В тот день всё было нормально. Птички пели, милые пушистые

зверьки резвились на золотистой полянке. Высокие, как сосны, и благородные, как

олени, гиганты, спокойно отдыхали в тени облаков, образованные от их рогов.

Слышались и всплески рыб на небольшом и тихом озерке. А запах луговых цветков,

как обычно, были прекрасными. И как помню, ничего не предвещало беды.

Легкое дуновение ветра неспешно оборачивалось рокотом.

Вдалеке, за синими горами послышалось рычание разъярённого монстра. Воздух

вокруг резко потяжелел, стало невыносимым и угнетающим. Небо, знаменуя прибытия

кого-то великого и ужасного медленно окрашивалось в алое. Птицы, летавшие в тот

миг, оцепенели от страха и прямо с неба, как капли дождя, падали вниз. Рыбки в

свою очередь, учуяв опасность и в надежде спастись, уплыли на дно озера. А

зверюшки, большие и маленькие, от удивления встали и посмотрели в сторону

сгущающейся тьмы. Никто в тот день ничего не знал, но точно понимали, что к ним

кто-то летит.

Над спокойной солнечной поляной, где веками царит мир и

безмятежность, где никогда прежде ничего подобного не происходило, показалась

тень темнее черного, как сама бездна. Он был огромным, не поддающего

воображению маленьких зверьков. Оно медленно и тихо, словно змея,

подкрадывалось к своей жертве. Все, кто хоть краем глаза смогли его увидеть, не

могли пошевелиться. Они не могли бороться с чем-то подобным и сразу сдавались.

Но те, кто всё же смог совладать с собой, прятались, лицом вниз, в надежде, что

хозяин этой тени не заинтересуется жителями маленького городка.

Зверьё задрожало. В тени монстра трясясь горели их

полуобезумевшие глаза. И с каждым тяжёлым вдохом их повелителя, в сердцах

зверей проникала частички страха, которое порождало некую ненависть и

покорность к нему. Эти чувства невозможно было хоть как-то объяснить, но одно

точно было ясно: они были готовы выполнить любую просьбу, даже самую безумную.

Они никогда не видели столь большого и ужасающего монстра.

Не успевшие впасть под влияние чудовища, спрятавшиеся глубоко под землю,

никогда в жизни не ощущали такой страх. Это было чем-то новым в этих дружных

краях, прятаться от кого-то.

Дыхание обезумевших зверьков становилась всё тяжелее и

тяжелее. Они уже мысленно были готовы сделать всё что захочет Великий, и даже

быть заживо съеденными. Но оно даже не смотрел на них. Они не интересовали его.

Его глаза были устремлены вперёд, казалось, будто оно что-то или кого-то

искало.

- Ша! Беду?! Мелограун Арборетран?! – его злобный рёв,

громче грома, раздался по всему миру, заставив задрожать горы великан.

Не знавшие языка драконов звери со смирением падали перед

ним ниц. Это было концом для их тихой жизни, концом для этого мира. После их

встречи, им больше ничего не нужно, кроме как служить ему. Даже если оно

оставить их в покое, воспоминания об этом дне останется у них навсегда. И в

какой-то момент, не выдержав давления от спокойной жизни, им придётся пойти по

его стопам. Их переполняло жажда ненависти к нему, жажда его крови и желания

стать могущественнее чем он. Но страх в их венах заставляло осилить

непристойный голод, спрятать клыки и когти, и преклонить ему свои головы.

Его крылья, широкие, словно грозовые тучи, оставляли после

себя след из тёмного пепла. Ещё один взмах и волна черного ветра раскидало всех

снизу по сторонам, не пощадив даже столетние деревья. Все, кто почувствовал всю

мощь его крыльев не только улетели, но и загорелись, а кто ближе, вовсе обуглились.

Земля содрогнулась, когда оно приземлилось когтистыми

лапами, перекрывая речку. Весь он покрыт в каменную чешую, сквозь которого были

видны вены с кипящей магмой. Из его рта, способного жевать сталь, текла горячая

плазма. А из ноздрей шёл густой, тёмный дым. Вода, ударяясь об его лапы сразу

превращались в пар. Золотистая трава вокруг него сгорала и превращалось в груду

черного пепла. Лишь пламя и смерть охватили всю беззащитную и когда-то

спокойную полянку.

- Джэгар'Зрэа Багдрогарн?! Ша?! – прозвучал ещё один рёв, но

более старое, повидавшее всё во всём мире и за его пределами.

Вдали, куда смотрел монстр, за громадным водопадом, вверх, к

небу устремились кроны деревьев. Перед взором показалось могучее, старое, как

будто оно росло с самого зарождения мира, дерево. Его ветви были во сто и даже

тысячу раз больше чем обычные, а количество во столько же раз было много. А

листья настолько крупные, что даже ветер не в силах было хоть как-то их покачать.

И это дерево зашевелилось, на нём слабо появилось очертание лица. Но не

звериное и не хищное. Глаза, наполненные мудростью, посмотрели на нарушителя

его вечного сна.

- Та ша кеграт?!- величественные, покрытое корой лапа

перекрыло мощный поток водопада.

- Бар и джегрануар, эрдо и неграс. А, Джэгар'Зрэа Багдрогарн

рау трашгуар ду, Мелограун Арборетран! – языки пламени выходили из рта

магмового монстра, когда тот открывал пасть.

Древовидный монстр выслушал его. Он не был озадачен, не был

напуган. Наоборот, ему было безразлично, хотя ему и не нравилось, что он сделал

с его королевством.

- О? Молодняк хочет битвы? Думаешь, что сможешь выстоять

против Хранителя, против Вет'Таса? – над мировым деревом раскрылись крылья, как

зелёная роща. Белые огоньки зажглись по всему его телу и тени отошли в сторону,

перед зверьками появился их истинный король, Бог зверей и защитник природы:

Великий Спящий дракон Мелограун Арборетран.

- Мудрейший, две тысячи веков назад, вы не приняли мой

вызов. Тогда я был глуп и молод, не понимал с какой ничтожной силой хотел

одолеть вас, Великого Хранителя Изумрудного Царства. Но спустя столько-то лет,

я уверен, что смогу доказать, что Я САМЫЙ СИЛЬНЫЙ!

Из древовидного дракона послышался смешок.

- Тогда я отпустил тебя, закрыл глаза на невежество. Думал,

что перестанешь быть таким... наглым. Но похоже, что я ошибся, отпустив такое

опасное создание.

- Мне бы хотелось ещё подольше поговорить с вами, но я уж

слишком долго ждал этого, так не будем же растягивать сон. – он открыл пасть и

в нём начинало собираться бурлящая магма, но он не решался выпустить, ждал,

когда Мелограун официально примет вызов, как в древних традициях драконов.

- Сила и власть, жизнь и сон. Я, Мелограун Арборетран принимаю

твой вызов, Джэгар'Зрэа Багдрогарн! Готовься к неминуемому падению! – за

мгновение каменные рога засветились, и из его жерла вышел зеленый луч огня.

