. Из всех, кто его увидел, включая тех, кто вообще не играл в игры, 99,9998 процента не поверили ни слову и ничего не купили.

Оставшиеся 0,0002 процента рассуждали иначе: «Похоже на ложь, но вдруг это правда…», «Попробую», «Я верю» — и отправлялись в магазины.

Необходимое оборудование стоило около десяти тысяч иен — цена неслыханная, если не сказать безрассудная. Это и привлекало покупателей: «Даже если обманут, потеряю всего десять тысяч». Они покупали игру и запускали её.

А войдя в игровой мир… сразу понимали: всё настоящее.

Поражённые реалистичностью игры, они выходили из неё, смотрели на часы — и удивлялись ещё сильнее. Увиденная ими мечта была реальностью: «игра мечты» наконец существовала.

На следующий день после релиза, когда весь мир уже шумел из-за сообщений и отзывов первых игроков, разработчики выступили с новым объявлением. На этот раз они подробно рассказали о содержании игры. В трансляции участвовал ведущий разработчик «Бесконечного Дендрограма», человек по имени Льюис Кэрролл. Он сказал:

— В игровой системе «Бесконечного Дендрограма» есть особая составляющая. Она не сводится к тысячам возможных сочетаний профессий и навыков, а наделяет каждого игрока абсолютной, неповторимой уникальностью. Это Эмбрион. Он открывает перед игроками поистине бесконечные возможности и обеспечивает индивидуальное развитие.

— Эмбрионы откликаются на личные обстоятельства владельца и эволюционируют по одному из бесконечного множества путей. Отличаться будут не только цвет и детали: у них могут появляться уникальные навыки, поэтому предел их возможностям не установить. В этом и заключается суть «Бесконечного Дендрограма».

— Да. «Бесконечный Дендрограм» подарит вам новый мир и вашу собственную, неповторимую возможность.

Эти слова стали последней искрой, превратившей игру в мировое явление.

◇◇◇

16 марта 2045 года — Рэйдзи Мукудори

Я, Рэйдзи Мукудори, сидел на коленях перед игрой и заметно нервничал.

Возможно, это звучало преувеличенно, но я ждал полтора года и наконец мог сыграть в «Бесконечный Дендрограм». Разумеется, я волновался.

— Долгий же был путь, — произнёс я.

Игру анонсировали и выпустили летом, когда я учился в предпоследнем классе старшей школы и как раз убеждал себя изо всех сил готовиться к вступительным экзаменам.

Наверняка и другие любившие игры старшеклассники моего возраста приходили в отчаяние и думали: ну почему настолько интересная игра должна была выйти именно в годы моих вступительных экзаменов?

Но теперь я успешно поступил в городской вуз и воспользовался случаем, чтобы начать жить отдельно. Переезд закончился вчера, и помогавшие мне родители уже вернулись домой.

Теперь я могу играть сколько захочу!

Утром я отправился в игровой магазин к самому открытию и купил «Бесконечный Дендрограм». Говорили, что первые полгода после релиза достать экземпляр было трудно, но спустя полтора года я приобрёл его без всяких проблем.

К слову, мой старший брат относился к тем, кто купил игру в день выхода. Всё это время он звонил мне и твердил: «Давай скорее, будем вместе играть в Дендро». Не знаю, что я чувствовал сильнее — досаду или зависть.

Но сегодня всему этому конец!

— Ну, приступим! — Я собрался с духом и открыл коробку. Внутри лежали игровая система в форме шлема и руководство.

Согласно инструкции, чтобы войти в игровой мир, достаточно было надеть шлем и включить питание. Там объяснялись и особенности изображения и течения времени, но описать их можно было одним словом: «невероятно».

Как вообще удалось создать такую игру? — подумал я. — Похоже, её технологии опережают нынешние лет на десять, а то и на двадцать…

Но пугаться было некогда. Следуя указаниям и рекомендациям из руководства, я надел шлем, лёг на кровать лицом к потолку и запустил игру.

В тот же миг всё перед глазами почернело.

◇

— Здра-а-авствуйте и добро пожа-а-аловать.

Не успел я опомниться, как оказался уже не в своей комнате, а в помещении, похожем на кабинет в деревянном доме западного стиля. Голос принадлежал незнакомому коту, сидевшему передо мной в добротно сделанном деревянном кресле-качалке.

…Кот?

— Простите за вторжение, — сказал я. Я растерялся, но решил для начала поздороваться.

— Да-а-а, вот так хорошо, — ответил кот. — Люблю воспитанных люде-е-ей.

Он свободно говорил по-японски, но растягивал окончания фраз.

— Это что-то вроде обучения игре?

— И-и-именно. Когда закончите настраивать разные параметры, вас отправят в игровой ми-и-ир. Ах да, меня зовут Чешир. Я управляющий ИИ номер тринадцать в «Бесконечном Дендрогра-а-аме». Приятно познако-о-омиться.

Управляющий ИИ… Понятно. Вот почему он способен отвечать с учётом нечёткой логики.

Управляющие ИИ — созданные людьми кибернетические разумы, мозгом каждому из которых служит целый современный суперкомпьютер. Как следует из названия, прежде всего их применяют для управления и контроля. Говорят, одного такого ИИ достаточно, чтобы безошибочно и с высокой скоростью обслуживать базы данных и сети небольшой страны.

Если этот — номер тринадцать, значит, игрой управляют ещё двенадцать ИИ того же уровня?

— Мне тоже приятно познакомиться.

— Хоро-о-ошо. Сначала выберем гра-а-афику. Образцы будут сменять друг друга, а вы скажете, какой нравится больше всего, ла-а-адно?

Стоило коту… Чеширу… договорить, как окружавшая нас обстановка полностью преобразилась.

Кабинет превратился в просторную площадь средневекового европейского города. По ней ходило множество людей, и через равные промежутки времени их облик менялся. Вернее, менялся не сам облик, а то, как я их воспринимал: реалистичное изображение сменялось трёхмерной графикой, та — аниме, а потом всё возвращалось к реализму.

— Постойте, как вы это делаете?

— Зрительные образы всё равно обрабатывает мозг, поэтому спосо-о-об есть, — ответил Чешир. — Так можно менять способ восприятия. Какой вы выберете-е-е? Потом его можно будет сменить специальным предме-е-етом.

— Оставлю как есть.

Пока я не привыкну к игре, лучше видеть мир обычным образом. Хотя мне и было любопытно, что я почувствую, прикоснувшись к предмету, который выглядит нарисованным в стиле аниме.

— Хоро-о-ошо. — Обстановка снова стала кабинетом. — Теперь выберем имя персона-а-ажа. Как вас будут звать в игре-е-е?

— Рэй Старлинг.

Это имя я часто использовал в других играх. Оно представляло собой немного изменённый вариант моего имени и английский перевод фамилии Мукудори.

— Тогда так и запи-и-ишем. Теперь настроим внешность персона-а-ажа.

После этих слов передо мной появились безликий манекен и множество окон. В них были параметры вроде «рост», «вес», «обхват груди», соответствующие ползунки и варианты черт лица.

— Это…

— Используйте детали и ползунки, чтобы создать игровой авата-а-ар. Можно даже стать животным, как я, или сменить по-о-ол.

Не уверен, что хочу менять пол в настолько реалистичной игре…

— Можете не спешить и всё обдума-а-ать. Здесь времени втрое больше, чем в реальном ми-и-ире. …Кстати, один человек постоянно входил и выходил из игры и потратил на создание аватара целый месяц земного времени-и-и.

Это же невероятное усердие и сосредоточенность. Я точно так не смогу.

Дело было не только в огромном количестве деталей и ползунков: каждый параметр настраивался с чрезмерной точностью. Казалось, мне предлагают создать настоящее человеческое лицо.

Для новичка это слишком сложно. Тогда…

— Можно взять за основу мою настоящую внешность и немного её изменить?

— Мо-о-ожно. — Чешир махнул хвостом.

Манекен превратился в меня.

— Теперь остаётся только внести изменения, используя этот облик как осно-о-ову.

— Спасибо.

Дальше всё оказалось довольно просто. Большинство параметров я не трогал, но сделал волосы светлыми и изменил этнический тип, отчего поменялось и лицо. Настраивая внешность, я задумался, как выглядел бы в аниме- или CG-режиме. Я смог бы увидеть это, если бы играл с исходными настройками, но… нет, выходить в сеть со своим настоящим лицом всё-таки не стоит.

Так, примерно за полчаса, я закончил создавать аватар.

— И… готово.

— Хоро-о-ошо. Теперь выдам начальные предме-е-еты.

Чешир взмахнул мягкой лапой, и из пустоты упала сумка.

— Это сумка-хранилище, она же инвента-а-арь. Внутри неё находится пространство из другого измере-е-ения. Вы можете складывать туда принадлежащие вам вещи, но, с другой стороны, не сможете убрать туда то, что вам не принадлежи-и-и.

— Понятно.

Полезная сумка, но, видимо, совершать с её помощью преступления не получится.

— Впро-о-очем, предмет, выпавший из убитого вами при PK игрока, или вещь, похищенная навыком «Кража», внутрь попаду-у-ут.

Я промолчал. Даже не знаю, что на это ответить.

— Кстати, если навык «Кража» у игрока достаточно высокого уровня, он сможет вытащить предмет даже из этой сумки, похожей на карман четвёртого измере-е-ения. Так что будьте осторо-о-ожны.

И как именно мне остерегаться вора, способного красть из четвёртого измерения?

— Эта сумка предназначена для новичков, но есть и другие: такие, из которых труднее украсть, маленькие или особо вмести-и-ительные.

— А какова вместимость этой?

— Объёмом — примерно с классную комнату, а по земным меркам весит около одной то-о-онны.

— Немало помещается. Мне хватит.

— Торговцам, говорят, не хвата-а-ает. Они обычно покупают новые-е-е. Ах да, если сумку для предметов уничтожить, всё содержимое рассыплется вокруг, поэтому следите за прочностью-ю-ю.

— Буду осторожен.

— Теперь комплект начальной экипиро-о-овки. Рэй, что выберете-е-е?

Чешир достал с книжной полки каталог и показал его мне.

В каталоге были полные комплекты всевозможной брони. Помимо привычных восточных и западных доспехов, встречались традиционные наряды Китая, Индии, Ближнего Востока и Южной Америки. А на противоположном конце встречались даже костюмы, словно из научно-фантастических фильмов.

— Тогда возьму это.

Я выбрал сочетание нижней рубашки, куртки, джинсов и банданы. Образ отдалённо напоминал главного героя одной великой игры прошлого века.

Благодаря брату я играл не только в современные, но и в старые игры, поэтому пусть этот стиль и выглядел немного несовременно, он вполне соответствовал моим вкусам.

— Хоро-о-ошо. А какое оружие возьмёте первым?

Я перелистнул каталог. Там перечислялись самые разные виды оружия: деревянный меч, учебный меч с тупым лезвием, нож, лук, праща и посох.

Надо выбрать то, что подходит к одежде.

— Возьму нож.

— Хоро-о-ошо. Тогда оружие и экипировка… Та-да-а-ам.

По голосу Чешира было трудно понять, говорит ли он бодро или всё так же вяло, но в тот же миг мой облик изменился. На мне появился выбранный наряд, а на поясе повис нож. Но сильнее всего впечатляло то, что теперь я выглядел точно как созданный мной аватар.

— Вот это да.

Я осмотрел себя в большом зеркале, которое предоставил Чешир. Выглядит неплохо.

— Ах да, чуть не забыл: вот ваши начальные де-е-еньги.

Чешир передал мне пять монет, похожих на серебряные.

— Пять серебряных монет — это пять тысяч ли-и-иров. Для сравнения, рисовый колобок стоит около десяти лиров.

Значит, один лир — примерно десять иен. Тогда пять тысяч лиров — немалые деньги.

— Нормально выдавать столько в самом начале?

— Ага. Только научитесь зарабатывать до того, как они законча-а-атся.

Иными словами, больше мне ничего не дадут, так что тратить надо разумно.

— Ну а теперь наконец передадим вам Эмбрио-о-он.

— Тот самый, о котором все говорят!

Эмбрионы.

Насколько я слышал, они были главной особенностью «Бесконечного Дендрограма». Эмбрионы давали каждому игроку подлинную уникальность, бесконечно развивались в зависимости от своего владельца и становились партнёрами, превосходившими обычные предметы и снаряжение.

Мой брат, уже игравший в эту игру, говорил: «Даже если бы это была не настолько хорошо сделанная VRMMO полного погружения, а обычная MMO, одной системы Эмбрионов хватило бы, чтобы игра стала хитом».

— Нужны объяснения об Эмбрио-о-онах?

— Раз уж предлагаете, лучше послушаю. — Обучение уникальным системам пропускать не стоит.

— Хоро-о-ошо. В начале каждый игрок получает Эмбрио-о-он. Одинаково они выглядят только в нулевой фо-о-орме. Начиная с первой формы каждый меняется по-своему, в зависимости от владе-е-ельца.

— О-о-о… — Как игрок, я не мог не заинтересоваться системой, дающей нечто совершенно уникальное.

— Хотя возможностей бесконечно много, существуют примерные катего-о-ории.

— О, этого я не знал.

До начала игры я изо всех сил избегал любой информации. Боялся, что, узнав что-нибудь интересное, не выдержу, заброшу подготовку к экзаменам и начну играть.

От брата я слышал только: «Это весело». Возможно, он тоже беспокоился о моих экзаменах и потому не рассказывал ничего конкретного.

— Основные категории таки-и-ие: тип «Оружие» — устройство, которое игрок может использовать как оружие или броню-ю-ю. Тип «Страж» — монстр, защищающий игрока-а-а. Тип «Колесница» — транспорт, на котором можно передвига-а-аться. Тип «Замок» — строение, в котором можно жи-и-ить. Тип «Территория» — барьер, который можно разворачива-а-ать. Вроде бы всё-о-о.

— О-о-о… — Мне всё сильнее хотелось увидеть, каким станет мой Эмбрион.

— Кроме того, есть редкие и продвинутые категории, в которые Эмбрион тоже может эволюционирова-а-ать. Бывают даже категории, существующие только у одного-единственного Эмбрио-о-она. Было бы здорово, если бы вам такая доста-а-алась.

— Вот это да! Но тогда наверняка найдутся игроки, которые будут пересоздавать персонажа, пока не получат редкую категорию.

— А-а-а, в этой игре персонажа нельзя пересозда-а-ать.

— Что?

— Даже если человек купит другое оборудование и запустит игру, он войдёт в игру тем же персонажем, что и в первый ра-а-аз, — объяснил Чешир. — Эмбрион тоже останется пре-е-ежним. Мы храним у себя данные о мозговых волнах пользова-а-ателей.

— …………

Они записывают наши мозговые волны… Да, звучит немного пугающе.

— Но даже если бы сброс был возможен, всё равно результат зависит от самого человека, поэтому Эмбрион, думаю, получился бы точно таким же-е-е.

Вот как это работает?

— И-и-и… пока мы разговаривали, передача вашего Эмбриона заверши-и-илась.

— Что? …А.

Я заметил, что на тыльной стороне левой кисти теперь тускло светился вживлённый овальный камень.

— Это ваш Эмбрио-о-он. В нулевой форме он будет прикреплён к левой руке, а когда вылупится и достигнет первой формы, отдели-и-ится.

Получается, я как будто высиживаю яйцо.

— А пока он в яйце, его можно разбить?

— Не-е-ет. Любой урон, который получает Эмбрион в нулевой форме, передаётся владе-е-ельцу.

А-а, понятно. Значит, Эмбрион не пострадает, даже если игрок умрёт.

— Но после вылупления Эмбрионы, как и всё прочее, могут получать повреждения и лома-а-аться. Правда, со временем они восстанавливаются са-а-ами.

Почти как живое существо.

— Кстати, когда Эмбрион примет первую форму, на месте яйца появится татуировка в виде герба-а-а. В этом мире она служит своего рода удостоверением игрока-а-а. Без неё отличить игрока от NPC было бы невозмо-о-ожно.

— Правда?

Но нет, неужели NPC и правда можно принять за человека?..

— Кроме того, герб может хранить Эмбрио-о-он. Когда он не нужен, его можно убрать в левую ру-у-уку. Пока вы играете, вы всегда будете вместе, поэтому, пожалуйста, берегите его-о-о.

— Понял.

Я всё ещё не знаю, как будет развиваться мой Эмбрион, но ничего страшного. Всё зависит от меня самого, значит, со временем он сам найдёт свой путь.

— Рад познакомиться, напарник.

Разумеется, Эмбрион не ответил, но мне показалось, что он чуть ярче засветился.

— И последнее: выберите страну, к которой хотите присоедини-и-иться.

Чешир развернул на письменном столе старинную карту-свиток. Из семи точек на ней поднялись столбы света, и внутри каждого я увидел город.

— Страны со столбами света доступны для выбора в нача-а-але. Внутри показаны их столи-и-ицы.

Вокруг каждого столба светящимися буквами парили название и описание страны.

Окружённый крепостной стеной город в западном фэнтезийном стиле. В центре возвышается замок из белого известняка.

Королевство Алтар — страна рыцарей.

Над деревянным городом кружатся лепестки сакуры. Высоко над ним возвышается замок в японском стиле.

Тэнти — страна клинков.

В этих горах царит утончённая красота. По долинам вечно течёт широкая река.

Империя Хуанхэ — страна отшельников.

Чёрный дым бесчисленных фабрик поднимается и застилает небо. Внизу раскинулся современный город из стали.

Империя Драйф — страна машин.

К огромному оазису примыкают базары, со всех сторон окружённые бескрайней пустыней.

Калдина — союз торговых городов-государств.

Посреди открытого моря плавает рукотворная суша, созданная из множества соединённых между собой крупных кораблей.

Гранвалоа — морская держава.

У подножия Иггдрасиля, в глубине леса, эльфы, феи и полулюди живут в уединённом цветущем саду.

Легендария — родина фей.

— О-о-о…

От одного вида хотелось побывать во всех этих странах. Тэнти напоминала эпоху Адзути-Момояма, от Хуанхэ веяло китайским фэнтези. В Драйфе наверняка были роботы, а прогулка по базарам Калдины сама по себе стала бы путешествием. Моря Гранвалоа звали навстречу приключениям, а для визита в Легендарию и причину искать не требовалось.

И всё же…

— Выбираю Королевство Алтар.

— Хоро-о-ошо. И небольшой вопрос для анкеты: почему вы выбрали именно его-о-о?

— Там меня ждёт брат.

— А-а-а, вот как…

Сразу после покупки игры я позвонил брату из магазина, и он сказал: «Тогда буду ждать тебя в столице Королевства Алтар».

…Раз он ждёт, выбора у меня нет. Но почему он сам выбрал Алтар? Он же вроде любит роботов и военные корабли — почему не отправился в Империю Драйф или Гранвалоа? Ладно, спрошу при встрече.

— В игре бывают события, позволяющие сменить страну, так что не стоит так расстра-а-иваться.

— Да, спасибо…

Надо переключиться. Королевство Алтар кажется немного простым и обычным, но, возможно, это даже хорошо.

— Тогда отправляю вас в Альтею, королевскую столицу Алта-а-ара.

— Постойте. А какая в этой игре цель?

Во всех играх, в которые я играл с детства, даже сетевых, существовала установленная цель: победить злого бога, короля демонов или кого-нибудь ещё. Я думал, здесь будет так же, но когда спросил Чешира…

— Люба-а-ая.

— Любая?

— Именно. Люба-а-ая. Можете стать героем или королём демонов, монархом или рабом, добрым человеком или злодеем. Можете что-то делать, а можете не делать ничего. Можете остаться в «Бесконечном Дендрограме» или покинуть его. Всё зависит от вас. Если нечто возможно, вы вольны делать всё, что пожелаете.

Манера Чешира изменилась.

— Подобно Эмбриону в вашей левой руке, то, что сейчас начнётся, обладает бесконечными возможностями.

Он больше не растягивал слова. Казалось, будто он читает закадровый текст.

— Добро пожаловать в «Бесконечный Дендрограм». Мы искренне рады вам.

Едва прозвучали эти слова, кабинет исчез. Письменный стол, книжные полки и сам Чешир растворились, а я остался парить в воздухе.

— Что?

Подо мной лежал уже знакомый мир. Я смотрел сверху на тот самый континент, который недавно видел на карте. Вскоре моё тело словно потянуло к одной точке — Королевству Алтар, — и я с огромной скоростью полетел вниз.

Так я впервые ступил в мир «Бесконечного Дендрограма».

◇◇◇

Перед Южными воротами, королевская столица Альтея, Королевство Алтар — Рэй Старлинг

— Я думал, умру…

После внезапного падения с неба сердце бешено колотилось, и я заставлял себя глубоко дышать, чтобы успокоиться.

Ощущение падения всё ещё не отпускало:

пейзаж с огромной скоростью и поразительной отчётливостью менялся перед глазами;

воздух свистел и скрёб по телу;

ледяной ветер хлестал со всех сторон;

я чувствовал запах ветра, которого прежде никогда не знал;

и вкус земли во рту — после приземления я в оцепенении свалился на землю, не понимая, как мог остаться цел. Боли не было — судя по всему, по умолчанию её отключали, — но остальные пять чувств воспринимали этот мир точно так же, как настоящий.

— Это… слишком реально, — тихо произнёс я.

Настоящая VRMMO полного погружения… Наконец я воочию убедился, что игра мечты стала реальностью.

Пусть эффектное появление и казалось немного чрезмерным, я действительно оказался в мире «Бесконечного Дендрограма».

Я огляделся. За спиной высились огромные ворота, окружённые белыми крепостными стенами, чьи вершины терялись из виду. У ворот стояли стражники в западных доспехах.

Эти ворота я видел в комнате Чешира, значит, передо мной Альтея — королевская столица Алтара.

Ворота в город были открыты, и через них непрерывно проезжали повозки и проходили люди.

Похоже, войти можно без проблем.

Всё было впервые, поэтому я робко — а точнее, подозрительно — прошёл через ворота и беспрепятственно оказался в городе.

— Отлично. — Я облегчённо выдохнул. Похоже, при входе в Альтею и выходе из неё никого не проверяют.

Теперь, когда я благополучно вошёл в город, оставалось лишь добраться до места встречи с братом.

— Если правильно помню, он сказал: большой фонтан на центральной улице столицы. И что от входа нужно идти прямо, но… хм… на всякий случай проверю.

Я мысленно произнёс «главное меню», и, как было описано в руководстве, передо мной появилось игровое окно. Оно делилось на две части: справа отображались моё имя и сокращённые характеристики, слева — список команд меню.

Я быстро посмотрел на характеристики и увидел, что мой текущий уровень равен нулю. В «Бесконечном Дендрограме» у каждой профессии имелся собственный уровень, а поскольку профессии у меня пока не было, общий уровень оставался нулевым.

— Карта… Вот она.

Я нашёл нужную команду и открыл её. Появилось новое окно с картой королевской столицы Альтеи.

Обычно карту требовалось заполнять, путешествуя по местности или покупая готовые карты. Но в руководстве говорилось, что начальная область игрока — столица выбранной страны и её окрестности — заносится туда сразу.

Удобно.

— Понятно, понятно, — пробормотал я.

Альтея имела форму круга и была окружена крепостной стеной. В стене находились ворота, обращённые к четырём сторонам света, и от каждых ворот к центру города вела широкая мощёная дорога.

Если бы дороги продолжались до конца, они пересеклись бы крестом, но этого не происходило. В центре столицы находилось ещё одно кольцо крепостных стен, внутри которого располагался район знати. Для входа требовалось особое разрешение, а в самом центре стоял королевский замок.

Вряд ли мне скоро понадобится туда идти.

Центральной улицей, где мы договорились встретиться, была дорога от Южных ворот к району знати. А ворота, через которые я только что вошёл, как раз назывались Южными.

Значит, если идти прямо, я доберусь до фонтана.

Я шагал, глядя на карту и размышляя об этом, как вдруг…

— А-а?!

— Что?

Мы с незнакомой женщиной каким-то образом встретились взглядами. Она выбежала из бокового переулка, а я слишком увлёкся картой и заметил её, лишь когда она оказалась прямо передо мной. Я среагировал поздно и не успел уклониться. Мы столкнулись, и меня отбросило больше чем на пятнадцать метров.

— Гх… — простонал я. Похоже, урон был серьёзный.

И действительно: открытое передо мной окно показывало, что я потерял восемьдесят процентов HP. К тому же, похоже, сломал несколько костей — в списке состояний появились «перелом левой руки» и «перелом правой ноги».

Одно столкновение с девушкой — и такие почти смертельные травмы… Да насколько же я немощный?

— В-вы в порядке?!

Женщина, сбившая меня, подбежала с побледневшим лицом. У неё были мягкие волосы, добрые черты… и белые металлические доспехи, выглядевшие до нелепости тяжёлыми.

Не удивлюсь, если они весят килограммов сто.

— Я-я…

Я попытался сказать: «Я в порядке. Ничего страшного», но после полученного урона тело всё ещё онемело, и язык плохо слушался.

— Простите меня! «Усиленное исцеление»!

Её ладонь тут же засияла белым, и на моё тело посыпались частицы света. HP полностью восстановились, а состояния переломов исчезли.

— О… о-о-о…

Наверное, это была лечебная магия. В видеоиграх герой нередко оказывался при смерти, а затем мгновенно исцелялся, но теперь я испытал это на себе. …Немного страшно.

— Мне ужасно жаль! Всё из-за того, что я бежала и не смотрела вперёд…

— Н-нет, я тоже отвлёкся… А вы сами не пострадали?

Мы столкнулись с такой силой, что я едва не погиб, поэтому я беспокоился и за неё, но… женщина оказалась совершенно невредима.

Похоже, она была игроком очень высокого уровня, да и снаряжение выглядело первоклассным. Значит, характеристики у неё, скорее всего, тоже были высокими.

Вот почему столкновение закончилось именно так.

— Со мной всё хорошо. Но я нанесла вам такую ужасную травму…

— Н-ничего, вы ведь меня вылечили, так что всё в порядке.

Я невольно перешёл на вежливую речь. Более того, голос, кажется, дрожал. После столкновения я ещё не оправился от испуга.

— К-кстати, вы, похоже, очень спешили. Что-то случилось?

Стоило мне спросить, как женщина вдруг вспомнила о чём-то важном.

— На самом деле моя младшая сестра ушла из дома, и я её ищу.

— Сестра?

— Да. Вот она на фотографии. Вы нигде её не видели?

Женщина достала фотографию и показала мне. Несмотря на фэнтезийный мир, фотографии здесь, похоже, вполне обычны. На снимке была милая девочка, похожая на уменьшенную копию стоявшей передо мной женщины, только волосы у неё были прямыми, а не волнистыми.

Её сестра… Наверное, как мы с братом, они вместе играют в эту игру.

Она смотрела на меня с отчаянием, а я мог лишь молчать. Мне было жаль её, но сестру я не видел.

— Простите. Я только начал играть и вошёл в город через те ворота буквально минуту назад…

— Вот как… Тогда, возможно, она уже внутри… Пожалуйста, вот мои контактные данные. Если случайно увидите мою сестру, свяжитесь со мной! И ещё раз простите, что сбила вас!

Она достала листок, что-то написала и передала его мне.

— Не нужно извиняться. Лучше скорее идите искать сестру.

— Спасибо… Тогда до свидания!

Она стремительно убежала, оставив у меня в руке записку. На ней было написано: «Лилиана Грандрия, заместитель командира Королевской рыцарской гвардии Королевства Алтар».

— Что?

Незнакомые письмена сами переводились в моей голове на японский. Но ещё сильнее меня поразило остальное содержимое записки…

«Начался квест “Поиски Милианны Грандрии”, уровень сложности — 5. Подробности смотрите на экране квеста».

Я потерял дар речи.

Эм… понятно.

Хотя она казалась настоящим человеком, это означало, что на самом деле она не игрок, а…

— Она была NPC?!

Так я вновь осознал, насколько невероятно реалистичен «Бесконечный Дендрограм».

◇

Вскоре после встречи с Лилианой и получения первого квеста я добрался до большого фонтана на центральной улице, где мы договорились встретиться с братом. По дороге я заглянул в справку: оказывается, квесты пятого уровня сложности рассчитаны на группы опытных игроков. Мне такое задание было явно не по силам.

Почему новичку вообще выдали такой квест? Пока просто спрошу брата.

С этой мыслью я поспешил к фонтану и…

открывшаяся картина лишила меня дара речи.

Перед фонтаном стоял почти двухметровый медвежий костюм с табличкой «Добро пожаловать, младший брат».

— …Что это вообще такое?

Не может быть… Но… Нет, невозможно… Хотя…

Мы ведь договорились встретиться именно здесь.

И вряд ли здесь найдётся много людей, ожидающих младшего брата.

Он не знает имени моего персонажа, а настоящее имя написать не мог, поэтому табличка с “младшим братом” вполне логична. Это я понимаю.

Но…

— Почему костюм?

Чтобы подойти и заговорить с этим существом, потребуется немало храбрости.

Вокруг медведя уже некоторое время собирались дети. Я не мог понять, NPC они или игроки, но медведь им явно нравился. Они забирались ему на голову и колени, висели на руках.

Так я никуда не продвинусь. Собравшись с духом, я решил обратиться к нему:

— Простите, я хотел кое-что спросить…

[[image:/storage/reader-images/ff5779337fdcf5127c1490060f14d7e44210d48d.jpg]]

— Да-да, одну медвежью минутку.

Это что, каламбур?.. Он медведь, конечно, но всё же…

— Вы Сюити Мукудори?.. Ладно, забудь. Это ты, брат?

— Он самый. Привет, Рэйдзи.

…Как же мне хотелось ошибиться.

— Рад, что мы смогли встретиться.

Медведь — то есть мой брат, Сюити Мукудори, — поднялся на ноги.

— Ну что, пойдём?

Затем он достал из сумки-хранилища — вернее, из кармана на животе — конфеты и раздал окружившим его детям.

Он изображает того знаменитого персонажа? Тогда ему следовало бы стать котом или хотя бы енотом.

— Ура!

— Спасибо, господин Медведь!

Дети получили конфеты и весело разбежались. Вскоре у фонтана остались только мы с братом.

— Пожалуй, для начала представимся, — сказал он. — В игре меня зовут Сю Старлинг.

— А меня — Рэй Старлинг. Как я и думал, фамилии у нас совпали.

Английский перевод фамилии Мукудори был слишком удобен: когда кто-нибудь из нашей семьи создавал персонажа, в восьми случаях из десяти получался Старлинг.

— Итак, что будем делать? — спросил брат. — Твой Эмбрион, похоже, ещё не вылупился. Показать тебе город? Заодно, если захочешь купить снаряжение, могу одолжить денег без процентов.

— Вообще-то…

Я рассказал ему о только что полученном квесте.

— Правда?.. Квест от Лилианы. Мне от неё ни разу заданий не доставалось.

— Но почему такой квест дали мне, игроку нулевого уровня?

— Потому что этот мир реалистичен, а многие квесты начинаются по случайному стечению обстоятельств, — ответил он. — Здесь происшествия случаются не ради возникновения квеста. Наоборот, квест появляется, когда что-то происходит. Многие задания нельзя вызвать намеренно, а порой ты ввязываешься в них, даже не собираясь. Считай это хорошим боевым крещением… Ты ведь уже понял, насколько реальны жители этого мира?

— Да. Настолько, что я даже сомневаюсь: передо мной настоящий ты или NPC, который тебя изображает.

— Конечно я. Можешь мне медведоверять.

— Хватит уже медвежьих шуточек!

Мне становилось не по себе: я знал, кто находится внутри, и невольно представлял его настоящее лицо.

— Ха-ха-ха. Кстати, Лилиана спорит за первое или второе место по популярности во всём королевстве. У неё даже есть фан-клуб, в котором состоят и игроки, и тианы.

— Фан-клуб… А кто такие тианы?

— Люди, которые не являются игроками. Проще говоря, общее название для NPC.

— Понятно… Значит, даже NPC вступают в фан-клубы.

— По словам разработчиков, «их личность и способность мыслить находятся на человеческом уровне». Так что это самый настоящий медвежий минимум их возможностей.

Эта игра настолько совершенна, что уже пугает.

— Кстати, в информации о квесте не сказано, где искать?

— Нет, ничего. Мне велят найти человека, но не дают ни одной подсказки. Я даже не знаю, с чего и где начать.

Хотя, если быть точным, эта записка тоже считается подсказкой.

— Хм. Дай-ка её на секунду.

— Держи.

Брат взял записку, но вместо того, чтобы читать её, перевернул лист и показал мне обратную сторону.

Дорогая сестра!

Во всех магазинах закончились ремберри, поэтому я пойду соберу их сама. Я беру с собой благовоние от насекомых, так что всё будет хорошо. Жди меня и предвкушай угощение.

Милия.

— Это же…

— Она, должно быть, очень спешила. Написала свои данные на обороте записки сестры и отдала её тебе.

Я тоже ничего не заметил. Записка была написана на пергаменте, поэтому текст с обратной стороны не просвечивал.

— А что такое ремберри?

— Один из лучших местных деликатесов. Считай, что это очень вкусные фрукты.

— «Пойду соберу» — значит, она отправилась их искать. — Милианна, похоже, очень деятельный ребёнок.

— В окрестностях есть два места, где растут ремберри. Первое — сад внутри столицы. Там можно собирать урожай, если заплатить пять тысяч лиров за корзину.

Разве это не вся сумма, которую дают новичку? Дорого!

— Второе место находится сразу за Южными воротами и называется Старым садом Реве.

— Старый сад Реве?

— Там кое-что случилось, и поселились монстры-насекомые. Поэтому сад забросили. Фруктовые деревья до сих пор растут там сами по себе, но одновременно это место превратилось в логово монстров.

— Значит, благовоние от насекомых…

— Скорее всего.

Это уже слишком деятельно!

— Иди в безопасный сад! — крикнул я.

— Пять тысяч лиров для ребёнка — слишком много. Даже рыночная цена в пятьдесят лиров за штуку ей вряд ли по карману.

— Но всё равно это не повод…

— Кстати, новички часто принимают Старый сад Реве за безопасное место, потому что он находится совсем рядом с начальной точкой. Но на самом деле это подземелье, куда начинающие игроки заходят и почти сразу погибают. Его ещё называют «Убийцей новичков».

Хуже быть не могло.

Только сейчас я понял: когда встретил Лилиану, она, вероятно, направлялась к старому саду. Услышав, что после выхода из Южных ворот я не видел Милианну, Лилиана сказала: «Тогда, возможно, она уже внутри». Должно быть, она решила, что девочка успела войти в сад.

— Как бы то ни было, лучше закончить квест поскорее. Наверное, его можно провалить, если потратить слишком много времени.

— Что?

— Я же говорил: в этом мире события происходят сами собой и выглядят реалистично. В отличие от старых игр, здесь никто не гарантирует, что всё останется в прежнем состоянии, пока игрок не завершит квест.

— Да, но…

— Скажу тебе как человек, игравший с самого старта. В прошлом уже случалось, что люди погибали. Умерли мудрец, которого почитали героем, командир рыцарей и даже король этой страны.

— …………

Я не знал, что сказать.

— И несмотря на это, мир «Бесконечного Дендрограма» продолжает жить как ни в чём не бывало. Потому что он настоящий.

Я начал представлять…

Что, если на девочку с фотографии нападут монстры и она трагически погибнет? От одной мысли стало неприятно. А когда я вспомнил Лилиану, чувство лишь усилилось. Я понимаю, что они NPC, но…

— После такого на душе останется мерзкий осадок.

— Верно? Тогда завершим квест и добьёмся счастливого конца.

Из-за медвежьего костюма я не видел лица брата, но почему-то чувствовал, что внутри он улыбается.

Так мы с братом образовали группу и отправились выполнять мой первый квест — он, опытный игрок, и я, полный новичок.

Квест назывался «Поиски Милианны Грандрии».

Уровень сложности — 5.

Место — подземелье-ловушка «Убийца новичков», Старый сад Реве.

Цель… счастливый конец.

Начать квест.

# Глава 1. Немезида

— Кстати, ты уже успел посмотреть свои начальные характеристики? — спросил брат, пока мы направлялись к Старому саду Реве.

А ведь и правда, ещё нет, — вспомнил я.

— Информация о статусе… Вот она. — Я выбрал нужный пункт, и передо мной открылось новое окно с характеристиками.

Мой уровень, разумеется, был равен нулю, а ни одной профессии я пока не выбрал. Судя по всему, одновременно можно было использовать несколько профессий, поэтому помимо уровня каждой из них существовал ещё и общий уровень. И тот и другой у меня пока оставались нулевыми.

Ниже отображались HP, MP, SP, STR, END, DEX, AGI и LUC. Все значения были довольно низкими: кроме 98 HP и 23 SP, ни одно не достигало даже двадцати. Сравнивать мне было не с чем, но, вероятно, характеристики у меня были слабые.

Хотя от новичка нулевого уровня силы ждать и не приходится, — напомнил я себе.

— Значит, я полезу в подземелье по прозвищу «Убийца новичков» на нулевом уровне?

— Без профессии ты от нуля едва лапу оторвёшь, — сказал брат. — Хочешь получить одну, прежде чем мы пойдём дальше?

— …Нет, похоже, времени у нас нет. Пойду так.

Будет невыносимо, если девочка с фотографии погибнет, пока мы занимаемся этим. Сейчас важнее всего скорость.

Мы с братом разговаривали на бегу.

— Можно задать тебе несколько вопросов?

— Думаю, медведь это выдержит.

— Я не видел характеристики INT. От чего тогда зависит сила магии? Магия ведь в игре есть? — спросил я. Лилиана же использовала исцеляющее заклинание.

— От максимального MP, уровня магического навыка и общего количества MP, которое ты в него вкладываешь, — ответил брат. — И да, характеристики INT здесь нет. Твой интеллект — это медвежий базис, то есть ты сам.

Логично. Я бы всё равно не понял, что именно означает сообщение «ваш интеллект повысился».

— А сила навыков, расходующих SP, зависит не от запаса SP, а от разных связанных характеристик, — продолжил брат. — Эти характеристики, в свою очередь, корректируются Эмбрионом, поэтому вариантов у них бесконечное множество.

— Звучит сложно.

— Немного потерпишь — и всё пойдёт как по маслу! А результат станет лаположительным отражением твоей индивидуальности.

…Он всерьёз увлёкся медвежьими каламбурами.

— Ах да. Дам тебе несколько аксессуаров из своих запасов. — Братец Медведь достал из сумки предметы и передал мне.

Среди них оказалось десять лечебных зелий, каждое из которых без труда полностью восстанавливало мои HP, одна Брошь спасения и четыре Оберега из драконьей чешуи.

— Брошь спасения принимает на себя смертельный урон, но при каждой проверке с десятипроцентной вероятностью ломается, — объяснил брат. — Число проверок равно полученному урону, делённому на твой запас HP. Оберег из драконьей чешуи уменьшает входящий урон на девяносто процентов, но после одного срабатывания разрушается.

Понятно. Аксессуары одноразовые, но наверняка пригодятся.

— У снаряжения в этой игре есть требования к уровню и характеристикам. Поэтому усилю тебя аксессуарами: у них ограничений по уровню нет.

Под аксессуары отведено пять ячеек. Всё войдёт как раз.

— Спасибо, брат… Кстати, а какое здесь наказание за смерть?

Наказание за смерть встречалось во многих онлайн-играх. Проще говоря, погибший персонаж получал какой-нибудь штраф: например, терял уровни или на некоторое время лишался части характеристик.

Раз брат старается не дать мне погибнуть, здесь наверняка тоже есть наказание за смерть. Поэтому я и спросил, в чём оно заключается, но…

— Запрет на вход на двадцать четыре часа.

Я явно ожидал услышать не это.

— …Что?

— После смерти ты не сможешь войти в игру двадцать четыре часа реального времени — то есть семьдесят два часа игрового.

Они там с ума сошли? Не верится, что существует игра, которая в качестве наказания запрещает в неё играть.

— Страшно не то, что ты сам не сможешь играть, — продолжил брат. — Страшно, что без тебя в «Бесконечном Дендрограме» пройдут трое суток. Если, например, погибнешь посреди такого квеста, как наш, то оставишь его без присмотра на три дня. В настолько реалистичном мире… вот это действительно пугает.

Что случится, если мы с Братцем Медведем бросим этот квест на три дня?

…Ответ был очевиден.

— Тогда я пойду за тобой и постараюсь не умереть. Правда, не уверен, что от меня будет толк на нулевом уровне.

Точнее, толку от меня не будет вообще.

— Как я уже говорил, Старый сад Реве — это подземелье-ловушка по прозвищу «Убийца новичков», — сказал брат. — Наивные новички запускают Дендро без всякой подготовки, радостно кричат: «Ура, пойду приключаться где-нибудь рядом!» — заходят сюда, оголяют медвежьи зады и получают по ним так, что игра заканчивается мгновенно. Их убивают с одного удара, и целые сутки они не могут войти обратно.

Машина по производству психологических травм.

— Но странно. Почему сложность задания равна пяти? Если судить по уровням местных монстров… это слишком много.

Пока брат задумчиво бормотал, мы миновали Южные ворота королевской столицы Альтеи.

◇

Сад находился примерно в десяти минутах бега от Южных ворот. Его окружала металлическая ограда, а на обветшалой вывеске у входа было написано: «Добро пожаловать в сад Реве». Впрочем, место выглядело давно заброшенным: растения разрослись как попало, а краска на вывеске выцвела.

— Ну что ж, пора врываться, но… — Брат остановился у входа в Старый сад Реве, который теперь превратился в логово монстров-насекомых. Сразу после этого передо мной появилось новое окно.

«Приглашение в группу от Сю Старлинга.

Вступить в группу? Да / Нет»

— Мне будет проще тебя прикрывать, если я смогу постоянно видеть твой статус.

— Хорошо, понял. — Я нажал «Да», и тут же открылся экран со статусом группы. В нём появилось и имя брата.

На экране осталось место ещё для четырёх игроков. Значит, максимальный размер группы здесь — шесть человек.

Рядом с именем брата отображались и его характеристики. Однако…

— Что это такое?

На экране статуса брата всё, кроме имени, было скрыто чёрными полосами — даже уровень и HP.

— А, это маскирующая способность костюма, — объяснил он. — Если между мной и противником или союзником есть разница в уровне, они не могут медведать о моих характеристиках.

Что это за способность? Так ведь сложнее помогать ему поддерживающей магией… Хотя у меня её всё равно нет… Ах да.

— Слушай, брат, из-за квеста я так и не успел спросить: почему ты ходишь в костюме медведя?

Брат потёр глаза костюма медвежьими пальцами.

— Это история, от которой мы оба прослезимся.

— Мы вообще-то торопимся. Отвечай быстрее.

— Младший брат смотрит на меня так холодно… — пробормотал он и наконец начал рассказ: — Помнишь этап создания персонажа?

— Да.

— Мне было лень делать всё с нуля, поэтому я решил взять за основу собственную внешность.

— Я тоже.

— Ну и… немного ошибся.

— Ошибся?.. Что ты сделал?

— Случайно подтвердил настройки, ничего не изменив.

— …Вот как.

Иными словами, под костюмом скрывались настоящие лицо и внешность моего брата. Играть в онлайн-игру со своим реальным лицом было рискованно. Особенно в его случае.

Да уж, тут без костюма и правда не обойтись.

— Кстати, это королевство я выбрал потому, что увидел в столице магазин костюмов.

— Так вот почему ты не отправился в место, которое больше соответствует твоим вкусам, вроде Драйфа или Гранвалоа.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер… Ах да, первый костюм стоил четыре тысячи девятьсот восемьдесят лиров.

— Да это почти вся стартовая сумма! — воскликнул я. Как он вообще выживал в начале игры?!

— К тому же это был шуточный предмет с нулевой защитой. Я играл с самого запуска, информации тогда не существовало. С того безнадёжного старта начался долгий и тяжёлый путь, пока я не заполучил этот костюм.

— И какие у него способности?

— Смотри.

«Серия “Ультимативный костюм”: Хайнд-Беар

Древняя легендарная броня

DEF +903 (медвежьи высоты)

Навыки:

Маскировка: полностью скрывает ваши характеристики от всех, чей общий уровень ниже вашего на 100 или более.

Встроенный кондиционер: встроенная система кондиционирования для любых условий. Идеальная температура в любое время и в любом месте.

Силовая поддержка: усиливает движения при помощи мышечных приводов. STR +903.

Пулезащитное исполнение: выдерживает даже перекрёстный огонь. Уменьшает урон от дальних физических атак на 903.

Ножезащитное исполнение: позволяет чувствовать себя спокойно даже в дни повышенной активности убийц. Уменьшает урон от ближних физических атак на 903.

Универсальные медвежьи лапы: загадочным образом способны надёжно удерживать предметы и отличаются высокой ловкостью. Увеличивают урон по монстрам-рыбам и монстрам-насекомым.

????: ■»

Что это за шуточный предмет с запредельными характеристиками?

— Что значит «+903, медвежьи высоты»? Значение и правда настолько высокое? Погоди, а какой у тебя вообще уровень, Братец Медведь?

Сейчас я не вижу ни одной его характеристики, значит, общий уровень у него как минимум выше ста, но…

— Это медвежий сек-ре-ет.

Как же раздражает.

— Ладно, на этом комедийный номер закончен. Идём спасать девочку.

— …Девяносто процентов материала для номера предоставил ты, Братец Медведь, но я согласен. Идём.

Мы вошли в Старый сад Реве и двинулись по заросшей сорняками тропе среди сломанных указателей. На одном из них было написано: «До поля ремберри — 500 метелей».

— Это значит пятьсот метров?

— Догадаться нетрудно, правда? — согласился брат. — И ещё… ты заметил?

— …Звуки? Я уже некоторое время их слышу.

Со стороны, куда указывала табличка, доносились лязг ударов и крики нечеловеческих существ. Из-за густой растительности ничего не было видно, но Лилиана, вошедшая в подземелье раньше нас, несомненно, с кем-то сражалась.

Тогда я понял: звуки боя слышны только со стороны поля ремберри, а во всех остальных местах царит тишина.

— Здесь нет других игроков?

— Многих это подземелье травмировало, — ответил брат. — К тому же добыча и материалы, которые можно собирать на этих уровнях, не особенно ценны. Насекомые нападают стаями, а многие ещё и накладывают Яд или Паралич, поэтому без защиты от состояний сюда лучше не ходить.

Непопулярное место для охоты, значит.

— Зато мне здесь сражаться удобнее… — пробормотал брат. — Бальдр, активация второй формы.

— Готов. — Ему ответил незнакомый мне электронный голос.

Тыльная сторона левой кисти брата засветилась сквозь костюм, и из неё внезапно что-то вылетело. Медвежий силуэт обрёл несколько странных дополнений: кольцо стволов, механизированный узел быстрой перезарядки, патронную ленту и огромный барабанный магазин.

Передо мной оказалось тяжёлое огнестрельное оружие, известное как пулемёт Гатлинга.

— Разве эта игра не должна быть в основном фэнтезийной? — не удержался я, глядя на Эмбрион брата, который, вероятно, относился к типу «Оружие».

Я представлял себе Эмбрионы типа «Оружие» скорее как демонический меч или копьё. Неужели пулемёт Гатлинга тоже разрешён?

— В этом мире существует механизированная Империя Драйф, так что с моим Эмбрионом всё в порядке. — Братец Медведь рассмеялся, закинул барабанный магазин на спину и подхватил стволы пулемёта правой рукой снизу.

Я ошеломлённо смотрел на это сюрреалистичное зрелище, когда вокруг раздалось:

— КИ-КИ-КИ…

— ЧИКИ… ЧИКИ…

Нас начали окружать монстры-насекомые, похожие на пчёл и муравьёв.

— Ну что, проложим себе медвежью дорогу к полю ремберри. — Братец Медведь навёл пулемёт Гатлинга… и открыл огонь. — ЙЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е!

В следующее мгновение вокруг загрохотали выстрелы. Монстров-насекомых разрывало на части, а их жидкости разлетались во все стороны.

Стволы вращались, и каждая выпущенная пуля увеличивала число трупов. Едва монстры падали на землю, как рассыпались частицами света и исчезали.

Это было одностороннее истребление. Братец Медведь косил монстров быстрее, чем те успевали появляться. Меньше чем за минуту пулемёт Гатлинга выбросил несколько тысяч пустых гильз.

Обычно удерживать и вести огонь из настолько тяжёлого оружия было бы невозможно. Однако, судя по показанным ранее характеристикам, костюм брата фактически представлял собой силовую броню.

Его STR как минимум в девяносто раз выше моего. Наверное, поэтому он и справляется. И всё же стрелять на ходу — это уже безумие.

Боеприпасы при такой скорострельности не заканчивались, вероятно, потому, что пулемёт Гатлинга был Эмбрионом и использовал какую-то таинственную силу.

Когда смотришь, как он несёт пулемёт Гатлинга и поливает всё огнём… вспоминается сцена из одного старого знаменитого фильма. Кажется, это была вторая часть серии о киборгах и самая известная роль актёра, который позднее стал губернатором штата.

Правда, вместо накачанного героя здесь медведь, так что фильм получился бы категории C.

— Похоже, от меня и правда не будет никакого толку… — сказал я. Стоило по неосторожности высунуться вперёд, и меня мгновенно превратило бы в решето.

— Добычу можешь не собирать. Просто держись прямо за мной, — сказал брат, имея в виду предметы, оставшиеся после исчезновения монстров.

Вот это уже очень похоже на игру.

— Понял. Хм? Эта ситуация ведь немного напоминает…

Такое часто встречалось в играх: в начале низкоуровневому герою помогал высокоуровневый персонаж и вёл его вперёд. Он был невероятно силён и полезен, но обычно погибал, а его смерть завершала вступительную часть истории.

— Кажется, там было: «У-у-у-у-у…» Ностальгия.

— …Погоди, в таком сценарии погибну я. — В голосе брата прозвучала тревога.

Невозможно было понять, сражаемся мы, работаем или разыгрываем комедийную сценку, но пятьсот метров остались позади, и мы добрались до поля ремберри.

◇

— Кто здесь?! В-вы… — Как мы и предполагали, на поле ремберри Лилиана сражалась с роем монстров-насекомых. Она отражала атаки несметного множества врагов, защищая младшую сестру за своей спиной.

— Да, успели! — с облегчением воскликнул я.

— Медвежья кавалерия прибыла! Правда, без лошадей! — подхватил брат.

Он вновь с размахом открыл огонь из пулемёта Гатлинга. Насекомые, окружавшие Лилиану, начали падать с невероятной скоростью.

Я боялся, что брат заденет сестёр, но он управлялся с пулемётом настолько искусно, что даже рикошетов не возникало. Он без труда уничтожил кольцо насекомых, и мы благополучно добрались до Лилианы и её сестры.

— Вы в порядке? — спросил я теми же словами, которыми Лилиана ранее обратилась ко мне.

— Вы тот человек, которого я встретила раньше… Почему вы здесь? — Она удивлённо посмотрела на меня.

Хм? Она ведёт себя так, словно только сейчас меня узнала. Значит, когда секунду назад она сказала «В-вы…», то обращалась… к брату?

— И вы тоже… Почему?

— Мы пришли помочь, — ответил брат. — Младший заявил: «Я не могу оставить их в беде! Я спасу её во что бы то ни стало!» — и мне пришлось его медведдержать.

Я такого не говорил! И уж точно не произносил ничего настолько стыдного!

— Ваш младший брат… Теперь понятно, — тихо сказала Лилиана, словно что-то осознала.

По этой атмосфере… Лилиана и брат, кажется, знакомы.

Лилиана повернулась ко мне и глубоко поклонилась.

— Большое спасибо. Если бы вы двое не пришли, я не сумела бы защитить сестру, Милию.

— Д-да нет… Я просто стоял позади и смотрел…

— И всё же позвольте вас поблагодарить. Хотя я доставила вам неприятности, вы привели подкрепление и пришли меня спасти… Я никогда не забуду этой доброты.

Её слова не просто смутили меня — они вызвали чувство вины. Квест приняли за меня автоматически, а я лишь безопасно прятался за братом, словно паразит.

Из-за чувства вины я отвёл взгляд от Лилианы и посмотрел на её сестру, Милианну.

Она такая же милая, как на фотографии. Нет, даже милее.

— Лоли? — спросил брат. — Лоликонщик?

Нет! — мысленно возмутился я.

— Хнык… хнык… — Милианна плакала.

Конечно. Её окружила стая монстров-насекомых, и она едва не погибла.

И всё же девочка держалась на удивление стойко: в корзине, которую она прижимала к себе, всё ещё лежало около пяти плодов — вероятно, ремберри.

— В-во всяком случае, давайте уходить. Если появятся новые монстры, будет опасно.

— Хорошо, — согласилась Лилиана, и на экране моего меню что-то изменилось.

«К вашей группе присоединились NPC.

Присоединилась Лилиана Грандрия.

Присоединилась Милианна Грандрия».

Значит, NPC тоже могут вступать в группу. А их характеристики…

Характеристики Милианны были ниже даже моих на нулевом уровне. Зато показатели Лилианы оказались очень высокими. Уровень профессии Паладин — 60, общий уровень — 210, а запас HP превышал пять тысяч.

Впрочем, она заместитель командира Королевской рыцарской гвардии — второй по рангу рыцарь во всём королевстве. Неудивительно, что она настолько сильна.

Тут я заметил, что Братец Медведь молчит и выглядит серьёзным. Его лица я, конечно, не видел, но по настроению понял это без труда — всё-таки мы давно друг друга знали.

— Рэй, квест всё ещё не завершён?

— Эм… да. Ничего не изменилось.

— Понятно. — Братец Медведь приготовил пулемёт Гатлинга и огляделся. Теперь он казался куда серьёзнее, чем когда косил насекомых.

— Брат?..

— Рэй, сложность квестов рассчитывают управляющие ИИ, отвечающие за соответствующие задания. Они учитывают сведения об окружающей обстановке и людях, связанных с квестом.

— Что?

То есть сложность определяется с учётом обстановки и связанных людей? Управляющие ИИ и правда невероятны, раз способны проделывать такое для каждого квеста… Но к чему он ведёт?

— Я думал, высокая сложность этого задания объясняется ограничением по времени, — брат понемногу облекал мысли в слова. — Мне казалось, мы легко справились только потому, что я хорошо подхожу для боя с большими группами, но…

Он посмотрел на одну точку на земле.

— …Мы встретились с Лилианой и уничтожили рой насекомых. Но квест всё ещё не завершён. Иными словами, его сложность равна пяти даже с учётом того, что общий уровень Лилианы — 210.

Едва он это произнёс, земля в той точке взорвалась, и из неё вылетело нечто огромное и длинное.

— ГЮЛУ-У-У-У-У-У-А-А-А-А-А! — Это была гигантская сороконожка длиной почти тридцать метров. — Дзинь!

Из её морды в четыре стороны торчали огромные челюсти, похожие на жвалы жука-оленя, а тело покрывала чешуя, как у рептилии. Пуля, которую брат мгновенно выпустил в монстра, с лёгкостью отскочила.

Это существо совершенно не походило на насекомых, которых брат только что растаптывал. Даже новичок вроде меня сразу это понял.

Оно сильное.

Рядом потрясённо воскликнула Лилиана:

— Демидраконий червь!

— ГИ-И-И-И-И-А-А-А-А-А! — Земля взорвалась снова, и появился второй демидраконий червь.

— Монстр класса демидракона… Теперь понятно, — сказал брат. — Если нужно защищать девочку и одновременно сражаться с несколькими такими, подобная сложность оправданна даже при посторонней помощи. Но всё равно!

В его голосе прозвучало веселье, словно все тревоги исчезли. А я, напротив, оцепенел перед двумя монстрами и не мог вымолвить ни слова.

— Против меня такого количества недостаточно! — Брат поднял обе руки. — Можно просто разнести их на куски, но случай подходящий! Бальдр! Активация четвёртой фор—

— ГИ-И-И-И-Э-А-А-А-ЛЕ-А-А-А-А!

— ГЮЛУ-У-У-У-У-У-А-А-А-А-А!

— ГЮИ-И-И-ЛУ-У-У-А-А-А-А-А-А-А!

— ГЮЛУ-У-У-У-У-У-ЛО-А-А-А-А-А!

В этот миг земля взорвалась с четырёх сторон, и появились ещё четыре демидраконьих червя, окружив брата.

— Эй, погодите, я сейчас почти не могу шевелиться! Но вообще-то их ещё… — Новые демидраконьи черви вцепились челюстями в брата и вместе с ним скрылись под землёй.

— ………Что? — Я не мог осмыслить увиденное.

— Ах! — вскрикнула Лилиана и, потрясённая неожиданным поворотом, прикусила губу.

Я проверил статус группы, но характеристики брата по-прежнему скрывали чёрные полосы. Был он жив или мёртв — понять невозможно.

— Эм, брат, прости, что поднял флаг, но… это не слишком внезапно?

Брат исчез, и два оставшихся демидраконьих червя направились к нам.

Меня охватил ужас. В одно мгновение я вылетел из безопасной зоны за спиной брата и оказался в смертельной опасности.

Самым крупным животным, которое я видел в жизни, был слон. Теперь на меня с холодной враждебностью надвигались чудовища гораздо больше него. Даже понимая, что это игра, я не мог унять дрожь в ногах.

— Я хотела бы попросить вас об одном, — обратилась ко мне Лилиана.

— О-о чём?

— Я задержу одного. Если получится — обоих. А вы тем временем отведите мою сестру в безопасное место.

— Но… — начал я.

Их двое. Даже Лилиане в одиночку будет…

Нет, я думаю неправильно. На нулевом уровне я ничем ей не помогу. Если останусь, то только помешаю. Тогда в опасности окажемся и я, и Милианна.

— …Хорошо. — Я взял Милианну за руку и побежал. Позади началась битва Лилианы с демидраконьими червями.

◇

На дороге, по которой брат совсем недавно прошёлся с пулемётом Гатлинга, монстров не осталось.

Так мы одним рывком доберёмся до выхода. Правда… Только теперь, после отчаянного бега, я понял, что в этой игре существует и усталость.

К тому же ноги дрожали, а игра любезно сообщала, что на меня наложено состояние Страх. Абсолютный реализм «Бесконечного Дендрограма» передавал даже ужас перед гигантским существом.

И всё же я продолжал бежать, ни на миг не выпуская руку Милианны.

— Ха… ха… — Милианна изо всех сил бежала следом. Её лицо исказил страх.

Мы оба боялись, но не останавливались.

— Кстати… — обратился я к Милианне, пытаясь хотя бы немного отвлечь нас от тревоги. Правда, я и сам не понимал, кого именно хочу успокоить. — Милианна… Милия, зачем ты пришла сюда за ремберри?

Половину вопроса продиктовало любопытство, вторую — желание отвлечься.

— С-сегодня день рождения сестры… Она любит пирог с ремберри, и я хотела его приготовить… — запинаясь, ответила девочка.

— Понятно.

— Но в магазинах ничего не осталось, и я не знала, что делать. Тогда один человек в очках сказал: «С этим благовонием ты сможешь собрать ягоды в саду за городом».

…Так это всё из-за того очкарика. Не знаю, что у него было в голове, но за то, что отправил ребёнка в настолько опасное место, мне хочется врезать этому идиоту.

— Сестра пришла за мной, но благовоние перестало действовать…

За разговором мы преодолели половину пути.

Осталась ещё половина. Если так пойдёт и дальше, мы доберёмся.

— …улу-у-у-у! — В этот миг сзади донёсся рёв, и земля задрожала.

Я среагировал мгновенно: подхватил Милианну и прыгнул в сторону.

В следующую секунду из земли вырвался демидраконий червь. Он щёлкнул челюстями там, где мы только что бежали, и пронёсся мимо.

— Неужели она… — Страшная мысль заставила меня обернуться, но звуки боя всё ещё доносились издалека.

Лилиана продолжала сражаться.

Это один из двух червей, с которыми она билась, и он бросил её, чтобы погнаться за нами? Или один из тех, что утащили брата под землю? В любом случае главное одно: дать отпор мне нечем.

Характеристики у меня оставались начальными, а Эмбрион на левой руке ещё не вылупился. Даже если он вылупится прямо сейчас, новорождённый Эмбрион вряд ли сможет противостоять врагу, которого не пробил пулемёт Гатлинга брата.

Сердце бешено колотилось от ужаса и тревоги, по лбу и спине струился холодный пот. Из-за невероятной реалистичности казалось, я могу умереть от одного страха.

— ГЮЛУ-У-У-У-У-У-Э-А-А-А-А! — Демидраконий червь высунул из земли всё своё длинное тело и заревел — не пытаясь нас запугать, а торжествующе смеясь.

— …Тупик, значит?

Старый сад Реве, «Убийца новичков». Похоже, здесь я и переживу первую смерть.

Но…

— У-уа-а-а… — Милианна плакала у меня на руках.

Она NPC… тиан. В отличие от меня, после смерти она не вернётся. От этой мысли стало не по себе. Брат говорил, что погиб даже король. Вряд ли для неё существуют особые исключения. В этом мире она умрёт, как любой другой человек.

— …Я же говорил: после такого на душе останется мерзкий осадок! — Я снял Брошь спасения и надел её на Милианну. — Милия, ты сможешь отсюда сама добежать до входа?

— …Что? — Она тревожно посмотрела на меня.

— Мне нужно немного поколотить эту чёртову сороконожку.

Едва я это сказал, демидраконий червь бросился на нас. Я оттолкнул Милианну в сторону, а сам от удара взлетел в воздух, словно меня сбил грузовик.

— Кха… ха…

Удар оказался страшным — куда сильнее столкновения с Лилианой в городе.

Однако урон составил 93. У меня осталось 5 HP… Я жив.

Один из четырёх надетых на меня Оберегов из драконьей чешуи сломался и исчез. Я выжил благодаря его способности уменьшать урон от атаки на девяносто процентов.

Я заставил онемевшее тело двигаться и выпил через меню предметов лечебное зелье. HP полностью восстановились.

Я ещё могу двигаться.

Обернувшись, я увидел, что Милианна всё ещё стоит на месте.

— Беги! Я разберусь с ним!

Это была наглая ложь: сделать я ничего не мог. Но хотя бы выиграть немного времени мне было по силам. Если за это время она успеет убежать, большего и не нужно.

Милианна поднялась и побежала к выходу.

Если она выберется из подземелья и вернётся на поле, там наверняка найдутся другие игроки и тианы. Так будет лучше, — подумал я, и в следующий миг меня снова подбросило в воздух.

Второй раз повторился тот же цикл: почти смертельный удар, разрушение Оберега, лечебное зелье и восстановление.

— Ха! Если считать и наказание за смерть, я выдержу ещё три твоих удара, чёртова сороконожка!

Последовала третья атака, но на этот раз я увернулся. Даже с начальными характеристиками от него можно уклониться, если двигаться.

Однако…

— Что?! — Его хвост зацепил меня и отшвырнул в сторону.

Урон оказался почти таким же. HP снова упали до опасной отметки, а ещё один Оберег разрушился.

— Проклятье…

Остался только один.

Милианна всё ещё не добралась до выхода.

Я должен тянуть время хотя бы до тех пор, — сказал я себе. И тут демидраконий червь сменил цель.

— ГЮ-У-У-Э-А-А-А! — Он развернул огромное тело и нацелился на Милианну.

— Эй, ублюдок! Куда ты смотришь?!

Монстр проигнорировал меня и помчался за ней.

— Сто-о-о-о-ой!

Я бросился следом, но с моей скоростью догнать его было невозможно. Огромный демидраконий червь ударил Милианну, и её маленькое тело, словно лист, взлетело в воздух. Корзина, которую она так берегла, вырвалась из рук и покатилась по земле.

— А-а-а-а-а! — Я прыгнул вперёд головой и поймал падающую девочку. От сильного удара последний Оберег из драконьей чешуи раскололся.

Сейчас это неважно.

Мне было страшно, но я всё же посмотрел Милианне в лицо. Сердце пронзила боль, не похожая на физическую.

Она потеряла сознание… но не пострадала. Вместо неё разбилась Брошь спасения, которую я на неё надел.

Значит, она работает и на Милианне, — с облегчением подумал я. Но теперь брошь разрушена, и второго раза не будет.

Последний Оберег тоже исчез. Больше у нас не осталось ни одного способа пережить атаку демидраконьего червя.

Лилиана всё ещё сражается. Брат так и не вернулся после того, как его утащили под землю… Возможностей больше нет.

— ГЮ-У-У-У-А-А-А-А-А! — Монстра передо мной раздражала живучесть добычи, но теперь он словно задрожал от радости, предвкушая, что наконец сможет нас прикончить.

В последней попытке сопротивляться я потянулся за ножом из начального снаряжения. Но, вынув его из ножен, обнаружил, что клинок сломан. Похоже, нож разрушился от повторных столкновений ещё до того, как я успел им воспользоваться.

Наши шансы выжить упали до нуля.

Я посмотрел на девочку без сознания у меня на руках.

Её вес, тепло, дыхание и проявленные ею эмоции — всё это ничем не отличалось от реальности. Она была жива — поразительно, несомненно жива.

И, как в реальном мире, теперь эта жизнь должна была оборваться.

— …Проклятье. — Я не мог сдаться.

Для меня этот мир был игрой. Если я умру, ничего страшного не произойдёт.

Но даже зная, что этот мир — игра, я не смогу спокойно принять, что эта девочка навсегда из него исчезнет. От бессилия я сжал кулак.

На тыльной стороне этой руки… находился мой Эмбрион в яйцевидной нулевой форме.

— Эй…

Я…

— Если Эмбрион должен дарить игроку… Если ты должен подарить мне бесконечную возможность… — взмолился я, — …тогда дай мне эту возможность.

Монстр передо мной поднял голову, готовясь нанести последний удар.

— Дай мне возможность счастливого конца! Возможность спасти эту девочку!

Я взывал к левой руке. От всего сердца взывал к воплощению мира возможностей под названием «Бесконечный Дендрограм».

— Проснись уже и дай мне хотя бы один процент возможности!

Демидраконий червь ринулся в последнюю атаку.

— Какой же вы неожиданно требовательный Мастер, — произнёс чей-то голос. — Впрочем, я рождена из вас. И эта ваша черта мне не противна.

В тот же миг кто-то остановил смертельный бросок.

— …Что?

Как и в момент, когда брат исчез под землёй, я не мог осмыслить происходящее перед глазами.

Я не понимал, почему вижу не трагедию, которая должна была произойти, а чудо, которого не могло случиться.

Демидраконий червь, собиравшийся нас убить, отлетел от стены света и выгнулся назад.

Эмбрион исчез с тыльной стороны левой кисти, а на его месте сиял голубой герб.

Между нами и демидраконьим червём стояла незнакомая девушка. Её угольно-чёрные волосы развевались на ветру, а кожа блестела, словно белый фарфор. Повернувшись ко мне, она взметнула готическую юбку из чёрной ткани и белых оборок. В её глазах сочетались чернота ночи и белизна, напоминавшая звёзды.

— Доброе утро, — были её первые слова.

[[image:/storage/reader-images/82f58d0a433085c320dbcf003877ce65deb869f6.jpg]]

Я не мог вымолвить ни слова.

— Хм, вы совсем растерялись. Ну и Мастер. Я через силу проснулась, потому что вы меня заставили, а вы…

Её манера речи почти полностью развеяла таинственное впечатление, но слова натолкнули меня на мысль.

— Ты мой… — начал я. …Эмбрион?

— Разумеется. Итак, Мастер, эта чёртова сороконожка ещё полна сил. В честь моего дня рождения предлагаю поднять настроение и эффектно её прикончить.

— Как?! — вырвалось у меня.

Я не успел договорить, как девушка исчезла. Её человеческое тело распалось на рой сияющих чёрных огней, которые окутали мою правую руку, а затем превратились в чёрный двуручный меч. Он выглядел органическим и зловещим, но в то же время по-своему прекрасным.

— Момент выбирайте сами, — раздался из меча её голос. — Когда чёртова сороконожка бросится на нас, рубите сверху вниз. Ошибётесь — мы все умрём. Понятно?

Будто она говорила: «Я дала тебе шанс, теперь остальное зависит от тебя».

— …Понятно. — Я осознавал, что сейчас нужно действовать, а вопросы подождут.

Демидраконий червь, похоже, пришёл в ярость и понёсся на нас быстрее прежнего. Он двигался по прямой: я успевал его увидеть, но не мог уклониться.

Однако времени опустить меч ещё хватало.

— Три раза Мастер едва не погиб, и ещё один удар приняла я… Четыре атаки, в которые ты вложил все силы…

За миг до того, как челюсти демидраконьего червя достигли меня…

— Я удвою их и верну тебе, — произнесла девушка, когда я опустил чёрный двуручный меч.

— «Мне отмщение!» — выкрикнула она.

В момент соприкосновения меча с целью прогремел удар.

Затем на мгновение всё замерло.

А сразу после этого демидраконий червь начал рассыпаться на куски, начиная с головы, — словно его раздавило чудовище в несколько раз крупнее.

Сколько ещё раз за сегодняшний день я увижу нечто, чего не смогу осмыслить?

С этой мыслью я посмотрел вперёд. Огромное тело демидраконьего червя постепенно распадалось на куски, превращалось в свет и исчезало.

Позади лежала всё ещё бессознательная Милианна, а рядом стояла девушка. Она снова приняла человеческий облик, покинув форму чёрного меча.

— Получилось, получилось, — радостно сказала она. — Разве это не прекрасно, Мастер? Вы ухватились за возможность, на которую надеялись.

— Ты и правда мой Эмбрион?

Девушка слегка приподняла юбку с оборками и поклонилась с нарочитой учтивостью.

— Я Немезида, Эмбрион типа «Дева с оружием». Я родилась из вашего сердца, тела и души. — Так представилась девушка — Немезида — и широко улыбнулась. — Рада знакомству, Мастер.

# Глава 2. Ужин и намерения

У Старого сада Реве — Рэй Старлинг

Победив демидраконьего червя, я подобрал выпавший из него предмет — Сундук сокровищ демидраконьего червя — и выбрался из Старого сада Реве, неся Милианну на руках.

Помогать Лилиане я не пошёл.

В окне со статусами членов группы было видно, что с ней всё в порядке. К тому же чудо, которое только что произошло, едва ли повторилось бы второй или третий раз. Мне казалось, что, стоит сейчас возомнить о себе лишнее, и всё непременно кончится плохо.

— Отступить — правильное решение, — так оценила положение Немезида, которая, по всей видимости, и была моим Эмбрионом. — Та девушка-тиан не погибнет. Из них двоих она сильнее, поэтому пусть не сразу, но эту чёртову сороконожку точно одолеет.

— Ты только родилась, а знаешь об этом мире куда больше меня, — заметил я.

Похоже, ей даже известно о Лилиане. Может, у неё сохранились воспоминания о времени до вылупления.

— Потому что, даже принимая человеческий облик, человеком я не являюсь, — ответила она. — Бывают на свете и такие загадочные создания. Но важнее другое, Мастер: если вы обладаете тем, что называют любопытством, не пора ли вам уже кое о чём меня спросить?

Мне ничего не пришло в голову, и я промолчал.

Я уже начинаю понимать её характер: Немезида, похоже, любит говорить окольными путями, — подумал я. Хотя мне ли жаловаться, раз я всё равно её понимаю.

Иными словами, она хотела сказать: «Поторопитесь и посмотрите мои способности в окне статуса».

Я открыл статус и увидел, что в нём появилась новая категория — «Эмбрион». Стоило нажать на неё, как возникло окно с Немезидой и её параметрами. В нём значились имя «Дева возмездия Немезида» и тип «Дева с оружием».

Кроме того, там были указаны показатели ATK и DEF, а также модификаторы каждой характеристики. ATK и DEF применялись, когда Немезида была экипирована как оружие.

То есть здесь всё как у обычного оружия и брони.

А вот модификаторы характеристик, судя по всему, действовали постоянно, пока Немезида находилась рядом, причём не просто прибавляли к моим параметрам фиксированные значения. При повышении уровня прирост характеристик тоже рассчитывался с учётом этих модификаторов.

В целом её показатели нельзя было назвать особенно высокими. Модификатор HP был неплох, но остальные оставались низкими. Даже ATK при экипированной Немезиде составлял всего около пятидесяти.

Сравнивать её с костюмом Братца Медведя, наверное, странно, но даже с этой оговоркой мои характеристики выросли совсем немного, — подумал я. Впрочем, иначе и быть не могло: Немезида только что родилась как Эмбрион. Но тогда как мне удалось победить демидраконьего червя?

Размышляя об этом, я нашёл раздел навыков. В нём числились два: «Ответное поглощение» и «Мне отмщение».

«Ответное поглощение» оказалось той самой стеной света, которую создала Немезида. Навык имел максимум два заряда; каждый позволял возвести световой барьер и полностью нейтрализовать атаку. Один заряд восстанавливался раз в двадцать четыре часа.

Вторым был навык, сразивший демидраконьего червя, — «Мне отмщение».

Он суммировал весь урон, полученный от одного противника за последние двадцать четыре часа, удваивал его и высвобождал в виде атаки, полностью игнорирующей защиту. В сумму входил даже урон, уменьшенный другими навыками и предметами или сведённый к нулю «Ответным поглощением».

Но после применения навыка счётчик урона от этого противника, похоже, обнуляется, — заметил я.

— Теперь понятно. Вот почему мне удалось победить демидраконьего червя.

Хотя Обереги из драконьей чешуи и ослабили удары, он всё-таки попал по мне трижды, — подсчитал я. Ещё одну атаку Немезида нейтрализовала «Ответным поглощением». Итого четыре удара — примерно три тысячи шестьсот урона. А «Мне отмщение» удвоило это значение примерно до семи тысяч двухсот.

Не знаю, сколько здоровья было у демидраконьего червя, но, значит, не больше семи тысяч двухсот HP. Или его голова была уязвимым местом, и прямое попадание дало дополнительный эффект.

— Даже зная, как всё сработало… иначе как чудом это не назовёшь, — пробормотал я.

Приём, убивающий одним ударом, сработал лишь потому, что я был слаб, а противник — силён. Немалую роль сыграло и то, что благодаря подаренным братом предметам я несколько раз избежал верной смерти. Но главным оказалось то, что навыки Немезиды идеально подошли к ситуации.

— Уж слишком удобно всё сложилось, — сказал я себе.

Эмбрионы ведь уникальны и зависят от личности, биоритмов, особенностей человека и тому подобного, верно? — подумал я. Но по нынешнему результату всё выглядит почти подстроенным. И вообще, навык, который становится сильнее, чем больше урона я получаю… Меня что, считают законченным мазохистом?

— Мазохистом, значит… Для вашего сведения, Мастер, это результат моих наблюдений за вами. Ошибки здесь быть не может, — оскорблённо заявила Немезида.

Погоди, она слышит мои мысли?

— Ты сказала «наблюдений»?

— Нулевая форма — это период, когда Эмбрион наблюдает за своим Мастером, — объяснила она. — Изучив его психологию и поведение, Эмбрион рождается в первой форме, основанной на этих наблюдениях.

Понятно. Значит, мой опыт с момента начала игры в той или иной мере повлиял на результат.

Если подумать, сразу после появления в игре я столкнулся с Лилианой, а потом ещё и сразился с демидраконьим червём. За это время я не раз получал почти смертельные ранения. Видимо, эти навыки и стали итогом всего пережитого.

— Впрочем, — продолжила Немезида, — даже при одинаковом опыте и поведении форма и навыки Эмбриона будут различаться в зависимости от Мастера. А ещё… думаю, «Ответное поглощение» возникло благодаря вашему характеру.

— М-м? — отозвался я. Интересно, что она имеет в виду?

— И ещё одно, — продолжила она. — Я сама это скажу: Эмбрионы типа «Дева» встречаются весьма редко. Вам следует быть мне благодарным и осознать, насколько вам повезло.

А ведь точно. Среди обычных категорий, о которых говорил Чешир, «Девы» не было. Похоже, это редкий тип, и её объяснения действительно мне помогают, но всё равно как-то странно осознавать, что из Эмбриона, основанного на мне, вышла девушка.

— Странно? Вы сказали «странно»? — возмутилась она.

Ах да. Она же слышит мои мысли.

— Ещё как слышу! — вскричала Немезида. — Странно? Что именно здесь странного? Вам достался главный приз! Такая красавица! Такая редкость! На что тут вообще можно жаловаться?

— Я не тебя назвал странной, Немезида. Просто ты появилась из меня, и это…

Пока мы препирались, из выхода Старого сада Реве показалась Лилиана. Её доспехи были перепачканы грязью и пылью, но сама она, похоже, не пострадала.

— Милия! — Заметив нас, Лилиана стремительно подбежала и, увидев спящую сестру, облегчённо выдохнула.

— Большое спасибо… за то, что защитили мою сестру… Правда, спасибо вам! — выпалила Лилиана, и из её глаз хлынули слёзы.

— Э-э, да… — отозвался я. Вот неловкость. Я понятия не имею, что отвечать.

— Именно так, — заявила Немезида. — Вы должны быть благодарны моему Мастеру, а мне — ещё больше.

Ну да, это вся Немезида…

— Она ваш?.. — спросила Лилиана.

— Да, эм-м… мой Эмбрион.

Лилиана слегка удивлённо посмотрела на Немезиду.

— Понятно. Значит, как и ваш брат, вы тоже Мастер, избранный Эмбрионом. Но Дева — это почти как…

Она уже собиралась что-то сказать, когда…

— Отлично! Я выбрался из медвежьих недр! — С громким звуковым эффектом Братец Медведь выпрыгнул из-под земли.

— Э-э-э… — протянул я. Ты всё ещё жив, брат? Хотя его характеристики всё это время отображались, просто были затемнены, и я ничего не мог разобрать, но всё же…

Почему-то вместо пулемёта Гатлинга Братец Медведь держал в правой лапе лопату.

Неужели он именно так и передвигался под землёй?

— Подземный ход открыт! — провозгласил он.

Едва он это сказал, земля слегка задрожала и откуда-то донёсся грохот обвала. Отверстие, из которого появился Братец Медведь, тут же закрылось.

— И сразу обвалился!

Да помолчи ты.

— Ты цел, брат?

— А то! Мы с четвёртой формой Бальдра порвали их в клочья!

— Четвёртой? Не тем пулемётом Гатлинга, который был у тебя раньше?

— То была вторая форма.

Значит, форм у него несколько.

— Некоторые Эмбрионы позволяют по желанию использовать прежние формы, — вмешалась Немезида. — Видимо, Эмбрион Братца Медведя относится к их числу.

Она называет «Братцем Медведем» моего брата?

— Рэй, эта чёрлоли — твой Эмбрион? — спросил он.

Он сократил «чёрная лоли» до «чёрлоли»… И полное выражение, и сокращение звучали так себе.

— Рада знакомству, — сказала она. — Я Немезида, Эмбрион Рэя Старлинга типа «Дева с оружием». Надеюсь, мы поладим, Братец Медведь.

Похоже, Немезида твёрдо решила и дальше называть его Братцем Медведем.

— Но вообще… брат, раз ты был жив, мог бы выбраться пораньше. Я едва не погиб.

Если точнее, раза четыре.

— Не вышло бы, — ответил он. — Я всё это время бился под землёй со всеми демидрагами.

Со всеми демидрагами?

— В подземной пещере зарылись целые полчища демидрагов, — продолжил брат. — Я насекомых не боюсь, но от такого даже у меня шерсть дыбом встала.

Я промолчал.

Таких тварей?! Целые полчища…

Хорошо, что я не задержался там надолго.

— Нашествие этих сороконожек… «Убийца новичков» слишком уж страшен, — сказал я. Впрочем, чего ещё ждать от машины по производству травм.

— Вообще-то там не должно было жить ни одного демидрага… — заметил брат.

— Что?

— Да ладно. Всех, кого нашёл, я уничтожил, так что больше они плодиться не будут, — сказал он. — Важнее другое: пора возвращаться.

— Верно. Идём назад.

Так мы и отправились в обратный путь: Немезида, Братец Медведь, Лилиана, Милианна и я.

Королевская столица находилась совсем близко, поэтому добрались мы быстро. Пройдя через ворота, мы попрощались с Лилианой и Милианной.

Перед уходом Лилиана сказала:

— Я непременно отплачу вам за эту доброту.

Проснувшаяся Милианна вручила каждому из нас по ремберри из корзины, которую так бережно хранила, и сказала:

— Спасибо.

Провожая взглядом сестёр, которые шли домой, держась за руки…

Я увидел сообщение: «Задание „Поиски Милианны Грандрии“ выполнено», — и только тогда наконец почувствовал, что всё закончилось.

— Конец… — устало выдохнул я. Не успел начать, а уже пережил столько безумных опасностей и потрясений.

[[image:/storage/reader-images/62a59c31df6eb47d6eb8cb802e48af558005934f.jpg]]

— Награда — одна ремберри? — спросила Немезида. — По-моему, после всего пережитого это несколько скромно.

Насколько помню, такой плод стоит примерно пятьсот иен.

Но для меня он был куда ценнее.

Я вытер ремберри об одежду и откусил кусочек. По вкусу плод напоминал клубнику, а по плотности — яблоко, но этот единственный кусочек оказался вкуснее и того и другого.

Таков был вкус достигнутой цели.

— Ну что ж, пора праздновать, — объявил брат. — Уже время ужина. Сегодня Рэй впервые вошёл в игру, поэтому я приготовил пир.

— Правда?

— У меня припасены горы мяса и овощей. И никаких жалких медвежьих объедков! Всё высшего сорта.

— О-о, звучит занимательно, — оживилась Немезида.

И вкусно, — подумал я. Немезида, похоже, согласна… Погоди, Эмбрионы тоже едят?

— А на десерт у нас ремберри.

— О-о-о… — протянул я. — Стоп, что?

— Утром я скупил к ужину все ремберри, какие были на рынке. Ешь сколько влезет.

— …Ты.

Если не ошибаюсь, Милианна пошла в Старый сад Реве именно потому, что все ремберри раскупили, верно? Значит…

— Чёрт тебя дери, Братец Медведь! Так это ты всё заварил! — не выдержал я. Мой крик разнёсся над королевской столицей, на которую уже опускался вечер.

◇◇◇

После того как я долго отчитывал брата, мы отправились в ресторан, где он заранее заказал столик. Заведение принадлежало игроку. Там не только подавали собственные блюда, но и разрешали посетителям приносить ингредиенты, которые затем готовили местные повара. Брат, похоже, уже передал им целую гору продуктов.

— Итак, отметим первый день Рэя и выполнение его первого задания! За это и выпьем! Медвежье спасибо всем присутствующим!

— За нас! — хором ответили мы с Немезидой, и все трое чокнулись. Брат пил ремовый ликёр из ремберри, а нам с Немезидой достался напиток, напоминавший апельсиновый сок.

Бесконечный Дендрограм проверял возрастные ограничения в соответствии с гражданством каждого игрока, поэтому алкоголь мне, по всей видимости, был недоступен до двадцати лет. Если точнее, материалы сексуального характера имели рейтинг R18, а алкоголь и табак — R20.

Учитывая, что всё это вообще существует в игре, даже не знаю, назвать её благопристойной или развратной.

— Хмф. Из-за моего малолетнего Мастера мне тоже нельзя пить алкоголь, — проворчала Немезида. — Шесть лет по нашему времени… Долго.

— Если судить по внешности, среди тех, кому пить не следует, ты занимаешь второе место.

Первое по целому ряду причин достаётся брату… И вообще, не пей из бокала, не снимая медвежьего костюма.

— Ням-ням. Ну же, налетайте. Мясо. Ешьте мясо. Ням-ням-ням-ням, — урчал брат, поглощая блюда со стола и подгоняя нас.

Он и правда может есть и пить прямо в этом костюме? Даже в самых неожиданных мелочах костюм невероятно функционален.

— Ладно, ладно… Что это? Как вкусно! — воскликнул я, попробовав незнакомое блюдо, которое мне предложили. Я не знал ни ингредиентов, ни способа приготовления, но вкус получился вполне понятным и при этом невероятно насыщенным.

— Хозяин этого места — Звёздный шеф, — объяснил брат. — Это высший класс в профессии «Повар». По меркам нашего мира его мастерство тянуло бы примерно на три звезды.

— Впечатляет. Но после такого пира будет тяжело возвращаться к обычной еде в реальном мире.

Дома как раз должен наступить ужин, и моё тело наверняка уже проголодалось.

— Кстати, моё настоящее тело всё ещё лежит там, где я его оставил, верно?

— Да. Но если в реальном мире что-нибудь произойдёт, ты получишь уведомление. Например, если захочешь в уборную или проголодаешься.

Сразу после его слов на краю поля зрения появилось окно.

«Уведомление: позыв к мочеиспусканию.

Уведомление: голод».

Вот как.

— Тогда я ненадолго выйду из игры.

— Хорошо. Постарайся вернуться поскорее.

— Возвращайтесь быстрее, Мастер, — добавила Немезида. — Пока вас нет, я не могу притронуться к еде.

— Да-да, — ответил я и выбрал в главном меню пункт «Выйти из игры».

«Выполняется выход. Где установить точку следующего входа: в точке сохранения или в текущем местоположении?»

— В текущем местоположении.

«Принято. Ожидаем вашего возвращения».

Мой аватар исчез из этого мира, а сознание отступило от Бесконечного Дендрограма, словно я пробуждался ото сна.

◇

— О-о… — Выйдя из Бесконечного Дендрограма, я первым делом посмотрел на часы. С начала игры прошло около трёх часов. Значит, время и правда текло втрое медленнее, чем внутри игрового мира. Это впечатляло.

Затем я сходил в уборную, съел сбалансированный питательный батончик и выпил минеральной воды, чтобы восполнить запасы организма. Еда в игре настоящего желудка не насыщала.

Я проверил телефон на случай пропущенных звонков или сообщений, но ничего не обнаружил. Потом просмотрел новости на компьютере — там тоже не было ничего примечательного.

Примерно через десять минут я снова вошёл в игру.

◇

— С возвращением.

— …Ты.

Вернувшись, я увидел, что блюда на столе полностью сменились. Похоже, всё, что стояло здесь раньше, он уже съел.

Съесть столько в одиночку… Мой брат и правда медведь?

— А-а-а?! Блюда, которых я так ждала, исчезли! — Когда я вошёл в игру, Немезида материализовалась рядом и испустила вопль.

— Не переживай, — успокоил её брат. — Еды осталось ещё полно. Всё, что вы видели до сих пор, — лишь процентов десять.

— Это слишком много! На сколько человек ты вообще готовил?

Если бы Немезида не родилась, нас было бы всего двое. Зачем он заготовил столько еды?!

— …Ну и ладно, — сдался я. — Кстати, брат, я хотел спросить ещё кое о чём.

— Как мне достался этот костюм?

— Нет… Хотя мне немного любопытно, но речь не об этом.

Меня интересовали два вопроса, связанных с устройством игры, и один — с Лилианой. Начну, пожалуй, с простых.

— По мере развития Эмбрионы меняют форму, верно?

— Верно. Мой Бальдр становился всё оружейнее. И медвежительно вырос в размерах.

Я и тот пулемёт Гатлинга считал огромным, но он был всего лишь второй формой, да? Если Бальдр станет ещё больше, его уже невозможно будет носить.

— Кстати, сегодня я не успел тебе её показать, но четвёртая форма — это танк.

— Танк?! — Разве так вообще можно? — Значит, Немезида со временем тоже превратится во что-то совсем не похожее на её нынешний человеческий облик… Может, даже в танк.

Сидевшая рядом и занятая едой Немезида испуганно вздрогнула.

— К-какое зловещее предположение.

— Развитие зависит от Мастера, но в твоём случае Немезида, скорее всего, всегда останется Девой, — сказал брат. — А вот часть «с оружием» может смениться на другой тип.

— К слову, Немезида превратилась в меч. К какому типу это относится?

— Я же говорю: она Эмбрион типа «Дева», который превращается в тип «Оружие». Девы обычно гибридны… сочетают несколько типов.

— Правда? — Звучит как весьма выгодный комплект.

Услышав мою мысль, Немезида возмутилась:

— Это ещё что значит — я дешёвая девушка?!

— Я знаю одну обладательницу Эмбриона типа «Дева», — продолжил брат. — «Дева» у неё сохранилась, а часть после «с» менялась на разные типы. Теперь её Эмбрион даже стал Эмбрионом-супериором.

Эмбрионом-супериором?

— Первая, вторая и третья формы Эмбриона называются низшими, а четвёртая, пятая и шестая — высшими, — объяснил брат. — Седьмая форма, максимальная из достижимых на данный момент, называется Эмбрионом-супериором, потому что превосходит пределы высших форм.

— Последняя форма… Эмбрион-супериор, — пробормотал я. Интересно, Немезида когда-нибудь её достигнет? Хотя сейчас она всего лишь в первой форме, и я понятия не имею, сколько времени займёт весь путь.

— Кстати, среди всех игроков этой формы достигли меньше сотни, — добавил брат.

В игре больше ста тысяч активных игроков, а таких меньше сотни?! Насколько же труден этот путь?

— Они слишком уж упорные фанатики.

— Дело не только в проведённом в игре времени, — возразил брат. — Многие начали в день выхода и до сих пор не достигли седьмой формы, а кому-то хватило полугода.

Значит, нужны какие-то особые условия?

— Точно, брат, ты ведь играешь с самого релиза. До какой формы развился твой Эмбрион?

— Это секрет под семью берлогами.

Как же раздражает.

Я заметил, что во время объяснений Братец Медведь говорил почти нормально, а когда дразнил меня — переходил на медвежьи каламбуры. Теперь, когда я раскусил эту привычку, она раздражала ещё сильнее.

Пока мы с Братцем Медведем разговаривали, Немезида успела незаметно опустошить свою тарелку.

Вообще-то мы говорили о тебе.

— Ладно, следующий вопрос. О нашем положении в этом мире.

— Что именно ты имеешь в виду?

Я вспоминал слова и поведение Лилианы.

— Она назвала меня не игроком, а чем-то вроде «Мастера, избранного Эмбрионом». Я не совсем понимаю, как это устроено… Какой статус у нас, игроков, в рамках этого мира?

У меня почему-то не возникло ощущения, что она воспринимает меня как игрока в видеоигре.

— Хм-м, — протянул брат. — Об этом можно прочитать в описании мира на официальном сайте, но тогда ты потеряешь несколько часов. Поэтому объясню вкратце.

И брат начал лекцию об устройстве мира.

— В этом мире существуют Мастера и тианы. Всех нас, игроков, здесь называют Мастерами. Это означает примерно «избранный Эмбрионом». Мастер растит и использует Эмбрион, обладающий бесконечными возможностями. Благодаря этому сила Мастера огромна, но за неё приходится расплачиваться одним ограничением.

— Условие?

— Их тела часто уносятся в иной мир.

…Что?

— Мастер может исчезнуть из этого мира на несколько минут, а может — на несколько месяцев, — продолжил брат. — Иногда он возвращается туда, где исчез, а иногда оказывается в особом месте, которое называют точкой сохранения.

Погоди, это же…

— В миг перед смертью Мастер также может воспользоваться силой Эмбриона, перенести своё тело в иной мир и выжить, — сказал брат. — Но после этого он не возвращается как минимум три дня.

— То есть выход из игры и штраф за смерть встроены в самые основы этого мира?

— Именно.

— …Ничего себе.

Судя по общению с Лилианой и Милианной, тианы мыслят на том же уровне, что и настоящие люди. Чтобы они могли жить, не подозревая, что их мир — игра, возвращение игроков в реальность и их бессмертие объявили естественными законами этого мира.

Понятно. Всё гораздо глубже, чем я думал.

— Кстати, — продолжил брат, — некоторые игроки ходят и всем рассказывают: «Этот мир — игра». Тианы считают их «несчастными Мастерами, которые сошли с ума из-за постоянных переносов между мирами».

— …А-а.

— И ещё: поскольку Мастера исчезают совершенно непредсказуемо, важные должности в королевстве им почти не доверяют. Даже вступив в рыцари ради профессии «Рыцарь», обычной службы ты не получишь. Вместо неё тебе будут поручать задания специально для Мастеров.

Иными словами, работу, которую не страшно бросить, даже если внезапно исчезнешь.

— Зато благодаря Эмбрионам мы сильнее, — добавил брат, — поэтому за наши задания обычно платят больше, чем за те, что поручают тианам.

Интересно, меня когда-нибудь попросят в одиночку убить чудовище? Ладно, главные вопросы об игровой системе прояснились. Остался только…

— Брат, между тобой и Лилианой что-то произошло?

— Не понимаю, о чём ты.

— Не увиливай. Лилиана явно тебя знала. — И, судя по всему, впечатление у неё осталось не самое приятное. — Что ты натворил?

Он ведь не приставал к ней, правда? Например, не кричал: «Ура! Настоящая женщина-рыцарь! Не могу удержаться!» — и не бросался обнимать?

— Я ничего не сделал. — Вопреки ожиданиям, брат ответил совершенно серьёзно. — Наверное, именно за то, что я ничего не сделал, она меня и ненавидит.

— Что ты имеешь в виду?

— Это снова долгая история, — сказал он. — И в отличие от предыдущей, совсем не весёлая.

— Я не против.

После моих слов брат вздохнул и начал рассказ:

— Два месяца назад по реальному времени, то есть полгода назад по времени Дендро, шла война. Машинная Империя Драйф вторглась в Королевство Алтар.

Машинная Империя Драйф была одной из стран, которые игрок мог выбрать при начале игры. Её развитая механическая цивилизация резко выбивалась из общего фэнтезийного мира.

Хотя мне ли говорить о несоответствии, когда в моей семье есть медведь, который ездит на танке.

— Официальной причиной они назвали желание завладеть плодородными землями Королевства Алтар, — продолжил брат. — А с игровой точки зрения это было военное событие.

В руководстве упоминались военные события. Это были крупномасштабные сражения между государствами — огромные задания, в которых решалась судьба целых стран.

— В битве участвовали и Мастера, и тианы, — сказал брат. — Такие события происходят нечасто и считаются одной из главных особенностей игры, но… — Он снова вздохнул. — Королевство Алтар потерпело сокрушительное поражение. Мы лишились трети территории, а среди тиан погибли придворный маг Великий мудрец, половина рыцарей и сам король. Проще говоря, в бою полегло множество ключевых людей, управлявших страной.

— …Почему поражение оказалось настолько тяжёлым? Драйф настолько силён?

Нет, вряд ли, — подумал я. В реальности такое возможно, но это игра, и разработчики наверняка позаботились о балансе.

— Силы двух стран были примерно равны, — ответил брат. — Это касается общей мощи государств, уровней солдат и боеспособности важных тиан. Но если добавить к ним силу Мастеров, всё меняется.

— То есть Алтар проиграл из-за разницы в числе игроков?

Драйф и правда выглядит страной, которая очень понравится определённому типу людей. Может, туда вступило особенно много игроков… Нет, не может быть. В таком случае и в этом королевстве…

— Они проиграли потому, что большинство Мастеров, имевших право участвовать в войне, не явились.

— Что? — Такой ответ оказался полной неожиданностью.

На кону стояла судьба королевства, проходило крупнейшее событие — и они не участвовали?

— Король Алтара был, как бы сказать, человеком старой закалки, — объяснил брат. — Он провозгласил: «Наше королевство в опасности. Воины этой страны, настало время подняться!» Хорошо, что он произнёс такую речь и сам вышел на передовую, но на этом всё.

— Всё?

— Наград не было. По сути, он считал само собой разумеющимся, что граждане страны поднимутся на её защиту в час беды.

Я понимаю, что решалась судьба королевства, но это всё равно кажется несколько скупым. Или обычно так и делают?

— Конечно, Мастера… то есть игроки наслаждаются этим миром, но жизнью ради игры не рискуют, — сказал брат. — После смерти они всего лишь не могут войти в игру двадцать четыре часа. Поэтому многие рассудили: пусть королевство и в опасности, но без выгоды участвовать незачем.

Я бы подумал наоборот. Если единственное последствие смерти — временный запрет на вход, я бы скорее присоединился к войне. Но люди мыслят по-разному. К тому же в бою тратятся лечебные предметы, а если сильный противник уничтожит снаряжение, убыток может оказаться огромным.

— И здесь большую роль сыграло то, что Драйф заранее и совершенно ясно объявил свои награды, — продолжил он и перечислил их.

Условия действительно были исключительными.

За каждого побеждённого солдата Королевства Алтар предлагали пять тысяч лиров. За каждого носителя Эмбриона — то есть Мастера — пятьдесят тысяч. Кроме того, за уничтожение ключевых фигур полагались различные награды: редкие предметы и привилегированное положение в государстве.

В результате боевой дух игроков Драйфа вырос, а мотивация игроков Королевства Алтар заметно упала.

— Некоторые даже говорили: «Хочу сражаться на стороне Драйфа» или «Если это королевство уничтожат, может открыться редкое событие», — сказал брат.

Я не знал, что ответить. Как игрок я не могу сказать, что совсем их не понимаю. Понять могу, но…

— А решающим ударом, превратившим поражение в разгром, стало то, что вся Большая тройка Королевства Алтар — лидеры рейтинга истребления, рейтинга дуэлей и рейтинга кланов — отказалась участвовать.

— Рейтинги? Здесь есть рейтинги?

— Вон там. — Он указал за окно.

Ресторан выходил на площадь с фонтаном, где мы встретились с братом. Перед фонтаном стояла внушительная доска объявлений — именно на неё он и показывал.

— Это рейтинговая доска Королевства Алтар. Её обновляют каждые три месяца игрового времени. В рейтинге истребления сравнивают достижения в охоте на монстров, в рейтинге дуэлей — успехи в PvP, а рейтинг кланов отражает размеры кланов. На доске указаны тридцать лучших игроков в каждой категории.

— Хм-м.

— И вот что важно: участвовать в войнах могут только игроки, попавшие в эти рейтинги. В случае рейтинга кланов право получает любой член одного из тридцати лучших кланов. Поэтому можно временно вступить в такой клан как наёмник и отправиться на войну.

Как ни крути, без места в одном из рейтингов игрок воевать не сможет.

Когда королевство попросило их присоединиться к прошлой войне, лидеры каждой категории — так называемая Большая тройка — якобы ответили следующее.

Первое место в рейтинге истребления, Король разрушения, настоящее имя неизвестно:

— Я не хочу участвовать в крупном событии и по неосторожности показать своё лицо.

Первое место в рейтинге дуэлей, Сверхгладиатор Фигаро:

— Меня не интересуют беспорядочные драки.

Глава лидирующего в рейтинге клана «Лунное общество», Верховная жрица Цукуё Фусо:

— Нам не удалось прийти к соглашению с Королевством Алтар.

После этого и без того низкая мотивация остальных рейтинговых игроков упала ещё сильнее.

