В тихом дворе.

Чу Ян стоял перед каменным столом, перелистывая древнюю книгу и держа в руках серебряную иглу, чтобы наносить себе уколы, выражение его лица было то серьезным, то болезненным.

От его головы поднимался белый дым, а по щеке стекала бисеринка пота размером с горошину.

Вздох!

Примерно через тридцать минут его тело сильно затряслось, и все серебряные иглы на его теле были стряхнуты и ударились о большое дерево акации с чистым, хрустящим звуком.

Если присмотреться, то большое дерево акации было усеяно густыми игольчатыми отверстиями.

Очевидно, что эта сцена произошла не в первый раз.

"Бум!"

Когда серебряные иглы были извлечены из тела Чу Яна, его ослабленная аура поднялась вверх, вызвав свирепый ветер во дворе и напугав старую желтую собаку в углу.

"Прошло пять лет, наконец-то я выздоровел".

Почувствовав прилив сил в своем теле, похожем на лезвие лице Чу Яна появилась давно забытая улыбка.

Изначально он был самым острым клинком страны, признанным королем-солдатом номер один военного министерства Великого Ся.

Пять лет назад, выполняя сверхсекретное задание, он был атакован таинственными силами, попав в засаду могущественного врага и бежал с тяжелыми ранениями.

Когда он был на грани смерти, его спас старейшина Цинь, который собирал лекарства на горе.

Чтобы отплатить за услугу, он соглашается на просьбу старого Циня жениться на его старшей внучке, Цинь Бинсюэ.

Последние пять лет, до того как к нему пришли таинственные силы, он залечивал свои раны, держался в тени и никогда не показывался на глаза, но все считали его неудачником и презирали, кроме сестры Цинь Бинсюэ и старейшины Цинь, которые заботились о нем и всячески его защищали.

Теперь, когда он оправился от ранений, ему больше не нужно было прятаться и держаться в тени.

"Шурин, что-то не так, Чжао Дун вступил в сговор с семьей Тан, чтобы поднять восстание!"

В этот момент поспешно вбежала молодая девушка.

Девушке было около 16 или 17 лет, с черными волосами, красивыми бровями и белоснежной кожей.

Но в этот момент ее чистое и безупречное лицо было наполнено тревогой.

Ее звали Цинь Юру, и она и ее сестра Цинь Бинсюэ были известны как самые красивые сестры в городе Тяньхай.

В то же время она была невесткой Чу Яна .......

"Что происходит?"

Услышав это, лицо Чу Яна слегка изменилось, и он заговорил глубоким голосом.

"Слишком поздно объяснять ...... Поторопись и пойдем со мной".

Цинь Юру потянул Чу Яна за руку и направился к выходу.

Клан взбунтовался, дед был тяжело болен и прикован к постели, сестра была под контролем ...... Теперь единственным, кто мог спасти семью Цинь, были они.

Необходимо найти способ сбежать и найти помощь.

"Вторая мисс, куда вы хотите пойти? Я тебя подвезу!"

Однако они только-только достигли двери, когда молодой человек с телохранителями окружил их в агрессивной манере.

"Чжао Дун, моя семья Цинь хорошо к тебе относилась, и дедушка даже обучал тебя как своего любимого ...... Почему ты так поступаешь?"

Цинь Юру подсознательно встала перед Чу Яном и уставилась на Чжао Дуна, задавая ему вопрос холодным тоном.

"Плохо ко мне относишься? О ...... хахаха ......"

Чжао Дун смеялся как сумасшедший, как будто услышал большую шутку.

Он безумно уставились на Чу Яна, его глаза налились кровью, и в них горел огонь ревности.

У старшего Циня был только один сын, Цинь Дунхай, но он таинственно исчез, жив он или мёртв неизвестно, остались только Цинь Бинсюэ и Цинь Юру, две сестры.

Он пришел в семью Цинь много лет назад и давно мечтал заполучить семью Цинь.

Он считал, что все будущее семьи Цинь должно лечь на его плечи.

Однако с тех пор, как старый Цинь подобрал Чу Яна, в глубоких горах, все изменилось.

Этот старый бессмертный фактически обручил свою богиню Цинь Бинсюэ с отбросом Чу Яном.

Мало того, даже Цинь Юру благоволила к этому сопляку и всячески заботилась о нем.

Более того, он подслушал, что старейшина Цинь даже собирался передать главенство в семье Чу Яну, что совершенно вывело Чжао Дуна из равновесия.

Чу Ян был просто сопляком, которого старейшина Цинь подобрал в горах, так почему же все хорошее должно выпасть на его долю?

Если бы не его внешность.

Я, Чжао Дун, должен был стать мужем Цинь Бинсюэ.

будущий глава семьи Цинь.

Гнев ревности свел его с ума.

Он решил вступить в сговор с семьей Тан, чтобы поднять восстание!

Он уничтожит все своими собственными руками.

Он хотел заставить старую семью Цинь пожалеть о своих действиях.

Он порубит этого отброса, который отнял у него все, на тысячу кусков!

"Шурин, я остановлю их, а ты беги ......".

"Никто из вас не уйдёт сегодня!"

Глядя на безумные глаза Чжао Дуна, Цинь Юру невольно вздрогнула, но не сделала и полшага назад, по-прежнему заступаясь за Чу Яна, упрямство было написано на ее нежном маленьком лице.

При взгляде на крошечную фигурку, стоящую перед ним, в сердце Чу Яна зародилось тепло.

В течение пяти лет они всегда заботились о нем и защищали его.

Теперь настала его очередь защищать их и внести свою лепту.

"Юру, ты наблюдай со стороны, лучше оставить такие вещи, как борьба, мне".

Цинь Юру только почувствовала, как перед глазами расплывается пятно, и перед ней появился Чу Ян.

"Но ......"

В глазах Цинь Юру промелькнуло беспокойство, и она хотела сказать что-то еще, но ее прервал Чжао Дун.

"Сука, закрой свой рот!"

Он уставился на Цинь Юру смертоносным взглядом, с ненавистью пожирая ее заживо.

"Как ты смеешь защищать эту дрянь, когда дело дошло до такого? Что в нем такого хорошего, что он заслужил все это?".

"Шурин хорош во всем, когда мне было грустно и беспомощно, он был тем, кто утешал и подбадривал меня, а когда мне некому было рассказать о своих обидах, он был тем, кто ......".

Нефритовая рука Цинь Юру была сжата, глаза полны нежности, и она рассказывала историю шаг за шагом.

Исчезновение отца и повторный брак матери привели к тому, что она с детства не получала любви и заботы. Чтобы не усугублять проблемы сестры и дедушки, даже если внешне она испытывала еще больше обид, она могла только молча прятать их в своем сердце и переносить все в одиночку .......

"Ты в тысячу раз хуже Чу Яна, дедушка принял самое правильное решение, выдав за него мою сестру ......".

Слова Цинь Юру, несомненно, задели за больное Чжао Дуна, из-за чего ему было трудно сохранять спокойствие, он был похож на голодного дикого волка, набросившегося на Цинь Юру.

Он собирался преподать этой сучке, защищавшей Чу Яна, жестокий урок.

Он собирался заставить ее заплатить за свои слова.

Увидев это, глаза Чу Яна вспыхнули убийственным намерением, он сделал шаг и яростно поднял руку.

Пощечина!

Раздался звук хрустящей пощечины, Чжао Дун был отправлен в полет пощеченой.

"Ублюдок, как ты посмел ударить меня?".

Чжао Дун закрыл лицо и недоверчиво уставился на Чу Яна.

Он не мог подумать, что этот сопляк осмелится ударить его.

Цинь Юру также была поражена действиями Чу Яна.

Она даже не заметила, как Чу Ян только что двигал рукой.

Однако эта пощечина была действительно хороша.

Этот предатель заслуживал того, чтобы быть избитым!

"Встань на колени и извинись перед Юру!"

Голос Чу Яна был ледяным, в этом не было никаких сомнений.

Его невестка хорошо заботилась о нем, и он никогда не допустит, чтобы она была оскорблена кемто.

"Просишь меня встать на колени и извиниться? Ты еще не дорос, чтобы смотреть, как я ......".

Услышав слова Чу Яна, Чжао Дун презрительно рассмеялся.

Как смеет этот сопляк бесстыдно говорить перед ним?

"Неведомая тварь, я тебя убью!".

С намерением убить, он яростно нанес удар.

Однако в следующую секунду его тело резко замерло.

Это произошло потому, что рука Чу Яна уже была на его шее, поднимая его вверх.

Зрачки Чжао Дуна сузились, и он выглядел страдающим, когда яростно боролся.

Однако перед Чу Яном все усилия были напрасны.

По мере того, как рука Чу Яна увеличивала свою силу, его лицо побледнело, и ему стало трудно дышать.

Ему казалось, что он вот-вот умрет, а его речь стала прерывистой.

"Почему вы ...... парни все еще стоите здесь? Также ...... еще ...... спасите меня ......".

"Ублюдок, поторопись и отпусти Чжао Дуна ......".

Услышав мольбу Чжао Дуна о помощи, телохранители пришли в себя, их тела наполнились убийственным желанием, они выхватили мечи и топоры и бросились на Чу Яна.

Со свирепыми аурами и убийственными лицами, они яростно атаковали Чу Яна.

Острые мечи и топоры сверкали в солнечном свете, а их убийственное намерение внушало трепет.

"Шурин, будь осторожен!"

Увидев это, лицо Цинь Юру сильно изменилось, в ее глазах появились беспокойство.

" Бум ......"

В следующую секунду резко произошла сцена, которая потрясла ее.

Мощная Ци пронеслась по округе!

Телохранители, нападавшие на Чу Яна, выплюнули кровь изо рта и разлетелись по сторонам.

Чу Ян стоял в центре, держа Чжао Дуна одной рукой, как бог и демон, шокируя всех.

"Как ...... это могло произойти?"

"Этот парень явно слабак, как он может так хорошо драться?"

Чжао Дун был настолько потрясен, что немог произнести и слова, ему было трудно поверить в то, что перед ним было.

Как могло столько телохранителей в одно мгновение быть уничтожено этим сопляком?

Чжао Дун чувствовал себя как во сне.

Но вопли телохранителей ясно дали понять, что так оно и есть на самом деле.

Чжао Дуну было трудно смириться с таким концом!

Даже Цинь Юру был ошеломлен Чу Яном.

В последние пять лет Чу Ян был настолько сосредоточен на лечении своих ран, что не показывал и половины своей силы.

Цинь Юру всегда думала, что Чу Ян не знает боевых искусств, но она никогда не ожидала, что он будет настолько свирепым.

"Шурин, как ты можешь быть таким сильным и уметь сражаться?"

Глядя на фигуру, стоящую прямо перед ней, глаза Цинь Юру были наполнены шоком и восхищением.

"Просто маленькая хитрость".

Чу Ян с улыбкой покачал головой и бросил взгляд на Чжао Дуна, который был полон шока.

"Скажите мне, что именно случилось с семьей Цинь?"

"Не рассказываешь, да? Тогда вини меня!".

Не дожидаясь, пока Чжао Дун что-то скажет, Чу Ян с яростью схватил его за руку.

Ка-чинг!

Раздался резкий хрустящий звук, когда рука Чжао Дуна вывихнулась, заставив его вскрикнуть от боли.

Я не говорил "нет", почему ты двигаешь рукой?

В этот момент сердце Чжао Дуна стучало как сумашедшее

Он все еще хотел сказать несколько резких слов, но, увидев холодные, леденящие душу глаза Чу Яна, он признался во всем.

Услышав это, Цинь Юру разволновалась, а Чу Ян бросился на обичиков с убийственным намерением.

"Идите и проводите нас к старейшине Цинь!"

Когда Чжао Дун привел Чу Яна и Цинь Юру в дом старейшены, охранявшие его члены клана уже были убиты.

Зал, который изначально был священным и опрятным, сейчас находится в полуразрушенном состоянии.

Глядя на сцену перед ней, Цинь Юру очень расстроилась и расплакалась.

Некогда теплый и мирный дом теперь стал настолько разрушенным, что она с трудом могла с этим смириться.

"Юй Ру, не грусти, все будет хорошо ......".

Чувствуя настроение Цинь Юру, Чу Ян похлопал ее по плечу и утешил.

Однако в его сердце бушевало чудовищное убийственное намерение.

Семья Цинь была сердцем и душой старейшины Цинь на протяжении многих лет.

Теперь, когда она была уничтожена, как ему не быть убитым горем.

Более того, в течение пяти лет Чу Ян считал это место своим домом.

"Это ...... я этого не делал, это все ...... Тан Цзюэ и другие".

Почувствовав убийственный взгляд Чу Яна, Чжао Дун задрожал и поспешно заговорил.

"Где старейшина Цинь?"

Чу Ян спросил холодным голосом.

"Он находится ...... там".

Чжао Дун сглотнул и с трудом поднял палец.

Чу Ян и Цинь Юру поспешно вошли внутрь.

Вскоре они увидели старейшину Цинь, который был весь в крови и умирал, лежа на полу.

Его лицо было бледным, глаза плотно закрыты, на теле все еще были раны от пыток, а на лице были написаны все его мучения и отчаяние, как будто он был мертвецом.

"Дедушка ......"

"Старейшина Цинь!"

Увидев это, лица Чу Яна и Цинь Юру изменились, и они бросились к ниму.

"Дедушка ...... ты очнулся, дедушка ......".

Цинь Юру с болью выкрикнул его имя, но тот не откликнулся, оставив Цинь Юру крайне беспомощной.

С самого детства дедушка сопровождал ее, любил и заботился о ней .......

В ее глазах дедушка был Богом.

Но теперь ......

Все перевернулось!

Слезы текли по щекам Цинь Юру, как поток, прорвавший плотину.

Ее болезненный и беспомощный взгляд был душераздирающим, и это также глубоко ранило сердце Чу Яна.

"Юру, не волнуйся, дедушка в порядке ......, пока он еще дышит, я смогу его спасти".

"Правда ...... правда?"

Цинь Юру смотрел на Чу Яна с надеждой на лице, словно утопающий, который схватился за последнюю соломинку, чтобы спасти свою жизнь.

"Мм, поверь мне!"

Чу Ян осторожно кивнул головой и быстро проверил физическое состояние старейшины Циня.

Его дыхание было слабым, внутренние органы повреждены, сердцебиение очень слабое, он был крайне слаб, и его можно было описать как угасающую свечу на ветру.

Однако такой старик...

На его теле, подвергшемся нечеловеческим пыткам, оставались десятки следов от порезов.

Чу Ян не мог представить, как эти парни могли быть настолько бессердечными, чтобы напасть на такого старика.

При мысли об этом сердце Чу Яна наполнилось яростью, а по всему его телу распространилось убийственное намерение.

Эта месть не могла остаться без ответа!

Он знал, что старейшина Цинь был его спасительлем.

Если бы не старейшина Цинь, он бы уже давно умер в горах.

Единственное, за что он был благодарен, так это за то, что старейшина Цинь не умер и все еще мог дышать.

Как наследник Небесного Доктора, Чу Ян был мастером медицинских навыков, поэтому, пока собеседник не умер, он был уверен, что сможет его спасти.

Он достал из кармана серебряные иглы и взял их в руку, вся его аура внезапно изменилась.

Когда первая серебряная игла коснулась тела, ресницы старейшины Цинь слегка дрогнули.

Когда вторая серебряная игла коснулась тела, слабое дыхание старейшины Цинь стало ровным.

......

Глядя на Чу Яна, который серьезно всаживал иглы, Чжао Дун почувствовал, что этот парень был совершенно другим человеком.

Аура, исходившая от его рук и ног, заставляла людей дрожать.

Казалось, что он больше не человек, а бог, управляющий жизнью и смертью.

Цинь Юру даже посмотрела на Чу Яна горящими глазами, в ее взгляде было написано потрясение.

Она не ожидала, что ее шурин в дополнение к своему мощному боевому искусству может заниматься медициной.

Когда шестая серебряная игла опустилась, тело старейшины Цинь покрылось золотым светом, как будто он был покрыт светом Будды, а его бледное лицо постепенно стало розовым.......

Даже белые волосы на его голове стали темнее.

В следующую секунду его плотно закрытые глаза резко открылись, и он с воплем выплюнул полный рот темной крови, полностью очнувшись.

"Дедушка, ты наконец-то очнулся ......".

Увидев это, Цинь Юру удивилась и поспешила помочь старейшине Цинь подняться, вытирая кровь с уголка его рта.

Чжао Дун, с другой стороны, был полон удивления.

Этот парень явно был неудачником.

Как он вдруг стал способен не только сражаться, но и исцелять, спасая жизнь старейшины Циня?

"Фух!"

Чу Ян, с другой стороны, выпустил длинный вздох облегчения.

Он только что оправился от ран, его силы еще не полностью восстановились, а огромный расход Божественной Иглы Тайи почти перегрузил его.

"Старейшина Цинь, как вы себя чувствуете сейчас? Где сейчас Бинсюэ?"

Старейшина Цинь не успел вовремя позаботиться о состоянии своего тела и с встревоженным лицом схватил Чу Яна за руку.

"Бинсюэ забрали Тан Цзюэ и другие, иди и спаси ее!"

"Что? Забрали?"

При этих словах лица Чу Яна и Цинь Юру изменились в унисон.

"Это ...... не мое дело, я просто рассказал Молодому Мастеру Тан о проекте Трансцендентного Гена, который исследовала мисс Цинь, я не ожидал, что они заберут ее ......".

Почувствовав ледяной взгляд Чу Яна, Чжао Дун поспешно заговорил.

"Где сейчас Тан Цзюэ и остальные?"

Чу Ян яростно схватил Чжао Дуна за шею, а по комнате пронеслось ужасающее убийственная аура.

Цинь Бинсюэ была его женой, и хотя она отвергла их брак, и они были даже меньше, чем муж и жена, она относилась к Чу Яну с большим уважением и заботой, и если бы не она, Чу Ян не смог бы так спокойно восстанавливаться после травм.

Теперь, когда ее увезли, и неизвестна ее участь, Чу Ян очень волновался.

"Я ...... не уверен, но любимое место Тан Цзюэ - клуб "Тяньлань"!"

Чжао Дун ответил с лицом, полным паники.

Глаза Чу Яна вспыхнули убийственным намерением, и из его руки вырвалась серебряная игла, пронзив бровь Чжао Дуна.

"Ты ...... пуф ......"

Тело Чжао Дуна замерло, глаза остекленели, изо рта хлынула кровь, и он умер на месте.

Чу Ян не удостоил его труп даже взглядом и повернул голову к Цинь Юру.

"Юй Ру, позаботься о дедушке ...... Я пойду и спасу твою сестру".

Не дожидаясь ответа, Чу Ян развернулся и ушел.

"Шурин ......"

Глядя на удаляющуюся спину Чу Яна, Цинь Юру была полона беспокойства и хотел что-то сказать.

Цинь Лао*, напротив, был задумчив, а в глубине его глаз даже скрывалось сильное предвкушение и волнение.

Прошло пять лет, и этот человек наконец-то вышел из горы.

Из бездны появляется скрытый дракон, которому суждено подняться по ветру.

Клуб "Тяньлан", один из самых известных клубов в городе Тяньхай.

В нем была принята система всеобщего членства с чрезвычайно строгими требованиями, и никто, кроме богатых людей, не мог туда войти.

Чу Ян только подошел к входу, как его остановил высокий охранник.

"Сэр, пожалуйста, предъявите вашу членскую карточку".

"У меня нет карточки, я здесь, чтобы найти кого-то".

Чу Ян слегка нахмурился и заговорил глубоким голосом.

"У вас нет карточки, и вы все равно хотите зайти и найти кого-то? Не стойте здесь на пути, скорее уходите!"