Началась битва между жизнью и смертью. Два огня, два столба

столкнулись, бились друг об друга, пытаясь поглотить друг друга. Их смертельные

дыхания заставляло свет солнца ничтожно блекнуть, а в центре соприкосновения

исходило невыносимая жара, сплавляющая всё вокруг.

Красная пламя ослаблялось, а зелёная никак не сдавалась,

наоборот продолжала давить.

Чтоб быстрее победить, хранитель выпустил серебряные снаряды

в виде игл, образовавшиеся перед рогами. Они стремительно приближались к

красному дракону, но были перехвачены его алым полем. Чтоб ответить, Багдрогарн

ударил хвостом об землю и послал на своего врага глыбу камня. Увидев это и

поняв, что его нельзя развеять, зеленый дракон перенаправил своё пламя на валун

и расплавил его на лету.

Плазма была на исходе, дракон расправил свои чёрные крылья,

начав приближаться к нему. У зелёного было ещё один заряд, но он не

воспользовался им. Заметив приближение наглого дракона, он решил вступить в

ближнюю схватку за то, что тот сумел выстоять перед его гневом.

Острая, обсидиановая лапа Багдрогарна приблизилась к горлу

своего соперника, но промахнулась. Хранитель столкнулся с ним бок о бок,

полуокаменевшими когтями он начал вбиваться сквозь его толщу всё ещё горячей

брони.

Лицо черного дракона исказилось от боли. Не теряя время, он

начал разрывать зубами броню из толстых ветвей, которые снова и снова

срастались.

Они бились яростно. Каждый удар сопровождалось грохотом,

громом и молниями, горы и деревья превращались в пыль под их натиском. А от

каждого рёва тряслось весь земной купол. Они кусали, ломали и разрывали другу

тела и кости, не давали расслабляться. Вся земля была осыпана их плотью.

Впервые за столь долгое время, на мгновение они

остановились, устало вздохнули. Посмотрели на самих себя. У каждого

отсутствовало большое количество кусков мяса.

- Заметил. Ты ни разу не использовал силу космоса. Почему?

Неужели думаешь, что сможешь одолеть меня без него? Как ты давно готовил планы

на меня? – лианы, взявшиеся откуда-то из-под земли, начали медленно

восстанавливать его раны и восполнять силы.

- План? Ха-ха, нет его, у меня никогда не было планов. Тогда

битва была бы нечестной. А сохраняю их для второго раунда. – после его слов,

его два рога, похожее на корону наполнились кровавым цветом. Поле, над которым

они стояли быстро превратилось в растекающуюся магму.

Лианы сгорели, а древовидный взлетел в воздух. Ни капельки,

не удивившись, он всё таким же спокойным выражением лица смотрел на него. Его

рога загорелись и на небе образовались тучи и из них на лаву начало падать

дождь, медленно исцеляющая всё вокруг от огня.

Бой продолжилась.

Мириады огненных шипов направились на Арборетрана, но он

сдул их словно пыль. В эту же секунду под ним образовался столб пламени, оно

обволокло его. Глаза красного засияло топазом. Вся магма, адская пламя

поднялось вверх и собрались в бушующий огненный циклон смерти.

- Настоящая битва только начинается! – шея красного дракона

засияло ярчайшим светом, словно комочек солнца собралось в его горле...

В темной пещере, тёплом и чистом, наполненное уютом,

пронёсся пронзительный крик и плачь ребёнка.

«А? Что? Да когда же ты вырастишь маленькое чудище! Умоляю!

Замолчи! Дай поспать на минутку!»

Крепкий на вид мужчина с сединой приблизился к котелку, в

центре комнаты. Открыл крышку и зачерпнул деревянным ковшом молоко. Всё ещё с

недовольным и довольно грубым выражением лица, он приблизился к чумазому

ребёнку. Один только вид ребёнка заставляло его вздрагивать и бояться.

«Нужно бы тебя потом почистить. Да чего же ты противный, нет

слов.»

Почувствовав неестественный запах, он принюхался.

«О нет! За что всё это?!»

Его глаза наполнились алым цветом, гневом. Не выдержав, он

посмотрел наверх, как будто ожидая ответа на всё происходящее здесь.

Каждый раз вспоминая ту ночь, каждый раз видя того без

мехового старикашку-обезьянку перед глазами, он впадал в ярость. Ему хотелось

рвать волосы на голове, сдирать свою кожу с лица лишь бы не сорваться на

бедного дитя.

«Чтоб его!..»

День был серым, дождь лил как из ведра.

В тёмном лесу, за высокими деревьями и колючими кустами, за

маленькой ледяной речкой, находилась мрачная пещера. Она была пуста и никем не

занята. Сырая и холодная, но очень просторная. За секунду до того, как одинокая

волчара, вся раненная и хромая, решилась отдохнуть здесь, перед входом,

казалось, что само время исказилось. Испуганный волк сразу убежал при первой же

опасности, но всё же, убегая заметил, как из ниоткуда в воздухе появилась

маленькая, размером почти что в мизинец шар тьмы. Оно медленно увеличивалось в

размерах и напоминало форму яйца, но не маленького, не птичьего, а огромного,

покрытого толстой, черной, как смоль чешуёй, на котором отражалось всё вокруг.

Оно аккуратно опустилась, прямо на небольшую лужицу, на

пороге пещеры.

«Да! Получилось! Я самый сильный во всём мире!»

Дракон радовался. Он никак не мог поверить, что сумел не

только убить Хранителя, но и распробовать его плоть и остаться при этом в

живых. Ну как в живых, а возродился.

«Теперь осталось лишь подождать, пока я выросту и тогда я

опять поднимусь наверх к звёздам! Хоть даже если осталось лишь горста той былой

моей мощи, то я всё равно смогу его вернуть всего за какие-то там сто веков,

это ничто для моего рода! Ха-ха-ха-ха!..»

Яйцо от злобного рычания, слабо похожего на хохот, задёргалась.

Вместе с смехом, скорлупа начала греться и краснеть, а в ней виднелся, как

извивался ящероподобное существо. Капли дождя попадая на поверхность скорлупы

сразу превращались в пар, лужица же давно испарилась.

«Бмааа!»

Внезапно, дракон зарычал от боли, безумно дёргаясь

туда-сюда. Невыносимая жгучая боль вонзилась в его быстро формирующей груди.

«Откуда здесь дыра?!»

Осматривая своё тело в попытках найти причину боли, он

заметил маленькое черное пятно внутри него. Оно начало высасывать его изнутри.

Если это продолжиться ещё какое-то время, он возможно умрёт от своей же

неосмотрительности.

«Неужели не хватает энергии космоса?! Да оно же всё высосала

до капли! Какая жадная!»

Плата за чудеса, то есть, за какие-либо вмешательства или

изменения закона мира, обычна является энергия космоса. Но, если его не хватит,

чудеса могут и даже обязательно заберут весь жизненный сок досуха, высушив

тело, это, если в лучшем случае, но в худшем, могут забрать часть или всю душу.

