— Лорона Рут, я аннулирую свою помолвку с тобой.

Девушка перевела взгляд на мужчину, сделавшего это бессердечное заявление со сцены. При этом выражение ее лица не изменилось.

В роскошно декорированном зале бесследно исчезла мирная атмосфера, которая до этого здесь царила.

На грандиозной церемонии вручения дипломов, проходившей в королевской академии Королевства Нирна, собрались различные выпускники и их гости.

Молодым человеком на сцене был Вельбютт Нирна.

Он был наследным принцем королевства. У него были огненно-рыжие волосы и лазурные глаза, похожие на драгоценности. Фигура была величественной, он никак не мог кому-то показаться 19-летним.

Он окончил эту академию в тот же день и только что поздравил всех от имени выпускников.

Девушка, противостоящая властному Вельбютту, была не кем иным, как Лороной Рут. Она была дочерью графа Рута.

С ясными фиолетовыми глазами и достойным выражением лица она выглядела зрелой.

Одетая в ярко-красное платье, она оставила свою тонкую шею открытой, а ее серебристые волосы были собраны в пучок. Ее внешность излучала завораживающее очарование, невообразимое для 18-летней девушки.

В молчании ее красота производила впечатление куклы размером с человека.

От имени студентов она была приглашена туда, чтобы также выступить с речью.

Лорона и Вельбютт были обручены королевской семьей и графской семьей с детства.

— Вельбютт, в таком месте… как ужасно! Моя бедная старшая сестра! — закричала девушка, стоявшая рядом с Вельбюттом.

Это была Люмина Рут, милая девушка с развевающимися волнистыми волосами конфетного цвета. Глаза у нее были цвета тающего меда. На днях девушка только дебютировала, и она была не кем иным, как сестрой Лороны.

Глаза Люмины наполнились слезами, когда она произнесла слова беспокойства за Лорону. Однако ее губы исказились – вероятно, потому, что она больше не могла скрывать свою радость.

Окружающие наблюдали за происходящим с тревогой и наполовину интересом к тому, что началось.

Лорона опустила голову, по-видимому, о чем-то задумавшись. Тем не менее, выражение ее лица не выражало никаких эмоций.

— …Поняла.

Она ответила тихо, прежде чем продолжить низко склонять голову. Обернувшись, Лорона оставила двоих.

Ее красноречивые и безжалостные движения, когда она приподнимала край платья, придавали ей вид достойной актрисы на сцене.

— ...Эй! Ты не спросишь, почему я аннулирую нашу помолвку!?

— …Старшая сестра?

Вельбютт и Люмин, похоже, были немного разочарованы реакцией Лороны, она была слишком беспечна. Они сразу же повысили голоса.

Лорона, остановившись, медленно обернулась. Вельбютт, который выглядел нетерпеливым, целенаправленно откашлялся.

— Похоже, твой статус моей невесты проник в твою голову до такой степени, что ты упорно игнорировала свое достоинство аристократа и вовлекалась в недобросовестные дела. Мало того, ты также издевалась над собственной сестрой Люминой исключительно потому, что ее мать не аристократка. Из-за твоего отсутствия морали ты не подходишь для роли будущей королевы этого королевства.

— Я понимаю.

— …Верно. Тебе есть что сказать?

— Совершенно нечего.

Похоже, Вельбютту этого все еще не хватало. Тем не менее, Лорона не давала ему возможности насладиться ситуацией. Люмина тоже выглядела встревоженной.

— Есть еще что-нибудь? Я предоставлю вам процедуру расторжения помолвки.

— Эй!!

Поскольку у нее не было времени никого слушать, Лорона покинула зал.

С первого взгляда казалось, что это Лорона аннулировала помолвку.

Вельбютт, оставшись стоять там, был сбит с толку. В конце концов, он в отчаянии закричал:

— Ты и дальше настаиваешь на притворстве!

Волнения по поводу аннулирования помолвки между наследным принцем и графиней на выпускной церемонии королевской академии стали в тот день сенсацией в королевстве.

Однако сразу после этого произошло более шокирующее событие.

Смерть графини Лороны Рут.

Это была история, в которой судьбы тех, кто потерял свой стержень, были поглощены непреодолимым приливом.

— Лорона мертва?

Узнав об этом в своей личной комнате, глаза Вельбютта расширились.

Он удивился этой новости. Шок пронзил его измученное тело, заставив сесть и прижаться к стулу.

— …Почему в такое время…

Вельбютт, схватившись за голову, разочарованно щелкнул языком.

— …Она должна была умереть раньше!!

Затем он ударил ногой по столу, заставив дворецких и горничных в комнате задрожать.

Не так давно Вельбютт сообщил королю и королеве о расторжении помолвки.

В результате его долго ругали.

Даже если Лорона была его невестой, ошибка Вельбютта заключалась в аннулировании их помолвки без какой-либо предварительной консультации. Ему сделали выговор, потому что, как члену королевской семьи, он должен был более внимательно обдумывать свои шаги, чтобы не вызвать каких-либо беспорядков.

К счастью, его не обвинили в самом аннулировании, поскольку он привел доказательства серьезных проступков, которые Лорона совершила как благородная леди.

— Я закончил тем, что выдвинул бесполезные обвинения своим отцу и матери...

Он чувствовал себя неприятно из-за того, что его тяжелая работа была напрасной. Как бы то ни было, Вельбютт восстановил самообладание, когда подумал, что так все будет проще.

На самом деле процедура аннулирования помолвки оказалась не такой простой, как казалось. На это потребовалось много времени и сил.

Политический брак в некотором смысле был контрактом. Был подготовлен официальный документ, за которым стояли подписи, подтверждающие разрешение как Палаты лордов, так и храма.

Для его уничтожения необходимо было подготовить документ, подтверждающий согласие обеих сторон и определенную сумму штрафа.

Однако все было иначе, если один из них умирал. Тяжелая утрата не была нарушением контракта.

Таким образом, Вельбютт был освобожден от документов, связанных с аннулированием помолвки, и от обязанности выплачивать крупную сумму в связи с штрафом.

— …Похоже, в конце концов, она все же смогла сделать что-то хорошее.

Выражение лица Вельбютта, когда он произносил это с улыбкой, не имело той утонченности, которую ожидают от наследного принца.

Лорона была невестой Вельбютта, но он никогда не питал к ней особых чувств.

Семья Лороны, графство Рут, имела долгую историю, но это была посредственная семья, которая не имела сколько-нибудь значительного влияния.

Единственная причина, по которой Вельбютт был помолвлен с Лороной, заключалась в битве против соседнего королевства, которая произошла дюжину лет назад.

Граф Рут добился больших успехов в этой битве. В качестве награды король пообещал приветствовать Лорону, дочь семьи Рут, как королеву.

Велбютту было 5 лет, когда он обручился, а Лороне – 4 года.

Для Вельбютта, у которого было мало возможностей общаться с детьми того же возраста, Лорона была его единственным товарищем по играм.

Он сопровождал ее во время ее бала дебютанток, и они танцевали вместе.

Она была другом, который провел 14 лет своей жизни в качестве его невесты.

— …

На мгновение в груди Вельбютта возникла горечь.

Не зная, каковы были его чувства, Вельбютт высокомерно нахмурился при мысли о ней.

С юных лет он знал, что в конце концов женится. Он думал, что сможет хорошо о ней позаботиться.

Но по мере того, как они росли, он уставал от беспокойств Лороны.

Он все равно стал бы королем, так что плохого в том, чтобы немного поиграть? Наблюдение Лороны только ошеломило его. Даже его желание, которое, казалось, было обычным для мальчиков его возраста, было решительно отвергнуто Лороной, которая говорила: «Ты не можешь».

Отнюдь не будучи на ее стороне, Вельбютт в конце концов отдалился от своей невесты, которую громко хвалили его родители и учителя.

Кукольная красота Лороны задевала и гордость Вельбютта.

У нее был божественный облик, который заставлял его задуматься, действительно ли она жива и способна двигаться. Вельбютт боялся прикоснуться к Лороне.

Чем больше он беспокоился о том, что случайно сломает ее, если дотронется до нее, тем больше его пугала Лорона. В конце концов, разрыв между ними стал непреодолимым.

— …Что ж, теперь я могу обручиться с Люминой. Она также дочь графа Рута. Я не нарушил никаких обещаний.

Он пробормотал это, будто убеждая себя. Таким образом, Вельбютт подавил эмоции, которые возникали внутри него.

— Моя старшая сестра… умерла?

От слов дворецкого лицо Люмины стало темно-синим. Она поспешно закрылась руками.

Она выглядела как младшая сестра, оплакивающая смерть старшей сестры – или, по крайней мере, для ее окружения.

На самом деле ей отчаянно хотелось смеяться. Ее рот, прикрытый ладонями, искривлялся в дугу в виде полумесяца.

Моя сестра, наконец, исчезла!!! Теперь все станет моим!!!

Она подавила желание кричать. Все ее тело дрожало от восторга.

— Леди Люмина… о, вам, должно быть, так тяжело…

Возможно, подумав, что Люмина плачет, дворецкий накинул шаль на дрожащие плечи Люмины и помог ей сесть на стул.

— Как умерла Лорона? — спросила Люмина, закрыв лицо руками. Сделав немного растерянное выражение, дворецкий медленно заговорил.

— …Несчастный случай в ее карете. Это было ужасно, тело леди Лороны...

— Что случилось?

— …Э, ее лицо было… простите, я не могу больше об этом говорить.

— Понятно… пожалуйста, оставьте меня на время одну…

Из-за мимолетного обращения дворецкий и горничные тихо кивнули, выходя из комнаты.

Люмина, оставшись одна, подняла голову только после того, как подтвердила, что они полностью ушли.

— Уфуфу! Ура! Ну наконец то!

Она отказалась от своего женственного образа и упала на диван, бросая подушки и крича, как ребенок.

Ее ясное лицо не выражало признаков траура по поводу смерти сестры.

— Теперь не только Велбютт, но и вся семья Рут – моя! Как чудесно!

Она собиралась умереть от счастья. Люмина обняла подушку с широкой улыбкой на лице.

Лорона, которая была на два года старше Люмины, была не более чем бельмом на глазу.

Лорона всегда вела себя хорошо и безупречно относилась к учебе и манерам. Она была определенно красива – но на этом все. Люмина всегда ненавидела Лорону, которая никогда не смеялась и не топала ногами всякий раз, когда злилась.

— ...В том, что исчезла эта отвратительная женщина, виновата она сама.

Мать Люмины, несомненно, была аристократкой, по крайней мере, до поколения ее деда. По правде говоря, она была дочерью падшего аристократа, который влез в долги и в результате был вынужден продать свой титул.

Отчаявшись улучшить свое положение, мать Люмины была приглашена в семью Рут в качестве наставницы.

К счастью, вскоре после этого мать Лороны, бывшая в то время женой графа, скончалась в результате несчастного случая с лошадью.

Мать Люмины посвятила себя поддержке графа. Наконец, она получила статус его второй жены и родила Люмину.

Естественно, окружающие смотрели на Люмину и ее мать свысока.

Поскольку она была падшей аристократкой, о ней начали циркулировать слухи после того, как она успешно стала второй женой графа.

Ее мать была спокойна, но нельзя сказать то же самое о Люмине.

У ее матери определенно не было титула, но в жилах Люмины текла аристократическая кровь. Она также была дочерью семьи Рут.

Она задавалась вопросом, почему ее всегда сравнивали с Лороной.

Она была в таком отчаянии, что наконец решила приложить усилия.

Она выучила этикет, чтобы стать подходящей графиней. Тем не менее, она не могла превзойти Лорону. Напротив, Лорона иногда указывала на ее ошибки.

Из-за существования Лороны Люмина умирала от одиночества.

— Фуфуфу… все вещи семьи Рут станут моими…

В этом королевстве первородство было практическим правилом независимо от пола.

Изначально предполагалось, что в семье Рут Лорона встретит мужа и объединит семьи. Таким образом, она стала невестой принца.

Люмина искренне верила, что станет преемницей семьи Рут, но на самом деле это не так.

Был закон, позволяющий старшему сыну или дочери сохранять титул, несмотря на то, что по какой-то причине был женат в другой семье.

Это было принудительно, потому что когда другие злонамеренно пытались избавиться от первенца, чтобы взять на себя управление семьей, было обычным явлением.

Когда старший сохранял титул, это лицо должно было либо позволить своему первенцу унаследовать титул, либо следовать процедуре по передаче титула кому-то, кто непосредственно связан с ним.

Сохранив свой титул, Лорона сказала, что, став наследной принцессой, она в конце концов позволит своему первенцу унаследовать семью Рут.

— Хотя Люмина была здесь!

Люмина вспомнила то время и высвободила разочарование, ударив по подушке.

По словам Лороны, Люмина могла стать владельцем лишь небольшого состояния.

Она не могла в это поверить.

Однажды она попросила Лорону дать ей титул, но Лорона неизменно относилась к этому холодно.

— Прошу прощения, моя старшая сестра. Я рада, что ты умерла.

Теперь, когда Лорона, наследница, умерла, Лумина осталась единственной, кто мог унаследовать семью Рут.

Независимо от того, кто что скажет, это будет Люмина.

— Я должна встретиться с Вельбюттом!

Люмина с криком поднялась.

Ей приходилось якобы оплакивать, даже если она действительно была счастлива, что ее сестра умерла.

Напевая, она открыла дверь гардеробной, чтобы выбрать как можно более мрачное платье, символизирующее ее состояние траура.

— Леди Лорона умерла?!

Шесам Беллман, ответственный за бухгалтерию семьи Рут, посинел и закричал.

Он служил графской семье с тех пор, как родился его дед, и долгое время управлял семейным состоянием от имени своего военного хозяина.

Получив эту новость, Шесам встал со своего офисного стула, но случайно поскользнулся и упал на пол.

— Все кончено... все кончено...

Он поспешно открыл ящик и разложил все документы на столе.

Все документы были подписаны Лороной.

— …Теперь, когда она ушла, я больше не смогу брать ссуды…!

С криком Шесам сунул стопки бумаг в свои чемоданы и вылетел из офиса.

— Если я не сообщу графу об этом бедственном положении как можно скорее, с семьей Рут будет покончено!

Шесам хорошо знал о том, в каком долгу была семья Рут.

Граф, не заинтересованный управлением семьи и занимавшийся военными делами, редко возвращался в особняк из-за своих поездок.

На войне дела шли лучше. Он был вознагражден за свои достижения. Это были не маленькие презенты, как другим аристократам.

По иронии судьбы после того, как граф Рут принес мир народу, семья Рут обеднела.

Это не было бы проблемой, если бы они вели бизнес, как нормальные аристократы, и жили скромной жизнью.

Наряду с этими крупными наградами от войны, семья, которая родила будущую наследную принцессу, должна была долгое время процветать.

Тем не мение.

— Я ничего не знаю... Они ничего не знают...

Шесам грубо вытер свой пот и слезы.

— В любом случае, сейчас семью все еще можно спасти. Смерть юной леди могла изменить решение графа, так что...

Хотя его желание, вероятно, не сбылось, Шесам погнался на своей лошади на виллу, которую граф использовал для своих тренировок.

— Лорона мертва!? Что это означает?!

Граф Рут, который тренировался на своей вилле, уронил свой большой меч, его глаза расширились.

— Смеешь говорить, что я потерял свою прекрасную дочь?! Я тебя порежу!

— Это правда! Я не лгу! Вот свидетельство о смерти!

Посыльный, пришедший сообщить о смерти Лороны, с серьезным лицом передал документ графу.

Документ содержал официальное заявление о том, что Лорона погибла в автокатастрофе.

— Труп был в таком ужасном состоянии, что его отвезли в храм на восстановление. Скоро должны будут состояться похороны...

— Что за чушь-!!!

Гонец был поражен мощной угрозой графа. Он кричал, когда его глаза побелели, затем он тут же потерял сознание.

Несмотря на то, что он был мудрым и пожилым человеком, он не мог противостоять буйству графа Рута, которого провозглашали демоном поля битвы.

— Лорона, Лорона… ахххх!!!

Граф не смотрел на упавшего гонца. Он прослезился, схватив документ.

Загорелое лицо натренированного гиганта было бесстрашным, а его коротко остриженные волосы были смешаны с сединой. Однако человек пика своего мужества, которого более подходяще характеризовали как героического, мог только громко кричать.

С ранних лет граф был человеком немного недоуменным. Не имело значения, сколько он учился. Таким образом, он решил полностью посвятить себя размахиванию мечом и тренировке своего тела.

Благодаря этому он стал сильнейшим в королевстве еще до того, как осознал это. Его тянуло к полю боя.

И время было безупречным.

Битва с соседним королевством, сеявшим хаос на территориях вдоль границы, усиливалась. В то время способные бойцы считались благословением. Так граф и вышел на поле боя.

В какой-то момент дворянин, жизнь которого он спас, предложил ему красивую дочь, и граф согласился позволить ей стать его женой, не задумываясь.

Она также была женщиной, которая считала естественным следовать за сражавшимся мужчиной, потому что выросла во время долгой войны. Она также никогда не бросала графу вызовов и не перечила.

Их отношения были сродни отношениям начальника и его подчиненного. Граф был от этого достаточно счастлив. Его хвалили за боевые навыки, а дома его ждала послушная жена.

Когда его жена родила Лорону, граф считал ее самым красивым и очаровательным созданием в этом мире! Он был вне себя от радости, увидев малышку Лорону.

Он обнимал маленькую и беспомощную малышку и решил, что должен сделать ее счастливой.

Он боролся упорнее, чем когда-либо, и добивался результатов.

Он всегда дарил Лороне лучшие подарки и лелеял ее.

Не обращая внимания на всех, кто говорил, что еще слишком рано, он даже подготовил наставника для своего маленького ребенка, который только начал ходить.

Граф изменился, когда Лороне было всего два года. Его жена погибла в результате несчастного случая, когда упала.

Граф был потрясен потерей своей прекрасной жены и матери своего ребенка.

Его окружение было очень добрым к нему, они его жалели.

— Я... жалок?

После смерти жены граф впервые почувствовал себя любимым.

Он был непреодолимо счастлив, что люди вокруг него отчаянно подбадривали его и пытались утешить.

В нищете он всегда напивался, оплакивая свою потерю.

Его напыщенные речи и поступки прощались окружением, потому что он все еще скорбел.

Среди преданных ему людей была одна красивая женщина, которую он нанял в качестве наставника Лороны.

Женщина, изначально аристократка, была даже красивее его покойной жены.

Граф без колебаний женился на этой женщине, посчитав, что Лороне также нужна новая мать.

Но как только он женился на ней, она стала надоедливой.

Она заботилась только о трате денег, и всегда нагоняла шум, когда присутствовал граф.

Хотя она родила дочь, ребенок был не таким милым, как Лорона. Таким образом, граф погрузился в военное дело, пытаясь сбежать от жены.

Он приветствовал новых подчиненных, подготовил их амуницию и тщательно обучил их.

Когда его люди умирали на поле боя, он много плакал и делал себе имя как генерал, который храбро сражался, теряя своих талантливых подчиненных.

Затем война внезапно закончилась. Граф получил множество наград, а также за почет помолвку Лороны и наследного принца.

Однако это было пиком жизни графа.

Он был жестоким человеком, которого оставили на плаву в мирное время.

Его не приветствовали, когда он ходил на общественные мероприятия. Его жена дома тоже была шумной.

Его единственным исцелением была прекрасная Лорона, но у нее не было много свободного времени, чтобы проводить с ним из-за ее обучения.

Таким образом, он построил виллу, собрал солдат, потерявших свое место, как и он сам, и исцелял свой разум, обучая их.

Ему нравилось покупать различное оружие и превращать свою виллу в форт. Все это было сделано с намерением создать собственное королевство.

Однако его сердце не успокаивалось.

Он хотел, чтобы началась война – хотя, конечно, он не мог сказать этого вслух.

Он вспомнил день, когда умерла мать Лороны. Те сладкие дни, когда окружающие отчаянно заполняли пустоту в его сердце, пустоту, вызванную утратой.

Граф задумался, принесет ли удовлетворение смерть его нынешней жены. Но он не мог этого представить.

Он не думал, что его окружение будет милосердным, если его нынешняя жена умрет.

Но что насчет Лороны?

Она была красивой, умной и безупречной дочерью. Если он потеряет свою дочь, кого-то, кто должен был стать наследной принцессой...

…Его окружение наверняка станет милосердно к графу и начнет баловать его, как ребенка.

— Лорона, Лорона!

Таким образом, граф громко заскорбел, чтобы видели все.

Известие о смерти Лороны стало главной темой не только среди аристократов, но и среди простолюдинов.

Среди них Зерио, председатель корпорации Мейтз, которая контролировала распределение товаров в королевской столице, был потрясен до такой степени, что чуть не потерял сознание.

— Ты, идиотка…!

Его руки дрожали, когда он сжимал газету с сенсационным заголовком:

— …Графиня Лорона попала в аварию на следующий день после того, как принц аннулировал помолвку.

Пот, выступавший со лба, стекал на стол, но он не мог стереть его.

Всего несколько лет назад корпорация Мейтз была всего лишь небольшим магазинчиком.

Зерио был здравомыслящим человеком, но не в отношении самого бизнеса. Он был человеком, который редко получал прибыль, и его также легко обманывали.

— Тогда... этот бизнес, наконец, станет моим!

Отбросив газету, Зерио рассмеялся, как сломанная игрушка.

Он все еще помнил тот день, когда Лорона внезапно пришла в его магазин.

Внешность Лороны была такой великолепной, что он подумал, что она подвижная кукла в натуральную величину.

Серебристые волосы и пара пурпурных глаз, напоминающих аметисты высокого качества.

Обращаясь к очарованному Зерио, Лорона только тихо улыбнулась. Как будто на магазин наложили заклинание, в последующие дни все шло хорошо.

Покупка и продажа продуктов по приказу Лороны привели к увеличению прибыли в десятки раз.

Всего за несколько месяцев Зерио вернул все свое потерянное имущество и быстро стал миллионером.

«Разве ты не аристократка?»

«Почему вы ведете такие дела с кем-то вроде меня в качестве представителя?»

«Не могли бы вы сами назначить деловую встречу?»

Когда бизнес начал расти, Зерио часто задавал Лороне эти вопросы.

Лорона была всего лишь 15-летней девушкой, когда они впервые встретились. Как у нее могло быть такое смелое деловое мышление, о котором не мог подумать даже взрослый?

Во-первых, благодаря способностям Лороны, она могла бы заработать столько денег, сколько хотела, не используя такого человека, как Зерио, в качестве своего прикрытия.

Однако, сколько бы он ни спрашивал, Лорона только смеялась и блефовала. Она никогда не открывала свои мысли Зерио.

Его самые счастливые и насыщенные дни приходились на то, когда бизнес начал развиваться.

Однако Зерио был одержим идеей превратить корпорацию Мейтз в самую могущественную корпорацию королевской столицы. Он также любил, когда его окружение обращалось к нему как к председателю и пыталось приблизиться к нему. Затем он начал смотреть на них сверху вниз.

А вскоре в его голове промелькнула некая мысль.

— С этими делами Лорона больше не нужна.

Из соображений помощи его бизнесу по контракту он должен был отдавать Лороне 30% прибыли компании.

Сначала, конечно, Зерио был убежден, что его успех был достигнут благодаря мастерству Лороны.

Однако количество ситуаций, в которых требовалось решение Лороны, значительно уменьшалось по мере роста компании. Пользуясь своим опытом, Зерио стало легче получать огромную прибыль по своему усмотрению.