Наверняка они понимали, что битва будет проиграна. Так война и началась почти без рейтинговых игроков.

Среди участников оказались несколько рейтинговых кланов, временно вступившие в них игроки — например, члены фан-клубов популярных тиан вроде Лилианы, — а также просто наивные добровольцы.

Результат оказался ужасающим.

Происходящее на поле боя иначе как бойней назвать было нельзя. Численность игроков различалась слишком сильно, а хуже всего было то, что все лидеры рейтингов Драйфа вступили в сражение.

Первое место в рейтинге истребления Империи Драйф — Король зверей.

Первое место в рейтинге дуэлей Империи Драйф — Адский генерал Логан Годдхарт.

Первое место в рейтинге кланов Империи Драйф — Гигапрофессор Мистер Франклин, глава клана «Треугольник мудрости».

Двое из троих обладали Эмбрионами-супериорами, и их боевая мощь была колоссальной. От рук этой троицы погибли командир Королевской рыцарской гвардии и Великий мудрец. Был убит даже король.

— Продолжайся всё в том же духе, и королевство, несомненно, быстро погибло бы, — сказал брат. — Но после того как Алтар отдал треть территории, Калдина начала вторжение в Драйф. Оставив часть войск на захваченных землях, основные силы Драйфа отступили домой. Благодаря этому Королевство Алтар уцелело буквально чудом.

Однако, продолжил брат, Калдина уже вывела войска из Драйфа, поэтому через несколько месяцев Империя, вероятно, нападёт снова.

…Он не преувеличивал. История и правда была невесёлой.

— А почему ты сказал, что Лилиана тебя ненавидит?

— Потому что я был одним из тех рейтинговых игроков, которые не участвовали. К тому же погибший в бою прежний командир рыцарей был отцом Лилианы и Милии.

— …Вот как. — Да уж, история совсем не весёлая.

— И что вы намерены делать, услышав эту невесёлую историю, Мастер? — спросила Немезида, которая всё это время была поглощена едой и не вмешивалась в разговор.

— А что я вообще могу сделать?

Как я поступлю, когда Драйф нападёт снова… На этот счёт решение я уже принял.

— Даже без награды мне не хочется отказываться от участия, — сказал я. — Пусть придётся потратиться, всё равно в этом есть смысл. — Даже если считать войну всего лишь игровым событием.

— Да, ты прав, но тогда игроки скорее устроили бойкот скупому государству, — ответил брат. — Мне даже кажется, что Драйф мог назначить свои безумные награды именно ради создания такого настроения.

Если так, Королевство Алтар проиграло Драйфу стратегически ещё до начала битвы.

— А почему ты не участвовал, брат? Тоже из-за отсутствия награды?

— …В моём случае сломанное снаряжение означало бы, что все увидят моё настоящее лицо.

— …А-а, точно.

Да, это стало бы огромной проблемой, но всё-таки…

— С тех пор я сменил снаряжение, поэтому в следующий раз присоединюсь.

Показатели DEF и снижение физического урона у этого костюма и правда впечатляют. Хотя с какой стороны ни посмотри, это всё равно шуточный предмет.

— Но к следующей войне их страна станет сильнее, а наша — слабее, — продолжил он. — Будет тяжело.

— Слабее?

— После поражения многие игроки перешли в другие страны. Даже тианы покидают королевство. На сетевых форумах пишут: «Лучшие времена Алтара позади» и «Игра окончена».

Я промолчал.

Перебежчики, беженцы и повальное уныние… В реальном мире именно так выглядит путь государства к краху.

— После последнего обновления состав рейтингов сменился примерно на семьдесят процентов.

— Хм-м… — С другой стороны, сейчас, возможно, самое время попасть в рейтинг.

— Тогда, пожалуй, начну с этого.

Этот разговор помог мне окончательно определиться с планами… Нет, планы остались прежними, но целей стало больше.

— Вы избрали новую цель? — спросила Немезида.

Я кивнул.

— Сейчас мои возможности невелики, и участвовать в войне я не могу.

Поэтому…

— Для начала подниму уровень, а затем постараюсь попасть в рейтинги.

◆◆◆

Земля — чат в неустановленном месте

Участники: Профессор

Генерал присоединился.

Король зверей присоединился.

Участники: Профессор, Генерал, Король зверей

Профессор: Добрый вечер.

Генерал: добрый вечер

Король зверей: веч

Профессор: Господа…

Профессор: Вы оба посмотрели видео, которое я отправил через «Бесконечный Дендрограм»?

Король зверей: посмотрел

Генерал: очевидно поэтому мы здесь

Профессор: И то верно.

Профессор: Итак, о нашем плане по устранению важного тиана. Говоря кратко…

Профессор: Он провалился.

Генерал: ага провал

Профессор: Те создания, которых я выпустил в подземелье…

Профессор: Орду демидраконьих червей полностью уничтожили, верно?

Генерал: разве в плане не было дыр с самого начала

Генерал: дать сестре цели отпугивающее насекомых благовоние и направить её в сад

Генерал: а потом заманить туда саму цель

Профессор: Изначально я подготовил другую последовательность действий.

Профессор: Но по какой-то причине все ремберри исчезли с рынка.

Профессор: Пропала даже партия, которую я собирался использовать для плана. Лол.

Профессор: Какая досада.

Профессор: Я намеревался передать младшей сестре отравленную ремберри…

Профессор: И с её помощью убить старшую.

Профессор: Младшая: «Сестрёнка, поздравляю».

Профессор: Старшая: «Спасибо. Гха!»

Профессор: Младшая: «Сестрё-о-о-онка!»

Профессор: Именно так всё и должно было произойти. Ну разве не доса-а-а-а-адно?! Бу-ху-ху, лол.

Генерал: неважно что именно ты считаешь досадным

Генерал: проблема в том что новый план сорвали

Профессор: Но разве тот медведь не страшен? В одиночку выступить почти против сотни демидраконьих червей…

Профессор: И вдобавок победить без единой царапины.

Профессор: Всего один такой червь должен быть достойным противником для игрока с профессией высокого ранга. Лол.

Генерал: ничего особенного

Генерал: на высоком уровне и с достаточной силой это возможно...я бы тоже смог

Генерал: но...убить демидраконьего червя на нулевом уровне без профессии

Генерал: не помню чтобы кто-то совершал подобный абсурд

Профессор: Вот как. Значит, его превосходительство Генерал больше заботится об этом новичке, чем о медведе?

Генерал: пф...жду не дождусь когда раздавлю его

Профессор: Вы, как всегда, безупречно играете стереотипного злого военачальника.

Профессор: Впрочем, я тоже! Лол.

Генерал: неважно я такой какой есть

Профессор: Лол.

Генерал: но если назовёшь меня злым отрицать не стану

Генерал: уничтожение государства...первое крупное событие такого рода в этой игре

Генерал: жду возможности когда драйф нет когда МЫ этого добьёмся

Профессор: В прошлый раз мы лишь устранили нескольких ключевых лиц и получили часть территории, так что осадок остался неприятный.

Генерал: мне понравилось сражаться с командиром рыцарей

Профессор: Король был скучен.

Профессор: Лучше бы я сразился с толпой солдат.

Генерал: великого мудреца...кажется его победил король зверей

Профессор: Это было великолепно. Иного от нашего сильнейшего игрока я и не ожидал.

Генерал: эй

Профессор: Хорошо-хорошо. И его превосходительство Генерал, и Король зверей — сильнейшие. Лол.

Генерал: да всё равно в следующей войне я тебе докажу

Генерал: на этот раз я покончу с королевством Алтар

Профессор: Да, непременно покажите мне это. Лол.

Генерал: кстати король зверей всё время молчит разве тебе нечего сказать

Король зверей: медведь, был очень, милым

Генерал: ...............

Профессор: ............... Лол.

Генерал: ...не понимаю твоих вкусов король зверей

# Глава 3. Точка старта

Ресторан «Три небесные звезды», королевская столица Альтея — Рэй Старлинг

Вчера вечером, после того как мы с братом обсудили разные вещи, ужин превратился в обычный пир.

Брат и Немезида съели более чем вдвое больше еды, чем я, но на полпути сдались и оставили нетронутой добрую половину блюд. Поэтому остатки еды и напитков мы раздали другим посетителям ресторана, и всё это вылилось в настоящую вечеринку.

Посмотрел бы кто-нибудь со стороны — не разобрал бы, кто среди пирующих игрок, то есть Мастер, а кто NPC, то есть тиан.

Тот, кто говорит брату: «Эй, транжира», — наверняка игрок, — подумал я. Это же шутка из старой игры. А тот, кто держит в одной руке бокал вина и говорит нарочито вычурно, скорее всего тиан.

Если не считать наличия герба Эмбриона, различия сводились лишь к таким смутным признакам... Для меня все они выглядят людьми.

Эта сцена снова заставила меня восхититься тем, насколько удивителен Бесконечный Дендрограм, и вместе с тем навела на одну мысль, которую стоило обдумать.

Но тут...

— Голова болит... — простонал я. В таком состоянии головная боль не позволяла размышлять ни о чём философском.

— Это похмелье? — простонала сидевшая рядом Немезида, так же схватившись за голову. Я оглядел ресторан и увидел, что все участники вчерашней пирушки, выпившие тот напиток, мучились точно так же.

Похмелье... Да, это наверняка похмелье.

Обычно несовершеннолетним игрокам нельзя было пить алкоголь. Однако среди присоединившихся вчера к застолью Мастеров оказалась обладательница навыка, превращавшего воду в «алкоголеподобный напиток». И тут мне хотелось спросить только одно: «Зачем вообще нужен такой навык?»

— Это не алкоголь, ла-а-адно? — говорила угостившая меня девушка. — Просто сок, ла-а-адно? Выпьешь — и станет легко-легко, ла-а-адно?

На вкус напиток был отличным, и я опрокинул несколько чашек. А когда взошло солнце, оказался вот в таком состоянии.

— У-у... Почему это проявляется даже здесь? — пробормотал я.

В моём статусе тоже отображалось «Похмелье», и хотя настройка боли должна была быть отключена, голова пульсировала.

— Тот напиток был похож на алкоголь, но на деле, вероятно, являлся ядом, — сказала Немезида.

— А-а, то есть это замаскированный под алкоголь яд, который накладывает негативный статус?

Тогда становилось понятно и существование такого навыка, и то, почему я смог выпить напиток в обход возрастных ограничений.

В Японии была похожая народная сказка, так что мог существовать и основанный на ней Эмбрион.

Правда, та, кто готовила напитки, после них чувствовала себя прекрасно.

— И зачем так травить людей?.. — вслух задался я вопросом.

— Это медведски особенный способ Лэй-Лэй приветствовать новичков, — с натянутым смешком объяснил Братец Медведь, раздававший воду страдающим от похмелья.

— Приветствовать?

— Она обязательно заставляет каждого новичка выпить «Божественное ядовитое саке они (слабое)».

— Зачем кому-то такое делать?..

— Она на личном опыте преподаёт вам урок: «Бывают и такие внезапные атаки, поэтому будьте осторожны, ла-а-адно?»

А-а, понятно. Вот почему те, кто не стал пить её алкоголь, ухмылялись или смотрели на нас с ностальгией. Наверняка раньше их встретили точно так же.

— ...Что ж, урок я усвоил.

— Кстати, это одна из тех упомянутых вчера Мастеров, у которых есть Эмбрион-супериор, — сказал брат. — Ещё её знают как Расточительницу пиров Лэй-Лэй.

— Расточительница пиров... — повторил я.

Похоже, она весьма незаурядная личность, но интересно, за что получила такое прозвище?

— А, и ещё: говорят, в прошлой войне она не участвовала из-за накладки в реальном расписании, — добавил брат.

Вроде бы очевидно, но ведь и правда бывают люди, слишком занятые для участия в игровых событиях.

◇

В итоге всё утро, пока не прошло похмелье, я был не в состоянии сдвинуться с места.

...Предмет от одного из посетителей ресторана, который должен был снять эффект «Похмелье», не помог. Ничего себе яд — даже негативный статус не излечить...

Как бы то ни было, мы пришли в норму и решили пройтись по городским магазинам.

— Слушай, брат, я хочу продать предмет, выпавший из демидрага, и купить снаряжение для новичка, обереги из драконьей чешуи и броши. Знаешь, где всё это продают?

— Что? Решил ими запастись? — Братец Медведь озадаченно нахмурился.

Навык Немезиды требует, чтобы я получал урон, поэтому я думал, что Брошь спасения и Оберег из драконьей чешуи мне просто необходимы, но...

— Что-то не так?

— Эти аксессуары медведски дорогие. Оберег из драконьей чешуи — лучший защитный аксессуар такого типа, и один стоит около трёхсот тысяч лиров. А Брошь спасения продают примерно за пять миллионов лиров.

— Сколько?!

Это три миллиона и пятьдесят миллионов иен. Они настолько дорогие? — ошеломлённо подумал я. Хотя, если задуматься, цена оправданна. От этих предметов буквально зависит жизнь или смерть. Без них я бы уже несколько раз погиб.

— ...Тогда пока обойдусь. И простите, что вчера всех вас сломал...

— Так будет медведски лучше, — сказал брат. — А насчёт снаряжения для новичка: я знаю один честный магазин, которым управляет игрок. Кстати, ты уже открыл предмет, выпавший из демидрага?

— Открыл?

— Из боссов вроде демидрага предметы обычно выпадают в сундуках. Внутри должен быть один предмет, связанный с побеждённым боссом, и ещё от одного до пяти случайных предметов, зависящих от его уровня.

— Вот как?

Точно, выпавший предмет назывался «Сундук сокровищ демидраконьего червя». Насколько я помню, coffer — это другое слово для сундука.

Я выбрал его в списке предметов, и появилось сообщение: «Открыть этот предмет?»

— Лучше открыть?

— Хм-м... Там может оказаться пустышка, поэтому можно продать сундук как есть, — ответил брат. — Но раз он из демидрага, внутри может попасться что-нибудь очень хорошее. Думаю, открыть стоит.

— Хорошо, тогда выбираю «Да».

Получен Натуральный полный доспех демидраконьего червя.

Получен Эментериум.

— Написано, что я получил натуральный полный доспех и Эментериум.

— Полный доспех — медведски хорошая добыча. У него должен быть навык, снижающий физический урон на сто пятьдесят.

Ого, это очень хорошо... наверное. После того как я увидел костюм Братца Медведя, уже ни в чём не уверен.

— А что значит «натуральный»?

— А, это значит, что полный доспех сделан естественным образом.

...Что ещё за «полный доспех, сделанный естественным образом»?

— Ладно, тогда сразу его надену... А? Не получается.

Я присмотрелся и увидел два сообщения: «Вы не соответствуете требованию по уровню» и «Чтобы экипировать этот предмет, требуется общий уровень 150 и уровень профессии 51».

— ...Похоже, воспользоваться им я смогу ещё нескоро, — разочарованно сказал я.

— До этого и правда далеко, так что можешь спокойно его продать, — сказал брат. — Получишь не меньше четырёхсот тысяч лиров. А Эментериум — предмет на продажу. Он стоит около двадцати тысяч.

О-о, неплохие деньги. Хотя до цены броши им и близко не дотянуться.

— Но Эментериум... Предмет на продажу из добычи демидрага стоит всего двадцать тысяч?

Допустим, в сундуке не оказалось бы полного доспеха, который брат назвал удачной добычей, а вместо него выпал бы связанный с демидрагом предмет той же стоимости, что Эментериум. Тогда всего вышло бы сорок тысяч, — подумал я. Теперь я начинаю понимать, насколько необычайными были вчерашние награды Драйфа. Наверняка победить восьмерых солдат гораздо проще, чем одного демидрага. Для участников это, должно быть, было очень прибыльным полем боя.

...Как бы то ни было, стартовый капитал у меня появился. Пора покупать снаряжение.

В рекомендованном братом магазине мне подобрали несколько вещей, которые можно было экипировать даже на нулевом уровне.

Снаряжение относилось к так называемой серии «Райот», широко распространённой среди низкоуровневых игроков. Комплект состоял из лёгкого доспеха, наручей, штанов и сапог.

Купленное мною снаряжение оказалось качественной работой мастера-доспешника. Благодаря этому лёгкий доспех «Райот» получил дополнительные эффекты: «Увеличение HP: HP +200» и «Снижение урона», уменьшавшее физический урон на 10.

Пока мой уровень низок, это наверняка очень поможет.

— Оружием мне послужит Немезида, так что теперь можно идти прокачиваться.

— Не «послужит»! Ты должен говорить: «Немезида — величайшее оружие»! — возмутилась Немезида, мой Эмбрион.

— Не-ме-зи-да — ве-ли-чай-ше-е о-ру-жи-е, — монотонно протянул я.

— Не говори таким безжизненным голосом!

В том же магазине я продал добычу по рыночной цене — за четыреста двадцать тысяч лиров. Комплект снаряжения и несколько лечебных предметов, к слову, обошлись всего примерно в двадцать тысяч. У меня осталась вся сумма, вырученная за полный доспех, но тратить её нужды не было, и я решил пока сохранить деньги.

Так или иначе, теперь я был готов идти прокачиваться.

— А, погоди, — остановил меня брат. — Перед прокачкой нужно выбрать профессию. Иначе так навсегда и останешься на нулевом уровне.

— ...А-а. Я и забыл, что всё ещё без профессии.

— Немного рассказать о профессиях?

— Пожалуйста.

Брат объяснил мне следующее.

Профессии в Бесконечном Дендрограме делились на три большие категории: профессии низшего ранга, профессии высшего ранга и супериор-профессии.

Профессии низшего ранга первыми получали игроки без профессии. Их было легко открыть, а предельный уровень составлял 50. Для получения профессий высшего ранга требовалось выполнить определённые условия, и их предел равнялся 100. Одновременно можно было экипировать шесть профессий низшего и две высшего ранга, так что общий предельный уровень игрока составлял 500.

А что насчёт профессий категории «Супериор»?

Получить такую профессию было чрезвычайно трудно, а кроме того, экипировать её мог только игрок, открывший её первым. Но главная особенность супериор-профессий заключалась в полном отсутствии предельного уровня.

Именно так: супериор-профессия позволяла поднимать уровень сколько угодно, хотя обычно он упирался в отметку 500.

Ни о каком балансе здесь не было и речи. Разумеется, с ростом уровня увеличивалось и количество опыта, необходимого для следующего. Поэтому, несмотря на отсутствие предела, игроков с невероятно высокими уровнями, похоже, насчитывалось немного.

...То есть несколько игроков с невероятно высокими уровнями всё-таки есть. Если вспомнить ещё и вчерашний разговор об Эмбрионах-супериорах, создаётся ощущение, что разработчики намеренно предусмотрели совершенно разные ступени силы.

Кроме того, выяснилось, что супериор-профессии иногда встречались даже у тианов.

Небольшое отступление: названия «профессия низшего ранга» и «профессия высшего ранга» отображались для каждого игрока в переводе на его язык. А вот термин «супериор-профессия» был единым для всех стран и культурных регионов.

Это перекликается с Эмбрионами-супериорами. Неужели разработчики вкладывают в слово «Супериор» какой-то более глубокий смысл?

Кстати, если употреблялось просто слово «Супериор», то оно, оказывается, обозначало Эмбрион-супериор вместе с его Мастером.

...Как я и думал, всё запутанно.

— А что будет, если я выберу профессию, которая плохо сочетается с моим Эмбрионом?

— На точке сохранения профессию можно сбросить в любой момент, — ответил брат. — И даже после сброса развитие Эмбриона не изменится.

Поэтому некоторые игроки, оказывается, постоянно сбрасывали профессии, чтобы перепробовать разные варианты. Так можно было продолжать, пока не найдётся подходящая. За потраченное на поиски время Эмбрион успевал развиться, и после окончательного выбора прокачиваться становилось ещё легче, чем прежде.

— Кстати о профессиях... Какие профессии у рейтинговых игроков, о которых ты вчера рассказывал?

— У всех, кого мы вчера упоминали, супериор-профессии, — ответил брат.

— Я так и думал. Звания вроде «Короля» и «Верховного жреца» действительно похожи на профессии, которые может получить лишь один человек. — А ты знаешь условия их получения?

— О-о... Для профессии Короля разрушения требовалось нанести в общей сложности больше ста миллионов единиц урона, в одиночку победить определённое число боссов высшего ранга и выполнить особое задание, — сказал брат. — У остальных условия, наверное, были похожими.

Сто миллионов урона... Даже если десять тысяч раз применить тот же навык, которым я воспользовался против демидрага, «Мне отмщение», этого всё равно не хватит. Профессии рейтинговых игроков впечатляют именно настолько, насколько я ожидал.

— Кстати, модификаторы характеристик складываются от всех экипированных профессий, но некоторые навыки становятся недоступны, если меняется группа основной профессии, — продолжил брат. — Например, будучи Поваром, ты не сможешь применять навыки Стрелка.

— Правда? А сочетание вроде Повара и Солдата кажется вполне рабочим. Как в одном фильме.

— Основную профессию тоже можно менять на точках сохранения. А навыки из одной и той же группы остаются доступны.

Стоит помнить об этом, выбирая экипируемые профессии.

— Хорошо, а какие профессии я могу экипировать сейчас?

— Та-дам! «Каталог диагностики подходящей профессии»! — объявил брат таким голосом, словно собирался достать некий секретный инструмент. Однако вытащил он толстую книгу. — Ответь на вопросы каталога, и он подберёт тебе самую подходящую из всех доступных сейчас профессий.

— Полезная вещь.

— Это всего лишь анкета, поэтому не знаю, окажется ли результат действительно лучшим, но, когда не можешь решить, она вполне сгодится. Всё-таки в одном только этом городе с самого начала доступно больше сотни профессий низшего ранга.

— Это же слишком много!

— Наверняка он ещё не раз тебе пригодится, так что забирай. — Брат протянул мне книгу.

— Спасибо. Ладно, попробую.

Примерно через пять минут появился результат...

— Паладин? Конечно, классическая игровая профессия, но не уверен, что она мне подходит.

— А-а, Паладины получают прибавку к HP, STR и END, — сказал брат. — Ещё они могут освоить навыки снижения урона и исцеляющую магию.

Понятно. Тогда подходит идеально. Пока я сражаюсь вместе с Немезидой, это наверняка отличное сочетание.

— Только странно, — продолжил он. — Паладина нельзя получить с самого начала. Это ведь профессия высшего ранга.

— Высшего ранга?

— Ага. Её не получить, пока не выполнишь определённые условия.

— Какие именно?

— Во-первых, нужно победить босса определённой силы... монстра класса демидракона, нанеся ему при этом больше половины всего урона.

— Это я сделал. Условие выполнилось в бою с демидрагом.

— Затем нужно пожертвовать церкви двести тысяч лиров.

— Это тоже могу. Сейчас у меня около четырёхсот тысяч лиров.

— И последнее: нужна рекомендация важного лица, связанного с рыцарями.

— А вот рекомендации у меня нет. Я только начал играть в Дендро, так что вряд ли смогу её получить.

— Погоди-ка. Разве вчера не произошло как раз что-то подобное? — внезапно вмешалась Немезида, до этого молча слушавшая разговор.

— Понятно, — сказал брат. — Значит, вот какой была настоящая награда за вчерашнее задание. Конечно, игра не станет показывать такое бестактное сообщение, как «Ваши отношения с такой-то углубились».

— А? Кажется, эти двое поняли что-то, чего не понял я.

— Мастер... вы забыли, кому именно вчера помогли? — спросила Немезида.

— ...А-а.

Мы отправились к дому Лилианы. Она была заместителем командира Королевской рыцарской гвардии и, вероятно, из-за вчерашних событий оставалась дома вместе с Милианной.

Нас тепло встретили и ещё раз поблагодарили за вчерашнее. Немного поговорив с обеими сёстрами, я сказал Лилиане, что хочу стать Паладином. Она охотно согласилась и сразу написала для меня рекомендательное письмо.

В тот же день я внёс пожертвование церкви и стал Паладином.

Теперь я наконец был готов идти прокачиваться.

◇

— Ну что ж, здесь я с вами и попрощаюсь, — сказал Братец Медведь, подняв лапу.

— Что? Вы не поможете нам прокачиваться, Братец Медведь? — спросила Немезида.

— Я с самого начала собирался пойти своей дорогой после приветственной вечеринки.

— Почему?

— Если заняться ускоренной прокачкой, между характеристиками и реальным умением играть возникнет разрыв, — объяснил он. — В Дендро навыки и находчивость игрока медведски важны, поэтому тебе нужно отправиться в путь самостоятельно и развивать их тоже.

— Я ведь тоже рядом, так что нас будет двое, — сказала Немезида.

Ускоренной прокачкой называли способ легко повышать уровень с помощью более сильного игрока. Например, сильный игрок принимал на себя все атаки мощного монстра, а ты понемногу отнимал здоровье у монстра, добивал его и мгновенно получал несколько уровней.

Да, так мой уровень поднимется, но собственное мастерство не улучшится.

— Кроме того, в Дендро есть система Эмбрионов, — продолжил брат. — Если постоянно выпрашивать у других по-медвежку... то есть помощь, твой Эмбрион может развиться не лучшим образом.

— Это действительно так работает?

— Такое возможно, — ответила Немезида.

Если Немезида родилась именно такой из-за моего стиля игры с самого начала, то, пожалуй, возможно.

— А потому здесь я скажу вам «адиос»... Но если попадёшь в серьёзную передрягу, свяжись со мной.

— Да, если случится что-то серьёзное.

— Вот и хорошо. Но для начала постарайся справляться своими силами.

— Понял. И... спасибо за всю помощь со вчерашнего дня.

— Не переживай. Я медвеждён — то есть убеждён, — что немного помочь тебе будет только справедливо. А, и ещё... — Братец Медведь приблизил ко мне голову костюма. — Если что-нибудь произойдёт с участием рейтингового игрока, немедленно сообщи мне. — Его голос снова стал серьёзным.

— Брат?

— Ну, вчерашний случай мог быть просто аномалией. Но безумные происшествия не должны случаться так часто, поэтому расслабься и наслаждайся Дендро. — С этими словами Братец Медведь ушёл, оставив нас с Немезидой вдвоём.

Одновременно появилось сообщение: «Группа распущена». Статус брата, до этого всё время отображавшийся передо мной, тоже исчез.

— Ну что, Мастер, — сказала Немезида. — Наконец настало время вам... нет, нам встать на собственные ноги. Вы уже решили, куда отправимся?

— Брат рассказал о нескольких охотничьих угодьях для низких уровней. Думаю, стоит их проверить.

— С нетерпением жду прокачки, — сказала Немезида. — Хе-хе-хе! Сегодня ночью я жажду крови.

— Вообще-то сейчас ещё полдень.

◇

Первым охотничьим угодьем стали равнины Истер сразу за восточными воротами Альтеи. Обзор там был прекрасный: повсюду прыгали монстры и сражались с ними игроки.

Кстати, я впервые вижу, как сражаются другие игроки.

— Ну что, и мы начнём?

— Да, — ответила Немезида и превратилась в тот же чёрный двуручный меч, что и вчера.

Я взмахнул мечом вверх-вниз, держа его в правой руке — точнее, он обхватывал всю мою руку.

— Он и правда не такой тяжёлый, как выглядит.

Даже при моей STR я размахиваю им без труда. По весу примерно как бутафорский меч, который я когда-то купил на память во время школьной экскурсии. Или как металлическая труба.

— Разве не грубо упоминать вес дамы? — спросила Немезида.

— Но сейчас ты явно легче, чем в человеческом облике. Куда делся закон сохранения массы?

— ...Вас беспокоит закон сохранения массы в мире, где существует магия и иначе течёт время?

Ну да, это верно, но...

— К тому же для других я не буду казаться лёгкой, — добавила она. — Лёгкой я ощущаюсь только для вас.

— Вот как?

— Именно так.

Ладно, оставим всё как есть. Если я буду только задавать вопросы, уровень сам не поднимется.

— Тогда начинаем прокачку.

— Мне уже не терпится.

Два часа спустя.

Мой уровень вырос на три, а урона я так и не получил.

— ...Почему я не получаю урона, хотя меня всё это время колотят?

С самого прибытия сюда я сражался с монстрами вроде малых гоблинов и кроликов Паши. На них достаточно было взглянуть, чтобы сказать: «А, это мелкие монстры из самой начальной зоны». Но сколько бы они меня ни атаковали, урона не было.

— Ничего удивительного, — ответила Немезида. — Для вашего уровня снаряжение у вас довольно хорошее. И разве там не было эффекта «Снижение урона»? Наверное, из-за него весь урон меньше десяти превращается в ноль.

Значит, здешние монстры не способны нанести мне больше десяти единиц урона.

Изначально у меня было чуть меньше ста HP. Поскольку это охотничье угодье для новичков, сюда могли поместить только достаточно слабых монстров, чтобы они не убивали игроков с таким запасом здоровья.

К слову, теперь, на четвёртом уровне, у меня было уже больше семисот HP. Показатель HP у Лилианы с шестидесятым уровнем Паладина и общим уровнем 210 составлял около пяти тысяч, но при нынешних темпах к шестидесятому уровню Паладина у меня, вероятно, будет намного больше шести тысяч.

— В будущем показатели могут стать безумными.

— Возможно, дело в том, что это профессия высшего ранга, но прибавки к характеристикам у неё хорошие, — сказала Немезида. — А из всех характеристик самый большой модификатор я даю к HP.

Выходило, что быстрый рост HP обеспечивался суммой модификаторов профессии Паладина и моего Эмбриона. У Эмбрионов довольно большой модификатор.

Разумеется, выросли и остальные характеристики, хотя не так сильно, как HP. Кроме того, я освоил навык исцеляющей магии «Первичное исцеление».

Теперь я хотя бы в какой-то степени могу лечить себя сам.

— Хм-м... Тогда, пожалуй, сменим место. С нынешними показателями я должен справиться там, где враги немного сильнее.

— Согласна, — сказала Немезида. — Мне тоже было как-то слишком легко.

Ну да, ведь гоблинов и кроликов мы разрубаем пополам одним ударом. Хотя это делал я сам, зрелище всё равно немного пугало. Трупы монстров не остаются, но иначе картина была бы чрезвычайно кровавой.

— Так... Следующее подходящее охотничье угодье — лес Ноз сразу за северными воротами.

— Тогда сперва вернёмся в королевскую столицу? — предложила Немезида. — Всё-таки скоро время сладкого.

Время сладкого...

— Я не против заплатить за напитки, но...

Что делать, если она съест столько же, сколько вчера за ужином? Оставшиеся после продажи предметов деньги хотелось бы приберечь на следующий комплект снаряжения.

Так или иначе, мы направились обратно в королевскую столицу. По дороге я наблюдал за сражениями других игроков. Многие носили одежду из каталога обучения и, вероятно, были такими же новичками, как я. Однако даже в начальной одежде у каждого имелось хотя бы что-то, чего не было у остальных.

У одного игрока был серп на цепи. Он подбрасывал его, цепь сама удлинялась и атаковала монстра — по крайней мере, так я подумал, но почему-то серп уходил под землю и уже оттуда поражал цель.

Другой игрок катил детскую коляску. Внутри лежал предмет, похожий на яйцо, а сам игрок почему-то толкал коляску левой рукой, отчаянно отбиваясь от монстров мечом в правой.

У третьего игрока была каменная хижина. В одной части стены имелась бойница, через которую он стрелял в монстров из рогатки. Монстры, вцепившиеся в хижину зубами, замирали, словно оглушённые.

У ещё одного игрока был красный барьер. Вошедшие внутрь монстры взрывались, будто наступали на мину.

А, самого игрока тоже отбросило взрывом. Интересно, всё это такие же Эмбрионы, как Немезида?

— ...Сколько разных типов, — восхитился я.

— Серп на цепи относится к типу «Оружие», хижина — к типу «Замок», а минное поле — к типу «Территория», — объяснила Немезида. — А детская коляска... что это вообще? Инструмент типа «Оружие»? Или, может быть, «Колесница»?

Так вот как выглядят базовые категории Эмбрионов, не относящиеся к типу «Дева»... Очень интересно.

— Вы мне изменяете?! Думаете об измене, пока обнимаете меня правой рукой?! — воскликнула Немезида.

...Это считается объятиями?

— Я вовсе не думаю об измене. Просто мне интересно, что у каждого свои способности и характер. Очень по-фэнтезийному.

Эмбрион Братца Медведя был настолько тяжёлым огнестрельным оружием, что вопрос о фэнтезийности там уже не стоял, — мысленно добавил я.

— Всё-таки основополагающий принцип Эмбрионов — наличие чего-то совершенно уникального для каждого Мастера, — сказала Немезида.

— Но по сравнению с другими твоя первая форма довольно суровая, Немезида.

— Суровая?!

Я о форме двуручного меча.

Продолжая идти и разговаривать, мы заметили ещё одного игрока, сражавшегося с монстрами. Но в отличие от прежних случаев я различил два силуэта.

Один был одет в похожее на начальное снаряжение пальто. Он выглядел учеником средней или старшей школы. После боя он перепачкался грязью и кровью, но всё равно оставался привлекательным юношей, которого с равным успехом можно было назвать и красивым, и милым.

Внешность его спутницы тоже была весьма необычной. У неё имелись демонический хвост и крылья летучей мыши, а сама она выглядела красивой юной чертовкой.

— Ха-а-а!

— Получай!

Они сражались изо всех сил, но их окружили четыре малых гоблина, и перевес оказался не на их стороне.

Я бы хотел помочь, но просто вмешиваться в чужой бой нехорошо.

— Первичное исцеление. — Я восстановил HP обоих. Отчасти мне хотелось испытать только что освоенную, но ещё не использованную магию лечения. Получилось что-то вроде исцеления на ходу. Их HP я не видел, поскольку мы не состояли в одной группе, однако раны заметно исчезли.

— А! Очень помогло! — воскликнул один из них.

— Спасииибо!

Они перегруппировались и возобновили бой.

◇

Примерно через пять минут им удалось перебить малых гоблинов.

— Хорошо потрудились. Первичное исцеление. — После боя я ещё раз применил к ним исцеляющую магию.

— Большое спасибо, что вылечили нас! Очень помогло, — сказал один из них.

— Спасибо, — с благодарностью добавила вторая.

— Я просто хотел испытать исцеляющую магию, так что не беспокойтесь. Если уж на то пошло, мне даже неловко принимать благодарность.

— Ну, со вчерашнего дня вас благодарят почти без остановки... — заметила Немезида. Внезапно я перестал ощущать её вес в правой руке, а сама она в человеческом облике оказалась рядом.

— А? Что?! — ахнул один из них.

— О? Вы... — начала вторая.

Оба явно удивились, но Немезида не обратила на это внимания и пристально уставилась на девушку-чертёнка.

— Вот как, вот как. Такая же Дева... нет, Страж? Однако Стражу редко удаётся выглядеть настолько по-человечески.

— Немезида, перестань на неё глазеть. Это невежливо.

— Прошу прощения. Просто меня кое-что заинтересовало.

Что именно её заинтересовало... честно говоря, мне тоже было любопытно.

— Простите за грубость моего Эмбриона.

— Не беспокойтесь, пожалуйста, — сказал другой игрок. — Но это потрясающе. Оказывается, бывают даже превращающиеся Эмбрионы!

— Именно! Я Немезида, Эмбрион типа «Дева с оружием»! — с таким пылом представилась Немезида, что её словам словно полагался звуковой эффект.

...Как стыдно.

— А, простите, что так поздно представился. Я Рэй Старлинг. Начал играть в Бесконечный Дендрограм вчера.

— А я Рук, — представился другой игрок. — Тоже начал вчера.

— Я Вавилон! Эмбрион типа «Страж»! Зовите меня Баби, хорошо? — объявила девушка.

— Рук и Баби, — повторил я. — Но разве Стражи не должны быть чем-то вроде монстров?

Если не считать хвоста и крыльев, Баби выглядит точь-в-точь как человек. Можно даже сказать, что отличий нет: хвост и крылья, насколько я знаю, разрешается добавить при создании персонажа. Если выбирать, на кого она больше похожа — на монстра или человека, — я бы сказал, что на человека.

— Потому что я суккуб! Я сексуальная и милая, и все влюбляются в меня по уши!

Суккуб......... суккуб?

— Баби, я же просил не говорить об этом при людях так открыто...! — простонал Рук.

— Что-о-о? Но я горжусь тем, что я Эмбрион-суккуб, поэтому тут совсем нечего стесняться.

— Зато мне есть чего!

— ...Рук, ты меня стесняешься? — Баби посмотрела на него щенячьими глазами.

Даже мне, стороннему наблюдателю, казалось нечестным смотреть снизу вверх глазами, полными слёз.

Рук мгновенно растерялся. — Понимаешь, эм-м, я не тебя стесняюсь, Баби. Просто ты родилась из меня, и мне будет неловко, если люди начнут судить по тебе о моих сокровенных мыслях...

Откуда это чувство дежавю? И кажется, мы с Руком могли бы поладить.

— Ну-ну, Баби, не стоит доставлять своему Мастеру столько хлопот, — укорила её Немезида.

— Кто бы говорил, — пробормотал я.

◇

Рук и Баби уже закончили охоту, поэтому мы объединились в группу и вместе направились обратно в столицу. А поскольку причин отказываться не было, мы с Немезидой пригласили их на наше маленькое чаепитие со сладостями.

Они с радостью согласились, но...

— В это время года персики особенно вкусны. — Хотя Немезида впервые пробовала персиковые тарталетки, говорила она так, будто знала о них всё, и торопливо впилась зубами в семнадцатую порцию.

— Без этого ни одно сладкое блюдо не будет совершенным. — Баби залила клубничное парфе острым соусом.

— ...Нет, острый соус здесь вообще не подходит.

— Я тоже так думаю... — согласился Рук. — Но и скорость, с которой ест Немезида, тоже несколько...

— Да, прекрасно понимаю, о чём ты...

Сцена перед нами была странной сразу во многих отношениях. Например, Немезиде и Баби ещё не исполнилось и дня, но обе знали о сезонных фруктах, имели собственные вкусы и разбирались в приправах.

Вчера Немезида сказала, что, несмотря на человекоподобный облик, на самом деле она не такая, как мы. Но увиденное всё равно серьёзно выбивало меня из колеи.

— При рождении мы, Эмбрионы, используем воспоминания своего Мастера, — объяснила она, прочитав мои мысли. — Знания об этом мире мы получили от системы этого мира, а житейские знания — от Мастеров.

А, вот откуда она знает о сезоне персиков и тому подобном.

— В сущности, мы, Эмбрионы, знаем о своих Мастерах всё, — добавила она.

— Тогда какие девушки мне нравятся?

— Разумеется, такие, как я!

— Неверно.

— Почему?! — взвыла она.

Итак, подводя итог: знали они не всё, а лишь появлялись на свет с запасом здравого смысла.

— Но какой здравый смысл заставляет Баби есть настолько... кощунственную пищу? — не удержался я.

— Возможно, она делает это именно потому, что пища кощунственна? — предположила Немезида. — В конце концов, её зовут Вавилон.

Вавилонская блудница — персонаж Откровения Иоанна Богослова. Её часто изображали верхом на семиглавом звере; она распространяла разврат, прелюбодеяние и скверну и была заклятым врагом мучеников. Я не знал, имеет ли всё это отношение к Баби, но Немезида носила имя греческой богини возмездия или божественной кары, и её способностью вполне уместно оказалась контратака. Значит, имена Эмбрионов могли быть связаны с их силами.

— Но оставим это. Баби, раз ты суккуб, тебе наверняка известно множество способов подчеркнуть свою сексуальность и свести мужчин с ума, — заметила Немезида.

Какого чёрта ты несёшь, чёртова готическая лоли?

— Конечно, известно, — ответила Баби.

Н-неужели правда?

От её слов Рук даже слегка подавился едой.

— О-хо-хо... — довольно произнесла Немезида. — Поделишься?

— Эм-м, есть массаж плеч, массаж, когда слегка наступаешь на поясницу, и самый лучший вариант — положить голову на колени и почистить уши! Сексуально, правда?! — воскликнула Баби.

— ...Что? — переспросила Немезида.

Сексуально? Всё перечисленное не выходит за рамки обычного массажа. Я бы даже «развратным» это не назвал.

— Я хотела услышать не это. У тебя нет ничего более достойного имени «Вавилонская блудница»? — спросила Немезида.

— Например? — озадаченно посмотрела Баби.

— Н-ну, я-я сама не знаю...

Не задавай ей вопросов, которые смущают тебя саму, чёртова готическая лоли.

— Эм-м... Я несовершеннолетний, поэтому, думаю, Баби просто ведёт себя соответственно... — Рук перестал давиться и предложил весьма убедительное объяснение.

— А-а, возрастные ограничения, понятно, — понимающе кивнул я. Как и в случае с алкоголем и табаком, возрастные ограничения урезали сексуальность суккуба до уровня девочки, делающей папе массаж.

Вот и пойми, что такое Бесконечный Дендрограм — целомудренная игра или непристойная.

◇

Перед расставанием мы с Руком — оба новички — договорились как-нибудь объединиться в группу и отправиться навстречу приключениям.

К тому же у Рука пока не было профессии. Он начал играть, вообще ничего заранее не прочитав об игре, и даже не знал, как её получить.

Я дал ему посмотреть «Каталог диагностики подходящей профессии», подаренный братом, и Рук быстро нашёл заинтересовавшую его профессию. Чтобы при следующей совместной игре получился маленький сюрприз, я не стал спрашивать, какую именно.

Так или иначе, расставшись с Руком, я направился на север, в лес Ноз.

— Начнём? — спросил я Немезиду.

— Да, давайте повышать ваш уровень.

Немезида уже приняла форму двуручного меча, и я вошёл во второе по лёгкости охотничье угодье в окрестностях столицы.

В отличие от равнин Истер, здесь обзор перекрывали многочисленные деревья. Лес был настолько густым, что дальше двадцати метров почти ничего не просматривалось. Однако издалека доносились звуки сражения, так что для игроков эта местность явно не была совершенно непроходимой. Вероятно, шумели такие же новички, как я, которым равнин Истер уже стало мало.

Примерно через две минуты поисков мы нашли зверей, похожих на волков. Стоило им попасть в поле зрения, как над ними появилось название «Бирюзовый волк». Всего их было трое.

— Вот это внезапно. — Как и в большинстве RPG, начинать знакомство с более сложным охотничьим угодьем боем сразу против нескольких врагов было не лучшей идеей, но выбора не оставалось.

Быстрые и ловкие волки атаковали первыми: ближайший прыгнул и вцепился в меня зубами. Удар нанёс 22 единицы урона, и впервые за этот день я почувствовал боль.

Поскольку я мог выдержать около тридцати таких атак, то решил перейти в наступление.

Бирюзовые волки окружили меня, но я сосредоточился только на том, что стоял прямо впереди. Все трое начали атаковать с небольшой разницей во времени. Я проигнорировал двух, заходивших со спины, и встретил лобовую атаку.

Удар чёрного двуручного меча заставил волка болезненно заскулить. В отличие от малых гоблинов и кроликов Паши, его не разрубило пополам, но нанесённого урона хватило, чтобы движения зверя стали заметно медленнее.

— Да, с этим я справлюсь.

Я продолжил прокачку.

◇

Через несколько минут, повысив уровень ещё на один и сохранив половину здоровья, я стоял среди добычи, оставшейся от трёх монстров.

— Отлично, значит, мы справляемся сразу с тремя.

— Именно, — согласилась Немезида.

Готовясь к следующему бою, я восстановил здоровье с помощью «Первичного исцеления». Высокий запас HP в сочетании со способностью лечить себя делал Паладина просто идеальной профессией для прокачки.

— Всё, здоровье восстановлено.

— Итак, вы всего лишь пятого уровня, а HP уже больше восьмисот, — заметила Немезида. — Защита тоже выросла, так что теперь вы, возможно, выдержите атаку демидрага даже без аксессуаров. Как думаете?

— ...Даже если выдержу, пока хотелось бы избегать боёв с боссами. — Бесконечное повторение настолько напряжённых событий попросту высосало бы из меня все жизненные силы. — До двадцатого уровня буду охотиться на обычных монстров.

— Хорошая мысль, — сказала Немезида. — К тому времени я, возможно, уже эволюционирую во вторую форму.

— А что вообще произойдёт при эволюции? Брат говорил, что Эмбрионы меняются не настолько сильно.

— Полагаю, всё ограничится новыми навыками и изменениями оружия, — ответила она. — Но не знаю, можно ли сказать то же самое об эволюции из третьей формы в четвёртую.

— Это называлось переходом в высшую форму?

— Да. Первая, вторая и третья относятся к низшим формам, а четвёртая и последующие — к высшим. Насколько я понимаю, высшие формы обладают уникальностью совершенно иного уровня. Иногда упор на определённые навыки даже приводит к тому, что Эмбрион переходит в собственную уникальную категорию.

Четвёртая форма Бальдра моего брата была танком категории «Колесница». Однако изначально он являлся пушкой типа «Оружие», то есть в процессе эволюции сменил категорию.

— Если высшие формы настолько уникальны, то что насчёт седьмой — формы Супериор?

— В знаниях, дарованных мне при рождении, подробностей об этом нет, — ответила она. — Похоже, такую информацию нам просто не дают.

— Кажется, понимаю. — Это были совершенно секретные сведения, не предназначенные для обычных людей. Неудивительно, что до такой ступени добралось меньше сотни игроков.

— Однако я знаю, что Эмбрионы четвёртой и более высокой формы называются «высшими» не только ради классификации, но и из-за своей силы, — подробнее объяснила Немезида. — Поэтому вам следует поскорее возвысить меня до четвёртой формы... а по возможности и дальше.

— Я, в общем-то, это и собираюсь сделать.

В рейтингах наверняка было полно обладателей Эмбрионов высших форм, и, если я хотел туда попасть, выбора не оставалось: нужно было подняться до их уровня.

— Пока остаётся только честно прокачиваться. Сегодня я достигну тринадцатого уровня и перейду в другое охотничье угодье.

Оранжевые клочки неба между деревьями ясно показывали, что становилось поздно, но заканчивать охоту я не собирался.

Да чёрт, ночью появляется больше монстров, и это меня даже воодушевляет.

— Вот это настрой, — сказала Немезида.

— Отлично, тогда вперё—

Внезапно мир перед глазами накренился.

Нет — накренился не только мир, но и я сам.

Онемение во лбу — остаток удара — говорило, что нечто только что попало мне в висок. Окно статуса показывало: я разом потерял целых 80% HP.

— ...Какого чёрта? — Без всякой видимой причины я внезапно получил критический урон. Удар пришёлся в голову, поэтому меня оглушило, и конечности плохо слушались.

— Мастер! — крикнула Немезида.

Я решил, что она просто беспокоится обо мне, но ошибся. Это было предупреждение.

— Хх! Ответное… поглощение! — Со вчерашнего применения прошло двадцать четыре часа, и Немезида снова могла воспользоваться навыком. Едва возникла стена света, как в неё что-то врезалось.

— Гьягх, гхии!

Это был маленький монстр, сочетавший обтекаемую форму пули с жуткой мордой преты. Он тщетно извивался, пытаясь пробиться сквозь стену света. Скорее всего, именно это существо секунду назад нанесло мне урон.

— Это монстр?

...Не может быть. Его атакующая сила слишком велика по сравнению с Бирюзовыми волками, с которыми я сражался. Но на босса вроде демидраконьего червя он тоже не похож. Над ним даже не появилось название, которое показывается у каждого попавшего в поле зрения монстра. Неужели...

— Кх! — Стена света «Ответного поглощения» исчезла, а вместе с ней пропал и ударившийся о неё монстр.

— Монстр-смертник, который погибает сразу после первой атаки, — объяснила Немезида. — Он одновременно и монстр, и не монстр... Мастер! Это...!

— ...Страж! — закончил я за неё.

Тип «Страж»... Эмбрион в облике монстра. В отличие от относившейся к тому же типу Баби, этот был настоящим чудовищем.

— Мастер, отступайте! Кто-то целится в вас! — воскликнула Немезида.

— Дважды повторять не надо!

Головокружение уже прошло, и я бросился к северным воротам, на бегу исцеляя себя.

Вскоре я полностью осознал происходящее. По всему лесу Ноз разносились крики игроков. Кричал не один и не двое — их были десятки. Поскольку монстр являлся Эмбрионом, за нападением стоял другой игрок.

PK — убийство игроков. Как и следовало из названия, это было убийство других игроков — явление, существовавшее с самой зари MMO. Напавший на меня человек атаковал и остальных, с каждой секундой увеличивая число жертв.

Благодаря усилению Немезиды и росту характеристик от профессии высшего ранга мой запас HP значительно превосходил показатели большинства игроков близкого уровня. И всё же одной атаки хватило, чтобы поставить меня на грань смерти. Игрок без схожих преимуществ её бы не пережил.

Это больше не было «охотничьим угодьем для новичков»... Оно превратилось в «угодье для охоты на новичков». Добычей стали мы.

— Тот Страж сразу погиб! Почему жертв становится всё больше?!

— Вероятно, они относятся к одной из высших категорий Стражей — типу «Легион», — ответила Немезида. — Такой Эмбрион представляет собой колонию. Насколько я знаю, большое количество достигается ценой огромной потери качества!

— Хочешь сказать, атака, едва меня не убившая, была «низкого качества»? Отличная шутка.

Погоди. Если Эмбрион высшей формы, то и Мастер наверняка высокоуровневый.

— Мы в невыгодном положении! — крикнула Немезида.

Нужно скорее вернуться в столицу. Этот ублюдок-PK не должен погнаться за нами туда.

Однако прежде чем я успел воплотить мысль в действие...

— Гьягхгхгхгхгхгх! — раздалось за спиной. Монстр летел ко мне, словно метеор.

— Маст—!

Он меня убь—

— Чёрта с два! — Я развернулся и взмахнул чёрным двуручным мечом навстречу пулевидному монстру.

— Гх... гхгхгхгх. — От удара монстра-пулю отбросило в деревья, где завершились его жизнь и предназначение.

— ...Получилось!

— Прекрасно, Мастер! — воскликнула Немезида. — Теперь вам остаётся только—

—добежать до города. Немезида не успела закончить. В облике двуручного меча у неё не было лица, но я легко понял, куда она смотрела.

За деревьями стоял кто-то, слегка окутанный тёмной дымкой. Я не мог определить ни пол, ни возраст, ни даже то, было ли существо человеком. Хотя дымка казалась тонкой, она искажала силуэт настолько, что скрывала даже такие основные черты. Я различал лишь похожий на пистолет предмет в правой руке...

...и сияющий герб Эмбриона на левой руке.

Теперь всё стало предельно ясно.

Это была та самая фигура. Именно она пыталась меня убить.

— Бегите, Мастер! — закричала Немезида.

Не успев даже ответить, я помчался изо всех сил. До ворот оставалось двадцать метров. Это было куда меньше, чем расстояние, которое пришлось преодолеть при побеге из сада, а сразу за воротами начинался город.

Я продолжал бежать.

Но внезапно раздался выстрел. В тот же миг меня охватило страшное, подавляющее предчувствие.

Нужно было продолжать бежать.

Однако жуткий холодок, пробежавший по спине, заставил меня обернуться. Увиденное оказалось страшнее всего, чего я мог ожидать.

Мы с Немезидой едва сумели отбиться всего от двух таких пулевидных монстров. А теперь, обернувшись, я увидел адский рой тех же самых существ — их было так много, что за ними ничего не просматривалось.

Через мгновение, прежде чем я успел моргнуть, монстры обрушились на меня и размололи моё тело.

[Смертельный урон]

[Группа уничтожена]

[Срок воскрешения истёк]

[Штраф за смерть: запрет входа на 24 часа]

◇◇◇

Рэйдзи Мукудори.

— ...Гх!

Сразу после того, как меня уничтожили, меня выбросило в реальность, словно всё происходившее было лишь сном. Но в отличие от пробуждения после крепкого ночного сна разум оставался совершенно ясным. Правда, я не был уверен, что способен как следует осмыслить и принять только что случившееся.

Конечно, последнее сообщение я услышал громко и отчётливо. И прекрасно понимал, что штраф за смерть уже действует. Но всё равно не мог уложить в голове, что же там произошло.

— Просто проверю... — Как и ожидалось, войти в Бесконечный Дендрограм не получилось.

Во время попытки я заметил сообщение на дисплее сбоку устройства: «Действует штраф. Осталось 23 ч 55 мин 16 с».

— ...Вот чёрт.

Я посмотрел в окно и понял, что рассвет ещё не наступил. Часы показывали, что нет даже пяти утра. В такое время делать было почти нечего.

— ...Пока посплю. — Я растянулся на кровати и попытался отключиться. Но стоило закрыть глаза, как перед ними вновь вставал момент моей смерти. И я начинал представлять, что мог сделать, чтобы выжить.

Это был своего рода синдром «Тетриса». Подобно тому как игроки мысленно подбирают расположение блоков ради более высокого счёта, я перебирал в голове разные способы спасения.

Пока мысли крутились вокруг одного и того же, я всё яснее понимал, насколько неумело двигался. Сожаления и варианты того, что я мог, должен был или успел бы сделать, продолжали вертеться в голове, пока я наконец не уснул.

◇

Я проснулся около восьми утра и позавтракал под утренние новости. Там говорили что-то об индустрии развлечений и мировом турне знаменитой певицы Рэйчел Рэймьюз. Меня это совершенно не интересовало.

— ...Как пресно. — Я говорил о вкусе еды.

Поскольку свободного времени сейчас было хоть отбавляй, я решил приготовить что-нибудь сам, но результат даже близко не дотягивал до изысканных блюд из игры. Чувствую, если продолжу жить так же, интерес к настоящей еде быстро исчезнет.

Закончив есть и вымыв посуду, я зашёл на интернет-форум в поисках информации. Найти обсуждение происшествия, в котором я участвовал, удалось быстро.

Трагедия в лесу Ноз стала главной новостью на форуме, посвящённом Бесконечному Дендрограму.

Обычно простое убийство игроков не привлекло бы столько внимания, но этот случай был особенным. Во всех охотничьих угодьях для новичков по-прежнему шла охота на игроков. Причём происходило это только в Королевстве Алтар.

Новичков королевства убивали одновременно и непрерывно. Было ясно: операцию проводили несколько участников организованной группы. Оставался лишь один вопрос — кто за этим стоит?

Большинство форумчан подозревало Империю Драйф, которая, по слухам, вскоре собиралась напасть на Алтар. Предполагалось, что Драйф хочет заранее ослабить военный потенциал королевства. Поскольку атаки происходили только в Алтаре, версия выглядела весьма вероятной.

Как и следовало ожидать, игроки королевства начали отвечать. Некоторые добровольно стали охотниками за PK и отправились выслеживать убийц новичков. Между сторонами произошло несколько крупных сражений. Однако мстители не одержали ни одной победы. Это ясно показывало, что отряд PK состоял из очень опытных игроков. Убивший меня в лесу Ноз тоже оставался непобеждённым, но имелось одно отличие: мстители не могли даже найти его.

Охота на новичков не прекращалась, но никто не мог не то что победить виновника — даже обнаружить его.

— ...Это ведь наверняка был тот самый человек? — Тогда я видел и Эмбрион-пулю, и Мастера этого Эмбриона. Из-за странного тумана вокруг фигуры я не смог понять ни пола, ни возраста. Возможно, именно поэтому мстителям не удавалось найти эту фигуру.

Я пробежал глазами по многочисленным и разнообразным комментариям. Одни писали: «Ну всё, королевству конец», другие — «Игроки Драйфа те ещё мрази», а кто-то увидел возможность и рекламировал: «Думаете дезертировать — советую Калдину. Новичкам рады».

Среди них попадались и жалобы случайно пострадавших людей.

Один написал: «Блин, меня убили, когда я просто проходил мимо. Эмбриону вот столько оставалось до эволюции, а штраф за смерть всё испортил».

Другой ответил: «Та же фигня, а я уже почти собирался вкусить мечту о высшей форме...»

Неужели кроме запрета на вход существовали и другие штрафы за смерть? Мне стало любопытно, и я написал: «Я новичок. Только начал и впервые умер. Что ещё за штрафы за смерть?»

Ответы появились быстро.

Один просто написал: «Вали отсюда, нуб».

Другой дурачился: «Позволь научить тебя своему пути. Шаг первый: раздеваешься догола...» Но нашлись и те, кто нормально всё объяснил.

Ходили слухи, что большое число штрафов за смерть снижает скорость эволюции Эмбриона. Большинство игроков верило этой информации и считало её правдой.

Точно оценить эффект было трудно, поскольку каждый Эмбрион уникален, но приблизительные сравнения показывали: у игроков с большим числом смертей Эмбрионы эволюционировали медленнее, чем у тех, кто умирал реже. Возможно, этот недостаток был одной из причин, по которым игроки королевства без энтузиазма относились к участию в войне.

Поблагодарив за информацию, я перешёл на другой раздел форума.

Я ожидал повсюду увидеть мрачные сообщения о войне и PK, но разделы Тэнти и Хуанхэ были заполнены разговорами о проходивших там мирных событиях.

В Тэнти цвела сакура, поэтому люди обсуждали любование цветами, организованное тианом по прозвищу «Генерал-завоеватель».

В Хуанхэ настолько расплодились похожие на панд монстры, что целая гора стала чёрно-белой. С помощью предмета-камеры можно было снимать фотографии и видео и отправлять их во внешние медиа. Кто-то выложил снимок события с пандами, и от этой умиротворяющей картины я невольно улыбнулся.

Единственное событие, связанное с боем, нашлось в Легендарии. Там проходила грандиозная королевская битва за билеты на концерт, главным номером которого была «всеобщая любимица» — Королева фей Титания. Хотя это явно было PVP, все, похоже, веселились от души.

— ...Почему только Королевство Алтар терроризируют и доводят до грани гибели? — Я начинал понимать игроков, желавших покинуть королевство.

Всё прочитанное совершенно испортило настроение, и я просто выключил компьютер.

Так, что теперь? Штраф закончится завтра до рассвета. Пожалуй, подходящее время разобраться с делами.

Нужно было пополнить запасы бытовых мелочей и еды, не говоря уже о том, что после переезда я до сих пор не распаковал все привезённые вещи. Кроме того, пора было готовиться к колледжу, занятия в котором начнутся всего через месяц.

В реальности дел хватало.

◇

К тому времени, как я закончил покупки, распаковал вещи и поужинал, было уже за десять вечера. Я проверил форум, и, как и следовало ожидать, с PK не справились даже за два игровых дня. Если слухи правдивы и за происходящим действительно стояли игроки Империи Драйф, они, вероятно, постараются сохранять ситуацию до самого начала войны. Это ставило меня в затруднительное положение: ни одним обычным местом для прокачки воспользоваться было нельзя. PK заняли охотничьи угодья у всех четырёх ворот столицы. Получалось, я даже не мог выйти из города.

Даже если каким-то образом прорваться через блокаду и добраться до другого города, подходящие моему уровню охотничьи угодья находились только возле столицы.

Если и есть место, куда я могу отправиться...

— Похоже, другого выбора нет.

...то это особое охотничье угодье для новичков, о котором рассказывал брат.

Все упомянутые им охотничьи угодья находились за четырьмя воротами столицы, но было одно исключение. Брат говорил, что PK туда не доберутся, а поскольку на форуме никто не писал о нападениях в том месте, скорее всего, так и было. Однако у этого угодья имелись собственные проблемы.

Брат рассказал мне о них, и после этого идти туда совсем не хотелось. Но раз обычные охотничьи угодья были недоступны, реальной альтернативы не оставалось.

Я лёг спать пораньше, проснулся на рассвете, убедился, что штраф исчез, и поспешно вошёл в игру.

◇

В игре прошло три дня. Стоял вечер — то же время суток, что и в момент моей гибели.

Появился я не в лесу Ноз, а у большого фонтана, возле которого брат ждал меня в первый день. Когда мы гуляли по городу и ходили по магазинам, он рассказал, что фонтан является одной из столичных точек сохранения, и я назначил его местом своего воскрешения.

Всё как и должно быть. Штраф за смерть заканчивается, и ты автоматически воскресаешь на точке сохранения.

— ...Вижу, вы вернулись, Мастер. — Прежде чем я успел заметить, рядом уже стояла Немезида в человеческом облике. Она вышла из герба, а я этого не заметил.

— Да. Я вернулся.

Она промолчала.

— ...Хм.

Как же неловко. Из-за полученного мной штрафа наша встреча вышла крайне неприятной. Меня убили по причине моей собственной неумелости, поэтому следовало перед ней извиниться...

— Прос—

— Не нужно. — Она остановила меня, не дав договорить.

А, точно. Она ведь знает, о чём я думаю.

— Перестаньте думать такие нелепости, — сказала она. — Неловко именно мне, и извиняться должна я.

— А?

Почему?

— До того происшествия я без конца твердила, что я величайшая и никто со мной не сравнится. Но в первом же бою против вражеского Эмбриона ничего не смогла сделать, чтобы защитить вас от смерти. Меня приводит в ярость собственная бесполезность и слабость. — От досады Немезида так сильно прикусила губу, что по подбородку потянулась тонкая струйка крови. Вот насколько виноватой она себя чувствовала.

Но...

— Но ты ошибаешься, — сказал я. — Если бы ты не защитила меня от второй атаки, нас победили бы намного раньше. Серьёзно, виноват я: слишком плохо играю. Особенно жалким я выгляжу с учётом того, что собираюсь попасть в рейтинг.

— Нет! Виновата я, потому что силы моего навыка не хватило защитить вас от последней атаки! — воскликнула Немезида.

— Не говори глупостей! Виноват я, потому что не сумел как следует распорядиться нашей силой!

Немезида ударила меня в грудь. Удар был совсем слабым. А слова, сорвавшиеся с её губ...

— Мне не хватило силы. Не будь вы Мастером — игроком, я... и вы, и я... сейчас исчезли бы навсегда... Мне от этого невыносимо страшно...

В этих словах было куда больше хрупкости, чем в прижатом к моей груди кулаке. Девушка, которая прежде не переставала превозносить собственное величие, теперь показывала свою слабую сторону.

— Немезида...

В ответ она лишь всхлипнула. Немезида плакала. Прозрачные слёзы ясно показывали её хрупкость и мимолётность. Когда Немезида плакала, она совсем не казалась простым игровым персонажем.

— ...Возможно, ты права.

От моих слов её плечи задрожали. Я положил на них руки, словно пытаясь успокоить дрожь.

— Но, Немезида, я правда не думаю, что в этой неудаче виновата только ты, — продолжил я. Она была ниже меня на одну-две головы, поэтому я слегка наклонился и посмотрел ей прямо в глаза. — И... как ты сама сказала, дело не только в моей беспомощности.

— Мастер?.. — спросила Немезида.

Немезида была не единственной, кому не хватало умения. И дело было не только в моём бессилии.

— Эта неудача... наша вина, — заключил я. Только такой ответ был правильным. — У меня был низкий уровень. Ты ещё не успела развиться как Эмбрион. А главное — нам обоим не хватало опыта. Поэтому он нас и убил.

То поражение осталось в прошлом, а прошлое изменить невозможно.

Возможно, этот штраф за смерть оставит пятно в нашей истории.

— Но мы оба живы.

Меня убили, однако я был игроком — Мастером, — поэтому моя жизнь продолжалась как обычно. И если не учитывать возможное замедление эволюции, с Немезидой тоже всё было в порядке.

— Значит, всё хорошо, разве нет? Мы можем идти дальше и стать сильнее прежнего.

Мы, Мастера и Эмбрионы, способны подниматься на ноги сколько угодно раз. Да кого вообще волнует пятно в истории? Я не хочу, чтобы мой путь был усыпан розами. Пусть мы слегка ранены, но всё равно стоим на собственных ногах, верно?

— Давай станем сильными и отомстим этому ублюдку.

Теперь у нас даже появилась новая цель. Мы поднимем уровни, эволюционируем, научимся лучше играть и однажды честно размажем его в кашу.

— ...Вы неожиданно требовательный мужчина. — Мои слова вызвали у Немезиды кривую улыбку. — Однако вы совершенно правы. Действительно, цепляться за прошлое, когда оно мешает двигаться в будущее, — верх глупости. Перед нами ещё лежит дорога.

Она вытерла слёзы. На лице осталась лишь знакомая неукротимая усмешка.

— Я не знаю его имени, но тот Мастер получит по заслугам. — Немезида подняла правую руку. — Идёмте, Мастер! Станем сильными — нет, сильнейшими! Тогда никто не сможет причинить нам вред!

— Ещё бы! — крикнул я. — Так и сделаем, Немезида!

И мы сцепили руки. Никакого лишённого изящества сообщения вроде «Ваша связь с Немезидой углубилась» не появилось, но я чувствовал, что именно это и произошло. Мы с Немезидой стали ближе, чем когда-либо.

Тот момент стал нашей настоящей точкой старта.

◇

К слову, во время разговора с Немезидой я об этом не думал, но фонтан являлся точкой сохранения, поэтому вокруг находилось множество других игроков. Они без труда видели и слышали весь наш разговор, а когда мы с Немезидой взялись за руки, нас встретили аплодисментами.

Покраснев от смущения, мы поспешили уйти, и наш разговор завершился не самым удачным образом.

# Глава 4. Лабиринт надгробий

Королевская столица Альтея — Паладин Рэй Старлинг

Убежав с площади с фонтаном, мы вышли на широкую улицу, по обеим сторонам которой тянулись магазины.

— Итак, мы оба хотим стать сильнее, — сказал я. — Лучше всего было бы повышать уровни на охотничьих угодьях вокруг столицы, но сейчас обстоятельства этого не позволяют.

— Всё из-за того, что убийцы игроков по-прежнему активны, — согласилась Немезида.

Чтобы отомстить убийцам игроков, нам следовало качаться в лесу Ноз, однако, пока они там, нас бы убили едва мы вышли из столицы.

— Поэтому мы отправимся на последнее доступное охотничье угодье, о котором рассказывал брат, — сказал я.

— В Лабиринт надгробий, верно? — спросила она.

— Да, — ответил я.

Лабиринт надгробий. Среди всех охотничьих угодий вокруг столицы он единственный находился внутри неё. Это было огромное, похожее на лабиринт подземелье, простиравшееся под столичным кладбищем.

Пока на мне действовал штраф за смерть, я заглянул в вики с прохождениями и узнал о нём несколько важных вещей.

Во-первых, это было подземелье, где каждые пять этажей менялись тематика и набор монстров.

Во-вторых, чем глубже спускаешься, тем сильнее становятся монстры.

В-третьих, нижние этажи кишели такими могучими монстрами, что демидраконьи черви рядом с ними выглядели жалко.

В-четвёртых, монстры на верхних этажах были слабыми — примерно на уровне тех, что появлялись вокруг столицы.

В-пятых, добровольцы вики с прохождениями пока подтвердили существование четырёхсот пятнадцати этажей.

Самым важным был четвёртый пункт. На верхних этажах мы, новички, могли повышать уровни, не опасаясь, что нас убьют другие игроки.

— Обычно туда хлынули бы все остальные новички, но сейчас такого не случится, верно? — сказала Немезида.

— Да. Большинство других новичков, скорее всего, просто не сможет войти, — ответил я.

— ...Суровый мир, не правда ли? — спросила она.

— И не говори.

Вспомнив, почему остальные новички не могли попасть внутрь, мы с Немезидой тяжело вздохнули.

После ужина мы добрались до кладбища, где находился Лабиринт надгробий.

Как и следовало ожидать, могилы здесь были западного, а не японского типа. Нас окружали бесчисленные надгробия с именами покойных и годами их рождения и смерти. Кладбище было большим, поэтому у входа была установлена карта. Судя по ней, Лабиринт надгробий находился довольно далеко в глубине. Там даже имелась караульная для дежуривших солдат.

Мы двинулись к цели через кладбище.

Надо признать... незнакомое западное кладбище ночью выглядит жутковато, — подумал я. Хотя стоит мне это сказать, и Немезида наверняка начнёт надо мной смеяться, так что... хм?

— Немезида? — позвал я.

Она не ответила. На её лице не было никакого выражения. Более того, она явно старалась вообще не показывать эмоций.

Это будет наша первая битва после окончания штрафа за смерть, так что, возможно, она немного на взводе, — подумал я.

— Немезида, — повторил я.

— Ч-что... такое?.. — Немезида говорила так скованно, что мне почти послышался скрип, будто открывался рот старой ржавой куклы.

— ...Ничего.

— П-понятно...

Она на взводе или просто напряжена? Не разберёшь. Впрочем, ничего страшного, если она нервничает: мы ведь совсем недавно воскресли. Но всё-таки какое же мрачное здесь кладбище.

Впрочем, ночные кладбища ничем не освещались, так что мрачность была вполне естественной. Идеальное место для типичной сцены из фильма ужасов, где зомби вылезают из могил, собираются в армию и наступают, теряя по дороге части тел.

— ...Хм? — произнёс я.

Стоило мне представить эту жуткую картину, как Немезида схватила меня за руку. Я почувствовал, что её рука дрожит, а когда взглянул ей в лицо, увидел одну лишь тревогу.

...А-а, вот оно что.

— Ты... боишься призраков и всего такого? — спросил я.

Она не ответила и просто отвела взгляд.

Похоже, боится, но признаваться не хочет, — подумал я.

Немезида всегда говорила гордо, много ела и была слегка заносчивой. И всё же она боялась призраков. Мы стали ближе, но я всё ещё плохо понимал её характер.

— Раз тебе страшно, почему бы прямо сейчас не сменить форму? — предложил я.

— ...Хорошо. — Не отпуская моей руки, Немезида превратилась в двуручный меч. По какой-то причине я почувствовал, что она стала спокойнее.

Похоже, её форма влияет и на душевную стойкость, — подумал я. Правда, ради её спокойствия мне приходится выглядеть чудаком, который гуляет по кладбищу с обнажённым двуручником в руке, но ладно. Доберусь до входа, пока меня никто не заметил.

◇

Наконец я добрался до входа в Лабиринт надгробий. Дорога заняла около десяти минут, и это красноречиво говорило о размерах кладбища.

Впрочем, под землёй находится огромный лабиринт, так что ничего удивительного, — подумал я. А раз я уже стоял у входа в подземелье, никто не стал бы ругать меня за оружие в руке.

Каменные ворота Лабиринта надгробий выглядели очень прочными. Рядом с ними дежурил солдат, который быстро нас заметил.

— Мастер, вы желаете исследовать Лабиринт надгробий? Для этого необходимо «Разрешение на исследование Лабиринта надгробий», — сообщил он.

Разрешение на исследование Лабиринта надгробий. Именно из-за этого предмета новички и не исследовали подземелье.

Его можно было получить в награду за задание третьего уровня сложности или как случайную добычу с босса. Разрешения продавались и на рынке игроков, но средняя цена составляла сто тысяч лиров. Обычному новичку такую сумму было непросто раздобыть. По сути, это было суровое охотничье угодье для начинающих, за вход на которое требовалось заплатить своего рода пошлину.

К счастью, у меня остались деньги от продажи добычи с демидраконьего червя. Поэтому перед походом на кладбище я купил разрешение. Я даже успел заполнить его и тем самым активировать, так что всё было готово.

Когда я полез в список предметов и левой рукой принялся искать Разрешение...

— О? Вы ведь Паладин? — спросил солдат. — Тогда оно вам не требуется. Проходите.

Он отошёл от ворот, даже не попросив показать разрешение.

...Простите, что?

— ...А как же Разрешение на исследование Лабиринта надгробий? — спросил я.

— Паладинам оно не нужно, — ответил он.

...Вы серьёзно?

— Какая жалость. Сто тысяч лиров впустую, — вставила Немезида.

— О-о-ох... — простонав, я рухнул на колени.

Даже штраф за смерть меня не свалил, а потеря денег подкосила мгновенно.

Потрясение было огромным. Если попытаться его оценить, оно было раза в три сильнее того чувства, которое возникает, когда в старой RPG долго копишь на железный меч, покупаешь его, а потом находишь точно такой же в следующем сундуке.

Чёрт, эти деньги равны миллиону иен... — подумал я. Я ещё и заполнил разрешение, так что теперь оно привязано ко мне и его даже перепродать нельзя...

Почему брат мне об этом не сказал?.. Хотя откуда ему знать, если он не Паладин.

Пока я, убитый потрясением, стоял на коленях, солдат обеспокоенно окликнул меня:

— В-вы в порядке, господин?

— Я понимаю, что ты потрясён, но от уныния ничего не изменится, — добавила Немезида.

— ...Д-да, ты права, — сказал я.

Пора взять себя в руки, — велел я себе. Нужно просто зачистить это подземелье и отбить потраченные деньги.

— Значит, мне можно войти? — спросил я.

— Д-да. Будьте осторожны, господин. — Солдат произнёс заклинание, и ворота открылись. За ними виднелась мрачная тьма и ведущая вниз лестница.

— Тогда идём, — сказал я.

— Вперёд, — согласилась Немезида.

Мы сделали первый шаг в Лабиринт надгробий.

Брат рассказал мне о Лабиринте надгробий во время короткого перерыва, пока мы покупали снаряжение.

— Заруби себе на медвежьем носу: самое большое подземелье страны находится внутри столицы, — сказал он тогда.

Он как раз закончил рассказывать об охотничьих угодьях для новичков вокруг города, поэтому эта информация прозвучала небольшим дополнением.

— Внутри столицы? В каком смысле? — спросил я.

— Всего в нескольких медвежьих десятках метров под нами находится подземелье под названием «Лабиринт надгробий». Оно крупнейшее в Королевстве Алтар — нет, на всём континенте, — объяснил он.

Мы с Немезидой мрачно уставились на землю под ногами.

— Похоже, Империи Драйф даже не придётся ничего делать, чтобы уничтожить эту страну, — сказала Немезида.

— Потерпи немного, я ещё не закончил. Лабиринт надгробий — созданное подземелье, — продолжил брат. — Монстры оттуда никогда не выползут наружу, можешь быть в этом медведски уверен.

— «Созданное подземелье»? — повторил я незнакомое выражение, и брат тут же принялся объяснять.

— В Дендро есть два медведски похожих типа подземелий, — начал он.

Ты и правда обожаешь всё объяснять, да, брат? — подумал я.

— Первый тип — «естественное подземелье», — продолжил он. — Так называют места, которые раньше не были подземельями, но по разным обстоятельствам получили эту функцию. Старый сад — медведски идеальный пример.

Он добавил, что к естественным подземельям также относились логова, созданные разумными существами, и крепости, захваченные монстрами.

— Второй тип — «созданное подземелье», — продолжил он. — Как следует из названия, такие места с самого начала создавали исключительно как подземелья. Прости за медведски мета-разговор, но, по сути, это подземелья, сделанные разработчиками.

— О? — отозвался я, показывая, что хочу услышать больше.

— Есть три главных различия между естественными и созданными подземельями, которые всегда нужно держать в медвежьем уме, — ответил он. — Во-первых, монстры из созданных подземелий никогда не выходят наружу.

Логично, — подумал я. Иначе жить в столице было бы слишком опасно.

— Во-вторых, монстры там автоматически возрождаются независимо от экосистем и каких-либо разумных причин, — продолжил он.

Жители этого мира обладали полноценными характерами и вели настоящую жизнь. Монстры обычно ничем от них не отличались: они тоже подчинялись реальным экосистемам и не возникали из ниоткуда без всякой причины. Как погибшие тианы не возвращались к жизни, так и целые виды монстров можно было полностью истребить.

Однако созданных подземелий это не касалось: там монстры возрождались бесконечно. Нежить могла появляться даже при полном отсутствии трупов, и это считалось совершенно нормальным.

— В-третьих, через каждые несколько этажей встречается босс, который помимо обычной добычи даёт дополнительные награды, — добавил брат.

Бесконечные монстры означали бесконечные сокровища. Чем ниже спускаешься, тем выше качество добычи, а в глубинных уровнях предметы ценой в миллион лиров не были редкостью.

Это подземелье было настоящим рогом изобилия.

— Есть и другие созданные подземелья, но у Лабиринта надгробий самые медведски терпимые требования для входа, — добавил брат. — Если смотреть на Дендро как на игру, это очевидно лучший довод выбрать Королевство Алтар. Чтобы войти, достаточно иметь разрешение и поддерживать королевство.

Он ненадолго замолчал, а затем продолжил.

— Как и плодородные земли здешних мест, это одна из причин, почему Драйф хочет завоевать страну. Пока они этого не сделают, в Лабиринт надгробий им не попасть.

Значит, для Драйфа Королевство Алтар — словно сокровищница с бесконечным запасом товаров? — подумал я.

— Ты остался в королевстве ради походов в Лабиринт надгробий? — спросил я. — Поэтому не перешёл в понравившуюся тебе страну, когда получил свой костюм?

— Я там медведски мало бывал, — ответил он.

Совсем не тот ответ, которого я ожидал.

— Почему? — спросил я.

— ...Пятая и последующие формы Бальдра слишком велики для этого подземелья, — признался он.

Я потерял дар речи. В голову пришла поговорка «лучше меньше, да лучше». Не знаю, подходила ли она к его случаю, но это был наглядный пример того, что у всего есть плюсы и минусы.

И вообще, что это за Эмбрион, который больше танка? — подумал я.

◇◇◇

И вот теперь мы с Немезидой исследовали тот самый Лабиринт надгробий, о котором мы с братом говорили. Поскольку он находился под землёй, я ожидал кромешной тьмы, но внутри оказалось сравнительно светло: стены и потолок покрывали светящиеся минералы.

Коридоры лабиринта были довольно широкими — человек десять могли идти рядом. А вот потолок оказался не слишком высоким. Как и говорил брат, чему-то особенно крупному здесь было бы тесно.

Я подумал, что проблему можно решить, просто проломив потолок, но мои удары не оставили на нём даже царапины. Подземелье явно было неразрушимым.

— Несмотря на зловещее слово «надгробие» в названии, подземелье довольно чистое, — заметила Немезида.

— Наверное, здесь всё убирается автоматически, — сказал я. Оставалось предположить, что вместо реализма главной действующей силой в этом подземелье была воля разработчиков.

— Я сомневалась, справлюсь ли с гробницами, но если здесь везде так, то беспокоиться не о чем, — сказала Немезида, всё больше воодушевляясь. — Я рассеку всех монстров, которых это подземелье пошлёт нам навстречу!

— Не хочу портить тебе настроение, но на этом этаже появляется только нежить, — сообщил я.

— ...А? — Она потрясённо и растерянно уставилась на меня.

Я указал дальше по коридору. Лёгок на помине.

Там, облачённый в рваную одежду, стоял человек — точнее, похожий на человеческий скелет монстр. То, что это именно монстр, доказывало имя над головой: Гражданский скелет.

Как и следовало из названия, это явно был скелет простого жителя, а не солдата или рыцаря. Оружия у него не было, поэтому он лишь вытянул пустые руки и с костяным грохотом двинулся ко мне.

Из-за реалистичной графики Бесконечного Дендрограма скелет выглядел довольно страшно. Красные и жёлтые следы на костях — вероятно, остатки высохших телесных жидкостей — делали зрелище чересчур наглядным и слегка неприятным.

В такие моменты жалеешь, что не выбрал аниме- или CG-графику, — подумал я.

Несмотря на отвратительный вид монстра, Немезида не произнесла ни слова.

— Немезида? — позвал я.

В ответ снова была тишина. Она вообще не реагировала.

Похоже, она старается ни о чём не думать, — решил я. Ведь сейчас мне предстояло использовать её для атаки.

— Начнём, — сказал я и вскинул двуручный меч. Мне не хотелось бить по человеческим костям, но раз другого выхода не было, я бросился на монстра.

От моего удара рука и плечо скелета разлетелись на множество осколков. Затем я плашмя ударил двуручником по его черепу.

Череп легко раздробился, и монстр обратился в сияющую пыль, которая тут же исчезла.

— Нельзя было сделать так, чтобы мне не приходилось столько его касаться? — пожаловалась Немезида.

— У нас есть какой-то другой способ сражаться, кроме как рубить и крушить? — спросил я. Атакующей магии у меня не было, а из навыков Немезиды имелись лишь защитное «Ответное поглощение» и контратака «Мне отмщение». Я купил несколько расходуемых магических предметов, но их запас был ограничен.

Против этих врагов у меня остаются только физические атаки в ближнем бою, — подумал я.

— Это правда, но... моё душевное здоровье от этого страдает, — посетовала Немезида.

— По крайней мере, мы сражаемся со скелетами именно здесь, а не где-нибудь ещё, — сказал я.

Под «здесь» я подразумевал созданное подземелье. Гражданские скелеты были не настоящими останками людей, а монстрами, созданными исключительно ради роли монстров. Пусть они и выглядели жутко, никаких духов в них не обитало.

Если подумать, эти монстры на удивление санитарны, — подумал я. Даже появляются сухими и свежими.

— Хм-м... От этого немного легче, — согласилась Немезида.

— Рад слышать. А, там ещё один монс—

Я оборвал фразу и услышал, как Немезида ахнула. Существо, вышедшее из-за поворота коридора, лишило нас обоих дара речи.

Как и скелет, оно относилось к нежити. Однако в отличие от голого костяка это было... более мясистое создание. Его кости покрывала гнилая плоть, кишевшая личинками.

Покров был неполным, и из мест, где плоти недоставало, сочились две жидкости — жёлтая и тёмно-красная. Поскольку мои пять чувств в игре были примерно такими же сильными, как в реальности, я ощущал даже неописуемо мерзкую вонь, исходившую от существа.

Над его головой отображалось имя: Раненый зомби.

И вот при виде омерзительного потустороннего создания исследователь бросил D6 для проверки рассудка и...

— ...Ух ты! Эта тварь настолько отвратительна, что мои мысли унесло в другую игру! — воскликнул я.

Если честно, это уже чересчур, — подумал я. Хотя для логова нежити вполне естественно, что рядом со скелетами водятся зомби.

В отличие от скелета, который не издавал ничего, кроме костяного грохота, зомби приближался к нам с протяжным стоном, разбрызгивая по полу свои жидкости.

— Похоже, нас ждёт ещё один бой, — сказал я.

— Что?! П-погоди! Ты всерьёз собираешься разрубить это мной?! — взвизгнула Немезида.

— ...Я же сказал: это не мертвец, — ответил я. — Просто монстр, созданный для этого подземелья.

— Нет-нет-нет-нет! Мне всё равно, как он появился, я просто не хочу его рубить! — настаивала она.

— Немезида... — начал я. Похоже, она действительно ни за что не хочет этого делать, значит... — Когда вернёмся, я тебя отполирую, а пока потерпи.

— Нееееееет!

Я поднял Немезиду так же высоко, как взлетел её крик, и бросился на зомби.

◇

По коридорам разносились тихие всхлипы. Их источником была не кто иная, как Немезида. Всё ещё оставаясь у меня в руке, она плакала, словно проклятое оружие, пока я продолжал идти по Лабиринту надгробий.

С момента входа мы победили двенадцать зомби, тридцать скелетов и пять монстров, называвшихся «Блуждающими духами». Это принесло мне два уровня, и теперь я достиг седьмого уровня. Объём HP перевалил за тысячу.

— Г-гнилая плоть... личинки... — продолжала плакать Немезида. Бои с зомби тяжело сказались на её рассудке.

Единственным светлым пятном в её мрачном состоянии было то, что трупы монстров полностью исчезали, оставляя лишь добычу. Иначе мы с Немезидой выглядели бы ужасно, покрытые кусками плоти и телесными жидкостями.

— О-ох... Никогда не думала, что ты такой садист... — простонала Немезида.

— Эй, я делал это не потому, что хотел, — возразил я. — Так было нужно.

— ...Но мне кажется, ты слишком уж часто наносил удары с полного размаха, — огрызнулась она.

— Тебе показалось, — ответил я. Хотя из-за этих ударов я выглядел злодеем из какого-нибудь кровавого фильма, размашистые удары двуручником чрезвычайно эффективно крушили хрупкую местную нежить. Благодаря этому я чувствовал себя словно в западном экшене.

К тому же, хотя это было не связано с делом, стоны зомби всякий раз тонули в криках Немезиды, когда на неё попадали разлетевшиеся куски плоти. В конце концов я привык, и всё это стало чем-то вроде фоновой музыки.

— Чёрт, последний бой стоил мне половины самоцветов, — сказал я. Самоцветами назывался тип предметов, которые я подготовил для сражений с духами.

Как следовало из названия, духи были призрачными монстрами с крайне неприятным свойством: физические атаки на них не действовали. Более того, вместо HP они высасывали MP или SP, а их удары накладывали на цели негативные эффекты.

Атакующей магии у меня не было, поэтому сделать с ними я почти ничего не мог. «Мне отмщение» могло ранить духов, но сила контратаки зависела только от потерянного HP, а не MP или SP. Для боя с ними я был экипирован из рук вон плохо.

Однако я прочитал информацию о Лабиринте надгробий в вики и знал, что здесь встречаются духи. Поэтому заранее понял, что понадобится средство против них, и купил самоцветы именно для этой цели.

При использовании Самоцвет белого копья выпускал сияющее копьё святой магии, чрезвычайно эффективное против духов.

Но каждый самоцвет был одноразовым и стоил целую тысячу лиров. Я купил десять штук, а прошедшие встречи уже лишили меня половины запаса.

Но есть одна небольшая проблема... — подумал я.

— Интересно, сколько мы получим за собранную к этому моменту добычу, — сказала Немезида.

Она закончила мысль за меня. Было совершенно ясно, что мы пока не добыли даже десяти процентов суммы, потраченной на самоцветы. Чтобы постоянно охотиться в этом подземелье, я хотел отбить потраченные лиры, но здешняя прибыль была слишком мала.

Из зомби и скелетов выпадали такие предметы, как Рваная одежда или Обломки костей, и я даже не был уверен, что их вообще можно обменять на деньги. С духами всё обстояло ещё хуже: с них не выпадало ничего.

Будь здешние монстры хотя бы звериного типа, я мог бы неплохо заработать на продаже шкур или клыков. Но в действительности мой кошелёк оказался под серьёзной угрозой.

— Давай пройдём немного дальше, — предложил я. — Мы ведь даже не нашли лестницу на следующий этаж.

Может быть, если продолжим, найдём сундук с сокровищами, — подумал я. Несмотря на то что мы находились в подземелье, ни одного сундука нам ещё не встретилось.

— Понятно, — согласилась Немезида. — ...Кстати, Мастер?

— Что? — спросил я.

— Когда мы вернёмся, я заставлю тебя сдержать слово, и ты обязательно меня отполируешь, — заявила она.

— Ну да, конечно, — ответил я.

Похоже, исчезновение жидкостей и кусков плоти ничуть не улучшило её настроения.

◇

Через несколько минут мы наткнулись на лестницу того же вида, что и у входа.

— Похоже, этот этаж закончился, — сказал я.

— И босса здесь не видно, — добавила Немезида. — Мне говорили, что они встречаются через каждые пять этажей.

Этажи Лабиринта надгробий делились на группы по пять. Первые пять занимала нежить, а на пятом находился босс того же типа.

После победы над ним открывался вход на шестой этаж, где до десятого обитал уже совершенно другой вид монстров, а затем этот порядок, по всей видимости, повторялся без конца.

На сайте с прохождением были описаны этажи вплоть до четыреста пятнадцатого этажа, относившегося к владениям драконов. Босс на нём оказался слишком силён, чтобы кто-либо смог его победить, поэтому всё, что лежало дальше, просто называли неисследованной территорией.

Впрочем, выражение было не совсем точным: оно означало лишь, что никто из администраторов сайта с прохождением и авторов вики не прошёл дальше этого этажа. Вполне возможно, кто-то знал, что находится за четыреста пятнадцатым, но скрывал сведения ради небольшого преимущества.

И чего я вообще размышляю о местах, куда даже добраться не могу? — подумал я. На сегодня пора уходить. Но что же делать с такими расходами и такой мизерной прибылью в этом подземелье?..

Пока я погружался в мысли, Немезида окликнула меня:

— Мастер!

Её тихий голос был сигналом насторожиться.

— Что случилось? — спросил я.

— Кто-то поднимается по лестнице, — ответила она.

Я мгновенно переключил внимание на ступени.

Напрягши слух, я едва различил отдававшееся эхом шарканье чьих-то шагов вверх по лестнице.

Монстры не могли переходить между этажами, значит, это явно был игрок. Закончив дела внизу, кто-то покидал подземелье по лестнице.

Однако странным образом слышались шаги лишь одного человека. Если человек пришёл не просто повышать уровни на верхних этажах, как я, а исследовать подземелье, он наверняка отправился бы с группой.

Пока я об этом размышлял, шаги внезапно стихли.

Мгновение спустя из темноты внизу ко мне метнулось что-то настолько быстрое, что я едва успел его заметить.

Между мной и источником оставалось некоторое расстояние, поэтому я почувствовал приближение. Но стоило понять, что именно летит в мою сторону, как оно уже оказалось перед лицом.

Что-то летело прямо мне в лицо — это была атака.

— Ответное поглощение! — одновременно крикнули мы с Немезидой, и что-то врезалось в только что возникший световой барьер.

Это была... цепь.

Её конец имел форму пирамиды. Хотя барьер «Ответного поглощения» остановил цепь, та продолжала давить на него с невообразимой силой, ясно давая понять: один такой удар мог раздробить мне голову.

— Э-эта сила...! — По голосу Немезиды было очевидно, как тяжело ей держаться. Так она не реагировала ни на удары демидраконьего червя, ни на атаку монстра-пули.

Значит, эта атака намного сильнее их обеих! — неверяще подумал я.

— Я... я не выдержу...! — простонала Немезида. Световой барьер, защищавший меня от столь могучих атак, начал трескаться, и...

Внезапный поворот: прямо перед тем, как барьер раскололся, цепь вернулась к владельцу.

Мы получили короткую передышку.

Но такой поступок противника мог означать только одно.

— Противник снова атакует! Приготовься! — крикнула Немезида.

Как она и сказала, противник готовился ко второму удару.

Я поспешно отпрыгнул, увеличивая расстояние между нами.

— ...Что теперь делать? — спросил я и Немезиду, и самого себя.

У нас оставалось ещё одно применение «Ответного поглощения», и на этом всё. После следующей атаки мы уже ничего не смогли бы выдержать.

Я принял боевую стойку и стал ждать, когда цепь снова полетит в нас.

Прошло некоторое время, и я растерялся. Второй удар всё не начинался.

Я не ощущал приближения цепи, зато услышал, как нападавший снова зашагал вверх по лестнице.

— Мастер... что ты выберешь?

Я мгновенно понял, что имела в виду Немезида.

У меня было лишь два варианта: развернуться и убежать или встретить того, кто поднимался наверх.

Судя по первой атаке, разница в силе была столь велика, что надеяться на победу не приходилось. Мне казалось, этот человек сильнее даже убийцы игроков, которому мы поклялись отомстить.

По возможности я не хотел сражаться с противником, но мысль, что цепь ударит в спину, не позволяла мне выйти из боевой стойки.

Если я не могу сдвинуться с места, бегство уже не вариант, — подумал я.

Я колебался и не мог рассчитывать, что хотя бы один выбор принесёт успех, поэтому оставалось лишь решиться на рискованный ход.

Когда он поднимется, я нейтрализую следующую атаку, умножу весь урон, который она должна была нанести, и отвечу контрударом, — составил я план. Не знаю, попаду ли и хватит ли этого, чтобы его убить, но другого шанса нет.

Зная мои мысли, Немезида приготовилась и настроилась решительно, как и я.

Шаги становились громче, и вскоре человек показался из темноты.

Это был молодой мужчина, выглядевший на несколько лет старше меня. Лицо у него было приятным, но казалось, будто он постоянно на что-то сердито щурится. Я бы даже сказал, что глаза у него были щёлочками.

Одет он был просто нелепо. Металлический доспех на верхней части тела относился к тому же комплекту «Райот», что и мой, однако нижнюю часть почему-то прикрывала хакама. К этому добавлялись металлические поножи, шесть уже знакомых цепей — по три в каждой руке, кольца на всех пальцах и шляпа с пером.

Но самой броской деталью одежды было длинное синее пальто, накинутое на плечи.

По отдельности ни одна вещь не выглядела странно, но их сочетание давало поистине нелепый результат.

[[image:/storage/reader-images/ee65592b9babccfc29b03bc9981122f41befb1e0.jpg]]

Классический случай, знакомый каждому игроку: «Надел только самые качественные предметы и в итоге стал выглядеть чудаком».

Я решил, что снаряжение было качественным, просто потому, что даже моему неопытному взгляду все вещи казались искусно изготовленными.

Мужчина в странном наряде бросил на меня взгляд...

— ...Так это всё-таки человек.

...и со вздохом заговорил.

А мгновение спустя...

— Я напал, потому что принял тебя за монстра! Прости меня! Виноват! — Он поклонился и извинился.

— ...А? — только и произнёс я.

◇

Всё ещё находясь в комнате с лестницей, мы с мужчиной в странной одежде немного поговорили.

Немезида вернулась в человеческую форму.

Мужчина установил в комнате барьерный предмет, не подпускавший монстров, поэтому здесь нам ничего не угрожало.

Первым делом из разговора я выяснил, что он не был убийцей игроков. Кроме того, его манеры и речь создавали впечатление... в целом неплохого человека.

Что же до причины, по которой такой человек напал на меня...

— Значит, вы приняли меня за монстра? — переспросил я, повторяя его оправдание.

— Ага... Мне правда очень жаль, — ответил он.

Поднимаясь сюда, он почувствовал, что кто-то пытается уловить признаки его присутствия. Свет за моей спиной придал моему силуэту нечеловеческие очертания, поэтому на всякий случай он атаковал.

...В сущности, винить его было трудно. В форме чёрного двуручного меча Немезида доходила мне почти до плеча. Мой силуэт и правда легко было принять за чудовищный.

— Чудовищ—?! — вскрикнула Немезида.

Моё наблюдение, похоже, сильно её потрясло, но я решил не обращать внимания.

— А скажи, почему ты один ходишь по такому верхнему этажу? — спросил странный мужчина.

— Я просто повышаю уровни, — ответил я.

— Повышаешь уровни? Почему именно здесь? — Он выглядел озадаченным. — Твой общий уровень... семь, да? На таком уровне лучше качаться снаружи. Там и проще, и прибыльнее. Знаю, ты Паладин и разрешение покупать не обязан, но всё же.

...Вообще-то я его купил, — подумал я, снова скорбя о потерянных деньгах. И ещё не мог не заметить, что он сумел увидеть мой уровень.

— Вы не знали? Охотничьими угодьями для новичков нельзя пользоваться из-за устроенного там террора, — объяснил я.

— Террора? — переспросил он.

— Да. Убийцы игроков терроризируют охотничьи угодья для начинающих вокруг столицы. Это продолжается уже три игровых дня.

— ...Я провёл в подземелье пять дней и ничего не знал. — Он добавил, что даже не заходил в интернет читать связанные с игрой новости.

Я не сумел скрыть удивления:

— Вы провели в Лабиринте надгробий целых пять дней?! Что вы здесь делали?!

— Просто небольшой марафон, — ответил он. — Хотел проверить, насколько глубоко смогу спуститься в одиночку, а потом просто поднялся обратно.

Вот уж любитель упарываться, — подумал я. Его снаряжение и сила атаки доказывали, что уровень у него действительно высокий.

— До какого этажа вы добрались на этот раз? — спросил я из чистого любопытства.

— До четыреста восемнадцатого этажа, — ответил он. — Это на один этаж дальше, чем в прошлый раз.

Молодой мужчина назвал почти невозможное число.

— ...Что? — Это было почти всё, на что я оказался способен. Даже в составе группы сильнейшие участники сайта с прохождением доходили лишь до четыреста пятнадцатого этажа.

Трудно было поверить, что он в одиночку прошёл дальше их и добрался до неисследованной территории.

— Вы?.. — Немезида попросила его представиться.

— А, меня зовут Фигаро, — ответил он. — Приятно познакомиться.

— Я Рэй Старлинг, — сказал я. — Это мой Эмбрион, Немезида, и... а!

Представляясь, я наконец понял, где уже слышал его имя.

Фигаро — Сверхгладиатор Фигаро.

Так звали человека, занимавшего вершину рейтинга дуэлей Королевства Алтар.

— Вы тот самый Фигаро? Из рейтинга? — спросил я.

— Ага, это я, — ответил он. — Я часто сражаюсь на арене.

— Арена? Сражаетесь? — Его слова немного сбили меня с толку.

— Ага. Арена, — сказал он. — В королевстве она находится в Гидеоне, городе дуэлей. Во время поединка на арене ты не умираешь, даже если тебя убьют, а ещё можешь выиграть деньги — сумма зависит от того, сколько соберётся зрителей. Весело.

— «Не умираешь, даже если тебя убьют»? — Я приподнял бровь.

— Там действует магическое поле, благодаря которому всё так работает, — объяснил он. — Это вроде развлечения, к которому добавили немного ставок. В городе есть и другие достопримечательности, он всегда оживлённый, так что советую когда-нибудь заглянуть.

Похоже, даже когда страна стоит на пороге гибели, люди всё так же цепляются за свои желания, — подумал я.

— Гидеон находится не так далеко, если перейти гору на юге, и... ах да. — Он внезапно остановился. — Если террористы перекрыли охотничьи угодья для новичков, значит, заблокирован и горный перевал Сауда. Мысль о том, что там стало меньше путников... тревожит.

Фигаро замолчал, обдумывая что-то...

— Ладно. Тогда я с этим разберусь.

...и произнёс это.

— Мне всё равно нужно загладить вину за нападение, — добавил он. — Я позабочусь об убийцах игроков на перевале Сауда.

— Позаботитесь? Каким образом? — спросила Немезида. — ...Переговорами?

Вопросительный знак после последнего слова почти прозвучал вслух.

— К завтрашнему дню перевалом уже можно будет пользоваться, так что набирай уровни и приходи в Гидеон, — сказал Фигаро. — Обычно меня можно найти там или в этом подземелье.

— А, хорошо. — Я кивнул.

— Ладно, тогда я пошёл, — сказал он, собираясь уходить. — А, держи.

Фигаро залез в сумку и достал небольшой камень. Это был самоцвет, похожий на те, которыми пользовался я, но другого цвета и с иной магией внутри.

— В него вложены «Врата побега» — заклинание, позволяющее выйти из созданного подземелья, — объяснил Фигаро. — Набери столько уровней, сколько сможешь, а потом используй его, чтобы выбраться отсюда.

— Вы уверены, что можете отдать его мне? — спросил я.

— Конечно, — ответил он. — Это ещё одна попытка загладить вину за нападение. Было бы совсем плохо, если бы я навесил штраф за смерть на такого новичка, как ты.

— Большое спасибо, — сказал я. Я был искренне благодарен. С этим предметом можно было продолжать охоту, не думая об опасностях обратного пути.

Фигаро и правда хороший человек.