И понимая этого, дракон был по-настоящему напуган, ведь он не сможет ещё раз

возродиться.

Сейчас его душа начала распадаться в энергию и всасываться

черной дырой внутри него.

Не паникую и с надеждой, что дыре не хватает ещё немного, он

начал собирать энергию с окружающей среды и с оставшимися остатками силами

принялся закрывать бездну.

«Да когда же ты насытишься?!»

«Нужно бежать! Бежать! Нельзя оглядываться!»

В тёмной рясе, с комочком бурой шерсти, старик со страхом на

лице убегал от псов.

Черные, с залитыми кровью глазами суки рычали, гнали бедного

старика. Одна из них прыгнула к его ногам в попытке схватить, но была сразу же

убита лезвием ветра.

«Мой король! Простите этого старика!»

Под его глазами виднелись чёрные круги.

«Нет. Я всё равно буду чувствовать себя виноватым. Нет! Всё

пока что не потеряно! Юная госпожа должна выжить!..»

Резко, когда он приблизился к дереву, изо рта старикашки

хлынула ещё одна волна почерневшей крови.

«Отравленная стрела.»

У него была пробита плечо стрелой, и из набухшей раны текла

маленькая струя тёмная кровь.

«Чтоб его в семь преисподней!»

- А ну гоните его к пещере, грязные ублюдки! – послышался

голос откуда-то из леса, но старик лишь узнал его, но не смог расслышать о чём

он кричал, - Окружайте! У него остался лишь один заряд магии! – услышав своего

хозяина, собаки ускорились.

«Брат! Предатель! Хотя бы ты! Почему именно ты пошёл за мою

душу?!»

У него был шанс убить его с самого начала погони, но он не

смог сделать этого, он был его единственным братом, единственным членом семьи,

которым он дорожил всю жизнь. И вот, человек, которого он сам всему обучил,

сделал всё возможное, чтоб его будущее было куда менее тяжёлым чем его,

примкнул в сторону врага.

«А может, это и к лучшему, начать всё с чистого листа в

новом империи?»

С трёх сторон его окружали псы, намного крупнее и намного

безжалостнее. Они начали ввести его куда-то в другую сторону, заманивая в

ловушку. Старик это заметил, но никак не мог придумать, как оторваться от них,

ведь если он в лоб столкнётся с собаками, то его сразу же загрызут.

Обойдя ещё десяток деревьев, он увидел впереди себя шиповник,

но немного крупнее чем обычные. Ни на минуту не колеблясь, он прыгнул внутрь.

Когда он проходил, казалось бы, в непроходимом месте, шипы

царапали его лицо, изуродовали и оставляли горячие шрамы. Проходя через густые

кусты, мужчина потерял свою единственную робу, которая защищало его от дождя.

Посмотрев назад и удостоверившись, что собаки ушли в обход,

старик перевёл взгляд на то что он держал. В его костлявых и трясущихся руках

было комочек плотного меха. То, что было укутана, то, что он так сильно оберегал

едва ли поддавала признака жизни. На его глазах собралась сгусток слезы.

«Что же мне делать?»

Он посмотрел на небо, как будто пытался разглядеть там

ответ. Но среди серых облаков ничего не было видно, ни света, ни конца, только

неизвестность.

Неподалёку послышался гавканье.

Рефлекторно, он заново перешёл на бег в никуда, хотя знал,

где ей было бы безопасно. Нужно было добраться до реки, которая была за лесом.

Он ведь сможет протянуть до этого момента?

Лес был непроходим для всадников и коней, вот почему они всё

ещё были в бегстве, а не в сырой земле. Немало помогло и то, что он в молодости

много тренировался. Для человека его возраста, старикашка был удивительно быстр

и ловок, даже тогда, когда совсем устал, а раны с каждым шагом причиняли ещё

более ужасные боли.

Дело всей жизни старика было служению его величеству, он -

советник, которого подобрали где-то на улице, просто из-за того, что говорил

правду и не боясь делился мнением с самим царём. Но, он был им, когда-то,

буквально две-три дня назад. Он всё ещё никак не отошёл от того факта, что

король мёртв. Бесполезно верит, что его величество жив, верит, что он залечит

свои раны и поднимет дух своих воинов, чтоб покарать мятежников.

Его голова резко закружилась, крепко сжал маленькое убежище

принцессы, чтоб случайно не уронить её.

Шатаясь, он упёрся в дерево. Его содранные, босые ноги

дрожали.

Удивив самого себя, он случайно выпустил слёзы. Но из

последних сил держался, чтоб не начать рыдать.

«Зачем я вообще решился послушать того пьяницу с короной?!

Что мне мешало просто вонзить нож в спину?! Тогда я мог бы стать лордом города

и быть вассалом Империи.»

Он начал жалеть, что не примкнул к стороне герцога, сдаться

Империи, а остался с той свиньёй, продолжая верить, что тот будет такой же

яркой личностью, как его дед. Но нет! Вместо того, чтоб проглотить свою

гордость и позвать союзников, поднять боевой дух и собрать ополчение, это

жирное свиное рыло закрылся в замке и спокойно, как ни в чём не бывало выпивал

и развлекался с дебютантками. Он же, совсем недавно был таким сильным, волевым

человеком, как так случилось, что он превратился во что-то подобное?

«Какой же я старый глупец! Дурак безмозглый!»

Делать было нечего, старик должен был дойти до замка дяди

принцессы, а оттуда убежать в другое государство. Дальше, а что дальше?

«А?»

Его вдруг осенило. Неужели он стал настолько старым, что уже

не может понять такие очевидные вещи? Во время осады он ведь точно видел среди

других знамён ещё одно, которое принадлежало родственнику короля. С самого

начала он и принцесса были обречены на смерть, а он даже не понимал этого.

- Хахаха! Зачем? Почему? – он задавал вопрос не надеясь

получить ответа.

«Зачем нужно было давать ложные надежды? В чём смысл?»

Ни на секунду не останавливаясь, но уже устало, он продолжал

куда-то бежать.

«Если бы он только прислушивался ко мне, тогда, возможно все

были бы по крайней мере довольны?»

Сзади него проскулила собака.

Старик, спотыкаясь, как пьяный, об каждый корень дерева

куда-то бежал. Не важно куда, не важно, как он устал, нужно было лишь убежать

от погони, которое не даёт ему хоть немножечко отдохнуть. Теперь, зная ещё

одного предателя, у него исчезла надежда, ровно, как и цель, теперь он хотел

лишь одного – выжить.

За ним гонялись, нет, правильнее, следили десятки гончих

псов, ожидая приказа от хозяина, который довольно-таки далеко от них.

