Мир шиноби — это некогда жестокое и кровавое место. В ней не было места сентиментальности или любви. В ней были только злоба и жадность людей. За эти долгие годы формирования общества и государств, мир повидал четыре великие мировые войны. И в каждой была боль и отчаяние. Однако… последняя всё же отличалась от остальных, хотя бы тем, что в ней люди объединились против общей угрозы всему миру.

Забавно наблюдать за тем, как люди задумываются над тем, как же объединить все страны мира. И лишь немногие начинают копать под самое сокровенное чувство человека. Страха — он повелевает нами, заставляет идти на уступки, если стране или отдельному индивиду угрожают смертью. Никто не хочет умирать… и это факт, это сущность людей и всех живых организмов — выжить любой ценой.

Прошло много лет с тех пор, как закончилась четвёртая мировая война, и сам герой уже не был похож на того молодого юношу, что готов был сразить богиню чакры. Теперь он был уставшим, рассеянным и всегда работающим Хокаге. Кто бы мог подумать, что мечта детства окажется столь рутинной работой? Однако он не жаловался на это, а стабильно работал и руководил деревней, понимая, что он сам выбрал этот путь и отступаться нельзя.

Сейчас у него было дел по горло (как и всегда), однако связано это было также и с недавним нападением иноземцев из другого мира. Момошики прибыл сюда чтобы забрать плод чакры, однако вместо него обнаружил процветающую цивилизацию, что смогла победить Кагую. И как мы знаем в итоге, дуэт двух легендарных героев и четвёрка Каге, смогли дать достойный отпор родственнику Кагуи. Финальный же удар нанёс Боруто Узумаки, тем самым закручивая проклятую судьбу, которую он ещё не раз будет проклинать.

— Что насчёт странностей в небе? Ещё не было ничего сверхъестественного на нашей территории? — спросил Наруто, в то же время читая один из дюжины отчётов.

— Пока нет, — ответил Шикамару поднося к столу ещё кучу бумаг, — мы держим постоянную связь между другими странами и как только кто-нибудь что-нибудь засечёт, нас тут же оповестят об этом.

— Надеюсь они были последними… и всё же осторожность не помешает. Кто знает, может быть они были лишь разведчиками, и возможно кто-нибудь, да явиться к нам чтобы узнать, что произошло с их товарищем.

Наруто был встревожен, словно чувствовал, что тот долгожданный мир который он до этого дня удерживал, начал потихоньку давать трещины. Ведь прибытие Ооцуцуки означало то, что человечество не только может встретить равного по силе с Кагуей врага, но ещё и поселить страх в деревнях и странах. Столько лет люди жили в сравнительно мирное время, но как оно и бывает, это не могло продолжаться вечно.

Шиноби нынешнего поколения слабее чем раньше, оно и понятно. Никаких войн, все наоборот сотрудничают и всё больше требуются навыки, не связанные с шиноби. Новые технологии, также облегчают труд и, например, если для использования техник, раньше нужно было тренироваться до седьмого пота, то теперь без проблем их может использовать даже самый обычный гражданский, который даже чакрой то управлять не может.

— Надеюсь это не повлечёт за собой ничего катастрофичного… — с тревогой в сердце, высказал Наруто.

Прошло уже несколько дней с нападения Ооцуцуки, Боруто после возвращения, сразу же приступил к выполнению разного рода миссий, его протектор вернули, а экзамен на чунина перенесли на неопределённый срок. Это нападение и победа над врагом стали для него одним из важных событий в жизни. Он кое-что узнал об отце и уже не так сильно злился на него, хоть продолжал недолюбливать пост Хокаге. Так как считал, что он лишь мешал отцу, и никак не понимал, почему же другие его сверстники так желали получить этот пост.

Однако самого блондина сейчас волновал не пост Хокаге, а последние предсмертные слова Момошики… В тот момент, кажется остановился ход времени, и тогда он заговорил с ним, не как враг, но и не как союзник. «Твои голубые глаза однажды выжмут из тебя всё». Боруто не понимал, что имел ввиду Момошики. Неужели его глаз каким-то образом может навредить ему самому?

— Как мне быть? — вслух подумал Боруто.

— Ты о чём это? — спросил недоумевающий Шикадай, обернувшись назад.

— Неважно — ответил Боруто, вздыхая.

Он шёл вместе с друзьями, после успешно проведённой миссии. На ней им нужно было помочь с доставкой цемента на место стройки. Это заметно так помогало работникам с восстановлением арены для будущего экзамена.

Всё вроде как начало приходить в норму. Миссии, прогулки с друзьями, дом и тренировки (иногда если повезёт вместе с дядей Саске). Раньше он и не замечал, как же всё-таки ему повезло с жизнью. Отец по словам матери всё своё детство прожил один, и Узумаки младший постепенно осознал то, что всё же его придирки к отцу были не совсем справедливы. Хотя это и неудивительно, всё же его семья была с ним с рождения, вот он и не понимает, как же это тяжело, когда ты один, да ещё и ребёнок.

Друзья, а также его команда начали замечать, что Боруто после возвращения из портала, стал каким-то другим. Более закрытым, задумчивым и рассеянным. На его лице всё реже появлялась искренняя улыбка, заменяясь более фальшивой, с помощью которой он усыплял волнение среди друзей, чтобы они не мешали ему, своими ненужными расспросами. На миссии он вёл себя максимально собрано и без лишних вопросов делал то, что ему велели. Это также не входило в привычный образ Узумаки, ведь он как и отец в юношестве, не любил делать всё по инструкции.

— Боруто, что это с тобой происходит? — спросила Сарада, подсев к нему за стол в его излюбленном месте, где он обычно кушал бургеры. — Ни с кем не говоришь, смотришь в окно и о чём-то думаешь… Не похоже на тебя. — в её голосе слышалось замешательство.

— Уже и подумать, блин, нельзя? — раздражённо кинул он, — Просто настроение у меня такое, раньше что ли не замечали?

Друзья переглянулись между собой, как бы показывая что «Нет дружище, такого раньше с тобой не было, тут явно какая-то ошибка и возможно ты не наш Боруто!»

— Слушай, может тебе чизбургер купить, думаю ты сразу в себя придёшь! — предложил Ивабе.

— Чего вы вообще ко мне пристали то? Можете просто оставить меня в покое?! — взъелся вдруг Боруто.

— Ребята, может реально не надо его сейчас трогать? — вклинился Шикадай.

Вот кто действительно его понимал. Шикадай как и его отец, очень умело анализировал людей, и Боруто не стал исключением, ведь он с ним дружил с самого раннего детства.

— Дайте парню то передохнуть. — продолжил сын главного Советника Хокаге. — Посмотрел бы я на вас, после сражения с существом, что равных дралось с Седьмым.

Все виновато глянули на Боруто, а после извинились. Всё же и правда… зачем его трогать? Может и само пройдёт. Ведь не зря говорят: «Время — лечит». Боруто же в свою очередь благодарно посмотрел на Шикадая, хоть кто-то понимал его.

После тренировок, которые продлились аж до самого глубокого вечера, Боруто решил пройтись домой в гордом одиночестве. Настроение было каким-то не таким. Он пытался понять в чём же дело, разве могут на него повлиять те слова, так сильно? Но нет… что-то в них было скрыто. Он хотел понять смысл сказанных слов бледнолицым ублюдком, и именно это любопытство полностью отгоняло прежнее состояние юного Узумаки. Чувство недосказанности, вот что это было. И в попытке унять это раздражающее чувство, он тренировал себя меткостью сюрикенов. Хоть это не так сильно помогало душевно, но в качестве прогресса в самом метании холодного оружия, прибавило опыта.

— Чёрт, будь проклят этот говнюк белобрысый… — прошипел Боруто. Снова вспоминая Момошики.

Вечерело, жаркий день постепенно превращался в прохладный вечер. Улицы постепенно начали освещаться разными вывесками, прожекторами и всему тому, что во время отца наверное, считалось чем-то новым и необычным. Боруто глянул на монументы Хокаге и взглядом зацепился именно на четвёртом. Дедушку он никогда не видел лично, да и отец никогда не говорил виделся ли он сам с ним… Наверное это так паршиво, когда ты даже не знаешь какой голос у твоего отца…

«Твои голубые глаза выжмут из тебя всё» снова зазвучал голос этого ублюдка в голове Боруто.

— Боруто, о чём ты весь день думаешь? — вдруг прозвучал столь мягкий и знакомый голос.

— Мицуки! — обернувшись воскликнул Боруто, — Чего так пугаешь то…

— Извини, я не решался подойти к тебе, так как думал, что помешаю твоей усердной тренировке. Ну так… о чём ты думаешь?

Этот парнишка был странным. Нет, конечно он хороший товарищ и всегда прикрывает если надо, но чёрт возьми, иногда Боруто казалось словно он и не живой вовсе, а кукла, которая имитирует человека.

— Ни о чём, просто разные мысли в голову лезут, вот и всё. — ответил уклончиво Боруто.

— Правда? А мне кажется, ты думаешь о чём-то странном и это что-то, связано с пребыванием в портале. Ты ведь такой стал после того как вернулся обратно. — предположил Мицуки, как обычно умён и догадлив.

— Не бери в голову Мицуки. Да и мне сейчас как-то не до бесед. Я домой…

Это неимоверно начинало бесить его. Каждый обязательно должен блин знать, чего это он такой задумчивый, как будто блин он обязан им изливать свою душу. Если проблема его, то и решать он должен сам. И не нужна ему помощь…

Дойдя до дома, он как обычно оповестил об этом, как-то вяло крикнув:

— Я дома!..

Послышался топот с верхнего этажа и Боруто уже знал, кто это. Через несколько секунд на него навалилась сестрёнка, крепко обняв за талию и глядя на него снизу-вверх. Широко улыбнувшись она поприветствовала его.

— И тебе привет сестрёнка, — впервые за день улыбнувшись ответил Боруто.

Вот кого он любил и немного опасался. С тех пор как она впервые проявила свой бьякуган прошло немного времени. Но с тех пор он понял, что сестра ему никогда не сделает больно. Даже умышленно, ведь она любила его и дорожила им, а он в ответ готов был защитить её от любого косого взгляда или того хуже — удара.

— С возвращением, сынок! Что-то ты начал частенько поздно приходить, случилось чего? — выйдя с кухни, спросила мать семейства, попутно вытирая руки кухонным полотенцем.

— Да нет, что ты, — ответил Боруто, сняв сандали. — просто стараюсь усердно тренироваться, чтобы стать ещё сильнее.

— Раз так, то это очень хорошо. Думаю ты сильно проголодался, давай иди мой руки и быстренько к столу, ужин уже стынет. — улыбнувшись проговорила Хината.

Мама всегда была с ним не так строга как надо. Не хватало ей какой-то уверенности и банально жёсткости по отношению к нему. Да, конечно, бывали моменты, когда она показывала ему насколько она может стать страшной, но больше подзатыльника и непрямой угрозы, ничего не было. С ним ей всегда было тяжко, характер всё же у Боруто был как у отца. За таким ребёнком нужен глаз да глаз, а когда появилась Химавари, всё стало гораздо сложнее.

— Я не голоден, устал очень. Пойду прилягу. — поднимаясь по лестнице ответил Боруто. — завтра ещё одна тренировка уже с братишкой Конохамару, поэтому нужно хорошенько отоспаться.

Хината хотела было остановить его и всё же настоять на том, чтобы тот поел, но не решилась. Взгляд его был каким-то пустым и вряд ли это привело бы к чему-то хорошему.

— Ну как скажешь… Но чтобы завтра, съел весь завтрак!

— Хорошо!

Он закрылся в своей тёмной комнате и сразу же рухнул на кровать. За эти недели много чего ему открылось… Причём не с самой очевидной стороны. Как только он начал снова ходить на миссии и выполнять тренировки (в основном по метанию сюрикенов), на одной из них, он заметил странный ромб на своей правой руке, в какой-то момент, он даже сверкнул голубым светом. Боруто не решился говорить об этом с отцом, так как обида за тот день, когда он внезапно для себя открыл якобы «Бьякуган» ещё не остывала. Тогда ночью, после позорной наглядной проверки, в ходе которой Ханаби отдубасила его, он поклялся себе, что, если с ним приключится что-то ещё, он будет это решать сам. Без помощи отца…

— Что же со мной происходит?.. — тихо спросил в пустоту Боруто, а после закрыл глаза, мгновенно провалившись в сон.

Перед ним мелькали образы… Странные образы его товарищей, но вот только… они были другими. Точнее более взрослыми. Разум мутило из стороны в сторону не давая сосредоточиться на собственных мыслях. И вдруг после яркой и столь болезненной вспышки, он увидел перед собой отца. Наруто лежал окровавленный у него на руках. Его глаза были стеклянными и сам он уже не дышал. Его живот был распорот, словно из него насильно вытаскивали что-то… Блондин ощущал, как к горлу начал подступать ком, а по щекам потекли горячие слёзы. Боруто чувствовал неимоверную горечь и глубокую, впивающуюся прямо в сердце злобу.

Коноха была в руинах, монументы лиц всех Хокаге, что он когда-то разрисовывал ради того, чтобы привлечь внимание отца, были в руинах… Лицо отца раскололось на две части и сейчас лежало возле порушенной резиденции Хокаге. В небе сияло что-то огромное и переливающееся в синие и голубые цвета… Кажется это было какое-то кольцо, словно портал в иное измерение… Над деревней или точнее сказать — над тем, что осталось от неё, летали люди или же подобие людей, что сильно напоминало недавно напавших Ооцуцуки с их бледно-белой кожей. Они высматривали выживших и без колебаний убивали, каждого… Будь то ребёнок или старик, они не жалели никого.

— Хватит… — всхлипывая стонал, Боруто. — Остановитесь, прекратите!!!

Вдруг перед глазами вновь образовалась вспышка, но на этот раз она словно вывернула тело Боруто наизнанку и скрутило как бельё, после стирки, выжимая из него все соки. Он не в силах вытерпеть это, начал кричать. Отчаянно мотать головой, умоляя Бога, Шинигами или других божеств, прекратить это мучение.

Боруто распахнул глаза, резко привстав с кровати. По щекам обильно ручьём текли слёзы. Перед глазами всё ещё мелькал образ стеклянных глаз отца и его распотрошённый живот… Он не мог в это поверить, настолько всё это было реалистично.

— Прекратите… — бессильно, задыхаясь в слезах, простонал он. Прикоснувшись ладонью к щеке, Боруто краем глаза заметил что теперь на его правой руке расползлась какая-то странная татуировка светясь голубым оттенком. — Ч-что?..

Подойдя к зеркалу, что было прикреплено к шкафу, он воочию увидел, что метка на его руке, которая раньше была лишь серым ромбом на ладони, переросла в особые узоры, что тянулись по всей руке к глазу, обрамляя его. Сам же глаз, стал таким же, как и в то утро, когда он вдруг подумал о судьбе избранника. Глаз не был Бьякуганом, хоть и был отчасти схож с ним. Если у мамы и Химавари, он был белым как молоко, окружённый вздувшимися венами, то у него самого, глаз отдавал более голубым оттенком, а также белок глаза затемнялся, чего не было у Бьякугана. Да и вздувшихся вен также не наблюдалось, а ведь это главная визуальная активация.

В ту ночь, когда он впервые обнаружил у себя этот странный глаз, ему также приснился сон… Но там не было ничего подобного, как сейчас. Это не было похоже на кошмар. В тот раз было скорее напутствие? Возможно.

Закрыв левый глаз, Боруто осознал, что теперь видит всё, как и тогда… Стены будто бы теперь были полупрозрачными, так ещё и в столь тёмной комнате, всё было так хорошо видно. Он вдруг подумал: так ли видят обладатели Шарингана и Бьякугана?

По глазам уже перестали бежать слёзы, приступ прекратился, оно и к лучшему. Не пристало парню, реветь, так ещё и из-за какого-то сна… Но сон ли это был? Боруто всё ещё сомневался в том, что это был очередной кошмар, который забывался на следующий день. В этот раз даже ощущения были другими, не такими как раньше. Да и метка пробудилась, чего раньше не было. И вот теперь была проблемка… как её обратно то спрятать?

Она конечно круто выглядит, — подумал Боруто, — но расхаживать с этим довольно странно.

Да и у семьи возникнут вопросы, а он этого не хотел.

После того случая, когда он облажался, Боруто уяснил для себя, что прежде чем что-то говорить, нужно самому это изучить и понять. Да и внутренняя чуйка, подсказывала ему, что смерть отца в кошмаре, может быть как-то связано с реальностью…

Своим правым глазом, он вдруг заметил, как к его комнате тихо подходит Химавари, и похоже сам Боруто или же его внутренняя тревога, заставила деактивировать как саму метку, так и глаз. Метка сначала почернела, а после начала увядать, возвращаясь в свою изначальную форму.

— Братик, всё хорошо? — спросила вошедшая Химавари.

В комнате было темно, Боруто так и не включил свет, и похоже это его и спасло от обнаружения самой метки, что по прежнему возвращалась к изначальному ромбу на ладони. Химавари взглянула на выключатель и нажала на него. Комната тут же осветилась и Боруто морщась от внезапного яркого света, ответил:

— Да, у меня всё хорошо, Хима. Просто хотел воды попить…

— Я слышала как ты плачешь, — ответила она. — с тобой всё нормально?

— Что за глупости, Хима? Разве я могу плакать? — усмехнувшись ответил Боруто, пытаясь тем самым переменить настроение сестрёнки.

Он не хотел, чтобы она знала про это, не из-за того, что он плакал, а скорее из-за причины, почему он плакал. Разрушенная Коноха, смерть отца и друзей, это не самое лучшее что он мог рассказать ей. Да конечно можно и солгать, но в голову ничего не лезло путного, поэтому он решил, вообще скрыть тот факт, что он проливал слёзы по какой-либо причине.

Хима взглянула на него, немного нахмурив бровки, от чего Боруто даже немного опешил, так как она так на него смотрела, лишь в моменты какой-то неприязни.

— Ты врёшь, братик… — ответила она, — я тоже плачу иногда, и ты братик тоже плачешь, я знаю. Это ведь не плохо, это нормально…

Удивительно насколько она была проницательна. Боруто никогда ещё не видел её такой… Серьёзной и в то же время поникшей, она пыталась его успокоить, но по своему.

— Ты права… я и правда плакал. — ответил сдавшись Боруто, — мне приснился кошмар. — задумчиво продолжил он.

— Кошмар? — немного встревоженно повторила она, — Наверное страшный, раз ты заплакал.

— Очень… — он опустил взгляд, а после тяжело вздохнув ответил, — но это ведь просто кошмар, и сейчас мне гораздо легче. Спасибо, что пришла меня поддержать сестрёнка.

Боруто ощущал от неё тепло и помощь, в которой так нуждался. И теперь это видение или ещё что-то, не казалось ему чем-то действительно ужасающим. Появилось даже ощущение, что он сможет справиться с этим. Главное держать себя в руках.

Он не удержался и крепко прижал её к себе, мысленно проговаривая богу: господи, не дай ей уйти раньше положенного срока. Эта девочка должна жить и умереть в глубокой старости в окружении семьи и внуков.

После объятий, он ещё немного поболтал с ней, чтобы окончательно избавить её от каких-то грустных мыслей по поводу её никудышного старшего брата. Всё же его проблемы не должны были расстраивать сестрёнку, он ощущал от подобного, только грязь и беспомощность. По мнению блондина, всё же решать свои проблемы нужно самому, и никто из семьи не должен их разгребать и принимать соответствующее настроение.

Проводив её до своей комнаты, он уложил Химу в кровать, пожелав напоследок спокойной ночи. Та улыбнулась и закрыла глаза, уткнувшись носом в одеяло.

— Спи спокойно… — прошептал он, а после выключив свет, вышел.

Блондин решил также проведать комнату родителей. Возможно старик вернулся… Хотя он на это и не надеялся, всё же сейчас у него работы даже больше чем прежде из-за этого чёртового нападения.

Мама спала… боже, странно что только сестрёнка услышала как он плачет. Похоже она устала раз не услышала этого, оно и понятно, работа по дому, так ещё и заботы с Химавари… наверняка это тяжело.

Вернувшись в свою комнату, он лёг в кровать и попытался уснуть. Однако было уже поздно снова ложиться. Сон как рукой сняло, да ещё и после подобного сна, оставалось только одно — думать. Это у него не очень получалось, но всё же.

Как ни крути, а вспомнить нужно было, что именно он видел. Какой бы жестокой или болезненной та картина не была. Во-первых — разрушенная Коноха. Это поистине что-то ужасное и шокирующее. Никогда бы он не поверил, что такое возможно, если учитывать, что деревня Скрытого Листа, это самая сильная и защищённая деревня из всех пяти стран. Похоже что-то случилось. Этот сон явно был не из обычных и не каким-нибудь бреднем. Он ощущал себя, словно он и правда был там. Даже сейчас… эти ощущения не покидали его. Если так посудить, их прибыло сюда только двое, но что если они не последние гости? Наверняка сюда захотят прилететь и другие, и не факт, что в следующий раз придут только двое, а не десять или двадцать, например. Хреново дело… ведь с Момошики еле справились Наруто с Саске, что же будет когда их станет ещё больше?

— Папа… — с тревогой на душе, вдруг произнёс Боруто.

Силуэт до сих пор мелькал перед его глазами, а запах крови всё никак не хотел отставать. Боже и это второе — смерть отца. Он не мог поверить в то, что его отец, мог погибнуть. Папа ведь считается самым сильным Хокаге, даже дядя Саске признал его как сильнейшего. И какой же монстр должен был появиться, чтобы одолеть его?

— Пожалуйста, пусть это будет просто кошмаром… — взмолился Боруто, сжимая одеяло.

Та странная штука в небе, также привлекла его внимание. Он не понимал, что это, но кажется внутри неё он видел что-то… напоминающее иной мир или что-то подобное. Возможно оттуда и прибыли все те летающие ублюдки, которые убивали людей под обломками. Похоже что портал был создан аккурат над Конохой, чтобы сокрушить её внезапной атакой, и тем самым, заставить сильную единицу этого мира, пасть самой первой.

Что ещё сильнее его удивляло, так это новообретённая сила. Раньше он думал, что этот глаз возможно Бьякуган, но теперь… Нет это было что-то иное, ранее не виданное. Ведь до этого его глаз смог увидеть тёмную ауру, насылаемую сверхъестественным существом из иного измерения, что не мог например — Шаринган, а это значит, что свойства у этих глаз разные. Также если вспомнить, то он мог даже открывать порталы в те миры, и это также не свойственно ни Бьякугану, ни Шарингану.

— А ещё эта метка… — выставив перед собой ладонь, высказал Боруто, — она тоже странная… И появилась после того, как я одолел Момошики. Это возможно как-то связанно и мой глаз также реагирует на неё, или наоборот, эта метка вступает в связь с моим глазом… Не понятно.

Закрыв глаза, Боруто всё же провалился в царство морфея. На этот раз сон был обычным и спокойным.

Кто бы мог подумать, что земляне окажутся не единственными разумными существами в этой вселенной… Более того, жители земли даже не осознают, что живут и пользуются лишь тем, что обычно забирают настоящие хозяева. Словно собирая урожай, они заглядывают в «сектора» и убивая всех, накапливают необходимое им топливо для собственной нужды.

Где-то в другой галактике, на одной из тысячей безжизненных и давно убитых не естественным образом планет, располагалась одна — великая и устрашающая планета, что стала домом для божеств, перемещающимися между планетами, попутно сжигая всё живое на своём пути. Они называли себя Ооцуцуки, но… это не было фамилией одного лишь клана. Нет… скорее, это был их вид, как существ. Они не могли называть себя людьми, они были больше чем просто люди. И Ооцуцуки лишь закрепилось как данность их расы.

Сотня городов на этой огромной планете кипело, но не жизнью, а смертью. Каждый божий день, Ооцуцуки сражались между собой, а те кто не делал этого, скорее всего, либо придумывал какие-нибудь хитрые авантюры, чтобы занять более высокую должность, либо же совершенствовали способности, более гуманным способом.

Главное здание столицы страны их мира, было огромным и величественным. Это было единственным местом, где запрещалось какое-либо открытое сражение между жителями города. Там они могли передохнуть и в конце концов, просто начать жить. Но… это редко когда происходило, так как их раса издревле привыкла к сражениям, из-за чего это отразилось даже на их геноме, даруя колоссальные способности к уничтожениям с раннего возраста.

Здание что напоминало собой нечто походящее на древние горы, но таковым не являющимся, считалось одной из великих построек. Оно было создано родоначальником сильнейшего клана, что гордо присвоил себе имя их расы, как фамилию. Показывая тем самым, что их клан сильнейший на этой планете. Помимо главного рода, были и другие ответвления, однако они были на несколько ступенек ниже по силе основного. Оно и не удивительно… Ведь мощь прародителя, была настолько сильна, что по легендам он мог одним взмахом руки, уничтожать не просто планеты, а целые вселенные. Однако это лишь легенды и никто из ныне живущих его главных потомков, так и не смог достигнуть мощи первородного Ооцуцуки.

Зал для приёма гостей был раскошен, как и всё в этом месте. Величественные статуи, колонны из драгоценных камней, ковры сотканные из самого дорогого хлопка, всё это показывало насколько влиятельна и богата — главная ветвь.

На огромном рабочем столе, располагались разного рода источники информации, от небольших закруглённых флешек, до особых монолитных, небольших заострённых минералов, что также носили в себе особую информацию от разведчиков. Также над столом, располагались огромные мониторы от которых отходили толстые трубки, что уходили куда-то под стол. Через них, секретарь мог анализировать, а также следить за процессом сбора «урожая». Всё же, были прецеденты из-за которых пришлось усилить меры осторожности, чтобы свести все риски к минимуму.

За этим причудливым и внушительным столом, сидел мужчина, прикладывая подбородок к своей руке. Белые густые волосы были заплетены особыми золотыми украшениями, что показывали его значимость. Небольшой рог выступал из левой части лба, которым он частенько любил поиграть пальцами.

На столе что-то замигало. Фиолетовые глаза тут же метнулись в сторону свечения и чуть посидев, он всё же нажал на кнопку. Тут же перед ним открылись двери, через которые прошёл весьма тучный Ооцуцуки, что сразу же поклонился перед тем, кто сидел за столом.

— Говори. — мягким голосом, прозвучал секретарь.

— Я прибыл по приказу сенсорного сектора. Они доложили о том, что Момошики, которого отправили в сектор-22110 возможно был убит, как и его сопровождающий. — отрапортовал прибывший, поклонившись.

Секретарь, что до этого был умирающе-скучающим, вдруг приобрёл нотки живности. Он тут же выпрямился и казалось его дыхание сбилось от столь внезапной и шокирующей новости.

— Что? То есть как это убит?!

— Сенсоры доложили, что неизвестные сгустки энергии вдруг вызвали необычный скачок, а после присутствие Момошики исчезло. Они сказали, что возможно на той планете, за такое долгое время без вмешательства Ооцуцуки, появилась сильная раса, что смогла дать отпор.

Секретарь задумчиво приложил пальцы к губам, лихорадочно думая о том, что же ему делать… как поступить? Тот сектор был одним из самых отдалённых, если не самым дальним. Он занимал должность секретаря уже как пятьсот лет, но… Слышал лишь из отчётов о том, что известно об этом богом забытом секторе. Главенствующий клан надолго забыл о нём, откладывая сбор урожая в долгий ящик. Из отчётов было ясно, что туда отправилась Кагуя Ооцуцуки, одна из дочерей главы клана, дабы вырастить плод энергетического ресурса, что так нужен родной планете их расы. Так как она являлась довольно странной личностью, отец позволил ей это сделать, но не ради ресурсов, а дабы уберечь свой род от её «вредных» взглядов на мир. Как ни странно, но даже когда пришла новость о том, что присутствие Кагуи в том секторе исчезло, глава решил не разбираться в этом, сочтя подобное подарком судьбы. И вот теперь, даже когда туда отправили одного из лучших воинов клана, оказалось, что он также исчез с радаров, это уже было предлогом для беспокойства.

— Вот же вырастили беду себе на голову… — устало выдал он, — хорошо, можешь идти, дальше я сам разберусь.

Гонец поклонился, а после сразу же исчез за захлопывающимися дверьми.

— Похоже нужно будет оповестить главу об инциденте. Он и решит что делать дальше… Что же за монстры там, раз смогли победить Момошики? — с тревогой вопросил он.

Боруто проснулся от лёгкого тыканья пальцем в щёку. Разлепив голубые глаза он увидел над собой сестрёнку, что похоже будила его.

— Хима… встаю, встаю… — обессиленно ответил он, потирая глаза.

— Доброе утро, братик! — улыбнувшись хихикнула она.

— И тебе того же… — приподнимаясь с кровати, ответил он.

Утро проходило как обычно. Умывшись и почистив зубы, Узумаки младшие спускались вниз. Отец уже также сидел за семейным столом, широко зевая и потирая сонные глаза. Боруто глядя на него, думал: какой же из тебя Хокаге, прости на милость? Уж слишком жалко сейчас выглядел отец и не было в нём той серьёзности, когда он сидел перед ним за своим излюбленным столом Хокаге.

— Ого, я удивлён, что ты успеваешь вообще поспать дома. — пробурчал Боруто, усаживаясь рядом с отцом.

— Сам удивляюсь, — ответил тот, морщась, — дел невпроворот, но клоны всё же спасают меня.

— Ты только не переусердствуй с клонами, а то так и до истощения недалеко… — встревоженно сказал Боруто, вспоминая то, как его резко окатило усталостью после двенадцатичасового марафона тренировок вместе с клонами. Тогда он знатно так офигел от вдруг напавшей на него нагрузки трёх исчезнувших клонов.

— Ничего… я уже привык.

Мама уже заканчивала готовить яичницу, попутно варя кашу. Хима не без энтузиазма помогала своей маме, подавая еду своему отцу и брату, те в свою очередь хвалили её за такую безмерную помощь матери. Удивительно сколько энергии в этой маленькой девочке…

— Бери с неё пример Боруто, — кладя себе в рот кусок яичницы, проговорил Наруто.

— Когда я ем, я глух и нем… — ответил Боруто, также приступив к завтраку.

Уплетая еду за обе щеки, Боруто попутно также думал о том, какое же задание ему дадут сегодня… Всё же до этого были не очень сложные задания, да и те связанные скорее с помощью постройки новой арены для экзамена на чунина. Он также думал и о своей новой силе, о которой толком ничего не знал, — да что там — он даже банально не знал как глаз то активировать, не то, чтобы пользоваться им.

— Пап, скажи, а какую миссию, я буду выполнять сегодня? — с интересом спросил Боруто.

— А? Ну, я вчера вечером думал об этом… В общем узнаешь на месте. — загадочно улыбнувшись, ответил он.

— Эй, так не честно! — толкая отца и пытаясь выведать, что же всё-таки за миссию он им дал, запротестовал Боруто.

— Боруто, ешь быстрее, а то так опоздаешь, — поторопила Хината своего сына, забирая тарелку у мужа, — твой отец уже закончил.

— Хорошо… — ответил он, прибавив скорости к поеданию.

Закончив с завтраком, он надел свою тёмно-красную ветровку и выбежал на улицу, решив не дожидаться отца, а узнать о миссии вместе со своей командой. Боруто уже догадывался, что возможно их миссия наконец будет проходить за пределами деревни и возможно даже, это какое-нибудь сопровождение.

Прыгая по зданиям, он мельком оглядывал окрестности деревни, что теперь больше напоминала какой-нибудь современный город. Всё же язык никак не поворачивался сказать, при виде всего этого — деревня.

Везде кипела жизнь, даже в такое раннее утро… Начинали открываться торговые лавочки, цветочные магазины, кафешки и тому подобное. По улице начинали гулять как дети, так и семьи, что вышли для того, чтобы насладиться прекрасным утром. Также юные генины выбирались из своих домов спеша на места сбора для получения новых миссий, каждый рвался вперёд, пытаясь добраться до места встречи первым.

Глядя на всё это, Боруто подумал: какой был отец, в моём возрасте? Забавно что он начал задумываться об этом лишь недавно. До этого, он всегда если и думал о прошлом, то только ради того, чтобы разузнать его слабые места. Однако сам он, как личность, его не привлекал, и только сейчас Боруто понял, что ему хочется узнать отца поближе, ни как, отца или хокаге, а как — человека. Понять то, как он стал таким и почему.

Добравшись до места встречи, а именно возле резиденции Хокаге, он обнаружил что там уже стояли как Сарада, так и Мицуки. Братишки Конохомару всё ещё не было.

— Привет ребята, — помахав им рукой, крикнул Боруто, улыбнувшись.

— Явился наконец, — буркнула Сарада.

— Привет Боруто — со своей обычной спокойной манеры речи, поприветствовал его Мицуки.

— Да ладно тебе Сарада, сенсея тут ещё нет, а это значит, что я не опоздал. — заметил Боруто, — да и отец позже меня вышел из дома, у нас ещё полно времени.

— Даже если и так, ты же знаешь что мы собирались встретиться в семь тридцать, а ты во сколько явился? Почти без половины восемь уже.

Сарада всегда была трепетной и точной к задачам и терпеть не могла вот таких растяп как Боруто, считая что подобным образом он портит репутацию ниндзя, делая вид словно он какой-нибудь школьник, а не обучающийся сражаться шиноби.

— Ну извини, извини… — почесав затылок, невинно улыбнулся тот.

— Похоже ты сегодня в хорошем настроении, Боруто, — заметил Мицуки, — вчера ты был как не в своей тарелке.

— Да, не знаю даже, что на меня нашло, ты уж извини, если обидел чем-то.

— Всё нормально, меня трудно чем-то обидеть.

Мицуки ощущал к Боруто некую привязанность. Считал того, важным человеком для самого себя, так как видел в его поступках нечто большее и потому, старался быть рядом. В этих простодушных глазах, он видел искреннюю отрешённость от мира всего, он был похож на него самого, хоть и был более смелым в решениях. Всё же ему нужен был объект для подражания, хоть он и понимал, что собственные поступки и мнение тоже нужно иметь.

Позади них вдруг образовался Конохомару, который начал тут же извиняться за опоздание, услышав нервозные замечания собственных учеников. Попытки оправдаться ничего конечно же не дали.

— Ну ладно, идёмте, думаю Седьмой нас уже заждался. — серьёзно проговорил Конохомару.

— Ага, как же, небось пытается не уснуть… — съязвил Боруто.

— Молчи уж, кретин. — шикнула на него Сарада.

Уже в кабинете самого Хокаге, они стояли вчетвером перед седьмым и его советником Шикамару Нарой. Человеком он был хорошим, рассудительным и умным, всегда предлагал свои идеи насчёт тех или иных политических решений и всё в этом духе. В общем, если бы не было Шикамару, думается Наруто просто бы задохнулся под кучей бумаг и документов.

— Приветствую лорд Седьмой — поклонившись, сказал Конохомару.

— Да, и тебе тоже привет… — устало ответил Наруто, — что ж, сегодня для вас будет довольно необычная миссия, и она будет решающей, будете ли вы и дальше получать подобного рода миссий или же придётся вернуться к изначальным. Хоть вы и генины, но на экзамене показали себя довольно хорошо. Конечно церемония была прервана атакой врага, но ничего страшного, как только отстроим арену, вы пройдёте дальше и получите официальный документ о повышении в звании.

— Ну не тяни же пап! — раздражённо поторопил Боруто.

— Боруто! — тут же повысил голос Конохомару.

— Ваша миссия заключается в передаче особого документа шиноби скрытого песка, они будут вас ждать на границе.

— Доставить документ? — спросил Боруто, — и это всё?

— Не думай, что всё так легко, Боруто, — нахмурившись проговорил отец, — документы очень ценные и возможно на вас нападёт террористическая группировка. Нам так и не дали понять кто они, однако они уже попытались отбить свиток, но в тот раз шиноби телепортировали его обратно в Коноху, их самих мы так и не смогли найти. На этот раз, я надеюсь подобного не случится…

Перед тем как начать задание, ребята должны были собрать необходимые вещи. Так как добираться до границы на своих двоих занимало где-то день, если не два. Боруто был в отличном настроении, наконец-то ему удастся по-настоящему сразиться с кем-то прямо на задании. Конечно он также понимал, что это довольно ответственная работа и нужно быть предельно собранным. И всё же он не мог сдержать свои эмоции, тут и там напевая себе что-то под нос.

— Вам дали задание о передаче свитка? — удивилась Хината, — А не рановато ли? — обеспокоенно спросила она.

— Отец вообще-то нам его дал. Значит он решил, что я готов к подобному. — ответил улыбчиво Боруто. — Не волнуйся мам, всё будет хорошо. Нам надо просто донести свиток, чего тут такого?

— Ну раз уж отец решил, то думаю он знает что делает. — и всё же в её голосе слышалась неуверенность, словно её этот факт не очень-то убеждал.

Боруто решил взять с собой лишь подсумку сюрикенами и два чизбургера, так как питаться чем-то нужно было. Конечно мама настаивала, чтобы он взял ещё кучу всего ненужного: от одеяла, до целой палатки. Однако еле как заболтав её, он быстро выбежал наружу, направляясь к главным воротам.

На выходе из деревни команду уже ждали шиноби, что должны были передать им особый свиток. Однако никто им так и не пояснил что в нём такого особенного, просто дали задание донести его до границы. Что не редкость, шиноби в большинстве своём случае не должны задаваться вопросами. Раз дали задание, то уж будь добр выполнить его, а не расспрашивать о том, зачем это надо.

Команда номер семь, получив свиток, сразу же незамедлительно отправилась к границе. Наруто конечно волновался за их благополучие и потому долгое время колебался насчёт того, стоит ли давать это задание именно им. Но в конце концов, на решение повлиял Саске, высказавшись насчёт способностей Боруто.

— Ты слишком сильно о нём волнуешься, я понимаю, что он твой сын и ты беспокоишься о нём. Но ему нужен подобный опыт, им всем он нужен. Сейчас Боруто только-только начал осознавать реальность и, если ты продолжишь его закидывать этими безобидными заданиями, он вновь вернётся к своему изначальному состоянию и будет топтаться на месте. Не забывай что вместе с ним также идёт и моя дочь, а она вроде как хочет стать будущим Хокаге, как думаешь с подобным развитием, она сделает это?

— Ты прав… Чёрт, похоже у меня и правда нет больше доводов для отсрочки с подобными заданиями. Так уж и быть, это задание станет для них отправной точкой.

И после этих слов даже как-то дышать стало легче. Уверенность в сыне возросла, и даже заботы о деревне стали не таким уж тягостными.

В свою очередь Боруто был весьма удивлён и ободрён тем, что отец наконец признал их и дал им важное задание. По хорошему, его должны были выполнять чунины, но так как сейчас все они были заняты, похоже не оставалось ничего другого, кроме как отправить их.

Метка на руке больше никак себя не проявляла после того случая ночью. Похоже для её активации нужен был какой-то особый щелчок в голове. Боруто не знал, как именно это получилось, и возможно ли самому её как-то использовать, а не только в тот момент, когда она захочет этого.

Но не время было думать о ней. Сейчас главное донести этот свиток до границы, а там уж можно и подумать о насущном.

Конохамару глядел в оба, так как знал, что свиток необычный и в нём спрятана особо важная информация о маршруте перевозок торговых ресурсов. Если мародёры прознают о том, по каким тропам едут те или иные конвои, то смогут организовывать засады и угонять весьма ценные грузы.

— Сарада, дай знать если что-то заметишь. — запросил Конохамару, — И ты Боруто, не летай в облаках, это необычная миссия. На такой вы трое ещё не бывали, будьте бдительны и настороже.

— Есть! — тут же крикнули все трое.

До границы довольно далеко и прибудут они туда если учитывать их скорость передвижения, где-то завтра к полудню. Конечно же придётся остановиться на привал и передохнуть, перед этим также нужно будет установить несколько ловушек вокруг их сымпровизированного небольшого лагеря. Ну и конечно также не стоит забывать о патруле, чтоб если что, быть на готове оборонять себя.

Конохамару немного нервничал по поводу возможной стычки с врагами. Да, конечно они теперь шиноби и могут постоять за себя, однако он, став их сенсеем, ощущал на себе груз ответственности, особенно за Боруто, что был сыном Хокаге, а также друга и соперника детства. Хотя если так подумать, всё должно пройти гладко и без потерь. Они хорошо себя проявили когда отправились в деревню скрытого тумана, а значит с этим заданием у них не должно быть трудностей.

День начинал подходить к концу. Солнце заходило за горизонт и детишки заметно так начинали выдыхаться. За этот день они прошли немало пути и Конохамару понял, что пора бы и привал устроить на ночь.

— Так, ладно остановимся вот тут. — приземлившись на небольшой полянке, приказал Конохамару, — Продолжим наш путь завтра. Вы хорошо проявили свою выносливость. — похвалил их он.

— Наконец-то блин… — устало выдохнул Боруто прислоняясь к дереву.

Сарада и Мицуки выглядели более менее нормально или же просто скрывали свою истинную усталость, возможно таким действием они хотели показать себя с лучшей стороны перед сенсеем, ибо это их первая миссия подобного рода. Боруто же находясь в довольно-таки братских отношениях с Конохамару, не скрывал своей усталости и даже говорил с ним открыто и непринуждённо.

— Сарада, сними свой рюкзак и поднимись как можно повыше на какое-нибудь дерево. Активируй шаринган и следи за местностью, мало ли что. За нами могли следить. — Конохамару хоть и не показывал это внешне, но очень сильно волновался, — Боруто, хватит сидеть без дела иди вместе с Мицуки наберите хвороста для костра.

— Ладно, братишка… То-есть Конохамару сенсей. — осёкся тот.

— Будьте бдительны и не отходите от лагеря далеко, я буду расставлять ловушки на всякий случай. — предупредил их он.

Все молча кивнули и разбрелись по своим делам. Боруто, наконец уняв отдышку, пошёл вместе с Мицуки в чащу леса собирать хворост. Шли они молча и никто не хотел нарушать эту магическую тишину леса. Лишь птицы и ветер нарушали тихую гладь. Хотя нет, они скорее дополняли эту тишину.

В этом тихом омуте, Боруто вновь начали посещать странные мысли по поводу его сна прошлой ночью. За весь день, он старался не возвращаться к ним, но каждый раз, когда он ощущал какое-то спокойствие, мозг сам непринуждённо возвращал его к ним. Это неимоверно бесило блондина, так как видеть перед глазами смерть отца, не очень-то бодрит.

— Боруто? — послышался голос Мицуки, — С тобой всё в порядке? У тебя какое-то странное выражение лица.

— А? С чего это вдруг… нормальное вроде. — попытался отвертеться тот, — И вообще, чего это ты моё лицо разглядываешь?

— Мне просто интересно, о чём ты думаешь, вот и всё. — ответил он, слабо улыбнувшись.

— Я видел странный сон. — ответил задумчиво вдруг Боруто и Мицуки убрал с лица эту улыбку, услышав серьёзные нотки в голосе его «Солнца», — я не могу тебе сказать всего того, что я увидел, но… В нём, деревня была разрушена. Со мной такое впервые приключается, до этого сны всегда были обычными и бредовыми в какой-то мере, а этот… Такой реальный.

Мицуки впервые видел Боруто таким растерянным, казалось что он вот-вот заплачет, в голосе отдавались дрожащие нотки. Это явно показывало, что пребывание в портале, оставило на нём глубокие отметины.

— Но, всё будет хорошо, ведь так? — решив приободрить блондина, воскликнул Мицуки, — Седьмой и дядя Саске, они ведь очень сильные. Не забывай и про пятёрку Каге, если что-то случиться, они в стороне не останутся и тоже вступятся за нашу деревню.

Боруто не впервой был благодарен Мицуки за то, что тот помогает ему не столько физически, сколько ментально и душевно. Он успокаивает его и потому, ему становиться немного стыдно перед ним, ведь порой, в голове Боруто проскальзывают мысли о том, что Мицуки странный…

— Спасибо тебе Мицуки. — ответил Боруто, улыбнувшись, — Ну давай уже соберём эти палки, а то нас наверное уже заждались!

— Да.

Вернувшись обратно с охапками палок, они разложили несколько веток и палок, а после разожгли костёр, попутно иногда подбрасывая туда дополнительные палки, дабы костёр не потух. Все четверо сидели вокруг костра и наконец за довольно продолжительный промежуток, могли нормально поесть.

— Ну как вам первая миссия подобного рода? — наконец нарушил тишину Конохамару, — Давайте, не стесняйтесь, делитесь впечатлениями.

— Ну, для первого раза довольно неплохо. — первым ответил Боруто, — Правда скучновато, я то ожидал каких-нибудь стычек и всего такого… — разочарованно добавил он, доедая бургер.

— Идиот, нам вообще-то повезло, что мы не наткнулись на каких-нибудь нукенинов. Седьмой же сказал, что в прошлый раз свиток чуть не отобрали. — осуждающе сказала Сарада, — для первого раза, миссия очень спокойная, это хорошо.

— Ну, а ты Мицуки? — обратился сенсей, — Что ты думаешь?

— Ничего такого. Миссия как миссия. — ответил тот с закрытыми глазами.

— Я ожидал от тебя чего-то подобного, — вздохнув заметил Конохомару. — честно говоря, я немного нервничаю по поводу миссии. Конечно вы уже сталкивались с противниками и сражались, но всё же нервы это изрядно рвёт.

— Всё будет хорошо, сенсей, — весело произнёс Боруто, — мы отдадим этот свиток и вернёмся обратно как можно скорее!

Конохамару добродушно хмыкнул, а после решил им дать отдохнуть встав на пост. Предупредив, что примерно через два часа на пост встанет Боруто. Тот конечно устало вздохнул, но всё же согласился с этим.

Ночь на удивление прошла нормально. Никаких подозрительных шорохов так и не обнаружилось. На утро все собрались и двинулись дальше к своей цели. Все были сонными, так как всё же прошлый день, они почти всё время то и делали что бежали, а ночью поспать нормально так и не удалось, так как нужно было также стоять и на посту.

— Блин… — с растрёпанными волосами, стонал устало Боруто, — Не думал, что эта миссия будет сложной именно в таком ключе…

— Нам от твоего нытья не легче… — пробормотала Сарада, — Интересно как ещё далеко нам бежать до границы?

Один Мицуки кажется выглядел более менее нормальным, вместе с Конохамару сенсеем, что также бдительно следил за обстановкой. Сейчас эта была для них финишная прямая, так как до границы оставалось не так много. Но… их всё равно могли поджидать именно под конец пути, так как по идее они должны будут выдохнуться к этому времени и убить их будет куда легче.

— Не расслабляйтесь! — тут же крикнул сурово Конохамару, — Теперь у нас и правда могут появиться враги, будьте готовы если что отбиваться, я не смогу защитить всех вас.

Все вдруг сразу же немного напряглись при этих словах и более говорить они не стали, понимая что таким образом лишь увеличат шанс того, что их застанут врасплох. Однако внутри себя, эти ребята были готовы к тому, чтобы дать отпор бандитам или нукенинам. Они в разные передряги попадали, но ничего, всё вроде как выходило в конце концов в их пользу. Что не радовало Конохомару, так как он считал, что шиноби должен был хоть раз в жизни встретиться с тем, кого он не может победить. Это помогало осознать ценность жизни и тем самым создать прочное правило того, как действовать в случае чего.

И всё же на удивление самого сенсея, дошли до границы они без каких-либо проблем. Там они встретились с четырьмя шиноби скрытого песка и сразу же передали им свиток. Немного перекинувшись словами, они решили не медлить и сразу же отправиться обратно.

— Ну вот, а ты всё твердил «Будьте начеку, я не смогу вас защитить» — задорно передразнивал своего наставника, Боруто.

— Нам вообще-то ещё возвращаться, если ты не забыл. — явно с раздражением ответил тот.

— Ну, думаю путь обратно, будет куда более быстрым. — ответил белобрысый, уже собираясь отправиться обратно.

— Враг!!! — внезапно крикнула Сарада, заметив какую-то фигуру на близь стоящем дереве.

В тот же момент в сторону Боруто полетел кунай, но Боруто повезло и тот лишь зацепил сам протектор, от чего тот слетел с его головы.

— Вот же… — прошипел Конохамару, сотню раз проклиная себя за столь безответственное поведение в такой обстановке. — Боруто назад!

Перед ними образовались внезапно три силуэта. Они были одеты в броню, что явно была не для них создана. Жилет от шиноби скрытого камня, нарукавники явно от скрытого облака и щитки на ногах, принадлежавшие скрытому листу. На их лицах были надеты маски, что скрывали их лица. У каждого было своё оружие: у крайнего слева виднелся в руке молот, у того что справа — зазубренные кинжалы, ужасное оружие которое ненавидели все шиноби (дошло до того, что после первой мировой, это оружие запретили к использованию, так как из-за внутренних рваных ран, что оставались после встречи с зубьями на клинках, шиноби массово умирали от воспаления и гноения плоти). У того что был в центре, виднелся клинок за спиной с белой рукояткой. Конохамару ощущал какую-то странную чакру исходящую от самого клинка.

Но не это шокировало их, а скорее то, сколько протекторов на их ремнях присутствовало. У каждого было как минимум шесть или семь трофеев. Это можно было понять из-за несколько потрёпанного вида. На некоторых даже виднелась засохшая кровь… Тот что был впереди остальных, явно выигрывал в трофеях, имея на груди сразу девять протекторов.

— Похоже всё же стоило напитать кунай чакрой, чтобы пробить твою голову… — с досадой заметил их предположительный лидер с клинком за спиной. В его глазах читалось хладнокровие смешанное с неприязнью.

— Боруто назад, — встав в оборонительную стойку, приказал Конохамару, — Дайте угадаю, вы пришли за свитком?

— Именно, но похоже что мы немного опоздали. Вы уже успели его передать. — он подобрал с земли бандану Боруто и завязал на груди, тем самым добавляя её к своей коллекции. — остальные я также заберу себе, но с ваших трупов разумеется.

— Не бывать этому! — ответила Сарада, активируя шаринган.

Мицуки также был настроен на битву, завидев то, как Боруто чуть не погиб от внезапной атаки этого нукенина с клинком, он был готов убить его.

Они были не обычными бандитами, которые наживаются на том, чтобы грабить караваны. Нет, тут были очень обученные шиноби, некогда входящие в элитные группы. Конохамару сразу заметил их оружие и был готов поклясться, что у каждого оно пропитано кровью.

— Я возьму двоих, а вы возьмёте на себя того что слева с молотом. — проговорил быстро Конохамару, — Всё поняли?!

— Да! — тут же синхронно ответили те.

В ту же секунду Конохамару напал на их лидера, скрестившись с ним клинком и кунаем. Второй, нукенин с кинжалами сразу же прыгнул и попытался нанести удар сверху, однако его сразу же остановила молния, выпущенная Мицуки. Третий также не стал стоять в стороне, замахнувшись молотом на Сараду, что казалась ему одной из опаснейших из этих детей, так как у неё были странные глаза.

— Не позволю! — крикнул Боруто, создавая трёх клонов, что сразу же напали на противника с молотом.

Обладатель молота, поняв что его окружили клоны со всех сторон, странно дёрнул своим оружием и тот резко врывшись в землю, произвёл взрыв от которого во все стороны полетели камни. Клоны в тот же момент исчезли, получив незначительный урон.

— Боруто назад! — крикнула Сарада, складывая печати для огненного дыхания.

— Понял! — крикнул тот, отскакивая в сторону.

В тот же миг на нукенина обрушилась волна бушующего огня, от которой практически нельзя было защититься за столь короткий миг. Однако как только пламя исчезло, Сарада поняла что тот воткнув свой молот в землю, создал из неё перед собой стену.

— Огонёк сильный, — похвалил он, — но этого недостаточно…

— Земля, да? Думаю, тут буду полезен я. — высказался Мицуки, — змеиная разящая молния! — крикнул он, и из его руки тут же вылетели несколько молний в форме змей. Они обошли стену из земли и вцепившись в нукенина тут же произвели разряд.

Послышался крик боли и Боруто решил не медлить, так как знал, что после разряда тело не может реагировать быстро, поэтому у него был шанс обезвредить противника. Подбежав к стене из грязи, он забрался на неё, попутно создав в руке расенган.

— Стой Боруто! — попытавшись остановить его, крикнула Сарада.

— Получай! — крикнул он, бросая в него сгусток чакры, но в тот же момент он опешил от увиденного. — что?!

Под ним не было этого ублюдка, он заменил себя земляным клоном. Там же виднелась небольшая дыра в которую он каким-то образом и улизнул.

Сарада это также поняла, так как шаринган позволял видеть потоки чакры внутри людей, она видела как некий сгусток переместился под землю и теперь стремительно направлялся к ним.

— Мицуки, он под нами! — крикнула Сарада.

— Понял! — он тут же приложил ладонь к земле и по ней прошёлся разряд молний. От чего земля начала трескаться.

Нукенин сразу же выбрался из-под земли, сделав выпад своим молотом. И как только тот снова коснулся земли, в сторону Сарады и Мицуки внезапно полетели камни, что по не ведомым причинам трансформировались в штыки.

Они увернулись от атаки, попутно судорожно думая о том, как же победить этого назойливого ублюдка. У Боруто же была более прямая тактика. Он решил наступать на врага и уже по ходу действия инстинктивно думать о том, как лучше всего обыграть того.

— Вы детишки, сильные, я никогда ещё не встречал таких сильных чунинов. Вот это например — указав на один из протекторов на своей груди, на котором виднелся знак скрытого облака, — был не очень смышлёным и я убил его в мгновение, проткнув своими земляными шипами.

— Завались! — злостно перебил Боруто. — Ты заплатишь за всех тех, кого убил, здесь и сейчас!

Клоны безуспешно пытались нанести хоть какой-нибудь урон, Боруто старался вычерпнуть хоть какую-нибудь информацию из тех клонов что исчезали от молота этого говнюка. Однако он двигался не так как обычные шиноби, его молот был словно продолжением руки и он махал им так ловко и непринуждённо, словно тот весил как пёрышко.

В то же время Конохамару сражался сразу с двумя опытными убийцами, что убили многих довольно хороших шиноби. Каждый наступал и двигался в такт своему напарнику, практически безупречная команда. Он же был один и с каждым движением дышать становилось всё тяжелее, а поспевать за ударами противников всё труднее.

— Что такое? Выдыхаешься? — спросил нукенин с кинжалами.

— Разберись с ним Аода, — приказал главарь с клинком, — а я за свитком.

— Давай иди уже!

Дело было плохо. Похоже, что теперь ещё нужно было не дать им уйти за границу. Конохамару собрал всю волю в кулак и крикнул:

— Что?! Думаешь я тебе позволю удрать?!

Отбросив Аоду от себя, он побежал к главному, что хотел побежать за свитком, и перехватив Конохамару, быстрым ударом отбросил его подальше от границы… Нужно было выиграть время для тех у кого был свиток, чтобы они убежали как можно дальше.

— А ты не так прост, как показалось…

— Прости, Мичи. — подбежав к своему напарнику, сказал Аода. — Он был вроде на пределе, но вдруг стал таким бодрым…

— Где же Мезэхиро? Я думал он управиться с теми детишками куда быстрее… Похоже дело доверили необычным шиноби. У нас не так много времени, убей его! — приказал Мичи.

Аода, покрепче схватив свои кинжалы набросился на Конохамару, не давая тому даже посмотреть в сторону убегающего Мичи.

— Чёрт… Он убегает! — крикнул Конохамару, надеясь на то, что его ученики уже разобрались с тем нукенином, у которого был молот.

Боруто заметил как Мичи отбежал в сторону границы и глянув на учителя, понял что тот не может сражаться сразу с двумя. Быстро приняв решение, Боруто погнался за главным нукенином, понадеявшись, что Мицуки и Сарада смогут справиться с каменным ублюдком.

— Я за ним! — крикнул он, направляясь следом за обидчиком, что отнял у него протектор.

— Стой Боруто! — Конохамару хотел было уже бежать за ним, но его остановил Аода, перекрыв любую возможность переключиться на ученика, что по его мнению бежал на верную смерть.

Конохамару злился, очень сильно, но он также понимал, что сейчас нужно было трезво оценивать ситуацию и победить этого назойливого паразита с кинжалами. Да так быстро, чтобы догнать Боруто который наверняка наломает дров с тем главным их подельником.

— Ладно, сначала разберусь с тобой!

Отбив кинжалы, Конохамару сразу же наступил на него всей силой. Он заметил, что у этого Аоды, довольно слабая физическая сила, но это компенсируется его скоростью, что похоже заметно так усиливало технику боя. Аода ловко уходил от атак Конохамару, попутно нанося удары в ответ, от чего Сарутоби несколько раз всё же получил порезы, хоть и не такие существенные.

Переместившись на деревья, Конохамару вытащил из сумки взрывную печать, чтобы прикрепить её к одному из кинжалов, которыми Аода очень ловко управлялся.

Нукенин подлетел к Конохамару, снова сделав выпад одним из кинжалов, и в тот же момент внук третьего, закрепил печать на кинжал, а после сделав подножку, схватил его и со всей силы отшвырнул. Однако Аода был не дураком и реакция всё же позволила пропустить по клинку свою чакру, благодаря чему печать просто-напросто уничтожилась.

— Что?!

— Не ожидал, да? Наше оружие не простое, оно было сделано специально для нас. — пояснил ему Аода. — Впрочем, зачем тебе что-либо объяснять… Просто сдохни наконец и отдай мне свой протектор!

Они снова сомкнулись холодными оружием, ловко отбирая друг у друга преимущество. В какой-то момент Конохамару, понял что одними кунаями не разберёшься, нужно было что-то по серьёзней.

В очередной момент выпада, Аода всё же сумел отбить кунай, попутно занося два клинка над ошалевшим Конохамару. Однако тот понял, что медлить нельзя, нужно было вытаскивать в бой их…

— Сдохни! — заорал Аода, стремительно наступая на внука третьего.

Конохамару быстрыми движениями рук просунул их в свои задние подсумки, а после поставил резко перед собой блок. В тот же миг послышался скрежет метала.

— Что это? — тут же изумился Аода. — Кастеты?!

— Ну, а теперь можно и заканчивать. — проигнорировав того, сказал Конохамару.

В руках он плотно держал два заострённых кастета, что когда-то принадлежали его дяде Асуме. Ради него, он стал изучать технику боя связанную с ними, чтобы не утратить память о нём.

— В моём роду было много героев. И то, что держу в руках сейчас я, это лишь малая часть того, что осталось от них!

Лезвия кастетов приобрели голубоватый цвет и в тот же миг, Конохамару разрезал кинжалы. После чего, не теряя времени, он вонзил их глубоко в грудь Аоде.

— И чтобы, я… да погиб от клинков какого-то отброса вроде тебя… Никогда! — закончил Конохамару, вырывая кастеты из кровоточащих ран на груди.

Аода упал на колени, тяжело дыша и харкая кровью. Сейчас его объяло чувство сильной злобы, он не понимал, как же так получилось, что превосходство всё же взял враг, а не он. Всё ведь было на его стороне, как же тогда, так всё закончилось?!

Озлобленный нукенин, однако же, не желал заканчивать бой на такой несправедливой ноте. Да, он сумел поранить его и возможно даже, ему осталось жить не так уж и много времени. Однако, биться он ещё мог и чакры у него было предостаточно для этого.

— Ублюдок… — прошипел тот от боли. — стихия ветра: режущий ураган!

Внезапно вокруг них начал образовываться небольших размеров ураган, но не это было в нём главное, а то какой ветер в нём гулял. Чакра, заставляла ветер набирать неистовую скорость, благодаря чему, ураган превращался в подобие мясорубки. Но из-за слабости самого Аоды, полную мощь техники он так и не смог проявить, из-за чего Конохамару отделался лишь несколькими неглубокими, но всё же ноющими порезами.

— Значит у тебя стихия ветра… — тяжело дыша, проговорил Конохамару.

— Да, и мои кинжалы созданы для этой стихии. — процедил он, еле дыша.

Собрав все свои силы, Аода впитал в кинжалы практически всю чакру, и они тут же начали обретать новую форму, такую же зазубренную, но более длинную. Обычное оружие никогда не проводило чакру, это было невозможно, но похоже у этих нукенинов были специально созданные оружия из стали, что проводит чакру.

— Да кто вы такие… — озадаченно вопросил Сарутоби.

Аода напал первым, замахиваясь своими обновлёнными кинжалами, что похоже теперь могли разрезать, а точнее прорубать всё что угодно без каких-либо усилий. Конохамару внимательно следил за тем, куда он бьёт, так как понимал, что если он попадётся, то лишиться жизни в миг, ибо сейчас эти клинки могли рвать плоть как горячий нож, масло. Но всё же, из-за полученных ран, Аода стал куда более медлительным, настолько, что увернуться от очередного удара, стало даже слишком просто.

— Похоже раны дают о себе знать, хватит уже, сдавайся! — процедил Конохамару, крепко вмазал ногой по морде. Аода немного опешил от удара. Зависнув перед Сарутоби.

— Ладно, похоже ты прав, моя скорость уже не та, что прежде… — задыхаясь, проговорил он, — Тогда… Стихия ветра: разящие клинки!

Он взмахнул двумя кинжалами и форма которая облачала лезвия, внезапно отделилась от сломанных наконечников и полетела в сторону Конохамару. Чакра летела с такой скоростью, что он не мог просто увернуться от подобного. Потому выставив перед собой кастет, он напитал его своей чакрой, понадеявшись, что подобным способом он сможет отбить атаку. Как только чакра столкнулась с кастетом, то на долю секунду остановилась, а после просто поменяла градус наклона и тем самым вонзилась в плечо. Однако дальше глубокого пореза, дело не дошло, так как чакра в тот же миг исчезла. Похоже, он мог отделять чакру лишь на несколько секунд.

— Ах ты… — морщась от боли, хрипел Конохамару.

Дело дрянь. Обширные раны не помогали делу. Нужно было заканчивать с этим уродом и переключаться на остальных. Оставалось одно…

— От этого ты увернулся, хоть и не полностью, следующая атака будет последней в твоей жизни! — Аода буквально уже начинал захлёбываться в собственной крови. Из ран на груди начинало вытекать всё больше и больше крови. Однако он не желал сдаваться, а упрямо продолжал бороться.

Конохамару было снова выставил перед собой защиту из кастетов, но что-то пошло не так и те, внезапно изменили изначальное поперечное положение в горизонтальное, на что Конохамару не смог вовремя среагировать и сгустки чакры разрезали его живот, попутно разрезая все внутренние органы. Второй же сгусток, разрезал ему горло, а после и вовсе отделил её от туловища.

— Вот и подох… — удовлетворённо пролепетал Аода.

Тело убитого Конохамару в тот же миг исчезло, и Аода осознав, что перед ним был клон, напрягся. Внезапно под ним начала рушиться земля и из-под неё вырвался Конохамару держа перед собой созданный расенган, что был нацелен прямо в грудь.

— Похоже ты не такой уж дальновидный!

— Что?! — только и выкрикнул Аода, а после ощутил жгучую боль в груди.

Закручиваясь в воздухе, он пробил несколько деревьев своим телом, грудная клетка полностью была раздроблена в клочья. В эти секунды, он думал лишь об одном: как же так получилось? Он ведь точно видел как этого ублюдка, разрезало в клочья, но по каким-то причинам, клон смог сдержать его натиск и даже после обильных повреждений до этого, он выдержал всё и не исчез.

Когда Конохамару ударил в морду Аоду, в тот миг он быстро заменил себя особым клоном, напитанным большим количеством чакры, благодаря чему, клон был более устойчивым и не исчезал от пары ударов, он даже выдержал рану нанесённую стихией ветра. Этому приёму его научил Наруто, решив что это будет полезно… И как оказалось, очень даже полезно, если хочешь обхитрить врага.

Конечно в первую очередь расенган не рассчитан на убийство и как правило, в него вкладывают определённое количество чакры, чтобы просто покалечить врага, а не убить. Но… сейчас, в данный момент, Конохамару должен был защитить своих учеников и сдерживаться, он был не намерен.

Сарада и Мицуки, тем временем, сражались против Мазэхиро. И битва продолжалась довольно долго, что не очень-то сказывалось на их чакре. Сарада по немного уже начинала выдыхаться, да и шаринган начинал болеть от столь длительного использования. Однако деактивировать она его даже не собиралась, так как изучить движения этого нукенина всё же нужно было.

Сам же Мазэхиро также уже не был в хорошей форме. Хоть он и старался не выдавать этого, но те атаки молний, серьёзно так ударили по нему, особенно атака произведённая по земле от этого белобрысого мелкого урода.

По правде говоря, ему очень даже нравилось это. Ничто его так не радовало, как чувство боли и отчаяния от самого себя. Многие противники загоняли его в угол, пытались убить и даже один раз чуть не убили, однако он сумел одолеть всех тех, кто угрожал ему. Эти дети, не отличались от всех предыдущих, но это было и хорошо. Ведь к нему возвращалось чувство страха перед смертью, когда на кону карты обеих сторон. Разве это не будоражит?!

— Мицуки, у меня есть план… — доложила Сарада, — Нам надо отступить чтобы я смогла тебе всё объяснить.

— Понял. — ответил он, и вытащив из сумки дымовую шашку, тут же бросил её на землю.

Как только дым рассеялся, их и след простыл. Мазэхиро понял, что они просто отступили для перегруппировки и возможно обсуждения плана для победы над ним. Однако он был не против этого. Наоборот ему было интересно, сможет ли он сам справиться с очередными задачами, которые поставят перед ним эти детишки. Было что-то в них особенное.

— Наша чакра уже практически на нуле, так что это будет нашей последней контр атакой, с помощью которой мы должны окончательно его одолеть, — она немного отдышалась и добавила с некой неуверенностью, — ну, а если и это не получиться, то…

На её плечо упала тёплая рука Мицуки, по его лицу она не могла сказать, что он волнуется, наоборот он был очень даже собран и спокоен. Чего не скажешь о ней, хотя она вроде как дочь Учихи Саске и обладательница шарингана.

— Всё будет хорошо, давай просто сделаем это. — спокойно ответил он. — Говори, что надо делать?

Мазэхиро почувствовал через землю приближающуюся чакру. Это была девчонка… но где же был пацан? Сидел в засаде? Возможно оно и к лучшему. Сарада выбежала из-за кустов, в руках у неё были несколько сюрикенов. Подобравшись как можно ближе, она дождалась, когда противник попытается её остановить с помощью техники земли. Так оно и случилось, Мазэхиро ударил молотом по земле, и та образовала форму нескольких штыков, прямо перед Сарадой. Однако у той был шаринган и увернуться от чего-то подобного, ей не составляло труда. Высоко подпрыгнув, она отправила несколько сюрикенов в полёт и те, кружась в стремительном танце, начинали закручиваться в неизвестных направлениях, сталкиваясь между собой и тем самым, меняя траекторию полёта. По началу, Мазэхиро подумал, что она промахнулась, однако как только те начали биться друг о друга, он понял что это не спроста и девчонка похоже уже мастерски владеет ими, раз точно знает как именно их запустить, чтобы создать цепочку из сюрикенов и попасть всеми ими в цель.

— Неплохо, однако недостаточно! — крикнул Мазэхиро снова ударяя молотом по земле.

Из под земли начали образовываться некие каменные столбы, что начинали окружать его тело и тем самым защищать. От подобного изменения ландшафта, большая часть сюрикенов попала именно в эти столбы из камня, другие же летели в совершенно хаотичном направлении.

— Отлично! Давай Мицуки! — крикнула Сарада.

Внезапно из близь стоящего дерева, выпрыгнул Мицуки, перед этим тщательно замаскировав свою чакру. Сарада знала, что он довольно-таки выдающийся ученик и уже знал подобные техники не хуже чунинов, а то и джоунинов.

Подбежав поближе к всё ещё опешившему противнику, Мицуки, отправил для начала обычную технику «змеиной разящей молнии». Так как его окружали столбы с воткнутыми в них сюрикенами, они без труда проводили ток. Воспользовавшись этим, Мицуки использовал «разящую змеиную молнию» которая соприкоснувшись со столбами, образовала между собой некую цепочку, которая заключила Мазэхиро в электрическую клетку. В довершении из рукавов Мицуки вырвались несколько змей, они пробились сквозь землю и выбрались прямо внутри электрической клетки обвиваясь вокруг ног и живота бьющегося в конвульсиях нукенина.

— Молния Рьючи! — произнёс Мицуки, сквозь змей прошлась не обычная молния, а напитанная природной энергией змеиного мудреца, от чего та принимала более зеленоватый оттенок.

Мазэхиро в этот же момент почувствовал как все его нервные окончания не просто взбесились, а буквально начали сгорать от столь сильного напряжения. Словно тысяча ядовитых змей, впрыснули яд в его кожу. Он ощущал невероятно болезненную боль, которая безумно пульсировала как в теле, так и перед глазами.

— Ах ты! — неистово закричал он. — Чёртов урод!!!

Вокруг него судорожно начали выскакивать шипы, земля начинала ходить ходуном, камни резко подниматься в воздух. Похоже от столь сильного напряжения, у него хватило силы активировать чакру, однако та из-за обильного потока молнии по всему организму, начала активировать все атаки, что были при нём.

— Сарада отходи! — крикнул Мицуки, попутно уходя из-под поднимающихся огромных валунов. — Похоже наш план сработал, но и в обратную сторону.

— Да, — ответила она, как вдруг, вокруг неё образовались шипы, что не давали ей выбраться.

— Сарада! — крикнул Мицуки, уже приготовив молнию чтобы рассечь шипы.

— Я убью вас, убью вас всех за то, что вы заставили меня ощутить эту боль! Я вас всех раскрошу на мелкие кусочки, грёбаные де…

В воздухе послышался отчётливый звук набирающейся чакры в сгустке шара. Одно мгновение и Мазэхиро ощутил, как его спину буквально разрывает от мощной чакры которая заставляет его вжаться прямо в землю, разрывая внутренние органы и позвоночник. Ещё одна секунда и его последний вздох оканчивает действие всему тому, что он натворил. Камни тут же начали падать вниз, а шипы разваливаться.

— Конохамару сенсей! — выкрикнула Сарада, завидев в оседающей пыли его лицо.

— Вы как ребята? — тяжело дыша, спросил он.

— Благодаря вам, отделались лишь испугом. — ответила та, а после встревоженно добавила, — А вот вам похоже не так сильно повезло, вы в порядке?

— Конечно… у нас нет времени на это. Надо к Боруто идти, он ведь один на один с тем ублюдком пошёл сражаться.

— Верно! — опешив, крикнул Мицуки, — Сарада останься с сенсеем, а я пойду за Боруто.

— Но… — начала было она.

— Не волнуйся, мы с ним справимся.

Хоть Конохамару и хотел отправиться за Боруто, однако понимал что в текущем положении будет только мешать. Мицуки же был не из простых шиноби… Да и его успеваемость по предметам и изучениям техник была куда лучше, а это значило что возможно у этих двоих был шанс.

— Хорошо… я вверяю тебе эту миссию Мицуки, помоги Боруто.

Блондин практически догнав противника, что ранее чуть не убил его, кинул в того несколько сюрикенов и тот всё же решил остановиться.

— Что надоело убегать? — с вызовом спросил Боруто.

— Ты мне надоел своими жалкими потугами, вот и остановился. Хренов сопляк, я дарую тебе жизнь, чего ради тебе со мной биться?

— Ты забрал мой протектор. Разве ты не говорил, что убьёшь меня? — процедил Боруто указав на грудь Мичи.

— Какой же ты всё-таки вспыльчивый… в наше время детишки все такие герои? Думаешь из деревни с самым сильным шиноби в мире, и ты теперь такой же непобедимый?

Эти слова ещё сильнее заставили Боруто окунуться в дикую и чёрную злобу, он хотел не просто навалить тумаков этому наглому ублюдку, но и отрезать его язык.

— Я остановлю тебя прямо здесь и сейчас! — крикнул Боруто хватая из подсумки кунаи.

— Пора бы тебя, наконец, заткнуть. — проговорил Мичи, вытащив клинок из ножен. — Я сделаю это максимально быстро.

В ту же секунду, он побежал в атаку, нанося удар за ударом. Боруто же в свою очередь, не отставал от него, блокируя замахи, попутно контратакуя. Однако сила была на стороне Мичи и тот, прибавив силы в свои удары, отбил один из кунаев что держал Боруто, и замахнувшись в очередной раз, чуть было не попал по шее белобрысого, но тот успел отскочить назад.

— Что такое, сил не хватает, соплежуй?

— Одного меня будет не достаточно, так что думаю вчетвером мы тебя завалим! — выкрикнул Боруто, призывая троих клонов.

— Клоны? Ты и правда считаешь что с ними что-то поменяется?

Они начали наступать на Мичи, пытаясь достать его своими внезапными и одновременными атаками, но мечник был не из обычных шиноби и без какого-либо труда отбивал атаки Боруто, с ловкостью подставляя удары клонов под друг друга. Каждый из них использовал особую технику мягкой ладони, что немного удивило самого Мичи, это напомнило ему о том, как когда-то он встретил шиноби использующего бьякуган.

— Пацан, откуда такая техника боя? Ты случаем не у Хьюг обучался?

— Не твоё дело, вот отобью твою морду до состояния фарша, тогда и отвечу! — ядовито ответил Боруто.

Разобравшись с последним клоном, Мичи вновь напал на Боруто, однако теперь же в его атаках прибавилось агрессивности, так как воспоминания о той встрече с членом клана Хьюга, очень сильно надавило на ненависть, которую он испытывал к этому клану.

Боруто отскочил на довольно большое расстояние от него, попутно вытащив из подсумок несколько сюрикенов. Сейчас наконец он мог испытать в реальном бою, то что так долго тренировал.

— О, у тебя есть что-то ещё? Ну давай, удиви меня. — с вызовом сказал Мичи.

Боруто хмыкнул, метнувшись вперёд. Сейчас для него было главное сконцентрироваться на точке, в которую он хотел попасть. Затылок врага… Вот куда он целился.

Полетел первый сюрикен, а следом за ним ещё один. Дядя Саске говорил, прежде всего рассчитать расстояние и время между целью и самим сюрикеном. Как только тот достигнет определённой точки в пространстве, следует кидать следующий сюрикен, который отобьёт тот что летит по прямой и тогда, тот сбившись с курса, прилетит прямо в изначальную нужную цель.

На словах это было сделать не так уж и трудно, однако на деле, нужна была хорошая реакция и меткость. Это Боруто и оттачивал все эти недели, пытаясь достигнуть того мастерства, которым владел его кумир.

Он бросил первый сюрикен в сторону, делая вид что промахнулся. Мичи заметив это, лишь усмехнулся укрепив в сознании то, что перед ним лишь жалкий новичок, который похоже даже сюрикены метать не умеет. В момент, когда полетел второй сюрикен, он немного отшатнулся в сторону, ожидая скорее лобовой атаки, но никак не броска вторым сюрикеном. Позади него в тот же миг послышался звон, который предзнаменовал его тревогу. В тот же миг, Мичи осознал, что малец не так прост и похоже всё это было каким-то планом.

Реакция всё же помогла ему. Он отбил атаку в спину своим клинком, однако похоже даже эта атака была лишь отвлекающим манёвром. Как только он снова повернулся вперёд, то тут же ощутил удар прямо в челюсть. Под ним образовался клон, который в тот же момент пнул ему точно в челюсть, отправляя его вверх прямо в воздух.

Всё дальше и дальше вверх, Боруто поднимал тело Мичи, с помощью ударов нескольких клонов. Конечно же Мичи даже и не думал о том, чтобы этот сопляк завершил свою технику, потому как только послышался снизу свист ноги очередного клона, он перехватил его и кинул в другого.

В этот момент момент, Мичи увидел, как предположительно оригинал, начал создавать в руках какую-то знакомую технику… Да, несомненно он узнал её. Это был расенган! Хоть и маленький и не очень стабильный, но всё же расенган. В этот момент он ощутил прилив изумления, от чего его инстинкты притупились.

— Получай! — крикнул Боруто кидая в Мичи своим небольшим сгустком чакры.

— Что?! — шокировано вскрикнул тот, закрываясь мечом, однако на пол пути, техника внезапно рассеялась, что немного удивило Мичи, его защита также в этот момент ослабла и он неосознанно припустил свой клинок вниз. Спустя секунду, он заметил еле видимый поток воздуха, который соприкоснувшись с его лицом, внезапно ударил с небывалой силы. — Какого?! — заорал он во всю глотку, откидываясь назад и поднимая пыль.

Нукенин был уверен, что это был расенган… Однако он был другим, не как у седьмого Хокаге. Этот выглядел каким-то маленьким, но в свою очередь имел способность лететь вперёд на некоторое расстояние. Это ему напомнило технику: разящих клинков, что была у Аоды.

Мичи поморщился от того как горело его лицо. Сила техники этого пацана не слабо так ударила по нему, даже маску порвало от столь сильного потока ветра. Он снял её наконец явив свой лик. Чёрные волосы, что были до этого собраны в пучок, теперь небрежно лезли в серые глаза. Нос был искривлён благодаря расенгану что он получил прямо в морду и теперь из ноздрей обильно шла кровь.

— Я недооценил тебя… — процедил тяжело Мичи.

Боруто же всё больше и больше начал осознавать то, что может победить его. Уверенность росла с каждой секундой, и когда он увидел окровавленное лицо Мичи, то не сдержал улыбки.

— Я быстренько сотру с твоего лица, эту ухмылку.

— Ты уже говорил что-то похожее и каков итог? Ты лежишь с разбитой мордой передо мной. — усмехнулся Боруто.

— Маленький говнюк, да я не просто убью тебя, а буду медленно разрезать твоё тело… — прошипел в ярости тот.

Мичи резко встал, а после побежал на Боруто. Теперь в его движениях больше не было той собранности. Его окутал туман из злобы и теперь, он хотел только одного — убить мальца.

Увернувшись от очередного выпада клинком, Боруто внезапно ощутил резкий удар током, который произвёл клинок. Блондина в тот же миг отбросило от Мичи на несколько метров. Перед глазами шли искры, а дыхание, резко сбилось. Мышцы шеи начали спазм от которого, он весь съёжился.

— Ты же не думал, что я вечно буду махать только клинком… — с ядовитой насмешкой, сказал Мичи.

Боруто было чертовски больно от подобного хода противника, однако в этом была и польза. Он наконец понял какую стихию использует враг. Молнией блондин также владел, как и его противник, даже лучше, чем ветром. Однако у него было одно небольшое преимущество, которое если хорошо обыграть, поставит того в очень невыгодное положение.

— Техника теневого клонирования… — прошипел Боруто и возле него тут же появился один клон.

— Что, снова будешь надеяться на количество?

— Не думай что если ты старше меня, то победа твоя, чёртов неудачник… — выплюнул Боруто, — Я смог разбить твоё гнусное лицо, даже не потея. Думаешь раз ты убийца, то самый крутой и уже познал все тонкости бытия в этой жизни? Боюсь тебя расстроить, но ты лишь очередной мусор, который должен сейчас сидеть за решёткой.

— Маленький засранец, возомнил себя крутым? — злобно проговорил Мичи. Его клинок начинал искриться молнией.

— Ну давай, придурок, попробуй меня поразить своей молнией! — выкрикнул Боруто.

Мичи вонзил клинок в землю, и по ней, прямо к Боруто, начали стремительно приближаться искры молний. Узумаки младший же лишь ухмыльнулся, так как на это именно и рассчитывал. Он понимал, что если разозлит Мичи, то он захочет убить его мощной техникой, которая конечно же будет происходить, именно от стихии молний.

— Тобой так легко манипулировать!

Клон Боруто сложил несколько печатей, произнеся: «Стихия воды: водопад». Из его рта хлынула вода, которая тут же захлестнула землю по которым шли искры молний. Мичи завидев воду, тут же решил отбежать, но та настигла его быстрее, накрывая не только водой, но и его же собственной техникой, которую он не мог так просто и быстро отменить из-за резкой боли, что накрыла его разум.

Боруто, поняв, что тот попался в ловушку, тут же образовал в своей руке расенган и подпрыгнув высоко вверх, пульнул им прямо в корчащегося от собственной атаки, Мичи. И как только расенган достиг своей цели, произошёл резкий взрыв, от которого — Боруто был уверен — его противник просто не мог остаться невредимым.

Вода сошла на нет и клон тут же исчез, исчерпав всю свою чакру, Боруто же тяжело дышал от столь затратного использования техник, так как для реализации плана, ему пришлось дать клону чуть больше чакры чем обычно. Предел блондина было создание трёх клонов, но сейчас, он вдруг подумал о том, что неплохо было бы сконцентрировать чакру трёх клонов в одного, что в итоге, дало хороший эффект на технике, связанной с водой. До этого он мало ей пользовался, но сейчас она очень даже кстати пригодилась. Он и до этого использовал много чакры, создавая клонов и расенган, так что второй такой, весьма ощутимо забрал у него силы.

— Так тебе и надо, придурок… — упав на колени, с отдышкой проговорил Боруто.

Наконец над полем битвы взяла вверх тишина, которая предзнаменовала очередную победу Боруто Узумаки. Он уже видел, как отец хвалит его за то, что он совершил столь невероятный поступок на своей первой миссии.

— Я признаю, это было действительно больно… — тихая гладь внезапно прервалась скрипучим голосом Мичи, — Но ты же не думал, что я просто так дам себя победить?

— Невозможно! Чёрт, я был уверен, что эта атака вырубит тебя! — закричал Боруто, вытаскивая из подсумки кунай.

Снова послышались искры из-под небольшого кратера оставленного от расенгана и оттуда выпрыгнул Мичи весь покрытый чакрой молний.

— Я немного опешил от твоей внезапной атаки водой, не ожидал что ты владеешь именно ей. И всё же успел в последний момент покрыть своё тело теми молниями. Они и спасли меня от твоего расенгана. Как странно… Мне известно, что ей владеет только седьмой. Неужели ты его сын? — он расширил глаза от собственного открытия и в его голосе появились нотки предвкушения, — Ого, к чёрту этот свиток… Не думал я, что седьмой пошлёт на подобное задание, собственного сына. Вот это джек-пот. Моим трофеем станет не твоя бандана, а твоя голова!

Он с невероятной скоростью достиг Боруто и пнул того в живот, заставляя отлететь на несколько метров. Ощущения у блондина были такие, словно его кишки и желудок вдруг запросились наружу.

— Мой клинок не обычный, как ты заметил. Он создан для стихии молний, так что можно сказать, его создавали специально для меня.

Он подошёл к лежащему Боруто, — что держался за свой живот, — и думал о том, как же это приятно, видеть отпрыска самого сильного шиноби в подобном состоянии. Жизнь этого маленького ублюдка, была сейчас в его руках, и он мог сделать с ним всё что угодно. Осознание этого факта, вскружило ему голову ещё сильнее.

— О да, я хочу чтобы ты кричал от боли и молил меня, чтобы я прекратил это, я хочу увидеть отчаяние на твоей избитой и окровавленной морде!

Мичи резким ударом стопы, сломал правую руку Боруто. Послышался протяжный крик боли со стороны белобрысого, что очень сильно забавляло нукенина. Боруто отчаянно пытался убрать ногу со своей уже сломанной руки, но Мичи не собирался останавливаться на этом. Заметив странный ромб на ладони, он пронзил его своим клинком, что был объят молнией. Вновь послышался неистовый крик боли от мальца.

— Что такое, неужели больно? Терпи щенок, ты же шиноби, разве нет? - захохотав от собственного превосходства, проговорил Мичи. - Забавно, что у такого сильного шиноби как Наруто Узумаки, столь жалкий и никчёмный сын. Ты не достоин зваться сыном седьмого Хокаге, маленький говнюк.

Эти слова сильно впились в голову Боруто, заставляя чувствовать невероятную ненависть к этому упырю, что сейчас нагло пронзал своим клинком его сломанную руку. Сквозь боль и муки, он слышал отдающимся эхом его слова. Ему хотелось немедленно выпотрошить его, заставить ощутить невероятную боль, от которой он будет дико и истерично кричать. Он всю свою жизнь пытался абстрагироваться от отца. Боруто ненавидел, когда его сравнивали с ним... Ведь он хотел, чтобы люди признали в нём настоящего его - Боруто Узумаки. Он блек в тени собственного отца, и как бы ни старался, всё выходило в виде: «Ты же сын хокаге, как никак!»

Внезапно ромб на руке засветился, после чего по руке начали ползти странные символы, которые достигнув глаза, активировали его. Мичи вдруг ощутил, что его чакра начала куда-то увядать, ромб на руке начал буквально высасывать чакру из клинка, что пронзал его, а клинок в свою очередь, начал пожирать чакру Мичи. И когда он понял в чём дело, было уже поздно.

— Я не седьмой! — скрипя зубами от злобы, процедил Боруто, — Я не мой отец!

Резкий порыв неведомой силы произвёл некий взрыв от которого Мичи отбросило в сторону. Он не понимал, откуда такая внезапная сила появилась у этого паренька. Эти странные узоры что покрывали правую руку и лицо, сильно его настораживали. Ему даже показалось, что и его правый глаз внезапно изменился. Теперь он походил на бьякуган.

— Что это?.. — с открытым ртом, подал голос он.

Боруто не хотел ничего понимать, ему было плевать на то, что сейчас он пробудил силу. Его разум затмила боль и ненависть. Перед ним стоял ублюдок, что причинил ему невероятную физическую боль и унизил, напомнив ему, кто он, сказав эти ненавистные слова, которые замуровывали его всё глубже и глубже в пучину тени отца. Ему хотелось раскрошить каждую клетку этого самодовольного ублюдка.

Он действовал словно по инстинктам. Внутренний голос подсказывал как управлять этой силой. Боруто вытянул перед собой правую руку, и клинок что принадлежал Мичи, внезапно приобрёл голубоватую ауру поднявшись над землёй, а после резко притянулся к Боруто.

Схватив меч сломанной рукой, которая теперь невероятным образом затягивалась, Боруто поднялся на ноги не спуская глаз со своего врага. Мичи внутренним нутром, начал осознавать, что пробудил нечто страшное в этом мальчике. Что-то древнее и сверхъестественное. Теперь ему оставалось лишь бежать и молиться, чтобы это существо не настигло его.

Мичи резко развернулся и впитав всю оставшуюся чакру в ноги, побежал что есть мочи, не думая ни о чём другом, кроме как подальше убежать от монстра. Зловещая аура начала увядать и кажется, что его пронесло, однако внезапно, перед ним образовался портал, напоминающий некий разрез из тёмно голубого цвета, через который в мгновение выскочила рука Боруто с его же клинком. Лезвие тут же пробил грудную клетку. Мичи пребывая в состоянии шока, медленно вытащил клинок из тела, попятившись назад. В тот же момент из портала вышел и сам Боруто. Объятый ненавистью и силой, что досталась ему незнамо откуда. Он сделал рывок вперёд и снова проткнул тело Мичи насквозь, однако теперь, словно подражая нукенину, Боруто напитал клинок чакрой, использовав элемент молний.

— Исчезни!.. — проговорив это, он резко взмахнул клинком разрезая того пополам.

Алая кровь окропила не только клинок, но и лицо Боруто. На землю вместе с потрохами Мичи, упали несколько бандан, взглянув на которые, Боруто увидел собственную, что лежала прямо у его ног. Ощутив странное неприятное чувство, он резко упал на колени, держась за свой глаз. Было ощущение, словно его выжимают… Чакры больше не оставалось и печать на руке начала снова превращаться в обычный серый ромб. Глаз также приобрёл свой естественный голубой цвет. Пошатнувшись, Боруто не в силах больше держаться в сознании, рухнул на землю.

Мицуки внезапно появился позади Боруто, задумчиво глядя на него сверху вниз. Переведя свой взгляд на разрезанного и распотрошённого Мичи, на лице Мицуки, на секунду появилось отвращение, которое тут же сменилось озадаченностью.

— Неужели и ты обладаешь какой-то неведомой силой, Боруто? — задумчиво спросил Мицуки, а после аккуратно поднял его, чтобы унести прочь от этого скверного трупа, что когда-то терроризировал торговые пути между странами.

Углядев клинок возле Боруто, он также подобрал его, решив что раз уж его "солнце" убил врага именно этим клинком, то уж теперь по праву, он принадлежит именно Боруто, а не Мичи. Также, он прихватил его бандану.

— Всё уже позади, отдохни Боруто… — вымолвил он, а после поспешил обратно к своим товарищам.

Добравшись до них, он тут же положил Боруто на мягкую траву, не обращая внимания на встревоженные вопросы как Сарады, так и Конохамару сенсея. Убедившись в том, что ему ничего не угрожает, он всё же соизволил ответить.

— Мы сразились против того мечника, я еле успел, так как Боруто уже практически был на пределе. Сконцентрировавшись на враге, мы всё же сумели победить его, но из-за истощения, Боруто потерял сознание.

— Нам надо поспешить назад, но… Думаю как Боруто, так и нам, стоит отдохнуть пока. — проговорил Конохамару, держась за своё забинтованное плечо.

— Жаль, что у меня нет знания о медицинских техниках… — опустив взгляд вниз, с досадой сказала Сарада.

— Ничего страшного, вы не так сильно пострадали, как я думал. Да и мои раны не такие уж и страшные. Главное двигаться могу. — успокоил её Сенсей. — Что же до Боруто, то… Своё он получит. — сурово добавил он.

Конохамару был по настоящему рад тому, что его ученики сильно не пострадали. Если бы подобное приключилось с другой командой, та явно не выстояла бы. Здесь также сыграли роль их гены, так как все трое были отпрысками легендарных личностей и что бы кто ни говорил, а гены решают весомую роль для будущего шиноби.

Если в повседневной жизни кажется, словно они не могут поладить друг с другом, то в бою, они быстро кооперируются и дополняют друг друга. Конечно из них выделяется Боруто с его явным взрывным характером, и это было проблемой, которая может поставить под угрозу не только миссию, но и жизни его товарищей. Подобную выходку, он просто не мог ему простить, даже если он вышел из неё более менее сухим.

Наконец наступил момент передышки. Все трое генинов несомненно ощутили новые эмоции от этой миссии, до этого конечно бывали случаи, в которых можно было понять весь ужас настоящего боя, однако теперь они были вынуждены столкнуться с чем-то подобным один на один. Смерть всегда шла рядом за Шиноби и никто не знал, когда и где ты умрёшь.

Новое поколение слабо и это верно. Оно не знает, что такое война и потому так беззаботно. Сложные времена порождают сильных людей и когда те, создают мир, в нём рождаются слабые люди, что опускают этот мир во тьму, из которой всё повторяется, вновь и вновь…

Спустя час, очнулся Боруто. Открыв глаза, первое что он увидел, это небо… Безмятежное и чистое голубое небо. Поморщившись, он приподнялся. Размяв правую руку, он неосознанно зажмурился, однако боли не было… Боруто смутно помнил, что с ним произошло. Кажется, он сражался против мечника, что погнался за свитком, дальше блондин попытался убить его, а после всё как в тумане. Он видел лишь фрагменты того что случилось, в частности то, как лежал перед ним и…

— Эй, Боруто ты наконец очнулся? — позвал его Конохамару.

— А… братец, что случилось? — задумчиво спросил Боруто.

— Ты ничего не помнишь? — удивлённо задался вопросом Сенсей.

— Нет, всё как будто на осколки разбилось, помню лишь то, как лежал на земле от боли… А дальше всё как в тумане.

К ним подошли Мицуки и Сарада, и первый не хотел, чтобы кто-либо знал о том, что именно произошло. В первую очередь Мицуки хотел узнать сам, природу силы Боруто. Да и сам блондин, не хотел бы чтобы кто-нибудь узнал о его демонической сущности. Особенно - отец.

— Похоже ты всё забыл, Боруто. Разве ты не помнишь, как мы вместе одолели его? — наигранно спросил Мицуки.

— Если честно, то я мало что помню. — ответил белобрысый.

— Ты наверное перестарался, и от того память отшибло. — предположила Сарада.

— Не время что-либо сейчас выяснять, ты двигаться можешь? — Конохамару хотел как можно скорее отправиться обратно, так как оставаться здесь было довольно опасно.

Боруто ответил положительно, встав прямо на ноги. Конечно его всё ещё одолевала некая слабость, но кажется чакра стабилизировалась и теперь он мог, более менее, нормально двигаться.

Выдвинувшись назад в Коноху, теперь они не были похожи на себя прежних. В случае Боруто всё было немного сложнее. Он смутно помнил, как вообще победил врага, но главное он был уверен, что никакого Мицуки вообще не было. В той битве он был один, проблема в том, что момент его победы словно стёрся из памяти.

— Боруто, всё нормально? — спросил обеспокоенно Мицуки.

— Всё нормально, — ответил сухо Боруто, — просто в горле пересохло, вот и всё.

Сарада видела некие изменения в поведении Боруто. Даже его чакра источала что-то иное, ранее не виданное. Когда Мицуки принёс его, то она сразу же ощутила нечто иное в Боруто. Внутри него хоть и слабо, но всё же проглядывался другой элемент чакры, он концентрировался в его руке, а другой в глазу… и каким-то неведомым образом эти два источника словно… сливались в одно целое. Подобное она впервые видела. Что-либо сейчас спрашивать она не видела смысла, похоже что и сам Боруто не понимал этого. Однако она уже догадывалась о том, от чего это происходит. Его мама является дочерью главы клана Хьюга, а значит, что и у Боруто есть принадлежность к Бьякугану, что в теории и даёт такой эффект, правда она так и не могла дать объяснения той чакре что исходила из его правой руки. Она была совершенно странной и подобного она попросту ещё не видела.

Ближе к вечеру, они вновь решили устроить привал. Так как сил практически не оставалось, да и миссия практически была завершена, оставалось только вернуться назад.

— Всё как и в прошлый раз ребята, — вздохнув сказал Сенсей, надеясь не объяснять им то, что они итак делали прошлым вечером.

— Есть! — дружно ответили те и разбрелись по своим делам.

Боруто и Мицуки забрели в чащу леса в поисках веток. В тот же момент Мицуки решил открыто расспросить того, что он сделал в битве с Мичи.

— Боруто… ты помнишь что произошло во время битвы с тем мечником?

— Если честно нет, — ответил Боруто, поворачиваясь лицом к лицу Мицуки, — думается мне, ты специально рассказал сенсею ложь, не так ли?

— Ага… — ответил беззаботно Мицуки, — Так ты знаешь что ты сделал? — снова задался вопросом он.

— По правде говоря, не очень-то… Помню только то, как лежал перед ним и он что-то мне сказал. Правда что именно, мне тоже не понятно, но из-за этих слов, я будто сорвался, а дальше лишь пропасть, ничего не помню. — попытался объяснить Боруто.

— Я… видел что с тобой случилось. — с небольшой паузой ответил Мицуки, пристально наблюдая за реакцией своего «солнца».

— Видел?! Так чего же не рассказал сразу? — тут же воскликнул недоумевающе Боруто.

— Я подумал, что возможно ты не захочешь делиться этим с ними, вот и решил немного приврать.

Боруто осёкся, подумав и решив, что так оно даже и лучше. Ведь он и правда хотел с самого начала скрыть факт пробуждения его покрытой тайной силы. Но, похоже всё-таки один человек это узнал… И хорошо, что это Мицуки. Блондин доверял ему, хоть и считал немного странным, но оно и к лучшему.

— И что же ты видел? — спросил отведя взгляд, Боруто.

— От тебя исходила странная энергия. Я бы не сказал, что прямо-таки чакра, это было что-то иное. У тебя также виднелись какие-то странные символы по всей правой руке, — проведя по своей руке пальцем, рассказал Мицуки, — И твой глаз, кажется он пробудил бьякуган, но странно что только правый глаз.

— Вот же чёрт… — прошипел Боруто, понимая что и правда неосознанно пробудил вновь силу. И ведь на этот раз нихренашеньки не помнит об этом. Приходиться узнавать всё от чужих уст…

— Но не это меня поразило… А сила, которой ты пользовался. Как я понял, ты умеешь притягивать какие-либо предметы. Так как ты притянул к себе этот клинок, после того как отбросил того нукенина, — он вытащил из-за пояса клинок и отдал Боруто, — Думается теперь, он принадлежит тебе.

— В смысле? — озадаченно задал вопрос блондин.

— Ты убил его, разрубив тело пополам. — прямо ответил Мицуки с его житейским спокойствием, — Но перед этим ты… Телепортировался. Это было похоже на разрыв пространства. Ты каким-то образом словно создал портал перед собой и сунул туда сначала клинок, который появился прямо перед убегающим мечником.

Боруто был в подавленном состоянии. Он использовал эту силу, чтобы убить кого-то, так ещё и не помнит, как это сделал. Разве это достойно вот так победить? Да он хотел получить нечто подобное, но вот так?.. Убийство, разве это лучший выход из той ситуации?

— Не надо корить себя в его смерти Боруто, — спокойно проговорил Мицуки, — он ведь плохой человек, разве нет?

— Да, но это ведь всё равно не правильно! — тут же схватившись за голову ответил чуть громче Боруто, — хоть он и был нукенином и грабителем, всё же он был человеком.

Мицуки не знал что ответить. Вновь Боруто ведёт его к истинному пути, через который ему предстоит пройти. Вот почему Мицуки решил, что Боруто его «солнце», он его направляет на правильный путь, в котором нет места бездумному убийству.

— Даже если он бандит, он всё ещё остаётся человеком… — более уверенно закончил Боруто. — Я хочу быть хорошим человеком, понимаешь Мицуки? А хорошие ребята, не убивают своих врагов… Как я буду смотреть в лицо своей мамы… Сестры и отца, если они узнают о том, что я убил человека?

Вновь это чувство… Мицуки никогда не знал о том, что такое настоящая семья. Он был с рождения практически один. У него был отец, но… таковым он по-настоящему не был. Орочимару-сама был ему скорее, как «Создатель», которому он был благодарен за жизнь, но никак не отец. Как понял Мицуки из того, что видел за всё то время, пока он был в Конохе, отец — это человек который всегда рядом с тобой и готов поделиться своей мудростью, помочь в чём-то. У Боруто не было как таково отца, ведь седьмой всегда был занят. И оттого они были близки, наверное.

— Значит, порталы, да? — решив сменить тему, проговорил Боруто.

— Ага… ты не знаешь откуда у тебя такие способности? Это передалось тебе от седьмого? — спросил Мицуки.

— Что? Нет… у отца подобная сила из-за демона-лиса что сидит внутри него. На самом деле, у меня есть догадки, но это всё равно многое оставляет в тени… — ответил задумчиво Боруто.

— Тогда… мама? Уж сила глаз точно от неё. — продолжил Мицуки.

— Ага, вот тут в точку, мамины гены дали своё, но похоже у меня он какой-то не такой… — почесав затылок ответил блондин, — у Химы он как обычно и должно быть, вены взбухшие и глаза как молоко… Но мой то, совершенно иной. У меня нет этих вен по бокам, когда он активирован, да и сам глаз какой-то… Не знаю, более голубоватый что ли.

— В общем, это точно не бьякуган?

— Наверное, возможно это что-то новое или просто хорошо забытое старое. В любом случае, нужно будет это выяснить. Но ты Мицуки, должен мне кое-что пообещать!

— Я никому не скажу о том что у тебя есть какая-то сила. — ответил тут же Мицуки.

— Вот и хорошо… — облегчённо вздохнув закончил Боруто, — давай нам ещё веток собрать нужно.

Утром они вновь двинулись домой и к полудню уже были у ворот родного дома. Охрана у ворот, поприветствовала их, поинтересовавшись с кем же они столкнулись, раз сенсей ходит с раной. Однако объяснять что-либо они не стали, решив, что говорить будут прямо с седьмым. Они сразу же направились к резиденции Хокаге, чтобы доложить о том, что миссия была успешно выполнена, хоть на них и напали три опасных нукенина.

— Ого, ну и досталось же наверное вам… — встревоженно высказался Наруто, оглядывая их. — Конохамару тебе нужно к медикам, я сейчас же свяжусь чтобы тебя забрали.

— Не стоит, я и сам могу дойти. Я хотел бы о кое о чём с вами поговорить, — серьёзно проговорил Конохамару, — это касается Боруто.

— Понимаю, вы трое можете идти, — сказал остальным он, — а ты присядь, раз уж дело такое.

Все трое генинов сразу же послушно вышли, хотя Боруто напоследок как-то странно нахмурился, глядя на отца.

— Боруто не подчинился приказу и побежал за врагом, который намеревался отобрать свиток у шиноби скрытого песка. — объяснил Конохамару, — конечно я мог бы закрыть на это глаза, однако он рисковал своей жизнью, я понимаю что ему давались хорошо все занятия и вышел он отменным генином, однако не желание подчинятся приказам, очень сильно бьёт по команде. Эта его особенность, рано или поздно приведёт его и команду в целом к очень печальным последствиям. Ты и сам должен это понимать Наруто.

— Да, ты прав… — виновато ответил Наруто, — у него довольно взрывной характер, он не хочет никого слушать, всё делает по своему… но когда-нибудь он всё же сделает ошибку. Должен произойти момент в его жизни, который даст понять, что без товарищей он, мало что сможет сделать.

— Ему помог Мицуки. Он сказал, что когда прибыл ему на помощь, тот уже был практически без сил, думаю что-то он из этого всё же понял. Но наказание нужно дать, для профилактики, хоть он и твой сын, но он также теперь и шиноби, а они не могут избежать наказания.

— И я даже знаю какое… — протянул Наруто, неосознанно растянув губы в улыбке.

— То есть как это чистить лица Хокаге?! — тут же всполошился Боруто, — да вы что совсем что ли?!

— Таково твоё наказание за не подчинение во время миссии, — ответил сурово Конохамару. — завтра этим займёшься, а сегодня можешь отдохнуть, всё-таки ты истощился пока сражался… — голос его тут же немного стал добрее.

— Вот же невезуха, даттебаса… — простонал блондин.

Близился к завершению очередной день в Конохе. Последние лучи багрового заката освещали лица великих Хокаге, что видели все этапы деревни скрытой в листве. Боруто без какого-либо энтузиазма, лениво тёр тряпкой щеку шестого хокаге. Вот уже третий день ему приходиться только и делать, что протирать их лица от разной грязи на вроде птичьего налёта.

— Я давно уже осознал свою ошибку на той миссии… — ворчал белобрысый, — Сколько, блин, ещё мне надо натереть этой проклятой тряпкой, чтобы искупить вину?!

— Пока все лица хокаге не будут блестеть от чистоты, ты не примешься за какие-либо другие задания. — отвечал ему в сотый раз Конохамару, — Неужели до сих пор не понимаешь, насколько это было безответственно с твоей стороны, Боруто?

— Я действовал строго основываясь на нашей миссии! — сорвавшись в очередной раз, крикнул Боруто, — если бы не я, то он добрался бы до тех шиноби скрытого песка и тогда, мы бы провалили миссию!

— То есть ты считаешь, миссия важнее твоей жизни? — спросил спокойно сенсей.

— Да… — с некой неуверенностью ответил тот.

Конохамару призадумался… а настолько ли прав, он сам, в своих суждениях, насчёт Боруто? Да, конечно, он рисковал своей жизнью, так как является сыном седьмого хокаге, что уже автоматически, делает его, довольно ценной наградой. Однако с другой стороны, Боруто действовал как настоящий шиноби, ставя цель миссии выше своей жизни. Времена меняются, однако сути шиноби это никак не касается.

— Ладно, — вздохнув наконец сдался Конохамару, — заканчивай с лицом шестого и можешь быть свободен.

— П-правда?! — тут же оживился Боруто.

— Ага, но закончи с этим лицом, понял?

— Да-да, конечно! — ответил сконцентрировавшись блондин, а после сложил руки в знакомой печати. — техника теневого клонирования!

И чего он раньше это не использовал? - Подумал Конохамару. - Видимо мозг начал действовать, только после радостной новости.

— Поехали! — прокричал во всё горло Боруто.

Разобравшись с каменным лицом, примерно за час интенсивной работы, Узумаки лежал на голове статуи седьмого, с тяжёлой отдышкой, но всё же с выполненной задачей. Конохамару, глядя на белобрысого оболтуса, видел в нём частично и своё отражение. Всё же, он также понимал чувства Боруто по отношению к посту хокаге. Когда он был маленьким, то делал всё возможное, чтобы доказать всем, что он не просто внук третьего Хокаге, а личность со своими интересами и стремлениями.

— Думаю, после такого ты очень хочешь есть, не так ли? — спросил добродушно сенсей.

— Ага, ещё бы… — приподнимаясь ответил тот.

— Пойдём-ка в ичираку, я тебя угощу раменом.

— Раменом? — с неким отвращением переспросил Боруто, он жуть как не любил это блюдо, и никогда не понимал, почему отец его жрёт целыми днями, — Может лучше бургеров наберём?

— Бургеров? Ты хоть знаешь насколько это вредная еда?

— Как-будто рамен не вреден… — огрызнулся тогда белобрысый.

Всё же сходства заканчивались на характере, тогда как вкусовые предпочтения похоже сильно разнились. Оно и понятно, рамен это еда прошлого, того времени, когда Наруто был ещё в утробе матери и сейчас оно становиться всё больше не популярным среди молодёжи. Теперь у молодняка всё более становиться популярным бургер… Две булки, а между ними мясо с зеленью и какими-то там добавками.

— Не скажи… — ответил Конохамару, скрестив руки, — Он в отличии от твоих бургеров, подаётся как блюдо. В нём есть все нужные питательные элементы для организма, мясо, овощи, белок и так далее. В твоём же бургере сплошной холестерин, который не только мешает работе шиноби, но и подвергает их смерти от ожирения и сердечного приступа.

— Опять ваши ненужные факты… — устало пробурчал Боруто, а после вскочил и спрыгнул вниз с головы статуи его отца.

Конохамару хотел было последовать за ним, но в последний момент всё же остановился. Всё равно диалог испорчен и навряд ли, он теперь захочет, куда-либо идти.

— Неужели и я был таким же в детстве? — тяжело вздыхая, вопросил Конохамару.

Приземлившись на одну из крыш жилых домов, Боруто поскакал к главной площади, откуда намеревался пройтись до его любимого места, где он обычно ел бургеры. Благо время ещё оставалось, да и идти до него, не так уж и долго.

Пробегая мимо жителей, он вдруг наткнулся на знакомый плащ… Остановившись, он присмотрелся к незнакомцу, а после удивлённо открыл рот. Перед ним шагал Учиха Саске… Боруто даже и не думал, что встретит его здесь.

— П-постойте! — крикнул он, опомнившись, — дядя Саске!

— Боруто, это ты? — спросил обладатель риннегана, в своей присущей манере.

— Ага… — остановившись перед своим сенсеем, ответил тот, — Не знал, что вы вернулись.

— Я прибыл недавно, и также узнал от седьмого об успехе вашей миссии. — ответил Саске, — Жаль, что вы… убили всех троих. Мы могли бы допросить их.

Услышав о гибели тех нукенинов, Боруто увёл глаза в сторону, снова почувствовав жгучую вину за то, что убил человека. Услышать это от своего кумира, было в двойне ужасней. Саске заметил его переменчивость от того, что он сказал, поэтому тут же попытался подбодрить мальца.

— Не стоит зацикливаться на этом, Боруто. В своё время, я наделал ошибок куда больше тебя… Ты молодец, что остановил его, однако помни, убийство — это крайний способ чтобы остановить противника. Вбей это в свою голову.

— Х-хорошо! — в тот же миг, оживлённо ответил Боруто.

— Ладно, иди домой, уже довольно поздно, завтра если найду время, позанимаюсь с тобой на полигоне.

— Правда? Класс, ловлю вас на слове! — крикнул Боруто, убегая вперёд.

Учиха же, немного понаблюдав за силуэтом ученика, побрёл дальше в сторону резиденции. Сегодня у него были довольно плохие новости. Связанные с новой группировкой, которая отчаянно пытается быть скрытной.

Добравшись до резиденции, он открыл дверь, поприветствовав всё такого же уставшего Наруто. Забавно было наблюдать за ним, вспоминая то, как в молодости он стремился к титулу, что теперь неимоверно портит отношения с собственным сыном.

— А, Саске… вернулся уже? — вяло ответил седьмой, — что нового на этот раз?

— Пока искал информацию о клане Кагуи, внезапно узнал о кое-какой другой информации. Она также будет нам полезной, может быть даже полезнее самого клана Кагуя.

— И что же это? — насторожившись спросил Шикамару, что стоял возле стола Хокаге.

— Путешествуя по стране травы, я решил остановиться в одном из населённых пунктов, чтобы передохнуть. Там я настиг некое похищение одного знаменитого и выдающегося учёного, который работал в скрытом камне. Как мне стало известно, в стране травы он пребывал для того, чтобы набрать кое-каких ресурсов для своих исследований. Я решил допросить наёмника что пытался похитить учёного и выведал из него, что его нанял неизвестный в чёрном плаще, что окутывал лицо и не давал его разглядеть. Он не сказал ему своё имя, лишь то, что он из особой организации «Кара». Использовав шаринган, я просмотрел его воспоминания о том дне… Скажу так, даже из воспоминаний я ощущал опасность от этого парня. Он был не из простых шиноби, эта аура, напомнила мне чем-то Акацуки…

— В своё время Акацуки тоже не были такими уж открытыми, хоть и работали вместе с камнем. Если мы решим не трогать их, возможно они превратятся в довольно проблемную организацию… — высказал Шикамару.

— Ты прав, нам стоит опасаться их и по возможности попытаться арестовать, — ответил Наруто, — если они решили похитить учёного, то он им явно нужен был для чего-то. Если они тайно работают над каким-то особым оружием, то нам и подавно стоит остановить их. Саске, это всё что ты смог узнать о них?

— К сожалению да, мне нужно больше времени для этого… — ответил Учиха, глядя прямо в глаза седьмому.

— Хорошо, но не перетруждайся. Отдохни в деревне хотя бы денька два. — с тревогой, посоветовал хокаге.

— Да, я как раз собирался позаниматься вместе с твоим сыном… Видел его кстати, пока шёл к тебе. Весь запыхавшийся от твоего наказания.

— Неужели? Ну, надеюсь с тобой, он время проведёт с пользой.

— Не сомневайся в этом… — сказав это, Саске тут же вышел из кабинета.

— Боруто… — задумчиво проговорил Наруто, — до сих пор не могу успокоиться от того, что с ним приключилось на том задании.

Наруто в тот день, когда они пришли, сразу же заметил болезненный вид Конохамару и понял, что они всё-таки столкнулись с какими-то нукенинами. Более того, их команда не просто их победила, а убила… Об этом доложила разведка, что должна была забрать трупы. Да и по отчёту Конохамару было понятно, что Мицуки и Боруто вместе убили врага…

— Расслабься, он всё-таки твой сын, неудивительно что он смог одолеть такого врага. — усмехнулся Шикамару, — По данным из штаба, они выяснили что тот мечник убил более ста людей из которых шиноби только десять… остальные же лишь мирные граждане.

— Я об этом! — тут же насупился Наруто, — я говорю о его жестокости… он остановил врага, это похвально, но… убить? Это и правда было так необходимо?

— Прекрати, если наши времена такие спокойные, это ещё не значит, что и шиноби должны становиться более мягкими. В наше время, мы это тоже сделали… ты же помнишь, тот день когда мы отправились за Саске? — напомнил ему Шикамару.

— Да, конечно… — закрыв глаза, ответил Наруто, — может быть, всё дело в том, что он мой сын?

— Возможно… ты хочешь видеть в нём только хорошее, но он тоже человек, как и ты, и ему свойственно делать ошибки. Не принимай это близко к сердцу. Он хороший шиноби, который в будущем возможно даже превзойдёт тебя. — успокоил седьмого, Шикамару.

Боруто шагая домой, попутно жуя купленный бургер, думал о том, что ему сказал дядя Саске… «В своё время, я наделал ошибок куда больше тебя» и если так подумать, означало ли это, убийства? Да, конечно же означало… что же он думает об этом, дурень? Однако осознание этого, давало понять, что Саске не такой уж и чистенький как казалось прежде. В глазах Боруто он был молчаливым крутым ниндзя, что мог наравне драться с отцом.

Остановившись возле дома, он глянул на свою ладонь на которой находился ромб и задумчиво спросил самого себя:

— Смогу ли… достигнуть той же силы?

По правде говоря, он стал шиноби, только ради того, чтобы стать сильнее отца и доказать, что он не похож на него. Эта по-своему дурацкая мотивация, всё же давала плоды, хоть и не те, на которые он рассчитывал. Какой же это прогресс, если ты даже не помнишь, как победил врага?

— Я обязательно овладею ей и тогда отец, поймёт что в тот день, я не ошибался… — прошептал Боруто, сжимая в кулак печать на ладони.

Зайдя в дом, он как обычно оповестил всех, о том, что он дома. В тот же момент со стороны кухни показалась Хима, которая радостно побежала к своему старшему брату.

— Привет сестрёнка, — обняв её, сказал Боруто.

— И тебе братишка, — ответила та, крепко прижимая его к себе.

С кухни уже пахло чем-то вкусным. Узумаки, заметил что у Химы измазанные руки в каком-то креме, похоже она как обычно, помогала маме с готовкой, уж очень сильно она любила это дело.

— Наконец вернулся, — вытирая руки полотенцем, добродушно подала голос его мать.

— Ага, я наконец-то отработал своё наказание, — весело ответил Боруто.

— Здорово, думаю ты понял для себя, хоть что-то из этого наказания.

— Лишь то, что птицы довольно-таки не сдержанные создания… — ответил устало тот.

Сестрёнка захихикала от слов брата, на что он также добродушно засмеялся. Хината же велела обоим помыть свои руки и садиться за стол. Боруто в этот день решил, что лучше уж он проведёт его с семьёй, чем наедине со своими тяжёлыми мыслями в тёмной комнате.

Сев за стол, он тут же принялся за еду. Мама отлично готовила, хоть Боруто и любил поесть бургеры, однако мамина еда была вне конкуренции. Сегодня на ужин было карри с рисом, что неимоверно порадовало блондина. Довольно уплетая еду, он попутно рассказывал своей семье, о том что вообще сегодня делал помимо того, что драил лица предыдущих Хокаге.

— Я по пути сюда, встретил дядю Саске, — прожевав рис, он продолжил, — он мне сказал что завтра если найдёт время, может позаниматься со мной на полигоне!

— Неужели? Как здорово, — ответила мама, наблюдая за сыном, — а что насчёт папы? Ты к нему не заходил?

Боруто махнул рукой, как только речь зашла о его отце, так как он всегда был занят, то ему приходилось довольствоваться одними лишь клонами, но к какому-то определённому времени, он начал видеть в них какую-то фальшивость и потому более не принимал их, как отца.

— Он как обычно торчит у себя в кабинете с уставшим рылом, — грубо ответил Боруто. — наверняка если бы я зашёл к нему, то он начал бы говорить о том, что его семья — это вся деревня, а не только мы и бла-бла-бла… В общем, типичные отмазки от которых уже тошнит если честно.

Хината даже уже и не пыталась дать понять Боруто, что его отец управляет всей деревней, она уже понимала что Боруто это осознаёт, однако внимание ему всё же нужно было отцовское, которого она к сожалению дать не могла.

— Я… понимаю, что он Хокаге и должен руководить всей деревней, став её опорой, но… порой мне кажется, что эта работа только губит его и наши с ним отношения… Я хочу видеться с ним как раньше, чтобы он обучал меня новым техникам и направлял как все остальные отцы друзей, но вместо этого, я лишь слышу о том, какой он хороший Хокаге. Это даже хуже, чем если бы его вообще не было. — внезапно сказал Боруто, опустив голову. В тот же момент, он подумал о своей сестрёнке. Как эгоистично по отношению к ней, он обходится, когда говорит такое, ведь она тоже наверняка чувствует нечто подобное, однако держит это в себе, стараясь не замечать, — извини Хима, что приходится слушать такого глупого брата.

— Всё хорошо! — ответила она, — Папа и правда занятой, но думаю когда-нибудь, он найдёт и на нас время…

— Будем надеяться… — со скепсисом ответил Боруто.

Поужинав, он отправился к себе в комнату, так как сильно устал и что-либо делать сейчас, просто уже не было сил и желания. Плюхнувшись лицом на подушку, он задумался над той силой которая теперь точно не была бредом его воспалённого разума. Мицуки видел то, что он творил, а это значит, что сила действительно в нём есть…

И всё же откуда она появилась? Он задавался этим вопросом вот уже какой день… Одно он точно понимал, появилась она после победы над Момошики. Похоже, что его смерть, каким-то образом спровоцировала появление этой печати. Слова о том, что победивший однажды бога, больше не будет человеком, видимо адресовались именно ему. Потихоньку Боруто начинал понимать смысл его слов. После того как он активировал силу и использовал её, вся чакра что была в нём в тот же миг испарилась. Даже Мицуки сказал, что после расправы над нукенином, он упал обессилено на землю. Что означало лишь одно… тело не приспособлено к силе, ему нужно тренировать себя больше и как можно интенсивней. Иначе рано или поздно, эта печать в один миг высосет из него все соки, оставив лишь труп.

— Похоже у меня нет выбора… нужно будет поговорить об этом с дядей Саске… — решительно сказал Боруто.

На следующий день, Боруто отправился на Полигон, решив размять руки и покидать сюрикены в очередной раз… По правде говоря, ему начинало надоедать подобное. Да, он уже выучил это, но что дальше то? Ничего… отца нет, так как у него попросту нет времени, а от Конохамару можно ожидать лишь какие-нибудь печати, что трудно освоить…

— Я топчусь на месте… — пробормотал Боруто, кидая очередной сюрикен в дерево.

Внезапно появился ещё один сюрикен который отбил тот, что кинул Боруто.

— Видимо я вовремя. — послышался голос Саске, — говоришь, что ты топчешься на месте? Видимо ты уже освоил то, что я дал тебе в прошлый раз, не так ли?

— А-ага, хотите посмотреть? — спросил с вызовом блондин.

Учиха слабо кивнул и после этого знака, Боруто вытащил два сюрикена, а после продемонстрировал смену траектории сюрикена, что смог попасть в цель которая не достигается прямым броском.

— Неплохо. Ладно, на самом деле, это лишь цветочки… я был на задании всё это время, поэтому не мог тебя нормально обучить хоть чему-то кроме этих бросков. Ты уже освоил расенган не так ли?

— Ага, — ответил Боруто, предвкушая тренировку с одним из сильнейших людей в Конохе.

— Напомни мне, сколько у тебя стихий?

— Три… это воздух, вода и… молния. — тут же ответил он, задумчиво загибая пальцы.

— Вот оно что… весьма впечатляет для твоего возраста. — заметил Саске, — и какой стихией ты можешь управлять лучше всего?

— Молния. — не задумываясь ответил Боруто, — по правде говоря, расенган у меня не такой уж и большой и сильный как у отца… всё из-за трудности в освоении стихии.

Саске уже видел огромный потенциал в этом ребёнке. Мало того, что он изучил технику, которая требует невероятной точности в контроле чакры, так ещё и смог её освоить при таком слабом потоке стихии ветра. Будь у него сильная природа ветра, то он бы и формы менял расенгана как и Наруто.

— Молния значит… — задумчиво проговорил Учиха, — видимо выбора особо нет… я научу тебя технике, на которой у меня специализируются практически все остальные.

— О-о-о!!! — с горящими глазами, только и смог из себя выдавить Боруто, — что же это? Да ладно, неужели это…

— Чидори. — ответил Саске, а после сконцентрировал у себя в руке технику. По полигону сразу же прошёлся визг стаи тысячей птиц. — так как ты предположен к стихии молний, то ты обязан её освоить. Я понимаю, что у тебя нет Шарингана чтобы улавливать точные движения врага, но мы попробуем что-нибудь с этим решить.

И тут Боруто внезапно вспомнил о том, что решил прошлой ночью. Рассказать всё дяде Саске, чтобы решить вопрос насчёт новой силы. Он снова призадумался, взвесив все за и против. На одной стороне был риск того, что дядя расскажет всё отцу, но с другой стороны, если он не станет этого делать, возможно освоить эту силу он сможет гораздо быстрее.

— Дядя… — начал Боруто, решительно глядя тому в глаза.

— Что такое?

— Я хотел бы тебе кое-что рассказать… но прежде, ты должен мне кое-что пообещать. Я знаю, что это глупо, но всё же, можешь не говорить об этом моему отцу или ещё кому-либо?

По виду Боруто, Учиха сразу понял, что дело видимо серьёзное, так как Узумаки в подобном настрое очень не часто можно увидеть.

— Хорошо, я обещаю тебе. Что случилось?

Собравшись с мыслями, Боруто всё рассказал своему учителю. Про то как встретил Момошики после победы над ним, про странный сон, что снился ему, после которого он впервые активировал силу, а также про повторное пробуждение её уже на миссии. Всё это он так долго держал в себе, что когда наконец выговорился, даже стало как-то легче говорить.

Саске в свою очередь очень внимательно слушал его. С каждым словом всё более и более понимая, что похоже дело очень серьёзное и не сулит добром, если оставить всё так как есть. После подробного разъяснения о том, что он видел во сне, стало даже как-то тревожно. Боруто пробудил странную силу, которая не поддаётся ему… так ещё и после победы над Ооцуцуки…

— И почему же ты не стал говорить о столь важной информации своему отцу? — задал вопрос Саске.

— Потому что я решил разобраться в этом самостоятельно. — твёрдо заявил Боруто, — однажды, я уже говорил ему про то, что пробудил бьякуган и тогда он мне не поверил, на что я ответил: клянусь титулом ниндзя! И даже после этого… мой глаз не пробудился. Отец решил, что я снова это сделал, чтобы просто привлечь его внимание. Будто бы я кичился этим, а после позорно принял правду, которая даже и правдой то не была! Поэтому, я решу всё сам, я не стану полагаться на отца в этот раз…

Саске в каком-то смысле понимал Боруто. Его стремление сделать что-то без помощи посторонних, и даже близких людей. Это нечто присущее и Учихе. Возможно именно из-за этого, он решил сдержать своё слово и никому не говорить о том, что сказал ему Боруто.

— Раз так, то ты должен понимать всю ответственность за то, что ты хранишь… — мрачно произнёс Саске, активировав шаринган, — возможно из-за твоего упрямства могут погибнуть люди и даже деревня, ты не думал об этом?

— Чтобы не допустить этого, я хочу попросить вас, обучить меня, настолько хорошо и тяжело, насколько это возможно. — ответил Боруто.

— Если дела обстоят так, то у меня нет выбора… — задумчиво проговорил Саске.

— О чём вы? — недоумевающе спросил Боруто.

— В следующий раз, когда я отправлюсь в путешествие… Ты пойдёшь вместе со мной, чтобы я мог обучить тебя, а также для того, чтобы мы могли получше изучить как твою метку, так и твой до сие неизвестный тип глаза…

— Не думал я, что вы решите меня отправить в столь далёкий сектор. — удивлённо произнёс, Кацуки разминая пальцы на руках.

После того как глава клана узнал о смерти Момошики и Киншики, он всерьёз задумался над тем, что происходит на том далёком секторе. Давненько такого не происходило, когда сектор начинал бороться за свою жизнь. Но рано или поздно всё должно быть собрано и эта планета не исключение.

Конечно же для начала стоило отправить одного разведчика, чтобы тот обследовал местность и уровень угрозы, что представляют жители этой планеты. Для этой роли очень хорошо подходил Кацуки Ооцуцуки, что как раз и специализировался на подобных миссиях.

— Я только вернулся с одного дальнего сектора, как тут меня отправляют на ещё более дальний… похоже отдохнуть мне не суждено. — устало процедил он, надевая белую накидку.

Бледно-серые глаза устало глядели в сторону конусообразного здания, откуда его должны были отправить на ту самую дальнюю планету. Из-за расстояния приходилось использовать оборудование сверх мощностей, что жрали много энергии. У них итак были с этим довольно большие проблемы, так тут ещё и дальний сектор обнаружился…

— Помни, ты должен найти источник той странной энергии, что исходит оттуда. Как только найдёшь, по возможности принеси живым, нам бы хотелось по подробнее изучить это создание. Как только захватишь или убьёшь, активируй это устройство, — в руках Кацуки был небольшой похожий на алмаз прибор, — оно тут же создаст портал который направит тебя сюда.

— Ясно, значит нужно захватить цель… понятно. А что насчёт остальных жителей? — уточнил он.

— Можешь убивать сколько влезет, главное источник энергии не забудь захватить с собой. — ответил ему секретарь.

— Отлично…

Сарада была рада тому, что этот оболтус наконец-то закончил со своим наказанием и теперь они всей командой могли приступить к миссиям. Все эти три дня, она то и делала, что выполняла довольно низкосортные миссии, в душе проклиная этого идиота за то, что тот такой самоуверенный с горячей головой.

Однако кое-что её всё же тревожило сильнее. Это непонятная чакра, которая протекала из его руки и глаза, создавая между собой некую смесь. До этого она точно ощущала от него совершенно иную, более привычную к пониманию энергию, что циркулировала по всему телу, как и у всех шиноби.

На следующий день после возвращения домой, Сарада специально пришла к каменным лицам, чтобы лично расспросить Боруто о том, что это было. Но… почему-то сам блондин отказался что-либо говорить ей, точнее сделал вид, будто не понимает о чём она. Но её было сложно обмануть, тем более Боруто, которого она знала всё своё детство.

Это неимоверно взбесило куноичи, считая что секретов от команды не должно быть никаких, как никак они вместе выполняют задания и как после такого доверять друг другу? На что блондин ответил просто и понятно: «это кровь Хьюга, поэтому не задавай больше вопросов по этому поводу, пожалуйста». Сарада тут же закрыла рот, осознав, что лезть в семейные тайны, ей не дозволено. Все дела связанные с кланом Хьюга должны оставаться в нём же, так как они являются сильнейшим кланом деревни, благодаря доудзютсу Бьякугану, которое очень ценное и сильное.

Как ни крути, а тут поделать было нечего. Сараду конечно мучило любопытство по поводу его изменённой чакры, однако она отмахнулась от дальнейших расспросов, понимая, что в будущем блондин сам расскажет, что да как у него с телом и танцкецу.

— Неужели и у Боруто будет бьякуган?.. — задумчиво проговорила она, глядя на голубое небо.

Сарада мчалась в сторону полигона, где сейчас предположительно тренировался Боруто. Вчера отец ей говорил о том, что будет тренировать его. Направилась она туда, чтобы предупредить Боруто о скорой миссии, к которой он должен будет подготовиться. Так как команда номер семь, хорошо себя проявила после первой миссии, то было решено дать им ещё одну, связанную с доставкой какого-то прототипа механического устройства. Теперь всё было не так опасно, поэтому они должны были выдвинуться без своего сенсея, так как он находился на другой важной миссии.

Боруто потерял дар речи от внезапных слов своего учителя. До этого, дядя Саске лишь изредка его чему-то учил, и вот теперь… так внезапно он станет его настоящим учеником. Постепенно шок переходил в предвкушающий экстаз, лицо тут же вытянулось в радостном оскале, и он крикнул:

— Да! Наконец-то я стану действительно сильнее!

— Но не думай, что я буду тебя как-либо жалеть Боруто. Тренировки будут действительно очень тяжёлыми, я не преподаватель в академии и не Конохамару. — строго предупредил тот.

— К-конечно… — немного сбавив обороты, ответил белобрысый, — и всё же, как же это классно! Меня будет обучать один из сильнейших людей!

Сам же Саске сейчас думал о том, какова же природа этой печати на его ладони и каким образом он её проявляет помимо злости… Возможно здесь играют роль сами эмоции Боруто. Так как он пробудил его впервые ночью после того кошмара… Переизбыток адреналина? Тоже возможно. В любом случае, теперь он под его опекой и главная задача это научить его пользоваться этой силой.

— Сегодняшнюю тренировку отложим, у нас будет ещё куча времени для этого, мне нужно к твоему отцу, чтобы обсудить детали твоего ухода из деревни на непродолжительный срок. — вкрадчиво объяснил Саске, — можешь сегодня отдохнуть, всё равно я ухожу на миссию только после завтра.

— Хорошо, — серьёзным тоном ответил Боруто, а после проводил своего учителя взглядом, оставшись на полигоне наедине со своими мыслями.

Внезапно из-за деревьев выпрыгнула Сарада. Вся запыхавшаяся, она подошла к Боруто, что глядел на неё удивлёнными глазами.

— Что ты тут делаешь? Решила тоже потренироваться? — спросил Боруто.

— Нет же, у нас новая миссия, причём без Конохамару сенсея. — ответила она.

— А? Если без него, значит что-то скучное… — вздохнув, пробормотал белобрысый.

— Хватит ныть, мы вообще-то должны доставить довольно ценный груз в исследовательскую лабораторию города Рьютан. — объяснила Сарада, — кстати, а где мой отец? Он вчера говорил, что будет тренировать тебя. — добавила она.

— Ну… — почесав затылок растянул он, не зная как ей объяснить то, что её отец ушёл за допуском чтобы взять его с собой на следующее длительное задание. Всё же, он понимал, что отец её вроде как редко с ней видится, а тут он внезапно уходит вместе с ним на миссию. Не заревнует ли она его к отцу? — чёрт, хрен с ним, всё равно это возможно моя последняя миссия! — проговорил Боруто ударяя кулаком по ладони.

— О чём это ты? — недоумевающе спросила она.

— Потом расскажу, лучше скажи мне, когда мы собираемся на миссию?

— В двенадцать ты должен быть уже на станции… — вымученно ответила она.

— Окей, тогда я пойду и кое-что возьму с собой… мало ли, снова встретим каких-нибудь утырков… — увильнувшись от дальнейших расспросов насчёт «последней миссии», побежал белобрысый.

Сейчас Боруто не хотел загружать себя подобными мыслями. Всё же в первую очередь нужно было выполнить миссию, а объяснить Сараде о том, что он уйдёт из деревни на какое-то время можно как-нибудь после… Всё же это наверняка да как-то повлияет на саму миссию, а Боруто этого как-то не хотелось испытывать.

Добравшись до дома, он мигом вбежал на лестницу, что вела на второй этаж. По пути он встретился с сестрёнкой, что удивлённо глядела на него.

— Ой, Хима привет ещё раз! — радостно чмокнув ту в щеку пролепетал Боруто, — дай пройти пожалуйста, мне надо быстренько кое-что с собой взять.

— А? Братик, ты куда-то уходишь? — спросила Хима, заглядывая в комнату брату, что судорожно копался в шкафу.

— Ага, новая миссия, надо готовиться к ней… — ответил Боруто, вытащив из-под вещей клинок, что он забрал с прошлой миссии. Конечно глядя на него, в голове сразу же вспыхивали негативные мысли по поводу прошлого, но от клинка он не хотел отказываться. Всё же хорошее оружие, да и дядя Саске наверняка его обучит, как обращаться с подобным оружием, — а где мама? — спросил Боруто, положив клинок обратно в шкаф.

— Она решила сходить в гости к дедушке и тёте… — ответила добродушно сестрёнка.

— Вот оно что… а ты? — нахмурившись снова задал вопрос Боруто.

— А мне сегодня на тренировку. — ответила Хима, — папа разрешил мне поучиться базовым техникам генина. За мной должен зайти Шино-сенсей.

— Ого, ну тогда постарайся! — подбодрил её Боруто, вскинув перед собой кулак.

— Ага!

Глянув на часы, Боруто понял что у него в запасе ещё был час, поэтому он решил посидеть со своей сестрёнкой и по возможности лично передать её своему бывшему учителю. Сестрёнка конечно же была рада подобному.

— Слушай Хима, а кем ты хочешь стать в будущем? — спросил Боруто, наблюдая за тем как сестра что-то рисует на бумаге.

— Ну… я даже не знаю. Я люблю готовить, но также и двигаться, мне нравится боевые искусства, но и танцевать… так что я даже не знаю, столько возможностей, что выбрать сложно…

— Вот оно что… — протянул задумчиво Боруто.

Как странно. Его сестрёнка хочет достигнуть много чего, а что он? Для чего ему эта сила? Конечно же показать отцу и всем окружающим что он другой, но если посмотреть на это немного с другой стороны, то… разве этим поступком он не докажет деревне именно то, что они думают о нём? Ведь, Боруто — сын хокаге, естественно, что у него есть талант и силы для того, чтобы стать сильнейшим. И как же тогда быть? Это получается что… он топчется на одном месте?

Его раздумья прервал звонок в дверь. Вернувшись в реальность, Боруто встал со стула и побрёл к двери. Открыв её, он увидел перед порогом знакомый жилет и эти странные очки. Шино-сан тут как тут.

— Здравствуйте учитель. — поприветствовал Боруто.

— О добрый день Боруто, не ожидал тебя увидеть здесь. — удивился тот. — а где Химавари? Меня прислали, чтобы я…

— Да-да, я знаю, чтобы отвести её в академию и всё-такое.

Позади послышались шаги Химавари. Она тут же надела сандали и вышла к Шино-сану. Боруто глянул на часы и понял, что пора бы и ему отправиться на миссию. Захватив с собой клинок, обернутый в ткань, он вышел следом за Химой, закрыв за собой дверь на ключ.

— Ладно, мне надо на станцию, пока! — попрощался Боруто, помахав им рукой в последний раз.

— Да, пока-пока братик! — крикнула в ответ Хима.

Он навсегда запомнил её такой. Улыбчивой, весёлой и целеустремлённой девочкой, которая в будущем должна была стать гением этого мира… Жизнь очень непредсказуемая штука, сегодня ты видишь человека, а завтра его уже нет.

Боруто побежал в противоположную сторону, вдыхая полной грудью свежий воздух этого замечательного дня, что дал ему столько хороших моментов. Казалось что теперь то жизнь точно наладиться, все трудности конечно будут впереди, но он их преодолеет и тогда, уж точно разберётся в себе и в том, что он действительно хочет.

Добравшись до станции, он начал оглядывать её, чтобы найти знакомые силуэты напарников. Наткнувшись на герб Учиха, что находился на спине Сарады, он тут же помчался к ней. На станции помимо них, также находились и многие другие как гражданские, так и шиноби что должны были отправиться на миссию. Все они болтали о чём-то своём насущном. Не обращая на них внимания, Боруто подбежал к Сараде и Мицуки, последний держал какой-то чемодан, видимо с этим самым прибором, что они должны были доставить.

— Неужели не опоздал? — съязвила Сарада.

— Конечно… ведь шиноби должен относится ответственно к миссии! — рассмеявшись сказал Боруто.

— Ну это точно не про тебя, — улыбнувшись заметила Сарада.

К ним вдруг неожиданно подошёл Катасуке. Полноватый мужчина в очках, неловко рассмеялся, завидев Боруто, тот в свою очередь нахмурился, не понимая какого хрена он тут делает.

— Прежде чем вы зададитесь вопросом, юный господин, — виновато начал Катасуке, — я хотел бы сразу ответить на этот вопрос. Господин Хокаге не стал увольнять меня, я объяснил ему всю ценность данных технологий, а также и то, что они могут привнести в наш мир. Так что побеседовав с ним, он решил меня отправить в научную лабораторию Рьютана.

— Глупый старик… — проворчал Боруто, однако что-либо говорить против не стал, предупредив лишь о том, чтобы очкарик не задавал ему лишних вопросов.

— О, похоже ты взял его… — слабо улыбнувшись, заметил Мицуки, глянув на свёрток в руке блондина.

— Ага, на всякий случай взял, вдруг на нас опять решат напасть, всё же осторожность не помешает. — ответил Боруто.

Поезд подал сигнал о том, что скоро он отбывает. Команда решила сразу же сесть в салон, так как им не хотелось ехать до Рьютана верхом на поезде, тем более с Катасуке…

Войдя внутрь, они прошлись по салону, в котором уже находились несколько людей, а после сели на одно из свободных кресел. Сарада села рядом с Боруто что устроился возле окна, тогда как Мицуки и Катасуке сели напротив.

— Просто отдать этот прибор?.. — спросил Боруто, — и что же это за штука?

— Это особая научная разработка. После нападения Ооцуцуки, наша компания решительно, начала изучать ту технику, что позволяла злодею поглощать любые техники. В результате чего, мы смогли соорудить протез руки, что может поглощать техники, хоть и не так эффективно… — объяснил Катасуке.

— Ясно… похоже отец видит в этом хорошее оружие против возможных чужеземцев. Момошики мог поглощать любые техники и применять их в обратную сторону, в стократной силе. — хмуро подвёл Боруто.

— Именно так, юный господин.

— Думаете придёт кто-то ещё? — встревожено спросила Сарада.

— Кто бы то ни был, мы справимся… — проговорил Боруто, задумчиво глядя в окно.

— Не сомневаюсь… — глянув на Боруто, добавил Мицуки.

Наконец поезд тронулся с места, и перед глазами Боруто начали потихоньку меняться пейзажи. В какой-то момент он даже задремал, так как ехали они достаточно спокойно и даже тихо, никто не нарушал эту странную тишину.

Сначала перед ним виделись лишь зелёные деревья и такая же сочная трава, затем пейзаж поменялся на более красивый, так как они начали проезжать над очень живописным полем с разнообразными красивыми цветами. Глядя на это место, Боруто даже улыбнулся, глядя на это своими полуоткрытыми глазами.

Однако вдруг, глаз дал о себе знать. Ощутимо так пройдясь током по всему телу, от чего Узумаки даже дёрнулся.

— Что такое Боруто? — спросила Сарада.

— Не знаю… — ответил растерянно Боруто.

Внезапно печать на ладони активировалась, снова расползаясь по руке. Сарада вместе с Катасуке, дико удивились подобным изменениям в Боруто. Мицуки же в свою очередь обеспокоенно глядел на Боруто, так как его глаз также пробудился вместе с печатью… что-то случилось, печать чувствовала это.

— Чёрт… — напряжённо процедил Боруто, пытаясь вновь вернуть её в обычное состояние, но ничего не выходило.

Закрыв левый глаз, Боруто начал видеть перед собой какие-то странные картины… они все были словно под голубой пеленой, через которую хрен что разберёшь… Однако сконцентрировавшись, он всё же увидел одну единственную картину. От которой у него по лицу прошлись капли холодного пота. Сам он от шока, даже и говорить больше не мог. Настолько он ужаснулся от того, что увидел.

— Боруто?! Эй, ты слышишь, что случилось?! — принялся тормошить своего друга Мицуки. Он понимал, это как-то связано с тем, что он видел в ночь, пробуждения этой печати…

— Юный господин, что эта за странная печать на вашей руке? — заинтересованно спросил Катасуке.

— Нашли блин время спрашивать, он сейчас явно не в себе!.. — прошипела Сарада.

Боруто очнувшись от шока, покрепче сжал клинок, а после разбив стекло, выпрыгнул с мчащегося поезда. Мицуки не долго думая также последовал за своим «солнцем» решив, что у него веские причины так себя вести.

— Нет! Нет! Нет! — кричал во всё горло Боруто, галопом со всех ног, направляясь обратно в Коноху.

Сарада извинившись перед Катасуке, передала ему чемодан с протезом, а после вынырнула следом за Мицуки.

Чёрный портал внезапно образовался прямо на макушке статуи лица четвёртого Хокаге и из этого портала вышел на первый взгляд обычный белый человек, одетый в белую достающую чуть выше колен робу, украшенную несколькими чёрными томое на рукавах и воротнике. На плечах виднелись золотые щитки, что загибались чуть вверх, а также небольшой рог выступающий из виска и уходящий чуть назад. Его бледно-серые глаза огляделись. В них наконец пробудился некий интерес к здешней архитектуре, а также тому, что тут светит ярко огненная звезда освещая их мир…

— Интересно… — протянул с любопытством Кацуки Ооцуцуки, а после тут же активировал глаза, чтобы найти источник всех тревог главы клана. — кажется нашёл, но… почему же след внезапно раздваивается? Ну ладно, давай-ка узнаем поближе энергию, что ближе всего ко мне…

Помимо этой странной энергии, он также ощущал частицу силы древа, похоже каким-то образом эта раса смогла разделить силу на части и поглотить… Однако сейчас его интересовал не сам сосуд частицы, а кое-кто другой. Кацуки наложив на себя барьер невидимости, полетел в сторону полигонов, где как раз-таки и ощущал присутствие той неведомой силы.

Пролетая над деревней, он замечал их быт и в целом настрой. Странно было видеть столь мирную расу, ведь они смогли победить самого Момошики и Киншики, а это многого стоит. Видимо внешность обманчива. Однако он ощущал, что у этих индивидов довольно слабая жизненная энергия, она отличается от той, к которой принадлежит сам Кацуки. Ведь его род, может проживать тысячелетия, тогда как у этих хватало максимум на сотню лет…

— Какая жалость… — выплюнул он, презренно оглядывая жителей Конохи с неба.

Как только он подлетел к дальней заросшей лесом части деревни, где как раз и располагались все полигоны для тренировок, Кацуки ощутил внезапную активацию энергии, что теперь более чётко прорезалась сквозь всё расстояние. Он сразу понял, что сила ощутила его присутствие и предупредила своего носителя.

— Это можно использовать в своих целях. Похоже тот сгусток энергии что сейчас где-то в этом лесу, как-то связан с тем носителем что сейчас довольно далеко отсюда… — предположил Кацуки, — возможно они родственники… Да, скорее всего так и есть.

Подлетев поближе к источнику, он также разглядел там и два других, более слабых, они были похожи на все остальные и видимо это у них базовые характеристики. Не все такие сильные, лишь малая часть обладает той самой чудовищной силой.

Опустившись вниз, он наконец увидел тот источник более слабой силы. Это была девочка возраста семи лет, с чёрными волосами, что растопыривались в разные стороны и голубыми глазами в которых явно была какая-то сила похожая на его. В ней помимо странной энергии, напоминающей ту, что сейчас направляется сюда, была ещё и чакра Джуби, хоть и не такая заметная. Видимо тот что обладает самой силой в деревне, является её отцом.

— Какой прекрасный генофонд… — пролепетал Кацуки, ощущая от неё также и частицу силы Ооцуцуки, — похоже один из твоих родственников принадлежит к клану, что когда-то создал Ооцуцуки.

Остальные индивиды его более не интересовали. Все они лишь жалкие подобия тех, что были здесь когда-то богами. Видимо Кагуя совокуплялась с одним из таких жалких червей, раз здесь появилось столько людей с отличительной энергией внутри.

— Отдам ей должное, спустя столько лет, действительно здесь есть интересные существа что используют наши гены…

Хима в сопровождении с Шино-самой и директором Ирукой, шла к полигону. Вместе с ней были также ещё трое ребят, которые в будущем хотели стать шиноби. Их звали Эхо Наримаки и Юино Итамаки и их стремление стать шиноби, очень взбудоражило Химу, так как сама она была всё ещё не уверенна в том, что хочет стать ниндзя.

— Эй, выше нос! Ты же дочь Хокаге! — подбодрил её Эхо Норимаки, — давай постараемся на все сто!

— Ага… — ответила Хима, улыбнувшись в ответ.

Всё же её немного коробило то, что она является дочерью Хокаге и при этом не знает того, кем хочет стать. Возможно остальные дети думали о том, что если уж её отец самый сильный ниндзя, то и его дети должны стремится стать такими же сильными шиноби.

Ирука видел её неуверенность, однако вмешиваться не хотел. Всё же в этом деле, нужна осторожность и тонкость и что-то предпринимать стоит лишь если всё и правда очень плачевно. За годы практики учителем, он много чего понял.

Шино в свою очередь думал о том, какие же способности будут у Химы. Всё-таки она является членом клана Хьюга и не понаслышке знает о том, что она уже владеет бьякуганом. Однако он также хотел увидеть и силу остальных двух ребят, что хотели стать шиноби. У них была цель, в отличии от Химы, а мотивация это одна из главных вещей для ниндзя и достижения самого результата.

Добравшись до нужного полигона с разными препятствиями, Ирука решил дать им разминку и заодно глянуть на то, как хорошо они могут двигаться.

— Итак, сейчас вы должны будете показать мне как хорошо вы можете двигаться, преодолевая препятствия.

Ирука хотел было продолжить, но вдруг заметил странности в Химе. Она глядела куда-то в сторону, словно наблюдая за кем-то.

— Что такое Хима? — спросил Шино-сама, также заметив взгляд Узумаки.

— Там… кто-то есть… — настороженно ответила Хима, указывая пальцем в кусты. Только сейчас двое учителей заметили, что у неё поменялись глаза… девочка могла пользоваться Бьякуганом в столь раннем возрасте.

Обернувшись в сторону, куда смотрела Хима, они вдруг также ощутили чужое присутствие и чакру, что лишь одним своим видом, заставляла трястись от ужаса. Шино тут же приготовился к возможной атаке, в первую очередь защитив детей.

— Похоже я недооценил тебя… — вдруг донёсся до них голос, — твои глаза, довольно сильны. Не думал, что ты овладеешь ими в столь раннем возрасте.

Внезапно перед ними, предстал Ооцуцуки, медленно сбрасывая барьер невидимости. Шино и Ирука тут же поняли опасность столкновения с подобным противником. Однако у Ируки тут же появился вопрос: «Что он тут делает и зачем пришёл?». В голове сразу же появились тревожные мысли о Химавари, ведь она является дочерью Наруто, а также Хинаты что принадлежит к клану Хьюга.

— Как забавно наблюдать за медленным осознанием всего ужаса, что проникает в ваши головы и начинает разъедать их, — шагнув вперёд, пролепетал он, — отдайте мне девочку и я не стану убивать вас.

— Думаешь, мы так просто отдадим её тебе?! — прошипел грозно Шино, — недооценивай нас!

В сторону Кацуки тут же полетел целый рой насекомых, что должны были безжалостно съесть противника. Сам Ооцуцуки сначала не понял, что это такое. Ему было интересно наблюдать за тем, как насекомые облепляют его, так как раньше он ничего подобного не видел.

— Эта планета и правда удивительна… столько всего, но к сожалению твои потуги бесполезны. — проговорил Кацуки, а после вокруг его тела образовался небольшой вихрь, который разорвал всех насекомых, что облепили его.

— Что это… стихия ветра?! — крикнул Шино, а после заметил что Ооцуцуки направил на него палец. — чёрт!

Шино внезапно ощутил резкую боль в груди. А после безумно сильный толчок от которого он полетел назад, врезавшись в дерево, он тяжело вдохнул всей грудью, от чего сразу же закашлялся кровью.

— Шино-сенсей! — испуганно крикнула Юино.

Эхо же в это время боялся даже шаг сделать, не то что закричать. Он вдруг осознал, что сейчас умрёт, неважно рано или поздно… этот монстр настигнет и его. Ирука судорожно перебирал варианты отступления, понимая, что этот чёрт, всё равно погонится за ними. Его цель это Хима, а значит остальные дети для него не имеют какой-либо ценности. Поэтому их нужно увести подальше и по возможности приказать им оповестить о нападении других шиноби.

— Дай-ка угадаю, ты сейчас думаешь о том, как бы дать сбежать тем детям, чтобы они привели сюда подмогу, не так ли? Ну так я тебя огорчу… видишь ли, мне не нравится оставлять после себя свидетелей. Ибо специализируюсь на шпионских миссиях и метод убийств у меня соответствующий… Вы уже погибли, хоть и не осознаёте этого.

Ирука и остальные дети, вдруг осознали, что им с каждым разом всё труднее и труднее дышать. Воздух вокруг них словно начал испаряться. Ещё через пару мгновений, они ощутили спазмы внутри своего тела, органы словно начали сжиматься.

— Пощади… хотя бы детей… — через силу, прохрипел Ирука.

— Нет. — бесстрастно ответил Кацуки, а после сложив печать из пальцев, усилил влияние техники.

Одна лишь Химавари не чувствовала ничего. Она лишь глядела на то как директор и её одноклассники медленно умирают. Их глаза вдруг приобрели болезненно красный цвет, а ещё через мгновение из них буквально начала сочится кровь.

— Прекрати!!! — закричала Химавари, — ты ведь пришёл за мной? Хорошо я пойду с тобой, только прекрати мучать их, пожалуйста!

— С чего ты решила что я пришёл именно за тобой?.. — мрачно спросил Кацуки, — ты лишь приманка для того, кого я и правда хочу забрать. У вас с ним схожая аура… возможно он твой родственник, брат или сестра… хрен пойми.

— Боруто?..

— Значит его имя Боруто? Интересно, что ещё ты знаешь о нём?

— Ничего я тебе не скажу! — вновь активировав бьякуган, рявкнула она.

Сейчас она хотела защитить своих друзей и учителей, поэтому страх ушёл на задний план. Она сорвалась с места, внимательно следя за движениями противника. Она хотела ударить точно в танкецу, чтобы лишить его способности к управлению этой техникой. Когда-то она так и отца вырубила, думается с этим неприятелем также сработает.

— Хочешь ударить меня в танкецу и тем самым вырубить… неплохо, но предсказуемо. Твои движения слишком медленные, но за попытку конечно дам тебе балл.

Химу как и Шино-саму, откинул назад внезапно образовавшимся воздухом. Она поняла, что его способность — это управление ветром, но как он влияет на других?.. они не могут дышать, а также истекают кровью. Что за способность такая?!

Она уже хотела снова напасть, однако позади неё вдруг образовался новый рой из насекомых. Но он был не таким большим как раньше. Похоже Шино-сама ещё был в сознании и боролся до последнего.

— Моя обязанность… защищать любой ценой детей, которых я обучаю… — прохрипел он, также харкая кровью, — и я буду исполнять эту обязанность до самого конца!

Рой насекомых стремительно напал на Ооцуцуки, однако тот одним движением пальца, тут же разорвал всех насекомых, не оставляя даже и следа от них. Они словно все испарились в мгновение ока.

— Жалкое зрелище… — вздохнув сказал напоследок Кацуки, — смотри внимательно девчонка. Ибо сейчас ты узришь ещё одну мою способность… а может даже ощутишь её на себе.

Он направил свою растопыренную руку в сторону Шино и тот снова закашлявшись кровью поднялся в воздух. Повернув ладонь тыльной стороной к низу, Кацуки сжал её в кулак. В тот же миг живот Шино разорвался от внезапного расширения воздуха, что произвёл Ооцуцуки и все разорванные внутренности тут же начали вываливаться наружу.

— Чёрт, не ожидал что ваши тела настолько хрупкие… — с отвращением проговорил Кацуки.

Химавари в свою очередь, шокировано глядела на падающее тело её учителя. Она впервые столкнулась с подобной жестокостью этого мира. Осознала, что сейчас её желудок также сжимается и хочет вывалить наружу всё то, что она съела сегодня утром. Запах крови… только усиливает этот спазм. Ей хочется плакать, бежать отсюда подальше, не слышать тяжёлые хрипы умирающих директора и Эхо с Юино.

— Помогите мне… — хныкнула она, — кто-нибудь пожалуйста, помогите!..

— Никто не придёт. Ни твой отец, ни твоя мать… ты умрёшь такой же мучительной смертью как и твои друзья и учителя, — жестоко произнёс Ооцуцуки, а после направил на неё ладонь. — может это поторопит твоего брата?..

Боруто тяжело дыша, спешил со всех ног в сторону деревни. Печать на руке всё ещё пульсировала, а глаз то и дело показывал ему эти странные видения. Он не хотел верить в них, но чувствовал что это правда.

— Боруто, что случилось? Ты что-то видел?! — не унимался Мицуки, двигаясь вслед за ним. — ты видел ещё одно видение?

— Да… — ответил коротко он, — чёрт возьми, давай же… ну же, если в тот раз получилось, то и в этот раз я должен это сделать! — кричал Боруто сжимая запястье на которой и расположилась печать.

Представь себе место… образ того, что ты увидел. Ты уже был там… нужно лишь направить эту силу для того, чтобы переместиться… Внушал себе Боруто. К его облегчению, это подействовало. Он собрал всю волю в кулак, а после вытянул перед собой ладонь с печатью, которая в тот же момент прорезала в пространстве портал.

— Боруто, стой! — крикнул ему вслед Мицуки, но было уже поздно, блондин исчез в закрывающемся портале.

— Куда он исчез?! — вопросила Сарада, оглядываясь по сторонам, — я больше не ощущаю его чакру. И что это за штука у него расползлась по руке?

— Сам толком не понимаю, но он только что сделал портал и переместился… наверное в деревню… возможно там, что-то стряслось. — настороженно проговорил Мицуки.

Узумаки выбравшись из портала, застал картину из его видения что он видел в поезде. Он не мог дышать, от шока и ужаса, что узрел прямо перед собой. Он надеялся на то, что глаз врал, это не правда… но всё оказалось страшным предвидением…

Ооцуцуки Кацуки стоял перед бездыханной Химавари, что стеклянными глазами глядела куда-то сквозь Боруто. Сам же виновник, стоял с удовлетворённой улыбкой, глядя на того, кто наконец пришёл на приманку.

— Ты… — дрожа от злости и гнева, проревел Боруто. — я тебя… уничтожу, порву на части!!!

После этих слов, печать выбросила в атмосферу дикую энергию, что была нацелена именно на Ооцуцуки. Тот соприкоснувшись с ней, с ужасом осознал, что его техника сжатия воздуха не подействовала… после чего его в тот же момент откинуло далеко назад. Впервые за столь долгое время, он почувствовал боль.

Боруто же в гневе, вытащил из ножен клинок, что сразу же покрылся молнией.

Наруто сидел в своём кабинете, что-то печатая на ноутбуке. Очередные документы, что нужно было проверить на подлинность, а также решить: подписывать ли их, или же это пустая трата ресурсов, так как многие торговые магазинчики изживали своё и тогда, убытки только губили владельцев, а этого Наруто, ой как не любил.

— Чёрт, каждый день практически одно и тоже. Неужели они не учатся на ошибках своих коллег?.. — устало высказал старший Узумаки, откидываясь на спинку кресла, — Мечта мечтой, но… Господи, порой мне так хочется бросить всё это, взять в охапку всю семью и уехать в какое-нибудь тихое место навсегда…

— Неужели? Не думал что ты так наплевательски относишься к жителям деревни. — внезапно донёсся голос лучшего друга.

— Саске?! Чёрт, ты бы хоть стучался прежде чем входить! — пожаловался блондин.

Учиха усмехнулся мыслям вслух, своего друга. Прекрасно понимая того. Всё же работать на износ, практически каждый день, любого сломает. Даже такого оптимиста как этот идиот. Однако к нему он зашёл не для того, чтобы перекидываться колкостями, а для весьма важного дела, но он также помнил об обещании, что дал своему ученику. Поэтому нужно было как-то подкрепить своё предложение об уходе из деревни вместе с его сыном.

— Я для чего зашёл то… — начал Саске, — Ладно не буду ходить вокруг да около. Мне нужно твоё разрешение на то, чтобы взять Боруто с собой на следующую длительную миссию.

Наруто сначала хмыкнул. Истощённый разум, не до конца понимал то, что ему сейчас сказал Учиха. Лишь через секунд двадцать его глаза начали медленно округляться, а рот широко раскрываться.

— Что?! — вдруг завопил Хокаге, — В каком это смысле?

— В прямом. Он уже довольно взрослый для этого. И я вижу в нём потенциал. Поэтому и хочу сделать из него первоклассного шиноби. — ответил рассудительно Учиха.

— Но… но… он только закончил свою первую серьёзную миссию! Саске, он ещё даже чунином не стал, а ты уже хочешь его куда-то там забрать? — запротестовал Наруто и Саске понимал его, всё же отдавать сына в длительное путешествие, не так уж и легко, да и какой отец вообще на такое может пойти, когда сыну всего нечего только двенадцать исполнилось.

— Ты в своё время, также ушёл в путешествие вместе с Джираей, — напомнил ему Учиха, — чем я хуже? Думаешь, я не смогу защитить твоего сына?

— Вообще-то эти тренировки были необходимы, чтобы вернуть тебя, блин! — ответил на довод черноволосого, блондин, — да и вообще, почему бы тебе его здесь не обучить?

— Здесь я не смогу его обучить всему. Да и не забывай, что мне также нужно искать информацию о каких-либо следах Ооцуцуки. И вообще, твоему сыну будет даже полезно пройтись по земному свету. Увидит мир в кой-то веки, а не только здания деревни. — нахмурившись сказал Учиха.

Наруто вздохнул, хватаясь правой рукой за голову. Сейчас было не самое лучшее время для этого… с чего вдруг Саске решил забрать его сына? Ооцуцуки вот-вот возможно настигнут их, а он решает забрать его родную кровь, так ещё и в далёкие земли…

— Какой толк в том, что он сидит здесь? — вдруг спросил Саске, — ты не можешь его обучать, так как ты Хокаге и у тебя просто нет времени на это. Да и давай смотреть правде в глаза — из тебя учитель никакой. Даже расенган он обучился не с твоей помощью, а моей. Я его надоумил изучить его. Поверь Наруто, всё что я хочу — это сделать его по настоящему сильным шиноби. Чтобы он мог постоять за себя в действительно опасном бою.

Наруто сжимал подлокотники, понимая что его друг прав. Он не может обучить собственного сына, да даже если бы и смог, то прогресса явно было бы никакого, ибо все его техники основываются на чакре Курамы, которой в Боруто мизерные количества.

— Сколько понадобиться времени на его тренировки?.. — спросил задумчиво Наруто.

— Три года. Я заберу его на три года… Если что-то случиться в этот промежуток времени, я перемещу его сюда, прямо к тебе в кабинет. — ответил Саске.

По виду Наруто было видно, что для него это решение было не из лёгких. Однако он всё же вытащил какой-то документ из выдвижного ящика своего рабочего стола. Особые важные документы с помощью которых Хокаге мог дать согласие на выпуск шиноби Листа за пределы деревни на длительный срок. Когда-то таким же образом Джирая-сама договорился с Цунаде на то, чтобы они ушли вместе в путешествие. Забавно, что теперь и его сын уходит на подобные тренировки…

— Итак… — положив перед Саске документ с особой печатью, что могла даровать официальное разрешение на выход из деревни шиноби Конохи, начал Наруто, — поставь здесь свою подпись… — указав на отдельную пустую строчку, попросил Наруто.

Саске прокусив палец, с силой надавил на место, где должна была быть подпись. Теперь там красовался алый кружок, хоть и времена изменились, Саске привык всё подкреплять собственной кровью.

— Ладно… — немного удивившись своеобразной подписи друга, протянул Наруто, — похоже и мне придётся также расписываться.

Закрепив документ кровью, Наруто тяжело вздохнул, понимая что теперь ещё нужно будет как-то объясняться перед своей женой, которая будет явно против подобного решения. Он уже видел перед собой её гневные активированные глаза…

— Слушай, а что насчёт твоей дочери? — спросил невзначай Наруто, — моего сына ты решил обучить, а что же твоя дочь?

— Её время ещё придёт… ты же знаешь как действуют глаза на пользователя. Как только вернусь, она уже будет готова к тому, чтобы пробудить мангекьё. — ответил Саске. — да и Сакура не из простых шиноби, не забывай об этом.

— Это уж точно… — улыбнувшись согласился блондин.

Вдруг лицо Наруто переменилось. На нём отразилась тревога и напряженность. Он даже слабо привстал с кресла, от неожиданного наплыва столь странной чакры что образовалась внутри барьера, окружавшего деревню.

Саске также ощутил внезапный наплыв мощной чакры. Странно, но чем-то она ему напоминала чакру Ооцуцуки… взглянув в глаза Наруто, он понял что тот тоже это почувствовал.

— Вперёд! — сорвавшись с кресла, сказал блондин и в тот же миг они исчезли из кабинета, оставляя за собой лишь поднятый слабый ветер.

Боруто сжимал в правой руке клинок, что искрился голубыми молниями, из глаз его текли горячие слёзы. Он не мог их остановить, так как видел перед собой уже издавшую последний вздох сестрёнку. Перед глазами появлялись образы всё ещё живой сестры, которая радостно провожала его на очередную миссию.

— Не прощу тебя!.. — задыхаясь от собственного горя и гнева, хрипел Боруто, — я заставлю тебя страдать ещё сильнее!!!

Порыв странной голубой ауры вырвал с корнем несколько деревьев, что находились поблизости с Боруто. Поднявшись в воздух, они в тот же момент стремительно полетели в сторону улетающего Ооцуцуки, что был немного в шоке от увиденного. Он начинал потихоньку понимать, кто пред ним стоит.

— Убийца… — прошептал судорожно Кацуки, — он убил Момошики… это ясно по печати… но как он ей управляет?!

Увернувшись от всех летящих на него деревьев, он вдруг заметил над собой открывающийся портал в виде разрыва пространства. Из него в мгновение выскочил Боруто и не теряя времени тут же сделал замах в сторону головы убийцы его сестры. Кацуки в последний момент всё же успел увернуться, клинок объятый молнией смог задеть только рог, который в тот же момент отломился.

— Ах ты… — прошипел злостно Кацуки, — зацепить меня, в столь раннем возрасте… что за позор мне… Умри отродье!

Кацуки Ооцуцуки послал в сторону Боруто несколько сфер с сжатым воздухом, что по его задумке должны были проникнуть в тело носителя кармы и разорвать все внутренние органы. Однако случилось нечто… шокирующее Кацуки. Блондин выставил перед собой руку с печатью и та, просто поглотила все те сферы что он послал.

— Твою же мать я и забыл насколько это тяжело сражаться с такими как ты…

— Я тебя разрежу на мелкие куски! — продолжал кричать Боруто.

Приземлившись на почву, Боруто снова поднял правую руку, после чего земля что была под ним тут же начала подниматься в воздух. Боруто снова покрепче взял клинок, чтобы наверняка отсечь голову ублюдку, что посмел отнять жизнь у невинного ребёнка.

— Монстр… ты такой же монстр, как и я… а возможно даже и больше. — процедил Кацуки, потрогав пальцами свой уже отрезанный рог.

— В следующий раз, я не промахнусь… — злобно, высказался Боруто, испепеляя взглядом ненавистного им Ооцуцуки.

— У меня аж мурашки по телу прошлись от твоего заявления… — наигранно ответил Кацуки, обняв себя руками. — ну давай, попробуй!

В тот же миг, Боруто со всей силы притянул землю под своими ногами в сторону Кацуки, а после создав портал справа от себя, со всей силы замахнулся в его сторону, после чего второй такой же прорезался позади Кацуки. Бледный пришелец, конечно же был быстрее, а потому перехватив руку, тут же с силой вытянул Боруто через портал к себе.

— Силёнок у тебя маловато будет, сопляк! — с превосходством произнёс, Кацуки. — теперь то понятно, почему наши так испугались!.. Твой глаз, слишком опасен.

Взяв клинок, Ооцуцуки нанёс им удар прямо по глазу, разрезав не только плоть, но также и протектор. После этого ранения, сила заметно ослабла, а печать на руке медленно начала переходить из голубого свечения в серый.

— Так и знал… — хмыкнул Ооцуцуки, а после ударил рукоятью меча по спине Боруто, от чего тот в тот же миг полетел камнем вниз. — пора тебя забрать… и вытащить того, кто внутри…

Боруто из последних сил, хотел увернуться, но тело предательски перестало его слушать… Чакра начала увядать как и в прошлый раз. Глаз выжимал из него все соки, не оставляя ни капли силы для того, чтобы хоть пальцем шевельнуть. Сознание постепенно начало угасать и в самый последний момент перед тем как окончательно отключиться, он заметил жёлтый силуэт над собой…

— Прости меня… Боруто. — донёсся до ушей блондина, голос отца. Наруто вспыхнул жёлтой яростью, что трансформировалась в Кураму, — как ты посмел напасть на моих детей! — закричал гневно он, и вместе с ним, словно ощущая тот же гнев, прорычал Курама, да так, что уши закладывало.

— Твою же мать, я слишком увлёкся пацаном… — занервничав, проговорил Кацуки, а после почувствовав ещё одну мощную чакру, резко обернулся, — а?.. Ещё один?!

Он успел лишь заметить перед глазами вспышку молнии, а после по груди прошлась резкая разрывающая боль и нечто, что прорывалось сквозь его плоть. Учиха Саске надеялся обезвредить врага и понимал, что подобная рана для них это ничто.

От внезапной атаки, Кацуки выронил клинок, которым орудовал Боруто и тот полетел вниз, вонзившись в землю, всё ещё искрясь молниями. Схватив руку Саске, Ооцуцуки не дал ему полностью пробить его грудь, после чего резко сделав кувырок вместе с Учихой, он с силой откинул его ногой, тем самым вытащив из груди его руку. В тот же миг из его глотки вырвался небольшой комок крови.

— Задел таки… — прошипел он.

— Саске не дай ему уйти! — крикнул Наруто, направляя в сторону Ооцуцуки несколько рук созданных из чакры Курамы.

— Уже! — крикнул в ответ Саске, активируя риннеган в левом глазу. — планетарное опустошение!

В тот же миг Кацуки Ооцуцуки ощутил странное давление. В его сторону внезапно начали с неимоверной силой притягиваться камни и почва, что с каждой секундой только сильнее сдерживали его внутри, словно в клетке.

— Эти уроды… они даже эту способность смогли обрести?! — изумлённо прокричал он, замуровываясь в небольшом шаре из камней.

Выбора больше не было. Так как он понимал: если его схватят — это будет ещё большим позором, чем смерть от своих же. Вытащив устройство, он активировал его, после чего позади него образовался небольшой портал напоминающий чёрную дыру, что в то же мгновение засосал его.

Как только портал закрылся, сфера из камней тут же рухнула.

— Дьявол!.. Он ушёл. — с досадой оповестил Учиха.

Нацелив силу своего хвостатого, Наруто решил для начала вылечить своего сына от внезапного истощения чакры. Что странно… порез, что шёл вдоль глаза, так и не зажил. Это озадачило Узумаки старшего, так как он также ощущал от своего сына, хоть и слабую, но совершенно иную чакру.

— Боруто, как себя чувствуешь?! — обняв сына, спросил отец. Однако сын не отвечал и Наруто заметил, что у него серьёзно так не хватает чакры. — сынок, прости что я не пришёл раньше…

Прикоснувшись к его животу, он наполнил его танкецу нужной пропорцией чакры. Дыхание в тот же миг начало приходить в норму. Очнувшись на мгновение, Боруто произнёс только лишь имя.

— Хима… Хима…

В тот же момент Наруто покрылся холодным потом, в голове сразу же начали появляться страшные мысли, которые он старался отгонять. Осторожно уложив сына на землю, он побежал вперёд в поисках своей дочери, что также была на этом полигоне… он лично сам приказал её привести сюда Ируке-сенсею и Шино.

Она лежала всё на том же месте, где её увидел Боруто… Саске заметил что весь полигон был буквально вскопан неведомой силой, повсюду лежали вырванные с корнем деревья и камни вытащенные из-под земли. И лишь она оставалась словно бы не тронутой, не единая частичка земли или пыли не попал на неё… Словно кто-то сознательно оберегал её тело.

— Боруто… — горестно произнёс Учиха присев перед лежащим учеником. — прости что не подоспел вовремя…

Наруто увидев тело своей дочери в тот же миг подбежал к ней, надеясь на то, что она всё ещё жива и её можно спасти. Однако все попытки хоть что-то сделать, ничего не давали. Осознание того, что его дочка покинула этот мир, окончательно сломало что-то внутри Наруто.

— Нет, нет, нет, нет… — шептал он, прижимая к себе бездыханную дочь, — папа рядом… он защитит тебя, во что бы то ни стало…

Саске даже не знал, как помочь другу. В такой ситуации он ощущал себя беспомощным и безликим… видеть горечь от утраты собственного ребёнка, такое и врагу не пожелаешь. Учиха создав из сусано левую руку, поднял Боруто, чтобы самому отнести в больницу.

Наконец прибыли полицейские отряды и несколько других шиноби, что заметили внезапный взрыв на полигоне. Сай заметив еле вздрагивающего от горя хокаге, хотел было окликнуть его, но того остановил Шикамару, который уже понимал что случилось.

— Лучше его не трогать… пусть плачет. Сейчас для него, главное выплакаться как следует. В данный момент, он не Хокаге, а несчастный отец потерявший своего ребёнка.

— Ты прав... — подавленно ответил Сай, опустив взгляд.

— Что с Боруто? — спросил Шикамару, направившись к Саске.

— Он без сознания… я отнесу его в больницу. — ответил Учиха, перейдя с шага на бег.

Послышались оповещения других полицейских, что обнаружили ещё несколько трупов. Территорию оцепили и начали расследование. Нашли помимо трупа Химавари Узумаки, также Шино Обураме, Ирука Умино и ещё два трупа детей… У всех убитых были так или иначе повреждены внутренние органы, у кого-то слабо, а у кого-то очень даже сильно. Конечно же, разглашать о том, что это был именно Ооцуцуки никто не стал, сославшись на очень опасного нукенина.

Наруто ещё просидел так два часа и никто не смел к нему подходить, по правде говоря, опасаясь того, что тот внезапно кинется на них или того хуже разорвёт на части. Всё же сейчас он был по-настоящему нестабилен. И лишь Саске всё же осмелился подойти к нему закончив с Боруто.

— Хватит. — сказал Саске, — ты должен помнить, какая ответственность лежит на твоих плечах. Ты ведь Хокаге, забыл уже?

— Какой из меня Хокаге… если даже свою дочь не могу спасти?.. — простонал в слезах Наруто, — я думал что вся боль, через которую я прошёл, уже позади, что я сумел преодолеть её… но господи, как же я ошибался.

— Это больно, и я как никто другой, понимаю тебя… Но сейчас, деревне нужен седьмой Хокаге. Встань и прими всю эту горечь и запри в своём сердце… ты ведь сам избрал этот путь и сейчас не лучшее время для самобичевания. — эти слова были жестокими, беспощадными, но именно эти слова нужны были Наруто, чтобы он сумел найти в себе силы стать снова Хокаге.

Медленно встав на ноги, он всё ещё держал свою дочь на руках. Саске даже и представить себе не мог, что же в голове у Наруто. Столько всего наплыло на него: нападение Ооцуцуки, угроза семье, смерть собственного ребёнка. Не каждый человек может пережить всё это и продолжать стоять стойко на своих ногах.

— Надо созвать всех остальных Каге. — наконец подал голос седьмой, — враг вновь напал и мы теперь знаем, что они могут проходить сквозь барьеры незамеченными. Эту информацию нужно донести и до остальных стран, чтобы они усилили свою бдительность.

— Я просканировал ту местность где исчез Ооцуцуки. Сомнений быть не может, он ушёл туда-же откуда прибыл. Так что пока на земле официально никого из Ооцуцуки нет. — доложил Саске, — и ещё… Боруто очнулся.

— Хорошо, я зайду к нему, но прежде мне надо рассказать об этом жене. — ответил бесстрастно Узумаки.

Боруто медленно раскрыл глаза, а точнее один глаз. Второй был тщательно забинтован. Пахло лекарствами и хлоркой… он понял, что лежит сейчас в палате. Приподнявшись на койке, Боруто медленно начал вспомнить то, что с ним случилось.

Силуэты битвы… мёртвая сестра и то, как он ранил его прямо в глаз, а после запустил вниз. После этого кажется он и отключился.

— Сестрёнка… — схватившись за голову, простонал он. — прости, что не успел, если бы я пришёл хоть на одну минуту раньше, возможно я бы смог тебя спасти.

Перед глазами вновь и вновь мелькал труп сестры, что мёртвыми глазами глядела него. Словно винила в том, что он не смог её спасти. Внезапно дышать стало труднее и он, встав с койки медленно побрёл к двери. Тело было всё ещё слабым… и потому ноги не выдержали и он упал на холодный пол.

— Ничтожество… — сквозь слёзы, злился на себя Узумаки, — ты просто ничтожество…

Внезапно правый глаз, что был забинтован, начал ему показывать силуэт ненавистного Ооцуцуки, его дурацкую ухмылку и беззаботность в глазах. От этого внутри Боруто что-то кольнуло. Гнев жёг его кожу, туманил его разум, заставлял ощущать жгучую боль в сердце.

— Я найду тебя… обязательно. Если надо будет, то и в загробный мир за тобой отправлюсь, но я не оставлю тебя в покое, чёртов урод… — процедил Боруто, скрипя зубами.

Найдя в себе силы, он всё же встал на ноги. Задумчиво поглядев на дверь, Боруто решил вернуться обратно к своей постели. Сейчас ему нужен был отдых, чтоб восстановить чакру, а после преступить к тренировкам.

Теперь он хотел стать сильнее не просто, чтобы превзойти отца и Саске-сана, а для того, чтобы убить Ооцуцуки. Увидеть страх в глазах этого нелюдя, что убил его невинную сестрёнку. Чтобы он горел в аду, вместе со всеми ублюдками этого света.

Наруто ощущал себя паршиво. Внутри словно что-то разбилось и теперь он вряд ли станет прежним. В прошлом он уже потерял учителя, друга и даже уход собственного отца… Но эта боль была в сто раз сильнее… потеря дочери, не просто далась ему с трудом, а буквально разъедала его всё больше и больше. И самое ведь паршивое, это то, что он даже на день рождения её толком и не ходил… И всё же, он держал в голове слова Саске о том, что сейчас деревне нужен седьмой Хокаге как никогда раньше. Грядёт тяжелое время, и он это понимал. Вскоре слухи пойдут о внезапных нападениях и тогда страх заполонит все страны.

Однако сейчас тяжёлой ношей было и то, что именно он должен был сказать своей жене и Ханаби с Хиаши о том, что Химавари больше нет в живых. Страх был не от того, что она возненавидит его, нет, ему даже в каком-то смысле хотелось этого. Наруто боялся скорее того, что она не выдержит подобного горя и сломается… Он сам еле как взял в себя в руки и даже так, он осознавал, что настоящее горе ещё впереди и он не раз будет корить себя в смерти дочери. Хината же… она большую часть времени заботилась о них. Оберегала и любила, а теперь… младшая погибла, а старший сейчас лежит в больнице…

«Не вини себя в том, что случилось Наруто…» — донёсся голос Курамы из подсознания, — «Даже Саске не смог вовремя отследить ту чакру, никто не ожидал их визита так скоро…»

— И всё же… я как Хокаге, должен был предугадать подобный исход и послать за дочерью элитную охрану, что смогла бы продержаться и защитить её до моего прихода. Но я не сделал этого… — схватившись за грудь, простонал Наруто.

«Люди не идеальны… За тысячи лет, я неоднократно убеждался в этом. Однако это не значит, что теперь ты должен опустить руки и только горевать. Не забывай, о том, что у тебя остался ещё сын и он нуждается в твоей поддержке» — напомнил ему Курама.

— Да… ты прав, нужно будет его навестить.

Представ перед поместьем Хьюга, Наруто в нерешительности стоял перед ними, сжимая кулаки и думая о том, как же им сказать об этом. Собравшись с решительностью, он всё же перешёл порог, войдя на территорию дома.

Ханаби стояла во дворе, раз за разом повторяя движения мягкой ладони. Видимо почувствовала, что она начинает потихоньку сдавать позиции. Наруто глядел на неё и понимал, что её уверенное лицо и полная отдача тренировкам, в миг изменится, когда она услышит новость. Как из этих белых глаз польются слёзы, а рот прикроется ладонью.

— Седьмой? — удивившись внезапному визиту, спросила Ханаби, — что-то случилось? Или же вы приехали к жене? — улыбчиво спросила она.

— Где Хината? — спросил поникшим голосом Наруто.

Ханаби тут же поняла, что случилось что-то неладное. Её брови тут же нахмурились, а дыхание сбилось с привычного ритма. Нечасто увидишь Наруто таким.

— Она с отцом, на кухне… — ответила та.

— Пойдём, ты тоже должна услышать это… — повернувшись к дому, сказал блондин.

Наруто зашёл в дом, в котором пахло свежим чаем. Впереди слышались голоса как Хинаты, так и Хиаши. Медленно прошагав вперёд на кухню, он наконец увидел их. Они сидели и пили чай, попутно Хината рассказывала о разных достижениях своего сына и о том, что сегодня Химавари должна была пойти на дошкольные занятия для проверки таланта шиноби. Хиаши был спокоен и знал что его внучка без труда сможет освоить базовые техники контроля чакры шиноби.

Завидев Наруто, Хиаши уже заметил в нём некую печаль. Каким-то образом он ощутил, что речь пойдёт о его внуках и руки неосознанно начали дрожать. Хината же завидев своего мужа, удивилась, так как понимала, что должность Хокаге не позволяет прохлаждаться или навещать родственников когда ему захочется.

— Наруто! — радостно воскликнула она, — какой неожиданный сюрприз!

Узумаки закрыл глаза и сжал плотно кулаки, чтобы собраться и сказать эти жгучие как адское пламя слова о том, что её дочь погибла. Вид беззаботной жены, только сильнее разрывал его сердце.

— Хината… на деревню напал Ооцуцуки и… Химавари, она… — глаза Хинаты постепенно начали округляться от шока, в этот момент она уже понимала что ей хочет сказать муж, — она погибла…

Воцарилась мёртвая тишина. Это было невыносимо для Наруто, хоть она и длилась порядком десяти секунд, но он ощущал это как вечность. Даже дыхание казалось навсегда покинуло его в этот момент.

Ханаби стоящая позади Наруто, первая всхлипнула, закрыв лицо руками. За ней последовала и Хината, которая попыталась подняться. Наруто же наоборот взял её за плечи и удержал. Понимая что сейчас ей лучше остаться здесь, вместе с Ханаби и отцом.

— Как это могло случиться?.. — дрожащим голосом, спросила она.

— Враг каким-то образом прошёл через барьер… а после направился к ним.

Хиаши был более собранным. Он не стал как-либо кричать на Наруто, хоть ему этого и хотелось сделать это. Однако громкими выкриками уже никого не вернуть. Он сурово посмотрел на Узумаки и спросил:

— Боруто знает?..

— Да… он также сражался против Ооцуцуки. Не подоспей я вовремя, он и его убил бы. — ответил Наруто.

— Ты ведь можешь засечь любую чакру, тем более в пределах деревни! Как ты мог позволить своей дочери погибнуть?! — крикнула Хината смахнув его руки со своих плеч. Из её глаз ручьём бежали слёзы и дыхание сбивалось каждую секунду не давая её нормально продохнуть — даже Боруто… даже он защищал её до последнего… но не ты! С тех пор как ты стал Хокаге, ты всё сильнее и сильнее начал отдаляться от семьи, и вот к чему всё это привело! - закричала она, весь этот комок что она держала в себе наконец-то взорвался.

Наруто понимал, что его оправдания лишь пустой звук. Они только ещё сильнее зароют его в пучину жалкого бытия. Он должен был проглотить это… принять тот факт, что он не смог защитить детей и предотвратить смерть собственного ребёнка. Даже его собственные родители пожертвовали собой, чтобы спасти его, а он… и этого не сумел.

— Я… не смог. — ответил Наруто приклонив перед ней и Хиаши голову, — я не имею права оправдываться… и извиняться… — сквозь слёзы проговорил он, — какой из меня отец, если даже защитить детей не могу.

— Хватит… — вздохнув сказал Хиаши, — конечно, этот проступок с твоей стороны, никогда не будет забыт… И я как дедушка Химавари, безмерно хочу прибить тебя Узумаки Наруто… Ты не просто не защитил свою дочь, но также и причинил боль моему внуку, а также двум дочерям, которым теперь придётся переживать этот стресс и потерю близкого и родного им человека, и это в столь мирное и без военное время. — его голос сменил внезапно тон, на более мягкий и сочувственный, — Но… я вижу, что ты также страдаешь не меньше чем они, и оттого мне больно смотреть на тебя. — искренне проговорил глава клана Хьюга.

Наруто меньше всего ожидал подобных слов именно от Хиаши-сана. Конечно он любил его внуков и даже одобрил выбор Хинаты, однако в его глазах, он всё ещё видел некоторую сдержанность по отношению к нему, но в ответ ничего не говорил, так как старался держать нейтралитет. Однако теперь, Наруто чётко видел, что Хиаши-сан давно признал и даже принял его в свою семью…

— Я… клянусь Вам… нет, всем вам! Я уберегу Боруто, во что бы то ни стало! — Узумаки подсел к своей жене, а после крепко обнял, хоть та и сопротивлялась некоторое время, — наш сын будет в полной безопасности… я обещаю тебе Хината!

Наследница Хьюга ничего не ответила, она лишь обессиленно уткнулась мужу в плечо, продолжая лить горячие слёзы скорби по своей дорогой дочери.

Этот день стал настоящим кошмаром для всей деревни. Улыбчивая девочка, что не успела даже познать жизни, внезапно ушла из этого мира. Оставив после себя лишь горькую печаль и душевную боль, что прознала всех близких друзей и родственников Хьюга.

Конохамару двигался в сторону внезапно упавшего дирижабля. Цель его миссии было выяснить что этот воздушный транспорт делал там. Так как на территории страны огня не было официально никаких данных по разрешению взлёта этого транспорта, что могло означать лишь одно — он каким-то образом связан с преступными перевозками контрабанды.

— Конохамару, как думаешь, что там может быть? — спросил Мугино.

— Не знаю, Хокаге сказал что это возможно как-то связанно с преступной организацией «Кара» что очень старательно пытается скрыть все следы о своём существовании. Причём делишки у них довольно внушительные и добра от них не жди… — ответил Конохамару, а после остановился, завидев дым в небе. — похоже мы почти на месте. Вперёд!

Продвинувшись ещё дальше, они наконец выбрались к небольшой равнине. Прямо на ней расположился впечатанный прямо в землю дирижабль, который каким-то чудом всё ещё не взорвался. Вокруг него также было большое количество следов, что намекало на стычку… видимо кто-то напал на них.

— Мугино, будь здесь и следи за окружением. Дай знать если кто-то покажется. — сказал Конохамару, направившись к дирижаблю.

— Ладно, — ответил тот, — будь осторожнее, вдруг внутри какие-нибудь ловушки. — предостерёг напарник.

— Да…

Осторожно забравшись в кабину дирижабля, Конохамару понял что здесь ловить было нечего. Так как здесь попросту было пусто. Даже некий отдел для перевозки, был уже разграблен, кто-то открыл его и вытащил абсолютно всё, что было там… И всё же сам компьютер что отвечал видимо за сохранность перевозимого объекта, всё ещё функционировал. Вставив в него флешку, она тут же начала перекачивать все данные хранящиеся в ней.

— Удобная штука… — присев на корточки, заметил он.

Как только все данные были продублированы, он вытащил флешку и засунул себе в подсумку. Тут же снаружи послышался крик Мугино. Конохамару в тот же момент выбежал наружу, чтобы понять кто напал на его напарника.

— Конохамару… берегись… — простонал Мугино, упав на землю. В нём торчали несколько сюрикенов, — я не успел среагировать, он появился так внезапно…

Сарутоби взглянул на противника и обомлел, не понимая как такое возможно. Перед ним стоял Господин Ао, с каким-то кейсом в руке. Человек что смог пережить бомбу десятихвостого во время четвёртой мировой войны шиноби. Каким-то чудом он выжил, однако поплатился этим, лишением руки и ноги. Однако в наше время подобное уже не проблема, поэтому как стало возможно, он заказал себе протезы, что не уступали прежним конечностям, а во многом даже наоборот превосходили.

— Внук третьего Хокаге… — первым подал голос Ао, — Конохамару Сарутоби, ты здесь я так понимаю, чтобы разузнать о грузе, не так ли?

— Вы… почему вы здесь и какого хрена напали на шиноби Листа?! Разве вы не на стороне страны огня? — тут же задал вопрос Конохамару прожигая того ненавистным взглядом.

— Мир меняется, земля вертеться. Ничто не вечно, как и наша эпоха. — проговорил обладатель краденного Бьякугана, — чтобы получить эти протезы, мне пришлось заключить сделку кое с кем. Поэтому я здесь… честно говоря мне плевать на мирные договоры между странами. Главное это то, что я могу теперь сражаться… ведь это главное, что должен уметь шиноби, разве нет?

— То есть вы продали нас, ради того, чтобы снова встать на обе ноги?! — взревел Конохамару. — видимо я ошибался в вас. Вы не великий шиноби, а лишь жалкий человек, что готов опуститься на столь жалкую низость ради обретения конечностей.

— Говори что хочешь, ведь всё равно ты умрёшь здесь и сейчас. Какая разница на чьей я стороне? Эпоха ниндзя подходит к концу, и я тебе это докажу с помощью моих новых возможностей.

Ао бросил кейс перед собой, и тот внезапно открывшись отбросил крышку в сторону. Он вытащил оттуда странное оружие, что Конохамару никогда до этого не видел. Оно явно было предназначено для убийства и колесообразное дуло очень сильно на это намекало.

Сложив быстро несколько печатей Конохамару крикнул:

— Пепельная завеса! — из его рта тут же выстрелил поток дыма, что резко начал распространяться и тем самым создавая некий туман из которого ничего практически не было видно, — надо уходить, Мугино, держись я вытащу тебя!

— Ага… — ответил тот, схватившись за руку Конохамару как вдруг из завесы полетели пули. В лицо Конохамару брызнуло алой кровью и как только он открыл глаза то увидел, что его напарник лежал уже мёртвым, с несколькими пулевыми отверстиями, одно из которых было прямо в глазнице и разорвалось на выходе из виска, из-за чего пол головы просто разлетелось на куски.

— Мугино… — процедил он сквозь плотно сжатые зубы, как вдруг вновь полетел град пуль от которых Конохамару увернулся бросившись вперёд к небольшому обрыву.

— Думаешь твой дымок меня ослепил?! — послышался голос Ао, — ты видимо запамятовал о том, что у меня есть бьякуган… Я вижу где ты находишься.

Конохамару осознав свой просчёт, стиснул зубы от осознания того, что по его вине, товарищ погиб под градом снарядов этого предателя.

— Прости меня Мугино… — прошептал Сарутоби.

Снова послышался град пуль, который начал пробивать почву, несколько пуль проскочило буквально рядом с Конохамару от чего тот вновь бросился вперёд, стараясь держаться поближе к деревьям, чтобы затеряться среди них и тем самым снизить шанс того, что одна из пуль угодит прямо в него.

— Этот бой, явно не на моей стороне… — процедил с досадой Конохамару. — думай, думай… что же делать?!

Остановившись среди кронов деревьев, он вытащил несколько кунаев из подсумки. Он понимал, что этот ублюдок сейчас охотиться за ним из-за информации, которую он добыл из того дирижабля, так что нужно было выжить любой ценой.

— Надеюсь это сработает… — прошептал он, собрав большое количество чакры.

Ао довольно быстро добрался до последнего места, где он почувствовал чакру Конохамару. Внимательно осмотрев лес, он заметил довольно внушительный для шиноби поток чакры. Странно, это показалось ему довольно нелогичным, так как обычно шиноби сталкиваясь с ним, пытались наоборот скрыть свою чакру, чтобы стать невидимыми для бьякугана.

— Что ты задумал?..

Ао заметив, что поток чакры Конохамару начал стремительно приближаться к нему, приготовил свою пушку к атаке.

Из кронов деревьев внезапно выскочили несколько кунаев, от которых Ао без труда увернулся, после чего снова направил пушку в сторону врага. Из-за деревьев тут же показался и сам метатель холодного оружия.

— Стой! — крикнул Конохамару, — я сдаюсь… ты же не станешь стрелять в того, кто сдался?

— Конечно… — опустив оружие, сказал Ао, — сказал бы я, будь дурачком. — он направил оружие на него, а после нажал на курок. В тот же миг дуло раскрутилось и в сторону Конохамару полетели сразу же сотня огней.

Конохамару быстро сложил печать теневого клонирования и тем самым отбросил себя в сторону, подставив под пули своего клона. Создав ещё одного, тот также отбросил его, но уже чуть выше. Оттуда он быстрыми движениями вытащил несколько сюрикенов, а после бросил в противника, приземлившись на землю, он кое-как увернулся от пуль, проговорив: «Теневые сюрикены», после чего четыре сюрикена тут же клонировались и теперь их стало восемь.

— Жалкое зрелище… — проговорил Ао, однако в этот момент его оружие внезапно заклинило. Ао осознал, что он слишком долго использовал свою чакру, и теперь её недостаточно для того, чтобы использовать пушку. На это и рассчитывал Конохамару, понимая, что оружие должно что-то расходовать, а так как в самом орудии он не заметил каких-либо видимых патронташей, то соответственно расходуют они энергию, а именно чакру, что была в Ао. Так что оставалось только истощить его.

Сюрикены попали в противника, хоть и не нанесли существенный урон, так как половина его тела состояла из неорганики.

— Ты просчитался старик! — крикнул Конохамару, после чего направился к нему, дабы закончить эту битву.

Приблизившись, он создал в правой руке расенган, после чего тут же направил его прямо в эту громадную пушку, от чего та сразу же взорвалась прямо в руках Ао. Одно дело было сделано, теперь без своей игрушки, он был не таким уж и опасным… хотя при нём оставался ещё бьякуган.

— Неплохо соображаешь, — признал Ао, — но давай-ка посмотрим как ты справишься с этим?..

Из его плеча внезапно что-то выстрелило сгустком чакры, Конохамару даже и среагировать не успел как тут же ощутил жжение в груди, а после сильный толчок от которого он полетел назад.

— Ч-что за хрень?.. — прохрипел он, встав на ноги.

Одежда на плече Ао разорвалась и теперь было видно, что не только рука была заменена чем-то инородным… плечо также теперь состояло из каких-то механизмов, что позволяли ему видимо стрелять сгустками чакры. Всё меньше и меньше он напоминал ему человека.

— Я - это результат новой эпохи. — ответил Ао, — Ниндзя в прошлом. Пора бы уже это признать.

— Никогда… Может быть у нас и будут эти новомодные штучки и бластеры, которыми ты пользуешься. Но суть шиноби, никогда не исчезнет, это как сущность человека, её не искоренить просто так. — ответил Конохамару, сжав руку в кулак. — Ты был шиноби и сражался в объединённом альянсе, однако потерял этот дух… Отчаялся и решился на этот глупый эксперимент.

Странно. Однако с чакрой Конохмару было что-то не то. Ао только сейчас это заметил, как только сгустки его чакры коснулись его, то в этот момент, танкецу Конохамару словно взбесилось… разве такое может произойти с шиноби?..

— Неужели ты… — изумлённо сказал Ао, а после снова выстрелил, но уже точно в голову.

Его голова в тот же миг разорвалась, окропив траву и землю кровью и ошмётками мозгов. Однако через секунд пять, тело внезапно исчезло в дыму.

— Ясно… значит ты использовал клона… причём довольно необычного. — вздохнув, проговорил Ао, — сколько бы я не пичкал себя этими новомодными изобретениями, шиноби всё равно находят возможности схитрить и обыграть меня… Как прискорбно.

Спустившись вниз по склону, Конохамару почувствовал что его клон всё же погиб. Однако это уже было неважно, главное, что он сумел его обхитрить и теперь ему оставалось лишь добраться до Конохи.

После того как он спрятался в кронах деревьев. Он решил, что сражаться с Ао будет самоубийством, поэтому оставались два варианта… либо призвать жабу с Мьёбоку, либо создать усиленного клона и подавить собственную чакру, чтобы стать невидимым для бьякугана и тем самым удрать куда подальше.

Второй вариант был куда мобильней, да и разузнать о местности всё же нужно было. Так как он отчётливо ощущал какую-то странную силу исходящую с Юга-запада.

Перепрыгивая через деревья, Конохамару внезапно потерял источник этой странной энергии. Остановившись он тщательно осмотрелся вокруг и заметив небольшой клуб дыма исходящий как раз с той стороны, откуда секунду назад исходил поток энергии, Конохамару незамедлительно направился туда.

— Странно всё это… Ао предал лист и теперь работает на кого-то… связано ли это как-то с «Карой»? Возможно, ведь они уже хотели похитить одного выдающегося учёного, так что возможно он не первый и не последний у них в списке. Ао сказал, что заключил сделку, неужто они и дали ему такие технологии? Если это так, то у страны огня большие проблемы. — выразил свои мысли вслух Конохамару.

Добравшись до источника дыма, он обнаружил огромный кратер, созданный видимо в пылу битвы. Осторожно осмотревшись он заметил на земле несколько тел и подобравшись поближе, чтобы рассмотреть их, он внезапно обнаружил, что это механические роботы…

— Какого… это что механизмы?..

Пройдя ещё чуть дальше, в самом центре этого кратера, он обнаружил мальчика в плаще и без какого-либо видимого протектора, что лежал без сознания. Подобравшись к нему, Сарутоби проверил пульс, он был в норме… однако не это удивило его. От этого странного пацана практически толком не исходила чакра. Как он вообще оказался здесь, да и с таким ничтожным количеством чакры, что толком даже и не работает?..

— Чёрт, нельзя его оставлять здесь… — пробурчал Конохамару.

— Прими мои соболезнования Наруто… — сочувственно высказал Гаара, поклонившись перед другом.

Все остальные Каге также выразили свои соболезнования по поводу случившегося. Каждый из них искренне беспокоился за состояние самого Хокаге. Всё же родная кровь ушла на тот свет, а это чревато разными тяжёлыми мыслями, которые могут привести к ещё более ужасным последствиям.

— Благодарю за вашу поддержку. — ответил Наруто, сквозь экран.

Так как проводить собрания в живую было довольно муторным, долгим и очень рискованным делом, Наруто решил провести этот сбор дистанционно. Всё же технологии общения на расстоянии, продвинулись куда дальше и теперь переговариваться между друг другом было гораздо легче и удобнее.

— Но, я вас всех собрал не для того, чтобы жаловаться на своё горе. — собравшись с мыслями, наконец начал Наруто, — Ооцуцуки смогли пройти через наш барьер. Это означает, что они без труда могут проникнуть в любую из деревень и начать внезапную атаку или того хуже. В данный момент, мы всё ещё разбираемся с тем… что именно случилось и каким образом враг смог очутиться прямо в деревне. Однако есть всё же одна правдивая версия того, что возможно случилось. Они используют межпространственные телепорты и их истинный мир находиться где-то очень далеко от нашего. Так как Кагуя прибыла с неба, то и принято утверждать, что остальные Ооцуцуки также, так сказать «пришельцы», прибывшие, чтобы истощить нашу планету с помощью божественного древа.

— Конечно, мы будем готовы отбить атаку. Но меня всё же тревожит кое-что другое… не кажется ли тебе странным то, что они напали именно на твою семью, Наруто? — спросил Райкаге, — я имею ввиду то, что мы одолели Момошики, а если быть более точным, то это сделали вы с Саске. И теперь, каким-то неведомым образом, он нападает именно на твою дочь, а также и сына… Конечно, мне не хочется даже и думать о таком, но вдруг… они охотятся именно на тебя? Ведь ты по сути являешься носителем чакры древа и возможно, они пытаются таким образом истощить тебя морально, чтобы потом забрать без каких-либо проблем и вырвать твоего хвостатого из тела.

На лице Наруто на секунду отразилась искра осознания того, что он снова подвергает свою семью опасности. Это чувство намертво прицепилось к его сердцу и теперь надолго там засядет.

— Райкаге, не думаю что подобная тема сейчас уместна… — выразил своё мнение Гаара, понимая что это только сильнее отразиться на вине Наруто перед своими близкими.

— Всё нормально Гаара, — тут же ответил Узумаки, — я думал об этом. Возможно так и есть, однако вам также стоит быть начеку. Ведь, Хвостатые сейчас распределены по всем странам и что-то мне подсказывает, что они всё же не отстанут от идеи собрать всех хвостатых снова вместе.

— Мы будем держать связь с вами. Если что-то произойдёт, то мы немедленно доложим об этом. — пообещал Мизукаге.

— Аналогично… — добавил Райкаге.

Все остальные Каге также согласились с этим, посему собрание можно было официально закончить. По правде говоря, Наруто вообще не хотел его проводить, он это сделал лишь из-за должности и того, какая ответственность лежит на его плечах перед всеми странами. Так как не сообщив бы он это, то возможно из-за более расслабленного надзора, произошла бы похожая трагедия что и с ним.

— Закончили… — выключив экран, тяжело вздохнул Наруто. — Мне надо проведать сына, — оповестил своего советника Хокаге, — так что пожелай мне удачи, Шикамару…

— Ты справишься… — хлопнув того по плечу, поддержал Шикамару. — Мой сын тоже хочет зайти к нему, когда разрешат.

— Хорошо когда есть друзья… — задумчиво выдал Наруто, выходя из своего кабинета.

Мицуки задумчиво глядел на серое небо, что покрыло всю страну огня в этот ужасный день. Когда он вместе с Сарадой добрались до деревни, битва уже была закончена. От одного из тренировочных полигонов ничего практически не осталось. Им так ничего толком и не объяснили, даже Боруто не дали проведать, хотя он является членом их команды…

— Кто же это всё-таки был?.. — задумчиво задался вопросом Мицуки.

— Возможно кто-то из Ооцуцуки, что ранее напали на нас. — предположила Сарада, — что более странно, Боруто словно почувствовал беду которая настигла нашу деревню и побежал назад. Эта метка на его руке…

— Сарада, можешь мне кое-что пообещать? — спросил Мицуки, серьёзным голосом.

— Что такое? — немного удивлённо воскликнула Учиха.

— Ни говори никому о том, что у Боруто есть эта метка…

Сарада опешила от подобной просьбы, ведь если эта метка как-то связана с Ооцуцуки и всем тем, что приключилось с деревней недавно, важнее всего изучить её и понять, как она работает.

— Ты что такое несёшь? Ты знал о ней и ничего не говорил?! Возможно эта информация могла нас спасти от этой катастрофы! — сжав кулаки проговорила обозлённо она.

— Да, конечно она могла помочь и возможно не было бы жертв… Однако, это было решением Боруто, — ответил спокойно Мицуки, — поверь, ему куда хуже, чем тебе или мне… Поэтому я хочу, чтобы его секрет оставался как можно дольше «секретом». Если он захочет, то сам всё расскажет. Как бы это жестоко не звучало, но смерть его сестры, на его руках, и это должно на него повлиять… Мы лишь усугубим ситуацию, если расскажем всё.

Сарада осеклась. Ей хотелось сказать что-нибудь в ответ. Однако, как ни крути, а Мицуки был прав. Конечно, странно что Мицуки превозносит мнение Боруто так высоко, но в его словах таилась и правда. Боруто должен сам всё рассказать, если он хочет избежать ненужных жертв.

— Даже если так… — подавленным голосом не унималась Сарада, — все эти жертвы были лишь ради того, чтобы проучить Боруто?..

— Кто знает… возможно так оно и есть, жизнь штука странная… и от того опасная. Никто не знает, когда смерть придёт за тобой и ради чего. Однако я знаю одно… Кто бы ни был, тем напавшим на деревню… он уже мертвец. Ведь Боруто довольно упрямый парень.

Боруто молча продолжал сверлить белый потолок в своей палате, слушая как раскаты грома и молнии бьют по этой жестокой и столь неотвратимой земле. Странные ощущения настигли его. Он не хотел ничего… в голове была одна каша, которая еле как переваривалась в мысли.

— Хима… — повторял он, то и дело поглядывая на карму, что красовалась на его ладони, — я обещаю тебе… этот ублюдок, поплатиться за то, что сделал с тобой. Дай мне набраться сил и тогда я сам приду к ним и убью своими собственными руками.

Дверь в его палату громко заскрипела. Повернув свой взгляд в сторону звука, он увидел отца. По виду он был куда хуже обычного… похоже не он один горюет, что странно. Ведь как думал Боруто, он даже не удосужится проведать его.

— Чего припёрся?.. — грубо спросил Узумаки младший.

Наруто не обратил внимания на его грубость и не стал как-либо поучать сына. В данный момент он имел полное право злиться на него.

— Решил проведать тебя… Как ты? — спросил он, подойдя к койке.

— Паршиво, ты же видишь… это издёвка такая? — сжав простынь, прошипел Боруто, — с чего это вдруг я тебя начал интересовать?.. Ты ведь «Хокаге», разве нет? Иди и защищай свою деревню… плюй на свою семью, как и раньше. У тебя это хорошо получается.