Увидев, что у Чу Яна нет даже членской карточки, отношение охранника резко изменилось, его лицо стало полным нетерпения.

"Бум!"

Не успел он произнести эти слова, как на его лицо обрушился мощный кулак.

Охранник получил сильный удар, и кровь хлынула у него изо рта, он как пушечное ядро улетел в стену.

Чу Ян вошел в здание клуба, как будто вокруг никого не было.

На кону стояли жизни людей, и у него не хватало духу говорить глупости с этим парнем.

Как только он вошел в здание клуба, трещины на стене, куда ударил охранник, распространились, как паутина.

В конце концов, вся стена рухнула, похоронив его и подняв облако пыли .......

В роскошной отдельной комнате.

Тан Цзюэ лежал на диване, скрестив ноги, и с интересом смотрел на привязанную к стулу женщину, ее утонченную фигуру.

"Этот крот Чжао Дун не солгал мне, мисс Цинь действительно имеет прекрасную фигуру".

Хотя Цинь Бинсюэ была в шоке, на ее безупречных щеках не было и следа паники.

Она выглядела спокойной и собранной, соответствуя ясной, духовной и выдающейся ауре своего тела, как будто она была Богиней, находящейся высоко над землей и безразличной ко всему.

"Тан Цзюэ, по крайней мере, ты член одной из четырех великих семей, но я не ожидала, что ты будешь заниматься такими грязными делами".

При этих словах вся аудитория всколыхнулась.

Эта женщина имела наглость так неуважительно относиться к Молодому Тан.

Нужно знать, что Тан Цзюэ - младший из семьи Тан, одной из четырех великих семей.

Статус был превосходным и недостижимым.

"Как ты смеешь, как ты смеешь грубить молодому господину!"

Сильный мужчина рядом с Тан Цзюэ был в еще большей ярости, он яростно поднял ладонь к щеке Цинь Бинсюэ.

"Отвали! Если ты испортишь ее лицо, как я смогу играть с ней по ночам?".

Увидев это, Тан Цзюэ с недовольным видом поднял брови.

Сильный мужчина мгновенно собрал свою ауру, опустил голову, словно ребенок, совершивший ошибку, и почтительно отступил за спину Тан Цзюэ.

Если бы люди со стороны увидели эту сцену, они бы уронили челюсти от шока.

Он был чернокожим лидером, который убил много людей и на его счету было много жизней.

Однако перед этим человеком он был настолько скромен, что был похож на собаку.

Тан Цзюэ подошел к Цинь Бинсюэ и яростно поднял ее подбородок, его глаза яростно сверкали.

"Пока что вы первый человек, который осмелился так со мной разговаривать!".

"Тогда разве я не должна чувствовать себя польщенной?"

Цинь Бинсюэ не обратила внимания на свирепый взгляд Тан Цзюэ и рассмеялась про себя.

"Быть замеченной мной - это большая честь для вас".

Тан Цзе взял кубок с вином и вылил его на голову Цинь Бинсюэ.

Нельзя было портить прекрасное лицо, но нужно было преподать урок.

"Молодой Тан делает такое большое дело, чтобы разобраться с такой маленькой семьей, как мы, это не должно быть так просто, как смотреть на маленькую и слабую женщину, как я, верно?"

Лицо Цинь Бинсюэ все еще не сильно колебалось, но в ее глазах мелькнул мудрый огонек.

"Вы не только красивы, но и очень умны ......".

Тан Цзюэ зажег сигарету во рту и выдохнул густой дым на лицо Цинь Бинсюэ.

"Раз ты такая умная, то должена знать, для чего я здесь, верно?".

От Чжао Дуна он узнал, что генетический проект, которым занималась Цинь Бинсюэ, совершил большой прорыв, который мог не только задержать старение человека и вылечить сложные болезни, но даже позволить людям преодолеть свои ограничения и обрести трансцендентную силу.

Если бы он смог взять в руки эту технологию, то, несомненно, стал бы на шаг ближе к своим амбициям.

Именно по этой причине он не испытывал никаких сомнений в том, чтобы выступить против семьи Цинь.

"Эта технология в настоящее время незрелая, и ты не сможешь ее использовать, даже если передам ее тибе

Цинь Бинсюэ говорила глубоким голосом.

"О, ...... Вам не нужно беспокоиться об этом, если вы передадите его. Госпожа Цинь не должна пострадать, верно?"

Тан Цзюэ достал из кармана мобильный телефон, открыл фотографию, сделанную в доме семьи Цинь, и передал ее Цинь Бинсюэ.

Увидев фотографию Цинь Лао, который был весь в крови и лежал умирающим на полу, сердце Цинь Бинсюэ сильно сжалось.

Она уже собиралась заговорить, но Тан Цзюэ с интересом сказал: "Твой дедушка умирает, ты же не хочешь, чтобы твоя сестра и муж были такими же, как он?".

"Я могу передать его тебе, но ты должен пообещать мне три условия".

Увидев это, Цинь Бинсюэ глубоко вздохнула и заговорила сквозь стиснутые зубы.

"Вы не только первый человек, который говорит со мной в таком тоне, вы также первый человек, который осмеливается говорить со мной об условиях, я восхищаюсь вами все больше и больше ...... давайте, расскажите мне, какие у вас условия!".

Тан Цзюэ заинтересовался, наклонил голову и одним махом выпил вино из своего кубка.

"Во-первых, отпустите моего деда и сестру ...... и моего мужа Чу Яна, они невиновны".

"Я слышала, как Чжао Дун говорил, что ваш муж - пустое место, не ожидала, что вы так к нему привязаны".

Цинь Бинсюэ проигнорировала его и проговорила оставшиеся два условия на одном дыхании.

"Во-вторых, похороните убитых вами членов семьи Цинь и выплатите компенсацию их семьям, а также избавьтесь от предателя Чжао Дуна ......".

"В-третьих, пожалуйста, сохраняйте достаточное уважение ко мне и ......".

Не дожидаясь, пока Цинь Бинсюэ закончит, Тан Цзюэ не мог не рассмеяться.

"Госпожа Цинь, ваши условия действительно не простые a ...... но, к сожалению, я даже не могу согласиться на них! В конце концов, в моих глазах вы просто пленник, а пленники не имеют права говорить об условиях!

Однако, из восхищения к тобе, я могу отпустить их троих, но с этого момента, ты должен послушно слушаться меня, не только развивать Трансцендентный ген для меня, но и послушно служить мне, понятно?"

Тан Цзюэ с интересом посмотрел на тело Цинь Бинсюэ.

"Я дам тебе три минуты на размышление, но я буду убивать по одному человеку за каждую минуту твоего ожидания! Как вы думаете, с чего вам лучше начать - с дедушки, или с мужа, или с сестры?".

Пока он говорил, Тан Цзюэ достал свой телефон и набрал номер Чжао Дуна.

"Госпожа Цинь, как вы думаете, кого из них лучше убить первым?"

При этих словах лицо Цинь Бинсюэ окончательно изменилось.

Она знала, что Тан Цзюэ не шутит с ней.

"Хорошо, я согласна на ваши условия!".

Ее лицо было полно горечи, а сердце - беспомощности.

На данный момент у нее не было выбора.

"Я не согласен!"

В этот момент дверь комнаты резко распахнулась. Вошла фигура, похожая на бога убийства.

"Чу ...... Чу Ян?"

Глядя на ворвавшуюся фигуру, Цинь Бинсюэ была ошеломлена.

Она не ожидала, что он придет в это время.

Тан Цзюэ тоже был ошеломлен, на его лице было написано сомнение.

Разве этот сопляк не должен быть арестован Чжао Дуном и остальными?

Может быть, что-то случилось?

Он посмотрел на свой телефон и обнаружил, что звонок Чжао Дуна долгое время оставался без ответа.

Казалось, что с Чжао Дуном действительно что-то случилось!

Что за бесполезный кусок дерьма, он даже не смог справиться с этим.

Взгляд Чу Яна прошелся по отсеку, и когда он увидел Цинь Бинсюэ, привязанную к стулу, его лицо стало совершенно холодным, и жестокое убийственная аура распространилось от его тела, как стремительный поток.

За короткое мгновение убийственная аура заполнило всю комнату, в результате чего температура внутри резко упала.

Толпа в комнате непроизвольно вздрогнула.

Эта проклятая погода, почему вдруг стало так холодно.

"Что ты здесь делаешь? Поторопись и уходи!"

Цинь Бинсюэ обернулась, посмотрела на Чу Яна и яростно сказала.

Хотя она не любила Чу Яна, но и не ненавидела его, не говоря уже о том, что он все еще был ее номинальным мужем, поэтому, естественно, она не хотела, чтобы он попал в руки Тан Цзюэ и был уничтожен.

"Я пришел спасти тебя!"

Чу Ян ответил с улыбкой.

Его улыбка попала в глаза Цинь Бинсюэ, но она почувствовала, что он немного глуповат.

Этот парень каждый день прятался на заднем дворе, чтобы читать книги, а в остальном был бесполезен, что он мог сделать, чтобы спасти меня?

Однако слова Чу Яна впервые заставили сердце Цинь Бинсюэ колебаться.

"Хаха ...... Мисс Цинь, тронута? Твой муж-неудачник сказал, что пришел спасти тебя".

После короткого шока Тан Цзюэ вновь обрел уверенность в том, что все под контролем, и с игривым выражением лица уставился на Чу Яна.

Обычный мусор, он и в глаза не видел.

"Освободите ее, иначе - смерть!"

Чу Ян проигнорировал игривый взгляд Тан Цзюэ и сказал холодным голосом.

Тан Цзюэ не только не отпустил ее, но и рассмеялся еще громче.

"Хаха ...... Вы слышали это, ребята? Если я не отпущу, этот мусор меня убьет!".

При этих словах взгляды всех собравшихся наполнились сильным чувством жалости к Чу Яну.

Они не могли не вспомнить последнего человека, который разговаривал с Тан Цзюэ вот так .......

Эта смерть не может быть преувеличена описанием трагической смерти.

Увидев это, глаза Чу Яна засверкали убийственным духом, и без лишних слов он яростно сделал свой ход.

Он быстро бросился, как свирепый тигр, выходящий из клетки, и с размаху ударил кулаком Тан Цзюэ.

"Высокомерный, как смеет простой мусор делать шаг против молодого мастера?"

Увидев это, Хэй Куй* за спиной Тан Цзюэ высвободил ауру всего тела.

Он собрал в кулак такую силу, что воздух задрожал.

Он хотел, чтобы это отродье, которое неуважительно относилось к молодому господину, умерло на месте.

*Цинь Лао - Старейшена Цинь*

*Хэй Куй - прозвище Черный лидер*

"Отличный удар!"

"Как и ожидалось от лорда Хэй Куи, этот удар невероятен!"

"Этому отродью, которое не знает, свого места, на этот раз конец".

Увидев силу удара Хэй Куя, подчиненные Тан Цзюэ пришли в восторг.

Как будто они уже видели картину того, как Чу Яна жестоко избивают одним ударом.

"Чу Ян, уходи сейчас же!"

Цинь Бинсюэ даже не могла спокойно смотреть на эту кровавую сцену и беспомощно закрыла глаза.

Хэй Куй был одним из лучших экспертов в городе Тяньхай и убил бесчисленное количество людей, как Чу Ян мог быть ему равным?

Этот парень явно сбежал, зачем ему понадобилось приходить сюда?

"Хэй Куй, будь осторожен, не убей его".

Увидев это, Тан Цзюэ неторопливо сказал, улыбаясь уголками рта.

" Бум ......"

В следующую секунду раздался глухой звук столкновения.

От столкновения ци, распространялась ударная волна.

Огромная фигура вылетела, как пушечное ядро, и врезалась в винный шкаф в конце крмнаты.

Винный шкаф разбился, и из него потекла ярко-красная кровь, что выглядело чрезвычайно шокирующе.

"Это очень плохо, лорд Хэй Куи не умеет наносить легкие удары ......".

"Это верно ......"

Некоторые люди не могли не сказать об этом с дразнящей улыбкой.

Однако, когда они ясно увидели фигуру, стоящую на поле, их лица полностью изменились, а голоса резко замолчали.

Потому что человек, стоящий на поле, был Чу Ян!

Поскольку человек, стоявший там, был Чу Яном, то ......

Подумав об этом, они вздрогнули и подсознательно посмотрели в сторону винного шкафа.

Из него с трудом выползла покрытая кровью фигура с впалой грудью и лицом, полным боли.

И он ......

оказался лордом Хэй Куй, известным в Дао.

"Как это может быть?"

Из уст людей раздавались растерянные голоса.

Зрачки Тан Цзюэ сузились, а улыбка на его лице постепенно застыла.

Его правая рука действительно была побеждена этим сопляком?

Но разве тот парень ...... не был неудачником?

Впервые его лицо изменилось.

Хэй Куй был повержен, а оставшиеся люди не могли остановить Чу Яна.

Подумав об этом, он поднял телефон и незаметно отправил сообщение.

"Извините, что подвел вас, ребята".

Не обращая внимания на шокированные взгляды толпы, Чу Ян медленно убрал кулак и нахмурился.

Казалось, он не был удовлетворен эффектом этого удара.

Услышав знакомый голос, Цинь Бинсюэ медленно открыла глаза.

Когда она ясно посмотрела на сцену перед собой, ее изначально спокойное сердце поднялось огромной волной.

Человек, которого она считала бесполезным, победил знаменитого Хэй Куя из Дао.

Цинь Бинсюэ не могла поверить своим глазам.

Глядя на фигуру, стоящую прямо в центре, Цинь Бинсюэ вдруг обнаружила, что так плохо знает своего мужа.

"Я не ожидал, что у тебя есть несколько навыков, неудивительно, что Чжао Донг и остальные попали в твои руки".

Сердце Тан Цзюэ бешено колотилось, но на лице не было признаков паники.

"Этот молодой человек всегда лелеял талант, с твоей силой, вместо того, чтобы оставаться в семье Цинь, почему бы тебе не последовать за мной, и ты гарантированно будешь наслаждаться всей славой и богатством!"

На самом деле он не хотел подчинять Чу Яна, он просто хотел потянуть время и дождаться подкрепления.

В конце концов, он только что отправил сообщение двум своим дядям.

А они, как оказалось, приехали поговорить о делах и скоро придут со своими людьми.

"Не интересует, освободите Цинь Бинсюэ немедленно!"

Взгляд Чу Яна был ледяным, как у бога убийства.

"Брат Чу, я действительно высокого мнения о тебе!"

Тан Цзюэ попробовал вино в своем кубке, достал из кармана банковскую карту и бросил ее к ногам Чу Яна: "10 миллионов на этой карте - это моя искренность, если брат Чу согласится следовать за мной, они будут твои, а в будущем их будет еще больше ......".

При этих словах все подчиненные Цзюэ были потрясены.

Даже Цинь Бинсюэ была поражена жестом Тан Цзюэ.

Я не ожидал, что Тан Цзюэ пойдет на такие невероятные условия, чтобы привлечь Чу Яна.

Он должен был согласиться, верно?

В конце концов, от такого условия было очень трудно отказаться.

Цинь Бинсюэ повернула голову, чтобы посмотреть на Чу Яна, и обнаружила, что он не только не впечатлен, но и немного раздражен.

"Я не люблю повторять одно и то же во второй раз, отпустите их!".

Ответ Чу Яна привел толпу в шок.

Этот парень действительно отказался?

Тан Цзюэ тоже замер на мгновение, зная, что за ним хотело следовать неизвестное количество людей, и он еще никогда не получал такого отказа.

Затем он улыбнулся и сказал: "О, брат Чу, почему ты так быстро ответил, не стоит отказываться от такого великого будущего ради женщины, ты мог бы подумать об этом ......".

В следующую секунду его голос резко оборвался.

Потому что Чу Ян сделал шаг.

Серебряная игла вылетела из его руки и ударила Тан Цзюэ по щеке, оставив на его лице поразительный кровавый след.

Щелк!

Свежая кровь стекала вниз, окрашивая рубашку Тан Цзюэ в красный цвет.

"В следующий раз это будет не лицо".

Тан Цзюэ протянул руку и погладил рану на своем лице, почувствовав жгучую боль от раны, улыбка на его лице постепенно исчезла, а глаза резко стали болезненно холодными.

Когда еще его так провоцировали с его статусом?

Как смеет этот ничтожный мусор воротить от него нос?

"Давно никто не смел так угрожать мне, малыш ...... ты не будешь пить вино!".

Он уставился на Чу Яна ледяным взглядом и произнес одно слово.

Когда слово прозвучало, а кубок с вином в его руке был раздавлен.

"Убить!"

В следствии кубок с вином разбился, а подчиненные Тан Цзюэ набросились на Чу Яна, как будто им приказали это сделать, с оружием в руках, и убийственным намерением.

Два кулака не могут победить четыре руки.

Ну и что, что этот парень умеет драться?

Их было так много, что они не боялись!

Однако вскоре выяснилось, что они ошибались.

И очень сильно ошибались.

Не успели они дотянуться до Чу Яна, как почувствовали удар огромной силы, и их тела бесконтрольно полетели назад, ударившись о пол с серьезными травмами и полностью потеряв боеспособность.

Они даже не знали, как их сбил с ног Чу Ян.

За несколько мгновений все люди Тан Цзюэ были сбиты с ног.

Перед абсолютной силой Чу Яна, на этих людей просто не было сил смотреть.

Надо знать, что в те времена он в одиночку уничтожил целый полк!

"Это ......"

Глядя на толпу, которую завалил Чу Ян, Цинь Бинсюэ не знала, чем описать свои эмоции.

За пять лет она никогда не думала, что сила этого человека окажется настолько взрывной.

Тан Цзюэ также был потрясен в своем сердце.

Он думал, что его предыдущие просьбы и оставшиеся люди смогут по крайней мере задержать Чу Яна до прибытия двух его дядей, но в результате эта попытка не была ни хорошей, ни плохой, поэтому он мог только рискнуть.

Лицо Тан Цзюэ мгновенно стало зловещим, и из его руки появился короткий нож.

"Теперь вы можете отпустить их?"

Чу Ян шагнул вперед, его непреодолимая аура устремилась к Тан Цзюэ.

"Отпустить людей?"

Тан Цзюэ холодно улыбнулся, острый короткий нож уже был на шее Цинь Бинсюэ.

Угроза была необъяснимой.

"Если ты причинишь ей хоть малейшую боль, я верну ее тебе во сто крат!".

Глаза Чу Яна слегка сузились, а в глубине его глаз была бесконечная холодная аура.

Тан Цзюэ был полон презрения.

Похоже, что этот мусор не знал о статусе семьи Тан в городе Тяньхай.

Семья Тан, одна из четырех влиятельных семей в Тяньхае, обладала многочисленными активами, которые распространялись по всей стране, и даже малейший топот их ног мог заставить город Тяньхай содрогнуться.

"Малыш, который не знает, что небо высоко, ты объявляешь мне войну?".

Тан Цзюэ смотрел на Чу Яна с позой высшего существа, как будто он смотрел вниз на муравья.

Чу Ян выглядел равнодушным, в его глазах промелькнула холодность и нетерпение.

Серебряная игла вылетела из его руки, неся в себе сильное убийственное намерение и яростно проникая в тело Тан Цзюэ.

От внезапной смены событий зрачки Тан Цзюэ сузились, а лицо резко изменилось, прикрыв грудь от боли.

Он почувствовал, как будто его сердце что-то пронзило, все его тело не могло поднять ни малейшей силы, и короткий нож, который был на шее Цинь Бинсюэ, упал вместе с ним.

"Ты ...... пуф ......"

Он уже собирался заговорить, когда его тело задрожало, он выплюнул полный рот крови, и его тело тяжело упало вперед.

Затем ......

упала в красивой собачьей манере!