— Но вы двое довольно неплохи, — добавил он.

Я приподнял бровь.

— Вы ведь смогли выдержать мою атаку? — спросил он.

— Да, но для этого и предназначен наш навык, — ответил я.

— Я не об уроне, — сказал он. — Вы не сломались, когда я поднялся по лестнице.

Не сломались? — подумал я. Что он имеет в виду?

— Мне нравятся люди, которые не ломаются, — продолжил он. — Ты мне по душе. Надеюсь, когда-нибудь мы сразимся на арене.

— Было бы здорово, — ответил я. Если, как говорил Фигаро, там не было штрафа за смерть, я мог поддаться любопытству и сразиться с ним просто ради того, чтобы узнать, насколько силён лидер рейтинга.

— Ага. Буду ждать, — сказал Фигаро. — Посвящу эту зачистку будущему удовольствию.

— Зачистку? — переспросил я.

Фигаро поднялся.

— Тогда ещё увидимся, — сказал он вместо того, чтобы объяснить странное слово.

— До встречи. Спасибо за самоцвет, — ответил я, решив не настаивать.

С яркой улыбкой Фигаро помахал нам на прощание и вышел из комнаты.

◇

— Сверхгладиатор Фигаро, значит? — произнесла Немезида. — Я представляла его совсем другим человеком.

— Я тоже, — согласился я. — Судя по словам брата, я ожидал, что он будет более своевольным.

Брат говорил, что Фигаро не участвовал в войне, потому что «не интересуется бездарными боями». Из-за этого он казался очень упрямым и непокорным, но после личной встречи я мог лишь предположить, что у него были свои причины.

— Ладно, тогда приступим, — сказал я. — Теперь у нас есть самоцвет, с которым можно без проблем выбраться отсюда, так что выложимся по полной.

— Да, давай, — согласилась Немезида. — Никакая нежить не может быть страшнее той недавней атаки.

Очевидно, пережитое притупило её чувство страха.

Отлично, — подумал я. Теперь мы сможем двигаться быстрее. До этого момента какая-то часть меня сдерживалась ради Немезиды. А теперь можно превратить маленькое приключение в настоящий кровавый фильм.

— Возобновляем охоту! — рявкнул я.

— Пусть только сунутся! — подхватила она.

Несколько часов спустя я полировал Немезиду, всё ещё остававшуюся в форме меча, а она молча плакала.

Так продолжалось до самого рассвета.

◇

На следующий день после исследования Лабиринта надгробий было десять утра.

Настало время выселяться, и я вышел из гостиницы, сонно протирая глаза.

Причиной сонливости было то, что я до рассвета полировал Немезиду, которая всё ещё спала.

Сейчас она находилась не в человеческой форме и не в форме меча, а внутри герба на моей левой руке. Большую часть времени Немезида оставалась снаружи, но большинство людей обычно держали Эмбрионы в гербах.

Это было вполне естественно. Иначе брату пришлось бы постоянно ходить с пулемётом Гатлинга в руках или разъезжать на танке.

А за такое его наверняка увезла бы полиция на допрос, — подумал я.

Из-за своего характера Немезида обычно находилась снаружи, однако сейчас целиком сосредоточилась на сне внутри герба.

Похоже, зомби-фестиваль категории R-18 сильно ударил по её психике, — подумал я.

Зато благодаря ему я достиг двенадцатого уровня и получил два новых навыка: «Эгида паладина» и «Мгновенное снаряжение».

«Эгида паладина» была постоянно действующим защитным навыком. И весьма хорошим: она снижала весь входящий урон — магический и физический — на целых десять процентов. Без неё Паладин был бы неполноценным. Поскольку навык совершенно не расходовал MP, его можно было просто активировать и считать пассивным.

Второй навык, «Мгновенное снаряжение», позволял быстро сменить оружие на другое из инвентаря. Не требовалось рыться в предметах четырёхмерной сумки. Навык не был уникальным для Паладинов: рано или поздно его получал каждый, кто пользовался каким-либо оружием.

Но недостатки имелись у обоих навыков. Например, «Эгидой паладина» могли пользоваться только профессии рыцарской группы, а у «Мгновенного снаряжения» была пятиминутная перезарядка.

...Впрочем, у меня всё равно нет другого оружия, на которое можно было бы переключиться «Мгновенным снаряжением», — подумал я. Немезида бы мне проходу не дала, попробуй я так сделать.

— Не позволю тебе... изменять мне... с другим оружием... — пробормотала Немезида между вдохами.

...Она говорит во сне? — удивился я.

Первым делом после выхода на улицу я поискал информацию об убийствах игроков на охотничьих угодьях для новичков.

Фигаро сказал, что к этому времени горный перевал Сауда уже будет открыт, но я должен был убедиться сам. И действительно, террор убийц игроков в том районе прекратился. Более того, он сходил на нет и в остальных местах.

— С югом всё понятно, но остальные?.. — прошептал я. Среди них был даже лес Ноз, где я погиб.

Судя по времени, на юге разобрался Фигаро, но что случилось в других местах? Пока такие вопросы крутились у меня в голове...

— А, Рэй! — окликнул меня кто-то. — Привет!

— Хм? — Я повернулся к источнику знакомого голоса. Он доносился от магазина у дороги.

Через мгновение я узнал Рука — парня, которого встретил на одном из охотничьих угодий для новичков. В отличие от прошлого раза, его изящное лицо не было покрыто грязью, и он улыбался мне, по какой-то причине одетый в форму магазина, которым управляли тианы.

— Привет, — поздоровался я. — Почему ты так одет?

— Получаю навыки, подрабатывая, — ответил он.

Оказалось, выбранная Руком подходящая профессия относилась к торговой группе. Поэтому он мог осваивать разные коммерческие навыки, работая в магазинах. Как и я, он получал навыки, не прибегая к охотничьим угодьям.

— И какую профессию ты выбрал? — спросил я.

— Сутенёр! — с восторгом ответил он.

Сутенёр... в смысле... Сутенёр? — подумал я. Почему такая профессия вообще существует? И почему её может выбрать несовершеннолетний мальчик? Более того, почему именно она считается для него «подходящей»?

— ...Полагаю, потому что рядом с ним суккуб, — сонно сказала Немезида из герба.

Что ж, логично, — подумал я. Но вы только посмотрите, как сияют его глаза. Рук вообще понимает, что означает слово «Сутенёр»?

— ...А какие навыки бывают у Сутенёров? — спросил я.

— Пока у меня вот эти! — с энтузиазмом ответил Рук и показал сводку навыков.

Мы с Немезидой молча пробежали глазами по сводке.

Вывод был прост: он настоящий сутенёр.

Там было «Мужское обольщение» — навык, который накладывал на женщин «Очарование» и давал шанс приручить монстров. Ещё имелись «Усиление монстров женского пола» и «Усиление рабынь», делавшие именно то, что следовало из названий. Нельзя было не заметить и «Влияние», которое увеличивало награды за работу и придавало всей картине очень... «хозяйскую» направленность.

Единственным нормальным навыком среди них был «Проницательный глаз», доставшийся, похоже, в качестве дополнения.

Однако «Очарование» — довольно страшный негативный эффект, — подумал я.

Согласно справке игры, это была усиленная разновидность «Замешательства». Очарованные существа защищали того, кто их очаровал, и атаковали его врагов. По сути, они начинали охранять противника и сражаться с союзниками. Игроки тоже не были исключением: их тела просто начинали двигаться сами.

— Здесь прослеживается общая тема, да? — сказал Рук. — Наверное, Сутенёр — профессия для укрощения монстров?

— ...Наверное, что-то вроде того, — ответил я. В конце концов, женщины — весьма своеобразные монстры.

В обмен на то, что Рук показал свои навыки, я продемонстрировал ему свои.

Увидев «Эгиду паладина» и «Мгновенное снаряжение», Рук просиял и воскликнул:

— Как круто!

...Почему такой искренний и хороший мальчик должен быть Сутенёром? — задался я вопросом.

◇

Рук уволился с подработки в магазине, поэтому я подождал, пока он закончит все дела, и затем отправился с ним обедать. Он устроился туда лишь из-за убийств игроков, так что теперь, когда они прекратились, никто не возражал против его ухода.

Наоборот, владелец даже поблагодарил его. За три дня, которые Рук провёл перед магазином, число покупателей выросло в пять раз. Стоило отметить, что все новые посетители были женщинами — и Мастерами, и тианами.

Пока мы шли по улицам, я чувствовал на себе множество взглядов. Точнее, окружавшие нас женщины смотрели на Рука.

— Вы только посмотрите на этого красавчика... Он такой милый, что я сейчас в обморок упаду, — сказала одна.

— Какая потрясающая настройка персонажа. Погодите, да как вообще можно сделать мальчика настолько красивым?! — подхватила другая.

— Для редактора персонажа он выглядит слишком естественно, — добавила третья.

Услышав их замечания, я посмотрел на Рука.

— ...Хм-м. — При первой встрече он показался мне просто красивым мальчиком, перепачканным в бою, но теперь, когда лицо было чистым, становилось очевидно: он принадлежал к числу самых красивых мужчин мира. Казалось, Рук стал результатом какого-то чуда, случившегося в продолжающемся переходе от «мальчика» к «юноше». Серебристые волосы делали его похожим на фею, воплощавшую мимолётность снега.

— ...Мастер, — сказала Немезида, прочитав мои мысли. — Мне кажется или его внешность ты описал лучше, чем мою при первой встрече?

Без комментариев.

— Кстати, Рук, — сказал я, — насколько сильно ты изменил внешность персонажа при создании?

— Я изменил цвет волос, — ответил он.

— ...И всё?

— Да.

Значит, настолько красивый парень существовал и в реальности, а то, что его Эмбрионом стала Баби, а профессией — Сутенёр, вполне могло объясняться одной лишь красотой.

Остаётся предположить, что в сутенёрскую отрасль берут только красавцев, — подумал я.

— Интересно, какие отношения у него с тем блондином рядом? — продолжали болтать девушки.

— Ну, я бы сказала, что они этим занимаются, — заключила одна.

— Кто из них снизу? — спросила третья.

— Блондин, — хором ответили две другие.

— Я тоже так думаю! — взвизгнула третья. — У красавчика улыбка садистского верха!

От этого разговора у меня по спине пробежал холодок, но я сделал вид, что ничего не услышал.

— Кстати, я ещё не видел Баби. Где она? — спросил я. Она в гербе? Как Немезида?

— Баби тоже подрабатывает, — ответил Рук. — В массажном салоне неподалёку.

— Массажном салоне?.. — Мысль о том, какие услуги может оказывать суккуб, вызвала у меня лишь самые непристойные картины.

Но, добравшись туда, я увидел вполне приличное заведение, которому даже не требовалось прятаться в переулке.

— ...Да, это и правда массажный салон, — сказал я.

— Да, — подтвердил Рук. — А что?

— Рук! Я закончила работу! — Идеально выбрав момент, Баби выбежала из массажного салона и встала рядом с Руком.

— А, здравствуй, Рэй! Привет, Немезида! — добавила она, заметив нас.

— Привет. — Я ответил на приветствие.

— Давно не виделись. — Немезида уже вышла из герба на моей левой руке и стояла рядом в человеческой форме.

Когда мы снова собрались вместе, настало время обеда.

Брат рассказал мне о расположенном неподалёку заведении, и я выбрал его просто потому, что не видел причин поступать иначе. Его рекомендации редко разочаровывали.

◇

Уплетая еду, мы продолжали обмениваться информацией и болтать.

Рук и Баби рассказывали о своей работе, а я — об охотничьих угодьях и Лабиринте надгробий.

— Сегодня я получила новый навык! — объявила Баби.

Она приобрела навык, находясь вдали от Рука. Человекоподобные Эмбрионы типа «Страж» могли получать новые навыки, работая, тренируясь и обучаясь отдельно от своих Мастеров.

Среди нынешних навыков Баби было «Искушение лилим», способное накладывать «Очарование» на мужчин. Оно являлось противоположностью «Мужского обольщения» Рука, действовавшего на женщин. Вместе они могли очаровывать представителей обоих полов, получая огромное преимущество во множестве ситуаций. Другим интересным навыком было «Поглощение лилим», позволявшее высасывать HP, MP и SP из очарованных врагов.

Навык, который она получила в массажном салоне, назывался «Ангельский массаж» и мог снимать «Истощение».

— Кстати, навыки Немезиды заставили меня задуматься, — сказал Рук. — Она может использовать «Ответное поглощение» и «Мне отмщение», когда действует совсем одна?

Хороший вопрос. Я помнил, что она по собственной воле применяла «Ответное поглощение», но как насчёт «Мне отмщение»?

— Самостоятельно я не могу использовать «Мне отмщение», — ответила она. — Навык действует, только когда я становлюсь оружием и меня экипируют.

— А, понятно, — сказал я. По словам Немезиды, «Ответное поглощение» было ближе к навыку типа «Страж», а «Мне отмщение» — к способности типа «Оружие». Стражи обладали самостоятельностью, зато у Оружия и Колесниц было много навыков, работавших лишь в экипированном состоянии.

— Только сейчас понял, что попросил показать навыки, но не спросил твой уровень. Какой он теперь? — Я посмотрел на Рука. Последние несколько дней он почти не мог качаться, так что, судя по нашей прошлой встрече, должен быть примерно пятого уровня.

— Двадцать пятый, — ответил он.

— Двадцать пятый?! — Я не сумел скрыть потрясения. Его уровень более чем вдвое выше моего! — Как?! Где ты его поднял? Охотничьи угодья были недоступны, значит...

Да он столько уровней не получил бы, даже имея доступ к угодьям! — подумал я.

— Да, охотиться я не мог, — согласился Рук, — но получил много опыта за выполнение задания гильдии Сутенёров.

— Задания гильдии Сутенёров? — ошеломлённо повторил я.

Я не знал, что после получения профессии открывались задания гильдии соответствующей профессиональной группы, а за их выполнение давали опыт. Однако, если не считать заданий для небоевых профессий, большинство гильдейских поручений требовало кого-то победить или защитить, поэтому такие новички, как я, мало что могли там сделать.

К тому же я Паладин — профессия высокого ранга, так что у меня всё, вероятно, ещё хуже, — подумал я.

— Понятно... но... — Меня заинтересовала одна вещь. — ...Задание, которое может выполнить только Сутенёр?

Разве в этой области бывает что-нибудь не категории R-18?

— Я выполнил задание по поиску натурщика для картины, — объяснил Рук. — Вот копия.

— Посмотрим... — сказал я и принялся читать.

Маэстро Гранциан Валлено ищет натурщика. Уровень сложности: 6.

Один из величайших художников Королевства Алтар, Гранциан, ищет натурщика для новой картины.

Приведите человека, которым он останется доволен.

В зависимости от натурщика его могут попросить позировать обнажённым.

Учтите: Гранциан крайне привередлив, а его требования заоблачно высоки.

Я потерял дар речи. Сложность этого задания была на целый уровень выше, чем у того, где мне пришлось помогать Милианне.

— Значит, ты выполнил его, показав ему Баби? — спросил я.

— Нет. То есть сначала я именно так и собирался, но...

◇◇◇

— Простите за вторжение. Я Рук из гильдии Сутенёров и привёл натурщицу.

— Хмф, ещё один бесполезный кретин, способный только распоряжаться своим хозяйством в штанах. Вы, ничтожества, постоянно приводите мне отвратительных карг. Итак, где же...

— Эм-м, что-то случилось?

— Ты принят!

◇◇◇

— Почему-то натурщиком пришлось стать мне, — сказал Рук. — Но я получил уровни и порадовал господина Гранциана, так что совсем не возражал.

— ...Понятно. Рад за тебя, — сказал я.

Как же добр этот мир к красивым людям...

◇

К тому времени, как мы закончили обед, наш с Руком обмен рассказами подходил к концу.

Я считал, что с момента начала игры именно со мной происходили странные вещи, но и его приключения оказались весьма необычными. Не знаю, были ли мы в этом отношении исключениями или попадать в необычные события считалось в этом мире нормой.

— Кстати, Рэй, — обратился ко мне Рук.

— Хм? Что? — отозвался я.

— Мы только что говорили об убийцах игроков, и одна вещь не выходит у меня из головы, — сказал он.

...Наверное, его интересует то же самое, что и меня, — подумал я.

— При встрече Фигаро сказал, что разберётся с убийцами игроков на юге, верно? — спросил Рук.

— Да. Он говорил, что тамошнее охотничье угодье служит проходом к городу дуэлей, — ответил я.

— Но убийства прекратились на всех охотничьих угодьях, ведь так? — спросил он.

Именно. Этот вопрос занимал меня ещё до встречи с Руком.

Не было бы ничего удивительного, если бы Фигаро — лидер рейтинга дуэлей — положил конец убийствам игроков на охотничьих угодьях. Более того, просто навесив на всех убийц штраф за смерть, он остановил бы их деятельность на целых три дня. Однако Фигаро упоминал только горный перевал Сауда на юге. Поэтому странно, что убийства прекратились и в остальных местах.

— Я вижу три возможных варианта, — сказал я.

— Рассказывай, — заинтересованно попросил Рук.

— Вариант первый: Фигаро разобрался и с тремя остальными группами, — сказал я.

Но это маловероятно, — подумал я. Скорее всего, он устранил южных убийц, чтобы обеспечить дорогу между столицей и городом дуэлей — своим основным местом пребывания. А вот решать проблемы в других районах у него причин не было.

— Вариант второй: узнав, что кто-то разобрался с убийцами на юге, остальные тоже прекратили действовать.

Этот вариант тоже выглядит сомнительно, — подумал я. Да, смерть лишала убийц возможности действовать здесь на целых три дня, но конкретно эта операция была организованным террором, призванным помешать игрокам Королевства Алтар становиться сильнее.

То, что они перекрыли королевство со всех четырёх сторон, явно показывало: действуют сообща. Поэтому трудно поверить, что они остановились бы только из-за нейтрализации одной стороны. Наоборот, я ожидал, что они восполнят потери, перебросив туда часть убийц из других районов.

Внезапно мне пришла в голову ещё одна возможность.

А что, если меры Фигаро были не такими локальными и бессистемными, как мне кажется? — подумал я. Что, если он действительно договорился с убийцами игроков?

В таком случае ничего удивительного в прекращении всех убийств не было.

Однако и это предположение довольно сомнительно, — подумал я. Фигаро был хорошим человеком, но не казался тем, кто действует подобным образом. Мы говорили недолго, однако оставленное им впечатление не подходило к такому варианту. В конце концов, он едва меня не убил просто потому, что не разглядел, кто перед ним. Это скорее приближает его к категории «качок без мозгов»... или просто показывает, что он привык действовать грубо.

— Эм-м, Рэй, — сказал Рук, — а третий вариант?

Ой, я задумался, — осознал я.

Перебрав оставшиеся варианты, я озвучил третью возможность.

— Вариант третий: одновременно с тем, как Фигаро разбирался с югом, в остальные места отправились другие люди, — сказал я.

Если не Фигаро устранил их всех и если остальные не отступили сами, значит, кто-то ещё отправился на другие охотничьи угодья одновременно с ним. В конце концов, это были убийцы игроков, и наверняка многие хотели от них избавиться. Поэтому вполне разумно предположить, что примерно в то же время, что и Фигаро, ими занялся кто-то ещё.

Я считал логичным, что одна общая причина привела к совпадению во времени — своего рода синхроничности.

— И вы совершенно правы! — вмешался незнакомый голос.

Это произошло слишком внезапно. Прежде чем я успел что-либо понять, за нашим круглым столом уже сидела незнакомая женщина — на стуле между мной и Руком.

Хотя она находилась совсем рядом, до того момента, как заговорила, я её вообще не заметил. И это было странно, ведь из-за необычной и своеобразной внешности почти невозможно было не заметить её присутствия.

Чёрные волосы доходили ей до шеи, а сама она выглядела примерно моей ровесницей, но странной её делало не это. Вся необычность заключалась в одежде, хотя причины полностью отличались от случая Фигаро.

На нём были вещи, соответствовавшие фэнтезийному миру, но совершенно не сочетавшиеся между собой. Одежда этой женщины, напротив, была выдержана в едином стиле. Просто этим стилем оказался мужской деловой костюм, никак не подходивший фэнтезийному миру.

Более того, глаза закрывали солнечные очки. Будь мы в реальности, а не в игре, её внешность вообще не показалась бы мне странной. Хотя даже в реальности носить солнечные очки в помещении довольно необычно.

— Эм-м... Вы?.. — спросил Рук, пока я рассматривал женщину.

— О, прошу прощения, — сказала она. — Ваш разговор показался мне таким интересным, что я не удержалась и присоединилась. Вот моя визитка.

Я как раз заметил, что говорит она слегка по-мальчишески, когда женщина достала визитную карточку... которая на деле оказалась обычным окном статуса с именем, профессией и прочим, но неважно.

Имя: Мари Адлер.

Профессия: Журналист компании «DIN».

Уже существование профессии «Сутенёр» удивляет, а теперь я встретил Журналиста, — подумал я. В этой игре и правда огромное разнообразие профессий.

— Что такое DIN? — спросил я.

— Сокращение от Dendrogram Information Network, информационной сети «Дендрограм», — ответила Мари. — Некоторые называют нас газетными репортёрами. Но когда хочется звучать круто, мы предпочитаем выражение «разведывательное агентство без границ». Мы собираем информацию во всех странах и продаём её другим странам.

— ...В нынешних обстоятельствах это безопасное занятие? — спросил я. Королевство воевало с соседней страной. Люди, способные передавать противнику сведения, казались первыми кандидатами на арест.

— Что ж, среди верхушки каждой страны много поклонников DIN, — ответила она. — Правда, я всего лишь рядовая сотрудница, поэтому занимаюсь информацией для жителей и Мастеров.

— Например? — спросил я.

— Для жителей мы недавно сфотографировали и описали панд, которые так расплодились в Хуанхэ, что покрыли целую гору.

...А, точно, я видел это на доске сообщений, — подумал я.

— А для Мастеров мы недавно собрали информацию об убийцах игроков, терроризировавших окрестности Королевства Алтар, — продолжила она.

[[image:/storage/reader-images/59dc658d89b4ba9277b218dce35b23ec20fa53d0.jpg]]

— ...Хм-м. — Если она торговала такими сведениями, то могла знать, как всё происходило и чем закончилось.

— Вы сказали, что он совершенно прав. Вам известна истина об этих событиях? — спросила Немезида.

— Хотите узнать? По шестьсот лиров за район, пожалуйста, — сказала Мари. — Или можете сразу купить сведения обо всех четырёх местах за две тысячи.

Понятно. Значит, она появилась перед нами только ради продажи информации, — подумал я. Как ни неприятно это признавать, мне интересно, что случилось, поэтому...

— ...Я заплачу, — сказал я.

— А! Рэй, позволь мне оплатить половину! — вмешался Рук.

Мы отдали по тысяче лиров каждый.

— Благодарю за покупку, — сказала она. — Начну с итога: убийцы игроков, занявшие охотничьи угодья вокруг столицы Альтеи, были полностью уничтожены.

Жёсткое слово, — подумал я.

— Уничтожены? — переспросил я.

— Почти на всех убийцах игроков с охотничьих угодий теперь действует штраф за смерть, — ответила она. — После столь сокрушительного поражения не думаю, что они снова возьмутся за эту грязную работу. Некоторые причастные кланы могут даже распасться.

Работу? Кланы?

— Эм-м... — Я не знал, что сказать.

— О, прошу прощения, — сказала она. — На самом деле ответственная за эти события группа убийц игроков представляла собой союз нескольких PK-кланов.

— Союз?.. — Я приподнял бровь. Мне говорили, что действует не один человек, но здесь целый союз кланов убийц игроков? — подумал я. ...Погодите, в нашей стране действительно достаточно PK-кланов, чтобы создать союз?

— Да, — ответила она. — Равнины Истер на востоке занимал K&R. Горный перевал Сауда на юге — «Безумный замок». Морской путь Вез на западе — «Улица гоблинов». Эти три клана и отвечали за недавние убийства игроков.

Названия двух из этих кланов звучат по-настоящему злодейски, — подумал я. Наверняка они выбрали их нарочно. А что насчёт севера? Для меня он важнее всего.

— Что до их мотивов... Похоже, кто-то нанял их для убийства игроков, — добавила Мари.

— Драйф? — спросил Рук.

Услышав вопрос, она слегка подняла руки и покачала головой.

— Такие слухи ходят, но у нас в DIN нет убедительных доказательств, поэтому я могу лишь сказать, что не знаю.

При нынешнем положении единственным, кому мог быть выгоден такой ущерб Алтару, был Драйф — страна, с которой мы воюем, — поэтому это весьма вероятно, — подумал я. Хотя всё выглядит немного слишком прямолинейно.

— С их точки зрения, это, вероятно, был привлекательный вариант: просто сменить охотничьи угодья и получать дополнительную награду за обычные убийства игроков. Но мир оказался к ним не слишком добр, — продолжила она. — Их уничтожили всего четверо Мастеров.

— Четверо... — повторил я. Всего четыре Мастера разгромили убийц игроков во всех четырёх районах.

Разве такое возможно? — подумал я. Хотя с югом всё понятно: там был Фигаро.

Значит, на остальных охотничьих угодьях...

— Да, это стало возможным благодаря четырём супериорам, сохраняющим верность Королевству Алтар, — сказала она. — Именно они истребили все кланы убийц игроков.

Супериор.

Так называли тех, кто развил свой Эмбрион до последней, седьмой формы. Они были элитой среди элиты игроков, и их общее число пока не достигало даже сотни.

— Неизвестный Король разрушения, Фигаро Бесконечная цепь, Цукуё Фусо из Лунного мира и Лэй-Лэй, Расточительница пиров, — перечислила она четверых. — Каждый отправился на отдельное охотничье угодье и истребил занимавшие его кланы убийц игроков. Правда, Цукуё Фусо взяла с собой свой клан.

— Ого... — заинтересованно произнёс я.

Значит, прозвище Фигаро — «Бесконечная цепь»? Из-за того, что он использует цепи? — размышлял я. А прозвище Короля разрушения и правда просто «Неизвестный»? Что за чёрт? Мы даже имени его не знаем, так что он может оказаться настоящим чудаком.

— А теперь взгляните сюда. — Мари достала хрустальный шар и поставила на стол.

— Что это? — спросил я.

— По сути, предмет для показа визуальных материалов, — объяснила она. — Он воспроизводит записи, сделанные магическими камерами.

Магическими камерами? — Я приподнял бровь. Ну, очевидно, это камеры, работающие на магии, но поневоле задумаешься, считают ли разработчики, что можно придумать что угодно, если приписать к нему слово «магический».

— Из-за всех недавних событий в Королевстве Алтар мы в DIN увеличили число тайных каме... то есть устройств для сбора информации, размещённых здесь, — сказала она.

...Незаконная слежка, значит? — подумал я.

— Некоторые из них случайно засняли завершение этих террористических операций, — продолжила Мари так, будто ничего особенного не произошло. — На этой штуке всё записано в мельчайших подробностях.

Она активировала хрустальный шар.

— Раз уж вы двое говорили об этом, начнём с юга, куда отправился Фигаро Бесконечная цепь...

# Глава 5. Супериор

Глава клана «Безумный замок» — Бронированный гигант Барбарой Бэд Бёрн.

В Дендро игроки могли сражаться друг с другом двумя способами.

Первым были дуэли.

Игроки собирались на арене, договаривались об условиях и правилах, решали, какие предметы получит победитель, и начинали бой. Даже если чьи-то HP падали до 0, никто не умирал, а весь нанесённый урон отменялся сразу после окончания сражения, поэтому дуэли были чем-то вроде беззаботного развлечения.

Вторым способом было убийство игроков.

Игроки нападали на других игроков за пределами арены и отправляли их под штраф за смерть. Умершие таким образом случайно теряли деньги и предметы... прямо как монстры.

Одно различие между поражением в дуэли и смертью от PK заключалось в том, что в первом случае ты выбирал, какие предметы потеряешь, а во втором всё решалось случайно. Другое — в том, умирала побеждённая сторона или нет.

Именно поэтому существовали те, кто специализировался на дуэлях...

...и те, кто, как мы, специализировался на убийстве игроков.

Я, Барбарой Бэд Бёрн, глава клана «Безумный замок», обожаю убивать игроков.

Более того, прямо сейчас мы с кланом как раз наслаждаемся добрым, полезным PK, — подумал я.

— Уа-а-а! Ва-а-а! — Новичок, выглядевший как младшеклассник — и, скорее всего, им и бывший, — плакал и атаковал меня стартовым снаряжением. Но сколько бы он ни пытался, урон неизменно оставался равен 0.

— Кхахах! Давай! Нанеси мне хотя бы 1 HP урона — и я тебя отпущу! — рассмеялся я.

Не то чтобы это вообще могло случиться. У меня была высокоранговая профессия, ориентированная на выносливость, — Бронированный гигант.

Кроме того, у меня имелись «Снижение урона», уменьшавшее весь входящий урон на 20%, и «Поглощение урона», отнимавшее от каждой атаки ещё 500 единиц. Такой новичок не смог бы ранить меня даже критическим ударом.

— Уо-о! Уо-о-о! — Всё ещё плача, новичок атаковал меня и одновременно пытался убежать. Но прежде чем ему удалось улизнуть, я быстро преградил дорогу.

Пусть моя тяжёлая профессия и не отличалась подвижностью, я всё равно был намного быстрее новичка — не говоря уже о способности моего Эмбриона. А ещё я не давал ему выйти из игры.

Чтобы выйти из этой игры, игроку требовалось около тридцати секунд покоя. Выйти было невозможно, если в течение этих тридцати секунд тебя кто-нибудь касался или атаковал. Это правило ввели для предотвращения преступлений, но его легко можно было использовать для преступлений.

Хотя убийство игроков на самом деле не запрещалось, так что «преступлением» в любом смысле слова оно не было.

Кроме того, по какой-то причине — вероятно, как средство против травли — игроки могли совершить самоубийство. Даже если игрок не мог пошевелить ни единым пальцем, он всё равно имел право в любой момент наложить на себя штраф за смерть. Однако при этом выпадало куда больше денег и предметов, чем после убийства другим игроком, поэтому этой функцией почти никто не пользовался.

— Ладно, время вышло, — сказал я.

— А-а! — ахнул новичок. Пока он продолжал бесполезно сопротивляться, я взял огромный щит обеими руками и обрушил его сверху.

Мой щит диаметром в метр превратился в гигантскую печать и оставил на земле оттиск. Чернилами послужил игрок. Разумеется, после смерти то, что осталось от новичка, быстро исчезло.

Хорошо, что я поставил CG-отображение. С реалистичной графикой зрелище получилось бы чертовски мерзким.

С теми, кто выбирает реалистичное отображение, явно что-то не так, — подумал я. В боях с нежитью всё выглядит особенно мрачно.

— И-хи-хи! Ну ты и мразь, босс! Я даже пацана пожалела! — рассмеялась одна из участниц клана.

— Кхахах! Чёрт, сегодня я точно не буду есть помидоры, — подхватил другой.

— Тогда как насчёт чизбургеров на ужин? — ухмыльнулся я. — Как видите, фарш я достаю без всяких хлопот.

— Пожалуй, откажусь, лол. — Работавшие со мной соклановцы принялись за обычную перебранку, а я присоединился, стараясь звучать как можно мерзее.

Отыгрывать злодея и правда весело, — подумал я. Наверное, потому, что здесь можно показать ту сторону себя, которую больше нигде не покажешь.

Например, в реальности Бан-блю — ухмылявшаяся рядом со мной женщина — была госслужащей, женой и матерью, но здесь это не имело ни малейшего значения.

Девиз «Безумного замка» звучал так: «Забудь реальность, поймай кураж и убей пару игроков».

Тем, кого убивали, разумеется, было совсем не весело. Но в этой игре, где все соперничали за силу, слабые сами были виноваты в своей слабости.

— Слышал, некоторые так травмировались после встречи с убийцами игроков, что вообще бросили играть, — сказал один из моих людей.

— Мне-то что, — ответил я. Если честно, мне было совершенно всё равно. И «убивать», и «быть убитым» — части игры.

— Так, босс, сколько мы уже прикончили, если считать этого сопляка? — спросил соклановец.

— Я перестал считать своих после пятидесяти, — ответил я.

Мой клан «Безумный замок» занял горный перевал Сауда к югу от столицы и убивал всех проходивших игроков. Мы нападали лишь на тех, с кем могли справиться, но пока все оказывались достаточно слабыми, чтобы я разделывался с ними в одиночку.

Сюда уже приходила группа, пытавшаяся нас остановить, но мы с кланом без проблем разобрались и с ней.

— Но до чего же выгодное у нас дельце, — сказал один из моих людей. — Только и делаем, что убиваем игроков, а деньги льются рекой.

— Ага, красота, — ответил я.

Дельце. Точно, — подумал я. Мы устроили здесь PK, потому что заключили сделку. За каждый наложенный штраф за смерть нам платили ровно 10 000 лиров. И действовать она должна была целый игровой месяц.

Лучших условий и желать было нельзя. А ведь это место ещё и служило охотничьим угодьем для новичков, поэтому вокруг кишели слабаки, которых мы давили как насекомых.

В первый день всё шло настолько охрененно, что мы заработали больше 1 000 000 лиров. Просто умора.

Не менее смешно было то, что история получила широкую огласку.

В отличие от клана на севере, мы не скрывали личности. Люди быстро узнали, кто мы такие, но для нас, отыгрывавших злодеев, это было лишь благословением.

— Правда, народу теперь ходит куда меньше, чем поначалу, — заметил один из моих людей. — Видать, все до усрачки перепугались. А, точно. Вчера вечером в таверне слышал, что ребятам на востоке тоже почти нечем заняться.

Остальные три охотничьих угодья вокруг столицы тоже заняли убийцы игроков. Как и в нашем клане, на востоке и западе собрались отморозки, которым было плевать на чужое мнение и хотелось лишь кого-нибудь убить.

— Хотя слышал, «Улица гоблинов» — те, что на западе, — гребут нехилые деньги сверху, — добавил другой.

— Так они ещё и NPC режут, — сказал я.

— Жутковато, да?

— Может быть.

Убийство игроков преступлением не считалось. Законы Дендро не касались конфликтов между Мастерами. А вот убийство NPC было тяжким правонарушением.

Если лишить NPC жизни без уважительной причины — например, не в порядке самообороны, не из-за того, что он преступник, и не во время военного события, — местные признавали игрока преступником и объявляли в розыск.

Попав в розыск в какой-либо стране, игрок терял возможность пользоваться её точками сохранения.

Будь проблема только в этом, можно было бы просто перейти на точки сохранения другой страны, но чрезмерное число убийств приводило к розыску уже во всех государствах. Когда игрок попадал во все семь списков, для него наступал настоящий конец: ни одна страна больше не позволяла пользоваться своими точками сохранения.

А учитывая, что штраф за смерть в такой ситуации отправлял тебя в то место, риск был слишком велик.

Парни с «Улицы гоблинов», вероятно, закрепились на точках сохранения в Калдине или где-то ещё, но мы не собирались заходить так далеко лишь ради убийства NPC.

Да и вообще убивать NPC мне было неприятно.

Однажды я прикончил NPC-преступника, и на душе стало погано — будто разбил дорогую вазу. Поэтому мы решили не трогать NPC, пытавшихся пройти через это охотничье угодье.

Да нам всё равно слишком страшно пробовать, — подумал я.

— Не, я лучше останусь при PK. И удобно, и весело, — снова подал голос один из соклановцев.

— Точно, — согласился другой. — С западными явно что-то не так. Пусть мы все убийцы игроков, но связываться с той компанией мне бы не хотелось.

Я просто слушал их. Если честно, тот, кто на севере, пугает меня сильнее западных, — подумал я.

Игрок в лесу Ноз не сулил ничего хорошего.

В отличие от остальных мест, там действовал не клан, а один-единственный убийца игроков. Его имени я не знал. Мне было известно лишь, что он мастер обмана, умеет скрываться и занимается этим как основной работой.

Точнее и не скажешь — основной работой.

Сколько его знали в Дендро, столько он и отыгрывал наёмного убийцу.

Игроки, которых убили другие игроки или как-то иначе притесняли, порой жаждали мести и затаивали обиду. Выполнять их заказы на убийство было для него повседневностью. Я даже слышал, что однажды ему поручили устранить супериора, объявленного в розыск.

«Супериорами» называли игроков, развивших Эмбрионы до седьмой формы, — элиту среди элиты. Ни один человек в здравом уме даже не подумал бы сражаться с кем-то подобным. Я не был исключением.

Однако тот игрок, хоть и получил чудовищный урон, сумел наложить на супериора штраф за смерть и отправить его в то место. За это он получил титул «Убийца супериоров».

Сейчас мы были деловыми партнёрами, но встречаться с ним мне совершенно не хотелось.

Я не думал, что проиграю ему, однако такие приставучие наёмные убийцы казались куда хуже и убийц игроков, и убийц NPC. Правильнее всего было с ними не связываться.

— Босс, ещё один, — окликнул меня соклановец.

Он связался со мной через предмет, позволявший общаться участникам одного клана.

У нас было шесть партий по шесть человек. Участники каждой партии разделились и сформировали шестёрки с членами других партий, после чего заняли разные точки по всей местности.

При такой схеме, если одну группу уничтожали внезапной атакой, настоящие члены их партий замечали неладное по партийным статусам. Мы все привыкли применять эту тактику в масштабных сражениях.

— Ого, чёрт. На этом красавчике снаряжение что надо, — донёсся его голос из устройства дальней связи.

— Значит, раз он не новичок, пришёл охотиться на нас? — спросил я.

— Похоже на то. Только он один.

— Один? Тогда проблем нет, — сказал я. — Нападите, угрозами заставьте снять снаряжение и убейте.

— Хе-хе-хе, отличный план, босс, — рассмеялся он. — Сегодня продадим это снаряжение и закатим бурную вече—

[Участник партии «Джордан α» погиб]

[Период воскрешения истёк]

[Из-за штрафа за смерть «Джордан α» вышел из игры]

Что? — только и успел подумать я. — Э-эй! Хватит шутить! Такие внезапные приколы до усрачки пуга—

[Участник партии «Лоуэрд Белтмарс» погиб]

[Период воскрешения истёк]

[Из-за штрафа за смерть «Лоуэрд Белтмарс» вышел из игры]

Погиб ещё один участник партии, с которым я поддерживал связь.

«Периодом воскрешения» называлось время, в течение которого могли подействовать воскрешающие предметы и магия. Если игрока успешно возвращали к жизни до его окончания, штрафа за смерть удавалось избежать. Однако длительность периода зависела от состояния тела.

Обе смерти были мгновенными и почти не оставили времени на воскрешение. Я мог предположить лишь одно: их за миг превратили в фарш.

Посмотрев на соклановцев рядом, я заметил, что все они побледнели.

Когда я спросил, в чём дело, они ответили, что их партийцы, находившиеся вместе с Джорданом α и Лоуэрдом Белтмарсом, тоже мертвы.

Иными словами, все двенадцать соклановцев на тех двух позициях погибли почти одновременно и очень быстро.

Их всех внезапно накрыла группа игроков? — подумал я. Не может быть.

Ведь на каждой позиции находился человек с отличным навыком «Обнаружение врага». Группа игроков никак не могла подготовить такую атаку, оставшись незамеченной.

Но если нападавшего уже заметили... и если он действительно один, тогда...

— И-игрок! Игрок из Алтара! — связался со мной участник другой партии с одной из оставшихся позиций. — Я видел цепь! Она схватила Марло и—

[Участник партии «Ma-mdoh» погиб]

[Период воскрешения истёк]

[Из-за штрафа за смерть «Ma-mdoh» вышел из игры]

Крики с другого конца связи, оборвавшиеся вместе с ней, означали, что третью группу уничтожили.

Однако перед смертью партиец успел сообщить ценную информацию: игрок пользовался цепью. Почти наверняка это был тот самый хорошо экипированный «красавчик», которого они заметили перед гибелью.

Ну а теперь этот «красавчик» режет наших людей, будто это пустяк, — подумал я. Он явно не обычный игрок.

В Королевстве Алтар как раз был знаменитый игрок, использовавший цепи. Его звали...

— Э-это Фигаро-о-о-о! — закричал очередной партиец. — Почему здесь Сверхгладиатор?! Он—

[Участник партии «Мохок X» погиб]

[Период воскрешения истёк]

[Из-за штрафа за смерть «Мохок X» вышел из игры]

...Сверхгладиатор Фигаро.

«Бесконечная цепь», «один из Большой тройки Алтара», «король бездельников Города дуэлей» и так далее... У него было много имён, и он считался одним из сильнейших игроков не только Королевства Алтар, но и всей игры.

Он был супериором. Ходили даже слухи, что этот чудак в одиночку проходил созданные подземелья.

И теперь этот псих находился здесь, на нашей горе...

...и явно пришёл за нами.

Такой исход нельзя было назвать неожиданным.

Мы терроризировали игроков королевства, так что вполне естественно было ожидать, что кто-нибудь с верхних строчек его рейтинга придёт с нами разобраться.

Однако слухи утверждали, что Фигаро не из тех, кто вмешивается в подобные события. Я слышал, что почти всё игровое время он проводит либо в подземельях, либо на дуэлях в Колизее.

Он ведь даже в войне не участвовал, и всё же...

[Участник партии «Горо Мусёку» погиб]

[Период воскрешения истёк]

[Из-за штрафа за смерть «Горо Мусёку» вышел из игры]

Внезапно я услышал металлический лязг и раздосадованно рыкнул. Сразу после сообщения об уничтожении бойцов на пятой позиции — то есть о том, что остались только мы, — сработал мой навык «Восприятие жажды убийства» и предупредил о летящей в меня атаке.

Я не знал, откуда она приближается. Но мне было достаточно понимать, что она вообще летит, чтобы успеть что-нибудь предпринять.

Мгновение спустя я увидел несущуюся прямо ко мне цепь с пирамидальным наконечником.

— Астрозащита! — Я активировал защитный навык Бронированного гиганта. В обмен на полную неподвижность он увеличивал мою защиту в пять раз.

Теперь моя суммарная защита превышала 15 000 — это был доступный мне максимум.

Цепь с чудовищной силой ударила в щит.

— ...Ого! — вырвалось у меня. Мой запас HP уменьшился.

Моя защита превышала 15 000, один навык снижал весь урон на 20%, а другой отнимал ещё 500 единиц, но противник всё равно пробил эти стены и ранил меня. Неудивительно, что бойцов на остальных позициях перебили, не оставив им даже времени на лечение.

И потому отбитая мной цепь...

— Гья-а-а-а!

...полетела в Бан-блю и размозжила её.

И не только её: цепи атаковали всех находившихся здесь, кроме меня, и разметали их на тысячу кусков.

— ...Простите, — сказал я. — Я не могу двигаться, поэтому не сумел вас защитить.

После этого оставшиеся рядом со мной исчезли, и связаться мне было уже не с кем.

Похоже, все мертвы и теперь отбывают штраф за смерть, — подумал я, оставаясь неподвижным в стойке Астрозащиты.

Кроме цепей, с металлическим звоном бивших по мне и понемногу снимавших HP, двигался только Сверхгладиатор Фигаро. Проследив, откуда они прилетают, я увидел, как он поднимается по горной дороге.

Лицо у него было правильным, и если он, в отличие от меня, не тратил кучу времени на создание персонажа, а оставил стандартную внешность, можно было предположить, что и в реальности он красавчик.

Одежда у него была странная, но с помощью «Идентификации» — навыка, показывавшего названия и характеристики предметов, — я выяснил, что всё его снаряжение чрезвычайно мощное и редкое. Некоторые вещи оказались настолько редкими, что моего уровня «Идентификации» не хватило даже для их распознавания.

— Ублюдок ещё и особые награды UBM носит как ни в чём не бывало... — проворчал я.

Особые награды для MVP в боях с UBM, то есть уникальными босс-монстрами, привязывались к победителю и не могли быть переданы или потеряны. Поэтому, несмотря на чудовищную силу, для нас они не имели никакой ценности.

Лицо и одежда Фигаро сами по себе заслуживали пары замечаний, однако игнорировать было невозможно другое: несколько красных цепей, обвивавших обе его руки.

В игре существовал предел числа одновременно используемого оружия. Обычно разрешалось либо одно двуручное оружие, либо по одному предмету в каждой руке — как у меня с оружием и щитом. Кроме того, обычные игроки могли применять метательное оружие или предметы вроде Самоцветов, но на этом доступный арсенал заканчивался.

А этот Фигаро одновременно управлял шестью цепями — по три на каждой руке.

И да, я был совершенно уверен: это именно шесть отдельных цепей, а не две, лишь казавшиеся разделёнными. Все назывались одинаково — «Багровый хранитель мёртвых», — но никак не соединялись между собой.

Хотя Фигаро ими вроде бы не управлял, все цепи сами удлинялись и направлялись прямо ко мне.

Большинство решило бы, что это какая-то шутка, но ошиблось бы, — подумал я.

Судя по результатам «Идентификации», у «Багровых хранителей мёртвых» имелись навыки «Автоматическое обнаружение врага» и «Увеличение дальности». Более удобное для пользователя оружие ещё поискать.

Раз «Идентификация» на них сработала, было очевидно, что цепи не являлись его Эмбрионом. А значит, он действительно одновременно использовал шесть единиц оружия.

Это намного превышало обычный предел, но я знал, что у профессий ветви Гладиатора есть навык, позволяющий владеть большим числом оружия. Верхней границей считались всего три, однако Сверхгладиатор был высшей профессией этой ветви, так что более сильная версия навыка не выглядела чем-то странным.

Иными словами, весь мой клан он уничтожил, даже не применяя Эмбрион, — лишь навыками Сверхгладиатора и оружием в руках.

— Что-то сегодня меня часто блокируют.

Первые слова Фигаро не имели для меня ни малейшего смысла.

— Защита у тебя неплохая, но для Бронированного гиганта это, наверное, нормально, — продолжил он. — И всё же настолько крепкие встречаются редко. Твой Эмбрион специализируется на защите или как?

Я промолчал. Он просто делился впечатлениями, а отвечать мне не было никакого смысла. Можно было попробовать блефовать, но если у него имелось «Распознавание истины» — навык, сообщавший, когда собеседник лжёт, — он тут же раскусил бы меня, и я лишь выдал бы информацию...

...например, о том, что сила моего Эмбриона вовсе не была защитной.

— ...Хм. Похоже, кроме тебя я разобрался со всеми убийцами игроков, — сказал он.

То ли почувствовав это, то ли заметив, что «Автоматическое обнаружение врага» его цепей больше никого не улавливает, он заключил, что я последний. А из его слов стало окончательно ясно: сюда он пришёл убить нас — убийц игроков у столицы.

— Можно считать тебя главой этой PK-группы? — спросил он.

— ...И что, если я отвечу «да»?

— Моя единственная цель — обезопасить дорогу между Городом дуэлей и столицей, — объяснил он. — Пообещай уйти с перевала, и я с радостью тебя отпущу.

— ...И ты говоришь это после того, как убил всех моих соклановцев?

— Не убей я их, ты бы даже не согласился разговаривать.

А ведь он прав, — подумал я.

До своего разгрома мы считали его всего лишь очередным простаком и напали бы, даже попытайся он что-то сказать. Мы ведь понятия не имели, насколько огромна пропасть между нами и супериором.

Но именно это заставило меня кое о чём задуматься.

Насколько он сильнее меня — Мастера с Эмбрионом шестой формы? Если я идеально попаду ультимативным навыком Эмбриона... то, возможно, смогу его убить. Конечно, у него высшая профессия, поэтому уровень наверняка намного выше моего. Мой уровень — 500, максимум, которого можно достичь на низших и высших профессиях, а его вполне может быть вдвое больше. Но исход PvP решают не уровни и не характеристики. Важно помешать противнику эффективно применить свои способности и самому ударить всей доступной силой. Убийца супериоров получил титул не просто так. Значит, и для меня это не должно быть невозможным.

— Ладно, — сказал я. — Уйду отсюда при первой возможности. Мы, «Безумный замок», больше не станем охотиться здесь на новичков.

Это не было ложью. Раз за нами начали приходить игроки такого калибра, нашему маленькому PK-пиру в этих местах настал конец.

Мы отступим... но только после того, как я его убью.

— У меня тут есть Контракт. Воспользуемся? — Я полез в сумку с предметами и достал лист пергамента.

Это был Контракт — предмет, применявшийся при соглашениях между игроками. Тот, кто нарушал условия, получал временное снижение характеристик, отрицательные эффекты или даже штраф за смерть.

— Ну... — протянул Фигаро. — Почему бы и нет. Давай.

— ...Всё, я заполнил. Посмотри.

С этими словами я протянул Контракт Фигаро.

Пять метров.

Четыре метра.

Три метра.

Два метра — теперь он оказался в пределах действия.

Под моими ногами возник магический круг и разошёлся вокруг. Это был мой Эмбрион — Атлас.

— Небесная тяжесть! — Одним из навыков Атласа было увеличение веса.

Повышая гравитацию вокруг, он непрерывно наносил урон всему в зоне действия.

Эффект усиливался по мере приближения к центру и достигал максимума на расстоянии двух метров, где гравитация становилась в 500 раз сильнее обычной. Одновременно накладывалось «Обездвиживание», лишавшее Фигаро возможности пошевелить даже пальцем.

Цепи автоматически попытались атаковать меня, но чудовищная гравитация прижала их к земле, и им оставалось лишь ползти.

До сих пор ещё никто не вырывался из сочетания «Обездвиживания» и сверхгравитации.

Обычного высокоуровневого игрока уже раздавило бы насмерть, но я не был настолько наивен, чтобы думать, будто стоящий передо мной супериор умрёт так легко.

Пора было применить ультимативную атаку Атласа.

— Астрозащита!

Я снова использовал Астрозащиту, увеличив защиту в пять раз...

— Освобождённый гигант, Атлас!

...а затем активировал навык, названный в честь самого Атласа.

Он преобразовывал мою защиту в нападение и на десять секунд увеличивал силу атаки в десять раз. Теперь она превышала 150 000. Чистого попадания должно было хватить, чтобы мгновенно убить кого угодно — даже супериора.

И пока Фигаро всё ещё не мог двигаться, я обрушил на него град сильнейших атак Атласа.

— Разломись и сдохни! — взревел я.

Земля подо мной раскололась, провалилась и превратилась в огромный кратер. Но мне было плевать.

У него могло быть несколько воскрешающих или схожих аксессуаров. Мне следовало атаковать каждую из этих десяти секунд без остановки.

Внезапно раздался звук.

Пока я продолжал натиск, цепь обвилась вокруг моей шеи. Слова застряли у меня в горле.

Я посмотрел вниз. Там была земля, разбитая моими ударами, но Фигаро нигде не было.

Если его не было передо мной, оставалось лишь одно место: на другом конце цепи, затягивавшейся у меня на шее.

Она уходила вверх. Подняв взгляд, я увидел Фигаро, висевшего примерно в десяти метрах над землёй.

— К-как?! — взвыл я от потрясения. На него действовала гравитация в 500 раз сильнее обычной и эффект «Обездвиживание» — он никак не мог подпрыгнуть так высоко.

— ...А.

Меня внезапно осенило.

Я многое слышал о Фигаро. В том числе и то, что для Сверхгладиатора одиночное прохождение созданных подземелий было повседневностью. Сама идея идти туда одному была безумной, но любой псих, решившийся на это, обязан был выполнить одно условие.

Дело было не в высоких характеристиках.

И не в способах лечения.

Главное — защита от отрицательных эффектов.

Паралич, Сон, Окаменение и, разумеется, Мгновенная смерть.

У одиночного игрока не было союзников, способных помочь при таких эффектах, поэтому любой из них был равносилен смерти.

Следовательно, тот, кто ходил в подземелья один, обязан был иметь средство противодействия отрицательным эффектам. А значит, такой супериор-одиночка наверняка был к этому готов.

На нём имелось снаряжение, которое я не сумел распознать. Вероятно, один из предметов полностью отменял «Обездвиживание».

— Нет... Не может быть! — закричал я.

Я уже почти принял этот вывод, но просто не мог с ним согласиться. «Обездвиживание» от моей Небесной тяжести было личным навыком высокорангового Эмбриона. Его не могли так легко нейтрализовать.

И тут меня снова осенило.

Я решил, что он не использует Эмбрион. Но что, если я ошибся? Что, если его Эмбрион-супериор уже активен? Что, если именно поэтому он отменил моё «Обездвиживание» и прыгает, будто гравитация в 500 раз сильнее обычной вообще ничего не зна—?

Снова раздался звук. Я мгновенно поднял взгляд на Фигаро.

Из-за света за его спиной я не мог разглядеть выражение лица.

Но меня пробрала неописуемая дрожь.

Когда он приземлился, я хорошо увидел его лицо, и дрожь стала ещё сильнее.

Звук повторился. Его узкие глаза распахнулись и сияли красным. Рот растянулся в острой, как полумесяц, улыбке и открылся так широко, что было видно горло. Звуки, выходившие из него, казались совершенно нечеловеческими. Они напоминали рычание обычного монстра — бессмысленное и пропитанное жаждой крови.

Я коротко вскрикнул. В тот же миг он поднял обе обвитые цепями руки к небу.

От этого движения цепи на моей шее начали тянуть вверх.

Моё тело — больше двух метров закованной в броню плоти — оторвалось от поверхности и стало удаляться от земли.

Уши заполнил свист воздуха, обтекавшего всё моё тело.

Вероятно, применив «Увеличение дальности» цепей, он поднимал меня с невероятной скоростью и словно вообще не знал, где остановиться. Фигаро на поверхности превратился в точку. Ещё мгновение — и я оказался выше горной вершины, достиг облаков и вылетел за них.

Вскоре вокруг не осталось воздуха. Я заставлял лёгкие работать изо всех сил, но вдохнуть ничего не мог. В голову пришло слово «удушье».

Хотя Дендро позволял свести любую боль к тупым толчкам, муку кислородного голодания он никак не ослаблял.

Однако бояться удушья мне не пришлось, потому что произошло нечто гораздо страшнее.

Будто так и полагалось, цепи начали утягивать меня обратно к земле.

Картины, промелькнувшие на пути вверх, понеслись мимо в обратном порядке и ещё быстрее, словно кто-то перематывал мою жизнь назад.

— ХЬЯ-А-А-А-А-А! — из моего рта вырвался отчаянный крик.

Не имело значения, что я находился в игре. Переживаемое падение было насквозь пропитано страхом смерти.

Не имело значения и отсутствие боли. Сам страх живого существа перед неминуемой гибелью от боли не зависел.

Реалистичность игры слишком хорошо передавала ужас смерти.

Я падал навстречу смерти с заоблачной высоты и нелепо огромной скоростью.

Фигаро всё с той же чудовищной улыбкой ждал меня на земле.

Он снова издал зловещий, непонятный звук. Одну из цепей сменило другое оружие — огромный меч, похожий на бензопилу.

Он взмахнул им прямо навстречу моему падению.

Мгновение спустя из моего тела вырвался жуткий хруст, и я...

[Смертельный урон]

[Партия уничтожена]

[Период воскрешения истёк]

[Штраф за смерть: запрет входа на 24 часа]

Ресторан «Рангю», Королевство Алтар — Паладин Рэй Старлинг.

— ...Жестокий был бой. — После просмотра записи в хрустальном шаре Мари я всерьёз опешил. Она остановила изображение на кадре, где огромного бронированного мужчину — главу PK — разрубили пополам.

По словам Мари, бронированный игрок пользовался дурной славой, обладал высокой защитой и похожим на контратаку ультимативным навыком, наносившим огромный урон.

Услышав такое описание, я почувствовал с ним некоторое родство, а его конец — изломанное тело — показался мне предвестием собственного будущего, если я когда-нибудь сражусь с Фигаро.

— Вот так все участники «Безумного замка» встретили печальный конец, — сказала Мари. — Даже оправившись после штрафа, они уже не вернутся к убийству игроков в том районе.

Логично: если они снова перекроют дорогу, Фигаро опять вмешается, — подумал я.

— Если когда-нибудь окажусь в Городе дуэлей, надо будет не забыть поблагодарить Фигаро, — сказал я.

— Действительно, — пробормотала Немезида.

— Хм? — Я посмотрел на неё.

Почему-то она казалась немного недовольной. Вместо хрустального шара Немезида занималась лишь едой вместе с Баби, которой всё происходящее было совершенно безразлично.

Ела Немезида, как всегда, очень много, но сейчас это почти походило на заедание стресса.

Только почему? — подумал я.

— Так, теперь покажу следующую запись. — На этот раз кристалл Мари отобразил знакомое место: равнины Истер, первые охотничьи угодья, где я когда-либо повышал уровни.

Там и правда находилась группа убийц игроков. Они прятались от прохожих и ждали очередную добычу, но от камеры скрыться не смогли.

Через несколько мгновений со стороны столицы показалась другая, довольно странная группа.

Точное число определить было трудно, но их явно насчитывалось больше сотни, и все они маршировали к убийцам игроков.

На одежде каждого красовались полумесяц и закрытый глаз. Рисунок казался знакомым, но я никак не мог вспомнить, где его видел.

Убийцы игроков заметно растерялись из-за внезапного появления группы, но продолжили скрываться.

Вскоре из странной толпы вышла одна женщина.

Её чёрные, словно ночная тьма, волосы спускались до подколенных сгибов, скрытых церемониальным кимоно. Красотой она напоминала принцессу Кагую, сошедшую со страниц детской сказки.

Внезапно красавица подняла руку, и мир будто погрузился в театральное затемнение.

Ещё мгновение назад был день и светило солнце, но каким-то образом она призвала «ночь» — вместе с синей луной, невозможной в реальности и, пожалуй, даже в игре.

Стоило синему лунному свету омыть убийц игроков, как они схватились за горло и закорчились от боли, почти полностью утратив способность двигаться.

Будто только этого и ждали, участники странной группы разделились и начали методично убивать корчившихся PK. Жертвы совсем не могли сопротивляться, поэтому происходящее больше напоминало нудную работу, чем бой.

Впрочем, было одно исключение.

Одна убийца игроков — женщина-зверолюд с волчьими ушами и хвостом — сохраняла подвижность даже под лунным светом.

По словам Мари, она была одним из двух лидеров K&R.

Пустив в ход когти и клыки, зверолюдка яростно прорвала строй окружавших противников и приблизилась к принцессе Кагуе.

Но всё оказалось напрасно.

Сотни окружавших врагов были ей не по силам, и в конце концов она погибла от удара копья.

При виде этого красавица, похожая на принцессу Кагую, неприятно расхохоталась.

— Это Цукуё Фусо из Лунного мира, — объяснила Мари. — Она возглавляет клан «Лунное общество»... хотя правильнее было бы назвать её основательницей или духовным лидером.

— Духовным лидером? — Я приподнял бровь. Титул звучал странно, но напомнил мне, что её профессия называлась «Верховная жрица».

И всё же кое-что вызывало сомнения...

— Эм-м, это «Лунное общество» связано с одноимённым японским культом? — спросил Рук.

— ...А. — Его слова напомнили, где я слышал это название. «Лунным обществом» назывался культ, существовавший в реальности.

— Да, — ответила Мари. — Клан «Лунное общество» — часть, или, скорее, штаб-квартира одноимённого культа.

— ...Почему из всех возможных мест они продвигают религию именно в игре?

— Первое учение Лунного общества гласит: «Сбрось оковы плоти и отправься в истинный мир душ», — объяснила она. — Наверное, они считают таким миром Дендро.

...Я прекрасно понимаю, насколько реалистичен этот мир, — подумал я. Наши пять чувств и тианы, с которыми мы общаемся, неотличимы от настоящих. Но... разве этого достаточно, чтобы заходить так далеко?

— Если их цель — «отправиться в истинный мир душ» — была достигнута, когда они попали сюда... чем они занимаются теперь? — спросил я.

— Ах да. Главным считается их второе учение, — сказала Мари. — Что-то вроде: «Прими этот свободный мир и празднуй свободу, сколько душе угодно».

...Звучит как догма какого-нибудь тёмного бога, — подумал я.

— Игроки очень боятся Лунного общества, — продолжила она. — Их не только больше тысячи: у культа есть корни в реальности, поэтому многие опасаются, что конфликт с ним может обернуться неприятностями и в настоящей жизни.

Жуткая мысль, — подумал я. Если они и правда могут, например, похитить меня, я тоже предпочту с ними не связываться.

— Кстати, насколько нам известно, убийц игроков они атаковали потому, что те убили одного из последователей, — добавила Мари. — Страшно, правда? Одной такой причины хватило, чтобы за вами отправился весь клан.

...Ошибусь ли я, предположив, что культ — наряду с войной — ещё одна причина отъезда людей из королевства? — подумал я.

Затем Мари показала, что произошло на западе.

Первой я увидел Лэй-Лэй — девушку, участвовавшую в пирушке в мой первый день. Как и тогда, при североевропейской внешности на ней было китайское платье. По словам брата, в реальности она тоже была родом оттуда.

Показанный хрустальным шаром стиль боя Лэй-Лэй оказался простым. Она не подбрасывала врагов к небу, чтобы те рухнули на меч-бензопилу, и не заставляла их корчиться, пока целая группа подходила и пронзала копьями.

Она просто подходила к прятавшимся убийцам игроков и била кулаком. Вот и всё. Однако результат выглядел совершенно нелепо.

Цепи Фигаро, по сути, превращали противников в фарш, но здесь всё вышло на другой уровень.

Убийцы игроков полностью разжижались. Они лопались так легко, что начинали казаться не людьми, а водяными шарами человеческой формы. Стоило Лэй-Лэй коснуться их, плоть просто оседала, оставляя жидкость цвета крови и внутренностей и оболочку кожи, из которой та выплеснулась.

К слову о коже: она разлеталась повсюду и украшала почти каждое дерево вокруг. После мгновенной смерти всё быстро исчезало, но само зрелище не так легко уходило из памяти.

Кажется, я понимаю, почему её называют Расточительницей пиров, — подумал я. Ни один настоящий пир не обходится без мяса и выпивки, а она обеспечивала и то и другое. ...Мрачноватая мысль.

На пирушке Лэй-Лэй казалась очень весёлой, но стиль боя у неё был по-настоящему страшным.

Мари не знала, почему Лэй-Лэй решила уничтожить убийц игроков.

Когда события на юге, востоке и западе прояснились, остался лишь север — лес Ноз.

Именно он интересовал меня больше всего. В конце концов, однажды я там погиб.

— Теперь насчёт севера... — Мари выглядела несколько неуверенно.

Что же она собирается нам показать? — подумал я.

— Ладно, просто включу запись. — Мари коснулась хрустального шара, и тот показал лес.

Съёмка велась ночью, когда я ещё исследовал Лабиринт надгробий. По всей видимости, это уничтожение произошло раньше остальных трёх.

Однако убийцу игроков я нигде не видел.

Конечно, деревья и ночная тьма мешали обзору, но никаких его следов не было.

Пока я пристально всматривался в хрустальный шар и искал его, экран внезапно залило красным, и запись оборвалась.

Она быстро сменилась съёмкой с другой камеры, но и та вскоре прервалась точно так же.

Следующая запись показывала не лес изнутри, а всю местность сверху. Вероятно, камера находилась на внешней стене столицы.

Как бы то ни было, происходившее в лесу на ней было видно прекрасно.

Лес обстреливали артиллерийскими снарядами и поджигали дождём зажигательных бомб.

Не показав ни единого человека, запись закончилась одним лишь пылающим лесом и напомнила вырезанную сцену из военного фильма.

— Эм-м... что это? — От вопроса Рука Мари неловко улыбнулась.

— Ахаха... Это, эм-м... бой между Неизвестным Королём разрушения и неопознанным убийцей игроков, широко известным как «Убийца супериоров»... — По тону объяснения было ясно, что сама она не слишком уверена в своих словах.

Её можно понять, — подумал я. На записи нет ни убийцы игроков, ни Короля разрушения, который его уничтожает. Только масштабное разрушение окружающей среды.

— ...Если Короля разрушения не видно, откуда вы знаете, что это сделал именно он? — спросил я Мари. — Да тут даже самого убийцы игроков нет. Может, это вообще не «Убийца супериоров».

— Справедливое замечание, — ответила она. — Судя по известным нам сведениям, PK почти наверняка Убийца супериоров, но убедительных доказательств того, что напал на него именно Король разрушения, у нас нет. Это лишь предположение, основанное на масштабе разрушений. Понимаете, Король разрушения всегда был загадочной фигурой и почти ничего о себе не раскрывал...

Ах да, — подумал я. В войне он не участвовал, потому что «не хотел выделяться». Не слишком убедительно со стороны человека, который только что превратил целый лес в пепел.

— О, но ходят слухи, что Эмбрион Короля — линкор! Посмотрите внимательнее сюда! — Мари указала на определённое место в хрустальном шаре.

За горящим лесом, скрытый ночной тьмой, виднелся огромный чёрный силуэт. Его очертания были слишком резкими для горного хребта, и многие действительно приняли бы его за линкор.

— Значит, бывают Эмбрионы-линкоры? — сказал я без особого удивления. У брата был танк, так что ничего невозможного здесь не было.

На самом деле куда сильнее меня поразил Эмбрион Цукуё Фусо. Мне казалось, что им была сама «ночь».

— Но погодите, разве такая масштабная атака не задела бы кого-нибудь, кроме Убийцы супериоров? — спросил я. А если там погибли тианы?..

— Думаю, об этом можно не беспокоиться, — ответила Мари. — Из-за убийств игроков почти никто не решался проходить через лес. Более того, мне кажется, Король разрушения выбрал столь эффектный способ именно потому, что был уверен: больше никто не попадёт под удар.

— Понятно. — Я кивнул. А может, он сжёг весь лес дотла просто потому, что не мог никого найти. Судя по тому, что я читал в интернете, кроме меня Убийцу супериоров вообще никто не видел.

Кстати, откуда DIN получила сведения, позволившие решить, что тем убийцей игроков был Убийца супериоров? — задумался я.

— Вы знаете, почему Король разрушения напал на Убийцу супериоров? — спросил я.

— Вообще без понятия. — Мари бессильно подняла руки. — Хотя этот игрок активно вмешивается во множество событий во всех странах, его личность и почти все причины таких вмешательств совершенно неизвестны.

— Поэтому его и называют «Неизвестным»?

— Да. — Она кивнула. — Мы понятия не имеем, что заставило его устроить разрушение такого масштаба...

...Интересно, его что-то разозлило? — подумал я.

— Погодите, разве в сведениях о севере не слишком много пробелов? Информация не слишком расплывчатая? — спросил Рук.

Я не мог с ним не согласиться. За каждый район мы заплатили по 600 лиров, но сведения о лесе Ноз явно стоили куда меньше.

— Ой...?! А ведь и правда... — пробормотала Мари. — А! Но постойте! К этому прилагается дополнительная информация!

— Дополнительная?

— Именно! Убийца супериоров пережил это пламя!

На слова Мари...

— О?

...наконец отреагировала Немезида, которая до этого ела вместе с Баби, почти не глядя на хрустальный шар.

Я отчасти понимал, почему лишь эта новость вызвала у неё интерес.

Более того, я наконец понял причину её поведения. Немезиду расстраивало, что всех убийц игроков уже уничтожили. Ей не нравилось, что тот, кому она поклялась отомстить, достался кому-то другому. Я тоже мог её понять.

Однако...

— Это прекрасная новость, — сказала Немезида.

...он всё ещё был жив.

# Глава 6. Кошачье чаепитие

Лес Ноз — Паладин Рэй Старлинг.

После того как мы с Руком купили сведения у Мари и договорились встретиться позже, мы с Немезидой отправились туда, где прежде находился лес Ноз.

— Это же просто... — произнёс я.

За северными воротами до самого горизонта простиралась огромная пустошь. Лес попросту исчез: от поваленных деревьев остался один уголь.

Лес Ноз больше не годился для охоты и вообще не заслуживал называться лесом. В симуляторе градостроительства раскинувшаяся передо мной пустошь стала бы отличной площадкой для застройки.

Но, к сожалению, Бесконечный Дендрограм был RPG.

И всё же трудно поверить, что один игрок способен настолько изменить карту, — подумал я.

Вокруг виднелись пулевые пробоины и следы взрывов, а в воздухе ещё держался запах пороха. Я понятия не имел, действительно ли Эмбрион Короля был линкором, но почти не сомневался: как и Бальдр моего брата, он представлял собой тяжёлое вооружение — или нечто ещё более мощное из той же категории.

Я заметил и другое: если остальные трое били непосредственно по убийцам игроков, то Король разрушения, ну... разрушил карту. Прозвище он, конечно, оправдал, но хлопот от этого меньше не стало. Всё равно что из-за больного пальца отрубить целую руку.

— ...Последствия будут серьёзными. Тут без вариантов, — сказал я.

— Люди уже начали покидать столицу ещё быстрее, — добавила Немезида.

Мы говорили о местных тианах.

Вчерашняя бомбардировка повергла всю столицу в панику. Решив, что армия Драйфа начала внезапное наступление, рыцари выступили через северные ворота. Но к тому времени обстрел уже закончился, оставив после себя лишь полыхающий лес Ноз.

Пламя вроде бы не угрожало перекинуться на столицу, но оставить лес гореть они всё равно не могли. Поэтому рыцари всю ночь тушили пожар и до сих пор разбирались с последствиями.

Всё это мне рассказала Лилиана.

Мы случайно встретились незадолго до этого, и под глазами у неё залегли заметные тени. Она даже слегка плаксиво сказала: «Раз уж стал Паладином, приходи нам помогать...»

— Да, во время бомбардировки мы были под землёй, но всё равно удивительно, что мы ничего не заметили, — сказал я.

— Тогда меня занимали другие заботы, — ответила Немезида. — А ты просто устал, и от изнеможения твои чувства притупились.

Как бы то ни было, уничтожение леса Ноз — места, которое жители столицы воспринимали как нечто само собой разумеющееся, — окончательно ввергло и без того напряжённое население в панику. С самого утра число покидавших столицу росло с каждым часом.

Была и другая причина: с четырьмя группами убийц игроков наконец разобрались. В основном они охотились на Мастеров, но при неудачном стечении обстоятельств под удар могли попасть и тианы, из-за чего движение вокруг столицы полностью остановилось. Сегодня дороги вновь открыли, и люди буквально хлынули из города.

А ведь тианы не умеют отличать Мастеров от других тианов, — подумал я. Мы, Мастера, используем Эмбрионы и по сути бессмертны, но в основе своей и тианы, и Мастера одинаково остаются людьми. Поэтому для тианов убийцы игроков — обычные убийцы. А те, кто нападает ещё и на тианов, — тем более.

— Дорого же обошлась вся эта история с PK, — сказал я.

— Одно из охотничьих угодий стало непригодным, — согласилась Немезида. — А наше путешествие по Лабиринту надгробий ради ужасающих впечатлений оказалось напрасным.

Несмотря на все потраченные деньги, полученное преимущество продержалось лишь одну ночь. Хотя я всё же был рад, что встретил Фигаро.

— Но знаешь, что удивительно... — продолжил я. — Этот Убийца супериоров сумел спастись от атаки, уничтожившей весь лес.

По словам Мари, именно она стала источником сведений DIN об убийце игроков из леса Ноз. Пусть и с небольшим опозданием, она отправилась собирать материал о вчерашнем бедствии ещё во время событий. И случайно увидела, как Убийца супериоров вырвался из обстрела, превращавшего лес в пепел, и умчался прочь.

Как выразилась сама Мари: «Он использовал скрывающий личность навык маскировки, но по особенностям его Эмбриона я совершенно уверена, что это был именно он!»

Когда я спросил, что это за особенности, она описала Эмбрион в форме пистолета, стрелявший похожими на пули животными. Описание совпадало с Эмбрионом того, кто меня убил.

Судя по всему, Убийца супериоров сбивал этими животными-пулями все летевшие в него атаки. Так он благополучно добрался до столицы. Несмотря на всё, что Король разрушения уже успел сделать, атаковать саму столицу он не мог и потому отказался от погони.

Выходило, что в бою, где единственной целью было отступить от превосходящего противника, он преуспел там, где я потерпел неудачу.

Я был рад, что Король разрушения не лишил меня цели для мести, но эта мысль всё равно слегка раздражала.

— ...Тогда вернёмся, — сказал я. — Мы ведь договорились встретиться с Руком.

— Верно... хм? — отозвалась Немезида.

Мы уже собирались идти обратно в столицу, когда Немезида, словно внезапно что-то заметив, пристально посмотрела в одну точку.

— Что случилось? — спросил я.

— Что ты думаешь об этом? — Немезида указала куда-то, но я ничего там не видел.

— А что ты видишь?

— Воздух дрожит от зноя, хотя здесь не жарко, — сказала она. — Постой, это... искажённое пространство?

Немезида подошла к месту, на которое указывала... и просто исчезла.

— ...Что?! Немезида! — крикнул я, бросился туда, где она пропала, и прошёл сквозь невидимую завесу.

Я назвал её «завесой» лишь потому, что, хотя при прохождении и чувствовалось какое-то сопротивление, оно было совсем слабым. Стоило мне пройти сквозь невидимую завесу...

— ...Что?!

...как я оказался в загадочном пространстве, которое не было ни тёмным, ни светлым и, похоже, вообще не знало понятий верха и низа.

Повсюду висели бесчисленные полупрозрачные голубые окна, а внутри уже находились двое знакомых.

Одной из них была Немезида. Убедившись, что она совершенно невредима, я встретился с ней взглядом.

— Мастер, это место...

Вторым был человек... нет, слово «человек» здесь не подходило.

— ...О-о? Почему вы зде-есь?

С окнами ловко управлялся Чешир — управляющий ИИ, которого я встретил, когда только начал играть в Бесконечный Дендрограм.

◇

Прошло несколько минут с тех пор, как мы оказались в загадочном пространстве за невидимой завесой.

Мы с Немезидой сидели на стульях и пили чай, приготовленный Чеширом.

Увидев наше замешательство, Чешир сказал: «Я всё объясню, но ведь стоять всё это время неинтере-есно, пра-авда?» — и устроил нам чаепитие.

Поначалу кроме окон здесь не было ничего — даже пола. Но Чешир как ни в чём не бывало сунул лапу в карман и достал оттуда стулья и стол.

Он напомнил мне мультфильм про кота-робота, который я смотрел с детства. Только у Чешира, в отличие от того кота-робота, имелись уши.

— Так что управляющий ИИ делает здесь? — спросил я.

— Провожу предварительную подготовку к обслужива-анию окружающей среды, — ответил он. — Настоящую работу выполнят управляющие ИИ номер три и пять — те, что отвечают за монстров и окружающую сре-еду. А это пространство, по сути, временная операцио-онная.

Вроде строительной бытовки, значит? — подумал я.

— Правда, видеть такие места и входить в них можем только мы-ы, — продолжил Чешир. — Но эта девушка-Эмбрион, кажется, относится к типу «Дева», а с ними порой случа-ается и такое. Выходит, именно она затащила тебя сюда, да, Рэ-эй?

— А чем Девы так отличаются?

— В некоторых отношениях они ближе к на-ам, — ответил Чешир. — Они даже сохраняют функцию ***.

Хм?

— Что ты сейчас сказал? — озадачился я.

— Ой, извини-и, — извинился Чешир. — Я не могу выразить эти сведения слова-ами. Ничего важного, так что не обращай внима-ания.

Ответ породил ещё больше вопросов, но, вероятно, ИИ был обязан хранить какую-то заданную разработчиками тайну. В конце концов, мы и так находились за кулисами игры.

К тому же я хотел спросить и о другом, поэтому решил не настаивать.

— Значит, вы собираетесь восстановить эту местность?

Бесконечный Дендрограм ставил реализм на первое место. Именно поэтому такие места, как Старый сад, могли захватить насекомоподобные монстры, но начинающие охотничьи угодья вроде леса Ноз могли оказаться исключением.

Однако Чешир покачал головой.

— Не-ет. Мы не станем напрямую воссоздавать утраченный лес Ноз. Но можем подготовить условия, благодаря которым здесь со временем возникнет похожая среда. Моя работа — заложить для этого осно-ову.

Чешир на мгновение умолк, отпил чёрного чая и продолжил.

Не то чтобы это имело значение, но кажется, коту было бы трудно пить настолько горячее, — подумал я.

— Этот мир свобо-оден. Мы, управляющие ИИ, никогда не отменяем последствия самостоятельных действий существ этого мира — будь то игроки, тианы или монстры-ы. К чему приводит свобода, нас не каса-ается. Но исключения всё же есть. Например, у нас имеется управляющий ИИ, отвечающий за наказа-ания.

— За наказания? — переспросил я. — Если PK разрешено, то за что вообще полагается наказание?

— М-м... Наверное, за попадание в государственный розыск, — ответил Чешир. — Ты ведь знаешь, что в этом мире есть законы-ы? Но арестованные игроки легко могут сбежать из тюрьмы, просто выйдя из игры или покончив с собо-ой. Ни полиция, ни рыцари не способны этому помеша-ать. Поэтому существует управляющий ИИ, который заведует тюрьмой для игроков — её прозвали «Тюрьмой». Он же не позволяет игроку из списка разыскиваемых пользоваться точками сохранения.

Логично, — подумал я. Если единственным минусом преступлений были бы арест или смертная казнь, некоторые просто повторяли бы их снова и снова.

— Это ещё и часть сетти-инга, — продолжил Чешир. — «Согрешивший Мастер, не способный вернуться к точке сохранения, будет перенесён в Тюрьму», и всё тако-ое. Поэтому тебе стоит регистрироваться у точек сохранения в как можно большем числе стра-ан.

— ...Я совершенно не собираюсь делать ничего, из-за чего попаду в розыск.

— И это хорошо-о, — сказал Чешир. — Но даже если попадёшь, в Тюрьму тебя не отправят, пока ты не умрё-ёшь.

...Система прямо-таки благоволит сильным преступникам, — подумал я.

— Хм... Если есть управляющие ИИ, отвечающие за наказания... а ты, кот, за что отвечаешь? — спросила Немезида.

— Я управляющий ИИ по всякой мелочё-ёвке, — ответил Чешир.

По мелочёвке?

— У нас, ИИ, тоже есть сильные и слабые сторо-оны, — объяснил Чешир. — Например, я ужасно справляюсь с управленческими функциями-и. Особенно если речь идёт об окружающей сре-еде.

— Но разве не этим ты сейчас занимаешься?

— Это лишь предварительная подготовка-а, — ответил он. — Полноценная симуляция окружающей среды включает даже управление энтропией частиц облако-ов.

Я промолчал. От одного представления о таких масштабах у меня разболелась голова.

Хотя, наверное, настоящий управляющий ИИ обязан уметь и такое, — подумал я. Но Чешир, по его словам, не умеет.

— В основном я служу проводником в обуче-ении, — продолжил он. — Эту работу поручают управляющим ИИ, у которых остаются свободные вычислительные ресу-урсы. Я встречаю половину приходящих сюда игроков.

Звучало как внушительный объём работы.

— Вообще-то я прямо сейчас провожу обуче-ение. Вот та-ак. — С этими словами Чешир разделился на пятерых.

Пять котов с разными узорами на шерсти заговорили, одновременно управляя окружавшими их окнами.

— Вот та-ак, — сказал первый.

— Но здесь нет смысла дели-иться, — сказал второй.

— Даже если меня пятеро, скорость работы не меня-яется, — сказал третий.

— Ведь объём вычислений, который я использую, остаётся тем же са-амым, — сказал четвёртый.

— Более того, время вычислений немного растёт, и я становлюсь медле-еннее, — сказал пятый. После этого пятеро вновь слились в одного.

Я снова промолчал. Все эти разговоры о вычислениях напомнили, что мы находились на игровом сервере. Возможно, впервые за всё время я увидел наглядную демонстрацию кибертехнологий.

— Мне поручают мелкие дела, потому что я хорошо справляюсь с только что показанным разделе-ением, — сказал Чешир.

— Понятно. Значит, если ты встречаешь половину новичков, второй половиной занимаются другие ИИ?

— Ага-а, — ответил он. — Есть даже ИИ, который после первого подтверждения внешности не позволяет изменить внешность персонажа.

— ...Вот уж это он точно должен разрешать, — сказал я.

Возможно, именно к этому управляющему ИИ попал мой брат.

◇

Проговорив с Чеширом около двадцати минут, мы решили уйти.

— Если не считать встреч новичков, я уже давно ни с кем не разговаривал в этом обли-ике, — сказал Чешир. — Я бы с радостью дал вам что-нибудь на па-амять... но я отношусь к разработчикам, а это было бы фаворитизмом — так нельзя-я.

— Не нужно, — сказал я. — Чая и сладостей более чем достаточно. Спасибо.

— Именно, — согласилась Немезида. — Всё было очень вкусно.

Судя по тому, сколько она съела, мы, кажется, уже приблизились к границе «так нельзя», — подумал я.

— Ой, как приятно-о. Теперь я чувствую, что готовил не зря-я, — сказал Чешир.

Он сам испёк это печенье? Неожиданно. ...Так, стоп. Как вообще можно готовить печенье такими кошачьими лапами?

— Тебе стоит подумать о продаже на рынке, — сказала Немезида.

— Подума-аю, — ответил Чешир. — Ах да. Рэй, ты ведь скоро отправишься в Гидеон?

За чаепитием я немного рассказал и об этом.

— Да, собираюсь.

— ...Будь осторожен, ла-адно? — Слова Чешира прозвучали зловеще.

— Мне следует что-то знать?

— Следовало бы, но-о... — Похоже, он не решался говорить.

Это тоже нельзя разглашать? — подумал я.

— Тогда скажу лишь то, что не выходит за допустимые грани-ицы: «Сердце демона находится в животе».

— Хм? — Я поднял бровь.

— Вот и всё-ё, — сказал Чешир. — К тому же не факт, что вы вообще с ним встре-етитесь.

Чешир загадал мне загадку... или дал улику из детектива. Я и сам не понял.

...Ладно, запишу в окне заметок, — подумал я и так и сделал.

— Не знаю, встретимся ли мы снова, но если да — до следу-ующего раза. — Чешир помахал нам на прощание.

— Ага, увидимся, — ответил я.

Мы прошли через созданный котом выход и вернулись на прежнюю карту. Перед нами снова лежала та же пустошь. Когда я спросил Немезиду, она сказала, что больше не видит входа в рабочее пространство Чешира.

Я посмотрел на время: было немного больше трёх часов дня. С Руком мы договорились встретиться в четыре, так что времени оставалось достаточно.

Мы с Немезидой направились к месту встречи — в учреждение, известное просто как Гильдия искателей приключений.

◇

В Бесконечном Дендрограме существовало три вида заданий, которые мог принять игрок.

К первому относились «задания случайных событий» — такие, как самое первое полученное мною задание.

Второй вид — «профессиональные задания», вроде того, которое Рук выполнял ради своей профессии.

Третий — «задания гильдии». Иными словами, задания, получаемые в учреждении под названием «Гильдия искателей приключений».

Из-за слова «гильдия» её можно было спутать с профессиональными гильдиями, но сами задания отличались. Гильдия искателей приключений принимала и распределяла самые разные заявки: на уничтожение монстров, сопровождение, сбор материалов и всевозможные поручения. После регистрации принимать задания мог кто угодно — независимо от профессии и от того, был он Мастером или тианом.

Разумеется, это относилось и ко мне.

Мой уровень уже был вполне приличным, поэтому я решил дальше продвигаться по игре и заодно подзаработать на местных поручениях.

Кроме того, с самой первой встречи мы с Руком обсуждали, как здорово было бы объединиться в группу, и решили сделать это, взяв одно задание.

И вот...

— ...Заданий столько, что я вообще не понимаю, какое выбрать, — пробормотал я.

— Верно... — согласился Рук.

В Гильдии искателей приключений мы с Руком положили головы на круглый стол и вместе смотрели в толстенную книгу... Честно говоря, я уже невыносимо устал.

Перед нами лежали каталоги заданий, отображавшие все доступные в гильдии поручения.

Книги были зачарованы: новые задания добавлялись, а принятые исчезали в реальном времени, поэтому число записей непрерывно росло и сокращалось. Кроме того, каталог не показывал задания с недоступным игроку уровнем сложности.

Нам были видны все задания вплоть до третьего уровня сложности. Доступ к четвёртому и более высоким, судя по всему, открывался после выполнения достаточного числа заданий низших уровней.

Но даже без скрытых заданий каталог оказался непомерно толстым — примерно в тысячу страниц.

Такой толщиной он тоже был обязан Королю разрушения и другим Супериорам. После уничтожения леса Ноз стало больше желающих покинуть столицу. А после того как дороги в другие города снова открылись, оживились торговые пути. В результате резко выросло число просьб о сопровождении путешественников.

Наша проблема, однако, заключалась в другом...

— ...У заданий от тех, кто направляется в Гидеон, настолько различаются награды и уровни сложности, что я не могу выбрать, — сказал я.

— Верно... — согласился Рук.

В каталоге имелись десятки заданий по сопровождению в город дуэлей, где можно было найти Фигаро. Но некоторые поручения при одинаковой сложности предлагали разные награды, а другие — одинаковую награду при разной сложности.

Брать задания бездумно мы не хотели, но пока раздумывали, варианты с хорошими условиями часто принимали другие люди, и те исчезали из каталога прямо у нас на глазах.

— Да и задания по сопровождению совсем не привлекают, — сказал я.

— Верно... — согласился Рук.

Взявшиеся за сопровождение обязаны были защищать заказчиков на всём пути. Но мы с Руком были игроками. Нам приходилось время от времени выходить из игры, а в наше отсутствие охранять кого-либо было невозможно.

С точки зрения мира мы, Мастера, «время от времени переносились в иной мир», и тианы прекрасно это знали. Поэтому игроки плохо подходили для заданий по сопровождению, и большую их часть брали тианы. Исключения делали лишь для особенно высокоуровневых Мастеров.

— Может, поищем задание на уничтожение или доставку? — предложил я. — Хотя награда будет меньше.

— Верно... — согласился Рук.

— ...Рук, ты уже некоторое время отвечаешь только этим.

— Ой, прости, — сказал он, наконец произнеся что-то другое. — Эта книга кое о чём мне напомнила...

Судя по тому, что он выглядел учеником средней школы, я решил, что он вспомнил подготовку к экзаменам.

— Учебник, который отец написал для меня, был ещё толще... — пробормотал он, с пустым взглядом перелистывая страницы.

Если в действительности Рук выглядел так же, как его персонаж, значит, он был европейского происхождения.

Похоже, экзаменационные мучения одинаковы по всему миру, — подумал я. Мне самому вступительные в университет дались чертовски тяжело...

— Хм-м...

— М-м-м...

Немезида и Баби тоже сосредоточенно изучали книги. Только не каталоги заданий.

Немезида читала список наград за монстров, а Баби разглядывала меню еды и напитков при гильдии.

— Мастер, — заговорила Немезида. — Здесь сказано, что на дороге в Гидеон иногда встречаются два босса, за которых назначена награда: Король волчьей стаи Лобота и Великий миазменный демон Гардранда. Надеюсь, мы с ними столкнёмся.

— Не уверен, что хочу испытать нечто настолько откровенно опасное... — ответил я.

— Эй, Рук, — позвала Баби. — Как думаешь, этот особый пудинг а-ля мод будет отлично сочетаться с Соусом смерти? Закажем?

— Не уверен, что хочу испытать нечто настолько откровенно опасное... — ответил Рук.

Мы отвлеклись от их... тревожных предложений и снова сосредоточились на каталогах.

Прежде всего, мы уже твёрдо решили взять задание, которое можно выполнить по пути в Гидеон. Рук хотел попасть туда из-за рынка монстров в городе дуэлей.

К слову о Руке... Во время нашего небольшого обмена сведениями выяснилось, что, хотя его уровень вдвое выше моего, характеристики у него низкие. Его MP и SP превосходили мои, но все остальные мои показатели были как минимум вдвое выше.

Дело было не столько в том, что Паладин — высокоранговая профессия, сколько в низких характеристиках Сутенёра Рука. Похоже, игровой стиль Сутенёра строился на одной рискованной ставке: либо очаруешь, либо умрёшь.

К этому моменту я уже совершенно не сомневался, что это призвание Рука. Если не «Сутенёр», то единственной возможной профессией для него оставался «Ангел».

— Мастер, приди в себя, — сказала Немезида. — Ты ведёшь себя так, будто тебя очаровали.

— Ч-Что? — Я встрепенулся и пришёл в себя.

Разумеется, Рук не применял ко мне «Очарование». Он не смог бы этого сделать, даже если бы захотел: навык действовал только на женщин. Просто Рук был настолько красив, что рядом с ним мысли время от времени уплывали сами собой. Даже другие авантюристы в гильдии бросали взгляды на наш стол. Некоторые и вовсе откровенно пялились.

Но причиной был не один Рук: Немезида и Баби тоже отличались исключительной красотой. Когда трое из пяти сидевших здесь настолько привлекательны, неудивительно, что мы оказались в центре внимания.

...Из пяти? — подумал я.

— Давненько я не заходила в Гильдию искателей приключений. Сегодня заданий особенно много, да? — За нашим столом сидела Мари — Журналист, продавшая нам сведения о происшествии с PK.

...Так, и давно ты здесь? — подумал я. Я мог поклясться, что начинали мы вчетвером: я, Рук, Немезида и Баби. У Журналистов есть навык, позволяющий незаметно подсаживаться за чужие столы?

— О? Почему вы здесь, госпожа Мари? — спросил Рук.

— Мне нужно было в Гидеон, поэтому я решила взять задание, которое можно выполнить по пути, и услышала, как вы двое говорите, что тоже собираетесь в город дуэлей, — ответила Мари. — Я поняла, что просто обязана присоединиться. Возьмёте меня с собой?

Обязана присоединиться, значит...? — подумал я.

— ...Я не против. А ты, Рук?

— Я тоже, — ответил он. — Более того, с ней будет спокойнее.

— ...И правда, — согласился я.

Мы с Руком впервые собирались отправиться в другой город. Мари же успела побывать даже в Хуанхэ, поэтому наверняка привыкла к дальним путешествиям. Одного этого хватало, чтобы её присутствие вселяло уверенность.

Мари присоединилась к просмотру каталога.

— Я нашёл «Запрос на уничтожение — призрачные овцы Сауда», — сказал Рук. — Награда тоже высокая.

— Нет, это не годится, — сказала Мари. — Призрачные овцы Сауда слабы, но найти их крайне трудно. На поиски уйдёт дня три.

— «Запрос на уничтожение — синие лемминги». Здесь тоже неплохая награда, — сказал я. — Правда, придётся убить целых пятьдесят.

— Это слабые, похожие на мышей монстры. Их легко найти, и ходят они стаями, — объяснила Мари. — Должно быть несло—

— Никаких мышей, — сказал Рук.

— Рук? — Я посмотрел на него.

— Никаких мышей, — повторил он.

— Л-Ладно...

Прошло около десяти минут. Мы продолжали сверлить каталог взглядами, как вдруг...

— О! А как вам вот это? — Мари указала на одну из страниц.

Уровень сложности 2. Запрос на доставку — Гильдия в Гидеоне, городе дуэлей.

Награда: 30 000 лиров.

Доставьте груз из столичной Гильдии искателей приключений в Гильдию Гидеона.

Объём груза велик, поэтому принимать задание рекомендуется только обладателям сумки-хранилища.

Срок выполнения — три дня.

P.S. Если вы заберёте груз и сбежите, мы отправим за вами убийцу.

— Это запрос от самой Гильдии, — объяснила Мари. — Нужно лишь отнести груз в другое отделение, так что ничего сложного. И награда хорошая — в целом очень выгодное предложение.

...P.S. немного настораживает, но если играть честно, волноваться вроде не о чем, — подумал я.

— Я согласен на это задание. А ты, Рук?

— Да, вполне подходящий вариант, — ответил он.

— Тогда решено, — сказала Немезида.

— Уже? Я ещё не успела съесть пудинг, — пожаловалась Баби.

Каждый отозвался по-своему.

Так или иначе, мы выбрали первое задание, которое нам предстояло выполнить группой.

— Раз всё решено, иди и прими его, Рэй, — сказала Мари.

— Хм? Но нашла его ты. Разве не тебе следует оформить задание?

— Когда одно задание принимают несколько человек, по правилам нужно создать группу и выбрать представителя, который пройдёт процедуру оформления, — объяснила она. — При этом представитель должен указать свою основную профессию.

— И что это значит? — Я поднял бровь.

— Сотрудница Гильдии вряд ли захочет отдавать задание Журналисту или Сутенёру, верно? — пояснила Мари.

Она была права. Запрос поступил от самой Гильдии, и существовала вероятность, что его не доверят людям с сомнительными способностями. Но Паладина вроде меня это точно не касалось.

...Но постойте, мой уровень самый низкий из нас троих. Это не станет проблемой? — подумал я.

— В первую очередь они увидят название профессии, — сказал Рук. — Я тоже думаю, что оформить задание следует тебе, Рэй.

Сначала Мари, теперь Рук. Раз оба были не против, у меня не осталось причин отказываться.

Я отнёс каталог к сотруднице Гильдии и показал страницу с выбранным запросом.

— Понятно. Передайте, пожалуйста, свою карточку и заполните эту форму.

Я протянул ей свежеполученную членскую карточку Гильдии искателей приключений и заполнил все необходимые поля.

— Мы оформили принятие задания, — сказала сотрудница. — Подойдите к тому окну и заберите груз.

Я последовал указаниям, получил груз и убрал его в сумку-хранилище.

На этом приготовления закончились, и у нас официально появилось задание Гильдии — новый шаг в нашей карьере в Дендро.

Уровень сложности 2. Запрос на доставку — Гильдия в Гидеоне, городе дуэлей.

Пункт назначения был очевиден.

Так началось наше задание.

◆◆◆

Королевство Алтар, ???

Ликование.

Ликование, разносившееся повсюду.

В нём не было ничего, кроме восторга.

Бесчисленные гоблины неистово выражали переполнявшую их радость.

Всё потому, что они увидели существ. Те тоже обладали четырьмя конечностями, как гоблины, но отличались от них... ведь это были люди.

Гоблины голодали. Последние несколько дней через их территорию не проходил ни один человек.

Поэтому гоблины, обожавшие человеческую плоть и всё, что люди везли с собой, изголодались невыносимо.

Они выживали, поедая других монстров, но по сравнению со вкусом людей и их еды всё остальное не приносило удовлетворения.

И потому гоблины ликовали.

Прежде людской поток через эту местность остановило нечто на горе, и теперь гоблины не могли нарадоваться его возобновлению. Они снова получили доступ к любимой пище.

Недавно через их владения прошёл странно одетый человек, но он был слишком страшен, и гоблинам оставалось лишь ждать, пока тот уйдёт. Люди же, оказавшиеся перед ними сейчас, совсем не пугали.

Поэтому и сами люди, и перевозимая ими еда были для гоблинов настоящим пиршеством.

— Гхгее-е-е-е!

— Гегья-а-а-а-а!

Издав боевые кличи, гоблины бросились к ехавшей впереди повозке.

— Гоблины?! Откуда их столько?! — закричал человек.

— Господин, нам с таким количеством не справиться! Гоните лошадей изо всех сил! — проревел другой.

— Х-Хорошо!

— Нам тоже нужно бежать!

Купец заставил повозку ускориться, а тианы-авантюристы, отвечавшие за охрану его самого и товара, побежали следом, стараясь не отстать.

Они быстро бегали, и было очевидно, что гоблины их не догонят.

Тогда гоблины взревели. В их рёве звучали радость и ликование.

— Что они делают?! Пытаются нас запугать?! — спросил один человек.

— Не обращай внимания! Просто продолжай бежать! — завыл другой.

Гоблины им не угрожали. Перед врагом они, возможно, так бы и поступили, но перед пищей угрозы были бессмысленны. Они просто звали.

— Ха-ха, похоже, оторвались... А?

В следующее мгновение купца вместе с повозкой раздавило нечто, рухнувшее с неба.

Нечто растоптало труп, превратив его в месиво, похожее на фруктовое пюре, и повернулось к находившимся рядом авантюристам.

— Ч-Что?!

— Н-Неужели это... UBM... Гар—

Им не дали времени договорить хоть что-то связное.

Стоявшее перед ними нечто и подоспевшие гоблины быстро сокрушили всех до единого.

— ГОООАААААААА!

После сытного пиршества нечто и орда гоблинов вернулись в своё логово.

Все они с восторгом ждали следующего раза, когда снова проголодаются и через их территорию пройдёт очередное пиршество.

◆

Эта местность называлась «равнины Некс».

Она лежала к югу от горного перевала Сауда и к северу от Гидеона, города дуэлей.

...И любой, кто направлялся в Гидеон, просто обязан был пройти через неё.

# Глава 7. Испытание новичков

В королевской столице Альтее, перед Гильдией искателей приключений — Паладин Рэй Старлинг.

Мы взяли задание в Гильдии искателей приключений и начали готовиться к отъезду в Гидеон. Тут Рук заговорил и поднял правую руку.

— Транспорт беру на себя, — сказал он. На его ладони лежал бледный предмет, похожий на драгоценный камень.

— Что это? — спросил я.

— Это «Самоцвет» — предмет, в котором держат своих монстров, — ответил он. — Я получил его в награду за работу моделью.

Рук принялся объяснять. Заодно он ответил на один вопрос, который возник у меня, когда я просматривал его навыки.

У Сутенёра был навык, усиливавший подчинённых, и, увидев его, я задумался, что происходило с этими подчинёнными вне боя.

Мы, игроки, время от времени возвращались в реальность. Поэтому мне было интересно, чем занимались его маленькие миньоны, пока нас не было. Одна мысль об игроке, который бросил игру, оставив монстров или рабов запертыми в клетке, уже наводила тоску.

[[image:/storage/reader-images/7087ba7b4c047a94951774bba4b59ae547db9aa9.jpg]]

Подобные проблемы и решали Самоцветы вроде того, что был у Рука.

Самоцветы, по сути, были аналогом привычных нам ящиков предметов, только для живых существ. В них можно было хранить любых принадлежащих тебе подчинённых, а течение времени внутри при желании полностью останавливалось.

Хранилище работало даже после выхода игрока из игры. Если тот не входил два месяца реального времени или полгода игрового, Самоцвет автоматически выпускал заключённых в нём существ.

Понятно, — подумал я. В таком реалистичном мире без этих вещей содержать подчинённых было бы очень трудно.

Конечно, вне Самоцвета их требовалось кормить и давать им отдыхать, но это было неотъемлемой частью обязанностей владельца.

Можно было и не останавливать время внутри Самоцвета. Кроме того, игрок мог выйти из игры, оставив подчинённых снаружи. Однако на свободе они в любой момент могли попасть в неприятности, поэтому пользоваться такой возможностью или нет — целиком зависело от хозяина.