— Боруто… конечно, я понимаю твоё горе и всё же…

— Ты… с того самого дня посвящения тебя в этого долбаного Хокаге… Ты словно забыл о нас. — с комом в горле проговорил Боруто, — наши праздники, дни рождения и ещё куча всего другого… ты решил, что твоя работа важнее всего этого. Нет… я понимаю, ты глава деревни должен следить за ней. Я смирился с этим, глупо идти против подобного титула, хех… — нервно усмехнулся Боруто, — но глядя на сестру, во мне вновь и вновь закипала обида на тебя. Ладно я… но она? Я тебе никогда не прощу этот проступок старик. Ты наплевал на неё и доказал мне, что мы для тебя лишь второй план. Ты как и я, не смог спасти её… интересно послушать, какая же на этот раз у тебя будет отговорка?..

Наруто ощущал тяжесть в душе, она сжимала его сердце, разум и саму душу. Никто ему здесь не помощник. Он должен был принять факт того, что он действительно не смог спасти её. Позор, да и только… но за что же его наказали так боги? Почему забрали его дочь…

— Её смерть, полностью моя вина… — наконец ответил Наруто, с сожалением в глазах, глядя прямо в глаза Боруто.

Гнев окутал Боруто с такой силой, что он не мог держать её внутри себя. Он признал это… ненависть была создана из-за отца, его лицо, взгляд и голос… всё это вызывало гнев внутри Боруто.

— Мерзавец… — скрипя зубами, процедил Боруто. Его правый глаз вдруг засиял странным голубоватым бьякуганом.

Наруто также почувствовал странную энергию, что начинала скапливаться внутри тела его сына. Взглянув тому снова глаза, он заметил изменения в его правом глазу. Отчётливо в нём виднелся бьякуган. Нет… это было что-то иное. Чакра не соответствовала ему.

— Боруто... — только и успел сказать Хокаге.

Карма на руке Боруто вновь расползлась по руке и лицу Боруто, и тот инстинктивно направил её в плечо отца. Комнату осветило голубым светом, в последний момент Наруто покрыл своё тело чакрой Курамы. В этот же миг из ладони, что была направлена на него, выстрелил сфокусированный луч, резкий поток сжатой энергии ударил в плечо Наруто и заставил Боруто вывалиться назад вместе со стеной, что из-за мощности странной энергии обрушилась как и сама палата.

Прогремел грохот от которого уши заложило всем близь стоящим. Многие жители подумали, что это очередной нападение из-за чего началась паника. Среди обломков что вывались на улицу лежал блондин, карма вновь деактивировалась и приняла форму небольшого ромба на ладони. Наруто же тяжело дыша, был впечатан в бетонную стену. Его плечо было насквозь пробито неизвестной энергией, что смогла прорваться даже сквозь покров девятихвостого.

— Что это… было?.. — прохрипел Наруто, еле держась на своих двоих.

«Я без понятия. На секунду мне показалось словно передо мной стоял один из тех, что напали на нас… Ооцуцуки» — проговорил встревоженно Курама из подсознания, — «Эта сила… она смогла пробить мой покров…»

— Господин седьмой! — крикнула подоспевшая медсестра.

— Всё нормально… — ответил Наруто падая на колени, — позовите полицейский отряд и анбу… Нужно оцепить территорию от ненужных зевак.

Наруто уже понимал, что внутри его сына таилось что-то очень опасное. Он вспомнил тот день, когда Боруто начал твердить ему о том, что у него пробудился бьякуган. Тогда, он конечно же не поверил ему и Боруто, кажется смирился с этим. Но… сейчас, ему казалось, что сын его тогда не обманывал. У него действительно есть сила в правом глазу.

— Прости меня, дурака… что сразу не понял, — прохрипел он облокотившись на стену. — всё-таки у тебя глупый папаша. Надеюсь ты станешь куда лучшим отцом, чем я…

— Как так получилось?.. — шокировано задал вопрос Шикамару, глядя на лежащего на койке Наруто, — Я конечно думал, что у тебя будут проблемы, но ведь не до такой же степени.

— Мы на всякий случай эвакуировали всю больницу и переселили больных в другую точку медпункта. Благо никто кроме тебя не пострадал. — доложил Сай, — наши сенсоры проверили всю палату и заметили остатки странной энергии… Они говорят, что она похожа на чакру, но таковой всё же не является. Скорее нечто сродни с природной энергией, которую ты используешь для режима жабьего саннина.

— Вот оно что… В момент, когда он атаковал меня ладонью, я заметил как что-то на подобии проклятой метки, расползлось по его руке, — задумчиво ответил Наруто, — нам надо понять, откуда у него она появилась и связанно ли это как-то с Ооцуцуки.

— Сколько неприятностей… — устало выдал Шикамару вытащив сигарету, — Это могло бы объяснить его внезапное появление на территории полигона. Твой сын вроде как в тот момент должен был быть уже на пути в другой город.

— Хочешь сказать, что он уже свободно пользуется ей? — встревоженно спросил Наруто, приподнимаясь с кровати.

— Не знаю. Возможно… а может и нет. Его члены команды, ничего такого не рассказали нам. Только то, что даже не заметили как он пропал. — ответил задумчиво Шикамару.

— В любом случае, мы не можем пока оставлять его одного. Поэтому я взял на себя полномочие, запереть его в особой камере на время. — добавил от себя Сай.

— Что?! В каком это смысле? Ты посадил моего сына в камеру для преступников?! — тут же взревел Наруто.

— Это лишь меры безопасности… — тут же вступился Шикамару, — Твой сын пока-что как замедленная бомба, мы не знаем когда ему взбредёт в голову всё крушить перед своими глазами. Всё-таки у него сестра погибла… Тут всякое можно ожидать, тем более если у него в руках такие сильные способности.

— И всё же… — прошипел Наруто.

— Дайте мне поговорить с Боруто. — подал голос внезапно вошедший Саске, — уверен, он с тобой даже и говорить не станет.

Наруто глянул на своего лучшего друга и в его глазах он также видел тревогу. Похоже он не меньше него самого был рад тому, что его ученика заперли в месте, где обычно сидят особо опасные преступники.

— Не знаю даже… вряд ли он вообще захочет с кем-нибудь сейчас болтать… — неуверенно протянул Шикамару.

— Всё нормально. — вздохнув ответил Наруто. — Думаю единственный кто действительно сейчас может поговорить с ним, так это ты.

— Ах да, я зачем вообще пришёл то… — опомнился вдруг Шикамару, — Конохамару прибыл с задания и принёс с собой пацана... Он явно был на том неопознанном дирижабле.

«Мерзавец», «Наивная ложь», «Тебе плевать на нас», «Я ненавижу тебя». Мысли в голове смешивались с ненавистью, придавали воспоминаниям болезненные тонна, которые заставляли Боруто ощущать нечто сродни с разрыванием перепонок. Все эти голоса, крики и смех… он хотел избавиться от этого. Воспоминания лишь делали больно…

Снова эти странные образы. Лежащий на его руках отец… мёртвый отец… Коноха в руинах и Ооцуцуки парящие в небе перед огромным порталом в неизвестность. Эти образы так реальны, так ужасны и так завораживают…

— Хватит! — заорал внезапно вскочивший Боруто.

Тяжело дыша, он осмотрелся… тёмная комната. Пахнет сыростью, так ещё и пыль везде. Неужели его кто-то затащил в темницу? Встав на ноги с кровати, он прошёлся по своей камере и в тот же час убедился в своих домыслах.

— Значит… папаша меня запер здесь. Однако почему?..

Внезапно перед глазами промелькнули воспоминания той беседы в палате. Его объяло чувство страха и некого ужаса. Неужели он всё-таки направил силу против отца?.. Как он сейчас, не помер ли…

— Чёрт, это всё-таки произошло. Вот поэтому мне нужно побыстрее начать свои гребаные тренировки с учителем Саске. Такими темпами я и Коноху разрушу…

Внезапно со стороны двери послышались шаги. Боруто тут же встал в боевую стойку, чтобы если что сразу же дать отпор и по возможности сбежать нахрен из этой камеры. Однако последующих действий не последовало, так как перед ним оказался никто иной как учитель Саске.

— Ну привет моя проблема… — мрачно поприветствовал он.

— Дядя… — немного отшатнувшись откликнулся Боруто, — как он?..

— Нормально, правда ты ему плечо продырявил насквозь, ну думаю ему ещё повезло. Мог ведь и вовсе руки лишиться. — ответил Саске облокотившись на стену. — Не хочешь мне ничего рассказать?

— Нечего тут и рассказывать. В какой-то мере он даже заслужил это… — ответил хмыкнув Боруто, — но если вам хочется подробностей то… да, я потерял контроль над печатью… в тот момент, во мне бурлила злость на отца, а момент когда напал на него, и вовсе мелькает как нечто нереальное…

— Твоя сила слишком опасна. Ты как никто другой должен это понимать. Если ты не научишься ей управлять, твои близкие и друзья будут в опасности. — проговорил Саске, подойдя к Боруто, — твой отец теперь знает о твоём секрете. Так что юлить ты теперь не сможешь…

— Забери меня… — внезапно поникшим голосом сказал Боруто.

— Что? — опешив переспросил Саске.

— Забери меня, как ты и обещал мне. Это место… эти люди и деревня… всё это, лишь разжигает внутри меня ненависть. Они напоминают мне о сестре, а мне этого не хочется. Я должен быть сосредоточен на силе и её контроле. Поэтому лучше всего будет, если я уйду из деревни вместе с тобой. — в его голосе начали проявляться нотки холода.

Саске как никто другой понимал его боль утраты близких. Он слышал в его голосе еле сдерживаемое горе. Он держится из последних сил, но всё же держится. Кровь его отца не даёт ему ударить мордой в грязь, это уж от отца похоже. Отказать ему он также не мог. Его страдания основаны на деревне… поэтому рано или поздно ему сорвёт крышу и сила вырвется наружу.

— Хорошо… Вообще, меня сюда прислали чтобы я выведал из тебя какую-нибудь информацию о данной печати, что ты использовал против отца. Но думается Наруто поймёт нас, если я возьму тебя с собой на длительную миссию. И документы все уже подписаны, так что мы можем выйти из деревни хоть сегодня.

— Отлично, мне не терпится преступить к тренировкам! — сжав кулак, ответил Боруто.

В то же время где-то на территории страны огня, в неизвестном месте, был расположен особо секретный штаб террористической организации что именовала себя - Кара и очень старательно скрывала своё существование.

Огромное помещение, напоминающее нечто словно не из нашего измерения. Голубовато-тёмный отсвет не сильно резал глаза, да и мало что можно было увидеть здесь. Несколько тёмных фигур в плащах и накинутыми на лица капюшонами, собрались здесь, чтобы обсудить довольно серьёзную проблему.

— Значит… сосуд был похищен? — спросил один из них, сидя на своеобразном троне. В его голосе не было чего-то волнительного, для него эта новость была интересной, нежели неприятной.

— Именно Лорд Джиген… — ответил ему другой обладатель плаща. На его лице виднелась стальная маска в которых прорезались довольно грозные глаза, что изучали эту комнату и всех тех, кто здесь находился, — шиноби скрытого Листа нашёл сосуд и телепортировался с ним с помощью жабы и обратного призыва. Ао с ним сражался, но тот сумел обхитрить его.

— Какой позор! — выплюнул небольшой старик, облокотившись на палочку руками, — этот Ао настолько беспечен? Неужели он и правда растерял весь свой боевой дух и опыт? Если так продолжится нам придётся устранить его из-за ненадобности.

— Так или иначе, всё под контролем. — спокойно проговорил Джиген, — Каваки никуда не денется от меня, однако мне будет интересно понаблюдать за ходом событий… Он всё-таки сейчас в деревне и как же они с ним поступят?

— Лорд Джиген, неужели вы хотите оставить его там?! — шокировано спросил старейшина.

— На какое-то время — возможно. Но рано или поздно, я всё равно приду за ним… Ведь это его судьба. Коджи! — обратился он к мужчине, что доложил ему о пропаже. — Я поручаю тебе слежку за ним. Не нападай, а просто наблюдай, мне интересно узнать, как он ведёт себя в столь необычной обстановке…

— Как прикажете. — ответил тот и в тот же миг исчез, распадаясь на мелкие частицы двухзначных кодов.

— Остальные же, продолжайте поиски выдающихся учёных, которые помогут нашей организации. Когда мир узнает о нас… Будет уже поздно, хоть что-то противопоставить нам.

Все остальные также исчезли, рассыпаясь в двузначных числах. Собрание было окончено, все они исчезли и лишь Джиген вместе со старейшиной остался на своём месте. Задумчиво глядя себе под ноги.

— Эти странные ощущения… я что-то не припомню, чтобы отдавал кому-то ещё карму… — в голосе наконец прорезались нотки тревоги.

— Вы почувствовали кого-то ещё из обладателей кармы? — спросил старейшина.

— Возможно… ведь кто-то, всё-таки убил Момошики…

Наруто зашёл в камеру где сидел на данный момент Боруто. Саске всё-таки поговорил с ним и теперь возможно всё образумиться. Так по крайней мере думал сам Наруто, пока не услышал своего сына.

— Я хочу уйти из деревни.

Левый глаз Наруто начал дёргаться от всей абсурдности этих слов. Ооцуцуки терроризируют планету, возможно ведут охоту именно за ним, так ещё и дочь умерла, а этот мелкий говнюк хочет свалить куда подальше?!

— Что ты сейчас сказал?.. — закипая, процедил Наруто.

— Наруто, остынь… — вклинился Саске, — это моё решение, и я вообще-то его не отменял.

— Саске! На него возможно ведут охоту пришельцы из гребаного космоса, а ты просишь меня отправить своего собственного сына хрен знает куда?!

— Понимаю всю странность данной ситуации, но пойми же и ты! У твоего сына есть возможно сила, с помощью которой он может победить Ооцуцуки, но проблема лишь в том, что он не может тренироваться здесь, в деревне. Это место сейчас для него ничто иное как больные воспоминания о сестре. Будет лучше, если он пойдёт со мной. Мы с ним разберёмся с принципом той печати на его руке и глазом, что внезапно пробудился и вернётся он уже готовый к битве с иноземными не побоюсь этого слова — богами.

— И всё же… я не могу просто так отпустить сына… пускай он ненавидит меня, но он всё же мой сын и я дорожу им. — настаивал на своём Наруто, — ты и сам должен это понимать Саске…

— Я не останусь здесь, старик… — холодно проговорил Боруто, — от этого места, меня на данный момент воротит. Ты не сможешь сдержать меня, рано или поздно я уйду отсюда. Разница будет лишь в том кем я уйду… нукенином или же шиноби Скрытого Листа.

— Ты о матери то подумал?! — сжав кулаки, спросил Наруто.

— Я поговорю с ней… — ответил тот, соскочив со взгляда отца.

— Покажи-ка мне свою ладонь. — решив сменить тему, сказал Наруто.

— Чего? Зачем это?.. — недоумевая спросил Боруто.

Наруто не стал выпрашивать сына, молча подойдя и схватив того за правую руку. Выставив перед собой ладонь, его взгляд внезапно на секунду стал каким-то отстранённым и встревоженным. После он отбросил руку и наконец заговорил:

— Прибыл Конохамару с миссии. Вместе с полезной информацией, он также принёс с собой, необычного паренька, и у него на ладони, точно такая же печать…

— Как он? — спросил Наруто, глядя на мальчика с чёрными волосами, что были побриты по бокам. Его вид был измучен, но даже так, он ощущал тревогу внутри мальчика.

— Из-за истощения организма, он прибывает в довольно шатком положении. Однако… при осмотре мы заметили, что его тело состоит из каких-то странных нано частиц, которые, похоже служат ему как защитой, так и оружием. — доложила Сакура, встревоженно глядя на мальчишку, — Мы также обнаружили странную метку на его левой руке. Такую же, как и у твоего сына.

— Этот мальчик… нам очень повезло, что мы нашли его. Возможно он станет ключом к пониманию того, что происходит с Боруто. — проговорил Наруто, — Я оставлю с ним своего клона. Как только он проснётся, думаю у нас будет о чём поболтать. Главное не спугнуть его, всё же это ребёнок.

— Хочешь оставить его здесь?! — возмутилась Сакура, — в больнице?!

— Да… не волнуйся, если что-то пойдёт не так, я мигом приду сюда. — ответил Наруто, а после приложил руку к полу и оставил на ней формулу печати для техники «летящего бога грома».

— И всё же… — не унималась Сакура, — он вражеский шиноби, который имеет в своём арсенале собственное тело, ты разве не слышал, что я тебе сказала? Он может фактически людей собственным телом убивать, если захочет. Да и вообще, у него возможно такая же сила как у твоего сына, уже забыл, что он с тобой сделал? — ткнув Наруто в плечо, напомнила она.

— Ай, да понимаю я, понимаю!.. — поморщившись ответил Узумаки старший, — Но я чувствую… страх от этого мальчика. Словно он боится кого-то… и мне хочется защитить его от этого страха. А чтобы сделать это, мне нужно для начала завоевать его доверие.

— Ты не меняешься Наруто… — вздохнув, высказалась Сакура.

Даже сейчас, когда его ребёнок ушёл из жизни, он находит в себе силы заботиться о других. Это поистине сильная воля седьмого Хокаге. Человека что прошёл через войну и смог спасти мир дважды. Какие бы перед ним не были трудности, он встречает их с поднятой головой и уже изрядно израненным сердцем. Однако… насколько же его хватит? Ведь душа человека не бессмертна и когда-нибудь, даже он падёт перед жестокостью мира и судьбы, что уготована ему.

— Значит, у кого-то ещё есть такая же печать? — возбуждённо вопросил Боруто, — Отец он всё ещё спит?

Наруто хотел понять, что это за сила такая появилась у Боруто и как она связанна с Ооцуцуки, однако допускать сына к этому незнакомцу, он всё же не решался. Возможно тот воспримет Боруто как потенциального врага и тогда уж драки точно не избежать. Поэтому, пока что, нужно было как можно подальше отстранить Боруто…

— Думаю, у тебя есть дела и поважнее… — уклончиво ответил Наруто, — С ним сейчас ведут допрос, так что как только он закончится, я тебе скажу об этом…

Саске заметил по интонации и виду Наруто, что тот блефует. Учиха ощущал ту же тревогу, что и Наруто. Всё же две одинаковые печати могут среагировать друг на друга, и не факт что это будет в виде дружеского приветствия.

— Слушай Боруто, — обратился к белобрысому Саске, — думаю нам некуда торопиться. Тебе нужно поговорить со своей матерью и остальными близкими, прежде чем уходить из деревни.

Боруто тут же снова тяжело вздохнув, ушёл в свои мрачные мысли, интерес к другой персоне с такой же печатью тут же исчез и вместо него, появились варианты того, как может отреагировать мама на его заявление об уходе из деревни.

— Да… конечно, — пробурчал Боруто себе под нос, — эй, старик, а когда… будет прощальная церемония? — добавил он, с тяжестью на сердце.

— Завтра… — поникнув ответил Наруто, — мы уже всех оповестили об этом. Если ты не забыл, то в той трагедии также погибли Шино-сан, Ирука сенсей и двое детей… их мы также будем провожать с почестями.

Боруто почувствовал ещё один укол внутренней боли… печаль и тоска медленно начали расплываться по разуму от осознания того, что там были ещё жертвы и не просто кто-то из обычных шиноби, которых он не знал, а людей которые его опекали и учили… Этот мир снова показал ему, насколько он несправедлив и жесток по отношению к жизням людей.

— Раз мы всё решили, я пойду… — направившись к выходу из камеры, пробурчал Боруто.

— Постой Боруто! — остановил того Узумаки старший, — Пойдёшь строго вместе с нами. Одного тебя навряд ли пропустят.

— Вот же морока… — проворчал тот.

Шагая по тёмным коридорам, Боруто наконец снял повязку со своего раненного глаза. Открыв его, он осознал, что тот был повреждён… закрыв левый глаз, он ничего практически не видел, всё перед ним обратилось во тьму. Глаз отдавал болезненно белым цветом с еле заметной чуть серой полосой, которая и повредила зрачок и само глазное яблоко.

— Твою же мать… — прошипел Боруто, — неужели я лишился его?..

— Ты случаем не о бьякугане говоришь? — спросил осторожно Наруто.

— Сам не знаю… — честно ответил Боруто, — ты уж прости меня отец за тот прокол в больнице. Мне тогда было очень паршиво на душе, вот и сорвался… впредь я буду следить за этим… — почувствовав свою вину перед отцом, добавил блондин.

— Всё в порядке, — слабо ухмыльнувшись успокоил Наруто, — на самом деле я даже рад, что у тебя есть такая сила… тебе нужно лишь научится пользоваться ей. Знаешь, когда это произошло, я вспомнил тот день, когда ты впервые мне сказал про свой глаз… я ведь тогда не поверил, прости уж меня за это.

— Что? — остановившись, удивлённо воскликнул Боруто, — ты сейчас о моём правом глазе говоришь? Ты видел его?!

— А… ну да, — глухо отозвался Наруто, — а что такое?

— Просто я подумал, что возможно уже не смогу им пользоваться. Глаз ведь повреждён, он ослеп. — задумчиво высказал Боруто, держась за правый глаз.

— Похоже, твой глаз реагирует на что-то иное, помимо зрительного нерва, — предположил Саске, — ты вроде как печать активировал, когда твой глаз пробудился. Значит они как-то связанным между собой.

Боруто глянул на печать на руке, а после снова дотронулся до повреждённого глаза.

— Так или иначе, мы не поймём это, пока ты не научишься управлять этой силой. Сейчас ночь и тебе стоит отдохнуть, — сказал Наруто, положив свою руку на плечо Узумаки младшему.

Боруто грубо скинув руку отца, ответил:

— Отдохнуть? Я провалялся практически весь день в постели, как я блин усну? Короче, пойду лучше прогуляюсь. Мне нужно одному побыть. Бывайте… — выбежав из штаба полиции, Боруто скрылся в тёмной ночи.

— Эх… всё же это тяжело, быть отцом… — простонал устало Наруто.

— Ты сам то как? — поинтересовался обеспокоенно Саске, — Тебе тоже стоит отдохнуть.

— Не могу. Если усну, мой клон развеется… а он следит за этим пацаном, которого Конохамару притащил. Мне нужно с ним поговорить, так как возможно он имеет информацию по поводу странной печати на руке Боруто.

Саске также привлёк этот неизвестный паренёк. Если у него такая же печать на руке, как и Боруто… возможно ли то, что он её получил от какого-то Ооцуцуки? Ведь если смотреть на всё основываясь на Боруто, это значит что и пацан этот, каким-то образом убил одного из Ооцуцуки?..

— Я пойду с тобой. Мне тоже хочется услышать что-нибудь об этой печати от пацана. — сказал Саске, отправившись в больницу вместе с Наруто.

Очнулся спасённый мальчик к следующему утру. Открыв глаза, он первым делом вскочил и быстро осмотрелся. Перед ним сидел какой-то блондинистый мужчина с отметинами на щеках. В глазах его он видел какую-то бесящую его наивность. Справа от него возле окна стоял ещё один мужик, с собранными волосами и небольшой бородкой, вот у него взгляд был более настороженный. Слева же стояли ещё две личности, один в чёрном плаще и чёлкой на лице, а второй с бледной кожей, скрестив руки, глядел на него с каким-то скепсисом.

— Что за… где я?! — напрягшись задал вопрос Каваки.

— Успокойся, тебе ничто не угрожает здесь. — как можно более дружелюбно сказал Наруто.

Держать улыбку перед этим юношей, было тяжело. Но он чувствовал, что должен был помочь ему преодолеть этот период недоверия к ним. Этот мальчик сильно напоминал ему кого-то.

— Неужели? Хватит лгать, это какая-то ловушка Кары?.. Вы все ведь на них работаете не так ли?! Джиген решил поиграться со мной… — внимательно осматривая комнату, проговорил Каваки. Он искал пути для побега и не найдя ничего лучше окна, сразу же сиганул к нему.

— Шикамару. — скомандовал Наруто.

Каваки уже хотел было вылезти через окно, как вдруг ощутил как что-то его сковало. Медленно повернувшись в сторону взрослых, он понял, что его схватили с помощью тени.

— Не нужно пытаться сбежать, — прожигая взглядом, сказал Шикамару, — тебе всё равно никуда не деться.

— Это мы ещё посмотрим… — огрызнулся в ответ Каваки.

— Так, давайте успокоимся, мы здесь не для драки вообще-то, как тебя зовут мальчик? — спросил Наруто поднявшись со стула.

— Ага, так я тебе и сказал… да кто ты такой?

— Я седьмой Хокаге деревни Скрытой в Листве, где ты как раз и находишься, — ткнув себе в грудь, пальцем ответил Наруто, — отныне ты под моей защитой.

Каваки осёкся от ответа. Человек что стоял перед ним и улыбался, тыча себя в грудь, был главой сильнейшей деревни?! Он с трудом в это верил, однако какая-то часть его разума всё же чувствовала силу исходящую от него.

И всё же… он не верил им. Считал что они связанны с карой и всё это лишь хорошо сыгранный спектакль. Джиген не мог дать ему сбежать так просто. Наверняка это какая-то проверка, расслабиться ли он и позволит им «защитить себя» либо же сбежит во что бы то ни стало. Выбор был очевидным.

— Знаешь, мне бы хотелось с тобой побеседовать, а не допрашивать, — вздохнув проговорил Наруто, а после дал команду рукой Шикамару, чтобы тот отменил технику, — думаю ты много чего натерпелся, по твоему виду можно сказать, что твоя жизнь была не сахаром. Может всё-таки скажешь как тебя зовут?

Узумаки старший видел в этом ребёнке что-то особенное. Отпускать его точно нельзя было, однако и запирать было бы ошибкой. Он сейчас напуган и в смятении, поэтому ему нужно было время для того, чтобы всё обдумать и дать ему чёткий ответ.

— Моё имя Каваки… — ответил с довольно долгой паузой тот, — но даже если вы не работаете на Кару, не думайте что я буду плясать под вашу дудочку. Вы не сможете сберечь меня, он всё равно придёт за мной, так что я ухожу.

— О ком ты? — спросил Саске, подойдя поближе, — кто за тобой придёт?

Каваки напрягся. Второй парень был куда внушительней… странно, но вот от него веяло чем-то более мрачным. Возможно он специально это делал, чтобы надавить на него.

— Да с чего это вдруг, я должен перед вами отсчитываться? — Каваки не собирался просто так выдавать им что-либо, по его мнению, все они были лишь кучкой ничего не знающего или же хорошо играющего клубка идиотов.

— Эта печать на твоей руке… — продолжил Саске, — что это?..

— Карма… — ответил Каваки, а после направил её в сторону Саске и Наруто.

Выбора больше не было. Он не мог сбежать, не использовав эту ненавистную силу. Эти люди из Конохи также сильны, как и члены Кары… возможно даже сильнее. Печать активировалась, и Шикамару попытался остановить Каваки, связв своими тенями, но печать в тот же миг поглотила их.

— Чёрт, Наруто это было плохой идеей! — крикнул Шикамару, отпрыгнув от Каваки.

— Всё нормально… — ответил Саске, а после активировал Шаринган.

Каваки внезапно ощутил слабость, в глазах двоилось красное пятно со странным узором. Каваки понял, что второй в чёрном плаще, обладал какой-то силой глаз… Из-за помутнения разума, карма также нарушила процесс и снова так сказать заснула. Глаза Каваки медленно начали закрываться и тот упал без сознания на пол.

— Вот же морока… повезло нам, что ты пришёл, Саске, — подойдя к лежащему на полу мальчику, сказал Шикамару, — я же говорил тебе Наруто, это плохая идея! А если бы он использовал её?! Даже твой покров бы нас не спас.

— И всё же… мы теперь знаем как называется эта печать на его руке и мы знаем, что Боруто не единственный обладатель… — задумчиво проговорил Наруто взяв Каваки на руки, — отнесём его в полицию. Нам нужны будут печати для сдерживания, на всякий случай. Я лично с ним поговорю.

— Карма… весьма странное название для печати. Особенно если углубиться в само понятие слова… — задумчиво выдал Саске.

— Пацан мог и просто случайное слово сказать нам. Возможно она как-то по другому называется, — предположил Сай.

— Ну… пока иного названия у нас нет. Пусть будет «Кармой» — заключил Наруто.

Боруто сидел возле пруда в поместье Хьюга и просто молча наблюдал за собственным отражением в воде. Всю ночь он не спал и просто думал о том, что же он будет делать дальше… естественно тренировки не за горами, однако, чем именно он должен заняться? Как он обуздает эту силу, если даже толком понять не может как её призывать по собственной воле, а не из-за злобы например…

— Боруто, ты уже второй час сидишь здесь, уткнувшись в пруд, — сделала замечание подошедшая тётя Ханаби, — не устал ещё?

— Я просто думаю о том, как же матери сказать… — ответил неуверенно Боруто, — о том что ухожу из деревни…

Ханаби услышав решение своего племянника, воздухом поперхнулась. Вот так резко, выдавать подобную информацию… Боруто всегда был прямолинейным ребёнком.

— В смысле из деревни уйти?! Ты что хочешь стать нукенином?! — встревоженно воскликнула Ханаби, схватив племянника за плечи.

— Что? Не неси чепуху! Вообще-то я ухожу вместе с дядей Саске, чтобы он обучил меня техникам! — тут же объяснил Боруто вырываясь из цепких рук Хьюги, — это не дело, прохлаждаться здесь и давиться этими никчёмными заданиями… я должен стать сильнее как можно скорее.

— Но как же твоя мама?! Ты ведь знаешь, какое она сейчас горе переживает! — нахмурившись напомнила она.

— Конечно… вот потому и думаю, блин! — ударив кулаком об балку, процедил Боруто, — я понимаю что сейчас для нашей семьи настал очень тяжёлый период… Однако, я не намерен сидеть здесь… тот урод убил мою сестру, потому что я не смог защитить её… у меня не хватало сил, понимаешь?! Будь у меня больше практики в том, что я обрёл, возможно в тот момент я бы сумел отсечь ему голову…

Ханаби видела перемены в Боруто. Раньше он был конечно энергичным и стремился стать сильнее, но это были лишь потуги чтобы привлечь Наруто… однако сейчас… она чётко видела в его глазах холодную ненависть и стремление к силе. Она настолько сильно впиталась ему в сердце, что даже близкие не в силах остановить его.

— Ты так сильно жаждешь силы?.. — спросила она серьёзным тоном.

— Да… она нужна мне как никогда… поэтому то я и хочу отправиться вместе с Учихой Саске.

— Я не знаю всех подробностей, но… когда-то Саске-сан тоже желал силы, у него была похожая цель на твою Боруто. Убить своего старшего брата за вырезанный клан.

— Что?.. — округлёнными глазами, переспросил Боруто, — вырезанный клан?..

— Да. — бесстрастно ответила та, — он также желал силы, как и ты сейчас, несмотря ни на что. Однако его решил остановить твой отец. Всё зашло так далеко, что Саске из-за тьмы мести, стал преступником которого хотели убить все пять стран. И лишь твой отец верил в него… он и вытащил его из этой тьмы.

— Хочешь сказать, что я могу стать таким же преступником как Саске в прошлом? — нахмурившись уточнил Боруто, — если так, то ты не сильно знаешь меня сестрёнка. Я не такой уж глупый как ты считаешь, и у меня есть чувство меры…

— Жизнь довольно непредсказуема, каждое твоё решение может изменить всё в твоей жизни. Ты должен быть аккуратен в том, что делаешь и собираешься делать.

Боруто задумался над её словами. Откровение насчёт его учителя было довольно неожиданным сюрпризом, он и не знал, что учитель когда-то был преступником… Возможно он спросит его, когда-нибудь, чтобы услышать правду от самого Учихи Саске.

— Ну ладно… — вздохнув подытожил их беседу Боруто, встав на ноги. — я пойду к матери…

— Тщательно выбирай слова… ей итак сейчас нелегко. — сказал напоследок Ханаби.

Медленно открыв дверь в дом, он прошёлся по холлу. В доме было заметно тихо, никаких звуков… казалось, что даже сердце переставало биться здесь. Внезапно позади Боруто прорезался голос дедушки:

— Значит ты собираешься покинуть деревню?..

Боруто резко обернулся, плюхнувшись на пол пятой точкой.

— А… дедушка?!

Вот с ним могли возникнуть реальные проблемы. Он ведь его единственный внук как никак, он то уж наверняка запрячет его здесь и запретит куда-либо выходить.

— Ты хочешь стать сильнее, не так ли?

— Именно. — твёрдо ответил Боруто.

— Твой глаз повредил тот, кого ты хочешь убить? — спросил Хиаши, присев перед внуком и дотронувшись до уже довольно затянувшейся раны.

— Да… он перехватил мой клинок… — ответил Боруто не понимая что это с его дедом.

— Твой долг как воина отплатить ему тем же… Я не буду тебя держать здесь, так как понимаю, по твоему взгляду, что решение твоё твёрдое и бессмысленно как-либо тебя отговаривать. Однако пообещай мне Боруто, что ты не станешь убивать кого-либо ещё… Обещай мне, что ты вернёшься в деревню с чистыми руками.

Слова дедушки сильно поразили Боруто. До этого, он всегда казался ему странным и до ужаса опекающим дедушкой, но сейчас… он видел в этом старике старого и измученного ниндзя, который наставляет его.

— Хорошо… — ответил блондин, — я вернусь не пролив чужой крови, кроме того кто убил мою сестру.

— Твои глаза… мне больно смотреть в них, ибо вижу я, что судьба твоя будет трудной и очень не простой… — сжав ладонь внуку, проговорил Хиаши, казалось что из его глаз сейчас побегут слёзы, но они не побежали, он сдержал себя.

— Тогда и ты пообещай мне кое-что дедушка… — внезапно попросил Боруто, — позаботься о моей маме… Я хочу уйти отсюда с мыслями, что она в хороших руках.

— Конечно, я сделаю всё что в моих силах и Ханаби тоже. — ответил без промедлений Хиаши, — а теперь иди. Ты должен поговорить с мамой на последок.

Глубоко вдохнув воздух в лёгкие, он направился наверх, к комнате где и лежала на кровати его мама. После смерти сестрёнки, она так и не встала с кровати… Тоска по умершей дочке не даёт ей что-либо сделать, даже голод пропал, от чего кормить её крайне проблематично.

Зайдя к ней в комнату, он сразу же посмотрел на неё. Вид конечно был удручающим… кожа стала бледной, глаза, некогда оживлённые и излучающие доброту, потускнели и стали безжизненно серыми. Она сидела на кровати и просто глядела в одну точку.

— Мама?.. Как твои дела? — спросил Боруто присев возле её кровати. Та никак не отреагировала, кажется сейчас она вообще ни на кого не обращала внимания, находясь где-то далеко отсюда. — мне нужно тебе кое-что сказать… — неуверенно продолжил он.

Боруто взял маму за руку и крепко её сжав сказал:

— Мне нужно уйти из деревни на неопределённый срок… я знаю, что ты будешь против этого, особенно после того… что случилось с Химой. Однако я… должен уйти, я больше не ощущаю себя здесь самим собой.

Реакции от матери никакой не последовало. Она лишь что-то шептала себе под нос, вновь и вновь повторяя имя своей умершей дочери. Боруто было тяжело глядеть на неё, такую несчастную мать потерявшую ребёнка.

— Пожалуйста, мама… скажи хоть что-нибудь… — со слезами на глазах, попросил Боруто, приложив её руку к своему лицу. — господи, видеть тебя такой и не слышать в ответ хоть что-нибудь, это выше моих сил!.. — стискивая зубы, он зажмурившись прижался к ней, понадеявшись, что это всё-таки поможет матери снова стать собой… но всё тщетно. Она продолжала глядеть куда-то сквозь свои ноги, бесконечно бормоча.

В этот момент Боруто почувствовал беспомощность, он не знал, что ему делать, как помочь ей. Слова пролетали мимо ушей и даже прикосновения не помогали. Дикая душевная боль полностью объяла его тело.

— Я обязательно найду его мама… найду того, кто отнял у нас Химу, и он поплатиться за это! — прошипел гневно Боруто, — и когда я приду вновь, ты наконец сможешь вздохнуть с облегчением… я надеюсь на это…

Боруто ощутил как что-то начало капать ему на плечо, отстранившись от матери, он увидел как из её глаз начали капать слёзы… Он думал, что это слёзы горя по Химавари, однако он ошибался. Хината слышала Боруто и понимала его. Понимала, что он собирается делать, но не могла собраться с силами и остановить своего единственного сына. Это было бесполезно, и от того безысходность только сильнее разъедало её сердце и душу.

— Он обязательно поплатиться за то, что отнял у нас… — повторил Боруто стерев слёзы с лица, — пока, мама… — сказал Боруто напоследок, а после вышел из комнаты, оставляя её одну.

Тем же днём, Боруто прогуливался по деревне. Он не мог найти себе места в этой паршивой деревне… куда не глянь, сплошь воспоминания. Ему хотелось забыться, стать тенью хоть на один день, чтобы побыть в тишине и в пустоте, где его никто не будет искать или звать. Но его окружали люди, которых потихоньку он начинал ненавидеть… нет это не какая-нибудь там ненависть, которую испытывают к врагам. Это скорее… раздражение от назойливых людей, что хотят узнать о том, как он воспринял смерть его сестрёнки. Ведь обязательно нужно об этом напомнить, лицемерно посочувствовать, а после приободрить, как будто это как-то поможет.

Как только он вспомнил об этих людях, то тут же позади него послышались возгласы «друзей». Завидев блондина, Шикадай, Метал Ли, Чоу-Чоу, Сарада и Мицуки тут же окликнули его, побежав в его сторону.

— Ребята, так это вы… — безразлично кинул Боруто, глянув себе под ноги.

— Мы слышали о том, что случилось, — с грустью сказала Сарада, — нам очень жаль, что так вышло Боруто…

Они заметили порез на правом глазу, Чоу-Чоу решила, что ему этот шрам очень даже к лицу, а Шикадай даже присвистнул.

— Ты как, держишься? — спросил Шикадай, подойдя к Боруто.

— Да… — буркнул в ответ блондин, — знаете, это хорошо что вы здесь, — вспомнив о том, что он собирался сделать, добавил Боруто, — мне надо кое-что вам сказать напоследок.

Друзья тут же заинтересованно глянули на Узумаки.

— В общем то, да… я хотел бы с вами попрощаться.

— Эй, эй, эй! — подойдя вплотную к блондину бросила Чоу-Чоу, — ты что это удумал, а? Даже не думай о суициде!

— Чё? У тебя совсем что ли мозги жиром заплыли?! Не собираюсь я кончать жизнь самоубийством! — рявкнул Боруто, — я ухожу из деревни просто, вот и всё!

Друзья по началу не поняли о чём именно он им толкует, а после осознания его слов, тут же воскликнули всем хором:

«ЧТО?!»

— Как это Боруто?! — схватив парня за плечи, воскликнула Сарада, — а как же команда номер семь, ты о нас то подумал идиот?!

— Папа уже знает, поэтому думаю он и решит проблему… — ответил спокойно Боруто, убрав руки со своих плеч. — я кстати об этом хотел сказать ещё перед… отправкой на ту миссию, что была вчера.

Мицуки не знал как реагировать на это. Его «Солнце» уйдёт на несколько лет… а он останется здесь, практически один… что он мог сделать в данной ситуации? Отговорить его? Навряд ли, может быть отправиться вместе с ним? Это возможно, но тоже не факт. Ведь подобное решение должен был решать сам Хокаге, а он явно не без труда сумел согласиться на уход из деревни его сына.

— Чувак, ты это серьёзно сейчас? — спросил удивлённо Шикадай, — просто уход из деревни это довольно тяжкое решение, ты уверен в том, что сможешь стерпеть тоску по деревне?

— Да… — холодным тоном тут же ответил Боруто, — более чем.

Шикадай даже немного отстранился от него. Почувствовав, что-то странное и холодное. Всё же смерть сестрёнки сильно отразилась на нём и первым кто догадался до этого стал именно Шикадай. Он видел в глазах Боруто не просто решимость, а действие к чем-то нехорошему.

Сарада была поражена решению Узумаки. Неужели он настолько изменился… хотя нет, он на это решился ещё до смерти сестрёнки. Но почему же?! Стремление быть сильным или же что-то ещё? Она хотела понять, почему же её друг детства хочет уйти из деревни…

— Не нужно смотреть на это с плохой стороны ребята, — заговорил спокойным тоном Боруто, — люди уходят, так бывает, но это ведь не навсегда. Мы все к чему-то стремимся и иногда нужно чем-то жертвовать, вот я и жертвую этими годами, чтобы обрести силу, которая поможет мне защитить близких мне людей.

Эти слова поразили друзей Боруто. Раньше он был чудаковатым, резвым и упрямым остолопом, который из-за всех сил старался напакостить отцу, чтобы тот заметил его. Теперь же перед ними стоял хмурый безликий мальчик, который хочет уйти из деревни. Смерть поистине ужасна, особенно для близких людей, которые переживают её и полностью меняют свою сущность, образ жизни, поведение. Словно таким образом они пытаются отречься от больных воспоминаний.

— Мы тоже не будем стоять на месте, Боруто… — внезапно сказал Шикадай, — когда ты вернёшься, то увидишь как стали сильны и мы. Не думай, что ты один с такой решимостью обрести силу.

— Ага, это точно. — поддержала Чоу-Чоу.

— Вот именно! — выставив большой палец вперёд, добавил Метал ли.

— Когда ты вернёшься, у меня уже будет три томое! — высказалась соперническим тоном Сарада, на что Боруто впервые за эти долгие часы улыбнулся.

И лишь Мицуки молча глядел на него. Не зная, что и сказать… он не хотел терять его, он появился здесь только из-за него и теперь… какой же смысл оставаться здесь? Боруто заметив Мицуки, понял что тот явно не рад тому, что он уходит.

— Эй, Мицуки, зайдёшь к дому Хьюга завтра. Мне нужно будет поговорить с тобой.

— Хорошо. — ответил Мицуки как можно более спокойно.

— О чём это вы парни? — поинтересовалась Чоу-Чоу.

— Да так, о своём… — отрезал тут же Боруто, — тебе незачем знать.

Чоу-Чоу недовольно хмыкнула, а после отвернулась. Сарада понимала насколько важен для Мицуки его друг, поэтому уже догадывалась о чём будет их разговор. Остальные же лишь с любопытством хлопали глазами.

Боруто в тот день решил напоследок хорошо провести время с друзьями, чтобы запомнить их весёлыми и беззаботными. Уже тогда он понимал… что возможно время которое заберут у него тренировки, навсегда исчезнут и сегодня он увидит их в последний раз такими… энергичными и весёлыми детьми.

Они прошлись по торговым центрам, обсуждали разные темы, поедая всякую «вредную» еду в кафешках, попутно устраивая между собой небольшие соревнования. В эти часы, Боруто снова стал самим собой. Весёлым, беззаботным и с горящими глазами, в которых читалась воля огня. Мицуки глядел него и видел, что он действительно веселился, но также он отчётливо видел, что Боруто больше не тот, кем был раньше. Его взгляд, смех, телодвижения, всё это стало иным… более сдержанным и плавным. Перед ним был больше не озорной мальчишка желающий победить отца, а нечто куда более глубокое и необъятное.

Шёл домой Боруто с улыбкой на лице и с лёгкостью в душе. Однако улыбка сразу же переходила в сжатые губы, а душа снова заковывалась камень, когда он подходил всё ближе и ближе к поместью Хьюга. В сумерках дом был ещё куда более красивее, но и от того в нём чувствовалось что-то серое и грустное…

— Завтра, мне предстоит отправиться в довольно длинное путешествие… Я обязан стать сильнее и убить Ооцуцуки. — проговорил твёрдо Боруто.

Наруто брёл по тёмным улицам деревни вместе с Саске. Шли они молча, спокойно шагая в полумраке и лишь изредка поглядывая куда-то в сторону, откуда слышались звуки ночных птиц и сверчков. Каждый из них думал о том, что же будет дальше и как жить с тем, что уже произошло.

Саске думал о том, во что всё-таки в итоге превратиться Боруто. Станет ли он таким же как Учиха в прошлом или же его путь будет иным?.. Конечно же он также думал о том, чтобы не допустить своей ошибки из прошлого. Для него этот мелкий оболтус был нечто большим чем просто сыном лучшего друга. В нём он видел отражение собственного пути и становления… и от того ему хотелось уберечь Боруто, помочь ему стать сильнее и не погрязнуть во тьме, которая явно уже начинает опутывать его.

Наруто же думал о своей семье. Он до сих пор прокручивал в голове слова своего тестя. Казалось бы, в подобной ситуации, он мог бы сорваться и вообще разорвать их отношения с Хинатой, настояв на разводе и Наруто бы понял это… Отношения с семьёй, а если быть точнее с детьми были просто никакими. Работа забрала всё время препровождение с ними. Всё стало настолько плохо, что он даже не знал, что подарит сыну на день рождение, так как ему было неизвестно чем увлекается его сын… И Боруто, конечно же он был подавлен тем фактом, что его чуть не убил собственный сын, он явно менялся… становился агрессивней по отношению как к нему, так и к окружающим. Странное решение уйти из деревни также пугало его. Ооцуцуки начинали действовать, а он отпускает своего сына невесть куда… Да, конечно с ним будет Саске, но всё же что-то его настораживало.

— Это полный крах с моей стороны… — внезапно озвучил свои мысли в слух Наруто.

— Ты про ситуацию в целом? — спросил Саске не поворачиваясь к нему.

— А? Да нет, я… неважно. Можно сказать и так.

— Как Хината? — спросил Саске, — надеюсь она справиться с нахлынувшим горем.

— Ханаби говорит что сейчас она просто молча лежит в постели. Ни говорит, ни ходит… просто лежит и всё.

Учихе Саске было больно глядеть на друга. Он видел, как тот старается держаться и возможно для других людей, он и выглядит уверенным в себе защитником деревни, но для Учихи он был куда более открыт в плане поведения. Его взгляды, тон речи и многое другое указывали на то, что всё это лишь — маска. Игра на публику, чтобы люди не волновались за него и не падали духом. Отчасти из-за сочувствия к другу, он и проявлял заботу к его сыну, понимая что и тот ощущает те же эмоции что и отец.

— Вот оно как… — сочувственно вздохнул Саске, — всё будет хорошо. Главное это пережить момент горя, а дальше… время покажет, что будет дальше.

— Вот только времени у меня, уже давным-давно как нет. Иногда я думаю, если бы… я не стал Хокаге, произошло бы это? Погибла бы моя дочь?..

— Нам неподвластна судьба, Наруто. Умерших не вернуть…

— Хех… ну да, конечно… — грустно засмеявшись, ответил Наруто, — ну, а как же… Эдо…

— Нет, конечно Эдо-тенсей можно использовать, но я не думаю, что воскресший будет рад этому… Серьёзно Наруто, даже не думай об этом. — с толикой серьёзности предупредил Учиха.

— Совсем что ли?! Думаешь, я настолько отчаюсь, что опущусь до такой мерзкой техники?.. Хокаге я или кто?

Саске лишь хмыкнул и не стал отвечать, так как не видел в этом особого смысла. Ему всё же удалось хоть как-то приободрить блондина. Всё же видеть его поникшим и грустным, было непривычно. Он ведь всегда был весёлым идиотом, который стоял на своём до самого конца.

— Что ж, тут я сворачиваю… — оповестил Учиха, указав на другой переулок, — а ты куда? Домой?

— Нет, мне нужно ещё кое-какое дело уладить. Перед тем как лечь спать. — ответил Наруто, устало зевнув.

— Хочешь опять с пацаном поговорить? — догадался Саске.

— Ага… помощь не нужна, в этот раз я поговорю с ним лично с глазу на глаз. Может хоть так он будет спокойней.

— Или убьёт тебя… — вздохнув, добавил Саске.

— Не бывать этому. Иди уж, тебя жена и дочка ждёт, итак мало видитесь… — махнув в его сторону.

— Ну ладно, будь осторожен с ним, — предостерёг Учиха. — не забывай что у него сила, с помощью которой, твой сын, тебя чуть в загробный мир не отправил.

— Да иди уже! — раздражённо бросил Узумаки, развернувшись в другое направление.

Прибавилось больше проблем с появлением этого странного пацана. У него такая же сила, как и у Боруто. Связанно ли пробуждение кармы Боруто с Каваки? И различается ли его карма с Боруто? Это предстояло выяснить Наруто, он верил в то, что мальчика ещё можно переубедить и даже сделать его союзником для деревни. Каваки напуган, осторожен и не знает, что делать дальше… Нужно как-то поладить с ним и возможно тогда он откроется Наруто.

Очнулся Каваки с дикой болью в голове и сушняком в горле. Привстав с койки, он осмотрелся. Небольшая камера, решётка из явно необычной стали и небольшое окошко из которого отчётливо бил лунный свет в этот мрачный маленький мир.

— Этот ублюдок со странными глазами, что он сделал со мной?.. — держась за голову прошипел Каваки, — теперь то уж у меня нет возможности сбежать… такой шанс просрал!.. Надо было сразу бежать, а не стоять как столб! — упрекнул себя парень.

Поднявшись с кровати, он подошёл к решётке. Взявшись за неё руками, он вдруг ощутил разряд тока, который довольно сильно так ударил по рукам. Плюхнувшись пятой точкой на пол, стиснул зубы от внезапной боли, что прошлась по рукам, заставляя мышцы сокращаться.

— Вот же суки… — тяжело дыша, процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Ай, ай, ай… какие грязные слова выходят из твоего рта. — послышался голос Наруто, — ты наконец очнулся как я вижу.

— Ты! — направив на него левую руку, крикнул Каваки.

— Эй, эй! — помахав перед собой подносом с едой, тут же забормотал Наруто, как можно более дружелюбно улыбнувшись, — может не стоит так сразу нападать? Ты сам виноват, что попал сюда.

— Какого хрена тебе надо? — спросил обладатель кармы.

— Я хочу с тобой поговорить, — ответил добродушно Наруто, — не волнуйся больше здесь никого нет. Кстати, может ты голоден?

Этот клоун… Каваки понимал, что это всё лишь игра, невозможно что этот идиот решился идти к нему один, так ещё и для того, чтобы просто «поговорить». Здесь явно была какая-то подстава. Еда возможно уже напичкана, всякими наркотиками, от которых у него язык развяжется.

— Я… не хочу есть, — отвернув голову, сказал Каваки, однако живот был другого мнения, довольно громко заурчав.

— Похоже твой живот не согласен с тобой, — усмехнувшись заметил Наруто, — если хочешь, я с тобой поем, раз ты так осторожничаешь.

На подносе были хорошо прожаренные отбивные политые довольно вкусно пахнущим соусом. От одного только запаха, слюни уже текли. Каваки хоть и старался показывать вид, что ему плевать на еду, но всё же слюней во рту заметно прибавилось.

Наруто положил поднос на пол, а после толкнул к Каваки.

— Возьми, поешь…

— Мне не нужны твои подачки. — огрызнулся Каваки, — ты хочешь вытянуть из меня информацию, да? А вот хрен тебе. Если уж и выкладывать всё, то…

— Нет. Скажу честно, да… мне нужна информация о «карме» или как ты её там называешь. Однако не только это меня интересует. Я вижу, что ты довольно несчастный парень, над тобой наверняка жестоко издевались, вот ты и не решаешься пойти на контакт. И меня от одной только мысли об этом, коробит от злобы… — нахмурившись на секунду, проговорил Наруто, — я ненавижу, когда так обращаются с людьми, тем более если это ребёнок. Мой долг как Хокаге — помогать людям и защищать их от любых бед.

— Хех, — усмехнулся Каваки, — ты типа строишь из себя святого, который помогает всем? В каком по-твоему мы веке живём? Я на такие уловки никогда не клюну.

Хоть Каваки и старался говорить одно, но на душе он ощущал совершенно другое. Он хотел верить этому странному человеку. Чувствовал от него тепло и доброту, но так уж и вышло, что он не верил никому. Это было его правило — никогда и никому не верить, полагаться только на себя и только на свои силы.

— Слушай… Каваки, да? Видишь ли, так получилось, что и у моего сына появилась вот эта «карма». У меня нет злых умыслов насчёт тебя и твоей этой печати, мне нужна просто хоть какая-нибудь информация насчёт неё. Опасна ли она для того кто использует её, влияет ли на владельца или что-нибудь ещё…

Ради сына? Слабым местом для тем Каваки был отец… Джиген хоть и называл его своим сыном, но никогда не оберегал его как «истинный» отец. Если так подумать, он никогда даже и не знал о том, что родители могут быть добры к ребёнку. И тот факт, что этот глава, хочет разузнать о карме не для какой-то там власти, а для того, чтобы понять не опасна ли она его ребёнку, заставил Каваки задуматься…

— Значит ты… хочешь узнать о ней, ради своего сына? — спросил тот, всё же подойдя к подносу с едой.

— Ага… он твоего возраста примерно. Такой же наглый и неразговорчивый… — заметил Наруто, улыбнувшись во все тридцать два зуба, — эй, может хоть поделишься со мной тогда, раз есть собрался?.. Я просто заработался и не ел ещё сегодня.

— Ага, обойдёшься… — унеся поднос с собой к кровати, ответил Каваки.

Этот день был весьма солнечным. Даже слишком… Боруто проснувшись утром, встал без особого энтузиазма. Настроение было паршивым, так ещё и жара эта полностью отбивала всякое желание вставать и что-то делать. Возле футона уже лежала чёрная траурная одежда, посмотрев на которую Боруто тяжело вздохнул.

— Ну вот и пришёл этот день…

Собравшись с силами, он всё же встал и одел чёрную одежду. Добравшись вялыми шагами до уборной, он долго рассматривал своё отражение в зеркале. Перед ним словно предстал ни двенадцатилетний подросток, а довольно уставший зрелый мужик, который словно всё уже повидал в своей жизни. Шрам на правом глазу очень способствовал этой странной иллюзии. Однако внешность всегда обманчива и никогда не стоит судить человека лишь по ней.

— Главное пережить этот день… а дальше всё пойдёт как по маслу… — проговорил сам себе Боруто.

Умывшись и почистив зубы, он вышел из уборной и прошёлся до кухни. На столе уже стояла тосты и куриный суп вместе со стаканом молока, которое Боруто терпеть не мог. Возле кухни хозяйничала Ханаби, которая из-за всех сил старалась выглядеть как можно более спокойно и обычно. Но даже Боруто видел в этой «игре» фальшивость.

— Спасибо за еду… — сказал с хрипотой в голосе Боруто.

Сев за стол, он вяло проживал тосты и немного поклевал суп. Еда просто не лезла в желудок, да и кто вообще в такой день захочет есть? Настроение уходило всё дальше и дальше вниз, а ведь это только начало дня…

— Если не хочешь есть Боруто, не заставляй себя, — пассивно сказала Ханаби, сняв фартук и повесив его на один из крючков возле холодильника, — сегодня для каждого из нас тяжёлый день.

— Где дедушка? — решил спросить Боруто, дабы сменить тему для разговора.

— Он ушёл рано утром… его вызывали как главу клана чтобы подготовить всё к похоронам.

— Вот оно что… теперь всё ясно. — ответил Боруто опустив взгляд вниз, — мама всё ещё лежит в кровати?

— Да, мы решили, что ей не стоит идти на похороны… Она тяжелее всего перенесла утрату Химы. И реабилитация будет довольно долгой и тяжёлой. Врач посоветовал её не беспокоить и следить за тем, чтобы она не наложила на себя руки. — объяснила Ханаби облокотившись на кухонный стол.

Боруто всё ещё терзала совесть из-за ухода. Он не мог разорваться на два фронта, оставаясь здесь с мамой и в то же время идти и тренироваться. Нужно было сконцентрироваться на чём-то одном. Но чёрт подери, этот выбор был слишком тяжёлый для него…

— Ты снова терзаешься из-за того, что покидаешь деревню и маму? — спросила Ханаби.

— Как ты…

— Я ведь говорила, мой бьякуган может видеть мысли, — слабо улыбнувшись ответила она, — ты уже решился уйти из деревни, чтобы стать сильнее, Боруто, это весьма серьёзное решение и я понимаю, что ты терзаешься в сомнениях из-за случившегося. За маму не переживай, мы с дедушкой позаботимся о том, чтобы она поскорее пришла в себя.

— Сестра… — эти слова Ханаби глубоко тронули блондина. Впервые Боруто осознал, что как бы он не старался абсорбироваться от близких, они не бросают его и всеми силами пытаются помочь… От этого в сердце всё сжалось в огромный комок, заставивший его даже всхлипнуть, — спасибо тебе… огромное! — наклонив голову, воскликнул Боруто.

— Ну-ну, мы ведь с тобой родная кровь как никак! — погладив того по голове, высказал Ханаби. — ты главное сам будь осторожен.

— Ага… — также вытянув из губ подобие улыбки, ответил Боруто.

Ханаби чуть постояв, вдруг отвела взгляд в сторону главного входа в поместье. Похоже кто-то пришёл и Боруто уже догадывался кто.

— Это Мицуки, — оповестила Ханаби. — думаю тебе стоит сходить к нему.

— Ага… — вставая с пола, ответил Боруто.

Надев сандали и выйдя на улицу, он подошёл к воротам в поместье. Открыв их, он поприветствовал Мицуки. Он также был уже одет в траурную одежду. Поприветствовав в ответ:

— Ты вчера сказал, чтобы я пришёл к тебе. Ты хотел поговорить? — спросил Мицуки.

— Да… — кивнул Боруто, а после глянул себе за спину, — но давай пройдёмся… не думаю, что беседовать возле дома с людьми у которых имеется рентгеновское зрение, довольно хорошая затея.

— Хорошо.

Мицуки не понимал, о чём именно хотел поговорить Боруто. Возможно это как-то было связано с меткой или чем-то другим. Также нельзя было исключать темы с уходом из деревни. Возможно он хотел поговорить с ним насчёт этого.

Спустя несколько минут молчания первым нарушил тишину Боруто.

— Я заметил твою реакцию вчера, когда я сказал об уходе из деревни.

— Это… просто довольно было неожиданно, — ответил Мицуки.

— Нет, для тебя это куда более шокирующая новость чем для остальных. Мы с тобой уже довольно долго находимся в одной команде, и я заметил, как ты относишься ко мне. Пойми Мицуки, хоть я и являюсь для тебя объектом подражания или чего-то ещё… ты должен двигаться сам.

Мицуки подавленно взглянул на Боруто. Он боялся услышать это от самого Боруто, ведь всё это время он следовал за ним и… встать на собственный путь без какой-либо опоры было довольно трудно.

— Я знаю, что тебе трудно на это решиться, но поверь, это сильно поможет тебе понять мир и людей… со своей точки зрения. Основываться на чужом образе жизни, это неправильно, и глубоко внутри себя ты тоже это понимаешь. Наши пути с тобой расходятся. Я должен идти своим путём, а ты своим… и с этим ничего не поделать.

В словах Боруто была какая-то неизбежная жестокость и грусть, но в то же время Мицуки чувствовал в них какую-то горечь.

— Как же мне это сделать? — остановившись, спросил глядя себе под ноги Мицуки, — как мне встать на собственный путь?..

— Сердце подскажет… просто сделай шаг вперёд и оно само направит тебя на верный путь. — ответил Боруто. — ты хороший друг Мицуки, и именно поэтому я хочу, чтобы ты стал свободен от чужих мнений людей. Стань самим собой и тогда возможно ты обретёшь настоящий смысл жизни.

Наруто сидел в своём кабинете с опечаленным лицом. На нём была надета чёрная форма с таким же чёрным плащом, он ненавидел эту одежду смерти, так как её он надевал только на похороны. Этот день всё же настал… он никогда и не думал, что будет хоронить своего собственного ребёнка. Ночной кошмар всё же воплотился в реальность.

Внезапно зазвонил телефон на его рабочем столе. Подняв трубку и приложив её к уху он спросил:

— Да?.. Хокаге слушает…

— Наруто? Извини что приходиться говорить это через трубку… — зазвучал голос Какаши.

— А? Какаши сенсей, это вы? — встрепенулся тут же Наруто.

— Да, я уже услышал новость о том что случилось… и это ужасно. Мне очень жаль, что это приключилось с твоей дочкой. — сочувственно проговорил шестой Хокаге, — к сожалению корабли отплывающие в страну огня пока отсутствуют, ты уж извини…

— Всё нормально, то что вы позвонили мне, уже греет мне душу, — тут же ответил Наруто, — мы уже поняли кто стоит за всем этим. Ооцуцуки снова нанесли нам удар, и мне кажется что это лишь начало…

— Вот оно как… значит наш мир снова в опасности? — из трубки донёсся усталый вздох, — похоже мы никогда не будем в мире и спокойствии.

— Похоже на то. — согласился Наруто. — Боруто кстати собирается уходить из деревни вместе с Саске, и честно говоря, я даже не знаю правильно ли это… — добавил блондин проведя своей рукой по волосам.

— Твоему сыну сейчас очень тяжело, возможно даже тяжелее чем тебе. Он хочет уйти из деревни, потому что она причиняет ему боль. Саске очень хорошо понимает чувства Боруто, поэтому и берёт его с собой. Не волнуйся за сына, он в надёжных руках.

— Спасибо вам сенсей… — облегчённо вдохнув поблагодарил Узумаки.

— Держись там, ты ведь всё-таки седьмой Хокаге. — после этих слов трубка пикнула, оповестив о том, что её положили.

Наруто положил трубку на место, и закрыв глаза начал снова всё обдумывать. Что-то всё же он ощущал нехорошее от этой затеи с отправкой сына на несколько лет незнамо куда. Саске конечно хороший учитель и сможет защитить его если что…

Саске станет обучать его сына, вот это да… Наруто никогда бы не подумал о таком… Учитель…

Все эти эмоции и печаль, что он копил на протяжении двух этих дней, вдруг начали проскальзывать сквозь его крепкую защиту. Шино и Учитель Ируки… Только сейчас Наруто осознал, что потерял двух близких людей, с которыми был знаком с самого детства. И вот теперь… он вынужден их хоронить. Они погибли, пытаясь защитить детей это безусловно, но мир жесток и беспощаден. Что если и к его сыну уже привязана такая же судьба?..

— Нет… — вслух твёрдо внушил себе Наруто, — всё будет хорошо, я доверяю Саске как себе. Он сможет его защитить и хорошо натренировать.

В кабинет постучались и после одобрительного ответа Хокаге, через неё зашёл Шикамару. Раз он здесь то всё похоже было готово… пора начать этот тяжёлый день. Советник молча кивнул, так как понимал, что и без слов можно было дать ответ на волнующий его вопрос.

— Все собрались? — спросил глухо Наруто.

— Ага… тебя только и ждут. — ответил также бесстрастно Шикамару.

Все уже были на кладбище ожидая когда начнётся церемония прощания. Все в этот день были опечалены. Нынешние ученики и бывшие также с грустью вспоминали те дни, когда директор отсчитывал их или наоборот хвалил за те или иные поступки. Жалел и успокаивал, когда что-то не получалось… каждый ученик ощущал тоску по утраченному человеку.

Друзья Боруто, также ощущали что-то паршивое на душе. Их учитель также отдал жизнь в том сражении… У каждого лица были хмурыми и безжизненными. Впервые за столь долгое время счастливого пора, произошло что-то настолько ужасное и разрывающее сердце.

Среди семьи Хокаге не было лишь жены главы, но никто даже не решался спросить о том где она, так как заведомо понимали что возможно о таком спрашивать даже глупо. Ни каждая мать может пережить утрату ребёнка.

Боруто стоял возле дедушки и Ханаби, молча глядя в сторону фотографии сестрёнки, что стояла возле пьедестала памятника воли огня. Перед этим самым пьедесталом стояли четыре гроба накрытых тканью.

— Почему… почему такое ужасное произошло именно с такими хорошими людьми?.. — рыдая задавался вопросом Ивабе.

— Они погибли как герои, — положив руку на плечо, добавил от себя Шикадай. — думаю даже в последние секунды они думали о том как защитить детей…

— Боруто наверное, больше всех сейчас страдает… — сочувственно сказала Сарада глядя на блондина, что смотрел с печалью в глазах на гроб сестры.

Мицуки же всё ещё думал о тех словах, что ему сказал Боруто сегодня утром. Решиться на такое было довольно трудно, но всё же он был прав. Ему нужно было стать свободным от чьих-то убеждений и наконец сделать собственные выводы и взглянуть на мир собственными глазами.

— Хорошо Боруто… это последний раз, когда я буду следовать твоему примеру… — прошептал Мицуки.

Внезапно возле монумента воли огня появился седьмой. На лице его явно мелькали нотки скорби, хоть он и пытался их скрыть своим каменным выражением серьёзности. Боруто глядя на отца не чувствовал ничего, ни злости, ни печали и даже сочувствие куда-то пропало. Перед ним словно образовался пустой сосуд без явных признаков того, что он его отец.

Наруто держал в руке розу, как и все остальные жители что пришли проводить в загробный мир несчастных людей. Хокаге подошёл к гробу своей дочери и взглянув на неё, подумал о том, что она просто спит… да, всё это лишь бред его разума и она не умерла. Никто из них не умер… но всё было иначе. Присмотревшись он заметил этот бледный цвет кожи, и от бессилия всё же у него потекли слёзы по щекам. Положив цветок перед гробом, он отошёл оттуда, не произнеся ни звука. Тихо, как тень он просто исчез.

Жители немного растерялись, однако тут же успокоились, когда к гробам, первыми подошли родственники погибшей Химавари. Вторым после Наруто положил цветы Хиаши, за ним Ханаби, а после и Боруто у которого в руках были два цветка. Алые как кровь и красивые как жизнь, что всегда заканчивается.

— Прости сестрёнка… мама не смогла прийти, но этот цветок я положу за неё… — прошептал Боруто.

Привстав, он вдруг мимолётно где-то перед собой, услышал голос напоминающий его сестрёнку. Резко подняв голову, это чувство тут же пропало… возможно у него были какие-то глюки, а возможно с ним и правда… попрощался Хима.

Прошагав обратно к дедушке и тёте, он просто стоял и наблюдал за всеми остальными жителями, что подходили к гробам и оставляли свои цветы. И даже когда все потихоньку начали уходить, Боруто продолжал стоять и глядеть на то как гробы начинают полыхать в огне. Как трупы медленно, но верно превращаются в пепел.

— Боруто… пойдём. — начала было Ханаби, однако её остановил Хиаши.

— Не надо Ханаби. Сейчас лучше его не трогать…

Ханаби лишь удручённо вздохнула и последовала за своим отцом. Узумаки же продолжал стоять даже тогда, когда гробы уже унесли, а прах разнесли по особым кувшинам. Он молча глядел на памятник воле огня, пытаясь понять что же это за неведомая сила… и как её обрести?

— Ты… всё ещё здесь? — послышался голос Саске, — тебе нужно собираться… мы ведь должны сегодня уже отправляться.

— Дядя… то есть учитель Саске, вы знаете что такое воля огня? — спросил Боруто.

— Это чувство… философия или же что-то ещё. Его нельзя объяснить, ты должен прочувствовать его сам. Твой отец ведь говорил тебе не раз, что вся деревня — это его семья. По сути, это одно из проявлений воли огня. Она помогает нам справляться с болью или утратой близких…

— Вот оно что… понятно.

— Идём, тебе нужно собрать необходимые вещи в дорогу. — снова напомнил Саске, а после добавил, — ах да, чуть не забыл, вот возьми.

В руки Боруто прилетел протектор и никакой то там новый, а тот самый который был на его лбу в тот день… На нём красовался отчётливый след от катаны, который оставил Ооцуцуки.

— Это же… — сжав его, еле слышимо сказал Боруто.

— Да, это она… мне пришлось довольно тщательно переполошить ту область, но я всё же нашёл её. Она теперь часть тебя, такая же потрёпанная и клеймённая этой жизнью. Носи её как знак того, что ты помнишь о сестре. Ты ведь шиноби, так?

Боруто глядел на неё, и перед глазами мелькал образ Ооцуцуки, но вместе с ним и воспоминания о сестре. Они вызывали в нём что-то тёплое и хорошее… он чувствовал, прилив какой-то неведомой силы. Завязав её обратно себе на лоб, он ответил уверенным голосом:

— Да, я шиноби деревни скрытого листа.

Каваки лежал на кровати, всё ещё находясь в своей камере. Желание убраться отсюда, с каждым часом всё больше и больше начинает пропадать. Глава этой деревни был по-настоящему искренен с ним. Подобное отношение к себе, он никогда не испытывал.

— Люди и правда могут искренне что-то говорить?.. — задумчиво произнёс он, поворачиваясь на другой бок.

Всю свою жизнь Каваки только и чувствовал что боль и унижение. Мать он не помнил, но вот отца отчётливо. Огромный хряк, который избивал его каждый день, говорил всякие гадости и втаптывал его жизнь в грязь. Всё зашло настолько далеко… что он продал его. Видимо решил, что раз уж пользы от него нет, то лучше уж продать.

И только он подумал, что всё наладиться… Джиген при первой встрече был очень ласков с ним. Подобное отношение к себе он ощущал впервые. Но всё изменилось, как только он прибыл в их логово.

Эти странные эксперименты с другими детьми. Они все гибли от соприкосновения с этой грязной меткой. Захлёбывались в красной жиже, которая проникала в лёгкие и другие органы. И лишь ему одному повезло пережить этот процесс и обрести «карму».

— Лучше бы я сдох… ненавижу это… — прошипел он, смотря на печать что располагалась на ладони, — ты дал её мне… но зачем?..

Боруто медленно подходил к выходу из деревни. У самых ворот его ждали друзья, а также отец, который похоже хотел сказать каких-нибудь мудрых наставлений в дорогу. Блондин честно говоря, не ожидал увидеть его здесь. Решив, что и в этот раз, он свалит всё на то, что он вечно занят.

— Ребята и папа, не думал что вы решите проводить нас… — удивлённо взглянув на них, проговорил Боруто.

— Ну так, ты ведь уходишь на несколько лет из деревни. Мы просто не могли не прийти, — сцепив свои руки за головой, сказал Шикадай, — ну в общем, будь осторожен, всё же в мире много разных плохих людей которые могут навредить тебе.

— Ага… — ответил Боруто, слабо улыбнувшись.

— Кушай хорошо, ведь еда это энергия, а она тебе ой как пригодиться! — пожелала Чоу-Чоу, как всегда в своём репертуаре…

— Не забывай упражняться в тайджутсу! — возбуждённо воскликнул Металл Ли, — и главное тренируйся до седьмого пота!

— Мой папа, конечно крут и всё такое, но особо на него не надейся, — со скепсисом сказал Сарада, глядя на отца, что стоял и говорил о чём-то с Наруто, — я надеюсь, ты достигнешь того, чего желаешь. Главное вернись обратно здоровым и невредимым.

На все напутствия друзей, он лишь молча кивнул. Все они конечно были полезными и всё такое, однако чего-то особенного всё же никто из них так и не сказал. Уже собираясь обратиться к отцу, блондина внезапно окликнул Мицуки.

— Боруто, я подумал над тем, что ты мне сказал сегодня утром. Ты прав насчёт этого. Мне и правда нужно стремиться к чему-то своему, а не чужому. Когда мы встретимся в следующий раз, я надеюсь у нас будет идти разговор куда бодрее прежнего. — оживлённо сказал Мицуки, а после протянул руку. — при нашей следующей встрече, мы будем более опытными и зрелыми шиноби.

— Да, ты прав… это последняя наша встреча как детей… — ответил ему Боруто пожимая крепко руку.

Сарада глядела на них и вдруг осознала, что всё же их командная связь самая лучшая. Кто бы что ни говорил. Какой бы перепалки или разногласия между ними не было, они всё равно в конце концов готовы защитить друг друга.

— Постарайтесь также стать сильнее. — напоследок сказал Боруто.

И больше они никогда не видели тех же живых глаз, после этой встречи. Этот шрам на правом глазу положил конец его беззаботному и счастливому детству. Теперь же он должен был переступить через порог жестокого времени, тяжелого и очень тёмного.

Подойдя к отцу и учителю, Боруто окликнул их.

— Я готов… нам пора учитель.

Наруто глядел на него и почему-то больше не видел в нём весёлого Боруто, который всегда дулся на него из-за пропущенных дней рождений или того, что он привёл домой клона, а не себя настоящего.

— Боруто, — слова сами по себе вылетали из головы, он хотел ему что-то сказать, однако из-за волнения всё куда-то исчезало, — в общем… береги себя, хорошо тренируйся и вернись обратно в целости и сохранности.

— Так говоришь, как будто я ухожу на войну… — насмешливо, подколол Боруто.

Однако на лице отца не было никакой радости. Он глядел на сына очень серьёзно. Боруто тут же нахмурился, а после закрыв глаза добавил:

— Слушай, кто бы он не был… бог ли он или кто-то там ещё… это не важно. Я стану сильнее, а потом найду и убью.

— То, что ты готов бороться за сестрёнку это хорошо… но порой месть, делает из людей, что-то страшное и бездушное. Если бы не Саске, думаю, я бы тебя вообще не отпустил из деревни ни на шаг. Так что заруби себе на носу — не зацикливайся на Ооцуцуки. Месть тебе ничего не даст.

— Как скажешь… — бросил Боруто отвернув взгляд куда-то в сторону, — навещай хоть иногда маму, ей итак нелегко…

Наруто тяжело вздохнул, а после задумчиво взглянул на подсумку с кунаями сына.

— Знаешь, я хотел подарить тебе это, когда ты станешь чунином… но подумал, что сейчас это как никогда кстати. — засунув руку в свою подсумку выдал Наруто.

Боруто с любопытством глядел на то как отец вытаскивает какой-то красный свиток, обрамлённый жёлтыми полосами по бокам.

— Что это? — недоумевая спросил сын.

— Я верю в то, что тебе под силу это изучить и использовать в бою. Твоего дедушку из-за этой техники прозвали «Жёлтой молнией Конохи» и не спроста…

— Погоди-ка!.. ты что хочешь сказать что это…

— Да. В этом свитке основа техники «Летящего Бога грома», думаю ты найдёшь ей достойное применение.

Боруто даже и не ожидал что получить нечто столь ценное. Эта техника довольно опасна и если попадёт не в те руки, может появиться довольно сильный враг который сможет убивать всех мгновенно. В своё время, дедушка очень сильно повлиял на ход войны, когда вступал на поле боя с этой техникой…

— Спасибо, я обязательно овладею ей. — положив свиток к себе в рюкзак сказал в ответ Боруто.

— Ну ладно, вам уже пора идти. — глянув на Саске, подытожил Наруто.

Саске еле заметно кивнул Наруто, а после обернулся и пошёл медленно вперёд. Боруто поняв, что учитель уже уходит, также поспешил за ним, попутно снова попрощавшись со всеми.

— Ты только полегче с ним, папа! — крикнула вслед Сарада, — всё-таки ты не умеешь сдерживаться… — уже чуть тише сказал она.

Боруто и Саске медленно начали шагать от ворот в сторону леса. Наруто и все остальные глядели им вслед, лишь надеясь на то, что эти года не станут для них роковыми. Ооцуцуки обратили на их планету внимание, а значит войны всё же не избежать. И лишь время покажет, смогут ли они сдержать атаку врага или же падут перед ними, отдав им то, что они так давно хотели забрать у этой планеты.

Прошло уже несколько недель с тех пор как они отправились в длительное путешествие. За это время они уже посетили несколько небольших населённых пунктов, где набрали воды и еды, а также попутно Боруто начал своё обучение.

— Это… довольно геморно… — тяжело дыша, сказал Боруто.

Его рука была покрыта ссадинами, а рукав и вовсе был изорван. Он уже какой день пытался подчинить себе молнию, чтобы она концентрировалась лишь в ладони, а не бегала хаотично туда-сюда. Блондин конечно же знал кое-какие техники, связанные с молнией, однако их он использовал мгновенно и потому контролировать стихию практически не нужно было, лишь форму придать на несколько секунд и всё. С техниками учителя Саске, всё было куда сложнее. Нужно было поддерживать форму стихии, а также контролировать поток самой чакры, чтобы она не рассеялась по всей округе.

— Чидори это неудачная попытка шестого создать расенган из стихии молний. Так что не нужно изобретать велосипед, а просто попробуй создать расенган, используя вместо элемента воздуха, свою основную стихию. — посоветовал Саске, видя то, как его ученик нещадно калечит свою руку.

Боруто ничего не ответил и вытянув перед собой руку, снова сконцентрировал чакру в ладони. Появились первые искры, которые постепенно начали принимать форму спирали… Саске также внимательно следил за тем, как Боруто формирует чидори и с каждой секундой начинал понимать, что это что-то иное… Молнии стали увеличиваться и в какой-то момент принимать форму вихря, внезапно искры начали вращаться вокруг руки и постепенно Боруто начал привыкать к этому. Конечно держать такой поток было довольно трудно… однако для первой удачной попытки это очень даже неплохо.

— Ты довольно быстро учишься… попробуй пробить дерево, — указал Саске.

Боруто подбежал к одному из окружающих его деревьев и с силой ударил ствол, молнии что покрывали руку, буквально начали вонзаться в кору дерева, прорываясь сквозь неё. И как только рука прошла сквозь древесину, техника тут же развеялась, так как удерживать спираль было очень непросто.

— Отлично, на сегодня думаю хватит. — спрыгнув на траву, подытожил Саске, — тебе надо отдохнуть. Пошли к нашему костру, нужно обработать твою руку…

— Это… было не похоже на вашу технику… — заметил Боруто, — форма иная…

— Да, я тоже это заметил. Возможно это что-то новое, так что работай над ней, и возможно в будущем ты сможешь создавать помимо спирали и другие формы.

Сидя у костра, Боруто заматывал свою покалеченную руку в бинт, попутно изучая свиток в котором находилась техника «Летящего Бога грома». Уже как неделю, он разбирался над тем как всё там устроено и каким боком он вообще должен использовать его.

— Через дня два, мы доберёмся до городка «Хьёбо» что располагается у границы страны горячих источников. — оповестил Саске, рассматривая карту.

— Неплохо… как раз можно расслабить тело в горячей воде… — предвкушая кайф, пролепетал Боруто.

— Наш основной путь лежит к стране молний. По пути я постараюсь тебя обучить основам своих техник молний, однако там ты займёшься своей стихией очень плотно. Параллельно с этим, нужно будет ещё разобраться с твоей новой силой. Как только овладеешь более-менее чидори, мы займёмся твоим новым глазом.

Саске и Боруто шли по довольно заросшей тропе, которая еле как просматривалась невооружённым взглядом. Было понятно, что здесь уже довольно давно никто не ходит. Блондин осматривал местность, так как ощущал на себе уже довольно длительное время чужой взгляд.

В кронах деревьев чирикали птицы, из чащи леса доносились звуки природы вперемешку с лёгким ветром, который дул с севера. Лёгкая прохлада делала путь гораздо приятнее и спокойней.

Боруто перед тем как снова двинуться в путь в сторону страны горячих источников, хотел снова по упражняться в удерживании формы чидори. Однако Саске запретил ему делать, сказав:

— Твоей руке нужно залечиться от нанесённых ран после предыдущей тренировки. У нас впереди ещё достаточно времени, так что не стоит торопить события. Если будешь пренебрегать отдыхом, лишь навредишь себе.

— Ладно, тогда давайте отправимся в путь.

Шли они уже где-то часа два и за всё время, даже словом не обмолвились друг с другом. Боруто повернувшись к своему учителю наконец прервал столь длительную тишину.

— И как там… в стране горячих источников? Вы ведь путешествовали по всему миру, значит и там были.

— Неплохо. Хорошее место, чтобы отдохнуть. Когда-то я там отдыхал со своей женой, — ответил Саске, — как ты понял страна эта славиться своими горячими источниками.

— Кстати, я никогда не задумывался… а почему в горячих источниках горячая вода?.. Её же не люди нагревают… — усмехнувшись спросил с любопытством Боруто.

— Вода горячая из-за геотермального тепла земной мантии. В общих чертах, чем глубже вода, тем она ближе к раскалённому ядру. Она там нагревается, а после в результате давления выходит поверхность. Вот так и появляются горячие источники.

— Ого… то есть чем глубже, тем горячее. — задумчиво пробормотал Боруто.

Через некоторое время, тропа начинала выделяться, что означало то, что они довольно близки. Боруто учуял запах дыма и остановившись, решил взобраться на высокое дерево, чтобы оттуда посмотреть всю округу. Саске в свою очередь решил подождать его снизу.

Сравнив все деревья, он выбрал самое большое из них. Огромный дуб простирался в ввысь на все тридцать метров. Взбираясь прыжками, Боруто уже видел огни домов где-то вдалеке. Достигнув верхушки, он внимательно осмотрел впереди стоящие дома… Верхушки черепичных крыш, блестели под солнцем, отдавая яркими бликами. Чуть подальше зданий уже виднелся пар, исходящий видимо, как раз из горячих источников.

— Неплохо… — оценил Боруто, хмуро хмыкнув.

Спрыгнув вниз, он оповестил Саске о том, в какую сторону им теперь двигаться. Хотя позже он подумал, что это было зря, ведь учитель сам говорил, что был уже там… а значит, уже знал куда им двигаться.

Уже непосредственно перед самим входом в городок, Боруто начал понимать, почему именно здесь отдыхали разные семейные пары. Это место было просто курортом для людей. Из входа в город уже было видно множество разных магазинчиков сувениров, сладостей, игрушек и многого другого. Помимо разных товаров, в городе также были расположены аттракционы, специализирующиеся преимущественно на как раз влюблённых. Однако и для простых приезжих отдохнуть было место. Так, например, с развитием технологией, в этом, казалось бы, обычном городке разместили особые современные «горки». Вагоны специально едут по довольно экстремально расположенным рельсам, которые то поднимаются, то резко опускаются, делают спиральные ходы и многое другое… По началу казалось, что людей это отпугнёт, но как оказалось, им наоборот такое нравится. Всё же не каждый день можешь ощутить себя каким-нибудь ниндзя, который скачет по туда сюда.

— Ого… — шагая по улице и осматриваясь туда сюда, выдохнул Боруто. — как классно!

— Да, когда я здесь был в последний раз, тут было поменьше торговых лавок… — заметил Саске, рассматривая лавки. — всё же время летит очень быстро.

Они нашли сравнительно недорогой отель и забронировали два номера на два дня. Так как здесь они засиживаться не планировали.

— Иди прогуляйся и отдохни, — дав Боруто денег, сказал Саске, — вечером чтоб был в номере и ждал меня.

— Для чего? — спросил Боруто, складывая полученные деньги в карман.

— Узнаешь… — хмуро ответил Саске, а после зашёл к себе в номер.

Боруто лишь пожал плечами, отправившись в город чтобы потратить всё то, что ему дал учитель. Сумма была немаленькой, видимо Саске знал, что Боруто захочет испробовать всё увиденное в городке, потому и дал столько денег.

Спокойно шагая по улице, он всё чаще начал замечать на себе беспокойные взгляды людей. По началу он не понимал, почему они все так смотрят на него, осознание пришло, когда продавец сладких шариков дал ему порцию за бесплатно сказав:

— Воу… наверное получил этот шрам в неравном бою… А ведь такой молодой ещё… держи пацан, можешь взять бесплатно!

— А?.. — взяв сразу три палочки, он нахмурился. Ощущения были двоякие: с одной стороны, он получил лакомство, не заплатив за него, а с другой… это что же из жалости к нему?.. — Спасибо… — добавил Боруто и поплёлся дальше.

Пройдясь ещё чуть дальше, он заметил как люди столпились у одного конкретной лавки с какой-то игрой с призами в виде плюшевых игрушек. Слышались удивлённые возгласы людей которые недоумевали и поражались чьим-то способностям.

Боруто из любопытства также подошёл к лавке и кое-как протиснувшись вперёд, увидел нечто действительно удивительное. Юноша с каштановыми волосами что были зачёсаны назад, довольно метко кидал сюрикены попадая без единого промаха во все мишени. Под каким бы углом цель не стояла, он бросал сюрикены настолько легко и точно, что метательные звёзды попадали точно в яблочко.

Боруто тут же потерял какой-либо интерес. Все эти удивлённые возгласы лишь из-за какого-то пацана, который ловко кидает сюрикены? Разочарованно вздохнув, он уже было хотел выбраться обратно и найти что-нибудь более интересное как вдруг его окликнул юноша.

— Эй, ты я смотрю не впечатлён моей точностью, думаешь что сможешь лучше? — с вызовом спросил он.

— Любой шиноби обязан точно попадать в цель сюрикенами. Ты ведь тоже ниндзя, да? — хмуро поинтересовался Боруто.

— Да, я чунин из Скрытого Облака, — указав на протектор, что был обвязан на левой руке, ответил тот, — а ты как я погляжу из Скрытого Листа. Слушай, давай проверим кто из нас точнее в метании сюрикенов? Ты ведь сказал про то, что каждый шиноби обязан уметь кинуть сюрикен точно в цель, значит и ты не промах в этом, так?

— Делать мне больше нечего… — бросил Боруто уже собираясь уходить.

— Струсил значит, неудивительно…

Боруто остановился, а после подойдя к этому заносчивому индюку, тут же недружелюбно спросил:

— Это что же ты имеешь ввиду?

— Вы ведь так кичитесь тем, что ваш Хокаге самый сильный… настолько много болтаете об этом, что не видите насколько слабы вы сами по себе.

— Ладно… — тяжело вздохнув сдался Боруто. — давай проверим, кто из нас лучше в метании…

Толпа шепчась между собой лишь наблюдали за тем как двое шиноби грызутся между собой. Как только те, решили понять кто из них лучше метает сюрикены, то тут же завыли от предвкушения. Всё же сейчас была редкая возможность взглянуть на способности шиноби. Из-за мирных деньков таких шиноби можно было встретить всё реже и реже.

— Я ставлю на того, что уже показал нам класс!

— Мне кажется этот белобрысый тоже не промах, поставлю на него.

— Бесполезно, думаю всё же чунин из облака выиграет.

Между зрителями уже начали просыпаться споры, которые очень сильно мешали Боруто. Он вообще не хотел во всём этом участвовать, но слова этого выродка, сильно вывели его из себя. Как он смеет говорить нечто подобное о его деревне?!

Им двоим выдали по три сюрикена дав испытания на три мишени. Первая была сравнительно лёгкой — попасть в мишень. С ней они оба справились с лёгкостью.

— Неплохо, хоть чему-то вас там учат… — сказал чунин.

Боруто же ничего не ответил ему, обратившись к хозяину лавки, чтобы тот поторопился с выставлением следующих мишеней. Боруто краем глаза заметил, как чунин из облака, странно сжал своё запястье. Что-то в этих движения было знакомое. Однако же долго на этом, он не стал задерживаться, решив сосредоточиться на предстоящей мишени.

В этот раз нужно было постараться чтобы попасть в мишень. Так как она теперь двигалась из стороны в сторону с довольно высокой скоростью. В этот момент Боруто почувствовал укол неуверенности… В голове начали формироваться довольно назойливые мысли… «А вдруг я не попаду?.. Вон ведь обязательно какую-нибудь хрень напоследок мне выплюнет!» В этот момент внутри него проснулось новое чувство. Раньше оно лишь проскакивало, как молния… и оттого Боруто не мог понять, что же это было. Но теперь… это странное чувство разлилось по нему, словно отвечая на его волнение.

Правая рука начала покалывать, осторожно развернув ладонь к лицу, Боруто заметил кое-что странное. Печать начала просвечиваться сквозь бинты, так ещё и появились две небольшие линии по бокам от печати, идущие изогнутой линией дальше по запястью и скрываясь под рукавом. В этот же момент блондин почувствовал, как что-то горячее расползается по его правому глазу.

— Вот оно что… — пробормотал Боруто.

Его правый глаз обрёл голубоватый оттенок, а белок потемнел. Теперь он видел всё гораздо лучше и чётче. Движения мишени… то куда она двинется в следующую секунду. Словно он уже заранее знает будущие движения объекта. Эти странные тени, которые бегут вперёд самого движущегося объекта. Это очень сильно облегчало прицеливание.

Лёгкое взмах руки и сюрикен попал точно в яблочко. Однако и чунин из облака был не промах, попав также точно в цель. Однако в этот момент Боруто вдруг изумился тому, что увидел. Его правый глаз видел всё гораздо иначе… всё это казалось чем-то вроде рентгена — когда ты видишь всех насквозь… вплоть до костей. Сосредоточив свой правый глаз на руке чунина, он понял что у того было очень… знакомое устройство.

— Что ж, похоже тебе повезло на этот раз, — всё также самодовольно сказал тот, — но в следующий раз твоя удача может обернуться против тебя…

— И не сомневаюсь… — с призрением ответил Боруто, глядя на руку своего соперника.

Чунин на секунду заметил какие-то странности с правым глазом чудака, и уже было хотел посмотреть повнимательней, чтобы убедиться в том, что он не бредит, однако Боруто тут же закрыл его, решив не раскрывать тот факт, что у него есть особая сила глаза.

— Эй… что это было? Что с твоим глазом?! — решил всё же спросить шиноби деревни Облака.

— Чё, впервые ослепший глаз видишь что ли?! — грубо на вопрос, спросил Боруто.

Люди что окружали их как-то даже смутились подобному вопросу со стороны чунина облака. Всё же невежливо вот так тыкать в довольно серьёзное ранение, тем более тому, кто младше. Сам же чунин также ощутил себя немного виноватым за подобную грубость.

— И-извини уж, мне просто померещилось наверное…

Странно, но почему-то ему казалось, что Боруто всё же заметил его устройство… это немного нервировало его. Если он скажет об этом всем окружающим его же на смех поднимут. Так ещё и наверняка заклеймят как обманщика. Но… отступать было уже поздно. Если и жульничать, то до конца.

Третий раунд был решающим. И Боруто смутился, когда хозяин лавки поставил перед ними готовые мишени… Они стояли чуть ли не противоположной стороной к ним. Нужно было бросить сюрикен под определённым углом, чтобы он изогнулся в полёте, и его конечная точка определилась именно на мишени. Всё было бы проще, будь у него два сюрикена… тогда бы он провернул тот трюк с отскакиванием сюрикена от другого. Но к сожалению сейчас у него был только один.

Правда… волнение как рукой сняло. Как только он понял, что с ним соревнуется слабак, который использует приспособления для того, чтобы выиграть, даже желание победить куда-то пропало. Какой был толк от этих игр?.. Почувствовать превосходство над этим идиотом? Сомнительное удовольствие.

Боруто кинул сюрикен закручивая его так максимально, насколько он мог себе это позволить. И хоть сюрикен и попал в мишень, однако заветной красной точки что находилось в центре мишени, он так и не достиг. Сюрикен шиноби облака же, неестественным образом сделал резкий круг, после того как пролетел мимо мишени, вонзившись прямо в яблочко.

Узумаки глядел на сам сюрикен своим правым глазом и видел сгусток чакры из которой был сделан сюрикен. Это его не удивило… но почему-то стало мерзко. Не от проигрыша, а от самого соревнования. Он чувствовал какое-то дежавю…

— Так держать парень! — подбодрил Боруто один из зрителей, — ты тоже хорошо постарался.

— Ага, довольно неплохо. Если будешь и дальше усердно тренироваться достигнешь таких же успехов как он. — добавил другой мужик.

От их слов Боруто хотелось блевать. Настолько всё это было несправедливо и подло.

— Я ведь говорил… — победоносно пролепетал чунин, — твоя удача обернётся против тебя.

— Ну да… — взглянув на мишень противника, ответил Боруто, — Знаешь, слышать от тебя, что-то про «Болтовню и собственную слабость» иронично…

Шиноби облака вдруг осознал, что он раскусил его. Понял, что он использовал устройство для создания различных техник. Однако он никак не мог понять, каким же образом он это сделал. Чунин довольно осторожно и как можно более естественно замахивался сюрикеном… когда он успел раскусить его?!

— Сделай рожу попроще, — вздохнув сказал Боруто. — дам тебе совет на будущее: не полагайся на это устройство. Если ты шиноби, то должен добиваться всего сам и полагаться только на собственные силы. В противном случае тебя ждёт провал или того хуже — смерть.

— Если ты всё понял, то почему ни сказал, когда здесь были зрители… это же был такой отличный шанс, раскусить меня при всех! — не понимая крикнул шиноби облака.

— Ну… — задумчиво протянул Боруто, — скажем так… я однажды тоже использовал это… но, случилось кое-что ужасное… Технологии может быть и могут помочь нам, но чтобы стать поистине сильнее, нужно лишь упорство и терпение.

Узумаки взглянул на свою правую забинтованную ладонь и ухмыльнулся, вспоминая то, как долго и терпеливо он пытался контролировать чакру молний. Конечно это муторно, тяжело и очень бесит, однако в конце… когда ты получаешь заветный результат, всё это кажется чем-то не таким уж и невыносимым.

— Меня зовут Денко Кумо, скажи мне своё имя шиноби Скрытого Листа.

— Боруто… Узумаки. — ответил блондин, поворачиваясь спиной к Кумо.

Глаза Кумо медленно начали становиться всё шире и шире от осознания того, с кем он только что соревновался.

— П-постой! — нагоняя блондина крикнул Кумо, — так ты сын хокаге?!

— Эй, тише ты!.. мне не очень хочется, чтобы об этом знала вся улица. — шикнул Боруто, продолжая идти вперёд.

— Но, что ты тут делаешь?! Я думал, отпрыскам правителей, нельзя выходить за территорию деревни.

— Это лишь байки. Я как и все, самый обычный ниндзя.

Кумо удивляло то как сын казалось бы одного из сильнейших людей на планете, вот так беззаботно разговаривает с ним. По мнению парня, все отпрыски влиятельных людей, через чур заносчивые и высокомерные. Но этот блондин ломал все эти стереотипы, навязанные Кумо. Мало того, что он не разозлился на него из-за сказанных им слов в сторону деревни Листа, так ещё и не раскрыл народу о его жульничестве, хотя мог получить из этого выгоду.

Даже образ его был не таким как ему казалось… мятая одежда, довольно глубокий шрам на глазу простилающийся даже вдоль протектора и обвязанная бинтами повреждённая рука. В нём было что-то необычное.

— Узумаки Боруто… — задумчиво сказал Кумо, глядя вслед уходящему блондину.

Чунин облака, глянул на устройство с разными техникам, которое было нацеплено на правую руку. Он почувствовал какую-то вину за собой, ведь по факту, всё же победил бы Узумаки… так как последняя мишень была ну слишком тяжёлая даже для него.

Саске не спроста выбрал этот небольшой город для пункта передышки. Параллельно с тренировками Боруто, он также пытался хоть что-нибудь разузнать о довольно скрытной организации «Кара». Если верить словам Каваки, они могут быть причастными к силе что была заключена в Боруто. Карма… она явно была создана в злых умыслах.

Саске не перестал держать связь с деревней, после ухода из неё вместе с Боруто. Тот конечно этого не знал, так как Учиха решил не отвлекать того, воспоминаниями о доме, вместо этого плотно нагрузив тренировками. Его личный сокол, неделю тому назад, принёс важную информацию по поводу «Кары». Вместе с истощённым Каваки, Конохамару принёс зашифрованную информацию на флешке, выкачанную из дирижабля что перевозил Каваки. Шифр конечно был не простым и на полный взлом ушло несколько дней. В результате, они нашли контакт некого «Исоба», а также запись к нему, с указанием того, чтобы лично Хокаге связался с ним. Кто-то знал, что Лист получит эти сведения, потому и оставил их там…

Отправив Боруто в город, сам он пошёл на место встречи с якобы «информатором» что мог дать весьма полезную информацию касательно самой организации. Этот аноним представился как «Исоба». Но верить этому Саске не спешил. Всё же возможно, это могла быть ловушка чтобы устранить его как человека, вынюхивающего их организацию.

Саске был готов к любой атаке. Всё же опыта в боях у него было предостаточно и отбиться от сильных джоунинов у него труда не должно было составить. Даже если это будет какая-то ловушка, он поймёт в чём дело используя риннеган.

— Значит здесь… — стоя перед пабом со вторым этажом предназначенным тем, кто так сильно напивается, что даже стоять не может. На втором этаже были размешены несколько комнат, где весьма подвыпившие люди могли отоспаться. Саске активировал шаринган, чтобы убедиться в том, что внутри самого бара нет чего-то подозрительного. — бар как бар, ничего необычного.

Войдя внутрь, Саске увидел перед собой весьма приятное место. Столики расположенные вдоль стен, весьма чистый пол и картины на стенах, что украшали это место. Справа от Учихи стоял сам бар и за ним стоял весьма молодой и вытянутый бармен. Он как подобает своей профессии молча стоял и потирал стаканы в ожидании очередного клиента.

— Комнаты сверху свободны? — подойдя к стойке, спросил Учиха.

— Только две… третья и пятая. — ответил улыбчиво бармен.

— Мне пятую. — протягивая купюру, сказал Саске, и тут же получил в руки заветный ключ.

Связной указал на этот город и именно этот бар… в электронном письме, он сообщил о том, что нужно будет найти пятую комнату и взять диктофон под кроватью.

Поднявшись на второй этаж бара, он нашёл дверь с цифрой пять. Открыв её ключом, он аккуратно приоткрыл её. Всё же ожидать всяких ловушек стоило. Однако же ничего не произошло. Он спокойно вошёл в довольно маленькую комнатушку в которой стояла кровать и небольшая тумбочка.

Запах перегара так и витал в воздухе… всё же тут частенько спят только и пьяницы. Саске заглянул под кровать и его взгляд тут же зацепился за что-то белое. Протянув руку и вытащив нечто небольшое, он понял, что это диктофон.

Поднявшись с пола, Саске решил пока не прослушивать запись, так как опасался лишних ушей, что могут услышать довольно важную информацию. Засунув диктофон в карман, Учиха вышел из паба, направившись за город, туда — где точно не будет людей.

Уже в чаще леса, подальше от города, Учиха вновь просканировал местность своими глазами, и уже после достал диктофон, наконец включив его.

«Что ж, думаю вы наконец нашли эту запись. Кто бы вы ни были, хочу сказать, что я очень рискую, оставляя это тут… Вам пока лучше не знать кто я такой, так что давайте оставим псевдоним «Исоба» всё же я не настолько идиот, чтобы раскрывать все карты. Кара — это незаметная опухоль нашего мира. Вы считаете, что она лишь маленькая террористическая организация, но это далеко не так. Она раскинула свои сети на все страны, в том числе и на страну огня. Вы скорее всего спросите: почему же ты не отправишь координаты местоположения главной базы? Всё дело в том, что даже если вы найдёте её и зачистите… Это ничего не даст. Вы лишь усугубите для себя ситуацию. Они зароются ещё глубже и тогда всё пиши пропало. На данный момент лучший вариант действий — это отрезать от них по кусочку. В конце концов, у них ничего не останется и вот тогда-то вы и нанесёте финальный удар. В первую очередь, начните с города Иошиюки что находиться в стране мороза. Вам нужно найти человека по имени — Норайо Нео. На этом всё… конец записи».

Саске опасался того, что эта организация будет сравнима с Акацуки, но оказалось всё даже плачевнее. Эти уроды так или иначе уже во всех странах… Нужно было немедленно отправить эту запись в Коноху.

— Мы идём в страну молний… но по воле случая, нам придётся пройти через страну мороза… — размышлял Саске, — стоит ли нам найти этого Норайо Нео?..

Вытащив свиток с запечатанным соколом, он призвал его. Прикрепив к лапке чехол с диктофоном, он отправил его в Коноху. Птица издав визг взмахнула крыльями и взлетела в небо, оставляя своего хозяина далеко позади.

Близилась ночь. Яркие лучи багрового заката начинали медленно уходить за горизонт оставляя за собой лишь бледное сияние. Боруто прокатившись на горке уже не первый раз, вымотанный шёл обратно в отель.

— Не стоило третий раз делать круг… — шатаясь из стороны в сторону, пробормотал Боруто.

За эти часы, он много чего съел и испытал. Всё же в этом городе было действительно весело. Самое то, хорошенько отдохнуть и повеселиться, перед предстоящими тяжёлыми и довольно долгими тренировками.

Еле как добравшись до отеля, он поднялся на второй этаж. Вставив ключ в дверь своей комнаты, Узумаки вдруг почувствовал чьё-то присутствие. Медленно повернув голову в правую сторону он никого не заметил. Расслабившись и облегчённо повернув голову влево, он в тот же момент вскрикнул, увидев перед собой учителя.

— Смотрю ты весело провёл время, — не меняя своего привычного каменного лица, заметил Саске.

— Вы бы хоть окликнули меня что ли… так ведь и заикой можно стать! — недовольно воскликнул блондин.

— Я тебя напугал? Извини, я думал ты заметил меня… Так, в общем не стоит тебе заходить в номер.

— Ха? Почему это? — поинтересовался Боруто.

— Ты вроде как на горячие источники хотел сходить. — ответил Саске, прислонившись к стене.

— Серьёзно?! Круто, тогда чего мы ждём, идём! — ободрившись воскликнул Боруто.

Саске немного постояв на месте, двинулся вслед за Боруто. Всю дорогу до горячих источников, он думал о том, что же им сейчас делать. Обходить страну мороза? Тогда они потеряют значительное количество времени. Помимо обучения стихии молнии, Саске также хотел развить контроль над печатью. Всё же, когда-то он и сам был пленником «проклятой печати», а они хоть и косвенно, но похожи.

— Учитель, с вами всё в порядке? — вывел из раздумий голос Боруто.

— Да, всё нормально… — ответил спокойно Учиха, — ничего за день не случилось? — поинтересовался он.

— Да не особо… кстати, здесь довольно классные горки, вам следует на них тоже прокатиться. — улыбчиво ответил ученик, — ах да… ну был один идиот… он чунин из деревни облака. Мы с ним соревновались в меткости сюрикенами.

— И как?

— Никак… я проиграл… — ответил Боруто тут же потеряв веселье в голосе.

— Не расстраивайся, ты ведь ещё мал, пройдёт года два и не только сюрикены метать сможешь. — подбодрил его учитель.

— Дело не в этом… просто, он использовал тот научный прибор с разными техниками… — перебил Боруто, пытаясь объяснить странные чувства которые он испытывал в тот момент, — но я бы и не заметил этого, если не мой глаз… Кажется, словно эта штука, — указав на забинтованную ладонь, продолжил Боруто, — она почувствовала моё волнение и пытаясь помочь, активировало мой глаз. В тот момент, я почувствовал что-то новое и… это что-то словно стало для меня чем-то обыденным, как рефлекс когда ты чихаешь и сразу хватаешься руками за нос… тут тоже самое.

Саске выслушав Боруто, начал потихоньку понимать, как действует и на что реагирует печать. Похоже, что при стрессовых ситуация, она автоматически активируется, отвечая на зов защиты. Если Боруто научиться контролировать «карму», то и глаз скорее всего станет подчиняться.

— Главное что ты не сорвался. Похоже твоя сила адаптируется под твои ситуации. Если это произойдёт вновь, попытайся сконцентрироваться и понять эти ощущения. В будущем возможно эти знания тебе помогут обуздать силу. — проговорил Саске.

— Хорошо!

Учиха был удивлён подобному повороту. Печать понимает его? Отвечает на его эмоции, но похоже не только гнев или ненависть. Она также помогает ему при более сложных обстоятельствах. Это было ни на что не похоже…

Что же насчёт страны Мороза… то возможно им и не придётся обходить её. Нужно лишь сконцентрироваться на стране Молний и пройти через неё. Возможно даже узнать какие-нибудь полезные сведения, но на этом всё. Саске не хотелось подвергать ученика опасности.

Добравшись до горячих источников, Учиха заплатил за них двоих, после чего он пропустил вперёд Боруто, чтобы тот разделся и уже залез в горячие источники.

— Это ваш сын? — спросила хозяйка, подойдя к Саске.

— Нет… он мой ученик. — ответил тот.

— О, вот оно что, — улыбнувшись охнула она, — у вас что-то вроде длительного путешествия?

— Да… — коротко ответил Учиха.

Из раздевалки донёсся голос Боруто оповещающий о том, что он уже в воде. Саске извинился перед женщиной и зашёл в раздевалку. Узумаки спас его в каком-то роде. Учиха никогда не любил беседовать с кем-то незнакомым о довольно личных вещах. Что-то было в этом раздражающее самого Учиху.

Раздевшись и нацепив на себя полотенце, он также вошёл в воду. Удивительно как давно он не отдыхал в подобных местах. Его тело уже отвыкло от подобных ощущений. Когда горячая вода наполняет тело каким-то спокойствием и мышцы наконец могут отдохнуть. Кожу приятно щипало, и сам Учиха неосознанно закрыл глаза от удовольствия.

Боруто также отдыхал наслаждаясь спокойствием и теплом этого места. Приоткрыв один глаз, он заметил кое-что, что раньше не привлекало его внимание. Рука… странно это. Учиха Саске был на равне по силе с Седьмым Хокаге, что считался по истине самым сильным среди всех пяти больших стран. Однако же… он как-то потерял левую руку, но как?!

— Эм… учитель? — окликнул Боруто.

— Что такое?

— Я бы хотел у вас спросить… — неуверенно начал блондин.

— Ну? — поторопил Учиха.

— Как вы потеряли руку? — наконец проговорил он, — я имею ввиду, как это вообще получилось? Вы же на равне с моим отцом и…

Вдруг он вспомнил, что и у отца правой руки не было. Он носил забинтованный протез и не раз во время купания видел этот бледный слепок из непонятной бело-серой массы…

— Тебе интересно узнать, как я потерял руку?.. — дотронувшись до обрубка правой рукой, уточнил Саске.

— Да. — уверенно ответил Узумаки.

Учиха глядел на Узумаки и отчётливо в его глазах он видел своего друга. Того, кто и был повинен в том, что он теперь сидит здесь без левой руки. Однако Саске не был уверен в том, что Боруто готов услышать правду о нём и его отце. О долгом и сложном пути, через который они прошли.

— Ещё не время для этой истории… — смотря прямо в голубые глаза ученика, ответил Саске. — ты пока ещё не готов…

— А?.. Что это значит?

— Когда ты станешь зрелее, и сможешь понять меня, тогда я и поведаю тебе историю… она связанна с твоим отцом и моими ошибками, которые я совершил в прошлом.

Боруто тут же вспомнил то что говорила Ханаби. Вырезанный клан и тьма, что поглотила его учителя. Узумаки даже и подумать не мог, что его учитель в прошлом был преступником убивающим людей.

— Давай лучше отдохнём… — решив поменять тему разговора, сказал Саске, — завтра мы снова продолжим путь. Следующая остановка город Иошиюки в стране мороза.

— Блин… ненавижу холод… — уйдя под воду, простонал Боруто.

Учиха Саске всю ночь думал о прошлом. Все его поступки, мотивированные ядовитой местью… Всё это, он никак не мог скрыть, как бы он этого не желал. Убийства, предательства, безумие и мысль о полном пересоздании устройства мира шиноби.

Призраки прошлого окутывали его душу… может быть Наруто и утверждает, что он не Ашура, а Саске не Индра, однако в глубине души Учиха чувствует стремления давно умершего предка. Призрачная кровь всё ещё стремительно течёт по его венам…

Дочь, за неё он также переживал. Она наследница его крови, его силы и что страшнее всего — ненависти. Да… слова второго Хокаге всё ещё звучали ясно и чётко. «Учихи больше всего ценят любовь», но придёт день… и она тоже познает горечь утраты. Грядёт война, Саске знал это… она никогда не исчезает навсегда. Наруто пытается поддерживать мир, и Учиха видя эти тщетные потуги также пытается помочь. Но как бы он ни старался не думать об этом, оно настигает его… Жестокая реальность, что вонзается в разум — словно ястреб в мягкую плоть, — и раздирает наивную мечту о мире. Сарада медленно, но верно подбирается к холодной и ужасной силе её рода.

Сейчас наследница Учиха, выглядит бодрой, оптимистичной, да и помыслы её чисты. Стать Хокаге это довольно банальная мечта, но зная её, то можно сразу понять, что это не просто слова, а стремление к цели. Однако… может ли это как-то навредить ей? Учихи всегда были презираемы Конохой. Саске это понимал, и будь он на пару десятков лет моложе скорее всего решил бы уничтожить деревню, из-за обиды и гордыни… Но теперь он опытен и много чего понял за все эти годы. Но сможет ли Сарада смириться с возможной встречей с жестокой реальностью? Не погрузиться ли она в спасительную тьму?..

— Если она… — вдруг прошептал, судорожно Саске, переворачиваясь на бок, — я обязательно не дам ей… Нет, ИМ обоим погрузиться во тьму…

На следующее утро, Боруто проснулся достаточно бодрым. Встав с кровати и закончив с утренними водными процедурами, блондин решил собрать вещи заранее, так как знал, что сегодня они должны будут продолжить путь в сторону страны Молний.

— Стоит подумать о зимних вещах… страна Мороза всё-таки впереди… не хотелось бы простыть или отморозить себе ногу с рукой. — задумчиво пробубнил Узумаки.

— Мы купим всё, перед тем как отправимся. — внезапно прозвучал голос Учихи за спиной блондина.

— Хорош уже так пугать! — вскрикнул вздрогнувший от неожиданного ответа, Боруто, — я серьёзно, учитель! Перед тем как что-то говорить, предупреждайте хоть, что вы блин за спиной!

— К тебе довольно легко подобраться… — заметил Учиха, нахмурив брови, — ты должен быть всегда начеку. Понял?

— Д-да… — ответил Боруто, в мыслях думая о том, как же так получилось, что виноватым оказался он, а не учитель… Умел же дядя склонить ситуацию в свою пользу.

— Глаз себя больше не проявлял? — поинтересовался Саске, взглянув в глаза ученику.

— Нет… вроде как, — неуверенно ответил Боруто. — я не знаю, может ли он проявляться во сне.

— Факт того, что ты смог использовать его вчера, уже многое объясняет. И всё же… этого мало, нужно больше практики. Собирайся, пойдём позавтракаем в кафе, нам ещё одежду зимнюю нужно будет взять.

— Хорошо!

Город Йошиюки был достаточно бедным, как и сама страна. Ресурсы в горных шахтах, что некогда служили хорошим источником денег, вот уже как десять лет был исчерпан, оставив после себя лишь заброшенные и никому ненужные глубокие шахты.

Многие жители ушли в другие страны, не выдержав натиска бедности и голода. Остальные же упрямо держались на своём родном месте, считая страну Мороза их истинным домом. Это была дорога к смерти, не было никакого спасения, пока не появилась организация «Немезида» что появилась из ниоткуда и дала надежду жителям уже практически умершего города. Они пришли с едой, ресурсами, а взамен попросили право на владение заброшенными шахтами. Естественно все согласились без задней мысли. «Немезида» вновь вдохнула жизнь в этот город, сделала этих людей счастливыми и люди боготворили их.

Человек с пепельными уложенными назад волосами, сидел на одной из вершин гор, думая о чём-то извечном. Сегодня день был спокойным, и можно было отдохнуть. Но таков был день до того, как пришёл один из членов Кары. Девушка с пышными светлыми волосами на каблуках… с виду можно было подумать, что она предоставляет какие-нибудь «особые» услуги для мужчин, но внешность порой обманчива. Под этим слоем — казалось бы — невинной красоты, прятался поистине жестокий и ужасный монстр, убивающий всех своих противников. На её лбу, красовалась римская цифра «1».

— Что-то случилось Дельта-сан? — спросил не поворачиваясь мужчина.

— К городу идут двое людей… один из них Учиха Саске, а второй сын седьмого Хокаге. Они прибудут где-то через дня два, так что будь начеку, — проинформировала девушка, — Наш Глава, хочет чтобы ты привёл ему мальчика… естественно живым.

— Хочет за него какой-нибудь выкуп? — усмехнувшись поинтересовался тот.

— Не твоё дело, — грубо отрезала Дельта. — приведи к нам мальчика и по возможности избавься от Учихи. Мы доверили тебе город, Нео… не подведи нас.

— Как скажете, Дельта-сан. — ровно ответил пепельноволосый.

Дельта тут же исчезла в странном чёрном портале. Норайо Нео, устало вздохнул, понимая, что Учиха Саске будет тем ещё сложным противником. И всё же времени было достаточно для того, чтобы обдумать план действий против него.

— Судя по вещам, вы собираетесь в страну Мороза. — заметил продавец, глядя на пакеты с зимними вещами.

— Да, это так… — ответил Саске, оплачивая их.

— Вы не первые кто решил отправиться туда. Месяц тому назад, одна семья также решила отправиться туда, чтобы забрать родственницу, как они сказали. — рассказал тот, довольно пересчитывая полученные деньги. — а если не секрет, вы зачем туда идёте?

— Просто путешествуем… — коротко дал ответ Саске, после чего подозвав Боруто, вместе с ним взял два пакета и вышел из магазина.

Вернувшись в отель, они распределили всё по сумкам, после чего взгромоздив их на себя, наконец покинули этот маленький оплот лёгкости и веселья. Впереди их ждали холодные объятия страны Мороза.

Ближе к ночи, они решили разбить небольшой лагерь в чаще леса. Разжигая костёр, Учиха решил что этим займётся Боруто.

— А? Почему бы вам просто не использовать огненную технику? — недоумевающе спросил ученик.

— Не всегда можно полагаться лишь на техники, — ответил Саске. — я хочу посмотреть как ты разожжёшь его сам, без чакры.

Боруто тяжко вздохнул, однако спорить всё же не стал. Понимая, что это лишь усугубит ситуацию. Конечно для него это не было какой-то трудностью, всё же он уже бывал на длительных миссиях со своей командой, и видел, как их разжигал Конохамару.

Собрав охапку веток побольше, а после сложил сначала ветки поменьше, а уже после достаточно массивные, что должны были гореть долго и ярко. Саске лишь наблюдал за действиями паренька, попутно вытаскивая из сумки купленное, заранее, вяленое мясо. В долгих путешествиях, это незаменимая еда, если не хочешь охотиться на всякую дичь.

Когда костёр наконец разгорелся, Боруто устало плюхнулся рядом со своим учителем, попутно проклиная того, всякими разными неприличными словами. Однако они тут же сошли на нет, когда учитель протянул ему кусок вяленого мяса. Сейчас, даже недоваренная каша, казалась едой богов, уж так сильно хотел есть блондин.

— Ты неплохо справился, — подбросив в костёр ещё веток, похвалил Саске, — но есть ещё над чем работать.

— Ой, да ладно вам! Вышло очень даже нехило! Готов поспорить, вы думали я вообще ничего не смогу сделать.

На это Саске лишь хмыкнул, прикрыв глаза. Доев вяленое мясо, блондин неожиданно для учителя, встал обратившись к нему:

— Мне хочется попрактиковаться с этой… техникой, -Боруто снял бинты с руки, а после чтобы удостоверится в том, что она здорова, несколько раз сжал её. — она уже здорова… и теперь можно продолжить нашу тренировку.

В глазах блондина, была какая-то мимолётная вспышка ненависти. Саске не мог её не заметить. Конечно она была направлена не на него, однако в будущем это могло привести к чему-то очень нехорошему.

— Ты уверен?.. Довольно поздно, мы могли попрактиковаться завтра утром…

— Нет. Вы обещали мне, что научите использовать чидори. — упрямо отрезал Узумаки, нахмурив светлые брови.

Делать было нечего. Да и он был не против разминки… возможно даже удастся увидеть в действии новую силу, заключённую в правом глазу.

Отойдя от импровизированного лагеря, они зашли в чащу леса. Вокруг них словно зрители, столпились деревья, кроны которых отчётливо закрывали практически весь лунный свет, исходивший от звёздного неба.

Саске это никак не мешало, да и Боруто было легче контролировать стихию молнии, чётко видя то, как она двигается в кромешной тьме.

— Ладно… поехали! — вытянув перед собой руку, крикнул Боруто.

В руке парня, в миг начала бушевать молния, бросая свои извилистые искры во все стороны. Одна из молний даже резанула щеку блондину, однако он продолжал концентрироваться на форме чакры. Спустя какое-то время, молнии постепенно начинали образовывать спираль вокруг руки, при этом набирая странный шум, не похожий на искры чидори. Это было… нечто похожее на вибрацию. С каждым новым закручиванием молнии в спирали, звук становился всё громче и громче.

Саске встревоженно глядел на Боруто, попутно поражаясь тому, как же ему удаётся сдерживать эту стихию в подобной форме. Опасения вскоре всё же оправдались и форма спирали молнии начала рушиться, хаотично отбрасывая искры в разные стороны.

— Отменяй её, Боруто! -крикнул Учиха.

— Я должен… её сдержать… — простонал тот сквозь оглушающие искры разбушевавшейся молнии.

— Это уже слишком…

Саске резко распахнул глаза, активировав шаринган, после чего взглянувший в эти красные глаза Боруто, тут же отключился, автоматически развеяв технику.

— Ну что за проблемный пацан… — вздохнув, высказал Учиха.

Его упрямство довольно сильно мешало. Не вмешайся бы он, и от руки паренька точно ничего не осталось бы. Конечно был вариант того, что печать защитит его, но всё же не стоит ему быть таким безрассудным. И всё же… в каком-то смысле Саске понимал, упорство блондина. Его сестру убили и внутри него сейчас горит ненависть к убийце. Как когда-то горела и внутри самого Учихи к брату. Но нужно было донести до Узумаки, что месть это далеко не выход…

— Никогда бы не подумал, что буду разбираться с чем-то подобным… — устало высказал он, взваливая на плечо отключившегося ученика.

Очнулся Узумаки уже следующим утром. Голова неимоверно сильно болела, как и правая рука. Лучи солнца, словно нагретые иглы впивались в глаза мальчишки. Медленно разлепив глаза, он привстал и прикоснулся к своей голове, немного поморщившись.

— Какого… что это было?.. — охрипшим голосом, вопросил он.

— Ты потерял контроль над ситуацией, — тут же послышался голос, в котором были нотки раздражения, — говорил же: никогда не торопись, только хуже сделаешь. Если бы я тебя не остановил, кто знает что произошло бы… А так только отделался несильным ожогом руки и несколькими порезами плеча и щеки.

— Я… не справился?.. — поникнув произнёс блондин, — Чёрт! — ударив кулаком по земле, он тут же почувствовал отвращение к самому себе.

— Упрямство это хорошо, но лишь в меру… Впредь если что-то пойдёт не так, выполняй всё что я тебе скажу, ты меня понял? — строго проговорил Саске, прожигая суровым взглядом ученика.

— Да… — еле слышимо ответил тот.

Хоть вчерашняя внеплановая тренировка и прошла довольно плачевно, Саске всё же решил дать пареньку ещё один шанс. Хоть эта тренировка и выделяется особой опасностью, с другой стороны, а куда без неё? Всегда будет риск поплатиться за чрезмерное упрямство. Главное что этот оболтус уяснил это для себя, дальше всё будет ровно.

— Как позавтракаем, попрактикуем твою технику ещё несколько раз.

— А? — удивлённо воскликнул Боруто, — но ведь… рука и…

— Теперь ты знаешь риск того, что может произойти если пренебречь осторожностью. Так что на этот раз всё будет легче…

Закончив с завтраком, они вместе отправились обратно в чащу леса. В том месте, где стоял Боруто прошлой ночью, осталась заметная выжженная зона. Блондин заметив это, лишь сильнее изумился тому, что это сделал он…

— Ладно, давай ещё раз, но на этот раз постарайся сосредоточится. — сказал Саске прислонившись к одному из деревьев.

Узумаки молча кивнул, выставив перед собой правую руку. Снова начали сверкать молнии над ладонью, которые вскоре начали опутывать всю руку, закручиваясь в спирали при этом выдавая странный скользящий звук.

Боруто старался наращивать темп, вместе с чакрой впитываемой стихией молнии. Он должен был следить за потоком, находящимся в спирали и найти идеальную меру чакры которой он должен был питать технику. Переборщит и его рука полностью обгорит заставив ощутить всем телом мощь электричества, а если наоборот чакры будет не хватать, она и вовсе исчезнет.

— Вот так… — шептал Боруто, — нужно найти идеальную пропорцию чакры…

Всё было хорошо, пока в какой-то момент спираль вновь не начала выходить из-под контроля формы чакры. Саске заметил это, приготовившись крикнуть Боруто, но тот даже не стал ждать, тут же прекратив поток чакры в технику, от чего та тут же развеялась.

Поддержка формы чакры и одновременное с этим передача чакры в саму технику для увеличения мощи, очень сильно сказывалось на выносливости. Однако теперь Боруто здраво оценивал, когда ему стоит остановиться. Дважды ему не хотелось получать нагоняй от учителя.

— Можешь продолжать или передохнёшь? — спросил Саске.

— Давайте ещё раз… на этот раз, будет полегче с пропорциями чакры, я сразу перейду к финальной форме. — ответил Узумаки.

Боруто вновь сфокусировал чакру в ладони, передав ей половину чакры, от чего тут же вспыхнули молнии закручиваясь в спирали. Блондин, начал вновь набирать всё больше и больше чакры, пока не ощутил то, что было в прошлый раз.

— Трудно… я не ощущаю разницы… — устало простонал он.

Словно отвечая на его зов, печать на руке начала активироваться, попутно также активируя правый раненный глаз. Саске тут же заметил перемену в танкецу ученика, завидев новую энергию исходящую как раз из правой руки в которой паренёк фокусировал свою технику.

Боруто тут же заметил различие того как видит его правый глаз. Больше не было белой пелены, он видел гораздо всё иначе… лучше и понятнее. Электрическая спираль, которая должна была вот-вот снова выйти из-под контроля, тут же поддалась блондину, послушно закручиваясь вокруг руки на которой начал сиять голубой образ печати.

— Невероятно… — изумлённо бормотал Учиха. — эта печать… отзывается на его зов и мало того ещё и помогает с освоением контроля формы чакры.

Узумаки почувствовав полный контроль над техникой, тут же решил испробовать его. Подбежав к одному из сотни деревьев, окружавших его, он ударил правой рукой в которой закручивалась спираль из молнии. В тот же миг блеснула вспышка молнии, от которого Саске закрыл глаза, услышав лишь дикий треск разрывающегося дерева, за которым последовал также и грохот. Как только он снова пришёл в себя и вернул себе зрение, перед ним предстала довольно внушающая картина…

Всё вокруг было разрушено, словно здесь взорвалась бомба одного из хвостатых зверей. Деревья, что раньше окружали их, в тот же миг валялись в разные стороны, с торчащими корнями… почва на которой они стояли, была также порушена… и лишь одно место было нетронуто. То где стоял непосредственно сам Учиха. Он не понимал, как так получилось, что его не задела разрушительная волна техники. Это явно была не сила чидори… не характерна ей. Среди всего этого разрушенного ландшафта стоял блондин, державшись за свою изрядно покалеченную руку.

— Эй, Боруто у тебя всё… — тут же глаза Учихи расширились от ужаса и тревоги.

Повернувшийся к нему блондин показал правую руку, на которой были видны сильные ожоги, из рваных ран сочилась струйками кровь, а на некоторых сломанных пальцах, не хватало ногтей.

— Всё же… я переборщил… — глухо произнёс он, а после обессилено упал на землю.

Не на шутку встревоженный Учиха тут же подскочил к Боруто. Дело было плохо… у него не только была повреждена рука, но и запас чакры был практически на нуле. Эта техника или печать полностью выжрала его запасы.

— Дело дрянь, нужно торопиться… — нервно поглядывая на сердце парня, пробормотал Учиха. — у меня нет выбора…

Подхватив парня, он тут же галопом побежал в сторону их лагеря. Добравшись до него, он схватил несколько рюкзаков, а затем собрав практически всю чакру, тут же активировал риннеган в левом глазу. Через несколько секунд перед ним образовался портал, еле удержавшись на ногах, с тяжёлой отдышкой, он схватил Боруто, бросив в портал две сумки с зимними вещами. После чего и сам исчез в нём, оставив после себя лишь тлеющий костёр и спальные мешки.

Прошло уже две недели с тех пор как Боруто и Саске ушли из деревни. Траур шёл ещё три дня после их ухода, после чего все начали снова приходить в себя и продолжать жить как ни в чём не бывало. Хокаге полностью сосредоточился на своей работе, решив таким образом отвлечься от самобичевания и внутренней тоски по ушедшей дочери.

Однако также он не забывал о новообретённом подопечном в виде Каваки. Хокаге твёрдо решил сделать из него шиноби Скрытого Листа, так как видел в нём, хоть и крохотные, но проблески доверия к нему. Шикамару же не очень хорошо принял эту затею. Ведь прежде всего им нужно было понять, что это за сила такая «Карма», а уже после принимать его в свои ряды. Шикамару также был против идеи отправлять Боруто подальше от деревни, ведь у него была схожая печать на руке, и она могла существенно облегчить процесс изучения. Однако Наруто прежде всего считался с сыном и видел, что пребывание в деревне, рано или поздно сломает его, как и Хинату, потому и отпустил его вместе с Саске, так как верил, что тот уже имевший опыт с тёмной стороной, поможет его сыну не стать бесчувственным и хладнокровным убийцей.

Тяжко вздыхая и потирая красные от недосыпа глаза, Наруто потянулся сидя на стуле. Гора отчётов наконец была закончена… но рано было радоваться, сегодня нужно было ещё оформить кое-какие бумаги насчёт Каваки.

«Ты и в самом деле считаешь, что это хорошая идея?» — зазвучал голос Курамы в ушах блондина.

— Он лишь несчастное дитя, которому не повезло с жизнью. Я лишь хочу дать ему шанс стать счастливее и наконец обрести достойную цель в жизни. — ответил Наруто вставая из-за стола.

«В последнее время ты достаточно часто болтаешь с ним, неужели так привязался к пацану? По правде говоря, он мне кого-то напоминает…» — заметил демонический лис.

— Болтаю я с ним, чтобы улучшить отношения, всё же у него должно быть хоть какое-то доверие ко мне. — пояснил Узумаки, выходя из кабинета.

За эти недели, Наруто также посетил несколько раз свою жену, которая по прежнему оставалась холодна по отношению к нему. Каждый раз, когда он приходил к ней, она лишь глядела себе под нос и ничего не говорила. На любые попытки обнять или поговорить, вырывалась и не отвечала. Наруто не злился… по крайней мере на неё. Но каждый раз, когда он пытался поймать её взгляд, то вздрагивал от отчаяния, видя в этом взгляде ненависть, перемешанную с тоской.

«Думаешь о своей жене?» — спросил осторожно Курама.

— Ага… — печально вздохнув, ответил тот, — мне кажется что дальше мы не сможем жить как прежде. С каждым моим приходом, ничего не меняется… она кажется даже дальше отстраняется от меня.

«Ну, ну… не торопи ты так события. Прошло лишь две недели, она всё ещё не отошла от тех событий. Дай ей больше времени Наруто, и уже тогда делай выводы» — успокоил того Курама.

В своей уже привычной камере, Каваки то и дело занимался укреплением своего тела, будь то простые отжимания или же подтягивания на каком-то ржавом турнике, что когда-то, видимо предназначался как подставка под ящик.

За все эти дни, он довольно хорошо поладил с Хокаге. Первое время, он ещё опасался того, что за ним придёт Джиген. Целыми ночами, не смыкая глаз, он ждал момента, когда перед ним откроется этот чёртов чёрный портал из которого вылезет этот монстр с мёртвыми глазами и столь же холодной как лёд манерой речи. Но с каждым днём, он всё больше и больше предавался надежде того, что Джиген не придёт… возможно эта деревня скрыта от него и именно поэтому его никто не может засечь.

Когда наконец страх за свою жизнь, хоть немного отпал, он начал общаться с Хокаге, который каждые два дня приходил проведать его. Однажды в одну из таких бесед, он попросил его научить контролю чакры.

Каваки сам не до конца понимал, зачем ему это нужно было. Голубоглазый блондин, рассказывал ему о том, что чакра объединяет людей и делает чем-то вроде семьи. Каваки тоже хотел ощутить это. Настоящий отец никогда не давал ему любви, а Джиген хоть и обещал нечто подобное, всё же не давал той заботы, которой хотел малец. Чувство неполноценности из-за утраченной заботы, которую он никогда и не испытывал, заставляло его просить об этом Наруто.

— Ладно, — беззаботно ответил тогда Наруто, — я научу тебя этому, но не думаю, что здесь тебе будет удобно этим заниматься…

— Хочешь… выпустить меня? — неуверенно спросил Каваки тогда.

И тогда он впервые наконец вышел за пределы камеры. На свежий воздух. Он тогда просто открыл камеру и сказал идти за ним. Каваки не понимал, почему он так обращается с ним… словно он для него не тот, кто хотел убить его — а тот, кто лишь совершил незначительную глупость.

— Почему?.. — задался вопросом чужак, — почему ты так относишься ко мне?

На лице Хокаге отразилось удивление, а после следом за ним пришла задумчивость.

— Ну… наверное потому, что я привык помогать отчаявшимся людям. Ты хороший человек, я это вижу… Поэтому и хочу помочь тебе, во что бы то ни стало.

Ответ был столь наивным, что даже сильно удивил парня. И если бы он услышал нечто подобное от кого-то другого, наверное, решил бы, что тот спятил или же просто пытается втереться в доверие. Однако в голосе этого блондина, он ощущал искренность, уверенность и непоколебимость. И хоть Каваки не показал это внешне, но внутри, он был тронут этими словами.

Тренировки были — на удивление Наруто, — лёгкими для Каваки. Он быстро освоил контроль чакры и уже через каких-то две тренировки, хорошо стоял на дереве и на поверхности воды. Несомненно, он не ошибся, когда говорил, что видит в нём потенциал.

К концу второй недели, Наруто уже начал подумывать о том, чтобы официально присвоить ему ранг генина. Конечно его способности были далеко за пределами генина, однако закон всё же нужно было соблюдать. Да и он сам, формально всё ещё оставался генином…

Позади Каваки послышался скрипучий звук, открывающейся камеры. Повернувшись, он увидел перед собой Хокаге на лице которого виднелась лёгкая улыбка… Но сам Каваки ощущал, что это лишь притворство. Глаза выдавали это… они были печально-мёртвыми, словно он улыбался через силу.

— Я оформил кое-какие документы на тебя. Пошли, у тебя теперь будет своя квартира… — как можно более бодро, оповестил Хокаге. — ты уже достаточно посидел в этой камере.

— Всё нормально? — спросил он, внимательно глядя в глаза.

— Да?.. Вроде как, всё нормально… — отведя взгляд в сторону, ответил Наруто.

— Ладно, тогда пошли, надоело мне здесь торчать. — покинув клетку в последний раз, проговорил Каваки.

Несомненно с Хокаге что-то было. Каваки ощущал это по его интонации и тому, как он отвёл взгляд. Но… не сейчас. Нужно было дойти до квартиры, и там уже расспросить о том, что у него произошло. Конечно, он не привык лезть в чужие дела, но тут был особый случай.

Наруто пришлось изрядно попотеть, чтобы сделать все соответствующие документы. Конечно же, это не могло не дойти и до старейшин, которые итак были против Мицуки, что был сыном Орочимару, а тут… неизвестный подозрительный пацан с совершенно ранее не виданной печатью. Пришлось даже просить помощи у Шестого Хокаге… но в итоге, всё было сделано и Каваки отныне числился как один из жителей деревни Скрытого Листа.

Всю дорогу Хокаге наблюдал за Каваки, что озирался по сторонам, хоть и неохотно. Виднелось то, что он никогда не бывал в подобных местах, и Наруто был неизмеримо зол на тех, кто заставил его ощутить эту неполноценность.

— Сюда! — позвал он Каваки указывая на переулок с лестницей, что вела к более высоким уровням деревни.

С тех пор как на деревню напал Пейн, её строение, довольно сильно поменялось. Хоть это и было достаточно незаметно, но, если осмотреть деревню с высоты птичьего полёта, будет видно, что деревня закольцована в три уровня. И самый верхний, как ни странно, был самым большим по площади.

Пройдясь по ещё нескольким закоулкам, они наконец добрались до большого жилого здания с несколькими однокомнатными квартирами. Честно говоря, Наруто даже и не думал, что те, кто заново отстраивали деревню, решаться на подобный шаг… После полного уничтожения деревни, многие здания поменяли своё местоположение и по факту они стали совершенно иными. Однако именно этот жилой дом, остался на своём месте, так ещё и в первозданном виде. Архитектор занимающийся этим местом, явно старался не покладая рук, чтобы с точностью воссоздать всё, как было и даже лучше.

Поднявшись по ступенькам на второй этаж жилого дома, Наруто углядел знакомое место с просторным выходом на огромный балкон с которого был виден очень завораживающий вид на лица Хокаге и резиденцию.

Подойдя к перилам, он облокотился на них и просто наслаждался давным-давно позабытыми чувствами детства… Когда его не волновали разные бумаги, экономика и вся прочая скучная ерунда.

Каваки подойдя к нему, увидел на его лице, печальную улыбку. Он тут же понял, что похоже это место для Главы деревни было особенным. Любопытство взяло вверх и он тихо спросил:

— Чего ты так лыбишься?

— Я… когда-то жил в этом жилом доме. — ответил не поворачиваясь Наруто, — всё своё детство, я провёл здесь.

— Погоди, хочешь сказать, что ты вселил меня…

— Да, — тут же опередил его блондин. — квартира в которой ты будешь жить, когда-то принадлежала мне.

Он дал в руки ключи от квартиры, а после указал на дверь. Каваки без лишних слов подошёл туда и засунув ключ в замочную скважину повернул несколько раз. Послышался щелчок, за которым последовал скрипучий звук двери…

Внутри было не так уж и просторно, но всяко лучше чем в тёмной камере. Квартира представляла из себя одну комнату с кухней и ванной с туалетом, из вещей здесь были все удобства необходимые для самостоятельной жизни. Кровать, тумбочка, несколько шкафов для вещей, и всему тому прочее.

— Ну как тебе? — спросил Узумаки, также с интересом осмотрев своё прошлое жилище.

— Неплохо, всяко лучше чем в камере.

— Это да, — усмехнулся он. — ну ладно, не буду тебе мешать, обживайся и привыкай к новой жизни. — уже выходя добавил Наруто.

— Погоди! — окликнул того Каваки, думая о том, как же ему начать этот разговор, — когда я выходил из камеры, то спросил тебя… о том, всё ли нормально, и ты мне ответил что — всё в порядке. Но знаешь, мне так не показалось. Ты выглядел паршиво, честно говоря…

Узумаки изумлённо глянул на Каваки, не думая о том, что он решиться продолжать, казалось бы, уже забытый диалог. Наруто не хотел нагружать пацана тем, что у него погибла дочь, да и не нужно было этого сейчас. У него свои проблемы, поэтому прибавлять к этому числу ещё и его, он не хотел.

— Не забивай себе голову шкет, — улыбнувшись весело ответил Узумаки, — зайдёшь сегодня вечером ко мне в резиденцию, я тебе кое-что сообщу. — добавил он, а после вышел, оставив Каваки без чёткого ответа.

Каваки немного пожалел о том, что всё же решился спросить его. Возможно он и правда лез не своё дело. Однако что сделано, то сделано, чего уж теперь жалеть… Решив отвлечься от этого, он побрёл в душ, чтобы наконец избавиться от запаха вонючей тюремной камеры и надоедливых мыслей.

В одной из тайных лабораторий, во всю проводились медицинские проверки и способы продлить жизнь сосуду как можно дольше. Джиген не мог без этого жить, такова уж была плата за спасение. Если бы не этот монах, которого он встретил, то наверняка сейчас бы уже давно кормил червей в этом поистине удивительном мире.

Джиген сидел за особым креслом, которое сканировало его состояние. В его вены были подключены особые капельницы наполняющие его довольно слабое тело жизнью, массивные трубки, свисающие из живота, что также подпитывали органы, дабы те не отказали в случае чего. Он был вынужден проводить подобные сеансы каждую неделю. Тело не выдерживало мощи Ооцуцуки, потому нужен был кто-то более сильный и крепкий. Казалось бы, замени ты тело на другое, но на деле это не так уж и просто, найти хороший сосуд, который может выдержать всю мощь силы Ооцуцуки. Таких людей, очень мало…

Закончив процедуры, он вытащил трубки из особой чёрной сферы, что заменяла ему живот. После одного неудачного эксперимента с сосудом, оно очень сильно повредилось… да так сильно, что пришлось укреплять живот этой… позорной сферой, которая удерживала его внутренности, там где они должны находиться.

— От Кашина ничего пока не слышно? — прервал тишину Джиген, встав с кресла.

— Он всё ещё следит за… вашим сосудом, господин. — ответил тому седой мужчина в очках, держа в зубах сигарету, — честно говоря, я всё ещё задаюсь вопросом… зачем вам так рисковать, если он по сути ваш идеальный следующий сосуд?

Мужчину звали Амадо, и он был главным инженером и учёным в организации. Именно благодаря ему, Джиген по прежнему был жив, так как новые технологии позволяли любой плоти продолжать жить настолько, насколько это возможно в принципе.

— Коджи должно быть идеален для этой миссии… — проигнорировав вопрос, продолжил Джиген, — то что он может проходить сквозь барьер Конохи, даже для меня было неожиданным сюрпризом. Может расскажешь, в чём же секрет, Амадо?.. Хотя нет, не стоит… думаю, это не так уж и важно. Главное, что мой сосуд под чутким наблюдением.

— Вы бы ни стали рисковать так сильно, если бы не имели запасной козырь… — продолжил рассуждать Амадо. — это «он» не так ли? Второй…

— Ты достаточно смышлён, Амадо. Да, ты прав… это он. И если всё пройдёт так как я задумал, в будущем мы достигнем нашей цели. Я чувствую, что он идеально впишется…

Амадо немного насупился, хоть и виду не подал. Он ощущал какую-то странную холодную и нечеловеческую ауру, исходящую от Джигена. Его речи не были похожи на что-то, что присуще нам — людям. Нет… здесь была лишь презренность. Словно всё что происходит вокруг него, это лишь часть чего-то незначительного и маловажного.

— Значит, вы собираетесь привести его к нам? — продолжал Амадо, расспрашивать своего хозяина.

Однако тот похоже потерял интерес к беседе, решив вздремнуть. Глаза были закрыты, а дыхание становилось всё более слабым и протяжным. В такие моменты нельзя было его тревожить… один уже рискнул и что в итоге? Исчез… буквально сжался на глазах и пропал.

Пепельноволосый мужчина в маске, сидел аккурат возле жилого дома, в котором поселилась его цель. Вызвав призывную маленькую жабу, он скомандовал ей сесть возле окна квартиры Каваки. И как только та, послушно выполнила приказ, тут же вытащил какой-то небольшой металлический шарик, активировав который, тот обнажился словно глаз, явив перед лицом Кашина Коджи небольшую голограмму. На ней было отчётливо видно окно и то что происходит за ним. Жаба была необычной, так как была напичкана разными био-механическими устройствами, что сделали из неё идеальную камеру слежения.

— Похоже ты начинаешь привязываться к ним… — вслух проговорил Кашин, — мне интересно узнать, что же ты будешь делать дальше?..

Каваки лежал на кровати, глядя в потолок и размышляя о возможном будущем. Будущем где нет Джигена, где у него есть дом и смысл жить дальше. Странное чувство окутало его, какая-то теплота в груди. Ему не хотелось покидать это место…

— Ох, точно… — глянув на часы, пролепетал он, — мне же нужно зайти к нему в резиденцию.

Кашин Коджи хмыкнул, уже заранее ожидая чего-то подобного от Каваки… ему казалось, что он решается на побег из деревни, что очень в духе этого пацана.

— Неужели всё-таки решил сбежать… стоит ли его остановить или действовать строго указаниям?..

Кожди решил пока только понаблюдать за ним и уже действовать по ходу случая. Всё-таки что-то в этом пацане его заинтересовало. Наблюдать за тем, как человек, что до этого жил в довольно жёстких условиях, начинает осознавать, что жизнь может обходиться с тобой не так жестоко, очень забавляет.

Вышел Каваки спокойно через дверь, закрыв её на ключ. Запрыгнув на крышу дома, тот сразу же помчался в сторону резиденции Хокаге. Кашин Коджи догадываясь о том, куда он направляется, также двинулся следом.

— Передвигаться с помощью чакры, довольно удобно… — заметил Каваки отталкиваясь от стен и прыгая по крышам.

Продвигаясь к своей цели, Каваки также глядел и вниз. Улицы всё также наполнены жителями, что похоже просто шли с работы, забирали детей из академии или шли отдохнуть в каком-нибудь баре после тяжёлого рабочего дня. Наблюдая за родителями, что вели своих чад за руку, он невольно вздохнул, соскочив взглядом в сторону. Ему всегда было интересно, каково это — иметь любящего тебя родителя. Того кто может защитить и с которым ты можешь поговорить.

— Чёрт… — выплюнул он, отбросив эти мысли.

Наконец добравшись до резиденции, Каваки решил идти напрямик через окна самого кабинета. Запрыгнув наверх, он тут же заметил через стёкла, еле державшегося в сознании Наруто, что пытался напечатать что-то на своём рабочем компьютере.

Открыв окно и запрыгнув к нему в кабинет, он поприветствовал его. Наруто не сразу понял, кто именно к нему зашёл и почему он не услышал скрипа двери. Вяло поприветствовав в ответ, он снова уткнулся в монитор компьютера, при этом что-то бормоча себе под нос.

— Эй, ты же сам меня позвал, забыл что ли? — раздражённо напомнил тому Каваки.

— А?.. Каваки? Это ты что ли?! — тут же наконец проснувшись завопил Наруто, — вот же чёрт… — схватившись за голову простонал он, — эта работа когда-нибудь доконает меня…

Глядя на него сейчас, Каваки даже стало жаль его. Видно, что работает он практически без выходных, оно и понятно, всё-таки глава всей деревни. И всё же… неужели он не может найти себе какую-нибудь замену?..

— Так, что ты хотел мне сказать? — спросил Каваки, уже более спокойным голосом.

— Ах да… — он выдвинул один из ящиков его стола, а после взял оттуда какую-то вещь.

Каваки округлил глаза, когда увидел перед собой протянутую руку с протектором деревни Скрытого Листа. Неуверенно взяв его, он глянул озадаченно на Узумаки, спрашивая глазами: «Ты не шутишь?!»

— Основам контроля чакры, я тебя уже обучил… так что считай, что она твоя по праву. Конечно нужно чтобы ты ещё владел техникой замещения и клонирования, но думаю с этим у тебя проблем не будет. — улыбнувшись сказал Наруто.

— Но я тут всего то ничего! С чего это ты так быстро мне дал звания шиноби?..

— Потому что считаю, что тебя бессмысленно держат в деревне как какого-то преступника. У тебя есть потенциал стать хорошим шиноби, поэтому я и дал тебе шанс стать кем-то достойным. — серьёзно проговорил Узумаки встав из-за стола.

— Ты так уверен в том, что я не сбегу?..

— А ты хочешь? — внимательно глядя в глаза тому, спросил в ответ Наруто.

Каваки не смог ответить на заданный вопрос. Слова никак не вылетали из его рта, а в голове была полная мешанина. Он не знал, как на это реагировать… радоваться ему или негодовать. Ведь с одной стороны, приобретя статус генина, он стал официально частью деревни, а с другой стороны — Хокаге фактически завербовал его к себе на службу, даже не спрашивая того, хочет ли он такой жизни или нет.

— Если тебе нужно время на решение того, хочешь ли ты становиться ниндзя или нет, я его тебе дам. — увидев сомнение в глазах парня, оповестил Наруто, — тебе не обязательно становиться ниндзя… в наше время шиноби не так уж и нужны…

— Ты лжёшь… — усмехнувшись заметил Каваки. — это во первых, а во вторых — я согласен.

Наруто услышав ответ парня, уверенно улыбнулся, на его лице казалось и не было этой тревожной мысли о том, что этот паренёк не согласиться становиться шиноби. Если бы всё так и произошло, думается Шикамару изрядно поглумился бы над ним и его никчёмной интуицией.

— Ну что ж, думаю будет неплохо если ты познакомишься со своими товарищами по команде. — положив руку на плечо Каваки, сказал Наруто.

— Товарищами по команде? — недоумённо переспросил тот.

В тот же момент в кабинет через дверь зашли Мицуки, Сарада и Конохамару. Хокаге в этот же день, вызвал к себе команду номер семь, так как им нужна была срочная замена Боруто. Ведь без третьего члена в команде, им был закрыт доступ к миссиям ранга «А». Конохамару был не против того, чтобы взять к себе спасённого им же парня, другое дело его ученики… Сарада конечно согласилась, но с натяжкой, так как прежде не слышала о нём. Мицуки же даже спорить не стал, сославшись на то, что если это просьба самого Хокаге, он согласится.

— Меня зовут Сарутоби Конохамару, я рад с тобой наконец познакомиться Каваки. — поприветствовал того Конохамару.

— Я Сарада Учиха, надеюсь мы с тобой сработаемся… — оценивающим тоном, сказала Сарада.

— А я Мицуки… — коротко оповестил сын Орочимару.

— Понятно… значит я буду в команде с вами?.. Думаю, вы уже итак знаете моё имя. — сдержанно ответил Каваки, сжимая в руке протектор.

Сарада заметила в его словах какую-то странную нотку неприязни, однако сказать ему об этом не решалась, так как здесь присутствовал Хокаге, да и при нём выяснять отношения было также неподобающе.

Мицуки не видел какого-либо интереса в этом странном парне. У него и своих проблем хватало, а то что у них появилась замена в команде, было довольно предсказуемо и его никак практически не задевало.

Конохамару внимательно оценивал паренька, следил за тем как он двигается, говорит и смотрит. Сарутоби отчётливо видел странное раздражение в его голосе. Похоже, что он не очень, то, и рад тому, что теперь придётся работать с кем-то в команде. Но… по какой-то причине, он всё же делал вид, что ему не плевать. Видимо влияние Хокаге всё же было не беспочвенным, а значит он и правда уважает Наруто и старается при нём вести себя как можно более сдержанно.

Просьба Наруто удивила Конохамару… взять на себя опеку над Каваки и по возможности изучить способность его особой до селе не виданной печати. Это было довольно важная и сложная миссия. Необходимо было внимательно следить за ним и при этом направлять… Большая проблема также была вызвана его учениками… был риск того, что они не примут его. Однако отказаться он не мог, да и не стал бы, всё-таки именно он принёс его сюда, значит и ему брать ответственность за него.

— Каваки, завтра утром я зайду за тобой в восемь. Нужно будет отправиться на полигон и испытать тебя в командой работе с ними, — положив обе руки на головы своих учеников, проговорил мягко Конохамару, — вы двое, сразу же отправитесь на восьмой полигон, ясно?

— Да… — синхронно ответили те.

— Как хотите… — ответил фыркнув Каваки.

Наруто понимал, что возможно будут какие-то проблемы с взаимопониманием в команде, потому также добавил от себя:

— Я тоже приду посмотреть, — Сарада и Мицуки удивлённо взглянули на Хокаге, но что-либо говорить против не стали, скорее наборот были очень даже рады такому, — ну что ж, раз мы всё решили, то думаю, пора бы вас и распустить по домам. Поздновато уже…

Когда все попрощались и вышли из кабинета, Наруто остановил Каваки, решив поговорить с ним наедине.

— Что такое? — спросил Каваки.

Узумаки всё никак не мог успокоиться… в голове отчётливо витал образ этой странной метки на ладони. У Боруто была точно такая же, но… Наруто видел с каким отвращением Каваки смотрит на неё. Возможно она куда более опаснее.

— Я заметил… что ты странно глядишь на «карму», она для тебя не опасна? — с тревогой спросил Узумаки.

— Опасна ли она?.. Ещё как. По правде говоря, я хочу избавиться от неё, раз и навсегда. От неё у меня лишь неприятности и только…

Наруто понимал, что ему нужны сведенья об этой странной печати. И лишь один человек мог дать чёткий ответ. Это Орочимару, тот кто практически всю свою жизнь отдал исследованиям разного рода печатей и техник. Если и может кто разобраться в этом, то только он.

— Завтра попробуй её задействовать в тренировочном бою, — предложил Наруто, — мне хочется посмотреть на что она способна.

— Ладно, если ты так хочешь посмотреть, я её задействую… но ты не боишься, что я могу покалечить тех генинов?..

— А с чего ты взял, что ты будешь сражаться с ними? Я буду твоим противником.

Каваки от удивления даже рот раскрыл. Однако быстро снова взял себя в руки ответив:

— Ну ладно… смотри, чтоб я тебя не убил.

— Не волнуйся, всё будет в порядке со мной, — усмехнувшись сказал в ответ Наруто. — ну ладно, иди домой, тебе нужно отдохнуть…

За всем этим наблюдал Коджи с помощь своей жабы. Странно, но, когда он услышал голос Хокаге, внутри него словно что-то проснулось знакомое. С ним происходило подобное впервые и никогда прежде он этого не испытывал.

— Что это было?.. — задался вопросом, встревоженный Коджи. — я словно уже слышал когда-то голос этого парня…

Памяти у него никогда не было. Амадо подобрал его и выходил, сказав о том, что похоже у него была черепно-мозговая травма, из-за которой он и потерял память. Все техники остались при нём, физическо-мышечная память никуда не ушла. Поэтому он мог свободно пользоваться техниками, что непонятно как достались ему. Амадо усовершенствовал его призывы, тем самым сделав из него хорошего шпиона.

— Нет… — отбросив чувства и возможно просачивающиеся старые воспоминания, отрезал Коджи. — я должен сосредоточится на своей миссии.

«Ты врёшь братик… я тоже плачу иногда, и ты братик тоже плачешь, я знаю. Это ведь не плохо, это нормально…»

Боруто раскрыл глаза и вдруг понял, что очутился на огромной поляне усеянной тысячью подсолнухов. Они колыхались от слабого прохладного ветра, что дул со стороны юга. Солнце ярко светило, да так, что казалось словно всё здесь светиться от красоты.

— Где я?.. — подал голос Боруто, рассматривая этот чудный вид.

Внезапно перед ним возникла Химавари. И он тут же бросился к ней, не веря своим собственным глазам.

— Хима?! Это правда ты? Я думал… ты…

— Умерла? — спокойно спросила та, без тени улыбки, — ты не пришёл братик, а я тебя звала… — из её глаз начали капать слёзы, а голос всё более и более переходил в истерический. — Предатель… ты предал меня!..

Цветы на поляне вдруг один за другим начали увядать и гнить, превращаясь в странную чёрную субстанцию, которая начинала расплываться по всей поляне. Солнце затянулось тучами, что начали бить всё вокруг молниями, ревя раскатами грома.

— Нет… я пытался… — бормотал Боруто, попытавшись подойди к сестре, но вязкая чёрная жижа, намертво приковала его к земле.

Взглянув себе под ноги, а после вернув взгляд к сестре, он увидел перед собой гниющий труп с белыми как молоко глазами. «Бьякуган» вдруг прошлось эхом в разуме блондина. Он хотел прекратить этот кошмар и наконец проснуться. Однако прежде чем он снова очнулся, перед его взором замелькали образы из того далёкого, но столь страшного сна, когда он увидел мёртвого отца.

«Твои голубые глаза выжмут из тебя всё!»

Резко распахнув глаза, он вздрогнул от неожиданного пробуждения. Всё тело было липким от холодного пота, а сердце гулко стучало, словно вот-вот лопнет от переизбытка адреналина.

— С вами всё хорошо? — обеспокоенно спросила незнакомка, прикладывая холодную тряпку ко лбу Узумаки, — ваш глаз… он как-то нездорово выглядит… — заметила она, глядя на активированный правый глаз.

— Г-где я?.. — попытавшись привстать, спросил Боруто и тут же ощутил неприятную боль в правой руке.

— Вы в доме моей семьи. Ваш учитель, привёл Вас сюда и попросил о помощи. — пояснила пепельноволосая девушка, — у вас была рука в ужасном состоянии… словно по ней проехались раскалённой кувалдой. Мы обработали рану, так что теперь всё зависит только от вашего организма.

Боруто пытался вспомнить, что вообще произошло и как он тут очутился… Потихоньку воспоминания начали снова возвращаться. Последнее что он помнил это то как перед ним били молнии. Точно! Он ведь использовал ту технику… и, похоже, что не очень удачно, раз рука в таком состоянии… другое дело, как он здесь очутился? Неужели учитель перенёс их сюда с помощью его риннегана?

— Где сейчас учитель?.. Тот что притащил меня? — спросил он, попытавшись встать с кровати.

— Он ушёл вместе с моим отцом, за вашими вещами. — ответила девушка, уложив блондина обратно в кровать. — Вам не стоит вставать. Повезло ещё что вообще живы остались. Истощение чакры это не шутки, немногие переживают подобное.

Пройдя сквозь портал, Саске тут же ощутил ударивший ему прямо в лицо холод земель, до которых им нужно было идти ещё порядком пару километров. Они находились на склоне одной из гор, что принадлежала стране Мороза. Воздух здесь разительно отличается.

Перемещение через портал, отняло довольно много чакры. Учиха старался не использовать пространственно-временные техники, так как они жрали очень много чакры. Но выбора не было… ему пришлось переместить не только себя, но и Боруто с сумками… это потребовало больше обычного лимита.

— Нужно найти… хоть кого-нибудь… — тяжело дыша, пробормотал он.

Под ногами хрустел снег, дул сильный холодный ветер от которого руки начинали постепенно коченеть. Долго оставаться на открытой местности им нельзя было, иначе замёрзнут и умрут. Саске винил себя в том, что теперь они в таком положении. Если бы он вовремя не остановил Боруто, то сейчас они бы спокойно двигались бы к стране Мороза… но в итоге, теперь он идёт ослабленный таща за собой раненного и практически истощённого ученика.

Вдруг перед его глазами возникли два силуэта, присмотревшись к которым, он понял что это были какой-то мужчина и молодая девушка. Одеты они были в довольно плотно сидящие шубы с накинутыми на головы меховыми капюшонами, что закрывали практически всё лицо.

— Вы ещё кто? — настороженно задал вопрос мужчина, направляя в сторону Учиха топор.

— Мы… нам нужна помощь, у моего ученика ранена рука… наши вещи дальше по склону. — ответил быстро Саске, — мы как раз шли в страну Мороза, но по пути произошёл один несчастный случай… вот мне и пришлось в срочном порядке тащить его сюда за помощью.

— Папа, у второго и правда рука ранена! — встревоженно вскрикнула девушка, указав на уже весьма пропитанную кровью тряпку, что была обмотана наспех на руке блондина.

— Как тебя зовут?.. — спросил мужчина.

— Учиха… Саске. — ответил тот.

На лбу мужчины тут же появились складки от удивлённо поднятых бровей. Это имя было известно практически в каждой стране. Никто не знал его в лицо, но все знали, как его зовут. Человек что мог сражаться наравне с сильнейшим шиноби… Многие недолюбливают из-за довольно мрачного прошлого, однако были и те, кто помнил и уважал его за то, что тот помог спасти мир от уничтожения. Ямамото Такаши как раз был из тех, кто уважал Учиху. Он верил в то, что человек погрузившийся во тьму и замаравший свои руки в крови, всё ещё мог исправиться и Учиха был тому пример.

— Неужели? Ты тот самый?.. — на секунду он осёкся, даже не зная, что ему в данной ситуации делать, однако быстро собрался с мыслями, продолжив, — Хорошо, похоже твой подопечный в крайне тяжёлом состоянии, давай его сюда, ты и сам не в форме… — подойдя к тому, проговорил он, — Юки, беги домой и поставь воду греться! Их нужно напоить горячим чаем! Заодно вытащи аптечку, этому мальцу, надо обработать рану. — крикнул он своей дочери.

— Спасибо вам… — прохрипел уставший Саске.

— Будет ещё время отблагодарить… давай, нам нужно как можно скорее добраться до дома.

Семья Ямамото жили вдали от основного города и предпочитали заботиться о себе самостоятельно, лишь изредка бывало, когда глава семейства уходил торговать в город. В обычное же время, они всегда жили практически отшельнически.

Дом семейства представлял из себя традиционный японский дом, что было свойственно отдельным родовым кланам по типу: Учиха, Хьюга или Нара. Конечно сравнивать этот дом с теми, что были в деревни Листа, было глупо, и всё же жилище Ямамото знало ещё те дни, когда деревни Листа ещё и в помине не было.

Наконец добравшись до дома, Такаши понёс блондина в комнату для гостей и аккуратно уложив его, осторожно размотал тряпки, что успели пропитаться обильно кровью и прилипнуть к ранам. Подошедшая жена, ужаснулась, увидев на футоне бледного мальчика тут же задав вопрос своему мужу:

— Такаши, дочка мне всё рассказала, но я даже и подумать не могла, что всё настолько ужасно… кто это?

— Шиноби… из деревни Листа как понятно по его весьма покалеченному протектору. — ответил коротко тот, заметив уродливый шрам, что рассекал также и протектор, — у нас ещё один гость… будь добра напоить его чаем. — указав на выход, добавил также он.

Когда тот начал отдирать прилипшую ткань, Узумаки непроизвольно застонал, на что Ямамото лишь хмыкнул.

— Что с тобой приключилось дитя… — осмотрев истерзанную и обожжённую руку, шокировано пробормотал он.

— Простите, что приходиться обременять вас… — взяв чашку с горячим чаем, извинился Учиха.

— Всё хорошо, вам ещё повезло что мы живём относительно недалеко от города, — тут же успокоила того жена Ямамото Такаши, — судя по протектору вашего… ученика, вы из деревни Листа?

— Да, — ответил Саске, глотнув чая, — мы держим путь в страну Молний.

Жену Такаши, звали — Кайо, внешне эта женщина была очень даже красива и приятна. Зелёные как изумруд глаза, что смотрели из-под полуоткрытых очей, бледно-снежная кожа, а также тёмные, шелковистые волосы, собранные в пучок, делали из неё красивую домохозяйку которая явно была только рада помочь заблудшим путникам. Даже Саске особо не обращая внимания на женщин, увидел в ней что-то… Однако эта вспышка тут же пропала, как только он вспомнил о том, что Боруто до сих пор истощён…

— Простите, мне нужно проведать ученика… — встав с пола и поклонившись сказал Учиха.

По пути в гостиную, Саске встретил их дочку, что нервно поглядывала в сторону гостиной и заметив Учиху, тут же отскочила в сторону, сделав вид, что занята совершенно другими делами. Девчушка была похожа на мать, такая же красивая, хоть немного и неуклюжая… Однако цвет волос похоже был папин… они у неё были цвета серебра, тогда как у матери волосы были тёмными.

— Спасибо за чай, — поблагодарил Учиха.

— Н-не за что… — ответила та, убрав руки за спину, смущённо отведя взгляд.

Для Юки эти два незнакомца стали чем-то действительно необычным. Ей редко удавалось поговорить с кем-то, кто приезжал из других деревень. В город ей приходилось отправляться не часто, да и времени на то, чтобы хоть с кем-то поговорить там, попросту не хватало. Она мало слышала о других странах и о том, что происходит у них, и ей было любопытно поглядеть на путешественников, что пришли аж из деревни Скрытого Листа в которой правит, — как она слышала, — самый сильный человек во всех пяти больших странах.

Саске зашёл в комнату где лежал всё ещё не пришедший в сознание Боруто. Чакра всё ещё была на довольно мизерном уровне, но теперь потихоньку начинала восстанавливаться… нужно было время, чтобы он полностью пришёл в себя.

— Если не секрет… что с ним произошло? — спросил не оборачиваясь Такаши.

— Это моя вина… — вздохнув, сказал Учиха, — я решил обучить его одной опасной технике, так как он был предположен как раз к моей стихии, однако в итоге, он не справился с контролем и навредил себе…

— Люди учатся на ошибках. Похоже у тебя никогда до этого не было ученика.

— Так и есть, — признался Саске, — он первый… и похоже что последний.

— Не стоит так себя нагружать. Рука в целом заживёт, кости также срастутся, даже ещё крепче будут. Но самое главное, теперь он поймёт, в чём напортачил, а ты ему в этом поможешь.

Учиха слышал в его голосе какую-то странную мягкость, словно тот был мудрым отцом, который прошёл через все тяготы воспитания и учения и теперь мягко подсказывает другим, что нужно делать. Странно, но, когда он встретил его там в лесу… в его глазах он видел лишь отторжение и угрозу. Всё же правильно говорят: «не спеши судить по первому впечатлению». Такаши был старше Саске на десять лет. Морщины хоть и не сильно, но уже начинали расползаться по лицу, тело слабело, — хоть Учиха этого и не замечал, — а голос хрипеть.

— Идём, ему нужен покой… — поднявшись, сказал Такаши. — Юки, приглядывай за ним, вдруг проснётся…

— Хорошо пап! — ответила из соседней комнаты девушка.

— Пойдём, нам нужно ещё забрать ваши вещи, которые остались внизу склона горы.

Одевшись в тёплые шубы, они вместе вышли на улицу. Погодка на улице всё ещё была в довольно неблагоприятном состоянии. Кончики пальцев как только ощущали холодный ветер, тут же начинали неприятно покалывать, а щёки горели от холода.

— Господин Такаши, может вы расскажете о себе? — спросил Учиха, шагая по снегу в сторону того места, где он оставил сумки.

— Рассказывать то и нечего… когда-то давным-давно мой предок был частью одного сильного клана самураев, что ныне проживают где-то в стране железа. Мой предок влюбился в одну девушку что жила в стране Мороза. Он перебрался сюда и построил дом, в котором теперь живу я.

— Но… разве это не каралось смертью в то время? — задался вопросом Саске, — я имею ввиду, то что он ушёл из клана… правила у самураев довольно строгие и жестокие.

— Это так… прежде чем он ушёл, он самолично в поединке обезглавил главу клана… Тем самым даровав себе возможность уйти…

Учиха удивлённо взглянул на Такаши, однако что-то говорить в ответ на это не стал.

— Любовь, очень страшная и сильная штука… Когда ты обретаешь её, все вещи начинают играть совершенно иными красками. И то что ты прежде видел, как нечто ужасное, начинает обретать смысл и необходимость.

Саске невольно вспомнил своего брата. Когда-то он всей душой ненавидел его и хотел прикончить, но, когда узнал правду о его жизни и секретной миссии мученика… в нём что-то сломалось. Весь мир казалось перевернулся и тогда в первую очередь пришла ненависть… Нет скорее любовь, пропитанная ненавистью. Его разозлило то, что Лист использовало его брата как инструмент, а после даже правды не узнали, оставив его тем, кто особо жестоко ненавидел свой клан и вырезал его. Но теперь Саске изменился… понял то, что этот мир порой несправедлив к тебе и это нормально… ты должен принять это, если хочешь спасти как можно больше людей. Чтобы изменить что-то, ты должен пожертвовать чем-то.

— Вы правы… — ответил задумчиво Саске. Однако у него был ещё один довольно важный вопрос: — можете что-нибудь рассказать о городе Йошиюки?

Мужчина на этот вопрос хмыкнул, словно для него эта тема была довольно неприятной, однако ответ всё же последовал.

— Город этот ещё лет пять назад был практически на краю пропасти… он умирал и казалось ничто его не спасёт. Шахты опустели, молодые уезжали в другие страны, так как им не хотелось жить в этих суровых условиях, а старики продолжали доживать свои дни здесь, считая этот клочок холодной земли своим домом. Однако пришло чудо в виде корпорации «Немезида» что притащила с собой еду и ресурсы. Взамен лишь попросив отдать права на изучения шахт, видите ли: «В них сокрыты тайны, которые мы хотим изучить».

— Тайны? Там что-то есть?.. — поинтересовался Учиха.

— Я не знаю, не вдавался в подробности, да и они никогда не информируют народ насчёт этого. Одно ясно точно, после их прихода — город словно… изменился. Всё вроде бы хорошо, но в то же время ты ощущаешь, что эти люди — совершенно другие… Всё время восславляют эту компанию «Немезида» и говорят о том, как же им плохо жилось без неё, — в его голосе Учиха читал замешательство, смешанное со скорбью, — эти люди из «Немезиды» явно промышляют чем-то нечистым. Зачем им занимать такую глушь? Знаю, звучит как-то бредово, но всё же, кажется словно они что-то делают с самими жителями… внушают им что-то, но для чего, я так и не понял.

По правде говоря Учиха верил ему. Ведь неспроста информатор из Кары направил их сюда, чтобы они разобрались с человеком по имени Норайо Нео. Здесь явно что-то нечисто…

Как только они добрались до заветных сумок с вещами, Саске взвалил на себя одну, тогда как Такаши взял вторую. Перед тем как нацепить его на спину, Ямамото заметил торчащий клинок из-за пазухи сумки. Это его заинтересовало и он спросил:

— Твой ученик пользуется клинком?

— Скорее он собирается им пользоваться… Он плохо владеет клинком, и я ещё не успел обучить его базовым навыкам. — ответил Учиха, — но… у него уже есть опыт в бою с этим оружием.

— Вот оно как… если он использовал его в бою и при этом победил, думаю из него выйдет хороший мечник.

Вдруг Учиха ощутил быстро приближающуюся чакру… Кто-то явно шёл на них, однако чувствовал это только он, Ямамото не обладал сенсорными техниками, потому и шёл беззаботно вперёд. Учиха остановил его, приглядевшись вдаль.

— Что-то случилось? — спросил встревоженно тот.

— Да, к нам кто-то идёт… и довольно быстро. — ответил быстро тот.

— Если это так… то похоже он прознал о тебе… раньше чем я думал… — вздохнув проговорил Такаши.

— Что? О чём вы?

Резкий порыв холодного ветра заставил Учиху сомкнуть глаза, и как только он открыл их снова, то увидел перед собой мужчину. Точнее сказать, человека что владел довольно странной чакрой. Она казалась ему знакомой, но похоже в последний раз он дрался с противником такого же типа чакры, очень давно…

Перед ним предстал человек среднего возраста с белыми как снег волосами, одетый в тёмно-серую куртку с мехом на воротнике. На ногах виднелись плотно сидящие ремни на которых были нацеплены несколько подсумок. Серые глаза внимательно оглядывали Учиху, стараясь не встречаться взглядом. Этот человек явно был осведомлён о том, на что способны глаза Саске.

— Похоже мои догадки оправдались… для меня честь, увидеть вас Учиха Саске… — поклонившись, поприветствовал того Норайо Нео.

— Норайо Нео, не думал я о том, что ты так долго будешь добираться до сюда… — хмуро проговорил Такаши, явно недолюбливая эту личность.

— Прошу прощения, Ямамото-сан, были кое-какие дела, поэтому прибыл как только смог. — с натянутой улыбкой, ответил ему Нео.

Саске же напрягся ещё сильнее, его имя… Это точно была цель, которую нужно было обезвредить. Кажется он попал в довольно щекотливую ситуацию, в которой успех миссии зависел от того, что он ему скажет и как себя поведёт.

— Кто вы такой?.. — спросил осторожно Учиха, — ваше имя я уже знаю, но кем вы приходитесь в городе?

— Я отвечаю за этот небольшой город, проще говоря — я его смотритель.

Теперь Саске понимал, кто он такой. Оставалось только одно: обманным путём сделать так, чтобы он расслабился… хотя с ним то? Если он знает Учих, то и расслабленным себя ощущать точно не будет.

— Вы прибыли сюда одни? — спросил он.

— Да… — ответил с небольшой паузой тот.

Такаши быстро сообразил о том, что Учиха решил скрыть факт того, что с ним ещё ученик. Потому что-либо говорить не стал.

— Ясно… тогда, прошу следовать за мной, нам нужно кое-что обсудить перед тем как впустить вас в город. — скрестив руки, сказал Норайо.

— Но… — хотел было возразить Такаши.

В этот момент, Учиха ощутил скапливаемую чакру внутри тела противника. Саске понимал, что ещё бы чуть-чуть и он точно воспользовался бы какой-нибудь техникой, чтобы заткнуть старика. Однако он вовремя вмешался, сказав:

— Всё нормально Ямамото-сан, мне и правда следует сначала переговорить с главой города… — аура противника тут же спала на нет, — однако прежде, мне нужно занести сумки в дом к Ямамото-сану, вы не против?

— Хорошо… — ответил белобрысый, прикрыв глаза. — Ямамото-сан достаточно сильный, так что передайте ему сумку, мы же отправимся в город другим, более коротким путем.

— Не волнуйся обо мне Саске, уж я донесу твои сумки. — уверил Такаши, нацепляя себе на спину вторую сумку.

— Как скажете…

Веяло от него чем-то странным… Саске прошёл через многие битвы и видел много разных отморозков, однако этот… в нём ощущалось что-то помимо угрозы. Мимолётное и незаметное, похожее на сдерживаемую ядовитую злобу. Он читал это в его глазах, которые он так старательно пытался отвести в сторону.

Медленно шагая следом за смотрителем, Саске думал о том, засечёт ли он Боруто или же нет?.. С одной стороны, он засёк его чакру и примчался сюда, а с другой стороны… он ведь пролетел мимо дома Ямамото, а значит не почувствовал в нём чакру Узумаки. Видимо из-за истощения, Боруто слабо видим для сенсоров…

— Мой отец много разного рассказывал о вас… — вдруг заговорил Норайо, — о том как сражался на войне и видел вас в действии. Кажется, даже вы его спасли в том бою.

— Было дело… — ответил Саске.

— Если не секрет, что вас привело в столь глухую и холодную страну? — поинтересовался смотритель, — маловероятно что вы здесь только для того, чтобы насладиться живописными горами…

— Я здесь ненадолго… мне нужно в страну молний, и так получилось что через страну Мороза, можно срезать путь — ответил Учиха.

— Вы прежде бывали в этом городе?.. — решив сменить тему, спросил вновь смотритель.

— Нет, я здесь впервые… до этого как-то не приходилось сюда заглядывать.

— У нас здесь довольно всё скоромно. Из-за довольно продолжительного застоя, наш город весьма… повредился. Мародёры раз за разом устраивали рейды, а так как в городе практически не было молодых и сильных людей, нас никто не мог защитить. — об истории города, он рассказывал с некой отстранённостью и Саске догадывался о том, что он не отсюда. — дела у нас наладились лишь года четыре назад… поэтому мы ещё не до конца оправились… Если бы не «Немезида»… возможно от нас ничего бы и не осталось.

Саске чувствовал что здесь что-то не так. Они шли явно не туда, так как вдалеке среди кронов деревьев, Учиха заметил возвышающуюся небольшую гору, которая в свою очередь вела куда-то ещё.

— Куда ты ведёшь меня? — остановившись, задал вопрос Саске, — мы явно не в город идём.

Норайо обернулся к Учихе, задумчиво глядя куда-то сквозь него. Возможно обдумывал план действий, а возможно просто думал о том, какой сегодня всё-таки холодный день. Учиха медленно взялся за свою катану, благо на нём был плащ сквозь который этого не было видно.

— Хороший день сегодня… знаете, мне очень нравиться здешний климат. Холод суров, от него природа словно застывает, многие животные погружаются в длительный сон, другие же стараются не тратить много энергии… — Норайо присел и зачерпнул в ладонь горстку снега, — здесь — высоко в горах, я чувствую себя — птицей в небе. И именно поэтому… вы проиграли эту битву.

— Довольно! — крикнул Саске, вытащив катану и мгновенно подскочив к недругу, он хотел было уже нанести удар, однако в этот же момент Норайо покрылся коркой льда, после чего катана разрезала его. — клон?..

На землю упала верхняя часть глыбы льда, которая ещё секунду назад была человеком.

— Ледяная ловушка! — послышался голос Норайо позади.

Под ногами Учихи вдруг всё затряслось, и он в тот же момент быстро отскочил в сторону. На месте где был Саске, тут же появились огромные зазубренные ледяные шипы.

— Невозможно!.. — распахнув широко глаза, выкрикнул Саске, — так ты владеешь стихией льда?!

— Это место… идеально для меня. Вам никуда не скрыться и не сбежать. — проговорил уверенно Норайо Нео.

Внезапно Саске почувствовал как его левая нога, начинает неметь. Взглянув себе под ноги, он понял что сила этого ублюдка буквально просачивалась сквозь снег и теперь его нога покрывалась льдом, тем самым не давая ему куда-либо двинуться.

— Аматарацу! — крикнул Саске, направив свой взгляд в сторону противника.

— Я знал, что ты воспользуешься им. — спокойно сказал Норайо, выставив перед собой стену из льда. — одна нога есть… сможешь ли ты сражаться дальше?

Перепрыгнув через стену, он побежал прямо на Саске создав из льда подобие клинка. Учиха парировал удар ледяного ниндзя своей катаной. Скрестив клинки, Норайо вдруг спросил:

— С тобой был ещё один… Сын Хокаге, где он? — Учиха тут же напрягся ещё сильнее, заскрипев зубами, — он у тех отшельников с которыми ты сегодня был? Если это так, то это хорошо… наконец-то мне выпадет шанс избавиться от них, всем разом.

Саске пытался сохранить спокойствие и придумать что-нибудь… нужно было как-нибудь выбраться из западни которую он устроил… Нога была заморожена не факт, что полностью, но двигать ей он не мог. Плохо, что левой руки не было, так было бы гораздо легче сражаться, но что поделать. Нужно было немного потянуть время… пока чакра не восстановиться. Она так полностью и не восстановилась, после того как он переместил себя и Боруто с помощью риннегана.

— Ну ладно, хватит болтать, — отпрыгнув от него, раздражённо высказал Нео, — мне было велено убить тебя, так что без обид. Стихия льда: вихрь игл!

Вокруг Саске, из снега начали формироваться ледяные иглы, что сразу же устремлялись в его тело. С помощью шарингана и реакции, он смог отбить десять, однако ещё несколько вонзились ему прямо в бок и спину.

— Неплохая реакция, но даже этого мало, чтобы отбить мою технику.

Саске хотел воспользоваться техникой огненного испепеления, однако всё же сдержался… Нужно было ещё немного подкопить чакры, чтобы использовать это…

— Что-то какой-то ты дохляк… — разочарованно заметил Нео, — Возможно все эти истории связанные с тобой лишь приукрашивают. Лично я вижу перед собой жалкого полудохлого выходца из ныне мёртвого клана, даже жалко немного.

— Порой ниндзя должен сдерживаться, чтобы в последний момент выдать довольно неожиданную и решающую атаку. — с отдышкой проговорил Учиха. — единственный кого тут жалко, так это ты.

Как только чакры стало достаточно, вокруг Учихи тут же образовался фиолетовый скелет, лёд что сковал его ногу, тут же испарился. Рёбра плавно начали переплетаться в череп с руками. Нео опешил от подобного, хоть и понимал, что такой исход тоже мог произойти.

— Это Сусанно, не так ли? — впечатлительно спросил ледяной шиноби.

— Тебе следовало закончить со мной раньше… — хмуро сказал Саске, а после сжав кулак, дал сигнал своему призрачному демоническому скелету. — исчезни в чёрном пламени…

Сусанно резко выпрямился, а затем раскрыв широко челюсть, выстрелил из пасти струёй чёрного пламени. Нео не теряя времени начал складывать особые печати, после которых ударив ладонью по земле произнёс:

— Стиль льда: «Великая лавина»!

Перед Нео, тут же образовался огромная волна состоящая из снега и льда, вперемешку с поднятыми огромными глыбами камней, что таились глубоко под землёй. Саске решил укрепить сусанно активировав сразу третью стадию брони.

— Думаешь этот снежок мне помешает убить тебя?! — выкрикнул Саске.

Лавина полностью накрыла сусанно снегом и льдом, тем самым замуровав его. Нео усмехнувшись, уже было выдохнул, решив проверить задавила ли самого Учиху его техникой. И как только он прошёлся по огромной забитой снегом поляне, что образовалась из-за лавины, он вдруг почувствовал как снег под его ногами начинает трястись.

Из-под снега внезапно вылезла рука Сусанно и Нео отскочив назад, устало вздохнул поняв, что эта техника также не дала никаких результатов. Выбравшись из-под снега, Учиха как ни в чём не бывало отряхнул плечи от снега, а после найдя взглядом противника спросил:

— Эта твоя лучшая техника?

— К моему счастью, нет. — ответил тот пытаясь не показывать тревогу на лице.

— Отлично, тогда позволь мне начать первым!

Сусанно вытащив левую руку из-под снега, тут же кинуло в Нео огромным валуном. Нео уже было приготовился отразить атаку, ледяным щитом, тут же заметил что-то странное. Как только валун подлетел достаточно близко, Учиха активировал левый глаз, сделав тем самым замещение себя на валун.

— Что?! — неожиданно завопил Нео.

— Не зевай! — крикнул в ответ Саске, замахнувшись катаной.

Норайо завидев перед собой катану, тут же рефлекторно образовал защитный нарост на своей руке, который тут же остановил катану, хоть и не до конца. Саске отскочив от льда, созданного противником, прыгнул на него сверху, попытавшись отрезать правую руку. Но даже тут ледяной шиноби смог изловчиться, создав огромный кол, внезапно появившийся из затылка Нео. Учиха отрезал острый конец, клинком, а после отскочил в сторону, так как понимал, что за этой атакой последует и следующая.

— Техника огня: адское испепеление! — проговорил Учиха, а после из его рта выстрелил огромный поток пламени, что поглотил полностью ледяного противника.

Саске уже было подумал, что полностью сжёг Нео, однако внезапно для него, произошло что-то поистине невероятное. Пламя в буквальном смысле заморозилось оставив после себя лишь подобие следа из льда.

— Какого…

Оторвав свою руку из объятий льда, Нео тяжело выдохнул паром, а после неспешно прошёлся в сторону опешившего Учихи, который явно не ожидал подобного уровня техники льда… Но для Нео этот трюк был весьма затратным и это ещё при благоприятной фауне… Он чувствовал что их бой порядком затянулся и нужно было как можно скорее убить его.

— Ладно… беру свои слова назад. Ты и правда силён…

— Слишком поздно задабривать меня лестью. — тут же отрезал Учиха, подняв перед собой катану. — стихия молнии: чидори!

Нео завидев как в руке Учихи начинают появляться молнии тут же понял, что видимо это была его финальная атака… Чидори всегда пробивает противника насквозь не давая тому шанс на выживание.

— Похоже сейчас будет кульминация, ох как волнительно… — приготовившись, пролепетал еле держась на ногах Нео.

— Для тебя заморозка моего пламени, аукнулась как я вижу. Стой смирно, если не будешь дёргаться, я постараюсь пробить тебе не жизненно важный орган.

— Мы с тобой шиноби… поэтому даже не смей оставлять меня в живых, ублюдок чёртов. — выплюнул Нео. — и с чего ты вдруг решил, что ты выйдешь победителем?..

Учиха на это ничего не ответил, решив всё же покончить с этой битвой. Двинувшись вперёд с объятой молниями катаной, он всё быстрее и быстрее набирал скорость приближаясь к Нео. Тот в свою очередь начал складывать печати, видимо решаясь сделать перед собой ещё один ледяной щит, но Учиха это предвидел, потому тут же кинул чуть выше Нео свою катану.

— Один и тот же трюк со мной не проканает! — крикнул Норайо Нео, выставив к верху свою ладонь.

Учиха же уже активировал левый глаз в котором находился риннеган, после чего создав замещение себя со своим клинком, тут же встретился лицом к лицу с ладонью противника.

— Чёрт! — прошипел Саске, попытавшись отпихнуть руку, однако в тот же момент в ладони сконцентрировалась какая-то голубая сфера, похожая на расенган. Ещё одно мгновение и она обдала лицо Саске льдом, который тут же начал распространяться по всему телу.

Тело Учихи начало покрываться льдом, но достаточно медленно, и за этот небольшой промежуток он успел создать из сусанно себе левую руку в которой он сконцентрировал ещё один чидори. Нео ослабев от применения заморозки, не успел отскочить и тут же ощутил резкую боль в районе живота. Чидори хоть и не насквозь, но всё же пробил его живот.

— Мразь… — прохрипел Норайо Нео, а после выплюнул кровь прямо на уже покрывшуюся льдом физиономию Учихи. — ах ты… чёртов однорукий говнюк…

Сусанно исчезло и Нео упав на колени, тут же схватился за открытую рану, пытаясь задержать внутренности на месте. Из-за истощения чакры, он также не мог нормально двигаться. Перед глазами всё плыло, а конечности начали дёргаться в судорогах.

— Надо… дойти до города… — прошептал он, еле как встав на ноги. — с тобой я позже разберусь… Учиха Саске…

Раненный смотритель, медленно поплёлся в сторону, оставляя Учиху Саске закованного в лёд одного в чаще леса

— Так вы отшельники? Ого… а тебе здесь не скучно? — спросил Узумаки, лёжа на футоне.

— Ну… иногда да, — ответила Юки, выжимая тряпку и кладя ту на лоб блондину. — но в основном мне не приходиться думать об этом… работы по дому хватает…

Боруто чувствовал себя более менее нормально, хоть и по прежнему ощущал слабость в теле и не мог нормально встать на ноги. Последствия применения той техники довольно сильно так ударили по нему. Узумаки задумался о том, стоит ли ему практиковать эту технику дальше… Ведь если произойдёт ещё один такой же инцидент, то тогда уж точно парочка могильщиков будут пританцовывать таща его гроб в яму.

— Что с тобой случилось?.. — спросила не сдержав любопытство, — я имею ввиду это… — проведя пальцем по своему глазу, уточнила она.

Как только Боруто понял о чём она, то сразу же как-то помрачнел. Снова вспомнился тот ужасный день… настроение куда-то пропало, от чего он тут же повернулся спиной к ней, пробурчав:

— Я… не хочу об этом говорить.

Юки, поняв что похоже задела что-то очень важное, тут же извинилась, решив оставить парня в одиночестве и покое.

Закрыв за собой сёдзи, она приуныв поплелась в сторону кухни. За ним всё ещё сидела мать, убирая чашки с недопитым и уже остывшим чаем.

— Солнышко, что-то случилось? — спросила мать, заметив весьма кислое лицо дочери.

— Кажется я… обидела гостя, — ответила та, сев за столик, — ну точнее, сунула нос туда, куда не следует.

Мать услышав ответ, слабо улыбнулась прикрыв глаза. Однако в этом отчасти была и её вина с мужем. Девочке нужен кто-то с кем она смогла бы поговорить о чём-нибудь. Здесь практически не было никаких сверстников, поэтому чаще всего она замкнута в себе…

— Не волнуйся милая, я не думаю, что он сильно обиделся, просто дай ему время успокоиться. И главное, не спрашивай его в лоб о весьма сомнительных вещах, возможно для него, это будет означать «открыть старую рану».

— «Открыть старую рану»? — переспросила Юки.

— Да, эта фраза означает: напомнить человеку о чём-нибудь болезненном, что он уже смог пережить и более не вспоминает. — объяснила Кайо, своей дочери.

— Поняла… — кивнув ответила та.

Боруто медленно снова перевалился на спину, подумав о том, а не грубо ли это было, вот так отвечать ей? Решив всё же извиниться, он тихонько привстал с кровати, а после поднялся на ноги. Кажется, стало легче… по крайней мере, теперь он не падал сразу же от головокружения, а мог твёрдо стоять на ногах. Вот только рука по прежнему ныла…

Найдя свои вещи, он быстро напялил их на себя, а после раздвинул сёдзи, пройдя в другую комнату. Услышав женские голоса из ещё одной комнаты, он быстро поплёлся туда. Завидев как ему стало понятно: мать и дочь, он тут же поприветствовал их, поклонившись.

— Спасибо за то, что спасли меня…

— О, мы как раз говорили о тебе юноша… кстати, как тебя зовут? — поинтересовалась Кайо.

— Боруто… меня зовут Боруто Узумаки. — опешив, ответил блондин.

— Рада с тобой познакомиться, Боруто! — ответила бодро женщина, — меня можешь звать Кайо, а это…

— Я сама мама, — остановив ту, угрюмым взглядом, прервала пепельноволосая девушка, — а меня зовут Юки… Юки Ямамото.

— Юки значит, ладно, слушай ты извини за то, что так повёл себя.

— Нет, ты не должен извиняться! — тут же отрезала девушка, — с моей стороны и правда было грубо и неприлично спрашивать о чём-то подобном.

Парень слабо улыбнулся и кажется тем самым вогнал девушку в ступор. Она не знала как на это реагировать, так как раньше не общалась с мальчиками и не понимала, нормально ли это, когда они так смотрят на тебя.

— Ч-что-то не так? — тут же спросил Боруто, увидев реакцию Юки.

— Нет, всё в порядке, — настроившись, ответила та, — раз уж ты встал, может чаю хочешь?

— Было бы кстати.

Боруто попивал чай вместе с остальными хозяйками дома, попутно рассказывая им о своей жизни. Он также многое узнал о их быту и тем, чем они занимаются. Блондину также поведали и о родстве с самураями, о коих Боруто знал лишь из видеоигр. Ему было интересно слушать о том, как Юки неустанно кричала на отца и говорила ему, что ей это не нужно… Рассказывала она о том, как отец обучал её мастерству владения клинком, как настоящий самурай.

— Так ты значит, можешь сражаться катаной? — изумлённо спросил Узумаки.

— Да… отец с горем пополам всё же обучил, — ответила Юки, — а что такое?

— Нет, ничего, — отведя взгляд тут же неуверенно отведя взгляд, пробормотал блондин, однако всё же решившись не тянуть кота за хвост, продолжил, — просто у меня есть один клинок, но проблема в том, что я им не умею сражаться… Я не думаю, что просто махать им во время боя, это мастерство. Может быть… когда твой отец вернётся, я смогу у него взять пару уроков?

— Конечно! — тут же ответила уверенно Кайо, — Мой муж наверняка согласиться обучить тебя.

— Но если он вдруг откажет… — добавила Юки, — я могу тебя поучить.

Блондин немного смутился, но всё же кивнул. Странно, но смотря на неё, он ощущал что-то тёплое внутри груди. Такое с ним было впервые… Юки невзначай взглянув на правую руку блондина, вдруг встревоженно воскликнула:

— Что с твоей рукой?!

Боруто взглянув на неё, заметил как сквозь бинты просвечивает печать, и как только его взгляд достиг её, она словно активировалась, окутав всю правую руку и глаз. Юки и её мама самопроизвольно отскочили от блондина, подумав о том, что это опасно.

— Не волнуйтесь! — тут же успокоил их Узумаки, — Она не навредит вам.

— Ч-что это? — спросила Кайо.

— Это особая печать, которая помогает мне… — соврал блондин, — Папа её наложил на меня под предлогом того, что она помогает мне, если я получаю рану.

— Ого… он у тебя и на такое способен? — изумлённо глядя на руку произнесла Юки.

На удивлению Боруто, печать и правда исцеляла его. Кости пальцев, что должны были заживать и срастаться довольно продолжительное время, прямо на глазах начинали выравниваться… Он буквально чувствовал, как каждое нервное окончание снова возвращается на своё место и как ожоги с лёгким зудом также заживают.

— Слушай, ты что-то там говорила про тренировки, — сжав уже практически исцелённую руку, напомнил блондин. — Может быть попробуем прямо сейчас?

Девушка немного опешила от подобного предложения, так как на улице было в данный момент очень холодно, а в шубах тренироваться знаете ли, не очень-то и удобно. Она уже хотела было ему что-нибудь ответить, однако её прервал крик зовущего отца.

Боруто тут же отреагировав, встал на ноги и побежал в сторону голоса. У входа в дом, он обнаружил старика, что взвалил на себя сумки с его и учителя вещами.

— Вы Ямамото-сан? — спросил Боруто.

— Да, ты уже проснулся? Удивительно… — заметил Такаши.

— А где… учитель? — спросил встревоженно блондин.

— Раз уж ты уже на ногах, пойдёшь со мной. С твоим учителем кое-что произошло. — ответил тот, кидая блондину шубу. — И клинок свой тоже возьми.

Боруто не стал что-либо расспрашивать, молча накинув на себя шубу, а также сапоги. Вместе они тут же галопом побежали в неизвестное направление, куда его вёл Ямамото-сан. Удивительно было и то, как быстро бежал этот старик… Боруто по начала подумал, что он замертво упадёт, когда только увидел его с сумками на горбу…

— Что произошло? — спросил блондин, двигаясь вслед за стариком.

— Мы с Учихой решили занести ваши сумки с вещами домой, но на обратном пути, нас настиг смотритель города, Норайо Нео. Он приказал Учихе следовать за ним, тогда как я под предлогом «отнести сумки до дома» потопал дальше… Однако я решил всё же проследить за ними, и как и ожидал, увидел схватку между Норайо Нео и твоим учителем.

— Что?! — тут же завопил Боруто. — Что случилось с моим учителем?!

— Успокойся малец, с ним возможно всё в порядке… он крепкий. В решающий момент твой учитель попался в ледяную ловушку Нео, но перед тем как полностью покрыться льдом, всё же успел пронзить живот противника какой-то техникой связанной с молнией.

— Чидори… — тут же произнёс Боруто.

— Да, вот ей как раз он и пробил живот…

Добежав до места битвы, Боруто заметил весьма огромную кучу снега, на которой как раз и стоял его учитель покрытый полностью льдом. Быстрыми прыжками он настиг верха, и прикоснулся к льду.

— Чёрт… похоже противник был силён, раз уж даже вы не смогли с ним справиться… — проговорил Боруто.

— Дай мне его… — указав на клинок что находился на ремне Боруто, попросил старик.

— Вы хотите… разрубить его что ли?.. — смутно поглядев на того, спросил Боруто.

— Дурак что ли? Я сделаю несколько точных ударов по этому льду, чтобы аккуратно освободить его. — пояснил Такаши.

— Точно, вы ведь самурай… — вытаскивая клинок, вспомнил Боруто.

Как только в грубых и повидавших много работы руках появился клинок, Такаши тут же встал в определённую стойку и глубоко затянув воздуха в лёгкие, тем самым концентрируясь на точках куда он будет бить, тут же с невероятной скоростью и точностью, сделал несколько надрезов.

Боруто хлопнул несколько раз глазами, прежде чем понять, что именно произошло. На оболочке льда, показались несколько ровных и глубоких надрезов, которые тут же начали трескаться. Блондин был поражен той скоростью и точностью с которой этот старик провернул подобную махинацию.

— Невероятно… — пролепетал Узумаки.

Лёд тут же развалился, наконец освободив из заточения Учиху, что вывалившись и упав на холодный снег, начал жадно хватать воздух ртом.

— Учитель! — подбежав к нему крикнул Боруто.

— Чёрт… похоже я у вас в неоплатном долгу… Ямамото-сан… — тяжело пробормотал Саске, подняв свой взгляд на своего спасителя.

Норайо Нео, всё шёл и шёл в город. Поднакопив немного чакры, он сумел заморозить часть той крови, что капала из его живота, тем самым заткнув ненадолго рану. Конечно это было рискованно, но всё же на какой-то промежуток и этого достаточно.

— Чёртов Учиха… нужно было принять во внимание факт того, что у него хорошая и быстрая реакция…

Рана на животе неимоверно сильно отдавала резкой болью, от чего ноги то и дело подкашивались, а голова кружилась. Хотелось наконец добраться до города и лечь на кровать, чтобы погрузиться в сон, но он знал, что если отключиться, то уже навсегда.

Собрав всю волю в кулак, Нео всё же встал на ноги и поплёлся как можно быстрее. Однако пройдя ещё несколько метров снова упал, ощутив ещё более сильную боль. В тот момент он понял, что выбора у него больше нет, поэтому открыв сумку что находилась на правой ноге, он вытащил оттуда шприц, данный ему от людей из «Кары»…

— Чёрт… не хотел ведь использовать… Но придётся как видимо…

Воткнув его прямо в грудь, он тут же ощутил как по всему телу расползается странный холодок, что проникает во все нервные окончания вплоть до мозга. Вместе с этим ощущением, также потихоньку начала пульсировать слабая боль, которая переходила в адский огненный кошмар, от которого, — как ему казалось, — все внутренние органы горели и лопались. Наконец спустя пять минут, к нему пришло долгожданное облегчение.

Рваная рана на животе, начала заживать, доставляя Нео невероятное облегчение, но одновременно с этим, к нему пришло досадное принятие того, что теперь он обречён… вместе с тем, что он вколол себе, в его тело проник яд который медленно начнёт погружать его в бессознательность и в конце концов, он станет безмозглым идиотом, у которого на уме будет только одна цель…

— Чёртовы уроды… — прошипел он и тут же почувствовал как по его мозгу проноситься какая-то странная боль, похожая на разряд тока. — Будь проклят этот Учиха и его сопляк! Плевать мне уже кто там вас хотел заиметь себе… Убью обоих… — осознав, что подобная вспыльчивость и ненависть не свойственна ему, он тут же испугался. — Нет… сначала надо в город… я всё ещё — Я, поэтому нужно взять себя в руки и подготовиться.

Поднявшись на ноги, он с нечеловеческой скоростью тут же помчался в город. В голове были лишь мысли об убийстве и полном уничтожении двух чужаков, что пришли сюда и посмели вынудить его вколоть себе этот… яд.

Спустя несколько минут, он уже был у входа в город. Тяжёлые железные ворота были полуоткрыты, тем самым намекая новым пришедшим сюда о том, что здесь что-то не так. Нео пройдя через них, тут же встретился с одним из охранников, который увидев злое лицо смотрителя, тут же ретировался не решившись спросить, что случилось.

Однако Нео остановился и повернувшись к охраннику сказал:

— Если сюда заявятся черноволосый мужик с сопляком, немедленно доложи мне, ты понял?

— Конечно! — тут же ответил ему пухлый охранник.

Ледяной ниндзя решив срезать путь, тут же прыгнул на крышу одного из многоэтажных домов. Город был небольшим, но и не сказать, что слишком маленьким… на своих двоих добраться до штаба, что находился на другом конце города, можно было где-то за час или два… Но если у тебя имеются особые навыки, это время можно было сократить и до двадцати минут.

Решив не осторожничать, он начал создавать ледяные мосты перед собой, по которым он быстрыми движениями скользил. Остальные жители не видели в этом что-то ужасное… наоборот, они восхищались тем как их защитник и смотритель, грациозно словно птица, скользит по льду, что сам и создаёт.

Нео не обращал внимания на их восторженные возгласы, думая лишь о том, стоит ли нападать первым или же направить туда отряд из шиноби, чтобы они навели там порядок и по возможности вымотали их, пока он приготовиться к их приходу.

Добравшись до своего штаба, вошёл он туда довольно своеобразно, выбив окно и залетев внутрь. Несколько шиноби ворвались в кабинет, думая о том, что туда проник какой-то вражеский разведчик. Одеты они были в белую утеплённую одежду, а также специально, уплотнённые нагрудники, которые защищали их от попадания в них кунаев или других острых холодных предметов. Голова была защищена специальным шлемом, что обрамлял практически всё от ушей до затылка. На лицах была натянута также маска из особо толстой ткани, что защищала от сурового холода.

Завидев в кабинете Смотрителя, они тут же выпрямились и отдали честь.

— Норайо-сама! — крикнул один из тех, что стоял ближе.

— Сейчас же собери отряд огнемётчиков и немедленно направляйтесь в сторону дома того отшельника Ямамото… убить всех кто находиться внутри. Сожгите их дом дотла… — приказал Нео.

— Как прикажете… — поклонившись тому, ответил шиноби.

Плевать на то что скажет «Кара», плевать на то, что будет после с ним… для него больше не было иного пути. Всю свою жизнь он старался из-за всех сил, чтобы стать ещё искуснее в стихии что даровалась ему с рождения.

Родных он не помнил… ведь в четыре года, их уже не стало… Он не помнил как именно это произошло. Кажется, его улучшенный геном пробудился именно тогда, он не мог контролировать эту силу, и родные навеки стали пленниками его льда. Их лица стёрлись из его памяти и лишь крики ужаса, он отчётливо по-прежнему слышал в голове. А возможно это лишь действие препарата начало действовать.

— Я закую вас в мой лёд. Заставлю вас ощутить невыносимый холод…

Саске сидел возле камина, окутанный тёплым одеялом. Холод постепенно начал отходить, однако Учиха чувствовал, как странная дрожь по телу по-прежнему никак не может угомонится. Лёд этого парня был действительно необычным… он не просто заковывает тебя в плен холода… этот лёд пропитан чакрой которая заставляет закованного вновь и вновь пребывать в сознании. Учиха чувствовал и осознавал где он находиться… и этот невыносимый холод также преследовал его, пока он был в закован в лёд.

— Он очень опасен… его лёд не просто убивает, а заставляет продолжать жить, но уже во льду… Не знаю, как ему это удаётся, но нам нужно остановить его как можно скорее. Он наверняка выжил и раз уж он смотритель, то наверняка пошлёт сюда шиноби… — проговорил дрожащим голосом Учиха.

— Вы не можете двигаться. Вам нужно отдохнуть, учитель. — заметил Боруто, — Может быть, мне самому сходить в город и узнать, что да как там происходит?

— Исключено. — тут же ответил Саске, — Он знает о тебе. Когда мы сражались, смотритель спросил у меня, где находишься ты…

— Чего? Откуда ему известно обо мне?! — изумлённо вопросил Узумаки.

— Возможно кто-то сообщил ему о нас…

— В любом случае, здесь оставаться опасно, — вмешался Такаши, — нам стоит укрыться где-нибудь. У меня есть убежище вдали отсюда, я сделал его, как раз думая о чём-то подобном… Словно чувствовал, что когда-нибудь это произойдёт. Юки, ты с матерью отправишься туда, она знает дорогу.

— Что?! Папа, а как же ты? — тут же возмутилась дочь.

— В этом доме жили ещё наши далёкие предки. Я не могу просто так дать и разрушить его каким-то шиноби из давно сошедшего из ума города. — ответил Такаши, — Я буду отстаивать наш дом, до самого конца.

— Но… — хотела было возразить Юки.

— Ничего, всё с ним будет в порядке, Юки. Обещаю тебе. — уверенно улыбнувшись успокоил ту Узумаки.

Кайо велела дочке одеться потеплее и как можно скорее. Та протестовать не стала, решив довериться этому голубоглазому блондину. Она чувствовала, что произойдёт что-то невероятно страшное, но по-прежнему хотела верить в то, что всё обойдётся.

Учиха заметил что рука у его ученика заметно так исцелилась… больше не было на ней повязок, по крайней мере, пальцы он точно видел и они двигались у него достаточно бодро для сломанных.

— Боруто… — позвал он, — твоя рука…

— Да, — ответил он коротко. — она исцелила мою руку…

Учиха предполагал, что случиться нечто подобное. Печать не даёт своему носителю умереть… исцеляет его раны, но за счёт чего? Природной энергии? Возможно так оно и есть, другое дело, что она сама ему вредит, но тут скорее всего проблемой можно считать то, что Боруто слишком юн для подобного, поэтому его тело не может выдержит такой мощи.

Такаши стоял у выхода, провожая глазами своих родных. Юки обернулась к отцу и увидела в его глазах нечто похожее на тревогу. Он тоже знал это… как и она. Догадывался о том, что это последний раз, когда они видятся. Ей хотелось сказать ему что-нибудь, но в голову как назло ничего не лезло.

— Всё будет хорошо, — сказал он ей, будто бы зная о том, что она чувствует. — ты моя дочь, а это значит, что ты должна выжить во что бы то ни стало. Даже если мне придётся за это отдать собственную жизнь…

Последние слова, она так и не расслышала, так как мать уводила её всё дальше и дальше… Юки не хотела уходить, но ноги сами вели её… словно тело знало что ей нужно делать.

Боруто стоял в сёдзи, что вела к выходу и слышал слова старика. Странно, но они также повлияли на него… он ощутил какую-то тревогу и отчаяние. В этот же момент печать на его руке снова активировалась, распространившись на всю руку и лицо. Правый глаз изменил цвет с бледно-белого на голубоватый.

Перед его взором появился странный силуэт объятый паром… ему стало дико холодно… Ещё одна вспышка и вот он стоит перед мёртвым телом, а в руках у него крепко сжат клинок полностью окроплённый кровью… всё ещё горячая кровь капала с лезвия, и откуда-то позади слышался отчаянный крик учителя. Странно, но блондин ощущал неимоверную злобу и тоску… и в тоже время он чувствовал облегчение.

Очнулся Узумаки от резкого прикосновения сухой руки Такаши. Тот с тревогой смотрел на пацана, на секунду заметив изменчивость его правого слепого глаза. Печать тут же ушла на нет, снова встав серым ромбом на ладони.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Д-да… такое бывает, всё никак не привыкну. — ответил блондин, стирая рукой пот со лба.

— Ну ладно, нам надо приготовиться к возможной атаке. Я видел у тебя клинок… ты ведь уже пользовался им в бою?

— Ага… — с паузой ответил Боруто.