"Что, черт возьми, ты ...... сделал со мной?"

Он посмотрел на Чу Яна, его глаза были полны ужаса перед неизвестностью и смертью.

"Я просто сказал, что в следующий раз это будет не лицо, к сожалению ...... ты не послушал".

Чу Ян наступил на Тан Цзюэ, в результате чего вторая половина его лица полностью прилипла к холодному полу и деформировалась от силы его ног.

"Молодой господин!"

Если бы что-то случилось с молодым господином, они не смогли бы вернуться.

В тот момент они пытались подняться с земли, несмотря на тяжелые травмы, но после того, как почувствовали на себе холодный взгляд Чу Яна, смогли лишь покорно лечь.

Это была пара глаз, которые привели их в отчаяние.

От одного взгляда на него по всему телу пробегали мурашки, и они не смели пошевелиться.

Потому что эти глаза ясно говорили им.

Если бы они сдвинулись с места, они бы умерли!

Никто бы не выбрал смерть, если бы мог жить.

Хэй Куи и остальные не стали исключением .......

Что касается Цинь Бинсюэ, то в этот момент она была в шоке.

Она безучастно смотрела на мужчину, который топтал Тан Цзюэ, ее сердце бешено стучало в течение долгого времени.

"Малыш, мои люди скоро будут здесь, советую тебе лучше послушно отпустить меня ......".

Тан Цзюэ почувствовал, что его лицо вот-вот растопчут, и заговорил холодным голосом.

Его слова только успели прозвучать, как дверь грубо распахнулось.

Первыми вошли квадратнолицый мужчина средних лет в костюме от Тан и плотный мужчина с жестким, внушительным лицом.

Чжоу Тяньхао, владелец клуба "Тяньлань", крупная шишка в бизнес-сообществе Тяньхая, возглавляющий сотни предприятий и сидящий на несметных богатствах.

Шан Сихай, президент Торговой палаты "Сихай", высшая фигура в подпольном мире Тяньхая, был невероятно влиятелен и вырастил под своей рукой тысячи братьев.

За ними следовало большое количество одетых в черное силачей с холодными, суровыми лицами, с мечами и топорами и сильной аурой.

С их появлением атмосфера в ложе внезапно стала напряженной.

"Дядя Шан!"

"Дядя Чжоу!"

Увидев приближающихся людей, на болезненном лице Тан Цзюэ появилось выражение глубокого удивления.

Хэй Куй и остальные были еще больше охвачены волнением, в их глазах вновь зажглась надежда на месть.

Потому что эти два человека перед ними были самыми большими шишками в городе Тяньхай.

Даже четырем великим семьям пришлось оказать им некоторые услуги.

В то время как отец Тан Цзюэ имел с ними много деловых отношений, лицо Цинь Бинсюэ резко изменилось, в ее глазах появился ужас.

Легендарные два человека на самом деле были спасателями, которых позвал Тан Цзюэ.

Когда этот зловещий тип позвал на помощь?

Теперь возникли большие проблемы.

Подсознательно посмотрев на Чу Яна, она увидела, что на его лице не было ни малейшего колебания, он все еще топтал Тан Цзюэ под ногами, даже не оглядываясь на Чжоу Тяньхао и остальных.

"Малыш, это ты создаешь проблемы на моей территории? Поспеши и отпусти их!".

Величественный взгляд Чжоу Тяньхао прошелся по комнате, и когда он увидел Хэй Куя и остальных, лежащих на земле с тяжелыми ранениями, и Тан Цзюэ, который выглядел несчастным под ногами Чу Яна, его веки не могли не подпрыгнуть.

Прошло много лет с тех пор, как он видел такого безжалостного человека.

Напротив, лицо Шан Сихая почти не изменилось, как будто он уже давно привык ко всему этому.

Только почему эта спина показалась ему немного знакомой?

Шан Сихай смотрел на спину Чу Яна, его глаза слегка сузились, в глазах виднелась задумчивость.

"Эй, ты что, не слышал меня? Я сказал тебе отпустить меня! Парень, ты ведь не испугался?".

Увидев замедленную реакцию Чу Яна, Тан Цзюэ подумал, что тот напуган: "Это верно, я боюсь, что такой ничтожный крот, как ты, никогда в жизни не видел такой сцены, испуг может быть оправдан ...... ааа ......."

Однако слова Тан Цзюэ быстро превратились в жалкий крик.

Потому что Чу Ян прямо наступил ему на грудь одной ногой.

Из его рта хлынула кровь, ребра были сломаны, а грудная клетка вмята до упора.

Эта сцена подействовала на нервы каждого человека, находившегося в комнате.

А этот парень был слишком высокомерным.

Он посмел совершить убийство на глазах у двух больших шишек, Чжоу Тяньхао и Шан Сихая!

Как он смеет!

Лицо Чжоу Тяньхао мгновенно стало мрачным, а в глазах блеснул холодный свет.

На глазах у стольких людей этот парень не только не подал виду, но и продолжал бить людей.

Неужели все молодые люди в наше время до такой степени сумасшедшие?

"Парень ......"

Чжоу Тяньхао уже собирался заговорить, но его прервал холодный голос Чу Яна.

"Это дело между мной и Тан Цзюэ. Я советую вам, ребята, не вмешиваться".

Он медленно повернулся, и взору толпы предстало молодое и героическое лицо.

Вот это да!

При этих словах вся комната всколыхнулась.

Все с удивлением смотрели на Чу Яна.

Этот парень думает, что у него долгая жизнь?

Как он смеет так разговаривать с Чжоу Тяньхао и остальными?

"Чу Ян ......"

У Цинь Бинсюэ даже лицо стало обеспокоенное.

Одно только оскорбление семьи Тан уже было большой бедой.

Если они снова оскорбят Чжоу Тяньхао и Шан Сихая, последствия .......

Последствия были бы немыслимыми.

Боюсь, что даже на краю земли нет для них места.

Основной деятельностью компании является предоставление широкого спектра продуктов и услуг на рынке.

Неудивительно, что спина была немного знакомой, значит, это был он!

Этот старший брат Дао никогда не терял самообладания, как сейчас.

Только никто не заметил его реакции в этот момент.

Чжоу Тяньхао, напротив, в этот момент уже был в ярости.

Поскольку в деловом мире он был нарасхват, даже официальные боссы должны были уважать его.

Но этот молодой человек перед ним был таким бесчувственным и диким.

Поскольку это было так, больше не было необходимости быть вежливым.

"Кто-нибудь, убейте его!"

По приказу Чжоу Тяньхао, аура силача в черной одежде взметнулась вверх, он поднял мачете и яростно ударил по Чу Яну.

Ужасающая убийственная аура мгновенно охватила всю комнату, подавив людей в ней.

В этот момент все поняли, что с Чу Яном покончено.

Все эти силачи в черных одеждах были смертоносными воинами, обученными Чжоу Тяньхао, они были сильны, и каждый из них был хорошим бойцом против сотни.

Этот высокомерный юноша никогда не мог быть им ровней.

На болезненном лице Тан Цзюэ даже появилась счастливая улыбка.

Казалось, что он уже видел конец Чу Яна, когда хаотический меч расколол его на части.

"Прекрати!"

Однако именно в этот момент произошла резкая перемена.

Шан Сихай, который никогда не говорил, резко выступил вперед.

Силовики в черных одеждах пришли в движение, и все они уставились на него недоуменными взглядами.

Чжоу Тяньхао, с другой стороны, поднял брови, его лицо было полно замешательства: "Старый Шан, что ты ......".

"Тот, кто осмелится его тронуть, - станет врагом Сихая. Я, Шан Сихай, не остановлюсь, пока не уничтожу все!".

Шан Сихай подал голос, его величественный взгляд прошелся по комнате, и наконец, упал на Чжоу Тяньхао: "Босс Чжоу, ты тоже!".

При словах Шан Сихая из его тела вырвалось чудовищное убийственное намерение, и ужасающая аура окутала всю комнату.

Этот гигант подземного мира наконец-то показал свою законную остроту.

В этот момент толпа могла только ощущать ужасающее давление, надвигающееся на них, словно гора, давящая на них, отчего на их лбах выступил холодный пот.

Они безучастно смотрели на Шан Сихая, который показал свою резкость, их сердца дрожали, а мысли становились все более и более озадаченными.

Что здесь происходило?

Шан Сихай и Чжоу Тяньхао дружили много лет и были очень близки.

Он и отец Тан Цзюэ также были партнерами на протяжении многих лет.

Теперь он собирался порвать дружбу с Чжоу Тяньхао и семьи Тан из-за этого ребенка?

Люди в комнате были ошеломлены.

Тан Цзюэ тоже был в замешательстве.

Даже Чжоу Тяньхао был в замешательстве.

Он не знал, почему Шан Сихай вдруг устроил эту сцену.

Более того, он больше не обращался к нему как к Старому Чжоу, а как к Боссу Чжоу.

Они были братьями на протяжении многих лет, но теперь он из кожи вон лез, чтобы провести черту между ними ради этого пацана?

Цинь Бинсюэ также была полна сомнений и неуверенности.

Может ли быть так, что Шан Сихай знал Чу Яна?

Только уголок рта Чу Яна слегка приподнялся, при взгляде на Шан Сихая в его глазах промелькнул след воспоминаний, а на лице появилась улыбка.

Я не ожидал, что ...... встречу старого друга в этом городе Тяньхай.

Чжоу Тяньхао глубоко вздохнул, с трудом подавив шок в своем сердце, его глаза жгуче уставились на Шан Сихая, желая увидеть любую подсказку на его лице.

Он очень хорошо знал Шан Сихая.

Это был удивительный человек, и определенно не безрассудный человек.

Если бы у него не было достаточных оснований, он бы не принял такого решения.

В этот момент Чжоу Тяньхао спросил глубоким голосом: "Старый Шан, что с тобой происходит?".

Шан Сихай не ответил, но подошел к Чу Яну и поклонился под нервными взглядами толпы.

"Господин Чу, после восьми лет разлуки я не ожидала, что все еще встречу вас здесь, это действительно благословение небес!".

При виде этой сцены зрачки толпы сузились, глаза расширились, рты раскрылись в форме буквы О, а лица выглядели так, будто они увидели привидение.

Этот гигант Дао на самом деле кланялся этому юноше?

Следует знать, что даже перед главами четырех великих семей Шан Сихай не показал бы такого жеста.

Кто, черт возьми, был этот юноша?

За это короткое мгновение в голове Чжоу Тяньхао промелькнуло слишком много мыслей.

Тан Цзюэ, Хэй Куй и остальные даже застыли на месте, не в силах поверить в происходящее перед ними.

Они четко знали, что Чу Ян был всего лишь мусором, который подобрал старейшина Цинь.

Однако отношение Шан Сихая к Чу Яну заставило их усомниться в имеющейся у них информации.

Может ли быть, что этот мусор был кем-то очень важным?

Однако почему они ничего не слышали об этом за последние пять лет?

Они не знали, что восемь лет назад, когда Шан Сихай отправился в Северное море по делам, именно Чу Ян, который был на задании, спас ему жизнь в момент опасности.

Они также не знали, что Шан Сихай своими глазами видел ужасающую сцену, в которой Чу Ян уничтожил большую группу наемников своими силами.

Они не знали, что Чу Ян в то время уже был генерал-майором, и его броская наплечная нашивка произвела неизгладимое впечатление на Шан Сихая.

Чу Ян улыбнулся и помог Шан Сихай подняться, "Мы не виделись восемь лет, я не ожидал, что господин Шан стал главой группы ......".

"Господин Чу - это слишком, если бы не вы, я бы давно умер, как бы я мог достичь того, что имею сегодня, все эти годы я хотел отблагодарить вас должным образом, я никогда не думал, что у Бога хватит глаз, чтобы позволить мне встретиться с вами здесь ......".

Действия Чу Яна польстили Шан Сихаю, и его отношение становилось все более уважительным: "Когда-нибудь господин Чу должен дать мне шанс исполнить свой долг ......".

"Нет проблем, сначала я позабочусь о некоторых вещах!"

Чу Ян осторожно кивнул головой, а затем опустил взгляд на тело Чжоу Тяньхао.

"Вы все еще хотите вмешаться в сегодняшнее дело, босс Чжоу?"

Спокойные слова, но в этот момент они оказали сильное давление на Чжоу Тяньхао.

Если бы не движение и слова Шан Сихая только что, то он бы точно не посмотрел на Чу Яна.

Но теперь ему пришлось заново оценить человека, который мог заставить Шан Сихая относиться к нему с таким уважением.

Может ли он позволить себе обидеть Чжоу Тяньхао или нет?

Ради Тан Цзюэ ему пришлось отвернуться от Шан Сихая и обидеть молодого человека с таинственным прошлым, но стоило ли оно того?

С молчанием Чжоу Тяньхао атмосфера в ложе становилась все более и более унылой.

Руки силачей в черных одеждах вспотели, когда они схватились за мечи, а некоторые даже дрожали.

От решения Чжоу Тяньхао зависело, нанесут ли они следующий удар.

Время прошло в тишине, и не успели они оглянуться, как холодный пот смочил рубашку Чжоу Тяньхао.

Трудно было представить, что этот великий человек, который был правящей фигурой в мире бизнеса, в этот момент находился под таким огромным давлением.

"Дядя Чжоу, вы знаете моего отца уже много лет, вы точно не позволите мне умереть, верно?".

Видя, что Чжоу Тяньхао медлит с принятием решения, Тан Цзюэ больше не мог сохранять спокойствие и забеспокоился.

Однако Чжоу Тяньхао не обратил на него никакого внимания, а вместо этого поднял кулак в сторону Чу Яна и сказал.

"Я только что обидел вас, надеюсь, господин Чу простит меня ...... Сегодня просто сделайте вид, что я никогда не приходил, прощайте!"

Сказав это, он развернулся и ушел, неожиданно сильно взмахнув рукой.

Услышав это, силачи в черных одеждах облегченно вздохнули.

Они не хотели драться против Шан Сихая, старшего брата.

В этот момент они быстро последовали за ним и исчезли в здании.

Глядя на удаляющуюся спину Чжоу Тяньхао, на лице Тан Цзюэ было написано отчаяние.

Казалось, он о чем-то задумался и опустил свой умоляющий взгляд на Шан Сихая.

"Дядя Шан, наша семья Тан и вы были партнерами в течение многих лет ......".

"С этого момента наша Торговая палата Сихай в одностороннем порядке прекращает сотрудничество с вашей семьей Тан, и с этого момента Торговая палата Сихай больше не будет иметь никаких связей с семьей Тан".

Однако ответом Тан Цзюэ, стали решительные слова Шан Сихая.

По сравнению с господином Чу, чего стоила простая семья Тан?

При этих словах на лице Тан Цзюэ появилось отчаяние, а его сердце наполнилось покорностью.

Он не понимал, почему все сложилось именно так.

Он также не понимал, почему Чжоу Тяньхао не спас его от смерти.

Он не понимал, почему Шан Сихай настроен против их семьи Тан из-за какого-то мусора!

Следует знать, что они были партнерами его отца в течение многих лет.

С таким исходом ему было трудно смириться.

Шан Сихай проигнорировал его, вместо этого он достал из кармана позолоченную визитную карточку и почтительно протянул ее Чу Яну: "Господин Чу, мне нужно кое-что сделать, поэтому я сейчас уйду, это моя контактная информация, если я могу что-то сделать для вас, пожалуйста, не стесняйтесь просить, даже если мне придется пройти через огонь и воду, я умру!".

С этими словами Шан Сихай развернулся и ушел, даже не взглянув на Тан Цзюэ.

Уходя, он даже предусмотрительно закрыл дверь.

Чу Ян опустил голову и посмотрел на Тан Цзюэ, который почти ошарашено смотрел на его ноги, и холодно произнес.

"Что ты сказал в начале, что я мертвец?"

Почувствовав взгляд Чу Яна, Тан Цзюэ невольно вздрогнул и сказал с компенсирующей улыбкой.

"Чу ...... брат Чу, это ...... недоразумение, я просто пошутил с мисс Цинь и остальными".

"Старый Цинь замучен тобой до смерти, Бинсюэ вынуждена терпеть унижение, и ты говоришь мне, что ты шутишь?"

Глаза Чу Яна были холодными, и он яростно наступил на руку Тан Цзюэ.

"Аааа ......"

Раздался жалкий крик, когда на руку Тан Цзюэ жестко наступили и сломали ее.

От сильной боли он покатился по земле, хватаясь за руку.

"Извини, я тоже пошутил с тобой. Интересно, считаете ли вы эту мою шутку смешной?".

Чу Ян спросил холодным голосом без тени жалости на лице.

"Это довольно ...... довольно ...... забавно".

Тан Цзюэ хотел убить, но он не осмелился сделать шаг к Чу Яну, поэтому он мог только попытаться выдавить из себя улыбку, которая была хуже слез.

"Смешно? Тогда подарите мне еще одну улыбку".

Чу Ян поставил ногу на колено Тан Цзюэ и сильно надавил.

"Аааааа......"

Изо рта Тан Цзюэ вырвался жалобный вой, похожий на свиной.

Его нога была полностью разрушена.

И Чу Ян совершенно не собирался останавливаться .......

"Я не прав ...... Я действительно не прав, я не осмелюсь сделать это снова".

"Брат Чу, госпожа Цинь ......, пожалуйста, сделайте одолжение и пощадите меня!"

На лице Тан Цзюэ отразилась боль, он стоял на коленях перед Чу Яном, как собака, и все время кланялся и молил о пощаде.

Дело дошло до того, что ему пришлось пойти на компромисс и склонить голову.

"Пощадить тебя? Что, если вы пришлете кого-то, чтобы отомстить? Я всегда ненавидел неприятности, поэтому лучше их убить!".

Взгляд Чу Яна был ледяным, он медленно поднял нож, лежащий на земле.

"Я ...... Я, Тан Цзюэ, клянусь небесами, что если я повернусь и сделаю ответный ход, то буду разделен случайным ножом и мне не дадут умереть!".

Почувствовав убийственное намерение Чу Яна, Тан Цзюэ поспешно произнес ядовитую клятву.

Сейчас он хотел только выжить.

Что касается мести, то возможностей для этого будет предостаточно.

"Чу Ян, он уже признал свою ошибку, так почему бы нам просто не забыть об этом?"

Видя жалкое состояние Тан Цзюэ, Цинь Бинсюэ была несколько неумолима.

"Ладно, послушаем тебя ...... и пойдем домой".

Чу Ян опустил нож в руке и повел Цинь Бинсюэ к выходу.

Когда Чу Ян и остальные ушли, Тан Цзюэ облегченно вздохнул и лег на пол, чтобы отдышаться.

При мысли о том, что произошло сегодня, его глаза наполнились чудовищной ненавистью и глубокой обидой.

Офис Чжоу Тяньхао.

Шан Сихай только успел выйти из комнаты, как его потянул за собой Чжоу Тяньхао.

"Старый Шан, скажи мне четко, что здесь происходит? Каково происхождение этого Чу Яна?".

Он просто послал кого-то расследовать, Чу Ян был просто отбросом, которого семья Цинь подобрала в глубоких горах, и он не понимал, почему Шан Сихай так бурно реагирует.

"Старик Чжоу, мы с тобой дружим уже много лет, и я не буду скрывать от тебя ...... Восемь лет назад, когда я отправился в Северное море по делам, господин Чу спас мне жизнь".

"Может ли быть так, что из-за того, что он спас тебе жизнь, ты будешь из кожи вон лезть, чтобы обернуться против меня и насолить семье Тан?"

Чжоу Тяньхао в гневе посмотрел на Шан Сихая.

Он не верил в эту чушь Шан Сихая, для этого должна быть другая причина.

Шан Сихай положил руки на голову, лениво сидел на стуле и спокойно смотрел на Чжоу Тяньхао, не имея ни малейшего намерения говорить.