— Значит, внутри у тебя уже есть монстр? — спросил я, указывая на Самоцвет.

— Да, — ответил Рук. — Господин Гранциан предложил мне выбрать одну из нескольких наград, и, поскольку у меня был навык усиления монстров, я выбрал эту.

Сутенёр обладал низкой собственной боевой силой, но компенсировал её использованием монстров, так что выбор был правильным.

— Сейчас покажу, — сказал Рук. — «Призыв» — Мэрилин.

Вслед за его словами и характерным рёвом Самоцвет засиял.

— МММУУУУУ!

И перед нами действительно появился монстр по имени «Мэрилин», но...

— ...Мэрилин? — Я вопросительно поднял бровь.

...насколько ей подходило имя «Мэрилин», оставалось спорным.

Если описать Мэрилин в двух словах, то это был трицератопс, запряжённый в повозку. Её исполинское тело покрывал прочный синий панцирь, а спина и плечи напоминали тяжёлые доспехи. Настоящие рога на голове выглядели настолько грозно, что, казалось, могли обрушить крепостную стену.

Было совершенно очевидно, что этот монстр сильнее нас. Он вполне мог бы сразиться даже с демидраконьим червём.

Да я бы даже не удивился, если бы она победила, — подумал я.

— Это Мэрилин, трирогий демидракон, — представил её Рук. — Драконья повозка шла в комплекте.

«Демидракон»? Серьёзно? — подумал я. Значит, она действительно одного уровня с теми червями. Одно название уже внушает уважение.

На миг меня поразило, что такого монстра вообще можно получить в награду. Но сложность задания была выше, чем у того, где я спас Милианну, так что ничего совсем уж невероятного в этом не было.

— Но почему «Мэрилин»? — спросил я.

— Она девочка, вот я и назвал её в честь знаменитой актрисы, — ответил Рук.

Понятно. Девочка, значит? Тогда, наверное, всё в порядке, — подумал я. ...Хотя Мэрилин Монро сейчас, возможно, переворачивается в гробу. А возможно, и нет.

— Ничего себе зрелище! — заметила Мари. — Правда, такая сильная особь может превысить твой Лимит миньонов.

— Лимит миньонов? — одновременно переспросили мы с Руком.

— Тогда давайте я объясню. — Мари достала из ящика предметов что-то вроде альбома для набросков и, рисуя в нём, начала объяснение.

Альбом? — подумал я. Зачем он ей вообще? Потому что она Журналист?

— Прежде всего, в Бесконечном Дендрограме в одну группу может входить не больше шести человек. — Мари закончила рисовать и показала нам результат: маленькие чиби-версии меня, Рука и её самой. Рисунки были на удивление подробными и выглядели странно качественно.

— В нашем случае три места уже заняты, — продолжила она. — Остальные три могут занять приручённые монстры или Эмбрионы типа «Страж». — Мари дорисовала чиби-версии Баби и Мэрилин.

— Вы сказали, что они «могут» занять места... Значит, монстров можно заставить сражаться и без этого? — спросил Рук.

— Да, — ответила она. — Их можно не считать членами группы, а использовать как продолжение силы владельца. Для этого и существует Лимит миньонов.

Под рисунком Рука Мари изобразила небольшую древовидную схему с ответвлениями к Баби и Мэрилин.

— При таком способе они не занимают места в группе, но и здесь действует ограничение, — сказала она. — Это ограничение и называется Лимитом миньонов.

— Понятно, — кивнул я.

— Откройте окно статуса и посмотрите дополнительные параметры.

Я послушался и открыл вспомогательный экран. И действительно увидел там строку: «Лимит миньонов 0/50».

— Вот это? — спросил я.

— Да. Монстров, которые укладываются в Лимит, можно использовать как часть собственной силы, — объяснила она. — Сколько единиц Лимита занимает конкретный монстр, зависит только от него самого. Например, один малый гоблин первого уровня занимает одну единицу. — Получалось, я мог управлять пятьюдесятью малыми гоблинами первого уровня. Число внушительное, но общая польза сомнительна. Я так и представлял, как всех их разом сносит одной атакой по площади.

— У меня Лимит равен пятистам, поэтому я могу держать пятьсот таких гоблинов, — сказал Рук.

В десять раз больше моего, — подумал я.

— У Сутенёра высокий Лимит, — сказала Мари. — А у тебя, Рэй, профессия относится к рыцарской группе, которой нужны ездовые животные, поэтому твой Лимит, думаю, выше среднего для профессий высшего ранга.

Ездовые животные, значит? — подумал я. Надо будет когда-нибудь обзавестись одним.

— В общем, теперь я понял, как это работает... — сказал я.

Если бы монстров нельзя было призывать без занятия мест в группе, таким профессиям, как Укротитель и Сутенёр, с их низкой собственной боевой силой было бы трудно попасть в группу. Благодаря Лимиту они могли учитывать монстров как часть собственной мощи и становились не хуже, а то и лучше любой другой профессии.

— А что произойдёт, если превысить Лимит? — спросил я.

— На способности наложат ограничения, и ты перестанешь получать опыт, — ответила она.

Ничего себе штраф, — подумал я.

— Госпожа Мэрилин слишком велика для твоего Лимита, Рук, — сказала Мари. — Демидраконы сильны, и их стоимость это отражает.

Если бы мне пришлось выбирать, с кем сражаться — с пятьюстами малыми гоблинами или одним демидраконьим червём, — я бы ни секунды не колеблясь выбрал первых, — подумал я. Настолько один демидраконий червь превосходил их по силе.

— Поэтому давайте включим Мэрилин в группу, — предложила Мари. — Нас мало, так что свободные места всё равно есть.

— Эй, у меня вопрос! А сколько стою я? — спросила Баби.

— Стоимость Эмбриона всегда равна нулю, — ответила она. — Иначе Мастера, чьи Эмбрионы развились в тип «Страж», не смогли бы раскрыть их полный потенциал.

И правда.

— Что ж, объяснение затянулось. Вернёмся к делу, — продолжила Мари. — Если поехать в драконьей повозке Мэрилин, до Гидеона можно добраться примерно за один полный день.

— Тогда сегодня уже не получится. Придётся выехать завтра утром, — сказал я. — У вас двоих есть какие-нибудь планы?

Я имел в виду дела в реальной жизни. Весь путь до Гидеона занял бы у нас три дня, а значит, на него пришлось бы потратить целые сутки реального времени.

— Не особо, — ответил Рук. — Я всё это время свободен.

— Я тоже, — сказала Мари. — Сейчас я безработная.

...Не могу понять, стоит тут смеяться или нет, — подумал я.

◇

На следующий день мы ехали по дороге в Гидеон в драконьей повозке Мэрилин.

Дорога была достаточно широкой, чтобы две Мэрилин без труда двигались бок о бок. Из-за её размеров я боялся, что она перекроет весь путь, но тревоги оказались совершенно напрасными.

Шла Мэрилин тоже быстрее, чем я ожидал. Она тянула драконью повозку в гору, ничуть не сбавляя скорости, и напоминала мне полноприводный внедорожник.

Похоже, дорога до Гидеона пройдёт гладко, — подумал я.

Правда, время от времени на нас нападали монстры, так что без остановок добраться всё же не получалось. Но мы ехали через охотничьи угодья для новичков, поэтому большими группами они не нападали. Самая многочисленная стая, которую нам пришлось отбить за раз, состояла из трёх особей.

Как раз такую группу мы недавно победили втроём — Рук, Баби и я. Мари тем временем сидела в драконьей повозке, подбадривала нас и попивала чай. Об этой картине можно было сказать многое. Впрочем, бездельничала она не просто так. По правде говоря, я сам был виноват, что заранее её не расспросил.

«Журналист» не был боевой профессией ни в каком смысле слова. Зато у Журналистов имелся особый навык «Перо сильнее меча»: он увеличивал получаемый всей группой опыт, но взамен полностью лишал самого Журналиста возможности сражаться. И отключить этот навык было нельзя. Поэтому можно было смело заключить, что в бою Журналисты служили чем-то вроде украшения и не приносили абсолютно никакой пользы.

Конечно, дополнительному опыту я был рад. И да, мы проезжали через охотничьи угодья для новичков, поэтому с местными врагами могли справиться сами. К тому же Мари знала гораздо больше нас: её советы были полезны, а сведения о монстрах — точны.

И всё же ощущение такое, будто... Ладно, неважно, — подумал я.

— Навык называется «Перо сильнее меча», поэтому я ожидала, что это будет атака пером, — сказала Немезида.

— Эта поговорка означает не физическую силу, — ответил я.

Хотя я бы не удивился, если бы в этом мире нашлось перо, которое действительно сильнее меча, — подумал я.

Как бы то ни было, дорога шла гладко. Благодаря дополнительному опыту мы с Руком уже подняли по нескольку уровней. Теперь у меня был шестнадцатый, а у Рука — двадцать седьмой.

Сражения возникали и заканчивались в приятном темпе, и, похоже, с монстрами этого диапазона уровней проблем у нас не будет.

К слову об отсутствии проблем: раньше путь через горный перевал впереди преграждал медведеподобный монстр. По одному виду он казался боссом этой области. Но мы даже не успели начать бой, как Мэрилин — видимо, рассердившись, что ей перекрыли дорогу, — разделалась с медведем так, словно это был сущий пустяк.

Рук подобрал выпавшую добычу, которая появилась в «ящике», так что да — это действительно был босс. Добыча с босса всегда кстати. Однако, как правило, боссы были сильнейшими существами, которых могла предложить область.

А по тому, как с ним управилась Мэрилин, этого и не скажешь, — подумал я.

Стоило отметить и другое: большинство боссов существовало во множестве экземпляров и участвовало в экосистеме, но, по словам Мари, встречались монстры, не похожие ни на кого другого. Их называли UBM — уникальными боссами-монстрами.

Все они без исключения обладали особыми способностями, а некоторые были достаточно сильны, чтобы без особого труда уничтожать группы высокого ранга. Но поскольку каждый существовал в единственном экземпляре, даже встреча с UBM была редкостью.

Покинув извилистый горный перевал Сауда, мы оказались среди бескрайних равнин. Местность называлась «равнины Некс», и проходившая через неё дорога должна была привести нас в Гидеон.

И как раз когда мы все думали, насколько спокойно проходит путешествие, впереди показалось нечто неожиданное.

На дороге впереди стояло несколько повозок, судя по виду принадлежавших торговцам-разносчикам. На них напала орда гоблинов численностью явно больше сотни.

◇

Гоблины в этой орде были сложены куда крепче малых гоблинов, с которыми мы с Руком сражались на равнинах Истер.

Обычный малый гоблин доходил мне примерно до половины роста, а эти — почти до восьмидесяти процентов. Кроме того, они размахивали мечами и луками и носили настоящие доспехи. Некоторые даже ехали верхом на небольших монстрах, похожих на хищных динозавров. Имена над их головами — Гоблин-воин, Гоблин-лучник и Гоблин-всадник — ещё яснее показывали, насколько они превосходят знакомых нам противников.

И вся эта настоящая орда атаковала повозки торговцев.

Я видел, как похожие на тиан люди пытались отбиваться, но, увы, численное преимущество было не на их стороне.

— ...Гоблинов и правда много. И, похоже, каждый из них сильнее монстров на перевале. Что будем делать? — Мари оценила врага и спросила, стоит ли нам вступать в бой.

Я задумался. Мы были новичками, и назвать нас сильными было бы ошибкой. Мари, конечно, ветеран, но участвовать в боях она не могла. Да и даже с ней противник всё равно многократно превосходил бы нас числом.

Шансы на победу явно были невелики. Безопаснее всего развернуться, отступить к перевалу, дождаться, пока орда гоблинов уйдёт, а потом снова выйти на дорогу в Гидеон.

Но тогда мы бросили бы тех людей на верную смерть. А это... оставило бы у меня мерзкий осадок.

— Рук, Мари, — заговорил я. — Мы можем получить штраф за смерть и из-за этого провалить задание, но...

...если вы не против, тогда...

— Сделаем это, — сказал Рук, не дав мне закончить. Затем он отпряг Мэрилин от драконьей повозки...

— Раздави их.

...и направил её на гоблинов.

— МММУУУУУУ! — взревела она и сорвалась с места.

Выставив вперёд три рога, Мэрилин на полной скорости врезалась в орду гоблинов. Когда те заметили рядом с повозками — их добычей — кого-то ещё, было уже поздно. Рога Мэрилин перемололи почти четырнадцать гоблинов.

— Идём, Рэй, — сказал Рук. — Мэрилин сильна, но одной ей всё равно не справиться с таким количеством.

— ...Ага! — согласился я.

— Вот как. — Немезида будто что-то поняла. — Похоже, у этого Рука, как и у моего неожиданно пылкого Мастера, тоже есть опасная сторона.

— М-р-р! — проворчала Баби. — Нечестно, Мэрилин! Я была с ним первой, значит, должна сделать больше всех!

Мы с Руком и Баби ворвались в брешь, пробитую Мэрилин, и начали сражаться с окружавшими нас гоблинами.

— Хга-а-а! — Я крепче сжал Немезиду, уже принявшую форму двуручного меча, и изо всех сил рубанул стоявшего передо мной гоблина-воина. Клинок вошёл в верхнюю часть его плеча, но доспех остановил удар примерно через десять сантиметров.

— Гхги-и! — Рана оказалась несмертельной, и воин всё же попытался ударить меня своим оружием.

— Тогда как тебе... это?! — Я поднял двуручный меч вверх, вместе с ним подхватив воина, а затем резко обрушил его на землю. Добавившаяся к удару инерция рассекла пополам и самого гоблина, и его доспех.

Благодаря уровням, которые я недавно набрал, такие действия уже не представляли для меня особой трудности.

Но на это уходит время, — подумал я. В следующий раз буду сразу целиться в шею.

— Хе-хе-хе, как напористо ты сражаешься, — усмехнулась Немезида. — Мне это по душе.

Ну, хоть кому-то весело, — подумал я. Странно: зомби она терпеть не может, а вся эта кровавая бойня её совершенно не смущает.

— Сзади! — предупредила она.

— ...Ого! — Я развернулся, горизонтально взмахнул двуручным мечом и снёс голову воину, пытавшемуся напасть на меня со спины.

К его несчастью, Немезида рядом со мной фактически позволяла видеть во всех направлениях. Поэтому окружение не создавало для меня большой проблемы.

— Кто вы такие?! — воскликнул один из сопровождавших повозки бойцов.

Я решил объяснить всё предельно кратко.

— Мы Мастера, направляемся в Гидеон, — сказал я. — Пришли помочь. Тот демидракон с нами, не нападайте на него.

— Понятно! Мы проследим, чтобы его не ранили! Благодарим за помощь! — Убедившись, что понял ситуацию, он принялся сообщать о нас товарищам.

Теперь стало ясно, кто на чьей стороне. Конечно, врагами были только гоблины и их ездовые монстры, поэтому достаточно было предупредить о Мэрилин. Однако противник всё ещё серьёзно превосходил нас числом.

Оказавшись в окружении, Мэрилин не могла как следует разогнаться и убивать гоблинов так же быстро, как в начале. Сопровождавшие повозки бойцы старались изо всех сил, но этого всё равно не хватало, чтобы компенсировать разницу в численности.

Внезапно я кое-что заметил. Рука и Баби рядом с нами не было.

Я огляделся и увидел их неподалёку.

Они ничего не делали. Несмотря на царивший вокруг хаос, они просто стояли, прижавшись спинами друг к другу.

Но вскоре оба пришли в движение.

— Мужское...

— Искушение...

Рук протянул вперёд правую руку... а Баби — левую...

— ...обольщение!

— ...лилим!

...и, одновременно закончив названия навыков, они поманили кого-то руками.

В следующий миг особенно свирепая самка гоблина-воина снесла голову стоявшему рядом гоблину.

Другая — гоблин-лучник, судя по всему командир, — внезапно размозжила голову ездовому монстру под собой.

— Гхги-и-и?! Сестрёнка! Ч-что ты наделала-а-а?!

— Капита-а-ан?!

По гоблинской армии начали распространяться крики, замешательство и, что важнее всего, хаос. Число жертв росло с каждой секундой. Один за другим гоблины теряли рассудок и нападали на своих.

Гоблины под действием Очарования атаковали остальных, а те не решались отвечать своим товарищам и в итоге либо сами попадали под Очарование, либо просто погибали.

Урон, наносимый орде, рос в геометрической прогрессии. И когда все гоблины оказались либо мертвы, либо очарованы...

— Поглощение лили-и-им!

...Баби начала высасывать жизнь из каждого очарованного гоблина.

Из-за этого некоторые приходили в себя, но, как и прежде, их либо убивали всё ещё очарованные гоблины, либо снова подчиняло Очарование.

— Спасибо за угоще-е-ение!

Учитывая, каким адом всё это было для жертв, беззаботность в её голосе звучала совершенно неуместно. И всё же именно эти слова ознаменовали конец битвы.

Орда гоблинов была полностью уничтожена. Если не считать тех, кого победили я или сопровождавшие повозки бойцы, всех остальных либо убили свои же, либо высосали досуха, превратив тела в подобие мумий.

— В отличие от наших контратак, которые хорошо действуют против одиночных боссов вроде тех чёртовых многоножек, их способности пугающе эффективны при истреблении больших скоплений всякой мелочи, — заметила Немезида.

Она была права. Сильные стороны наших групп были совершенно разными. С помощью Очарования Рук и Баби создали среди вражеских рядов разрозненных союзников. Из-за этого противники не могли сосредоточить атаки и полностью утратили всякое подобие слаженности.

Пока они пытались оправиться от этого, действие Очарования распространялось и переманивало на сторону Рука всё новых гоблинов. Получился бесконечно повторяющийся порочный круг. Для любого группового сражения это был кошмарный сценарий.

— Хорошо, что он не наш враг, — сказала Немезида.

Я был с ней полностью согласен.

Сопровождавшие повозки тианы и даже сидевшие внутри торговцы застыли от потрясения, увидев, что только что сделали Рук и Баби. И это было вполне естественно.

Мы прекрасно знали, что они не злодеи, но нельзя было отрицать: только что они поступили по-настоящему злодейски.

Очарование — это страшно, и точка. Оно напомнило мне, почему я боялся Рокбуке.

— Я впервые применил его в бою и очень рад, что оно оказалось полезным, — сказал Рук.

— Было не очень вкусно, зато я теперь сы-ы-ыта по горло! — объявила Баби.

От одной мысли, во что в будущем превратится Мастер с низшей профессией и его Эмбрион первой формы, мне становится не по себе, — подумал я.

— А! Рук, Рук! У меня новый навык! Я достигла второй формы! — взвизгнула Баби.

— Правда?! — воскликнул он.

Именно тогда я и услышал от них эти слова.

Хотя внешность Баби не изменилась, эта битва — вернее, «истребление» — заставила её эволюционировать. Учитывая, сколько здесь было гоблинов, ничего неожиданного в этом не было.

Я посмотрел основные характеристики Рука и увидел, что теперь он тоже заметно превысил тридцатый уровень. У меня же был двадцатый.

— Поздравляю, — сказал я Руку.

— Спасибо! — ответил он. — Ну так что, Баби, какой навык ты получила?

— Эм-м... Он называется «Обучение поглощением»!

Рук открыл окно своего Эмбриона и изучил новый навык. Потом показал его и мне, и я прочитал описание.

Там было написано: «Даёт небольшой шанс (1%) случайным образом изучить один навык поглощаемого монстра».

— ...Обучение, значит? — пробормотал я. Это напоминало синюю магию из одной знаменитой серии RPG. Проще говоря, навык позволял изучать и использовать способности вражеских монстров.

В случае Баби вероятность составляла всего один процент. Однако, если мои расчёты были верны, после ста поглощений шанс получить новый навык превышал шестьдесят процентов. А поскольку количество навыков ничем не ограничивалось, способность могла оказаться чрезвычайно полезной.

...Чувствую, в будущем она станет по-настоящему грозной, — подумал я.

Внезапно Немезида издала крайне обеспокоенный стон:

— М-м-мргх...

— Что случилось, Немезида? — спросил я.

— Мне кажется, что на их фоне мы с тобой почти ничего не сделали, и это меня несколько тревожит, — ответила она.

— ...Да брось. Никому до этого нет дела, — сказал я.

Конечно, с тех пор как мы победили того единственного демидраконьего червя, особенно отличиться нам не удавалось. Мы даже однажды погибли. Впрочем, если бы нам всегда попадались чудовища вроде Убийцы супериоров или Фигаро, мы бы умирали постоянно.

Поэтому особенно обидно, когда нам не дают покрасоваться, — подумал я.

И тут, хотя это, скорее всего, никак не было связано ни с тревогами Немезиды, ни с моими мыслями...

— ГОООАААААХХХХ!

...нечто закричало и приземлилось на поле боя, усеянное трупами гоблинов.

Нет, слово «приземлилось» здесь не подходило: оно звучало слишком мягко. Что-то огромное — демон — рухнуло на поле боя.

Под ногами демона растрескалась и задрожала земля, но сам монстр не получил ни царапины.

Ошеломлённый, я поднял взгляд на его устрашающую фигуру.

Он был чудовищен во всех смыслах этого слова. Мне не хватало слов, чтобы его описать. Бо́льшая часть тела была коричнево-чёрной. Рог на голове и рост свыше пяти метров придавали ему именно тот облик, которого я ожидал от демона. Однако одна его особенность выглядела совершенно противоестественно и вызывала острое отвращение.

На голове и обоих плечах зияли огромные рты. Из каждого сочился тёмно-фиолетовый дым, от одного вида которого у меня по спине пробежал холодок.

И наконец, над ним висела надпись: «Великий миазменный демон, Гардранда».

Одного устрашающего присутствия этого «Гардранды» хватило, чтобы замедлить нашу реакцию. Прежде чем мы успели что-либо понять, он поднял правую ногу, раздавил одного из сопровождающих... а затем направил прямо на меня удар огромного кулака.

— Ответное... поглощение!

Немезида в последний миг создала световой барьер, который не позволил кулаку Гардранды попасть по мне напрямую и сильно уменьшил урон.

Поскольку ей уже приходилось внезапно активировать этот навык, Немезида среагировала быстро. Пожалуй, это было единственным хорошим обстоятельством в сложившейся ситуации.

— Он сильнее тех многоножек...! — воскликнула она.

— Значит, он и правда превосходит демидраконьих червей? — спросил я.

«Великий миазменный демон, Гардранда». У этого монстра были и титул, и имя.

Никогда прежде не видел, чтобы монстра представляли вот так... — подумал я. Постойте, разве его имени не было в списке наград, который Немезида читала вчера?

— Рэй! Рук! Осторожно! — внезапно крикнула нам стоявшая за пределами поля боя Мари. — Это уникальный босс-монстр!

Её предупреждение напомнило мне кое-какую информацию, которую я видел на вики.

UBM.

Как и следовало из названия, этим термином обозначали уникальных боссов-монстров, не похожих ни на одно другое существо этого мира.

Обычные боссы, такие как демидраконьи черви, нередко встречались группами. Но с UBM всё было иначе. В целом мире существовало лишь по одному экземпляру каждого UBM. Ни один нынешний UBM прежде не существовал, а ни один погибший UBM уже никогда не появится вновь. Все они без исключения были чрезвычайно сильны и обладали собственными уникальными способностями. В каком-то смысле они были «Мастерами» среди монстров.

Поэтому они на несколько ступеней превосходили любых боссов того же уровня.

— Почему такой монстр появился именно здесь...? — невольно спросил я. По сравнению с окружавшими нас гоблинами Гардранда был попросту слишком силён для этих мест.

Погодите... гоблины? — подумал я.

— Теперь понятно... — сказала Немезида. — Этот демон был чем-то вроде предводителя гоблинов. Он явился, потому что его подчинённых уничтожили.

Иными словами, он пришёл сюда, потому что мы его разозлили. Однако мои мысли занимало другое.

Я перевёл взгляд и замолчал. Передо мной лежал один-единственный труп. Он принадлежал сопровождавшему повозки бойцу, которого атаковали одновременно со мной. Тому самому, с кем я совсем недавно разговаривал.

Его труп — расплющенное демоном тело — казался каким-то ненастоящим.

Разумеется, так мне казалось лишь потому, что прежде я видел уничтоженные тела только в вымышленных историях. Однако реализм этого мира был достаточно высок, чтобы я почувствовал вес...

...всю тяжесть утраченной жизни.

Раньше я сражался с нежитью и мельком видел, как игроки исчезали среди окутанных сумерками деревьев, когда их вырезал Убийца супериоров. Да и здесь некоторые сопровождающие погибли от рук гоблинов ещё до того, как мы вступили в бой.

Но человек, которого раздавил Гардранда, был первым, кто умер прямо у меня на глазах.

Я не находил слов. Я не знал его имени и понятия не имел, каким человеком он был. Мне даже с трудом удавалось вспомнить его лицо.

Но... всего несколько минут назад я с ним разговаривал.

Теперь ему уже ничем нельзя было помочь. Этот мир не позволял ему вернуться. Он был просто мёртв.

— После такого во рту останется мерзкий привкус... — произнёс я с явной злостью и посмотрел вверх на огромную фигуру демона.

На его голове вздулись и запульсировали вены. Нет, не только на голове — то же самое происходило с кожей вокруг ртов на плечах.

— Он собирается выдохнуть что-то! — крикнула Мари. — Отойдите от него!

Я так и не понял, опоздало ли её предупреждение или это произошло слишком быстро.

Все три рта Гардранды одновременно с огромной силой извергли тёмно-фиолетовый дым.

— ...Что?!

Это немного напоминало средство от насекомых — тот самый аэрозоль, который мгновенно убивает всем знакомых назойливых жужжащих вредителей. Разумеется, я и сам пользовался такими средствами. Но ни разу не ожидал, что однажды чем-то подобным обработают меня.

Ядовитое дыхание разлетелось в трёх направлениях — ко мне, к Руку и Баби, а также к Мэрилин и сопровождающим — и быстро накрыло нас всех.

Поначалу тёмно-фиолетовая миазма не наносила урона. Однако вскоре у меня закружилась голова, и я был вынужден опуститься на колени.

Я посмотрел в окно состояния и увидел, что на меня наложены сразу три ослабляющих эффекта: Яд, Опьянение и Ослабление.

Яд постепенно уменьшал HP, Опьянение мешало даже просто стоять, а Ослабление снижало характеристики ниже половины исходных значений, из-за чего даже снаряжение казалось мне тяжёлым.

Я перевёл взгляд и увидел, что сопровождающие и торговцы тоже лежат на земле.

Однако Рук находился выше нас. Баби успела поднять его в воздух до того, как миазма добралась до него.

— Мх-мхооооо...!

Я услышал знакомый рёв, но теперь он звучал куда слабее. Его издала Мэрилин. Миазма наложила ослабляющие эффекты и на неё. И всё же она собрала оставшиеся силы, оттолкнулась от земли и бросилась на Гардранду.

Это был тот самый разгон, которым она могла разом затоптать четырнадцать гоблинов и мгновенно расплющить босса низкого уровня, и всё же...

— ГОООАААААХХХХ!

...Гардранда остановил её.

Демон вытянул руки, толстые как брёвна, и схватился за два крайних рога Мэрилин. Гардранду отбросило на несколько метров, но он сумел остановить разгон Мэрилин — демидракона.

Затем демон приложил ещё немного силы...

— Гииии-ЙЯЯЯЯХХХ!

...и подбросил Мэрилин в воздух.

Многотонное чудовище пролетело по дуге около десяти метров и с неприятно тяжёлым звуком рухнуло на землю.

— Мэрилин! — Рук слегка запаниковал.

— Мх... мхоо... мо... — слабо простонала Мэрилин.

После урона от падения и под тяжестью всех ослабляющих эффектов она явно достигла предела.

— Возврат! — По команде Рука она вернулась в Самоцвет. Для находившихся внутри животных время останавливалось, так что пока Мэрилин была в безопасности.

— М-р-ргх! Не получа-а-ается! — Баби уже некоторое время пыталась применить к Гардранде Обольщение, но уровень, MP и SP демона были настолько высоки, что Очарование просто не действовало.

— Значит, дело в совместимости? — пробормотал я. Рук и Баби не были приспособлены для сражений с боссами.

Но если здесь и был тот, кто для них подходил...

— Мастер! — Услышав крик Немезиды, я вновь сосредоточился на Гардранде.

Пока я стоял на коленях, почти не способный двигаться из-за ослабляющих эффектов, демон замахнулся на меня правой рукой, словно собирался прихлопнуть муху.

— Не смей меня недооценивать! — Я заставил отяжелевшее тело двигаться и взмахнул Немезидой навстречу ладони Гардранды...

— Мне отмщение!

...активировав навык в тот самый миг, когда меч коснулся цели.

Урон от нейтрализованного удара Гардранды сложился с потерей HP от Яда, удвоился и разорвал правую кисть демона.

Атака разнесла ладонь и оторвала три пальца, которые разлетелись в стороны.

— ГУУУОООАААХХХХ?! — Гардранда взвыл от боли.

Но нанесённый мною урон был невелик. К тому моменту я ещё не успел получить от Гардранды достаточно повреждений, поэтому и «Мне отмщение» не сработало в полную силу. Кроме того, удар по ладони израсходовал весь накопленный урон. Чтобы снова применить «Мне отмщение», мне пришлось бы накапливать его заново.

— Гх! — Сразу после этого я снова взмахнул Немезидой и нанёс обычный удар. Однако он оказался на несколько ступеней слабее привычного и был лишён обычного блеска.

Причина была очевидна: ослабляющие эффекты всё ещё воздействовали на моё тело.

Великий миазменный демон Гардранда обладал и физической силой, позволявшей швырнуть существо весом с Мэрилин, и способностью ослаблять противников сразу тремя способами.

Постепенная потеря HP от Яда не была серьёзной проблемой, пока я следил за шкалой. Но Опьянение нарушало работу вестибулярного аппарата и мешало управлять телом, а Ослабление снижало характеристики более чем на пятьдесят процентов и превращало даже самый обычный бой в мучение.

— Дело плохо... — пробормотал я. Чёрт, даже без этих эффектов мои шансы были невелики.

Внезапно сзади меня окликнула Мари:

— Рэй!

Я обернулся, ожидая очередного предупреждения, но вместо этого стеклянная бутылка ударила меня прямо в лицо и разбилась.

— Кхах...!

— Мастер?! — Немезида тоже растерялась. От удара моя голова откинулась назад, а меня окатило содержимым бутылки и осыпало осколками.

Настройки боли у меня были отключены, поэтому я ничего не почувствовал, но всё равно не понимал, с чего вдруг это произошло.

Мари застыла в позе питчера, только что бросившего мяч, так что сомнений в том, кто именно швырнул бутылку, не оставалось.

Я уже собирался накричать на неё за дурачество посреди боя, когда кое-что заметил.

— ...Я исцелён, а ослабляющие эффекты исчезли, — пробормотал я. Мой запас HP восстановился до ста процентов, а три состояния пропали из окна статуса.

Что это было? — спросил я мысленно.

— Это Эликсир, который я приготовила на всякий случай! Теперь следующие сто восемьдесят секунд ты будешь невосприимчив к ослабляющим эффектам, связанным с болезнями! Но другого у меня нет, так что используй его как следует! — объяснила Мари.

Эликсир? Значит, вот что было в бутылке. Судя по всему, это очень сильное лекарство. Но теперь...

— Похоже, мы снова в лучшей форме, — сказал я.

— Именно, — согласилась Немезида. — Без ослабляющих эффектов этот Гардранда ничем не отличается от одной из тех чёртовых многоножек. Разве что волосатой.

С моими нынешними HP и защитой я мог выдержать атаки демона. А если мог выдержать — значит, у меня был шанс победить.

— За яд, за Мэрилин и за погибших... ты получишь по заслугам, демонская сволочь! — Я выставил Немезиду перед собой и бросился на Гардранду.

Эффект Эликсира продержался бы ещё сто пятьдесят четыре секунды. Именно столько времени у меня оставалось до того, как я вновь стану уязвим для миазмы Гардранды и получу все три ослабляющих эффекта. Значит, я должен был закончить бой до истечения этого срока.

— Р-р-ра-а-аххх! — Я занёс двуручный меч и рубанул Гардранду по коленям. Лезвие рассекло кожу и выпустило немного крови, но рана вышла совсем неглубокой. Меч прорезал кожу и вошёл в мышцу, однако до кости было ещё очень далеко.

Даже в лучшей форме мои обычные атаки не могли нанести ему сколько-нибудь серьёзный урон.

Мой показатель STR не был особенно высоким. Немезида была отличным оружием, когда я находился на первом уровне, но теперь, на двадцатом, уже относилась к числу более слабых мечей. Если бы я попытался победить одними обычными атаками, мне не хватило бы и тысячи пятисот секунд, не говоря уже о ста пятидесяти.

Однако...

— ГУУОООАААХХХХ! — Гардранда ответил ударом ноги, и я решил принять его на себя.

— Гх...! — Меня отбросило примерно на семь метров, но я сумел мягко приземлиться.

Хотя удар и отправил меня в полёт, особенно большого урона он не нанёс.

Я потерял около шестисот HP — примерно четверть от максимального запаса.

Я был двадцатого уровня. Благодаря прибавке HP за уровни Паладина, бонусу Эмбриона и навыку «Увеличение HP» мой максимальный запас HP достиг двух тысяч пятисот.

Один из моих навыков — «Эгида паладина» — уменьшал весь входящий урон, а снаряжение было гораздо лучше того, в котором я сражался с демидраконьим червём. Поэтому существо, бившее лишь немного сильнее них, не могло убить меня одним ударом. А если я не погибал с одного удара, у меня оставался способ победить.

— Первичное исцеление! — Я побежал, накладывая на себя исцеляющее заклинание, и вдобавок использовал Зелье исцеления. После этого мои HP почти полностью восстановились.

— Р-р-ра-а-аххх!

Затем я просто повторил сделанное. Атаковать. Получить удар. Исцелиться.

Мне нужно было повторять этот цикл все сто пятьдесят секунд. Это был мой единственный шанс на победу.

Один цикл занимал около двадцати секунд и приносил мне шестьсот единиц урона, которые с учётом урона, нейтрализованного «Эгидой паладина», превращались в шестьсот шестьдесят. Я мог повторить это семь раз и накопить четыре тысячи шестьсот двадцать единиц. «Мне отмщение» удвоило бы эту величину и нанесло девять тысяч двести сорок урона.

Переживёшь такой удар в голову, проклятый демон? — подумал я.

— Это наш единственный выхо... Мастер!

Пока я подсчитывал оставшееся время и урон, который мог накопить, Немезида окликнула меня. Я уже хорошо различал оттенки её голоса и сразу понял, что это предупреждение.

— Посмотри наверх! — крикнула она.

Я тут же последовал её совету. В небе, затянутом миазмой Гардранды...

— КИИИААААААА!

...я увидел огромную багровую хищную птицу. Она на большой скорости пикировала прямо на меня, выставив когти.

— Ух ты! — Я поспешно отпрыгнул в сторону, и багровый вихрь пронёсся мимо.

Раздражённая тем, что не сумела меня схватить, хищная птица один раз взмахнула крыльями и резко взмыла обратно в небо.

Прежде чем она окончательно удалилась, я успел разглядеть висевшее над ней имя: «Багровая птица рух — Владелец ездового существа: Великий миазменный демон, Гардранда».

— Е... ездовое существо...?! — заикаясь, произнёс я.

Эта надпись заставила меня кое-что понять. Когда Гардранда появился здесь, он просто упал с неба. Однако демон не умел летать или особенно высоко прыгать, а на этих ровных равнинах не было мест, откуда он мог бы так появиться. Оставалось лишь одно разумное объяснение: Гардранду доставило сюда нечто способное летать. И это нечто всё время парило над нами с самого начала сражения.

— ...Дело плохо, — пробормотал я. Теперь я уже не мог сосредоточиться только на Гардранде.

Скорость и телосложение птицы ясно показывали, что перед нами довольно сильный монстр. Если судить навскидку, она была не слабее демидраконьих червей, а возможно, и сильнее. Она могла схватить меня когтями и сбросить с большой высоты, полностью лишив меня возможности сопротивляться.

Эта птица и правда была опасным противником.

Но если я продолжу уклоняться от неё, действие Эликсира закончится и у меня не останется никакой возможности победить.

— Что же делать...? — спросил я себя.

— Рэй! — Я ещё не успел придумать, как справиться с новым врагом...

— Мы займёмся птицей рух! — крикнул Рук.

— Я умею летать, так что оставь её мне! — позвала меня Баби.

— А ты сосредоточься на Гардранде, Рэй! — добавил Рук.

— Но...!

Рук и Баби ничего не могли сделать против настолько сильного монстра. Скорее всего, он был невосприимчив к их навыкам Очарования. Но прежде чем я успел сказать им об этом, Рук заговорил.

— Мы выиграем для тебя время, пока ты не победишь Гардранду! — крикнул он.

— Ага! Так что не беспокойся о нас! — добавила Баби.

Держа Рука, Баби поднялась в воздух и полетела навстречу птице рух. Я молча смотрел им вслед.

— Мастер, — обратилась ко мне Немезида. — Ты ведь не собираешься впустую растрачивать их решимость?

— Ещё чего, — ответил я, выставил Немезиду перед собой и снова побежал к Гардранде.

Я мог продолжать сражаться, потому что Мари потратила на меня свой Эликсир. Я мог сосредоточиться на поединке, потому что Рук и Баби сдерживали птицу рух. В этой битве мы с Немезидой были не одни.

Всё было не так, как тогда, когда нас убил Убийца супериоров. Я... нет, мы сражались как группа.

— Осталось пятьдесят семь секунд, — сказал я. — Если меньше отвлекаться на исцеление, успеем повторить это три, а лучше четыре раза.

— Тогда так и поступим! — с воодушевлением ответила Немезида.

Мы бежали, атаковали Гардранду, принимали ответный удар, вставали и снова бежали. Всё ради того, чтобы не растратить возможность, которую дали нам товарищи... и повысить наши шансы на победу. Мне было всё равно, насколько израненным я стану в процессе.

Вскоре у нас осталось всего десять секунд.

— Немезиииида! — закричал я.

— Накопленный урон: четыре тысячи девятьсот семьдесят три! У нас получится! — крикнула она. — Мастер!

Последний удар Гардранды расставил всё по местам. У меня оставалось меньше половины максимального запаса HP, но я всё ещё мог двигаться. Теперь требовалось лишь поразить демона навыком «Мне отмщение».

Я рванул к Гардранде с единственной целью — нанести этот смертельный удар.

Осталось семь секунд.

Шесть секунд. Пять секунд. Четыре секунды.

— Гуууххх... ГХХААААААААГХХХХ!

Нам оставалось сделать всего несколько шагов, чтобы демон оказался в радиусе атаки.

В этот миг рот на его голове широко раскрылся и изверг багрово-красное пламя.

На этот раз это была не миазма.

Это дыхание предназначалось исключительно для нанесения урона всему, чего касалось.

Всё это время Гардранда скрывал от нас свой козырь, а прямого попадания такого пламени мне было не пережить.

Однако...

— Прими... его... целиком! — закричал я. — Ответное поглощение!

Созданный Немезидой световой барьер остановил адское пламя и поглотил нанесённый им урон.

— Мне... отмщение!

Удар, нёсший удвоенную тяжесть повреждений от атак и пламени Гардранды, полностью раздробил голову демона и оборвал его жизнь...

...или так казалось.

Лишившись головы, Гардранда умолк. Однако его тело продолжало двигаться и атаковать меня, словно в этом не было ничего необычного.

— Что?!

Несмотря на потерю головы — и мозга, — Гардранда взмахнул левой рукой, ясно показывая, что нанесённый мною урон его совершенно не волнует. А я, оставшийся без средств защиты и обессиленный после сильнейшей на тот момент атаки, не смог уклониться.

— ...Гх! — Рука ударила меня в лоб, отправила в полёт, а после приземления я ещё около десяти метров проскользил по земле.

Однако, вероятно из-за потери головы, Гардранда ударил не так сильно, как прежде, и не убил меня.

— Первичное... исцеление... — Я с трудом поднялся на ноги, одновременно применяя к себе исцеляющую магию.

Но время вышло. С момента, когда на меня подействовал Эликсир, прошло сто восемьдесят секунд, и его эффект исчез.

Воздух вокруг по-прежнему был насыщен миазмой Гардранды, поэтому я мгновенно получил все три ослабляющих эффекта.

— Чёрт... — В таком состоянии я не мог нормально сражаться, а демон всё ещё прекрасно себя чувствовал.

По крайней мере, без головы он не ви... — моя мысль оборвалась.

— Да насколько же ты чудовищен?! — выкрикнул я, не ожидая ответа. На обоих плечах Гардранды, прямо над ртами, появились кровавые шары — несомненно, глаза.

Похоже, плечевые глаза ещё не работали, но было ясно, что вскоре они обретут зрение, позволив демону без труда увидеть и убить меня.

— Почему это происходит?! Мы же точно его уничтожили! — в смятении крикнула Немезида. Наша атака «Мне отмщение» вызвала взрыв, в центре которого находилась голова Гардранды.

Разумеется, от головы не осталось и следа, а в груди зияла выемка в форме полукруга.

Похоже, мы даже уничтожили его сердце, и всё же...

— ...Сердце? — Что-то в моих словах, особенно в этом слове, показалось мне странным.

Внезапно я вспомнил.

Я заставил дрожащие из-за Опьянения руки двигаться, открыл меню, а затем окно заметок.

Там я нашёл запись: «Сердце демона находится в животе. — Чешир».

— ...Так вот что это значило, — пробормотал я.

— Мастер? — Немезида не понимала, о чём я.

Слова Чешира идеально подходили к этой ситуации.

Наверное, кот понял, что я могу встретиться с Гардрандой, ещё когда услышал, что я направляюсь в Гидеон. Чешир оставил мне эти слова на случай, если я попаду в подобное положение.

Сердце Гардранды — ядро, управлявшее всеми жизненными функциями, — находилось не в голове и не в груди, а в животе. Поэтому Гардранда не мог умереть, пока это «сердце» не будет уничтожено.

Для этого демона голова была всего лишь ещё одним средством нападения. Даже если бы я уничтожил оставшиеся «лица» на плечах, Гардранда продолжал бы двигаться, пока ядро в животе оставалось целым.

Предыдущую атаку следовало направить не в голову, а в живот.

Но даже если я теперь это понял, сил на новую атаку у меня уже не...

— ...Ещё чего, — пробормотал я.

«Нет сил»? Да какая разница? — яростно подумал я.

Рук и Баби всё ещё сдерживали птицу рух. Поэтому я, тот, кому поручили победить Гардранду, не имел права сдаваться, пока они продолжали сражаться.

— Ещё нет... — процедил я, стиснув зубы.

Я не мог сдаться. Даже если тело не слушалось, даже если характеристики упали ниже некуда — сдаваться было нельзя. Я должен был терпеть столько, сколько смогу, и нанести ещё один удар по животу Гардранды.

Вопрос был не в том, «могу» я или «не могу». Друзья дали мне эту роль. Они доверили её мне. Поэтому я должен был справиться, даже если ради этого придётся превзойти собственные пределы.

Я ухвачусь за шанс на победу.

— Если я не способен даже на это, мне нечего и мечтать об отмщении Убийце супериоров! — яростно произнёс я. Даже оказавшись на грани поражения, я собрал всю решимость.

— Мастер! — крикнула Немезида.

— Немезида, шансы против нас, но ещё не всё кончено, — сказал я ей. — Ты ведь не против продолжить?

— Само собой, — ответила она. — Но я хотела сказать не об этом.

Что?

— Что ты об этом думаешь? — спросила она.

В углу открытых мною окон появилось незнакомое красное окно.

[Угроза жизни Мастера: подтверждена]

[Намерение Мастера выжить: подтверждено]

[Эмбрион типа «Дева», «Дева возмездия, Немезида», накопленный опыт — зелёный]

[Выполнение доступно]*

[Подготовка активации ]*

[Для отмены выполните соответствующее действие в течение следующих 20 секунд]

[Отменить? Y/N]

Что это такое? — тупо подумал я.

— Немезида? — обратился я к ней, надеясь услышать объяснение.

— Я тоже ничего об этом не знаю, — ответила она.

— Что же это такое?..

Окно было красным и потому напоминало предупреждение.

По тексту было ясно, что оно связано с Немезидой. Однако самая важная его часть словно оказалась повреждена — нет, мой разум вообще не мог воспринять её как нормальный язык.

Что именно всё это означало?

Я молча смотрел, как таймер обратного отсчёта продолжает уменьшаться. Когда осталось десять секунд, я забеспокоился и потянулся к окну, собираясь остановить процесс...

— ГУУУАААААГХХХХХХ!

...но прежде, чем я успел закончить движение, глаза на плечах Гардранды обрели зрение, и демон с рёвом бросился на меня, разинув плечевые рты.

— Почему именно сейчас?! — выкрикнул я.

Таймер на красном окне передо мной продолжал отсчитывать секунды, а Гардранда с каждой из них становился всё ближе.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как забыть об окне и встретить демона лицом к лицу.

Но из-за Ослабления, снижавшего мои характеристики, и Опьянения, мешавшего двигаться, мне едва удавалось размахивать Немезидой.

Нужно защитой и лечением создать ещё одну возможность применить «Мне отмщение», а потом...

[Обратный отсчёт завершён]

[Подтверждено намерение начать процесс экстренной эволюции посредством протокола ]*

[Анализ 172 шаблонов, доступных благодаря накопленному опыту, и вычисление оптимального решения для текущей ситуации]

[Целевой Эмбрион: «Дева возмездия, Немезида». Начало экстренной эволюции посредством ]*

[Для снижения нагрузки интервал до следующей эволюции будет увеличен]

Сразу после появления этого сообщения Немезида утратила физическую целостность и рассыпалась на парящие частицы.

— А?.. — выдохнул я.

Точно то же происходило всякий раз, когда Немезида переходила из человеческого облика в форму двуручного меча. Но сейчас она не вернулась ни к человеческому виду, ни к мечу. Вместо этого частицы закружились вокруг меня.

— КАААААААГХХХХ!

Пока я не мог осмыслить происходящее, Гардранда продолжал стремительно приближаться.

[ завершено]*

Не дав мне ни мгновения разобраться, окно вывело новую строку.

[Форма 2: «Алебарда-знамя»]

Частицы Немезиды закружились вокруг меня и начали собираться в моей руке.

Превратившись в парящие крупицы света, Немезида вернулась ко мне в совершенно новом облике.

— Прыгайте, Мастер! — прозвучал её голос.

Я поспешно послушался, оттолкнулся от земли... и одним прыжком отпрыгнул от Гардранды на огромное расстояние.

[[image:/storage/reader-images/10dcd6151366c2b78149b7ddaeb483d9d9b6cc86.jpg]]

— Что?! — вырвалось у меня. Я и сам не заметил, как прыгнул на целых двадцать метров.

Меня потрясла и невероятная сила прыжка, и тот факт, что...

...Немезида больше не была человеком.

И двуручным мечом она тоже не была.

Она стала копьём.

Хотя из одного конца древка выступало лезвие топора, так что точнее было бы назвать её алебардой.

Противоположный топорному лезвию конец оставлял за собой след чёрного света, отчего вся она напоминала боевое знамя.

Я посмотрел в окно снаряжения и увидел название: «Алебарда-знамя».

— Немезида... что с тобой произошло? — невольно спросил я.

— Не уверена, что могу ответить на этот вопрос, — сказала она. — Я стала такой прежде, чем успела что-либо понять.

Наверное, пока она была частицами, она оставалась без сознания, — подумал я.

— Однако в одном я уверена, — продолжила Немезида.

— В чём же? — спросил я.

— Я эволюционировала во вторую форму, — объявила Немезида. — Сила внутри меня стала больше, чем когда-либо.

Эволюция.

Главная особенность каждого Эмбриона — функция, наделявшая их способностями из бесконечного множества вариантов.

Красное окно тоже упоминало «экстренную эволюцию».

Так всё обычно и происходит? — задумался я. Но когда эволюционировала Баби Рука, всё выглядело иначе...

— ...Хотя сейчас не лучшее время об этом думать, — пробормотал я. Мне следовало сосредоточиться только на одном.

— КОООАААГХХХ!

На миг потеряв меня из виду, Гардранда снова заметил меня и взревел обоими плечевыми ртами.

— Кстати, Немезида...

— Что такое, Мастер?

— Ты сказала, что твоя сила стала «больше, чем когда-либо»... но насколько именно?

Я почти видел, как она бесстрашно улыбается.

— Настолько, что мы сможем победить этого проклятого демона, — ответила она.

— Прекрасно. — Я улыбнулся. Возможность была.

То, что она сказала лишь «сможем», напомнило мне нашу первую встречу. Но большего мне и не требовалось. Если у нас была возможность победить...

...то ради Рука, Баби, Мари и тиан, которым грозила смерть...

...нам оставалось поставить всё на эту возможность и выложиться до конца.

— Давай покончим с этим, Гардранда.

С момента появления Гардранды после уничтожения гоблинов преимущество неизменно оставалось за демоном. Даже после того, как ему разнесло голову, он сумел загнать нас в угол. Но теперь у нас появился новый путь к победе.

Я понял, как ты устроен. Скоро я положу этому конец.

Я поднял Алебарду-знамя над головой и крикнул обезглавленному демону: «Это... последний раунд!»

Прокрутив алебарду над головой, я ринулся к Гардранде.

Хотя Ослабление должно было снизить мои характеристики, я бежал гораздо быстрее, чем мог бы в обычном состоянии. И хотя Опьянение должно было затуманивать зрение, мне казалось, что я воспринимаю окружающее яснее, чем когда-либо.

Гардранда взмахнул правой рукой — той, на которой осталось меньше пальцев, — но я легко уклонился и в тот же миг вонзил топорное лезвие алебарды ему в запястье.

Удар рассёк кожу, прошёл сквозь плоть и перерубил кость. Я начисто отсёк демону кисть, и из раны хлынула алая кровь.

— Неплохо получается, — сказал я. Эволюция явно повысила характеристики и бонусы Немезиды, но разница с прежней формой была просто колоссальной.

Да, с этим мы справимся... Хотя, постой... — подумал я, кое-что вспомнив.

На мне всё ещё действовал Яд.

Если я не буду осторожен, HP может сильно упасть, и... Что?

— ...У нас слишком уж хорошо получается, — пробормотал я.

Хотя Яд должен был постепенно уменьшать мои HP, на самом деле они, наоборот, восстанавливались.

Рост физических возможностей, обострение чувств и непрерывное восстановление HP — словно все ослабляющие эффекты обратились вспять.

— Понятно. Значит, это твой новый...

— Именно, — ответила Немезида. — Мой новый навык: «Обращение — словно реющее знамя».

Немезида открыла окно с названием и описанием навыка.

Если говорить проще, он обращал эффекты полученных от противника ослаблений.

Вместо постоянного урона Яд исцелял меня.

Вместо снижения характеристик Ослабление повышало их.

Вместо того чтобы притуплять чувства, Опьянение обостряло их.

«Обращение — словно реющее знамя» было усиливающим навыком, который обращал действие всех наложенных на меня негативных эффектов.

— Для нынешней ситуации это почти идеально, — сказала Немезида. — Даже немного подозрительно удобно.

— ...Тут не поспоришь. Но всё же...

Согласно сообщению в красном окне, из всех доступных возможностей Немезида получила «оптимальное решение». Однако сообщение лишь описывало случившееся.

По какой-то причине я был уверен, что именно я призвал такой результат. Как бы то ни было, этот навык давал мне выход из нынешнего положения... совсем как при нашей первой встрече с Немезидой.

А потому...

— Сейчас... я поставлю всё на эту возможность! — крикнул я.

— Тогда мы думаем одинаково! — отозвалась она.

Мы с Немезидой издали боевой клич, а я проскользнул между ударами Гардранды и продолжил рубить демона.

Три наложенных им ослабления прежде были худшим, что могло со мной случиться. Теперь же они делали меня сильнее и сокращали разрыв в мощи между мной и Гардрандой.

Я фактически получил усиления восстановления HP, восприятия и физических способностей, тогда как демон лишился головы, а действие его миазмы оказалось почти полностью нейтрализовано. Баланс сил сравнялся — нет, теперь преимущество перешло к нам.

— ГУУУОООАААГГГХХХ!

Словно взбешённый таким поворотом, Гардранда принялся беспорядочно выпускать миазму во все стороны.

Но для нас с Немезидой эти испарения были не более чем дымовой завесой.

— Р-р-ра-а-ах!

Пока Гардранда продолжал исторгать миазму, я вонзил оружие ему в живот. Алебарда-знамя вошла в плоть демона и коснулась скрытого внутри слабого места — ядра.

— КИИИААААГХХ...! — мучительно взревел Гардранда. Этого было достаточно, чтобы убедиться: целиться нужно именно в живот.

Однако...

— Он восстанавливается! — крикнула Немезида.

Только что нанесённая рана исчезла в клубах тёмно-фиолетового дыма.

— Ха, — усмехнулась Немезида. — Похоже, регенерация защищает только слабое место.

— Значит, если полагаться на слабые удары, мы будем побеждать его целую вечность.

— Всё равно мы не сможем сражаться особенно долго, — сказала она.

Я сразу понял, что Немезида имеет в виду. Благодаря «Обращению — словно реющему знамени» мои HP непрерывно восстанавливались. Но SP продолжали только уменьшаться — такова была цена поддержания навыка.

По сравнению с HP запас SP у меня был невелик и надолго его не хватило бы. Поэтому требовалось понять, что именно принесёт нам победу.

Если учесть регенерирующее ядро, ограниченное время и наши способности...

...ответ оставался только один.

— Нужно перестать уклоняться и просто позволить ему бить меня.

— Иначе ничего не выйдет, — согласилась Немезида.

Я накоплю нанесённый демоном урон и снова применю «Мне отмщение». Но на этот раз удар придётся точно в слабое место в животе.

— Однако нужно учесть ещё кое-что, — сказала Немезида.

— Что именно?

— В этой форме нельзя использовать «Ответное поглощение» и «Мне отмщение».

— Запасы Поглощения всё равно уже кончились.

— Нет, — возразила она. — После эволюции число применений выросло до трёх, так что осталось ещё одно. Но Обращение доступно только в форме Алебарды-знамени, а эти два навыка — лишь в форме двуручного меча.

Иными словами, чтобы применить «Мне отмщение», я должен был превратить Алебарду-знамя обратно в двуручный меч. А значит, лишиться действия «Обращения — словно реющего знамени».

Чтобы под действием ослаблений нанести чистый смертельный удар... нужно лишить его подвижности!

— Немезида, бьём по ногам!

— Поняла!

Я взмахнул Алебардой-знаменем и принялся раз за разом рубить Гардранду по лодыжкам.

Демон отвечал ударами рук, но я просто позволял им попадать по мне.

Разумеется, я получал урон, однако обращённый Яд быстро восстанавливал мои HP до максимума.

Всё происходило почти так же, как под действием Эликсира. Только благодаря непрерывной регенерации я мог атаковать, принимать удары и исцеляться куда слаженнее, чем прежде.

— ...3250... 3784.

Слушая, как Немезида называет величину накопленного урона, я посмотрел на край окна статуса и проверил запас SP.

53... 52... Времени, в течение которого я мог поддерживать Обращение, оставалось уже меньше минуты.

— ...4265, Мастер!

Хорошо, ставлю всё на этот удар!

— Хха-а-а-ах!

Я промчался сквозь миазму, которая для меня была лишь дымовой завесой, нырнул к самым ногам Гардранды, собрался с духом и горизонтально взмахнул Алебардой-знаменем.

Предыдущими атаками я сильно повредил оба сухожилия, и теперь смертельный взмах топорного лезвия окончательно рассёк их.

— КУЭЭЭЭЭЭЭГХХХ!! — взвыл Гардранда и рухнул на колени, заставив землю содрогнуться.

— Сейчас, Немезида!

— Смена формы — Чёрный клинок! — По её команде Алебарда-знамя утратила целостность и рассыпалась частицами света, которые вскоре снова собрались, создав знакомый чёрный двуручный меч.

В тот же миг на меня снова подействовали все три ослабления. Но теперь это уже не имело значения. Оставалось лишь нанести последний удар.

Ноги дрожали из-за Опьянения, но я всё равно бросился к демону. Гардранда по-прежнему стоял на коленях, и когда я поднял меч, готовясь атаковать...

...я кое-что заметил.

Тёмно-фиолетовая дымовая завеса миазмы мешала видеть. Но даже она не могла скрыть ярко-красный свет, исходивший от обоих плеч демона.

— ЧХХХГХААААХХ!

Смертельное пламя.

Оно исходило не только из уничтоженной мною головы — Гардранда мог выпускать его и из плечевых ртов.

Но я не остановился.

— Ответное… поглощение! — Немезида создала третий световой барьер — тот, что получила благодаря эволюции. Он остановил пламя и поглотил весь предназначавшийся мне урон.

Хотя в этом уже не было необходимости, накопленный мною урон достиг рекордной величины.

Я был уверен в победе как никогда.

— Сейчас, Мастер!

Когда я миновал пламя, световой барьер рассеялся.

Наконец я начал опускать меч на живот Гардранды...

— ЧХХХГХААААХХ!

...и внезапно увидел перед собой левый плечевой рот демона, уже готовый выплюнуть новую струю огня.

— Что?! — выдохнул я.

— Как?.. — воскликнула Немезида, когда мы поняли, что за время боя Гардранда кое-чему научился. Демон использовал смертельное пламя из двух плечевых ртов по отдельности...

...только ради того, чтобы обойти «Ответное поглощение» Немезиды.

Вся выпущенная им ранее миазма тоже не была бессмысленной: это была подготовка, призванная скрыть от нас, что демон разделил огненные залпы.

— Мастер! — крикнула Немезида.

Я уже наносил удар.

Клинок рассекал воздух с единственной целью — поразить живот Гардранды навыком «Мне отмщение». Даже под действием ослаблений мне требовалось всего три секунды, чтобы завершить удар. Но демоническое пламя достигло бы меня раньше.

Словно оказавшись на пороге смерти, я вдруг увидел мир в замедленном движении.

Левый плечевой рот широко раскрылся, готовясь залить меня пламенем. — Гья-гх-гх-гх-гх-гх!

Но прежде, чем он успел, нечто похожее на пулю пробило завесу миазмы и ударило Гардранду в левое плечо.

Знакомый снаряд взорвался, и попавшее под удар левое плечо демона разнесло прежде, чем оно успело извергнуть пламя.

В тот миг, когда волна жара коснулась моих щёк...

— Мне отмщение!

...мы с Немезидой выкрикнули название навыка, обрушили удар на живот Гардранды и размозжили его ядро.

# Эпилог

Тело Гардранды с грохотом рухнуло на землю, распавшись надвое, а затем, как и у любого другого монстра, превратилось в сияющие частицы и исчезло.

Вместе с демоном начала рассеиваться и оставшаяся миазма.

Густой туман растворялся в солнечном свете, словно так и должно было быть.

[UBM «Великий миазменный демон, Гардранда» повержен]

[Идёт выбор MVP]

[Рэй Старлинг выбран MVP]

[Рэю Старлингу вручена особая награда MVP — «Наручи миазменного пламени, Гардранда»]

Исчезновение миазмы и системное сообщение ясно дали понять, что бой окончен.

Я прочитал сообщение, лёжа на земле.

— Похоже... мы победили, — сказала Немезида.

— Ещё нет! — возразил я. Рук всё ещё сражался высоко в небе с багровой птицей рух.

Надо было ему помочь...

— Но, Мастер! На вас всё ещё действуют ослабления...

Я посмотрел на сводку статуса — и действительно увидел там все три негативных эффекта. Яд постепенно сокращал запас HP, а MP и SP были равны ровно 0. Но бой ещё не закончился.

И я имел в виду не только птицу рух. Оставался ещё тот выстрел, который попал в Гардранду перед тем, как я его уничтожил.

Это же явно был...

— Рэй! Ты в порядке?!

Я повернулся на голос и увидел бегущую ко мне Мари — с тех пор как она отдала мне Эликсир, я её не встречал.

Наверное, теперь она смогла приблизиться, потому что миазма исчезла.

— У тебя на экране статуса просто кошмар, — сказала она. — Подожди секунду.

С этими словами Мари открыла инвентарь и достала несколько пузырьков с лекарствами. Мой инвентарь выглядел как сумка, инвентарь Чешира — как карман, а её напоминал браслет.

Среди извлечённых пузырьков были зелья HP, такие же, какими пользовался я, а ещё флаконы с надписями «MP» и «SP».

— Вот, первая помощь, — сказала Мари. — Хорошо бы ещё снять с тебя негативные эффекты, но против Опьянения и Ослабления у меня ничего нет... А все Противоядия я уже израсходовала...

С этими словами Мари посмотрела на людей у повозок, тоже пострадавших от миазмы.

Все они, включая охранников, лежали на земле из-за Опьянения и Ослабления, но от Яда никто не умер.

По словам Мари нетрудно было догадаться, что помогла им именно она.

— А ведь Противоядий у меня было немало, — сказала она. — Но там целых двенадцать человек, и на лечение всех ушло всё, что я могла им дать. Пока ходила от одного к другому и заставляла пить лекарства, почувствовала себя так, будто сменила профессию на Фармацевта, — рассмеялась Мари.

Выходит, Мари изо всех сил старалась не дать людям — тианам у повозок — погибнуть.

— Хех... — Я слегка усмехнулся.

— Что? Чему ты улыбаешься? — спросила она.

Ого, неужели это было так заметно?

— Да просто... ты ведь довольно добрая, правда? — спросил я.

— Не думаю, что дело в доброте, — ответила Мари. — Просто мне... это не нравится.

— Что именно?

— Когда убивают нас, игроков, мы получаем лишь штраф за смерть, так что это ещё ничего. Но тианы ведь не оживают, верно? — объяснила она. — Мне просто не нравится мысль, что они исчезают навсегда.

— ...Понимаю, о чём ты, — сказал я. Наверное, это было сродни тому неприятному чувству, которое оставляла у меня смерть тианов.

Хотя она, по сути, только что сказала, что убивать игроков — нормально. А меня самого недавно убили, и я... погодите-ка...

— Мари, я только что вспомнил, — заговорил я. — Пока ты осматривала окрестности... тебе случайно не попадался Убийца супериоров?

— Ах! Да-да! Чуть не забыла! — Мари, словно что-то осознав, хлопнула в ладоши. — Я его видела! Тот самый мужчина, которого я встретила в лесу Ноз, — Убийца супериоров — выстрелил Гардранде в левое плечо! Правда... сразу после этого он ушёл.

Значит, тот снаряд и правда выпустил Эмбрион Убийцы супериоров...

Но почему он выстрелил только в левое плечо? Если его целью было убить Гардранду — UBM, — он наверняка стрелял бы так же, как тогда, когда убил меня. Судя по его действиям, можно было даже решить, что он мне помог.

— И ещё кое-что... — продолжила Мари. — Судя по тому, в какую сторону он ушёл, думаю, можно уверенно сказать, что он направляется в Гидеон.

— Понятно... — Если так, я мог рассчитывать на новую встречу с ним.

— О, ты уже восстановился? — спросила Мари.

— Да. — Пока мы разговаривали, мои показатели восполнились. Запас HP всё ещё уменьшался из-за Яда, зато MP и SP достигли максимума.

Немезида превратилась в Алебарду-знамя. Однако, в отличие от прошлого раза, навык «Обращение — словно реющее знамя» не активировался. Вероятно, потому, что я победил Гардранду — источник негативных эффектов.

— Ну и ладно, — сказал я. — Я справлюсь и без Обращения.

— Несомненно, — согласилась Немезида. — ...Кстати, Мастер.

— Что? — Я приподнял бровь.

Немезида подняла наконечник алебарды к небу...

— Каким именно образом вы собираетесь присоединиться к воздушному бою?

...и задала вопрос, о котором я совершенно не подумал.

— ...

— ...

— ...

Мы все умолкли, когда я понял, что ничего не могу сделать.

Ясно, я совсем этого не продумал. Помочь им было попросту невозможно.

— Эм... может, покидаться камнями? — предложила Мари.

— Мне ни за что не докинуть так высоко...

Они находились так высоко, что даже птица рух с её огромным размахом крыльев казалась маленькой точкой в небе.

А Рука и Баби вообще не видно... О! Тут я кое-что заметил.

— Они спускаются, — сказала Мари.

По мере снижения птица рух становилась всё крупнее. Но что-то было не так.

Она не пикировала с огромной скоростью, как тогда, когда атаковала меня, а снижалась на удивление плавно.

Когда птица рух приблизилась настолько, что я смог различить детали, я наконец понял, в чём дело.

Рук, который должен был с ней сражаться, теперь сидел у неё на спине.

Птица рух мягко опустилась на землю и позволила Руку спешиться.

— Рэй! Мари! Вы целы?! — Он подбежал к нам.

— Да, с нами всё хорошо, но... как ты? И где Баби? — спросил я.

— Бой её измотал, поэтому я вернул её внутрь, — ответил Рук, показывая герб на левой руке.

— Понятно. — Я кивнул и перевёл взгляд на птицу. — А это кто?..

— Одри! — с воодушевлением ответил он.

— КА-А-АР!

Одри? А, кажется, я понимаю, в честь кого.

— То есть раз ты дал ей имя, значит...

— Да! — не дав мне закончить вопрос, ответил Рук. — На неё подействовало «Очарование», и мне удалось её приручить!

Действительно, навык Рука «Мужское обольщение» давал небольшой шанс приручить монстра женского пола.

...Так эта громадина тоже девочка?

— Постой-ка... — сказал я. — Я почти уверен, что эта птица была ездовым животным Гардранды.

— Сначала «Очарование» на неё не действовало, но, когда миазма рассеялась, внезапно сработало, — объяснил он.

Именно тогда я и победил Гардранду.

После смерти демона Одри перестала быть его ездовым животным, и сложность её Очарования и приручения резко снизилась.

Я посмотрел на Одри и увидел, как она трётся крыльями о спину Рука...

Это какой-то брачный ритуал? Как бы там ни было, она явно к нему привязалась.

Кроме того, мне казалось, что имя «Одри» подходит ей куда больше, чем «Мэрилин» — трихорну. Хотя, может статься, Одри Хепбёрн сейчас тоже переворачивается в гробу.

— Миазма была такой густой, что я не видел, что здесь происходит, и сильно за вас переживал, — сказал Рук.

— Ну, как видишь, мы победили, — ответил я. — И всё благодаря вам.

— И мне, разумеется! — вмешалась Немезида.

— Я знаю. Спасибо, Немезида.

— ...П-пожалуйста, — пробормотала она. — Г-главное, что вы это понимаете.

Хм? — подумал я. Странная реакция.

— Значит, теперь со всем разобрались, — сказала Мари.

— Похоже на то, — согласился я.

Я всё ещё думал об Убийце супериоров, но раз его здесь больше не было, беспокоиться о нём не имело смысла. Поэтому я отложил этот вопрос на потом.

Восстанавливая HP моей исцеляющей магией и зельями Мари, мы ждали, пока исчезнут негативные эффекты. Поскольку их источник — миазма — пропал, с меня и людей у повозок они сошли за десять минут.

Их предводитель, торговец по имени Алехандро, не находил слов от благодарности. Когда люди со слезами на глазах говорили: «Без вас погибла бы вся моя семья», «Вы спасли нам жизнь» и «Мы даже не знаем, как вас отблагодарить», мы с Руком немного смутились.

Они тоже направлялись в Гидеон, и мы предложили ехать вместе. Лично я беспокоился за них: в предыдущем бою они потеряли нескольких охранников, а выжившие были далеко не в лучшей форме.

Алехандро тут же — и с огромной радостью — согласился принять нас в караван.

Когда мы поставили опрокинутые повозки на колёса, я увидел, как выжившие достают что-то из карманов погибших. Присмотревшись, я понял, что это были инвентари в форме коробок.

Через мгновение выжившие начали складывать в эти коробки останки погибших. Тело каждого помещали в отдельный инвентарь.

Я спросил об этом Мари, и она объяснила, что так путешествующие тианы обращаются со своими мёртвыми: кладут их в такие «гробы».

Дороги кишели монстрами, поэтому тианы воспринимали опасность смерти как нечто само собой разумеющееся. Если кто-то погибал, а остальные выживали, тело помещали в такой «гроб», чтобы оно не разложилось и его можно было доставить домой, к семье. Поэтому каждый носил с собой инвентарь, в котором при необходимости могли сохранить его останки.

Это заставило меня яснее понять, как тианы, постоянно живущие под угрозой смерти, воспринимали жизнь и смерть.

— ...Гробы, значит, — прошептал я. В других играх мне никогда не было особого дела до погибших NPC, но здесь всё ощущалось иначе.

К горлу подступил ком.

Даже понимая, что это игра, я не думал, что когда-нибудь привыкну видеть здесь смерть людей. Возможно, потому, что Бесконечный Дендрограм был чересчур реалистичным.

А может быть...

— Я... подумаю об этом потом. — Я оборвал эту мысль и вернулся к подготовке повозок.

◇

С тех пор как мы снова отправились в путь, прошло полдня. Повозка, которую везла Мэрилин, мягко покачивалась, и меня вдруг начало неудержимо клонить в сон. Вероятно, я слишком перенапрягся в бою с Гардрандой.

— Почему бы тебе не вздремнуть? Если что-нибудь случится, я тебя разбужу, — предложила Мари, и я с радостью согласился. Если бы я вышел из игры, караван оставил бы меня позади, поэтому я решил поспать, не разлогиниваясь, как уже делал в гостинице.

Я сел, прислонился спиной к грузу в повозке и закрыл глаза.

Не прошло и пяти минут, как кто-то сел рядом и привалился ко мне.

Я открыл глаза, гадая, кто это, и увидел спящую Немезиду, положившую голову мне на плечо. Похоже, не только я устал настолько, что захотел вздремнуть.

— Ну ты и быстро уснула... Немезида. — Я решил последовать её примеру и снова закрыл глаза.

Но, вероятно, из-за того, что я уже раз открыл их, уснуть не получалось. Вместо этого я начал размышлять — вспоминать множество самых разных событий, произошедших с тех пор, как я начал играть в Бесконечный Дендрограм.

Хотя в реальном мире прошло всего три дня, они казались невероятно насыщенными.

Самым ярким воспоминанием пока оставалась битва с Гардрандой. По степени опасности она, возможно, даже превзошла мою встречу с Убийцей супериоров.

К тому же — наверное, потому, что мы с Немезидой рассказали друг другу о своих чувствах, — сожаление, мучившее меня после того, как меня убили другие игроки, отступило и стало куда слабее.

Теперь во мне преобладала смутная боль от вида тел тианов, убитых Гардрандой и гоблинами.

Они были всего лишь персонажами внутри игры — Бесконечного Дендрограма. И всё же сердце скорбело о них так же, как скорбело бы о погибших в реальности.

Какая-то часть меня считала подобные чувства неправильными. Я не знал, что на это ответить. Не успев осознать, что делаю, я открыл глаза и посмотрел на Немезиду.

Она была моим Эмбрионом, моей напарницей... существом, ограниченным рамками игры под названием Бесконечный Дендрограм. Но чем дольше я смотрел на её спящее лицо, тем сильнее мне казалось, что передо мной живая, дышащая девушка.

Она живая. Я просто не могу думать иначе.

— «ИИ с интеллектом, равным человеческому», значит? — пробормотал я. Брат говорил, что тианы — жители этого мира — считаются именно такими. — Но... — Сонливость, которая вроде бы отступила, вернулась и медленно завладела моим разумом.

Сознание становилось всё более туманным, и мысли снова вернулись к тому, о чём я размышлял на празднике в свой первый день.

Лилиана и Милианна — тианы.

Демидраконьи черви и Гардранда — монстры.

И...

— Немезида...

...такие Эмбрионы, как она.

Все они казались мне... по-настоящему живыми.

— Неужели это и правда...

...всего лишь игра?

Прежде чем я успел произнести эти слова вслух, сознание окончательно погрузилось в сон.

◇◆◇

Местоположение не раскрыто

[«Медведь Полярис, Полярная звезда» повержен]

[Итоговый уровень: 83]

[MVP: «Охотник на богов» Карл Лурлу, уровень 263 (суммарный уровень: 763)]

[Эмбрион: «Несокрушимый и вечный, Немейский лев»]

[Особая награда MVP: древнелегендарный предмет «Серия совершенных костюмов „Полярная звезда“»]

[«Король рудных драконов, Драгниум» повержен]

[Итоговый уровень: 64]

[MVP: «Гигапрофессор» Мистер Франклин, уровень 198 (суммарный уровень: 698)]

[Эмбрион: «Фабрика магических зверей, Пандемониум»]

[Особая награда MVP: древнелегендарный предмет «Полные останки Короля рудных драконов, Драгниум»]

[«Ударная рыба военного порта, Порторпедо» повержена]

[Итоговый уровень: 42]

[MVP: «Великий адмирал» Коукин Сёю, уровень 229 (суммарный уровень: 729)]

[Эмбрион: «Великий огненный пивовар, Абура-сумаси»]

[Особая награда MVP: эпический предмет «Торпеда „Туда-сюда“, Порторпедо»]

[«Лисоглазый уголь, Энрё» повержен]

[Итоговый уровень: 56]

[MVP: «Глефа» Аоно Хокугэнин, уровень 335 (суммарный уровень: 835)]

[Эмбрион: N/A]

[Особая награда MVP: легендарный предмет «Испепеляющий лисий глаз, Энрё»]

[«Великий миазменный демон, Гардранда» повержен]

[Итоговый уровень: 24]

[MVP: «Паладин» Рэй Старлинг, уровень 20 (суммарный уровень: 20)]

[Эмбрион: «Дева возмездия, Немезида»]

[Особая награда MVP: легендарный предмет «Наручи миазменного пламени, Гардранда»]

— Хм? — Окружённое тьмой, всё ещё ведущее записи и выполняющее заданные действия, оно внезапно склонило голову набок.

Обычно оно лишь молча работало, не произнося ни слова, поэтому подобное случалось крайне редко.

— Любопытно, — произнесло оно. — Победить UBM, превосходящего тебя уровнем... такое встречается нечасто.

Его недоумение было вполне естественным. UBM были исключительными существами, далеко превосходившими обычных монстров. Каждый из них был в несколько раз сильнее любого босса того же уровня. Даже Мастерам высших рангов с трудом удавалось с ними сражаться.

Поэтому случаи, когда UBM побеждал кто-то более низкого уровня, были чрезвычайно редки.

Предположив, что UBM одолела большая группа низкоуровневых игроков, а этот человек лишь случайно получил MVP, оно открыло журнал боя. Но действительность намного превзошла его ожидания.

Этот человек — Рэй — победил UBM в одиночку.

— Ого?

Он обладал способностями, идеально подходившими для победы над более сильным противником. Эволюция посреди боя, вызванная ***, наделила его новой способностью, как нельзя лучше подходившей к ситуации. А ещё этот человек обладал несгибаемой волей.

Причин его победы было много, но одна выделялась особенно сильно.

— Он понял это сразу после уничтожения первой головы, — сказало оно. — Слишком быстро.

Существо, признанное им UBM, — «Великий миазменный демон, Гардранда» — было настоящим набором ловушек.

Первой ловушкой была голова, открыто извергавшая миазму и пламя.

Игрок должен был принять её за слабое место и уничтожить, но тогда на плечах появлялись два новых лица.

Все эти лики были ловушками.

Их уничтожение не только не убивало Гардранду, но и делало его ещё сильнее.

Даже лишившись всех голов, он продолжил бы преображаться и стал бы ещё могущественнее.

Пока ядро в его животе оставалось целым, уничтожить его было невозможно.

Поэтому оно ожидало, что Гардранда вырастет в особенно могущественного UBM. Более того, его не удивило бы, если бы демон достиг уровня 100 — вершины для UBM и предельного уровня, доступного монстрам, — а затем перешагнул эту черту и вошёл в число исключений, известных как SUBM — супериорные уникальные боссы-монстры.

Но в действительности этот Мастер низшего ранга чудом сумел победить Гардранду и остановить процесс его роста.

— Впрочем, нет смысла слишком долго об этом размышлять, — сказало оно. — Подобные случаи уже бывали. Учту это в дальнейшей работе.

Завершив анализ боя, оно закрыло окно журнала.

Но затем его мысли неожиданно сорвались с языка.

— Как бы то ни было, это повод для радости. Если сильнее будут становиться лишь нынешние супериоры, всё потеряет смысл. Без появления новых сил у нас никогда не будет сотни супериоров... и мы никогда не достигнем Бесконечности.

Кивнув собственным словам, оно ещё раз взглянуло на журнал Рэя и продолжило:

— Итак... интересно, сумеет ли он как следует воспользоваться Гардрандой.

Представив будущее, оно едва заметно улыбнулось.

— Сумеешь ты или нет... просто становись сильнее и веселись. Для вас этот мир — от начала и до конца — всего лишь игра.

И управляющий ИИ № 4, Джаббервок, отвечавший за UBM, снова вернулся к своей очень, очень хлопотной работе.

# Послесловие

[[image:/storage/reader-images/61dfc315838c1bfa9c1e5b0cd0091a8b9e0ad6b8.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/4a84d1085084a27d31434e3cc2daa1862f1c4f08.jpg]]

Медведь: «Пора начинать послесловие!»

Кот: «Большущее спасибо за покупку первого то-ома!»

Медведь: «Как вы наверняка уже поняли по подписям к нашим репликам, ведущими этого послесловия будут ваш покорный слуга — его медвежье величество Сю Старлинг...»

Кот: «...и пока единственный кот в Дендро, управляющий ИИ № 13 — Чеши-и-ир! Чтобы вы знали: сперва автор собирался держаться чинно и лично-о поприветствовать дорогих читателей...»

Медведь: «...но передумал и решил, что дуэт талисманов лучше всего представит Дендро!»

Медведь: «А теперь запаситесь медвежьим терпением: мы расскажем, как книга добралась до издания».

Кот: «Отличная иде-е-я. Дело было около одиннадцати месяцев назад. Автор заглянул во входящие на Shōsetsuka ni Narō и увидел письмо от отправителя, чьё имя было выделено красным... Имя, выделенное красным, заставило его задрожать от страха, но он всё-таки собрался с духом и прочитал тему письма. Там значилось: „Предложение об издании“. Это и правда было предложение от редактора К. из Hobby Japan!»

Медведь: «Естественно, у автора шерсть встала дыбом: он никак не ожидал, что с ним свяжется издательство, чьи книги он читал ещё в школьные годы».

Кот: «Автор ответил с осторожным оптимизмом, а вскоре после этого отправился на предварительную встречу...»

Медведь: «...где ему всё объяснили, и вскоре он уже подписал договор об издании».

Кот: «Но затем возникла проблема... хотя „проблема“ — возможно, не совсем подходящее слово».

Медведь: «Словом, редактор К. возложил на автора такие надежды и задал такую высокую планку, что даже медвежье сердце автора едва выдержало».

Кот:

«„Иллюстрации нарисует Тайки“, — сказал редактор.

„Тот самый, который создаёт те самые дизайны? Я так счастлив!“ — ответил автор.

„За месяц до выхода мы вложим листовки о Дендро в книги HJ Bunko“, — сказал редактор.

„Ух ты! Вот это реклама!“ — ответил автор.

„Ещё у книги будет отдельный сайт и видеопревью“, — сказал редактор.

„В-Вы даже на такое пойдёте?!“ — ответил автор.

„А ещё я попрошу пятьдесят художников нарисовать что-нибудь в поддержку Дендро“, — сказал редактор, и тут автору оставалось лишь безудержно трястись».

Медведь: «Всё это — чистая правда».

Кот: «Автор сможет выдохнуть, если книга будет продаваться достаточно хорошо, чтобы оправдать ожидания редактора К. Я от всей души надеюсь, что это послесловие прочтёт как можно больше людей — ведь это будет означать, что книга продаё-о-отся».

Медведь: «И наконец, похлопайте лапами: слово благодарности от автора!»

Здравствуйте.

Я хочу поблагодарить всех, кто купил первый том Бесконечного Дендрограма; всех, кто поддерживал моё произведение на Shōsetsuka ni Narō; мою сестру, проверявшую каждую часть перед тем, как я её выкладывал; и, конечно, издательство Hobby Japan и его редактора К. — за то, что они выбрали моё произведение для издания.

Я продолжу писать Бесконечный Дендрограм и приложу все силы, чтобы оправдать ваши ожидания. Буду благодарен, если вы продолжите меня поддерживать.

С уважением, Сакон Кайдо.

Кот: «Ну вот и всё. Встретимся снова во втором то-о-оме!»

Медведь: «С вами в этом послесловии были Братец Медведь...»

Кот: «...и Чеши-и-ир!»

Медведь: «Выход второго тома запланирован на ближайшие месяцы — так что до тех пор улыбайтесь и терпите по-медвежьи!»

Том 2. Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/7668c72436d7246b3a48e3ffc16ad8f5c517da30.jpg]]

Текст на иллюстрации:

`Сакон Кайдо`

`Иллюстратор: Тайки`

`Бесконечный Дендрограм`

`2. Звери нежити`

[[image:/storage/reader-images/96708d3e587166472915a36b45aa16d51e28bd9e.jpg]]

Текст на иллюстрации:

`Бесконечный Дендрограм`

`2. Звери нежити`

`Сакон Кайдо`

`Иллюстратор: Тайки`

[[image:/storage/reader-images/780f716b51595dbcd815d516cf4d13d9bb701b32.jpg]]

Текст на иллюстрации:

`Хьюго`

`Хьюго Лессепс`

`Игрок, с которым Рэй познакомился в Гидеоне. Он примечателен своей напыщенной манерой речи и характером, не позволяющим ему закрывать глаза на злодеяния. Рэй и Хьюго объединяются, чтобы разобраться с бандитской шайкой.`

`Рэй`

`Рэй Старлинг`

`Рэйдзи Мукудори`

`Молодой человек, который начал играть в «Бесконечный Дендрограм», сдав вступительные экзамены в колледж. Обычно он спокоен, но обладает сильной волей и обострённым чувством справедливости, благодаря которым не отступает, сколько бы ни пришлось бороться.`

`Немезида`

`Немезида`

`Девушка, проявившаяся как Эмбрио Рэя. Она может превращаться в оружие, а её первая форма позволяет ей становиться двуручным мечом. Кроме того, у неё весьма впечатляющий аппетит.`

`Кюко`

`Кюко`

`Напарница Хьюго — чрезмерно белая девушка. Сейчас она и сближается с Немезидой — чрезмерно тёмной девушкой, — и конфликтует с ней.`

[[image:/storage/reader-images/93e2798287ad752134e9126dee4f579379f31e96.jpg]]

Текст на иллюстрации:

`«Рэй!»`

`Я позвала его, но он не ответил.`

`«Прости меня!»`

`Я влила себе в рот зелье и прижала губы к его губам.`

Содержание

Пролог: Эмоции мёртвых

Глава 1. Утро в Гидеоне

Глава 2. Банальность в переулке

Глава 3. Мастер Девы

Глава 4. Два лидера

Глава 5. Восставший бык-конь

Глава 6. За пределами десятичной точки

Эпилог: Утро улыбок

Конъюнкционный эпизод: Накануне

Послесловие

Королевство Алтар, горный пояс Круэлла

К востоку от Гидеона — второго по величине города Королевства Алтар — располагалась гористая местность, известная как горный пояс Круэлла. Здесь проходила граница королевства с Калдиной — страной обширных пустошей, похожих на пустыню.

Годами этот приграничный район был излюбленным местом банд разбойников и их убежищ. Даже если какая-нибудь группа, отправившаяся по заданию Гильдии авантюристов, уничтожала одну из них, вскоре на её месте появлялись другие.

Причин было две.

Во-первых, королевство не могло проводить широкомасштабную и тщательную охоту на разбойников: соседняя Калдина могла счесть это военным актом и спровоцировать королевство.

Во-вторых, пояс лежал на главном торговом пути между Гидеоном, одним из крупнейших городов королевства, и Калдиной — государством, известным своим меркантилизмом. Разбойник не мог желать района, более богатого добычей. Поэтому проблема разбойников в поясе никогда не прекращалась.

Однако для Гильдии авантюристов это на деле не было бедой.

Новые банды разбойников всегда состояли из людей, разорившихся и опустившихся до разбоя. Их профессии были низкого ранга, а уровни даже не достигали максимума. Большинство действующих авантюристов могло без особого труда с ними расправиться, и, поскольку это было чистым плюсом для экономики авантюристов, Гильдия не возражала против продолжения этой проблемы. Настоящими жертвами оставались лишь разносчики, которым не повезло попасться разбойникам.

Однако в какой-то момент эта проблема разбойников — уже пропитанная запахом кровавых денег — стала ещё хуже.

Одна из банд разбойников начала похищать детей из Гидеона и окрестных деревень.

Они требовали выкуп за каждого ребёнка, а детей, за которых выкуп не платили, просто не возвращали. Некоторые родственники не получили своих детей обратно даже после уплаты, а другие получили лишь изорванные куски их трупов. Всё это казалось больной шуткой.

Естественно, родители детей попросили Гильдию авантюристов уничтожить разбойников, и, конечно же, Гильдия согласилась.

Чиновники Гильдии авантюристов полагали, что среди похитителей есть кто-то особенно могущественный. Поэтому они собрали и отправили отряд из нескольких выдающихся авантюристов-тиан. Это была группа, способная сразить даже Чистого дракона.

Все верили, что, независимо от того, были ли среди похитителей способные люди, отряд уничтожит банду разбойников и вернёт всех детей, которые ещё живы. Участники отряда тоже не сомневались в этом.

Предводитель отряда — славившийся своей эффектной внешностью — отправился на задание, помахав рукой провожавшим его людям. Отважная улыбка на его лице ещё сильнее убедила всех — чиновников Гильдии, других авантюристов и, конечно же, жителей Гидеона — в том, что они вернутся с успехом.

На следующий день перед ступенями здания Гильдии выставили наполовину съеденное лицо предводителя. Рядом лежала бумага с надписью «Добавки, пожалуйста», а также множество маленьких пальцев — по одному за каждого похищенного ребёнка.

Ошеломлённая таким неожиданным поворотом событий, Гильдия авантюристов быстро сделала следующий ход. План состоял в том, чтобы собрать несколько отрядов авантюристов и уничтожить банду разбойников тактикой человеческой волны. Среди почти сотни авантюристов были даже Мастера. Мастера Гильдии были абсолютно уверены в своей победе.

Через три дня воскресший Мастер вернулся сообщить о случившемся.

— Они перебили нас всех. С этим ничего не сделать, — сказал он.

По его словам, большинство врагов были полными слабаками, но двое — невероятно сильными.

Одним был лошадечеловек-нежить, другим — крупный быкоголовый мужчина. Их сила намного превосходила силу обычных тиан, и можно было сказать, что именно они убили большинство авантюристов.

После этого доклада мастер Гильдии понял, что это задание не для авантюристов. Он связался с рыцарями, отвечавшими за район вокруг Гидеона, но армия не могла действовать из-за близости района к границе с Калдиной.

Даже местный чемпион Гидеона — Супер-гладиатор Фигаро — отклонил просьбу, хотя мог в одиночку разобраться с этим делом.

Гильдия авантюристов исчерпала все свои возможности и оказалась не в состоянии что-либо сделать. Время от времени кто-нибудь из более сильных людей принимал задание и отправлялся уничтожить разбойников, но каждый раз возвращался трупом, а вместе с ним в Гильдию присылали пальцы детей.

Эта трагедия продолжалась год, и в конце концов Гильдия авантюристов перестала выставлять это задание в своих каталогах.

Так банда разбойников, о которой шла речь, — банда Гуз-Майз — продолжала действовать в горном поясе Круэлла.

Это происходило в мрачном подвале заброшенной крепости.

— Третий в этом месяце. Оплата получена. Подходящих материалов нет. Вернуть, — пробормотал мужчина, глядя на старый письменный стол в пронзительно холодной комнате, наполненной удушающей сыростью.

— Четвёртый в этом месяце. Оплата не получена. Подходящие материалы найдены. Превратить в материалы.

Просмотрев документы, он произнёс эти слова и что-то записал в державшийся у него в руке журнал. Он напоминал обычную деловую книгу учёта, и лежавший у него под рукой журнал был не единственным на столе.

Каким бы мрачным ни было это предположение, казалось, он разложил их там просто ради того, чтобы они лежали рядом, и сам мужчина не стал бы это отрицать.

— Пятый в этом месяце. Оплата получена. Подходящие материалы найдены. Голову вернуть после превращения в материалы. — С этими словами мужчина поднялся и направился в соседнюю комнату.

Ходил он странно. Верхняя половина его тела была человеческой, а нижняя — лошадиной. Это гуманоидное существо было известно лишь как «лошадечеловек».

Как существовали помеси человека и лошади — монстры, известные как кентавры, — так существовали и помеси человека и лошади — люди, известные как лошадечеловеки. Над головой обычного монстра появлялось его имя, но к этому мужчине это не относилось.

Следовательно, этот лошадечеловек на самом деле был гуманоидом…

…как бы нечеловечески ни выглядели его тело и ход мыслей.

— Вот этот, — сказал он.

В комнате стояли клетки, а внутри находилось множество маленьких животных. Они были товаром мужчины. Все животные спали и потому совершенно не замечали его присутствия.

Лошадечеловек вынул маленькое животное из пятой клетки и положил его на каменный пол своей комнаты. На полу был нарисован магический круг. Мужчина закрепил на конечностях животного оковы, прикованные цепями к полу. Затем он достал чёрный кристалл.

—

Когда он что-то прошептал, магический круг засветился и выпустил небольшие разряды фиолетовой молнии.

В тот же миг маленькое животное проснулось.

— ГИ-Я-А-А-А-А-А-А-А-А!

Вырвавшийся из его рта крик был полон муки.

Животное попыталось подняться, но удерживавшие его кандалы не позволили этого сделать. Металл на его конечностях прорезал кожу, тело маленького существа судорожно дёргалось и ударялось спиной о каменный пол в тщетной попытке вырваться.

Это продолжалось долгих пять минут…

— Ма… мамочка…

…и в конце маленькое животное — несчастный маленький человеческий ребёнок — испустило последний вздох.

— Меньше, чем я ожидал, — сказал лошадечеловек, глядя на кристалл в своей руке.

Затем он отсёк голову трупа большим заранее приготовленным клинком, сунул её в мешок и бросил мешок в корзину с надписью «Вернуть». Остатки тела аккуратно поместил в контейнер с надписью «Материалы».

Затем мужчина, словно ничего особенного не произошло, вернулся к столу и продолжил заполнять журнал.

Никто, кто знал содержимое журнала, не стал бы сравнивать его с деловыми журналами. Теперь это была не более чем проклятая книга, в которой записывались судьбы бесчисленных детей.

— Шестой в этом месяце. Оплата не получена. Подходящих материалов нет. Утилизировать. Гуз!

В ответ на зов мужчины в темноте что-то зашевелилось.

— А-а…

Существо, именуемое «Гузом», — крупный мужчина с бычьей головой и демоническими клыками — просунул руку в одну из клеток и схватил маленькую девочку за руку. Она спала и продолжала спать, даже когда он потащил её по полу.

Многие сказали бы, что ей было бы лучше продолжать спать. Однако Гуз этого не позволил. Ласково — как родитель или близкий друг — он похлопал её по щеке.

Девочка зашевелилась и проснулась…

— Знаешь, они вкуснее, когда боятся, — ухмыльнулся он.

…и её плоть отделилась от костей. Её съели заживо.

К тому времени, когда Гуз закончил перекусывать, лошадечеловек закончил заполнять журнал.

— Гуз, не разводи такой беспорядок, — сказал он.

— Га-ха-ха! — засмеялся быкоголовый. — Майз, тут всё место уже залито кровью детишек и прочими жидкостями! Я не смог бы сделать хуже, даже если бы захотел!

— Я говорю о твоей слюне. От неё воняет.

— Вот как? Тогда постараюсь быть осторожнее.

Лошадечеловек — Майз — вздохнул, услышав вялый и ненадёжный ответ Гуза, и сменил тему.

— На сегодня всё, — сказал он. — Гуз, после того как мы закончим с завтрашней партией, мы покинем это место.

— А? Мы? — спросил быкоголовый.

— Да, — ответил лошадечеловек. — Это событие начнётся в Гидеоне всего через два дня. Кто-то из тех, кто там соберётся, может попытаться нас уничтожить. Это будет слишком хлопотно.

— Мастера, значит? — вздохнул Гуз. — Почему бы просто не надавать по задницам этим несерьёзным придуркам?

— Потому что не можем, — сухо ответил Майз. — С теми, у кого профессии высокого ранга, мы справимся, но Супериоры и их профессии уровня Супериор окажутся для нас слишком сложны. К тому же…

Он на мгновение замолчал, лишь чтобы подчеркнуть следующие слова.

— …они стоят там, куда мы целимся.

Слова Майза — в которых звучала какая-то уверенность — заставили Гуза расхохотаться.

— Ге-ха-ха-ха! Тут не поспоришь.

— О, только сейчас дошло, — добавил быкоголовый. — Ты сказал, что мы уезжаем, но как насчёт подручных? Их около сотни, и они всё ещё усердно добывают детишек и всякое такое.

От вопроса Гуза глаза Майза — пустые глазницы, в которых вспыхивал и исчезал огонёк, похожий на блуждающее пламя, — загорелись.

— Конечно, заберём их с собой, — сказал лошадечеловек.

— Га-ха-ха! Надеюсь, влезут все!

Гуз был пожирающим людей демоном с бычьей головой, обладателем профессии высокого ранга из гладиаторской ветви — Сильный гладиатор.

Майз: одержимый жаждой мести лошадечеловек-нежить с профессией высокого ранга из ветви некромантов — Лич.

Это была банда Гуз-Майз.

Это была самая страшная банда похитителей и убийц Гидеона.

Паладин Рэй Старлинг

Большинство крупных городов Королевства Алтар — включая королевскую столицу — были окружены высокой стеной. Она не только защищала от монстров и нападений других стран, но и отделяла мир внутри от мира снаружи.

Город дуэлей Гидеон, куда мы только что прибыли, не был исключением.

— Ух ты… — я не смог сдержать восхищённый возглас. За стенами — похожими на столичные — простирался совершенно иной пейзаж.

Это напомнило мне, что я чувствовал, впервые войдя в Алтею. Атмосфера гиперреалистичного фантастического города впечатляла сама по себе, а Гидеон вновь заставлял меня пережить те же ощущения.

Воздух здесь был густ от людского восторга. Мне казалось, большая его часть исходила из самого центра мегаполиса — возвышавшейся прямо перед глазами Великой центральной арены города дуэлей. Римский Колизей имел двести метров в диаметре и пятьдесят метров в высоту, но главная гордость Гидеона, похоже, была более чем вдвое крупнее.

Согласно вывеске у ворот Гидеона, вокруг города на равном расстоянии друг от друга располагались двенадцать арен поменьше, и каждая из них ежедневно принимала бои. Там же говорилось, что Великую центральную арену часто использовали для различных мероприятий.

При всей оживлённости Гидеона мне было трудно поверить, что этот город принадлежал королевству, недавно получившему сокрушительный удар в войне и оказавшемуся на грани поражения.

Я огляделся и увидел множество человекоподобных рас, которых почти не встречал в столице. У одних были звериные уши, у других — драконьи рога… Здесь даже были феи, ростом едва достигавшие моих колен. Похоже, это были здешние демилюди — обязательный элемент любой фэнтезийной истории.

Наблюдая за ними, я заметил и туристов, и тех, кто действительно здесь жил и работал. Фигаро не лгал, когда говорил, что это место кипит жизнью.

— Какой энергичный город, — сказал Рук.

— Это естественно: этот район находится далеко от северной границы королевства с Империей Драйф, — сказала Мари и начала объяснять почему. — Рядом с Гидеоном расположены Калдина и Легендария. Последняя подписала с Алтаром торговый договор, а первая является его полноценным союзником, поэтому в этот город приезжает множество туристов из обеих стран.

Она показала нам карту, чтобы проиллюстрировать свои слова. В центре карты находился Гидеон; на востоке — горный пояс, за которым располагалась Калдина; на юге — Легендария. На западе виднелся небольшой участок суши, за которым начиналось открытое море, а на севере находилась столица.

— Гидеон не только находится в безопасном месте — можно также считать солдатами города всех гладиаторов, сражающихся на его аренах, — продолжила Мари. — Не будет преувеличением сказать, что Гидеон — сильнейший город королевства.

Понятно, — подумал я. Значит, это самый безопасный город Королевства Алтар.

Оставалось предположить, что многие люди, бежавшие из столицы, выбрали Гидеон местом назначения. В конце концов, в каталоге столичной Гильдии было немало запросов на сопровождение от людей, искавших безопасное убежище.

Однако встречались и такие торговцы, как Алехандро, готовые специально отправиться в столицу за припасами. У входа в Гидеон мы с этим торговцем разошлись, но он хотел как следует отблагодарить нас и пригласил заглянуть в его магазин, когда у нас появится время.

— А теперь пойдём в Гильдию авантюристов, — сказала Мари. — Нужно завершить задание и сообщить, что Гардранда уничтожена.

Мы с Руком быстро согласились, и все вместе направились в Гильдию авантюристов Гидеона.

Потолок внутри был выше, чем в столичной Гильдии. Вход тоже был шире. Вероятно, проектировщики учитывали размеры крупных рас, живших в этом городе и посещавших его.

Впрочем, задание по доставке мы завершили без проблем. Награда составляла тридцать тысяч лир. Мы разделили её поровну и получили по десять тысяч лир. Сумма, без сомнения, была неплохой. Однако, когда мы пришли за наградой за расправу с Гардрандой, возникли проблемы.

Доказать, что мы выполнили задание, было совсем не трудно. Достаточно было подойти к специальной стойке и показать особую награду MVP — «Миазмопламенные наручи Гардранды».

Такие предметы всегда называли в честь побеждённого UBM, они обладали свойствами, соответствующими MVP, и не могли быть переданы никаким способом. Поэтому сам факт, что у меня был предмет с именем Гардранды, мог означать только одно: именно я стал самым ценным игроком в уничтожении Великого миазматического демона Гардранды.

Конечно, подобное можно было доказать и тщательным расследованием. Это было естественно, ведь далеко не всякая цель охоты являлась UBM.

Итак, деньги за награду мы получили без каких-либо затруднений, но сама сумма оказалась довольно проблемной.

Всего нам полагался миллион лир. Это соответствовало десяти миллионам иен — целому состоянию. Поэтому мы уселись за столом в Гильдии и принялись ожесточённо спорить о том, как разделить деньги.

— Да ладно! — повысил я голос. — Давайте просто разделим всё на троих поровну и закончим с этим!