Тем не менее, пока существовал контракт, он должен был отдавать Лороне 30% своей прибыли. Для принятия серьезных решений также требовалось разрешение Лороны.

Для нынешнего Зерио Лорона была не чем иным, как помехой.

— Верно, контракт…!

Зерио поспешно открыл сейф. Он подтвердил наличие контракта, который он подписал с Лороной, когда основал корпорацию Мейтз.

Он должен был подтвердить, должен ли он чем-нибудь ее семье.

— Хаха…! Как ты глупа, юная леди!

Контракт был абсолютным. Поскольку в храме хранилась копия, Зерио не мог вмешиваться в него.

Следовательно, Зерио чувствовал себя ограниченным. Однако теперь указанное принуждение перешло на его сторону.

— Когда один из сторон умирает, контракт становится недействительным.

Зерио взглянул в небо после того, как прочитал четко написанное предложение в контракте.

При этом вся будущая прибыль достанется только Зерио. Все станет его.

— Спасибо, юная леди. Благодаря тебе я буду всегда богат.

Выкинув контракт, который больше не связывал его, Зерио зашагал, словно подпрыгивая.

Шаги были радостными, словно празднуя новое начало.

— …Куда ты так торопишься?

Высокий голос остановил Шесама, когда он собирался сесть в карету.

Понимая, кому принадлежит голос, Шесам отчаянно сопротивлялась вздоху и повернулась к хозяину голоса.

— …Добрый день, госпожа.

— Прекрати ненужные речи – ответь на мой вопрос!

Из-за резкого голоса ему захотелось закрыть уши.

…Однако он не мог так относиться к графине.

Шесам сжал ручку своей сумки и перевел взгляд на графиню Бельверассу. Для нее он старался казаться таким же скромным, как всегда.

На ней был яркий наряд с подходящими ему украшениями. Хотя Бельверасса казалась горделивой, в ее возрасте ее красоту можно было рассматривать только как поразительную. При виде ее кулона с желтым бриллиантом, отвратительно сверкающим вокруг ее шеи, Шесаму отчаянно захотелось сплюнуть.

Она хоть знала, сколько лошадей нам нужно отдать, чтобы собрать деньги на этот кулон!?

Количество счетов-фактур, которые графиня отправляла ему без разрешения, было эквивалентно десяткам боевых лошадей, выращенных семьей графа Рут.

Несколько лет назад для оплаты счетов было достаточно нескольких хороших боевых лошадей. Однако в мирное время, подобное нынешнему, было сложно найти покупателя боевых лошадей с грубым темпераментом.

Бельверасса даже не догадывалась о невзгодах Шесама. Пришлось тайно продавать лошадей, которых разводил граф.

Более того, желтые бриллианты стали запрещенными предметами. Их нельзя ни покупать, ни продавать...

...в таком случае, где она это взяла?

— …Я собираюсь пойти к графу, это о леди Лороне…

— О, это напоминает мне, что девушка померла, да?

Бельверасса нахмурила брови и разочарованно фыркнула.

— Она погибла в результате несчастного случая, хотя ее помолвка только что была аннулирована... она была невестой принца, поэтому я хочу, чтобы она оставалась красивой даже после смерти. Люмина тоже была в унынии из-за этого...

— …Тц!

Бельверасса не проявила ни малейшего намека на траур по своей падчерице – Лороне. На самом деле на ее лице не было даже тени печали. Напротив, она жаловалась на ее смерть.

Шесам отчаянно стиснул зубы, чтобы не рассердиться на ее злобу. Ему просто хотелось накричать на Бельверассу за то, что та затягивает встречу с графом.

— Что ж, хорошо, благодаря ее смерти Люмина станет новой графиней Рут. Поэтому я должна ее поблагодарить. Ты не согласен, Шесам?

— …Да.

— Собираешься ли ты встретиться с моим мужем, чтобы провести процедуры? Кроме того, собственность под именем Лороны также будет принадлежать Люмине, верно?

— Верно. Чтобы переписать документы на имя леди Люмины, мне понадобится согласие графа. Поэтому мне нужно его подтверждение.

— Понятно, тогда поторопись! Чего же ты ждешь!?

Какой эгоизм!

Шесам хотелось закричать от гнева. Однако все, что он мог сделать, это поклониться и броситься в карету.

Он даже не мог больше дышать одним воздухом с Бельверассой.

Как только кучер закрыл дверь, он глубоко вздохнул.

— …Что мне теперь делать?

В этом году Шесаму будет 24 года. Он был достаточно взрослым, чтобы жениться.

Однако каждый раз, когда он был свидетелем ухудшающегося финансового положения графа Рута, он не мог мечтать о собственном браке.

Он был так занят, что родители не осмеливались упоминать ему о женитьбе.

Граф был равнодушен к управлению своей территорией и имуществом. Все, что он делал, – бессмысленно тратился на военную экипировку.

Между тем его жена считала, что только потому, что она графиня, она имеет право разбазаривать их деньги.

Дочь, рожденная между ними двумя, была так же избалована, как и ее мать. Таким образом, Шесам был занят каждый день из-за выставленных ими счетов.

Лорона была единственной, кто его поддерживал.

Лорона, с ранних лет будучи красивой и превосходной, стала невестой принца и из-за этого каждый день много работала.

Она редко чего-то желала, и у нее хватило скромности привести в порядок потрепанное платье самостоятельно.

Шесам знал, что она добросердечный человек. Однако она вызывала несколько эмоциональные взлеты и падения, поскольку другим было трудно понять, о чем она думала.

Шесам, сменивший своего отца и ставший новым бухгалтером графа Рута в возрасте восемнадцати лет, каждый день хотел умереть от финансовых трудностей.

К тому времени, когда Шесаму исполнилось 20 лет, семья графа уже оказалась на грани краха.

Если бы это было раскрыто, его бы заклеймили как некомпетентного. Как бухгалтер он будет привлечен к ответственности. Впоследствии единственной судьбой, которая ожидала его, была его кончина. Каждый день был для него ужасен.

И именно Лорона, которой в то время было всего 14 лет, спросила Шесам:

— Ты в порядке?

В то время он был слишком ошеломлен и не имел ни малейшего намерения что-либо делать.

С ее нежным голосом и встревоженным взглядом Шезам забыл о себе как о слуге и со слезами на глазах жаловался на напряженное положение графа.

— Шесам, мне очень жаль. Ты через многое прошел. Тебе наверняка было очень трудно.

Лорона, которая была еще маленькой девочкой, извинилась перед Шесамом, произнеся эти слова.

Ее маленькая ручонка нежно погладила его по голове.

В конце концов, Лорона начала свой бизнес и стала сотрудничать с торговцем-простолюдином. Она стала ежемесячно вкладывать определенную сумму денег в семью графа.

Когда у них заканчивались деньги, они вместе думали о решении. Когда им приходилось сокращать количество слуг, она всегда следила за тем, чтобы у уволенных слуг было новое место для работы, чтобы они не сгинули по пути.

Воспользовавшись долгом торговца и корпорацией, Лорона заключила контракт на исключительных условиях.

Все это была сделка с кредитным обеспечением, которую Лорона осуществляла через свой бизнес.

В течение последних пяти лет единственной причиной, по которой и граф Рут и Шесам смогли выжить, была Лорона.

Но со смертью Лороны подписать новый контракт в будущем не удастся.

Без Лороны – способной деловой женщины, а также невесты наследного принца, кто стал бы сотрудничать с графом Рутом?

— Леди Лорона…

Шесам, мимолетным голосом упомянувший имя Лороны, заметил, что как зрение затуманилось.

Слезы навернулись на его глаза, ослепив его. Его поразило не будущее семьи графа, а смерть Лороны.

— Леди… как вы умерли?

Шесам наконец понял, что ему грустно.

Его тело, казалось, наконец-то осознало, что его потрясла смерть Лороны. Он страдал от такого горя, что едва мог дышать.

— Я не знаю, что делать, когда вас не стало..

Лорона никогда не проявляла эмоций на лице. Но она всегда хорошо заботилась о Шесаме и всегда добро говорила с ним.

Она всегда была нежна, любезна и добра ко всем. Она никогда не злилась на свою семью или на жениха, который не заботился о ней. Она просто печально вздыхала.

Я сожалею, что не могу вам помочь.

Я должен был поблагодарить вас от всего сердца.

Я должен был сказать вас, какое вы для меня спасение.

Было жалко, что Шесам, простой слуга, ничего не мог сделать.

Закрыв лицо руками, он оплакивал смерть Лороны.

К счастью, звук колес кареты заглушал его голос, но, конечно, это не излечило горе Шесама.

— Ха-а...

Из-за меланхолии в своем сердце Лорона вздохнула.

В последнее время ей приходилось нелегко.

Лорона собиралась принять участие в торжественной церемонии в честь своей королевской академии. Честно говоря, она предпочла бы отсутствовать.

Она пробормотала:

— Лорд Вельбютт все равно будет проводить время с Люминой. Мне нет смысла ехать.

Вспомнив лицо своего жениха, Лорона снова вздохнула. С тех пор, как она поступила в королевскую академию, их отношения стали напряженными.

Наследный принц Вельбютт, что был ее женихом с четырехлетнего возраста, некоторое время относился к Лороне холодно.

Когда они были младше, он был ее хорошим другом. В настоящее время они стали чужими друг другу. Лорона даже чувствовала, что он ее ненавидит.

Она не просила любви Вельбютта. Во-первых, это был брак по расчету.

Более того, титулы будущей наследной принцессы и будущего короля были для Лороны не более чем грузом.

Родившись дочерью графа Рута, она давно сдалась и смирилась со своей судьбой. Она отчаянно пыталась не мешать другой стороне.

Даже если они не могли быть похожи на обычную пару, любящую друг друга, она хотела, чтобы Вельбютт считал ее семьей.

— …Интересно, стоит ли мне рассказать отцу о Люмине.

Она поняла, насколько это бессмысленно, и покачала головой.

Лорона понимала, что, хотя ее отец был мил и добр к ней, он не был на ее стороне. Ее отцу не нравилось, когда кто-то мешал его увлечениям и хобби. В то же время он любил хвастаться, что Лорона была невестой принца.

Следовательно, если бы Лорона пожаловалась на это, ее отец наверняка поднял бы шум.

Ей также пришлось обратить пристальное внимание на Люмину, прямую причину этого переполоха.

Вельбютт был женихом Лороны. Следовательно, Люмина не должна без надобности сближаться с ним и вводить в заблуждение их окружение.

Люмине стоило вести себя скромно, поскольку она вышла замуж за другого аристократа. В отношении Люмины Лорона советовала, по крайней мере, это – безрезультатно.

Во всяком случае, Люмина только стала еще более враждебной по отношению к Лороне.

Было здорово, что Вельбютт любил Люмину, несмотря на то, что их отношения только создадут клеймо.

Когда Люмина услышала это от Лороны, она только насмешливо скривила свое красивое личико и посмотрела на нее, ничего не говоря.

…У Лороны не было союзников.

С раннего возраста Лорона не умела выражать свои эмоции.

В то же время у нее была острая память. Даже ее детские воспоминания все еще были живыми в ее голове.

Окружающие всегда хвалили ее за хорошее поведение и рассудительность, но на самом деле Лорона была просто простой нормальной девочкой. У нее были эмоции.

Однако всякий раз, когда она пыталась выразить себя, у нее просто не получалось. Когда она злилась или плакала, ее мать только раздражалась.

Когда ее мать умерла, она не могла осознать ее смерть. Горюя из-за того, что она больше не могла ее видеть, Лорона не могла должным образом пролить слезы.

В конце концов, ее отец, граф Рут, сбился с пути. Лорона отчаянно играла роль хорошей девочки, чтобы не беспокоить его.

Ее отец любил Лорону. Он хвастался ею, громко говорил всем, что гордился ею, и много чего ей покупал.

Тем не менее Лороне всегда было одиноко. В глубине души она знала, что отец никогда на нее не смотрел. Он также никогда не гладил ее по голове и не читал ей книжки с картинками перед сном.

Только когда Лорона отправилась в королевский замок для обучения принцессы, она осознала – для своего отца она была просто куклой, которой он мог хвастаться, – «идеальной дочерью Лороной».

Король и королева любили и лелеяли юного Вельбютта. Их отношение как родителей полностью отличалось от отношения родителей Лороны к ней.

Если бы она вышла замуж за Вельбютта, щедрый король и королева могли бы стать ее родителями. С такими слабыми ожиданиями Лорона продолжала усердно учиться. Однако Лорона понимала, что ее цель больше не может быть осуществима.

— Кажется, все усилия, которые я приложила, были напрасны… — пробормотала она.

Что со мной не так?

В последнее время у Лороны возникали такие мысли.

Вскоре после смерти матери отец Лороны снова женился на ее наставнице Бельверассе.

Двухлетняя Лорона была рада этой новости.

Конечно, ее беспокойный отец успокоится. Не говоря уже о том, что у нее также появится новая мама и новая семья.

Но как только Бельверасса вышла замуж, она превратилась в странную и темпераментную женщину. В конце концов, она не стала матерью для Лороны.

Все платья и аксессуары, раньше принадлежавшие покойной матери Лороны, забрали. Вскоре Бельверасса забеременела и начала вести себя словно Императрица.

Лорона, будучи слишком юной, чтобы судить о добре или зле, не имела другого выбора, кроме как подчиниться Бельверассе.

Лорона думала, что как младшая сестра Люмина была крохотной и очаровательной. Однако Бельверасса не позволила им сблизиться.

После войны отец редко возвращался домой. Как мальчишка, он вел себя так, как будто все еще сражается на войне. Бельверасса, похоже, не сомневалась в этом, тем более что она была слишком погружена в свою яркую, аристократическую игру.

В конце своего чрезмерно сложного детства Лорона была помолвлена ​​с принцем Вельбюттом.

Лорона отчаянно пыталась вести жизнь, в которой не стыдилась бы своего положения графини.

Каждый день она стремилась не подвести обучение наследной принцессы.

Все, чего она хотела – это чтобы Вельбютт действовал с осознанием того, что когда-нибудь он станет королем.

— …Как беспорядочно.

Она знала, что Люмине нравится Вельбютт.

Вельбютт также любил Люмину, которая умела хорошо выражать свои мысли.

Как бы то ни было, Лорона все еще верила-

- что ее жених не предаст ее.

- что ее младшая сестра воздержится от причинения ей печали.

Веки у нее стали горячими, но слезы не текли.

Как я могу плакать?

Как я могу заставить кого-нибудь выслушать мою сторону событий?

В лабиринте без единого ответа Лорона, которая больше не могла никуда идти, продолжала бесцельно блуждать.

— Вельбютт! Моя старшая сестра-!

Уже почти наступила ночь, когда плачущая Люмина посетила Вельбютта.

Охранники и дворецкие кисло уставились на Люмину, без разрешения вторгнувшуюся в королевскую резиденцию.

Однако, несмотря на возмущение, все считали ее поведение допустимым, учитывая, что ее сестра – Лорона – только что умерла.

— …Люмина, я тоже был удивлен, услышав эту новость. Что случилось?

— Я не знаю подробностей. После того, как она вчера покинула зал во время выпускного вечера, моя сестра, кажется, куда-то поехала. На самом деле, вчера она не вернулась...

— Она пропала со вчерашнего вечера? Я не слышал о таком отчете...

Вельбютт нахмурился при словах Люмины.

Каким бы наглым ни было поведение Лороны, чтобы она не вернулась домой...

Было принято подавать запрос на поиск в Палату лордов из-за возможности несчастного случая или инцидента. Однако ни Люмина, ни Вельбютт не отправляли никаких поисковых запросов.

— …Ну, я думала, она снова собирается навестить того торговца, поэтому промолчала. Как обычно, мой отец был на своей вилле...

— Ох…

Вельбютту, который знал о нынешнем состоянии графской семьи Рут, ничего не оставалось, как принять объяснение. Тем не менее, он не мог не задаться вопросом.

Несмотря на то, что Лорона не вернулась, графиня и Люмина, которые должны были быть дома, ничего не сделали. Этот факт не успокоил легкую дрожь в его груди.

— …Тогда ты знаешь, куда на самом деле отправилась Лорона?

— Я понятия не имею. Судя по всему, сегодня утром в резиденцию графа вернулась только лошадь, везущая карету моей сестры.

— Только лошадь?

— Да, потом слуги сразу пошли искать карету. И тогда, на пригородной дороге они обнаружили перевернутую карету...

Заплакав, Люмина закрыла лицо обеими руками.

Ее сердце было поражено печалью от потери сестры. Думая так, Вельбютт заключил ее в свои объятия.

Почувствовав ее тепло, Вельбютт вспомнил день, когда он впервые встретил Люмину.

Люмина, смеявшаяся всегда, как солнце, была для Вельбютта богиней. Все это время Вельбютта душил титул наследного принца.

Впервые они встретились в день дебютанток, когда Лороне было 16 лет.

Закончив свой первый танец с Лороной, Вельбютт был очарован девушкой, очаровательно подбежавшей к ней со словами: «Старшая сестра!» и милым голосом.

Ее пушистые волосы конфетного цвета и медовые глаза делали ее миниатюрной девушкой – а также полной противоположностью Лороны.

Ее невинные черты лица были прекрасны. От простого взгляда на нее у него забилось сердце.

— Люмина, тебе еще рано идти на эту вечеринку.

— Но это же дебют моей старшей сестры! Хочу это отметить! Моя мама сказала, что все в порядке. Или тебе не нравится, что Люмина здесь?

— …Какое беспокойство. Вельбютт, это моя младшая сестра Люмина. Люмина, поздоровайся с Его Высочеством наследным принцем.

— Приятно познакомиться, лорд Вельбютт! Меня зовут Люмина Рут!

Хотя это было немного неловко, Вельбютт смягчил свое выражение лица при приветствии, что ясно показывало результаты ее практики.

Если ее сестру Лорону сравнивали с богиней, то Люмина была бы ангелом.

С этого дня Люмина часто цеплялась за Лорону и приходила в королевский замок.

Лорона всегда убеждала Люмину пойти домой, но Люмина хотела остаться с ней. Таким образом, Вельбютт поддерживал Люмину.

Было немного забавно видеть, как всегда безупречная Лорона раздражается Люминой.

Со временем Люмина провела и свой день дебютанток, и у нее появилось больше возможностей посещать королевский замок одной в рамках ученичества.

Однажды Вельбютт нашел Люмину сидящей в саду со слезами на глазах. Он подбежал к ней и погладил ее нежную спину.

— …Я не так хороша, как моя сестра. Уверена, что меня отругают, когда я вернусь домой!

— Кто посмел ругать такого милого человека, как ты?

— …Это…

Люмина отказывалась что-либо говорить. После того, как Вельбютт терпеливо предложил свою помощь, Люмина наконец сделала ужасающее признание.

— …Лорона так с тобой поступила!?

Люмина призналась, что Лорона все время издевалась над ней дома. Причина заключалась в том, что Люмина была дочерью второй жены ее отца.

Перед своими родителями и Вельбюттом Лорона вела себя как чистая и целомудренная девушка. Но, оставшись одни, она высмеивала происхождение Люмины и ругала ее за то, что она жалкая сестра. Благодаря Люмине Вельбютт также узнал, насколько жестока была Лорона. Люмина сказала ему, что Лорона ее хлестала. Ее белые ноги были четко испещрены красными полосами, как и говорилось в ее словах.

Вельбютт был удивлен резким контрастом между внешним отношением Лороны и настоящим. Сначала он не мог поверить в то, что говорила Люмина. Ему было трудно поверить, что Лорона плохо обращается со своей сводной сестрой, однако...

— Пожалуйста-! Никому не говори об этом ни слова!

Люмина, кричавшая от испуга, похоже, не лгала.

С тех пор Люмина много раз обращалась к Лороне. Вельбютт даже заметил, что Лорона что-то указала Люмине в коридоре.

Перед Лороной, которая что-то невыразительно что-то объясняла, Люмина заплакала.

— …Прекрати, Лорона.

К тому времени, когда он это заметил, Вельбютт прикрывал от нее Люмину.

В этот момент Вельбютт не упустил из виду смущение, отразившееся на лице Лороны. Лорона, которая обычно была спокойной, расстроилась. Уже одно это подтвердило, что все сказанное Люминой было правдой.

Эта «идеальная» Лорона издевалась над своей сестрой. Восторг, который исходил от знания того, насколько обезображена была девушка, которую он считал похожей на богиню, потряс Вельбютта до глубины души.

С тех пор Вельбютт поставил перед собой цель защищать Люмину и проявлять к ней благосклонность.

Люмина совершенно не отвергала Вельбютта. Даже если он будет бездельничать, Люмина встанет на его сторону.

Затем он начал задаваться вопросом, почему его невеста не Люмина.

Когда Вельбютту было 17 лет и он был зачислен в королевскую академию, вместо своей невесты Лороны единственной фигурой, которая приходила ему в голову, была милая Люмина.

Несмотря на то, что Лорона должна была поступить в следующем году, чувства Вельбютта неуклонно склонялись к ее сестре.

Лорона была такой отличной ученицей, что Вельбютт был рад, что они не учились в одном классе.

У нее всегда были отличные оценки, и она вела себя хорошо.

Ее внешний вид, строгий ко всем окружающим и к ней самой, был более благородным, чем у Вельбютта, члена королевской семьи.

— Как и ожидалось от невесты принца!

Каждый раз, когда кто-то хвалил Лорону, в сердце Вельбютта возникало мрачное чувство.

Она ничего не говорила, но было очевидно, что Лорону и Вельбютта сравнивали друг с другом. Вельбютт подозревал, что она могла смотреть на него свысока, как на кого-то посредственного, несмотря на то, что он принц.

Когда Вельбютт стал старшекурсником, Люмина поступила на первый курс. В то время как все остальные держались от него на расстоянии, Люмина никогда не вела себя по отношению к нему по-другому. Она относилась к нему с той же радостью, что всегда была ей присуща.

Вместо такой неприкасаемой женщины, как Лорона, он гораздо больше предпочитал Люмину, которая была с ним близка.

В то время Вельбютту пришли два секретных послания.

[Графиня, Лорона Рут, часто бывает в трущобах и ведет темные дела.]

[Семья Рут также закупала запрещенное оружие и контрабанду.]

Сначала он подумал, что оба эти сообщения были возмутительной клеветой.

Однако, расследовав их, они в основном были правдой. Лорона часто бывала в корпорации Мейтз – месте, куда не должна ходить ни одна благородная леди. Она также была вовлечена в этот бизнес, принадлежащий простолюдину... Не говоря уже о том, что относилась к этому с энтузиазмом.

Для незамужней девушки проводить так много времени с простолюдином… это могло привести к ужасно неприятным слухам.

Более того, для самого графа – главы семейства Рут – выставлять себя напоказ, играя в военную службу, это рисовало особенно уродливую картину обо всей семье.

Что касалось графини, тайно покупающей контрабанду, как только эта новость достигнет социальных кругов, ее будет ждать разорение.

Если бы он женился на Лороне, ничего не зная, королевская семья была бы опозорена.

Граф и его жена могли делать все, что захотят. Скорее, если он правильно использует эту секретную информацию, он мог гарантировать аннулирование своей помолвки с Лороной.

Граф Рут был их самым сильным солдатом. Однако он не умел вести дела с аристократами.

Конечно, при приличном количестве угроз он бросит свою военную игру и подпишет документ об аннулировании.

В то же время это был всего лишь вопрос сохранения в секрете контрабанды, которую покупала мать Люмины.

Поскольку слухи еще не распространились, он мог просто подавить информацию силой королевской семьи.

Вельбютта с его непоколебимой решимостью уже нельзя было остановить.