— Хорошо, у меня нет времени обучать тебя, как его держать и всему тому подобное, скажу так: держи его, и постарайся сосредоточится. Тело само подстроится под клинок, ты должен лишь ощутить этот момент, понял?

— Честно говоря, не очень… — ответил Боруто, пытаясь понять как это вообще может сработать.

— Ничего, ты ведь уже бывал в битвах, ведь так?

— Ну да…

— Вот и славно.

Учиха скинув одеяло, встал на ноги. Отсиживаться здесь он также не собирался. Саске также хотел отплатить тому отмороженному за то, что заковал его в лёд. Достав свою катану, он несколько раз взмахнул ей, чтобы понять, может ли он сражаться. Рука вроде бы не дрожала… да и тело уже начинало приходить в себя. Оставалось лишь чакру восстановить до оптимального количества.

— Смотрю ты уже на ногах, — подойдя к тому заметил Такаши, — надо будет подсобить твоему ученику, а то у него какие-то приступы… да и с правым глазом что-то непонятное.

— Неужели? Я за ним пригляжу… — сказал Саске, засунув катану обратно в ножны. — Что насчёт вас? Вы ведь владеете навыками самурая, где ваше оружие?

— Оно здесь. — ответил он, подняв деревянный люк перед камином.

Спустившись туда, Такаши увидел перед собой стенд на котором висела полноценная броня самурая. Вся она была чёрной с золотыми узорами, что обрамляли нагрудник, наплечники и наручи вместе с набедренниками. У неё также присутствовала маска в виде звериного оскала, которая по древним обычаям должна была отпугивать злых духов и вселять ужас во врагов. Перед стендом также стояла подставка для самурайской катаны, главного оружия самурая. Она была чёрного цвета с разнообразными узорами в виде дракона, сталь из которой изготовили эту катану, была особая стальная пыль, которую спрессовали и выковали в клинок.

Взяв клинок в руки, он поклонился стенду с бронёй.

— Пришло моё время Ямамото Ичиро… предай мне сил вместе со своей бронёй и клинком!

Такаши осторожно, словно броня была для него живая, начал надевать её на себя. Сперва он надел наручи вместе с набедренниками, затем он надел кирасу вместе с огромными наплечниками, и в самом конце, он надел рогатый шлем с особо устрашающей маской…

Ямамото чувствовал как сила предка перетекает к нему вместе с этими доспехами. Казалось, словно он стал неким демоном, что мог сокрушить всё и вся, покуда у него есть катана, с которой он мог разрубить практически всё на свете.

Саске накинул на себя свой привычный чёрный плащ, когда из-за спины послышались странные лязгающие звуки. Обернувшись, он увидел пред собой самурая, словно из тех историй, что он слышал от отца когда-то в детстве… могучие воины, которые были способны разрубить любую угрозу с помощью своей катаны.

— Похоже вы готовы к бою, Ямамото-сан… — проговорил Учиха, глядя на воина, что словно прибыл из давно ушедших дней.

— Эй, дядя может стоит проверить местность твоим шари… — Боруто завидев Ямамото-сана, аж дар речи потерял. С открытым ртом, он восторженно глядел на блестящие чёрные доспехи. — Чтоб я провалился…

— Ну ладно, хватит нам сидеть здесь. Идёмте, скоро они должны будут прибыть сюда, нам нужно где-нибудь укрыться, чтобы застать их врасплох.

Они оставили в доме всё как есть, сделав вид, будто они всё ещё там. Саске забрался на одно из высоких деревьев, что окружали дом, Узумаки также решил засесть среди сугробов на одном из них. Такаши же взял плащ и накрывшись им, зарылся в снег, ожидая сигнала от Учихи.

— Боруто, старайся не вмешиваться в бой. — сказал напоследок Саске, после чего активировал шаринган, чтобы узнать как далеко враги.

Вдалеке появились яркие голубые огни… это были враги. Саске понял, что ледяной убийца всё же добрался до города и отправил сюда отряд из шиноби… однако с ними не должно было быть проблем. Они всё же рядовые ниндзя, с которыми Учиха не раз сталкивался в бою.

— Они идут… — предупредил Саске, затаившись в ветках.

Шиноби вооружённые огнемётами стремительно приближались к дому отшельника. Капитан отряда дав сигнал своим подчинённым, разделился на ещё две подгруппы. Они должны были окружить дом с двух сторон, чтобы не дать если что всем жертвам сбежать.

Близилась ночь… солнце уходило за горизонт, а снегопад только усиливался, мешая обзору. Капитан, завидев то, что в доме горит свет, решил, что все предатели всё ещё в доме и не подозревают о том, что для них уготовано. Махнув сначала первой группе, та побежала по левой стороне, махнув второй группе, та побежала по правой стороне, тем самым окружая дом со всех сторон.

Учиха заметив на них странные рюкзаки похожие на баллоны немного смутился, так как раньше ничего подобного не видел. Ямамото же как только увидел краем глаза огнемёты, тут же резко вскочил, понимая их замысел…

Обнажив катану, он стремительно набросился на одного из тех, что был ближе к нему. Шиноби услышав лязганье брони, обернулся и тут же ощутил резкую боль в районе лица, так как катана, ровной линией разрезало голову неудачливому парню. Из обрубка хлынула кровь, и Саске который сначала хотел всех устранить тихо, сжал руку в кулак, а после прыгнул вниз, решившись помочь Ямамоте-сану.

— Что вы делаете?! Я думал наш план заключается в тихом устранение! — крикнул Учиха, пнув ногой прямо в рожу одному из противников, а после воткнув свою катану прямо в сердце.

— Они хотят сжечь мой дом! — в ответ прорычал Такаши. — Я не могу позволить им это сделать!

Все остальные шиноби услышав предсмертные крики своих товарищей, обернулись держа наготове огнемёты. Самурай хоть и выглядел громоздко, однако скорость его ничуть не уступала Саске. Он также ловко подбегал к врагам и разрезал им руки или грудь вместе с горлом.

Боруто заметив как один из огнемётчиков собирается выстрелить струёй огня в самурая, тут же создал в руке расенган, а после кинул в недруга. И как только сгусток ветра достиг шиноби, у того внезапно лопнул баллон сзади, после чего прогремел взрыв, которым отбросило ещё двух огнемётчиков.

Саске использовав риненган, то и дело притягивал к себе врагов с помощью притяжения, это существенно облегчало устранение, так как при притягивании, они чаще всего паниковали и не понимали, что на них действует, тогда как Учиха тут же резким выпадом разрезал им глотки.

Капитан, поняв что их застали врасплох, всё же дал команду остальным своим подопечным во что бы то ни стало сжечь дотла этот дом. Несколько шиноби услышав приказ, нажали на курок, после чего из их дула в ту же секунду вылетела струя огня, что начала пожирать дом.

— Нет! — закричал Ямамото, ощущая на своём сердце боль, которую они причиняли его дому… Храму его предков и сердцу его родных. — Ублюдки!!!

Саске создав сусано, одним взмахом руки отправил на тот свет несколько шиноби. Их разрезанные тела тут же упали на снег, разбавляя белоснежный цвет, кроваво-алым. Повернувшись в сторону крика, Учиха понял, что шиноби всё же успели поджечь дом…

Убрав сусано, Саске побежал в сторону оставшихся огнемётчиков. Боруто также последовал за учителем, поняв, что дом объят пламенем.

Одному из огнемётчиков, Ямамото лично отрезал голову катаной, второй попытавшись сжечь самурая, вдруг встретился со взглядом приближающегося Учихи, попавшись в его гендзютсу. Третий же также уже было хотел выстрелить из огнемёта, но в последний момент почувствовав странный порыв ветра, резко отлетел назад от внезапного удара. Боруто успел создать ещё один расенган с помощью которого и спас жизнь Ямамото-сану.

Самурай разрезал горло первому, что был под гендзютсу, а после пронзил грудь второму, что лежал на снегу с пробитым от расенгана грудью. Оставался последний… Их капитан, что был без огнемёта, оно и понятно, он лишь командовал ими…

— Ублюдок… — прошипел Такаши, — Ты поплатишься за то, что натворил! — указав пальцем на горящий дом, прокричал он.

Боруто решив всё же спасти дом, сложил несколько печатей, а после набрав в лёгкие воздуха, крикнул:

— Стихия воды: волновая атака!

Внезапная волна из воды тут же потушила крышу и боковую часть дома, тем самым потушив пожар.

— Молодец, — похвалил того Саске. — быстро реагируешь.

Капитан прибывших шиноби уже хотел было вытащить небольшой клинок, что находился в районе копчика, однако как только он дёрнул рукой, Ямамото не моргнув, одним движением, отрезал её, после чего последовал душераздирающий крик боли. Вторая рука также отделилась от основания, а за ней и две ноги…

— Дома самураев священны… — ровным голосом, сказал Ямамото. — Тот кто осмеливается осквернять их, должен поплатиться своими конечностями, и в конце концов… головой!

Такаши вонзил клинок глубоко в предплечье, достав до лёгких, после чего сломав шею противнику руками, он вновь вытащил клинок из тела всё ещё живого капитана, закончив его жизнь, ровным разрезом шеи. Голова тут же упала на снег, закатив глаза…

— Он поплатиться… — сжимая катану, прошипел Ямамото. — Я лично вскрою грудь этому ублюдку Норайо Нео!

Боруто думал о том, что сейчас происходит в душе Ямамото. Когда сжигают то, что ты должен был оберегать… чтобы передать своим потомкам, но не справился с этим. Похоже это близко к отчаянию.

— Ямамото-сан, вам нужно успокоиться, прежде чем идти на врага с горячей головой. — сказал Саске, глядя на лежащий труп капитана шиноби.

— Этот гнев не утихнет, покуда тот кто отправил их сюда, не умрёт. — ответил твёрдо Такаши, засунув катану в ножны, — Я не тяну вас за собой, и я не виню вас в том, что произошло здесь… Я сам сделал выбор чтобы помочь вам, и у меня нет сожалению на этот счёт.

— А как же ваша семья? — вопросил Боруто подойдя ближе к самураю. — Они ведь ждут вас. Неужели этот дом, вам дороже, чем собственные родные?!

— Нет, однако тот позор, что навлёк на мой род Норайо Нео, не простителен и должен быть немедленно отплачен. Как я уже сказал… Дом самурая священен и осквернение его, должно быть наказуемо жизнью.

Саске уже понимал, что попытки отговорить этого человека от его решения, лишь трата времени. Он понимал, что теперь между Норайо Нео и Ямамото Такаши, будет не просто какая-то неприязнь друг к другу, а полноценная вражда. Так как Нео намеренно приказал солдатам сжечь дом семьи Ямамото…

— Боруто, похоже у нас с тобой нет выбора. Мы тоже пойдём с вами, Ямамото-сан, так как в одиночку вы точно не доберётесь до вашей цели. — вздохнув, проговорил Учиха, — Но прежде чем идти на них, нужно разведать обстановку. И теперь Ямамото, мы будем действовать чётко по моему плану, понятно?

Тот слабо кивнул, хоть Учиха и не до конца доверял этому жесту. Всё же в любой момент он может плюнуть на всё и кинуться в бой, как настоящий самурай… Хотя с другой стороны, он ведь не настолько глуп, чтобы идти в лоб на врага.

Голова раскалывалась от боли. Нео сидел в одиночестве, в полной тишине, которая нарушалась лишь каплям, что монотонно капали и капали, заставляя разум Нео всё дальше и дальше уходить в глубокие подземелья бессознательного гнева. Однако он всё ещё держался, пытался по крайней мере перебороть это чувство из ниоткуда взявшегося гнева.

Глаза налитые кровью, глядели куда-то сквозь пальцы, словно выискивая что-то невидимое и ценное. Дыхание было прерывистым, словно ему не хватало воздуха в лёгких, а вены на лбу так сильно вздулись, что казалось они вот-вот лопнут.

— Прошу прекрати мои страдания… Бог что сотворил нас… Я всегда буду спокоен, как бы больно мне не было! — бормотал он… нет скорее уже рычал, словно пытаясь в каждом слове выразить всю свою животную боль, которую он испытывал в голове. — Они придут… Придут я разорву их тела, разбросаю кишки по всему полу… Буду насмехаться над тем, как они будут ползать в крови и собственных внутренностях… Да! Так оно и будет! Бог будет наблюдать и гордиться тем, что я сделал… И тогда, он подарит мне покой… Вечный покой…

Его слова казалось уже окончательно потеряли здравый смысл, но сам он так не считал, его разум опьянённый болью, лишь пытался спасти себя от ещё большего безумия, пытался найти смысл и спасение.

— Итак… все всё поняли? — спросил Учиха, глядя на старика и блондинистого пацана. Те в ответ молча кивнул. — Тогда выдвигаемся. Барьера окружающего город я не обнаружил, так что проникнуть в город будет легко.

План состоял в том, чтобы незаметно проникнуть в город, затем найти главный штаб в котором и должен находиться Норайо Нео и наконец прикончить его, но перед этим, Учиха всё же хотел его допросить, так как знал, что в этом городе твориться что-то неладное и связанное с «Карой».

Так как план опирался на скрытность, то и самурайские доспехи нужно было всё же снять… Ямамото конечно отпирался и стоял на своём, считая долгом убить врага именно в этих доспехах. Однако Саске тут же парировал, утверждая то, что можно отомстить и клинком, что явно принадлежал предку.

— Хорошо… — с некой неохотой согласился тогда Ямамото, — Я сниму их, однако последний удар будет за мной. Вы не должен будете вмешиваться, понятно?

Боруто всё ещё не нравилась вся эта затея с поисками какого-то там хрена с ледяными способностями, чтобы отомстить ему за дом. Для Боруто всё же была важнее не какая-то там постройка, а конкретные живые люди. Но перечить всё же он не стал, решив, что у каждого человека свои ценности в этом мире.

Направляясь в сторону города, Саске думал о том, а что же их там ждёт? По словам Ямамото-сана, люди изменились после того как в город пришла корпорация «Немезида», она что-то сделала с людьми, сделала их непредсказуемыми и агрессивными в каком-то смысле. Безопасно ли вообще будет ходить среди них?

Добравшись до ворот, Учиха накинул на спину своему ученику плащ, вытащенный из сумки. Им нельзя было показывать свои лица, поэтому стоило всё же скрывать их под капюшонами. Взвалил на свою спину старика, Учиха первым запрыгнул на стену, чтобы пересечь её и спрыгнуть на другой стороне. Боруто также последовал за учителем, попутно поглядывая по сторонам. Как только они пересекли стену, то тут же заметили заметный упадок города…

Всё было таким грязным и старым… словно этому городу уже сотня лет и никто не реставрирует здания, оставляя их чахнуть и трескаться от любого порыва ветра. Узумаки решил первым выйти на большие улицы, где мимоходом шли многие жители. Шагая рядом с ними, он ощущал какую-то неприязнь, в их глазах он не видел какой-то осмысленности. Стеклянные глаза бездумно глядели куда-то сквозь землю, кожа их была практически бледной и вены буквально виднелись сквозь тонкий слой кожи. Потрескавшиеся губы, что-то бормотали неразборчивое, а дыхание было каким-то тяжёлым и спёртым.

Здесь явно что-то происходило… на них действовала какая-нибудь вышка? Но поблизости ничего не было такого, ни звука, ни сигнала, ни каких-либо каналов чакры. Всё чисто…

Саске также неспешно следуя за Боруто, поглядывал по сторонам, то и дело замечая странности в поведение людей. Если у них здесь всё якобы «хорошо», то почему люди такие измученные, бледные и истощённые? Он также подумал о том, что на них действуют какие-то силы извне, на вроде вышек с особым сигналом. Но проверив всю местность шаринганом, так и не смог уловить хоть что-нибудь.

— Славься же Немезида и дай нам благословения на ещё более долгую и счастливую жизнь! — крикнула одна из жительниц, стоя на возвышенности.

Боруто вдруг остановился, не спуская с неё глаз. Саске это заметил и незаметно подобравшись к тому, шепнул:

— Чего замер?

— Внутри неё… Внутри всех них… — пробормотал Боруто с тихим ужасом, осознавая что-то омерзительное и шокирующее.

— О чём ты? — встревоженно снова спросил Учиха.

Правый глаз Боруто вновь активировался не по его воле, однако очень даже удачно, так как он заметил кое-что странное в жителях… их внутренности, а в особенности мозги, были чем-то отравлены или же пропитаны… Правый глаз Боруто, показывал эту заразу как нечто жёлтого цвета. Странная смесь, от которой у Боруто свело живот.

— Они все чем-то заражены. Все их органы, покрыты этой отравой, но больше всех выделяются желудки и мозг… похоже, они что-то съели. Нам нельзя здесь ничего есть… и нужно как можно скорее уходить. — еле сдерживаясь, прошептал Боруто.

Саске активировал шаринган, однако ничего такого в них не заметил… Каналы чакры да и только. Похоже глаз Боруто также мог улавливать инородные смеси внутри организмов людей, довольно полезная способность.

Теперь у Саске отпали все сомнения насчёт того, что здесь происходит что-то неладное. «Немезида» явно подмешивает людям в еду, что-то иное, возможно таким образом они тестируют какую-то новую разработку, которую в будущем будут использовать против деревень. Если оно так, то нужно их немедленно остановить, а также доложить об этом как стране Огня, так и стране Молний.

— Хорошо, пошли дальше, нам нужно найти штаб… — уводя прочь от толпы людей, пробормотал Учиха.

Ямамото, также бродил среди всех этих уже давно потерянных людей. В их глазах он больше не видел знакомых, друзей или просто нормальных здравомыслящих жителей. Они теперь под властью чего-то непостижимого… явно демонического и страшного. И от этого его гнев только рос, он не мог простить Норайо Нео, не мог смириться с тем, что тот позволяет жителям всё дальше и дальше уходить от человеческого, становиться незнамо чем.

— Когда я найду тебя… — прошипел он, расталкивая пред собой людей, — моя катана это последнее, что ты увидишь перед тем как попадёшь в ад.

Они договорились встретиться около одного из самых высоких зданий в городе. Оно было выше остальных где-то в три или четыре раза, а также на крыше этого здания, да и в окнах были заметны иногда патрулирующие шиноби в белых одеяниях.

Боруто шагая вперёд к зданию, вдруг заметил взглядом рядом проходящего мальчика… он был таким худым и казалось, эта дрянь внутри него, пожирает всю еду, что он пытается уместить в себя, но не даёт ему умереть. Заставляет продолжать жить и кормиться, ощущая дикие боли, как в суставах, так и в органах. Его бледные выпирающие из глазниц глаза, столкнулись со взглядом блондина, и в этот момент, Боруто не выдержав столь тяжёлого взгляда, сдался первым отвернув голову куда-то в сторону, зажмурив глаза.

«Почему? Почему все они заражены?!» вторил в голове Боруто, не понимая, что здесь замешана «Кара». Все эти люди не заслужили такой страшной участи, так за что же их всех, отравили… Внутри Боруто просыпалась слепая злоба, неважно кто это был, неважно для чего, но это было бесчеловечно, негуманно и отвратительно.

— Тот за кем мы идём… как-то связан с этим? — спросил Боруто у своего учителя.

— Да… — тяжело вздыхая, ответил Саске.

— Ясно. — коротко ответил Узумаки, продолжив путь.

Теперь Боруто и сам хотел лично встретиться с этой тварью, что знала обо всём этом, но никак не препятствовало. Он хотел взглянуть ему в глаза, чтобы увидеть в них хоть что-то человеческое и сожалеющее о том, что творило все эти годы.

Так как была практически ночь, люди потихоньку начинали рассасываться по домам, оставляя улицы заметно пустыми. Не успели вторженцы оглянуться, как тут же остались практически одни. Они все, словно по команде, начали уходить в дома…

— Что за… — заметив странность произнёс Учиха, как тут же заметил перед собой несколько людей в белых балахонах, что видимо начинали патрулировать улицы. — за мной Боруто!

Они тут же переместились на крыши зданий, поняв, что улицы теперь будут патрулироваться, так что теперь оставалось только переть до предполагаемого штаба по крышам и тёмным местам. Однако прежде, Саске решил облегчить поиск.

Найдя одиноко стоящего патрулирующего, что курил возле переулка, Саске одним быстрым движением вырубил того, а после взвалив на плечо, уволок в самый дальний тёмный угол, где их невозможно было засечь.

Открыв ему глаза, Саске тут же активировал шаринган, после чего разум ниндзя, мгновенно попал в гендзюцу Учихи. В первую секунду, он словно вздрогнул всем телом, широко раскрыв глаза, а после обмяк.

— Где ваш штаб? — спросил Саске.

— Высокое кирпичное здание с несколькими этажами… Оно практически на окраине города… — ответил монотонно тот.

Теперь Учиха был уверен, что они были на верном пути, когда выбрали именно то здание, а значит не нужно заморачиваться с Ямамото-саном, так как он как раз туда и направился.

— Хорошо. Следующий вопрос: где ваш смотритель? Где Норайо Нео?

— Мне это неизвестно… я получил приказ о патрулировании города от Капитана Мироу… — ответил вяло ниндзя.

— Ясно… а где этот Мироу и как он выглядит?

— В штабе… на нём красная повязка, обозначающая его положение. — ответил тот.

Получив информацию, Саске заставил допрашиваемого снова отключиться. Боруто стоящий рядом, уже знал куда им идти и за кем именно.

— Ну что, идём? — спросил блондин, как только Учиха встал на ноги.

— Да. — ответил черноволосый и они тут же исчезли оставив за собой лишь прозрачные образы.

Незаметно перемещаясь по крышам, они наконец добрались до нужного кирпичного здания, засев у одного из окон второго этажа. Саске внимательно осмотрев все окрестности данного здания, всё-таки нашёл Ямамото-сана и довольно вовремя, так как его кто-то всё же нашёл и уже хотел было увести в неизвестное направление.

— Чёрт вас дери… — прошипел тот, — я конечно обещал, но похоже выбора у меня больше нет.

Резко вытащив клинок из ножен, он одним быстрым движением перерезал горла двум шиноби, что заметив его хотели уже было отвести и допросить. Кровь тут же хлынула из их шеи, а из рта доносились лишь какие-то булькающие звуки. Никто их не услышал, а потому никто и не заметил.

Тут же рядом с ним приземлился Учиха, а следом за ним и Узумаки. Заметив трупы, Саске осуждающе глянул на Ямамото-сана, подумав о том, что он уж слишком радикально справляется с людьми… хоть они и вражеские шиноби, но вот так просто лишать их жизней, было не очень правильным решением.

— Знаю, знаю, что ты хочешь мне сказать Учиха. — опередил его Ямамото. — Но я даже и капли сочувствия не испытываю к ним, зная о том, что они позволили всем жителям и даже детям стать такими… — в его голосе ощущался гнев и одновременно с этим печаль, вновь, Учиха уже слышал этот тон от него, когда он рассказывал ему о жителях.

— Так или иначе, постарайтесь сдерживать себя с ними. — всё же настоял на своём Саске, повернувшись к железной двери, что вела в штаб.

Боруто решил не встревать в их разговор, так как чувствовал, что только дров наломает. Однако в душе, всё же был за Ямамото-сана, так как также ощущал ненависть к этим «недо-шиноби», что позволили своим практически родным людям, стать какими-то ходячими трупами.

Как только они всё решили, Саске первым открыл дверь и зашёл внутрь. Следом зашли Ямамото и Боруто. Перед ними предстал небольшой коридор, в конце которого была лестница ведущая на второй и третий и так далее этажи. По бокам также виднелись два прохода, здесь видимо была караулка или что-то вроде того. Учиха просканировав обе комнаты по бокам, заметил, что слева стоят два силуэта, видимо это сменщики тех караульных.

Дав жест того, что в левой комнате есть двое людей, тут же тихонько начал подступать к проходу, чтобы посмотреть, возможно ли незаметно проскочить. Аккуратно выглянув из-за угла, он понял, что они сидят на диване спиной к ним. Поэтому можно было всё же пройти мимо, что они и сделали.

— Чёрт, от этого города блевать охота… С каждым днём, люди выглядят всё хуже и хуже… Что интересно, они такого хавают? — поинтересовался один у другого сидящего на диване.

— Хрен его знает. Нам не докладывают об этом. Говорят, раз хотите заработать, то просто следуете указаниям и всё, без каких-либо вопросов. Ну мне в принципе плевать, и тебе советую не совать свой нос в это дело, а то и убить могут. — предупредил того, напарник.

Они тоже не знают этого… похоже, все здешние шиноби не из этого города. Они прибыли сюда, чтобы просто служить вот и всё… «Кара» хорошо постаралась, раз уж даже шиноби из других деревень сюда засылает.

Поднявшись на третий этаж, Учиха вновь заметил ещё троих людей. Эти уже стояли прямо в коридоре и видимо следили за тем, чтобы никто не проник через окно например, что очень даже умно… всё же этот Норайо Нео знает, что к нему могут проникнуть не абы кто, а настоящие ниндзя.

— Нужно их вырубить… — шепнул Учиха своему ученику, — Ты возьмёшь того что слева, а я того что справа, понял?

— Да.

По команде, они тут же рывком прыгнули вперёд на противников, с силой ударив по затылку, третий же получил также по горлу кончиком ножен катаны, от чего не смог крикнуть, схватившись за горло. В тот же момент Боруто зарядил тому ногой по голове, от чего тот сразу же упал на пол без сознания.

Продолжив свой путь на вершину этого здания, они наконец добрались до пятого этажа, что был последним. Как только они начали подниматься, то вдруг услышали переговоры нескольких шиноби.

— Отряд посланный сжечь всех тех, кто был причастен к нападению так и не ответил и не вернулся. Похоже они были убиты и теперь нужно ожидать любой атаки от противников.

— Вы правы, но что насчёт нашего смотрителя? Куда он подевался?.. — спросил один из подопечных.

— Вам нельзя знать. Есть большой риск, если вас схватят и допросят, то точно узнают где он находиться. Поэтому лучше продолжать патрулирование в неведенье. Просто знайте, что эти ублюдки, придут именно за ним, а не за вами.

— Столько лет мы не знали никаких проблем и на тебе, пришли эти чёртовы Коноховцы и теперь всё пошло по… одному рыбному месту. Докладывайте мне всё, что происходит в городе, понятно? Если кто-то не явился на участок патрулирования, доложите мне и зовите отряды особого назначения. Не хватало ещё того, чтобы они сюда проникли…

— Есть!

— Всё, валите уже на посты!

Как только шаги исчезли, Учиха проверил широкую комнату шаринганом. Никого кроме него там больше не было, очень глупо с их стороны оставлять Капитана без защиты… но зачем жаловаться, если это только на руку?

Комната была просторной. Справа виднелся рабочий стол, за которым явно сидел как раз-таки смотритель. Также в углу стояли несколько ящиков для документов, в которых явно была вся информация по поводу того, что здесь происходит. Справа же виднелся также ещё один стол с оборудованием для переговоров, а также ещё несколько мониторов. Саске предположил, что с помощью этих технологий, он общался с «Карой» которые как раз и давали ему разные указания.

Появившись моментально перед Капитаном, Саске вогнал тому в живот свой сапог, от чего шиноби вскрикнув отлетел назад врезавшись спиной в оборудование, которое тут же начало искриться. Подбежав и ударив тому в живот ещё раз уже с кулака, Учиха задал вопрос:

— Где ваш смотритель?

— На моём хуе, сам посмотришь или тебе помочь?.. — съязвив, ответил тот.

Саске схватив того за голову, а после резко ударил лицо об колено. Из носа мужика хлынула кровь, а разбитая губа неприятно отдавала вкусом металла.

— Что здесь мать вашу происходит? — задал очередной вопрос Учиха.

— Не твоё собачье дело, коноховская шлюшка. — выплюнул капитан.

— Похоже с ним только шаринганом Учитель… — вздохнув, сказал Боруто.

— Да, видимо придётся его использовать… — резко раскрыв глаз с ярко красным глазом, ответил Учиха.

Тут же в глазах шиноби появился страх, который пропал как только шаринган активировался. Он, как и предыдущий допрошенный, стал сонным и вялым. Сняв его маску, Учиха заметил его каштановые короткие волосы и небольшие усики что торчали в разные стороны. Вытянутое лицо, на котором не было совершенно никаких эмоций.

— Для начала… что происходит с жителями? — задал вопрос Учиха.

— Они все являются частью эксперимента… Мы подмешиваем им в еду и воду особую разработку в виде порошка, которая должна проявить в их организме регенерацию клеток… В наши обязанности, также входит приказ следить за ними и записывать всё, что с ними происходит: от кожной сыпи, до голодания организма… — вяло ответил шиноби, глядя туманными глазами куда-то сквозь Учиху.

— Регенерацию?.. — повторил Узумаки, — Кто? Кто вам это приказал?! — рявкнул разгневанный Боруто.

— Тише!.. — шикнул Учиха, — Кто вам это приказал?

— Кара… — тут же ответил он, а после словно вздохнув от бессилия и принятия того, что он только что рассказал им очень важную и опасную информацию.

— Что? Что такое «Кара»? — вопросил Боруто, впервые слыша об этой организации.

— Разве не «Немезида»? — также пребывая в ступоре, добавил Ямамото.

Учиха же уже понимая что эта за организация, тут же решил задать ещё один вопрос, который касался их главной цели на данный момент.

— Где сейчас Норайо Нео?

— Он отбыл в заброшенные шахты… Сказал, что будет ждать нашего сигнала, как только всё уляжется…

Шахты… в них по словам Ямамото и самого Нео, организация нашла что-то… раз уж решились взять полный контроль над шахтами, то и не просто так. Внутри них явно что-то скрывается. Учиха обдумывал то, что рассказал ему этот ниндзя. Особая разработка в виде порошка… ради проявления регенерации? Кара желает стать бессмертной, но ради чего? Власти или всё же за этим стоит что-то более опасное? В любом случае, всё кончено. Они всё записывали, а значит доказательств немерено, но вот причастность Кары похоже придётся немного урезонить, они могут понять, что на них уже напали и могут скрыться…

— Какая ещё Кара? Что всё это значит? — растерянно спросил Боруто у которого в голове было не мало каши, что и у Ямамото.

— Я вам объясню всё позже. Сперва мы должны одолеть Норайо Нео. В заброшенных шахтах, как я предполагаю, также что-то имеется.

Боруто бурил взглядом своего учителя, догадываясь о том, что тот темнит и намеренно не хочет говорить ему всю правду. Он никогда не любил, оставаться в неведении, так как это заставляло его чувствовать себя беззащитным, слепым и неполноценным.

— Очень надеюсь на то, что вы не забудете… — не спуская глаз с учителя, подытожил Узумаки.

Ямамото также ощущал недосказанность в словах Учихи, теперь, когда всё было практически раскрыто, Учиха явно не был удивлён тому, что услышал. Возможно он с самого начала лгал, когда говорил о том, что они идут в Страну Молний… или же он просто решил закончить дело здесь заранее… но зачем тогда впутывать сюда невинного мальчишку, да ещё и сына Хокаге?

— У нас мало времени, давайте уже поспешим. — сосредоточено, сказал Саске, открыв окно наружу. — Вы знаете дорогу к шахтам, Ямамото-сан?

— Да, я проведу вас туда. — ответил старик, решив сосредоточится на ледяном ниндзя.

Через минуту, два силуэта освещаемые луной, вылетели из здания, направляясь прямиком к горам. Саске вновь тащил на своей спине старика, что указывал им путь к старым и заброшенным шахтам, которые давным-давно были хорошим заработком для всех тех, кто хотел подзаработать. Однако не многие достигали желанного, работа шахтёра была опасна и не немало людей гибло в завалах или попросту теряли здоровье от количества пыли в шахтах, что оседала в лёгких и приводила к довольно печальным последствиям.

Многие жители говорили, что она проклята. Слишком много людей погибло, прежде чем их окончательно закрыли… а теперь ещё и эта напасть с «Немезидой» или «Карой» это уже было неважно. Город погряз в несчастьях, заставив своих жителей превратиться в оживших кукол, которыми манипулировали целых четыре года.

— Эти шахты, можно назвать — склепом… — вдруг задумчиво высказал Такаши, глядя на огромную гору впереди, что была освещаема лунным светом.

— Мы уж точно не собираемся там остаться. — уверенно произнёс Боруто.

Такаши нравился настрой пацана, однако сам же он в глубине души, ощущал что-то неспокойное. Словно скоро случиться что-то ужасное и очень страшное.

Они добрались до протоптанной тропы, что вела к воротам. Там же они решили всё же сбавить темп и перейти на шаг. Сами ворота были распахнуты, словно завлекая сюда троицу. За воротами виднелись несколько заводов, что видимо перерабатывали всё то, что добывали честные шахтёры, а после перепродавались в другие страны. Проходя мимо заводов, Боруто слышал, как звонко звенят цепи и как гулко гоняет ветер внутри пустых и тёмных помещений внутри этих уже давно мёртвых зданий… От этого ему становилось как-то жутко, вдобавок дрожи добавляли и слова самого Ямамото насчёт шахт… «Склеп» — это явно означало то, что в шахтах похоронено довольно много людей. Будь он здесь один, наверняка бы не решился идти дальше… Решив оставить всё так как есть.

Наконец минув заводы, они достигли того места, где предполагаемо и засел их общий враг. Небольшой туннель, обставленный балками, уходил далеко вперёд. Что удивило Ямамото, так это то, что теперь весь туннель был освещён совершенно новыми лампами. Похоже, что они и правда нашли здесь что-то очень им нужное.

— Я иду впереди, если что-то случится, сразу же бегите назад, поняли? — проговорил Учиха, направившись в туннель первым.

— Да… — ответил старик.

— Хорошо! — ответил ему Боруто, в глазах которого тут же появилась искра полной сосредоточенности.

Туннель был довольно длинным и с каждым пройденным шагом, они чувствовали, как их дыхание начинало потихоньку меняться от более спокойного — до тяжёлого. Здесь и правда от непривычки кислорода попросту не хватало. Однако они всё же добрались до лифта, что должен был их отправить в ещё одно монотонное путешествие. Сначала казалось, что он их наоборот окунёт в ещё более глубокие и тёмные пучины земли, но всё оказалось совершенно по иному. Лифт начал подниматься по наклонной вверх. И тогда они поняли, что гора и была фактически этой самой шахтой…

— Что за… — удивился вдруг Ямамото.

— Что-то не так? — насторожился Учиха.

— Лифт должен был нас опустить вниз… глубоко в шахты, но я впервые вижу, чтобы он поднимался по вертикали. — ответил тот озираясь по сторонам.

Боруто глянул в сторону, откуда они отъехали. Там и правда зияла огромная дыра, в которой похоже и была та самая заброшенная шахта. По правде говоря, он даже был рад тому, что им не пришлось спускаться туда вниз… Кто знает, возможно лифт бы сломался оставив их там в темноте навечно…

Как только лифт доставил их в совершенно иные шахты, они осторожно вышли из лифта. Везде были расставлены осветительные лампы, что предавали этому месту не такой уж жуткий вид. Они увидели перед собой огромный вырытый туннель, который вёл в ещё несколько поменьше. Здесь также виднелись следы пребывания рабочих. Кто-то даже не успел доесть свой обед, оставив тот пылиться на одном из выбитых камней. Повсюду лежали разные ящики с инструментами, каски и всему тому подобное…

Троица не понимала, куда делись все остальные рабочие, так как было видно, что здесь они пребывали достаточно недавно… Зайдя за угол одной из колонн, Боруто вдруг увидел окровавленные следы на стенах и подозвав остальных, всё ещё пребывал в шоке от увиденного…

— Что за… — также испытав омерзение, прошипел Саске.

— Он явно не в себе… — добавил от себя Ямамото.

Перед ними предстал труп одного из рабочих. Он был насквозь проткнут одним из ледяных шипов Норайо Нео… шип проходил аккурат через живот и выходил уже из затылка бедного человека, на лице которого читалась невероятная гримаса боли.

Проходя всё дальше и дальше по туннелю, они находили трупы рабочих всё больше и больше… каждый был так или иначе убит лично ледяным ниндзя. Одному он заморозил руки, а после вырвав их из ещё живой плоти, тут же вонзил прямо в грудь хозяину. Другой был прибит к стене несколькими ледяными шипами. Ещё один лежал на земле с сосулькой в голове, что словно была прибита кем-то к земле. Вокруг них был словно огромный зал манекенов, каждый из которых так или иначе уже был заморожен…

— Больной ублюдок… — сквозь зубы процедил Боруто, глядя на трупы обычных людей.

— Я конечно верил, что он тот ещё урод… Но ведь не до такой же степени… — всё ещё пребывая в шоке, пробормотал Такаши, крепко сжимая в руке катану.

— С ним явно что-то случилось, он не мог просто так перебить всех их… В момент окончания нашей битвы, я пробил ему живот и был уверен, что он умрёт от кровопотери. Но каким-то чудом, он смог спастись… и кажется я теперь понимаю, как именно.

— Те эксперименты с регенерацией… — уловив то, что хотел сказать учитель, также добавил от себя Боруто.

— Именно. Похоже у него был образец или что-то ещё… Нео был вынужден это принять, вот и скатился с катушек.

Внезапно повеяло внезапным холодом, от которого все трое тут же напряглись встав в боевые стойки. Стены шахт начали покрываться инеем, воздух похолодел, из носа и ртов ниндзя, тут же повеяло горячим паром. Он был здесь… рядом, возможно уже сидел в засаде, чтобы напасть.

— Скатился… с катушек… — еле выговорив, произнёс Нео.

Все трое не понимали, почему его голос так близок, но они его не видят… Пока блондин не догадался посмотреть наверх. Подняв глаза, он тут же встретился с нечто страшным и столь шокирующим…

— Да что ты такое?.. — открыв рот, вопросил Боруто.

Норайо Нео, гулко ревел от боли, которая приносила ему усиленная регенерация. Организм не выдерживал столь чудовищного исцеления, начиная потихоньку истощаться. Лоно чакры переполнялось, выпуская на волю дикий холод, который замораживал всё вокруг. Мышцы начинали постепенно трухлеть, и вскоре, тело некогда сильного ледяного смотрителя, превратилось в нечто напоминающее скелет.

— Спасите меня… хочу спрятаться от неё… — хрипел он, поднимаясь на ноги.

Глаза метнулись в сторону откуда он пришёл. По пещерам раздались голоса… и два из них принадлежали тем, из-за кого он и стал таким. В глазах блеснула ярость, и он в тот же миг заставил своё тело вновь двинуться с нечеловеческой скоростью.

Он больше не ощущал себя человеком. Скорее диким зверем, который хочет убивать всё что попадается в поле его зрения. Он смутно помнил из-за чего он хотел их убить, но это уже неважно. Они здесь и ненависть к ним, только растёт... так зачем же задаваться вопросами, если можно утолить жажду?

Бесшумно переметнувшись аккурат над ними, он начал выжидать. Они не сразу заметили его… Их речь для него перестала быть чем-то родным… Норайо Нео практически позабыл о том, как говорить. И всё же, они наконец заметили чужое присутствие. Как дичь ощущает опасность перед неминуемой гибелью от хищника.

— Скатился… с катушек… — еле как повторил Нео, словно осколки прежнего сознания всё ещё понимали, что это означает. И почему-то стало грустно. Последние доли разума всё ещё отдавались эхом, личность кому принадлежало это тело, гулко заревел, но не от гнева, а от осознания, что это конец для него. Ему хотелось рыдать от того - чем он стал. Но спустя мгновение и это чувство поглотилось гневом и животным желанием разорвать всё на части.

Первым кто поднял голову стал блондин. Его то он и решил убить первым.

— Да что ты такое?.. — глядя на него, изумлённо вопросил Боруто.

Все остальные также последовали за взглядом Узумаки, ужаснувшись новому облику того, за кем они сюда и пришли. Одежда, что была на нём, пропала оголив его истощённый торс. Кожа практически стала прозрачной, обнажив множество сосудов, по которым гулко перегонялась кровь. Глаза полностью впали в глазницы, а рот в оскале издавал какие-то странные звуки и хрипы.

Он резким движением полетел вниз, прямиком на Боруто, решив первым делом оторвать голову ему. Однако Саске, вытащив свой клинок, кинул его в грудь Нео. Катана насквозь пронзила худощавое тело, тем самым отбросив монстра от блондина.

Такаши также обнажив лезвие своего клинка, встал в оборонительную позу. Внимательно глядя на странное существо, что раньше было смотрителем города. Ему не верилось во всё то, что сейчас происходило с ним.

— Я упокою твою душу. — твёрдо сказал Ямамото.

Саске активировав шаринган, решил всё же сжечь это существо, так как он явно был опасным и источал нестабильную чакру. Боруто отчётливо видел, как его организм истощался и в то же время пытался исцелить себя. Этот яд, которым пичкали тех жителей, просто полностью поглотил тело этого нечастного. Кем бы он не был… подобного наказания человек не заслуживает.

— Отойдите Ямамото-сан! — крикнул Учиха, — Я спалю его пламенем!

— Нет, я отсеку ему голову. — тут же рявкнул самурай.

— Он больше не тот, кем был раньше! Подумайте о своей семье, чёрт вас подери! Стоит ли из-за дома, рисковать своей жизнью?! — не выдержав, выкрикнул Саске.

Нео услышав крик, тут же метнулся вперёд. Клинок Саске всё ещё торчал из его груди. Казалось словно он этого и не замечал. Такаши всё это время сосредоточено глядел на монстра, ожидая атаки в лоб. Как только Нео подлетел достаточно близко и уже было готов был вцепится когтями в лицо самурая, тот плавным и молниеносным движением тут же нанёс удар катаной рассекая грудь.

Человеко-подобное существо тут же взвизгнуло от боли, упав на твёрдую поверхность. На груди виднелся довольно глубокий разрез от катаны. Взглянув на него, существо застучало зубами от гнева, попутно залечивая рану.

— Не вмешивайся, Учиха… — предупредил Ямамото. — Это только мой бой. Ты ведь помнишь, что обещал?

Саске сжал пальцы в кулак, понимая, что обещание нарушать всё же нельзя. Однако и просто стоять и смотреть на это он не мог. Узумаки же, вообще ничего не слышал. Его испуганный взгляд был прикован к странной твари, походящей на что-то среднее между ожившим трупом и животным.

Тварь как только залечила рану, тут же изменилась… Её поведение стало более осмысленным и сдержанным. Казалось, она понимала, чем для неё грозит ещё одна оплошность. Да, гнев всё ещё пылал в ней, но она словно контролировала его… Направляла в нужную сторону.

Самурай вновь встал в особую оборонительную стойку, подняв клинок над виском, держа его плотно двумя руками. Он видел, что в этом существе больше не было ничего человеческого. Его взгляд был пустым и злым, как у демонов.

Нео встав на четвереньки, вновь яростно зарычал на Ямамото, приготовившись к прыжку. Тот в свою очередь уже был готов отсечь голову этой твари. Ещё секунда и монстр с невероятной скоростью полетел на самурая оттопырив пальцы на руках, чтобы приготовиться разрезать тело ненавистного мечника в клочья.

Боруто в последний момент заметил странное изменение в теле ледяного монстра. Чакра что вырывалась из его тела, обрела некую форму, которая обтекала вокруг всего тела. Клинок Ямамото тут же треснул, сломавшись об укреплённую кожу.

— Что?! — только и успел вскрикнуть Такаши.

В тот же миг, его правый глаз пронзила острая боль, а затем и грудь вместе с правой рукой. Монстр, оставив глубокие и рваные раны, тут же со всей силы ударил в грудь, разломав рёбра. Самурай полетел в сторону Саске и Боруто, разбрызгивая во все стороны алую кровь.

Учиха поймав того в воздухе, тут же отдал в руки Боруто со словами:

— Возьми и отведи его в безопасное место!

— Х-Хорошо! — ответил тут же Боруто, приняв тело окровавленного самурая.

Он поплёлся вместе с ним прочь оттуда, тогда как Саске повернувшись к ледяному демону, тут же приоткрыл риннеган. Пнув в сторону противника камень, он активировал «замещение» и тут же оказался прямо перед ним. Не теряя времени, он схватил свой клинок, тем самым причинив невероятную боль монстру. Рана тут же исцелилась, однако тело всё продолжало и продолжало истощаться.

Его движения не были похожи на что-то осмысленное. За такими движениями хуже всего следить, так как предугадать их, сложнее всего. Нео своими когтями, пытался настигнуть глаз Учихи, так как всё ещё помнил о том, что они у него главное оружие.

Увернувшись от очередного замаха, Учиха резко сделал выпад клинком прямо в глотку. Катана пробила затылок, насквозь пройдя через голову смотрителя. Саске решил, что подобный удар наконец остудит его пыл, но всё произошло в точности да наоборот. Нео, не складывая каких-либо печатей, резко выстрелил из своей глотки холодным паром, который в мгновение покрыл клинок льдом. Отскочив от него, Саске уже хотел было использовать чёрное пламя, но Нео опередил того, быстро создав вокруг себя щит из огромных щипов, что вырывались из каменистой породы под ним.

— Плохо дело… — пробормотал Учиха, заметив как всё вокруг начинает дрожать. — Если он продолжит использовать нечто подобное, мы все здесь застрянем. Надо выбираться на открытую местность.

Узумаки сидел рядом с раненым Ямамото, судорожно пытаясь обтянуть раны хоть какой-нибудь тканью, дабы остановить кровь. Но всё было тщетно. Кровь уже начинала растекаться по полу, от чего Боруто только лишь и повторял «Чёрт! Чёрт! Чёрт!»

Ямамото Такаши, всё ещё крепко держал рукоять своего уже сломанного клинка… Боруто обессилено вздохнул, а после дрожащим голосом прошептал:

— Я же… обещал ей. Чтоб тебя, я же обещал ей, что уберегу вас!

— Но ты ведь знал… — еле слышимо прохрипел успокаивающим голосом Такаши, — И я знал... Мне было суждено погибнуть здесь.

— Я хотел остановить вас, предотвратить то, что в итоге случилось! Но моё тело оцепенело от… от…

— Страха. — закончил за него самурай, — Мы все чего-то боимся, и ты не должен винить себя лишь за то… что ты чего-то боишься. У тебя поистине страшный дар… но ты должен научится принимать всю боль… Потому что в будущем, ты ещё не раз с ней столкнёшься. — из его глотки вырвался кашель вместе с кровью.

— Сначала сестра, а теперь… — продолжал дрожащим голосом, говорить Боруто. — Почему всё так… невыносимо?!

— Мне не о чем сожалеть… Единственное что, так это наверное моя дочь. Я так и не успел научить её как следует… — его голос становился всё тише и тише, — Боруто, у меня к тебе есть одна просьба…

— Какая?..

— Ты ведь… говорил, что уже сражался с катаной… И даже победил… да?

— Да… — смутно вспоминая тот миг, ответил Боруто.

— Тогда ты как никто другой подходишь на эту роль… Возьми в руки свой клинок и избавь от мучений Норайо Нео.

Эти слова гулким эхом прошлись по ушам блондина. Снова проснулись те чувства, которые он успел позабыть. Чувство невероятного гнева и ненависти. По его глазам текли горячие слёзы, и как только те капнули на ладонь, печать тут же ответила на его ненависть и горечь. Дотронувшись пальцами до рукоятки катаны, что была на его поясе, та сразу же начала искриться молниями.

— Я верю… в то, что ты настоящий воин… — закрыв глаза, на последок прошептал Ямамото. Его грудь в последний раз поднялась, а затем медленно опустилась, уже навсегда.

Саске использовав «клинок чидори» разрезал образовавшиеся шипы из льда, тем самым разрушив защиту Нео. Однако тот был уже практически на пике своих сил, чакра уже просто не могла больше держаться внутри него, а потому выходила в виде его природной стихии наружу. Он уже напоминал мумию, которая восстала из мёртвых, но никак не человека. Из-за резкой потери веса, он стал ещё быстрее. Благодаря чакре, что чудовищными потоками циркулировала по его телу, он мог хорошо двигаться. Прыгнув на стену, он быстрыми движениями начал ползти к Учихе.

Саске заметив быстро приближающуюся иссохшую фигуру, тут же создал в правой руке чидори. И как только тварь накинулась на него, он резким рывком выставил перед собой руку, дабы пронзить грудь Нео. Ледяной монстр в свою очередь, резко перехватил руку. Сила потоков чакры что циркулировала по его телу, была настолько сильна, что даже Саске не мог вырваться из мёртвой хватки.

— И это всё чакра?! — изумлённо воскликнул он, глядя на оживший труп без намёка на какие-либо мышцы.

Из глотки существа начал идти пар, который достигнув пальцев Учихи, тут же начал покрывать их льдом. Саске активировал левый глаз, после чего морда твари тут же вспыхнула чёрным пламенем. Нео зарычав от гнева, схватил ненавистного Учиху за горло, решив раздавить гортань. Саске уже хотел было использовать Сусано, как вдруг где-то в стороне, образовалась странная вспышка, которая ненадолго ослепила его. Мёртвая рука твари куда-то пропала, после чего и сам Учиха ощутил странную силу притяжения, которая откинула его куда-то в сторону.

— Что за?.. — приоткрыв глаза, пробормотал он, а после ужаснулся.

Иссохший монстр был прибит к стене, странным предметом… Как только Саске присмотрелся, то понял, что это рукоять от катаны Ямамото-сана. Устремив свой взгляд в другую сторону, он увидел медленно шагающего Боруто… Учиха впервые видел его таким. Печать на руке снова активировалась, покрыв собой всю руку и правую часть лица. Левый глаз был закрыт, тогда как правый ярко сиял голубоватым оттенком. В руке Боруто крепко держал клинок искрящийся молниями, что когда-то послужил ему первым убийством.

— Боруто… — попытавшись привстать, воскликнул Саске.

Однако в тот же миг, он ощутил снова неведомую силу, что впечатала его в пол.

— Я тебя так ненавижу… — в голосе Боруто, Учиха ясно слышал нотки гнева и холода. Он понял, что Ямамото всё же не выжил. — Хоть я тебя и впервые вижу, но ты уже мне омерзителен. Ты чуть не убил моего учителя, сжёг дом человека, что помог мне, а теперь ещё и убил его… Тебе нет прощения, твоя жизнь не стоит и гроша!

— Боруто! — отчаянно пытаясь достучаться до блондина, кричал Учиха. — Ты не должен брать на себя этот грех!

С помощью риненгана, он отменил странную технику, что заставляла его вжиматься в пол. Он поднялся на ноги и побежал к своему ученику, дабы остановить его. Саске обещал себе, что не даст ни ему, ни его дочери погрузиться во тьму.

Внезапно его вновь окутала странная сила. Она была настолько сильна, что как только он её почувствовал, то резко замер. Поднявшись воздух, он вновь полетел назад, но теперь его прижимало к стене без какой-либо возможности повернуть головой в сторону.

Ледяной монстр, до этого испытывающий гнев и злобу, вдруг встретился с невероятно сильной ненавистью, которую раньше никогда не встречал. Эмоция эта была настолько сильна, что его гнев переменился безумным страхом. Он пытался вжаться в стену, сделать так, чтобы он не видел его, так как взгляд странного существа перед ним, коим являлся Боруто, заставлял тело дрожать.

— Сдохни. — ровным голосом сказал Боруто, а после вонзил клинок прямо в грудь, прорезая себе путь всё выше и выше.

Норайо Нео, ощутив невыносимую боль, попытался отбиться, схватив парня за руки, чтобы превратить того в ледяную статую, однако ничего не произошло. Лёд словно поглощался его телом. Поняв, что ему его не победить, он начал неистово кричать, пытаясь отбиться беспомощными кулаками.

Как только клинок прорезался до ключицы, блондин резко разрезал кость, тем самым разбрызгав кровь во все стороны. Следующий замах был финальным, им он отсёк голову некогда человека в прошлом. Крик тут же прервался, а тело которое до этого беспомощно дрыгало руками и ногами, тут же обмякло, повалившись на бок.

Узумаки взглянул на свои руки, покрытые кровью, а затем на клинок также окроплённый густой кровью, что капала с лезвия… Перед глазами, вновь вспыхнул тот момент. Он уже видел это, однако до сих пор, считал это лишь совпадением. Нет, скорее он хотел верить в то, что это лишь совпадение.

— Это… неизбежно… — обречённым голосом, произнёс Боруто, — Сколько боли ещё покажет этот глаз? — упав на колени, ревущим голосом, простонал Узумаки.

Сила что удерживала Саске, тут же рассеялась. Наконец освободившись от странного притяжения к стене, Учиха заметил обезглавленное тело, окружённое лужей крови. Его ученик сидел на коленях и рыдал от вспыхнувших в нём и перемещавшихся эмоций. В этот момент, Саске почувствовал себя особенно беспомощным. Он не смог спасти Ямамото-сана и не смог уберечь своего ученика от тяжкого греха… И ведь всё могло пойти по другому, если бы он тогда всё-таки остановил его от этой ужасной техники…

Медленно подойдя к своему ученику, он положил на его плечо свою ладонь.

— То что совершенно, уже не исправить. Эту боль, мне не унять… не сдерживай себя, пусть вся горечь выйдет из тебя. А я буду ждать… — поникшим голосом, проговорил Саске.

Боруто не мог остановить слёзы. Его сердце бешено стучало, а лёгкие словно сжались и не давали воздуху нормально пройти. В голове проносились смерти, одна за другой, снова тот сон, который он видел этой проклятой ночью… Узумаки ощутил себя беспомощным и столь жалким, что хотелось просто исчезнуть и забыть обо всём. Навсегда.

— Ну… как тебе наша деревня? — спросил Конохамару.

Он и Каваки направлялись на восьмой полигон. Сарутоби искоса глядел на своего нового ученика и видел, что тот по-прежнему относиться ко всем с недоверием. Это было и не удивительно… месяц в камере всё же давал о себе знать. По правде говоря и сам Конохамару не очень-то доверял ему, так как всякое возможно, и не исключено, что он лишь пытается втереться в доверие таким способом.

— Неплохо. — ответил коротко Каваки, скрестив руки на затылке.

Протектор что дал ему Наруто, теперь был обмотан вокруг ремня на поясе. Всё же от этого пацана стоило ожидать нечто подобного. Он не обычный ребёнок… в нём есть какой-то дух бунтарства и Конохамару отчётливо видел это.

Дойдя наконец до полигона, первым кого они увидели была Сарада. Каваки конечно мало знал её, однако подсознательно уже начинал улавливать то, что она будет той ещё занозой в заднице. Прошлым вечером, она хоть и представилась ему, но он отчётливо видел, что она сдерживалась при Хокаге. Её высокомерный взгляд, всё уже говорил о ней.

— Привет. — первым поприветствовал Каваки.

— Да… и тебе тоже. — без особого энтузиазма ответила Сарада.

— Похоже Мицуки опаздывает, — решив хоть как-то скрасить диалог, заметил Конохамару. — Каваки, так как ты новичок, то должен обязательно уяснить для себя, что такое — командная работа. Все наши миссии так или иначе будут требовать от тебя выполнения моих приказов, а также хорошей командой работы.

Для Каваки нечто под названием «командная работа» было за гранью понимания. Он всю свою жизнь боролся в одиночку, у него никогда не было как таковых «товарищей» с кем он, мог бок о бок сражаться.

— Я постараюсь… — неуверенно ответил он, задумчиво устремив свой взор себе под ноги.

В этот же момент на полигоне появился и Мицуки. Он виновато улыбнулся, сказав о том, что у него были кое-какие дела. Углубляться никто так и не стал, так как все пришли относительно вовремя. Вот только Каваки всё ещё ждал Наруто, так как тот ведь сказал, что придёт и даже сразиться с ним…

— Не волнуйся, Каваки, — заметив волнение на лице своего нового ученика, сказал Конохамару, — он придёт. Просто у него такая вот особенность… Хокаге частенько опаздывает. Давайте лучше начнём нашу тренировку. — вытащив из задней сумки знакомые колокольчики, связанные красной нитью, предложил он.

— Мы ведь раньше уже этим занимались, — высказала Сарада, — неужели вы хотите нас снова испытать уже с Каваки?

— Да, заодно посмотрим, на что ты способен. — прицепив их к своему жилету, ответил тот. — Каваки, суть данной тренировки очень проста. Ты должен забрать у меня эти колокольчики, покажи мне всё, на что ты способен.

Каваки поняв, что нужно делать, тут же размял кулаки. В глазах появился недобрый огонёк, а печать на руке, начала формироваться в похожую татуировку, что была и у Боруто. Однако у него она отличалась формой изгибов, что находились на лице, а также цвет её был кроваво-красный, а не голубой.

Конохамару немного встревожился увидев активированную печать, однако отбросил мысли о том, чтобы попросить его не использовать её. Всё же ему нужно было также понять, что это за сила, а проверка на себе в качестве тренировки, очень даже была кстати.

Мицуки и Сарада, также глядели с нескрываемым интересом и настороженностью. Мицуки тут же вспомнил о том, что и у Боруто была похожая печать. Это резко изменило наклон его интереса в сторону новичка. Он мог быть как-то связан с блондином, раз у них практически одинаковые печати.

— Ладно, начнём насчёт три.

Раз…

Мицуки тут же встал в боевую стойку крепко сжав в руках кунаи. Изначально у него практически не было желания проводить сегодняшнюю тренировку, однако внезапное проявление печати у новичка, вызвало в нём бурный интерес.

Два…

Сарада активировала шаринган, решив также не отставать от Каваки. Хоть у него и была странная сила, которая похоже была как-то связана с Боруто, но она также почему-то хотела обыграть его, стать лучше и сильнее, а потому проигрывать было ни в коем случае нельзя.

Три!

Каваки бросился с места, оставляя на земле заметные глубокие следы. Конохамару тут же поставил блок, решив проверить насколько он силён. Как только кулак достиг блокирующей ладони, Сарутоби мгновенно ощутил силу удара, всё тело немного отбросило назад, однако он всё же сумел выдержать его.

Сарада удивилась такой скорости и силе удара. Даже со стороны чувствовалась мощь в движении этого парня и для этого, даже шаринган не нужен был. Мицуки же не придал этому какое-либо значение, так как завидев печать, сразу понял, что это даже не предел его сил.

— Неплохо, — натужно оценил удар Сарутоби. — однако цель — получить колокольчики, а не прибить учителя.

— Вы не сказали, как достать их, а уж у меня есть свои методы. — ответил быстро Каваки, после чего, перехватив блокирующую руку Конохамару, наклонил тело в сторону, а после со всей силы замахнулся ногой в область виска.

Сарутоби, посчитал этот приём, довольно предсказуемым. Уклонившись от удара ногой, он тут же перехватил правую руку, а после сразу же потянул вниз к земле, прижав тело Каваки коленом и плотно держа другую руку заломленной.

— Ты должен научится кое чему. И один ты точно не сможешь этого достичь. — серьёзно проговорил Конохамару, а после исчез в белом дымке.

— Отлично… — сухо произнесла Учиха, — тебе стоит научится контролировать свою буйность.

— Не понимаю, какого хрена вы не помогли мне? — нервозно стряхивая пыль с одежды, задался вопросом Каваки, — Он был у вас на ладони и вы могли застать его врасплох.

— Для него было бы легче простого, ускользнуть от нас. Пойми же, в этом задании это не главное. — тут же попыталась объяснить Сарада. — Нам надо действовать сообща для того, чтобы отобрать колокольчики у учителя.

Каваки хотел было уже съязвить, но тут в голове появился образ Наруто. Ему не хотелось подводить его, ведь именно он подобрал ему эту команду и портить с ними отношение себе дороже.

— Ну ладно, — тяжко вздохнув, сдался он, — у вас есть план?

Сарада немного смутилась резкой перемене Каваки, однако продолжать спорить с ним не стала, решив что это хороший шанс, наконец покончить с этой уже раздражающей тренировкой. Мицуки же, тем временем, внимательно осматривался, так как знал, что учитель наблюдает за ними.

— Нам нужно передислоцироваться. Учитель явно наблюдает за нами. — предложил бледнокожий.

Три силуэта тут же исчезли с открытого поля, оставляя за собой лишь небольшие клубы пыли.

Конохамару был немного удивлён, столь быстрым сплочением. Он думал, что для этого понадобиться куда больше времени. Однако всё же он был рад, так как всё вело к тому, что в команде наконец появится полноценный соратник.

Что более интересно было для Сарутоби, так это то, что пацан не бил во всю силу… Хотя и этого было достаточным. Ладонь довольно сильно ныла от удара Каваки… думается, если бы он бил со всей силы, то защита не помогла бы…

— Он силён. Но всё же знает меру, похоже, Каваки действительно хочет стать частью деревни… — задумчиво проговорил Конохамару, засев в одном из укрытий. — Надеюсь у вас всё получится.

Эй... придурок! — прошёлся громким рыком по ушам блондина, лис.

Наруто, который до этого смотрел седьмой сон, попутно пуская слюни, тут же разлепил резко глаза, свалившись с дивана на пол. Спал он не в своей кровати, а на диване, что находился в гостиной. Пришёл Наруто домой, где-то в час ночи и решив даже не раздеваться, тут же грохнулся на мягкий и большой диван. Да и какая разница? В доме всё равно пусто… как и в детстве.

— Ч-что такое?.. — потирая отбитый бок, пробормотал он.

Ты ничего не забыл? — усмехаясь, спросил рыжий.

— Не знаю… Вроде нет… — всё ещё пребывая в полудрёме, пробурчал Наруто.

Лис удручающе вздохнул, понимая то, какой же всё-таки бестолковый у него сосуд. Однако всё же смягчился, понимая, что всё это из-за тяжёлой и многочасовой работы без отдыха.

Каваки сегодня проходит тренировку на одном из полигонов. Ты вроде как обещал ему вчера, что придёшь и даже бой ему тренировочный дашь… — напомнил тому Курама.

— Ох… и ведь точно! — больно приложив обе ладони к щекам, прокричал Узумаки. — Блин, блин, блин!!! Ты почему меня раньше не разбудил?! — недовольно крикнул блондин, натягивая на ноги сандали.

Я… кхм, тоже спал… — стыдливо прижав уши признался тот.

Голова трещала, глаза слипались, а тело предательски отдавало вязкой усталостью. Наруто хотелось бросить всё и рухнуть на кровать, чтобы хорошенько проспаться на несколько дней. Но, всё же дела не могли ждать и ему нужно было поддержать Каваки.

— Вот же непруха…

— Итак, мы мало, что знаем о твоих боевых способностях. Можешь нам рассказать, какими техниками ты владеешь? — спросила Сарада.

Техники… Для Каваки подобный вопрос был немного неудобным, так как эти самые техники то, он толком не знал. Конечно за эти недели, пока его учил Наруто, он также параллельно с этим изучал учебники и выучил парочку базовых техник, но не больше. Была ещё и «карма», но ей он принципиально не хотел пользоваться, так как боялся навредить им, всё же нужно было дождаться самого этого светловолосого идиота.

Они засели в одном из укромных мест, сидя друг на против друга в небольшом треугольнике. Перед этим, Сарада тщательно осмотрела местность своим шаринганом и не заметив какой-либо активности поблизости, всё же дала добро на этот небольшой штаб.

— Ну как сказать… — промямлил нерешительно Каваки, — я толком то, ничего и не умею из этих ваших «техник». У меня есть это, — активировав карму, уточнил он, — но ей я не собираюсь пользоваться… по крайней мере не в качестве оружия.

Сарада тяжело вздохнула, прикрыв глаза. Она думала над планом и тем, что они могли сделать против учителя. Так как он у них новенький, то ритма в бою никак не уловит, как это было с Боруто. Значит нужно будет как-то досконально проработать план, до мельчайших деталей.

— Мы… — начала было она.

— Мы можем заманить его в ловушку и обездвижить, — задумчивым голосом предложил Каваки. — но перед этим, надо его измотать.

— Довольно заманчиво конечно, но как ты собираешься это сделать? — поинтересовалась Сарада. — Я имею ввиду, обездвижить.

— Это довольно легко, но и сложно одновременно, — загадочно ответил тот, — перед тем как я захлопну капкан, нам надо его хорошенько измотать. Настолько, чтобы он даже простейшую технику не смог использовать.

Сарада хотела было вопросить: «а как ты будешь сражаться?» как тут же ей в голову пришёл ответ. Очень легко, даже легче чем им. Он сказал, что не будет использовать карму как оружие, но это ведь не означало, что он не будет усиливать своё тело этой самой кармой.

— Ты ведь из Учих… — обратился Каваки к Сараде, — Я читал о твоём шарингане в одном из учебников… Ты ведь можешь видеть его чакроканалы. Заодно и оповестишь нас о том, когда у него кончится чакра.

— Скажу, то скажу, но как ты собрался его изматывать? Он ведь не рядовой шиноби, а джоунин, на вряд ли он станет сидеть на одном месте и тратить свою чакру.

— Нужно будет заманить его в чащу леса, откуда лучше всего вести атаки исподтишка. Я собью ему дыхание, так что долго бежать он не сможет. Как только поймёт, что ему придётся всё же сражаться, к тому моменту, сил у него практически не останется. Я не думаю, что он будет использовать против нас опасные техники. Мы всё-таки его подопечные.

— Неплохо. — оценила Учиха, слабо улыбнувшись, — Похоже я ошибалась в своём мнение о тебе.

На это Каваки лишь хмыкнул. Мицуки же всё больше и больше понимал, что разница между Боруто и Каваки довольно большая. Странно, но чем больше он узнавал его, тем легче приходило осознание и принятие его как члена их команды.

— Ну, а ты? — вдруг обратился Каваки к нему. — Что ты умеешь?

— У меня есть техники стихии молнии и кое-какие связанные со змеями. — ответил без запинки тот. — Могу сражаться как на близкой, так и на дальней дистанции.

— Неплохо… Тогда будем действовать так…

Конохамару пытался выследить троицу, попутно думая о том, смогли ли они достигнуть понимания между друг другом или же у них снова началась перепалка? Глядя на Каваки, он ожидал какой-нибудь выходки или вообще ухода из деревни. Хотя это было маловероятно. Всё же этот пацан видит в Наруто что-то особенное. Возможно, что он решится напасть на него в одиночку, что очень даже вероятно.

— Надеюсь вы хорошо поладите… — прошептал тревожно Конохамару.

Вдруг из-за спины послышался шелест. Кто-то уже начинал действовать. Как только Сарутоби, хотел было обернуться, сверху на него вдруг прыгнул Каваки. Конохамару отбил удар его ноги, стараясь при этом не принимать всю тяжесть удара на тело. Всё же он концентрирует всю силу в своих замахах…

— Значит ты наконец решил действовать. Прискорбно, я думал ты понял настоящую цель этой тренировки. — разочарованно проговорил Конохамару.

— Харе болтать, задрал уже! — огрызнулся Каваки, а после тут же рванул к противнику.

Каваки пытался стянуть с жилета учителя колокольчики, однако каждый раз, тот ловко уклонялся, попутно совершая слабые удары и тем самым, нервируя брюнета. В очередной раз, когда Каваки попытался схватить колокольчики, Конохамару решил впечатать глупца в землю и наконец донести до него, что без товарищей он не сможет достигнуть цели. Но внезапно, левая рука Каваки тут же покрылась красными символами, после чего, одним толчком ноги, он сбил учителя с ног, а затем сжав крепко правый кулак, ударил прямо в бок.

Мать твою… Он специально сделал вид, что собирается отнять у меня колокольчики лишь собственными силами… Как же быстро он смог активировать печать — подумал Сарутоби.

Рёбра треснули, а внутренности буквально отбросило в другую сторону, отчего по телу прошлась до селе невиданная боль. Конохамару летел, не касаясь земли и ломая на своём пути все ветки. Вылетев на открытое поле, он несколько раз ударился о землю, прежде чем мгновенно встать на ноги. Однако долго так держаться он не сумел. Из глотки вырвался комок крови, после которой, он тут же упал на колени, держась за сломанные рёбра.

— Его удар был чудовищно силён… Что-то эта тренировка превращается в совершенно иное по смыслу действие.

Из чащи леса тут же выбежали Каваки и Мицуки. Это сильно удивило Сарутоби, так как он думал, что новичок всё это сделал в одиночку, но похоже у них был план… Теперь Конохамару судорожно искал взглядом Сараду, так как понимал, что и она возможно участвует в этом плане.

— Сарада, давай! — крикнул Каваки.

Учиха была встревожена. Она видела, какой удар пришёлся по её учителю. И даже ей, стало не по себе от увиденного. Конечно им нужно было забрать колокольчики, но стоило ли ради этого, заходить так далеко?

Однако, ей вдруг вспомнились слова отца, когда тот учил её метать сюрикены.

«Никогда не сомневайся в своих действиях. Если замешкаешься, то ошибка может стоит не только твоей жизни, но жизни твоих товарищей». Это придало ей уверенности и полностью на время запечатало жалость.

Она выпрыгнула из-за кронов деревьев, высоко вверх, одновременно с этим складывая печати. Конохамару тут же заметил её, и поняв какие именно печати она складывает, решил сразу же ретироваться.

В этот же момент Мицуки использовав змей, направил их в сторону учителя и плотно связал ими ногу, чтобы тот не успел сбежать. Сарада и Мицуки знали о том, что их учитель умеет использовать техники воды, однако, всё же тень сомнения проскальзывала, а сможет ли он со сломанными рёбрами использовать их?..

Но думать уже было поздно. Из рта Сарады тут же выстрелил поток пламени, который мог спалить человека заживо. Но Сарутоби изворачивался и не с такими ранами. Сложив быстро печати, он проговорил:

— Стиль воды: тайфун!

Конохамару также выстрелил из ротового отверстия стихией, но уже водной. Как только оба элемента столкнулись между собой, то всю поляну накрыло густым и очень горячим паром, который полностью закрыл обзор видимости.

— Блин! Я ничего не вижу! — крикнул Каваки, пытаясь разглядеть Сарутоби.

Это его взбесило. Они были практически близки к цели, но всё потеряли из-за того, что не подумали о паре, выделяемом при контакте воды и огня. Внутри Каваки закипела злоба, она была настолько сильна, что даже мысленный барьер, который не позволял ему пользоваться кармой тут же раскололся.

Он резко приложил ладонь с кармой к земле, а после глубоко вогнал пальцы в песок. Внезапно вокруг него, начала идти странная рябь как на воде, заставляя землю буквально становиться тягучей.

— Что за?! — воскликнула Сарада, приземлившись в подобие зыбучих песков.

— Земля вдруг стала такой зыбучей… — заметил Мицуки, — И довольно липкой, как болото…

Конохамару уже хотел было прыгнуть в сторону кустов, как тут же почувствовал странную зыбучесть под ногами. Как бы он не дёргал ногами, ничего не выходило, он только всё сильнее и сильнее погружался в землю, которая почему-то стала совершенно иной.

Это его сила?.. — вдруг подумал Сарутоби. — Неужели, он решил всё-таки использовать карму?

Как только пар рассеялся, Каваки увидел намертво застрявшего в земле учителя. Дышать было почему-то тяжело, а в глазах всё двоилось… Перед ним вдруг начали мелькать странные образы, одним из которых являлся Джиген. Ненависть вдруг с новой силой заполонила его разум и он увидел в Конохамару расплывчатый силуэт Джигена.

— На этот раз я убью тебя!.. — процедил сквозь зубы он, сжав руку с кармой в кулак.

Вокруг Конохамару внезапно вылезли три отростка созданных из земли, которые тут же обвили его и начали сдавливать, пытаясь тем самым сломать кости и порвать внутренности.

— Стой… прекрати Каваки!.. — хрипел беспомощно Конохамару.

— Эй Каваки, это уже слишком! — крикнула Сарада. — Ты же убьёшь его!!!

Однако тот никак не реагировал на них, глядя только вперёд. Из носа вдруг побежала кровь, а также появилась отдышка. Он что-то бормотал, однако слова были бессвязными, словно он говорил всё невпопад, как невменяемый.

Мицуки поняв, что достучаться до него невозможно, тут же использовал стихию молний и создав три силуэта змеи, тут же направил их в него. Однако как только они настигли его руки, то сразу же исчезли, а если быть точнее, впитались в саму печать, которая начинала пульсировать алым цветом.

— Неужели он может поглощать техники?! — вдруг встревожился Мицуки.

— Твоё время ещё придёт… Хороший сосуд… — проговорил Каваки с плотно закрытыми глазами.

В глазах Сарутоби всё начало темнеть… Он пытался дышать, но эти отростки, всё сильнее и сильнее стягивали его. Плечо практически было сломано, а рёбра, которые до этого были треснуты, уже точно были сломаны. Он всё дальше и дальше слышал крик Сарады и странные слова Каваки, который и заключил его в эти тиски… Всё становилось тягучим и медленным, ему хотелось спать.

— Я… не могу… — еле слышимо прохрипел он, медленно закрывая глаза.

Внезапно появился ярко-огненный силуэт из-за деревьев, а после в странные отростки из земли вонзились жёлтые лапы, которые в мгновение разорвали их, тем самым освободив Конохамару от неминуемой смерти. Как только он почувствовал свободу, то сразу же начал жадно хватать воздух, попутно кашляя кровью.

— Седьмой-сама! — облегчённо крикнула Сарада.

— Как вовремя… — вздохнув, также добавил Мицуки.

Тут же появился и Наруто в покрове лиса. Он понял, что здесь что-то не так, как только почувствовал эту странную энергию, эти ощущения были сравнимы со случаем в больнице, когда Боруто ранил его в плечо… Эта энергия отличалась от чакры и довольно сильно. Было в ней что-то инородное и жуткое.

Несколько лап вырвались из покрова Наруто, плотно схватив Мицуки и Сараду. Однако вытащить их было довольно непросто. Потому, он решил сперва обезвредить виновника всего этого балагана.

Каваки сидел с задранной головой вверх, со всё ещё активированной кармой. Однако как только до него коснулись лапы Курамы, карма деактивировалась, превратившись обратно в ромб на ладони, а сам носитель рухнул без сознания.

— Вот дела… — устало выдал Наруто, протирая глаза.

Как только Учиха взял небольшой образец ткани убитого Норайо Нео, они вместе с Боруто выбрались из шахты, попутно прихватив с собой тело покойного Ямамото. После того как слёзы иссякли, а чувства все вышли наружу, блондин молча сидел возле трупа Такаши. Глаза его более не выражали каких-либо эмоций, словно из них полностью высосали какую-либо жизнь.

Саске не хотел его тревожить, понимая, что сейчас ему нужно всё обдумать и лишняя болтовня только всё испортит. Хоть сейчас и мирное время, но скоро всё изменится. Учиха чувствовал, приближение новых тёмных веков… Он всегда знал, что мир не может быть вечным, как думает Наруто. Мир делают сильные, в этом мире рождаются слабые, а затем они погружают этот мир снова в хаос и так до бесконечности. Однако… Боруто не слаб, очень даже не слаб. Саске видел в нём не просто потенциал, а ключ к спасению, как деревни, так и всего мира. Главное осторожно направить его на истинный путь.

— Саске… — обратился вдруг Боруто поникшим голосом.

— Что такое? — вопросил тот в ответ.

— Этот мир, почему он такой жестокий?..

Этот вопрос был бы наивным и Саске, скорее всего, ответил бы, что-нибудь в духе: «Хватит задавать глупые вопросы», однако сейчас этот вопрос ощущался совершенно по-иному. Его задавал отчаявшийся мальчик, который внезапно столкнулся с этой самой жестокостью и утратой.

— Потому что, так было всегда. Наш мир пропитан жестокостью и болью. Многих жестокость поглощает вместе с ненавистью. Человек думает, что он делает это ради блага, но в конце концов, всё оборачивается против него. Люди всегда были сложными в понимании, у всех своя правда и видение сути мира. Это наша суть. Жизнь, словно — лабиринт, по которому мы движемся, и кто знает, куда нас заведёт судьба в очередной раз.

Боруто более не произнёс и звука. Он молча сидел, уткнув нос в прижатые к груди колени и просто глядел куда-то сквозь пустоту. Но Саске знал, что это не так. Узумаки думал, анализировал его слова и делал выводы для себя.

— Этот мир жесток… — безразлично бросил Боруто, в глазах которого промелькнула боль и отчаянное сопротивление этому выводу. Однако перед глазами, вспыхнули воспоминания о сестре и тогда, разум словно разбился, начал сгребать осколки и заново собирать всё то, что раньше было уже потрескавшимся от утраты сестры, убеждением того, что надежда в конце концов всё ещё есть.

Спустя полчаса, Боруто бесшумно встал, а после взял на руки бездыханное тело Ямамото-сана. Вся одежда и руки начинали пропитываться холодной кровью, однако блондин даже не думал отпускать его.

— Идёмте учитель. Нам пора уходить.

— Ты в порядке? — спросил встревоженно Саске, видя резкую перемену в поведение своего ученика.

— Честно говоря, я всё ещё хочу исчезнуть. Но память о сестре, заставляет меня держаться и идти дальше. Так что, давайте уже пойдём отсюда.

— Как скажешь… — кивнув в ответ, закончил Саске.

Мне так жаль… мне так жаль вас… простите, я не сдержал своё слово… — мысленно терзал себя мыслями Боруто.

Он старался держать себя в руках, не показывать свою слабость перед этой жестокостью, этой судьбой и миром. Узумаки хотел найти другой путь, попытаться найти в этом мире что-то правильное и рациональное, но всё так или иначе несло его к ненависти. Пламя злобы разжигалось в нём, всё сильнее и сильнее, и он не знал куда его девать.

Поднявшись на лифте наверх, они продолжили путь, даже словом не перекинувшись между собой. Они оба понимали, что слова сейчас не нужны. Нужна тишина, а слова лишь пустой звук, от которых не будет толку.

Как только ученик и учитель добрались до окраины города, Саске хотел было остановить его и обойти сам город, однако Боруто упрямо шёл вперёд.

— Это плохо кончится. Не стоит строить из себя героя. — высказал Саске.

— Этот город страдал. Жители этого города, мучились от отравы, сошли с ума, истощились как физически, так и духовно. Те люди, что стерегут их как скот, разве не заслуживают смерти?.. — с холодной ненавистью в голосе, спросил Боруто.

— Мы не в праве решать их судьбы, Боруто. — ответил Саске, — Да, они поступили гадко, бесчеловечно и жестоко по отношению к этим людям. Однако мы не должны уподобляться им и делать то, что хочется нам.

— Какая же в этом справедливость?.. Ублюдки могут делать всё что им заблагорассудится, а мы люди, которые просто хотим жить, должны прощать их?! — в его глазах было столько боли и ненависти, что Саске на миг увидел в них отражение себя из прошлого.

— Я ведь тебе уже говорил. Люди очень сложны в понимании. Мир несправедлив, но ты не должен прогибаться под их жестокость и уподобляться им. Это удел слабых, ты ещё молод, поэтому не понимаешь.

Вдруг Саске заметил, что правый глаз Боруто поменялся. Стал голубоватым, а также печать на руке начала расползаться по ней. Неужели снова приступ?!

— Во мне сейчас столько злобы… И я не знаю, куда её девать. Вы хотите мне сказать, что я должен её просто принять в себя?! — процедил скалясь от гнева Боруто.

Снег под его ногами начал таять, а по обнажённой земле идти заметные трещины. Это явно было проявлением кармы. Видимо из-за пережитых эмоций, они скопились в один большой комок и теперь Боруто не знал, куда его деть.

— Эй, держи себя в руках. Ты ведь шиноби, как никак. — попытался успокоить того, Саске. — Подумай о том, что бы сказала твоя мать, увидев то, что ты хочешь сделать.

Узумаки растянул лицо в печали и шоке. По разуму тут же прошлось тепло воспоминаний о тех хороших днях, когда он не знал о жестокости мира. Вместе с ними, плавно пришли и грустные воспоминания. Они наконец привели его в чувства и благоразумие. Внутренняя боль не ушла, но злоба утихла, затаилась глубоко в сердце.

— Простите меня, учитель… — упав на колени, простонал тот. Печать тут же исчезла, а глаз снова стал белым, как и прежде. — О чём я только думаю…

Тело Ямамото также осторожно упало на снег. Его лицо уже начинало синеть, а тело уже давно перестало отдавать человеческим теплом. Боруто закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, однако вдруг ощутил тёплую ладонь у макушки.

— Я понимаю как тебе тяжело свыкнуться с этим. В своё время, я тоже прошёл через это. Но, в отличии от тебя, я был ещё более безрассудным и глупым. Ты гораздо разумнее чем я, и я буду всегда готов поддержать тебя, как бы тяжело мне не было. — прижимая к себе ученика, проговорил Саске.

— Тепло… — только и произнёс в ответ Узумаки, прижавшись к учителю.

Они пересекли город в обход. Решив для начала отнести тело Ямамото их семье. Добравшись до полу сгоревшего дома, они вошли внутрь. Боруто положил тело Ямамото перед алтарём, где хранились его доспехи и клинок. Накрыв тело старика белой тканью, Узумаки приложил ладони друг к другу, и закрыв глаза помолился за упокой его души.

— Я выполнил твою просьбу, старик… Надеюсь ты нашёл покой в лучшем мире, чем этот. — проговорил Боруто с закрытыми глазами.

— Нам пора уходить. — сказал Учиха, дождавшись окончания молитвы.

— Нет. Нам ещё надо увидится с Кайо-сан и её дочерью Юки. Мы ведь так и не смогли защитить его, и я не уйду отсюда, пока она не узнает эту новость от меня… — проговорил в ответ Боруто.

— Только Ямамото-сан знал о том убежище, куда они ушли. Следы за такой промежуток времени также уже занесло снегом. Ты хочешь что, их тут ждать?

— Если понадобиться, то да. — твёрдо стоял на своём блондин.

Такой же упрямый как отец — устало подумал Учиха. Однако спорить не стал. Всё же и правда стоило с ними поговорить. Дом наполовину сгорел, а их кормилец умер… при этом ещё и соседний город в довольно неприглядном состоянии, так как там обитают заражённые жители, которые давно уже похоже сбрендили.

Город… Нужно было немедленно звать подкрепление. Однако до страны Огня довольно далеко, поэтому помощь стоит искать в деревне Скрытого Облака. Даруи должен с этим разобраться. Саске также хотел проведать город и найти какие-нибудь зацепки. Хоть сейчас уже и почти пять утра, но не время спать. Нужно всё разведать, пока всё ещё свежее и никто не опомнился.

— Тебе стоит отдохнуть. — посоветовал Саске, шагая к выходу из пустого дома.

— Куда вы, учитель? — спросил блондин, поднимаясь на ноги.

— В город. Мне нужно разведать обстановку и по возможности собрать побольше информации. Всё-таки использование людей в качестве расходного материала — это тяжкое и очень серьёзное преступление. Оставайся здесь и жди жену с дочерью Ямамото-сана. Рано или поздно, они всё равно вернуться сюда.

— Как скажите. — ответил Боруто, закрыв люк перед камином.

Как только Саске ушёл, Узумаки решил разжечь камин, так как здесь было довольно прохладно. Благо готовые дрова уже лежали возле камина. Оставалось только разжечь огонь и подкинуть дровишек. Смяв бумагу, он с помощью небольшой искры молнии заставил бумагу вспыхнуть, после чего тут же кинул её в охапку дров.

Треск горящих дров, очень сильно успокаивал и Боруто вдруг ощутил очень сильную усталость. Солнце ещё не встало, но он понимал, что скоро будет рассвет. Глаза сами собой закрывались, а треск костра только сильнее убаюкивал.

Узумаки медленно разлепил глаза, почувствовав странный холодок по всему телу. Осмотревшись, он вдруг осознал, что находится в неизвестном ему месте. На небе сияли звёзды, но они были совершенно иными. Луны здесь не было, зато виднелись несколько довольно огромных планет. Поверхность сферы на которой он стоял, была мёртвой… Он чувствовал это.

Внезапно откуда-то издалека, послышался знакомый и столь ненавистный ему голос.

— Ты потерян, истощён и очень зол, — сверху перед Узумаки на одном из обрывистых камней, восседал никто иной как Момошики, — мне не вериться, что именно ТЫ станешь тем, кто завершит многовековой цикл…

— Момошики… — ненавистно прошипел Боруто, — Что это за место?! Я разве не убил тебя или же это загробный мир?

— Убил? Меня? — с издёвкой, вопросил на вопрос он, — Не смеши человечишка, нас невозможно убить.

Блондина встревожили эти слова. Эта загадочная печать на его руке стало быть, как-то связана с этим.

— Дай угадаю, — вдруг прервал его мысли Ооцуцуки, — ты думаешь сейчас о связи меня с той печатью на твоей ладони, не так ли?

— Ублюдок… Хватит уже ходить вокруг да около, это ты её мне поставил, ведь так? — правый глаз, внезапно вспыхнул бледным голубым цветом.

Момошики заметив это, тут же изменился в лице. На нём появилась тревога и нечто походящее на страх. Резко сорвавшись с места, он подлетел к лицу блондина, внимательно глядя тому в глаза. Боруто в свою очередь, вдруг застыл. Тело его не слушалось, словно он был под каким-то контролем.

— Ты ведь помнишь, что я тебе говорил в тот день, когда ты… Победил меня? — с явной неприязнью спросил Ооцуцуки. — Твой глаз наконец созрел, чтобы ты мог его использовать… Скажи мне, ты уже видел что-нибудь с помощью него?

Боруто внезапно широко раскрыл глаза, понимая о чём он говорит. Те фрагменты, которые он видел каждый раз… Осколки из будущего. Значится, он говорил о нём… Глаза, что выжмут из него всё.

— По твоей реакции, похоже что — да. — Момошики нахмурил брови, а после активировал свой бьякуган, — Я мог бы убить тебя, но тогда — умру и я… Ты не представляешь насколько велика моя ненависть к тебе.

— Что значит «но тогда умру и я»?! Ты что… В моём теле? — закричал Боруто, вдруг осознавая, что может таить в себе карма.

— Только допёр? А ты глупее, чем я думал. — усмехнувшись подтвердил Ооцуцуки, а после откинул блондина от себя, больно ударив того спиной о твёрдую землю. — Несправедливая всё-таки эта штука — судьба… Дала такому ничтожеству «Джооган».

Узумаки поморщившись от боли, привстал снова на ноги, а после задумчиво взглянул на Ооцуцуки, повторив:

— «Джооган»? Значит, мой глаз это не бьякуган?..

— В нашем клане есть порядок. Тот, кто спрашивает и хочет получить ответ, должен доказать отвечающему свою силу. Ты как понимаешь, на данный момент слабак, которого может раздавить любой жук. Докажи мне свою силу, и тогда… Я возможно обращу на тебя внимание, и может быть даже отвечу на твои вопросы. Всё равно мне здесь скучно наблюдать за тем, как ты нещадно тратишь мою силу.

— Доказать?.. Я чёрт возьми тебя расенганом в космос отправил! — вдруг взорвался Боруто. — Да ты мне не то что ответы должен дать, а хер мой…

Договорить он так и не успел. Перед глазами всё вдруг резко потемнело, а разум начал стремительно сжиматься и засыпать. Ненависть ушла, как и вопросы на которые он так и не получил ответов.

Проснулся он от того, что кто-то его неистово трясет, пытаясь тем самым разбудить. Приоткрыв глаза, Боруто заметил над собой пепельноволосую девушку, что тревожно глядел своими зелёными очами ему в лицо.

— Юки?.. — вдруг вопросил сонным голосом Боруто, а после тут же вскочил, — Юки! Чёрт… Похоже я заснул, пока ждал вас.

— Всё в порядке, мы пришли только сейчас. Где твой учитель и Такаши? — спросила подошедшая Кайо-сан, оглядываясь по сторонам.

— Ямамото-сан? — из-за всё ещё не до конца проснувшейся головы, Боруто и сам пытался вспомнить, где же он. Пока вдруг не осознал, что с ним случилось и где именно он находиться…

— Т-твои руки и одежда в крови!.. — вдруг встревоженно воскликнула Юки.

Внутри Боруто всё бушевало, сердце с каждой секундой набирало обороты и не думало сбавлять темп, дыхание становилось прерывистым, а глаза судорожно бегали то на мать, то на дочь. Перед ним — люди, которые ждали отца и мужа, однако увидели перед собой лишь сонного пацана, измазанного в крови их родного человека.

Блондин медленно привстал с пола, а после тут же упал на колени, приклонил голову. Руки дрожали, как и голос. Ему было тяжело это говорить, но он чувствовал за собой вину, и потому должен был сказать им.

— Простите меня… Простите… Я не смог его уберечь, как обещал. — Боруто зажмурился и крепко сжал пальцы в кулаки. — Когда мы погнались за Норайо Нео в заброшенные шахты, то… Там он вступил в бой с ним и получил смертельные раны.

В этот миг, всё словно замерло. И для Боруто это стало самым страшным, что он мог испытать. Казалось, словно этой тишиной можно было мучить человека, заставить его ощутить настоящий ужас, ожидания чего-то столь необратимого и ужасного.

Послышались капли горячих слёз, а затем и всхлипы девушки. Боруто было больно слышать их. В этот миг, он снова ощутил себя беспомощным и жалким ничтожеством, который не может даже обещание сдержать.

— Не нужно винить себя в этом, -послышался опечаленный голос Кайо-сан, — он был самураем до мозга костей и никогда не прощал своих врагов. Даже если под угрозой могла встать семья… Таков уж был его принцип.

— Нет. — тут же возразил Боруто, — Я буду нести за собой этот грех, и я ни за что не забуду его. — ответил твёрдым голосом он. В глазах его пылала горечь, но вместе с ней горела и ненависть.

Юки по прежнему рыдала. Она так спешила обратно домой, надеясь на то, что все те предчувствия были ложными. Её отец не мог умереть, она просто не хотела этого принимать. Перед глазами, снова и снова вспыхивал последний миг, когда она видела его. Отцовские глаза выражали скорбь, но в тоже время, она видела в них любовь. Ей хотелось вернуться назад и попробовать отговорить отца, хоть душой и понимала, что даже если и попыталась бы, то ничего, так и не изменилось бы. Жестокая судьба, настигла и её.

От внезапно вспыхнувших эмоций, Юки вдруг упала без сознания. Боруто тут же среагировал, поймав её и не дав ей удариться головой о деревянный пол. Встревоженно воскликнув её имя, он испуганно взглянул на её маму. Та в свою очередь тут же подскочила, дабы проверить её пульс.

— Бедняжка, похоже смерть Такаши, сильно ударила по её итак не спокойному разуму. Принеси футон и полотенце… Ей нужно отдохнуть в тепле и покое. — проговорила Кайо поглаживая дочь по лбу.

Юки очутилась в странном месте. Оно не было похоже на что-то похожее из её окружения. Всё здесь было словно из… Света. Она видела проблески звёзд, яркие краски, словно вымазанные на холсте, а также тёплый солнечный свет, что успокаивал её душу.

— Долго же я это отрицал… — послышался вдруг отцовский голос. Юки резко обернулась и не поверила своим глазам. Перед ней стоял её отец, — Но ты всё же стала такой взрослой, Юки.

Его голос был мягким и в то же время опечаленным. Юки подбежала к нему и крепко обняла, не желая больше отпускать, боясь того, что он исчезнет или рассыплется на тысячу осколков как хрустальная статуя.

— Я думала, что ты умер… — прошептала она, ещё крепче прижав Такаши к себе.

— У меня мало времени… — всё также грустно продолжил он, — Мне хочется, сказать тебе кое-что на последок.

— Почему всё так?.. — всхлипывая простонала она. — Почему мы должны переживать такое горе?.. Что мы сделали плохого в этом мире?

— На всё воля Божья и ты это знаешь. — проговорил он в ответ.

— Если бы, мы не стали им помогать… Если бы просто прошли мимо… — всё тише и тише, продолжала она.

Такаши устало вздохнул, легонько отпрянув дочери. Он мягко взял её за плечи, смотря ей прямо в глаза.

— Не вини их в том, что произошло. Мы обязаны были им помочь, и дело даже не в том, что это какая-то судьба, а в том какие мы люди. Ты бы смогла продолжать жить, зная то, что собственноручно погубила двух людей на смерть?

Юки зажмурилась, не зная даже, что ответить, однако отец уже чувствовал её неуверенность. Он был рад этому, и потому широко улыбнулся, гулко и добродушно посмеявшись.

— Если бы, у меня была возможность, узнать исход моего выбора… Возможно тогда бы я… — задумчиво сказал Юки, но её тут же перебил отец.

— То я бы всё равно сделал всё в точности, как и было.

Девушка широко раскрыл глаза, глядя на своего отца, который словно сиял от благородности и чести. Она начала осознавать, что он пытается до неё донести. Следом пришло и принятие решения отца. И правда… Какое право они имели пройти мимо людей, нуждающихся в помощи? Разве это подобает людям? Настоящим людям…

— Какой бы выбор ты не сделала Юки, помни — всё рано или поздно заканчивается. И никто не знает, когда ты засияешь, а когда ты погаснешь. — он начал потихоньку отходить назад, продолжая глядеть ей прямо в глаза.

— Постой папа! — сорвавшись к Такаши, крикнула она, однако добраться до него, она так и не смогла. Неведомая сила не давала ей взять его за руку, предоставляя только возможность в последний раз увидеть его и услышать заветные слова:

— Ты и правда, стала такой большой…

Очнулась она уже возле камина. Треск горящих дров успокаивал её… Вдруг она почувствовала, как ко лбу прижимается что-то влажное и немного прохладное. Приоткрыв глаза, она увидела сидящего возле неё блондина, в глазах его она читала печаль и нечто похожее на задумчивость. Он даже не заметил, как она проснулась, продолжая сидеть и просто молча глядеть куда-то сквозь футон.

— Сколько я спала?.. — вдруг прозвучал её голос.

Узумаки хлопнув глазами тут же дёрнулся в её сторону.

— Ты наконец очнулась!.. Как себя чувствуешь? — спросил он, пристально глядя ей в лицо.

— Вроде бы нормально, но очень хочется пить… — осипшим голосом прошептала она.

Узумаки тут же подобрал рядом стоящий кувшин с водой, после чего, осторожно налил ей небольшое количество воды в рот. Она жадно сделала несколько глотков, после чего легонько отпихнула его.

— Где моя мама? — спросила Юки, снова уложившись на футон.

— Она молиться… — ответил пряча взгляд блондин. — Я похоронил твоего отца, возле вашего дома. Твоя мама сейчас молиться за его упокой.

Воспоминания об отце вновь ударили ей в сердце. Она чувствовала невероятную тоску по нему, а также хотела извиниться за все те срывы на него, когда он заставлял её вновь и вновь упражняться в фехтовании катаны.

Увидев печаль в глазах девушки, Боруто вновь смочил тряпку и приложив её легонько к её лбу, спросил:

— Ты ненавидишь меня?

— О чём ты?.. — спросила в ответ она.

— Не нужно лгать, — тут же отрезал блондин, — я пойму, если ты всей душой возненавидишь меня и учителя… Если бы не мы, то вы наверное, продолжали бы жить своей спокойной размеренной жизнью.

— И что с того? — вдруг выдала Юки, — Мой отец был упрямым человеком. Он бы никогда не отказал вам в помощи, таков уж его выбор. И я как его дочь, должна уважать и принимать то, что происходит с нами. Даже если при этом… Всё рушится.

Странно, но Боруто ожидал совершенно иного голоса. Криков, угрозы об отмщение и тому подобное. Однако вместо этого, он услышал вполне спокойный и зрелый голос души, которую даже он не был в силах обуздать. Узумаки видел в ней что-то особенное, никто и никогда не был с ним так близок как она. Это связь была не физическая и не любовная… Скорее психологическая; ментальная.

— Ты так молод, но уже клеймён жизнью… — прикоснувшись к шраму на правом глазу, проговорила она. — Как ты получил его?

И он был благодарен всем богам за то, что она спросила его. Всей душой, он хотел раскрыть ей свою душу, чтобы она тоже почувствовала то, что чувствовал сам он всем своим телом и душой.

— Я был… Так слеп, что не замечал всего счастья, что было предо мной. Но как оно в жизни бывает, ты начинаешь ценить то, что имел, только после того, как это у тебя отнимают. Моя боль схожа с твоей, возможно она слабее, а возможно гораздо сильнее…

Она слушала его, не смея перебивать. Боруто не утаивал от неё ничего. Он не видел в этом смысла, так как чувствовал, что она та, кто и правда может понять его. Эта горечь и чувство беспомощности, никогда ещё не были столь сильны как сейчас.

Когда Узумаки наконец втянул воздух в лёгкие, замолчав, он не отрывая взгляда с Юки, ожидал её реакции, ответа, хоть чего-нибудь. Она же в свою очередь, лежала с закрытыми глазами и казалось уже спала, однако это было не так. Девушка внимательно слушала его, впитывала всё то, что он ей рассказывал, боролась со своими эмоциями, чтобы не прервать его, чтобы услышать всю его историю.

— И после всего этого, ты продолжаешь идти дальше? — вопросила Юки, приоткрыв глаза, — Твой враг настолько могуч, что даже представить невозможно. В нашем мире сильнее твоего отца и учителя, попросту нет никого, и даже они проигрывают тому, кто убил твою сестру. И всё же ты продолжаешь идти дальше?

— Да… меня не пугает то, что мой враг сильнее всех. Даже если он сильнее всего человечества, я не отступлюсь. — ответил без капли сомнения Узумаки. — Возможно, мной движет что-то очень непростое. Не просто ненависть или желание отомстить. Я никогда не позволю себе жить спокойно с мыслями о том, что я мог сделать, но не стал.

Юки не смогла найти в себе сил, задать ему ещё какой-либо вопрос. Она просто молча смотрела на него, и думала о том, какой же он несчастный. Этот мир потрепал их обоих, однако это не конец, они оба ещё познают много боли, жестокости, несправедливости. Таков уж этот мир, он всегда хочет сломать тебя, какой бы благородной твоя душа не была, тебя ждёт один конец.

— Так, что ты думаешь обо мне теперь, после того как узнала о моей истории? — спросил выжидающе Боруто.

— Боль, которую ты испытал, практически неотличима от моей, но твоя боль всё же отличается, — проговорила Юки, переворачиваясь на бок, — мой отец погиб по своей воле. Он был самураем, нёс волю всех наших предков, которые жили до него. Благодаря тебе, его дух может быть спокоен… Ведь, ты исполнил то, что он так и не смог совершить. У меня осталась только горечь, которая рано или поздно иссякнет, исчезнет и уступит место спокойствию и утрате близкого человека. Твоя же боль, не утихнет просто потому, что ты этого не хочешь. Совесть будет сгрызать тебя, пока ты не закончишь то, что начал. Мне кажется, твоя боль, куда яростнее и глубже моей. Это факт… мне хочется верить в то, что ты будешь в порядке и не потеряешь себя.

Боруто зажмурил глаза, дабы не видеть её. Только слышать, только чувствовать и осязать. Дотронувшись до её лба, он перебил её, сказав:

— Твой лоб горячий… — намочив тряпку в уже изрядно потеплевшую воду, он выжал её, а после приложил к её лбу. — Тебе нужно отдохнуть. Думаю, я достаточно услышал. Ты хочешь есть?

— Нет… — ответила она, укутавшись в одеяло.

Боруто лишь вздохнул, удобнее присев возле футона. Он глядел в догорающие древесные угли и размышлял над словами Юки. Она более не ненавидела его. Приняла тот факт, что её отец сам выбрал этот путь и не ей его осуждать. «Твоя боль, куда яростнее и глубже моей», эти слова проносились по разуму снова и снова. В них была какая-то истина, но сам блондин не понимал или же не хотел понимать их смысл.

Ненависть — это ненависть и ничего более — мысленно произнёс Боруто.

Кайо не хотела показывать свою слабость. Она была женой человека, который не дрожал перед самой смертью. Ей не хотелось позорить честь её мужа. Однако, боль всё же проступала, сердце болело, как только она вспоминала Такаши и его любовь к ней и Юки. Хоть он и старался быть строгим отцом, но всё же не сдерживался и сюсюкал её. Это показывало то, как он дорожил ими… От этих воспоминаний всё внутри начинало колоть, а из глаз начинали идти слёзы.

И всё же, у неё оставалась дочь, которую нужно было поддерживать и беречь. Ведь кроме неё из родных у Юки больше никого нет. Долг родителя — оберегать чадо, во что бы то ни стало. Однако, не только её дочь сейчас страдала. Она видела терзания и мальчишки, что сидел рядом. Кайо понимала, что он винит во всём себя, хотя терзать себя подобно мученику, было глупо…

Кайо также думала о том, что пора бы покинуть это место. В городе явно было что-то страшное, а значит им так или иначе придётся переехать куда-нибудь, где более безопасно. Мать также хотела уберечь свою дочь от похожей судьбы, что и у Такаши, так как смерти своей дочери, она точно не сможет пережить.

Приготовив ужин, она решила накормить детей. Всё же сейчас, им нужны были силы для скорого ухода. Поставив все тарелки на поднос, она уже было хотела выйти к ним, как вдруг услышала их беседу. Остановившись, женщина решила всё же послушать их.

Кайо продолжала стоять и слушать. История Узумаки Боруто её шокировала и одновременно с этим очень сильно расстроила. Ей было так жаль этого мальчика, она даже и представить себе не могла, что он уже сталкивался с утратой кого-то из близких. Кайо также облегчённо вздохнула, когда услышала слова своей дочери об отце и о его поступке. Мать была рада, что её дочь отпустила отца.

Она не хотела прерывать их диалог, так как считала, что им нужно было разобраться во всём том, что произошло с ними. И как только всё закончилось, Кайо наконец вышла в зал и подошла к ним.

— Боруто, тебе стоит поесть. — поставив поднос возле него, сказал она.

— Спасибо Кайо-сан. — опустив голову в знак уважения, ответил Боруто. — Я предлагал ей поесть, но она отказалась…

— Ничего, я уже знаю. — ответила скорбным голосом.

Узумаки взглянул на женщину, прервав дыхание. Однако тут же снова вздохнул, поняв, что она всё слышала. Весь их разговор от начала и до конца. Боруто не винил её, не чувствовал к ней неприязни за этот поступок. Он просто взял тарелку и начал уплетать приготовленную для него еду. Сейчас ему оставалось только ждать и набираться сил.

В городе пока что было всё как обычно. Если конечно толпы странных истощённых людей, ковыляющих по улицам это нормально. Учиха осматривал город с одного из высоких зданий. Помимо больных жителей, по улицам также шагали и патрульные.

Саске не мог поверить в то, что всё это время, никто не знал о том, что здесь происходит. Целых четыре года, Кара мучила этих людей… Ему вдруг вспомнились давние дни, когда он тренировался у Орочимару. Этот белый змей также любил экспериментировать над людьми, и практически всё из опытов, приводили к плачевным итогам. Жестокость людей, никогда не перестанет удивлять.

Активировав риннеган, Саске также заметил чужеродную смесь, внутри каждого жителя. Она была во всех органах и словно выкачивала из них все жизненные соки, при этом, умудряясь сохранять жизнь носителю. Рано или поздно, все они станут такими же, как Норайо Нео. Иссохшими монстрами с мощной чакрой, что будет бить из всех щелей.

— Нельзя этого допустить. Похоже для этих бедных людей, нет иного выхода… — скорбно подвёл Саске. — Если они все озвереют, то эти места станут не безопасными, мало того, они наверняка помчатся в сторону населённых пунктов и будут убивать.

По пути в город, Учиха получил ответ из деревни Листа. В письме было написано то, что страну молний уже оповестили о городе, а также направили несколько высокоранговых шиноби, чтобы те разобрались в том, что там происходит. Это успокоило Учиху, всё же оставлять этот город без внимания никак нельзя было.

Нужно найти какие-нибудь зацепки, — подумал Саске. — которые могут вывести на организацию… Яд, который они подсыпали людям всё это время, они должны держать его где-то в городе.

Незаметно пробравшись в одно из зданий, Саске осторожно начал осматривать улицы через окна. Практически все жители ходили как лунатики, с поникшими лицами. Это могло также сыграть на руку. Учиха накинул капюшон плотно скрыв лицо, а после вышел через дверь прямо на улицу.

Саске, решил таким образом, незаметно добраться до штаба, где как раз он и нашёл все важные документы и записи связанные со всеми тёмными делами этого города. В прошлый раз из-за обстоятельств, ему не удалось осмотреть всё как следует. Если сообщение из деревни пришло сегодня, значит отряд из Скрытого Облака должен прибыть где-то через несколько часов, с условием того, что они будут двигаться непрерывно. За этот промежуток, члены организации смогут много чего уничтожить, чтобы их не засекли. Поэтому нужно было заранее всё разведать и найти, пока не стало поздно.

Среди толп людей, также ходили и те самые патрульные, которые тщательно высматривали из толпы каких-то подозрительных людей. В числе которых, возможно, должен был оказаться и Саске. Конечно этого даже и ждать не пришлось. Первый попавшийся на пути ниндзя, тут же указав на Учиху рукой, приказал остановиться.

— Покажи лицо! — грубо гаркнул он.

— Лицо говоришь? — резко взглянув тому прямо в глаза, ответил Саске.

Патрульный в секунду растянул лицо в тревожной гримасе, однако в тот же момент, успокоился, чуть прикрыв глаза веками. Учиха использовал шаринган, весьма удобная способность его клана. Саске приказал ему идти дальше, а сам продолжил путь к штабу. Патрульный послушно кивнул и вяло поплёлся куда-то вперёд, сквозь толпу.

По пути к цели, он также заметил ещё как минимум троих патрульных. Вступать с ними в схватку, Учихе не очень хотелось, а потому, он скрывался и шёл как можно более неприметно. Люди, которые окружали его, становились всё более и более безумными. Было видно, как они начинают сходить с ума, и с каждого лёгкого тычка в их сторону, они словно с цепи срывались. Их любовь к Немезиде была столь сильна, что они готовы были порвать любого, в ком заметят хоть какой-то намёк на то, что он не верит во всесильность и пророческую ауру этой самой организации.

Внезапно, возле Учихи, началась резкая потасовка. Один из жителей при общении с ещё двумя, такими же, набожными психами, вдруг заподозрил обман в словах собеседника. Саске, обернувшись на их яростные крики, заметил как один из них, схватил второго за воротник и поднял в воздух, при этом крича что-то про, еретика и безбожника.

Патрульные, заметив начинающуюся потасовку, устремились в их сторону. Один из них, уже хотел было разнять буйных жителей, как вдруг со спины вылез третий, который в гневе прокричал что-то на вроде: «Только Смотритель имеет право вмешиваться!» после чего, с невероятной силой, отбросил того в толпу. Началась паника, люди начали разбегаться кто куда, некоторые же, напали на патрульных, считая тех невеждами и теми, кто не позволяет им войти в контакт с Богом.

Учиха воспользовавшись ситуацией, быстро побежал к штабу, попутно отпихивая от себя несколько взбунтовавшихся жителей. Однако двое из толпы, всё же сумели крепко схватить его, не давая шанса выбраться. В этот момент, Саске активировал риннеган и тут же сделал «замещение» с патрульным, который так вовремя, находился в метре от него.

— Какого хрена происходит?! — вдруг крикнул Капитан.

— Похоже они вновь взбунтовались. Капитан, Вы не знаете, как долго ещё не будет с нами Смотрителя?! — еле сдерживая панику, вопросил один из служащих. — Только он, ведь умел останавливать все эти чёртовы бунты!

— Мы отправили отряд в шахты, но времени уже почти нет. Я вызову подкрепление.

На улицах начался полный беспредел. Люди буквально начинали звереть, слышались тяжёлые удары, а через какое-то время и кровь полилась. Патрульные, понимая, что одними пинками всех не разогнать, начинали использовать техники, огненные шары, водяные волны и прочие стихийные элементы.

Но это не сильно помогло. Подобная выходка, даже сильнее разозлило жителей, а точнее то, во что они превращались. С каждой минутой их сила начинала расти в геометрической прогрессии, и если секундой назад, они просто отшвыривали тех, кто пытался их угомонить, то теперь, эти люди с особой жестокостью, начинали рвать их плоть, ломать им кости и срывать кожу с лица. Их потаённые, злобные монстры, начинали просыпаться. Первобытные инстинкты, преобладали всё сильнее и сильнее.

— Мать моя… что за пиздец здесь происходит… Это уже переходит все границы. — глядя на мясорубку, что творилась на улицах, высказал Капитан. — Скорее уходим в штаб!

Саске пробравшись во внутрь штаба, тут же начал искать разного рода документы. Ящики, потайные двери, всё что угодно. Ему нужно было найти хоть что-то, что могло его привести к более значимым фигурам в этой преступной организации.

Пройдя на третий этаж, он очутился в том самом коридоре, через который они уже проходили. Однако теперь, он зашёл в другую комнату. Здесь, он увидел перед собой, небольшой склад с разными припасами, а также мешками с неизвестным содержимым. Разрезав один из таких, Учиха понял, что в них была мука. Пройдя по комнате вдоль и поперёк, Саске уже хотел было перейти к следующей комнате, как вдруг заметил небольшое скопление этих самых мешков с мукой. Конечно можно было подумать, что их расположили так для удобства, однако шаринган Учихи заметил что-то еле просвечивающееся сквозь эти мешки. Подойдя и осмотрев всё внимательней, он понял, что этот просвет источала та же зараза, которая циркулировала по телам жителей. Стащив мешки в сторону, Учиха понял, что за ними скрывался стальной ящик с кодовым замком.

— Похоже, я наконец нашёл то, что искал…

Немного повозившись с ним, он решил не усложнять всё и просто аккуратно сделал разрез в том месте, где был замок. Крышка тут же открылась, выпуская холодный пар. Колбы содержались в минусовой температуре… Внутри, он обнаружил двадцать колб с зеленоватой жидкостью. Похоже именно её и подливали всем жителям в еду, и именно из-за неё, они теперь звереют, словно одичалые.

— Нужно будет взять одну на пробу… — сосредоточено сказал Саске, аккуратно вытащив капсулу.

Внезапно, Саске почувствовал чьё-то чужое присутствие за спиной. Резко развернувшись, он только и успел, что вытащить клинок из ножен, после чего в его сторону последовал мощный удар, довольно массивным кулаком. Учиха заблокировал его своим клинком, однако сдержать удар, так и не смог, после чего, незамедлительно полетел прямо в стену, пробивая её насквозь и падая прямо в толпу разъярённых жителей, что боролись против патрульных.

Медленно привстав, Саске взглянул в образовавшуюся дыру, откуда он вылетел. В ней показался весьма тучный мужчина в довольно длинном плаще и накинутым на лицо капюшоном. Но даже так, Учиха заметил три длинные чёрные линии, идущие из глаз и лба. Они формировали римскую цифру «III».

— Учиха Саске, как я понимаю? — заговорил странный мужчина в капюшоне, — А ты довольно быстро сумел сориентироваться и защититься своей катаной.

— Ты из Кары? — догадавшись, спросил Учиха.

— Это не столь важно. Только посмотри на всех этих несчастных людей, что ты только что погубил… — с наигранной печалью, проговорил здоровяк, — а ведь ещё чуть-чуть и они бы стали действительно сверхлюдьми с необычными способностями.

— Ваши бесчеловечные эксперименты подошли к концу. Я закрываю эту лавочку, а заодно и тебя прирежу. — с нескрываемой ненавистью, процедил Саске.

На него вдруг напали несколько бешеных жителей, которые уже отдалённо начинали походить на одичавшего Норайо Нео. Такая же трупная кожа, обтянутая костями, которые словно выворачивались в неестественных формах. Уклонившись от двух, он тут же отправил третьего в затяжной полёт, ударом с ноги, прямо в челюсть.

— Они ведь обычные жители, как ты можешь! — насмехаясь кричал член Кары.

— Эта нога и по твоей челюсти пройдётся… Как твоё имя здоровяк? — спросил Саске.

— Боро. — ответил без лишних предисловий тот, — Раз уж мы познакомились, то пора бы и битве начаться…

Сняв с себя плащ, Боро резко рванул на всей скорости к Саске. Шаринган всё же позволял видеть все движения наперёд, потому для Учихи было не трудно уклониться от подобного удара. В месте приземления Боро, разнеся огромный столб пыли. В тот же миг, здоровяк уже замахнулся для очередного удара. Учиха заметив того, снова уклонился, а после решил ударить в ответ. Вонзив лезвие клинка глубоко в предплечье Боро, Саске резко выдернул его, посчитав, что это сильно ослабит врага.

Какого же было его удивление, когда довольно серьёзная рваная рана на плече, в миг заросла, словно её и не было. Саске, однако, подобному повороту не очень сильно удивился. За свою долгую и опасную жизнь, он повидал многих врагов, которые могли использовать регенерацию.

— Понятно, значит ты у нас регенерируешь… — с досадой сказал Учиха.

— Твои глаза поистине сильны Учиха, но мне от этого ни горячо, ни холодно.

— Не будь так уверен! — попытавшись словить Боро в гендзютсу, выкрикнул Саске, однако сразу же понял, что это не подействует.

— Я же сказал, мне ни горячо, ни холодно. Я подготовился к битве с тобой. Легендарный герой… Всё же слава во всём мире имеет тёмную сторону. — усмехнувшись высказал Боро.

С таким врагом, нужно было быть предельно аккуратным. Но для начала, нужно было узнать всё на что тот мог быть способен. Убрав клинок обратно в ножны, Саске активировал риннеган, а после, выпустил из рта, огромный поток огня.

— Ого, решил попробовать техниками меня победить? Ну что ж, давай проверим, кто сильнее! — выкрикнул Боро, быстро сложив печати, после чего из земли, появилась большая стена из воды.

Все вокруг тут же отскочили в сторону, как только всю улицу заполонил горячий пар. В этом тумане слышались только глухие звуки ударов кулаков. Саске решил понять в чём именно секрет столь быстрой регенерации клеток здоровяка, потому подобрался максимально близко.

Конечно же в драку также вмешались и одичалые жители города, которые как мешали Саске, так и помогали в особо рискованных моментах. В один из таких, Учиха чуть было не соприкоснулся с кулаком Боро, но тот пролетел мимо из-за внезапно выскочившего жителя, что впился зубами прямо в кисть здоровяка.

Учиха, поняв, что всё внимание, теперь сконцентрировано только на них, отскочил назад. Он предоставил Боро, всем жителям, в качестве груши для битья. Хотя, конечно для него, скорее всего, все их потуги, были как комариные укусы. Он без труда отшвыривал их от себя. Схватив одного такого дикого монстра за ногу, он отбивался от остальных им, используя его словно биту.

Физическая сила у Боро была весьма огромна и Саске необычайно повезло, что он не попал под прямой удар кулака… Всё же, не хотелось бы потом, со сломанной в пыль челюстью ходить.

— Ладно… раз я не могу тебя ранить обычным оружием, давай попробуем кое-чем более смертоносным. — серьёзно сказал Саске, активировав мангекью шаринган. — Аматарасу!

Боро тут же ощутил на себе жуткую боль причиняемую тёмным пламенем. Попытавшись его затушить, он заметил, что оно не тушится, а даже наоборот разгорается ещё сильнее. Об этом пламени, он был наслышан. Одна из смертельных техник последнего из Учих. Поистине страшная штука.

Жители окружавшие его, тут же бросились на утёк, соприкоснувшись с пламенем. Они катались по снегу, пытаясь отчаянно затушить пламя, однако, оно быстро распространялось по их худым и практически иссохшим телам.

Малая часть патрульных, которым удалось всё ещё остаться в живых, с ужасом наблюдали за тем, как люди заживо сгорают в чёрном пламени. Они не смели нападать, считая, что только помешают Боро-саме своими жалкими потугами. Да и что скрывать, им просто было страшно выступать против Учихи.

— Оно и правда жжёт, словно меня в кипящее масло кинули. Однако же, я ведь тебе говорил, против меня физические атаки не действуют. Ты беспомощен как ни посмотри. — насмехаясь над Учихой, напомнил Боро.

Убийство жителей не входило в планы Саске, но ситуация всё же вынудила его использовать пламя, а в подобной мясорубке, как ни крути, а жертвы будут. Остатки уже умерших людей, начинали догорать, оставляя после себя лишь жалкие кучки пепла. Саске с досадой глядел на них, понимая, что всё это из-за него. Но вряд ли их можно было спасти… Вспоминая Норайо Нео, Учиха осознавал, что только смерть для них была выходом.

— Есть какие-нибудь ещё трюки, инвалид? — спросил с вызовом Боро.

— Что ж, раз пламя не может тебя сжечь, то думаю этот «трюк», уж точно закроет твой рот. — в голосе Учихи начинали проскальзывать гневные нотки.

В мгновение над Саске образовался скелет Сусаноо. Призрачный демон, быстрым движением, вытянул руку вперёд, а затем схватил Боро в стальные тиски. Как только Саске заметил, что тот попался, то сразу же активировал третью стадию Сусаноо. Крепко сжав в кулаке тело Боро, Учиха хотел тем самым раздавить того как фрукт или яйцо.

— Что же ты этим хочешь доби… — не успел договорить Боро, как тут же почувствовал как ломаются его кости и лопаются все внутренности, вырываясь наружу в виде ошмётков и кучи крови.

В этот же момент из тела толстяка, вдруг распылилось что-то напоминающее зелёный дым. Достигнув Саске, тот успел немного вдохнуть, однако тут же закрыл рот и нос, рукой.

Учиха внимательно следил за ощущениями того, как ломается и разрывается тело его врага. В первую очередь, Учиха хотел проверить, насколько мощна, регенерация здоровяка, а во-вторых, он внимательно обдумывал каждую сломанную кость и любую другую органику, так как искал в этом всём, лазейку в виде какого-нибудь вспомогательного гаджета. Добиться такой чудовищной регенерации, без клеток Хаширами, было практически невозможным, но это если не учитывать новые технологии, которые с каждым годом, становятся всё мощнее и мощнее.

Саске закрыл глаза, а после дал команду Сусаноо отбросить раздавленное тело Боро подальше. Все выжившие патрульные наблюдавшие за боем, не верили своим глазам. Член Кары проиграл… Они уже было начали опускать руки, как вдруг разорванное и сломанное тело, начало двигаться и вновь обретать свою обычную форму.

— Теперь мне всё ясно… — спокойно сказал Учиха, — Ты весь напичкан технологиями, даже твоя плоть более не имеет настоящей природной формы. Этот сгусток внутри твоего левого бока… стальной шар или что это? Если бы я его разломал, думаю ты бы уже не смог вернуться в изначальную форму, я прав?

— Мерзавец… — прохрипел в ответ Боро, собираясь по кусочкам обратно в прежнее состояние.

— И что это за хрень, которую ты распылил? Напоминает какой-то вирус… Жалкий трюк, неужели ты и правда думал, что сможешь меня победить каким-то ядом?

— Ты вдохнул его, так что теперь ты труп. — ответил оскалившись в злорадной улыбке, Боро.

— Боюсь тебя огорчить, но у меня уже давно имеется иммунитет к ядам. Всё же не все слабости ты изучил… — вытащив катану из ножен проговорил Учиха, — ну, а раз уж я теперь знаю, куда точно нужно бить, ты для меня не более чем назойливая муха.

— Что? — недоумевающе вопросил Боро, заметив, что Саске будто бы готовится ударить катаной.

В этот же момент, Учиха активировал риннеган использовав «замещение» на трупе одного из разорванных патрульных, который так удобно расположился прямо перед Боро. Оказавшись перед недоумевающим противником, Саске точным движением проткнул левый бок здоровяка, а после провёл по лезвию чакру молний.

Когда Боро осознал, что произошло, было уже поздно. Он почувствовал, как клинок прошёлся насквозь через сферу, которая и сдерживала его более-менее человеческий облик. По началу конечно, Боро подумал, что сфера возможно выдержит, но когда через его тело прошёлся сильный разряд молнии, здоровяк ясно ощутил, как небольшой шарик в его теле, перегрелся и сгорел.

— Ты проиграл, Боро. — подытожил Саске, решив распороть недруга.

Однако внезапно, Учиха ощутил резкую боль в теле, а также странное чувство вибрации. Возле Боро из какого-то странного чёрного портала, вылез ещё один противник с накинутым плащом на лицо. Он мягко прикоснулся к груди Саске, и в то же мгновение, последний почувствовал невероятной силы толчок, который буквально заставил того пробить несколько стен здания, что находилось в пятнадцати метрах от него.

— Ты недооценил его… — спокойным голосом сделал замечание незнакомец, — Будь благодарен Джигену-сану, он решил спасти тебя.

Боро не успел даже и слова произнести, как его, вместе со странным незнакомцем, засосало в чёрный портал. Саске же лежал в груде хлама и бетона, через который он прошёлся своим телом. Однако быстрая реакция делала своё дело. В последний миг, Учиха всё же додумался создать щит из костей Сусаноо, поэтому травм было не так уж и много.

Жители продолжали разрывать сдерживающих их ниндзя, а также и друг друга. По-прежнему слышались крики людей и безумное бормотание, смешанное с рычанием. Капитан сдерживающих сил, сидя на крыше, задумчиво и с некой опаской глядел в сторону проломленных стен, куда на довольно большой скорости, врезался Учиха. Он думал о том, выжил ли сам обладатель шарингана или же этот удар, стал для него фатальным.

— Ты, — указав на одного из подчинённых, что стоял возле него, произнёс он. — иди и проверь, жив ли этот Учиха.

По виду парня, было понятно, что ему этого не очень-то и хотелось. Однако ослушаться приказа, он также не мог, ведь тогда, его могли осудить за дезертирство, что повлечёт за собой быструю смерть, если не от товарищей, то от этих голодных монстров.

— Х-хорошо, как прикажете. — ответил тот, после чего тут же направился в сторону образовавшейся дыры в стене одного из жилых домов.

Спустившись с высот зданий, неудачливый ниндзя, тут же заметил нескольких одичавших жителей бегущих прямо к нему. Уже приготовившись отбить атаку, он внезапно изумился, от воткнувшихся в их головы кунаи. Сверху несколько его товарищей, решили всё же прикрыть его задницу или же им приказал сам капитан. Так или иначе, выбранный ниндзя, был им благодарен.

Кивнув им, он быстро побежал к пролому в стене, а после, осторожно начал рыскать по комнатам, ища глазами хоть какие-нибудь признаки жизнедеятельности противника. Вступать с ним в бой, он не хотел, так как понимал, что ничего не сможет противопоставить тому, кто сражался против седьмого Хокаге.

Войдя внутрь, он увидел ещё несколько проломов стене. Удар был нехилым, раз его так сильно впечатало. Сглотнув, ниндзя продолжил свой путь, осторожно и внимательно осматриваясь по пути. Сперва, он прошёл через первую комнату, здесь было складское помещение, много всякого хлама и других деревянных ящиков наполненных скорее всего разнообразной нужной хренью. Во второй комнате уже прослеживалась столовая, видимо здесь, как и в других заведениях, людей пичкали едой наполненной особой отравой, которая медленно, но верно, превращала их в монстров.

Несколько столов разбились в щепку, стена которая отделяла кухню на которой готовили и подавали еду с самой общей столовой, была наполовину разрушена телом Учихи, которому не повезло пересечься с ней, пролетая через бетонные стены.

Пройдя через следующий пролом, он наконец увидел огромный завал из кучи сломанных и наваленных друг на друга полок и другого хлама, что высыпался оттуда. Здесь содержались разные мешки с мукой, крупами и другими съестными растительными ресурсами. Всё это добро, похоже не выдержало, когда сюда влетел Учиха, после чего одарило его сотней килограммов отборной крупы.

Из под этой кучи, ясно виднелись ноги. Ниндзя настороженно взглянул на них, а после решившись всё же проверить жив ли тот, пнул одну из стоп. Реакции не последовало. Ниндзя поняв это, даже облегчённо расправил плечи. Смелее подойдя к набросанным на тело Учихи мешкам, он решил всё же посмотреть, смертельно ли того завалило мукой и другими крупами.

Откинув один довольно тяжёлый мешок с рисом, он заметил в глубине этого хлама, сияющий красный глаз. Бедный патрульный даже отреагировать не успел, как вдруг из-под обломков, выскочила фиолетовая костяная рука. Она впечатала бедолагу в стену, от чего парень, тут же вырубился, резко приложившись затылком к стене.

— Гадство… — прошипел тяжело дыша Саске. — Этот ублюдок, он появился из ниоткуда и застал меня врасплох…

Активировав риннеган, Саске тут же использовал «божественную кару» после которой все обломки, что мешали ему выбраться, тут же разлетелись в разные стороны. Медленно приподнявшись, он деактивировал сусаноо, и осмотревшись, всё же решил перевести дух и понять, что делать дальше.

— Насколько я вырубился?.. — задался он вопросом, легонько приложив пальцы к виску. Голова всё ещё невероятно сильно гудела, перед глазами всё плыло, а в ушах стоял какой-то звенящий писк.

Попытавшись вспомнить последние фрагменты памяти, Саске всё же начал понимать происходящее вокруг. Его отбросил внезапно появившийся враг с помощью какой-то звуковой силы. Его появление было неожиданностью… если бы не он, то этот Боро, точно стал бы частью прошлого.

Хоть сусаноо и защитил тело, но внутренности всё же чувствовали этот сильный удар… Странная способность ещё одного, предполагаемого члена Кары, была необычной, Саске прочувствовал этот момент атаки, до этого он никогда не сталкивался с ничем подобным. Это явно была не техника, опять какие-то высокотехнологичные игрушки на подобии той сферы внутри тела Боро. Удар звуком, Учиха получал впервые… и опыт этот ему явно не хотелось повторять. Через твоё тело словно пронизывали вибрацию, которая в какой-то момент, словно молния, пронзала все органы и трясла их так, будто это погремушка… В конечном итоге, звуковая волна тащила тебя вслед за собой, отбрасывая с дикой силой и прижимая все внутренности, к задним стенкам тела.

Как только звон в ушах прошёл, Учиха наконец заметил всё ещё продолжающийся гул разъярённой толпы. Люди по прежнему продолжали убивать друг друга, а патрульные видимо, всё ещё пытались их безуспешно остановить.

— Колба! — вдруг всполошился Саске, вспомнив, что он положил образец странной жидкости себе в подсумку.

Пошарив рукой, он всё же нащупал её. Вроде бы не разбилась. Вытащив её на свет, он удостоверился в этом, ничего не вытекло, даже трещины не обнаружилось, что удивительно. Даже после столь мощной атаки с помощью вибрации, она смогла остаться невредимой. Видимо они очень ценны, раз находятся в таких хороших колбах.

— Остались ли ещё?.. — задумался Саске, вспомнив, что в штабе, оставался ещё целый ящик набитый этой дрянью. — Нужно будет проверить.

Привстав на ноги, он вяло поплёлся через комнаты, которые ранее прошибал собственным телом. Всё же он был благодарен судьбе за то, что у него имеется шаринган. Без него туго пришлось бы, да и вряд ли он сейчас здесь рассуждал бы.

Осторожно выглянув наружу, он заметил всё ещё борющихся полулюдей-полумонстров с вражескими силами, которые заметно проигрывали. Хоть одичалые жители и вырубаются от холодных оружий по типу кунаев, но это ненадолго. Их не берёт какое-либо оружие, да даже техники не все действуют. Хорошо ещё, что у них нет каких-нибудь развитых геномов, по типу льда и вообще разных освоений стихий. Они все были обычными… но теперь из-за препарата их сила увеличилась, как и гнев из-за которого, они не различают, где свои, а где враги.

Взглянув в сторону штаба, Учиха приметил зияющую полость на третьем этаже. Как раз-таки оттуда он и вылетел, когда на него напал Боро. Значит, там и ящик с колбами. Однако хорошенько поразмыслив и взвесив все «за» и «против», Саске всё же решил не вступать в открытый бой, а незаметно для всех, выбраться из города и забрать Боруто с выжившими членами семьи Ямамото. Здесь уж точно им делать больше нечего.

Боруто поёжился, после секундного ступора. Это заметила Кайо-сан, и незамедлительно поинтересовалась, всё ли хорошо у него. В ответ блондин махнул рукой, сказав: «всё нормально». Но мысленно, он так не считал. По крайней мере после встречи с Момошики во сне, блондин теперь уделял всем своим чувствам, куда больше внимания и этот стал не исключением.

Перед взором, словно что-то пронеслось, мимолётное и такое быстрое. Он словно видел ад и слышал крики людей. От подобной резкой подачи информации, он даже подавился воздухом, гулко глотнув того.

— Не нужно вам сейчас со мной возится, — с опущенными глазами, проговорил Боруто. — надо вашу дочь в норму поскорее привести и наконец покинуть это место…

— П-покинуть? — похлопав удивлённо глазами, переспросила Кайо-сан.

— Да. Вы оба пойдёте вместе с нами в страну молний. Я думаю, у вас больше нет причин оставаться здесь, ведь так? — последний слог был немного неуверенным, в глазах блондина была некая надежда на то, что она всё же скажет, что-нибудь на вроде: «да, мы пойдём».

Кайо конечно же не хотела более оставаться здесь. Однако любовь к мужу и к их дому, препятствовало к тому, чтобы они покидали это место. Слишком много времени прошло, да и готова ли она покинуть это место?.. Но все эти сомнения тут же развеивались, когда она начинала понимать всю тщетность этих земель. Город стал заложником у тёмных фигур, которые строят свои планы, а муж погиб и кормильца больше нет… Дочь она терять не собиралась. Ради неё, Кайо готова была даже пойти на край света, если это убережёт жизнь Юки.

— Да, но… куда нам идти? Ведь это место было нашим домом, а родственников у нас как таковых, больше нет… — её голос был неуверенным и даже неловким. Ей и правда было неудобно спрашивать о чём-то подобном у мальчика.

— Райкаге дружит с моим отцом, так что проблем никаких не будет. Я обеспечу вам хорошую жизнь, не беспокойтесь. — уверенно ответил ей Боруто.

Отчасти это говорило в нём вина и Кайо отлично это понимала. Она не винила его в том, что случилось с её мужем, однако отказываться от его помощи также не собиралась. Ведь если есть отличный шанс на безопасную жизнь в деревни скрытого облака, отказываться было довольно глупым решением.

Когда вопрос был решён, оставалось только дождаться учителя, а после отправляться в страну Молний. Теперь блондину ничего не мешало подумать о той встречи с Момошики и всему тому, что он узнал.

Печать на руке… похоже в ней был он. Боруто пока точно не понимал, как это произошло, но было очевидно, что Ооцуцуки смог как-то поставить печати на руке, переместив свою силу в неё. Узумаки никогда бы и не подумал о том, что такое возможно… Перемещать собственный разум, тело и силу прямо в эту крохотную печать на теле другого человека… Звучит как что-то совершенно немыслимое и невозможное. Впрочем, разве это может относится к Ооцуцуки? Монстрам, которые и могут что уничтожать всё, что видят перед глазами…

«Джооган» именно так и назвал этот странный глаз, Момошики. Теперь Боруто точно был уверен в том, что его глаз не был обычным бьякуганом. Он имеет более необычную силу, однако, вопрос как он у него пробудился, всё ещё оставался. Карма отпадает сразу, так как Джооган проявился ещё раньше. Все эти видения, отрезки из будущего, всё это показывает именно он. Видимо в этом и заключается его главная сила — видеть будущее. Эта сила была по-своему сильна и ужасна одновременно… Ведь, теперь Боруто осознал полностью то, что видел смерть сестрёнки до того, как это произошло, но так и не смог этого предотвратить, как и не смог спасти Ямамото-сана.

Мне нужно стать сильнее, чтобы научится управлять кармой и Джооганом! — мысленно процедил Узумаки, сжав кулаки.

В этот раз, Боруто снова повезло с тем, что метка на руке не убила его, истощением чакры. Рано или поздно, если он будет бездумно использовать карму в моменты гнева, то точно откинет копыта от истощения.

Прошёл ещё час, прежде чем в дверях показалась фигура Саске. Боруто встав на ноги тут же подбежал к учителю, заметив на его лице странное выражение, словно он побывал в какой-то затяжной битве.

— Учитель! — воскликнул Узумаки. — С вами всё нормально?

— Да… — устало ответил тот. Дышал он тяжело, было понятно, что бежал сюда Саске галопом и без каких-либо передышек. — Я встретился с одним из членов Кары.

Они сели в главном зале, Юки к тому времени уже полегчало и она также внимательно слушала то, что говорил учитель Саске. Когда они узнали о том, что творится в городе, то решение отправится в страну облака, было окончательно принято. Также Саске сообщил о том, что город всё же уже поставлен в известность, как «захваченный». Вопрос лишь времени, когда сюда прибудут спец отряды элитных шиноби Скрытого Облака. Эта новость порадовало их.

— Я также достал образец той дряни, которой пичкали жителей… — показав колбу со странной жидкостью, оповестил Учиха, — Нужно будет передать его органам в Облаке, возможно они поймут состав этой жижи и тогда мы сможем получить противоядие или что-нибудь подобное.

— Было бы неплохо… — без энтузиазма поддержал Боруто, хотя всё же понимал, что даже если получить противоядие, людей уже не спасти… судя по описанию Саске, они все также как и Норайо Нео подверглись необратимой трансформации.

— Вы как? — спросил Учиха, обратившись к Юки и Кайо-сан. — Мне очень жаль, что ваш муж погиб… Однако знайте, что умер он как настоящий воин.

— Утрата мужа весьма сильно ударила по мне и думаю, как мне, так и моей дочери ещё долго придётся привыкать к тому, что его больше нет с нами… — ответила Кайо, — Но как ни крути, но нам придётся покинуть это место.

Юки услышав слова матери напряглась, сжав пальцами подол своего кимоно. Саске это заметил, однако спрашивать не стал, решив, что девочка сама должна решится на этот весьма важный шаг. Оно и понятно, Юки впервые за всю свою жизнь, должна будет покинуть своё родное гнездо и отправиться в неизвестное место. Любой будет нервничать.

— Ну что ж, тогда нам нужно собираться. Возьмите все необходимые вещи, пойдём налегке. Нам нужно будет обойти город, поэтому берите только максимально важные вещи. — пояснил Саске, поднявшись на ноги.

Боруто хотел было спросить о том, как он встретил члена Кары, однако Саске остановил его жестом, дав понять, что в данный момент, не время об этом говорить. Узумаки был достаточно проницателен, чтобы понять то, что ему хочет сказать учитель, потому, вместо того, чтобы думать о Каре, он решил поговорить с Юки у которой явно были проблемы в душе.

Девчонка собирала вещи в один из рюкзаков, которые она обычно брала в походы с отцом. Хоть её лицо и выражало — ничего, однако руки и глаза всё же слабо, но дрожали. Узумаки списывал свою заинтересованность в ней, на то, что они просто были схожи с проблемами. Однако в глубине души, он уже понимал, что его так тянуло к ней.

— Ты ведь никогда не бывала в других деревнях? — спросил Боруто, подойдя к ней.

— Да, но мы с отцом часто ходили в походы… — ответила Юки, вспоминая те давние дни, её детства, — Он всегда говорил: «природа куда интереснее городов»… а я хоть и соглашалась с ним, но в душе, чувствовала какую-то недосказанность. Мне просто не с чем было сравнивать, кроме Йошиюки, а там как ты знаешь, давно уже всё было непросто…

Блондин понял, что невзначай надавил на воспоминания об отце, поэтому судорожно стал размышлять о том, как бы её отвлечь от этого. Перебирая сотню мыслей в голове, он вдруг выпрямился, вспомнив кое-что.

— В стране молний довольно тепло… И там очень красивые виды на природу. Когда мы туда доберёмся ты в этом сама убедишься.

— Думаю, так оно и есть — улыбнувшись ему в ответ, сказал она.

Когда все были готовы к отправке, то все в последний раз помолились над могилой Ямамото-сана. Юки пообещала ему, что когда все проблемы уйдут, она навестит его. Саске стоял в стороне и терпеливо ждал, когда эти двое закончат молится. Глядя на них, он невольно вспоминал и свою семью. Его дочь и жену, и ведь судьба штука довольно непредсказуемая. Сегодня ты засыпаешь с мыслями о том, что всё с ними хорошо, а на следующий день, ты слышишь о их гибели… Это также заставляло Учиху ощущать какую-то тяжесть и тревогу в сердце за свою семью. Ооцуцуки могут прибыть в любое время.

В момент когда им уже нужно было уходить, Юки в последний раз оглянулась в сторону своего дома. Сейчас он казался таким пустым и одиноким… она ещё никогда в жизни так сильно не ощущала эту пустоту. Словно со смертью отца, дом также потерял душу и больше не греет глаза родных.

Они все отправились в обход города, по одной из уже практически невидимых троп. По пути, Юки попросила Боруто дать ей на время его клинок, аргументируя это тем, что она знает, как с ним обращаться. Узумаки в свою очередь, конечно немного смутился, но всё же отдал его. По практически невидимым тропам их направляла Юки, так как она, множество раз исследовала эти леса вместе с отцом, и потому знала, каждый закуток и особенности этих мест.

Удивительно, как она менялась, когда попадал в лес… Девушка практически ничего не говорила, только указывала куда идти и мельком рассказывала о разных интересных местах. Было такое чувство, будто этот лес принадлежит ей, а они здесь лишь гости, которые пришли посмотреть на всю эту красоту, покрытую густым снегом.

Пока они наслаждались всем этим умиротворённым спокойствием природы, откуда не возьмись, выскочил медведь, прямо из-под снега в районе поднимающегося холма. Было понятно, что тот, видимо, очнулся ото спячки. Это было редким явлением, но, если застал такое, лучше уж бежать наутёк. Медведь яростно взревел поднявшись на две задние лапы, а после завидев людей, стремительно побежал на них, видимо чтобы разорвать непрощенных гостей.

Когда тот внезапно побежал в их сторону, Саске прикоснулся пальцами к своей катане, чтобы остановить медведя, но внезапно остановился, удивлённо выпучив глаза. В момент когда медведь практически приблизился к Юки, его голова с характерным, - режущим воздух - звуком, тут же отлетела в сторону, забрызгав белоснежный снег, алой кровью.

Боруто также остановился, с изумлением глядя на огромное тело обезглавленного медведя. Переведя взгляд на Юки, он заметил, как она держит клинок в ножнах… и тут же догадался, что это именно она отсекла голову этому животному.

— Ямамото похоже был хорошим учителем… — расслабившись, сказал Саске.

Лишь Саске увидел это. Её стойку и то, как она вытаскивала из ножен клинок. Без лишних движений, быстро и чётко, удар пришёлся через шею под особенно точным углом, хотя он даже и не думал о том, что она так сильна. Эта девчонка явно была сильнее Боруто.

Юки присела возле тела поверженного медведя, а после погладила его густую бурую шерсть приговорив:

— Прости, но ты не оставил мне выбора.

Медленно шагая по тёмному коридору, двое членов Кары направлялись в сторону зала где их должен был отсчитать Джиген. Шаги отдавали эхом по безлюдному и длинному коридору, доставляя тем самым, довольно неприятные ощущения.

— Ты слишком самоуверен, Боро, — сказал спокойным голосом напарник, — если бы я не вмешался, то думаю, тебе пришёл бы конец.

— Хватит уже, я ведь сказал, что всё было под контролем. Не надо было вмешиваться, тебя никто не просил! — с раздражением ответил здоровяк.

— Ошибаешься… Джиген-сан лично попросил меня о том, чтобы я приглядел за тобой.

— Что-то я не припомню, чтобы он нами дорожил… — с явным недоверием сказал Боро, глядя прищуренными глазами на своего напарника.

— Думай что хочешь, главное веди себя подобающе, когда предстанешь перед ним. — равнодушно ответил тот.

Пройдя через двойные двери, они оба очутились в довольно просторной комнате, которая вся была покрыта странным материалом, переливающимся из синего в более тёмные тона. Везде виднелись разнообразные тёмные линии, что переливались мягким светом, переходя от пола к стенам, а оттуда к потолку. В дали виднелся небольшой трон на котором и восседал Джиген.

Оба прибывших, тут же поклонились, опустив свои головы к полу.

— Рад видеть тебя в здравии, Боро… — спокойным голосом сказал Джиген, — Как прошла миссия?

— К сожалению, город Йошиюки был потерян. Однако я успел уничтожить одну из партий препарата. — ответил Боро, в голосе которого, явно прослеживалось напряжение, — Я столкнулся с Учихой Саске…

— Да, я слышал об этом. — перебил тут же Джиген. — Мне плевать на то, жив ли он сейчас или нет… куда более важно, что ты усвоил после поражения?

— Он хитёр и силён. Даже с одной рукой, смог дать мне отпор… его глаза поистине сильны и с ним нужно всегда быть начеку. — ответил Боро, обдумывая каждое слово. — В следующий раз, я не допущу такой ошибки.

— Не стоит утруждаться. Вы видели мальчишку, который путешествует с ним?

Сын Хокаге, мальчишка который по словам Джигена мог обладать чудовищной силой. Ни Боро, ни его напарник не понимали, всю ценность данного индивида, однако своими глазами, они его всё же не видели.

— Нет, когда я прибыл туда, то обнаружил только Учиху. Похоже, что мальчишку он оставил где-то в безопасном месте.

Джиген задумчиво глядел на своих подчинённых, и никто не мог понять, глядя ему в глаза, о чём же всё же он думает. Джиген был довольно страшным лидером, однако он никогда не устрашал своих подчинённых, банальным угнетением или унижением. Нет… он всегда был спокоен, но в этом спокойствии, была какая-то тёмная сторона. Все члены Кары боялись в один момент пробить своими неудачами это спокойствие… их пугала неизвестность и не читаемость их главы, словно сам демон поднялся с глубин ада.

— Можете идти… — внезапно выдал Джиген. — Вам нужно набраться сил, чтобы преступить к следующему заданию.

— Да… — синхронно ответили двое, а после тут же исчезли.

Потеря города была безусловно довольно сильным ударом для их организации. Однако не критичной. Всё же, каждый совершает ошибки, что уж тут поделать, такова уж суть живых существ. Куда более интересно, что в ночь предположительного разгрома, Джиген вновь ощутил всплеск чужой кармы. Эта сила была ему знакома, столь холодная и расчётливая. Момошики явно взял себе сосуд с качественным геномом.

— Боруто Узумаки, думаю я лично навещу тебя. — проговорил с улыбкой мужчина, предвкушая их встречу.

олубые глаза Хокаге с задумчивостью и толикой тревоги, оглядывали всё ещё не пришедшего в сознание мальчика с тёмными волосами. Прошло уже несколько часов с инцидента на полигоне. Никто ничего об этом конечно же не узнал, сославшись на неудачный исход необдуманного использования какой-нибудь техники в результате которой пострадал учитель.

Каваки лежал на койке в одной из подземных лабораторий. Всё же после того что сделал пацан, он не мог положить его в обычную больницу где были сотни обычных людей. Сакура как главный медик-ниндзя в Конохе, сразу же догадалась что именно случилось на полигоне.

— У него истощилась вся чакра и именно поэтому он по прежнему не приходит в сознание. — оповестила блондина, Харуно, — Это произошло из-за того, что он использовал что-то очень мощное и опасное… например «Карму».

— Ради Бога, хватит уже ходить вокруг да около и скажи мне прямо, что ты хочешь мне предъявить. — раздражённо прервал ту Узумаки.

Он был мягко говоря уставшим и в следствии чего очень нервозным. Ситуация с пацаном сделала всё только хуже и сейчас Наруто ощущал себя паршивей некуда. Он не знал, что теперь ему делать, стоит ли доверять Каваки или же и вовсе посадить того под замок и изучать опасную печать уже с помощью лабораторий…

— Я ведь тебе говорила, что оставлять его в больнице это была ошибкой и как видишь, я была права. Он опасен для людей. Он чуть не убил Конохамару и если бы ты не подоспел, то такой участи могли не избежать и моя дочь, как и Мицуки! Ты хоть на секунду можешь осознать всю ту серьёзность ошибки, которую ты допустил Наруто, наивно считая этого самозванца несчастным мальчиком?!

Слова Харуно только усилили гнев внутри Узумаки и он повернувшись к ней, тут же ответил:

— Моя задача защищать людей деревни Скрытого Листа, но я чёрт возьми также остаюсь и человеком, Сакура! Да, я ошибся, доверившись своей интуиции и дав мальчику слишком много свободы, этого ты хочешь услышать?

Сакура поникла, немного отпрянув от внезапно сорвавшегося блондина. Глаза его источали гнев и на секунду она даже заметила в них не голубые оттенки, а что-то напоминающее алую кровь. Его дыхание было сбивчивым и тяжёлым, бледнота лица также давала понять, что он давно уже истощён как морально, так и физически.

— Извини… — тяжело выдохнув, чуть более спокойно продолжил Наруто, — просто… В последнее время я переживаю столько боли, что порой мне хочется просто сдаться. Клянусь, меня когда-нибудь это доконает, если я с этим всем вовремя не разберусь. Твои упрёки в сторону моих решений, ничего не дают… если хочешь помочь, помоги мне, а не критикуй.

Она сочувствовала ему, пережить смерть ребёнка, уход второго, так теперь ещё и возня с ещё одним появившимся из неоткуда с необычной и опасной печатью. На месте Наруто, Харуно давно бы уже всё послала к чёрту и заперлась бы в четырёх стенах. Однако никому не познать силу воли человека, а уж тем более Узумаки Наруто, как и его доброту и излишнюю наивность.

— Ты прав, мне действительно не стоило так на тебя открыто наезжать. Однако, тебе и правда стоит задуматься над тем, как поступать с этим ребёнком. У него опасная сила и оставлять его на седьмую команду, без какого-либо дополнительного присмотра, очень глупо и опасно.

— И что же тогда?.. — сдался Наруто. — Отправить кого-нибудь следить за ним? Да и не факт, что он это сделал намеренно. В момент когда я прибыл на помощь, то увидел, что он был словно в бреду… и говорил он явно не своим голосом.

— Посоветуйся со своим советником. Что же насчёт того, делал ли он это намеренно или нет, то тут, наверное, лучше расспросить Конохамару. Сходи к нему в больницу, у него обширные переломы рёбер, так что думаю на какой-то срок команда номер семь останется без миссий.

Узумаки ничего не ответил, задумчиво переведя взгляд на лежащего Каваки. Он по прежнему задавался вопросом, стоит ли делать из Каваки жителя Конохи или же всё же сдаться и дабы защитить народ, просто спрятать его здесь, глубоко под землёй в лаборатории.

«Я тоже не думаю, что этот пацан стал бы нападать на них. Я чувствовал в нём чужое присутствие, словно им кто-то манипулировал или что-то типа того» — вдруг подал голос демонический лис. — «Не стоит гнать на пацана, за единичный случай. Не забывай, что он находился длительное время у довольно тёмной личности, которая хрен знает, что с ним делала»

Сарада и Мицуки сидели на скамейке в больнице, ожидая когда им наконец разрешат посетить палату их учителя. Оба встревоженно глядели себе под ноги и думали о том, что же всё-таки произошло с их новым товарищем.

— Думаю… он это сделал не специально. — заговорил первым Мицуки, — Что-то было странное в его голосе, будто бы, он боялся и невероятно злился. Вряд ли, Конохамару-сенсей, был для него врагом.

— Я тоже это заметила, — поддавшись размышлениям, добавила Сарада, — его слова перед тем как он отключился, ты помнишь их?

— «Твоё время ещё придёт» и «хороший сосуд». — тут же ответил сын Орочимару. — Может быть это всё из-за кармы? У неё есть какой-нибудь побочный эффект или когда он использует её, то им может овладеть левая личность.

Их разговор вдруг прервала медсестра, которая подозвав их, разрешила зайти и проведать их учителя. Они тут же рванули к нему, чтобы узнать, сильно ли он пострадал.

Конохамару лежал на спине, вся грудь была перебинтована и каждый вздох сопровождался тупой болью, которая не давала ему банально отдохнуть. Даже обезболивающее толком не помогало. Заставляя того, думать о том секундном миге, когда он чуть не отправился на тот свет. Как только он завидел своих учеников, на лице появилась слабая улыбка.

— Привет, вы как, нормально? — спросил слабым голосом Конохамару.

— Отделались лёгким испугом, но вот вы… — удручённым голосом ответила Сарада.

— Простите меня, за то что не смог остановить Каваки. — поклонившись, извинился Мицуки.

— Не нужно извинятся, Мицуки. Главное, что вы не пострадали и остались в целости и сохранности. — тут же успокоил того Сарутоби, — Что же насчёт Каваки…

Лицо учителя тут же изобразило серьёзность и некую хмурость. Он также понимал, что возможно мальчишка не был виновен в прямом нападении на него, потеряв контроль над силой, он мог просто принять его за другого человека… Однако нападение всё же было и отрицать этого было нельзя.

— Мне кажется, что он под влиянием кармы, видел перед собой кого-то другого, а не вас учитель. — тут же выдал своё предположение Мицуки.

— Да, а ещё он бормотал какие-то странности, будто бы не своим голосом. — добавила также Сарада. — Он явно не управлял собой.

— Это уже решать не нам, а Лорду Седьмому.

— Ты прав, — зазвучал вдруг голос Наруто. — похоже я вовремя.

В палату незаметно для всех вошёл Хокаге. Выглядел он всё таким же встревоженным, а в глазах виднелась дикая усталость, смешанная с раздражением. Он с облегчением взглянул на двоих генинов, так как теперь ему не нужно было вызывать также и их для подачи показаний насчёт инцидента.

— Седьмой, — обратился к тому Сарутоби, — он ещё не очнулся?

— Нет, всё ещё лежит без сознания. Я хотел бы узнать по подробнее о том, что вы только что обсуждали.

Оба генина тут же рассказали о том, что видели и слышали от Каваки в тот момент. Наруто с каждой новой подробностью, всё сильнее и сильнее убеждался в том, что карма всё же негативно действует на пацана. Кто-то или что-то берёт над ним контроль, или же он сам начинает неосознанно видеть перед собой обидчиков, которых хочет прикончить.

— Меня озадачивают слова по поводу «сосуда»… что он имел ввиду? — подал голос Конохамару.

— Вопрос в другом: говорил ли это сам Каваки?

— Ну да ладно… бесполезно сейчас размышлять. Вы двое, можете быть свободны, так как Сарутоби-сенсей будет ещё долго отлёживаться здесь, я дам вам отгулы, а там посмотрит, может кто ещё захочет вас взять под свою опеку… — проговорил Наруто, повернувшись к Сараде и Мицуки.

— Хорошо! — одновременно ответили генины, а после тут же вышли из палаты.

— Не везёт же нашей команде… — измученно усмехнувшись, заметил Конохамару.

— Это да, но скоро всё образумится. Чёрная полоса у всех бывает. — ответил таким же поникшим голосом Наруто, — А как ты считаешь: он правда опасен для нас или же ему нужна помощь? — спросил с интересом Хокаге у своего соратника.

Сарутоби задумчиво хмыкнул, тщательно обдумывая ответ. Наруто не торопил его, понимая, что тот сейчас перебирает факты, чувства и собственные доводы. Спустя несколько минут, он всё же ответил:

— Думаю, у него есть шанс стать настоящим шиноби нашей деревни. Но ему нужно научится использовать техники и отречься от кармы. Она лишь усугубляет его психическое состояние, думаю если бы он не использовал её тогда, то ничего и не случилось бы.

— Хорошо, я приму это к сведенью. — кивнув ответил Наруто, а после попрощавшись вышел из палаты.

Выйдя из больницы, Наруто направился обратно в подземную лабораторию. Решив не медлить, после возвращения с полигона, вместе с бессознательным Каваки, он сразу же решил позвонить, непосредственно, Орочимару, чтобы тот осмотрев мальчика, наконец дал хоть какие-нибудь ответы на то, что может скрывать под собой эта странная метка.

Встретились они уже у лифта в подземную лабораторию. Выглядел член легендарной троицы, довольно изумлённо, завидев действующего Хокаге. До этого, он всегда видел в нём какую-то теплоту и дружелюбность, но не сейчас.

— Видимо дело обстоит очень серьёзно, раз ты решил позвонить мне, Наруто-кун. — предположил Саннин.

— Так и есть. — сухо ответил Узумаки. — Заходи в лифт, по пути вниз, объясню ситуацию.

Зайдя туда, Наруто нажал на кнопку, которая замигав, закрыла двери, а после с характерным звуком начала опускаться вниз. Блондин стоял неподвижно, глядя только вперёд и словно думая о чём-то своём. Спустя несколько секунд, он всё же, нарушил тишину:

— Месяц тому назад, Конохамару на одной из миссий нашёл мальчика… он оказался не обычным. Как мы поняли, его перевозили из одного убежища в другое. Некая организация, которая кличет себя — Карой, поставила ему… печать. Есть вероятность того, что её поставил Ооцуцуки.

— Что? — встревоженно воскликнул Орочимару, — Откуда такие выводы?

— У моего сына… появилась точно такая же печать на руке. И возникла она после того, как он победил Ооцуцуки, — ответил Хокаге, сжав пальцы, — мальчик которого принёс Конохамару, оказался довольно непростым. Я обучил его некоторым техникам, однако, на тестовой тренировке, он всё же использовал карму. В результате чего, его учитель чуть не погиб.

— Моё дитя не пострадало? — спросил тут же змей.

— Нет, к счастью, я прибыл вовремя, так что пострадал только учитель.

Орочимару понимал, что появление ещё одного Ооцуцуки подвергает планету опасности. Саннин также слышал и то, что сын Наруто ушёл из деревни вместе с Саске, однако он даже не догадывался что у того, также имеется странная печать.

— Ты связывался с Саске, насчёт печати?

— Нет, думаю сделать это сегодня. Конечно возможно, что и мой сын оказался в подобном положении, но что-то мне подсказывает, что с Боруто всё в порядке. По крайней мере с ним Саске, а это уже что-то. — устало сказал Наруто.

Орочимару видел то, как смерть дочери влияла на блондина. Его холод в речи, усталость в глазах и многое другое, начинало выходить наружу. Наруто не мог это больше сдерживать… в каком-то смысле Саннина это печалило, так как он считал, что этот ребёнок был особенным, что его ничто и никогда не сможет сломить. Однако даже он не может долго держать оптимистичность, медленно уходя в пучину безысходности.

Когда лифт наконец остановился, они молча прошли по коридору, по которому ходили также и другие учёные, врачи и шиноби. Каждый был занят своим делом и практически никто не отвлекался на Хокаге или Орочимару.

— Похоже работа здесь кипит каждый день… — оглядываясь по сторонам, заметил Саннин.

— Просто иди за мной.

Завернув в одну из сотни дверей в длинном коридоре, они оказались в ещё одном холле, который вёл уже непосредственно в охраняемые и специализированные палаты, в которых находились особо опасные вирусы, радиоактивные вещества, а также существа которых шиноби смогли принести в целости и сохранности. Для каждого были созданы особые условия содержания, и Орочимару даже представить себе не мог, что здесь, могли содержаться такие опасные объекты.

— За мной. — подозвал Наруто.

Блондин подошёл к металлической двери, и после приложив свою левую руку к сканеру, тут же повернул ручку, услышав одобрительный писк.

— Не знал, что здесь содержаться такие опасные вещи… — с нескрываемым восторгом произнёс Орочимару.

— Ты ещё многого не знаешь… — холодно произнёс тот.

Войдя в особую палату, Орочимару увидел того, из которого Наруто и позвал его сюда. Брюнет возраста его сына, лежал на особой койке, ровно по центру комнаты, обтянутый несколькими сдерживающими печатями, а также барьерами которые в случае пробуждения, оповестят об этом сенсоров.

— Не слишком ли, вы его окутали печатями? — спросил белый змей.

— Это условия его содержания. Мы толком не знаем, сумеет ли всё это сдержать его, так как по некоторым сведениям, он может поглощать чакру, а также техники, в том числе и барьеры видимо.

— О, я уже ощущаю эту странную мощь. — оповестил Орочимару, — Она не похожа на природную энергию или чакру. Это что-то потустороннее.

— Я тоже её ощущаю. — добавил Наруто, — Учёные утверждают, что сила в печати преобразовывает природную энергию в совершенно иную, а после выпускает наружу в виде природных элементов. Сведения показали, что его сила связана с… манипуляцией материей. Проще говоря, он может менять структуру любых вещей, от земли до металлов.

— Убери барьеры, мне нужно его осмотреть.

— Будь осторожнее, здесь даже природная энергия не спасёт тебя, если он захочет убить. — предупредил того Наруто.

— Ну-ну, со смертью я знаком не понаслышке. — улыбнувшись ответил Саннин.

Простите… простите… простите… — повторял и повторял Каваки, свернувшись в клубок в своём подсознании. Он из раза в раз, видел, как калечил учителя, видел как у того ломались рёбра под воздействием его силы.

Он слышал голоса которые доносились до его ушей. Он не мог очнутся, но слышал.

Его нужно посадить глубоко под землю и изучить его печать уже там. Как ты этого не понимаешь?!

Рано ещё об этом говорить. Сначала мы должны разобраться в том, что вообще произошло. Он мог сделать это неосознанно.

Так это только ещё сильнее усугубит ситуацию. Даже если он не специально это сделал, где гарантия того, что это не произойдёт вновь?!

Хватит! Чтоб я больше не слышал этого, до того момента, как я лично не разберусь со всем этим, понятно?

Голоса он еле различал, но отчётливо слышал Хокаге. На душе становилось спокойней, когда он слышал его голос.

Каваки старался не забывать того, кто действительно решил помочь ему. Он хотел отплатить ему той же монетой, помочь и понять, защитить и стать его щитом и мечом. Однако, поступок который он совершил с тем шиноби, был ужасным… и всё из-за его вспыльчивости.

— Ты идиот!.. Чёртов заносчивый утырок!.. — прижимаясь к ногам, кричал сам себе Каваки. — Тебе нужно сдохнуть! Самой жалкой смертью, самой мучительной…

Внезапно, он раскрыл глаза, почувствовав чужое присутствие. Вокруг была лишь тьма и ничего кроме тьмы. Он пытался вглядеться в неё, увидеть то, что скрывается в ней. Но всё было тщетно… однако чувство того, что он здесь не один, всё ещё не покидало его.

Ты чувствуешь меня, не так ли? — прозвучал эхом голос, который вызывал у Каваки неподдельный страх.

— Где ты?! — вскочив на ноги, крикнул брюнет.

Внезапно всё пространство в котором он находился, озарило яркой вспышкой, и в этой вспышке он на долю секунды увидел фигуру мужчины в плаще из головы которого торчал массивный рог. Вспышка была мимолётной и после всё вновь ушло во мрак, однако перед глазами Каваки, всё ещё виднелся след от образа чудовища, которого он увидел в этой вспышке.

— Ты… — дрожащим голосом произнёс Каваки, — Да что ты за тварь такая?..

Ты боишься меня? — вопросило существо, — Твои поджилки трясутся только от одного моего голоса, не так ли?

— Нет. Ты меня шокировал, но я тебя не боюсь… — неуверенно ответил мальчик.

Ложь, наглая ложь, но мне нравится то, как ты это говоришь. — усмехнувшись сказало существо, — Знай же, мальчишка… что твоя печать на руке, не исчезнет, до тех пор, пока ты не убьёшь меня.

— Джиген?.. — с ужасом вопросил Каваки.

Существо рассмеялось, а сам мальчик вжался в пол, не зная куда себя деть, чтобы не слышать этот смех.

Ну, можно сказать и так. Я ведь тебе говорил, что твоя жизнь была бессмысленна, но я дал тебе этот самый смысл, подарив карму. Она приведёт тебя к пику твоей судьбы. Если хочешь избавиться от неё, тебе придётся убить меня. Ведь я тот, кто наделил тебя этой силой. В противном случае, я убью тебя и передам карму кому-нибудь более сильному и смекалистому чем ты

— Убить тебя… вот оно что. Не сомневайся в этом, ублюдок ты бесчеловечный. Я найду тебя… найду и выпотрошу все твои оставшиеся внутренности! — прокричал с ненавистью Каваки.

Смелые слова для того, кто вжимается в пол от одного только голоса! — с вызовом проговорил Джиген. — Я найду тебя, когда придёт твоё время и тогда мы узнаем, сможешь ли ты противостоять мне

Каваки боялся, но вместе с этим, внутри него начинали просыпаться более смелые чувства. Ненависть начинала перевешивать страх, а вместе с ней, пришла и надежда на то, что в будущем он сможет наконец-то стать свободным.

— Я убью тебя… убью. — прошипел уверенным голосом Каваки, буря тьму своими уверенными и полными злобы глазами.

Боруто и остальные, прибыли на границу страны молний, через два дня. Холод постепенно ушёл и теперь они могли идти в более лёгкой одежде. По пути им не встретились никакие жилые пункты или небольшие деревушки. Всё же город Йошиюки был одним в стране Мороза.

Зимние равнины, сменились голыми скалами, которые, порой своей высотой могли доходить аж до самых облаков. Теперь было понятно, почему деревня именно Скрытая в Облаке.

Разбив небольшой лагерь на одной из голых гор, Узумаки высыпал хворост, который он собрал ещё на территории страны Мороза. Учиха знал о том, что здесь местность не блещет деревьями, поэтому заранее наказал своему ученику собрать побольше хвороста.

Юки по воле случая, помогала Боруто в овладении катаны. Саске также следил за ними и сильно удивлялся тому, как она с невероятным терпением и мастерством из раза в раз, повторяла движения, чтобы блондин наконец допёр как их совершать.

— У тебя с каждым днём получается всё лучше и лучше, — призналась Юки, сидя у костра, — думаю когда мы дойдём до деревни Облака, то там ты уж ты точно раскроешь весь свой потенциал.

— Спасибо, всё благодаря тому, что ты хорошо объясняешь и показываешь. — ответил благодарностью на похвалу тот. — Уже завтра, мы возможно, наконец, дойдём до деревни.

Саске видел, что между этими двумя проскальзывала связь, и это радовало его как учителя. Всё же ему нужно было вновь почувствовать хоть какую-нибудь привязанность и заботу. Конечно же, Боруто также не должен был забывать и о своих тренировках. Близился день, когда он начнёт плотно изучать карму и её свойства… вот тогда то, нужно будет быть начеку.

Кайо также не могла не заметить эти странные взаимные диалоги между ними. Она была не против подобного расклада, всё же её дочь была уже не такой уж и маленькой. Да и юный Узумаки не казался ей противным или ненадёжным, в его глазах она видела отражение решимости и некой взрослой грусти, которая, видимо пришла к нему после смерти сестрёнки.

— Как идут дела со свитком, который дал тебе твой отец? — спросил Учиха у Боруто.

— Довольно хорошо, я уже начинаю понимать суть формул, которые должны быть нанесены на объекты. Правда я ещё не до конца понимаю, как мне самому их нанести… Здесь как-то непонятно объяснён этот пункт… — вздохнув ответил блондин. — Может если бы кто-то со схожей способностью объяснил бы мне… то возможно, я куда быстрее овладел бы этой техникой.

— Извини уж, но тут я тебе не помощник. Техника моего глаза не совсем телепортация. Я очень быстро перемещаюсь между особым измерением которое открывает именно мой глаз, да и печатями я не пользуюсь, мне нужно лишь сфокусировать свой взгляд на определённом объекте, после чего, он автоматически, также уходит в карманное измерение.

— Сложновато… — признался Боруто.

— А… что это за техника? — поинтересовалась Юки.

— Телепортация грубо говоря. — ответил Узумаки, — Этой техникой пользовался мой дед во времена третьей мировой. Мой отец тоже её знает, но она ему ни к чему, он предпочитает двигаться собственными ногами.

Юки удивлённо хлопнула глазами, поражаясь тем, какие же всё-таки удивительные предки у Боруто. И всё же, между ними была разница… она всегда ощущала заботу отца, тогда как по рассказам блондина, его отец в какой-то момент, с головой ушёл в работу и более не мог находиться рядом с сыном. Для неё подобная мысль, была просто чужеродной и шокирующей. Отец который не заботится о своём ребёнке… разве такое возможно?

— Ну ладно, хорош болтать, нам нужно хорошенько отоспаться и как можно скорее добраться до деревни Скрытого Облака. — прервал того Саске, — Ложитесь спать, а я встану на караул.

— Как скажите… — вздохнув ответил Боруто.

Внутри блондина было какое-то предвкушение. Он ощущал, что как только дойдёт до деревни, то там то уж он начнёт становиться действительно сильнее. Однако вместе с чувством эйфории, пришло и беспокойство. Джооган также время от времени начинал побаливать, словно пытаясь предупредить своего хозяина о чём-то важном.

Вдруг, карма активизировалась, а вместе с ней и Джооган, который наконец получив подпитку от печати, начал показывать фрагменты из будущего. Боруто видел перед собой небольшие горы, для блондина это было знакомое место. Здесь был проток небольшого ручья, на другой стороне которого, сидел какой-то мужчина. Странно, но Узумаки ощущал какую-то неприязнь, смешанную со страхом. Над ними зияла луна, свет от которой, доходил и до странного мужчины, одетого в белый халат.

Когда приступ прекратился, печать тут же деактивировалась вновь став обычным ромбом, джооган также исчез, оставив после себя, лишь небольшой след на радужке слепого глаза. Очнулся Боруто глубокой ночью, Саске к счастью был немного подальше от их лагеря и не видел приступа.

Узумаки привстав с футона, решил всё же подышать вдали и обдумать всё то, что с ним произошло. Ни Юки, ни её мама, так и не проснулись. Осторожно и бесшумно встав на ноги, он поплёлся в сторону своего учителя.

— Что такое? — спросил тот не оборачиваясь.

— Кошмар приснился… — ответил Узумаки, решив не раскрывать нового приступа связанного с будущим. — Мне надо уединиться.

— И куда же? — поинтересовался Учиха.

— В туалет блин. — прошипел в ответ Боруто.

Саске внимательно осмотрел своего ученика и после секундного оценивания ситуации, всё же сдался и кивнул.

— У тебя пять минут, если не вернёшься, я пойду тебя искать, понятно?

— Ага… — тут же ответил тот, решив что и пяти минут ему будет достаточно для того, чтобы побыть наедине с самим собой.

Прыгнув на одну из соседних гор, он быстрыми движениями пересёк её, а после спрыгнул вниз. Внезапно у него ёкнуло сердце, а глаза широко раскрылись от удивления и дежавю. Он стоял перед тем самым ручьём, на другой стороне которого должен был появиться странный мужчина.

Оглядываясь по сторонам, он судорожно ожидал его, подумывая о том, что он может ему сделать. Конечно Узумаки мог также уйти обратно, тем же путём, но внутренняя интуиция, а также банальное любопытство, подсказывало, что ему нужно было всё же дождаться его.

Прошла минута и Боруто уже было подумывал о том, что у него были просто галюны, как вдруг, прямо перед ним, на том самом месте, где он видел мужчину в своих видениях, начал появляться странный портал, из которого вышел тот самый мужчина одетый в белое одеяние.

— Ну здравствуй, Боруто Узумаки… — поприветствовал его тот.

Боруто стоял в оцепенении, не зная, что ему делать. Перед ним внезапно возник странный мужик в белом одеянии, на лице которого он заметил какой-то символ, что очень сильно напоминал какую-то римскую цифру. Его холодные и практически тёмные глаза, не отрываясь глядели на него.

— Ты ещё кто такой? — спросил насторожено Боруто.

— Ох, где же мои манеры, — будто бы очнувшись ото сна, произнёс в ответ незнакомец. — моё имя Джиген.

Он поклонился в знак вежливости и блондин невзначай заметил странность в его теле. Огромная чёрная сфера, зияла в месте где по идее должен был быть живот. Взглянув на свою правую руку, Узумаки также почувствовал и то, что его карма словно предупреждала об опасности. Ромб то и дело будто бы мигал голубым свечением, давая своему носителю сигнал.

— Что мне твоё имя, — хмуро продолжил Боруто, — как будто оно должно что-то значить для меня.

Джиген усмехнулся, прикрыв глаза. Он видел в этом пацане своего сына, Каваки, что должен был стать для него вскоре сосудом. Манера речи и даже взгляд, всё это напоминало ему его маленького и глупого сына.

— Ты знаешь о том, что это за штука у тебя на руке? — указав на правую руку блондина, спросил Джиген.

В лице Боруто, вдруг проскользнуло любопытство, но вместе с тем, пришло и внезапное осознание того, что это может быть также один из новых Ооцуцуки. Гнев объял его столь же стремительно, как и карма его руку.

— Ты Ооцуцуки?! — грозно спросил Узумаки, сжимая правую руку в кулак.

— Подожди секунду… — словно не замечая явной опасности, ответил ему мужчина, — Нужно барьер поставить, не хочу чтобы нам мешали.

Эти слова прозвучали так беззаботно, что Боруто даже немного растерялся. Да, от этого мужчины явно веяло духом ублюдков, что были повинны в смерти его сестры, однако… что-то здесь было не то.

— Готово. — вздохнув хлопнул ладонями Джиген, — Прости уж, что разочарую… но я пришёл не сражаться с тобой, а просто поговорить.

— Отвечай на мой вопрос!.. — продолжая источать энергию кармы, прошипел Боруто.

— Ну хорошо, да, я являюсь Ооцуцуки.

Как только блондин услышал ответ, в нём словно что-то щёлкнуло и он резким рывком сократил дистанцию между собой и Джигеном, вытягивая перед собой правую руку, чтобы выжечь дыру в этой бесящей его спокойной морде.

Ладонь засияла голубым светом и через мгновение, Боруто ожидал увидеть обезглавленного белого ублюдка, но вместо этого, он ощутил как пальцы Джигена коснулись его кисти и легонько отбросили чутка в сторону, тем самым заставив луч выстрелить мимо.

— Ч-что? — только и успел произнести Узумаки.

Колено Джигена с размаху врезалось прямо в живот блондину и тот вскрикнув, отлетел обратно на противоположный берег, врезавшись в один из камней. Карма всё ещё действовала и только благодаря ей, Боруто не сломал себе половину всех костей и не разорвал практически все внутренние органы.

— А ты довольно быстр для своего возраста… — похвалил того Джиген, — Невероятно… и всё это, без какой-либо подготовки. Ты ведь сам её изучал, так?

— Пошёл ты… — выплюнул Боруто, привстав с камня. Карма тут же исчезла, полностью исчерпав свою накопленную энергию, — вот же дерьмо…

Джиген понимал, что сила этого мальчика черпалась из ненависти. Он видел в глазах Боруто нескрываемую злобу на род Ооцуцуки. И это могло стать ключом для дальнейших действий в планах самого Джигена.

— Ты так сильно ненавидишь Ооцуцуки? — усмехнувшись спросил глава Кары, — Хочешь их победить не так ли? Ради чего? Ради убитой сестрёнки?

— Закрой свою пасть! — выкрикнул в тот же момент Боруто, заслышав о Химе. — Не смей даже упоминать её, своим проклятым ртом!

В его глазах не было страха. Он был готов к смерти, ненависть полностью застилала здравый смысл. Однако именно такого человека и искал Джиген. Стремящегося к своей цели, несмотря ни на что. Такого, индивида, он хотел заполучить себе в качестве сосуда, однако судьба всё же была неблагосклонна к нему в этом аспекте.

— Послушай меня, мальчик. Мне как и тебе, полностью отвратительна раса моего вида.

Узумаки всё ещё скалился в гневе, когда тот произносил эти слова, но буквально через несколько секунд после того, как он обдумал их и понял то, что сказал сам Ооцуцуки, он обомлел. Глаза его сменились с гнева на изумление и некий шок.

— Чего?.. — переспросил Боруто, подумав о том, что ему послышались эти слова.

— Всё так и есть. Я ненавижу Ооцуцуки не меньше твоего и желаю им всем смерти. — холодно процедил Джиген.

Блондин фыркнул, решив что это всё же какая-то уловка. Он просто хотел приманить его к себе и усыпить бдительность вот и всё. Что за безумец будет желать смерти собственному виду?

— Это какая-то чушь и не более. Ты просто хочешь приманить меня к себе не так ли? Боишься, что я убью тебя с помощью кармы, вот и всё. Тебя не спасёт даже блеф, бледнолицый ублюдок.

— Мне незачем лгать тебе. Захотел бы, убил тебя прямо сейчас. Ты ведь до конца так и не научился управлять кармой. А это дело знаешь ли, очень опасное.

Узумаки знал что это правда, так как ощутил это на собственной шкуре, переборщив с техникой и в результате чуть не лишившись руки.

— Знаешь зачем они прилетают сюда? — спросил его Джиген подойдя к воде, — Потому что им нужна ваша земля. Точнее её жизненная энергия. Они как паразиты, которые вторгаются в чужие миры и выкачивают ресурсы до такой степени, пока в мире не останется не единой живой души.

— Что? — вопросил Боруто, впервые услышав об этом, — То есть мало того, что они припёрлись сюда, так ещё и наши ресурсы хотят себе забрать?!

— Именно. Это их образ жизни. Миллионами лет они только и делали, что вторгались в миры и поглощали их ресурсы. Однако, я хочу наконец-то покончить с этим длинным и бесконечным циклом геноцида сотни рас и народов.

На лице Джигена была гримаса ненависти и Боруто увидел в этой гримасе что-то схожее с его болью. Словно тот, испытывал тот же гнев на всех Ооцуцуки. И тогда, Узумаки всё же задумался над словами, этого странного Ооцуцуки. Возможно он и правда хочет того же что и сам блондин.

— Так… о чём ты хотел поговорить? — уже более сдержано спросил Боруто.

Джиген присел у воды, задумчиво глядя на своё отражение. Казалось бы, вот оно, то чего он так добивался, однако сейчас он выглядел так, будто ему всё это безразлично. Словно всё это просто игра, которая ему уже давным-давно наскучила.

— Что ты готов сделать ради осуществления своей цели? — вдруг спросил Джиген, взглянув парню прямо в глаза.

— Многое… даже если это будет что-то невозможное, я продолжу стремиться к своей цели. — ответил твёрдо Боруто.

И вновь Джиген с досадой думал о том, что поторопился с выбором приемника. Что хороший сосуд всё это время был у него прямо перед носом. Но, даже если получится его, переманить… это уже будет успехом.

— Что ж, тогда я раскрою тебе парочку карт. Я являюсь лидером организации Кара и я знаю о том, что ты и твой учитель были повинны в потере моей базы в стране Мороза.

Боруто округлил глаза и тут же настороженно попятился, понимая, что здесь и сейчас ему возможно придётся сражаться. Узумаки даже и подумать не мог, что глава этой преступной шайки, будет представитель иноземной расы.

— Расслабься, мне плевать на тот городишко. Я просто хочу дать тебе понять, что, если ты согласишься сотрудничать со мной… тебе придётся предать свой народ. — в глазах блондина промелькнула искра отвращения, от одной только мысли, что он будет сотрудничать с этими мразями, — Но такова жизнь. Чтобы спасти что-то, ты должен взамен отдать равноценное. В твоём случае, твоя репутация в обмен на сохранение жизни всего твоего мира. Согласись, не такая уж и дорогая цена. Одна жизнь взамен на миллион.

Боруто не понимал, что ему делать. Его дыхание начало сбиваться всё чаще и чаще, а глаза судорожно бегать из стороны в сторону. Всё казалось каким-то нереальным, словно он был в кошмаре… очень реалистичном кошмаре.

Конечно всё это могло быть и обычным блефом, однако чутьё блондина подсказывало, что всё то, что сказал ему Джиген, было абсолютной правдой. И от того, он чувствовал беспомощность в данной ситуации в стократ.

ТЫ НЕ ДОСТОИН ЗВАТЬСЯ СЫНОМ СЕДЬМОГО ХОКАГЕ, МАЛЕНЬКИЙ ГОВНЮК…

Я ТЕБЯ… УНИЧТОЖУ, ПОРВУ НА ЧАСТИ…

ТЫ ТАК СИЛЬНО ЖАЖДЕШЬ СИЛЫ?..

Я ВЕРЮ… В ТО, ЧТО ТЫ НАСТОЯЩИЙ ВОИН…

ЭТОТ МИР ЖЕСТОК…

ТВОЯ ЖЕ БОЛЬ, НЕ УТИХНЕТ ПРОСТО ПОТОМУ, ЧТО ТЫ ЭТОГО НЕ ХОЧЕШЬ…

ТЫ ВРЁШЬ БРАТИК… ТЫ ВРЁШЬ…

Саске глядел на луну и думал о завтрашнем дне. Когда они доберутся до деревни, то скорее всего, нужно будет обсудить житейский вопрос с этими двумя дамами. Всё же это было, возможно ошибкой, идти напрямик через страну Мороза…

Судьба странная штука. Порой она совершает такие страшные события, что хочется выть от безысходности ситуаций, а порой, она очень благосклонна и дарит тебе шанс за шансом, чтобы ты смог сделать всё так, как тебе хочется. Словно у неё есть настроение, и не дай Бог, попасться ей в плохой день.

Саске также думал и о своём ученике. Ему пришлось перенести боль, так ещё и во второй раз. Чем-то он был схож с ним… Саске также вспоминал тот судный день, когда весь его клан был вырезан собственным старшим братом. И он помнил, как всей душой хотел его смерти, как быстро продвигался к тьме и буквально желал её.

В Боруто тьма также присутствовала, как и во всех других людях. Однако у него она была более сконцентрированной, такой же, как и у него в детстве. Он хочет убить Ооцуцуки и ради этого, без всяких сомнений, пойдёт на всё. Нет… он более здравомыслящий чем Саске в его возрасте. Он бы не стал, так глупо идти на поводу у мести. Всё же его отец и мать, обладают добрыми сердцами, и наверняка ему, как их сыну, передалась эта черта.

Послышался звук разрезающий ветер. Саске сжал ножны катаны, приготовившись к возможной атаке, однако это был лишь Боруто. Отложив катану, Учиха повернулся к ученику, который по виду был довольно измотан. Это обеспокоило учителя.

— Что случилось? — спросил он, глядя в лицо своему ученику.

Боруто же, наоборот, старался не встречаться со взглядом учителя. Словно пытаясь что-то скрыть.

— Н-ничего такого… — ответил тот.

— Правда? А вот судя по твоему голосу, что-то всё же случилось. — Саске не хотел давить на ученика, поэтому решил пойти другим путём, — Расскажи мне, что у тебя на душе? Может быть, я смогу помочь с проблемой, которая тебя гложет.

Узумаки устало вздохнул, а после присев возле костра, задумчиво взглянул на пламя.

— Я… я просто думаю о завтрашнем дне. Скоро ведь начнётся моё обучение и всё такое… просто у меня такое чувство, словно я облажаюсь. Не смогу справиться с кармой и она попросту убьёт меня. — ответил тяжёлым голосом Боруто, — Я так устал… и даже сон не помогает мне от этих мыслей уйти.

Учиха сначала удивился, а затем добродушно усмехнувшись ответил:

— Вот оно что… У всех бывает это чувство перед чем-то долгим и изнурительным. Не волнуйся на этот счёт. Если где-то застрянешь, ты всегда можешь попросить помощи у меня, я ведь твой учитель, как никак. Главное помни к чему ты стремишься, а остальное пустяки, само придёт.

Узумаки слабо улыбнулся, а после поднял голову к звёздам. Учиха также последовал за взглядом ученика, на небе было миллионы звёзд, многие из которых собирались в причудливые линии, которые назывались «звёздными созвездиями». Многие ориентировались по этим звёздам, другие же верили в то, что все эти созвездия когда-то были частью природы и в какой-то момент, просто решили стать частью ночного неба, чтобы указывать людям ориентиры. Учиха не знал, о чём именно, мог думать его ученик, но точно был уверен в том, что он всё ещё чего-то боялся, просто пытался этого не показывать.

На следующее утро они вновь все отправились в сторону деревни Скрытого Облака. И к полудню уже были у ворот в само селение. Конечно же, за долгие годы после четвёртой мировой войны, деревня заметно сильно разрослась и стала также напоминать более развитое общество, которое с трудом можно было назвать «деревней». Отовсюду можно было увидеть разного рода рекламных щитов с разнообразными брендами, отовсюду виднелись торговые центры, в которых также находились разного рода магазинчики с едой, одеждой и развлечениями. Юки с детским восторгом оглядывала деревню, даже не зная, куда глядеть, так как глаза разбегались во все стороны.

Боруто глядя на неё, насмешливо отводил взгляд, сдерживая порывы смеха в кулаке. Юки заметив это, обиженно толкнула того в плечо, однако обида тут же прошла, так как ей всё же хотелось насладиться этим моментом. Она впервые была в подобном городе… где нет снега, где так много всего интересного и главное — где много разных нормальных людей.

Сдержанней, себя вела её мать, она хоть и осматривала с интересом саму деревню, но всё же не теряла контроля над чувствами, хоть её и также как и дочь, переполняли разные чувства. Глядя на семейные пары, которые явно были счастливы, она с печалью вздыхала, понимая что с их семьёй, подобного никогда практически не случалось… и никогда не случиться.

— Нам нужно вон туда. — указав на огромное здание выстроенное прямо в скале, сказал Учиха.

— Это место, такое большое… — удивлённо высказала Юки.

— А то, там работает и руководит деревней Райкаге. — ответил ей Боруто.

— Ты его знаешь? — спросила всё также с любопытством Юки.

— Да, виделся… мой папа же Хокаге, тут так или иначе я познакомлюсь с ним… — ответил почесав затылок тот, — Вообще я здесь, чтобы начать обучение. Всего оно будет идти где-то три года, а затем… — Боруто вдруг мрачно опустил взгляд, но после всё же нашёл в себе силы вновь вернуть жизнерадостность. — а затем я вернусь обратно домой.

— Оу… — Юки тут же также почувствовала какой-то неприятный осадок от этих слов, — надеюсь ты станешь сильнее!.. — попытавшись приободрить своего друга, пожелала Юки.

— Ага, ты уже сделала меня сильнее. — ответил Боруто, указывая на клинок, — Если бы не ты, думаю, мне пришлось бы туго с этим клинком.

От этих слов, девчонка невольно покраснела, ответив:

— Спасибо…

Добравшись до главного здания деревни, их встретили сопровождающие, которые уже заранее знали, кто именно должен прийти. Однако они не ожидали увидеть ещё двоих посторонних, так как им сообщали только о сыне Хокаге и Учихе Саске.

— Они пойдут с нами. — твёрдо сказал Боруто, прожигая взглядом шиноби.

— Ну, как скажите… — ответил тот, — но девушка должна отдать нам на хранение катану. Сами понимаете, всё возможно…

Юки сжала в руках своё оружие, которое напоминало ей об отце, и Боруто понял, что она его просто так не отдаст.

— Юки, давай тогда я его подержу, пока всё не закончится? — предложил ей блондин.

— Хорошо. — ответила тут же она, передав ему свой оружие.

— Вы довольны? — спросил Учиха.

Те со вздохом, но всё же кивнули. Не хотелось им начать тут разбираться с этим, да и это могло усугубить отношения со страной Огня, а там как помнится, сидел сильнейший человек среди всех пяти стран.

Поднявшись высоко наверх на лифте, Юки ощущала какую-то скованность в этом месте. Кайо же видя волнение дочери, взяла её за руку, крепко сжав, тем самым поддерживая свою дочь. Узумаки в свою очередь, уверенно глядел вперёд, думая о том, что же скажет им Райкаге… Саске, думал о Каре, ведь наверняка Райкаге уже доложили о том, что произошло в стране Мороза.

Шагая по коридору, обставленному лампами что светили мягким жёлтым светом, а также ковром зелёного цвета, они всё ближе и ближе подходили к дверям, за которыми их уже ожидал пятый Райкаге.

Как только двери распахнулись, в глаза вошедших, ударил яркий солнечный свет, который бил из огромных настенных окон. Кабинет самого Райкаге, был достаточно просторен и даже слишком. По бокам виднелись несколько диванов, на одном из таких же, сидел и сам Райкаге, фигура которого, виднелась впереди за рабочим столом.

— Долго же вы добирались… — устало подал голос Даруи, разминая шею, — честно говоря, я чуть не уснул, пока ждал вас.

— Извини, попали в снежную пробку… — ответил без какого-либо веселья Учиха, — но так или иначе, мы здесь. И мы, а точнее я, хотел бы кое-что обговорить с тобой.

— Хорошо. Но прежде, я хочу узнать, кто эти две особы вместе с вами? Мне докладывали, что вас должно быть только двое. — спросил Райкаге, оглядывая женщину и её дочь.

— Они были теми, кто спас нас в стране Мороза, — ответил за Учиху, блондин. — их город был захвачен Карой и в результате стычки, их муж и отец, погиб…

Даруи вздохнул, поняв о чём именно говорит сын Хокаге. Райкаге также узнал о том, что именно произошло в стране Мороза. Его душу переполняла чувство ответственности за то, что произошло в том несчастном городке. Так как граница между страной Молний и страной Мороза, была практически мизерной, по сравнению со всеми остальными странами.

— Соболезную вам, — опустив голову, в знак скорби, сказал Даруи, — думается мне, вы лишились собственного дома. Однако, дать вам просто так жильё, я не могу. Вам нужно будет чем-то заплатить или просто отработать. Ничего грязного не предлагаю, конечно же, всё сугубо в рамках приличия. — тут же пояснил Райкаге.

И только Кайо хотела было согласиться, как её перебил Боруто.

— Я, был повинен в том, что они лишились дома. И мой долг отплатить им. Они получат жильё и не просто какое-нибудь, а хорошее. Взамен же, я буду выполнять ваши поручения в течении трёх последующих лет. Как вам такое предложение, Райкаге-сама?

Учиха с изумлением глядел на своего ученика, не ожидая от него подобных слов.

— Предложение интересное… но ты ведь понимаешь, что ты являешься сыном Хокаге?

— Мне на это начхать. Я буду выполнять миссии любого рода, мне нужно стать сильнее, а миссии лишь укрепят мою силу и опыт.

— Раз уж мой ученик решился на это, то и я последую за ним. — добавил от себя Саске, — Всё равно мне нужно будет его обучать.

Райкаге слабо и добродушно рассмеялся, видя то, что пацан и правда стал куда более взрослее, это было понятно по его глазам и тому как решителен его голос. Он больше не был похож на того, упрямого мелкого сопляка, который пытался угодить своему отцу.

— Так уж и быть, идите сюда, нужно подписать кое-какие бумаги.

На улице только-только выступал рассвет. Иней, покрывающий большинство камней, всё ещё продолжал отдавать холодом. В подобное ранее мартовское утро, люди всё ещё отсыпались в своих тёплых и уютных домах. Однако в пятидесяти метрах от деревни, слышались звуки битвы, а точнее сказать — тренировки.

— Клинок чидори! — выкрикнул юноша, прорезая длинным заострённым сгустком молнии, огромный каменный валун. Однако всё же не до конца, длинный разрез шёл вдоль камня, но не доходил до конца. — Вот же… — устало выдохнул тот.

— Ну в этот раз, у тебя практически получилось его разрезать с первого раза. — послышался голос Учихи, — Ты довольно быстро учишься. Оттачивать мастерство это конечно хорошее занятие, однако с твоим талантом, мы можем изучить ещё несколько техник.

— Мне надо оттачивать техники до максимума, — упрямо тут же ответил блондин, — Вы же сами знаете, важно не количество техник, а их — сила.

— Мы только недавно отпраздновали твоё пятнадцатилетие, может быть хоть сегодня дашь себе нормальный выходной?

Учиха никогда не жаловался на ученика за его лень и неактивность, скорее наоборот, всегда вразумлял его и останавливал от истощения и перегрузки, так как порой, парень брал миссии одну за другой, не успевая даже толком поспать. Подобные циклы продолжались от недели до месяца, после чего, он делал перерыв, но не для того, чтобы отдохнуть, а для тренировки со своим Дядей.

— У меня осталось полгода… Мне за это время, нужно стать на уровень сильнее или даже ещё выше. — ответил тяжело дыша, Боруто.

Его ученик изменился. Взгляд, стал куда более твёрже и уверенней. Вместе с этим, ушла эта детская неуверенность, дав место какому-то неопределённому холоду. Даже его речь более не представляла из себя какие-то выкрики, в них чувствовалась сдержанность и некая задумчивость, хотя порой и выскакивал его истинный, бунтарский нрав.

— Как насчёт спарринга? — неожиданно предложил Саске.

— Вы не шутите? — усмехнувшись, съязвил Боруто, попутно вставая на ноги и разминая кости.

— С момента нашего последнего боя, прошёл уже год. Думаю, ты стал сильнее. Заодно и проверим, чему именно ты научился.

— Как скажите, учитель.

Закрыв глаза, Боруто сосредоточился, неподвижно стоя перед учителем. Саске уже понимал, к чему это ведёт, поэтому заранее активировал шаринган. Учиха очень удивлялся тому, как быстро растёт его ученик… даже слишком. Этот мир снова погружается в войну, и от того, ему было паршиво на душе. Ненависть снова начинала хватать своими цепкими когтями людей, в том числе и его ученика, в глазах которого, Саске по прежнему видел необузданную злобу.

Это произошло после первого года обучения. Боруто тогда очень хотел научится одной технике, но всё никак не мог выбить себе разрешение. И в один прекрасный день, Саске всё же сдался, решив утолить жажду мальца.

— Боруто, ты и правда хочешь обучиться этому? — спросил своего ученика Саске.

— Да! — ответил тут же Узумаки, — Я наконец смог расшифровать формулу техники летящего Бога грома, однако даже так, мне не хватает скорости! Я имею ввиду, одно дело, разложить печати по полю битвы… а другое — успеть это сделать. Чтобы у меня не возникало подобных проблем, мне нужно компенсировать это, собственной скоростью и реакцией. Ну, а так как за этот год, я нихрена не продвинулся в плане скорости, то мне нужно какое-то усиление.

— Думаешь, он согласится?.. — всё ещё скептически расспрашивал Учиха. — Это техника довольно сложна, да и не рановато ли обучаться подобным?

— Он хороший мужик, по крайней мере по словам отца. Да и что такого? Мне кажется он даже будет рад тому, что передаст кому-то, знания о столь мощной технике.

— Он ведь на пенсии, — напомнил Учиха. — не думаю, что ему захочется возиться с ребёнком на заслуженном отдыхе.

Боруто на это лишь хмыкнул и Саске, понимая, что своими высказываниями лишь усугубит ситуацию, решил всё же попытать удачу вместе с ним. В конце концов, паренёк был прав. Скорость ему просто необходима, как и реакция. С этим у него были большие проблемы.

Вместе, они дошли до довольно отдалённого от самой деревни особняка. Сюда их направил пятый Райкаге, по просьбе самого Узумаки. Честно говоря, Учиха был очень удивлён тому, как упрямо его ученик добивается своих целей. В этом, он был схож чем-то с ним, всё же дух Шиноби в нём присутствовал и очень даже хорошо это ощущалось. Главное чтоб, эта жажда силы не привела его к плохим поступкам.

Перед воротами их встретил мужчина, на вид он был похож на дворецкого, который явно говорил от лица владельца. Мужчина с седыми волосами, одетый в официальный костюм, поприветствовал их, вежливо поклонившись. На нём были небольшие круглые очки, сквозь которые он внимательно оглядывал гостей.

— Как я понимаю, вы — Учиха Саске и Боруто Узумаки?

— Да. — коротко ответил Саске. — Райкаге вас уже предупредил?

— Конечно, — ответил Дворецкий. — входите, он вас ждёт.

Открыв массивные ворота, они уверенным шагом вошли во внутрь двора. Здесь было всё довольно экзотично. Зелёная трава, сад из яблонь и других разных ягод и фруктов, а также довольно большой бассейн по правую сторону этого огромного двора.

— Он явно не мелочился… — отозвался Боруто, глядя на все эти красивые богатства.

Дворецкий тут же открыл перед ними дверь, что вела, собственно в сам особняка. Внутри пахло приятным запахом древесины, под ногами виднелись лакированные полы. Боруто оглядывал стены, что были выкрашены в разного рода, красивые узоры. Приятные цвета, мягкого оттенка бирюзы, создавали очень уютное впечатление. Вместе с тем, они также заметили, довольно красочные колонны, сделанные из дорогого мрамора. Тёплый белый свет освещал коридоры, гармонично сочетаясь с приятным цветом обоев стен. Впереди виднелся проход на второй этаж с двух сторон. Лестницы также были из мрамора, на нём даже виднелись красочные узоры, походящие на какие-то древние символы.

— Зная его характер… не думал, что он поселится в нечто подобном. — искренне удивился Учиха.

— Ну, никогда не знаешь что у человека на душе, правда? — пожав плечами ответил Боруто, странно опустив взгляд.

— За мной, господа. — позвал дворецкий, — думаю вы проголодались, господин как раз собирается обедать.

Они молча последовали за ним, пройдя в левый коридор, в конце которого, уже виднелась довольно большая комната с длинным застеклённым столом. На одном конце которого, сидел как раз-таки тот, к кому они и пришли.

— О, вы наконец прибыли! — по доброму улыбнувшись, приговорил массивный мужчина с прилизанными седыми волосами. Его лицо более не источало суровости как когда-то помнил Учиха. Теперь на ней была какая-то наивность и доброта. — Давно не виделись Саске.

— Да… давно. — ответил Саске, подходя к столу.

— Ого, а ты довольно сильно вырос, а? — переключив свой взгляд на блондина, проговорил Эй.

— Четвёртый Райкаге, — слабо улыбнувшись сказал Боруто, — а Вы не такой суровый как мне твердил дядя Саске.

На это старик лишь добродушно рассмеялся, вспоминая те давние дни, когда Учиха был преступником. Конечно сейчас это вспоминалось как нечто, пережитое и даже немного бредовое, но в тот момент, он был поистине зол и страшен… Ведь он думал, что Учиха был повинен в смерти его брата, который в последствии, как оказалось, остался невредимым и просто прятался…

— Присаживайтесь, обед уже готов и его сейчас принесут.

Присев за стол, они молча переглядывались какое-то время. И у каждого в голове крутилось что-то своё. Боруто удивлённо глядел на этого сурового амбала, который открыв рот, превратился в безобидный одуванчик. Учиха же, был также крайней удивлён подобной смене характера у того, кто когда-то чуть не убил его, а также пожертвовал своей рукой, чтобы просто нанести хоть какой-то удар. Конечно после войны, он изменил своё мнение, но чёрт, даже так, теперешний он, кардинально отличается от того Райкаге которого он знал.

Наконец прибыли официанты, которые разложив несколько блюд перед гостями, быстро удалились, поклонившись бывшему Райкаге. Сами блюда, естественно, были дорогими и очень редкостными. Подобную еду, могли есть только очень богатые люди. Боруто никогда подобного ничего не видел. Впрочем и Саске был впечатлён, хотя в еде он никогда не был привередлив.

Омары, крабы, мраморные стейки, икра и многое другое… Боруто хотел немедленно приступить к еде, однако сдерживал себя, напоминая себе о том, что он сюда не жрать пришёл. Поборов в себе голод, он обратился к Райкаге:

— Четвёртый-сама, я…

— Прошу, — тут же перебил его тот, — давайте сначала насладимся едой, поверьте, она стоит того.

— Да, Боруто, нам и правда стоит поесть, прежде чем начать беседовать. — поддержал того Учиха.

— Ну ладно… — сдался блондин, взяв в руки вилку.

Они обедали молча в течении нескольких минут. Никто не решался нарушать эту тишину, и с каждой минутой, Боруто казалось, что это молчание душит его всё сильнее и сильнее. Однако вдруг, Райкаге всё же заговорил:

— Ты наверное, очень удивлён, моему поведению, не так ли, Саске? — улыбнувшись спросил он.

— Честно говоря, я и правда немного сбит с толку… Не думал, что Вы можете быть таким… не знаю, добродушным что ли.

— Просто, у меня было много времени… И я его потратил на переосмысление жизни. Знаешь, я ведь сколько себя помню, только и делал, что волновался за деревню, думал о ней, защищал её. Вся моя жизнь, была сплошной войной. А когда умер третий, то… всё стало только хуже. Большая ответственность упала на мои плечи, и мне нужно было достойно нести эту ношу, пока я не передам её кому-нибудь такому же сильному. Но потом, мы все объединились в альянс, чтобы победить угрозу в лице Мадары… И вот уже продолжительное время у нас какой никакой, но Мир. Я передал свой пост, Даруи, а сам… не знаю, в первые годы, я продолжал думать о будущем, волноваться о том, что может произойти… И это меня коробило, заставляло ощущать какую-то неприятную боль в сердце. Но в какой-то момент, я осознал, что это больше не моя задача. Я своё уже сделал… и думать о будущем, мне уже незачем. Потому-что есть люди, которые в состоянии сделать это и без меня.

— Так значит Вы, решили наконец, пожить в кой-то веки для себя? — подвёл Учиха.

— Да, именно так. Зачем мне продолжать, я уже истощён, как морально, так и физически. Поэтому и хочу наконец отдохнуть от всего этого дерьма… — вздохнув, подтвердил Эй.

Саске хоть и не разделял мнения старика, но всё же не видел в его решении, ничего странного. Он всю жизнь был на стороже и думал о других, почему бы сейчас наконец не расслабиться и подумать о себе?

— Воу-воу-воу… вы отошли от дел? Насовсем? — уточнил Боруто.

— Именно, я более не шиноби. Хватит с меня всего этого. — ответил Эй, хмуро взглянув себе в тарелку.

— Я, пришёл сюда, чтобы попросить Вас, обучить меня одной технике. Вы ведь не откажите мне? — осторожно спросил Узумаки, глядя в глаза Райкаге.

— О чём ты? — удивлённо изогнув бровь, вопросил Эй.

— Он хочет, чтобы ты обучил его «покрову молний». — ответил за ученика Саске.

— Что?! — изумился Райкаге, взглянув на блондина, — Пацан, ты хоть осознаёшь всю опасность данной техники?

— Она сжирает много чакры, я это знаю… Но в моём случае, это не так уж и важно. — ответил Боруто, сжимая правую ладонь.

— Даже если так… Молния — стихия очень трудноуправляемая. Чтобы контролировать покров, нужно очень много практики, а я как слышал, ты здесь лишь на три года, у тебя остаётся лишь два года. Ты не сможешь обуздать её, какой бы сильный ты не был.

Боруто ненавидел, когда его оберегали. Когда видели в нём лишь ребёнка, который не способен оценить опасность. Это вгоняло его в ещё большую ненависть, которая то и дело, пронзало его своими острыми когтями.

— Мне… плевать на риск. — гневно взглянув на Райкаге, процедил Узумаки, — Не считай меня глупым ребёнком, старик. Думаешь я не понимаю, всего риска, а? Да прежде чем прийти к тебе, я всё дважды обдумал! Мне необходима эта скорость, и не надо жалеть меня! Может быть ты и перестал думать о будущем, но я продолжаю. Грядёт война, и мне пореза нужна будет сила с помощью которой, я смогу защитить близких мне людей. Не надо лить чушь про опасность и то, что я ребёнок. Я не невинен, и я знаю цену жизни.

С каждым новым словом, Райкаге становилось более хмурым, на его лице проявился былой оскал воина за которым шли шиноби скрытого Облака. На последних словах, он заискрился, высвобождая чакру молнии, тем самым покрывая своё тело сотней тысяч хаотичных молний.

Стол тут же разбился отлетев в сторону. Саске отпрыгнув от Райкаге, одновременно с этим, вытащил клинок.

— Боруто, подойди ко мне! — крикнул Саске, понимая что возможно сейчас, ему придётся сражаться с ним.

Но блондин твёрдо продолжал стоять возле Райкаге, что бил во все стороны молниями.

— Безрассудство видимо у тебя от отца, — сквозь зубы процедил Райкаге, — сопляк, а что если у тебя кончится чакра?! Ты хоть понимаешь, что ты вырубишься в лучшем случае после двадцати секунд, как только она у тебя кончится, а затем наступит мгновенная смерть! Что толку от твоей уверенности, если твоё тело не способно выдержать этого?!

В глазах блондина не было страха. Он не боялся Райкаге, смотрел тому прямо в глаза, понимая, что переубедить старика словами не получится. Это было бы, слишком просто. Зато теперь, он действительно видел того чудовищно сильного Райкаге, о котором ему рассказывал отец и Дядя Саске.

— Я уверен, потому что у меня есть сила, о которой я не просил. — подняв руку, Боруто активировал карму, которая тот же миг, откликнулась на зов хозяина, покрывая правую руку и глаз символами.

Саске шокировано выпучил глаза, осознав, что пацан похоже, всё это время в тайне от него, изучал печать. Это было проблемой, очень большой проблемой. Ведь если он начнёт здесь буянить, возможно будут жертвы.