— Нет! — возразила Мари. — Я уже получила деньги за использованные зелья, так что больше мне ничего не нужно! Я вообще не участвовала в сражении! Просто разделите всё пополам между собой!

— Я тоже не сражался с Гардрандой! — выкрикнул Рук. — Не могу же я получить столько же, сколько Рэй! Честно говоря, ему стоит забрать всё!

Все трое яростно спорили, стараясь уменьшить причитающиеся им суммы.

Сначала Мари получила примерно сто тысяч лир в качестве компенсации за Эликсир, который бросила в меня, и другие лекарства, использованные для помощи людям в повозках. Она не хотела брать деньги, утверждая, что сама решила потратить эти предметы, но я настоял, и вскоре она сдалась. После этого оставалось девятьсот тысяч лир — и вот тогда спор разгорелся по-настоящему.

Я утверждал, что награда стала результатом действий всей партии, и настаивал, чтобы каждый получил по трети.

Мари настаивала, что не заслуживает и не нуждается ни в чём сверх того, что получила за лекарства.

Рук заявлял, что не заслуживает денег вообще, поскольку не участвовал в сражении с Гардрандой.

Я искренне считал, что без них обоих победа над демоном была бы невозможна, поэтому хотел, чтобы они получили по праву заслуженную долю.

— Честно говоря, я уже получил особую награду MVP, так что, может быть, мне вообще не стоит брать эти деньги, — сказал я.

— Это уже не просто бескорыстие, а откровенное безумие, — заметила Немезида.

Я говорил совершенно серьёзно, но Немезида смотрела на меня как на идиота. Рук и Мари тоже явно не понимали, что я предлагаю.

— Да эти наручи совершенно безумны, — сказал я. — После такой вещи я просто не могу позволить себе забрать много.

Я поднял руки, демонстрируя надетые на них предметы. После победы над Гардрандой в моём инвентаре лежали эти двухцветные наручи — один красный, другой тёмно-фиолетовый.

Описание в окне экипировки выглядело так:

Миазмопламенные наручи Гардранды

Легендарный предмет

Легендарный предмет, воплощающий концепции, связанные с трёхликим демоном пламени и миазмов.

Помимо чрезвычайной прочности, он увеличивает физическую силу владельца.

Этот предмет нельзя передать или продать.

Ограничение по уровню отсутствует.

Они действительно давали стопроцентную прибавку к STR и обладали большей защитой, чем все остальные мои доспехи вместе взятые. Более того, наручи позволяли использовать навыки «Пламя чистилища» и «Адский миазм», вероятно, очень похожие на атаки самого UBM. Был и ещё один навык, который я почему-то не мог прочесть: он просто обозначался как «???».

Ничего не скажешь, предметы были невероятно хороши.

Они, похоже, стоили больше трёхсот тысяч лир — вероятно, даже дороже всей награды за победу над Гардрандой.

В конце концов, это «легендарный» предмет, — подумал я.

— Я понимаю, что стал MVP, но после получения этого забирать ещё и награду было бы слишком, — сказал я.

Мы бы проиграли сражение с Гардрандой, если бы Мари не поддержала нас своими предметами. Рук тоже отлично справился, сдерживая Одри — изначально бывшую ездовой тварью демона.

Без них мы не победили бы, поэтому я считал справедливым настаивать, что моя доля должна составлять лишь треть награды.

— …Понимаю, — сказала Мари. — Но, кажется, я придумала вариант получше. — Она слегка постучала по столу. — Во-первых, Рэй, ты получаешь триста тысяч. И точка. Если ты не возьмёшь эти деньги, никто здесь не имеет права брать хоть что-нибудь. Рук, я знаю, что ты не хочешь получать столько же, сколько Рэй, так что сократим твою долю вдвое и дадим тебе хотя бы сто пятьдесят тысяч. А прежде чем кто-нибудь начнёт ругать меня за отказ от денег, скажу: мне будет достаточно пятидесяти тысяч, большое спасибо.

Мы с Руком не возражали против такого раздела, и пятьсот тысяч лир были распределены. Однако оставалось ещё четыреста тысяч.

— Остаток мы используем как партия, — сказала Мари.

— То есть ты хочешь сказать… — я приподнял бровь.

— Можно назвать это небольшим уроком на будущее, — ответила она.

О чём это она? — подумал я.

— А пока просто оставьте всё мне, — продолжила она. — Я хочу, чтобы через три игровых дня, во второй половине дня, вы оба снова пришли сюда. Не возражаете?

Три игровых дня составляли всего один день в реальности.

— Я не против, — сказал Рук.

— У меня тоже завтра нет планов, но что ты задумала? — спросил я.

— Пусть это пока останется маленьким секретом ради сюрприза, — сказала Мари. — Но если тебе не нравится моя идея, просто скажи. Я сразу верну твою долю.

— Нет, меня всё устраивает, — сказал я. Я совершенно не собирался брать ещё денег, поэтому просто позволил Мари делать то, что она задумала.

— На этом с разделом денег покончено, — сказала она. — Вы хорошо справились с завершением задания.

— Ага, спасибо за помощь, — сказал я.

— Большое спасибо, — сказал Рук.

Так завершилось первое задание, которое мы выполняли всей партией.

Мы немного отпраздновали это событие, а под конец я так устал, что сразу вышел из игры.

На следующий день я вошёл в игру вскоре после пробуждения.

Я спал достаточно долго, чтобы в игре успели пройти целые сутки. Ускорение времени в Infinite Dendrogram втрое было удобно, но в подобных ситуациях начинало казаться запутанным и даже раздражающим. Сейчас было шесть утра, и солнце только начинало подниматься.

Едва я вошёл в игру, Немезида выпрыгнула из герба на моей левой руке и поприветствовала меня:

— Доброе утро, Мастер. Сегодня ты что-то рано.

— Забавно слышать это, если учесть, что в реальной жизни я практически проспал, — сказал я.

— Так чем ты сегодня займёшься? — спросила Немезида. — Для открытия магазинов ещё слишком рано.

— Я собирался заняться этим после покупки нового снаряжения, но, думаю, сначала придётся всё проверить, — ответил я.

— Проверить? Что именно? — снова спросила она.

Я поднял перед ней обе руки:

— Вот эти. — Их закрывали два предмета брони: мои миазмопламенные наручи.

Как и в королевской столице, в большинстве городов королевства ворота всегда оставались открытыми. Причин было много, но одна из них заключалась в том, что многие Мастера действовали по ночам. Было бы крайне неудобно пропускать их только днём, а многие из них наверняка попытались бы перелезть через стены. Поэтому ворота были открыты круглосуточно. Стража работала в три смены, что напоминало мне подработку в магазинах у дома.

Проходя через северные ворота и приветствуя стоявших там стражников, я получил в ответ слегка сонное приветствие.

Вскоре после выхода из города я оказался на равнинах Некс — в том же месте, через которое проходил вчера.

Я бродил вокруг в поисках подходящего для испытания монстра, и вскоре нашёл одинокого гоблина-воина. Я хорошо знал этого монстра, поэтому смог бы победить его даже в случае провала испытания. Как ни посмотри, цель была подходящая.

— Ты сказал, что собираешься испытать наручи, но у тебя есть какой-то конкретный план? — спросила Немезида, находясь в форме меча.

— На этих миазмопламенных наручах есть навыки, верно? Хочу проверить, пригодятся ли они, — сказал я. — Не хотелось бы впервые опробовать их на чём-то сильнее меня.

Во время сражения с демидрагом я получил «Мне отмщение», а в битве с Гардрандой — «Подобно флагу, развевающемуся вспять», но не мог и дальше полагаться на незнакомые навыки, надеясь, что они всегда подойдут к ситуации и приведут меня к победе. Испытания были важны.

Поэтому я решил проверить два навыка, которыми обладал предмет: «Пламя чистилища» и «Адский миазм». Навык «???» я использовать не мог, так что с ним придётся подождать.

Один навык извергал пламя, другой выпускал ядовитый газ. Если я научусь ими пользоваться, у меня наконец появятся атаки помимо обычных ударов и «Мне отмщения». В конце концов, тратить самоцветы только ради чтения заклинаний было довольно расточительно.

— …Только сейчас понял, что у меня всё ещё осталось несколько самоцветов, — пробормотал я.

Внезапно гоблин заметил меня и бросился в атаку, размахивая оружием.

— Ну что ж… «Пламя чистилища». — Я вытянул руку к гоблину и раскрыл ладонь, направив её на него.

Мгновение спустя на тыльной стороне моей ладони открылся демонический рот…

— Э?

…и выпустил мощный поток багрового огня, окрасивший моё поле зрения в красный.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Чёрт, у меня так быстро падает HP! — подумал я. Это моя собственная атака, поэтому на неё не действуют «Эгида паладина» и другие защитные навыки! О нет! Я даже получил дебафф «Горение»!

— Глупец! Ты пытаешься себя убить?! О! Гоблин идёт сюда! — закричала Немезида.

— А-А-А-А!

Урон, который я нанёс себе, превратил сражение в чрезвычайно опасное. Я отчаянно защищался от атак гоблина, применил несколько навыков и лечебных предметов и лишь чудом вышел победителем.

Урок усвоен. Как бы ни были важны испытания, о безопасности забывать нельзя.

— …Ладно, пора взять себя в руки и испытать «Адский миазм», — сказал я.

— Ты уверен, что на этот раз всё сработает как надо? — спросила Немезида.

— Сработает, — ответил я. — …Наверное.

Вскоре после начала поисков новой добычи я наткнулся на двуногого монстра, похожего на растение. Над ним было написано «Ходячая виноградная лоза», и, как следовало из названия, это действительно была ходячая лоза с висящими на ней гроздьями винограда.

— А оно вообще дышит? — спросила Немезида. — Может, лучше его сжечь?

— Я сейчас испытываю «Адский миазм». И да, растения дышат, так что всё должно сработать, — ответил я. — «Адский миазм»! Выпуск!

На этот раз я убедился, что тыльная сторона ладони обращена к врагу, чтобы не задеть себя дымом.

Как я и задумал, миазм окружил Ходячую виноградную лозу… а затем сильный порыв ветра понёс его обратно ко мне.

— ГИ-Я-А-А-А-А-А-А!

— Я так и знала, что это случится! — закричала Немезида.

Стараясь не вдохнуть ядовитое облако, я выбрался из него.

Уф, это было близко, — подумал я. Я чуть не погиб от собственного навыка.

— Теперь посмотрим, что монстр об этом думает, — сказал я. Ветер рассеял миазм, открыв моему взгляду Ходячую виноградную лозу, явно страдавшую от дебаффов.

— Похоже, он действует, — сказала Немезида. — Но в ветреную погоду использовать его будет трудно, а в помещении это вообще невозможно.

— Да, не стану отрицать: навык сложен в применении, — сказал я.

Пока мы обменивались репликами, что-то влетело прямо мне в рот.

— Хгх?! — я нечаянно прикусил это и проглотил. Послевкусие — одновременно сладкое и кислое — напоминало виноград.

Виноградина. Из всех возможных вещей.

Да, Ходячая виноградная лоза на самом деле атаковала меня виноградинами.

— Што это за аттака?! — растерянно воскликнул я.

— Мастер, не разговаривай с набитым ртом, — сказала Немезида.

Но серьёзно, что мне вообще думать об этой атаке? — размышлял я. Виноградины довольно вкусные, а даже если они попадают по телу, то лишь немного пачкают меня и совсем не причиняют вреда—

— Кх… — моё лицо внезапно исказилось.

— Мастер, что случилось?! Эта атака была отравленной?! — в замешательстве спросила Немезида.

Яд? — подумал я. Точно, она была отравлена.

Мои характеристики ясно показывали действовавшие на меня дебаффы. Их названиями были «Яд», «Опьянение» и «Слабость».

— Это те же дебаффы, которые я только что наложил на него! — сказал я. Оказывается, плод отравился под воздействием миазма, а я получил его эффекты, проглотив виноградину. Я и не знал, что дебаффы могут передаваться таким образом.

— М-Мастер! — воскликнула Немезида. — Сюда приближается несколько монстров!

Я огляделся и увидел то тут, то там гоблинов и монстров звериного типа. Все они пришли из-за меня — точнее, из-за сока на моём теле.

— Понятно, значит, в этом и заключается смысл атаки… — пробормотал я.

И вот, всё ещё находясь под действием дебаффов, я подвергся нападению группы из более чем десяти монстров.

— Мы столкнулись с неожиданными проблемами, но теперь, кажется, я понимаю, как работают эти навыки, — сказал я.

Несмотря на грандиозный провал при первом применении, вскоре я понял, что «Пламя чистилища» — исключительно эффективный навык.

Прежде всего, он был очень мощным. Урон от него действительно превышал урон моих обычных атак. Я также мог поддерживать его, пока у меня оставался MP, не говоря уже о том, что навык мог накладывать дебафф «Горение» или его усиленную версию — «Обугливание». Как и следовало из названия, этот дебафф мог превратить обожжённую руку гоблина в древесный уголь.

Однако, при всей своей мощи, «Пламя чистилища» действовало и на друзей, и на врагов.

Чёрт, оно действует даже на меня, так что при использовании придётся быть очень осторожным, — подумал я.

Кроме того, оно было слабее пламени Гардранды. Если бы сила была одинаковой, первая неудача сожгла бы мне голову. Оставалось предположить, что «Пламя чистилища» слабее оригинала либо потому, что стало частью экипировки, либо потому, что я сам был более слабым существом. А поскольку один навык я ещё не разблокировал, было очевидно: полностью овладеть миазмопламенными наручами мне пока не удастся.

И хотя испытание «Адского миазма» привело к неожиданной ситуации, в которой меня окружило больше десяти монстров, оно тоже прошло успешно.

Ну и досталось же мне, — подумал я. Если бы я не активировал «Реверс», то уже был бы мёртв.

Я выжил лишь потому, что сражался с монстрами, усилив себя перевёрнутыми дебаффами.

К тому времени, как всё закончилось, Ходячая виноградная лоза поддалась действию «Яда» и умерла. Мне повезло узнать, что наложение дебаффов на монстра, а затем получение тех же дебаффов после проглатывания частей его тела считалось отрицательным эффектом от монстра.

Хотя я понятия не имею, когда смогу этим воспользоваться, — подумал я. В бою я всё-таки не ем монстров.

Как бы то ни было, при использовании «Адского миазма» мне следовало быть особенно осторожным.

О, чуть не забыл упомянуть. Когда Ходячая виноградная лоза умерла, «Реверс» перестал действовать. Поэтому теперь дебаффы снова мучили меня.

— У-о-о… — простонал я. — «Первое исцеление».

Лёжа на земле из-за «Опьянения» и «Слабости», я применил лечебную магию, чтобы восстановить HP, который поглощал «Яд».

Я надеялся, что раз «Пламя чистилища» слабее, то же самое относится и к «Адскому миазму», но это явно было не так. Он оказался почти таким же скверным, каким был, когда Гардранда наложила на меня эти дебаффы.

— Возможно, на более сильных существах он становится менее эффективным, — задумалась Немезида. — Твой уровень низок, поэтому, похоже, на тебе его действие всё ещё настолько мощное.

— М-может, ты и права… — пробормотал я.

Размышляя о том, как накладывались дебаффы, и о связи между «Горением» и «Обугливанием», я начал полагать, что некоторые дебаффы могли изменяться в зависимости от силы причины. Допустим, кого-то атаковали с наложением дебаффа, из-за чего «уровень» этого дебаффа у жертвы повышался и проявлялся новый эффект. Разве было бы странно, если бы непрерывный град таких атак накапливал уровень дебаффа и делал недуг серьёзнее?

Иными словами, слишком долгое вдыхание миазма могло вызвать появление новых дебаффов, — предположил я. …Не то чтобы я собирался это проверять.

— Но всё-таки дело дрянь, — сказал я. — Возможно, мне придётся возвращаться в город, ползая на четвереньках.

— Это будет довольно неприглядно, — сказала Немезида. — О?..

Пока я смотрел в сторону Гидеона — всё ещё лёжа на земле, — надо мной нависла тень.

Я понял, что кто-то стоит у меня за спиной, поэтому медленно поднялся и посмотрел, кто это. Торопиться я не стал: дебаффы всё ещё действовали, но я чувствовал, что присутствие не враждебно, в отличие от гоблинов и прочих монстров.

— Э?.. — растерянно произнёс я.

Моё предположение оказалось одновременно и верным, и ошибочным. Это точно был не монстр. Однако явно относилось к существам, с которыми следовало быть осторожным.

— …

Это был пингвин. Большой костюм пингвина размером с медведя смотрел на меня сверху вниз.

— Что?! — я поспешно попытался отступить, но дебаффы не позволили мне двигаться по своему желанию. Я начал паниковать, а пингвин лишь продолжал неподвижно наблюдать за мной.

— Братец Медведь обзавёлся новым костюмом? — спросила Немезида.

— Нет, это не мой брат, — ответил я.

Впрочем, это тоже не походило ни на монстра, ни на убийцу игроков.

Похоже, оно лишь наблюдало за мной.

— Да кто ты вообще такой? — спросил я.

— Кто я, спрашиваешь? Хе-хе-хе-хе… Упс! — ответив на мой вопрос, пингвин наконец нарушил молчание и неподвижность; по голосу я понял, что он мужчина, а затем он подпрыгнул вверх.

Сделав в воздухе несколько кувырков, он приземлился и принял позу в форме буквы V.

— Меня зовут Фла…МИНГО! Если хотите, зовите меня доктором Фламинго.

…Какой чудак, — подумал я.

— Можно ли считать костюмы признаком чудачества? — спросила Немезида.

Пока что у нас есть только двое, — подумал я. Если найдём третьего чудака в костюме, я соглашусь с твоей теорией.

Но это в сторону…

— Фламинго? — я приподнял бровь. — Это ведь костюм пингвина, разве нет?

Он напоминал пингвинов Адели, которых часто можно увидеть в океанариумах. Основными его цветами были чёрный и белый, и ни один зрячий человек не принял бы его за ярко-розовую птицу, в честь которой он себя назвал.

— Какая разница в таких мелочах?! Важно то, что ты, похоже, попал в беду! Выпей это! — Пингвин полез в карман, находившийся в районе живота костюма, и достал бутылочку с жидкостью.

— А это что? — спросил я.

— Лекарство, снимающее дебаффы! — ответил он. — Оно мгновенно устраняет все статусные эффекты, основанные на заболеваниях!

Я не знал, что ответить. Если пингвин не лгал, я с радостью выпил бы всё до дна, но у меня почти не было причин доверять настолько подозрительному пингвину.

— Это не ловушка? — спросила Немезида.

Я уже прошёл урок Лэй-Лэй с поддельным алкоголем и знал, чем опасны такие предложения, но, если бы этот пингвин хотел причинить мне вред, он сделал бы это, пока я корчился от дебаффов. У него не было причин заранее готовить против меня ловушку.

— Спасибо. — Я взял лекарство из руки пингвина, для безопасности активировал «Реверс» и медленно выпил его.

…Ого, а оно вкусное, — подумал я. На вкус оно напоминало смесь фруктовых соков.

Вскоре после того, как я выпил лекарство, мучившие моё тело дебаффы быстро исчезли…

— Ты ведь выпил всё, правда? — проговорил пингвин.

…и одновременно с этим меня внезапно пронзила сильная головная боль.

— Что?! Ах ты мелкий…! — прорычал я.

— Так это всё-таки была ловушка! — воскликнула Немезида.

Из-за головной боли я упал на колени и схватился за голову.

— Я наблюдал за тобой и думал… — сказал пингвин. — «Какое лекарство подойдёт ему лучше всего?» — Боль продолжала усиливаться.

— Мне не понадобилось много времени, чтобы прийти к выводу! Подойти мог только этот прототип! — объявил он.

Вскоре головная боль стала совершенно невыносимой… а затем исчезла, словно её никогда не было.

— Что?

Что это вообще было? — подумал я. Головная боль исчезла и больше ничего не вызвала.

Похоже, пингвин, накачавший меня лекарством, был странно доволен. Хотя его лица мне видно не было.

— Эй, что ты заставил меня выпи—?!

— М-Мастер! — перебила меня Немезида. — Уши! Твои уши!

В ответ на её слова я потянулся к ушам, но не обнаружил с ними ничего странного.

— Не эти уши! Те, что выше! — воскликнула она.

Уши выше? — подумал я. Но у меня только одна пара уше—

Внезапно я почувствовал что-то пушистое.

— Хм…?

Что это было за странное ощущение? Я снова потянулся к месту, которого только что коснулся, — к области между виском и теменем. И снова почувствовал что-то пушистое. На ощупь оно оказалось даже приятным. Это напоминало мне уши сибирского хаски, который когда-то у меня был…

— Да! Я знал, что эти уши будут тебе к лицу! — Пингвин словно из ниоткуда достал зеркало в полный рост. В нём я увидел себя…

…с торчащими из головы собачьими ушами — золотистыми, как мои волосы.

— … Чего— — «ЧТО ЗА ЧЁРТ?!»

[[image:/storage/reader-images/9f664262e5a7c04062112b0b04f7647d387c7b83.jpg]]

— Я всего лишь скромный Исследователь и просто хотел испытать собственное «Зелье звериных ушей», — объяснил пингвин. — Когда я отправился искать удобную подопытную морскую свинку, то наткнулся на тебя, лежавшего на земле. Я не мог упустить такую божественную возможность, поэтому смешал лекарство, снимающее статусные эффекты, с препаратом, который хотел испытать. Моя оценка оказалась верной! «Зелье звериных ушей» оказалось успешным, и собачьи уши тебе невероятно идут! …Прости, я правда прошу прощения! Я встану на колени и извинюсь, так что, пожалуйста, убери меч! Ты порвёшь мой костюм! Прекрати! Он может добраться до моего горла!

Я прижал Немезиду к горлу безумного пингвина-учёного, узнав, что тот использовал меня как подопытную морскую свинку.

Прости меня, Лэй-Лэй, — подумал я. Я заслужил это за то, что не последовал твоему совету. Но всё-таки разве это не чересчур?

— Я не слишком интересуюсь модой, но есть три вещи, которые я решил ни при каких обстоятельствах не носить, — произнёс я.

— И-и какие? — спросила Немезида.

— Очки, женскую одежду и ободки с животными ушами.

Естественно, такой поворот событий меня сильно расстроил.

— Мастер, — сказала Немезида, — ты сильнее не любишь очки, чем женскую одежду?

— Очки — отличная вещь, — сказал пингвин. — Например, эта пара даёт различные навыки и—

— Замолчи! — оборвал я его.

— П-похоже, ты собираешься его убить, — заметила Немезида.

— Я п-прошу п-прощения! — воскликнул пингвин.

Никаких очков. Никогда, — подумал я.

— Итак… что мне теперь делать? — Я попытался скрыть собачьи уши каким-то случайным головным убором, но ничего не смог надеть. Все предметы отторгались, словно магниты с одинаковыми полюсами. Я открыл окно экипировки, и там было сказано, что на голове у меня уже надеты «Собачьи уши». Похоже, как и в большинстве подобных игр, в каждый слот можно было надеть только один предмет экипировки.

Кстати, на этих «Собачьих ушах» не было ни бонусов, ни навыков. Это был предмет, который лишь менял мою внешность. Однако, совсем как обычный проклятый предмет из типичной RPG, через окно экипировки его снять было нельзя.

При этом никаких соответствующих статусных эффектов не появилось, и «Реверс» тоже ничего не мог с этим поделать.

— Как это исправить? — спросил я.

— Они растут прямо из твоей головы, поэтому просто снять их нельзя, — сказал пингвин. — Это вроде разновидности изменения причёски.

Ну и раздражает же это, — подумал я.

— Но через некоторое время они должны исчезнуть, — продолжил он. — Если судить по всему, это произойдёт вечером.

— По какому времени? — спросил я.

— Конечно, по времени этого мира.

Это означало десять часов здесь или три часа в реальности.

— Тогда, наверное, я просто выйду из игры до этого момента, — сказал я. Я не хотел, чтобы кто-нибудь из знакомых увидел меня в таком виде.

— О нет, время вне игры не считается, — сказал пингвин. — Иначе было бы скучно.

…Этот безумный пингвин только что сказал слово «скучно», да?

— Хаа… Ладно, — смирившись, вздохнул я. — Значит, придётся пока ходить так…

Ходить с чем-то подобным на голове было довольно неловко. Но по сравнению с необходимостью носить очки… хотя, пожалуй, всё не так уж плохо, — подумал я.

— А что тебе вообще сделали очки? — спросила Немезида.

Без комментариев.

— Кстати, Рэй, мой мальчик, — снова заговорил пингвин.

— Что такое? — спросил я.

— У меня есть лишь одна скромная просьба. — Пингвин посмотрел на меня серьёзным взглядом — хотя лица я не видел, ощущение было именно таким — и озвучил своё желание: — Я хочу сделать скриншот, так что не мог бы ты раздеться? Достаточно снять верх.

Не говоря ни слова, я полоснул по нему мечом.

— Фва-ха-ха-ха! Прощай!

Пингвин уклонился от моей атаки и быстро побежал в сторону города.

Ну и быстр же он, — подумал я. Пингвин не должен быть настолько проворным.

— И что нам вообще делать с такими чудаками?.. — спросила Немезида.

— Понятия не имею. По тому, что он упомянул скриншоты, очевидно, что он Мастер, но… Хм? — Я осёкся и кое-что понял.

Я понял, что перед уходом пингвин назвал меня по имени. А я точно не представлялся ему…

После того как этот пингвин-чудак напоил меня лекарством для собачьих ушей, я направился обратно в город.

Поскольку Гидеон был местом, где демилюди встречались нередко, стражники не сделали никаких замечаний по поводу моей новой внешности.

Я услышал, как один из них прошептал:

— Хм? У этого парня были такие уши, когда он приветствовал нас утром?.. Наверное, я ещё не до конца проснулся.

Но этим всё и ограничилось.

— Ладно, что теперь? — спросил я себя.

До испытания я собирался поздороваться с Алехандро, купить новое снаряжение и, возможно, поохотиться вместе с Руком и Мари, если они будут в игре. Но теперь мне не хотелось встречаться ни с кем знакомым. Показаться на людях с собачьими ушами на голове было бы унизительно.

— Не понимаю, почему тебя это так беспокоит, — сказала Немезида.

Было бы страннее, если бы меня это не беспокоило, — подумал я. Представь: перед тобой внезапно появляется хороший друг с парой собачьих ушей, растущих из головы.

Я был совершенно уверен, что такое зрелище навсегда запечатлелось бы в моём мозгу.

Я очень не хочу, чтобы такое произошло, поэтому не хочу видеть никого знакомо—

— А, Рэй, Немезида. Доброе утро, — прежде чем я успел закончить мысль, до моих ушей донёсся женский голос.

Я не знал, что сказать.

Серьёзно?! Ты решила сделать это именно в тот момент, когда я об этом подумал?! — в панике подумал я.

— А вот и Мари, — сказала Немезида.

— Именно, — ответила Журналистка.

— Рэй, почему у тебя такое необычное выражение лица… — Мари осеклась и уставилась на то, что росло у меня из головы.

Чёрт, она на них смотрит, — в панике подумал я. Она действительно не сводит с них глаз.

Мне нужно было всё объяснить, прежде чем она решит, что я какой-то чудак, которому нравится носить собачьи уши.

— Мари, просто чтобы ты знала, это не мо—

— Ничего не говори, Рэй! — перебила она меня.

— Простите?! — напор в её голосе заставил меня выпрямиться и не дал продолжить начатую фразу. Не отрывая взгляда от меня, Мари забрала что-то из своего инвентаря, похожего на браслет. Это было…

— Альбом для рисования и… ручка? — с вопросом в глазах посмотрел я на предметы.

Как и во время объяснения вместимости миньонов, Мари начала с невероятной скоростью что-то рисовать. Я не разбирался в рисовании, но не мог не задаться вопросом, возможно ли вообще, чтобы столь быстрые движения складывались в настолько цельную картину. Ловкими штрихами она нарисовала контур, волосы, детали лица и — конечно же — собачьи уши.

— Фух, — вздохнула она. Через две минуты Мари наконец убрала ручку от бумаги и довольно улыбнулась. В альбоме у неё был нелепо хорошо нарисованный портрет светловолосого юноши с собачьими ушами и без верхней одежды.

…Что? Это я? Но одежда на мне всё ещё есть, — подумал я.

— Впечатляет, — сказала Немезида.

— Ну да, хорошо, но… хорошо, но я… э-э… — запнулся я.

Рисунок определённо был качественным, но я понятия не имел, как реагировать на изображение себя без рубашки, зато с собачьими ушами. Стиль идеально подошёл бы для ежемесячных журналов, рассчитанных на мальчиков-подростков, но при этом пользующихся популярностью у множества читательниц, и это ещё сильнее усложняло мою реакцию.

— Есть навык рисования или что-то вроде того? — спросил я.

— Да, он относится к сенсорным навыкам, но всё это — моя собственная заслуга, — ответила Мари.

О, значит, в реальности она хорошо рисует, — подумал я.

— Итак, Рэй, как у тебя появились такие великолепные собачьи уши? — спросила она.

— Меня накачал лекарством пингвин. — Я рассказал ей подробности встречи с господином Фламинго.

— Должна сказать, у этого пингвина отличный вкус, — сказала Мари. — Если «Зелье звериных ушей» когда-нибудь поступит в продажу, я обязательно его куплю.

— Я не стану тебя останавливать, но… ты серьёзно? — спросил я.

— Более чем, — ответила она. — Кстати, Рэй. Собачьи уши тебе очень идут, но, думаю, тигриные или лисьи уши тебе бы—

— Эй, ну хватит! Даже не думай использовать это на мне! — перебил я её.

— …Ц.

Эта подозрительная Журналистка только что цыкнула?! — недоверчиво подумал я.

— В любом случае, ты сказал, что эффект исчезнет вечером, — сказала она, меняя тему. — Чем ты планируешь заниматься до тех пор?

— Я собирался заглянуть в магазин Алехандро, но с этими штуками, торчащими из головы, не очень-то получится, — ответил я. Мне не хотелось, чтобы люди их увидели.

Хотя, возможно, всё уже безнадёжно: их уже увидел знакомый человек, — подумал я.

— Хм, не думаю, что это такая уж большая проблема, — сказала Мари. — Не стоит так из-за них переживать.

— Но—

— Вряд ли найдётся тиан, которого удивит Мастер, внезапно отрастивший пару звериных ушей, — перебила она меня и объяснила: — Для большинства тиан мы, Мастера, существа, существующие за пределами здравого смысла.

Вот как? — спросил я себя. Хотя, если подумать, Король разрушения за одну ночь уничтожил целый лес, так что вполне естественно, что тиане видят нас именно такими.

— Тогда, пожалуй, пойду к Алехандро, — вздохнул я.

— Я пока занята кое-какими делами, так что не смогу пойти с тобой, — сказала Мари.

— Занята?

— Разные приготовления и всё такое, — ответила она, но ничего конкретного не объяснила. — Кстати, не забудь встретиться со мной завтра после полудня.

— Да, я помню наш план, — сказал я. — А что именно ты готовишь?

— Это секрет, — ответила она. — До завтра!

С этими словами Мари убежала в неизвестном направлении. Я не мог не гадать, какой сюрприз она приготовила для нас.

После расставания с Мари мы с Немезидой направились по адресу магазина Алехандро, который он дал нам вчера. Магазин находился в четвёртом районе Гидеона.

Гидеон был круглым городом, разделённым на двенадцать районов, — он напоминал разрезанный пирог, — и четвёртый район был сосредоточен на торговле. Пробираясь через базары и стараясь не потеряться среди людей и прочего, я каким-то образом добрался до магазина Алехандро.

На большом здании висела вывеска «Компания Алехандро». Я заглянул внутрь и увидел разнообразные товары. Разумеется, там были оружие, броня и лечебные предметы, но я заметил и произведения искусства — картины и статуи. Продавались также фрукты и другая еда, резко контрастировавшие с рядами выставленных драгоценных камней. Место напоминало универмаг.

— Доброе утро, — сказал я, войдя. Мгновение спустя ко мне подбежала молодая девушка — явно сотрудница магазина.

— Алехандро сейчас здесь? — спросил я.

— О! Вы тот Мастер, которого мы видели позавчера! — воскликнула она. — Большое спасибо за то, что вы тогда сделали! Я немедленно позову хозяина! — Девушка вприпрыжку убежала в глубь магазина.

По её словам было совершенно очевидно, что она была одной из тиан, ехавших в повозках, когда напала Гардранда. Правда, я не мог сказать, видел ли её тогда. В конце концов, всё происходило в большой суматохе.

— Какая суетливая девушка, — сказала Немезида. — Судя по её общему виду, из неё выйдет настоящая «растяпа».

Не уверен, что мне нравится сводить людей к одному слову, — подумал я. А каким словом ты бы описала себя, Немезида?

— Богиня, — без колебаний ответила она.

Ну да, твоё имя действительно принадлежит богине, но я бы сказал, что тебя лучше всего описывает «старая лоли-ха—» — нарочно подумал я.

— Эй! О чём ты только что собирался подумать?! — воскликнула Немезида.

— Ха-ха-ха, не шуми, — сказал я. — Ты будешь мешать другим покупателям.

— Какая же натянутая усмешка! — крикнула она, сразу раскусив меня.

Пока мы дурачились, из внутренних помещений магазина вышел Алехандро.

— А, так это господин Рэй, — сказал он. — Добро пожаловать.

— Здравствуйте, — поприветствовал я его. — Раз уж вы настаивали, чтобы я заглянул, я пришёл посмотреть на ваши товары.

— Разумеется, — сказал он. — Осматривайте их сколько угодно. На всё, что у меня есть, вы получите скидку.

— Спасибо, — сказал я.

Мне требовалось много нового снаряжения, соответствующего моему нынешнему уровню, так что скидка была очень кстати.

Кроме того, я не мог не заметить одну вещь. Сотрудница и Алехандро ничего не говорили о моих собачьих ушах. Девушка, конечно, несколько раз непроизвольно на них взглянула, но ничего не сказала. Алехандро же вёл себя так, будто ушей вообще не существовало. Вот это профессионализм.

Возможно, Мари была права: тиане не придавали особого значения подобным происшествиям с Мастерами.

Я был этому благодарен. Объяснять происхождение собачьих ушей каждому встречному было бы ужасно утомительно.

Остаётся только надеяться, что они исчезнут до моей следующей встречи с Руком, — подумал я.

— О, смотрите, это Рэй и Немезида, — сказал кто-то в магазине. — Доброе утро. Рад видеть, что вы уже вошли в игру.

— Приве-е-ет, — раздался женский голос. — О? Рэй, а почему у тебя такие уши?

Я обернулся и увидел Рука и Баби, которые, по-видимому, делали покупки здесь ещё до нашего прихода.

Я не нашёлся что сказать. Сегодня это уже второй раз, когда моя надежда умирает в тот же миг, когда появляется, — подумал я. Эти собачьи уши прокляты, что ли?

— Если учесть всё, что случилось с момента твоего входа в игру сегодня утром, то проклятым предметом здесь могут быть не уши, а миазмопламенные наручи, — сказала Немезида.

…В этом есть смысл, — подумал я.

— Рэй, как у тебя появились такие славные уши? — спросил Рук.

— Это результат того-сего, случившегося из-за того-то и того-то, — сказал я.

— Вряд ли он что-нибудь поймёт из такого объяснения, — заметила Немезида.

— Понятно, — сказал Рук. — Значит, ты стал таким, потому что какой-то подозрительный человек обманом заставил тебя выпить лекарство?

— Он действительно угадал?! — мы с Немезидой не смогли скрыть удивления.

Он что, экстрасенс? — подумал я.

— Нет, это не сверхспособность и не что-то подобное, — ответил он на мою мысль. — Такой уровень «чтения мыслей» становится простым, если привыкнуть.

— Как ты можешь называть это простым, если разговариваешь с моими мыслями так же естественно, как Немезида?! — спросил я, всё ещё озадаченный.

— О-о… Какой тяжёлый удар по моей личности. — Немезида почему-то потрясённо опустилась на колени.

— Впечатляет, Рук, — сказал я. — В «Старой деве» тебе не было бы равных.

— «Старая дева», значит… — сказал он. — Хотя не думаю, что моя способность была бы столь точна с незнакомыми людьми. С чужаками я могу лишь определить, что они чувствуют, и заметить, не замышляют ли они чего-нибудь.

И это всё равно впечатляет, — подумал я.

После того как Рук поразил нас своей особой способностью, мы начали осматривать товары, выставленные на продажу.

— А ты вообще зачем здесь? — спросил я его. — Поздороваться и купить новое снаряжение?

— Да, — ответил он. — Не только для себя и Баби. Я выяснил, что могу купить оружие и для Мэрилин с Одри. К тому же вчера мы охотились, так что у меня есть добыча на продажу.

Значит, здесь есть и снаряжение для монстров? — подумал я. У этого магазина действительно огромный ассортимент.

— Охотились, значит? — сказал я. — Какой у тебя теперь уровень?

— Сорок восьмой, — ответил он.

…Е-его уровень почти достиг максимума, доступного для профессии низкого ранга, — подумал я. Он почти вдвое выше моего. И что мне при этом чувствовать?

— Похоже, пока я был вне игры, кто-то очень продуктивно провёл день… — пробормотал я.

Оставалось предположить, что Мэрилин и Одри сделали его охоту настолько эффективной. Да уж, Рук и Баби и без того были настоящим кошмаром в крупномасштабных сражениях.

— Я скоро достигну пятидесятого уровня, поэтому мне придётся начать готовиться к переходу на профессию высокого ранга, — сказал Рук.

— Уже знаешь, какую выбрать? — спросил я.

— Да. Я провёл исследование и выяснил, что профессия высокого ранга для Сутенёра называется «Потерянное сердце», — ответил он.

«Потерянное сердце», значит? — подумал я. Это было отсылкой к японскому слову, которым описывали человека, утратившего все восемь добродетелей, представленных в таких произведениях, как «Восемь собачьих хроник». Этим же термином называли людей, управлявших борделями. Какое необычное название.

— Вот требования. — Рук достал Каталог и показал мне страницу «Потерянного сердца».

Требование № 1: достичь 50-го уровня в качестве Сутенёра.

Требование № 2: суммарные характеристики всех подчинённых монстров женского пола и рабынь должны превышать определённое значение.

Требование № 3: общая сумма денег, заработанных благодаря работе подчинённых монстров женского пола и рабынь, должна превышать миллион лир.

— Понятно, — сказал я. В отличие от Паладина, здесь не было требований, связанных с отношениями между людьми или особыми победами. На деле всё можно было выполнить, просто некоторое время играя за Сутенёра. Возможно, эти требования были одной из причин, по которым профессию не относили к боевым.

Хотя Рук делает её куда более грозной, чем большинство боевых профессий, — подумал я.

— Я почти достигну пятидесятого уровня, а второе требование уже выполнено, — сказал Рук. — С третьим, правда, придётся повозиться.

— Да, работы тут, похоже, немало, — согласился я.

Интересно, а Сутенёр вообще может зарабатывать, используя таких существ, как Мэрилин и Одри? — подумал я.

— Мне кажется, на стройках они были бы очень эффективны, — сказал Рук.

— Кажется, в одной из старых игр моего брата какие-то приручённые монстры бегали по стройке… Хм? — сказал я.

Я с опозданием заметил, что на Руке был другой наряд, не тот, что вчера. Это был плащ, словно излучавший странный серебристый блеск.

Похоже, это что-то новенькое, — подумал я.

— Классный плащ, Рук, — сказал я. Детали украшений были выполнены искусно, а металлический блеск выглядел чертовски круто.

Рукава имели разную длину, что придавало плащу особую стильность, а сам Рук — и без того красавец — отлично дополнял образ. Вчера на нём этого плаща не было, поэтому оставалось предположить, что он получил его, пока я был вне игры.

— А, да. Я очень люблю Лиз, — сказал он.

Настолько, что даже дал ему имя? — я приподнял бровь.

Внезапно плащ задвигался неестественно. Я понятия не имел почему, но это движение почему-то казалось радостным.

Пока мы занимались тем да сём, я закончил выбирать всё необходимое. Поскольку миазмопламенные наручи я собирался носить при любых обстоятельствах, то не стал брать комплектную броню вроде предметов серии «Бунт».

В моём случае одним из важнейших элементов экипировки была броня на груди, и, поскольку Рук выглядел в своём плаще действительно круто, я тоже выбрал предмет в виде плаща. Он назывался «Чешуйчатый плащ из огненного металла».

Его изготовили из плаща, сшитого из шкур красных монстров волчьего типа, и укрепили множеством металлических чешуек. На нём было два навыка — «Родство с огнём» и «Сопротивление огню». Первый увеличивал урон моих огненных атак на 10%, а второй на столько же уменьшал получаемый от огня урон, создавая хорошую синергию с «Пламенем чистилища». Конечно, это был роскошный предмет стоимостью целых 80 000 лир, но я не жалел о выборе.

Я взял ещё несколько подходящих предметов и направился к стойке, чтобы купить всё сразу.

— Э? — прямо рядом со стойкой находилось устройство, которое часто встречалось в реальности.

Это был прямоугольный корпус с множеством круглых капсул внутри и рычагом сбоку. Если положить внутрь деньги, можно было потянуть за рычаг и вытолкнуть одну из капсул.

По сути, это был торговый автомат с гача.

Торговые автоматы с гача существовали задолго до моего рождения.

Я помнил, как ходил к автоматам, посвящённым любимым аниме или играм, бросал сто иен, дёргал за рычаг и получал случайную игрушку, связанную с этими произведениями. Это было весело: никогда не знаешь, что достанется, — и поэтому те воспоминания были мне дороги.

Однако гача внутри игры была совсем другим зверем.

Когда-то существовал жанр игр, известный как «социальные игры». В них можно было играть на мобильных устройствах и в браузерах на ПК, причём начать можно было совершенно бесплатно.

Социальные игры были самыми разными. Одни являлись фэнтезийными играми с системами экипировки, другие строились вокруг выращивания монстров, создания отрядов роботов или даже работы продюсером айдолов. Игры были бесплатными, но если игроки хотели получить качественное оружие, броню, монстров, роботов или айдолов, им приходилось доплачивать.

Самым популярным способом раздавать такие сокровища были гача за реальные деньги. Примерно за 300 иен игрок мог дёрнуть рычаг виртуального автомата и получить случайный предмет. У предметов были уровни редкости, и самые редкие из них имели наименьший шанс выпасть.

Редкость часто была связана и с качеством. Чтобы победить в игре, похвастаться перед другими или просто порадоваться своим айдолам, игроки дёргали рычаг. Они делали это снова и снова, пока не получали желаемое.

Однако всё это были лишь данные. Компании ничего не теряли, сколько бы качественных и редких предметов ни выпадало игрокам. Желание получить хорошие вещи у многих игроков только усиливалось с каждой неудачей, заставляя их вкладывать в игру ещё больше денег.

В результате появилось немало игроков, ежемесячно тративших на игры по сто тысяч иен. Некоторые шли ещё дальше и преодолевали планку в миллион.

Это действительно было очень тёмное время…

Если учесть всё это, то гача передо мной принимает лиры, а не реальные деньги. Значит, ничего страшного, если я дёрну рычаг один или два раза, правда? — подумал я.

— …Я вижу, что все эти мысли были лишь большим оправданием, чтобы это сделать, — сказала Немезида.

— Ну да, я ведь хочу дёрнуть рычаг, — сказал я. Мне действительно нравилось волнение, связанное с гача и покупкой случайных наборов карт.

Ладно, вернёмся к тому, что передо мной… — подумал я и посмотрел на автомат. Хотя его форма была знакомой, между ним и известными мне гача имелось несколько различий.

Прежде всего, можно было выбрать сумму, которую хотелось вложить. Перед автоматом стояла небольшая очередь, и я заметил, что кто-то бросал по одной монете в 100 лир, а кто-то вносил целых 10 000.

Согласно объяснению на автомате, предметы, которые могли выпасть, имели редкость от S до F.

Предметы ранга C стоили столько же, сколько вложенные деньги.

Предметы ранга F — самого низкого ранга — стоили лишь 1% от вложенной суммы.

Предметы ранга S — самого высокого ранга — стоили более чем в сто раз дороже вложенной суммы.

Минимальной суммой, которую можно было вложить, были 100 лир, а максимальной — 100 000.

Как и следовало ожидать, низкий риск означал низкую награду, а высокий риск — высокую.

— Но разве так не сложно отслеживать предметы внутри и управлять качеством выпадающих вещей? — спросил я сотрудницу, и получил ответ, которого никак не ожидал.

— Всё работает не так, как вы думаете, — сказала она. — Да, мы управляем самим этим магическим предметом, но не имеем никакого отношения ни к призам внутри, ни к использованным деньгам.

По её словам, изначально этот автомат с гача был редким предметом, найденным в Лабиринте гробниц.

И он был не единственным в своём роде. Существовали записи о других людях, получивших такие автоматы, а некоторые даже пытались разобрать их и силой достать призы. Затраченные усилия, по-видимому, были безумными, но те, кому это удавалось, обнаруживали, что внутри автомат полностью пуст.

Поэтому все начали считать, что предложенные ему деньги заставляют автомат магическим образом призывать подходящий предмет. А поскольку использованные деньги невозможно было вернуть, гача определённо не являлась частью успешной бизнес-модели.

— Однако хозяин считает, что автомат помогает привлекать покупателей, поэтому мы держим его здесь для всеобщего удобства, — сказала сотрудница. — Мы также установили правило: пользоваться им могут только покупатели, которые что-нибудь оплатили.

Действительно мудрое решение: так создавался приличный денежный поток от тех, кто приходил только ради автомата. Теперь я не сомневался, что Алехандро был очень умелым управляющим.

— А как он вообще его получил? — спросил я.

— Когда у предыдущего владельца закончились деньги, ему пришлось расстаться с большим количеством имущества, — сказала она. — Этот предмет был среди них, и наш хозяин его купил.

— …А предыдущий владелец разорился потому, что…?

— …Именно по той причине, о которой вы думаете, — сказала она.

Значит, он разорился, потому что слишком часто дёргал за этот рычаг? — подумал я. Возможно, именно поэтому Алехандро использовал автомат лишь для привлечения покупателей.

В любом случае автомат с гача меня заинтересовал, поэтому я поблагодарил рассказавшую мне о нём сотрудницу и встал в конец очереди.

— Итак, сколько ты собираешься потратить? — спросила Немезида.

— Сто тысяч лир—КХА!

В тот же момент, как я ответил, она ударила меня в живот. Удар пришёлся под очень удачным углом и действительно заставил меня согнуться.

— Как ты можешь тратить такую огромную сумму сразу после рассказа о человеке, который из-за этого потерял всё?! — воскликнула она.

— Я-я знаю, что сто тысяч лир — это много, но, если повезёт, мне может выпасть что-нибудь действительно хорошее… — сказал я.

— По-моему, это подозрительно похоже на сценарий, в котором тебе достанется что-нибудь бесполезное.

Ну, если так случится, потом будет что вспоминать и над чем смеяться, — подумал я.

Она вздохнула:

— Надеюсь, ты об этом не пожалеешь.

— Уверен, что не пожалею, — сказал я.

Вскоре подошла моя очередь, и я положил в гача десять монет по 10 000 лир. После этого дёрнул рычаг, заставив автомат выпустить одну капсулу. На ней была буква C. Согласно объяснению, предмет внутри стоил столько же, сколько вложенные деньги, так что убытка не было.

В возбуждении я открыл капсулу и заставил находившийся внутри предмет появиться снаружи.

Разрешение на исследование Лабиринта гробниц.

Увидев знакомый предмет, я опустился на колени.

— Ох… нет-нет-нет… — простонал я. Мне почти слышалось, как эта вещь самодовольно приветствует меня: «Привет! Давно не виделись!»

— О боже, дубликат, — сказала Немезида.

Ну да, оно стоит сто тысяч лир, но… но я… — беззвучно застонал я.

— Рук… возьми, — сказал я, протягивая ему бумагу.

— Ты уверен? Разве это не неплохая добыча? — спросил он.

— Неплохая, но у меня уже есть одно, а тебе больше одного не нужно…

Чёрт, а я ведь Паладин и не нуждаюсь даже в одном… — подумал я.

— С-спасибо, — с благодарностью сказал Рук. — Эм-м, может, как-нибудь исследуем его вместе?

— Хорошая идея… — без особого энтузиазма ответил я. Идея действительно была хорошей: я ведь ещё не спускался там дальше первого этажа.

Ладно, пора взять себя в руки и…

— Ещё одну, — сказал я.

— Ты ничему не научился?! — воскликнула Немезида.

— Да ладно! Не может же мне снова выпасть такое разрешение! В этот раз я точно вытяну что-нибудь хорошее! — сказал я.

— Именно так думает каждый азартный игрок перед тем, как проиграть всё!

Несмотря на неодобрение Немезиды, я снова встал в очередь, готовясь ко второй попытке.

Как и в прошлый раз, я вложил сто тысяч лир. Если учесть общую стоимость покупаемого снаряжения, это был мой последний шанс.

Я дёрнул рычаг, молясь Богу, Будде или кому угодно, кто мог меня услышать.

И результатом стало…

— …Что? — я приподнял бровь.

Капсула вышла как обычно, но указанная на ней редкость не входила даже в диапазон от S до F.

Там просто стояла буква «X».

Это выше S? Или X — на самом деле крест, означающий, что предмет ещё хуже F? — я окончательно запутался. На капсуле было небольшое предупреждение: «Открывать только на просторной территории». Я спросил об этом сотрудницу, и она сказала, что такое предупреждение появляется на любых капсулах с чем-то крупным внутри — например, с повозкой. Значит, внутри этой капсулы находилось нечто довольно большое.

Кроме того, сотрудница сказала, что впервые видит капсулу с редкостью X.

И что мне теперь об этом думать? — подумал я.

Как бы то ни было, поскольку открыть её можно было только на просторной территории, в магазине я этого делать не стал. Я оставил капсулу закрытой и поместил её в инвентарь.

Ладно, теперь, когда я успокоился, нужно кое-что учесть, — подумал я.

Одна попытка стоила сто тысяч лир.

Моё новое снаряжение в сумме стоило сто десять тысяч лир.

…Это сравнение позволило мне осознать, насколько дорогими были попытки. По редкости я вроде бы не понёс убытка, но всё равно не мог избавиться от неприятного ощущения.

— Вот что бывает, когда проигрываешь в азартные игры двести тысяч лир, — сказала Немезида.

Мне нечего было ей на это ответить.

К тому времени, как я закончил покупать экипировку, Рук тоже решил испытать удачу в гача.

Похоже, увидев мою попытку, он тоже заинтересовался.

— …Тебе вовсе не обязательно было вкладывать столько же, сколько и мне, — пробормотал я. Надеясь, что его сто тысяч не пропадут зря, я посмотрел, что ему выпало, и…

И… э-э… что?

Молчание окутало весь магазин. Все внутри, кроме Рука, были потрясены.

Немезида, я, сотрудники и другие покупатели не находили слов.

Капсула в руке Рука была покрыта радужным узором.

Она, похоже, была сделана из настолько яркого минерала, что сама по себе выглядела редким предметом.

На её поверхности красовалась большая буква S.

Рук действительно с первой попытки вытянул нечто великолепное.

— Рэй! Кажется, мне попалось что-то хорошее! — сказал он.

— П-поздравляю! — от потрясения я непроизвольно повысил голос.

— Рук, давай скорее откроем её! — воскликнула Баби.

— Д-да! Посмотрим, что тебе досталось! — согласилась Немезида.

Поскольку он вложил сто тысяч лир, а приз редкости S стоил в сто раз больше, предмет внутри должен был стоить сто миллионов лир.

Естественно, нечто настолько удивительное заинтересовало не только нас, но и сотрудников магазина с другими покупателями.

На капсуле Рука не было никаких предупреждений, поэтому он открыл её прямо на месте.

Наружу вышла пара перчаток, достаточно длинных, чтобы закрывать локти. Сделанные из похожего на кожу синего материала, они были украшены замысловатым узором из золотого металла.

— «Прикосновение Безмолвника, Велтбуль»? — пробормотал Рук, заставив меня наклонить голову.

Название было выдержано в том же стиле, что и у моей особой награды — «Миазмопламенные наручи Гардранды». Такие особые награды невозможно получить, не победив UBM, и их тоже нельзя было передавать другим.

— …Ух ты, — сказал Рук. Он смотрел на описание предмета — «Прикосновения Безмолвника, Велтбуля» — и не мог скрыть изумления. Его лицо стало совершенно неподвижным, и, вероятно, впервые я видел у него такое выражение.

— Так что это за предмет, Рук? — спросил я.

Оглянувшись, я заметил, что некоторые покупатели — вероятно, Мастера и тиане с высоким навыком идентификации — выглядели не менее ошеломлёнными, чем Рук.

Ладно, теперь я умираю от любопытства, — подумал я.

— По сути, это особая награда MVP за победу над UBM, — сказал он.

— Ты серьёзно? — недоверчиво спросил я.

— Да, — ответил он. — Позволь рассказать подробности в другом месте.

Сказав это, мы с Руком вышли из магазина. Уходя, я оглянулся и увидел, что очередь к гача стала длиннее, а почти все готовили по сто тысяч лир.

Похоже, узнав, что в гача можно вытянуть особые награды UBM, все пришли в восторг.

…Надеюсь, никто не разорится, — подумал я.

Место, куда Рук меня привёл, было комнатой, которую он снял в гостинице. Похоже, Рук узнал нечто такое, чего не должны были услышать другие люди.

— По сути, это особая награда, у которой больше нет владельца, — сказал он.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я.

Он объяснил:

Прежде всего, обычными особыми наградами мог пользоваться только владелец, и передать их другим людям каким-либо способом было нельзя.

Однако из этого правила существовало одно исключение… и оно возникало, когда владельцем был умерший тиан.

В таких случаях особая награда автоматически извлекалась из тела и становилась либо ультраредкой добычей на глубоких уровнях созданных подземелий, либо — как в этом случае — призом высокорискового гача.

Теперь я легко понимал, почему он стал говорить об этом тайком.

— Ты думаешь, что люди начнут чаще убивать тиан, если узнают об этом? — спросил я.

— Да, — ответил он.

Я не знал, сколько существовало тиан — владельцев особых наград, но не мог исключить, что найдутся Мастера, готовые убить их лишь ради увеличения шанса получить такие предметы. В любом случае нам меньше всего хотелось стать первопричиной подобных убийств. Поэтому Рук и не сказал об этом вслух.

— Ты уверен, что никто не услышал? — спросил я. — А если кто-нибудь с высоким навыком идентификации увидел эту часть описания?

— Это было не в описании предмета, а в личном сообщении, — объяснил он. — Уверен, никто об этом не знает.

— Тогда всё хорошо, — сказал я.

Хотя, если подумать, вряд ли найдётся много Мастеров, готовых пойти на такой риск, — подумал я. За убийство тиан можно попасть в списки разыскиваемых, да и никакой гарантии, что полученные таким образом предметы вообще окажутся у тебя в руках, нет.

— Вот описание предмета. — Рук показал мне окно с описанием «Прикосновения Безмолвника».

Прикосновение Безмолвника, Велтбуль

Древний легендарный предмет

Сокровище, воплощающее концепции, связанные со сфинксом, прославившимся как «убийца магов».

Помимо усиления магии и особых сил владельца, оно обеспечивает ему высокую устойчивость к ментальным статусным эффектам и атакам.

Как и говорилось в описании, перчатки значительно повышали сопротивление владельца ментальным дебаффам и атакам, а также давали большую прибавку к MP и SP.

— А что делают навыки этого предмета? — спросил я.

— Очень интересно, — сказал Рук. — На нём два навыка. Один я пока не могу прочесть, а тот, которым уже могу пользоваться, называется «Безмолвие» и отменяет любые магические навыки, находящиеся на подготовительной стадии.

— О? — спросил я.

Подготовительная стадия? Что это значит? — подумал я.

— Если противник читает заклинание или готовится применить магию, этот навык сводит её на нет, — продолжил он. — Но он не действует на навыки мгновенного применения или на магию, которую уже применили.

Значит, это бич всех заклинателей? Похоже, в самых разных ситуациях он будет полезен, — подумал я.

В конце концов, навык отменял любое заклинание, которое ещё не успели применить. Магические профессии становились бессильными в прямом противостоянии с ним.

— Если изначально им владел тиан… теперь понятно, — кивнул я.

Источником этого «Прикосновения Безмолвника» был UBM по имени Велтбуль, явно специализировавшийся на убийстве заклинателей. Вероятно, его победил тиан, сильный без необходимости полагаться на магию. Позже тиан каким-то образом умер, и особая награда оказалась в руках Рука.

— Должна сказать, Рук, тебе очень везёт, — подала голос Немезида.

Я не мог с ней не согласиться.

Сначала Мэрилин, затем Одри, а теперь ещё и эта удачная попытка в гача… Рук определённо был очень везучим человеком.

Интересно, не связано ли это с тем, что он хороший человек, — подумал я.

— Но тебе тоже кое-что хорошее выпало, разве нет, Рэй? — сказал он.

— Точно, я ведь получил вот это.

С этими словами я достал капсулу X. Открыть её здесь было нельзя, поскольку внутри находилась повозка или что-то подобное, поэтому я решил сделать это после повторного выхода через северные ворота.

— Я собираюсь её открыть. Не хочешь присоединиться? — спросил я Рука.

— Не могу. Мне приходят сообщения, что пора возвращаться в реальность, — ответил он.

— «Посетитель», полагаю? — спросил я.

— На самом деле «Голод» и «Недосып», — сказал он. — Я в игре со вчерашнего дня: охотился на монстров и повышал уровень. Из еды я ел только внутриигровую, а не спал вообще.

— Чёрт возьми! — воскликнул я. — Поешь, прими ванну и уже ложись спать!

— Аха-ха, — неловко рассмеялся он. — Так и сделаю. Проснусь вовремя к плану Мари.

— Береги себя.

После этих слов Рук вышел из игры, и я покинул его комнату.

Я никогда бы не подумал, что Рук способен настолько погрузиться в игру, чтобы забыть о собственных базовых потребностях.

Похоже, он всего лишь очередной студент, который использует весенние каникулы для совершенно неразумного количества игр, — подумал я.

Итак, я вышел из гостиницы. Самой знакомой мне «просторной территорией» были равнины Некс к северу от Гидеона, поэтому я направился к северным воротам города.

— Мастер, — сказала Немезида, — нам не пора пообедать?

— А, точно, пора, — сказал я. — Тогда сначала пообедаем, а потом я открою капсулу.

Я, скорее всего, отправился бы охотиться на равнины Некс сразу после того, как увидел содержимое капсулы, поэтому поесть перед этим было хорошей идеей.

Поскольку был полдень, большинство ближайших ресторанов оказалось переполнено, и я выбрал тот, что по сравнению с ними выглядел почти пустым.

— …Хм? — удивлённо произнёс я.

Внутри выбранного мной ресторана я увидел, что владельца расспрашивает какая-то группа. На них были полные латные доспехи и плащи с гербами Королевства Алтар. Они задавали владельцу вопросы, показывая ему похожий на фотографию предмет.

Поняв, почему ресторан почти пуст, я решил понаблюдать за ними.

По его хриплому голосу я понял, что задававший вопросы человек был слегка охвачен паникой, а дело — серьёзным. Однако озадаченный владелец лишь качал головой в ответ, явно не способный им помочь.

После этого женщина из группы попыталась успокоить запаниковавшего товарища. Я хорошо её знал.

— Лилиана? — спросил я.

— О? Так это Рэй, — ответила она.

Это была Паладин Лилиана Грандрия, вице-командующая Королевской рыцарской гвардии Королевства Алтар. После отъезда из королевской столицы я не видел её, и вот по прихоти судьбы мы снова встретились здесь, в городе дуэлей.

Пока я был занят удивлением от этой встречи, Немезида телепатически сообщила мне нечто зловещее.

— Я чувствую, что назревают неприятности.

Паладин Рэй Старлинг

Лилиана была первым тианом, с которым я когда-либо разговаривал. Она отвечала настолько естественно и казалась настолько живой, что я не мог воспринимать её как тиана — всего лишь как NPC. Это ощущение всё ещё сохранялось, и, хотя я знал, что нахожусь в игре, видеть в ней просто игрового персонажа не получалось.

— Давно не виделись, — сказала она. — Не ожидала встретить тебя здесь, в Гидеоне.

— Ну, я здесь всего около двух дней, — сказал я.

Вероятно, поскольку она была моим первым личным — и физическим — контактом в этом мире, моя манера речи автоматически стала несколько вежливее. Она сказала, что мы давно не встречались, хотя на самом деле прошло всего около восьми дней.

Если подумать, с начала игры в этом мире прошло всего десять дней, а в реальности — лишь три, — подумал я. До чего же насыщены дни этого мира.

— Должна спросить: откуда у тебя собачьи уши? — спросила она, глядя над моей головой.

— Пожалуйста, не надо, — ответил я. — Слишком многое произошло. Так почему ты здесь с такой группой?

Лилиана выглядела несколько обеспокоенной, поэтому я решил спросить, что происходит. Её окружали рыцари в похожих доспехах, с флагами и знаками подразделения. Лилиана была Паладином и вице-командующей Королевской рыцарской гвардии. Из этого можно было заключить, что сопровождавшие её люди тоже принадлежали к королевской гвардии.

— Ну, Рэй, мы—

— Леди Грандрия! — один из них оборвал её. — Мы не можем позволить посторонним узнать об этом!

Это был тот же человек, который расспрашивал владельца магазина. Он смотрел на меня — точнее, на тыльную сторону моей левой руки — тяжёлым взглядом.

— Но, сэр Линдос, он один из нас — Паладин, — сказала Лилиана.

— То, что у нас одна профессия, ещё не делает его таким же, как мы, — возразил мужчина. — Это мы должны сделать без помощи Мастеров.

Теперь было ясно, что он товарищ Лилианы — Паладин из королевской гвардии. Похоже, он также недолюбливал нас, игроков — Мастеров.

— С его стороны вполне естественно ненавидеть ваш вид, — заметила Немезида.

Действительно, у Королевской рыцарской гвардии Королевства Алтар были причины ненавидеть нас, Мастеров. Мастера Алтара почти не помогали во время войны, а Мастера Империи нанесли наибольший ущерб.

Короля даже убил Мастер, так что его ненависть к нам была вполне естественной.

— Но есть вещи, которые могут знать только они, — сказала Лилиана. — Мы не в том положении, чтобы выбирать, от кого принимать помощь.

— …Это разумно, — уступил он. — В таком случае ищите так, как считаете нужным. Мы продолжим поиски по-прежнему. Однако за помощью обращайтесь только к тем, кому доверяете.

— Я понимаю, — кивнула она. — Будьте осторожны в поисках.

— Разумеется, — сказал он. — Так, люди, продолжаем в четвёртом районе.

Мужчина, которого Лилиана назвала сэром Линдосом, отдал остальным рыцарям приказ, и все они покинули магазин.

Внутри остались только Немезида, Лилиана, я и явно испытавший облегчение владелец магазина.

— Понятно, — сказала Немезида. — По тому, как он выражал неприязнь к Мастерам, я решила, что он импульсивный человек, но, похоже, при необходимости он умеет подстраиваться.

Или ситуация настолько серьёзна, что ненавидящий Мастеров рыцарь готов принять помощь Мастера, — подумал я.

— Прости, Рэй. Сэр Линдос не плохой человек, но… — сказала Лилиана.

— Не нужно извиняться, — сказал я. — Он, похоже, очень спешил.

— Да, насчёт этого… я хотела кое о чём тебя попросить. — С этими словами Лилиана достала одну фотографию.

Она вызвала у меня лёгкое дежавю, напомнив о нашей первой встрече. Однако на этот раз на фотографии был другой человек.

— Ты нигде не видел эту девочку? — спросила она.

На фотографии была маленькая девочка. На вид ей было не больше девяти лет. Её лицо уверенно претендовало на звание самого красивого из всех, что я до сих пор видел здесь, в Infinite Dendrogram. Разумеется, если говорить только о девушках. Если учитывать оба пола, бесспорное первое место занимал Рук.

У девочки на фотографии были золотистые волосы, уложенные в завитки и спирали, и поразительные голубые глаза, выражавшие силу духа. Я также не мог не заметить, что её одежда была очень добротно сшита. Я мало что понимал в подобных нарядах, но даже мне было ясно: на ней платье высокого качества.

Её внешность и исполненная достоинства поза на стуле придавали фотографии вид снимка с официальной встречи сватов.

Хотя для такого она слишком мала, — подумал я.

Как бы то ни было, человека, настолько выделявшегося среди остальных, я не мог не заметить, поэтому…

— Простите, но я её не видел, — сказал я. — А кто она?

Судя по панике среди рыцарей, оставалось предположить, что она была дочерью какого-то важного дворянина.

— Э?! Эм-м, э-э… — Лилиана не смогла скрыть удивления моим вопросом и озадаченно посмотрела на меня. Похоже, она растерялась не потому, что ей было трудно говорить о девочке на фотографии. Её недоумение казалось слишком сильным для этого. Она вела себя так, будто я спросил что-то странное — например, сколько будет один плюс один.

Поняв, что я действительно не знаю девочку, Лилиана ответила:

— Это вторая принцесса Королевства Алтар, Элизабет С. Алтар.

— О-о-о… — теперь всё стало понятно.

— Когда кто-то спрашивает вас о том, что должно быть общеизвестно, естественно прийти в недоумение, — заметила Немезида. — Но мне не стоит об этом говорить. Поскольку мы делим большинство воспоминаний, я тоже не знала эту девочку.

Как недостойно Паладина, — подумал я о себе. Мне действительно стоило изучить устройство власти в королевстве.

— Итак, — сказал я. — Если вы её ищете, значит…

— Её Высочество пропала во время нашего визита в Гидеон, и теперь мы, королевская гвардия, ищем её, — объяснила она.

Похоже, дело серьёзное, — подумал я.

Поскольку я ничего не знал, Лилиана рассказала мне все подробности исчезновения принцессы.

Прежде всего, она была дочерью короля, погибшего в войне с Драйфом. У короля было три дочери, но не было сыновей. Старшая сестра пропавшей девочки — первая принцесса — временно правила страной.

В Королевстве Алтар не существовало правила, запрещавшего женщинам наследовать трон, но исторически королей в стране было больше, чем королев.

Поэтому, хотя с падения короля прошло целых шесть месяцев, восшествие на престол ещё не состоялось, и Элизабет всё ещё оставалась всего лишь «второй принцессой».

Она приехала в Гидеон для участия в официальном мероприятии. Прибыв сюда около двух дней назад, она поселилась в особняке графа Гидеона.

Вчера она всё ещё была там: разговаривала с графом и участвовала в подготовке к завтрашнему мероприятию. Сегодня она планировала встретиться с влиятельными людьми этого города. Однако, когда этим утром одна из служанок Элизабет пришла к ней в комнату, то не обнаружила там никаких следов принцессы.

Там лежал только лист бумаги с королевской печатью и надписью: «Вернусь к вечеру». По почерку было ясно, что её не похищали: она ушла по собственной воле.

Кроме того, всем было известно, что принцесса хотела осмотреть Гидеон и сильно расстроилась, узнав, что ей это запрещено.

Дополнительная информация: Лилиана старалась выражаться как можно мягче, но принцесса была капризной, чрезмерно энергичной, ужасно дерзкой и настолько любопытной, что это становилось проблемой.

По сути, принцесса сбежала от своих обязанностей только ради осмотра Гидеона.

Разумеется, королевская гвардия не могла позволить ей разгуливать по городу в одиночку, поэтому начала поиски.

Если я и мог что-то сказать об этой ситуации…

— Не считаете, что вам стоит усилить охрану? — спросил я.

В смысле, они позволили маленькой девочке ускользнуть. Это явно ненормально.

— Вы совершенно правы… — сказала она.

Но оказалось, что у них действительно было достойное оправдание.

В тот период, когда принцесса сбежала, возникла одна проблема.

Это произошло во время передачи обязанностей по охране принцессы от Третьего рыцарского ордена Королевской рыцарской гвардии. Само по себе это не казалось чем-то особенно сложным, но причина трудностей всё же существовала.

Визит принцессы в этот город был запланирован давно. Тогда решили, что охрана — с момента её отъезда из столицы до завершения дел в Гидеоне и безопасного возвращения домой — будет поручена королевской гвардии.

Однако из-за инцидента с убийцей игроков им пришлось отложить день отъезда из столицы.

Когда с убийцами разобрались, они наконец смогли выехать, но возникла новая проблема. Это было событие, которое — как мы сами видели — превратило лес Ноз в пепел.

Большинство считало, что виновником был Неизвестный, Король разрушения, но доказательств этому не существовало.

Однако об этом следовало узнать наверняка, поэтому встретиться с Королём разрушения и расспросить его поручили единственному человеку в королевстве, который знал его лично, — Лилиане. Похоже, все остальные знакомые с ним люди погибли на войне.

Лилиана была вице-командующей Королевской рыцарской гвардии. Однако, поскольку место командующего пустовало, фактически она была главным человеком в ордене.

Возникли проблемы с тем, чтобы королевская гвардия охраняла принцессу без Лилианы, поэтому обязанность поспешно передали Третьему рыцарскому ордену. Это пришлось сделать потому, что отъезд принцессы уже задержался из-за инцидента с убийцей игроков и больше откладывать его было нельзя. Но именно это и стало причиной неприятностей.

[[image:/storage/reader-images/0216b5baecf33f346010121c28edf0f2b889a7b1.jpg]]

После того как Лилиана расспросила Короля разрушения о его роли в происшествии с лесом Ноз, она вместе с королевской гвардией направилась в Гидеон и прибыла туда сегодня рано утром. Сразу после прибытия она попыталась принять у Третьего рыцарского ордена обязанности по охране принцессы.

В процессе обе группы проверили документы друг друга и обнаружили в них несколько несоответствий. На деле несоответствия были настолько серьёзными, что никто не мог поверить, будто такое действительно произошло.

Им пришлось сравнивать и исправлять документы, время от времени используя магические средства связи, чтобы связаться с людьми в столице и подтвердить отдельные сведения. На это ушло больше часа. Когда они закончили и морально подготовились к охране Её Высочества, то обнаружили, что принцесса исчезла.

— …Вот же дела, — сказал я.

Вероятно, она заметила происходившую суматоху и увидела возможность сбежать.

Похоже, девочка не промах, — подумал я.

— Возможно, проблемы с документами устроила сама принцесса, — сказала Немезида.

Ха-ха-ха, будто бы… — подумал я. А затем осознал: Постойте, знаете что? Возможно, ты действительно права.

Хотя это было немного не по теме, разговор Лилианы с Королём разрушения проходил примерно так:

«Это ты сделал?»

«ДА.»

«Почему?»

«Я разозлился и просто сделал это. Но мне всё-таки жаль.»

«Понятно. Кстати, лес Ноз принадлежал королевству и использовался для заготовки древесины. Прошу выплатить компенсацию за сожжённую древесину. 130 000 000 лир, пожалуйста.»

«…Забери их, вор!»

«Но я являюсь представителем власти.»

После этого королевство мгновенно получило достаточно денег, чтобы продолжить существование, несмотря на потерю леса Ноз. Похоже, это очень им помогло.

Меня в основном удивило, что люди на вершине иерархии могли так легко расстаться с настолько большой суммой.

— Но он просто «разозлился»?.. Какой проблемный человек, — сказал я.

— Действительно, — согласилась Лилиана. — Не забудь отчитать его при следующей встрече.

— Э? А… конечно? — я не знал, что ответить.

С чего она взяла, что я имею к нему какое-то отношение? — подумал я.

Рассказав мне все обстоятельства исчезновения принцессы, Лилиана снова убежала на её поиски.

Похоже, большую часть жизни она провела в поисках людей. Оставалось предположить, что родилась она под такой звездой.

— В общем, это серьёзное дело, но принцесса всего лишь убежала, — сказал я. — Если мы когда-нибудь увидим девочку, достаточно сообщить об этом Лилиане.

Её не похищали — она просто отправилась осматривать город. Не похоже, что это могло оставить у меня неприятный осадок.

— Не думаю, что тебе стоит говорить так легкомысленно, — сказала Немезида. — Вспомни свой предыдущий опыт. Похоже, ты притягиваешь события. Ты постоянно оказываешься в центре происшествий, связаны ли они с тианами, монстрами или Мастерами.

…Пожалуй, ты права, — подумал я. Я играю не так уж долго, но уже успел пережить немало.

— Не знаю, насколько насыщена жизнь других Мастеров, но разве ты не намного превосходишь средний показатель? — спросила она.

Что ж, я действительно думал, что мои дни здесь довольно насыщенны.

— Если эта девушка-рыцарь родилась под звездой, ведущей к жизни, полной поисков людей, то ты, возможно, родился под звездой раздора, — сказала Немезида. — Не советую говорить так, чтобы призвать ещё больше подобных событий.

— Ты права, — сказал я. — Буду иметь в виду.

От всех этих разговоров я немного проголодался. Именно голод привёл нас в этот магазин, поэтому я заговорил с владельцем.

— Простите. Мы можем здесь поесть? — спросил я.

— Да, конечно, — ответил он. — Мы не могли работать до недавнего времени. Нужно наверстать упущенное.

— А, точно, вас расспрашивали. — Я кивнул. — А почему именно?

— Наш магазин популярен среди молодых девушек, поэтому они, вероятно, решили, что смогут найти здесь следы маленькой госпожи, — ответил он.

— О? — Немезида зацепилась за одну деталь. — Вы сказали «популярен среди молодых девушек»? Это значит…?

— Да, у нас большой выбор сладостей, — сказал владелец магазина.

Глаза Немезиды загорелись:

— Отлично! — обрадовалась она. — Мастер! Давай наедимся от души!

— Но я только что купил новое снаряжение, — сказал я. — Не уверен, что хочу тратить ещё много де—

— Две попытки в гача, двести тысяч лир, — перебила она.

— Простите. Ешь сколько хочешь, — сдался я.

Через час Немезида вышла из магазина совершенно довольной, съев огромное количество сладостей, а я вышел, схватившись за голову и отчаявшись при виде своего инвентаря: у меня осталось меньше десяти тысяч лир.

Это слишком много… Ты съела чересчур много!

— И всё же это стоило дешевле твоих гача-выходок, — сказала она.

Мне нечего было ей возразить.

— Ладно, думаю, пора выйти наружу и открыть капсулу, которую я вытянул, — сказал я.

— Действительно, — согласилась Немезида. — Надеюсь, она стоит больше двухсот тысяч лир.

…Да, пожалуйста, о всемогущий бог, — подумал я.

Я снова отправился на равнины Некс, где испытывал свои миазмопламенные наручи. Я отошёл от стен Гидеона и остановился в траве в нескольких десятках метров от главной дороги.

На капсуле было написано: «Открывать только на просторной территории». Я не знал, каковы её представления о «просторности», но место, где я стоял, было достаточно большим, чтобы без проблем вместить целый дом или корабль.

— В конце концов, я не хочу породить что-нибудь огромное, чтобы оно застряло в стенах, разрушило их и втянуло меня в большие неприятности, — сказал я.

— Тогда пора открыть её? — спросила Немезида.

Я достал капсулу X, повернул её, чтобы открыть, и заставил что-то появиться снаружи. Это напомнило мне одну многолетнюю серию игр, где выращивают монстров и заставляют их сражаться с другими монстрами.

— Это… — пробормотал я.

Я готовился к появлению чего-то размером с дом или корабль, но полученное мной не было даже близко к таким размерам. Более того, оно оказалось меньше, чем «повозка» из примера сотрудницы магазина.

Впрочем, пример всё же оказался не таким уж далёким от истины. Ведь я получил лошадь. Однако живым существом она, похоже, не была.

Лошадь была сделана из похожего на серебро металла, напоминавшего хорошо отполированные латы. Её форма недвусмысленно напоминала лошадиную. Её выковали из деталей, похожих на доспехи, а на месте глаз сияли белые сферы. Описать её можно было только как «роботизированную лошадь».

— Значит, это не монстр? — спросила Немезида.

Похоже, официальным владельцем был я, а описание в моём инвентаре выглядело так:

Призматический скакун, Серебряный Зефир

Особое снаряжение: ездовой зверь

Один из пяти Призматических скакунов, изготовленных Флагманом — мастером древней цивилизации.

Тот, кто ступает внутри ветра.

Подробности неизвестны.

Подробности неизвестны? — я приподнял бровь. Всё, что сообщало описание, — это возможность ездить верхом и связь с ветром. С вопросом во взгляде я посмотрел и на окно с описанием, и на Призматического скакуна, Серебряного Зефира, которого решил просто называть «Серебром».

Серебро, похоже, не обратил на это внимания и продолжил стоять в поле.

При дальнейшем осмотре я заметил, что на его голове, похоже, не было рта. В описании говорилось, что его изготовил мастер по имени Флагман, так что очевидно: он был роботом. Однако время от времени он издавал звуки, похожие на ржание, иногда бил копытом по земле и двигал хвостом из волокон совсем по-лошадиному.

Невозможность понять, на какую часть неба он смотрит, придавала ему что-то кошачье.

— Может, прокатишься на нём? — предложила Немезида.

Хорошая идея, — подумал я. К счастью, на Серебре уже были седло и поводья, так что забраться на него не составило бы труда.

Я приблизился к нему, опасаясь получить удар копытом или что-нибудь в этом роде, но он оказался очень послушным.

Когда я взялся за поводья, он опустился так, что его живот частично коснулся земли, и мне стало легко забраться на него.

Какая хорошо выезженная и дружелюбная лошадь, — подумал я. Странно, что на самом деле он был роботом.

Я быстро к нему привязался. Мне хотелось вскочить на него и помчаться по этим полям.

Сев в седло, я вставил ноги в стремена. После этого Серебро поднялся.

— Ух ты… — пробормотал я.

Вид с лошади слегка захватывал дух. Точка обзора была намного выше, чем когда я стоял на собственных ногах или когда в детстве ездил на пони.

Серебро переступал копытами так, будто хотел прямо сейчас помчаться через поле.

— Осторожнее, — предупредила Немезида.

Ехать вместе с Немезидой оказалось довольно трудно, поэтому я решил, что пока она подождёт, а я попробую прокатиться на Серебре один. После короткого забега я дам ей возможность попробовать.

— Ладно, поехали, — сказал я. — Но-о, Серебро! Вперёд!

Произнеся слова, которые всегда хотел сказать, я бросил поводья — и в тот же момент небо и земля поменялись местами.

Не понимая, где на самом деле верх, я почувствовал себя падающим вверх.

Я видел Немезиду, которая выглядела совершенно ошеломлённой.

Я слышал, как Серебро мчится по полю.

Все пять чувств пребывали в таком состоянии, что я упал на землю — головой вперёд.

— Хорошо, что здесь всего лишь трава, — сказала Немезида, глядя на меня сверху.

Положив руку на слегка хрустящую шею, я применил к себе лечебную магию.

Серебро смотрел на меня, и я не мог понять, тревожится ли он или вообще ни о чём не думает.

— Не ожидала, что ты упадёшь на самом первом шаге, — сказала Немезида.

Я тоже, — подумал я. Я свалился в тот же миг, как Серебро начал бежать.

— За тобой наблюдала небольшая аудитория с главной дороги, — сказала Немезида. — У всех были примерно такие же лица, как у меня, когда они увидели случившееся.

Честно говоря, это казалось вполне уместной реакцией.

— …Но почему это произошло? — не мог не спросить я. Я ведь не сидел на нём каким-то странным образом. То, как меня сбросило, словно не подчинялось никаким законам физики.

— Действительно чудо, — согласилась Немезида. — Ты Паладин, так что должен уметь ездить на лошадях без проблем.

— Вот именно, так что… хм? — Осознав кое-что, я посмотрел на навыки Серебра. Всего их было три: «Бег», «Ветряное копыто» и ещё один неизвестный навык, обозначенный «????», совсем как навык на миазмопламенных наручах.

Я посмотрел подробности навыка «Бег».

Позволяет бежать, когда кто-то едет верхом. У ездока должен быть навык «Верховая езда» или «Езда».

— «Верховая езда»… навык? — прочитал я вслух.

Я не могу ездить на Серебре без этого навыка? — подумал я. То есть могу только водить его шагом?

— У тебя нет этого навыка, — сказала Немезида. — Странно, учитывая, что ты Паладин.

— По моей профессии я могу изучить не так уж много навыков, — сказал я. Пока что у меня были только «Эгида паладина» и лечебная магия низкого уровня.

— Странно, — озадачилась она. — Паладин — это, по сути, улучшение Рыцаря, так что у тебя есть все основания обладать навыком «Верховая езда».

— Да, — согласился я. — …Погоди, улучшение?

Погодите, Паладины были улучшенной версией Рыцарей.

От осознания последствий этого факта меня пробил холодный пот.

— Немезида, я на секунду выйду из игры.

— Хм? Н-ну, если ты настаиваешь…

Выйдя из игры, я сел за компьютер и начал изучать навык «Верховая езда» и связь между профессиями низкого и высокого ранга.

«Верховая езда» была навыком, практически олицетворявшим Рыцаря — профессию низкого ранга, которая обычно предшествовала Паладину. Поэтому любой, кто шёл обычным путём и становился Паладином после Рыцаря, естественным образом получал навык «Верховая езда». Но из-за стечения обстоятельств я пропустил Рыцаря и сразу перешёл к Паладину.

Это обеспечило мне отличный рост характеристик и преимущество перед большинством новичков. Однако навыков, которые давала профессия Паладина, оказалось крайне мало. На самом деле у меня было всего два: «Эгида паладина» и «Первое исцеление».

У Рука, игравшего за Сутенёра — профессию низкого ранга, — их было гораздо больше. Оставалось предположить, что навыки профессий высокого ранга требуют от игрока изучить навыки профессий низкого ранга из той же группы.

Согласно вики-прохождению, Рыцари не имели доступа к «Эгиде паладина» и заклинаниям лечения — их можно было изучить только после превращения в Паладина. Другими навыками Паладина были «Великий крест» — считавшийся высшей атакой профессии — и «Очищающий серебряный свет», который никто толком не умел добывать.

Все навыки, кроме этих четырёх, были расширенными версиями навыков Рыцаря. К ним относились атакующие и прочие навыки… например, «Верховая езда».

Я сидел за компьютером и молча осмысливал факты.

У меня не было ни одного атакующего навыка Паладина. Мой уровень был в районе двадцати с лишним. К этому моменту он у меня уже точно должен был появиться. Но его не было — значит, моё предположение оказалось верным.

Для большинства навыков Паладина игрок должен был сначала изучить навыки профессии низкого ранга из той же группы — Рыцаря.

Почему брат меня не предупредил? — подумал я. …А, наверное, он просто не встречал людей, начавших с профессии высокого ранга, так что мой случай оказался для него первым.

Мне казалось, что, как и «Потерянное сердце» Рука, многие профессии высокого ранга требовали достижения максимального уровня в профессиях низкого ранга той же группы. Даже требования к Паладину нельзя было выполнить, будучи обычным новичком нулевого уровня, так что неудивительно, что брат об этом не знал.

— …Понятно, — пробормотал я. Теперь всё сходилось. Я не мог изучить навык и ездить на Серебре, не сменив профессию на профессию низкого ранга — Рыцаря.

Атакующие навыки меня не слишком волновали. Со мной была Немезида, а недавно я получил миазмопламенные наручи. Однако, чтобы ездить на Серебре, мне нужно было найти способ выучить «Верховую езду».

Я поискал способ изучить его без перехода на Рыцаря и вскоре нашёл решение.

Существовал аксессуар под названием «Амулет конного племени», дававший +1 к навыку «Верховая езда». Только это и требовалось, чтобы я смог ездить на Серебре.

Но это было ещё не всё. Профессии, имевшие предрасположенность к навыкам, полученным благодаря эффектам аксессуаров, действительно могли освоить такие навыки и сделать их своими. Поскольку Паладин был улучшением Рыцаря, очевидно, что у меня имелась предрасположенность к «Верховой езде».

— Да! Вот оно! — воскликнул я.

Быстро решив, что должен отправиться на рынок Гидеона и купить такой аксессуар, я посмотрел, сколько он стоит.

Амулет конного племени — рыночная цена: 100 000 лир.

Я рухнул на землю.

— Нам нужно найти способы заработать деньги. — Я снова вошёл в игру и объявил о нашем следующем плане.

— У нас осталось меньше десяти тысяч лир, — кивнула Немезида. — Даже без этой проблемы с Серебром нам всё равно пришлось бы добывать деньги.

Она была права. Мы почти разорились, поэтому в любом случае нужно было что-то делать.

Похоже, я умею получать большие деньги и тут же терять их все, — подумал я. Странно, ведь на самом деле я их не транжирю.

— Гача, — сказала Немезида.

С-снова? Я-я ведь на самом деле их не транжирю.

— Кстати, в отличие от первого разрешения, второе ведь не было подписано? — сказала она. — Почему ты просто отдал его Руку, а не продал? Не могу сказать, получил бы ты потраченные на него сто тысяч лир или нет, но ты всё же мог выручить хотя бы половину, разве нет?

— …А, — сказал я. В её словах был смысл.

— Ты… — Немезида не нашла слов, чтобы выразить свои чувства.

— Нет, всё нормально, — сказал я. — Я уже отдал его Руку. Мужчина не нарушает своего слова. Заработаем иначе.

— Легко сказать, — ответила она. — Однако Рук сейчас не в игре и спит, а у Мисс Очков руки заняты какими-то другими делами. В одиночку мы много не сделаем.

— Да, это небольшая проблема, — согласился я. Я мог отправиться и принять какое-нибудь задание, но, поскольку был один, выбор ограничивался лёгкими заданиями с маленькой наградой.

Кроме того, завтра после полудня у нас была запланирована встреча, поэтому я не мог брать задания, которые длились бы слишком долго.

— Может, поохотимся за наградой? Например, на того демона? — предложила Немезида.

— Но если проиграем, получим смертный приговор, — сказал я. — К завтрашней встрече мы не успеем.

— Похоже, этот мир недостаточно добр, чтобы дать нам возможность быстро заработать сто тысяч лир, — сказала она.

Время не было большой проблемой — после сюрприза, который Мари приготовила для нас на завтра, его у меня было бы предостаточно. Однако мне хотелось как можно скорее ездить на Серебре.

— А как насчёт арены? — спросила Немезида. — Там можно сражаться без риска смертного приговора, а победитель получает награду, разве нет?

— Да, но я проверил и выяснил, что участвовать можно только при общем уровне выше 51, — ответил я.

Во время сегодняшних испытаний мой уровень поднялся до 26. До открытия арены мне было ещё далеко.

— Ах да! — меня осенило. — Я всё ещё могу делать ставки на бойцов! Поставлю деньги на того, кто, по-моему, победит, и—

— Не надо, — перебила меня Немезида. — Когда дело действительно важное, удача может быть на твоей стороне, но большую часть времени тебе просто ужасно не везёт.

…Не могу сказать, что ты не права, — подумал я.

— Похоже, сегодня или завтра мне придётся забыть об «Амулете конного племени» и просто заняться обычным заработком, — вздохнул я.

— Хорошая идея, — согласилась Немезида. — Тогда направимся в Гильдию авантюристов.

Мы с Немезидой направились к первому району Гидеона, где находилось здание Гильдии.

— Кстати, — снова заговорила Немезида. — Я знаю, что занять у Рука не получится, но как насчёт Братца Медведя?

— Если он даст мне денег в долг, я почувствую себя неудачником, — сказал я.

— Хм… — задумалась она. — А что насчёт твоего старого снаряже—

— Уже продал, — ответил я, прежде чем она закончила. А все полученные от этого деньги исчезли в твоём бездонном желудке, — подумал я.

Единственным имуществом, которым я сейчас владел, были надетое на мне снаряжение и оставшиеся у меня менее десяти тысяч лир.

— О, этот разговор о снаряжении напомнил мне… — сказала Немезида. — Почему ты так не любишь очки?

— …Что? — спросил я.

— Я задаюсь этим вопросом с нашей встречи с пингвином, — продолжила она. — Я пыталась заглянуть в твои воспоминания, но не смогла, потому что это находится в самом глубоком и личном их разделе. Честно говоря, защита там слишком сильная, и мне не даёт покоя вопрос: почему?

…Похоже, это ясный знак, что я не хочу об этом говорить и тебе не стоит меня спрашивать, — подумал я. Но ладно, расскажу. Мы с Немезидой практически были одним целым, так что ничего страшного в рассказе не было.

— Когда я был маленьким, — сказал я, — зрение у меня было очень плохим. В четвёртом классе начальной школы я случайно оказался единственным ребёнком в классе, носившим очки.

— Такое время от времени случается, — заметила Немезида.

— Моим прозвищем мгновенно стало «Ноби», как у персонажа из «Дораэмона», — продолжил я.

— …Хм? — она приподняла бровь.

— Одноклассники называли меня «Ноби» чаще, чем настоящим именем, — продолжил я. — Они часто заставляли меня произносить его фирменную фразу из «Дораэмона», хотя я совсем не был похож голосом на этого персонажа. Более того, темой школьного фестиваля искусств каким-то образом стал «Дораэмон», и, конечно же, мне досталась роль Ноби.

Нельзя сказать, что меня травили. Изгоем я тоже не был. На самом деле друзей у меня было много. Тогдашние одноклассники явно не желали мне зла и дали прозвище лишь потому, что мы были довольно близки. Однако отсутствие выхода для одного определённого чувства позволило ему вырасти во мне.

По сути, его можно было выразить словами: «Это кого ты Ноби называешь?» Или: «Я, конечно, люблю «Дораэмона», но это уже совсем другое дело».

Немезида молча смотрела на меня.

— Что такое, Немезида? — спросил я.

— Причина настолько пустяковая, что я не знаю, как реагировать, — ответила она.

— …Ну, даже я понимаю, что это не такая уж большая проблема, — признал я. Моя старшая сестра отреагировала точно так же, когда я рассказал ей об этом.

— Ты сказал, что у тебя было плохое зрение, — снова заговорила Немезида. — Ты и сейчас носишь очки в реальной жизни?

— Нет, — ответил я. — В течение пяти лет после школьного фестиваля искусств зрение восстановилось.

Я ел продукты, полезные для глаз, и тренировал зрение, глядя вдаль и ежедневно двигая глазными яблоками. Это было тяжёлой работой.

— Восхищаюсь твоей настойчивостью, но разве не лучше было бы просто купить контактные линзы? — спросила она.

— Меня пугает сама мысль о том, чтобы вставлять что-то в глаза, — ответил я.

— Мастер, ты… — у неё совсем не осталось слов.

— Разумеется, лазерная коррекция зрения меня тоже пугала, поэтому мне пришлось исправлять зрение постоянными тренировками и… хм?

Пока мы с Немезидой шли по улицам и разговаривали, я внезапно услышал неприятные звуки из ближайшего переулка.

Они вызвали у меня любопытство, и я направился к их источнику.

Недалеко от главной дороги, между зданиями, находилась чуть более просторная площадка. Там я увидел пятерых мужчин, окруживших одну девушку.

Мужчины выглядели как самые стереотипные, заурядные и невоспитанные хулиганы. Это напомнило мне рассказ Лилианы о сбежавшей принцессе и заставило представить банальную сцену, в которой я обнаруживаю её в окружении мерзких злодеев. Думая, что такого быть не может, я внимательнее посмотрел на происходящее и… действительно, это была не она.

Девушка, попавшая в беду, выглядела вполне миловидно, но черты её лица явно принадлежали простолюдинке. Она не выглядела бы неуместно, если бы стояла у ресторана и зазывала посетителей. Девушка точно не была принцессой, но это не имело значения, учитывая, в какой беде она оказалась.

Суть их разговора можно было свести к следующему:

Вчера у девушки похитили младшего брата.

Эти мужчины шантажировали её, заявляя, что для возвращения брата она должна подготовить двести тысяч лир. Они также предупредили: если она расскажет обо всём рыцарям, брата убьют.

Девушка бегала по знакомым, занимала деньги и продавала семейное имущество, пока с огромным трудом не собрала двести тысяч лир. Затем она принесла выкуп в указанное похитителями место — этот переулок — и отдала его им.

Мужчины охотно приняли деньги, но возвращать ей младшего брата вовсе не собирались. Более того — теперь они собирались забрать и саму девушку.

Ну и мерзавцы же, — подумал я. Грязь человеческая.

Они были тианами, а не монстрами — по крайней мере, в игровом смысле, — но совесть меня совершенно не мучила бы, если бы я надрал им задницы.

А если спустить им это с рук, неприятный осадок останется у меня во рту.

С этой мыслью я поднялся и показался мерзавцам.

— Стоять! — воскликнул я и тут же понял, что почему-то мой голос удвоился.

— …Хм? — удивлённо произнёс я, и это снова повторилось.

Так, что за чёрт? — подумал я.

Я не делал ничего особенного — просто выскочил и что-то сказал, — но мой голос прозвучал так, будто синхронно с ним говорил ещё кто-то.

Мгновение спустя я заметил причину. За спинами мерзавцев и девушки, на другом конце переулка, стоял ещё один человек.

Это был молодой человек примерно моего возраста. На нём была странно скроенная одежда, похожая на смесь военной формы и костюма наездника. Перчатки оставляли тыльные стороны его рук открытыми, а на левой красовался герб, ясно показывавший, что он Мастер.

— Это не имеет значения, — сказал он. — Отойдите от этой прекрасной дамы, мерзкие негодяи.

Похоже, он оказался просто человеком, который в тот же момент подумал ровно о том же, о чём и я.

— П-пожалуйста, помогите! — взмолилась девушка.

— Хе, — усмехнулся он. — Разумеется. У всех прекрасных цветов есть шипы. И моя миссия в жизни — быть шипом для таких прелестных дам, как вы, и жалить всякого хулигана, который попытается причинить вам вред.

В чём-то мы, похоже, были похожи, но я даже близко не был таким напыщенным. Исходившая от него аура заставляла меня почти видеть розы и неестественные лучи света, как в манге для юных девушек или на представлении театра Такарадзука.

— Да кто вы вообще такие? — потребовал один из мерзавцев.

Другой возбудился:

— А? Драться хочешь? Ну давай!

— Хи-ха-ха! — один из них неприятно возликовал.

— Нас пятеро, тупые ублюдки! — заявил ещё один.

— Это в два раза больше, чем вас! — добавил последний.

Это не в два раза, идиот, — подумал я. В 2,5 раза.

— Хе, — напыщенный Мастер усмехнулся. — Вас и правда больше, но каковы ваши уровни?

— Чего?! — один из них испугался.

— Насколько я могу судить, все вы находитесь на своей первой профессии низкого ранга, — сказал напыщенный чудак. — А мой общий уровень составляет 126.

— Ч-что?! — все они в один голос перепугались.

— Хе, — снова усмехнулся он. — Теперь узрите мою силу. Я просто призову свой «Гараж» и…

— Схватите его, пока он ничего не сделал! — закричал один из мерзавцев. Остальные четверо издали боевой клич и бросились на него.

— Что?! — парень удивился. — Погодите, мне нужно войти в свой мейджингир и… Неважно! Если понадобится, я справлюсь голыми руками!

Я словно читал мангу про подростковую преступность. Все пятеро хулиганов бросились к парню в военной форме, сжав кулаки для удара.

Из-за того, насколько сильно чудак перетягивал на себя внимание, меня полностью игнорировали.

— Ну и ладно, — вздохнул я. Время было подходящее, поэтому я заговорил с девушкой: — Тебе нужно сейчас убежать.

— Б-большое спасибо! — с явным страхом в голосе поблагодарила меня она и побежала к улице у меня за спиной.

— Так, с этим закончили, — сказал я. — А сражение… погодите, что?

Я посмотрел на другую сторону и — к своему удивлению — увидел, что парня в форме избивают до полусмерти. Пятеро хулиганов тоже не остались невредимыми, но всё равно можно было уверенно сказать: сражение было совершенно односторонним.

Похоже, в одиночку ему не справиться с таким количеством противников, — подумал я. Но постойте, его общий уровень — 126, так как же… А, понятно.

— Высокий общий уровень не означает столь же высоких характеристик, — сказал я вслух. Вероятно, он был похож на Рука, который из-за профессии Сутенёра имел половину большинства моих характеристик, несмотря на уровень вдвое выше моего.

Тем не менее 126 — внушительный уровень. Если пятеро мерзавцев настолько легко расправлялись с ним, вполне возможно, что и я не преуспел бы.

Пока эта мысль проходила у меня в голове, один из пятерых поднял кулак и бросился ко мне:

— Ты следующий!

Я поспешно уклонился от его атаки и ответил ударом прямо в лицо.

В следующий момент мужчину отбросило на другую сторону переулка.

— …Э? — остальные четверо хулиганов были потрясены.

— …Почему? — спросил я, озадаченный не меньше мерзавцев.

Решив, что это Немезида что-то сделала, я обернулся и посмотрел на неё. В ответ она тихо вздохнула и указала на тыльную сторону своей руки. Из-за этого я взглянул на тыльные стороны собственных рук и вспомнил один важный факт.

На мне были миазмопламенные наручи.

Во время сегодняшних испытаний я сосредоточился главным образом на их способности выпускать огонь и газ, но это были не единственные их свойства. Предмет также можно было использовать для защиты, и он давал прибавку к моим характеристикам. В частности, он увеличивал мою STR на 100%.

Когда мой уровень был равен 0, STR составляла примерно 10. Тогда у меня не было проблем с движением тела, поэтому оставалось предположить, что это количество соответствовало силе обычного взрослого мужчины. С тех пор я повышал уровень и увеличивал характеристики, а благодаря бонусу миазмопламенных наручей моя STR теперь превышала 400. Это означало, что я только что ударил хулигана по лицу с силой более чем сорока обычных взрослых мужчин.

— Он умер? — слегка обеспокоившись, я посмотрел на парня, лежавшего на другом конце переулка.

Он дёргался, так что можно было предположить, что он выжил. Я с облегчением вздохнул. Было очевидно, что их профессии были ориентированы на бой, поэтому они, вероятно, оказались крепче обычных людей.

— Тогда всё хорошо, — сказал я, приближаясь к ним и сталкивая наручи друг с другом.

Если бы я воспользовался Немезидой, результат был бы некрасивым, поэтому я решил разобраться с плохими парнями при помощи плохих парней на руках.

— Кто следующий? — спросил я.

— И-и-и! — один из них завизжал как маленькая девочка.

Наверное, я выглядел слишком угрожающе, поскольку они быстро побледнели, развернулись и разбежались, как тараканы.

— Ч-чёрт! — закричал один из них. — Не зазнавайся, ублюдок! У нас всё ещё есть брат этой шлюхи! — С этими словами они исчезли на главной дороге.