Разбить гордость идеальной Лороны, раскрыть ее проступки на выпускном вечере и объявить об аннулировании помолвки. Если она осмелится пойти против, он пригрозит ей тайной графа и его жены. В таком случае она ничего не сможет сделать.

Но, вопреки его ожиданиям, не говоря уже о сопротивлении, Лороне ничего не сказала об их аннулировании.

Не расстраиваясь, красота Лороны оставалась незапятнанной до самого конца.

Потом она умерла именно так.

— …Это действительно был несчастный случай?

— Кажется, что колесо сломалось. Поэтому карета, вероятно, перевернулась. Кучер вылетел из своего места и потерял сознание, а моя старшая сестра… была в той карете… о, как ужасно…

Когда плач Люмины стал отдаленным, в груди Вельбютта загудело по неизвестной ему причине.

Он не мог дышать.

Он не мог не задаться вопросом, где была Лорона до момента своей смерти.

Поскольку ее нашли утром, значит, авария произошла между полуночью и рассветом.

Достойное выражение лица Лороны. Спина Лороны, в которой не было и намека на сожаление. Эти образы живо воскресли в его сознании.

Он никогда больше не сможет увидеть красоту этой богини.

— Вельбютт… что будет дальше?

Услышав дрожащий голос, Вельбютт перестал думать и посмотрел на Люмину в своих объятиях.

Милая Люмина не изменилась с их первой встречи.

Однако казалось, будто ее блеск внезапно потускнел.

— …Тогда вполне естественно начать свой траур. Есть еще много дел и процедур, которые необходимо предпринять. Мы должны воздержаться от встреч какое-то время.

— Ни за что-

— …Ничего не поделаешь, да?

Впервые Вельбютта рассердило недовольное выражение лица Люмины.

Не имело значения, насколько громко он объявил о своем аннулировании, на бумаге его невестой все еще оставалась Лорона. Даже если бы он захотел обручиться с Люминой, это могло произойти только после устранения проблем графа и графини.

Разве она это понимает?

— В любом случае, я попрошу провести тебя до графства до захода солнца. Завтра я что-нибудь сделаю. Мне нужно поговорить с графом и графиней.

Люмина неохотно кивнула на слова Вельбютта. Когда она уходила домой, она снова и снова оборачивалась.

— …Куда ходила Лорона?

Он не знал, почему он был этим так обеспокоен. Однако его волновало, что он ничего об этом не знал. Почему-то это вызывало ужасное беспокойство.

Будущее должно быть светлым, но он все еще чувствовал тяжесть. Словно его нога была в могиле.

— Все в порядке. Проблем быть не должно.

Бормоча себе под нос, Вельбютт закрыл глаза.

— Это вина Вельбютта, что он так холоден по отношению ко мне!

Подъезжая к особняку в полусилом отталкивании, Люмина надула щеки. Она вспомнила отношение Вельбютта, когда была с ним ранее.

…Теперь, когда Лорона больше нет, почему он ничуть не доволен?

— …Настало моё время сиять. Я определенно буду счастлива.

Люмина смотрела на королевский замок через окно, кусая ноготь большого пальца, пока уезжала.

Впервые она узнала о Вельбютте летом, когда ей исполнилось 10 лет. В то время Лорона ходила в королевский замок почти каждый день, и Люмина ей завидовала.

В конце концов, Лорона наденет красивые платья и поедет в замок на шикарном экипаже. Как будто она была принцессой из книжки с картинками. Люмина недоумевала, почему Лорона не брала ее.

Однажды по какой-то причине Лорона все утро оставалась дома.

Когда Люмина задалась вопросом, почему она не вышла, она увидела мальчика, выходящего из кареты. Карета прибыла из замка.

Он был потрясающе красивым мальчиком. У него были огненно-рыжие волосы и красивые голубые глаза.

У него была улыбка, полная самоуверенности и доброты, и он сохранял твердую осанку.

— Он словно принц ...!

Люмина полюбила его с первого взгляда.

Она все смотрела на него, ей все время хотелось с ним встретиться.

Тем временем мальчик встал рядом с Лороной и начал радостно с ней разговаривать. Он слушал Лорону, которая оставалась невыразительной. Мальчик волновался, потому что Лорона не смеялась. Люмину это раздражало.

— Люмина не позволит тебе страдать от этого.

С детства она чувствовала неприемлемость отношения Лороны.

Почему она не улыбается, когда он такой хороший человек? Почему она не хвалит его за великолепие?

Он может выбрать для себя лучшее!

Чувствуя такое раздражение, Люмина долго смотрела на Лорону и мальчика.

Затем она узнала, что мальчик на самом деле был принцем этого королевства, Вельбюттом. Он также был женихом Лороны.

— Почему, почему, мама… !?

Она плакала и взывала к своей матери, Бельверассе.

...почему это должна быть Лорона!?

— Бедная Люмина...!

Бельверасса также не скрывала своего сожаления. Милосердно обнимая свою дочь, она рассказала ей об их помолвке.

Королевская семья попросила графа Рута о помолвке, когда Лороне было 4 года, а Люмине - 2 года.

В этом королевстве до трехлетнего возраста они не могли креститься в церкви и считаться аристократами. Потому что дети были склонны умирать. Детей без аристократического статуса нельзя было привлекать.

Следовательно, была выбрана Лорона.

— …Все только из-за этого? Как занятно. Старшая сестра просто хочет завладеть этим домом...!

— Верно. Но будь уверена. Если она собирается выйти замуж за королевскую семью, я уверена, она позволит тебе стать наследницей семьи. Как бы ни была холодна Лорона, ты все равно ее сестра.

— …

Честно говоря, Люмина не заботилась о преемничестве семьи графства Рут.

Люмина хотела только Вельбютта. Она хотела этого красивого человека. Она хотела выйти за него замуж.

Но она не могла расторгнуть договор между королевской семьей и ее домом. Она плакала снова и снова. В конце концов она обнаружила, что Лорона даже не желала позволить ей унаследовать титул преемницы. В результате она полностью презирала Лорону.

Лорона была наделена не только внешностью и талантом, но и прекрасным женихом.

Люмина решила действовать. Она насильно сопровождала Лорону во время ее дебюта и поприветствовала Вельбютта.

Для леди, которая еще не дебютировала, появляться перед мужчиной, который не был ее женихом, было грубым нарушением этикета. Однако она больше не могла этого терпеть.

Прежде чем эти двое по-настоящему стали возлюбленными, ей нужно было как-то встать между ними.

Она говорила, смеялась и вела себя невинно – так, как хотел Вельбютт. Она делала все, что ему нравилось, и вела себя как его идеальная женщина.

Были и дни, когда она хлестала себя по ноге, ложно обвиняя Лорону в издевательствах.

В тот момент, когда она поняла, что Вельбютт смотрел на нее, ее восторг был просто неописуемым!

Наконец, вместо Лороны кто-то выбрал ее!

Она была так счастлива!

Ее мать, Бельверасса, была с ней мила. Но поскольку ее мать была занята наряжением, образование Люмины было поручено ее няне и нанятому репетитору.

Ее отец, граф Рут, отсутствовал в особняке почти столько, сколько Люмина себя помнила. Даже если он возвращался, они почти не разговаривали. Люмина плохо помнила, что ее любили.

В этом большом особняке Люмина всегда была одна.

Ей нужен был тот, кто смотрел бы на нее и только на нее.

— Извини, сестра, но я все заберу.

Вельбютта, графство Рут и ее родителей.

Отныне все это будет принадлежать Люмине.

— Тем не менее, это была действительно странная смерть. Я должна проследить за тем, чтобы не появлялись странные слухи.

Говорят, что Лорона умерла ужасной смертью. В своей поверженной карете она была раздавлена ​​битым стеклом и осколками дерева.

Если бы не ее серебряные волосы и платье, которое она носила, никто бы не узнал в ней Лорону.

Кучер, который вел карету, выжил, потому что упал в траву. К сожалению, в настоящее время он все еще был без сознания.

Причина была установлена ​​в сломанном колесе. Однако она все еще не знала, почему карета проезжала в таком месте в такое время.

Если тот факт, что она пропала со вчерашнего дня, не будет отклонен до появления каких-либо странных слухов, это могло стать препятствием для помолвки между Вельбюттом и Люминой.

Люмина неопределенно посмотрела на небо. Когда она вернется, она поплачется Бельверассе.

В голубом небе плыла белая луна.

Она внезапно подумала о Лороне, столь прекрасной, как Богиня Луны.

Ее красивая и талантливая сестра так легко умерла.

Она должна была быть счастлива, но ей казалось, что в ее сердце дыра.

Останки Лороны были в плохом состоянии. Таким образом, она не была возвращена семье графа, а вместо этого хранилась в храме.

В конце концов, им придется ее забрать. Люмина поспешно покачала головой, потому что думать об этом было не в ее обязанностях.

Она пробормотала:

— Моя сестра уже умерла, так что все в порядке...

Правда?

Внезапно на мгновение возник вопрос. Она должна была подтвердить ее останки. В то же время она осознавала, что от нее этого не требовалось.

С тех пор она будет счастлива.

Нужно забыть о Лороне.

Люмина продолжала смотреть на луну в небе, убеждаясь в этом.

Сначала Зерио думал спрятать деньги, которые должен был заплатить Лороне.

Деньги, заработанные Лороной перед смертью, принадлежали ей. Если бы ее семья узнала о золоте и потребовала его передать, Зерио не смог бы отказаться.

Однако Зерио знал – Лорона держала в секрете от своей семьи тот факт, что была связана с корпорацией Мейтз.

Возможно, она думала, что ее репутация благородной леди будет запятнана. В результате Лорона всегда маскировалась, когда шла в компанию. Чтобы деньги не отследили, они также выплачивались наличными. Зерио отдавал деньги Лороне в матерчатом мешочке или хранил их в сейфе.

— Ну, она графиня. У нее, вероятно, и без этого есть намного больше.

Держа в руках тяжелую тканевую сумку, Зерио ухмыльнулся.

Несколько дней назад корпорация Мейтз подписала важный контракт и получила огромную прибыль. Этот мешочек был долей Лороны. Она должна была прийти за деньгами в тот же день.

Другой стороной была крупная компания соседнего королевства. Упомянутая компания узнала, что корпорация Мейтз в настоящее время является лучшей в этом королевстве, и предложила контракт.

Они привезли особое растение под названием «сенц».

Сенц можно было использовать для создания прочного материала, который было очень трудно сжечь и порвать. Это был замечательный продукт, который можно было использовать не только для одежды, но и для других различных изделий.

Другая сторона утверждала, что хочет полностью доверить продажу ткани сенц корпорации Мейтз.

Естественно, Зерио был этому только рад. Если бы они подписали такой крупный контракт, позиция корпорации Мейтз стала бы непоколебимой. Это также принесло бы огромную прибыль.

Изначально Лорона была против этой сделки.

Поскольку условия были слишком хороши, чтобы быть правдой, она хотела больше узнать о сенце.

Зерио смеялся над суждением Лороны. Несмотря на свои таланты, она все же была благородной леди. Крупные сделки, должно быть, испугали ее.

Зерио был уверен, что его глаза были способны различать хорошие продукты. Ткань сенц определенно была отличным товаром. Если бы они не ошиблись, продавая его, он стал бы элементом, который будет поддерживать корпорацию Мейтз в течение следующих 100 лет.

— Леди, поверьте в мой вкус. Это определенно отличная сделка.

На отчаянные уговоры Зерио Лорона наконец уступила.

Однако условие заключалось в том, что количество сенца, импортированного для первой сделки, будет уменьшено вдвое.

В результате контракт удался.

Купленная ткань сенц вскоре нашла крупного покупателя. С самого начала это было очень прибыльно для корпорации Мейтз.

— …Если бы не то условие, нам было бы вдвое выгоднее… по крайней мере, я могу оставить все себе.

Бормоча, чтобы убедить себя, Зерио обнял мешокчек с деньгами.

Тяжелое и холодное чувство наполнило сердце Зерио.

В этот момент в его дверь постучали.

Зерио тут же спрятал мешочек и откашлялся.

— Коммерческий председатель, кажется, у нас появился клиент.

— Сегодня не должно быть встреч. Кто это?

— Это Аслан.

— Ты должен был сказать мне раньше!! Немедленно проводи его сюда!!

Зерио поспешно поправил свою одежду и привел в порядок свой стол. Он старался казаться как можно более великодушным, готовясь приветствовать гостя.

Дверь открылась, как и ожидалось.

— Здравствуй, Зерио, давно мы с вами не виделись.

— Что же вы, лорд Аслан. Раньше вы приезжали регулярно.

Вошел высокий джентльмен с блестящими золотистыми волосами. Из-за того, что половина его лица была скрыта маской, его лицо было загадкой. Его губы, которые были единственной видимой чертой, были тонкой формы. Зерио полностью осознавал, что, несмотря на его скромную внешность, он принадлежал к высшему обществу.

Около двух лет он был хорошим клиентом корпорации Мейтз. Он всегда размещал большие заказы и иногда представлял очень хороших деловых партнеров.

Лорона, которая обычно оставляла внешние ответы на Зерио, часто работала с Асланом.

Личность Аслана была окутана тайной.

Однако по его поведению Зерио сделал вывод, что он такой же аристократ, как и Лорона. Но, согласно расследованию Зерио, в этом королевстве не было аристократов, подходящих под личность Аслана.

Чтобы иметь более плотные отношения, Зерио хотел раскрыть его личность, но Лорона это запрещала. Нарушать конфиденциальность клиента было нехорошо.

Однако суетливой Лороны больше не было. Зерио посчитал это хорошей возможностью, поэтому хотел как-то сблизиться с Асланом. Он облизал губы.

Зерио сидел в кресле лицом к Аслану, который сидел на кушетке для посетителей. В то же время он пытался заглянуть под маску, которую тот всегда носил.

Это была белая маска, полностью скрывающая его нос и лоб. Вокруг глаз установлены качественные цветные стёкла. В результате не удавалось определить даже цвет его радужной оболочки.

…Если бы он только мог как-то снять эту маску.

Имея это в виду, он уставился на Аслана. Аслан, казалось, заметивший его беспринципный взгляд, наклонил голову.

Зерио поспешно откашлялся и улыбнулся, обратившись к нему.

— С каким делом вы сегодня нас навестили?

— До меня дошел странный слух.

— …Странный слух?

— Действительно, абсурдный слух о Лороне. О том, что она умерла.

Почему-то температура в комнате стала ниже. В голосе Аслана сочилось явное раздражение и гнев.

Зерио сразу же почувствовал, что ему необходимо потереть голову о землю и извиниться, хотя его вины ни в чем не было. Устрашение от гнева, исходящего от Аслана, было просто слишком велико. Чувствуя себя добычей, которую тащили перед королем демонов, Зерио сумел пошевелить пересохшими губами.

— Ну, к сожалению, слухи верны. В сегодняшней газете было такое сообщение. Церковь также выдала свидетельство о смерти леди Лороны…

Ранее Зерио подтвердил эту информацию.

Он нанял посыльного, чтобы купить информацию у персонала храма.

Он также хорошо разобрался в деталях несчастного случая, в том, как умерла Лорона, и в информации о ее потрясениях после того, как днем ​​ранее ее помолвка была аннулирована.

Ее тело хранилось в храме, и церковный врач подтвердил ее личность. Ее смерть также была диагностирована.

Смерть Лороны была неопровержимым фактом, доведенным до сведения палаты лордов.

— Бред какой-то!!

Аслан резко вскочил, стукнув по полу.

— И-ик...!

— Если это правда, то почему вы так снисходительны!? Вы должны спешить к место рождения Лороны и помочь с похоронами!! Именно благодаря усилиям Лороны вашей компании удалось так далеко продвинуться. Вы, наверное, забыли об этом?!

— Ну, это…

То, что сказал Аслан, было правдой. Зерио не мог с ним спорить.

Благодаря Лороне его компания разрослась широко. Благодаря ей Зерио удалось сохранить свое состояние. Когда Лорона мертва, он должен был оплакивать ее.

Скрывая свое раздражение по поводу Аслана, переступившего границы, несмотря на то, что он был гостем, Зерио поспешил объясниться.

— …Леди Лорона строго сказала мне никогда не связываться с ее семьей, несмотря ни на что.

— Что? Вы все еще говорите это, несмотря на то, что она умерла?

— Это правда! Леди Лорона скрывала от своей семьи тот факт, что связана с моей компанией. Возможно, она не хотела, чтобы они об этом вообще знали. Если я поспешу к ее семье, они узнают, и это нанесет ущерб ее чести!

— Значит, вы хотите симулировать невежество?

— …! Нет, я не об этом... Я непременно собирался отдать дань уважения после того, как все уляжется...

Говоря это, Зерио обливался потом. Это правда, что Лорона сказала ему не навещать ее семью. Однако кроме этого она ничего не сказала.

Как сказал Аслан, навестить ее семью было гуманным поступком.

Тем не мение.

Что, если семья Лороны узнает о ее заработке?

...Если семья графа попытается вмешаться в дела компании, это будет иметь большое значение.

Зерио знал тайну графа Рут. Граф был полностью погружен в свою военную игру, его жена часто покупала контрабанду, а семья Рут переживала финансовые затруднения. Однажды он посоветовал Лороне урегулировать свои долги, как только поступят их доходы.

Однако Лорона не согласилась. Она сказала Зерио, что он должен потратить свою долю денег, потому что она сама вернет финансы своей семьи.

Леди…

На мгновение сердце Зерио затрепетало.

Учитывая масштабы выгод, которые дала ему Лорона, не должен ли он хотя бы отдать эти деньги семье графа?

— Вы много говорите, несмотря на то, что вы простой торговец.

Возможно, Аслан не поверил тому, что только что сказал Зерио. Он пристально следил за ним.

— Похоже, вы знаете больше, чем слухи. Я заплачу вам. Выкладывайте все, что знаете.

— Все, что я знаю…

— Говорите.

Аслан достал из кармана небольшой матерчатый мешочек и бросил его на пол. С грохотом разорвалась завязка сумки, и содержимое высыпалось наружу.

— …!!

С него выглянуло несколько драгоценностей. К тому же они были большими. Зерио сразу понял – они были настоящими!

— Расскажите мне все, что знаете о Лороне. Этого должно быть достаточно, да?

— Д-да…!

Ползая по полу и собирая драгоценности, Зерио стал рассказывать Аслану обо всем, что знал.

Граф Рут, который оплакивал некролог своей дочери, был осторожно доставлен своими людьми обратно на свою виллу.

— Лорона... аах, Лорона!

Когда граф казался ошеломленным смертью своей очаровательной дочери, погибшей в таком юном возрасте, его окружение тоже начало плакать.

Они утешали графа, говоря слова соболезнования в связи со смертью Лороны.

Каждый раз радость от этих слов заполняла большую дыру в сердце графа.

Его чувство утраты из-за смерти Лороны было определенно огромным. Она была красивой, милой и безупречной дочерью.

С тех пор, как она была маленькой, она никогда ему не мешала. Всякий раз, когда он брал ее с собой, окружающие хвалили Лорону.

Графа также хвалили за то, какой он «замечательный отец».

Когда Лорона выросла, граф тоже гордился ею.

Она хорошо справлялась со своим образованием. Она также хорошо управляла особняком, несмотря на его отсутствие.

Более того, дочь не приставала к нему из-за денег, как Бельверасса, его вторая жена.

— Граф, не могу представить глубины вашего горя...

Юноша подошел к графу с торжественным видом.

— Ты…

Вилла графа была своего рода местом сбора тех, кто прославился своими талантами во время войны, и тех, кто стремился стать рыцарем.

Поскольку общественность считала широкомасштабную военную подготовку ненужной, его вилла служила приемным портом для тех, кто не мог сражаться в свое удовольствие.

Однако у них не было ни цели, ни занятия. Таким образом, все, что они делали, это обучали и проводили воображаемые стратегические совещания.

Граф гордился тем, что принимал призраков войны, потерявших свои дома, как и он сам. Его вилла была ценным местом.

В последнее время к ним присоединялась молодежь, незнакомая с войной.

Они были очарованы прошлым графа и собрались, чтобы воззвать к своему страстному желанию сражаться так же.

Граф был готов принять их блестящую решимость. Он проповедовал, что превратит это место в такое, где они смогут остаться.

Граф рассеянно посмотрел на лицо юноши. Должно быть, он был одним из тех молодых людей.

Он был молод, но сообразителен, поэтому граф сразу смог вспомнить его имя.

— …Если я правильно помню, ты – Кайзер.

Молодой человек по имени Кайзер прибыл несколько месяцев назад. Он серьезно участвовал в обучении, чтобы стать рыцарем.

— Леди Лорона была замечательной молодой леди. Кто бы мог подумать, что она умрет.

— Ты был знаком с Лороной?

— Да, я встретился с ней однажды на вечеринке. В тот момент, когда я сказал ей, что я подчиненный графа, она очень хорошо со мной обошлась.

— Вот как…

Затем граф уставился на лицо Кайзера, задаваясь вопросом, был ли этот юноша аристократом.

Он понял, что едва знал его.

Черты его лица казались хорошо организованными, но кроме этого в нем не было никаких отличительных особенностей. Вокруг него также была особенно неуловимая атмосфера.

Граф задался вопросом, вспомнил ли он Кайзера из-за его врожденных рефлексов. В какой-то степени он помнил дома, которые преуспели в военном деле.

Он был убежден, что Кайзер был гражданским лицом или, возможно, членом семьи, не занимавшей определенного положения. ...Тогда ничего не поделаешь, если он не помнит.

Граф почти отказался от своих аристократических дел. В результате он не знал малоизвестных аристократов.

Юноша мог быть из знатного дома, но граф тотчас отмахнулся от него.

— Что вы собираетесь делать с похоронами?

— Похороны, говоришь…

— Да, я понимаю, что вы чувствуете. Но если вы воздержитесь от траура, о леди Лороне не будут вспоминать. Графу это может показаться трудным, но я настоятельно рекомендую вам вернуться в особняк пораньше.

Эти слова расстроили графа. Он впился взглядом в лицо Кайзера и отчаянно сопротивлялся желанию выкрикнуть ненормативную лексику в его адрес.

Ты предлагаешь мне устроить хлопотные похороны после того, как я только потерял дочь?

Когда мать Лороны умерла, королевство все еще было разорвано, а граф был занят битвами.

Поэтому похороны осуществлялись воспитательницей Бельверассой и его указом.

В то время графу оставалось только оплакивать.

Затем он медленно заметил…

...война закончилась.

Он был главой графской семьи и нес все обязанности.

По спине потек пот. Он чувствовал себя очень неприятно из-за того, что с тех пор ему нужно было заниматься организацией похорон, разными делами и помолвкой с королевской семьей.

Чем больше он осознавал, насколько все это было хлопотно, тем больше вытеснялась сладкая печаль, в которую он был погружен еще некоторое время назад.

— Верно…

Граф медленно встал, сказав, что не может расстраиваться.

Ему нужно вернуться в особняк и поговорить с Бельверассой.

Она может быть приятной для глаз, но разговор с женщиной, которая не знает, как доставить удовольствие мужчине, раздражал.

— …Почему Лорона должна была умереть в такое время?

Учитывая то, как обстояли дела, он хотел, чтобы она умерла, уже став принцессой.

Тогда все процедуры были бы обязанностью королевской семьи.

…Не говоря уже о том, что если бы его дочь умерла после того, как официально стала принцессой, вся нация оплакивала бы его потерю.

— Мне также жаль леди Лорону. Наследный принц аннулировал их помолвку, а на следующий день она умерла.

— …Что?

Граф остановился при словах Кайзера.

Он поднял брови. От слов, которые нельзя было игнорировать, гнев окрасил его лицо.