— Давай заключим пари! — внезапно предложил Боруто, продолжая сверлить старика своим взглядом. — Если я упаду первым, то я уйду и более не буду тебе докучать, но если ты упадёшь, то ты научишь меня пользоваться этим режимом!

Наглость этого щенка вгоняло Райкаге в ступор. Он хотел напугать его, но никак не начать с ним драться. Однако гордость не позволяла ему отказать, так как в противном случае, он признает поражение даже не попытавшись в нём принять участие.

— Хорошо… — и не успел он осознать, как вдруг, ощутил невероятное давление на себе. Его ноги буквально начали впечатываться в мраморный пол, а тело предательски тянуться вниз. Приоткрыв глаза, он заметил что эта печать, что разрослась по всей руке сопляка, светилась. — Что это… за… сила?

Эта странная тяга вниз… это всё делал Боруто. За прошедший год в деревне скрытого Облака, он всё же смог кое-как, немного изучить печать, и даже понял, как активировать её, открыв для себя эту странную способность. Печать копила природную чакру, перерабатывая её в собственную, совершенно неизвестную этому миру энергию, которую толком то, никто не мог нормально ощутить. Естественно, когда заканчиваются запасы природной энергии, а подпитывать печать чем-то нужно, она начинает сжигать всю чакру носителя.

Закрыв левый глаз, Боруто увидел тело старика насквозь, словно через рентген. Завидев кровеносные сосуды старика, он перенаправил небольшую часть силы с окружающей атмосферы во внутрь тела Райкаге.

— Райкаге… ты ведь знаешь, чем снабжается наше тело? — спросил ровным голосом Боруто.

Но тот не отвечал, пытаясь вырваться из этой ловушки, попутно следя за тем, чтобы не упасть, ведь в таком случае, он проиграет.

— Боруто, заканчивай! — подойдя к нему, крикнул Саске. — Не заставляй меня использовать шаринган!

— Не волнуйтесь учитель! Я не убью его. Я держу себя в руках… Просто, мы ведь соревнуемся. Правда ведь, Райкаге-сама? — крикнул Боруто, но ответа не последовало. — Ладно, пора и правда заканчивать с этим. Ну так вот, я же не договорил… в общем, наше тело снабжается кровью, а что произойдёт, если кровь от мозга, резким образом упадёт вниз?

— Эй, ты же не собираешься?! — настороженно предупредил Учиха.

— Да ладно… поздно уже что-то говорить. — ответил Боруто, медленно опустив руку с печатью.

В тот же момент, Райкаге упал на землю, впечатавшись всем телом прямо в пол.

Печать на руке Боруто, исчезла, как и джооган. Саске увидев результат действий его ученика, в тот же момент ударил того кулаком прямо в лицо. Тот упал, однако говорить что-то в ответ не стал. Подойдя к ученику, Учиха схватил того за воротник, грозно глядя ему в глаза.

— Ты хоть понимаешь, что ты творишь?! — крикнул он, — Ты не должен использовать силу против союзников, и что это за чертовщина вообще была?! Почему ты не сказал мне, о том, что научился пользоваться кармой?

Из носа парня текла кровь, но он не обращал на неё внимания, глядя на своего учителя, он безразлично смотрел сквозь него. Словно для него, он ничего не значил. В этот момент, Саске ощутил будто-то бы дежавю, словно с ним такое уже происходило… а возможно даже не с ним, а Наруто…

— Потому, что я посчитал, это верным решением для себя, учитель. Какая разница, как я научился пользоваться этой силой? Я ведь научился. Вы уже научили меня, техникам молний, но мне нужно двигаться дальше… Просто, хватит уже опекать меня. — сжав руку Саске, Узумаки привстал с пола, а после отдёрнул её. — Я не беспомощен.

— Это так, но ты безрассуден. Ты должен понять цену того, что ты делаешь, пользуясь этой силой против тех людей, что хотят помочь тебе. Никогда… никогда не используй эту силу, против своих друзей и близких.

— Как это сделали Вы? — стерев кровь лица, съязвил Боруто, сморщив лицо. — Это лицемерно, не думаете?

Учиха устало вздохнул, и повернувшись к Райкаге, обеспокоенно окликнул того. Не услышав ответной реакции, он подошёл вплотную и присев возле него, прислушался к пульсу.

— Всё нормально, Учиха… — прохрипел тот, убирая руку Саске со своего горла.

Тут же прибежали и шиноби Скрытого Облака, которые прознав о погроме в доме четвёртого, немедленно ринулись на разведку. Естественно, Эй оправдал Узумаки, сказав им, что у них тут произошла дружеская проверочная драка, дабы узнать кто из них сильнее. Те, конечно были обескуражены подобным ответом, но что-либо возражать не стали, так как почуяли от старика, запах спирта, что явно и послужило тому, что они тут устроили. Всё же вид у старика был весёлым.

Как только он выпроводил шиноби из особняка, он вернулся к гостям, так словно ничего и не произошло. Вновь он выглядел дружелюбно и так умиротворённо.

— Прости уж, за моего ученика, Райкаге… — извинился Саске.

— Всё нормально, у пацана есть яйца, и он это доказал мне, — ответил усмехнувшись тот, — знаешь пацан, ты не похож на своего отца. И мне это даже нравиться. Как бы твой отец не старался проповедовать про мир во всём мире, меня это не убедит. Ты же, говоришь на прямую про скорую войну… Это довольно смелые слова для того, кто ещё даже с девушкой наедине не оставался.

— Ну… вообще-то оставался… — припоминая беседу о жизни в доме Ямамото с Юки, ответил Боруто.

— Правда? — удивился в тот же момент Райкаге. — Но тебе ведь сколько… тринадцать? Вот же молодёжь пошла конечно!

— Боруто, он имеет ввиду немного другое… — попытался объяснить Саске.

— Оу… — тут же покраснев, прозрел Боруто, — вот оно что!.. Нет, у меня ещё не было.

Райкаге лишь усмехнулся, однако через мгновение на его лице тут же исчезли нотки радости. Теперь он был полностью серьёзным, а глаза источали задумчивость.

— Я проиграл в пари. Так что теперь, я обучу тебя покрову молний. Но прежде чем начать, я должен убедиться в твоих намерениях. Скажи мне, Боруто, что тобой движет? Какая у тебя цель в будущем и что ты собираешься делать с такими силами?

— Я хочу просто защитить тех, кто мне по настоящему дорог. — ответил Боруто, спустя небольшую паузу. — Разве в этом есть что-то плохое? В том, что я хочу обезопасить будущее своим родным и тем, кого люблю?

— Нет, но… — задумчиво сказал Саске. — ты должен трезво принимать решения и не идти на поводу у эмоций. Это только усугубит твою жизнь. Поверь мне, я знаю что говорю. Когда ты по настоящему повзрослеешь и поймёшь, что ты натворил, будет уже поздно… и остаётся лишь корить себя за то, что сделал.

Райкаге взглянул на Саске, понимая что тот действительно волнуется за пацана. Однако и в словах Узумаки были нотки искренности, и разве плохо то, что он пытается сделать себя сильнее ради близких?

— Ты знаешь азы контроля чакры молний? — спросил Райкаге.

— Да, я уже половину техник связанных с чидори, изучил. — ответил уверенно Боруто.

— Ну что ж, тогда завтра и начнём твои тренировки. Посмотрим что из этого выйдет…

Боруто покрылся молниями, создавая покров. Саске напрягшись, стоял на месте, приготовившись в любую секунду увернуться или защититься от любого удара его ученика. Это продолжалось в течении нескольких секунд, но для Саске, это длилось, казалось, вечность. Внезапно в один миг, тот просто исчез из поля зрения, растворившись в воздухе. Даже шаринган с тремя томое не помогал, разглядеть все движения парня.

Ощутив опасность позади себя, Учиха резко развернулся, вытащив клинок из ножен и напитав его чакрой молний. В тот же момент, рука блондина врезалась в лезвие, а после не теряя времени, тот замахнулся ногой, после чего, Саске, активировав риннеган, поменялся с ним местами.

— Не пойдёт! — выкрикнул Боруто.

Внезапно сам блондин исчез, и Саске уже думал что он вновь быстрым рывком куда-то переместился, однако в последний момент, понял, что он использовал технику Бога грома, с этими же мыслями, он ощутил довольно сильный удар в челюсть.

Выхватив клинок учителя, Боруто усмехнулся, а затем сказал:

— Хватит уже использовать обычный шаринган. Разве я не достоин мангёкью?!

Встав на ноги, Саске всё же активировал глаза на полную, тем самым приняв тот факт, что его ученик стал действительно силён.

— Я иду! — предупредил Боруто, резко вырвавшись вперёд.

Теперь все его движения, хоть и частично, но были видны Саске, он ловко уклонялся от ударов, попутно блокируя их и отвечая также замахами и ударами ногами. Блондин ловко использовал клинок, стараясь порезать учителя и тем самым, ослабить его. Вдруг, Саске не заметив одно единственное движение, потерял ритм, после чего, Боруто завидев брешь в его защите, резко схватил его за ногу и потянув на себя, тут же ударил со всей силы кулаком прямо в живот. От удара, по всему тренировочному полю поднялась пыль, из-за которой, Боруто не мог разглядеть, попал ли он туда куда надо или же нет. Внезапно, послышался до боли знакомый треск… Узумаки, сообразил, что ударил не совсем в учителя, а в рёбро сусаноо. В тот же миг, он резким рывком отлетел от него, понимая, что теперь, он будет использовать абсолютную защиту. Но этого не хватило, так как полностью сформировавшийся скелет сусаноо, резко вытянул свою руку и схватил его в воздухе, крепко удерживая тело в кулаке.

— Что ж, неплохо Боруто… — с отдышкой сказал Саске, — весьма не дурно. Ты сумел выхватить у меня мой клинок. И заставил использовать сусаноо… Вот это да. Ты явно становишься сильнее.

Сусаноо исчезло, тем самым отпустив блондина. Тот приземлившись на каменистую почву, тяжело дыша, всё же был недоволен результатом. Его поймали, а значит скорости всё же не хватило.

— Твою то мать… всё ещё не достаточно хорошо. — прошипел он. — Я старался не пользоваться техниками, так как против Ооцуцуки они практически бесполезны, а значит, я должен полагаться больше на тайдзютсу. Что у меня, плохо получается.

— Ты почти смог победить меня, это многого стоит. — приободрил того Учиха.

— Да ладно вам, Вы наверняка, даже и в пол силы со мной не дрались… — ответил усмехаясь Узумаки, — Хорошо, в любом случае, что-то я выдохся, пойдёмте домой. Может быть мне и правда стоит сегодня отдохнуть.

— Пойдёшь к Юки? — спросил Учиха, убирая клинок в ножны.

— С чего Вы решили, что именно к ней?.. — пряча взгляд, спросил в ответ Боруто.

— Ну, наверное с того, что у тебя явно с ней уже какие-то мутки. Хватит это отрицать, говоришь, что повзрослел, а как заходит речь об отношениях, так сразу в ребёнка застенчивого превращаешься.

— Ну… может быть и к ней. — вздохнув ответил Узумаки, вставая на ноги.

Шагая в сторону деревни, Боруто думал о годах проведённых в этом месте. Естественно, одними тренировками он тут не занимался. Были тяжёлые дни, когда он чуть ли не опускал руки, но ему всегда помогали, будь то Учитель или Юки… Были дни, когда он думал, что подходит конец его жизни. Ведь каждый Шиноби, должен понимать, что какая-то из очередных миссий, будет для него последней.

За два года, он выполнил приличное количество миссий. Естественно, для него был важен в первую очередь опыт, Боруто после каждого такого похода, размышлял о том, что он узнал и как это использовать в будущем. Но также, часть денег с каждой новой выполненной миссии, отходили семье Ямамото. Он считал, что должен был позаботиться о них, но они довольно быстро освоились в деревне, решив не оставаться долго в долгу перед ним.

Юки решила отплатить ему тренировками катаной и за эти два года, он очень хорошо овладел этим холодным оружием. Она научила всему тому, что дал ей отец при жизни. И блондин это очень ценил, стараясь овладеть катаной, лучше прежнего.

Кайо же, также решила не сидеть на месте. Договорившись с Райкаге, она открыла цветочный магазин на одной из главных улиц, что заметно прибавило дохода в деньгах. Она видела как мальчик старательно пытается им помочь, рискуя собой на миссиях, и именно это побудило её расшевелиться, и наконец освободить его от этой страшной и смертельной затеи. Кайо понимала, что между её дочерью и Боруто, что-то проскальзывало и женщина не была против этого, наоборот, желала им наконец разобраться в собственных чувствах и прийти к тому, что уже давно должно было произойти.

— Мама, тебе помочь? — спросила Юки, зайдя в цветочный магазин. — У меня сегодня нет планов на день, поэтому могу провести его здесь.

— Ох, ну что ты, твоя мама ещё может о себе позаботиться, — улыбнувшись ответила Кайо. — почему бы тебе не сходить к Боруто? Я слышала, что он сегодня рано утром ушёл на тренировки. Возможно он сейчас голоден, можешь ему принести еду какую.

При упоминании Узумаки, Юки изменилась в лице. Она была растерянна, словно не знала, что и ответить. Ей хотелось сходить к нему, узнать как он, но каждый раз, когда она говорила с ним, учила его и пыталась хоть что-то изменить в их отношениях, он всегда словно… отталкивал её от себя. Мягко и так осторожно, но всё же отталкивал.

— Не хочу… его отвлекать. Всё же тренировки — вещь важная. Поэтому лучше останусь тут. — ответила она, сложив пальцы в замок.

Мать слышала странную грусть в голосе её дочери, но вмешиваться всё же не стала, так как понимала, что разбираться в чувствах, они должны сами. Однако это не означало, что она не должна была поддержать дочь.

— Слушай, можешь сходить и принести пару букетов с верхнего этажа? Те что были здесь, уже распроданы, так что…

— Хорошо! — бодро ответила Юки, побежав наверх.

Она хотела заняться чем угодно, лишь бы избавиться от этих мыслей. Помощь маме, также успокаивала её и заставляла чувствовать себя гораздо лучше. Иногда ей казалось, что это место, чужое для неё. Годы проведённые в одиночестве без какого-либо общения с другими людьми, дали своё. Юки верила в то, что отец не хотел подобного исхода, но в глубине души, она понимала, что его эгоизм всё же преобладал. Ведь если бы он, действительно смог бы отпустить дом, то ничего из этого не произошло бы, и отец скорее всего был бы жив. Она твердила себе, что нельзя думать о возможном будущем, что судьбе виднее, как должно быть, но душа твердила обратное.

Дверь в магазин приоткрылась, задев колокольчик над ними. Кайо тут же обернулась в сторону входа и завидев там блондина, тепло улыбнулась.

— Уже закончил с тренировками? — спросила она, обнимая Узумаки.

— Конечно. Я думаю, некоторое время отдохнуть от тренировок и миссий.

— Давно пора! — облегчённо ответила Кайо, — Ты совсем себя не бережёшь.

Боруто усмехнулся, бросив взгляд на цветы, что стояли у прилавка. Нескольких уже не хватало, а значит сегодня дела идут довольно хорошо. Наверху послышался топот и блондин подняв голову к потолку, задумчиво хмыкнул.

— Это Юки, — тут же оповестила Кайо. — может быть ты поможешь ей, если тебе не трудно?

— Конечно! Без проблем. — ответил Боруто, направившись к лестнице наверх.

Узумаки, всю дорогу думал над словами своего учителя. И видел в них правду. Ему действительно нужно было наконец прояснить для себя и для неё, кто они друг другу… Просто друзья или нечто большее. Но, проблема была в другом, не только в чувствах. Боруто по факту, не хотел её втягивать в то, что должно было произойти вот-вот уже. Он каждый день вспоминал, тот разговор с Джигеном… и каждый раз, его сердце начинало болеть от несправедливости этого мира и того, через что ему нужно будет пройти.

Взобравшись наверх, он тут же заметил Юки, что держала в охапке несколько букетов с лилиями и розами. Глядя на неё, он невольно улыбнулся, а тяжёлые мысли, начинали сами по себе рассасываться, давая место спокойствию и чему-то светлому.

Второй этаж предполагался как склад для дополнительных цветов, а также служил как нечто подобие комнаты отдыха. Возле стены, стоял небольшой диван, перед которым также располагался столик, за которым можно было выпить кофе например.

— О, Боруто? — удивлённо воскликнула она, — что ты тут делаешь, разве у тебя нет тренировок?

Её голос был таким удивлённым, что Боруто усмехнулся этому, однако тут же вернул себе толику серьёзности. Всё же, сейчас нужно было решить действительно важный вопрос, как для него, так и для неё.

— Нет. Я решил, на какое-то время завязать с ними. — ответил Боруто, подходя ближе к ней. — Слушай, вообще я к тебе пришёл.

Слова учителя, наконец подтолкнули самого блондина разобраться с их отношениями. Боруто больше не хотел чувствовать какую-то неопределённость, да и мучить Юки своей нерешимостью, также надоело.

— Всё нормально? — спросила Юки, видя какое-то смятение в глазах блондина.

— Да, хотя нет, хрен его знает, — ответил вздыхая Боруто, — слушай, Юки, давай присядем. Нам надо серьёзно кое-что обговорить и разобраться.

Юки, чувствовала, что разговор зайдёт про них. Поэтому даже спрашивать не стала, молча сев на диван. Узумаки присев рядом, судорожно перебирал пальцами, думая о том, с чего именно ему стоит начать, и как именно ему подвести их диалог к отношениям.

— Знаешь, сегодня я чуть не победил учителя… — не зная с чего начать, вдруг заговорил Боруто, — можешь в это поверить?

Юки знала, что Боруто стал довольно сильным и эта новость стала для неё ещё большим аргументом тому, что блондин начинает идти к своей цели и довольно быстро. За два с половиной года добраться до уровня человека, что считай на равных сражается с сильнейшим человеком пяти стран… Это многого стоит.

— Здорово, ещё чуть-чуть и ты станешь сильнее даже своего учителя! — улыбнувшись высказала она, — Надеюсь наши тренировки с катаной тебе тоже дали плоды…

— Да! Конечно, знаешь, я ведь забрал у него его же катану и чуть не зарубил его. Но, естественно, я бы этого не сделал! — тут же оправдался Боруто. — Но, ладно… не в этом суть. Я с тобой хотел поговорить о другом.

Блондин опустил голову, собираясь с духом чтобы наконец спросить её. Но какой-то страх внутри него, до сих пор сдерживал его, сковывал цепями, что с тяжестью тянули его назад в неведенье.

— Мы с тобой уже довольно продолжительное время помогаем друг другу… Ты мне с тренировками, и я вам, как могу. И с каждым новым днём, я ощущаю на себе эту странную тяжесть и неловкость. — слова с каждым разом вылетали всё более свободно, и Боруто начинал чувствовать уверенность в том, что он может наконец спросить её.

Взглянув на неё, он немного обомлел. Она глядела на него с красным лицом, пытаясь выровнять дыхание и наконец дослушать до конца то, что говорит ей он. От подобного и сам Боруто, тут же потерял связь с тем, что пытался сказать, он запнулся, вдруг позабыв обо всём том, что репетировал.

Юки зажмурив глаза, вдруг осознала какая же всё-таки это нелепая ситуация. Он явно хочет сказать что-то важное, а она лишь сильнее смущает его. Собравшись с духом, она повернулась к нему лицом и мягко взяла за щёки, взглянув прямо тому в глаза.

— Всё нормально Боруто, — мягко улыбаясь сказала Юки, — я знаю, о чём ты хочешь поговорить. Думаю, мы оба хотим наконец покончить с этой неопределённостью. Поэтому, давай будем смелее и наконец разрешим все наши недомолвки?

Боруто взглянув в её зелёные глаза, также пропитался этой уверенностью, с которой она говорила. Он вдруг усмехнулся над тем, как же глупо он себя ведёт. Ему предстоит столько всего сделать, а он даже с девчонкой поговорить о тонких вещах не может.

— Ты права, — тут же вернув себе толику самообладания ответил Боруто, — я хотел спросить у тебя… Ты чувствуешь ко мне, что-то?

Юки давно думала об этом разговоре. О вопросе, что возникнет в нём и о том, что она ответит ему. Девушка чувствовала, взаимность от блондина, но что-то всё-таки мешало проявлению их истинных отношений. Возможно это был страх от чего-то нового и неизвестного? Возможно, неуверенность или неготовность к ним. Юки, ощущала, что блондин намеренно отталкивает её от себя. Хоть и видно, что не по своей прихоти.

— Ты мне нравишься. — закрыв глаза, уверенно ответила она, от чего Боруто, резко раскраснелся, широко раскрыв глаза. — Но, мне кажется, будто ты… не хочешь этого. — с нотками досады, добавила она, поникшим голосом.

Боруто хоть и был готов услышать подобный ответ, всё же не смог сдержать своих эмоций. Он ощущал в себе смесь из радости, поднявшегося до небывалых высот адреналина, а также страха, который буквально душил его. Он боялся того, что сила вновь пробудится и покажет ему новые кадры… боялся, что увидит там близких людей и вновь эти чёртовы смерти. Эта гремучая смесь, не давала трезво оценить ситуацию, заставляя его, то и дело прокручивать её слова: «Ты мне нравишься, ты мне нравишься, ты мне нравишься».

Внезапно, эмоции вдруг взяли вверх, и он просто начал смеяться. Юки, не ожидав подобной реакции вздрогнула, отпрянув руками назад. Боруто устал сдерживать это в себе, каждый божий день, он пытался держаться, не подавать виду того, что он по настоящему ощущает.

— Боруто! — воскликнула встревожено Юки, — Что с тобой?!

— Я… так устал от всего этого, — по щекам вдруг прошлись струйки слёз, — Мне так хочется, убить того ублюдка, и именно к этому я и стремлюсь, но… Во мне бушуют и иные чувства. Страх, за всех тех, кого я люблю, понимаешь? Ты мне очень дорога, Юки, и я хочу чтобы ты прожила долгую и счастливую жизнь, но боюсь если мы с тобой укрепим наши узы, то я просто разрушу твою жизнь, собственной судьбой.

Девушка медленно взяла того за руку, а после крепко её сжала. Его рука была холодной и это напугало её, она будто держала руку мертвеца… Глубоко набрав воздуха в лёгких, Юки сказала:

— Тебе не стоит бояться. Я люблю тебя, а остальное не важно. Ты не можешь делать всё в одиночку, пойми же ты. Люди должны держаться вместе, как бы им больно не было. Это делает нас сильнее.

— Нет… это делает нас уязвимее. — нахмурившись, сказал Боруто, после чего, стёр слёзы со своих щёк, — Смерть близких, это больно… невероятно больно, ты и сама должна это понимать. Если кто-то ещё погибнет, я думаю, что не смогу это пережить. Лучше быть одному, чем снова терять кого-то.

— Просто, подпусти меня к себе. Я не дам тебе потерять самого себя. Тебе нужна поддержка, слышишь? — пытаясь достучаться до холодного сердца парня, попросила Юки.

Боруто глядел на неё, и видел в ней уверенность. Она была готова встать с ним наперекор любой угрозе, которая нависнет над миром или ними. В ней виднелась твёрдость духа её отца и непоколебимость. В глубине своей души, Боруто был благодарен ей за эти слова. Она давала ему надежду на будущее, по настоящему светлое будущее, в которое, он практически перестал верить.

— Спасибо тебе, — вымученным голосом ответил ей Боруто, — может быть… если я рискну вновь. В этот раз, я не дам моим близким уйти. — сжимая кулаки, поклялся себе блондин.

Юки, неуверенно подсела поближе к нему, думая о том, подходящий ли для этого момент. Однако Боруто сам взял на себя инициативу, повернувшись к ней и крепко обняв.

— Я буду оберегать тебя. — прошептал он.

Вдруг Юки ощутила как его губы соприкасаются с её, она закрыла глаза, решив отдаться этому странному чувству, которое словно направляло её к этим действиям. С каждой новой секундой, поцелуй становился всё интенсивней и интенсивней, пока вдруг они не отпрянули друг от друга из-за нехватки воздуха.

Тяжело дыша, они глядели друг друга в глаза, с румянцем на щеках. Но больше не было никакой неловкости, они чувствовали друг к другу теплоту и просто хотели быть рядом. И каждый понимал это без слов.

Со стороны лестницы, послышались шаги и двое тут же отстранились друг от друга. Кайо зайдя в комнату, заметила красные лица подростков. На лице, сразу же образовалась ухмылка и осознание того, что между этими двумя было.

— Я смотрю, вам сейчас не до букетов, да? — спросила она, глядя на цветы что лежали на столике.

— Ой, точно… что-то мы заговорились. — пробормотал Боруто, вставая с дивана, — Ну что Юки, пошли отнесём цветы на прилавок…

Девушка еле опомнилась, не зная куда податься, однако через несколько секунд всё же поднялась на ноги и схватила со столика несколько букетов с розами.

— Д-д-да! Точно, совсем уж заболтались тут, ну надеюсь у тебя всё получиться с учителем… — подняв кулачок кверху в поддержку, ответила Юки.

Кайо лишь молча наблюдала за их тщетными и столь же забавными попытками скрыть тот факт, что они здесь делали. Кто знает, к чему бы это привело, если она не пошла бы наверх, проведать их.

На самом деле, она довольно хорошо расслышала их диалог. Ещё чуть-чуть и она пошла бы ввязываться в их споры, но всё же сдержалась, и как видно, не зря. Всё же её дочь была невероятно храбра и могла действительно помочь Боруто. Мальчику нужна поддержка как никогда. Хотя и тема смерти всех близких, также пугала её, как и самого блондина…

Как только Боруто расставил цветы по прилавкам, он быстро удалился из цветочного магазина, решив в одиночестве обдумать всё то, что только что с ним произошло. Однако перед этим, Юки незаметно передала ему небольшой клочок бумаги, в котором, она написала, что будет ждать его на вершине одной из гор, что находиться в южной стороне деревни.

Прогуливаясь по улицам города, блондин всё никак не мог забыть тот момент. Забавно, но он сам не понимал, как так получилось. Он хотел просто обнять её, но получилось, что получилось… В нём до сих пор вспыхивали те чувства, которые он испытывал при поцелуе. Боруто всегда думал, что подобное сделать легко и это не что-то особенное, однако, теперь он так не считал.

— Безумие какое… — прошептал он, тяжело дыша.

Послышался чей-то знакомый голос и обернувшись, блондин увидел своего друга. Денко Кумо, что когда-то победил его в городе Хьёбо, теперь же был его напарником в разных миссиях и всегда был готов прикрыть ему спину.

За эти два с половиной года, они сумели по настоящему поладить. Денко после случая с использованием технологии, решил всё же начать тренировать собственные силы. Боруто вдохновил его и дал понять, что эти штуки не смогут заменить настоящие способности шиноби и его дух.

Юноша возвратившись обратно на родину, решил завязать с жульничеством, посвятив себя тренировкам и развитию физической силы. Когда он узнал о том, что в деревню пришли шиноби из деревни Листа, то тут же помчался проверять кто именно. В их вторую встречу, Кумо заметил как сильно изменился Боруто. Понимая, что по пути сюда, с ними что-то стряслось.

За эти долгие два с половиной года, они оба смогли выполнить довольно много разнообразных миссий, от сопровождения разных людей, до сбора важной информации в более маленьких поселениях, а также передачи особых документов. Кумо даже успел стать джоунином, тогда как Боруто, даже и чунином не стал, из-за того, что он здесь был как член другой страны.

— Ходил я на полигон, и чёрт… Ты можешь сдерживаться? Там столько всего разрушено. — изумлённо, высказался Кумо.

— Ну, дело было просто в том, что я спаринговался с учителем. — ответил, улыбаясь краем губ, Боруто.

— Воу, погоди, ты сражался против Учихи Саске?! — тут же шокировано открывая рот, вопросил он.

— Да. Но я проиграл. Что неудивительно… — тут же поспешил сказать Боруто, вздохнув.

Естественно, сейчас в голове блондина, это уходило на второй план. Он по прежнему думал о вечере и встрече с Юки. Что он будет говорить? Что будет дальше и как повернется судьба к ним двоим?.. Его пугали мысли о том, что может быть в будущем, особенно понимая, какая у самого Узумаки судьба…

— Эй, да ладно тебе, не переживай ты так. То что ты сразился с ним и остался на ногах, уже прогресс! — подбодрил друга, Джоунин.

Боруто задумчиво взглянул на друга, размышляя о том, стоит ли его спрашивать об опыте в отношениях. Раз уж он джоунин, то наверняка уже встречался с парочкой девушек. Всё же ниндзя почитают, даже в наши дни, а особенно опытных и повышенных в рангах.

— Слушай, у тебя был опыт с девушками?.. — спросил блондин, почёсывая затылок.

— О каком именно опыте ты говоришь? — ехидно улыбаясь, уточнил Кумо.

— Боже, да о любом! — тут же ответил Узумаки.

— Неужели наш сосредоточенный на миссиях и тренировках, юноша, таки решил найти себе спутницу по жизни?

На лице Кумо вдруг вспыхнули нотки интереса, смешанного со слабым ехидством. Он знал, какой его блондинистый друг, весь из себя серьёзный парень. Поэтому для него это был шанс, наконец увидеть действительно настоящего парня, без всех этих замутов с каменной миной.

Боруто вздохнул, опустив взгляд себе под ноги. Это и правда было офигеть как неловко. Меньше всего об этом хотелось поговорить с этим придурком. Нет, дело было не в том, что Узумаки бесил сам Кумо, а скорее в том, что он, всегда старался вывести внутреннюю натуру блондина наружу, от того и получались иногда, не очень серьёзные стычки. И вот, сейчас… похоже судьба была на стороне этого вечно сующего свой нос куда не следует, индюка.

— Да, представь себе, — скрестив руки, спустя небольшую паузу, ответил Боруто, — ну так что, был у тебя опыт с девушками или нет?..

— Ха, естественно был! — тут же хлопнув по плечу друга, весело хохоча сказал Кумо, — Но всё же, ради справедливости, мне стоит хотя бы знать, кто эта дама, что смогла пробиться через каменные стены сердца, такого парня как ты?

— Юки. — немного постояв, ответил Боруто, — Мы буквально сегодня в полдень и решились стать… парой. — тут же пояснил Узумаки.

Денко немного опешил. Так как совсем недавно, сам предлагал ей встречаться, однако та, естественно твёрдо и прямо отказала ему, объяснив это тем, что он не в её вкусе. Теперь то, парень понимал, на кого она метила… Хотя с другой стороны, если подумать, Боруто часто разговаривал с ней, она даже тренировала его в искусстве катаны, там уж так и так, могут зародиться чувства.

— Воу, ты меня удивляешь всё больше и больше… — растерявшись на несколько секунд, высказал Кумо, — эта девушка, довольно необычный случай. Она родом из… откуда она? — вдруг вопросил, задумчиво он, вдруг осознав, что практически ничего не знает о прошлом этой девушки.

— Скажем так… — тщательно выбирая слова, начал Боруто, — она из практически безлюдных мест. Её родители были отшельниками. Поэтому с социумом у неё есть кое-какие проблемы.

Кумо задумчиво взглянул куда-то сквозь блондина, приложив пальцы к подбородку. Казалось, он совершенно улетел в собственные мысли, не замечая того, как лицо друга, постепенно начинало окрашиваться в раздражение.

— Послушай, ты должен ей что-нибудь подарить. В честь того, что вы стали парой. Нельзя просто взять и сказать что-то типа «Мы теперь встречаемся» и продолжать жить как есть. Раз уж, ты взял на себя такую ответственность, то и любить, защищать, ну и подарками одаривать обязан. Хотя насчёт последнего, это уже от девушки самой зависит…

Узумаки начал думать о том, что же ей нравится. Старательно вспоминая все те дни, что он провёл с ней на тренировках, он словно пытался снова попасть в те моменты, чтобы заметить хоть одну малюсенькую подсказку к тому, что она могла бы полюбить.

— Подарок значит… — вскинув голову к небу, сказал практически бесшумно Боруто.

Медленно развернувшись, он пошёл прочь. Кумо уже хотел было его окликнуть, но в последний момент, всё же не решился. Что-то подсказывало ему, что его стоит оставить в покое. Сейчас блондин явно размышлял насчёт подарка и помощи в этом, он точно не видел.

— Надеюсь, у тебя всё получиться дружище… — вслед ему, пожелал он, слабо улыбнувшись краями губ.

Он неспешно шёл по улицам, воздух которых, всё ещё окутывался всё никак не отпускающей зимой. Дыхание сопровождалось паром, а в нос бил отчётливо мокрый запах слякоти перемешанной со снегом.

Вдруг, юноша застыл, глаза его растерянно бегали во все стороны, он словно пытался не упустить тот след, что дался так нелегко. Лицо его выражало сосредоточие, а губы сжимались в белые полоски, словно вот-вот должно было произойти что-то неприятное. Но вскоре, рот слабо приоткрылся, а затем медленно перешёл в грустную, но всё же улыбку.

Боруто постепенно пошёл уверенно вперёд, а вскоре и вовсе побежал из-за всех ног в неизвестном направлении, оглядывая улицы, а точнее ларьки с разными товарами, выискивая тот самый подарок, что он хотел преподнести Юки.

Пепельноволосая, сидела на диване, тревожно глядя в окно и думая о том, что произошло ранее в этой же комнате, и на этот же диване. Прикусывая губу, она то и дело покрывалась слабым румянцем, всё повторяя в голове тот миг, когда они впервые поцеловались. Странно, она раньше никогда этого не делала, но что-то внутри неё, направляло и казалось, будто это заложено внутри… внутри всех людей.

Она была рада, безумно рада тому, что произошло. Но вместе с тем, пришла и тревога. Боруто был ранен, но не физически, а скорее психологически и она понимала это. Его внутреннюю боль и терзания, кошмары которые преследуют его, тяжесть грехов и вина за то, чего он не делал или не смог сделать.

Юки хотелось бы, чтобы он наконец отпустил этот комок кроваво-колючих воспоминаний, пропитанных ненавистью, но если бы всё было так просто… Каждый раз, когда она тренировала его, обучала искусству владения катаной. В его глазах, она каждый раз, видела этот нескрываемый холод, от которого хотелось бежать в лучшем случае. Нет, она его не боялась… но ей было понятно, что если всё так и продолжится, Узумаки просто потеряет себя настоящего, превратившись в нечто бесчувственное и знающее только как убивать.

Девушка думала о том, как можно всё исправить и не поздно ли для этого? Нет, что за вздор такой? Конечно ещё не поздно, никогда не будет поздно. Ведь если он решился всё же ответить на её чувства, то что-то это, да должно значить.

— Сегодня вечером, я обязательно спрошу, что ты чувствуешь сейчас, Боруто… — уверенно, прошептала она.

В раннем детстве, Юки всегда хотела завести друзей, ей казалось что среди них, она могла бы найти тех, кто точно смог бы справиться с её тревогами. Конечно в то время, её тревогами были «монстры» в лесу, что по ночам страшно выли на луну или неспокойствие от лжи, насчёт разбитой любимой маминой вазы, но всё же. Она хотела иметь друзей, что поддержат её, направят если нужно и будут всегда рядом.

Однако чем старше становилась Юки, тем глубже зарывалась эта — как ей казалось — наивная и глупая мечта. Иногда эта мечта просачивалась, находила свет и пускала корни, но Юки, снова погружалась в работу и тренировки отца, высекая эти корни и снова закапывая глубоко в себя мечту.

Плохо ли это было? Определённо и в былые времена, поняв это, Юки скорее всего возненавидела бы отца за такой проступок. Но не теперь. Отца больше не было, как и смысла злиться и думать об этом. Она теперь свободна, как птица, но вот только рада ли сама этому Юки? Боруто казался ей как раз-таки тем, кому нужна была помощь, поддержка, как когда-то ей в далёком детстве. Возможно, именно поэтому, она и не пугалась этого холода, в его глазах.

Белокурая Юки, неспешно поднялась на вершину горы. Перед этим, она естественно наплела матери, что-то о дополнительных занятиях в академии для шиноби. Так уж получилось, что после того, как они прибыли в деревню Облака, Юки вдохновилась Узумаки и тем, как он рьяно старается выполнять, как можно больше миссий. Всё же в их время, теперь можно встретить не так уж и много шиноби.

Однако, она была неуверенна в том, что сможет и ей вообще удастся. Ведь не все люди были предположены к чакре и её управлению. Но к её радости, она всё же смогла попасть на курс по подготовке, который в том же году и сдала.

Правда за эти два года, ничего существенного не поменялось, да она научилась использовать чакру, но к допущению к тем же миссиям, этого пока было недостаточно, даже с учётом того, что она довольно смертоносно орудовала клинком.

Взобравшись на вершину, она увидела перед собой небольшие ребристые камни, покрытые тонким слоем снега. Солнце уже давно село и на небе царствовали звёзды во главе большой луны, что сияла мягко и спокойно.

Оглядевшись по сторонам, она медленно подошла к одному из камней, а после осторожно села, в ожидании блондина. Здесь было очень тихо, настолько что тишину прерывал холодный ветерок, что гонял слабо её волосы чуть в сторону.

— Привет… — вдруг зазвучал голос Боруто позади неё.

Она вздрогнула, но не обернулась. Послышался облегчённый вздох, за которым последовало непродолжительное хихиканье. Юки обернулась, взглянув искренне-добрыми глазами в лицо тому, кого она ждала.

— Я думала, опаздывать должна девушка, а не парень. — добродушно, сказала она, снова повернувшись к нему спиной.

— Прости-прости! — тут же нервно хихикнув начал извиняться Узумаки, — просто я долго искал, кое-что… вот припозднился чутка, но надеюсь это тебе понравится…

Юки увидела перед собой яркий цветок, что очень сильно напоминал небесное светящееся тело. Даже в лунном свете, ей казалось, будто перед ней было небольшое солнце, которое отдавало каким-то странным приятным теплом. В нос тут же проник, аромат нектара, смешанного с природным запахом зелени.

— П-подсолнух? — словно не веря своим глазам, спросила Юки, — Но как? Где ты его достал?

— Это было трудно, но я всё же нашёл его. Не поверишь, но один из ботаников с которым я познакомился по стечению обстоятельств одной из миссий, выращивал в своём ботаническом саду несколько пар подсолнухов. — улыбаясь проговорил блондин, — Я вспомнил, что ты пару месяцев назад, говорила о том, как мечтала увидеть подсолнух… Но, я точно не знал, растёт ли он тут, да ещё и в таком то климате…

Юки была поражена поступку Боруто. Он вспомнил такой незначительный разговор, так ещё и нашёл, то что так сильно она желала. Так уж получилось, что она с детства жила в холодном климате и цветов практически никогда не видела. Поэтому по прибытию в более тёплую страну, она начала выращивать разные виды цветов, чтобы любоваться и наслаждаться ими. Единственный цветок, который она так и не смогла увидеть был именно «Подсолнух» или как она называла его «Солнечный цветок».

— Спасибо… — глядя на желанный солнечный цветок, только и смогла ответить Юки, — эм, прости, я не знала, о том, что нужно было принести какой-то подарок, поэтому…

— Ну-ну, не надо извинятся. Подарок подарите тебе, это моё собственное желание. — прервал её извинения Боруто. — да и сам цветок, для меня также очень важен. — присаживаясь рядом с ней, дополнил он.

Она с интересом направила свои глаза в его сторону. Сейчас он выглядел умиротворённым, но в то же время, она видела каплю скорби в его глазах. В голове начали проясняться причины из-за которых, сейчас он такой подавленный. Обняв его за руку, она тихонько прижалась к нему, после чего спросила:

— Ты думаешь о сестрёнке?

Он печально вздохнул, слабо кивнув. Взяв её за руку, он всё же нашёл в себе силы вновь улыбнуться. Не хотелось ему, печалить своими соплями ей настроение. Сейчас всё-таки их время, а не прошлого.

— Знаешь, Юки, до нашей встречи и того разговора возле камина, я чувствовал, что рано или поздно, сдамся. Просто уйду в пучину тьмы и сгину там, как какое-то ничтожество. Но, всё изменилось, когда я встретил тебя. Я долгое время думал, что именно, придаёт мне столько сил и уверенности в том, что мне нужно сделать, и одной из причин всего этого — именно ты. Спасибо, что рядом…

— Ты слишком, сентиментальный дурак. — прижавшись ещё сильнее, ответила беззлобно она. — Но спасибо за эти слова. Я рада, что… могу так влиять на тебя.

— Знаешь, по началу, я испугался… Но теперь, мне хочется быть с тобой вечность. — задумчиво сказал вдруг Боруто, глядя на луну.

— Да, хоть бы эта ночь не кончалась, никогда…

Прошёл месяц с того дня, как Боруто признался Юки. За это время их отношения заметно укрепились, неловкость начала постепенно пропадать, а вместе с ней, ушла и тревога. Наконец-то Юки, ощущала себя полноценно и более не зарывалась в мысли, мучая себя день из-за дня.

Но вот с Боруто было всё немного сложнее. Он также признался себе, что действительно чувствует что-то к Юки, но его образ жизни и цель к которой он идёт, всё усложняют. Они словно гонят его обратно, в пучину чего-то холодного и тёмного. Блондин боялся, что сделает только хуже Юки, если всё продолжиться так. На нём лежал очень огромный груз, как тайн, так и ответственности за множество жизней. Всё это, накладывалось друг на друга, и он просто не мог не думать, ни о чём другом, кроме этой ответственности.

Бессонными ночами, Узумаки размышлял о дне, что вот-вот должен был произойти. Он был так близок, и в то же время, так далёко от него. Скоро ему придётся разорвать множество нитей, чтобы спасти хоть что-нибудь в этом никчёмном мирке.

Иногда, по ночам, он уходил в неизвестность. Возвращаясь обратно, только под самое утро. Никто не знал, чем он занимается. От чего мучается и почему делает это из раза в раз, пытаясь достичь своей цели.

— Боруто, за эти два года, ты сделал довольно много для моей деревни. — искренне улыбаясь, высказал благодарно Даруи, — Твой отец будет горд за тебя, когда ты вернёшься домой.

От этих слов, Боруто невольно поморщился. Не нравилось ему, когда речь заходила об его отце. Всё же, осадок оставался, поэтому он старался практически не затрагивать тему с Хокаге.

— Не сомневаюсь. — сухо ответил Боруто, — Вы вызвали меня только для этого?

— Нет, отнюдь не для этого. В общем, давай перейдём сразу к делу. У меня для тебя есть одно особое задание. Честно признаться, я уже отправил на него кучу джоунинов, но… никто так и не вернулся. — серьёзно проговорил Райкаге.

— Так… и в чём же дело? — нахмурившись, спросил блондин, подойдя к столу Райкаге.

— На Юго-западе в самой высокой точке горы «Инадзумы», творится что-то необъяснимое. Там есть небольшая деревушка монахов, которая перестала подавать хоть какие-то признаки жизни. Естественно мы отправили отряд чунинов, чтобы те разведали обстановку, но никто так и не вернулся. Мы потеряли уже три отряда… если так пойдёт и дальше, то всё станет только хуже. У нас итак, нехватка шиноби, так что… Я хочу, чтобы ты отправился с ещё одним отрядом и всё разведал. Ты выдающийся шиноби, который точно сможет выполнить задание.

— «Инадзума»… — задумчиво, произнёс Боруто, — Я слышал о том, что там довольно часто бьют молнии. Даже слишком часто.

— Так оно и есть, — подтвердил Райкаге, тяжко вздохнув, — началось это, если судить по отчётам, ещё месяца три назад. Возможно всё это как-то связано с тем, что жители той деревушки, не отвечают на связь. Если сможешь, разузнай побольше об этих аномалиях.

— Как скажите. — поклонившись ответил Боруто. — Когда мне отправляться?

— Завтра на рассвете. Возьми всё что необходимо и отправляйся к воротам деревни. Отряд будет тебя ждать там. — ответил Даруи.

Выходя за двери кабинета Райкаге, Боруто задумчиво глядел себе под ноги. Странные аномалии в виде грозовых молний. Конечно это могли быть и просто природные явления, всё же природу изучать не так уж и просто, и многие факторы уходят, как песок сквозь пальцы. И всё же, что-то там есть. Несколько отрядов так и не вернулись. Даже природа не может так безжалостно уничтожать, не оставляя после себя ни одного выжившего.

Сколько раз он убеждался в этом. Узумаки вспоминал все те случаи на миссиях, которые казались лёгкими и непринуждёнными, но в итоге, приходилось убивать, выбирать и разбираться с довольно неоднозначными делами. Иногда дела шли хорошо, но… порой, естественно, бывало и так, что миссии проваливались.

— Хоть Райкаге и говорит, что я сильно помог деревне… но все те жизни, которые были потеряны из-за моей неопытности, не стоили того. Я обязан завершить эту миссию на отлично!

— Уходишь на миссию? — немного взволнованно переспросила Юки.

— Ага, завтра ранним утром, ухожу вместе с очередным отрядом. Надо проведать гору «Инадзума», говорят там проблемы у жителей деревушки.

Юки никогда не нравилось то, что Боруто уходит на довольно опасные миссии. Ведь эти миссии, были абсолютно непредсказуемы. Быть шиноби, опасно, ибо любая миссия может стать последней. И никто заранее не может знать исход…

— Не волнуйся ты так. Если бы передо мной предстала смерть, думаю… я бы знал об этом. — спокойным тоном, сказал блондин, собирая вещи в рюкзак. — Да и тем более, ты ведь сама меня обучила мастерству катаны. А уж с ней то, я точно не пропаду.

— Даже если и так, думать о том, что ты рискуешь своей жизнью…

Боруто прекратил собирать вещи, посмотрев прямо в глаза Юки. Он слегка улыбнулся тому, что за него теперь и правда волнуется кто-то столь близкий. Конечно до этого, у него были родители и сестрёнка… но, когда ты чувствуешь некую связь с другим человеком, это совершенно новое и ранее невиданное чувство. На душе становится тепло и даже жизнь становится не такой уж и рутинной.

Многие говорят, что отношения только усугубляют жизнь человека, делает его уязвимым и мягкотелым. Но, всё это окупается, совершенно будоражащими и наполняющими неким странным теплом, чувствами. Ради подобного, стоит рискнуть.

— Всё будет нормально. — подойдя к ней, сказал Узумаки, после чего осторожно взял её за руки, — Давай договоримся: я приду целым и невредимым, а после, мы будем гулять по ночному городу, аж до самого рассвета.

— Дурак, — усмехнувшись, насмешливо ответила та, — даже если ты придёшь раненным, всё равно ведь пригласишь…

— Ну, если я приду с ранениями, то уж тогда… выбирай сама наказание. Это ведь пари, как никак. — приобняв её, добавил Боруто.

— Мне не важно, каким придёшь ты. Просто постарайся вернуться. — уткнувшись лицом ему в грудь, тихо попросила Юки.

Эти слова прозвучали так отчаянно, что на лице Боруто, медленно сползла улыбка. Он также прижал к себе Юки, в очередной раз, благодаря судьбу за то, что та свела его с этой девушкой.

— Я вернусь. Обещаю.

Учиха погружённый в свои мысли, лежал на крыше своего жилища. Сегодняшняя ночь была довольно тёплой, что позволяло полюбоваться ночным небом и подышать свежим воздухом. Саске любил тишину и покой. И этого у него в последнее время, довольно мало. Хотя это не сильно его волнует, так как, всё же его ученик, становится всё более и более сильным, а значит, его роль учителя, начинает давать плоды.

Однако кое-что его по прежнему беспокоило в Боруто. Его странная одержимость этой «силой», молчаливость и вечное хождение по миссиям. Конечно, он был рад что Узумаки не покладая рук, старается из-за всех сил, дабы стать сильнее и в будущем, выступить против Кары или захватчиков из другого мира, но за всем этим, стоит что-то более уродливое и тёмное.

— Не превратится ли он в такого же как я? — задумчиво вопросил Саске, глядя на звёзды. — Как ты думаешь, брат?

Саске думал и о дне, когда Боруто наконец узнает о правде его прошлого. О том, что он натворил и что хотел ещё сделать. Конечно, блондин мог и позабыть это обещание, но Саске понимал, что это не так… Узумаки более чем запомнил это и ждёт. Им обоим пришлось переживать дикую боль от утраты близких, слепнуть от ненависти и окроплять свои руки в чужой крови, и теперь, он также как и сам Учиха в прошлом, гонится за силой…

— Теперь я понимаю тебя, Какаши…

На утро следующего дня, Боруто встретился с отрядом у ворот деревни Облака. Среди них были как знакомые, так и незнакомые лица. Больше всего его удивило, что среди них был Кумо. Ведь у того был заслуженный отдых от всех этих миссий, по причине довольно долгого и сложного задания.

— Кумо? Я думал ты отдыхаешь. Что, из-за нехватки шиноби, тебя тоже определили на это задание? — спросил блондин, пожав руку другу.

— Да… честно признаться, я был немного обескуражен этим приказом. Но, что поделать, раз уж сам Райкаге приказал, то нечего поделать. — ответил весьма сонным голосом тот.

— Боруто Узумаки, — подойдя к ним, обратилась девушка, что видимо была капитаном этого отряда, — весьма наслышана о твоих достижениях. Рада, что и ты присоединяешься к нашему отряду.

— Ну, таков уж приказ Райкаге. — ответил Узумаки, поклонившись в ответ. — Надеюсь, быстро управимся… и без потерь.

— Солидарна с тобой. Меня зовут Аой, а тех двоих позади: Джун и Мамору. Признаться честно, я возлагала большие надежды на предыдущую группу отправленную на гору. Но прошло уже довольно много времени, а от них никаких вестей.

— Тот отряд… из кого он состоял? — поинтересовался Боруто.

— Все практически джоунины. Отряд был создан, специально для выполнения особо опасных миссий, но даже они, пропали без вести.

Узумаки немного напрягся, задумавшись над тем, а не идёт ли он на верную смерть? Раз даже опытные джоунины не смогли справится с тем, что творится там, сможет ли он сам с этим разобраться? Их отряд, был сформирован в спешке, так при том ещё даже из тех, кто должен по идеи отдыхать. Не верилось Боруто в то, что Райкаге действительно думал, что им по плечу это задание.

— Значит мы просто разведка? — задумчиво произнёс Боруто.

— Возможно, — согласилась Аой, — но в любом случае, если будет возможность разузнать о том, что там творится не поднимая шума, мы воспользуемся этим.

Спустя пару минут обсуждений того, как они собираются добираться до места назначения, отряд двинулся прочь из деревни. Естественно каждый был с каменной миной и практически не говорил, но в душе, все до единого, терзались сомнениями и понимали, что возможно, эта миссия может стать их последней.

Я не могу сдохнуть на этой миссии! — вбил себе в голову Боруто, оскалив лицо. Ведь здесь его ждали дорогие ему люди, а также он просто не мог всё закончить вот так. Цель всё ещё не была достигнута.

Гора «Инадзума» находилась в шести милях от самой деревни, так что добраться до туда, было не такой уж проблемой, ведь саму гору, можно было увидеть, стоя у ворот деревни. Самое трудное во всём этом, взобраться на неё, так как нужно подняться на более чем пять тысяч метров вверх.

— Думаешь будет трудно? — вдруг спросил Кумо.

— Не думаю, а знаю… — ответил честно Боруто. — То, что от других отрядов нет вестей, ничего хорошего не предвещает. Надо готовиться к самому худшему.

Кумо узнав о приказе Райкаге, сперва довольно легко отнёсся к этому, не понимая всей серьёзности данной операции. Однако теперь, когда он подбирался к горе всё ближе и ближе, в его сердце начинало что-то кричать. Словно, сама душа не хотела ввязываться во всё это дерьмо.

Глаза с сомнением бегали то вперёд, то на возвышающуюся тёмную гору, на вершине которой чётко были видно сгущающиеся огромные грозовые тучи. Порой они слышали как раскаты грома, оглушающим рёвом разносились по всей округе, а молнии, то и дело, хаотично бегали по всей возвышенности, иногда разбивая в дребезги булыжники.

Отряд остановился возле подножия горы, решив для начала обсудить план действий. Осмотрев тщательно местность, они разбили небольшой лагерь, чтобы поесть и подготовиться к возможной стычке с противниками.

Джун проверяла снаряжение, тогда как Мамору был на посту и внимательно следил за периметром. Кумо сидел и пытался успокоить дрожь в руках. Узумаки заметив это, решил всё же, хоть как-нибудь отвлечь того, от скорой встречи с неизвестным.

— Слушай Кумо, — подойдя к другу, окликнул Боруто, — ты случаем не знаешь ту девчонку, которая была на фестивале? Ну помнишь, она ещё столкнулась с тобой и разлила весь сок на твою юкату.

— Оу… — вспомнив тот день, усмехнулся Кумо, — Ну да, она кстати извинилась. Довольно неловко вышло, если честно.

— Ты хотя бы спросил как её зовут? А то, всё время говорил: «Заведи девушку, заведи», а сам в итоге что, без девушки ходишь? — насмешливо, толкнув Кумо в плечо, вопросил Боруто.

— О, да ладно тебе! Зато ведь, у тебя есть верная спутница, а? Не зря же подталкивал тебя к ней. — ответил Кумо, встав на ноги. — И вообще, с чего ты решил, что я хожу без девушки? Может быть, я люблю «погулять».

— О, да-да-да, конечно, как же я мог забыть про твои «похождения». Правда если Юки узнает об этом, боюсь нашей дружбе придёт конец. Знал бы ты, какая она ревнивая.

Они оба рассмеялись и на миг, наконец ушло это странное предчувствие холода смерти. В головах были лишь воспоминания, о тех весёлых днях, когда они могли думать только о дружбе или любви.

— Когда вернёмся, надо будет отметить это. — предложил Кумо, — Может быть действительно девушку найду себе, а то надоело уже таскаться от одной к другой.

— Только смотри не испугайся ответственности, «Бог любви» ты наш. — улыбчиво произнёс Узумаки.

Вдруг в их дружескую беседу ворвалась Аой, которая тут же спустила парней с небес на землю.

— Может быть вам двоим стоит заняться делом? Боруто, будь так добр иди и помоги Джун с боекомплектом, а ты Кумо, смени Мамору.

— Есть. — синхронно ответили двое друзей.

Блондин подойдя к сидящей девушки, поприветствовал её:

— Привет… нужна помощь?

Смуглая Куноичи, одетая в форму шиноби Скрытого Облака, сидела на траве, плавно перебирая каждую деталь холодного оружия, проверяя надёжно ли всё закреплено, дабы в бою они послужили на славу. Каштановые волосы, были собраны в хвост, а янтарные глаза, внимательно оглядывали каждый краешек лезвий и других деталей сюрикенов и других более массивных орудий.

— Вообще, было бы неплохо. Нужно проверить вот этот комплект, больших сюрикенов, которые запечатаны в свитках. — протянув руку со свитками, ответила та.

— Ладно, как скажешь. — вздохнул Боруто, раскрывая их.

Распечатывая свитки, Узумаки внимательно осматривал их, выявляя какой-нибудь дефект или заедающий механизм. К счастью, практически все приспособления были более чем готовы к использованию. Естественно, была парочка, неисправных или заедающих механизмов, но блондин их быстро исправлял.

— Что ты думаешь о том, что сверху? — спросил невзначай Узумаки, продолжая осматривать оружия.

— Если ты про гору, то даже не знаю. Там огромное грозовое облако. Если мы начнём забираться на него, с металлическими оружиями, то нас стопроцентно шибанёт разрядом молний.

— Это верно. Похоже придётся всё это запечатывать в свитки… — осмотрев кучу оружия, сделал вывод Боруто.

— Да, но это пол беды. Интересно другое — кто нас ждёт там? — вдруг задалась вопросом она.

— Хм? Ты так уверена в том, что на горе кто-то есть?..

— А ты разве так не думаешь? — хмуро взглянув на блондина, ответила она, — Несколько отрядов исчезло, так ещё и эти странные аномальные тучи с молниями. Это явно не природа так бушует.

Боруто также уже задумывался об этом… Это странное чувство, присутствие чего-то живого и разумного. Это не было похоже на человека, но и не было чем-то не разумным. Возможно, он уже начинал сходить с ума…

Внезапно метка на руке, активировалась, тем самым заставив и Джооган, пробудится. Узумаки накрыло очередным всплеском воспоминаний из ближайшего будущего, в котором, Джун, что сидела перед ним, вдруг ударял мощная молния.

— Эй, с тобой всё хорошо, что это за символы на твоей руке и лице?! — встревоженно воскликнула Джун.

— Отойди… — всё ещё пытаясь прийти в себя, кряхтел Боруто.

— Что?

— Я говорю, отойди!!! — уже в полное горло, заорал он.

В тот же миг, сверху, прямо в их сторону, полетела шаровая молния, которая ударила прямо в их лагерь. Яркий ослепительный свет, окружил всё в округе. Остальные члены отряда, даже и понять не успели, что именно произошло. Их отбросило в сторону, ударив по всему телу небольшим зарядом тока.

Боруто резко оскалился, ощутив как по всему его телу, начинает проходить заряд молний, заставляя все мышцы сжиматься и испытывать невероятную боль. Дыхание сбилось, а внутренние органы, словно взбесились и начали перемешиваться с друг другом. Если бы не «карма», то он точно стал бы трупом.

Сила Ооцуцуки, ощутив урон причинённый телу сосуда, мгновенно распространила свои метки по всему травмированному участку, от головы до кончиков пальцев ног, усиленно начиная лечить все ранения и ожоги.

Боруто, лёжа на испепелённой земле, дёргался в конвульсиях, ощущая дикую боль, которая не исчезала, какой бы хороший целительный фактор не был у «кармы». Попутно, он глядел на Джун, точнее то, что от неё осталось…

Тело девушки, полностью обгорело, руки были скрючены в неестественной позе, а на лице, виднелась гримаса боли. Глаза вытекли, оставляя пустые чёрные глазницы, и её длинные каштановые волосы, также исчезли, вместе с прекрасной смуглой кожей, которая, теперь лишь отдалённо напоминало то, что было раньше.

— Снова… — сквозь зубы, процедил Боруто, — снова я не смог спасти… СНОВА!..

Аой собрав волю в кулак, привстала. По телу снова и снова проходил импульс, который хаотично дёргал её конечности, заставляя их трястись в конвульсиях. Кумо, не ожидая подобного, всё ещё лежал, также дёргаясь всем телом. Мамору же, первым из всех, встал на ноги. Завидев небольшой кратер в котором находились два тела, он с ужасом осознал, что произошло.

— Джуно! — вскрикнул испуганно он, ковыляя к обугленному телу. — Держись, слышишь?! Мы обязательно тебя спасём!

— Хватит… — хриплым голосом перебила его Аой. — Она уже погибла.

На небесах, среди тёмных облаков, возвышался силуэт, до более напоминающий человека. Он ухмылялся, думая о том, как же хорошо постарался над очередной атакой молний. Однако веселье продлилось недолго, так как цель, которую он хотел поразить, так и осталась жива.

— А ты крепче, чем я думал… — оценивающе, произнёс мужчина, ухмыляясь. — Значит, вы привели ко мне, действительно, стоящую игрушку.

Аой, медленно подошла к лежащему Боруто. Эти странные татуировки, что расползлись по всему его телу, вызвали в ней тревогу и опасение. Блондин тяжело дышал, кожа его хоть и принимала, постепенно, здоровый вид, но всё ещё в некоторых местах, напоминала, нечто обугленное. Женщина догадалась — эта странная печать, что светилась ярко синим цветом, исцеляла его.

— Что это? — задалась она вопросом, — похоже молния ударила с того грозового облака на вершине горы. Но ты каким-то образом, всё ещё жив, чего нельзя сказать об… — Аой взглянула в сторону трупа своего товарища, возле которого сидел и рыдал Мамору.

— Какого хрена, произошло? — наконец снова совладав над своим телом, вопросил Кумо, — Я просто стоял на стрёме, как вдруг… Бабах и… о твою же мать! — завидев труп, простонал он.

— Мы просчитались… — тяжело дыша, прохрипел Боруто, — кто-то нас уже засёк. И точным ударом, хотел всех убить.

— Значит ли это, что никто из прибывших сюда шиноби, так и не добрался до верхушки? — глядя на облака, задалась вопросом Аой.

— Этот ублюдок поплатится за то, что сделал… — вытирая слёзы, процедил Мамору. — Я не знаю, кто он, но я найду его!

Боруто подобным словам, лишь усмехался. Странно, но ему хотелось и правда смеяться. От бессилия, от боли, от злобы что переполняла его. Ему хотелось выпустить всё то, что накопилось в нём, избавится от всех этих негативных мыслей.

Когда раны полностью затянулись, Узумаки наконец встал на ноги. Взглянув на искалеченное тело девушки, он сжал пальцы в кулаки. Ещё одна жизнь была унесена в небытие. Теперь просто уйти отсюда, он не мог.

— Просто так молнии с неба, точно не бьют. Кто-то умышленно направил её в нас. — направившись к горе, высказал блондин.

— И что ты собираешься делать? — спросила Аой, полностью экипировав оружие.

— Найду того, кто это сделал, а затем убью. — ответил бесстрастно тот.

— Это же безумие, Боруто! — возразил Кумо, — Лучше уж отправится обратно в деревню, чтобы доложить о том, что мы здесь увидели! Ведь все предыдущие шиноби, прибывшие сюда, так и не вернулись!

— Я и не прошу вас идти за мной. Если хотите, можете уйти обратно, а я останусь здесь и доберусь до того ублюдка, что сидит на вершине. — ответил всё также невозмутимо Боруто.

— Даже если мы доберёмся до вершины. Как ты можешь быть уверен в том, что тебя не убьют? Считаешь, что у тебя хватит силёнок на это? — стоял на своём Кумо, подойдя вплотную к другу, пытаясь вразумить того.

— Я не умру. Я просто знаю это. И лучше не спрашивай о том, откуда у меня такая уверенность. Этот мир, сложен и всё ещё непонятен. Но, одно я знаю точно — убегать от опасности, не мой стиль.

— Он прав, — поддержала его Аой. — нужно всё же выполнить миссию. Это наш долг перед деревней и Райкаге.

— Я и не собирался никуда убегать. — встав на ноги, хмуро высказался Мамору.

— О, прекрасно и вы туда же?! — ошеломлённо разведя руки в сторону, выкрикнул Кумо. — Это же чёртово самоубийство!

— Наша цель, разузнать о том, что происходит с деревней на вершине горы. Мы должны разведать там всё, и по возможности, устранить проблему. Ты ведь сам понимал, к чему всё это ведёт, когда читал рапорты о предыдущих неудачных попытках шиноби.

— Да, это так, но… Я не хочу умирать. — горько признался Кумо, — Я знаю какой ты сильный Боруто и знаю, через что ты прошёл, но я ведь не такой. Мне хочется нормальной жизни…

— Тогда, почему ты пошёл в шиноби? — недоумевающе вопросил Боруто, повернувшись к другу.

— Все мои предки были шиноби. И каждый из них, был выдающимся воином. Мой прадед, дед и отец. Все они, так или иначе отличились на войнах и сложных миссиях. Поэтому и я, как член своей династии, должен был стать…

— Это глупо. — тут же перебил его Боруто. — Какая разница кем были твои предки? Главное ведь, кто ты сейчас и кем хочешь быть. Мой отец и мой дед были Хокаге, но это ведь не значит, что я должен пойти по их стопам и стать одним из них. Зачем делать то, что ты не хочешь делать. Так ты лишь истратишь свою жизнь в пустую, а затем, когда осознаешь это, будет уже поздно.

Кумо, изумлённо взглянул на Боруто, словно тот, сказал ему что-то, столь очевидное, но всё же пугающее, что даже дыхание спёрло. Однако затем, пришло и облегчение. Он знал в душе, что так и нужно было поступить, не идти на поводу своей семьи и делать то, что хочешь сам, однако… боязнь будущего, всегда тянуло его назад.

— Так или иначе, дело твоё, Кумо. Возвращайся в деревню и доложи о том, что произошло. Возможно так будет даже лучше. — предложил Боруто. — Ты волен выбирать, я тебя не заставляю идти за мной.

Денко Кумо, тяжело взглянул на Боруто, разрываясь внутри на выбор: уйти или остаться. Узумаки был действительно уникальным человеком, Денко никогда не видел таких как он. Было в этом хмуром блондине, что-то благородное и притягивающее. Однако свобода выбора, всё же дала свой плод.

— Хорошо, я лучше вернусь в деревню, — отступив на шаг назад, неуверенно проговорил Кумо. — я доложу Райкаге о том, что произошло и попытаюсь убедить его, собрать новый отряд.

— Лучше предупреди Учиху Саске. — посоветовал ему Боруто. — Думаю он единственный, кто действительно сможет помочь в данной ситуации.

— Что на этот раз? — вопросил усталым голосом Джиген, сидя на кресле, окутанный разными датчиками и трубками, что снова накачивали его жизненной энергией, дабы тело продержалось ещё на какое-то время.

Перед ним, на одном колене, сидел один из подчинённых, внутренний агент Кары. Молодой парень с металлическим протезом, что шёл диагональю по его лицу, частично закрывал шрам, что скрывался под ним. После заданного вопроса, парень тут же отрапортовал:

— На территории страны молний, произошёл инцидент с нестабильным объектом. Эксперименты прошли удачно, но уже как несколько недель, наши люди не могут остановить его. Его агрессия вызванная препаратом, усугубляет ситуацию. Деревня Облака также уже отправила несколько отрядов, последний из которых, сейчас также пытается выяснить что там происходит.

— Вот оно что, — заинтересованно взглянув в сторону подчинённого, произнёс Джиген, — похоже плоды даются нам очень мощными, раз уж этому объекту удаётся так долго держаться. Что насчёт остальной деревни, он убил всех?

— Нам это неизвестно… всех кто приближается к склону горы, он мгновенно убивает шаровыми молниями… — ответил парень, — Также хочу добавить, что в последнем отряде, отправленном на разведку к горе, присутствует Боруто Узумаки.

Джиген заметно изменился в лице, как только услышал имя блондина. Улыбка тут же расползлась по его физиономии, и он облокотившись на свою руку, приказал:

— Отправляйся туда, следом за ними. Мне хочется увидеть на что способен этот юнец.

— Как скажите, мой лорд. — тут же послушно кивнув, ответил подчинённый.

Небольшой отряд из трёх человек, забирался на гору, попутно молясь, чтобы очередная молния не попала в них. Здесь они были практически беззащитны, по крайней мере, Аой и Мамору, беспокоились на этот счёт.

— Надо найти какой-нибудь отступ, чтобы передохнуть… — подала голос Аой, чувствуя, что чакра которая питает ноги для удержания на вертикальной поверхности, уже начинает слабеть.

— Хорошо. — ответил Боруто, разглядывая поверхность горы. — Но будьте бдительны. Если почувствуете что-то неладное, сразу говорите.

Боруто был наготове. Так как понимал, что теперь в его руках, также жизни и этих двух. И только он мог, уберечь их от возможной атаки с неба.

Найдя один из массивных уступов, троица поползла в его сторону. С каждым новым продвижением вверх, они ощущали, как ветер становился всё сильнее и тяжелее. Холод начинал пробирать, даже сквозь одежду, а до ушей доносились раскаты грома, грозовых облаков.

Взобравшись на него, отряд свалился с ног, решив восполнить чакру, потраченную на то, чтобы взобраться сюда. Прошли они уже практически половину пути, и дальше их ждало ещё более тяжёлое испытание. Ведь с каждым шагом, они были ближе к этому странному человеку или же существу, которое могло бросать в них шаровые молнии.

— Вам что-нибудь было известно о деревне, которая находиться на вершине горы? — поинтересовался Боруто.

— Ну, вообще не так уж и много. Они что-то вроде отшельников. Наша деревня держала с ними связь, но не больше. Говорят, там практиковались монахи, которые уже очень много лет, никого к себе не пускают.

— Вот оно что… а как же еда там и всё остальное?

— Наша деревня поставляла им запасы еды и всего другого. Это что-то вроде знак доброй воли к их Божеству. Райкаге почитают их, и считают, что таким образом, они делают доброе дело для Божества, а он в свою очередь, не трогает людей и кочевников.

— Божество? — уточнил Боруто. — типа Бога?

— Нет. Это, скорее явление природной энергии. Часть одной из стихий, что-то на вроде Бога Смерти Шинигами. — пояснил Мамору, поедая сушёную рыбу.

Мужчина выжидающе взглянул в сторону облаков, что начинали вновь реветь, как медведь нашедший улей пчёл. На его грубом и щетинистом лице, виднелась также и печаль по ушедшей союзнице. Он не желал той, столь страшной смерти…

— Божества, предвестники баланса. Каждый из них, приходит, когда ощущает нарушение баланса в мире и природе. Но, это лишь легенды, всего-то. Будь они реальны, нас бы не послали на эту миссию… — добавила от себя Аой.

— Но, ведь Шинигами, существует. — задумчиво сказал Боруто, — А раз он существует, то и это ваше Божество, тоже должно быть там… а возможно, что это оно и прогневалось, а?

Эти слова заставили их также задуматься над этим. Всё-таки в них выстрелила молния, а над самой деревней на вершине горы, образовалась аномальная грозовая туча. Явно проявление чего-то сверхъестественного.

— Ах… чувствуете?! — вдруг вскрикнула Аой, подняв взгляд к грозовому облаку. — Опять раскат грома, как в тот раз!

— Прижмитесь ко мне! — крикнул в тот же момент Боруто, и те не сомневаясь ни секунды, бросились к нему.

Узумаки вскинув правую руку вверх, активировал карму, которая расползлась по всей руке, одновременно с этим, пробудив и джооган. С помощью него, Боруто увидел, что в облаках, действительно кто-то был. Силуэт человека… Боруто увидел, ясно и чётко, человеческие очертания.

Через мгновение, гору ослепила ещё одна вспышка, ударившая прямо в уступ где сидела троица. Мамору и Аой, крепко вцепились в Узумаки, ожидая дикой боли и сжимающихся от напряжения мышц, но к их изумлению, с ними ничего не произошло.

— Всё, можете отпустить меня. — тяжело сказал Боруто, ощущая то, как сильно они прижались к нему.

— Ч-что произошло? — не понимая, почему в них не попала молния, спросил Мамору.

— Твой глаз и… опять эти странные татуировки! — воскликнула Аой, взглянув на Боруто.

Узумаки глядел на них, невозмутимым видом, снова деактивируя карму. Ему не хотелось влезать в подробности того, что это и откуда. Поэтому, он сразу же перешёл к делу. Главное для него было то, что он наконец понял, что за всем этим стоит, человек. На это были две причины.

— Там наверху, — указав пальцем к облакам, — есть человек. Он и запускает в нас молнии, я увидел его с помощью своего… бьякугана. — с паузой сказал Боруто, — Моя печать, может поглощать чужие техники, созданные чакрой. Если бы, это было ваше божество… то, мы бы сейчас отправились на тот свет.

— Чёрт, у меня столько вопросов к тебе, но похоже, ты не собираешься на них отвечать. — поняв это по взгляду блондина, проговорила Аой.

— У меня всё же есть вопрос… — добавил от себя Мамору, — Как ты понял, что это человек, а не Божество, например? Откуда тебе знать, как выглядит Бог? Может быть, он принял форму человека…

— Я же уже сказал, что моя печать, способна поглощать техники, созданные чакрой людей, сечёшь? Будь это Божество, она ничего бы не поглотила, более того, мы бы сдохли от шаровой молнии… Я не могу, поглощать природные явления, будь то пламя созданное из огнива или молнии, бьющие из обычных грозовых облаков.

— То-есть, всё-таки, тот кто ответственен за все те убийства… Не просто аномалия, а человек. — с ненавистью подняв свой взгляд к небу, прошипел тот. — Ты ведь можешь снова это сделать? Защитить нас от удара молнии?

Боруто с сомнением взглянул на карму. Конечно в этот раз, им очень повезло, но и тот кто сверху, не дурак, и будет выжидать удобного случая. Блондин уже второй раз переживает технику связанную с довольно сильной энергией молний. Поэтому у врага явно должны были появится беспокойства насчёт этого.

— Да, но только теперь, нам нужно будет двигаться как можно быстрее. — предупредил их блондин, с тревогой глядя на мрачные облака. — Он тоже теперь не будет сдерживаться.

Аой, медленно привстала, а затем кивнув остальным двоим, тут же перепрыгнула на вертикальную поверхность. Боруто прыгнул чуть выше, так как ему нужно было двигаться впереди этих двоих, формируя тем самым щит.

— Ну, вперёд! — крикнул Боруто.

Они рванули к вершине горы со всех ног, стараясь при этом, удержаться на вертикальной поверхности. Хоть чакра и помогала им цепляться за стены, всё ещё был риск упасть вниз. Да и ветер здесь был нехилый, зазеваешься и не успеешь осознать, как из-под ног уйдёт поверхность и ты уже будешь лететь спиной к земле.

Вместе с ними, словно проснулся и сам хозяин молний. Небо разверзлось громом и молниями, которые в хаотичном порядке, начали бить прямо по горе. Все трое бежавших к верху, естественно, встревожились, однако сбавлять темпа не стали, понимая, что если он затормозят, он их застанет врасплох, одной из сотней молний.

В облаках при вспышках молний, Боруто даже показалось, словно он видел размашистые тени, формой напоминающие человека. Естественно, так оно и было. Объект, также ощущал приближение чего-то мощного и необычного. Ему хотелось до дрожи в коленях, проверить на что способна очередная игрушка.

Вновь активировав карму, Узумаки вытянул перед собой руку, через несколько секунд в их сторону вспыхнуло сразу несколько молний, которые исчезли также быстро, как и появились. Мамору и Аой, даже понимать не хотели, что именно происходит, они лишь бежали следом за блондином. Сейчас для них спасением был лишь он и никто другой.

Молнии продолжали бить и бить, им не было конца. Боруто ощущал, как его карма, всё больше и больше впитывала в себя чужую чакру. И на лице его, заметно растянулась улыбка, так как накапливать чакру обычным способом, было довольно проблематично и очень долго.

Однако к удивлению блондина и остальных двоих шиноби, молнии резко исчезли. И казалось, даже раскаты грома, которые практически глушили свист ветра, вдруг сошли на нет.

— Что такое? — удивлённо выпучив глаза, вопросил Мамору, — Он перестал нас атаковать?! Или это просто уловка…

— Не знаю, — ответил также настороженно Боруто, — но будьте начеку. Мало ли, что ему взбредёт в голову.

— Нам надо найти уступ. Мы практически добрались до одной из вершин, но до деревни ещё идти и идти. — оповестила Аой.

Боруто внимательно оглядывал облака и всю видимую поверхность горы своим Джооганом. Однако след странного человека, просто пропал. Никакого силуэта больше не было, он словно ушёл.

— Похоже, что он ушёл. — повернувшись к товарищам, сказал Боруто, как вдруг, заметил человека в длинном плаще и капюшоне за ними. — Сзади! — тут же закричал он, пытаясь предупредить Мамору.

Мужик и обернуться не успел, внезапно ощутив резкую боль в районе груди. В руках странного незнакомца, было длинное копьё с изогнутым наконечником. Как только обладатель молний насадил тело Мамору на него, он поднял тело бедного шиноби, оторвав ноги от поверхности.

Боруто чётко разглядел его. Одежда на нём была потрёпанная, по крайней мере обуви точно не было, как и верхней одежды на торсе. Единственное что прикрывало его, так это плащ и разорванные штаны, на которых виднелся ремень, конец которого, непослушно торчал и колыхался на ветру.

— Этот разочаровал. Значит тот, кто сумел отразить мои молнии, кто-то из вас. — взглянув в сторону Боруто и Аой, проговорил мужчина.

— Мамору! — закричала Аой, вытащив два свитка с оружием. Раскрыв их, из них тут же с хлопком вылетели несколько кунаев, девушка сложив несколько печатей, специальными нитями из чакры, скрепила все вылетевшие кунаи и направила их в сторону врага. — Сдохни! — выкрикнула она.

— Нет стой, Аой! — попытавшись остановить смертельную затею девушки, побежал к ней Боруто.

— Ясно… значит и не ты… — взглянув на девушку, хмыкнул незнакомец в капюшоне.

Все кунаи что летели в него, внезапно остановились, искрясь молниями, словно вокруг него, было невидимое электрическое поле, что не давало никаким предметам коснуться его. Вскинув руку кверху, он заставил все кунаи улететь вниз по склону. Внимательно взглянув на Боруто, незнакомец слабо улыбнулся, а после резко направил руку в сторону Аой. Внезапно, вспыхнула ослепительная вспышка, которая заставила всех присутствующих, закрыть глаза.

Боруто схватив Аой, за плечи, после чего, закрыл её собой, снова активировав карму. Молния не похожая на те, что были до этого, с оглушительным треском, вонзилась в предплечье, заставив Узумаки отскочить далеко наверх, вместе с Аой.

Выскочив на один из довольно глубоких выступов, они рухнули тяжёлым грузом на твёрдые камни. Ощущая как по их телам просачивается этот ненавистный ток. Боруто, сжимая кулаки, кое-как встал на ноги, а после схватился за клинок, что лежал у него за поясом.

— Этот ублюдок… — простонала Аой, — он и его убил…

— Чёрт, я не ожидал что он сможет проскочить мимо нас, так быстро. Нужно было быть осмотрительней. — ударив себя по колену, выпалил Боруто.

— Я убью его!.. прямо сейчас! — выкрикнула истерично Аой, решив подняться на ноги.

— Не глупи! — остановил её Узумаки, — Он силён, хитёр и быстр. К тому же, у него усиленная стихия молний, а она сама по себе, это уже полный гемор. Если хочешь и правда убить его, лучше помоги мне.

Аой хотела было уже что-то возразить, но задумавшись, всё же просто обессиленно выдохнула, упав на колени. Ещё одного товарища она потеряла. Конечно она была готова пожертвовать своей жизнью, но когда это произошло с Мамору, что-то внутри сломалось. Будто, это чувство, которое она считала пустяком, выпустило ядовитые клыки и вцепилась в сердце.

— Мы посчитали что враг будет не так хитёр… За ошибку пришлось заплатить. Поэтому будь бдительна на этот раз! — твёрдо высказал Боруто. — Не дай горю ослепить тебя.

Мамору, тяжело раскрыв веки, взглянул на гада, что был повинен в смерти его товарища. Вместе с гневом пришла и капля силы, что дала ему возможность достать из-за пазухи, особый свиток.

— Ты ещё жив? — слабо удивившись, обратился незнакомец в плаще, — Очень похвально скажу тебе, обычно люди, насаживаются на моё копьё уже мёртвыми.

— Сдохни… мразь!.. — выплюнув кровь, простонал Мамору, а после раскрыв свиток, тут же активировал его.

В этот же момент, тело Мамору, засияло взрывными печатями, что похоже были заранее распределены по всему телу. Он знал, что на этой миссии, возможно лишиться жизни, поэтому перед отправкой, заранее нацепил на себя, взрывные печати, дабы забрать за собой на тот свет и врагов, что смогут одолеть его.

— Может быть я и не защитил товарищей… но тебя, я заберу с собой и уберегу их. — прошептал в последний момент он.

Прогремел мощный взрыв, от которого, гора сотряслась на несколько секунд. Огромные булыжники, с грохотом отделились, падая вниз и разбиваясь вдребезги. Отступ с небольшой полостью внутри, в которой засели оставшиеся выжившие, вдруг начал также обваливаться.

— Нельзя здесь оставаться, надо бежать наверх! — крикнул Боруто, поворачиваясь к Аой.

Девушка привстала, рывком добравшись до выхода из пещеры. Позади всё начало обрушиваться, поднимая клубы дыма. Узумаки зацепившись за стены, быстрым темпом направился наверх.

Вдруг под ногами Аой, откололся кусок камня, от чего та, потеряла равновесие, полетев прямиком вниз. Боруто услышав вскрик товарища, резко обернулся, а затем прыгнул в её сторону, вытянув вперёд руку.

— Давай, хватайся! — крикнул блондин, пытаясь дотянуться до неё.

Куноичи также протянула руку навстречу, пытаясь схватить Боруто. Через мгновение, их пальцы всё же соприкоснулись, после чего, Узумаки резко подхватил её, прижав к себе. Вытащив из подсумки особый кунай, он бросил его в гору, после чего, мгновенно телепортировался к нему.

— Спасибо, ещё бы чуть-чуть и я бы точно… — тяжело дыша, пробормотала Аой.

— Погоди… — тут же прервал её голубоглазый, с тревогой глядя куда-то вперёд.

— Что такое на этот раз?.. — вымученно спросила она.

— Он ещё жив. — ответил Боруто.

Поднятая пыль от взрыва и падающих камней, начала рассеиваться и за ней, появился силуэт в плаще. В руках его, по прежнему крепко сжималось копьё, на острие которого, виднелась свежая кровь.

— Ну и ну, признаться честно, вы удивили меня больше всех. — ухмыльнувшись похвалил незнакомец, — Особенно ты одноглазый! Наша битва будет легендарной!

— Что ты за демон такой? — спросил Боруто, всё ещё прижимая к себе Аой.

— Демон? Ну нет, скорее может Бог или мессия. В общем — человек получивший благословения Всевышнего!

— Богов нет… есть только бледные демоны. — с призрением проговорил Боруто, заискрившись молниями.

— Ого! Так значит ты тоже избранный, как и я, да? Не зря я подумал о том, что ты особенный, среди этой кучки недостойных. — направив копьё, уверенно произнёс тот.

— Боруто, что нам делать? — с явным нервозом спросила Аой, — Похоже от битвы с ним не уйти.

— Я сам с ним разберусь. Но сперва, доставлю тебя в безопасное место. Возьми этот кунаи и положи к себе в сумку. — проговорил Боруто в ответ, отдав ей один из своих кунаев с особыми печатями для телепортации. — Я доставлю тебя наверх, а там уж и разберёмся с ним…

— Но как же нам победить его?..

— С этим я сам разберусь. Главное на данный момент, это обеспечить тебе безопасность. — не спуская глаз с врага, ответил Узумаки. — И не спорь со мной, ты сама понимаешь, что только усугубишь ситуацию своим вмешательством.

Аой хотела было возразить, но не успела, так как блондин, рванул наверх, полностью покрывшись молнией, что давала довольно существенный приток к скорости и реакции.

— Убегаешь? — вопросил разочарованно незнакомец. — Раз так, я тебя заставлю сражаться.

Покрывшись также молниями, он словно превратился в саму шаровую молнию, последовав за Боруто, одновременно с этим, разрушая все каменные бугры и выступы. Узумаки нужно было лишь добраться до вершины, однако вместе с тем, также нельзя было попасться этому психу.

Шаровая молния, поравнявшись с блондином, внезапно, резкой вспышкой полетела в его сторону. Боруто быстро подпрыгнул, краем глаза заметив, как материализуется тело и копьё этого ублюдка, на долю секунды. Если бы он не успел, то это копьё, точно прошло бы через его грудь.

На удивление, противник перестал гнаться за ними, воткнув копьё прямо в камень и повиснув на нём. Этот момент врезался Боруто в голову, однако останавливаться он не стал, решив для начала, всё же найти безопасное место Аой.

С усилением покрова молний, добраться до вершины горы было довольно лёгкой и быстрой задачей. Однако минусом такого способа, было довольно большое сжигание чакры. Уже ближе к вершине, блондин ощущал некую слабость в теле.

— Эй, этот режим забирает довольно много чакры! Как ты будешь сражаться с ним, если у тебя она вся иссякнет?! — встревоженно вскрикнула Аой, глядя в глаза Узумаки.

— Не волнуйся на этот счёт. Что-нибудь, да придумаю… — тяжело дыша ответил Боруто. — Кажется, я знаю в чём его слабость, нужно лишь рассчитать момент и нанести чёткий удар, чтобы убить его…

На последующие расспросы, блондин полностью игнорировал девушку, решив сконцентрироваться на запасе чакры и её равномерном распределении на разные участки тела. Тело слабело из-за длительного использования режима… всё-таки, он ещё был не готов к тому, чтобы использовать его в длительных битвах и забегах.

Здесь становилось всё холоднее и холоднее. Грозовые облака, начинали создавать метель, которая в свою очередь, довольно сильно мешала передвижению. Камни становились скользкими и оступиться на них становилось куда проще. Прыгнув высоко вверх, Боруто остановился на одном из возвышенных скалистых колон.

— Теперь пойдёшь сама. — отпустив Аой, сказал запыхавшийся Боруто, — Найди деревню и проведай её. Может быть есть ещё выжившие, а я пока разберусь с этим ублюдком…

— Но… — хотела было снова возразить она.

— Хватит! Каждый долбанный раз, я вижу как погибают мои товарищи! Каждый… и даже в этот раз… я думал, что буду готов к этому, но это нихрена не так. Я никогда не буду готов к этому. Потому что это чертовски больно и неприятно. Мне не хочется вновь переживать этот момент уже с тобой, так что просто… Просто сделай то, что я тебя прошу!

Позади уже слышались молнии, что предзнаменовали появление страшного врага. Аой, хотела остаться, сражаться бок о бок с ним, но чувствовала, что этого парня что-то защищает, не даёт ему умереть, тогда как у неё такой странной защиты не было. Тяжело вздохнув, она всё же решила послушаться блондина и направиться в сторону деревни монахов.

Боруто с облегчением глядел вслед убегающей Аой. В то же время, позади, молнии наконец достигли вершины и вместе с яркой вспышкой, на краю заснеженного обрыва появился он…

Незнакомец с накинутым серым капюшоном на лицо, медленно шёл в сторону блондина. В его движениях не было ничего нервозного, лишнего и дикого. Он был так спокоен, словно даже и не собирался начинать битву.

Одеяние его, чем-то было схоже с монахами, вот только в отличии от них, на его плаще, — что раньше видимо служил скорее робой, — были видны многочисленные кровавые пятна. Ходил он босиком, что также давало понять, что он раньше был послушником и долгие годы оттачивал в себе чувства, чтобы не ощущать холод и другие возможные проявления неудобных чувств.

— Я ощущаю от тебя неведомую силу. — заговорил он.

— Да… но я не в восторге от неё. — ответил, Боруто, вытащив клинок из ножен.

— Хочешь познать на себе гнев Божий?

— Нет, скорее хочу познать, каково это — убить Бога.

Аой бежала из-за всех сил, одновременно с этим, заставляя себя смотреть только вперёд и не оглядываться назад. Она понимала, что если обернётся, то точно решится помочь блондину, что твёрдо решил сразиться с этим монстром в одиночку.

Здесь наверху, воздух был странным. Тяжёлым, даже слишком… его буквально приходилось заглатывать в собственные лёгкие и оттого, Аой начала ощущать слабость в теле. Перед глазами всё плыло, но она продолжала бежать. Сейчас ей намного легче, чем Боруто, что сражается, буквально вися на волоске от неминуемой смерти. Так что она не в праве здесь отключится.

— Пожалуйста, не проиграй… — промолвила она, ускорив бег.

Первым напал незнакомец в капюшоне, выставив перед собой копьё. Боруто в свою очередь, ловко уклонился от удара, после чего, попытался ударить того в бок со всей силы. Однако копейщик, мгновенно заблокировал удар своим копьём.

— Ты быстрый. — заметил обладатель стихии молний, — Однако это ненадолго.

— Аналогично… — с отдышкой ответил Боруто.

— Хех… ты похоже не понимаешь. Эта гора находится на довольно большой высоте. Воздух здесь разряжен. Не пройдёт и двадцати минут, как твой мозг, начнёт отключаться из-за нехватки кислорода.

— Будешь болтать или наконец убьёшь меня? — усмехнувшись, вопросил Боруто.

Копейщик хмыкнул, после чего, вновь сорвавшись с места, замахнулся на блондина острием копья. Боруто также вытянул перед собой свою катану, напитав её чакрой молний. Как только два холодных оружия соприкоснулись друг с другом, во все стороны полетели искры молний с чудовищным грохотом.

Сражаться катаной против копья было довольно необычно для Узумаки, но он не думал об этом. Сосредоточившись на её полёте, скорости и длине. Как только бывший монах опустился на землю, блондин резко рванул к нему, решив задавить того своими атаками и тем самым, застать врасплох.

Во все стороны, побежали искры от соприкосновения стали друг с другом. Монах парировал и замахивался копьём, пытаясь сбить с ног Боруто, а после, проткнуть его грудь наконечником. Узумаки в свою очередь, отбивал атаки, а после старался наносить удары в более открытые и уязвимые места. В один момент, монах всё же не успел парировать удар, из-за чего клинок Боруто, пронзил его бок, окропляя лезвие алой кровью.

— Довольно! — рыкнул он, выбрасывая из своего тела большое количество молний, которые отбросили Боруто далеко в сторону. — Ах ты… засранец. Но ничего, одна оплошность ещё никому не вредила.

Подняв глаза на монаха, Боруто заметил как рана, которую он самолично нанёс ему, мгновенно затянулась. В этот момент, он вспомнил тот день в заброшенной шахте… Норайо Нео, тоже регенерировал. И даже способность была связана с определённой стихией.

— Ты… эта сила у тебя не с рождения, я прав? Её тебе кто-то дал. — поднявшись на ноги и покрепче схватившись за рукоять катаны, предположил Боруто.

— Божество одарило меня силой. Я был избран, чтобы защищать своих людей, от таких личностей, как ты.

— Вот оно что… То-есть всё это время, ты убивал шиноби, — которые прибывали сюда для разведки, — просто из-за того, что ты «защищал» монахов?

— Именно.

— Ну после подобного… — стиснув зубы, процедил Боруто. — Я обязан тебе голову снести.

Тело Боруто объяли молнии, после чего, он вытащил из подсумки кунай с особой печатью. Монах, завидев это, усмехнулся. Видеть подражание его собственной силы, было для него, чем-то забавным.

— Неплохо, давай сравним чья же сила молний сильнее. — направив на блондина копьё, произнёс монах.

Узумаки в свою очередь, ничего не ответил. Лишь молча следил за движениями врага. Наконечник копья, вдруг заискрился, после чего, в сторону Боруто, резким потоком вырвались молнии, разрывая камни и почву на том месте, где был секунду назад блондин. Монах почуяв опасность, обернулся, заметив за долю секунды, искры молнии позади себя.

Увернувшись от смертельного замаха ногой блондина, монах ударил того, шестом от копья, отбросив от себя куда подальше. Задев что-то странное под своими ногами, он опустил взгляд вниз. Там лежал странный кунай с печатями… И через мгновение, перед ним образовался Боруто объятый молниями, а затем, резкая боль отразилась по всему телу монаха.

— Ты слишком опасен для этого мира. — прошипел Боруто на ухо монаху.

Из глотки копейщика, вырвался комок крови, после чего, он упал на плечо Боруто, крепко сжимая его плащ. Взглянув на свою грудь, он осознал, что всё-таки просчитался. Катана врага, всё же пробила его грудь насквозь.

— Не может… быть… — тяжело дыша, промолвил он.

— Ты будешь хорошим человеком, Кэтсеро. Как и твой отец.

Эти слова всегда вызывали у него теплоту в сердце. Голос матери никогда не покидал его. Даже когда он стал… избранным. Кажется, он даже стал заносчивее и куда надоедливей. Иногда ему хотелось избавиться от него. Отдохнуть и думать самому. Но всё заканчивалось одним и тем же…

— Мама, а что же значит быть хорошим человеком?

— Это значит защищать свой народ во имя божества, что живёт над нами. — указав пальцем к небу, ответила женщина.

— Б-божества? Райдзина? — вопросил тогда мальчик.

— Именно. Когда придёт время, ты возьмёшь копьё, что брал твой отец, а до него твой дедушка. И тогда, ты также обретёшь силу, чтобы защищать нас.

В тот момент, юный Кэтсеро, был переполнен некой радостью, но вместе с тем, внутри него таился и страх. Он пожирал его из-за дня в день, заставляя того думать, о запретных темах. Примет ли его Бог? Не посчитает ли он его недостойным копья?.. Есть ли Бог?..

Когда ему исполнилось двадцать, он должен был как и предначертано, взять в руки копьё Бога-грома Райдзина. Однако страх перед неизвестным исходом, всё же вынудил его заключить сделку с гостями, что изучали горы и то, что находиться внутри них.

Они назвали себя учёными, что прибыли из далёких земель, дабы изучить культуру живущих здесь монахов. Естественно, глава деревни отказал им, и собрав кое-какие запасы, отправил их назад на следующий день.

Но Кэтсеро в отличии от остальных, было интересно узнать кто они. Ночью он пробрался к ним, чтобы поговорить и узнать о внешнем мире. Они и рассказали ему о том, что есть в мире люди, способные управлять элементами природы. В тот момент, Кэтсеро загорелся желанием получить подобную силу связанную с молниями. Чтобы Бог наградил его, наверняка, когда тот получит копьё.

— Вы… вы не знаете, как они получают свою силу? Как управлять элементами природы? — вопросил юнец, сверля взглядом учёных.

— Вообще у людей это с рождения. — ответил ему мужчина в круглых очках, хлебнув горячего чаю.

— Как это… то-есть, у меня вообще нет шансов обрести контроль над молнией?.. — отчаявшись упал на колени Кэтсеро.

— Но, у меня есть знакомые, которые как раз работаю над вживлением в обычных людей, особый ген, который, как раз и даёт возможность управлять стихиями.

— П-правда?! А могу ли я получить это? — нетерпеливо задался вопросом Кэтсеро в глазах которого, горела как решительность, так и одержимость.

— Ну-ну… чтобы получить её, нужно отдать что-нибудь взамен. Мы ведь не может просто так дать тебе это. — остудил пыл парня, учёный. — Я слышал в вашей деревне, есть особый артефакт, который наделяет людей силой молний…

— Да, это копьё Бога-Райдзина, оно священно для нашей деревни. — ответил юноша, присаживаясь обратно на своё место. — Я должен буду взять его. Чтобы защитить свою деревню… но мне нужна сила, ведь Бог не может даровать божественное благословение слабаку.

— Вот оно что… Тебе нужна сила, чтобы защитить свой народ? Понимаешь, сынок, мы сюда прибыли, как раз из-за копья. Оно очень ценно для нас, как для тех, кто изучает быт древних времён. — после чего, учёный украдкой поглядел по сторонам, а затем, перейдя на шёпот, спросил: — Скажи мне, ты веришь в Бога, о котором говорят здесь?

Вновь сомнения закрались в голову юноши в тот момент. С каждым новым годом, он ощущал, как утрачивает веру в Божество, что должно было даровать ему силу, тогда как страх, стать отвергнутым, становился всё больше и больше.

— Я, честно говоря, даже не знаю. Я всю жизнь думал о том, что же мы все здесь делаем. Ради чего? Призрачного удовлетворения от того, что делали наши предки? Меня это так угнетает если честно.

— Ну, Боги, демоны, загробный мир и призраки, всё это как по мне — чушь собачья. У всего должно быть объяснение. Логичное и построенное учёными. Для того мы и здесь, сынок. Чтобы наконец открыть глаза людям и направить их на более естественный путь.

— Вы хотите забрать копьё, взамен на силу?

— Да. Ты не потеряешь ничего, просто будешь защищать людей без копья. Можешь сказать своим людям, что-нибудь в духе: Бог решил дать силу мне, забрав копьё. Ну или ещё что-нибудь.

— Обман это… разве это не плохо? — с сомнением ответил Кэтсеро.

— Ну вообще-то, ты ведь и сам себя обманываешь уже столько лет, разве нет? — вопросил в ответ учёный.

— Хорошо. Я отдам вам копьё. Однако вы должны будете принести мне его строго в день передачи мне копья. Жители будут думать что это вы украли копьё, если оно пропадёт раньше церемонии.

— Да, умно. Хорошо, мой человек прибудет на северо-восточную точку горы. Там и передаст тебе её, а ты взамен, должен будешь принести копьё.

Через две недели, настал момент церемонии. Все жители были горды тем, что наконец-то сын защитника, перехватит ответственность дарованную его отцу. Прошлый страж к сожалению пал, в неравном бою, но всё же смог отстоять деревню. Теперь был черёд его сына, взять на себя это бремя.

Его отправили в храм, в котором люди поклонялись Богу. Там и хранилось копьё, которое по легендам, даровала всем тем, кого благословило божество, его собственные силы. Юноша в этот момент, был напуган сильнее всего, он ощущал в себе неуверенность, а также страх за собственную жизнь… Страх не оправдать ожиданий, как матери, так и деревни.

Оно лежало на пьедестале, перед самой статуей Божества… напоминающего огромного демона с драконьей мордой и торчащими из головы, двумя большими золотыми рогами. Глаза Бога глядели на юношу, словно оценивая, достоин ли он копья…

— Ну ладно… пора приступить к делу. — прошептал Кэтсеро.

Медленно протянув руку к копью, юноша зажмурил глаза, ожидая чего-то поистине неожиданного и страшного. Однако… ничего не произошло. Он просто взял его в руки, ощутив лишь холод от металла, которым был покрыт весь шест.

— Я не понимаю… — подняв глаза к Богу, обратился он. — Что это значит? Тебя нет?..

Нет же, нет. Всё не могло закончится вот так. Истощённый от страха и сомнений, разум мальчика, вдруг создал голос, который, как тихая гладь во время дождя, успокоил его и дал надежду.

«Сила… тебе нужна — сила» — твердил голос в голове. — «Возьми её…»

— Я понял. Понял, что ты хочешь мне сказать… — крепко сжав копьё пальцами, радостно пролепетал Кэтсеро. — Я заберу силу.

Бог был. И он говорил с ним. Однако также, он просил его, забрать силу, о которой говорил ему учёный. Кэтсеро решил, что это всё судьба. Бог умышленно послал сюда людей, чтобы те дали ему мощь, с помощью которой, он защитит деревню… Да, так оно и было. По крайней мере, так считал Кэтсеро.

Юный монах, выбежал из храма через потайной выход, о котором знали его отец и мать. После чего, с босыми ногами, крепко держа в руках копьё, он бежал на место встречи с таинственным человеком, что должен был отдать ему плод силы.

— Я избран… Избран! — кричал торжественно Кэтсеро.

Боль от холода ушла на второй план. Он думал лишь о Боге, о том, что он всё же выбрал его, не отвернулся, даже после того, как он засомневался в его существовании. Поистине, настоящий — Бог.

Достигнув места встречи, Кэтсеро заметил сидящего на одном из камней человека в чёрном плаще. Завидев юношу, тот сразу же поднялся на ноги. Шагнув уверенным ходом к юноше, он вытащил из-за пазухи колбу с жидкостью.

— Вижу копьё у тебя. Давай его сюда. — протянув руку, приказал мужчина с капюшоном, скрывающим лицо.

— Сперва ты мне дашь «силу» о которой говорил учёный. — ответил Кэтсеро.

— А точно ведь… ну дерзай! — кинув тому в руки колбу, он резким движением ноги отбросил юного монаха назад, одновременно с этим, выхватывая у него из рук копьё. — сделка совершена, так что не обессудь.

— Нет… — хрипел от нехватки воздуха в лёгких Кэтсеро. — Копьё, должно быть только моим… Не смей его лапать своими безбожными руками!..

— Да уж, очередной фанатик. Будь моя воля, я бы всех вас перебил нахрен. Но таков уж был приказ, теперь вали обратно к своим идиотам и расскажи им какую-нибудь байку о пропаже копья. — с недовольством проговорил член Кары.

Кэтсеро наполненный злобой и ненавистью от сказанных слов этим безбожником, прокусил стеклянную колбу, что кинул ему член Кары, и проглотил её содержимое. В тот же момент, он ощутил как по его телу начинает проносится нечто горячее и столь же притягательное. Выгнув спину, монах широко раскрыл глаза и рот, из которых, внезапно начали бить искры молний.

— Я… убил его тогда… — продолжал говорить лежащий на снегу Кэтсеро. — После этого, я забрал копьё, тем самым, став новым защитником…

Клинок Боруто всё ещё находился в груди умирающего Кэтсеро, которому похоже уже было недолго оставаться в этом мире. На его лице, блондин находил лишь горечь и осознание того, что он делал.

— Мой путь… связан с ним… — указав на лежащее рядом копьё, прохрипел он, — я жил ради него, боялся из-за него и возвысился благодаря ему… Всем я обязан — Богу Райдзину.

— К сожалению, ты стал жертвой обстоятельств и обмана… Твоя сила просто досталась от пробирки. Столько жертв и ради чего?.. — прошептал Боруто, оглядываясь по сторонам и ощущая, как в глазах начинает темнеть всё чаще и чаще.

— Даже сейчас… я хочу продолжать идти вперёд. К Богу, к тому что он хочет мне сказать… И я не дам тебе разорвать нашу связь!.. — выплюнув очередную порцию крови, он с тяжесть поднялся на ноги.

— Хватит уже. Ты проиграл… — с отдышкой твердил Боруто.

— Ещё нет… ещё нет!!! — вытащив катану Боруто из своей груди, Кэтсеро отбросил её в сторону.

Молнии в тот же миг, начали бить из его тела, а из глаз и рта, будто бы шёл странный туман, который начинал распространяться по всей округе. Узумаки, попытавшись отойти, рухнул на снег. С каждой секундой, воздуха становилось всё меньше и меньше.

— Надо… уходить… — стонал Боруто, из последних сил, пытаясь подняться на ноги.

Еле как встав на подкашивающиеся ноги, он медленно обернулся назад. В тот же момент, его ослепила яркая вспышка, за которой последовал невероятно оглушительный грозовой грохот, заставивший всю гору трястись.

Боруто разлепил глаза от неимоверно сильной боли в плече. Осмотревшись, он понял, что похоже, его отбросило сильно назад к одной из скал. Более того, в плечо его, было воткнуто копьё этого монаха.

Силы уже начинали покидать тело, как и разум. Узумаки практически уже ничего не видел перед собой. Лишь тьма окутывала всё вокруг, а звуки начинали медленно, но верно приглушаться.

Грозовое облако, окутав всё пространство горы, начало бить молниями во все стороны. Парящее тело монаха, уже начинало процесс трансформации в нечто иное. На голове, некогда сына защитника этой горы, начинали прорезаться странной формы рога, зубы же приобрели более грозный и острый вид. Глаз у него больше не было, так как из них, потомок били молнии.

— Я… знаю, ты и правда существуешь… — хрипел от бессилия Боруто. — Просто, я хочу понять… какого такого хрена, ты до сих пор не появился?..

Внезапно, камень в который был впечатан Боруто, окрасился странными древними иероглифами, которые соединившись тут же направили свои золотые молнии в небо. После чего из столба луча, что был соткан из жёлтых молний, появился он.

Странное существо, созданное из чистой энергии природы молний. Оно еле походило на человека, но в этих хаотичных разрядах, можно было отчётливо разглядеть морду дракона. Оно схватилось своими длинными лапами за камень, а после взглянула на уже отключившегося Боруто.

Божество было разгневано. Оскорбленно тем фактом, что здесь происходило. От яростного рыка Бога, во все стороны начали разлетаться золотые молнии, предвещающие о скорой битве между Богом и лже-пророком.

— Я… это Вы Райдзин?.. — прошептал не веря тому что видит, монах.

Существо из чистой энергии, внезапно начало всасываться в глазницы и рот отключившегося блондина, заставляя его тело дрыгаться как тряпичную куклу. Копьё которое было воткнуто в плечо, само по себе вырвалось, воспарив над также парящим блондином.

С правой стороны лба, вдруг образовался драконий рог, а глаз засветился ярко жёлтым светом, который изредка, бросался небольшими жёлтыми молниями.

— Я пришёл на твой зов… юноша. — произнёс не своим голосом Боруто. — Чтобы одолеть его.

Перед глазами всё плыло, но Аой продолжала идти вперёд. В какой-то момент она даже подумывала о том, чтобы остановиться и передохнуть. Но эту затею она тут же отмела в сторону, зная о том, что каждый вздох сейчас важен. Удивительно то, как хорошо приспособились монахи к таким жестоким условиям.

С каждым новым шагом, девушке становилось всё хуже и хуже. Ноги теряли силу и начинали коченеть, вместе с тем, лёгкие девушки, всё меньше и меньше начинали пропускать через себя воздух, который был настолько разряжен, что даже большие глотки, давали лишь малую часть спасительного кислорода.

— Надо… продолжать… — хрипящим голосом твердила Аой, после чего, внезапно рухнула на снег, отключившись.

— Что я сделал Райдзин? За что ты прогневался на меня?!

Божество внутри тела блондина, ничего не отвечало. Божеству было словно по боку, на слова того, кто почитал его. В глазах его, виднелась какая-то странная злоба, он словно был оскорблён самим существованием монаха, что начинал превращаться в демона.

Копьё послушно ответило на зов хозяина и притянулось к ладони Боруто. Пальцы крепко сжали оружие, что принадлежало существу, состоящему из чистой природной энергии.

— Ты хорошо продержался дитя, — вдруг заговорил Райдзин. — теперь мой черёд закончить то, что ты начал.

Резким рывком, Райдзин оказался прямо перед Кэтсеро, от чего тот, даже не успел отреагировать, как тут же получил смачный удар в нос, лбом блондина. Послышался хруст и хлюпающий звук брызнувшей крови.

— Стой!.. Что я сделал не так?! — продолжал растерянно кричать монах, смотря снизу-вверх на Бога что продолжал игнорировать его.

Резким взмахом копья, он ударил высоким разрядом молний, прямо в монаха, тем самым, прижав того к земле. Кэтсеро не хотел принимать тот факт, что сам Бог, который по его мнению, даровал ему эту силу, встал против него. Это был какой-то бред… или же нет? В его сердце, вдруг пробилось ядро сомнения, которое начинало разрастаться всё больше и больше.

Райдзин с большой скоростью опустился вниз, больно ударив ногой в живот Кэтсеро, а после, снова прижав того к земле локтём, пронзительно взглянул ему в глаза. В них, падший монах видел всю мудрость и гнев, направленный в его сторону.

— Ты наивно полагал, что подобный ход сделает тебя сильнее? Ты взял копьё что многие века передавалось от воина к воину не имея при этом настоящую силу… и тем самым, ты опозорил моё имя и реликт, что я подарил.

— Но… я ведь получил силу, ты сам мне подсказал об этом! — выкрикнул в ответ Кэтсеро.

— Твой страх и сомнения, дали свои плоды. Ты получил силу, но совершенно противоположную. Да ты стал сильнее, но сердце твоё от этого не изменилось… Твоя жажда силы и стала твоим главным врагом.

Райдзин резким ударом пробил грудную клетку монаху, после чего схватив его сердце, провёл по нему смертельный разряд, от которого «позор» как он считал, должен был наконец уйти в мир иной.

Кэтсеро был потерян и разбит. Слова самого Бога, казались ему чем-то чужеродным, тем что он не хотел принимать. Растерянность и непонимание, потихоньку начинали трансформироваться в гнев и ненависть. Всё это время, он желал стать достойным ему, тем кто сможет защитить деревню… и он сделал это! Но Бог оказался самовлюблённым куском дерьма, который решил избавиться от него.

— Ты не Бог… ты не тот в кого я верил. — начиная искриться синими молниями, процедил злостно Кэтсеро, — Я покажу тебе силу Бога!

Резко отпихнув от себя тело Боруто, монах резким толчком, сделал молниеносный замах ногой, прицелившись прямо в лицо блондина. Удар пришёлся по левой скуле и в этот момент, Божество, впервые за столь долгие годы, почувствовало настоящую боль. Рана в груди монаха, начала затягиваться, а облик некогда человека, окончательно начал трансформироваться в демоническое нечто.

Остановившись в полёте, Райдзин ощущал слабость в физическом теле юноши. Взглянув на плечо, он заметил кровоточащую рану, которая всё никак не исцелялась. Это немного напрягло его, однако вспомнив тот миг, когда его сущность появилась в этом царстве живых, Райдзин произнёс:

— Моё копьё пробило плечо. Прости меня, за то что причинил тебе столь ужасную рану.

Отвлёкшись на рану, Райдзин на миг позабыл о монахе, что ныне более не являлся им. Послышался гневный рёв сопровождаемый молниями, и вместе со вспышкой он схватил Божество за грудь, летя вместе с ним дальше в сторону горы.

Облик Кэтсеро стал походить более на нечто нечеловеческое. Заместо одного недоразвитого рога, из головы торчали уже два довольно массивных рога, уходящих в разные стороны. Между ними проходили небольшие разряды, которые порой также распространялись и по всему телу. Кожа приобрела синий цвет, клыки вылезали из пасти, в которой виднелся раздвоенный язык.

Его заострённые когти на пальцах, сжимали горло блондина, тем самым, сдавливая гортань, которая вот-вот должна была хрустнуть. Райдзин, ужаснувшись подобному облику, резко вырвался из крепких лап демона, а после, сделав кульбит в полёте, быстрым движением, ударил ногой по животу бывшего монаха.

Райдзин углядел строения чуть поодаль, где упал Кэтсеро. Похоже они долетели до территории деревни. Чуть впереди на более высокой возвышенности, виднелся также и храм.

Кэтсеро снова взлетел в небо с дикими всплесками молний. Подлетев к Райдзину, он замахнулся для очередного удара. Сам же Бог грома, также приготовился к очередной битве с лжепророком. Оскалившись, он полетел навстречу к нему, чтобы преподать урок этому зазнавшемуся и полностью потерявшему контроль человеку.

Снова это чувство окутало Боруто. Мёртвая почва, а также небо усеянной множеством планет и неизвестных звёзд. Похоже его снова затянул Момошики в странное подсознание, созданное, видимо, им самим.

— Чёрт… ну и какого же хрена ты меня сюда закинул? — вопросил недовольно Боруто.

— Я бы с радостью тебя вышвырнул отсюда, но к сожалению, этого нельзя пока сделать. — ответил всё также скучающим голосом, Момошики.

Боруто не мог вспомнить, когда в последний раз бывал здесь, но он никогда не забывал это место. Оно осталось таким же точь в точь, как в тот день… Слова ненавистного им Ооцуцуки, встревожили его. Неужели что-то произошло, перед тем, как он отключился?

— Хорош уже чушь нести, специально ведь меня сюда загнал, да? — продолжая стоять на своём вопрошал блондин.

В ответ бледнолицый лишь ухмылялся, видимо, думая о чём-то своём. На лице Узумаки начали проступать капли пота, так как он помнил, что всё ещё сражался с этим странным монахом с копьём.

— Неужели я… — сжимая руки в кулаки, дрожащим голосом пробормотал он.

— Да не сдох ты, чего сразу плачешь то? — тут же перебил того Момошики. — Мне твоя смерть, ой как не нужна… Но скажу так, даже я немного удивлён тому, что произошло.

— О чём ты?!

— Скажем так, сейчас тобой управляют, как сосудом… Так как это «нечто», вселилось в твоё тело, фактически оно сейчас управляет тобой. Карма недоступна, ведь ты здесь, а она подчиняется только тебе и твоему мерзкому глазу.

— Что значит «нечто»? Кто-то… захватил моё тело?! — шокировано вскрикнул Боруто.

— Именно. Я не могу видеть твоими глазами… но, похоже это нечто, что-то близкое с моей сущностью. Единственное что я могу сказать точно, так это то, что твоё тело стремительно умирает.

— Мать твою… что же там сейчас происходит? — нервозно думая о произошедшем пробурчал Боруто. — Если я не верну контроль, то что, мне кирдык?

— Да… абсолютно точно, тот кто управляет твоим телом, видимо не понимает этого. Я ощущаю, как содрогается твоё тело, и кажется… в нём есть дыра.

— Копьё. Перед тем как я провалился сюда, я был с копьём в плече. Рана то сквозная, естественно, она кровоточит. — проговорил нервным голосом Узумаки. — Мне нужно вернуть контроль. Нужно активировать карму!

Момошики было приятно видеть страх и отчаяние в этом мальчике. Но в то же время, и ему также следовало опасаться того, что происходит в реальном мире. Если блондин умрёт, то и сам он более перестанет существовать. На долю секунды, его также окутал страх за собственную жизнь.

Здесь время совершенно не шло, точнее… оно было иным. Ооцуцуки за долгое своё существование, впервые столкнулся со смертью. Раньше он без труда побеждал любых противников, не глядя на то, какие размеры их силы. И в конечном итоге… он всё же проиграл. Да ещё и кому? Мальчишке, что даже не познал основных основ, собственного мира.

Здесь было спокойно, за тысячи лет, Момошики впервые ощутил какое-то спокойствие на душе. Здесь, где ты должен только ждать, когда созреет плод, тебе нужно чем-то заниматься. Рано или поздно, он начал бы думать об этом. Смысл их существования… как вида, что пожирает другие виды.

Момошики подсчитывал долгими днями, даже неделями, сколько же он боли принёс за всю свою жизнь? Если бы у всей этой ненависти и страдания, была оболочка, думается даже вселенной не хватило бы, на её сдерживание.

Его это бесило. Он хватался за голову, заставлял себя не думать об этом, прекратить подсчитывать всё это. Перестать думать о вине перед другими сущностями, которых он пожрал, своей высокомерностью.

И теперь, глядя на пацана, что беспомощно стоял здесь, не зная как вернуться обратно, внутри Момошики что-то скользнуло. Некая иллюзия того, что это может решить все его проблемы. Ненависть ушла на второй план, и он всё же решил сделать первый шаг.

— Эй, юнец! — обратился внезапно Момошики к Боруто, — давай ненадолго… прекратим нашу вражду.

— Чего? — нахмурившись переспросил Узумаки.

— Мне и тебе, сейчас не легко, и мы в довольно шаткой ситуации. Если ничего не предпринять, мы оба так или иначе сдохнем. Давай объединим усилия, ведь только так ты сможешь снова вернуться в свой разум.

Боруто сверлил недоверчивым взглядом Момошики, удивляясь тому, как же всё-таки ловко и скользко он уходит от смерти. В этот момент, блондин начал догадываться, что печать на его руке, что-то да значит, она не просто давала ему силу, но помимо этого… явно была ещё какая-то причина.

— В какой раз убеждаюсь в том, что ты тот ещё ублюдок. — мрачно процедил Боруто. — Однако ты прав. Похоже придётся всё же объединиться…

Ооцуцуки плавно подлетел к блондину, протянув ему руку. Боруто недолго думая также протянул ему ладонь, на которой, в этот же момент, засиял ромб. Как только Момошики дотронулся до него, карма расползлась по всему телу.

— А говорил она слушает только меня… — заметил с подозрением Узумаки.

— Я ведь тот, кто дал её тебе, сопляк. — хмыкнув ответил Ооцуцуки.

Боруто стоял перед ненавистным Ооцуцуки принимая от того «помощь», насколько же он отчаялся? Честно говоря, ему было на это даже как-то плевать. Если это сможет сберечь жизнь, почему бы не принять помощь, тем более от того, кто в какой-то мере, зависит от тебя.

— Я… хотел у тебя всё спросить, — задумчиво начал Боруто, — имея при себе целые тысячи лет жизни… зачем вы стремитесь к ещё большему могуществу? Губите народы и миры… разве не разумнее было бы, наоборот, помогать им освоится, понять и как-то наладить контакт?

— Потому что сама природа жизни так устроена, — нахмурившись ответил Ооцуцуки, — эволюция, создана для того, чтобы приспособиться… выжить. Многие виды умирают, другие возвышаются, снова эволюционируя. Также и мы… это наша философия — истреби или будь истреблён.

— И что… никто против этого? Все дружно бегут в населённые миры и всех уничтожают? — продолжил давить Узумаки, не сводя взгляда с Ооцуцуки. — Неужели вам так нравится завоёвывать, что даже альтернатив банальных не видите? Не знаю, по путешествовать там, понаблюдать… просто узнать что за жизнь…

— Я жил ради битвы. И буду жить ради битвы. — отрезал в тот же момент Момошики, а затем сжав ладонь блондина, передал контроль над кармой ему. — Всё, дальше думаю разберёшься.

— И… это всё? — удивился Боруто.

— Ну, мне это далось с большим усилием… Помогать такому ничтожеству как ты, выше моих сил. — скрестив руки, выплюнул с призрением тот.

— Всего наихудшего, говнюк… — активировав Джооган, попрощался Боруто.

Когда блондин исчез в голубом портале, созданном Джооганом, Момошики сел обратно на своё привычное место. Однако в глазах его, теперь было больше сомнений. Слова юноши заставили его разум снова разбиться на осколки вопросов к собственному существованию.

Райдзин в очередной раз повалил Кэтсеро на землю и после нескольких смачных ударов в лицо, напитанных напряжением молний, внезапно ощутил, как нечто пробивается через барьер, который он создал, вселяясь в тело.

Кэтсеро воспользовавшись моментом, резко взлетел, ударив коленом в лицо Божеству. Рана в плече, продолжала кровоточить, и даже Бог уже ощущал слабость в теле. Благо его сила всё ещё поддерживала жизнь в этом хрупком для него теле.

— Я смотрю твоя рана всё ещё не зажила, «Бог»… — заметил Кэтсеро, зависнув над своим ненавистным противником. — Когда я убью тебя, то выжгу своими молниями все монументы что были созданы для тебя. А храм в котором покланялись тебе, наполню трупами твоих почитателей, как глупцов, что «верили» в тебя!

Все раны затягивались, какие бы сильные удары он не наносил. Райдзин не понимал в чём же была слабость этого монстра. Конечно, будь у него более сильное тело, то и проблем никаких не было бы. Однако рана в плече, давала о себе знать.

Я удивлён, что тебе удалось пробиться через барьер — вдруг мысленно заговорил Райдзин, — Тебе кто-то помог?

Неважно — отмахнулся Боруто, решив не удивляться подобному, — Ты значится этот самый Бог?

Да, но к сожалению, мои силы в человеческом теле приуменьшены, и мне приходится туго с этим демоном.

Если ты Бог, то почему я ощущаю, как моё плечо горит от раны?! — вдруг вопросил Боруто.

Копьё, ты был пронзён моим копьём, которое блокирует силу исцеления. Прости дитя, но шрам будет огромным… — с сожалением ответил Бог.

Вот же гадство… — прошипел с досадой Боруто, после чего в голове сразу же появился вопрос: — Погоди, если твоё копьё способно останавливать регенерацию, почему бы не попробовать пробить ему сердце, им? — предложил блондин.

Оно слишком далеко… боюсь, пока мы доберёмся до туда, ты потеряешь ещё больше крови — ответил Райдзин.

Просто отдай мне контроль над телом, я всё решу — хмыкнув, попросил Боруто.

Кэтсеро, решив снова наброситься на Райдзина, вдруг остановился, удивлённо взглянув на того. Рог исчез, как и странные жёлтые молнии окутывавшие его всё это время. Это значило только одно — Бог ушёл.

— Струсил? Как же это жалко и бесхребетно, ничтожество! — рассмеявшись заорал демон, — Как удивительно то, что я победил самого Бога! Ничто больше не сдерживает меня!

— Хорош уже кичится этим. Посмотри во что ты превратился… Ничтожество здесь только ты. — ответил с отвращением Боруто, — Мы вроде как не закончили тогда, но смотрю я, ты стал ещё большим клоуном с этими рогами.

— А… так это ты, смельчак. Да… кажется ты застал меня врасплох, когда мы сражались впервые. Ну что ж, второй такой оплошности я не совершу.

— Я бы так самоуверенно не говорил. — ответил, тяжело дыша, Узумаки, понимая что время на исходе.

Активировав карму, Боруто вновь взглянул на рану, понадеявшись, что хотя бы она поможет ему исцелить её. Но нет… даже карма была бессильна, перед странным воздействием копья.

— О, в тот раз ты не использовал эту силу! — усмехнувшись, вспомнил Кэтсеро. — Но даже она не поможет тебе!

Джооган тут же активировал портал, через который прошёл блондин, и когда тот начал закрываться, последнее что увидел Узумаки перед тем как тот закрылся, это искажённое от ярости лицо, некогда человека верящего в Бога.

Вернувшись к монолиту, в который как раз его и впечатало копьё, Боруто осмотрелся, а после мысленно спросил:

Где? Где твоё копьё?!

Чуть дальше! Вот оно! — зазвучал дробный голос Бога, внутри черепной коробки блондина, и как только слова Райдзина донеслись до него, Узумаки заметил воткнутое в снег копьё.

Еле как добежав до него, он уже было хотел схватить его, как тут, неожиданно ударила молния. Прямо перед ним, тем самым, заставив отскочить назад.

— Я то думал, куда это ты собрался. — сверкая молниями, пролепетал прибывший демон. — Ну, и что дальше, человек? Ты собираешься меня убить своим грозным взглядом? Или же ты… что-то здесь искал?

— Ага, как тебя застать врасплох! — внезапно кинув в того кунай, крикнул Боруто.

Кэтсеро без проблем перехватил его, однако в тот же момент, понял, что на это и был расчёт. Через мгновение, блондин исчез, вновь появившись прямо перед ним. Резким ударом в живот, он заставил его согнуться, после чего, Боруто оттолкнулся от его спины, прыгнув прямо к копью.

Схватив его, Боруто ощутил резкий прилив сил, который даровал ему Бог грома. Вокруг него, завертелись жёлтые молнии, оповещающие о том, что Райдзин вновь пробудился.

— Ты заставил прогневаться меня! — голосом Боруто, зазвучал Райдзин. — И более того… скольких ты убил ещё?

Сознание Бога слилось с Узумаки, что дало ему доступ к его памяти. Она проходила сквозь него, и он ощутил всю ту боль, что держал в себе мальчик. Узнал и о странном существе, сидящем в нём и о тяжёлой ноше, что носит на сердце юноша…

— Боруто Узумаки… ты как никто подойдёшь мне. — задумчиво проговорил Райдзин, твёрдо сжимая в руках копьё. — Я дарую тебе свою силу и позволю закончить то, что ты начал!

Узумаки не стал ничего говорить в ответ, понимая что здесь даже слов благодарности не нужно. Он просто ощущал это от самой сущности Божества, что проходила сквозь него. В то же время Кэтсеро, слыша это, гневно рычал извиваясь молниями. Всю свою жизнь, его готовили к этому, но в итоге, Бог его отверг, отдав свой дар какому-то чужаку.

— Твоя судьба воистину… сложна и печальна. — подытожил Райдзин, растворившись в молниях золотого сечения.

— Я испепелю тебя! Разорву на части! О тебе никто и никогда не узнает, потому что твои кости я размолочу об эти скалы! — ревел от гнева и обиды, некогда монах, обделённый судьбой.

— Ты кажется при первой нашей встречи спросил «Ты хочешь познать гнев Божий?» — крепко держа в руке копьё, напомнил Боруто. — Ну так вот… У меня к тебе такой же вопрос.

— Заткнись!!! — взорвавшись искрами молний, которые начали рушить всё и вся вокруг, проревел громом демонический монах. — Я единственный БОГ ГРОМА!!!

В тот же миг, готовясь к удару, Боруто активировал вновь карму, чувствуя что боль в плече, вновь начала напоминать о себе. С золотыми молниями, в вихре начало танцевать и голубое сияние частиц.

Раскрыв правый глаз, Боруто нацелился на летящего к нему монаха, после чего, тот резко ощутил какую-то тяжесть во всём теле… Нет, эта тяжесть сопровождалась и вокруг него… в самой атмосфере. Его резко потянуло вниз с такой дикой силой, что он даже опешил не зная, что делать.

— Ч-что это?.. — простонал Кэтсеро, пытаясь встать.

— Довольно. Просто… сдохни уже. — ответил Боруто, не желая больше слышать голос этого никчёмного ублюдка.

Резко переместившись, Боруто оказался над лежащим демоном, и тот, шокировано глядя на него, вопросил:

— Как?! Ты ведь больше не бросал…

— Надо было внимательней быть… Я пометил твоё тело, своей меткой, во время того удара в живот. — ответил Боруто. — Впрочем, прощай Бог…

Блондин резко пронзил спину и позвоночник Кэтсеро, после чего, во все стороны, с новой силой, начали лететь предсмертные искры его «божественной» мощи. Впрочем, даже она не могла спасти его от копья, что пронзил сердце.

Тело начало стремительно усыхать, а кровь превращаться в лёд. Когда последние молнии иссякли, его глаза, которые до этого сверкали молниями и жизнью, тут же потухли, превратившись в пустые глазницы. Последний вздох, послышался от Кэтсеро, после чего, Боруто отшатнувшись чуть назад, тяжело вздохнул.

Сила Бога ушла в небытие, как и карма, что вновь превратилась в ромб. Резко ощутив наплыв всей той боли, которую он должен был ощущать всё это время, блондин не выдержал и рухнул на снег, потеряв сознание.

— Так холодно… — прошептал в последнее мгновение Узумаки.

Последующие несколько часов, Боруто хаотично просыпался от довольно резких и затяжных перевязок. Рана на плече так и не зажила… Его разум горел от лихорадки и жара, который с каждым часом всё увеличивался и увеличивался.

Деревня жителей, которая была свидетелями битвы Боруто и монаха, сразу же отправила нескольких храбрецов, чтобы узнать итог битвы. Отправленная группа из нескольких монахов, нашли Аой, которую немедленно доставили в деревню, а также и Боруто, что лежал возле трупа обмороженного человека в тряпках, что когда-то были одеянием монаха.

— Он… сразил его? — шокировано глядя на раненного блондина, вопросил один из них.

— Смотрите! В… Кэтсеро воткнуто копьё! — заметив крикнул другой монах, — Этот юноша убил его копьём Райдзина!

— Если это так, нам нельзя его оставлять здесь. — уверенно подытожил лидер группы. — Скорее, помогите мне укутать его! Мы отнесём этого бедолагу в деревню, и копьё не забудьте.

Боруто очнулся на следующий день ближе к вечеру. Всё это время, за ним тщательно следили лекари, перевязывая рану, из раза в раз. Боруто был бледным, истощённым от битвы и вселения другой сущности в его тело.

Самостоятельно открыв глаза, он первым делом, взглянул на лекаря, что вновь хотел снять бинты, которые напитались в очередной раз, кровью.

— С-стой… хватит уже… мне итак паршиво, а тут ты ещё мне больнее делаешь. — простонал Узумаки.

— О, Вы наконец очнулись, слава Райдзину! Мы уж думали, вы проваляетесь так ещё несколько дней!

Голова трещала, всё тело горело, так ещё и ужасно тошнило. Боруто ощущал, как постель неприятно прилипает к его липкому от пота телу, однако ничего с этим он поделать не мог. Так нужно… даже если плохо и неприятно…

— Г-где девушка?.. Аой, она здесь?.. — вопросил Боруто.

— Конечно. Помимо Вас, мы нашли и вашу напарницу. Сейчас, я позову её и главу деревни! — отозвался он, встав на ноги.

Плечо по прежнему болело, но было всё же терпимо, да и не привык Боруто ныть из-за подобного. Однако встать он всё же не мог… даже при любом телодвижении мышц груди, начиналась острая боль.

— Гадство!.. — прошипел тяжело дыша, Узумаки.

Комната была довольно уютной. Похоже они здесь и правда жили в комфорте. Деревянный тёплый пол, резная мебель, большие ковры и множество оберегов… При одном только взгляде на всё это убранство, на душе Боруто, словно всё утихало и даже боль на какое-то время, уходила.

— Чёрт, я был бы не против стать монахом… — усмехнувшись, высказался он.

Спустя несколько минут, в жилище зашли несколько людей, в числе которых, была и Аой. Это естественно порадовало Узумаки, всё же, ей удалось выжить в этой смертельной заварушке.

— Поверить не могу, что ты всё же справился… — с облегчением выдыхая проговорила Аой.

— Ну спасибо… — нахмурившись ответил Боруто.

— Да ладно тебе, ты ведь всё же сделал это. Смог победить этого…

Возле неё стоял мужчина с седой бородой, что пристально и задумчиво глядел на блондина. Подойдя к кровати, он медленно приложил свою ладонь ко лбу Боруто, а затем, покачав головой, повернулся к лекарю.

— Ему нужно выпить ещё целебных трав. Жар не спадает.

— Да, конечно. Я отправил Кагами за очередной порцией, но что-то он опаздывает. — ответил тот.

— Тебе уже лучше? — обратился глава к Боруто.

— Да, правда двигаться ещё не могу. Рана всё ещё ноет при движениях… — ответил блондин, сморщившись от очередного телодвижения.

Старец вздохнул, протерев свои очи, а затем, взяв небольшую табуретку, сел рядом с кроватью. По его глазам, Боруто уже понимал, что похоже будет расспрос того, что вообще произошло.

— Юная Аой, мне уже рассказала о том, зачем вы здесь и как дошли. — оповестил старик. — Меня интересует кое-что другое. Как так получилось, что ты смог победить Кэтсеро?

Боруто тяжело дыша, задумчиво оглядывал потолок, пытаясь соединить все свои воспоминания о той битве, воедино и в хронологическом порядке. Всё же, он только проснулся и голова гудела, как ненормальная. Однако рассказать о том, что произошло, он всё же хотел. Эти люди были обязаны знать, что Бог не покинул их.

— Всё шло странным ходом. Мне казалось, что я победил… он был повержен, я собственноручно пронзил его грудь своей катаной. Однако… это было ошибкой, он вновь восстал, да так, что меня откинуло к хренам собачьим… Извините за выражение. — начал Боруто.

— Говори как можешь, тебе итак тяжело. — не дёрнув и бровью, сказал старик.

— Меня… кажется откинуло на один из монументов вашего Бога. Мало того, моё плечо было пробито насквозь копьём. Тогда то, он и явился…

— Что? — удивлённо раскрыв глаза, вопросил старейшина.

— Бог, говорю, пришёл на зов. Не знаю даже как сказать, я был в отключке некоторое время, но так получилось, что он выбрал меня, как сосуд, и начал сражение с этим бывшим монахом. Он рассказал мне о том, что он сделал… поэтому Божество на него и прогневалось.

— Значит это правда. Он выбрал тебя в качестве следующего воина копья. — задумчиво высказал старец, — Он общался с тобой?

— Да… во время боя, мне удалось очнуться и частично вернуть контроль над телом. Сообща, мы всё же смогли одолеть монстра, и перед тем, как я нанёс завершающий удар, он что-то сказал о том, что дарует мне силу…

Старик встал со стула, а затем ещё раз взглянув пристально в глаза Боруто, после чего, молча вышел из домика, оставив Боруто наедине с Аой.

— Всё, что ты сейчас говорил, это правда? — со скептицизмом спросила Аой.

— Разумеется… Божество и правда существует. Не будь его, я бы уже валялся дохлый… — ответил без какого-либо сарказма Боруто.

— С ума сойти можно… — присев на стул, ответила та, — Какое же безумие творится всё же в мире. Жаль конечно, что он не пришёл раньше… — с грустью добавила девушка. — Если бы только…

— Это уж точно… — вздохнув, согласился Боруто. — Но, благодаря нам, души тех кто так и не смог завершить эту миссию, смогут наконец обрести покой. Мы сделали это, Аой. Не забывай этого.

Каждая миссия для шиноби может стать последней. И не каждый остаётся в памяти людей, рассыпаясь от ветра времени. Пройдёт время и их забудут. Как забыли и богов, что населяли эти земли, тысячи лет тому назад.

Дверь в дом, вновь распахнулась, и в комнату зашёл старец, вместе с несколькими монахами, что похоже пришли для совершения какого-то обряда. В руках старейшины виднелось копьё.

— Избранный! — тут же хором воскликнули монахи, приклонив колени пред кроватью.

Боруто нахмурился, завидев это, однако пока не решался что-либо говорить. Ему никогда не нравилось, подобное отношение к своей персоне. Слишком уж это было странно и раздражающе. Себя он считал не более чем простым человеком, к которому конечно и должно было быть уважение, но не в столь… фанатичном образе.

— Бог Райдзин выбрал тебя! — воскликнул старейшина, также приклонив колени, а после, протянув вперёд руки, в которых лежало копьё.

— Хватит!.. — рявкнул, не выдержав, Боруто.

Монахи удивлённо подняли головы, не понимая, что они могли сделать такого, от чего юноша пришёл в ярость. Старейшина неуверенно опустил руки, глядя в разгневанные глаза юноши.

— Нашли время конечно… дайте мне хотя бы восстановиться, чтобы встать на ноги, а потом уже собирайте своих монахов. — тяжело дыша, проговорил Боруто, после чего закрыл глаза.

— П-прости нас, — тут же опешив, поклонился старик, — я не подумал о твоём здоровье, конечно мы подождём твоего выздоровления. Вы все, на выход! — рявкнул он своим ученикам.

— Аой, можешь остаться, ты мне не мешаешь. — добавил Узумаки.

Она лишь молча кивнула, не сдвинувшись с места. Ей также было немного не по себе от столь странной сцены с этими жителями. Они выглядели, как какие-то чокнутые фанатики. Хотя молясь она тому же Богу, думается, была бы в столь же возбуждённом виде.

— Чёртовы монахи… — процедил устало Боруто.

— Можно спросить?.. Ты ведь не собираешься здесь оставаться?

— Что? Конечно нет! Когда я встану на ноги, первым делом, откажусь от этого титула, передав его кому-нибудь другому ну или ещё что-нибудь там, в общем придумаю. — резко ответил блондин, — У меня много важных дел во внешнем мире, и не собираюсь я прохлаждаться здесь.

— Рада это слышать. — облегчённо вздохнув, ответила Аой.

Старейшина выйдя из дома в котором отлёживался Боруто, задумчиво взглянул на копьё. Старик понимал, что юноше не по нраву подобное отношение к себе. Однако, раз уж Райдзин выбрал его, то и долг тот должен был свой выполнить. Хочет тот того или нет.

— М-можно нам увидеть его? — спросил подбежавший мальчишка, в глазах которого горело любопытство.

— Нет Гими, состояние нашего пророка, очень тяжкое. Ему нужен отдых и покой. — улыбнувшись, ответил старик, потрепав волосы мальчугана.

За этот месяц, люди так изменились… Им приходилось жить в страхе за собственную жизнь, перед Кэтсеро, что обезумел от собственного величия. Он убивал каждого, кто подходил к горе, будь то мирный житель, ищущий мудрость горных монахов, или же посыльный с запасами еды.

Каждый день они были вынуждены слышать раскаты грома и видеть вспышки молний… Жители слышали, как шепчет что-то себе Кэтсеро, всё более и более сходя с ума от силы, что досталась ему. Иногда, он будто бы общался с Богом, словно тот отвечал ему… И жители, в какой-то момент, даже разочаровались в том, в кого верили. Думали, что так он и желает… оставить их здесь, в страхе под присмотром своего избранного надзирателя.

Однако случилось таки чудо и настоящий Бог услышал их, прислав к ним истинного пророка. Чистого, сильного, непоколебимого. И именно ему должно было принадлежат копьё, передавшееся из рук в руки воинов, что защищали эту гору.

— Прости, господи, что посмел подумать о тебе в плохом свете… — Соединив ладони, прошептал старейшина. — И спасибо, что не отвернулся от нас.

Вдруг послышался со стороны входа в деревню, чей-то вскрик. Несколько человек уже начинали сгущаться в толпу. Похоже, наконец-то пришёл кто-то из обывателей мира. Старейшина решив встретить путника, также направился ко входу, передав реликт одному из своих учеников и наказав тому отнести его в храм.

Завидев их, старейшина немного опешил. Так как эти люди не были похожи на обычных людей, ищущих совета или покоя. Они были шиноби, вот только зачем они здесь, старейшина уже начинал подозревать.

— Здравствуйте, — поклонившись поприветствовали два шиноби. — мы пришли разузнать о шиноби, что ушли на миссию, как раз в вашу деревню.

Перед старейшиной показался Учиха Саске с Денко Кумо. Оба были явно встревожены, особенно это виднелось по молодому юноше. Он так оглядывался по сторонам и нервозно переступал с ноги на ногу, будто что-то ищет. Второй же, выглядел более спокойно, по его взгляду можно было понять, что человеком он был, не простым и явно прошёл уже через множество битв и невзгод.

— Значит вы соратники нашего избранного? — вопросил старик, приглядевшись к новым людям.

— Его звать Боруто Узумаки, — ответил Кумо. — с ним ещё были несколько моих товарищей.

— А, точно-точно, Аой-чан говорила о вас. Кажется ваше имя юноша - Кумо?

— Да! Они здесь и целы? — с радостью вопросил Кумо, вздохнув.

— Да, идёмте за мной. Вы ведь прошли довольно долгий путь сюда, вам стоит отдохнуть.

Учиха хоть и не показывал этого, но был встревожен не меньше Кумо. В тот момент, когда до него дошли новости о возвращении члена группы в которой находился Боруто, он немедленно помчался к Райкаге, чтобы разузнать, что произошло. Там то он и узнал о внезапной атаке с вершины горы, а также и то, что его ученик решился продолжать миссию.

— Идиот… вечно тебе нужно всё делать до конца, Боруто… — вздохнув пробурчал Саске.

Учиха также понимал, что Юки нельзя было пока знать о том, что произошло на горе. Не хотелось ему успокаивать и её, когда у самого внутри всё перегорало от страха и неизвестности.

После обсуждения того, что делать дальше, было принято решение по возвращению шиноби. Естественно, подобный план не был бы одобрен без Учихи, который сам вызвался на эту, довольно смертельную миссию. Как было известно, шиноби в данный момент, катастрофически не хватало, поэтому экстренно были отправлены только Учиха и возвратившийся Кумо.

Конечно, изначально должен был идти только Учиха, но Кумо попросил также отправиться вместе с ним.

— Когда я бежал сюда… то вдруг осознал, какую всё-таки непростительную вещь я совершил. — высказал он, на вопрос о том, зачем он хочет отправится туда вновь. — Я не прощу себя, если не увижу их собственными глазами!

— Ладно-ладно, только не начинай тут речь задвигать… я уже понял, что ты хочешь мне сказать. — устало вздохнув, прервал того Учиха.

Ближе к вечеру, они отправились к горе. Саске предупредил, что они не будут останавливаться и придётся двигаться всю ночь. Кумо, конечно, немного опешил от такого, но жаловаться не стал. Всё же сам вызвался. Учихе было нужно, как можно ближе быть к горе. Он не собирался взбираться на неё, привычным способом, так как у него имелся ринненган и техника пространственного перемещения.

Практически всю ночь, они то и делали, что бежали и бежали. Учиха шёл впереди изредка поглядывая назад. Иногда Кумо казалось, что вот вот они остановятся на привал, но Учиха лишь оглядывал местность своими глазами, чтобы удостоверится что за ними нет слежки, после чего продолжал путь.

— М-может… может нам стоит хотя бы чуть-чуть передохнуть?.. — еле как прыгая по веткам, предложил истощённый Кумо.

— Я ведь сказал, что мы будем двигаться всю ночь. У тебя был шанс остаться в деревне, но ты решился идти обратно. Теперь расхлёбывай это.

Денко вдруг осознал какой же всё-таки у его друга строгий учитель. Он вдруг представил себе, как тот гоняет Боруто в нечеловеческих условиях… Почему-то стало как-то не по себе, рядом с таким человеком. Хотя с другой стороны, он понимал теперь, почему Боруто такой сильный и стойкий. Ведь у него есть хороший учитель, который не даст продохнуть без дела…

Кумо не спал уже двое суток, от чего засыпал практически на ходу. Всё перед глазами плыло, а в голове был какой-то странный звон, от которого всё болело. Ему хотелось рухнуть, так как мышцы предательски также начинали болеть от любого телодвижения. Вдруг, ноги задрожали и он не удержавшись на ветке, резко полетел вниз.

Подловив Кумо в воздухе, Саске, всё же вздохнув, решил немного дать передохнуть парню. Конечно уходили драгоценные часы, но забывать о товарище, также нельзя было.

— Простите… что отнимаю у вас время… — с отдышкой прохрипел Кумо.

— Что верно, то верно. Однако жаловаться на тебя нет смысла. Поспи часика два, затем мы вновь двинемся вперёд. — проговорил Учиха, повернувшись к своему спутнику, но тот уже дрых без задних ног. — Ладно, надо набраться сил… надеюсь ты ещё не умер, Боруто. Твой отец мне голову оторвёт, если узнает о том, что случилось.

Спустя два часа как Саске и говорил, Кумо очнулся от пинка под зад. Глаза его, еле как разлипались, первые несколько секунд, он даже не понимал, где находиться и почему его бьют. Завидев Учиху и его мрачный взгляд, Кумо словно отрезвел, вспоминая всё то, через что он прошёл.

— Поднимайся, уже утро… — сказал Учиха, отходя куда-то в сторону.

— Точно, нам ведь надо продолжать путь… — простонал тот, потирая затёкшие конечности и поясницу.

— На этот счёт можешь не беспокоится. — вдруг заговорил Саске, активируя левый глаз.

Завидев его, Кумо испуганно сглотнул, так как много чего слышал об Учихе. Особенно о том, на что способен риннеган. Всё же, не даром он второй по силе после Седьмого Хокаге. При виде этого глаза, сонливость Кумо, как ветром сдуло, а по спине пробежал холодок.

— Ч-что Вы собираетесь делать, Саске-сан? — спросил встрепенувшись Денко.

— Мы не знаем точно, как там у них идут дела на миссии… Но судя по твоим словам, у них большие проблемы, поэтому нам надо добраться до них, как можно скорее. С обычной скоростью, мы доберёмся до туда лишь к вечеру… Даже если захотим, поэтому мы переместимся туда.

— Вот оно что, вы хотите использовать пространственно-временную технику?

— Именно. Подойди ко мне и прыгай в портал, когда я скажу. — твёрдо сказал Саске, сосредоточившись.

— Есть! — тут же ответил Кумо.

Учиха сфокусировавшись на горе, представил себе это место. Оценив расстояние и примерную высоту, он резко раскрыл левый глаз, после чего, перед ним начал формироваться тёмно-фиолетовый водоворот.

— Прыгай за мной! — крикнул Саске, после чего, побежал прямиком в портал.

Пройдя через тёмно-фиолетовую дымку, Учиха ощутил всем телом, резкий перепад температуры, а также ветер, вьющийся на вершине горы. Спустя несколько секунд, следом за ним, приземлился и Кумо, после чего, Саске ощутил сдавливающее чувство, будто его мышцы прошли через адски долгие часы упорной пробежки. Ноги не выдержали веса тела, и он упал на колени, пытаясь вновь восстановить дыхание.

— Саске-сан, с вами всё хорошо?! — встревоженно вопросил Денко, подбежав к нему.

— Да… я же говорил, что эта техника заберёт у меня не мало сил. Поэтому мне так паршиво… — взглянув на чистое и ясное небо, озарённое ранним рассветом солнца, Саске приглядевшись добавил, — Ты заметил?

Кумо внимательно осмотревшись, искал некий подвох, деталь или что-то ещё. Пока вдруг не осознал о чём говорил Учиха. Глаза его в изумлении расширились.

— Те тучи, о которых ты говорил... Похоже, что наши ребята справились.

— Вы и правда так считаете? — дрожащим от радости и изумления голосом, спросил Кумо.

— Не совсем… но есть у меня такое предчувствие. — ответил Учиха, двинувшись вперёд. — Давай, не отставай, нам надо ещё деревню найти.

— И вот мы здесь… — подытожил Саске, глядя на своего ученика, что лежал перед ним в кровати с кровоточащей забинтованной раной.

— Удобно, когда есть пространственно-временные техники… — усмехнувшись, вялым голосом, произнёс Боруто. — Рад видеть Вас Сенсей…

Саске лишь хмыкнул, однако в душе, также был неимоверно рад видеть живым своего ученика. Хотя, рана всё же серьёзная. Даже его пресловутая карма не помогает, что даёт понять — копьё и правда таит в себе нечто сверхъестественное.

— Как твой учитель, я допустил довольно серьёзную ошибку, отпустив тебя в одиночку на эту опасную миссию… — сжимая пальцы в кулак, процедил Саске. — Это чудо, что тебе удалось выйти из того боя - победителем, и в первую очередь, заслуга и этого… странного божества.

— Райдзина… — добавил Боруто. — Всё хорошо учитель, я сам виноват. Мог ведь и развернуться, когда моего товарища убило молнией… Но я выбрал этот путь сам. И не стоит винить себя в произошедшем. Таков уж мой путь, что поделать.

В который раз, Учиха злился на Боруто... но одновременно с этим и начинал уважать то, что он делал. В его поступках, хоть и было безрассудство, но оно всегда окупалось тем, что он делал это не ради себя, а ради людей и собственных товарищей.

— Что насчёт этих людей? — поинтересовался Учиха, — Они вроде как верят в то, что ты их истинный защитник. Да и по твоим словам, это и правда так, если подумать.

— Не собираюсь я здесь оставаться. — твёрдо отрезал Боруто. — Что за глупый вопрос, учитель?

— И как ты собираешься им это сказать?

Узумаки задумчиво взглянул на учителя. Вся эта тема с Богами не очень-то нравилась ему. У него были собственные цели в этой жизни, и внезапное открытие в виде того, что Боги реально существуют, его не очень-то и радовал. Хотя… с другой стороны, он был бы рад забыться навсегда, и просто остаться здесь. Потерять память например, тоже неплохой вариант… Однако, вина на сердце и долг перед всеми миром, заставляли его продолжать свой путь. Который в скором времени оборвётся со многими людьми.

— Верну копьё в Храм и скажу, что Божество решило переизбрать пророка или кем они меня там считают.

— Как скажешь, хотя не думаю, что они просто так решаться отпустить тебя. — ответил вздохнув Саске.

— Мне плевать, что они там решат. Моя жизнь это — моя жизнь. То что я спас их шкуры, уже должно что-то да значить. — недовольно проговорил Боруто, после чего, сморщился от боли в плече. — Так или иначе, мне пока не стоит вообще ходить, как я понимаю. Так что, какое-то время, я побуду здесь…

Саске также не собирался оставлять здесь Боруто. Сомнительно всё это было… какие-то поклонения Богу, монахи и вся прочая туфта, всегда вызывала в нём некое непонимание. Хоть он и знал, что Боги существуют и даже с одним из таких, он может общаться, всё же, трогать их, он как-то не очень-то и хотел.

У них итак были проблемы с существами прибывшими с неба и проблемы с ещё одним миром, ему точно не нужны были.

— Эй, вы ещё кто такие?! — закричал разбойник прижав к себе заложника. — Чёртовы шиноби, не думал, что сюда придут именно ниндзя!..

Перед ним вдруг проскользнул чей-то силуэт с красными глазами, взглянув в которые, он вдруг ощутил, как неприятный ток, проходит по всему его телу. Руки разжались и заложник, что плотно был прижат к нему, неуклюже упал на землю.

— Эй, Мако, ты чего?! — крикнул тому сообщник.

— Отлично, Сарада! — послышался голос, после чего, из-под ног нескольких террористов, вырвались копья, что насквозь пробили стопы.

Длинная рука, выскочив из тени, схватила заложника, утащив его на безопасное расстояние. После чего, в сторону оставшихся без защиты ублюдков, полетели огненный шквал из кунаев.

— Ах вы… — прохрипел лежащий террорист, — подонки!.. — после чего вытащив детонатор, резко нажал на него.

— Он сейчас!.. — вскрикнула Сарада.

Однако того тут же затянуло, - в прямом смысле - в пол, после чего, накрыло большим слоем, жидкой смеси, что напоминала бетон. Прогремел взрыв, однако эластичная смесь того, что до этого было полом, всё же сдержало взрыв.

— Ещё бы чуть-чуть и он… Молодец Каваки. — похвалила своего напарника Учиха.

Из тени вышел юноша, на теле которого, светились алым цветом татуировки. Его взгляд был прикован ко второму террористу, что с ужасом глядел в сторону, где был его товарищ.

— Как же это?.. — вопросил он.

— Твоего сообщника больше нет, он взорвался… Хорошо, что я сумел его накрыть полом, так бы он и тебя задел… — ответил ему Каваки, подойдя ближе. — А ты нам нужен как раз-таки живым. Миссия выполнена.

Деревня листа… место где появилась жизнь настоящих героев, людей что смогли спасти мир и построить на нём: настоящее, удивительное и безопасное будущее для нового поколения. С окончанием войны, наконец пришёл и быстрый рост развития стран, людей и их виденья на окружающий мир.

Шиноби всё более уходят на второй план… люди привыкают к «полицейским», законникам, что защищают правопорядок. Для них, ниндзя — это не более чем, устаревшее название. Всё больше и больше молодёжи, начинает интересоваться новыми технологиями и появившимися, — благодаря им, — новым профессиям.

Увидеть шиноби в нынешнее время, довольно… необычно. Так например, по улицам в сторону резиденции Хокаге, шёл темноволосый парень. В ушах его, виднелись наушники, в которых играла современная музыка, одной из новых рок-группы, что образовалась совсем недавно.

Мир менялся на глазах, как и вкусы новых поколений. Но было неизменным лишь одно — дух шиноби. По крайней мере, так считал Хокаге.

— Каваки! — вдруг послышался голос позади.

— А? Что такое? — вопросил брюнет, обернувшись и вынув один наушник из ушей.

К нему, галопом бежали двое мальчишек, с рюкзаками за спинами. По их запыхавшимся лицам, было понятно, что бежали они довольно долго и быстро. Однако не успели отдышаться, как тут же начали старательно и усиленно что-то объяснять.

— Эй, эй, давайте-ка отдышитесь сначала, — раздражённо прервал их Каваки, — нифига же непонятно.

— Х-хорошо… — ответил наконец один из них уже более спокойным тоном.

Этих двух мальчишек, звали Гин и Тоши. С этими детьми, Каваки познакомился годом ранее, тогда их задирали старшеклассники, отбирая еду и деньги. Приход Каваки для этих двух, стал судьбоносным, поэтому они стали так сказать, неофициальными его последователями, хотя сам Каваки, не любил это слово, предпочитая скорее слово — мелюзга. Гин был чуть ниже Тоши, но более упитанным, на лице его красовались несколько веснушек, а волосы были вечно непослушными. Тоши же был более сдержанным, и всегда старался вразумлять своего друга от безрассудных идей. Его тёмно-карие глаза, подчёркивали ровные черты лица, также как и приглаженные русые волосы.

— Так нечестно! Ты только пришёл с задания и даже с нами не увиделся! — недовольно воскликнул Гин.

— Вот именно! Разве так поступают друзья? Мы вообще-то хотели пригласить тебя мяса поесть в одной из новых открывшихся кафешек! — добавил Тоши.

— Вообще-то меня позвал к себе Хокаге. Да и с чего бы мне, идти с вами мясо уплетать? Я для чего вас, идиотов, от тех задир защищаю? Питайтесь хорошо сами, мне от этого будет только спокойней.

— Но!.. — хотел было возразить Тоши, как тут же получил щелбан по лбу.

— Сегодня, я капец как буду занят. Так что лучше вам повеселиться без меня, лады? — вздохнув, сказал брюнет.

Те обиженно поглядев на него, всё же кивнули. Ребята развернулись и почапали обратно уже более хмуро и медленно… Видя их расстроенные лица, Каваки задумался. Всё то время что он пробыл здесь, сильно изменило его. Перед ним, наконец появились люди, которых он действительно хотел защитить. Наконец-то, в его душе заполнилась эта странная пустота, которую, он никак не мог заполнить самостоятельно.

— Эй! — крикнул он, уже довольно сильно отошедшим от него пацанам, но те сразу же обернулись, выжидающе глядя на своего кумира. — Сегодня в семь, приходите к Ичираку. Я вас угощаю.

На их лицах растянулась улыбка, после чего, в ответ послышался радостный смех. Глядя на них, Каваки слабо улыбнулся, после чего, снова продолжил свой путь к резиденции Хокаге.

Миссия в этот раз вышла более удачной. Никаких жертв, впрочем как и всегда. Сарада всегда выкладывалась на все сто, когда дело касалось миссий, а особенно человеческих жизней.

За эти годы, Учиха довольно сильно выросла не только телом, но и духом. Конечно она всё ещё была крайне строга к правилам и табу шиноби, но всё же, теперь она меньше затрагивала эти темы, предпочитая больше общаться, о чём-то более открытом и хорошем. Её тёмные шелковистые волосы, отросли до плеч, шортам пришла замена в виде подобие тёмных бридж, что не сковывали движение. Сандалии также теперь защищали ноги, покрывая их щитками.

— Очередная миссия была успешно выполнена командой номер семь. — довольно проговорила Сарада, поправив волосы. — Все заложники были спасены, а нападавшие наказаны по всей строгости закона.

— Ну, я бы конечно поспорил насчёт «закона», всё-таки мы упустили одного из них и позволили чуть не взорваться возле заложника. — поправил её Мицуки.

— Да ладно тебе. Каваки хорошо справился со спасением. Никто не будет горевать по тем, кто намеренно хочет убить невинных людей. — ответила Учиха.

Мицуки за это долгое время, наконец проявил своё истинное — я. Стал куда более активным и разговорчивым. Конечно всё ещё оставались какие-то комплексы, но если сравнить с тем, что было раньше, то рост заметен. Теперь он всё более и более начинал походить на своего клона, что когда-то сражался с ним, вместе с Орочимару. Отличие было лишь в том, что у Мицуки не было шрама. Он до сих пор не расставался со своей кимоно сине-белого цвета, однако теперь, оно доходило ему чуть ниже паха, на ногах также располагались щитки, подобные Сараде, а за спиной виднелся небольшой рюкзак со всеми необходимыми в случае чего медикаментами.

— Ты стала какой-то холодной… неужели это влияние твоего шарингана? — хмуро спросил Мицуки.

— Он тут не причём. Просто я уже не девочка, вот и всё. — ответила хмыкнув, Учиха. — Ладно, мне нужно ещё отчёт отнести, так что…

— Не стоит. Я отдал его Каваки, он как раз собирался к Хокаге. — перебил её, сын змея.

— Вот оно как… — скрестив руки, ответила она. — Ладно, тогда я домой. Бьюсь об заклад, мама уже места себе не находит.

— Счастливо… — попрощался Каваки.

— Ага, и тебе того же, Каваки! — напоследок высказала Сарада, после чего, исчезла, рассеявшись в воздухе.

Каваки остался в одиночестве. Странно, но ему всегда нравилось быть только наедине с самим с собой. Это давало больше времени подумать о себе и разобраться с проблемами, что вечно копошатся в голове. Никто не отвлекает тебя, ты свободен от рамок навязанных обществом, в виде «этикета» и «вежливости».

— Интересно, как ты там поживаешь, Боруто?.. — вопросил задумчивым голосом, Мицуки, глядя на яркое солнце в небе.

Наруто сидел за своим рабочим столом, как обычно печатая что-то на своём ноутбуке. Из-за двери послышались шаги, и только заслышав их, Наруто прервался, перетянув свой взгляд на дверь.

— Йоу, Седьмой, похоже команда номер семь успешно справилась с заданием. — доложил вошедший Шикамару.

— Вот оно как! Я верил, что они не подведут. — облегчённо вздохнув, высказал Наруто. — Думаю, это весомый аргумент того, что вскоре они получат ранг джоунинов.

За это долгое время, Наруто практически не поменялся. Хотя, конечно теперь, в его глазах более не светился огонёк жизни, как раньше. Сейчас это была, скорее, тусклая искра, оставшаяся от некогда полыхающего пожара. Его кожа побледнела, да и сам он довольно заметно похудел, скулы было видно, даже невооружённым взглядом.

— Я тоже считаю, что эта команда достойна титула джоунина. Однако прежде, всё же стоит это обсудить. — серьёзным тоном, сказал Шикамару.

Узумаки устало вздохнул, немного отпрянув от стола. Закинув голову на спинку кресла, он задумался над тем, что вообще изменилось за эти два года. В стране Огня всё было как и раньше. Ничего не менялось, преступность оставалась на том же уровне, что и… в прошлые года. Казалось бы, пришла новая угроза в виде «Кары», но они похоже не торопятся или же действуют максимально осторожно.

На сегодняшний день сильные шиноби нужны, как никогда. Хотя, если задуматься, они нужны были всегда. Неважно, угрожает что-то миру или же нет. Сильные воины, нужны были хотя бы для баланса.

Возможно, я где-то просчитался… — подумал Наруто. — Может быть, всё же безопасный мир, который я постарался создать — это лишь конец утопии и начало хаоса?

— Наруто, — подойдя к Хокаге, позвал Шикамару, — я понимаю, что ты устал, но всё же, давай обсудим эту троицу…

— Каваки… он сильный шиноби. Конечно, когда он только попал сюда, два года назад, все считали его угрозой и не без оснований. Однако он доказал, что достоин носить протектор деревни Листа и быть частью нашей семьи. Его непоколебимость и преданность деревне, неизмеримо растёт с каждым днём. Да и к тому же, он очень сильный шиноби. Каваки не раз показывал, как умело он может использовать силу своей кармы. Манипулирование любой материей — это не просто какая-то стихия, которой может обладать любой шиноби при должной практике. Область применения, просто поражает воображение: строительство, защита, нападение, маскировка. Да и в плане физической силы, ему нет равных, разве что… Металл Ли.

— Неплохо. Что же насчёт остальных? — усмехнувшись поинтересовался Шикамару.

— Мицуки также выдающийся чунин, обладающий высокими качествами, как медика, так и того, кто может защищать свою команду. Этот парень, довольно универсален если так подумать… Разного рода шпионских миссий, ему по плечу, неожиданное нападение, да и стратег из него неплохой. К тому же, у него множество техник связанных с Орочимару, а как ты знаешь, он то уж точно не простой человек. Что же насчёт Сарады… Она безусловно стоит на ровне с Каваки. И если будет продолжать работать над собой, то вскоре и его перегонит. Но это меня и беспокоит… её сила пропорциональна её самообладанию. Год назад, ей удалось пробудить полностью базовый шаринган из трёх томое… и её высокомерие, если так можно сказать, уже начинает проявляться.

— Точно… — вздохнув, согласился с последним советник. — Это у них семейное.

— Но, я надеюсь, Саске всё же сможет разобраться с этим, когда вернётся. — хмуро высказал Узумаки, — Мне не хватает времени даже на встречу с собственной женой… Какие уж там заботы о детях.

— Слушай, может быть отдохнёшь? Серьёзно, на тебя без слёз не взглянешь. Ты даже бриться как я смотрю не успеваешь… — предложил Шикамару, беспокоясь о своём друге.

Наруто бросил в его сторону усталый взгляд, а после зажмурившись, ударил себя по щекам, ответив:

— Нет. Этот пост я получил от Учителя Какаши… я стремился к этому всю свою жизнь. Я не имею права, перекладывать свои обязанности на кого-то ещё.

Шикамару вздохнул, однако настаивать не стал, понимая, что возможно таким образом, Наруто пытается уйти от мучительных мыслей о своей семье, что практически распалась, как хрупкая ваза на сотню осколков.

— Ну так, что ты скажешь насчёт них? Готовы ли они?.. — спросил выжидающе Шикамару.

Хокаге призадумался. Команда действительно была сильная и даже в каком-то роде очень сплочённая. Однако ей не хватало чего-то… возможно всё было дело в их внутреннем мире. У каждого были свои тараканы в голове, в особенности Мицуки, что пытается начать свою жизнь с чистого листа самостоятельно.

— Я решу этот вопрос, но перед этим, им нужно будет выполнить одну миссию, специально от меня. — ответил твёрдо Наруто.

— Миссию? От тебя? — удивившись, вопросил Шикамару.

— Ага… мне уже давно хотелось отправить кого-нибудь туда для…

Договорить Узумаки не успел, так как в дверь, внезапно постучались. Сразу же за стуком, послышался голос Каваки:

— Эй, Седьмой, можно войти?

— Как раз вовремя. Да, входи Каваки! — слабо улыбнувшись, выкрикнул Наруто.

Каваки войдя в кабинет, сразу же поприветствовал, как советника, так и Хокаге, на лице которого, наконец-то проявилась улыбка.

— Задание успешно выполнено, — положив на стол документ с печатью, доложил Каваки, — был небольшой инцидент, но я пресёк его, так что никто не пострадал.

— Ну вообще-то мне доложили о том, что была жертва среди нападавших. — хмуро возразил Шикамару, буравя взглядом чунина.

— Ой, да ладно Вам! Он был террористом, тем кто захватил людей в заложники и хотел их подорвать. Я спас людей и ни жалею о том, что тот ублюдок сдох. — ответил прямо Каваки.

— Эй, не думаешь ли ты, что это довольно жестоко и бесчеловечно с твоей стороны, говорить подобное?! — рявкнул Шикамару.

— Это моя работа — защищать невинных людей от тех, кто хочет нарушить их покой. Какой смысл жалеть тех, кто потенциально, может сделать это вновь?

— Хватит, Каваки. — наконец строго прервал его Наруто, — это не то, чему я хотел научить тебя.

Этот пацан был действительно сложным случаем. Наруто всегда старался сделать из него хорошего шиноби, однако похоже у него это вышло даже слишком хорошо. Его стремление к справедливости, вновь загнала в рамки жестокости.

Каваки перевёл взгляд на своего учителя, а затем вздохнув, всё же сдался, согласившись с тем, что это и правда было лишним. Каваки не хотел представать перед Наруто, каким-то жестоким психом, что не думает о жизнях людей, он понимал, что Хокаге хотел видеть в нём сострадающего и понимающего шиноби… Но проблема была в том, что он никогда и не был таковым.

— Шикамару, можешь оставить нас наедине? — попросил Наруто, — Мне нужно с ним серьёзно поговорить.

— Да, как скажешь. И будь добр, займись им как следует, такими темпами у нас будет ещё больше проблем. — посоветовал Шикамару, перед тем как выйти за дверь.

Наруто устало выдохнул, облокотившись на подлокотники. Внутри него были сомнения, насчёт возможной новой миссии… Узумаки думал о том, стоит ли отправлять их или всё же подождать. Дела в семье были так скажем… не очень. Дочь погибла, сын ушёл в другую деревню, а жена… С Хинатой всё было также сложно. Она кое-как отошла от шока и даже начала ходить и разговаривать. Однако простить Наруто, она всё же не смогла.

Я продолжаю жить не ради тебя, а ради нашего сына. Я думала, что ты сможешь отговорить его от этой безумной затеи с уходом в другую деревню… Если он не вернётся, Наруто… это будет на твоей… нет, это будет на нашей с тобой совести!

Слова Хинаты, каждый день всё повторялись и повторялись в голове Наруто. Он места себе не находил, думая о том, как же там его сын сейчас и всё ли хорошо с ним. Конечно, Наруто доверял Саске, однако родительская душа, всё ещё беспокоилась.

— Каваки, вы все вместе хорошо справились с миссией. Естественно, то что произошло с террористом, это плохо… всё же мы стараемся не убивать, а обезвреживать, ты же это понимаешь, не так ли? — напомнил ему Наруто.

— Да, конечно, учитель… — ответил опустив взгляд, Каваки.

— У меня есть миссия для вас. — подцепив крючок заинтересованности у Каваки, начал Наруто.

— Миссия, от Вас? — удивлённо взглянув на Хокаге, переспросил тот.

— Да. Я тебе когда-нибудь рассказывал о своём сыне? — хмуро спросил Наруто.

— Да, кажется Вы что-то мне про него рассказывали. Что якобы, он чем-то смахивает на меня, характером или что-то типа того. — вспоминая, ответил Каваки.

— Ты для меня не безразличен, и думаю ты это итак понимаешь, — вымученно усмехнувшись, проговорил Наруто, готовясь к довольно тяжёлой для него беседе. — Я хочу… рассказать тебе о своём сыне.

Каваки видел в глазах Хокаге неимоверную печаль и горе, от чего в груди что-то сжалось до невыносимой боли. Через это бледное и истощённое лицо, он видел насколько же всё-таки был тернист и сложен путь Хокаге. И всё же, он всё ещё находит в себе силы, чтобы улыбаться ему.

Только сейчас брюнет осознал, что никогда раньше не интересовался семейной жизнью Хокаге. Каваки знал о разных историях из его детства… того как деревня видела в нём лишь монстра, но со временем всё же приняла его таким какой он есть. У каждого есть шанс на счастье… но у каждого есть также и риск потерять его.

— Я так давно не видел своего сына… — печально высказал Наруто, опустив глаза. — не проходит и дня, чтобы я не думал о нём. Конечно, вся деревня практически на мне и я обязан, как её правитель, заботится о ней. Поэтому, у меня к тебе есть личная просьба, Каваки.

Он слышал о нём. Два года тому назад, сын Хокаге покинул деревню, направившись куда-то в сторону страны молний. Из-за горя что настигла их семью, он решил сбежать… По крайней мере, так посчитал Каваки, не понимая, почему же он бросил собственную семью, решив лечить свои раны где-то вдали от них.

— У моего сына довольно скверный характер, как и у тебя. Между вами, честно говоря, много общего. Даже слишком… — переведя взгляд на левую руку Каваки, проговорил Наруто. — Наверное, ты уже знаешь о том, что произошло несколько лет тому назад?..

— Да… — отведя взгляд, неуверенно ответил подросток, — думаю, я понимаю, о чём ты говоришь… День, когда твоя дочь, погибла.

Наруто прикрыл глаза, на него вновь нахлынули воспоминания о том, злополучном дне, когда он потерял всю свою семью. Не проходит и дня, чтобы он не скорбел по покинувшей этот мир, дочке Химе.

— Мне известно, также и то, что ты нехорошо высказываешься по поводу моего сына. — вздохнув, также добавил Наруто, беззлобно глядя на Каваки. — И я понимаю, твоё мнение, словно он бросил свою семью, думая только о себе, но на самом деле это не так, Каваки. Я сам отпустил его… на его душе, была не меньше горя, чем в на моей. Мне не хотелось видеть то, как он страдает, находясь здесь, как в клетке.

— Хоть Вы и Хокаге, Наруто-сама… однако, признаюсь вам честно, отец из Вас, никудышный.

На это Наруто, печально рассмеялся, а после печально взглянул в глаза мальчишке. От чего, Каваки, стало как-то стыдно от сказанных им слов.

— Боруто, всегда был буйным. Он никогда не сидел на месте, стремился к чему-то большему… в этом он был похож на меня, хоть и отчасти. Но вместе с тем, у него было доброе сердце. По настоящему любящее всех тех, кто его окружал. Даже такого никудышного отца как я.

— К чему Вы вдруг… решили, поговорить со мной, о своей семье? — спросил непонимающе Каваки.

— Не знаю. Может быть, просто хотел кому-то выговориться, ты уж извини, старика, за то, что нагружаю столь скучными вещами. — вновь ухмыльнувшись, сказал Наруто.

— Нет-нет, всё нормально. Просто, раньше Вы о таких вещах со мной не говорили, вот и стало интересно. — моментально оправдался Каваки.

Наруто забавляло то, как Каваки пытался всегда выглядеть перед ним, действительно хорошим и лучшим ниндзя. Этот пацан действительно сильно напоминал ему сына, наверное поэтому, он до сих пор не сломался, от этой чёртовой работы Хокаге. Каваки придавал ему сил, продолжать работать, продолжать верить в светлое будущее и думать о следующем поколении, которому нужна была поддержка нынешнего.

— Ладно уж, по правде говоря, есть ещё одна причина, по которой я тебе всё это рассказываю. У меня для вас, есть кое-какая важная миссия. — вернув себе беззаботное лицо правителя, оповестил Наруто, вытащив из рабочего стола, папку с той самой миссией.

— И в чём же заключается её цель? — спросил выжидающе Каваки.

— Я хочу чтобы вы ребята, отправились в деревню скрытого Облака и передали вот это моему сыну. — протянув письмо, что лежало в папке, ответил Наруто, — Это сообщение от меня… Я знаю, что существует видеозвонки и прочее… но мне довольно тяжело говорить с ним. Как бы это глупо не звучало… поэтому и записал всё заранее.

— Мы что, отправимся туда, только чтобы передать письмо? — изумлённо вскинув бровь, задался вопросом Каваки.

— Конечно нет. — нахмурился Наруто, прикрыв глаза, — В первую очередь, это миссия волонтёрская. Облаку не хватает шиноби для выполнения заданий, у них там произошёл один инцидент, в результате которого, многие шиноби слегли на койки. Вы отправляетесь туда, чтобы помочь. Письмо же, моя личная просьба. — объяснил Наруто, передав бумаги с деталями по поводу миссии и наград.

— Хорошо, я сделаю это, раз уж Вы просите. — уверенно взглянув на свёрток, ответил Каваки. — Когда нам выступать?

— Через три дня. Вы отправитесь туда на дирижабле. Ты же знаешь, что компания «Авио-Энко» наконец-то начала свою деятельность. Но перед тем, как отправиться, этим летательным транспортом, нужна диагностика. По подсчётам механиков, долетите вы дотуда, где-то за полтора дня.

Каваки прошёлся беглым взглядом по выданному ему документу, хотя в душе, думал о совершенно ином. Хокаге наконец-таки доверился ему, как действительно близкому человеку. Это неимоверно тронуло юношу. Даже если бы, Хокаге просто попросил его отдать это письмо, он отправился бы на край света, чтобы выполнить это задание.

— Вот оно значит как. Что ж, тогда, я наверное пойду… — выслушав Хокаге, сдержанно высказал Каваки.

Наруто кивнул, после чего выдохнув, снова пододвинулся к рабочему столу. Работа кипела, и даже сегодня, в такой казалось бы мирный и спокойный день, нужно было много чего решить.

Выйдя из резиденции Хокаге, Каваки вдруг встретил друзей, что шли на полигон для тренировок. Среди них были Иноджин, Шикадай, Чочо, а также Метал Ли и Дэнки. Завидев знакомое лицо, они тут же помахали, выкрикнув его имя.

— Ого, Каваки, вы уже вернулись с миссии? — подбежав вопросил Дэнки.

Он был чуть ниже Каваки, всё также продолжал носить очки, силы конечно же прибавилось, но по сравнению с другими, практически незаметно. Однако знаний в плане технических модификаций, стало гораздо больше. Всё же, он был очень полезен в определённых миссиях.

— Как видишь. Вы не видели Сараду?

— Нет, честно говоря, я и сама хотела её найти. Столько всего нужно рассказать… — ответила Чочо.

Благодаря своему стремлению к красоте, эта девушка сумела таки полностью избавиться от столь мешающего ей жира, с помощью тайной техники Акимичи. Долгими тренировками, Чочо сумела адаптироваться к этому режиму, используя его в повседневной жизни. Конечно аппетит от этого не убивался, а даже наоборот, стал ещё более всепоглощающим, так как подобный режим, нужно было поддерживать.

— Каваки, выглядишь паршиво, советую отоспаться, а то так и до могилы недалеко. — усмехнувшись высказал Шикадай.

После ухода Боруто, он также стал усиленно тренироваться, понимая, что в будущем ему нужно будет защищать свой родной дом. Тренировки за эти два года, дали свои плоды, вместе с тем, его мама, также решила обучить его техниками ветра, так как считала, что одними лишь теневыми трюками, ему не выжить в будущем.

— Она наверное у себя дома. — добавил Металл Ли, — Если так всё срочно, можешь сходить к ней.

Хоть этот парень был и довольно неуверенным в себе на публике, на самом же деле, в нём скрывалась довольно мощная сила. Рок Ли не давал своему сыну прохлаждаться все эти годы, усиленно готовя того к будущему, что возможно должно было стать решающим. За это время, Металл смог обуздать третьи врата, тем самым, увеличив свою скорость до ещё более невероятной. Все признавали то, что в тайджутсу, именно Металл Ли, превосходит всех.

— Ладно, зайду может… — ответил устало Каваки.

Глядя на них, он невольно улыбнулся. Ещё два года назад, Каваки считал эту деревню обузой, а сегодня, был готов защищать её жителей от любой опасной угрозы, будь то Ооцуцуки или Кара. Но почему-то вместе с теплотой, в душу проскальзывал и страх, возникали страшные мысли о потере, всего того, что ему было дорого.

— Ну ладно Каваки, мы на полигон, отдохни как следует, ты заслужил! — выкрикнул на прощание Шикадай.

— Ага… — ответил хмуро в ответ он, — Лады… пойду приму душ дома, а после отдохну наконец. — направившись домой, вслух произнёс Каваки.

За эти два года, Джиген не разу не дал о себе знать. Каваки почему-то это очень сильно не нравилось. С чего бы такому властному ублюдку как он, что оберегал его и называл своим сосудом, вдруг просто оставлять здесь у потенциальных врагов? Даже члены Кары, не пришли чтобы вновь забрать его обратно…

Конечно Каваки уже привык к этой деревне. Здесь были друзья и люди с которыми он переживал как горе, так и радость. Наруто же и вовсе заменил ему практически отца, наставив его на — как казалось Каваки, — истинный путь. Но чем спокойней было в деревне, тем больше тревожился Каваки, понимая, что затишье бывает лишь перед очень сильной бурей.

Приняв душ, Каваки моментально рухнул на мягкую кровать, вот только сон почему-то куда-то резко пропал. В голове брюнета, всё никак не уходила мысль о стране Облака и сыне Наруто.

— Боруто Узумаки… — медленно произнёс Каваки, а после нахмурившись закрыл глаза, — Почему у меня такое плохое предчувствие насчёт тебя? — взглянув на свою карму, вопросил он.

— Отправимся в деревню Облака? — переспросила удивлённо Сарада.

— Да, Хокаге отправляет нас, так как мы одни из выдающихся команд в деревне. В деревне Облака сейчас, катастрофически не хватает шиноби, поэтому мы как волонтёры будем нужны для выполнения миссий. — объяснил Каваки.

— Насколько мне известно, Боруто тренируется, именно в деревне Облака… — задумчиво выдал Мицуки. — За эти два года, не только я, да и вы тоже, наверняка читали и слышали о том, что он успешно выполняет достаточно сложные миссии.

Вся троица сидела в парке, ранним утром. Людей ещё практически не было, а солнце только-только набирало обороты, нагревая землю и освещая поля. Слышались звуки природы, и просыпающихся птиц, что неслись в лес на поиски еды для своих деток.

Каваки скрестив руки сидел на скамейке молча наблюдая за своими товарищами, Мицуки же сидел чуть подальше, его голова была занята всем услышанным и возможной встречей с Боруто, также как и у Сарады. Все трое так или иначе, предвкушали то, что возможно они наконец-то встретятся с блондином.

Сарада ощущала странное волнение при мысли о том, что наконец встретит этого оболтуса. Ей было интересно посмотреть на него сейчас, спустя целых два года. В последний раз, когда они виделись, кажется она обещала ему что при следующей встрече уже будет иметь все три томоэ… Кажется она сдержала обещание.

Мицуки помнил о том, что сказал ему Боруто. Жить дальше не оглядываясь ни на чьё мнение и взгляд. Жить шагая по тропе собственной судьбы. Хоть он и согласился с ним, но утратить эту странную привязанность, всё же не сумел. Он по прежнему был его «солнцем», но надолго ли? Возможно за эти годы, оно утратило свой свет, и полностью обратилось в тьму.

— Так или иначе, не забывайте о том, что мы отправляемся туда в первую очередь для помощи деревне. — напомнил им Каваки.

— Да, ты прав. Нельзя затмевать свой разум, только собственными желаниями. — согласилась Сарада, — но… всё же, неужели тебе не любопытно познакомиться с сыном Хокаге? Кажется ты с ним никогда лицом к лицу не сталкивался, а лишь слышал из уст других людей.

Каваки вздохнул, закрывая глаза. По правде говоря, он действительно хотел увидеть в живую сына Хокаге. Понять такой ли он, как его описывают все остальные. Вместе с тем, внутри него также разгорелась некая зависть. Все хвалили Боруто, говорили о том, какой он был способный малый, и даже Хокаге твердит о том, что скучает по нему… Это неимоверно нервировало самого Каваки. Он сбежал из деревни, бросив своих родителей, когда он был им нужен, сильнее всего… это не достойно поступка сына!

— Ты чего такой нервный? — вопросил Мицуки, заметив как сжимаются кулаки и стискиваются зубы у Каваки.

— Зуб болит… — ответил Каваки, после чего встав на ноги, взглянул на кроны деревьев, что шелестели от слабого утреннего ветра. — Боруто Узумаки… каким он был? Только не надо мне рассказывать про то, какой он смелый и умный. Я уже сыт этими похвалами по горло. Вы ведь были в одной команде, так что наверняка, знаете, как он был настоящим.

Мицуки и Сарада удивлённо переглянулись. Каваки впервые проявлял подобный интерес к сыну Хокаге. Нет, конечно и до этого он спрашивал о нём, но, чтобы вот так… Выглядело всё это, будто ему сильнее всех, хотелось встретиться с Боруто.

— Сколько я его помнила, этот идиот всегда был упрямым. Смышлёным, но и ленивым. Из-за этого кстати, его поймали на экзамене с устройством, которое запретили использовать. Сколько бы жители не говорили хорошего о Боруто, у него также есть недостатки и свои скелеты в шкафу. — ответила задумчиво Сарада.

— Однако, даже мы уже не знаем какой он стал. В последние дни, перед уходом из деревни, Боруто был подавлен. Мне даже кажется, внутри него что-то умерло вместе с его сестрёнкой. — добавил подавленно Мицуки.

— Хочешь сказать, он стал другим человеком? — спросил Каваки.

— Кто знает… — опустив взгляд, двояко ответил Мицуки.

— Мы также изменились, Мицуки, — прервала его Сарада. — не только Боруто рос, но и мы… Так что когда мы встретимся, думаю, говорить с нами, ему будет даже сложнее, чем нам с ним.

Каваки вдруг осознал, что он ведь часть команды номер семь… как и Боруто. Только вот, что будет, когда он вернётся? Неужели они предпочтут себе вернуть сына Хокаге? Если это так, то что же будет с ним самим? Этот вопрос также неумолимо лез в голову, словно надоедливая муха, летая тут и сям, перед глазами.

— Ему будет тяжелее говорить, ведь у нас теперь есть Каваки. — вдруг произнёс Мицуки.

— Это тоже верно. Надеюсь, он не обидеться. — слабо хихикнув, добавила Сарада.

В этот момент, Каваки ощутил облегчение. Нет, не могут они просто так променять его. Ведь всё-таки, он был с ними в одной команде все эти два года. Да и неспроста их команду называют одной из лучших, ведь всё дело во взаимоотношениях между ними.

— А ты как думаешь, Каваки? Думаю, когда он узнает о тебе, то будет немного ревновать. — усмехнувшись обратилась Сарада.

— М-Мне как-будто интересен этот Узумаки. — хмыкнув, отрезал Каваки. — Даже если и будет наезжать, то получит от меня не меньших тумаков.

Дом главы клана Хьюга, всё также продолжал жить. Конечно, они до сих пор несли скорбь в своих сердцах, однако вечно горевать было нельзя. Время идёт, как и сама жизнь, поэтому нужно было идти дальше.

Глава семейства Хиаши, отдыхал дома, попивая зеленый чай, Ханаби была на одной из миссий вместе со своей подопечной командой. В то же время, жена Седьмого Хокаге, что казалось бы была обречена на бездумное существование прикованной к кровати, теперь сидела у пруда, наслаждаясь сегодняшней, на удивление, тёплой погодой.

Хиаши по правде говоря, даже не надеялся на то, что его дочь сможет справиться с подобным горем. Всё-таки характер её, как ему казалось, был слишком мягким. Однако она удивила его… Полгода назад, Хината таки встала с кровати, конечно не без трудностей, но всё же начала ходить. Единственное, что не изменилось, так это отношение к Наруто. Похоже смерть ребёнка, разбило ей сердце, а вместе с тем, и любовь к своему мужу.

Хината и продолжала бы просто лежать и горевать, но её материнское сердце, не позволяло ей полностью сдаваться. В голове вновь и вновь просыпались мысли о том дне, когда к ней подошёл Боруто. Его голос был столь поникшим и отчаянным, но она не могла обнять его. И за это, Хината больше всего корила себя.

— Молю тебя Бог, не забирай и его… Защити моего сына. — прошептала Хината, глядя на безоблачное небо.

— Боруто, ну как ты? — спросил Саске, войдя в хижину к своему ученику.

— Вполне себе здоров. — ответил тот, двигая плечом. — Конечно ещё ноет, но в принципе, я могу уже ходить.

Прошло несколько дней с тех пор, как Саске и Кумо прибыли на гору. Все эти дни, они терпеливо ждали, когда Боруто сможет полноценно ходить, чтобы наконец вернуться обратно в деревню.

Аой решила вернуться в деревню, пораньше остальных, чтобы доложить о успешности выполнения миссии. По правде говоря, она также хотела найти хоть какие-то предметы от своих товарищей, чтобы достойно похоронить их уже на родине.

— Раз всё в порядке, пора бы нам двинуться в путь. — переведя взгляд на дверь, сказал Учиха.

— И то верно, слишком уж мы тут засиделись из-за меня. — проговорил Боруто, поднявшись с кровати. — Но сперва, нам нужно попрощаться с ними.

Надев свою одежду, что была уже заштопана, он также вложил свой клинок в ножны. За эти три дня, он даже немного привязался к этим людям. Старейшина, что приходил к нему и рассказывал истории предыдущих обладателей копья. Дети, что с любопытством расспрашивали его о приключениях, через которые он проходил. И лекари, что с заботой старались помочь ему… Все они, пытались так или иначе, помочь Боруто встать на ноги и стать их защитником. Однако блондин понимал, что он не достоин заботы этих людей. Уж слишком много крови придётся пролить…

Приоткрыв дверь из хижины, он тихонько вышел на улицу. В лицо ударил утренний мороз, от чего дыхание тут же сбилось, словно здесь и нет никакого воздуха. Странное это дело… всё-таки жить здесь, достаточно тяжело.

— Боруто, тебе не тяжело?! — заметив выходящего из своего жилища, блондина, встревоженно крикнул один из лекарей.

— Всё нормально. — ответил тот, выставив перед ним ладонь. — Соберите монахов в храме, в том числе и старейшину. Мне надо кое-что объявить.

Спустя какое-то время, все монахи уже находились в храме, послушно ожидая, когда их пророк начнёт говорить. Как только Боруто вышел вперёд, встав перед ними, все как по команде тут же преклонились, завидев в его руках копьё. Впереди всех на коленях кланялся старейшина, и блондин заметив его, мгновенно попросил встать.

— Мы не ожидали, что ты так скоро выздоровеешь, Узумаки Боруто. — высказал старик, — Но меня это честно говоря, мало волнует. Так как ты был благословлён Райдзином, это не имеет большого значения.

Боруто было больно смотреть на них, понимая, что сейчас их глаза наполняться возможным отчаянием. Ведь пророк их бросит, оставив защиту на кого-то другого. Но так было нужно, если он останется, то вскоре, и этот маленький клочок жизни, погибнет, вместе с остальным миром.

— Я созвал вас всех сюда, чтобы объявить кое-что очень важное. — начал Боруто, сжимая пальцами копьё, — Моё препровождение здесь, было безусловно не спроста. И если бы мне дали шанс повернуть всё вспять, я бы без сомнений, сделал всё также, как и сейчас. Ваши жизни, мне не безразличны, но моя судьба, гонит меня вперёд. Я не могу остаться здесь, вместе с вами.

Тут же послышались шептания, слова их пророка, встревожили и старейшину, что с постепенным ужасом, глядел на Боруто.

— Ты хочешь уйти? — боясь ответа, спросил старик.

— Да, но прежде всего, я буду чтить ваши законы. И потому решать буду не я, а Райдзин.

Саске внимательно наблюдал за своим учеником, удивляясь тому, насколько же тот вырос за эти два года. Его искренность в глазах и некая решительность, словно притягивала к себе и заставляла ощутить склонение перед ним. Учиха верил в то, что именно этому юноше, судьбой предначертано победить Ооцуцуки.

Сев на колени перед алтарём Божества, Боруто склонил голову, выставив перед собой руки в которых лежало копьё.

— Ты выбрал меня в качестве их защитника, и я понимаю, что это довольно грубо, просить тебя о подобном… Но ты видел мою судьбу. Прошу Бог Райдзин, отпусти меня.

Внезапно послышался гром. Он был столь громким и яростным, что казалось будто началось землетрясение. Статуя полностью состоявшая из золота, вдруг заискрилась молниями, а после ударила в копьё.

— Он прогневался! — крикнул кто-то из монахов, испугавшись.

Тут же началась паника среди людей, однако всех их, вдруг пробил слабый ток, заставивший, мгновенно сесть на колени. Боруто в свою очередь, не понимал, что произошло. По правде говоря, он даже не ощутил то, что ощутили все остальные монахи.

— Эй, всё в порядке? — встревоженно спросил Боруто.

Ты призвал меня дитя. — послышался столь знакомый и величественный голос, что исходил буквально отовсюду.

— Кто это?.. — прошептал кто-то, испуганно.

— Тише, похоже что это он!.. Наш Бог впервые заговорил с нами, а не только с пророком. — шепнул торжественно кто-то другой.

Всё именно так. Я создал связь между всеми вами, теми кто поклоняется мне. Так как понимал, что вы не сможете отпустить его из-за особенности случая и важности. Поэтому и решил сказать всё лично от своего имени.

— Великий Райдзин… Вы хотите, отпустить данного юношу? — вопросил старейшина, глядя на статую.

Да. Это моё решение. Судьба этого дитя, куда более важней защиты вашего селения. Я не могу идти наперекор судьбе, ведь она куда сильнее и величественней. Дитя, положи копьё на алтарь, я знаю, что будет в будущем и могу лишь даровать тебе моё благословление…

— Знаю… — прошептал Боруто, стискивая зубы.

Не печалься думая о том, что должно произойти. Ты должен идти без страха в сердце и твёрдой решимостью, чтобы суметь пройти через всё это.

Медленно возложив копьё на алтарь, Боруто ощутил, как нечто уходит от него. Присутствие Бога исчезло. Он вновь покинул их… но аура его, до сих пор витала в воздухе, не позволяя никому из его последователей даже и слова сказать.

— Вы слышали его. Мне нужно уходить. — сказал Боруто, шагая в сторону выхода.

— Он говорил о судьбе… значит ты идёшь под знаменем самой судьбы в этом мире? — глядя в спину блондину, спросил старейшина.

— Кто знает? — ответил коротко Боруто, продолжая идти прочь из храма.

— Наруто, почему только они? — спросил негодуя Шикамару. — Ты мог бы взять ещё парочку команд на это задание, но почему только команда номер семь?

— У нас итак полно дел в самой деревне, да и к тому же, близиться экзамен на джоунина, всем им нужно хорошенько и упорно тренироваться. — ответил Наруто, читая отчёт очередного выполненного задания.

— И всё же, кажется мне, ты не спроста их отправил туда одних. — внимательно наблюдая за лицом Хокаге, проговорил Шикамару, — это ведь просто совпадение, что там сейчас твой сын, да?

— Не ты ли говорил мне, что пора бы решить достойны ли они титула джоунинов? Считай это своеобразной проверкой. — твёрдо сказал Наруто.

— И всё же, опасно отпускать Каваки, у него ведь карма… — всё ещё сомневаясь в правильности решения, стоял на своём Шикамару. — Не думаешь ли ты, что на него может напасть Кара?

— Он ведь будет в Облаке, я уже предупредил Райкаге о том, что к нему отправляется команда номер семь, он осведомлён о важности Каваки, как и о Мицуки с Сарадой. — добавил также Наруто, — И более того, я же их не одних отпускаю. Вместе с ними отправиться и Конохамару.

— Так то оно так, но у меня почему-то плохое предчувствие. — вздохнув, высказал Шикамару.

— Я верю в них, а также и в то, что они выполнят задание на все сто процентов. — улыбнувшись проговорил Наруто.

Вся троица стояла в огромном ангаре, наблюдая за дирижаблем, что должен был вот-вот вылезти наружу, а после взлететь в небо вместе с ними. Множество техников, то и дело проверяли на этом огромном транспорте всё, от лопастей до каждого сантиметра наружного шара, чтобы не дай Бог, там не обнаружилась ни одна дырочка.

— Не вериться даже… Я на таких никогда ещё не летала. — высказала Сарада, наблюдая за дирижаблем, с нескрываемым восторгом.

— Не разделяю с тобой, такого же восторга… — ответил Каваки, — По мне так, он выглядит очень ненадёжным. Особенно этот огромный шар над ним. Такое чувство, будто и одного тычка острым предметом, будет достаточно, чтобы он лопнул и рухнул вниз…

— На самом деле, он крепче чем кажется. И даже если его пробьют, то спускаться будет медленно… — решив успокоить своего друга, сказал Мицуки, на что Каваки лишь хмыкнул.

— Эй, ребята, — послышался голос Конохамару, — ну что, вы готовы к полёту?

— Конохамару сенсей! — воскликнула Сарада. — Давно же вас не было!

— Да, знаю, миссия была довольно сложной и муторной, но вот он я, и похоже вновь иду на миссию. — подойдя к своей команде, ответил тот.

— Всё нормально прошло? — спросил Каваки.

— Да, более чем. Мы вышли на след Кары, и даже поймали одного из внешних агентов, сейчас им занимаются наши следователи. — сказал Конохамару, с торжеством глядя на дирижабль, — А у вас тут как?

— Ничего особенного… — спокойно высказал Мицуки. — Обезвредили террористов и спасли заложников. Правда, был небольшой инцидент, но это не так уж и важно.

— Рад это слышать. Похоже вы растёте даже быстрее, чем мы в своё время… — глядя на своих подопечных, с гордостью сказал Сарутоби. — Ну ладно, давайте уже заходить в транспорт. Всё-таки путь не близкий, нам нужно успеть долететь туда хотя бы до заката.

— Есть! — выкрикнули все трое, последовав за своим учителем.

Несколько людей в плащах, послушно ожидали того, когда же их лидер отдаст им приказ. Хоть этого не было видно, но каждый из них, по своему был напряжен. Они ждали этого несколько лет, и вот наконец настал этот день.

— Мы больше не можем ждать. Завтра мы наконец выйдем на свет, чтобы весь мир увидел и узнал, кто мы такие. — проговорил с предвкушением Джиген. — а вы мои товарищи, станете лучами этого света, чтобы поразить нашу первую цель.

— Вчера к нам пришли вести из страны камня о том, что схватили ещё одного из наших агентов. — доложил Боро, — Когда нам выступать, Джиген-сан?

— Спящий агент в стране Молний… он должен прибыть туда. После чего, мы наконец устроим полномасштабное нападение на Деревню Скрытую в Облаке.

Трое шиноби неспешно направлялись в сторону деревни скрытой в Облаке. Учиха Саске, тревожно посматривал на своего ученика, на лице которого явно проскальзывали болезненные ощущения от раны, что всё ещё заживала.

«Кто бы мог подумать, что раны нанесённые орудиями Божеств, могут блокировать регенерацию кармы» — подумал Саске, а после переведя взгляд на кроны деревьев, вспомнил о доме где его ждут жена и дочь. — «Вскоре мы должны будем вернуться… интересно, насколько изменилась Сарада?»

— Боруто, может мне тебя понести? Выглядишь не очень, если честно. — предложил Кумо.

— Спасибо, но нет. Я могу идти, не беспокойся об этом. — ответил блондин, смотря прямо вперёд на тропу по которой они шли.

Боруто, вдруг почему-то подумал о доме. Лес и окружающие его деревья, с палящим солнцем, всё это напоминало ему родной дом. Как же всё-таки давно он там не был. Перед глазами возникло поместье Хьюго, сидящая мама возле небольшого пруда… Дедушка, мирно сидящий возле футона и пьющий зелёный чай, Ханаби что развешивает постиранное бельё и… Химавари, бегущая к нему… в руках её отчётливо виднелся цветок. Подсолнух.

Мысли эти приобрели иной оттенок. От былой радости и спокойствия ничего не осталось. Всё покрылось пеленой чёрной и вязкой жижи гнева перемешанного с тоской. На сердце становилось больнее, когда перед глазами Узумаки возникал и отец… но такой грустный и истощённый. Боруто не хотелось на него больше злиться… эта тьма иссякла и вместо неё, быстрой алой струёй, пошла печаль и скорбь.

— Прости меня папа… Прости меня. — шептал Боруто, сжимая в руке рукоять своей катаны.

Ближе к ночи, они разбили небольшой лагерь в гуще леса под кронами деревьев. Учиха проверил всю местность своими глазами, после чего наконец сел возле костра, чтобы отдохнуть. Ночка была довольно спокойной, поэтому на некоторое время можно было забыться и просто отдохнуть.

Кумо сидел напротив Боруто и задумчиво глядел на пляшущий огонь, что нещадно и намеренно изничтожал своими танцами дрова. Ему казалось, словно эти палки что превращались в угли, а затем и в пепел, их жизнь, тогда как огонь — время, что нещадно изничтожает их, превращая в конце концов лишь в пепел, что разноситься ветром по воздуху, не оставляя после этого ничего.

— Мамору и Джун… — вдруг прервал тишину Кумо, — интересно, что они думали перед тем как уйти в мир иной?

— Джун даже не успела наверное и осознать того, что с ней произошло. Думаю это даже к лучшему. — ответил с небольшой паузой Узумаки, — что же насчёт Мамору, что ж… он выполнил свой долг как шиноби скрытого Облака. Он защитил своих товарищей, попытавшись забрать с собой в могилу врага. Они оба солдаты что отдали свои жизни на миссии. Даже спустя сто лет, этой жестокой истины никто не сможет перечить.

— Мы все смертны. Это наш страх и спасение одновременно. Человек не может жить вечно, и даже не потому, что так нельзя, а потому что — так необходимо. Что бы кто ни говорил, а жить — это очень тяжёлое бремя. Когда ты существуешь, общаешься, теряешь что-то, внутри тебя потихоньку всё начинает сдавливать. Твоё сердце всё сильнее и сильнее начинает сжиматься неведомой силой тоски и скорби. И в какой-то момент, ты всё-таки ощущаешь что больше не можешь выдерживать это.

Блондин слушал своего учителя, одновременно с этим вспоминая своих главных врагов в этом мире. Ооцуцуки — монстры, что живут только ради бесконечной жизни и разрушения. Они идут на перекор самой природе, перерождаясь вновь и вновь. Убивая всех и вся, забирая у других всё что им дорого, даже саму планету.

— Ооцуцуки… — вдруг прервал Боруто. — Они не подчиняются законам нашего мира. Живут и жрут, то что не принадлежит им по праву. Но так будет не всегда. Человечество — это то, с чем они никогда до этого не сталкивались. Мы уничтожим тех, кто придёт сюда, и тех, кто последует за ними, даже если придётся выжечь до тла их собственный мир.

Учиха видел в глазах Боруто некую одержимость. Такую же, как и у него в его ранние годы. Саске ощущал, себя паршиво вспоминая те давние дни, когда его не сдерживало ничего от убийства, терроризма и революции. Однако, теперь он мог искупить хоть частицу того, что натворил тогда. Избавив этот мир от ещё одного кровавого монстра в виде сына Хокаге.

— Боруто… даже если ты убьёшь их. Это ничего не даст твоей душе. Мы это уже обсуждали множество раз. Месть — это метод слабых людей. Тех кто не может отпустить прошлое и цепляется за него.

— Я лишь хочу спасти нашу планету от чёртовых захватчиков. Смерть моей сестры конечно тоже лежит в этом гневе, но я волнуюсь больше за всех людей, что живут здесь и сейчас, а не где-то в прошлом. — с долей раздражения отчеканил Боруто.

— Ты слишком заносчив. — грозно взглянув на того, указал Учиха, — если продолжишь так, то рано или поздно ощутишь кровь тех, кого ты хотел защитить.

— В любом случае, я не буду сходить с пути, на который самолично встал. — упрямо ответил блондин, встав на ноги. — пойду встану в дозор. Мне надо побыть в одиночестве.

Саске возражать не стал. Всё же ему действительно нужно было побыть одному. Кумо всё это время даже и вздохнуть боялся, так как некое давление между этими двумя, явно было очень сильным. Ему даже казалось, что вот-вот и они прямо здесь сорвутся, чтобы нанести друг другу увечья клинками.

— Этот пацан… как же всё-таки муторно с детьми… — вздохнув, вымолвил Учиха.

— Ну, Боруто всегда был довольно упрямым. — решил поддержать разговор Кумо, подбросив в угасающий костёр дров.

— Возможно. И всё же, мне нужно усмирить его пыл, иначе всё это зайдёт слишком далеко. Я не могу позволить ему стать таким же… холодным и расчётливым. — проговорил Саске, вновь вспомнив былые времена своей юности.

На следующее утро, они быстро собрались, после чего двинулись в путь к дому. На этот раз, никто не смел нарушать тишину, ощущая неприятный осадок от ночного разговора. Боруто не злился на своего учителя, понимая, что тот пытается донести до него какую-то истину, но в душе Узумаки твёрдо проложил себе лишь один путь, с которого он больше не может свернуть.

Впереди уже показались ворота деревни, и Боруто взглянув на них, вдруг заметил как к деревне подлетает огромный дирижабль. Не заметить его было нелегко. В первую очередь, он подумал о торговых ресурсах. Ведь время идёт, технологии не стоят на месте. Железнодорожные пути конечно хороши и быстры, но оседлать небо гораздо эффективней.

— Торговый дирижабль? — вопросил блондин, указав в небо.

— Не похож. На нём знак Конохи, похоже прибыли волонтёры. — высказал Учиха, ни капли не удивившись внезапно появившемуся воздушному транспорту.

— Волонтёры? — обернувшись к учителю, переспросил Боруто, — а что если, это кто-то из моих друзей?

— Кто знает, может быть и кто-то из них. — пожав плечами, ответил Учиха, после чего продолжил путь.

Сердце блондина вдруг застучало сильнее прежнего от мысли, что он может встретиться с кем-то из собственной деревни. Прошло два года и за это время он сильно поменялся, как и они… Вот только вопрос — насколько сильно?

— Эй, Боруто, давай не отставай, ты же хочешь их увидеть? — крикнул уже достаточно далеко отошедший Кумо.

— А? Д-да, конечно! — отойдя от мыслей, крикнул в ответ блондин.

Войдя в деревню, Боруто хоть и хотел увидеть волонтёров и если повезёт с догадками пообщаться с ними, но сердце сейчас пылало скучающим жаром по совершенно другим уже таким родным людям. Юки, наверняка очень сильно волновалась насчёт него, это уж Боруто точно не отрицал. Поэтому попрощавшись с учителем и Кумо, он как можно быстрее, направился в сторону цветочного магазина Кайо-сан.

Открыв дверь и перешагнув через порог магазинчика, он тут же ощутил этот родной запах цветов, что продавались здесь. Мать Юки, сидела за прилавком, и как только дверь звякнула небольшим колокольчиком, её глаза медленно поднялись на нежданного гостя.

— Здравствуйте, Кайо-сан, — поклонившись, поприветствовал Узумаки. — я наконец-то вернулся с миссии.

Завидев блондина, она тут же тепло улыбнулась, а затем подойдя к нему, крепко обняла за талию. Боруто от подобного, вдруг сморщился, ощутив резкую боль в плече. Кайо, естественно заметила это.

— Боруто, с тобой всё в порядке?

— Да, ерунда. Ранили во время миссии, такое бывает, — ответил он, улыбнувшись женщине. — Кайо-сан, а где Юки?

— Ох, она сейчас наверное на одном из полигонов. Упражняется с катаной… Говорит это единственное, что успокаивает её, всё-таки она сильно волнуется из-за твоих опасных миссий, Боруто. — сказала женщина, с печалью взглянув на Узумаки.

— Прошу прощения за это, — поклонившись, виновато высказал Боруто. — тогда я пойду к ней.

— Да, конечно. Главное смотри, чтобы она не прыгнула на тебя от счастья, так ведь и рану можно открыть. — предупредила Кайо на прощание.

На это, Боруто лишь усмехнулся. Эти люди стали для него второй семьёй. И чем сильнее он думал о них, тем хуже становилось его сердцу и разуму. Тёплая улыбка на лице, медленно превращалась в оскал отчаянья, а в глазах то и дело мелькал страх.

— Я не дам смерти, забрать вас… — прошептал Боруто, сжимая кулаки.

Юки пыталась унять мысли о том, что возможно Боруто попал в очень серьёзную передрягу. Слушая слухи по городу о том, что очередной отряд не вернулся с миссии, ей стало только хуже. Страшные мысли, всё никак не хотели покидать её голову. Пытаясь избавиться от них, Юки решила попрактиковаться с катаной, в полной тишине и наедине со своим больным сердцем.

Вместе с тем, её уже давно мучали мысли и о самом Боруто. Он вёл себя странно, иногда шепча во сне какие-то бессвязные слова, иногда зовя сестру. Ей хотелось помочь ему, однако она не знала как именно это сделать. Ведь разум человека, довольно хрупкая и в то же время сложная вещь.