"Хорошо, не сдашься. Разве тебе всегда не хотелось иметь мой нефритовый браслет? Могу ли я отдать его вам сейчас?"

Чжоу Тяньхао не мог его терпеть, поэтому он с болью достал из ящика нефритовую шкатулку и протянул ее Шан Сихаю.

"О, все эти годы, что мы были братьями, не прошли даром, ты все еще понимаешь меня!"

Шан Сихай открыл нефритовую шкатулку, достал из нее древний нефритовый браслет, надел его на руку и удовлетворенно кивнул.

"Господин Чу спас мне жизнь - это только одна из причин, другая причина в том, что статус господина Чу необычайно высок, простая семья Тан не стоит упоминания в его глазах, и мы с вами не можем позволить себе оскорбить его.

Я повел себя так только что, чтобы спасти тебя, а также чтобы оправдаться и заручиться доброй волей господина Чу ......".

"Действительно ли его личность так сильна, как вы говорите? Но согласно моему расследованию, он просто мусор, подобранный семьей Цинь ......".

Чжоу Тяньхао все еще сомневался в своих глазах и сказал, нахмурившись.

"Вы не знаете, восемь лет назад господин Чу носил звание генерал-майора, хотя я не знаю, по какой причине он оказался в таком положении сегодня, но ...... ему суждено стать великим человеком, рано или поздно он достигнет небес!

И сейчас у нас есть шанс показать себя, если мы сможем прокатиться на большой лодке господина Чу, то наше будущее определенно будет светлым и нам найдется место даже в столице!".

Глаза Шан Сихая были полны ожидания, и он сказал с гордым лицом.

"Есть ли для нас место в столице?".

Зрачки Чжоу Тяньхао сузились, пораженные словами Шан Сихая.

Столица, то есть место, где собираются знаменитые семьи, Даже если они могут вызвать ветер и дождь в городе Тяньхай, они могут закрыть небо одной рукой, но если они находятся в столице, они даже не пискнут .......

Первое, что вы можете сделать, это понять, что вы делаете.

Однако он не ожидал, что Чу Ян обладает такой ужасающей энергией.

"Ты серьезно? Не шутишь со мной?"

Он глубоко вздохнул и с серьезным лицом посмотрел на Шан Сихая.

"Ты думаешь, я выгляжу так, будто шучу с тобой?"

Шан Сихай похлопал Чжоу Тяньхао по плечу и многозначительно сказал: "Мы с тобой братья, я рассказал тебе о возможности, тебе решать, как за нее ухватиться, у меня есть дела, поэтому я уйду первым".

Глядя на удаляющуюся спину Шан Сихая, Чжоу Тяньхао долго не мог успокоиться.

Объем информации, содержащейся в его словах, был просто слишком велик.

Изначально он хотел позвонить семье Тан, но теперь, похоже, в этом уже не было необходимости.

Мало того, что это было лишним, так он еще и должен был это показать.

Подумав об этом, его глаза постепенно стали глубже, и он произнес глубоким голосом: "Сяо Бэй!".

"Босс!"

Раздался голос, и вошел юноша в черной одежде.

"Господин Чу и остальные уже ушли?".

"Только что ушел!"

Сяо Бэй ответил с уважением.

"Где Тан Цзюэ и остальные?"

Чжоу Тяньхао зажег сигару во рту, в его глазах появился безумный блеск.

"Все еще в комнате, они не ушли".

"Очень хорошо, возьмите кого-нибудь, чтобы избавиться от них всех!"

С характером Тан Цзюэ он неизбежно начал бы неистово мстить господину Чу, не останавливаясь до самой смерти.

Чем так, лучше бы убить их и взять всю вину на себя, это помогло бы господину Чу избежать неприятностей, а также заслужить внимание господина Чу.

"Это ......"

Услышав это, зрачки Сяо Бэя сузились, а на лице появилось выражение шока.

Босс действительно попросил его избавиться от молодого Тан?

Разве это не означало бы разрыв отношений с семьей Тан, и не вышло бы из строя.

"Что? Ты не смеешь?"

Чжоу Тяньхао вскинул голову, но не рассердился.

"Босс добр ко мне, Сяо Бэй никогда не осмелится ослушаться!"

Сяо Бэй опустился перед Чжоу Тяньхао с лицом, похожим на смерть.

"Иди и сделай так, чтобы все было сделано".

Чжоу Тяньхао махнул рукой, видимо, о чем-то задумавшись, и продолжил говорить.

"Дайте мне знать, когда все будет готово, я лично позвоню Тан Чжэн Наню, чтобы он забрал тело сына!!"

"Босс, не волнуйтесь, я прослежу, чтобы все было сделано".

Сяо Бэй был втайне поражен и с уверенностью пообещал.

Он не ожидал, что Чжоу Тяньхао сделал это, чтобы защитить Чу Яна.

По этой причине он даже пошел на то, чтобы взять всю вину на себя.

На что именно был способен господин Чу, что заслуживало такой преданности со стороны его босса, доходящей до объявления войны семье Тан?

В боксе 888 Тан Цзюэ был весь в ранах и лежал умирающий на холодном полу.

С самого детства он никогда не испытывал такой боли и отчаяния, как сегодня.

Его лицо было в агонии, руки и ноги были сломаны, и ни одна часть его тела не осталась целой.

Такая ненависть не разделима!

Он поклялся, что отомстит им всем, чем сможет, заставит страдать и мучиться, вкусить вкус хуже смерти.

"Что ты делаешь? Почему бы тебе поскорее не отправить меня в больницу......".

Глядя на людей Хэй Куя, которые лежали на земле, притворяясь мертвыми, глаза Тан Цзюэ сверкали от бесконечного гнева.

Эта группа была совершенно бесполезна, они даже не могли справиться с мусором.

"Молодой господин, как поживаете?"

Услышав его слова, толпа Хэй Куи, которые были тяжело ранены, с трудом поднялись с земли и заговорили с беспокойством.

"Молодой господин, подождите, мы немедленно отправим вас в больницу ......".

"Нет необходимости ехать в больницу, ад больше подходит для тебя".

Однако, как только их слова прозвучали, раздался ледяной голос.

С этим голосом в зал ворвался Сяо Бэй с большой группой одетых в черное силачей, держащих длинный нож, острый длинный нож отражал яркий свет.

"Черт возьми, чего ты хочешь? Ты знаешь, кто я?"

В сердце Тан Цзюэ разгорался пожар, который некуда было выпустить, и когда он увидел, что эта группа существ так неблагодарна, он зарычал.

"Фырк!"

Однако в ответ он получил опасное для жизни рассечение.

Длинный нож вышел из ножен, и кровь хлынула как столб.

"Молодой мастер ......"

От внезапной перемены событий их лица резко изменились, и они уже собирались заговорить, когда сияющий клинок снова атаковал.

"Ах ......"

Резкие, жалкие крики еще долго отдавались эхом в комнате.

Это была безжалостная резня!

Глядя на Тан Цзюэ и их трупы, на лице Сяо Бэя не было ни малейшего выражения, он достал свой мобильный телефон и набрал номер Чжоу Тяньхао.

"Босс, об этом позаботились!"

"Очень хорошо, я сейчас же сообщу Тан Чжэн Наню!"

Семя "Тан", офис председателя.

Тан Чжэн Нань из Средиземного моря лениво лежал в кресле босса, наслаждаясь внимательным массажем своей маленькой секретарши, когда зазвонил его мобильный телефон.

Взглянув на определитель номера, уголки рта Тан Чжэн Наня приподнялись дугой: "Босс Чжоу, почему вы вдруг вспомнили позвонить мне?".

"Увы, ...... господин Тан, извините, мне нужно кое-что вам сказать. Не сердитесь после того, как услышите это".

"Босс Чжоу, мы знаем друг друга столько лет, вы переходите границы, когда говорите это ......, если вы хотите что-то сказать, просто скажите это".

"Ваш сын мертв!"

Голос, раздавшийся из телефона, заставил Тан Чжэн Наня выпрямиться и подумать, что он ослышался: "Что ты сказал?".

"Я сказал: ...... Ваш сын мертв!"

"Босс Чжоу, вы шутите со мной?"

Шок на лице Тан Чжэн Наня сменился ледяным холодом, отчего секретарь рядом с ним невольно задрожал.

"То, что я сказал, правда ...... Сегодня ваш сын слишком много выпил и пришел в клуб, чтобы создать проблемы, новые братья под моей рукой были неуклюжими и не узнали его, две стороны столкнулись, к тому времени, когда я прибыл, Тан Цзюэ был уже мертв ...... Я уже поймал убийцу, а ты приходи и разберись с остальным!"

......

Цинь Бинсюэ и Чу Ян не знали о решении Чжоу Тяньхао, не говоря уже о том, что произошло после.

В этот момент они шли домой.

Глядя на высокую фигуру перед ней и думая обо всем, что произошло в клубе, Цинь Бинсюэ чувствовала себя как во сне.

Этот человек, на которого она никогда не обращала внимания, муж, которого она не одобряла, в одиночку спас ее и растоптал ногами старшего молодого человека семьи Тан.

Даже такой бизнес-магнат, как Чжоу Тяньхао, должен был уступать ему дорогу, а такой подземный гигант, как Шан Сихай, должен был уважать его.

Все было так нереально, так абсурдно.

И все же это произошло на самом деле.

Впервые в Цинь Бинсюэ возникло желание узнать этого человека поближе.

"Чу Ян, какие именно у вас отношения с главой Торговой палаты? Зачем ему помогать тебе?"

Она посмотрела на Чу Яна и спросила с любопытством на лице.

"Восемь лет назад я спас ему жизнь в Северном море ......".

Чу Ян не стал ничего скрывать и ответил честно.

При этих словах Цинь Бинсюэ остолбенела.

Шан Сихай был известен своей любовью и праведностью, Чу Ян спас ему жизнь, поэтому было разумно, что он пришел сегодня на помощь Чу Яну.

Цинь Бинсюэ подумала и сказала: "Тан Цзюэ - молодой хозяин семьи Тан, и он был так сильно избит тобой сегодня, будет плохо, если он нарушит свою клятву и приведет семью Тан к мести ...... Я планирую вывести дедушку и остальных из города Тяньхай".

"Если ты уходишь, потому что боишься мести семьи Тан, то в этом нет необходимости! Когда я здесь, никто не сможет причинить вам даже малейшего вреда!"

Чу Ян сказал с улыбкой: "Более того, Тяньхай - это корни дедушки, даже если бы ты захотела уйти, он бы не согласился уйти".

В прошлом, когда он еще не восстановил свои травмы и силы, он намеренно скрывал свою силу и держался в тени, чтобы таинственные силы не нашли его.

Теперь, когда к нему вернулись силы, больше не было необходимости продолжать прятаться.

Если бы его личность была раскрыта и эти парни пришли к нему, это избавило бы его от неприятностей.

"Но ......"

Цинь Бинсюэ все еще хотела что-то сказать, но Чу Ян перебил ее: "В прошлом, это все вы заботились и ухаживали за мной, теперь моя очередь заботиться и защищать вас, со мной здесь, вы можете расслабиться!".

"И вы также знаете, что у меня есть спасительный долг перед главой Торговой палаты, когда придет время попросить его вмешаться, семья Тан тоже немного поучаствует и уладит эту обиду ......".

Услышав эти слова от Чу Яна, Цинь Бинсюэ почувствовала облегчение.

"Кстати, как дела у дедушки, Юру и остальных?".

"Хаха, разве ты не узнаешь, когда вернешься? Пойдемте, нам нужно поспешить, чтобы они не волновались ......".

Когда Цинь Бинсюэ и Чу Ян вернулись домой, Цинь Юру подметала двор метлой.

"Сестра, шурин ......"

"Вы, ребята, наконец-то вернулись, я за вас до смерти волновалась".

Увидев, что Чу Ян и Цинь Бинсюэ вернулись, Цинь Юру поспешно бросила метлу и подбежала к ним с удивленным лицом.

Шурин действительно благополучно спас мою сестру.

"Юру, почему ты убираешься здесь одна? Где остальные?"

Цинь Бинсюэ достала салфетку и задумчиво вытерла бисеринки пота со лба Цинь Юру.

Цинь Юру выглядела мрачной и говорила низким голосом: "Они все убежали, опасаясь мести семьи Тан, теперь только я и дедушка остались в семье Цинь ......".

Некогда счастливая семья, полная смеха, теперь была разбита, что очень ее огорчало.

При этих словах Цинь Бинсюэ была сначала ошеломлена, и в ее глазах промелькнул след отчаяния.

Но вскоре уныние в ее глазах сменилось сильным чувством решимости.

Она непременно возродит семью Цинь и заставит ее превзойти прошлое и стать еще более славной.

Те сородичи, которые бросили и предали их, были больше не нужны.

В этот момент она погладила Цинь Юру по голове и улыбнулась: "Глупая девочка, разве у тебя еще нет меня?".

"У меня есть не только сестра, но и шурин".

Цинь Юру улыбнулась и взяла Цинь Бинсюэ за руку, а другой рукой потянула Чу Яна к себе.

"Ты мелкая ......"

При этом у Цинь Бинсюэ было беспомощное лицо.

Эта маленькая девочка-лгунья, всегда защищала Чу Яна .......

"Бинсюэ, Юй Ру, не волнуйтесь, со мной все будет хорошо ......".

Глядя на нерасторопную семью Цинь, Чу Ян тоже немного расстроился: в течение пяти лет он считал это место своим домом.

Теперь пришло время внести свою лепту, чтобы снова сделать этот дом славным.

В то же время, пора начать расследование дела о покушении на его жизнь в то время.

"Все вернулись? Как хорошо вернуться, как хорошо вернуться!".

Довольная улыбка появилась на лице Старого Циня, когда он вышел с заднего двора и увидел представшую перед ним сцену.

Хотя семья Цинь была разрушена и разорвана на части, пока все были целы и невредимы, все было хорошо.

"Дедушка, почему ты выглядишь намного моложе?".

Увидев, как выглядел Старый Цинь в этот момент, Цинь Бинсюэ не могла не растеряться.

Это было потому, что старик перед ней был совершенно не похож на того тяжело больного дедушку, которого она помнила.

Мало того, что его волосы были темнее и моложе, он также был полон духа, особенно его глаза, которые все еще сияли светом.

"Сестра, ты не знаешь этого ...... Это все из-за шурина".

У Цинь Юру было самодовольное и показушное лицо.

Она знала, что ее сестра была не высокого мнения и не одобряла ее брак с Чу Яном, и она всегда хотела изменить мнение сестры о Чу Яне и улучшить их отношения.

"Заслуга Чу Яна? Какое отношение это имеет к нему?".

Цинь Бинсюэ опустила взгляд на тело Чу Яна и нахмурилась.

"Шурин удивительный, он не только отлично владеет боевыми искусствами, но его медицинские навыки также несравненно удивительны, дедушка был спасен благодаря тому, что шурин использовал иглы ......".

Цинь Юру красочно описывала события, и ее восхищение Чу Яном было нескрываемым в ее словах.

Выслушав ее, Цинь Бинсюэ не знала, чем описать свои чувства.

Одна только необычайная сила Чу Яна застала ее врасплох, но она никак не ожидала, что он обладает такими удивительными медицинскими навыками.

Был ли это все еще тот Чу Ян, которого она помнила?

"Кхе-кхе...... не так чудесно, как сказала Юру, я просто немного разбираюсь в медицине и мне повезло".

Почувствовав странный взгляд Цинь Бинсюэ, Чу Ян поспешно заговорил.

"Шурин просто умеет быть скромным, тебе не повезло .......".

Увидев сцену перед собой, Цинь Лао не мог не улыбнуться с благодарностью.

Эти перемены, конечно, дорого обошлись семье Цинь, поскольку члены клана обежали, но возвышение чувств каждого стоило того, чтобы радоваться.

К тому времени, когда они вместе привели дом в порядок, был уже поздний вечер.

Поскольку все члены клана ушли, Чу Яну пришлось лично готовить ароматную еду для всех.

Четверо членов семьи сели за стол и хорошо провели время.

"Вау, так вкусно пахнет, и так аппетитно выглядит ......".

Когда я впервые увидела еду, мои глаза загорелись от предвкушения.

"Не смотрите, скорее двигайте палочками, чтобы попробовать, по вкусу ли вам эти блюда?".

По настоянию Чу Яна, Цинь Бинсюэ и Цинь Юру взяли в руки палочки и попробовали.

"Вау, эта горячая жареная жирная колбаса слишком вкусная, а этот морской окунь на пару, пряные свиные ребрышки и тушеная говядина ...... Шурин, этот уровень приготовления не уступает тем лучшим поварам!".

Вскоре из уст Цинь Юру вырвались восклицания.

В этот момент ее губы покрыты жирными пятнами, она не только не выглядит не опрятной, но выглядит мило и игриво, как маленькая прожорливая кошка.

"На мой взгляд, это приготовлено намного лучше , чем готовит повар ...... старик, я не ел такой вкусной еды уже много лет".

Старик Цинь попробовал блюда с выражением удовольствия на лице и с улыбкой произнес.

Цинь Бинсюэ двигалась элегантно, тщательно пробуя еду, словно она была феей, с неповторимой красотой.

Даже она, всегда была привередливой к еде, не могла не воскликнуть: "Вкус этих блюд восхитительный, это действительно шедевр ......".

Мужчина, стоявший перед ней, несомненно, удивил и впечатлил ее в очередной раз.

Этот парень не только умел готовить, но и делал это так хорошо.

Сколько у него было других навыков, о которых она не знала?

"Хаха ...... если вам, ребята, нравится, то с этого момента я возьму всю готовку на себя".

Услышав комплименты от толпы, Чу Ян не мог не улыбнуться.

После пяти лет пребывания в семье Цинь о нем всегда заботились, и сегодня, когда он впервые готовил, казалось, что он неплохо владеет своими навыками.

"Тогда с этого момента я буду отвечать за мытье посуды ......".

Глаза Цинь Юру мелькнули вокруг и опустили взгляд на Цинь Бинсюэ: "Сестра, отныне ты будешь отвечать за покупку еды!"

"Но ...... но я не знаю, что покупать?".

Щеки Цинь Бинсюэ покраснели, и она сказала низким голосом.

Такие вещи, как покупка продуктов, были самой большой головной болью, и Цинь Бинсюэ больше хотела работать и заниматься исследованиями, чем этим.

"Можешь спросить у шурина, если не знаешь, и вместе сходить за покупками".

Цинь Юру подмигнула Цинь Лао с хитрым выражением лица.

"Но ......"

"Это хорошее предложение, этот вопрос решен. Наша семья в будущем не будет нанимать повара".

Цинь Бинсюэ собиралась сказать что-то еще, но в этот момент заговорил Цинь Лао.

После паузы он продолжил: "Кроме того, есть еще кое-что, что я хочу обсудить с вами, я хочу снова открыть Зал пилюль".

"Снова открыть Зал пилюль?"

Чу Ян и девушки были поражены.

Зал пилюль был одним из важных производств семьи Цинь, и он был довольно известен в городе Тяньхай, но из-за множества причин, таких как тяжелая болезнь Цинь Лао, из-за которой он был вынужден закрыть его.

Теперь, когда он не только оправился от тяжелой болезни, но и стал моложе и энергичнее, он планировал вернуться к своему старому бизнесу.

Они не возражали против решения старейшины Цинь, а Цинь Юру даже захлопала в ладоши от восторга.

"Хорошо, хорошо ...... таким образом, я обычно могу приходить, помогать и учиться кое-чему под руководством дедушки".

Под руководством старейшины Цинь она с юных лет интересовалась китайской медициной и в настоящее время училась в Тяньхайском университете китайской медицины.