— ..Аннулировал!? Я не слышал об этом!

— Разве вы не знали? Вчера состоялась церемония вручения дипломов в королевской академии. Разве леди не участвовала в качестве представителя нынешнего студенчества в проводах выпускников? Разве вы не сопровождали ее?

— О, ох, верно…

…Он вспомнил, как получал приглашение от Лороны.

Только тогда он вспомнил, что особо ничего не ответил. В конце концов, это было не только хлопотно, и пока это была Лорона, с ней будет все в порядке, даже если она будет сама.

Граф с некоторой неловкостью нахмурился и подождал, пока Кайзер продолжит.

— На церемонии Его Высочество Вельбютт сказал Лороне, что их помолвка должна быть аннулирована.

— Не может быть! По какой причине!?

— Причина была в том, что она издевалась над собственной сестрой Люминой. Ее также осудили за непристойные сделки с торговцем.

— Это…

Граф пошатнулся.

Если это правда, то у семьи графа большие проблемы!

Он никак не ожидал, что Лорона превратится в такую ​​развратную женщину, пока его не было дома!

Когда он встречал ее лично, она повела себя невинной и послушной дочерью — неужели все это было фарсом!? Граф был в ярости из-за того, что его обманули. Дошло до того, что он стал краснеть.

Прежде всего, кто будет горевать по такой злодейке!?

— Я возвращаюсь в особняк!!

Грубыми шагами граф встал, чтобы вернуться в особняк. Однако в то же время вокруг стало шумно.

— Граф, из особняка прибыл гонец.

— Что? Кто это?

— Он назвал себя Шесамом, слугой…

— …Шешам, кто?

Граф склонил голову и немного задумался. Затем он глубоко кивнул. Это был юноша из семьи, долгое время служившей графству Рут.

Он сменил бывшего бухгалтера несколько лет назад и руководил делами графа.

— …Что он хочет? Я должен вернуться в особняк, чтобы разобраться с Лороной...

— Кажется, речь идет о леди Лороне. Походу он торопится.

— Угх…

Граф направился в комнату, где ждал слуга. Выражение его лица было таким, как будто он только что укусил горького жука.

Кайзер просто молча смотрел ему в спину.

— Давно не виделись, граф.

Шесам низко поклонился графу.

Это была его первая встреча за несколько недель с графом Рут. Несмотря на то, что он был лордом, большую часть времени он проводил на другой вилле.

На вилле, на которую прибыл Шесам, было много устрашающих мужчин. Несмотря на то, что он ничего не сделал, Шесам чувствовал себя подавленным и запуганным.

Гостиная, куда его привели, была украшена доспехами и оружием. Его поразил страх, порожденный тем, будто он ступил во владения врага.

Появление только что явившегося графа тоже подействовало на Шесама.

Возможно, из-за того, что он плакал, его глаза были красными и опухшими. Но несмотря на это, граф казался разгневанным. Он словно собирался отомстить вражескому генералу.

Шесам сел на место напротив графа. Он подавил дрожь всем своим телом.

— Как обстоят дела с бухгалтерией?

— ...Ну, граф слышал о смерти леди Лороны?

— Разве это не должно быть очевидно!? Она моя дочь!!

— Хии! Простите…

Ярость исходила от графа. Его силы было достаточно, чтобы сотрястивоздух. Шесам вздрогнул.

Присутствовавшие солдаты — подчиненные графа — тоже были потрясены его громкостью.

— Лорона…! Лорона мертва...! Что мне теперь делать…?!

Граф, который кричал, топая ногой по земле, выглядел совсем как ребенок в истерике.

Его подчиненные уставились на него с болезненными выражениями. Как будто резонировали с его печалью. В то же время они были в восторге от его проявления горя.

Однако Шесама это не впечатлило.

Если вы действительно заботились о леди Лороне, то почему вы ее бросили?

Шесам знал, что на самом деле граф был поистине эгоистичным отцом. Он отказался от своих обязанностей дворянина и ушел из светских кругов. Он оставался спрятанным на своей вилле и тратил свои деньги, как воду. Все это было ради того, чтобы вновь пережить свою былую славу.

Когда дело дошло до территориального управления, он оставил все Лороне и Шесаму. Доходило до того, что все, что ему нужно было сделать, это подписывать документы.

Он отказался от своей трудной жены, которая щедро тратила деньги на роскошь, и от своей младшей дочери, которая постоянно переступала границы.

Несмотря на все похвалы Лороны, граф даже не пришел на ее выпускной.

Общеизвестно, что хвалить Лорону было лучшим из того, что граф мог делать для нее.

Будь то как человека или отца, его нельзя было уважать. Несмотря ни на что, он все еще был хозяином Шесама, так что он не мог жаловаться.

— Граф, естественно скорбеть о смерти леди. Что касается меня, то я был в растерянности…

— …Что? Ты пытаешься намекнуть, что был еще более опечален, чем я?

В глазах графа жил острый, холодный блеск.

Шесам торопливо покачал головой.

— Конечно, нет. Я всего лишь слуга. Я никак не могу испытать то горе, которое испытывает граф — ее настоящий отец.

— Ну, очевидно.

— Хочу сообщить вам о финансовых затруднениях, которые в настоящее время испытывает графская семья…

— …Что? Значит, дело в деньгах?

Выражение лица графа изменилось с гневного на смущенное.

— Да, по правде говоря, семья графа последние несколько лет находилась в тяжелом финансовом положении. Благодаря усилиям леди Лороны нам удавалось держаться, но, как видите…

— …Что ты имеешь в виду?

Граф, не имевший ни малейшего понятия, наклонился вперед. Шесам вынул из сумки стопку документов и разложил их на столе. Подняв документ, граф отчаянно пытался его понять, листая бумагу и щурясь.

— …Это кредитная книжка? Зачем моему дому деньги в долг?

— Я вам много раз говорил, графская семья не имеет большого территориального дохода. Уже считается удачей, что у нас все еще есть годовое пособие от королевской семьи.

— Что случилось с наградой, которую я получил?

— …Она закончилась.

— Не может быть!

Лицо графа исказылось.

Как и Шесам, он считал, что щедрость, полученная благодаря его достижениям, сохранится для следующих нескольких поколений — только при правильном управлении.

Однако указанная награда уже давно была израсходована.

— Кто, черт возьми…?

— Прошу прощения, граф, большая часть ушла на содержание этой виллы.

— …Что…

Лицо графа потеряло всю свою краску.

— Здесь не только оружие и инструменты. Стоимость покупки и управления этой виллой, не говоря уже о прилегающей земле. Сумма денег, вложенная графом во все это, превышала награду.

Верно. На этой вилле собирались десятки бывших солдат.

Граф Рут, казалось, верил, что они собираются для битвы, о которой он так мечтали, но на самом деле это было не так.

После окончания войны они потеряли свои позиции. На данный момент они были не чем иным, как кучей безработных. Если они поедут на эту виллу, им гарантирована еда, одежда и кров. Таким образом, они могли бездельничать днями. Они удобно проводили время под покровительством графа, потребляя все его имущество.

— …Не может быть.

— Это правда. Более того, ваша жена…

— Что с Бельверассой?

— …Меня просят каждый день покупать различные драгоценности и платья для ее светских мероприятий… На данный момент ее просьбы больше не выполнимы.

Безмолвный граф ошеломленно уставился на Шесама. Он продолжал смотреть на груду кредитных историй на столе.

— До сих пор леди Лорона разрабатывала денежно-кредитную политику. Помимо бизнеса на территории, она получала доход от новых предприятий и привлекала деловых партнеров для погашения долга… Однако со смертью леди мы не можем ожидать никаких новых доходов в будущем. Поэтому мы можем оказаться в долгах…

— Что ты хочешь этим сказать…?

Граф не думал, что может понять смысл. Он продолжал задыхаться, его рот трепетал, как у рыбы, выброшенной на берег.

— Однако надежда еще есть. Пожалуйста, вернитесь в особняк. При жизни леди искала людей, которые купят эту виллу и хранящееся здесь оружие. Если вы отпустите их сейчас, мы, по крайней мере, сможем выплатить весь долг…

Лорона знала, что, когда она станет принцессой, ей придется заставить отца отказаться от его военной игры.

Если бы отец будущей королевы не смог забыть войну, она стала бы источником конфликта.

Прежде чем выйти замуж, Лорона хорошо подготовилась ​​к ликвидации этой виллы. Она намеревалась обратиться к отцу.

Лорона, может быть, и ушла, но еще можно было погасить долг. Пока они могли выплатить весь долг, у них еще оставалась надежда на будущее. Если граф вернется домой, Бельверасса может перестать пускать пыль в глаза. Если бы она продала всю полученную контрабанду, они смогли бы выжить на какое-то время.

Шесам очень хотел исполнить желание Лороны. Ведь до самого конца будущее семьи графа было всем, о чем она когда-либо думала.

— ...Непростительно!!!

Однако слова, сказанные графом, разрушили надежду Шесама.

— Как будто я могу отпустить все это!! Эти документы — ерунда!!

— Что вы делаете!?

Граф отмел бумаги со своего стола, бросил их на пол и стал их топтать.

Шесам стал темно-синим, пытаясь забрать бумаги.

Контракты были слишком важными. Пренебрегать ими было все равно, что отказываться от кредита. Это были действия, недопустимые для аристократов, купцов и людей вообще.

— Ты вкрай обнаглел!! Ты пытаешься ввести меня в заблуждение, извергая чепуху!! Было весело пытаться украсть у меня место?!

— П-пожалуйста, успокойтесь…!

Граф с красными от крови глазами схватил Шесама за воротник. Он заорал на Шесама, которого он таскал так, что его ноги не касались земли. Слезы боли навернулись на его глаза.

— Эта проклятая Лорона! После того, как ее помолвка была расторгнута, она хотела погубить и меня! Ты прямо как она! Как ты смеешь лгать мне, говоря, что у нас заканчиваются деньги!

— Я-я не лгу!! Граф, пожалуйста, выслушайте меня...

— Ооои!! Кто-нибудь, избавьтесь от этого лжеца!! Вышвырните его!! С этого момента ты уволен!!

— Гьяаа...!

Бросив Шесама на пол, граф выбежал из гостиной.

— Пожалуйста подождите…

Солдат, который до сих пор сопровождал графа, остановил Шесама.

Глаза солдата были полны гнева и подозрения. Это был тот самый взгляд, который граф ранее обратил на Шесама.

— Уходи, если тебе не дорога твоя жизнь.

— Хииии…

Шесам дрожал.

Люди, вставшие на сторону графа, были теми, кто потерял бы свое место, если бы граф принял его предложение.

Никто не был на его стороне.

Подвергаясь нападению отчаяния, от которого ему хотелось плакать, Шесам выбежал из гостиной. Он не забыл собрать кредитные книги, которые были разбросаны по полу.

— Леди, извините… извините…

Надо ли было поосторожнее убеждать графа?

Он был опечален и расстроен своей слабостью. Не в силах вытереть слезы и насморк, Шесам медленно покинул виллу.

— …Что я должен делать?

Он не мог работать, потому что граф уволил его.

Даже если бы слова исходили от гнева и замешательства, учитывая характер графа, он бы не отозвал их.

— Леди…

Шесам, пребывающий в растерянности, застегнул свою сумку. Он чувствовал себя раздавленным раскаянием, которое он испытывал к Лороне.

— Ты вернулся.

Холодный голос приветствовал Шесама сзади.

Он не особо думал, что это было адресовано ему. Тем не менее, по какой-то причине он ощутил, что должен обернуться. Шесам медленно повернулся на голос.

— …Кто ты?

Там стоял молодой человек. Судя по мечу, свисающему с его пояса, был ли он последователем графа?

Шесам крепко обнял свою сумку, гадая, не убьют ли его.

— Не осторожничай так. Я Кайзер.

— Что?

— Ты слуга графа, верно?

— …Меня уже уволили.

Когда Шесам сказал это, глаза молодого человека по имени Кайзер слегка расширились.

— …Понятно, это за гранью воображения.

— …?

Кайзер тихо кивнул, как будто был в чем-то убежден, а затем уставился прямо на Шесама.

Шесам сглотнул.

— Мне нужно сказать тебе кое-что важное.

В офисе корпорации Мейтз Лорона слегка нахмурилась, просматривая документ, представленный Зерио.

— Эй, Зерио, не слишком ли удобна эта сделка?

На днях в корпорацию Мейтз прибыл посыльный от крупной компании, известной в соседнем королевстве.

Они попросили взять очень полезный продукт под названием «ткань сенц» корпорации Мейтз.

Сомнений в существовании продукта не было. Однако Лорона чувствовала что-то неладно. Предложение было слишком выгодным.

У этой иностранной компании определенно были связи по всему королевству. Для такого продукта они могли бы легко найти покупателя.

Однако, что касается продажи ткани, в их корпорация Мейтз не было особенно значительного послужного списка. Поэтому зачем им предлагать такую ​​сделку?

— Не следует ли нам еще немного изучить эту «ткань сенц»? Сделка может показаться полезной, но мы до сих пор не знаем деталей…

— Говорили, что продукт будет пользоваться большим успехом в соседних странах. Они просто предложили нам сделку, потому что хотят расширить свои каналы сбыта.

— Но… крайний срок для принятия решения — завтра. Слишком поспешно.

Время для рассмотрения предложения, сделанного им другой стороной, было до следующего дня. Этот период был слишком коротким.

— Почему бы нам не подумать об этом еще немного? Риск неудачи слишком велик…

— Вы не можете заниматься бизнесом, если боитесь риска. Леди, эта затея обязательно увенчается успехом. Пожалуйста, верьте в этого Зерио!

— …Я поняла.

Лорона неохотно приняла требование Зерио.

Однако она позаботилась о том, чтобы они приняли только половину поставки другой стороной.

— Огромные обмены с самого начала опасны. Хотя это может быть хороший продукт, он не очень известен. Поскольку мы все еще не уверены, сначала мы обработаем только половину предложенного. Если все будет хорошо, мы можем увеличить количество.

Зерио был недоволен идеей Лороны, но неохотно кивнул, делая вид, что понимает, о чем она говорит.

Обобщив детали контракта, она решила вернуться в особняк.

— Увидимся позже.

— Будьте осторожны.

Хотя Зерио улыбался, казалось, что он потерял былую честность.

Лорона глубоко вздохнула в своем сердце:

Значит, он тоже изменился.

Она случайно узнала о существовании Зерио.

Бельверасса, любившая ходить по магазинам, повела ее по магазинам с Люминой.

Лорона, будучи немного отдаленной от тех двоих, которые покупали только роскошные модные вещи, была очарована элегантными шляпками и туфлями, выставленными в углу большого магазина.

Она также была удивлена ​​их дешевизной.

— Можете рассказать мне об этом продукте?

Она остановила продавца и спросила о вещах. Ей сказали, что вещи на углу указанного магазина принадлежат торговцу, который арендует помещение.

— Почему он не может продавать их в своем магазине?

— Место не удобное для продаж. Он смог открыть магазин только там, куда не могут ходить леди... У него хороший вкус, но ему не повезло... Ах, простите меня за сумбурность...

— Пожалуйста, расскажите мне больше.

Продавец рассказал ей историю купца.

Звали его Зерио. Хотя он хорошо разбирался в товарах, у него не было здравого смысла в бизнесе, и он немедленно потерпел неудачу.

Лорона задумалась.

Она изучала экономику, используя память как оружие. Она также смогла собрать информацию из социальных кругов.

Она хотела помочь своему дому в бизнесе. Она готовилась к этому.

Но ей было не до продуктов.

Даже если бы ей показывали предмет высокого класса, она не могла бы судить, хороший он или плохой.

Хотя она знала о различиях, она не знала их ценности.

Возможно, потому, что у нее не было чувства к таким вещам.

Но ей сказали, что у купца хороший вкус.

Подумав об этом, Лорона посетила Зерио и спросила, не хочет ли он начать совместный бизнес.

Сначала все шло хорошо. Лорона подготовила почву для продажи продуктов, закупленных Зерио.

Всего за несколько лет она смогла заработать достаточно денег, чтобы помочь хозяйству графа, которое уже практически сгорело в мусорке.

Ей нужно было собрать немного больше денег. Ей нужно было получить высшее образование и выйти замуж. Ей нужно было исправить кривые пути своих родителей.

— …

Лорона никогда не думала, что пожалеет об этих вещах.

Она также никогда не думала, что на выпускном вечере произойдет что-то столь плохое.

Приглашение, которое она отправила своему отцу, графу Руту, осталось без ответа.

Она попросила его быть ее компаньоном, потому что она должна была присутствовать на выпускной церемонии в качестве представителя нынешнего студенческого сообщества.

Скорее всего, мне придется участвовать одной…

В животе стало тяжело.

Лорона закусила губу из-за вечно капризного характера своего отца.

С тяжелым чувством она вошла в свой долгожданную карету.

— Юная леди, вы припозднились! Почему вы такая мрачная?

—…Ничего.

— Но выражение вашего лица говорит об обратном.

Это была ее служанка, Чилле, говорящая высоким голосом.

Когда Лорона села на сиденье кареты, она бессовестно посмотрела Лороне в лицо.

Она была дальней родственницей Бельверассы и уже год работала горничной у Лороны.

Первоначально Лорона отказалась нанимать Чилле, потому что они больше не могли позволить себе нанять нового человека. Тем не менее, Бельверасса все равно завербовала ее.

— Пойдемте, миледи. Давайте просто покинем это место. Мы можем просто посидеть в карете.

— …Тебе стоило просто подождать в особняке.

— Я не могу. Я ваша горничная. Я должна быть с вами все время. Может, пойдем домой пораньше?

Лорона ничего не ответила. Хотя ей хотелось вздохнуть из-за разговора.

Хотя Чилле раскидывалась словами о том, что она служанка, ее манеры были грубыми.

Казалось, она была дочерью богатой семьи, но ее совершенно не воспитывали как аристократку.

Тем не менее, присутствие Чилле, всегда ее сопровождающей, когда она шла в замок или когда она общалась, было для Лороны таким же обременительным, как и для ее семьи.

Чилле следовало вести себя более утонченно, но Лорона начала смиряться со ее поведением, которое совсем не улучшалось.

В карете Чилле неловко болтала ногами.

— От постоянного сидения у меня болят ноги!

— …

Каждый раз, когда она видела отношение Чилле, у нее начинало покалывать в горле.

Горькое восхищение занимало ее сердце...

...как она может жить так свободно?

Они были одного возраста, так почему она не могла позволить себе делать то же самое?

Пока она смотрела вверх из окна своей кареты, тонкие облака заволокли небо, скрывая его голубизну.

Не желая смотреть на него, она тихо закрыла глаза, словно это было ее собственное будущее.

— Черт…!

Не в силах скрыть своего разочарования, Аслан сел в карету и грубо закрыл дверцу, задернув окно плотной занавеской.

Он как будто находился в изолированном пространстве.

— Лучше не позволять гневу управлять вами, потому что это плохо скажется на вашем теле.

— Как шумно, заткнись…!

Молодой человек, который только что сел в карету, холодно вздохнул.

Безразлично, Аслан грубо почесал свои золотые волосы рукой в ​​перчатке.

Затем его золотые волосы соскользнули и упали на сиденье.

— …Ваша маскировка испорчена.

— Мне не нужно маскироваться перед тобой.

— Может и так, кто-то другой может увидеть вас.

— Какая разница. В любом случае, больше нет смысла так маскироваться.

Аслан грубо взъерошил черные волосы, спрятанные под париком.

— Кайзер, каково текущее состояние графа?

— Он действительно плохой отец. Он ведет себя так, будто оплакивал смерть ее дочери, но на самом деле он опьянен жалостью к себе.

— Значит, все хуже, чем мы думали?

— Да, слуга графа выразил протест против его бедственного положения. Но в то же время ему было страшно. Похоже, что усилия Лороны станут бессмысленными.

— Агх…

Аслан стукнул по сиденью сжатым кулаком.

От удара его тело сотряслось, и маска упала на пол. Кайзер в спешке подобрал ее и вручил Аслану.

— Ваше Высочество, маска.

— Не обращайся так ко мне.

Перекосив свои красные глаза, юноша спокойно посмотрел на белую маску.

Неорганическая чисто белая маска была для него не только маскировкой, но и единственным щитом.

Его необычный внешний вид — черные волосы и красные глаза — сообщал окружающим о его личности. Если бы это были просто черные волосы, он бы не выделялся. Однако в сочетании с его красными глазами они имели особое значение на этом континенте.

— Так не годится. Вы принц Астель. Даже если вы под прикрытием, вы все равно Его Высочество.

— …

Астель, прекративший притворяться «Асланом», крепко зажмурил глаза.

Астель был третьим принцем Империи Стелла, примыкавшей к Королевству Нирна.

Империя Стелла была королевством, расширившим свою территорию за счет сражений, но оно имело давние отношения с Королевством Нирна из-за той же веры.

В предыдущей войне Империя Стелла смогла добиться больших результатов только с помощью Королевства Нирна. Даже сегодня их мирные обмены продолжались.

Следовательно, Астель смог спрятаться и жить в этом королевстве.

Мать Астель была низшей, пятой, наложницей. Он жил спокойной жизнью — вдали от борьбы за престол.

Кайзер был сыном его няни, и двое друзей росли как братья.

Первый принц, рожденный второй принцессой, был действительно компетентен, а второй принц, рожденный королевой, был так же властен, как и она.

Астель считал, что после того, как один из его братьев будет коронован, он получит новый титул и станет его вассалом.

Однако ситуация существенно изменилась, когда ему исполнилось 12 лет.

Оба его превосходных брата быстро скончались от болезней.

Астель внезапно стала главным кандидатом на престол. Таким образом, он стал мишенью.

В результате мать Астеля умерла, а его жизнь оказалась в опасности.

Спастись Астеля помогла мать Кайзера, его няня. Под руководством своей няни, дом родителей которой находился в Королевстве Нирна, он вместе с Кайзером покинул империю.

В империи говорили, что принц Астель лечился от серьезной болезни и поэтому должен был покинуть сцену. Поскольку его мертвого тела не было найдено, у людей не было другого выбора, кроме как поверить в эту историю.

Его черные волосы и красные глаза были визитной карточкой королевской семьи империи Стелла.

Как только он выйдет без маскировки, его личность будет раскрыта. Его местонахождение станет известно тем, кто хотел его устранить.

Таким образом, Астель скрывал свою личность золотым париком и белой маской. Он также жил под именем Аслан.

— Почему… почему ты умерла, Лорона?

Глубокая печаль отразилась в красных глазах Астеля.

Кайзер, казалось, понял, что его господин скорбит. У него были глубокие морщины между бровями, но он был спокоен.

— Это моя вина. В то время я должен был немедленно последовать за леди Лороной.

— …Это не твоя вина. А моя. Если бы я знал, что так сильно об этом пожалею, я бы просто похитил Лорону.

— Ваше Высочество…

— Мне жаль ее. Я даже не понимал, что она не хочет становиться наследной принцессой.

На выпускной церемонии Астель хотел вырвать себе сердце, вспомнив, как Лорона с достоинством приняла аннулирование помолвки.

Астель тайно участвовал в вечере вместе с Кайзером.

Ранее ему сообщили, что Вельбютт и Люмина собираются добиться разрыва помолвки с Лороной.

Он намеревался связаться с Лороной. Он презирал мысль о том, что она попала в беду. Наоборот, он хотел выследить их. Вдобавок ко всему, он намеревался признаться Лороне.

Однако, вопреки ожиданиям Астеля, Лорона совсем не расстроилась. Как богиня, она приняла все и ушла.