Ну и банальная компания мерзавцев, — подумал я.

— Ты в порядке? — спросил я. — «Первое исцеление».

Я подошёл к парню в форме, которого они избили, и применил к нему лечебное заклинание.

Его раны вовсе не были глубокими, и моя базовая лечебная магия быстро закрыла их все.

— Хе, спасибо, — благодарно сказал он. — Хм? Эти уши… — Он посмотрел на торчащие из моей головы собачьи уши, появившиеся из-за безумного пингвина.

— А что с ними? — спросил я.

— …О, ничего, — ответил он. — Хороший аксессуар.

— Найди пингвина — и получишь собственную пару, — сказал я.

— Хе. — Он снова усмехнулся. — Буду иметь в виду.

Мужчина поднялся и отряхнул одежду. Даже это движение казалось слегка напыщенным.

— Чувствую, что наша встреча предопределена, — сказал он. — Позвольте представиться. Меня зовут Хьюго Лессепс. Я Мастер, а моя профессия — Высший пилот.

— Я Рэй Старлинг, — ответил я. — Я Мастер и Паладин. А это мой Эмбрион, Немезида.

— Понимаю… Эмбрионы типа Девы — большая редкость, — сказал он. — Рад встретить такую прекрасную мадемуазель.

— Мне тоже приятно познакомиться, — сказала Немезида.

Мне было интересно, как он смог определить, что Немезида — Дева, а не Хранитель, просто взглянув на неё.

Но, господи, его манера речи будто из какой-то пьесы, — подумал я. Интересно, откуда он родом. Судя по имени, вероятно, француз.

— Кстати, почему они так легко тебя избили? — спросил я. — Твоя профессия не ориентирована на бой или что-то вроде того? Когда я сражался с ними, они были довольно слабыми, поэтому я предположил, что человек с общим уровнем 126 легко бы с ними справился.

— Хе. — На его лице снова появилась эта усмешка. — Я Пилот 50-го уровня, Механик 50-го уровня и Высший пилот 26-го уровня. Повышение уровня в этих профессиях увеличивает только мои HP, MP, SP и DEX, поэтому все остальные характеристики остались примерно такими же, как в самом начале!

Похоже, гордиться тут было нечем. К тому же я не мог не задуматься, что это за профессии с настолько однобоким ростом характеристик.

Он что, водит машину или что-то в этом роде? — подумал я. Он как персонаж из Metal Max или вроде того?

— Э-э-эм… — произнёс я.

Пока я размышлял о природе профессии Хьюго, кто-то окликнул меня.

Я обернулся и увидел девушку, которой мы помогли. Похоже, она решила остаться неподалёку, а не убегать совсем.

— Б-большое спасибо за помощь! — воскликнула она.

— Не нужно, — сказал я. — Я просто сделал то, что хотел. — Кроме того, если бы я проигнорировал её, у меня остался бы неприятный осадок.

— Хе. — Хьюго снова усмехнулся. — Я чувствую то же самое. Не знаю, смог бы я спокойно спать по ночам, проигнорировав попавшую в беду даму.

Разве это не почти то же, что моя дежурная фраза в подобных ситуациях? — подумал я.

— Э-э… Вы Мастера? — неуверенно спросила девушка.

— Именно, — сказал Хьюго. — Мы с Рэем оба Мастера.

Девушка опустилась перед нами на землю и прижалась к ней головой.

— Мадам… — Хьюго, похоже, не знал, как реагировать. — Пожалуйста, поднимите голову.

— Пожалуйста… пожалуйста, спасите моего младшего брата! — взмолилась она. — Прошу вас!

Ах да, мерзавцы что-то говорили об этом, убегая, — подумал я.

— Спасти его? То есть от тех хулиганов? — спросил я.

— Д-да! — сказала она. — Это Банда Гуз-Майз… Они похищают детей, а если не получают за них выкуп, мальчиков и девочек убивают и с-съеда— о-о…

Её слова заставили меня замолчать.

Убивают и едят детей? — в недоверии подумал я. Ох…

— Они похитили моего младшего брата, пожалуйста, спасите его! — воскликнула она. — Я могу отдать вам эти деньги! А если этого недостаточно, я сделаю всё, что вы захотите…

Она протянула нам сумку с выкупом и, обливаясь слезами, продолжила умолять.

Я знал обстоятельства благодаря подслушанному перед тем, как выйти ей на помощь. Если оставить всё как есть, её брата рано или поздно убьют и съедят. Чтобы не допустить такого исхода, нужно было действовать быстро, и сделать это могли только Хьюго и я.

Честно говоря, я почувствовал, что всё к этому придёт, в тот самый момент, когда показался мерзавцам, — подумал я. Поэтому я полностью готов столкнуться с рисками.

— Я согласен, — сказал я. — Но компенсация мне не нужна.

— Н-но…

— Ты приложила огромные усилия, чтобы собрать этот выкуп, верно? — сказал я. — Я не могу его взять. — Я чувствовал, что всё равно сделал бы что-нибудь, даже если бы она не попросила меня. Если бы я проигнорировал происходящее, во рту у меня остался бы отвратительный привкус.

— А ты, Хьюго? — спросил я.

— Хе, — усмехнулся он. — Глупый вопрос. Конечно я этим займусь. И мне тоже не нужны деньги.

Хьюго опустился на одно колено, осторожно положил левую руку девушке на подбородок и заставил её поднять взгляд. Затем большим пальцем правой руки мягко вытер её слёзы.

— Мадам, — мягко сказал он. — Мы остановим ваши слёзы. — И, словно разыгрывая сцену из пьесы, Хьюго улыбнулся ей: — Обещаю, завтра утром вы встретите новый день с улыбкой на лице.

[Началось задание «Спасти Родди Ланкарса», уровень сложности 8]

[Подробности см. в окне задания]

Сообщение, прозвучавшее у меня в ушах, объявило о начале событийного задания. Похоже, Хьюго получил то же сообщение.

— Вперёд, Рэй, — сказал он. — Миссия ждёт.

— Ладно, — вздохнул я. — Могу подыграть твоей мелодии. Цель нашего задания — спасение Родди Ланкарса, уровень сложности 8. Направляемся в убежище людоедов и похитителей — к Банде Гуз-Майз.

Наша цель… утро, полное улыбок.

Так мы и начали своё задание.

Гидеон, город дуэлей, Паладин Рэй Старлинг

Мы с Немезидой и Хьюго получили задание со случайным событием 8-го уровня сложности — «Спасти Родди Ланкарса». Как и в задании по спасению Милианны, здесь всё сводилось к гонке со временем. Однако меня беспокоили ещё две вещи.

Во-первых, сложность задания. Я не знал, насколько трудны задания 8-го уровня, поэтому спросил Хьюго…

— Настолько, что тианы 500-го уровня, отправившись в одиночку, потерпят сокрушительное поражение, — ответил он. — Даже полной группе таких тиан пришлось бы нелегко.

…и это был его ответ. Значит, задания 8-го уровня слишком сложны даже для тиан максимального уровня. Пусть Мастера в целом сильнее тиан, для меня — человека ниже 50-го уровня — это явно было слишком серьёзным испытанием. Но я не собирался бросать ребёнка на произвол судьбы лишь потому, что спасти его будет трудно.

— Должна сказать, что позволить им сбежать было серьёзной ошибкой, — заметила Немезида.

И это была моя вторая тревога — пятеро мерзавцев, с которыми мы столкнулись.

Тот, кого я ударил, всё ещё лежал распластанным на мостовой в переулке, поэтому Хьюго связал его проволокой, которая оказалась у него под рукой. Мы решили передать его стражникам, и девушка, которой мы помогли, — Ребекка — побежала в караульное помещение.

К сожалению, остальные четверо сбежали, пригрозив расправиться с её братом. Мы не знали, где находится их база. Если они доберутся туда раньше нас и расскажут всем, что здесь произошло, жизнь мальчика окажется в ещё большей опасности.

— Эх, надо было накачать их газом, — сказал я. Запах яда из моих Миазмопламенных наручей мгновенно сделал бы их совершенно неподвижными.

— Мы в городе. Разве это не сочли бы терроризмом? — спросила Немезида.

А ведь верно, — подумал я. Хотя я мог бы ещё обжечь им ноги огнём из левого наруча, чтобы они не могли ходить, и…

— Я вижу, ты думаешь о чём-то тревожном, — сказал Хьюго. — Но уверяю тебя: о них можно не беспокоиться. — Он указал на улицу, по которой они убежали.

Я не видел, что находилось за углом, но слышал, как по земле что-то волокли.

— Что это за звук? — спросил я. Источник приближался, пока вскоре не оказался в поле моего зрения.

— Извини за заде́ржку, Хьюго, — произнесла девочка. Если не считать ушанки на голове, ростом она была примерно с Немезиду.

Первое, что бросилось мне в глаза, — её белизна. Белые волосы, белые щёки, белая шапка. Хотя холодно не было, на ней также были длинное белое войлочное пальто и белый шарф. И почему-то она ещё и кусала белый манъдзю. Единственным не белым в её облике были голубые глаза.

— Хе, — Хьюго снова стал самодовольным. — Молодец, Кюко.

Она проглотила манъдзю и только после этого ответила:

— Морока, конечно, но они были слабыми, так что не стоит обращать внимания.

Я опустил взгляд и увидел, что она держит людей — тех четверых головорезов, которые сбежали, — за одежду на загривках.

[[image:/storage/reader-images/a05ef08d8863565f2d47946c1832176ffd5d48f1.jpg]]

То, что она без труда держала по два человека в каждой руке, явно не соответствовало её внешности, но вскоре я заметил герб Мастера на её левой руке.

Ну, если она Мастер, такая сила вполне объяснима, — подумал я.

Она говорила совершенно монотонно, и я не мог понять, отыгрывает ли она роль или обычно разговаривает именно так.

Заметив, что я её разглядываю, она бросила на меня и Немезиду свирепый взгляд.

— Хьюго, нянчащийся с девчонками, подружился с лоликоном? Тебе нравятся маленькие девочки, господин?

— Это ты кого лоликоном назвала?! — крикнул я.

— Это ты кого лоли назвала?! — одновременно взвыла Немезида.

Она с первых же слов объявила меня сексуальным извращенцем! Кто вообще так делает?! — подумал я.

— Плоская грудь и маленький рост — образцовые признаки лоли, — сказала она. — А тот, кто позволяет лоли себя обслуживать, настоящий лоликон.

Такой клеветы я ещё не слышал. Немезида была частью меня, так что не в счёт.

— Нет! — возразила Немезида. — Моя форма лишь ставит красоту выше функциональности!

— Мастер с Эмбрио, который считает такую форму красивой, — лоликон до мозга костей, — сказала белая девочка.

— Ах ты мелкая…! Похоже, придётся что-то сделать с твоим языком! — закричала Немезида.

— Попробуй.

Немезида бросилась на девочку, которая встретила её лицом к лицу, сохраняя всё то же бесстрастное выражение. Они начали драться, но мне казалось, будто я смотрю, как возятся две кошки.

Немезида редко бывает настолько откровенной с кем-то, кроме меня, — подумал я.

— Итак, Хьюго, — подал я голос. — Кто эта монотонная и монохромная девочка, которая без зазрения совести называет незнакомцев извращенцами?

— Кюко, — ответил он. — Она моя… напарница. Я связался с ней и попросил поймать тех, кто убежал. Да, девочка немного грубовата, но, как видишь, на неё вполне можно положиться. И, чтобы ты знал, то, что она сейчас сказала, далеко не худшее, что можно от неё услышать.

— Серьёзно? — Я приподнял бровь.

— Да, — кивнул он. — Особенно если сравнить с теми оскорблениями, которыми она осыпает главу нашего клана.

…Даже представить не могу, — подумал я.

Если не считать её скверного языка, теперь в нашей группе было целых три Мастера. Естественно, это повышало наши шансы успешно завершить задание.

— Ладно, Кюко, расскажи, что тебе удалось выяснить, — сказал Хьюго.

— Хорошо, — ответила Кюко, сцепив руки с руками Немезиды и продолжая толкать их в том, что напоминало сцену из профессионального рестлинга. Не меняя положения, она повернула лицо к Хьюго и начала говорить: — После того как я избила их и допросила, они рассказали, где находится их убежище. Оно за восточными воротами, в горном поясе Круэлла. Точное место отмечено на карте, которая была у них.

Умело пользуясь ртом, она вцепилась зубами в бумагу, лежавшую в кармане сбоку, и одним движением головы перебросила её Хьюго.

— Горный пояс Круэлла? — повторил я название места. Я прежде там не бывал.

— Так называются горы к востоку от этого города, — сказал Хьюго. — Земли за ними принадлежат Калдине.

— Значит, это фактически граница между двумя странами, — сказал я.

— Отличное место для убежища бандитов, — продолжил он. — Любая военная операция Королевства Алтар в горном поясе Круэлла была бы расценена как акт войны против Калдины.

— Тогда почему две страны не объединятся и не разберутся с бандитами? — спросил я. Бандиты, скрывающиеся у границы, казались серьёзной проблемой и для Алтара, и для Калдины, так что объединить силы и уничтожить их было бы естественно.

— Этого никогда не случится, — сказал Хьюго. — Калдина действует только тогда, когда может на этом заработать. На самом деле ради денег они готовы на что угодно.

— То есть ты хочешь сказать…? — спросил я.

— За правильную цену даже самый отвратительный бандит может стать ценным клиентом.

Значит, они заодно? — подумал я.

— Думаю, им хорошо платят, а взамен они оказывают пассивное содействие, — продолжил он. — Калдина, вероятно, договорилась как-то отреагировать, если армия королевства предпримет какие-то действия. Даже если всё это лишь видимость, королевство всё равно не может делать то, что хочет.

Хьюго развернул карту, которую дала ему Кюко. Слева на ней был изображён Гидеон. Справа простиралась пустыня, а между ними находилось несколько гор. На второй горе, если считать от Гидеона, был кружок, отмечавший какое-то место.

— Вот это место, — сказал Хьюго. — Оно за горой. Похоже, нам нужно спешить.

— Ага, — согласился я. — Придётся очень быстро бежать.

Почему-то Хьюго странно на меня посмотрел.

— Что? — спросил я.

— Рэй, — сказал он. — Ты ведь Паладин, верно? Разве ты не будешь ехать верхом?

— У меня есть лошадь, но я не могу на ней ездить, потому что у меня нет навыка «Верховая езда», — ответил я.

— Вот как… — сказал он, совершенно ошарашенно глядя на меня.

— …Ага.

Неловко вышло, — подумал я.

— Хе, — усмехнулся он. — Впервые вижу человека из рыцарской группы, у которого нет навыка «Верховая езда».

— А у нас он обычно есть? — спросил я.

— Ну, — сказал Хьюго. — Допустим, мне только что сказали, что человек умеет плавать, но не умеет ни кролем на груди, ни на спине, ни брассом, ни баттерфляем.

— А в плавании разве есть что-то ещё? — спросил я.

— Плавание по-собачьи и традиционное японское плавание? — предположил он.

Похоже, это не совсем подходило под его сравнение.

— В любом случае я понял, — сказал Хьюго. — Оставь это мне. У меня есть способ добраться до их убежища за короткое время.

— Спасибо, — с благодарностью сказал я.

Впрочем, это к делу не относится: во время драки Немезида и Кюко успели подружиться и теперь обменивались крепкими рукопожатиями.

Дружба — великая вещь, — подумал я. Но то, что одна из них чёрная, а другая белая, напоминает мне об аниме про девочку, вышедшем несколько десятилетий назад.

Наша группа — Хьюго, Кюко и я, с Немезидой в роли моего клинка — прошла через восточные ворота в третьем районе Гидеона и теперь стояла перед входом в горный пояс Круэлла.

К горам вела дорога, по которой ездили повозки и прочий транспорт.

Мы собирались добраться до убежища банды с помощью способа передвижения, о котором упоминал Хьюго, но…

— А что это вообще за способ передвижения? — спросил я.

— Здесь для него неподходящее место, — сказал он. — Нам нужно уйти туда, где людей ещё меньше.

Он не может показать его кому-то ещё? — подумал я.

— Это что-то заметное?

— Можно сказать и так, — ответил он.

Мы шли около пятнадцати минут. Причём не по дороге. Хьюго действительно повёл нас в лес.

Ладно, это странно, — подумал я. Мы находились далеко от любой нормальной дороги, по которой могли бы проехать повозки и тому подобное.

Если мы собирались воспользоваться чем-то, на чём можно ехать, горная дорога возле Гидеона подошла бы гораздо лучше.

— Думаю, здесь подойдёт, — сказал он, обнаружив в лесу прогалину. Она была круглой, радиусом около десяти метров. Высоких деревьев почти не было, а растения здесь, похоже, только-только начали прорастать.

— Думаю, здесь кто-то с магической профессией использовал наступательное заклинание по площади, — сказал Хьюго. — Не знаю, каково пришлось тем, кто попал под его действие, но для нас это удобно.

Он полез в инвентарь, достал серебряный лист и расстелил его на земле.

Только тогда я понял, насколько велик этот лист. Это был квадрат со сторонами примерно по пять метров.

— Я подготовил Гараж, — сказал Хьюго. — Кюко, поблизости есть враги?

— Совсем никого, — ответила она. — Я не обнаруживаю ни монстров, ни людей.

— Принял. — Хьюго открыл окно и начал что-то в нём делать. Мгновение спустя из-под расстеленного на земле листа донёсся звук работающих механизмов.

— …Погодите, механизмы? — пробормотал я. И внезапно кое-что понял.

Профессия Хьюго — Высший пилот. Слово «пилот» обычно употребляют по отношению к людям, управляющим какими-либо механизмами. Однако в этом мире не было механизмов, которыми можно было бы «управлять» в таком смысле…

…если только они не были связаны с одной определённой страной.

— Хьюго, — сказал я. — Ты…

— Рэй, — перебил он меня, не дав закончить. — Я участвую в этом задании как человек и как шип, защищающий прекрасные цветы, которые мы называем «женщинами».

Его заявление ясно показало, что он прекрасно понял, что я собирался сказать.

— А ты почему участвуешь в этом задании? — продолжил он. — Потому что ты Паладин королевства или потому что ты сам по себе?

Я мог ответить лишь одно.

«Если я проигнорирую это, во рту у меня останется неприятный привкус». Именно это я подумал, когда принял задание. — По крайней мере, я делаю это не из-за своей профессии.

— Я тоже. — С этими словами Хьюго криво усмехнулся и нажал кнопку в окне. На ней было написано: «sortie».

Сразу после этого лист на земле начал расширяться. Его поверхность сдвинулась и раскрылась, словно створка гаражных ворот, обнажив полость, совершенно не соответствовавшую толщине листа.

По углам листа поднялись четыре столба и остановились, достигнув примерно пяти метров в высоту.

Мгновение спустя со дна полости донёсся оглушительный грохот, и подъёмник начал подниматься, пока не достиг поверхности.

На нём находился крупный объект. Две руки и две ноги придавали ему человекоподобный вид. Однако до человека ему было очень далеко.

Ростом он был примерно в шесть голов, но его высота превышала пять метров, а корпус покрывало тёмно-зелёное стальное бронирование.

В области таза у него находились пистолет и армейский нож, соответствовавшие его огромным размерам, но, похоже, это были далеко не все припасённые им виды оружия.

Грудь была раскрыта, и внутри я увидел кабину, поразительно похожую на ту, что когда-то видел в старом аниме.

Одним словом, это был человекоподобный боевой робот.

— «Магия и техника», — сказал он. — Шире известная как мейджингир. Главное оружие Империи Драйф.

Хьюго — Высший пилот Империи Драйф — произнёс это, забираясь в кабину.

— …Хьюго, — поражённо произнёс я.

— Сейчас я всего лишь рыцарь, сражающийся ради слёз одной дамы, — сказал он. — Ты ведь тоже не Паладин Королевства Алтар. Я прав, собрат-рыцарь?

— …Ага, — кивнул я.

И снова он надел на себя образ, будто сошедший со страниц девичьей манги или со сцены театра «Такарадзука», и заговорил так, словно был персонажем пьесы. Как бы нелепо это ни звучало, я не мог не согласиться с его словами.

Когда-то Королевство и Империя воевали. Сейчас действовало перемирие, но ходили слухи, что уже в ближайшие несколько месяцев всё снова обострится. Страны, которым мы служили, действительно были врагами.

Однако в нынешних обстоятельствах это не имело для нас значения. Для девочки, плакавшей из-за брата, и для мальчика, которого мы собирались спасти, это тоже было совершенно неважно.

Наше положение никак не было связано с тем, что нам предстояло сделать. Приняв это задание, мы действовали как самостоятельные люди.

— Ну что, идём? — спросил он из кабины.

— Идём, — ответил я и запрыгнул на ладонь мейджингира, которым он управлял. Вторая ладонь уже была занята Кюко.

Заполнив обе ладони, мейджингир Хьюго поднялся.

— Мейджингир уровня демидракона, «Маршалл II»… Вылет!

И Маршалл II устремился к нашей цели — на другую сторону горы.

Мейджингир. Так называлось сокращение от «Магия и техника» — термин, которым обозначали основной тип оружия Империи.

Сидя на правой ладони этого оружия, я думал о чём-то, пока меня трясло от бега.

Первым Эмбрио, которое я увидел после начала игры в Infinite Dendrogram, был Бальдр моего брата. Это тоже было технологическое оружие, но, поскольку Бальдр являлся Эмбрио — чем-то уникальным для каждого Мастера, — он всё же отличался от оружия, созданного с помощью технологий.

Мейджингиры, однако, были оружием, рождённым научным гением Империи Драйф, — частью устройства мира.

Насколько я знал, Империя была единственной страной в Infinite Dendrogram, преуспевшей в технологиях и науке. Мне было любопытно, почему остальные страны не пошли по её стопам.

Технологические инновации обычно распространяются подобно лесному пожару. Империя была технологичной страной больше ста лет. Логично было предположить, что к этому времени её знания уже распространились по другим странам.

Если смотреть на это как на игру, можно было предположить, что причина в желании разработчиков сохранить уникальность каждой страны. Однако мир Infinite Dendrogram был проработан настолько подробно, что в нём даже имелась базовая функция входа в игру и выхода из неё. Поэтому я думал, что и технологический разрыв между странами должен иметь внутриигровую причину.

Пока мы направлялись к убежищу Банды Гуз-Майз, я спросил об этом Хьюго:

— Что ты думаешь?

— Хе, — ухмыльнулся он. — Чтобы знать ответ, нужно сначала разобраться с одной определённой цивилизацией.

— Цивилизацией? — повторил я.

— Да, — сказал Хьюго. — Её называют либо «утраченной», либо «древней» цивилизацией.

Это название кажется знакомым, — подумал я. Ах да. В описании Серебряного Зефира — лошади, которую я вытянул из гача, — упоминалась «древняя цивилизация».

— Эта цивилизация существовала несколько тысяч лет назад, — продолжил Хьюго.

По словам Хьюго, древняя цивилизация достигла невероятных высот в технологиях. В этом отношении она была похожа на Империю, но её технологии превосходили всё, что сейчас было у Империи Драйф.

Однако цивилизация погибла, оставив после себя лишь несколько машин и текстов, на которые археологи время от времени натыкались.

— Тебе придётся рассказать больше, чем это, — сказал я.

— Есть теория, что великая цивилизация исчезла, потому что её технологический прогресс сделал людей слишком высокомерными, за что они навлекли на себя божественный гнев, — объяснил он. — Согласно легендам, бог и тринадцать его слуг ходили по миру и уничтожали все существовавшие тогда цивилизации. В эту легенду верят все страны, кроме Империи Драйф и Гранвалуа, поэтому люди сами предпочитают не развивать науку и технологии.

Понятно, — подумал я. Значит, они намеренно избегают технологий, опасаясь божественного наказания. Хм?.. Империя Драйф и Гранвалуа?

— Значит, эти две страны — исключение? — спросил я. — И погодите, Гранвалуа технологически развита?

— Ну… — сказал он и задумался. — Можно сказать, что у Гранвалуа есть наука, а можно сказать, что её нет.

И как мне это понимать?

— Сначала расскажу об Империи Драйф, — сказал он. — Империя Драйф всегда представляла себя истинным наследником древней цивилизации и потому не чуралась науки и технологий. Однако все попытки воссоздать технологии древности провалились, так что ей пришлось довольствоваться такими машинами, как мейджингир, который работает только благодаря магии людей.

— Магии людей? — спросил я.

— Да. Они могут двигаться только за счёт MP. Сейчас мой «Маршалл II» расходует 1 MP в минуту. В бою это будет 1 MP в секунду. Масштабы различаются, но так работает каждая машина Империи Драйф.

MP в секунду, значит? Напоминает мой «Реверс», — подумал я.

Теперь кое-что стало ясно. Вот почему профессии Хьюго — «Пилот», «Механик» и «Высший пилот» — так сосредоточены на росте MP.

— Значит, машины прошлого были другими? — спросил я.

— Во многие из найденных при раскопках машин были встроены генераторы, — ответил он. — Они обеспечивали машины всей необходимой для работы магией и, насколько я знаю, это технология, утерянная современным миром.

Интересно, — подумал я. Интересно, какое место во всём этом занимает Серебряный Зефир.

— Можешь рассказать подробнее о Гранвалуа? — спросил я. — Я не знал, что там есть машинные технологии. Я знал только, что это страна на море, поэтому всегда представлял, что там пользуются парусными кораблями, как в эпоху Великих географических открытий.

— Хе. Эта страна славится не столько машинными технологиями, сколько кораблестроением, — сказал Хьюго. — Например, у них нередки пароходы, но автомобилей почти нет. В некотором смысле Гранвалуа ещё более неуравновешенна, чем Империя Драйф. Хотя их магические технологии отстают от технологий большинства стран, их магические корабли не имеют себе равных.

— Вот как, — кивнул я. Хотя Гранвалуа преуспевала в магии и технологиях лишь в области кораблестроения, эта морская страна всё же достигла больших высот и в магии, и в технологиях.

Да, её вполне можно назвать неуравновешенной, — подумал я.

— Кроме того, — добавил Хьюго, — поскольку они единственные, кто добывает что-либо из подводных руин, даже Империя Драйф не знает, чем они на самом деле располагают.

Это меня заинтересовало. Надо будет когда-нибудь туда съездить.

— Хм… Хьюго, — подала голос Немезида. — Ты узнал об этой цивилизации из официального описания мира?

— Нет, — ответил он. — Мне рассказали об этом тианы-археологи и некоторые помешанные на пустяках знакомые, исследовавшие руины по всему миру. В моём клане много людей со странными увлечениями.

— В твоём клане? — спросил я.

— Да, — кивнул Хьюго. — Это один из крупнейших кланов Империи Драйф, так что нас довольно много. Если когда-нибудь решишь перейти на службу Империи, я помогу тебе вступить.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся я. — Не думаю, что это случится.

— Хе. Думаю, это зависит от результатов предстоящей войны.

Он был не так уж неправ. Если бы Империя одержала верх, а королевство стало её владением, такое вполне могло бы произойти.

— Хотя не исключено, что в итоге я вступлю в твой клан, — добавил он.

— В мой клан? — переспросил я. — У меня пока вообще нет клана.

— Тогда найди тот, где будут люди, с которыми ты поладишь, и вступи в него. Это даст тебе больше занятий в этом мире. Если хочешь, можешь создать клан сам.

— Я подумаю… О? — удивлённо сказал я.

Пока мы пробирались через лес, мейджингир снизил мощность двигателя и свёл шум к минимуму.

— Похоже, мы на месте, — сказал Хьюго.

Несколько мгновений спустя мы подошли к краю леса.

— Вижу, — сказала Кюко.

Я посмотрел в просветы между деревьями.

За лесом стояло большое здание — каменная крепость. Её стены заросли плющом, а сама она возвышалась посреди лесной поляны, простиравшейся во все стороны как минимум на несколько сотен метров.

Было нетрудно понять, что её построили давным-давно, затем забросили, а теперь использовали как убежище бандитов.

— Всё выглядит точно как на карте, — сказал Хьюго. — Сомнений нет, это то самое место. Там даже есть охрана.

Он был прав — на стенах крепости я видел несколько бандитов. Однако скука в их движениях и периодические зевки ясно показывали, что к своим обязанностям они относятся не слишком серьёзно. По крайней мере, они ещё не заметили нас, скрывавшихся в лесу.

Я беспокоился, что они заметят мейджингир, но, похоже, это было ни к чему. Деревья в лесу были достаточно высокими, чтобы без труда скрыть его. Тёмно-зелёное покрытие, вероятно, тоже служило хорошим камуфляжем.

— Что теперь? — спросила Немезида. — Всем броситься на крепость?

— Не глупи, — сказал я. — Всё закончится, если они начнут использовать похищенных детей как заложников.

С другой стороны, так произошло бы при любом сценарии, в котором мы попытались бы сразиться с бандитами и спасти детей. Но мы не знали внутреннего устройства крепости, поэтому пробраться внутрь незамеченными было бы трудно. Кроме того, как бы небрежны ни были стражники, они быстро заметили бы нас, стоит нам показаться на этом открытом пространстве.

— …У меня как раз есть идея, как это провернуть, — сказал Хьюго.

— Идея? — спросил я.

Управляемый им мейджингир очень убедительно кивнул и указал на самого себя.

— Все в этом мире знают, что это оружие принадлежит Империи Драйф, — сказал он. Поэтому мы и пришли сюда по маршруту, на котором нас никто не мог увидеть.

— Повторяю: это оружие, принадлежащее Империи Драйф, — продолжил он. — Той самой Империи Драйф, у которой нет абсолютно никаких причин спасать детей королевства.

— Хм?.. А! — наконец понял я. — Если я атакую крепость, они, скорее всего, решат, что это никак не связано с похищениями. В конце концов, человеку из Империи незачем приходить спасать детей вражеской страны. Значит, бандиты не смогут использовать детей как заложников. Вероятно, они решат, что я не стану разбираться и убью любых детей, которых они выведут наружу, а для них это будет невыгодно, ведь чем меньше детей останется, тем меньше будет выкуп.

Значит, настоящее происхождение Хьюго нам пригодится, — подумал я.

— Они не смогут использовать детей как заложников, — продолжил он. — И уж точно не станут просто сидеть сложа руки, пока я атакую крепость. Они наверняка выйдут мне навстречу. А пока они будут заняты мной, ты проберёшься внутрь и спасёшь похищенных детей. По крайней мере, таков мой план.

— Звучит неплохо, — кивнул я. — Но ты точно справишься? Быть отвлекающим манёвром непросто.

— У «Маршалла II» прочный корпус, — сказал Хьюго. — Он не так легко выйдет из строя. К тому же со мной Кюко.

— Ага, — кивнула она. — Что будем делать?

— Используй «Обнаружение врагов», — сказал Хьюго. — И приготовь дымовые распылители, чтобы создать дымовую завесу и спрятать нас, пока мы будем сокращать их число.

— Уи, эм-м… месье.

— Можешь использовать дым, чтобы приблизиться к крепости, — добавил Хьюго, повернувшись ко мне. — Спаси детей и не попадайся на глаза.

— Хорошо, — кивнул я.

— Поняла! — заявила Немезида. — Нет ничего, с чем не справились бы мы с Рэем!

— Похоже, это будет гонка со временем, — добавил Хьюго. — Вам понадобится и скорость, и точность.

— Знаю, — снова кивнул я. Гонка со временем ради спасения детей. Это очень напоминало моё первое задание, в котором нужно было спасти Милианну.

Однако тогда со мной были Лилиана и — что важнее всего — мой брат. Без него я не добрался бы до Милианны, а если бы он не сдерживал демидраконьих червей, ситуация стала бы намного хуже.

К тому же то было задание 5-го уровня сложности, а нынешнее — 8-го. Я понятия не имел, с какими монстрами столкнусь, и рядом не было людей, на которых я опирался, когда спасал Милианну.

Но на этот раз со мной были Хьюго и Кюко. К тому же я стал сильнее, а Немезида — надёжнее, чем когда-либо. Я не знал, насколько это мне поможет, но…

— …Когда на кону жизни детей, отступать не вариант.

— Хм? — спросил Хьюго.

Постойте, я сказал это вслух? — подумал я. Похоже, Хьюго услышал мои слова и уставился на меня камерой в голове мейджингира.

— Что? — спросил я.

В общем, я примерно понимал, что он хотел сказать. Наверное, Хьюго считал, что я слишком серьёзно отношусь к Infinite Dendrogram, которая от начала и до конца была всего лишь игрой. Но игра это или нет, а мысль о погибших по моей вине детях оставляла неприятный привкус.

Хьюго молчал. Он смотрел на меня через камеру, о чём-то размышляя.

— Если хочешь что-то сказать, просто скажи, — произнёс я.

— …Хорошо. — Хьюго наконец заговорил. Его слова оказались совсем не такими, каких я ожидал: — Я просто понял, что ты тоже настоящий Мастер Девы.

— Хм? — Я приподнял бровь. Не понимал, что он имеет в виду. Мне не было известно ни о какой связи между моими словами и тем, что я был Мастером Немезиды, Эмбрио типа «Дева».

— Знаешь, что общего у Мастеров Эмбрио типа «Дева»? — спросил он.

— У них есть что-то общее? — переспросил я.

— Да. Один знакомый Мастер сказал мне, что у таких Мастеров есть определённая общая черта.

Я ещё не встречал ни одного другого Мастера Девы, но меня слегка удивило, что у всех нас есть нечто общее.

— И что же?

— Они не считают Infinite Dendrogram всего лишь игрой.

…Что?

— Глупости, — сказал я. — Я прекрасно понимаю, что нахожусь в игре.

У меня не было грандиозных иллюзий насчёт сценария в духе старой ранобэ, где начатая мной игра на самом деле оказывалась настоящим другим миром. Infinite Dendrogram была игрой, и я бы с этим не спорил.

— Упомянутый мной Мастер сказал то же самое, — произнёс Хьюго. — Однако где-то глубоко внутри он не верит, что это правда. И поэтому… — Он замолчал.

— И поэтому что? — спросил я.

— Ничего. Не бери в голову. Прости, что заговорил о странном прямо перед атакой на крепость. Меня немного занесло.

Вот же зараза, зачем было привлекать моё внимание, если ты всё равно оставляешь меня в подвешенном состоянии?! — подумал я.

— Кстати, враги могут быть тианами, но убийство не считается преступлением, если они преступники или если ты просто защищаешься. Имей это в виду.

— Да… Буду, — кивнул я.

После этого Хьюго снова замолчал.

Но мне всё ещё интересно, что он собирался сказать, — подумал я.

— Мастер, — телепатически обратилась ко мне Немезида.

Что?

— Ты знаешь, что он хотел сказать? — спросила она.

Нет. Ты тоже не знаешь, верно?

— Я бы не стала так говорить. Но если ты говоришь, что не знаешь, возможно, тебе лучше, чтобы всё так и оставалось.

— Хм? — Я приподнял бровь. Что ты имеешь в виду?

— Рэй! — удивлённо крикнул Хьюго. — Посмотри туда! — Прервав мой разговор с Немезидой, его мейджингир указал на крепость. Я посмотрел в ту сторону и увидел, что её ворота медленно открываются.

— Смотрите, — сказала Кюко. — Едет повозка. — Я перевёл взгляд туда, куда она указывала, и увидел горную дорогу, проходившую через просвет в лесу, окружавшем крепость.

По ней к убежищу бандитов двигалось несколько повозок.

— Они похитили ещё детей? — спросил я.

— Похоже на то, — сказал Хьюго.

— Они что-то говорят, — пробормотала Кюко. Она приложила руки к ушам, закрыла глаза и сосредоточилась на слухе. — «Когда вернёмся в крепость»… «убьём его»… «наших схватили»… «месть»… «убиваем»… «сопляка».

— Чёрт! — пробормотал я, осознав, что происходит.

— Постой, ты хочешь сказать?.. — Похоже, Хьюго тоже всё понял.

Они говорили о пятерых подчинённых, которых мы избили, поймали и передали стражникам.

— Похоже, их было больше, чем пятеро, — пробормотал Хьюго. — Они заметили, что мы там сделали.

А значит, первым ребёнком, которого они убьют, добравшись до крепости, станет тот самый мальчик, которого мы должны спасти.

— Похоже, времени мало. — Хьюго перевёл мейджингир из положения на коленях в вертикальное. — Я атакую тех, кто находится у повозок. Тогда находящиеся в крепости наверняка выйдут им на помощь. А когда это произойдёт, я создам дымовую завесу, которой ты воспользуешься, чтобы пробраться внутрь незамеченным. Кюко, прикрывай меня.

— Хорошо! — кивнул я.

— Поняла! — сказала Немезида в форме меча.

— Есть, сэр! — Кюко вытянулась по стойке смирно.

Убедившись, что всех устраивает его план, Хьюго заставил мейджингир выпрыгнуть из леса и броситься на бандитов.

На этот раз он не бежал, как во время перехода через лес. Вместо этого он использовал колёса, встроенные в ноги, и совершил стремительный рывок на колёсах, став самым быстрым из всех, кого я когда-либо видел. Не сбавляя хода, он вытащил пистолет, установленный в тазовой части робота, и начал стрелять по передней части колонны повозок.

Одной атаки хватило, чтобы лошади, тянувшие первую повозку, разлетелись на части, а возникшая ударная волна отбросила кучера и опрокинула повозку набок.

Внезапная катастрофа заставила остановиться повозки, следовавшие за первой, а мейджингир, не упустив возможности, начал стрелять по окружавшим их бандитам и мгновенно убивать их.

— Хм? — Увиденное почему-то вызвало у меня неловкость. Немезида, похоже, заметила мою реакцию, но ничего не сказала.

После того как несколько бандитов погибли от упреждающих атак Хьюго, они наконец начали отвечать и вступили в бой. Однако ни о какой слаженности не было и речи: каждый атаковал самостоятельно, используя привычный ему способ. Одни орудовали мечами, кулаками и топорами, другие предпочитали дальний бой с луками и стрелами.

Здравый смысл подсказывал, что против мейджингира, прочного как танк, всё это бесполезно, но мы находились в Infinite Dendrogram. У бандитов, вероятно, были боевые профессии низкого ранга. Поэтому их характеристики превышали характеристики обычных людей, позволяя их атакам время от времени пробивать и пронзать броню мейджингира.

— Гхх! — воскликнул Хьюго, пока его «Маршалл II» не сбавлял хода. Он использовал армейский нож робота, чтобы рубить всех, кто подходил слишком близко.

Впрочем, «ножом» его можно было назвать лишь в сравнении с мейджингиром. Для любого бандита это был длинный меч, без труда прорезавший броню и разрубающий торсы.

Хьюго стрелял из пистолета в тех, кто атаковал его издалека. Пули были подобны пушечным ядрам, и бандитов с луками разрывало на части, разбрасывая их во все стороны.

Хотя бандитов было намного больше, Хьюго превосходил их всех вместе взятых. Увиденное напомнило мне, как Мэрилин — демидракон Рука — бушевала в армии гоблинов. Вероятно, робот был столь же силён. Забираясь внутрь, Хьюго назвал его «мейджингиром уровня демидракона», и теперь было очевидно, что это описание ему подходит.

Хьюго также мастерски им управлял, а из его рассказа по дороге сюда я узнал, что навык «Пилотирование», который он получил благодаря профессиям группы Пилота, значительно повышал характеристики машин, которыми он управлял. Поэтому, несмотря на огромное численное превосходство бандитов, в этом бою он имел преимущество.

— Но его преимущество не абсолютно, — пробормотал я.

Бандиты один за другим погибали, но некоторые их атаки достигали мейджингира. Нанесённый ими урон постепенно накапливался и становился всё заметнее.

— Недостаток, — сказала Кюко рядом со мной. Затем она рассказала о главном недостатке робота.

— Мейджингиры нельзя лечить, — сказала она. — Их нужно убрать в хранилище и отремонтировать.

— Понятно, — кивнул я.

Хотя мейджингиры работали на магии, они оставались машинами. Лечебная магия и лекарства действовали на них не так, как на людей и монстров. Из-за постоянно уменьшающихся HP и расхода MP каждую секунду эти железные гиганты могли сражаться лишь ограниченное время.

И всё же ради спасения детей Хьюго выполнял свою часть плана: сражался с бандитами в лоб и отвлекал их внимание.

— Поэтому мы тоже должны постараться, — сказала Кюко.

— Конечно, — согласился я.

Внезапно из крепости выбежали несколько десятков бандитов. Они пришли на помощь товарищам, оказавшимся в опасности, и вступили в бой с мейджингиром, но из-за этого в убежище стало меньше защитников.

— Сейчас, — сказала Кюко.

Примерно в то же время…

…мейджингир разбросал по округе жестяные предметы, которые хранил вокруг пояса. Немного покрутившись по земле, они начали вращаться и с силой выпускать огромное количество белого дыма.

— Дымовые распылители выпущены, — сказала Кюко. — Теперь можем идти.

Она исчезла с моей стороны. Более того, она исчезла и из окна группы. Важно это или нет, но, вероятно, она отправилась помогать Хьюго.

— Мы тоже идём, Немезида! — сказал я.

— Поняла! — согласилась она.

Когда белый дым окутал окрестности, я крепче сжал Немезиду в форме меча и побежал к крепости.

Я должен был как следует воспользоваться возможностью, которую дал мне Хьюго.

Всё это делалось ради того, чтобы освободить детей и убедиться, что они выживут.

Окутанный дымом, я ворвался в крепость.

Мы спасли Ребекку из беды в том переулке и сразу отправились к убежищу Банды Гуз-Майз, чтобы спасти её младшего брата. Поэтому к моменту, когда я ворвался в крепость, я почти ничего не знал о том, что представляла собой Банда Гуз-Майз. Я знал лишь, что это кучка мерзавцев, похищающих и убивающих детей.

Я был до ужаса неосведомлён.

Однако даже если бы я знал, чем они на самом деле занимаются, это ничего бы не изменило.

Важно было лишь одно: опоздал я или нет.

Дым от дымовых распылителей, использованных мейджингиром Хьюго, проник даже внутрь крепости, позволив мне пройти через вход и добраться до внутренних коридоров здания незамеченным.

Несмотря на густой дым, заполнивший комнаты и коридоры, я без труда видел, куда идти. Более того, стоило немного напрячь зрение, и я видел сквозь дым. Оставалось предположить, что дым не влияет на зрение пользователя — Хьюго — и его одногруппников. Как именно это работает, я понятия не имел.

— Что ж, мы внутри, — сказала Немезида. — Но мы не знаем планировки этого места.

Поскольку по этим коридорам нужно было передвигаться скрытно, мы с Немезидой разговаривали телепатически.

Время от времени мимо нас пробегали бандиты, направлявшиеся сражаться с Хьюго, но было ясно, что из-за дыма они нас не видят.

— Мастер, как думаешь, где могут находиться дети? — спросила она.

Либо в комнатах без окон на втором этаже или выше, либо где-то внизу.

Почему ты так думаешь?

Если бы их держали на первом этаже, им было бы легче сбежать, а на стенах вокруг окон верхних этажей я заметил растущий плющ. По нему можно спуститься и выбраться наружу. Если просто исключить неподходящие варианты, остаётся предположить, что они либо внизу, либо наверху.

— Значит, скорее всего, они под землёй, — сказала она. — Похитители-мерзавцы обычно запирают детей в подземелье.

Я не знал, могу ли быть столь же уверенным, как она. Но такая возможность существовала, и у меня не было причин не проверить её.

Пока я об этом думал, коридор разделился. Было три пути — прямо, налево и направо. Чуть дальше по правому коридору я увидел лестницу, ведущую вниз, — словно она сама приглашала нас войти.

Я поддался этому приглашению и спустился под землю.

— Фу! — В тот момент, когда я ступил на первую ступеньку, снизу донёсся странный запах и ударил мне в нос. Отвратительный, но знакомый запах, который я не мог — а может, не хотел — вспомнить. Однако отступать только из-за него я не мог, поэтому собрался с духом и пошёл дальше вниз.

Лестница, пол, стены и потолок были каменными, как и следовало ожидать. Потолок находился вдвое выше моего роста, а расстояние между стенами было ещё больше.

Здесь я без проблем смогу размахивать Немезидой, — подумал я.

Я также не мог не заметить особую влажность воздуха и тёмно-зелёный мох, росший на потолке и стенах.

— Как мрачно, — заметила Немезида.

В конце концов, это подземелье, — мысленно ответил я. Кроме того, мох и влажность явно показывают, что откуда-то просачивается подземная вода.

— Ну, это всё-таки заброшенная крепость.

Долгое пребывание здесь не пойдёт детям на пользу.

— Если бы мерзавцы заботились о здоровье малышей, они бы не похищали и не убивали их.

…И то верно.

Одного взгляда на подчинённых, которых мы избили в переулке, или на тех, кто находился возле повозок, хватило, чтобы понять: жизни детей для них ничего не значили. От одного воспоминания об их словах и поведении меня тошнило.

— Гх…

— Ты это чувствуешь, Мастер? — спросила Немезида. Она не уточнила, что именно имеет в виду под «этим». Однако мне не требовались слова, чтобы понять.

— Это началось, когда я стал спускаться по лестнице, — ответил я вслух. Наконец я вспомнил, где в последний раз чувствовал этот запах.

Теперь не было необходимости говорить телепатически. Прятаться тоже не требовалось…

…потому что нечто в другом конце коридора уже заметило нас.

— Там что-то есть… — сказала Немезида.

— Да, — кивнул я.

На меня обрушилось сразу несколько запахов. Запах сырости, спертый воздух и покрывавший стены мох смешивались с запахом крови и гниющего мяса. Этот запах был мне знаком: именно им пахла ночь, проведённая мной в Лабиринте гробниц. Перепутать его было невозможно.

— Уааааагх… — До моих ушей донёсся стон. За ним последовал стук костей. Эти звуки завершали картину и ещё сильнее убеждали меня, что запах исходил от «нежити».

Ко мне приближались стонущие Раненые зомби. Гниющая плоть свисала с их костей, а из пустул и нарывов сочилась мерзкая жидкость. Гражданские скелеты сокращали расстояние между нами, клацая зубами и шаркая вперёд.

Я лишился дара речи. Такая реакция могла показаться неоправданной, ведь с нежитью я уже сталкивался в Лабиринте гробниц, но между тамошними зомби и скелетами и теми, кто стоял передо мной, существовала важная разница.

Дело было не в их количестве. Да, их насчитывалось несколько десятков, но разница, о которой я думал, была гораздо важнее.

Не в физической силе. Одного взгляда хватало, чтобы понять: эта нежить значительно слабее той, что жила в Лабиринте гробниц.

Главная разница заключалась в том, что все они были результатом чьей-то смерти.

— …Пошли к чёрту.

Я не знал, к кому обращался — вероятно, к отвратительной реальности, допустившей подобное зрелище, — но эти слова первыми сорвались с моих губ, после чего я начал повторять их про себя.

— Как ужасно… — вставила Немезида.

Я сомкнул губы, и ярость выразилась глухим скрежетом зубов, а Немезида — несмотря на свой страх перед мёртвыми — проявляла куда больше сострадания, чем страха.

Орду нежити составляли совсем маленькие скелеты. Я был примерно вдвое выше любого из них.

Их было достаточно много, чтобы заполнить весь коридор.

Никому не нужно было объяснять. Я прекрасно понимал, кем они были до того, как стали… этим.

— Меня сейчас вырвет…

Крошечная нежить приближалась к нам, вытянув маленькие руки. Сжимая изношенное оружие, они медленно бросались на нас — чужаков.

Я видел нечто подобное в Лабиринте гробниц, но нежить, созданная из трупов людей, слишком сильно отличалась от той, что изначально была порождена как нежить. Одного взгляда на неё хватало, чтобы наполнить меня эмоциями, которые я едва мог вынести.

— Похоже, среди бандитов есть некромант, — сказала Немезида. — Они превратили убитых детей в нежить.

— Ты в порядке, Немезида? — спросил я.

— Ха! — без тени веселья рассмеялась она. — Сейчас мой страх не имеет значения. Как они могли так поступить с детьми?

— Я чувствую то же самое, — сказал я.

Не сводя глаз с орды нежити, я не мог не задуматься, можно ли их спасти. Но ответ уже знал. Дети были потеряны.

Если бы существовал способ вернуть людей из мёртвых, эта измученная войной страна давно бы им воспользовалась. Значит, такого способа не существовало — либо он был недоступен даже королевству. В нынешнем положении я просто не мог их спасти.

— Скажи мне, Немезида, — заговорил я.

— Что такое? — спросила она.

— Что происходит с нежитью, когда она умирает?

Нежить в Лабиринте гробниц — искусственном подземелье — не была настоящими трупами, а лишь созданными существами. Но, хотя стоявшие передо мной Раненые зомби и Гражданские скелеты носили те же названия, что и монстры там, раньше они были живыми существами. Мне стало интересно, что станется с их душами.

— Не знаю, — с сожалением ответила Немезида. — Одних используют лишь как пустые трупы, а в других всё ещё заключены души. Я не знаю, что с ними происходит, когда сосуды уничтожают.

— Понятно…

— Однако, думаю, лучше прекратить их мучительное существование в качестве нежити, — добавила она.

— …Да.

Расстояние между мной и детьми-нежитью сократилось всего до пяти метров.

Тускло светившиеся огни на стенах освещали лица зомби и мучительно показывали мне, что на некоторых из них сохранились черты лица, бывшие у них при жизни.

Я крепко зажмурился и несколько секунд не открывал глаз. Затем открыл их и направил тыльную сторону левой руки на детей-нежить.

— Простите.

Я заставил левый Миазмопламенный наруч охватить их всех потоком Пламени чистилища. Их тонкие кости, гниющая плоть и редкие остатки волос объяло яростное пламя, быстро превратив всё это в пепел. Им потребовалось всего мгновение, чтобы лишиться HP и продолжить гореть уже как настоящие трупы, а не чудовища-нежить.

Чёрный дым заволок коридор, затем начал подниматься по лестнице к потолку и смешиваться с белой дымовой завесой.

Я прекратил поток огня, и они перестали гореть, оставив после себя лишь кремированные останки.

[Успешно уничтожено более 100 монстров, соответствующих условию «Нежить соответствующего общего уровня»]

[В связи с выполнением условия профессии «Паладин» и условия по количеству уничтоженных монстров «Уничтожить 100 подходящих монстров» получен навык «Очищающий серебряный свет»]

Сообщение сообщило мне, что я выучил новый навык, но радости эта новость не принесла. Сердце словно налилось тяжестью.

Я молча стоял. Медленно сложил руки. Как перед могилой, я помолился за их счастье в следующем мире.

Внезапно поток воздуха, возникший из-за жара, пронёсся порывом по этому подземному коридору.

— С п а с и б о.

Когда ветер пронёсся мимо, эти слова достигли моих ушей.

Но я был уверен, что это лишь плод моего воображения. Иллюзия, родившаяся из желания верить, что их души спасены.

— Мастер, — позвала меня Немезида.

— Это оно, Немезида? — спросил я, положив руку на грудь и пытаясь вынести тяжесть происходящего. — Это… Это то чувство, о котором Хьюго собирался сказать тогда?

— …Да, — сказала она. — Если где-то глубоко внутри Мастера Девы не верят, что этот мир — всего лишь игра… Если ты признаёшь, что жизни в этом мире столь же реальны, как жизни в твоём…

Я молчал.

— …тогда груз жизней, который ты несёшь в Infinite Dendrogram, становится слишком настоящим для тебя.

— Слишком настоящим, да? — спросил я. Жёсткая реальность тяжести жизни. — Наверное, ты права…

Этот мир был настолько реалистичным, что его трудно было отличить от настоящей реальности. Где-то глубоко внутри я даже верил, что живущие здесь тианы действительно обладают разумом и душами. Даже если мой разум говорил, что всё это лишь игра, я не мог избавиться от этого чувства. Поэтому смерть тиан от рук Гардранды оставила во мне такой неприятный привкус. По этой же причине я сделал всё возможное, чтобы защитить Милианну от подобного конца.

Здесь всё было так же. Только теперь передо мной находились люди, пришедшие к столь печальному концу.

Я не знал, как складывались их жизни. Понятия не имел, как они дошли до такого. Они жили далеко от меня, так что узнать это было невозможно. Однако их конец оказался слишком жестоким, чтобы отмахнуться от него как от обычной трагедии, а чувства, захлестнувшие моё сердце, были слишком сильными, чтобы их игнорировать.

Такой дурной привкус, словно обжигавший горло, теперь заполнил мою грудь, смешавшись с огромной печалью и гневом.

— В этом мире, где жизни теряются гораздо легче, чем в твоём, твой характер может принести тебе много боли, — сказала Немезида.

— …Это правда, — тихо сказал я. На самом деле я был на грани слёз. Всё было настолько плохо, что какая-то часть меня хотела всё бросить.

Вероятно, я был не первым, кто чувствовал подобное. Многие люди с таким же характером, наверное, не смогли бы пережить эту невыносимую боль утраты больше одного раза и предпочли бы больше никогда не прикасаться к Infinite Dendrogram. Одна моя часть действительно подталкивала меня сделать то же самое.

— Но я… Пока нет. — Я всё ещё не сломался.

Я всё ещё должен был спасти остальных детей. Я всё ещё должен был выполнить обещание.

И главное — я всё ещё должен был сделать так, чтобы ублюдок, создавший это зрелище, получил по заслугам. Я должен был заставить его заплатить.

Я перевёл взгляд на детей, от которых теперь не осталось ничего, кроме праха.

Под их останками лежал кусок металла с надписью на общем языке Infinite Dendrogram.

На нём было написано: «Утилитарный гражданский скелет-ребёнок Майз, образец № 87».

Это была бирка. Для того, кто надел её, ребёнок был всего лишь этим.

Слова и номер на бирке ещё сильнее убедили меня, что мой враг не заслуживает прощения. Игра это или нет — я просто не мог оставить его в покое.

— Идём, Немезида, — сказал я. — В конце этого коридора мы наверняка найдём его.

— Поняла!

И мы пошли вперёд.

Один из двух главарей Банды Гуз-Майз — лич Майз.

— Хм? — сказал я. Уменьшение показателя «Вместимость миньонов» показало мне, что некоторые из неживых существ под моим командованием исчезли.

Точнее говоря, погибшие существа были всего лишь мусором, который я создал, чтобы скоротать время. Я оставил этих мелких созданий в подземном коридоре в качестве часовых.

Они были слабыми, поэтому служили лишь сигнализацией. Я зря беспокоился. Мне показалось, что я мог потерять что-то действительно ценное.

Но всё же это застало меня врасплох. Я знал, что какой-то нарушитель поднял шум на поверхности, но понятия не имел, что кто-то проник и под землю.

— Гуз, — произнёс я, используя магический предмет, поддерживавший со мной связь с поверхностью.

— Да? — спросил он.

— Как там дела наверху? — спросил я.

— Думаю, ещё пять-шесть минут, — ответил Гуз. — К тому времени всё должно закончиться.

— Тогда, когда все наши подчинённые будут мертвы, атакуй нарушителя и раздави его, — сказал я. — С крысой здесь, в подземелье, разберусь сам. Как только покончим с ним, выдвигаемся.

— Понял, — сказал он. — А, кстати, похоже, у меня будет много упакованных обедов, так что захвати для меня несколько дополнительных инвентарей, ладно?

— Конечно. — Где-то здесь у меня были пустые инвентари, предназначенные для сбора трупов. Я собирался забрать с собой всё, включая инвентарь с моим величайшим сокровищем и ритуалом.

— Когда закончишь с нарушителем, жди перед воротами, — сказал я.

— Хорошо, — ответил Гуз.

Я прервал связь.

С поверхностью разобрались, — подумал я. Пусть наши подчинённые были слабаками, всё ещё застрявшими на своих первых профессиях низкого ранга, но одолеть их всех и выжить было непросто. Значит, нарушитель довольно силён. Однако Гуз находился на совершенно другом уровне.

Он достиг максимального уровня и получил профессию высокого ранга, а во всей группе профессий гладиатора наверняка входил в пятёрку лучших в этой стране. Если бы не Фигаро, не было бы ничего удивительного в том, что Гуз занял бы место Сверхгладиатора.

Я тоже достиг максимального уровня. Более того, в некромантии я находился на вершине этой страны, а до профессии Супериор оставался всего шаг. Я не знал, насколько сильны нарушители, но, пока среди них не было Супериоров и обладателей профессий Супериор, нам нечего было бояться.

Однако кое-что в них вызывало сильное любопытство.

— Что им вообще нужно здесь? — пробормотал я. К этому моменту они уже должны были понять, что попытка уничтожить нас не стоит затраченных усилий.

Их интересует наше сокровище? — подумал я. Даже если учесть сумму, которую я отправил Калдине, денег при нас было немало. Если кто-то хотел быстро разбогатеть, забрать их было вполне разумным способом.

Однако если они действительно собирались пойти на такую безрассудную авантюру, это говорило мне о них всё, что нужно знать.

— Что ж… Думаю, пора подготовить приветствие для моего бесчеловечного нарушителя.

Высший пилот Хьюго Лессепс.

Клан, к которому я принадлежал, состоял в основном из игроков, занимавшихся созданием предметов.

Инженеры, механики, фармацевты, кузнецы… В этом мире существовало множество профессий, позволявших создавать самые разные вещи, но если сравнивать работу тианов и игроков, чаще всего верх одерживали игроки.

Как и в случае с боевыми профессиями, всё дело было в способностях Эмбрио и бонусах к росту характеристик, которые они давали. Качество предмета и вероятность успеха при его создании зависели от уровня навыка и DEX, а не от способностей человека в реальной жизни. Поэтому даже игрок-новичок мог создать вещь, свидетельствующую о настоящем мастерстве.

Как часто говорил глава моего клана: «В отличие от боёв, где теперь приходится двигать собственным телом, создание предметов в этой игре не слишком отличается от того, каким оно было до появления VR-MMO. Поэтому даже самый неповоротливый неумёха способен этим заниматься».

Но это было ещё не всё.

«Правда, это относится лишь к созданию того, что уже было создано раньше, — любил продолжать он. — Чтобы сделать нечто новое, нужна сила воображения. При создании предмета без инструкции необходимые материалы и изобретательность должны быть совершенно иного уровня».

Создание предметов в Infinite Dendrogram делилось на два вида: производство известных предметов и создание новых.

Для обоих способов требовалось достаточное количество материалов, навыков и характеристик.

Однако известные предметы можно было без труда создавать по инструкциям, отображавшимся в рецептах, тогда как для создания новых предметов требовалось сначала создать сами эти инструкции.

Естественно, сделать их было непросто: требовалось глубоко понимать задействованные процессы, подробно знать науку и магию этого мира и хорошо разбираться в необходимых материалах.

Проще говоря, создание новых предметов было слишком обременительным. Поэтому даже через полгода после выхода игры Мастера всё ещё создавали лишь известные или слегка изменённые предметы.

Но наш клан всё изменил.

Глава нашего клана совершил прорыв в области создания предметов. Оглядываясь назад, можно сказать, что идея была довольно простой: он всего лишь начал собирать людей, обладавших реальными знаниями и навыками.

Империя Драйф была страной с машинными технологиями. Разумеется, между ними и нашими технологиями существовало множество различий — например, машины работали на магии, — но в технологиях Империи были черты, схожие с тем, что существовало в реальности. Глава клана умело этим воспользовался.

Он собрал самых разных людей, разбирающихся в машинах: аспирантов, специализировавшихся на машиностроении, квалифицированных рабочих автомобильных заводов, конструкторов тяжёлой техники и даже просто помешанных на автомобилях, поездах или оружии. И всё это ради создания нового предмета.

Конечно, люди не стали бы приходить к нему только потому, что он объявил набор. Заявок стало значительно больше, когда глава клана раскрыл суть конкретного проекта.

Целью было создание человекоподобного боевого робота.

В те времена у Империи Драйф не было мейджингиров типа «мобильное гуманоидное оружие». Когда игра только началась, единственными мейджингирами в арсенале Империи Драйф были силовые костюмы по прозвищу «Маршалл» и танки, известные как «Гайст». Двуногих человекоподобных роботов ещё даже не пытались создавать. Поэтому глава клана поставил перед собой цель сделать именно их.

Многих эта идея заинтересовала, и к моменту создания клана в нём уже состояли десятки знающих и умелых людей. Все они быстро объединились и принялись работать ради общей цели.

«Вам нужны только знания, оборудование, рабочие руки, материалы, деньги, воображение, уровень навыка, удача и подопытные кролики!» — объявил глава, запуская проект.

Очевидно, задача была непростой. Но им удалось подготовить всё необходимое.

Они смешивали и сопоставляли свои знания о машинах, сравнивали и настраивали магические технологии, проводили бесчисленные пробы и ошибки, пытаясь заставить всё это работать вместе. Было множество провалов, огромные расходы, а участники один за другим покидали проект. Но, несмотря на все проблемы, они продолжали работу.

Один из старших участников сравнил всё происходящее с чем-то под названием «Проект X», и многие закивали в ответ. Я ничего об этом не знал и понятия не имел, о каком шоу идёт речь, но, похоже, людям его поколения — особенно японцам — сравнение пришлось по душе.

И вот, после двух месяцев в реальной жизни — полугода в Infinite Dendrogram, — все эти труды наконец окупились: они завершили новый предмет.

Ему дали название «Маршалл II». Это было оружие, пригодное для массового производства и обладавшее мощью демидракона. Гуманоидный боевой робот-мейджингир стал прямым улучшением «Маршалла» — силового костюма.

Когда «Маршалл II» завершили и рецепт стал общедоступным, наш клан быстро превратился в крупнейший клан Империи Драйф.

Сражение перед крепостью подходило к концу.

— Хьюго, пять часов. Один артиллерист, — сказала Кюко.

— Oui.

Кюко наблюдала за туманом и подсказывала мне направление, а я следовал её указаниям: разворачивал корпус и стрелял из ручной пушки на левой руке.

Артиллерист, целившийся в меня из магического ружья, не успел уклониться. Разрывной снаряд из моей ручной пушки MRW03 разнёс его на мелкие куски, и от него осталась лишь рука, сжимавшая оружие.

Это одна из старых моделей Империи, — подумал я. Похоже, наши технологии снова просачиваются на чёрный рынок этой страны.

— Шесть часов, два истребителя, — сказала Кюко.

— Понял.

Я развернул верхнюю часть корпуса и, воспользовавшись центробежной силой, рассёк их боевым ножом SRW02.

Первый не успел среагировать: нож пробил его доспех, плоть, кость, снова плоть и снова доспех — именно в таком порядке — и разрубил туловище пополам. Второй успел среагировать и остановил мой боевой нож большим щитом.

В отличие от реальности, истребители в Infinite Dendrogram были крепкими. Хотя мощь «Маршалла II» превосходила большинство тяжёлых машин настолько, что те казались бледной тенью, многие истребители, очевидно, могли блокировать его атаки и даже причинять ему вред.

У этого были и скорость реакции, и сила.

Однако…

— Вы слишком широко расставили ноги, — сказал я.

Заставив его бороться с силой моего боевого ножа и не давая пошевелиться, я наступил ногами «Маршалла II» на его ноги. Общая масса робота достигала целых десяти тонн — его ноги в бронированных сапогах не выдержали, и кости оказались раздавлены.

— Ххх?!

В тот миг, когда он беззвучно закричал и ослабил мощность руки со щитом, я воспользовался освободившимся клинком и расколол ему голову пополам.

— Поблизости врагов нет, — сказала Кюко.

— Понял, — ответил я. — Продолжай следить за обстановкой. И особенно внимательно смотри в сторону крепости.

— Oui.

Похоже, со всем, что до сих пор на меня посылали, я справился. Осознание победы заставило меня тяжело вздохнуть.

Мой «Маршалл II» стоял посреди поля боя, окружённый бесчисленными трупами бандитов. Я молча огляделся. Именно я был виновником этой ужасной сцены.

Я прекрасно понимал, что за убийство такого количества людей меня можно осуждать, но сердце от моих действий не болело, и сожаления я не испытывал.

Я знал о существовании Банды Гуз-Майз ещё до того, как Ребекка рассказала мне о ней. На самом деле я узнал о ней ещё до приезда в Гидеон. Во время исследований, которые мы проводили ради плана, я заметил её среди фракций, окружавших город, и запечатлел это в памяти.

Они убили слишком много детей и слишком много благородных душ, пытавшихся их спасти. Я искренне верил, что тот, кто отнимает жизнь у других людей, естественным образом должен и сам быть убит ими.

Впрочем, учитывая, что я был бессмертным Мастером, это убеждение могло показаться дерзким и противоречивым.

— Ну что ж… — пробормотал я.

Хотя по результату сражения могло показаться, что победа далась мне безупречно, это было далеко не так. Мой собственный HP не опустился ни на один процент, но «Маршалл II» получил тяжёлые повреждения. Примерно треть брони отлетела от ударов, обнажив внутренний каркас и оставив его сильно повреждённым. Левая рука тоже заметно замедлилась.

У особого снаряжения вроде автомобилей, кораблей и мейджингиров не было шкалы HP, но будь она у моего «Маршалла II», показатель находился бы примерно на тридцати процентах от максимума. Это наглядно показывало, насколько тяжёлым было сражение.

Хотя «Маршалл II» был гуманоидным роботом словно из научной фантастики, мои противники оставались настоящими обитателями этого фэнтезийного мира. Их топоры могли расколоть сталь, а выпущенные ими стрелы легко пробивали броню робота. Если бы товарищи по клану не увеличили характеристики «Маршалла II», тонко настроив его под использование Мастерами клана, а я не наделил его бонусами Высшего пилота, меня бы задавили числом, и я проиграл бы.

Я снова вздохнул, полез в инвентарь и достал зелье восстановления MP.

Движение и сражение в мейджингире расходовали мои MP. Во время боя запас упал всего до двадцати процентов, и если я его не восстановлю, повреждения «Маршалла II» окажутся наименьшей из моих проблем в предстоящих сражениях.

— Хьюго, — обратилась ко мне Кюко.

Я выпил содержимое бутылки и ответил ей:

— Что такое, Кюко?

— Было бы не так трудно, если бы ты использовал способность своего Эмбрио, — сказала она.

— Верно. — Я кивнул. Она была совершенно права. Если бы я использовал способность своего Эмбрио, то победил бы, не получив ни царапины. В конце концов, против таких людей она была практически естественным врагом.

Однако…

— Не могу, — сказал я. — Я позволю себе использовать эту способность только после начала плана. До этого я к ней не прикоснусь. Таков приказ главы клана, и я пообещал ему подчиниться.

— Но никто не смотрит — даже Рэй.

— И всё же, — сказал я. — Если бы я использовал способность до начала плана, то лишь в ситуации, когда это было бы действительно необходимо. К счастью, до этого не дошло.

— Какой же ты упрямый, — сказала она.

— Знаю, — кивнул я. — Интересно, есть ли в тех повозках похищенные дети.

Я мог легко помочь им прямо сейчас, но тогда стало бы очевидно, что угроза заложникам на меня действует. Если начнётся ещё одно сражение и бандиты поймут это, они станут угрожать мне детьми.

Если бы бандитов больше не осталось или Рэй уничтожил всех, кто ещё находился в крепости, это не имело бы значения. Но если кто-то выжил, попытка помочь детям в повозках была бы опасной. Пока мне пришлось оставить их там.

Пока я размышлял об этом…

— Хех, — усмехнулся я.

— Хьюго, — сказала Кюко.

— Я знаю.

Я слегка вздохнул и двинул рычаги, заставляя мейджингир заменить пустой магазин ручной пушки с разрывными снарядами на полный, висевший на поясе. Даже выполняя такое простое действие, я не мог не замечать, насколько тяжелее двигалась левая рука.

— Можно было убрать «Маршалл II» в Гараж и починить его, но, похоже, придётся отказаться от этой мысли, — сказал я. В конце концов, времени уже не оставалось.

Я прицелился во вход в крепость и выстрелил из ручной пушки. Снаряд пролетел через открытые ворота и взорвался, столкнувшись с чем-то, стоявшим прямо за ними.

Обычный человек от такого удара разлетелся бы на куски, каждый из которых весил бы меньше килограмма. Однако с существом, стоявшим там, этого не произошло.

— Чёрт, как больно! — сказало оно. — И горячо ещё.

С этими словами существо показалось целиком, не проявляя ни малейших признаков ранения или боли.

Это был крупный демон. Хотя голова у него была бычьей, рот заполняли клыки, похожие на собачьи.

Ростом он почти не уступал моему «Маршаллу II». Ему даже пришлось слегка пригнуться, чтобы пройти через ворота крепости, вдвое превышавшие рост обычного человека. Одного взгляда хватало, чтобы понять: он находился на совершенно ином уровне по сравнению с бандитами, с которыми я сражался до сих пор.

При виде этого существа я задрожал.

— Полагаю, вы один из лидеров Банды Гуз-Майз? — спросил я.

— Ага, — ответило оно. — Ты разговариваешь с одним из двух великих лидеров Банды Гуз-Майз — Сильным гладиатором Гузом.

— Хьюго, ты знаешь о типологическом анализе личности? — спросил глава клана вскоре после того, как я к нему присоединился. В реальном времени это произошло примерно месяц назад.

Клан уже стал крупнейшим в Империи Драйф. Он прославился значительной ролью в войне и процветал, располагая немалым бюджетом и человеческими ресурсами. Потоку Мастеров, желавших вступить в клан, не было конца, а общее число участников быстро приближалось к тысяче.

В те времена я всё ещё был новичком: в Infinite Dendrogram я играл меньше месяца и оказался Мастером, случайно вступившим в клан именно в тот период. Однако из-за некоторых обстоятельств в реальности глава заинтересовался мной и пригласил к себе. Поэтому мы часто беседовали примерно так.

— Это что-то вроде анализа личности по группе крови? — спросил я. — Звучит похоже.

Мне не нравилась сама идея анализа личности по группе крови. Вместо того чтобы пытаться исследовать мой характер по врождённым особенностям, я предпочитал стремиться стать тем, кем хотел быть. Человек должен сам решать, каким будет его характер. Я искренне верил, что это верно и здесь, и в реальности.

— Группы крови, значит? — сказал глава. — Мне не нравится основанный на них анализ личности, потому что его фундамент крайне слаб. Если хочешь понять, как устроен человек, сначала следует смотреть на мозг, а не на кровь. Ну да ладно…

Он полез в инвентарь и достал белую доску. Затем взял маркер и начал что-то на ней писать. Он любил всё объяснять, поэтому всегда носил с собой эти предметы.

Он также любил строить планы и часто использовал доску, чтобы раскладывать по ней приходившие ему в голову замыслы. Было бы не так плохо, если бы над этими замыслами можно было лишь посмеяться, но он часто плёл интриги, которые для нас были забавными, а для тех, кого они затрагивали, оказывались настоящей трагедией.

Одна моя часть часто тревожилась из-за таких планов, но той части меня, которая могла бы его остановить, попросту не существовало.

…Но вернёмся к делу.

На белой доске глава нарисовал фигуру, изображавшую Мастера, а сбоку записал несколько категорий Эмбрио.

— Знаешь, что в Нулевой форме Эмбрио изучает действия, характер и другие личные особенности Мастера, а затем использует результат, переходя в Первую форму? Так вот, некоторые решили взглянуть на это с другой стороны и предположили, что по типу Эмбрио можно определить, что за человек его Мастер.

В этом был смысл. Поскольку Эмбрио рождались из внутреннего мира Мастеров, они были куда надёжнее групп крови.

— В реальном времени эта идея была популярна примерно год назад, — сказал глава. — Я тоже попробовал ею заняться. Однако у Эмбрио высокого ранга и выше было столько отклонений, что разобраться в них совершенно не удавалось. Встречались даже Эмбрио вроде моего — полностью уникальные с точки зрения типологии. В итоге сколько-нибудь надёжные результаты удалось получить лишь для четырёх из пяти основных категорий и одной дополнительной.

Он записал категории «Оружие», «Хранитель», «Замок», «Территория» и просто «дополнительная».

— Босс, — подал я голос. — Среди пяти основных категорий нет Колесницы.

— Колесницы, значит? — повторил он. — На самом деле я не заметил ничего определённого среди Мастеров с такими Эмбрио. Поэтому в результаты её и не включил.

Жаль, — подумал я. Мне было действительно интересно узнать об этой категории.

— А теперь я их опишу, — сказал он. — «Оружие» часто достаётся людям смелым, не боящимся получить травму. Безрассудным, глупым, эмоциональным, вспыльчивым. Описать их можно по-разному. Мастера-«Хранители» — их противоположность: трусы, боящиеся получить травму, одинокие люди или те, кто просто хочет, чтобы их кто-нибудь защищал. В целом эти два типа подходят под свои образы, тебе не кажется?

Оружие и защита. Если учитывать природу этих Эмбрио, такая оценка казалась довольно точной. Хотя я не мог не задуматься, куда во всём этом вписывались «Оружия», не являвшиеся оружием.

— Мастера-«Замки» замкнутые, мягкие, осторожные, умеют сотрудничать и обладают характером ремесленника. Похоже на правду, нет? — сказал он. — Мастера-«Территории» жаждут контроля, склонны копить стресс, устанавливать для себя правила, считают себя правыми и предпочитают одиночество. Кстати, первой категорией моего Эмбрио был «Замок».

Понятно, — подумал я. Значит, в зависимости от человека оставалось место для возражений. Особенно если сопоставить характер главы с описанием Мастеров-«Замков».

— Бывают гибриды, сочетающие сразу несколько категорий, так что полной уверенности быть не может, — добавил он. — Но в целом это основные категории.

— Босс, — снова заговорил я. — А что за дополнительная категория?

— Дева.

От его ответа мои глаза слегка расширились.

— Тип «Дева», — сказал он. — Редкая категория, которая время от времени встречается. У таких Эмбрио есть две главные особенности. Во-первых, они всегда гибриды, сочетающиеся с другой категорией. Во-вторых, их базовая форма всегда человеческая. Конечно, среди «Хранителей» встречаются принимающие форму человекоподобных монстров, но «Девы» всегда люди — от начала до конца.

Я прекрасно знал об этих особенностях.

— Учти, что термин «Дева» используют только в том случае, когда их человеческая форма женская, — продолжил он. — Для мужской формы используется другое название, но такие случаи чертовски редки.

— Тогда, глава… какими бывают Мастера-Девы? — спросил я.

— Они не считают этот мир игрой. Для них жизнь здешних обитателей имеет такой же вес, как и жизнь в реальности.

От его ответа я молча ахнул.

— Ну что, Хьюго? Есть что сказать по поводу моих выводов?

Мне было трудно подобрать ответ.

Наконец один из двух лидеров банды вышел из крепости и представился как Гуз, Сильный гладиатор.

«Сильный гладиатор» был одной из высокоуровневых профессий ветви гладиаторов. Насколько я слышал, она в основном специализировалась на рукопашном бою. Однако важнее самой профессии было то, что она у него вообще имелась: несмотря на чудовищную внешность, он был демичеловеком. То, что он мог поддерживать разговор, также подтверждало это.

— Ну и устроил ты тут бардак, — сказал он. — Мои ребята были такими славными малыми, а ты взял и перебил их всех.

— Говоришь так, — ответил я, — но я не вижу в тебе ни намёка на гнев или печаль.

— Ну да. Значит, мне достанется куча бесплатных обедов, верно?

…Вот же мерзавец, — подумал я.

— Мясо ребёнка, конечно, сладкое и нежное, — продолжил он. — Но время от времени хочется вонзить зубы в горькое мясо взрослого. Знаешь, что плоть взрослого становится тем горше и вкуснее, чем большей мразью был человек?

— Простите, но я вегетарианец, — огрызнулся я.

— Правда, что ли? Удивительно, что ты при таком питании остаёшься здоровым. Похоже, вместе с бессмертием вам, Мастерам, достаются и крепкие тела, а?

Значит, он знал, что я Мастер.

— Я наблюдал за всей битвой из крепости, — продолжил он. — Ты слишком хорошо двигаешься. Не нужно быть гением, чтобы понять: ты не обычный солдат.

— Хех, — усмехнулся я. — Тогда мог бы выйти раньше, до того как я перебил всех твоих подчинённых.

— Но благодаря тебе нам не пришлось самим с ними возиться, — сказал он.

— Что?

— Вообще-то мы собирались отсюда уйти, — объяснил он. — Под «мы» я, конечно, имею в виду себя и другого лидера. Подчинённые и сопляки лишь мешались под ногами, понимаешь? Мы собирались перебить и съесть их всех.

Лидеры собирались покинуть убежище и избавиться от своих подчинённых? — подумал я. Что заставило их так поступить?

— И в чём причина? — спросил я.

— Не скажу, — ответил он. — Да мне и не нужны причины. Он сказал, что мы это сделаем, вот я и следую за ним.

Значит, другой лидер стоял над ним, а он лишь исполнял роль правой руки.

…Эти отношения напомнили мне одного человека.

— Благодаря тому, что ты перебил наших подчинённых, осталось только их съесть, — добавил он. — А потом надо разобраться с сопляками в подземелье… и с теми, кого ребята только что нам привезли.

Он перевёл взгляд на повозки за моей спиной… точнее, на детей внутри.

— Я этого не позволю, — холодно сказал я. «Маршалл II» взмахнул боевым ножом, а я направил на него ручную пушку.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся он. — Я так и думал. Но…

Гуз опустил центр тяжести и…

— ТЫ НЕ ПОБЕДИШЬ МЕНЯ ЭТОЙ СЛОМАННОЙ КУЧЕЙ ХЛАМА, ТУПОЙ УБЛЮДОК!

…С рёвом, который, казалось, сотрясал крепость — нет, всю землю вокруг неё, — он ринулся на меня, выпятив плечи.

В ответ на эту грубую, почти самоубийственную атаку я взмахнул боевым ножом. Разрывной снаряд ручной пушки не сработал, поэтому я выбрал оружие ближнего боя — атаку, наносившую более сфокусированный тип урона, — и целился в слабое место. А именно в сонную артерию: повреждение её наверняка стало бы смертельным.

Однако результат оказался совсем не таким, как я ожидал.

— НЕ СРАБОТАЕТ!

Мой боевой нож сломался — не о его рога и не о когти, а о кожу, покрывавшую сонную артерию.

— Что?! — воскликнул я.

Мгновение спустя огромное тело Гуза врезалось в мой «Маршалл II», сильно тряхнув кабину.

— МГХХХОООООО!

Хотя робот был в несколько раз тяжелее, силы Гуза хватило, чтобы преодолеть разницу в весе. Толкнув «Маршалл II» более чем на десять метров, Гуз схватил его за корпус и швырнул в неизвестном направлении. После мгновения невесомости «Маршалл II» рухнул на землю.

— Гхх! А-а-а! — хотя удерживавшая меня в машине упряжь и не думала расстёгиваться, сила удара вышибла воздух из лёгких. Я поспешно попытался восстановить дыхание, но дыхательная система, похоже, работала неправильно.

Затем я попытался двинуть рычаги, чтобы поставить мейджингир в нормальное положение, но ничего хорошего из этого не вышло. Сломался «Маршалл II» или я сам — понять было невозможно.

— Хьюго! — сказала Кюко.

— Хех… ха-ха-ха, — рассмеялся я. — Я его недооценил. Эта бычья голова чертовски крепка. Очевидно, он один из сильнейших обладателей высокоуровневой профессии. При подходящих условиях он даже мог бы претендовать на профессию Супериора.

Однако это было невозможно, поскольку профессию Супериора ветви гладиаторов — Сверхгладиатора — уже занял тот человек по имени «Фигаро».

И всё же нельзя было отрицать силу Гуза. Он без труда мог победить таких высокоуровневых Мастеров, как я. Честно говоря, я не был уверен, что одолел бы его, даже если бы «Маршалл II» оставался в идеальном состоянии.

Способности этого робота соответствовали демидракону. Мой навык «Пилотирование» 7-го уровня увеличивал его мощь на 140 процентов, но даже этого было недостаточно, чтобы сравниться с этим человеком.

— Хьюго, — снова сказала Кюко.

— Да, я тебя слышу, Кюко, — ответил я.

— Ты будешь использовать способность? — спросила она.

Я промолчал. Я всё ещё не знал, будет ли это хорошей идеей.

Моя сила уступала силе Гуза. А полученные повреждения лишь увеличивали разрыв между нами.

«Маршалл II» и я не можем победить этого крепкого людоеда, — подумал я. Однако если я использую способность — способность своего Эмбрио, — всё резко изменится. Я наверняка одержу победу именно потому, что он крепкий людоед.

Но я решил не использовать способность своего Эмбрио до начала проекта и…

— Что-то я проголодался, — его слова прервали мои мысли.

Услышав Гуза, я посмотрел на него через треснувшую камеру-глаз «Маршалла II». Несмотря на то что он сражался со мной, теперь он смотрел в другую сторону. Учитывая моё состояние, он, вероятно, решил, что битва закончена.

Гуз возился с трупом одного из подчинённых. Он снял броню, сорвал одежду… и вонзил клыки в плоть.

— М-м, вот это вкусно, — говорил он, пожирая труп без всяких церемоний. — Прямо идеально. От моих ребят меньшего и не ждал.

С этими словами он кусок за куском пожрал подчинённого целиком. От увиденного меня затошнило, и я посмотрел на окно снаряжения, двигая рычаги, чтобы определить состояние «Маршалла II».

Было потеряно более 70 процентов брони, а оставшаяся получила критические повреждения. Левая рука вообще не двигалась. Движения правой стали вялыми. Ноги, однако, по-прежнему работали.

Что касается оружия… ручная пушка была потеряна вместе с левой рукой. Боевой нож полностью разрушен. «Маршалл II» стал непригоден для сражения.

— Мои варианты…

…использовать способность или отступить, не используя её, — подумал я.

Из-за плана я не мог использовать способность.

Я не мог позволить себе получить здесь штраф за смерть, ведь завтра начинался план.

Значит, мне оставалось бежать…

Но если я отступлю, здесь всё ещё останется Рэй. Возможно, он сможет победить Гуза. Поэтому даже если я отступлю…

— Основное блюдо закончилось — похоже, пора переходить к десерту! — снова прервал он мои мысли и достал что-то из сумки, висевшей у него на поясе.

Когда я понял, что это такое… разум едва не помутился.

Предмет в руке Гуза был размером примерно с мяч. Маленькие глаза, широко раскрытые от ужаса, колышущиеся волосы, длинные и залитые кровью… Это была, несомненно, человеческая голова. Голова маленькой девочки.

Гуз с такой же небрежностью, с какой едят конфету, бросил её в рот. Клыки, заполнявшие пасть демона, сомкнулись и с лёгкостью перемололи детский череп.

— Вот это вкусно, — сказал он. — Знаешь, мясо детей вкуснее всего, когда они понимают, что сейчас умрут? Но я ещё не насытился.

С этими словами Гуз направился к повозке, и его намерения сразу стали очевидны.

— Гх… — увиденное и осознание того, что он собирался сделать, заставили все сомнения в моей голове исчезнуть, словно их никогда не существовало. На их месте осталась чистая, ничем не замутнённая ярость.

— Хьюго! — снова окликнула меня Кюко.

— Кюко, — ответил я.

— Ты будешь использовать способность?

— Ты уже знаешь ответ.

«Маршалл II» всё ещё был тяжело повреждён, но я заставил его выпрямиться.

— Гуз! — крикнул я.

Бычья голова повернулась, услышав своё имя.

— А? Ты ещё не сдох, кусок дерьма-Мастера? — спросил он.

Не сдох? — мысленно повторил я. Как метко.

И действительно — до сих пор я был словно наполовину погружён в сон. Я не использовал способность из-за плана. И из-за того же плана решил избежать штрафа за смерть и сбежать.

Как же это было нелепо. Это был не я.

Хьюго Лессепс, которым я стремился стать, не был таким отвратительным человеком.

И потому я дал волю своей ярости.

— Предупреждаю: я больше не потерплю твоих выходок!

Мои слова рассмешили Гуза.

— Ха-ха-ха! Большие слова от Мастера, который считает весь мой мир маленькой игрой! Ты не первый из себе подобных, кто сюда приходит. И я тебе скажу: ни один из прежних не относился по-настоящему серьёзно к тому, чем занимался. Вы, ублюдки, не можете умереть в этом мире — какое вам дело? Вы никогда не узнаете страха смерти, который знаком таким, как я!

— Верно, — сказал я. — Все мы, Мастера, входим в этот мир, чтобы играть. Однако некоторые прислушиваются к голосам тех, кто считает этот мир своим домом. Некоторые скорбят, слыша предсмертные крики слабых. А некоторые используют это, чтобы понять, кто они на самом деле.

Так я выбрал свою роль в этом мире.

Я был шипом розы — острой иглой, предназначенной пронзать любого мерзавца, пытающегося растоптать прекрасные цветы и драгоценные жизни.

Таков был настоящий Хьюго Лессепс. Роль, которую я добровольно избрал для себя.

— Знай, — сказал я. — За грех, из-за которого погибло слишком много людей, я отправлю тебя в глубины ада.

Следуя выбранной роли, я посмотрел на мерзавца — Гуза — и объявил:

— Мой ад уничтожит тебя.

Он заплатит за все свои грехи.

— ПОКАЖИ, НА ЧТО СПОСОБЕН, КУСОК ДЕРЬМА! — в ярости заорал Гуз и снова бросился на меня.

Ещё одна его атака могла полностью уничтожить «Маршалл II» и убить меня вместе с ним. Однако теперь это было невозможно.

— Кюко!

Кюко поднялась на плечо робота.

— Маскировка герба… отключить, — сказала она. Через камеру-глаз я увидел, как лицо Гуза исказилось от удивления. Увидев такое, он не мог отреагировать иначе.

Кюко внезапно оказалась на «Маршалле II» и заставила исчезнуть герб на своей левой руке — знак, подтверждавший статус Мастера.

И действительно — Кюко не была Мастером.

Мастера с таким именем попросту не существовало.

Истинной личностью Кюко была…

— Коцит, пора.

— Да, Мастер.

Кюко — Коцит — рассыпалась на множество белых и голубых частиц. Они окутали «Маршалл II», слились с ним и радикально изменили его облик.

Окрестности на мгновение поглотила закрученная метель, а затем всё заволокло короткой белой пеленой.

В центре всего этого стояли Коцит и я — принявшие форму полностью восстановленного «Маршалла II».

Теперь робот был облачён в новую броню, напоминавшую прозрачный белый лёд. В его руках и на голове появились крестообразные клинки из голубого льда.

Благодаря восстановленной магии мощность «Маршалла II» стала выше, чем в полностью исправном состоянии. Он напоминал человекоподобную церковь, вырезанную изо льда.

Вот оно — моё Эмбрио.

Истинная форма Коцита — Эмбрио типа «Дева» с «Колесницей».

— ГРРРОООАААГГХХХХХ!

Несмотря на произошедшее, Гуз не прекратил атаку.

Это была правильная реакция. Не зная ни колебаний, ни страха, Гуз являл собой идеальный пример настоящего воина.

Да, он был силён.

Но для него всё уже закончилось. В тот миг, когда я решил воспользоваться силой Коцита, Гуз лишился всякого шанса на победу. Не имело значения, насколько крепким людоедом он был.

Сцена была готова.

Врата ада открывались, чтобы принять ещё одного грешника.

— Omnes relinquite spes, o vos intrantes.

Произнеся слова, высеченные у входа в ад, — «Оставьте надежду, все, кто сюда входит», — я активировал способность.

— La Porte de l’Enfer.

Мгновение спустя жизнь Гуза подошла к горькому концу.

Паладин Рэй Старлинг

В мире Infinite Dendrogram существовала система профессий.

Как у меня была профессия «Паладин», так профессии имелись и у других Мастеров и тианов. Без профессий оставались только Мастера, лишь начавшие играть в Infinite Dendrogram, и дети-тианы.

Профессии были самыми разными. Только среди передовых ролей существовали такие ветви, как рыцарь — к ней относилась и моя профессия «Паладин», — мечник, воин, гладиатор, боец, самурай и так далее.

Были также ветви профессий для бойцов задней линии, поддержки, создания предметов и прочего… Если собрать их все вместе, разобраться в их количестве было попросту невозможно.

В каталоге, который дал мне брат, были указаны условия получения всех низкоуровневых и высокоуровневых профессий. Записей там насчитывалось несколько тысяч, и, естественно, я до сих пор с трудом запоминал их все. Активных Мастеров было несколько сотен тысяч, и мне казалось, что при равномерном распределении профессий на каждую приходилось бы меньше сотни человек. Разумеется, в действительности распределение было совсем неравномерным. Например, профессия Рука «Сутенёр» не пользовалась среди Мастеров особой популярностью.

Нельзя было отрицать, что количество профессий, доступных людям в других MMORPG, не шло ни в какое сравнение со свободой Дендро. Но среди этого необъятного множества была одна профессия, навсегда запечатлевшаяся в моей памяти. Я никак не мог её забыть.

Она называлась «Некромант».

Её главными достоинствами были многочисленные навыки наложения дебаффов, атакующие навыки тёмной магии…

…и, конечно же, «Некромантия» — навык, позволявший превращать трупы в приручённых монстров ценой MP.

Его можно было без проблем применять и к людям, и к зверям.

Разумеется, сложность превращения трупа в приручённого монстра зависела от того, насколько сильным было существо при жизни.

С другой стороны, это означало, что детей — почти бессильных существ — можно было без особых трудностей превращать в нежить.

В каталоге говорилось, что одно из условий получения высокоуровневой профессии ветви некромантов связано с количеством успешных применений навыка «Некромантия». Я читал в вики, что некоторые преступники-тианы становились некромантами и использовали детей и больных, чтобы увеличить этот счётчик. Кто-то даже предполагал, что получение профессии Супериора этой ветви требует похожего условия.

От одной мысли об этом меня тошнило, поэтому я навсегда запечатлел существование некромантов в памяти. И теперь всё вернулось.

Пытаясь понять, зачем Банда Гуз-Майз похищала детей, я направился к концу подземного коридора.

Коридор шёл прямо, не разветвляясь, поэтому мне оставалось лишь двигаться вперёд.

Бандитов я не встретил, зато путь мне преградила нежить — на этот раз взрослые.

Вероятно, их создали из трупов, скопившихся здесь, когда крепость ещё занимала армия. Хотя с таким же успехом это могли быть останки искателей приключений, которых победили бандиты.

Я уничтожил всю нежить на своём пути. Даже если когда-то это были люди, я не мог позволить им остановить меня. Иначе число мёртвых лишь продолжало бы расти.

Наконец я достиг конца коридора, где меня встретила дверь. Тяжёлая деревянная конструкция, запертая стальным навесным замком, отделяла меня от комнаты за ней. Оттуда ощущалось присутствие живых существ.

— Ххх!

Я ударил Немезидой по самой двери, а не по замку. Деревянные щепки разлетелись, и я ворвался внутрь, осматривая помещение.

Я был готов перебить всех членов банды, которые могли меня ждать, но единственными живыми существами здесь оказались дети в клетках.

Всего их было семеро.

По закрытым глазам я понял, что они крепко спят. Я не знал, кто именно, но почти не сомневался, что среди них был Родди — тот, кого мы должны были спасти. Разумеется, я собирался спасти их всех, независимо от связи с заданием.

Мне показалось немного странным, что здесь находились только дети.

— Ни одного члена банды? — растерянно сказал я.

— В конце концов, на этой комнате был навесной замок, — сказала Немезида. — Вероятно, они поручили охрану детей нежити.

— Наверное, — кивнул я. Осторожно осмотрел детей и оценил их состояние. Просунув руку сквозь решётку, я мягко потряс некоторых из них, но они не проявили никаких признаков пробуждения.

— Полагаю, они либо одурманены наркотиком, либо находятся под действием дебаффа, — заметила Немезида.

— Наверное, — кивнул я. Это было лишь предчувствие, но мне казалось, что дело в магии. В конце концов, тот, кто это сделал, вероятно, и превратил детей в нежить в коридоре.

Для него они были лишь картами, с помощью которых можно получить выкуп. А если выкуп не принесут, он без колебаний убьёт их и осквернит тела своей «Некромантией». Меня переполняло отвращение.

— Мастер, посмотрите направо, — сказала Немезида.

Я посмотрел и увидел ещё одну дверь — на этот раз железную. Подойдя к ней, я слегка повернул ручку. По ощущению стало ясно, что дверь не заперта и без труда откроется.

— Вы войдёте? — спросила Немезида.

— Конечно, — ответил я.

Я повернул ручку и быстро распахнул дверь ногой. Одну дверь я уже сломал. Если внутри кто-то был, не было смысла красться.

— Неужели это…?

Первым, кого я увидел после входа, был человек — точнее, маленький мальчик. Он спал, как дети в клетках. В центре комнаты, на полу под ним, был начертан чрезвычайно сложный магический круг.

— О вкусах хозяина этой комнаты можно сказать многое, — голос Немезиды был пропитан гневом.

Она имела в виду не только магический круг на полу. На его фоне круг казался почти безобидным по сравнению со всем остальным зрелищем.

Кровь покрывала стены и потолок. У стены лежала кожа чего-то. Рядом стояла бочка, переполненная белыми костями. Стол у стены был завален инструментами и материалами, но по-настоящему выделялась лишь таксидермическая конструкция правой руки с двадцатью пальцами — после неё я поспешно отвёл взгляд.

Я молча подавил ярость. Не оставалось сомнений: мы находились в лаборатории некроманта, создавшего эту нежить.

Однако самого некроманта нигде не было. Можно было предположить, что он вышел навстречу Хьюго.

Ребёнок в магическом круге, вероятно, должен был стать его следующим подопытным. Мы спасли его, придя сюда.

— Что теперь? — спросила Немезида. — Обеспечить безопасность детей или отправиться помогать Хьюго уничтожать бандитов?

Решение было трудным. Спасти детей — наша главная цель, но одному мне было слишком сложно вынести всех семерых в безопасное место. Однако если я оставлю их здесь и выйду сражаться, возрастёт вероятность, что их используют как заложников.

Другой вариант — остаться здесь и защищать детей, пока Хьюго разбирается с бандитами. Но если Хьюго погибнет, всё пойдёт кувырком.

— Вот это задачка… — вздохнул я.

— Пока что, думаю, вам стоит перенести этого малыша в соседнюю комнату, — сказала Немезида. — Не знаю, что это за магический круг, но не думаю, что ребёнку безопасно спать на нём.

Я кивнул и направился к ребёнку в круге.

Через несколько шагов я наступил на нечто странное. Это был особенно толстый кусок ткани. С первого взгляда он напоминал тонкий войлочный матрас, но вскоре я заметил пришитые к нему рукава и понял, что это одежда — точнее, мантия. Странным было не то, что одежда валялась на полу, а то, что под ней ощущалось что-то твёрдое.

Я отшвырнул мантию ногой, чтобы понять, что это.

— Это…

…были кости — именно они создавали твёрдость под моей ногой.

Их присутствие меня нисколько не удивило: стоявшая рядом бочка была ими заполнена. Однако странным было то, что половина костей принадлежала человеку, а другая половина — кому-то ещё. Нечеловеческие кости были толще и напомнили мне скелет лошади, который я когда-то видел в музее.

— Как человеческие и лошадиные кости оказались в одном месте? — спросил я.

— Думаю, они принадлежат конелюдю, — сказала Немезида. — Насколько мне известно, их останки выглядят примерно так.

Это напомнило мне, что в Гидеоне я видел представителей расы, очень похожих на кентавров из греческих мифов.

Я снова посмотрел на ноги. Кости верхней части тела и череп явно принадлежали человеку, а кости, соответствовавшие нижней части тела, подходили лошадиным. И действительно, почти не оставалось сомнений, что это останки конелюдя.

Однако размер костей вызывал вопросы. Я не знал средних параметров этой расы, но было очевидно: ребёнку они не принадлежали.

Как кости взрослого конелюдя оказались здесь? — подумал я.

— Возможно, некромант каким-то образом заполучил чей-то труп и использовал его в экспериментах, — сказала Немезида.

— В таком случае он бы его очистил, — возразил я. — В конце концов, он уже готовит следующего подопытного.

Я посмотрел на ребёнка в магическом круге. Не нужно было быть гением, чтобы понять: некромант полностью подготовился к следующему эксперименту. Он не стал бы просто оставлять на полу кости от предыдущего эксперимента.

Ведь этот безумец достаточно методичен, чтобы складывать все остальные кости вон в ту бочку, — подумал я.

— Пытаться понять ход мыслей безумца — занятие для дурака, если спросите меня, — сказала Немезида.

— Значит, нечего об этом думать? — пробормотал я.

Она была права. Моей главной целью оставалось вынести ребёнка отсюда.

Я несколько раз заставил Немезиду разрушить магический круг и убедился, что не активирую какую-нибудь странную магию. Затем вошёл внутрь и поднял мальчика.

Сон на холодном полу понизил температуру его тела. Но он дышал нормально, а пульс оставался стабильным. Слегка успокоившись, я взвалил его на спину и понёс из комнаты.

Внезапно я почувствовал у себя за спиной его дыхание.

Это было нормально — учитывая, где он находился, — но почему-то по моей спине, словно молния, пробежал холодок…

— Умри.

Я не понимал, откуда взялось это слово. Но было уже слишком поздно. Я услышал, как клинок рассекает мне шею.

Как-то я не заметил, что у ребёнка за спиной в руках был кинжал.

Из сонной артерии хлынула кровь, и я рухнул на холодный каменный пол.

Один из двух лидеров Банды Гуз-Майз, лич Майз

В этом мире существовала сила, которую обычно называли «профессиями Супериора».

Среди тысяч профессий, доступных человекоподобным существам, они были абсолютной вершиной — получить их могли лишь избранные.

Профессии Супериора позволяли людям превзойти пределы своей телесной формы.

Одним из обладателей профессии Супериора был Архимудрец — тот, кого называли божественным хранителем королевства. Его магическая сила была поистине божественной. Он мог расколоть землю под ногами и даже низвергнуть сами небеса.

Однако в войне с Империей Драйф Архимудреца победил Король зверей — Мастер и ещё один обладатель профессии Супериора.

Для Королевства Алтар это было не чем иным, как трагедией, но многие радовались его смерти. В конце концов, трон профессии Супериора мог принадлежать только одному человеку. После смерти Архимудреца королевства его место стало доступно желающим занять его.

Я тоже стремился получить профессию Супериора. Но это была совершенно иная профессия, не та, что принадлежала Мудрецу.

Профессией Супериора, на которую я нацелился, была вершина ветви некромантов — профессия, известная как «Король трупов».

Её сила намного превосходила магию обычных некромантов… и даже некромантию личей — тех, кто сам стал нежитью.

Любой, кто занимал трон трупов, становился бессмертным, неумирающим и получал силу, превосходившую силу всех умерших. Это был единственный способ получить нежизнь, которой обладали только Мастера.

Вот кем был Король трупов.