"Я всегда могу пойти и помочь, когда мне нечего делать дома".

Чу Ян также говорил с улыбкой.

Теперь, когда его раны были залечены, ему больше не нужно было оставаться на заднем дворе.

При этих словах сердце старейшины Цинь обрадовалось.

Он лично испытал чудесные медицинские навыки Чу Яна, если бы он получил его помощь, то не было бы невозможным для Зала Пилюль снова подняться, или даже исполнить его мечту - помочь Семье Цинь переехать в столицу.

"С помощью Яна, Зал Пилюль поднимется снова в скором времени! Этот вопрос решен, я сейчас же начну приготовления ......".

В этот момент старейшина Цинь сказал с нетерпеливым выражением лица.

Казалось, он о чем-то задумался и опустил взгляд на тело Цинь Бинсюэ.

"Бинсюэ, после предательства Чжао Дуна, тебе будет трудно заботиться о семье".

"Дедушка, не волнуйся ...... Чжао Дун не может повлиять на управление семей".

Цинь Бинсюэ сказала с уверенным лицом.

"Тогда я чувствую облегчение .......".

В то время клубный дом "Тяньлань".

Тан Чжэнь Нань смотрел на труп Тан Цзюэ и не верил своим глазам.

Несмотря на то, что Чжоу Тяньхао проинформировал его заранее, ему все равно было трудно смириться с этим фактом.

Сын, Тан Чжэнь Наня, был убит кем-то из присутствующих.

Это было непонятно и неприемлемо для него!

Что он за человек, Тан Чжэнь Нань?

Он был главой семьи Тан, одной из самых выдающихся семей в городе Тяньхай, существование которой заставляло город Тяньхай трепетать от топота его ног.

И все же кто-то осмелился сделать шаг против его сына.

Еще более нелепым было то, что тот, кто это сделал, был его партнером по бизнесу, Чжоу Тяньхао.

"Чжоу Тяньхао!"

Его глаза были красными, а тело наполнялось убийственным желанием, он яростно поднял голову, его ледяной взгляд уставился на Чжоу Тяньхао.

"Кланг-кланг-кланг!"

Когда прозвучал его голос, десятки телохранителей в черных одеждах, которых он привел с собой, в унисон подняли оружие в руках, их мощные ауры вспыхнули, и их подавляющая убийственная аура пронеслась по комнате.

Увидев это, подчиненные Чжоу Тяньхао с убийственными взглядами выхватили свои мечи в унисон без страха!

Атмосфера в комнате стала напряженной.

"Господин Тан, это действительно неисполнение обязанностей со стороны моих людей ...... Я глубоко сожалею о смерти Тан Цзюэ, пожалуйста, не стесняйтесь просить о чем угодно, мы готовы выплатить компенсацию".

Чжоу Тяньхао посмотрел на Тан Чжэнь Наня с извиняющимся лицом.

"Компенсация? Чем вы будете компенсировать это? Твоя жизнь?"

Убийственным намерением Тан Чжэнь Нань подбежал к Чжоу Тяньхао и яростно схватил его за воротник.

"Босс!"

Глаза Сяо Бэй вспыхнули убийственным намерением, и он уже собирался сделать шаг, но Чжоу Тяньхао остановил его взмахом руки.

"Жизнь, меня Чжоу Тяньхао ничего не стоит, если господин Тан хочет, он может взять ее в любое время".

Чжоу Тяньхао посмотрел прямо в глаза Тан Чжэнь Нань и без промедления сказал.

"Ты думаешь, я не осмелюсь?"

Тан Чжэнь Нань сказал строгим голосом, заставляя гнев в своем сердце утихнуть.

"Я никогда не сомневался в храбрости господина Тана, но может ли это вернуть к жизни вашего сына? По моему мнению, господину Тану лучше успокоиться и сесть за стол переговоров о компенсации, касающейся вашего сына ......".

"Компенсация? Мне, Тан Чжэнь Наню, это не нужно! Чжоу Тяньхао, я говорю тебе: ...... это дело еще не закончено!"

Тан Чжэнь Нань оттолкнул Чжоу Тяньхао, подхватил труп Тан Цзюэ и повернулся, чтобы выйти из комнаты.

"А Чжэнь, используй все ресурсы семьи Тан, чтобы выяснить, что случилось со смертью моего сына Тан Цзюэ! Любой, кто будет связан, будет убит без пощады!".

Тан Чжэнь Нань никогда бы не поверил, что смерть Тан Цзюэ была такой простой, что подчиненные Чжоу Тяньхао по ошибке убили его.

Для этого должна быть какая-то другая причина.

Несмотря ни на что, расследование должно быть доведено до конца!

Глядя на удаляющуюся спину Тан Чжэнь Наня, глаза Чжоу Тяньхао слегка сузились, а в глазах блеснул резкий свет.

Поскольку исправить ситуацию не было никакой возможности, было удачно сделать сильный ход.

"Сяо Бэй, объяви общественности, что с сегодняшнего дня группа "Тяньхао" полностью прекращает сотрудничество с семьей Тан".

Казалось, Чжоу Тяньхао о чем-то задумался и продолжил говорить.

"Кроме того, ты лично приведешь несколько человек для тайной охраны господина Чу, чтобы его жизнь не была потревожена".

Семья Тан, Главный зал.

Атмосфера была угрюмой и безмолвной.

Все основные члены семьи Тан были созваны сюда.

Глядя на труп в центре зала, все они выглядели печальными, сжимая кулаки и пытаясь сдержать гнев в своих сердцах.

Прошло много времени с тех пор, как они испытали такой удар, когда их так провоцировали.

Кто-то посмел убить их молодого хозяина и открыто объявить войну их семье Тан!

Они опустили взгляд на Тан Чжэнь Наня, который сидел прямо перед ними, с глубоким страхом и тревогой в глазах.

Поскольку этот человек молчал долгое, долгое время, атмосфера во всем зале была гнетущей до смерти, как будто это было затишье перед бурей.

Никто не знал о настроении человека перед ним и о гневе в его сердце в данный момент.

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Тан Чжэнь Нань оторвал взгляд от трупа своего сына Тан Цзюэ и поднял голову.

То, что предстало перед глазами людей, было парой душераздирающих глаз.

Налитые кровью глаза содержали чудовищную ярость и бесконечное безумие, словно глаза ада, заставляя людей невольно опускать голову.

"Вы заставили меня ждать пять часов".

Тан Чжэнь Нань говорил медленно.

Поскольку он долгое время не пил воды и не ел, его голос был невероятно хриплым, и слушать его было неприятно.

"Господин ......, мы уже отправили людей для расследования, и я думаю, что мы скоро получим результаты".

Кто-то ответил дрожащим голосом.

Не успели его слова упасть, как снаружи поспешно ворвался член семьи и почтительно опустился на колени перед Тан Чжэнь Нанем.

"Господин, мы узнали, молодой господин сегодня привел кого-то в семью Цинь, обе стороны сражались, и в итоге молодой господин захватил женщину по имени Цинь Бинсюэ и привел ее в клуб Тяньлань ......".

"Семья Цинь?"

Тан Чжэнь Нань поднял брови, не слышав раньше об этой семье.

"Семья Цинь - это небольшая семья, которая совершенно необычна, занимается фармацевтическим бизнесом ...... Не так давно Чжао Дун из семьи Цинь был в тесном контакте с молодым мастером и, кажется, говорил о каком-то проекте, который заинтересовал молодого мастера, и в течение нескольких дней молодой мастер возглавил людей против семьи Цинь, и теперь члены семьи Цинь разбежались". Людей осталось немного ......".

С учетом связей и влияния семьи Тан в городе Тяньхай выяснить что-то несложно.

"Где этот человек по имени Чжао Дун?"

холодно спросил Тан Чжэнь Нань.

"Когда наши люди нашли его, он был уже мертв".

"Мертв? Есть еще какие-нибудь новости или подсказки?"

"Верно, мы также выяснили, что после того, как молодой господин и остальные вошли в клубный дом Тяньлань, муж Цинь Бинсюэ, Чу Ян, поспешил туда вскоре после ...... Когда он вышел, с ним все еще была Цинь Бинсюэ, и, насколько мы знаем, Цинь Бинсюэ была женщиной, на которую молодой господин положил глаз...". ..."

"Вы имеете в виду, что это был он?"

"Нет ...... Согласно нашему расследованию, Чу Ян просто отброс, подобранный семьей Цинь, у него просто нет способности спасти Цинь Бинсюэ от молодого мастера и его людей, и Чжоу Тяньхао не мог взять вину на себя, должно быть много других вещей, которые произошли в клубе, о которых никто не знает, возможно, Чу Ян и Цинь Бинсюэ знают. что произошло ......"

"Тогда почему ты все еще стоишь здесь? Почему бы вам не поторопиться и не послать кого-нибудь привести их ко мне".

Тело Тан Чжэнь Наня кипело от ярости, и он отшвырнул доносчика.

Мужчина получил сильный удар, и его тело отлетело назад, сильно ударившись о стену зала, хлынула кровь, и он был тяжело ранен.

При виде этой сцены у собравшихся в зале пересохло в горле, по спине пробежал холодок, и они подсознательно сглотнули.

Это был первый раз, когда они видели Тан Чжэнь Наня в таком гневе.

"Сообщите... сообщите главе семьи, большие ...... проблемы!"

Как раз в этот момент вбежал член клана в спешке.

"Группа Тяньхао внезапно объявила, что полностью прекращает сотрудничество с нашей семьей Тан, мало того, Торговая палата Сихай также внезапно объявила, что в одностороннем порядке прекратила все сотрудничество с нами!"

"Что?"

При этих словах лица собравшихся изменились в унисон.

Было понятно, что группа Тяньхао внезапно прекратила сотрудничество, ведь из-за смерти Тан Цзюэ обе стороны были на грани того, чтобы ополчиться друг на друга.

Но как насчет Торговой палаты Сихай?

Мы знали, что Торговая палата Сихай была партнером семьи Тан в течение многих лет.

Теперь, когда они внезапно и в одностороннем порядке прекратили свое сотрудничество, это, несомненно, стало бы тяжелым ударом для семьи Тан и принесло бы им огромные убытки.

Они не понимали, почему Торговая палата Сихай сделала такой выбор.

Это было из-за Чжоу Тяньхао?

В этот момент лицо Тан Чжэнь Наня становилось все более и более мрачным.

"Что происходит?"

"Это ...... не слишком ясно, но согласно нашему расследованию, президент Торговой палаты также находится сегодня в клубе "Тяньлан"!".

"Шан Сихай также находится в клубном доме Тяньлань?"

Глаза Тан Чжэнь Наня сузились, в его глазах струился свет.

Что именно произошло сегодня в клубе "Тяньлань"?

Может ли быть, что смерть его сына как-то связана с ним?

Или Чжоу Тяньхао и Шан Сихай относятся к моей семье Тан как к куску жирного мяса и хотят захватить ее?

"Используйте все средства, чтобы любой ценой выяснить, что на самом деле произошло в клубе "Тяньлань".

......

В восемь часов вечера Чу Ян и Цинь Бинсюэ сидели во дворе, наслаждаясь лунным светом и болтая о мирском.

Впервые за пять лет они сидели вдвоем и разговаривали.

Глядя на стоящего перед ней мужчину, думая о том, что она пережила сегодня, в сердце Цинь Бинсюэ промелькнула неуловимая искра, а глазах благодарность, она улыбнулась и заговорила.

"Чу Ян, спасибо тебе большое за сегодняшний день, если бы не ты ......".

При этих словах Чу Ян покачал головой и улыбнулся, прервав ее слова: "Бинсюэ".

"Что случилось?"

Цинь Бинсюэ подняла голову и посмотрела на него в замешательстве.

Чу Ян встретил ее взгляд и сказал с серьезным лицом: "Мы муж и жена, ты моя жена, все это то, что я должен защищать тебя ...... В следующий раз, тебе не будет позволено говорить такие оскорбительные слова."

"Муж и жена? Жена?"

Цинь Бинсюэ выглядела мрачной, в ее глазах мелькнула сложность.

Хотя они были женаты уже пять лет, она относилась к Чу Яну скорее как к другу, у нее не только не было привязанности, но и не было реальных отношений.

Внезапное замечание Чу Яна, несомненно, оставило ее в растерянности, как ответить .......

"Тук-тук-тук ......"

"Откройте дверь, откройте дверь ......".

Как раз когда Цинь Бинсюэ собиралась что-то сказать, в этот момент раздался резкий стук в дверь.

"Кто бы это мог быть в столь поздний час?"

Цинь Бинсюэ нахмурилась и спросила.

В глазах Чу Яна вспыхнул холодный огонек, и он холодно сказал: "Скорее всего, это люди семьи Тан пришли".

Пока он говорил, он уже открыл дверь во двор.

"Шшшш ......"

Молодой человек с тёмным лицом ворвался с большим количеством телохранителей в чёрных одеждах, окружая Чу Яна и остальных в агрессивной манере, явно пришедших не с добрыми намереньями.

Юношу звали Тан Янь, он был членом семьи Тан.

"Кто вы такие? Позвольте мне сказать вам, что врываться в чужие дома - это преступление ......".

Видя, что собеседник пришел не с лучшей стороны, Цинь Бинсюэ подняла брови и сказала глубоким голосом.

"Вы не имеете права знать, кто мы! Идите с нами покорно!"

Холодный взгляд Тан Яня прямо прервал слова Цинь Бинсюэ.

Как только он произнес эти слова, телохранители в черных одеждах мгновенно сделали шаг и окружили Чу Яна и Цинь Бинсюэ.

"Тан Янь, это обида между нашими двумя сторонами, нет необходимости, чтобы ты приходил и искал неприятности с господином Чу и остальными!"

Глаза Чу Яна вспыхнули убийственным намерением, и он уже собирался сделать свой ход, когда издалека прилетел острый боевой нож и точно воткнулся перед Тан Яном и остальными, заставив их замешкаться в своих движениях.

"Кто это?"

От внезапной перемены лицо Тан Яна слегка изменилось, и он заговорил строгим голосом.

Пока их уродливые глаза наблюдали за происходящим, к ним быстро подбежала суровая фигура с большим количеством мужчин.

"Лин Бэй!"

При взгляде на Лин Бэя, прибывшего со своими людьми, в глазах Тан Яна промелькнула досада, а выражение его лица стало серьезным, и он заговорил холодным голосом.

Однако Лин Бэй не обратил на него никакого внимания, а быстро подошел к Цинь Бинсюэ и Чу Яну и почтительно заговорил.

"Господин Чу, госпожа Цинь ...... Я человек босса Чжоу Лин Бэй! Поскольку вражда между боссом Чжоу и семьей Тан затронула вас, мне очень жаль, что я потревожил вас. Я хотел бы извиниться от имени нашего босса".

В конце Лин Бэй даже глубоко поклонился Чу Яну и остальным.

"Этот ...... господин Лин действительно слишком вежлив".

Его отношение польстило Цинь Бинсюэ, и она поспешно заговорила.

У Чу Яна же в глазах мерцал мудрый свет, а уголки рта приподнялись дугой.

Казалось, Чжоу Тяньхао уже знал что-то из уст Шан Сихая.

Более того, казалось, что он сделал что-то .......

Видя, как Лин Бэй обращается с Чу Яном и остальными, зрачки Тан Яна и остальных сузились, их лица были полны шока, а сердца были потрясены еще больше.

Лин Бэй был правой рукой Чжоу Тяньхао, его статус был необычайно высок, и он считался известной фигурой в городе Тяньхай.

Но он так уважительно относился к этим двум людям?

Какова была ситуация?

Нужно было знать, что Чу Ян был всего лишь неудачником, а Цинь Бинсюэ - всего лишь мелким президентом дряхлой компании.

В их глазах они оба были недостойны существования, но почему Лин Бэй так к ним относился?

Сердце Тан Яна было полно сомнений, и он чувствовал себя так, будто что-то смутно уловил.

"Хм, считайте, что вам повезло, пошли!"

В этот момент он махнул своей большой рукой и приказал мужчинам развернуться и уйти.

Лин Бэй был невероятно силен, и если бы произошло столкновение, они бы вообще не справились.

"Господин Чу, госпожа Цинь ...... мы уходим".

Кто-то хотел напасть на Тан Яня и остальных, но Лин Бэй остановил его.

Он еще раз поклонился Чу Яну, Цинь Бинсюэ и остальным, после чего повел своих людей в погоню за Тан Яном.

Причина, по которой они не делали свой ход здесь, заключалась в том, что они не осмеливались пачкать двор Чу Яна и влиять на его настроение.

Однако, когда они вышли со двора, все было иначе.

Когда они вышли со двора, Тан Янь и остальные увидели толпу Лин Бэя, которая преследовала их с намереньем убить, их лица изменились, и они поспешно заговорили.

"Поторопитесь ...... и уходите!"

Однако ответом ему стали слова Лин Бэя, полные убийственного намерения.

"Хотите уйти? Если вы посмеете вредить господину Чу, никто из вас не уйдет живим!"

Семья Тан, Главный зал.

Хотя была уже глубокая ночь, место все еще было ярко освещено.

Члены семьи Тан, собравшиеся здесь, не расходились, и все ждали новостей от Тан Яна.

Однако прошло много времени, но Тан Янь и остальные не возвращались, заставив всех нахмуриться.

Тан Чжэнь Нань даже потерял терпение и сильно ударил рукой по столу, который он только что заменил, чтобы выплеснуть свое недовольство.

"Это и есть эффективность вашей работы?".

Единственным звуком в зале был медленный треск стола.

"Все это кучка отбросов, которые умеют только есть, пить и играть, бесполезные!"

Увидев это, Тан Чжэнь Нань еще больше рассвирепел и с силой хлопнул чашкой по полу.

"Доклад ...... главе семьи, что-то случилось! Тан Янь и остальные исчезли без следа!"

В этот момент вбежал один из членов клана и поспешно доложил.

"Исчезли?"

"Как могли хорошие люди внезапно исчезнуть?"

При этих словах лица всех изменились, и все нахмурились в унисон.

"Непонятно, все их телефоны недоступны, и они не могут никого найти, обыскав весь Бинчэн ......".

Кулаки Тан Чжэнь Наня сжимались и разжимались, его глаза были настолько злыми, что едва не извергали огонь.

"Я просил вас пойти по кое-каким поручениям, а в итоге все исчезли, зачем я вам плачу?".

"Что ты там стоишь? Иди и найди их всех!"

На следующий день, рано утром.

"Вау ...... что это? Он хорошо пахнет".

Цинь Юру только вышла из своей спальни, как почувствовала аромат, доносящийся из кухни, что заставило ее сбросить сонливость и наполниться любопытством.

Она уже собиралась пойти на кухню, чтобы проверить, как вдруг из кухни вышел Чу Ян с завтраком в руках.

"Юру, почему ты сегодня так рано встала?"

Глядя на Чу Яна, который был одет как семейный человек в фартуке, Цинь Юру был поражен.

"Шурин, ты забыл, что сегодня, в понедельник, мне нужно идти в школу. Ого ...... шурин, ты снова готовишь вкусную еду в этом наряде?".

Сегодня она была завязана в хвост, в белой спортивной одежде, с изящной фигурой, все ее тело источало молодую и энергичную ауру, ее глаза были прикованы к тарелке в руке Чу Яна, как у маленькой жадной кошки.

"Приготовил пирожные и свиной конфитюр ...... Посмотри на свой обжорливый вид, ты ведь голодна? Скорее садись и жди остальных".

Глядя на обжорливый вид Цинь Юру, Чу Ян с улыбкой произнес.

После этого он взглянул на закрытую дверь спальни Цинь Бинсюэ и спросил низким голосом: "Юру, твоя сестра уже встала?".

"Скрип ......"