Из-за того, что ему не повезло, он даже не смог ее догнать.

В то же время это также было связано с уважением и смутной радостью, которые заполнили его сердце, когда он увидел Лорону, уходящую подальше от шумного зала.

Таким образом, для него не будет препятствий. В конце концов, Лорона послушно приняла расторжение помолвки.

После того, как ее помолвка была официально расторгнута, он мог предпринять необходимые шаги, чтобы сделать предложение Лороне и заполучить ее.

Он готовился к этому.

Он хотел спасти Лорону из ямы ее печали и создать для нее счастливое будущее.

Наивность Астеля жестоко лишила его первой любви.

— Что мы будем делать с этого момента?

— …Как насчет того, чтобы сделать то, чего не смогла леди Лорона?

— Преобразование семьи графа? Это слишком безрассудно.

— Нет, наоборот. Отдадим пережитые ею страдания тем, кто растоптал ее доброту и невинность.

Кайзер нахмурился, Астель криво улыбнулся.

Но он не винил и не останавливал его.

По указанию Астеля Кайзер долгое время наблюдал за Лороной.

Он знал, что Лорона всегда старалась оставаться уравновешенной.

Он хотел облегчить ее раскаяние.

Оба они разделяли одно и то же чувство.

— …Начнем с того принца. Он смог стать женихомЛороны лишь потому, что он принц королевства. Начнем с него.

У Астеля была ужасающе красивая улыбка, когда он сузил свои красные глаза.

Сбитый с толку, Вельбютт уставился на представленный ему документ.

— Что это означает…? Разве Лорона не умерла? Почему требование о штрафе...?

— Пожалуйста, внимательно прочитайте документы, Ваше Высочество. Это требование не является штрафом. Это утешительная плата и дань уважения.

— …Поэтому я и спрашиваю вас, что это значит!

Хотя он сильно ударил по столу, посланник, сидевший перед ним, не смутился. Напротив, он холодно посмотрел на Вельбютта. Это был не тот взгляд, который можно было бы обратить на их наследного принца.

— Кажется, вы мало знаете о помолвках… Ну, такого обычно не бывает. В этом королевстве еще не было примера такой тяжелой утраты.

Он посмотрел в темно-синие глаза Вельбютта. Посланник Палаты лордов говорил так, словно ругал ребенка.

Это было на второй день после смерти Лороны.

Посланники из храма и Палаты лордов пришли к Вельбютту.

Поначалу Вельбютт был расстроен внезапным визитом. Но после того, как посыльные сказали ему, что это касается его помолвки с Лороной, он радостно приветствовал их.

Он думал, что они пришли с процедурой аннулирования его помолвки.

Вместо этого Вельбютту предъявили два дорогих счета.

— Я знаю о штрафах за аннулирование помолвки, но они не должны быть такими большими!

— Верно. Если бы это было просто аннулирование помолвки, то не было бы такой суммы.

Вельбютт вздрогнул и покачал головой, как будто не мог понять слов посланника.

— Это дань уважения, потому что она умерла во время нашей помолвки!? Ни за что! Я никогда не слышал о таком!

— Ваша помолвка с Лороной была наградой от королевской семьи семье Рут. Поскольку Лорона умерла до того, как стала королевой, вместо этого вы должны возместить им дань.

— Н-но есть еще Люмина! Даже если Лорона мертва, пока в семье Рут есть еще одна дочь, чтобы заменить ее, дань уважения должна быть…!

— Когда вы двое были помолвлены, Люмина еще не крестилась и не была зарегистрирована в Палате лордов как леди. В то время Лорона была единственной дочерью семьи Рут. Если бы семья Рут изменила контракт после крещения Люмины, нам не пришлось бы предъявлять это требование.

— Если так, то почему вы не можете исправить его прямо сейчас?!

— Поскольку она уже умерла, об этом не может быть и речи. Палата лордов и храм возьмут с королевской семьи дань, как указано в контракте.

— Угх...

Из-за того, что не смог опровергнуть слова посланника, Вельбютт закусил губу.

Жалоба была законной, и королевская семья не могла пойти против условий контракта.

Более того, к сожалению, Вельбютт заявил, что возьмет на себя все расходы, связанные с расторжением помолвки.

Даже если претензия была предъявлена ​​королевской семье, Вельбютт должен был покрыть ее сам.

Если бы это была только дань, Вельбютт мог бы справиться с бюджетом, предоставленным ему королевской семьей.

Это было, конечно, дороже, чем штраф за аннулирование помолвки, но он был не в силах заплатить. Учитывая, что он изначально был готов все оплатить, это было приемлемо.

Кроме того, получателем будет семья Рут. Он сможет вернуть эту сумму после женитьбы на Люмине. Если бы он поговорил с ней должным образом, он мог бы использовать ее приданое, чтобы компенсировать затраты.

Тем не мение.

— Я не понимаю часть о компенсации!

Вельбютт швырнул счет, подписанный Палатой лордов, на стол.

Посланник Палаты лордов глубоко вздохнул, услышав его отношение.

— …Ваше Высочество публично аннулировали помолвку, верно?

— Что в этом плохого?

— Возможно, вы не знаете о последствиях. Но это вполне естественно, потому что никто не делал такой глупости десятилетиями. Однако существует правило, согласно которому, если вы хотите аннулировать помолвку, вы должны пройти процедуру. Правилами Палаты лордов запрещено в одностороннем порядке объявлять об аннулировании и, в свою очередь, запятнать этим честь и будущее другой стороны. Если бы вы аннулировали помолвку в частном порядке, вам не пришлось бы платить компенсацию.

— Тот…

— Многие ученики и их родители, присутствовавшие на церемонии вручения дипломов, и жалуются на то, сдержите ли вы свое обещание, данное леди Лороне.

Посланник палаты лордов холодно посмотрел на Вельбютта.

Вельбутт обратился к посланнику храма за некоторым спасением.

— Я должен сообщить вам кое-что из церкви. Несмотря на то, что у Вашего Высочества была невеста по имени леди Лорона, вы были близки с другой женщиной, верно?

— Что…?

— Мы получили много доказательств. Королевские помолвки, требующие целомудрия и прозрачности, находятся в ведении церкви. Это можно расценивать как акт разврата. Церковь официально опротестует действия Его Высочества.

— Ха…

Вельбютт побледнел и даже потерял силы подняться со стула.

Церковь и все жители королевства подозревали его и не доверяли ему. Не говоря уже о том, что он собирался протестовать.

Насколько это запятнает репутацию Вельбютта?

— Я сообщу об этом Его Величеству королю.

— Это-!!

Слова посланника Палаты лордов были сродни пинку Вельбютту, уже лежавшему на стуле.

— Если вы не заплатите полную сумму дани и компенсации, Палате лордов придется провести совет по вопросу о престолонаследии. Не ждите, что королевская семья будет выше правил.

— …!!

— Хорошо подумайте о том, что вы сделали.

Вельбютт, потерявший дар речи, мог только молча проводить посланников, когда они выходили из комнаты.

В этом королевстве когда-то было пролито много крови в битвах за права наследования семьи.

Поэтому наследование первенца было предусмотрено законом.

Однако было только одно исключение — престолонаследие.

Королевство погибло бы, если бы некомпетентный человек взял бразды правления только потому, что он первенец. Поэтому для вступления на престол требовалось одобрение Палаты лордов и доверие храма.

Две опоры, необходимые Вельбютту для наследования престола, вот-вот покинут его.

— Почему…

Вельбютт схватился за голову, издавая слабый стон.

— Когда за мной приедет Вельбютт?

Люмина казалась раздраженной. В своей комнате она продолжала грызть ногти.

Слуги были отвлечены смертью Лороны. В то же время она была нетерпелива и тревожна.

Поскольку граф не вернулся в особняк, начать похороны не удалось. Кажется, никто не знал, что делать.

Люмина просто хотела поскорее избавиться от всего и выйти замуж за Вельбютта.

Вельбютт принадлежит мне как душой, так и телом.

Наконец-то она могла перестать прятаться за Лороной.

Под солнцем она сможет открыто принимать любовь Вельбютта. Она сможет стать счастливой невестой, которой все будут завидовать, и в конечном итоге станет королевой королевства.

Таким образом, ее отец, граф Рут, начнет восхвалять Люмину. Таким образом, ее мать, Бельверассу, не будут обвинять, что она не аристократка.

— Я хочу воспитать троих детей. Один из них унаследует графство. Уверена, что наши сыновья будут очаровательны…

Будущее, которое она себе представляла, было идеальным.

Она станет женой любимого мужчины, и у нее будет вся любовь и статус ее семьи.

Фантазии Люмины вернули к реальности несколько безоговорочных ударов.

— Что это!?

— Мадам зовет вас…

Люмина вышла из своей комнаты, щелкнув языком. Она не обратила внимания на испуганную горничную.

Причина ее вызова, скорее всего, была связана с похоронами Лороны.

Ей приходилось публично оплакивать смерть своей прекрасной сестры. В противном случае никого бы это не убедило.

Она думала, что должна начать играть еще дома. В этот момент Люмина заметила, что служанка ведет ее в гостиную, а не в комнату матери.

— Кто это?

— Кажется, это посланники Палаты лордов и храма.

— Хмм?

Во всяком случае, это, вероятно, касалось смерти Лороны.

Люмина пошла в гостиную, думая, что ей следует притвориться осиротевшей сестренкой.

— …Деньги на соболезнования и утешительный взнос?

Люмина громко моргнула от услышанных слов.

То же самое произошло и с Бельверассой, сидевшей рядом с ней.

Подводя итог словам посланников, проще говоря, помолвка между Вельбюттом и Лороной была договором между королевской семьей и графской, и королевская семья должна была заплатить крупную сумму денег за аннулирование.

Люмина не была уверена, но для нее это было хорошей новостью. В конце концов, она не только сможет выйти замуж за Вельбютта, но и получит деньги. Ей хотелось смеяться.

Глаза Бельверассы тоже сияли радостью.

Мама рада деньгам.

Однако раскрыть свое счастье она не смогла. Поэтому она склонила голову и сказала: «Какой позор…»

Затем она продолжила.

— Получит ли мой дом эту компенсацию?

— Может быть, это не полная сумма, но поскольку это утешительный гонорар для Лороны, чья честь была запятнана... сколько это стоит?

— …Значит, вот как.

В отличие от своей матери, которая была так счастлива, что не могла скрыть своей радости, Люмина чувствовала себя неприятно.

Эта суматоха вызвала проблемы у Вельбютта.

Я поговорю с мамой позже и посмотрю, смогу ли я взять на себя часть работы по дому.

Люмина, которая думала, что Вельбютт будет счастлив, вдруг заметила пронизывающий ее холодный взгляд.

Его направил посыльный из храма.

Ч-что с этим человеком?

Люмина слегка колебалась от резкого выражения лица. Это непреднамеренно вызвало у нее желание отвести глаза.

Все в порядке…

…Но заметил ли он?

Посланник храма медленно начал говорить.

— Кстати, леди Люмина. Вы упомянули, что довольно близки с Его Высочеством Велбюттом. Это правда?

— Э!?

Из-за неожиданного вопроса она издала глупый звук.

Почувствовав, что взгляды всех людей в комнате собрались на ней, Люмина поспешно взяла себя в руки и чуть не закричала: «Нет!»

— Я действительно не хочу этого говорить, но моя старшая сестра Лорона была очень строгой… Я просто рассказала Его Высочеству об этом…

Эту фразу она повторяла много раз.

Каждый раз, когда кто-то поднимал вопрос о ее близости с Вельбюттом, она со слезами на глазах признавалась в жестоком обращении Лороны с ней. Она обвиняла Лорону в безрассудстве и говорила им, что Вельбютт просто утешает ее.

Так все верят ей на слово.

— Вот как? Похоже, что факты сильно отличаются от той истории, которую получила церковь.

— Какую историю получила церковь…?

Из-за слов посыльного, имевших некоторый смысл, Люмина задрожала.

— Были разные вещи, например, как Его Высочество и вы ходили на прогулку в город на днях одни.

Кровь тут же отлила от лица Люмины.

Она отчаянно пыталась подавить крик.

В тот день она вышла наедине с Велбюттом, чтобы отпраздновать их идеальный план по расторжению помолвки с Лороной на выпускной церемонии.

Она вспомнила, что непреднамеренно возбудилась из-за того, что находилась снаружи, и из-за освобождения от незнакомого ранее ликера.

Люмина сглотнула, чувствуя, как пот заливает ее спину.

В-все в порядке, я все еще целомудренна. Это не должно быть проблемой, если они должны будут проверить…

Аристократки должны оставаться девственными до замужества.

Перед свадьбой в храме производили осмотр, чтобы убедиться, что они все еще девицы.

В последние дни часто опускали этот момент, но она знала, что не сможет избежать его, когда станет королевой.

Таким образом, она защищала свое целомудрие.

Однако что, если бы кто-нибудь видел ее с Вельбюттом в тот день? Даже если она не переступит черту, если кто-то засвидетельствует ее неподобающую близость с ним, это будет плохо.

Люмина не могла оторвать глаз от посланника храма. Ее пот струился.

Из-за всезнающего взгляда посыльного ее сердце быстро забилось.

Затем посланник сказал:

— Если у вас двоих неподобающие отношения, храму придется с этим разобраться.

— Это преувеличение!

Бельверасса в спешке закричала. Люмина тоже сразу кивнула.

— Мы просто говорили о моей сестре!!

Ей ничего не оставалось, как настаивать. Даже если бы были свидетели, Вельбютт мог просто купить их молчание.

Однако выражение посланника было суровым.

— То, что вы были наедине с мужчиной, у которого есть невеста — это уже большая проблема. Вы, как аристократка, понимаете, насколько неподобающим было ваше поведение?

— Э-это…

— Его Высочество обвиняют в разврате, другими словами, в нарушении заповедей. То же самое касается и вас.

— Нет, ни за что!! Мы не...!

Люмина закричала и прервала слова посланника.

Бельверасса почувствовала, что может произойти что-то плохое, и посмотрела на Люмину с бледным лицом.

Люмине хотелось плакать. Праздничное настроение было испорчено.

— ...Кроме того, я забыл упомянуть.

— …Е-есть что-то еще?

Посланник Палаты лордов заговорил, и Бельверасса с Люминой напряглись в ожидании.

— Поскольку леди Лорона умерла, пожалуйста, верните деньги за приготовления к свадьбе, которые королевская семья дала заранее.

— Что!?

Бельверасса повысила голос.

Посланник Палаты лордов скептически поднял брови.

— Почему вы так удивлены? Эти деньги на подготовку были даны заранее, чтобы подготовить личные вещи леди Лороны к свадьбе. Поскольку сам брак больше не может состояться, пожалуйста, верните деньги.

— Э-это верно, но все же…

Поведение Бельверассы только ухудшило атмосферу в комнате.

— П-правильно!! Теперь, когда Лорона мертва, разве Люмина не должна стать следующей невестой Его Высочества?! Если Люмина решит использовать деньги на подготовку как есть, не избавит ли это вас от ненужных проблем?

Бельверасса подняла бодрый голос, как только ей пришла в голову хорошая идея.

Однако выражение лиц посланников не улучшилось.

— Формальная процедура расторжения помолвки с леди Лороной еще не завершена. Если все пойдет хорошо, следующим кандидатом, скорее всего, станет леди Люмина, но это все еще остается неопределенным.

— Но…

— Или Его Высочество и леди Люмина поклялись жениться друг на друге? Пока леди Лорона все еще была жива?

— …

Лицо Бельверассы помрачнело.

Люмина также поняла, что выроет себе могилу, если скажет что-то еще. Поэтому она плотно закрыла рот.

— В любом случае, ничего не произойдет, пока вы полностью не выполните все предыдущие требования.

Люмина и Бельверасса замерли на месте, а посланники, говорившие холодным тоном, ушли.

Почему…?

Сидя, Люмина неоднократно обдумывала то, что ей сказали посланники.

Насколько они осведомлены?

Хотя она могла быть незамужней благородной леди, но незаконные отношения с мужчиной, который уже был помолвлен, были действительно гнусным поступком. Неудивительно, если храм обвинит ее в нарушении заповедей.

В будущем она не только не будет помолвлена ​​с Велбюттом, но и полностью потеряет свое место в социальных кругах.

— Мама, я…

— Ааах, что мне делать!?

Голос Люмины потонул в пронзительном вопле Бельверассы.

Ее мать, которая все время царапала себе лицо, причитала, как сумасшедшая.

— Мама? Что случилось?

— Что мне делать, Люмина… что мне делать?

Люмине не понравилось, как Бельверасса вцепилась ей в руку. Ей захотелось накричать на мать.

— …У меня больше нет денег, которые были вложены в подготовку к свадьбе Лороны.

— Что?

Подняв странный крик, Люмина уставилась на свою мать.

Бельверасса побледнела.

— Я думала, что королевская семья устроит свадьбу… Поэтому решила немного одолжить, но…

— …Для чего ты их использовала?

— …

В сторону молчаливой Бельверассы Люмина подняла бровь. Затем ее взгляд остановился на кольце на пальце матери.

Она купила драгоценности!..

Бельверасса была ярым поклонником ювелирных украшений. Когда она видела редкие драгоценные камни и прекрасные драгоценные металлы, она не могла не приобрести их.

Поскольку Люмина тоже была женщиной, она не нашла побуждение своей матери непонятным. Но ее мать не должна была трогать деньги на подготовку свадьбы, доверенные им королевской семьей.

Люмина осторожно взяла мать за руку, сдерживая желание закричать.

— …Ничего не поделаешь. Что сделано, то сделано. А пока займём из семейного бюджета. После этого я пополню его.

— Хорошо…

— Но мне придется сообщить об этом отцу.

— …

Когда Люмина увидела, что Бельверасса дрожит от страха, она поняла, что драгоценности были не единственной вещью, которую купила ее мать. Она, скорее всего, накупила и много других вещей.

Ее мать, не колеблясь, купила бы новые платья и другую косметику.

Ведь когда она была еще маленькой, ее мама носила много красивых платьев.

Тем не мение.

— …Все будет хорошо. Я уверена, отец поймет. Более того, королевская семья все еще должна нам дань, да?

— В-верно… да, я в этом уверена…

При слове «дань» бледные щеки Бельверассы снова порозовели. Затем она улыбнулась.

Люмина почувствовала облегчение.

В то же время она начала понимать, что хотя ее мать была невероятно красива в юности, сейчас она была похожа на жуткое существо. Яркий, неестественный макияж. Красочные платья. Ослепляющие драгоценности.

Без титула графини ее мать была ближе к блуднице.

Ч-что я думаю о собственной матери?..

Люмина поспешно покачала головой.

Она гордилась своей матерью. В конце концов, та не только смогла завоевать сердце графа, но и поднялась с положения воспитателя до положения графини.

Поэтому у нее не должно быть ужасных мыслей о собственной матери.

— Кстати, Люмина, это правда, что у тебя роман с Его Высочеством Вельбюттом?

— Мама! Не верь такой беспочвенной истории!

— Но ранее…

— Конечно, мы гуляли вместе, но это все. Можешь даже осмотреть мое тело — никаких проблем не найдешь!

Действительно, никаких проблем не было.

Даже если их видели вместе, она могла бы просто придумать случайную отговорку.

Люмина отмахнулась от беспокойства Бельверассы и улыбнулась ей. Несмотря на свой очевидный скептицизм, Бельверасса не стала развивать этот вопрос дальше. С облегчением Люмина взяла мать за руку.

— В любом случае, мы должны привести в порядок нашу резиденцию! Не говоря уже о том, что мы также должны подумать о похоронах моей сестры!

— Д-да…

Эти двое заговорили друг с другом, пытаясь отвлечься от неудобных для них тем.

— Твой отец до сих пор не вернулся?

— Ну, он всегда так… Как хлопотно…

Люмина неосознанно пожаловалась. Ненависть, казалось, отразилась на ее лице.

Она не чувствовала ни уважения, ни привязанности к отцу.

Внезапно к ней снова вернулось отвращение к собственной матери. Люмина поспешно отвернулась от Бельверассы.

— Если он не вернется, возникнут проблемы… Давай снова с ним свяжемся.

— Да, полагаю, это будет хорошей идеей.

Люмина сжала руку матери с мыслями, что ей очень неприятно.

— …Мы должны возместить расходы на подготовку к свадьбе?

В офисе.

Молодой человек, сидевший за столом в комнате, холодно смотрел на Бельверассу и Люмину.

Он всего лишь слуга, что это за отношение? Его зовут Шесам, да?

Пытаясь вспомнить имя молодого человека, Люмина пристально глядела на него. Не то чтобы он был уродлив, но она чувствовала, что у него была мрачная аура.

Этот человек обычно разговаривал с моей сестрой…

…Как только я стану графиней, должна ли я его уволить?

Она слышала, что он происходил из семьи, которая на протяжении поколений управляла имуществом графа.

Но, конечно, она не потерпит никого, кто ей не нравится.

В конце концов, она в итоге станет королевой этого королевства. Графская семья также нуждалась в дальнейшем развитии. Не следует ли ей нанять более способный персонал?

Пока Люмина смотрела на Шесама с этими мыслями, Шесам, словно пораженный, вздохнул.

— …Мадам, разве я не говорил вам не трогать эти деньги?

На тон Шесама Люмина подняла брови. Бельверасса тоже закричала:

— Что?.. Да кто ты, по-твоему, такой!?

— Поскольку это хорошая возможность, я дам знать мадам и леди Люмине — сейф графства уже пуст.

— …Что?

— Расходы на ваши платья, не говоря уже о расходах на содержание виллы… Из-за этих огромных ежемесячных расходов у нас почти не осталось лишних активов. Поэтому вернуть деньги за подготовку свадьбы невозможно.

Безмолвные Люмина и Бельверасса уставились на Шесама.

— Вы можете либо поверить мне на слово, либо нет. В сейфе за моей спиной только куча долгов. Вы даже не можете покрыть мою зарплату.

— Ты врешь!! — крикнула Люмина, прерывая слова Шесама.

Такая возмутительная история никак не могла быть правдой.

Разве семья Рут не процветала?..

— До сих пор леди Лороне удавалось приносить семье некоторый доход. Однако юной леди здесь больше нет. Я ничего не могу с этим поделать.

— Что!? Моя сестра…!?

— Вы действительно ничего не знаете. Леди Лорона знала о бедственном положении графства и долгое время усердно работала вместе со мной. Леди Лорона управляла этим особняком.

Глаза Люмины покраснели от гнева.

Ей казалось, что мертвые насмехаются над ней.

— …Но это твоя работа — управлять имуществом!

— Для этого необходимо владеть имуществом, которым можно управлять.

Люмина почувствовала себя настолько униженной его откровенным презрительным взглядом, что забыла, как дышать.

Она хотела ударить этого парня.

Имея это в виду, она сделала шаг вперед. Однако Бельверасса опередила ее.

— Этот придурок!!!

-Шлеп!

Раздался громкий звук, когда ладонь Бельверассы ударила Шесама по щеке. Но с бесстрастным выражением лица он продолжал смотреть на Бельверассу.

— Вы можете бить меня сколько угодно, но это правда. Я уже сообщил графу, но вместо этого он только обвинил меня в некомпетентности. Он не слушает разум.

Шесам с пустым выражением лица говорил с самоуничижением.

Затем до Люмины дошло. Все, что он сказал, было правдой.

В то же время она чувствовала, что ее ноги трясутся от ужаса, несравнимого с предыдущим.

У меня… нет денег?

Она не могла понять смысла.

Она не могла представить ситуацию, когдаосталась бы без гроша в кармане.

Однако она понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Бельверасса, стоявшая рядом с ней, была бледна и дрожала.