Каждый шаг удавалось старику с особым трудом. Внутри него

всё ещё бушевала настоящая борьба. Одна его сторона требовала просто-напросто

выбросить это тело ребёнка, она же уже не дышит, наверняка сдохла от холода, и

присоединиться к брату, он та наверняка простит глупость старого хрыча. А

другая наоборот, взывала не отдавать её, заставляла вспомнить свой долг, ведь

если бы не король, он и его брат давно бы умерли от голода где-нибудь в

трущобах. Всё ещё продолжая убегать от преследования, он проклинал себя за

слабость и неуверенность, бывая когда-то в обстоятельствах похуже этой, где ему

приходилось выбирать кому жить, а кому нет.

Перед глазами всё поплыло. Ненароком, он увидел пещеру. За

секунду у него появился план. Он захотел собрать всех псов у входа в пещеру и

одним заклинанием убить их всех.

«Это то что нужно!»

С хитрой улыбкой, как будто увидел шанс, он медленно

собирался добраться до входа. Но как только он перешёл речку, ноги дали отказ

на пол пути. Он упал лицом в грязь, как и комочек меха.

Старик попытался встать, но всё было безуспешно. Тело не

слушалось его. Его старая оболочка сдалась, но душа всё ещё рвался жить.

Краем глаза, он заметил то, что он оберегал и что-то

большое, похожее на тёмный, круглый камень.

«Наверно, хорошо, что её высочество никогда не увидит этот

белый свет, ей не придётся бороться за престол. Не придётся выживать в этом

трудном мире. Никогда не почувствует горе и радость. Надеюсь, ангелы сопроводят

её до врат рая.»

- Молю... - не успел досказать, как его дух покидало его

земное тело.

Багдрогарн весь тряся от боли во всём теле. Тепло внутри

него исчезала, как и вся его сила, которое было проглочено бездной. Теперь, оно

принялось пожирать его душу дракона.

Он плохо что-либо начал понимал. Окружающие звуки

соприкосновения дождя об землю заглушалось каким-то шумом в ушах.

Потеря души это значило бы не простую смерть тела, а

настоящую, истинную смерть, дорога которого ведёт только в небытие.

- Молю... – внезапно раздался.

«Что?»

Дракон услышал слабый и очень странный голос, но ещё сильнее

удивило то, что этот язык был чем-то новым, прежде не встречавшимся. Но всё это

сейчас не было важно. У него появился лучик надежды на спасение.

Ни на минутку не колеблясь, он ответил ему.

- Внемли моему голосу, не хочешь ли заключить со мною

сделку?

Дракон говорил на своём языке, так как каждое животное

должно было понимать его, хоть даже если не могут говорить на нём, ведь драконы

верховные существа и понимать их язык всегда почитаемо среди них.

Голос не отвечал. Но как только Багдрогарн начал терять веру

и готовиться к смерти от неудачного стечения обстоятельства, голос ответил.

- К#н###кт?

«Контракт?»

- Да-да. Я готов сделать всё что угодно, если ты готов

отдать свою душу.

По законам космоса, который невозможно было хоть как-то

нарушить, душу можно было отнять, то есть проглотить, лишь, заключив контракт

на него. Взамен за душу можно было потребовать всё что взбредёт в голову.

- Душа?.. – голос затих, но снова заговорил. - Я #о#ов...

#####ай ## о# ##### о######### #

жизни д# #о#ц# ## д###...

Исковерканный, ужасный и противный язык этого существа

резала уши дракона. Но он терпел.

«Он готов отдать свою душу, взамен, если я защищу жизнь

кого-то, но не его?»

Его желание было странным. Но также легче, ему не придётся

убеждать его, чтоб он пожелал что-то реальное и выполнимое.

- Хорошо... - дракон согласился и время вокруг остановилась,

в знак того, что другая сторона была полна решимости.

Эфирное, красное, тающее тело дракона показалась над черным

камнем.

Он наконец-то посмотрел на то существо, с которым заключил

контракт.

«Что это за животное?»

Он удивился. Но не поддавал какие-либо признака удивления.

Эта голая обезьяна, одетая в какие-то непонятные вещи, на вид был невообразимо

жалким. Маленьким и ничтожным. Седые волосы на голове, кожа морщинистая, а без

того уродливое (как кажется дракону) лицо исцарапанное и кровоточащее.

В ту же секунду, когда время остановилась, перед ними

появился свиток. Огромная и светящая синим светом.

«Неужели новый вид горилл или макак?»

Жалкая без меховая обезьянка смотрела на него с неописуемым

страхом в глазах. Насмотревшись на него, он перевёл взгляд на папирус с

коротким соглашением. От него требовалось только согласие.

Старик неуверенно поднёс руку к свитку. Но под чётким

взглядом страшного монстра, тот быстро подписал пером, которая появился перед

ним.

- Я тебя запомню, голая обезьянка. Чрезмерно благодарю тебе.

– дракон поник головой, а старик, запаниковав, опустился на колени.

Через мгновение он засиял и вошёл внутрь Багдрогарна.

Пространство вокруг вновь стало обычным.

Дракон, заполучив душу неизвестного вида животного,

переместил его и закрыл с помощью его души дыру. И как он и ожидал, она уменьшалась,

а через секунду вовсе исчезла. Теперь стало ясно, что это способность требует

не только астрономического размера энергии космоса, но и душу.

«Да!»

Он обрадовался, как будто первый раз попробовал рыбку.

Не успел как Багдрогарн выйти со своей скорлупы, что должна

было защищать его, и начать пиршество в лесу, как тут же, как будто учуяли, что

он голоден, к нему приближались одиннадцать существ.

«Неужели хотят меня поздравить?»

Подумал он, хотя точно знал, что они убийцы той голой

обезьяны. Он также понимал, что среди них есть ещё один представитель этого

странного вида голых обезьян. Но что странное, почему некогда гордые волки

могли принять его и даже стать его главой стаи? Этот вопрос на секунду

покрутился в его голове.

«Возможно, он намного сильнее чем они. Хотя, что важнее,

почему эти волки такие слабые?»

Волки не такие уж сильные как например те же огненные

саламандры. Но даже учитывая это, стая обычных волков была бы даже намного

опаснее чем новорождённый дракончик. Смотря на эту группу, Багдрогарн невольно

вспомнил встречу со стаей синих волков, что обитали в космической пустоши.

Тогда он впервые получил шрам на спине. Но те волки были намного сильнее этих,

в десятки раз, так что, он сможет легко разобраться с ними даже имея при себе

лишь когти и клыки.

Багдрогарн был полон самоуверенности и высокомерия. Вся его

жизнь состояли только из сражений и битв, лишь изредка он мог довольствоваться

тихим сном, которая длилась всего на всего сотню лет. Из-за того, что он не мог

нормально оценивать силы врагов, потому что он считал всех слабее его самого и

признавал только Великого Хранителя, как настоящего соперника, он был во многих

ситуациях, когда смерть дышала ему в спину. То ли из-за безумия, то ли из-за

веры, но он всё же выигрывал, хотя терял почти что все свои части тела. Но

сейчас, он полностью был уверен, так как волки были уж слишком маленькими для

своего вида и менее хищными.