Только когда он произнес эти слова, дверь спальни тихо открылась, и Цинь Бинсюэ вышла из нее.

Сегодня она была одета в белую блузку и черные узкие брюки, которые не только открывали ее изящною и стройную фигуру, но и еще больше подчеркивали ее холодный и благородный темперамент, она была прекрасна, как небесная фея, заставляя глаза Чу Яна сиять.

"Сестра, твой наряд сегодня слишком красив, посмотри шурин не может оторвать от тебя взгляд".

Цинь Юру подбежала, потянула Цинь Бинсюэ за руку и с улыбкой произнесла.

"Вонючка, что за чушь ты несешь ......".

Щеки Цинь Бинсюэ слегка покраснели, и она посмотрела на Цинь Юру.

"Кхм... тогда... ты сначала садись, а я принесу пирожные и свиной конфитюр."

Чу Ян поспешно отвел взгляд и пошёл в кухню.

"Ужин готов!"

Через несколько мгновений Чу Ян принес пирожное и свиной конфитюр, которые он тщательно готовил.

Глядя на различные пирожные на столе, Цинь Юру и Цинь Бинсюэ были поражены.

"Чу Ян, это ты испек все эти пирожные?"

"Я не знал, какие вкусы вам нравятся, поэтому сделал несколько видов".

"Шурин, я не могу представить, что у тебя такое мастерство, это слишком впечатляет".

"Кстати, где дедушка?".

"Он? Он вышел рано утром, занятый подготовкой к возобновлению работы Дома пилюль".

"Дедушка слишком активный, не так ли?".

В ответ сестра Цинь Бинсюэ почувствовала беспомощность, когда попробовала пирожное.

Когда кусочек попал ей в рот, она не смогла удержаться от довольного бормотания: "Ммм ...... Это ананасовое пирожное слишком мягкое и ароматное ......".

"А этот конфитюр из свинины тоже очень вкусный ...... Шурин, ты действительно хорош, когда-нибудь ты должен научить меня всем своим кулинарным навыкам".

Завтрак закончился восклицаниями Цинь Юру и Цинь Бинсюэ, каждый из них остался довольным.

Выпечка, приготовленная Чу Яном, была настолько вкусной, что его можно было назвать мастером кондитерского дела.

Даже остатки пирожных Цинь Юру упаковала в коробки.

"Юру, что ты делаешь?"

"Эй, ......, жалко его оставлять, я возьму его в школу, чтобы покушать, и, кстати, пусть все мои одноклассники завидуют".

Цинь Юру с любовью смотрела на коробку с обедом в своей руке.

"Эй ...... Мисс Цинь, вы здесь?"

В этот момент дверь во двор распахнулась, и ворвался мужчина средних лет с несколькими здоровяками.

"Менеджер Чжан, разве я уже не сказала вам о нашем решении в прошлый раз, почему вы снова здесь?"

Глядя на Чжан Дахая, который был одет в костюм и держал во рту сигарету, Цинь Бинсюэ подняла брови и холодным голосом спросила.

"В прошлый раз это прошлый раз, а в этот раз ситуация другая".

Чжан Дахай затянулся сигаретой и беспечно сказал.

"По-другому? Что изменилось?"

В глазах Цинь Бинсюэ мелькнула растерянность.

"В прошлый раз в вашей семье Цинь было много людей, и я уважал вас, что касается сейчас ...... хе-хе ......".

Чжан Дахай окинул Цинь Бинсюэ, Чу Яна и остальных презрительным взглядом.

Не дожидаясь, пока Цинь Бинсюэ что-нибудь скажет, он бросил перед ней неравноценный договор: "Госпожа Цинь, если вы не хотите, чтобы мы что-то делали, тогда будьте добры и подпишите договор!"

"Подписать? Подписать что?"

В глазах Чу Яна промелькнуло сомнение, он не совсем понимал, о чем идет речь.

"Бойи групп заставила многих жителей близлежащих домов подписать неравноправное соглашение о переезде под их принуждением, потому что они хотят развивать проект Небесное озеро, и наш участок земли также входит в сферу их проекта ...... Я много раз отказывалась, но я не ожидала, что они снова придут".

Цинь Бинсюэ объяснила, а затем опустила взгляд на тело Чжан Дахай.

"Менеджер Чжан, мы не будем подписывать это соглашение, пожалуйста, уходите".

"Госпожа Цинь, вы уверены, что не подпишите его?"

При этих словах улыбка на лице Чжан Дахая исчезла и стала ледяной.

Сотрудники, стоявшие за ним, даже потирали кулаки, их лица были полны угроз.

"Я уверена, что не подпишу, пожалуйста, уходите".

Лицо Цинь Бинсюэ помрачнела, и она заговорила холодным голосом.

"Хехе ......"

Чжан Дахай не только не ушел, но и рассмеялся: "Мисс Цинь, я уже дал вам возможность, раз вы отказываетесь сотрудничать, то не вините меня".

"Вы двое, научите ее покорности".

Как только слова Чжан Дахай прозвучали, двое высоких мужчин размяли кулаки и начали прижаться к Цинь Бинсюэ.

"Мисс Цинь, вам лучше подписать договор, иначе будет плохо".

"Вы, ребята ......, не заходите слишком далеко, есть ли у вас совесть?"

Увидев эту сцену, Цинь Юру не смогла больше сдерживаться, выпрямилась и сказала.

"Совесть? Что такое совесть?"

При этих словах улыбка на лице Чжан Дахая стала еще шире.

Он затянулся сигаретой и выдохнул густой дым в сторону Цинь Юру, заставив ее сильно закашляться и глаза заслезиться: "Маленькая девочка, я забыл сказать! Я тут бос! Ха-ха…."

В прошлом семья Цинь была настолько многолюдной и могущественной, что перед ним всегда закрывали дверь, когда он приходил.

Теперь, когда семья Цинь пришла в упадок, он наконец может вздохнуть с облегчением.

Глядя на задыхающеюся и кашляющею Цинь Юру, и на Цинь Бинсюэ, которая была так зла, что ее лицо было красным, но она ничего не могла ему сделать, Чжан Дахай не мог сказать, как он был счастлив в своем сердце.

Увидев это, в глазах Чу Яна вспыхнул холодный свет, он шагнул к Цинь Юру и остальным и заговорил глубоким голосом.

"Бинсюэ, Юру, отойдите, дайте мне разобраться с этим".

"Ты справишься с ними?"

Глядя на выделяющегося Чу Яна, в глазах Чжан Дахая появилось презрение, он показал на Чу Яна и сказал.

"Как смеет сопляк вступиться? Неужели семья Цинь больше не может найти мужчину?"

"Я помню, что есть еще один старик, кажется его зовут Цинь что-то ...... аааа ......".

Чжан Дахай закричал от боли, не успев закончить свои слова.

Потому что Чу Ян в какой-то момент схватил его за руку.

"Что ты только что сказал? Повтори, если хватит смелости ......".

"Я сказал ...... аааа ......"

Чжан Дахай уже собирался открыть рот, когда Чу Ян с яростной силой надавил на руку.

Раздался резкий крик, и Чжан Дахай опустился на колени прямо перед ним.

"Ублюдок, я убью тебя!"

Чжан Дахай выглядел отвратительно, он с силой замахнулся кулаком в сторону лица Чу Яна.

Он хотел избить этого неблагодарного сопляка до полусмерти.

Глаза Чу Яна вспыхнули убийственным намерением, когда он ударил ногой.

"Пфф ......"

Прежде чем кулак Чжан Дахая успел приземлиться на лицо Чу Яна, удар Чу Яна приземлился на него.

Его лицо выглядело болезненным, а тело мгновенно превратилось в маленькую креветку, выплюнув кровь, и он полетел назад, врезавшись в ворота.

"Менеджер Чжан ......"

Увидев это, все сотрудники, которых он привел с собой, побледнели и поспешно бросились к нему.

"Малец, ты ищешь смерти!"

Чжан Дахай выглядел страдающим, вытирая кровь с уголка рта, он смотрел на Чу Яна с сердитым выражением лица.

"Чего вы все стоите ? Схватите его!"

По его приказу подчиненные взмахнули кулаками в сторону Чу Яна.

" Бум!"

Со звуком тупого столкновения неожиданно произошла сцена, которая потрясла Чжан Дахая.

Под его потрясенным взглядом более десяти подчиненных, которые неслись к Чу Яну, отлетели назад харкая кровью, приземлились рядом с ним и застонали от боли.

"Это ...... это ......"

Глядя на тяжелораненых и плачущих подчиненных, глаза Чжан Дахая стали круглыми, а рот широко раскрылся, на его лице появилось выражение, как будто он увидел привидение.

Этот парень действительно мгновенно расправился с людьми, которых он привел с собой?

Следует знать, что все эти люди были высокими, сильными и мощными.

Более того, он специально узнал, что этот ребенок был мусором, подобранным в горах семьей Цинь.

Но почему он был так силен?

Чжан Дахай был в замешательстве.

"Что вы ...... хотите?"

Глядя на Чу Яна, который шел с неотразимой аурой, лицо Чжан Дахая было мрачным, а в глазах читался ужас.

Этот парень, которого он считал пустым местом, сейчас был похож на бога, стоящего в небе.

Он уже был заперт в своей убийственной ауре, и все его тело, казалось, попало в холодное и ледяное чистилище.

Холодный пот стекал с его лба, тело было покрыто испариной, а холодок пробегал от подошв ног вдоль позвоночника прямо к голове.

"Я ...... говорю вам, я член группы Бойи, оскорбляйте нашу группу Бойи ......".

Не успел Чжан Дахай закончить свои слова, как его прервал Чу Ян: "Похоже, ты не осознал ситуацию. Если вы достаточно умны, вам следует немедленно встать на колени и поклониться с извинениями, вместо того, чтобы попусту лаять здесь ......".

Лаять?

Легкие Чжан Дахая готовы были взорваться от гнева.

Будучи руководителем проекта группы "Бойи", когда он, Чжан Дахай, когда-либо страдал от такого мальца?

"Бах!"

Он хотел вскочить и сразиться с Чу Яном, но ноги просто не слушались его, и под ужасающей аурой Чу Яна его колени ослабли, и он опустился на колени прямо перед Чу Яном.

"Ты ...... пуф ......"

Он уже собирался открыть рот, когда еще более ужасающая аура надавила на него, заставив его извергнуть кровь изо рта, его лицо побледнело, а дыхание мгновенно сбилось.

В этот момент он ясно почувствовал, насколько он ничтожен перед этим человеком.

Он чувствовал, что он слаб как муравей, и что его противник может убить его одним взглядом.

Небывалый страх охватил сердце Чжан Дахая, заставив его принять испуганный вид и поклониться Чу Яну на месте, как будто он умрет, если хоть на секунду замедлит.

"Чу ...... Молодой господин Чу, я ...... был неправ, я никогда не осмелюсь сделать это снова, пожалуйста, пощадите меня!"

"Госпожа Цинь, я обещаю, что больше никогда не приду приставать к вам, пожалуйста, пощадите нас!"

"Я глуп, я заслуживаю смерти, я беру свои слова назад, пожалуйста, будьте великодушны и пощадите меня, госпожа Цинь ......".

В конце концов, Чжан Дахай даже поклонился Цинь Бинсюэ, Цинь Юру и попросил пощады, неоднократно давая себе пощечины.

Его лицо распухло от пощечин, а из уголка рта текла кровь.

"Менеджер Чжан, я надеюсь, вы запомните то, что только что сказали, забирайте своих людей и уходите!"

Глядя на жалкое состояние Чжан Дахая и его людей, Цинь Бинсюэ не выказала ни малейшей жалости на своем лице и холодно произнесла.

"Да, да, да ......"

Чжан Дахай был словно помилован, и уже собирался броситься и уползти, когда раздался холодный голос Чу Яна: "Подожди минутку!".

"Чу ...... Молодой Чу, что еще у тебя ...... на уме?"

Чжан Дахай проглотил слюну и дрожащим голосом произнес.

"Уберите за собой двор!"

Чу Ян бросил взгляд на беспорядочную сцену и равнодушно сказал.

"Да, да, да, я сделаю ......".

Чжан Дахай многократно кивнул головой и крикнул своим телохранителям: "Что вы все стоите на месте? Поторопись и приведи двор в порядок".

Сказав это, он повел своих подчиненных на серьезную уборку .......

Они не только подметали, драили и мыли посуду, но и чистили окна, мыли туалеты, обрезали ветки и поливали растения .......

К тому времени, когда они закончили уборку, весь комплекс приобрел новый вид.

Они уже задыхались и усталости.

Они никогда в жизни не делали столько работы по дому и почти отупели от усталости.

"Теперь вы все можете убираться!"

Когда раздался голос Чу Яна, Чжан Дахай и остальные покинули это место, словно спасаясь бегством.

"Хехе, глядя на их внешний вид, я думаю, что они не осмелятся вернуться снова!"

Увидев их жалкий вид, Цинь Юру с улыбкой сказал.

Цинь Бинсюэ тоже улыбнулась и кивнула, только улыбка на ее лице вскоре исчезла, сменившись сильным унынием и беспокойством.

"Бойи групп" очень влиятельна, и они полны решимости получить этот участок земли, они никогда просто так не сдадутся, у нескольких жителей близлежащих домов, которые не хотят переезжать, разбиты семьи а дома разрушены.

"Бинсюэ, не волнуйся, работай спокойно, я все улажу!".

Глядя на обеспокоенный взгляд Цинь Бинсюэ, Чу Ян заговорил с утешительным выражением лица.

"Ах, ...... благодаря вашему напоминанию, я опоздаю на работу".

Услышав слова Чу Яна, Цинь Бинсюэ была поражена и поспешно побежала к гаражу со своей сумкой.

"Сестра ...... подожди меня, мне нужно в школу, подвези меня!".

Увидев это, Цинь Юру поспешно крикнула.

"Уже слишком поздно, ты можешь вызвать такси".

Однако Цинь Бинсюэ не стала ее дожидаться и на красном BMW с огромной скоростью помчался в сторону компании.

"Взять такси? Ух ...... сейчас самый пиковый период для такси эх ......".

Глядя на быстро исчезающий BMW, лицо Цинь Юру было полно потери, а ее глаза были полны разочарования.

Если ты возьмешь такси в это время, то, скорее всего, опоздаешь.

"Юру, все хорошо ...... Я отвезу тебя в школу".

Глядя на потерянный взгляд Цинь Юру, Чу Ян был немного растерян и сказал, подумав.

"Правда? Шурин ...... Я действительно люблю тебя!".

Услышав это, Цинь Юру подпрыгнула от радости.

Хотя автомобиль Чу Яна - это маленький электромобиль, но она совсем не против, вместо этого она казалась особенно счастливой, сидя на заднем сиденье.

"Поехали ...... в школу".

Группа компаний "Бойи", офис президента.

Ву Цзунжэнь с зачесом назад, с сигарой во рту, лениво сидел в кресле боса, пуская облака дыма, и слушая отчет о работе своего секретаря, выглядя полным авторитетом.

Казалось, что он что-то придумал, он спросил глубоким голосом: "Молодой господин придавал большое значение проекту "Небесное озеро", как сейчас продвигается разработка?"

"Первая фаза плана сноса в основном почти завершена, только небольшое количество людей все еще упрямятся, среди них семья Цинь кардинально против, менеджер Чжан неоднократно подходил к ним, чтобы поговорить, но ему отказывали ...... Однако недавно семья Цинь пострадала, все члены клана сбежали, сегодня рано утром менеджер Чжан привел туда своих людей, на этот раз все получится, вам нужно подождать, это будет хорошая сделка.

Секретарь почтительно доложил.

"Так долго заботиться о маленькой, непопулярной семье? Если молодой господин узнает об этом, нам всем придется нелегко!"

Ву Цзунжэнь поднял брови, на его лице промелькнул намек на недовольство, и он сказал холодным голосом.

"Господин Ву, не сердитесь, менеджер Чжан и остальные смогут позаботиться об этом".

Почувствовав недовольство Ву Цзунжэня, секретарь поспешно заговорил.

"Тук-тук ......"

Как раз в тот момент, когда она произнесла эти слова, раздался четкий стук в дверь.

"Входите!"

Раздался голос, и Чжан Дахай, покрытый ранами, с трепетом вошел вместе со своими подчиненными.

"Тебе сказали позаботиться о маленькой семье, как ты стал таким?".

Увидев это, Ву Цзунжэнь слегка нахмурился и заговорил холодным голосом.

"Господин Ву, простите ......, это моя некомпетентность все испортила".

Чжан Дахай не осмелился посмотреть Ву Цзунжэню в глаза, опустил голову и заговорил низким голосом.

"Испортила? Что случилось?"

Глаза Ву Цзунжэня вспыхнули убийственным огнем, и он мгновенно выпрямился.

Чжан Дахай на мгновение замешкался и тщательно пересказал случившееся.

"Куча бесполезных людей, ты даже с мелкой семьей не справился, зачем я вам плачу!".

Выслушав рассказ Чжан Дахая, Ву Цзунжэнь так разозлился, что бросил в него пепельницу.

"Господин Ву ......"

Чжан Дахай не посмел уклониться, пепельница попала в голову, и у него пошла кровь.

"Прочь!"

Чжан Дахай хотел сказать что-то еще, но его выгнал из кабинета Ву Цзуна.

Когда он ушел, секретарь осторожно спросил: "Директор Ву, вы прогнали управляющего Чжана, что насчет семьи Цинь ......".

Ву Цзунжэнь затянулся сигарой и сказал с убийственным намерением.

"Раз уж они такие неблагодарные, то не вините меня в жестокости. Сообщи банде Торговой палаты "Тигр и Волк" и скажи им, чтобы они уничтожили семью Цинь для меня!"

Эффективность группы "Бойи" была действительно высокой.

Когда Чу Ян вернулся, отправив Цинь Юру в школу, возле двора семьи Цинь было выставлено полицейское оцепление, а вокруг собралось большое количество жителей, чтобы понаблюдать за происходящим.

Увидев это, лицо Чу Яна слегка изменилось, и в его сердце зародилось плохое предчувствие, он поспешил найти кого-нибудь, чтобы узнать о ситуации: "Старший брат, что здесь произошло?".

"Увы ...... Говорят, что семья Цинь не желает съезжать, а Бойи групп совсем потеряла терпение и привела людей, чтобы снести его силой".

"Что?"

Глаза Чу Яна вспыхнули убийственным огнем, он быстро протиснулся сквозь толпу и бросился к ним.

То, что предстало его взору, было крайне возмутительной сценой.

Лысый мужчина с толстым ожерельем на шее держал во рту сигарету, а в руке топор и руководил экскаваторами и людьми вокруг него, чтобы жестоко разрушить комплекс семьи Цинь.

Высокие стены двора были снесены экскаваторами, цветы и растения, которые Цинь Лао заботливо посадил, были уничтожены, а весь чердак был разрушен экскаваторами, стены были снесены, балки подкопаны, а в крыше появились большие дыры .......

Мало того, даже спальня, где жили Чу Ян и Цинь Бинсюэ, была перерыта, а их личные вещи были разбросаны повсюду .......

Первоначальный тихий и приятный дворик теперь разрушен до степени ветхости, а дом, который нес в себе хорошие воспоминания, исчез, словно развеялся вместе с ветром, когда подул ветер .......

"Не сносите его, остановитесь ......, пожалуйста, не сносите его!".

Цинь Лао стоял у разрушающихся ворот с залитым слезами лицом, пытаясь с помощью своего старческого тела заблокировать продвижение экскаватора, но все было напрасно.

Он один не смог остановить полчища разрушителей.

В конце концов, он смог только обратить свой умоляющий взгляд на лидера Ли Даху и подбежал к нему, потянув его за руку и горько умоляя.

"Капитан Ли, я прошу вас, остановите разрушение, быстро заставьте их остановиться ......".