— Л-ложь...

Бельверасса, пережившая жизнь простолюдинки, знала, что произойдет, если у них не будет собственности.

— Леди Лорона нашла человека, который купил бы виллу графа. Если бы он мог отдать эту виллу, то, по крайней мере, мы смогли бы выплатить долг.

— Тогда ты должен это сделать!

— Граф отклонил предложение.

— Это-!!

Бельверасса закричала. Люмине тоже хотелось плакать.

О чем думает мой отец?!

Ей хотелось кричать во весь голос.

— Мадам, леди Лорона также интересовалась вашими драгоценностями.

— О чем это!?

— Драгоценности, которыми владеет мадам, должны иметь большую ценность, если вы собираетесь их продать. Если вы их отдадите, мы сразу сможем получить немного денег…

— ...Точно нет!! — закричала Бельверасса прежде, чем Шесам успел договорить. — Я никому не отдам свои украшения! Правильно, продай все ценности в особняке. Мы также можем продать лошадей! Уволь всех слуг!

— …Уверены ли вы?

— Да, я серьезно! Ты уволен! Ты такой некомпетентный!

Бельверасса яростно сплюнула и снова ударила Шесама по голове.

Женский кулак не должен быть очень мощным, но Люмина все равно закрыла глаза от глухого звука.

Однако Шесам не сопротивлялся и оставался хладнокровным.

— Слушай, собери всю информацию графу! Когда он вернется, скажи ему избавиться от этой виллы! Затем используй полученные деньги, чтобы отдать деньги за подготовку к свадьбе! Ты понял!?

После крика Бельверасса покинула офис, словно спасаясь бегством.

Вынужденная пойти за Бельверассой, Люмина посмотрела на Шесама. Его небрежное отношение к отказу от всего было ужасающим.

Много раз оглядываясь на Шесама, Люмина погналась за Бельверассой.

— …Слишком поздно.

Бормотание Шесама услышала уходящая Люмина.

Шесам, проводив Бельверассу и Люмину, вздохнул от изнеможения.

— …Должен же быть предел человеческому эгоизму.

Конечно, он понимал, что не должен так говорить о своих хозяевах.

Однако за то, что он смог подавить желание накричать на них, ему должно быть предоставлено хотя бы это.

Его щека все еще болела от шлепка Бельверассы, но это его не беспокоило. По сравнению со страданиями Лороны, погибшей в результате несчастного случая, его боль была незначительной.

Ему больше не нужно было оставаться в этой семье.

В качестве последней услуги он может проигнорировать их насилие.

—…Заставлять меня работать, несмотря на то, что меня уволили, эти двое просто худшие люди.

С искаженным смехом Шесам вернулся к своим обязанностям.

К концу дня ему нужно было разобраться с большим количеством документов. Он также должен был закончить подготовку слуг, оставшихся в особняке.

Прошлой ночью он услышал все, что ему нужно было услышать.

Таким образом, для младших слуг он писал рекомендательные письма. Что касается тех, кто хотел уйти в отставку, он выдавал им выходное пособие.

Несмотря на сказанное Белверассе, что они полностью разорены, это было не совсем так.

Лорона отложила доход от своего бизнеса для слуг, включая Шесама. Вместо того, чтобы разместить средства под именем графа, они были помещен в общий фонд слуг, которым управлял Шесам. Даже если фонд обнаружится, с ним ничего нельзя было бы сделать.

Я всегда буду защищать желание юной леди.

Лорона всегда думала о выживании графской семьи.

Все, что он мог сделать, это защитить ее чувства.

Я должен сказать слугам, что это милость графа, и отпустить их.

По сравнению с бесстрастной Лороной многие слуги предпочитали Люмину, умеющей притворяться невинной на публике. Это было потому, что они не знали, о чем думала Лорона. Если бы они получили деньги от ее имени, они могли бы рассказать об этом Люмине.

Если бы правда открылась, даже если деньги принадлежали слугам, его жадный хозяин мог бы их украсть.

Поэтому, я должен доставить их в ближайшее время.

Шесам достал сумку, которую спрятал до того, как ворвались Бельверасса и Люмина.

Документы, требовавшие подписи графа, были составлены и переданы главе гильдии. Он также написал письмо, в котором подробно рассказал о смерти Лороны и о том, как долг будет погашен в будущем. Все, что может продать Шесам, будет ликвидировано. Как бы то ни было, ему нужно было подождать какое-то время, чтобы произвести какое-либо погашение.

Ему не нужно было заботиться о садовнике или поваре, им платили ежедневно.

Было несколько дворецких, у которых была долгая история с семьей, но они смеялись, потому что в будущем собирались уйти на пенсию.

— Тогда все, что осталось, это… рекомендательные письма для горничных.

Он начал писать их имена на документах. Их лица приходили на ум, пока он сидел.

Их рабочее время и специализации…

Шесам внезапно остановился…

...Он заметил, что в последнее время не видел одну служанку.

— Та девушка, Чилле, кажется? Если подумать, я ее не видел…

Он подумал, не написать ли ей рекомендательное письмо.

Тот факт, что она была родственницей графской семьи, вызывал у него неприязнь.

Чилле наняли на том основании, что она дочь родственницы Бельверассы.

Бельверасса, желающая поддерживать хороший имидж среди своих родственников, заверила Чилле, что она часто сможет общаться с аристократией. Таким образом, она стала эксклюзивной горничной Лороны и часто участвовала в светских мероприятиях.

Несмотря на свое спокойное отношение, она была притворщицей.

Однако она была не только грубой и бесчувственной, как служанка, но и утонченной. Таким образом, ее колеги, включая Шесама, не любили ее. В результате никто не был с ней особенно близок.

Он часто слышал, что она любила откидывать свои обязанности в сторону развлечений в городе. Поскольку Лорона исчезла, она, вероятно, ушла навсегда.

Шесам пробормотал:

— Я просто оставлю эту девушку на мадам. Это лишь вопрос возвращения в родительский дом.

После того, как заполненные документы были собраны, Шесам вышел из офиса с сумкой.

Он направился к крылу для прислуги, приглушая шаги, чтобы его не поймали и не заставили снова выслушивать жалобы.

— Кажется, и Палата лордов, и храм получили доказательства, которые мы представили.

— В конце концов, нечасто им удается натолкнуться на слабости королевской семьи.

Только вчера Астель и Кайзер, сидевшие лицом друг к другу, отправили в Палату лордов и храм доказательства интрижки между первым принцем и Люминой.

Для тех, кто задавался вопросом, что делать с наследным принцем, вызвавшим беспрецедентный переполох — как, например, публично объявив об аннулировании своей помолвки, — это доказательство было ценным.

В противном случае можно было бы полностью избежать всех требований о деньгах на соболезнования и гонорарах за утешение.

Принц допустил ошибку.

Если он не сможет заплатить, король будет вынужден взять деньги из национальной казны.

В любом случае, это было ценным свидетельством для тех, кто хотел принизить власть королевской семьи.

— Надеюсь, они воспользуются этим с пользой.

Удовлетворённо бормоча, на лице Астеля отразилась меланхолия.

— Итак, что ты узнал об аварии Лороны?

— Только то, что карета перевернулась в пригороде. Кучер еще не пришел в сознание. Ее тело хранится в церкви. Торговец сказал мне, что тело леди Лороны обезображено. Как только церковь позаботится о нем, они вернут ее семье графа.

— Как щедро с их стороны.

— …Всю свою жизнь леди Лорона была известна как благочестивая женщина. Она была не только преданной последовательницей, но и делала пожертвования храму. Поэтому внутри него у нее было много сторонников. Предположительно, если бы она стала королевой, это было бы радостной новостью для храма.

— Вот как…

Согласно информации, которую Астель купил у Зерио, Лорона была щедрой женщиной. Она жертвовала не только храму, но и небольшим часовням, где жили сироты…

…Следовательно, храм оплакивал смерть Лороны. Впечатление Астеля о Вельбютте и Люмине, предавших Лорону, было самым низким.

Доказательства, которые он предоставил, могли быть слишком слабыми, чтобы привести к какому-либо наказанию, но они все равно оставят пятно на их репутации.

Как только это произойдет, они оба разорятся. Тогда Лорона вызовет сочувствие от всего своего окружения.

Вместо того, чтобы помнить ее как женщину, брошенную женихом, и не говоря уже о том, что ее собственная сестра ее презирала, Лорона будет считаться несчастной женщиной, которая стала жертвой обмана своей сестры.

— …Кха.

Единственное, о чем сожалел Астель, это то, что Лороны больше не было рядом, чтобы она лично реализовала этот план.

В конце концов, раз все это произошло, она должна была быть счастливее.

Это произошло, когда Астель еще был принцем Империи Стелла.

В Королевстве Нирна проходила вечеринка по случаю годовщины окончания войны.

Астель, 10-летний мальчик, посетил вечеринку в чужом королевстве. Сопровождающие были заняты уходом за его отцом и другими братьями и сестрами. Это привело к легкости свободы, которую он оценил.

— Какие они на вкус?

Сладости на столе были прекрасны, но он не мог представить их вкуса. Он не решался потянуться хоть за чем-либо.

Пока он смотрел на тарелки, кто-то встал рядом с ним.

— Этот сладкий, а этот немного соленый. Вы любите орехи?

Когда он обернулся на милый голосок, то увидел девочку, что была немного ниже его ростом.

На мгновение Астель подумал, что красивая девочка с блестящими серебристыми волосами и фиолетовыми глазами была двигающейся куклой.

Удивление лишило его дара речи. В это время девочка наклонила голову. Прелесть этого жеста заставила сердце Астеля подпрыгнуть так, как никогда раньше.

— Вам не нравятся орехи?

— Н-нет, нравятся!!

Из-за его неожиданно громкого голоса все вокруг оберрнулись к нему.

Возможно, из-за удивления, но глаза девочки немного расширились.

— Эм, простите…

Смутившись, он извинился. Девочка, не обратившая внимания на его предыдущую вспышку, покачала головой.

— …Ничего не поделаешь. Я была тем, кто внезапно заговорил с вами. Вы удивились?

— Нет, вы не должны извиняться, это я закричал…

Удивительно твердая формулировка девочки смутила его.

Голос Астеля стал еще тише. Внутренне он кричал. Он просто хотел исчезнуть. Девочка нахмурила брови, словно обеспокоившись.

Затем она взглянула на стол, прежде чем подозвать свою служанку, чтобы она принесла с него маленькое печенье. Она представила его Астелю.

— Это мое любимое печенье. Пожалуйста, попробуйте.

— Хорошо.

По сравнению с другими сладостями печенье, поданное ему девочкой, выглядело не так уж необычно. Однако для Астеля оно оказалась особенным.

Затем Астель съел печенье под пристальным взглядом.

Из-за нервозности, вызванной стоявшей перед ним девочкой, которая выжидающе смотрела на него, он едва мог почувствовать вкус. Тем не менее, он отчаянно жевал его.

Девочка была довольно милой.

Астель вскоре понял, что выражение ее лица, которое он поначалу счел кукольным, также было весьма красноречивым. Возможно, потому что выражение ее лица все время оставалось спокойным.

Ее доброта виднелась, когда она расспрашивала Астеля, и ее фиолетовые глаза, излучавшие беспокойство по поводу того, понравится ли ему поданое ею печенье, были прекрасны, словно самоцветы.

Более того, эта девочка не была похожа ни на одну другую девочку, которую когда-либо встречал Астель. Она была одновременно тихой и нежной, а ее присутствие было сродни весеннему солнцу.

Астель считал, что она была первой, кто приблизился к нему так естественно. Всю жизнь окружающие его люди относилось к нему по-особому.

— Эй, а как вас зовут?

После того, как он спросил, девочка удивилась. Она вскочила со стула и сделала идеальный реверанс.

— Приношу свои извинения за позднее приветствие. Меня зовут Лорона Рут.

— Лорона...

— Рада познакомиться с вами, Ваше Высочество Астель.

Астель был совершенно очарован ее красноречивым приветствием, излучавшим женственность.

— Вы знаете, кто я?

— Да, я слышала о вас из нашего окружения.

Астель попытался еще раз лучше узнать Лорону, но…

— Лорона, вот ты где.

— Ваше Высочество Вельбютт.

Плавным движением рядом с Лороной появился мальчик. Астель, поняв, кто он такой, несколько раз моргнул и сравнил их.

— Принц Астель, вам что-то нужно от моей невесты?

— Невесты…

Это было похоже на удар кулаком в лицо.

Он вспомнил с опозданием на секунду…

...Сюда были приглашены только высокопоставленные лица обоих королевств. Он почувствовал облегчение, когда понял, что она не принадлежит к королевской семье. Тем не менее, это было лишь кратковременное облегчение.

— …Значит, вы невеста принца Вельбютта.

— Верно.

Лорона молча кивнула. В ее глазах отражалось нежное доверие. Таким образом, ему пришлось признать, что Лорона должна была выйти замуж за Вельбютта.

— Я понимаю.

Астель больше ничего не мог сказать. Он только смотрел на двоих, казавшихся союзом, заключенным на небесах.

Он лишь смутно помнил, что происходило потом.

Его потрясло то, что его первой любви суждено было стать в будущем чужой женой. Только то, что он вернулся домой с разбитым сердцем, укоренилось в сердце Астеля.

Каждый раз, когда он видел это печенье, он вспоминал Лорону.

Когда наступил сезон фиалок, он вспоминал ее ясные глаза.

Каким бы неотесанным это ни было, он все равно думал о ней.

— …Черт возьми!

Астель отбросил воспоминания о прошлом и уставился на другой документ, лежавший на его столе.

— …Действительно ли Лорона погибла в результате несчастного случая?

На данный момент его мысли занимала причина, по которой Лорона умерла в таком месте.

Некоторые беспочвенные слухи говорили о том, в каком отчаянии она чувствовала себя после аннулирования, что она умерла во время поездки в карете.

Однако Астель знал…

О ее достойном уходе.

Она была Лороной. В каком бы отчаянии она ни чувствовала себя, она всегда оставалась спокойной.

Почему?..

Семена, которые он посеял, чтобы избавить Лорону от раскаяния, уже начали прорастать. Оставалось только ждать, пока они прорастут.

Чем больше он расследовал, тем больше подозрительной казалась смерть Лороны.

— Давай проведем еще немного исследований. Если мы внимательно осмотрим карету, в которой ехала Лорона, мы можем что-нибудь найти.

— Понял.

Астель сжал кулак.

Если смерть Лороны действительно была спланирована, то кто-то должен заплатить!

Он хотел, чтобы Лорона покоилась с миром.

— Но прежде-

Астель остановил Кайзера, который собирался покинуть комнату.

— …Какова ситуация с храмом?

— Они согласились. Я думаю, они скоро свяжутся с вами.

— Понятно…

— Но вы серьезно? Чтобы подменить тело леди Лороны…

— Да. Я не могу оставить им Лорону.

Граф решил похоронить Лорону на фамильном холме.

Поэтому, он хотел хотя бы похоронить ее своими руками. Однажды она сказала, что хочет спокойно спать в том прекрасном месте.

Он понимал эгоизм своего желания. В то же время для Астеля это был единственный способ отпустить свою любовь.

— …Хорошо, я подготовлю новое тело.

Кайзер хотел было сказать что-то еще, но в итоге только поклонился и вышел из комнаты. Прислушиваясь к звуку закрывающейся двери, Астель закрыл глаза, словно обессиленный.

Проснувшись от громкого шума, Люмина выбежала из своей комнаты. Она бросилась в вестибюль, надев пальто поверх пижамы.

Поскольку солнце еще не взошло, снаружи все еще было темно.

Холодный воздух раннего утра врывался в особняк через открытую входную дверь.

— Отец!..

Граф Рут стоял посреди зала.

Люмина вздохнула с облегчением и бросилась к отцу. Он наконец вернулся домой.

Причина ее облегчения заключалась в том, что теперь суматоха наконец разрешится.

После того, как гонцы вернулись и Шесам сообщил им о ситуации с имуществом графа, Люмина непрестанно умоляла Бельверассу.

Хотя бы частично, Люмина хотела, чтобы ее мать отказалась от ее драгоценностей ради возмещения фонда на подготовку.

Но вместо своего согласия Люмина получила лишь пощечину.

На данный момент Люмина задавалась вопросом, не заперлась ли ее мать в своей спальне со своими драгоценностями.

Мама сделала что-то…

Люмина должна была быстро возместить фонд на подготовку, чтобы помолвка между Лороной и Вельбюттом сочлась недействительной.

Интересно, стоит ли мне признаться маме о Вельбютте…

Тогда, конечно, Бельверасса была бы в восторге и охотно отказалась бы от своих драгоценностей. В конце концов, она будет матерью королевы. Бельверасса должна была понять, что титул королевы гораздо ценнее ее драгоценностей.

Однако.

…Если мама скажет что-нибудь лишнее, все будет кончено.

Вельбютт специально сказала Люмине держать их отношения в секрете от всех остальных.

Хотя их близкие друзья и слуги могли что-то знать, их отношения не считались бы «фактом», если бы Вельбютт или Люмина не признали их.

В конце концов, с существованием Лороны, стоящей между их отношениями, небольшая оплошность поставила бы под угрозу их обоих.

Мне жаль Вельбютта, но с данью и утешительным взносом я смогу восстановить свой дом. Конечно, отец поймет.

Теперь, когда Бельверасса не поддалась на уговоры, ее отцу придется расстаться со своей виллой.

Как граф, он отвечал за защиту семьи Рут. Если бы он знал о своем тяжелом положении, он без колебаний отпустил бы свою виллу.

— Отец, я ждала твоего возвращения!..

— А, это Ты.

— …Отец?

На приближавшуюся Люмину граф устремил лишь пустой взгляд. Выражение его лица ничуть не изменилось.

Не обращая внимания на Люмину, он вошел в особняк.

Люмина нахмурилась, заметив резкий запах алкоголя, исходящий от его тела.

— Ты пил?

После того, как она невольно спросила, граф остановился, чтобы посмотреть на Люмину.

— И что, если да? Как ты думаешь, ты можешь указывать своему отцу, что делать?

— Это не…

— Кроме того, что с твоим отношением? Несмотря на то, что ты потеряла свою сестру, ты была вне себя от радости моему возвращению. Ты смеялась. Ты, кажется, ничуть не расстроена тем фактом, что Лорона мертва.

— …О-отец?

Граф сузил глаза и подошел к Люмине.

Испугавшись, Люмина вскрикнула и отпрянула.

— Почему ты мне не сказала?

— А, о чем…?

— Насчет того, что тебя притесняла Лорона.

— !

Глаза Люмины расширились от удивления. Граф оставался на своей вилле и был равнодушен к Люмине…

...как он узнал?

Возможно, узнав, что над ней издевалась сестра, граф почувствовал к ней симпатию. С такой надеждой Люмина посмотрела на графа.

Однако взгляд графа был холоден.

— Почему ты должна была раскрыть это перед всеми?! Из-за тебя Лорона больше не идеальная леди!!

— Э, но, отец…

Люмина была расстроена отцом, внезапно повысившим на нее голос.

Когда его голос прогрохотал по залу, слуги с тревогой посмотрели на них.

— То, что ты сделала, было действительно ненужным! Ты должна была держать рот на замке до самого конца!

— Кьяаа!..

Граф грубо поднял руку, и Люмина вскрикнула, прикрывая голову. Когда она собиралась убежать в страхе...

— Что ты делаешь с Люминой!?

В вестибюле раздался высокий голос. С облегчением Люмина подняла голову.

Подняв брови, Бельверасса подбежала к ним. В отличие от Люмины, она была полностью одета.

Когда граф увидел ее, он как будто откусил что-то горькое. Он медленно опустил руку.

— После того, как ты наконец вернулся, первое, что ты делаешь, это поднимаешь руку на свою дочь! Что ты думаешь!?

— …

Хотя они должны были быть парой, которая, наконец, воссоединилась после долгого времени, атмосфера между ними была сродни войне.

Бельверасса начала ругать графа, а граф казался раздраженным.

Люмина поспешно встала между ними и вцепилась в Бельверассу.

— Мама, кажется, отец пьян. Успойкойся.

— …Пьян?

Подняв брови, Бельверасса внимательно посмотрела на графа. Она могла заметить запах спиртного, исходящий от его тела.

Бельверасса преувеличенно вздохнула.

— В таком состоянии очевидно, что до него ничего не доходит. Тем не менее, мой муж, мне нужно обсудить с тобой кое-что важное. Немедленно иди в гостиную.

— Так ты разговариваешь со своим мужем, который только что вернулся?

— …кто бы говорил!

— Как всегда, ты никак не заткнешься.

— Быстро умойся и переоденься!

Люмина была ошеломлена тем, что двое из них начали новый раунд споров.

Почему они это делают?

Она никогда не считала их сердечной парой. К тому времени, когда Люмина стала достаточно взрослой, чтобы думать самостоятельно, граф жил в основном на своей вилле и редко возвращался домой.

Бельверасса тоже никогда его не посещала.

Однако мать сказала ей, что в каждом доме так, поэтому Люмина не нашла в этом никаких проблем.

Однако, когда она обнаружила, что ее отец время от времени тайно встречается с Лороной, она разозлилась.

Хоть я и твоя дочь, почему только Лорона?!

Люмина думала, что отец оттолкнул ее из-за Лороны.

Однако настоящей причиной могла быть ее мать.

Люмина могла только смотреть на свою мать, в гневе ушедшую прочь, и на отца, который вернулся в свою комнату, проклиная ее мать.

На какое-то время граф, похоже, прислушался к словам Бельверассы. Когда он появился в гостиной, он выглядел несколько посвежевшим.

Люмина немного обрадовалась, что он переоделся в повседневную одежду. От этого он казался менее устрашающим, чем раньше.

Однако выражение лица графа, который был в глубоком молчании, хотя и сложив руки, было все же ужасающим.

Неужели мой отец такой ужасный человек?..

Слой пота выступил на ее спине в присутствии графа. Его нынешний вид был далек от образа отца, который она себе представляла.

Не похоже, чтобы он хотел расстаться со своей виллой.

— Что случилось с похоронами Лороны? Все готово?

Первая фраза, произнесенная графом, тоже была о Лороне.

Выражение лица Бельверассы заметно исказилось.

— Нет. Тело Лороны хранится в храме. Оно было в ужасном состоянии. Они свяжутся со мной после того, как до некоторой степени исправят это. Разве подготовка к похоронам не должна быть достаточной?

— Хмф.

— Что еще более важно, мой муж, я хочу поговорить с тобой кое о чем.

— …Что, опять из-за денег?

— …

— Ты какой-то национальный деятель? Платья, украшения — даже если у тебя только одно тело, кажется, тебе их всегда мало.

— Это!.. Но мой муж, ты также собрал солдат на вилле!.. Ты кормил их из семейного бюджета!..

— Заткнись!! Что плохого в том, чтобы позаботиться о тех, кто собрался из-за их почтения ко мне!? Эти солдаты — мое самое ценное достояние!

— В это мирное время они не более чем пустая трата места!

Граф встал с большой инерцией.

Напуганная шумом, Бельверасса замолчала.

— Ты!!.. Как далеко ты собираешься меня оскорблять!..

— Отец!! Пожалуйста, остановись!!

Не в силах больше терпеть, Люмина закричала.

Сейчас не время!

— От имени моей матери я приношу извинения за ее расходы. Поэтому, отец, пожалуйста, успокойся и послушай.

— Люмина!!

— Мама, пожалуйста, успокойся!

Она была в отчаянии. Если бы эти двое снова начали ссориться, проблема осталась бы нерешенной.