Сделав очередной замах, она разрезала бамбук на несколько частей, после чего осев на землю, печально вздохнула. Юки хотела помочь ему, но что она могла дать ему ещё, помимо навыков владением катаной и любви? Ей приходиться лишь сидеть и молиться, чтобы он вернулся обратно в целости и невредимости. От этого осознания, внутри что-то противно проскальзывало меж стенок разума, словно горькая правда пыталась напомнить о себе, выползая на верхний слой мыслей.

— Боруто… — вздохнув вновь, произнесла Юки.

— Значит, упражняешься? — вдруг зазвучал столь желанный голос позади неё.

— Боруто! — воскликнула тотчас же Юки, обернувшись назад.

Блондин хотел было добавить что-то, но не успел, ощутив как мягкие губы девушки впиваются в его. Несмотря на боль в плече, он не хотел прерывать этот поцелуй. Всё же, они не виделись довольно долго, да и самому блондину, нравилось то, как его встретила девушка. И когда, им всё же понадобился воздух, Юки с глубоким вдохом, всё же отстранилась от Узумаки.

— Я уж думала, что ты… — сжимая его тёмный плащ, дрожащим голосом прошептала она.

— Вот только плакать тут не надо, — подойдя к ней и обняв за плечи, успокаивающе прервал Боруто. — Я ведь обещал, что вернусь.

Крепко прижав её к себе, Боруто закрыл глаза, решив просто насладиться этим моментом. За это время, он вдруг осознал, как сильно скучал по ней. По запаху её волос, голосу и лицу. Всё это, теперь было здесь, рядом…

— Как же сильно я скучал. — признался блондин.

Блондин сняв с себя плащ, положил его на землю, предложив Юки, немного посидеть. Она же, посчитала поступок голубоглазого забавным, но отказываться не стала. Сидя на полигоне, они просто наслаждались этим днём. Боруто глядел на неё, не в силах оторвать взгляд, сейчас она была прекрасна, впрочем как и всегда.

— Чего? — смущающе вопросила она, отведя взгляд.

— Да так, просто всё ещё не могу поверить в то, что мне так повезло… Такой придурок как я, с шрамами и без глаза, да с такой красивой девушкой как ты. Кому сказал бы из деревни, никто бы не поверил.

Рана вдруг снова заныла, всё же не привык Боруто к столь затяжным ранам. Обычно, карма всё восстанавливала в крайнем случае за день, но посчастливилось же ему получить рану божественным копьём. Юки, заметив то, что Боруто морщиться от боли, тут же приблизилась, встревоженно взглянув на него.

— Боруто, всё нормально? — спросила она.

— Да… просто рана побаливает. — ответил он, откинувшись назад. — Не привык я к подобным ранам.

— Всё-таки без последствий ты не ушёл, так? — сделав не доброе лицо, задалась вопросом она.

— Всё нормально, Юки. Знаешь, мне даже удалось на пару мгновений пообщаться с божеством.

— Да-да-да, конечно… — закатив глаза, ответила с сарказмом та. — может быть ты просто головой ударился. — ехидно ухмыльнувшись потрепала она макушку Боруто.

Однако углядев в лице блондина ни капли смеха, тут же задумалась над его словами. Отец также, когда она была маленькой рассказывал о разных божествах, что помогали людям: дождями для плодородия земель, ветрами, солнцем и другими благами природы. Но всё же, ей всегда казалось это, скорее некой сказкой, нежели реальным фактом.

— Значит, ты и правда встретился с одним из богов? — уже без капли издевательства, вопросила Юки.

— Да. Райдзин Божество молний. — ответил Боруто, улёгшись спиной на плащ, — он был подобен неконтролируемой энергии самой природы. Я честно говоря даже подумывал о смерти, до того как он пришёл ко мне на помощь. — честно признался он.

— С каждым новым заданием, с тобой происходит всё больше и больше опасностей. Боюсь, когда-нибудь, твоя удача отвернётся от тебя, Узумаки. — с нотками страха, проговорила Юки.

Но Боруто знал. Ничто не даст ему умереть в этом мире. Судьба уже вцепилась ему в горло и тащит по тропе жизни. Он уже обречён, ведь у него есть джооган — глаз способный на страшные события.

— Что мы обо мне, да обо мне. Может расскажешь что-нибудь о себе? Как жизнь в деревне, есть ли какие-то интересные истории, которые я упустил в силу своей миссии?

Юки снова улыбнулась, а после закрыв глаза призадумалась. Ведь и правда, зачем им говорить о плохом, если можно наконец расслабиться и отдаться всем радостям юности. Наплакаться они ещё сумеют и не раз…

Команда номер семь прибыла в деревню Облака в полдень следующего дня, после отправки. Лететь на дирижабле было действительно очень эффективным и завораживающим способом. Сарада весь полёт не могла оторвать глаз от иллюминаторов, то и дело наслаждаясь видом сверху. Остальные же вели себя более менее спокойно. Относясь к полёту, как к чему-то вынужденному самой миссии.

Как только дирижабль соприкоснулся с землёй, двери его тут же распахнулись откуда сперва вышел Конохамару, а затем и все три его ученика. Первым кого они встретили, был хорошим товарищем пятого Райкаге. Си, сенсор что участвовал непосредственно на великой четвёртой мировой войне.

Блондинистый мужчина одетый в стандартную форму шиноби скрытого Облака, стоял перед прибывшими волонтёрами. В глазах его не было чего-то отталкивающего, наоборот, он был рад видеть товарищей из дружественной ему деревни и страны.

— Надеюсь, вас не укачало по пути сюда. — улыбнувшись, поприветствовал Си, протянув руку.

— Нет, что вы, мы довольно крепкие. Всё прошло прекрасно и без каких-либо заминок. — ответил также дружественно Конохамару.

— Рад это слышать, что ж, пойдёмте, Райкаге хочет вас поприветствовать лично.

Продвигаясь вперёд по коридорам в сторону кабинета Райкаге, Каваки осматривал всё вокруг. Стражники здесь стояли без единого движения, словно статуи что активизируются лишь при нападении на самого Райкаге.

— Столько стражи ведь, зачем мы здесь тогда?.. — недовольно вопросил Каваки.

— Это стража специализируется на охране Райкаге. — ответил беззлобно Си, — они не обучены к выполнению разного рода миссий. Вы же здесь, как раз-таки для них.

— Простите моего ученика, — тут же виновато почесав затылок, начал Конохамару. — Каваки, сделай свой тон, чуть более уважительным.

На это, Каваки лишь хмыкнул, не ответив ничего. Сарада недобро взглянула в сторону своего напарника, тем самым давая понять, что не одобряет подобное с его стороны. Мицуки же как обычно, лишь глядел вперёд, не обращая внимания ни на что более.

Двери в просторную резиденцию распахнулись и их тут же ослепил яркий дневной свет бьющий из огромных панельных окон. Как только глаза привыкли к свету, они заметили перед собой огромный диван перед которым стоял небольшой рабочий стол самого Райкаге. Всё-таки рабочие кабинеты у всех Каге различались так или иначе.

— Я от лица Деревни Листа и Хокаге, приветствую вас, Райкаге-сама. — поклонившись, начал первым Конохамару.

— Не стоит этих формальностей. Всё же, это была моя просьба о том, чтобы вы прибыли сюда для помощи. — ответил тут же Даруи, — думаю, я у вас украл заветные выходные, не так ли?

— Нет, что вы… мы готовы выполнять миссии в любом случае. Даже если надо пожертвовать своими выходными.

Хоть Конохамару и говорил подобное, но Даруи видел по лицам его учеников, что это не правда. Бедные детишки действительно были лишены своих законных выходных. Поэтому, он уже заранее решил дать им выходной благодаря которому они смогут насладиться деревней Облака сполна, оставив от страны Молний лишь хорошие впечатления, а не опасные миссии.

— Так или иначе, вам всё же нужно отдохнуть, да и вы считаетесь моими гостями. Сегодня и завтра, вы можете погулять по деревне и хорошенько развлечься. Миссии могут немного подождать, тем более что, одна из опаснейших миссий уже как я узнал, была выполнена.

— Вы о чём? — тут же поинтересовался Сарутоби.

— Гора «Инадзума» принадлежавшая монахам, что до сих пор живут там, недавно перестала отвечать нам, а наши люди что относили им некоторое количество припасов, также исчезли. — рассказал Даруи, — вместе с тем, на горе начали образовываться аномальные грозовые облака, которые частенько били молниями. Вот мы и решили разобраться в чём дело. Стольких наших шиноби полегло на этом задании… но вот сейчас, к нам пришло сообщение от последней спасательной группы о том, что задание выполнено, естественно без потерь не обошлось.

— Ого, рад это слышать. — ответил Конохамару.

В тотчас же двери в резиденцию распахнулись, после чего через них прошли Учиха Саске вместе с Денко Кумо. Заметив команду номер семь, Саске опешил от удивления и неожиданной встречи с дочкой.

Сарада обернувшись и увидев отца. Потеряла дар речи. Она столько времени прорабатывала речь для встречи с ним и вот теперь, когда он перед ней, все слова словно сжигались как бумага в костре эмоций.

— Сарада, давно не виделись. — слабо улыбнувшись поприветствовал её отец.

— Саске-сан… — опешив от неожиданности, тут же поклонился Сарутоби. — не думал вас встретить здесь.

— Папа, — подойдя к отцу, и крепко обняв его, ответила Сарада. — как же давно я хотела обнять тебя!

От столь сильных эмоций её глаза преобразились в шаринган и когда Учиха, поднял её лицо к себе, чтобы лучше разглядеть её, то приятно удивился, тому что его дочь смогла пробудить полные три томое.

— Ты такая красивая. — мягко заметил Учиха. — прямо как твоя мама.

Она еле сдерживала слёзы, но её гордость всё же помогала ей не расплакаться. Остальные же, не смели что-либо говорить, понимая что эти двое довольно давно не виделись.

— Папа, а где же Боруто? — спросила наконец Сарада не найдя рядом с ним блондинистую голову.

— Он пошёл к… друзьям. Сейчас лучше его не трогать, тем более думаю для него будет сюрприз то, что вы здесь.

— Понятно. Но скажи отец, он сильно изменился? — с интересом вопросила Учиха младшая.

Саске вспоминал все разговоры с ним и одержимость его ученика. Да, он очень сильно изменился. Может быть они и не заметят этого, но сердце этого паренька явно стало холоднее по отношению к окружающим. Хотя конечно, есть ещё шанс в виде Юки. Учиха надеялся, что она станет тем «путём» который проведёт его бестолкового ученика через тьму к свету.

— Сами узнаете, когда встретите его. — загадочно ответил Учиха.

— Саске, поздравляю с успешным спасением шиноби и ученика. — подал голос Райкаге.

— Да, спасибо. Однако у нас всё же были потери среди тех, кто ушёл на миссию. — добавил Учиха. — Аой уже вернулась?

— Конечно, но лучше её пока не трогать. У неё траур по погибшим товарищам.

Услышав это, команда номер семь, тут же осознала, насколько же им повезло. Если бы не Боруто и остальные, то эту миссию видимо пришлось выполнять им. Волонтёрам… Каваки же в очередной раз убедился в том, что сын Хокаге это не какой-то там зазнавшийся мелкий ублюдок, а довольно сильный шиноби. Но к нему у него всё ещё были очень серьёзные вопросы, на которые он хотел узнать ответ как можно скорее.

— Раз, сегодня и завтра у нас выходной, может быть мы прогуляемся по деревне? — спросил Каваки, нарушив секундную тишину.

— Конечно, я провожу вас до ваших временных апартаментов, где вы можете отдохнуть. — ответил Си.

Теперь весь этот день был их. Но Каваки не собирался отдыхать. Ему нужно было как можно скорее найти Боруто Узумаки и передать ему письмо отца, попутно задав ему несколько вопросов.

Как только каждый член команды номер семь получили по комнате в одной из хороших гостиниц. Каваки решил найти Учиху Саске, чтобы узнать от того, где может находиться его ученик.

Выбежав из гостиницы, он надеялся на то, что Учиха всё же ещё недалеко отошёл от неё. Но всё было тщетно. Саске пропал словно призрак как и Сарада, которая видимо последовала за ним.

— Твою же мать… — прошипел злостно Каваки.

— Что-то случилось? — спросил Мицуки, заметив встревоженное лицо его напарника.

— Ничего серьёзного, просто хотел поговорить с отцом Сарады. — ответил Каваки, после чего поплёлся куда глаза глядят. — отдохни Мицуки, сегодня же у нас выходной.

Каваки не понимал своих чувств по отношению к сыну Хокаге. Он ощущал некую злость, скорбь и даже некоторую обиду.В кой-то веке он нашёл человека что действительно решил помочь ему, как тут же его сразу обмакнули в реальность тем, что все его реплики так или иначе связанны с ушедшим сыном, что решил идти своим путём наплевав на своих родителей.

— Почему же имея любящих родителей, ты решил сбежать?.. — шептал злостно Каваки, — почему чёрт возьми ушёл от них, когда они нуждались в тебе?.. — продолжал бормотать он, сжимая кулаки до хруста в пальцах.

Решив отвлечься от всех этих негативных эмоций, он побрёл к одной из закусочных, где как раз продавались его любимые рисовые пирожки с мясом. Наруто всегда говорил ему: если у тебя плохое настроение, еда всегда поможет.

В своих раздумиях, Каваки пробыл аж до самого вечера. Солнце уже начинало садиться, багровые лучи практически переставали освещать улицы, давая простор разнообразным лампам и другим светящимся рекламам осветить их.

— Поздновато уже… пора обратно в гостиницу. — сказал вслух Каваки, бредя по улице, наполненной людьми.

Внезапно из всей этой толпы, на одно мгновение, он заметил отблеск протектора Конохи. Резко обернувшись на человека что носил его, он заметил его непослушные яркие блондинистые волосы. Человек этот шёл в тёмном плаще и позади, ему казалось словно он видит Наруто…

— Эй! — крикнул в тот же момент Каваки, нагоняя незнакомца.

— А? — тут же остановившись ответил тот, — Что такое?

Каваки с отдышкой, глядел на парня что был практически его ровесником. Глаз его был повреждён шрамом, как и протектор на котором виднелся след от холодного оружия. Лицо был немного вытянутым, но кое-что всё же дало ему понять, что это Боруто Узумаки — полоски на щеках как у Наруто.

— Ты ведь Узумаки Боруто? — спросил он, уже зная заранее ответ.

— Ну, предположим, что дальше?

— Я прибыл сюда по просьбе твоего отца. — ответил сжимая кулаки, — Чтобы передать тебе кое-что.

Боруто тут же изменился в лице. Каменные нотки ушли на второй план, дав волю изумлению. Этот парень казался ему странным и даже немного подозрительным. Вместе с тем, Узумаки ощущал от него нечто знакомое, словно внутри него, таилось нечто, что он уже знает…

Двое обладателей кармы стояли перед друг другом, ощущая некую странную ауру, что исходила от них. Боруто видел в этом незнакомце что-то призрачно-знакомое. Словно туманный силуэт уже появлялся когда-то перед его глазами. Каваки же в свою очередь, метался в душе, думая о том, что же ему сперва сделать: отдать письмо или же разъяснить о том, что он поступил плохо, отдалившись от своих родственников.

— Так… что-то от отца? — первым подал голос Боруто.

— Письмо, он хотел передать тебе письмо. — ответил Каваки, нервно пытаясь найти его в своей сумке.

Боруто разглядывал его с головы до ног, мысленно оценивая его силу. Странно, похоже он был шиноби Листа, однако среди его друзей, он никогда не показывался. Какой-то новенький что ли? И всё же, что точно Боруто мог сказать о нём, так это — сила. Она у него была и очень нескромная.

— Как тебя звать? — спросил Узумаки, скрестив руки.

— Каваки. — ответил с некой паузой тот, после чего наконец достал заветное письмо, и Боруто завидев его уже хотел было забрать, но тот отдёрнул руку, — однако прежде, мне хотелось бы узнать о тебе побольше. В частности о том, почему ты зная о горе семьи, решил сбежать сюда?

Этот вопрос от незнакомого парня, озадачил Боруто. Он даже немного отстранился, переваривая то, что спросил его Каваки. Вопрос в том, кто же всё-таки этот парень, вновь встал штыком. Видимо отец как-то повлиял на него или же и вовсе он стал его неким учеником.

— Тебе какое дело до того, почему я ушёл из деревни? — тут же решил рубить с плеча Боруто, посчитав подобный вопрос довольно личным в данном случае.

— Ты бросил семью, когда она так нуждалась в твоей поддержке, — Ответил также вспыльчиво Каваки. — разве так поступают близкие люди?

Блондин сжал кулак, и еле сдерживался чтобы не врезать этому заносчивому пареньку. Да кто он такой, чтобы указывать ему на то, что он должен делать? Какое ему чёрт возьми вообще дело до ЕГО семьи?

— Да какое тебе вообще дело до моей семьи? — озвучил собственные мысли Узумаки, — Ты меня не знаешь. И впердь думай, перед тем как задавать вопросы, идиот. Давай уже письмо этого старикана и проваливай с глаз моих. — процедил злостно Боруто, ощущая что ещё чуть-чуть и они точно прямо здесь подерутся.

Каваки был оскорблен в первую очередь не от того, что Боруто оскорбил его, а скорее от того, как наплевательски тот относился к Седьмому. Наруто Узумаки даже находясь в столь занятом положении, решил написать своему сыну, что сбежал неведомо куда, оставив его в одиночестве, разгребать всё в деревне… Нелюдь, таких людей Каваки особенно ненавидел.

— Ублюдок… — прошипел Каваки.

Сильно толкнув в плечо Боруто, тот тут же ощутил сильную боль по всему телу. Присев на одно колено, блондин пытался сконцентрироваться, чтобы в случае чего не отключиться.

— Ах ты… Мало того что херни какой-то сказал, так ещё и руки распускаешь, а?.. — тяжело дыша, продолжал гнуть своё Боруто. — какой из тебя шиноби, если даже держать себя в руках не можешь, дубина.

Встав на ноги, Боруто тут же глубоко вдохнул. Каваки в свою очередь положил письмо обратно в сумку, более не желая его отдавать сыну, что так наплевательски относился к нему.

— Я это сразу понял. — задумчиво проговорил Каваки, — ты не достоин своего отца. Заносчивый, думающий только о себе, кусок говна.

— Поаккуратней со словами, дружок. — взявшись за рукоять катаны, сдержанно прервал его Боруто. — повторюсь, ты словно знаешь меня… Ты для меня вообще какой-то хрен с горы, так что сменика тон на более сдержанный, а иначе, мне придётся из тебя всё дерьмо выбить.

— Ну попробуй! — ответил также приготовившись к битве, Каваки.

Внезапно один из домов что был рядом с ними подорвался. Взрывная волна тут же отбросила мимо проходящих жителей, забрасывая некоторых из них горящими обломками. Боруто приземлившись на землю, тут же ощутил как в ушах что-то звенело, а перед глазами всё плыло. Каваки в свою очередь также отлетел врезавшись в фонарный столб спиной и ударившись затылком.

Первым в себя пришёл Боруто. Кое-как встав, сквозь боль и головокружение, он всё же дошёл до рядом лежащего Каваки, после чего позвал его.

— Эй, придурок, давай вставай, нам надо разобраться что произошло!

Каваки медленно встав на ноги, потрогал свой затылок из которого начала бежать потихоньку кровь.

— Ерунда… — ответил Каваки, заметив встревоженный взгляд блондина. — что здесь за хрень произошла? — вопросил он, взглянув на горящее полуразрушенное здание.

Крики людей, тут же заполонили улицы, мёртвые тела лежали под обломками, другие же выбегали объятые в огне из горящего здания, крича и пытаясь потушить пламя, что сжигало их кожу и глаза.

Заметив силует в чёрном плаще что пролетал над зданиями, Боруто тут же шокировано сглотнул, а затем приложил ладонь к лицу, прошептав:

— Не может быть… так скоро? Но ведь ещё не время…

— Идём, я видел кого-то! Надо его нагнать и… — хотел было последовать за странным типом в плаще, Каваки, но его остановил Боруто.

— Нет, иди к резиденции Райкаге! Ты должен собраться вместе со своими товарищами и уже оттуда принять приказ о действиях!

— Но… — хотел было возразить он.

— Ты же знаешь субординацию, Каваки. Шиноби ты или нет?

Цыкнув, он всё же согласился с блондином, на прощение сказав что он всё ещё не забыл о их драке и когда всё это закончится, они продолжат на том, где остановились. Боруто в свою очередь, думал сейчас не о их стычке, а о Юки и Кайо.

Каваки побежал к резиденции, тогда как Узумаки, устремился в сторону цветочного магазина. Они вместе с Юки как раз разошлись некоторое время назад и та сказала ему о том, что пойдёт помочь маме, а после уже они вместе пойдут домой.

— Главное, чтобы вы были в помещении в это время! — крикнул умоляюще Боруто, прыгая от зданий к зданию.

Тем временем ещё несколько домов начали взрываться. По всей деревне начался гул из криков и сирен. Похоже отдыха сегодня никому не видать, как и спокойной жизни. Узумаки понимал кто это делал, но вот время… оно было явно не тем, какое он предполагал.

Остановившись у порога к цветочному магазину, Боруто задумчиво взглянул на ещё один мимо пролетающий силуэт в чёрном плаще. Сложив несколько печатей, он чётко решил для себя — этот день поворотный момент в истории всех стран мира.

Саске стоял у одного из прилавков с разными вкусностями и просто наслаждался временем вместе с дочкой. Наконец-то он мог побыть обычным человеком, а не шиноби, особенно после столь неприятной ситуацией с горой и её жителями.

— Папа, знаешь, месяц тому назад, я даже сражалась против одного довольно странного типа. У него был какой-то намордник, а ещё вместо рук железные протезы. Тогда я ещё подумала: а правильно ли всё-таки, развиваться в плане технологий, ведь по сути они превращают нас в каких-то непонятных монстров.

— Ну, это если смотреть только с одной точки зрения. С другой же, развитие технологий способствует новым конечностям, люди утратившие например обе руки, смогут полноценно жить. Тот же дирижабль, позволил вам долететь сюда, за достаточно небольшой срок, не так ли?

— Да, ты прав… мне действительно стоит смотреть на вещи под другим углом. — задумчиво высказала Сарада. — О кстати, папа я…

Учиха младшая не успела договорить, как вдруг недалеко от них что-то взорвалось. Учиха старший тут же встревоженно взглянул в сторону взрыва. В небе виднелся дым, после чего прямо над ними, пролетел какой-то странный шиноби в плаще, а после на землю упали несколько шаров, что резко покраснели.

— Папа, это же… — вскрикнула Сарада, понимая к чему всё это ведёт.

Тут же прогремел взрыв, разбрасывая в стороны тела задетых людей. В уши ударили крики и возгласы о помощи, по земле из последних сил, отползали половинчатые тела, таща за собой свои внутренности. Веселье прекратилось и на их место пришёл ужас от вида, что предстал перед Учихами, что успели скрыться в сусаноо которое создал Саске.

— Что происходит? Неужели на деревню кто-то напал?! — шокировано вопросила Сарада.

— Похоже на то. Нам надо уходить к резиденции, за мной! — крикнул Учиха, после чего прыгнул на одно из зданий и направился в сторону резиденции.

Саске размышлял почему именно сейчас, эта чёртова Кара решила напасть. Да ещё и на деревню Облака. Они прознали каким-то образом о Боруто? Или же здесь находиться нечто ещё, что им так необходимо?.. Точного ответа, он наверное в ближайшее время не найдёт. Сейчас для него главное было уберечь дочь, а вместе с тем и Боруто, что наверняка побежал спасать свою девушку и Кайо-сан.

— Будь осторожен, Боруто. — промолвил Саске, решив доверится блондину.

На пути у них вдруг образовался тучный мужчина, в котором Учиха тут же опознал Боро. Человека что был агентом Кары.

— Ох-хо-хо, вот мы наконец и встретились вновь, Учиха! — с предвкушением воскликнул тот.

— Боро… я уж думал ты подох после нашей последней встречи. Удивляешь. — ответил Саске, вытащив катану из ножен.

— О, а эта девчонка похоже на тебя. Она что, твоя дочь? — странно улыбнувшись, спросил он.

— Не твоё дело, свинота. — направив клинок в сторону Боро, воскликнул Саске, — Сарада, беги к резиденции и найти остальных членов своей команды, желательно Конохамару.

— Хорошо отец, удачи! — быстро ответила та, после чего рванула прочь. Полностью уверяя себя в том, что отец сможет победить этого странного противника.

— Значит «отец» да? Ну как только разберусь с тобой, то и твоя дочка пойдёт на убой следующей, ты же не против, а?

Учиха не стал отвечать, тут же ринувшись в бой. Сократив дистанцию между ними, он замахнулся катаной, попытавшись отрезать Боро голову. Здоровяк в свою очередь, естественно смог уклониться. После той встречи, он понял, что Учиху недооценивать нельзя. Потому и стал осторожничать, в голове придумывая разную тактику против его глаз и скорости.

— Зачем вы здесь? — задал вопрос Саске, как только Боро отстранился на несколько метров от него.

— О, неужели непонятно? Мы ведь несколько лет этого ждали. Когда наконец сможем заявить о себе! Кара возвыситься над остальными странами, став совершенной смертельной волной, что будет сметать любую угрозу. Даже такую как седьмой Хокаге!

— Не бывать этому! — воскликнул твёрдо Учиха, снова ринувшись в бой.

Боро попытался несколько раз ударить Саске, но всё было тщетно, даже с усиленными руками и модифицированными рефлексами, ему было трудно поспевать за реакцией Учихи. Его шаринган был совершенен во всех смыслах.

— Этого не достаточно, жирдяй! — крикнул Учиха, которому надоело уклоняться от сотни однообразных ударов. После очередного замах, Саске с разворота, тут же ударил ногой прямо в челюсть Боро, от чего тот в тот же миг отлетел назад.

Не теряя времени, Саске создал в руке чидори, после чего побежав на Боро, пока тот всё ещё восстанавливался от удара в челюсть, тут же нанёс точный удар молнией прямо в бок, где должна была быть сфера.

Она тут же разбилась в дребезги соприкоснувшись с чидори и Саске уже подумывал о том, что победил, но внезапно Боро мощным ударом ноги залетел прямо в грудь Учихи и тот харкнув кровью, в ту же секунду отлетел в сторону соседнего здания.

— Я же… уничтожил сферу. Так какого же хрена, ты всё ещё на ногах? — вопросил Учиха, встав на ноги.

Боро гадко рассмеялся, и смех его разносился на всю округу. Он был так рад тому, что смог перехитрить самого Учиху Саске, что сейчас мог бы смеяться до скончаний времён. Но всё же, смех прекратился, после чего тот указал на своё сердце.

— После нашей последней встречи, меня обновили. Так что теперь, я непобедимый и бессмертный воин. Твои уловки против меня более не подействуют. — ухмыльнувшись, он начал складывать печати, — ну, а теперь! Стихия лавы: адская волна!

— Сусаноо! — воскликнул Учиха, призывая сразу третью форму демона.

Щит третей формы тут же отразил летящую на него волну, после чего Саске, тут же ответил несколькими пламенными зарядами аматерасу. Боро неестественно быстро отскочил от них.

— Фуф, я и забыл, насколько гадкие у тебя техники, Учиха.

Здесь нельзя было использовать аматерасу. Всё же по улицам бегали невинные жители, которых он мог задеть огнём. Нужно было как можно скорее придумать план по обезвреживанию этого ублюдка, прежде чем тот натворит дел.

— Я и забыл зачем здесь! — опомнившись крикнул злорадостно Боро. — сможешь ли ты спасти этих букашек?

Мимо пробегающие жители под ними, тут же ужаснулись как только увидели стремительно летящую прямо на них лаву. Саске понимал, что не успеет отразить технику, потому быстро переместившись с одним из жителей с помощью риннегана, он как можно скорее создал вокруг всех близь стоящих людей щит из сусаноо.

— Лаву ты смог конечно сдержать, но как насчёт кислоты? — вопросил Боро, снова складывая печати.

— Чёрт… — выпалил Учиха, собираясь с силами, чтобы сбросить с щита остатки стекающей лавы.

Внезапно сверху полилась ещё одна волна, но теперь уже зелёная. Вот она то, начала прожигать в щите дыры через которые жидкость начала плавить тела людей до костей, а некоторых и вовсе превращая в желе.

— Чтоб ты сдох, Боро! — гневно зарычал Учиха, пересобрав сусаноо в первую форму скелета.

Жёлтый клинок из бьющей энергии, со всей силы ударил по месту где был Боро, однако тот резкими и быстрыми рывками оторвался от гневного Учихи.

— Ох какой же ты всё-таки страшный… — усмехнувшись заметил Боро. — ладно, давай-ка попробуем моё новое био-оружие…

Внезапно откуда не возьмись, перед ними появился Боруто. Он встал чётко перед Учихой и Боро, оглядев сперва своего учителя, а затем повернувшись к Боро. Последний заметив его, весьма удивился.

— Эй, сопляк не мешайся. — недовольно крикнул Боро.

— Довольно. Дальше я сам, иди доложи всем остальным, что мы закончили на этом. Вы итак убили достаточно. — бесстрастно прервал того Узумаки.

— Что?.. — потеряв дар речи, только и смог из себя выдавить Саске, — Боруто, что ты такое говоришь?

Но его ученик не обращал на него внимания. Словно здесь и не было Учихи. Узумаки продолжал спорить с Боро, пока наконец первый не активировал карму.

— Не заставляй меня повторять тебе, Боро. — процедил Боруто.

— Ладно, ладно… твоя взяла сопляк. — тут же став послушным ответил Боро. — но что насчёт Учихи? Он ведь не даст мне спокойно уйти.

— Я сам разберусь. — ответил Боруто, наконец повернувшись лицом к своему учителю.

— Ты предал нас, — глядя на Боруто глазами полного неверия, сказал Саске, — ты хоть понимаешь сколько людей погубил в эти минуты? Сколько семей погибло из-за твоего… предательства.

— Это лишь жертва во имя благой цели, учитель. Вы как никто должен это понимать… — ответил Узумаки, взирая на своего учителя мёртвым взглядом, в котором читалось ничего кроме усталости.

Вытащив протектор из подсумки, Боруто прямо на глазах своего учителя, вырезал отметину на знаке скрытого Листа, тем самым делая себя отступником. Надев её на лоб, он тут же активировал карму, после чего его правый глаз преобразился в джооган.

— А как же твоя семья, Боруто? Друзья и Юки?! — продолжая не верить в этот гнусный спектакль который устроил его ученик, кричал Саске.

— Семья, как семья… что она мне? Друзья мои давно уже стали чужими шиноби. Что же дело до Юки… мне на неё плевать. Мне нужно было как-то отвлечь себя, вот и решил завести небольшой роман. Если она прибежит к тебе вся в слезах, можешь прирезать её, как тех, кого ты убивал в далёкие времена, Учиха Саске.

Саске после этих слов, не выдержал и сорвался с места. Создав в руке чидори, он побежал на своего ученика, решив твёрдо и уверенно остановить его здесь и сейчас. Его глаза… они были такими холодными и безжизненными, что казалось он говорил не с человеком, а призраком.

Боруто сложив несколько печатей, также создал в руке нечто напоминающее чидори, но спустя мгновение, молнии начали формировать спираль, а после и вовсе превращаться в нечто походящее на вихрь что сжимался в небольшую сферу. И тогда Саске понял, что это была за техника. Та самая из-за которой Боруто чуть не лишился своей руки в первые дни тренировок.

— Двойной стиль: райган! — произнёс Боруто, после чего Саске ослепило тысяча летящих молний, что казалось летели прямо в него.

В грудь внезапно вонзилось нечто очень острое и горячее. Саске скривился от боли, после чего чидори в его руке исчез. Отпнув ученика назад, он тут же встал на ноги, тяжело дыша и держась своей единственной рукой за рану в плече.

— Не успел сформировать до конца… — задумчиво высказал Боруто, глядя на свою руку, — хотя думаю и этого было достаточно для вас.

— Хо-хо-хо, неужели Учиха Саске получил смертельную рану от собственного ученика? — язвительно крикнул Боро, наблюдая за битвой.

— Что я тебе сказал? — угрожающе взглянув на толстяка, вновь процедил сквозь зубы Боруто.

— Да-да, уже ухожу, только не задерживайся! Ты же знаешь, он итак достаточно долго ждал. — напоследок бросил Боро, прежде чем направиться к другим товарищам, что неподалёку продолжали крушить здания и убивать невинных жителей.

Саске продолжал сверлить взглядом Боруто, пытаясь понять, почему же его ученик предал собственных товарищей. Что же такого он хотел сделать, что даже пришлось идти против своих же. Месть? Но будь это местью, он не стал бы идти на поводу у преступной организации. Ведь его сила довольно сильно возросла за эти несколько лет.

— Почему, Боруто?.. Почему, чёрт возьми, ты предал нас?! — крикнул отчаянно тот.

— Даже если я вам скажу, вы не примете мой путь. Хватит с меня этой лжи, пора уже мне взмахнуть своими крыльями. — с этими словами, Боруто объял себя молниями, а после обнажил свой клинок, направив его в сторону учителя, — В последний раз, когда мы спарринговались, вы почти проиграли, учитель. В этот раз, вашего шанса может и не стать.

— Боруто… ты не оставляешь мне выбора. — твёрдо промолвил Учиха, также обнажив свою катану.

В ту же секунду они бросились друг на друга, лезвия клинков скрестились высекая искры битвы. На лице ученика, Саске больше не видел ничего человеческого, лишь каменная маска безрассудства и жестокость подобная Мадаре.

Блондин тут же исчез во вспышке молнии, появившись позади Учихи, мгновенно нанося удар в спину, но Саске в тот же момент поставил блок катаной, а затем сделав кульбит заставил того потерять равновесие в воздухе, чтобы нанести ответный и точный удар в сердце.

— Бесполезно. — в одно мгновение произнёс Боруто, исчезнув прямо за секунду до гибели.

Узумаки появился на другой крыше здания, возле причудливого куная со странной печатью на рукояти.

— Техника летящего Бога грома… — произнёс Саске, понимая, что эта техника довольно опасна, тем более в руках такого человека как Боруто. — Твой дед использовал её против врагов деревни Листа на войне. Кто бы мог подумать, что его внук обернётся против того, за что он сражался.

— Лучше бы молчали. Словно я не знаю, насколько хладнокровно Вы пошли против пяти каге и даже убили присутствующего там Каге. — ядовито напомнил тому Боруто. — И ещё я знаю о том, что ты был отступником пошедшим за силой, ради мести своему брату за клан. Нравоучать после подобного, я бы не осмелился. — скривившись в омерзении проговорил Боруто.

В глазах красноглазого появились нотки страха. Он вдруг на секунду задумался:

«Я точно знал его всё это время? Или же это был просто очень хороший блеф?..»

Впервые Учиха ощущал себя потерянным настолько, что даже глаза переставали хорошо видеть. Однако обдумать свои мысли ему не дал сам Боруто, резко напав на него сверху.

Как? — подумал Учиха, но тут же заметил за долю секунды остатки исчезающего портала. Теперь Саске понимал, что Боруто овладел пространственно временными техниками перемещения с помощью кармы.

Сила молний, которой был объят Боруто и активированная карма действительно весомо помогали в битве с учителем, но вместе с тем очень много тратили энергии и чакры. Прижав Саске к полу, Боруто тут же со всей силы ударил того в грудь кулаком, пробивая тем самым крышу, пропадая в новообразовавшейся дыре вместе со своим учителем. В полёте он тут же отпнул его подальше, а после приземлившись и не теряя времени в пустую, побежал вперёд с клинком в руках.

Учиха быстро собрав печати одной рукой, выпустил огромный огненный шар, дабы остановить Боруто, но тот внезапно в одночасье поглотил технику своей кармой. И как только та поглотила её, в то же мгновение начала пульсировать.

— Спасибо, учитель. — поблагодарил того Боруто, после чего отправил этот же шар обратно.

Саске активировав мангекью шаринган, мгновенно призвал сусаноо второй формы, выстрелив стрелой из чакры в сторону Боруто. Прогремел грохот и пыль от соприкоснувшейся стрелы в грунт, тут же полностью заслонила обзор как для Боруто, так и для Саске.

Выбравшись обратно на крышу здания, Боруто осматривал местность джооганом, пытаясь найти Учиху. Огромный силуэт из чакры, тут же попался на глаза на одной из дальних крыш.

Несколько стрел полетел в сторону Боруто, и тот увернувшись от них, побежал в сторону учителя. Кинув несколько кунаев среди которых были и отмеченные его печатью, Узумаки начал мгновенно перемещаться между ними, чтобы не дать Учихе, выстрелить в него.

Но шаринган мог читать движения парня, потому выследив его алгоритм перемещений, Саске выстрелил наперёд в то место где должен был быть Боруто. И как только тот переместился именно туда, куда и предполагал Саске, блондин выставил вперёд руку с кармой, после чего поглотил стрелу, вновь вобрав в себя чакру.

Выстрелив ещё несколько раз, Учиха лишь усилил Узумаки, так как тот полностью поглотил все выпущенные стрелы. Голубые глаза Боруто, взглянули в столь же холодные глаза своего учителя.

— Вы уже выдохлись учитель? — спросил Боруто, медленно вышагивая в сторону огромного демона из чакры. — Я должен поблагодарить вас за то, что вы сделали из меня хорошего воина. Даже если нам придётся убить друг друга, я это говорю вам искренне.

— Замолчи. Говорить будешь после того как я схвачу тебя и отправлю на допрос. — грозно ответил Саске, активировав правый глаз. — Аматерасу!

Боруто ощутил как по его коже вдруг прошлась адская боль от огня, что нельзя было потушить. Он издал истошный крик боли, упав на землю. Саске было больно слышать эти крики, однако он не собирался тушить огонь, решив что пока ещё рано. Сусаноо начало исчезать, и Учиха решив что этого достаточно, начал тушить пламя.

— Вы похоже не учитесь на своих ошибках, учитель… — проговорил стальным голосом Боруто, внезапно оказавшись позади Саске.

Резкий удар прямо в рёбра, отдался криком боли и выстрелившей кровью из глотки. Пролетев несколько метров, он упал на то же место где несколько секунд назад был как ему казалось, Боруто.

— Так это был клон… — прохрипел Саске, еле как поднявшись на ноги.

— Какой же ты жалкий, Учиха Саске… мне даже и вспотеть не пришлось, чтобы тебя уложить. — проговорил с неким разочарованием Боруто. — Или же всё дело в твоих чувствах ко мне как к ученику?

— Ты непростительно опустился до мусора, Боруто… — тяжело дыша, прохрипел Саске.

— Кто бы говорил. — злостно процедил Узумаки, внезапно появившись перед учителем и вновь ударив того в солнечное сплетение. Вновь Саске выплюнул кровь, сгорбившись перед собственным учеником. И тот, схватив его за горло, поднял над собой.

— Зачем всё это… — продолжал повторять, Саске, тяжело дыша. — это ради Химавари?.. Месть ради своей сестры?

— Всё это время Вы повторяли мне из раза в раз одно и то же. Но Вы никогда не пытались заглянуть мне в душу, наблюдая лишь за оболочкой. С чего бы мне раскрывать вам свои карты теперь? Даже со своим пресловутым шаринганом и риннеганом, Вы не увидели то, что меня гложило на самом деле.

— Так откройся же… я ведь твой учитель. Ты всё ещё можешь, повернуть ход событий в нужную сторону, Боруто. — продолжал гнуть своё Учиха.

— Поздно… Давно уже поздно сворачивать с этого пути. Теперь мне дорога только в ад, и туда я и собираюсь. — ответил обречённо Боруто, после чего отпустив учителя, он медленно попятился назад. — Сегодня ваш счастливый день, учитель. В следующий раз, когда мы встретимся, я убью Вас, непременно.

Позади блондина образовался портал и спустя секунду, он исчез во тьме этой странной субстанции. Саске попытался встать, но не смог. Всё же ученик его был силён. Однако не в этом была проблема. Его чувства помешали закончить этот бой как полагается. Саске всё ещё верил в то, что внутри, Боруто продолжал бороться… но почему-то, его что-то сдерживает. В его глазах, учитель видел не только холод, но и некую печаль. Сколько бы Саске не твердил себе, что остановит Боруто, в конце концов это никогда не выходило за рамки слов. Впервые Учиха, ощутил внутри себя слабость похожую на ту, что он испытал убегая в слезах от старшего брата в окружении трупов членов своего клана.

— Боруто, во что ты же втянулся?.. — прошептал измученно Саске.

Троица ниндзя вместе с сопровождающим Си, бежали по длинной и не скончаемой лестнице прямиком вниз под резиденцию Райкаге, где находилось хранилище данных о прошлом и непосредственно некоторых секретах что удалось добыть на последней великой войне шиноби.

— Нам нужно отправится в хранилище данных, что находиться под зданием резиденции Райкаге! — крикнул Си, — там вы будете в безопасности и в случае чего, сможете сберечь ценные данные, что копились в этом месте долгие годы.

Каваки пришлось бежать сюда, хоть и с неохотой. Ему хотелось помочь остальным ниндзя с напавшими ублюдками из Кары. Как только он заметил одного из них по пути к резиденции, то вспомнил те дни, когда был среди них. Среди скотов, что уважали только силу и не знали таких слов, как «друзья» и «преданность». Хотя нет, с последним то у них всё было хорошо… вот только преданность эта исходила из страха к Джигену.

— Каваки, где учитель Конохамару? — крикнула Сарада.

— В резиденции, вроде как базарит с Райкаге о дальнейших действиях. Нас отправили сюда, так как тут безопасно и тому подобное… — ответил недовольно тот.

— Гадство, почему мы должны сидеть здесь глубоко под землёй, когда остальные сражаются там в деревне и защищают граждан?! — резко остановившись вопросила она, — Мы ведь тоже шиноби и должны защищать их!

— Вы является шиноби другой страны и ваша гибель, не дай Бог, может послужить довольно сильной волной отторжения страны огня от страны молний. Мы не можем так рисковать вами!

— Но ведь это не важно! Мы дали присягу, что будем защищать людей, даже если придётся пожертвовать собственными жизнями. — поддержал Мицуки свою подругу, — Поэтому мы и здесь. Чтобы сражаться и защищать гражданских, разве нет?!

— Вы всё ещё дети, может быть и способные, но чёрт возьми — дети! — крикнул Си, — и раз уж вы так заговорили о чести шиноби, то должны знать и о том, что вам нужно выполнять приказы старших по званию. Поэтому я отдаю вам приказ — немедленно продолжить путь к хранилищу и ожидать дальнейших приказов!

Они не знали что на это ответить. Конечно Каваки хотел огрызнуться и сказать что-нибудь в ответ, но в голову ничего не лезло. Сейчас у каждого из них горело сердце, но не разум. Си это понимал, но объяснять что либо им, сейчас попросту не было времени. Он и сам хотел помочь остальным, однако его задание было защитить этих детей.

Спустившись вниз, они вышли в небольшой холл с огромным таблом по центру комнаты, на котором виднелись надписи с разными хранилищами и их содержимым. Здесь также были ещё несколько шиноби, которых видимо также отправили сюда для защиты. Помимо них, здесь присутствовали и рабочие, что непонимающе глядела на них. Это место охраняли не хуже чем сокровища в самой Конохе, так как здесь находилась не только разная историческая секретная информация, но также и записи о запретных техниках страны.

В холле также присутствовали и несколько диванчиков, на которых и расположились юные шиноби. Мицуки сидел и тупо смотрел в пол, думая о том, где же сейчас Боруто и сражается ли он на поле боя? Сарада же думала об отце и том странном типе, который похоже уже был знаком с ним.

— Папа… прошу, только не проиграй. — шептала она.

Каваки же сжимал кулаки в бессилии что-либо сейчас сделать. Он еле сдерживал себя от того, чтобы сорваться и побежать назад. Боруто остался там и плевать на то, что тот был куском говна. Когда началась атака, он побежал в сторону, видимо в поисках своих друзей. Каваки корил себя за то, что не пошёл следом за ним.

— Гадство! — выругнулся он, — Я так и не отдал ему письмо…

Внезапно что-то послышалось со стороны лестницы. Первым на это отреагировал Си, тут же вытащив клинок из-за спины. Сейчас нужно было быть на чеку. Однако просто так оставлять это, также нельзя было.

— Оставайтесь здесь. — тихо промолвил он продолжая внимательно смотреть на выход из хранилища.

— Си-сан, может лучше я проверю? — предложил подошедший шиноби, также не сводя взгляда с выхода. — Вы ведь ответственное лицо самого Райкаге, так что лучше проведать обстановку мне.

— Хорошо… — недолго раздумывая согласился тот. — но будь осторожен, Ханзо.

— Конечно! — ответил смуглый шиноби, направившись к выходу.

Осторожно поднимаясь по ступенькам, он как можно внимательней вглядывался вперёд. У него было ощущение словно за ним кто-то следил, и чем дальше он шёл, тем сильнее это чувство настигало его.

— К-кто здесь?! — не выдержав крикнул он. — Выходи! У входа в хранилище тебя ожидают шиноби готовые прирезать тебя, кем бы ты не был, так что давай без глупо…

Силуэт внезапно оказался каким-то образом позади него и в тот же момент Ханзо ощутил как в глазах всё начинает темнеть. Враг ударил прямо по сонной артерии, заставив его отключится.

На одной из ступенек проявилась формула-печать Бога грома. После чего Узумаки одним движением ноги тут же стёр её. Медленно спуская по ступенькам, он думал о том, кого же встретит здесь глубоко внизу под резиденцией…

Размеренные шаги тут же услышали и все остальные шиноби, схватившиеся за свои холодные клинки. Каждый из них был готов убить того кто войдёт сюда. Пот стекал по лбу Си, когда он заметил медленно спускающиеся ноги, а после и того кому они принадлежали.

— Боруто? — вопросил тот, заметно расслабившись, — Что ты тут делаешь? И где Ханзо?

Боруто не отвечал, оглядывая всех стоящих перед ним шиноби. В глазах его не было волнения, страха или нетерпения. В них была лишь холодная сталь и решимость на очень страшное дело.

Си внимательно оглядывал лицо Узумаки, пытаясь распознать, настоящий ли перед ним Боруто или же это чья-то уловка, чтобы усыпить в них бдительность. Конечно, он был сыном Хокаге и также неоднократно помогал им выполняя разного рода миссий, но сейчас всё было куда серьёзней и опасней. Враг напал, и нельзя было сказать, настоящий ли это Боруто или же нет.

Мицуки и Сарада, заметив у выхода столь знакомое лицо, даже не знали что и сказать первым делом. Они лишь глядели на него, не в силах даже и слова вымолвить. Перед ними стоял их друг детства, они безусловно скучали по нему и по его голосу. Им хотелось подбежать и обнять его, расспросить о том, как он здесь тренировался и насколько вырос.

Однако их немного напрягло то, что повязка которую носил Боруто, была разрезана… Конечно это могло быть результатом сражения на одной из миссий, но всё же это не давало им покоя.

— Боруто… — наконец произнёсла Сарада.

Боруто повернулся на голос и заметив всю троицу, напрягся. Брови его дрогнули, и закрыв глаза, он тяжко вздохнул. Но через секунду, вновь вернул себе холод и спокойствие.

— Си, скажи мне, где находится хранилище данных последней великой войны шиноби? — внезапно потребовал Узумаки.

— Что? Зачем тебе вдруг понадобились данные о той войне? — недоумевающе спросил Си, — хотя нет. Даже если и знаю, то дать тебе подобное точно не могу. Это совершенно секретная информация и доступ к ней имеется только у Каге и…

— А я и не спрашивал у тебя разрешения. — перебил грубо Боруто, — Говори, где находиться отдел четвёртой войны.

— Прости, Боруто. Однако ты на данный момент похоже пытаешься нарушить закон, и потому я обязан скрутить тебя, а после доставить к Райкаге! — встав в боевую стойку, произнёс Си.

— Боруто, что ты делаешь?! — крикнула Сарада, решив подбежать к нему, но в тот же момент, вдруг ощутила странную давящую силу, что тянула её прямо к стене. В один момент, оно стало таким сильным, что намертво прижало Учиху к стене, не давая шанса даже пальцем пошевелить.

— Я кажется не давал вам разрешения открывать рот. — бесстрастно высказал Боруто.

— Ты из ума выжил что ли?! — крикнул яростно Каваки, также рванув к блондину, но его также прижало со всей силы к стене. — Ублюдок… прекрати этот цирк!..

Остальные ниндзя также решили не стоять в стороне, уже готовясь к атаке, на внезапно взбесившегося Боруто. Однако в тот же момент, Узумаки активировав карму, заставил всех присутствующих прижаться к полу. Никто был не в силах встать на ноги, их словно кто-то тянул вниз, и с каждым новым толчком вверх, их только всё сильнее и сильнее прижимало к полу.

— Боруто… почему?.. — вопрошал Мицуки, глядя на своё солнце.

Но тот не стал ему отвечать. Сейчас у Боруто была иная цель. А именно — хранилище данных четвёртой мировой войны.

Каваки подняв еле как голову, заметив голубое свечение в виде символов кармы на руке Боруто. Это настолько сильно потрясло его, что внутри всё сжалось от злобы.

— Раз уж ты не хочешь мне говорить где хранилище… Я сам его найду. — проговорил спокойно тот, подойдя к таблу на котором виднелись ячейки с хранилищами и их расположение. — значит отсек «В»…

Подойдя к Си, он быстрым движением оголил свою катану, а затем вонзил её прямо ему в плечо. Крик тут же раздался по всей комнате, все остальные пытались ему помочь, но всё было тщетно.

— Ты проведёшь меня туда. — угрожающе сказал Боруто. — Иначе, я изрежу тебя, а затем приступлю и к остальным. У меня достаточно сил, чтобы отрубить голову каждому кто находиться здесь.

— Хорошо!.. Хорошо, только не трогай их. — тут же сдался Си.

Сняв с него технику, Боруто даже не дал тому перевести дыхание и восстановиться. Грубо схватив за шкирку и кинув в сторону коридора, он создал клона, которому приказал оставаться здесь и поддерживать технику, так как махинации с гравитацией автоматически рассеивались после исчезновения чакры обладателя в поле действия.

— Как же так?.. — прохрипела Сарада, глядя на своего друга детства.

Узумаки взглянул на свою бывшую напарницу, и в глазах на секунду прошлась скорбь. Но переведя взгляд на Си, он тут же вновь вернул себе каменную маску жестокости.

— Всё это время, ты был предателем? Даже собственных бывших товарищей, ты готов убить? — спросил тяжело дыша, Си.

— Веди меня к хранилищу. Я ведь тебе сказал, что если не будешь следовать моим командам, я начну убивать здешних шиноби. — оскалившись пригрозил блондин, направив лезвие клинка к горлу рядом лежащего шиноби.

— Стой! — крикнул встревоженно Си. — Хорошо, идём, я тебя отведу. Только их не трогай.

— Шевелись, у меня не так много времени.

Боруто вместе с Си, исчезли за двойными дверьми. Оставив всех прижатых к полу, одному клону. Он не оглядывал людей, лишь молча глядел вперёд, стараясь не слушать хрипы шиноби, что пытались хоть как-то встать на ноги.

— Боруто!.. — прохрипел злостно Каваки, — как это чёрт возьми понимать?! Только не говори мне, что ты пошёл против Листа, объединившись с Карой! Откуда у тебя карма, сукин ты сын?!

— Я… иду собственным путём. И в моём будущем я не вижу деревню, поэтому и не нуждаюсь в её поддержке. — ответил клон, переведя свой безразличный взгляд на Каваки. — ты и сам напал на меня, разве нет? Говорил, что я «кусок говна» который не достоин своего отца. Так что же изменилось теперь?

Каваки сжал кулак, понимая что он действительно облажался в какой-то мере. Однако чувство того, что его предали, всё же присутствовало. Боруто встал на сторону Джигена, получив от того возможно карму. Предательство собственного сына, да ещё и в такой период… Каваки полностью объяло гневом при мысли, как отреагирует Наруто на эту ужасную новость.

— Я тебя верну обратно, — прошипел, испепеляя взглядом блондина, Каваки, — и тогда ты скажешь эти же слова в лицо своему отцу.

— Боруто! Прекрати это безумие! Мой отец сражается там в деревне… враги что напали на жителей… они тоже заодно с тобой?..

— Тебе это знать не обязательно. Заткнись и просто жди. — грубо ответил Узумаки, — Вы ребята, зря сюда притащились. Я больше не ваш товарищ, не ваш друг детства которого вы знали. Мой путь — это мой путь. И он с вами никак не связан. И если вы встанете на моём пути, то я без колебаний отниму ваши жизни.

Настоящий Боруто и Си, шли по коридорам, что казалось были словно лабиринтом. Но вот наконец, он остановился перед одной из дверей, которая была заперта весьма крепким замком, а также имела защиту в виде печати.

— Ты её не откроешь. Даже у меня нет знаний о том, как убрать печать с двери. — признался злорадно Си.

— Это она? — уточнил Боруто.

— Да… это она. — подтвердил Си, после чего, широко раскрыл глаза, еле как заметив движения блондина. С разворота, тот сильно ударил его в затылок, от чего Си, моментально отключился упав на холодный пол.

Вытащив из подсумки свиток, он раскрыл его перед дверью и надписи внезапно начали светиться, словно отвечая на зов символов, что были начертаны на двери. Спустя секунду, они пропали, а свиток моментально сгорел не оставив после себя и пепла.

Обнажив лезвие катаны и пропустив по ней чакру молний, Боруто без труда разрезал дверь на несколько частей, а затем с размаху пнув её, полностью разломал.

— Наконец-то… надеюсь, то что я ищу, всё же здесь есть. — промолвил он, заходя в хранилище.

Тем временем, Каваки, почувствовав неимоверный гнев, сжав кулак, неосознанно проявил свою карму, которая объяв красными символами руку, ярко засветилась кровавым свечением. Она обожгла пол, после чего, Каваки полностью рассеял технику Боруто над собой.

Быстро встав на ноги, он направил свою карму в сторону клона, что заметив на его руке красную карму, широко распахнул глаза от изумления.

— Сдохни! — крикнул Каваки, направив сфокусированный луч жёлтого цвета прямо в клона.

Настоящий Боруто, раскрывая ячейки с записями и данными, в тот же миг, ощутил память своего клона. Лицо что до этого выражало лишь безразличие, покрылось потом. Он взглянул на собственную карму, не веря собственным воспоминаниям.

— Так помимо меня… есть кто-то ещё?

Как только клон Боруто исчез, техника что он наложил на пространство в комнате тут же рассеялась, освободив всех шиноби.

— Спасибо тебе, кто бы ты ни был… — поблагодарила куноичи, привстав с пола.

— Это был лишь клон. Но нам нельзя упустить настоящего Боруто Узумаки. — решительно проговорил Каваки, сжимая ладонь с кармой. — У него такая же печать как у меня, а значит, что он в сговоре с Карой.

— Ошибаешься… мы не знаем, что на уме у этого идиота, но я не думаю, что он работает вместе с ними. — возразила Сарада.

— Это же очевидно! — тут же воскликнул Каваки, — Ты же видела, на его руке точно такая же печать как у меня. Только Джиген мог её поставить.

— Нет… потому-что у Боруто она была ещё до того, как он ушёл из деревни. — выпалила Сарада.

Каваки услышав эту тайну, отстранился на пару шагов от красноглазой. Глаза его широко раскрылись, а из глотки выходило лишь безразборная белиберда. Брюнет не знал, как на это реагировать…

«То-есть, всё это время, я был не единственный кто получил карму?»

Собрав свою волю в кулак, он сделал несколько вдохов и выходов, после чего спокойно выдохнул, посмотрев спокойно в глаза Сараде.

— Думаю, у вас были причины, не говорить мне о том, что у него есть карма… — он задумчиво взглянул в сторону выхода, пытаясь избавиться от плохих мыслей. — По крайней мере, я надеюсь на это.

— Мы обговорим это, только после того как остановим… — Сарада не смогла договорить, так как у входа в хранилище уже стоял Боруто. В глазах его всё также царил холод и безразличие.

— Значит и ты тоже… клеймён этой меткой? — вопросил блондин, медленно шагая в сторону Каваки. — Какая всё-таки неожиданность.

Все остальные шиноби, тут же схватились за свои оружия. Но нападать не решались, понимая всю опасность этого шиноби. Боруто по их мнению, мог запросто завалить всех их одним лишь взглядом своего проклятого глаза.

— Боруто, что ты чёрт возьми делаешь?! Прекрати уже весь этот бред и… — воскликнула Сарада, но тут же запнулась, завидев взгляд Узумаки направленный на неё. В нём было некое раздражение перетекающее в гнев.

— Я хотел поговорить с вами ребята, в другой обстановке. — тут же изменившись в лице, вдруг признался блондин. — Однако, что сделано, то сделано. Теперь мы по разную сторону баррикад.

— Откуда она у тебя?.. — продолжал вопрошать Каваки, испепеляя гневным взглядом руку Боруто. — Кто дал тебе эту карму?!

— Тебе так важно знать это?.. — ответил на вопрос, Узумаки, — Впрочем, даже если скажу, тебе это ничего не даст нового. Меня интересует скорее твоя сила, Каваки. Насколько ты силён с активированной кармой?

— Я как раз хотел это проверить. — также покрыв свою руку красными символами, процедил злостно он.

— Боруто! Я всегда помнил тебя искренне хорошим другом, — внезапно вмешался Мицуки, — и то, что я вижу сейчас перед собой. Совершенно на тебя не похоже. Это какой-то обман.

На лице Боруто сначала проступили нотки удивления, затем оно плавно перешло в угрюмость, пока в конце концов не стало совершенно беспристрастно скучающим. Слова его, некогда друга, казалось пролетали мимо ушей, как нечто неважное.

— Я тебе ведь говорил, Мицуки. У тебя свой путь, у меня — свой. Ты до сих пор цепляешься за меня как какой-то жалкий малолетний червяк? Если да, то ты просто ничтожен… Ты мне отвратителен.

В глазах Мицуки проступило изумление от слов того, кем он так долго восхищался. От былого весёлого парнишки, ни осталось ничего, кроме оболочки. Внутри всё трещало, а руки переставали постепенно его слушать, переходя в нервный тряс.

— Боруто!!! — крикнула Сарада, активировав шаринган.

— А, тут ведь ещё и ты, Учиха… — проговаривая фамилию клана, сквозь ядовитый оскал, обратился Узумаки. — Удивительно как ты похожа на своего отца. Такая же настырная и ничтожная в своей манере. А эти твои красные глаза… знаешь, в своё время мне хотелось их тебе вырвать, чтоб ты больше не смотрела ими на меня.

— Это… не ты говоришь. — дрожащим голосом, пролепетала Сарада, — Ты бы никогда так не сказал своим лучшим друзьям.

— Правда? Ты всё ещё думаешь, что я — это какой-нибудь ненастоящий Боруто, фальшивка? Да, наверное так даже лучше меня воспринимать, тем более после того, как я самолично отобрал жизнь твоего драгоценного папашки.

На лице Учихи вдруг проступили нотки страха, а вместе с ними и некий оскал гнева. Слова Боруто были для неё как нож, что проходит раскалённым лезвием по плоти. В его голосе чувствовалась некая доля злорадства, которое очень сильно не нравилось ей.

— Нет, этого не могло произойти. — потерянно вымолвила Сарада, хватаясь руками за голову.

— Что? Ты хочешь сказать, что ты убил отца Сарады?! — медленно, но верно зажигаясь злостью, вопросил Мицуки.

— Его глаза были такими же как у тебя, когда я пронзал его сердце техникой, что он меня и обучил. Забавно, не правда ли? Его не могли убить ни мой отец, ни даже Ооцуцуки. Однако мне всё же удалось это сделать, ученику, которого он так долго тренировал. Ирония, да и только. — усмехнувшись, проговорил блондин.

В этот же момент, Каваки не стерпев подобного отношения к его товарищам, резко направил руку с кармой в сторону Боруто. Последний в свою очередь мгновенно отреагировал тут же обнажив катану. Вместе с тем, он также активировал и джооган, начиная осматривать комнату, анализируя, как лучше всего сейчас отступить.

— Не уйдёшь! — закричал Каваки, выпуская сконцентрированный луч.

Блондин увернувшись от него, быстро побежал вперёд, сокращая дистанцию между собой и Мицуки. Боруто понимал, что Каваки не станет стрелять в своего товарища лучом, потому тут же закрылся Мицуки, словно щитом. Однако сам бледный ниндзя, просто стоять столбом также не стал, окутав тело своего бывшего друга, змеями.

— Поток-чидори! — воскликнул в то же мгновение Узумаки.

Змеи начали извиваться от столь сильной боли, ослабляя хватку. Однако сам Мицуки, просто так отпускать Боруто не собирался. Схватив его покрепче, на его лице отобразилось некое отчаяние, он всё ещё надеялся на то, что Боруто лишь притворяется.

— Мицуки, уходи оттуда! — крикнул Каваки, снова направляя в сторону Боруто свою карму.

— Нет… он же… — всё ещё сомневаясь в правильности своих действий, бормотал Мицуки.

— Я помогу тебе… — прошептал Боруто, после чего, Мицуки ощутил острую боль, сначала в правой руке, а затем и в плече. Что-то острое блеснуло перед глазами и повнимательней осмотревшись, он понял, что это катана Боруто… он нанёс два быстрых и точных удара лезвием.

И только Боруто хотел было уйти от прицела Каваки, как вдруг позади послышался лязг кунаев и катан других шиноби.

— Ты не уйдёшь, Боруто!

— Да, мы тебе этого не позволим!

— Ты поплатишься за своё предательство!

Кричали ниндзя, слепо нападая на того, кто не единожды спасал их жизни на миссиях. Каждый из них ощущал в себе грязное чувство предательства. Оттого их гнев был куда сильнее и яростней.

Окружённый своими бывшими товарищами. Он видел, как в него летели кунаи, и как клинки тех, с кем он сам когда-то говорил и шёл на миссии, теперь обрушивались на него, с желанием прикончить. Боруто на мгновение с болью в глазах взглянул на них, понимая, что теперь, иного пути у него больше нет.

Катана разрезала воздух, после чего мгновенно прошлась сквозь грудь одного из первых, кто стоял позади него. Следом, он тут же с довольно большой скоростью начал кромсать и остальных ниндзя, разрубая их тела своей катаной, словно горячим ножом проходясь по маслу.

«Кровь… собственных товарищей?»

Отрезанные головы летели на пол, и на секунду в их глазах, Боруто видел страх или недоумение… Они глядели на него, не понимая, за что он их убивает.

«Разве, это стоит их жизней?..»

— Ах ты, сукин-сын!!! — заорал во всю глотку Каваки, рванув к Боруто.

Схватив летящую в его сторону катану голой рукой, он тут же крепко сжал её, а затем вывернув в другую сторону, со всей дури ударил кулаком прямо в лицо Боруто. Голубоглазый предатель, видел как летел в его лицо сжатый кулак, видел как он медленно подлетает ему прямо в скулу и словно горячая сталь, проходится по его черепу, с невероятной болью отбрасывая назад.

— Да кем ты себя возомнил, сучий ты потрох! — продолжал гневно проговаривать, Каваки.

Блондин пробил своим телом бетонную стену, падая на пол и разбрасывая во все стороны куски стены. В глазах всё плыло, но замешательство всё никак не проходило…

«Почему я дал себя ударить? Я ведь мог увернуться и даже убить его, прямо сейчас…»

Мысли Узумаки переплетались вместе с гневным голосом Каваки, что раздавался в голове Боруто. Медленно привстав с пола, он уже видел, как ещё один человек клеймённый кармой шёл к нему, чтобы вновь и вновь бить его физиономию, пока тот не отключится.

— Кто ты… такой? — вдруг вопросил Боруто. — Заносчивый, упрямый и очень надоедливый, ублюдок. — поднимаясь на ноги, проговорил он.

Узумаки хотел было использовать карму, но как на зло, большое количество энергии ушло на поддержание обезболивающего, так как плечо при всех его кульбитах, невероятно сильно ныло и кровоточило.

— Ладно… в этот раз… — договорить он не успел, внезапно ощутив как под ногами начинает прорастать алые шипы. Один из них насквозь проткнул левую стопу, тут же разбрызгивая кровь. — Что за?..

Каваки также изумлённо взглянул на этот странный придаток из-под пола, после чего сразу же ощутил странную ауру позади себя. Резко обернувшись, он увидел Сараду. Из глаз которой текли кровавые слёзы.

— Всё же, пробудила их… — прошипел Боруто, хватаясь за ногу.

Причудливый узор в виде треугольника из углов которого выходили ещё несколько спиралей, что закручивались в разные стороны. Сарада ощущала в себе гнев и печаль, что словно мощным потоком пробили её разум. Ей было больно, однако вместе с тем, она хотела прикончить Боруто.

— Ты лжёшь! — крикнула она, — Если ты и правда убил моего отца Боруто, я не успокоюсь, пока твоя ублюдская голова не будет отсечена от твоего тела!

Боруто лишь устало глядел на неё, не воспринимая её угрозы всерьёз. Он дико устал, так ещё и рана на плече начинала адски болеть. Нельзя было здесь больше оставаться.

Активировав карму из последних сил, Боруто тут же исчез в чёрной смольной субстанции. Каваки даже и отреагировать не успел, как блондин испарился, оставив после себя лишь клубы чёрного дыма.

— Чтоб тебя… — прошипел злостно Каваки.

Амадо сидел в лаборатории, выкуривая уже пятую сигарету за этот час. Он не мог всё никак успокоиться. Ему было известно, что Каваки отправился в страну Молний, но как на зло именно в этот же момент, Джиген решил напасть на деревню Облака. Всё это было слишком подозрительно. Словно Ооцуцуки хотел проверить свой сосуд к готовности.

— Чтоб тебя… Сколько ещё времени нужно, чтобы все карты выложились как надо? — вопросил он, устало выдохнув едкий сигаретный дым.

Вместе с тем, спящий агент в виде Боруто, после данной операции должен был повыситься в звании из внешнего агента во внутреннего полноценного члена Кары. Для самого Амадо было сюрпризом то, что сын Хокаге решиться вступить к ним, да ещё и в столь юном возрасте.

— Они уже возвращаются. — вдруг нарушил тишину голос Кашина Коджи, — Вы были правы, Боруто Узумаки действительно присоединился к внутренним агентам Кары.

— Коджи, не нужно так тихо подходить… Я ведь и умереть могу от столь внезапного возгласа. — выдохнув сделал замечание старик, — Что же насчёт Боруто, у меня пока неоднозначные на него прогнозы. Даже для меня он загадка…

— Ещё бы… ведь не у каждого имеется карма от Ооцуцуки. Этот мальчишка явно не чист, но Джиген видимо не видит в нём большой угрозы, раз решил дать ему вступить в наши ряды.

— Такой ниндзя как Узумаки Боруто, очень будет полезен Каре. Тем более если у него есть карма. Другое дело, что произойдёт, если вдруг, тот кто оставил клеймо на этом пацане, проснётся? Ему явно не понравится присутствие ещё одного такого же выходца из космического клана. — задумчиво, начал рассуждать учёный, докуривая сигарету. — Знаешь что, Коджи… Когда он прибудет сюда, то попробуй поговорим с ним. Не спеши с раскрытием карт, а просто… поговори.

— Хотите попробовать переманить его на нашу сторону? — тут же догадался Коджи.

— Разумеется. Если же не получится, то у нас будут большие проблемы. Один Джиген это ещё куда не шло, но ещё один обладатель Кармы с другим Ооцуцуки, это уже полный коллапс и фиаско. Нам нужна будет помощь куда более серьёзная.

Коджи смотрел на всю эту ситуацию немного по другому. Узумаки действительно вступил в их ряды, но не ради Джигена или их идеалов. Кашин понимал, что у мальца свои счёты с Ооцуцуки которые напали на его деревню, поэтому он пытается любыми способами достичь как можно скорее необходимой ему силы, чтобы наконец одолеть Ооцуцуки.

Вместе с тем, внутри самого Кашина, также шёл разлад. Эти странные воспоминания из далёкого прошлого, всё ещё продолжали является к нему. Он видел мальчишку похожего на Боруто, одетого в оранжевый комбинезон. Видел как тот ест мороженное и весело хохочет, вот только слов почему-то разобрать не может. Иногда они просачиваются сквозь разум, позволяя ощутить призрачные потоки того времени.

И почему же так странно ощущать их? Словно далёкая прошлая жизнь, всё ещё пытается цепляться за него.

— Кашин, эй! — вдруг позвал Амадо, задумавшегося Коджи. — Ты чего, заснул что ли?

— Нет, просто немного устал, всего-то. — ответил тот, — Что-то случилось?

— Нет, я просто… — задумчиво взглянув на него, ответил Амадо, но договаривать не стал, решив тут же сменить тему. — Ну ладно, иди и встреть нашего нового члена клуба самоубийц…

Коджи кивнул, после чего вышел из лаборатории. Всё ещё думая о том, что же он такое, и что делать со всеми этими странными виденьями из прошлого.

Блондин переместившись в определённую точку встречи, тут же встретился глазами с Боро. Тот глядел на него не добро, однако нападать как видно не спешил. Густой лес был глух и лишь пение птиц прерывало тишину между ними, которое вот-вот могло прерваться боем.

— Что-то ты долго, сопляк. — процедил недовольно Боро, — Мог бы попрощаться со своими жалкими друзьями и по быстрее.

— Поучи ещё меня, жирдяй. — Ответил тут же Боруто, привстав, — У меня к вам такой нескромный вопрос знаете ли. Какого хрена вы напали сегодня? — вопросил озлобленно блондин.

— Джиген-сан устал ждать, вот и решил сделать это сегодня. Тебя что-то не устраивает? — подойдя поближе, вопросил здоровяк, разминая кости.

— Я тебя не боюсь, мешок ты с говном. Так что убери свою вонючую пасть от моего лица, иначе видеть будешь уже механизмами через свою жирную задницу.

— Ладно, побеседовали и хватит. — вытащив из-под плаща прибор, вдруг сменил тему Боро. — Нам пора на базу. Джиген хочет увидеть тебя лично, Боруто Узумаки.

Блондин вздохнул, понимая что всё же сегодня это была его последняя битва. Впервые он ощутил, как же сильно устал. Хотелось наконец рухнуть и просто забыться за несколько часов. Однако отдыха ему не видать, по крайней мере до встречи с Джигеном.

Из головы всё ещё не выходила Сарада с её обновлёнными глазами. Видеть друзей ему было больно в душе. Однако, ненавидеть его, они просто были обязаны. Каваки… этот парень оказался не так прост, как первоначально казалось Узумаки. В нём была карма, и похоже теперь Боруто понимал, от кого она ему досталась.

«Возможно, если я попытаюсь с ним поговорить…» — подумал Боруто, на одно мгновение. — «Нет, скорее всего он захочет убить меня, после такого поступка»

Сквозная рана на ноге тут же зажила. Всё же карма даёт неплохие бонусы, если не учитывать тот момент, что твоё тело рано или поздно станет новым телом Ооцуцуки. Каваки также пользовался ей, и судя по его стилю, он уже давно ей орудует. У Джигена должно быть достаточно времени, чтобы ответить на все интересующие на данный момент Узумаки, вопросы.

— Ну и чего ты застыл? — нетерпеливо крикнул Боро, стоя возле портала, что вёл прямо в их логово. — Нас ждёт Джиген-сан, так что пошевеливайся.

Боруто на последок взглянул на горящую вдалеке деревню Облака, ощущая на душе горкий осадок от всего того, что произошло. Больше всего, он был огорчён ситуацией с Юки, ведь теперь, она скорее всего будет его искать, а когда узнает о том, что произошло с её парнем… Узумаки, даже не хотел думать об этом. Надеясь лишь на то, что она поймёт его в будущем, если оно конечно вообще наступит. Медленно развернувшись к порталу, он неспеша побрёл в его сторону, оставляя позади себя своих друзей и своё спокойное и мирное прошлое.

— Проклятье, он ушёл! — ударив кулаком об стену, крикнул Каваки.

Сарада тяжело дыша, продолжала непрерывно смотреть в место, где секунду назад был блондинистый придурок, которого она знала практически всю свою жизнь. Ей было чертовски больно осознавать то, что перед ней был уже не привычный, идущий вперёд с добрым сердцем Боруто, а безжалостный и думающий только о своей выгоде, монстр.

— Отец, где же ты?.. — пробормотала она, ощутив как боль от применения новой силы в глазах, отдаёт в голову мощным потоком острой и впивающейся боли. От подобного стресса и притока адреналина, Сарада не выдержала, после чего упала на пол, потеряв сознание.

Мицуки, медленно бредя по комнате наполненной трупами, присел возле Учихи. Внутри его души всё также полыхало синим пламенем. Мицуки полностью был потерян и не знал, что же ему делать дальше. Блондин, перешёл черту и напал на них. И если верить его словам, то и Учиху он также убил… своего собственного учителя.

— Нет. Он не мог этого сделать. Я не верю в то, что Боруто способен на убийство близкого ему человека… — тяжело дыша, проговорил Мицуки.

— Он превратился в животное, которому нужна только сила. — процедил Каваки, — такой же как и Джиген, урод без души и не видящий ничего, кроме способа усилить себя. В следующий раз, когда мы встретимся вновь, я заставлю его встать на колени перед Хокаге. И выбью всю эту дурь из его пустой башки.

На следующий день после внезапной и столь безжалостной атаки Кара на деревню Скрытую в Облаке, Пятый Райкаге просто не мог не созвать совет. Множество жертв, уничтоженных зданий и всё ещё без вести пропавших людей, кому не посчастливилось быть заваленным грудами обломков взорванных зданий. Все эти люди в этот день вспомнили, насколько всё-таки может быть жесток мир, в котором есть люди желающие получить власть с помощью смерти и страха.

Двое шиноби из прибывших в деревню для помощи, теперь действительно помогало пострадавшим. Мицуки с помощью своих змей, что улавливали запахи и видели всё в ином спектре, помогал находить пострадавших людей, что были закованы в обломки глубоко в недрах зданиях. Каваки же помогал, как можно более аккуратно растаскивать обломки, благо его способность дарованная кармой, очень хорошо помогала в этом. Сарада в свою очередь лежала в больничной палате, после внезапного наплыва совершенной новой по уровню силы.

Сарада с досадой и грустью глядела в окно, наблюдая за тем, как люди расчищают здания и вытаскивают оттуда либо людей, либо же их бездыханные трупы. Родственники жертв, узнавая в безжизненных телах своих знакомых, друзей или близких, начинали неистово плакать, пытаясь добраться до тела усопшего. От этой картины, в глазах Учихи, начинали проявляться слёзы.

Весь этот ужас, был так или иначе подстроен и Боруто. Учиха не понимала, зачем он всё это делал и ради чего такие жертвы. Хотя даже если бы и узнала, то наверняка никогда бы не простила его за то, что он совершил.

Дверь в палату отворилась и красноглазая обернувшись на неё, тут же чуть ли не вскочила с кровати. К ней подошёл Учиха Саске, на лице которого всё итак было понятно. Он подошёл к своей дочери, после чего тут же крепко обнял, своей единственной рукой.

— Прости меня, что не сумел придти к тебе на выручку… — прошептал он на ухо.

— Папа… Хорошо, что ты цел и невредим. — ответила Сарада, по щекам которой уже начинали течь ручьём горячие слёзы.

— Мне рассказали о том, что случилось в хранилище. — присев рядом с кроватью Сарады, оповестил Учиха старший. В мыслях, Саске всё ещё не мог принять той настоящей грязной правды, от которой он так долго убегал. — Боруто, он… как ты уже поняла, он решил пойти по пути тьмы.

— Боруто был таким холодным и озлобленным. Словно, мы для него были лишь помехой. — Сарада, ощущала к блондину странную ненависть. Ей хотелось придушить этого идиота, но не из-за того, что тот вёл себя как чёртов идиот, а потому, что посмел задеть её чувства, с помощью отца. Когда тот произнёс слова о том, что убил Саске, внутри Сарада пробудилось нечто, бурлящее и очень жгучее. — Он сказал мне, что убил тебя, папа. И тогда, я не выдержав всего того, что навалилось на меня в тот момент… кажется пробудила Мангекью.

Саске одновременно был рад и опечален этим событием. Он как никто понимал, какую мощь дают эти глаза и в то же время, забирают столько человечности у носителя. Пробудить данные глаза, означает лишь ощутить настоящую боль в сердце, которая больше не утихнет никогда, как бы ты не старался её забыть.

— Я, знал, что ты пробудишь их, когда-нибудь, но я не желал, чтобы ты приобрела эту силу, через подобное… — ответил Саске, с печалью опустив глаза. — Но, что бы ты не выбрала, дочка, знай, что твой папа поможет тебе. Так что не бойся говорить мне то, что тебя гложет, хорошо?

— Да, спасибо пап. — ответила Сарада, впервые за этот день, слабо улыбнувшись.

— Итак, я собрал вас всех здесь очень срочно из-за довольно серьёзного инцидента. — начал, еле сдерживаясь Райкаге.

Даруи сидел на своём излюбленном кресле, что в данный момент, ощущал внутри себя агонию и растерянность. Он понимал к чему всё это ведёт, в особенности отношения мира между страной Огня и страной Молний, однако держать подобное в секрете, было просто невозможно. Погибло очень много невинных людей, и одним из зачинщиков был не просто какой-то там нукенин из деревни Листа, а сын самого Хокаге.

Перед Даруи расположились несколько мониторов на которых виднелись лица остальных Каге, что непонимающе глядели на встревоженного Даруи. Казалось, они не видели его таким, со времён четвёртой мировой.

— Что случилось? — первым спросил Гаара.

— Я человек не злопамятный. Понимающий и всегда готовый прислушаться к совету. Однако сейчас, во мне бурлит нечто противоречащее самой моей сути души, и это касается частично тебя, Наруто. — проговорил бесстрастно Даруи, глядя прямиком на экран с Хокаге.

— Связанно со мной?.. Отправленный мною ниндзя что-то натворили?! — тут же воскликнул он.

— Нет, они то, как-раз хотели остановить кое-кого… — вздохнув, ответил Райкаге, после чего проведя ладонью по покрытому потом лбу, продолжил, — Буквально этой ночью, на деревню Скрытую в Облаке, напали неизвестные террористы и разбомбили практически половину населения.

В этот же момент, все выпучив глаза, охнули от изумления и неожиданной и столь ужасающей новости.

— О нет, это ещё не всё. Будь это просто нападение, я бы ещё не так был опечален и разгневан… Одним из зачинщиков этого действия в сторону моей Деревни, стал твой сын, Узумаки Боруто. — сжав руки в кулаки, тут же выдал Даруи.

— Ч-что?.. — тут же побледнев, вопросил Наруто. — Погоди, Даруи, может быть это какая-то ошибка? Ты уверен что это был именно он, может быть кто-то подменил его, специально, чтобы разрушить мир между нашими странами? — тут же предположил Наруто.

— Я бы хотел в это верить, но… Я сам услышал это от твоих же посланных ребятишек. — отрезал Даруи. — Они сами рассказали о том, что Узумаки Боруто проник в хранилище данных, убил практически всех находящихся там шиноби Облака, а затем вступил в схватку с ними, товарищами из Конохи. Си, мне также доложил о том, что он что-то взял из хранилища, что-то связанное с четвёртой мировой.

Все остальные Каге, услышав это, также неимоверно были шокированы. Никто не мог даже и подумать о том, что мальчишка, что был сыном героя спасшего мир, станет тем, кто этот самый мир — пошатнет.

— Погоди, погоди! — прервал того Чоуджиро, что был шестым Мизукаге. На лице его отображалось некоторое замешательство от услышанных слов. Для него, Боруто был достаточно преданным и здравомыслящим шиноби. Как никак, а этот мальчуган помог отбить деревню от революционеров, что вздумали вернуть легенду о «Семи мечниках тумана». — Наверняка должно быть разумное объяснение тому, что он сделал. Я не могу поверить в то, что Боруто, сделал это намеренно.

— Верно. — также поддержал Мизукаге, Гаара, — Боруто конечно вспыльчивый, но опуститься до подобного, это не в его характере.

— И всё же, давайте не забывать о том, что случилось пару лет назад. — вдруг прервала их Тсучикаге, — прости, Наруто, что скрываю столь болезненную рану, но твоя дочь и по совместительству сестра Боруто, была убита.

Наруто опустив голову, в ту же секунду зажмурил глаза, ощутив как в груди что-то защемило. Он вновь вспомнил тот день и образ изувеченной маленькой девочки лежащей на земле, вокруг которой всё было разворочено. Вспомнил неистовый крик боли жены, что узнала о смерти своего ребёнка. Вспомнил глаза сына, что смотрел на него с диким холодом, что казалось, мог полностью превратить его в лёд.

-…ведь так, Наруто? — вдруг донёсся до него голос Гаары.

— А?! — воскликнул он, резко подняв глаза из которых тонкими струйками, начинали течь слёзы. — Да… да… это всё только моя вина. Мой ребёнок, возможно стал монстром, но винить нужно не его, а только меня.

— Эй, Наруто, может тебе стоит отдохнуть? — с тревогой в голосе, предложил Гаара.

— Да, друг, лучше тебе всё это переварить, а уже потом, мы общим сбором всё обговорим. — также добавил Мизукаге. — господи, я конечно всё понимаю, но это уже слишком… — прошептал еле слышимо он, тяжело вздохнув.

Даруи уставившись на Наруто, также понимал, что нервы этого парня начинают сдавать. Поэтому не было смысла сейчас что либо обсуждать, тем более когда у того, начинается стадия самобичевания. Однако просто сидеть и ждать, тоже нельзя было. Враг набирает мощь, тогда как они все, просто живут, ждут и гадают, на кого нападут в следующий раз.

Экран Наруто тут же потух, и все остальные глядя куда-то в сторону даже и не знали, с чего начать. Для каждого было довольно трудно решиться на очень рискованный и подлый шаг.

— Эх, вечно это приходиться делать мне… — вздохнув, наконец прервала тишину Тсучикаге. — Я думаю, каждый из вас понимает, что Боруто Узумаки, перерезав свой протектор и объявив себя нукенином — сделал из себя преступника. Причём присоединившегося к довольной опасной организации, что облепляет своей гадкой паутиной множество стран.

— Именно… — подтвердил Даруи, — Моя деревня ещё хорошо отделалась, эти ублюдки могли и камня на камне не оставить. Но похоже помимо разрушения деревни их цель была какая-то информация, что содержалась в хранилище данных.

— Ясненько, вновь какой-нибудь тотальный захват мира… — устало выдал Казекаге, — порой я удивляюсь, столь сильной жадности людей.

— Мы пока точно не знаем, что именно было украдено из хранилища. Боруто не глупец, потому изрезал перед уходом довольно много других документов и понять что было именно украдено, нам пока говорить затруднительно.

— Эта организация «Кара» вероятнее всего использует мальчишку. — предположил Даруи, — я конечно не могу простить ему этот поступок, однако вспоминая то, с каким рвением он выполнял миссии и защищал своих товарищей… Мне признаться честно, самому трудно принять то, что он предал нас.

Перед тем как его вызывали на срочное собрание пяти Каге, Наруто даже и представить себе не мог, что он услышит от Даруи. Его сын предал деревню, и к тому же напал на страну Молний. Горькая печаль, прошлась по сердцу, как только он подумал о том, из-за чего мог так поступить его сын.

— Проклятье!.. — прошипел, еле дыша, Наруто, — я ведь знал, что его нельзя отпускать, знал! И всё же отпустил, доверился Саске, и отпустил.

Воспоминания о том, злощастном дне, вновь окутали голову Наруто. Ему не хотелось вспоминать о нём, но он всё же вспомнил. Глаза Боруто, когда тот глядел на него сидя на больничной кровати. В них он видел лишь злобу и ненависть… Такие глаза, были присущи Кураме, когда тот всё ещё был в тумане ненависти.

«Наруто, твой сын, явно не стал бы делать чего-то необдуманного, просто потому, что тот решил предать родную деревню» — вдруг донёсся обеспокоенный голос Курамы, — «Ты же сам множество раз читал о рапортах миссий на которых участвовал твой сын! Каждый раз, он старался как можно лучше выполнить их, обходясь при этом без каких-либо жертв»

— Но даже если и так, Курама… он ведь, убил столько людей. Разве, есть оправдание подобной жестокости?

«Вспомни, Итачи» — спокойно напомнил тому, Курама. — «Он был для тебя практически всю жизнь, психом и врагом деревни, который вырезал собственный клан, а затем ещё и стал катализатором ухода Саске из деревни. Но в конце-концов правда таки всплыла и мы оба узнали о том, что он хотел спасти деревню. Что если и твой сын, решил пойти по кровавому пути, ради спасения деревни?»

Наконец огонёк надежды, таки вспыхнул. Однако он всё ещё был слабым. Наруто, хотел верить в то, что его сын пытается совершить нечто действительно благородное, но когда вспоминает о словах Даруи, то в тот же момент, пред ним появляется пропасть в которую падает его сын, отчаянно глядя на самого Наруто такими же холодными глазами как и в тот день, в больнице.

— Даже если и так… — глубоко выдохнув, всё ещё дрожащим голосом высказал Наруто, — моя обязанность остановить его. Ведь он был частью деревни Скрытой в Листе. — Глаза Наруто вспыхнули алым цветом, а зрачки неестественно заострились, придав ему демонический облик. — Мне больше нельзя просто сидеть и корить себя за то, что я натворил со своей семьёй. Отныне, я сделаю всё, чтобы вернуть своего сына обратно в деревню. Потому что, это моя ответственность не только перед деревней, но и перед всем миром.

Курама ощущал всё, что ощущал сам Наруто. И он понимал его боль. Кураме было жаль его носителя. Ведь он был с ним всю жизнь, с рождения до этого самого дня. И никогда ещё лис не видел блондина, таким подавленным. Его улыбка всегда могла пробиться сквозь горе и боль, через которую тот проходил. Но похоже не в этот раз. На лице Наруто, была лишь угрюмая безэмоциональная маска с мёртвыми глазами, в которых больше не горел тот голубой огонёк уверенности в том, что у него всё получиться.

Когда-то, Наруто спас его от ненависти. Спас его от неверия в человеческий род и в то, чего надо спасти. Но теперь похоже была его очередь спасать своего носителя. Всё это время, он лишь наблюдал, хотел помочь, но не знал как…

«Наруто, что бы ни случилось. Знай, что ты не один ощущаешь эту боль. Я разделю её с тобой» — промолвил рыжий лис, одарив странным теплом всё тело блондина.

— Спасибо, Курама. — ответил всхлипнув от нахлынувшей тоски, ответил Наруто.

Спустя неделю, все завалы были расчищены и большая часть людей спасены. Конечно были и жертвы, и те, кого не успели спасти, но всё же, работа была сделана. Вся троица шиноби собиралась обратно на родину. У каждого на лице читалась лишь грусть. И никто даже и не пытался кого-либо приободрить. Потому что в этом не было смысла.

Даже спустя неделю, каждый из них, всё ещё обдумывал и задавался вопросом, ради чего всё это сотворил Боруто. Однако каждый приходил к одному выводу — всё это из-за смерти сестры и ненависти к Ооцуцуки.

Они сидели в комнате ожидания, и ждали когда их оповестят о том, что дирижабль готов к отправке обратно в сторону деревни Листа. Вместе с ними, также обратно на родину возвращался и Учиха Саске.

— Всё готово, выдвигаемся. — оповестил вошедший в комнату Сарутоби. Он также был опечален тем, что случилось. Однако понимал, что ему нужно быть сильным и непоколебимым в глазах учеников. Поэтому, как только он показывался им на глаза, то старался выглядеть как можно более спокойно и не вызывать какие-либо отрицательные эмоции.

Троица тут же встала на ноги и поплелась в сторону двери. Шагая по коридору, никто из них даже и звука не издал. Стояла гробовая тишина, которая прерывалась лишь шагами, что отдавались эхом по пустому коридору.

Сарутоби лишь слышал о том, что случилось с Боруто. Однако он корил себя за то, что так и не смог увидеть своего младшего «брата». Его также потрясла новость о том, что Боруто стал отступником, который являлся участником нападения на деревню Облака. У него всё никак не укладывалось в голове, как же Боруто, мог стать преступником. Мальчик по мнению Конохамару, был с чистой душой, что и мысли не придаст о том, чтоб предать собственную деревню, а тем более убить сотню невинных жителей. Но похоже, он его плохо знал, раз всё так сложилось в итоге.

Хуже всего, он представлял себе, как на это отреагировал Наруто. Конохамару, помнил о том, что именно Наруто доверил ему своего сына, а что в итоге? Он дал ему взрастить в себе ненависть и встать на путь преступника. И как после этого называть себя учителем?..

Войдя в ангар, где находился уже готовый к длительному полёту дирижабль, команда номер семь обнаружила Учиху Саске, который о чём-то говорил с Юки и Кайо. Естественно у троица возникли вопросы о том, кто же это, и неужели они также летят вместе с ними в страну Огня.

— О, вы наконец явились, — завидев подростков, поприветствовал Учиха, — это Юки и Кайо Ямамото. — представил их Саске.

— Рада познакомиться с вами. — поклонившись, поприветствовала Юки, за ней последовала и мать.

— Я узнала о том, что Боруто был когда-то в вашей команде… мне так жаль… — высказала Кайо, в глазах которой была лишь горечь от произошедшего.

— А… А вы откуда их знаете? — вопросила Сарада.

— Это долгая история, и если коротко, я была в отношениях с Боруто. — ответила внезапно Юки.

Троица вместе с Конохамару, удивлённо раскрыли рты, вдруг узнав о столь шокирующей для них новости. Юки в свою очередь, была хмура как туча. Она тяжелее всего перенесла новость о преступлении блондина, и до сих пор, считала что всё это ложь. Боруто в её глазах, просто не мог быть монстром, что напал на деревню, в которой жил практически три года.

— Ч-что?.. — потеряв дар речи, только и выдала Сарада, глядя на белокурую девушку с зелёными глазами.

Юки помнила как застучало её сердце от страха, когда послышались взрывы и крики людей с улицы. Они с мамой как раз собирались выйти наружу, чтобы отправиться домой. Белокурая тут же отступила назад, чуть приобняв к себе мать.

— Юки, это что были взрывы? — вопросила встревоженно мать, — Неужели на деревню кто-то напал?

— Я… я не знаю, мама. Но лучше нам не выходить отсюда. Неспроста там люди кричат. Возможно это не безопасно. — ответила Юки, ровным голосом.

Надеюсь, Боруто в порядке — подумала мимолётно она, вспомнив о том, что они встретились на одном полигонов.

Спустя несколько минут, в дверях магазина, показалась знакомая фигура. На лице Боруто читались тревога, но вместе с тем и облегчение.

— Слава Богу, с вами всё в порядке! — воскликнул он, — давайте же, идёмте, я отведу вас в безопасное место! — крикнул он, помахав рукой.

— Хорошо! — крикнула тут же Юки, схватив покрепче за руку свою мать.

Они без лишних вопросов тут же побежали за ним, то и дело порой останавливаясь и прячась от взора тех, кто летал над деревней. Юки отчётливо помнила их чёрные как смола плащи, что расплывались в ночном небе, словно тучи. Их лица были закрыты масками, поэтому понять, кто это именно она не могла, да и даже если бы видела их, то это ничего бы не дало.

— Боруто, что происходит? Кто это напал на нас? — спросила Юки, взглянув прямо в глаза блондину.

Уже тогда, она расплывчато видела в его взгляде нечто странное. Он был словно сломлен внутри. Печаль и гнев боролись в неравном бою в его сердце. Его душа, будто бы сражалась сама с собой в отчаянной битве эмоций.

— Я… я не знаю. Впервые их вижу. Но, предполагаю, это какая-то террористическая организация. Мелкие сошки, точно не смогли бы напасть на столицу страны Молний.

— Ты, собираешься что-то с этим делать? — вновь вопросила, казалось бы, столь очевидный вопрос, ответ на который должен был быть сто процентным «да», однако…

— Ага… конечно. — в этом ответе, она не чувствовала железной уверенности Боруто. Он словно сейчас думал о совершенно чём-то другом и даже его взгляд старался не пересекаться с её.

— Боруто, с тобой всё в порядке? — спросила Кайо, также заметив некое волнение Узумаки.

— Да, конечно Кайо-сама! — воскликнул Боруто, на лбу которого проступили капли пота, — Я просто, думаю о том, как бы вас безопасно провести через ещё несколько улиц.

— Прости, что создаём тебе проблемы. — удручённо извинилась та.

— Нет, нет! Вам незачем извиняться. Это мне стоит извиняться перед вами. Хотя нет, даже извинений не хватит… ведь когда всё всплывёт, вы наверняка разочаруетесь во мне. — внезапно выпалил Боруто.

— Что? О чём ты, Боруто? — непонимающе взглянув на голубоглазого, вопросила Юки.

— Да так, вырвалось… не думай об этом. Будет ещё время, поверь мне. — ответил он, словно изменившись в лице… Его дрожащие от волнения глаза, вдруг приобрели нотки стали и холода. — Идём, нам ещё пол часа топать до резиденции.

Юки, сидела возле иллюминатора, наблюдая за облаками и думая о том, какая же она была дура. Ведь в тот момент, если бы ей пришло в голову спросила его о том, что он держит в своём сердце. Возможно, удалось бы убедить его не делать этого. Не предавать свою собственную деревню и не поступать так с собственными друзьями.

Когда, Саске, рассказал ей о том, что произошло, то Юки в первые минуты, просто отрицала это. Говорила, что это не правда и Учиха всё наврал. Затем, она вдруг неожиданно для себя, заплакала. Тихо, без каких-либо всхлипов, однако сердце болело, и очень сильно… Юки никогда не ощущала чего-то подобного. Словно её кто-то внезапно пырнул прямо в грудь. Да, наверное, это было чувство предательства. Но самое странное, это то, что она не злилась на него. Когда в её голове прошлись образы лица блондина, и то как он смотрел на неё, почему-то ей хотелось понять его. Как тогда, когда он сидел подле неё, в момент последний встречи с отцом в лихорадочном состоянии.

— Боруто… — с болью в сердце, прошептала она. В глазах проступили еле видимые слёзы, которые, она в то же мгновение стёрла.

Почему-то, ей всегда казалось, что он был отстранённым. Даже наедине с ней в постели, она ощущала как душа его ходит где-то там, в ином мире потерянных, что отчаянно ищут «что-то» что наконец дарует им истинный покой. Когда губы его, касались её, она чувствовала жар его тела, но когда она открывала глаза, чтобы взглянуть в его, то видела лишь оболочку. В отражение его глаз она не видела себя, а кого-то другого. Странного… ухмыляющегося и столь злобного демона.

— Так значит, ты была его девушкой?.. — спросила вдруг подсевшая Учиха. Глаза её смотрели куда-то в сторону, но вопрос явно был задан ей.

Юки множество раз слышала от Боруто, истории связанные с его командой. Он не раз отзывался о них, как о хороших друзьях, что всегда помогут, какая бы проблема у него не была. Оглядываясь сейчас на то, как он говорил о них, и вспоминая то, как он поступил с ними в итоге… Юки, с сожалением глядела на них.

— Да, мы были в отношениях. Правда, наверное после того, что он сотворил, вряд ли, мы сможем их сохранить. — ответила удручённо Юки.

Сарада ощущала смешанные чувства от внезапного открытия и появившейся персоны в виде Юки. По мнению Учихи, блондин всегда был одиночкой, если дело касалось любви и романтики. Однако видимо за эти годы, Боруто очено сильно изменился.

— Мы встретились с ним, года три тому назад. Он и его учитель бродили по заснеженному лесу и мы с отцом тогда как раз шли за древесиной для топки печки. Он свисал со спины Учихи-сана, когда я заметила его лицо. Уже тогда, я вдруг почувствовала некий укол в сердце. — на лице Юки, виднелась грустная улыбка от тех давних воспоминаний, когда отец всё ещё был жив. — Они оба спасли нас. Хотя, мой отец всё же не выжил…

При упоминании отца, Сарада гулко сглотнула, вспомнив слова Узумака, когда она встретилась с ним в хранилище. И хоть и ненадолго, но Учиха всё же могла разделять боль утраты вместе с Юки.

Мицуки сидевший позади них, также всё слышал, как и Каваки. Они оба прислушивались к разговору, попутно открывая для себя новые стороны Боруто. В особенности, всё это удивляло Мицуки, что помнил Боруто как мальчугана, который бежит вперёд, не оглядываясь на девчонок и какую-то там «любовь». Видимо эти годы, значительно повлияли на характер блондина. Каваки же, лишь впитывал в себя черты Боруто. Начинал для себя собирать образ этого ублюдка, на что он способен, как так вышло, что он стал тем, кем стал…

— Честно говоря, я даже и представить не могла, что Боруто решиться на нечто подобное. Я считала, что у него есть сила, с помощью которой он сможет положить конец этому страху перед неизведанностью ночного неба и его обитателями. — сжав пальцы в кулаки, высказала Сарада.

— Жизнь, порой очень сильно может ударить по лицу. — ответила на это Юки, продолжая глядеть в иллюминатор.

— Это уж точно. — согласился Каваки. — Может быть Боруто действительно делает всё это ради какой-то благой цели, но когда я встречу его, то обязательно выбью всё дерьмо. Ведь то, что он сотворил с теми людьми в деревне… непростительно, не под каким предлогом. — процедил он.

Сидевший поодаль от них Саске, также вникал в их беседу. Он не хотел встревать и говорить что-то от себя, понимая, что единственный кто действительно виновен в том, что случилось в деревне с Боруто, это именно он — Учиха Саске. Будь он хоть чуточку внимателен и проницателен к отношению Боруто, то возможно сумел бы углядеть сомнение в его сердце перед Конохой и всем остальным миром.

Карма ли это? Ведь за спиной Учихи было не мало крови и жестоких поступков. Возможно теперь судьба таким образом наказывала его, за то, что тот творил в свои годы.

К концу этого дня, они наконец прибыли обратно в Коноху. Никто их не встречал с распростертыми объятиями, да и не нужно этого было. Многие уже знали о том, что случилось в деревне Облака. И потому, многие жители сидели в своих домах, думая о том, возможно ли, что следующая атака, падёт именно на их деревню. Даже слова Хокаге, никак не помогали.

Выйдя из дирижабля, Учиха увидел свою жену, что ждала скорее не мужа, а дочь. И когда Сарада подошла к ней, то тут же обняла, после чего облегчённо вздохнула. Каваки с каменной миной прошёл мимо, решив сразу же отправиться к резиденции Хокаге, вместе с ним же последовал и Мицуки. Саске, немного постояв на трапе, также двинулся вниз.

— Саске, с тобой всё в порядке? — наконец обратилась Сакура к нему.

Учиха, подошёл к ней, приобняв одной рукой, после чего немного отступив назад, ответил:

— Да, главное, что наша дочь цела и невредима… Хотя, есть конечно одна новость, не знаю плохая или хорошая… — подвёл Учиха.

— Я пробудила мангекью, мама. — опередила отца, Сарада.

На лице бывшей Харуно, тут же пробежался страх. Но тот быстро перетёк в понимание и принятие этого факта.

— Это должно было случиться. Рано или поздно, но должно было. — с печалью в голосе сказала розоволосая. — Так, что же всё же случилось там? Я слышала лишь о том, что на деревню напали.

— Узнаешь потом. Сейчас нам нужно идти к Хокаге. — отрезал Саске. — Мне нужно будет очень хорошо объясниться перед Наруто. — добавил с тяжестью в сердце он.

Следом за Саске, вышли также Кайо с Юки. Завидев их, Сакура удивлённо воскликнула:

— А это кто?

— Они были близкими людьми для Боруто и в том числе меня. Года три тому назад они спасли нас от мёрзлой смерти в стране Мороза. — пояснил тут же Саске. — Идёмте, нам нужно будет вас ещё представить Хокаге.

— Рада знакомству, — поклонившись первой поприветствовала Кайо.

— Взаимно! — тут же ответила Сакура, также поклонившись.

Женщина, Сакуре показалась очень даже милой. Хоть и на лице её отражалась некая скорбь. Вторая же юная девушка, также показалась Харуно опечаленной, на её лице это ещё сильнее отражалось. Словно она потеряла кого-то очень близкого и теперь пыталась это переварить.

— Я Юки Ямамото. — ответила белокурая юная красавица.

— А я её мать Кайо Ямамото. — добавила мама.

— Меня зовут Сакура Учиха, и я жена Учихи Саске. — ответил розоволосая, вновь поклонившись. — Ладно, что же мы заставляем вас ждать, идём.

Сакура глядела на них, и думала о том, а где же сам Боруто? Ведь, раз они обе очень близки Узумаки младшему, то значится и он должен был прибыть вместе с ними. Но глядя на их лица, почему-то в голову лезли очень страшные мысли, которые она не хотела задавать, решив, что это слишком тяжело для них.

— Саске… — шепнула она своему мужу, подойдя к тому вплотную.

— Что такое? — спросил он также еле слышимо.

— А где собственно, сам Боруто?

— Узнаешь, когда мы прибудем к Наруто… — мрачно отрезал он, отстранившись от жены. Харуно заметила, как в глазах её мужа, проблеснуло нечто ревущее, когда та упомянула Боруто. Она начинала догадываться, что именно произошло…

Наруто сидел за своим столом, нервно перебирая пальцами по лакированной поверхности. То и дело поглядывая на часы. Ему сообщили о том, что Учиха Саске и команда номер семь прибыла около получаса назад.

Хокаге не знал, как себя сдержать при виде своего старого друга, которого не видел около трёх лет. У него к нему будет очень много вопросов, особенно касающихся его сына.

Наруто, что бы ни случилось, держи себя в руках. Помимо Саске, там будут и дети, которым не посчастливилось встретиться с Боруто. Я знаю, что Саске заслуживает за подобный проступок, очень хороших таких пиздюлей, и это ещё он хорошо отделается, но лучше сейчас перебороть свою злобу — прозвучал в голове Курама, внушая своему носителю, хоть каплю здравомыслия.

— Да, конечно Курама, я понимаю это. Но я не знаю, смогу ли я сдержаться… как только вспомню то, что мне сказал Даруи, так кровь в жилах начинает закипать от злости к Саске.

В глазах Наруто вновь вспыхнули красные огни, но тут же потухли, от воздействия Курамы. Лис никогда даже и подумать не мог, что будет наоборот подавлять ненависть и злость в своём носителе. Ведь по сути, всю свою жизнь, он только и делал что совращал свои сосуды на злость и гнев.

Вдруг, в дверь постучались, после чего послышался голос Шикамару:

— Можно войти?

— Да! — твёрдо воскликнул Наруто, скрестив пальцы.

Дверь отворилась, после чего в кабинет зашли сперва Шикамару вместе с троицей, а за ними неожиданно для Наруто, двое неизвестных ему персоны, и уже после них зашёл Саске вместе с Сакурой. На лице Учихи, Наруто отчётливо видел некий стыд, и от этого Наруто ещё сильнее начинал злиться, костяшки на руках, начинали белеть от плотного сжатия пальцев, но Наруто продолжал держаться, молча наблюдая за всеми теми, кто зашёл в кабинет.

— Во первых, хочу перед вами извиниться, команда номер семь. Мне искренне жаль, что вам пришлось пережить этот ад, но думается мне в будущем, этот опыт очень вам пригодиться. Хотя я конечно надеюсь, на то, что проблемы всё же обойдут нас стороной…

— Благодарю вас Хокаге! — поклонившись, тут же синхронно ответили члены команды номер семь.

— Как вам уже стало известно… мой сын Боруто Узумаки, стал нукенином. — напомнил Наруто, с горечью в голосе. — И наш долг, как тех, кто вырастил его, вернуть обратно и по возможности, вновь вернуть ясность его разума, чтобы он осознал все те грехи, что натворил.

Сакура, что до этого ничего не знала о судьбе Боруто, шокировано взглянула в лицо своему мужу, словно спрашивая того глазами: «Это правда?!». Саске в свою очередь, лишь отвернул свой взгляд в сторону, тем самым давая понять, что это действительно было так.

— Хокаге-сама, я хотел бы вам представить двух особ, что были тесно связанны с Боруто все эти три года. — начал Шикамару, указав на Юки и Кайо.

— Связанны?.. — вопросил Наруто, взглянув удивлённо на белокурых женщину и девушку. — Каким образом?

— Они помогли нам три года тому назад, когда мы пересекали страну Мороза. Если бы не они, то мы бы там и погибли. Их глава семьи Ямамото Такаши, принял нас в их дом, выходил Боруто, а также помог уничтожить монстра, что был смотрителем ледяного и ныне мёртвого города.

— Да, я слышала о том инциденте. Ту отраву, образец которой вы отправили нам, всё же использовали в одном из небольших населённых пунктов на территории страны огня. Благо нам удалось в кратчайшие сроки создать противоядие. — ответил Наруто, холодным взглядом испепеляя Учиху.

— Так, вы значится, хорошие знакомые, были моему сыну? — вопросил, обратившись напрямую к Юки и Кайо.

— Я… я состояла в отношениях с вашим сыном, Хокаге-сама. — ответила опустив глаза, Юки. — простите, что мне не удалось, понять раньше, то что он хочет сделать…

Как только Наруто услышал ответ, глаза его тут же распахнулись в неком удивление и шоке. Он никогда и не подумал бы, что его сын решиться на отношениях, особенно во время тренировок… В какой-то мере, он даже немного стыдился себя, ведь в своё время, ничего такого не смог устроить себе. Но внезапное открытие, в виде возможной будущей родственницы, всё же хоть и чуть-чуть, но всё же обрадовало его.

— И… как давно вы, вместе? — спросил без скрываемого интереса, как отец, что впервые узнал о девушке своего сына. В глазах его не было злости или какого-то отвращения, лишь любопытство и некая искра теплоты.

— Год… или чуть больше. Он знаете ли, довольно застенчивый и нерешительный. Поэтому, я ждала ещё целый год, чтобы он наконец признался. — улыбнувшись сказала Юки.

— А вы, значится, мама этой прекрасной девушки? — вопросил Наруто, обратившись уже к Кайо.

— Да, для меня честь увидеть вас Хокаге-сама. — поклонившись вновь, ответила та.

— Нет, нет! Не стоит передо мной кланяться. Тем более после того, что сделал мой сын. — удручённо проговорил Наруто. — наверняка вы ощущаете предательство со стороны Боруто, и это нормально.

— Признаться честно, мне до сих пор не вериться вся эта ситуацию с юношей. Он был всегда таким внимательным и добрым. Я даже и представить себе не могу, что он мог быть способен на такие отвратительные поступки.

— Что ж… мы выделим вам временное жилище. А после ещё побеседуем, думаю вы устали за этот период перелёта из одной страны в другую. Шикамару, удостоверься в том, что их обеспечат всем, чем только нужно.

— Хорошо. — поклонившись ответил Шикамару. — Идёмте за мной, я уже забронировал для вас хорошую комнату. — выйдя из кабинета, сказал он.

И вот, теперь оставалось лишь спровадить команду номер семь… Наруто уже ощущал как к горлу подступает ком злости, глядя на Саске. Он из последних сил, сдерживался чтобы не подлететь к черноволосому и не врезать ему по его каменной морде.

Конечно открытие того, что у Боруто были отношения с довольной милой девушкой, немного остудили его пыл ярости, но этого было явно недостаточно. Думается, что даже если бы Боруто сказал, что всё это было розыгрышем, Наруто не остановился бы, перед избиением Саске. Настолько в нём засел гнев на красноглазого.

— Прости меня Хокаге… я так и не смог доставить ему письмо. — вдруг выпалил виновато Каваки.

Наруто вспомнил о том, что хотел, чтобы его сын прочитал его, но глядя на всю ситуацию, думается, письмо бы это, просто испарилось бы в огне ненависти Боруто и тот даже и не предал какого-либо значения тому, что он там ему написал.

— Ничего, Каваки… в каком-то роде, это даже хорошо. Оставь его себе. — ответил Наруто.

— Наруто, мне так жаль… — наконец подала голос Харуно.

— Ага, спасибо… — ответил Наруто, тяжело вздохнув. — Ладно, выйдите все, кроме тебя Саске. Нам надо кое-что обговорить. — приказал Наруто, пройдясь ладонью по своему лицу.

Сакура встревоженно взглянула на мужа, но у того на лице и капли страха не промелькнуло. Он был готов к тому, что должно было произойти. Потому, что он действительно облажался… Глядя сейчас на Наруто, в голове вспомнились яростные слова его ученика: «Даже со своим пресловутым шаринганом и риннеганом, Вы не увидели то, что лежит в моей душе»

— Сакура, иди… — поторопил её Наруто.

— Да, иди, не волнуйся, мы просто поговорим. Как Хокаге с подчинённым. — ответил ей Учиха.

Все тут же вышли, и на последок, Сакура умоляюще взглянула на Наруто. Но тот, не глядел на неё. Его взгляд был полностью устремлён на виновника трагедии Хокаге.

Как только дверь защёлкнулась, Наруто глубоко вдохнул, а затем выходнул. Повторил он это несколько раз, после чего достал что-то из-под стола. Саске встревоженно следил за движениями своего друга, который в этот момент мог сделать всё что ему в голову взбредёт…

Но внезапно, то что вытаскивал Наруто из-под стола, оказалось ничто иное, как бутылка крепкого сакэ. Он с громким стуком положил её на свой стол, после чего сказал:

— Давай выпьем… Саске, мне сейчас так хреново. — однако в глазах, всё ещё бушевал этот недобрый огонёк…

В тот момент, Саске не ощущал страх перед Наруто. Скорее некое волнение и вину перед собственным другом, от несдержанного обещания. Это противное чувство, преследовало его от момента, когда Боруто перешёл на сторону преступного мира.

— Сядь, Саске. — бесстрастно, сказал Наруто, указав на стул что стоял возле рабочего стола Хокаге.

Учиха не стал что-либо говорить в ответ. Лишь молча подошёл и сел, как ему и сказал Наруто. Нельзя было его сейчас провоцировать, тем более после подобной новости, Наруто мог сделать всё что угодно.

Наруто плавно сел за свой стол, по прежнему крепко держа бутылку с сакэ. Внутри него бушевало множество эмоций. Гнев, обида, печаль и тоска. Ему было больно осознавать, что вся его семья была разрушена. Когда-то давным-давно, он поклялся себе, что всегда будет оберегать их, ведь у него самого никогда не было настоящей семьи. Но похоже судьба имеет свои планы на него. И счастливый финал в сюжет не входил…

— Помнишь, когда-то я говорил тебе, что мой сын похож на тебя… — вдруг произнёс Наруто, еле слышимым голосом.

— Да, я помню это. — ответил Саске, вздохнув. — и помню, что я не согласился тогда с тобой.

— Вот именно. Но, теперь, спустя время, что ты можешь сказать на этот счёт, если я снова скажу это?.. Он ведь и правда похож на тебя, Саске.

Учиха сжал пальцы в кулак, осознавая то, что прямо сейчас, Наруто обвинял его в том, что случилось с его сыном. Странно, но от этого Саске хотелось вмазать Наруто, заткнуть его, чтобы тот перестал глядеть на него, столь холодными и ненавистными глазами.

— Хотя нет… — горько усмехнувшись, тут же отбросил эту мысль Наруто, — Извини уж, что-то я резко начал. Давай всё же выпьем, а?

Узумаки налил себе и своему другу по чаще сакэ, после чего они также молча осушили их, продолжая буравить друг друга мёртвым взглядом. Каждый хотел ощутить эту жгучую боль в горле, но её не было. Потому-что больше они не воспринимали ничего, кроме боли от осознания, что Боруто превратился в то, от чего они пытались его отгородить.

— Помнишь Саске, как мы раньше с тобой соперничали? Пытались стать лучше и лучше. Дрались, всякого наговаривали друг другу, но за спиной, всегда думали о том, чтобы защитить. — вспомнил вдруг с грустью Наруто детство.

— Да, иногда я думал о том, чтобы бросить свою месть и остаться с вами. Но гордость и судьба самого клана, не позволяла мне этого сделать.

— Это уж точно. Ты был тем ещё заносчивым ублюдком, — выплюнул Наруто, недовольно вспоминая те моменты, когда Учиха с каким-то призрением смотрел на него, каждый раз когда голубоглазый хоть краем глаза косился на него. — И всё же, я не бросил тебя. Когда все остальные, сдались, я продолжал снова и снова пытаться вернуть тебя. Но вот, казалось бы, всё позади… Но мой сын, оказался таким же, как ты, Саске. Заблудшей душой, которую кому-то нужно будет спасти.

Уход сына для Наруто был очень тяжёлым решением. Он чувствовал, что с ним что-то, да случиться. Однако предположить, что он станет нукенином, он никак не мог. В голове даже и мысли такой не проскакивало. Как же так вышло, что такой как он, который с детства не знает что такое настоящая семья и ощутил весь гнев и злобу людей на собственном теле, всё же выкарабкался из этой ямы ненависти? Неужели сын не перенял этого качества?

— Это моя вина, Наруто… — наконец заговорил Саске, — Я обещал тебе, что сберегу его и верну обратно, но…

— Не надо. — тут же прервал его Наруто, дрожа всем телом. — Лучше не продолжай.

— Но… ведь, так и есть, — стоял на своём Саске. — всё это время, я видел как он менялся… Видел, как сердце его начинает потихоньку черстветь, а глаза наполняться слоем непроглядного холодного льда.

— Прекрати… — оскалившись и зажмурив глаза, процедил Наруто, но Саске его не слышал, всё продолжая говорить о Боруто и о том, чего он не смог вовремя увидеть в своём ученике.

Слова друга, как ножом резали по его сердцу. От них, он ощущал лишь раздражение и желание покрепче вдарить в челюсть Саске.

— Хватит! — рявкнул не выдержав Наруто. — Я не хочу ничего слышать от тебя, всё что касается моего сына! Я чёрт возьми доверился тебе и что в итоге?! Ты не уберёг моего сына, а ведь обещал! — ударив кулаком по столу, выкрикнул истерично Наруто. Тут же по дереву прошлись трещины от сильного удара Хокаге.

Саске даже не вздрогнул. Но вид отчаявшегося и сломленного друга, совершенно не радовал его. Учиха вдруг осознал для себя, что это один из самых больших его страхов… увидеть настоящее отчаяние на лице Наруто, того кто когда-то спас целый мир и смог вытащить его из пут тьмы.

— Мы обязательно вернём его, Наруто. — вдруг твёрдо произнёс Саске. — Вместе, нам это будет по плечу.

— Даже после того, как ты забрал его у меня… Неужели ты по прежнему, думаешь, что я буду верить твоим обещаниям?

Перед глазами Наруто всё мутнело, а разум начинал плыть как корабль в шторме. Без правильного курса, хаотично и очень опасно. Саске же себя ощущал более чем нормально. Благодаря не восприимчивости к ядам, он мог пить алкоголь без какого-либо риска. Трезвость ума всегда присутствовала при Саске, и в каком-то роде, это даже его немного расстраивало… ведь он не мог забыться как другие шиноби, и все его грехи, оставались при нём.

— Это моя вина, безусловно, и я этого не отрицаю. Но нам нужно думать рационально и отбросить все наши расприи. Помимо того, что Боруто перешёл на сторону врага, я уверен в том, что «Кара» планирует нечто масштабное. Что-то сравни с акацуки. — пытался вразумить Учиха.

«Наруто, ты должен его послушать!» — прозвучал голос Курамы. — «Сейчас вам нужно думать о…»

— Хватит с меня уже эти чёртовых дум о том и сём! — выкрикнул уставший от всего Наруто. — Семья, дочь, сын… всё это ушло в небытие. Я всё отдал ради деревни, но взамен получил лишь боль и ненависть!

— Наруто, твой сын так или иначе стал бы отступником, так что… — договорить Саске не успел, получив смачный удар в лицо от озверевшего Наруто.

Тело Саске тут же упало на пол, а рабочий стол Хокаге отъехал в сторону. Разлепив глаза, Учиха увидел над собой совершенно иного Наруто. Он давным давно позабыл об этих глазах и зверином оскале. Далёкий страх, вновь окутал его разум, как тогда… Когда они сражались впервые в «долине завершения».

Кулак вновь полетел в сторону лица Саске, но он успел в этот раз увернуться, после чего схватив запястье, с силой перебросил через себя тело друга. Наруто же в свою очередь, больше не мог себя сдерживать. Развернувшись, он вновь замахнулся, ударив Учиху в нос, от чего тут же брызнула кровь и послышался вскрик боли.

Курама также ощутил нечто бурлящее внутри души Наруто. Это началось ещё несколько лет тому назад. Когда его дочь погибла от рук Ооцуцуки. Лис посчитал, что эта тьма не разрастётся, потому и не трогал эту тему, но теперь… когда она вдруг выросла в огромную опухоль, демон осознал, насколько сильно он ошибался.

Саске активировал шаринган, но Узумаки вновь и вновь начал избивать его, и с каждым новым ударом, Учиха ощущал как его разум начинает отключаться. Вместе с тем, атаковать друга, он не мог. Странное дело, до этого, он никогда не позволял никому себя избивать, но сейчас… Когда перед ним друг, который был сломлен внутри… Рука не поднималась, чтобы остановить это безумие. Потому-что в глубине души, Саске сам хотел этого, хотел чтобы Наруто наконец сорвался, ведь если бы не он, то кто-то другой получил, и тогда появились бы проблемы…

Наруто продолжал бить Учиху, полностью теряя над собой контроль. В голове была только одна мысль: «Это всё твоя вина! Твоя вина! Твоя!!!». Возможно, если бы всё так и продолжалось, Саске рано или поздно умер бы от полученных травм, но ситуацию спас Курама. Красные хвосты из его чакры, внезапно вырвались из спины Наруто, а после начали обхватывать всё тело, тем самым сдерживая того от побоищ.

«Наруто! Прекрати, это уже не ты! Разве так подобает поступать Хокаге?!» — воскликнул во всю глотку Курама. — «Я знал тебя всю твою жизнь, от рождения до этого дня. И то, что сейчас я вижу, совершенно не укладывается у меня в голове! Даже если твоя семья на грани, даже если ты не уверен в том, что сможешь жить дальше, ты чёрт возьми, должен продолжать идти вперёд! В твоих руках целая деревня и множество жизней. Неужели из-за того, что твой сопляк сейчас с дурью в башке присоединился к преступникам, ты будешь бездумно убивать человека, за которым гонялся четверть своей жизни, чтобы спасти?!»

Стиснутый оскал на лице Наруто, потихоньку начинал слабеть, а ясность в глазах от того, что он творит, начала проявляться. Руки медленно разжались и опустились, хвосты из чакры, разжали их и те, словно неживые упали на пол.

— Я просто… не знал, куда деть всё то, что накопился во мне… — простонал Наруто. — почему же, всё так получается? Почему, мне приходиться переживать столько горя?!

«На этот вопрос никому нельзя ответить. Судьба жестока со всеми. Но это не значит, что нам нужно опускать руки и превращаться в монстров» — ответил Курама.

Наруто медленно поднял свои руки. Завидев на них, кровь собственного лучшего друга, он скривился, но не от злобы, а от отвращения к самому себе. Сжав пальцы, он медленно поднялся на ноги.

— Курама… вылечи его раны, насколько сможешь… кажется, я его сильно приложил. — попросил Наруто, взглянув на лежащего друга.

Эта просьба была странной. В интонации Наруто не было беспокойства за Саске, не было какой-то злобы, скорее холодная речь безразличия. Может быть Курама и прояснил ему взор на мир, но в глубине души, Узумаки, всё ещё не мог простить друга за то, что тот всё же упустил его сына.

— Похоже, твоё состояние улучшается, Узумаки Боруто. — оповестил Амадо, сделав затяг, а затем выпустив дым, — рана заживает, хоть и не так быстро, как тебе хотелось бы. Антибиотики делают своё дело, нужно лишь подождать.

Боруто, сидел на больничной койке, глядя мёртвыми глазами на Амадо. Уже несколько дней он находился в одном из тайных убежищ Кары. В этот день, должен был придти глава всей организации, а вместе с ним его верная правая рука. Наруто не знал о нём толком ничего, лишь то, что он был неудачным сосудом для Джигена или если быть точнее для Исшики Ооцуцуки.

Амадо для Боруто был странной личностью. Говорил он вкрадчиво, довольно монотонно и убедительно. Порой, ему даже было приятна компания в виде этого седовласого гения. Всё же, этот человек создал немало разных приблуд, так ещё и оснастил Каваки наночастицами позволяющими тому менять форму своего тела. Естественно он предложил и ему пройти данную процедуру улучшения тела, но Узумаки отказался, сказав, что ему и своих собственных сил хватит.

— Долго вы работаете на Джигена? — спросил Боруто, снимая с себя датчики, с помощью которых, Амадо проверял состояние блондина.

— Скажем так, довольно давно. Шесть или семь лет тому назад, он пригласил меня в свою организацию. Дал ресурсы, лабораторию и полную свободу действий. В общем, мои руки были развязаны.

— Ясно, значит ты тут всякими тёмными делами промышляешь. На вроде Орочимару… — хмыкнув, констатировал Боруто.

— Нет, ошибаешься. Я конечно, много чего плохого сделал. Но вот, сравнивать меня с поистине жуткой легендой из троицы, не стоит. У меня есть принципы, а также мораль. — возразил Амадо, докурив сигарету.

— Мне плевать какой ты человек и что ты там промышляешь в свой лаборатории. Я здесь по своим причинам и лезть в твою душу не собираюсь. — тут же отрезал Боруто.

— Так чего же, ты спрашиваешь меня, тогда? — резонно вопросил тот.

На лице блондина проскользнула мимолётная тоска, которую тут же заметил Амадо. Седовласый, понимал, что пацан в организацию попал не по собственной нужде. Словно тот нёс на своей душе тяжёлый груз и теперь был вынужден стать изгоем в обществе.

— Эй, расслабься, мы с тобой не такие уж и разные… просто методы у нас, немного различаются. Ты ведь здесь не по своей прихоти, а?

— Вот ещё… Зачем мне раскрывать тебе, что-то. Ты ведь личный врач Джигена, а потому явно, рассказываешь ему подробности о нас. — взглянув с презрением, ответил Узумаки.

— Ладно-ладно. Всё же, и правда, с чего бы тебе мне верить. Ну, пройдёт время, может быть, мы с тобой и поладим. — тут же отступил тот, понимая что сейчас ещё не время для подобных разговоров.

Боруто был осторожным с Амадо, и понимал, что такой человек как он, очень хитёр. Тем более, находясь в подобной организации, доверять нельзя было никому. Ведь, у каждого ублюдка в этой организации собственные тараканы в голове.

Как только процедурный осмотр был окончен, Боруто вышел из лаборатории, решив сразу же встретиться с Джигеном. Здесь блондин находился уже несколько дней, и поскольку его тело было повреждено, миссии ему были временно недоступны. Поэтому потихоньку, Боруто начинал знакомиться с… коллегами. Боро был одним из первых и достаточно бесящих самого Узумаки, личностей. Огромный толстяк напичканный разного рода приблуд в своём теле. Хоть он и ублюдок и тот ещё хвастун, одного ему точно не занимать, и это — силы. Далёко в горах, есть комплекс посвящённый культу Боро. Его почитают, как Бога, хотя он скорее нечто среднее между киборгом и лжецом. Там он хранит одно из оружий нового мира. Боруто не знал, что это, и всё же опасался этого, так как слышал, что сам Джиген распорядился тем, чтобы Боро уничтожил его. Уничтожил ли он его или же нет, всё ещё загадка…

Задумчивый блондин, шагая по коридору, вдруг встретился взглядом со странным парнем. Непослушные и растрёпанные волосы на которых виднелся странная металлическая пластина. Он был одет в длинный тёмный плащ, что неудивительно… Все члены Кары, одеваются в подобное. То, что этот человек был членом Кары, также давало и то, что под правым глазом, у него зияла выбитая татуировка в виде римской цифры шесть.

— О, здорова, ты похоже новенький, просто я никогда тебя здесь ещё не видел. — поприветствовал он, блондина.

— Ага… — сухо ответил Боруто, решив пройти мимо. — я тороплюсь, так что давай как-нибудь в другой раз поболтаем.

— Эй, как невежливо с твоей стороны, так уходить от беседы, — сделал замечание тот, — меня зовут Кодо и…

— Боруто. — тут же прервал его Узумаки.

— Боруто? Ты что же это, тот самый Боруто Узумаки? — тут же встрепенулся вдруг Кодо. — Ничего себе, а я уж думал, что это только байки… Неужели Джиген-сама, смог переманить тебя на нашу сторону…

— Ну, скажем так, он очень хорошо умеет переубеждать. — ответил нехотя Боруто.

Боруто чувствовал, как веяло от этого парня угрозой. Вся эта вежливость с его стороны, ничто иное, как просто маска, пропитанная ложью. Кодо хотел усыпить в нём бдительность. Но Узумаки, забурил себе на носу, что здесь нельзя расслабляться и думать что все они не такие уж и плохие. Каждый кто был в Каре, являлся угрозой для всех стран и их жителей. Узумаки презирал их всех, но по воле случая, ему приходиться выполнять роль этакого «Революционера» решившегося перевернуть весь мир с помощью крови и боли.

— Наверное было тяжело идти против своих же товарищей, с которыми ты жил бок о бок целых три года… — Выдал задумчиво Кодо, — порой, даже самые близкие люди могут причинить настолько сильную боль, от которой уже никому не оправиться.

— Плевать мне на них. Как и на весь мир в целом.

— Забавно… ты мне чем-то напомнил одного предателя, который сейчас находиться в деревне Листа, может быть ты даже знал его. — проговорил Кодо, — его звать Каваки, знакомое имя?

— Впервые слышу. — ответил тут же Боруто.

На самом деле Боруто думал об этом «Каваки». Кажется теперь он был заменой ему в команде номер семь. Этот факт немного расстраивал парня, и в то же время раздражал. Словно ему без каких-либо проблем нашли замену…

— Ну ладно, иди к Джигену, он не любит долго ждать. — решив попрощаться, сказал Кодо.

В этот момент, шестой из внутренних агентов Кары, поднял правую руку. И Боруто, краем глаза заметил странный белый ромб прямо на ладони парня. Тело тут же напряглось, а глаза широко раскрылись.

— У тебя… что, есть тоже карма? — вопросил шокировано Боруто.

— А?.. Точно-точно, ты ведь новенький и совсем меня не знаешь. Я должен был встать на место Каваки, но кое-что не сошлось и вместо меня, взяли Каваки. Но метка осталась, это что-то вроде утешительного приза за второе место.

В этот момент, Боруто осознал, что перед ним был неудавшийся сосуд для Исшики. Теперь Узумаки понимал, почему от него веяло таким холодом. Сила которая была в нём, совершенно на ином уровне по сравнению с тем же Боро. Всё дело в этой карме. Однако, кое-что не сходилось. Блондин не понимал, как же так получилось, что Кодо, который так и не стал сосудом, всё же смог получить карму? Или же, их можно как-либо передавать и без вселения Ооцуцуки?

— О, я гляжу и у тебя она есть… Правда, от совершенно другого Ооцуцуки, как я понимаю. Скажи мне, чисто из любопытства, какого это — ощущать в себе силу Бога? — в глазах Кодо, вдруг сверкнул огонёк настоящего любопытства. Словно он вот-вот должен был услышать что-то очень важное.

— Ничего особенного. Я стараюсь не пользоваться этой проклятой печатью. — ответил без какого-либо энтузиазма тот.

— Прискорбно. Ты и в прям говоришь как Каваки… — вновь слабо оскалившись от упоминания предателя, подытожил Кодо.

— Раз уж ты здесь, то и Джиген, видимо прибыл сюда. — констатировал Боруто.

— Да, он сейчас в зале собрания. Можешь сходить к нему, но мой тебе совет: не огрызайся перед ним. Он очень этого не любит.

На это Боруто ничего не ответил, молча развернувшись, он тут же зашагал в сторону зала где проходили общие собрания. Джиген возможно и силён, но Боруто понимал, что убить его, ему просто будет невыгодно. Тем более, когда у него, есть карма.

Внезапно для себя, Боруто ощутил исходящий импульс от кармы. Печать активировалась, после чего, Узумаки тут же перенёся в подсознание, где находился в заточении собственной печати Момошики.

Вновь этот странный мир, где виднелись в небе тысячи планет. Безжизненная каменистая земля и слабый ветер, что гонял пыль. Боруто огляделся по сторонам, пытаясь найти виновника, что вновь призвал его в это место.

— Момошики, не думал я, что ты вновь решишься призвать меня к себе. — заметив белый силуэт на одной из скал, заговорил Боруто. — Кажется в прошлый раз, я был при смерти. Что же в этот раз тебя вынудило призвать меня?

Бледный Бог, молчал и лишь одаривал свой сосуд своим холодным безжизненным взглядом. Однако, Боруто в этом взгляде улавливал нечто человеческое. Словно тот колебался и потому не мог что-либо сказать.

— Вижу я, что ты колеблешься, словно человек. — усмехнувшись заметил Боруто.

— Молчать, ничтожество. — тут же ответил Момошики, подлетев к блондину. — я призвал тебя сюда, чтобы предупредить. Твои планы на будущее, очень рискованны. Может быть я и не вижу всей картины, того что ты хочешь сделать, но мой тебе совет: не делай того, о чём потом будешь сожалеть.

— Кто бы говорил, ублюдок. — тут же рубанул с плеча Боруто, — ты ведь сам говорил, что твоя раса чудовищна. И я для себя сделал выводы, придя к закономерному разрешению конфликта.

— Думаешь, она захочет этого?! После всего того, что сделали твои предки…

— Это уже решать не тебе, а мне. Я вижу будущее, и потому, знаю, что умирать мне пока рано.

— Тогда… Будь осторожен с Джигеном. — вздохнув, добавил Момошики.

— С чего ты такой заботливый обо мне? — вопросил Боруто, прямо взглянув в глаза бледному. — я думал, тебе безразлична моя жизнь. Но теперь, как вижу, ты словно боишься того, что я умру.

— На то есть причина. И очень весомая… — ответил загадочно Момо.

Боруто насторожился. Всё же, не спроста же этот ублюдок сидел в печати. Возможно, что-то в будущем должно было произойти, и для этого, он должен быть живым.

— Что ты задумал? — задал напрямую вопрос, Боруто. — Эта печать не просто метка для силы, да? Ведь не будь тебя здесь, она бы нахрен исчезла. Помнится в прошлом, ты сказал мне, что ответишь на все мои вопросы, если я докажу тебе, что я действительно силён. Время пришло, Момошики… и ты обязан ответить на все мои вопросы.

— Ого, как ты заговорил. Года три тому назад, я видел перед собой мальчишку, который взрывался лишь от одного моего вида перед собой. Теперь же, я ощущаю на себе лишь холодный и испепеляющий взгляд… — на лице его образовалась ухмылка, словно тот был рад тому, что блондин вырос. — Хорошо, я отвечу на твои вопросы, Узумаки Боруто.

Голубоглазый, опешил услышав это в ответ. Ему казалось, что Момошики будет увиливать, и всячески препятствовать тому, чтобы хоть что-то говорить ему в ответ. Однако, как видно, он чтил то, что обещал.

— Отлично. Давай сперва разъясним все вопросы насчёт моего правого глаза.

— В вашем мире, глаза имеют свою силу. Они очень особенные, по ним можно определить ложь или правду. Такие уж вы существа… Но, что же до нас, то мы обошли эту фазу. После тысячелетий эволюции нашего вида, мы смогли развить свои глаза. Что естественно удалось и твоему виду, хоть и не в таком масштабе, как хотелось бы.

— Хватит ходить вокруг до около. Скажи мне, что за Джооган, и почему с помощью него, я могу заглядывать в будущее? — поторопил своего узника, Боруто.

— Джооган, результат очень мощной, как у вас это говориться, мутации. Он не должен был появиться как таковой. Ошибка, что стоило миллионам моим сородичам жизней. — ответил Момошики, с отвращением глядя в глаза блондину. — Они всегда предвещали лишь смерть и страдание. Эти глаза появились после гибели нашего Прародителя, и некоторые считали, что это нечто вроде прощального подарка, нам детям его. Раз в несколько тысяч лет, у одного совершенно случайного потомка Ооцуцуки, появляются эти глаза. История моего рода, насчитывает около двухсот легенд о личностях, что обладали этими глазами. И у каждого героя этих легенд, они проявлялись лишь как инструмент для уничтожения всего живого. Ты не исключение Боруто Узумаки. Твои цели, омерзительны и ужасны.

— Значит я не первый такой, — ответил Боруто, без какого-либо чувства сожаления, — просто история делает очередной круг, разве нет?

— Если остальные Ооцуцуки узнают о том, что у тебя есть Джооган, они не оставят тебя в покое. Они сделают всё, чтобы найти тебя и отобрать их в лучшем случае. — предостерёг Момошики. — Берегись, Узумаки, потому что в будущем, тебя ждут очень большие проблемы.

— Погоди, что-то я не вдупляю, ты говоришь, что эти глаза проявляются у каждого Ооцуцуки… что ты хочешь этим сказать?..

— Ты очень далёкий, но всё же потомок, Ооцуцуки. — ответил с нескрываемой улыбкой Момошики. — ты разве ещё этого не понял? Твои отец и мать, они оба потомки двух древних кланов, Хьюга и Узумаки, основатели которых были дальними родственниками Хагоромо и Хамуры Ооцуцуки.

В этот момент Боруто впал в шок. Он долго ничего не мог ответить толком, пытаясь всё переварить в своей голове. Отец никогда ему не рассказывал об этом, да и никто в деревне в принципе даже не заикался насчёт Ооцуцуки и того, что клан Хьюга и Узумаки были когда-то связанны с Ооцуцуки.

— Для тебя наверное, такой шок, узнать о том, что ты результат длительного пути семени Ооцуцуки… — ухмыльнувшись, продолжал издеваться Момошики.

— Вот ещё… Даже если мой род как-то связан с Ооцуцуки, это никак не влияет на мою злобу на твой род. Я не изменю того решения, что уже выбрал. — твёрдо выговорил Боруто, глядя прямо в глаза Момошики, улыбка на лице которого, тут же сползла на нет. — Итак, мой глаз это результат случайности пришедший из далёкой истории твоей расы, с этим разобрались, более менее. Мне бы хотелось узнать о «карме», она появилась после того, как я победил тебя. Я нахожу это странным совпадением, так скажи же, Момошики, зачем она?

Момошики оглядывал руку блондина, вероятно думая над тем, что бы сказать тому. Боруто подозревал, что печать на руке, явно была не для того, чтобы делать носителя сильнее. Так как Момошики погиб, а сущность или же душа находилась непосредственно в печати, это навевало Боруто на мысль того, что каким-то образом бледноглазый, хочет вновь обрести тело.

— Эта метка — некий пункт сохранения моей сущности. Ты победил меня, спору нет, и за это, я наградил тебя своей меткой. — ответил Момошики.

— Что-то мне сложновато вериться в то, что такие жестокие создания как ты, смогли бы сделать нечто подобное. Я скорее поверю в то, что эта печать рано или поздно убьёт меня, нежели поверю в то, что это подарок от тебя.

— Это твой выбор, верить мне или же нет. Но знай только одно, Узумаки Боруто… Не стоит верить Иссшики. Этот искуситель, очень хитёр и подл. Когда он поймёт, что ты ему больше не нужен, то сразу же захочет избавиться от тебя, и для этого у него есть весьма веская причина. — серьёзным тоном, предупредил Ооцуцуки.

Боруто был в тупике. Он не до конца понимал, на чьей же стороне всё-таки Момошики… Он злорадствует при любой оплошности блондина, но при этом, старается его уберечь. Здесь явно было что-то не так.

— Ты противоречишь сам себе Момошики. И я кажется начинаю догадываться почему, ты так ведёшь себя. — ответил Боруто, отстраняясь от бледноглазого.

Боруто покинул чистилище кармы, оставив вновь Момошики наедине с собственными мыслями в бесконечном потоке времени. Как только сознание Узумаки полностью растворилось, Ооцуцуки тяжело вздохнул, присев на один из бесчисленных камней.

— Этот пацан… Что же мне с тобой делать? — спросил он в пустоту.

Боруто вновь открыл глаза, вернувшись в коридор по которому он шёл в сторону зала для собраний. Карма на руке заметно так жгла руку, а правый глаз, всё никак не хотел деактивироваться. Спустя пару мгновений, символы на руке вновь начали тухнуть, а затем бесследно исчезать, вместе с Джооганом, что также потух, вернувшись в блеклое состояние слепого глаза.

Тупая боль в плече, вновь дала о себе знать. Блондин поморщившись, всё же продолжил путь по коридору. Мысли о том, что Момошики что-то скрывает, продолжали истязать разум, а вместе с тем, не давали сосредоточится на беседе с Джигеном.

— Не стоит верить ему? Как будто я и без тебя этого не знал, идиот… — выговорил Боруто, хмыкнув.

Войдя в зал, Боруто очутился в весьма необычном месте. Вокруг всё мерцало и то и дело передвигалось из стороны в сторону. Переговорный зал был довольно футуристичен, если так можно было сказать. Стены состояли из отдельных блоков, что перемещались в хаотичном порядке, туда-сюда, а в центре всей этой комнаты, находился скромный трон в виде небольшого кресла белого цвета на котором восседал Джиген одетый в чёрный плащ.

— Боруто Узумаки, после стольких лет, мы наконец вновь увиделись. — уголки губ его, тут же растянулись в блаженной улыбке.

— Джиген… — кивнув в знак приветствия, ответил Боруто.

Как только Узумаки подошёл чуть ближе, комната начала меняться. Крайние блоки пола, тут же исчезли, тем самым отрезав путь назад. И теперь, они оба стояли на своеобразном, одном большом кубе, что мерцал красными огнями.

— Я наслышан о твоих подвигах за всё это время. Ты много чего совершил… Победил нескольких джоунинов, что пытались совершить переворот, помог крестьянам с засухой в стране камня, а ещё победил громового демона на вершине священной горы. — проговорил Джиген, загибая пальцы. — Но пиком всего этого, конечно же стало предательство и резня в деревне Облака.

— Ты закончил? Если ты меня сюда позвал, только чтобы напомнить мне всё то, что я итак знал, то я пожалуй пойду… — развернувшись, выговорил Боруто.

— По правде говоря, я хотел бы кое-что с тобой обсудить. Попутно, дав тебе задание… — выдал Джиген, и как только Боруто вновь развернулся к нему лицом, он продолжил. — Моя раса, как я уже говорил тебе года три тому назад: паразитическая и знает лишь — истребление. Однако, перед тем как уничтожить всё живое на планете, им необходимо разузнать всё о разумных тварях, что населяют её.

— Другими словами, на землю отправляют разведчиков. — додумал Боруто.

— Именно. Момошики, Урашики и все остальные идиоты, они пришли лишь за тем, что не должно было принадлежать этой планете. Они не разведчики, а собиратели, те кто пожинает плоды Божественного древа. Разведчики же, совершенно иные. Скрытные, неотличимые от людей, а также очень хитрые. Втираются в доверие к людям, изучают их, а после сбора информации возвращаются обратно на родину, чтобы всё изложить высшим.

— То-есть сейчас где-то на земле, шляются Ооцуцуки? — гневно вопросил Боруто.

От мысли, что где-то здесь обитает бледнокожий ублюдок, в голове Боруто вспыхивали образы того ублюдка, что убил его сестру. Его ухмылка и голос, даже взгляд, вызывали в нём необъяснимую злобу. Джиген ожидал подобной реакции от блондина. Зная то, что они сделали с его семьёй и деревней, Узумаки несомненно питал к его роду ненависть, сравнимую с вулканом. Это его радовало. Ведь при нём была также и карма, что позволяла ему сражаться с ними на равных. Идеальное оружие против Богов.

— Да, и я хочу чтобы ты нашёл их. Уничтожил, пока они не вернулись обратно в свой мир. Как думаешь, справишься с этим заданием?.. — усмехнувшись спросил он, — Если ты всё ещё не до конца восстановился, не беда, я могу отправить кого-нибудь другого.

— Нет! Это сделаю я. Если на земле находиться один из них, то мой долг уничтожить его, пока он не натворил дел. — ответил Боруто, сжимая руку на которой была отметина ромба. — Скажи мне, где его в последний раз видели и я отправлюсь за его головой.

— Погоди-погоди… Не спеши ты так. Твоя рана всё ещё восстанавливается. Поэтому, я отправляю тебя вместе с Дельтой.

Как и ожидалось… Боруто понимал, что теперь ему придётся работать вместе с этими отбросами, что являлись внутренними членами Кары. Одно его радовало, в напарники ему выделили не Боро.

— Дельта? — повторил Боруто, — Кто это?

— Ты с ней ещё не встречался? Она тебе понравиться, но будь осторожен, у неё довольно вспыльчивый характер. — предостерёг того Джиген.

— Когда мне выступать?

— Прямо сейчас. Дельта уже ждёт тебя у выхода из убежища. Я ей всё уже разъяснил, так что место откуда вы начнёте свои поиски знает только она. — подытожил Джиген.

— Похоже ты всё ещё не доверяешь мне. — хмыкнув, заметил Боруто. — Ну и плевать. Мысль о том, что Ооцуцуки вскоре будет убит моими руками, радует меня.

На это, Джиген лишь слабо ухмыльнулся. Он всё ещё продолжал восторгаться ненавистью этого паренька. Даже у Каваки не было такой сильной злобы к нему, как у этого блондина ко всему его роду.

Девушка с блондинистыми волосами, одетая в бирюзовый наряд с вырезами на плечах и груди, стояла у каменного монумента, что являлся маяком для всех «внутренних» членов Кары. Среди чащи деревьев, её светлые волосы слабо подрагивали от ветра. В её необычных фиолетовых глазах, отражалось недовольство.

Раздражение вызывал в ней не только новичок, а также то, что её недооценивают отправляя на миссию с напарником. Дельта всегда старалась выкладываться на все сто, выполнять миссии так, как надо, и без каких-либо трудностей. Напарники для неё — обуза, которая только мешает. И сколько бы она не требовала того, чтобы её отправляли на миссии в одиночку, Джиген был непреклонен и всегда твердил только одно — нужна подстраховка.

Боруто медленно вышел из своеобразной пещеры, в которой был замаскированный под камни вход в убежище. На выходе, он заметил блондинку, настроение которой было не ахти.

— Неужели, таки вышел… — бросила она, заметив выходящую фигуру в капюшоне, — Эй, так ты же тот самый сын Хокаге! — воскликнула она, удившись тому, что её напарник не тот же Боро, что вечно бесил её своими проповедями о «Вечном Цукиёми».

— Видимо Джиген тебе не сказал, кто будет твоим напарником. — высказал Боруто, — Ты я как понимаю, Дельта?

— Да, и скажу сразу — будешь мешаться под ногами, убью на месте. — ответила та, скрестив руки.

— Хотел сказать, что-то похожее и тебе… — устало выдал Боруто. — Так или иначе, мы теперь с тобой напарники. Джиген сказал, что ты мне обрисуешь ситуацию насчёт Ооцуцуки.

Дельте этот подросток с первого взгляда сильно не понравился. Было в его взгляде, что-то отстранённое. Словно Кара для него была лишь попытка спрятаться от прошлого, в котором он очень сильно напортачил. Она читала отчёт о том, что было в Деревне Облака, потому личность Боруто Узумаки вызывала в ней, нечто схожее с отвращением.

— В стране Железа, а если быть точнее в районе залива Гайкотсу был обнаружен этот инопланетный ублюдок. — сказал Дельта. Глаза её вспыхнули, выбросив вперёд некую трёхмерную голограмму в виде карты мира.

— Учитывая то, что мы находимся практически на краю пересечения страны Огня и страны Лапши, путь до нашей цели займёт около месяца…

— За это можешь не волноваться. — ответила Дельта, вытащив из-за плаща, плоский круглый предмет, что был сделан из стали и светился странным слабым голубым светом. — Это приспособление, поможет нам миновать лишние километры.

Боруто нахмурился услышав это. Очередное технологические открытие в новом поколении. Технологии начинают всё более и более уходить вперёд, и множество техник, доступных лишь избранным, теперь были открыты для всех. С одной стороны это радовало Боруто, ведь всё же, хорошо иметь подобные штуки, перевозить тяжёлые грузы в труднодоступные места на подобии страны Песка или Камня. Однако, эти технологии также дают доступ таким убийцам как им, преодолевать большие расстояния, чтобы убить свою цель, пока она в недоумении. Блондин готов был поспорить, что об этой штуке мало кто знает, если вообще хоть кто-то знает.

— И как он работает? — с интересом осматривая предмет, вопросил Узумаки.

— Всё очень просто. Учёные в Каре изучали методы телепортации с помощью техник, а также призывов тех же зверей, с помощью печатей. С горем пополам, им всё же удалось расшифровать и скопировать алгоритм печатей, что используются для перемещения объекта из одного места в другое.

— Хм, погоди, но для переноса с помощью призыва, нужно ведь чтобы в определённой точке, которая конкретна нужна нам, был другой призыватель. — напомнил Боруто.

— Да-да, вижу что ты не тупой. Джиген когда учуял Ооцуцуки, оставил второй такой же телепорт на территории залива. Поэтому нам нужно лишь активировать тот, что у нас и просто оказаться на месте второго телепорта.

Дельта более не хотела слушать Боруто, потому, резко бросила телепорт на землю. Прикоснувшись к почве, тот сразу же раскрылся, замигав ярко синем цветом. Из центра этого кругообразного колпачка выстрелил яркий и в то же время довольно плотный свет, что начинал образовывать собой овальную сферу, что очень сильно напоминало портал.

— Идём, если не хочешь топать до залива на своих двоих. — фыркнула Дельта, протянув руку к плотному синему цвету.

Боруто молча, также протянул руку, хоть и не до конца доверяя Дельте. Всё же, кто знает что в голове у этой довольно инфантильной девки.

Как только рука коснулась света, голубоглазый ощутил как по всему его телу расходиться чужеродная чакра. На секунду, ему даже показалось, словно она поглотила его собственную. Перед глазами всё потемнело, а затем спустя мгновение, он уже оказался в совершенно ином месте. Это действительно было похоже на нечто сродни с тем, что он проворачивал с техникой «летящего Бога грома», но в разы плавнее.

— Что ж, теперь мы на довольно большом расстоянии от убежища. — произнесла Дельта, недобро взглянув на Боруто.

— Что ты имеешь ввиду? — уже начиная подозревать будущие действия, вопросил Боруто.

— Чтобы быть в нашей организации, да ещё и «внутренней» ты должен быть достоин. Твоя сила, должна быть ни ниже нашей, так что, я хочу проверить твои силы, Узумаки Боруто. — ответила та, сняв с себя плащ.

— Понятно. Чего-то подобного, я и ожидал от тебя. Ладно, давай только по быстрее, не люблю растягивать с заданиями.

Они находились на небольшом и безлюдном холме. Вдалеке, около нескольких километров, виднелся залив. У берега также Боруто заметил постройки, что означает то, что там есть людное население.

— Что прямо здесь? — спросил Боруто. — Не боишься, что нас засекут?

— Ещё чего. — коротко ответила та, внезапно сделав выпад ногой.

Боруто, в этот же момент, вытащил из ножен катану, поставив своеобразный блок. Странно, но блондин ощутил отдачу от её атаки… и по началу, он даже думал, что ногу вот-вот разрежет пополам от столь сильного столкновения с лезвием его клинка. Однако, случилось кое-что непредвиденное. Нога Дельты, начала хаотично трансформироваться, создавая ещё один дополнительный острый отросток, что на большой скорости полетел в тело Боруто.

— Ого! — воскликнул Боруто, отскочив от Дельты. — А ты необычная, как я погляжу…

Активировав джооган, Узумаки изумлённо уставился на тело Дельты. В нём, практически не было каналов чакры. Всё её тело, было напичкано этими странными технологиями. Ноги в частности были полностью заменены на био-механические части, как и глаза…

— Судя по твоему лицу, ты шокирован тем, что увидел не так ли? — усмехнувшись, вопросила та. — Знай же, сопляк, что если ты проиграешь сейчас, я имею полное право убить тебя!

— Ясно, но похоже это правило действует и в обратную сторону, не так ли?

— Ты осмеливаешься думать о том, что победишь?! — гневно взревела она, мгновенно сократив дистанцию между собой и блондином.

Благодаря джоогану, Узумаки ловко уворачивался от всех молниеносных атак Дельты, то и дело изредка и сам нанося удары и замахи клинком от которых девушка, также без какого-либо труда уворачивалась.

Почва на которой они сражались постепенно начинала разрушаться, поднимая клубы пыли, а деревья, что сотни лет стояли на этом месте, кренится от столь бушующей битвы. Плечо Боруто по прежнему ныло, потому он не мог эффективно сражаться в рукопашном бою. Дельта это ощущала в ударах и в стиле боя Боруто, потому наступала, не давая тому передохнуть.

— Неужели выдыхаешься? — насмешливо воскликнула она.

— Что ты, я только начал! — ответил Боруто, кинув в её сторону необычный кунай.

Дельта без проблем увернулась от него, однако она заметила, что на этом кунае была странная печать. И в момент когда Боруто исчез перед её взором, она мгновенно поняла, что тот переместился ей прямо за спину.

— Не пройдёт! — крикнула она, резко развернувшись и активировав свои глаза.

Перед её взором предстал летящей в её сторону Боруто с выпяченной правой рукой в которой формировался небольшой шар с тысячью хаотичных молний внутри. На лице Боруто появилась удивление, так как он точно был уверен, что сделал это как можно быстрее и неожиданней.

Глаза Дельты широко раскрылись, и именно тогда, Боруто осознал, почему у неё были замещённые глаза. Техника в его руке, начала стремительно исчезать, а если быть точнее поглощаться глазами этой суки.

— Так это… нинджеты?! — только и успел вскрикнуть Боруто, перед тем как в его грудь ударил сфокусированный луч из чакры.

Его в тот же момент с силой отбросило назад. Огромное дерево, что было за ним, разлетелось в щепки, когда тело Узумаки врезалось в него. Послышался грохот ещё нескольких деревьев, что падали на землю, словно подстреленные люди.

Дельта довольно улыбнулась, наконец увидев на лице блондина нечто схожее с гневом. Он поднялся на ноги, отряхиваясь от веток и грязи. Продолжая прожигать свою напарницу диким и злобным взглядом.

— Признаюсь, это было довольно неожиданно… — выплюнул Боруто, — твои глаза могут впитывать в себя природные техники и при этом накапливать их мощь, а затем выпускать в виде сфокусированного луча.

— Твои уловки не пройдут со мной, Боруто. Мои глаза видят каждое твоё движение. — высказала Дельта, медленно наступая снова в бой.

— Ладно, давай продолжим… — еле слышимо ответил Боруто.

Вытащив катану, он вновь вступил в бой. Однако теперь, джооган был деактивирован, видимо из-за нехватки чакры, а также раны на плече, он был не так вынослив. Еле как уворачиваясь от ударов, в одно мгновение, он всё же нанёс весомый удар катаной, что пришёлся прямо по бедру левой ноги Дельты. Как только лезвие клинка прошлось до середины ноги, Боруто схватился за клинок обеими руками, а затем с силой потянул его в бок, тем самым заставляя ногу Дельты разорваться на две части.

— Ах ты! — вскрикнула она, развернувшись и ударив правой ногой по плечу Боруто.

Блондин тут же ослабил хватку, из-за чего сорвавшись вновь отлетел в сторону и упав на землю. Медленно привстав, он повернулся к Дельте лицом. Та в свою очередь, вытащив катану из ноги, брезгливо отбросила её.

— Эти ваши мечи, катаны, кунаи — прошлый век! Я не понимаю таких как вы. Есть ведь достаточно эффективные виды оружия, как мои глаза, кибернетические протезы, что могут в мгновение ока из руки или ноги превратиться в нечто очень опасное.

— Просто… я чту память о своих предках. Поэтому и сражаюсь, как настоящий ниндзя. — ответил Боруто.

— Отвратительно… — нахмурившись процедила она. — сейчас я тебе покажу пик моих возможностей, что я получила благодаря новому веку технологий. И в качестве уважения к тебе, мелкий ублюдок, я сделаю это с помощью твоей катаны.

Дельта вновь взяла в руки клинок Боруто, а затем зажмурив глаза, активировала совершенно новый режим, о котором практически никто не знал. Руки её раздвоились в районе ступней, тем самым обнажив реактивную тягу. Боруто видел нечто подобное впервые, а потому просто шокировано глядел на то, как меняются человеческие ноги… Тело его практически перестало двигаться, почему-то в груди всё начинало сжиматься от напряжения.

— Прощай. — коротко произнесла Дельта.

Боруто даже не успел осознать, что именно произошло, как в груди вдруг оказался его же собственный клинок. Перед ним стояла Дельта, вокруг них поднялся ветер от довольно быстрого рывка со стороны Дельты. Ухмыльнувшись, она подняла насаженного на катану Боруто в воздух. Из глотки его, выплеснулась кровь, а в глазах, читалось неведенье.

— Так ты… можешь и так?.. — вопросил Боруто, тяжело дыша.

— Да, я подумала, что раз уж ты погибнешь, то и увидеть это должен был.

— Скажи мне, Дельта… Ради чего ты сражаешься на стороне Кары?.. — вдруг вопросил Боруто, держась из последних сил за лезвие собственного клинка.

— Потому что… я нашла смысл в том, что делает Кара. И я… стала той, какой я есть, только благодаря им. В то время как все остальные отвернулись от меня. — вдруг высказала она, и в глазах её на мгновение, Боруто увидел некое сожаление.

— Понятно… теперь я готов к битве. — прохрипел Боруто, улыбнувшись.

— Что?.. — изумлённо взглянув на лицо блондина воскликнула Дельта.

Вдруг, Боруто перед ней, исчез в плотной белой дымке. И в этот же момент, она поняла, что сражалась с обычным усиленным клоном… Тогда как настоящий… чего-то ждал.

Позади, в том месте, куда отлетел блондин от лучей Дельты, вдруг появилось огромное поле созданное из молний. Блондинка, приблизив изображение с помощью своих глаз, увидела… Как объятый молниями блондин, — у которого в груди зияла довольно быстро заживающая рана, — активирует карму, а вместе с ним и джооган.

— Давай начнём настоящую битву, Дельта. — спокойно произнёс Боруто.

Жизнь в городе, что находился возле залива Гайготсу была довольно насыщенной. Благодаря заливу, город процветал, ведь открывались торговые пути и через это место переправлялись множество разных особо важных ресурсов, так и съедобных запасов. Сюда прибывали люди в поисках наживы, стать каким-нибудь торговцем здесь было раз плюнуть. Поэтому народа здесь было немерено, хоть и городок был сравнительно небольшой.

Весьма широкие улочки города, были наполнены вечно куда-то торопящимися людьми. У каждого была своя работа: проверить товар; посчитать его; продать за большую цену, пока не снизился спрос, и так далее. Поэтому в этом городе преимущественно было много баров и пабов, где люди могли отвлечься от работы хотя бы на один вечер и просто отдохнуть выпив сакэ или пива.

Благо с выпивкой здесь было всё хорошо, ведь это чёртов торговый город и здесь естественно самые лучшие сорты алкогольного производства. В выходные по вечерам в барах собиралось столько людей, что некоторым приходилось сидеть у входа в само заведение и распивать напитки там, благо законы здесь были к этому лояльны, потому драки в подобных заведениях были частыми и достаточно быстро разрешаемыми. Всё дело в кочующих шиноби, которых осталось хоть и немного, но всё же хватало для подобных мест. Они использовали подобные города, как прилавочный пункт, чтобы отдохнуть, набраться всякого нужного барахла и вновь отправиться в путь.

— Эй, Кай, ты слышишь это? — спросил пьянчуга, сделав ещё один глоток из зелёной стеклянной бутылки, которая была уже практически на половину опустошена.

— Чё такое? — спросил второй работяга, поставив ящик на пол и стерев льющийся пот со своего лба.

— Боги прогневались. — ответил как-то мрачно он, при этом глядя куда-то в сторону гор.

— Ты чё дед, совсем уже того?.. — усмехнувшись, ответил работяга, после чего, всё же последовал за взглядом старика. И в этот же момент, он обомлел… в небе, а если быть точнее в стороне холмов вдали от города, виднелись молнии. Хотя на небе не было ни облачка. — Эй, эй… это чё ещё такое?!

— Говорю же тебе, мы прогневали чем-то Райдзина… — ответил тот, вновь впившись губами к бутылке.

— Дурак старый! Надо же предупредить площадь о том, что там что-то неладное творится! — выругнулся мужик, после чего побежал к другим таким же грузчикам как он, тем самым создавая сарафанное радио.

Старик наблюдал за этими молниями, ощущая мощь природы. Её гнев на планету, за то, что люди не чтят их, а некоторые и вовсе позабыли о них. Однако эти мысли тут же улетучились, когда седовласый заметил что всё пойло в его бутылке испарилось. Он бросил бутылку в сторону, от чего та тут же разбилась на осколки, а затем поплёлся в сторону одного из ближайших пабов, чтобы вновь купить себе ещё одну бутылочку столь волшебного нектара.

Тем временем, среди холмов и высоких зелёных деревьев, Боруто и Дельта продолжали свой яростный и дикий танец, пытаясь достать друг друга, вымотать и наконец избить, одновременно с этим и доказать кто из них, настоящий воин.

Боруто плавно двигался, стараясь тратить как можно меньше чакры на движениях. В то же время Дельта, практически без остановок на всю мощь махала своими кибернетическими орудиями, то и дело пытаясь зацепить ими тело блондина. Подобное безрассудство объяснялось её злобой и осознанием тем, что Боруто её обманул. Заставил сражаться с каким-то жалким клоном…

— Ты заплатишь за то унижение! — выкрикнула она, направив в очередной раз в его сторону лучи из глаз.

Узумаки молниеносно вытащил катану из ножен напитав её чакрой молнии, а после отразил удар. Лучи отзеркалив от лезвия, разрезали несколько деревьев, что стояли где-то в стороне. Боруто понимал, что это привлекло ещё больше внимания к ним… Поэтому бой нужно было как можно скорее закончить.

Резко приблизившись к Дельте, он с размаху врезал ей по рёбрам ногой, однако та успела всё же сделать блок своей рукой, от чего повреждений существенных не произошло.

— Смотрю ты не жалеешь девушек… — с отдышкой сделала замечание Дельта.

— Я жалею девушек, а не монстров. — ответил ей бесстрастно Боруто.

— Нахал. — выдала Дельта, хмыкнув.

Бой продолжился. Дельта не хотела проигрывать какому-то новичку, потому решилась от отчаянный шаг. Использовать репульсоры на ногах, чтобы встать на одну ступень в скорости с Боруто. Она понимала, что это продлиться не так долго, но гордость была превыше всего.

Блондин насторожился, когда заметил что ноги Дельты начали меняться. В этот раз из турбин на её ногах, выходило необычное пламя… оно было синим. Теперь ему следовало быть ещё более осторожным, так как видимо это придало ей скорости и смертоносности.

Закрыв левый глаз, он полностью сфокусировался Джооганом на движения оппонентки. Первые движения сразу же дали понять, что уровень её скорости значительно увеличился. Она резким порывом добралась до него за несколько секунд.

— В этот раз, я не буду с тобой играться. — выдала Дельта, после чего, резко нырнув под Боруто, ловким и быстрым движением ударила того прямо в челюсть.

Больно! — подумал Боруто, ощутив резкую боль в районе челюсти. — Но всё же терпимо, эта сучка должна наконец успокоиться!

За этим ударом последовал ещё один, но в этот раз Боруто схватил её за ногу, а затем вонзил клинок прямо в турбину. Активировав Джооган, блондин заметил что все внутренние механические системы были присоединены к одному источнику питания, что находился в её животе.

Однако… убивать её всё же ему не стоило. Джиген подобного не одобрит, поэтому Боруто откинул эту идею. Решив на ходу придумать что-нибудь ещё. Вытащив клинок обратно, он с силой оттолкнул Дельту в сторону, приземлившись обратно на землю.

— Ты ведь мог меня убить, чего же не сделал этого? — тут же вопросила непонимающе она.

— Мог. Но не стал. У нас есть миссия Дельта, поэтому я прошу тебя, прекратить данный цирк и наконец заняться настоящим делом. — решив остудить конфликт, ответил Боруто.

— Нет уж, сейчас из нас выживет только один. И это явно будешь не ты! — гневно выкрикнула Дельта, вновь ринувшись в бой.

Тайджутсу у неё было на высоте, однако она всё же уступала скорости Боруто, что был в данный момент в режиме покрова молний. Однако и Узумаки начинал выдыхаться и это чётко видела Дельта. Словно зверь бегущий за своей добычей, она пыталась измотать юного Узумаки, чтобы тот наконец отключил этот надоедливый режим и вновь стал для неё лишь мальчишкой которым можно удобно играть в грушу.

Боруто внезапно нанёс несколько ударов в район рук и живота Дельты, которых она не заметила даже своими довольно продвинутыми глазами. Сделав ещё один шаг на встречу блондину, она попыталась сделать замах, но ничего не получилось. Еле как, Дельта смогла поднять руку, а через секунду её тут же объяла и острая боль в животе.

— Я же предлагал тебе перемирие, Дельта… — устало вздохнув, напомнил ей Боруто. — Ну что, теперь довольна? Я победил, так что давай без твоих выкрутасов, идём.

— Ничего не победил… У меня ещё есть силы, чтобы сражаться… — ответил она, с отдышкой.

— Всё не унимаешься. Какой тебе смысл сражаться со мной? Хочешь доказать мне какая ты сильная? Ну так вот, я уже в этом убедился. Прекрати уже дуться словной маленький ребёнок и подумай наконец о миссии.

— Я не успокоюсь пока…

— Ладно, — прервал её Боруто, вздохнув. — Давай так, если я тебя сейчас вырублю, то ты больше не будешь нарываться на драку и просто продолжишь миссию, а если же, я проиграю тебе… Ну что ж, тогда решаю мою судьбу сама.

— Хех, годится. — ответил с предвкушающей улыбкой девушка, вновь активировав турбины, но уже с дополнительными, что были расположены на её спине.

В этот момент, карма на руке Боруто, расползлась по правой части тела, после чего засветилась синим свечением. Дельта в этот же момент рванула в атаку на блондина, решив закончить бой одной массивной атакой прямо в грудь, тем самым разломав тому все кости и внутренности.

— Бессмысленно. — это последнее что она услышала перед тем как её вдавила в землю неведомая сила.

Джооган сиял синем цветом, заставляя Дельту вжиматься в землю всё сильнее и сильнее. Вся почва что была вокруг Дельты также потрескалась, превращаясь в пыль и разносясь по всей округе. Член Кары пыталась пересилить технику что наклал на неё блондин, но ничего не выходило, с каждой новой попыткой, её вдавливало в землю всё сильнее и сильнее. Пока в один момент она и вовсе не отключилась от того, что в мозг просто напросто перестала циркулировать кровь.

— Ну вот… — деактивировав Джооган и карму, подытожил Боруто. — Теперь ещё и тебя тащить. А ведь могли бы просто дойти до города и там быстренько разобраться с Ооцуцуки.

Плечо вновь заныло с новой силой. Боль был настолько резкой и сильной, что Боруто от истощения из-за битвы, не выдержал и упал на колени. В этот момент, он всей душой проклинал Дельту за то, что та, настолько упрямая…

В Конохе всё шло своим чередом. Обычный жаркий день, которых в стране огня, в последнее время бывает уж очень часто. Генины вот-вот должны были начать проходить испытания на право повышения до уровня чунина. Вместе с тем, в деревне довольно сильно укрепилась защита, а также прибавилось стражников, что должны были стеречь все подходы к деревне круглосуточно.

Наруто стоял у ворот дома Хьюга. Думая о том, как же всё-таки отреагирует на печальную новость Хината… и вообще стоило ли ей это говорить?

Наруто, ты хорошенько всё обдумал? Хината, может быть и шиноби, который прошёл через множество битв, но она всё же мать. И если она узнает о том, что её единственный оставшийся ребёнок, встал на путь тьмы, последствия довольно непредсказуемы. — предостерёг своего носителя, лис.

Всю ответственность я беру на себя Курама. Да и к тому же, разве она не имеет права знать правду о своём ребёнке? — спросил в ответ Наруто. — В любом случае, я верну своего сына обратно домой. Даже если мне придётся пожертвовать собственной жизнью.

Зря ты так с Саске всё же. Он ведь не виноват в том, что Боруто решил переметнуться к врагам. Да и к тому же, если он смог победить Учиху, твой сын хорошо обучился и стал сильным шиноби. Хотя… конечно в данный момент, это даже плохо. — добавил также от себя Курама.

Я… я знаю, Курама! Мне и самому в глубине души стыдно за то, что я сделал с Саске в тот день. Но… пойми и меня, я ведь в тот день был против того, чтобы отправлять сына куда-то в другую деревню. Он должен был остаться здесь, чтобы я мог его защитить, вместе с Саске… — со скрипом в душе, ответил Узумаки. — Ну ладно, мне предстоит довольно тяжёлый разговор с семьёй.

Хокаге тяжко вздохнул, а затем перешёл порог ворот, медленно шагая к дому Хиаши, где сейчас находилась его жена, свёкр и свояченица. Этот путь казался ему чем-то бесконечным, словно он шёл и под ногами его возникали шипы, что больно впивались ему прямо в ступни не давая пройти дальше, но он продолжал. Страхи и сомнения ушли прочь, и он твёрдо для себя решил — она должна узнать.

В это же время, у себя в комнате, лежала на кровати Юки. Хокаге любезно предоставил квартиру для неё и её матери. Всё же, отец у Боруто был хорошим человеком, и девушка от этого только сильнее начинала не понимать любимого. Зачем же он пошёл против всего мира? Зачем пошёл против собственной семьи…

Она ощущала как медленно, но верно огонёк её любви начинал потухать. И она боялась этого. Боруто был для неё важным человеком за которым она могла бы пойти хоть на край света, но его поступок совершенно выбил её из колеи. Встать на сторону террористов и ради чего? Из-за сестрёнки?.. Ей нужно было понять, зачем Боруто так поступает, она не верила в то, что человек — защищающий своих товарищей и готовый буквально встать под атаку, закрыв друга, — станет чудовищем закрывающим глаза на сотню смертей в деревне, которую он защищал.

— Ты чёртов дурак… — сжав подушку пальцами, прошептала она.

Юки перевернулась на спину, тупо уставившись в потолок, не зная куда себя деть от этих чёртовых мыслей и смешанных чувств к Боруто. Сердце болело от предательства, ведь он просто ушёл, оставив её с клоном, который мгновенно исчез, когда атака террористов завершилась. На последок он просто взглянул на неё с неким сожалением, исчезнув в белом дымке.

Этот взгляд… она всё никак не могла вспомнить где же она видела этот взгляд голубых глаз.

— Точно!.. — вздрогнув от внезапного озарения, воскликнула она. — В тот день, когда он решил взять отгулы…

Боруто в тот день был уставшим. Измотанным и грязным. Вся его одежда была словно тряпки, а из множества ссадин так и сочились небольшие струйки алой крови. Юки тогда, так сильно перепугалась за него, что даже накричала на Райкаге…

— Как вы можете вот так отправлять его на такие тяжёлые миссии?! — кричала она тогда, — неужели вы не думаете о нём самом?.. Разве вы не видите, что он уже практически на грани?!

Даруи в тот момент по хорошему нужно было её сразу же выпроводить, но к счастью для девушки, он был понимающим человеком. И тот факт, что она пришла сюда ради Боруто, очень многое говорил о ней.

— Ну, во первых: Боруто сам ввязывается во все эти миссии. Во вторых: он успешно с ними справляется и потому, мне как правителю, очень важно доверять миссии сильным и надёжным ниндзя, коим и является твой… суженный. — проговорил спокойно Даруи, после чего вздохнув добавил: — Но справедливости ради, хочу сказать, что и ты права. Ему действительно нужен отдых, так что можешь быть спокойна, я официально даю ему отгулы примерно на месяц. Пусть восстанавливает силы, ну и… занимается чем ему там хочется.

Выражение лица Юки тут же изменилось, как только она услышала о том, что Боруто наконец отдохнёт от всего этого ужаса. Облегчённо вздохнув, она поклонилась перед Райкаге, извинившись перед ним за то, что всё же сорвалась на него. Он в свою очередь рассмеялся, ответив:

— Ничего-ничего, зато я теперь вижу, что Боруто очень сильно повезло с пассией. Береги его также уверенно, как сегодня. — добродушно сказал он.

В тот же день она отправилась в больницу, чтобы проведать своего горе героя, что теперь отлёживался в палате с многочисленными ушибами, а также истощённым организмом.

Войдя в палату, первое что она увидела так это встающего с койки Боруто, что уже хотел было нацепить на себя свою футболку. Юки в тот же момент быстро подошла и треснув по затылку мгновенно уложила того обратно на кровать.

— Юки… — недовольно проворчал Боруто, — мне нужно отчитаться перед Райкаге!..

— Тебе сейчас нужен только отдых и покой, у тебя итак организм на грани! — воскликнула недовольно в ответ белобрысая, попутно накрывая того одеялом. — А насчёт Райкаге не волнуйся, я сходила к нему и в общем то, он дал тебе отгул. На целый месяц!

Блондин несколько раз хлопнул глазами, а затем резко вновь попытался встать на ноги. Однако ослабленное тело не могло переселить даже руки девушки, поэтому он сдавшись, всё же расслабился.

— Мне… нельзя сидеть сложа руки. Я должен продолжать учиться, бороться и познавать. — устало проговорил Узумаки. — Да и потом… практически все деньги, что я получаю от этих миссий, также уходит и на ваше обеспечение, Юки, и поэтому…

— Меня это больше всего бесит. — прервала его Юки. — Ты не жалеешь себя, убиваешься там, получаешь эти ранения, которые с каждым разом всё хуже и хуже затягиваются. Мне больно глядеть на твои страдания, как ты не понимаешь этого?

Боруто чувствовал вину перед семьёй Юки, и отчасти именно поэтому продолжал ходить на задания, не глядя на отдых и зализывание ран. Он хотел лучшей жизни для них, а для этого нужно было выходить за пределы возможного и стараться так сильно, как только можно было.

— Это… сложно объяснить, — вздохнув ответил Боруто, однако всё же решил подбодрить её, ведь он и правда словно избегал её. — Но знаешь, наверное ты всё же права. Мне и правда стоит отдохнуть. Давай проведём этот месяц вместе, ты не против?

Услышав эти слова, Юки словно засияла в тот момент. Её глаза так и горели от радости и предвкушения их совместного месячного отдыха. С тех пор как они признались друг другу, у них довольно нечасто выходило побыть наедине и вот он шанс.

Юки помнила эти счастливые дни, когда они просто гуляли по улочкам деревни, развлекались, ели в разных закусочных и наслаждались звёздным небом по ночам. Никто им не мешал и никто не смел тревожить её любимого, ведь она была на его страже и была готова испепелить взглядом каждого, кто посмеет забрать Боруто на какую-нибудь очередную дрянную и тяжёлую миссию.

— Эй, я же просил не вспоминать об этом… — смущённо глядя куда-то в сторону, пробубнил Боруто.

— Но это ведь было так забавно, я до сих пор не могу сдержать смеха не вспоминая это. — ответила задорно белокурая. — То как Саске глядел на тебя, когда ты попал тортом ему прямо в лицо!..

— Я вообще-то целился в Кумо, а попал блин в учителя! — воскликнул тут же Боруто. — И вообще, знаешь ли мне тогда было страшно до чёртиков. Учитель так смотрел на меня… мне даже казалось, что вот-вот и он разрежет меня катаной… — с дрожью в голосе добавил Узумаки.

Была поздняя ночь, они шли по совершенно безлюдным улицам. Боруто на удивление Юки, предложил ей переночевать у него, на что она естественно согласилась. Он был в тот вечер немного другим, не таким как обычно. Больше смеялся, шутил и язвил. И всё же, в глазах его, она видела совершенно иное.

— Боруто… ты со мной до конца честен? — вдруг спросила она.

Блондин нахмурившись уставился на неё, не понимая, с чего вдруг такой вопрос.

— Ну да, а с чего вдруг такой вопрос? — в ответ спросил он.

— Просто, такое чувство будто ты что-то скрываешь от меня. — усмехнувшись высказала она, поправив волосы.

— Нет. — этот ответ был столь быстрым, однако на долю секунды, она успела увидеть неуверенность в его глазах. Но, Юки всё же не предала этому особого значения, решив всё же, что ей показалось. — Холодно что-то сегодня, давай побыстрее дойдём.

Внезапно, им дорогу преградили странные типы. По виду можно было сразу сказать, что это какая-то шпана, что ошивается здесь по ночам. Боруто сразу понял, что не стоило гулять до поздна.

— Ух, какая парочка, любите же вы гулять по ночам, как я вижу. — мерзко ухмыльнувшись начал один из них. — Сегодня классный улов у нас, как я погляжу. Давай выворачивай карманы, блондинчик, пока я тебе ещё один шрам не сделал… — властно приказал тот.

— Лучше свали по добру, пока я спокойный. — холодным голосом посоветовал Боруто.

— Ого, парни поглядите, какой у нас тут альфа-самец! Небось перед тёлкой своей хохолок распустил? Давай тут без геройства, дурачок. Мы тебя не тронем, если просто отдашь деньги.

Позади Юки незаметно подобрался ещё один ночной шакал, что тут же схватил её волосы прислонив к себе. В другой руке он держал нож, которым тут же пригрозил ей, подставив его к горлу.

— И девчонку твою мы забираем, больно она красивая для такого красавца как ты. — усмехнувшись добавил он.

Боруто от подобного тут же ощутил злобу. Сердце заколотилось быстрее прежнего, а печать на руке начала быстро моргать то и дело пытаясь активироваться. Узумаки хотел было уже двинуться к Юки, как вдруг, неожиданно для него, белокурая резким выпадом назад, ударила затылком в нос негодяю, после чего покрепче сжав запястье в котором тот держал нож, тут же перевалила его через себя. Узумаки лишь шокировано глядел как тело ублюдка, что посмел прислонить нож к горлу его девушки с тяжёлым хрипом упал на землю, широко раскрыв рот в немом крике.

— Боруто сзади! — тут же вскрикнула Юки.

Узумаки с невероятной скоростью обернулся тут же вмазав кулаком в лицо главаря их банды, а затем подбежав к остальным двоим его шакалам, также сделал несколько ударов в живот и кадык. Первый тут же выблевал из себя пиво, которое он выпил несколько минут назад, а второй схватившись за горло пытался сделать вдох.

— Нелюди… — процедил злостно Боруто, подойдя к главарю, что с испугом глядел на блондина.

— Л-ладно братан, я всё понял, мы больше вас не потревожим! — попытался тот остудить пыл Узумаки, но было уже поздно.

Нога тут же влетела в челюсть бандита, впечатав того в землю. Затем ещё и ещё, с каждым новым ударом ломался то нос, то челюсть. Боруто вбивал его в землю, не думая о том, выживет ли тот после очередного удара или же коньки отбросит.

— Б-Боруто, хватит! — крикнула Юки, осознавая что шпана под ним уже практически и не дышала вовсе. — Ты его ведь убьёшь!

Блондин гневно взглянул на любимую, по прежнему ощущая в себе эту неимоверную злобу, что никак не хотела отцепиться. Юки даже вздрогнула, отшатнувшись от того. Но как только Боруто заметил это, то всё словно встало на места и пелена гнева сошла на нет.

— П-прости… Я напугал тебя? — тут же опомнился он.

Лежащий перед Боруто преспешник главаря с ужасом глядел на блондина от которого по прежнему веяло убийственной аурой. Он даже и пошевелиться боялся, ему хотелось просто спрятаться где-нибудь и молиться чтобы он не заметил его…

— Всё в порядке, Боруто. Просто… пошли уже отсюда. — взяв себя в руки, ответила Юки.

Взглянув себе под ноги, Узумаки с ужасом осознал, что только что, чуть не убил обычного жителя… Хоть и довольно мерзкого. Он дышал, хоть это радовало. Остальные также сидели на земле не смея подняться. И только лишь когда Боруто повернулся к ним, они тут же затряслись.

— Берите этого, и валите нахрен отсюда, пока я не передумал. — процедил Боруто.

Те, ковыляя от боли, но всё же прихватили с собой лежащего на земле босса и побежали прочь в один из тёмных переулков. К счастью Юки их больше не видела и по слухам, слышала что полиция всё же нашла их и депортировала в другую страну. Кажется они здесь были что-то вроде «туристов».

Уже в квартире Узумаки, они сидела на кровати и Боруто не знал как подступиться к Юки. Ему было ужасно стыдно перед ней за то, что она увидела его «таким». Он старался никогда не показывать ей настоящий гнев.

— Ты… извини за то, что сорвался так. — прошептал Боруто, глядя себе под ноги.

Юки в свою очередь подобралась к парню и обняла его со спины, крепко прижав к себе. В комнате было темно и лишь лунный свет освещал её. Боруто сглотнув, не знал что ему делать…

— Ничего, ты ведь это сделал, потому что испугался за меня. А эти придурки… так им и надо. — ответила также тихо она.

Вдруг, Юки ощутила слабую дрожь в теле парня. Она нахмурилась, а затем заметила, что по правой руке, у него шёл шлейф той самой печати о которой она узнала ещё когда-то жила вместе с родителями на краю деревни Мороза. Тогда он сказал ей, что это особая печать созданная его отцом, чтобы защитить его. Однако вместе с этим, Юки заметила кое-что новое. Правый глаз, его правый глаз, сиял и казалось ясно виде даже во тьме.

— Боруто… что с тобой? — спросила она.

Он повернулся к ней всем лицом, и в тени она практически ничего не видела, хотя отчётливо заметила как сияет его правый глаз, что по идее должны был быть слепым.

— Я тебя люблю. — вдруг произнёс он. На лице его читалась скорбь и сожаление. Он словно говорил это на прощание, будто они больше никогда не увидятся.

— Эй, ты чего? — погладив того по щеке, вопросила Юки.

В этот момент Боруто внутри себя ощущал гамму эмоций, но он не хотел их раскрывать перед ней. Он бы точно напугал бы её… а этого ему хотелось меньше всего. Джооган вновь пробудился сам по себе и без воли собственного хозяина показал отрывки будущего. Того будущего, которое так опасался Боруто.

— Я просто хочу побыть с тобой. — обняв в ответ, прошептал с горечью в голосе.

В ту ночь, она неосознанно, впервые увидела его настоящим. И впервые ощутила его любовь.

Это… Это убьёт тебя, пожалуйста, прекрати это принимать…

Скоро я брошу это дорогая. Раз плюнуть, но сейчас, мне нужно расслабиться. Поэтому, пожалуйста, просто скажи, где она?

Нет, не надо, это для твоего же блага!

Из потока воспоминаний, Дельта вылетела в реальность, резко распахнув глаза. Привстав с футона, девушка огляделась по сторонам, заметив краем глаза фигуру в тёмном плаще, что стояла у окна.

— Проснулась наконец? — зазвучал спокойный голос Узумаки, что не удостоил даже повернуться к ней.

— Ты всё же победил меня. Чёрт, как же это бесит! — выругнулась блондинка, зажмурив глаза.

— У меня не было в планах сражаться с тобой. Мы итак потеряли достаточно времени из-за твоих прихотей. Если ты продолжишь себя так вести, я буду вынужден продолжить миссию в одиночку.

— Что, убьёшь меня? — с вызовом воскликнула Дельта.

— Отошлю обратно, а вместе с тем, отправлю сообщение Джигену о том, что его приближённый человек, не умеет держать себя в руках.

Дельтах хотела было что-то сказать в ответ, но осеклась. Аура вокруг блондина вдруг изменилась… Почему-то, на долю секунды ей даже показалось, что перед ней сидел не Боруто Узумаки, а Джиген. Возможно это было связанно с этой проклятой кармой, которую носил этот сопляк.

Девушка тяжко вздохнув, всё же решилась не вступать в конфликт вновь. Тем более, что они теперь в каком-то здании, а лишнее внимание ей, точно не сулило чем-то хорошим.

— Где мы? — спросила она.

— В заливе Гайкотсу, я перетащил нас в небольшой отель под предлогом того, что ты немного перепила… — ответил спокойно Боруто, повернувшись к Дельту лицом.

— Говнюк, да как ты посмел, такое про меня сказать?! — вновь вспыхнула Дельта.

— Какая разница? Нам всё равно здесь нужно лишь найти одного говнюка… Кстати, пока ты мирно дрыхнула, я прошёлся по нескольким людным местам. Пытался засечь его своим глазом, но ничего так и не заметил. Похоже, он умеет скрывать свою сущность Ооцуцуки.

Дельта удивлённо хлопнула глазами, поняв, что провалялась здесь довольно продолжительное время.

— Надо было меня разбудить, идиот… Джиген дал мне образец который как-то связан с Ооцуцуки. Он сказал, что с помощью него, можно определить через сканер, кто является иноземцем среди людей.

— Вот оно что… не подумал. Хотя, есть ещё мысль, что он мог просто поменять место пребывания… Вряд ли он не заметил нашей с тобой битвы на холме… — укоризненно глядя на Дельту, высказал Боруто.

На это Дельта лишь хмыкнула, прикрыв глаза. Поднявшись с футона, блондинка размяла руки и ноги. Она действительно долго пролежала… все конечности ломило, хоть они и состояли в большей части своём из нинджетов.

— Сколько я была в отключке? — спросила она.

— Два дня примерно… — ответил Боруто.

За эти дни, Боруто обошёл весь сравнительно небольшой городок. Он понял, что город держится на торговле и коренных жителей здесь не так уж и много. А значит, что это ещё более затруднительная задача… Ведь, был вариант того, чтобы просто расспросить жителей о новеньких приезжих и методом исключения, найти чужака.

Дельта и Боруто бродили по городу, осматриваясь вокруг. В городке кипела жизнь, люди куда-то спешили, работали, кричали что-то друг другу, перетаскивали какие-то коробки с нужными товарами и в целом вообще не обращали внимания на каких-то двух шиноби в чёрных накидках.

— Ну видишь кого-нибудь? — спросил выжидающе Боруто, осматриваясь по сторонам.

— Нет, — ответила после недолгой паузы Дельта. — видимо он уже ушёл.

— Твою же мать… — вздохнул блондин.

Узумаки подозревал то, что Ооцуцуки мог сбежать, тем более после того, как на холме они с Дельтой решили проверить кто из них сильнее. Боруто чувствовал раздражение по отношению к Дельте, ведь по сути, именно она была виновата в том, что они упустили вражеского разведчика.

— Если бы не твой хренов психоз, Дельта, мы бы… Мы бы его уже поймали! — гневно взглянув на напарницу, процедил Боруто.

— Не спихивай на меня всю вину, мальчишка! — также повысив голос, ответила Дельта, — Тебе следовало разбудить меня до того, как он ушёл!

— Чёрт подери, какой от тебя толк вообще? Если бы ты не стала нападать на меня, возле чёртового города, где находился враг, то нам бы сейчас не пришлось вот так как идиоты, ходить и искать того, кто сейчас наверняка уже ходит в другом населённом городе!

Блондинка сжала пальцы в кулаки и еле сдерживала себя от того, чтобы хорошенько врезать по морде этого несносного пацана. Однако в глубине души, она всё же понимала, что действительно накосячила, и это больше всего её злило.

Боруто хотел было сказать что-то ещё, но вдруг, его тело ощутило нечто странное. Карма активировавшись, начала пульсировать голубым цветом, словно оповещая своего хозяина о том, что здесь что-то не так.

— Я чувствую его… — задумчиво выдал Боруто.

Джооган активировался, перед взором блондина предстало совершенно новое видение. Он видел всё вокруг иначе, не так как раньше. Помимо рентгена, он также заметил некий белый шлейф, что следовал куда-то в один из переулков. Интуиция подсказывала, что карма или же глаз, могли улавливать присутствие Ооцуцуки и сейчас, один из этих белых иноземцев был здесь, прямо в этом городе.

Дельта расспрашивала парня о том, что он видит, однако Боруто игнорировал её, чем только сильнее бесил. Последовав за ним, девушка всё же решила пересилить себя и не отвлекать, так как возможно он напал на след Ооцуцуки.

Белый шлейф из странной энергии, исходил от одного из кабаков. Боруто напрягшись, направился туда. Он понимал, всю серьёзность столкновения с пришельцем, а также опасность для обычных людей, однако ненависть к этим тварям, полностью перекрывало какой-либо здравый смысл и осторожность.

Юноша медленно подошёл к дверям одного из пабов. Изнутри были слышны пьяные выкрики и бьющаяся посуда. Похоже, там был самый разгар веселья, а если быть точнее, пьяной драки. Боруто на миг представил себе, что виновником этой потасовки станет именно бледнолицый пришелец…

Распахнув дверь, он быстро оглядел зал в котором и правда разворачивалась драка между двумя работягами, что видимо немного перебрали, а потом слово за слово, решили узнать, кто из них лучше дерётся.

— Хорош уже Ген! — прикрикнул на одного из пьянчуг бармен, — Если хотите драться, валите на улицу!

— А чё он… Быкует?! — еле вывалив из себя более менее понятные слова, пробормотал мужик с обросшим лицом и налитыми кровью глазами. Здесь они видимо не просыхали уже долгое время.

Второй мужик и вовсе кажется, пребывал в совершенно ином измерении. Глаза глядели куда-то в кучу, а из глотки вырывались невразумительные слова. Заметив резко появившегося блондина, один из буянивших, резко переключился на него. Кулак неуклюже полетел в сторону груди Узумаки, но тот, непринуждённо сразу же отмахнулся, продолжая оглядывать местность.

— Он тут… И я кажется его вижу. — холодно процедил Боруто, испепеляя леденящим взглядом, фигуру, что сидела поодаль ото всех.

В пабе, практически не было людей. Да и те, что присутствовали, уже поспешно начинали выходить, кроме того, за которым презрительно следил Боруто. Пьянчуги, в свою очередь, никуда не делись, решив обратить своё внимание на незваного гостя, теперь им было уже плевать из-за чего они там повздорили, ведь на горизонте замаячила новая цель для избиения.

— Эй ты, сопляк! — выкрикнул мужчина, по имени Ген, кажется.

Наконец обратив на них своё недолгое внимание, Боруто без каких-либо церемоний, сразу же вырубил двоих пьяниц, грубо ударив мягкой ладонью прямо по лицам. Этого оказалось достаточно, хоть и не удивительно, учитывая то, сколько они выпили.

Подойдя вплотную к столу за которым сидела странная фигура одетая в плащ, Боруто медленно подсел к ней. Дельта, что до этого только молча наблюдала, также решила подсесть рядом. Она никак не боялась Ооцуцуки, а уж тем более Узумаки. Ведь у неё были запасные тела в которые она могла в любой момент переместиться, если в непредвиденном обстоятельстве, ей повредят данное тело.

— Я тебя раскусил, крыса иноземная. — холодно прошипел Боруто.

Ооцуцуки сидел в сером длинном плаще и накинутым капюшоном на голову. На лице его виднелось множество бинтов, а прорези в которых находились глаза, светились бледно-жёлтым цветом. Дыхание его было, тяжёлым и хриплым, казалось, словно он вот-вот и задохнётся.

— А я и не прятался… — слабо рассмеявшись ответил Ооцуцуки. — Честно признать, ты заставил меня ждать, Узумаки Боруто.

— Пацан, похоже это ловушка… — нервно взглянув на блондина, высказала Дельта, однако тот лишь отмахнулся.

— Ловушка ли или же просто он пытается казаться страшным, я его не боюсь. Ты отсюда не выйдешь живым, Ооцуцуки. — грозно высказал Боруто.

— Несомненно, ты тот самый «избранный» который смог отделать Кацуки… — с некой заинтересованностью, проговорил тот, — Я чувствую эту силу, исходящую из твоего глаза. Может быть, ты и выглядишь как они, но в глубине души, ты становишься как мы, Боруто.

— Чего? — недоумевающе спросил Боруто, взгляд его покоробило данное высказывание. — Что ты хочешь сказать?!

— Ты не понимаешь? — удивлённо уставившись на блондина, воскликнул Ооцуцуки. — Значит он тебе не…

Внезапно метка на руке Боруто активировалась, после чего правая рука, перестала слушаться хозяина, резко схватив собеседника за горло. Ооцуцуки рефлекторно, также схватился за запястье Узумаки, что-то прохрипев в ответ.

Какого?.. Почему, моя метка внезапно сама собой активировалась, да ещё и перехватила контроль над телом?! — воскликнул мысленно Боруто, пытаясь разжать руку, но ничего не выходило. — Это странное чувство, будто… изнутри, что-то вырывается!

Дельта понимала, что с Боруто происходило нечто, чего он не ожидал. Нужно было что-то делать и крайне быстро. Она догадывалась о том, что происходит с ним, ведь у него была эта проклятая карма, а она довольно загадочна и есть также у Джигена.

— Дельта… вали отсюда! — прохрипел из последних сил Боруто.

Внутренняя чуйка подсказала ей, что лучше так и сделать. Эта странная энергия что начинала сгущаться над Ооцуцуки и Боруто, довольно плохо действовала на нинджеты, что были вживлены в её тело.

Бармен, что до этого, довольно рискованно подслушивал разговор, теперь пытался выбраться наружу, но дверь намертво захлопнулась и по всем стенам начала расплываться голубоватая энергия, что исходила от Боруто.

— О… Я понял, похоже Вы решили сами себя явить… Момошики! — трепещущим голосом произнёс Ооцуцуки в бинтах.

Всё окружение начало трескаться и разрываться на куски, в том числе и детали кибернетических имплантов Дельты. Рука треснула в районе локтя, после чего, несколько шарниров разбилось в районе спины, от странной энергии, всё вооружение начало сбоить, как и внутренняя система наведения Дельты. Из глаз выстрелили лучи энергии, что врезавшись в Ооцуцуки, не оставили даже и царапины. Через секунду, правый глаз, треснул, а затем разбился на сотню осколков. Послышался крик боли от которого, Боруто сжал зубы, решив окончательно взять над своим телом прежний контроль.

Ты… Ублюдок, мне следовало об этом догадаться гораздо раньше! — вдруг осознав, что именно происходит, гневно воскликнул Боруто, обращаясь к внутреннему монстру, что сейчас пытался выбраться наружу.

— Ты устал Боруто? — заговорил не своим голосом, вдруг блондин, закрыв левый глаз. — Думаю, ты чертовски сильно устал за всё это время… Я хочу размяться, так что ложись спать, иначе мне придётся заставить тебя это сделать.

Повязка на лбу, ослабла, слетев на шею, тогда как из самого лба, начал расти длинный плоский рог, что очень сильно напоминал Ооцуцуки. Карма изменила свою форму, также обвившись по всей плоскости рога.

Боруто пытался сопротивляться, но эта чёртова усталость брала вверх над ним. Он действительно сильно устал и ему хотелось чертовски спать. Узумаки пытался вдолбить себе в голову, что ему нельзя спать, ведь у него была важная миссия, ему нужно было… Спасти их всех… всех.

Момошики ощутил, как сознание пацана, наконец-то утихло. В этот момент, он сильнее сжал горло другого Ооцуцуки, после чего, одним щелчком пальцев, заставил его тело отлететь в противоположную стену.

— Вы слишком долго решались на этот поступок. — с явным раздражением высказал Момошики, встав на ноги.

— П-Простите, Лорд-Момошики. Мы не думали, что вы так долго пробудите в стадии распаковки. — ответил выплюнув кровь, Ооцуцуки, что был явно ниже рангом Момошики.

Он вновь ощутил себя в теле. Хотя и было немного странно от немощности сосуда. Всё же, распаковка клеток, была приостановлена, и сам Момошики, не мог понять, в чём была проблема. Ведь прошло несколько лет, обычно, данная процедура занимает не больше двух лет, но этот сопляк… продержался целых три года.

— Что-то не так… — с тревогой в голосе, сказал Момошики, глядя на карму, — Я… впервые смог взять контроль над телом, но я чувствую, как сознание этого молокососа, по прежнему хочет проснутся. Такого явно не должно быть…

— Лорд-Момошики, вы хотите сказать, что этот пацан, смог приостановить процесс замещения?

— Хрен его знает. Но у меня уже есть подозрения на этот счёт… Ладно, неважно, контроль я уже взял, а это уже что-то. — отмахнувшись, решил не заострять на этом внимание, Момошики. — Лучше скажи мне, как так получилось, что из всех воинов, пришёл только ты, Тоши?

Момошики помнил этого Ооцуцуки. Он являлся одним из низших в клановом древе и организации. Однако его способности были выше остальных, поэтому то, глава клана и решил дать ему ранг: Разведчика. Родился Тоши с довольно выраженной кожной болезнью, поэтому то, он и был низшим. Ведь среди потомков истинных Ооцуцуки, не может быть, неполноценных. Вся его кожа была усыпана ожогами и волдырями, что сильно причиняло ему боль. И даже так, его боевые навыки были на высоте, как и довольно неплохие умственные качества.

— Меня послали сюда, сразу после того, как прибыл Кацуки-сама. Он был в бешенстве, но вместе с тем и дико напуган. Я здесь по важному заданию: разузнать всё об этом мире, а после вернуться обратно с массивными данными об их культуре, силе и природе. — сразу же рассказал Тоши, приклонив колено. — Я… рад, что вы не погибли, Лорд-Момошики.

— Оставь эту лесть при себе, ничтожество. Но в любом случае, мне возвращаться нельзя, по крайней мере, пока я полностью не трансформируюсь.

— У мальца, есть Джооган, это действительно опасно. Лорд, у меня есть опасения на этот счёт… — нерешительно высказал Тоши, по прежнему стоя на одном колене.

— Я знаю! Он может вновь вернуть контроль над телом… Это плохо, я собирался захватить его одним массивным импульсом, но похоже этого недостаточно. Его злоба на наш род, столь велика, что даже мне, с трудом удаётся сдерживать его разум.

Момошики не был глуп. Он понимал, что даже если он находиться в теле парня и практически пересобрал его, Тоши не станет рисковать и при первой же попытке, попытается его уничтожить. Джооган не при каких обстоятельствах нельзя оставлять. Как бы не была сладка мысль о том, чтобы завладеть им. Момошики в какой-то степени был даже очень рад, что ему удалось оставить карму на этом пацане. Так как по существующим знаниям прошлого ещё ни у одного ныне инородного туземца, не было подобной силы, чтобы кто-то другой, смог оставить на нём карму. Всегда Джооган наследовался случайным образом среди прямых потомков Ооцуцуки. Но… так как Прародитель чакры на этой планете была Кагуя, то и здешние её потомки, были также способны пробудить данный глаз.

Спасибо тебе, Кагуя, за столь ценный подарок мне. — с ухмылкой, пролепетал Момошики.

Дельта лежала неподвижно, глядя единственным глазом на стоящего поодаль от неё Боруто. Нет… это был уже не он. Рог, что вырос аккурат над тем местом, где располагался его «волшебный» глаз, явно намекал на то, что теперь его место занимает Ооцуцуки. Его сила была неимоверна, все радары и датчики чакры, выходили из строя, так как таких процентов ещё никогда не обнаруживали.

Все внутренние системы из-за этого глобального действия странной техники, были частично повреждены. Всё в этом зале в дребезги разрушилось и только ей удалось, каким-то чудом выдержать данный натиск силы, Ооцуцуки. Она оглядела его своим сканером, что располагался прямо в сетчатке глаза и теперь анализировала тело Узумаки. Что-то было не так. Циркуляция чакры начала менять свои свойства, точнее то, что должно течь по ней. Это больше не походило на чакру, а на нечто иное. То, что витало в воздухе… Схожее с природной энергией, но также не являющейся ей.

Из их разговора, Дельта поняла, что сейчас сознание Боруто занимал кто-то другой. Кто-то под именем — Момошики. Однако ещё был шанс вернуть блондина, нужно было лишь напомнить ему об Ооцуцуки… о том, что он хотел искоренить их всех.

Это тело вскоре должно было скорее всего выйти из строя. Внутренние энергетические запасы уже истощались, поэтому больше не было причин беречь это тело. Дельта решилась подать голос.

— Что ты делаешь, Боруто? — процедила гневно она, — Позволишь этому бледному уроду, захватить твоё собственное тело?!

Момошики и Тоши в тот же момент, резко повернулись в сторону лежащей девушки, что по их мнению, должна была быть уже мертва.

— Ты… — закипая от гнева, хотел было что-то сказать Момошики, как вдруг ощутил резкий всплеск в своём разуме. Сознание Боруто, внезапно усилило натиск, вместе с этим, Джооган, ощутив настоящего хозяина, также начал вытеснять чужое присутствие. — Нет… не так… скоро!..

От накатившей злости, он направил карму в Дельту, после чего в его ладони образовался небольшой шар, что сильно смахивал на расенган. Выстрелив им в девушку, она резко ощутила как всё её тело разорвало нечто. В тот же момент, её сознание в этом кибернетическом теле потухло.

— Лорд-Момошики! — тревожно позвал Тоши, однако ответил ему уже настоящий владелец тела.

— Кто?! — прошипел злостно Боруто, открыв распахнув правый глаз.

Тело парня заискрилось молниями, рог который символизировал доминирование Момошики, сразу же исчез, карма вновь вернула себе прежнюю форму, а в глазах блондина, заиграли нотки невероятного гнева на то, что сейчас с ним произошло.

— Я разорву тебя на части, иноземное отродье! — прорычал Боруто.

Жители городка, по началу думали, что странное дрожание земли, лишь землетрясение, но буквально через несколько секунд из бара, в котором по вечерам собирались рабочие, чтобы отдохнуть как следует и выпить, резким разрывающимся хлопком, что-то вылетело, врезавшись в соседний магазинчик с товарами. Послышался знакомый треск молний, что был слышен с дальнего холма. В тот момент, они поняли, что нечто, сражающееся в тот момент на холме, было уже здесь…

Мальчишка, что бежал куда-то, пробегал мимо того самого паба, когда тело Ооцуцуки вылетело из него с громким криком боли. Он упал на землю, прижимая ладони к ушам и зажмуривая глаза. Медленно распахнув их, мальчик увидел как мимо него проходит человек… Хотя в тот момент, ему казалось, будто пред ним предстало чудовище, искрящееся синими молниями. В руках его, он заметил также чью-то руку… забинтованную, с длинными как у зверя когтями.

Боруто прошёл мимо мальца, даже не заметив его заплаканное и искривлённое от ужаса лицо. Сейчас у него в голове была лишь одна цель — убить Ооцуцуки. Он сделал рывок, резко настигнув дыры в магазине, куда попал его враг. Оглядев место, где должен был лежать Тоши, он яростно закричал, осознав, что враг ушёл.

— Чёртов трус! — разгневано воскликнул он. — Ты не спрячешься от меня, я всё равно найду тебя и изничтожу!

Всё вокруг начинало ломаться от странного воздействия силы кармы. Она усиливалась от внутреннего гнева блондина, что сейчас не знал куда её деть. Всё вокруг казалось, вот-вот искривиться и полностью исчезнет, однако Узумаки всё же отменил действие техники, услышав испуганный возгласы людей. Обычных людей, что не были причастны к его проблемам… Боруто обессилено упал на колени и карма на его руке деактивировалась.

— Надо успокоиться… — пытаясь выровнять дыхание, прошептал сам себе Боруто. — Гнев лишь усугубит ситуацию.

— Хочешь обучится искусству ниндзя? — переспросил Какаши, глядя на белокурую девушку, во взгляде которой, виднелась решимость.

— Да, Лорд Шестой. — ответила Юки, вновь поклонившись Хатаке, — Мне сказали, что Вы когда-то обучили Учиху Саске, человека, что стал учителем для Боруто. Я хочу стать сильнее и помочь в поисках Боруто…

Она не могла просто сидеть и ждать, когда остальные близкие друзья Боруто усиленно подготавливаются и выбивают себе миссии по его поиску. При всём при этом, Юки также ощущала некоторый дискомфорт от того, что свалилась на голову Хокаге, при столь плачевной ситуации.