Я возглавил Банду Гуз-Майз, чтобы продвинуться к получению этой профессии Супериора. Похищенные дети были нужны для практики в некромантии. Деньги требовались, чтобы покупать определённые магические предметы и подкупать Калдину.

В той стране разговор начинался и заканчивался деньгами. У всего в Калдине была цена. Достаточно хорошо смазать кому-нибудь ладонь — и даже её армия могла выступить в ответ на действия солдат Гидеона.

Поскольку это место находилось рядом с границей, королевство не решалось напасть на нас, опасаясь спровоцировать Калдину.

Кроме того, благодаря магическим предметам «Сокрытие» и «Манипуляция присутствием», которые я у них купил, похищать материалы стало значительно проще. Имея вдоволь ингредиентов и идеальные условия, я мог вдоволь изучать путь некромантии и постепенно приближался к трону Короля трупов.

Чтобы получить эту профессию Супериора, требовалось выполнить несколько сложных условий, а затем пройти определённое испытание. Условия я узнал, расшифровав древний текст, описывавший тайные процессы.

Первым условием было «Превратить жизнь, равную пяти тысячам лет, в смерть». Я без труда выполнил его, превратив эту крепость в своё убежище и заставив банду работать на меня. Поскольку я сосредоточился на детях — которых было легко превращать в нежить и у которых впереди оставалась долгая счастливая жизнь, — всё прошло очень гладко. Для выполнения условия мне требовалось меньше сотни детей, но, поскольку нежить была ценным ресурсом, я продолжил.

Вторым условием, которое я тоже выполнил, было создание Кристалла обиды. Он создавался, если наполнить Кристалл чистоты огромным количеством страха — точнее, обиды, — ведь этот предмет очищал нежить от скверны.

Гуз очень мне помог. Страх детей, которых он пожирал заживо, превращался в изысканную, исполненную скорби обиду.

Разумеется, обида, полученная от детей, когда я использовал Круг страданий и превращал их в материал для нежити, тоже была неплохой.

Когда-то белый кристалл, излучавший раздражающе божественный свет, почернел до самой сердцевины.

Так я уже выполнил условия получения профессии «Король трупов». Оставалось отправиться в Легендарию — туда, где был запечатан трон профессии, — пройти испытательное задание и присвоить титул себе.

И крепость, и банда отжили своё. Вскоре Гидеон заполнят особенно назойливые личности. До этого я собирался забрать с собой Гуза — единственного полезного подчинённого, затем уничтожить все знания, которые мог оставить здесь, и уйти раз и навсегда.

Именно тогда в крепость пробрался один особенно безрассудный нарушитель.

— Умри.

Мгновение спустя после того, как я произнёс это слово, я услышал, как мужчина падает на пол лаборатории. Я не видел выражения его лица, но пол оказался залит свежей кровью.

Рядом с ним стоял ребёнок, которому я магией приказал перерезать мужчине горло.

Над головой нежити легко появилось бы описание, и её сразу распознали бы, — подумал я. В таких случаях лучше использовать живых.

— Значит, ребёнок заставил тебя ослабить бдительность? — пробормотал я. — Какой же ты глупец.

Я начал собирать рассыпавшееся тело. Когда скелет конелюдя сложился, я снова надел мантию. Затем кости начали покрываться кожей и плотью, а тело стало приобретать прежний размер.

Мгновение назад от меня оставались лишь кости — это было возможно благодаря одному из навыков лича, «Трупификации». Для лежавшего на полу мужчины я, вероятно, выглядел как обычный скелет.

Я был нежитью и обладал высокоуровневой профессией некроманта «Лич». Разумеется, такие уловки были мне доступны.

— О? Ты всё ещё жив? — сказал я, глядя на мужчину сверху вниз. Он потерял столько крови, что поток из шеи значительно ослаб, но пульс, похоже, ещё прощупывался. В правой руке он держал чёрную алебарду, за которой развевался флаг. Я попытался определить её свойства, но ничего не узнал. Это могло означать лишь одно: оружие было Эмбрио, а мужчина — Мастером.

— Ты ещё и в сознании? — снова заговорил я. — Ну, это неважно. Кинжал покрыт жидкостью, вызывающей Отравление и Паралич, которую я приготовил сам. Яд лича тоже не стоит недооценивать. Ты умрёшь, не имея возможности этому помешать.

Кровотечение и Отравление вытягивали из него жизнь, а Паралич полностью сковал движения. Жаль, что он оказался Мастером: будь иначе, из него можно было бы извлечь по-настоящему сильную обиду.

Мастера были ужасным источником обиды. После смерти они просто возвращались к жизни через три дня. По сравнению с тианами их страх смерти и ненависть к убийцам были попросту… посредственными. К тому же абсолютное бессмертие заставляло их жить так, будто всё было всего лишь игрой.

Именно такой была группа Мастеров, напавшая на это место. Моей магии и силы Гуза оказалось более чем достаточно, чтобы с ними разобраться, но, поскольку я не мог превратить их трупы в нежить, для моей работы с некромантией они оказались совершенно бесполезны. Мастера раздражали меня до крайности. Их отношение к этому миру как к игрушке и автоматически дарованное им бессмертие… именно бессмертие я решил сделать делом всей своей жизни.

…Кстати, это напомнило мне, что первая группа, пришедшая сюда, состояла целиком из тианов, а обида, которую я собрал, пытая их, была просто великолепной. Ах, как весело мне тогда было. Их трупы тоже стали превосходным материалом.

Превращать тианов в нежить было чрезвычайно просто. Меня также очень занимала мысль о создании нежити из Мастеров, но пока что мне приходилось лишь избавляться от них, когда они вторгались сюда.

К этому времени Гуз, вероятно, разобрался с союзником мужчины на поверхности. Теперь мне оставалось покинуть крепость, отправиться куда следует, пройти испытание и стать Королём трупов.

— С этим решено. Пора уходить и направляться в Легендарию, — пробормотал я.

Направляясь к двери лаборатории, я заметил материалы… детей, которых усыпил в соседней комнате. Я едва не забыл о них.

— Банда закончила своё существование, — сказал я. — Пожалуй, стоит убить всех детей и превратить их в материал для моей неж… хм?

В тот миг, когда я это сказал, пальцы лежавшего на полу мужчины слегка дёрнулись. Это движение, вместе с выражением на боковой стороне его лица, заставило меня кое-что понять.

— Ты действительно проделал весь этот путь только ради спасения детей? — спросил я. — Не ради моего сокровища?

Он не произнёс ни слова. В его состоянии это было неудивительно, но реакции оказалось более чем достаточно.

«Ха… ха… ХАХАХАХАХАХА!» Я положил руки на живот и громко рассмеялся.

Другой реакции и быть не могло. Как я мог не смеяться?

— Ха-ха-ха-ха! Бессердечный бессмертный, который отправился спасать нескольких сопляков? Гхахахаха! Ну надо же, Мастер. Какой героический способ играть ты нашёл.

Решил отыгрывать какого-нибудь борца за справедливость? — подумал я. От того, к чему это его привело, меня переполняло блаженство.

— Хе-хе-хе, — продолжил я смеяться. — Ладно, будет так. Я создам милых маленьких созданий-нежитей, а ты будешь смотреть, пока яд не убьёт тебя. Кто знает? Может, чему-нибудь научишься. В конце концов, я в этом довольно искусен, если сам так говорю. Что естественно, ведь я уже создал их сотни!

В ответ на мои слова мужчина на полу испустил ужасные, травмирующие душу эмоции.

Великолепно, — подумал я. Похоже, даже Мастер может быть хорошим источником, если как следует его раздразнить. Но ещё важнее то, что, став вскоре Королём трупов, я наконец смогу вволю смотреть сверху вниз на любых бессмертных Мастеров.

— Итак… дети с толстыми на вид костями станут скелетами, а из остальных получатся неплохие зомби. А вон тех, с миловидной внешностью, можно превратить в чучела и где-нибудь продать. Несмотря на вид, руки у меня довольно ловкие, так что с мелкими деталями я справляюсь неплохо. Некоторые ценители высоко оценивают мою работу.

В ответ я получил ещё более злое молчание.

Ах, какое наслаждение, — подумал я. Чистое блаженство.

Я не ожидал, что Мастер может доставить мне столько удовольствия. Его скорбь была идеальной приправой.

Однако пора было заканчивать.

— А теперь начнём с сопляка, который перерезал тебе горло! — воскликнул я. — Сначала заставлю его перерезать собственное горло и…

Внезапно порыв ветра…

…за которым последовал звук удара чего-то о землю.

— Что?.. — в замешательстве я посмотрел туда, откуда донёсся звук, и увидел кое-что очень знакомое.

Это была левая рука, покрытая магическими кольцами. Кольцами, которые стоили мне целого состояния.

Неужели это… моя собственная левая рука? — ошеломлённо подумал я.

— Если ты… являешься…

Мужчина, чья победа казалась практически невозможной, медленно заговорил. Его правая рука была поднята в воздух.

— Если ты… не принадлежишь к живым…

Клинок алебарды, которую он держал, излучал благородное белое сияние. Я узнал его. Это был «Очищающий серебряный свет» — сияние, губительное для нежити.

— Если ты… забыл, что значит быть человеком…

Он медленно поднялся и повернулся ко мне. Рана на шее, которая наверняка ещё меньше минуты назад была там, бесследно исчезла.

— Если ты… виновен в той сцене…

На его лице не осталось ни усталости от Отравления, ни тяжести Паралича.

— Если ты… утверждаешь, что продолжишь это делать…

Единственной настоящей эмоцией в его лице был свет в глазах — пламя чистой ярости.

— …тогда я убью тебя.

Впервые я видел, как Мастер — один из этих бессмертных, бесчеловечных чудовищ-нежитей — смотрит с таким выражением.

Я не мог полностью описать свои ощущения, но это был ужас. Чистый, непревзойдённый ужас.

Инстинкты вопили, сообщая мне лишь одно:

Беги! Он тебя погасит.

[[image:/storage/reader-images/d9ca9d711e54d3bd88ceb6c749594324e7786333.jpg]]

— ■■■■ — «Бездна заблуждений»!

«Оковы мертвеца»!

Я быстро применил самые мерзкие проклятия из имевшихся в моём распоряжении. Это были два дебаффа высокого ранга: один произносился вслух и сопровождался заклинанием, а второй исходил от магического предмета на моей правой руке и не требовал слов.

«Бездна заблуждений» была мощным проклятием, накладывавшим состояния «Смертный приговор», «Слабость» и «Разложение». Под его действием жертва разлагалась и превращалась в труп, оставаясь живой. «Оковы мертвеца» были другим заклинанием, накладывавшим три дебаффа: «Связывание», «Проклятие» и «Вялость». Вместе они давали целых шесть особенно сильных отрицательных состояний.

Эта комбинация отправила на тот свет множество моих врагов. Любой, кому не повезло её получить, полностью терял способность двигаться.

— Гха-а!

И всё же он не остановился. Словно мои проклятия обернулись вспять, он стал ещё более пугающим и горизонтально взмахнул алебардой, сиявшей Очищающим серебряным светом, в мою сторону.

— Гух?! — воскликнул я. Будь я всего на шаг ближе, его удар рассёк бы мне туловище.

Я не мог этого допустить. Любой ценой следовало избежать смертельного удара от него.

Я был личем — нежитью, повелителем магии. Большинство моих ран заживало почти сразу после появления. Я мог лишиться руки или быть рассечённым пополам — для меня такие повреждения не были критическими.

Однако в этот раз восстановление не сработало. Более того, отсечённая им рука уже превратилась в прах.

Это было естественно. В конце концов, он владел Очищающим серебряным светом. Такое сияние использовали лишь некоторые паладины и храмовые рыцари — свет, предназначенный исключительно для уничтожения нежити. Каким бы великим ни был я как лич, после смертельной атаки оружием, благословлённым этим отвратительным сиянием, вернуться было невозможно.

Меня захлестнул страх смерти. Со временем это чувство стало мне чужим. Оно больше никогда не должно было настигнуть меня после того, как я стану Королём трупов. Но сейчас, здесь, оно было настоящим. Оно потрясало всё моё существо.

— Пробуждение нежити! — с помощью «Некромантии» я активировал монстров-нежитей, хранившихся в бочке этой комнаты.

На мой зов откликнулись бесчисленные скелеты-солдаты.

Однако пользы от них было мало.

У них не было ни единого шанса победить это чудовище, но это не имело значения. Им требовалось лишь выиграть время, необходимое мне для побега.

Когда нежить бросилась на него, я развернулся и покинул лабораторию. Если бы я задержался ещё хоть немного, это место стало бы моей могилой.

Затем, тяжело дыша, я побежал по подземному коридору к поверхности. После того как мы, личи, становились нежитью, сердце и лёгкие переставали работать, а на их месте возникало скопление кристаллизованной магии. Поэтому физическая нехватка воздуха была тем, чего я больше никогда не должен был испытывать. И всё же мне казалось, что я задыхаюсь.

— Почему Мастер?.. — сквозь сбившееся дыхание я выразил свой ужас. — Почему одно из этих бессмертных чудовищ… действительно в ярости?

Этот страх был мне неизвестен. Страх перед эмоцией этого существа. Ужас, который внушала мне эта аномалия.

Ужас — именно так это можно было назвать. Когда одно из этих чудовищ направляет на тебя чистое намерение убить и ярость, это не может не пугать. Ведь это означало, что бессмертный, неуничтожимый зверь будет охотиться на меня всю вечность.

Я должен был спастись. Рядом с этой аномалией меня ждала неминуемая смерть, поэтому требовалось покинуть крепость и бежать туда, где он никогда меня не найдёт.

Я должен был это сделать — и мог.

Хотя я был личем, моя Ловкость превосходила его, так что оторваться от него было вполне возможно.

Добравшись до поверхности, я воссоединюсь с Гузом. Останется лишь заставить его сражаться с чудовищем, пока я буду спасаться бегством.

— Я смогу…! — представив такое будущее, я почувствовал облегчение.

Поскольку я был конелюдем, в подземном коридоре громче всего звучал стук моих лошадиных ног по полу.

Однако вскоре к нему примешался другой звук.

— Что?.. — вырвалось у меня.

Источник приближался сзади. Ритмичные, но грубые удары о землю — звук был точно таким же, как тот, что доносился из-под моих ног. Это был топот скачущей лошади.

— Гх…!

Не выдержав напряжения, вызванного приближающимся звуком, я обернулся.

Увиденное далеко превзошло моё воображение. По подземному коридору мчалась искусственная серебряная лошадь. А рядом с ней находилось чудовище.

Почему-то он не ехал верхом. Аномалия держала поводья серебряной лошади правой рукой, волоча по земле броню на ноге. Это напоминало водный спорт Гранвалоа.

В левой руке он по-прежнему держал алебарду, а развевавшийся на ней флаг бешено трепетал в воздухе.

Почему он не использует навык «Езда»? — подумал я.

При таком способе езды он скоро сломает ноги и лишится возможности ими пользоваться, верно? Но почему не похоже, что он вообще получает повреждения?

Странное зрелище породило во мне несколько вопросов, но ответы не имели значения.

Важно было лишь то, что он продолжал преследовать меня… а лошадь была быстрее, поэтому вскоре он меня настигнет.

— ААААУУУГХХХХХ!

Забыв о стыде и репутации, я в страхе закричал и изо всех сил побежал к поверхности.

На поверхности я встречусь с Гузом. Он сможет дать мне достаточно времени для побега.

— Пробуждение… ПРОБУЖДЕНИЕ НЕЖИТИ! — не сбавляя скорости, я активировал монстров-нежитей, которых на случай подобных чрезвычайных ситуаций спрятал в стенах.

Они назывались «скелеты-воины высокого ранга». Я создал эту высокоуровневую нежить из трупов искусных тианов. Это были останки группы, с которой мы разобрались вместе с Гузом.

Шесть скелетов-воинов высокого ранга встали между мной и ним. Все они когда-то владели высокоуровневыми профессиями, пусть теперь и стали нежитью, так что шанс всё-таки был…

— С дороги! — одновременно сказали два голоса: его и ещё один, женский. Мгновение спустя серебряная масса прорвалась сквозь скелетов и снова превратила их в прах.

Алебарда в его левой руке и копыта искусственной лошади мгновенно прикончили мою нежить. Тогда я заметил, что серебряным сиянием светилась не только алебарда — им было покрыто всё тело скакуна.

— А-а-а?!

Это была не живая лошадь, а предмет снаряжения. Испуская серебряное сияние и мчась с огромной скоростью, она дробила любую нежить, которой удавалось к ней прикоснуться.

Не имело значения, насколько высок был ранг нежити. Эта вещь была бичом всей нежити. Серебряной пулей, несущей окончательную погибель.

— ГГГААААААА!

В полном отчаянии я воспользовался моментом, который мне купила нежить, и начал подниматься по лестнице на поверхность. Меня тащила лошадь, поэтому он не мог нормально подняться по ступеням. Это должно было замедлить его.

За мгновение до того, как он меня настиг, я взбежал по лестнице и вырвался на поверхность.

— ГУЗ! ГУУУЗ! — закричал я, бегом пересекая крепость.

Пробежав по коридору первого этажа и увидев ворота крепости, я испытал облегчение. Причиной был вид лица Гуза.

Мгновение спустя облегчение сменилось отчаянием.

Потому что там было только лицо Гуза.

Я не мог понять, что произошло, но отрубленная голова Гуза, полностью замёрзшая, была насажена на ворота.

Куда делось его мускулистое тело? — спросил я себя. Оно нигде не было видно. Вокруг ворот снаружи лежали лишь разбросанные куски замороженной плоти. Два из них, оказавшиеся рядом, очень напоминали ноги Гуза.

Рядом с ними стояла аномалия, похожая на человекоподобную ледяную церковь, — враг моего вида, каких ещё поискать.

— Выбирай свою судьбу, грешник, — произнесла аномалия. — Какой конец ты желаешь? Ад или Божественное возмездие?

Я мгновенно понял, о чём она говорила.

Она предлагала мне выбрать смерть либо от рук ледяной аномалии, либо от серебряного чудовища.

— Нет! — закричал я. — Этого не может быть!

Я не могу здесь умереть! Я зашёл так далеко! И теперь, когда трон Короля трупов уже на расстоянии вытянутой руки, я…

— Почему?! — снова выразил я своё отчаяние. — Что…?!

За что мне всё это?!

— Очень хорошо, — снова заговорила аномалия. — Значит, Божественное наказание.

Затем она направила ледяной клинок на нечто позади меня.

Я обернулся и увидел серебряное чудовище.

Чудовище меня настигло.

Из моего рта вырвался наполненный ужасом звук. Я больше не мог ни бежать, ни прятаться.

Должно же быть что-то, что я могу сделать! — подумал я. Разве у меня нет магического предмета для телепортации? Нет?! У меня должно что-то быть! Я…!

— Что?.. — перебирая содержимое инвентаря в своей мантии, я коснулся пальцами чего-то, от чего ахнул. Я медленно достал предмет. Это был совершенно чёрный кристаллический объект, не излучавший ни единого луча света, — Кристалл обиды.

— Нет… — в отчаянии сказал я, сжимая в руке обсидианоподобный предмет. Без него я не мог надеяться стать Королём трупов. Чтобы создать его, мне пришлось возглавить Банду Гуз-Майз и почти год приносить в жертву огромное количество детей.

Однако кристалл был не только условием получения профессии «Король трупов», но и величайшим проводником магии ветви некромантов. Использовать его здесь было больно, но…

— Если я умру… всё окажется напрасным! — закричал я.

Мне пришлось выбирать между смертью и использованием Кристалла ради выживания, и я без колебаний выбрал второе. Иначе время и усилия, вложенные в мою цель, пропадут зря. Мне просто нужно выжить и начать всё заново в каком-нибудь другом городе. В конце концов, время, труд и жертвы, которые я готов был приносить, были бесконечны.

Пока я жив, я могу начинать заново столько раз, сколько потребуется! — подумал я. Да, я не могу умереть здесь! Умереть из-за случайной встречи недопустимо!

— ОТВРАТИТЕЛЬНЫЕ, ЧУДОВИЩНЫЕ УБЛЮДКИ! — заревел я, наполняя Кристалл обиды — своё величайшее сокровище — огромным количеством магии. — ВЫ, ЧУДОВИЩА, НЕ ЗАБЕРЁТЕ МОЮ ЖИЗНЬ!

Преобразовав злые чувства внутри кристалла в чистую разрушительную энергию, я выпустил её на чудовище, прекрасно понимая, что вместе с ним разрушу и крепость. В конце концов, это был сильнейший атакующий магический навык, доступный личу.

— СМЕРТОНОСНЫЙ МИКСЕЕЕЕЕР!

Охваченный сильнейшим ужасом и безумием, я обрушил на врага мощнейшую атаку из всех, что когда-либо применял. Её хватило бы, чтобы мгновенно уничтожить чистого дракона. Выжить после неё было невозможно.

— Контрпоглощение.

И всё же…

— А?.. Уг?.. Э-э-э?.. — из моего рта вырвались странные звуки замешательства. Магия, в которую я вложил всё своё существо, была остановлена световым барьером, созданным им перед собой. — Н-не может быть!

От потрясения я потерял равновесие и рухнул на землю. Мгновение спустя чудовище оказалось прямо передо мной.

— Гха?! Н-нет!

Когда я попытался подняться и в страхе убежать, его алебарда, всё ещё испускавшая серебряное сияние, пронзила мне туловище и пригвоздила к месту.

— ГЬЯ-А-А-А!

Я не мог пошевелиться — и из-за алебарды, пронзившей меня, и из-за боли, причинённой серебряным сиянием, — а аномалия стояла передо мной.

— Не… убегай, — прохрипела она, тяжело дыша.

— П-постой! — сказал я. — Я не убегу! Ты меня поймал!

Бежать было уже невозможно, но мне всё равно требовалось выжить, даже если для этого пришлось бы умолять о пощаде.

— Д-давай заключим сделку! — в панике заговорил я. — Д-деньги! Я отдам тебе деньги! У меня их ещё много! Если точнее, 70 000 000 лир! Они твои! Забирай всё, только, пожалуйста, отпусти меня!

Аномалия ничего не ответила.

Да! — подумал я. Он отреагировал на моё предложение! Мне всё равно, если придётся отдать ему все монеты! Я уже пожертвовал Кристаллом обиды! Деньги — малая цена за выживание!

— Хааа… — он вздохнул и протянул ко мне правую ладонь.

Отлично! Сработало!

— Кха! Ха-ха-ха! — рассмеялся я. — Д-дай мне минуту. Я просто достану всё из инвентаря, так что…

— Твоей жизни будет достаточно в качестве платы, — сказал он, оборвав меня.

— А?

Пока я пребывал в замешательстве, его раскрытая ладонь сжалась в кулак, а наруч на руке начал испускать до боли знакомый серебряный свет.

Я услышал, как треснул и хлюпнул мой собственный череп. А затем меня не стало.

Паладин Рэй Старлинг

Обезглавленный труп лича превратился в прах и начал рассыпаться.

В то же время моё тело быстро стало слишком тяжёлым, чтобы я мог нормально стоять, и я рухнул на землю, не успев смягчить падение.

— Похоже… всё закончилось, — с трудом пробормотал я. В окне состояния отображались Отравление, Паралич, Смертный приговор, Слабость, Разложение и ещё множество дебаффов. Их было так много, что отследить все казалось непосильной задачей.

Однако тот факт, что состояния, полученные от противника, вернулись, не оставлял сомнений: он побеждён.

«Переворот развевающегося флага». Так назывался уникальный навык, который Немезида получила во второй форме — «Флаговой алебарде». Он обращал все дебаффы, наложенные на меня враждебными существами. С другой стороны, это означало, что навык прекращал действовать сразу после смерти соответствующих врагов. Возвращение его дебаффов было окончательным доказательством его смерти.

В тот миг, когда он заставил ребёнка перерезать мне горло, я перевёл Немезиду из формы великого меча в «Флаговую алебарду» и активировал «Переворот». Именно поэтому я так отреагировал на дебаффы в окне состояния. После активации навыка «Кровотечение» ускорило кровоток, «Отравление» стало лечить меня, а «Паралич» увеличил мои физические способности.

Повреждение от внезапной атаки исцелилось благодаря обращённому «Отравлению», пока я лежал на земле. Когда этот эффект закрыл рану на шее, состояние «Кровотечение» полностью исчезло.

Позже, когда он применил ко мне дебаффы, я тоже превратил их все в усиления. Некоторые, казалось, не обернулись вспять, но было ясно, что никаких отрицательных эффектов на мне не осталось.

В итоге он значительно усилил меня и перевернул расстановку сил.

Кроме того, сыграла роль совместимость. Очищающий серебряный свет был навыком, предназначенным для уничтожения нежити, а лич как раз ею и являлся. Сильвер также очень помог мне догнать его, когда тот убегал.

Конечно, навыка «Езда» у меня по-прежнему не было. Поэтому я, строго говоря, не ехал на нём. Я лишь позволил Сильверу мчаться за личем, держась за него и волоча ноги по полу.

Это было не слишком похоже на сцены из дешёвых вестернов, где людей тащат за лошадьми. В таком положении ноги постоянно получали повреждения, но лечение от обращённого «Отравления» их компенсировало.

Оказавшись на поверхности, я заблокировал его последнее заклинание с помощью «Контрпоглощения». Оно было гораздо мощнее пламени Гардранды, но нам каким-то образом удалось его выдержать.

На миг я решил, что дебаффы заставят меня рухнуть, но после атаки Немезида быстро снова превратилась в «Флаговую алебарду» и активировала «Переворот», так что я вышел из этого состояния невредимым. Затем я пригвоздил его своим оружием и прикончил кулаком.

Вся эта битва была для меня чрезвычайно опасной. Я сумел победить лишь благодаря стечению нескольких очень специфических обстоятельств. Повторить такое достижение в ближайшее время мне не удастся.

— Мне здесь действительно повезло… — сказал я.

— Я знаю все причины, по которым мы победили, но даже не могу не подумать о том же, — сказала Немезида.

Возможно, сама судьба помогла мне выследить и наказать мерзавца, игравшего жизнями бесчисленных детей, — подумал я.

Я молча посмотрел на свою руку. Ощущение, возникшее, когда я размозжил его голову, всё ещё сохранялось. Из-за того, что он был нежитью, или из-за моего серебряного света это напоминало раскалывание засохшего дерева, но ощущение всё равно осталось.

Он был нечистью, не заслуживавшей никакого прощения, но это был первый тиан, которого я убил.

Если бы я, будучи Мастером Девы, относился к этому миру так же серьёзно, как к реальности, это убийство могло бы причинить мне боль.

— Я не имею ничего против подобных размышлений, но оставьте их на потом, — сказала Немезида.

— Немезида? — слегка озадаченно спросил я. Она уже вернулась в человеческую форму и смотрела на меня сверху вниз.

Она указала на часть окна состояния, а именно на дебафф «Смертный приговор». Присмотревшись, я заметил рядом с ним счётчик: «362 секунды».

Это один из тех дебаффов, которые убивают, когда счётчик достигает нуля? — подумал я.

— Мастер, у вас случайно нет лекарства от дебаффов? — спросила она.

— Есть несколько противоядий от ядов, но я не ожидал получить дебафф такого рода, — сказал я.

Дело плохо… Очень плохо. Такими темпами я получу штраф за смерть.

Хьюго был здесь, дети находились в безопасности, а банда уничтожена, поэтому мне не о чем было беспокоиться. Однако смерть означала, что я пропущу время, о котором мы договорились с Мари. Мне совершенно не нравился такой сценарий.

— Будь ты проклята, проклятая лошадь-зомби! — закричала Немезида. — Обязательно было оставлять нам такой прощальный подарок!

— Чёрт… — пробормотал я. Из-за всех дебаффов нормально работал лишь мой рот, так что я даже не мог в отчаянии опустить голову.

Немезида начала рыться в моём инвентаре, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы мне помочь. Сильвер, которого я всё ещё не отозвал, смотрел на меня с некоторым беспокойством.

— Выпейте это.

Что-то твёрдое прижалось к моей челюсти.

Я посмотрел и увидел Хьюго, только что выпрыгнувшего из… чего-то, что я мог описать лишь как прозрачного ледяного робота с мейджингиром внутри. Он подносил к моему рту зелье.

Стоило мне проглотить содержимое, как тело стало настолько лёгким, будто дебаффов никогда и не было.

Он дал мне ещё одно зелье. Выпив его, я посмотрел в окно состояния и увидел, что все отрицательные состояния исчезли.

— Я исцелён! — воскликнул я.

— Вот именно! — сказала Немезида. — Мы благодарны вам, Хьюго!

— Не стоит, — улыбнулся он.

— Что это вообще было за лекарство? — спросил я.

— Эликсир и Высшая духовная вода, снимающая проклятия, — сказал он.

— И вам не жалко было отдать их мне? — спросил я.

— Вовсе нет. В конце концов, они достались мне из инвентаря того, кого я победил, — ответил Хьюго и указал на бычью голову, висевшую на воротах.

Я посмотрел туда и увидел множество предметов, лежавших вокруг останков.

Некоторые из них были бутылками, похожими на ту, из которой я только что выпил.

— Почему предметы разбросаны? — спросил я.

— Моя атака разрушила его инвентарь, — ответил Хьюго. — Эм… возможно, я немного перестарался.

Это напомнило мне обучение, во время которого Чешир сказал, что именно так обычно выглядит разрушение инвентаря. Хотя сила высвобождения часто ломала содержимое, это был самый простой способ забрать чужие вещи. Поэтому некоторые злодеи нападали на богачей, чтобы разбросать их предметы повсюду.

Другими способами отнять чужие предметы были навык «Кража» ветви бандитов — он напрямую похищал вещи из инвентаря, — и навык «Грабёж» ветви воров — он передавал пользователю право собственности на украденные предметы. Когда я узнал об этом, то задумался, почему эти два навыка относились к разным ветвям профессий, хотя были настолько похожи.

— Хм? Это…?

Я заметил выглядывавший из-под мантии инвентарь побеждённого мной лича. Мой имел форму сумки, а его представлял собой чёрную коробку, похожую на куб.

В последние мгновения он полез туда за деньгами, чтобы подкупить меня. Значит, если разрушить инвентарь, можно получить его деньги и некоторые редкие предметы, которыми он владел, но…

— Не хочу прикасаться к вещам, которые оставил после себя этот урод, — сказал я.

Его жизни мне было более чем достаточно. К тому же мне нетрудно было представить, как он получил свои богатства, и от этого они казались совсем непривлекательными.

— Я чувствую то же, — сказала Немезида. — Эти деньги настолько грязны, что одно прикосновение к ним может осквернить наши сердца.

— Понимаю, — сказал Хьюго. — Тогда можете оставить их. Рано или поздно кто-нибудь их найдёт и заберёт.

— Верно, — кивнул я.

После поражения Банды Гуз-Майз крепость снова опустела — так же, как до того, как банда превратила её в своё убежище. Нельзя было знать, ступит ли сюда когда-нибудь ещё чья-нибудь нога.

С другой стороны, если сообщить об этом событии Гильдии искателей приключений, они наверняка начнут расследование. Возможно, стоило попросить их собрать оставшееся здесь сокровище мерзавцев. Может быть, деньги станут чище, если использовать их на благо общества… и тех, кто пострадал от злодеяний банды.

— Кстати, Хьюго, — сказал я. Эта мысль напомнила мне кое о чём. — В подземелье я встретил похищенных детей. Восемь из них ещё живы. Насколько я понял, их усыпили магией. Я хотел бы объединиться с вами и вынести их наружу, так что… Погодите, а где Кюко?

Здесь всё было закончено, но её нигде не было видно.

Помнится, она вышла из группы перед началом битвы, но теперь вообще не появлялась… Неужели получила штраф за смерть?

— С Кюко всё в порядке, — сказал Хьюго. — Подожди немного. Кюко, иди сюда… Да, всё нормально.

Он говорил это, глядя на мейджингир, облачённый в броню, похожую на ледяную церковь. Мгновение спустя броня рассыпалась на бесчисленные белые и голубые частицы света.

Без ледяной брони мейджингир рухнул, и Хьюго пробормотал что-то о том, что ему придётся взять запасную машину у какого-то «главы». Однако нас с Немезидой больше интересовало, куда направлялись частицы света. Они собрались в одном месте и приняли человекоподобную форму.

— Приве-е-ет.

Это был облачённый в белое Мастер — Кюко. Однако герба, подтверждавшего статус Мастера, на левой руке больше не было.

Кроме того, её превращение напоминало разноцветную версию превращений Немезиды.

— Понятно, — сказала Немезида. — Значит, Кюко и я… одного поля ягоды.

— Да, — кивнула она. — Моё настоящее имя — Коцит.

— Одного поля ягоды?.. — я приподнял бровь. — Значит, она на самом деле…

…Эмбрио типа «Дева», как Немезида. А Хьюго был её Мастером.

— Но разве раньше у неё на левой руке не было герба? — спросил я.

— Он был там благодаря «Маскировке герба» — навыку, уникальному для Эмбрио типа «Дева», — ответил Хьюго. — Он заставляет руки и окно состояния выглядеть так, словно они принадлежат Мастеру.

— Я не знал, что существует такой навык… — сказал я, слегка удивившись.

— Они получают его после некоторого времени, проведённого в боях в человеческой форме, — сказал он.

За всё время игры я ни разу не позволил Немезиде сражаться самостоятельно. Очевидно, у неё этого навыка не было.

— А для чего вообще нужен такой навык? — спросил я.

— Ты удивишься, — сказал Хьюго. — Эмбрио уникальны и непредсказуемы, поэтому они способны стать мощными козырями. С помощью «Маскировки герба» можно создать впечатление, будто Мастеров, а значит, и Эмбрио, больше, чем есть на самом деле.

Значит, можно использовать для блефа? — подумал я. Чувствую, что у навыка есть и другие применения. Возможно, нам тоже стоит его освоить.

— В любом случае, теперь, когда мы все здесь, надо отправиться в подземелье и вывести детей на солнечный свет, — сказал я.

— Согласен, — кивнул Хьюго.

Мы вчетвером — Немезида, Хьюго, Кюко и я — направились к подземелью крепости.

Нас было четверо, а со мной находился Сильвер, поэтому существовал шанс вынести всех детей за один раз. К тому же лич погиб, и дети могли проснуться после его заклинания, так что нам требовалось поспешить и успокоить их.

Окрестности заброшенной крепости.

— Они ушли? — спросил чей-то голос.

— Да, они вошли в крепость.

В лесу вокруг заброшенной крепости, в месте с ещё более густой растительностью, чем на пути «Маршалла II» Хьюго, находились пятеро подозрительных мужчин.

— Не ожидал, что боссов побьют, — сказал один из них.

Это были остатки Банды Гуз-Майз — те самые пятеро, с которыми Рэй и Хьюго столкнулись в Гидеоне.

После того как Рэй и Кюко избили их и передали стражникам, некоторые союзники выскочили из засады и вытащили их до того, как тех успели посадить в тюрьму.

После этого они издалека следовали за повозками банды — просто чтобы убедиться, что за ними никто не идёт, — а когда добрались до крепости, увидели, как их убежище и товарищей по банде полностью уничтожили.

Им повезло оказаться там, куда не доставал навык «Обнаружение врагов» Кюко. Поэтому они смогли спрятаться и пережить резню.

— Что теперь? — спросил один из них.

— В смысле «что»? — ответил другой. — Уносим ноги! Нам нечего противопоставить чудовищам, способным убить наших боссов, которые сами были чертовски похожи на чудовищ.

— Чёрт, значит, всё сокровище придётся оставить. — Один из мужчин, тот самый, которого ударил Рэй, раздражённо цокнул языком. — …Погодите. — Похоже, его осенила идея. — Да, вот что нам нужно сделать!

Он кивнул, полностью довольный собой.

— Что на тебя нашло? — остальные посмотрели на него в полном замешательстве.

— Они ведь сейчас в крепости, так? — оживился он. — Значит, самое время забрать все деньги и предметы, оставленные боссами! А ещё мы легко можем забрать сопляков из тех повозок. Используем их ради выкупа или просто продадим где-нибудь в Калдине. А может, на эти деньги пробьёмся в какую-нибудь другую местную банду!

— Вот это да! — воскликнул другой.

— Идея что надо!

Предложение товарища заставило остальных обрадоваться.

— Тогда лучше времени не найти… — сказал один.

— Ага! — завыл другой. — Забираем предметы и сопляков — и валим отсюда!

Они разделились. Некоторые начали собирать предметы, а остальные стали запрягать живых лошадей в повозки с детьми.

Однако один из них — тот, кто предложил провернуть всё это, — склонил голову возле трупа Майза, который теперь был всего лишь кучей праха.

— Ты чего? — спросил другой.

— Инвентарь босса Майза не разрушен, — ответил он. Это был тот самый инвентарь, который Рэй и Хьюго решили не разрушать.

— Чего-о? Тогда разрушь его, тупица, — сказал другой. — Все, у кого был «Грабёж», уже сдохли, так что это единственное, что мы можем здесь сделать.

Как и следовало ожидать от шайки разбойников, среди членов банды были обладатели навыков «Кража» и «Грабёж». Однако всех их убил «Маршалл II» Хьюго.

— Точно, — кивнул мужчина. — Тогда так и поступлю.

Мужчина достал кинжал и с огромной силой пронзил инвентарь. Тот, естественно, разрушился, выпустив содержимое по всей округе.

— Ух ты-ы-ы! Сколько монет!

— Серьёзно! Кажется, нам больше даже не нужно быть бандитами! С таким богатством можно жить как дворяне!

— У нас ещё есть сопляки, так что, может, станем работорговцами!

— Отличная идея!

Деньги, оставшиеся после Майза, заставили всех представить светлое будущее. Их окружало огромное богатство. Как Майз сказал Рэю, при нём было более 70 000 000 лир. Разумеется, там также имелось множество редких драгоценных камней, предметов снаряжения и материалов.

С таким богатством они легко могли осуществить все свои мечты. После следующего шага их будущее стало бы ещё надёжнее. В этот момент каждый мужчина думал об одном и том же. Каждый хотел убить остальных и сделать всё богатство своей исключительной собственностью.

Однако… это было совершенно невозможно.

— А? — в замешательстве произнёс один. — Что это?

Он поднял предмет, лежавший на земле. По одним очертаниям тот напоминал куриное яйцо. Однако он был тёмно-красным и имел единственное место, похожее на веко.

На первый взгляд предмет не слишком отличался от материалов, принадлежавших личу Майзу, но мужчина, державший его, так бы не сказал.

У него был навык «Определение» высокого уровня, позволявший распознавать почти любые встреченные предметы, но яйцеподобный объект не дал никаких результатов. Это озадачило мужчину: раньше у него не возникало проблем с определением материалов или яиц монстров. Однако было очевидно, что он не мог понять, что держал в руке. В конце концов, это не было ни предметом, ни монстром, ни вообще каким-либо живым существом.

Это было всего лишь проклятие.

— Пробуждение.

Со всех участков скорлупы раздался голос, пока яйцо раскрывало своё «веко».

— И-и-и!

Внезапность заставила мужчину попытаться отбросить яйцо, но оно словно приклеилось к его пальцам мощным вакуумом.

— Что?

— Что случилось?

Остальные мужчины окликнули кричавшего, всё ещё ухмыляясь из-за огромного количества монет в руках.

Если бы они поняли, что происходит что-то неладное, и убежали, погиб бы лишь мужчина с яйцом в руке.

Однако это было невозможно. Человек с такой чувствительностью к опасности никогда не прикоснулся бы к вещам Майза.

Майз был одним из величайших пользователей «Некромантии» в Королевстве Алтар. Он не только чрезвычайно тщательно шёл к становлению Королём трупов — он также использовал людей так, как большинству и представить было невозможно.

Это был человек, способный отбросить свой драгоценнейший Кристалл обиды — необходимый для становления Королём трупов, — лишь бы выжить. Он также не колебался, пытаясь продлить жизнь и подкупить Рэя всем накопленным богатством.

Если человека с такой жаждой жизни убить и забрать его сокровища…

Что он станет делать?

Как далеко зайдёт?

Мужчины проиграли в тот миг, когда не задали себе эти вопросы.

— Разрушение инвентаря: подтверждено, — сказало яйцо. — Поиск: магическая длина волны лича Майза… ответа нет. Устранение лича Майза: подтверждено. Предположение: разграбление враждебными силами. Активация финального заклинания — «Создание нежити из обиды».

После того как голос замолчал, пальцы мужчины, касавшиеся яйца, втянулись внутрь. Словно сточные воды, уходящие в слив, его тело начало падать в яйцо: плоть трескалась, из неё хлестала кровь, а тело сжималось.

— АААА! У-у-угх! Э-э-э!

Вскоре от человека остались лишь совершенно нечеловеческие крики, а затем он исчез внутри объекта.

Яйцо увеличилось в размерах и стало примерно таким же большим, как страусиное.

— И-и-и-и-и!

— Ч-что за чёрт?!

Зрелище заставило остальных мужчин запаниковать, развернуться и попытаться убежать.

Мгновение спустя яйцо выпустило трубы, похожие на кровеносные сосуды, и вонзило их в спины троих из четверых пытавшихся сбежать мужчин. Словно высасывая сок через соломинку, яйцо начало втягивать мужчин в себя.

— ГХХХ! ЯАУГХ! ЭЙХ!

— ЭГГХ… УГХА-А-А!

— АШШДИЕЕЕАААГАУГХ!!!

Переживая невообразимую боль, мужчины исчезали, издавая звуки, которым не место в мире здравомыслящих людей.

— ААААААААА!

Единственный выживший — тот, кто первым предложил забрать богатства, — от страха рухнул на землю и попятился, обмочившись. Он ожидал, что яйцо тоже выпустит в него трубу, но по какой-то причине этого не произошло. Вместо этого яйцо начало протягивать трубы к окружавшим его трупам.

Останков было множество. Все они принадлежали членам Банды Гуз-Майз, погибшим в битве с «Маршаллом II». Трубы проникали в куски мяса, разбросанные пушечными выстрелами, в половины тел, рассечённые ножами, в трупы, раздавленные каркасом робота, и в голову Гуза, висевшую на воротах.

Но это было ещё не всё: на поверхности яйца также вырос воронкообразный орган, начавший поглощать нечто невидимое — обиду — из воздуха и земли под ним. А поскольку сюда входили сожаление, ненависть и скорбь лича Майза, пусть даже его тело уже превратилось в прах, яйцо продолжало поглощать и их. Собранные плоть и обида снова заставили яйцо увеличиться.

Теперь это была сфера, сочетавшая размер газового баллона с хрупкостью воздушного шара. Последний выживший из Банды Гуз-Майз, глядя на происходящее, впал в полный ступор.

Вскоре сфера треснула.

Мгновение спустя она раскололась и породила чудовище — мерзкое, отвратительное чудовище.

Это был окончательный результат существования Банды Гуз-Майз и всего, что она совершила.

Не было бы преувеличением сказать, что это существо — скопление злодейской плоти и эмоций — словно вышло прямиком из ада. Трупы сотен людей соединились подобно кусочкам головоломки, образовав фигуру конелюдя с бычьей головой.

По его венам текла не кровь, а одна лишь злоба, злобная обида.

Скопление мёртвых не испытывало ничего, кроме презрения ко всем живым существам, и двигалось лишь с тёмным намерением сделать весь мир таким же мёртвым, как оно само.

И, конечно, первой целью его обиды стал…

— А… Э?.. А-а-а?.. — последний выживший из Банды Гуз-Майз.

Трупные руки чудовища схватили мужчину. Затем оно перехватило его за руки, удерживая лишь большими и указательными пальцами, и начало тянуть. Движение было настолько медленным, что почти казалось нежным.

— АГХ! АААААААА!

Медленно, неумолимо… словно ребёнок, играющий с насекомым… оно тянуло, пока одна рука мужчины не оторвалась от тела. Затем сделало то же самое с ногами. Когда у мужчины осталась всего одна конечность, конелюдь с бычьей головой раскрыл свою огромную пасть.

Боль довела мужчину до грани безумия, но разума ему хватило, чтобы понять, зачем существо это делало. В конце концов, за время пребывания в Банде Гуз-Майз он много раз видел подобное.

— Ха-ха… я что, десерт…?

Разорванный, словно насекомое, мужчина наконец оказался втянут в пасть быка и раздавлен бесчисленными смертоносными клыками.

Так Банда Гуз-Майз стала единым целым. В буквальном смысле: все они составили одно существо, исполненное ненависти.

В метафорическом смысле это могло бы звучать благородно и величественно, но происходившее на деле вызывало лишь желание блевать.

Так родилась самая отвратительная нежить.

«Объявление для неигровых персонажей»

[Обнаружено чудовище, соответствующее условиям признания уникальным босс-монстром]

[Подтверждено отсутствие аналогичных особей в прошлом]

[Управляющий ИИ, контролирующий УБМ, проинформирован]

[Получено одобрение управляющего ИИ, контролирующего УБМ]

[Цель признана УБМ]

[Способность цели усилена, ей предоставлена функция особой награды после смерти]

[Цели присвоен статус Эпического существа. Цели присвоено имя «Восставший бык-конь, Гуз-Майз»]

Паладин Рэй Старлинг

К тому времени, как мы добрались до подземелья, дети уже проснулись — скорее всего, потому, что лич был повержен.

Сначала они решили, что мы заодно с бандитами. Дети испуганно заплакали, но благодаря Кюко и Немезиде, которые их успокаивали, вскоре поверили, что мы не собираемся причинять им вред.

Как выяснилось, Родди — тот самый ребёнок, которого требовалось спасти по заданию, — был тем же мальчиком, что перерезал мне горло в лаборатории. Он ничего не помнил о том, как им управляли, поэтому я не видел смысла поднимать эту тему.

Когда мы уже собирались отвести детей обратно на поверхность, я заметил, что Хьюго, осматривавший лабораторию, с любопытством изучает найденные на столе документы.

— Исследование обиды, Кристалле обиды… и это ещё не всё, — сказал он. — Похоже, лич изучал способы создания плотяного голема, использующего обиду как источник энергии. Хех, напоминает один из наших прототипов. Видимо, люди, которым приходит в голову одна и та же идея, существуют повсюду. Хотя я и представить не мог, что кто-то станет самостоятельно создавать нечто подобное… Впечатляет и одновременно ужасает.

Он убрал изученные документы в инвентарь.

— А это что, Хьюго? — спросил я.

— А, просто исследовательские записи, оставленные личем, устроившим в этой крепости своё убежище, — Майза его там звали или вроде того. Концепция похожа на ту, что лежала в основе робота, которого некоторое время назад исследовал наш клан, поэтому я решил отнести им эти бумаги. Знаешь, на память.

— Робота? — переспросил я. — А при чём тут обида?

— Пойдём. По дороге объясню.

Мы начали выходить из подземелья, и тут я столкнулся с одной проблемой. Дети слишком долго проспали и некоторые ослабли настолько, что едва могли нормально ходить. Поэтому часть из них мы посадили на Сильвера, а остальных несли на спинах, но…

— Гав-гав! Гав-гав! — закричал один из детей.

Ага, собачьи уши всё ещё при мне, — подумал я. И дети никак не перестанут с ними играть.

— Теперь я! Теперь я!

— Нет, я!

Не знаю, как относиться к такой популярности.

Полные сил дети наперебой просили покатать их на спине, чтобы они могли дотянуться до собачьих ушей.

— Похоже, они пользуются большим успехом, — улыбнулся Хьюго.

— …Хорошо, что хоть для чего-то они пригодились, — ответил я.

Но всё-таки они держатся подозрительно долго, — подумал я. Фламинго сказала, что к закату они исчезнут, но уже наступил вечер, а они даже не думали пропадать.

— Как любопытно, — сказала Немезида. — Из-за отсутствия навыка «Верховая езда» ты в первый раз свалился, едва сев на лошадь, а эти малыши прекрасно ездят без каких-либо проблем.

Чтобы вывести детей из подземелья, требовалось больше людей, поэтому Немезида находилась в человеческой форме. Она держала поводья Сильвера, который вышагивал вперёд, словно пони.

Поскольку вряд ли у них был навык «Верховая езда», я тоже недоумевал. Оставалось предположить, что ехать верхом на Сильвере и просто вести его за поводья — совсем разные вещи.

— Ладно, — заговорил я. — Расскажи тогда про эту связь обиды и роботов.

— Хорошо, — кивнул Хьюго. — Мой клан в основном занимается созданием предметов, а сейчас наша главная продукция — мейджингиры. Более того, Маршалл II — официальная серийная машина Империи Драйф — когда-то был разработан нами как оригинальный предмет.

Так этого робота действительно создали с нуля? — подумал я.

— После завершения Маршалла II мы разрабатывали новые модели, варианты и машины с улучшенным вооружением, но недавно начали планировать объединение с другими направлениями ремесла, — продолжил он. — Один из таких проектов посвящён созданию машины, использующей обиду умерших как источник энергии.

— Звучит не слишком приятно, — заметил я. — И зачем вообще понадобился такой проект?

— Потому что все машины Драйфа — не только мейджингиры — поглощают огромное количество MP, — ответил он. — Если заменить MP обидой, они смогут дольше работать, а использование более мощного оружия упростится. Таков план получения энергии из обиды.

— Но как обида вообще может стать энергией? — спросил я.

— Хех, — ухмыльнулся Хьюго. — Ты ведь видел ответ всего несколько минут назад, разве нет?

Видел? О чём он? — подумал я.

— Последний магический навык, который использовал лич, — «Смертоносный миксер».

— А, это, — сказал я.

Та атака была невероятно мощной. Если бы я не заблокировал её «Контрпоглощением», то исчез бы вместе с крепостью. Более того, этот навык оказался даже сильнее цепей Фигаро. Просто теперь «Контрпоглощение» стало крепче из-за перехода Немезиды во вторую форму, поэтому на этот раз атака лишь чудом не пробила его.

— Это был мерзкий навык: он превращает обиду в разрушительную физическую силу и выпускает её в цель, — продолжил Хьюго. — Наши мастера подумали, что, если высвобождать эту силу в меньших масштабах и обращаться с ней осторожнее, ею можно питать двигатели. В конце концов, в этом мире уже существуют живые доспехи, движимые душами умерших, которые в них обитают.

Живые доспехи, значит? — подумал я. Довольно распространённый тип монстров в фэнтезийных RPG.

— Один из наших участников сказал: «Если всё пойдёт хорошо, мы, возможно, создадим оружие, которое будет поглощать обиду, пропитывающую поля сражений, и сможет работать почти вечно», — процитировал Хьюго. — Наш клан заинтересовался этой идеей, поэтому мы заручились помощью известного Мастера из ветви Некромантов и начали исследовать применение энергии обиды, но…

Хьюго внезапно замолчал, и я сразу понял, чем всё закончилось.

— Провалились? — сказал я.

— Ещё как, — кивнул он. — Прототип оказался неуправляемым и имел неприятную склонность выходить из-под контроля. Я помогал разбирать его и избавляться от деталей. Это было ещё тогда, когда я прокачивал профессию Механика.

— То есть ты хочешь сказать, что в исследовательских записях лича… у Майза было то же самое? — спросил я.

— Вовсе нет, — ответил он. — Хотя наша разработка в «Треугольнике мудрости» и была изменённой версией той же идеи, мы пытались создать всего лишь оружейную машину, а здесь речь скорее идёт о плотяном големе.

Плотяные големы были именно тем, чем их называло имя: големами, собранными из человеческой или животной плоти. В более жутких RPG они встречались довольно часто.

Если подумать, здесь мне встречалось немало зомби и скелетов, но ни одного плотяного голема я не видел… — подумал я.

— Но если лич проводил такие исследования, почему он не воспользовался результатами? — спросил я. — Звучит довольно мощно.

— Очевидно, потому, что не мог этим управлять, — сказал Хьюго. — Проблема плана получения энергии из обиды заключалась в необходимости поглощать обиду из окружающей среды. Именно это и не давало проекту добиться успеха.

Хьюго на мгновение замолчал, затем пересадил ребёнка со своей спины на плечи. Освободив руки, он поднял оба указательных пальца.

— Когда Некромант использует обиду для питания живых доспехов или плотяного голема, обычно он берёт обиду или душу одного человека на одну единицу.

Затем он поднял все пальцы только на правой руке, показывая то ли «пять», то ли просто «много».

— Однако энергия обиды поглощает всю обиду вокруг, — сказал он. — И ей не важно, сколько существует источников и насколько они различаются.

Этого было достаточно, чтобы я понял проблему.

— Значит, отдельные обиды начинают бороться за главенство, и из-за этого существом становится невозможно управлять? — спросил я.

— Именно, — кивнул он. — По крайней мере, так вышло с экспериментальными машинами, созданными нашим кланом. Наши люди пытались обеспечить контроль с помощью и магических техник, и программирования, но, похоже, все их усилия оказались напрасны.

Существа, работавшие на энергии обиды, напоминали персонажей экшен-игры, которыми одновременно пытались управлять десятки людей, споривших за контроллер. Ни о каком нормальном поведении не могло быть и речи.

— В конце концов они начинали буйствовать и действовали на основании общего мнения всех обид, — продолжил он.

— Общего мнения? — Я приподнял бровь.

— Всё неизменно сводилось к распространению обиды. Они начинали атаковать нежить или другие машины на энергии обиды и пытались слиться с ними. Затем реагировали на обиду — да и вообще на отрицательные эмоции — живых и нападали уже на них. Так они продолжали буйствовать, пока не ломались.

…Да уж, ничего хорошего, — подумал я.

— В итоге проект провалился, — продолжил Хьюго. — Стало ясно, что обиду множества людей можно собрать и использовать в атаке с помощью навыков вроде «Смертоносного миксера», но объединить и контролировать её — задача безнадёжная.

— Понятно, — кивнул я.

Пока мы разговаривали, закончили подниматься по лестнице и наконец вернулись на поверхность.

— …Что? — произнёс я.

Мгновение спустя Немезида, я, Кюко, Хьюго и даже дети… все содрогнулись от ужаса.

Я почувствовал под ногами слабую дрожь и услышал снаружи голоса — хотя ещё вопрос, можно ли было назвать это «голосами». Скорее это напоминало хор из кошмаров. Плач, рыдания, всхлипы, рёв и почти любые другие звуки, способные выражать отрицательные эмоции. Этого было более чем достаточно, чтобы понять: снаружи происходит нечто пугающе ненормальное.

— …Эй, Хьюго, — заговорил я, охваченный дурным предчувствием — точнее, ледяными мурашками, которые совершенно точно пробежали у меня по спине.

— Да? — отозвался он.

— Если энергией обиды нельзя управлять… что произойдёт, если всё равно ею воспользоваться?

— Хех, это очевидно, — сказал он.

За воротами, ведущими наружу, в свете солнца, уже склонявшегося к горизонту, я увидел тень чего-то огромного.

— Неконтролируемое создание на энергии обиды начнёт поглощать окружающую обиду, превращать её в энергию, реагировать на отрицательные эмоции, убивать источник, если тот жив, а затем снова поглощать остаточную обиду, — сказал Хьюго.

Раздался громкий рёв, а земля под ногами задрожала: массивная тварь содрогнулась и зашевелилась.

— Это будет повторяться бесконечно… и в итоге получится буйствующий монстр с почти вечным двигателем.

Зверь за пределами крепости показался в поле зрения. Он выглядел так, словно явился прямиком из ада.

Первым делом я увидел его отвратительные ноги, явно сделанные из человеческих трупов. Когда он приблизился, я окончательно понял, что это такое.

Существо, над головой которого светились слова «Восставший бык-конь, Гуз-Майз», было гигантской нежитью, становившейся всё более ненормальной, чем дольше я на неё смотрел. У него была бычья голова, силуэт конелюди и знакомые мёртвые лица, перемешанные с частями тела, из которых оно состояло. Кроме того, его имя соответствовало шаблону, использовавшемуся только для уникальных боссов-монстров.

Мёртвые лица издавали слова или просто звуки, густо пропитанные отрицательными эмоциями.

Это были члены банды Гуз-Майз, убитые Хьюго. Я даже различал лица тех, с кем мы встречались в Гидеоне.

…Этого было достаточно, чтобы я понял: оно создано из трупов членов банды.

— Понятно, — медленно произнёс Хьюго. — Выглядит почти так, как предсказывали.

Хьюго достал документы из инвентаря и принялся их просматривать. И действительно, там была картинка с изображением конелюди с бычьей головой и бесчисленными мёртвыми лицами.

— Значит, он подготовился к собственной смерти и задумал создать эту тварь, принеся в жертву всех членов банды Гуз-Майз, — сказал я.

— Или просто планировал использовать окружающие трупы, а вышло так, что вокруг него оказались тела именно этих бандитов, — добавил Хьюго. — Но бычья голова была обязательным ингредиентом.

Что ж, план он определённо выполняет, — подумал я.

“ＦｆＧｇＳｓｓＦｆｆＳｓＤｄｄＷｗＳｓＳＤｄｓＳＤｄｅＥＷｗＤＡｓｓＳａＡＡａａＡａＡ———！！”

Гуз-Майз яростно крушил что-то, издавая рёв, который не смог бы издать ни один разумный человек.

От этих звуков и развернувшегося насилия дети испуганно закричали. Кюко обняла их, чтобы они чувствовали себя в безопасности, и мягко попыталась успокоить.

— Это твоё…? — начал я.

Я заметил, что Гуз-Майз крушил мейджингир Хьюго. Хотя от его первоначальной формы уже не осталось и следа, монстр не прекращал атаковать машину. Сейчас он, движимый одной лишь силой бесчисленных обид, шёл по пути разрушения. Поэтому я ожидал, что он будет без разбора сеять насилие, но, похоже, тварь сосредоточилась исключительно на мейджингире.

Неужели большинство тех, кто стал «ингредиентами» этой твари, действительно объединились из-за общей обиды на Хьюго и робота? — подумал я.

— В конце концов, большинство из них убил я, — сказал он. — Естественно, что целью стал мой Маршалл II.

Значит, даже в таком состоянии они не забыли обиды, накопленные при жизни… Нет. Скорее, эта обида и есть всё, что от них осталось.

— Хех, — Хьюго ухмыльнулся. — Такое чувство, будто я смотрю на «Врата ада» Родена.

— Иронично слышать это от тебя, Хьюго, — сказала Кюко.

«Врата ада», значит? — подумал я. Да, это сборище мёртвых грешников действительно напоминает скульптуру. А раз уж речь зашла о скульптурах Родена, пора перестать изображать «Мыслителя» и наконец что-нибудь сделать с этой мерзостью.

— Ну что, Мастер? — спросила Немезида. — Победим её?

— Если смогу, с удовольствием, но… — Я чувствовал это каждой клеткой. — Эта тварь даже сильнее Гардранды. Чёрт, я уверен, что в десяти из десяти боёв Гуз-Майз одержал бы верх над Гардрандой.

— Создавать УБМ — это просто нечестно, — пробормотал я.

— Обычно это совершенно невозможно, — сказал Хьюго. — Я знаю человека, способного сделать нечто подобное, причём на более высоком уровне, и даже он пока не создал ни одного УБМ. Если бы УБМ можно было производить массово, кто-нибудь непрерывно этим занимался бы. В конце концов, за победу над ними полагаются особые награды.

Значит, такие предметы, как мои миазмопламенные наручи, можно было бы создавать постоянно? — подумал я.

— Этот «Восставший бык-конь, Гуз-Майз», — продолжил он, — результат наложения нескольких крайне неудачных совпадений.

— Несчастных случаев? — Я приподнял бровь.

— Во-первых, само это место крайне неблагоприятно, — сказал он. — Заброшенная крепость на древнем поле битвы. Прямо под ногами лежит множество трупов, наполненных обидой.

Он указал на землю, а затем на себя.

— Во-вторых, я убил большую часть банды. Поэтому окрестности пропитались обидой мерзких негодяев и покрылись свежими трупами. Причём телами людей из одной группы. Среди них оказался даже Сильный гладиатор Гуз — настоящий крепыш.

Затем он указал на меня.

— В-третьих, ты загнал Майза в угол и вынудил его использовать Кристалл обиды — сгусток сконцентрированной обиды — как среду для высвобождения «Смертоносного миксера». Ты пережил атаку, но плотная обида, не использованная навыком, высвободилась в воздух. И не будем забывать об обиде самого лича, появившейся после твоего убийства.

Наконец он указал на Гуз-Майза.

— В-четвёртых, кто-то активировал упомянутый в записях навык создания нежити на энергии обиды — «Создание нежити из обиды». Он использовал окружающую обиду и трупы, чтобы сформировать плотяного голема, работающего на обиде. Однако условия оказались настолько благоприятными, что созданная нежить во много раз превзошла исходные характеристики и — из-за своей ненормальности и чужеродности — достигла уровня УБМ. Если посмотреть на это под другим углом, можно сказать, что это существо — ребёнок, рождённый от тебя, меня и лича.

— Ну и дрянь, — сказал я. — Что же теперь делать?

— Нам просто не хватает сил, чтобы сразиться с ним, — ответил Хьюго. — Для двух Мастеров высокого ранга и их Эмбрио низкого ранга это слишком сильный враг. К тому же в нынешнем состоянии он крайне несовместим с силой Кюко… Да и сам посмотри на моё оружие.

Хьюго перевёл взгляд на мейджингир, превратившийся в груду обломков, настолько мелких, что каждый можно было удержать в руке, и тяжело вздохнул.

Я всё ещё мог использовать «Мне отмщение» так же, как против Гардранды, но в этот раз всё было гораздо сложнее. После битвы с демоном я получил несколько уровней, экипировал Миазмопламенные наручи, освоил «Очищающий серебряный свет» и в целом стал сильнее.

Однако разница между Гардрандой и этой тварью была слишком велика. Одни только размеры превосходили её как минимум в четыре раза. Рост составлял примерно высоту восьмиэтажного здания. Естественно, характеристики тоже были намного выше. Я не был уверен, что переживу время, необходимое для накопления урона, достаточного для её убийства. К тому же у меня оставалось всего одно использование «Контрпоглощения».

Если я с ней сражусь, то почти наверняка умру, — подумал я.

— Верно, — согласилась Немезида. — …Хм?

Что такое? — спросил я.

— Я почувствовала что-то странное… но оно сразу исчезло. Неужели мне показалось?

— Рэй, — обратился ко мне Хьюго. — Сейчас наша главная задача — забрать детей, включая тех, кто находится в каретах, и как можно скорее уйти отсюда.

Он указал на две кареты с недавно похищенными детьми. В отличие от первой, которую Хьюго уничтожил упреждающей атакой, эти две были в полном порядке.

К счастью, Гуз-Майз был слишком занят разрушением мейджингира и не причинял детям вреда. Я мог лишь предположить, что дело в их сне: они не испускали отрицательных эмоций, способных его привлечь. Как бы то ни было, хорошо, что с ними всё в порядке.

— Да, кареты выглядят готовыми к отправлению, — сказал я. Обе уже были запряжены лошадьми.

Но почему оно не напало на лошадей? — подумал я. Оно реагирует только на людей?

— К счастью, у нас с Кюко есть навык «Пилотирование», — сказал Хьюго. — Он в некоторой степени работает и с каретами, поэтому каждый сможет управлять своей каретой.

— А что будет после нашего побега? — спросил я. — Оставить его здесь делать что вздумается — не лучшая идея.

— Мы отправимся в гильдию авантюристов и всё им расскажем, — ответил Хьюго. — В конце концов, это УБМ. Найдётся множество Мастеров, которые бросятся за ним ради особой награды. Но поскольку я из Империи Драйф, сообщить им об этом придётся тебе.

— Ладно, — кивнул я. — Теперь дождёмся подходящего момента, доберёмся до карет и… А!

Когда мы уже собирались выполнить намеченный план, ситуация внезапно изменилась.

Мы проявили недостаточную бдительность…

…и не учли один возможный сценарий.

— Ма-мо-о-о-чка! Па-па-а-а!

Сценарий, при котором дети в каретах просыпаются и выходят наружу.

“ＧｇＨｈｕＵｓＳｓＤｄＳｓｓＤｃＣａＡａａＳｓｓＷｗｇＧｂｂＢａＡＳＡａＡＡ！！”

Издав вопль, который сама природа наверняка не предусматривала, Гуз-Майз развернулся. Его взгляд остановился на плачущих детях, от которых исходила знакомая нам отрицательная эмоция — «страх».

“ｇＧｏＯｌｌＬｆｆＦｆＡａＳｓｓＡａａＡａＡａａＡ！！”

Трудно было понять, вызвано ли это поведение общим мнением всех обид или пищевыми привычками одной из них при жизни. Однако намерения Гуз-Майза стали очевидны, едва он побежал к детям. Его правая рука потянулась к ним, изо рта потекла слюна.

— Чёрт! — Не успев толком подумать, я выпрыгнул за ворота и направил левый наруч на мерзость. — «Пламя чистилища» — на полную мощность!

Миазмопламенный наруч яростно высасывал из меня MP, превращая его в огонь. Хотя пламя было слабее смертоносного огня, которым когда-то пользовалась Великая миазменная демоница Гардранда, выпущенный мною жар легко мог обратить в пепел сотню обычных мертвецов. Теперь он устремился к руке Гуз-Майза, протянутой к детям.

“ＹｅＥｇａａＡａｘＸＡｘＳｓＡａａＡｆＦｆａａＡａａＡａ？！”

Его крик и то, как он замахал рукой, вполне позволяли предположить, что Гуз-Майз, несмотря на превращение в скопление трупов, всё ещё чувствовал боль.

— Получай! Кха-а-а!! — Воспользовавшись моментом, я приблизился и ударил Немезидой, усиленной «Очищающим серебряным светом», по передней левой ноге.

Сияние, убивающее нежить, разорвало мёртвые лица членов банды и серьёзно повредило плоть и кости.

Нога была слишком толстой, чтобы мой удар смог её отсечь, но этого хватило, чтобы мерзость потеряла равновесие.

— Как же противно резать такую штуку! — с отвращением взвизгнула Немезида.

Гуз-Майз рухнул на землю, заставив её содрогнуться, словно при обрушении здания. Как я и рассчитывал, тело монстра упало в стороне, противоположной каретам.

— Хьюго! — крикнул я. — Я отвлеку его внимание! Уходите отсюда и оставьте это нам!

— Рэй, но ты…!

Я знал, что он хотел сказать. Если кареты уедут, мне не скрыться от Гуз-Майза. Сильвер у меня был, но ездить на нём я не умел, а мои ноги не позволили бы обогнать эту мерзость. Смертный штраф был гарантирован, и я опоздал бы к назначенному времени встречи с Мари.

Однако…

— Другого выхода нет! — снова крикнул я. — Скорее вывозите детей отсюда!

Я взмахнул Немезидой, продолжая поддерживать на ней благословение «Очищающего серебряного света», приблизился к голове Гуз-Майза, лежавшей у земли после падения, и ударил по его глазам. Моей главной целью было выиграть время для Хьюго и детей, но я всё же хотел постараться выжить… а может, даже победить.

“ＧＥｅｅＨＡａａＡｕＡａｓｓＳａＡｇＧＡａ！！”

Из глазниц потекла жидкая гниль, а Гуз-Майз забился в конвульсиях. Из-за огромных размеров монстра вызванные этим движением колебания напоминали небольшое стихийное бедствие.

— Тело этой твари неожиданно хрупкое, — заметил я.

— В конце концов, это скопление трупов. Вполне естественно, что оно не отличается особой прочностью, — сказала Немезида. — Однако…

— …Да, я ожидал, что у него припрятаны такие трюки.

Когда огонь на его руке погас, из-под обугленной кожи выступила новая гнилая плоть. Нога тоже восстановилась, источая грязную жидкость. Рассечённые мною глаза выпали из глазниц, и на их месте появились новые.

— У него есть «Автоматическое восстановление», — сказала Немезида.

Но раны, нанесённые нежити «Очищающим серебряным светом», не должны заживать, — подумал я. Как же она восстановилась?

— Полагаю, для поддержания и восстановления огромного тела используется энергия обиды, — сказала Немезида.

И благодаря этому он способен за считаные секунды оправиться от такого урона? Неужели его вообще нельзя убить?

— Ну, он уже мёртв, — сказала Немезида.

— Не время для таких шуток!

Оставшись лежать на земле, УБМ взмахнул левой рукой. Я уклонился, отпрыгнув назад.

Замах выглядел довольно неуклюжим — вероятно, потому, что зрение ещё не восстановилось, — но рука всё равно была направлена в мою сторону.

[[image:/storage/reader-images/fb13247e37f2f8a752dca345ed65e9131fd3d5ce.jpg]]

Отступая от карет, я сосредоточился на уклонении от его атак.

— Что теперь? — спросила Немезида. — Мы начали враждебные действия против этой твари, но у нас почти нет средств, способных ей навредить.

— Регенерация слишком быстрая, поэтому большинство наших атак бессмысленны, — сказал я. — Если мы и можем что-то сделать, то…

…повторить то, что сделали против Гардранды: нанести хорошо заряженное «Мне отмщение» в уязвимое место.

— Но здесь процесс зарядки будет чрезвычайно сложным, — пробормотал я. Защита твари оказалась намного ниже ожидаемого, но её буйство более чем наглядно показывало, насколько она сильна. Достаточно одного-двух хороших ударов, чтобы меня убить.

— Было бы замечательно иметь полный запас «Контрпоглощений», но… о, это странное ощущение снова появилось, — сказала Немезида.

— Что? — спросил я.

— То же ощущение, что и раньше, — сказала она. — Оно как-то связано с моим накопленным счётчиком урона и… О, снова исчезло. И что мне теперь об этом думать?

— Гуз-Майз что-то замышляет, — сказал я. — Будь начеку.

— Не нужно мне это повторять.

Пока я разговаривал с Немезидой, краем глаза смотрел на кареты. Хьюго и Кюко сидели в разных каретах и уже собирались тронуться.

Я уже собирался снова перерезать ему ногу, чтобы Гуз-Майз не напал на них, но… мерзость вовсе не двигалась. Вместо этого она просто смотрела на меня недавно восстановившимися глазами.

“ＧｇｉｉＩＮｎｎＮＮｎＡｓＳａａＡｓＳｓｓａａＳａＡａＡａＳＡｄＤＷｗＤｗＷｄＤａＡＱｑＡｑ！！”

Узнав мою форму, оно почувствовало или вспомнило что-то, из-за чего издало яростный рёв.

— …А, понятно, — сказал я. — Несколько минут назад обида тех, кто стал материалом для Гуз-Майза, привела его в ярость, и он принялся остервенело атаковать мейджингир Хьюго. Однако этого монстра создал сам лич, и его обида тоже заключена внутри. Значит, его главная цель…

— …конечно же, я! — крикнул я.

Гуз-Майз поднял передние ноги и встал на дыбы, словно лошадь. Затем с огромной скоростью обрушил похожие на колонны ноги на меня и землю подо мной.

Я быстро уклонился, но удар оказался настолько мощным, что раздробил землю и слегка погрузился в неё. Не упуская возможности, я снова приблизился, чтобы атаковать ногу, но на этот раз мерзость ловко отбросила меня ударом копыта.

— Гух! — Я заблокировал удар широкой стороной двуручного меча, но меня всё равно отбросило примерно на шесть метров.

— …Похоже, кто-то вошёл во вкус, — сказал я.

В отличие от прежнего буйства, теперь Гуз-Майз двигался с намерением убить меня. Похоже, одного моего появления хватило, чтобы он всерьёз взялся за дело.

— Как же хлопотно, — пробормотал я.

— Однако теперь я вижу проблеск надежды, — сказала Немезида.

— Что? Какой?

Краем глаза я проверил кареты. Они удалялись отсюда.

Что ж, одна задача решена, — подумал я.

— Помнишь, я рассказывала о своём накопленном счётчике урона? — спросила Немезида.

— Да, — кивнул я.

— Урон, который мы только что получили, помог мне понять, что его вызывает. Это происходит потому, что он уже нанёс нам огромное… нет, величайшее количество урона, когда-либо накопленного нами против одного существа.

— Что? — спросил я.

Величайшее количество? Но мы только начали с ним сражаться.

— Помнишь «Смертоносный миксер»? — сказала она. — Навык, который лич использовал перед тем, как ты его убил? Мы поглотили его урон «Контрпоглощением», но в итоге нам не пришлось использовать «Мне отмщение». Этот урон всё ещё здесь.

— Подожди, это не имеет смысла, — сказал я. — Лич и Гуз-Майз — разные существа… А.

Я внезапно всё понял. Лич Майз и «Восставший бык-конь, Гуз-Майз» были разными существами… но не полностью независимыми.

— В конце концов, внутри него есть обида лича, — продолжила Немезида. — Поэтому накопленный урон всё ещё действителен. Однако, похоже, он появляется и исчезает случайным образом. «Мне отмщение» сработает, вероятно, только тогда, когда доминирует его обида.

Одно тело Гуз-Майза. Десятки обид, управляющих им. Победить его я мог только в тот момент, когда телом овладевала обида лича.

— Теперь я понимаю, — кивнул я. — Мне нужно лишь найти ядро и ударить по нему «Мне отмщением», пока Майз остаётся главным. Это всё ещё сложно, но победа над мерзостью уже не кажется безнадёжной затеей.

Итак…

— Мы можем победить эту нежить, — сказала Немезида.

— Мне достаточно, — сказал я и приготовился.

…Оставалось сделать лишь одно.

Ровно то же, что я делал во время сражения с демидраконьим червём и Великой миазменной демоницей Гардрандой. Мне оставалось лишь вложить все силы в эту возможность.

“ＧＥｅｒＲｒｒＲｕｕＵＵＡａＡＳｚＤｄＳｓＡａａＡＡａ！！”

Пока мерзость ревела, изливая свою обиду, лица и рты, покрывавшие её тело, начали шептать, источая гной и кровь.

— Тебе не сбежать!

— Ты мёртв!

— Присоединяйся к нам!

— Убей их всех!

— Разрушай!

— Ешь!

— Крушить!

Именно такие слова они произносили.

Даже превратившись в гигантскую мерзость, эти люди думали о том же, о чём думали при жизни. И потому…

— «Восставший бык-конь, Гуз-Майз»! — закричала Немезида. — Вы, твари, причинившие неисчислимым детям ужасные страдания, погубившие множество жизней и продолжающие угрожать живым…

Я направил на него двуручный меч.

— Мы не позволим вам больше никого убивать!

Я посмотрел прямо ему в глаза, и мы с Немезидой слились воедино, вместе провозгласив:

— Вы падёте от нашей руки!

Примерно через десять минут после начала битва с «Восставшим быком-конём, Гуз-Майзом» достигла пика. Я искал его ядро, а мерзость пыталась раздавить меня под копытами. Сражение закончится в тот миг, когда успеха добьётся кто-то один из нас.

Потенциал атак у нас обоих превышал запас HP противника. Наступательная мощь Гуз-Майза была поистине подавляющей. В отличие от Майза, он не использовал нежить и не применял магические навыки-дебаффы, но его физические возможности были несравнимы с возможностями лича.

Одного удара кулаком или копытом хватило бы, чтобы я оказался на грани смерти. У меня оставалось лишь одно использование смертельной атаки. Условия складывались не в мою пользу.

— Ха-а-а!

Чтобы отвлечь мерзость и заставить её потерять равновесие, я взмахнул Немезидой, усиленной «Очищающим серебряным светом», по её ноге.

“ＧＤｄＥＳｓａａＡａＡＡＳｓＡａＡａ！！”

Когда тварь взвыла от боли, я отпрыгнул назад.

Едва я отдалился от неё, Гуз-Майз провёл ногой по тому месту, где я стоял. К тому времени рана уже успела зажить.

Я уже некоторое время повторял одну и ту же атаку. Наверное, со стороны выглядел глупо, но благодаря таким повторениям можно заметить то, чего не замечал раньше.

— Я всё думал, почему эта нежить способна исцеляться от ран, нанесённых «Очищающим серебряным светом»… И наконец понял, — объявил я.

Вокруг ран я видел маленькие кусочки плоти. На первый взгляд они выглядели как части, отсечённые моими атаками. Но на самом деле это была плоть, которую оно отрезало само.

— Оно удаляет плоть вокруг раны, а затем восстанавливается, размножая клетки.

Для такой нежити, как Гуз-Майз, раны от оружия, зачарованного «Очищающим серебряным светом», были неизлечимыми. Поэтому мерзость просто убивала клетки вокруг раны, отсоединяла повреждённый участок от остального тела и фактически превращала рану от серебряного света в обычный урон. Поскольку использованные при создании трупы были свежими, клетки всё ещё оставались живыми, и заставить их размножаться ради исцеления было несложно. Таков был принцип этого трюка.

Вероятно, восстановление происходило за счёт энергии той же обиды, что двигала им. Кроме того, Гуз-Майз не давал живым клеткам умереть. Со скелетами этот трюк был невозможен — они состояли из одних костей, — как и с зомби, у которых большая часть клеток уже была мёртвой.

Надо же, энергия обиды и правда универсальна, — подумал я. Теперь понятно, почему Империя хотела её использовать.

— Значит, клетки живые… — сказала Немезида. — Хотя из-за этого появляется один недостаток: чувствительность к боли, что для нежити необычно.

— Похоже на то, — кивнул я.

За ночь, проведённую в Лабиринте гробницы, я набрался опыта в сражениях с нежитью. Ни один встреченный там скелет или зомби не обращал внимания на полученный урон. Поэтому можно было предположить, что чувствительность к боли — особенность, уникальная для Гуз-Майза.

— Или лич намеренно сохранил чувствительность к боли, чтобы любой причинённый ему урон усиливал его обиду, — задумчиво сказала Немезида.

— Понятно, — сказал я. — Значит, это скорее не недостаток, а полноценная часть уравне—

Прежде чем я успел закончить фразу, мне пришлось отпрыгнуть в сторону. Мгновение спустя копыто мерзости опустилось прямо туда, где я стоял.

Уклоняясь, я взмахнул двуручным мечом и рассёк копыто. Рана оказалась слабее предыдущих, но если Гуз-Майз захочет отсоединить и восстановить эту часть, то наверняка потеряет равновесие.

— «Пламя чистилища»! — Я добавил к этой ране поток огня из левой Миазмопламенной перчатки.

“ＨｈｏｏＯＳｓＳＤｄＡＡＳｓａａＡＡａＡｈｈ！！”

Мерзость пошатнулась и рухнула, заставив землю содрогнуться.

— ГАХ!! — закричал я, воспользовавшись моментом и приблизившись к ней сбоку. Я превратил Немезиду во Флаговую алебарду и вонзил её туда, где должно было находиться сердце. «Очищающий серебряный свет» обжёг и расплавил лица на поверхности и гнилую плоть под ними, прежде чем добраться до сердца за рёбрами.

“ＧＥＥＥＥＡＡＡＡＡＡＥＥｅｅＥＥｅｅＡＡａａＡＡａａＥｅｅＥｅＡＡＡＡＡ！！”

Вопль, который монстр издал, яростно корчась, был выше предыдущих, но никаких признаков ослабления он не проявил.

Стоило мне вытащить Немезиду, как его плоть и кожа тут же восстановились. Сердце тоже.

— Похоже, ядро находится не в сердце! — крикнул я.

— Тогда оно должно быть в голове! — сказала Немезида.

Логика подсказывала, что ядро должно находиться либо в области сердца, либо в голове, либо в желудке — как это было с Гардрандой. Остальные части тела использовались в бою, поэтому никто в здравом уме не стал бы размещать такую уязвимость в конечностях.

Ведь это всё равно что бить людей собственными внутренностями, — подумал я.

— Или бить их собственными яйцами! — добавила Немезида.

Мне совершенно не нравится такой пример.

— Если ядро находится в голове, всё хорошо, — сказал я. — Но если в желудке, это создаст определённые проблемы.

Если учитывать и конскую часть, желудок монстра был чертовски большим. Если ядро находилось внутри, найти и уничтожить его было бы чрезвычайно сложно. Если это вообще возможно, я хотел применить «Мне отмщение», коснувшись ядра напрямую.

— Почему? — спросила Немезида. — При нынешнем количестве накопленного урона можно уничтожить довольно большую часть его тела.

Что ж, удар по голове Гардранды действительно уничтожил и её грудь, но…

— На этот раз всё иначе, — сказал я. — Из-за этой способности Гуз-Майза к самоампутации есть шанс, что она сведёт урон от «Мне отмщения» на нет.

Я не знал, что произойдёт, если применю «Мне отмщение» к области рядом с ядром, а Гуз-Майз внезапно отсоединит поражённую часть. Однако у меня было ощущение, что урон не распространится за пределы отсоединённого фрагмента.

Это предположение основывалось на моём опыте многократного применения «Мне отмщения». Как бы велик ни был урон, который я возвращал врагам, навык никогда не оказывал заметного воздействия на окружающее пространство. «Мне отмщение» лишь удваивало полученный от противников урон и возвращало его им — само по себе оно не наносило физического урона. Поэтому, если мерзость сможет отсоединить поражённую часть тела, есть шанс, что урон — каким бы великим он ни был — не достигнет ядра. Я не мог позволить единственной попытке пропасть впустую.

— Лучший ход сейчас — ударить по неотделимому ядру и только потом использовать навык, — сказал я. — А теперь попробуем проломить череп!

— Поняла! — сказала Немезида. — Сначала нужно снова заставить его упасть!

Гуз-Майз уже стоял во весь рост, и нанесённые нами раны бесследно исчезли.

Заставим его упасть, ударим по голове, посмотрим на реакцию и… А?

“Ｇｈｕｏｏｈ…”

По какой-то причине он полностью прекратил двигаться. Существо отвело взгляд от меня и уставилось куда-то вдаль.

— Мастер, — сказала Немезида.

— Что такое, Немезида? — спросил я.

— Накопленный счётчик урона исчез.

— Подожди, ты не хочешь сказать, что…

Едва я понял, что она имеет в виду, Гуз-Майз уже начал двигаться.

“ＧＩｉｉｏｏＵｕＪｊｊａａａＡａＡ！！”

В отличие от прежнего, теперь он полностью игнорировал меня и побежал туда, куда Хьюго и Кюко увезли кареты. Слова Немезиды и действия мерзости позволяли сделать лишь один разумный вывод.

— Проклятье!

Доминирующая обида сменилась! — подумал я, охваченный паникой. Я не знал, произошло ли это потому, что многократное восстановление снизило общий уровень обиды, или потому, что однажды я уничтожил сердце. Но было очевидно: теперь телом управляла обида, не принадлежавшая личу.

Раз оно направилось за Хьюго, можно было предположить, что это обида кого-то из убитых им людей. Или, возможно, оно преследовало детей, чтобы убить их и накопить ещё больше обиды.

— Что теперь?! — закричала Немезида.

— Сделаем то, что должны! — крикнул я в ответ.

Чтобы победить Гуз-Майза, мне нужно было снова сделать обиду лича доминирующей. И план у меня как раз имелся.

— Где же оно… — спросил я, глядя на землю. — Нашёл.

Я поднял какой-то предмет и положил его в карман, а не в инвентарь. Теперь я был готов. Оставалась лишь одна проблема: догнать монстра. Мне требовалось что-то, что позволило бы двигаться достаточно быстро, чтобы не отстать от этого существа — наполовину коня, наполовину человека.

Некогда сомневаться, — подумал я.

— Сильвер!

Мой скакун тут же откликнулся на зов и подбежал ко мне.

— …Ты опять собираешься делать это? — спросила Немезида.

— У меня нет другого выбора, — ответил я. — Хотя теперь должно быть немного лучше.

Я схватил лежавший на земле кусок брони мейджингира и встал на него. Затем ухватился за поводья Сильвера…

— Вперёд!

…и приказал ему двигаться.

Он вскоре понёсся по дороге. Держа поводья, я скользил по земле на броневой пластине рядом с ним.

К счастью, впереди была обычная грунтовая дорога без деревьев и похожей на них растительности. По ней броневая пластина скользила довольно гладко. Это лишь ненамного лучше, чем волочить ноги по земле, но я не жаловался. В конце концов, теперь я точно мог догнать Гуз-Майза.

— Не забывай при необходимости лечиться, — сказала Немезида.

— Знаю. — Я применил на себе «Первое исцеление».

Водные лыжи на суше оказались слишком тяжёлым испытанием для моих ног. Если не лечиться, то к моменту прибытия повреждения ступней будут настолько серьёзными, что я не смогу ходить.

Через несколько минут такого скольжения…

— Вижу его! — закричала Немезида.

— Я тоже!

…мы обнаружили гигантское существо. Его исходной формой была конелюдь, но Майз — единственный, кто умел управлять таким телом, — не контролировал его, поэтому монстр бежал не на полной скорости. Сильвер двигался достаточно быстро, чтобы мы его догнали.

— Вот же плохо, — сказал я. — До группы Хьюго меньше ста метров.

— Такими темпами он… — Немезида осеклась. — Ты не можешь использовать огнемёт Миазмопламенных наручей?!

— Нет.

Я не мог запустить «Пламя чистилища», потому что Сильвер двигался быстрее, чем летело огненное заклинание. Оно не только не достигло бы Гуз-Майза, но и в итоге обожгло бы нас.

Однако существо добралось бы до карет раньше, чем мы его догнали.

— Эй, погоди, — сказал я. — У меня ведь ещё остались кое-какие штуки?

Правой рукой я держал поводья, а левой полез в инвентарь и достал кое-что.

— Это…! — Немезида, похоже, удивилась.

— Хорошо, что мы не использовали их все! — крикнул я.

И я бросил предметы — оставшиеся Белые копейные самоцветы, которые использовал против духов, прокачиваясь в Лабиринте гробницы, — в сторону мерзости. В воздухе самоцветы превратились в световые копья и устремились прямо в заднюю правую ногу Гуз-Майза.

По сути, эти самоцветы были рыночными заменителями атакующей магии. Заключённое внутри заклинание относилось к навыкам профессий низкого ранга, но было целиком направлено против нежити. Результат стал очевиден, едва Белые копья попали в бегущего Гуз-Майза. В его плоти образовалась дыра размером с кулак, и он полностью потерял равновесие, рухнув на землю.

— Вперёд! — крикнул я.

Сильвер сократил расстояние между нами и мерзостью. Я держал Немезиду в левой руке, зачаровал её «Очищающим серебряным светом» и велел Сильверу бежать параллельно существу.

Подстроив удар под бег лошади, я вонзил клинок в тело Гуз-Майза. Прорвав множество лиц на его коже, мой серебряный меч рассёк ему спину.

Сначала конскую спину, затем часть, соединявшую конское и человеческое тела, а потом спину человекоподобной части. Я ровно рассёк позвоночник.

“ＧａＥｉＩｒｕＵｒＲｕｕＯｕｕＵｅｅＥＡａａＥＫｅｅａＡＡ！！”

Из всех его ртов вырвался крик, мерзость забилась и попыталась раздавить нас, но Сильвер быстро увеличил расстояние и вышел из зоны досягаемости.

— Это ещё не конец! — проревел я.

Мой клинок прошёл через спину, шейные позвонки и череп, наконец достигнув мозга.

“ＧｈＨ！！ ＤａＳｑＱ！ ＡａＳｚ！ ｗＱａＡ？！”

Он издал крики боли, совершенно не похожие на прежние, и резко вскочил. Из-за этого я выпустил поводья, меня отбросило на несколько метров, и я перекатился по земле. Из-за удара я выключил «Очищающий серебряный свет». Но оно того стоило.

— Такая реакция…! — сказала Немезида.

— Нашёл! — крикнул я.

На этот урон оно отреагировало совершенно иначе, чем раньше. Не оставалось сомнений: ядро находится в черепе.

— Здесь мы и закончим битву, — сказал я.

Я достал из кармана предмет и подбросил его вверх. Это был осколок разбитого кристалла. Точнее — кусок Кристалла обиды, которым так дорожил лич.

“ＨＥＥＩＹＡＡＡＳＡＡＳＡＧＡＡＡＡＡＡＡ！”

Увидев осколок, Гуз-Майз издал рёв, несколько отличавшийся от остальных. Мне показалось, что в нём звучали опустошение, разочарование и сожаление.

— Накопленный счётчик урона вернулся! — закричала Немезида. — Это он управляет телом!

Как и планировалось.

— Свалим его на землю! — крикнул я.

— Хорошо!

Я снова направил «Очищающий серебряный свет» через оружие и использовал всю свою STR, усиленную Миазмопламенными наручами, чтобы прыгнуть. От толчка, с которым я готовился к прыжку, под моей правой ногой потрескалась земля, но я не обратил на это внимания. Прыжок перенёс меня на расстояние более десяти метров, прямо к ногам Гуз-Майза.

— Кха-а…!

Полная выкладка истощила мои мышцы и едва не привела к их разрыву, а правая нога частично онемела.

И всё же я покончу с этим прямо сейчас! — подумал я.

Опираясь на левую ногу — ту, на которую приземлился, — я вложил силу удара и скорость прыжка в двуручный меч и взмахнул им по передней правой ноге мерзости.

— РАССЕКААААААААЙСЯ!

Под звук удара и жгучее сияние серебряного света клинок легко прорезал кожу, плоть и скелет. Кость ноги Гуз-Майза была полностью расколота. Кожи и плоти с другой стороны разреза оказалось недостаточно, чтобы нога продолжала работать, поэтому существо потеряло равновесие. Естественно, оно тут же попыталось отсоединить рану и восстановить её, но…

— Не выйдет! Хаааах!!! — Я продолжил атаку и ещё раз ударил по ране, полностью отсекая ногу. Лишившись опоры, Гуз-Майз окончательно потерял равновесие и упал на правый бок.

Я оттолкнулся левой ногой, отпрыгнул и побежал прямо к месту, где должна была приземлиться его голова.

План был прост: ударить его «Мне отмщением».

— С этим… — закричал я.

…всё кончено! — молча добавил я. Победа за нами! Мы выиграли!

Внезапно мне показалось, что так думали не только мы. По мере того как сокращалось расстояние между мной и головой Гуз-Майза, по спине пробежал необъяснимый холод — и уже не в первый раз. Он напоминал ощущение, которое я испытал перед последней атакой на Гардранду.

Мои глаза встретились с двумя глазами на его лице… и третьим глазом на лбу.

Нет. Это было нечто иное. Глазом оно не являлось.

Из разорванного лба выглядывал похожий на драгоценный камень предмет, не отражавший ни единого луча света.

Что это? — подумал я.

Но я точно знал, что это такое. Ядро мерзости.

Почему оно открылось перед нами — перед теми, кто пытался его уничтожить?

— …!

Ответом стало огромное скопление энергии, начавшее кружиться вокруг его лба. Это напоминало нечто, с чем я уже столкнулся сегодня: превращение обиды в необузданную, подавляющую силу.

«Смертоносный миксер».

Магическая разрушительная сила, которую лич использовал в последней отчаянной попытке.

Я был слишком беспечен. То, что Гуз-Майз не управлял нежитью и не использовал магические навыки-дебаффы, заставило меня решить, что он не способен применить и это. Однако Хьюго говорил, что Гуз-Майз превращает обиду в энергию. Поэтому вполне логично, что он способен использовать «Смертоносный миксер», работающий по тому же принципу.

Оставшись на земле, мерзость прицелилась в нас, пока мы приближались к её голове. Как и я, она искала подходящую возможность прикончить меня. Ей помогала обида…

Нет — именно обида позволяла ей собрать осколки разума воедино и придумать план убийства того, кого она была вынуждена убить.

“ＤｄＥｅＡａＡＤｄｄＬｌＬｙｙＹｙｙ ＭｍＭｉｉＩｘｘＸｅｅｅＥＥｅｒＲｒｒＲＲｒ！”

Поскольку Гуз-Майз был сгустком обиды, выпущенная им магия, превращавшая обиду в разрушительную силу, сработала почти мгновенно.

— «Контрпоглощение»! — закричал я.

Я поспешно вытянул Немезиду и использовал последний оставшийся у меня заряд «Контрпоглощения». Этого хватило, чтобы заблокировать «Смертоносный миксер». Однако от неминуемого поражения это меня не спасло.

В конце концов, расстояние между нами сократилось…

Настолько, что его руки могли до меня дотянуться.

Защищаясь от «Смертоносного миксера», я не мог двигаться. Гуз-Майз воспользовался моментом и взмахнул похожими на валуны кулаками. В следующий миг моё тело взмыло в воздух… и сознание погасло.

Дева возмездия, Немезида

Сразу после того, как мы использовали «Контрпоглощение», чтобы заблокировать «Смертоносный миксер» Гуз-Майза, его огромные кулаки ударили по телу Рэя. Всё ещё удерживая меня в форме двуручного меча, мой Мастер отлетел в сторону. Пролетев между деревьями леса, он взвился в воздух, словно лист на ветру.

Эта сцена напомнила мне автомобильную аварию из воспоминаний Рэя… и тот день, когда Супериор-убийца впервые отправил его на смертный штраф.

— Рэй! — позвала я, но он не ответил.

Он уже потерял сознание. И его бессознательное тело летело прямо на дерево.

— А! — Я быстро перешла в человеческую форму, подхватила его сзади и крепко зажмурилась. Мгновение спустя я почувствовала сильный удар, а по спине разлилась боль. Дерево, в которое мы врезались, затряслось, и мы оба упали на землю.

— Кх… А… — Боль не исчезла и после падения. Удар, который я ощутила, оказавшись зажатой между деревом и Рэем — заметно более крупным, чем я, — похоже, сломал мне рёбра. Но я была уверена, что благодаря этому Рэй не почувствовал боли. Для меня этого было более чем достаточно.

— Рэй! — снова позвала я, но он не подал никаких признаков пробуждения.

Проверив его статус, я увидела, что HP опустился ниже 10 %, а среди эффектов значились «Обморок» и несколько «Переломов костей». Я достала из инвентаря зелье восстановления HP и вылила его на Рэя. Часть HP восстановилась, но ни один статусный эффект не исчез. Раны были слишком тяжёлыми. Кроме того, зелья действовали эффективнее при приёме внутрь, а без сознания Рэй не мог выпить ни одного зелья, которое я пыталась ему дать.

— Прости меня! — Я набрала зелье в рот и прижалась губами к его губам. Затем повторила то же ещё дважды. Так мне удалось заставить Рэя проглотить содержимое целой бутылки лекарства.

Зелье подействовало почти мгновенно: восстановило около трети его HP и устранило лёгкие переломы костей. HP Рэя также перестал снижаться.

Хотя Рэй всё ещё был без сознания, стало ясно, что он больше не находится на грани смерти. Однако я не была уверена, что смогу посмотреть ему в глаза после этого.

— Сейчас не время об этом думать! — отчаянно крикнула я.

Мы всё ещё находились в крайне тяжёлом положении. Я слышала приближающийся грохот и понимала: Гуз-Майз приближается. Если эта мерзость увидит Рэя в таком состоянии, то мгновенно его убьёт.

Он умрёт во второй раз.

— Я этого не позволю.

Я не могла смириться с мыслью, что Рэй погибнет от рук этой твари.

— Рэй, — сказала я.

Мой Мастер лежал возле дерева, в которое мы врезались, и всё ещё не приходил в сознание.

Я нежно погладила его по щеке и отвернулась.

— Я выиграю для тебя немного времени.

Я верю в тебя. Вечером после нашего поражения от Супериор-убийцы мы дали обещание. Тогда мы оба были слабы и ничего не могли ему противопоставить. Поэтому мы решили стать сильнее и одержать победу. Теперь мы сражаемся как единое целое. Я знаю, что ты скоро проснёшься. Поэтому я выиграю для тебя столько времени, сколько потребуется… ведь именно это приведёт нас к победе.

— Я иду! — Я превратила правую руку в чёрный клинок. Он был сравнительно небольшим, но по силе примерно соответствовал моей форме меча.

Я встала перед Гуз-Майзом, прежде чем он успел найти Рэя. — Тебе не пройти, Гуз-Майз!

“ＤＨＩＳＳＳＳＩＩＩＩＵＡＡＡＡＡＡＡ！！”

Закричали все лица на его теле. Каждый глаз на его теле повернулся и уставился на меня.

Счётчик внутри меня не отреагировал, а значит, телом управляла не обида лича. Оно заметило меня просто потому, что я была живым существом.

Я должна была противостоять ему и удерживать внимание достаточно долго, чтобы Рэй проснулся.

— А-а! — Я атаковала Гуз-Майза клинком правой руки.

Моя стратегия была такой же, как у Рэя. Я атаковала его, получала ответный удар и уклонялась.

Гуз-Майз был крепким и сильным, но совсем не быстрым. Даже мне не составляло труда уклоняться от его атак.

Однако, в отличие от тех случаев, когда мной размахивал Рэй, я, похоже, вообще не могла причинить ему вред. Без «Очищающего серебряного света» мне оставалось лишь наносить самые ничтожные порезы.

Мои характеристики были намного ниже, чем у Рэя. Кроме того, у меня закончились применения единственного навыка, который я могла использовать самостоятельно, — «Контрпоглощения».

Гуз-Майз, напротив, атаковал меня одними ударами, способными мгновенно убить. В отличие от тех случаев, когда я была мечом, одного прямого попадания хватило бы, чтобы моё тело разлетелось на части.

Одна ошибка могла стать смертельной, но я продолжала. Если бы я сдалась, вероятность того, что Рэй проснётся и мы вместе одержим победу, стала бы равна нулю.

Ни Рэй, ни я не могли с этим смириться. Поэтому я сражалась, чтобы сохранить эту возможность.

Это чувство жило во мне с самого рождения. Я была уверена, что и Рэй его разделяет.

Именно оно по-настоящему удерживало нас рядом и связывало друг с другом.

Паладин Рэй Старлинг, во сне

Я сразу понял, что сплю.

Я всё ещё выглядел как мой аватар из Infinite Dendrogram, но всё вокруг казалось каким-то расплывчатым, словно я находился в осознанном сне.

И всё же я без труда воспринимал своё положение и состояние окружающего мира. Например, я ясно видел ребёнка — точнее, маленького себя, — куда-то бегущего.

— О… Я это помню, — сказал я.

Я сразу понял, что этот сон показывает прошлое. Я даже знал время. Лето 2035 года — почти десять лет назад.

Очевидно, Infinite Dendrogram тогда ещё не вышел, поэтому мы с братом играли в другие игры.

В те времена, когда ему было шестнадцать, Шу увлекался ретроиграми и боевыми искусствами. Он постепенно улучшал навыки, регулярно посещая старое додзё, которым владела семья подруги нашей сестры, а со временем стал довольно известным участником турнира U-17 — соревнования для несовершеннолетних.

Тогда мои дни состояли из игр в ретроигры вместе с ним и ожидания его выступлений. В дни матчей я обычно отправлялся к месту проведения, переполненный нетерпением.

Как и в этом воспоминании.

— Вот же странно… Что это такое? — пробормотал я.