Дело было не только в деньгах. Если бы они потеряли имущество, семья графа обанкротилась бы.

Я не хочу этого!

Я совсем этого не хочу!

Все тело Люмины дрожало. Она перевела заплаканный взгляд на родителей.

Граф и Бельверасса поняли, что были слишком эмоциональны, и, слегка кашлянув, неловко отвели глаза.

В гостиной стало тихо. Люмина вздохнула и позвала горничную, стоящую у стены.

— Где Шесам? Я бы хотела, чтобы он объяснил моему отцу наше финансовое положение.

— Что… с тех пор как он ушел из особняка прошлой ночью, он до сих пор не вернулся…

— Что ты сказал!?

Вспоминая его невольное лицо, выражение лица Люмины стало мрачным.

Он, должно быть, насмехается над ними. Представив, что он, вероятно, убежал, ее желудок похолодел.

Бесполезно!..

Она была слишком напугана, чтобы напрямую встретиться с родителями. Они оба молчали и отказывались смотреть друг на друга.

Отчаявшись, у Люмины не было другого выбора, кроме как заговорить.

— Отец, из Палаты лордов пришел гонец с требованием вернуть сестре деньги на подготовку к свадьбе.

— Что?..

— Взамен королевская семья даст нам немного денег в качестве дани.

Выражение лица графа исказилось. Пока они должны были вернуть деньги, они тоже должны были их и получить. Если подумать об этом спокойно, потерь не было.

— Разве мы не можем просто компенсировать утешительный взнос, не возвращая деньги за подготовку к свадьбе?

— Хотя это может быть верно, Палата лордов приказала нам немедленно возместить все.

— Ну так делай, как они сказали. Создавать спор нехорошо. Если высшее руководство так решило, мы должны молча подчиниться.

— …

На слова отца, которые звучали так, как будто он командовал солдатом, Люмина изо всех сил старалась не заплакать.

— …Похоже, что деньги на подготовку к свадьбе уже исчерпаны. Как говорят, ничего не осталось.

— Что ты имеешь в виду!?

— …Моя мать, она…

— Бельверасса, снова ты!!!...

Граф Рут встал и закричал.

Бельверасса тоже закричала:

— Пожалуйста, прости меня!

Однако было неясно, поняла ли она свою ошибку.

— Это потому, что ты продолжаешь покупать всю эту хрень!

— Ничего не могу поделать! Мне сказали, что если я не куплю их немедленно!..

— Ты дура!..

— Отец, пожалуйста, успокой свой гнев!..

— Как я могу сохранять спокойствие!? Если ты использовала деньги, продай все свои драгоценности, чтобы вернуть их!

— Ни за что-! Если я их продам, я никогда не смогу их выкупить! Это ты должен отказаться от этой виллы! Вот и работай над планом погашения!

— Ты говоришь мне стать торговцем!? Я, гордый солдат? Как грубо с твоей стороны! Твоя обязанность как жены — управлять нашими финансами! Но все, что ты сделала, это растратила их!

— Пожалуйста, остановитесь!

Как бы ни кричала Люмина, они ее не слышали.

Слуги, которые изо всех сил старались не вмешиваться, начали пытаться успокоить двоих, прежде чем ситуация переросла в насилие.

Люмина отчаянно смотрела на своих родителей, пока они проклинали друг друга.

Почему…

Она думала, что все в порядке. Все должно было пройти гладко.

В центре графской семьи, которая потеряла свою центральную точку — Лорону — и вот-вот должна была рухнуть, Люмина стояла в оцепенении.

Зерио, опустившийся на диван в кабинете, отчаянно вытер пот со лба.

Сумма и цифры, написанные в счете, который ему выдали ранее, были слишком абсурдными.

— …Хендрик, вы уверены, что корпорация Мейтз сможет справиться с такой большой суммой?

— Не будь таким скромным. Разве последняя сделка не была распродана сразу? Я уверен, что это создаст хорошую репутацию, и нас завалят запросами.

— Но все же…

В отличие от встревоженного Зерио, Хендрик с улыбкой смотрел на него, небрежно сидя на диване.

Этот человек был родом из известной компании в соседней империи Спика. Именно он обратился в корпорацию Мейтз с предложением заняться тканью сенц.

— В прошлый раз нам очень повезло. Компания, занимающаяся транспортным бизнесом, запросила прочную ткань для длительной поездки. Именно поэтому я решил продать все сразу. Это был, конечно, отличный компромисс, но…

— Тогда, пожалуйста, купите много и на этот раз. Мы столь уверены, потому что это корпорация Мейтз.

— …Я понимаю.

Со смутной улыбкой на лице Зерио просмотрел условия сделки, предложенной Хендриком.

Желаемое количество покупок, написанное там, в несколько десятков раз превышало предыдущее число.

В то время как число велико, цена покупки является исключительной. Более того, все будет доставлено немедленно. Учитывая, что покупатель, который узнал о репутации ткани сенца в предыдущей сделке, запросил больше, это не должно быть неуправляемым, но…

Улыбка Хендрика казалась искренней.

Он казался уверенным в себе, без малейшего намека на беспокойство.

Вот почему Зерио чувствовал, что что-то не так.

…Если бы миледи была здесь…

Хотя сначала он был доволен смертью Лороны и осознал, насколько эгоистичным он был, Зерио не мог не думать об этом.

Он умирал от желания спросить ее, должен ли подписать контракт.

Он считал, что ткань сенц хорошего качества. Если бы торговля продолжилась, она стала бы основным продуктом, поддерживающим компанию.

Однако развитие было слишком стремительным.

Не прошло и двух недель с момента их последней транзакции. Обычно для доставки такого количества ткани из соседнего королевства требовалось несколько месяцев. Даже учитывая, что два королевства находились в двусторонних отношениях, причем дружественных, учитывая процедуры, такие как расследования и тарифы, казалось, что ткань была подготовлена ​​заранее.

Вот почему Зерио чувствовал себя неловко.

— Почему вы медлите? В прошлый раз вы даже отказывались уменьшать число.

— Просто ее так много, мне нужно подготовиться…

— Да? Ну, почему бы нам не одолжить вам весь наш склад?

— Это-

Почему он столь щедр?

Если бы это был Зерио в прошлом, он бы ухватился за эту возможность.

Однако опыт, который он получил за время своего партнерства с Лороной, наконец, позволил ему осознать странность сделки.

Он смутно понимал, почему Лорона так не хотела подписывать первый контракт.

…Леди.

Лорона всегда была уравновешенной. Ее суждение основывалось не только на том, что представало перед ее глазами, но и на ситуации. Таким образом, она всегда принимала правильное решение.

Благодаря этому компания выросла до нынешнего состояния.

Зерио было стыдно, что он забыл о ней.

Ослепленный жадностью, он забыл о своей благодарности к Лороне.

С того самого дня слова, направленные Асланом, продолжали эхом отзываться в его сердце.

Как сказал Аслан, компания смогла продвинуться так далеко только благодаря усилиям Лороны.

И последние два дня его слова не покидали голову Зерио.

Оглядываясь назад на дни, когда он вел дела с Лороной, Зерио пытался прийти в себя как настоящий торговец.

Вскоре после этого к нему пришел Хендрик.

Если бы это произошло вскоре после смерти Лороны, Зерио без колебаний подписал бы контракт.

Я должен поблагодарить Аслана…

— Мистер Зерио?

Хендрик почему-то был настойчив. Появившаяся улыбка была улыбкой торговца.

Однако в настоящее время Зерио был председателем отдела торговли, курировавшего корпорацию Мейтз. Если он потерпит неудачу, он не сможет отплатить Лороне.

— Я очень благодарен за предложение. Я хотел бы выполнить заказ как можно скорее.

— Тогда-

— …Но из-за некоторых осложнений я не могу сделать это прямо сегодня.

Хендрик замолчал. Его улыбка не изменилась, но атмосфера вокруг него похолодела.

Заметив его запугивание, Зерио сохранил выражение лица торговца.

— Вы можете хотя бы подождать до завтрашнего дня?

— Завтравшнего дня?..

— Да, к тому времени ситуация будет решена. У нас также будет склад для хранения ткани.

— Это было бы…

Хендрик положил руку под подбородок, как будто о чем-то задумавшись, прежде чем посмотреть на Зерио.

Зерио тоже посмотрел на него. Затем он отвел взгляд.

— Если таковы обстоятельства, то ничего не поделаешь.

— Вы понимаете? Я пытаюсь сказать, что это невозможно. Если вам будет трудно, я не буду жаловаться, даже если вы сделаете предложение другой компании.

— Нет, я сделал вам это предложение именно из-за того, насколько влиятельна эта корпорация.

Зерио был сбит с толку Хендриком. Мужчина казался полностью убежденным в этом заявлении.

Он думал, что Хендрик пригрозит сделать предложение в другом месте.

— Спасибо за внимание.

— Это естественно. В конце концов, у нас будут долгие отношения.

— У Хендрика большое сердце.

— Нет, нет, я уверен, что Зерио переживает собственные трудности. Как жаль, что вам больше не с кем посоветоваться.

— …А?

Слова Хендрика заставили Зерио на мгновение померкнуть. Он не мог понять, о чем думал улыбающийся Хендрик.

Тогда бесконечный ужас был всем, что он сумел почувствовать.

— Увидимся.

Пока Зерио застыл, Хендрик вышел из комнаты такой же легкой походкой, как и появился.

Проводив спину взглядом, пот у Зерио потек фонтаном.

Только что, что он сказал?..

Этой компанией якобы управлял только Зерио.

О Лороне было известно немногое. Для всех остальных она была всего лишь бизнес-консультантом.

Тем не менее Хендрик не должен был встречаться с Лороной.

Знал ли он, что он был подавлен отсутствием Лороны?

Чувствуя, будто вся кровь в его теле застыла, Зерио встал, держа счет в оцепенении.

— Приготовь карету немедленно!

— Но леди Люмина, уже смеркается…

— Какая ты суетливая! Мне нужно добраться до королевского замка! Мне нужно увидеть Его Высочество Вельбютта!

Люмина закричала на свою служанку, которая отчаянно пыталась остановить ее, и села в карету.

— Поторопись!

Кучер, сбитый с толку неразумностью Люмины, щелкнул кнутом и залез в карету. В конце концов, он не мог пойти против слов своей миледи.

Сумеречная дорога была почти пуста. Повозок почти не было.

Люмина крепко сжала руки, глядя в окно на небо цвета марены.

Вместо того, чтобы что-то обсудить, ее родители продолжали ссориться до полудня. В конце концов, ни один из них не решился отказаться от того, что было для них дорого.

Граф говорил Бельверассе продать все ее драгоценности, в то время как Бельверасса обвиняла графа во всем, что он делал до сих пор.

Люмине пришлось смириться с их проявлением гадкости. Она не могла пошевелиться, пока два измученных человека не вернулись в свои комнаты.

Люмина, которую служанка проводила обратно в свои покои, плакала, пока не уснула. Прежде чем она это заметила, солнце уже зашло.

Когда она вытащила свое тяжелое тело из своей комнаты, Бельверасса стояла в коридоре, словно ожидая ее.

Люмина вскрикнула, потому что, несмотря на великолепные одежды ее матери, вид ее был подобен призраку. Возможно, это было из-за ее странно мягких глаз и сильно напудренной кожи. Люмина почему-то почувствовала к ней отвращение.

— Мама?..

— Люмина, ты моя единственная оставшаяся надежда.

Ужасно медленными движениями Бельверасса подошла к Люмине и схватила ее за руки.

Ее тонкие и длинные пальцы сжали руку Люмины аж до боли. Из-за силы матери Люмина не могла избавиться от хватки.

— Мой друг, барон Джилл, может и староват, но он силен и не стесняется состояния.

— …Барон Джилл?

Люмина нахмурилась, услышав незнакомое имя.

Почему она упоминает его при мне?

— С тех пор, как его жена умерла, он был один. Он искал новую вторую половинку. Эй, Люмина, тебе не кажется, что это хорошее предложение?

— …Ты шутишь.

— Просто попробуй, я уверена, он тебе понравится. Ты меня поддержишь, да? Эй, Люмина, ты поможешь своей матери, верно?

— Нет-!!

Люмина изо всех сил оттолкнула Бельверассу.

Что она только что сказала?

— Люмина, пожалуйста… так твоей маме ничего не придется терять.

Взгляд Бельверассы был пустым.

Из-за того, что ее мать, казалось, не смотрела на нее, Люмине захотелось кричать.

— Мама, твои украшения дороже меня?..

— !..

Выражение лица Бельверассы на мгновение исказилось от вопроса Люмины.

Тем не менее, ее мать не пыталась отрицать это. Улыбаясь, как ребенок, ее мать позвала: «Люмина», сладким голосом, начав приближаться к ней.

— Не подходи ко мне!!

Не выдержав, Люмина закричала и сбежала.

Она хотела увидеть Вельбютта и как можно скорее попросить его о помощи.

Внутри кареты Люмина сложила руки, словно молясь, и думала о Вельбютте.

Он был ее единственной оставшейся надеждой.

Уверена, он мне поможет. Ведь он говорил о своей любви ко мне…

В тот день, когда он решил аннулировать помолвку с Лороной, Вельбютт признался Люмине в любви.

Если все пойдет гладко, они обязательно поженятся. Он сделает Люмину своей королевой.

Я больше не буду заботиться о своей матери или отце. Неважно, разорится ли графская семья, потому что я выйду замуж за члена королевской семьи.

Ей следует отказаться от своих родителей, которые не обращали на нее внимания. Во-первых, все, чего она когда-либо желала, это Вельбютт. Он был возлюбленным, которого она забрала у Лороны.

— Вельбютт, дождись меня... а?.. Кьяаа!

Внезапно все перед глазами Люмины дрогнуло.

Затем, после кратковременного ощущения невесомости, карета сотряслась от удара.

— Ч-что происходит!?.. Не-ет!

С громким шумом поле зрения Люмины перевернулось.

Страдая от боли, пронзившей все ее тело, Люмина потеряла сознание. Едва слышно было и рёв лошади, и крик кучера вдалеке.

Астель, сидевший у окна и рассеянно глядящий на ночное небо, тихо ответил: «Что?» на скромный стук.

Как только дверь открылась, вошла фигура Кайзера в черной мантии. В такой маскировке никто бы с первого взгляда не заподозрил, что он рыцарь. Затем он бросился к Астелю и встал на колени.

— Ты что-нибудь обнаружил?

— Я встретился с кучером в центре помощи. Однако в настоящее время он прикован к постели. Говорить с ним невозможно.

— Вот как.

— Я также осмотрел карету. Это определенно была карета графа. Проблем с обслуживанием вроде бы не было, и в аварии не было ничего неестественного. Похоже, это был чисто несчастный случай.

— …Тогда что насчет этого конкретного торговца?

— Как и ожидал лорд Астель... вот.

Астель получил документы, представленные Кайзером, и подтвердил их содержание без каких-либо выражений.

Пролистав несколько бумаг, Астель поднял красивые брови и заговорил.

— Наконец-то мы поймали его за хвост. Кто бы мог подумать, что такая связь существует.

— Хотя само по себе деловое предложение кажется чисто случайным, именно этот человек давно инвестирует в него. Сделка могла быть завершающим этапом.

— Хотя я просто хотел помочь Лороне отомстить… Это неожиданный подвох.

Астель снова повернулся к окну с горьким смехом.

Красота яркой луны и блеск звезд напоминали о достойном облике Лороны. В то же время они также напоминали о его неугасшей любви.

В возрасте двенадцати лет Астель оказался вовлеченным в битву за престолонаследие и потерял свою биологическую мать. Более того, его собственная жизнь также была под прицелом.

Главным виновником была группа, поддерживающая старую систему за четвертым принцем, его младшим братом примерно того же возраста.

Он хотел устранить третьего принца — Астеля — чтобы стать следующим Императором.

Сначала принц Ратан, четвертый принц, был на стороне Астеля. Однако, был ли он ослеплен троном или какой-либо другой целью, он однажды внезапно предал Астеля.

Ратан пригласил его, потрясенного смертью матери, к себе на виллу. Той ночью на Астеля напал убийца, нанятый Ратаном.

Если бы рядом с ним не было Кайзера, Астель точно бы там погиб. Таким образом, он бежал в это королевство с Кайзером.

Он больше не заботился о своих братьях. Предательство младшего брата, в которого он верил, только укрепило это отношение.

От необходимости бежать с родины ради жизни сердце Астеля было разбито.

Астель жил в маленьком особняке на окраине Королевства Нирна.

Чтобы скрыть свои черные волосы и красные глаза, он окрасил их в коричневый цвет и надел очки с толстыми стеклами. Он даже называл себя «Эш», чтобы никто другой не узнал его настоящую личность.

Он редко выходил. Каждый день он скрывался в своем особняке. Все, что он делал, это «существовал».

Прошло два года, и Астелю исполнилось 14 лет. Однако его внешний вид оставался 12-летним, возможно, из-за ноющего сердца.

Однажды, когда он бездельничал, Кайзер насильно вывел его на улицу, больше не в силах выносить вид его отшельнического образа жизни. Они пошли на большой холм немного в стороне от особняка. Там на солнце его оставили без присмотра.

Красочные цветы были в полном цвету под весенним солнцем.

Фиолетовые цветы были особенно красивы. Глядя на них, Астель почувствовал, что тонет.

Это было потому, что взгляд на них напомнил ему глаза той прекрасной девочки, с которой он разговаривал всего один раз. Ей, которая в конце концов станет королевой этого королевства…

— ...Хочу увидеться с тобой, — Астель искренне пожелал.

— Как дела?

Слова, которые он внезапно услышал, прозвучали как галлюцинация.

Но когда он повернулся на голос, там стояла девушка с такими же нежными, фиолетовыми глазами.

Девочка выросла, но это была безошибочно она.

Она была выше Астеля, чей рост остановился в 12 лет. С нежной, женственной мягкостью она была необыкновенно красива.

Ее длинные волосы были не просто прекрасны. Они развевались на ветру, делая ее похожей на фею.

— Ты…

Астель поспешно закрыл рот, из которого собиралось раздаться ее имя.

Если бы он назвал ее имя, то раскрыл бы свою личность.

Он не думал, что существует связь между Лороной и его собственной Империей, но пока она была невестой наследного принца, он не мог раскрыть свою личность.

Лорона с любопытством посмотрела на Астеля, замолчавшего так внезапно. Она по-прежнему ничего не выражала, но глаза ее, казалось, блестели от легкого удивления.

Кроме нее присутствовали только две служанки средних лет. Других взрослых не было.

Возможно, ее служанки думали об Астеле как о ребенке, живущем по соседству. Без особой осторожности они просто сказали: «Леди, не уходите слишком далеко».

Я сплю?

Сколько бы раз он ни моргал, Лорона все еще стояла перед ним.

Она слегка склонила голову перед Астелем, а когда он так и не ответил, присела и начала срывать цветы.

Небольшой букет был собран в ее руках.

— Эм…

Собрав цветы, Лорона начала осматриваться. Она казалась несколько смущенной.

Астель, продолжавший смотреть на нее, подошел.

— Что-то не так?

— !..

Лорона, удивленная его голосом, подняла лицо, ее глаза расширились.

— …Думаю, я уронила веревочку, чтобы подвязать цветы.

— Ах.

Поняв, с чем у Лороны проблемы, Астель развязал свои шнурки и без колебаний предложил их.

— Тогда я дам тебе их.

— Но твои туфли…

— Я могу просто уйти домой. Но разве ты не хочешь забрать домой и свои драгоценные цветы?

Несмотря на то, что она выглядела несколько растерянной, она все же взяла шнурки у Астеля и связала стебли цветов, чтобы закончить небольшой букет.

Букет ярких весенних цветов подчеркивал красоту Лороны.

— Спасибо, — мягко улыбнулась Лорона.

Ее лицо немного расслабилось. Несмотря на небольшое изменение в ее выражении, Астель быстро понял, что она улыбается.

— Я Эш. Я живу недалеко отсюда. А как насчет вас, юная леди?..

— Эм, я… Ло… Лорна. Я посещаю виллу неподалеку. Это цветочное поле, которое я видела из окна, было слишком красивым, я не смогла удержаться.

Используя псевдоним, Лорона сузила глаза. Казалось, у нее были обстоятельства, когда она не могла просто раскрыть свою личность кому-либо.

То же самое было и с Астелем. Воссоединившись впервые за долгое время, он не мог ничего сказать или даже поприветствовать ее должным образом.

Сначала это расстраивало. Но вскоре им стало комфортно друг с другом.

Используя свои вымышленные личности, «Эш» и «Лорна», они начали проводить время, разговаривая друг с другом.

Любимые цветы, еда, названия любимых книг…

...Благодаря нежным и тихим разговорам, которые не были связаны его статусом или положением, Астель почувствовал себя исцеленным до такой степени, что ему хотелось плакать.

Прежде чем он это заметил, солнце уже начало садиться. Служанки уговаривали Лорону вернуться домой.

Во время их прощания Астель чувствовал огорчение, глядя на Лорону. Она много раз оглядывалась на него.

Эти двое проводили много времени вместе как «Эш» и «Лорна» в цветочном саду.

Лороне, казалось, нравился этот сад. Она снова и снова выражала свою любовь к нему.

Прежде чем он это понял, Астель тоже влюбился в это место.

Он каждый день выходил в цветущее поле в ожидании встречи с Лороной.

Даже в те дни, когда Лорона не появлялась, время пролетало в мгновение ока, когда он просто думал о том, о чем поговорить в следующий раз.

Как будто дни, которые он провел в уединении, были не более чем ложью.

В такие моменты он не мог дождаться завтрашнего дня.

— Эш, ты действительно замечательный человек. Ты, наверное, из прекрасной семьи.

Однажды Лорона внезапно пробормотала это посреди их разговора. Она смотрела на Астеля блестящими фиолетовыми глазами.

— …Да. Моя семья действительно была замечательной.

— …«Была»?

— Вся моя семья мертва. У меня больше нет никого, кого я мог бы назвать семьей.

— …То же самое касается и меня.

— Лорна тоже?

Глаза Астеля расширились от шока.

Лорона была дочерью известной семьи с долгой историей в королевстве. Ее родители — граф и его жена — должны были быть живы и здоровы.

— Они живы. Но ни отец, ни мать мной не интересуются. Мы даже не едим вместе.

— …Понятно. Это должно быть одиноко.

— Но я к этому привыкла. Ведь так было с самого начала.

— …

— С того дня, как я родилась, все было решено за меня. Я ни слова не могу сказать за себя.

— …Ничего?

— Да, именно поэтому я должна защитить хотя бы то, что хочу защитить. …Но, возможно, я от этого немного устала.

Когда Лорона засмеялась, будто от чего-то отказавшись, ее плечи казались несколько подавленными. Сам того не осознавая, Астель нежно погладил ее по спине. После того, как он погладил ее нежную и тонкую спинку, щеки Лороны слегка покраснели.

Изменения в ее выражении лица были очаровательны. Это вплелось в сознание Астеля, отчего жар ударил и ему в лицо.

— …Прости.

— Все хорошо. Впросто впервые меня кто-то погладил по спине.

Лорона весело рассмеялась. От этого зрелища сердце Астеля чуть не разорвалось.

Он понял, что действительно был увлечен Лороной, до такой степени, что не мог больше обманывать себя.

— Спасибо, Эш. Мне было очень приятно поболтать с тобой.

— То же самое касается и меня, Лорна. Ты сказала, что я добрый, но я также знаю, что то же самое относится и к тебе.

— …Правда?

— Да! Эй, Лорна, мы можем встретиться завтра снова?

— …Конечно.