С мыслями полной победы, и нарастающего аппетита, он начал

ломать скорлупу.

Вдруг, среди шума непрекращающегося дождя и лая,

присоединился ещё один звук. Пронзительный и до невозможности жалобный крик о

помощи. Ушные перепонки дракона уловив этот вопль раздражённо закрылись, а сам

заёжился. Этот плач доносился рядом с телом старой голой обезьяны, из комка

тёплого, но уже промокшего насквозь меха.

Весь драконий род не очень любит лишний шум, можно сказать

не выносят их. Их уши очень чувствительны к звукам. Одно дело дождь, оно могло

умиротворять их. Другое гром или, например, крики, они их раздражают и выводят

из себя. И, как обычно, услышав лишний шум, который может их беспокоить, обычно

драконы сразу устраняют его источник. Багдрогарн не был исключением. Этот крик

причинял ему немалую боль ушам, а плач был до ужаса невыносимым. Не вынося

этого, со злобой, чтоб захлопнуть пасть этому существу, что издает этот плач,

он яростно протаранил скорлупу. Образовался большая трещина. После очередного

удара, камень сдался и на нём появилась огромная шириной дыра, из которой вышла

тёмная голова дракончика.

Его взгляд наполненное злобой переместился на неё. На

маленького ребёнка голой обезьяны (как ему кажется). Сердце дракона тут же

забилось как никогда. Вот тогда, он почувствуй связь между ним и с ней, но не

обычную, а прочную, которую невозможно было бы хоть как-то сломать. Их связала

сила космоса.

«Значит, мне её придётся защищать?»

Он сразу понял, про кого старик имел в виду, когда он

заключал контракт.

«Планы быстро меняются.»

Его рубиновые глаза с тонким вертикальным зрачком сместились

на тело старика.

Его нынешнее тело было проблемной. У него не было подходящих

рук, для того чтоб помочь маленькой обезьянке. Конечно, он мог бы использовать

свои челюсти, но боится, что таким образом он может навредить ей, всё же, у неё

нет такой крепкой чешуи.

Превращаться в обезьянку, даже если ему это необходимо, но

не хочется, он не может. Так как нет энергии космоса, да и не знает, какое у

них строение тела.

С большой неохотой и с настоящим отвращением на лице, он

быстро переместился к телу. К этому моменту голос ребёнка медленно затихал.

Если он не поторопиться, до её смерти недалеко. Совсем недолго рассмотрев

бездыханное тело, с неприязнью, он обвил всем телом шею трупа.

«Никогда бы не подумал, что первым телом, которого я

захвачу, будет тело старой и немощной обезьяны.»

Под проливным дождём. В тёмном лесу, где никто бы не стал

прогуливаться в такую погоду, рядом с чёрным расколотым камнем, на лужице грязи

лежал старик. Вокруг не было крови, что свидетельствовало бы о сражении, но отчётливо

было видны следы того, что он был беглецом. Босые и содранные ноги, разорванная

во время погони одежда; неглубокая рана на плече, которая к этому моменту

перестала кровоточить; лицо, как и руки полны царапин и разрезов.

Вместе с ударами капель дождя об грязь, лая собак, слышалось

совсем тихий, незаметный для слуха хриплый плач младенца.

Старик, казавшийся больше на труп, нежели чем живым,

пошатнувшись встал. Его глаза был пустыми, словно у мертвеца. А грязное и

морщинистое лицо немного взбухла от влаги.

Он ровным шагом подошёл до кучки промокшей шкуры медведя.

Поднял и словно любопытная птица повернул голову, не отрывая от неё взгляд.

«Похоже она уже умирает. Плохо.»

Её отчаянные мольбы о жизни ослабели, как и её хрипящие

вдохи.

Пока он разглядывал на неё, в попытках как ей помочь, их

окружили. Десять чёрных озлобленных псов и один мужчина. Он носил чёрный плащ,

кожаный нагрудник, короткий лук, который находился у него на руке и меч в

ножнах на поясе.

Собаки грозно зарычали на старика, вот-вот готовясь

наброситься на него.

- Брат, неужели решил сдаться? – спросил, всё ещё надеясь

отговорить его.

Тот всё ещё молчал и продолжал смотреть на то, что было в

руках. Казалось, что он не услышал его.

- Или всё ещё нет? – он сделал короткую паузу, - Пойми, я

это делаю не только ради своей жизни, но и за твою, и за наше маленькое

королевство. – его взгляд стал ещё серьёзнее, - Имперцы взялись за осаду

столицы. Они требуют голову Короля и всех прямых потомков… Я ведь уже говорил.

Если бы они ничего не знали о принцессе, мы бы тоже помогли ей сбежать отсюда.

Но если мы не отдадим её через три дня, они убьют всех невинных жителей.

Неужели, мой дорогой и добрый брат готов пожертвовать тысячами жизней, ради одной?

– сказав, он замолчал с надеждой.

Не услышав ответа, он с грустью, но с решимостью обнажил

меч.

Движением руки, он приказал собакам сужать кольцо, чтоб брат

не смог сбежать. Но псы лишь завыли, задрожали, как будто чего-то испугались и

затихли. Увидев их странное поведение, мужчина посмотрел на старика, потом на

принцессу на его руках и ощутил что-то странное. Его взгляд сковала то, что

было на шее его брата. Что-то, шипя, извивалась вокруг него.

При рождении, в каждом живом существе загорается то, что

называется «Огнём души», или же по-простому «душа». Оно не бессмертно. Годами

душа подпитывается телом живых существ, медленно растёт и увеличивается в

размерах, и из-за чего живые существа растут, потом стареют. А когда тело

достигает ограничения и умирает, то душа распадается на мелкие частицы.

Благодаря им то, рождаются ещё больше жизни.

Сейчас огонёк души ребёнка медленно исчезала и покидало

оболочку. А её тело замёрзла.

Дракону не хотелось спасать её жизнь. Но то, что от неё

зависит и его, вынуждало спасти дитя. Если он не выполнит свою часть контракта,

возможно, его душу отберут силы космоса. Что не очень будет хорошо.

Вместе с телом старика, Багдрогарн также получил частички

воспоминания, только самые важные, которые были крепко закреплены в ней,

например: как ходить, двигать руками, пальцами; язык и речь, письменность;

расположение неких орган (таких, как сердце, мозг, желудок) и как ни странно,

привычки и слабости. Это было очень удобно, так как не придётся учиться

управлять телом с самого начала.

Прежде чем приступить к помощи, он с помощью энергии космоса

создал вокруг них прозрачный купол, что не позволяло ветру и дождю и дальше

мучить ребёнка. Оголив её маленькое тело. Он впервые увидел кого-то такого

странного. Она была пухленькой. Её кожа была настолько нежной, что её нужно

было бы поместить внутри скорлупы, пока не повзрослеет, иначе может убить саму себя,

чем угодно. Да она же просто беззащитная до невозможности! Но её тело сейчас

было поголубевшее. Слабо реагировало на касания.