Какаши не так давно узнал о том, кто такая Юки Ямомото. О её семье ему было мало что известно, так как оно зародилось даже задолго до того, как деревня Листа вообще обрела значимость в этом мире. Единственное что ему удалось нарыть, так это то, что у неё врождённый талант к самурайскому искусству боя. Недаром, она частенько ходила с катаной за поясом. Хатаке уже понимал, что из этой девчонки мог выйти очень хороший шиноби, в особенности в такие мирные дни, как сегодняшние… Юки ему напоминала куноичи прибывшую словно из его времени, когда ребёнок познавал что такое — смерть, задолго до назначенного времени.

— Тебя ведь зовут Юки, не так ли? — спросил он, скрестив руки.

— Д-да… а что-то не так? — спросила неуверенно девушка.

— Да вот смотрю я на твою катану и хочется мне, чтобы ты продемонстрировала своё мастерство. Кажется, ты им владеешь не хуже Учихи Саске.

Они стояли возле одного из сувенирных магазинчиков, где Юки смогла каким-то чудом заметить Шестого и окликнуть. Конечно, у неё не было в планах именно сегодня найти его и попроситься в ученики, но раз уж всё так совпало, то и мешкаться нельзя.

— Я возмещу ущерб… — вдруг невзначай сказала она, выдернув чуть клинок из ножен, потянув пальцем за гарду.

Какаши даже и сказать ничего не успел, как ощутил лёгкое дуновение ветра и странный хлёсткий свист в воздухе, будто кто-то быстрым движением прошёлся плетью пред его носом.

Повернув свою голову к магазинчику, Хатаке удивился, заметив три вазы, что стояли у прилавка, вот только каждая из них, была ровно разрезана пополам, без каких-либо трещин или сколов.

— Ого, ты меня действительно удивила, Юки Ямамото. — усмехнувшись, похвалил её Какаши. — Что ж, и в качестве награды, я возмещу ущерб нанесённый тобой, этой бедной лавке…

После того как Шестой оплатил разрезанные вазы, он решил не мешкать и сразу же пройтись до одного из свободных тренировочных полигонов. Какаши хотел проверить, есть ли у неё способности и хоть какое-то знание в освоении чакры.

— Ты ведь знаешь что такое чакра, не так ли? — спросил он, шагая вместе с ней к полигону.

— Да… но честно признаться, я сама не практиковалась в этом деле. Поэтому подумала, может быть Вы, найдёте минутку, чтобы научить меня… — проговорила Юки, глядя себе под ноги.

— Вот оно что. Я уже давно не учил шиноби первым азам, но думаю, опыт скажется. Хорошо, давай приступим прямо сегодня.

Юки даже немного осеклась от подобного ответа. Честно признаться, она была готова умолять его за то, чтобы он взял её в ученики, однако всё вышло так просто и непринуждённо, словно она попросила его, просто помочь ей в какой-то ерунде, а не потратить своё драгоценное время на длительное обучение всем азам шиноби, какой-то девчонки, что даже родом не из Конохи.

— Вы… правда хотите обучить меня? — не веря словам Шестого, спросила Юки.

— Наруто на данный момент в подавленном состоянии. Сынок его… конечно довольно плохо поступил. Итак ведь семья шаталась, а тут ещё и сам, так сказать в преступники записался. Признаться честно, я даже не знаю, как Наруто ещё держится со всем этим грузом ответственности и вины. — высказал Какаши, задумчиво глядя на небо. Ему всегда казалось, что Наруто сможет стерпеть все невзгоды и обрести счастье, однако с таким тяжёлым испытанием, даже сам Хатаке не сталкивался в своей жизни.

— Боруто рассказывал мне о своей семье, — решила поддержать разговор Юки. — у него ведь была сестра… Химавари. Он ей очень дорожил и всегда злился на отца за то, что тот пропускал её дни рождения. — с грустной улыбкой, рассказала она.

— Это да, у Боруто был довольно взвинченный характер, подстать отцу. Хотя, всё же в последнее время, после одного инцидента ещё до того, как его сестрёнка умерла… Он сильно изменился. — задумчиво выдал Шестой. — Мне кажется, что уже тогда, его мировоззрение начало меняться. Если такое случается, остановить практически невозможно. Человек рано или поздно, меняется кардинально и безвозвратно.

— А… что за инцидент? Если конечно можно узнать… — спросила осторожно Юки, взглянув в глаза Шестому.

— Напали враги… Сильные. Ранее не виданные. Они разбили нас вдребезги, совершив атаку в самый нужный момент. Если бы не Наруто, то в тот день, мы могли бы потерять множество невинных жертв. — мрачно проговорил Какаши. — Бледные, внеземные и высокомерные. Ооцуцуки. Ты о них не слышала?

В этот момент Юки ощутила как её сердце ёкнуло в груди от осознания. Она знала о том, что из-за Ооцуцуки погибла сестра Боруто, однако она не знала о том, что и до этого, они нападали на деревню Листа. По описанию Шестого, эти люди… или же нелюди были не с этого мира. Ненависть Боруто к ним была более чем обоснованной, однако… стоила ли она, всего того, что сейчас происходит с его близкими?

— Слышала… Боруто мне рассказывал. — ответила, потускнев, Юки.

— Ты похоже с ним была очень близка, раз он рассказал тебе о столь личном. — покосившись любопытством, высказал Хатаке.

— Так и есть. Я была с ним близка… Признаться честно, я даже чувствовала, что Боруто разрывается. Мне не верится, что он решился на это, только из-за мести. Он сделал это будто бы, его вынудило что-то.

— Да, я знал одного человека, который также решил пойти по пути тьмы, как и Боруто. И знаешь что? Он всё же спасся от этой тьмы, вновь встав на защиту своей родины. — выдал Какаши, решив приободрить свою будущую ученицу.

Как ни странно, но это подействовало. На лице девушки действительно проступила надежда на то, что Боруто всё ещё можно спасти. Но для этого нужно будет приложить не мало усилий.

На полигоне, Какаши подозвал к себе Юки, после чего кратко объяснил ей, что такое чакра и как её используют шиноби. Так как она уже довольно взрослая для академии, ей придётся пройти ускоренный курс обучения, также как и когда-то его проходил Каваки.

— Если твоя решимость тверда, думаю твоё обучение будет не столь тяжёлым. — приободрил её Какаши, а после его взгляд изменился на более серьёзный. Он не собирался давать ей каких-либо поблажек, так как на носу была одна из самых важных миссий по поимке Боруто, а также борьба с внезапно возникшей «Карой». Им нельзя было прохлаждаться. — Давай, покажи мне, на что ты способна!

— Боруто стал отступником?.. — голос Хинаты был до жути спокойным, однако глаза выдавали её настоящую реакцию на эти слова. Она не могла поверить в то, что её родной сын, мог встать на столь жестокий путь. — Ты… ведь шутишь, правда, Наруто?

Хиаши сидел в соседней комнаты, однако даже ему было прекрасно слышно то, что сказал его тесть. Ханаби сидела возле Хинаты, с ужасом глядя на Наруто и переваривая информацию, которую только что донёс до них Наруто.

Хината хотела убить Наруто. Хотела сделать ему больно, но одновременно с этим, понимала, что смысла в этом не было. Он тоже страдал, может быть не так сильно как она, но страдал. Его собственный сын, нет, ИХ сын, встал на тот путь, который всегда призирал сам Наруто. Однако вместе с этим, пришло какое-то странное озарение в глубине души. Хината почему-то не верила в то, что Боруто мог стать настоящим отступником. Не её сын. Он ведь был добрым малым, этот мальчишка не мог кому-то сделать больно, только потому что захотел. В его разуме был предел и строго вогнаны законы морали.

Мой сын не мог стать преступником по своей воле. — мысленно высказала Хината.

— Если ты хочешь верить в это, Наруто… Я разочарована в тебе. — обратившись к своему мужу, сказала Хината.

Наруто распахнув удивлённо глаза, поднял голову, взглянув на свою жену. Хината сидела пред ним, совершенно спокойной, в её глазах больше не бушевало горе от того, что её сын стал преступником. В её глазах стоял штиль стального спокойствия и уверенности. В её голосе чувствовался холод…

— Хината, ты хочешь сказать, что…

— Да. Мой сын не преступник. У него должно быть достаточно причин, чтобы пойти на это. И пока он не предстанет предо мной и не взглянет мне в глаза, высказав всю правду, я не поверю в то, что ты мне только что сказал.

Странно… наверное действительно странно. Наруто облегчённо вздохнул. Эти слова привели его в чувства, словно оплеуха, доставили до него важную мысль. Никогда не переставай верить. Ведь… давным-давно, он шёл к своей цели не глядя назад, даже когда падал, он продолжал идти вперёд, даже когда все ему твердили обратное, он делал всё упрямо так, как он этого хотел.

— Ты права. — согласился Наруто, взглянув в глаза Хинате. — Какой же я всё-таки дурак…

Он медленно поднялся на ноги, взглянув на свою жену совершенно иным взглядом. Теперь в нём не было той слабости, которую не хотела видеть Хината. Наруто глядел на неё уверенным и светлым взглядом, тем взглядом, которым можно сказать — всё будет хорошо, просто дай мне время.

Хиаши предвидел то, что произошло с его внуком. Тогда в момент его прощания с ним, в глазах мальчишки, он видел этот недобрый огонёк, который в конце концов, всё же вспыхнул пламенем. Конечно ему было горько осознавать это, но в то же время, Хиаши понимал, что его внук начинает взрослеть, хоть и столь опасным путём. Ханаби же в свою очередь, наоборот, не принимала эту новость, как нечто, обыденное. Для неё, Боруто был любимым племянником за которого, она могла и жизнь свою отдать и ей было больно осознавать, что этот непослушный и улыбчивый мальчишка, превратился в преступника.

— Ты ведь его вернешь? — с горечью, спросила Ханаби. — Ты не должен допустить, чтобы мой племянник кончил жизнь преступником.

— Конечно Ханаби, это мой долг, как отца. — ответил ей Наруто, поклонившись. — Однако, я также являюсь и Хокаге деревни Листа, поэтому, когда он вернётся в деревню, его будут судить по всей строгости. — бесстрастно, добавил также блондин.

От этих слов, Хината сжала пальцы, однако виду не подала, продолжая глядеть на своего мужа, холодным взглядом.

Каваки вот уже несколько дней пытался договориться с Наруто о том, чтобы его отправили на поиски его сына. Но из-за занятости Наруто и его проблем с семьёй, тот так и не соизволил с ним поговорить. Это сильно бесило самого Каваки, хоть тот и понимал, что сейчас у Наруто было очень много проблем, с которыми ему нужно было разбираться.

— Может быть… стоит отправится на миссию самостоятельно? — размышляя о будущем, вдруг выпалил Каваки.

— Не глупи. Ещё не хватало стать такими же нукенинами как… он. — тут же отговорила того Сарада. — Я и сама хочу отправится на его поиски, однако становиться такими же как Боруто, нам нельзя. Всё же, правила созданы, чтобы мы по ним следовали, а не нарушали.

Они сидели на крыше здания, где находилась квартира Каваки. Мицуки отправился к своему отцу по якобы каким-то важным делам. Двое оставшихся из команды же, просто сидели и размышляли о том, что же им делать дальше. Багрянец заходящего солнца неприятно слепил глаза, постепенно утопая в горизонте, Каваки задумчивым взглядом сверлил улицы деревни, словно пытаясь найти в них какой-то ответ.

— Ты ведь пробудила их, да?.. Мангекью как у твоего отца. — спросил Каваки, повернувшись к напарнице.

— Ага. Знаешь, когда мне папа рассказывал о том, как их пробуждают, мне честно говоря было непонятно… Но теперь, я всё понимаю. Эта жгучая боль, от которой можно даже умереть, не столь физическая, сколько душевная. Боруто ранил меня, но не клинком, а своими словами. Я обязательно найду его и…

— Приведёшь в деревню. — пристально взглянув ей в глаза, закончил за неё Каваки. — Нам нужно для начала разобраться в том, что творит этот блондинистый идиот, а уже после решать, что с ним делать.

Сарада изумлённо глядела на Каваки, впервые слыша от него столь рассудительные слова. Всё же и правда, когда дело касалось Седьмого Хокаге, Каваки становился очень серьёзным и подходил к проблеме с тщательным анализом.

— Всё же, ты и правда восхищаешься им. — усмехнувшись, высказала она.

— Я этого и не отрицал. — сухо ответил ей, Каваки. — Кстати, что думаешь насчёт той девчонки, которая прибыла с нами в деревню? Чувствуешь к ней, какую-нибудь неприязнь?

Этот вопрос сбил с толку Учиху. Честно признаться, Сарада и правда не знала как относиться к этой особе, которая появилась из ниоткуда. Ей даже с трудом верилось, что Боруто смог найти себе пассию, так ещё и… столь красивую.

— Мне плевать на неё. Если Хокаге взял её под своё крыло, то так уж пусть оно и будет. — ответила хмыкнув Сарада, в душе понимая, что эти слова лишь ложь. Будь её воля, она бы всё вытрясла из неё.

— Сарада, я знаю, что ты думаешь, и скажу тебе прямо: не смей даже и пальцем её трогать. — серьёзным тоном, предупредил её Каваки. — Я понял, что она сама не понимает, что случилось с Боруто, поэтому лишняя трясучка для неё, будет лишь во вред. Хокаге также это понял, поэтому и решил дать им место в нашей деревне, и я сделаю всё, чтобы она и её мать прижились тут.

Сараду, слова Каваки разозлили, но она всё же сдержалась. Всё же, если он что-то говорит, то это не спроста. Видимо, всё же действительно, он увидел в этих людях, нечто, что не увидела сама Учиха. Каваки действительно почувствовал нечто родное с этими людьми. Они были здесь чужими, как и он когда-то… потому, он хотел сделать всё, чтобы это чувство исчезло из их сердца. Ведь, каждый имеет право на место, которое он может назвать домом.

Его мысли были объяты гневом, но лицо оставалось каменным. Всё что ему хотелось, так это найти лекарство от внезапно возникшего недуга. Однако… это лекарство, скорее всего было практически невозможно найти, без явных жертв.

— Как же я сразу не догадался?.. — прошипел Боруто, хватаясь за свой правый глаз. — Ты всё это время, просто дожидался момента своего созревания. Я для тебя, лишь чёртов сосуд, пристанище, где ты можешь переродится.

Боруто сидел в чаще леса, далеко от того места, где он на некоторое время потерял контроль над телом и разумом. Здесь было тихо и лишь дождь непрерывным ливнем, заглушал все звуки вокруг.

Сердце безумно трепыхалось в груди, а лёгкие, предательски выжимали весь кислород, будто нарочно пытаясь отключить своего носителя. Всё тело болело, в особенности, открывшаяся рана на плече, оставленная божественным копьём. Голова трещала, а жар так и не спадал. Что-то явно происходило с ним.

— Мне нужно… успеть всё сделать, но как чёрт возьми мне это сделать, когда вокруг творится чёрти что, так ещё и этот ублюдок, намеревается захватить моё тело.

Карма на руке, вдруг начала пульсировать и Боруто уже было подумал, что Момошики вновь решил попытаться захватить его тело, однако чувство было совершенно иным. Знакомым, но присутствия Ооцуцуки, он не ощущал. Джооган активировался сам по себе, как и карма, что объяла всё руку вместе с лицом.

Перед глазами Боруто, начали мигать странные виденья, жизнь которую он не проживал… события в которых он, кажется, никогда и не участвовал… Эти воспоминания были такими родными, но в то же время, они не были его.

— Что за… Почему ты мне показываешь их? — вопросил Боруто, пытаясь сфокусироваться.

Выставив перед собой ладонь с активированной кармой, Боруто неосознанно открыл портал. Из чёрной густой тьмы разрыва, вышла фигура в плаще. Человек осмотревшись вокруг, вновь вернул свой взор на сидящего пред ним блондина, после чего откинул капюшон, тем самым раскрыв своё лицо.

— Это что… шутка такая?.. — шокировано глядя на незнакомца, вопросил Боруто.

Джиген сидел на своём излюбленном кресле, одновременно с этим восполняя силы своего не столь крепкого тела. Сфера, что была вместо брюшной полости, уже заметно так, начинала трескаться.

Плохо дело… — подумал он, задумчиво глядя куда-то в пустоту и слушая, как пикает аппарат жизни обеспечения. — Ещё немного и это тело больше не выдержит, я едва могу ходить, какое жалкое зрелище.

Ооцуцуки понимал, что действовать нужно было как можно скорее. Человеческое тело обычного монаха, больше не могло держать в себе мощь пришельца, нужна была смена на что-то более крепкое и сильное. Беда была в том, что карма его приёмного сына — Каваки, была всё ещё недостаточно зрелой, чтобы использовать её. Вместе с тем, уже третий день, как без вести пропал Узумаки Боруто. Дельта, переместившись в новое тело, сразу же доложила Джигену о том, что произошло.

Джиген не был рад подобному. Момошики прервал своё молчание и начал действовать, что конечно же, могло помешать планам Иссшики. Если Момошики всё же взял вверх над разумом пацана, значит придётся действовать очень рисково, а именно: возвращаться к изначальному плану и переместиться в недозрелый сосуд, а именно — Каваки…

Мои собратья уже начали свою экспансию на этот отдалённый шарик сокровищ. Мне нужно поторопится, пока они не забрали то, что принадлежит мне. — нервно стуча по подлокотнику, размышлял Джиген. — Где же ты, Узумаки Боруто?..

К задумчивому главе Кары, вдруг тихим шагом подкрался Амадо. В зубах его дымилась сигарета, а в отражении глаз, виднелось некое безразличие. Он также бесшумно сел рядом с Ооцуцуки, а затем, взяв в руки сигарету и стряхнув пепел, спросил:

— Что-то Вы неважно выглядите, Джиген-сама. Да и по показателям, ваш организм начинает стремительно идти вниз…

— Тело монаха начинает умирать, даже с твоими стараньями, мой верный соратник, это тело вскоре завянет. — ответил с неестественным спокойствием тот, — На данный момент, меня интересует кое-что другое, а именно — Узумаки Боруто. Наши люди прочёсывают все страны мира, чтобы найти его, однако… он словно, сквозь землю провалился.

— Дельта мне доложила о том, что случилось. Боюсь предположить, что этот новичок пропал. — вздохнув, высказал Амадо.

— Мне так не кажется. — ответил с паузой Джиген, после чего, вырвал из правой руки, несколько капельниц. — Более того, могу точно сказать, что блондин сможет выстоять перед разумом Ооцуцуки, если захочет…

— Если не секрет, откуда такая уверенность? — спросил заинтересованно Амадо, поправив очки.

— Секрет в его ненависти к Ооцуцуки. Многие утверждают, будто гнев лишь усугубляет и затмевает разум, однако в этом есть и своя доля удачи. Ведь, когда твой разум поглощён чем-то, столь горячим и ядовитым, как ненависть, то у иного разума, просто нет каких-либо возможностей, захватить его.

На это утверждение, Амадо лишь хмыкнул. Он был одним из тех людей, что верил в науку и логику, а не в какие-нибудь психологические и сверхъестественные явления… Хотя в их мире, быть приверженцем одной лишь науки, довольно сложно.

— Так или иначе, нам нужно будет разыскать его. Ведь в его теле содержится один из Ооцуцуки, а это довольно опасно. — подвёл Амадо.

— Ты прав. Нам нужно будет хорошенько обыскать все возможные места, где он может укрываться. И начнём мы с деревни Листа. — проговорил Джиген, вытащив из левой руки, несколько капельниц. — Думаю, ждать больше не стоит, мне следует провести собрание, ты будь здесь, Амадо. Следи за моими показателями…

— Как скажите… — ответил, поклонившись пепельноволосый учёный.

Тем временем, где-то в пределах страны снега, по её землях брёл неспешно Узумаки Боруто. Рана на плече уже перестала как-либо давать о себе знать, а значит, антибиотики, что дал ему Амадо, уже начинали действовать. Вытащив из подсумки, небольшой бутылочек, Боруто высыпал себе на ладонь, две капсулы лекарства, а после проглотил их, решив что сейчас ему было необходимо обезволивающее, на всякий случай.

Теперь у него было достаточно времени, чтобы подготовиться к одному из самых страшных событий… Признаться честно, Боруто до конца не был уверен в том, что у него всё получится, однако внезапное появление «незнакомца» всё расставило на свои места.

— Судя по записям из архивов… это место должно было быть где-то здесь. — пробормотал блондин, оглядываясь по сторонам. — Ты ведь тоже это чувствуешь, не так ли, Момошики?..

В ответ Боруто услышал лишь дуновение снегопада, что во всю сейчас осыпал эти земли. Внутренний пришелец не хотел говорить или же попросту не мог. Он по прежнему видимо, переваривал то, что случилось несколько дней назад.

За снежными хлопьями снега, вдалеке вдруг образовались огромные руины некогда великого храма. Джоган, активировавшись, вновь показал своему носителю, частички будущего, где он увидел странный силуэт человека… или же Ооцуцуки, потому что из головы этой сущности, явно были видны два больших рога.

— Похоже, я иду по правильному пути. — высказал Боруто, тяжело вздохнув.

Джиген восседал на своём троне, в окружении подчинённых, что в виде голограмм, пришли на объявленное собрание. Все присутствующие не понимали, что могло случится такого, что назначенное собрание, решили провести в столь кратчайшие сроки…

— Как вы знаете, мы стремимся к цели, чтобы воссоздать Вечное Цукиёми… Техника, способная создать то, о чём вы всегда мечтали, но из-за жестокости мира, никогда бы не получили. — начал Джиген, глядя на всех внутренних членов Кары, людей которым он, отчасти доверял. — Однако у нас появилась проблема, которую нужно будет решить, как можно скорее. Боруто Узумаки, наш новичок, пропал на своём первом задании… С ним была Дельта, но вышло так, что её тело уничтожили и ей пришлось прибегнуть к зарезервированной другой оболочке…

В этот момент, между всеми присутствующими, начались разного рода обсуждения, перешёптывания и догадки.

— Джиген-сан, этот самый Боруто, случаем не был причастен к уничтожению тела Дельты? — спросил осторожно Боро.

— Даже если и так… мне на это плевать. — честно ответил глава. — Боруто нужен нам для свершения плана по вечному Цукиёми… Без него, он может затянуться на ещё несколько долгих лет, а я уже итак на пределе…

В этот момент, у всех естественно поднялся интерес к этому странному новичку. Какую тайну он мог хранить в себе, что может помочь в завершении столь длительного и сложного плана в ещё более короткий срок?

Кодо также был в немалом замешательстве от слов своего Бога. Человек который может ускорить процесс плана?.. Это могло означать лишь только одно: у Боруто Узумаки, был секрет связанный с Ооцуцуки.

— Разрешите мне, найти его! — вдруг вызвался Кодо, встав на одно колено перед своим Богом. — Если он так важен для всех нас, то для меня будет честью, разыскать его и привести обратно.

— Кодо… мой верный ученик и слуга. Думаю, ты действительно будешь хорошим следопытом. — задумчиво высказал Джиген. — Однако на это дело, по случаю, должны быть втянуты все присутствующие! Найдите мне Узумаки Боруто, докладывайте всё, что можете узнать о том, где его видели и когда. Мы не можем упустить этот шанс, что даровала нам судьба.

Все члены внутренней Кары, тут же начали отключатся от единого сервера, на котором и проходило собрание, однако Джиген поспешил остановить Кодо, чтобы лично с ним поговорить о его предложении.

— Знаешь, Кодо, я ведь не спроста сказал, что ты будешь действительно хорошим следопытом в этом деле. Из всех членов Кары, об этом секрете знают немногие, но скажу так: у Боруто есть карма, как у Каваки и… у тебя. — проговорил Джиген.

Кодо изумлённо взглянул на своего почитаемого божества, после чего, его осенило от сказанных ранее слов.

— Это ведь значит, что я могу найти его! И привести к вам, мой господин! — будоражащим голосом, высказал Кодо.

— Да… найди мне Узумаки Боруто и приведи ко мне. Вечное Цукиёми будет даровано нам, в качестве награды за эти труды. — промолвил Ооцуцуки, после чего отключил Кодо от сервера.

Из тени зала, вдруг вышел небольшого роста старик, что опирался своей дряхлой рукой о трость. Это был Виктор, один из первых принятых во внутренний круг членов Кары. Ему Джиген также хорошо доверял, ведь старик верил в то, что Цукиёми так или иначе поможет ему достичь настоящего счастья.

— Итак, Кодо теперь знает об этом секрете… Однако меня беспокоит ваше состояние, Джиген-сан. Возможно… вам стоит всё же прибегнуть к варианту в виде Каваки. Тем более, он ведь сейчас в Конохе и набирается сил, используя при этом карму. — заговорил тревожным голосом Виктор.

— Знаю, я и сам думал о том, чтобы не мучать себя и наконец-то переместиться в тело мальчишки. Однако, для лучшей синхронизации с его телом, мне нужно, чтобы клетки моего тела, полностью срослись с его. — ответил монотонным голосом, Джиген. — Да и потом, Кодо имеет при себе такую же карму, хоть и без моей сущности… Ему удастся поймать Узумаки, а затем, мы наконец покончим с этим миром.

— Вы уже выбрали место для посадки древа? — спросил невзначай Виктор, подойдя к трону своего хозяина.

— Да… тоже самое место, где когда-то хотела посадить его, моя ныне покойная сестра…

Наруто сидел за своим уже столь привычным рабочим столом в кабинете Хокаге. На удивление, сегодня работы практически не было, точнее сказать, её было гораздо меньше, чем в любой другой день. Это его удивляло, ведь нечасто открывалась возможно, вот так просто, посидеть в кабинете…

Отношения с Хинатой, конечно не стали лучше с того дня, как он рассказал ей о том, что случилось с их сыном, однако после того разговора, сам Наруто, стал куда более уверенным в себе и в том, что он сможет вернуть сына в Деревню.

Вместе с тем, два дня назад, он поговорил с Саске, после… того инцидента. Они поговорили по душам и извинились перед друг другом, понимая боль и то, через что им придётся вскоре пройти. В тот момент, Наруто осознал, насколько сильно винил себя Саске в том, что случилось с Боруто.

— Какой же я дурак… — прошептал Наруто, откинувшись на спинку кресла.

Ну хоть в чём-то мы с тобой согласны. — вставил свои пять копеек лис.

Ну спасибо, Курама. Твоя поддержка самая лучшая… — хмыкнул Наруто, нахмурившись.

Да ладно тебе, это ведь была всего-лишь шутка. И вообще, не думаешь ли ты, что тебе стоит сходить куда-нибудь? На полигон например, проведай, наконец, Каваки. — предложил Курама.

Узумаки старший, решил последовать совету внутреннего демона, потому встав из-за стола, направился к выходу. Тем более, сейчас у Каваки был довольно трудный период. По словам Конохамару, он частенько не жалеет себя, полностью отдаваясь тренировкам и то и дело попадающимся миссиям.

Этот парень, серьёзно привязался к тебе и ситуация с Боруто, его явно не радует. — высказал Курама.

Знаю, я бы наверное поступил точно также. — ответил мысленно Наруто. — Но, глядя на себя из прошлого, я начинаю понимать, что это довольно плохо…

Каваки сидел на одном из полигонов, тяжело дыша, он глядел на стоящее в зените солнце. Карма на руке, начала неприятно зудеть, словно оповещая своего хозяина о чём-то странном. Она начала зудеть дня три назад, и с тех пор, не умолкала. Каваки не понимал, в чём именно была причина, так как самостоятельно устранить это, он никак не мог.

Возле парня, вдруг образовался шиноби в синем кимоно. Каваки от внезапного появления незваного гостя, даже активировал вновь карму, направив её на незнакомца, однако сразу же вздохнул с облегчением, поняв, что перед ним его напарник.

— Твою мать, Мицуки! Тебя не учили перед тем как подкрадываться к кому-то, оповещать о себе? — воскликнул недовольно Каваки.

— Прости, я тебя напугал? — усмехнувшись, спросил заботливо тот, однако увидев в ответ недовольное выражение лица, тут же решил поменять тему. — Я гляжу ты здесь с самого утра…

— Ага, сегодня выходной, поэтому, я решил устроить для себя, небольшую тренировку. — ответил Каваки, вытирая пот со лба, — Давно кстати ты не появлялся, настолько соскучился по своему отцу?

На лице Мицуки, проскочила нервозность, которую заметил Каваки, но углубляться не решился.

— Да так, у него кое-какие проблемы появились, вот и позвал меня. Пустяки…

Каваки странно покосился на друга, думая о том, спросить ли того, о проблемах или же промолчать, ведь Мицуки, никогда не скажет правды, особенно которая касается отца.

— Понятно. Кстати, помнишь ту девчонку, что прибыла вместе с нами обратно в деревню? — невзначай, спросил Каваки, откинувшись спиной на мягкую траву.

— Да… кажется, она была подружкой Боруто. Кажется, её зовут Юки. — вспомнил, нехотя Мицуки.

— В общем, Юки начала обучатся искусству шиноби. И обучает её, не абы кто, а сам Шестой Хокаге.

Жёлтые глаза парня удивлённо покосились на друга.

— Неужели она хочет стать шиноби Листа? С другой стороны, это довольно логично, ведь… Она как никто другой, хочет вернуть Боруто. — печально вздохнув, высказал Мицуки.

Вновь разговор пришёл к этому блондинистому ублюдку. Каваки с каждым днём, всё сильнее и сильнее, начинал ненавидеть его. Люди делают грустные гримасы, будто бы, от них ушёл кто-то очень близкий и важный, хотя по факту, он ничего и не сделал ведь. Боруто Узумаки вонзил нож в спину своего отца, окропив того, несмываемым позором. Каваки хотелось избить до полусмерти этого заносчивого говнюка, разбить его лицо, до такого состояния, чтобы он даже и глаз не мог открыть.

— Почему таким людям как он, всегда достаётся всё?.. — спросил вдруг тихим голосом Каваки, взглянув задумчивым взглядом на небо.

— Мы не выбираем то, где родимся, когда и кем будут наши родители. — ответил мягко Мицуки, также присев рядом. — Не стоит задаваться подобным вопросом. Лучше попытаться сделать всё, чтобы обрести такое же счастье, разве я не прав?

— Как обычно, всё сухо и по фактам… — ответил усмехнувшись Каваки.

— О чём болтаете? — вдруг донёсся голос Наруто.

Оба чунина вмиг встали на ноги, обернувшись рефлекторно к голосу Хокаге.

— Н-Нару… то-есть Седьмой! — воскликнул поперхнувшись Каваки. — Что Вы тут делаете? Да ещё и в такое время…

— Да так, нашлось свободная минутка, вот и решил поглядеть на то, как ты тренируешься и видно не зря. — ответил с улыбкой на лице, Наруто. — Вижу Мицуки, тебя сильно отвлекает.

— Э-Это не так! — мгновенно ответил брюнет, чуть выступив вперёд ногой, — Я практически полностью контролирую трансформацию своего тела, а также, натренировал свою карму до таких высот, что даже вам Седьмой, будет не сладко.

Мицуки глядя на своего друга, лишь тихо смеялся, хитро поглядывая в сторону Седьмого, который от слов Каваки, естественно прищурил глаза, уже видимо представляя себе, как будет надирать зад, столь наглому шиноби.

— Ладно, давай-ка проверим, насколько сильно ты вырос, за эти годы, Каваки. — предложил Наруто, подойдя к пацану, что когда-то хотел его прикончить.

— Я не против. — ответил уверенно, с ухмылкой, Каваки.

Покажем этому сопляку, Наруто! — также ощутив бодрость, прорычал Курама.

Да… давай посмотрим, на что способен, этот ребёнок. — ответил ему Наруто.

Они вышли на середину тренировочного полигона, который был уже итак, немного потрёпан из-за Каваки, что практически с раннего утра, устраивал здесь, военные фейерверки.

Между двумя взглядами, прошлась искра азарта. Это был бой не на смерть, никто из них, не хотел смерти оппоненту. Каваки даже было плевать на то, проиграет он сейчас или нет, ему просто хотелось провести время с Седьмым. Как с…

Они одновременно шагнули друг к другу. Каваки сразу же трансформировал свою ногу в нечто, похожее на пружину, что очень сильно оттолкнулась от земли и тем самым заставила тело Каваки на очень большой скорости подлететь вплотную к Наруто. Хокаге в свою очередь, даже и глазом не моргнул, увернувшись от надвигающегося на большой скорости кулака, попутно вмазав смачный пендаль по пятой точке.

Каваки ощутив от подобного удара некий стыд, сразу же врезался ногами в землю, оставляя огромные следы на почве. Резко развернувшись, он встретился с внезапно появившемся перед ним Наруто, что уже тянул к нему свою руку. Парень, рефлекторно отбросил её, и между ними, началась небольшая рукопашная борьба. Наруто старался попасть по нескольким болевым точкам на теле парнишки, но тот ловко отражал все летящие в него удары.

Хоть и с трудом, но Каваки полностью отразил все атаки, направленные на него. В этот момент, Наруто видимо понял, что пора приступать к более прямым атакам. Отступив на несколько шагов, он создал ещё двух клонов, что зашли с двух сторон, сделав резкий замах кулаком, прямиком целясь в рёбра.

Так и знал! — воскликнул Каваки.

Из локтей его рук, вдруг выскочили два заострённых шипа, как подумал на первый взгляд Наруто, пока вдруг не пригляделся. Клоны, что были созданы с более обширной чакрой, не исчезли, ведь им не был нанесён существенный ущерб в виде колотой раны. Да… наконечники выступающих отростков из локтей Каваки, были намеренно сглажены.

Похоже, Каваки так сильно привязан к тебе, Наруто, что даже инстинктивно не хочет вредить тебе. — усмехнулся Курама.

— Что такое, Седьмой? — с отдышкой, вопросил Каваки, — Уже устали?

— Что ты, да я только начал! — ответил ему с запалом Наруто.

Клоны вновь двинулись в атаку, нанося удары с двух сторон, одновременно. Контроль над особыми наночастицами, что заменяли практически всё тело Каваки, был просто на невероятно высоком уровне. Он словно чувствовал, все инерции от надвигающихся ударов и наперёд, ставил более укреплённую защитную кожу, тем самым защищая себя от многочисленных сильных травм.

Каваки следил за ударами клонов, после чего, в момент, когда очередной удар должен был прийтись в спину, из позвоночника, вылезла эластичная, серая щупальца, что обвив ногу клона, резко сжала в своих объятьях.

— Первый попался! — выкрикнул Каваки, развернувшись всем корпусом.

В этот момент, второй клон, также ударил уже прямо в лицо Каваки, но последний, всё же парировал удар, после чего создав из своей руки, подобие монструозной лапы с огромными когтями, схватился за клона.

Это лишь клоны… просто не думай о них, как о Наруто. — проговорил мысленно себе Каваки.

Покрепче сжав в тиски клона Наруто в огромной лапе, Каваки со всей силы, вмазал им по второму клону, что был также схвачен за ногу, с помощью щупальца на спине. Во все стороны полетела почва, поднялась пыль. В дыре, которую образовал Каваки своей силой, никого не было. Клоны исчезли…

— Ну что… а тепе… — хотел было продолжить Каваки, как вдруг ощутил на своём лбу лёгкое касание двух пальцев. — продолжим…

Наруто стоял вплотную к Каваки, касаясь двумя пальцами лба своего непоседливого ученика. Казалось в глазах его, виднелись искры от изумления, шока и восторга одновременно.

— Ты проиграл. — подытожил улыбчиво Наруто.

Кодо был почтителен к Богу. Ради него, он готов был пожертвовать собственным телом, сделав из себя сосуд для Иссшики. Но к несчастью или же наоборот, у Кодо не получилось стать тем самым, идеальным сосудом, хоть он и получил карму от своего почитаемого творца в виде награды за свою преданность.

«Белая карма» согревала Кодо, и каждый раз, при взгляде на неё, он напоминал себе, что Ооцуцуки не забыл его. Иссшики дал ему силу, чтобы слуга его, нёс весть и мысль Божественную. Чтобы враги его, погибли от силы Бога.

Уже прошло два дня с того момента, как начались поиски Боруто Узумаки. Кодо усердно и тщательно обыскивал местности, в которых был замечен след от чакры Боруто. С помощью «кармы» Кодо мог чувствовать следы, остаточной энергии или проще говоря, чакру, которую оставляет после себя её владелец. Но… под конец второго дня, произошло нечто, поистине странное.

У Кодо, была особая техника, которой мог пользоваться только он. Она заключалась в том, что он мог, оставлять, так называемые «когти». Отметины, что оставались на любых поверхностях, кроме, конечно чего-то жидкого или раскалённого. Техника эта, была чем-то схожа с «Летящим Богом Грома», однако отличий хватало. Для того чтобы переместиться, Кодо надо было встать на такую же отметину, тогда как Боруто, мог и в воздухе, перемещаться между своими «метками». Ещё одной, довольно полезной особенностью «когтя» было то, что Кодо мог перемещать отдельные органы, такие как например: глаз, рот или ухо.

Благодаря этой технике, Кодо успешно перемещался между несколькими Деревнями и населёнными пунктами, в которых, заранее были установлены «когти». Джиген не спроста дал это задание, именно Кодо, так как его способности вкупе с «белой кармой» делали из него, настоящего следопыта, от которого невозможно укрыться.

Под конец второго дня, когда небо покраснело от заката, а ночные животное, только-только начинали свою бурную ночную жизнь, Кодо вновь переместился в одну из небольших деревушек, расположенных вблизи страны Огня. Кодо считал, что раз уж Боруто скрывается ото всех, то ему следует отдыхать в довольно нелюдимых местах или мелких деревушках, где новости распространяются очень медленно.

— Куда же ты делся, Узумаки Боруто?.. — уже изрядно под заколебавшись, промолвил Кодо.

И судьба, видимо, решила всё же сжалиться над ним. Ведь его карма, наконец-таки, ощутила присутствие чакры Боруто, что была смешана с чакрой Ооцуцуки.

— Наконец-то я нашёл тебя, Узумаки Боруто. — промолвил он, сжимая руку с кармой.

Шагая по небольшой главной улицы, этой малонаселённой общины, в которой, большинство были старики, да бабули, Кодо отметил для себя, странное чувство. Словно Боруто был здесь, но одновременно с этим, где-то ещё.

Кодо прислушивался к карме, медленно направляясь по оставленному следу. В один момент, он остановился, после чего повернулся к одному из небольших деревянных домиков, что были расположены на противоположной окраине деревушки от места, где появился сам Кодо.

— Значит ты здесь… — высказал Кодо, после чего направился к одному из домиков. — Иссшики всегда учил меня, что нужно быть вежливым и тактичным.

Постучав в дверь, Кодо встал перед проёмом, терпеливо ожидая момента, когда человек за ней, откроет ему. За дверью послышались плавные шаги, после чего, та отворилась, мерзко заскрипев.

— О… явился наконец, давно же я тебя ждал… — послышался голос блондина, хотя он и был каким-то более грубым.

— Были кое-какие проблемы с твоими поисками, Узумаки Боруто. — ответил ему Кодо, продолжая стоять за порогом.

— Заходи, раз уж пришёл. — хмыкнул Узумаки, чуть отойдя от двери.

Кодо не видел Боруто, так как в домике было довольно темно. Лицо было скрыто за тенью, но голос точно принадлежал Узумаки Боруто. Хотя и были кое-какие странности…

Он медленно вошёл внутрь домика, после чего, послышался звук спичек. Гость не сдвинулся с места, ожидая какой-нибудь атаки. Но тревожность не оправдалась, Боруто лишь зажёг одну из ламп, так как в домике не было электричества, соответственно, не было и привычных лампочек с выключателями.

— Прости за бардак и темноту. Я просто спал и не ожидал гостей… — извинился Боруто, подходя к небольшому столу. — Джиген тебя отправил?

Кодо последовал за блондином и также сел за стол. Они переглянулись и Кодо решил ему всё же ответить:

— Да, он беспокоится о своих подчинённых. Тем более, тебя приняли в «внутренних» агентов, так что твоя жизнь не менее важна, чем жизнь Джигена.

— Вот оно что… — хмыкнул Боруто, явно не веря в слова пришедшего агента.

— А теперь ты ответь мне, Узумаки Боруто. То, что рассказала нам Дельта, это действительно произошло с тобой? — Кодо внимательно смотрел на собеседника, словно выискивая в нём мельчайшие детали.

— Точно, я совершенно позабыл извиниться перед ней. - протерев пальцами, красные от бессонницы глаза, проговорил Боруто, - Сказать по правде, он по прежнему хочет вырваться из меня. Захватить моё тело и полностью перезаписать моё ДНК на своё… — в голосе Боруто, не было никаких эмоций, всё что он говорил, было каким-то безвкусным и пресным, словно ему было безразлично то, что с его телом происходит. — Я гляжу и у тебя есть «карма», не мучаешься с ней?

— Она особенная. — ответил Кодо, дотронувшись пальцами до белых отметин на запястье. — В любом случае, то что с тобой происходит, довольно опасно, тебе лучше вернуться в штаб. Амадо хороший врач, так что он поможет тебе, устранить этот недуг. — перейдя к делу, сказал Кодо.

На одно мгновение, почему-то в глазах Боруто, незваный гость, заметил страшный гнев. Сердце ёкнуло от этого чувства, резкого наплыва страшной и сдавливающей органы, чувства страха. Но всё обошлось… возможно даже показалось.

— Эх, совсем позабыл о том, зачем ты здесь. — вздохнув, высказал Боруто, откинувшись на спинку стула. — Знаешь что? Ладно, я не собираюсь с тобой сражаться, мне признаться честно, давно уже надоело бороться с этой судьбой… Дай мне немного времени, надо собрать свои вещи.

С этими словами, Боруто встал из-за стола и подошёл к кровати, где лежал его плащ и некоторые вещи. Странно… Кодо ожидал того, что с ним придётся драться и силком тащить обратно в штаб, но ответ Узумаки, удивил. Что-то было не так. Вроде бы то же лицо, те же глаза и даже шрам… однако взгляд, совершенно отличался… даже тембр голоса, был немного иным. Казалось, будто перед Кодо находился не тот Боруто, которого он искал. Хотя, возможно, инцидент с Момошики, что-то сдвинул в разуме блондина, и именно поэтому, он ведёт себя не так, как должен.

Спустя некоторое время, Кодо наблюдал за тем, как Боруто надев свой тёмный плащ, вышел из хижины.

— Надо отдать ключи хозяйке, можешь идти пока, я тебя догоню. — высказал Боруто, направляясь к одному из домов, что находились чуть поодаль от основной улицы этого небольшого поселения.

— Я пойду с тобой. — ответил Кодо, открыто показывая, что не доверяет ему.

— Ладно, как скажешь… — ответил беззаботно Боруто, продолжив свой путь.

Кодо последовал за блондином, но ничего подозрительного не заметил. Он действительно отдал ключи и извинился перед хозяйкой за то, что потревожил её в столь поздний час. Извинившись напоследок ещё раз, он махнул рукой в сторону Кодо и они направились к выходу из деревни.

— Чего ты так пялишься на меня? — спросил раздражённо Боруто. — У меня что-то на лице? — ухмыльнувшись и дотронувшись до шрама, спросил он.

Кодо посчитал что это была своеобразная шутка, хотя она и не удалась. Боруто вновь вернул себе маску безразличия, продолжив путь в молчании. Они вместе подошли к дереву, что стояли чуть поодаль от одного из деревянных зданий поселения. За ним виднелось небольшая царапина, которая при первом взгляде, казалась обычным природным явлением, но как только к ней подходил Кодо, она меняла свою форму и становилась более выпуклой, а цвет резко переходил в тёмный.

— Сначала идёшь ты. — приказал Кодо, активировав «коготь».

— Как скажешь… — ответил Боруто, подойдя к отметине.

Через секунду, «коготь» полностью засосал в себя тело Боруто и тот очутился в совершенно другом месте. Перед ним предстала небольшая комната в серых тонах, кровать в углу, большой шкаф, что стоял чуть поодаль от кровати, а также несколько полок с книгами под которой, располагался стол со стулом.

Видать это моя комната… — подумал Боруто, оглядываясь по сторонам. — Он оставил свой коготь в моей комнате, вот же ублюдок.

Следом за ним, появился и Кодо. Он выпрямился во весь рост, после чего взглянув на блондина, сказал:

— Идём, думаю Джиген будет рад тебя увидеть…

— Так сразу… ну ладно, давай сходим. — ответил нехотя Боруто, после чего добавил: — Хотя, я не понимаю, зачем ты переместил нас, сюда, если мог бы, сразу отправить в зал собрания…

— Оставь здесь свой клинок и вещи. Тебе они там не понадобятся, будут только мешать. — высказал Кодо.

Боруто ничего не ответил. Лишь бросил рюкзак с вещами на кровать, тогда как клинок, оставил при себе. Кодо хотел было возразить, но потом подумал, что блондин итак из последних сил, сдерживается… очередная перепалка, просто переполнит его и он сорвётся, чем явно не будет доволен Лорд Иссшики.

Узумаки и правда сдерживал себя, при одном только взгляде на Кодо. Он ощущал невероятную злобу и ненависть к этой твари. Нужна была невероятная концентрация, чтобы человек имеющий карму, не почувствовал к себе, сильную угрозу. Хотя, Боруто не отрицал и того, что Кодо ощущает его скрытую ненависть, просто делает вид, будто не видит этого. Потому что он следует заповедям Джигена… следует его приказам, как цепной пёс.

Шагая по коридору, они встречались взглядами со многими здешними агентами. Некоторые одаривали их безразличием, другие же с интересом разглядывали, так как знали о том, что Боруто нужен был для чего-то Джигену.

Когда они уже были в шаге от дверей, что отделяли их от помещения для собраний, позади вдруг послышался женский голос. Боруто остановился, медленно обернувшись, после чего, резко ощутил горячий удар пощёчины.

— И я тебя рад видеть, Дельта… — вздохнув, первым поприветствовал Узумаки, — Выглядишь, довольно бодрой.

— Ублюдок! И это всё что ты можешь мне сказать, после того, как изничтожил моё тело?! — воскликнула гневно девушка, испепеляя глазами лицо парня.

— В тот момент, телом управлял не я, и ты это прекрасно должна понимать. Ооцуцуки взял надо мной вверх, но всё уже позади. Больше такого, я надеюсь не повторится. — ответил ровным голосом блондин, глядя холодными глазами на Дельту.

— Скотина… надеюсь Джиген выбьет из тебя всё дерьмо, когда ты окажешься перед ним на коленях! — выпалила она, собираясь в очередной раз ударить того в лицо.

Блондин, однако же, не собирался больше позволять этой особе рукоприкладствовать. Сжав её запястье на половине пути к лицу. Кодо изумлённо взглянул на Узумаки, отметив для себя, что на долю секунды, его карма дала некий сигнал.

— Мне глубоко плевать на твои чувства, Дельта. Потому что ты, как и я, изгой в этом мире, и тебя это злит. Но знаешь в чём разница между нами? В том, что я стал изгоем по собственной воле. — процедил, еле сдерживая себя, Боруто. — Дам тебе совет на будущее, когда будешь вылизывать Джигену пятки за очередную похвалу, не забудь вспомнить моё лицо, когда Момошики, выбивал из тебя дерьмо.

Дельта от подобных слов, не то что разозлилась, она буквально пылала гневом и желанием прикончить несносного сопляка, что стоял перед ней и говорил подобные, гадкие слова, ей прямо в лицо.

Позади Боруто, вдруг распахнулись двери и оттуда послышался голос Джигена:

— Я чувствую эту силу… Ты наконец-то вернулся к нам, Узумаки Боруто.

Дельта и Кодо, сразу же поклонились, завидев силуэт их главаря. Блондин же в свою очередь, даже не удосужился повернуться к нему лицом. Хмыкнув, он вновь вернул себе самообладание, после чего ответил:

— И я по тебе скучал. Думаю у тебя ко мне будет довольно деликатный вопрос, я прав?

— Безусловно. — ответил спокойно Джиген. — Проходи, остальные же, можете быть свободны.

— Н-но Джиген-сан! — хотел было возразить Кодо. — Вы уверены в том, что Вас можно оставлять один на один с этим…

— Всё нормально, Кодо. Я не думаю, что Боруто хочет моей смерти, по крайней мере, пока что… — перебил того Ооцуцуки. — Повторюсь: можете быть свободны. Проходи юноша, у нас с тобой будет довольно серьёзная беседа.

Боруто медленно вошёл в зал, после чего двери за ним, тут же захлопнулись. Взгляд юноши был стальным и холодным, он не ощущал какого-то страха перед Джигеном, осознавая то, что смерть его, ему будет без надобности. Потому что карма на его руке, была очень нужна для плана…

— Признаться честно, ты очень сильно меня напугал, когда мне доложили о том, что тебя потеряли. Как так вышло, что твоя карма, внезапно высвободила разум Момошики? — спросил заинтересованно Джиген.

— Ты ведь и сам должен прекрасно понимать из-за чего, он показался снаружи. — ответил безразлично Боруто, — Из-за того, что эта печать находиться на моём тебе, его клетки постепенно, начинают захватывать мои собственные. Придёт день и я перестану быть хозяином собственного тела, отдав своё место в душе, этому нелюдю.

— Похоже ты уже осведомлён о том, что происходит с тобой… Но не волнуйся на этот счёт. Мы что-нибудь придумаем. — решив успокоить юношу, сказал в какой-то мере заботливо Джиген. — Что более важно, можешь ли ты объясниться, почему нам пришлось искать тебя?

Взгляд Боруто потупился и Джиген это отчётливо заметил.

— Потому что, я не знал, что будет после… — немного выдержав паузу, всё же ответил Боруто, — Все эти дни, мне приходилось бороться с Момошики, чтобы он не захватил моё тело вновь. Ты ведь слышал от Дельты о том, что я натворил в том городке и даже её прихлопнул, будь она обычным шиноби, то давно уже кормила бы червей в земле. Вернувшись сюда, сразу же после того инцидента, был риск, что я вновь сорвусь и уничтожу большую часть этой базы, поэтому… я принял решение, залечь на дно и справиться с проблемой самостоятельно, не втягивая в это, агентов Кары.

Джиген слегка удивился подобному ответу. Хотя и были мысли о том, что юноша сочинил это на ходу, хоть и изящно это сделал, спору нет. Так или иначе, оставался ещё один вопрос.

— Хорошо, я приму этот ответ, но впредь, ты должен возвращаться в штаб, после каждого выполненного задания… Ах да, что же насчёт задания? Ты выследил Ооцуцуки, что прятался в заливе?

— После того как Момошики уничтожил Дельту, я вновь вернул себе контроль над телом, а после попытался убить незваного гостя, но ему удалось скрыться… не знаю, вернулся ли он обратно на свою планету или же ему просто удалось хорошо себя скрыть, но думаю… Он теперь знает о том, что случилось с Момошики и где находится его тело.

— Вот оно что… ну думаю после того, как Момошики пропал вместе с его подчинённым, Ооцуцуки сразу заинтересовались этой планетой. Это был лишь вопрос времени, когда они лично заявятся к нам. Скоро начнётся война и нам надо быть готовыми ответить им чем-то столь же мощным и весомым. — проговорил Джиген, глядя в глаза Боруто.

— Безусловно… грядёт война. — ответил с еле скрываемым беспокойством, Боруто. — Если на этом всё, то… пожалуй я пойду схожу с Амадо и…

— Нет, это ещё не всё. — перебил вдруг Джиген. — До меня дошли вести, что среди внутренних агентов, затесался предатель.

Боруто грозно взглянул в глаза Джигену, спросив:

— И… ты что, думаешь, что это я?

— Сейчас под подозрением большинство и ты не исключение. Особенно после своей выходки в виде самоволки. — ответил прямо Ооцуцуки, — В любом случае, у меня уже есть подозреваемые, которых мне хотелось бы проверить.

— Раз уж я среди них, то зачем ты рассказываешь всё это? — вопросил, непонимающе блондин.

— Узнаешь… — ответил загадочно тот, — Просто, следи за остальными и если что-то заподозришь, сообщи мне.

Боруто слабо кивнул, после чего, развернулся и поспешил выйти из этого проклятого места. Здесь веяло чем-то поистине отвратительным и мерзким.

Прошло уже несколько месяцев с того дня, как Боруто объявили официально нукенином. Люди по прежнему обсуждали эту новость не веря в то, что светлый мальчишка, который явно должен был пойти по стопам отца, превратился в преступника.

Все пять стран в свою очередь, из-за нападения Кары на деревню скрытую в Облаке, начали усиленно и активно искать любые зацепки и разного рода упоминания об этой загадочной организации. В мире вновь воцарилась странная тревожная тишина, которую вскоре, должны были нарушить террористы в числе которых был и Боруто Узумаки.

На краю карты мира, что был практически в тысячи километрах от одного из берегов страны Воды, расположился небольшой остров, где проживали многие люди, что когда-то полностью разочаровались в остальном мире. Здесь они пытались начать свою новую жизнь и в большинстве случаев, у них это получалось.

Здесь не было единой системы общества и государства. Однако были несколько небольших селений, каждый из которых, управлялись одним выбранным «главой». Всего их было около трёх на весь остров, однако было также и четвёртое селение, одно из самых первых, родившихся здесь. Здесь главным был «Вождь», во власти которого было созывать особый совет из всех трёх селений, если конечно вопрос был довольно важным и касался всего острова.

В отдалении от всех селений, жил один особенный парень. Этот человек прославился на острове тем, что смог победить одного из безжалостных водных монстров, что не давал людям рыбачить, а так как остров был сравнительно не таким уж и большим, рыболовство было одним из самых популярных и важных занятий. Звали его Тэтсуо и многие жители, пророчили ему восхождение до «Вождя», хоть и в семье его, никто и никогда не славился силой или величием.

Сегодня был на удивление, один из самых бурных дней среди людей. Такое бывало нечасто, ведь обычно, люди были тихими и просто делали свою работу. Однако сегодня… Прибыли наконец-то корабли с торговцами, а вместе с ними и свежая газета. В которой, они узнали о внезапном предательстве сына Хокаге, что перешёл в преступную организацию.

— Неужели… Боруто Узумаки стал преступником?! — воскликнул один из жителей.

— Этого не может быть… Может быть, это просто какое-то недоразумение? Разве мог бы Хокаге, позволить своему сыну стать нукенином? — всё ещё не теряя надежду, воскликнул другой житель.

— Вполне себе правдоподобно… ты ведь помнишь, что писали в газете три года тому назад? У Хокаге ведь дочка погибла при нападении на Деревню. Вот его сына, похоже это и сломало. — ответил старик, хмыкнув.

В отдалении от остальных селений, в глубине острова, располагался небольшой дом, что принадлежал Тэтсуо. Мужчина стоял возле огромного древа, что росло здесь, наверное уже не первый век. Под ним, виднелся небольшой валун на котором были выцарапаны имена, одно из них, Тэтсуо выцарапал совсем недавно.

Шизука и Кайоши Будьте счастливы в загробном царстве Дорогие мама и папа

Кэтсуо глядел на выцарапанные слова и сжимал единственную руку в кулак. Мужчина не привык плакать, но в тот момент, пара слезинок, всё же пролились по его щекам.

— Прости мама, что так и не уберёг отца. — промолвил он. — Мне нет места сейчас среди жителей. Будь я тогда внимателен, то и отец сейчас стоял бы рядом со мной.

Из-за кронов деревьев, вдруг послышался женский голос и парень заслышав его, тут же стёр с лица оставшуюся солёную влагу. Не подобает мужчинам показывать женщинам их слабость.

— Кэтсуо! — окликнула подбегающая к нему девушка с яркими светлыми волосами. В руках её виднелась газета.

— Джун, что случилось? — спросил парень, повернувшись к подошедшей подруге. — Опять решила меня переманить к селению? Я ведь сказал уже, что не могу пока вернуться к ним!

— Да нет же! — отмахнувшись, сказал та, а после, прижала газету к крепкой груди парня, воскликнув: — Читай! Думаю, тебе это будет важно узнать…

Бегло пробежавшись по строкам главной обложки, с каждым новым прочитанным предложением, лицо Кэтсуо всё сильнее и сильнее начинало вытягиваться, а брови хмуриться. Под конец, когда он прочитал последние строки, что гласили: «…он был причастен в убийстве множества невинных жителей.», газета, что он держал в руке, внезапно вспыхнула алым пламенем, от чего Джун, встревоженно отшатнулась.

— Вот же… — прошипел, еле сдерживая свой гнев, парень.

— Н-наверное мне не стоило приносить тебе эту весть… — робко, произнесла девушка, отведя взгляд в сторону.

— Что ты, Джун. Ты молодец, это хорошо что ты показала мне эту газету. Теперь я точно знаю, что мне надо отправляться в большой мир. Слишком долго мы здесь просиживали штаны, пока эти вот… творили что хотели в стране Огня.

— Неужели ты хочешь, всё же объявиться? Но не опасно ли это, тем более, ты ведь один знаешь о всех тех… знаниях, что передавались тебе от отца. — встревоженно высказала Джун, искренне волнуясь за парня.

Кэтсуо ничего не ответил, лишь задумчиво взглянул на водную гладь океана, что окружал их со всех сторон. Он давно этого уже хотел, его сердце рвалось к морю, к новым открытиям и людям, которым он мог помочь. Однако в первую очередь, его рвало к Узумаки Боруто, что сейчас числился среди опасных преступников.

Что же ты делаешь, Боруто?.. Что заставляет тебя идти по этой скользкой дорожке? — вопросил мысленно Кэтсуо.

— Слушай Джун, можешь кое-что сделать для меня? — положив ей руку на плечо, вдруг спросил выжидающе Кэтсуо.

— Ну… эм, я кажется уже понимаю, что ты хочешь попросить… — ответила вздохнув та. — Корабль я попрошу отвезти к противоположному берегу, можешь сразу идти туда и ждать. Людям я сама скажу о том, что ты уплыл.

— Спасибо тебе! — широко улыбнувшись, поблагодарил он. — Ладно, я тогда пойду соберу вещи в дорогу.

— Это… будь там осторожен, хорошо? И когда вернёшься, обязательно расскажи мне о том, что ты видел там! — покраснев, вдруг воскликнула девушка, а затем побежала прочь в лес, не дав ничего сказать Кэтсуо.

— Надо будет что-нибудь ей купить. — усмехнувшись и провожая взглядом Джун, высказал Кэтсуо.

Зайдя в свою небольшую хижину, Кэтсуо повернулся к длинному зеркалу, что стояло прямо на входе. Остановившись на минутку, он задумчиво разглядывал своё отражение. Перед ним стоял однорукий парень средних лет, на котором были надеты коричневые и довольно грязные сапоги, тёмные и вылинявшие штаны с ремнём на поясе, а также серая и мятая рубашка с расстёгнутыми несколькими пуговицами. Лицо же, было довольно невзрачным. Острые линии скул, довольно хмурое выражение лица, а также небольшая щетина, придавала Кэтсуо вид какого-нибудь бандита или разбойника. Глаза ему достались от матери, такие же зелёные, но в тоже время и завораживающие. Волосы слегка были опущены и зачёсаны назад, Кэтсуо всегда откладывал стрижку на потом, и так из раза в раз.

Заострив внимание на своих волосах, парень вдруг перестал улыбаться. Проникнув пальцами в зачёсанную шевелюру, он вновь и вновь вспомнила своего отца… Ведь именно от отца ему достался этот багровый цвет волос, как и сила вместе со знаниями, что он передал ему.

— Прости меня папа, но похоже, пришёл этот момент, когда нам стоит выйти в свет. — прошептал Кэтсуо, надев на плечи длинный тёмный плащ с рукавами. — Я больше не буду терпеть то, как они оскверняют наш род и фамилию, что досталась им по незнанию…

Карма была хоть и сильным оружием, которым Каваки частенько пользовался, однако он также понимал, что это потенциальная метка Джигена. Нелюдя, что готов был уничтожить множество детских жизней в погоне за чем-то «неясным». Каваки по настоящему ненавидел его и хотел всем сердцем прикончить гада.

Когда он узнал о том, что сын Наруто, также был причастен к Каре, слепая ярость, полностью окутала разум юноши. Всё это было, какой-то дурацкой иронией. Ведь по воле судьбы, Каваки, что был когда-то пленником и в каком-то роде «сыном» главы Кары, стал шиноби Скрытого Листа под крылом его Хокаге. Тогда как сын сильнейшего человека в мире, Узумаки Боруто, наоборот, решил уподобиться тьме и встать на сторону террористов. И у них обоих есть карма… судьба и правда — шутница.

— Эй, Каваки, всё нормально? — спросила, потормошив своего товарища, Сарада. — Ты что-то в последнее время, вечно летаешь в облаках.

— Ничего. Просто думаю о Каре. Хочу наконец прикончить их, раз и навсегда. — ответил хмуро тот.

Они сидели вдали, среди деревьев, под большой тенью, где их было практически невидно. Оба чунина, наблюдали за тем, как Юки пытается овладеть техниками, которыми владел Шестой Хокаге. Признаться честно, ни Каваки, ни Сарада, даже и подумать не могли, что Шестой решиться обучать девчонку, которая прибыла сюда, недавно с малым опытом шиноби.

— Неплохо, неплохо. — слабо похлопав, похвалил Какаши, заметив, что в этот раз, огненный шар из уст девушки, вышел достаточно большим, — У тебя уже довольно большой прогресс, хоть ты и говоришь, что никогда прежде не занималась техниками.

— Д-да что Вы сенсей… — отмахнувшись, засмущалась Юки. — Мне просто повезло, вот и всё!..

За эту неделю тренировок, Хатаке отметил для себя, что у девчонки два элемента природы: Огонь и Вода. Довольно противоречащие элементы, однако при должной смекалке и хорошем использовании, могут стать, достаточно, грозным оружием.

Хоть Юки и сказала, что прошла небольшой курс азов управления чакрой ещё в Деревне Облака, Какаши понимал, что её уровень, очень сильно растёт, даже по сравнению со всеми остальными чунинами. Возможно здесь играла роль её отца, что тренировал девчонку искусству мечника.

— Твои навыки растут с каждым днём. Ты станешь очень сильным шиноби в будущем. — ухмыльнувшись, высказал Какаши, после чего, вновь вернул себе маску серьёзности. — Однако же, нам нельзя расслабляться. Ты ведь хочешь найти Боруто, а для этого, тебе нужно быть ещё лучше.

— Да! — ответила уверенно Юки.

Сарада что сидела в тени и молча наблюдала за белокурой девушкой, заметила, то с каким рвением она хочет стать сильнее. Эта странная тяга к силе, чтобы догнать кого-то… ей это было также знакомо. В последнюю встречу с Боруто, она пробудила мангекью шаринган, что заметно сильно повлиял на реакцию и силу. Однако вместе с невероятной мощью, пришёл и гнев. Она не могла простить Боруто за то, что тот сделал с её отцом и деревней. Его слова в момент, когда они встретились в хранилище… они запомнились ей, лучше всего. То как он с явным наслаждением и презрением к самому Учихе, говорил о том, как убил его… Это сильно злило Сараду.

— Не перетруждай свои глаза, Сарада. — донёсся голос Саске из-за чащи леса.

Сарада медленно обернулась, на лице её виднелись кровавые следы на щеках. Учиха старший, понимал, что её дочь, чрезмерно использует силу новообретённых улучшенных глаз, что может плохо закончится…

— Мне нужно ведь как-то понимать эту силу, отец! — ответила, вновь отвернувшись, Учиха младшая. — Без практики, ничего не достичь!

— Да, я понимаю, но это совершенно иной случай! — повысив тон, вновь настоял на своём Саске. — Ты ведь знаешь, что когда используешь мангекью шаринган, он потихоньку начинает выкачивать из тебя твоё здоровье. И в один прекрасный момент, когда ты переусердствуешь и вновь воспользуешься глазами, чтобы активировать мангекью… ты потеряешь зрение, навсегда.

Сарада осознавала все риски, но прекратить познавать силу глаз, не собиралась. Ей нужно было понять принцип их работы… С того дня, как она пробудила мангекью, ей так и не удалось понять принцип способности её левого и правого глаза. Естественно, Саске объяснил ей, в начале её обучения, о том, что у каждого глаза, своя особенность.

Мой левый глаз, способен создавать «пламя-Аматерасу», тогда как правый, способен управлять его формой и в случае чего — тушить. — Вспомнила Сарада, слова своего отца в тот день.

— Это заходит слишком далеко, я не собираюсь больше просто смотреть со стороны, как ты губишь свои глаза! — потеряв терпение, проговорил Саске, подходя к своей дочери.

— Папа, даже не смей подходить, иначе…

Саске хотел было схватить дочь за плечо, но его пальцы, неожиданно упёрлись в нечто невидимое. Пребывая в неведенье, он вновь попытался дотронуться до дочери, однако и на этот раз ничего не вышло. Взглянув в глаза Сараде, он вдруг осознал, что её мангекью был активирован…

— Неужели твоя способность это… — тихо промолвил Саске, внимательно вглядываясь в странный барьер, что окружал Учиху младшую.

— Ч-что такое?.. — встревоженно вопросила Сарада, пытаясь углядеть хоть что-то перед собственными глазами.

— Похоже, одна из способностей твоих глаз, это какой-то защитный барьер. — высказал Саске, внимательно оглядывая свою дочь, — Есть вариант того, что вторая способность, также связанна с ней.

Вот оно… Сарада наконец-таки ощутила прогресс в своём изучении. Всё это время, ей нужен был кто-то, кто мог бы испытать на себе её глаза. Да, конечно это было в каком-то смысле опасно и очень безответственно, но если она продолжит топтаться на месте, то не сможет одолеть Боруто.

— Папа… ты можешь мне помочь с… — неуверенно произнесла Сарада.

— Кажется, я знаю, чего ты хочешь, юная леди… — хмыкнув, ответил мрачно Саске. С одной стороны, он понимал, что если будет сражаться против дочери, могут возникнуть кое-какие проблемы, но не с ним, а с ней. Её глаза уже на пределе, поэтому продолжать тренировку, было бы довольно рискованно, но с другой стороны, в данный момент, она привыкла к новой силе, и воспользовалась ей, как раз в момент стресса… — Хорошо. Но учти, я дам тебе лишь одну минуту, чтобы ты воспользовалась глазами, по истечению этого времени, ты деактивируешь их сама, либо же я сам, заставлю тебя это сделать.

— Хорошо! — согласилась Сарада, приготовившись к бою. — Большего мне и не нужно…

Учиха глядел на свою дочь и видел в её глазах этот странный холод. Неужели он действительно присущ, всем Учихам? Его род, вынужден идти с этой злобной сущностью всю свою жизнь, чтобы в конце концов, умереть как ужасный преступник или кончить, каким-нибудь проклинающим себя, идиотом, что вечно просыпается по ночам, от кошмаров былых времён?

Ему не хотелось, чтобы эта судьба, постигла и его дочь. Она ведь была не такой как он… Саске не хотелось верить в это. Она была лучше, искренней, ярче, чем он: вечно хмурый и нелюдимый, одиночка, роющийся в собственной душе из-за детских травм.

И сейчас, он стоял перед собственной дочерью, чтобы что? Сразиться с ней… да, Учихи всегда были такими. Сила решает, она непоколебима, даже спустя столько лет.

— Я иду, папа! — предупредила Сарада, шагнув вперёд первой.

Саске также побежал навстречу дочери, активировав шаринган. Это навело его на воспоминания, когда он обучал Боруто и сражался с ним, выявляя все его слабости, чтобы хорошенько отточить его мастерство в битве и выбить всё лишнее колебание из его головы. Сарада сосредоточенно глядела на то, как двигается отец, ловко уклоняясь от всех летящих в неё атак.

— Не спи! — крикнул Саске, перехватив руку Сарады, а затем крутанувшись, ударил стопой, ей прямо в бок.

От столь неожиданного удара, Сарада полетела прочь. Кое-как остановившись, она вновь напала на Саске, в этот раз, решив использовать фирменный приём её мамы. Напитав руку чакрой, она со всей дури, ударила кулаком о землю, где секунду назад, стоял Учиха.

Земля разверзлась в стороны, оглушительным треском. И в этот момент, Саске напоминало это зрелище о том, кем является его законная жена… В клубе пыли, Учиха старший, заметил два ярко красных глаза. В них, он отчётливо ощущал мощь чакры мангекью.

Учиха решил использовать эффект неожиданности, чтобы поскорее выяснить истинную силу глаз дочери. Активировав левый глаз, он создал в своей руке чидори, а затем переместился за спину своей дочери, заметив там, небольшой валун, что был вырван из земли, когда Сарада, использовала свою чудовищную физическую силу.

Чидори заискрился, стремительно приближаясь к лицу Сарады. Конечно Саске был готов деактивировать технику, однако он до последнего выжидал того момента, когда глаза, по инстинкту самосохранения, сами проявят себя.

Чидори в руке, вдруг исчез, а глаза Саске, потухли, вновь став обычными. Перед лицом Сарады, образовался барьер, а из глаз девушки, брызнули кровавые слёзы. Саске даже и понять толком ничего не успел, как вдруг, из-за спины его дочери, образовалась костяная рука и резким взмахом, отбросила его назад.

Спустя мгновение, Сарада ощутила как её тело, пронзает тысяча игл. Зажмурившись, она упала на колени, обхватив свои плечи, пальцами. Глаза также пронзила острая боль. Однако глубоко внутри себя, она ощущала эту мощь… силу, которую она, наконец-таки смогла проявить с тех пор, как её глаза пробудились.

Саске в свою очередь, отходил от этого странного эффекта, что наложили на него, глаза Сарады. Он до сих пор, ощущал отголоски её влияния в своей голове… это не было похоже на генджутсу.

Сарада, неужели сила твоих глаз, это деактивация каналов чакры у противников?.. — размышлял Учиха. — Будь это техникой поглощения, то пропал бы только чидори, однако же, я на мгновение, деактивировал шаринган… что значит, она действительно способна отключать в противниках способность пользоваться чакрой в том или ином виде… Вдобавок ко всему, способность её второго глаза, это видимо «барьер» который, скорее всего, может заблокировать физические атаки. Да… несладко будет её противникам.

Встав на ноги, Учиха поковылял к лежащей дочери, что сейчас явно была без сознания. Сила глаз, окончательно вымотала её, видимо последней каплей, стало использование силы сусаноо…

— Ну… зато теперь, мы знаем, на что способны твои глаза. — проговорил вздохнув, Саске.

В глубоком космосе на планете, где существовали самые агрессивные существа во всей галактике, в главном здании семейства основной ветви Первородного Ооцуцуки, состоялся совет.

Причиной данного столь редкого события, была одна единственная планета, что населялась землянами. Существами, столь похожими на самих Ооцуцуки, как внешне, так и духовной энергией.

Совет состоял из самых древних Ооцуцуки, что смогли прожить достаточно долго, чтобы набрать невероятную силу и опыт.

В этом огромном зале, посередине всей площади, стоял большой круглый стол из неизвестного минерала, он переливался яркими цветами, приятно грея глаза. Вокруг этого же стола, стояли восемь кресел обвитых роскошными тканями. Шесть бледнолицых чудищ, сидели на своих местах, однако один из двух тронов, был одной из причин созыва старейшин.

— Слушайте, вы меня отвлекли от довольно важного дела. Я почти собрал плод божественного древа, на планете «R-365», и я надеюсь, причина по которой вы меня отвлекли, довольно весомая, иначе, последствия будут очень неприятными. — недовольно проговорил, мужчина с двумя выпирающими рогами из висков, что воинственно закручивались к верху, словно у быка.

— Совет старейшин не проводился уже почти триста лет. Наверняка это что-то действительно важное, раз уж решились на его созыв… — задумчиво выдал ещё один уже более молодой юноша, рога которого, выпирали из макушки, загибаясь назад.

— Ты прав, Кохэку. — прозвучал столь властный голос из-за каменных колонн, что являлись опорой для этого, величественного помещения, где собирались сильнейшие существа. — Я созвал вас, потому что впервые за многие годы, мы встретились с планетой, что дала нам отпор.

К своему трону, подошёл мужчина средних лет. Сухое и небритое лицо, отдавало некой угрозой, а в глазах пылало беспокойство. Все собравшиеся Ооцуцуки, неосознанно сжали подлокотники, при одном только взгляде, их главы. Повелитель планеты богов, был одет в длинный белый плащ, на спине которого, виднелись узоры в виде семи разных отростков, что символизировали рога каждого из находящихся здесь Ооцуцуки. На шее его, болтался золотой кулон с большим фиолетовым камнем. Глава медленно отодвинул свой трон, а после сел на него, всё также грозно глядя на всех своих подчинённых.

— Вы ведь слышали о самой дальней планете нашей галактики?

— Достопочтенный Анунд, Вы случаем не о секторе-22110? — уточнил Кохэку, слегка приклонив голову пред своим повелителем.

— Именно. Так как большинство из вас, были на «сборе урожая» думаю, мне стоит вам изложить некоторые новости… — опершись головой на правую руку, задумчиво высказал Анунд.

С каждым новым высказанным словом из уст главенствующего мужа среди всей расы, у сидящих пред ним, лица искажались всё сильнее и сильнее. Они не могли поверить в то, что Момошики, трон которого пустовал, мог погибнуть от какой-то там, расы «людей».

— Трудно поверить в то, что Момо, проиграл им… среди нас, всё же он был одним из старших. Да и к тому же, Киншики также отличался хорошим боевым опытом, но даже так, трудно представить, какие существа населяют столь отдалённую планету.

— Их геном загадочным образом, слился с нашим. — поведал им, скучающим голосом мужчина. — Дело в том, что моя непутёвая дочь, похоже, полюбила одну из особей данной планеты, и вот они… последствия.

От подобного, у каждого старейшины скривилось лицо от осознания, что дочь главной ветки клана, смешала свою кровь с неизвестным существом, дав при всём, при этом ещё и потомство.

— Отвратительно… — прошипел Калидас, сжав пальцы в кулаки. — Как же так, зная о своём происхождении, поступать столь низко и безответственно…

— Это ещё не всё… — приняв ровное положение, высказал Анунд, тон его голоса, слегка изменился, а на лице, проявилось беспокойство. — Мы отправили хорошего разведчика на их планету, чтобы он разузнал обо всём, что там творится, а также нашёл источник, неизвестной для нас энергии. Поначалу мы считали, что это одно из проявлений кармы, которую успел оставить после своей смерти Момошики, однако на деле, всё оказалось куда более сложнее и тревожней.

Все присутствующие, напряглись, не понимая, что может быть хуже того, что они только что услышали. Анунд закрыл глаза, подготавливая себя для того, чтобы сказать им о совершенно ужасной новости, которая скорее всего, может перевернуть их мир с ног на голову.

— Наш разведчик, прибыл обратно с тяжёлыми ранами. Он столкнулся с несколькими существами, использующими энергию, что предназначалась древу, как собственное оружие, имитируя наши с вами техники. Вместе с тем, разведчик также обнаружил мальчишку, носящего на своём теле карму. При всём при этом… у него был обнаружен Джооган.

— Ч-чего?.. — переспросил Кохэку, по лицу которого, обильно начал литься холодный пот.

— Это же, просто невозможно… — прошептал, испуганно Калидас. — Повелитель, Вы ведь, просто сейчас пошутили, правда?..

— Если у одного из их выродков, появился Джооган, значит ли это, что нам стоит уничтожить их планету? — нахмурившись, задала вопрос Ванда, сжав в руке подол своего кимоно.

— П-подожди, но ведь это Джооган! Последний носитель подобного могущественного глаза, уничтожил их вот уже шесть тысяч лет тому назад! — возразил Лэй, встав из-за стола. — Повелитель, нам стоит захватить эту особь и вырвать из него глаз!

— Глупец, ты действительно думаешь, что носитель тебе это позволит, с учётом того, на что способен этот глаз! — также сорвалась на крик Ванда, встав из-за стола.

Между старейшинами начался раздор, от внезапно наплывшего страха и непонимания, все начали грызться между собой, не замечая того, как на лице Анунда всё сильнее и сильнее начало проявляться раздражение.

Внезапно, стол за которым проводили собрание старейшин, с грохотом раскололся, и в этот момент, когда настала гробовая тишина, они ощутили наплывшую резкую ауру, что исходила от Анунда.

— Кажется за столь долгое время, вы забыли о том, кто стоит пред вами и правит всей планетой и вселенной, не так ли?.. — угрожающе высказал он, обводя своим взглядом каждого. — Не вам решать, что будет с этой поганой планеткой, а мне. И только мне. — Он медленно вновь сел на свой трон, после чего выдохнув, продолжил: — И вот что я решил: мы соберём с их планеты урожай, как и планировали изначально. Вместе с тем, мы убьём и носителя Джоогана, так как он — угроза всему нашему виду, а вместе с ним, к смертному приговору, причисляется и Момошики. — процедил холодным тоном он.

— М-Момошики?.. — вопросила Ванда, голос которой, был слегка испуганным. — Но он ведь, один из старейшин.

— Его носитель, имеет при себе Джооган… Придёт время и Момошики заберёт себе тело сосуда, а вместе с ним и силу глаза. Я не могу позволить ему продолжать жить. — гневно подытожил Анунд, разрушив подлокотник своего трона, сильно сжав его своими пальцами.

Бесконечные и столь же однообразные песчаные дюны окружали эту местность. Человек может приспособиться к любым условиям и жители Суны, были тому хорошим примером. Страна что смогла из практически никому неизвестной маленькой деревушки, обратиться в могучую страну с не менее сильным и влиятельным правителем, называлась Деревней скрытой в Песке.

Много историй хранят эти земли, но в особенности все помнили те давние и столь же тёмные века, когда хвостатые звери считались — оружием для защиты от нападения других стран. Однако стране Песка не повезло взять себе во служение песчаного демона Тануки, имя которого было известно каждому ребёнку, и от одного произношения которого, в жилах стыла кровь — Шикаку.

По этим бесплодным землям, наполненными одним лишь песком и вечно свистящим ветром, брёл юноша со светлыми, как солнце, волосами. Боруто носил длинный тёмный плащ, что также закрывал его голову. На лице виднелась чёрная маска, что не давала разглядеть его лицо, и вдоль глаз, расположились особые красные закладки, дабы скрыть, столь бросающийся в глаза — шрам.

Похоже я уже практически прибыл в деревню… — мысленно, высказал Боруто, глядя на возвышающиеся горные скалы впереди. — Как я слышал, деревня скрытая в Песке, использует вместо обычных стен, горные наросты, тем самым защищая саму деревню от пыльных бурь и сильного ветра.

Боруто прибыл сюда по заданию. Так как в прошлый раз, Боруто провалил миссию по устранению Ооцуцуки, глава организации, решил всё же дать ему второй шанс и завершить столь сложную миссию. Боруто естественно отказывать не стал, приняв эту миссию с большим энтузиазмом.

В этот раз, к нему в команду попал никто иной, как Кашин Коджи. Человек, что был приближённым Амадо. Узумаки не был против такой компании. Коджи был куда лучше той же Дельты, что была готова разорвать блондина за один только брошенный в её сторону взгляд.

— Ты бывал раньше когда-нибудь в Суне? — спросил Боруто, обратившись к своему напарнику.

— Было дело. — ответил вяло Кашин. — Нужно было выкрасть кое-какие документы, к счастью, никто так и не заметил этого, по крайней мере, пока я не вышел оттуда.

— Как давно ты во служении у Джигена?.. — спросил вновь, блондин, взглянув на маску, что вечно красовалась на лице седовласого мужчины.

— Уже лет так десять наверное. Много воды утекло с тех пор. — ответил всё таким же спокойным и не заинтересованным в разговоре, голосом.

Пройти в саму Суну было довольно проблематичным делом, но не для Боруто. Благодаря Джогану, он мог проникать куда угодно и когда угодно, лишь пожелав об этом. Хотя и значительная часть энергии и будет сожрана его кармой, так как она использовала особую энергию, отличающуюся от обычной чакры и природной энергии свойствами.

— У тебя ведь есть пропуск, не так ли? — уточнил Узумаки, остановившись.

— Да, но к сожалению, только на себя. Я могу поставить на тебя печать и призвать уже внутри деревни… — предложил было Кашин, однако Боруто его прервал, ответив:

— Нет, всё нормально. У меня есть свои трюки для проникновения во всякие, запретные места.

Кашин непонимающе взглянул на пацана, но решил не спорить с тем. Хмыкнув, он побрёл дальше приближаясь к входным воротам, где стояли несколько часовых, охраняя их.

Блондин в свою очередь, активировав карму, внимательно взглянул в сторону деревни. Джоган, помогал ему видеть сквозь стены, что очень сильно помогало в ориентировании, куда именно нужно телепортироваться. Наметив себе безлюдный и тёмный переулок, Боруто создал небольшой, тёмный портал, пройдя через который, он оказался прямиком именно там, где и нужно.

— Теперь, остаётся только найти Ооцуцуки… — проговорил твёрдым голосом он.

Неспеша выйдя на людную улицу, Боруто начал оглядывать окрестности данной деревни. Конечно, Узумаки никогда не бывал здесь раньше, но ему приходилось читать историю, поэтому он знал, что раньше это была довольно бедная страна, которая сводила концы с концами. Но всё изменилось, как только к ним в руки попал Биджу однохвостого, который был любезно подарен первым Хокаге Хаширамой, как знак равноправия между всеми странами мира.

На фотках в учебниках, улицы выглядели довольно пустыми и какими-то гнетущими. Сейчас же, всё было совершенно не так. Росла зелень, отовсюду можно было увидеть разного рода цветы, да и дышать здесь было гораздо лучше, чем за пределами деревни. Видать, Казекаге позаботился о том, чтобы озеленить хотя бы территорию деревни.

Из-за хороших отношению глав деревень, поставки разного рода ресурсов проходили без каких-либо трудностей. Когда же создали железную дорогу, то и вовсе, деревня Песка, стала процветать так сильно, как никогда прежде в своей жизни.

Боруто практически и не заметил разницу между деревней Листа и деревней Песка. Дядя Гаара, всё же был хорошим правителем и всегда усердно старался для своих жителей.

Боруто прошёлся по нескольким улицам, активировав свою карму, дабы найти след Ооцуцуки. В последний раз, по отчётам внешних агентов, сгусток энергии бледнолицего, ощущался именно здесь, однако не факт, ведь он просто мог уйти куда-нибудь ещё.

Блуждая по улицам и пытаясь найти след иноземца, Узумаки вдруг заметил старца, одиноко сидящего в одном из переулков за своим небольшим столиком. Странное чувство вызывал одиноко сидящий старец.

— Дедуль, ты чего тут сидишь?.. — невзначай спросив, подошёл Боруто.

— Жду судьбоносных людей, что должны будут изменить этот мир. — ответил тому старик, глаза которого уже давным-давно перестали видеть свет.

— Ч-чего? — напрягшись, вопросил блондин. — О чём это ты?..

— О, да я чувствую это… — вдруг заговорил старец, теребя своими иссохшими пальцами воздух, словно чувствуя нечто странное от своего собеседника. — Ты не тот, кто должен быть передо мной, но одновременно, также являешься им. Ты меня подловил, хе-хе-хе…

Старик выглядел сгорбленным, на морщинистом и сухом лице, виднелась кривая беззубая улыбка, а глаза в полуоткрытом состоянии, словно глядели куда-то в пустоту концов времён. Туда, откуда можно увидеть судьбу человека.

— Дай угадаю, ты потерял свою особенность, не так ли? — вдруг вопросил он, всё также улыбаясь. — Потерял то, что имел при себе, у себя дома. Там где темно и холодно… Хочешь ли ты узнать свою судьбу, мальчишка?

— А ты можешь мне сказать?.. — спросил пристально глядя на старика, Боруто.

— Скоро тебе предстоит встретиться с довольно сильной личностью. Она захочет узнать о твоих мотивах, но если ты оплошаешь, тебе придёт конец… Будь внимателен ко своим словам, Узумаки Боруто… — проговорил старик, подняв свой слепой взор, прямо к лицу юноши.

— Что… как ты… — хотел было воскликнуть Боруто, однако всё же сдержался, решив для начала успокоить свои нервы. — Воу-воу-воу, ты ведь сейчас, не серьёзно, да? Какой я тебе Узумаки Боруто, дед… его ведь разыскивают…

— Да, разыскивают, но не тебя. — ответил ровным голосом старик, после чего вновь опустил свою голову.

Боруто решил не продолжать разговор, поспешно ретировавшись. Бредя по людным улицам, он судорожно пытался выяснить, действительно ли тот дряхлый старик, только что сказал ему правду или же это был какой-то трюк Ооцуцуки… Перед тем как уйти оттуда, он тщательно проверил всю улочку и деда своей кармой, но ничего так и не обнаружил…

И что это мать его было? Очередная мистическая загадка этого мира, которую я никогда не раскрою?.. Ладно, так или иначе, этот старик знал обо мне. Даже слишком хорошо знал. А значит, что он мог быть действительно прав, насчёт какой-то сильной личности с которой, мне нужно будет быть осторожным. — размышляя, подумал Боруто.

Блондин потихоньку начинал сомневаться в том, что всё же найдёт здесь Ооцуцуки, так как последний отчёт о местоположении, был донесён три дня тому назад, а это могло означать то, что бледнолицый пришелец, попросту мог уйти в другой населённый пункт.

— Что же тебе нужно было здесь?.. — вслух размышляя, задался вопросом Боруто.

Оглядываясь по сторонам, блондин вдруг ощутил какую-то тоску по чему-то очень дорогому и столь же далёкому. Глядя на мимо проходящих людей, что увлечённо о чём-то болтали, Боруто вспомнил давние дни, когда он также гулял со своими друзьями, обсуждая очередные купленные наборы карточек.

Эти беззаботные времена, никогда не вернуть. Время течёт, словно река и никогда не повернёт назад. Странная боль в груди, заставила Узумаки остановиться. В глазах слегка потемнело, а дыхание, спёрлось. Ему хотелось отдышаться, осесть где-нибудь и успокоиться. Только сейчас пришло осознание того, что он больше никогда не сможет вернуться домой. Туда где мгла и смерть.

Опустив глаза к земле, Боруто попытался восстановить дыхание, и в этот момент, возле него появился Кашин Коджи в глазах которого, появилось некое подобие беспокойства.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Ага… — ответил, шумно выдохнув, Боруто, — Просто, жарковато тут.

— Ты ничего не чувствуешь, помимо ухудшения в здоровье? — вдруг поинтересовался Коджи, оглядываясь по сторонам. — Может быть, он где-то рядом и как-то влияет на тебя?

— Э-это немного другое. — окончательно успокоившись, подытожил Боруто. — Что же насчёт Ооцуцуки, я его всё ещё не нашёл… у меня есть подозрения, что он уже ушёл из города.

— Поспешный вывод. — быстро перебил Кашин, скрестив руки. — Мы только зашли в деревню, а она не маленькая, ты можешь сказать радиус своего радара? — завидев неуверенный взгляд блондина, Коджи продолжил: — Видишь, вот поэтому стоит всё делать крайне внимательно и как можно более скрупулёзно. Я расставил несколько жаб в пределах шести кварталов, они должны засечь его энергетику.

— К-каким образом, эти жабы засекут его? — поинтересовался Боруто.

— Я дал им часть твоей крови… — ответил честно Кашин, взглянув прямо в глаза Узумаки. — После перевязок, на бинтах оставались твои пятна крови, и Амадо посчитал это хорошим остатком следа Ооцуцуки. У тебя ведь карма, следовательно, твоя кровь, так или иначе, имеет некое сходство с ними.

Узумаки хмуро взглянул на Кашина, от столь внезапного открытия. Ему не нравилось то, что его сравнивали с Ооцуцуки, но больше всего Боруто разозлило то, что Амадо без его разрешения, решился использовать кровь.

— Чего я ещё не знаю? — спросил холодным тоном Боруто.

— О, прости, неужели тебя задело то, что Амадо использовал твою кровь? — усмехнувшись, вопросил Кашин, переведя всё своё внимание на блондина.

— Да. И очень сильно. Есть такое понятие — человеческая этика. Что бы он там не делал с ней, прежде всего, Амадо должен был спросить у меня, хочу ли я того или нет. — ответил сдерживая гнев, Боруто. — Когда мы вернёмся в штаб, я обсужу с ним этот момент.

— Амадо не привык спрашивать… — ответил без какого-либо энтузиазма, Коджи, вновь переведя свой взгляд в толпу. — Поверь мне, Узумаки… в его положении, что-либо спрашивать, это уже риск. Он ведь с тобой уже общался не так ли?..

Боруто напрягшись, перевёл свой взгляд на Кашина, продолжая шагать вперёд. Знойная жара, продолжала давить на Узумаки. По вискам полились капли пота, а одежда, неприятно прилипла к спине. Однако он не замечал этого, думая лишь о том, откроется ли ему Кашин Коджи или же, продолжит ходить вокруг до около.

— Ты довольно занятный человек, Коджи… — задумчиво протянул Боруто, взглянув на голубое и чистое небо. — Особенно для того, кто хочет убить Джигена.

Кашин Коджи на долю секунды потерял свою привычную, холодную маску спокойствия. Узумаки отчётливо заметил то, как дрогнули его мышцы, а глаза вспыхнули искренним изумлением. Похоже, седовласый ниндзя, считал, что всё под его контролем, однако здесь и сейчас, Боруто хотел вывести на чистую воду, самого загадочного внутреннего агента Кары.

— С чего вдруг, ты решил, что я хочу убить Джигена?.. — решив идти до конца, спросил Коджи. — Неужели из-за того, что я один из самых скрытных агентов, ты решил что предатель это я?

— Потому, что… — Боруто не договорил, вдруг резко переменившись в лице.

Карма на руке блондина, внезапно засияла ярко-синем свечением, оповещая своего носителя о том, что поблизости находится тот, кого они ищут вот уже несколько дней.

— Что такое? — пролепетал непонимающе Коджи, однако как только его взгляд коснулся руки блондина, он в тот же момент, всё понял. — Значит Ооцуцуки, где-то здесь…

— Давай закончим нашу беседу, позже. Прежде всего, нам нужно убить эту сволочь. — предложил Боруто, грозно взглянув в толпу.

— Согласен. — кивнув, ответил Кашин Коджи.

Сконцентрировавшись на карме, Боруто попытался определить, откуда идёт сигнал. Но энергия, почему-то исходила отовсюду. Словно… она была распылена по всей области. Непонимающе оглядевшись по сторонам, Узумаки активировал джооган. Вооружённым взглядом, он шокирующе выпучил глаза, а после встревоженно взглянул в сторону Кашина.

— Что такое? — спросил напрягшись Коджи. — Ты увидел врага?!

— Его чакра… — пролепетал еле слышимо Узумаки. — Она словно… словно пыльца, развеяна в воздухе…

— Как это?.. — не до конца понимая, что именно ему хочет сказать блондин, вопросил Кашин.

— Наш бой похоже уже начался. — встревоженно сказал Боруто, после чего вытащил катану из-за пазухи.

Вся деревня была подвержена странному туману, который с каждой новой секундой начинал становиться всё гуще и гуще. Жители непонимающе оглядывались, замечая то, как воздух начинал становиться неприятно кислым.

— Эй… что-то… не так!.. — тяжело дыша, пробормотал Коджи. — Воздуха, словно… не хватает.

Внезапно из-под земли, вырвался огромный шип, который пробил тело Коджи насквозь. Он широко раскрыл глаза от ужаса, после чего из его глотки, вырвался комок крови, забрызгавший лицо блондина.

— Вот же срань! — прошипел, недоумевая Боруто.

В толпе также начали выскакивать шипы, что убивали случайных людей, заставляя тех, кричать от боли. Боруто быстро отскочил от земли, к ближайшему зданию и зацепившись за стену, попытался переварить внезапную смерть его напарника.

— Что здесь чёрт возьми творится?.. — воскликнул он, схватившись за голову. — Это… это не правильно!

Сердце блондина начало бешено стучать, заставляя леденящую кровь парня, перегоняться всё быстрее и быстрее. Дыхание спёрлось, а в голове вдруг зазвучали чьи-то отдалённо знакомые голоса.

Это твоя вина… Ты не смог сделать этого… Не смог спасти нас!..

Лицо Боруто исказилось от внезапного наплыва воспоминаний. Эти голоса были столь же знакомы и родны, как и чувство боли и утраты. Не проходило ни дня, чтобы он не вспоминал о собственном самом ужасном и отвратительном провале за всю свою жизнь.

Небо окрасилось в кроваво-красные цвета, тогда как улицы, начали неведомым образом раскалываться, обнажая под собственным слоем земли и грунта, нечто полыхающее. Трупы насаженные на пики, взглянули прямо на Боруто, из глаз их сочилась струйками алая кровь.

Неужели тебе не стыдно за то, что ты сделал с нами?..

Вопрошали голоса, в которых чувствовался гнев и обида. Они будто стекло, всё сильнее и сильнее впивались в разум Боруто, заставляя того, ощущать внутри себя, нечто ужасное.

— Я пытался… правда пытался… — шептал про себя Узумаки, пытаясь заглушить эти голоса. — Замолчите, вас больше нет!.. Нет!

Твоя душа разбита и теперь я знаю из-за чего. — прозвучал зловещий голос откуда-то извне. — Пытаешься быть сильным и грозным, но внутри ты просто слизняк убегающий от собственных ошибок.

Боруто резко распахнул глаза, попытавшись взобраться на крышу, однако из стены, позади него, внезапно вырвалась чья-то рука, прижав того, плотно к стене и не давая вырваться.

— Как ты мог это сделать Боруто?! — прозвучал голос Конохамару. — Я думал что ты спасёшь этот мир, а не станешь причиной его конца!

— Б-Брат… — прохрипел Узумаки, после чего, вытащив катану, ловким движением, отрезал руку.

Взобравшись быстро на крышу, Боруто оглянулся. Из стены выбрался его бывший учитель на лице которого, красовались огромные и уродливые раны, словно по ним, прошлись катаной. Они были небрежно зашиты чёрными нитками, что вот-вот должны были лопнуть.

— Ты сделал это с наслаждением, не так ли? — воскликнул усмехаясь внук третьего Хокаге. — Какого это было, превращать моё лицо в бесформенное нечто?

— Э-Это всё нереально… ты лишь плод моего воображения. — пролепетал не веря в собственные слова, Боруто.

Твои грехи прошлого… Неужели ты думал, что сможешь оставить их ТАМ? О… теперь мне открылась твоя тайна, Узумаки Боруто.

Вновь послышался голос извне.

Обнажив вновь катану, Боруто было бы собрался разрубить Конохамару, однако последний в свою очередь, лишь ещё шире улыбнулся, сказав:

— О, тебе что, одного раза было недостаточно? Хочешь повторить?..

В глазах Боруто прорезалось нерешительность, его руки задрожали от накатившего страха и стыда перед собственным учителем. Он медленно попятился назад, одновременно с этим, бормоча о том, что ему очень жаль…

Рядом с Конохамару, на крышу также взобрались и остальные «жертвы». Среди них, Боруто заметил Металл Ли у которого не хватало половины туловища, Чочо что медленно плелась к нему с оторванной челюсть, Денки шея которого, неестественно искривилась, а также Шикадая, в груди которого зияла рваная дыра.

— Неужели ты не рад видеть нас, Боруто? — вопросил с некой грустью Мицуки, образовавшись возле своего друга.

Из его живота вывалились потроха, с неприятным звуком шлёпнувшись на пол. Узумаки пытаясь сохранить самообладание помотал головой, после чего, активировал вновь джооган, решив, что это генджусу.

Возле Мицуки, образовалась и давняя подруга детства Боруто. Длинноволосая куноичи с гербом Учих на спине, глядела на блондина с закрытыми глазами. Выражение на её физиономии было печальным, однако оно резко сменилось на гнев, когда та, распахнула глаза, а если быть точнее, пустые глазницы из которых сочилась алая кровь.

— Ты убил нас, Боруто!!! — навзрыд прокричала Сарада, указав пальцем на него. — Убийца, убийца, убийца!!!

На эти слова, Узумаки зажмурился, медленно отходя назад. Голос подруги был столь реальным, что ему хотелось укрыться от него куда-нибудь подальше. Что угодно, лишь бы не слышать её разгневанный голос…

Ты настоящий монстр, Боруто. Настоящий дьявол, тот кто идёт по озеру крови собственных родных и друзей. Будь ты на моей родной планете, думаю, давно бы уже стал одним из самых сильных Ооцуцуки.

— Заткнись… — прошипел сжимая кулаки Боруто. — Это всё ты, ублюдок… Я пытался всё это время, затянуть раны, чтобы они больше не вскрывали меня, как чёртову консервную банку, но ты заставил меня ощутить эти эмоции вновь.

Из глаз блондина брызнули слёзы. Он сжал катану, после чего, резким взмахом, развеял силуэты своих покойных товарищей.

— Я не просто убью тебя. Я…

— Что же ты сделаешь?.. — послышался голос из-за спины. — Давай же сынок, скажи мне, что ты сделаешь ему?

Резко обернувшись, Боруто ощутил как тяжёлый кулак отца, заставил его отлететь в сторону, еле удержав равновесие. Пульсирующая боль, прошлась по всему лицу, а глаза на секунду потеряли видимость окружения.

— Н-нет, только не ты… — вздрогнув, прошептал Боруто, увидев перед собой Наруто, печать на животе которого, была разорвана, обнажая внутренности.

— Давай же, Боруто. Тебе ведь нравилось то чувство… когда ты вырывал из меня Кураму.

Неужели тебе и правда не жаль нас, Боруто? Неужели ты и правда, стал бесчувственным монстром, что гонится за призрачным будущим?

Эти слова озвученные призраком отца, нагоняли бессилие на и без того подавленного Боруто. Стеклянные глаза отца, глядели на сына с неким разочарованием. Подобный взгляд, Узумаки младший никогда не испытывал на себе, даже когда его раскрыли на экзамене на чунина, его глаза не были столь безжалостны к нему. В них горел некий огонёк жизни и любви, но не эти холодные тона, смешанные с гневом.

— Ты позор всей нашей семьи, Боруто. — произнёс спокойно Наруто. — Ты не смог сделать ничего, чтобы спасти нас. В твоих руках была такая мощь, но ты струсил, решил что тебе нужно ещё время… а его то, как раз-таки и не было. Ты погубил нас… заставил ощутить отчаяние и самую страшную боль, которую можно только представить.

Чужак… не знаю каким таким образом, но ты не тот, кого я видел в прошлый раз.

Донёсся вновь, голос Ооцуцуки извне. В нём было некое замешательство. Блондин которого он решил окутать своей паутиной, оказался совершенно другим человеком. Не тем, кого он искал изначально.

— Ты поплатишься за то, что решил играться на моих воспоминаниях, бледный кусок дерьма. — гневно процедил Боруто.

Здесь ты неподвластен самому себе. Мир что окружает тебя, подчиняется лишь мне одному! Твои кошмары, обретут свою физическую форму, чтобы причинить тебе поистине страшную боль!

Ожившие мертвецы из странного прошлого Узумаки, как по команде, резким движением, направились на Боруто. Их тела были покалечены, но они будто этого не замечали. Ловкость рук и реакция была всё на том же уровне.

Они не реальны… не воспринимай их слова близко к сердцу, чёрт тебя дери! — воскликнул сам себе Боруто, пытаясь сосредоточиться на противнике, что затянул его в эту странную иллюзию.

Мицуки выстрелил в Боруто, своими белыми змеями, что шипя, атаковали его. Блондин ловким движением, тут же избавился от них, отрезав тем головы. Последующая атака пришлась от Сарады, что использовала чидори, резко подобравшись сбоку к отвлёкшемуся Боруто.

Резкий удар в бок, задел его, но блондин всё же успел заблокировать чидори. Отлетев от силы удара, Боруто пробил крышу здания, больно ударившись о землю. Поморщившись и встав на ноги, он уже хотел было ответить, но внезапно всё перед глазами исчезло. После чего, мрак рассеялся, явив ему руины Конохи.

— О господи… — прошептал с трудом сдерживая злость внутри себя Боруто.

— Здесь я умер… — донёсся ровный голос отца. — Ты ведь позволил мне умереть, сынок…

Узумаки младший резко развернулся, завидев отца, что лежал на груде обломков резиденции. Его живот был вспорот… по краям губ виднелась алая кровь, что тонкой струйкой стекала к подбородку. В глазах же его, виднелось лишь разочарование.

Боруто хотел было подойти, но вдруг, внутри него, что-то дрогнуло. Губы поджались, а в глазах проблеснул на секунду страх и неуверенность. Его пугала мысль о том, что он встретит отца. Блондин больше всего, боялся встретиться именно с теми, кого он не смог спасти.

— Твоя мама и я… сестрёнка… друзья… все мы верили в то, что ты спасёшь нас Боруто. — в голосе Наруто было столько боли и отчаяния, что Боруто зажмурил глаза, чтобы не видеть его, не видеть его опечаленного и бледного, — словно труп — лица.

— Мне жаль… — прошептал Боруто. — Правда… так хотелось бы всё вернуть вспять и… попытаться вновь всё исправить!..

— Ты лжёшь. — донёсся голос откуда-то со стороны.

Боруто повернулся в сторону, откуда донёсся столь желанный, но в то же время, страшный голос. Это была мама. Хината Хьюго глядела на своего сына с таким же холодом как и отец. Из её плеча торчала арматура, что была воткнута ей сквозь всё тело и выходила прямо из живота. Голова была разбита и по виску, также стекала алая кровь.

— Ты ничтожество, лучше бы ты никогда не рождался. — процедила злостно Хината, обжигая сына, своим тусклым, но одновременно с этим, пронзительным взглядом, белых как молоко, глаз.

Боруто постепенно начинал забываться. Слова матери сильно ударили по разуму блондина, заставив того, позабыть о том, что реально, а что нет. Сейчас он был перед своими родителями… перед теми, кого он не смог спасти от смерти, надвигающейся уже очень давно.

— Я пытался! — воскликнул Боруто, по щекам которого уже начинали бежать горячие слёзы отчаяния. — Но мне не удалось… не хватило… решимости закончить этот чёртов круговорот!

— Ты был всегда слабохарактерным куском дерьма. Надо было избавиться от тебя ещё в младенчестве… когда ты лежал беспомощным в моих руках и рыдал, прямо как сейчас. — вновь холодно произнесла, столь ужасные слова, собственному сыну, Хината.

— Вот бы вернуть то время, когда тебя ещё не было… — вновь заговорил Наруто, всё ближе и ближе подходя к своему сыну. — Будь у меня способность, как у тебя… то, единственной ошибкой, было бы твоё рождение, Боруто.

Узумаки младший сжал пальцы в кулаки, да так сильно, что по ладони прошлась струйка крови. Ему было несомненно больно слышать это от родителей. Тех кто, подарил ему жизнь, тех кто верил в него, и тех, кого он погубил.

Ты слаб. Хоть и пытаешься показать в себе решимость. Твоя нерешительность, в конце концов и погубила твой собственный мир. И лишившись своего, ты видимо решил, что сможешь спасти этот, не так ли? Зря стараешься, раз уж ты не смог ничего сделать с собственной реальностью, здешний ты, и подавно ничего не сделает. Потому что вы все — одинаковые. Ничтожества.

Из под обломков начали вылезать и остальные мертвецы. Боруто почувствовал, как мурашки постепенно начинали бегать по его коже, заставляя того, ощущать страх. Сердце начало биться куда чаще, а дыхание спёрло.

— Ты превратил наш дом в кладбище! — выкрикнула гневно Сарада. — Мои мама и папа, всем своим сердцем верили в то, что ты одолеешь врагов, и даже когда их сердца бились в последние секунды, они всё ещё верили… верили в то, что ты избран!

— Ты разочаровал меня, Боруто. Ведь из-за тебя погибло столько людей. — холодно произнёс Мицуки. — Если бы ты только смог остановить его.

Любопытно… твоя реальность, отличается от нашей. Значит, ты пришёл не из будущего. Временной отрезок конечно другой, но это точно нельзя назвать нашей реальностью, это скорее… параллельный мир.

— Я во всём виноват. Собственными руками… уничтожил свой мир. Дом в котором вырос и хотел его защитить, вместе с вами ребята. Жаль, что вас больше нет…

Блондин тяжко вздохнул, вытерев слёзы со своего лица. Ему было больно, даже больнее чем тогда, как это произошло. Казалось бы затянувшиеся раны, вновь были разорваны и кровоточили, как никогда прежде. Но в этот раз, столкнувшись с ней, Боруто был готов, ощутить её, дышать ей и жить с ней.

Когда он увидел родителей, то вместе с отчаянием и страхом, вдруг ощутил облегчение. Они увидели его и сказали самое страшное, но в то же время — нереальное. Мать и отец, никогда бы не отвернулись от сына, даже если в его руках, разбилась судьба всего мира. Давно потерянные друзья, разрывали его сердце, однако в глубине души, он ощущал теплоту, потому что ему не хватало образов… казалось, будто они уже начинали растворяться, однако Ооцуцуки помог ему вспомнить то, что нельзя забывать.

— Я никогда не буду чист. На моих руках, кровь не только ваша, но и всех живых существ того мира, в котором я больше не желаю появляться. — проговорил стальным голосом Боруто, — Ваши призраки всегда будут со мной, чтобы я не забывал свою миссию, чтобы я не забывал то, зачем пришёл в эту реальность.

Ооцуцуки вдруг ощутил странность в разуме юноши. Он больше не поддавался.

Что за… что ты сделал?! Каким образом тебе удалось избавиться от моих иллюзий?! Нет… этого просто не может быть!

— На самом деле, я с самого начала догадывался о твоих способностях. Люди что вдыхали твою пыльцу наполненную твоей энергией… она влияла на их мозг и разум. И когда начались эти кошмары… было не трудно развеять их, однако, я решил тебе поддаться, чтобы… Чтобы убедиться в том, что моя решимость не пуста.

Наглец, ты смеешь дурачить меня?! Ооцуцуки Тоши! Ублюдок, не думай о том, что если ты можешь распознавать иллюзии, то это тебя как-то спасёт! Я заставлю твой разум расплавиться!

В мгновение, образы призраков прошлого, начали видоизменяться в кошмарных существ, напоминавших каких-нибудь демонов из древних сказок. Лица их, приобрели более острые черты, рот трансформировался в нечто уродливое, уголки губ вытянулись в разные стороны, обнажив острые и длинные клыки. Глаза сверкнули кроваво-алым цветом. Пальцы на руках, также удлинились обнажив, острые демонические когти.

Я ведь тебе говорил, что этот мир полностью управляем мною. А это значит, что и все их способности, также полностью под моим контролем.

Внезапно, Наруто вспыхнул кроваво-тёмной аурой, которая образовавшись в демоническую чакру, покрыла его с головы до ног, образуя отдалённо тот самый «Биджу-режим». Боруто до сих пор, вспоминал тот день, когда отец, спас целую арену от мощной бомбы, приняв весь удар на себя. Образ всемогущего и сильнейшего воина, по прежнему придавал ему силы…

— Папа… — прошептал Боруто, глядя на извращённую версию Наруто, что стояла перед ним и готовилась к жестокому сражению.

— Моё главное разочарование… — послышался голос, столь родной и вызывающий множество эмоций. — Я считал что ты станешь лучше меня, но видимо я вновь ошибся… Не стоило мне обучать тебя.

Из-за спины Наруто, вышел Саске. В его груди торчал его собственный клинок. В глазах Боруто, вдруг вспыхнул страх и стыд, от нахлынувших воспоминаний о том дне, когда… ему пришлось совершить немыслимое.

— Ты помнишь, как ты сделал это?.. — донёсся холодный голос Учихи. — Как ты вонзил мой собственный клинок мне в грудь? Тебе наверное, было очень приятно это делать, не так ли?

— Хватит. Я обязан покончить с этими кошмарами, раз и навсегда. У меня нет оправданий… больше нет. Поэтому, я должен принять их и продолжить жить дальше, по крайней мере попытаться исправить ошибки, хотя бы здесь.

— Ты погубишь этот мир, как и собственный. — высказал Наруто, зашагав в сторону Боруто.

— Ты не сможешь спасти их, как и нас. — добавил Саске, вытащив катану из собственной груди, после чего, также направился в сторону Боруто.

Блондин шумно вдохнув воздух полной грудью, приготовился к сражению. На душе было тяжко, но он должен был это сделать, если хотел вырваться из собственной головы.

— Я не могу больше оглядываться назад. Мне надо идти дальше.

Первым напал Саске. Сократив дистанцию между собой и учеником, он сделал замах ногой, Боруто в свою очередь, тут же заблокировал ногу, после чего, вытащив свой клинок, вонзил его прямо в берцовую кость, выгнув лезвие так, чтобы сломать мервецу ногу.

На мгновение, глаза блондина, ослепила ярко-красная вспышка. Позади него, вдруг образовался Наруто, с расенганом в руке. Узумаки младший, быстро отреагировал на эту столь молниеносную атаку, подставив под удар, Учиху. Прогремел взрыв, а сам Боруто, отскочил далеко в сторону.

Куски крыши полетели в разные стороны и один из обломков, точно летел прямо в Боруто. Одним взмахом катаны, он разрезал его пополам, пристально наблюдая за двумя призраками прошлого.

Странно. Даже если это всё нереально… как мне выбраться отсюда? — подумал Боруто. — Карма реагирует, да и джооган вроде как, активируется. Вот только, довольно значимая способность, куда-то пропала. Но это возможно всё из-за того, что я здесь чужой. Благо, я всё ещё могу сражаться…

Они не одни. Если у тебя есть время для раздумий, я позабочусь о том, чтобы у тебя его больше не было.

Послышался голос Ооцуцуки извне. И в тот же момент, на глаза Боруто попались его старые товарищи. Хотя… после того, что он наделал, вряд ли его вообще можно было относить к Конохе…

В его сторону, на бешеной скорости, бежали Металл Ли, Денки, Мицуки и Сарада. Блондин покрепче сжал катану, приготовившись к ещё одной, довольно массивной атаке. К ним также присоединились и Саске с Наруто.

Впереди блеснул чидори, созданный Сарадой, вслед за ней, режим змеиного отшельника активировал и Мицуки. Сдвинуться куда-либо, Боруто не дал его давний друг Шикадай, что соединился с ним теневой техникой, намертво прикрепив его к полу.

Активировав карму, Боруто в одно мгновение, высосал из тени всю чакру Шикадай, тем самым, деактивировав его технику. Сверху на него уже летела Сарада, когда блондин резко напитал свой клинок стихией ветра, после чего, отбил чидори без малейшей трудности.

«Ветер сильнее молний» — вспомнил слова своего учителя, Боруто, когда они путешествовали по миру. — «У тебя есть предрасположенность к стихии, как ветра, так и молнии. Поэтому, выучи обе эти техники, чтобы в бою, у тебя было чем ответить противнику»

Как только техника в её руке развеялась, Боруто с разворота, ударил ей по лицу с ноги, отбросив в сторону. В этот же момент, подбежал Металл Ли с Мицуки. Второй был хоть и в своём усиленном покрове, но Металл Ли не проигрывал ему в скорости.

Узумаки младший, благодаря джоогану, предугадывал все движения, потому мог с лёгкостью отбивать все удары и уклоняться. Но в этот момент, скорость его тела была куда ниже их, и даже с предвидением, он не мог поспевать за движениями, как Мицуки, так и Металл Ли.

— Чидори Нагаши! — выкрикнул Боруто, пропустив ещё несколько ударов по себе.

Металл Ли, стиснув зубы, забился в конвульсиях, чего нельзя было сказать о Мицуки. Его покров защищал от любых природных атак, потому с ним было сложнее всего. Вновь сжав рукоять своего клинка, Боруто кинулся на своего бывшего товарища по команде.

Мицуки попытался сломать катану, одним ударом, однако Боруто, активировав карму, позволил той, расползтись по всему телу, тем самым увеличив свою силу в несколько раз. По катане, прошлась странная энергия, лезвие с лёгкостью прошло через плотный покров чакры Мицуки, после чего, Узумаки быстрым взмахом, отрезал сыну белого змея голову.

Никто не давал даже и секунды передохнуть блондину. Каждый миг, перед его глазами, двигались образы его бывших друзей, товарищей и родных. И каждый пытался убить его. Однако с помощью кармы, ему каждый раз удавалось обезвреживать их, а если быть точнее… убивать. Но Боруто не хотел думать об этом. Потому что это не реально… они не реальны.

Вновь перед ним всплыл образ учителя. Он резко поднял ногу вверх, больно ударив в челюсть. И только Боруто ощутил внезапную резкую боль, как в этот же момент, в живот пришёлся второй удар, заставив Узумаки, отлететь в сторону.

— Да чтоб вас… — прошипел Боруто.

Учиха был невредим. Рана нанесённая расенганом Наруто, похоже затянулась сама собой. Ооцуцуки постарался… Боруто понимал, что одними только атаками их не одолеть. Здесь было что-то другое.

Поразмышлять ему не дали образовавшиеся перед лицом сюрикены объятые чёрным пламенем. Боруто остановил их с помощью кармы, после чего, поглотил огонь, впитав чакру в свою печать.

Поднявшись на ноги, блондин, вновь крепко сжал рукоять клинка, однако только он хотел было напасть вновь, как вдруг остановился. Всё это уже с ним происходило… В прошлом ему уже приходилось сражаться со всеми ними. Отцом, учителем, друзьями. Всех их он смог одолеть, однако гораздо позже пришло осознание той ошибки, что он совершил.

— Я… я больше не хочу повторять то, что случилось. — проговорил уверенно Боруто, отпустив клинок.

Он тяжело упал на землю, забренчав стальным лезвием. Ещё чуть-чуть и он бы совершенно позабыл о своей главной миссии. Чтобы хоть как-то ослабить хватку грехов, ему следует помочь самому себе не совершить тех же ошибок. Не стать таким же куском дерьма…

Наши с тобой судьбы, разные… но так или иначе, я понимаю твою боль. Понимаю, почему ты стремишься к своим целям. — мысленно, проговорил Боруто, обращаясь к самому себе. — Я вновь чуть не поддался гневу. Но больше этого не повторится. Кровь моих товарищей больше не окропит мой клинок…

Боруто с печалью в глазах взглянул на тех, кто глядел на него из призмы прошлого иного мира. Слепленные из кошмарных воспоминаний, они впитывали всю злобу и отчаяние Боруто. Их глаза отражали его неуверенность, слепую ярость, которую он сам, когда-то ощущал.

Они остановились. Казалось, словно в них проснулось нечто родное. И они узнали в этом побитым жизнью, юноше — того самого мальчишку, что обещал им спасти их. Наруто выпрямился, губы его сжались в бледную тонкую полоску, а в глазах, вдруг проскользнула печаль.

— Я буду мучится с этими кошмарами до конца своей жизни. И я обещал себе, что никогда не стану делать того, что совершу сейчас… Однако иного пути, просто нет, если я хочу спасти хотя бы этот мир.

Активировав джооган, Боруто сложил несколько печатей, после чего, медленно закрыл глаза, сконцентрировавшись на собственных мыслях и воспоминаниях. Узумаки младший понял, что все эти образы из прошлого, взяты из его головы… воссозданы из кошмаров, что снились когда-то… слеплены из страхов, что ощущал Боруто всё это время.

— Простите за то, что стираю вас всех… — прошептал Боруто, прежде чем, полностью стереть себе, воспоминаниях о последних событиях тех дней, когда он совершил немыслимое. — Я обязательно вспомню, во чтобы то ни стало.

Кошмарные образы товарищей и родных, начали исчезать. Теперь в их глазах не было злобы. Там была лишь тихая скорбь по ушедшему. По времени и жизни, которую уже нельзя вернуть.

Что за… каким образом, ты сумел забыть их?! Нет, нет, нет! Ты не мог просто взять и забыть их! Если только ты не использовал этот чёртов… Хитрый ублюдок, что решил, что сможешь сбежать из моего плена так просто?!

Вновь послышался гневный голос Ооцуцуки, что явно ожидал скорой смерти Узумаки Боруто. Он даже и подумать не мог, что этот мальчишка, сможет стереть фрагменты собственной памяти.

Всё перед блондином, засияло ярко белым цветом. Он очутился в странном месте… в пустоте. Больше не было кошмаров, была лишь странная недосказанность его собственной памяти. Да, он ощущал её. Пытался понять, что такого скрыто за этой пеленой тумана. Но внутренний голос говорил ему остановиться. Сейчас не время копошится в своём разуме. Нужно выбираться.

Тело не двигалось. Не хотело двигаться. Был странный привкус горечи. Боруто хоть и был в бессознательном положении, однако он всё чувствовал. Пытался дёрнуть хотя бы пальцем. Всё напрасно.

Не отключайся вновь! Давай же давай, думай мозг, думай! — мысленно воскликнул Боруто, стараясь не отключится. — Ооцуцуки… распылил что-то в воздухе… наверное газ или что-нибудь ещё. Мне нужно… лишь активировать карму и она… сама всё сделает за меня. Нужно лишь дать ей команду!..

Как бы Узумаки не старался, он не мог открыть глаза… Тело по прежнему оставалось неподвижным. И казалось, даже дыхание начало угасать. С каждой новой секундой, оно становилось всё тише и тише…

Ну же! Ну же, мать твою!.. Очнись… ОЧНИСЬ!!! — мысленно вскрикнул из последних сил Боруто.

Печать на руке ощутив импульс хозяина, активировалась, засветившись ярко-голубой аурой. В тот же момент, Узумаки ощутил, как по его телу, проходит нечто, вроде электрического импульса. Дыхание вновь восстановилось, как и контроль над собственным телом. Распахнув глаза, Боруто резко привстал, закашлявшись. Перед глазами всё мутнело, будто бы его отравили. Видимо этот газ, всё же действовал не только на разум, но также и на сам организм.

— Чтоб тебя… — выплюнув комок крови, вдруг прошипел Боруто.

Каждый раз при вдохе, Боруто ощущал словно по горлу его, проносился огонь, обжигая все дыхательные пути. Грудь сдавливало в тиски, а голова трещала так сильно, что казалось, будто вот-вот и она лопнет.

— Надо… восстановиться… — прошептал Боруто.

Карма расползлась по всему телу, судорожно исправляя все повреждения, что получил за этот неопределённый промежуток времени носитель. Она методично проходилась по всем поражённым органам, глазам, дыхательным путям и нервным окончаниям. Всё же, эта печать была довольно могущественной и не давала носителю так просто помереть.

Боруто ощущал словно чего-то в его разуме не хватало. Странная недосказанность всё возвращалась и возвращалась к нему, как бы он ни старался избавиться от неё. И хоть, блондин не понимал, что именно у него исчезло из сознания, при попытке понять это, перед взором возникал образ Ооцуцуки…

— Я найду тебя, сукин ты сын. И заставлю сказать мне, чего же я лишился… — процедил, холодным тоном Боруто.

Боруто медленно привстал на ноги, всё ещё ощущая как лёгкие сдавливаются от боли, при каждом вдохе. Множество людей в округе, также лежали без сознания… Под ними были огромные лужи крови, что означало то, что все они… так или иначе, были покойниками.

Мне повезло… если бы, я пробыл без сознания ещё пару минут, то точно умер бы от многочисленных внутренних травм органов. Что за монстр, сделал это, да ещё и в столь людной деревне?! — мысленно вопросил блондин, оглядываясь по сторонам.

На глаза вдруг попалось знакомое лицо… чуть поодаль от Боруто, лежал Кашин Коджи, что видимо также попался под действие газа. Подойдя к нему вплотную, он встревоженно пощупал его пульс, к счастью, он всё ещё прощупывался, а это значит, его можно было спасти.

Узумаки взвалил тело напарника на своё плечо, после чего, запрыгнул куда повыше. Осмотрев окружение джооганом, Боруто понял, что этот газ или туман… больше всего сконцентрирован внизу…

Положив Кашина на крышу, блондин приложил к его груди ладонь на которой была карма. Неизвестная этому миру энергия, вдруг просочилась в тело Кашина, начиная восстанавливать все его внутренние органы. Подобному фокусу, Боруто научился ещё во время спасательной миссии… Тогда кажется, он даже ещё не понимал, что ему не удастся кого-либо спасти в собственном мире.

Кашин очнувшись, распахнул глаза, встревоженно взглянув на Боруто. Горло жгло, словно он проглотил горячий металл, а конечности, будто бы были отделены от тела. Всё что он мог, это с большим усилием двигать шеей.

— Не волнуйся. Я спас тебя… — сказал Боруто, видя беспокойство в глазах напарника. — Ооцуцуки использовал какой-то газ и вовлёк нас в иллюзии… ты ведь тоже что-то видел, да?

Кашин медленно кивнул, продолжая тяжело дышать. Однако боль всё же потихоньку, но начинала уходить, а конечности снова начинали двигаться. Через несколько минут, Коджи уже мог привстать, что он и сделал.

— Наш враг застал нас врасплох… как ты думаешь, он понимает что мы вырвались из его иллюзий? — подал голос Кашин, взглянув в глаза блондину.

— Маловероятно… хотя, кажется он общался со мной. — ответил Боруто, мысленно не понимая, что не помнит того, что происходило, пока он был под действием газа. — Так или иначе, нам нужно найти его. Множество жителей, сейчас находятся под действием этого чёртового газа… и если судить по нам, некоторые уже точно не жильцы. Но, есть кое-какая загвоздка…

— Что такое? — спросил тут же Коджи, заметив тревогу в лице Боруто.

— Из-за концентрированного газа по всей деревне, моя карма больше не может найти его. В газе есть его частички, и поэтому, здесь всё словно в тумане для меня…

— Я расставил здесь несколько лягушек, на подобный случай, чтобы они проверяли окрестности. — высказал Кашин, складывая при этом, несколько печатей. — У них есть специальные сенсоры… которые я настроил на частоту энергии твоей кармы.

— Что… каким таким образом? — удивился Боруто.

— Твоя кровь. В ней были частички неизвестной энергии, которая сочится из кармы. Признаться честно, Амадо до сих пор, не понимает, откуда именно берётся твоя энергия. Но, благодаря тебе, мы всё же, смогли её синхронизировать с чакрой, и теперь, у нас есть что-то вроде сенсора.

Боруто всё ещё был не в восторге от того, что его кровь используют, но всё же, это помогло. Ведь теперь, они возможно, смогут найти Ооцуцуки.

— Ладно… похоже теперь остаётся только найти этого урода, а затем убить его. — с ненавистью, проговорил Боруто, встав на ноги.

Ооцуцуки Тоши, медленно встал на ноги, ощутив, совершенно немыслимое. Двое из жертв, вдруг вырвались из его паутины яда. Он не мог поверить в то, что такое возможно… Ранее, никому, помимо других Ооцуцуки, не удавалось очнуться от столь сильного наваждения вкупе с ядом.

— Невероятно… этот юноша. — сдержанно произнёс Тоши, однако тут же изумлённо распахнул глаза, когда до него дошли воспоминания из кошмаров пацана. — Нет!.. Это ведь не он, совершенно не он! Самозванец?.. Каким образом, он смог преодолеть ткань вселенной и просочиться в нашу реальность?! Точно, у него ведь этот проклятый глаз… Совершенно забыл о его силе… — прошипел с досадой Тоши.

Он находился глубоко под землёй одного из промышленных зданий. Здесь его никто не мог засечь. Тоши понимал, что раз уж у этого мальчишки есть карма, то он непременно найдёт его, а потому решил переиграть того и заманить в ловушку. Но всё пошло немного не по плану. Видимо, глаз куда сильнее, чем ожидал Ооцуцуки.

— Плевать. Даже если ты сможешь найти меня, тебе нужно будет меня убить, а в твоём положении, Узумаки Боруто, это будет очень непросто… — ухмыльнувшись, высказал Тоши.

Его логово было полностью окутано странной биомассой, напоминавшей мясо. Каким-то образом, этот газ смешанный с его энергией, мог создавать причудливые формы жизни на подобии этого мяса… Как только он сел обратно свой своеобразный трон, то тут же, эта странная пульсирующая плоть, прицепилась к нему, создав тем самым, некий «контакт».

— Давай же, Боруто… найди меня. — с предвкушением, улыбнулся Тоши.

Казекаге медленно привстал со своего кресла, ощущая что в деревне, что-то не так. И как оказалось, его беспокойство было не бессмысленным. В кабинет ворвался Канкуро, на лице которого, была шокированная гримаса.

— Гаара! Мы объявили общую тревогу во всей деревне! Множество жителей, вдруг резко упали замертво, все улицы окутаны каким-то туманом. — доложил он, — Нужно срочно что-то делать!

— Выдайте шиноби противогазы, пусть выведут как можно больше людей с улиц, куда-нибудь, где нет этого газа! — скомандовал тут же Гаара. — Оповестите медиков и спец отряды, о тревоге первого уровня. Похоже Кара решила нанести и по нашей деревне удар…

Как только Канкуро выбежал из кабинета, выполнять приказ, Гаара включил компьютер, чтобы связаться с другими деревнями и доложить о том, что в его деревне, начался очередной теракт.

Как они могли пройти? После того случая с деревней Облака, я лично удостоверился в том, что наша система опознавания, работает как никогда лучше. — подумал Гаара, не понимая, каким образом, врагу удалось пробраться в деревню. — Если у врага есть какие-то особые техники, то получается, что наши методы, бесполезны. Кара явно знает что-то, чего не знает даже Лист.

На экране, высветился Наруто, что сразу же ответил на звонок.

— Что такое Гаара? — спросил он, догадываясь о том, что произошло нечто непредвиденное.

— На нас напали. Но мы пока не понимаем кто это делает. На улицах витает какой-то газ, который заставляет людей отключаться. Наши люди работают над тем, чтобы вывести их, однако… боюсь, что это только начало. — быстро объяснил красноволосый.

— О господи, неужели они нацелились и на деревню Песка?! — сжав кулаки, вопросил Наруто. — Гаара, я вышлю тебе на помощь несколько медицинских отрядов, думаю, без жертв не обойдётся, так что даже не думай сейчас отказываться.

— Хорошо… спасибо за жест заботы, Наруто. — кивнув, поблагодарил Гаара. — Так или иначе, если это Кара, то возможно…

— Да… — перебил того Наруто. — Возможно, он тоже в этом замешан.

— Если я его увижу, то непременно попытаюсь задержать. — пообещал Гаара, — Всё-таки, он и мне не безразличен.

Наруто коротко кивнул, после чего, экран потух. Гаара, выдохнув, встал из-за стола, приготовившись к битве с незваными гостями.

— Кто бы ты ни был, любой кто посягнет на жизни людей моей деревни, будет жестоко наказан. — проговорил холодным тоном он.

— Казекаге наверняка уже заметил то, что происходит на улицах… Это довольно, сложно не заметить. — высказал Боруто, оглядывая улицы, где лежали люди с лужами крови… — Этот ублюдок, всего за несколько минут, уничтожил пол селения мирных граждан, при этом даже не показавшись… Я уничтожу его. — процедив сквозь зубы, он сжал рукоять клинка.

Казекаге был хорошим другом для отца. Гаара, сколько помнил себя Боруто, всегда относился к нему хорошо. Как-то раз, они даже с семьёй съездили к ним в гости, это было ещё до того, как папа стал Хокаге. Но даже так, Казекаге принял нас, так словно мы были важнее всех гостей, что были до этого у него.

Даже если это не мой мир… Видеть как обычные граждане страдают из-за ублюдков Ооцуцуки, отвратительно… — подумал Боруто.

— Хм… похоже я понял где он скрывается. — нарушив долгое молчание, оповестил Кашин. — Стекольный завод, что располагается на юго-западе. Большая часть энергии, сосредоточенно именно там, похоже оттуда, он и раздаёт газ.

— Стекольный завод?.. Похоже он заброшен или закрыт на неопределённый срок. В любом случае, он выбрал это место, так как там никого нет… Неважно, давай поскорее отправимся туда и убьём его. — высказал Узумаки.

— Хорошо. Но ты иди первым, — это предложение, слегка смутило блондина, что он непременно показал Кашину Коджи, переведя на него, холодный взгляд подозрения, — И не надо на меня так глядеть. Ооцуцуки явно знает о том, что мы вырвались из его оков иллюзий, поэтому, скорее всего, подстроит какую-нибудь ловушку. — ответил Коджи, задумчиво поглядывая в сторону завода. — Ты быстрый. У тебя преимущество… вымани его как-нибудь, а я активирую печати с природными элементами, чтобы ослабить его.

Признаться честно, Боруто и сам был не против того, чтобы идти первым. Немного остудив голову, Боруто вспомнил о том, куда он попал и с кем общается.

Верно… он ведь член Кары. Им чужда какая-либо тревога за товарищей. Они следует лишь одной цели — помочь Джигену восстановить древо и активировать Цукиёми. — от воспоминаний, Боруто вновь вернул себе маску безразличия, решив сразиться с Ооцуцуки холодной головой и горячим сердцем.

Внезапно на крыши зданий появились несколько шиноби скрытого Песка. Заметив двух незнакомцев в чёрных плащах, они естественно приказали им стоять на месте и не двигаться.

— Вот же… только этого ещё не хватало. — высказал тихо Кашин. — Что будем делать?

— Надо как-нибудь скрыться от них. И ещё Кашин… никого не убивай. — последние слова, Боруто произнёс измученно, будто, он вспоминал нечто мерзкое.

— Да, я и сам тебе хотел это предложить. — согласился Коджи, хоть и заметил перемену в поведении напарника.

Боруто не понимал, откуда это паршивое чувство внутри него. Почему при мысли об убийстве этих шиноби, он вдруг ощутил тошноту… Но думать об этом было некогда, нужно было как можно скорее скрыться из их поля зрения и одновременно с этим, разобраться с Ооцуцуки.

— Эй, эти люди… они без противогазов! — выкрикнул один из шиноби своему капитану. — Это явно их работа, раз на них не действует газ.

Бросив под ноги дымовые шашки, Боруто и Коджи, быстро спрыгнули вниз. Газ был достаточно густым и в нём можно было скрыться. Благодаря Карме, блондин смог выработать иммунитет как себе, так и Коджи. Потому, беспокоиться о нём, им не было незачем.

— Какого… как им удаётся дышать столь токсичным туманом?! — шокировано воскликнул один из шиноби.

— Это ведь террористы из организации Кара. Я слышал о том, что у них там, вообще людей нет. Одни бездушные машины, которые беспрекословно подчиняются своему хозяину. — ответил ему другой шиноби.

— Хватит болтать, лучше не сводите с них глаз, чтобы не упустить! — прервал их разговоры, Капитан, метнувшись вниз в погоню за предполагаемыми виновниками всего этого кошмара.

Примерно через десять минут после того, как газ распространился по всей округе, был отдан приказ собрать несколько мобильных отрядов в спец экипировке, дабы найти причину столь гнусного происшествия.

Большинство людей вывели из зоны опасного газа, однако немногие из пострадавших, выжили после этого. Медики обнаружили множественное поражение внутренних органов, от кишечника до мозга. Причём последний играл довольно большую роль в смертности пострадавших. Один из главных медиков заметил, что большинство из скончавшихся, умерли в результате отмирания клеток мозга… а если быть точнее — некроза. Этот газ, очень сильно влиял именно на головной мозг, и потому у жертв, практически нет шансов спастись от данного… поражения.

— Будьте бдительны! — предупредил Капитан, продолжая гнаться за Боруто и Коджи. — Если ваш противогаз разобьётся, газ моментально проникнет в ваше тело, а затем, вы скорее всего, отключитесь. Этот яд, в первую очередь начинает уничтожать ваш мозг, так что, если это произойдёт — вы покойники.

Боруто, двигаясь в довольно узком переулке, вдруг резко повернул вправо, тогда как Кашин, прыгнул наверх, сделав несколько отскоков от стены. В отряде шиноби было пять человек, включая капитана. Думать надо было быстро, а потому, главнокомандующий, крикнул:

— Кай и Хиро, захватите того, что ускакал наверх, остальные же, следуйте за мной!

Узумаки, не оглядываясь назад, ускорился, дабы наконец согнать их с хвоста, но капитан был довольно упрямым человеком, и раз уж ему приказали найти виновных, он готов был идти до конца.

— А ну стой! — выкрикнул он, выставив перед собой руку, на запястье которого, виднелся нинджет.

— Чего?! — воскликнул Боруто, изумлённо распахнув глаза, обернувшись.

В эту же секунду из дула устройства, вылетел небольшой свиток, при сжатии которого, в сторону блондина, вдруг выстрелила фиолетовая молния. Это явно была техника Шестого, Боруто это сразу понял по необычному цвету молнии. Впрочем, подобная техника для него, была не такой уж большой проблемой. С помощью кармы, он успел впитать её, чем сильно удивил капитана.

— Ах тыж… — процедил шиноби, — схватить его!

Внезапно, Боруто заметил тени под собой… прямо над ним, летели ещё двое шиноби, в руках одного из которых, была небольшая катана, которой он уже хотел было пронзить плечо Узумаки.

Вот чёрт! Стоит ли… нет! Я обещал себе, что не буду убивать… но, почему?.. — подумал блондин, не понимая, откуда у него столь резкое желание не вредить людям, разве он был таким? Когда ему было не наплевать на тех, кто пытался причинить ему боль?..

— Зараза! — выкрикнул вслух Боруто, резко вытащив из ножен свой клинок, что достался ему от учителя. — Похоже битвы с вами, мне всё же не избежать.

Отбив лезвие противника, блондин в тот же момент, с разворота, ударил оппонента в солнечное сплетение, ногой. Тем самым сбив его дыхание на несколько секунд. Ещё один, показался прямо за телом первого шиноби. В руках его были два необычных куная. Он попытался неожиданно нанести удар, но также просчитался. Узумаки был куда быстрее него, потому ему не составило труда перехватить запястье, после чего, откинуть в сторону.

— Вы слишком упрямы, как я погляжу… Лучше вам просто прекратить это бессмысленное действие и не мешать мне. — спокойно высказал Боруто, оглядев троих шиноби, что явно были готовы вновь напасть на него.

— Ты объят газом, но при этом можешь дышать. — подметил капитан отряда, оглядев Узумаки, на лице которого была натянута маска. — Мы не можем отпустить тебя, так как ты являешься одним из подозреваемых в совершении данного теракта. Сдайся добровольно, иначе мы сделаем так, что ты больше не сможешь двигаться, до конца своих дней.

— Действительно… это бесполезный разговор. Вас остановят только действия. Но я… не могу вас убить. — проговорил с толикой усталости Боруто. — Мне остаётся только… сражаться.

Мы снизу… там где большая концентрация этого газа. Даже получив иммунитет, я всё ещё чувствую, эту отраву, что сквозит у меня в лёгких. — мысленно высказал Боруто. — Мне нельзя использовать на них мощные и разрушительные техники. Рискую повредить им противогазы… Ладно, у меня ещё есть проблемы, так что нужно как-нибудь побыстрее избавиться от этих. Сделаю это быстро… так, чтобы они даже не заметили этого.

Боруто встал в боевую стойку, крепко сжав рукоять клинка. Выровняв дыхание, он активировал джооган, что помог ему сконцентрироваться на определённых точках. Шиноби, также не стали стоять на месте, приготовившись к атаке.

Только было один из ниндзя хотел было активировать нинджет, как капитан, в тот же момент остановил его.

— Это бесполезно, ты только зря потратишь технику. У него есть что-то, что может поглощать техники… Нам докладывали о том, что на такое способен один очень опасный и известный отступник. — внимательно оглядывая блондина, проговорил он. — Неужели это ты… Боруто Узумаки?

Блондин на секунду дёрнулся, после чего резко напал. Шиноби отскочили в разные стороны, однако Боруто не собирался отпускать их, резко взмыв в небо, первым делом, он разрезал, ненавистные им, нинджеты, что сильно напоминали о доме, которого больше нет. После чего, с размаху, ударил ногой по спине капитана. Тот издал хрип, после чего упал на землю.

— Капитан! — выкрикнул один из подчинённых, испуганным голосом.

Узумаки в свою очередь, резко устремился в его сторону, впечатав в стену, его лицо своим кулаком. Но в тот же момент, он пожалел о том что сделал. Противогаз на лице шиноби, разбился, впуская весь ядовитый газ прямо в лёгкие парня.

— О нет! — выкрикнул встревоженно блондин, схватив его и устремившись наверх на крышу. — Вот же чёрт, нет, нет, нет!

— Ублюдок! Я убью тебя за то, что ты сделал! — выкрикнул последний оставшийся в здравии ниндзя, метнувшись разгневанно на Боруто.

Положив отравленного шиноби на крышу, блондин активировал карму, и только было он хотел прикоснуться к телу шиноби, как вдруг, ощутил опасность, быстро отскочив в сторону.

— Даже не смей прикасаться к нему! — прокричал он, сжимая кунаи.

— Послушай, у меня мало времени, поэтому просто отойди. Я могу излечить его от этого газа! Я не желал вам смерти.

— С чего вдруг, я должен тебе поверить?! — воскликнул в ответ шиноби, оскалившись.

— Если бы, я хотел вас убить, то сделал бы это давным-давно. Просто перерезал бы вам глотки, однако, у меня другая цель. Найти ублюдка, что натворил это и прикончить его. — ответил Боруто.

— То-есть, ты хочешь сказать, что это не твоих рук дело?.. — с неким сомнением, спросил в ответ тот.

— Я и сам… попал под действие газа, однако смог побороть его, излечив вместе с этим, своего напарника. Дай мне сделать тоже самое и с ним или же продолжай нападать на меня, тем самым убив его. Выбор за тобой.

Шиноби колебаясь, поглядывал то на Боруто, то на своего напарника. Внутри царила злость, но одновременно с этим, он боялся, что товарищ умрёт… Хотя, даже если и так, что с того, если этот странный тип, что-то сделает? Разве, может быть что-то хуже смерти? В конце концов, он смиренно опустил холодное оружие, медленно отойдя от тела друга.

— Ладно, я доверюсь тебе… но, если ты сделаешь что-то подозрительное, я немедленно всажу тебе кунай прямо в горло. — высказал он, внимательно глядя за движениями блондина.

Узумаки в тот же момент, быстро подбежал к умирающему шиноби, активировав джооган и карму. Все внутренности, были уже поражены ядом… Множественное внутреннее кровотечение. Прикоснувшись ладонью к груди пострадавшего, карма начала своё дело. Стремительно распространяя свою энергию по всему телу, она начала излечивать все внутренности, а также выводить яд, попутно замещая его, антителами.

Спустя пару минут, шиноби открыл глаза, начав кашлять. Медленно осмотревшись, он увидел перед собой, того, кто вырубил его, после чего, незамедлительно хотел было уже вытащить клинок, но его остановил его напарник.

— Не надо! Этот человек, действительно… не причастен к тому, что здесь происходит. — проговорил задумчиво шиноби, глядя на Боруто. — Он спас тебе жизнь, выведя из тебя яд, этой странной силой.

— Ч-чего?.. Но ведь, он вроде как, вырубил меня и повредил мне противогаз! — ответил разгневано тот.

— У меня нет времени что-либо вам объяснять. Мне нужно добраться до одного места и разобраться с виновником всего этого кошмара. — проговорил Боруто, медленно отстраняясь от шиноби скрытого Песка. — Я не убил вас, а вы не будете продолжать преследовать меня. Заберите своего капитана, что сейчас лежит внизу и просто сделайте вид, что упустили меня. Скоро весь этот кошмар закончится, а его голова, будет у ног вашего правителя.

— Эй… ты и правда, тот самый? — вдруг спросил, сидячий ниндзя, откашливаясь от очередного приступа першения. — Сын Хокаге?..

На это Боруто ничего не ответил. Лишь молча повернулся к ним спиной, после чего, убежал прочь, заметив ещё несколько шиноби, что летели в их сторону. Нужно было скрыться и на этот раз, очень хорошо.

Кашин Коджи, стоял на одной из обширных улиц, окружённый множеством трупов шиноби, противогазы которых, были так или иначе повреждены. Он не задумывался над тем, правильно ли поступил, убив этих людей. Для него, была лишь одна цель — найти и помочь убить Ооцуцуки.

Коджи давно начал замечать в себе что-то странное. Чужие воспоминания, о совершенно иной жизни. Человека, что давным-давно должен был быть мёртв. Кашин без проблем смог бы подавить в себе эти полумёртвые воспоминания, однако были два фактора, которые так и не покончили с ними. Первое — это Боруто Узумаки. Его образ, глаза и даже поведение в чём-то напоминали кого-то. Кого-то из прошлого. Человека, что был очень дорог ему, точнее сказать тому, кто давным-давно уже не жилец. Долгое время, он не мог понять, кем он являлся в прошлом, откуда у него столь обширные знания о таких техниках… Но теперь, всё встало на свои места.

Джирая… таково было имя человека, что стал фундаментом моей жизни. — мысленно произнёс Кашин.

Когда газ вошёл в лёгкие и начал действовать на разум… Внутри него, проснулись столь далёкие воспоминания о совершенно иной жизни. Коджи не просто видел чьи-то воспоминания, он словно… участвовал в них. Чувствовал всё то, что чувствовал сам легендарный Санин.

Перед его глазами, проносились все воспоминания… о том как он участвовал в войне, как спас трёх детей, решив их обучить, как поставил на ноги, одного из Хокаге деревни Листа…

Этот человек, казался Кашину совершенно иным. Не таким как он. Джирая был человеком своеобразным, уверенным в себе и никогда не отступающим. Его виденье мира, было непонятным для самого Коджи.

Мои глаза, отличаются от твоих… Может быть поэтому, мы разные?

И всё же, он чувствовал некую привязанность к тем людям, что видел перед собой. Его сердце гулко билось, при виде женщины, кажется это была Пятой Хокаге… да, точно была она. Некое тепло разносилось по телу, когда он видел ещё одного легендарного воина, отца Седьмого Хокаге. Минато Намикадзе и его жену, Кушину Узумаки.

Может быть, я всё же был не прав? И остаточные воспоминания, действуют на мою… привязанность?..

Признаться честно, Коджи пребывая в этих воспоминаниях, начинал терять себя. Это пугало. Но одновременно с этим, появлялось новое чувство любопытства. Ему хотелось увидеть всё больше и больше. Словно в этих воспоминаниях, он хотел найти что-то важное для себя…

Перед глазами, вдруг всплыло очередное воспоминания из множества тех, что проносились перед ним. Оно было особенным. Ведь здесь, он впервые увидел его… маленького мальчишку с голубыми глазами. Того, кто должен был изменить мир.

Наруто… — произнёс выдыхая Коджи. — Узумаки…

Вот оно! Всё тело задрожало, как и разум. Он искал эти воспоминания, что начали проноситься перед ним. Коджи жадно впитывал каждое мгновение проведённое рядом с этим мальчишкой. Джирайя любил своего ученика. Желал ему всего наилучшего и всегда пытался уберечь от зла… Это дикое желание, всё же пришло к нему от призрака, что давным давно был мёртв. Это желание… увидеть то, кем стал его ученик.

Кашин Коджи понимал уже тогда, что он лишь призрак былого себя самого. Нет. Даже не так. Он лишь жалкая копия, личности, что когда-то жила в этом мире. Возможно даже была куда лучше чем он сам.

Ты и правда был так благороден? — вдруг подумал Коджи, оглядывая трупы людей, вокруг себя. — Интересно, что бы ты сказал, увидев меня, прямо сейчас?.. Наверное, попытался бы убить. В любом случае, тебя больше нет. А я живу здесь и сейчас…

С этим заключением, Кашин двинулся вперёд, прямиком к заброшенному заводу, где сейчас должен был находиться Ооцуцуки. Лягушки, которых он предварительно оставил в этой деревне, продолжали засекать странное скопление энергии в этом здании. Было чувство, будто он к чему-то готовился.

Стоит ли предупредить об этом Боруто?.. — подумал невзначай он. — Хотя, он и сам возможно догадается об этом… Для него убивать Ооцуцуки уже не впервой.

Сперва, он решил подготовиться и заранее разложить несколько печатей, что высвобождали природные элементы разных стихий. Ооцуцуки могут поглощать искусственно созданные элементы, однако против природных элементов, они бессильны. Таков закон — природы и мироздания…

Когда всё это закончится… Мне нужно будет посетить Коноху.

Уже в утробе матери, его преследовала смерть. Целители, предрекали ему неспособность к выживаемости, так как организм был слишком слаб. Однако… он всё же смог родиться, но даже так, мать увидев своё дитя, не выдержала и чуть было не убила его. Жизнь малышу, спас один из принимавших роды, Ооцуцуки. Его тело… кожа, даже плач, издаваемый им, был больным и не немощным. Все его сородичи и даже собственная мать, глядели на него как на прокажённого.

Они все смотрели на него с отвращением. Мать от него отказалась, решив, что это позор, растить подобного неспособного ни к чему урода. И тогда, его приняла к себе религиозная секта, решив что малыш, стал посланником, который должен был изменить мир. Его нарекли — Тоши, что на их древнем языке, означало «покалеченный». Мальчишка с ранних лет, обнаружил в себе, необычные способности, в числе которых, был некий газ, что выделялся носителем, по его желанию, и заставлял вдохнувших его, видеть образы, что создаёт непосредственно сам Тоши. Благодаря этой особенности, он смог прочитать мысли множества жителей его планеты. Умри, сдохни же, пусть тебя разорвут на части. Все они считали его лишь ошибкой, которую нужно было немедленно уничтожить, пока она не начала пускать корни. И лишь один Ооцуцуки видел в нём, не какого-то, уродливого монстра, а достаточно, полезную боевую единицу для своей непобедимой армии.

Сила. Вот что ему не хватало всю его жизнь. Он жаждал её, ведь с самого рождения, его именно в это и тыкали. Ооцуцуки уважали тех, кто был сильнее прочих, и всегда презирали тех, что слабы или же, пытаются компенсировать свою немощность другими особыми методами.

— Зачем вам я, господин?.. — однажды вопросил Тоши, преклоняя колено перед Магистром, что когда-то признал его и принял в ряды своих подчинённых. — Зачем вам такое ничтожество, как я?

На планете Ооцуцуки помимо верховного повелителя всех жителей, были также Магистры на плечи которых, ложилась ноша управления городами. Каждый город на планете, полностью подчинялся Магистру, тогда как сам он, отчитывался перед Верховным Повелителем, что являлся прямым потомком главной ветви Ооцуцуки.

— Наши порядки, довольно суровы… я не могу изменить их, к сожалению. — ответил мужчина в белом одеянии с тёмными узорами, что растекались по плечами к талии. Он сидел за рабочим столом, пальцы, — на которых виднелись необычные кольца, — были скрещены, а серые глаза, с некой досадой, глядели куда-то сквозь своего подчинённого. — Если бы только народ, начал понимать всю чудовищность их жажды до силы… может быть, мы бы стали, хоть чуточку разумнее в своих выводах.

Большинство Ооцуцуки были именно что дикарями. Теми, кто не хотел признавать ничего, кроме силы. Но даже среди них, появлялись те, что хотели видеть большее в этом мире. Тоши, однако же, был жертвой этого мира. Его взгляды, были полностью отравлены обществом, что хотело видеть в нём сильное существо, однако же, ему не повезло…

— Я обязан вам своей жизнью… — высказал своим больным и хриплым голосом, Тоши, попытавшись ещё сильнее приклонить свою голову.

— В тебе есть нечто, необычное, Тоши. Никто этого не видел, но в результате, ты стал одним из самых выдающихся Ооцуцуки, даже со своими врождёнными увечьями. — с некой гордостью, проговорил Магистр. — И именно поэтому, я направил заявку Верховному повелителю о том, чтобы он взял тебя в свой, специализированный отряд. Ты должен служить высшему обществу.

— Господин… — подняв голову, воскликнул Тоши.

— И не спорь со мной. Это моя последняя просьба. Стань тем, кто изменит этот мир…

Тоши вздрогнул, резко распахнув глаза. Далёкие воспоминания, вновь пробудили в нём, тоску и неуютную ненависть ко всему сущему в этом проклятом мире. Тело ломило от боли, но эта боль была для него, чем-то радостным и приятным. Когда твоя жизнь наполнена разного рода видом боли, ты не просто подстраиваешься под неё, а прямо-таки жаждешь.

— Отвратительно. Опять эти воспоминания. Снова эта тупая боль. Как же приятно, как же мне приятно…

Кто-то приближался к нему. Газ что распространился на всю округу был для Тоши, чем-то вроде паутины, по которой он понимал, что к нему кто-то начинает приближаться. Ооцуцуки, не ожидал, что его раскроют так скоро. Однако… всё это уже неважно. Он достаточно напитался крови. Теперь ему нужно было лишь сжать её и поглотить, ведь только так, можно достичь совершенства…

— В нашем мире, ценится только одно — сила. Кто бы что ни говорил, но именно сила управляет всем. Какой бы ты не был умный, начитанный, хитрый… рано или поздно, тебе придётся прибегнуть к силе. — ухмыльнувшись высказал Тоши, обращаясь к Боруто. — Даже ты… тоже её жаждешь, не так ли? Я видел твои воспоминания и в них ты, совершенно иной, Узумаки Боруто. Жестокий, беспощадный и бездушный. Настоящий…

Блондин приближаясь к заброшенному заводу, всё сильнее и сильнее ощущал, странную энергию, что начинала собираться где-то под землёй. Его это беспокоило, они это любили делать… за все те годы, что он сражался с Ооцуцуки, Боруто начал понимать их тактику.

Собирает чакру в один большой сгусток. Похоже, собирается её сожрать для создания новой формы. Любят же они это делать… - подумал с раздражением Боруто. — Нужно успеть убить его, прежде чем он сожрёт плод… Последствия могут быть ещё более катастрофичными для деревни, если он поглотит чакру…

Узумаки с тяжестью вспоминал последствия подобных сражений. Множество деревень и людских жизней, уносилось вместе со смертью Ооцуцуки. Одна победа, стоила больших жертв, даже имея при себе «карму» что по идее противостоит силам Богов, избежать смертей, не получается.

— В этот раз, всё будет по другому. — уверенно произнёс Боруто, ускоряясь.

Карма на руке, начала мигать голубым цветом, предупреждая своего носителя о какой-то опасности. Боруто ощутив этот странный зуд, сразу же понял, что дело похоже было очень даже хреновым. Ооцуцуки прознал о том, что к нему кто-то приближается и потому, видимо решил воспользоваться шансом и поглотить всю чакру, что была в тех жителях…

Не позволю! — процедил мысленно Боруто, использовав технику «Бога грома».

Вытащив особый кунай, он бросил его вперёд с такой силой, что тот скрылся из виду, в мгновение ока. Переместившись к нему, Узумаки практически оказался впритык к забору, что ограждал завод. Внутри… где-то под ним, находился монстр, которого нужно было как можно скорее уничтожить.

С другой стороны, Боруто уже тогда понимал, что он вряд ли успеет остановить Ооцуцуки. Когда эти твари начинали пожирать подобные сгустки, это приводило к масштабным катастрофам. В голове его, вдруг пронеслась мысль: может быть, стоило предупредить шиноби, чтобы те выводили из деревни, гражданских? Все они, так или иначе, скорее всего попадут в опасную зону разрушений, когда этот ублюдок вырвется наружу.

— Нет… думай только о том, чтобы убить этого монстра. На его руках уже бесчисленное количество крови… Никакой пощады, лишь — смерть.

Запрыгнув на территорию завода, пред блондином предстала картина достаточно мрачного места. Вся территория была запущена, отовсюду торчали эти колючие сухие кусты. Виднелись порушенные и давным-давно заброшенные краны, бетон что прямо на глазах, зарастал этой странной растительностью, что дурно пахла. Всё здесь, говорило о том, что человечество не любит топтаться на месте…

Медленно войдя внутрь одного из цехов, Боруто оглядывался по сторонам, пытаясь понять, где центр всей этой энергетического магнита. С каждым новым шагом, он ощущал, как газ начинал уплотняться. Даже иммунитет не сильно помогал, заставляя лёгкие выхаркивать эту дрянь…

— Вот же… дерьмо. — прохрипел Боруто, продолжая следить за энергетическими сгустками.

Внезапно, нога вляпалась во что-то липкое и вязкое. Попытавшись выдернуть ногу, Боруто сделал это с трудом. Взглянув под ноги, он увидел субстанцию, что отдалённо напоминала чем-то паутину. Эти странные выделения расползались по коридору, что вёл куда-то вниз… туда, где и обитал, видимо, Ооцуцуки.

Без колебаний и страха, Боруто сразу же устремился вниз, прямиком в логово этого демона, что явно ждал гостей. Но вопреки всему тому, что происходит, Узумаки не боялся его. Он сражался с подобными существами, и потому знал, их слабые места… нужно лишь взглянуть на него, и тогда станет ясно, какого типа, этот враг.

Эхо издаваемое от сандалей, разносилось по всему коридору, пока вдруг, не послышался этот столь отвратительный и больной голос.

А ты весьма хорош… сумел выбраться из моих пут, так ещё и нашёл меня. Признаться честно, ты первый, кто зашёл так далеко… Видимо опыта тебе не занимать в подобных делах, да? В своём мире, ты не мало перебил моих сородичей… не так ли? О, а сколько при этом, погибло людишек, ни счесть…

Боруто не обращал внимания на его попытки вывести его из себя. Нужно было лишь сконцентрироваться на этой энергии, которая уже вовсю витала здесь, клубами дыма. Карма собирала её и поглощая, перерабатывала в совершенно иную, чистую энергию. Хоть что-то было хорошее в этой ситуации.

— Знаешь, то что ты творишь с теми людьми в деревне… заставляешь их видеть собственные кошмары наяву, убиваешь их… всё это, я буду нести с собой. Каждая душа, что была унесена в загробный мир из-за твоего чёртового газа, будет отмщена. — сжав клинок, Боруто оскалился, впервые открыто проявив свой гнев. — А ты, почувствуешь столько боли, сколько за всю свою долгую жизнь, не ощущал.

Может быть ты и Богоубийца, однако меня тебе не одолеть. Ооцуцуки из твоего мира, были совершенно слабы по сравнению с нами. Тебе не одолеть нас… Не стоило врываться в чужую вселенную, мальчишка.

— На словах конечно, ты можешь быть, хоть самим Шинигами. Но всё проверяется на деле. — сфокусировавшись на сгустке энергии, промолвил Боруто. Карма начала расползаться по всему телу, наполняя его силой и опытом некогда почившего Ооцуцуки.

Неужели… тебе удалось подчинить его своей воле?!

Воскликнул, не веря собственным словам, Тоши. Он никогда прежде не встречал существ, что могли открыто использовать карму, при этом не используя самого Ооцуцуки, что должен находиться внутри кармы.

И ведь действительно… он отдал тебе часть своих клеток, чтобы спасти тебя! Но кто бы мог подумать, что тебе удастся подавить его разум… Ну да ладно, давай же сразимся… у меня уже всё тело зудит от предвкушения… пора начинать!..

Узумаки настороженно глянул по сторонам, ощущая как энергия начинает принимать очертания какого-то существа. Это было опасно. Зря он пришёл сюда вниз, похоже Ооцуцуки уже был готов к трансформации, а это означало и то, что деревня скорее всего, будет в руинах…

— Шинигами тебя дери… — процедил Боруто, видя как стены подвала, начинают трескаться, а пол под ногами разрушаться, словно там, что-то было. Что-то большое…

Из под земли вырвалось нечто омерзительное. От чего Боруто, даже скривился завидев это существо… Оно было порождением самого кошмара в естественном для него обличии. Непонятном, жутком и очень отвратительном.

По всей деревне, вдруг прошёлся неистовый грохот, а земля под ногами, словно вот-вот готова была извергнуться. Ниндзя песка, с ужасом и открытыми ртами, глядели на существо, что вырывалось из заброшенного завода. Зазвучал рёв монстра, что вылез, казалось из глубин ада, от чего все люди, заткнули уши, не желая слышать это чудовищное пение демона.

— Казекаге-сама, что же нам делать?! — воскликнул один из подчинённых, обратившись к Гааре.

— Всем боевым единицам, немедленно выступить в бой! Нам нужно вытеснить этого монстра за пределы деревни. Нельзя допустить того, чтобы оно бесчинствовало здесь.

Гааре внезапно вспомнились давние дни, когда внутри него, находился Шикаку… однохвостый демон в ту пору, был одним из самых страшных бедствий для всего мира. Нередко он вырывался из-под контроля и начинал разрушать деревню… Люди ненавидели его за факт того, что внутри него был Шикаку. Гаара больше не питал ненависти к тем людям, и в какой-то мере, даже начал понимать их ужас, пред такими существами, что начинают разрушать то, что тебе так дорого.

— Песчаная ладонь Бога! — выкрикнул Казекаге, создавая из дюн песка, очертания огромных рук, что начали тянуться к существу.

Его нужно выбросить за пределы скал, что окружают деревню, а затем любыми способами отвлечь в сторону… Я не позволю этому бедствию разрушить ещё больше жизней! — мысленно воскликнул Гаара, грозно глядя на монстра.

— Все слышали приказ?! А ну в атаку!!! — выкрикнул кто-то из шиноби.

Существо что внезапно взлетело в воздух, очень сильно напоминало паукообразных. Бледное… огромное брюхо, что было защищено костяным панцирем, зияло несколькими брешами из которых сочилась странная жижа. Туловище этого непонятного монстра, было довольно сильно удлинённым, словно паук и сколопендра, решили спариться, результатом чего, послужило — это… существо.

Множество длинных и острых лап, что начинали ёрзать и пробивать здания, столкнулись с песчаными пальцами, которые в мгновение, добрались до брюха демона. Панцирь на кончике длинного туловища раскрылся, откуда резким потоком, пробилась голова, вновь взревев, как адское отродье. Она была покрыта слизью, несколько небольших глаз, количество которых было как и у паука — восемь, начали хаотично бегать в разные стороны, словно считая людей и думая о том, с кого бы начать первым. Мандибулы широко раскрылись, обнажая отверстие усеянное тысячью острых зубов.

Из пасти монстра, струёй, вылетела зелёная жидкость, которая настигнув здания и людей, в тот же миг, начинала растворять их, словно кислота, превращая в жидкую смесь.

— Берегитесь этой струи! Она в мгновение разъест вас, если вы коснётесь её! — предупредил шиноби, складывая печати.

В монстра полетело несколько фаерболов, что обожгли ей конечности. От подобного, она естественно была не в восторге, вновь выстрелив кислотной струёй. Всё больше и больше зданий, начало подвергаться разрушению, что очень не нравилось Гааре.

— Нам нужна помощь и как можно скорее… — тяжело дыша, проговорил Гаара.

Песчаные руки, что пытались сдержать монстра, в мгновение начали терять свою форму. Брюхо монстра начало пульсировать, голубым цветом, словно собирая в себе энергию. Гаара тут же догадался, что у монстра была способность вытягивать чакру с помощью своего тела. Песок больше не слушался его… и в этот момент, тварь с большим наскоком, начала рушить здания и заливать всю округу своей кислотой, убивая множества людей, что всё ещё находились в бессознательном состоянии.

Как только существо активировало своё брюхо, техники что были направлены на неё, перестали как-либо действовать… они все начинали поглощаться. Снова и снова, тогда как само брюхо, с каждым новым разом, увеличивалось в размерах.

Несколько кукол, подобравшись к твари, вонзили в неё свои клинки, после чего, их хозяин вдруг выпучил встревоженно глаза, ощутив как нити чакры, которыми он управлял своим кукольным театром, вдруг оборвались втянувшись в брюхо монстра.

— Похоже, оно поглощает нашу чакру своей заднице… — высказал Канкуро, вновь вытягивая нити чакры к своим куклам. — Не подходите слишком близко к этой твари, особенно к заднице, вы можете мгновенно умереть от истощения. — предупредил Канкуро, с помощью рации.

Начался безумный хаос, завопили сирены, что предупреждали о чрезвычайной ситуации. Множество зданий начали рушиться от града обломков других домов. Деревню окропил кровавый туман, что исходил из трупов шиноби, пытавшихся в этом хаосе, спасти хоть кого-нибудь из гражданских, но всё было тщетно.

Тоши с наслаждением наблюдал за тем, как беспомощные люди, пытаются сделать хоть что-то против него. Чакра была бесполезна, а любая другая атака и вовсе игнорировалась. Никто не мог остановить его.

Это именно то, что я хотел ощутить… Мощь собственного тела, ужас в глазах низших существ… отчаяние, которое они испытывают, радует меня. Так и должно быть. Я возвышаюсь, а вы — падаете.

Вдруг в несколько лап чудовища, вонзились необычные свитки, при открытии которых, внезапно вырвалось огромное количество природной молнии. Сила природы была настолько велика, что ноги, не выдержав, взорвались, повалив своего хозяина на брюхо. Из спасти в эту же секунду вырвался рёв боли от столь неожиданной атаки.

— Это твой шанс! — выкрикнул появившись из клубов пыли, Кашин Коджи.

И в этот же момент, над огромным телом твари пролетело нечто очень быстрое и маленькое. Не было ни звука, ни даже молнии, лишь резкое появление силуэта человека, что схватился за необычный кунай.

— Спасибо! — поблагодарил Боруто, карма которого, расползлась по всему телу. — Ты заплатишь за то, что сделал с этим городом!

В руке его, образовался внезапный шар чакры, подпитываемый энергией из кармы. Сгусток чакры, что была с примесью неизвестной энергии, резко начал увеличиваться, превращаясь в нечто походящее на бомбу хвостатого.

Для блондина эта техника была особенной. Она напоминала ему о прошлом, том прошлом, где он стал для своих родных спасителем и надеждой. Может быть ещё не поздно, спасти мир…

— Расенган! — выкрикнул Боруто, метнув огромный сгусток энергии прямо в голову огромной паукообразной твари.

Прозвучал вновь, последний истошный рёв боли, после чего расенган впечатав голову монстра, мгновенно разорвала её на куски разбросав в разные стороны, словно вихрь, вышедший из-под контроля.

Казекаге не мог поверить своим глазам. Казалось, сам Хокаге прибыл сюда для того, чтобы победить этого монстра… однако же, этого просто не может быть. Здесь было что-то другое. И на ум пришла совершенно безумная мысль — Боруто.

Однако вместе с этой мыслью, приходили и более тревожащие мысли. Зачем он здесь объявился? Связано ли это всё с этим монстром и не из-за блондина ли, вообще начался весь этот ужас?.. Естественно подобные догадки, должны были быть подкреплены доказательствами, но до этого, нужно было ещё и схватить человека, что смог одолеть существо.

— Он победил эту тварь?.. — вопросил один из шиноби, оглядывая один из кусков головы монстра, что врезался в здание. — Кто он такой?

— Не знаю, но хочу пожать ему руку. Он спас большую часть деревни… — ответил выдохнув другой шиноби, вытирая со лба брызги крови.

Коджи медленно взобрался на туловище твари, оглядывая смиренным взглядом силуэт Боруто, что всё ещё находился в воздухе. Когда всё это началось, Кашин быстро осознал, что грядет нечто огромное, а потому сразу же подготовился, вытащив несколько свитков с самыми мощными природными запечатанными стихиями. Молния была одной из самых редких стихий в запечатанном виде, так как в природе, её довольно трудно запечатать… Однако результат стоит всех денег и потраченных сил.

В голове Кашина, всё ещё витало странное сомнение всего того, что он делает. Хозяин настоящих клеток его тела, словно сопротивлялся всему тому безумию, которое накатило на Коджи. Разве стал бы он… творить всё это?.. Столько унесённых жизней, только лишь ради того, чтобы убить Ооцуцуки. Они все, даже не поймут того, что два человека из террористической организации, воспользовались их жизнями, чтобы победить Бога…

— Похоже наше задание выполнено, можно возвращаться домой. — вздохнув, высказал Коджи.

Однако вдруг, по телу монстра прошёлся импульс и оно задрожало. Кашин в тот же момент, напрягся, вдруг осознавая, что брюхо монстра начинает шевелиться… Внутри него будто был кто-то ещё.

Коджи вспомнились насекомые… вспылил воспоминания ушедших дней, когда Джирайя изучал разного рода насекомых. И среди них были виды, которые проходили несколько стадий трансформации прежде чем отложить потомство и умереть. Те же бабочки… изначально гусеницы — уродливые, неповоротливые и медленные. В голове проскользнули мерзкие образы существа, что может вырваться из брюха этого «нечто».

— Быть того не может… — не веря глазам, прошептал Коджи, после чего подняв голову выкрикнул: — Боруто! Это не конец! У него ещё есть туз в рукаве!

Боруто взглянул на брюхо существа, и с помощью джоогана просканировал внутренности… С самого начала, ему не понравилось то, как сгустки чакры, формируют нечто странное внутри живота этого монстра. Оно не пыталось уничтожить город… оно заставляло людей использовать на ней различные техники, чтобы впитать их чакру.

ТЫ ЧУТЬ НЕ ПОМЕШАЛ МНЕ, УЗУМАКИ БОРУТО… НО МНЕ ВСЁ ЖЕ УДАЛОСЬ ЗАКОНЧИТЬ ПОДПИТКУ. УЗРИ ЖЕ, МОЙ ИСТИННЫЙ ОБЛИК.

Пронзился голос, сквозь разум Узумаки. Брюхо монстра разорвалась и наружу, резким потоком вырвались огромные крылья, ветер от которых, порушил близь стоящие дома и даже скалу, что окружала всю деревню.

Деревня Песка в этот день, вспомнила давние дни. Времена, в которых была сконцентрирована вся жестокость этого мира. Когда страной Песка правил демонический зверь сотканный из самого песка, что окружал всю страну. Его гигантский хвост, своим взмахом, мог уничтожить половину населения, пожелай он того…

Многие из ветеранов и тех, кто застал ещё третьего Казекаге, вспоминают те дни с большой раной на сердце. Упоминания же самого Однохвостого демона, вводит их в ужас. Но время идёт и мнения людей начинают расходиться. История переворачивает всё с ног до головы. Превращая давних монстров в спасителей, что защищают страну.

Песчаный Гаара, сжимая кулаки, глядел на то, как нечто выбиралось из брюха убитого монстра. Как его гигантские крылья, взмахнули, разрушив ветром, множество зданий и убив кучу людей. Природа жестока, но демоны, что спускаются с небес ещё страшнее…

— Это не всё. Отправьте послание всем странам мира о том, что здесь произошло. Каждый человек на этой планете, должен осознать всю важность того, с чем мы в будущем столкнёмся. — высказал Гаара, продолжая глядеть на то, как очередной монстр, пытается вылезти из живота предыдущего. — Наших сил будет недостаточно… нам нужен ещё один демон…

Боруто судорожно оглядывал новорождённого монстра с помощью своего джогана, пытаясь найти слабые места монстра. Нервная система твари была довольно атрофированной, похоже нанести ей урон, будет, достаточно, непросто. Вдобавок её панцирь, он куда прочнее предыдущего, а значит, пробить его даже усиленным расенганом, не получится. Нужна более мощная стихия, которая пробивает цель одним точным ударом, словно… резак.

— Ублюдок, где же находишься ты сам? — процедил Боруто, оглядывая всевозможные места, где мог прятаться Ооцуцуки. — Или же… ты сам превратился в эту тварь?

В любом случае, этого монстра нужно было одолеть, пока он не выбрался наружу. Он может летать… и это плохо. Если он взлетит в небо, то остановить такую махину будет, практически невозможно.

Удар должен быть точным и выверенным… Один единственный шанс для того, чтобы уничтожить эту тварь, раз и навсегда, это нацелиться ей прямо в сердце, хоть оно и защищенно, довольно прочным панцирем.

Посмотрите на меня… Посмотрите, как я отплачиваю за всё то, что сделал. — мысленно произнёс Боруто, собираясь совершить очередную мощную технику. — Я уже использовал довольно много энергии Ооцуцуки для создания особого расенгана. Если сейчас, мне не удастся убить демона, то пиши всё пропало… Лоно кармы, наполовину опустошено, впервые вижу, чтобы оно было настолько пустым… Видимо моё чужеродное присутствие в этом мире, отражается и на боеспособности кармы.

С техниками связанными с молниями, Боруто не так сильно дружил, однако одну он запомнил навсегда. В его мире, да и в этом, всегда есть кто-то потусторонний… они не видны человеческому глазу, да даже джооган не может определить их местонахождении в материальном мире. Они совершили скачок в более непонятное пространство при этом, имея доступ к нашему, физическому. Люди нарекли их «Божествами» особыми сущностями, что могут непосредственно влиять на те или иные природные элементы.

Учитель Саске, однажды показал мне одну из своих мощнейших техник, которую он редко когда использует, связи с тем, что не всегда удаётся создать нужные условия. Но если всё соблюсти, результатом станет… Кирин.

— Ты не взлетишь, тварь. — подытожил, соединив ладони, Боруто. — Потому что, сдохнешь.

Над деревней, внезапно начали собираться тучи, а вместе с ними пришёл и гром с молниями, что активно раздавали искры во все стороны. Управляться этой стихией было очень не просто, самая непослушная и дикая…

— Мне нужно лишь прицелиться точно тебе в сердце. — сосредоточившись, промолвил Боруто, вглядываясь Джоганом сквозь тело существа, что по прежнему сидел в своём коконе.

Множество жителей и шиноби, в числе которых был и Гаара, глядели на парящего в небе человека, собирающегося убить чудовище, до того, как оно взмахнёт своими крыльями вновь. Кто-то с ужасом ждал, кто-то молился, видя в этом странном незнакомце посланца от Бога, а кто-то бежал, пытаясь уйти как можно дальше от этого страшного ада, что возник буквально за несколько минут…

Узумаки сжал ладонь, тем самым открывая врата в более непонятное измерение, откуда должен был выйти особый вид божества, что был неким существом, сотканным из самой молнии… Его нельзя было назвать полноценным божеством, так как оно не имело как такового разума. Его можно было подчинить своей воле, дать указание, а затем вновь отпустить…

— Сейчас ты… — Боруто было уже приготовился к мощнейшей атаке, как вдруг, из-за брюха паука, засветилось нечто, походящее на глаз. — Что?!

Внезапно в небо ударил тонкий луч, который пробил грудь Боруто насквозь. Из глотки в тот же миг, вырвался комок крови, а лёгкие наполнились алой жидкостью. Атака была неожиданной, блондин даже не сразу понял, что произошло.

Множество людей изумлённо глядели на то, как силуэт человека, что казалось бы, вот-вот должен был победить монстра, за секунду до удара был контратакован и теперь при смерти, летел вниз, на встречу смерти.

Как же так?.. Луч был настолько быстрым?.. Почему моя скорость, так сильно упала?.. — ощущая как воздух в лёгких становится всё меньше и меньше, подумал Боруто. Тупая боль пронзила всё тело, но благо карма всё же сжалилась над ним, начав регенерацию всех повреждённых клеток.

Шиноби не знали что им делать в данной ситуации. Использовать техники, было крайне рискованно, так как это существо, могло их скорее всего также поглотить. Гаара, понимая, что его подчинённые, слегка в растерянности, решил взять всё в свои руки.

— Ладно, нам нужно задержать эту тварь… прикажите всем шиноби, воспользоваться взрывными печатями и вырезать огромный валун из скалы, что окружает нас.

— Ты хочешь что… раздавить эту тварь, валуном? — изумился подошедший Канкуро.

— У тебя есть более надёжные варианты? — вопросил в ответ, Гаара. — Нет? Ну тогда выполняй приказ.

— Есть! — выкрикнул в тот же миг тот, метнувшись к остальным шиноби.

У Казекаге было ещё полным-полно чакры, потому он был готов истратить её всю, чтобы уничтожить демона, решившего потревожить его деревню. Весточка была отправлена с помощью птицы и та, скорее всего уже добралась до него, хотя зная его характер, он прибудет не так быстро. Потому, стоило надеется только на себя.

Слишком сильно он поверил в мальчишку. В первую очередь, он был всё же юнцом, а не воином. Коджи корил себя за то, что всё же решился просто смотреть на то, что пытался сделать Боруто.

Моя вина… нужно было как-то отвлечь эту тварь, прежде чем, Боруто смог бы ударить вновь по нему. Ладно, это уже не важно. Главное, чтобы он остался жив… — с тревогой в глазах, Коджи смотрел на падающего Узумаки из груди которого, хлестала алая кровь.

Кашин надкусил палец, после чего, сложив несколько печатей, призвал огромную лягушку, что в тот же миг, широко раздула свою пасть, создавая тем самым, некое подобие мягкой подушки.

Тело Боруто, рухнуло прямо на призванное животное, втянувшись всем телом в эту наполненную воздухом, подушку. Коджи, слегка схватил пацана, пытаясь понять, насколько рана была серьёзна. Однако опасения были напрасными. Сквозное пробитие, начало затягиваться, полностью закрываясь. Узумаки начал жадно хватать воздух ртом, одновременно с этим, пытаясь вырваться из цепких рук Коджи.

— Эй, эй! Успокойся, это я! — проговорил Коджи, пытаясь вразумить напарника. — Похоже тебе не удалось завершить технику.

Тяжело дыша, блондин перевёл взгляд на тушу твари из которой уже собиралось выходить ещё одно нечто. И в этот момент, Боруто вдруг ощутил внезапную боль в голове. Будто бы, нечто, прорвалось в его собственный разум, начиная поглощать все, что помнил и будет помнить носитель метки смерти.

— Ты чего?! — воскликнул в тот же момент, Коджи. — Боруто!

Когда он летел с неба на землю, словно падший ангел, из него хлынула кровь. Боруто никогда не рассказывал никому о том, что внутри его тела. Ему не суждено было жить, но благодаря воле Бога, открылся шанс…

Алая кровь Узумаки Боруто, окропила тварь, что сидела внутри брюха паука. И в этот миг, она ощутила кровь Бога, одного из тех, что живут среди звёзд… Тоши, протрезвел, как только до его уст дошла капля Бога… одного из его сородичей, хоть и не из этого мира.

Мой лорд… Момошики… — прошептал Тоши, раскрывая глаза. — Какое прекрасное чувство. И всё же, даже Вы пали пред силой этих глаз… этих чудесных глаз, что достанутся мне.

Пронзился внезапный вопль монстра. От этого рёва у многих всё ещё целых домов, начали биться окна, а у людей, что были рядом с монстром и вовсе, лопнули барабанные перепонки.

Из брюха паука, вырвались две огромные руки, что разорвали оставшуюся плоть, что служила ему, неким защитным мешком. Из-под брюха, вылезла голова. На этот раз… существо было похожим на человека, хотя называть подобное существо — «человеком», наверное трудно. Скорее, демон, сродни джуби. На морде демонического существа, растянулся оскал с острыми, словно скалы — зубами. Крылья, что до этого, лишь раз взмахнули, вновь начали своё движение. Огромные, перепончатые, словно у дракона из мифических историй, они широко раскрылись, словно угрожая всему миру.

— Нам нужно уходить… — промолвил Коджи, глядя с ужасом на гиганта. — Пока нас не раздавили, нужно уходить.

— Нет!.. — оттолкнув Кашина, воскликнул Боруто. — Мы частично виноваты в том, что он делает сейчас. Не смогу я, спокойно спать, если уйду сейчас, оставив всё на плечи этих невинных людей.

Не в этот раз. Узумаки чувствовал нечто далёкое внутри своего разума, будто бы, давно забытый кошмар, то и дело, проскакивал в разуме, не давая покоя хозяину. Он больше не был намерен поворачиваться спиной к опасностям. Больше не было этого страха, перед неизвестным.

— Дай мне восстановиться, а затем, я вновь сокрушу ему голову, точным ударом «Кирин». — процедил, с ненавистью, глядя на существо, что пыталось встать на ноги.

— Боруто, я понимаю, что возможно ты пережил нечто страшное, и поэтому не хочешь вновь кого-то подставлять, но сейчас, очень опасно находиться в радиусе этого монстра. Твоя метка, она усиленно пульсирует из раза в раз, и даже я понимаю, что она предупреждает тебя об опасности! — пытаясь убедить блондина, воскликнул Коджи, на лице которого, вдруг прорезалось настоящее беспокойство.

— Нет… она просто негодует от того, во что превратился Ооцуцуки. — измученно усмехнувшись, ответил Боруто. — Знаешь, Коджи… ты ведь наверняка не знал, но я открою тебе один небольшой секрет… Карма, может ощущать состояние других Ооцуцуки, непосредственно контактируя с ним. Моя кровь, похоже она попала на это существо… и карма отреагировала. Ему на данный момент, очень хорошо… чувствует силу, прямо-таки рычит от экстаза, но вот в этом-то проблема. Но не для нас… его разум затуманен, а это значит, что нам будет легче, разобраться с ним. Как охотникам с добычей, что вышла из-под контроля.

Коджи, нехотя взглянул в лицо своему напарнику, и вдруг обомлел. Внутри всё сжалось, от внезапного чувства ужаса. Безусловно, это чувство страха и трепета перед кем-то до ужаса сильным. Будто бы, чья-то сущность, по прежнему находиться внутри Боруто, изредка подавая свой голос. Кашин был уверен в том, что в глазах Узумаки, читалась надменность Ооцуцуки.

Демоническое существо, вновь подало голос, но в этот раз, за ним последовали последствия более масштабных разрушений. Из глотки твари, вдруг вырвалось пламя, что постепенно, начинало фокусироваться в луч, который разрезал все дома и скалы перед собой. Шиноби, что до этого пытались разрубить огромный валун, чтобы раздавить им тело демона, ощутили на себе силу энергии, которая сочилась из пасти твари. От них ничего не осталось, как и от валуна, что рассыпался в прах, как только до него коснулась чистая и разрушительная энергия извне.

Казекаге, собрав всю чакру в песке, обвил им конечности гиганта, а также и шею, сдавливая её, как можно сильнее. Луч в тот же момент исчез, а Ооцуцуки в свою очередь, сдавленно захрипел, ощущая как глотка, начинает сжиматься не пропуская воздух.

— Песчаный гроб… — проговорил Гаара, сжимая ладони. — Я не дам тебе и дальше разрушать мою деревню!

Из-за скал, что были позади монстра, вырвалось ещё больше песка, песчинки начали формировать некое копьё, что на всей скорости вонзилось прямо в спину гиганту. От столь неожиданной атаки, он вновь заревел, сжимая песчаные кандалы, что сжимали ему глотку.

— За нашего лидера! — выкрикнул кто-то из шиноби, выстрелив из нинджета струёй воды, что под напором, поранила ногу гигантскому монстру. — Давайте же! Помогите Казекаге повалить эту тварь! Нам надо обездвижить его!!!

В ту же секунду по ногам огромного монстра начался шквал разного рода техник, которые так или иначе, повреждали ткань и тем самым заставили его пасть на колени. Огромный шип, что был вонзён в спину, начал прорезаться ещё глубже, заставляя тварь скалится всё сильнее и сильнее.

Гаара сосредоточенно вгонял острие копья, всё глубже и глубже, пытаясь достать до сердца, что должно было находиться в груди… но с каждой секундой, он также начинал ощущать слабость в теле и истощение. Подобного раньше никогда не случалось…

Он что, продолжает питаться нашей чакрой?.. Тогда, почему дал себя пронзить копьём? Что-то здесь не так. — встревоженно подумал Гаара, чувствуя, как вот-вот отключиться от перенапряжения. — Моё тело, перестаёт слушаться… неужели, он специально дал себя окутать песком, чтобы высосать из меня как можно больше чакры?!

Казекаге решил развеять технику, но внезапно, он вдруг осознал, что не может этого сделать. Не получалось деактивировать технику. Кандалы продолжали сжимать горло, и если быть точнее, делали вид, будто сжимались на глотке гиганта… Он не был так прост… создавал видимость того, будто копьё пробило ему спину, но на самом деле, оно рассыпалось, как только коснулось его. Гаара осознал, что монстр был разумен.

Упав на колени, Казекаге попытался предупредить своих людей, но осознание того, что именно происходит, пришло слишком поздно. Тело онемело и он упал на пол, ощущая как из него, вытягивают чакру…

У НЕГО ЕСТЬ СИЛА ВЫТЯГИВАНИЯ ЧАКРЫ!!! — прокричал мысленно Гаара, собираясь с силами, чтобы встать на ноги, но тело его не слушалось, продолжая отдавать бесценную энергию, огромному, ненасытному демону.

Боруто хмуро взглянул на монстра своим джоганом, и нахмурившись привстал на ноги, понимая, насколько сейчас будет патовой ситуация.

— Ты чего? — спросил Кашин. — Что-то не так?

— Я заметил, кое-какую странность… — блондин, сжал ладонь, на которой была карма, готовясь к очередной атаке на гиганта, что был на самом деле, одним из бледных богов. — Эти шиноби… они начали палить по его ногам техниками, но рано или поздно, это прекратиться.

— Почему? В деревне, почти армия солдат, вооружённых не просто техниками, а нинджетами. Сомневаюсь, что у Ооцуцуки, есть шансы на победу, в данный момент. — высказал Кашин, хотя в его голосе, прослеживалось сомнение.

— У Ооцуцуки, есть какая-то способность… при соприкосновении с ним, любой техники, которую ты создашь, он начинает вытягивать её из тебя, как бы далеко ты не был. Даже после развеивания техники, он продолжает тянуть из тебя нити чакры, медленно, но верно, убивая тебя. Эта битва, скоро кончится… и уже не останется людей, что смогут противостоять ему.

Кашин Коджи, встал на ноги, вытаскивая из-под плаща, несколько свитков с запечатанными природными элементами, но Боруто тут же остановил его.

— Ты здесь ничего не сможешь сделать.

— Хочешь сказать, что у тебя есть план получше? — вопросил в ответ, Коджи.

— К деревне, что-то приближается. Что-то очень большое… и древнее, как сам мир. — проговорил задумчиво Боруто, оглядываясь в сторону, откуда веяло могучей чакрой, которую так хотелось присвоить себе. — Довольно иронично то, что этот демон, когда-то терроризировал эти земли, а теперь… спешит сюда, чтобы спасти этих людей.

Канкуро, подбежал к лежащему Гааре и приподняв, испуганно воскликнул:

— Гаара! Эй, ты чего?! Кто-нибудь позовите сюда медиков, у него истощение!!! — в тот же момент, крикнул он. — Слышишь меня, а ну не отключайся! Ты ведь почти победил его, что же случилось?

— Останови… их… он… вытягивает… нашу… чакру… — прохрипел из последних сил, Гаара, после чего, отключился обмякнув в руках брата.

В момент осознания, Канкуро собственными глазами увидел, как демонический гигант, разбил песчаные оковы, после чего вобрал в себя, практически всю чакру, что была вогнана в него, в виде техник из нинджетов.

Некоторые шиноби упали замертво от внезапного истощения, другие же чуть ли не падали в обморок, не в силах больше сражаться. Никто не понимал, что именно происходило, а когда осознание того, что действительно произошло до них дошло, было уже поздно…

Гигантские крылья взмахнули, вновь ударив мощным потоком ветра по зданиям, после чего, огромное человекоподобное создание взмыло в небо. Шиноби не могли ничего сделать в ответ, многие из них, лежали без сил или же и вовсе, больше не дышали. Простые же жители, были заняты спасением собственных жизней и своих близких. Множество людей были завалены под обломками зданий, беспомощно глядя на огромную фигуру в небе.

Тело монстра, закрыло полностью солнце, словно предрекая, судьбу этого огромного поселения… Никто больше не мог сражаться, ни у кого не было сил, чтобы противостоять демону, возникшему прямо у них под носом.

Тело демона, начало светиться кроваво-алым свечением, он набирал мощь, чтобы вновь выстрелить смертоносным лучом, что прожигает всё на своём пути. Из пасти вырвались клубы дыма, которые плавно перетекли в огненный поток, что сузился до луча. Существо дёрнуло головой в сторону, разрезая множество зданий, оставляя после себя лишь рванную линию из смертоносного и всепоглощающего пламени и расплавленного в стекло — песка.

Больше… Больше… Я хочу больше этого нектара. Этого чувства превосходства… чувства того, что никто не в силах противостоять мне!

Сознание Тоши, туманно всё ещё оставалось при нём. Однако он не видел ничего такого, что мог бы посчитать ужасным. Для него, все эти люди, были ничем иным, как просто материалом, скотом, который должен был рано или поздно, уйти на убой. Их крики, страх в глазах и яростные возгласы, не вызывали в нём, ничего, кроме отвращения.

Больше… Больше… Хочу разрушить всё… В этом… мире.

И только было, Тоши собрался вновь выстрелить лучом, как вдруг ощутил внезапное присутствие какого-то демона. Эта странная аура, древа жизни, что должно было взойти в этом мире множество лет тому назад, просочилось в нос Ооцуцуки, и тогда он, резко обернулся, жадно оглядывая окрестности, дабы найти источник этой энергии.

Больше всего, запах шёл от внезапно образовавшейся огромной горы из песка, что была около пятидесяти метров в высоту… По началу Тоши не понимал, почему от этой горы исходит этот запах… однако как только, гора начала формировать фигуру некого зверя, он осознал, что к нему пожаловала одна из частичек Джуби… могучего древа, плод которого, мог дать ещё больше силы.

— Похоже, я немного опоздал… — подал голос Шикаку, медленно подняв взор к небу. — От тебя воняете, этой сукой… Ты один из прибывших сюда, гостей, не так ли? Ненавижу, незваных гостей. — процедил, еле сдерживая злобу, однохвостый.

Раскрыв пасть, Шикаку мгновенно выстрелил ветровым потоком, что снёс одно из крыльев гигантскому демону. Тоши даже отреагировать не успел, как в мгновение полетел вниз головой. Пред ним, предстало существо, что могло победить его. Одно из древних демонических существ… которыми множество лет, пыталось управлять человечество.

По всей деревне, раздался грохот, сопровождаемый землетрясением. Древние титаны, решили сразиться, встретившись на краю людского общества. Мелкого и столь же молодого.

— Ах-ха-ха-ха!!! — рассмеялся диким хохотом, Шикаку, ощутив вкус победы над одним из тех, кого он больше всего ненавидел. — Знай же, подонок чёртов, что тебя с небес спустил Песчаный демон — Шикаку!

Однохвостый злился только от одного запаха этого гиганта. Людей, Шикаку также не очень любил, однако в сравнении с ними, бледнолицых вторженцев, он прямо-таки желал изничтожить. Это желание, было врождённым, словно кто-то их специально вложил в него.

Тоши медленно поднялся на ноги, грозно взглянув в сторону Шикаку. Появление одного из хвостатых зверей, он не ожидал. Впрочем, с другой стороны, это был отличный шанс, собрать одну из частиц древа.

Падение было довольно тяжёлым. Крыло также было повреждено, на восстановление, нужно будет потратить немало времени и жертв, среди букашек людей. С другой стороны, пред ним был однохвостый, что мог услужить хорошим зарядником…

— Решено. Ты будешь поглощён мной. — проговорил Тоши, медленно привстав в полный рост. — Шикаку, я правильно, произнёс? Знай же, что твоя плоть и сущность, будет пожрана, Ооцуцуки Тоши, одним из высших «демонас» столицы Вар.

— Мне плевать на твои титулы, ничтожество. Один мой рёв и от твоего тела, останутся лишь рванные куски плоти! — выкрикнул в ответ, Шикаку, громко заревев.

В ответ, Тоши оскалился, вновь собрав в своей груди, энергию для выстрела луча. И как только, он раскрыл широко рот, выстрелил резкий поток, густого дыма, что превратился сначала в пламя, а затем сузился до чистого луча энергии. Шикаку в свою очередь, стоять на месте не собирался. Отпрыгнув резко в сторону, он также выстрелил из пасти, сжатым воздухом, попытавшись попасть в грудь противнику. Тоши, заметив летящий в его сторону сжатый воздух, мгновенно разрезал его своим лучом, при этом, задев и самого Шикаку.

На груди однохвостого, виднелся шлейф из раскалённого стекла. Оно адски болело. Шикаку давно не испытывал ничего подобного. В этот раз, противник был на уровень выше, прочих врагов, что желали смерти песчаному демону.

— А ты не так уж и слаб… Шучу, ты лишь жалкий слабак! — взвизгнул Шикаку, затягивая раскалённый песок.

Оттолкнувшись от земли, огромный песчаный демон, раскрыл пасть, ударив своей лапой по груди Ооцуцуки, тем самым отбросив того ещё на пару десятков метров. Между огромными монстрами началась битва, в которой было непонятно, кто кого убьёт.

Тем временем, Боруто оклемавшись от раны и восполнив частично свой запас энергии, побежал в сторону титанов, попутно думая о том, стоит ли вмешиваться или же нанести удар в последний момент, когда Ооцуцуки этого не будет ожидать.

— Боруто, я не думаю, что сейчас будет уместно вмешиваться в их битву! — выкрикнул Коджи, наблюдая за монстрами, что вцепились друг в друга, разрывая плоть и круша своими массивными телами огромные дюны с песками и скалами.

— Ооцуцуки слишком опасен. И по правде говоря, мне не очень верится в победу однохвостого. — ответил ему Боруто, — Шикаку лишь частица древа, тогда как Ооцуцуки, буквально создан для того, чтобы жрать плод собранной чакры… рано или поздно, он захочет его поглотить, и тогда, он примется искать остальных биджу.

— Даже если мы попытаемся… что мы сможем сделать? Ты вновь хочешь попробовать ударить его своей мощной техникой?

— Именно. Думается, Шикаку не настолько самоуверен, чтобы биться с этим отродьем один на один. Нужно ему помочь.

Кашин Коджи с момента своего «рождения» знал о том, насколько опасны Ооцуцуки. Однако, до этого момента, он никогда не видел, настоящей мощи этих созданий. Раньше ему казалось, что эти монстры, не будут представлять особой угрозы, пока не взрастят новое древо, однако сейчас, наблюдая за пятидесяти метровым монстром, что буквально за несколько мгновений, превратил деревню в пылающие руины, Коджи осознал, насколько патовая ситуация для человечества…

Сможет ли человечество вообще выстоять против подобной силы извне? — задался вопросом он. — Не конец ли это для нашего вида…

Гаара медленно приоткрыл глаза, ощущая всем телом, безумный грохот, что творился за пределами деревни. Запах едкого дыма от разрушенных в пепел зданий, доходил даже до больничной палаты. Медленно привстав с койки, он ощутил, как всё тело было адски тяжёлым. Истощение чакры, не прошло бесследно…

— Лорд Казекаге, вам нельзя вставать! — встревоженно воскликнула медсестра, подбежав к нему.

— Не подобает Казекаге отлёживаться, пока его народ гибнет под гнётом какого-то демона. — проговорил с отдышкой тот, встав на ноги. — Что сейчас происходит снаружи, вы не знаете?

И только было, медсестра открыла рот, чтобы рассказать о том, что происходит, как в палату вошёл Канкуро. По виску сочилась кровь, что полностью закрыла левый глаз, правая рука же, была вся в ожогах.

— Шикаку вступил в бой с монстром. — доложил он, прислонившись к проёму. Выглядел он неважно, казалось, вот-вот и отключится, но его долг служить Казекаге, не позволял вырубится. — Они сражаются за пределами деревни… Большинство жителей, ушли по катакомбам, так что в деревне, остались лишь шиноби. Хотя трудно сказать… несколько отрядов, прочёсывают улицы, чтобы найти оставшихся гражданских и увести их за пределы опасной зоны.

В голове Казекаге, витала надоедливая мысль о том странном человеке, что бился против демона. Та техника, что он использовал против монстра… без сомнений, это был расенган. Владение подобной силой, подвластна лишь Хокаге, Конохамару и… Боруто. Было странное предчувствие…

— Тот парень, который пытался убить демона… вы нашли его? — спросил невзначай Гаара.

— Нет, однако, один из отрядов, доложил о том, что они говорили с одним из них. И кажется у этих странных чужаков, нет каких-либо враждебных мотивов против деревни и её жителей. — высказал Канкуро, — Я знаю, ты тоже думаешь, что это Боруто из-за той техники, что использовал шиноби… но сейчас, это не так уж и важно, главное ведь, защитить деревню любой ценной.

— Да, это я и без тебя прекрасно знаю, братец. — раздражённо ответил Песчаный, — Так или иначе, мы не должны упускать их. Если среди этих бойцов, есть Боруто, мы должны немедленно схватить и его. Всё же, его преступление, должно быть наказано в полной мере.

Вновь послышался грохот, что разнёсся по всей земле. Канкуро хотел было двинуться в бой, но раны, что были получены при нападении демона, вновь дали о себе знать. Он упал на колени, стиснув зубы.

— Лучше тебе прилечь. — посоветовал Гаара. — Дальше, я всё сделаю сам, ты хорошо потрудился.

— Только… не дай ему уйти, Гаара… мы должны отплатить этой твари сполна. — напоследок прошипел советник.

На это Казекаге лишь слабо кивнул, а затем покинул палату, направившись в сторону своего кабинета.

Гаара не знал о том, что же ему делать дальше. Голова гудела, а тело предательски ломило от боли и усталости. Деревня пылала в огне разрушений, и два огромных демонических существа, сейчас сражаются за её пределами, пытаясь выяснить, кто же из них сильнее, не замечая страданий людского рода.

Ты ведь сможешь их остановить, не так ли, Боруто?.. — подумал Гаара, вглядываясь в окно, пейзаж которого не очень сильно радовал. — У тебя есть особенная сила, которая может повергнуть бледнолицых Богов. Пожалуйста, если у тебя есть добрые намерения, прошу… уничтожь этого демона.

В голове Казекаге пришла неизбежная мысль. Если Шикаку ничего не сможет сделать этому монстру, придётся использовать ужасное оружие, которым никто и никогда не стал бы управлять… хотя, человеческие амбиции и жажда до большего, скорее всего вынудят когда-нибудь применить его, в злых целях, но не сейчас. Человечество на краю гибели и потому, нужно использовать всё, что есть в их силах.

Боруто взобравшись на скалу, вместе с Коджи, узрели битву между двумя демонами. Вот только она, видимо, уже скоро должна была окончится. Как и предполагал Боруто, Шикаку начинал проигрывать. Раны на песчаном теле демона, затягивались всё медленнее и медленнее, тогда как напор Ооцуцуки, нарастал с каждой минутой.

Очередной замах огромной руки Ооцуцуки, был пропущен утомлённым Шикаку. Раздался громкий хлопок, во все стороны, прошлась ударная волна, которая чуть не сбила с ног Боруто. Песчаный демон же, отскочил от гиганта, с грохотом повалившись на песок. Раны на теле, вовсе перестали как-либо заживать. Открыть глаза, практически было невозможно, а лапы, предательски перестали слушаться.

Ты лишь малая часть той мощи, что скрывало в себе, когда-то древо… — послышался голос Ооцуцуки. Его могли слышать лишь те, кто был связан с ним или же существа, имеющие связь с древом.

Узумаки Боруто, активировал карму, думая о том, успеет ли он до того, как Ооцуцуки поглотит однохвостого?.. Коджи бросился вперёд, активировав режим мудреца. В отличии от Боруто, он не мешкал, понимая весь тот кошмар, который выльется на них, если ему позволить поглотить однохвостого. Боруто тут же последовал примеру своего напарника, решив не тратить накопившуюся энергию, а для начала, отвлечь монстра на себя и дать Шикаку время восстановиться.

— Копьё молнии Райдзина! — выкрикнул Боруто, создав в руке нечто, напоминающее копьё, сотканное из искрящихся во все стороны, молний. Добавив в чакру, щепотку энергии из кармы, Узумаки тем самым, увеличил само копьё в несколько раз, а также придал ей способность преодолевать вытягивание чакры. — Смотри сюда, урод!

С диким свистом, оно на сверхскорости, вонзилось прямо в икру гиганта. Пройдя сквозь плоть, копьё выплеснуло прямо в мышцы большое количество электричества, заставляя титана ощущать неистовую боль и судороги.

— Отлично, тогда и мне стоит чем-нибудь ответить! — выкрикнул Коджи, доставая из-под плаща несколько свитков с запечатанными природными элементами, что вредили каждому Ооцуцуки, ведь те не могли поглощать то, что создано самой природой.

Два свитка, упав у ног гиганта, раскрылись и печати что были в них, ярко засветились, освободив огромные потоки огня, что обожгли кожу на ногах, заставив огромного монстра, попятиться назад.

Мелкие ничтожества, да когда же вы уже сдохните?!

Послышался голос в голове Боруто. Шикаку ощутив ауру знакомого ему человека, тут же оживился, поняв, что ещё возможно не всё потеряно. Нужно лишь постараться завалить эту гниду, как можно скорее.

— Не люблю, когда мне помогают, но в этот раз, я закрою на это глаза. — высказал Шикаку, резко встав на лапы и ударив своим мощным хвостом по спине Ооцуцуки. Крылья, с характерным хрустом, сложились в неестественном положении, заставив Тоши зареветь от неожиданной боли. — Больше тебе никогда не взлететь, сдохни наконец!!!

Обернувшись к однохвостому демону, Ооцуцуки резко набросился на того, не обращая внимания на надоедливые выходки двух людишек, что пытались отвлечь на себя внимание. Тоши, понимал, что те лишь оттягивают момент. Однако, как только он ощутил запах древа, исходящий от этого реликта прошлого, то сразу же решил для себя — поглотить эту частицу.

— Дерьмо, похоже он решительно настроен на то, чтобы поглотить его! — выкрикнул Боруто, заметив, что Тоши не обращает какого-либо внимания на них. — Похоже у меня нет выбора…

— Боруто, что собрался делать? — настороженно вопросил Кашин, взглянув волнительным взглядом в сторону блондина.

— То, что обязан делать. — ответил вздохнув Боруто. — Смотри внимательно, Коджи… так выглядит приручённая сила Богов. Правда, есть шанс того, что это будет моя последняя атака…

Тело Узумаки покрылось узорами кармы, а джоган засиял так ярко, как никогда прежде. Вокруг него, начала образовываться голубоватая аура, что предзнаменовала полную активацию кармы.

Резко взмыв в небо, Боруто в мгновение оказался над двумя огромными тушами чудовищ. Внимательно глядя на них, с помощью своего джогана, Узумаки углядел особую точку, где соприкасались все потоки циркуляции природной энергии у Ооцуцуки. Туда и стоило бить в первую очередь.

Коджи с изумлением глядел в небо, наблюдая за силуэтом человека, что в одно мгновение превратил свою ауру в нечто, походящее на живую планету. Он никогда не мог себе представить подобную мощь, которую можно было бы ощутить даже с другого конца света. Казалось, будто сама природа обрела физический облик, дабы восстановить баланс. Это странное ощущение присутствия чего-то извне… будто, божество решило явить свой лик, человечеству.

Выбирающиеся по катакомбам жители… наблюдающие за битвой двух титанов, шиноби… патрульные, что рыскают по развалинам деревни в поисках выживших людей, в конце концов Казекаге Гаара. Все они, одновременно, ощутили как по их спинам проходится холодок, а сердце стучит быстрее, только от одного всплеска энергии, что сейчас била как из рудника.

— Ч-что это такое?.. — произнёс, чуть сбившимся голосом, Гаара. — Это чувство… чего-то могучего.

Подойдя к окну, Гаара заметил нечто странное в небе. Невооружённым взглядом, можно было заметить, как само пространство начинало искривляться в небе, над двумя демонами. Казекаге понимал, что грядёт нечто поистине невероятное. Однако дело было уже сделано, он доложил деревне Облака о ситуации, что происходила в его деревне и с минуты на минуту… оно должно было выстрелить.

Боруто ощущал, как всё его тело, буквально начинало распирать от энергии, что била из него в переизбытке. Однако её нужно было набрать, как можно больше. Ооцуцуки может победить только Ооцуцуки… Пытаясь сдержать свой разум под контролем, дабы не отключится, он попытался подумать о чём-нибудь светлом, о том, что могло задержать его здесь. О Химе… о родителях, об обещании спасти хотя бы этот мир.

Жалкое зрелище… — прозвучал холодный голос из глубины сознания Боруто. — Не смог спасти свою вселенную, так решил сбежать в эту, сделав вид, будто у тебя есть ещё одна попытка?..

Замолчи… тебя больше нет. Я победил тебя, поглотил твой разум! Исчезни… — произнёс Узумаки, по прежнему концентрируя в себе энергию.