В этот момент выражение лица Лороны впервые изменилось. Ее глаза были влажными. Она прикусила губы, словно пытаясь сдержать слезы.

Впервые Лорона, которая всегда строго держала свое выражение, выразила свое сердце на лице. Астель потерял дар речи.

— Эш, мне пора возвращаться домой.

— ...Лорна!

Чтобы убежать, Лорона встала и подбежала к своей служанке. Она была повернута спиной к Астелю.

Одна из ее служанок встала перед Астелем, когда он попытался угнаться за ней. Горничная тоже выглядела грустной.

— Спасибо, что поговорил с юной леди. Но она больше не увидится с тобой, поэтому, пожалуйста, забудь о ней.

Сказав это, служанка дала Астелю золотую монету.

Для простолюдинов это была изрядная сумма.

Однако в руке Астеля монета казалась тяжелой и холодной.

Лорона и ее служанки покинули сад, оставив Астеля стоять на месте и не в силах спросить почему.

В тот день Лорона ни разу не оглянулась.

С тех пор она больше никогда не появлялась в их месте.

Вернувшись в особняк, Астель признался Кайзеру в своей встрече с Лороной. Он приказал ему расследовать случившееся.

Лорона остановилась в особняке, принадлежавшем ее покойной матери. Это была личная собственность Лороны. Для нее это место было полно воспоминаний.

Однако, узнав о крушении поезда, в котором оказалась ее семья, она, похоже, решила отказаться от собственной виллы. Это было сделано, чтобы защитить семью графа. Этот день был ее последним пребыванием на этой вилле, а также ее последним воспоминанием о ней.

Говорят, что после того, как она нашла покупателя, Лорона вернулась в королевскую столицу с самым минимальным количеством багажа.

Астель недоуменно уставился на золотую монету в своей руке.

Факт, что Лорона, которая должна была быть счастливой принцессой, должна была расстаться со своим драгоценным особняком, шокировал.

— …Разве она не счастлива?

Хотя она была красивой и зрелой, Лорона была всего лишь молодой девушкой.

Однако ей пришлось отпустить воспоминания о матери. Сколько в ней было решимости? Сколько страданий она испытала?

— … Лорона.

Сжимая золотую монету, Астель заскрежетал зубами.

Его смущало то, что он не был так подготовлен или горд, как Лорона.

Из-за потери семьи он уединился. На данный момент этот факт только подчеркивал, насколько он был ничтожен.

Он не хотел позорить свою сильную подругу.

Благодаря Лороне, Астель, наконец, смог восстановить свое благородство.

Затем тело Астеля быстро выросло.

Он отчаянно пытался узнать все, чтобы наверстать упущенное.

Он обязательно вернется на родину. Он получит силу, чтобы защитить и свое положение, и свою жизнь. Затем он вернется, чтобы увидеть свою королеву — Лорону.

Астель всегда стремился быть человеком, который смог бы поговорить с ней на равных. Он смирился с тем, что его любовь никогда не осуществится.

...И сейчас Лорона мертва.

Он больше не мог выразить свои чувства или поблагодарить ее за то, что она спасла его.

— Лорона…

Он знал, насколько эгоистичной была его любовь.

Он знал, что если он признается ей, она найдет это жутким.

Тем не менее, она была девушкой, в которую он не мог не влюбиться.

Во время своего пребывания в ее королевстве, которое длилось несколько лет, Астель захотел узнать больше о Лороне.

У нее все хорошо? Она счастлива?

Когда он услышал, что она начала свой бизнес из-за финансового положения семьи графа, он не выдержал и обратился в ее компанию в качестве клиента.

Не имея возможности раскрыть свою личность, он надевал парик, маску и дал себе псевдоним. Все это время он оставался простым торговцем.

Это неожиданно пошло на пользу Астелю, поскольку он смог встретиться с Лороной.

Ощущение, что Лорона была его богиней, только усилилось.

Хотя он не мог вести содержательный разговор с Лороной, которая якобы не была связана с компанией, Астель все же мог сделать все возможное из-за того, что Лорона была жива и здорова.

— Еще немного… еще чуть-чуть.

Постепенно закладывалась основа для возвращения в свою Империю.

Перед этим он раздобыл информацию о том, что отношения между Лороной и Вельбюттом рушатся.

Астель до сих пор помнил свою радость, когда узнал, что это правда.

Если все так, то я могу забрать Лорону!

Он поклялся в этом, но потерпел неудачу.

Если бы он последовал тогда за Лороной и признался ей на месте, ничего бы из этого не произошло.

Когда он прикусил губу, из нее начала сочиться кровь. Он проклинал свою беспомощность.

— Лорона, я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты покоилась с миром, поэтому…

Шесам, рано утром покинувший дом графа, шел один по сумеречной дороге.

К тому времени он, наконец, смог встретиться с магазинами, с которыми сотрудничала семья графа, и закончил ликвидировать накопленные платежи.

Цвет неба сменился цветом тьмы. Толпы стали редкими. Если бы он не поторопился, то остался бы один на дороге.

— Должен ли я считать себя счастливчиком?..

Когда Шесам вышел через задние ворота особняка, он заметил карету графа, проезжающую через главные ворота.

Если бы он покинул особняк немного позже, его бы затащили обратно внутрь.

Шесам грубо вытер вспотевшую шею. Если бы они узнали, что он уволил кого-то из слуг, у него бы голова полетела с плеч.

Вечером он собрал только заслуживающих доверия слуг и вручил им рекомендательные письма и выходные пособия.

Слуги, приближенные к Бельверассе и Люмине, были доверены дворецкому. Наверняка эти двое что-нибудь сделают со своими слугами.

В конце концов, их либо отдавали лорду, либо нанимали сами дворецкие.

В любом случае, Шесам отчетливо чувствовал, что его роль окончена.

Деньги, оставленные Лороной, были полностью израсходованы. После этого Шесаму нужно было посетить еще несколько мест.

Он отправил прощальное письмо на место своего рождения, в Бельманд, сказав, что никогда не вернется.

Как их сын, ему было лучше оставить их, потому что он предал лорда, которому они служили.

Хотя семья Бельманд жила во владениях графа Рут, его престарелые родители уже покинули королевскую столицу, чтобы жить спокойной жизнью. Рядом с ними жили его сестра и ее муж. Таким образом, Шесаму не нужно было беспокоиться о своих старых родителях. Шесам надеялся, что они скоро забудут о непослушном сыне.

— Во всяком случае, даже если бы я остался в семье графа, я бы непременно умер.

Учитывая сумму долга, который у них был, он не думал, что графская семья выживет.

Если бы они пали, то, несомненно, обвинили бы Шесама.

Дворяне обычно использовали своих слуг как козлов отпущения, чтобы избежать казни.

— Леди Лорона, я скоро вас заберу.

Из-под его груди Шесам вынул письмо.

Прошлой ночью из храма пришло письмо, в котором говорилось: «Тело Лороны восстановили, пожалуйста, приходите за ней».

Шесам не раскрыл эту информацию никому из семьи графа.

Они все только и думали о своих непосредственных желаниях.

Прошло три дня после смерти Лороны, но не было никаких признаков того, что они готовятся к ее похоронам.

Следовательно, как он мог забрать Лорону обратно в такое ужасное место?

Обычно останки набожного верующего, погибшего в результате несчастного случая, возвращали его семье, как только констатировали смерть в храме.

Однако Лорона с особым энтузиазмом относилась к поклонению, пожертвованиям и благотворительной деятельности для храма. Таким образом, она была глубоко почитаема. Так что ее останки, вероятно, восстанавливали с высочайшим уровнем усилий.

Тот факт, что Лорона лелеялась, делал его счастливым. В то же время ему было грустно.

— Я должен спешить в обещанное место…

Прежде чем вернуть Лорону, Шесам должен был кое-что сделать.

Он держал сумку в руках и шел вперед.

— Что, разве это не Шесам?

Шесам остановился и обернулся на внезапный голос, почти закричав.

Голос принадлежал знакомому почтальону.

— Вы вовремя. Пришло письмо экспресс-доставкой.

Шесам хмуро посмотрел на почтальона, извиняясь.

Если бы он принял письмо, адресованное семье графа, это привело бы к путанице. Однако неожиданно получателем письма, принесенным почтальоном, оказался он сам.

— Благодаря этому мне не придеттся сталкиваться с ненужными проблемами. Тогда, до встречи.

Почтальон тут же удалился.

Шесам, оставшись один, подтвердил отправителя конверта.

— ?..

Это было совершенно неизвестное имя.

Однако он чувствовал, что адрес был знакомым.

— …Что еще более важно, мне нужно поспешить.

Шесам не мог открыть письмо и сразу прочитать его. Сунув его в сумку, он снова отправился к месту назначения.

Только когда солнце взошло высоко, Вельбютт, настолько бледный, что выглядел будто вот-вот умрет, посетил семью графа Рут.

Дворецкий графини, приветствовавший медленно спускавшегося Вельбютта, тоже был бледен.

Вельбютт издал слабый стон, чувствуя, что весь особняк окутала тяжесть. Как будто все это место было проклято чем-то.

— Ваше Высочество Вельбютт!.. Вы проделали весь этот путь!..

Первой, кто бросился встречать Вельбютта, была мать Люмины, Бельверасса.

Несмотря на ситуацию, ее наряженное лицо и хорошо уложенные волосы выглядели устрашающе опрятными.

Глядя на ее протянутые руки, полные драгоценностей, Вельбютт не хотел их касаться. Он мог только кивнуть с неопределенным выражением лица.

— Каково состояние Люмины?

— …Это-

Глядя на Бельверассу, немногословно смотрящую вниз, Вельбютту показалось, что он жует что-то горькое.

Новость пришла рано утром.

Прошлой ночью карета, в которую Люмина села, чтобы встретиться с Вельбюттом, попала в аварию.

Люмине повезло, что она не погибла. Однако ему сообщили, что она была ранена и находилась без сознания. Вельбютт отчаянно размышлял над тем, что ему делать.

Таким образом, он провел все утро в раздумьях, но безуспешно. Затем, намереваясь навестить сестру своей невесты, он пришел в графство Рут.

Если я окажу семье графа некоторую услугу, это может облегчить обсуждение денежных вопросов…

Деньги в счет соболезнований и утешительный сбор должны были быть выплачены за счет имущества Вельбютта.

Король и королева отказались ему помочь...

— ...Что посеешь, то и пожнешь. Поэтому, пожалуйста, позаботься об этом сам.

Его не собирались приговаривать. Он также не собирался терять свой титул наследного принца. Поэтому нельзя было сказать, что он не сможет снова сколотить свое состояние.

Однако он просто хотел избежать жалкого положения, как например, стать нищим наследным принцем.

Было бы легче, если семья графа согласится снизить плату… Если бы я уговорил Люмину, я уверен, что она даже одолжила бы мне немного денег…

До этого их отношения были тайной. Однако, если Вельбютт сообщит семье Люмины, что они собираются помолвиться, все, несомненно, пройдет гладко.

Тем не менее, с Люминой произошел несчастный случай.

Таким образом, обсуждение денег могло быть трудным.

Однако, если он произведет на них хорошее впечатление, он наверняка сможет продолжить переговоры.

…Я такой трус.

Он хотел бросить все и убежать. Он понимал, каким ужасным было его поведение.

Несмотря на это, теперь, когда он зашел так далеко, Вельбютт должен был продолжать двигаться по этому пути, без выбора остановиться.

— …Пожалуйста, навестите ее, хотя бы раз. Она давно звала вас… Она, должно быть, очень доверяла Вашему Высочеству…

Вельбютт пожал плечами.

Хотя Бельверасса не должна была знать об их отношениях, ее слова звучали иронично.

Вельбютта отвели в комнату Люмины, избегавшего взгляда Бельверассы.

— …Эм.

Занавески в комнате были задернуты, а комната — наполнена уникальным запахом, который оказался смесью лекарств и крови.

Когда он медленно шел по тускло освещенной комнате, он мог видеть, что центр большой кровати в комнате слегка выпирает.

— ...Бютт, …Ваше Высочество Вел?

У Вельбютта перехватило дыхание.

Он чувствовал себя ужасно напряженным. Ему захотелось просто сбежать, но он не мог сделать этого перед Бельверассой и ее слугами.

— Пожалуйста, выслушайте ее.

Когда Вельбютт подошел еще немного, Бельверасса вышла из комнаты и закрыла дверь.

— Люмина!

В то же время, услышав как закрылась дверь, он бросился к кровати.

Мягкие волосы Люмины небрежно разметались по простыням.

— Люми-хииииии!!..

Вельбютт не мог дышать.

Из-за своей мужской гордости Вельбютт подавил крик.

Красивое личико Люмины больше половины было забинтовано. Белые бинты были испачканы красной кровью, показывая, насколько ужасной была травма Люмины. Только ее левый глаз смотрел прямо на Вельбютта.

— Вельбютт, ты пришел, верно?

— Д-да…

Он был напуган до такой степени, что хотел сбежать, но Вельбютту удалось остаться и улыбнуться Люмине.

— Я слышал, что ты попала в аварию… Я рад, что твоя жизнь в безопасности.

Даже он сам был удивлен тем, насколько естественно он звучал.

Слезы начали сочиться из глаз Люмины, когда она заплакала.

— Вельбютт, мне больно!.. Так больно!..

— Что случилось?

— Маленькое животное прыгнуло перед повозкой, а затем лошадь!..

Люмина заикалась, рассказывая о произошедшем.

Из-за встревоженной лошади карета затряслась, потеряла равновесие и опрокинулась посреди дороги. Вместе с правой половиной вагона в аварию попала и Люмина. В итоге она получила серьезные травмы лица, рук и ног. Однако ее жизни ничего не угрожало.

— Что ж, тогда просто отдохни и сконцентрируйся на исцелении своего тела.

— Да, спасибо, Вельбютт…

Люмина, счастливо закрывшая глаза, казалось, удовлетворилась этим ответом.

В то время как она была довольна, Вельбютт отчаянно пытался исправить выражение своего лица. Он понимал, что чувствует себя несколько обескураженным.

Если он сразу не перейдет к делу и не уйдет, у него останутся ужасные воспоминания.

— Вообще-то, Люмина, я хотел бы с тобой кое-что обсудить…

— Вельбютт, мне искренне жаль… Я не думаю, что смогу сразу же вернуть средства на подготовку…

— Что?.. Ты о подготовительном фонде?..

Это он собирался поговорить о деньгах, так почему же Люмина подняла такую ​​тему?

Пока Вельбютт недоумевал, о чем она говорит, Люмина то и дело начала объяснять.

Деньги на подготовку к свадьбе Лороны, выделенные королевской семьей, были израсходованы. У семьи графа Рут больше не было собственности. Главной причиной разорения были граф с графиней. После этого ни один из них не захотел расстаться со своими вещами.

Из-за их финансовых проблем Люмине сказали, что она станет второй женой старика.

Люмина, закончив ему все рассказывать, заплакала и слабым голосом стала умолять:

— ...Пожалуйста, помоги мне.

По мере того как слезы текли из ее правого глаза, повязки на правой стороне ее лица постепенно становились влажными.

Вельбютт ничего не мог сказать.

Ведь целью его визита было тоже выпросить денег.

Он медленно отошел от раненой Люмины.

— Вель… бютт?

Глаза Люмины блеснули в замешательстве, когда он попятился.

Не в силах встретиться с ней лицом к лицу, Вельбютт развернулся на пятках и выбежал из комнаты.

— Вельбютт!!

Когда он убегал из комнаты Люмины, ее крик пронзил его спину. Снаружи стояла Бельверасса.

Хотя ее лицо было бледным, ее улыбка была странно соблазнительной.

— Ваше Высочество, вы видели Люмину, верно? Очень жаль…

— …Да, но ее жизни ничего не угрожает.

— Но ее раны останутся… Хоть она и благородная леди…

— Я знаю…

— Я слышала, что она вышла поговорить с вами. Эй, Ваше Высочество... не могли бы вы покрыть расходы на лечение этого ребенка? Это довольно неловко, но из-за похорон Лороны у нас немного напряженная финансовая ситуация… Ваше Высочество, вы же ее любите, не так ли?

— …

Женщина перед ним была похожа на монстра. На мгновение Вельбютт забыл, как дышать.

Она была одета в роскошные украшения. Ее внешний вид и то, как она откровенно лгала, был сродни ужасающему чудовищу.

— Простите, но мне придется извиниться.

— Ваше Высочество?!

Вельбютт буквально убегал от преследующей Бельверассы.

Не оглядываясь и не останавливаясь, он умирал от желания покинуть эту резиденцию.

Вельбютт задыхался. Он мог только издать несколько тихих вздохов, которые окрасили все в черный цвет.

— Что? Его Высочество уже уехал?

Граф Рут, одевавшийся, узнал, что Вельбютт покинул особняк, не сказав ни единого слова на прощание. Сразу же на его лбу появилась глубокая хмурая морщина.

Даже если он член королевской семьи, — как грубо с его стороны!

Граф тут же наорал на дворецкого за то, что тот не остановил принца.

Присутствовавшая горничная чуть не потеряла сознание.

— Перестань болтать попусту-!!

Решив, что принц напуган травмой Люмины, граф заскрежетал зубами.

Для него Вельбютт был не более чем глупым новичком, ничего не смыслившим в войне. Однако он не мог просто упрекнуть принца за его чувствительность.

Граф был раздосадован, ему казалось, что огонь жжет его изнутри.

Тогда не означает ли это, что Люмина бесполезна сама по себе?

Его тяжелое дыхание поднялось и опустило плечи. Он задался вопросом, что с ними будет с этих пор.

Вчера он только нашел хорошее решение.

Однако из-за нынешних обстоятельств указанное решение превратилось в ничто.

...

Прошлой ночью его гнев не утих даже после того, как он кричал и оскорблял Бельверассу. Более того, он не собирался получить деньги путем роспуска виллы.

Зная об этом, граф ворвался в комнату Бельверассы, чтобы заставить ее продать все свои драгоценности. В связи с этим она сразу же умоляла о пощаде.

— ...Э-это потому, что ты не проявлял ко мне нежности! Не трогай их! Эти украшения — единственная опора для моего сердца! Кроме того, разве не ты давал мне разрешение покупать их?!

Граф не мог возразить против ее жалких стенаний.

Сразу же после того, как он женился, перемена в отношении Бельверассы вызвала у него отвращение. После того, как она забеременела Люминой, он не заботился о ней.

Не говоря уже о том, что спрашивать разрешения каждый раз, когда она ходила по магазинам, было довольно хлопотно. Таким образом, граф разрешил ей покупать все, что ей нравилось.

Из-за этого Бельверасса чувствовала себя одинокой. Он ощущал к ней жалость.

В конце концов, она все еще была женщиной, которую он когда-то считал своей женой. Хотя он дистанцировался от нее, он не был бессердечным.

— …Не плачь, я понимаю, что ты имеешь в виду. Я не собираюсь продавать их все. Вместо этого мы можем просто продать одну или две вещи, которые тебе больше не нравятся.

— Ну…

— Как ты сказала, я постараюсь сократить количество денег, которые трачу на тех, за кем присматриваю на вилле.

— Правда?

— Да.

Граф кивнул в сторону сомнений Бельверассы.

Граф также боялся обанкротиться. Он знал, что не может позволить своей семье разрушиться.

Единственная причина, по которой он согласился на это, заключалась в том, что он больше не будет на более коротком конце палки.

Как только Бельверасса решила расстаться со своими драгоценностями, мужским долгом стало разделить ее боль.

Граф был опьянен своими идеалами солдата.

— Дорогой, если честно... у меня есть хорошая идея.

— Какая?

Вытирая слезы, Бельверасса посмотрела на графа.

Тело графа начало с энтузиазмом реагировать на таинственный свет, оживший в ее глазах, а также на ее странную красоту, что не померкла с годами.

— Один из моих знакомых ищет нового партнера. На его территории есть золотые жилы, так что предложение неплохое, верно?

— Золотые жилы… ты имеешь в виду барона Джилла?

— О, ты знал его?

— Конечно, он щедрый человек, заработавший много денег во время войны.

Граф покосился на ностальгические воспоминания.

Семья баронов не только владела на своей территории несколькими золотыми жилами, но и славилась своим миллионным богатством. Хотя они не были друзьями, барон не жалел усилий, помогая им финансово во многих ситуациях.

Общеизвестно, что его жена прожила недолгую жизнь. Вероятно, это было из-за его особого увлечения, что не было чем-то необычным для аристократов.

— Разве барон не женился несколько лет назад на леди примерно того же возраста, что и наша дочь?

— Она скончалась не так давно. Он одинок, поэтому ему нужна новая жена.

— …Не может быть.

— Давай уговорим Люмину выйти за него замуж. Барон не станет просить приданого. Как только он узнает о том, какое горе произошло в нашей семье, я уверен, он поможет нам.

Глаза графа расширились по предложению жены.

Другими словами, она предложила пожертвовать Люминой.

— Бельверасса… ты… какая великолепная идея!

Граф в волнении схватил Бельверассу за бедра и высоко поднял ее, словно она была его дочерью.

Бельверасса тоже вскрикнула высоким голосом, её щеки порозовели.

— Уверен, барону понравится Люмина. Она такая же милая, как и ты.

— Да, барону наверняка понравится дочь графского рода. Если ему повезет, она может даже родить ему ребёнка.

— Ясно… у барона уже есть сын, и если у Люмины тоже будет, то у нас будет преемник графской семьи. Хотя я не знаю, сможет ли она его заиметь.

В конце концов, барон был стар. Было неизвестно, сможет ли он иметь детей.

— Фуфу… давай подумаем об этом в будущем… Что еще более важно, стоит ли нам попытаться завести ещё одного ребенка?

Бельверасса погрузилась в объятия графа с чарующим взглядом.

Впервые за долгое время почувствовав нежность жены в своих объятиях, граф тоже облизнул губы.

— Я уговорю Люмину. Уверена, что она меня выслушает.

В ответ любимой жене, которая жестоко смеялась в его объятиях, граф крепче сжал ее.

Граф понял, что Бельверасса гораздо лучше, чем он думал.

…Если Люмина умрет после женитьбы, я стану жалким человеком, потерявшим обеих своих дочерей.

Когда время траура по Люмине пройдет, он родит еще одного ребенка.

Если ему повезет, у него будет прекрасный наследник.

Представив себе такое будущее, граф тихо улыбнулся.

...

Но эту идею разрушил несчастный случай с Люминой.

Предложить графу такой испорченный товар будет сложно…

Он не знал, насколько серьезной была травма. Однако оставалась вероятность, что у нее останутся шрамы. Хотя существовала вероятность того, что барон даст ему деньги в знак соболезнования, ему также и могли отказать на месте.

Граф ревел, потому что путь, который он только что нашел, теперь был заблокирован. Кроме того, он также не мог встретиться с Вельбюттом.

Люмина тоже никуда не годится. В этот момент ее должна была постичь та же участь, что и Лорону.

Таким образом, хотя он и не сможет получить деньги от барона, он будет жалким человеком, потерявшим своих детей.

Намереваясь поговорить с Бельверассой, граф гневными шагами вышел из комнаты.

— Мой господин!! Это срочно!

Дворецкий в панике бросился ему навстречу.

— В чем дело? Какой ты громкий.

— Это чрезвычайная ситуация — солдаты из Палаты лордов!..

— Солдаты из Палаты лордов? Они проделали весь этот путь, чтобы попросить средства на подготовку?

— На самом деле, нет…

Дворецкий не мог продолжить свои слова. Разъяренному графу пришлось закричать на него.

— Быстрее!

Вскрикнув от страха, дворецкий наконец закончил.

— ...Они пришли арестовать моего лорда и его жену!