Однако Ли Даху пнул его ногой: "Проклятый старый ублюдок, отвали от меня! Я сказал тебе переехать, ты отказался, теперь ты понял, как это?".

"Думаете, вы все дешево стоите?".

Ли Даху даже выплюнул полный рот слюны на лицо Цинь Лао.

"Капитан Ли ......"

Цинь Лао все еще хотел просить о пощаде, но Ли Даху ударил его ногой: "Старая тварь, если ты еще раз посмеешь говорить глупости, я убью тебя!".

При этих словах лицо старого Циня побледнело, а на его лице появилась печаль.

Его сердце болело так сильно, что он не мог дышать, наблюдая, как прекрасный дом, хранивший бесчисленные воспоминания, превращается в руины.

Тогда его подставили и изгнали из семьи Цинь в столице, и он приехал в город Тяньхай один, чтобы бороться за свою жизнь, переживая взлеты и падения и испытывая множество трудностей.

Его горькие мольбы не только не заставили их остановиться, но и привели к жестокому избиению.

Опустошение и горечь в его сердце в этот момент не поддавались описанию.

Он бросил на Ли Даху глубокий взгляд и перестал умолять, а подошел к разрушающимся воротам и сел, используя собственное тело для защиты этого дома.

"Раз уж вы настаиваете на его сносе, то похороните вместе с ним мои старые кости!"

Глаза Ли Даху стали свирепыми, и он заговорил строгим голосом: "Старый ублюдок, раз ты настаиваешь на том, чтобы быть убитым, я исполню твое желание! Что ты стоишь там? Я буду нести всю ответственность, если что-то случится!".

Когда слова Ли Даху стихли, экскаваторщики посмотрели друг на друга и принялись все сносить.

Огромные лопаты экскаваторов были подняты в унисон, с неприязнью глядя на дома, которые вот-вот должны были рухнуть.

Увидев эту сцену, на бледном лице Цинь Лао появилась жалкая улыбка: "Даже если я отдам свою жизнь, я не смогу защитить этот дом. ......".

Старые слезы текли по щекам Цинь Лао, когда он медленно закрывал свои отчаянные глаза.

"Прекрати!"

Когда огромный наконечник лопаты уже готов был упасть, в этот момент раздался голос, полный бесконечного гнева.

При звуке этого голоса стражник выплюнул кровь изо рта и отлетел назад, когда ворвалась фигура с чудовищной яростью.

Глядя на сцену перед ним, в глазах Чу Яна горел гнев, а его тело было наполнено убийственной аурой.

Он никогда не думал, что просто отправит Цинь Юру в школу, а когда вернулся, весь его дом превратился в руины.

Утром он пообещал Цинь Бинсюэ, что она может работать без страха, а он позаботится обо всем дома .......

Но теперь ......

Дом был разрушен, а Цинь Лао был избит .......

Если бы он не прибыл вовремя, Цинь Лао был бы убит здесь .......

Бесконечный гнев хлынул в сердце Чу Яна, и его яростная аура распространилась от его тела, как свирепый зверь, разлетаясь во все стороны и создавая свирепый ветер в полуразрушенном дворе.

У всех присутствующих на месте происшествия волосы встали дыбом, и они непроизвольно задрожали.

"Парень, поторопись и уйди, если у тебя хватит ума это сделать, иначе ......".

Глядя на внезапно ворвавшегося Чу Яна, Ли Даху поднял брови, а двое здоровяков рядом с ним взяли в руки топоры и направились к Чу Яну.

"Бумм ......"

Однако, прежде чем они успели закончить свои слова, кулаки Чу Яна уже врезались в них.

Брызнула кровь, и они получили серьезные ранения.

Эта сцена повергла всех присутствующих в шок, заставив их испуганно озираться и не смея пошевелиться.

При появлении Чу Яна толпа словно замерла, не решаясь его хоть как-то остановить.

Потому что ...... интуиция подсказывает им, что тот, кто осмелится остановить его, умрет.

Каждый раз, когда Чу Ян делал шаг, убийственная аура на его теле становилась сильнее, пугая людей вокруг него, заставляя их отступать одного за другим.

Когда он достиг пяток Цинь Лао и увидел его жалкий вид, убийственная аура в его теле достигла предела.

Он глубоко вздохнул, убийственная аура на его теле исчезла, насколько это было возможно, и помог старейшине Цинь подняться с лицом, полным раскаяния.

"Старейшина Цинь, простите, это я поздно вернулся ......".

"Не поздно, не поздно ...... Хорошо, что ты вернулся".

Старый Цинь заставил себя терпеть боль в теле и попытался выдавить из себя улыбку.

"Иди сюда и садись, сначала я дам тебе обезболивающее, чтобы залечить твои раны".

Чу Ян помог старейшине Цинь сесть в стороне, затем достал из кармана три серебряные иглы и вонзил их в его тело.

Когда серебряные иглы вошли в его тело, дух старейшины Циня поднялся, и он почувствовал, как теплые воздушные потоки струятся по его телу, его раны постепенно заживали, а боль исчезла.

"Ты, старик, просто сиди здесь, лечись и отдыхай, об остальном я позабочусь".

"Будь осторожен, их много, и все они - те, кто пребывает в Дао уже много лет ......".

Чу Ян мягко кивнул и опустил взгляд на лидера, Ли Даху, в его глазах сияла пронзительная холодная аура.

"Неважно, кто ты и какие люди стоят за тобой, немедленно восстанови это место ...... иначе сегодня, даже если придет Император, он не сможет спасти тебя!"

"Парень, ты кем себя возомнил? Ты первый, кто сводит со мной счеты после того, как ранил моих людей, у тебя есть чертова смелость, ты даже не знаешь, что я за человек ......".

Ли Даху не мог не рассмеяться, как будто услышал большую шутку, и смотрел на Чу Яна, как на идиота.

"Веришь ты в это или нет, но сегодня я похороню тебя здесь вместе с этим старым ублюдком!"

В конце своих слов Ли Даху прямо и высокомерно поднял свой топор на Чу Яна.

Больше нечего было сказать, Чу Ян бросился вперед и нанес решающий удар.

Ли Даху лишь почувствовал размытие перед глазами, и на его тело обрушилась огромная сила.

"Ау ...... пуф ......"

В следующую секунду топор в его руке упал, кровь хлынула изо рта, и он полетел назад, как мертвая собака, врезавшись точно в ковш экскаватора сзади .......

"Хорошо сыграно!"

Эта свирепая сцена заставила окружающих зрителей выглядеть потрясенными и счастливыми.

Мы должны знать, что Ли Даху годами творил зло и бесчинствовал в этом районе, опираясь на свою принадлежность к Торговой палате "Тигр и волк", и люди терпели его издевательства.

Некоторых людей они даже вынудили переехать .......

Теперь, когда они увидели, что ему преподали урок, они, естественно, обрадовались.

Многие люди тайно похлопали Чу Яну.

"Брат Ху ......"

"Брат Ху, как ты? Брат Ху…"

Глядя на Ли Даху, который влетел в ковш экскаватора, лица младших братьев резко изменились, и они бросились к нему.

Когда они помогли Ли Даху выбраться из ковша, люди почти не узнали его.

Его лицо было искажено и мрачно от боли, грудь впала, а кровь и грязь размазались по нему, превратив его в такой беспорядок, что он был похож на нищего.

"Сукин сын ...... Я убью тебя!"

Он вытер кровь с уголка рта и уставился на Чу Яна со злобным лицом, его глаза, казалось, извергали огонь.

"Убить меня? У вас не хвати сил!"

Чу Ян бросил на него взгляд и заговорил с ничего не выражающим лицом.

"Ублюдок!"

Кулаки Ли Даху сжались и захрустели, а из его рта вырвался сокрушительный рев.

"Вперед, убейте этого ублюдка!"

"Черт, уничтожьте его!"

По приказу Ли Даху бесчисленное количество сильных мужчин, взяли топоры, лопаты и бросились на Чу Яна, чтобы убить его.

Они были злобны и жестоки, как стая голодных диких волков, пугая людей вокруг себя.

"Все кончено, Ли Даху не говорит о боевой чести, издеваясь над молодыми с помощью толпы ......".

"Этот младший брат - только один, у другой стороны много людей, как он справится?"

"Глядя на эту ситуацию, сегодня будут убиты люди. Позвонить полиции?".

"Позвонить в полицию? А ты посмеешь? В прошлый раз мужчина, который вызвать полицию, был позже найден Ли Даху и его людьми, ему отрубили руки и ноги ......".

Глядя на десятки сильных мужчин, со свирепостью устремившихся к Чу Яну, всех зрителей прошиб холодный пот.

Однако Чу Ян даже в глаза не повел на эту группу людей.

Под напряженным взглядом толпы он взмахнул своим железным кулаком и бросился в толпу.

В этот момент проявилась его ужасающая боевая мощь.

В глазах посторонних, члены Торговой палаты Тигра и Волка, которые были такими храбрыми и свирепыми, были такими же хрупкими, как лист белой бумаги перед ним, который можно было сломать при первом же ударе.

Ни один из десятка членов Торговой палаты Тигра и Волка, не смог заблокировать ни одного его движения.

Когда он нанес удар, кто-то выплюнул кровь и упал с серьезными травмами.

Когда он ударил ногой, чьи-то кости были сломаны, и они отлетели назад.

Он был похож на тигра, который неудержимо несется на стадо овец.

Всего за несколько мгновений перед ним упали десятки людей, тяжело раненных и потерявших трудоспособность.

Ли Даху был ошеломлен.

Зрители были ошеломлены.

Все присутствующие были ошеломлены.

Даже старейшина Цинь, который кое-что знал о Чу Яне, был глубоко потрясен.

Боевая мощь, которую демонстрировал Чу Ян, была слишком сильной, слишком ужасающей, совершенно за пределами восприятия людей.

Это было слишком мощно!

Тот человек, стоящий перед ими, был ли он на самом деле человеком?

Это был просто бог-убийца, который перемещался по полю боя!

"Вздохи ......"

"Сглатывания ......"

Во всей округе стояла тишина, только звуки холодного дыхания и сглатывания слюны раздавались один за другим.

Чу Ян проигнорировал шокированные взгляды людей и холодными шагами медленно подошел к Ли Даху.

С каждым его шагом аура Чу Яна становилась все сильнее.

Когда он подошел к Ли Даху, ужасающая аура уже настолько напугала его, что он не смел даже пошевелиться.

"Чего ты ...... хочешь? Я говорю тибе ...... ааа ......".

Не успел он закончить свои слова, как Чу Ян ударил ногой.

Коленная чашечка Ли Даху разлетелась вдребезги, и он упал на колени перед Чу Яном.

Чу Ян наступил одной ногой на его плечо и посмотрел на него с высоты.

"Что ты ...... хочешь мне сказать?"

"Говорю вам, я - опора Торговой палаты "Тигр и Волк", если вы не прекратите ...... ааа ......".

Глаза Чу Яна были холодными, а нога, наступившая на плечо Ли Даху, давила с яростной силой.

Плечевая кость Ли Даху раздробилась, и нижняя половина его тела погрузилась в грязь: "Ну и что, если я не прекращу?".

Глядя в эти холодные, глубокие глаза, Ли Даху казалось, что он попал в ад.

Он словно видел, как Ню Тау Ма Миан* приближаются к нему с цепями в руках.

Ему показалось, что бог смерти снова замахнулся на него своей острой косой.

Страх каким-то образом проникал в его кости, вызывая мурашки по позвоночнику.

Со звуком «писка» его тело вздрогнуло, а промежность стала влажной.

Этот ублюдок был до смерти напуган ужасающей аурой Чу Яна.

Голос с паникой и дрожью вырвался из его уст: "Большой ...... брат, я ...... ошибся, большой брат ...... пожалуйста, пощади меня. "

"Большой брат, нет ...... это не мое дело, правда, я ...... сделал то, что мне сказали сделать, это Чжо сказал мне привести моих братьев, чтобы это место снесли силой".

Видя, что я Чу Ян ничего не сказал, этот парень усваивала всю информацию.

Глаза Чу Яна слегка сузились, и он спросил холодным голосом: "Кто такой брат Чжо?".

"Он директор нашей Торговой палаты ""Тигр и Волк"" ......".

"Позвони и позови его ко мне".

"Это ......"

Ли Даху был ошеломлен и не осмелился нажать.

Он думал, что Чу Ян шутит с ним, и боялся, что, как только он позвонит, Чу Ян уничтожит его.

В конце концов, какой смысл просить собеседника позвонить кому-то.

"Я сказал тебе позвонить, ты меня не слышишь?".

Глаза Чу Яна были холодными, на его лице промелькнул намек на нетерпение, а нога, наступавшая на плечо Ли Даху, давила все сильнее.

"Ааа ...... большой ...... брат, я сейчас позвоню!"

Ли Даху закричал от боли и поспешно достал свой мобильный телефон, чтобы набрать номер.

В этот момент он испытывал одновременно страх и волнение.

Он боялся, что Чу Ян внезапно нанесет удар и убьет его.

Он был рад, что сможет позвонить, чтобы брат Чжо привел кого-нибудь спасти его и отомстить за него.

Учитывая силу и влияние Чжо, убить этого парня было бы легко.

С чувством тревоги Ли Даху наконец-то дозвонился до брата Чжо: "Брат Чжо, это Даху, тут проблема ......".

Чу Яну было все равно, что Ли Даху говорит по телефону, но он бросил на него слабый взгляд, затем отошел в сторону и зажег сигарету, спокойно ожидая.

Он не любил оставлять скрытые проблемы.

Причина, по которой он позволил Ли Даху сделать звонок, заключалась в том, чтобы решить этот вопрос раз и навсегда.

В конце концов, он совершил ошибку, отпустив Чжан Дахая и остальных утром.

Примерно через двадцать минут более дюжины автомобилей марки Wuling Hongguang с ревом остановились возле полуразрушенного комплекса семьи Цинь.

Дверь машины открылась, и мужчина средних лет, на вид лет тридцати-сорока, с суровым лицом и высоким ростом, вышел вперед и подошел с мачете.

Он был директором Торговой палаты "Тигр и волк", братом Чжо, которого боялись все.

За ним следовали еще около сотни мужчин с мечами и топорами, от которых исходила свирепая и убийственная аура.

Свирепая аура, исходящая от их тел, так пугала окружающих, что они не смели и слова вымолвить, отступая подальше, боясь пострадать.

"Брат Чжо ...... ты здесь ......"

"Брат Чжо, ты должен что-то сделать для нас, посмотри, как меня избил этот сукин сын? Многие мои кости сломаны!"

Глядя на Чжо, который прибыл со своими людьми, Ли Даху разволновался и жалобно засопел сопливым носом и слезами.

"Даху, мне жаль тебя! Не волнуйся, твоя месть ...... будет отомщена за тебя!".

Брат Чжо протянул ладонь и похлопал Ли Даху по плечу, успокаивая его, а затем перевел взгляд на Чу Яна, в его глазах блеснул яростный свет.

"Малыш, это ты ранил Даху и остальных ...... и заставил его позвать меня, чтобы я привел сюда людей?"

Не дожидаясь ответа Чу Яна, брат Чжо продолжил говорить: "Ты действительно чертовски смел, я впервые встречаю такого смелого человека, как ты, в этом городе Тяньхай".

"Вы просили их снести этот дом?".

Холодно спросил Чу Ян, и в его глазах блеснул холодный свет.

"Правильно, я отдал приказ! Что, у тебя с этим проблемы?".

Глаза брата Чжо были ледяными, и он сказал это в манере "Око за Око".

Лицо Чу Яна вспыхнуло убийственным намерением, и он нанес резкий удар.

Увидев это, двое крепких мужчин, стоявших рядом с братом Чжо, выхватили свои мачете и начали яростно атаковать Чу Яна.

Острые мачете направились в Чу Яна с убийственной силой, блокируя все его пути отступления.

Они собирались преподать этому ублюдку, посмевшему проявить неуважение к брату Чжо, жестокий урок!

"Пфф!"

Чу Ян поднял брови и щелкнул пальцами, из которых вырвались две серебряные иглы.

Серебряные иглы засвистели и превратились в два потока света, которые с силой вонзились в тела двух сильных мужчин.

"Бум-бум!"

Под шокированными взглядами людей двое крепких мужчин упали с широко раскрытыми глазами, не успев дотянуться до Чу Яна.

Их тела даже разбивались о землю, потому что были слишком громоздкими и тяжелыми, поднимая в небо пыль.

Внезапная смена событий повергла всех в шок.

"Что, черт возьми, происходит?"

"Что, черт возьми, этот ребенок сделал с Да Чжуаном и остальными только что? Почему они вдруг упали?"

"Кто может сказать мне, что происходит? Почему хорошие люди так пали?".

Скорость удара Чу Яна сейчас была действительно слишком быстрой, настолько быстрой, что люди вокруг просто не поняли, что произошло.

В этот момент их сознание было наполнено шоком и замешательством.

Даже лицо Чжо, который только что был неопрятным, изменилось и он заговорил строгим голосом.

"Малыш, что именно ты с ними сделал?"

Чу Ян не ответил, но продолжал приближаться к брату Чжо, неся в себе намерение убить.

"Что-то, чего я не знаю, думаешь, что, притворившись богом, сможешь нас напугать?".

В конце концов, брат Чжо был человеком, пережившим бурю, и не испугался, наоборот, его взгляд стал еще более зловещим.

"Братья, сделайте это для меня и разрубите эту проклятую мразь!".

Как только он отдал приказ, многие из его младших братьев в унисон сделали свои шаги и направились прямо к Чу Яну.

Ужасающий звук заставил зрителей в ужасе отступить, опасаясь пострадать.

Увидев это, Чу Ян поднял брови и уже собирался сделать шаг, как вдруг раздался величественный голос.

"Прекратите все это!"

Когда раздался этот голос, под взглядами людей к ним подошел мужчина средних лет с внушительной аурой.

За ним стоял молодой человек с холодным лицом и стройным телом, испускающий чудовищную остроту по всему телу.

"Он ...... кажется, глава Торговой Палаты Сихай и его помощник, Цзянь Цзинфэн?".

"Святые угодники, каким ветром занесло сюда этих двух великих людей?"

"Черт, не могу поверить, что встречаю здесь президента Торговой палаты Сихай? Это легендарный старший брат высшего уровня!"

"Шан Сихай, вероятно, вызван братом Чжо, теперь у младшего брата большие проблемы!"

Глядя на появление Шан Сихая и Цзянь Фэна, люди вокруг засуетились.

Они думали, что это помощники, которых пригласил брат Чжо.

Брат Чжо, в свою очередь, был ошеломлен, в его глазах промелькнул намек на сомнение.

Глава Торговой палаты был настолько занят, что обычно ему было трудно встретиться с ним, но что он делал здесь сейчас?

С сердцем, полным сомнений, брат Чжо быстро повел своих людей поприветствовать его и поклонился, чтобы заговорить.

"Председатель, что привело вас сюда?"

Однако Шан Сихай просто проигнорировал его, окинув взглядом все вокруг и, наконец, остановившись на Чу Яне перед ним.

"Председатель, вы здесь, вы здесь, чтобы найти этого ублюдка? Я попрошу кого-нибудь помочь тебе с ним расправиться".

Почувствовав взгляд Шан Сихая, глаза Чжо замерцали, и он с умным видом сказал: "Чего вы все стоите? Поторопись и возьми этого ребенка для меня ......".

"Заткнись!"

Однако, прежде чем Чжо успел закончить свои слова, Шан Сихай ударил его по лицу.

"Пощечина!"

Брат Чжо получил пощечину, закрыл лицо и застыл на месте.

Он спрашивал себя, не обидел ли он Шан Сихая, и не понимал, почему он набросился на него.