Я почувствовал присутствие другого себя, — вдруг, произнёс Момошики, в голосе его, была некое любопытство, смешанное с отвращением. Будто, его это разочаровало. - в мальчишке этой вселенной. И знаешь, он… как у вас это говориться?.. Человечней. Ощущает вину за то, что делал множество лет. Глупец… Никогда бы не подумал, что буду ненавидеть себя самого, хе-хе-хе…

Растворись в небытие, Момошики… — пролепетал Боруто. Для него, он не был первородным врагом, которого ему хотелось изничтожить. Момошики может быть был и высокомерным, но всё же, в каких-то моментах, помогал ему. Но даже так, в конце концов, его мир был поглощён древом… поглощён тьмой, что изничтожила солнце. — Ты должен сгинуть, вместе со всеми упоминаниями, моего прошлого…

Убегаешь от прошлого… Даже память себе стёр, дабы не мучить себя. Жалкое зрелище. Ты всё такой же сопляк, которым я тебя увидел в нашу первую встречу… — напоследок произнёс он, окончательно растворившись в разуме блондина.

От последних слов Ооцуцуки, Боруто резко распахнул глаза. Возле него, прорезалось само пространство, будто небо разорвалось в клочья и оттуда, вылезло нечто мрачное и глубокое… вглядываясь в эту тьму, казалось, будто там живут какие-то монстры, неведомые, невидимые обычному глазу. Боруто ощущал внутри себя гнев, великий гнев от того, что ему вновь разорвали только-только затянувшуюся рану. И из этой злости, отчаяния и страха, вырвалось нечто из тьмы глубокого космоса.

Шесть громадных и белых как молоко глаз, взглянули из червоточины прямо на Узумаки. В ответ, блондин, ничего не сказал, слова были не нужны. Он дал понять всё, своим взглядом. Глаз в котором таилась великая сила глубокого космоса, дал понять незнамо кому, что он пришёл на зов гнева хозяина. Из этой рваной червоточины, оно начало пролезать в материальный мир. Как если бы сгусток чернил, упал бы в глубокий океан, расплываясь в жидкости.

Тоши, что до этого был занят поглощением однохвостого и не обращал внимания на то, что происходило вокруг него, вдруг вздрогнул, ощутив присутствие нечто незнакомого. Пустота, будто бы прорезалась сквозь пространство и теперь глядело на него, своими голодными глазами.

Что это?.. — испуганно воскликнул он.

Но ему никто не ответил. Вокруг была лишь пустота. Она уже начинала затягивать его в свои объятия. Как бы он не старался уйти от этой ауры, она будто проникла в его разум и тело, здесь больше не работала физическая материя, не работала логика, которую так любили людишки, в пустоте ничего не работает.

Тоши отцепился от туши однохвостого, понимая, что сейчас он действительно в опасности. Все эти сказки о страшном глазе, что может прорезать между пространством разрезы, были для Тоши, ни больше чем просто выдумки… он никогда не верил по настоящему в то, что может делать Джоган. Но теперь, глядя прямо в обезображенное тьмой, лицо смерти. Он вспомнил все те истории… вспомнил, каждое произнесённое слово.

Среди шиноби, что были в деревне, глядя в небо, начинали сходить с ума. Для них, форма существа, была непонятной, совершенно безумной, лишь на миг взглянув на неё, они уже прорезали себе разум, острыми как иглы кошмарами. Оно питалось ими, оно было голодным, голодным как тьма… и таким же бесконечным.

Огромные и длинные щупальца из мрака, вырвались, опутывая тело огромного гиганта. Тоши сопротивлялся, хотя это было уже бесполезно. Отголоски первобытного страха, взыграли в нём, впервые он ощутил настоящий ужас и страх. Он вырвал себе руки, когда их связали щупальца, он попытался вырваться из этой оболочки, дабы улететь далеко и надолго, но ничего не выходило. Пространство вокруг них, начало искажаться…

Пожалуйста! Не надо, я всё понял! Прошу дай мне шанс!!! Я улечу отсюда и никогда больше не буду даже и думать о том, чтобы навредить земле!!! — взмолился, рыдая от страха Тоши.

Но Боруто его не слышал. Ему было плевать, он лишь наблюдал за тем, как существо из глубины космоса, утаскивало в прорезь пространства Ооцуцуки. Туда где не было смерти. Туда где была лишь вечная мгла и пустота. Место где живые существа, никогда не обретают покой… пожираемые настоящими Богами космоса.

Человек - существо довольно сложное. В отличии от обычных животных ему присущи более яркие эмоции. У человека есть «душа» которая по мнению некоторых учёных, сильно влияет на формирование личности. Некоторые говорят, что она заставляет человека быть «самим собой» даже если он лишиться памяти.

Люди жестокие… но одновременно с этим, могут творить добрые дела. Ты можешь считать одного злодеем, но при рассмотрении ситуации с другой стороны, тебе открывается совершенно иная картина… герой, что доблестно сражается за идеал своей точки зрения. И так во всём. Некоторые идут на жестокость не из-за собственной прихоти, а из-за… войны и особых обстоятельств, которые обязуют человека стать жестоким.

Юки сидела под деревом на полигоне. Какаши сенсей решил дать ей отдохнуть, видя то, как она сильно перетруждается. Руки были перевязаны бинтами из-за множества ссадин и мозолей, что перетёрлись в кровь. Всё тело ломило от усталости, но Юки была рада этой боли… ощущение того, что ты становишься сильнее, действительно радовало её.

В очередной раз, в голове всплыл образ светловолосого парнишки. Того, кто когда-то открылся ей, а после, в один момент, перевоплотился в совершенно незнакомого ей человека. Наверное… будь на её месте кто-то другой, она давно бы бросила эту затею, но Юки была совершенно необычной девчонкой.

Почему же ты решил пойти против всего мира, Боруто?.. — в сотый раз этот вопрос всплывал в её голове. Эти мысли только глубже впивались ей в разум, заставляя задаваться ими снова и снова.

Пальцы невольно сжались и Юки сморщилась от неприятной боли. Ей приходилось терпеть её… даже если Шестой говорил о том, чтобы она отдохнула денёк другой, Юки лишь отмахивалась. Девчонка не собиралась отдыхать, пока не отыщет Боруто.

— Это моя ответственность… перед моим отцом, перед матерью и перед… Боруто. Я не могу оставить всё так, как есть... Он не очередной монстр, коих тысячи в нашем мире. — проговорила сама себе Юки, словно напоминая, почему она продолжает терпеть эту боль в своём теле и пальцах.

— Ну насчёт того, монстр ли Боруто, здесь я бы поспорил… — донёсся столь мягкий и задумчивый голос Хатаке, что вдруг оказался возле Юки.

— С-Сенсей! — вздрогнув, резко обернулась девушка. — Как же всё-таки Вы бесшумно подкрадываетесь!

— Прости-прости… я просто хотел сказать, что тебе стоило бы отдохнуть. — слабо рассмеявшись, высказал Хатаке.

— Сенсей… я ведь вам в сотый раз говорила, что мне…

— Я настаиваю. Пойми, нельзя себя перетруждать, твоё тело имеет лимит, и если ты пренебрежёшь им, то можешь сильно пожалеть. — серьёзным тоном, проговорил Какаши. — К тому же, разве тебе не хочется развеяться, хоть чуток? В Конохе есть множество шиноби твоего возраста… многие из них, знали Боруто лично и ты это знаешь. Разве тебе не интересно то, с кем он общался, попробовать, завести новые знакомства среди тех…

— Изо дня в день, я просыпаюсь от кошмаров… — призналась Юки, тяжко вздохнув, — Вижу отца… а затем и Боруто, и оба в крови. Этот взгляд, полного отчаяния… хочется помочь, но я не могу. Чувствую, будто слабею с каждым новым сном, он всё дальше и дальше от меня. Не могу я просто сидеть и делать вид, будто ничего не происходит, сердце продолжит болеть…

Лицо поникшей девушки, заставило вспомнить Какаши, самого себя. Он тоже страдал от кошмаров… Обито и Рин, всё ещё где-то там, оставались в незаживающих ранах. От подобной проблемы не просто излечиться. Нужна сильная воля…

— Ты не виновата в том, что произошло с Боруто. — Хатаке присел рядом со своей ученицей, а затем вскинул лицо к чистому голубому небу. — Судьба такая штука, что всем нам, предначертано какая-то боль. Ты конечно могла повлиять на него, но не в этом случае. Гнев — страшная штука. Она как трясина, если захватит человека, то уже не отпустит. Единственный выход это…

— Не двигаться и ожидать помощи со стороны. — закончила за него, Юки. — Но Вы ведь сказали, что ему я не смогла бы помочь! — возмутилась в тот же момент она.

— Ну… а кто сказал, что он этого хочет? Если ты кинешь палку помощи, станет он её хватать? — ответил задумчиво тот.

Юки было открыла рот, чтобы вновь возразить, но не нашла достойного ответа. И ведь действительно, как она могла ему помочь, если он сам не стремился к этому? Однако даже так, решимость с которой она шла к своей цели, ничуть не утихла.

— Даже если он не хочет ничего менять, я всё равно попытаюсь достучаться до него. Утонуть в трясине, это не тот исход, который хочет Боруто и я. — высказала Юки, продолжая стоять на своём.

На это Какаши даже ответа не стал искать. Юки была упёртая, смелая и решительная. Настоящая куноичи во плоти. Всё же повезло Боруто с тем, что он встретил её.

— Ну ладно, и всё же, может быть дашь себе отдохнуть?.. Негоже вот так мучить себя. — решив сменить тему, вновь настоял Какаши.

— Сенсей, ну Вы ведь должны наоборот меня мотивировать, а не клонить к лени… — вздохнув, пробормотала с неохотой Юки. — Из-за Вас, я и правда теперь хочу просто отдыхать… весь настрой убили!

— Ну-ну, зато нормально поешь наконец и…

Внезапно их окутало странное чувство. Словно внутри всё сжалось до небывалых масштабов. Сердце скомкалось, а лёгкие, будто бы перестали перекачивать воздух. Перед глазами всё на несколько секунд потемнело и Юки готова была поклясться, она видела в этой тьме, чьи-то глаза.

— Ч-что это… — еле раскрыв рот, пробормотала девушка, взглянув на сенсея.

— Не знаю. — ответил встревоженно Какаши, — Но это явно было неспроста… возможно, очередной Ооцуцуки прибыл к нам.

Все в деревне, в один миг, ощутили эту «волну» которая исходила от разрыва в пространстве. Каждый человек почувствовал «мрак» по своему. Кто-то сильнее, а кто-то слабее. Однако каждый человек, несомненно, был напуган этим.

— Н-Наруто… ты тоже это почувствовал? — настороженно спросил Шикамару, выронив несколько папок с документами.

Хокаге от внезапного прихода странной энергии, оставил глубокие следы от когтей, прямо на своём рабочем столе. Лицо Наруто было в оскале. Из-за связи Курамы с природной энергией, Узумаки ощутил на себе эту мощь, словно он был прямо там… возле этой червоточины.

Глубинный мрак, всепоглощающий всё то, что находиться в твоём разуме. Здесь речь не заходила о теле, потому что в этом странном месте, оно просто не существовало. Тебя будто запечатывают, но это куда хуже. Потому что вместе с телом, уходят чувства дыхания и зрения… ты не можешь дышать… не можешь видеть… не можешь умереть. Обречённый на вечные муки, тебе остаётся только одно — страдать.

Дыхание Наруто спёрлось, глаза закатились, а изо рта повалила пена. У Хокаге случился приступ… Шикамару в тот же момент метнулся к рабочему столу.

— Наруто! Чёрт возьми, эй быстрее сюда медика!!! — подхватывая летящего на пол Узумаки, процедил советник.

Блондин был напуган. Это не было похоже на страх, вызванный сильным противником. Кем-то, кого ты можешь увидеть, понять как человека, почувствовать его удар своим лицом… услышать в конце концов. Однако сейчас, Наруто был напуган присутствием чего-то необъяснимого. Того, что сейчас разрывало его разум, нагоняя холода на сердце.

— Ч-что это?.. — лёжа лицом в прозрачную воду внутреннего подсознания, прошептал Наруто. — Откуда эта… чудовищная чакра?

Всё зашло слишком далеко… Не только Наруто, но и многие сенсоры, которые буквально были созданы для отслеживания каналов чакры, были госпитализированы из-за внезапно начавшегося приступа. Никто не понимал, откуда и каким таким образом, шла эта странная энергия, что просачивалась сквозь тела людей.

Это ощущение… не знаю как тебе это объяснить, Наруто… — еле сдерживая спокойствие, сказал Курама. — Прости уж, что из-за меня, твоё сознание не выдержало и ворвалось сюда… Наш мир с тобой, одна песчинка по сравнению с тем, что таит в себе наша вселенная… И в этой бесконечности, есть свои демоны и места, где они обитают.

— Ты хочешь сказать, что я почувствовал, нечто из космоса? — с трудом поднявшись на колени, вопросил Наруто.

Наруто… даже мне, существу живущему уже несколько сотен лет, очень мало известно о том, что таится за звёздами… Однако, это чувство, будто на подсознательном уровне, даёт мне понять откуда оно и из чего состоит. Что-то вроде врождённых инстинктов, переданных от «великого древа чакры».

Наруто был в неподдельном ужасе от того, что ощущал. Он был готов поклясться, что эта первобытная и очень древняя энергия, буквально готова была его разорвать на куски, столкнувшись с чакрой Курамы. Тело содрогалось только при одной мысли об этом. И хоть Узумаки не хотел больше мучить себя этими мыслями, он всё же был обязан понять, что это такое и откуда пришло.

— А кто может быть способен на это?.. Я имею ввиду, кто-то ведь призвал эту сущность или что ты там говорил… — еле держа себя в руках, проговорил Наруто. — Может быть вновь проделки Ооцуцуки?!

Нет… что-то здесь не так. — с сомнением высказал Курама, прислушиваясь к этой странной ауре исходящей со стороны страны Песка. — Даже если они решили открыть портал в бездну, им от этого будет не легче. Это слишком опасно даже для них. Здесь что-то другое…

В любом случае, сейчас Наруто мог лишь догадываться о том, кто это или что. Весь мир буквально был объят этой странной аурой, которая буквально заставила его отключиться, дабы защитить разум…

Так или иначе, сейчас ты навряд ли сможешь вернуться обратно в своё тело. — покачав головой, высказал Курама. — Мне жаль, что тебе пришлось принять на себя удар из-за меня, Наруто. Но я постараюсь вернуть тебя в строй, как только соберу достаточно чакры.

— Всё в порядке, Курама. Думаю, если бы тебя не было со мной, то я давно бы сдох… просто постарайся сделать это как можно скорее. У меня плохое предчувствие насчёт всего этого…

Множество стран ощутила на себе эту «ужасающую» волну, что исходила со стороны деревни Песка. Больше всего пострадала деревня скрытая в Облаке. По просьбе Гаары, была подготовлена особое оружие, которое когда-то предназначалось для того, чтобы уничтожить луну. Но всё обошлось, однако орудие не уничтожили, решив оставить его на «тёмные времена» которые, похоже и настали.

В момент, когда Боруто неосознанно разорвал пространство, открыв портал в мрак космоса, Райкаге и его подчинённые полностью разложили орудие и оно было готово к использованию. Несколько шиноби были подключены непосредственно к махине, дабы напитать её чакрой.

— Итак, орудие готово. Что там насчёт Казекаге, он вышел на связь? — спросил Даруи, поглядывая куда-то в сторону страны Песка. — Оно конечно мощное и безусловно должно достичь пределов страны Песка, однако, нам нужны точные координаты куда бить, иначе рискуем попасть в деревню.

— Лорд Пятый… странно, но я ощущаю, как со стороны страны Песка, что-то приближается! — внезапно выкрикнул один из сенсоров. — Оно… оно ужасно… — задыхаясь от собственного обезумевшего всхлипа, пробормотал он.

— Что?! — резко обернувшись к тому, воскликнул Даруи. — Что там происходит?!

Внезапно по всему телу Райкаге прошлось нечто, походящее на холод. Будто его коснулись чьи-то лапы, столь холодные, что даже душа превращалась в ледышку, что вот-вот треснет. Ноги задрожали и он упал на колени, пытаясь совладать с собственными эмоциями, которые всеми силами, пытались уйти от этой угрозы, что исходила отовсюду…

Шиноби что были подключены к огромному орудию, внезапно схватились за головы, истошно закричав. Трубки что были подсоединены от огромной пушки к головам людей, внезапно засветились каким-то фиолетовым свечением, после чего, на экране прибора замигали красные огни предупреждения о перегреве.

Никто не мог нормально реагировать. У всех было это странное оцепенение от внезапно возникшей ауры смерти.

— Я… не могу пошевелиться… — прошептал Даруи, упав лицом на пол. — Кто-нибудь… нужно отключить машину… она ведь…

Прибор истошно визжал сиреной, пытаясь достучаться, ведь сейчас орудие было полностью заряжено, а из-за внезапного скачка совершенно иной энергии, она на мгновение впиталась в шиноби, что заряжали пушку, и та, автоматически перешла в орудие…

«Тревога: столкновение с неизвестной энергией» гласила надпись на экране прибора. Даруи мог лишь беспомощно наблюдать за тем, как вдалеке, виднелось искривлённое пространство, которое через мгновение тут же исчезнет.

— Нужно… подняться!.. — процедил изо всех сил Райкаге, поднявшись на колени. — Отключить её… иначе, перегрев уничтожит всё…

Но было уже поздно. Сотни тысяч людей, за мгновение до взрыва, ощущали чувство того, что за ними пришла смерть. Как иронично, что именно в этот момент, огромное орудие, призванное защищать планету, в итоге погубило целую деревню с множеством невинных людей.

Огромное орудие взорвалось, после чего, спустя несколько секунд, пошла первая волна, которая полностью стёрла с лица земли здания, вместе с множествами людей, что даже не осознали смерти. Вторая волна, стала некой вспышкой, которая выжгла всё то, что было разрушено и даже больше, множество гор и рек, были обуглены и полностью высушены, а животные что там обитали, превратились в груду пылающих чёрных костей.

Огромный сияющий гриб вознёсся над кратером, на месте которого, всего несколько мгновений назад, была целая деревня с множествами жителями и правителем, который хотел помочь другой деревне. Его стремление к помощи, обрекло на погибель… Всё происходит случайно, кто-то умирает, а кто-то остаётся жить. Карты судьбы, складываются, превращаясь в смертные приговоры, даже если всё это было зря, судьбе на это плевать, она должна сделать то, что должно.

Тот день считался самым трагичным событием за все послевоенные годы. Впервые за множество лет, одна из главенствующих стран, была уничтожена с лица земли, но не войной, а стечением обстоятельств…

Прошли целые сутки с того момента как всё закончилось. Всё стихло, словно в одно мгновение, они все… стали призраками. Как легенды, сложенные из множества уст очевидцев, которым через сотню лет, никто не будет верить, считая это лишь сказками, слишком фанатичных людей.

Чудовище ушло в небытие, как будто его здесь никогда и не было. Оно лишь оставило от себя кокон в виде огромного, — уже начинающего гнить, — паука. Жители и шиноби могли лишь догадываться о том, что именно произошло в тот миг, когда небо разверзлось, выплюнув это… «нечто». Те, кому посчастливилось увидеть его, не могли ничего толком сказать о его внешности, голося лишь о неком «мраке» что окутал всё пространство в их глазах.

Люди посчитали это явлением «Бога» будто бы, он сжалился над человечеством, решив сокрушить чудовище собственным творением. И лишь один человек догадывался о том, чьих же рук это дело. Казекаге Песчаный Гаара, был уверен в том, что предатель человечества, Узумаки Боруто, победил гиганта. Хотя, скорее это можно было назвать «призывом».

Жители деревни возвращаясь в разрушенную деревню, говорили о том, что их спасло чудо. Но это нельзя было назвать чудом, скорее отчаянным шагом со стороны кого-то сильного… страшного и могучего.

— Как думаешь, что это было? — спросил невзначай один из патрульных.

— Хрен его знает. Но скажу так, то что я увидел в небе, когда этот монстр исчез… Это самое страшное, что я видел в своей жизни. — ответил другой шиноби, покрываясь холодным потом, при одном только воспоминании о том, что случилось.

За пределами деревни, лежал без сознания Шикаку. Демонический тануки… никто и никогда даже и подумать не мог, что это грозное существо, будет лежать без сил, защищая то, что когда-то разрушал.

Гаара приказал своим людям прочесать все окрестности поля битвы, дабы найти хоть кого-нибудь, кто был причастен к тому, что произошло в тот день. Однако поиски не увенчались успехом. От спасителей и след простыл, но несколько шиноби, утверждали о том, что перед тем, как всё это началось, они вступили в битву с двумя странными личностями, которые, к их удивлению, не были настроены к ним враждебно.

Казекаге не стал продолжать бессмысленные поиски, отозвав своих людей. Сейчас, перво-наперво нужно было разобраться с деревней. Обширные разрушения, горы трупов, без вести пропавшие люди… всё это, было итогом кошмарного нападения демона.

— Связь с Деревней Облака, до сих пор не восстановилась? — спросил Казекаге, сидя за своим рабочим столом.

— Нет, мой Лорд. — отозвался подчинённый, поклонившись красноволосому. — Мы считали, что из-за… вспышки в небе, появились помехи, но прошло уже два часа, а от них ни слуху ни духу.

Гаара ощущал какое-то беспокойство. Странное чувство. Словно то, что произошло с его деревней, лишь цветочки.

— Ладно… тогда, свяжитесь со всеми остальными деревнями, я хочу созвать совет Каге. — приказал Гаара, скрестив пальцы. — Данное событие, должно быть немедленно оглашено на весь мир.

— Да, мой Лорд. — моментально отозвался подчинённый, после чего исчез.

Над миром нависла не простая опасность. Демоны, Боги и чёрт знает кто ещё… Всё это так резко наплыло, что Гаара не знал, с чего начать в первую очередь. Теперь опасность шла отовсюду… Этот монстр, появился не просто где-то рядом, а вырвался из-под земли, прямо в Деревне. Если этим существам под силу скрывать свою чудовищную сущность от самых мощных сенсоров, есть ли вообще смысл ставить множество сенсорных барьеров?.. Казекаге понимал, что теперь, нужно было готовиться к новой масштабной войне.

Анунд сидел в своих покоях, размышляя о дальнейших действиях с непокорённой планетой, когда до его разума, дошла волна открывшегося разлома в мрачный мир более древних Божеств.

Его дыхание спёрлось, только от одного ощущения того, что мрак вновь просочился где-то в этой вселенной. Он был настолько же отвратителен и страшен, как и миллионы лет тому назад.

— Неужели… он всё же осмелился на то, чтобы использовать его мощь?.. — прохрипел через силу Повелитель всех «Богов». — Нет-нет-нет, этого не может просто быть. Он ведь ещё совсем юн, каким образом, ему удалось прорвать пространство между измерениями?!

Впервые за долгие годы своего правления, Анунд был в замешательстве. Это чувство страха, окутало его сердце, а по спине, поползли, столь незнакомые ему мурашки. В этой вселенной появилось существо, способное поставить на колени, сам космос.

В покои ворвался один из приближённых, что тут же упал на колени, воскликнув:

— Мой Повелитель! У нас чрезвычайная ситуация!

— Я знаю… — Анунд стиснул зубы так сильно, что дёсна начали кровоточить. — Немедленно созови ко мне всех старейшин. ЖИВО!!! — воскликнул гневностно он, да так, что стены в его покоях задрожали.

— С-Слушаюсь… — пискнул в ответ подчинённый, выбежав из покоев.

— Да что происходит?.. — продолжая стискивать зубы в кровь, прошипел он.

Спустя час в зале собраний, прибыли все на данный момент действующие старейшины. Они были напряжены самой атмосферой, что витала над их головами. Анунд был в ярости, да такой, что даже сам воздух казалось, начинал становиться всё горячее и горячее.

— М-Мой повелитель… вы призвали нас, из-за внезапного всплеска «бездны»?.. — вопросил Кохеку, не осмеливаясь поднимать взгляд на Анунда.

— Надо же, какой ты догадливый… Разумеется из-за этого всплеска. — хоть он и пытался говорить спокойно и достаточно размеренно, каждый присутствующий в зале, ощущал скапливаемую злобу и гнев повелителя. — Мальчишка сумел каким-то образом разорвать пространство между нашей вселенной и «мраком космоса». Если вы не безмозглы, то должны понимать, последствия подобных действий со стороны этого… индивида.

— Повелитель… если он так опасен, позвольте мне… нет, всем нам, отправиться на эту планету и вырвать ему глаза! — воскликнул Калидас, уверенно сжав своё копьё.

— Отклоняю. — в тот же момент, возразил Анунд, в глазах которого была смесь задумчивости с опасением. — Если он способен на открытие врат между нашим миром и миром мрака, он без какого-либо труда затянет и вас в этот «ад». Все ваши хвалённые победы, захваченные планеты и опустошённые миры… всё это обратиться в ничто, если он предстанет пред вами. Я не могу так рисковать.

— Неужели его сила настолько велика?.. — напрягшись вопросила Ванда.

— Вы молоды, относительно меня. Мне удалось застать момент, когда мой отец приобрёл этот глаз… Его мощь была настолько же велика, как и сам космос. Никто не мог сравниться с ним. Безусловно, эта частичка нашего прародителя, гораздо сильнее всех вместе взятых Ооцуцуки. Он не просто изничтожал миры, а поглощал галактики, с помощью… мрака.

Все старейшины, невзначай сглотнули от подобных подробностей. Они никогда не видели своего повелителя в столь напряжённом виде. Каждый из них, считал Анунда чем-то высшим, до чего нельзя дотянуться, но сейчас… он выглядел как и они — напуганным. И это их ещё сильнее пугало.

— Тогда что же нам делать?! — воскликнул непонимающе Лэй.

— Я отзываю всех Ооцуцуки от этой планеты. Вы больше не должны даже и подумать о том, чтобы вторгнуться к ним. — проговорил ровным голосом, Анунд. — На данный момент, мы потерял уже трёх сильных воинов, и это впервые за столь долгие годы.

— И… и что же, нам просто взять и закрыть глаза на эту планету?! — возразил Калидас.

— Это лишь временная мера. — гневно переведя взгляд на своего подчинённого, процедил Анунд, от чего Калидас, невольно вновь упал на своё кресло. — Я не позволю этой планете существовать, мы уничтожим их, но перед этим, я обязан забрать глаз, что когда-то принадлежал моему отцу. — Встав со своего трона, повелитель возжёг ослепительно жёлтое пламя на столе собрания, проговорив: — Мы в кратчайшие сроки, должны собрать всю армию Ооцуцуки и вторгнуться на их планету. Но до тех пор, никто не должен нападать на них.

Все старейшины, в тот же миг, приклонили головы перед Анундом, осознавая, что этими словами, Повелитель официально объявил войну планете Земля. Подобное событие, впервые было оглашено, за многие тысячелетия.

— Хоть у него и Джоган, однако он не является полноценным Ооцуцуки. Лишь жалкая пародия, полукровка… Ему будет недостаточно силы, дабы завладеть всей мощью глаза. — проговорил Анунд. — Мы ударим внезапно и в самое сердце их планеты. Сожжём его дом, а затем, я лично обезглавлю выродка.

Боруто медленно приходил в себя после того, что ему пришлось сделать, дабы избавиться от Ооцуцуки. Лёжа в незнакомой комнате, на довольно жёсткой койке, он медленно разлепил свои глаза, ощущая как всё его тело, ныло от всепоглощающей боли. Привстав, он обвёл взглядом комнатку, пытаясь вспомнить то, что произошло в последнее мгновение, перед тем, как он отключился… Разум всё никак не хотел воспроизводить тот момент.

— Проснулся таки? — донёсся голос двойника жабьего отшельника. — Признаться честно, я был слегка неуверен в том, что ты очнёшься, так быстро.

— Где мы?.. — спросил сухо Боруто, взглянув на Коджи.

— В одном из моих перевалочных пунктов. Мелкая деревушка на границе между страной Ветра и Дождя. — в голосе Коджи чувствовалось некое нетерпение. — Я всё ждал, когда же ты очнёшься, чтобы расспросить о том, что увидел… точнее, то чего мне не удалось понять.

Когда небо разверзлось и оттуда вылезло это существо. Коджи не видел формы этой твари, но чувствовал её силу. Человеческий разум был просто не в силах, распознать в этой монструозной форме, хоть что-то понятное, лишь пелену чёрного густого тумана, что отчасти напоминал истинную форму существа.

— О чём мне тебе рассказать?.. — слабо усмехнувшись, ответил Узумаки, привстав на ноги с кровати. — Я и сам толком разобрать то, ничего не могу. Знаю лишь то, что этот призыв — крайняя мера, которую лучше не переступать. Нам повезло, что эта тварь не позвала остальных…

Боруто отчасти сердился на себя, за то что позволил себе вновь открыть врата в этот мрачный ад, в котором живут эти демонические твари, не похожие ни на что. И всё же, в этот раз обошлось без каких-либо сильных последствий, по крайней мере, он пока дал думал.

— Этот твой глаз, из-за него ты можешь делать, подобные вещи? — вопросил Коджи, внимательно глядя на напарника.

— Да… но я не считаю его оружием или даром… скорее проклятьем. Хочется избавиться от него, но если я это сделаю, то и этому миру, придёт конец. — последние слова, Боруто еле различимо прошептал, надеясь, что Коджи их не расслышал.

— Ты не похож на остальных… — высказал Кашин, медленно подойдя к Боруто. — Все члены Кары, так или иначе, преследует какие-либо корыстные цели, но ты разительно от них отличаешься. В чём… твоя мотивация? Зачем ты сражаешься?

Блондин не мог на это ответить. Это скорее было похоже на чувство долга. Воспоминания о прошлом были частично стёрты, хоть он и не помнил того, что натворил, но отчётливо чувствовал. Потому и не мог сидеть сложа руки. Его грехи должны были быть отплачены в этом мире. Он не позволит и этой вселенной пасть от его собственных рук.

— В прошлом, я сделал, кое-что очень ужасное. Поэтому… я стремлюсь сделать что-то достойное. Что-то действительно хорошее для этого мира. — высказал Боруто, взглянув на Коджи измученными глазами в которых виднелась боль, сравнимая со скалой. — И дабы защитить этот мир, я уничтожу всех Ооцуцуки, что угрожают нашей планете…

Кашин Коджи всё больше и больше проникался этим юношей. Они в чём-то были схожи, по крайней мере, так считал сам Отшельник. Изгои, решившие бросить вызов Богам. В этот момент, он решил разделить бремя своей миссии и рискнуть всем смыслом его рождения.

— Тогда… давай вместе уничтожим Джигена.

Странно. Коджи, ожидал чего угодно. Удивления, злости или негодования. Но никак не этой странной усмешки. Словно этот человек, знал всё наперёд. В его глазах, чувствовалось знание, которое было непостижимо никому либо в этом мире. Даже Ооцуцуки…

— Я знал, что ты это скажешь. Вы с Амадо, решили убить его, потому как, Джиген является Ооцуцуки. Признаться честно, я и сам собирался его прикончить, но раз уж у нас одна и та же цель, было бы неплохо объединить усилия.

С этими словами, Боруто протянул свою ладонь к Коджи, тем самым заключая с ним сделку. В ходе которой, они будут сотрудничать, дабы убить главу Кары. Кашин не стал задавать вопросы по поводу того, откуда ему известна цель Амадо, интуиция подсказывала, что это бессмысленно. Этот голубоглазый блондин не был просто мальчишкой с необычной силой. В прошлый раз, когда они встречались с ним, его глаза, поведение и даже голос… всё это было другим, не таким зрелым… Будто перед ним, сидел кто-то другой.

— Сколько я проспал? — спросил невзначай Боруто, встав с кровати, попутно разминая плечи.

— Прошли сутки с того момента, как ты победил монстра. — ровным голосом ответил Кашин, — Думаю, когда мы прибудем обратно на базу, у Джигена будет довольно много вопросов. — добавил он, надевая плащ с капюшоном.

— В каком смысле? — нахмурившись, вопросил Боруто.

— Твоя сила… она прошлась волной по всему миру. — скрестив руки, высказал отшельник, — Каждая страна трубит о том, что почувствовала некий всплеск энергии. И… — голос Коджи, слегка потупился, — мне всё же стоит сказать это сейчас. Боруто, деревня Скрытая в Облаке, больше не существует.

Блондин по началу, никак не реагировал, продолжая надевать свои вещи. Вложив катану в ремень, он повернулся к Коджи, после чего глубоко затянувшись воздухом, шумно выдохнул. На лице его, дрогнули мышцы, он уже осознавал, что каким-то образом, был причастен к этому.

— Только не говори мне… что она…

— Да. — опередил того Кашин. — Уничтожена. Никто пока точно не говорит о том, что именно там произошло. Но многочисленные свидетели, утверждают об огромном взрыве, что уничтожил огромную территорию и выжег множество лесов вместе с водоемами. Временные сводки подтверждают, что это произошло в момент всплеска энергии…

— Не стоило использовать эту силу… — с поникшим лицом, прошептал Боруто.

— Нужно ли было использовать её или же нет, уже неважно. В любом случае, были бы куда больше жертв. Не убей ты это существо, возможно, оно бы продолжило убивать наш мир, до тех пор, пока не высосала бы всю жизнь.

И всё же. Боруто ощущал, как сердце его начинает колоть от мысли, что из-за него, погибло столько людей. Они там что-то делали, но из-за этого всплеска, всё вышло из-под контроля и в результате… множество жизней, были стёрты в пепел.

— Давай возвращаться на базу… — накинув на себя плащ, как можно более спокойно, сказал Боруто. — Нужно доложить о нашей миссии Джигену.

— Хм, весьма неожиданно, что он пробудил её так быстро… — высказал с лёгким удивлением Джиген.

Глава Кары сидел за столом, попутно попивая вино и размышляя над тем, что же ему делать дальше. Боруто Узумаки несомненно смог по настоящему воспользоваться силой глаза. Джиген понимал, что теперь, Ооцуцуки будут крайне осторожны в отношении к Боруто. Однако в этом был и минус. Мальчишка слишком сильно растёт в плане сил. Придёт время, и даже ему не удастся совладать с его глазом.

Нет, нужно продолжать следовать строго плану. Если попытаюсь вступить с ним в бой сейчас, то просто растопчу всё то время, что у меня было. Особенно, если ему удастся сбежать. Сейчас, он как послушный пёс…

— Думаете, что стоит сейчас прикончить его, а тело отдать на съедение древу? — подал голос Кодо, стоя у выхода из помещения. — Хотите, я могу сам всё сделать, повелитель…

— Нет. Не трогай его. — чётко произнёс Джиген, — Сейчас, нам нужно его доверие. Хотя у нас итак есть проблемы с этим, — отпив из бокала, он медленно встал из-за стола. — кто-то из внутренних, замышляет о предательстве.

— Да, я и сам заметил какое-то напряжение между всеми внутренними. — согласился Кодо, задумчивым голосом. — Может быть, это Амадо или Боро… у него как раз-таки есть свой культ, может быть, ему моча в голову ударила, и он решил переобуться…

— Боро не из тех, кто захочет меня предать. Ему выгодно быть со мной, да и потом, он сам отчасти верит в свои проповеди. — Джиген медленно подошёл к двери, оглядев своим взором юношу, что когда-то должен был стать его сосудом. — Ты ведь разговаривал с Боруто, скажи мне, как тебе этот пацан?

Кодо был не лучшего мнения об этом сыне Хокаге. Само его нахождение в Каре, уже вызывало в нём, некое раздражение. Нечто схожее он испытывал и к Каваки. Возможно потому, что Джиген выделял этих двоих, как особенных людей для его будущего свершения… оставляя Кодо лишь как послушного подчинённого.

— Своенравный. Скрытный и довольно подозрительный. — ответил прямо Кодо.

— Это то мне в тебе и нравится, Кодо… ты честен со мной, какая бы правда не была для тебя невыгодной. — усмехнувшись заметил Джиген, после чего похлопал его по плечу, шагнув через порог. — Да, ты прав, Боруто подозрителен, но я не думаю, что он будет действовать один. Отыщи мне предателей, но сделай это, как можно более скрытно.

— Да, мой лорд… — провожая взглядом полным восхищения, ответил Кодо.

В деревне Скрытого Листа, была паника среди населения. Шиноби и высокопоставленные люди, пытались их всех успокоить, хотя и сами выглядели не лучше. Никто не понимал, что произошло в тот миг, когда по ним прошлась эта странная аура…

— Да что здесь происходит?! — воскликнул сдерживаясь Каваки. — Это чувство, будто… меня вот-вот затянет куда-то…

Каваки возвращался с тренировки, когда до его тела дошла эта странная аура. В момент, его тело оцепенело, а чакра, будто бы взбесилась, активировав попутно и карму, что расползлась по всему телу, нарастив ещё и рог. Подобный режим, активировался только при абсолютной угрозе смерти, когда адреналин, прямо-таки зашкаливал. Но сейчас… это не было похоже ни на что.

Он брёл в сторону резиденции Хокаге, дабы переговорить с Наруто и по случаю узнать, что это с ним только что произошло. Однако чем ближе он подходил к резиденции, тем громче становились непонятные возмущения жителей, что также ощутили на себе ауру космоса.

— Каваки! — послышался голос Сарады, где-то позади.

— Сарада? Ты тоже ощутила эту… чакру? — вопросил Каваки.

— Да… мой папа тоже её почувствовал. — тяжело дыша, высказала куноичи, — Причём у нас… одновременно активировались глаза. Было чувство, будто меня вот-вот…

— Убьют. — продолжил за неё Каваки, понимая её чувства.

— Да. Я никогда раньше, ничего подобного не ощущала. — с тревогой в голосе, выпалила Сарада.

— Похоже это подействовало не только на шиноби, но и на обычных людей, причём довольно сильно… — указывая пальцем на медиков, что выносили из домов мёртвые тела людей. — Я схожу к Хокаге, надо бы разузнать у него, что блин здесь происходит.

— Думаю, даже он не знает о том, что произошло, — на лице её отразилось замешательство, а глаза то и дело дрожали. Это чувство смерти, всё ещё окутывало её разум. — Может быть, снова проделки Ооцуцуки?

— Хрен его разберешь, но сходить к нему всё же стоит… у меня какое-то плохое предчувствие. — ответил Каваки, быстрым бегом, направившись в сторону резиденции.

— Я с тобой. — побежав следом, окликнула Сарада. — Мой отец также направился к Хокаге. — Эти ощущения были такими внезапными и сильными, что до сих пор ноги дрожат…

— Моя карма активировалась во вторую стадию, когда я почувствовал эту ауру. — признался Каваки. — Чтобы то не было, оно очень зловещее… Возможно даже, что здесь замешана как-то Кара, а там и…

— Боруто… — с неприязнью, высказала Сарада, прокусив нижнюю губу от злости.

Добежав до резиденции, они сразу же попытались пройти в кабинет, однако уже в коридоре, они заметили несколько врачей, что с явным волнением, переговаривались между друг другом. Послышались выкрики советника Хокаге. Каваки протиснулся между медиками, а затем обомлел от увиденного. Сарада протиснулась следом за ним, после чего, широко раскрыв глаза, закрыла рот руками, дабы не закричать.

Наруто лежал на полу собственного кабинета. На лице его были гримасы боли, а из рта шла густая пена, словно у него было бешенство. Врачи спешно что-то вкололи, после чего погрузили тело Седьмого на носилки, дабы унести его в специализированную палату. Саске вместе с Шикамару стояли около него, бурно обговаривая то, что происходит с людьми и коснулись ли это остального мира.

— Я не понимаю… На меня эта аура подействовала и довольно сильно, но я ведь не свалился с ног с пеной у рта! — воскликнул негодуя Нара. — Так почему же, на него это так сильно повлиляло?

— Возможно, это из-за Девятихвостого… — предположил Саске, в голосе которого, чувствовалось волнение, — у него с ним прочная связь, поэтому, каким-то образом, эта странная чакра, распространившаяся по воздуху, мощным потоком, вонзилась в них.

— Хочешь сказать, враг специально использовал какую-то технику, дабы обезвредить Наруто?

— Не знаю. Но то, что я ощутил, заставило всю мою систему чакры взбеситься и даже… активировать мангекью шаринган без моего ведома. — проговорил Учиха, провожая взглядом, уносящих врачей, что тащили на носилках Наруто. — В любом случае, нужно оповестить об этом, остальные ближайшие страны. Было ли у них, нечто подобное или же радиус этой атаки, был в пределах наших земель.

Каваки с ужасом в глазах глядел на то, как бессознательного Наруто, уносили куда-то прочь. Он хотел подбежать, сделать хоть что-нибудь, но не решился. Возможно понимая, что так только сделает хуже… сейчас каждая секунда была на счету.

— Кто бы это не сделал… — прошипел еле сдерживая ярость, Каваки. — Прикончу…

Саске взглянул на Каваки, в нём он видел любовь по отношению к Наруто, которая плавно перевоплощалась в гнев, направленный в обратную сторону. Всё же, действительно, любовь штука странная. Она может убить кого угодно…

— Я немедленно свяжусь с остальными деревнями. — оповестил Шикамару, подойдя к рабочему столу Хокаге.

Спустя пару часов, станет известно о том, что случилось в Деревне скрытого Песка, а ещё через сутки, в новостях появятся заголовки о том, что деревня Скрытая в Облаке, исчезла с лица земли. То событие, предзнаменовало собой то, что спокойные дни этого мира, закончились. Тёмные времена пролития крови и страха, начинали вновь взрастать в почве безумия.

Огромная толпа собралась на одной из площадей в деревне Листа. Однако на лицах людей не виднелось ничего, кроме скорби и кислых гримас. В тот день не было радости, а лишь мысли о грядущих тяжёлых и очень напряжённых временах. Им казалось, что спокойствие будет длиться вечно, но даже когда сильнейшие создают мир и порядок, появляется кто-то, чтобы разрушить всё и погрузить всё в первородный хаос. Таков порядок мироздания, никогда не бывает бесконечного мира и войны, они неотделимы друг от друга, как тьма и свет.

В деревне было объявлено о том, что Хокаге впал в кому, из-за недавних событий, произошедших на территории страны Ветра. Естественно это сильно ударило по моральному духу жителей и шиноби. Каждый из них, искренне верил в непобедимость Узумаки, но похоже, даже он не был в силах противостоять столь мощной атаке, вызванной не то природой, не то тёмными личностями.

На пост, до того момента, пока Наруто лежал без сознания, встал вновь Какаши, понимая, что сейчас, деревне, как никогда нужен был правитель. Хатаке, также был ошеломлён. Его ученик мало того, что потерял двух родных детей, один из которых, сейчас числится, как один из опаснейших преступников, так ещё и эта напасть…

Разумеется о тренировках с Юки, больше и речи не могло идти. Да и Какаши чувствовал, что девчонка выучила достаточно для того, чтобы встать на собственный путь.

— Поверить не могу, что наш Седьмой Хокаге, впал в кому из-за… этой странной волны. — высказал поникшим голосом Ивабе. — Почему… почему именно он?! Если это коснулось всех нас, почему он пострадал больше всех?

— Эй, давай не так громко. — положив ладонь на плечо, прервал Мицуки. — Волна если судить по новостям, прошлась по всему миру. И думай о том, что говоришь… Многие жители, не выдержали подобного натиска. Волна прошлась, забрав жизни некоторых людей вместе с собой. — с сожалением, промолвил он.

— А может это такая атака?.. — предположил Денки, задумчиво взглянув в небо. — Они… попытались возможно таким образом, ослабить нас, чтобы… напасть.

— Ооцуцуки обычно нападали внезапно и открыто, — высказала Сарада. — это не в их стиле.

— И всё же… есть ли в нашем мире мощь, что смогла бы разнести столь ужасающую волну по всему земному шару? — послышался голос пепельноволосой мечницы, что подошла к собравшемся чунинам.

Сарада нахмурившись обернулась на голос, после чего холодно произнесла:

— Юки, весьма удивительно видеть тебя здесь. Обычно ты на тренировках…

— Ка… точнее Лорд Шестой теперь занят на посту Хокаге, к сожалению он больше не может продолжать мои тренировки, вот я и решила отдохнуть… — ответила Юки, глядя в глаза Учихе.

Между ними было какое-то странное напряжение. Это чувствовали остальные шиноби, что стояли рядом, не зная что и сказать. Казалось, если они что-нибудь произнесут, то тут же с неба ударит молния.

— А где… Каваки-кун? — решив всё же прервать молчание, спросила Юки.

— Кто его знает, — вздохнув ответила Сарада. — Сейчас он сам не свой… после объявления о том, что случилось с Седьмым, кажется что-то с ним произошло. Но лучше его пока не трогать. Ему надо побыть одному.

— Эм, может сходим куда-нибудь? Развеемся или поедим чего-нибудь? — робко предложил Метал Ли, также ощущая какую-то неуютную обстановку.

— Нет, спасибо, сегодня у меня нет настроения для веселья. — помотав слабо головой, отказалась Сарада, отправившись прочь.

— Простите ребят, у меня тоже что-то совершенно нет настроения для веселья. — слегка грустно, сказала Юки, — но спасибо, что предложил, Металл Ли. — с улыбкой, добавила мечница.

Металл в тот же момент покраснел, не то от красоты, не то от доброты этой девушки. Многие пытались заговорить с ней. Видя в её голосе, движениях и внешности, странную и притягательную красоту. Однако никто так и не смог даже сблизиться с ней. Вокруг неё, словно витал барьер, а сердце её уже принадлежало кому-то.

Сарада бесцельно шагая по улицам деревни, еле сдерживала скопившейся внутренний гнев. Признаться честно, она сама не понимала, почему её так сильно злит присутствие этой белокурой девчонки. Один её вид уже вызывал в ней неприязнь… Но когда это случилось? Когда появилось это странное чувство отвращения?

Может быть… тогда, когда они встретились взглядами? В дирижабле… или когда она призналась в том, что была девушкой сына Хокаге? Неважно. Она следует за ним. Хочет найти его и спасти. Вот это, наверное, сильнее всего и злит, куноичи.

Я убью его. Хочу отрезать его голову, а тело сжечь в чёрном пламене… — эти мысли порой пугали Сараду. Девушка осознавала, что начинает всё глубже и глубже заходить в эту яму тьмы, но… она не может остановиться. — Если я не убью его, эта назойливая боль, не утихнет…

Она ненавидела его. Ненавидела за то, что он сделал. Предал их, тех с кем с детства рос и сражался бок о бок. Делился горем и спорил, веселился и тренировался. Она не могла простить его за то, что он отверг их, из-за мести… из-за своего собственного эгоизма. В момент, когда она получила силу своих глаз, её мысли были заполнены только тем, чтобы убить его. Может быть, поэтому, её терзают эти боли…

Юки не знала что ей делать. Сенсей сказал, что ему нужно будет уладить кое-какие дела, прежде чем он сможет сделать её одной из куноичи. Как странно, в груди всё сжималось от тягучей боли, при мысли о деревне Облака. В то время, когда она жила там, было одним из самых счастливых. Она мечтала о том, чтобы унять боль Боруто, отговорить его от этой мести, и зажить нормальной жизнью людей. Но ничего не вышло. Он превратился в демона, рыщущего в поисках другого демона, а деревня надежды в которой она когда-то жила и вовсе исчезла вместе с людьми, которых она знала и уважала…

Девушка решила выйти за пределы деревни, ощущая то, что ей нужно было побыть одной наедине с природой нетронутой человеком. По щекам невольно полились слёзы от боли и тоски при мысли о деревне Облака.

— Ну почему ты такой… дурак?.. — пролепетала она, измученным голосом.

— Потому что он всегда таким был. — послышался позади голос Учихи. — Обманщиком, который строил из себя хорошего парня.

Юки резко обернулась, с лёгким испугом глядя на Сараду. Но вскоре, испуг исчез, а вместо него, появилась настороженность. Она давно замечала некую странную напряженность между ними. Юки не понимала, в чём именно была проблема, но она чувствовала, что сейчас, всё решится…

— Почему ты так ненавидишь его?.. По твоему он не достоин прощения? — вопросила мечница.

— Знаешь, когда я только встретила тебя, то не ощущала ничего. Но всё изменилось, как только ты сказала о том, кто приходиться тебе этот… ублюдок. — холодным тоном, высказала Сарада. — Я не понимаю, после всего того, что он сделал, неужели ты продолжаешь верить в то, что он какой-то там скрытый герой, что делает всё во благо людей?

— Это моё дело во что мне верить. — нахмурившись ответила Юки, — Какое тебе вообще дело до моих чувств к нему?

— Меня выворачивает лишь от мысли о том, что ты защищаешь его и хочешь спасти. — ответила оскалившись Сарада, глаза её вспыхнули алым цветом, явив три томое.

Возможно, Сарада ожидала от неё реакции страха или смятения, но вместо этого, Юки лишь вздохнула, слегка дотронувшись пальцами до рукояти своей катаны. В её голосе не было злобы по отношению к Учихе. В каком-то смысле, она была права. Боруто возможно действительно всё это делает из своих личных корыстных целей… Но в глубине души, Ямамото злили слова этой красноглазой сучки. И оттого пальцы её рук, сами собой крепко сжали катану.

— Может быть ты права… но я не позволю тебе указывать, что делать и кого ненавидеть. — грозно взглянув на Сараду, стальным голосом, ответила Юки.

Первой двинулась Сарада. Быстрым рывком, она оказалась прямо перед лицом мечницы, что в свою очередь, было довольно рискованным. Движения Юки были отточенными и столь же молниеносными как сама стихия. Клинок вылез из ножен, защитив девушку, от летящего куная прямо в грудь. Белокурая куноичи, отпрыгнула назад, решив держать дистанцию.

Глаза… я читала о них в одной книге о Кеккей Генкай. Нельзя ей смотреть в глаза, иначе всё кончится быстро. — подумала Юки, глядя в ноги. — Сосредоточься, вспомни чему тебя учил сенсей…

Сарада не осознавала что она делала. Почему она решила последовать за ней? Почему решила напасть, вместо того, чтобы просто уйти? В голове эти вопросы сжигались пламенем тьмы, оставляя лишь пепел злобы и отчаяния. Ей хотелось доказать. Но она не могла ничего сделать, оставалось лишь… жестокость.

Она наносила удары, тогда как Юки, ловкими и быстрыми движениями, отражала их своим клинком, отступая шаг за шагом. Сейчас, Учиха хоть и была быстрой и видела все движения противника, но её гнев полностью застилал разумность действий. Этим и воспользовалась Юки.

Какаши видел огромный потенциал в этой особе. Однако он даже и представить себе не мог, то что таилось в ней. Она с рождения была окутана суровым холодом. Отец обучал её в дикие метели, и возможно именно это и сподвигло организм на создание древнего Кеккей Генкая. Им сложно обучиться, но всё же возможно, если у тебя есть упорство и цель.

Парировав очередной замах Учихи, Юки шумно выдохнула и в этот момент, Сарада отчётливо увидела выходящий пар, а после… её руки обдало сильным холодом, от чего те разжались, не в силах держать кунай.

Резкий удар ногой в живот, заставил Сараду скорчить гримасу боли, упав на сырую землю. Взглянув на Юки, она заметила что вокруг неё, всё покрылось инеем, будто бы… её окутал холод. Она стояла невозмутимо, с катаной наготове, глядя куда-то сквозь неё.

— Неужели твоя злоба настолько сильна?.. — в голосе Юки не было каких-либо эмоций, держа клинок обеими руками, она шумно выдыхала пар. Лезвие катаны начало обрастать слоем льда, делая его ещё длиннее и острее. — Если ты продолжишь, то тогда, лишь уподобишься тому, кого ненавидишь.

Эти слова дико взбесили Сараду, и в этот момент, её глаза брызнули кровью, томое плавно перевоплотились в узор мангекью, после чего Юки отбросило далеко в сторону, от внезапного всплеска чудовищной и столь же тёмной чакры.

Мечница, привстав с земли, подняла свой взор, после чего шокировано открыла рот. Перед ней возник образ огромного скелета-демона. Юки уже знала что это за монстр, так как читала о нём в книге… Сусаноо, сущность пробуждаемая при активации мангекью.

— Да как ты смеешь?.. — прошипела гневно Сарада, испепеляя своим взглядом, ненавистную ей девушку.

Сусаноо подняло одну из своих рук, чтобы вот-вот замахнуться и ударить кулаком по куноичи. Однако за секунду до удара, руку призрачного демона, окутали золотистые цепи, которые не дали завершить начатое.

Сарада резко обернулась в сторону хозяина цепей, шокировано глядя на высокого мужчину с алыми волосами. Его невозмутимый взгляд, заставлял девчонку нервничать. Однако её гнев никуда не ушёл, он лишь переключился с мечницы на этого ублюдка, что посмел помешать ей. Всплеск очередного гнева, заставил Сусаноо активировать свою вторую форму. Кости объяло мышцами, а затем и кожей. Теперь, было видно, что силуэт принадлежал женщине с длинными волосами, за которыми виднелись столь же устрашающие рога.

— Учихи… везде где есть эти глаза, есть и смерть. — высказал холодным тоном Кэтсуо. — Я преподам тебе урок, который ты запомнишь на всю оставшуюся жизнь.

Сусаноо вновь вытянула руку, но не чтобы ударить, а выстрелить огненным шаром, что образовался в ладони. Узумаки, продолжал стоять, глядя на то, как огромный огненный шар летит в его сторону. Вновь из-за спины его, вырвались золотые цепи, что одним своим взмахом, потушили бушующий огненный шар.

Они резким движением, полностью обвязали тело Сусаноо начиная сдавливать его всё сильнее и сильнее. Сарада ощущая такую же боль, заметно начинала уставать. Она впервые использовала вторую форму, и потому лимит был ограниченным.

— Уже всё?.. — удивлённо вопросил Кэтсуо.

Юки стоя в стороне, с изумлением глядела на странного незнакомца, что спас её от неминуемой смерти. Он был невозмутимым, спокойным и сильным. Эти странные цепи, что были созданы будто бы из самого солнца, Юки впервые видела.

Сусаноо в конце концов не выдержало натиска и исчезло, напоследок громко заревев на весь лес. Сарада обессилено упала на колени, тяжело глядя на странного мужчину, что внезапно появился здесь.

— Ты ещё совсем юна и похоже для тебя это было впервые… — задумчиво высказал Кэтсуо, — Есть ещё силы сражаться?

Он медленно шёл в сторону Сарады, однако в мыслях его не было что-либо связанное с убийством. Перед ним была девочка, которая запуталась в жизни. Он хотел ей помочь и уберечь от мрака, что уже застилал её сердце и разум.

— Не появись я здесь, ты сделала бы кое-что очень ужасное. — проговорил он, сочувственно переведя взгляд на Юки, что уже привстала на ноги, глядя на спасителя.

— Ты… ничего не знаешь… — прошептала дрожащим голосом Сарада.

— Да, ты права. — ответил спокойно ей Узумаки. — Я и правда ничего не знаю о тебе или о твоём отце. Сюда вела меня дорога собственных мотивов, но думаю, что даже здесь, ответов мне не добиться…

— К-Кто Вы? — взяв всю волю в кулак, подала голос Юки.

Кэтсуо перевёл взгляд на белокурую девицу, слегка улыбнувшись, и только было он открыл рот, как его лицо переменилось на изумление. Рука быстро перешла в блок, после чего, неведомая сила заставила тело Кэтсуо отлететь далеко назад врезавшись в ствол дерева.

— Я почувствовал силу Сусаноо и решил проверить, что здесь происходит. — послышался голос Саске. Лицо его было хоть и каменным, но в глазах виднелся гнев, подобно тому, когда он был ещё юн. — Я спрошу тебя о том, кто ты такой, но прежде, ты ответишь за то, что попытался прибить мою дочь.

Кэтсуо ничего на это не ответил. Лишь сухо усмехнулся, привстав вновь на ноги. Они оба были покалечены судьбой. И теперь были вынуждены столкнуться из-за круговорота судьбы или ещё какой-либо фигни, управляющей нашей вселенной. В любом случае, Узумаки не ощущал какое-то беспокойство. Единственное, что его волновало, так это Узумаки Боруто.

Среди множества ветвистых деревьев, в глубине чащи леса, напротив друг друга стояли два воина. Кроны деревьев дрожали от напряжения, что витало в воздухе. Несколько мгновений отделяли их от скорой битвы. Вот только Красноволосый не рассчитывал на бой с Учихой.

— Я бы предпочёл избежать нашего столкновения, — предложил Кэтсуо, голос которого был спокоен, хотя в нём, всё же, проскакивали, некие нотки волнения. — Я не собирался убивать твою дочь, картина открывшееся перед твоим взором, не вся…

— Во первых: здесь вопросы буду задавать я. — прервал Учиха, направив своё лезвие в его сторону. — Во вторых: кто ты такой и почему находишься в пределах территории деревни?!

Кэтсуо смотрел на Саске оценивающим взглядом. Он много чего слышал об этом человеке. Один из последних Учих, сильнейших людей на планете. Человек что стоял перед ним, был ответственен за окончание великой войны… От него веяло силой, тёмной и столь же пугающей. И всё же, чего-то не хватало… Все эти присказки о нём, видимо сгущали краски.

— Учиха Саске… — обратился красноволосый, слегка наклонив голову, в виде приветствия, — Прости за этот… фарс, что я устроил, напав на твою дочь. Я пришёл на эти земли в поисках одного человека, и думается, только ты способен дать мне ответ на то, где он находится сейчас.

— О чём это ты?.. — непонимающе воскликнул Саске.

Учиха взглянул на стоящего перед ним незнакомца, активированным шаринганом. Брови встревоженно сомкнулись, а пальцы, невольно покрепче сжали рукоять. Лоно чакры Кэтсуо было скрыто какой-то мощной печатью, но даже так, Учиха видел проблески вырывающейся целыми волнами огромных потоков чакры. Оно было сравнимо с биджу, монстрами, что были буквально сотканы из природной энергии. По вискам Саске начал капать пот, он понимал, что если вступит в битву с этим монстром, то скорее всего, огромное пространство будет уничтожено. Это не простой бродяга, а нечто… вышедшее из древних времён.

— Боруто Узумаки. Ты ведь был его учителем, как я слышал. Ты знаешь, где его можно выследить?

Этот вопрос словно стрела выпущенная в сердце, выбила Саске из колеи. Он встрепенулся, тряхнув головой, а затем ответил:

— Ты что, охотишься на него?

— Его деяния должны быть прекращены немедленно. Имя что он носит, присвоено ему ошибочно, но я исправлю это недоразумение. — слова Кэтсуро были непоколебимы. У него была лишь честь и семья, которая была связана родственной линией с Боруто… и именно эту связь, ему хотелось оборвать, после услышанного и увиденного собственными глазами и ушами. — Честь моего клана, должна быть очищена… и только кровь Боруто, отмоет позор.

Аура Кэтсуро в мгновение начала меняться. Саске ощутил на себе тяжесть взгляда этого человека. Вокруг него, будто сама природная энергия, начинала искажаться. Это было признаком огромного скопления чакры в одной точке. Он сдерживал её внутри себя, будто бы не зная куда деть.

Сарада зажмурила глаза, ощутив всю тяжесть использования мангекью, да и к тому же второй формы сусаноо. Упав на траву, она не в силах сдерживаться, закричала. Саске встревоженно обернувшись к дочери, хотел было дотронуться до неё, но её опередила Юки, что тут же прижала ту к себе, с испугом и некой ненавистью глядя на незнакомца.

— Почему Вас так интересует Боруто? — вдруг прозвучал голос Юки в нём ощущался холод, что был присущ её отцу.

— Он носит имя рода, что никогда бы не позволил себе опуститься до такого. — ответил Кэтсуро, с небольшой паузой, переведя взгляд на юную особу. — Я не позволю ему и дальше осквернять этот род.

— Саске-сан, я знаю, что это будет грубо, просить Вас о таком… — обратилась мечница к Учихе, слегка неуверенным голосом. — но пожалуйста, не дайте этому человеку, совершить задуманное.

— Уведи в деревню Сараду, я вас прикрою. — ответил Саске, повернувшись к Кэтсуро. — Не волнуйся, я не дам этому человеку сделать это.

— Вы по прежнему видите в этом человеке, что-то хорошее? Даже после всего того, что он натворил? — вздохнув, вопросил Узумаки, понимая, что битвы всё же не избежать. — Это больно, но всё же, нужно оценивать его деяния, по всей строгости.

Поток искр молний внезапно образовавшись в левой руке Учихи, на большой скорости летел прямо в грудь Кэтсуро. Вспышки света не давали чёткой картины того, когда она настигнет его плоти… но он этого и не ждал. Его тело было защищено ещё с раннего детства…

Рука покрытая чидори, настигла груди, однако Саске ощутил что-то странное. Он не пробил его плоть… Она была слишком прочной, словно сталь. Присмотревшись, Учиха широко раскрыл глаза, увидев светящиеся золотые цепи, что окутали тело противника, словно защищая его.

— Невозможно… неужели ты… — глядя на цепи, пробормотал Саске, но договорить он не успел. Цепи резким движением отцепились от хозяина, обвязав ногу и руку Учихе.

— Не отвлекайся! — воскликнул Кэтсуо, взмахнув цепями и тем самым, швырнув тело Саске о несколько огромных деревьев, что мгновенно повалились вниз.

Столбы пыли спустя пару мгновений осели, за ними начал просвечивать чей-то скелет… окутываемый демонической аурой. В этой мгле, поднявшейся пыли, сверкнули жёлтые глаза, а затем, в сторону Кэтсуо, полетела фиолетовая стрела, размером в целую колонну.

Кэтсуо выставив ладонь перед собой, в мгновение, создал странные печати, что образовавшись в воздухе, заискрились. Стрела выпущенная Сусаноо, врезавшись в эту печать, отрикошетила в сторону.

— Успел… ещё бы чуть-чуть и ты убил бы меня. — усмехнувшись, высказал Кэтсуо, глядя на огромного демонического лучника, в центре призрачного тела которого, стоял Саске, мрачно глядящей на своего противника.

— Откуда ты вылез?.. — задал вопрос Учиха. — Твои цепи, только один клан может ими пользоваться.

Юки бежала прочь, таща за руку Сараду, что в полудрёме, не понимала, где находится и почему вообще бежит куда-то. Упав на колени, она схватилась за голову, ощущая как глаза и разум, будто бы трескаются с невыносимой болью. Последствия от применения силы глаз, начали действовать.

— Сарада! — встревоженно воскликнула Юки, — Ты как, всё нормально?!

Как странно… Юки должна была ощущать гнев и злобу на эту девчонку, ведь она хотела её прикончить несколько минут назад… И всё же, вместо этого, сейчас… она беспокоится о ней? Да, в этом вся суть её характера. Она не может не беспокоится о тех, кто беззащитен, даже если этот кто-то мог поступать плохо.

В глубине души, Сарада задавалась тем же вопросом. Она не понимала, почему Юки вообще тащит её за собой. Это странное и гадкое чувство… Если бы не этот внезапно появившийся бродяга, ей удалось бы убить Юки, но… сейчас, сидя на коленях и чувствуя её тёплые руки и встревоженный голос, почему-то становилось паршиво на душе.

Неужели, я и правда хотела убить её?.. — подумала Сарада, глядя в глаза мечнице. — Почему? Почему мне так хотелось прикончить её?

Её лицо было красивым. Глаза блестели в лунном свете. Она была словно из стали, но при этом, могла и смягчиться встав подобно лепестку… Сарада завидовала ей. Не понимая этого, она хотела стать такой же. И вместе с тем, она ревновала её, не до конца осознавая это. Злоба перекрывала все её чувства. Зависть подпитываемая неприязнью, сделали своё дело, создав внутри неё барьер, который не пропускал здравый смысл, когда речь заходила о Ямамото Юки.

Даже сейчас, когда она ощущает это паршивое чувство вины перед ней, зависть и ненависть просачивается, как плесень, покрывая всё сердце и разум. Сарада не могла разобраться в себе, её заносило из крайности в крайность, как сломанные весы.

Боруто. Всё дело было в нём. Он не выходил у Сарады из головы. Как бельмо на глазу, надоедлив, даже после ухода… даже после предательства. Этот лучик света, сводил её с ума… Она не могла понять, чего именно хочет от него. Расплаты? Раскаяния или же смерти…

— Эй, всё будет хорошо… — вдруг прозвучал голос Юки, столь успокаивающей, заслышав его, Сарада словно избавилась на какое-то время от этих шумов в голове. — Не знаю, что у тебя на душе, но думаю, я тебя понимаю, в каком-то роде. Может быть, если бы мы начали немножко по другому, то у нас получилось бы понять друг друга…

Сарада приоткрыла слегка слипшиеся от крови глаза, подняв свой взор на сидящую перед ней Юки. И только было с её губ слетели едва различимые слова, как вдруг, послышался грохот сопровождаемый землетрясением. Он прозвучал со стороны, откуда они только что выбежали. Юки понимала, что оставаться здесь, было опасно, а потому схватив за руку Сараду, вновь двинулась в сторону ворот деревни.

Сенсоры Листа, сразу же доложили о том, что вблизи стен деревни, что-то происходит. По началу, они даже ошибочно подумали, будто бы там находиться один из хвостатых зверей. Но сигнатуры и сама чакра, говорила об обратном. Это был человек, вот только запас чакры… пугал до чёртиков.

— Такого невозможно… — выпалил один из сенсоров, снимая с себя шлем, что усиливает чувствительность к барьеру. — Может Ооцуцуки?!

— Нет… — прозвучал голос другого сенсора, что был стариком и видимо проработал здесь уже не один десяток. — Вот что я вам скажу, молодёжь, я проработал на этой должности не один десяток лет. И это чувство… я думал, что уже никогда не почувствую это вновь.

— О чём Вы? — непонимающе воскликнул коллега, с недоумением переглянувшись с другими сенсорами.

— Давным-давно был один мощный клан, что был в хороших отношениях с кланом Сенджу. Несколько людей из этого клана переселились сюда, в качестве знака дружбы. И одной из них, была Мито Узумаки, жена Первого Хокаге. А за ней и Кушина Узумаки, жена четвёртого Хокаге. — ответил старик, сухие руки которого, задрожали от одного только воспоминания о тех днях, когда он только ощутил их поступь к барьеру.

— Клан Узумаки?.. — медленно произнёс сенсор, осознавая, что только что почувствовал. — Это ведь невозможно! Клан Узумаки был уничтожен, а его потомки и вовсе выродились, ну… помимо нашего Хокаге.

— Ну, видимо не все… выродились. — хмыкнув, ответил старик.

В деревне пока никто ничего не подозревал. Все скорбели на площади, вглядываясь в огромные экраны на которых виднелся Наруто. Шестой Хокаге в свою очередь, уже во всю думал о том, что следует делать в этой ситуации. По немногочисленным информациям уже было понятно, что враг один, но его сила превышает все рамки дозволенного.

— Похоже этот год проклят, иначе я не понимаю, как объяснить все эти ужасные события, которые происходят в мире. — проворчал Какаши. — Саске ещё не выходил на связь?

— Нет, похоже встреча с врагом, оказалась затруднительной, да и потом, мы вообще ведь не подозревали, что там появиться кто-то, помимо его дочери и Юки.

Да… так оно и было. Изначально, сенсоры доложили о всплеске чакры, подозрительно напоминавшей Учиху Саске. Его немедленно вызвали и тогда, он решился остановить свою дочь, уже понимая, что та с горяча призвала Сусаноо.

— Сенсоры сказали, что там также есть и Юки… — сказал невзначай Какаши, глядя на своего бывшего ученика.

— Прости Какаши, похоже моя дочь такая же как и я… — ответил вздохнув Саске, закрепляя катану.

— Убереги её от поспешного поступка, за который она будет винить себя в будущем. — эти слова прозвучали довольно серьёзно. В тоне Шестого не было больше этой усталости. — Ты как никто другой, должен это понимать…

— Да. — опустив взгляд в пол, ответил Учиха.

Каждый божий день, он стремился выбраться с острова, что словно цепи, сковывал его. Он хотел увидеть мир. Увидеть других людей их культуру, почувствовать запах совершенно нового… чего-то незнакомого. Однако отец был против. Кэтсуо не понимал, почему же ему не дозволено покидать остров… что в нём такого, что ему приходиться проживать лучшие свои годы на этом чёртовом острове?..

Но сейчас, Кэтсуо понимал, что отец пытался уберечь его от того, что творится в этом странном и непонятном мире. Всё что он увидел здесь, это страх, что исходил ото все кого встречал. Они чувствовали в нём эту странную мощь, хоть и делали вид, будто бы всё нормально. Они не понимают. Людям свойственно бояться чего-то, что они не понимают, не могут контролировать. Это нормально, хотя для Кэтсуро это всё ещё было одним из камней преткновения.

Узумаки… эта фамилия всегда означала для него, что-то важное. Отец всегда говорил ему о том, чтобы он не забывал свои корни. Все те тайны, формулы и печати которыми Узумаки пользовались многие годы, всё это было в голове у Кэтсуро.

Когда я умру, передай эти знания своему сыну, а тот пусть передаст их своему сыну… — сказал однажды старик, сидя у крыльца дома, попивая чай. — Я верю, что однажды, нам придётся выйти за пределы острова, но пока этот день не настанет, мы должны быть готовы.

Возможно, это не тот случай, когда Узумаки стоило выходить на свет. Папа не рассказывал ему о том, почему им не следует выходить за пределы… но теперь, пройдясь по странам и узнав историю клана… ему открылась совершенно иная картина.

Жестокость. Отвратительная и столь же глупая. Человеку свойственно быть таким? Возможно. Кэтсуро и сам понимал, что его сердце черствеет. Он думает о том, как убьёт Боруто. После всего того, что он сделал, внутри него, всё полыхает злостью. Хочется унять её… И единственное это убить Боруто. По крайней мере, так считает Кэтсуро. Ему кажется, что это поможет ему не сбиться с праведного пути. Но даже сейчас, внутри всё словно перемешивается. Учиха столь рьяно сражается, а та девчонка… её взгляд, встревожил. Хоть Кэтсуро и не был уверен до конца, но она… словно была готова убить его за те слова, что он произнёс.

Мимо скулы проносится очередная искра молнии. Мысли потухают. Узумаки стоило бы сосредоточится на бое, а не на собственных мыслях.

— Ты явно из клана Узумаки… но, почему же я о тебе не слышал? — непонимающе воскликнул Саске, проворачивая клинок для более удобного положения.

— Неважно, откуда я. Важно то, зачем я пришёл сюда. — ответил лаконично Кэтсуро. — Скажи мне, Учиха Саске, если я одолею тебя, ты поможешь мне найти Боруто Узумаки?

— Чтобы ты его потом прикончил? Ну уж нет, так не пойдёт. Я одолею тебя, а затем допрошу, дабы узнать, откуда ты чёрт возьми взялся. — хмыкнув, высказал в ответ Учиха, готовясь к очередному выпаду.

— Я могу сражаться хоть целый день… а ты? Не думаю, что у тебя хватит чакры. Ты уже выдыхаешься. — заметив лёгкую отдышку, Кэтсуро пристально взглянул на Саске. — Может быть, всё же тебе стоит принять поражение?

На это, Саске ответил довольно доходчиво. Отрезав довольно массивную ветку что была над головой Узумаки. И когда та, практически коснулась земли, он поменялся с ней местами, резко сократив дистанцию.

Кэтсуро выставил перед собой золотые цепи, но Учиха не попадался на одну и ту же ловушку дважды. Выкинув клинок вперёд, тот пролетел мимо красноволосого, после чего, Саске вновь воспользовался техникой замещения, поменявшись местами со своей катаной. Узумаки заслышав знакомый пронзительный писк «тысячей птиц», не успел что либо сделать, ощутив, как молнии пронзают его грудь.

Изо рта вырвалась кровь, а дыхание вдруг стало невыносимо больным. Кэтсуро сел на колени, пытаясь собраться с силами. Саске в свою очередь, обойдя врага, поднял с травы своё оружие, после чего, коснулся острием уголка подбородка Кэтсуро, подняв его взор на себя.

— Твоя самоуверенность сыграла с тобой плохую шутку. — грозно глядя на Узумаки, высказал Саске.

— А может быть… — с трудом дыша, выпалил Кэтсуро. — это ты… самоуверен?

Под ногами Узумаки засветился круг с символами, что мгновенно исцелил глубокую сквозную рану. Ощутив облегчение, Кэтсуро отбил клинок рукой, а затем с разворота ударил сапогом прямо в солнечное сплетение, заставив Саске потерять контроль над дыханием.

Упав на почву, Саске хватая воздух ртом, сжал рукоять катаны, попытавшись встать на ноги, но быстрые цепи Узумаки приложили его к земле, не давая даже шевельнуть пальцем. Подойдя к Учихе, Кэтсуро коснулся ладонью его груди, после чего прочитав нечто неразборчивое, дёрнул ладонью в сторону, активируя печать на теле Саске.

— Ч-что это?.. — встревоженно воскликнул Учиха.

— Печать «Третей заповеди», ты больше не сможешь пользоваться чакрой, я заблокировал твою танкецу и все каналы чакры. — ответил спокойно красноволосый, вставая во весь рост. — Как и я сказал… ты слишком сильно расслабился, завидев мою секундную оплошность.

— И… что же ты теперь будешь делать? — пронзая холодным взглядом Узумаки, спросил Саске. — Убьёшь меня или же пойдёшь дальше в поисках мальчишки?..

— Хватит уже считать меня каким-то там подонком. Я с самого начала не хотел затевать эту драку, ты сам первый напал на меня, помнишь? — устало вздохнув, напомнил ему Кэтсуро, — И вообще, с чего вдруг такая тревога по отношению к Боруто?.. Разве это не он виноват в том, что множество жителей почившей деревни Облака, были убиты? Вы так отчаянно пытаетесь выгородить его и защитить не замечая того, каким монстром он стал.

— Я его знаю с раннего детства. То, что он сейчас творит, это лишь результат моих собственных глупостей. Мой долг вправить ему мозги… Убийство ничего не решит. — сквозь оскал процедил Саске, буравя леденящим взглядом Кэтсуро. — Боруто лишь мальчишка, решивший пойти по опасной дорожке. Неужели ты не понимаешь этого?..

— Слишком много погибло, чтобы давать ему шанса, ты так не считаешь? Я был там… в той деревне, до того, как она исчезла. И я говорил с её жителями. — проговорил тихим голосом Узумаки, на лице которого, виднелась некая скорбь. — Они со слезами на лице, рассказывали мне о своих родных, что были убиты в ту ночь. Как жизни дорогих им людей, просто оборвались… Ты правда думаешь, что Боруто вернётся к вам прежним, отмоется от всех этих грехов и станет… весёлым и улыбчивым парнем? Он преступник. И этого уже не изменить.

— Может быть, он и не станет прежним. Но у каждого человека должен быть шанс. Боруто не исключение… ты не знаешь о том, через что ему пришлось пройти. Эта… месть, которая засела в груди, всегда сильнее любого чувства. — голос Саске отдавал болью, он как никто другой знал это чувство и кажется Кэтсуро также прочувствовал это.

Месть, месть, месть. Всегда виновата она. Человек выбирает свою жизнь. По мнению Кэтсуро, Боруто сам выбрал этот путь. И раз уж он сделал этот выбор, значит он осознаёт всю полноту последствий.

— Твоя ошибка в том, Учиха… что ты считаешь его мальчишкой. Но, я знаю о его сестре. И я понимаю, почему он решился пойти на это… однако прощать его, не мой вариант. Он заплатит за то, что сделал. Хочешь ты того или нет… Никто не имеет право забрать чужие жизни.

Неожиданно для Кэтсуро, Учиха усмехнулся. Это выглядело как некая насмешка. Он не воспринимал его всерьёз? Или же это просто способ вывести его и себя? В любом случае, чем бы это не было, Кэтсуро немного напрягся ощущая неприятный укол.

— Кто тебе дал право, отнимать жизнь? — этот вопрос встал перед Кэтсуро как огромная и непреодолимая стена. — Ты говоришь мне о том, что никто не имеет право забирать жизни, так скажи же мне, кто дал тебе на это право? Бог или же твой отец?

— Ты… ублюдок… не смей упоминать его. — раздражённо процедил Узумаки. — Ты ничего обо мне не знаешь. В любом случае, Боруто должен быть наказан за то, что совершил. Я не убью тебя, а лишь задам вопрос: где я могу найти, Узумаки Боруто? Если ты не ответишь мне на него, я спрошу его у того, кто точно может знать.

— Что пойдёшь к Хокаге?.. — сжав пальцы на единственной руке, Саске сморщился, ощутив как цепи начинают сдавливать всё сильнее и сильнее.

— Да. Так что, скажешь мне или же спросить у Наруто?

— Боюсь это уже невозможно, но с тобой поговорит Шестой Хокаге, как только ты очнёшься. — вдруг спокойно проговорил Саске, в глазах которого, сверкнул шаринган.

— Что? — растерянно только и смог выпалить Кэтсуро.

В этот момент, цепи исчезли, как и сам Саске, что превратился в огромную свору ворон. Пролетев прямо перед красноволосым, тот зажмурил глаза, а когда вновь открыл их, вдруг очутился в огромной песчаной пустыне, над ним возвышался силуэт сусаноо, что тянулся к нему своей громадной рукой. Кэтсуро рефлекторно попытался создать барьер, но ничего не выходило. Его поймали в гендзютсу… Упав на колени, он медленно закрыл глаза, готовясь к тому, когда огромная ладонь демона расплющит его, внутри этой иллюзии.

Саске глядел на сидящего перед ним Кэтсуро в бездумных глазах которого, отражался лишь отблеск шарингана. Вокруг в чаще также собрались анбу во главе с Саем. Несколько шиноби обследовали местность, чтобы проверить, есть ли ещё с ним сообщники. Другие внимательно следили за Кэтсуро, дабы в любой момент обезвредить его, если тот каким-то чудом сможет выбраться из иллюзий насланных глазами Учихи.

— Так он использовал цепи Узумаки? — пристально наблюдая за красноволосым, переспросил Сай.

— Да… и его мотивы насчёт Боруто, очень убийственны. Его задевает тот факт, что всемирно известный преступник, носит имя клана Узумаки. — проговорил Саске, задумчиво глядя на Кэтсуро. — Думаю, с ним будут проблемы, нам нужно поместить его в надежную клетку. Его лоно чакры, просто невероятны.

— Я этим займусь. Нужно написать полный отчёт того, что здесь произошло и как можно скорее. — высказал Сай, скрестив руки на груди. — Ещё один непонятный тип, упавший нам на голову из ниоткуда.

— Стоит с ним поболтать… его сила невероятна, но если всё же удастся его убедить, может быть, он станет хорошим союзником Листа, учитывая отношения Первого Хокаге с кланом Узумаки. — задумчиво выдал Саске, уже видя огромную перспективу в виде Кэтсуро.

— Не знаю… в прошлый раз Наруто повлиял на Каваки, но что делать с ним, да и Наруто в коме… а Шестой навряд ли решится рисковать с этим мутным типом. — ответил с сомнением Сай, — В любом случае, допросить его стоит, учитывая то, что он Узумаки и может пользоваться печатями клана.

Учиха Саске молча глядел на сидящего перед ним Узумаки Кэтсеро, думая в голове, стоило ли его оставлять в живых… Его пугало то с какой уверенностью, Кэтсеро говорил о том, что хочет сделать. Если он хочет совершить задуманное, он может это сделать. Саске без сомнений, остерегался его…

В голове гудела тупая боль, когда Кэтсуо очнулся наконец от этого, казалось, бесконечного кошмара в виде жаркой и бескрайней пустыни, что была наполнена сотней чудовищ и демонов.

Открыв глаза, он судорожно обвёл взглядом комнату в которой находился, хотя её скорее можно было назвать клеткой. Он был связан цепями, что были облеплены разного рода печатями. От потолка до стен и пола, всё было в разных надписях, что таили в себе невероятную сдерживающую мощь. Похоже это был некий барьер. Его поймали…

Перед ним из потолка вылез небольшой экран, на нём показалось лицо седовласого человека в маске. Кэтсуо хорошо знал его, так как его имя было известно во всех странах. Знаменитый шиноби по прозвищу «Копирующий ниндзя», ставший Шестым Хокаге.

— Похоже я недооценил силу Учихи Саске… — прохрипел с некой насмешкой Кэтсуо взглянув на экран. — Рад с вами познакомиться, Лорд Шестой…

— Какая любезность с твоей стороны, — нахмурившись, ответил Какаши, — Учиха Саске рассказал нам о твоих способностях и техниках. Твои волосы и отчёт Учихи, ведут к тому, что ты из давно исчезнувшего клана…

— Ого, а Вы довольно внимательны, Лорд Шестой… как долго вам пришлось гадать насчёт этого? — продолжая язвить, ухмыльнулся Кэтсуо. — Ну да ладно… я не желаю говорить с вами, каким бы легендарным там Вы не были. Дайте мне поговорить с нынешним Хокаге. С Узумаки Наруто.

Какаши хмыкнул, слегка дёрнув головой. Он так и думал, что выходец из клана, захочет поговорить с другом таким же выходцем… Однако же, Хатаке не собирался рассказывать ему о том, что случилось с Наруто. Сейчас деревня была в довольно подвешенном состоянии и человек находящийся в очень сильном барьере не должен знать о том, что сильнейший человек в деревне и вообще среди всех стран, сейчас лежит в коме.

— К сожалению, он не может с тобой поболтать. Но, ты можешь рассказать всё мне, а я уж потом, передам ему, как его коллега и бывший учитель. — проговорил спокойным голосом Какаши. — И вообще, как ты думаешь, в каком ты сейчас положении?

— Ну и ну… с ним что-то случилось, не так ли? — пристально глядя в глаза Шестому, внезапно задал вопрос Кэтсуо. — Готов поспорить, всё из-за недавнего выброса этой странной энергии.

Глаза Хатаке на секунду дрогнули от столь поразительной догадливости, нового заключённого. Сейчас этот странный тип, сильно его тревожил. Он искал Наруто, но хуже всего то, что он ищет Боруто… Какаши понимал, что этот человек ни перед чем не остановится, пока не доберётся до назначенной цели. Его глаза пылали некой идеей, одержимой жаждой возмездия.

— Ты ищешь Узумаки Боруто, не так ли? — прервав небольшую паузу, заговорил Какаши.

— Да… и что с того? Хочешь как и этот Учиха, начать читать мне мораль того, что каждый человек достоин шанса на прощение? — скривившись, воскликнул Кэтсуо.

— Скажи мне своё имя… откуда ты родом? — вновь задался вопросом Какаши, пристально глядя на собеседника по ту сторону экрана. — Расскажи мне свою историю, а затем, мы решим что с тобой делать.

Вокруг всё расплывалось. Дышать было невозможно. Хотелось выбраться из этой западни, но ничего не выходило. Тело совсем не слушалось, а голова трещала по швам, то и дело насылая какие-то странные видения.

Каваки ненавидел засыпать. Потому что когда его разум погружается в сон, он уходит в прошлое… когда Хокаге ещё не было рядом. Когда ему приходилось проходить через жестокие проверки Джигена, называемые им «любовью».

У тебя есть цель в жизни, Каваки. Ты станешь моим сосудом.

Этот голос. Его неестественная спокойность словно у какого-то демона. Его внешность и повадки… всё это дико раздражало Каваки. Он хотел убить его. Этот ублюдок, он был виновен во всех бедах, которые приключились с ним. Детство ушло в небытие, но пришёл Хокаге, который решил приютить его… но даже после этого, Джиген влиял на жизнь Каваки. Приманив к себе сына Наруто…

Снова этот сон. Он находится в мешке, что подвязан к потолку… эта жидкость, она не даёт ему умереть, но одновременно с этим, также не даёт расслабиться. Забирая воздух из лёгких, а затем вновь возвращая, как только сердце, перестаёт биться. Таким образом, Джиген хотел проявить «Карму».

Как же я тебя ненавижу… Я тебя ненавижу…

Эхом отдавалось злобное рычание Каваки. Он резко размыкает глаза, вставая с кровати. Тело дрожит от напряжения, а сердце стучит, отдавая весь ритм в барабанные перепонки. Дыхание прерывистое, а глаза глядят куда-то сквозь пальцы, пытаясь разглядеть, всё ещё не исчезнувшие силуэты из сна…

— Всего-то сон… снова… — произносит с облегчением он, шагая на кухню. За окном сияет луна, кажется сейчас пол третьего ночи, но Каваки больше не хочет спать.

Сидя на кухне, он молча глядел на чайник, что медленно начинал вскипать. Мысли были заняты Хокаге. Сейчас положение в деревне было довольно тяжёлым, как и во всём мире. Он не понимал, что ему делать дальше… Его мучило то, что старшие шиноби, а в частности Шестой не выпускал никого из чунинов…

Я ведь практически Джоунин, неужели мне нельзя выйти за пределы стен деревне?! — воскликнул мысленно с досадой, Каваки. — Чего они так бояться? По хроникам истории прошлого, на войне участвовали даже дети… Так какого же хрена, они держат меня здесь?!

Чайник засвистел, оповещая, что вода дошла до точки кипения. Каваки постепенно, также начал ощущать как внутри всё закипало от негодования. Встав из-за стола, он быстро потянулся к чайнику, дабы поскорее убрать его с плиты, этот надоедливый свисток, сильно раздражал. Однако неосторожность сыграла злую шутку и он дотронулся пальцами до самого чайника, ощутив резкую боль. Опрокинув его, схватился за запястье и в этот момент, карма активировалась.

Глубоко вдохнув и выдохнув, Каваки попытался изо всех сил сдержать эмоции. Он понимал, что если сорвётся, то избежать жертв будет уже нельзя, а потому нужно было держать эмоции строго под контролем. Помогали ему, как ни странно, мысли о Наруто. Он был для него практически всем, если так посудить.

— Чёрт… ещё бы чуть-чуть и беды не миновать… — облокотившись спиной на кухонный гарнитур, облегчённо выдал Каваки.

Ему ощущалось, будто эта квартира давила на него, стискивая его и не давая нормально продохнуть. Поэтому решение выйти и подышать свежим воздухом, образовалось как здравый вывод.

И это действительно помогло. Прогуливаясь в одиночестве по парку, он медленно брёл по брусчатке освещаемой холодной луной и ветром, что заставлял кроны деревьев, колышется. Мысли сами собой начинали уходить от депрессивных и раздражающих тем, уходя куда-то в более светлые и тёплые воспоминаниях о всех тех днях, что он провёл здесь.

Медленно бредя куда глаза глядят, Каваки вдруг заметил своими тёмно-голубыми глазами, знакомый силуэт девушки. Эти длинные тёмные локоны и освещаемые бледным светом, красные очки, что были на красивом ровном личике девушки… да это явно была Учиха… вот только лицо её было совершенно не естественным. Каваки это немного смутило, он нерешительно, тихим шагом побрёл к ней.

— Привет… — решив окликнуть Сараду, подал голос Каваки, — что ты делаешь здесь в такой час?

Сарада слегка вздрогнула от внезапного появления Каваки, но быстро пришла в норму, сделав вид будто ничего с ней не было. Слегка вздохнув, она ответила тем же вопросом:

— А ты? Не думаешь, что прогулки в такой поздний час, это ненормально?

— Я просто… хотел разогнать кое-какие неприятные мысли. — ответил нехотя Каваки, подойдя к скамейке. — Ну а ты? Тоже мысли мучают?..

Девушка заметно смутилась, сжав пальцы, глаза забегали куда угодно, но только не на своего напарника. Ей честно говоря, хотелось побыть одной, но она не могла прогнать Каваки, понимая, что и тот тоже натерпелся многого, может быть, даже и похуже чем она сама.

— Если не хочешь говорить, то ладно, я ведь не заставляю. — понимающе кивнув в её сторону, высказал Каваки.

Учиха впервые видела его таким. Спокойным, немного грустным… обычно, Каваки никогда не показывал себя настоящего. Всегда старался быть нейтральным, может быть даже чересчур, закрываясь в себе, и не давая даже сокомандникам узнать, что таится у него на душе. Но сейчас, видимо что-то всё же раскололось в нём. И Сарада решила не упускать эту возможность, наконец-то по настоящему поговорить с ним.

— Я… сегодня чуть не убила кое-кого. — с трудом призналась Сарада.

— Ого… — нахмурившись и слегка дёрнув головой в сторону девушки, только и смог выдавить из себя Каваки. — Ну знаешь, к этому привыкаешь, не сразу, но…

— Издеваешься? — возмутилась Сарада в ответ, повернувшись всем телом к напарнику, что тут же слегка отскочил от неё на противоположную сторону скамейки. — Это лучшее, что ты мог придумать, серьёзно?

— Ладно-ладно, господи… — раздражённо прервал Каваки, закатив слегка глаза. — Человек, которого ты хотела убить… кто это?

Девушка вновь поникла, опустив голову, когда мысли заходили о ней, то всё становилось паршиво на душе. Хотелось исчезнуть из этого мира или хотя бы вернуться во времени в прошлое, чтобы исправить ту ошибку, что она совершила, напав на неё…

— Юки… — ответила тихим голосом Сарада.

В этот момент, сердце Каваки ёкнуло. Пальцы сжались в кулаки, ведь когда-то, он сказал Сараде о том, чтобы та даже и не думала о нападении на эту девушку. Лицо скривилось в оскале, а карма на руке, начала мигать, предвещая скорую активацию. Каваки не устраивало подобное стечение событий, потому он шумно вдохнул побольше воздуха, дабы успокоить свои нервы, а затем резко встал на ноги, закрыв глаза.

— Она надеюсь… не пострадала? — как можно более спокойно, спросил Каваки, не поворачиваясь к Сараде.

— Нет, к счастью, появился какой-то странный незнакомец, который остановил меня. — ответила Сарада, чувствуя, что от Каваки несёт чем-то не очень дружелюбным. — Слушай, я знаю, что сделала нечто глупое и постыдное, но я осознаю это! Хочу вернуться обратно и не совершать эту глупую ошибку…

— Да, ты явно сделала то, чего не стоило делать!.. — раздражённо рявкнул Каваки, повернувшись к Сараде лицом. — Я ведь… просил тебя!.. Просил чтоб тебя, даже и думать не сметь о том, чтобы навредить ей! Но ты не удержалась… Почему? А, что такого в этой девчонке, что ты хочешь прикончить её, Сарада?!

Сарада молчала, зажмурив глаза. Но Каваки не унимался, он подошёл к ней и схватил ту за плечи, вновь и вновь вопрошая, почему же та, так страстно желает уничтожить белокурую куноичи.

— Ну, ответь же мне! — воскликнул перейдя на крик, Каваки.

— Всё из-за Боруто! — также гневно вскрикнув, наконец дала ответ сама себе Сарада, долгое время, обманывая и закрываясь от этого странного чувства к Узумаки. — Это всё из-за него!.. Я раскалываюсь на части, потому что… не знаю, что мне делать!

Каваки выдохнул, взглянув в измученное лицо Сарады, в её наполненные слезами глаза, что светились алым цветом. Он не боялся этих глаз. Потому что знал, что она не навредит ему. Они ведь команда… и сейчас, перед друг другом, наконец-то обнажили собственные души, настоящие, столь же хрупкие и непонятные, как снежинки…

— Да… наконец-то ты показала мне себя настоящую. — искренне, слегка улыбнувшись, проговорил Каваки, глядя зачарованными глазами на Сараду. — Потому что… я тоже боюсь. Боюсь того, что не смогу никого защитить, боюсь того, что меня вновь заберут в этот ад из которого меня вытащили вы все… Боюсь, всё потерять… и я тоже, не знаю, как относиться к этому идиоту, что пошёл против собственного дома и родных. Хочу понять его… и даже не знаю… наконец-то вмазать ему за всё то, через что он нас заставил пройти.

Они сидели там. В полном одиночестве, освещаемые бледной луной, что глядела на них, словно Божество решившее посмотреть на этот бренный мир, окутанный непонятной человеческой расой с её сложными чувствами. С расой, что готова причинять друг другу боль, ради блага и спасения… С расой, что иногда становится куда выше пресловутых Богов с их бездушными оболочками.

Клан Узумаки — один из самых древнейших кланов и в то же время, один из самых опасных. Однако, не все в этом клане, имели чудовищно огромные запасы чакры. Вопреки всем сплетням и легендам, внутри него, был особенный род, который, как раз-таки и управлял всем кланом.

Хоть люди и говорили о том, что Узумаки, были страшными людьми, что были способны стереть с лица земли целые страны, в реальности же, они были благородны и добры к людям. Каждый, кто хотел вступить в их клан и помогать им, становился членом их семьи. И таким образом, образовалось небольшое поселение.

Люди были преданы семье Узумаки. Готовы были даже убить себя, но не предать тех, кто дал им шанс на новую жизнь. Взамен на преданность, семья поделилась с ними секретами… особыми печатями, как разрушительными, так и исцеляющими.

И всё же, как иронично вышло, что один из сильнейших кланов, исчез с лица земли, оставив после себя лишь руины от былых знаний. Многие ищут эти знания и даже находят крупицы, что дают им небывалую мощь, однако же, это лишь малая часть той чудовищной силы, которая может запечатать или даже искривить сами законы природы в свою выгоду.

Кэтсуо практически каждый вечер, слушал истории, о могуществе своего клана. О том, как его почитал и одновременно с этим, боялся весь мир. Даже Сенджу, те кто заключили союз с ними, побаивались той странной силы, которой обладали красноволосые… Для маленького мальчика, заключённого на таком же небольшом острове, эти истории, казались неким глотком свежего воздуха. Кэтсуо представлял себе, те величественные здания, которые описывал папа, каждый раз, когда он просил его, рассказать ещё и ещё… Как бегал по лесу, представляя, что сражается с вражескими ниндзя, используя мощные печати.

Эти фантазии… они всегда спасали мальчика от одиночества. На острове было мало детей. Многие из жителей, покидали остров. Оставляя своих родителей доживать свои дни на этом глухом клочке земли.

Эта странная тяга к неизвестному, всегда пылала внутри и с каждым новым днём, Кэтсуо было всё труднее и труднее сдерживать её. Однако, когда мать заболела, этот жар слегка притух. В голове Кэтсуо были мысли, только о матери. Потому что он чувствовал, что эта болезнь не обычная… она утянет её в загробный мир, хоть он и не хотел в это верить.

И всё же, его страшные мысли, сбылись. На острове не было необходимых лекарств и потому, Кэтсуо вновь попытался убедить отца выйти в свет, чтобы вылечить мать где-нибудь там вне острова. Но даже так… отец был непреклонен. Даже когда мать умерла… он всё продолжал твердить о том, что их место здесь и им нельзя выходить в свет.

Вскоре и отец ушёл вслед за матерью, когда на остров напало чудовище. Старик тогда рыбачил в своём излюбленном месте. Там — где никого и никогда не было. То место было, что-то вроде — храма одиночества. Где он мог спокойно подумать о своём. В свою очередь, Кэтсуо был очень зол на отца. Он винил его в том, что мама умерла, хоть и понимал, что это было довольно глупо… отец ведь любил её. По крайней мере, ему хотелось в это верить.

Когда Кэтсуо прибежал на помощь к отцу, было уже поздно. Огромное чудище в виде гигантской мурены, разрывало тело старика на пополам, когда Узумаки младший подоспел на пристанище отца. Но дальше… всё было, как в тумане. Разум, всё никак не хотел показывать всей картины… но многие жители говорили о том, что произошёл некий всплеск, после чего, ни отца… ни монстра больше не было.

Странно, но Кэтсуо говорил открыто о своём прошлом. Он не утаивал от Хокаге ничего, словно, он держал всё это в себе, не в силах кому-либо рассказать. Его голос был ровным, когда тот говорил о детстве… дрожал, когда речь заходила о матери. Он усмехался, упоминая то, как мама вечно будила его рано утром и заставляла заправлять за собой постель, и чуть ли не плакал, когда история подходила к моменту её смерти…

— Твоя жизнь, довольно печальна. Хотя, у всех нас есть шрамы на сердце. — проговорил Какаши, полностью выслушав историю Узумаки, — Ты хочешь поговорить с Узумаки Наруто, Седьмым Хокаге, чтобы что? — голос Какаши был холодным и ровным, будто штиль, он глядел на одного из выживших потомка жены его учителя, трезвым и проницающим саму душу, взглядом. — Узнать от него, где находиться его сын?

— Я не собираюсь… убивать его, ясно? Он выходец из моего клана… Боруто носит фамилию великого рода, и при этом очерняет её… Я обязан найти его. — проговорил Кэтсуо, всё ещё твёрдо стоя на своём.

— Да, конечно, а что насчёт самого Наруто? Как ты думаешь, скажет ли он тебе о своём сыне? — ответил вопросом на вопрос, Какаши. — Что если… я не знаю, он решит упечь тебя за решётку за то, что ты пытаешься убить его сына.

— Он ведь Хокаге… его обязанность защищать своих поданных от таких как… его сын. — негодуя, высказал Кэтсуо. — Когда ты управляешь чем-то, столь огромным, как деревня Листа и от тебя зависят жизни многих, разве… жизнь сына, превыше общего блага?

— Это не тебе решать. — прервал Хатаке, нахмурив брови. Он понимал, что мотивы этого человека, были довольно расплывчаты. И всё же, Какаши не хотел просто избавиться от такого, весьма редкого человека. — Никто не имеет права забирать чужую жизнь.

— О да, скажи это Боруто, на руках которого, кровь многих жителей исчезнувшей деревни Облака. — усмехнувшись, ответил Кэтсуо. — В общем, я больше не намерен с тобой болтать, Шестой. Приведи Седьмого или я сам, найду его.

После этих слов, Кэтсуо опустил голову вниз, закрыв глаза. Он больше не реагировал на вопросы Шестого Хокаге и когда тот понял, что больше ничего не добьётся, всё же решил, оставить того в покое, на какое-то время.

Это твоя вина отец… Из-за твоего упрямства она… Из-за тебя!!!

От накативших воспоминаний, лицо Кэтсуо вдруг скривилось в гневностном оскале, тогда как из глаз капнули слёзы. Снова ему пришлось пережить тот страшный день. Снова в нём проснулась ненависть…

Узумаки Боруто шёл в сторону тренировочной арены. Тёмные коридоры подземного комплекса в котором они находились, весьма сильно, начинали раздражать своей, излишней темнотой. Блондин даже подумывал, обсудить перепланировку базы, так как мрачность, вряд ли кому-то будет поднимать настроение. Даже некоторые лампы, что освещали коридор, практически тускнели. Боруто оставалось лишь размышлять, для антуража всё это, или же в комплексе банально, не хватает электроэнергии.

Вдруг из-за угла очередного коридора, что уходил далеко в сторону, показался приближённый Джигена. Боруто даже слегка опешил от столь внезапного появления Кодо. Обычно, его сенсорные локаторы, улавливали чужую чакру, не меньше пяти метров от самого Узумаки… но сейчас… он словно возник из ниоткуда, резко появившись в поле его радара.

— Кодо, какими судьбами? — спрятав изумление под лёгкой усмешкой, воскликнул Боруто.

— Я шёл в тренировочный зал. Мои навыки слегка притупились из-за долгого… отсутствия каких-либо миссий. — ответил тот, пристально глядя на Боруто. — А ты куда свой путь держишь?

Боруто также пристально глядел в глаза Кодо, а после, сжал губы, ответив:

— Ничего себе… видимо Джиген очень дорожит тобой, раз не отправляет на миссии… — Узумаки продолжил свой беззаботный шаг, пройдя мимо Кодо, — Я кстати тоже иду туда. Надо потренироваться, перед очередной миссией.

Кодо нагнал Боруто, молча глядя вперёд. Сейчас был слышен лишь стук подошв о холодный кафель и нервное биение сердца Узумаки, что изредка поглядывал на одного из загадочных внутренних членов Кары. Боруто не исключал того, что ему придётся сражаться с ним, хотя нет, это должно было произойти.

Тренировочный зал по сути, разделялся на несколько секций. В первом, куда заходили члены Кары, можно было просто привести свою форму в порядок. Довольно просторная комната с зеркальными стенами и множеством тренажёров. В общем, ничего обычного, хотя учитывая то, что большая часть внутренних, имели разного рода технологических имплантов, то полезность этой комнаты, начинала улетучиваться. Второй же секцией, к которой вела небольшая дверь с красным оттенком, являлась тренировочным «полигоном». Он был создан из особых «нано-кубов» которые могли проецировать разного рода опасностей, а также создавали ботов, которые имитировали врагов. Туда, как раз и собирался Боруто, чтобы слегка размяться. Ожидаемо, туда направился и Кодо, что молча последовал за Узумаки.

Какое-то время они стояли напротив друг друга, молча глядя в никуда. Наконец, Кодо решил начать первым разговор:

— Знаешь, эта комната создана из особых кубов, которые сделал один очень выдающийся учёный. Ты уже с ним знаком конечно же, он сделал несколько апгрейдов и мне в том числе.

— Ты говоришь о Амадо, я так понимаю? — уточнил Боруто.

— Да… он очень умён, но это меня и беспокоит, — с этими словами, Кодо начал снимать свой плащ. — Признаться честно, я ему не очень-то и доверяю, как и многим из внутренних. Ты ведь слышал о том, что у нас здесь завелась какая-то крыса?

— Да. Сейчас все на взводе. Но я стараюсь не думать об этом, а сосредоточится на миссии. — ответил Боруто. — И потом, думаешь кто-то сможет помешать Джигену с исполнением его плана?

— Конечно нет, — усмехнувшись, ответил Кодо, однако глаза его, говорили об обратном. Сомнение расплывалось по всему его разуму. — но… нужно всё же перестраховаться. Мало ли… может быть, среди нас, найдётся тот, кому будет не по душе то, что хочет сделать Ис… Джиген.

— И чего ты же сейчас добиваешься? Моего, возможного, признания? — решив не играть дальше в эти странные диалоги, вопросил Боруто. — Джиген очень сильно доверяет тебе, поэтому, скорее всего, ты и ищешь этого самого «предателя». Скажи мне, Кодо, ты и меня, считаешь «предателем»?

— Я не считаю… а лишь предполагаю. — поправил его Кодо, пристально глядя на Боруто.

— Понимаю. Я ведь новичок в вашей, этой вот, супер-залупер команде. — наигранно улыбнувшись, высказал Узумаки. — Поэтому слегка не вписываюсь в ваш коллектив, но слушай, дай мне просто время, и кто знает, может быть, я даже найду настоящего предателя. У тебя есть ещё какие-нибудь подозреваемые, помимо меня?

— Есть, однако, среди них, ты не сильно то и отличаешься. — Кодо медленно сжал руку в кулак, словно готовясь к чему-то. — Не хочешь размяться? Я слышал много чего о твоих способностях, и потом, я большой поклонник Ооцуцуки. Поэтому, попробовать сразиться с кем-то, кто имеет в себе частицу силы Богов, очень… волнительно.

— Не разделяю твоего восторга, -, ответил Боруто. — По мне так, они отвратительны…

Кодо активировал белую карму, после чего, его правая рука трансформировалась в нечто когтистое. Боруто в свою очередь, также активировал карму, сжав рукоять своего клинка.

Первым двинулся Кодо. Его скорость была на порядок выше обычного человека… хотя нет, она была сравнима даже с Ооцуцуки. Его белая карма, была не просто для красоты, как видно. Она давала всё те же стандартные наборы качеств любого Ооцуцуки: сила, скорость, реакция. Боруто пытался нанести удар клинком, но Кодо, быстро среагировал перехватив лезвие, своей «монструозной» рукой.

Боруто создал в другой руке расенган, попытавшись ударить Кодо в живот, но скорость этого парня, просто пугала… Он сумел каким-то образом, извернуться, дабы расенган не попал по нему, после чего, внезапно ударил правым коленом прямо по виску Боруто.

Сила его удара была значительной… Всё перед глазами блондина, начало плыть, а по виску, заметно так, почувствовалась тёплая струйка крови. Карма, естественно, мгновенно исцелила рану, а сам Боруто, начал потихоньку выходить из себя. Его разум, начинал показывать ему странные образы, словно раньше, он уже видел Кодо… вот только эти воспоминания… они будто бы, намеренно были стёрты кем-то.

Карма начала светиться сильнее, а узоры, распространяться дальше по телу, тем самым усиливая своего носителя. Вокруг Узумаки, всё начало искажаться, словно само пространство не могло выдержать всплеска той энергии, что таилась в нём.

— Вот это сила… да, покажи мне её, Боруто! — пролепетал Кодо, ощущая страх и одновременно с этим, восхищение.

Боруто, внезапно исчез в свечении голубого сияния, после чего, позади Кодо, образовался разрез, что расширившись, выплюнул из себя Узумаки. Он резким движением, схватился за затылок Кодо, а затем с силой ударил того лицом об пол, да так, что кубы начали трескаться, размазывая алую кровью, хлынувшую из разбитого лица, почитателя Ооцуцуки.

— Ну как, тебе нравится? — процедил, скрипя зубами, Боруто.

Кодо в ответ, резко оттолкнулся от пола, после чего, замахнулся когтистой лапой по лицу Боруто, но блондин и сам, стал куда проворнее и быстрее. Его глаз светился ярким голубым цветом, и потому, каждое движение Кодо, теперь ясно читалось.

Боруто перехватил когтистую лапу Кодо, после чего, сжатием, сломал её, вызвав у Кодо, истошный крик боли. Однако на этом, он останавливаться не желал. В нём начинали просыпаться утерянные воспоминания… закрытые глубоко в тени разума, и в них, он видел этого ублюдка.

Сжав горло Кодо, он с силой вновь прижал того к земле. В глазах Боруто, не было и толики разумного. Он будто бы, подчинялся своим собственными забытым воспоминаниям, ощущал те же эмоции, которые испытывал в тот момент. Ту же злобу, которая накатывала каждый раз, когда он видел рожу этого самодовольного урода.

На земле образовался «коготь» после чего, Кодо исчез в ней, оказавшись, чуть поодаль от Боруто. Тяжело дыша, он на удивление, не ощущал какой-либо злобы по отношению к Узумаки.

— Вот это да… в тебе проснулись инстинкты Ооцуцуки. Я ясно вижу это в твоих глазах. — сказал Кодо, сжимая и разжимая исцелённую руку. — Как бы не было нам хорошо от битвы, но её нужно заканчивать.

Боруто молча испепелял своим взглядом Кодо, он не собирался прекращать. Не после того, как Кодо заставил его вспоминать фрагменты настоящего прошлого… Узумаки не мог смотреть на Кодо, спокойным или безразличным взглядом. Внутри него всё бушевало, а карма лишь усугубляла всё, наполняя тело и разум, этой энергией, от которой хотелось всё разрушить.

— Я убью тебя… — прошипел Боруто.

Кодо даже не успел вопросить в ответ, как Узумаки, покрывшись голубым свечением, настиг его в считанные секунды, резко схватив за горло. Сжимая глотку, Боруто с нескрываемой ненавистью пронизывал своим взглядом Кодо. Из его лба, начинал прорастать рог, что давало понять, разум Боруто, всё дальше и дальше, уходил в небытие, давая возможность Ооцуцуки, позабавиться. Кодо в свою очередь, уже понимал, что ситуация, начинает выходить из-под контроля. Сосредоточившись, он углубил силу своей кармы, тем самым увеличив все параметры в два раза. Оттолкнув от себя Боруто, он приготовился к предстоящей, довольно сложной и опасной битве.

— У тебя что-то случилось? Тебя ведь вроде как не раскрыли, да и Боруто, теперь на нашей стороне… — тихо проговорил Амадо, глядя на своё творение.

Кашин Коджи, после инцидента в деревне Скрытого Песка, начинал всё чаще и чаще видеть воспоминания своего оригинала. Когда он засыпал, задумывался о чём-то и просто… невзначай, они прорезались, сквозь его воспоминания. Это его пугало. Он боялся, что в какой-то момент, Джирая очнётся, тогда как он сам, просто… исчезнет.

— Эти воспоминания… вы ведь мне говорили, что они уйдут, со временем. Но, после той миссии в стране Ветра, всё только ухудшилось. Я вижу ясные образы, прошлого члена «Легендарной Троицы». — проговорил не без беспокойства, Кашин. — С каждым новым приступом, я чувствую, как моё настоящее «я» уходит в небытие.

Амадо понимал, что его творение было несовершенным. Кое-какие погрешности всё же выявлялись. Даже таблетки больше не помогали от просачивания воспоминаний. Клонирование это весьма тонкое и очень сложное дело, всегда будут какие-то проблемы или недочёты.

— Сосредоточься на том, для чего ты был создан, Коджи… — безразличным голосом ответил ему Амадо. — То, что происходит у тебя в голове, ты должен своими собственными силами подавить. Таблетки может быть и будут ослаблять в каком-то роде, те вспышки воспоминаний оригинала, но… полностью устранить этот дефект, им не под силу.

Кашин не раз уже слышал подобное высказывание от своего создателя. «Не забывай о том, для чего ты был создан». Он всегда держал это у себя в голове. Эти слова помогали ему, до поры до времени, а затем, его голову начали посещать совершенно иные мысли. Его собственные. Он верил в то, что он мог принимать собственные решения… вот только, страх перед неизвестным, всё же побуждал его следовать строго плану.

— Хорошо… как скажете. — вздохнув, согласился Коджи. — Что насчёт, Боруто Узумаки?

— Во первых… похоже наш светловолосый друг, слегка не из этой реальности. — внезапно выдал белокурый учёный, вновь закурив сигарету.

Кашин Коджи, нахмурившись, слегка повернул головой, как бы вопрошая: что?

— Ну понимаешь, есть такая концепция: множественных вселенных, наполненных одинаковыми людьми, но с совершенно разными судьбами.

— Но… Амадо-сан, разве это не детские присказки? — с сомнением спросил Кашин.

— До вчерашнего дня, я тоже считал это полным абсурдом. Но… я взял кровь на анализ у Боруто. И увидел кое-какие различия… моя память довольно хороша, и я запоминаю много деталей, ну так вот… Я взял свежую кровь Боруто, а затем сравнил её со старым образцом. Их группы, отличаются. Всё идентично… абсолютно.

— Может быть, это клон? — предположил Коджи, всё ещё не веря в слова Амадо.

— Эту версию я тоже обдумывал, но нет… если бы он был клоном, то абсолютно всё, было бы идентичным. У здешнего же, Боруто, всё совершенно по другому: кровь, строение тела и мышечный рост. К тому же, он получил довольно болезненную и серьёзную рану в плечо, от которой, я прогнозировал, будет очень большой шрам. И что ты думаешь? Когда я обследовал его, то никакой раны и в помине не было…

Амадо задумчиво повернулся к рабочему столу, словно вдруг вспомнив о чём-то ещё. Судорожно перебирая документы.

— И вот… отчёт Кодо, по той миссии, когда он нашёл Узумаки Боруто. — передал учёный, своему творению, дабы тот прочёл его. — В нём, Кодо упоминает о том, что в какой-то момент, источник кармы Боруто, словно… раздваивается. И если сопоставить все факты, то можно прийти к выводу — Узумаки Боруто, это не тот, кто был до этого в Каре. По крайней мере… не в этой реальности.

— Ладно… допустим, это так… что вы собираетесь делать? — решив всё же принять данную, странную версию, вопросил Коджи.

— Пока не знаю, но если моя теория верна, то… глаз Боруто, это ключ к двери, за которой, множество вселенных… Вот только вопрос… чей же глаз, пригоден к прорыву сквозь вселенные?

— Что это? — вопросил Амадо, ощутив как пол под ногами, начинает трястись, словно где-то на базе, что-то взорвалось.

— Без понятия… — ответил, настороженно, Кашин Коджи. — Сидите здесь, я проверю, что там происходит.

Мужчина в плаще, выбежал из лаборатории в коридор, где отчётливо ощутил, очень знакомое чувство тревоги и некого ужаса. Он уже понимал, что в этом землетрясении был виновен Боруто. Этот светловолосый юноша, с шрамами на сердце и лице, почему-то сильно беспокоил его. Сам Кашин был не уверен, его ли чувства, привели к подобному или же, память о былых временах Жабьего отшельника, играли с ним, подобные игры.

— Какого хрена здесь творится?! — воскликнула гневно Дельта, возникнув в коридоре.

— Я… не знаю. — ответил ей, Кашин, решив не подставлять Боруто, из-за собственных домыслов.

— Это чувство… может быть, опять этот гадёныш Хокаге, постарался? — с явной дрожью в голосе, произнесла Дельта, вспоминая тот день, когда Узумаки вышел из-под контроля и уничтожил одно из её тел.

— Может быть…

Началась новая тряска в ходе которой, с потолка начала сыпаться штукатурка. В этот раз тряска была гораздо сильнее предыдущей, словно тот, кто это делал, начинал набирать обороты. Замигали сигнальные огни, оповещающей о чрезвычайной ситуации. И теперь, множество учёных и просто работников, выбегали из своих лабораторий и рабочих мест, напуганные, столь резкой переменой обстановки.

— Такими темпами, от нашей базы, нихрена не останется! — воскликнула Дельта, побежав вперёд по коридору.

Кашин Коджи, сжимая кулаки и выдохнув, также последовал за ней. Понимая, что сейчас ему предстоит, видимо останавливать, достаточно мощного монстра в облике мальчишки.

— Да… давай же! Покажи мне истинное нутро! — продолжал смеяться Кодо, трепеща от наслаждения, перемешанного с ужасом.

Боруто объяло голубоватая пелена, которая с каждой секундой начинала нарастать. Повязка со лба слетела, освободив, быстро растущий рог. Голубые символы на теле, начинали распространяться по всему телу, также ярко светясь в этом полумраке вихря из энергии, высвобождаемой кармой.

Вспышка гнева, активированной кармой и внутренними демонами, что таились в нём всё это время, пробудила стёртые и столь больные воспоминания… Они открыли ему истину того, зачем он пришёл в этот чужой и одновременно — родной ему мир.

— Я убью тебя… — прошипел гневностно Боруто, резко подлетая к ненавистному врагу и хватая того за шею, обеими руками.

Кубы, что изначально, должны были сдерживать мощь, даже улучшенных и усиленных всевозможными технологическими имплантами внутренних агентов, не выдержали мощи Ооцуцуки и треснули, после чего, в тот же момент, взорвались.

Стена разрушилась вдребезги, выпуская в коридор бушующий поток из энергии, что разбивала лампы. Боруто с силой прижимал к стене Кодо, на лице которого, начинали проявляться нотки тревоги, а зубы стиснулись, от трудности дыхания.

— Как же я… ненавижу вас… — прошипел Боруто, глаза которого, сияли бледно-голубым свечением. — Я вырву твою жизнь, а затем примусь за остальными, и так далее…

— Вот ты и показал свой облик… — прохрипел, ликуя Кодо.

Боруто рявкнул, а затем с силой прижал Кодо к стене, от чего та, не выдержав, также разрушилась. Член Кары, отлетел в другую стенку, а сам блондин, тяжело дыша, оглянулся в сторону длинного коридора, где стояли шокированные Дельта и Коджи.

— Боруто, что ты делаешь? — вопросил, Кашин Коджи, как можно более уверенным голосом. — Ты хоть понимаешь, что сейчас напал на собственного товарища?

При слове «товарищ» Боруто скривился. Для него это слово, давным-давно утратило смысл. У него не было товарищей. Не было друзей. Все они сгинули в давным-давно, сгнившем, мёртвом мире, который считался, некогда его домом.

— Вы просто кучка нелюдей, решившие, что ваша цель, послужит миру… — выплюнул с ненавистью Узумаки, — И до вас были такие уроды и после вас будут. Поэтому и нет смысла, жалеть вас… Изгоев собственной судьбы.

Он вытянул руку, после чего, весь коридор, объяло голубым свечением. Всё вокруг начало трескаться, Дельта поняв, что задумал Боруто, выстрелила в него лучами из своих глаз, но тот легко их поглотил с помощью своей кармы.

— Вот чёрт! — выкрикнул Коджи, быстро формируя из пальцев печати.

Через мгновение, стены, потолок и пол, сжались в единый комок, обрекая всех, кто находился в поле голубого свечения, - в погребение. Узумаки тяжело выдохнул, скривив лицо. И только было, он хотел обернуться, как в лицо прилетело колено Кодо. Блондин пролетел через несколько комнат, после чего, с тяжестью поднялся на ноги.

— Хоть я и уважаю Ооцуцуки, но в данный момент, вынужден Вас остановить. — пробегая сквозь пробитые стены, высказал Кодо, рука которого, была превращена в нечто, походящее на огромный клинок.

Боруто отбил замах Кодо, одним движением своей голой руки, после чего, резко ударил ногой в живот, заставив противника вновь соприкоснуться спиной к стене, попутно выплюнув комок крови. Сила Ооцуцуки, в прямом смысле, начинала бить, целыми потоками бушующего вихря, заставляя всё вокруг трястись. Он подбежал к всё ещё отходящему от удара противнику, впечатав его лицо в бетон, одним массивным ударом. Глаза Кодо бегали в разные стороны, его тело упало на колени, пред высшим существом, что выбралось из параллельного мира.

— Вы… действительно… величественны. — ухмыльнувшись, высказал Кодо.

В руке блондина образовался небольшой расенган, что начинал приобретать, необычную, конусную форму, словно — пуля.

— Твои последние слова? — спросил его холодным тоном Боруто.

— Мне жаль… что я вас подвёл… — он медленно закрыл глаза, после чего, его губы сомкнулись в улыбке. — Иссшики-сама.

Боруто выпучив глаза, резко обернулся, заметив на долю секунды в воздухе, нечто крошечное. Кажется это был какой-то штырь… его цвет был в точности как… как… «Гудоудама» мудреца. Он выставил руку с расенганом вперёд, но штырь, резко увеличился, вонзившись прямо в грудь Узумаки. За ним, в этот же момент, из ниоткуда появился и сам Джиген, что с разворота, ударил ногой прямо в лицо Боруто, заставив того отлететь на пару метров, пробив ещё несколько стен лабораторий. Необычный расенган в руке, в ту же секунду, выстрелил из руки хозяина, пройдя насквозь, через плечо Джигена.

— Иссшики-сама! — выкрикнул встревоженно Кодо, попытавшись встать на ноги.

— Всё в порядке, Кодо… Моя рана затянется. — он выпрямился, переведя взгляд со своего верного слуги на того, кто находился в тени разрушений и поднявшейся пыли. — Я даже и подумать не мог, что ты так сильно разозлишься… В тебе… нет того Узумаки Боруто, которого я знал.

— Я не «слабенький мальчик» — послышался резонирующий голос Боруто из тьмы проломленных стен, где сиял единственный глаз, словно луна в ночном небе. — Я нечто большее чем просто человек… Ты сдохнешь, рано или поздно, Иссшики…

Эти странные перемены в юноше, вгоняли Джигена в ступор. Он не мог понять, почему этот жаждущий отмщения Ооцуцуки, мальчишка, ищущий любые способы их одолеть, вдруг так сильно изменился. Его разум, аура и даже чакра… всё, в один момент, изменилось в нечто более тёмное и холодное. Будто бы перед ним был не человек, а полноценный Ооцуцуки.

Далеко на севере… там где холод, казалось мог убить человека, навеки заковывая окоченевшее тело в ледяные объятия этого безлюдного и мёртвого места — находился храм. Метели снега, окутывали его туманом, полностью закрывая его от людских взоров. Его возвели, казалось, целую вечность назад. Ведь он был предназначен для тех, кого люди, вспомнили лишь недавно.

На входе перед воротами в сам храм, стояли статуи величественных «Богов» что когда-то, похоже, уже посещали землю или же, кто-то велел построить их, дабы почтить уважение к великим.

Внутри него, всё было окутано полумраком. Колонны по прежнему стояли, удерживая множество плит, что служили этому месту некой крышей или же куполом от холода извне. Отовсюду веяло отрешённостью и мертвой тишиной, прерываемой лишь сквозняками. Куда не глянь, ты мог увидеть силуэты бледных Богов. Рогатых, высоких и полуразрушенных, но всё также, пугающих.

За одной из таких статуи, находился проход. Он был скрытым, словно те, кто возводил его по кирпичикам, хотели сохранить его тайну. Там, в кромешной тьме, таилось нечто, очень опасное. Храм был заброшен, после гибели Ооцуцуки Кагуи, её сын Хогоромо, не смог разрушить храм, всё ещё чувствуя привязанность к матери, он велел людям, больше никогда не ступать на эти земли, окутав их метелью. Он знал о том, что в глубинах храма, нечто проклятое, но даже его силы не смогли что-либо сделать с ними… Конструкция, была словно живой, и потому не хотела исчезать. Не позволяя никому подступиться к себе…

Под храмом, среди полумрака и бегающих крыс, что чудом смогли выжить в столь холодных землях, находилось весьма просторное помещение. Зажигая факелы, что казалось должны были давным-давно сгнить, взору непрощенного гостя, открывалась картина в виде огромного алтаря высеченного из обсидиана. Переливающийся тёмно-фиолетовый цвет, мерцал при свете огней, он был исписан множеством непонятных символов, похожих на те, что активировались кармой на носителях.

На этом алтаре, восседал блондин, глаза которого были устремлены куда-то в глубь самого пространства. Он словно был не здесь, а где-то далеко… вне нашего времени, вне нашей реальности.

Но внезапно, его словно вынесло обратно, причём, довольно грубо. Он откинулся назад, чуть ли не слетев с алтаря. Его дыхание было тяжёлым и прерывистым, он огляделся растерянным взглядом, после чего, начал потихоньку приходить в себя.

— Что за… снова разрыв… но в этот раз, совершенно другой. — пробормотал осипшим голосом Узумаки. — Может быть, мне не стоило доверять ему…

Он медленно встал на ноги, пройдясь пальцами по растрёпанным волосам. Сколько прошло времени с того момента, как он погрузился в транс, ему было невдомёк. Может быть часы, а может быть и дни… Ноги предательски дрожали от долгого нахождения в одном положении, а спина то и дело хрустела, как и шея.

Медленно сделав ещё пару шагов, он оступился. Похоже, что в медитации, он провёл не один день… Повернув свой взор к разбитому зеркалу, что висело на одной из колонн, Боруто устало вздохнул, увидев в отражении: немощного, худого и бледного дохляка. Щёки впали, а кожа была, словно он только что вышел из гроба, готовый сосать кровь невинных людей.

Единственное что видимо спасало его от истощённой смерти, так это — карма. Дар и проклятье… мать его. Но, все эти жертвы, должны были быть не напрасны. Боруто не хотел того будущего, что показывал ему глаз. Он не мог позволить судьбе, всё решить за него.

Несколько дней назад, перед уходом в «транс», он ощутил мощную волну тёмной энергии, что сочилась явно не из этого мира. Всей своей душой и телом, Боруто в тот момент, ощутил, как лапы странного внеземного существа, обхватывали его, пытаясь высосать все жизненные соки. Джооган, однако же, отпугнул это «нечто», и оно словно… дёрнулось. Или же узнало… в её глазах, не было ничего, кроме голода, но в тот момент, на долю секунды, Боруто готов был поклясться, что оно узнало его.

— Похоже, мне следует всё же выйти в мир…

Пролепетал Боруто, падая на пол от истощения и усталости. Его глаза медленно сомкнулись, тогда как карма, объяло всё тело, начиная поглощать природную энергию из атмосферы и тем самым, насыщая тело Боруто. Она не даст ему умереть. Не даст, пока он не созреет…

Это произошло внезапно. И очень быстро. Никто не ожидал подобного исхода событий. Организация Кара была создана Джигеном, дабы наконец-то воплотить задуманное ещё более тысячи лет назад. То, чего не смогла сделать Кагуя… взрастить плод чакры. Но сделать это, было очень трудно… и всё же, Иссшики шёл к этой цели. Маленькими, осторожными шагами, он брёл к цели, терпеливо ожидая… Но всё полетело к краху, когда появился этот человек.

Джиген ощущал, как его тело, начинает стремительно разрушаться. Нет, конечно, он сможет выдержать битву с этим чудовищем, однако же, после этого, будут непоправимые последствия.

Боруто или же кто-то другой — стоял перед ним. Надменные, обозлённые на весь этот мир. Словно ярость всех живых существ, ожила приняв свою форму в виде мальчишки… Кодо снял с себя плащ, понимая, что теперь, дела обстояли куда серьёзней. Боруто мог уничтожить всё перед своими глазами, в особенности его драгоценного Иссшики Ооцуцуки, а этого он допустить, никак не мог.

Из под груды обломков и бетона, наружу с дикой злостью вырвалась Дельта. Глаза её горели жёлтым свечением от того, что позволил себе сделать с ней Боруто уже во второй раз. Однако же теперь, она точно была готова убить его. Коджи, что был рядом с ней, успел таки призвать лягушку, что была способна затягивать в себя любые предметы, в том числе и живых людей.

— Этот сраный ублюдок! Я ему эту руку… — злостно прокричала она, ощутив, как её запчасти, треснули от столь сильного сжатия. — Эй, Коджи, сукин ты сын, почему меня не затащил в эту жабу?!

— Во первых, это лягушка, а во вторых — времени было слишком мало… я сам еле как успел уйти от атаки… — ответил Кашин, глядя на свою сломанную и кровоточащую руку. — Сейчас, скорее всего с ним может справиться только… Джиген или Кодо. Нам лучше не лезть на рожон, будем только мешаться.

— Тц, ты как обычно, Кашин!.. — выплюнула с призрением Дельта. — Делай как хочешь, лично я, не собираюсь оставлять, всё как есть. Он заплатит за то, что сделал, к тому же, он предал нас, как только напал.

Коджи был в замешательстве. Он не знал, что ему делать. Боруто вдруг взбесился и был, как сам не свой. Хотя и было ощущение, словно, это его истинное лицо, а то что было до этого — маска, под которой он так долго ходил… Учитывая то, что сказал Амадо, возможно этот Боруто, отличается, сильнее, чем может показаться.

— Мне надо проведать Амадо и вывести его отсюда. — развернувшись, высказал Кашин.

— Как обычно, вы с ним, прям не разлей вода, — заметила Дельта, пристально взглянув на жабьего ниндзя. — Впрочем иди и без тебя разберусь с этим ублюдоком.

Вновь послышались взрывы, а за ними и землетрясение с ещё более сильной волной. Под землёй больше нельзя было оставаться. Был риск обрушения… Если они действительно начнут сражаться, от этого скрытого объекта Кары, ничего не останется.

Если Боруто столкнётся с Джигеном… стоит ли ему помочь с убийством Ооцуцуки? — подумал вдруг Коджи. — Это ведь отличный шанс, сделать задуманное! Но… для начала всё же стоит убедиться, что Амадо в порядке.

Джиген был мягко говоря удивлён, тем фактом, что Боруто решил действовать, именно сейчас. Однако, это не означало, что он будет бежать от битвы. Джиген даже был уверен, что смог бы победить Седьмого Хокаге и Учиху Саске, если бы те, всё же решились сойтись с ним в битве, но… одно дело сражаться с землянами, а другое с — Ооцуцуки. Его уверенность в победе, была шаткой… Может быть эта странная дрожь в теле, была из-за забытого чувства, присутствия угрозы от другого сородича? Может быть.

Кодо не сводил глаз с проёма, в котором находился его враг. Он понимал, что в данный момент, его господин был не в том состоянии, чтобы сражаться. Поэтому его долг — защитить и по возможности, захватить этого несносного предателя.

— Мой лорд, вам лучше… — не успел он договорить, как из тьмы, что-то выскочило, настолько быстро и мгновенно, что его глаза, еле уследили за этой вспышкой.

Боруто, на большой скорости, въехал своей ногой прямо в грудь Джигену, заставляя того отлететь назад. Он не стал терять время в пустую, переключившись на Кодо, что до сих пор, стоял как вкопанный от увиденного. Предварительно оттолкнувшись от тела Джигена, Узумаки со всей силы, вмазал коленом по скуле Кодо. По его лицу, прошлась волна, заставляющая его кожу, трепыхаться, а глаза — закатываться вверх, от столь резкой и мощной боли.

Разум пульсировал, не то болью, не то чем-то необъяснимым. Чем-то походящим на экстаз. В нём бурлила мощь Богов, о которой, он уже давным-давно позабыл. Кажется, эти чувства принадлежали не ему… а кому-то ещё…

Приземлившись на ноги, он выставил ладони в стороны отлетевших в стороны противников, а затем, с помощью силы джоогана, вновь притянул их к себе. Кодо, очухавшись от удара, попытался удержаться на месте, зацепившись когтистой рукой за бетонные стены. Джиген же, моментально уменьшил себя, тем самым, скрывшись от Боруто.

Переведя взгляд Джоогана в сторону, где был секунду назад Джиген, Боруто в тот же миг, заметил несколько шестов «Гудоудама», что летели прямо в его сторону. Одним взглядом, он изменил их траекторию, отправив к Кодо, что в тот момент, отцепившись от стены, попытался напасть сзади, поняв, что Узумаки открыл слепую зону.

— Ты правда думаешь, что я настолько беспечен? — вопросил Боруто, обратившись к Кодо.

— Что… — выпалил Кодо, перед тем, как его тело пронзило несколько штырей, внезапно появившись из ниоткуда.

Из глотки брызнула кровь, Боруто быстро развернувшись к Кодо, с размаху ударил кулаком по груди, впечатав Кодо к полу. Позади него, появился Джиген, оттолкнув блондина от своего последователя. Узумаки, не медля, тут же пошёл вновь в атаку, вытащив свой клинок.

Его движения, его злоба, он настолько хочет прикончить меня… и одновременно с этим, действует так слажено, будто… он делал это уже не один раз! — подумал Джиген, вступив в схватку с Боруто.

— Это бесполезно Джиген! — воскликнул Боруто, нанося удары один за другим. — Ты никогда не сможешь одолеть меня, никогда!!!

Джооган давал весомое преимущество. Каждое движение, каждый взмах и траекторию, Боруто видел всё это, отчётливо и ясно. Джиген же, понимая, что он начинает проигрывать в схватке, попытался вновь уменьшить себя и нанести удар с неожиданной стороны, но Боруто предвидев это, в тот же момент схватил его, как муху, воспользовавшись силой Джоогана, заставил его тело притянуться к полу.

— Ты сдохнешь здесь и… — только было Боруто хотел прикончить ненавистного им Джигена, как вдруг, оправившийся от ран Кодо, вновь напал. Боруто заблокировал удар когтистой лапой, но Кодо в тот же момент, исчез в одной из «расщелин» и появился прямо за спиной, вонзив когти в спину и пробив ими грудь насквозь.

Только было Боруто попытался ответить чем-то, как его тело пронзило ещё несколько штырей «Гудоудама» а затем и сам Джиген, вернув себе привычный рост, пробил грудь блондина своей рукой, достав до сердца.

— Эти «Гудоудама» были созданы для битвы с Ооцуцуки и ты это, вероятно знаешь, — процедил Иссшики, углубляя руку в грудную клетку Боруто, тем самым причиняя ещё большую боль последнему. — твои раны не исцеляться, пока они внутри тебя… Если их конечно не вытащить… но как ты думаешь, позволю ли я тебе сделать это?

— Да… — плюнув кровью в лицо Ооцуцуки, ответил Боруто. — Потому что… тебе нужен сосуд для… древа. Но знаешь… я тебе не дам того, чего ты хочешь… я сказал, что ты сдохнешь. И ты сдохнешь.

Боруто резко схватил Джигена за запястье, тем самым удерживая. Джооган начал ярко светиться, после чего, вокруг них, образовалось сотня светящихся частиц, которые словно… собирались в нечто единое.

— Лорд Джиген! — выкрикнул Кодо, взглянув испуганными глазами на своего идола.

— Ах ты… — прошипел Иссшики. — Я не дам тебе забрать себя с тобой в одну могилу!!!

С этими словами, Джиген оторвал свою правую руку, после чего, крикнул Кодо о том, чтобы тот бежал как можно дальше. Иссшики знал о том, что хотел сделать Боруто, он даже и подумать не мог о том, что этот мальчишка решиться на такое.

Абсолютная дезинтеграция — особая способность кармы, которая активируется лишь в тех случаях, когда Ооцуцуки понимает, что его сосуд больше нельзя спасти… Радиус этой способности, минимум 1 километра во все стороны. Она не уничтожает всю поглощённую площадь, а просто… расщепляет на атомы. На земле останется просто огромный кусок… ничего.

Кодо быстро смекнул что к чему, оказавшись мгновенно возле Джигена. Он схватил его, а после затянул в один из своих «когтей» переместившись с ним в другую точку мира. Боруто же, глядя на это, понимал, что процесс уже необратим… однако, внутри него всё полыхало досадой и злостью. Он не знал, куда деть всю эту боль, которая копилась в нём всё это время.

— Я… Н-Е-Н-А-В-И-Ж-У О-О-Ц-У-Ц-У-К-И!!! — прокричал он, оглушительным рёвом, после чего, его тело начало распадаться на атомы.

Кожа… затем мышцы, за ними внутренности, нервные окончания и в конце-концов его кости. Всё это обратилось в — ничто. Он исчез для этого мира, став чем-то совершенно невидимым. Пылью, которую никто и никогда не увидит. Но в воздухе, всё ещё отчётливо можно было услышать, его полный боли и злобы рёв… он неумолимо нёсся во все стороны, доходя до каждого уголка леса, заставляя животных встревоженно поднимать свои головы.

Прошло немало времени с того момента, как Юки поселилась в деревне Листа. Известие о том, что поселение в стране Молний было стёрто с лица земли, сильно огорчило её, как и мать. Они обе с теплотой вспоминали те дни, когда жили там… И всё же, всему хорошему, когда-нибудь настаёт конец. Однако, Юки даже и подумать не могла, что Деревню Облака настигнет столь страшная участь.

Её всегда окружала какая-то неудача… Смерть отца, предательство Боруто, и вот теперь ещё и её любимая деревня… всё это уходит в забвение. Может быть, снаружи Юки и пытается делать вид, что у неё всё в порядке, создавая ледяную маску безразличия, но в душе, полыхает пожар негодования.

Почему? За что меня так наказывают Боги? — думала она, каждую ночь, просыпаясь от очередных кошмаров, связанных с её жизнью.

Вместе с тем, в мире происходили, действительно странные и одновременно с этим, страшные явления. Словно, белая полоса человечества, вдруг сменилась на совершенно противоположную — тёмную и жестокую.

Седьмой Хокаге был объявлен, как впавшим в кому от странного явления, что настиг весь мир. В тот день, много кто погиб от волны, странной ауры. Юки и сама, чуть не умерла от наплывшего страха, однако ей всё же, каким-то чудом, удалось справиться с ним.

На днях, Юки должны были выдать протектор, в знак того, что она стала чунином. Все экзамены, она благополучно сдала, не без помощи Шестого, конечно. Однако теперь, это всё меняло… Вскоре, ей придётся выполнить парочку миссий, а возможно, если повезёт, вступить в поисковую группу по поимке Узумаки Боруто.

В свободное время, она не упускала возможности потренироваться с катаной на одном из безлюдных полигонов. Ей нравилось делать это в одиночестве, когда никто не отвлекает и можно сосредоточиться лишь на тренировке.

Но то солнечное утро, тренировку всё же пришлось прервать… Юки не подала виду, но она отчётливо ощутила, чей-то пристальный взгляд на себе. Изучающий и столь незаметный… Белокурая куноичи, слегка дрогнула, но продолжила делать вид, будто тренируется. Сделав несколько замахов клинком, она резко развернулась, чтобы понять, откуда идёт это странное чувство, чужого присутствия. Но гадать не пришлось, незваный гость, сам решил объявиться…

— Я как смотрю, ты тренируешься в поте лица, каждое утро.

В этом голосе не было какой-то враждебности. Он был мягким и даже в какой-то мере заботливым. Юки не понимала, кто же это мог быть. Ямамото убрала клинок обратно в ножны, переведя свой взгляд в чащу кронов, откуда выходила неизвестная фигура…

— Прости, я тебя напугала? — извиняющимся тоном, спросила женщина с тёмными длинными волосами. И когда та вышла на солнечный свет, Юки обомлела… потому что она точно была не готова к этой встрече.

— Ч-что Вы!.. — замешкалась тут же Юки, выставив перед собой ладони, её уверенность в миг разбилась вдребезги, а голос предательски начал дрожать. — Вы ничуть не помешали, Хьюго-сама!

Перед ней стояла жена Седьмого Хокаге и мать того, кто был для неё всем… Сердце юной девушки, забилось чаще прежнего, а ноги предательски начали подкашиваться. Юки даже и не думала о том, чтобы знакомиться с Хинатой Хьюгой, по крайней мере, пока не вернёт в деревню Боруто. Однако судьба распорядилась по своему.

— Что ты, не надо так волноваться. — голос Хинаты был таким спокойным и одновременно с этим, добродушным, что Юки действительно, слегка успокоилась. Она чем-то напоминала ей, её собственную мать. — Я просто хотела поговорить с той, кто всё же смог, растопить сердце, моего сына.

От этих слов на лице Юки проступил румянец, а глаза упали к ногам. Слышать подобное, было для неё уж слишком неловко. Тем не менее, она хотела показать себя с лучшей стороны. Ведь раз уж, ей предстоит вернуть этого идиота, то и этот этап… нужно было пройти.

— Может быть присядем куда-нибудь? — предложила Хината, оглядевшись по сторонам.

— Д-да! Конечно, сейчас… вот только, здесь нет подходящего места для… — нервно оглядываясь по сторонам в поисках, хорошего места, пробормотала Юки.

Однако её мягким голосом перебила Хината:

— Ничего, можно сесть под вон тем деревом. — указав на одиноко стоящее дерево, посреди полигона.

Они вместе прошлись до него, и всё это время, Хината слегка оглядывала девушку, что явно была зажата и не была готова к встрече. Присев под кронами деревьев, они обе продолжали лишь молчать, слушая как лёгкий ветер колышет листья, а птицы что-то себе напевают, пролетая мимо.

— Знаешь, когда я узнала о том, что у моего сына появилась спутница, была ошарашена. — издав смешок, выдала Хината, повернувшись к Юки. — Просто, мне всегда казалось, что из-за его… травмы, он не будет смотреть на противоположный пол.

— Боруто, признаться честно, при нашей первой встрече, тоже показался разбитым. — ответила Юки, задумчиво глядя себе под нос. — Но даже так, он оказался хорошим человеком. Защищал меня и заботился обо мне с матерью, когда нам пришлось уйти из родных земель.

— И всё же, я плохая мать, раз позволила ему стать тем, кем он является сейчас. — вздохнув высказала Хината, прижав ладони к ногам. — Не будь я зациклена на… смерти, своей дочки, возможно, смогла бы искоренить из него эту месть.

Юки видела по лицу женщины, что той пришлось нелегко. Боруто рассказывал ей, как сильно повлияла смерть Химы на маму. И всё же, он продолжал её любить, при разговорах, он всегда отзывался о ней, как о хорошей матери, которой просто не повезло.

— Боруто так не считает. — выпалила Юки, серьёзно взглянув на Хьюго. — Он никогда не считал Вас плохой, а один раз, даже… помнится, он навалял какому-то парню, за то, что тот выразил кое-что очень некультурное в вашу сторону. — слегка рассмеявшись, добавила Юки.

Это подействовало на Хинату, лицо её выразило слабую, но всё же улыбку. Юки ей казалась тем самым лучиком, который мог бы вновь образумить сына. Ведь раз уж он подпустил её к себе, то значит… она ему не безразлична.

— Я слышала о том, что ты хочешь стать шиноби, чтобы официально взяться за миссию по поиску Боруто, это так? — спросила Хината, с лёгкой тревогой в голосе.

— Да. — уверенно ответила девушка, — После того, что случилось в деревне Облака, меня гложет вина, за то, что я даже не попыталась образумить его. Поэтому, хочу наверстать упущенное и самолично, вернуть его домой.

Рвение девочки, ей было по душе, однако всё же были и опасения. Она ей чем-то напоминала её мужа. Такой же упрямый, целеустремлённый и добрый. Наруто действительно, много времени потратил на то, чтобы вернуть Саске, и даже когда все отвернулись от него, он продолжал верить в то, что его можно вернуть. Глядя на Юки, у Хинаты просыпалось чувство некой ностальгии.

— Ты сильно напоминаешь, кое-кого… — на лице Хинаты проступила грустная улыбка, — Очень важного для меня человека, сравнимого с Боруто…

Юки слегка приподняла брови и наклонила голову в сторону, непонимающе взглянув на Хьюго. В голове творилась каша из-за чего, она не сразу поняла, о ком шла речь. Однако, спустя несколько секунд, ступор ушёл, а на его место, пришла новая порция смущения.

— Вы… Вы имеете ввиду, Седьмого Хокаге?..

На этот вопрос, Жена Хокаге добродушно рассмеялась, но чёткого ответа, так и не дала. Столь невинной казалась ей эта девушка. И всё же, за этой красотой и скромностью, таилось нечто бушующее. Хината ясно видела в ней хорошего шиноби, ведь недаром её решился обучать Хатаке Какаши, что в прошлом, отличился знаменитостью на весь мир за весьма отличительные заслуги.

— Признаюсь, твоя техника владением катаной, меня поразила. Скажи, у тебя кто-то из родственников, был хорошим мечником? — с любопытством поинтересовалась Хината, переведя взгляд на катану, что была на поясе Юки.

Лицо Юки, в миг потускнело. Она не любила заводить разговоры о своих родителях, особенно, если это касалось отца. Хината заметив переменчивость в девушке, сразу же поняла в чём дело, потому, поспешила извиниться:

— П-Прости, если это для тебя больная тема!

— Нет, всё нормально, Хината-сама… мой папа обучил меня искусству владению катаной. — собрав волю в кулак, проговорила Юки, потрепав рукоять клинка. — Мой род происходит от очень сильного клана самураев. Потому, отец и натренировал меня, чтобы я всегда могла дать отпор тем, кто причиняет боль мне или моим близким. Боруто тоже познакомился с ним и моей мамой… жаль вот только, закончилось всё, печально…

Хината чувствовала, как голос девушки дрожал от накативших воспоминаний. Сейчас, она была столь беззащитной и несчастной, что у неё невольно руки потянулись к ней, чтобы обнять. Но она вовремя одумалась, решив, что подобный жест, покажется Юки странным.

— П-Простите, что-то я… болтаю о лишнем… — запнувшись, вдруг выдала Юки, решив, что для жены Хокаге, подобное будет считаться некой слабостью.

— Всё хорошо, — легонько скользнув пальцами по макушке девушки, успокоила ту Хината. — Ты сильная, раз смогла пройти через… подобное. Знаешь, столкнувшись с потерей отца на твоём месте, я бы наверное, не смогла дальше жить.

Юки готова была расплакаться, как только заговорила об отце, всё внутри сжималось, но голос Хинаты был таким успокаивающим, а её прикосновение, словно всё утихомирило внутри девушки. Взглянув в лицо матери Боруто, она на миг всё осознала. Их объединяло нечто страшное, утрата близкого, дорого человека… И сейчас, казалось, словно в мире больше никого не было, никого, кто мог бы понять её также, как Хината-сама.

— У всех есть боль в сердце. — заключила она. — Но если есть кто-то, кто может поддержать, эту боль, можно ослабить. — после чего, решив всё же сменить тему, она невольно вспомнила забавный случай с Боруто. — Знаешь, Боруто когда был маленьким, вечно совершал какие-то шалости, чтобы привлечь к себе внимание отца…

Эта странная лёгкость, которую Юки уже давно не ощущала, начинала разрастаться. Ей давно не хватало, подобной… беседы с кем-нибудь, чтобы унять эту боль и переживания. Каждый нуждается в чём-то подобном, в какой-то момент своей жизни… и Юки повезло. Они ещё долго сидели и обсуждали свою жизнь, раскрывая свои холодные маски, без никого, лишь наедине друг с другом.

— Как его состояние? — поинтересовался Какаши, сидя за рабочим столом Хокаге. Вид у него был неважным.

— Никаких изменений… его чакра стабильна, но это ненадолго, мы поддерживаем в нём её, чтобы она окончательно не пропала. Сам организм в целом, также продолжает функционировать. — ответила неутешно Сакура, что также была опечалена, внезапной комой её товарища по команде. — Мы пытались его разбудить, разными препаратами, но ничего не выходит. Он словно крепко спит…

После того, как Наруто впал в кому, медики день и ночь обследовали тело Хокаге, чтобы выяснить причину того, почему он по прежнему находиться в бессознательном состоянии. Причиной оказались частицы, инородного происхождения. Они не были известны никому из учёных, да и в добавок, оказались очень токсичны и опасны для любого, кто попытается до него дотронуться. Несколько мощных медиков, пытались вытащить из Узумаки эти частицы, с помощью особой техники, которую применяют для очищения организма от сильных ядов, однако концентрат данного «яда» был словно живым, и при любой попытке взаимодействовать с ним, начинал агрессивно взаимодействовать с чужеродной чакрой. Один из медиков, даже погиб, от соприкосновения с субстанцией.

— Мы должны как можно скорее понять, что это за частицы такие… Ладно, можешь идти Сакура. — сжав пальцы, проговорил Какаши, — Кстати, как там Сарада? Я слышал, что после того случая за территорией деревни, она чувствует себя неважно…

— Да, это так. — подтвердила Харуно, в глазах её, промелькнуло сожаление. — Она по прежнему ничего не хочет… видать чувство вины перед Юки, вызвало в ней апатию…

— Главное, что всё обошлось без жертв. И всё же, ей нужно собраться, ведь скоро, мы будем готовится к важной миссии, где пригодятся все нынешние шиноби. — проговорил серьёзно Шестой.

— Знаю. И Сарада это тоже прекрасно понимает. — взгляд Сакуры переменился, в нём появилась толика уверенности.

— Это хорошо. Ладно, иди у тебя наверное куча дел… — махнув в сторону двери, пробормотал Какаши, после чего, повернулся к окну, задумчиво взглянув в сияющее небо.

Какаши был в раздумьях. Он не желал, чтобы Наруто вот так просто погиб, от какого-то там, неизвестного выброса странной энергии. Однако медицина была просто бессильна и лучшее, что они могли сделать, так это поддерживать в нём жизнь. Он долго это откладывал и не желал, чтобы этот человек вообще принимал в этом участие, однако их ситуация была безвыходной…

Повернувшись обратно к столу, он взял трубку телефона, после чего набрал номер. Время тянувшееся во время гудков, казалось бесконечным, но вот, на конце другой трубки, наконец-то взяли телефон.

— Алло… здравствуйте, Вы можете связаться с Ямато?.. Да, мне нужно срочно с ним кое-что обговорить. Это касается одного человека, за которым он, пристально наблюдает. — как только на конце другой трубки послышался утвердительный ответ, Какаши тяжело вздохнул, осознавая, что теперь, вся надежда была только на этого… монстра.

Спустя несколько минут, в трубке зазвучал знакомый голос:

— Лорд Шестой, вам что-то нужно?

— Ямато, давно же я не слышал твой голос!.. — добродушно выпалил Какаши. — Однако не из-за этого, я тебе позвонил, к несчастью. В общем, мне нужно увидится с Орочимару. Он по прежнему находиться в своём убежище? — уточнил Хатаке, в голосе которого, не осталось и толики радости.

— Да, но… зачем? Что-то стряслось в деревне?! — встревоженно вопросил Ямато.

— В общем, Наруто слёг в кому, и похоже, у нас нет выхода, кроме как попросить совета у этого человека…

— Ч-что?! Как такое вообще, могло произойти?!

— Долго объяснять, нужно встретиться, желательно, сразу с ним. С глазу на глаз.

— Конечно Лорд Шестой, мне… доложить ему о том, чтобы он прибыл в деревню? — уточнил Ямато.

— Да, и как можно скорее… — ответил Какаши, сжав трубку телефона от осознания к кому ему придётся обращаться за помощью.

— Хорошо, Лорд Шестой… надеюсь, Вы знаете, что делаете. — после этих слов, трубка была сброшена.

Какаши медленно положил свою трубку обратно на место, после чего опрокинулся на кресло, осознавая, что теперь ему нужно будет также, всё урегулировать с медицинским персоналом, включая Цунаде и Сакуру, характер которых, мягко говоря, был не из спокойных…

— Ладно, Какаши… в первый раз, что ли? Они должны понимать в каком мы положении.

Огромные руины стояли на том месте, где некогда была база скрытных террористов, готовящихся к масштабной идее, связанной с печально известной техникой «Глаза луны». От всемирно известных «Кара» не осталось и следа, по крайней мере в их центральной базе, которая теперь, походила больше на огромный карьер, в котором не было ничего, кроме обрушившихся развалин из камней и земли.

На месте крушения, изучающим взглядом, стоял Учиха Саске. Он обходил, каким-то образом, уцелевшие части здания в поисках, какой-либо информации о том, что они здесь проводили. И каким образом, получилось так, что их база была разгромлена.

— Это Сокол-один, я нашёл несколько компьютеров, данные которых, возможно нам пригодятся. — доложил Саске, приложив палец к рации на ухе. — Что здесь, чёрт возьми случилось?..

Когда Учиху оповестили о том, что ему нужно будет немедленно проследовать в определённый сектор страны Огня, он даже и подумать не мог, что это будет связанно с одной из скрытых баз Кары. Всё в округе было разрушено, словно под землёй рвануло что-то очень мощное.

На месте обломков уже были присланные шиноби Листа, которые тщательно осматривали каждый разрушенный компьютер в заваленных лабораториях. Любые документы, отчёты, жёсткие диски с возможными данными, были ценны.

Сам Учиха также осматривал разрушенное логово с помощью своих глаз. Странные частицы всё ещё витали в воздухе… Саске не понимал, что это могло быть. Хотя и ощущал, некое сходство с частицами, что он наблюдал от кармы Боруто.

Неужели ты решил пойти против них, Боруто? Что тобой чёрт возьми движет?.. — мысленно задался вопросами Саске.

Вместе с тем, был вопрос и насчёт Амадо. Информатор, что хотел сотрудничать с Конохой и периодически присылал разного рода информацию о тех или иных преступлениях Кары. Кажется, он также находился в этом штабе, и неужели, он также был убит, неизвестными? На связь он перестал выходить, кажется, дня три назад…

— Саске-сан! — окликнул его один из следователей, что изучали обломки. — Мы кое-что обнаружили, думаю, вам нужно на это взглянуть.

Последовав за ним, Саске увидел как ещё несколько шиноби, собирали компактный компьютер из нескольких частей. После чего, один из шиноби, подал следователю жёсткий диск, который они обнаружили при раскопке этих руин.

— Этот диск был, как предполагается, в одной из секций с видеонаблюдением. В теории, если он не сильно повредился, мы можем узнать, что здесь произошло… — пояснил следователь, набирая команды в компьютере. — Данные мы также сразу же отправим в Коноху, это на всякий случай, если у жёсткого диска, есть программа по уничтожению данных.

Спустя некоторое время, он всё же вошёл в данные жёсткого диска. Внутри были, как он и предполагал, записи с видеокамер. Вот только была беда, несколько файлов, были повреждены, в результате взрыва…

— Проклятье… — выпалил следователь, сжав пальцы. — Так и знал, что у них здесь, системная защита на каждом жёстком диске. Здесь я не смогу ничего расшифровать, надо будет работать, непосредственно в Деревне, где есть, необходимое оборудование. Хотя… погодите, кажется, одна видеозапись, всё же доступна, хоть и несколько секунд.

Саске напрягся, взглянув на небольшой экран в котором, начала воспроизводиться запись. На ней, был виден длинный коридор, по которому бежали два неизвестных человека в тёмных плащах. После чего, стена перед ними, разрушилась и из неё вышел… Боруто. Вот только вид его был, весьма пугающий. На этом моменте, запись и обрывалась.

— Вот же… это что, Узумаки Боруто? — озвучивая свои мысли, пробормотал следователь, вглядываясь в экран с помехами.

Учиха вновь перевёл свой взгляд на порушенные обломки, что были засыпаны почвой и камнями с поваленными деревьями. И мысль о том, что это сделала всё-таки Боруто, начинали обретать смысл.

— Отправь все записи в Коноху и как можно скорее, пусть приступают к расшифровке. — приказал Саске. — Нам нужна полная картина произошедшего. Если Боруто Узумаки решился разрушить это место, то у него должны были быть на то, какие-то причины.

Какаши был мягко говоря, на взводе. Вот-вот должен был прибыть Белый змей Орочимару, вот только была беда в виде старейшин и Цунаде, она явно будет не рада увидеть своего бывшего… врага и напарника. Всё-таки Лист, просто так не прощает попытки уничтожения. В особенности, старейшины, которые также, явно будут против того, чтобы впускать на территорию деревни, этого опасного человека. Хотя… когда-то Наруто всё же смог их убедить оставить здесь его сына. Может быть, удастся и вновь совершить невозможное. Наруто итак уже на пределе, долго поддерживать его чакру будет невозможно, да и к тому же, тело также страдает от этих проклятых частиц.

Одной из причин, почему Какаши не стал кому-либо говорить о том, что сейчас сюда прибудет Орочимару, было также связанно со временем. Наруто с каждым днём, становится только хуже, а сделать врачи и учёные, ничего не могут. И если просить у совета одобрение на вход Орочимару, это затянется на долгие недели…

Хатаке нервно крутил карандашом по рабочему столу, ожидая, когда же ему наконец позвонят. И спустя некоторое время, раздался столь желанный звонок. Он сразу же схватил трубку, услышав на конце линии провода, голос дозорного:

— Лорд Шестой, прибыл, специальный гость…

— Хорошо, пусть его приведут ко мне в кабинет.

— Как скажите.

После того, как Хокаге положил трубку, на экране монитора его рабочего компьютера, вдруг высветилось письмо по электронной почте. Какаши хмуро взглянул на письмо, после чего, щёлкнул по нему:

«Здравствуйте, Лорд Шестой Хокаге. Отправленный вами отряд специалистов, прибыл на место предполагаемой аномалии. Мы обнаружили обломки логова, и судя по данным, что мы нашли здесь, это место принадлежало преступной организации Кара. Отряд также разыскал несколько жёстких дисков с предполагаемыми записями с камер наблюдений в данном убежище. Они зашифрованы, но наши специалисты уже работают над тем, чтобы расшифровать их. И всё же, одна запись, хоть и неполная, но была открыта. Вы можете взглянуть на неё ниже в прикреплённом файле.»

Нажав на видеозапись, его глаза медленно начали становиться всё шире и шире. На ней, хоть и не так отчётливо, но точно был виден силуэт пропавшего нукенина Узумаки Боруто. Какаши точно помнил, что в последний раз, его видели кажется в пределах страны Ветра, именно тогда, произошёл выброс странной энергии, которая теперь, убивает Наруто.

Дела-дела… всё совсем плохо. Боруто решил уничтожить штаб Кары, однако зачем? Неужели у него есть собственные мотивы, которые плохим образом, пересекаются с этими террористами? Или же, ему просто не понравилось какое-то их действие из-за чего он решил уничтожить их, вместе с их логовом… И как связан инцидент в стране Ветра?..

Мало того, что внутри деревни нужно держать порядок, так ещё и в самой стране, происходят какие-то катастрофы. Какаши совершенно позабыл о том, как же всё-таки сложно, держать всё под контролем…

Спустя некоторое время, в дверь кабинета постучались. Какаши тут же отключил монитор, после чего, разрешил войти. Дверь отворилась и через порог зашёл бледный змей… На его лице не было зловещей улыбки, он был спокоен… как удав. Его волосы были собраны в хвост, а само его одеяние… в нём больше не было того странного образа пугающего воина, который был известен тем, что ставил опыты на людях. Теперь это светлое кимоно, завязанное излюбленной фиолетовой верёвкой. Кажется, это была его неизменная часть.

— Лорд Шестой, какой неожиданный сюрприз Вы мне преподнесли, когда попросили прибыть в Деревню. — поприветствовал Орочимару.

— Хватит любезничать, лучше сразу перейдём к делу, Орочимару. — решив не ходить вокруг да около, прервал того Какаши. — Думаю, ты и сам знаешь, что недавно, произошла аномалия, в ходе которой, много кто погиб.

— Да… и я никогда раньше не сталкивался с чем-то подобным. Я слышал о том, что во всём мире, погибло очень много людей… — проговорил, мрачно змей.

На самом деле, в тот момент, Орочимару сильно перепугался. Но не за себя, а за Мицуки. Он считал, что раз уж он, пережил такое, то его сын и подавно, мог умереть. Особенно его встревожила вся эта ситуация в мире, когда он узрел множество жертв… Но к счастью, Мицуки был жив. И… белый змей, впервые ощутил нечто подобное. Страх за создание, которое он сам и породил. Наверное, это и называют, родительской любовью? Так или иначе, он также решил изучить эту аномалию. Хотя, это было трудновато. Сигнатуры хоть и оставались на приборах с чакрой, которые были в его лаборатории, но ничего существенного добыть он не мог.

Так было до тех пор, пока ему не доложили о том, что Какаши вызывает его. Белый змей, уже тогда понимал, что Конохе нужна была помощь с этой напастью, которая одолела даже Наруто, сильнейшего человека на этой планете, после Ооцуцуки конечно…

— Если ты знаешь это… то наверняка знаешь и то, почему я попросил тебя прийти. — сказал Какаши, выжидающим голосом.

— Наруто Узумаки, не так ли? Он впал в кому. Вероятно, из-за этой аномалии. — опередил того Орочимару, на лице которого, не было и следа от присущей ему улыбки. — Неужели, ваши хвалённые умы, так и не смогли ничего сделать, что ты решил обратиться ко мне?

Какаши нахмурился, однако понимал, что Орочимару всё же был прав. Они не могут ничего сделать. Поэтому ему нужна была его помощь, нужно было объединиться, чтобы вытащить Наруто с того света.

— Ты прав… мы ничего не можем сделать, поэтому я прошу тебя, помочь нам. — вздохнув, ответил честно Какаши.

— Наруто безусловно, редчайший человек на этой планете. Его безграничная доброта, достигает до каждого человека… Наивность, перемешанная с чудовищной силой, делает из него, того человека, что вероятно может изменить мир. Я понимаю, почему ты хочешь его спасти, и признаться честно, я бы и сам не хотел его смерти. Всё-таки, он подарил шанс моему сыну на нормальную жизнь в обществе.

Добродушно хмыкнув, высказал Орочимару, после чего, серьёзно взглянув в глаза Какаши добавил:

— В благодарность за доброту к моему сыну, я сделаю всё что в моих силах, чтобы спасти Наруто. Так сказать, око за око…

В безмолвной глуши, посреди гор и мёртвой каменистой почвы, с неба на одну из возвышающихся гор, упала не то звезда, не то метеорит. Вспышка от него, ослепила животных, что в панике, начали разбегаться в разные стороны.

По земле прошлась дрожь, оповещающая о том, что на землю, вторгся кто-то из высших существ. Свечение, потихоньку начало тухнуть, а в самом кратере, можно было заметить еле уловимый силуэт женщины… На ней виднелось светлое кимоно, украшенное аквамариновыми камнями вокруг подола кимоно. Странные тёмно-синие узоры, также проходили по всей спине, словно лозы, окутывая свою хозяйку. Длинные пепельные волосы, были заплетены в толстую косу. На голове же, были видны, отчётливо два рога, что формировали собой, белую корону, изгибаясь вперёд.

Женщина огляделась по сторонам, вид пустыни, не слишком уж удивлял её. Вскинув свой взор к небу, она заметила возвышающуюся луну, которая одним своим видом, вызвало в ней, странное дежавю, смешанное с отвращением. Потому что, обычно, повелитель, похожим образом создавал сферы в небе… Это происходило во время экзекуции провинившегося Ооцуцуки. В её народе, убийство, считалось нечто вроде — благородной смерти. И поэтому… Анунд, запечатывал особо бесполезных прислуг, делая из них… подобие спутников, мёртвых планет. Где они были вынуждены, проводить всю вечность в полудрёме.

Эти мысли пришли ей в голову не просто так. Она ослушалась приказа. Прибыла на землю раньше срока. Подготовка к масштабному вторжению всё ещё были на начальном этапе, но любопытство всё же перевесило благоразумие.

Дышать здесь, как ни странно, можно. Вот только, земли почему-то… мёртвые. — подумала Ооцуцуки, оглядевшись по сторонам. — Хотя это лишь с первого взгляда, на самом же деле, здесь очень много… разной живности. Планета уже отличается от множества других, где были… твари и похуже, чем здесь.

Её звали Вандой. Одна из старейшин, что отвечала за сбор урожая. Анунд приказал ей собрать «урожай» с одной из ближайших планет, которые уже давно ждали своего часа. Но по пути, она всё же решилась на довольно рискованную авантюру. Её крайне потрясло то, какой испуганный вид был у Правителя, когда он рассказывал об этом «глазе». Ванда впервые видела его неподдельный страх, видела Повелителя настоящим. И это до безумия, захватило её разум. Женщина хотела понять, что заставило столь великого и мощного Ооцуцуки, обнажить свою сущность.

В отличии от своих сородичей, что были здесь до неё, она прибыла сюда не ради уничтожения столь опасной планеты, а скорее. чтобы изучить её. Женщина, за всю свою жизнь, постепенно начинала видеть в других существа, некий интерес. Они были разными, у всех было своё виденье на жизнь… на концепцию души, смерти и бытия в этом мире. Это завлекало её, и она, порой с сожалением глядела на то, как древо начинало поглощать всю жизнь из очередной планеты, на которой находилось столько интересного и действительно важного.

Прошло несколько циклов, подобных «сборов», прежде чем, она окончательно разочаровалась в методах своих сородичей. Отвратительных и совершенно негуманных по отношению к обитателям планет. Всё ради силы, ради энергии и процветания себя любимых. Однако же, она хоть и больше не разделяла мнения, но идти наперекор не осмелилась. Анунд был слишком силён, да и кто она, по сравнению с ним… лишь одна из множества шестерёнок, замену которой, никто и не заметит.

Естественно, когда речь зашла о забытой давным-давно планете, где раса похожая на них, не просто сумела выжить, так ещё и адаптироваться к подобию их силы и дать отпор, Ванду поглотил интерес. Она хотела взглянуть на тех, кто всё же сумел повернуть вспять весь этот зацикленный кошмар с уничтожением жизни на целой планете.

Взлетев высоко в небо, она осмотрела местность получше. Глаза её, как у остальных ей подобных, были белыми, как молоко. Активировав их, она сосредоточилась на зрительном нерве, оглядывая каждую щель деревьев и даже домов, которые она видела, за несколько миль отсюда.

— Их дома, имеют форму подобие нашим… Они много чего унаследовали от нас… интересно. — проговорила с любопытством Ооцуцуки.

Бескрайние заснеженные горы, бесплодные пустыни гонимые лишь ветром, огромные океаны, таящие в себе множество тёмных секретов и многое другое… Всё это было на этой планете. Ванда была поражена тем, что видела своим зрением. Такое разнообразие в фауне, было довольно редким явлением. Похоже, этой планете было суждено, стать одной из прорывных.

— Интересно, какие же у них общины? — задумчиво протянула Ванда, двинувшись к одному из ближайших поселений.

В полумраке подземелья храма, посвящённого Ооцуцуки, бледный юноша сидел возле алтаря, шумно вдыхая воздух. С тех пор, как он вышел из астрала, его тело ломило, а температура, хаотично поднималась, то опускалась вниз. Похоже, это были побочные эффекты, длительного использования кармы. Организм, не успевал адаптироваться к новой энергии, из-за чего, приходилось экстремально перерабатывать все внутренности.

— В-Вот же, поскудство… — прошипел Боруто, хватаясь за живот. — Почему, эта проклятая карма меня не исцеляет.?

Да потому что, ты себя сам губишь, мальчишка… даже у кармы есть свои пределы. Сколько дней, ты уже сидишь здесь без еды и воды, и занимаешься этим бездельем? Медитация — это хорошо, но не в нашем случае. Не порть мой сосуд и просто… смирись с тем, что будет в будущем.

— Хорошая попытка, Момошики, знаешь за эти дни, ты стал более болтливым и даже не затягиваешь меня в своё измерение, чтобы поболтать. — усмехнувшись, высказал Боруто.

Потому что наши гены, начинают сливаться воедино. Скоро мне даже и не нужно будет напрягаться, чтобы брать над тобой контроль. Я не понимаю, почему ты до сих пор, сидишь здесь и, только и делаешь, что медитируешь?..

С того момента, как он попытался взять контроль над мальчишкой, прошло уже очень много времени. Момошики не помнил того, что случилось, когда Боруто вновь взял контроль над телом, однако… очнулся он уже, когда они приближались к этому месту.

С тех пор, он только и делал, что медитировал. Момошики, признаться, был первое время насторожен. Это место было нечто вроде храма. Он думал, что Боруто, каким-то образом, пытается ослабить его, чтобы полностью стереть данные о нём из своего разума, однако… прошло уже больше месяца, а результата никакого…

Хватит стараться. Хватит уже пытаться что-то изменить. Ты ничего не сможешь, Боруто. Твоя судьба уже давным-давно предрешена высшим существом, так зачем же, тебе трепыхаться? Не легче ли просто плыть по течению, этого бесконечного потока жизни?

— Судьба… судьба… как же меня ты достал. — леденящим голосом, выплюнул Боруто, встав на ноги. — Я уйду отсюда, только тогда, когда найду ответ. И поверь мне, уйду я… довольно скоро.

Момошики ощущал в словах Боруто, некую угрозу. Словно он намекал ему, что скоро, он уйдёт в небытие. И это, действительно его начинало тревожить. Исчезнуть для Ооцуцуки, означало опозорить себя. Стать «слабым». Боль — это всё, через что проходит жизнь каждого воина. Они должны сражаться, убивать и учиться, чтобы стать ещё сильнее. Никакой жалости, никакой идеи дружественности с другими видами. Мы — Ооцуцуки. Мы — высшее звено в эволюции.

— Ты боишься исчезнуть. — вдруг произносит Узумаки.

Что?..

Вдруг доносится голос Момошики, и в этот же момент, Боруто чувствует, как губы Божества, стискиваются в оскале. Потому что для Ооцуцуки, показывать свою слабость, сравни с позором.

— Боишься стать ничем…

Закрой свой рот. Да ты знаешь, через что я прошёл?! Кого убивал и свергал, целые планеты были уничтожены моими руками!

Боруто медленно сел обратно на алтарь, приняв позу для медитации. После чего, медленно закрыл глаза, сосредоточившись на шестом чувстве. Оно было еле видимым, прозрачным и практически незримым. Однако Джооган, всё же давал возможность увидеть его, хоть и не так сильно, как хотелось бы.

Найти этот шёпот… плачь… найти заблудшую душу, что когда-то была Божественной. Мне нужно найти её… найти ту, кто точно сможет изменить ход войны!

Долгие месяцы, Боруто пытался найти на ощупь, в этом мраке загробных цветов и душ, это странное чувство, которое могло привести его к ней. Иногда, он ощущал кончиками пальцев, её волосы, пытался дотянуться, но всё было тщетно. Она ускользала, словно не хотела, чтобы её беспокоили.

— Я уже близок… — еле слышимым голосом, прошептал Боруто, ощущая, что он наконец-то достиг его. Того самого чувства.

В этой тьме, вдруг прорезался светлый портал. И пройдя сквозь него, Боруто вдруг очутился разумом в ином измерении. Оно не было похоже на его собственное… здесь всё было бесплодным. Кислотно-жёлтое небо резало глаза, после длительного нахождения во тьме. Но вместе с тем… на небе, он увидел одиноко стоящую сферу. От неё веяло странной энергией, первородной. Именно её он и ощутил, когда пришёл сюда. Да… она звала его, хоть и так… прозрачно.

Активировав Джооган, Боруто ненароком, сам того не понимая, деактивировал печать, наложенную много лет назад, его отцом. Сердце дрогнуло, когда первые осколки от сферы, начали падать вниз. Огромная луна в небе, начинала буквально разрушаться, разваливаясь на куски или же… освобождая нечто, что находилось внутри.

Огромные клубы пыли начинали распространяться во все стороны. И в этом хаосе, вдруг прорезался алый глаз. Боруто на мгновение оцепенел от его вида. Он был похож… на риннеган его учителя, только вот цвет отличался.

Ты освободил меня?..

Вдруг послышался женский голос, в котором ощущалось удивление.

Боруто почувствовал, как нечто, открылось за его спиной. Он медленно обернулся назад, узрев перед глазами, женщину с длинными пепельными волосами, на голове её виднелись два плоских рога, что были больше похожи на кроличьи уши. Глаза однако же, были холодны и бледны, как само ночное небо, а лицо выражало отрешённость, словно она видела перед собой — никого.

— Ты… Ооцуцуки… Кагуя?.. — вопросил Боруто, еле сдерживая дрожь в голосе.

Основная и самая главная база Кары была уничтожена… всего за несколько минут, Узумаки Боруто, сумел совершить то, чего Иссишки явно не ожидал. Ему казалось, что всё шло как надо… нужно было лишь выжидать, однако Боруто, полностью изменил ход этой игры.

И всё же, это был не конец. Кара уже продолжительное время, существовала в этом мире, и потому, естественно, она распустила свои сети по всем землям, оставляя за собой, многочисленных последователей, тайных агентов, а также полностью функционирующие скрытые базы, на которых, также проводились исследования.

— Иссшики-сама, Вы в порядке? — встревожено спросил Кодо, как только они переместились на другую базу, что была расположена на территории страны Воды.

— Более чем. — хмуро ответил Ооцуцуки. — Что более важно, нам нельзя дать кому-либо выведать информацию из главного логова. Срочно направь туда кого-нибудь из наших людей, чтобы они разобрались с остатками информации.

— Как прикажете, мой лорд! — поклонившись, ответил Кодо, после чего, исчез в одной из своих «царапин».

Отделением Кары, участка на территории страны Воды, отвечал один из внутренних агентов. Как только объявился Джиген, его тут же оповестили об этом. И тогда, встретив своего лидера в своих покоях, он немедленно поклонился ему.

— Джиген-сан… мне доложили о том, что Вы решили нас навестить… — проговорил мужчина, не поднимая головы.

Его звали Ясуши Эйджи, второй человек по доверенности, после Кодо. Он также, как и Кодо, был предан Ооцуцуки, хоть и не знал об истинном облике своего хозяина. Именно благодаря Ясуши, Кара разрослась по всем странам, включая ту, в которой они находились в данный момент. Иссшики очень ценил его, за остроту его ума и преданность, и потому, отдал ему в подчинение, целое отделение которое находилось в стране Воды.

Эйджи, медленно поднял голову, хоть он и не нуждался в этом. На глазах его, виднелась металлическая заслонка, украшенная множеством узоров, а также нескольких драгоценных камней. Короткие растрёпанные волосы, торчали из-под заслонки, мерно качаясь от сквозняка, что шёл неизвестно откуда.

— Мой преданный воин… — пробормотал еле слышимо Иссшики, глядя на своего подчинённого. — Центральная база была уничтожена.

— Ч-что?! — воскликнул изумлённо Эйджи, — но как же так, Джиген-сама?! Кому удалось это сделать?

Иссшики всегда был сдержан. Он не любил показывать своих эмоций, потому что считал это слабостью, особенно, если это делать перед людским низшим родом… но в тот момент, Эйджи отчётливо ощущал своим телом, как закипал его повелитель. Его словно рвало изнутри злобой и негодованием.

— П-простите меня мой лорд.! Я должен был дважды подумать, прежде чем задавать вопрос. — поспешил исправится Эйджи, вновь опустив голову.

— Неважно. Теперь это место, будет центральной базой… оповести всех наших внутренних коллег об этом. — скрестив руки, приказал Джиген.

— Слушаюсь.

И только было Эйджи, хотел уйти, как его вновь окликнул Джиген:

— Эйджи, — его нотки голоса явно сдерживались от того, чтобы не вскрикнуть от гнева. — Доложи Кодо о том, чтобы он принёс мне Амадо и как можно скорее…

С того момента, как Юки встретилась с Хинатой, она частенько начала приходить в гости к поместью Хьюга. Ханаби была не против того, чтобы Юки приходила к ним, как и собственно глава клана, Хиаши. Они оба заметили, что присутствие девочки, хорошо влияло на Хинату.

Юки наконец-то получила свой протектор, что давал ей полное право выполнять миссии, которые выдавались Деревней. Вместе с тем, сама Хината, решилась на довольно неожиданный шаг. Хоть Юки и была хороша во владении катаной, без неё… её рукопашный навыки оставляли желать лучшего. Шестой Хокаге научил её множеству техник, основанных на воде и ветре, что в совокупности давали ей возможность пользоваться весьма редким улучшенным геномом в виде стихии льда.

— Эта девочка… её способности, весьма редки для нашего мира. — высказался однажды Хиаши, наблюдая за тем, как Хината тренировала её, попутно заставляя использовать различные техники. — Подобный улучшенный геном, может быть только у выходцев страны Снега, и только у одного клана…

— Неужели? Значит, Боруто нашёл себе, весьма необычную спутницу. — усмехнувшись, сказала Ханаби, сидя возле отца. — Мало того, что хорошо обращается с клинком, так ещё и владеет редкой стихией. У них будут сильные дети…

Хиаши взглянул на свою дочь с некой надеждой. Думать о Боруто, было тяжело, особенно в такие времена… Хиаши не верил в то, что его внук мог способен стать преступником. И всё же, в глубине души, он сильно злился на своего внука. Когда тот отправлялся в долгосрочное путешествие, уже тогда, Хиаши видел в глазах Боруто, какую-то отстранённость.

Если вы Боги… слышите меня… Накажите лучше мою душу, терзайте её, рвите в клочья, но не губите моего внука. Этот мальчик не заслуживает таких страданий… — мысленно взмолился Хиаши.

Уже когда-то давно, он чуть не потерял дочь, когда пытался сделать из неё совершенную принцессу. И всё это было ради силы, чтобы показать своим предкам, что они продолжают быть сильнейшим кланом в стране Огня.

Ханаби также была тем, кто тяжело воспринял новость о предательстве своего племянника. Она также видела изменения в Боруто, когда погибла Химавари. И всё же… решила, что его родители, станут лучшей опорой, чем она. И это сильнее всего, давило на неё. Может быть, если бы она чаще проводила с ним время, говорила с ним и поддерживала, то может быть тогда, он не решился бы на это? Кто его знает. Прошлого уже не изменить. Сожаления не сжечь, а грехи не искупить.

Хината была рада тому, что рядом с её сыном, была она. Юки должна была стать хорошей опорой для Боруто. Но сперва, ей нужно было закалиться. Стать той, кем не смогла стать сама принцесса Хьюго.

Мягкая ладонь, коснулась груди Юки, после чего, та незамедлительно упала на землю, хватая воздух ртом от столь сильного удара, что заставлял её лёгкие судорожно, трепыхаться в агонии.

На теле были многочисленные ссадины, колени были разодраны, волосы что были растрёпаны и также вымощены в пыли. Сколько прошло времени с того момента, как она отдыхала? Кажется, часа два… или может быть это были лишь минуты их тренировки? Юки плохо соображала, да и ей было плевать, честно говоря. Сейчас, ей хотелось больше всего, это наконец-то победить принцессу Хьюго, что надменно возвышалась над ней, в своей излюбленной стойке с приподнятыми ладонями.

Сколько силы в этих, казалось бы, хлипких ударах. Она никогда не думала, что ладонь, может причинить так много сильной боли. В её ударах, была проведена тонкая грань между чудовищной силой и красивой изящностью, о которой, Юки никогда и не думала. Хотя, признаться, по началу, она даже ощутила некую ностальгию по временам, когда тренировалась с Боруто. Потому что движения его матери, иногда совпадали с её сыном… он тоже использовал технику «мягкой ладони» в бою.

— Сестра, может быть хватит на сегодня? — послышался встревоженный голос Ханаби.

— Нет! — выкрикнула в ту же секунду Юки. — Со всем уважением к вам и вашей семье… прошу, давайте продолжим нашу тренировку.

Встав вновь на ноги, Юки глубоко вдохнула воздух, после чего, скопировала стойку Хинаты, хоть и не так успешно, как хотелось бы. Хиаши, ухмыльнулся подобному действию. Девчонка хоть и не была из клана Хьюго, но техника её, всё же была на довольно хорошем уровне. Оставалось лишь отточить эти навыки и сделать из неё, хорошего шиноби.

— Хината-сама, прошу не смотрите на меня с жалостью!.. — нахмурившись, попросила Юки. — Не жалейте моих костей и плоти, они должны привыкнуть к этой боли и чем раньше, тем лучше. Только… через боль, я смогу расти и становиться лучше!..

Хината слегка дрогнула, но спустя секунду вновь вернула себе каменную маску, еле видимо кивнув в ответ. После чего, Юки вновь бросилась в бой, желая получить от него, максимального опыта, который только можно было получить.

К полудню, Принцесса всё же сжалилась над ученицей, когда та, упала на землю, так и не встав. Ханаби заметив это, тут же побежала к той на помощь. Крикнув своей старшей сестре, чтобы та больше не трогала её. Сама же Хината, также встревоженно глядела на Юки, активировав Бьякуган.

Однако, каких-либо серьёзных травм, кроме ушибов и синяков не было. Всё же, Хината и была довольно строгой, но старалась бить в пол силы. Ханаби, удивлённо оглядывая тело своим Бьякуганом, изумлённо воскликнула сестре:

— Я… даже и не заметила, что ты била в совершенно нейтральные точки её тела. Вот это да… похоже, она вырубилась из-за истощения.

— Отнесите её в дом, ей нужен отдых. — высказал Хиаши. — На сегодня, думаю достаточно, Хината.

— Да отец…

Девочку положили в одной из гостевых комнат. К счастью, ничего серьёзного с Юки не произошло, она лишь переутомилась и от того и упала в обморок. Ханаби решила остаться с ней, если ей вдруг, станет хуже. Хиаши же, решил поговорить со своей старшей дочерью наедине.

Сегодняшний день, был довольно жарким. Однако это не помешало, Хиаши заварить горячий зеленый чай. Хината заботливо с осторожностью, налила в стакан своему отцу, после чего, присела рядом с ним, с лёгкой улыбкой, поглядывая в сторону небольшого сада внутри поместья.

— Подумать только, у моего внука, появилась пассия… — слегка улыбнувшись, сказал Хиаши.

— Она даже слишком хороша для него… — призналась Хината, — бедная девочка, мы должны были остановить жестокость в мире, но вместо этого, вынуждены смотреть на то, как наши дети, вновь сталкиваются с предательством и опасностями…

— Не нам решать судьбу мира, девочка моя. — погладив ладонь дочери, проговорил Хиаши. — И не вини себя в том, чего ты не делала. Юки сделала свой выбор, а наша задача, помочь ей в преодолении этих трудностей и уберечь от опасности… по крайней мере, попытаться.

— Вечно так… я подвела тебя отец, как наследница клана, так ещё и загубила жизнь своих детей и твоих внуков.

На лице Хинаты проступила дрожь и казалось, она вот-вот заплачет. Но ладонь отца, мягко прошлась по её щекам. Она зажмурилась, слегка прижимаясь к ним, словно ища в его прикосновениях поддержку и тепло, которое ей было необходимо.

— Ты прекрасная дочь и я никогда не изменю своего мнения о тебе. Моё сердце будет скорбеть по внучке до самой смерти. Что же до внука… ещё рано что-либо говорить. Я чувствую, что он тоже скучает по нам. Ребёнок не может не любить своих родителей, не может не чувствовать к ним привязанности.

— Но, отец… что же это за напасть такая, которая губит нас? Сначала Хима, затем Боруто, теперь ещё и Наруто в кому впал… мне страшно представить, что же дальше будет с нашей семьёй.

Хиаши на это ничего не ответил. Потому что тоже видел во всём этом, нечто странное и пугающее. Их семья действительно, словно была проклята кем-то. Может быть, вся вина в прошлом и Бог таким образом, хочет их наказать, а может быть, это просто стечение обстоятельств, которые привели к подобному, трагическому исходу. В любом случае, теперь, нужно было действовать крайне осторожно.

— Может быть, нам просто не повезло, — высказал вздохнув Хиаши. — И всё же, надо верить в хорошее. Наруто сильный, он куда сильнее нас, и потому, я верю в то, что он сможет выкарабкаться из лап Шинигами. Вместе с тем и ты должна верить в его спасение, Хината. Как никак… но он твой муж и отец ваших детей.

— Каждую ночь, я молюсь за его здоровье. Потому что хочу сказать ему, как он дорог мне. — проговорила Хината, задумчиво взглянув на зелёный чай, что потихоньку остывал на столе. — Я виновата в том, что не смогла стать сильнее, решила бросить всех, кто мне дорог, когда им нужна была моя поддержка. Я отвратительна сама себе… как мать и как жена.

— Его показатели стабильны, но с каждым днём, они становятся всё слабее и слабее. — оповестила Сакура, глядя на экраны мониторов, жизненных показателей Наруто. — Оно отравляет его.

Время семь часов вечера. Группа специалистов во главе с Орочимару и Цунаде приступили к изучению неизвестных инородных частиц внутри тела Узумаки Наруто. Когда Цунаде увидела его входящим в операционную, она сильно была удивлена, в плохом смысле.

— Что он здесь делает?!

Воскликнула гневностно Пятая Хокаге. Едва заметив бледную рожу змея, что когда-то намеревался уничтожить деревню, попутно убив Третьего Хокаге.

— Ну-ну, Цунаде… совершенно не изменилась. Твой характер, каким был буйным, таким и остался. — ехидно заметил белый змей.

Остальные медики, также приостановили свою работу, с ужасом глядя на одного из самых опасных людей в этом мире. Слухи о том, что он творил с людьми в своих тайных логовах и как издевался над их телами, в попытках сделать себя бессмертным, навсегда отпечатались на истории Конохи.

— Это я его вызвал.

В помещение зашёл Шестой Хокаге. Его взгляд был совершенно спокойным, словно он ничего такого и не сделал. Хотя, для того, чтобы пустить такого человека как Орочимару, нужно было не только посоветоваться, но также и получить разрешение от множества влиятельных шиноби.

— Какаши… ты хоть понимаешь, что ты делаешь?! Пустить сюда, этого… мерзавца, после всего того, что он сделал, да и потом, ты ведь сам знаешь, что он может сделать Наруто! Пока он в таком состоянии…

— Я прекрасно осведомлён о его деяниях, Цунаде-сама. — прервал ту Какаши. — Но давайте также не забывать, что этот человек, помог альянсу Шиноби, внеся тем самым очень большой вклад в победу над захватчиками. И потом, он был тем, кто спас вам жизнь, разве это не так?

Пятая, слегка дёрнула бровью, после чего нахмурившись, всё же вздохнула, скрестив руки. Сколько бы не было между ними вражды, Орочимару действительно спас её, так ещё и помог в четвёртой мировой войне. Цунаде никогда не забудет всех грехов этого… дьявола, но всё же, им нужна была его помощь. Она сама, признаться честно, уже начинала опускать руки. Потому что то, что таится внутри организма Наруто, совершенно не поддается какому-либо лечению.

— Хорошо… ты поможешь нам вытащить Наруто с того света, но после этого, ты должен будешь убраться из деревни. — холодным тоном, высказала Цунаде.

— Как невежливо, но я соглашусь. — всё также с натянутой улыбкой, ответил Орочимару.

На удивление Какаши, ученица Цунаде, была более лояльна к тому, что теперь с ними работал также Орочимару. Сакура просто продолжила работать… видимо, её не заботило то, кто и как будет лечить Наруто. Она просто хотела его спасти, как и все медики, находящиеся в лечебном центре.

Первым же делом, белый змей, попросил себе отдельную лабораторию. Какаши конечно не без подозрений, всё же дал ему отдельную комнату со всеми удобствами. Всё это нужно было для изучения странных инородных частиц.

— Я привёз с собой, кое-какие наработки… признаться честно, мне удалось выявить их, после той самой волны.

Вместе с собой, он принёс запечатанный стальной контейнер, в котором, находился образец…

— Мне удалось выяснить, что при любом физическом контакте с живой плотью, частицы моментально начинают её поглощать. Однако же… то что вы обнаружили это в теле Наруто, меня сильно озадачило.

— То-есть, потенциально, внутри Наруто, эти частицы могут его поглотить?! — встревоженно вопросила Цунаде.

— Если бы это было так… то от тела Наруто, уже давно ничего не осталось. — задумчиво ответил Орочимару. — По какой-то причине, они… бездействуют, может быть, поглощают его чакру и тем самым, не трогают его организм. Я прочитал ваши отчёты, и вы упоминали, что при попытке извлечь частицы, они начинали агрессивно сопротивляться. Возможно, причина в чакре Наруто. Он всё-таки, джинчурики. В любом случае, понадобиться время, чтобы всё понять и безопасно извлечь их.

— Учти, Орочимару… у нас нет времени на твои экспериментики. — предупредила Цунаде. — На кону, жизнь Седьмого Хокаге.

— Я знаю это и без тебя. — хмыкнув, ответил змей. — И всё же, ты должна понимать, что без должного изучения, мы не сможем понять, как именно извлечь их. Поэтому… будь добра, наберись терпения и следи за показателями Наруто, пока я буду изучать те частицы, что находятся внутри него.

Шестой Хокаге решил довериться Орочимару. Но вместе с тем, оставались ещё кое-какие проблемы. Одной из них, было внезапное уничтожение одной из баз Кары. Причём сделал это, не абы кто, а сам Боруто. Поисковые группы уже несколько часов разгребали все завалы, однако среди мёртвых тел, так и не обнаружили Узумаки Боруто. Это означало только одно — он выжил и если учесть то, что с момента разрушения прошли сутки, он не мог далеко уйти.

— Шикамару, — обратился Какаши к своему советнику.

— Да, Лорд Шестой?

— Отправь оповещение командам номер: четыре, пять и семь о том, что завтра их ждёт очень важная миссия.

— Как скажете… — ответил советник.

На душе было неспокойно. Что-то явно должно было произойти. Однако, Какаши не хотел терять такую возможность. Деревня должна была вернуть нукенина, прежде чем тот, вновь навредит этому миру.

Отвращение. Это одно из немногих чувств, которое испытывала к себе Сарада в последние дни. Ей ничего не хотелось делать, в голову лезли лишь мысли о том мгновении, когда она чуть не прикончила ни в чём не повинную девушку. Мало того… девушку, которая ещё и помогла ей, рискуя своей жизнью.

Она уже несколько дней сидела в своей комнате, погружаясь в свои мысли и думая о том, что же ей делать, как быть? Почему эта странная дрожь в теле не унималась, а разум словно растворялся от усталости… Хотелось уйти от всего этого, но она не знала, как именно. Всё было незначительным и одновременно с этим, таким тяжёлым.

Глаза периодически болели, иногда даже слезились, и Сарада знала причину. Проклятье, которое нависло над её родом. Учиха — удивительные люди с невероятным сердцем. Таким хрупким, что при его разбитии, вырывалось нечто поистине страшное из этого… кокона любви.

Медленно пройдясь к небольшому аккуратному столику, за которым, она частенько делала домашнее задание или просто читала какие-то интересующие её книжки, взгляд Сарады зацепился на обложке одной из недавно прочитанных книг. «История клана Учиха». Обычно, их не выдавали простым людям и даже шиноби… по крайней мере, чунинам уж точно. Однако в случае Сарады, всё было куда проще. Она была членом этого самого клана, да и потом, её отец лично поставил печать на разрешение того, что его дочь может взять её.

Там то она и узнала о прошлом своего клана. О том, какая же всё-таки печальная судьба её настигла из-за стечения обстоятельств и непонимания со стороны обеих сторон конфликта. Был ли в этой кровавой истории, другой выход? Никто уже не знает, да и не хочет об этом вспоминать. Потому что это тёмное пятно истории Конохи. Как правило о таком, вообще забывают, а в худшем случае, стараются подтереть кое-какие исторические факты, дабы очистить красивую и великую историю…

Сарада не злилась. Потому что понимала принцип того, что лучше чему-то действительно оставаться в затворках истории. Там, где никто этого не увидит. Потому что страх людей, всегда будет разъедать разумные доводы, а сплетни добьют и без того, шаткое положение.

Всё это время, Сарада пыталась разобраться в себе. Почему она так хотела прикончить Юки? За что она хотела отомстить ей? Неужели всё из-за Боруто? Возможно так оно и было.

Все чувства внутри неё перемешивались, создавая адский коктейль из противоречий. Когда она вспоминала о нём, то чувствовала злобу, но что-то внутри всё ещё просачивалось вместе с ней. Нечто походящее на тоску или же… нет. Такого нельзя даже и предположить. Сарада сразу же отмела саму возможность того, что она любила этого идиота. Или же… она снова запуталась. Голова трещала, а разум не хотел принимать очевидные факты, пытаясь лавировать где-то на краю всего этого безумия, отчаянно рыская по фактам. Она ненавидит его. Она хочет себя уверить в том, что ненавидит его.

Ненависть не была какой-то фальшивой. Она действительно хотела отомстить ему. Причинить боль… может быть, поэтому, она так хотела навредить Юки? Кто его знает. Разум человека очень хаотичен, и не у каждого человека, тараканы одинаково бегают по черепной коробке, чтобы рассуждать однобоко.

Правда лишь в том, что мангекью, всё же пробудился. А вместе с ним, пробудились страшные мысли. Он ранил её. Непростительно ранил в самое сердце. И за это, она хотела ему отомстить.

Рассуждения Сарады, вдруг прервал стук в дверь её комнаты. За ней послышался голос её матери, которая видимо, заскочила на минутку обратно домой, чтобы проведать свою непутёвую дочь, которая, какой уже день, сидит в своей комнате…

— Сарада… так больше не может продолжаться. Я понимаю, что ты переживаешь, но дочка, ты ведь очень сильна! Не нужно зацикливаться на этом.

Учиха без какого-либо энтузиазма перевела свой взгляд на дверь. Мама никогда не была близка с ней. Сарада пыталась подавить в себе эти мысли о них, но всё же… это так. Папа был не лучше. Возможно, если бы он не уходил так часто из деревни, всё бы изменилось, но что есть, то есть.

Я одна вынуждена справляться… Одна вынуждена тащить за собой, этот валун переживаний. Мама… прости меня за мои плохие мысли о тебе… прости, что не могу принять твою поддержку. Но порой… как же я тебя…

— Эй, Сарада! Кончай уже там плакать в подушку! — послышался столь неожиданный голос. Как обычно грубый, но в нём чувствовалась толика беспокойства. — Мы с Мицуки, решили тебя проведать.

— Мы заметили, что тебя уже давно не видно… поэтому, решили проведать тебя. — донёсся слегка встревоженный голос Мицуки. — Пожалуйста, выйди Сарада, мы ведь твои товарищи, как никак.

И правда. Как же она могла забыть об этих двух. Они единственные, кто действительно был близок с ней. Такие же… чудаки, как и она. Почему-то, когда она услышала их голоса, то на душе, всё начинало утихать.

Медленно подойдя к двери, она приоткрыла её. За ней, как и ожидалось, стояли Каваки и Мицуки, что с тревогой глядели ей прямо в глаза. Рядом стояла также и мама, что тут же обняла дочь. Сарада хоть и не сразу, но ответила на объятья.

— Вот морока же…

Каваки устало выдохнул, отведя взгляд в сторону. Для него все эти телячьи нежности были чем-то чужеродным… по крайней мере, так казалось Сараде и Мицуки. Потому что, он никогда не проявлял к ним, какой-то особого тактильного общения.

— Мама, ну всё хватит… — слегка оттолкнув Сакуру, высказала Сарада.

— Ну чего ты так? Ты ведь уже несколько дней, только и делала, что сидела в четырёх стенах! Или ты мальчишек стесняешься? — непонимающе воскликнула Сакура.

— Мам… — нахмурившись, только и сумела произнести дочь. — Ладно, ты права, мне и правда нужно выйти на свежий воздух… Мицуки, Каваки пойдём.

— Постой, Сарада, но ты…

Сакура хотела было остановить дочь, но в то же мгновение остановилась.

— Я в порядке мама. — взглянув холодными глазами на мать, процедила ровным голосом та.

Этот взгляд… он был таким знакомым. Сакура словно вернулась в то время, когда Саске ещё был поражен этой тьмой и ненавистью. Она отчётливо ощущала эту неприязнь, которая исходила от её дочери.

Сарада молча прошагала до выхода, после чего, надев обувь, выскочила из дома. Каваки последовал молча за ней, тогда как Мицуки, решил подбодрить Сакуру.

— Всё будет хорошо, Сакура-сан. — поклонившись ей, заверил он. — Мы поговорим с ней.

— Да… надеюсь на вас. — устало вздохнув, ответила Харуно.

Наследница клана Учиха, молча шла по парку, морщась от довольно яркого солнечного света. Всё же, несколько дней, проведённых в тёмной комнате, дали о себе знать. За ней, следом шли двое парней, что никак не могли начать разговор.

— Эй, Сарада, нам надо поговорить. — наконец заговорил Каваки. — Я слышал о том, что случилось за территорией деревни.

Учиха остановилась. Между ними вновь возникла гробовая тишина. Это странное давление, которое ощущалось между этими двумя, явно не нравилось Мицуки. Казалось, что вот-вот и они сцепятся друг с другом. Потому, он был наготове, чтобы если что, остановить их.

— Ты напала на Юки, даже после того, как я предупредил тебя о том, чтобы ты даже и не думала лезть к ней. — с явным раздражением высказал Каваки.

— Да… я напала на неё. — ответила, с небольшой паузой, Сарада. — Потому что больше не могла держать в себе эмоции. Я виновата. Ну, ты доволен?

Каваки нахмурился ещё сильнее, слегка наклонив голову.

— Что это за ответ такой? По-твоему, этого достаточно для того, чтобы оправдать твой поступок?

— Эй, Каваки… давай не будем так сильно заводится. Мы ведь хотели обсудить всё спокойно и мирно, помнишь? — вмешался Мицуки, встав между ними. — Сарада, ответь… не из-за ненависти к Боруто, ты напала на Юки?

Сын бледного змея, беспокоился о своих товарищах. Особенно после предательства того, кого он считал одним из важнейших людей для себя. Видеть то, как внутренне подавленные друзья, начинают между собой собачится, заставляло его испытывать страх.

Ты хороший друг Мицуки, и именно поэтому, я хочу, чтобы ты стал свободен от чужих мнений людей.

Ему вспомнились слова Боруто, перед тем, как он ушёл из деревни. Их разговор о том, чтобы Мицуки больше не полагался на Боруто. Чтобы он стал наконец-то свободным… Однако вместе с этими словами, сердце начинало резать от воспоминаний последней встречи.

Ты до сих пор цепляешься за меня как какой-то жалкий малолетний червяк? Если да, то ты просто ничтожен… Ты мне отвратителен.

Может быть, со стороны и правда это выглядит так жалко? Даже после его предательства… он всё ещё верит. Неосознанно отстраняясь от тех, кто хочет навредить Боруто. Правильно ли он поступает, вновь наступая на те же грабли, от которых, его пытался уберечь Боруто? Может быть и правда… пора отпустить его и взглянуть на тех, кто действительно дорожит им?

— Сарада, даже если ты чувствуешь себя паршиво от того, что хотела сделать, не надо закрываться от нас. — продолжил свою мысль Мицуки, обратившись к товарищу. — Мы ведь, так или иначе, связанны одной командой.

Учиха обернулась к ним, задумчиво глядя на Мицуки. В его словах действительно была истина. Они те, кто волнуется за неё. И её бессмысленные копания в самой себе, ни к чему не приведут.

— Я… действительно хотела убить её. — призналась Сарада, наконец-то сняв с себя маску безразличия. — Но теперь, после всего того, что случилось… я ощущаю, себя отвратительной. Мне самой тошно, глядеть в отражение. Потому что, в нём я вижу, какого-то мерзавца, на уме которого, только лишь эмоции. И я, не знаю, как с этим справится.

Всё это время, Каваки лишь пристально глядел на свою подругу. Следил за её лицом, мимикой, глазами в которых отражались настоящие эмоции. Странное чувство, вдруг проснулось внутри него. Он никогда раньше ничего подобного не испытывал. Это было, нечто близкое, сравнимое с тем, что он ощущал к Седьмому Хокаге.

Сарада в свою очередь, видела в лице Каваки, какую-то неприязнь. Эта злоба явно была вызвана нападением на Юки. Сарада была уверена в том, что ещё чуть-чуть и он, словно дикий волк, набросится на неё с оскалившейся мордой.

Он медленно зашагал в её сторону, огибая Мицуки. Учиха тяжело дышала, судорожно думая о том, стоит ли ей, отступить назад или же сразу напасть первой, однако тело почему-то, предательски не хотело никуда двигаться, оставаясь всё на том же месте. Тогда как Каваки, уже практически встал перед ней вплотную. Его правая рука поднялась над её головой, от чего она подумала, что он вот-вот, активирует карму и размозжит ей голову. Однако… произошло нечто, совершенно противоположное.

Ладонь слегка коснулась макушки её головы, после чего, послышался спокойный голос Каваки:

— Я вижу, что тебе действительно не просто. Поэтому… пожалуйста, если у тебя будет хреновое настроение или что-то типа того, просто… скажи нам и мы, попробуем вместе, решить проблему. Ты не обязана справляться со всем сама. — проговорил Каваки, стараясь не встречаться взглядом с ней.

— Но ведь… ты говорил мне, что если я нападу на Юки то…

— Знаю-знаю, но как бы я не грозил в итоге, у меня не поднимается на вас рука. — в тот же миг, прервал её Каваки. — Тем более на тебя. Ты совершила ошибку, но раз ты ощущаешь себя хреново, это хороший знак. Просто, постарайся в будущем, не забывать того, что ты чуть не совершила.

И тогда, Сарада вдруг осознала, что все они сейчас переживают не самые лучшие времена. Мицуки пытался разобраться в себе, после предательства Боруто, Каваки же, был подавлен внезапной комой Седьмого Хокаге. Но, они всё же нашли в себе силы навестить её, даже после того, что она сделала.

— У нас тоже есть проблемы, Сарада, но даже так… мы не забываем о тебе. — дополнил Мицуки. — И ты о нас не забывай.

— Простите… — только и смогла выдавить из себя Учиха.

— Но что более важно, Сарада, мы также хотели тебя оповестить о нашей новой миссии. — сменив тон на более привычный, сказал Каваки. — Мы и ещё несколько команд, отправляемся на поисковую миссию.

— Что? — воскликнула Сарада, — Неужели, напали на след Боруто?!

— Да. Деталей не знаю, но Конохамару сенсей, сказал, что это как-то связано с Боруто. Мы отправимся по его следу и должны будем найти. — объяснил Мицуки. — Скорее всего более подробную информацию, нам скажет Шестой Хокаге, непосредственно перед отправкой.

— Вот оно что, раз уж так, то нам стоит… полностью сосредоточится на миссии. — высказала Сарада. В её глазах загорелся огонёк уверенности. Она наконец-то могла отвлечься… хоть и должна была найти того, кто был виновен в её муках.

Шестой Хокаге сидел за своим столом, глядя на шестерых юных шиноби, что были в неком предвкушении. В их глазах, можно было прочитать то, что они понимали какая роль у этой миссии. Поимка Боруто Узумаки… Признаться честно, он не хотел отправлять туда детей. И всё же, в столь неподходящий момент, все джоунины были разосланы по разным затяжным миссиям в других странах. Поэтому оставались лишь они… и из всего числа юных кандидатов, он выбрал самых сильных.

— А… где команда номер четыре? — поинтересовался Ивабэ, оглядывая кабинет Хокаге.

— К сожалению, они не будут участвовать. — вздохнув, ответил ему Шестой.

— И почему же?.. — вскинув бровь, задал вопрос уже Дэнки.

— Потому что их сенсей, решил отказаться от миссии, посчитав, что она слишком опасна. — ответил честно Какаши. — И… перед тем, как проинформировать вас о ней, я хочу заранее вам сказать о том, что нет гарантии того, что вы вернётся оттуда живыми. Готовы ли вы, выполнить данное задание, если же нет, я не буду вас судить, можете сразу выйти.

В кабинете повисло напряжение после слов Хокаге. Все понимали, что они здесь, не просто так. Никто из присутствующих не хотел подводить Шестого, особенно в столь тяжёлое время. И раз уж не хватало шиноби, то нужно было… как-то выкручиваться. У седьмой команды, были также и свои причины, идти на столь опасную миссию.

— Я слышал о том, что оно связано с Боруто. — выпалил Ивабэ, — Поэтому, я не уйду, даже если моя команда решит не идти.