Разобравшись что не так с ней, а именно как банально не

казалось, она переохлаждена. Он воспользовался чем-то, что называется мана в

теле этого старика. Оно было похожим на энергию космоса, но более грязной и

нечистой. Быстро разобравшись что да как, с её помощи он быстро высушил её и

мех медведя. А потом понемногу, чтоб не зажарить её, согревал.

С другой стороны, когда он сосредоточенно работал, чтобы не

убить хрупкое создание, с ним кто-то разговаривал всё это время. Ему он не был

интересен, ровным счётом и то, что он говорил. Эта обезьяна даже не заметила,

как дождь вокруг Багдрогарна не шло, а стекалась по прозрачному куполу. От него

не веяло чем-то опасным и потому ему было «позволено» остаться и наблюдать, как

он воскрешает «мертвого» ребёнка.

Чудо заняло несколько минут, как раз, когда незнакомец

закончил говорить и вытащил из-под плаща металлическую палку (как кажется

дракону).

Ребёнок спасён. На всё заняло всего несколько минут. Но она

всё ещё была в опасности, так как у неё был жар.

Чтоб уставший ребёнок поспал, вместо того, чтоб без устали

плакал, он усыпил её. Так он потратил всю ману. Но успел собрать достаточную

энергию космоса.

Дракончик на шее старика пошевелился, привлекая внимание

собак и человека на себя.

Его чешуя была опасной для разума живых существ. Оно могло

околдовывать всех смотрящих на него и слабее самого дракона в десять раз, точно

также, как его глаза. Но в отличие от чешуи, глаза были намного сильнее и могли

кого угодно, кроме драконов, заставить возненавидеть его и покорно служить. Всё

это он не мог как-либо контролировать, эти способности были наследством от его

отца и матери.

Собаки первые заметили его. В этот момент они почувствовали

сильный приступ гнева и завыли. Ненависть к нему захватили их слабые умы. Они

захотели разорвать дракона на части, взять его силу себе. Но страх, что они

почувствовали быстро заглушил жажду, не позволил сделать хотя бы один шаг. В

глубине них что-то кричало: служить и подчиняться, выполнять всё что он

прикажет. Они были готовы слушаться его, могущественного существа лишь для

того, чтоб стать сильнее и бросить ему вызов.

Но человек посмотрев на извивающуюся змею на шее брата лишь

удивился, словно увидел что-то интересное и новое. Он не испытывал то же, что и

собаки.

Багдрогарн заметил, как тот не подчинялся ему и мог спокойно

ходить. Удивившись, он проверил его силу.

«Нет, он даже моего коготка не достоин. Но… как?»

Он не обладал чем-то, что называлось маной. Физический

потенциал также мал. Дракончик мог бы запросто запрыгнуть на него, сделать на

голове дыру и спокойно вползти внутрь. Звучит ужасно и мерзко, но он уже вытворял

такое в детстве, когда столкнулся с морским левиафаном (с детёнышем левиафана,

который похож на кита, но с острыми зубами и с девятью отростками на брюхе).

Он заинтересовался ими, людьми. Они вероятно были способны

отражать очарование. Было бы жаль, если только он умел отражать его.

Но как только их глаза случайно встретились, между ними

образовался молния, подобное вспышку.

Жар. По всему телу человека распространился странное

чувство. Это инстинктивная ненависть к нему поднялась с самых пяток до его

головы. Сам того не понимая, он возненавидел его, не зная даже из-за чего. Но

одно ему стало ясно, он должен любой ценой убить и испить его крови.

Он крепко сжал меч. А на другую руку взял кинжал. Его глаза

начали литься кровью. Ненависть перекрыла рассудок. Но вместо страха, как

бывало у других, он чувствовал лишь одно – жажда крови.

Стиснув зубы, показав грозный оскал, он быстрыми шагами

приблизился к нему и взмахнул мечом, когда тот уклонился назад, он попытался

достать глаза ящерицы кинжалом. Но оно было остановлено перед ним чем-то, что

защищало его, барьер.

Не отчаявшись, он решил ударить мечом по горизонтали.

Бритвенно-острый меч, способное одним взмахом отсечь голову достигла шеи его

брата.

Прозвучал скрежет. Черная чешуя остановила меч.

Немного удивившись и сразу поняв, что меч ему не помеха,

мужчина отпрыгнул назад и вытащил из кармана камень. Необычайно странной формы,

похожую на шестигранник. Он бросил его прямо на змею, что наблюдал за ним из

шеи его брата.

В воздухе, вблизи дракона, из камня просочился свет и из

него вышел яркий и со стороны казавшуюся острый луч света.

Стрела света, так называемая магия света у людей, быстро

долетела до цели. Огромный свет, яркий словно солнце, осветила всё вокруг.

Человек использовавшийся этой магией ослеп. Так как из-за

порыва ярости ничего лучше не придумал, как использовать его вблизи. И даже не

удостоился закрыть глаза руками.

Не ориентируясь, он продолжал махать мечом по воздуху в

надежде задеть ящерицу. Так как странные чувства подсказывали, что оно не

мертво. Но всё это было бесполезно.

- Где ты?! Сукин сын! Я тебя убью! Я заберу всю твою силу!

Чтоб тебя в семь преисподней! – он яростно кричал и было видно, как из уголков

его рта текла пена.

Зная прежнее место брата, он сделал выпад туда. Но его там

уже не было.

Глядя на всё это со стороны, Багдрогарн никак не мог понять,

что это за тупоголовое создание?

Ярости не пришлось даже утруждаться с овладением тела, он с

лёгкостью смог заполучить его.

«Создание легко поддающиеся своим чувствам опасна для других.»

Теперь, у Багдрогарн снизилось мнение об их низшем виде.

Он не только был ничтожно слабым, но и посмел напасть на

него, даже учитывая, что у них разные статусы, как любят говорить животные, как

небо и земля. При этом, вместо того, чтоб продолжить махаться со своей железной

палкой, он ослепил самого себя и показал в дурном свете.

«Ну что за удивительное существо?»

Хотя, смотря на все глупости и то, как он хочет убить его,

вместо того, чтоб служить, дракон был впечатлён. За всё своё существование,

простые звери поклонялись драконам. Ни одно животное не посмело оскалить перед

ним зуб, даже если они были очень сильны и хотели его убить. И ни одно

животное, даже драконы так глупо не поступали, чтобы взрывать перед собой

мощное колдовство, которое может причинить им самим вред.

А это зверёныш не только не захотел преклонять перед ним

голову, но и посмел напасть и проиграл так позорно. Смотря на человека, который

так упорно пытается разрезать воздух, дракон почувствовал жалость к нему, что

не свойственна.

Он приказал волкам окружить своего предводителя (как кажется

Багдрогарну).

Волки послушались. Не издав ни единого рыка, они окружили

его.

Следующим приказом он повелел убить его.