Люди вокруг него также были полны тревоги и растерянности, не понимая, что происходит.

В следующую секунду резко произошла сцена, которая потрясла их взгляды.

Они видели только, как Шан Сихай быстро подошел к Чу Яну, поклонился ему и сказал.

"Господин Чу, господин Шан опоздал, пожалуйста, простите меня!".

*Ню Тау Ма Миан, два божества подземного мира в китайской культуре, изображаемые в виде человека с головой быка и человека с головой лошади, отвечают за поимку мертвых душ, чья жизнь закончилась, в ад для суда.*

"Черт, что за черт? Председатель Торговой палаты действительно поклонился этому ребенку?".

"Кто может сказать мне, что, черт возьми, происходит?"

"Кто этот человек, к которому председатель Торговой палаты может относиться с таким уважением?"

"Изначально я думал, что председателя Торговой палаты позвал брат Чжо, но теперь кажется, что это просто большая ошибка, он здесь из-за Чу Яня".

Глядя на действия Шан Сихая и слушая его уважительные слова, все люди вокруг замерли, и шок в их сердцах было еще труднее описать словами.

Старейшина Цинь, который сидел рядом и лечился, тоже замер, его старое лицо было наполнено шоком.

Хотя он всегда знал, что Чу Ян происходил из необычной среды и был очень загадочен.

Однако он не ожидал, что Чу Ян знает Шан Сихая который будет относиться к нему так уважительно.

Не только они, но и брат Чжо, Ли Даху и остальные были ошеломлены.

Никто лучше них не знал о страшном статусе и огромном влиянии Шан Сихая.

Этот человек был существом, которое могло заставить город Тяньхай дрожать от топота его ноги, и даже председатель их Торговой палаты Тигра и Волка уступал ему.

И все же сейчас он фактически кланялся этому неизвестному мальчишке.

Они не могли представить, какой личностью должен был обладать этот человек, чтобы Шан Сихай относился к нему с таким уважением.

"Каково происхождение этого ребенка? Даху, Лаоцзы просил тебя снести дом, кого, черт возьми, ты спровоцировал?".

Брат Чжо с силой схватил Ли Даху за воротник и поднял его, гневно вопрошая.

"Брат Чжо, я никого не провоцировал, когда мы сносили здание, он вдруг встал, чтобы остановить нас, и мы ......".

Ли Даху тяжело сглотнул и сказал с дрожащим лицом.

"Брат Чжо, я знаю, кто он ...... Похоже, это Чу Ян, зять семьи Цинь, сопляк, подобранный в горах!"

Младший брат рядом с ним, казалось, что-то вспомнил и поспешно заговорил.

"Сопляк, который может заставить председателя торговой палаты относиться к нему с таким уважением? Ты что, блядь, тупой?"

Брат Чжо ударил младшего брата по лицу и яростно выругался.

"Но ...... он действительно неудачник, если вы мне не верите, можете спросить у жителей близлежащих домов".

Младший брат закрыл лицо гримасой агрессии и сказал.

"Брат Чжо ...... только что попросил кого-нибудь поинтересоваться, этот ...... человек действительно пустая трата денег, которого семья Цинь нашла в горах, обычно остается на заднем дворе и редко выходит на улицу... ..."

Доверенное лицо брата Чжо, Да Хуан, подбежал и:сказал.

Этот ответ заставил брата Чжо почувствовать себя смешным, и его голова даже не могла повернуться.

Если этот парень действительно был неудачником, как он мог победить стольких людей и заставить такую большую шишку, как Шан Сихай, относиться к нему с таким уважением?

Но если он не был неудачником, почему окружающие его жители так думали?

Может быть, он все время притворялся, а на самом деле был большой шишкой?

Да, наверное, так и есть!

Шан Сихай мог так обращаться с ним только потому, что обладал такой невероятной боевой мощью.

При мысли об этом лоб Чжо покрылся холодным потом, а в сердце поднялась волна страха .......

Он действительно позволил кому-то прийти и насильно разрушить дом тайной личности?

"Ву Цзунжэнь, ты, блядь, меня подставил!"

В этот момент Чжо хотел убить Ву Цзунжэня, старого босса группы Бои.

Этот проклятый старый пес Ву просто надул его.

Если бы не он, он бы не позволил Ли Даху привести людей для сноса здания, и он бы не создал столько проблем.

Пока эти мысли мелькали в голове Чжо, раздался ледяной голос Шан Сихая.

"Сяо Чжо ......"

"Шан ...... Председатель Торговой палаты".

Услышав зов Шан Сихая, брат Чжо подбежал.

Будь то Шан Сихай или Чу Ян, он не мог позволить себе обидеть их.

В глазах Шан Сихая вспыхнул холодный свет, и он уже собирался заговорить, когда ублюдок Чжо опустился на колени прямо перед Чу Яном.

"Чу... Мистер Чу, если бы я знал, что вы живете здесь,, даже если бы мне дали кучу золота, я бы не позволил людям идти на снос ......".

"Это моя вина, пока господин Чу может унять свой гнев, не имеет значения, как вы меня бьете и ругаете, пожалуйста, пощадите мою дешевую жизнь ......".

Брат Чжо склонил голову и извинился перед Чу Яном, при этом многократно похлопывая себя по лицу, без какого-либо подобия высокомерного вида, который был у него, когда он прибыл.

Каким высокомерным он был, когда пришел, и каким слабаком он был сейчас.

"Поскольку господин Чу отказывается прощать, тогда я приму наказание потерей собственной руки в качестве извинения перед господином Чу, и я надеюсь, что господин Чу успокоит свой гнев".

В конце концов, когда он увидел, что Чу Ян все еще безразличен, он просто сломал одну из своих собственных рук.

"Аааа ......"

Раздался жалкий и болезненный крик, когда Чжо сломал одну из своих рук.

Нужно было признать, что этот парень был безжалостным человеком, а также талантливым.

"Это ......"

Глядя на реакцию Чжо, все его люди замерли.

Ли Даху тоже был ошарашен.

Был ли он все еще тем безжалостным братом Чжо, которого они знали?

Сейчас это просто придорожный клоун, над которым все смеются.

"Какого черта вы все делаете? Скорее иди сюда, встань на колени, поклонись господину Чу и попроси прощения!"

Гневный крик брата Чжо вернул их от шока.

Глядя на разъяренного брата Чжо, Ли Даху и остальные подсознательно опустили головы.

Брат Чжо, это был все тот же брат Чжо, только ......

В следующую секунду они в унисон опустились на колени перед Чу Яном и поклонились в знак извинения.

"Господин Чу, простите!"

Звук потряс небо и пронесся сквозь облака.

Эта сцена глубоко потрясла сердца окружающих зрителей.

Это был знаменитый брат Чжо из Дао, но он вот так просто опустился на колени!

Более того, он без колебаний сломал одну из своих собственных рук.

Даже Шан Сихай был слегка ошеломлен.

Изначально он хотел покрасоваться перед Чу Яном и преподать этому придурку урок.

Но не успел он сделать и шага, как этот ублюдок опустился на колени и признал свою вину.

Несмотря на то, что Шан Сихай подчинял бесчисленное множество людей, он должен был признать, что этот ублюдок определенно талантлив.

Он бросил взгляд на Чу Яна, но обнаружил, что лицо Чу Яна не изменилось, он лишь спокойно смотрел на Чжо, который стоял на коленях.

Почувствовав взгляд Чу Яна, лицо брата Чжо побледнело, а на лбу выступил холодный пот.

"Господин Чу, я заслуживаю смерти, пожалуйста, пощадите нас, если вы великодушны".

"Господин Чу, мне ...... тоже заплатили за то, чтобы я что-то сделал, это все потому, что Ву Цзунжэнь попросил меня прислать людей для сноса дома ......".

В конце концов, Чжо не заботился о морали цзяньху и признался в том, что за всем этим стоит Ву Цзунжэнь.

"Ву Цзунжэнь?"

Чу Ян поднял брови.

"Он президент Бои, они хотят взять этот участок земли для оеализации проекта и дали мне пять миллионов, чтобы кто-то приехал и снес его ......".

Брат Чжо поспешил объяснить.

Лицо Чу Яна было ледяным, его глаза светились пронзительной холодной аурой, когда он холодно произнес.

"Я дам тебе шанс искупить свою вину, приведи его ко мне в течение получаса".

При этих словах лицо Чжо слегка изменилось, на нем появилось нерешительное выражение.

Ву Цзунжэнь был членом основного клана семьи Ву, одной из четырех великих семей.

Если он тронет его, семья Ву точно не пощадит его .......

Но когда дело дошло до этого, у него просто не было другого выбора.

Если бы он не приведет Ву Цзунжэня, то Шан Сихай не дал бы себя отпустить.

"Не волнуйтесь, господин Чу, я пойду и приведу сюда Ву Цзунжэня".

В этот момент он яростно стиснул зубы и повел своих людей в агрессивной манере в сторону группы Бои.

"Господин Чу, нужно ли мне послать кого-нибудь следом, на случай, если он убежит?".

Глядя на их удаляющиеся спины, глаза Шан Сихая слегка сузились, и он заговорил глубоким голосом.

"Не нужно, он не посмеет, и он не сможет убежать!"

Чу Ян покачал головой, а затем опустил на него взгляд: "Что привело тебя сюда?".

"Я случайно проходил мимо и зашел нанести визит вам, я не ожидал, что столкнусь с подобным, как только выйду из машины ......".

Шан Сихай ответил с улыбкой.

Естественно, Чу Ян не поверил таким словам, что он случайно проходил мимо.

"У председателя торговой палаты есть сердце, кстати, каково происхождение этого Ву Цзунжэня?"

"Ву Цзунжэнь не маленький человек, он член основной семьи Ву, одной из четырех великих семей, и близкий друг молодого Ву ......".

"Семья Ву?"

В глазах Чу Яна мелькнул опасный блеск.

"Если они не смогут дать мне удовлетворительное объяснение сегодня, то семья Ву будет уничтожена!"

Группа "Бойи", офис президента.

Ву Цзунжэнь лежал на диване и играл в покер со своей сексуальной и красивой секретаршей.

"Тук-тук-тук ......"

Они оба были в прекрасной форме, их стол трясся от их резких движений, когда в этот момент раздался резкий стук в дверь.

"Я поговорю об этом позже!"

Ву Цзунжэнь поднял брови и недовольно сказал.

"Господин Ву, господин Чжо здесь с кем-то ......".

Из-за двери донесся встревоженный голос.

"Он так быстро справился с делами? Скажи ему, чтобы он немного подождал снаружи!"

При этих словах Ву Цзунжэнь поспешно закончил дела с секретарем и быстро оделся.

"Бумм ......"

Но не успели они надеть одежду, как раздался резкий грохот.

Дверь в кабинет была грубо выбита, и Чжо агрессивно ворвался внутрь со своими людьми.

"Аа ......"

Внезапная смена событий заставила секретаршу, на которой был бюстгальтер, вскрикнуть от испуга, и бюстгальтер в ее руке упал на пол.

Ву Цзунжэнь также был ошеломлен и мгновенно пришел в ярость, ругаясь на Чжо: "Лю Ву Чжо, ты что, спятил? Ты умрешь, если подождешь снаружи? Черт!"

В этот момент Ву Цзунжэнь не обратил внимания на уродливое лицо Лю Ву Чжо, оделся, прошел к креслу начальника и сел, затянулся сигарой и скрестил ноги.

"То, что вам было поручено сделать, было сделано так быстро?"

"Я сделаю тебе ......, старый пес Ву!".

Кто знал, что как только слова Ву Цзунжэня покинут его рот, Лю Ву Чжо взорвется и в ярости набросится на него, схватит его за галстук и поднимет вверх.

Если бы не Старый Пес Ву, он не оказался бы сегодня в такой ситуации.

"Лю Ву Чжо, ты хоть понимаешь, что делаешь? Ты что, зацепился головой за дверь, осмеливаясь так обращаться со мной?"

Ву Цзунжэнь, который считал себя выше всех, потому что за ним стояла семья Ву, обычно обращался с Лю Ву Чжо как с собакой, но он не ожидал, что тот посмеет так обращаться с ним, поэтому он зарычал в гневе.

"Хрясь!"

Однако ответом ему была громкая пощечина.

Ву Цзунжэнь закрыл лицо с выражением недоверия: "Как ты посмел ударить меня?".

"Я не только ударил тебя, но и побью!"

Лю Ву Чжо прямо взмахнул кулаком, как яростный ветер и дождь, и ударил им по лицу, повергнув Ву Цзунжэня в полное оцепенение.

К тому времени, когда Лю Ву Чжо остановился, его лицо уже было полностью неузнаваемо, синяки и отеки, и он потерял все свое самообладание президента.

Секретарь рядом с ним выглядела ошарашенной, а охранники, услышавшие шум и бросившиеся посмотреть на свирепую ауру Лю Ву Чжо, не осмеливались сделать ни одного движения.

Ведь Лю Ву Чжо и остальные были свирепыми мужчинами, стоявшими перед ими.

"Лю Ву Чжо, скажи мне четко, что, черт возьми, происходит?"

Ву Цзунжэнь терпел сильную боль и с сердитым лицом смотрел на Лю Ву Чжо.

До сих пор он не понимал, откуда у Лю Ву Чжо взялась смелость, чтобы наброситься на него и избить.

"Ты попросил моих людей снести дом скрытой большой шишки, и у тебя еще хватает наглости спрашивать меня, что происходит?"

Лю Ву Чжо сказал с угрюмым выражением лица, наступая на грудь Ву Цзунжэня.

Он очень хорошо подумал, когда пришел, и скорее обидел бы Ву Цзунжэня, чем Чу Яна, это был скрытый старший брат, к которому даже Шан Сихай относился с уважением.

Следует знать, что даже стоя перед главой семьи Ву, Шан Сихай не покажет такого жеста.

Будет еще лучше, если он сможет хорошо выступить и получить одобрение другой стороны.

В конце концов, он, Лю Ву Чжо, тоже был человеком с амбициями.

"Скрытый большой бос? Какой скрытый босс? Разве я только что не просил тебя уничтожить семью Цинь? Это полный бред ......".

Ву Цзунжэня было неуверенное лицо.

"Это правда, что семью Цинь нельзя назвать стильной, но господин Чу Ян из их семьи - большая шишка, который может заставить даже Шан Сихая относиться к нему с уважением, иначе как, по-твоему, я сломал эту руку?".

Лицо Ву Цзунжэня слегка изменилось, когда он увидел, что одна из рук Лю Ву Чжо висела, и он был в шоке.

Когда в семье Цинь появился такой персонаж?

"Пойдем, иди и поговори с господином Чу и другими ......".

Он собирался заговорить, но Лю Ву Чжо потянул его за собой и направился к выходу.

Его группа людей следовала вплотную за ним, с такой злобной аурой, что никто не осмеливался остановить их .......

Увидев эту сцену, ошеломленное лицо женщины-секретаря изменилось, она поспешно достала мобильный телефон и набрала номер.

"Молодой господин, что-то серьезное случилось, боса Ву забрали ......".

Семья Цинь, перед полуразрушенным комплексом.

Толпа зрителей не расходилась, а наоборот, собиралась все больше и больше.

В конце концов, то, что произошло здесь, было действительно слишком неожиданно.

Было сказано, что даже некоторые официальные органы были предупреждены.

Однако Чу Ян, который был вовлеченным лицом, сидел там, смеясь и разговаривая с Шан Сихаем, как будто ничего не произошло, и такой характер заставлял многих людей втайне восхищаться им.

Особенно те, кто знал больше о семье Цинь.

Ходили слухи, что семья Цинь забрала расточительного зятя с гор, но теперь казалось, что это не так.

Как может быть неудачником тот, кто смог победить десятки братьев во главе с Ли Даху, и кто мог смеяться и говорить с такой важной шишкой, как Шан Сихай?

Это был явно непростой человек.

Все были одурачены семьей Цинь.

Старый Цинь сидел в своем кресле и смотрел на Чу Яна, который смеялся и разговаривал с Шан Сихаем перед ним, улыбка облегчения появилась на его старом лице.

Тогдашнее решение было действительно правильным.

"Смотрите, брат Чжо и остальные вернулись ......".

Как раз в это время из толпы внезапно раздался шум.

Под взглядами людей Лю Ву Чжо шел вперёд вместе со своими братьями, таща за собой Ву Цзунжэня, который был похож на мертвую собаку.

"Господин Чу ...... я привел его к вам".

Лю Ву Чжо проводил Ву Цзунжэнь к Чу Яну и заговорил с почтительным лицом.

Чу Ян осторожно кивнул головой и опустил взгляд на Ву Цзунжэня, в его глазах сиял ледяной холод.

"Малыш, мне все равно, какие у тебя отношения с Шан Сихаем, советую тебе лучше отпустить меня сейчас ...... иначе я заставлю тебя пожалеть о своих действиях!".

Ву Цзунжэнь выплюнул полный рот крови, его взгляд уставился на Чу Яна, его глаза были наполнены сильным чувством гнева и обиды.

После этого он даже перевел взгляд на Шан Сихая и сказал строгим голосом: "Председатель, наша семья Ву и Торговая Палата Сихай всегда были в хороших отношениях, вы пытаетесь спровоцировать нас на конфликт?".

До сих пор этот парень не понимал ситуацию.

"Конфликт? Не думай о себе слишком высоко, ты еще не достаточно квалифицирован, чтобы говорить мне эти слова".

Шан Сихай холодно рассмеялся и прижал сигару в руке к зловещему лицу Ву Цзунжэня.

"Ааа ......"

Кожа на лице Ву Цзунжэня была обожжена, что заставило его закричать от боли: "Шан Сихай, ты чертов сукин сын, ты тронул меня, семья Ву никогда не отпустит тебя ...... аааа ....... "

Не успел Ву Цзунжэнь закончить свои слова, как лицо Шан Сихая стало холодным, и он прямо воткнул сигару ему в рот, отчего тот закричал.

В конце концов, Шан Сихай просто позволил ублюдку проглотить горящую сигару.

Эта сцена попала в глаза окружающим его людям, вызвав у них ужас и страх.

Лю Ву Чжо, в частности, был так напуган, что проглотил полный рот слюны.

В душе он был еще больше благодарен за то, что не нажил себе врага в лице Председателя Торговой палаты и остальных.

"Ааа ......"

Ву Цзунжэнь чувствовал себя так, словно его горло, пищевод и желудок горели, от боли он катался по земле.

Он потянул руку в рот, чтобы вытащить оттуда горящую сигару, но безрезультатно .......

Эмоциональный интеллект этого дурака был намного хуже, чем у Лю Ву Чжо.

Если бы он пришел сюда, чтобы извиниться перед Чу Яном и дать обещание и компенсацию, чтобы помочь восстановить семью Цинь, тогда все было бы хорошо.

Однако он был слишком глуп, начав грубить и угрожть Шан Сихаю и семье Цинь.

Кто такой Шан Сихай?

Он был председателем Торговой палаты "Сихай", королем преступного мира в городе Тяньхай!

Неужели Ву Цзунжэнь действительно думал, что все в этом городе Тяньхай будут бояться семьи Ву?

От сильной боли лицо Ву Цзунжэнь стало жутким и искаженным, он смертельно уставился на Чу Яна и Шан Сихая, скрежеща зубами.

"Шан Сихай, ты сукин сын, я могу гарантировать, что семья Ву никогда не отпустит тебя ......".

Глаза Шан Сихая вспыхнули убийственным намерением, и он холодно произнес.

"Возьмите его и закопайте!"

После приказа, Цзянь Цзин Фэн с холодным лицом вышел и потащил Ву Цзунжэня.

Как раз в этот момент раздался мрачный голос.

"Хотел бы я посмотреть, кто осмелится прикоснуться к нему сегодня!"