— О чём ты, Ивабэ, если ты идёшь, то и мы с Металл Ли, тоже идём! — поддержал его Дэнки. — Так ведь Металл?

— А-Ага… — с неуверенностью, высказал сын Рока Ли.

Их учителем был Удон. Близкий друг Конохамару, который на данный момент, также находился на одной из важных миссий в стране Воды. Удон в отличии от Конохамару, желал не расставаться со своими учениками, направляя их во всём. Но в данный момент… он был не очень согласен со своими учениками.

— Удон, судя по твоим глазам, ты не уверен в том, что хочешь отправиться на миссию. — заметил Какаши. — Всё нормально, если твоя команда…

Его тут же перебил Удон, высказав:

— Нет, Шестой-сама! Я лишь выслушивал своих учеников и очень горд тем, что они сплочены, как никогда раньше. — он взглянул на них, но в глазах, была тревога. — И если они решили идти до конца, я буду идти рядом с ними.

— Насчёт вас… — переведя взгляд на команду номер семь, протянул Какаши, — думаю, ответ очевиден.

— Именно. — ответил Каваки. — Мы собираемся поймать его…

— И вернуть обратно домой. — закончила за него Сарада.

Удон глядя на них, ощущал странную энергетику. От них веяло могучей силой. Они так и светились решимостью, возможно уже чувствовали, что встретят его.

— Раз вы все согласились, что ж… Пора бы поговорить о самой миссии. — вздохнув, начал Шестой. — Во-первых, как вы сами уже догадались, она связанна с Боруто. Во-вторых, вы будете причастны к миссии как поддержка. Если что-то случится непредвиденное, не суйтесь в бой. Сразу же отступайте, вы поняли меня?

Все молча кивнули, после чего, Какаши продолжил:

— На данный момент, миссия уже идёт. И пусть вас не смущает то, что у вас нет сенсея, — обратился он к седьмой команде. — На время этой миссии, вашим командующим, будет… Учиха Саске.

— Что здесь, чёрт возьми произошло?..

В глазах команды номер семь и пять отразился шок от увиденной картины. Они стояли перед огромным кратером, в котором виднелись обломки от некогда скрытой базы террористической организации.

Хоть Шестой Хокаге и пояснил им суть их задания, однако они даже и предположить не могли, что разрушения будут подобных масштабов, в особенности, осознавая, что это всё дело рук Боруто.

— Он смог уничтожить всё это… — послышался голос Каваки, руки которого сжимались в кулаки. — Не могу в это поверить. Каким образом, он смог одолеть Джигена?

— Мы не знаем, сделал ли это Боруто. — поправила того Сарада. — Может быть, это и не он был.

— Не расслабляйтесь! — напомнил им Удон. — Вы ведь слышали, что он может быть где-то по близости.

— Это так. — донёсся голос Учихи Саске, что появился возле них, бесшумно и совершенно внезапно, тем самым напугав подростков.

— Папа! — выпалила Сарада, заметив отца.

— Вы наконец-то пришли.

Чунины команды номер пять, были слегка напуганы, той аурой, которая окружала этого человека. Сила Учихи и его глаз, была весьма угрожающе, и в этот момент, они поблагодарили богов, что он был за Коноху.

— Саске-сама… — обратился к нему, Удон. — Полагаю, Вы осведомлены о том, какова наша миссия.

— Да. Это я послал сообщение Шестому Хокаге. Однако… для меня неожиданность, что он прислал сюда и вас. — взглянув на Удона и его подопечных, высказал Саске. — Я не хотел впутывать в это дело, посторонних шиноби, в особенности детей.

— Прошу меня извинить, Саске-сама, — вмешался Дэнки. — но мы также являемся друзьями Узумаки Боруто, поэтому не могли проигнорировать эту миссию.

— Дело не в том, является ли он вам другом. — строго отрезал Саске. — Сейчас, он такая же угроза, как и Ооцуцуки. И вы можете попасть под его удар… ну ладно, раз уж Какаши отправил вас, значит знал, на что идёт.

От слов Учихи, ребята ощутили странную дрожь в коленях. Дело было очень серьёзным, это им объяснил ещё Шестой, однако… этот страх за свою жизнь, появился только сейчас. Желание спасти друга, граничила с желанием уберечь свою жизнь. И всё же, они решили идти до конца, чтобы хотя бы попытаться, вернуть его обратно.

— Зачем же, мы вам понадобились? — вопросил Мицуки. — И что, собственно, нам делать?

— По началу мне казалось, что Боруто ушёл… однако я ощутил его чакру, хоть и слабую. С помощью своего риннегана, мне удалось углядеть тонкую грань странного потустороннего измерения, которая тянулась вдоль всего кратера и уходила в сторону чащи леса. — проговорил Учиха, задумчиво глядя на кроны деревьев. — След пропал в километре от руин.

— И?.. — теряя терпение, прервал его Каваки.

— На конце этого шлейфа, я обнаружил нечто вроде… разреза. Обычным глазом его не углядеть, но даже мой риннеган, не способен прорваться сквозь этот разрез. Поэтому, я и попросил о том, чтобы прислали вас. Возможно, твоя карма, Каваки, сможет открыть разрез.

— Ты хочешь сказать, что Боруто возможно сейчас в потустороннем измерении?! — воскликнула Сарада.

— Да.

Учиха Саске был главнокомандующим, потому он приказал команде Удона быть позади них, и прикрыть их, если дело пойдёт плохо. Он понимал, что это миссия была очень рискованной, потому он заранее накопил как можно больше чакры в своём левом глазу, чтобы в случае чего, отправить их порталом в безопасное место.

По пути к месту назначения, Ивабе с любопытства вопросил:

— Вы ведь сталкивались уже с ним, да? Неужели Боруто действительно теперь способен навредить нам… он ведь, всегда казался мне, настоящим другом.

Дэнки и Металл Ли, с сочувствием взглянули на своего друга, который по прежнему не мог поверить в то, что Боруто мог предать их. Но взгляды бывших товарищей по команде, пугали его. Потому что в них, он видел разочарование, которое они испытывали, каждый раз, когда вспоминали тот злосчастный день.

— Э-Эй… но мы ведь обязательно вернём его! — воскликнул с надеждой Дэнки. — Ведь так ребята.?

— Да, мы обязаны это сделать. — ответила Сарада.

Достигнув цели, Саске остановился. Он повернулся к шиноби, оглядев их и убедившись, что они готовы к тому, что должно было произойти дальше. Активировав риннеган, он указал на место в котором, странная бирюзовая энергия, скапливалась, обретая форму рваного разреза.

— Вот здесь… Каваки, попробуй, что-нибудь сделать своей кармой. — попросил Саске, напрягшись.

В этот момент, все остальные словно ощутили какое-то напряжение. Время тянулось словно вечность, а звуки, пропали, и даже шелест листьев, казалось, смолк на нет. Тело Каваки покрылось кармой, засветившись кроваво-красным цветом. Он медленно направился к предполагаемому порталу, ощущая всем телом, то где он находиться.

Это чувство… прямо как тогда в деревне Облака. Нет… оно гораздо мощнее, даже в каком-то роде ужасней. — пронеслось в голове у Каваки.

Хоть они и были в чаще леса, а перед глазами, виднелись лишь стволы деревьев, каждый из них, ощущал эту странную энергию, которая окружала их. Было чувство, словно их давило извне, что-то очень тёмное и всепоглощающее. Сарада неосознанно активировала шаринган, на секунду, заметив перед собой, очертание рваной скважины в пространстве. Мицуки, хоть и не видел того, что увидела его подруга, однако отчётливо ощущал природную энергию, которая, прямо-таки разрывалась от более могущественной энергии, бьющей из центра этого… кошмара.

Каваки медленно поднял руку, в эпицентр точки, предполагаемой скважины, после чего, внезапно услышал голос. Холодный и отчуждённый, столь озлобленный тем, что его потревожили.

Уходите… Это моё последнее предупреждение…

Теперь он точно понимал, что Боруто находился здесь. И его карма, ощутив присутствие другой кармы, активировала разрыв между измерениями. В тот же час, перед глазами шиноби, разорвалось пространство, в глубокий космос. В червоточину, где не было ничего, кроме пустоты и зловещих тварей, что проснулись ото сна, ощутив, что их потревожили.

— Это… что за… — воскликнул Денки, как вдруг, на секунду заметил, чей-то глаз. Холодный, безжизненный и притягивающий.

— Закройте глаза, живо!!! — взревел Саске, обернувшись к товарищам.

Саске ощутив это нарастающее чувство страха, вспомнил об отчёте события, которое произошло в стране Ветра. Когда небеса разорвались и оттуда, вылезло нечто, утащив за собой, предполагаемо, одного из Ооцуцуки. Все, кто глядел в эту червоточину, длительное время, начинали сходить с ума… другие же, видели после этого события, кошмары, связанные с этим измерением. Учиха подозревал и раньше, что это было дело рук его ученика, однако только сейчас, он убедился в этом.

Зачем вы потревожили меня? Сколько раз, вам нужно истерзать мою душу, чтобы наконец-то отстать… как же я устал от всего. От вечности, от бессилия и отчаяния, которое исходит от вас. Я ненавижу эту судьбу. Ненавижу… Порвать на куски, всю эту сраную реальность.

Голос Боруто, звучал у каждого в голове. Он был холодным и таким… зловещим. Дэнки затрясся, упав на колени, сдавливая свои уши. Ивабэ не мог даже вздохнуть, потому что его сердце, сдавило так сильно, а лёгкие не могли протиснуть воздух, от наполненного страха. Металл Ли, хотел убежать. Ему хотелось уйти от этого страшного места. Но он не мог пошевелиться, даже глаза закрыть. Червоточина ощущала его слабость, и первым, именно он пал от проклятого глубокого космоса. Глаза судорожно закатились наверх, а из глотки повалили слюни, он упал на землю, дёргаясь в конвульсиях.

— Металл! — крикнул Удон, кое-как двинувшись с места. Он тоже был скован страхом, но жизнь его ученика, была в опасности, и он нашёл в себе силы, чтобы вернуть контроль своим движениям.

Слабость была всегда присуща вам. И из этой слабости, рождается ваша смерть.

— Боруто!!! –выкрикнул от бушующей ярости Каваки, сжав ладонь.

И в этот момент, из этой тьмы, начало формироваться тело. В момент, когда он обратил в пустоту базу Кары, его тело также рассыпалось в чистую энергию космоса, бушующего, агрессивного и ядовитого. В отчаянии, он метался по пространству, не понимая где он, пока и вовсе не осел здесь, собираясь с мыслями, точнее её осколками, которые всё никак не хотели собираться. Пока не пришёл Каваки. Его карма, вновь пробудила в нём разум, и он, пробудившись ото спячки, вновь был готов вернуться в естественный и столь же примитивный для разума жалких существ, мир.

Из портала начали бить молнии, которые в мгновение, начинали собираться в тело. Кости… нервные окончания, плоть и одежда… Боруто вновь вернул себе физическую оболочку, а вместе с ними и разум. Портал за ним, в тот же момент, захлопнулся.

Резким рывком, блондин, врезал ногой в живот Каваки, отшвырнув его тело в ближайший ствол дерева. Саске активировал мангекью, наслав на своего ученика чёрное пламя, которое, в мгновение было поглощено кармой.

Вороны истошно начали реветь, взлетая в небо, чтобы унестись прочь от появившегося демона в облике которого, был Боруто. Его глаз сиял, холодной, голубой энергией, которая оглядывала присутствующих людей.

— Снова вы… — выдохнув, заговорил Узумаки, повернувшись к своим, некогда, товарищам. — Снова и снова… каждый грёбаный раз, мне приходится видеть ваши рожи.

Перед его глазами, пронеслись воспоминания из прошлого. Того прошлого, где он не мог их спасти. Они вызывали в нём бессилие, которое он ненавидел. Презирал и хотел избавиться от него.

Сарада глядела на него с выпученными глазами в которых виднелся мангекью. Она сотню раз думала о том, как же пройдёт их встреча, и каждый раз, он клялась себе, что не потеряет контроля над своими эмоциями. Но вот, он прямо перед ней, а сердце так и колотиться…

— Боруто, я больше не позволю тебе и дальше бесчинствовать! — уверенно воскликнул Мицуки.

— Неужели?.. — хмыкнув, ответил Боруто. — Ну тогда, покажи мне свою уверенность.

— Назад! — крикнул Саске, — Он поглощает любые техники… поэтому, совладать с ним, способен возможно только я и Наруто.

— Вы так уверенны в этом, сенсей? — простодушно вновь задал вопрос Боруто. — Все ваши потуги, не имеют какого-либо смысла. Почему всегда, ваши мозги, вплетают меня в эту убогую историю… Бессмысленную и однобокую. Словно меня надо «образумить», я не Вы.

— Хватит! — выкрикнула Сарада, не выдержав подобного отношения к ним и её отцу.

Её объяло сусаноо, что в тот же момент, приобрело вторую форму. В свою очередь, Боруто продолжал выглядеть невозмутимым. Даже когда несколько огненных шаров летело в его сторону. В этом мире, кажется не было существа, способного противостоять ему.

— Бесполезно. — произнёс Узумаки, полностью расщепив огненные шары. — Ярость настолько ослепила твою пустую голову, что ты этого до сих пор не понимаешь, Сарада? Вся в мать…

После этих слов, Боруто направил в её сторону ладонь, которая начиная светиться, должна была вот-вот выстрелить сжатым энергетическим лучом. Однако Саске, сделав замещение с помощью своего левого глаза, поменялся местами с ним, тем самым поменяв траекторию выстрела в сторону.

— Ого… а вы не так уж и бесполезны, как я считал. — ухмыльнувшись, высказал Боруто.

Позади него, появился Ивабэ, в руках его была кувалда, созданная из камней с помощью стихии земли. Он попытался ударить ей по затылку блондина, но в тот же момент, когда орудие уже практически коснулось его макушки, Боруто резко развернулся и отбросил того ногой, ударив в бок. Удар был настолько сильным, что все рёбра с правой стороны, были сломаны, а осколки от костей, впились в лёгкое. Он прохрипел что-то нечленораздельное, схватившись за грудь обеими руками.

— Хватит уже Боруто! — крикнул Мицуки, обвязав своего друга руками, пытаясь того сдавить, как можно сильнее.

— Мицуки, ты забыл, что моё тело прочнеет, когда я нахожусь в режиме кармы? — напомнил Боруто, после чего с лёгкостью, вырвался из пут эластичных рук. — Что ж, это будет для тебя уроком.

Он схватил одну из рук Мицуки, после чего провёл по ней, невероятно огромный разряд молнии, от которого, тот вскрикнул от боли.

— Вот же!.. — прошипел Удон, после чего, сложив несколько печатей, выстрелил в Боруто, сжатым потоком воды, попытавшись ранить того. Однако же, карма вновь поглотила технику. — Зараза!

— Какие же вы все всё-таки тупые и упрямые!.. — процедил Боруто, явно начиная злиться от того, что они продолжают эту бессмысленную борьбу.

Внезапно из-за спины Удона, выстрелил луч красного цвета, который попав в плечо Боруто, внезапно для всех, смог ранить его. Сам Узумаки оскалившись от боли, раздражённо перевёл взгляд на виновника.

— Единственный, кто может с тобой тягаться… это я! — выкрикнул Каваки, мгновенно набросившись на Боруто.

Узумаки сомкнув брови, вытащил из ножен свою катану, уверенно взглянув на бегущего в его сторону Каваки. Их взгляды встретились, и в них не было чего-то хоть отдалённо напоминающего дружбу. Они были настоящими природными врагами, хищниками, что столкнулись в этих охотничьих угодьях.

— Я отсеку твою голову. — процедил Боруто.

На бескрайнем небе, начали проявляться тучи и затеняя собой всё то, спокойствие этого дня, полил ливень, окропив землю холодными каплями дождя, предзнаменовавшего чувства тех, в ком всё ещё горела надежда на светлое будущее их друга.

Среди чащи дремучего леса, слышались звуки битвы монстров. Каваки в душе которого, пылала злоба, со всей силы замахнулся когтями, созданными его собственным усовершенствованным телом. Боруто не без труда, но всё же выдержал этот удар, ударив в ответ своей кармой.

— Я уже и забыл, какова твоя сила, Каваки… — с лёгким напряжением, высказал Боруто.

Карма на руке вновь загорелась, после чего, брюнет слегка отскочил, замахнувшись ногой. Узумаки, однако же, без труда увернулся от замаха, вытащив свой клинок, чтобы отсечь недругу ногу, но ему этого не дал сделать Саске, сделав замещение с Каваки.

Скрестив катаны, Саске невзначай, заметил, что в руках его ученика, была идентичная катана, что была у него самого. Это было странно. Потому что, он точно помнил, что у его ученика, она была другой. Отскочив от него на расстояние, Учиха воскликнул:

— Откуда… у тебя эта катана?!

Переведя свой взгляд на свой клинок, Боруто слегка нахмурился, после чего, вновь посмотрел на своего учителя.

— Похоже, здесь всё и правда слегка меняется. — наведя свой клинок на Саске, произнёс он. — Но ваши амбиции, ваши желания и души, они всё же остаются неизменными.

В этот раз, Боруто решил не дожидаться от них первого удара. Двинувшись в их сторону, у него было чёткое намеренье, покончить со ними, раз и навсегда. В его сторону, выстрелил ещё один луч кармы Каваки, от которого он отбился своей кармой, выстрелив своим лучом. Активировав джооган, Узумаки телепортировался, создав позади себя скважину, после чего, такая же появилась за спиной Учихи.

— Папа! — выкрикнула Сарада, заметив Боруто.

— Ты будешь первым! — выкрикнул блондин, вонзив свою катану в плечо Саске.

Но как только он пронзил его, в тот же момент, Учиха поменялся с ним местами.

— Попался!

Покрепче схватившись за катану, Саске разрезал плечо, разбрызгивая кровь во все стороны. Но карма, в то же мгновение, полностью исцелила открытую рану. Боруто резким рывком, обернулся, схватив Учиху за горло, а после выхватив из его руки свой клинок.

— У тебя больше нет сил использовать свой левый глаз. — с этими словами, Боруто напитал клинок молнией, направив тот прямиком в грудь учителя. — Прощай!

Но в это мгновение, руку Боруто обвили несколько змей, объятых странной зеленоватой энергией. Они обезвредили клинок, попутно сжав руку блондину, да так, что он выронил свой клинок на землю.

Переведя свой взгляд на виновника, он слегка обомлел. Мицуки, впервые за много лет, вновь активировал режим мудреца.

— Я не позволю тебе и дальше творить, что вздумается, Боруто! — процедил белый змей, внезапно на невероятной скорости врезавшись в Узумаки.

Прижав того к стволу дерева, Мицуки оскалился. Он слишком долго сдерживался. Не хотел верить в то, что Боруто изменился. Хотел видеть в нём только лучшее, но его поступки… его взгляд и даже голос. Всё это, словно опустилось во тьму. Его солнце погасло, а вместе с ним, погасла и надежда.

— Ты монстр. — сказал он, после чего, ударил со всей силы в солнечное сплетение.

Боруто пронёсся сквозь несколько стволов деревьев, ощущая как его внутренности, горят от необузданной силы природы, которая сочилась из его бывшего напарника.

Каваки также бросился на помощь к своему напарнику. Сейчас, ему было неважно, что это была за сила такая у Мицуки. Важно было то, что он смог противостоять Боруто, даже учитывая то, что у него была карма. Теперь у них были равные шансы.

— Ты всегда был занозой в заднице, как и Каваки… — прохрипел Узумаки, встав на ноги.

Раны хоть и с трудом, но всё же восстановились. Режим мудреца, позволял Мицуки противостоять карме, так как тот, исходил из природной энергии.

Каваки не хотел давать шанса на передышку Боруто, быстро настигнув того врасплох. Очередной удар пришёлся в челюсть. Узумаки остановил ещё один замах, но тут же получил удар ногой по рёбрам от Мицуки.

— Я переломаю тебе кости, чтобы ты не смог двигаться… — холодно произнёс Мицуки.

— Начну с рук! — выкрикнул в тот же момент Каваки, ломая правую руку Боруто.

Он ожидал услышать крик боли или озлобленный рёв, но вместо этого, послышался лишь нарастающий смех. Боруто был прижат к разломленному стволу дерева, продолжая хохотать, не то от бессилия, не то от безумия, которое поглотило его в собственном измерении.

— Что смешного, ублюдок?! — взбешённо крикнул Каваки, прижимая его тело к земле ногой.

— Забавно, видеть всю ту уверенность в ваших глазах… Вы ведь не собираетесь меня убивать. И в этом кроется ваша ошибка, мои дорогие друзья. — высказал в ответ Боруто, на лбу которого, уже начинал прорастать рог, а тело покрываться кармой. — Скажи, Каваки… ты хорошо можешь контролировать свою карму? Вероятнее всего нет, ведь тогда, ты точно также как и я сейчас, активировал бы её полностью…

Он резко схватил прижимавшую его тело, ногу Каваки, после чего, быстрым рывком отбросил того в сторону. Взлетев в воздух, Боруто создал в руке огромный расенган, направив его в Мицуки.

— Признаться честно, ты в моей вселенной, чуть не убил меня однажды… — неожиданно произнёс Боруто, перед тем как бросить огромный спиральный шар в белого змея. — Посмотрим, такой ли ты живучий здесь!

Внезапно, расенган покрылся чёрным пламенем, что за несколько секунд, полностью его выжег не оставив и следа. Далеко впереди, показалась фигура Учихи, что глядел на него, своим вечным мангекью.

— Ты продолжаешь мешать мне… — устало протянул Боруто, создав на кончике своего пальца сжатый расенган. — Посмотрим, сможешь ли ты сжечь это…

Несколько крохотных расенганов, на невероятной скорости, полетели в сторону Саске. Он не мог уследить за всеми ними, потому решил создать вокруг себя идеальную защиту в виде сусаноо.

Со стороны вновь выстрелил луч кармы Каваки, который настиг лица Боруто. Однако же, блондин даже не шелохнулся, лишь провёл рукой по своему лицу, словно пытаясь понять, оставил ли хоть какой-то урон, этот никчёмный луч.

— Бесполезно. Твоя карма слишком слаба.

Внезапно, Боруто что-то ощутил внутри себя. Контроль его чакры, почему-то был нарушен. Он не понимал, что происходило с его телом. Чакра, будто бы… перестала циркулировать по его телу, из-за чего, карма также перестала контролироваться, постепенно возвращая его в прежнее состояние.

— Что за…

Активировав джооган, он увидел, что нарушение чакры, происходило из-за… Сарады. А если быть точнее, её глаз. Боруто впервые встретился с нечто подобным, он не мог вспомнить, были ли похожие способности глаз у Сарады из его вселенной. Нет… если бы были, он точно запомнил бы это.

— Так это сила твоих глаз? — обратился он к Сараде.

Отлично! Похоже это всё же сработало, хоть я и был не уверен в этом — подумал Саске, метнувшись к Боруто, который медленно, но верно, начинал терять силы кармы.

— Ты сказал… о том, что я чуть не убил тебя… в своём измерении. — пролепетал непонимающе Мицуки, глядя на медленно опускающегося Боруто. — Что ты имел ввиду?

— Разве это не очевидно? — усмехнулся Боруто. — Ну да ладно, хватит уже болтовни. Похоже, мне нужно сменить приоритеты.

Его взгляд был направлен в сторону чащи, откуда на него глядела Учиха.

Сила её глаз, способна останавливать циркуляцию чакры… весьма опасно для меня. — подумал Боруто, решив переместиться через скважины.

— Нет, не дайте ему уйти, сквозь портал! — выкрикнул Саске, пытаясь собрать оставшуюся чакру в левом глазу, чтобы переместиться к Боруто.

Каваки метнулся к Боруто, чтобы остановить его, но тот в свою очередь, внезапно полетел в его сторону, застав того врасплох.

— Я ожидал, что это сделает Мицуки, но ты гораздо подходящий вариант. — сказал Боруто, схватив того за руку, где находилась карма.

В этот же момент, он быстрыми темпами, начал выкачивать из него тёмную материю, которой питалась в основном сама карма. Каваки в тот же момент, начал ощущать, как контроль над кармой, становился всё хуже и хуже.

Приземлившись на землю, он вытащил из подсумки Каваки, несколько дымовых бомб, после чего бросив их, скрылся из виду, тем самым деактивировав способность шарингана Сарады.

Вернув себе контроль над циркуляцией, Боруто вновь активировал карму. Проявилась скважина, пройдя через которую, он оказался в метре от выдыхающейся Сарады, из глаз которой, продолжали капать кровавые слёзы.

Не теряя времени, он тут же врезал ногой по её лицу, отправив в затяжной полёт. Подойдя к её дрожащему телу, он потянулся пальцами к глазам, дабы вырвать их. Уж слишком они были ценны, чтобы находиться у такой как она.

Мицуки на всей скорости бежал к Сараде, чтобы помочь ей, однако даже с силой мудреца, он был недостаточно быстрым… Практически раскрыв левый глаз Сарады, блондин вдруг ощутил что-то неладное.

Рядом с ним, вдруг приземлилась небольшая стальная капсула с размером кунай, взглянув на которую, Боруто нахмурился, после чего, та раскрылась, ярко осветив всё пространство вокруг, тем самым сильно ослепив Узумаки.

— Ч-что за?! — воскликнул он, недоумевая.

Почему его глазам было так больно? Он не понимал, откуда взялась эта боль. Никакая техника или гендзютсу человека, не могло повлиять на него, так почему же, его ослепило чем-то настолько ярким?

— Огонь! — выкрикнул неизвестный, сидя за кронами деревьев.

Из-за кустов, в тот же момент, выстрелило несколько сфокусированных лучей. Настигнув тела Узумаки, неожиданно для всех, они оставили серьёзные ожоги после себя. Боруто от неожиданности вскрикнул, упав на землю.

— Ч-Что… что это?! — воскликнул он, выпучив глаза.

— Это будущее… — послышался голос молодого мужчины, выходящего из-за деревьев. На его глазах виднелась металлическая заслонка с инкрустированными несколькими драгоценными камнями, а на лице, красовалась ухмылка от удовольствия, которое он испытывал, слушая нотки страха в голосе полубога.

— Кто вы?! — вопросил, непонимающе Удон.

Тот не успел открыть рот, как Боруто устремился в сторону потенциальной опасности. Люди с совершенно ему незнакомым опасным оружием, не успели вовремя среагировать, и клинок Боруто практически коснулся лица слепого мужчины, но в последний момент, тело блондина обвили энергетические змеи, которые, в мгновение, притянули его к Мицуки.

— Я не позволю тебе и дальше бесчинствовать! — прокричал Мицуки, проводя по телу Боруто мощный разряд молний созданных из природной энергии.

Оглушённого Узумаки в тот же момент, впечатал в землю, Каваки, создав огромный молот из своей руки. После чего схватив того за запястье, на которой была карма, начал принудительно выкачивать из него тёмную материю.

— Ого… это было близко. — прикоснувшись к своему лицу, произнёс Энджи. — Я всё ещё ощущаю холодную сталь твоего клинка на своей коже, Узумаки Боруто…

Саске, что до этого, с тревогой осматривал бессознательно лежащую дочь, настороженно посмотрел в сторону, внезапно появившихся шиноби, с неизвестным оружием. После чего обратился к Энджи:

— Вы ещё кто такие?

— Учиха Саске, со всем уважением к Вам, но разве сейчас подходящее время разбираться, кто мы такие… Боруто Узумаки всё ещё опасен.

Мицуки и Каваки прижимали Боруто к земле, тогда как тот, изо всех сил, пытался вырваться, стискивая зубы. Из его глотки выходило разгневанное рычание и злость, от того, что его смогли каким-то образом одолеть.

— Ч-Чёрт! — прошипел Каваки, еле сдерживая Боруто, — Я выкачиваю из него силу кармы, но он по прежнему, чертовски силён!

— Вы… все подохнете..! — скаля зубы, проревел Боруто, всё сильнее вырываясь из захвата. — Я вас всех, нахрен поубиваю!..

Энджи дал команду своим людям вновь выстрелить в Узумаки, дабы тот вновь ослаб, однако Боруто, заслышав его слова, накопил всю оставшуюся силу, после чего вырвался из захвата, и схватив Каваки, он заслонился им от нескольких точных выстрелов. Снаряды попали в спину живого щита, от чего тот, широко раскрыл глаза, а из глотки вышло нечто походящее на хрип.

— Каваки! — крикнул Мицуки, замахиваясь кулаком на Боруто.

Но в этот момент, он активировал джооган, после чего, произошло нечто поистине странное. Каваки лежал где-то в метре от Боруто, тогда как Мицуки валялся у одного из сломанного дальнего ствола, дерево которого, уже валялось на земле.

— Что за… — растерянно оглядываясь по сторонам, воскликнул Саске.

Остальные шиноби, также изумлённо осматривались, пытаясь найти Боруто. Его словно и след простыл… он исчез, оставив после себя лишь разваленные деревья и пустые оболочки его, некогда друзей.

— Похоже мы его упустили… — вздохнув, заключил Энджи, задумчиво коснувшись пальцами, подбородка. — Ладно, приведите сюда медиков, тут явно нужна помощь…

Битва была окончена. Они вновь упустили того, за кем так долго гонялись. Саске ощущал опустошённость внутри себя, глядя на своих израненных подчинённых. Всё стихло, птицы улетели, и лишь ветер продолжал своё дуновение, оставляя Учиху в своих раздумьях о том, не поздно ли для возвращения Боруто Узумаки?

Спустя несколько часов, все шиноби Листа, находились в госпитале деревни скрытого Тумана. Странный отряд с оружием, способным навредить Ооцуцуки, и во главе которого находился не менее загадочный и странный джоунин, были посланы к ним из страны Воды.

Саске сидел возле койки своей дочери, наблюдая за ней. В голове витали мысли о Боруто и миссии в которой, дети могли погибнуть… Когда-то давно, Наруто говорил ему о том, что хочет создать мир, где детям не придётся воевать, где не будет войн, а серьёзной проблемой, будет закрытие Ичираку. Однако же, Учиха глядел на мир, совершенно по-иному, даже после всего того, что сделал Наруто. Мира нет. Всегда найдётся кто-то, кому наскучит это спокойствие. Мы можем лишь отстрочить неизбежное или пожертвовать чем-то, ради этого мимолётного мгновения спокойствия.

Но ты ведь упрям не так ли? — подумал про себя Саске. — Когда все отвернулись от меня, ты всё ещё верил и хотел вытащить из этой тьмы в которой я утонул, казалось бы навсегда.

Я обязан исправить то, что натворил. Должен остановить монстра, который рос под моим боком, учился у меня, разделял радость со мной и задавался вопросами, на которые… признаться честно, я на самом деле не знал чёткого ответа.

Дверь в палату слегка скрипнула. За ней показался Каваки, раны которого, бесследно исчезли. Он подошёл к Учихе, с печалью глядя на лежащую подругу.

— От меня… совершенно нет проку. — высказал он, сжимая губы. — Хоть я и обладаю кармой, но какой толк, если даже товарищей не могу защитить?

— Это не твоя вина, Каваки, — вздохнув ответил Саске, — миссия была моей идеей. Я слишком сильно поверил в вас и наложил большую ответственность. Наруто бы никогда мне не позволил чего-то подобного.

Между ними повисла тишина. Каждый думал о чём-то своём. Но единственное, что объединяло их мысли, это был Боруто.

— Я… не знаю, могу ли теперь сдерживать себя. — вдруг произнёс Каваки. — Не знаю, каким Вы видите этого человека, но я не питаю к нему ничего, кроме ненависти. Он опасен, не только для нас с вами, но и для всего человечества. То как он говорил, угрожал… его злоба, куда сильнее кого-либо в этом мире.

— Ты прав. — неожиданно согласился Саске. — Боруто больше не похож на того, кого я помнил. В его глазах, нет человечности, он стал одержим чем-то тёмным и безжалостным. Однако… кое-что в нём, мне показалось подозрительным.

— Вы тоже это заметили, Саске-сан? — вмешался Мицуки, зайдя в палату. — При сражении, когда он решился метнуть в меня расенган, он кое-что сказал…

Они выжидающе глянули на белого змея, ощущая дрожь в теле. Этот мир менялся, даже слишком сильно. И то, что казалось невозможным, обретало новую форму, нечто осязаемое и реальное.

Мицуки нахмурился, процитировав:

— «Признаться честно, ты в моей вселенной, чуть не убил меня однажды…» Вот что он сказал в тот момент.

— Чего?.. — пытаясь понять, значения этих слов, выдавил из себя Каваки.

— Его повязка… и клинок, которым он сражался. — задумчиво добавил Саске. — Они тоже… не могли никоим образом, появится у него.

Из подсумки, он вытащил свою старую бандану на которой виднелся след от когтя Наруто.

— На его голове, без каких-либо сомнений, был мой протектор…

— Что вы хотите этим сказать? — вновь задался вопросом, непонимающий Каваки. — Как у Боруто, могла оказаться ваша повязка, если… она была всё это время при Вас?

— Я тоже не очень-то понимаю этого. — признался Учиха, пытаясь понять, что же всё это значит.

— Саске-сан, Вы ведь знакомы с теорией, параллельных миров? — обратился Мицуки.

Учиха призадумался, вспоминая о том, что же это. Кажется, когда он учился у Орочимару и читал все те книги, которые накопились в его лаборатории, в одной из них, была весьма странная теория о том, что окружающая нас реальность может быть неоднородна.

— Да… я слышал о чём-то подобном. — ответил ему Саске. — Теория о том, что помимо нашей реальности, есть ещё множество других, где время течёт по-иному.

— Боруто упомянул, что в его измерении, я чуть не убил его. Возможно… я всё ещё в этом не уверен, но возможно, есть доля вероятности, что тот, с кем мы сражались, это не совсем тот Боруто, который нам нужен.

Каваки призадумался, мозги кипели уже от этих рассуждений. Как так могло получиться, что они сражались не с тем Боруто, если у него была карма, его голос, и это явно был не клон. Хотя… в чём-то Каваки, всё же начинал понимать. Странное чувство, того как его карма реагировала на Боруто. Словно… он был туманным, более тёмным и зловещим. Может быть, в словах Мицуки, была доля истины.

— Я нихрена, честно говоря, не понял… — раздражённо выдал Каваки.

— Это и правда звучит, весьма бредово. — высказал Саске, переведя взгляд на свою дочь. — И всё же, он не был похож на того, кого я знал. И потом… когда он успел создать катану, идентичную моей?

— Кстати… Саске-сан, я помню, как он обращался к вам со словами насчёт того, что здесь всё меняется, кроме наших амбиций… — вдруг добавил Каваки. — Было такое чувство, словно он сравнивал нас с кем-то ещё.

— Его повязка, сравнения, и тот факт, что он упомянул о другом измерении. Всё это наводит мысль на то, что Боруто не из этой реальности. — подытожил Мицуки.

Пока команда номер семь обсуждала, кем может являться Боруто с которым они сразились в недавней битве, за дверью палаты, стоял мужчина, прислонившись к стене. Этим человеком был глава «специально сформированного отряда» Ясуши Энджи. Хоть он был слеп, но слух его был острее, чем у кого-либо из людей. Он внимательно слушал то, о чём говорили прибывшие ниндзя из Конохи.

Боруто Узумаки, из другого измерения? Весьма интересно… стоит доложить об этом Джигену, он явно будет заинтересован в этом. — подумал про себя Энджи, отстранившись от стены.

Вместе с тем, Энджи беспокоила ещё одна личность, помимо Узумаки Боруто. Предполагаемо ещё один потенциальный предатель, в лице Амадо, что исчез, после уничтожения основной базы. Слепой джоунин, по приказу господина, оповестил Кодо о поимке ценного учёного, но с тех пор, от того не было ни слуху ни духу.

Ты ведь не мог, просто сгинуть, Амадо… ты слишком умён для столь идиотской смерти. — усмехнувшись, подумал Энджи. — Ты явно был рад, подобному стечению обстоятельств, ведь я давно уже заметил, твои игры против Джигена…

После того, как миссия по поимке Узумаки Боруто, провалилась, Энджи в знак доброй воли страны Воды, помог шиноби Листа оправится после столь тяжёлых ранений. Медики оказали первую помощь, после чего, сразу же перенесли их на территорию деревни. Страна воды, была долгое время, клеймёной, как одна из самых кровавых и жестоких деревень, среди пяти стран. Мей Теруми — Пятая Мизукаге, с большим рвением, пыталась вернуть былое величие своей страны, после бесчеловечного правления Ягуры предыдущего Мизукаге. После вступления во всемирный альянс на четвёртой мировой войне, все страны, сплотились. И после завершения этой самой страшной войны, союз деревень лишь укрепился. Тем самым, дав шанс деревне Тумана, показать то, что она изменилась в лучшую сторону, оставив кровавую историю, позади. После Мей, бразды правления взял на себя её телохранитель Чоуджиро, один из последних официальных семи мечников.

Но даже так, остатки былых кровавых лет, всё ещё давали о себе знать. В сердцах людей, до сих пор, пылала тёмная жажда крови. Всё дошло до того, что несколько шиноби, решили свергнуть нынешнего Каге, попутно став новым поколением семи мечников. Но благодаря вмешательству шиноби Конохи, этот бунт удалось подавить, а всех причастных к нему, посадить за решётку.

После всех, ужасных событий в мире. Мизукаге решил не сидеть сложа руки и ждать нападения врага, а серьёзно заняться разработкой оружия, которое сможет, хотя бы противостоять Ооцуцуки и им подобным. В первую очередь, он приказал учёным, собрать всю информацию о битве с Ооцуцуки, дабы те, придумали в конце концов, хоть что-то, что сможет навредить им.

Энджи, являясь не последним человеком в деревне, также приложил к этому свои руки, незаметно для всех, внедрив в касту учёных, кое-кого из Кары. Джиген узнав о том, что страна Воды углубилась в эту тему, с энтузиазмом оценил данный шаг.

«Человечество за всю свою историю, всегда находило новые способы убить кого-либо в этом мире» — вспомнил Энджи слова своего господина. — «Мне будет интересно узнать, найдут ли они управу на моих сородичей…»

Спустя несколько месяцев, наконец-то были созданы первые прототипы стрелкового оружия, что стреляло высокотемпературным сгустком смеси плазмы. Учёные определили, что для повреждения тела Ооцуцуки, нужно непосредственно нечто, созданное не чакрой, а естественной природой. Потому, были созданы, как их назвали шиноби — «выжигатели». Первые прототипы, весьма… специфичны и созданы для исключительно определённых шиноби, способных управлять элементом огня. Перед выстрелом, пушку необходимо было очень сильно нагреть, в области заряда, и лишь после этого, она была способна выстрелить особой плазмой, что прожигала тело Ооцуцуки. В данном случае, чакра выступала лишь катализатором для нагрева вещества, но никак не влияла на процесс создания плазмы.

Первые испытания были пройдены. Специальный отряд, собранный из шиноби, владеющих элементом огня, уже написали подробный отчёт о том, как повлияла плазма на объект. И теперь, учёные могут с уверенностью начать улучшать данные прототипы до автономных, дабы ими могли пользоваться даже обычные люди.

Энджи ощущал, что это был переломный момент в истории человечества. Создание оружия, способного уничтожить тех, кого они так боялись. Джиген-сан всё же был прав, когда говорил, что человек сможет создать любое оружие, против своих естественных врагов.

— Технологии идут вперёд, а вместе с ними и прогресс человечества. Как забавно, а? — вслух произнёс Энджи, обращаясь к пустоте.

В тот же день, как только шиноби листа прибыли в деревню Тумана, Учиху Саске пригласили к Мизукаге, чтобы обсудить с ним, то что произошло на границе. Естественно, шиноби страны Воды, если можно так выразиться, неофициально вторглись на территорию страны Огня, однако Саске, понимал, что сейчас какой-либо конфликт со странами, был бы весьма некстати.

Войдя в кабинет Мизукаге, первым делом, он увидел знакомый силуэт своего старого друга. Чоуджиро сидел за рабочим столом, попутно что-то печатая на своём рабочем компьютере. Наверняка какой-нибудь отчёт или важный документ… Быть лидером деревни, весьма сложно и муторно. Потому Саске и решил не вступать на пост Хокаге. Потому что понимал, что его могло ждать, будь он на месте Наруто.

— Ох, Учиха Саске, рад тебя поприветствовать в деревне Тумана! — воскликнул добродушно Мизукаге, слегка отодвинувшись от рабочего стола. — Думаю, у тебя много вопросов по поводу, нового сформированного специального отряда.

— Ты прав… — подойдя к рабочему столу, ответил Саске. — Деревня Листа, да и вообще кто-либо в мире, знает о том, что вы здесь создаёте?

Чоуджиро тяжко вздохнул, внимательно взглянув в глаза Учихе. Прошло уже много лет с тех пор, как Саске перестал быть всемирно опасным преступником. В прошлом, Чоуджиро даже и слушать не стал бы, если кто-нибудь сказал бы, что Саске будет тем, кто спасёт весь мир.

Его холодные глаза, по прежнему пугали его. Образ психопата, пришедшего на собрание «Пяти Каге», всё ещё витал где-то в разуме, не давая до конца успокоится сердцу от чувства, что он в опасности.

— В мире творятся очень страшные вещи, в особенности в последние годы. Уничтожение деревни Облака, нападение на деревню Песка… потеря Наруто…

— Он ещё жив. — поспешил поправить того, Саске. — Чтобы там никто не говорил, но его жизнь ещё не утеряна.

— Конечно-конечно… но, Саске, давай на чистоту. Нельзя жить только с надеждой на светлое будущее. Разве я не прав?

— Может быть. — слегка нахмурившись, ответил Саске, в голосе которого, прослеживалась тонкая нить неуверенности в своей убеждённости того, что Наруто сумеет всё исправить.

— Ооцуцуки ходят среди нас. Это уже не какие-то там догадки, а реальный факт. Они слышат всё, видят всё, изучают всё… Хотя с другой стороны, это странно. Момошики прекрасно дал нам понять, что они не видят в нас, что-то большее чем просто ресурс для получения большей мощи. Поэтому, я и принял решение, глобально взяться за идею некого оружия, с помощью которого, мы сможем противостоять им.

— Весьма логично, что это когда-нибудь произошло бы, но… у меня всё же вопрос: почему никто из других соседствующих стран, не знает о том, что здесь идут открытия по созданию совершенного нового и незнакомого оружия?

Чоуджиро скрестил пальцы, пристально взглянув на Саске, проговорив:

— Как я сказал ранее, Ооцуцуки везде… и потому, я решил максимально засекретить саму суть того, что мы здесь делали. Изучение слабостей врага, это естественно для нас, и для них возможно тоже. И потому, дабы сохранить эффект неожиданности для вражеских вторженцев, я и не ставил в известность, других лидеров деревень. Потому что был риск…

— Навлечь на себя гнев Ооцуцуки. — закончил за него Саске. — Что же насчёт нового оружия… признаться честно, я никогда раньше не видел ничего подобного. Хотя нет… всё же, было нечто схожее, кажется его разрабатывали в деревне Облака. — высказал Саске, вспоминая то, как необычно выглядело оружие нового поколения.

— Ты совершенно прав. — достав из стола, несколько чертежей одного из первых прототипов, выпалил Мизукаге. — Я дал задачу учёным, сделать нечто мобильное и одновременно с этим, смертоносное. Они долго думать не стали, решив не изобретать тот же велосипед, а просто взяли наработки других стран.

— Вот оно что… ты видел результат этих творений? — вопросил заинтересовано Саске.

— Я читал отчёт. — кивнул Мизукаге. — Боруто Узумаки, прибывая в форме кармы, получил серьёзные ранения, хоть и не столь существенные, как предполагалось.

Его взгляд притупился, а на лице дрогнули мышцы от воспоминаний об этом светлом парнишке.

— Чёрт… признаться честно, мне до сих пор, не верится в этот отчёт. Неужели он и правда, стал таким… страшным? — вопросил Чоуджиро.

— Я пока не уверен в этом. — ответил туманно Учиха, оставив Мизукаге в неведении. — В любом случае, я должен быть благодарен вам, за то, что ваш отряд прибыл вовремя и спас мою дочь от смерти.

— Не стоит. — поспешил ответить Каге, слабо улыбнувшись. — Наши страны имеют более чем хорошие отношения, и я надеюсь, что мы и дальше продолжим друг друга поддерживать.

Взгляд Мизукаге слегка потупился, как только речь вновь зашла о секретных разработках.

— Что же насчёт, оружия… похоже больше нет смысла скрывать его от мира. Боевой потенциал ещё далёк от идеала, но я верю, что мы сумеем его обуздать и улучшить. Я отправлю сообщения остальным правителям о том, что готов поделиться с ними хорошим вооружением, не бесплатно, конечно…

— Я понимаю это. — задумчиво ответил Саске.

Его радовала то, что наконец-то у человечества появилась надежда на спасение. Однако вместе с тем, пришло и беспокойство. Люди были опасны для самих себя. Корысть, жестокость и жажда до большего, всегда плохо влияли на подобные всемирные открытия. Оружие может попасть не в те руки, и тогда, кто его знает, что может произойти. Ими могут управляться, обычные люди, как и нинджетами, и хоть те, требуют боевую подготовку, а также множество разрешений на право иметь подобное приспособление, случилось много разных преступлений, где люди как раз-таки и использовали нинджеты в совершенно отвратительных умыслах.

То что было призвано давать людям надежду и защищать их, в итоге, превратилось в угрозу. С новыми прототипами, скорее всего, произойдёт нечто похожее. Люди не меняются. Меняются эпохи и способы насилия.

Спустя несколько дней, все шиноби были выписаны. Кости Ивабэ всё ещё сильно болели, но он не желал больше лежать на койке. Всё это время у него из головы не выходил Боруто который теперь, казался ему совершенно чужим человеком. Ему хотелось поскорее снова вернуть себе былую форму и сразиться с ним, хоть он и осознавал, что скорее всего, очередной такой удар, он не сможет пережить.

Дэнки прибывал в подавленном состоянии. Он не смог даже пошевелиться, когда пред ним появился Боруто. Холодный, сверхъестественный и совершенно чужой. Казалось, что одним только взглядом, он мог испепелить его. Но всё обошлось… он даже не заметил его присутствия. Все сражались, но не он… потому что он был сильно напуган. Напуган неизвестностью, которая исходила от кармы.

Каваки и Мицуки также поделились своей теорией с Сарадой, насчёт того, что же всё-таки из себя представляет Боруто, которого они встретили. Признаться, честно, эти доводы не сильно уж её убедили в том, что друг её детства совершенно другой человек из параллельной реальности. Она думала о том, что её друзья, пытаются таким образом отгородить образ Боруто, осветлить его, избавиться от мыслей по его убийству.

Неужели у нас и правда больше нет выбора, кроме как прикончить его? — подумала

Сарада.

Он изменился. Полностью. Потерял всё то, что Сарада в нём видела. Любовь не исчезла. Привязанность тоже, но от того и больно, осознавать, в какое же отвратительное существо он превратился, не внешне, но внутренне. Словно монстр, сожрал его душу, оставив лишь рваные куски прошлого, натягивая их на себя, как уродливую маску.

Глаза. Она смогла поразить его своими глазами. Сарада видела на его лице нечто, напоминающее страх. Он не ожидал от неё такого. И похоже, поэтому и нанёс столь сильный удар… Голова всё ещё болела. Боль никуда не уходит, и хоть врачи и спрашивают её о том, всё ли хорошо с ней, она отвечает положительно, но внутри, ощущает, как нечто стучит по вискам. Учиха знает, если ответит отрицательно, они не выпустят её, а ей хочется вновь встретиться с этими до ужаса холодными голубыми глазами. Почувствовать этот до дрожи выпученный взгляд, окутанный туманным изумлением.

— Ты мой Боруто… — произносит еле слышимо она, надевая протектор Конохи.

— Всё готово? Я уже несколько дней уснуть толком не могу. Они так или иначе найдут меня. И если это произойдёт…

Разум туманился. И даже самый крепкий кофе, не мог взбодрить Амадо. Хоть он и был уверен в своём плане, однако чувство тревоги всё же покидало. Долгие несколько лет, он думал о том, как же ему наконец-то вырваться из этой проклятой организации и вот, на сцену вышел Узумаки Боруто. Сыграла ли судьба в его пользу или же это всё лишь стечение обстоятельств, он не так сильно задумывался над этим.

— Да, я послал весточку. И кажется, они готовы принять нас. — ответил прибывший Кашин Коджи. — Я оставил координаты, по которым, Вас отправят прямиком к цели.

— Неужели? — встав из-за стола, чтобы размять кости, произнёс в ответ старик.

— Но у них есть, кое-какие условия. Деревня не очень-то вам доверяет, так что думаю, будут кое-какие проблемы с коммуникацией.

— Всё нормально, главное, что я буду там… и в безопасности. — высказал Амадо, вновь закурив очередную сигарету. — Хоть это место и является самым безопасным для меня, но… риски всё же есть. Джиген, скорее всего, отправил за мной Кодо. Только этот засранец, может без какого-либо труда выследить меня и привести к нему живым.

— Всё будет хорошо. Главное, сделать всё как можно быстрее… Если ваша теория верна, Узумаки Боруто должен будет вернуться… раз его альтернативная версия съехала с катушек.

— Когда всё кончится, Ооцуцуки придёт конец. А вместе с ними и эре шиноби. — высказал серьёзным тоном седовласый учёный, затянувшись сигаретным дымом. — Как только переправишь меня в деревню Листа, отправляйся в страну Воды. Вторая по важности база, находится там. И Джиген, скорее всего, также находится в деревне Тумана. Ты ведь помнишь, зачем я тебя создал, Коджи?

— Да, и никогда об этом не забывал. — ответил тут же он.

Это измерение ощущалось чем-то отдалённым. Боруто не находился здесь физически. Но мог видеть ту, что была на пороге начала великой эпохи ниндзя. Она глядела на него, своими бледными, как луна глазами. Заинтересовано, может быть даже растеряно. Он много чего читал о ней, когда нашёл секретные документы о событиях четвёртой мировой войны Шиноби.

«Богиня-Кролик» та, которой поклонялись люди, и одновременно с этим — боялись. Сейчас стояла перед ним, во всём своём величии. Дрожь в теле сама по себе, проступала, от самого вида, этой Богини. Боруто понимал, что очень сильно рисковал тем, что освободил от заточения.

И всё же… ему нужны были ответы. Узумаки был потерян. Хоть он и был мальчишкой, однако разум требовал объяснения на те сложные вопросы, что предстали перед ним, когда он был ещё сопливым мальчишкой. Воля огня всё ещё оставалась для него, чем-то незримым и недосягаемым. Его ненависть, всё ещё пылала, но уже не так сильно.

— Ты похож на того, кто заточил меня. — голос её был пугающе спокойным. Однако по взгляду можно было понять, что это ей не нравилось.

— Знаю. Это был мой отец. — ответил ей спокойно Боруто. — Давным-давно, он вместе со своим товарищем, заточил тебя здесь. И я не виню его за это. Он сделал правильный выбор, потому что… ты хотела уничтожить мой мир…

Она протянула свою руку к его призрачному телу, пытаясь схватить его за горло, однако вместо живой плоти, она ощутила лишь призрачное дуновение воздуха на своих пальцах. Поняв, что сопляк был не в этом измерении, она уже было хотела выбраться отсюда, но её остановил Боруто.

— Погоди… дай мне договорить. — активировав карму, высказал он, стальным тоном.

Ооцуцуки почувствовала, что больше не может перемещаться между измерениями. Она ослабла. Чакры в этом измерении не было, поэтому, восполнить её, было неоткуда, а значит… она здесь застряла и лишь этот поганец, мог её вытащить.

— Мелкий поганец… — прошипела с ненавистью Кагуя, прожигая мальчишку своим взглядом.

— Похоже ты поняла в чём дело. Ты должна быть благодарна мне за то, что я вызволил тебя из этой тюрьмы. Но в обмен, я хочу лишь поговорить… — взгляд его, слегка потупился, и на долю секунды стал потерянным. — Я знаю о том, каков твой род, и я уже встретил нескольких представителей… И теперь, у меня к тебе есть один вопрос: почему ты захотела освободить мой мир от войн?

Сотня миров. Тысячи галактик. Миллионы звёзд. Бесчисленное количество времени. Растёртое по глубинам бескрайней материи космоса. Кагуя не чувствовала ничего. Она больше не хотела видеть хорошее в разумных существах. Разве можно верить в нечто настолько сказочное и прозрачное?.. Мира никогда не будет.

Кагуя давным-давно разочаровалась во всём разумном. Интеллект давал существам потрясающие возможности, но вместе с ним, приходила корысть, всепоглощающая жадность до знаний, ресурсов и силы.

— Почему, я захотела освободить мир от войн? — задумчивым голосом, вдруг выдала, Кагуя.

И правда… почему? Она так устала от бренности существования. От бессмысленности их существования. Ей не хочется думать о том, что Ооцуцуки это лишь паразиты, уничтожающие другие планеты. Разве… это достойно разумной жизни? Разве такими, должны быть «Боги»?

При одной только мысли об этом, её накрывала злоба. Сердце ритмично, начинало биться чаще, а зубы скрипеть от бессилия. Никто в этой вселенной не способен её понять. Сородичи давным-давно превратились во врагов, собственные сыновья запечатали, а люди которых она пыталась спасти от неминуемой гибели, в конце концов, также обрекли её на страдания.

Есть ли справедливость в этой реальности? Кагуя так не считала. Чтобы она не сделала, судьба всегда давала оплеуху. Словно пытаясь, тем самым, унизить или показать нечто большее… но она не хочет больше видеть в этом мире — разумность. Потому что она делает только хуже.

— Ты освободил меня из заточения, просто, чтобы спросить меня? — зазвучал холодный голос Ооцуцуки.

В ответ она увидела лишь слегка растерянное лицо мальчишки. Как она и ожидала, он был потерян. Не знал, что ему делать. Потому что в этом и суть разумности. Всегда ищешь ответы на вопросы, всю свою жизнь… только и делаешь, что ищешь эти чёртовы ответы.

— Как я и думала. Глупый мальчишка… тебе не следовало этого делать. — проговорила Кагуя, прикрыв слегка глаза. — Вы люди, всегда делаете что-то необдуманно… что ты, что твой отец, как и мои сыновья.

— Мы на пороге войны. — тяжело вздохнув, вдруг выпалил Боруто. — И я… хочу остановить её. Но… порой мне кажется, что это невозможно. Потому что, чтобы я не искал, как бы не старался, ничего не выходит.

— Война… очередная война. Когда меня возродили в прошлый раз, всё было также. Люди не меняются. Жизнь не меняется. — высказала Богиня, нахмурившись.

Её голос отдавал отчаянием. Боруто ощущал, что всё же в ней полыхал уголёк надежды на то, что всё же можно хоть что-то изменить. Джооган активно способствовал этому. Он мог видеть чувства Богов. Видеть их души.

— Я читал о тебе. Богиня Кролик… спасшая мир от войны. И всё же, даже ты превратилась в тех, кого ненавидела.

— Ты смеешь тыкать меня в ошибки, которых я не совершала?! — гневно вскрикнула Богиня, выпустив импульс, от чего почва на которой они стояли, слегка дёрнулась.

— Тогда почему ты оказалась здесь?! — также повысив голос, воскликнул в ответ Боруто. — Вот это в вас меня и бесит больше всего. Высокомерные… двуличные, не видящие собственных ошибок, зазнавшиеся ничтожества. Да не будь у вас ваших сил, ничем вы от людей не отличались бы! Хотя нет… вы куда хуже людей.

— Не сравнивай меня с ними. — процедила холодным тоном Кагуя.

От её голоса, Боруто слегка дёрнулся назад. Это было неосознанно, словно мозг чувствовал, некую неосязаемую опасность. Она была хаосом, в оболочке прекрасной девы. Узумаки пытался держаться, но её взгляд и леденящий голос, всё же пробивались сквозь броню невозмутимости.

— Ты говоришь так, будто знаешь меня. — хмыкнув, высказала Кагуя. — Я та, кто подарил этой планете будущее. Я та, кто дал вам, ничтожествам, шанс на спасение, но вы не оценили этого, и даже хуже, — сделали из моего дара, оружие, с помощью которого уничтожали друг друга все эти долгие тысячелетия!

Боруто не знал, чем на это ответить. Не было какой-то уверенности в собственных убеждениях. Ведь и правда… люди ничем не отличались от Ооцуцуки. Дай им волю, и они тоже решат покорять другие миры.

— С чего это вдруг… этот дар от тебя? — пробурчал Боруто, — Мудрец Шести путей, тот кто дал нам этот дар, потому что увидел в нас, нечто большее. Ты ведь тоже, видела это, не так ли? Потому и пыталась бы остановить войну.

Взгляд Кагуи слегка помутнел. Многие годы назад, она и правда видела в людях тот самый огонёк надежды. Может быть всё дело было в том, что люди похожи на Богов? В то время, когда их сила была ничтожной, когда о чакре, могли только мечтать.

— Люди были прекрасными созданиями, в ту пору, когда я только прибыла в ваш мир. Не идеальные, но одновременно с этим, прекрасные создания. Я думала, что если сама придам вам форму, то возможно… сделаю вас лучше. Лучше прародителей…

— Но ты сдалась. — чуть спокойней сказал Боруто.

Считаешь нас отвратительными?

Послышался голос Момошики, отдававший эхом в этом мёртвом измерении.

Но в конце концов, ты стала такой же как и мы все. Жаждущей силы, не так ли?

— Момошики. — произнесла Кагуя, слегка нахмурившись. — Значит тебе удалось вырвать столь ценный сосуд…

Признаться честно, мы искали тебя очень долго… И подумывали уже, что ты с концами сгинула от этих примитивных существ.

— Судя по тому, что на мальчишке сейчас карма, ты и сам пал от их рук. — ядовито заметила Кагуя.

Это лишь необратимый цикл нашего развития, и ты это, как никто другой должна знать.

Голос Момошики впервые за долгое время, был довольно сильным. Разум Боруто слегка начинал мутнеть при одном только звучании его звучании в голове. Похоже дело было в астральной сущности. Так как он вне своего тела, то и Момошики мог влиять на него, сильнее обычного.

— Мы и правда похожи. — произнёс Боруто, всё ещё ощущая ненависть в своём сердце. — Отвратительны, лживы, готовые отнять чужую жизнь, ради собственных корыстных целей. — эта правда была жестока, но в ней всё же скрывалась и доля светлого. Голос блондина, стал мягче, а глаза отразили надежду, — И всё же, неужели, человечеству нельзя дать шанс? Ты ведь хотела сделать нас другими, не так ли? Мой отец, он создал мир, где люди по крайней мере, не были готовы убить друг друга! Посмотри в мои глаза! И ты увидишь, сквозь них, то что сделал Узумаки Наруто!

Бесполезные потуги… так вот чего ты хотел сделать, Боруто. Убедить Кагую встать на твою сторону? Как глупо…

Процедил Момошики, усмехаясь над попытками его сосуда. И всё же, он тоже видел глазами мальчишки его жизнь. Момошики никогда раньше не задумывался над тем, осмысленно ли то, что они делают с мирами. Неужели им и правда, нужно изничтожать целые планеты, чтобы сделать себя «лучше»?

— Мой папа, всегда верил в то, что мир может существовать! Он своими руками возвёл его. Но… Ооцуцуки, вновь всё разрушили. Пришли сюда… как хозяева, чтобы всё растоптать. Я ненавижу вас. Но в закромах сознания, я понимаю, что иначе, вы просто не умеете. Ведь для вас, жизнь — это лишь слово. Непостижимое.

Богиня Кролик, решила прислушаться к словам парнишки. Взглянув тому в глаза, она сперва ощутила некую неприязнь, при виде столь ненавистных ей людишек. Но со временем, эта ненависть, начала остывать. Смотря на то, как дети свободно гуляют, не задумываясь о сражениях, не думая о смерти… Ей вдруг стало тепло на душе. Люди и правда, были способны на мир? Глядя на всё то, что открылось в памяти мальчика, она ощущала беззаботность их жизни. То к чему она действительно стремилась многие столетия тому назад. Однако эта светлая жизнь, длилась не вечно… перед её глазами, появился образ, столь ужасающих Ооцуцуки. Монстров с рогами, что спускаются к ним с небес.

— Я хотела избежать этого. — туманно донёсся голос Кагуи, что по прежнему витала в воспоминаниях Боруто, оглядывая его прошлое и ощущая горечь от потери близких и предательства. — Думала, что если создам армию, то они смогут сдержать натиск этих демонов, пожирающих миры.

Ты не лучше нас, Кагуя!

Гневно донёсся голос Момошики.

Мы делали то, чему нас учили всю жизнь! Мы забираем её… Потому что иначе, никак! Мы должны это делать, чтобы продолжать развиваться.

— В этом нет, абсолютно, никакого смысла… — ответила безразлично Кагуя.

Миры не отдадут нам то, что нужно, если мы их просто попросим. Да и потом, как ты смеешь идти против собственного вида?! Это твоя сущность, Кагуя! Ты соткана из самой ненависти и силы, которую нам дал Анунд! Неужели ты и правда готова променять наш род на этих неразумных и нелепых тварей?!

— Мальчик показал мне свою жизнь… и в ней, я увидела развитие людей. Может быть, они лживы и жестоки, но кое-что в них всё же есть, то чего нет у нас с тобой. Они смертны. И мысль о том, что твоя жизнь скоротечна, заставляет их учиться. У нас нет разума, потому что мы бессмертны. Наши души, осквернены самим понятием бесконечности. Не будь у нас этой возможности… может быть, мы стали бы лучше. Лучше для всей разумной жизни, которая существует в космосе.

Это лишь временное перемирие. Неужели ты думаешь, что понятие «мир» может существовать в долгосрочной перспективе? Ха-ха… не будь такой наивной. Может быть, сейчас, они держаться сплочённо, но если кинуть в их общину пламя… они мигом разорвутся. Потому что страх — будет преследовать их. Но перед кончиной, они обязательно перебьют друг друга. Ведь безумие, одно из тех черт, что проявляется, когда отчаяние поглощает разум.

— Заткнись… Если бы тебя не существовало, то мой дом не страдал бы от боли. — процедил злостно Боруто, стискивая зубы. — Если бы вы не прилетели на мою планету, то я по прежнему мог бы видеть мою сестру.! «Пламя» о которым ты талдычишь сейчас, разве это не — ВЫ?!

«Ооцуцуки несут лишь боль и смерть» множество лет тому назад, Кагуя прочно закрепила эту мысль, когда решилась пойти против своего вида.

Мы срываем эти цветы жизни, чтобы продлить собственные.

Эта мысль не давала ей покоя сотни лет. Этот побег от собственной смерти, всегда вызывал в ней, некое отторжение. Мы боимся того, что грядёт после ней. Потому что грехи, которые тянуться за нами, обязательно будут отплачены.

Люди должны умереть. Это неминуемо…

Голос Момошики не источал гнев. Скорее холодное заключение. Ведь есть иной путь в этом потоке кошмара? По его мнению, его не было.

— Ошибаешься, Момошики. — возразила вдруг Кагуя. — Ты вопрошал, о том, почему я видела в вас надежду, мальчишка? Раз ты открылся мне, то и я покажу тебе кое-что… Взгляни мне в глаза, и ты увидишь, возможно не ответ на твой вопрос, но правду. Правду о том, почему я разочаровалась в самой жизни.

Боруто взглянув в белые глаза Богини, потерялся в них. Всё залило белым светом, и прежде чем он осознал, где оказался, перед его глазами прояснился вид на бескрайний космос.

Звёзды что плавали в океане безмолвия и тьмы, переливались в шлейфы галактик, обрамляемые тягучим светом энергии космоса. Кагуя сидела на одной из захваченных планет. Древо уже поглотило всю жизнь, оставляя от почвы лишь груды камней, а вместе с ними и иссохшие тела жителей этой планеты.

— Очередная жатва. — послышался голос напарника Богини Кролик. Боруто, что витал в этих воспоминаниях, узнал его. Столь надменный и спокойный… — Мы стали сильнее и могущественней. Но, сестра, скажи мне, чего у тебя такой странный взгляд?

В поле зрения Боруто, появился Иссшики в своём истинном облике. Огромный рог, закручивался с левого виска, обрамлял затылок, и заострялся в пределах правого виска. Волосы же, однако были короткими, подобное, Боруто у них видел впервые. Одежда, также соответствовала излюбленному стилю Ооцуцуки… Белое одеяние с красным воротником что был весьма великоват. На его оголённом торсе, виднелись татуировки в виде выстроившихся нескольких томое, на груди же виднелась овальная фигура с прочерченными резкими углами, напоминая некий глаз. Что сильнее всего привлекло блондина, так это левый глаз. Он не был бледными, как у Кагуи или Момошики, выделяясь жёлтым цветом. В нём виднелся странный узор в виде нескольких линий вокруг, что соединялись в центре зрачка.

Это несомненно, Иссшики… Похоже, Кагуя была с ним когда-то близка.

— Что хорошего в том, что мы в очередной раз погубили цивилизацию? — нагло вопросила в ответ Кагуя.

— Ты ведь знаешь, это наш долг. Без этого, мы попросту вымрем. — ответил, также спокойно Иссшики. — Анунд обеспокоен тем, что ты жалеешь ничтожные формы жизни.

— Пусть так! — отмахнулась Богиня, — Этот заносчивый хрыч, давным-давно зазнался. С его приходом, наша жизнь превратилась в бесконечное паразитирование. Отвратительно…

Анунд? Похоже это их самый главный правитель, раз она говорит о том, что с его приходом, всё изменилось. — подумал Боруто, слушая разговор двух Ооцуцуки.

Иссшики тяжко вздохнул, оглядев безжизненную местность. Где всё ещё виднелись порушенные здания. Всё это, было когда-то живым и бурлящим, как сама магма в недрах этой планеты…

— Ты ведь, раньше не задумывалась о жизнях других видов. Что тебя так изменило? — поинтересовался он. — Это после смерти, нашей матери?..

— Я ведь просила тебя не упоминать о ней! — воскликнула в тот же час Кагуя, после чего, тут же остыла, продолжив слегка подавленным голосом. — Да… если бы только она сумела победить в этой войне… Может быть нам, не пришлось бы сейчас, делать всё это.

Чувства Кагуи, передавались и Боруто. Он ощущал непреодолимое отчаяние от того, что происходило во вселенной. Хоть она и была довольно высокомерной и отчасти грозной, но… в конце концов, внутри неё, также теплилась «человечность», хоть к ним это и нельзя предписать.

— Прошлое, должно оставаться в прошлом. Что сделано, то сделано, сестра. — мрачно подвёл Иссшики. — Ладно, хватит уже здесь торчать, пора домой.

Да… домой. Вот только, Кагуя не могла назвать то место, «домом». Обитель тиранов и безумных монстров, вот как она могла описать планету Ооцуцуки.

Вихрь воспоминаний, вновь выбросил Боруто в поток бурлящих мыслей, Богини, что некогда правила его планетой. В них, он видел бесчисленное количество смертей, боли и вымирания целых планет… В этих бесчисленных битвах, она ощущала некую отдушину. Словно, надеялась, что скоро всё изменится.

Поток успокоился, и он вошёл в очередное воспоминание. На этот раз, Кагуя стояла перед ещё одним представителем её рода. Но в этот раз, Боруто отчётливо ощущал какую-то угрозу. Даже сквозь воспоминания, блондин чувствовал трепет и страх, перед тем, кто стоял напротив него.

— Ты вызвал меня отец… — послышался голос Кагуи, что с нежеланием, но всё же поклонилась.

— Да, моя дочь… — встав с трона, ответил ей Ооцуцуки.

Анунд, взглянул на неё, презрительным взглядом. В его глазах читалось некое раздражение от поступков и поведения его дочери. Он медленно спустился вниз, каждый его шаг, отдавался гробовым стуком его обуви, от него можно было сойти с ума… хотелось убежать, броситься прочь, лишь бы он не приближался.

Он медленно поднёс свои пальцы к подбородку Кагуи, слегка приподняв её лицо.

— Среди всех моих отпрысков… моих драгоценных воинов… — его пальцы, в мгновение сомкнулись на её шее, крепко сжав гортань, от чего Кагуя тяжко прохрипела, не в силах отбиться от столь сильной хватки. — Ты, самое большое разочарование.

— Отец… — задыхаясь, прошептала Кагуя, пытаясь вразумить Анунда.

— Твоя мать была такой же. Упрямой и несносной. — он с силой отшвырнул её вперёд на холодный кафель. — Хочешь повторить её судьбу, как я вижу. Я был терпелив к тебе, всё это время… Дал тебе силу, свою любовь и безграничную возможность, развивать разум и своё тело. Мне казалось, что я отбил в твоей тупой башке, это чувство жалости к тем, кого мы пускаем на убой.

— Я Кагуя Ооцуцуки… дочь Анунда Ооцуцуки, не потерплю к себе подобного отношения, даже от тебя, отец.!

Из её ладоней вырвались отростки, которые в тот же момент устремились в грудь правителя. Анунд даже не моргнув, перехватил их, а после разломал в труху. С неким удивлением взглянув на свою дочь. На его лице появилась слабая ухмылка, а вместе с ней и небольшой смешок.

— Да… ты и правда моя дочь. Не боишься меня, как некоторые. И за это, я всё же сжалюсь над тобой. И дам тебе последнее задание. Твоя жалость к ничтожествам, должна уйти навсегда. Я дам тебе выбор, Кагуя.

— Что?.. — непонимающе, промолвила Богиня Кролик, непонимающе глядя на правителя.

— Ты отправишься на далёкую планету, которая весьма перспективна для нас. На ней уже созрели семена, которые мы оставили там миллионы лет назад. Ты сделаешь для себя выбор: остаться с ними и умереть от руки собственного брата или взрастить семя древа и уничтожить его. До этого дня, я отправлял вместе с тобой, напарников, потому что видел в твоих глазах сомнение. Но в этот раз, моё терпение ты исчерпала. А чтобы, ты даже не думала о бунте, я забираю, всю ту мощь, которую ты набирала, сжирая плоды других планет.

Анунд протянул ладонь, на которой проявилась странная печать в виде треугольника. Она была не похожа на «карму» это было нечто иное. Способное… отнять силу у Ооцуцуки. Боруто ощущал вместе с Кагуей, как сила начинала покидать её тело. Рога, что были на её голове, вмиг вросли обратно, тело ослабело.

— Это будет для тебя уроком, первым и последним. — надменно высказал он, после чего вновь поднялся на трон. — Убирайся, и я очень надеюсь, что ты вернёшься ко мне… дочь моя.

Боруто бродил по воспоминаниям Кагуи, видел как она прибыла на землю, как люди опасались её, но она продолжала стараться. Изучала их, хотела понять, что ими движет. Увидел также и предательство в результате которого, она и съела неполноценный плод, вернув себе часть утерянных сил.

— Так это… Хагоромо и Хамура. — проговорил задумчиво Боруто, глядя на двух мирно сопящих младенцев, что были закутаны в ткань.

Дети Кагуи хоть и были результатом смешения крови человека и Ооцуцуки, однако они всё же унаследовали от матери внешние рожки, что видимо, было результатом поедания плода чакры в момент, когда они были ещё в её утробе. Обычно, Ооцуцуки не имеют внешних признаков каких-либо рогов, они проявляются лишь в момент поедания своего первого плода чакры.

Дети росли, и Боруто чувствовал тревогу на сердце Кагуи, когда те, начинали исследовать мир, задавать довольно неудобные вопросы, пытаться переубедить её насчёт людей и того, как она правит ими, вселяя ужас. Но у неё были причины для этого. Потому что после предательства, она поняла, что этот мир, практически не отличается от того, в котором она жила. И потому, чтобы заполнить ту брешь и вину за то, что не смогла помочь матери в сопротивлении, она решила взять власть в этом мире и прекратить какие-либо войны, даже если для этого, потребуется стать для них демоном.

Сыновья… похоже унаследовали от неё любовь к «миру». И поэтому, пошли против неё, когда узнали, зачем ей нужно было вновь будить «древо чакры». Они вероятнее всего, понимали, почему мать вела себя так с народом. Однако позволить ей, делать из людей монстров, они просто отказывались. И тогда, они и решились пойти против неё.

— Если смотреть на эту историю с твоей точки зрения… Всё довольно грустно выходит… — высказал Боруто, глядя на то, как огромный десятихвостый демон, сражается с не менее огромным призрачным самураем. — Ты хотела не просто изменить людей, но также и защитить нашу планету, от Ооцуцуки, которые скорее всего должны были прийти за тобой, а вместе с тем и за твоими сыновьями, которые оказались результатом смешения крови двух видов. Вот только… методы твои были бесчеловечны, хотя что ты могла сделать?.. Ждать того момента, когда они прилетят и убьют тебя вместе с нашей планетой и сыновьями? Я понимаю тебя, возможно, будь я на твоём месте, поступил бы точно также.

Огромные взрывы, разрывали землю, рушили целые горы и создавали озёра. Несколько недель, продолжалась эта бушующая битва между матерью и сыновьями. Пока в конце концов, они не запечатали Кагую, создав тем самым, спутником земли — Луну.

— Наша с тобой ненависть… чем-то схожа, не находишь? — глядя на спящую внутри луны, богиню, произнёс Боруто. — Мы оба хотим защитить эту планету… Оба ненавидим их… Оба решились идти на отчаянный шаг. Так давай же, объединим нашу с тобой ненависть. Ведь в этот раз, мы сможем это сделать, Кагуя!

Воспоминания начала растворяться. Теперь, он пребывал, словно в пустоте. Боруто ожидал, что его вновь переместит в более поздние воспоминания. В день, когда отец и дядя Саске, сражались с ней. Чувство того, что он здесь не один, заставили Боруто резко обернуться. Да… перед ним стояла Кагуя.

— Что, на этом экскурсия по твоей жизни окончена? — спросил выжидающе Боруто во взгляде которого, не было и намёка на слабость.

— Мальчишка… — пролепетала с горечью в голосе. — Чего ты хочешь?..

— Остановить этот бесконечный рой паразитов, что наводнил космос. Но… без тебя, я думаю, мне не справится. — честно ответил ей Боруто, глядя в глаза. — Ты прямая наследница их рода… а у меня, есть этот проклятый глаз… который уже показал мне столько… боли! — стиснув зубы, процедил он. — Может быть, если всё же удастся, мы сможем, остановить их.

— Это не проверенная информация, мой Господин, однако, моя интуиция подсказывает, что это нельзя просто так оставить.

Эйджи, склонив голову, докладывал об услышанном в больнице. Теория того, что Боруто может быть двое в этом мире, была невероятна, однако те домыслы, что приводили Коноховцы, сильно его заинтересовали.

— Боруто… может быть не из нашей вселенной, значит? — задумчиво протянул Иссшики. — Учитывая его агрессию и силу, которую он применял… это вполне, возможно. Даже мы, Боги этого космоса, не знаем о его тонкостях и всех возможностях.

Теория и множественности вселенных, множество раз затрагивалась в былые годы. Иссшики же, никогда не придавал этому большого значения. Кажется, даже были некоторые инциденты в прошлом, когда владелец Джоогана, просто исчезал из этой реальности на многие годы, а после возвращался с ещё большей силой. Однако, был всё же ещё один вопрос, который терзал Ооцуцуки: где находится, настоящий Боруто?

— В момент исчезновения Узумаки Боруто, я ощутил, как его карма, словно… раздвоилась. Это был лишь один миг, но я должен был придать этому значение. Похоже, судьба наказывает меня, за свою оплошность и невнимательность. Впредь, такого я не допущу.

— Что вы собираетесь теперь делать? — спросил Эйджи, слегка подняв глаза.

— Пойдём по плану «Б». Как мы и планировали. Если, Кодо вовремя не найдёт Амадо, мне придётся прибегнуть к перемещению в тело Каваки. — с лёгким раздражением, высказал Иссшики. — Эйджи, ты помнишь, план?..

— Да, мой лорд. — ответил без колебаний тот, встав на ноги.

— Тогда, пора начинать. Каваки должен будет снова вернуться домой, в нашу семью. Убедись, чтобы он не ушёл из этой деревни. Как только, Кодо вернётся с миссии, я прикажу ему захватить Каваки.

— Что ж, всё готово. Зная тебя, ты уже продумал то, как собираешься примкнуть к ним. — высказал Коджи, глядя на Амадо, что сидел в пасти призванной жабы.

— Хокаге сейчас при смерти. Если мои догадки верны, это всё из-за того всплеска тёмной материи. Думаю, я знаю как его вернуть обратно в мир живых. — проговорил тот, выбросив окурок. — В любом случае, надеюсь у тебя всё получится.

— Ты тоже постарайся… — ответил задумчиво Коджи, после чего, сложил печати обратного призыва. — Верни Наруто в строй.

Внутри Коджи, всё начинало обретать некий связанный поток. Воспоминания о Джирайи, переплелись с его телом. Он больше не мог оставаться самим собой… Но, прежде чем, он сделает свой собственный настоящий выбор, нужно закончить то для чего его создали.

Вытащив из подсумки гаджет, позволяющий телепортироваться в другую точку мира без какого-либо труда, он тут же активировал его. За всё то время его службы у Кары, он успел оставить множество «маяков» по которым мог перемещаться по всем, деревням.

Набрав нужные координаты «маяка», Кашин бросил устройство на землю, после чего, перед его взором, возник в ту же секунду портал. Пройдя сквозь него, по его телу прошлось неприятное покалывание. Спустя мгновение, он вышел в чаще леса, окутанного слабым туманом.

— Удобные всё-таки эти маяки… один раз проникнешь на защищённую местность, и можешь без какого-либо труда, вновь и вновь проникать.

Пробравшись сквозь кроны деревьев, Коджи с помощью техники превращения, сделал себе новую внешность, хоть она и была весьма слабой, но для маскировки в столь людных местах, хорошо работала. Осторожно спустившись на одну из брусчатых тропинок, он медленно побрёл в сторону зданий, чтобы разведать обстановку.

В деревне всё было мирно. Коджи зашёл в одно из заведений, чтобы передохнуть и собраться с мыслями. Заказав себе зеленый чай, он задумчиво облокотился на свою ладонь, глядя в окно.

Вторая по важности база… давненько я здесь не был. Хорошо, что я знаю, несколько потайных ходов. С помощью них, я проникну, а затем, выслежу Джигена. Южный вход, отклоняется… он открывается лишь в определённые дни, всё идёт по расписанию, чёрт его дери. Второй проход, на севере, кажется сегодня… среда? Тогда, нужно будет подождать ещё несколько дней. Плохо, что база под землёй… «Маяки» из-за глубины, плохо передают сигнал, да и потом… вряд ли, мне бы это удалось провернуть незаметно. У них там столько глушилок и разных ловушек для оповещения центра… Хорошо, что Каваки сейчас в Конохе. Это могло бы плохо кончится, будь он здесь.

— Вот ваш чай, — приятный женский голос, вывел Коджи из раздумий.

Повернувшись к ней, он слегка обомлел. Она с улыбкой, положила стакан с горячим чаем на стол, после чего, вновь встретившись с ним взглядом, слегка опешила.

— П-Простите, я вывела Вас из раздумий? — спросила, виновато она.

— Нет, что Вы, — вновь вернув себе невозмутимость, поспешил ответить Коджи. — Вы ничуть мне не помешали, спасибо за чай. Ах да… не подскажите, какой сегодня день недели?

— Сегодня, среда. — ответила оживлённо та.

— Спасибо огромное. — слабо кивнув, поблагодарил Коджи.

Почему меня так застала врасплох, внешность этой девицы?.. Я ведь, раньше никогда подобным не интересовался. — подумал Кашин, держа в руках чашку. — Неужели твои чувства и повадки, тоже начинают появляться? Насколько мне известно… ты был тем ещё бабником, Джирайя…

Прошло уже несколько дней с того момента, как Коноховцы прибыли в деревню Тумана. Каваки все эти дни, он ощущал себя, странно. Каждый раз, когда он засыпал, его вновь настигали кошмары, связанные с Джигеном. Это было странно… ему казалось, что он смог одолеть свой страх, но похоже, это было лишь ложной надеждой.

— Сколько мы уже торчим здесь? — задался вопросом он, устало вздохнув.

— Ничего не поделать. Ты ведь слышал указ Мизукаге. — ответил ему смиренно Мицуки, — В связи с тем, что мы подверглись атаке Боруто, мы также были подвержены неким частицам, которые осели на наших телах. Вроде как, Мизукаге хочет их изучить по подробнее, по его мнению, это может продвинуть ситуацию с комой Хокаге.

— Да, это так… но ты сам то веришь в это? — хмыкнув, вопросил Каваки.

— Признаться честно, мне это тоже не нравится. Однако, приказ есть приказ… Саске-сан, также велел нам слушаться.

— Я уже несколько дней хожу на какие-то сомнительные процедуры по «очистке». — раздражённо высказал Каваки, скрестив руки. — Мы просто теряем время здесь…

Они сидели в особых апартаментах, которые им выдал лично глава Деревни. Всё же, связи были хорошими между деревнями, да и потом, Учиха Саске также был хорошим шиноби, который мог пользоваться связями. Естественно, команда также хорошенько осмотрела номер на предмет разных прослушек и скрытых камер. Каких-то сомнений, не было, но они всё же решили подстраховаться.

— По крайней мере, нас поселили в хороший номер, — донёсся голос Сарады, что вышла из душа в банном халате. — И ванна здесь, просто замечательная… Вам тоже надо попробовать расслабиться в ней.

— Воздержусь… — помотав головой, ответил, опустив взгляд, Каваки. — Иди одень что-нибудь!

Мицуки, слегка рассмеялся, завидев слегка раскрасневшееся лицо Каваки, язвительно протянув:

— А что такое, неужели, наш мальчик с каменным сердцем, засмущался?

— Иди в задницу, Мицуки! — резко ответил тот, стиснув зубы. — И вообще, какого хрена, Сарада, ты поселилась в одном и том же номере, что и мы?

— Ты ведь и сам знаешь, что на нас есть особые частицы после…

— Да-да, знаю, не тупой. — перебил её тут же Каваки. — И всё же, ты могла бы выпросить себе отдельную номер, соседний например.

— Во первых, мы ведь команда, всё-таки. И поэтому, должны держаться вместе. — с лёгкой улыбкой, напомнила она, но спустя мгновение, ухмылка с лица пропала. — А во вторых, так безопасней… Потому что, у меня такое чувство, будто здесь что-то не так. Папа говорит, чтобы мы по воле случая, не разбегались.

— С этим, я пожалуй соглашусь… с первого дня, пребывания здесь, я сам не свой. И сплю плохо. — признался Каваки.

— Может быть, стоит встретиться с Саске-саном и поговорить с ним, насчёт всего этого? — предложил Мицуки.

— Кстати, вы слышали о том, что скоро пройдёт ежегодный фестиваль водопада? — решив слегка поменять тему, спросила Сарада. — Люди в деревне уже начинают к нему активно готовится. Площадь и вовсе, уже практически готова к празднику.

— Да, я слышал о нём. Многие дети о нём болтают. — ответил Каваки, скучающе откинувшись на диван.

— Вот и… повод увидится с моими отцом. — подытожила Учиха.

— Звучит весело… — также поддержал Мицуки. — Как вовремя мы сюда попали.

Деревня оживилась пуще прежнего. Везде горели вывески с оповещением, что на днях пройдёт фестиваль Водопада. Праздник символизирующий свержение кровавого террора, который мучил многие годы, жителей страны Воды.

Иссшики ощущал, как его сосуд, начинает умирать. Джиген больше не мог выдерживать мощь Ооцуцуки. Без активной помощи Амадо, тело попросту в скором времени, должно было истлеть. Но он по прежнему ждал, хоть и понимал, что этот белобрысый ублюдок, был хитёр и навряд ли уже вернётся к нему.

— Ни на кого нельзя положиться… — хмуро высказал он, сидя на своём кресле.

Перед ним, сидел на коленях его самый верный поданный. Кодо наконец-то вернулся после столь длительного отсутствия. Но к разочарованию Иссшики, пришёл он с пустыми руками.

— Простите меня, повелитель, я не смог найти его… — ответил он, не смея поднимать голову, как провинившийся ребёнок.

— Что ж, видимо, ничего не поделать. Тело умирает… и мне нужен сосуд… жаль, что придётся переселиться так рано. — с досадой в голосе, высказал Иссшики. — Эйджи, начинай операцию. Мы захватим Деревню Тумана, а затем объявим войну Стране Огня.

Вот и настал день долгожданного Фестиваля. Жители деревни, были как никогда бодрыми и весёлыми. Можно было отпустить всю суету и переживания. В этот день, Деревня Скрытая в Тумане, вновь доказывала то, что их кровавое прошлое, давным-давно стёрто их собственными усилиями и верой в справедливость.

Отовсюду пахло вкусностями. Многие продавали разного рода сладостей, приезжие туристы, с завораживанием оглядывали достопримечательности. Множество, также приходило на праздник, чтобы увидеть «чудеса» которые творили шиноби со стихией воды. То, как они ловко управлялись ей, создавая из столь текучей и неконтролируемой жидкости, причудливые образы древних драконов или других не менее величественных зверей.

Маленькие дети бегали по огромной площади, играя в догонялки, и то и дело, выпрашивали из своих родителей, очередную вкусную и необычно выглядящую сладость. Папы, в очередной раз, поглядывая в кошелёк, понимали, что в эту ночь, их деньги испарятся из их карманов, также быстро, как и молния, что блеснёт в тёмном небе.

Команда под счастливым номером «Семь», вместе с командой номер «Пять». Металл Ли, всё ещё ощущал себя слегка тревожно, но его товарищи по команде, всё же заставили его наконец-то выйти из своей комнаты. В разуме, Металл Ли, по прежнему витал образ тех «глаз» что глядели на него из червоточины. Но присутствие его друзей, хоть и не надолго, но всё же заставляло эти мысли уйти глубоко под корку мозга.

— Ивабэ, смотри! Здесь есть «силач»! Хочешь измерить силу своего удара? — весело спросил Дэнки, указывая на причудливый столб со стоящим рядом, столь притягательным молотом.

— Почему бы и нет! — с запалом в глазах, ответил тот, направляясь к столбу.

Металл Ли, в свою очередь поспешно направился за ними. Седьмая команда, в то же время, направилась дальше, осматривая окрестности, столь дивного и красивого места. Сарада ухмылялась, глядя на удивлённое и в чём-то даже, детское лицо с восторгом у Каваки. Мицуки в свою очередь, более сдержано, осматривал открывшиеся лавки с необычными сувенирами.

— Сегодня очень необычный день, не правда ли? — спросила Сарада.

— Да… и правда, так ярко и не знаю даже… — пытаясь собраться с мыслями, пробормотал Каваки.

— Ну ты чего! — ударив легонько того, кулачком в плечо, задорно пролепетала Учиха. — Давай чего-нибудь вкусного купим, здесь так пахнет… аж слюни текут.

— Ага, давай. — согласился тот, устремившись за подругой.

Каваки ощущал себя необычно. Он и раньше бывал на праздниках в родной деревне, но здесь, всё было слегка иначе… другие запахи, музыка, неоновые вывески, заслонявшие своим светом цвет багрового неба. И хоть на душе, всё ещё был осадок от провала миссии, сегодня, он готов был расслабиться, чтобы отдохнуть вместе с друзьями.

Чоуджиро сидел за своим рабочим столом, попивая зелёный чай. Это стало его привычкой в какой-то мере. Терпкий вкус зелени, успокаивал его мысли и от этого, становилось легче. Он всё ещё думал над тем, как преподнести новость о том, что в его стране, изготовили оружие нового поколения. Многие всё ещё с недоверием смотрели на нинджеты, а тут уже, довольно опасное оружие, направленное исключительно в боевых целях.

— Господин Мизукаге, всё хорошо? — донёсся голос одного из выдающихся приближённых людей Чоуджиро. — Скоро ваш выход на сцену для своей речи, волнуетесь?

— Что ты, Эйджи… я просто… не знаю даже… — голос Мизукаге был слегка вялым. Такое часто происходило в момент, когда он выпивал зелёный чай. — Какой на удивление, крепкий чай, ты сегодня мне заварил.

Эйджи был одним из удивительных людей. Он был умён и проницателен, видел в людях то, чего не видел даже сам Мизукаге. Хоть тот и не обладал привычным зрением. Чоуджиро приметил его, во время одного из экзаменов на чунина. Тогда, этот юноша, показал себя как опытный стратег и смог забрать пять свитков, хоть и требовалось для прохождения, лишь один… Во время своей службы, он также показал себя, достаточно хорошо, и уже через два года, он стал одним из Капитанов особого отряда, который занимался устранением беспорядков в самой деревне, дабы «революционеры» не дали о себе знать.

Чоуджиро даже подумывал о том, что следующим Мизукаге, должен стать именно этот человек. Он не обладал, какими-то особыми силами, вся его мощь, была в его голове. И в необычным зрение, которым он часто пользовался, дабы обезопасить страну.

— Сегодня, чудесный день… жаль, я не могу увидеть его своими глазами. — пролепетал Эйджи, подойдя к столу Мизукаге.

— Это правда… — всё также вяло, протянул Чоуджиро. — Что-то случилось? Обычно, ты просто так не заходишь ко мне.

— Хотел с вами просто поговорить… мы ведь, так редко теперь встречаемся. Да и потом, скоро придут перемены в мире. — ответил парень, в голосе которого, ощущалось, некая грусть. — Я столько лет, думал о том, что же я делаю в этом мире… для чего, я был рождён, и вот наконец-то, судьба выдала мне шанс.

Мизукаге ощущал, мимолётную толику холода в их разговоре. Эйджи был далёк от него. Словно, говорил не с ним, а просто, рассуждал о собственных мыслях. Он не понимал, с чего вдруг, Эйджи решил поговорить о чём-то подобном.

Слабость в теле, всё больше и больше, начинала проявляться. Мышцы, тяжёлым грузом, обмякли, было такое чувство, будто ещё чуть-чуть, и они и вовсе поплывут вниз. Чоуджиро, привстал с кресла, ощущая как его ноги дрожат, не то от тяжести, не то от холода.

— Эйджи… мне что-то совсем нехорошо. Тело, знобит от холода…

— Я знаю. — ответил простодушно тот, подойдя вплотную к Мизукаге. — Это из-за яда, который я вводил в ваше тело, в течении нескольких лет. Если бы я ввёл его вам в приличной дозе сразу, то Вы бы поняли, что происходит… Однако, если это делать постепенно, ваша танкецу, в конечном итоге, разрушиться, а ваши мышцы, придут в негодность, как и мысли, что начнут плыть…

Эти слова прозвучали так внезапно, что Чоуджиро, не сразу осознал то, что сказал ему Эйджи. Тело дрогнуло, упав обратно на кресло. Дыхание начало становиться учащённым, мысли путались, Мизукаге не мог понять, как же так всё вышло? Неужели, он и правда, умрёт вот так?.. Обманутый и преданный собственным товарищем?

— Ну-ну, что Вы так смотрите на меня? — леденящим голосом, задал вопрос Эйджи, слегка наклонившись к лицу Мизукаге. — Хоть я и слеп, но ваш взгляд… он меня будоражит. Как ни крути, но Вы слабы, чтобы управлять этой деревней и самой страной. Новая эра, нуждается в сильных людях, и Вы к сожалению, сгинете в ней.

— Я верил тебе… хотел сделать тебя своим приемником… — прошептал еле слышимо Чоуджиро.

— Не волнуйтесь, я всё сделаю, как нужно. Будь у Вас больше смелости, то давным-давно, поняли бы, что правит этим миром. И мы, как существа разумные, должны подстраиваться под будущий фундамент, нового мира.

Мизукаге, заметил в левой руке Эйджи, нечто совершенно новое. Оно не походило ни на что, ранее разработанное. Гладкое, стальное и столь же смертоносное.

— Готов поспорить, что Вы озадачены тем, что я держу в своей руке. — с ухмылкой, высказал Эйджи. — Это новая разработка. И прототип который я держу в руке, одна из первых моделей. В отличии от того оружия, которое использовал мой отряд, он оснащён не преобразователем чакры в энергию, а особыми снарядами, проще говоря пулями. Они заряжаются в магазин и тот, вставляется в рукоять… после чего, курок заводится и… при нажатии на спусковой крючок, вылетает пуля на большой скорости, достаточной, чтобы пробить плоть и даже кости, на таком близком расстоянии. Инженеры дали название этому оружию «пистолет». Нелепо, не правда ли?.. Так или иначе, эта штучка, может убить любого зазевавшегося человека.

Всё произошло в мгновение. Чоуджиро даже и осознать не успел, как в его лбу, образовалась дырка. Затылок разорвало, забрызгав спинку кресла ошмётками мозга, что медленно начали стекать на пол.

Эйджи, шумно вдохнул воздух, полной грудью. Пахло порохом и жжёной плотью. Дело было сделано, но на этом, их фестиваль не заканчивался. Бросив пистолет на пол, он неспеша вышел из кабинета. Бредя по коридору, он ловкими движениями, огибал тела мёртвых шиноби, которые отвечали за охрану резиденции.

— Стоит сходить на фестиваль… сегодня всё-таки хороший вечер…

Саске стоял возле одного из зданий, что находились у зоны площади. Было странное предчувствие чего-то ужасного. Казалось, будто вся эта беззаботность и веселье, вокруг него, лишь ширма за которой, готовилось нечто страшное.

Может быть, я просто себе накручиваю из-за нового оружия? В любом случае, здесь оставаться, нам больше нельзя. Нужно будет оповестить детей о том, что мы завтра возвращаемся домой.

Эти несколько дней в деревне, прошли для него. весьма необычно. Ясуши Эйджи, передал ему предложение, — которое заключалось в тесте новых технологических стрелковых оружий. Технология была весьма новой, поэтому, ему было интересно, увидеть то, как Учиха со своими необычными глазами, сможет управляться столь смертоносной технологией.

Саске, скорее опасался того, что в стране Воды, делают столь мощное оружие. Однако, отказываться не стал, решив всё же опробовать их. Эйджи сопроводил его до одного из инженерных отсеков оружейного здания, в котором, как раз-таки проводились полевые испытания и исправления недочётов.

— Вы очень знамениты, Саске-сан, — подал голос Эйджи, шагая бок о бок с Саске. — Военные хроники красочно описали то, как Вы, вместе с остальным альянсом, доблестно сражались за наш мир. Признаться честно, я ваш большой фанат.

— Я просто делал то, что считал нужным. — сухо ответил Учиха, — Мне известно то, что Вы, один из выдающихся шиноби Тумана, благодаря вашим усилиями, в деревне практически не осталось идеологов прошлого «Кровавого Тумана».

— Это так… мне радостно знать, что мой кумир, интересуется мной. — усмехнувшись, высказал Эйджи.

Спустя некоторое время, они оказались в небольшом «тире». В комнате находилось несколько кабинок и столиков. Впереди них, был весьма длинный коридор с несколькими мишенями.

Эйджи показал на одном из столиков, несколько образцов оружия. Барабанный, магазинный и энергетический. Каждая модель, была чуть больше куная. Саске был весьма заинтересован в том, что сейчас лежит перед ним. Эйджи, кратко описал характеристики огнестрелов, после чего предложил Учихе взять один из них и опробовать.

Энергетический был одним из самых мобильных и восполняемых в отличии от остальных, что требовали особых боеприпасов. Но в то же время, из-за довольно массивного преобразователя чакры, он был весьма большим. Саске перевёл взгляд на модель, что была по середине. Длинное стальное дуло, на конце которого, виднелся курок, а также выделяющийся «барабан» с несколькими отверстиями для патронов. Эйджи сказал, что этот прототип был весьма… взрывным. Отдача также вызывала весьма неприятные ощущения и при неаккуратном использовании, могла повредить плечо или саму руку владельцу. И наконец, третий прототип. Он больше всего приглянулся Саске. Маленький, незаметный и весьма компактный.

— Ты сказал, что этот прототип, сделали для удобства весьма маленьким, в отличии от остальных… но сказывается ли это на его силе? — поинтересовался Саске, указав на пистолет.

— Ну… отличия действительно есть. Он маленький и это удобно. Однако, если сравнивать мощь этого прототипа и барабанного, то барабанный естественно выиграет.

— Мощь не так важна, как точность. — хмыкнув, высказал Учиха, взяв его в руку. — Я хочу испытать его.

На лице Эйджи проскочила странная ухмылка, впрочем, Саске не счёл это чем-то странным.

— Я так понимаю, нужно нажать на этот небольшой крючок… — глядя на спусковой крючок, предположил Саске.

— Но перед этим, нужно потянуть затвор, затем взводите курок, целитесь и нажимаете на спусковой крючок… — объяснил Эйджи, скрестив руки, — Весьма хлопотно, не правда ли?

— Нет, если это повторять, то мышцы сами по себе, запомнят последовательность действий.

Провернув идеально все действия, Саске прицелился в мишень, а затем нажал на крючок…

Послышались взрывы фейерверков в небе. Они напомнили ему хлопок от выстрела из пистолета. Это оружие выглядело безобидным, однако на деле же, могло запросто отправить человека на тот свет… Саске шагал в толпе веселящихся людей, пытаясь найти свою дочь.

Он ощущал присутствие Сарады, её чакру он мог сразу же обнаружить, даже при столь большом скоплении шиноби. Направившись в её направлении, Саске не отпускало чувство тревоги. Возможно, это странное чувство было вызвано, странным потоком, что очень сильно ему что-то напоминал.

С каждым днём, я ощущаю, эту странную ауру… это не похоже на чакру, но почему меня так это тревожит? — мысленно вопросил Учиха, неосознанно оглядываясь по сторонам.

Оно заставляло его, каждый раз оборачиваться. Было такое чувство, будто что-то следит за ним. Но никаких даже намёков на это не было. Может быть, это банальная паранойя, после встречи с Боруто?

Смех, образы мелькающих людей, взрывы фейерверков, резкие запахи еды, всё это смешивалось, вместе с внезапно обострившейся тревогой Саске, от чего его голова, начала пульсировать. Хотелось выключить все чувства в одно мгновение, чтобы оно пропало.

Впереди наконец показалась Сарада, что беззаботно уплетала какую-то выпечку, попутно поглаживая причудливую плюшевую игрушку и оглядывая вновь взлетевшие в небо фейерверки. Саске окликнул её, медленно бредя к ней. Странно… рядом никого из её команды не было.

— Папа! — обняв отца, воскликнула та, — Мы как раз тебя искали!

— Да… я тоже вас искал. Где остальные? — спросил он, оглядываясь по сторонам.

— А… Каваки только что был здесь… — удивлённо озираясь по сторонам, ответила Сарада, голос которой, с каждым словом, становился всё тревожней и тревожней.

Оглядев местность вокруг себя, Саске не почувствовал чакру Каваки. Если он был где-то рядом, то было такое чувство, словно он испарился в воздухе. Как такое могло произойти?

— Он точно был рядом с тобой? — вновь задал вопрос Саске, продолжая оглядывать местность.

— Да, я просто на секунду отвернулась, а его, как след простыл. — озираясь вокруг в недоумении, проговорила Сарада, — Папа, что-то случилось?

— Что-то не так… не уходи от меня далеко. Нам нужно найти остальных. — строго приказал ей отец.

Каваки пропал… чёрт возьми, неужели действительно, здесь что-то не так?!

Каваки шёл вместе с Сарадой, попутно оглядывая ларьки с разными вкусностями. Он купил несколько сладостей, угостив и Сараду. Та в свою очередь была весьма удивлена подобным поведением товарища. Вечно хмурый и любящий тишину, Каваки, вдруг улыбается и смотрит на окружающий его мир с хоть и еле проглядывающимся, но всё же весельем.

Сейчас, мне хочется быть здесь, рядом с ними… и быть обычным человеком. Радоваться, веселиться и смеяться. — мелькало в мыслях Каваки, когда Сарада тянула его к очередному стенду с забавными соревнованиями по типу: «лопни три шарика и получи приз!»

— Хочешь чтобы я выиграл тебе какой-нибудь приз? — спросил с вызовом Каваки.

— А может быть, это мне тебе выиграть плюшевую игрушку? — в ответ съязвила весело Сарада.

— Ну ладно-ладно, давай посмотрим, кто больше набьёт мишеней. — наполнившись решительностью и азартом, проговорил Каваки.

— А что же получит победитель? — спросила в ответ Сарада, также подойдя к лавке.

— Ещё спрашиваешь? Конечно же удовольствие от победы, ну и игрушку.

Продавец, объяснил им правила: попасть по трём мишеням, что были разбросаны в хаотичном порядке по всей стене, но всё было не так просто. Каждая мишень, была оснащена кнопкой, и за каждое попадание, она наполняла шарик водой, что в конечном итоге, должно было привести к его взрыву. Первый кто лопнет три водяных шарика, получал приз.

Сарада и Каваки, мастерски начали бросать небольшие мячи в мишени. Люди с интересом наблюдали за тем, как Учиха с абсолютной точностью, попадала каждый раз в мишени. Парень в свою очередь, также не отставал от неё, ловко бросая мячики в одну за другой мишени. И всё же, преимущество было у Сарады. Как ни крути, но в метании сюрикенов, ей не был равных среди остальных сверстников. Каваки и сам, заведомо уже был готов ей проиграть.

Оставались последние две мишены по которым нужно было попасть один раз для того, чтобы шарики сверху них, лопнули. Мячей также оставалось лишь два…

Наверное, будет разумно ей поддаться… приз ведь один, а если мы оба выиграем, то какой в этом смысл? — подумал Каваки, бросая мяч, чуть левее от мишени.

Но в этот момент, произошло нечто совершенно неожиданное. Мяч Сарады, устремился в совершенно другую сторону, попав в нужный момент прямо по противоположному мячу, тем самым сменив траекторию того, что кинул Каваки. Он попал точно в яблочко, ознаменовав его победителем.

— Что? Сарада, ты зачем это сделала? — воскликнул недоумевая Каваки. — Ты ведь могла победить!

— Ну и что? Я сама так решила! — ответила хмыкнув Сарада, — И потом, видел бы ты свою физиономию сейчас! Это стоило того. — сдерживая смех, добавила она.

Парень не знал что на это ответить. Он молча открыл рот, но тут же закрыл его. Решив всё же сдаться и не продолжать этот бессмысленный спор. Дело было сделано. Но от победы, не чувствовалось прилива сил, скорее недоумения и странного привкуса слабости.

— Ну ты чего, Каваки! — протянув ему странную плюшевую игрушку, окликнула его Сарада. — Нам здесь должно быть весело, а не грустно, помнишь? Зачем нам соревноваться, когда можно просто развеяться.

И правда… чего это я? Сам ведь хотел просто расслабиться, а в итоге, надумал себе… — вдруг осознал он. — Плевать кто выиграл, это ведь было весело.

— И правда, — усмехнувшись, ответил Каваки. — Но игрушка, всё же твоя, так что держи. Последний выстрел был за тобой, ты её заслужила.

— Ну ладно-ладно, считай что мы оба её выиграли. — сдалась Сарада, — Пошли вкусного чего-нибудь купим, а то после этой игры, у меня аппетит разыгрался!

— Слушай, тебе стоит подумать о своём аппетите, — решил подразнить в ответ куноичи, тем самым Каваки ненароком сделал себе только хуже.

— Ты хочешь сказать, что я толстая? — прищурив глаза, леденящим тоном, спросила Сарада.

Ощутив смертельную ауру, Каваки мгновенно попытался исправить ситуацию:

— А… Нет, нет! Я хотел сказать, что у тебя же денег практически уже нет, вот и думаю, что лучше я оплачу!

Завидев на лице девушки, вновь обычное выражение, он с облегчением выдохнул, беря во внимание, что её дразнить всё же опасно…

— Ты чего застыл, пошли! Я хочу Икаяки, а ещё те, вкусно выглядящие томорокоси! — с сияющими глазами, воскликнула Сарада, указывая на палатки с вкусно пахнущей едой.

Пройдясь по лавкам с едой, они просто прогуливались по улицам освещённой праздником, наблюдая за устремлёнными в небо фейерверками. Каваки наконец-то полностью отдался празднику, наслаждаясь зрелищем, попивая газировку. Сарада прижимала к себе игрушку, также чувствовала себя просто отлично. Сейчас им было не до спасения мира, не до лихо закрученных таинственных врагов, то и дело стремящихся нарушить этот мирный покой. Всё плохое, должно было уйти в забвенье, хотя бы на эту ночь…

— Каваки, гляди, там какое-то водное представление! Пошли, глянем! — крикнула весело Сарада.

— Хорошо-хорошо, сейчас только… — добродушно, ответил ей Каваки, ощущая как протектор Листа, вдруг отвязался с его шеи, упав на землю. — Я сейчас, иди пока что, я тебя догоню.

Обернувшись назад, он наклонился к земле, чтобы поднять свой протектор, и вдруг, перед его глазами, появились чьи-то знакомые ноги. Сандали и выраженные фиолетовые штаны в полоску, напомнили ему о его прошлом… Глаза в тот же момент расширились и только было он хотел врезать, внезапно образовавшемуся незнакомцу, как тот, затянул его в ненавистную «царапину» которая переместила их обоих в совершенно незнакомое помещение.

Бандана так и осталась лежать на земле, в окружении толпы, которая даже и не заметила, как на их глазах, пропал юноша, вместе с человеком окутанным в тёмный плащ.

— Ты дома… — послышался голос, что преследовал Каваки в его кошмарах.

— Джиген… — с толикой страха в голосе, произнёс Каваки.

— Мой дорогой сын, давно же мы с тобой не виделись. Я уверен, что ты не очень рад, нашей встрече. — холодным спокойствием, ответил Иссшики, медленно приближаясь к своему драгоценному сосуду.

Каваки, завидев, что он приближается, всё же одолел оцепенение, привстав на ноги. Хоть он и понимал, что этот день должен был когда-нибудь настать… момент, встречи с этим дьяволом. И всё же, сердце гулко билось, а в сознании внутренний голос, кричал ему о бегстве.

Беги! Беги же! Тебе его не одолеть, он убьёт нас, а потом примется за всех тех, кем ты дорожишь! Не пытайся противостоять ему, он убьёт тебя!

Ноги предательски дрожали от волнения и страха. По спине шёл холодок. Каваки не знал, что ему следует в первую очередь предпринять. Напасть или же отступить? Второй вариант был притягателен, он хотел это сделать. Убежать прочь, чтобы не видеть Джигена. Не видеть того, кто причинил ему столько боли.

Вместе с тем, внутри Каваки боролась и другая личность. Та, что была рождена в деревне Листа. Храбрая, не бегущая от страха и желающая защитить то, что ей дорого. Это чувство помогало Каваки, оставаться более менее спокойным в этой ситуации.

— Я чувствовал твоё присутствие, Джиген. — как можно более уверенно, проговорил Каваки. — Карма которую ты дал мне, помогла ощутить твоё присутствие.

Внезапно по спине, прошлась грубая рука Кодо, который в мгновение, прижал Каваки к полу, грубо заломив руку.

— Разве так приветствуют своего спасителя, Каваки? — с раздражением, выплюнул Кодо, сжимая запястье. — Тебе следует быть, более почтительным к лорду Джигену.

— Ублюдок, я уж и позабыл о тебе… — прохрипел ненавистно Каваки.

— Отпусти его, Кодо. — приказал Джиген, глядя на свой драгоценный сосуд. — Я хочу увидеть, то насколько он стал сильнее.

Кодо, хоть и нехотя, но всё же освободил Каваки, медленно отойдя в сторону. На его лице проскользнула нотка ревности. Его преданность и желание помочь Джигену, ни шло ни в какое сравнение с этим, наглым и неблагодарным ублюдком, которого судьба наградила совместимостью с кармой Ооцуцуки.

— Ну же, Каваки, покажи же мне, как ты вырос за эти годы…

Каваки ничего не ответил. Он думал над тем, чтобы выстрелить в эту паршивую рожу сжатым лучом энергии из кармы, но внутри всё словно закипало от того, что он сейчас, хочет использовать против него, то что по сути дал ему Джиген. Это неимоверно злило его. Решив действовать наверняка и быстро. Он на удивление Джигена, не стал использовать карму, предпочтя ей, столь примитивные, — по его мнению, — техники шиноби.

Создав второго клона, они вместе побежали на врага. Благодаря тому, что Каваки на идеальном уровне контролировал наночастицы своего тела, он мог создавать причудливые формы своему телу, создавая из своих конечностей, смертоносные когти, лезвия или что ещё похуже. Прыгнув сверху, клон решил отвлечь на себя внимание, сделав выпад. Но Джиген глядел на это, с некой скукой. В одно мгновение, из ниоткуда, в груди клона Каваки, образовались чёрные штыри, которые в тот же момент, вновь исчезли, вместе с клоном.

Настоящий Каваки, уже сблизил дистанцию, замахнувшись когтистой рукой. Джиген с лёгкостью отразил удар, также замахнувшись в ответ. Юноша, стал куда быстрее, он в тот же момент увернулся от ответного удара, после чего, резко ударил ногой в колено, тем самым, сбив Джигена с равновесия. Этот удар, наконец-то пробил барьер невозмутимости в Ооцуцуки. Но это было лишь секундным явлением, после которого, Джиген, с невероятной скоростью, развернулся, вонзив свой излюбленный посох, между ребер своему названному «сыну».

Каваки выплюнул кровь, ощущая как посох, пронзает его лёгкое. После чего, на большой скорости, складывает печати, выплёвывая в сторону лица Джигена, огненный шар.

Казалось, что это наконец-то достало его. Но нет… спустя секунду, пламя исчезло, затянувшись в карму, что была на его подбородке. Бесполезно. Против него нельзя было использовать техники. Его скорость была куда выше. Каваки понимал, что ему всё же придётся использовать карму.

— Этого недостаточно, — словно читая мысли Каваки, высказал Джиген. — тебе не победить меня, используя лишь эти жалкие потуги в виде техник прошлого мира. Неужели ты думаешь, что сможешь одолеть меня, лишь этими фокусами? Если ты и дальше так продолжишь, мне придётся наведаться в Деревню Листа и поговорить лично с Седьмым Хокаге…

Он знал куда бить. Знал, что нужно сказать, чтобы вывести Каваки из себя и наконец-то использовать столь притягательную для него силу. Глаза юноши, налились кровью, как только, речь зашла о Хокаге. Джиген знал о том, как дорожит его сын, этим жалким подобием всемирного добряка.

— Ты не доберёшься до него… я тебе этого не позволю. — карма заметно начала пульсировать.

— Это его бандана… — с тревогой в голосе, сказала Сарада, подняв с земли протектор Листа.

— Он не мог его здесь оставить… похоже, его кто-то похитил. — заключил Саске. — Но кто мог его похитить? Да ещё в столь людном месте.

— Нам надо найти его и как можно скорее! — сжав кулаки, высказала Сарада.

— Безусловно, но прежде всего, нужно найти остальных шиноби Листа, и укрыть вас где-нибудь в безопасности. — перебив желание Сарады, на корню, ответил ей Саске. — Я не позволю вам и дальше рисковать своими жизнями.

— Но папа! — воскликнула наперекор Сарада, — Он мой товарищ по команде! И потом… он один из тех, кто может биться с Боруто почти на равных… неужели ты не понимаешь, насколько важен для деревни Каваки?

— Я знаю об этом, но я уже рискнул однажды, втянув вас всех в практически смертельную вылазку за Боруто. И что из этого вышло? Половина детей, чуть не померли, а ты получила серьёзную травму головы. — грозно глядя на дочь, высказал Учиха. — Я не могу, вновь бросить вас в эту авантюру.

— Мы шиноби. Мы обязаны, делать всё, ради защиты мира, разве не так? — по прежнему стоя на своём, вопрошала Сарада, попутно двигаясь вперёд, выискивая из толпы своих друзей. — И я уже не та маленькая девочка, папа. Мой шаринган, тому доказательство.

Упрямство дочери, не помогало процессу. Саске решил, всё же не продолжать этот бессмысленный спор. Для начала, нужно было найти остальных детей и уже потом, решать что им делать. Кто знает, может быть, кого-то ещё похитили. Хотя… зная о том, что из себя представляет Каваки для «Кары», Учиха уже предполагал, что им нужен был именно он.

Пробегая по оживлённым улицам, мимо людей, что веселясь восхищались праздником, два шиноби, внимательно осматривали окрестности своими красными глазами. Первыми они нашли Денки и Ивабэ, что смеясь, направлялись к очередным причудливым механизмам, что служили людям, интересным зрелищем и возможностью показать свою ловкость и силу.

— Саске-сан, Сарада, вы чего? Что-то стряслось? — лицо Денки приобрело тревожность, как только он завидел, двух Учих, на лицах которых не было и капли радости.

— Да. Идите за нами и не отходите. — коротко ответил Саске. — Вы видели Металла и Мицуки? — добавил он, глядя сквозь толпу людей.

— А-Ага, Мицуки кажется зашёл в одну из лавок, он хотел себе приобрести какой-то там, амулет… или типа того. — ответил Ивабэ. — А Металл, после водных горок, поплохело и он убежал куда-то в подворотню, вон туда! — указав пальцем в одну из ближайших тёмных улочек, воскликнул он.

— Хорошо, сначала заберём Металла, а затем, Мицуки. — не отходите от меня.

— Что стряслось? — спросил Денки, обратившись к Сараде.

— Каваки пропал. Мы нашли только его протектор. Похоже, его кто-то похитил. — быстро ответила та, показав повязку своего товарища.

— Вот же… — стиснув зубы, процедил Ивабэ. — Неужели и здесь, что-то творится?!

Саске побежал в проулок, оглядывая его своим шаринганом. Впереди показалась аура из чакры. Металл, выплёскивал из своего рта, остатки съеденного кальмара. Лицо его было зелёным, как листок.

— Эй, ты закончил? — спросил Учиха, подойдя к сыну Рока Ли.

— А… Саске-сан, да… мне гораздо лучше. Что-то случилось? — спросил он, вытирая остатки слюней с подбородка.

— Просто иди за мной и не отходи. — высказал коротко Учиха, направившись обратно.

Выйдя из проулка, Саске заметил Мицуки, который стоял вместе с остальными шиноби Листа. Всё бы хорошо, но рядом с ними, также находился и Эйджи. Один из капитанов специального отряда. Он не нравился Учихе. Особенно сейчас, когда пропал один из его подопечных.

— Эй, что Вы здесь делаете? — спросил в тот же момент Учиха, подойдя к остальным детям.

— Саске-сан, Вы тоже здесь? — запыхавшись, пробормотал слепой мужчина. — Это даже хорошо. Вы наверняка уже заметили, некоторые странности в деревне, не так ли?

— Да, шиноби из моей команды, пропал. Его имя Каваки. — ответил ровным голосом Саске, сверля взглядом, подозрительную личность, что не внушала ему доверие.

— Чёрт возьми… они всё же добрались до него. Саске-сан, мы немедленно объявляем тревогу. В деревню пробрались вражеские шиноби. Кажется назревает атака, подобная той, что была в деревне Облака.

— Саске-сан, Каваки возможно, похитили именно люди из Кары. — высказал уверенно Мицуки. — Нам нужно выводить людей с улицу, как можно скорее.

— Нет, перво-наперво, мы должны убедиться, что вы будете в безопасности. — приложив свою правую руку сердцу, проговорил Эйджи. — Поэтому, прежде всего, я сопровожу вас к резиденции… Саске-сан, думаю, вам стоит встретиться с Мизукаге.

Что-то было не так. Саске ощущал всем нутром, что здесь было что-то не так. Этот парень, казался ему очень подозрительным. Но одновременно с этим, в его словах была некая искренность, которая слегка подтупила интуицию Учихе.

Как только карма расползлась по телу Каваки, Ооцуцуки ощутил как тело мальчишки, стало куда сильнее. Схватившись за посох, что был воткнут ему меж ребер, Каваки с силой отдёрнул его в сторону, одновременно с этим, сделав рывок.

— А вот это уже… — только было хотел сказать Джиген, как тут же получил смачный удар в челюсть.

Кодо наблюдая за этим, еле сдерживал себя, чтобы не сорваться и не убить Каваки. Он не мог этого сделать… не мог позволить этому процессу прерваться. Ритуал должен был завершиться здесь и сейчас.

На лице Джигена, проскользнула, еле уловимая неприязнь, но одновременно с этим, он был рад тому, что Каваки стал сильнее. Метка на его руке, стала куда обширней, и от неё веяло силой, которой точно не было в момент их последней встречи несколько лет назад.

— Я ненавижу эту метку. Ненавижу, то что ты сделал со мной, Джиген. Но похоже, что у меня нет выбора. Я убью тебя, с помощью неё, здесь и сейчас.

— Какие громкие слова для такого мальчишки, как ты… ну давай, попробуй.

Каваки на большой скорости, помчался к Джигену, создав из своих рук, когтистые лапы, усиленные кармой. Теперь, он чувствовал, что стал куда быстрее, чем Джиген. Это придавало ему больше уверенности в том, что он победит и наконец-то избавиться от кошмаров, что долгие годы, терзали его разум.

Преданный слуга Джигена, наблюдая за битвой своего господина, вдруг ощутил чужое присутствие. Дёрнув головой в сторону чужой чакры, он нехотя, но всё же решил проверить кого же привело к ним. Кодо не хотелось оставлять Джигена здесь одного, особенно в этот час «перерождения», но обезопасить это место, было его долгом.

Выйдя из подготовленной арены, Кодо с недовольной гримасой шёл прочь, пытаясь отыскать незваного гостя. Эта чакра, была ему знакома. Ему хотелось от неё блевать.

Шагая по коридору, освещаемого лампами, он в какой-то момент остановился.

— Выходи предатель… я тебя чую. — сказал в пустоту Кодо.

— Ну и ну, похоже моя маскировка, всё же не увенчалась успехом. — донёсся голос Кашина Коджи, что тут же отменил технику, появившись лицом к лицу с одним из опаснейших членов Кары. — Похоже, планы Джигена слегка ускоряются, не так ли? Неужели, отсутствие Амадо, так сильно покорёжило его?

— Это тебя не касается, ничтожество. Ты умрёшь здесь и сейчас, а твоя голова, будет преподнесена Лорду Джигену… нет, Ооцуцуки Иссшики.

Больше не было смысла скрывать тот факт, что Джиген был Ооцуцуки. Кодо ощущал трепет и величие от одного только осознания того, что сейчас произойдёт перерождение. И потому, ему хотелось, как можно скорее покончить с Коджи.

— Значит, это всё же ты, похитил Каваки из деревни. Мои опасения сбылись… — с тревогой в голосе, подытожил белокурый ниндзя, сжимая пальцы.

— Довольно. — лицо и левая рука Кодо, покрылись белыми метками кармы, что напрягло Коджи. — Повелитель, переродится в совершенно новом теле. Сильном и не сковывающим его силу. Я хочу увидеть момент его рождения… так что будь любезен, умри быстро и не хлопотно.

Эйджи привёл всех шиноби Листа в резиденцию. Сарада была не слишком в восторге от подобного. Она вспомнила тот день, когда произошло нападение на деревню Облака… их тогда также привели в резиденцию, откуда они ничего не могли сделать.

Как только они переступили порог резиденции, к ним подбежал один из стражей, что охранял кабинет Мизукаге.

— Учиха Саске, Мизукаге просит вашего присутствия! Он хочет поговорить с вами с глазу на глаз. — воскликнул тот, поклонившись.

— С глазу на глаз? — переспросил Саске, после чего перевёл взгляд на своих подопечных. — Без них, я туда не пойду. Я должен быть уверен, что они будут в безопасности.

— Папа, ты чего? — воскликнула Сарада, — тебя вызывает Мизукаге, иди! Мы и сами если что, сможем себя защитить. Не забывай, что и я ношу имя Учиха!

Он с сомнением взглянул на дочь, но углядев в её взгляде, собственное отражение… хмыкнул. Она и правда переняла его черты. Возможно, они правда смогут постоять за себя, а он лишь зазря печётся за них. Всё же, эти двое, практически стали джонинами.

— Хорошо, но ты… убедись в том, что они будут в безопасности. — обратился он к Эйджи, что терпеливо ожидал, когда они закончат свои разборки.

— Конечно. Это мой долг… — ответил тот, вновь коснувшись ладонью своего сердца.

Всё это было, всё же странно. В деревне объявились враги, но тревогу бить не собираются, возможно ли, что это ловушка? Саске решил всё же доверится им, укротив тревогу в своём разуме, направившись к кабинету.

На лице Эйджи, растянулась довольная ухмылка, которую заметил Мицуки. Он слегка нахмурился, в мгновение ощутив, нечто неладное во всём этом.

Странности пошли уже по пути к кабинету. Никого не было. Ни стражи… ни кого-либо ещё. Постучавшись в дверь кабинета, Саске не услышал ответа с той стороны. Простояв так минуту, он всё же решил открыть дверь сам. Перед его взором, открылась немыслимая картина. Чоуджиро сидел на своём кресле с дыркой в голове. Подбежав к нему, он активировал шаринган, убедившись в том, что это не иллюзия.

— Какого чёрта?! Что всё это значит?

Углядев краем глаза, нечто чёрное на полу, он увидел «пистолет». То самое новое оружие, которым он пользовался во время «экспериментов» вместе с Эйджи. И в этот момент, всё стало ясно.

— Ублюдок… — процедил Саске, уже собираясь рвануть обратно к дочери, как тут же экран рабочего компьютера, вдруг начал транслировать некое объявление. — Что?..

Внимание, всем! Объявлена чрезвычайная всеобщая тревога! Шиноби листа, внезапно напали на нашу деревню. Просим всех жителей, немедленно уходить с улиц!Нам стало известно, что Учиха Саске хладнокровно расправился с шестым Мизукаге!

В этот момент, на экранах всех телевизоров и рекламных щитов, появилась запись на которой, Саске стоя возле рабочего стола Мизукаге, направлял на того, пистолет, а затем, точным выстрелом убивал Чоуджиро прямо в голову. Толпа людей на улице с ужасом в глазах, глядела на эти кадры убийства. Кто-то кричал, кто-то непонимающе хлопал глазами, другие же, кричали от злобы на то, что сотворил один из Коноховцев.

В этот же момент, в кабинет ворвались несколько шиноби, которые застав того на месте преступления, естественно сложили пазл в своей голове и нашли убийцу их лидера.

— Ах ты… чёртов урод!!! — выкрикнул один из них, бросившись в атаку на Саске.

На улицах, начали взрываться взрывные печати, которые убивали мирных жителей. Началась суматоха. С крыш на землю, попадали ниндзя с протекторами Скрытого Листа, что безжалостно начали убивать всех, кто пробегал мимо. Крики людей, смешались со взрывами фейерверков, что уже не радовали никого, а скорее пугали и заставляли всех разбегаться.

— Пришла пора новой эре…

Пролепетал Эйджи, слыша как взрываются здания.

— Что там происходит? — воскликнул Мицуки, слыша взрывы, что исходили с улицы.

— Там началась бойня… — ответил спокойным голосом Эйджи, словно наслаждаясь мелодией криков, смешанных с рушащимся зданиями. — Я вас не держу. Вы ведь шиноби, идите и помогите жителями. Мне нужно собрать мой отряд, поэтому я вас на некоторое время покину.

Бледный юноша, с подозрением глядел на безглазого шиноби, с каждой секундой всё больше и больше, осознавая, что его поведение, слишком уж спокойное. Будто он знал, что всё это должно было произойти. Но что-то останавливало Мицуки от нападения.

Он явно сильный и умный… если мы сейчас рискнем и нападем… то, возможно сможем одолеть, однако будет ли в этом сейчас смысл? — подумал он.

Он молча проводил взглядом, удаляющегося Эйджи. Всё же решив, оставить того в покое. По крайней мере пока что.

— Чёрт… что происходит?.. — недоумевающе вопросил Ивабэ, покрепче схватившись за свой посох.

— Не время об этом думать! Гражданским нужно помочь выйти с улиц! Идёмте! — командным голосом, крикнула Сарада, бросившись к выходу.

Это они. Кара вновь напала на одну из деревень. В этот раз, я должна сделать хоть что-то. Но где же чёрт его дери, Каваки?! Куда его забрали?!

Выбежав из здания, первое что они увидели, так это бегущих в панике людей. Многие были убиты, лёжа в собственной крови, другие же, пытались спастись, забегая в здания, которые в тот же момент, взрывались, обрушивая на них свои обломки.

— Ивабэ, Денки и Металл Ли, бегите на южные улицы, проводите как можно больше людей до безопасной зоны! — приказала Сарада.

— А вы?! — вопросил Денки, глядя на бушующий хаос вокруг.

— Мы пойдём на площадь. Там было больше всего гражданских. Ребята, помните, главное, уберечь как можно больше гражданских. — ответил ему Мицуки.

— Да-да, вы тоже будьте осторожны. — ответил ему Ивабэ, двинувшись первым.

За ним последовали Металл Ли и Денки. Двое оставшихся из команды номер семь, переглянулись. Каждый из них, ощущал себя паршиво. Они вновь оказались в центре нападения, но теперь всё было как-то иначе… они ощущали, что здесь было что-то не так. Коротко кивнув, они побежали к площади, оглядываясь на бегущих в противоположную сторону гражданских.

Однако кое-что они заметили странное в их поведении. Глядя на них, они неосознанно рассыпались в стороны, моля о том, чтобы они их не убивали. Это слегка ввело в ступор Сараду и Мицуки.

— Почему они смотрят на нас так, будто мы собираемся убить их? — задалась вопросом Сарада.

— Может быть шок от увиденного… их здравый смысл улетучился из-за нападения. — предположил Мицуки, стараясь не думать о тёмных мыслях, что начинали окутывать его голову.

Они двинулись вперёд, попутно вытаскивая жителей из-под обломков. Те в свою очередь, по прежнему сторонились их, убегая прочь. Всё становилось непонятней для них. И в какой-то момент, мысль о том, кто именно напал на деревню, начали прокрадываться в голову. И вот наконец, в очередной раз, когда они вытащили семью из-под обломков здания, они столкнулись с одним из напавших террористов. По крайней мере, они так считали до того момента, пока не увидели их форму.

Выйдя из разрушенного здания, они своими глазами увидели, как ниндзя в форме шиноби Листа, хладнокровно перерезал горло одной из спасшихся девушек. Напавший коноховец, завидев Сараду с Мицуки, непонимающе на них взглянул.

— Что за хрень?! Вы что творите! — выкрикнула гневно Сарада.

— А вы чего их спасаете? — в ответ спросил шиноби, недоумевая. — Мы ведь наоборот должны вырезать как можно больше жителей. Или вы дезертиры?! — воскликнул угрожающе тот.

— Почему… почему Деревня Листа решила напасть на дружественную Деревню Тумана? — сбитый с толку Мицуки, пытался перебрать все возможные варианты того, зачем вообще нужно было нападать на тех, кто в принципе даже не намекал на какую-либо вражду.

— Подумаем об этом потом, сейчас же, нам нужно остановить это безумие! — прервав раздумья своего товарища, решительно высказала Сарада.

Глаза её вспыхнули шаринганом, после чего, она незамедлительно пошла в бой. Шиноби Листа, также не стал стоять на месте, завидев у девчонки Шаринган, он моментально отпрыгнул в сторону, попутно, стараясь не встречаться с глазами.

— А, вот оно что, вы те самые детишки, о которых, нас предупреждали. — воскликнул шиноби. — Мне вас жаль, попасться в это странное стечение обстоятельств, весьма паршиво.

— Как бы то ни было, мы не дадим вам и дальше творить этот кошмар! — выкрикнул Мицуки, удлинив одну из своих рук и связав ей шиноби.

— Ах ты ж… — прошипел тот, но в тот же момент, по его телу прошлась молния, которая в мгновение вырубила.

— Отлично, пора нам… — хотел было сказать Мицуки, но договорить он не успел, завидев, как кунай Сарады, точным замахом, вонзается в сердце вырубленного шиноби. — С-Сарада! Что ты делаешь?!

— Он напал на мирных граждан, убил множество людей, я не позволю ему и дальше жить в нашем мире. — процедила с ненавистью Сарада, на лице которой виднелась капающая свежая кровь.

Повернувшись к Мицуки, девушка заметила краем глаза, один из всё ещё работающих мониторов, на котором виднелась запись того, как Саске убивает главенствующего правителя.

— Ч-Что?.. — только и вымолвила она, не веря собственным глазам. — Быть такого не может…

— Сарада, сзади! — выкрикнул Мицуки, побежав к ней.

В глубинах подземного комплекса Кары, также разворачивалась борьба. Между одним из сильнейших и опаснейших людей в этом мире и человеком, что был создан из клеток одного из легендарных саннинов.

Кодо не собирался затягивать битву, решительно нанося, как можно более резкие и быстрые удары, чтобы одной из многочисленных атак, поймать надоедливого клона и убить на месте. Однако же, Коджи, также прибыл сюда, не для того, чтобы разбираться с Кодо. Его целью был Джиген, который в данный момент, был практически одной ногой в новом и совершенном теле.

— Хватит бегать! — с раздражением процедил Кодо, в очередной раз, попытавшись ударить, столь юркого и хитрого Коджи. — Неужели твоя жизнь, настолько важна, что ты готов цепляться за неё?! Да ты даже не тот, за кого себя выдаёшь. Не думаешь ли ты, что будет правильным, сгинуть из этого мира?

Эти слова были мимолётны для Кашина. Он понимал, что эта миссия, возможно станет для него последней. Но в глубине души, Коджи наделся на то, что всё обойдётся, и он сможет наконец-то освободиться от оков бремени, которое возложил на него Амадо.

— Ты пытаешься вывести меня из себя, очень похвально… — ровным голосом ответил Кашин. — Но я не уйду на тот свет, до тех пор, пока Джиген не будет стёрт с лица земли.

— Какие громкие слова для фальшивой пародии! — проревел Кодо, переместившись в «царапину» что была создана позади Кашина.

Проклятье! Я был слишком беспечен!.. Атакуя меня из раза в раз, он попутно оставлял небольшие царапины, чтобы в удобный момент застать меня врасплох. Как я и думал, его не стоит недооценивать. — подумал Кашин, обернувшись к надвигающейся к его лицу, когтистой руке.

Сложив несколько печатей, он за мгновение, создал вокруг себя защиту из собственных волос. Когтистая лапа, отскочила от внезапно удлинившихся и плотных волос Коджи.

— «Колючий страж» — воскликнул Коджи.

— Ублюдок… значит ты и это умеешь. — удивившись, процедил Кодо.

Но на этом, техника не закончилась, сжав обе ладони, Кашин Коджи, выстрелил в Кодо, внезапно образовавшейся пастью из тех же, белых, как молоко волос, образуя тем самым, нечто походящее на змею.

— «Львиная грива» — произнёс он, пригвоздив волосами к стене, Кодо. — Ты похоже, недооценил меня, мальчишка…

— Да как ты смеешь! — процедил Кодо, вновь исчезнув в образовавшуюся позади него стены, «царапину».

Его способность к перемещению, весьма неудобна… Похоже у меня нет выбора, кроме как…

Сложив несколько печатей, Коджи наложил барьер на весь коридор. Таким образом, будет гораздо легче, предугадывать движения Кодо. Но как только барьер активировался, он в тот же момент, ощутил его присутствие рядом с собой. Резко оглянувшись, он не заметил никого. Пока не понял, что был слишком уж неосмотрительным. Когтистая лапа, вырвалась в районе ключицы и в тот же момент, порвала в клочья левую руку Кашина.

Проклятье! Мои волосы… он успел оставить царапину на моих волосах, когда я атаковал его своей «львиной гривой»! Чёрт подери, мне следовало быть куда осмотрительней.

Кодо вылез из царапины, что была прикреплена к волосам Коджи, после чего, неспешно встал прямо перед лицом клона Джирайи. Кровь расплывалась в луже, отражая в ней, лицо искривлённое болью и досадой.

— Не шевелись, я сделаю это быстро. — напоследок сказал Кодо, подняв когтистую руку для последнего, смертельного удара.

— Не надейся… — ответил Коджи, быстро сложив печать одной рукой.

В тот же момент, их обоих переместило в странное измерение. Похожее на чей-то желудок. Кодо был в растерянности, не понимая, куда он попал. Пытаясь выбраться, он делал себе только хуже, ввязываясь в странную склизкую плоть.

— Что за… опять твои мерзкие фокусы, Кашин Коджи! — яростно взревел Кодо, глядя на сидящего на коленях мужчину, левая рука которого отсутствовала.

— Это тебя выведет из игры, на некоторое время, подумай над своим поведением… — сказал на последок Коджи, после чего исчез, погрузившись в плоть желудка жабы.

Вернувшись обратно в реальное измерение, Кашин вновь упал на холодный пол, тяжело дыша. Голова кружилась от потери крови и большого количества чакры. Кашин до последнего не хотел использовать технику «Жабьего дробления желудком». Убить подобной техникой Кодо, невозможно. Коджи понимал, что его карма, не даст тому помереть в столь страшной технике. Однако задержать его, очень даже сможет.

Кашин, судорожными движениями, отстегнул один из ремней, что были на его поясе, после чего, затянул его на своей левой руке, точнее том, что от неё осталось. Сконцентрировав на ладони правой руки, большой объём чакры, Коджи с силой приложил её к разорванной плоти. Послышался шипящий звук прижигания.

— Ч-Чёрт… больно. Но теперь, по крайней мере, кровь не бежит.

Голова кружилась, а ноги, предательски не хотели двигаться. Но ему нужно было встать. Они там. Нужно лишь помочь Каваки, одолеть этого монстра. И тогда, карма на руке парнишки, исчезнет, после чего, нужно будет повторить убийство вновь. Как же это муторно. Но он не собирался уходить. Ему нужно было выполнить это задание, во что бы то ни стало.

— Только посмотри на себя, Каваки… — не скрывая радости, лепетал Джиген.

Каваки был силён, и Джиген этим был очень доволен. Сфера что была в животе Джигена, практически была уничтожена. Его левая рука и правая нога, также были в критическом состоянии. Карма не исцеляла эти раны. Каваки же, был рад подобному исходу. Он наконец-то мог взглянуть на этого тирана-монстра сверху вниз.

Из глотки вырвался комок крови, а ноги более не могли его держать. Джиген медленно осел на пол, всё ещё продолжая глядеть на Каваки, холодным взглядом.

— Ну давай же… закончи то, что ты так давно хотел сделать, мой сын… Я рад, что ты стал очень сильным. После меня… ты станешь, истинным Богом, который взойдёт на трон космоса.

Юноша, медленно подошёл к сидящему Джигену. На его теле было огромное количество ссадин, ушибов и кровоподтёков от многочисленных ударов, что нанёс ему Каваки. Сердце бешено колотилось от предвкушения его долгожданного триумфа. Он наконец-то мог освободиться от тягучей тяжести на сердце.

— Ты видать, совсем уже свихнулся… Проваливай в ад, Джиген. — процедил Каваки, прежде чем пронзить сердце, клинком созданным из его нано-клеток.

— К-Каваки нет!!! — из последних сил, выкрикнул вбежавший в зал Кашин Коджи.

Каваки непонимающе перевёл взгляд на одного из членов Кары, думая о том, что он просто волновался за своего хозяина.

— Слишком поздно, Кашин… — усмехнувшись ответил ему он. — Я окончательно уничтожу эту мразь.

Обладатель кармы, хотел увидеть в глазах Джигена страх перед лицом смерти, но что-то было всё-таки не так… карма начала пульсировать, когда клинок из видоизменённой руки, пронзил тело Джигена. Каваки ощущал, как нечто, начинает пробираться в его тело. Попытавшись вытащить руку из груди Джигена, он не смог этого сделать.

— Ты уже никуда не убежишь… мой драгоценный сосуд. — прохрипел Джиген, схватившись за запястье Каваки. — Теперь, мы с тобой, будем одним целым… навсегда.

Тело Джигена, начало рассыпаться, одновременно с этим, отдавая странную энергию в карму Каваки.

— Ч-что ты делаешь?! — проревел Каваки, вырвав наконец свою руку из тела Джигена. — Что ты мать твою сделал со мной?.. Что это…

— Я опоздал… — тяжело дыша, пробормотал с досадой Коджи. — Каваки, он переместил свой разум, в твою карму.

Он медленно отступил назад, переваривая то, что сказал только что, Кашин. Он за мгновение, осознал, что совершил чудовищную ошибку, убив Джигена. Ведь тот, как раз-таки этого и хотел. Чтобы он собственными руками, покончил с ним, а затем, переродился в его карме, попутно забрав тело.

— Н-Нет… этого не может быть…

Перед глазами Каваки, возникла проекция какого-то странного Ооцуцуки. Из его виска торчал рог, который обвивал затылок и выходил с другой стороны. Глаза этого монстра, были такими же холодными как и у Джигена.

— Теперь, мне гораздо лучше. Спасибо тебе Каваки, за то, что выжил… за то, что подарил мне, своё идеальное тело.

Разум начал мутнеть. Всё перед глазами расплывалось, будто он, исчезает… Иссшики, медленно подойдя к Каваки, дотронулся до его кармы, которая, ответила на прикосновение сильной пульсацией. Странные символы, что до этого окутывали правую руку мальчишки, начинали видоизменяться, окрашиваясь в чёрный как смог, цвет.

Каваки закрыл глаза, и в этот момент, по всему его телу, распространилась карма, которая больше не была похожа на его обычную форму. Из виска его, вырос рог, как у Иссшики, после чего, он резко распахнул глаза. Выражение его лица, сменилось спокойствием, свойственным Иссшики.

— Как прекрасно ощущать себя, в новом теле… — прошептал он. — Ты проделал хорошую работу, Каваки. Но теперь, ты должен сгинуть навсегда, тогда как я, буду царствовать в этом мире, во веки веков.

Кашин Коджи, с нескрываемом злобой, глядел на сменившего тело, Иссшики. Столкновение с Кодо, полностью поменяло все планы. И теперь, он не знал что делать. Иссшики больше не был скован, слабым сосудом.

— Чёрт… я не справился… — пробормотал он, быстро сложив одной рукой, несколько печатей. — Теперь, остаётся, только найти его чтобы покончить с Иссшики…

— Думаешь, Узумаки Боруто, сможет мне противостоять? — обратился Ооцуцуки, к однорукому клону. — Бесспорно, у него есть преимущество в виде Джогана, но я больше не намерен спускать ему всё что вздумается. Он будет хорошим кормом…

— Это мы ещё посмотрим. — выплюнул Кашин, прежде чем исчезнуть в белом дымке, обратного призыва.

Образ отца в разбитом мониторе, что стрелял в Мизукаге, сильно шокировал Сараду. Она не могла понять, как такое могло произойти. Что-то не укладывалось в голове. Мог ли Саске, совершить это, за столь короткий промежуток? Он ведь, прямо перед ней, ушёл к нему… но вместе с рассуждением, пришло и некое подозрение.

Неужели он и правда?.. Здесь шиноби Листа, возможно ли, что всё это время, он просто хотел нас вывести, как тех, кто не знает о надвигающейся атаке?

— Сарада сзади! — донёсся голос Мицуки.

Несколько кунаев летело прямиком в неё. Из-за дурных мыслей, она не знала, что предпринять. Кунаи уже практически были возле её лица, когда её внезапно переместило в другое место. Она стояла на одной и ближайших крыш, и взглянув вниз, туда где секунду назад, было её тело, Сарада увидела отца, покрытого костями сусаноо.

— Еле успел… — грозно глядя на вражеских шиноби, выплюнул Саске. — Мицуки, где остальные?

— Они… эвакуируют людей. — ответил тот, ощущая, странную тёмную ауру вокруг Учихи старшего.

— Твою же мать, вам нельзя сейчас вообще высовываться. В данный момент для нас все шиноби — это враги.

Продолжить диалог, им не дали напавшие, шиноби Листа, или же те, кто пытается быть ими в данной ситуации.

— Ах вы предатели родины! — выкрикнул кто-то из них, выплюнув струю огня в покрытого сусаноо, Саске.

Учиха понимал, что всё это, лишь чья-то игра, потому как-либо с ними церемониться не собирался. Один взмах руки призрачного демона, поумерило их пыл, разбросав в разные стороны. Пыль взлетела в воздух, закрыв обзор для шиноби, но не для Саске.

— Не упускайте его из… — выкрикнул один из шиноби, но в тот же момент, его тело разделилось на две ровные половинки и последнее, что он увидел перед этим, это странный силуэт с катаной в руке.

Один за другим, Саске на большой скорости, разрубал их тела, его взгляд был холоден, но в нём искрилась некая ярость, которую он готов был выпустить на чёртовых актёров, в этом безумном спектакле, устроенным, ради хаоса в этом мире.

Последний из выживших, дрожал глядя на порубленных в фарш товарищей, даже не смея куда-либо двинуться. Страх сковал все мышцы в теле, не давая даже вздохнуть нормально. Но вот… Учиха пропал из виду, и только было шиноби поднял взор к небу, как тут же увидел силуэт демона с разноцветными глазами. Клинок Саске, вонзился в плечо, пробив его насквозь. Послышался болезненный крик. Учиха стоял над поверженным, одним из последних напавших на них, ниндзя, покрытый с головы до ног, алой кровью, что стекала с волос, словно дождь, капающий с деревьев.

— Вы кто такие?! — прошипел, еле сдерживая злобу, Саске. — Отвечай, живо!

— М-Мы… шиноби Листа… — ответил ему тот.

— Да быть такого не может, похоже мне придётся использовать на тебе, шаринган, чтобы ты мне правду сказал. — прокручивая лезвие в ране, процедил Учиха.

Когда глаза побеждённого шиноби, встретились с глазами Саске, он тут же успокоился, туманным взглядом, глядя куда-то в себя.

— Повторю вопрос: вы кто такие, нахрен? — холодным голосом, вновь задал вопрос Учиха.

— Мы… шиноби Листа, выполняем поручение ныне действующего Шестого Хокаге. — ответил тот без какой либо эмоции.

Вот это уже выбило Учиху из колеи. Он даже слегка пошатнулся в сторону, покрепче схватившись за рукоять своего клинка.

— Что за бред?.. Какаши приказал им, пойти на это? — Учиха всё ещё не мог поверить в то, что Лист напал на деревню, в этом не было какой-либо логики, если только, они заранее знали о новом вооружении.

Однако был ещё один непонятный поступок, почему вдруг, они сделали из него, убийцу Мизукаге? Всё было слишком сложно и просто так, в этом разобраться, явно было невозможно. Не здесь, нужно для начала выбраться из этого кошмара.

— Саске-сан, неужели Лист и правда, решил идти войной на страну Воды?! — воскликнул шокировано Мицуки.

— Этого я не знаю… потом выясним о том, что происходит. Сейчас же, нам нужно выбраться из деревни и как можно скорее.

— Папа! — окликнула Сарада, приземлившись рядом с ним. — То, что я увидела на экранах, это правда?!

— Нет. — ответил твёрдо Саске, — Кто-то меня подставил, и я не думаю, что это Лист. Какая-то чертовщина твориться вокруг. Будем решать вопросы, когда выберемся. Здесь слишком опасно.

— Но папа! Зачем Листу делать подобное?! — всё ещё не унималась Сарада. — Почему они подставили тебя, ведь ты был одним из значимых людей в Листе!

— Я не знаю! — не сдержавшись, рявкнул Саске. — Я же сказал, сейчас бесполезно, что-либо рассуждать. Нам нужно сперва найти остальных чунинов, что были вместе с нами, а затем выбраться отсюда.

Сарада хотела вновь что-нибудь сказать в ответ, но вдруг осеклась, осознав, что и правда, в данный момент, это вообще не помогает. Каваки пропал, Мизукаге мёртв, напали шиноби Листа, так ещё и отца подставили… как же всё резко наплыло, а ведь несколько мгновений назад, у них была лишь одна проблема — Ооцуцуки и Боруто.

— Ладно… — тяжко выдохнув, спокойно согласилась Сарада. — Для начала, надо найти остальных наших, но что нам делать с Каваки?

— Думаю… — хотел было что-то сказать Саске, как вдруг, его лицо преобразилось. — Ч-что за… это чувство!

Новое тело… совершенно позабытые ощущения силы, накрыли разум Иссшики. Он наконец-то был свободен от оков слабости его предыдущего сосуда. Больше не нужны были диагностики тела, чтобы оно не дай Бог, не развалилось.

Сознание Каваки всё ещё где-то боролось внутри, но это не сильно мешало Иссшики. Он наслаждался новыми чувствами и этой пульсирующей силой, которая накрывала его с головы до ног. Карма полностью покрывала его новое тело, хотя, всё ещё было рискованно раскрывать её полностью, телу нужно было адаптироваться.

В троном зале, никого не осталось, он был наедине с самим с собой.

— Наконец-то… свершилось то, чего я так долго ждал. — промолвил он, медленно спускаясь к центру зала. — Теперь, нужно только обезвредить этого, чёртового Боруто и скормить его Божественному древу.

Из двери, откуда вышел недавно раненный Коджи, выбежал Кодо, лицо которого, было искаженно злобой, но как только он заметил стоящего перед ним Каваки, он тут же опешил, непонимающе глядя на него.

— Что… уже всё закончилось? — спросил он, всё ещё настороженно готовясь к атаке.

— Да, мой верный соратник… Я завершил перерождение. — ответил Иссшики, взгляд которого, был таким же холодным, как и всегда.

— О, мой лорд… жаль, что я не увидел вашего возвышения!.. — сжимая кулаки, процедил он с досадой. — Этот ублюдок, Коджи, вам надеюсь не доставил хлопот?

— Нет, хотя он и пытался предупредить Каваки… но, к счастью, он был поглощён лишь злобой ко мне и завершил этап синхронизации кармы. Теперь, осталось самое главное — найти и обезвредить Боруто Узумаки.

Кодо преклонил голову перед своим повелителем, хотя, рожа Каваки всё ещё злила его, но он понимал, что это было необходимо… Ведь иначе, лорд Ооцуцуки, не смог бы вновь вернуть всю свою былую мощь.

— Там наверху… Эйджи уже видимо начал этап захвата деревни. Скоро этот мир погрузиться в очередную кровавую войну. — с улыбкой на лице, пролепетал Иссшики. — Думаю, мне стоит выйти и проветриться, прежде чем всё это закончится.

— Повелитель, а что делать мне? — спросил выжидающе Кодо.

— Отдохни пока, вижу по твоей потрёпанной одежде, что Коджи был не так уж и прост. — подметил тот, открывая перед собой портал.

— Как… прикажете… — ответил тот, с лёгким разочарованием от услышанного.

Как только Иссшики исчез в портале, Кодо с силой ударил кулаком об пол, ощущая гнев от того, что он не смог увидеть воочию перерождение, так ещё и получил замечание от Иссшики… конечно, план был выполнен, но какой-то неприятный осадок всё же оставался. Кодо ощутил нечто, странное, чувство одиночества, словно он был больше не нужен ему.

Иссшики медленно вылез из портала. Перед глазами, открылся вид бушующей резни, в которой умирали множество невинных людей. Этот вид, навевал воспоминания о тех днях, когда он, вместе со своей сестрой, уничтожал целые планеты, выжигая на них жизнь и впитывая её в древо… скоро всё это, вновь станет реальностью, нужно было лишь только одно — найти Узумаки Боруто.

Прогуливаясь по улицам, кишащим трупами людей и горящими зданиями, он вдруг услышал оклик в свою сторону.

— Каваки! Эй, это же ты Каваки?! — это был голос Дэнки, который бежал в его сторону.

Иссшики это понял из воспоминаний Каваки. После их слияния, он полностью перенял его память. Ооцуцуки, слабо улыбнулся, глядя на то, как его товарищи бежали к нему, даже не подозревая о том, что перед ними больше не Каваки. Не их товарищ, который когда-то сражался вместе с ними, бок о бок.

— Эй, ты что здесь делаешь?! Где ты чёрт возьми был?! — послышался шквал вопросов от подоспевшего Ивабэ. Голос его был раздражающим, но одновременно с этим, Иссшики было даже весело, вот так, играться с ними.

— У него было столько друзей… столько надежд на Деревню, но вот он я… стою перед вами, а вы даже не понимаете того, что скоро всё закончиться. — ответил загадочно тот.

— Чего? — непонимающе задал вопрос Ивабэ. — Ты о чём вообще? Головой что ли ударился? Харе уже тут прогуливаться, здесь так-то нападение полномасштабное идёт, а нам надо вывести гражданских в безопасное место!

— Хм… а вы видели Учиху Саске? — выжидающе спросил Иссшики.

— Нет, после того, как нас забрали в резиденцию, мы больше его не видели… хотя, на некоторых рекламных щитах, мне кажется, я видел, как он убивает Мизукаге. — ответил дрожащим голосом Дэнки.

— Вот оно что, значит план Эйджи всё же сработал, скоро весь мир, начнёт рушиться… отрадно это слышать. — усмехнувшись, высказал Иссшики, глядя на горящие трупы, что были заживо сожжены в разрушенном здании.

— Эй… ты чего такое говоришь, а?! — рявкнул Ивабэ, начиная подозревать Каваки в том, что он возможно, вообще знал о том, что сейчас происходит.

— Закрой рот уже… — ответил холодным тоном, тот.

В этот же момент, правый глаз изменился, а карма на руке, расползлась по всей руке. Ивабэ даже отреагировать не успел, как ощутил, что в него что-то вонзилось. Опустив голову вниз, он увидел, несколько чёрных штырей, что торчали в его груди.

— Какого… когда ты?.. — прохрипел он, упав на землю.

— Эй, Каваки, что за фигня?! — воскликнул испуганно Дэнки, подхватив умирающего друга. — Зачем ты сделал это?!

Иссшики не ответил. В тот же момент, превратив свою руку в огромную когтистую лапу, с помощью которой, он схватился за голову Дэнки, а затем, — сжал, да так сильно, что череп чунина: раскололся, брызнув в разные стороны, остатками мозгов.

Стоит навестить и Учиху, раз он здесь. Интересно опробовать своё новое тело. — улыбнувшись, подумал Иссшики, отбросив тело мёртвого Денки.

Активировав бьякуган, он оглядел окрестности. Благо, чакра Саске была довольно особой, среди всех прочих шиноби, которые находились здесь. Спустя несколько мгновений, тёмная чакра шарингана, попалась на глаза. Вытянув перед собой руку с кармой, Иссшики вновь активировал портал.

— Эй, папа, что с тобой? — обеспокоенно спросила Сарада.

— Вам, надо уходить… и как можно скорее. — ответил ей Саске, всё ещё пребывая в растерянности. — Мой риннеган, ощущает прибытие одного из Ооцуцуки, это уже совершенно выходит за все рамки дозволенного, чёрт возьми.

— Ооцуцуки?! — воскликнула Сарада.

— Да… мне жаль, Сарада, но… похоже, Каваки больше нет. — с досадой сказал Учиха, после чего, взглянув на свою дочь и Мицуки, активировал риннеган, переместив тех, с помощью портала в Коноху.

Саске не мог позволить этим двоим, сражаться со столь мощным врагом. Из левого глаза, капнула кровь. Перемещение в столь отдалённое место, сожрало порядком много чакры, но это, как он считал, было необходимым.

Это на моей совести… я дал им похитить Каваки, а теперь, он превратился в одного из них. И мой долг, на этот раз, исправить мою ошибку.

Впереди показались ещё несколько шиноби Листа, которые, завидев его, тут же атаковали. Учиха понимал, что сражение с Ооцуцуки, гораздо иной уровень, а потому, нужно было восполнить чакру, любыми способами.

Столкнувшись с отрядом шиноби, он без труда, расправился с ними, стараясь не использовать клинок. После того, что ему сказал один из поверженных шиноби, он уже не был уверен в том, что это были фальшивые шиноби… но разбираться в этом, не было смысла в данный момент. Единственное, что он хотел от них — чакра. Использовав свой левый глаз, он из каждого вырубленного шиноби, выкачал достаточно большой объём чакры, чтобы восполнить собственное лоно и подготовиться к битве с Ооцуцуки.

Как только он закончил поглощать последнего противника, перед ним, возник портал. Саске в тот же момент, отпрыгнул от него, схватившись за рукоять своей катаны. Эта чакра… и аура, которая витала над тем, кто выходил из портала, отдалённо, она напоминала ему Каваки, но это была лишь оболочка.

— Учиха Саске… это ведь, кажется наша первая встреча, не так ли? — спросил, вышедший из портала Иссшики.

Перед ним, предстал некогда, дружественный шиноби, покрытый чёрными как смола метками, облепляющими всё тело. Порушенные здания горели, отовсюду слышался лишь треск распространяющегося огня. Он был словно сам дьявол, вышедший из преисподней, чтобы взглянуть на свои труды… И хоть, Учиха видел Каваки, но внешность была обманчивой, в его взгляде больше не бушевал прежний нетерпеливый нрав. Он видел в этих глазах, лишь холодный расчёт и каплю наслаждения от криков людей, что распространялись по улицам.

— Каваки… нет, ты ведь тот самый, о котором нам сообщали… Джиген? — холодно ответил Саске, оглядывая покрытого полностью кармой, Каваки.

— О… так ты уже понял? Хотя, чего уж удивляться, ведь у тебя есть риннеган. — хмыкнув ответил Ооцуцуки. — Я давно хотел с тобой встретиться, как и с Наруто Узумаки. Хочу похвалить вас, ведь вам удалось то, что не удавалось никому в этом бесконечном потоке жизни.

— Ублюдок, тебе всё же удалось, захватить тело Каваки. Но здесь, твои похождения и окончатся, урод.

— Как грубо… насколько мне известно, вам вдвоём с трудом удалось одержать победу над моей сестрой, а тут ты один… Уверен, что справишься со мной? — ухмыльнувшись, задал вопрос Иссшики.

— Меня будет достаточно. — ответил Саске, после чего, шаринган приобразился в мангекью.

Иссшики покрылся чёрным пламенем, которое лишь на секунду удивило его. Жар и неистовая боль от пожирающей плоть горячей субстанции в виде чёрного огня, лишь позабавила его.

— Аматарсу? Весьма интересная способность, пламя которое сжигает всё до чего коснётся… и не исчезнет, пока не испепелит объект. Очень страшная способность, но не для меня.

Пламя начало затягивать в карму за считанные секунды, после чего, Иссшики активировал свой правый глаз. Саске, ошарашенно выпучил глаза, в последнюю секунду, успев отразить, внезапно появившиеся перед ним, несколько чёрных штырей, которые появились, не пойми откуда.

Откуда они появились? Такое чувство, будто он… может манипулировать пространство, как ему заблагорассудиться. Нужно быть с ним очень осторожным… — подумал Саске.

— Успел отразить? Как насчёт этого? — воскликнул Иссшики, скрестив руки.

Под Учихой, внезапно образовалась тень, от чего-то массивного и большого. Вскинув голову к небу, он увидел, как в него летел огромный, чёрного цвета, куб. Только было он вскинул клинок вверх, как тут же оказался раздавлен огромным, не пойми откуда взявшимся, объектом.

— Что ж, видимо это всё на что ты был способен, а жаль… — с разочарованием, высказал Иссшики, уже собираясь уйти, как вдруг, послышался треск. — Что? Неужели, всё же выжил?..

Куб треснул, а после, через мгновение и вовсе распался на огромные осколки. Из-под земли, вырвался огромный, фиолетовый, призрачный клинок. После чего и само тело Сусаноо, также явило себя во всей красе.

— Сусаноо?.. Ещё одна особенность клана Учиха, не так ли? Аватар призванный защищать носителя и разрушать всё, что находиться перед его взором. Сильная техника, посмотрим, крепка ли она. — проговорил Ооцуцуки, резко сорвавшись с места, разбрасывая от сильного рывка во все стороны обломки зданий и поднимая пыль.

Саске увидел, как перед защитой Сусаноо, внезапно возник Иссшики с протянутой рукой. Сначала, Учиха думал, что ему не удастся пробить, столь серьёзную броню, третьей формы, но всё оказалось, куда ужасней.

— Он состоит из особой чакры, которая уплотняется в слои… ничего удивительного. — скучающим голосом, сказал Иссшики, надавив указательным пальцем на броню призрачного демона.

Как только он надавил, броня вдруг треснула, а затем и вовсе разбилась вдребезги. Саске ошарашенно глядел на то, как сквозь тройной слой мощнейшей чакры, Иссшики проходил так, словно перед ним был скорее слой какой-то бумаги, а не крепкой брони.

Этот ублюдок, создаёт объекты в воздухе по собственному желанию и даже размер не имеет значения, так ещё и может пробивать защиту Сусаноо, одним лишь пальцем… — судорожно воскликнул в мыслях Саске. — Что за дьявол, этот Джиген?!

Вытащив катану, Саске замахнулся на идущего на пролом сквозь броню, Иссшики. В тот же момент, когда катана должна была отсечь ему руку, Иссшики внезапно исчез. Саске подумал было, что он куда-то переместился, пока вдруг, не заметил, еле уловимого крошечного Джигена, который всё также летел в его сторону.

— Сила уменьшения?! — воскликнул Саске. — Аматарасу!

Чёрное пламя окутало пространство, вокруг тела Саске. Но в тот же момент, Иссшики вновь принял свой обычный размер, с силой ударив в грудь Саске, от чего тот, влетел в обломки порушенного здания, Сусаноо на последок проревел, после чего, мгновенно исчез, оставив своего хозяина.

— Хотел меня сжечь, пока я был в уменьшенном размере? Умно… но этого недостаточно. Это всё, что ты можешь мне показать, Учиха? — пролепетал уже начиная скучать Иссшики. — Всё же, без Наруто, ты видимо ничто, против Ооцуцуки.

В этот момент, он почувствовал что в атмосфере что-то изменилось, а затем, в него начали на большой скорости влетать обломки зданий, начиная замуровывать в некий кокон.

— Чибаку Тенсей! — послышался отчаянный крик Саске.

Иссшики начал подниматься в небо, не в силах совладать со столь мощной гравитацией, которая буквально сковывала его, но до того как, его окончательно не замуровало в некий спутник из обломков зданий и камней, он вновь уменьшился, а затем выбравшись из западни, обратно вернул себе размер, активировав портал.

— Ушёл?.. Чёрт… — с отдышкой, пробормотал Учиха, упав на одно колено. — Этот монстр… его нельзя оставлять в живых, ни при каких условиях. Нужно было держать Каваки в Деревне, а не вытаскивать его на миссии…

— Это правда… — послышался голос Иссшики позади Саске. — Но откуда вы могли знать о моих планах, верно? Это было неизбежно.

Саске мгновенно развернулся, замахнувшись клинком в шею противнику, но тот, вновь стал крошечным, а затем, Учиха почувствовал невероятный удар в районе челюсти, который вновь отбросил его в сторону. Иссшики вернув себе прежний размер, медленно подошёл к всё ещё лежащему Саске.

— Довольно, ты застал меня врасплох той техникой… она напоминает мне о былых днях, когда я видел подобное с другими провинившимися. Ты раскрыл во мне неприятные воспоминания, Учиха… за это, я убью тебя, как можно более болезненно.

— Ну давай… сделай это уже… — прохрипел Учиха, грозно глядя на стоящего перед ним Ооцуцуки. — Пустые слова, да и только.

— Невежда! — воскликнул Иссшики, направив в него, один из штырей, что возник перед Учихой за одно мгновение.

Саске активировал левый глаз, после чего, поменялся местами с Иссшики, тем самым штырь, что предназначался ему, попал в Ооцуцуки, пробив тому сердце.

— Что за… — выплюнув кровь, пробормотал Иссшики, глядя озлобленными глазами на теперь уже, стоящего перед ним Учиху Саске.

— И правда, сколько пустой болтовни… — усмехнувшись, высказал Саске, создав в своей руке чидори. — Сдохни!

Только было Саске подумал, что превосходство на его стороне, как тут, оказалось всё совершенно наоборот. Иссшики перехватил запястье Саске, без какого-либо труда, после чего, с силой отбросил от себя ногой, попутно вытащив штырь из своей груди.

— Вот это да, ты действительно умеешь удивлять, Учиха. Но на этот раз, всё действительно кончено.

Он быстро подлетел к Саске, а затем несколько раз ударил того в грудь, закончив смачным ударом в лицо. Он вылетел из порушенного здания, вновь на улицу, после чего, еле встав на ноги, чудом среагировал на продолжающего нападать на него Ооцуцуки. Теперь, он больше не использовал техники… дрался в рукопашную, что очень сильно напрягало Саске. Его скорость, сила ударов была куда выше, обычных шиноби, да какой там, даже Наруто кажется, подобными разменами ударов, не обладал.

Пропустив ещё пару ударов в солнечное сплетение и лицо, Саске вновь упал на землю, разбитая губа, отвратительно отдавала привкусом металла, правый глаз заплыл от ссадин и синяков, а кости в теле, молили Учиху, перестать двигаться.

Нужно продолжать… Я обязан победить его! — кричал себе мысленно Саске, заставляя тело вновь двигаться.

— Я вырву тебе глаз… ничтожество. — процедил Иссшики, потянувшись к еле двигающемуся, Саске.

— Единственный кто имеет право, так лупить его, это я. — послышался знакомый, но столь же пугающий голос откуда-то сверху. — Ты меня слышишь, Иссшики…

Он резко обернулся назад, заслышав столь знакомые нотки голоса, который отдавался эхом в тембре Узумаки. На вершине одного из зданий, стоял Узумаки Боруто, вот только было что-то не так. В его взгляде не было этих безумных ноток кровожадности. Он больше походил на человека, которому есть что терять. И в данный момент, Иссшики готов был поклясться, он видел в холодном взгляде парня, столь же бушующую ярость его сестры…

— Как ты собираешься остановить их? Думаешь, я соглашусь на геноцид собственного рода?

Кагуя понимала чувства мальца, он имел право злиться на Ооцуцуки. Желать им смерти, потому что… в каком-то смысле, это даже правильно. Однако, сама она, не могла принять подобного исхода. Её народ страдал… это факт, но чтобы убить всех под чистую? Разве это разумно и не сделает ли это, самого Боруто, в каком-то смысле — Ооцуцуки?

Они всё ещё стояли друг на против друга. Чужие, но одновременно с этим, связанные нитью судьбы этой вселенной. Всей жизни, что находиться в их измерении… Каким-то образом, судьба всё же связала их, как человека и Бога.

— Ты права… уничтожение целого рода, это слишком… но я считал это правильным, лишь в момент моей ярости. Когда один из них, убил мою сестрёнку… во мне была дыра, оставленная этим событием, и я пытался заполнить её злобой… окутанной безумным стремлением к уничтожению. — задумчиво ответил Узумаки. — Я был готов пасть во тьму, чтобы достигнуть своей цели, но теперь, глядя на себя из прошлого, мне страшно. По настоящему страшно представить, что будет, если… я всё же не сдержусь.

Он был открыт ей, как книга. Это слегка даже тронуло Кагую, настолько, его стремление к победе, было чисто перед ней, что он готов был вверить ей свою жизнь. Люди казались для неё, лживыми и жестокими существами, но этот мальчишка был иным. В его взгляде прослеживался страх, но не перед ней, а перед самим собой. Тем, во что он может превратиться, если не образумиться.

— Так… что же ты предлагаешь, Узумаки Боруто? — спросила выжидающе Кагуя.

— Я хочу заключить с тобой сделку. Поставь на мне свою карму, чтобы быть со мной одним целым… Помоги мне, исправить ошибки, наших народов. Мне одному, это будет не под силу сделать… боюсь, я в конечном итоге, разрушу этот мир. И если мои намеренья, будут тебе не по нраву, так уж и быть, я отдам тебе своё тело…

Богиня чакры, с изумлением глядела на блондина, его предложение, было совершенно неожиданным и одновременно с этим, — шокирующим. Фактически, пожертвовать собственным телом, чтобы понадеется на её снисходительность?

— Ты и правда, отчаялся, Боруто… — хмыкнув, проговорила Кагуя, медленно подлетая к стоящему перед ней мальчишкой. В его глазах не было страха, лишь уверенность и толика усталости. — Но скажи же мне, почему ты доверяешь мне, свою собственную жизнь? Неужели ты не видишь во мне, Ооцуцуки, которые тебе так отвратительны?

— Потому что ты, осмелилась поднять мятеж против них. Ты не похожа на своих сородичей… и я хочу верить в то, что ты всё ещё не утратила этого чувства справедливости в своём сердце. — моментально ответил Боруто.

В этот момент, в их разговор, вмешался Момошики. Он образовался между ними, после чего, оттолкнул Боруто назад.

— Ты правда считаешь, что я позволю тебе, поставить на себе ещё одну карму? — проговорил он, и хоть голос его был всё таким же надменным, в глубине души, Момошики боялся… что Кагуя всё же оттеснит его, полностью уничтожив. — Твои жалкие попытки остановить судьбу, просто ничтожны, Боруто! Судьба так или иначе, найдёт в твоём сердце мрак и ты превратишься в монстра, подобного мне или той же Кагуе. Сила глаза, опьянит тебя, затуманив твоё суждение о жизни.

— Ты боишься… Момошики… я догадывался об этом. — поднявшись на ноги, высказал Боруто. — Боишься, что я рано или поздно, всё же растворю тебя, джооганом.

— Я?.. Ну ты лучше знаешь, что такое страх, да? Захотел бы ты, давно это сделал. Но я знаю, причину по которой ты не избавишься от меня. Потому я буду жить в тебе, как сорняк в твоём разуме до конца твоих дней… — его голос был тихим, выжидающим. Он хотел увидеть ещё больше отчаяния в своём носителе. — Знаешь, когда ты открылся Кагуе, я кое-что увидел в твоих воспоминаниях. В момент, когда я попытался взять контроль над телом, в том порту, ты спустя некоторое время, после моего временного исчезновения, встретился с ним не так ли? С собственным отражением из другой реальности.

— О чём он говорит? — поинтересовалась Кагуя.

— О том, что Боруто из другой вселенной, попал в нашу, с помощью своего волшебного глаза. — процедил Момошики. — Вот только, другой Боруто был отравлен, собственной беспечностью. Я увидел, что он поведал тебе о своём «недуге»… Может сам расскажешь или мне это сделать?

Кагуя вопрошающе, взглянула на блондина и тот, вздохнув, всё же решил ответить за Момошики.

— Да… я встретился с самим собой из другого мира. Он был как я… вот только, Момошики в нём больше не было. С помощью джоогана, другой я, растворил сознание Ооцуцуки в себе, но… — Боруто слегка осёкся, сжав кулаки. — Ооцуцуки не исчез, а полностью слился с сознанием Боруто, породив новую личность. В нём больше не было сострадания, и он не видел в людях ничего, кроме ресурса для достижения собственных целей.

— Другими словами, он стал Ооцуцуки?.. — предположила Кагуя с каждым словом, всё больше и больше ощущая напряжение.

— И да… и нет. Это, как он сказал, — проклятье, которое настигло его, и из-за которого, он погубил собственный мир, высосав из планеты всю жизнь. Новый вид… не Ооцуцуки и не человек. А нечто, более страшное, что-то сверхъестественное.

— До селе, я никогда не слышала о том, чтобы обладатели джоогана имели при себе карму… — проговорила Кагуя, осознавая масштаб проблемы.

— Конечно не слышала, ведь всегда, этот глаз получал кто-то из нашего рода. Боруто первый из людей, кто получил этот артефакт… И естественно, будет последним… вот почему, я сказал, что твоя судьба не завидная, Узумаки. — выплюнул Момошики.

И вот теперь, Кагуя начала осознавать, чего так боялся Боруто. Он не хотел становиться таким же, монстром, который сам же и погубит этот мир. Но… сможет ли она, сдержать его, если на то, будут причины?..

— Избавься от этого глаза. — высказала Кагуя.

— Я не могу… без него, я не смогу закончить этот цикл! — отказался Боруто.

— Да даже если он и решиться на это, эффекта, как такового не будет. Глаз просто восстановиться, ведь если джооган, появился, от него уже не избавиться. Он как клеймо, остаётся только у его истинного носителя, причём навсегда…

— Даже если моё сознание сольётся с вашим… у меня всё ещё будут силы, бороться с этим недугом! — всё ещё не теряя надежды, ответил Боруто. — У другого меня, появился проблеск разума, после всего того, что он натворил, а я… уже зная о том, что может быть, и подавно не стану впадать в эту иллюзию.

— Ты совершил большую ошибку, отпустив другого себя в наш мир! — воскликнул осуждающе Момошики. — Да, может быть, при встрече с тобой, он и был разумен, но что ему мешает вновь стать врагом всего мира? Только не говори мне, что веришь в него!

— В любом случае, что ты ответишь на моё предложение, Кагуя? — проигнорировав Момошики, спросил прямо Боруто.

Теперь, после раскрытия довольно серьёзной проблемы, предложение Боруто, звучало как-то… рискованно. Да, он делал это во благо мира, но одновременно с этим, Кагуя понимала, что даже ей с трудом удастся, подавить его, если вдруг, ему вздумается сделать что-то неординарное. Джооган, опасен, как ни крути…

— После всего услышанного, я не могу оставить тебя без присмотра, Узумаки Боруто. Вместе с тем, ты просто обязан, устранить другого себя, что сейчас, наверняка творит бесчинства. — вытянув ладонь к парню, проговорила Богиня чакры. — Я отмечу тебя своей кармой, чтобы всегда следить за тем, о чём ты думаешь.

— Как скажешь. — ответил ей Боруто, послушно протянув ей левую руку. — Делай, что считаешь нужным, Прародительница…

Делить сосуд с кем-то ещё… не радовало Момошики, он хотел было вновь попытаться взять контроль над телом мальчишки и помешать Кагуе, сделать задуманное, но потом всё же передумал. Захватывать тело Боруто, это слишком опасно… Узумаки мог попытаться перехватить обратно контроль и ненароком растворить его сознание в своём… Мог стать ещё одним проблемным обладателем двух душ, как другой. После тех воспоминаний о встрече с другой версией Боруто, Момошики не на шутку испугался. Первоначальный замысел переродиться, вдруг превратился в совершенно противоположное действие… и Боруто, переступил черту человека, став нечто на вроде Бога.

Боруто ощутил, лёгкое жжение на ладони. Клеймо в виде кармы, наконец появилось… а вместе с ним и ощущение, что в его голове, поселился кое-кто ещё.

Теперь и я в твоём сознании, Узумаки Боруто. — прозвучал голос Кагуи в разуме Боруто. - Так как ты уже долгое время был подвержен карме и её… реконструкции твоего тела, моя карма быстро адаптируется, а вместе с этим, в твоём распоряжении будут особые способности, которыми пользоваться, могу только я.

— Ясно… — задумчиво глядя на ладонь с ещё одним серым ромбом, протянул Боруто. — А ты чего молчишь, Момошики? Мне казалось, что ты был против того, чтобы на мне была ещё одна карма.

— И я до сих пор, не одобряю это. Но выбора, как такового у меня нет. Мне остаётся, лишь наблюдать за твоим падением, Узумаки Боруто. — ответил с ухмылкой на лице, Момошики.

— Не вздумай, что-нибудь выкинуть в неудобный момент, Момошики… иначе, я…

— Что? Попытаешься стереть из сознания, но ты же этого не сделаешь Боруто! — прервал того Момошики. — Мы с тобой уже связанны ментально, ничтожество… и ты сам знаешь, что если попытаешься что-то изменить, то только сделаешь хуже себе и этому миру.

— Пора тебе очнуться, Боруто. — высказала Кагуя, насыщаясь чакрой Боруто. — Я взяла достаточно чакры, чтобы выбраться отсюда. Я найду тебя, как только вернусь в родное измерение.

— Хорошо…

Призрачное тело Боруто, растворилось, а вместе с ним, растворился и Момошики, что с неким отвращением глядел на дочь его повелителя. Предательница собственного рода, решившая идти против самого Анунда…

Очнувшись вновь в храме, Боруто ощутил огромное недомогание в организме. Благо, карма всё же спасала его. Привстав на ноги, он наконец, решил размяться. Насколько долго, он уже здесь сидел, было непонятно, но теперь, всё наконец закончилось и он может вновь вернуться в мир.

С того момента, как он наконец нашёл Кагую, прошло несколько дней. И только сейчас, ему удалось выследить, внезапно образовавшийся, мощный поток чакры Ооцуцуки. Боруто даже и подумать не мог, что Джиген, всё же решится на переселение своего сознания в Каваки.

Вместе с тем, поиски по другому Боруто, не увенчались успехом. Из всего того, что произошло за то время, пока он был в храме, ему стало известно лишь об инциденте всемирной вспышки, странной энергии, что исходила из Суны. Нападение Ооцуцуки, не прошло бесследно, вот только, никто не понимает, что именно произошло в тот момент. Поговаривали, что сами Божества природы, сжалились над людским родом и изгнали Ооцуцуки, другие же считали, что появился некто, кто может противостоять незваным гостям с неба. И лишь Боруто, знал кто именно был ответственен за то, явление в небе…

Безусловно, это было дело рук другого Боруто. Оставалось лишь найти его, а после… остановить. Видимо, процесс формирования новой личности, всё же произошёл, он не смог ему противостоять. Но беда в том, что все следы его присутствия, обрывались в зоне, уже ныне разрушенного до основания, убежища Кары. Боруто был весьма удивлён этому факту, но уже подозревал, что именно его двойник, решился на этот ход.

Теперь же, он стоял на крыше одного из порушенных домов, наблюдая за битвой между его учителем и Иссшики. Саске явно проигрывал, и потому, Узумаки решил не стоять в стороне. Окликнув монстра, тот сразу же повернулся в его сторону. В глазах Иссшики, проскочил не то гнев, не то страх…

— Боруто Узумаки, какой неожиданный сюрприз. — протянул он.

Саске заслышав голос Боруто, поднял свой взор. Он стоял там… вдалеке, но даже так, Учиха ощущал совершенно иную чакру, нежели у того, что напал на них в лесу.

— Гляжу, ты всё же добился своего и переселился в новое тело… Иссшики. — высказал Боруто, грозно глядя на противника.

— Сколько ещё неприятных сюрпризов, ты мне сделаешь, прежде чем, я убью тебя, Узумаки Боруто? — ответил ему Иссшики, с явной угрозой, активируя глаз.

В этот момент, Боруто осознал, что его копия из другого мира, действительно успела наломать дров. Впрочем, теперь это было уже неважно. Иссшики, лишь одна из множества проблем, которые, нужно было решить.

Иссшики переместил из иного измерения несколько штырей, что тут же увеличились в размерах, вылетев прямиком на Боруто. Тот в свою очередь, решил воспользовался, новообретённой силой, что досталась ему от Кагуи. Перед Узумаки, разорвалось пространство, образовав некий портал в тьму, и штыри, которые должны были вонзиться в него, исчезли во мраке. В тот же момент, слева от Иссшики открылся ещё один портал, из которого, вылетели те же самые штыри.

— Эта способность… — пробормотал он, увернувшись от штырей. — Нет… значит, тогда мне не показалось, что я ощутил присутствие своей сестры.

Впавший в раздумья Иссшики, не заметил, пролетевшего сквозь расстояние, с помощью молнии, Боруто, что на большой скорости, замахивался своим клинком. Лезвие уже практически коснулось шеи, когда он уменьшился, а после оказался на длинной дистанции.

— Вот же… значит, даже этой скорости не хватает… — прошипел Боруто, не сводя взгляда с Иссшики. — Чёрт, это был очень хороший момент, чтобы избавиться от него.

Тем временем Саске, даже не знал, что ему делать в этой ситуации. Перед ним, стоял его ученик, что сражался с ещё одним Ооцуцуки, что захватил тело одного из близких людей его дочери. Был ли Боруто в данный момент союзником или же его нужно было воспринимать как третью сторону?

Наконец, блондин перевел взгляд с Иссшики на своего учителя. Во взгляде была некая отстранённость, но никак не ненависти. Медленно подойдя к нему, он протянул ему руку с кармой.

— Предлагаю, перемирие. По крайней мере на этот промежуток… я знаю, что натворил много чего, но сейчас, нам надо победить этого ублюдка. — уверенным голосом, проговорил Боруто.

Времени на раздумья катастрофически не хватало, и потому, Саске решил довериться интуиции. Коснувшись своей ладонью до кармы. В тот же момент, он ощутил прилив сил. Раны практически мгновенно затянулись, но вместе с тем, Учиха ощутил чакру того, кто был побеждён лично им и Наруто много лет назад. От этой чакры, его даже слегка пошатнуло.

— Боруто… что ты натворил? — еле сдерживая дрожь в голосе, вопросил Саске.

В то же время, Иссшики был слегка также в растерянности. Он думал над тем, каким же таким образом, мальцу удалось найти его сестру, да ещё и забрать её силу.

Мало им было поглумиться на тобой, Кагуя… так они ещё и пользуются твоими силами! - подумал он, ощущая как гнев начинает поглощать его разум. Теперь он был готов не просто убить Боруто, а забрать то, что ему не принадлежало по праву.

— Потом будете мне читать морали, сенсей! Сосредоточьтесь на Иссшики! — крикнул Боруто, видя что Ооцуцуцки полностью покрылся кармой.

Перед ними возник среднего размера куб, что начал рушить улицу, вынуждая Боруто и Саске прыгнуть на крыши домов. В тот же момент, со стороны резиденции Мизукаге, появились и шиноби Тумана.

— Глядите вон там, это Учиха Саске! — крикнул один из шиноби. — Убийца нашего Мизукаге! Не дайте ему уйти!!!

Боруто вопросительно взглянул на своего учителя. Однако тот, лишь отмахнулся, решив сосредоточиться в данный момент на Иссшики.

Сложив обе ладони, Ооцуцуки Иссшики, переместил из другого измерения, сотню тысяч огромных колонн, что начали падать с неба, словно дождь, убивая как мирных жителей, так и шиноби, что в данный момент, были озлобленны на Учиху Саске.

Саске и Боруто, ловко уворачиваясь от летящих в них колонн и штырей, с каждой секундой, становились всё ближе и ближе к Иссшики. Он в свою очередь, прятаться не собирался, также двинувшись в их сторону.

— Стиль ветра: разящий шторм! — крикнул Боруто, образовав огромный поток ветра вокруг себя, что уничтожил множество всё ещё падающих колонн.

Саске в свою очередь, активировал левый глаз, переместившись с одной из близь летящих колонн, что была у Иссшики. Оказавшись возле оппонента, клинок Учихи сверкнул молниями, Ооцуцуки увернулся от замаха, сделав два шага назад, после чего, уменьшил клинок Саске до размера зубочистки, когда тот, вновь попытался совершить удар. Воспользовавшись ситуацией, Иссшики нарастил огромные когти на свою правую руку, схватив ей голову Учихи.

Только было Ооцуцуки, решил размозжить ему голову, как тут, появился Боруто, что на большой скорости влетел в правую руку Иссшики своей катаной. Та заискрилась молниями и через мгновение, Ооцуцуки отлетел назад, ощущая как левая рука заметно легче, чем надо…

Саске отбросив отсечённую лапу, вновь бросился в бой, попутно прихватив с порушенного пола, свою вновь вернувшуюся в прежний размер, катану. Боруто также побежал на Иссшики, не давая тому продохнуть.

Они напали на него с двух сторон. Иссшики же, отбил атаку Саске, но не успел увернуться от Боруто, что с большой силой впечатал его в пол, пробив крышу и провалившись вместе с ним на два этажа вниз. Саске в тот же момент, последовал за ним. Несколько штырей, вновь появились в воздухе, направленный в сторону Саске, однако в этот же момент, Учиха вновь воспользовался замещением, миновав град из чёрных штырей.

Вонзив свой клинок ему прямо в сердце, Саске попытался придавить левую руку, ведь правая всё ещё восстанавливалась. Но сила между ними, была колоссально разной, от чего, Иссшики без труда, отбросил Саске. Попытавшись встать, он ощутил, сильный кулак Боруто, который впечатал его вновь в грунт.

— Ты никуда больше не денешься, Иссшики… — процедил он, активируя джооган.

— П-Правда?.. Ну тогда… попробуй отразить это!.. — ответил еле дыша, Иссшики.

Боруто непонимающе на него взглянул, а затем, ощутил нечто сверху. Подняв взор к потолку, он увидел, нескольких шиноби со странными орудиями в руках. Как только те, выстрелили, его плечо и грудь были прострелены. В момент попадания, они не просто прошли насквозь, а разорвали в клочья плечевой сустав, а также живот, разбрызгав во все стороны, ошмётки крови.

Вниз выпали несколько небольших гранат, который соприкоснувшись с полом, в тот же момент, рванули, но не взрывами, а скорее… светом, который ослепил, растерянного Боруто.

— Что за?! — воскликнул он, харкая кровью и закрывая глаза, ощущая как его слух, пронизывает, отвратительный писк, совершенно теряя его в пространстве.

Иссшики, заметив возможность отступления, в тот же момент, быстро вырвал клинок из груди, а затем уменьшил себя, исчезнув с поля сражения. Саске, выбравшись из-под обломков, куда его закинул Иссшики, увидел, кричащего от боли Боруто, что был изранен, неизвестным оружием.

— Схватить его! — послышался голос Эйджи сверху.

Поняв, что это могло плохо кончиться для его ученика, он подхватил Боруто, а затем активировал портал, пройдя сквозь него, вместе с Боруто.

Прошло немало времени с того момента, как Орочимару начал также активно бороться за жизнь Седьмого Хокаге. Но даже он, — человек что практически всю свою жизнь посвятил науке, — не смог излечить столь странную болезнь, которая окутала сердце Наруто.

— Понятия не имею, как с этим, бороться… — проговорил с неким скепсисом Орочимару, видя, как очередное созданное им лекарство, отторгается материей, что вцепилось в тело Наруто.

— Оно полностью уничтожает любое вещество, которое вводиться внутрь организма… — устало проговорила Цунаде. Глаза её были сонными и заплывшими от бессонных ночей. — Каким образом, оно могло появиться у Наруто?..

— Его связь с хвостатым зверем. — ответил спокойно белый змей, медленно обойдя койку на которой лежал Наруто. — Во время выброса странной энергии, которую ощутил весь мир, его тело подверглось этому всплеску сильнее всех остальных, и всё из-за зверя внутри… Видимо, чакра лиса взяла на себя огромный удар, а так как Наруто связан с ним, то и он, также ощутил на себе мощь всплеска.

— Почему ты так рвёшься спасти его? — задала вопрос Цунаде, пристально глядя на своего бывшего напарника. — Столько лет, ты был бездушным монстром, гонящимся за бессмертием, но что изменилось? Даже Джирайя прекратил попытки образумить тебя

После своей псевдо-смерти, Орочимару, — как бы это не было иронично, — осознал, насколько этот мир непонятен, и что иногда, лучше не вскрывать то, что лежит под замком самой природы. Оно может оказаться, чем-то ужасным и в конце концов погубит всё, что находиться в пределах законов вселенной и всего сущего…

Эти двое… Наруто и Саске, были особенными для него. Дети, что стремились к своим целям и достигли их. Именно они смогли разрушить многовековой цикл бессмысленных убийств и перерождений сущностей, что до сих пор, явно таятся в их сердцах, отдавая отголосками скрытых желаний, не то добра, не то зла. Наруто спас мир и стал надёжной опорой для него, тогда как Саске, хоть и подвергся тьме и наделал немало ошибок, но также переосмыслил свои взгляды на этот мир, решив идти в его тени, вместо того, чтобы блистать на солнце, как его товарищ.

И всё же, в конце концов, всё это привело их к началу. Вновь просыпаются страшные времена войн, а надежда, в виде Седьмого Хокаге, потихоньку, но верно, идёт в пучину загробного мира… Орочимару не хотел вновь погружать этот мир в хаос, решив продлить надежду на ещё какое-то время. Ему нравилось наблюдать за тем мирком, что создал Наруто, своими собственными убеждениями и силами. И даже его сыну, в этом счастливом мире, нашлось место…

— Я просто хочу вернуть надежду этому миру. Мы ещё не готовы проститься с ним. — ответил ей Орочимару, вернувшись к рабочему столу. — Хватит болтать, раз это лекарство оно поглотило, нужно создать такое, которое эта материя не сможет поглотить…

В пределах территории Деревни Конохи, появилась огромная жаба, из пасти которой, вышел Амадо.

— Вот я и на месте. — пробормотал он, потушив сигарету об язык призванной жабы. — Ладно, надеюсь, они не прикончат меня…

Прошагав к воротам деревни, он внимательно осмотрелся. На посту был лишь один охранник, да и то, тот спал беспробудным сном. Хмыкнув, Амадо прошёл сквозь ворота, мгновенно ощутив нечто еле уловимое, словно он прошёлся через какой-то барьер.

У горла белобрысого, сверкнуло лезвие куная. Амадо не заметил, как за его спиной, оказался, тот самый, казалось бы, мирно спавший охранник.

— Ты ещё кто такой? — спросил холодно, шиноби. — Только без резких движений и глупостей, говори чётко и кратко, без утайки…

— Я Амадо… пришёл сюда за, так сказать, защитой. — ответил вкрадчиво учёный. — У меня есть важные данные об одной террористической организации, но для начала, не мог ли бы вы, оповестить обо мне главенствующего Хокаге? Хотелось бы… побеседовать с ним о сотрудничестве.

— Террористическая организация?! — воскликнул шиноби, после чего, грубо ударил Амадо в колено, от чего, последний упал в сидячее положение. — Так ты выходец из Кары, получается?.. Ублюдок, хватило же тебе наглости беззаботно войти сюда!..

Заломив тому руки, шиноби ловкими движениями скрутил Амадо с помощью стяжек из особого крепкого материала. После чего, связавшись со штабом, доложил им о том, кто к ним пожаловал.

Спустя несколько минут переговоров, охранник грубо схватил Амадо за воротник, после чего, зафиксировав на месте, велел тому не двигаться и не задавать лишних вопросов. Учёный готовился к чему-то подобному и всё же, это было не приятно… На глазах появилась туго затянутая, чёрная повязка, которая полностью закрывала ему обзор.

Пошарив по карманам и одежде, шиноби вытащил несколько флешек, сигареты и небольшой блокнот.

— Попрошу вас… быть осторожным с этими данными. На этих флешках хранятся множество архивных записей из штабов организации. — оповестил Амадо, послушно сидя на коленях.

Спустя некоторое время, прибыл отряд, который должен был доставить Амадо в назначенное ему место, где он должен был ожидать дальнейших решений. Всю дорогу, он шёл молча, прислушиваясь к каждому шороху и открывающимся дверям. К его удивлению, пришли они быстро, хотя и были подозрения на то, что шиноби использовали технику перемещения, чтобы запутать его.

Так или иначе, как только он добрался до предполагаемого места назначения, повязка с глаз наконец исчезла, а вместе с ней, с него сняли и наручники, что сильно давили на запястья. Он оказался в небольшой камере, без окон и дверей. Здесь, он должен был дожидаться дальнейших действий…

Кажется, всё прошло, более-менее, удачно… хотя, могло быть и лучше. Всё же, я был их информатором всё это время, чёрт его дери. Главное, чтобы старейшины не испортили всё… Хатаке Какаши весьма проницательный правитель, он должен увидеть перспективы о моём переводе в Коноху.

Донесение о том, что на территории деревни был обнаружен, предположительно, один из членов Кары, сразу же дошло до Какаши. Естественно, он немедля решил устроить допрос, незваного гостя.

— В последнее время, у нас всё больше и больше, появляются незваных гостей. — с толикой усталости, высказал Какаши. — Меня это начинает, слегка напрягать…

— Так, что нам делать Лорд Шестой? — спросил Шикамару.

— Доставьте его в спец-камеру для допросов. Я хочу с ним поболтать, ты тоже будешь присутствовать Шикамару. — ответил Хатаке, скрестив пальцы.

— Как пожелаете. — ответил советник, в тот же момент, выйдя из кабинета.

Уже спустя несколько часов, Хатаке сидел перед связанным Амадо за одним столом. Позади последнего, стояли также специальные печати, которые блокировали любые попытки использовать какую-либо технику.

— Я рад, что вы всё же решились, побеседовать со мной, Лорд Шестой… — слегка приклонив голову, первым поприветствовал Амадо.

— Кто ты такой и почему пришёл к нам? — сразу же задал вопрос Какаши, сверля взглядом старика.

— Моё имя Амадо, и я являюсь главным инженерным-биологом в террористической организации «Кара». — в тот же момент, выложил учёный.

— Так… просто? Даже если это правда, то ты должен понимать, что за твои преступления и факт того, что ты работал на весьма опасную и в данный момент, всемирно печально известную организацию, тебя следует судить по всей строгости законов мира Шиноби.

— Я это понимаю… и всё же, хочу добавить от себя, что я, также был главным информатором Скрытого Листа. Благодаря моей помощи, вы устранили множество незаконных экспериментов и катастроф, связанных с деятельностью Кары… — проговорил ровным голосом Амадо, — Разве за это, я не имею право, хотя бы на частичное помилование?

— Неужели? И ты думаешь, что мы вот так запросто тебе поверим? Ты наивен, раз считаешь, что этого достаточно для того, чтобы мы поверили тебе, Амадо. — вклинился Шикамару, недовольно зыркнув на учёного.

Какаши на секунду перевёл взгляд на своего советника, а после вернулся к Амадо. Слова этого подозрительного типа и правда не вызывали какого-либо доверия или сочувствия. И всё же, перед тем, как начать эту беседу, Какаши самолично проверил все найденные флешки, что были изъяты у Амадо. На них было множество данных, в том числе и местоположение скрытых убежищ, а также цели данной организации в виде возрождения плана «Вечного Цукиёми».

Вместе с тем, если то, что говорил Амадо — правда, значит он действительно сделал весомый вклад в торможение деятельности этой организации. Уже за это, можно было бы, сделать ему пару поблажек, однако, не всё так просто. Какаши, не торопился с выводами. Что-то всё же не нравилось ему в этом типе… В его холодном и расчётливом взгляде, было ясно видно, что думает далеко наперёд.

— Я и не пытаюсь влиться в ваше общество. — спокойно ответил Амадо, слегка размяв плечи. — Мне просто нужно убежище, где я смогу сделать всё что в моих силах, дабы остановить гибель нашей планеты.

— Допустим мы тебе верим… то, что ты принёс нам на флешках, это правда? — решив перейти к следующей теме, обратился Какаши.

— Да, более чем. Там всё, что я смог слить из их архивных источников. Местонахождения их скрытых баз, данные о каждом агенте и не только, а также множество исследований, проводимых с нинджетами и клетками Ооцуцуки. Всё это, поможет Стране Огня, искоренить «Кару» раз и навсегда.

— Скажу честно, ты мне не по душе, Амадо… твои действия хоть и поддаются логике, но я вижу в них скрытые мотивы. Лучше скажи мне честно, чего ты добиваешься? — задал вопрос Какаши, слегка приблизившись к учёному. — На своём веку, я повидал не мало типов, которые скрывали свою сущность за «масками»… у меня глаз на таких намётан, и знаешь что? Ты точно такой же, любитель поносить маску.

— Ну знаете… когда вы понимаете, что ваши действия, могут повлиять на весь мир, приблизив его к гибели, тут хочешь не хочешь, а поменяешь свои ценности. — всё с таким же надменным спокойствием, высказал свои мысли Амадо. — Мальчишка, которого принял к себе Седьмой Хокаге… его звать Каваки, где он сейчас?

— Это тебя не касается…

— Я очень надеюсь, что он сейчас в надёжном укрытом месте. Потому что, если его схватит Джиген, у нас будут большие проблемы… — по лицу седовласого промелькнула еле заметная капля пота.

— Что ты хочешь сказать?.. — выжидающе спросил Шикамару.

— На Каваки есть карма, она связывает его с Джигеном. Он ждёт, когда она созреет. — объяснил им Амадо.

— И что же произойдёт, когда она созреет?

— Дело в том, что Джиген… он не человек, а Ооцуцуки, такой же внеземной ублюдок, как и все те, кто нападал на разные точки мира, в том числе и на вас. Карма — это печать, наложенная Ооцуцуки для перерождения. Она медленно, но верно, переписывает клетки человека, меняя их. Беда в том, что не каждый, может стать сосудом, и у Джигена ввиду некоторых обстоятельств, также неподходящий сосуд… Поэтому ему и нужен Каваки, ведь на нём, хорошо прижилась, поставленная им «карма». Если эти оба встретятся, считайте, что Каваки сгинет, а в его теле, возродится ещё один проблемный Ооцуцуки, с полной мощью и не сдерживаемый хрупким телом.

Осознавая всю опасность ситуации, в которую они влипли, отправив команду номер «7» на задание, Какаши судорожно начал перебирать варианты того, что он сейчас мог бы сделать. Шикамару также нервно переглянулся с Хокаге.

— Что такое? Каваки ведь… сейчас в деревне, да? Вы ведь никуда его не выпускаете? — с каждым новым словом, Амадо всё больше и больше, терял терпение.

— Каваки стал частью Деревни Листа, а вместе с тем, шиноби который выполняет разного рода миссии… — сказал Какаши, внимательно глядя на Амадо. — В данный момент, он находиться в деревне Тумана, думаю… там ему ничего не угрожает.

— Деревня Тумана?.. — переспросил Амадо. — Видимо это какое-то издевательство… Это самое, мать его, неподходящее место, куда вы могли его отправить! — перейдя на крик, воскликнул Амадо. — Деревня Тумана, это вторая база Кары и в ней, вероятнее всего, сейчас и сидит Джиген! Вы сами привели к нему добычу.

Сарада не знала, что и чувствовать, когда перед ними открылся портал. Она вместе с Мицуки, была на одной из улиц Конохи. Мимо проходящие жители, шокировано глядели на них, не понимая, каким образом, они очутились здесь, да ещё и так внезапно.

— Этот упрямый старик… — прошипела гневно Сарада, сжимая кулаки.

— Похоже, мы в Конохе. — заключил Мицуки, оглядываясь по сторонам. — Твой отец, переместил нас сюда, чтобы мы не подверглись опасности…

— Какое право он имел, совершать подобное? — холодно отозвалась Учиха. — Денки, Ивабэ и Металл Ли, всё ещё там… как и Каваки, которого мы так и не смогли чёрт возьми найти. Когда он вернётся, я спрошу с него, за всё то, что он натворил. — высказала напоследок она, двинувшись к резиденции.

Мицуки на это, что-либо говорить не решился. Сейчас, она сама не своя, хотя признаться честно и самому Мицуки было не спокойно. Им вновь пришлось пройти сквозь ад на земле, видя страдания обычных людей и жестокость тех, кто хочет кровопролитной войны… Те, кто подставил страну Огня, должны были заплатить за это.

Оба шиноби, стояли в кабинете Хокаге, докладывая о том, что произошло в деревне Тумана. С каждой новой подробностью, Какаши начинал понимать, что это тот самый поворотный момент тёмных времён. Уже тогда, он понимал, что никакого перемирия уже не получиться, террористам удалось воспользоваться страхом людей и чиркнуть спичкой на вываливающийся из всех щелей порох под названием — подозрение.

— Неизвестные ниндзя, одетые в обмундирование шиноби Листа? — уточнил Какаши, оглядывая двоих прибывших Сараду и Мицуки. — Час от часу не легче, всё хуже и хуже…

— Это не всё. При нападении, неизвестного врага, по всем телевизионным экранам, показывали, как… — Сарада, слегка запнулась, неуверенно переведя взгляд куда-то в сторону. — мой отец, убивает Мизукаге.

В кабинете была полная тишина. Какаши обдумывал всё то, что ей сказала Сарада. Шикамару, пытался понять, чего именно добивался враг Конохи. Естественно, было очевидно, что весь этот теракт, был только для того, чтобы столкнуть две страны, тем самым, начав новую мировую…

— Мне кажется… я знаю, кто в этом замешан. — подал голос Мицуки.

Все в тот же момент, перевели на него взгляд.

— Тот слепой капитан. — напомнил он Сараде, — Который привёл нас к резиденции и отправил твоего отца к Мизукаге. Он уже тогда мне не понравился.

— Эйджи… — вспомнив имя, пробормотала Сарада.

— Да, его поведение в момент, когда началась атака на деревню, было странным… будто он знал о том, что она должна была произойти. — проговорил Мицуки, хмурясь всё больше и больше.

— Эйджи, да? — задумчиво выдал Какаши. — Ладно, поговорим об этом позже. Что важнее всего, где Каваки?

При упоминании их товарища, на их лицах, проявилась сожаление. Какаши понял и без слов, что с ним, видимо, что-то случилось.

— Ясно… когда вы в последний раз видели его?

— На фестивале. Мы веселились, ели сладости и смотрели на фейерверки, а затем… он словно куда-то исчез, а если быть точнее, его похитили, потому что спустя какое-то время, началась атака.

Какаши уже понимал, что Каваки больше нет. Джиген всё же смог добраться до него и переселить свою сущность в его тело. Теперь в этом мире на одного опасного Ооцуцуки было больше…

— Шестой, всё идёт к войне… конечно, мы сделаем всё возможное, чтобы избежать лишних жертв и недопонимания, но мы должны быть также готовы к непредвиденным последствиям. — высказался Шикамару, вытащив из кармана пачку сигарет.

— Междоусобица, это последнее, что человечество должно делать в такие, непростые времена. Человечество на краю пропасти, куда нас толкают Ооцуцуки и всё же, война близка, как никогда… — голос правителя был истощённым, ему приходилось делать несколько дел одновременно, как в старые добрые. Быть Хокаге, далеко не так весело, как кажется детям. — Саске остался в деревне Тумана, но мы не можем с ним связаться… Если мы отправим элитных шиноби в сторону страны Воды, это плохо скажется на репутации страны Огня. Весь мир, поверит в то, что Коноха решилась на подлое нападение.

— Думаю, лучше будет, созвать совет Каге и решить все вопросы, вместе со всеми правителями. — предложил Шикамару.

— Да, так и сделаем… немедленно. — заключил Какаши. — А вы, отправляйтесь по домам… в данный момент, вы ничего не сможете сделать.

Сарада прикусила губу от этих слов. Они и правда ничего не могли сделать в данной ситуации. Только усугубить положение деревни, если попытаться что-то предпринять. Но кое-какой вопрос всё же не давал ей покоя.

— А что же с остальными нашими товарищами?.. Ивабэ, Денки, Металл и… Каваки… неужели мы их всех бросим там?!

Разумеется, этот вопрос даже нельзя было обсуждать. Сараде и Мицуки, повезло, просто потому, что Саске решил их перебросить сквозь портал. Но что могло произойти с ними, не будь такой возможности? Какаши не хотел думать о страшном, но ему приходилось делать эти выводы. Потому что такова жизнь и её жестокий закон.

Все они… числятся в данный момент, как «пропавшие». И раз конфликт разгорелся, то и жизни шиноби Листа, будут тлеть в этом пожаре, возникшим из-за Кары и её игры с этим миром.

— На данный момент, мы ничего не можем предпринять. Мне и самому это тяжело говорить, но мы должны на время забыть о них. — ответил честно Какаши. — Поэтому, сейчас, я тебя не прошу, как учитель, а приказываю, как Правитель этой Деревни. Никуда не выходить за пределы деревни, любое ваше действие против этого приказа, будет воспринято, как неподчинение, вследствие чего, вас обоих воспримут как нукенинов.

Мицуки понимал, что они действительно, сейчас ничего не могли сделать, а потому воспринял этот приказ, как должное. Чего нельзя было сказать о Сараде. Она глядела на Шестого, с холодом, показывая всем своим видом, что ей не нравится этот приказ.

— Тебе что-то не нравится, Сарада? — спросил Шикамару, с настороженностью глядя на Учиху. — Если есть что сказать, говори… всяко лучше, чем просто прожигать нас взглядом.

Она сжала пальцы в кулаки, но всё же сдержала себя от лишних слов. Тяжко выдохнув, она выбежала из кабинета, оставив открытой дверь. Мицуки глядел ей вслед, только и успев, открыть рот, чтобы окликнуть её.

— Вот же морока… — с раздражением, выпалил Шикамару.

— Всё нормально… я её понимаю. Отца фактически сделали виновником в убийстве правителя целой деревни. Напарник исчез, как и друзья, оставшись на поле битвы. Я бы тоже… не смог бы держать себя в руках, в её возрасте. — с тяжестью на сердце, проговорил Какаши.

— Я поговорю с ней… — сказал Мицуки, перед тем, как выйти из кабинета.