Собаки не противясь запрыгнули на него все вместе.

Одного пса тот убил, насадив на меч. Второго, мужчина ранил

кинжалом и отбросил в сторону.

- Что вы делаете?! – хоть он был слеп, он точно понимал, кто

на него нападает. Это были его псы, которые он растил с тех пор, когда они ещё

были щенятами. А теперь, они без какой-либо жалости захотели его загрызть.

Осознавая это горькую правду, человек впал ещё более буйное

состояние виня во всём дракона.

- Отстаньте от меня! Тупые шавки! Я вас скормлю свиньям!..

Пока тот разбирался с тремя собаками, которые держались за

его запястья. Одна собака подкралась сзади и запрыгнул на его спину, повалив его

тем самым на грязь.

- Ааа! Суки! Я вас всех убью!

Человек, как червь на земле, начал извиваться, пытаясь

скинуть того, кто был на спине.

Видя, как его прежний хозяин слаб, серая собака, что была на

нём, вонзил зубы на его шею.

Борьба была недолгой. Псы держали его руки и ноги, как будто

пытались линчевать, а седьмая собака грызла его шею. Вскоре, после трёх минут

ожесточённой борьбы, мужчина умер мучительной смертью.

В тёмном лесу шёл дождь. Дул сильный ветер. Было очень

прохладно. В центре глуши, куда никто бы не посмел пойти, была пещера. Глубокая

и просторная.

У входа в пещеру лежало тело старика со странным живым ожерельем,

которая могла дышать и издавать что-то вроде храпа. Он также обнимал комочек

меха.

Они спали крепким сном, как будто ничего не произошло. Хотя,

лужа огромной крови и трупов девяти собак, вместе с бездыханным телом здорового

мужчины, говорили об обратном. Но всё обошлось.

На страже их крепкого сна была вся израненная собака. Его

правый глаз был потерян во время ожесточённой схватки. Но такова была цена за

жизнь.

Хотя ему было одиноко и печально, за то, что потерял всю

свою семью, он глубоко внутри себя обещал, что отомстит за них. Пусть на это

пройдут года и века. Но пока он жив, у него был шанс стать сильнее и убить

этого треклятого и надменного дракона, который любит наблюдать за страданиями.

//п.а. - попытаюсь выпускать каждые 3-4 дня (но это не точно)

Утро было точно такой же, как ночь. Темные облака не

переставали кружиться над мрачным лесом. А холодные весенние ветра, вместе с

дождём, не заканчивались. Не видно ни конца, ни начала плохой погоды. Казалось,

что небо никак не думала успокаиваться. Что очень таки злило маленького, но

злобного дракончика.

«Хватит мне уже этого.»

У драконов, в отличие от других животных, чувства времени

совсем другое. Один год для нас, а для них он будет всего лишь мгновением. А

когда они засыпают, то не смогут проснуться веками. Но Багдрогарн смог

проснуться ровно тогда, когда солнце должно было появиться на горизонте, чтоб

начать согреваться с первыми же лучами. Но вместо желанного тепла, проснувшись

продолжил замерзать в сырой пещере. Младенец же, всё ещё крепко спал, так как

был под чарами сна.

Всё ещё с недовольным видом, дракончик покачал головой и

перевёл своё внимание на чудного ребёнка.

- Она вероятнее всего голодна. – тихо сказал самому себе.

«А что едят обезьянки? Фрукты, травы или мясо? А может ещё

что-то?»

Дракончик невольно задумался о том, как накормить ребёнка.

Осознав это, у него аж пробежались мурашки по всему телу.

- Неужели я становлюсь нянькой?!

Собака, которая стояла всё это время на охране, вздрогнула.

Но всё ещё сидела на своём месте, боясь сделать лишнее движение и привлечь

внимание.

- Пусть она добывает себе еду. Пусть научиться искать себе

пропитание, я что, кормилец для неё? Если она не научиться охотиться сейчас, то

на оставшуюся жизнь ей придётся надеяться только на меня!

Как уже можно было понять, из драконов, откровенно говоря

получаются не очень хорошие родители. Они лишь охраняют яйца, пока не вылупятся

их потомства. Потом же, когда они выйдут из него, отцы и матери разлетаются, оставляя

своего ребёнка одного. Так как они считают, что они сделали достаточно для

него, охраняя в беззащитный период, пока те были в яйце, и пора уже взрослеть.

Но, они делают это не потому что им лень или что-то ещё. Они думают, что любой

дракон должен достичь всего своими силами и не привязываться на помощь своих

родителей.

Но сейчас смотря на ребёнка, такого беззащитного и

мягкотельного, Багдрогарн вообще не может представить, как она будет искать

себе еду.

- Одна услуга ведь не испортит её? – чутка промолчав, чтоб

обдумать, он ответил на неё сам, - Наверно нет. Да, это никак не отразиться на

неё. Только один раз помогу и всё. Но вопрос... Что же они едят?

Задумавшись, он переместил взгляд на собачку, которая сейчас

задрожала от исходящего давления.

- Что едят эти обезьяны? – чутка повысив голос спросил на

человеческом языке у Волчонка.

Собака на секунду не решалась хоть что-то сказать. Она

ощущала боль в животе, а задрожавшие ноги еле её держали.

За эту короткую секунду, вся её жизнь пронеслась перед

глазами.

Как она родилась в псарне. О дне, когда они тренировались.

Первой встрече с хозяином и удавшейся охоте. Когда она «официально» (она

получила имя) стала частью семьи и могла заходить и выходить из дома своего

хозяина, когда ей захочется. И об одной ночи, когда она всё потеряла.

Ей хотелось поностальгировать о ушедших спокойных днях, но растягивать

молчание было опасно.

- Они всеядны. – гавкнула по-собачьи.

- Всеядны значит? Хорошо. - поняв, дракончик кивнул.

Наполнившись решимостью помочь ей один раз, он пошёл к

выходу из пещеры. Но, остановился на пол пути. Что-то очень сильно встревожило

его.

- А с ней ведь всё будет нормально? – он опять озадаченно

задумался.

У неё нет клыков, нет ногтей, нет сильной чешуи или хотя бы

не может управлять магией. И он хочет оставить её здесь на несколько минут? Что

будет, если пока его нет, кто-то войдёт сюда и обнаружит её? А что если камень

упадёт на неё? Нет, это опасно, оставлять её здесь. Таким образом думал и Багдрогарн.

Конечно, это чрезмерная настороженность вызвана оттого, что

он начал думать более ясно.

Вчера, он был готов выполнить любое желание того обезьяны.

Включая ещё и то, что он туманно мыслил, он мог согласиться даже на самый

безумный бред. Но поняв, что ему придётся всего лишь кого-то защитить,

успокоился. И только тогда, когда он отдохнул и выспался, понял в какую

ситуацию попал. Ему нужно было защищать её от любых опасностей до конца жизни.

Контракт расценила предложение старика: «до конца жизни» как

– пока она не умрёт от старения. Ни болезни, ни рана и ни что-то ещё, только

старость и всё.