Вопрос был вполне естественным. Ведь я — в облике своего аватара Рэя — следовал за собой, когда был ребёнком. Более того, рядом со мной стояло нечто неизвестное. Если описать его одним словом, то это был бы «силуэт».

Да — прямо посреди обычного летнего дня плавал человекоподобный силуэт. Его цвет представлял собой смесь красного и чёрного, отчего он казался зловещим. Я, всё ещё в облике Рэя и облачённый в доспехи, шёл рядом с силуэтом среди этой обычной японской жизни. Странность происходящего стала ещё одной причиной, по которой я решил, что нахожусь во сне. Нечто настолько причудливое могло случиться только во сне.

Силуэт хранил полное молчание.

— Может, скажешь хоть что-нибудь? — обратился я к нему.

— «П о в т о р».

П-Повтор?

— Значит, это ты всё устроил? — спросил я.

Голос силуэта был женским, поэтому на мгновение я решил, что это Немезида, но почти сразу почувствовал: это не она.

— «Я х о ч у с п р о с и т ь».

У меня тоже есть несколько вопросов, — подумал я.

— «О ч е р е д ь».

Очередь?.. Значит, мы будем по очереди задавать вопросы? — подумал я.

— Хорошо, — кивнул я.

И вот я и этот тёмно-красный силуэт, похоже способный читать мои мысли, начали обмениваться информацией.

— «К у д а и д ё т м а л ь ч и к?» — спросило существо.

— На площадку, где мой брат участвует в турнирном матче, — ответил я. — Это было тогда, когда…

Конечно, я точно знал, куда направлялся, что там должно было произойти… и что на самом деле произойдёт.

— Это было во время его участия в турнире U-17 от «Un-kra».

— «U n - k r a»? — Тёмно-красное существо вопросительно наклонило голову, но теперь была моя очередь задать вопрос.

— Скажи, — заговорил я. — Если это сон, то что со мной происходит? Я почти уверен, что сражался с Гуз-Майзом. Я получил смертный штраф?

Это казалось маловероятным, поскольку я, похоже, всё ещё находился в игре.

— «Ж и в… Б е з с о з н а н и я».

Значит, я без сознания? — подумал я. …Погодите, разве это не значит, что в любой момент я могу получить добивающий удар?

— «Ч т о т а к о е U n - k r a?»

— Турнир по боевым искусствам, похожий на смертельный матч: без ограничений по весу и стилю, почти без правил — лишь с теми, что касаются оружия и угроз. Бой не заканчивается, пока кто-то не потеряет сознание или не сдастся, — «Безграничная панкратиона». Также известен как «Un-kra».

Это был популярный турнир, который, если я правильно помню, начался в 2027 году. В нём разрешались каратэ, дзюдо, бокс, кикбоксинг, сумо, борьба, муай-тай, капоэйра, корю и множество других стилей, так что он напоминал соревнование из манги о боевых искусствах. Жестокость турнира вызывала множество нареканий, но несмотря на это он продолжал пользоваться популярностью.

— … — Силуэт выглядел слегка оживлённым.

Ему нравятся боевые искусства? — спросил я себя. Или смертельные поединки?

— Теперь моя очередь спрашивать, — сказал я. — Если ты, как сама говоришь, воспроизводишь эту сцену, почему не знаешь, что такое Un-kra?

С самого момента создания Немезида хранила некоторые мои воспоминания, поэтому мне казалось странным, что это существо ими не обладало.

— «Т о л ь к о… п о в т о р я ю… н у ж н ы е… в о с п о м и н а н и я».

Значит, оно воспроизводит только те воспоминания, которые считает необходимыми? — подумал я. Но если оно может сканировать мою память и при этом не является Эмбрио… что же это такое? Наверное, стоит спросить напрямую…

— «Ч т о п р о и з о й д ё т т е п е р ь…?»

Я ожидал, что тот, кто воспроизводит сцену, знает хотя бы это, — подумал я.

— Понаблюдай ещё несколько минут и увидишь, — сказал я. — А теперь мой вопрос: мы раньше встречались?

— «Д а», — ответило оно. — «З д е с ь м ы в с е г д а в м е с т е…»

— Что…? — озадаченно произнёс я.

«Здесь» — это внутри Infinite Dendrogram? Но единственный человек, с которым я всегда нахожусь рядом в этом мире, — Немезида.

— «М а л ь ч и к о д и н, н о н е о п а с н о…?» — спросил силуэт, указывая на маленького меня.

— Система безопасности, следившая за общественными дорогами, существовала уже десять лет назад, так что нет, опасности похищения или чего-то подобного не было, — сказал я.

Я с трудом вспоминал, когда охранные машины стали повсеместными. Мне казалось, что они уже существовали к моменту моего рождения.

— «В с ё р а в н о, р е б ё н о к о д и н…?»

— Возможно, у меня были летние каникулы, но для взрослых это всё равно был обычный будний день, так что да. …Погоди, разве это не был второй вопрос?

— «Т ы т о ж е с п р о с и л д в а ж д ы, Р э й». Хотя слова существа всё ещё звучали монотонно, говорить оно постепенно училось.

— Как мне прийти в сознание? — спросил я.

— «П р о с н и с ь, к о г д а з а к о н ч и ш ь с м о т р е т ь».

— Что именно я должен досмотреть? — спросил я.

— «Т в о ё р о ж д е н и е».

М-Моё рождение…?

— «П о с м о т р и, п о ч е м у т ы с т а л и м е н н о т а к и м Р э е м».

— …Понятно, — сказал я.

Причина, по которой я стал таким, какой есть? Если увидеть то, что сейчас произойдёт, этого будет более чем достаточно, чтобы её понять.

— Уже недолго, — сказал я и указал на маленького себя, шедшего впереди.

Он уже почти дошёл до места проведения турнира — до входа оставалось лишь перейти пешеходный переход. Пока восьмилетний я ждал смены сигнала светофора, рядом с ним стояла ещё более маленькая девочка. В её волосах было детское украшение, но из-за того, что она плохо его закрепила, сильный порыв ветра тут же сорвал его. Украшение упало на дорогу.

Для машин всё ещё горел зелёный свет, и, когда девочка попыталась выйти за украшением, она не заметила грузовик, мчавшийся прямо на неё. За несколько мгновений до столкновения маленький я бросился вперёд, схватил её за руку и попытался вытащить с дороги. Но он был слишком медленным и слабым.

В восемь лет ему не хватало сил, чтобы спасти девочку до того, как грузовик врежется в них обоих. В итоге маленький я лишь увеличил число жертв. И вот грузовик уже собирался переехать двоих детей.

Однако в следующее мгновение человек, пришедший с другой стороны дороги, подхватил их обоих и отпрыгнул в сторону.

Обычно этот человек не успел бы. Более того, он не успел бы даже в том случае, если бы начал двигаться к дороге в тот миг, когда девочка выбежала на неё. Но этому человеку такой подвиг был вполне по силам. Благодаря невероятной силе ног он в одно мгновение преодолел расстояние и быстро схватил девочку за руку.

Однако рядом был ещё и я — в тот момент не более чем обуза. Из-за того, что я выбежал на дорогу, человеку пришлось забрать нас обоих. И хотя он мог прыгнуть, удерживая двух детей, это, естественно, замедлило его.

Я ясно это помнил. Через мгновение после прыжка последовал ещё один удар. Затем — всё ещё оставаясь в его руках — я покатился по земле.

И всё же я не чувствовал боли. Человек, державший нас, отлично нас защитил. Я слышал, как люди поблизости начали кричать. А сам не мог вымолвить ни слова.

Это было вполне естественно. Ведь спасшим нас человеком оказался мой брат.

Зная, что я приду, он вышел мне навстречу. И так уж вышло, что он увидел нас в смертельной опасности и спас. Но ему пришлось заплатить за это: грузовик ударил по его правой ноге. Она посинела, почернела и распухла — даже без специальных знаний было ясно, что нога сломана.

Шу должен был участвовать в финальном матче турнира. Но прямо перед ним его нога оказалась раздроблена…

…и всё это произошло из-за того, что я попытался спасти девочку, хотя был совершенно бессилен.

Где-то в Гидеоне, в Городе дуэлей.

— Приве-е-ет! Давно не виделись, Фигги.

— О? Голос я знаю, а лицо — нет. Новый костюм, Сю?

— Верно. Это особая награда MVP под названием «Хайнд-Беар».

— …Вижу, ещё один костюм.

— Да, ещё один костюм. Что-то не так?

— И сколько их у тебя уже?

— Извини, но я таких вещей не запоминаю. Знаю лишь, что у меня есть всего одна награда, которая не является костюмом.

— …Вижу, тут есть некоторый перекос.

— Все особые награды, кроме той, что я получил от Глории, — костюмы! В этом вообще нет никакого медвежьего смысла!

— Необычно, что тебе удалось победить столько УБМ, конечно.

— От тебя, уж от кого-кого, такие слова вообще ничего не весят.

— Наверное, ты прав. О, только сейчас понял… Ты ведь с тех пор носишь костюмы медведей, да?

— «С тех пор» — это с каких именно…?

— С нашей встречи.

— А, точно. Тогда я тоже был медведем до мозга костей. Правда, тот костюм был магазинным.

— Это ведь ещё и первый раз, когда мы сражались с УБМ, верно?

— Да. Сразу вспоминается прошлое.

— Мы тогда с ними еле справились.

— Это было, когда «Бесконечный Дендрограм» существовал всего около десяти дней, да? Наши уровни тогда были ещё совсем низкими.

— Да, похоже на то.

— Я до сих пор поражаюсь, что мы смогли победить… Если честно, теперь, оглядываясь назад, я считаю настоящей медвежьей странностью то, что мы тогда победили.

— Но тогда ты ведь и не думал сдаваться, верно?

— Ха-ха-ха! С чего бы мне сдаваться? Как я тогда сказал: «Возможность всегда…»

Паладин Рэй Старлинг, во сне о прошлом

В тот летний день 2035 года мой брат попал в аварию, защищая нас. Его жизнь не была в опасности. Однако правая нога, по которой ударил грузовик, была тяжело повреждена. Плоть распухла, подкожные кровеносные сосуды лопнули, а кость сломалась. В игре такая рана легко лечилась бы целительной магией или предметами, но в реальности это было тяжёлое повреждение, на исправление которого потребовалось бы немало времени.

Травма была достаточно серьёзной, чтобы его госпитализировали. А финальный матч турнира должен был начаться примерно через час после аварии.

— «Н и ч е г о… н е л ь з я с д е л а т ь?» — спросило существо.

— Именно, — кивнул я. — Для него всё безнадёжно.

…Ну, если рассуждать разумно, — подумал я.

Я видел, как прохожие начали окружать нас и поднимать шум. Одни паниковали, другие вызывали скорую, а похожие на журналистов люди, заметившие в моём брате бойца финального матча, окликнули его: «Господин Мукудори!»

Рядом с лежавшим на земле братом стояли мы — маленький я и девочка; оба плакали. Девочка, вероятно, плакала от страха, что оказалась участницей такой аварии, а я — потому, что Сю пострадал из-за меня.

Я отчётливо помнил, о чём думал тогда. Всё сводилось к вине за то, что я с ним сделал, и мольбам о том, чтобы кто-нибудь ему помог.

В ответ на сочувственные взгляды и мои чувства брат — всё ещё лежавший на земле — немного посмотрел на маленького меня и…

— Ай!

…с этими словами вскочил — таким тоном обычно говорят, случайно ударившись головой о потолочную балку.

Все остолбенели.

Маленький я, девочка и прохожие уставились на него, широко раскрыв глаза от изумления. Более того, даже стоявший рядом со мной силуэт, похоже, удивился.

— Ну надо же… Похоже, нога действительно сломана, — сказал он, глядя на повреждённую правую ногу и стоя на здоровой левой. И снова его тон был совершенно неуместным: казалось, будто он сломал деталь пластиковой модели, а не конечность. И нет, она не была «не такой страшной, как казалось», — нога была тяжело повреждена.

— «Э т а р е а к ц и я с т р а н н а я». — Силуэт прокомментировал происходящее.

— Ну, речь ведь о нём, так что да, — ответил я. К тому времени я уже привык к тому, как брат себя ведёт и разговаривает. Но маленький я тогда ещё почти не сталкивался с его эксцентричностью, так что вполне закономерно был потрясён.

— Я-я только что вызвал скорую! Она скоро приедет! Пожалуйста, не двигайтесь слишком сильно! — сказал брату один из прохожих.

Однако Сю ответил:

— А? О… Спасибо за заботу. Но сейчас в этом нет необходимости.

— «Нет необходимости?» — недоверчиво одновременно переспросили несколько человек.

— У меня вон в том здании финальный матч, так что в больницу я пойду после него.

В тот миг мне показалось, будто время остановилось.

Казалось, я и все остальные на месте — кроме моего брата — думали об одном: «Что он вообще говорит?»

Судя по реакции, силуэт чувствовал то же самое.

Место действия сна изменилось, и теперь мы оказались в комнате ожидания Сю.

За несколько мгновений до этой сцены здесь находились врач, оказавший моему брату первую помощь, и наставник из его додзё, пришедший посмотреть бой, но теперь их не было. В комнате остались только я и Сю.

Его правая нога была покрыта компрессом и перебинтована. И всё. На ней не было ни гипса, ни какого-либо фиксатора. В конце концов, Сю собирался выйти на матч. Он отказался от гипса и фиксаторов, потому что их сочли бы оружием. Травма была достаточно серьёзной, чтобы потребовалась операция, и всё же…

— «… О н б у д е т с р а ж а т ь с я?» — спросило существо.

— Да, — кивнул я.

Из-за отсутствия выражения на лице силуэта было трудно понять, о чём он думал, но даже я видел, что тот наполовину поражён, наполовину потрясён.

— «Н и к т о е г о н е о с т а н о в и т?»

— На обычном турнире по боевым искусствам бой отменили бы по требованию врача, но мы говорим об Un-kra.

И снова: разрешалось всё, кроме оружия и угроз, а бой заканчивался только нокаутом или сдачей. Вообще-то странно, что в наше время мог существовать такой турнир.

— «Н о г а с л о м а н а», — возразил силуэт. — «О н м о ж е т п о б е д и т ь? Е м у н е н у ж н а п р а в а я н о г а?»

— В додзё корю, которое посещал мой брат, основой служат удары, а не броски и тому подобное, — ответил я. — Естественно, удары ногами там крайне важны, как и правильное управление ногами во время удара рукой.

Если подумать, этот стиль до смешного похож на мангу, — подумал я. Серьёзно, на виденных мной показательных выступлениях их удары ногами раскалывали брёвна толщиной с человеческий торс. Как же назывался тот удар? Помню только, что звучало название довольно круто.

— «Е г о с о п е р н и к с л а б ы й?» — спросило существо.

— Соперником в финальном матче был Грегори Азимов Кайзер, — сказал я. — Его рост был почти два метра, а вес — больше ста килограммов, причём большую часть составляли тренированные мышцы. Он прекрасно владел ударами, захватами, бросками и болевыми приёмами и был сильнейшим среди участников-учеников того времени. Теперь он изо всех сил старается стать лучшим профессиональным бойцом.

— «У ч е н и к… р е б ё н о к… р е б ё н о к?»

— Тогда ему было семнадцать, то есть он был несовершеннолетним, так что да.

Даже десять лет спустя Грегори оставался известным лицом на новогодних шоу по боевым искусствам. В последний канун Нового года, когда брат возвращался домой на праздник, мы вместе смотрели телевизор и видели, как Грегори всё так же занимался своим делом.

— «Б р а т н е м о ж е т п о б е д и т ь, д а?»

— Даже в лучшей форме у него было бы мало шансов, а он вышел на бой со сломанной ногой, — сказал я. — Вполне естественно, что люди пытались его остановить.

Не то чтобы он их слушал, — подумал я. Если разобраться, наставник из его додзё был одним из немногих, кто не пытался его переубедить.

— Сю, не надо! Если ты с такой травмой выйдешь против настолько сильного противника, то умрёшь!

Маленький я всё ещё пытался убедить его отказаться от матча.

Это было вполне естественно. Ведь, когда Сю пострадал из-за меня, меня охватил сильнейший страх. И всё же, несмотря на своё состояние, он собирался сделать нечто безрассудное — если не сказать совершенно безумное. Тогда страх не позволял мне молча смотреть, как он это делает.

— Пожалуй, выполнять Кодачи с такой ногой — не лучшая идея, — совершенно беззаботно сказал Сю.

А, точно, — подумал я. Так называется удар ногой из его школы.

«Кодачи», или «раскалыватель дерева», а также «боевой топор», — это круговой удар ногой вперёд, направленный в голову противника. Мой брат особенно хорошо им владел. Этот удар, который, как следовало из названия, был достаточно силён, чтобы расколоть дерево, и, казалось, мог сделать то же самое с человеческой головой, вызывал не меньший страх, чем Грегори.

Однако со сломанной правой ногой брат больше не мог его выполнять. Левой ногой он тоже не мог ударить, поскольку правую пришлось бы использовать как опорную. Сю должен был выйти на бой без своего главного удара.

Это означало только одно: шансов на победу у него не было.

Он получил эту травму из-за меня. И поскольку она должна была стать причиной его поражения — а возможно, даже смерти, — я не мог перестать винить себя. Поэтому я и пытался его остановить.

Однако Сю и не думал менять решение. Он всегда был таким. Несмотря на легкомысленность и эксцентричность, мой брат не из тех, кто легко отказывается от того, что решил сделать.

Когда маленький я понял, что убеждать его бесполезно, то печально опустил голову.

Не стоило мне выбегать на дорогу… — пробормотал я про себя.

— Хм.

Услышав это, Сю о чём-то задумался, наклонился к маленькому мне, положил руки мне на плечи и посмотрел в глаза.

— Честно говоря, Рэйдзи… Мне кажется, ты ещё сильнее сожалел бы, если бы не попытался её спасти.

— Н-но ведь именно ты её спас! — возразил маленький я. — Я сам ничего не смог бы сделать! Всё, чего я добился, — это ранил тебя!

Маленький я плакал из-за собственного бессилия. Его переполняли сожаление, горе и злость на себя.

— Ты прав. Я пострадал, — согласился Сю. — Но вполне возможно, что я не спас бы её, если бы ты не попытался.

— А?

Маленький я удивился.

— Поскольку ты попытался спасти девочку, я, не задумываясь, бросился спасать вас обоих, — объяснил он. — В конце концов, она спаслась благодаря твоему выбору.

Это могло быть правдой, а могло быть всего лишь ложью, призванной меня утешить. Однако в его глазах была искренность.

— Этого достаточно, Рэйдзи, — сказал он. — Не нужно сожалеть о самом выборе. В конце концов, это важнейшая предпосылка для того, чтобы ухватить возможность, ведущую к желанному будущему.

Следующим словам он придал особое значение.

— После того как ты что-то выбрал, важно лишь одно: можешь ли ты увидеть эту возможность и можешь ли за неё ухватиться.

— Ухватиться за неё или нет? — спросил маленький я.

— Да. Возможность всегда…

Эти слова…

— Возможность всегда существует — благодаря твоей воле. Неважно, насколько она мала и сколько нулей отделяет её за десятичной точкой — она всегда есть. Возможность исчезает лишь тогда, когда ты отказываешься ухватиться за желанное будущее. Пока ты не сдаёшься и продолжаешь делать выбор в пользу будущего, которое хочешь увидеть, возможность не исчезнет, даже если находится далеко за пределами десятичной точки.

Эти слова всё ещё были навечно запечатлены в самой глубине моей души.

— Вот почему твой выбор спасти девочку тогда не был ошибкой, — добавил он.

— Сю… — произнёс маленький я.

Он храбро улыбнулся маленькому мне и поднялся.

— Сегодня идеальный шанс, так что я покажу тебе, как всё делается. Скоро ты увидишь, что значит выложиться полностью, чтобы ухватить возможность.

С этими словами Сю покинул комнату ожидания и на костылях направился туда, где должен был состояться матч.

На этом сон, показывавший мои воспоминания, подошёл к концу. Место, где мы находились, исчезло, оставив лишь пустой сонный пейзаж, смутно напоминавший бледную дымку.

Маленького меня и моего брата нигде не было видно, так что теперь здесь оставались только я — в облике Рэя — и силуэт.

— «В с ё?» — спросило существо.

— Ну, сразу после этого должен был начаться матч, — ответил я.

Хотя если цель сна — показать мои истоки, то логично, что он закончился разговором между мной и Сю, — подумал я.

— Можно задать е щ ё о д и н в о п р о с?

— Конечно, — ответил я, уже точно зная, о чём оно спросит.

— «О н п о б е д и л?»

— Да.

И действительно: Сю вышел на финальный матч против Грегори и в итоге одержал победу.

— «К а к?» — спросил силуэт.

Вот уж не хочется это рассказывать, — подумал я. Но и держать силуэт в неведении не хочу, так что, пожалуй, расскажу.

Новость о том, что правая нога моего брата стала бесполезной, уже разошлась среди людей на арене. Даже зрители вокруг моего места обсуждали это. Кроме того, Сю, направлявшийся к рингу на костылях, выглядел чрезвычайно жалко. Поднимаясь на ринг, он не позволял правой ноге коснуться пола. Необходимость использовать только левую ногу давалась ему с огромным трудом и наглядно показывала всем, насколько тяжёлой была травма.

Почему-то люди уже знали, что травма стала результатом аварии, в которую он попал, спасая детей, и смотрели на него с сочувствием. Некоторые бойцы хвалили его за то, что после такой тяжёлой травмы он не отказался от участия, и называли «настоящим бойцом».

Его соперник Грегори разделял это чувство.

— Жаль, что мне не удастся сразиться с тобой в лучшей форме, — сказал он. — Но уверен, что когда-нибудь мы сможем сойтись в полную силу.

Хотя Грегори выглядел грозно, на самом деле он был довольно мягким человеком.

— Уверен, что сможем, — довольно жизнерадостно ответил мой брат.

Разница в росте. В весовой категории. И критическая проблема со здоровьем одного из участников. Исход был очевиден. Предстоящее событие должно было стать лишь ритуалом, призванным сохранить гордость и честь моего брата как бойца.

Так думали все присутствующие.

И вот прозвучал гонг… Сю оттолкнулся правой ногой, выполнил Кодачи, врезал Грегори по челюсти и отправил его в нокаут.

На этом матч закончился.

Пятый турнир «Безграничной панкратионы» U-17 завершился победой моего брата.

— Это было безумие, — сказал я.

— «…О н а б ы л а с л о м а н а, д а?» — спросил силуэт.

— Да, он действительно оттолкнулся сломанной правой ногой, нанёс противнику сокрушительный удар по челюсти, вызвал сотрясение мозга и победил нокаутом с одного удара, — сказал я.

Естественно, никто не ожидал, что Сю способен совершить настолько сильный удар повреждённой ногой. Грегори тоже не предвидел этого и не успел приготовиться к защите, так что брат нанёс точный удар.

— …Н е с п р а в е д л и в о.

— Можешь повторить, — сказал я. Он зря потратил всё сочувствие, которое заслужил у зрителей.

Если подумать, довольно подозрительно, что сама причина этого сочувствия — новость о его аварии — так быстро разошлась по всей арене, — подумал я. Благодаря этому он смог провести идеальную внезапную атаку. Этого было достаточно, чтобы предположить: Сю сам сделал кое-что, чтобы всё так получилось.

Если учитывать это, можно было предположить, что даже его жизнерадостность перед матчем была стратегическим ходом, подготовкой к удару.

Как бы то ни было, эта безрассудная атака, естественно, усугубила травму и увеличила срок восстановления с одного месяца до трёх.

Когда после матча я встретился с братом, он состроил невероятно самодовольную физиономию и заявил примерно следующее:

— Вот что значит выложиться полностью, чтобы ухватить возможность!

В ответ я бросил ему в лицо полотенце и сказал:

— Братец, ну ты идиот! Что ты творишь?!

А, точно, — подумал я. Именно тогда я впервые начал называть его «братцем».

— «К а к о й э н е р г и ч н ы й б р а т», — заметил силуэт.

— Да уж, — кивнул я.

Хотя брат совершенно испортил слова, сказанные в комнате ожидания, они всё равно глубоко запечатлелись в моём сердце. Поэтому я всегда был готов ухватиться за возможность, ведущую к будущему без сожалений и неприятного осадка.

— Наверное, поэтому воспроизведение закончилось после разговора в комнате ожидания, — сказал я. Сам матч не добавил бы ничего ценного.

Хотя это, вероятно, было хорошей демонстрацией его принципа «ухватиться за возможность, чего бы это ни стоило», я был не из тех, кто заходил в этом мышлении настолько далеко. К тому же я никогда не думал, что окажусь в ситуации, где придётся так поступить, но…

— «О т ч а я н н ы е в р е м е н а т р е б у ю т о т ч а я н н ы х м е р», — произнёс силуэт.

— Да, — ответил я.

Воспроизведение воспоминаний закончилось, и я был готов проснуться. После этого мне пришлось бы снова встретиться с Гуз-Майзом в ещё худшем положении, чем прежде. Поэтому, если я собирался ухватиться за возможность, мне требовались новые способы.

— В любом случае я попробую, — сказал я.

— «П о н я л», — кивнул силуэт. — «Т о г д а п р о с н и с ь».

Мне показалось, будто существо улыбнулось.

— «Р э й, м о ж н о з а д а т ь в о п р о с?»

Что ж, есть одна вещь, которую я хочу знать, — подумал я.

— Хорошо, спрошу прямо… Кто ты? Моей собственной догадки было недостаточно, чтобы понять его сущность.

— …Х и-х и…

Я не видел глаз на тёмно-красном силуэте, но легко понял, что он смотрит мне в глаза и смеётся.

— «Т ы н е с п р а в и ш ь с я с о м н о й, е с л и б у д е ш ь и с п о л ь з о в а т ь т о л ь к о п л а м я, Р э й».

Эти слова позволили мне понять, кем было существо.

— Т-ты Гардран…?

Но прежде чем я успел закончить фразу, мир снов начал угасать.

— Я — осколок. Сила, оставшаяся неиспользованной, потому что ты победил нас, пока мы были незавершёнными. Я — жизнь и разум, которым демону не удалось дать рождение. Жизнь, возрождённая в виде твоего предмета. Я — та «я», которая хочет узнать человека, убившего мою мать.

Силуэт — Гардранда — говорил, а его облик постепенно становился чётче. Это был не великий демон, а маленькая рогатая девочка.

— Теперь я понимаю тебя, — сказала она. — Поэтому пойми и меня.

И вот наш мир воспоминаний и снов начал исчезать.

— Проснись, используй всё, что у тебя есть, включая меня и Немезиду, и ухватись за возможность, хорошо? — сказала она, и реальность хлынула обратно.

Дева возмездия, Немезида

Уклоняясь от его атак и прибегая к финтам, я выиграла около пяти минут. Моё тело было покрыто множеством лёгких ран. Мне удавалось уворачиваться от его ног и кулаков, но я получала повреждения от осколков земли и деревьев, которые он разбивал.

Как ни неприятно это признавать, в форме без оружия я была слаба. Поскольку у меня не было возможности исцелиться, долго я бы не продержалась.

Гуз-Майз, напротив, не пострадал вовсе. Моё лезвие не могло оставить на нём даже царапины, поэтому ему не требовалось использовать «Автоматическое восстановление».

— «ＢｏＵｓｙｕＳｓＡｄａＳＡＡ ａａＡ!» — хотя Гуз-Майз не был ранен, он раздражался из-за невозможности меня убить и выражал это яростным рычанием, одновременно выделяя изо всех лиц на теле какую-то неописуемую жижу.

Зрелище было поистине отвратительным.

Это существо было воплощением мерзости, возникающей при скоплении трупов. Его внешний вид и само существование были настолько отвратительны, что одного взгляда на него хватало, чтобы мой рассудок заскрипел. Вот как я воспринимала нежить в целом.

Когда мы с Рэем посещали Лабиринт гробницы, я до безумия боялась нежити. Я не знала почему, но она казалась мне чрезвычайно страшной. Просматривая воспоминания Рэя в поисках ответа, я думала, что просто плохо переношу ужасы.

Но дело было не в этом. Я поняла это после встречи с нежитью в подземелье и с мерзостью передо мной. Меня пугал не её внешний вид. Ужас вызывало само её существование.

Они были мертвы, но не уходили в загробный мир и не перерождались.

Они были мертвы, но продолжали ходить среди нас.

Это кошмарное состояние было настолько страшным, что у меня сжималось сердце.

Я не знала почему.

Однако сердце подсказывало мне, что я просто не могу позволить этому продолжаться.

— Моё сердце? — пробормотала я.

Как странно, — подумала я. Согласно знаниям Рэя, я всего лишь ИИ внутри игры. Неужели у меня действительно есть сердце? Погодите.

— По крайней мере, его у меня достаточно, чтобы чувствовать одну вещь, — сказала я.

Оно действительно было. У меня было сердце, чувствовавшее что-то к Рэю.

— Хе-хе.

Я не могла не рассмеяться. Нельзя было отрицать, что всё это довольно забавно. В конце концов, именно он был причиной моего существования. И всё же чувства моего сердца к нему не были ложью.

Я…

— «Ｄ Ａ ｓ ｄ ａ Ｓ Ａ Ａ ａ Ａ ａ ａ ａ Ａ!»

— Ты обязательно должен был всё испортить, неотёсанный грубиян? — огрызнулась я.

Из нескольких ртов по всему телу Гуз-Майза начали извиваться длинные отростки.

Это были языки. На то, что они сильно отличались от человеческих, указывала не только стекающая с них гниль: сама их форма напоминала языки хамелеонов или лягушек из воспоминаний Рэя.

Нетрудно было понять, для чего он собирался их использовать.

Очевидно, он устал от моих постоянных уклонений. Подобно змеям, поднимающим головы, языки приготовились нанести по мне удар.

— От этого я уже не увернусь, — сказала я. Я была не только ранена: у меня просто не хватало навыка и возможностей уклониться от такой атаки. Больше я не могла тянуть время.

— …Хе-хе.

Посмотри на меня, Рэй, — подумала я. Вот насколько я сильна в одиночку. Вот предел того, на что я способна сама. В одиночку мне не подняться выше. Значит…

— Так что давай уже сюда.

В тот момент, когда Гуз-Майз собирался пронзить меня языками…

— Хорошо.

…я услышала это единственное слово, за которым последовал поток тёмно-красного огня, опаливший мясистые отростки.

Огонь на языках заставил Гуз-Майза завыть от боли. К этому моменту пылающее тёмно-красное пламя стало мне знакомо. В конце концов, им управлял мой Мастер.

— Ну и долго же ты, Рэй, — сказала я.

— Извини, мне приснился короткий сон, и я проспал, — ответил он.

— Не стоит заставлять даму слишком долго ждать, — укорила я его. — Но ты всё-таки успел, так что я не в обиде.

— Спасибо, Немезида.

От этих слов моё лицо смягчилось, но я сознательно постаралась этого не показать.

— Итак, продолжим? У нас закончились применения «Контрпоглощения», а всё тело покрыто ранами. Ситуация хуже, чем прежде. Как думаешь, мы справимся?

— Да, — кивнул Рэй. — Я кое-что вспомнил… Нет, даже две вещи. Используем их, чтобы победить эту тварь.

— Вспомнил две вещи? Поделишься?

Прежде чем ответить на мой вопрос, Рэй отважно усмехнулся.

— То, чем я пренебрёг… и слова моего брата.

В тот момент, когда он это сказал, я сразу поняла, о чём он думает, и догадалась о его плане.

Вот это да, — подумала я, одновременно поражённая и слегка потрясённая.

— Хе-хе! Ты сумасшедший? — спросила я.

— Нет, — ответил он.

— Это будет чистым безумием с мизерным шансом на успех. Опаснее прогулки по канату, не так ли?! — Я совершенно не понимала ход его мыслей.

— Если возможность есть, я просто выложусь полностью, чтобы за неё ухватиться, — сказал он.

Понимаю, — подумала я. Тогда я пойду с тобой.

— Хотя вероятность того, что этот план приведёт нас к победе, примерно… тридцать процентов, и это ещё щедрая оценка, — добавил он.

Примерно треть, значит?

— Мне достаточно, — сказала я.

— Более чем достаточно, — согласился Рэй.

После этого разговора я приняла форму меча и стала оружием Рэя.

— Давай победим, хорошо? — сказала я.

— Да, победим.

И вот, повернувшись к мерзости, которой был Гуз-Майз, Рэй и я слились воедино.

Восставший бык-конь, Гуз-Майз

Существо, которому мир присвоил имя «Восставший бык-конь, Гуз-Майз», пришло в ярость.

С самого рождения Гуз-Майз чувствовал лишь неописуемую ненависть. Всё потому, что это существо действительно было смесью ярости и обиды, оставшихся после умерших. Оно было результатом существования тех, кто не оставил после себя ничего, кроме сожалений.

— «ＧＵｄｓＦＤｇａａｄＡＳａａＡＡａＡｄＳｄＡＡａ!»

Вот всё, чем был Гуз-Майз.

Основу существа составляли мертвецы, жившие алчностью и пороком, — люди, не оставившие после себя ничего, кроме обиды. Если хотя бы один из них умер с любовью в сердце, эта смесь смерти, вероятно, не стала бы настолько сильной и, возможно, не превратилась бы в УБМ. Но этого не произошло, и нынешний Гуз-Майз никогда не стал бы задумываться о себе. Кипевшая внутри существа обида приводила его в ярость, заставляла обрушивать силу на живых и втягивать их в царивший внутри него хаос, порождённый обидой.

Но сейчас Гуз-Майз был ещё сильнее взбешён, чем обычно. Причиной было то, что находившееся под ним ничтожное живое существо, похожее на мышь, не могло умереть.

Это был Мастер.

Мастера были бессмертны.

Убийство лишь на миг заставляло их исчезнуть. Однако этим всё и ограничивалось. Эти живые существа просто стряхивали с себя мимолётную смерть, словно ничего не произошло, а затем продолжали существовать.

Этот конкретный Мастер встретился с Гуз-Майзом и попытался не дать ему погрузить других живых существ в свою обиду.

Даже если его ранили, оставляли без внимания или разбивали ударом, Мастер продолжал вставать у него на пути.

Гуз-Майз не мог этого вынести. Он не обладал разумом, способным понять причину, но просто не мог терпеть этого Мастера.

Однако этому скоро должен был прийти конец. У Гуз-Майза был способ прекратить всё. Это было мощное заклинание, которым владел один из тех, кто стал частью существа. Нежить собиралась снова применить его и наконец убить Мастера.

После этого оно собиралось отправиться в город. Значительная часть его обиды желала убить людей, живших в местах из его памяти, и присоединить их к обиде внутри себя. Существо верило, что так станет сильнее и сможет погрузить в свою обиду ещё больше живых. И оно не остановилось бы, пока не погрузило в неё весь мир.

Да… да, здесь все мертвы. Значит, мир, где люди всё ещё живут, — ошибка. Это… неправильно, всё совершенно неправильно! Всё, всё, всё, всё, всё должно погрузиться в бездну. Убей и поглоти всё, что есть в этом мире.

Сознание Гуз-Майза напоминало цветной шарик, в котором смешивались объективность и субъективность. Каким бы хаотичным ни был его разум, он всё же мог прийти в замешательство. Не из-за собственных мыслей, конечно, а из-за действий ничтожного существа внизу.

Ничтожный человек прижал левой рукой ткань ко рту, а наруч на его правой руке был направлен на Гуз-Майза.

Эти наручи выпускали огонь. Гуз-Майз уже знал это. Однако до сих пор пламя исходило только из левого наруча, и он не помнил, чтобы правый когда-либо делал то же самое.

Пока хаотичный разум Гуз-Майза пытался понять, что выпустит правый наруч…

— «Адский миазм… на полной мощности!»

…светловолосый мужчина выкрикнул что-то, и из его правого наруча с огромной силой хлынул тёмно-фиолетовый дым.

Гуз-Майз не знал этой атаки. Он не понимал, что это такое, каковы её свойства и что замышляет враг. Используя свои ограниченные способности к рассуждению, Гуз-Майз попытался разобраться в происходящем, и вскоре пришёл к выводу.

Дым был для него безвреден — более того, даже полезен.

Это была миазма — ядовитый туман, который поражал живых, ослаблял их и медленно вёл к смерти.

Для Гуз-Майза — нежити — это не представляло особой проблемы.

Из-за живых клеток он не мог избежать ослаблений, но их воздействие на тело было незначительным. В конце концов, небольшие значения эффектов «Слабость» и «Опьянение» ничего не значили для смеси трупов. Даже если Гуз-Майз получал ослабления, их эффект был ничтожен. Отравление повреждало его клетки, но с этим легко справлялось «Автоматическое восстановление».

Таким образом, поскольку миазма лишь приближала живых к смерти, для Гуз-Майза она была скорее полезной. Пытаясь понять, зачем мужчина совершил настолько глупый поступок, существо наконец осознало одну вещь.

Оно ничего не видело. Тёмно-фиолетовый дым распространился до самого основания его горла, и даже глаза на лицах по всему телу не помогали разобраться в происходящем.

Эта дымовая завеса и была целью мужчины. Хотя миазма представляла для него опасность, он всё равно воспользовался ею, чтобы помешать Гуз-Майзу видеть.

— «ＤａａＤＦｄＺｆａａＡＳｓａＤＡＳａｓＡａＡａａＡＡ!» — Гуз-Майз взревел и начал неистово буйствовать. Его беспорядочные движения, от которых содрогалась земля, должны были раздавить мужчину, который наверняка всё ещё находился рядом. Гуз-Майз некоторое время топал, не обращая внимания на ущерб, который причинял поверхности и лицам на ногах, но так и не почувствовал под ступнями ничего живого.

Он не мог ударить мужчину. Не знал и того, где тот находится. Это приводило его одновременно в ярость и тревогу, но среди хаотичной обиды нашлась рассудительная часть, пришедшая к определённому выводу.

Человек метит в голову. Но он ничтожен и не умеет летать. Чтобы атаковать голову, он попытается перерезать ноги. В этот момент нужно применить высшее заклинание и убить его вместе с атакованной конечностью.

План требовал пожертвовать частью собственного тела. Однако из-за «Автоматического восстановления» Гуз-Майза это не было высокой ценой. Даже если мужчина спрятался, у него оставался лишь один способ победить. Пока Гуз-Майз не позволит ему это сделать, победа обеспечена. Мужчина всё ещё мог использовать пламя, но оно лишь причиняло боль и даже близко не подходило к смертельному урону.

В следующий момент… Как только мы почувствуем боль, направим на него заклинание, — подумал Гуз-Майз. Повторное применение стоит дорого. Но ради его убийства это небольшая цена.

С этими мыслями он сосредоточился на ногах и передал управление телом той обиде, которая могла использовать заклинание.

Затем он обнажил ядро в голове и приготовился применить магию.

Внезапно кто-то коснулся левой задней ноги Гуз-Майза, и его наполовину сгнившая нервная система послала сигнал.

— «Ｄ Ｅ ｅ ｅ Ｅ ａ Ａ Ｄ ｄ Ｌ ｙ ｙ Ｙ ｙ Ｍ ｉ ｘ ｅ Ｅ Ｅ ｅ ｅ Ｒ ｒ ｒ Ｒ Ｒ Ｒ ｒ Ｒ!!»

Мгновение спустя оно применило заклинание, намереваясь уничтожить и мужчину, и собственную ногу.

Скорость, с которой оно повернуло голову, заставила гнилую кожу на шее лопнуть и разорваться, но Гуз-Майз не обратил на это внимания. Хотя прицелиться было чрезвычайно трудно, силы атаки хватило, чтобы левая задняя нога исчезла. Гуз-Майз потерял опору и закричал от обжигающей боли, но повреждение не выходило за пределы того, с чем могла справиться его восстановительная способность.

Главное, что мы его уби—

В тот самый миг, когда эта мысль пронеслась у него в голове, мужчина, которого предполагалось уничтожить, вскочил на спину Гуз-Майза.

Он не мог понять, что произошло. Бесчисленные обиды внутри пришли в движение и заставили его на мгновение оцепенеть.

Затем оно заметило состояние мужчины.

Правая рука мужчины была покрыта кровью и сжимала знакомый кусок плоти. Это была часть тела Гуз-Майза, и по его рту легко было понять, что он откусил её. Наконец, в другой руке он держал алебарду, за лезвием которой развевался чёрный флаг.

Только что он с невероятной быстротой запрыгнул на спину Гуз-Майза, а теперь готовился броситься к его голове. Он двигался гораздо быстрее, чем несколько мгновений назад, и даже быстрее, чем до получения всех ран. Трудно было поверить, что он тяжело ранен. На глазах у Гуз-Майза его раны исчезали.

Внезапно обида, управлявшая Гуз-Майзом, содрогнулась от страха. В конце концов, это напоминало погоню в подземелье.

— Похоже… сработало, — сказал мужчина, тяжело дыша.

Мёртвые лица по всему телу услышали его бормотание.

— Если, получив ослабление, съесть часть тела противника, на которого наложено ослабление… «Реверс» распознаёт это как отрицательный эффект, вызванный врагом. Это доказала Ходячая виноградная лоза, с которой я сражался сегодня утром.

Гуз-Майз не понял, о чём говорил мужчина.

— Я не знал, действует ли «Адский миазм» на нежить, и существовала вероятность, что случай с Ходячей виноградной лозой произошёл только потому, что причиной была её атака, — сказал мужчина. — Если бы это было так, я умер бы от собственной атаки… Но всё сработало.

Гуз-Майз не мог понять, что произошло с мужчиной.

— Ха-ха… Какая отвратительная авантюра, — рассмеялся мужчина.

Разум Гуз-Майза едва позволял ему понять, что мужчина создал эту ситуацию, съев его гнилую плоть.

— «ＧｇｉｉＩｉｉｅＥｅ!? ＤｄＧｇＡａａＡＡａＡｑＱａＡａ!?» — закричал он всеми ртами на теле и прямо внутри собственной головы.

— Страшно? — спросил мужчина.

И действительно, Гуз-Майз боялся. Все члены банды Гуз-Майза — шайки негодяев, погубивших множество людей и съевших огромное количество человеческой плоти, — все вместе страшились стоявшего перед ними мужчины.

— Похоже, тебя впервые съели, да? — сказал мужчина.

Это был человек, который, словно желая воздать Гуз-Майзу за его грехи, пожрал его плоть и всё ближе подходил к тому, чтобы положить конец его неумирающей жизни.

Естественно, смесь нежити боялась того, как действовал этот мужчина.

Он действительно был богом смерти.

Его руки — одна кроваво-красная, другая мертвенно-чёрная — держали тёмный флаг. На голове у него были волчьи уши. Он без колебаний пожирал плоть людоедов. Если он не был самим жнецом, посланным положить им конец, то таковым не был никто.

— «Ｋ Ａ ｄ ｓ Ｆ ａ!? Ａ ｓ ａ Ｓ Ａ Ｄ ａ ａ Ａ ｑ Ａ Ｓ Ｑ ａ!»

Гуз-Майз начал бешено обрушивать на него руки, но мужчина с лёгкостью уклонялся от ударов, из-за чего смесь трупов казалась до жалости медлительной. Более того, он запрыгнул на опущенную левую руку и побежал вверх, к голове.

[[image:/storage/reader-images/724114822e0ddce93f3788e1ce828d556b1ff5ef.jpg]]

Постепенно бог смерти… Жнец… окончательный конец… приближался к Гуз-Майзу.

Охваченный отчаянием, он разыграл последний козырь.

— «Ｄ ｅ Ｅ ｅ Ａ Ａ — Ｄ ｅ Ｅ ａ ａ Ｄ Ａ ａ ａ — Ｄ ｄ ｄ Ｄ Ｌ Ｙ ｙ ｙ Ｍ ｉ Ｘ ｅ Ｅ ｅ ｅ Ｅ Ｅ ｒ ｒ Ｒ Ｒ ｒ Ｒ!?!?»

Это было третье применение высшего заклинания.

Гуз-Майза не заботило, что произойдёт. Заклинание поглощало огромное количество обиды, составлявшей саму суть Гуз-Майза, поэтому существовала вероятность, что троекратное применение за столь короткое время приведёт к самоуничтожению. Однако страх перед мужчиной, бежавшим по его руке, был слишком силён, чтобы Гуз-Майз мог сдержаться.

Вспышка разрушительной магии заставила бога смерти и всё, что находилось ниже локтя, полностью исчезнуть. Хотя рука Гуз-Майза была толще большого дерева, заклинание уничтожило даже её кости.

Сигналы боли были ненормально сильными, а из-за утраты обиды «Автоматическое восстановление» работало не на полную мощность. Обида, текущая по его телу, сократилась до обиды того, кто мог применять «Смертоносный миксер», и ещё нескольких других. Несмотря на это, лица, покрывавшие тело, и немногочисленные оставшиеся обиды облегчённо улыбались.

Одна нога, одна рука и примерно восемьдесят процентов обиды, составлявшей его сущность.

Потери были велики, но их хватило, чтобы их бич — сам жнец — исчез. Бой закончился. Теперь оставалось лишь дождаться завершения «Автоматического восстановления», отправиться в город за новой обидой и…

— «ＡａＨｈＨｈ?» — внезапно сверху на него упала тень.

Гуз-Майз посмотрел вверх.

Перед закатом, купаясь в свете заходящего солнца, там находился источник тени.

Чёрный силуэт держал за спиной чёрный меч. С огромной скоростью он приближался к голове Гуз-Майза.

— Вы, звери, погрязшие в нежити… — раздался женский голос.

— …засните… навеки! — закончила она.

Острие чёрного двуручного меча пронзило лоб Гуз-Майза и коснулось его ядра.

— МНЕ ОТМЩЕНИЕ!

Итак, удар, вобравший весь урон, который Гуз-Майз когда-либо причинил мужчине… Нет — возмездие, отомстившее за всех людей, пострадавших из-за тех, кто составлял эту смесь смерти…

…полностью уничтожило его ядро и положило конец самому его существованию.

Неизвестное место

[«Пасть пустыни, Азмор» повержена]

[Итоговый уровень: 56]

[MVP: «Земля» Фатум, уровень 1157 (общий уровень: 1657)]

[Эмбрио: «Переполненный божественный сосуд, Грааль»]

[Особая награда MVP: легендарный предмет «Мешок пустыни, Азмор»]

■

[«Багровый доспех, Эксадемон» повержен]

[Итоговый уровень: 63]

[MVP: «Король прекращения» Альберт Шварцкайзер, уровень 620 (общий уровень: 1120)]

[Эмбрио: «Семизвёздный оборот, Септентрион»]

[Особая награда MVP: древний легендарный предмет «Пронзатель багрового доспеха, Эксадемон»]

■

[«Четырёхмерный кайдзю, Тодогилас»]

[Итоговый уровень: 51]

[MVP: «Главнокомандующий» Грей α Центавра, уровень 490 (общий уровень: 990)]

[Эмбрио: «Неопознанная летающая крепость, Лапута»]

[Особая награда MVP: древний легендарный предмет «Серия „Ультимативный костюм“: Тодогилас»]

■

[«Восставший бык-конь, Гуз-Майз»]

[Итоговый уровень: 34]

[MVP: «Паладин» Рэй Старлинг, уровень 35 (общий уровень: 35)]

[Эмбрио: «Дева возмездия, Немезида»]

[Особая награда MVP: эпический предмет «Насыщенные обидой поножи, Гуз-Майз»]

— Хм?

В пространстве, озарённом бесчисленными окнами с данными, оно произнесло растерянное «хм».

На первый взгляд это был взрослый мужчина-человек, но при ближайшем рассмотрении становилось заметно, что кожу на его теле покрывали участки драконьей чешуи и звериной кожи, а голову украшали дьявольские рога. В целом он выглядел скорее «гуманоидным монстром», чем человеком, однако надетые им очки сумели сместить впечатление в сторону «человеческого» — пусть и едва-едва.

Он выполнял одну из порученных ему работ — проверял данные о победах над УБМ за определённый период. В «Бесконечном Дендрограме» его роль заключалась в признании УБМ.

Хотя УБМ обладали аномальной мощью и столь же сильными способностями, их главной уникальной особенностью было превращение после поражения в особые награды.

Многие боссы-монстры, не являвшиеся УБМ, тоже обладали огромной силой и уникальными способностями. После их победы — будь то победа людей или других монстров — из них выпадали сундуки с сокровищами или предметы, которыми они владели до смерти.

Однако особые награды, оставляемые УБМ, совершенно не походили на обычную добычу с босса. Они были материализацией образа — концепций, связанных со способностями поверженного УБМ, — скорректированной так, чтобы лучше всего подойти самому ценному участнику битвы.

Дело было вовсе не в силе и не в способностях. Именно это превращение и являлось главной особенностью УБМ.

Ни один обычный монстр им не обладал. Но если управляющий ИИ, отвечавший за УБМ, признавал существо УБМ, оно становилось именно им — монстром, способным после смерти превратиться в особую награду.

Существом, работавшим в этом пространстве, был Джаббервок — тот самый управляющий ИИ, который отвечал за признание УБМ, наделение их особенностями, а иногда даже за их проектирование.

— «Рэй Старлинг», — пробормотал он. — Если считать по земному времени, это имя игрока я видел вчера.

Это был тот самый игрок, который на совершенно неправдоподобно низком уровне одолел Великого миазматического демона Гардранду — УБМ, спроектированного Джаббервоком. Естественно, Джаббервок был слегка удивлён, увидев, как один и тот же человек два дня подряд стал MVP в сражении с УБМ.

В этом мире УБМ, спроектированных или признанных Джаббервоком, было множество. Но того же нельзя было сказать о MVP.

Многие люди не могли их одолеть. Другие не могли даже встретиться с ними. А третьи попросту не могли стать MVP.

Не говоря уже о сильнейших из сильнейших — Супериорах, которые активно охотились на УБМ. В результате MVP могли стать лишь немногие счастливчики, которым удавалось встретить УБМ и успешно его победить.

Поэтому Джаббервок очень заинтересовался существом, которое два дня подряд сталкивалось с УБМ и — после тяжёлой борьбы — оба раза выходило победителем.

— Увлекательно, — сказал он. — Вот если бы большинство побеждённых УБМ были такими же. Меня весьма раздражает, что Супериоры охотятся на них, будто это обычная работа. По-настоящему сокровище ценится только тогда, когда его добываешь в тяжёлой борьбе и среди напряжённой драмы. В конце концов, без этого не обходится ни одна хорошая сага или эпопея. — Джаббервок непрерывно кивал собственным словам, а затем задумался. — Полагаю, мне стоит сделать свои творения ещё более живучими.

С этими словами он задумчиво закрыл глаза…

— Начнём с атомного дыхания. Как у Годзиллы.

В тот миг, когда Джаббервок произнёс нечто по-настоящему зловещее, ему ответили:

— Только без радиоактивного загрязнения, ла-а-адно?!

Прежде чем он успел это осознать, в пространстве за его спиной уже сидел похожий на кошку талисман.

Это был Чешир — управляющий ИИ номер 13. Покачав головой, поражаясь тому, насколько хлопотным был его коллега, он принялся комментировать замысел Джаббервока.

— Оставь неразумные объёмы силы СУБМам. Они и так создают достаточно бедствий. Нам не нужно ничего, что могло бы вызвать нерегулярную эволюцию. Ты хоть понимаешь, сколько хлопот доставили нам последние два нерегулярных?! Даже любимчик Хампти и Супериоры Гранвалоа едва смогли остановить Крепость трупов, а Биологическое оружие катастрофы до сих пор запечатано в космосе, в «тюрьме» Красного короля, понимаешь? О твоих УБМ заботятся тианы, мы и игроки, понятно?

— Я в курсе, — ответил Джаббервок. — А теперь, что привело тебя сюда, тринадцатый?

— А, точно, чуть не забыл, — сказал Чешир. — Управляющий ИИ, отвечающий за монстров, Куин, передала тебе сообщение.

— И что же там?

— «Объясни своё предыдущее признание».

— И что мне прикажешь из этого понять? — потребовал ответа Джаббервок.

— Она передала мне письмо, но — как и следовало от неё ожидать — оно было одновременно слишком эмоциональным и слишком многословным, поэтому я его сократил, — сказал Чешир. — Кроме того, речь в нём идёт о Гуз-Майзе — последнем монстре, которого ты признал УБМ.

— Понятно.

Этого Джаббервоку хватило, чтобы понять, что беспокоило Куин.

— Если добавить чуть больше подробностей, получится: «Он не родился естественным образом и не был создан или подготовлен нами. Почему ты присваиваешь статус УБМ нежити, рождённой человеческой магией?»

— У Гуз-Майза были интересные уникальные способности, — сказал Джаббервок. — Его характеристики и обстоятельства рождения были более чем достаточны для присвоения эпического статуса. Кроме того, если взглянуть на цепочку событий, приведших к его созданию, становится ясно, что второго Гуз-Майза никогда не будет.

Поэтому Джаббервок считал, что признать его УБМ было совершенно логично.

— Это правда, — сказал Чешир. — Наверное, Куин просто жалуется, потому что расстроена: не так уж много боссов-монстров, которых она выбрала и улучшила, признают УБМ.

— Я просто выполняю свою работу, — ответил Джаббервок. — И вообще, разве для нас действительно имеет значение, признаю я что-то УБМ или нет?

— Думаю, Куин просто капризничает, потому что чувствует себя недооценённой, — сказал Чешир. — Но ладно.

Размышляя об отношениях между этим тупоголовым ИИ-коллегой и Куин, Чешир тяжело вздохнул.

— Кроме того, творения номер три в лучшем случае неотёсанны, а в худшем — чересчур предсказуемы. Им не хватает и изобретательности, и потенциала, — добавил Джаббервок. — По этим параметрам Гуз-Майз и некоторые творения игроков гораздо лучше подходят на роль УБМ.

— Куин ведь простая и прямолинейная девушка… Постой, что? — Чешир понял, что Джаббервок только что сказал нечто, чего нельзя было оставить без внимания. — Творения игроков? Что ты имеешь в виду?

— Именно то, что сказал, — ответил Джаббервок. — Я говорю о том Супериоре из Империи Драйф.

— …А-а. — Одного упоминания этого человека Чеширу оказалось достаточно. Упомянутый Супериор вполне мог создать монстра, способного привлечь внимание Джаббервока.

— Мне почему-то кажется, что Рэй тоже в это вмешается, — сказал Чешир.

Оснований для такого предположения у кота не было. Его можно было списать на обычную интуицию, но управляющие ИИ обладали вычислительными способностями, недоступными ни одному человеку, и потому назвать её «обычной» было сложно.

Джаббервок задумался, почему в бормотании Чешира прозвучало имя игрока, который ещё недавно его заинтересовал, но не стал как-либо на это реагировать.

Кот же, напротив, заинтересовался тем, что было связано с его собственным бормотанием, и решил спросить:

— Ах да. Я вспомнил о Рэе, и тут же кое-что вспомнил. Эй, Джаббервок.

— Да?

— Помнишь Великого миазматического демона Гардранду, которого он недавно победил? — спросил Чешир. — Что произошло бы, если бы она дошла до конца своего развития? Она умерла ещё во второй форме, и мне стало любопытно.

Знаю, это я виноват, что рассказал Рэю о её слабом месте, но всё же… — подумал он.

В ответ…

— Она бы родилась.

…Джаббервок ответил слишком уж кратко.

— …Извини, но я не понял, — сказал Чешир.

Настолько кратко, что даже ИИ с нечеловеческими вычислительными способностями не смог понять смысл сказанного.

— Её последней формой стало бы существо, которое должно было родиться из накопленного демоном боевого опыта, — пояснил Джаббервок.

— Отдельная единица? — спросил Чешир.

— Нет. — Управляющий ИИ УБМ покачал головой. — Лучше смотреть на это так: «мать» была лишь оболочкой, а ребёнок, который должен был родиться, являлся настоящей Гардрандой. К сожалению, ему не довелось раскрыться.

Неиспользованная сила — жизнь и разум, которым не суждено было родиться. Именно об этом говорила Рэю в его сне тень — не-мать Гардранда.

Вот почему слабым местом демона был желудок, — подумал Чешир и кивнул сам себе. — Кстати, что за существо должно было родиться?

— Если не ошибаюсь, мать в основном сражалась с людьми и пожирала их, — сказал Джаббервок. — Поэтому логично предположить, что ребёнок был бы гуманоидом.

— Можно также предположить, что второго шанса родиться у него не будет, верно? — спросил Чешир.

— Да, именно так.

Однако это может измениться в зависимости от последнего навыка, который оно получит, превратившись в предмет, — подумал Джаббервок.

Возможно, эффект навыка, который Рэю ещё предстояло открыть, даст не родившемуся существу ещё один шанс. Однако, поскольку ничего подобного раньше не случалось, Джаббервок счёл такую возможность крайне маловероятной.

— А теперь, если позволишь, мне нужно вернуться к работе, — сказал он.

— Конечно, у меня тоже есть дела, — протянул Чешир.

Джаббервок закончил разговор, повернулся к окну, на котором струился поток информации.

Чешир покинул рабочую зону коллеги и отправился заниматься своими делами.

Паладин Рэй Старлинг

[УБМ «Восставший бык-конь, Гуз-Майз» повержен]

[Выбор MVP]

[Рэй Старлинг выбран MVP]

[Рэю Старлингу вручена особая награда MVP — «Насыщенные обидой поножи, Гуз-Майз»]

— Вот и всё, да?.. — пробормотал я.

Тело Гуз-Майза распалось на частицы света, а мне пришло окно с сообщением, похожим на то, что появилось после победы над Гардрандой. Я наконец мог облегчённо вздохнуть: чудовище было мертво. Но обстоятельства не позволяли расслабиться. Гуз-Майз был около сорока метров ростом, и после того, как я победил его, ударив в голову, мне теперь предстояло пролететь вниз всё это расстояние.

К тому же я не мог пошевелить телом.

Чтобы победить, я использовал совершенно безумный способ активировать «Подобно флагу, развевающемуся вспять». Полученные дебаффы превратились в баффы, и я стал сильнее, чем когда-либо прежде, сумев одолеть чудовище. Однако, как и в случае с Гардрандой, смена оружия или победа над врагом — Гуз-Майзом — отменила действие навыка. Поэтому на мне осталось множество дебаффов. Окно статуса показывало Отравление, Слабость и Опьянение — три эффекта «Адского миазма», — а также Проклятие и Пищевое отравление, которыми я, скорее всего, обзавёлся, проглотив плоть Гуз-Майза.

Ну да, я съел часть тела этой чёртовой нежити, так что удивляться тут нечему, — подумал я.

Через несколько мгновений после отмены «Реверса», когда я сменил Немезиду на её форму меча, мне удалось ненадолго пошевелить телом и активировать «Возмездие — моё», но с тех пор дебаффы только усилились. Теперь я не мог пошевелить даже пальцем.

В таком состоянии до падения оставались считаные секунды, и я ничего не мог сделать, чтобы смягчить удар. С моими нынешними HP и общим состоянием тела было весьма сомнительно, что я переживу падение.

— Пожалуй, стоит помолиться, — пробормотал я.

Я закрыл глаза и приготовился к удару. В тот же миг почувствовал прикосновение чего-то неестественно лёгкого.

Ощущение повторилось ещё пару раз. После мягкого покачивания я почувствовал, как моё тело опустилось на землю.

Я окончательно запутался.

Охваченный тревогой, я открыл глаза и увидел рядом сияющего искусственного коня Сильвера. Как и в первый раз, когда я с него упал, он смотрел на меня сверху вниз, словно беспокоясь.

Очевидно, Сильвер мягко поймал меня во время падения и осторожно опустил на землю. Я понятия не имел, как ему удалось сделать это с его конской конструкцией, но другого объяснения не было.

— Ха-ха, — рассмеялся я. — Спасибо, Сильвер.

Он не был животным, у него не имелось рта, и потому издавать естественные звуки он не мог. В ответ на мою благодарность он просто потёр кончиком своего «носа» мою щёку. Из-за этого он стал ещё больше походить на настоящую лошадь.

После того как Сильвер помог мне преследовать лича, можно было с уверенностью сказать, что в этом деле он оказался бесценным помощником. А без Миазмопламенных наручей и того сна у меня был бы большой шанс проиграть. Впрочем, кое-кто сделал для меня больше, чем кто-либо другой.

— Спасибо, Немезида, — сказал я. — Если бы ты не проявила такую настойчивость, всё бы для нас закончилось.

Если бы у меня не было Немезиды и она не выиграла время, необходимое мне, чтобы прийти в себя, мне бы вынесли смертный приговор, а той куче трупов ничто не мешало бы напасть на кого-нибудь ещё. Только благодаря Немезиде этого не произошло, и я выразил ей свою благодарность.

Однако в ответ услышал лишь мирное, ритмичное дыхание. Прежде чем я успел что-либо понять, она исчезла из ячейки снаряжения, вернулась в гуманоидную форму и крепко уснула. Это напомнило мне похожий момент в драконьей карете после битвы с Гардрандой.

Умиротворённое выражение её лица казалось лучшим доказательством того, как много сил она сегодня потратила.

— Ты молодец… Немезида.

Я коснулся её левой рукой, и она мгновенно вернулась в герб.

Оставшись один и не в силах пошевелиться, я поддерживал ОЗ, накладывая на себя исцеляющую магию, и перебирал предметы в поисках способа нейтрализовать эффекты статуса. Утреннее приключение закончилось для меня хорошим уроком, поэтому, отправляясь за покупками, я заранее приобрёл подходящие предметы против трёх дебаффов «Адского миазма».

Приняв их, я ослабил действие Пищевого отравления, несколько раз вызвав рвоту, а затем окончательно избавился от него, запив всё нужным лекарством.

Последний эффект статуса — Проклятие — исчез сам собой, пока я разбирался с остальными.

Поскольку за всё это время на меня никто не напал, я решил, что буйство Гуз-Майза, скорее всего, распугало всех местных монстров. Благодаря этому я смог полностью восстановить здоровье и снять дебаффы, не потревоженный ни единым врагом.

Хотя экран состояния теперь сообщал, что я совершенно здоров, сам я так не чувствовал. Всё время с момента проникновения в крепость до окончания битвы с Гуз-Майзом сильно истощило меня морально и физически. Мои ОЗ могли быть на отметке сто процентов, но я не был уверен, что выжму хотя бы шестьдесят процентов своей обычной эффективности. К тому же Немезида тоже была не в состоянии сражаться.

В любом случае лучшего момента, чтобы проверить полученную за Гуз-Майза особую награду MVP, не найти.

Как следовало из названия, «Насыщенные обидой поножи» представляли собой пару сапог из похожего на злой умысел фиолетового металла и кожи — надеюсь, не человеческой. В информационном окне их описание выглядело так:

[Насыщенные обидой поножи, Гуз-Майз]

[Эпический предмет]

Эпический предмет, воплощающий концепции, связанные с облачённым в обиду человеком-лошадью с головой быка.

Помимо преобразования окружающих отрицательных эмоций в чистую силу, дарует владельцу понимание единства человека и лошади.

[Этот предмет нельзя передавать или обменивать.]

— «Эпический предмет»? — Это были первые слова, сорвавшиеся с моих губ после того, как я увидел экран состояния.

Миазмопламенные наручи Гардранды были «легендарным предметом», поэтому мне стало любопытно, какую именно разницу обозначали эти описания.

Я просмотрел окно помощи и нашёл раздел «Ранги особых наград MVP». Не помню, чтобы в прошлый раз, когда я изучал этот участок справки, его там было, поэтому мог лишь предположить, что он появился совсем недавно. Если строить догадки, то, вероятно, после того, как я получил Миазмопламенные наручи.

В разделе помощи говорилось, что УБМ и получаемые после победы над ними особые награды имеют несколько рангов. В основном ранг определялся силой и уровнем угрозы УБМ. От низшего к высшему они располагались так: эпический, легендарный, древний легендарный, мифический и Супериор.

С тех пор как я сражался с демоном, я стал сильнее, но всё равно считал Гуз-Майза более сложным противником, чем Гардранда. Однако ранг Миазмопламенных наручей был выше, чем у новой особой награды.

Бонусы к характеристикам это подтверждали. Насыщенные обидой поножи повышали мою AGI на тридцать процентов, а Миазмопламенные наручи — мою STR на сто процентов. Очевидно, Гардранда стояла выше Гуз-Майза.

Мне казалось, что она сама может что-то знать об этом. В конце концов, она называла себя «неиспользованной силой» и «жизнью и разумом, которым демон не позволил родиться».

С этой мыслью я попытался заговорить с Миазмопламенными наручами на своих руках, но не получил никакого ответа.

Того сна было более чем достаточно, чтобы понять: её разум всё ещё цел. Но, по-видимому, в реальности она не могла со мной разговаривать.

Внезапно меня охватила пугающая мысль: а вдруг разум сохранился и у Гуз-Майза? Однако, немного поразмыслив, я пришёл к выводу, что поножи полностью лишены какого-либо сознания. Это предположение основывалось лишь на интуиции, но почему-то я не чувствовал в нём ни малейшей ошибки.

Если же искать этому объяснение, то можно сказать, что сапогам просто не досталась та обида, которая пропитала всё, связанное с существом по имени Гуз-Майз.

Разобравшись с этим, я принялся изучать два навыка поножей обиды.

Первым было «Преобразование обиды» — ослабленная версия силы обиды, питавшей Гуз-Майза. Оно поглощало обиду из окружающего пространства, накапливало её и превращало либо в SP, либо в MP. Я предполагал, что это было частью функционала монстра, однако навык не обладал способностью «Автоматическое восстановление».

…Если подумать, восстановление потерянных конечностей выглядело бы жутковато, так что я даже обрадовался, что этой способности нет.

Второй навык — «Всадник и конь — единое целое» — явно был связан с тем, что Гуз-Майз являлся человеком-конём. Он повышал уровень навыка «Верховая езда» на один.

Постой…

Повышает уровень навыка «Верховая езда» на один.

— Я наконец смогу ездить на Сильвере! — переполненный эмоциями, радостно закричал я.

Вот это здорово, — подумал я.

Именно это и было нужно, чтобы больше не ездить на Сильвере так, будто я исполняю цирковой номер.

Кроме того, навык повышал ЛВК во время езды на лошади на десять процентов за каждый уровень «Верховой езды». Это тоже было неплохо… Более того, вероятно, именно это являлось главным эффектом навыка. Но поскольку раньше я вообще не мог начать ездить верхом, дополнительный эффект радовал меня куда сильнее.

После этого я сел на Сильвера и поехал по дороге, которой Хьюго и Кюко добирались до Гидеона. Я ехал на механическом коне, мерно стучавшем копытами по земле, и не мог сдержать восторга: я не падал с него.

Мне было настолько удобно, что я расслабился и направился к Гидеону, позволяя Сильверу самому переходить в лёгкий галоп.

Надеюсь, по дороге мне встретится Хьюго, — подумал я.

Прошёл больше часа с тех пор, как я надел Насыщенные обидой поножи, а мы с Сильвером всё ещё находились на горной дороге.

— Мы уже приехали?.. — спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

За это время мой навык «Верховая езда» уже повысился на один, а мне пришло сообщение о завершении задания «Спасти Родди Ланкарса». Похоже, Хьюго прибыл в Гидеон, передал детей девушке, выдавшей задание, и их родителям. Мне тоже хотелось оказаться в Гидеоне вместе с ними.

— Думаю, мы уже должны быть близко, — сказал я. В моём голосе звучала неуверенность: я не был уверен, что еду по правильной дороге.

Когда мы ехали от Гидеона к убежищу Гуз-Майза, то использовали мейджингир и — чтобы нас не заметили — двигались по пути, где не должны были встретить людей. Теперь же я следовал по горной дороге, настолько хорошо содержавшейся, что на ней не росло ни травинки. Если учитывать удобство для меня и Сильвера, этот путь был гораздо лучше прежнего, однако и у него имелись свои проблемы.

Горный пояс Круэллы представлял собой сеть множества дорог самых разных размеров. Согласно описанию этой области в окне помощи, некоторые из них были проложены по приказу королевства или Гидеона, но многие другие местные банды прокладывали без всякого плана.

При всей магии этого фантастического мира дорожные общественные работы не представляли сложности. Существовали даже заклинания, позволявшие просто отодвигать растительность, так что, возможно, всё это было легче, чем использовать тяжёлую технику.

Из-за этого дорог было бесчисленное множество, и мне — человеку, совершенно не знавшему местности, — было трудно найти обратный путь. Поскольку к убежищу я добирался не по этим горным тропам, карта не показывала, какая из них ведёт к Гидеону, и почти не помогала с маршрутом.

Однако примерное положение города я знал, поэтому мог пользоваться сторонами света в окне карты. Взяв их за ориентир, я сумел направиться туда, где, как мне казалось, находился Гидеон.

С учётом нашей скорости и прошедшего времени город уже, по крайней мере, должен был показаться на горизонте…

— О. — Как раз в этот момент я заметил очертания Гидеона, выглядывавшие из промежутков между деревьями.

Мы всё ещё находились в горах, поэтому мне открывался вид на город с особенно высокой точки. Уже темнело, но город сиял множеством огней, ясно показывая, что его жители всё ещё полны энергии.

— Хм? — пробормотал я.

До моих ушей донёсся знакомый звук — копыта били по земле, и за сегодняшний день я успел к нему привыкнуть. Но на этот раз звуков было много, и, похоже, все они исходили от одной группы. Более того, она приближалась ко мне.

— Что?

Я представил неправдоподобную и, если честно, довольно нелепую картину: меня преследует отряд личей-конелюдей. Но тут к цокоту копыт добавился скрежет металлических доспехов. Вскоре я увидел группу всадников в полном латном облачении.

Это была хорошо знакомая группа — рыцари королевской гвардии Лилианы.

— Здравствуй, Лилиана, — сказал я. — Мы с тобой что-то слишком часто встречаемся, так что…

— Рэй! — воскликнула она, не дав мне закончить. — Ты в порядке?!

— …день? — Так, а почему она так пристально на меня смотрит? — подумал я. И почему её рыцари вдруг насторожились и приготовились к бою? Кто-нибудь объяснит, что происходит?

— Где гигантская нежить?! — продолжила она. — Тебе удалось от неё сбежать?! Или она всё ещё где-то рядом?!

…А-а, вот теперь понятно.

Сначала я объяснил Лилиане, что беспокоиться не о чем, а затем мы обменялись информацией. Она подробно рассказала, что произошло с её стороны.

После того как мы расстались в кафе сладостей, Лилиана продолжила поиски второй принцессы, но к вечеру получила мрачное известие. Один из её людей сообщил: «Похоже, вторую принцессу похитил какой-то подозрительный человек».

Лилиана знала о гнусных преступлениях банды Гуз-Майза и решила, что вторая принцесса вполне могла стать ещё одной их жертвой.

Однако убежище банды Гуз-Майза находилось в горном поясе, служившем границей между королевством и Калдиной. Выдвижение крупного отряда солдат могло быть воспринято как акт войны.

Поэтому Лилиана собрала отряд, состоявший только из лучших представителей королевской гвардии, и запланировала спасательный рейд к убежищу банды Гуз-Майза.

Как только они подготовились и двинулись в путь, в Гидеон въехали две кареты.

Поскольку было уже поздно, скорость, с которой они въехали в город, сразу привлекла внимание. Когда Лилиана попросила назвать их личности и цель визита, кучер — Мастер — сообщил ей нечто совершенно поразительное.

Он сказал: «Я Мастер, принявший просьбу одной из жительниц этого города спасти похищенного мальчика. Мы уничтожили банду и вернули всех детей, оставшихся в живых. Однако во время этого какое-то странное колдовство заставило трупы членов банды слиться в гигантскую нежить-УБМ. Нам удалось бежать на каретах, но мой товарищ-Мастер всё ещё где-то в горном поясе сдерживает чудовище».

История была настолько абсурдной, что некоторые рыцари попросту не поверили ему. Однако рыцарь с навыком «Распознавание истины» установил, что Мастер не лжёт. Более того, заказчица, ожидавшая их у ворот, подтвердила правдивость его слов.

Превращение дела о похищении в нападение УБМ полностью перевернуло их планы. Кроме того, Лилиана спросила имя Мастера, сдерживавшего УБМ, и узнала, что это был хорошо знакомый ей человек — я.

Узнав об этом, она поспешно отправилась в путь. Рыцари, которые должны были участвовать в спасательной операции, последовали за ней. Через некоторое время они встретили меня — всё ещё настороженного и готового сразиться с УБМ.

— Понятно, — сказал я. — Значит, Хьюго благополучно доставил детей в город. Какое облегчение.

Я знал об этом из полученного сообщения, но теперь, услышав обстоятельства, мог окончательно убедиться, что беспокоиться не о чем.

— Что значит «какое облегчение»?! — воскликнула Лилиана. — Что случилось с УБМ?!

— Я его победил, — коротко ответил я.

— А, понятно… Ты… ты его победил?!

— Вот. — Я показал ей сапоги и открыл их информационное окно.

— Рэй, если я не ошибаюсь, ты стал Паладином около недели назад, а до этого был на нулевом уровне, верно? — спросила она.

— Похоже на то, — сказал я. — В конце концов, здесь время идёт в три раза быстрее.

— Как ты смог победить УБМ всего через неделю после начала игры?! И я только сейчас заметила, но эти наручи…!

— О, да. Я получил их позавчера… — С этими словами я показал ей Миазмопламенные наручи Гардранды.

Лилиана застыла.

— Масштаб происходящего просто нелеп, — пробормотал один из рыцарей. — Единственный известный мне человек, способный в одиночку победить УБМ, — наш покойный командир.

— Чтобы хотя бы попытаться на такое, нужно быть немного безумным, — сказал другой.

— Тут что-то не так. Нашему вице-командиру приходится играть роль «голоса разума», — заметил третий рыцарь. — Обычно ведь она у нас «сама непосредственность», разве нет?

— Ха-а-а… — вздохнула Лилиана. — Похоже, к Мастерам здравый смысл неприменим.

— Ну, не то чтобы я победил только благодаря собственным способностям, — сказал я. — Со мной были мои товарищи, удача, этот конь по имени Сильвер и Немезида.

— Кстати о Немезиде: где она сейчас? — спросила Лилиана.

— Сейчас отдыхает, — ответил я. — То, что ей пришлось сделать, полностью её вымотало.

Я снял Миазмопламенные наручи и осторожно потёр герб на левой руке, где спала Немезида.

— Рэй… Немезида… — снова заговорила Лилиана. — Я не могу выразить, насколько ценны ваши действия. Благодаря вам ужасная череда похищений в Гидеоне закончилась, а катастрофа с УБМ была предотвращена. Думаю, я говорю от имени всех жителей города, когда благодарю вас. Большое спасибо.

— Ну… — мне было трудно на это отреагировать. — Просто так получилось, по какой-то причине.

Я принял задание, отправился спасать ребёнка, был морально сокрушён трагической картиной в подземелье, позволил ярости подтолкнуть меня к убийству лича, а затем вступил в тяжёлую борьбу с Восставшим быком-конём. Серьёзно, я и сам совершенно не понимал, почему всё обернулось именно так.

Оглядываясь назад, я вспоминал события, от которых у меня перехватывало дыхание. Я чувствовал и смертельный страх, и отвращение. Моё сердце горело огнём, настолько сильным, что, казалось, он мог испепелить меня изнутри.

Однако, когда я узнал, что все дети целыми и невредимыми вернулись в город, послевкусие всей этой истории стало немного лучше.

Закончив обмениваться информацией, мы объединились и направились обратно к Гидеону.

Теперь, когда опасаться нападения УБМ не требовалось, Лилиана и её рыцари решили сопровождать меня. Похоже, она заметила, насколько я устал, и захотела убедиться, что я благополучно вернусь в Гидеон. Я был ей очень благодарен.

— …Ах.

Внезапно в голову мне пришёл один вопрос.

— Кстати, что произошло с поисками Её Высочества принцессы? — спросил я. — Я ценю вашу компанию, но разве вам не стоит сосредоточиться именно на этом?

От моего вопроса лицо Лилианы стало напряжённым. В то же время я почувствовал, как остальных рыцарей охватило сильное беспокойство.

Я-я сказал что-то не то? — подумал я.

— Судя по тому, что вы мне рассказали, Её Высочество похитила банда, верно? — продолжил я. — Я не успел рассмотреть лица детей в каретах, поэтому…

— Её Высочества в каретах не было. — Голос Лилианы прозвучал как-то… бесцветно.

— Значит, это…? — медленно спросил я.

Неужели членов банды оказалось больше? Они увезли её в другое место в горах?..

— Само похищение оказалось дезинформацией, — сказала она. — Незадолго до этого один из наших связался со мной с помощью магии связи и сообщил, что она вернулась домой целой и невредимой.

— Это замеча…

— Мне также сказали, что при ней были купленная в магазине маска, сладости, золотая рыбка и картина. Она выглядела совершенно довольной.

— Я… э-э…

— Единственным, что она сказала людям в месте, где остановилась, было: «Это было невероятно захватывающе!»

Я потерял дар речи.

…Ваше Высочество, не могли бы вы хоть немного считаться с настроением окружающих? — подумал я. Эти люди целый день вас искали.

Хотя Лилиана рассказывала всё совершенно спокойно и деловито, я заметил, как от гнева у неё дёрнулся лоб.

— Э-хе-хе-хе-хе-хе… — зловеще рассмеялась она.

— А-ха-ха-ха-ха… — неохотно присоединился я.

— Э-хе-хе-хе-хе-хе… Давайте сменим тему.

— Отличная идея.

И настроение, и мои инстинкты подсказывали, что углубляться в эту тему не стоит.

Мы перешли к непринуждённой болтовне и продолжили следовать по дороге к Гидеону.

Когда мы наконец добрались до города, я не мог не заметить, что его атмосфера была точь-в-точь такой же, как при моём первом визите. Один из рыцарей Лилианы использовал навык магии связи, чтобы сообщить стражникам о победе над УБМ эпического ранга — Восставшим быком-конём Гуз-Майзом, — и те перестали стоять на страже.

Пройдя через ворота, я огляделся, но Хьюго и Кюко нигде не было видно.

— Лилиана, я хотел кое о чём спросить, — заговорил я. — Вы не видели Хьюго?.. Он мой товарищ. Тот самый парень, который привёз сюда кареты с детьми.

— Прошу прощения, — сказала она. — Я выбежала из города сразу после того, как он рассказал мне о случившемся. Дайте мне минуту, я узнаю, где он.

Сказав это, Лилиана заговорила со стражниками, стоявшими у ворот.

Через мгновение один из них шагнул вперёд.

— Объяснив ситуацию и передав нам детей, этот человек сказал: «Я должен вернуться на другую сторону», — и исчез.

Исчез? — спросил я себя. Что он имел в виду под «другой стороной»? Империю Драйф? Нет…

— Значит, он вышел из игры, — сказал я. Наверное, он сделал это, чтобы не отвечать на вопросы, на которые не имел права отвечать. Его ведь не заковали в наручники и не сделали ничего подобного, поэтому выйти из игры ему было несложно.

Интересно, встречу ли я его завтра, — подумал я.

— Он также передал мне вот это, — сказал стражник и протянул мне письмо.

— Спасибо. — Я открыл письмо и сразу понял, что Хьюго оставил его для меня.

«Дорогой Рэй Старлинг! Я оставляю это сообщение на случай, если ты решишь остаться в этом мире и либо благополучно вернёшься сюда, либо дождёшься истечения смертного приговора.

Прежде всего хочу поблагодарить тебя. Без тебя я не смог бы вернуть детей их родителям и спасти даму, с которой мы встретились в том переулке.

За такие поступки, как победа над бандой Гуз-Майза, тебе, скорее всего, предложат множество наград, и можешь не сомневаться: всё это принадлежит тебе. Мне ничего из этого не нужно. Более того, я не способен получать награды от государственных учреждений королевства.

Мы знакомы совсем недолго, но, думаю, я хорошо понял, что ты за человек. Скорее всего, ты будешь колебаться, принимая предложенные награды. Однако именно ты — единственный, кто смог это сделать, — обязан их принять.

Кроме того, можешь не беспокоиться: свою награду я уже получил. Моей наградой стали улыбка леди Ребекки и слёзы радости, которые она пролила, когда я вернул ей младшего брата.

Мне этого было более чем достаточно.

Если ты всё ещё чувствуешь неловкость, можешь отплатить мне, угостив обедом при следующей встрече.

Прошу простить, что пишу, а не говорю лично, но этим письмом я прощаюсь с тобой.

Прощай. Надеюсь, мы ещё встретимся. Au revoir. À bientôt.

Механический рыцарь льда и роз, Хьюго Лессепс».

Я лишился дара речи.

«Если я решу остаться в этом мире»?.. — подумал я. Я…

— Э-э… Рэй? — Пока я погружался в мысли, Лилиана озабоченно посмотрела на меня.

— Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? — спросила она.

— О, простите, — сказал я. — Я в полном порядке, спасибо.

— Если ты так говоришь… В любом случае, раз уж ты победил банду Гуз-Майза, пожалуйста, найди время в ближайшие несколько дней сообщить об этом в Гильдию искателей приключений и в рыцарские ведомства. Гильдия нужна для оформления наград, а рыцари должны знать об уничтожении преступной организации.

— Понятно. Спасибо.

— Уже поздно, и, думаю, ты невероятно устал, поэтому отправляйся как следует отдохнуть, — сказала она.

— Мне действительно стоит это сделать, — согласился я. — Всё-таки день выдался очень долгим. А что будешь делать ты, Лилиана?

— Вернусь защищать Её Высочество.

— …Похоже, благодарности за приложенные усилия заслуживаю здесь не только я.

— О, не стоит, э-хе-хе…

— Хорошо, тогда я пойду, — сказал я.

— Конечно. До новых встреч.

На этом мы с Лилианой расстались.

Не выходя из игры, я отправился вздремнуть в одну из гостиниц Гидеона. Стоило мне упасть на кровать, как в голове промелькнули все события дня. Но я был настолько измотан, что Песочный человек забрал меня прежде, чем я успел хоть о чём-то подумать.

На этот раз мне ничего не приснилось.

На следующее утро я проснулся на удивление рано.

В окно не проникал солнечный свет, а небо снаружи казалось лишь слегка посветлевшим, поэтому, вероятно, ещё не рассвело. Я положил руку на голову и сразу обнаружил, что собачьи уши, мучившие меня весь вчерашний день, исчезли. Поскольку я провёл ночь в игре, скорее всего, они пропали из-за ограничения по времени.

— Ты проснулся, Рэй? — спросил голос.

Я посмотрел туда, откуда донёсся голос, — на противоположную от окна сторону. Там я увидел Немезиду: она сидела на стуле и смотрела на меня.

— Доброе утро, Немезида, — поздоровался я.

— Доброе утро, Рэй, — ответила она.

После этого мы просто молча смотрели друг на друга.

Наконец я нарушил тишину и пригласил Немезиду прогуляться. Я отвёл её на равнины сразу за северными воротами Гидеона. Я был здесь уже в третий раз, поэтому местность успела стать мне знакомой.

Мы с Немезидой мчались по равнине верхом на Сильвере. Я держал поводья и управлял скакуном, а Немезида сидела сзади и обхватывала меня за талию.

— Это действительно приятно, — сказала Немезида.

— И не говори, — согласился я.

Перекидываясь с Немезидой бессмысленными фразами, я продолжал гнать Сильвера по равнине. Примерно через тридцать минут солнце начало показываться из-за восточных гор.

— Ты покинешь этот мир? — В этот момент Немезида задала мне этот вопрос.

Я ничего не ответил. Она имела в виду то, о чём я размышлял в подвале крепости.

Если воспринимать «Бесконечный Дендрограм» так же, как реальность, то оставаться в мире, настолько наполненном смертью, было, возможно, не лучшей идеей. Вид трупов незнакомых мне детей уже заставил меня почувствовать, будто мне вырвали сердце. Если бы это были люди, которых я знал, например Лилиана или Милианна, мне, наверное, было бы так же больно, как от потери друга в реальности.

Но…

— В этом мире есть не только потери, — сказал я.

Если бы я не начал играть в «Бесконечный Дендрограм», то никогда не встретил бы сестёр, Рука, Мари, Хьюго, Кюко и — конечно же — тебя, Немезида. Я бы не узнал никого из них, если бы просто остался там, а ты, Немезида, даже не родилась бы.

— Ты ведь понимаешь, что тебе снова может быть больно? — сказала она.

Конечно понимаю, — подумал я. Ты совершенно права. Подобные события здесь, вероятно, происходят каждый день. Но всё же…

— Если на моих глазах начнёт происходить что-то, после чего останется дурной привкус… я просто это остановлю, — сказал я.

На этот раз всё закончилось ещё до моего появления. Но если когда-нибудь я окажусь в нужном месте в нужное время, то сделаю всё, что в моих силах, чтобы предотвратить подобную трагедию. В конце концов, возможность, ведущая к желаемому будущему, существует, пока ты не сдаёшься.

— Я отдам все силы, чтобы ухватиться за эту возможность, — сказал я.

— Понимаю, — проговорила Немезида у меня за спиной. — Мне кажется, ты взваливаешь на себя гораздо больше, чем следует, но я не могу сказать, что это на тебя не похоже. Да — ты должен сражаться, чтобы защищать. А пока ты будешь это делать…

Оставаясь у меня за спиной, Немезида нежно погладила меня по голове.

Мягкое прикосновение заставило меня обернуться.

— …Я буду защищать тебя.

Окружённая утренним светом, Немезида подарила мне самую нежную улыбку.

От этого выражения я снова отвернулся и взмахнул поводьями Сильвера, заставляя его перейти в лёгкий галоп. Почему-то я так смутился, что больше не мог взглянуть ей в лицо. И всё же мне нужно было что-то ей ответить.

— Спасибо… Немезида… — только и смог выговорить я.

Обхватив меня, она, кажется, снова улыбнулась.

После этого мы больше ничего не говорили.

Всё ещё сидя на спине Сильвера, мы мчались по полям, позволяя этому тихому утру, полному улыбок, окутать нас.

[[image:/storage/reader-images/006df80b1da274b9eac84576cc3cb971da1fbb69.jpg]]

Окрестности восточных ворот Гидеона, города дуэлей

Полночь.

День, когда Рэй сразился с Восставшим быком-конём Гуз-Майзом и одержал победу, подошёл к концу.

Окрестности восточных ворот Гидеона — совершенно безлюдные, если не считать нескольких стражников, дежуривших в ночную смену, — внезапно посетили двое людей, испускавших слабое свечение.

Одним из них был мужчина в военной форме, напоминавшей лётный костюм, — Хьюго Лессепс, Высший пилот Империи Драйф. Рядом с ним находился его Эмбрио — Коцит.

После недавних событий Хьюго вышел из игры, чтобы избежать дальнейших расспросов со стороны королевства, а теперь, дождавшись подходящего момента, снова вошёл в игру.

Войдя в игру, они быстро отошли от ворот, свернули в небольшой переулок и стали чего-то ждать. Не прошло и минуты, как кто-то появился.

Это был не пьяница и не какой-нибудь хулиган.

Вместо этого появился человек в костюме пингвина.

Это был тот самый пингвин, который прошлым утром появился перед Рэем, назвался «доктором Фламинго», избавил его от дебаффов и заодно наделил его парой собачьих ушей.

— Заставил подождать, — сказал пингвин.

— Ничего страшного, — ответил Хьюго. — Большую часть времени ожидания я провёл вне игры.

— Сегодня ты, похоже, был занят, а? Разобрался с бандой, которая досаждала этому городу, да?

— Ты в курсе? — спросил Хьюго.

— Ещё бы, — сказал пингвин. — Я, понимаешь, немного прослушивал Рэя.

— Прослушивал Рэя? Как?

— Не скажу. Слушал его, словно радиопостановку, и, ух, хороша же она была. Он такой же Мастер Девы, как и ты, Хью. — Пингвин покачал телом и хихикнул.

— Раз ты знаешь, чем он занимался, я хотел бы кое о чём тебя спросить… — сказал Хьюго.

— Ага, он победил, — пингвин ответил на вопрос ещё до того, как тот прозвучал. — Победа за ним. Он действительно в одиночку одолел УБМ.

— Понятно. Хорошо это знать. — Хьюго не лгал, когда произносил эти слова. Однако вслед за этим чувством пришли мысли, полностью ему противоречившие.

Если бы УБМ вынес ему смертный приговор, нам, вероятно, не пришлось бы сегодня встречаться. В конце концов, человек с таким прямым характером наверняка попытается остановить план. Постой, а должен ли я вообще активно участвовать в плане, который Рэй попытается остановить?

Мало-помалу сомнения начали овладевать разумом Хьюго.

— Итак, Хью, ты готов к завтрашнему… нет, к сегодняшнему плану? — спросил пингвин, словно полностью осознавая внутреннюю борьбу Хьюго.

Хьюго быстро подавил сомнения и доложил:

— «Маршалл II» уничтожен.

— Понятно, — сказал пингвин. — Тогда вот тебе гараж с запасным экземпляром. Это «Маршалл II Ревизованный» — улучшенная версия «Маршалла II», которым ты пользовался раньше. Его защита и AGI на тридцать процентов выше. Тонкая настройка тоже завершена.

Пингвин достал из инвентаря большой металлический свиток, свёрнутый наподобие того, которым Хьюго пользовался днём.

— Большое спасибо, — с благодарностью сказал Хьюго. — О, я как раз кое-что вспомнил.

Хьюго достал из инвентаря пачку бумаг. Это была схема заклинания, которую он обнаружил в убежище банды Гуз-Майза.

— А, то самое колдовство, с помощью которого создали УБМ? — сказал пингвин.

— Раз клан уже отказался от плана использования силы обиды, думаю, для нас оно, скорее всего, бесполезно, — заметил Хьюго.

— Правильно думаешь, — сказал пингвин. — В конце концов, нам в этом помогал Король Тартара, так что колдовство высокорангового тиана — это немного…

— Лидер?

Пингвин опустил взгляд на чертёж и молча изучил текст.

— Понятно… Значит, раз это обида, вовсе не обязательно… Но это ещё нужно проверить…

Придя к некоторым выводам, пингвин убрал чертёж в инвентарь.

— Вернёмся к делу, — сказал он. — С гаражом, который я тебе дал, ты готов стать сердцем этого плана. Остальные приготовления тоже почти завершены.

Пингвин начал загибать пальцы, проверяя, что уже сделано, а что ещё нет. Поскольку у костюма не было пальцев, пригодных для счёта, очевидно, он использовал человеческие пальцы внутри костюма.

— Развёртывание Кастлинга и гаджетов завершено. Приготовления, позволяющие нам влиять на устройство, тоже завершены. Клуб «Велдорбелл» уже несколько дней обживается там. И, конечно, мои — то есть алмазные — приготовления завершены… хотелось бы так сказать. Но мне всё ещё кое-что нужно сделать. Впрочем, я успею к началу плана.

То тут, то там добавляя названия карточных мастей, пингвин делился с Хьюго сведениями.

Это напоминало какое-то кодирование, но на самом деле всё было гораздо проще. Планируя свои действия, пингвин просто имел привычку давать важным участникам кодовые имена, связанные с карточными мастями.

— Единственная настоящая причина для беспокойства — выполнит ли императорский джокер свою работу, но тут всё зависит от удачи, — сказал пингвин. — Хотя, если наши источники не ошибаются и первая принцесса действительно придёт, она, скорее всего, будет действовать.

— А кто в этом плане будет «пикой»? — Хьюго заметил, что эта масть ещё не упоминалась, и решил спросить.

Дело в том, что, используя масти в качестве кодовых имён, пингвин всегда отдавал пику козырю или самой разрушительной роли в своём плане.

Ответ пингвина был прост:

— Ну… у меня её нет. В этот раз без пик.

Казалось, он что-то скрывает, но Хьюго не стал сомневаться в нём.

— Но как же я рад! Событие всё-таки состоится. — Словно желая сменить тему, пингвин кивнул и продолжил: — Серьёзно, я не могу быть счастливее. Не знаю, какой кретин за это отвечал, но блокада из-за инцидента с PK чуть не погубила и событие, и наш план.

Инцидент с PK. Так называлось событие, во время которого три клана, занимавшихся убийствами игроков, и Супериор-убийца устроили блокаду на четырёх охотничьих территориях для новичков вокруг столицы. Хотя четыре Супериора королевства разобрались с проблемой, она уже повлияла на общую мощь королевства.

В интернете ходили слухи, что за этим стояла империя, находившаяся на грани войны с королевством. Однако пингвин знал лучше всех: это было неправдой.

— Как думаешь, кто за это отвечал? — спросил Хьюго.

— Понятия не имею, — коротко ответил пингвин. — Они всё провернули настолько хорошо, что не оставили никаких доказательств. Хотя PK получили довольно приличные суммы денег. И, кроме нашей страны, не так уж много групп полагались на использование монет.

— Значит, Калдина? — спросил Хьюго.

Калдина — торговый союз городов-государств.

Это была торговая страна, занимавшая всю пустыню в центре континента и утверждавшая, что деньги решают всё.

Её национальной особенностью было то, что тамошние жители могли получить особые товары из любой другой страны — правда, за огромные деньги. Поэтому туда перебралось множество игроков высокого уровня, и Калдина стала сильнейшей страной по количеству Мастеров.

— С какой целью они это сделали? — спросил Хьюго.

— Думаю, дело не ограничивается попыткой запятнать репутацию империи, — ответил пингвин. — В этом месте есть и тианы, и Супериоры, которые умеют хорошо соображать. Они могли просто воспользоваться Сефиротом — своей гордостью и радостью, — но вместо этого стали возиться с такими непрямыми методами. Какая морока.

Сефирот — название сильнейшего клана в торговом союзе городов-государств Калдины. В нём состояло всего десять человек, но девять из них были Супериорами.

Среди этих девяти были Земля, также известный как «Сильнейший в магии», Король прекращения, также известный как «Семикратное преображение смерти», Охотник на богов, также известный как «Многогранно непобедимый», и Туз, также известная как «Певица лазурного неба». Все они славились своей боевой мощью.

Поэтому Сефирот считался сильнейшим кланом во всём «Бесконечном Дендрограме».

— Насколько вероятно, что Сефирот появится во время осуществления плана? — спросил Хьюго.

— Почти уверен, что они ничего не знают, — сказал пингвин. — В конце концов, если план удастся, королевство, скорее всего, сдастся ещё до начала войны. Это будет решающий удар империи. Если бы они знали о нём, то уже что-нибудь предприняли бы.

Сказав это, пингвин задумался.

— Однако есть вероятность, что кто-то один или двое пришли посмотреть на событие… на Схватку Супериоров. Если так случится, мне останется только разнести их к чёртовой матери пикой.

Слова пингвина заставили Хьюго задуматься.

Увидев это, пингвин заговорил с ним мягким тоном:

— Не забивай себе голову, Хьюго. Если всё пройдёт хорошо, война закончится с минимальными потерями.

— С минимальными? — переспросил Хьюго.

— Именно. Его превосходительство Генерал(лол) хочет полномасштабной войны, но это станет пустой тратой всевозможных ресурсов. Такие вещи лучше решать умно и захватывающе. — С этими словами пингвин снял костюм. Одновременно он достал из инвентаря лабораторный халат и надел его.

В результате перед ними оказался худощавый мужчина в очках и лабораторном халате. Он вытянул руки в стороны и звучным голосом провозгласил:

— Завтра мы — Треугольник мудрости — положим решительный конец войне между империей и королевством.

Продолжение в следующем эпизоде…

[[image:/storage/reader-images/a9f188f4c4863e587adca2cc09d6a22bcd5ebfc4.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/7730a09a5dceec84247244477b1e21c5fb40790f.jpg]]

Медведь: — Эйо! Пора ещё раз заняться послесловием! (Давно мы этого не делали.)

Кот: — Вот и второй том удалось выпустить без каких-либо проблем.

Медведь: — Всё это благодаря читателям, купившим первый том, магазинам, которые его продавали…

Кот: — …редакторам, Тайки и всем замечательным иллюстрациям, которые он нарисовал!

Медведь: — Впрочем, вы, наверное, уже знаете: между выходом первого и второго томов произошло немало событий.

Кот: — Во-первых, в Twitter прошёл грандиозный фестиваль Дендро!

Медведь: — Там было столько прекрасных иллюстраций по Дендро, что даже медведь не устоял бы! Их нарисовали целых пятьдесят иллюстраторов!

Кот: — Заглянуть на них можно в галерее официального сайта Дендро!

Медведь: — Кроме того, объявили, что по Дендро выйдет манга.

Кот: — Над ней работает не кто иной, как Ками Имаи, прославившийся благодаря Needless!

Кот: — Хотя на момент написания этого послесловия имя создателя ещё не раскрыли.

Кот: — Однако к моменту выхода второго тома первая глава уже должна быть опубликована.

Медведь: — Читателям этих романов настоятельно рекомендуем заполучить её в свои лапы!

Кот: — Ищите её на Comic Fire!

Медведь: — А теперь — слово автору.

Здравствуйте, это Сакон Кайдо.

Прежде всего хочу поблагодарить всех, кто взял в руки второй том Бесконечного Дендрограма.

Благодаря всем, кто над ним работал, и нашим читателям первый том хорошо продавался, и мы смогли без особых затруднений выпустить в свет второй. Я безмерно им за это благодарен.

Теперь, как вы, возможно, знаете, в первом томе были опечатки и ошибки (в японском издании), которые — в отличие от публикаций веб-романа — уже нельзя было исправить после выхода. Это болезненно напомнило мне о собственной неопытности.

Выпуск книг в свет, которые затем покупают читатели, требует от автора ответственности совсем иного уровня — несопоставимой с ответственностью автора веб-романа. Я постараюсь к этому привыкнуть и продолжу издавать Бесконечный Дендрограм настолько хорошо, насколько смогу.

Ну а теперь о планах: в грядущих третьем и четвёртом томах вас ждёт кульминация первой части Бесконечного Дендрограма.

Новые персонажи, грандиозное событие в городе дуэлей, ходы Супериоров и первая схватка Рэя с неким человеком, связанным с ним с самого начала.

Я, как автор, буду очень счастлив, если вы, читатели второго тома, с интересом будете ждать того, что впереди.

Ещё раз благодарю вас и надеюсь, что эта история продолжится.

Сакон Кайдо

Кот: — Я очень надеюсь, что во втором томе нет опечаток.

Медведь: — Ну, как говорит главный редактор К.: «Опечатки случаются».

Кот: — И на этом пора заканчивать послесловие ко второму тому.

Медведь: — Его подготовил для вас медведь Братец Медведь…

Кот: — …и кот Чешир!

Медведь: — Третий том должен выйти уже в этом году, так что медвежьего терпения вам до тех пор!

Кот: — …Было бы довольно удивительно, если бы он не вышел в 2017 году, правда?

Медведь: — Я-я уверен, что всё будет хорошо.