И из-за этого, его жизнь зависит от её. Он начал бояться,

что она может умереть от чего угодно, даже от маленькой царапинки. Но, он ещё

должен как-то вырастить её. И даже под угрозой смерти, он хочет, чтоб она

выросла самостоятельной.

- Но пока она спит и меня рядом нет... Лучше я заберу её с

собой. – сказав, он повернулся и взял её на руки.

Он посмотрел на грязное лицо младенца. Недолго думая, он

закрыл его.

Встав у порога в пещеру, он посмотрел на плохую погоду.

За ночь, он успел восполнить одну четверть энергии космоса.

Так что...

Дракон посмотрел на небо. И словно повинуясь его приказу,

тучи раздвинулись в стороны. А солнце, подчиняясь приказу, стала светить ярче,

разгоняя тьму и холод из леса.

«Ммм, вот так гораздо лучше.»

*От лица Кары (собаки)*

Прошло месяц с того дня, как я стала «служить» Великому. Но,

кроме как отвечать на элементарные вещи и присматривать за лесом ничем другим

не занималась.

Сейчас в пещере стало довольно уютно. Вместе со старым

котлом, Великий так же научился свежевать шкуры. Да, в доме полно ковров, где

могла бы спокойно ползать принцесса.

В первый день моей службы удалась особенно тяжко. Сначала,

он с помощью своей силы изменил погоду. Я тогда была поражена его

способностями. Такое даже бог не смог бы сделать. А он с одним только взглядом

смог подчинить погоду себе. Но самое печальное было впереди. Так как я видела,

как Чудовище пожирала мою семью. А я ничего не могла с этим поделать, кроме как

наблюдать со стороны. Мне не хватило даже духа, чтоб попросить его похоронить

их кости. Он их тоже съедал. Но, самое ужасное случилось тогда, когда он бросил

мне оторванную ногу моего приятеля. Под страхом мне пришлось съесть его. Но

кость закопать неподалёку. В тот день, после этого случая, я не смогла нормальна

поспать.

После того как он закончил трапезу, он, вместе с младенцем

пошёл в лес, а я за ним.

В лесу он почему-то искал ягоды. И только тогда, когда он

нашёл их, я поняла, зачем они ему понадобились. Он хотел ими накормить

маленькую принцессу! Ей даже годика не было! А это чёртова ящерица хотела её

погубить ядовитыми ягодами!

В своём настоящем теле дракончика он хорошо разжевал ягоды в

какую-то бесформенную массу и потом попытался выблевать ей в рот. Благо под

страхом того, что я могла умереть из-за прежнего совета, остановила его. И

рассказала, что человеческому ребёнку нужен молоко. Тогда я поняла, что он даже

не знает, кто такие люди и что их детям необходима грудное молоко.

Тогда, пытаясь найти альтернативу, он предлагал мясо, какие-то

травы, грибы, яблоки и снова ягоды. В конце, почти сдавшись, он спросил: «Подойдёт

ли твоё молоко?»

Я замолкла. Подумала лишь об одном: ответить честно – не

знаю, или соврать. Но промелькнула ещё одна мысль: зачем существу, которое

может уничтожить целую страну, защищать младенца? Вдруг, если она погибнет, он

ведь начнёт злиться? Тогда, подумав, я ответила честно: «Не знаю. – но

добавила, - оно может не подойти.».

После моего ответа он, взбесившись, начал искать человека.

Он думал, что они живут в лесу где-то в пещерах, как этот.

В этом лесу мы, с прежним хозяином часто охотились на косуль.

Потому знала, где поблизости находилась деревня людей, об этом я ему тоже

рассказала.

Как и ожидалось, мы пошли туда.

Само по себе лес не опасен. Здесь не водятся монстры, но

дальше, после пересечения большой реки с сильным течением, могут появиться

слабые монстры – одичалые (группа мутировавших лесных животных).

К деревне мы пришли к закату.

Дракон долго осматривал жителей деревни притаившись в

кустах.

Наконец, когда уже солнце исчезло за горизонтом он выбрал одинокую

женщину с грудным ребёнком.

Я предложила подложить принцессу к дому выбранной женщине,

но тот отказался.

И как будто это было нормально, он, шатаясь, подошёл к их

дому и постучался. Она не открыла дверь. После второй попытки Великий объяснил,

что ему нужно было: «Пожалуйста, помогите моему ребёнку.».

Он держался в тени, чтоб не показаться ей, так как

управляемое тело брата моего прежнего хозяина начала разлагаться и сильно

вонять.

Когда хозяйка маленького дома открыла дверь, увидела у порога

рыдающего ребёнка. А рядом с ней мешочек.

Затаившись в тени, Великий сказал ей: «Накормите её, прошу,

потом мы уйдём. И возьмите мешочек, но взамен, можно прийти ещё раз?».

Но та ничего не ответив взяла ребёнка и вошла в дом. Там они

побывали около полтора часов и снова вышли. Перед тем как оставить уже сытого и

спящего ребёнка, она спросила: «Сколько ей месяцев?». А он ответил: «Меньше

года.». Та, помолчав и с какой-то жалостью смотря на ребёнка закрыла дверь. Не

стала брать мешочек с деньгами.

Так прошёл первый день.

*От лица Кары (собаки)*

Второй день прошёл куда лучше.

С самых первых лучей солнца дракон сожрал труп, которого

контролировал.

И не успела как я подумать почему, он начал

трансформироваться.

Было слышно, как все его кости ломались и заново собирались,

росли и увеличивались в размерах. Его грубая тёмная чешуя побелела, лишь в

нескольких местах оно было видно. Морда стала человечной, но его выражение лица

была угрюмой, как у закалённого бойца. Когти и клыки уменьшились, но не

потеряли прежнюю остроту. Но, глаза так и не поменялись, они всё ещё были

облиты алым цветом и напоминал глаза монстра.

Не сказать, что я была в шоке от резкого превращения. Я была

полностью парализована от произошедшего. При чём его лицо не было похоже ни на

прежнего моего хозяина, ни его брата, ни людей из деревни. Словно это его

истинный образ.

Полюбовавшись своим новым телом, он оделся и нацепил на пояс

меч, а в конце надел плащ.

И как я ему посоветовал, он пошёл в ту же деревню, к той же

женщине, чтобы накормить принцессу.

Но в этот раз, она взяла деньги и ей даже удалось немного

поболтать с ним.

Возвратившись в «дом», он начал убираться в нём, укреплять

стены и изготавливать мебели из камня и дерева (у него плохо получается).

Потом, вечером он заново пошёл к той женщине. В этот раз они

договорились, чтобы к ним приходили по три раза в день, но взамен, дракон

должен был помогать им по хозяйству, так как её муж недавно умер.

Так, прошёл второй день в служении у Великого.

//п.а - главы раз в десять дней. Ну или по мере вдохновения.

Главу потом попробую отредактировать и улучшить.